Холодно… уже не чувствую ног. Так как сил идти не оставалось, я примостился к ближайшему дереву и стал ждать. Ждать, пока не отдам концы. Преследователи, конечно же, в итоге найдут меня, но к тому времени я превращусь в замерзший окоченевший труп. Зимы в последние годы стали необычайно холодными… О, чуть не забыл, оставлю этим тварям прощальный подарочек. Я вытащил из кармана старую «эфку» и положил под себя, выдернув чеку. Когда они попробуют сдвинуть меня с места, произойдет такой неплохой взрыв. Разлет осколков, насколько помню, у Ф1 составляет двести метров…

Я отнюдь не профессиональный военный, да и вообще в армии не служил. Всему пришлось учить по ходу дела.

Перед глазами стремительно проносились картины еще казавшегося таким недавним прошлого. Стремительная волна цветных революций по Евразии: сначала Ближний Восток, а потом уже и страны бывшего СНГ. Киргизия, Казахстан, Украина, Белоруссия, Россия… Не успели оглянуться, как некогда огромная страна скатилась в тартарары. Пришедшие к власти «новые» демократы доразваливали все, что не было уничтожено после развала СССР, продали нас с потрохами Западу. Сколько прошло уже? Три года? А помню, словно это было вчера.

Вот мы, горстка горе-партизан безуспешно пытаемся хоть что-то изменить. Взрывали, расстреливали оккупантов, устраивали нападения на представителей территориальной полиции, покушения на чиновников оккупационной администрации. Ровно счетом подобные акции ничего не давали, но мы предпочитали об этом меньше думать. Если уж помирать, то с музыкой… Короче, доигрались. На том блокпосту, оказалось, сидели не какие-то полуголодные полицаи из местных коллаборационистов, а матерые спецы из какой-то частной военной конторы вроде Academi или Global Armor Group.

Прижали по полной схеме, и нам пришлось удирать через леса от преследовавших наемников. Даша, Костя, Дима, Колян погибли в последнем бою, я же скоро последую за ними. С простреленным брюхом по метровым сугробам в дальневосточной тайге шибко не побегаешь. Не окочурюсь от кровопотери, значит, загнусь от холода… В любом случае, так и так покойник.

Я взглянул ввысь на голубое небо, и на меня накатило странное чувство. Никогда его таким еще не видел. Только находясь на волоске от смерти начинаешь по-настоящему ценить то, что у тебя было, ту красоту, которую мы не замечаем вокруг из-за бесконечной и в общем-то бессмысленной суеты… Пришла пора покинуть сей бренный мир.

Никогда особо не верил в сказки про загробную жизнь, я просто усну навечно и никогда не проснусь. Не самая позорная смерть, хоть не в чем себя упрекнуть. Мы пытались изменить хоть что-то, всеми силами пытались. К сожалению, горстка потерявших свои семьи и дома партизан не в силах существенно повлиять на происходящее… Я, уж было, почти отключился, когда между деревьями вдруг возникла черная расплывчатая фигура. Оно направлялось прямо ко мне, все ближе и ближе. Мне мерещится или так выглядит приходящая смерть? И где коса? Не важно, холодом от нее веет замогильным.

— За мной пришла? — нашел силы прошептать вслух.

Я не ожидал услышать ответа, но оно ответило и тогда стало действительно страшно:

— За тобой.

Этот голос невозможно описать. Он не принадлежал ни мужчине, ни женщине, а чему-то или кому-то потустороннему. И он холодный… Холодный настолько, что дрожь пробирает до костей, зимний мороз ничто по сравнению с этим…

— Ты смерть?

— Нечто большее. — Оно замерло буквально в метре от меня.

— Тогда кто?

— Я могу спасти тебя… хочешь жить?

— А зачем? Меня здесь ничего не держит. Дай спокойно умереть, чем бы ты ни было.

Сущность неожиданно разразилась странным смехом, будто в один голос гоготал хор людей самых разных возрастов, от младенца до старика. Думается мне, происходящее отнюдь не плод воображения моего умирающего мозга…

— А если я дам тебе шанс не просто жить дальше, но еще и отомстить? — демон, или кем оно там является, теперь говорил знакомым голосом. Постой, это же голос Даши, погибшей от пуль карателей!

— Кому отомстить? Наемникам? Не вижу смысла, нас все равно бы рано или поздно убили бы, не они, так кто-то другой.

— Ты не понял. Я предлагаю отомстить не только за смерть твоих друзей и родных, но и за свой народ. Нынешний мир несправедлив и порочен в своей сущности, мы можем исправить ситуацию.

— Зачем тебе все это? Неужели ты тот ангел-спаситель, которого все так ждали последние годы?

— Можно и так сказать.

— А если быть точнее?

— В разных культурах, в разные времена мне поклонялись под разными именами и ипостасями. Как Эрида и Геката я известна у эллинов, как Иштар и Инанна — у шумеров, как Сехмет — у египтян, Кали — у индусов, твои предки меня знали как Морану или Мару, богиню смерти…

— Чушь какая-то…

— Я понимаю твое неверие. Ваша культура ставит под сомнение существование тех, кто стоит над миром, вас приучают отрицать божественное… Но все это существует… по крайней мере, существовало раньше…

— Где же вы, сволочи, были раньше, когда мир катился к черту!?

— Умерли или покинули этот мир, даже боги смертны — голос существа стал более озабоченным. — Скоро умрешь и ты, решай скорее. Ты со мной или как?

— Или как… Что я получу, если соглашусь продать тебе душу?

— Неограниченно долгую жизнь, силу, которая тебе не снилась, и возможность покарать тех, кто уничтожает твой народ. — В любом случае, я ничего не теряю, поэтому даже думать тут нечего.

— Я согласен.

— Хорошо, да будет так…

Пришел в себя также внезапно, как и отключился, посреди какого-то давно заброшенного деревенского дома. Чувствую себя не то чтобы отлично, во всяком случае, ничего не болит. Я начал осматривать место ранения: в куртке и разгрузке действительно дырки от пули и следы крови, однако на теле отсутствует сама рана. Мне прострелили брюхо чуть ниже печени, рана была сквозная и, видимо жизненно органы не были задеты, иначе я не протопал бы на своих двоих еще два или три километра, удирая от наемников. Что же произошло? Всех ребят убили, а меня ранили — факт. Из последних сил удалось пройти некоторое расстояние по тайге, потом я присел у дерева, положил под себя гранату… Стоп! Выходит, появление того существа мне не привиделось!?

— Господи, неужели это происходит со мной?

— Это все реально. — Вдруг словно ниоткуда прозвучал тот же голос. Я ущипнул себя. Ну, Никита Эдуардович, от всей души поздравляю вы, кажется, сошли с ума… Или все же нет? Как объяснить то, что я из леса переместился сюда и заживление раны, даже шрама не осталось?

— Мне едва ли так кажется.

— Я восстановила твое тело и перенесла подальше от того места.

— Хорошо, с этим разобрались, но тогда кто ты?

— Тебе уже было сказано. Я одна из тех существ, кому поклонялись люди в надежде получить защиту, покровительство, помощь в своих земных делах.

— Угу. — Я почесал подбородок. — Значит божество… А что божеству вдруг могло потребоваться от меня? Я не Моисей, свой народ в землю обетованную вряд ли смогу вывести. Всего лишь партизан.

— Спасти этот мир. Шансов маловато, но попытаться стоит…

— Твоя затея неосуществима и имеет мало общего с реальностью.

— Так уж неосуществима? Люди всегда хотели чудес, во все времена, стоит им показать даже самый маленький фокус и они пойдут за нами, словно верные псы за хозяином. Ты разве еще не убедился в моих возможностях?

— Убедился…

Я повторно ощупал и осмотрел раннее простреленный живот. На всякий случай.

— Отныне ты мой. Твоя душа теперь целиком находится в моей власти, я могу сделать с ней все, что угодно.

— Продал душу дьяволу, называется.

— Никакого дьявола я здесь не нашла… Нет смысла сожалеть, когда ответ уже дан. Тебя никто не принуждал присягать мне на верность.

— Ладно… наверное, ты права. Что будем делать дальше?

— Изменим этот мир до неузнаваемости. Нам никто не помешает. Люди миллионами падут к нашим ногам, моля о благословении и избавлении…

— Знаешь… кстати, как мне тебя называть?

— Как тебе будет удобно. Имя не играет особой роли.

— Хорошо… Мара. — Богиня смерти, блин. С кем же меня угораздило то связаться? Она еще упомянула, что по совместительству работает индийской Кали, олицетворяющей смерть и разрушения, изображаемой в виде голой женщины со своей отрубленной головой в руке. Когда крови становится мало, Кали пьет ее из собственной обрубленной шеи… Мда, мы имеем дело явно не с пушистым ангелом, спустившимся с небес. Интуиция подсказывает, ничем хорошим ее затея не закончится… Хотя с другой стороны мне представился призрачный, но шанс поквитаться с той нелюдью, которая решила построить на Земле свой порядок. Отомстить за те десятки и сотни миллионов сгубленных жизней ради интересов алчных банкиров и корпораций, ввергнувших мир в пучину хаоса. Значит, пойдем до конца!

— С чего начнем? — задала она мне вопрос.

— Меня спрашиваешь? Вроде богиня здесь ты.

— Я плохо разбираюсь в ваших реалиях. За время отсутствия Земля сильно изменилась.

— Раз так, то предлагаю для начала нанести визит в Вашингтон и вырезать все высшее политическое руководство США. Потом разнести к чертовой бабушке пару крупных военных баз в Америке, для наведения паники, после взяться за…

— Не стоит забегать вперед. — С украдкой произнесла сущность. — У меня почти не осталось сил, последние ее крохи ушли на твое исцеление и перемещение в ближайшее безопасное место. Нужно, как у вас говорят… подзарядить батарейки.

— Каким образом?

— Способы существуют разные: можно просто находиться рядом с большим числом людей, подпитываясь их эмоциями, можно поискать место силы, например какое-нибудь кладбище, капище, курган, святилище, места больших битв либо источник природного происхождения… Однако их будет недостаточно. Наиболее эффективным и быстрым способом будут жертвоприношения…

— Мне кошек да собак резать придется?

— И людей… — добавила моя спасительница. — Животные для меня легкая закуска.

Лично меня воротило от одной мысли следовать примеру жрецов майя или ацтеков, вырезавших сердца у живых людей. Пристрелить оккупанта это одно, но совершать даже с ними изуверские ритуалы категорически не хотелось.

— Люди вроде как тоже животные. Давай лучше медведя или лося замочим, веса в них больше, жизненной силы, или чем ты там питаешься, тоже должно быть больше.

— Люди не звери, у вас имеется развитая душа, дающая свободу выбора, возможность творить и познавать. Человеческие жертвы в кратчайшие сроки позволят восстановить мои силы… — ощущая недовольство, она сменила холодный тон на снисходительный. — Странный ты человек, Никита, истреблять этих самых американцев готов тысячами, но одновременно брезгуешь зарезать пару десятков человек.

— Убивать врагов на войне это одно, а совершать ритуальные убийства… Это мерзко.

— Ради достижения наших целей придется совершать ужасные поступки, смирись.

— Есть другие варианты?

— Нет. Или так или никак. Другого служителя я найти себе уже не смогу…

— Интересно, чем я заслужил внимание к своей скромной персоне? Ведь не тяну на мессию, да и талантов особых кроме как стрелять не имею.

— У тебя сильный Род, среди предков было много одаренных. Я это сразу почуяла…

Тут на меня будто ведро ледяной воды вылили. Свою прабабку-ведунью я помню очень плохо, она умерла, когда мне было пять или шесть лет, но однажды сказанные ею слова не забылись: «…бесовское отродье ты не слушай, на уговоры ее не поддавайся, иначе будешь проклят.» Теперь они обрели смысл. Вот я кретин! Надо было просто сдохнуть!

— Твоя прабабушка многого не знала и не понимала. Проклятьем она назвала мою отметку на твоей душе. Метку Мораны. Ничего страшного здесь нет, ты просто отмечен как мой… — Черт, оно и мысли мои читает…

— Раб?

— Скорее адепт.

— Час от часу не легче.

— Расслабься…

— Что?

— Расслабься, буден немного больно.

В голове будто разорвалась бомба, боль была такая, что перед глазами звездочки поплыли. В ушах звенело похлеще церковных колоколов. Приступ, казалось, длился целую вечность. Меня скрутили конвульсии, ноги подкосились и я рухнул в припадке на деревянный пол, где несколько минут катался, крича и пуская изо пену изо рта. Никому не пожелаю пережить подобное…

— Это называется… немного… больно? — Выговаривать слова удавалось с огромным трудом, язык после припадка стал ватным. — Я ласты… чуть не склеил!

— Поверь, ты не знаешь, что такое настоящая боль.

— Что ты… сделала… со мной?

— Раскрыла твой Дар. Требовалось сделать это быстро, отсюда и неприятные ощущения.

В голове промелькнула мысль: «Я стану магом! Хоть какой-то плюс.»

— Полноценным волхвом или магом ты стать никогда не сможешь… — поспешил расстроить мои надежды демон. — Для этого нужны долгие годы тренировок, медитаций, практики. Дар обычно открывают в детстве, попутно формируя нужный образ мышления и мировоззрение. При всем желании не сможешь в полной мере управлять теми силами, что скрыты внутри тебя… Твои способности на первом этапе буду контролировать я.

— Каким образом?

— Нам придется какое-то время делить одно тело на двоих.

— Я на такое не подписывался!

— Мне нужно восполнить силы, а пока этого не произойдет, я буду действовать через тебя… — В черепушке теперь отчетливо чувствовалось чье-то присутствие. Оно вроде как является частью меня, но в то же время существует обособленно. Я не вижу ее мыслей, а она видит мои. И никак не спрятаться, ни укрыться… Я точно начинаю сходить с ума.

— Блядь! Свали из моей головы!

— Успокойся, Никита… Подумай о чем-нибудь другом… Вспомни Дашу, Диму, Колю… Если ты опустишь руки, считай, они погибли напрасно. — Перед глазами возникали лица погибших друзей. Чтоб тебе в аду холодно было! А Кали права, не стоит опускать руки, мне представилась прекрасная возможность повернуть историю вспять.

«А ты лицемер, Никитушка, сам же в глубине души молил всех богов ниспослать помощь. И вот, когда молитвы услышаны, ты начинаешь закатывать истерики, пытаешься жать на тормоза… Нет, мы будем бороться!» — говорил я сам себе.

— Я спокоен.

— Обещаю, твои мысли таковыми и останутся. Думай о чем хочешь, мешать, как-то препятствовать не стану. Ты человек, у вас множество слабостей.

Несколько минут я пялился в голую стену, переваривая произошедшее. Слишком уж нелегко принять факт того, что я одержим духом древнего божества.

— И… какие возможности мне будут доступны? Метание огненных шаров, телекинез…

— Пока сил хватит разве что отвести кому-нибудь глаза да навести иллюзию. А так нравящееся тебе метание огненных шаров есть бессмысленная растрата ценной энергии, куда проще простым усилием воли остановить сердце.

— Не густо.

— И учти, без моей помощи Дар сведет тебя с ума в считанные дни. Колдовать буду я… А теперь пора идти.

Местность, куда чертовка перенесла меня, оказалась незнакомой. Заброшенный дачный сектор. Нынче времена настали такие, что загородную дачу могут иметь лишь избранные. Простые смертные покидать пределы городов без специального разрешения не имеют права, видите ли, угроза со стороны прячущихся в лесах террористов и бандитов. Свобода перемещения стала приятным воспоминанием из светлого по сравнению с этим прошлого.

Созерцание обветшалых, разграбленных дачных домиков навевало мрачные мысли. Что делать дальше? Я по сути никто и звать меня никак, нет ни гражданства, ни каких-либо других документов. Моя персона находится в списке разыскиваемых преступников, так называемых русских фашистов. Появись я в городской черте, меня мгновенно вычислят — достаточно попасть в поле зрения уличных видеокамер или на глаза полицейского патруля. Система тотальной слежки за гражданами, по сравнению со всем остальным в марионеточном государстве под названием Дальневосточная Республика, развита необычайно сильно.

Последние полгода наша группа выживала как могла — обитали в землянках, промышляли охотой, иногда совершали налеты на продовольственные склады, магазины. Кушать хочется всем. Пока мы не наглели, за нас никто всерьез не брался, предпоследняя акция с убийством четырех американских морских пехотинцев на окраинах Находки подняла изрядный шорох. Я лично прострелил затылки двум янки, их патруль попал в организованную нами засаду. Броневик подорвали с помощью самодельного фугаса, выживших морпехов допросили и без сожаления пустили в расход.

Оккупационная администрация после того случая решила разобраться с нами раз и навсегда. Каким-то чудом мы избежали обнаружения с беспилотников, тем не менее, все равно пали жертвами собственной глупости и недальновидности. Коля, старший в группе, решил, будто недели достаточно, пока шум не уляжется и можно снова кошмарить оккупантов.

После часа ходьбы по старой проселочной дороге, заваленной полуметровыми сугробами, наконец, удалось выйти на трассу. Как раз на перекрестке стоял указатель с названиями ближайших городов и расстоянием до них. Столы быть занесло меня в окрестности Владивостока, это по самым грубым прикидкам за двести километров от Находки. Спасибо, хоть не на другую планету.

Ну и что же делать? Куда податься? Во Владивостоке раньше у меня было несколько друзей, четыре года прошло с момента последнего посещения приморской столицы. Неизвестно, каким образом сложились обстоятельства, проживают ли они по сей день там же, где и жили. Тьфу ты, совсем забыл о сидящей в моей голове богине. А что если включить фантазию…

— Мара, ты там? Никуда не делась?

— А куда я денусь?

— Ответь на такой вопрос. Можешь ли ты прямо сейчас внушать людям что-либо, подчинять волю?

— Четырем-пяти людям одновременно, может чуть большему количеству. Чем слабее воля, тем легче заставить выполнять жертву команды. В нынешнюю эпоху это сделать проще простого.

— Значит, вопрос решен. Ловим попутку и добираемся до города, затем найдем место временно перекантоваться…

Минут через пять из-за поворота показалась машина. Легкий грузовик «Судзуки» с какими-то ящиками в кузове. Пришла пора испытать магию… Я вытянул руку вперед, тот, заметив на обочине странного типа в окровавленной куртке, сбавил ход и остановился. За рулем сидел полноватый мужик довольно преклонного возраста.

— Ну, че, партизан, залезай. — Бодро обратился водила ко мне, его не смутил мой слегка бомжеватый вид и пятна запекшейся крови на руках, штанах, куртке. — Докуда везти?

— А докуда сможете?

— До ближайшего поста. Доков, как я погляжу, у тебя нет никаких, поэтому не обижайся.

— Мне нужно во Владивосток попасть.

— Извини, парень, мне проблемы с полицаями ни к чему. Еще запишут, как пособника террористов.

— Повтори еще раз. Медленно, спокойным тоном. — возник голос из глубины сознания.

— Мне нужно попасть во Владивосток. Помоги, пожалуйста, нужно позарез.

Живой взгляд водилы мгновенно стал стеклянным. Он больше не принадлежал себе — пришло понимание.

— Садись. — Холодно произнес новоиспеченный биоробот.

— Хорошо… — Я не спеша забрался в автомобиль, захлопнул дверь, не сводя глаз с зомбированного дьявольской магией человека. — Ты выполнишь все, что я скажу?

— Да.

— Не будешь возмущаться?

— Нет.

Точно биоробот безвольный получился.

— Езжай тем же маршрутом, что и ехал. На посту полицаям скажешь, что я твой сын… нет, лучше внук. Миша. Все понял?

— Да.

— Мара, он осознает происходящее сейчас? И сколь долго будет длиться эффект?

— Не осознает. Действие внушения пройдет к следующему дню, если его не поддерживать. После ничего не вспомнит.»

— Годится.

— Убей его после того, как станет ненужным.»

— Чего? — опешил я. — Я не стану его убивать!

— Ты хоть знаешь, скольких усилий мне теперь стоит подчинить волю даже одного человека!? Без жертвы я не смогу тебе помочь.

— Можно полицаев грохнуть. Их обычно больше десятка на блоках не стоит. — Я с радостью прикончил бы и сотню полицаев. Кто они, по сути? Продавшиеся оккупантам сволочи, готовые за пять сотен амеро в месяц и лучшую кормежку убивать собственных соотечественников. Нормальных людей среди них практически нет, отсеяли со временем, остались продажные ублюдки, которым абсолютно до лампочки, кому прислуживать. Именно руками полицаев осуществляются репрессии, чистки, убийства несогласных терпеть оккупационный режим. — Вот кого стоит действительно прибить.

— Может получиться.

Мы проехали двенадцать километров, пока не показался блокпост территориальной полиции. За перегородившими дорогу бетонными блоками стоял старенький «Хаммер» с пулеметом на крыше, их янки безвозмездно поставляют нашим «доблестным» правоохранителям. Сами каратели одеты в серый цифровой камуфляж и валенки, что смотрится вдвойне нелепо. За спинами у каждого болтаются М16 либо наши русские «калаши». Лучше б вы замерзли гады где-нибудь в лесу на тридцатиградусном морозе.

— Веди себя как обычно. — Сказал напоследок водиле.

Наш грузовик сбавил скорость по мере приближения к посту, один из полицаев помахал рукой, предложив остановиться у обочины.

Обойдя разок вокруг машины, поглядев на ящики в кузове, боец подошел к окну и начал разглядывать сидящих внутри. Особое внимание он уделил мне.

— Удостоверение предъявите, пожалуйста.

Я развел руками:

— Чего нет, того нет.

Удостоверением личности, свидетельством о рождении, водительскими правами, кредитной картой и прочим являлась небольшая пластиковая карта гражданина с электронным чипом, что он обязан носить при себе.

— Выйти из машины! Руки за голову! — почувствовав неладное полицай направил на меня винтовку.

— Ладно, ладно, только не стреляй… Мара действуй.

— Че ты сказал!? Пацаны, шухер, всем смотреть по сторонам! — Заорал испуганный страж порядка. — А ты, на землю! Живо! Двинешься пристре…лю.

Собравшийся арестовать меня детина даже толком не договорил. Полицаи опустили оружие и замерли на месте, словно болванчики. Бессмысленный взгляд отчетливо сигнализировал о временной утрате контроля над своими телами. Не веря своему счастью, я поднял винтовку с земли, прицелился.

— Скажи что-нибудь напоследок, сволочь. — Бросил я в лицо зомбированному предателю.

Мара не дала мне нажать на спусковой крючок, контроль над рукой перехватила она. — Что опять не так?

— Нужно убивать собственными руками. Так часть силы жертвы перейдет к нам. Зарежь их… В месте под названием бардачок в грузовике есть нож.»

— Блядь!

— Скорее! Я долго не смогу удерживать контроль над таким большим количеством людей.

В бардачке грузовика действительно лежал хороший охотничий нож. Видать водиле он служил в качестве средства самообороны, в Приморских лесах и заброшенных деревнях до сих пор обитает множество изгоев, тех, кто предпочел полудикое голодное существование в лесу корпоративному рабству. Частенько подобные группы грабят дальнобойщиков, создавая засады вблизи шоссе.

Я приставил нож к горлу полицая, и хотел было перерезать от уха до уха, но остатки человечности отговаривали меня от поступка. Никак не мог решиться зарезать пускай даже такую скотину как этот солдат неудачи.

— Ты должен сделать это сам как мой жрец.

— Жрец…

— Погляди на его воспоминания… Что он и его приятели вытворяли…

Вспышка боли и перед глазами мелькают воспоминания зомбированного полицая. Вот они избивают до полусмерти молодую женщину, пытаясь выбить показания.

Кадр меняется. Теперь мы посреди какого-то огороженного двора, у стены на коленях стоят люди с надетыми мешками на головах. Полицаи подходили к каждому из заключенных и вышибали им мозги, без совести, без сожаления.

Щелк. Вот они вывозят за город очередного несогласного с оккупационной властью, нет бы просто прикопать, так они начали загонять его словно дичь…

— Все, хватит!

Я ткнул полицая ножом в горло. В лицо брызнула струя горячей крови, в тот же миг гипноз богини спал и этот нелюдь снова стал собой. В его глазах я прочитал панический страх и нежелание умирать… Поздно же дружок ты одумался.

Каратель издал хрип, схватился за горло. Его попытки остановить кровь ни к чему не привели, перерезанная сонная артерия для человека верная смерть.

Та же пренеприятная процедура была проведена и с остальными его друзьями. С каждым убитым ощущал небывалый прилив сил, мое тело переполняла некая энергия. Глядя на собственные окровавленные руки я не верил, что смог сотворить подобное.

— Теперь ты довольна?

— О, да, это был как глоток воды в пустыне.

Оружие убийства выпало из моих дрожащих рук на асфальт.

— А вот эту вещицу советую оставить при себе.

— С чего вдруг?

— Атаме.

— Не понял.

— Жертвенный клинок, обладающий магической силой. Когда этот нож отберет достаточно жизней, он приобретет необычные свойства..

— Скольких мне придется еще убить таким способом?

— Десятки, сотни, тысячи… Честно признаться, не знаю, за последние тысячелетия Сила на Земле иссякла.

— Нужно уходить. И чем быстрее, тем лучше.

Добраться до Владивостока оказалось легче, чем думал. Внушение без особых проблем помогло миновать все посты, на которых останавливали.

— Вам не нужны наши документы. Все в порядке.

— Нам не нужны ваши документы. Все в порядке. — Повторил очередной зомбированный полицай на въезде в город.

— Мы можем проезжать?

— Проезжайте. — махнул рукой боец.

Я облегченно выдохнул. Да я прям Оби Ван из знаменитой киносаги. Если так пойдет и дальше, мы сможем свернуть горы, в прямом смысле. Не будем пока торопиться, нужно все как следует обдумать.

— Эй, дядя, — обратился я к водителю грузовика. — Ты во Владивостоке проживаешь?

— Да. У меня квартира здесь.

— Живешь один?

— Один. Жена умерла три года назад.

— Сегодня мне повезло… Едем к тебе…

На дворе стояла глубокая ночь и мне было совсем не до сна. Мучил вопрос по поводу дальнейших действий. Временное пристанище в однокомнатной квартире дяди Сережи нашел, но не буду же я вечно обитать тут. Нужно двигаться дальше. Нужен план…

Стоя на балконе седьмого этажа и наблюдая за ночным городом, я обратился к своей компаньонке:

— Нужен твой совет.

— Какого рода?

— Ты говорила, мы изменим мир. Но я даже не знаю с чего начать… Да что там начать, я даже не представляю себя в этой роли.

— Если не мы, то кто? Хочешь, чтобы и дальше судьбы человечества решала шайка алчных богачей? Мы можем сделать этот мир лучше.

— У нас есть поговорка… Благими намерениями выстлана дорога в ад.

— Необязательно. Если ты четко представляешь себе цель, то она стоит принесенных жертв.

— Допустим, нам удастся устранить тех, кто портит жизнь человечеству. Что делать дальше? Свято место пусто не бывает, на место одних угнетателей рано или поздно придут другие. Это не изменить, такова уж человеческая природа.

— А мы сделаем так, что угнетатели больше не появятся…

— Каким образом? Превратив людей в бездумных зомби? Пожалуй, это еще хуже нынешнего мироустройства.

— Нет, будем действовать тоньше. Может я отсутствовала на земле последние двадцать веков, человеческая суть ни капли не изменилась. Зная сильные и слабые стороны людей, можно легко ими управлять и без магии.

— Я могу задавать тебе любые вопросы или есть тайны, которые мне не следует знать?

— Мне скрывать нечего.

— Где ты обитала до прихода сюда? Откуда вообще появилась?

— Сначала отвечу на второй вопрос. Тех, кого вы называете богами, демонами, духами порождает сам мир. Они существуют параллельно с вами, человеческое восприятие редко способно увидеть теневую сторону реальности, но когда такое происходит, общение с потусторонним обычно заканчивается для неподготовленных людей крайне печально.

В первый раз я осознала себя еще на заре зарождения человеческой культуры… в Бронзовый век. Я питалась человеческими злобой, ненавистью, смертями, сеяла войны и раздоры по всему миру, находя это увлекательным занятием. Но время было неумолимо, как оказалось, даже боги взрослеют, мне надоели игры с человеческими судьбами.

Я, как и некоторые мои собратья, решила сама снизойти в мир людей и пожить их жизнью… После пятисот лет существования в смертных обличиях, я обзавелась жрецами и верующими, в обмен на молитвы, жертвоприношения я даровала им частицу своих сил. Две тысячи лет назад все резко поменялось…

— Что произошло?

— Взрыв сверхновой, изменивший течения вселенского эфира — самой основы нашего существования. Сила на Земле начала иссякать. Для обычных людей и подавляющего числа живых форм это прошло незамеченным, для волшебных созданий настал закат их эпохи. Кто-то, кто имел возможность, отправился к далеким звездам искать себе новый дом, те же, кто не мог покинуть Землю, со временем погибли либо погрузились в спячку в надежде когда-нибудь вновь проснуться.

— Зачем вернулась ты?

— Тот мир, в котором я обосновалась, подвергся вторжению чрезвычайно агрессивной инопланетной цивилизации, называющей себя ахатум. Они словно саранча захватывают одну планету за другой, колонизируют, выкачивают из них все соки, а коренных обитателей истребляют либо, в лучшем случае, превращают в бесправных рабов, если те оказываются полезными и используют в качестве источника… биоматериала.

— Боги, иные миры… пожалуй, слишком много информации за раз.

— Масштаб угрозы настолько велик, что ты вообразить себе не можешь. — От ее интонации у меня внутри все похолодело. — За два миллиона лет с момента выхода в космос ахатум успели поглотить все обитаемые миры галактического ядра… И теперь начали продвигаться дальше… Они убеждены, что их истинное предназначение и цель — править вселенной.

— Дай угадаю, — спросил я побледневшим голосом. — На очереди Земля?

— Повезло, что мы пока не представляем для них проблемы и не являемся первостепенной целью, поэтому они не спешат, но да… Совсем скоро прибудут их основные силы вторжения. Пока же, судя по всему, их лазутчики готовят для этого почву… плацдарм для атаки, говоря по-военному. Действуют они по давно отработанной стратегии: прилетают разведчики, оценивают уровень развития аборигенов, внедряются в правящую элиту наиболее мощного племени, общности, государства, империи, не важно… подчиняют их своему влиянию и начинают с помощью самих же обитателей планеты устранять конкурентов. Обычно к моменту прибытия колонизаторов мир находится в руках ставленников ахатум и не способен оказать сопротивления, в редких случаях приходится действовать силой и перебрасывать крупные военные силы к непокорным планетам… Но даже в этом случае туземцы обречены, ахатум обладают колоссальным военным опытом, в распоряжении имеются знания тысяч покоренных народов, их легионы неисчислимы. Они также не брезгуют использовать и то, что вы называете магией или парапсихическими навыками.

— Значит, шансов нет?

— Шансы есть всегда, надо только их видеть.

— Я сомневаюсь, что Земля в состоянии организовать хоть какой-нибудь отпор этим ахатумам… Мы даже в космос толком не успели выйти, а те, блин, полгалактики покорили.

— Несмотря на всю их мощь, у ахатум тоже есть слабые места. И мы их используем. В первую очередь займемся лазутчиками чужих. Что скажешь?

— Какая судьба ждет человечество в случае проигрыша?

— Истребление, человечество как вид перестанет существовать, основную часть популяции истребят, остальных используют в качестве источника генетического материала. Для адаптации к условиям покоренных планет ахатум часто прибегают к выведению полукровок. Жители покоренных миров зачастую с ликованием приветствовали так называемое единение.

— Говоришь, они организовали пятую колонну у нас…

— Пришельцы наверняка пообещали богатым мира сего власть и бессмертие в обмен на беспрекословное подчинение.

— И, следуя твоей логике, их главная цель — вывести из игры основных конкурентов. С китайцами разобрались, осталась только Россию додавить…

— Только твой народ обладает теми качествами, которые могли бы объединить народы Земли.

— Я принял решение по поводу дальнейших шагов. — Заявил с твердой уверенностью в голосе. — В ДВР нам делать нечего, уничтожение оккупантов здесь ничего не даст. Нужно ударить в самое сердце врага. Отправимся в Америку.

— Вот теперь в тебе говорит воин, а не перепуганный мальчишка.

— Телепортацию осилишь?

— Не дальше, чем до линии горизонта. Придется искать другие способы перемещения… Самолетом или на корабле.

— Самолетом не вариант. У меня нет документов, гражданства, индивидуального чипа, плюс я нахожусь в списке опасных террористов. В аэропорту стоят камеры видеонаблюдения, компьютерная программа быстро распознает мое лицо, как ни прячь его. Про деньги на билет и грин-карту вообще молчу… Попытаем счастье на корабле. Благо морские порты никто пока не додумался закрыть. — Я на минуту задумался, переваривая полученную информацию. — И да, сколько времени осталось до их прибытия?

— Лет сорок-пятьдесят максимум.

— Не густо…

Прошло пять дней с момента, повернувшего мою жизнь на сто восемьдесят градусов, и вот я уже пересекаю Тихий океан на борту десантного транспорта типа «Сан-Антонио», принадлежащего ВМС США. Корабль вместе с шестью сотнями американских морских пехотинцев следует в порт Сан-Диего, где находится крупная база Тихоокеанского флота Штатов. С новоприобретёнными способностями провернуть все не составило особых сложностей. Сперва выцепил в городе нескольких американских военных и, применив гипноз, подробно расспросил их о ближайших рейсах в США.

Затем переждал три дня на квартире у дяди Сережи, после чего незамеченным пробрался в порт, промыв мозги всем, кто начинал задавать вопросы касаемо нахождения неустановленной личности, пробрался на военный транспорт.

Здесь я нахожусь подобно призраку — никто даже не пошевелился предпринять меры в связи с тем, что по кораблю свободно разгуливает вражеский диверсант. Мара объяснила, что применила фокус под названием отведение глаз. Люди видят меня, но не обращают внимания. Поразительно, но я спокойно ел в столовке, принимал душ, спал в одной каюте рядом с моряками, а те даже косо не посмотрели на меня.

Впереди еще тридцать дней пути через Тихий океан, плюс день с дозаправкой на Гавайях. Никогда не думал, что когда-нибудь буду так страдать от безделья. И поговорить кроме Эриды не с кем, с американцами заводить пустые беседы не рисковал, я старался сидеть тише воды ниже травы, не засвечиваясь. Сойдя на американской земле, мы пойдем искать союзников, богиня посоветовала для начала навестить местных индейцев.

Среди них, по словам Эриды, с большей долей вероятности окажутся одаренные, которых можно использовать. Многие из них наверняка захотят поквитаться с бледнолицыми захватчиками, кто сотни лет назад присвоил исконные индейские земли себе, кто безжалостно истреблял краснокожих, а оставшихся загнал в резервации. В отличие от многих североамериканские индейцы помнят свою историю и чтят предков.

Если удастся переманить краснокожих, дальше будет легче, только на аборигенах останавливаться не собираюсь. Я буду публично демонстрировать реальные чудеса вроде хождения по воде, исцеления больных и воскрешения недавно умерших. Люди должны пойти за мной, как овцы за пастухом… Когда к нашим ногам падет миллион-другой, можно будет начинать представление. Неповиновение властям, вооруженные мятежи, беспорядки — это станет началом конца очередного мирового гегемона. Во всяком случае, это пока рабочий план, который в любой момент можно подкорректировать и изменить.

С развлечениями на корабле было не густо — любование закатами, телевизор в каюте для отдыха, да оттачивание психокинеза, чем я сейчас и занимался, запершись в подсобном помещении.

— Сосредоточься еще раз. Отбрось посторонние мысли. Не думай ни о чем.

— Не получается.

Третий час сижу на полу, передо мной три бутылки с чистящим средством для пола, я пытаюсь силой лишь собственной мысли сдвинуть их хоть на миллиметр.

— Старайся. У тебя должно получиться. Иначе что ты будешь делать, когда я покину твое тело? Без умения обращаться с Даром ты не только не сможешь защититься, но лишишься рассудка!

— Да елки палки, я тут который час словно дятел о танковую броню долблюсь! Сколько можно? Есть другой способ?

— Есть, но он сопряжен с огромным риском.

— В чем он заключается?

— В слиянии разумов, на мгновение ты станешь мной, а я тобой. Я наглядно покажу тебе в этом состоянии как управлять Силой, если и оно не поможет, то ты безнадежный дурак…

— Действуй.

— Помни, что слияние чрезвычайно опасно в первую очередь для тебя. Разум обычного человека рискует впасть в безумие после прямого ментального контакта с существом моего уровня. Я оградила свое сознание от твоего, но при снятии барьера полушария мозга начнут взаимодействовать друг с другом активнее, ты это почувствуешь сразу.

— Я готов.

— Выбор твой.

В моей голове разорвалась бомба, не иначе, как атомная. Перед глазами поплыли круги, и окружающий мир невероятно преобразился. Я погрузился в океан новых ощущений, кажется, теперь стало доступно шестое дополнительное чувство. Невероятно… невозможно… невообразимо! Нет слов, чтобы в достаточной мере описать. Обострившееся чутье улавливало то, что обычно скрыто от большинства людей. Я могу ощущать колебания электромагнитного и гравитационного полей планеты, видеть переливающиеся цветными оттенками биополя сотен людей на корабле, читать их мысли, при желании манипулировать ими. Это лишь малая часть потенциальных возможностей. Я внимательнее пригляделся к тонким синим линиям на потолке, полу и стенах. Бегущее по проводам электричество — дошло до меня. Перевожу взгляд на собственные руки… Боже, да я атомный реактор по сравнению с остальными людьми! Аура сияет ослепительным багрово-черным оттенком, вместо нормальной смеси из синего и фиолетового цветов. Мое тело является живым конденсатором энергии, помимо вырабатывания собственной оно не забывает впитывать силу отовсюду — от людей, от электроприборов, из окружающего мира.

— Что за хрень!?

Мое собственное «я» начало сливаться с личностью Эриды, она могла бы, не поморщившись, пожрать мою личность, однако не стала полностью лишать самосознания. Интересно… Взявшая штурвал в свои руки богиня абстрагировалась от окружающего мира, звуки, запахи, образы померкли, вместо них на первый план вышли пронизывающий буквально все потоки Силы. Вот он, пресловутый вселенский эфир, существование которого в свое время не признала официальная наука. Эфирная субстанция пронизывает буквально все и мы, сами того не подозревая, обладаем способностью манипулировать им.

Как же это просто. Главное почувствовать Силу и отдать ее мысленный приказ. После чего в эфире возникают колебания и физическая материя, точнее ее свойства, атомарная структура, под их воздействием изменяется. В нашем случае емкости с отбеливателем подпрыгнули и зависли в воздухе. В тот же миг мир вернулся в изначальное состояние.

— Фу-х, ну и ну… Даже конопля не дает такого эффекта…

— Ты понял, как манипулировать эфиром?

— Естественно, после такого попробуй не пойми.

— Повтори опыт.

Я предпринял новую попытку, смотря на объекты для опытов уже совсем с иного ракурса. Одна из бутылок на добрый десяток сантиметров сдвинулась влево. Не совсем то, что ожидал, вместо легкого управления эфирными «струнами» у меня получилось их лишь слегка зацепить.

— Фигово получилось.

— Прекрасно получилось. Для первого раза. Тебе удалось нащупать эфир и даже повлиять на него.

— Ты же говорила, мне не стать магом.

— Полноценным магом, но даже того, чему я смогу научить тебя хватит сполна. Главный принцип использование Силы ты понял, остальное пойдет легче…

— Это… — не получалось подобрать подходящие слова. — Хочу спросить… В это мгновение, когда мой разум коснулся твоего, я успел кое-что ощутить… И одного не понимаю…

— Да?

— Ты возишься со мной как с маленьким ребенком, все объясняешь, показываешь, ни разу не злилась типа «ты меня достал смертный своим нытьем». Не очень-то похоже на потустороннего демона, жрущего души, причиняющего смерти и страдания. Мне есть, чего опасаться? — Ответа не последовала, будто бы Мара тщательно обдумывала мои слова. — Ты там жива?

— Я тебя выбрала не случайно… слова про сильный Дар не совсем соответствуют истине. По правде говоря, я могла найти десяток других одаренных поспособнее тебя и с более высокой мотивацией…

— Но выбор пал на меня. Почему? Чем я привлек внимание высшей силы в твоем лице?

— Мы были знакомы… когда-то в далеком прошлом…

— То есть? Как мы могли быть знакомы за тысячи лет до моего рождения?

— После смерти слабые души растворяются в некросфере, сильные способны сохранить целостность своей сущности и перерождаться.

— И кем я был?

— Много кем. Воином, жрецом, рыбаком, пастухом, землепашцем…

— Ну… блин… Не знаю, что и сказать.

— Ничего не говори. Каждый твой поступок, мысль, слово, говорят о том, что выбор сделан верный… Ты в смятении… что ж, понимаю.

— Да я о подобном раньше не сильно задумывался. Выходит буддисты правы?

— В каждой сказке, есть доля правды. Это сейчас у вас век технологий, процветает материализм, поэтому тебе так трудно свыкнуться с мыслью, что существуют вещи, пока не объясненные вашей наукой. Хотя с другой стороны, следуя по пути научного познания можно порой достичь куда большего, чем с помощью магии.

За все то время, что я провел, партизаня в лесах Приморья, многое в мире успело поменяться. В основном, в худшую сторону. Сидя перед телевизором в кают-компании, я решил наверстать упущенное, попутно не уставая поражаться, насколько близко подобралась белая полярная лисичка. Мир разваливается на глазах. Войны, эпидемии, природные катаклизмы, бедствия, голод…

Ну, с Африкой понятно, ничего удивительного — там постоянно что-то неладное творится. Единственное, в последние годы то и дело вспыхивают странные эпидемии. То бедных негров выкашивает вирус Эбола, то начинается вспышка ближневосточного короновируса или новой разновидности гриппа. Население черного континента успело подсократиться на добрые шестьдесят миллионов человек.

В нашей родной Евразии дела обстоят немногим лучше, чем на родине жирафов и слонов. Гражданская война в Китае, начавшаяся после того, как верхушка КПК не поделила власть. От России осталось лишь одно название, да и его, впрочем, отдельные «светлые» личности хотят запретить как неполиткорректное. Видите ли, попахивает шовинизмом и фашизмом… Некогда великая страна искусственно расколота на десяток или около того марионеточных республик типа Маньчжоу Го. Республики Московия, Чувашия, Мордовия, Татарстан, бандитские халифаты и имараты на Каказе, Сибирская республика, и, конечно же, Дальневосточная Республика, практически превратившаяся в американскую колонию, в полном смысле этого слова. У янки на континенте Йеллоустоунская кальдера шалит, грозясь рвануть в любой момент, вот они постепенно переселяют народ из Америки в Азию и южную Африку.

От того, что происходит на территориях бывшей России и СНГ хочется рыдать кровавыми слезами. Приведенные Западом к власти нелюди, по-другому назвать нельзя, осуществляют планомерный геноцид в стремлении сократить численность населения до пятнадцати миллионов человек. Люди от голода, холода, болезней вымирают громадными темпами, вероятно, даже большими, чем в Африке. Новые демократические власти после цветной революции 2031 года окончательно добили здравоохранение, образование, экономику, промышленность, теперь электричество и вода в доме, работающая больница — роскошь, которую могут позволить себе лишь избранные. ДВР в этом плане исключение — с уровнем жизни дела обстоят чуть лучше, по крайней мере, трупы на улицах не валяются.

Обидно, но большая часть людей оказались пассивными амебами, не желающими замечать происходящее. У них на родине хозяйничают транснациональные компании и иностранные интервенты, а они голову в песок сунули и будто ничего не происходит…

Хотя с выводами я поспешил. Наверное, не все еще потеряно.

Оказывается, крупный центр сопротивления действует на Урале и в Западной Сибири, канал CNN их назвал русскими фашистами. Со слов западных СМИ террористическая группировка Народная Освободительная Армия России является кучкой бандитов, угрожающих стабильности в регионе и что с ними скоро будет покончено, естественно, не без помощи доблестных USMC и миротворческого контингента НАТО.

У меня возник резонный вопрос. Если НОАР это всего лишь кучка бандитов, то каким образом они за последние месяцы сумели выбить интервентов из Ижевска, Ульяновска, Казани и начали развивать наступление на Москву на западе и на Иркутск на востоке? Как я понял, средства массовой информации стараются не особо акцентировать внимание на успехах НОАР, представляя все так, будто идет не масштабная война, а так, локальная пострелушка. Нужен доступ в Интернет, может хоть с ним удастся выстроить более или менее достоверную картину происходящего. Зомбоящик слишком сильно искажает информацию, перевирает и замалчивает факты. Сюжету про НОАР было уделено от силы две-три минуты эфирного времени ближе к концу новостной программы. В ДВР про это вообще почти не говорили, не считая некоторых просачивающихся слухов. Информационное пространство очень жестко фильтруется. На первом месте у них репортажи про выход очередного голливудского блокбастера и новых «достижениях» российской демократии вроде парада гомосеков на Красной Площади. Смотреть противно… Слишком долго я жил в берлоге, все эти годы мы лишь смутно знали о тех, кто оказывает захватчикам реальный организованный отпор.

— Вот видишь, есть смысл бороться. Надежда умирает последней.

— Блин, знал бы про заварушку в центральной России, рванул бы туда! На фронте от меня пользы больше будет!

— Нужно лечить не симптомы болезни, а ее причину. Убей мы хоть сотню или тысячу вражеских солдат, по большему счету ничего не изменится. Отсечением голов эту гидру не убить, нужно ударить прямо ей в сердце. Верно?

— В принципе да.

— А где у нее находится сердце?

— Вашингтон, Лондон, Женева, Брюссель… Там сидят все те, кто ответственен за этот ад на Земле.

— Вот тебе совет, меньше оглядывайся назад, всегда иди вперед. Не жалей о своих ошибках, в конце концов, что сделано, то сделано. Мы попытаемся ослабить мирового гегемона либо, если получится, вовсе уничтожим его.

— Я понял.

— Прекрасно понимаю, тебе не терпится применить грубую силу, однако я всегда действовала путем интриг, обмана, подстрекательства… Таким образом, я разрушила не один десяток великих царств древности. И мои методы были намного эффективнее.

— Как-то читал про Троянскую войну и яблоко раздора. Твоих рук дело?

— Нет, к тому времени я уже перестала заниматься такими глупостями. Троянскую войну развязали люди.

— Интересно, Ахилл действительно был таким неуязвимым, как говорится в мифах?

— Смысл и содержание многих легенд исказилось, но да. От браков между богами и смертными рождались люди с необычными качествами. Одни могли видеть будущее, вторые умели мгновенно перемещаться на огромные расстояния, Ахиллесу же досталась крепкие плоть и кости. Достаточно крепкие, чтобы выдержать удар мечом или попадание стрелы.

— И, тем не менее, его застрелил Парис. В пятку.

— Глупость. Стрела, выпущенная каким-то безымянным воином со стен Трои попала Ахиллесу в шею, и тот впоследствии захлебнулся собственной кровью. Совсем другой вопрос заключался в том, кто заколдовал ту стрелу. Ахиллес нажил много врагов.

— Веселые времена были…

— Ровно до тех пор, пока Сила не начала иссякать. До великих перемен человечество делило мир с другими разумными существами из плоти и крови. Русалки в морях, лешие в лесах, драконы в небесах никого в ту пору не удивляли. Ваши легенды возникли не на пустом месте. Но, к величайшему сожалению, почти все эти создания ушли, вымерли или погрузились в великий сон без особой надежды пробудиться когда-нибудь… Земля потеряла былое великолепие, превратившись в техногенную помойку на окраине галактики.»

— Не любишь технологии?

— Не то, чтобы они не нравились, нет, мне не нравится то, как вы их используете. Вы убиваете Землю, а она — живое существо и вечно терпеть нынешнее человечество не станет. Цивилизация в любом случае движется к закономерному концу, не уничтожите сами себя, значит, уничтожит какой-нибудь природный катаклизм, эпидемия или пришельцы.

— Других вариантов нет?

— Другой вариант это мы с тобой. Нынешняя цивилизация находится на перепутье двух дорог: либо она одумается и изменится, либо будет отброшена в каменный век обратно и придется начинать развитие заново. Из семи с половиной миллиардов человек выживет в лучшем случае пара процентов от этого числа… Хотя в свете нашествия ахатум это становится не столь важно. Мировое господство не самая трудная часть нашей работы, гораздо сложнее будет выстоять против пожирателей.

— Насколько я могу судить, эти инопланетяне, захватывающие галактику, намного опережают нас в развитии. Уместно ли говорить о достойном отпоре? Не хочется признавать, но мы вероятно будем выглядеть тараканами по сравнению с ними…

— Твои представления о них в корне неверны, они вряд ли станут перебрасывать гигантские космические армады к Земле и жечь города сорбиты, вместо этого они создадут пространственные порталы на поверхности и начнут присылать колонистов… или войска. В наземном противостоянии с ними шансы выстоять какое-то время имеются. Война для них не просто способ заполучить новые жизненные пространства, а также своеобразный спорт, где воины и полководцы стараются завоевать себе славу и трофеи.

— Что из себя представляют ахатум? На кого похожи?

— Множество подвидов существ, некоторые имеют схожие с людьми черты, а некоторые не похожи ни на одну из известных тебе живых форм. Ахатум заселили десятки тысяч самых систем — от миров, покрытых сплошным океаном, до атмосфер газовых гигантов. В основном отдают предпочтение планетам вроде Марса с низкой гравитацией и разряженной атмосферой, но Земля тоже подойдет.

— А их технологии?

— Люди будут сотни лет биться над разгадкой секретов ахатум.

— И как тогда предлагаешь воевать с таким врагом?

— Использовать все, что у нас имеется. Главное — не дать их лазутчикам создать устойчивый пространственный коридор на Земле, в таком мы выиграем еще лет десять, пока флот вторжения будет снаряжаться и добираться сюда. Ахатум предпочитают действовать по первому варианту, ведь второй слишком затратный.

— Пора начинать.

— Да, приступай.

Появление на горизонте суши стало сигналом к действию. Перед тем, как сойти на землю, я решил преподнести янки сюрприз. Тысяче девяноста шести людям, присутствующим на борту подписан смертный приговор. Меня абсолютно не волновало то, что предстоит совершить массовое убийство. Они — наемники, добровольно подписавшие контракт, а с ними у меня разговор короткий… Все члены экипажа, начиная простыми матросами и заканчивая капитаном, подлежат ликвидации.

Первой жертвой стал негр, проходивший мимо меня. Способ убийства я выбрал наименее затратный — вызывать мгновенное кровоизлияние в мозгу.

Вот картинка перед глазами поменялась, и я во всей красе увидел внутренние органы матроса. Небольшое мысленное усилие и кровеносные сосуды в головном мозге лопались один за другим, причиняя американцу сильнейшую боль. Мучился от обширного инсульта он недолго, полминуты стонал, а затем затих. Подбежавшие к скопытившемуся негру сослуживцы закончили аналогичным образом.

Итого четыре трупа.

— Да… дай выход своей ярости! — подначивала Мара. — Убьем всех! Впитаем их жизненную силу!

Чуть приглядевшись к скорчившимся человеческим телам, я обнаружил выходящую из них субстанцию синеватого цвета. Этот «дым» не рассеялся в окружающем пространстве, он вошел в меня, придав бодрости.

— Что это было?

— Биоэнергия, выражаясь вашей терминологией, генерируемая клетками в процессе жизнедеятельности. После смерти организма она постепенно рассеивается. Я умею поглощать ее.

— Стоять!!! Руки за голову!!! — донеслась английская речь с верхней палубы. Морячок нацелил на меня ствол М4, наивно полагая, будто огнестрельное оружие поможет. Невидимая сила подбросила американца вверх и затем резко впечатала в стальную палубу корабля. Мерзко хрустнули кости. Я мог только констатировать перелом шейных позвонков и проломленный череп, смерть пришла мгновенно.

— Пожалуй, с тебя хватит… — констатировала Мара, после чего перехватила управление телом, оставив меня в роли стороннего наблюдателя. Я мог слышать, видеть происходящее, но все движения контролировал сидящий внутри демон, иначе ее не назвать. Она виртуозно умерщвляла по пять, десять, двадцать человек за раз, стоило тем оказаться в радиусе двух десятков метров. Скрыться не мог никто, для восприятия Эриды металлические стены и переборки не преграда. Члены экипажа вели себя по-разному: те, у кого имелось оружие, пытались отстреливаться, вторые просто орали или пытались сбежать, третьи молились иудейскому богу или упрашивали пощадить. Мара высасывала каждого мужчину или женщину, попадавшуюся на пути, пол, не взирая на возраст, звание, цвет кожи. Она не применяла ментальное воздействие, позволяя жертвам превратиться в перепуганное неуправляемое стадо — эмоции, лучше всего страх, питали нас.

Я не знаю точного числа уничтоженных демоном людей, но наверняка оно уже перевалило за пять сотен, Мара сначала прошлась по жилым помещениям, отведав отдыхавшими юсовскими морпехами, следом убила пятьдесят человек в столовой вместе с поварами, затем резко сменила направление и двинулась к мостику. Американцы худо-бедно успели организоваться — подняли тревогу, задраили люки, выставили посты почти у каждого входа, вооруженные до зубов морпехи в касках, бронежилетах приступили к прочесыванию палуб. Смяв со скрипом телекинезом очередную запертую дверь, Мара ступила на мостик, где заперлись старшие офицеры с охраной. Шквал пуль ударил в нашу сторону, но долететь, как и в прошлые разы, не получилось. Все они со звоном попадали на пол, смятые о невидимую преграду. Посмевших открыть огонь людей тут же свалил инсульт. Старпом, видя все это, истерично вызывал помощь по рации, капитан же оказался не из робкого десятка. Американец бросился к лежащей на полу винтовке, Мара по какой-то причине не стала убивать его. Коммандера лишь слегка приложило головой о стену психокинетическим ударом. Старшему омощнику капитана демоница свернула шею. То, с какой жестокостью действовала Мара, меня до чертиков перепугало, боюсь представить последствия ее гнева на себе, если вдруг разозлю ее чем-то… Ясно одно — попытка свалить от нее подальше равносильно предательство, за которое последует расправа. Неожиданно способность управлять телом вновь вернулась.

Я стоял на мостике с десятком трупов под ногами, по радио отчаянно вызывали капитана «Портлэнда», чтобы тот доложил обстановку. К несчастью, коммандер Коул больше не сможет подойти к телефону.

— Почему ты не убила капитана?

— У этого человека необычайно сильная внутренняя сила, убить его обычным способом было-бы опрометчиво… Подойди к нему и крепко ухвати за руку или за ногу.

— Сделано.

— Приготовься, в первый раз бывают неприятные ощущения.

Перед глазами вспыхнули разноцветные звездочки.

— Офигеть можно! — Вот я уже стою на крыше какого-то небоскреба с открывающимся видом на океан. Прохладный ветерок обдувает лицо, в небе снуют крикливые чайки. Неподалеку от меня валяется бесчувственное тело капитана «Портлэнда». -Мы телепортировались!?

— Я впитала для этого достаточно энергии.

— То, что мы там учинили… нас будут искать. Все, кому не лень. Полиция, ФБР, АНБ, ЦРУ… Надо было довершить дело и ликвидировать остальной экипаж.

— Они все мертвы, перед самым прыжком я спровоцировала эфирный выброс, убивший остальной экипаж.

Я кивнул в сторону капитана:

— А с ним что?

— Нож при тебе?

— Что, опять!? — резать людей живьем отчего-то не было желания. — Можно без этого как-нибудь обойтись?

— Нельзя, в нем течет редкая разновидность праны. Он — особенный благодаря несгибаемой воле. Таких людей встречается один на сто тысяч. Я использую эту энергию для нашего усиления.

Я склонился над телом, приставил к его горлу нож.

— Нужно вырезать сердце. — У меня все похолодело внутри. — Так делали древние ацтеки, делавшие подношения своим богам. Ужасно грубый способ добыть силу, но вспомни, что стоит на кону!

— Глотки перерезать еще куда ни шло, но потрошить… И не проси!

Я чуял, что прямо сейчас нахожусь на перепутье. Сделаю это, обратного пути не будет — безвозвратно потеряю себя и собственную душу, шагнув в пропасть. Окончательно. Возможно, существует какой-то предел, после которого человек, пролив крови сверх меры, необратимо меняется. Права была бабка…

— Вспомни что стоит на кону!

— Я знаю… дай минуту собраться с мыслями…

— Смотри!

Мой разум снова наполнили видение, правда в отличие от первого раза приход получился несравненно более мощным. Перед глазами возникали картины чужого непохожего на Землю мира. Назывался он Рансакором. Небеса, имеющие бирюзовый оттенок, рассекали диковинные создания наподобие китов, скатов. Внизу до самого горизонта простирались фиолетовые джунгли на фоне которых возвышались циклопические сооружения пирамидальной формы. Кадр сменяется. Я вижу площадь с собравшейся на ней многотысячной толпой ящероподобных существ с дельфиньими физиономиями, с вершины одной из пирамид верховный жрец, держа в руке пергаментный свиток, зачитывал обращение к народу. Снова вспышка, мы снова находимся в том же месте, но через несколько недель. В городе шли кровопролитные бои с небесными демонами, для которых эта война — своеобразное охотничье сафари. Ахатум могли без труда выжечь Рансакор с орбиты, применить биологическое оружие, однако решили вступить в прямое наземное столкновение. Живого оружия и развитых пси-способностей оказалось недостаточно для успешного противостояния технике захватчиков. Сопротивление на Рансакоре было сломлено в течение месяца, а коренное население подвергнуто геноциду. Картины расправ воинов-ахатум над туземцами поражали своей жестокостью. Тех же, кого зверски не умертвили, использовали как источник биоматериала для создания способных жить в местных условиях гибридов. Когда видения закончились, я, чувствуя пустоту внутри, сел на голый бетон рядом с лежащим коммандером Коулом.

— В том мире ты обитала последние века?

— Да, я помогала сражаться… Но к сожалению шансов на победу у рансакорцев не было… оставалось либо погибнуть с ними либо бежать сюда.

— Погибнуть?

— Не думай, что боги всемогущи. Это далеко не так. Ахатум давно научились успешно истреблять подобных мне, загоняя словно дичь в лесу.

— В галактике хоть кто-нибудь смог оказать им достойный отпор?

— Я обещала быть с тобой честной, поэтому отвечу как есть: на сегодняшний день любые достаточно развитые цивилизации, пытавшиеся остановить экспансию ахатум, уничтожены. Против захватчиков создавались альянсы, сотни систем объединялись против общей угрозы, но все обратилось в пепел. Космическую саранчу никому не удалось остановить.

— Тогда зачем вся эта борьба, если финал предрешен?

— Лучше погибнуть сражаясь, чем покорно сдаться на милость врагу.

— Значит шансов совсем нет…

— Когда люди оказываются на грани гибели, они способны совершать невероятные вещи, особенно славянские народы. Россия победила Наполеона, выстояла и поднялась после Первой мировой и Гражданских войн, сломила хребет объединенной Европе в сорок пятом и не сдается теперь, когда против нее в открытую воют десятки государств.

— Хорошо… — Я достал из прихваченного на «Портлэнде» армейского рюкзака охотничий нож и приготовился осуществить изуверский ритуал. Находившийся без сознания коммандер Коул внезапно очнулся, в его широко распахнутых теперь глазах стоял смертельный ужас. Но поделать он ничего не мог, Мара обездвижила жертву, воздействуя на двигательные центры спинного и головного мозга. Расстегнув камуфляж и разрезав футболку, я снова остановился, совесть и здравый смысл призывали не делать этого.

— Может выключишь его, чтоб не мучился?

— Он должен пребывать в сознании до завершения ритуала, так выделится больше живой праны.

Помня о том, что стоит на кону я начал резать плоть живому человеку. Боюсь думать, какие мучения он испытывал, я ведь ни разу не хирург, мастерски орудующий скальпелем, и не ацтекский жрец, для которого отнять орган примерно как почистить кукурузу. Сначала разрезал кожу, неуклюжими, неумелыми движениями продрался сквозь жировую прослойку и грудные мышцы. Несколько минут возился с раздвиганием ребер, после чего сунул руки к бьющемуся сердцу и приступил к его изъятию. Стоило повредить крупные сосуды, мне в лицо брызнула струя горячей артериальной крови. Американец терпел экзекуцию не отключаясь ни на секунду от болевого шока, сила Мары держала сознание на плаву.

— Вот оно…

Мои окровавленные руки держали быстро угасающее человеческое сердце. Тук-тук-тук… Я ощущал последние биения жизни в нем и то, как в меня переходит заключенная в нем некая биоэнергетическая субстанция. Она сильно отличалась от той, что поглощалась раннее — более насыщенная.

— Молодец. — Вкрадчиво прошептала Мара. — Я не ошиблась в тебе.

Я взглянул на лицо американца с застывшим на нем выражением ужаса.

— Избавься от тела и перенеси нас куда-нибудь… подальше отсюда.

— Как пожелаешь.

— …Губернатор Калифорнии, господин Николас М. Престон заявил на заседании комиссии по размещению перемещённых лиц, что содержание заключённых в изоляционных лагерях врагов государства обходится слишком дорого бюджету штата, и призвал принять необходимые поправки в акте номер 5790. Они позволят использовать находящиеся в избытке человеческие ресурсы не только в качестве неквалифицированной рабочей силы, но и в качестве источника донорских органов и подопытных для различных медицинских исследований. Несмотря на протесты некоторых правозащитных организаций, председатель комиссии обещал вынести предложение губернатора штата на открытое обсуждение во время следующего заседания. К другим новостям.

— В администрации США тем временем активно продвигают идею о привлечении высшего командного состава так называемой «Национально-освободительной армии России» и ряд других русских военных, поддерживающих экстремистов, к международному трибуналу. Сегодня Госдеп США опубликовал новый список имен и фамилий из тринадцати членов генштаба и командиров наиболее крупных террористических формирований, которые могут предстать перед Международным трибуналом в Гааге в случае, если подтвердится их участие в репрессиях против украинцев, белорусов, дагестанцев, татар, чеченцев, азербайджанцев и других народностей, проживающих в бывших российских республиках и в пределах нынешней Российской Федерации, военнослужащих миротворческой миссии ООН, сотрудников территориальной полиции и правительственных чиновников. Об этом сообщил на брифинге в Вашингтоне официальный представитель госдепартамента США Пол Нильс, который огласил имена, фамилии звания и номера частей, возглавляемых бывшими русскими военными, среди которых названы два генерал-майора, шесть полковников и один подполковник и четыре майора. Соединенные Штаты Америки намерены оказать полное содействие Международному трибуналу в расследовании деятельности этих лиц, которые могут быть признаны виновными и приговорены к длительным срокам тюремного заключения в случае, если их участие в военных преступлениях или геноциде против мирного населения будет доказано. Генеральный секретарь НАТО Карл Лехнер также заявил сегодня, что альянс приложит максимальные усилия, чтобы все они были пойманы и предстали перед Международным судом в Гааге.

— Немецкое информационное агентство «Deutsche Presse-Agentur» сообщает, что сегодня cилы НАТО осуществили серию крупных налетов на территорию, контролируемую НОАР, в операции участвовало до двух сотен истребителей и бомбардировщиков, сброшены сотни корректируемых бомб. По стратегически объектам повстанцев на южном Урале было выпушено около двухсот крылатых и гиперзвуковых ракет морского базирования. В основном из акватории черноморского бассейна. Представители альянса опровергли сообщения о серьезных потерях в авиации — по их сообщениям, девяносто процентов самолетов, участвовавших в налете, вернулось на базы. НАТО, в свою очередь, заявляет, что в ходе операции было сбито пять повстанческих самолетов Су-50 и три МиГ-35. Генеральный секретарь НАТО Карл Лехнер заявил сегодня, что налеты авиации Североатлантического блока и всей миротворческой Коалиции будут продолжаться ровно до тех пор, пока террористические формирования НОАР не сложат оружие и в регионе не установится мир. По его мнению, операция достигла определенного успеха и будет продолжена после того, как военные эксперты и аналитики оценят результаты атаки. Лехнер также отметил, что НАТО пока продолжает ограничиваться поражением исключительно военных целей и что целенаправленные удары по жилым массивам, объектам гражданской инфраструктуры — намеренная дезинформации. Представители блока сообщают, что уточнение результатов удара проводится сейчас с помощью спутников и беспилотных самолетов-разведчиков.

Тем временем независимые итальянские военные эксперты заявляют, руководство североатлантического альянса в частности и миротворческой коалиции в целом совершили стратегическую ошибку, приняв поспешное решение о нанесении ударов авиацией и крылатыми ракетами в связи с резким обострением вооруженного конфликта на территории бывшей Российской Федерации в последние недели. По их мнению, было бы разумнее ограничиться отправкой в эти места только ограниченного контингента военной полиции Организации Объединенных Наций.

А теперь о погоде…

Я выключил проклятое радио, лишь бы не слушать это. Разгорающаяся ярость может заставить потерять контроль над собой, учитывая новоприобретенные способности это чревато проблемами. Не то чтобы я переживал за жизни простых американцев, просто привлекать к своей персоне лишнее внимание пока рано, не хватало хвоста из местных спецслужб. Хотя где-нибудь засветиться наверняка уже успел. Система тотальной слежки и контроля в США после принятия Акта о свободах в 2031 приобрела чудовищные масштабы. В сто крат хуже, чем у Оруэлла. Обязательное чипирование граждан и пребывающих на территории страны иностранцев, ДНК-сканеры на каждом шагу, никакой личной жизни — все перемещения, телефонные звонки, переписка, активность в интернете отслеживаются. Не удивлюсь, если завтра они создадут полицию мыслей. И ладно бы Запад устанавливал эти порядки у себя внутри, так нет же, лезут к другим, навязывая извращенные ценности нормальным людям. Там же, где не удается добиться желаемого экономическим давлением, разложить общество изнутри, всколыхнуть волну народного протеста и скинуть с его помощью неугодного царька, действуют силой. Как в случае с Россией. Пусть в 2031 организованный западными спецслужбами и предателями переворот удался, и они обезглавили власть в Кремле, в течение одного дня были убиты президент, часть министров, торжество новой демократии большая часть регионов отказалась поддержать. Сохранившая верность народу часть армии и флота организовала ожесточенный отпор «миротворцам» в лице продажной ООН и натовцам. Никто не ожидал чего-то подобного. Скоро пойдет четвертый год, как началась война. У нас нет нормальных союзников, которые бы поддерживали нас, нет тех огромных материальных и людских ресурсов, что были у СССР, тем не менее точку в этой истории ставить пока рано. Мало по малу русская армия отвоевывает у оккупантов захваченную территорию. Но хватит ли сил победить? США в любой момент могут применить ядерное оружие, а мы нет. В начала интервенции наши генералы грозились выпустить по штатам и Европе весь имеющихся в их распоряжении ядерный арсенал, если введение военного контингента НАТО не будет остановлено, и они сдержали обещание. Часть ракет, сумевших преодолеть ПРО упала на вражеские города, правда взрывов не произошло. Американцы с орбитальных спутников заранее чем-то облучали места хранения и базирования атомного оружия, в результате чего плутоний терял свои свойства. Никак пришельцы подсобили с технологией. Слова Мары полностью подтверждают теории конспирологов про заговор мировых финансовых и политических элит с представителями внеземной цивилизации.

Подумать только, правда всегда была у нас под носом, но мало кто всерьез ее воспринимал. Серые человечки, летающие тарелки, генетические опыты над людьми… Жуть.

— Смотри поворот не пропусти. — Предупредил голос Мары в голове. — Через полмили.

— Знаю.

Обладая пси-способностями угнать машину в Сан-Диего не составило труда, водитель сам отдал транспортное средство. Мне достался черный внедорожник «Субурбан» с полным баком топлива, шесть тысяч амеро наличными в заначке и пистолет «Беретта». Владельцем имущества оказался среднего разлива наркобарыгой, ехавший на разборку. Мы специально целый день караулили подобного кадра около дороги. Достать много наличных денег в США трудновато, большая часть расчетов осуществляется в электронном виде, а у меня нет ни кредитки, ни чипа. Проехав по автостраде еще полмили, я свернул в сторону индейской резервации Ринкон — так гласила табличка у дороги. Согласно информации из интернета, в ней проживает около полутора тысяч представителей племени луисеньо, там мы и начнем искать сторонников. Уверен, не все краснокожие довольны сложившимся положением вещей, и они хранят историческую память о том, что белые колонизаторы сделали с ними. В любом случае — один в поле не воин, для уничтожения Америки потребуются союзники из местных.

— А если мы не найдем тех, кто обладает даром?

— Не критично, лояльным нам людям и без Дара найдется применение.

— Я боюсь, они не смогут адекватно воспринять тебя. Все ж чудеса в наше время большая редкость.

— В Итхакву они поверят сразу. Гарантирую.

— В кого?

— Индейцы знают меня под именем Итхаква, Бог Белой Тишины, Бегущий Ветер. Адский демон, повелевающий холодом и снежными бурями.

— Почему именно Бог Белой Тишины, а не богиня? Или у вас нет четкого разделения полов?

— Изначально мы энергетическая форма жизни, значит бесполы, однако все больше общаясь с людьми мы переняли многие их черты, в частности, отождествление собственной личности с тем или иным полом. Для меня считать себя женщиной также привычно, как для тебя считать себя мужчиной.

— И все же в народе ты пользуешься дурной славой.

— Репутация вещь достаточно живучая… Хотя твои предки относились ко мне не хуже, чем, скажем, к Перуну или Велесу. Для славян я олицетворяла смерть, но не в качестве страшной старухи с косой, а как посредника между этим миром и некросферой.

— Что за некросфера? Что-то вроде чистилища?

— Место… нет, скорее метафизическая плоскость куда после физической смерти уходят души умерших живых существ, некоторые растворяются в ней, становясь частью Перворожденного, другие возвращаются во вселенную, переродившись в новом качестве.

— А кто…

— Такой Перворожденный? Творец, Создатель, первосущность, зародившаяся посреди великого Ничто и обретшая разум. Его пробуждение берет начало с момента, называемого вами Большим Взрывом. Мы все часть Его.

— Что ж он не даст подзатыльника ахатумам, если мы Его часть?

— Он стоит над миром, вне времени и пространства, понять его замыслы и логику не дано никому, он общается с нами языком жизненных обстоятельств, не вмешиваясь напрямую. Раз Создатель позволил расе ахатум существовать, значит так надо.

— Какой-то неправильный Создатель.

Резервация Ринкон частично располагалась на территории природного заповедника Хелхолл Каньон. Места здесь не очень обжитые, в основном невысокие горы, поросшие мелкими акациями. Изредка в поле зрения попадались ранчо, кое-кто предпочитал обитать в жилых фургонах, из последних вырастали целые поселения. Народ в целом живет ниже среднего, куда им до англосаксонских бюргеров, облюбовавших пригороды Сан-Диего. Коренных американцев загнали в резервации и оставил прозябать в нищенских условиях.

— Остановись, — настойчиво потребовала Мара. Вдоль дороги неспешно брел индейский мужчина лет тридцати с «Ремингтоном» на плече. Наверное, койотов отстреливал. — Достанем сведения из него.

Я снизил скорость и остановился как раз перед индейцем, который было насторожился при виде меня, но тут же его взгляд утратил осмысленность. Мара взломала бедному краснокожему мозги.

— Ну что?

— Подожди… ищу… вот оно, здесь есть тот, кто нам нужен. Езжай дальше, свернешь на втором повороте на проселочную дорогу, там через километра два увидишь старый белый трейлер.

Остаток пути занял от сил минут двадцать, Мара в памяти индейца узнала верное направление. Жертву моя компаньонка не убивала, ограничившись чисткой памяти, негоже убивать будущих союзников. Наш искомый объект проживал в старом жилом прицепе, судя по всему, он отшельник, раз поселился в такой глуши вдали от соплеменников. Старый индеец сидел на пороге дома и покуривал трубку. Смуглое лицо изъедено морщинами, седые волосы заплетены в хвост. На нем была старая одежда из потертых джинсов и поношенная черная куртка, по магазинам он ходит нечасто.

Увидев меня, дедуля отвлекся от курения и начал пристально меня изучать, прикидывая, зачем бледнолицый пожаловал к нему.

— И что ему сказать? Я русский партизан, в которого вселилась богиня, и мы вместе решили спасти мир?

— Примерно это, хотя советую для начала поздороваться.

— Он точно шаман?

— От него веет силой, а мысли закрыты для посторонних. Кое чем он владеет.

Я подошел к индейцу и поздоровался:

— Добрый вечер.

— Вы пришли ко мне верно? Могу узнать, зачем?

— Проще показать, чем рассказать. — Сказав это, я поднял ошалевшего деда в воздух на полметра. Он выронил трубку из рук, его глаза приобрели округлившуюся форму. Тренировки телекинеза не прошли даром, подержав индейца в воздухе с минуту, аккуратно опустил аборигена обратно.

— Ты… ты… где ты этому научился!? — Заикаясь проговорил отшельник, он оказался впечатлен и даже больше. Не было панической боязни, было жуткое удивление.

— Давайте присядем и обо все поговорим.

— Кто ты?

— Я прибыл сюда из России.

— Из России? Каким образом? Русских же чуть ли не врагами человечества объявили, в этой стране вам не дадут разгуливать на воле.

— Я обладаю кое-какими талантами, один из них я вам только что продемонстрировал.

— Как вы нашли меня?

— Вы знаете кто такой Итхаква?

— Любой наш ребенок знает… еще бы не знать, — почти оскорбился шаман. — Злой дух, повелевающий зимними бурями.

— Можете не верить, но я одержим им, точнее ею.

Краснокожий помотал головой:

— Не говори ерунды, сильные духи давно ушли из нашего мира.

— Ушли, но теперь вернулись.

— Откуда такая уверенность?

— Она практически вытащила меня с того света… Мара, можешь продемонстрировать как-нибудь свое присутствие?

— Ну раз ты настаиваешь…

От моего тела отделился черный клубящийся силуэт, принявший женские очертания. Для пущего эффекта призрачные глаза Мары зажглись зелеными огонькам. Увидев это, дед схватился за грудь, мотор не выдержал, однако моя компаньонка не дала старику сгинуть и предотвратила сердечный приступ.

— Теперь веришь? — От ее шепчущего голоса даже у меня прошел мороз по спине.

— Дда… Итхаква, — промямлил, стоя на коленях, заикающийся индеец. — Прости меня за неверие.

— Не стоит, Джодж. — Теперь Мара говорила нормальным голосом. — Я все прекрасно понимаю.

— Что… что ты от меня хочешь, Итхаква?

— Мне не нравится это прозвище, зови меня Марой. Что я хочу, объяснит мой друг.

Дух снова вернулся в мое тело, оставив нас с Джорджем один на один. Индеец ошарашенно уставился на меня.

— Она слишком ослаблена и истощена, чтобы долго сохранять зримое присутствие здесь. Поэтому, пока не восстановится и не подыщет новое тело, будет оставаться внутри меня.

— Как вы нашли меня?

— Мара за километры чует одаренных людей. Мы знали примерное направление, а с интернетом и телепатией найти вас было не трудно.

— Чем именно я привлек внимание Итх… — осекся Джордж. — Мары?

— Все просто, я хочу спасти свою страну, свой народ. Эти мрази на протяжении многих веков убивали и грабили более слабых. Ваш народ тоже сполна натерпелся от них, пора все исправлять.

— Про инопланетян рассказывать?

— Пока рано, он должен заслужить доверие.

— Вы приходите ко мне и предлагаете изменить мир… При всем моем уважении к вам и великому духу я не считаю, что можно уже что-либо изменить. Зло уже давно победило.

— Революции начинаются с малого. Вы новости недавние смотрели?

— Так инцидент с «Портлэндом» ваших рук дело!? — вскочил Джордж. — Вы в одиночку убили тысячу человек!

— Ну вообще убивали мы вдвоем. Надо же где-то брать Силу. Тоже самое я предлагаю и вам, не в обиду будет сказано, ваши познания в шаманизме и пляски с бубном у костра всего лишь детские фокусы по сравнению с открывающимися возможностями.

— Был бы я лет на тридцать моложе может и согласился бы.

— Скажи ему, вернуть молодость не проблема.

— Мара вернет вам молодость, даст новые возможности в обмен на помощь. Но знайте, обратного пути не будет, придется делать ужасные вещи.

— Хм, мне нужно все обдумать. Я дам ответ на закате сего дня… А пока можешь располагаться, отдохни. И как твое имя, парень?

— Никитой меня звать. И поесть чего-нибудь не найдется? С утра ничего в рот не брал.

— Да уж, на деда мы произвели впечатление.

— Старик, несмотря на свои таланты, сомневался в существовании духов и других потусторонних сущностей. Остальных убедить гораздо труднее.

— Но ты же показала себя в истинном облике и его сразу проняло.

— Подобный фокус с овеществлением своей энергетической сущности отнимает слишком много сил, неприемлемо много. Надо придумать что-то другое.

— Что другое? Современный представитель технологически развитого общества, я не говорю о всяких живущих в Африке неграх, воспитан таким образом, что до последнего будет стремиться найти рациональное объяснение. Нас с детства в школах приучают к материализму. Обыватель поверит в сверхъестественное только увидев все собственными глазами и то не факт. Сейчас дело до того дошло, что осязаемые голограммы делать научились.

— А ведь и вправду вырисовывается серьезная проблема, я до этого разговора не придавала ей особого значения.

— Все оказывается, не так просто как казалось, да?

— Просчеты случаются у всех.

— У тебя есть тысячелетний опыт в проведении интриг, сама рассказывала, как склоняла на свою сторону непреклонных вождей и фараонов.

— Времена были другие, тогда для люди считали окружающий их мир одушевленным, воспринимали проявления потусторонних сил как должное. Сейчас все стало верх ногами — рациональность стала во главе угла. Если что-то серьезно противоречит сложившимся научным теориям и ваша наука говорит «нет», значит этого просто не существует.

— С другой стороны люди ходят чудес, вон сколько до войны расплодилось всяких сект и шарлатанов-экстрасенсов. Народ стадами пер к ним на прием.

— Но по-настоящему мало кто верил. Пойми, Никита, мне не нужны миллионы безмозглых фанатиков, толку от них мало, нужны думающие люди. Вы отдаете мне излишки жизненной энергии, я в свою очередь собираю ее и перераспределяю между нуждающимися. Разумеется часть ее идет мне на пропитание.

— Насколько большая часть?

— Я привыкла оставлять себе треть.

— Хе, боги-коммерсанты…

— Это взаимовыгодный симбиоз между двумя разными формами жизни, а не жажда урвать кусок побольше.

— Да ладно, ты мне показала, что ничего человеческое богам не чуждо.

— Так было раньше, сейчас на кону стоит вопрос выживания.

Солнце клонилось к закату. На горизонте появился возвращающийся обратно индеец Джордж, полдня он где-то пропадал, обдумывая предложение Мары. Интересно, каков его ответ? Мысли его надежно, укрыты от постороннего шестого чувства, при попытке заглянуть в его разум словно наталкиваешься на кирпичную стену либо я просто хреновый телепат, учусь ведь только. Выражение лица шамана было непохоже ни на что, вероятно, мужик получил какое-то просветление.

— И что же вы решили, Джордж?

— Обратного пути не будет так ведь?

— Верно, и в жизни, и в смерти мы будем служить ей. Ваша душа отныне станет принадлежать ей, любое предательство карается самым жестким образом.

— Каким?

— Забвением. Вы перестанете существовать. — Шамана прошиб холодный пот. — Подумайте еще раз, нужно ли вам это?

Старик утвердительно кивнул:

— Обидно смотреть, куда катится наш мир, но если есть хоть малейший шанс исправить положение, то, черт возьми, я с вами! Мне терять нечего!

— Закатайте рукав и приготовьтесь.

— К чему? — снова спросил пожилой шаман, заворачивая куртку.

— К боли.

Я крепко взял Джорджа за левую руку, сразу запахло жаренным мясом и пошел дым. Старик скривился от обжигающей боли, но не закричал. Закончив, я отпустил его руку, на которой остался угольно-черный отпечаток ладони, что характерно не моей, а женской. Ожог быстро побледнел и исчез как ни в чем не бывало, на его месте осталась лишь здоровая смуглая кожа.

— Это какая-то метка…

— Так Мара будет знать где вы находитесь и сможет с вами держать связь на расстоянии. Ну и для контроля разумеется.

— Я понял. Есть какие-то правила, которые нельзя нарушать?

— Правило бойцовского клуба один: не говорить о бойцовском клубе, не упоминать нигде. В первое время мы действуем, соблюдая осторожность и конспирацию, пока не наберем достаточно сторонников.

Правило два: среди своих не должно быть никаких тайн и секретов.

Правило три: слово Мары — закон, ты не имеешь права его оспаривать, если нет весомых аргументов или причин.

Правило четыре: оставить в стороне понятия вроде бесценности человеческой жизни, невинных людях и прочем дерьме.

Правило пять: членство в клубе пожизненное и выйти из него можно только вперед ногами.

Правило шесть: верность — залог успеха.

— Я и не знала, что у нас есть определенные правила?

— Я импровизировал.

— Позаимствовав из кинофильма?

— Ага. Бойцовский клуб называется.

— Надо посмотреть.

Джордж, посмотрев на руку с меткой, спросил:

— Что дальше будем делать? Похитим президента, взорвем Белый Дом?

— Это подождет, для начала мы расширим коллектив, у вас должны быть знакомые вожди и старейшины. Созовем закрытое совещание, наберем добровольцев и начнем действовать. США должны быть разрушены.

Джордж слегка улыбнулся.

— Надеюсь у нас все получится… А ну-ка, — он повертел шеей и потрогал спину. — Боль прошла! Больше ничего не болит!

— Мара запустила в вашем организме процесс регенерации клеток, завтра проснетесь в теле здорового сорокалетнего мужчины.

— …иными словами у вас нет вменяемого объяснения произошедшему, господа, — директор АНБ Адам Роджерс был крайне недоволен, что предварительное расследование обстоятельств гибели всего экипажа «Портлэнда» не дало серьезных результатов. — Может стоит посмотреть над ситуацию, так сказать, с иного ракурса?

— Хотите сказать, сэр, что мы должны поверить в появившегося на борту демона, о котором в последние минуты радировали с судна?

— Нет, мистер Картер, я склоняюсь к версии с неким парапсихическим феноменом. Большинство экипажа умерло от остановки сердца или кровоизлияния в мозг, притом никаких следов отравляющих веществ, токсинов, химикатов ни в воздухе, ни в организмах жертв не найдено. Мы рассматривали версию с применением инфразвукового оружия русскими, однако ее быстро отмели. Хоть симптомы воздействия похожи: галлюцинации, паника, микротравмы мозга и других внутренних органов, характер этих повреждений совершенно иной. Убил их не инфразвук.

— Что же тогда?

— В шестидесятых годах прошлого века под руководством ЦРУ проводились кое-какие исследования с целью подтвердить или опровергнуть существование парапсихических способностей у человека, и если они действительно есть, поставить их на службу в интересах государства. В конечном счете результаты научной программы получили высший гриф секретности, но из того, что мне известно, среди подопытных нашлась пара-тройка индивидуумов с необычными талантами. Одни усилием воли могли влиять на психику людей, например, ввести их в состояние паники, заставить видеть галлюцинации, внушить определенные мысли либо вовсе убить. Вторые умели с достаточной точностью предсказывать ближайшее будущее, видеть на расстоянии, перемещать предметы силой мысли. Природу подобных способностей не смогли объяснить ни биологи, ни физики, что не помешало использовать одаренных для сбора разведданных, устранения наших врагов… К несчастью русские тоже добились определенных успехов в данной области, их исследования велись параллельно с нашими. Господа, мы имеем дело не просто с обычными диверсантами или террористами, а с чем-то намного более опасным и непредсказуемым. Кто знает, каков будет их дальнейший шаг, может завтра они заявятся в Белый дом и убьют президента.

Присутствовавшие на совещании люди были до мозга-костей скептиками, и привыкли доверять фактам, а не домыслам. Телекинез, телепатию большинство из присутствующих считали обычным шарлатанством, однако директор АНБ не тот человек, который станет устраивать подобные розыгрыши.

— Что вы предлагаете, сэр?

— Обращайте внимание на любые, подчеркиваю, любые сообщения о паранормальных явлениях будь то очередной одержимый либо полтергейст на кухне. Скорее всего виновником является человек или группа людей, обладающих громадным психическим потенциалом. При обнаружении соблюдать предельную осторожность.

— Как обезвреживать подобных террористов?

— Оставьте эту проблему… более компетентным людям. Ваша задача — найти вредителей и установить слежку, дело беру на личный контроль.

Большой двухметровый костер освещал непроглядную темноту мартовской ночи, вокруг которого по кругу расселся двадцать один человек, не считая Джорджа. Все они являлись представителями различных индейских племен с запада страны: луисеньо, навахо, апачи, юма, вашо. Я не ожидал, что для сбора потребуется меньше недели, стоило старому шаману дать сигнал и на него тут же откликнулись остальные его земляки. Индейцы оказались не так просты, как я думал. Стоило пустить слух о появлении могущественного духа на земле и они, побросав все дела, быстро примчались на встречу. Где-то в глубине я опасался того, что нас уже пасут американские спецслужбы, ведь инцидент с гибелью экипажа «Портлэнда» наделал шуму. Так называемая химическая атака затмила собой подрыв башен-близнецов в 2001 году, в США даже объявили недельный траур по погибшим военнослужащим. А президент Саманта Олдридж пообещала найти и наказать виновных в нападении российских диверсантов из НОАР. Ничего голубки, это только начало представления…

— Думаю, вы знаете, для чего мы здесь собрались, — обратился я к ожидающим чуда индейцам. — Попытаться изменить сложившееся положение дел, вернуть то, что по праву принадлежит вашему народу и избавить остальной мир от англосаксонской заразы. Громкие слова скажете вы… но не спешите кидать в меня камни и обвинять в шарлатанстве, я могу наглядно могу продемонстрировать силы, которыми наделила сидящая внутри меня сущность.

Индейцы замерли в предвкушении чего-то невероятного.

— Будь добр, Никита, продемонстрируй им, — попросил Джордж. — Некоторым из нас не хватает веры, слишком давно духи не являлись в этом мире.

— Да легко.

Языки пламени взметнулись вверх на несколько метров, создалось впечатление, будто в костер подлили канистру бензина. Но через несколько секунд из огня сформировалась женская фигура, окутанная синеватым ореолом. От такого эффектного появления индейцы вздрогнули, послышались удивленные возгласы от молодых представителей племен. Старики, кому от шестидесяти и более, сохранили буддийское спокойствие и каменные выражения лиц, хотя в головах витали мысли с примерным содержанием «Что за чертовщина?». Произведя впечатление Мара начала напрямую общаться с людьми при помощи телепатии:

— Вы знаете меня как Итхакву, Бога Белой Тишины… У меня много имен и ипостасей, незадолго до воцарения иудейского бога произошел космический катаклизм, нарушивший течение потоков вселенского эфира, Сила иссякла на Земле и боги покинули ее, отправившись к другим мирам. Теперь же, спустя два тысячелетия я вернулась в родной дом, то, что здесь происходит, меня крайне разочаровало. Люди отвернулись от заветов, по которым жили их предки и стали на путь саморазрушения… Я намереваюсь это изменить, и в одиночку не справиться, поэтому предлагаю выбор. Вы соглашаетесь служить мне, получаете метку и благословение, либо ваши души станут закуской… Выбирайте…

Индейцы озадаченно переглядывались друг с другом, не зная, как поступить. Сломали шаблон, называется Даже после продемонстрированного шоу некоторые отказывались верить в реальность происходящего, пытаясь найти рациональную версию, какой бы бредовой она не была.

— Я думал, мы не станем их запугивать.

— Нет времени убеждать каждого встречного. Ахатум почти добились успеха в установлении контроля над человеческой расой, нельзя медлить.

— Мара ты же говорила, у нас полвека в запасе есть.

— А у России нет, вы и так сражаетесь на два фронта, сил катастрофически не хватает, народ страдает от голода и болезней…

— Меньше слушай Си-Эн-Эн.

У костра, тем временем, установилась гробовая тишина, ни один индеец не решался что-либо сказать. Они испуганно замерли, ожидая своей участи.

— Чего притихли, языки проглотили? Она не любит долго ждать.

— Что от нас требуется конкретно великому духу? — осмелился выступить представитель племени навахо. — Поклонение? Жертвы?

— Верность и готовность проливать кровь, И, разумеется, жертвы, чем их больше, тем лучше… Наша цель — уничтожить США как государство и алчные корпорации, стоящие за спиной мирового гегемона. Мы станем наносить удар за ударом, пока Америка не падет. Бледнолицые господа умрут, а ваш народ снова станет хозяином своей земли.

— Я согласен.

— Я тоже…

— И я.

Четырнадцать из двадцати одного старейшин и вождей согласились принять предложение Мары. Ни сколько из-за страха смерти, сколько от отчаяния того, что делается с остатками краснокожих. Федеральное правительство последние годы сильно давит на племена, стремясь лишить хоть какого-то подобия независимости, на них оказывают давление и ненавязчиво просят отказаться от права на самоуправление. Недалек тот миг, когда индейцев объявят сепаратистами и сгноят в концлагерях как проживающих на территории США русских эмигрантов. Естественно, краснокожие прекрасно это понимают и в случае чего готовы оказать вооруженное сопротивление федералам.

— А вы? — обратился я к индейцам, пошедшим в отказ. В их головах читался страх перед неизведанным и боязнь проливать кровь. — Такое предложение дается раз в жизни, второго шанса не будет.

— Мы не согласны.

— Нужно все сначала обсудить.

— Мне каз… — договорить не дала Мара, перехватившая контроль на телом, мое сознание мигом отошло на второй план. С вытянутой вперед руки сорвался некий энергетический сгусток черного цвета, субстанция врезалась в грудь одного из непокорных индейцев. Тот вскрикнул, да тут же затих, магия за считанные секунды сожрала верхнюю часть туловища, оставив лишь дымящийся белый скелет. Остальные краснокожие побледнели от ужаса. Моими устами Мара снова обратилась к старейшинам:

— Примите мою метку или умрите!

Мда, не ожидал такого номера, она ни с того ни с сего так взяла и убила достаточно влиятельного старейшину из племени юма.

— Блядь, зачем!? Зачем ты это сделала!?

— Чтобы показать, кто я и насколько серьезны мои намерения.

— Номера с костром хватило бы! От запуганных людей толку немного.

— Я дала, как вы это называете, мотивацию. Метод кнута и пряника. Будут хорошо служить — получат награду, посмеют ослушаться — пополнят ряды нашего мертвого воинства.

— Мертвого воинства? Что ты задумала?

— Именно то, о чем ты подумал.

— Нее, невозможно.

— Забудь это слово… невозможно.

Первым ко мне подошел старик с длинными седыми волосами из племени навахо, закатав рукав куртки, они дал понять о готовности присягнуть на верность Моране. Побольше бы таких решительных людей было.

— Давай!

Болезненную процедуру с обжигающим прикосновением богини я повторил сорок шесть раз подряд, пометил вождей, старейшин, плюс их личных водителей и сопровождающих. Одни были настроены достаточно оптимистично, служат высшей силе как никак, другие остались подавленными, осознавая фактическое рабство у древнего демона. Метка Мары служит как поводок, резко снижает вероятность предательства, ослушания, в противном случае заточенная в ней сила убьет носителя, с другой стороны есть немало положительных моментов: пока адепт служит верно, клеймо служит оберегом от чужой магии, способно лечить болезни и раны, дает прирост физической и колдовской силы, позволяет чувствовать собратьев-культистов и связываться с ними на расстоянии.

— Меня ты также пометила?

— Нет, печать не твоем теле, а на душе. В случае смерти она не даст тебе покинуть пределы физического мира. Наша связь гораздо глубже, чем ты думаешь.

— То, что ты меня на короткий поводок посадила и сдохнуть не позволишь я уже понял.

— Никаких поводков.

— А если вдруг наши пути разойдутся и я предам?

Послышался смех в ответ.

— Тоже самое ты говорил три тысяч лет назад, прямо слово в слово… Но так ни разу и не предал.

— Это был не я.

— Твоя сущность немногим младше моей, просто ты не помнишь, плоть налагает кучу ограничений на сознание. Можно пробудить память хоть сейчас, но в итоге сойдешь с ума от раздвоения личности, ты перестанешь понимать, кем являешься.

— Пожалуй, мне неплохо живется и в нынешнем состоянии.

— Ты не готов открыть свое «я» и, вероятно, никогда не будешь.

Закончив с раздачей «благословений», я сказал… нет, приказал краснокожим разъезжаться по домам, передав необходимые инструкции. К концу недели они должны прислать сюда две дюжины крепких и надежных парней, готовых убивать бледнолицых. У Мары появился какой-то замысел, о котором она пока не спешит рассказывать, но по ее упоминанию мертвого воинства можно сделать выводы. Когда последнее авто со старейшинами уехало, мы с Джорджем остались сидеть у костра. Старый шаман заметно помолодел за последние дни, сгладились морщины, отступила седина, да и взгляд его стал не таким потерянным. О чем старик думал, осталось загадкой. В свои семьдесят два он после процедуры выглядел чуть за пятьдесят, не шибко много — молодильного яблока или источника в нашем распоряжении нет.

— Какие планы на завтра?

— Поеду в город по делам.

Переночевав в трейлере гостеприимного шамана, на утро я отправился обратно в Сан-Диего на отжатом у наркобарыги «Субурбане». Прежний владелец уже не заявит об угоне машины, даже если бы мог, Мара выпила его жизнь без остатка, а превратившееся в иссушенную мумию тело рассеяла в пыль, как и тело коммандера Коула. Странно, но об ужасном поступке с вырезанным человеческим сердцем вспоминаю без каких-либо эмоций, содроганий, угрызений совести, не мучают кошмары. Спал лучше младенца в ту ночь. Видать, та, с кем делю туловище подправила психику.

Всю дорогу я оглядывался по сторонам в поисках полицейских, ибо если остановят, пиши пропало — у меня ни документов, ни регистрации, говорю на английском со страшным акцентом. При задержании очередного нарушителя патрульные сообщают диспетчеру, вдобавок в округе установлено полно видеокамер. Расправа над служителем правопорядка ничего не даст, информация в любом случае распространится по полицейским каналам и меня начнут разыскивать. Так что, остается ехать со средней допустимой скоростью и соблюдать осторожность. На русских в штатах и западной Европе объявлена настоящая охота, кого не убивают при задержании, отправляют в изоляционные лагеря. Неожиданно мне в голову пришла занятная мысль.

— Мара, я тут подумал, ты можешь воздействовать на мозги людей, верно?

— Верно.

— А сумеешь также с электроникой поступить? Скажем, заставить этот GPS показывать другие координаты, так можно в сто раз облегчить себе жизнь. Больше не опасаться засветиться перед камерами.

— Хм, надо попробовать…

По дисплею, где отображалась карта Калифорнии, прошла рябь в виде тонких горизонтальных полос. Система не на шутку взбесилась, вылезали и исчезали окна настройки, голос автонавигатора выдавал какую-то невразумительную шизофазию.

— Сто метров, повернуть, назначения, пункт, двадцать…

— Я не понимаю этих шифров из единиц и нулей…

— Вон оно как значит… — результаты нашего небольшого эксперимента весьма обнадеживают. — Ничего, найдем тебе что-нибудь почитать про системы двоичного счисления. Разберешься, станешь лучшим хакером на планете.

Доехать до Сан-Антонио удалось без происшествий, копы не проявили ни малейшего интереса к моей персоне. Интересно, как долго будет благосклонна ветреная госпожа удача? Когда по наши души нагрянет ЦРУ или АНБ? При всем желании воевать в одиночку против мощнейшего государства планеты нереально, уничтожение экипажа «Портлэнда» обошлось Маре очень дорого. Она получила сил ненамного больше, чем потратила. Выброс психический энергии в окружающее пространство забрал поглощенную из сотен человек прану.

Больница Святой Санты Розы была одним из крупнейших лечебных учреждений в городе, по крайней мере так сказано в интернете. Спасибо латиносу, подарившему мне джип, пушку, наличку и неплохой смартфон с выходом в сеть. Для нас интерес представляла ни сколько сама больница, сколько ее морг, откуда Мара выйдет уже во плоти, главное подыскать подходящее туловище.

— Чего ждем? — сущность в голове изнывала от нетерпения заполучить мясной костюмчик, поэтому когда я припарковался на стоянке, она начала недовольно ворчать. — Пока тело на блюдечке поднесут?

— Потерпи, нужно все обдумать как следует. Нельзя торопиться.

— Да что тут обдумывать?

— Ну взломаешь ты мозги персоналу, исчезновение трупа по-любому не останется незамеченным. А если мы в поле зрения камер попадем, пиши пропало. Автоматическая система распознавания лиц мгновенно определит, что я не являюсь ни гражданином США, ни залетным туристом, вообще никем, даже идентификационного чипа-то нет. В таких случаях незарегистрированное лицо объявляется в розыск, может меня уже ищут.

— Как же сложно тут все…

— У тебя получилось воздействовать на электронику, сумеешь заставить ее выключиться?

— Достаточно прервать токи, попробуй.

Я достал из кармана телефон и попытался всмотреться в него, уловить бегущие внутри электроны. Получилось, расширенное восприятие позволяет улавливать куда больший диапазон электромагнитного спектра, плохо понимаю, как оно работает, но работает же. Электрические заряды в проводах, микросхемах, человеческом теле выглядели как тонкие синеватые нити, которые я попытался оборвать. В результате моих манипуляций мобильник последней модели вспыхнул словно спичка, оставив серьезные ожоги на ладони и пальцах.

— Зараза!

Мара быстро восстановила поврежденную кожу, я даже боль толком ощутить не успел.

— Бестолочь… ты вместо того, чтобы остановить токи, многократно усилил их.

— Хорошо, попробуй ты теперь.

Экран бортового компьютера, индикаторы спидометра погасли, радио замолчало и внедорожник превратился в груду мертвого железа.

— Вот как надо делать это.

— Значит за дело…

Покинув «Субурбана', я, стараясь сохранять спокойное выражение лица, пошел ко входу в больницу. В вестибюле к счастью находилось совсем немного людей и никто не обратил на меня пристального внимания, включая упершегося в телефон охранника. Видеокамер в ближайших помещениях со слов Мары можно было не бояться, она их на время отрубила.

— Здравствуйте, подскажите, как попасть в морг? Я на опознание… — полушепотом обратился я к медсестре на ресепшне. Мой русский акцент опасно выставлять напоказ, поэтому в качестве дополнительных мер предосторожности в ход пошло легкое телепатическое воздействие, призванное усыпить внимание жертвы. Через пять минут, когда чары рассеются, медсестры и не вспомнят обо мне.

— В лифте спуститесь на цокольный этаж. Там в первый кабинет направо пройдите…

— Большое спасибо.

Заведующий моргом патологоанатом упал в обморок еще до того, как я появился на пороге рабочего кабинета.

— В левом кармане халата. — Подсказала Мара. — Связка ключей.

— Что бы я без тебя делал… — Обожаю телепатию, с ней экономишь кучу времени, не приходится задавать кучу глупых вопросов. Выключенный доктор и не узнает сразу, что бесследно исчезло одно из тел.

— Валялся бы в виде окоченевшего трупа в лесу.

— Как смешно. — Пора завязывать разговаривать с ней вслух, со стороны это минимум выглядит странно. Где-то в глубине меня терзают сомнения по поводу реальности происходящего. Вдруг сейчас лежу под деревом, истекая кровью, а происходящее вокруг предсмертные галлюцинации?

— Тебе ничего не мерещится, успокойся наконец.

— Опять мысли читаешь.

— Невозможно их не читать, находясь в твоей бестолковой головушке.

— Надеюсь, после выселения ты перестанешь это делать, — сказал я, отпирая двери трупного хранилища. — Хочу по скорее избавиться от подобного соседства.

Здешняя атмосфера не добавляла позитивных мыслей, отовсюду веет запахом смерти, которой буквально пропитан воздух и стены морга. Если отстраниться от метафизики, скорее всего этим самым «запахом» является исходящее от мертвецов остаточное излучение неэлектромагнитной природы. Хорошо бы ее еще понять…

— Выбирай себе костюмчик! — указал я на секционные столы с прикрытыми человеческими телами, у кого-то уже успели поковыряться внутри, а кому-то только предстояла процедура аутопсии.

— Женское тело, чем моложе, тем лучше, желательно не вскрытое и не сильно поврежденное…

Мне пришлось обходить и разглядывать каждое мертвое туловище под простынями, принадлежавшее особям слабого пола. Тут были и старушенции под восемьдесят, довольно неприятное зрелище, и совсем дети, не достигшие десятилетнего возраста. Смерть приходит за любым в независимости от положения в обществе, достатка, добрый он или злой. Такова уж природа.

— Вот. — Указала Мара на тело девушки примерно двадцати пяти лет. Длинные темные волосы, красивое лицо, смугловатая кожа, говорящие о том, что в предках затесались негры. Мара в качестве нового вместилища выбрала метиску, что ж, меньше буду вызывать подозрений со стороны. — Прикоснись к ее лбу.

— Ну. — Дотронулся я холодного лба. — И что дальше?

— Нужно знать причину ее смерти. Информация в головном мозге сохраняется и после гибели тела.

— Понятно. И отчего она умерла? Я не вижу никаких видимых травм, даже вскрыть не успели.

— Посмотри вены на руках.

В названых Марой местах на локтевых изгибах виднелись многочисленные синяки и следы недавних уколов.

— Значит от передоза откинулась.

— Не совсем. Попробуй выяснить самостоятельно, как мой верховный жрец и будущий некромант ты обязан будешь уметь извлекать максимальную пользу из тел усопших. Снова положи ладонь на лоб, попытайся мысленно войти в ее разум, принцип примерно такой же, как у телепатии, которую ты неплохо осваиваешь. Правда, усилия для извлечения воспоминаний из мертвого требуются большие.

— Надеюсь, голова у нее не взорвется…

Перед глазами у меня начали проплывать обрывки воспоминаний из жизни покойной девушки: детство, школа, встречи с парнями, учеба в колледже, где данная фифа подсела на героин, исключение оттуда и дальнейшее скатывание по наклонной. Жалкое существование она закончила в каком-то притоне, захлебнувшись в собственной блевотине.

— Молодец, думала, с первого раза не получится.

— Глупая смерть.

— Прежняя хозяйка тела была крайне эгоистичным, слабовольным и инфантильным человеком, как и многие другие.

— И все же, почему ты решила заселиться в мертвое тело, а не живое?

— С живым возни больше, оно всеми правдами и неправдами будет сопротивляться захвату извне. А мертвое нет. Связь ее души с телом почти разорвалась, последние крохи жизненной праны стремительно улетучиваются, следовательно нет риска отторжения.

— Когда начинаем?

— Как будешь готов.

— Надеюсь с бубном плясать не придется, я его не захватил.

— Стой и наблюдай.

Каждой клеткой своего тела ощутил покидающую меня сущность Мары, со стороны это выглядело черными клубами дыма, исходящими с поверхности кожи. Я включил расширенное восприятие, интересно понаблюдать за процессом глазами колдуна. Эфирное тело богини в магическом диапазоне выглядело не лучшим образом — окутанный вуалью черного дыма, наблюдаемого невооруженным глазом, призрачный человекоподобный силуэт напротив меня испещрен своего рода рубцами и шрамами. Ее серьезно покалечили охотники ахатум, натасканные специально истреблять эфириалов.

Окончательно отделившись от меня, Мара приступила ко второму этапу операции — вселению в реципиента и его восстановлению. Незабываемое зрелище, сначала сущность слилась с телом, равномерно распределив свою энергию по телу, затем приступила к реанимации организма. Вот синие линии биоэлектрической активности появились в районе ствола головного мозга, распространились внутри головы и переместились в течение минуты в позвоночник, а оттуда по всему телу. Оживали омертвелые клетки, начало биться сердце, побежала обновленная кровь по венам, артериям, капиллярам. Тело пробила серия судорог. С точки зрения классической науки подобное абсолютно невозможно и противоречит известным законам биологии. Мара на первом этапе обучения объяснила, что любая физическая материя вторична, пространство вселенной пронизано особой субстанцией — эфиром. Древние земные философы и мудрецы называли ее пятым элементом, составляющим основу всего сущего. Как-то читал научно-популярные статьи про энергию физического вакуума и виртуальные частицы, жаль практически ничего не помню — пригодилось бы. Чем лучше понимаешь суть явления, тем больше можно найти способов его использовать. Эфирные или эфириалы достигли на этом поприще фантастических результатов, опять же со слов богини, во вселенной могут обитать другие более могущественные боги, способные гасить звезды.

Внезапно сотрясаемое конвульсиями тело резко поднялось и приняло сидячее положение, заставив меня отскочить назад. Ее легкие жадно глотали воздух, в открывшихся глазах не видно ни радужки, ни белка, только непроглядная чернота. Мара взглянула в мою сторону, отчего по спине прошелся холодок. Не каждый день воочию видишь настоящее воплощение смерти.

— Добро пожаловать в мир живых… что ли.

Воскресшая лишь слегка улыбнулась.

— Неужели ты по-прежнему боишься меня?

— Да не то, чтобы боюсь… видеть тебя во плоти, скажем так, странно. Я только сейчас окончательно убедился, что ты не поселившаяся в башке шиза.

— Нахождение внутри твоего тела позволило немного залечить полученные раны. Можно было осуществить насильственный захват, но ничего хорошего в итоге не вышло бы, твое добровольное согласие принесло огромную пользу нам двоим.

— А если бы я не согласился?

— Лучше и не думать.

— Ты неоднократно упоминала о нашем давнем знакомстве и знаешь… — Я на мгновение замолчал. — Почему-то этот взгляд кажется мне очень знакомым.

— Нередко из человеческого подсознания всплывает память прошлых воплощений, например какое-то ощущение или фрагменты воспоминаний. Нормальное явление.

— Кем я был для тебя? Жопой чую, не просто преданным служителем.

— Мужем или сыном… В каждой из жизней по-разному.

— Чего!?

— Это трудно понять жителю из двадцать первого века. Твой Род в незапамятные времена присягнул мне на верность, тесно связав свою судьбу со мной. На сегодняшний день ты последний из них…

— Постой, у меня же мать с дедом оставались живы…

— Их казнили якобы за соучастие в ряде террористических актов. Я нашла их уже мертвыми в братской могиле недалеко от города под названием Большой Камень… Там были десятки расстрелянных людей, обвиненных в несуществующих преступлениях. Извини, что только сейчас об этом говорю…

Впервые за несколько лет я позволил себе проронить слезу.

— Хорошее пополнение нам прислали.

— Действительно, к подбору кадров они подошли достаточно ответственно, — заметила Мара. — У шести из них хороший потенциал.

Перед нами словно на плацу в два ряда выстроились двадцать пять молодых парней из трех разных племен. Помеченные вожди и старейшины прислали нам бойцов, готовых на все ради светлого будущего для своего народа. Их с детства воспитывали не в американских, а в индейских традициях, вдалбливая в головы уважение к своим предкам, культуре, образу жизни, на выходе получились мотивированные можно сказать воины, питающие ненависть и презрение к тем, кто загнал краснокожих в резервации. За пределами резерваций эти люди считаются маргиналами, погрязшими в невежестве. Они даже чипы радиочастотной идентификации отказываются вживлять, поэтому покидать пределы родного округа они могут на свой страх и риск. В случае поимки индейцу без передатчика под кожей грозит длительный тюремный срок, видите ли угрозу нацбезобасности создают.

— И как они на помогут? Наделишь их силой как меня?

— Не совсем.

Шестое чувство зафиксировал резкое возмущение эфира в округе, вызванное Марой, направлено оно было на краснокожих. Индейцы один за другим падали на землю, схватившись за сердце, шансов выжить не осталось ни у кого. Сказать, что я поражен, значит не сказать ничего.

— Ты на кой черт это сделала!?

— О великий дух, зачем!? — испуганно схватился за голову Джордж. — Они бы верно служили тебе!

— Вы оба, замолчите, — властным голосом произнесла Мара. — Я ничего не делаю просто так. Каждый из них станет служить нам в новом качестве, не зная страха, сомнений, человеческих слабостей.

— Живыми мертвецами сделать их собираешься? — догадался я.

— Кем-то вроде Кощея, повелевавшего душами и телами мертвых, правда они будут не более, чем жалкими его подобиями.

— Я думал, Кощей Бессмертный это сказка.

Мара покачала головой.

— Нет, он жил примерно… во первой половине второго тысячелетия до нашей эры. Кощей являлся младшим сыном Чернобога, гадкая личность, пошел целиком в отца.

— Ты его знала?

— Более того, я помогла уничтожить дружинникам этого проклятого колдуна. — С нескрываемой злостью рассказала Мара. — Ибо слишком он много о себе вообразил, поднятые им армии мертвых целые города опустошали. Если бы я не узнала про маленький секрет Кощея, его бы никто из смертных не одолел. Почти всю жизненную силу этого ирод додумался заключить, кто бы думал, в утином яйце…

— И Иван Царевич в конце концов нашел яйцо и победил Кощея.

— Победителем был какой-то безымянный воин, срубивший Кощею голову, после того, как я разрушила яйцо. Без филактерии колдун стал уязвим.

— Вот тебе и устное народное творчество… Я правильно понимаю, сейчас ты наделаешь нам личей?

— Личей?.. Интересное обозначение… ладно, пусть будут личами.

Мара медленно подошла к одному из покойников, положила руки на голову и принялась выкачивать прану. Высосала столько, что тело стало похоже на высушенную мумию, обтянутую тонкой пергаментной кожей. Я отреагировал более или менее спокойно, Джордж впал в откровенный ужас от содеянного эфириалом.

— Значит все же зомби-апокалипсис…. -Я уже представлял, как орды живых трупов под нашим контролем опустошают американские города. — Но есть моменты, которые стоило бы пояснить.

Мара закончила манипуляции с первым потенциальным личом и перешла к следующему.

— Какие?

— Боевая эффективность рядового жмура, живучесть, время существования, сообразительность…

— Не продолжай, объясняю по порядку. Нежить бывает разная, одни мертвецы, что называется, тупы как пробки и движимы лишь примитивными инстинктами, другие вроде личей сохраняют способность мыслить, память, навыки прежней жизни.

— С первыми нам ничего особо не светит, в штатах чуть ли не у каждой собаки по стволу имеется, а вот с разумными мертвяками может что и выгорит…

— Они составят костяк нашей армии, помогут контролировать остальную тупую мертвечину, ибо при всем желании единолично управлять сотнями тысяч я не в состоянии. Придется создавать нижестоящих командиров и перекладывать часть обязанностей на них.

Один из обработанных Марой индейцев зашевелился, после пары неуклюжих попыток встать ему это удалось. Джорджу стало совсем плохо от вида ожившей мумии, в пустых глазницах которой горело два зеленых огня. Я осторожно приблизился к получившемуся созданию, не было страха, зато переполняло любопытство.

— Как оно вообще умудряется двигаться? Организм перестал функционировать, в нем даже ни капли воды не осталось.

— Их тела работают, но по-другому. Живые ткани подверглись кардинальной перестройке на субатомном уровне. Больше нет необходимости в воде, воздухе, только поглощение свежей плоти раз в несколько недель. Устроит такое объяснение?

— Почти. Но ты же не будешь работать над оживлением каждого трупа, нужен механизм быстрого распространения… этой фигни.

— Живой человек, зверь за считанные часы обратятся в нежить, достаточно малейшей частице измененного попасть внутрь. Найти лекарство невозможно, ваша наука неспособна понять истинную природу этого.

— Звучит жутко.

— Вас с Джорджем я защитила от воздействия некросферы.

В общей сложности Мара подняла десяток личей, остальные пятнадцать индейских молодцев по-прежнему оставались хладными трупами. Жалко пацанов, никто ведь, включая меня, до последнего момента не знал о намерениях демона.

— Не по-человечески мы поступаем. Нельзя так.

— Говоришь нельзя, не по-человечески… А когда они твоему народу геноцид устраивали это нормально? Снимали с вас скальпы, уничтожали источники пропитания, насильно сгоняли с земли или обманом по дешёвке скупали ее за пару стеклянных бус, травили табаком и алкоголем… Мне продолжать?

— Я знаю историю, — протянул Джордж. — И то как, они поступили с моим народом.

— С начала колонизации Америки они уничтожили десятки миллионов людей, точно также они поступают и с русскими и ты говоришь, что не по-человечески поступаем. Нет уж, пусть ублюдки хоть раз почувствуют на своей шкуре, каково это, когда умирают твои близкие, что такое лишиться дома… Мы уничтожим американцев руками их собственных детей, матерей, жен, отцов.

— Обычные американцы такие же жертвы как и мы, просто не понимают этого.

— Мы обязательно займемся всеми этими банкирами и корпорациями, но чуть позже. Сейчас главное — заставить штаты отступить из России, переключиться на проблемы внутри, на них же держится «миротворческая» миссия. Свалят доблестные американские морпехи, за ними побегут и сателлиты.

— Не думаю.

— Почему?

— Не забывай про частные армии, у них инфраструктура не только в США находится. — Выдал пожилой шаман, не ожидал такой осведомленности от человека, живущего в полупустынной глуши, а единственным средством получения информации из внешнего мира у него стал телевизор с пятью бесплатными каналами. Вообще Джордж прав, ЧВК та еще заноза в заднице, в начале двадцатых годов спрос на них неожиданно вырос в связи увеличением числа военных конфликтов на планете. На геополитической арене быстро появились новые игроки. Получившие астрономические прибыли частные военные подрядчики разжирели и, несмотря на вялые попытки ООН этому противодействовать, обзавелись полноценными сухопутными армиями с авиацией, военно-морским флотом. Их инфраструктура разбросана по всему свету, некоторые страны третьего мира фактически контролируются не национальными правительствами, а ЧВК, в свою очередь крупнейшим транснациональным корпорациям. Так что, ликвидация США как государства мало изменит сложившийся миропорядок, кукловоды переберутся в другое место и начнут заново строить свои козни. Однако нам пока важно выиграть необходимое время, пока Россия не отобьет обратно занятые врагом территории. Работы предстоит много, ну а мы начинаем с малого. Захватив на дороге первый попавшийся авторефрижератор мы погрузили туда личей и воскрешенных Марой зомби, и отправились ближе к ночи в Сан-Диего. Мой замысел не был чересчур замудреным, посему начальник ним сразу согласилась — выпустить личей, полуразумных зомби в разных точках города и ждать, пока мертвое воинство не прибавит в числе. Мертвякам дан приказ не засвечиваться в первое время, стараться работать по ночам, не нападать на глазах у десятков очевидцев. Неделя, может две и сценарии голливудских ужастиков воплотятся в реальности. Ожившие трупы, всеобщий хаос, анархия.

Каждые несколько кварталов мы с Джорджем останавливались в каком-нибудь темном переулке и выгружали по одному мертвяку, точнее они сами выходили и, ни сказав, ни слова, растворялись в городских джунглях. Первыми жертвами станут различные бездомные и загулявшиеся допоздна личности, количество зараженных в считанные дни вырастет раз в сто. Инфекция действует быстрее любых паразитов, бактерий, вирусов, прионов. Никогда в известной истории люди не сталкивались с угрозами подобного рода, магия вуду по сравнению с этим выглядит детской шалостью, к тому же наша некромантия настоящая, а не мнимая. Интересно посмотреть, как федеральные власти отреагируют на нашествие живых мертвецов. Только своевременное введение карантина и отстрел всего живого и неживого помогут. Неприятный сюрприз для обывателей будет заключатся также в том, что часть мертвяков окажется разумна и в состоянии пользоваться оружием, техникой, планировать действия наперед.

Уже на обратном пути Джордж, находящийся далеко не в восторге от нашей идеи, высказал опасения:

— Я вот о чем беспокоюсь, мертвецы будут нападать и обращать в себе подобных каждого встречного.

— И?

— Мои соплеменники тоже люди.

— Не волнуйся, Мара держит на коротком поводке старейшин, вождей и в любой момент благодаря метке может с ними связываться хоть с Луны. Они уже предпринимают необходимые меры: запасаются оружием, едой, водой, организуют отряды самообороны. На западном побережье скоро станет жарко.

— Как бы зараза не распространилась за пределы Америки.

— Думаю, она не допустит этого, в противном случае вся борьба окажется бессмысленной…

— О каких пришельцах ты подумал, Никита? — выпалил Джордж. — Я ведь сначала подозревал: вы с Марой о чем-то не договариваете.

Вот же попал, стоило на секунду расслабиться и ослабить ментальную защиту, как в мозги залез посторонний. Допущен серьезный косяк с моей стороны, начальство не погладит по головке за утечку важной информации. Я и забыл о том, что не единственный обладатель пси-способностей, Джордж и до встречи с Марой владел кое-чем, после получения метки его силы увеличились раз в десять.

— Ты мои мысли прочитал?

— Только слабые их отголоски.

Я посмотрел ему в глаза.

— Действительно хочешь знать правду?

— Меня вряд ли теперь можно напугать.

— Ну ладно… сам попросил. Нам грозит встреча с гостями из космоса. Раса, называющая себя ахатум, успела покорить большую часть галактики. Их передовые силы находятся уже здесь на Земле, готовят почву для тех, кто прибудет следом. Если ничего не сделать, нас просто возьмут тепленькими без сопротивления, колонизируют и пустят на удобрения.

— Постой, ты не шутишь?

— Мать твою, Джордж, богиня смерти и ожившие мертвецы это разве шутки!?

Шаман умолк, обдумывая услышанное. Минут через пять расспрос продолжился:

— Сколько времени у нас есть?

Я пожал плечами.

— Лет пятьдесят, максимум.

— Как же я хотел бы, чтоб это был очередной кошмарный сон.

— Я тоже.

— Почему вы не рассказали сразу, скрыли главное?

— Дело в доверии, даже метка не дает стопроцентной гарантии лояльности, а любое предательство грозит обернуться катастрофой для нас и всего человечества.

— Странные из нас спасители получаются.

— Если не мы, то кто? Появился шанс все изменить, почему бы не попытаться? Зато потом не в чем себя будет упрекнуть.

— А вдруг Мара обманула и тебя, выдумала историю про злых инопланетян для оправдания кошмара, который мы скоро устроим? Вдруг потом окажется, что никакие пришельцы не думают нападать на нас?

— Я тоже сомневаюсь в чистоте ее намерений, но в части, касающейся грозящего вторжения она скорее всего не соврала. Во времени нашего круиза через Тихий океан я собственными глазами видел пролетавший корабль. Он был инопланетным…

— С чего ты решил?

— Ты видел когда-нибудь видел спутник миндалевидной формы длиной в шестьдесят метров? Я вот не припоминаю ничего такого, говорю тебе, эта хреновина на орбите не отсюда.

— На орбите? — в голосе Джорджа чувствовался скептицизм. — Ты там с телескопом бегал?

— Лучше, Мара меня дальновидению обучила, я как-то ночью вышел на палубу небом полюбоваться, увидел звезду пролетавшую звезду, думаю, дай разгляжу поближе. Пригляделся и малость впал в замешательство, вместо метеора, спутника или иного космического мусора вижу ту громадину инопланетную. Дизайн ей точно кто-то не отсюда придумывал.

— Мара сидела внутри тебя, могла внушить образ инопланетного корабля.

— Инопланетного корабля, похожего внешне на мокрицу? Я бы понял, если бы увиденный мной объект имел форму диска, сигары. Обычно наведенные галлюцинации принимают форму воспоминаний жертвы или, как в данном случае, внедренных в массовое сознание людей штампов. А что обывателю на ум первым делом приходит при упоминании словосочетания «инопланетный корабль»?

— Летающая тарелка, — ответил за меня Джордж. — И все равно четких доказательств нет. Пока я лишь вижу жестокого древнего духа, желающего завладеть миром.

— Мы слишком глубоко увязли. Отступать поздно.

— Ты боишься ее?

— Каждый день стараюсь убедить себя в противоположном, но получается не очень… Да и что мы сделаем против нее?

— Не мы. Ты.

— Я? Что именно?

— Она испытывает к тебе теплые чувства, я пару дней назад увидел это в ее глазах… то, как она смотрела на тебя.

Меня передернуло от слов старикана. Избавь меня всевышний от такой пассии!

— Не продолжай.

— Так любящая жена смотрит на своего мужа после долгого расставания.

— Слышишь дед, больше ни слова, я ведь могу тебя рожей о лобовое стекло приложить. Даже не посмотрю на почтенный возраст.

Джорджа пробил приступ смеха.

— Не нужно владеть магией и иметь докторскую степень по психологии для того, чтобы видеть, что между вами происходит. — Шаман резко посерьезнел. — Я ничего не смогу сделать с Марой, а ты сможешь, к тебе прислушается. Она готова погубить миллионы и миллиарды людей ради собственной выгоды… не давай ей слишком заигрываться и сам не превратись в монстра. Главное помни — старайся поступать по совести и оставаться человеком.

— Я запомню твои слова, Джордж.

Последующие десять дней мы сидели в Ринконе и готовились к зомби-апокалипсису. Я под чутким руководством Мары познавал новые горизонты магии, а Джордж носился как угорелый по резервации и раздавал указания соплеменникам. Шаман среди своих пользовался огромным уважением, после получения метки его силы многократно возросли, появилась возможность демонстрировать наглядно парапсихические навыки, убеждая тех, кто не верит. Да и попробуй не поверить, когда одной мыслью можешь заставить человека парить в воздухе. Короче индейцы отнеслись к заявлениям Джорджа о наступлении полярного зверька с полной серьезностью: запасались провизией, оружием, патронами, изготавливали специальные тотемы и обереги, которые должны частично оградить людей от нападений нежити. В Сан-Диего, Лос-Анджелесе, и других окрестных городах, куда успели добраться разумные зомби, тем временем множились сообщения об участившихся случаях пропажи людей. Понятное дело, они пропадали всегда — похищения, убийства, несчастные случаи, однако когда каждую ночь домой не возвращаются по нескольку сотен человек, власти забили тревогу. Губернатор рассматривал вопрос о введении комендантского часа в южной Калифорнии и усилении полицейских патрулей, так как истинная причина пока оставалась загадкой, виновниками загадочных исчезновений назвали некую преступную группировку, занимающуюся продажей рабов в Мексику и Южную Америку. А что, хорошая легенда — тамошние латифундии нуждаются в дешевой рабочей силе. Работу личей курировала Мара, и пока все шло по плану. Нежить выходила на охоту по ночам, а днем пряталась в подвалах, канализации, заброшенных домах. Случайные свидетели быстро пополняли ряды мертвого воинства. Через два дня голодная мертвечина перестанет прятаться и в открытую заявит о себе.

Новости из России впервые после начала войны внушали слабый оптимизм: на западе части НОАР сумели прорвать фронт под Казанью, Ульяновском и Саратовом, загнав в котлы до двенадцати тысяч солдат Коалиции и их прихлебателей, и выйти на линию Йошкар-Ола-Саранск-Саратов. Оттуда открывается дорога на Нижний Новгород и Москву, до столицы рукой подать. Причина нашего успеха проста как пень: американцы и многие европейцы, несмотря на мощную пропаганду, устали от бессмысленной войны и тысяч ежемесячно поступающих гробов из России с их ненаглядными чадами. Они ожидали, что все будет как в компьютерной игре про злых пьяных русских, которых успешно громят американские морпехи. Реальность оказалась куда суровее — американские морпехи громят русских далеко не всегда и не везде, последние недели по башке чаще достается первым, а не вторым. Части Коалиции и наемники несут громадные по их меркам потери в людях и технике. Естественно, боевого духа от такого не прибавится, не помогут никакие финансовые стимулы — за что-то другое они воевать давно разучились. Впрочем, демонстрации с требованиями мира войну не остановят — у ее инициаторов в распоряжении ресурсы почти всего мира: денежные, людские, материальные. Навербовать новую партию пушечного мяса из стран третьего мира, соблазнив тех американским или европейским гражданством, не составляет особого труда. Несмотря на риск бесследно сгинуть на холодных русских просторах желание сладкой жизни перевешивает его. Вот и идут воевать за грин-карту и пачку хрустящих банкнот. Кого только нет в этой проклятой Коалиции, помимо натовцев, наемников Global Armor Group — крупнейшей ЧВК на планете, против нас воюют банды ваххабитов с Ближнего Востока, Кавказа, добровольческие батальоны и бригады украинских, латышских, эстонских националистов, и, разумеется, собственные предатели, называемые «правительственным войсками». На востоке страны ситуация иная, так как основные силы сосредоточены на западных направлениях тут успехи скромнее. Япошки и американцы продолжают удерживать Иркутск, пресекая попытки НОАР прорваться в направлении города. В русской армии острый дефицит кадров из-за высоких потерь в боях, в то время как части противника получают своевременные пополнения. Как ни крути, в долгосрочной перспективе России конец, рано или поздно они психанут и применят ядерное оружие по нашей территории. Им нужны наши ресурсы, земля, желательно свободная от коренных жителей, недаром они развернули почти ничем не прикрытый геноцид славянского населения на оккупированных территориях. Женщин и мужчин стерилизуют в добровольно-принудительном порядке, объясняя это превентивной мерой для предотвращения рождения потомства с отклонениями. Благодаря внедренной ювенальной юстиции детей под надуманными предлогами забирают у родителей и отдают на усыновления однополым парам из-за рубежа. В школах, начиная с третьих-четвертых классов преподаются основы сексуальных извращений, широкой публике это преподносится как величайшее достижении российской демократии. Те, кто обращается в больницы, начиная легкой простудой и заканчивая сердечной недостаточностью, рискует никогда выйти оттуда живым. Присылаемые из ближнего зарубежья, в основном Украины и Прибалтики «дохтуры» залечивают пациентов до такой степени, что те отправляются в мир иной, а их органы идут на продажу. Принятые правительствами марионеточных республик законы по умолчанию превращают любого гражданина в источник донорских почек, печени, сердца. Маразм продолжает крепчать. Вот-вот в бывшей России официально откроются концлагеря, куда отправят сотни тысяч и миллионы человек. Якобы в русском генофонде в ходе крупного исследования западные ученые обнаружили набор генов, провоцирующих девиантное поведение, отсюда и причина наших бед. Они решили «исправить» нас, путем применения психотропных препаратов превратить в жизнерадостных легкоуправляемых дурачков, «неисправляемых» же следует утилизировать. Чем наглее ложь, тем легче в нее поверят. Неудивительно, что натерпевшиеся этих сатанинских порядков, зверств со стороны полицаев, люди встречают НОАР как спасителей, а на улицах освобожденных городов вырастают целые рощи висельников. Народ открыто линчует предателей, попавших в плен оккупантов. Западные СМИ пользуются моментом, и лишний раз вставляют нас жестокими варварами перед своей общественностью. Не успели оглянуться, как наступил Четвертый Рейх.

В ночь перед восстанием мертвецов мне почему-то не спалось. Мара с Джорджем отлучились по каким-то делам в ближайшем поселке, оставив меня одного посреди этой глуши. Телевизор смотреть никакого желания не было, и я решил немного поэкспериментировать с собственными силами, попробовать нечто новое. Телекинезом, дальновидением, телепатией, левитацией, пирокинезом овладеть получилось, должно получиться и это. Расставив напротив друг друга раскрытые ладони я приступил к осуществлению замысла. Сначала передал молекулам воздуха дополнительную энергию, заставив те быстрее двигаться, затем локализовал область нагрева в пространстве между руками при помощи психокинетического барьера. По мере возрастания температуры возникло огненно-рыжее свечение — образовалась плазма. Проверим, какова ее мощность и поражающая способность. Мишенью выбрана пластиковая канистра, найденная в багажнике «Субурбана». Я разомкнул руки, хотел отправить огненный шар в полет, однако вместо этого психокинетический барьер рассеялся, и меня накрыла волна вырвавшегося наружу раскаленного газа…

Очнулся на диване внутри трейлера Джорджа, одежда на мне отсутствовала, все тело нестерпимо болело и чесалось, а каждый вздох давался с большим трудом. Рядом сидела Мара и держала над моей головой руку, откуда исходила мягкий освежающий поток Силы. Джордж сидел в кресле, уставившись в телевизор с выпуском каких-то экстренных новостей.

— Что случилось?

— Бездарь дубинноголовый, — упрекнула меня Мара. — Ты мог погибнуть! Мне едва удалось оттащить тебя от самого края…

— Просто неудачный эксперимент…

Мара вспылила или скорее сделала вид, обычно она никогда не злится.

— Неудачный эксперимент!? Сколько раз я говорила не проводить опыты в одиночку, ты плохо контролируешь силу и без обучения убьешь себя и окружающих! — голос начальницы стал чуть спокойнее. — Мне с большим трудом удалось залечить раны.

— Больше так не буду.

— Скажи, Никит, ты о чем думал, когда решил повторить глупый фокус из компьютерных игр?

— Файербол это классика.

Мара закатила глаза вверх.

— Это абсолютная дурость, опасная в первую очередь для тебя, а не противника.

— Я ж не знал, что барьер, удерживавший плазму так быстро рассеется.

— Вы мужчины… как дети, что тогда, что сейчас. Вам бы все в игрушки поиграть…

— Зато получил ценный практический опыт.

— Я помню, как ты в одной из предыдущих воплощений, будучи моим служителем, устраивал кулачные бои с упырями… пугал девок на Иванов день, обернувшись лешим… А однажды вообще к древлянскому правителю заявился с оркестром и плясунами, состоящими из живых мертвецов…

— Видимо я умел зажигать.

— Черным волхвы более подвержены человеческим слабостям, нежели белые. Иногда вас чересчур заносило.

Мара свободной рукой полезла в карман джинсов, достала оттуда потертый на вид смартфон.

— С каких пор ты телефоном пользуешься?

— Связываться с индейцами через метку накладно, у нас каждая капля Силы на счету.

— Так прослушивается и отслеживается все.

— Их умельцы поделились со мной устройством, использующим хитрое шифрование при разговоре. Взгляни-ка сюда, — она повернула телефон ко мне. На экране было запечатлено сильно обожженное человеческое тело, больше напоминавшее головешку. По идее с такими ожогами не живут. — Никого не узнаешь?

У меня дыхание перехватило.

— Это… это я?

— Нашли тебя с Джорджем в таком состоянии.

— Не слабо потрепало меня.

— Знаешь, скольких усилий стоило нарастить поврежденные мышцы, сухожилия, кожу? Я двое суток сидела над тобой и залечивала ожоги!

— Теперь мне лучше.

— Еще раз выкинешь нечто подобное…

— Поставишь меня в угол или ремнем по заднице отшлепаешь?

— В следующий раз не стану отращивать твое мужское достоинство, — съехидничала Мара. — Тебе его взрывом вместе с кистями рук оторвало.

Руки потянулись к главной драгоценности. Слава богам, все оказалось на месте в полном комплекте, тех же размеров и пропорций. Хотя размер, по-моему, чуть увеличился…

— Ладно, больше никакого самоуправства.

Я переключил внимание на работающий телевизор, в который уткнулся попивающий чай Джордж. Новостной репортаж велся с городских улиц, где происходило нечто жуткое. Запечатлены полицейские машины, спрятавшиеся за ними копы и бойцы спецназа в полном облачении. Стражи правопорядка, не стесняясь ведущих прямую телетрансляцию камер, активно применяли боевое оружие по напирающим на кордон группам гражданских лиц с палками, битами, арматурой и прочими подручными средствами. Гремели автоматные очереди, выстрелы из дробовиков и пистолетов. Недалеко от позиций копов на асфальте скопились десятки мертвых тел. Корреспондент что-то там лепетал про внезапные вспышки насилия в Сан-Диего и Лос-Анджелесе, власти пока не дают внятных комментариев кроме обещаний в скором времени восстановить порядок.

— Какого лешего происходит?

— Апокалипсис в отдельно взятом королевстве. Ты проспал его начало.

— Вижу твоих зомбарей копы отстреливают словно в тире, — указал я на телеэкран. Хоть жмурики не дохли после пули в живот или грудь, это мало помогало. Воспитанные на фильмах про оживших мертвецов полицейские быстро сообразили целиться в голову. Обученным людям с автоматическим оружием голодранцы с арматурой не противники.

— Терпение, это только первый этап. Скоро воскрешенные начнут преображаться, становиться более умными, сильными, быстрыми.

Вскоре оператору в кадр попала откровенная жуть. Среди очередной толпы набегающих зомби отчетливо выделялась рослая тварь со свисающими верхними конечностями и длинными когтями на них. Морда и грудь монстра заляпаны свежей кровью. Не так давно оно являлось представителем рода людского, но после заражения человеческое лицо стало не более чем гротескной маской, под которой пряталось нечто отвратительное. Даже боюсь представить. Морда и грудь монстра заляпаны свежей кровью — успел пожрать гад. В отличие от собратьев его почти не брали пули, вместо останавливающего действия они разозлили тварь, и та прибавила ходу. Уродец ловко перемахнул полицейское авто, набросился на бойца S.W.A.T. и начал кромсать того когтями. Одновременно с этим грудная клетка распахнулась, обнажив мутировавшие невесть во что потроха, оттуда вырвались щупальца с шипами на концах, вонзавшиеся в незащищенные участки тела. На самом интересном месте трансляция резко оборвалась заставкой цветными полосами на экране.

— Твою мать! — вырвалось у меня. — Это уже никакие не зомби получаются… эту некрохрень пули не брали.

Смеркалось. Город погружался во тьму, освещаемую лишь огнями сотен пожаров. Заканчивался второй день нашествия мертвецов. В Сан-Диего царил полный хаос, на очереди находился Лос-Анджелес. Инфекция быстро продвигалась на север штата, охватывая все новые и новые пространства. Гуляющие по улицам некроморфы помноженные на панику среди гражданского населения создали неконтролируемый хаос, американские власти практически не могли влиять на ситуацию. Мертвечина моментом сметала полицейские кордоны, больницы превратились в рассадники заразы, который следует обходить за километр. Прячущихся по домам людей не могли защитить ни стены, ни железные двери, мутировавшие в уродливых тварей зомби обнаруживали живых и сжирали, врываясь в квартиры через окна. Многие некроморфы с удивительной ловкостью лазали по вертикальным поверхностям.

— …проводятся мероприятия по сдерживанию распространения инфекции. Если вы находитесь в зараженной зоне соблюдайте максимальную осторожность. Ни в коем случае не пытайтесь вступать в контакт с зараженными, ищите надежные укрытие, сделайте запасы еды и воды, тщательно забаррикадируйте окна, двери, вентиляционные отверстия. Не создавайте лишнего шума, больные реагируют на громкие звуки. Если у вас есть оружие, не бойтесь применять его для самозащиты, наиболее надежный способ нейтрализовать зараженного — выстрел в голову. В настоящее время наиболее безопасными местами являются военно-морская база Сан-Диего и Кэмп Пендлтон, обороняемые вооруженными силами США. Создаются эвакуационные пункты в районах…

— Ну и устроили мы заварушку.

Мы втроем ехали через охваченный пожарами, беспорядками город и наблюдали поистине страшные вещи. С каждым часом становилось ситуация ухудшалась, некроморфов и зомби становилось все больше, они сбивались в стаи в десятки и сотни особей, охотясь на выживших. Но нас трогать твари не смели, уродливые гротескные чучела с торчащими наружу кишками спешил убраться из под колес «Субурбана». Я заглянул в разумы мертвяков или то, что от них оставалось после трансформации. Они воспринимали меня, Мару, Джорджа как альфа-особей и готовы были выполнить любую команду. Инстинкт самосохранения отшиблен напрочь, несмотря на это, часть некроморфов на удивление сообразительна. Могут при желании воспользоваться подручными предметами, например отпереть ключом закрытую дверь или метнуть в незараженного кирпич. Самые продвинутые зомби не уступают в умственных способностях взрослому человеку, отсюда и такая быстрая скорость распространения заразы.

— Мар, как быть, если чума перекинется на другие континенты? Сейчас самолетом меньше, чем за сутки часов можно долететь из одного конца мира в другой.

— К тому времени от США останутся руины. Я могу в любой момент заставить всех до последнего… некроморфа превратиться в пыль.

— Процесс не выйдет из под контроля?

— Не должен, — в ее голосе чувствовалась неуверенность.

— То есть ты сомневаешься, что сумеешь контролировать это. Вот же блин! Не проще было какой-нибудь птичий грипп запустить?

— Карантинные мероприятия в развитых странах не позволят патогену распространиться достаточно быстро. К тому же вирулентность, инкубационный период, летальность у привычных болезней уступают порче.

— Где ты таких умных слов набралась? Карантинные мероприятия, патогены…

— Копалась в головах людей. Попадались врачи.

Дальнейшее наше продвижение через преградил наспех сооруженный блокпост перед въездом на автостраду, на котором дежурили вооруженные люди. Там находились как гражданские лица с пистолетами, дробовиками, так и полицейские с несколькими военным. И все бы ничего, если б не тот факт, что люди с оружием уже не являлись живыми… Кордон, состоящий из перегородившего дорогу самосвала, стерегли сохранившие самосознание зомби, правда воле Мары они воспротивиться не могли. Такие продвинутые мертвяки создавали федеральным властям кучу проблем скоординированным атаками. В отличие от более примитивных некроморфов эти не перли в лобовую, их действия были гораздо продуманнее. Умники поступили очень грамотно, перекрыв одно их главных шоссе, ведущих из города. Пытавшихся на автомобилях покинуть район вспышки инфекции люди становились добычей для притаившейся в ближайших зданиях нежити. Вон сколько машин на обочине скопилось.

Мне, Маре и Джорджу они дали беспрепятственный проезд, отогнав самосвал в сторону. Путь наш пролегал в восточную часть города к базе военно-морских сил Сан-Диего, порт приписки Тихоокеанского флота США. Там под защитой флотских укрылись несколько тысяч выживших, стремящихся убраться из зараженной зоны по воздуху или морем. Захватив базу, Мара хотела обратить в нежить моряков и заполучить в свое распоряжение боевые корабли, авианесущий крейсер с самолетами, атомные подводные лодки. Но не все так просто — в электронную начинку современной военной техники заложены специальные программы способные, ее полностью блокировать. По сигналу со спутника янки, как только просекут захват кораблей мертвяками, быстро отключат нам системы связи, управление вооружением, двигатели. И весь наш флот превратится в кучу бесполезных корыт. Как же все сложно оказывается на деле… Хотя Мара успела проштудировать найденные у индейцев книги по информатике, языкам программирования, разнообразным вычислительным системам. Посмотрим, справится ли она с программным обеспечением военных.

На автостраде, заполненной покинутыми авто, нас уже дожидались основные силы армии мертвых, состоящей из разумных мертвяков под руководством личей. Целая колонна из разномастных машин, гражданских, полицейских, даже некоторого числа армейских «Хаммеров» и «Страйкеров» готовилась выдвинуться к базе ВМС. Зомби не теряли времени даром и организовались в боевые отряды. Проблем с добычей оружия к счастью не возникло, в штатах его куры не клюют, несмотря на попытки властей в последние лет десять ограничить его продажу. Стволов хватило всем. Мы имеем около батальона продвинутых мертвяков и еще черт знаете сколько некроморфов, утративших человеческий облик. В главе колонны находился танк «Абрамс» с бульдозерным отвалом впереди, что очень кстати, учитывая заторы из скопившихся на дорогах авто — их хозяева либо полностью, либо частично мертвы. На крыше бронированного мастодонта стояло скелетоподобное существо с мерцающими зеленым глазницами, в полутьме сумерек это выглядело особенно жутко. Припарковав «Субурбан» рядом с танком я, а следом за мной и Джордж с Марой, вышли из машины. Нужно обговорить последние детали операции.

— И так, — обратился я к личу. — Готовы выступать?

Мертвый колдун в силу неработающих голосовых связок и легких предпочел общаться телепатически.

— Ожидаем ваших приказов.

— Каковы наши силы?

— Триста восемьдесят шесть бойцов составляют костяк отряда, еще несколько тысяч отродий прямо сейчас направляются к военно-морской базе…

— Хорошо, очень хорошо. Даже, смотрю, бронетехнику раздобыть успели.

— Мы разграбили железнодорожную станцию, там было несколько составов с грузами военного назначения, согласно накладным, их готовились по морю отправить в Россию.

— Танк и бронетранспортеры имеют боекомплекты?

— Конечно, хозяин, в вагонах находились ящики со снарядами различных типов. Среди тех, кого я обратил… имеются личности, знающие, как обращаться со всем этим добром. Техника заправлена и готова к бою.

— Вы ответственно подошли к делу.

Я повернулся к Маре.

— Да уж, наши подопечные зря времени не теряли.

— Естественно, без предварительной подготовки не удалось бы менее, чем за двое суток поставить этот город на колени…

— Наш план без изменений?

— Если ни у кого нет возражений или новых идей… — Мара обвела взглядом присутствующих. — Значит действуем согласно изначальному замыслу.

— Жду не дождусь проверить свои силы в бою.

— Не так быстро, дружок, ты и так чуть не убился.

— Я знаю, как защититься от пуль если что.

— Не обсуждается, — жестко отрезала Мара. — Идти в авангарде атаки — их задача. Мы будем руководить издалека. Понятно?

— Понятно.

— Я не всемогущее божество, а ты не неуязвимый супергерой как тот… щеголь в красном плаще.

— Суперменом его звать.

— Навыдумывают же люди такую чушь. Твое время придет, а пока учиться и еще раз учиться.

— Чур я в танке еду.

Давно хотел на «Абрамсе» покататься.

В ясную погоду из окна старого особняка, построенного еще в XIX веке можно было рассмотреть вершину горы Монблан. Однако ясных дней становилось все меньше, не часто расходились грязные серые тучи, позволяя тусклому солнцу озарить женевские улицы. Обычно город лежал в полумраке, под моросящим дождем. Лето стало таким явлением, о котором детям, не ведавшим тепла и солнечного света, рассказывали отцы и деды. Климат на Земле менялся, как и все остальное. Грядет эпоха великих перемен и свершений. Йохан Люонд являлся одним из узкого круга посвященных в тайну Договора, заключенного еще двести лет назад. Его фамилия на протяжении поколений тесно сотрудничала с внеземными гостями. Нужно развязать войну в отдельно взятом регионе планеты? Пожалуйста. Требуется устроить революцию для свержения неугодного режима? Легко, нужно просто подергать за ниточки. В распоряжении Йохана находились триллионные состояния и богатства, люди вроде него не попадали на станицы журнала «Forbes», ибо лишнее внимание ни к чему. Всегда находятся те, кто решит помешать осуществлению великого плана. Сначала это была красная империя Советов, затем кланы Рокфеллеров и Ротшильдов, в последний момент решившие дать задний ход, а теперь это… Вспышка неизвестной болезни в американском штате Калифорния. Имея доступ почти к любой засекреченной информации Йохан быстро разобрался в происходящем. Настоящие ожившие мертвецы заполонили улицы Лос-Анджелеса и Сан-Диего. Слишком невероятно, чтобы быть простым совпадением — вспышка началась одновременно с началом крупного контрнаступления русских на Москву. Сомнений не остается: на арене появился новый игрок, сочувствующий недобитым азиатским недолюдям. Из всех противников Договора и Нового мирового порядка русские наиболее опасные и непредсказуемые.

Комлинк, хранившийся в ящике дубового стола, неожиданно издал серию булькающих звуков. У Йохана перехватило дыхание. Достав инопланетное устройство, внешне напоминавшее идеально круглую морскую гальку серого цвета, магнат аккуратно положил его перед собой. В воздухе зажглась голограмма с проекцией некой закутанной в черный плащ фигурой. Ни лица, ни каких-либо иных черт разглядеть невозможно, но Йохан прекрасно знал: с ним решил заговорить отнюдь не человек.

— Приветствую вас, почтеннейший Координатор, — пролепетал Люонд на английском языке. — Чем обязан такой честью?

— Избавь меня от жалкой лести, человек, ты прекрасно знаешь, для чего я связался с тобой.

— Да, простите.

Ахатум изначально давали понять, что люди для них являются чем-то вроде говорящих обезьян.

— Инцидент на континенте Северная Америка… вы должны приложить максимальные усилия для его прекращения.

— При всем уважении, но источник угрозы пока не определен. Мы не знаем точно, кто ответственен за вспышку. Может быть это русские, а может кто-то не отсюда.

— На Земле объявился кто-то из эфириалов.

— Эфириалы? — выпучил глаза Йохан. — Они же вымерли тысячелетия назад. Ухудшились условия среды обитания.

— Психический фон на вашей планете постепенно приходит в норму, один из них перебрался сюда.

— Но что мы можем сделать против подобного существа?

— Решить проблемы своими силами, пока оно не набралось достаточно сил. Если я пошлю своих воинов на поиски и нейтрализацию эфириала, это наделает слишком много шума. Наше присутствие на Земле пока недостаточно сильное, до момента прибытия сородичей никто лишний не должен знать. Иначе стадо взбунтуется.

— При всем уважении, мы контролируем девяносто процентов государств, остальные десять уже не представляют угрозы Договору. Любую информацию о вашем появлении на улицах городов можно легко исказить, переврать, выставить как шутку.

— Исключено. Привлеките охотников из представителей вашего вида.

— Вопросом уже занимаются американские спецслужбы, но поймите, с эфириалом не справиться человеку, каким бы громадным ни был его психический потенциал.

— Эфириал серьезно ослаблен, ваши люди справятся.

— Это точно?

— Во время покорения отсталой планетки в созвездии Лебедя мы столкнулись с одним из эфирных, который оказывал аборигенам существенную поддержку. Телкра сразились с ним, но сумели лишь ранить. Тварь покинула свою оболочку и скрылась в космосе.

— Видима она не настолько ослаблена, раз уничтожает экипажи кораблей и поднимает армии живых трупов.

— Это будет дополнительной проверкой для вас. Если не справитесь, эфириалом займемся мы, однако в таком случае Договору конец. Хотите влиться в нашу империю в качестве вассалов — докажите, что достойны.

Восставший мертвец — отличный солдат — не знает страха, сомнений, не чувствует боли, без возражений выполняет абсолютно любой приказ. Его можно вывести из строя только серьезно повредив мозг, ну или то, чем он становится после преображения. Как я успел убедиться, зомби лишь первый этап в существовании нежити, стоит мертвяку отожраться и с его телом начинаются жуткие метаморфозы. Прорезаются когти, клыки, меняются мышечная и костная структуры, от человеческого облика не остается ни следа. Некроморфы, лучшего названия на ум не приходит, при достаточном количестве пищи эволюционируют в считанные часы. Для поддержания их жизни, а точнее нежизни, не нужны вода с кислородом, необходимую энергию они берут при поглощении органики. Из курса школьной биологии я хорошо помню, что важную роль в обмене энергии и веществ в организмах играет аденозинтрифосфат, с наступлением биологической смерти она быстро распадается. Если б некроморфы тесно зависели от АТФ, им приходилось бы поглощать плоть каждые несколько часов, однако все совсем иначе. Я залез в голову личу и выяснил: последний раз он «ел» три дня назад. Находясь на некотором расстоянии он выпил из живого человека жизнь. Выходит, эта самая прана играет не менее важную роль, чем АТФ. Тупые зомби добывают ее путем набивания брюха мясом, продвинутая нежить предпочитает менее грубые способы.

Сейчас каждое из дохлых чудищ ожидало приказа Мары о наступлении. Мы находились на крыше супермаркета и наблюдали за военно-морской базой, последним крупным бастионом живых в этом обреченном городе. На площади в четыре квадратных километров скопились тысяч шесть человек, стремящихся убраться из зоны бедствия подальше. Эвакуация осуществлялась по морю на гражданских и военных судах, и по воздуху. Каждые пять минут со спортивного стадиона на территории базы, переоборудованном под посадочную площадку, взлетали армейские вертолеты с людьми на борту. Периметр держали моряки, морские пехотинцы и остатки полиции. До настоящего момента им везло, нежить не устраивала масштабных, хорошо скоординированных атак. Отстреливать одиночных некроморфов и группы из пары десятков тупых зомби было не слишком трудно. Трупы не могли подойти ближе, чем на два десятка метров к периметру.

Оторвавшись от бинокля с ночным видением я кивнул Маре.

— Оборона у них слабоватая. Проломим как нечего делать.

Все мертвяки в радиусе двух километров получили телепатический сигнал с командой «фас». Тьма внизу пришла в движение, ждавшая свой черед нежить сплошным потоком ломанулась к базе. Из-за диверсий на подстанциях три четверти Сан-Диего еще вчера осталась без электричества, а восстановить питание стало некому. Ночь играла нам на пользу, нежить в отличие от людей не нуждается в источниках света, жертву она чувствует за сотни метров внутренним экстрасенсорным чутьем.

Моряки располагали приборами ночного видения, раз подняли тревогу при приближении волны мертвечины, но это их вряд ли спасет. Наблюдатели, занявшие позиции вдоль забора открыли по накатывающей волне нежити шквальный огонь, полетели раскаленные добела трассы очередей. Глухой треск пулеметов был слышен за сотни метров. В рядах атакующих появились первые потери — американцы сразу смекнули стрелять в голову. Десятки мертвецов окончательно упокоились, но оставались тысячи других монстров, сбегающихся со всего города на зов темной богини.

В первый раз я наблюдаю такое огромное количество ходячих жмуров, они до отказа заполонили окрестные улицы. Тут присутствовали как обычные трупы без признаков мутаций, так и преобразившиеся до неузнаваемости твари, которые обзавелись развитой мускулатурой, мощными челюстями и когтями. Порча поражала любого, у кого нет магического иммунитета к ней. Передовые группы наших зомби выкосили в течение минуты, зато это дало шанс подобраться поближе их мутировавшим собратьям. Естественно, ни сетчатый забор с колючей проволокой, ни поддержка с воздуха в виде пары «Черных ястребов» с пулеметами, не могли надолго задержать волну живой мертвечины. Периметр был прорван. Те, морпехи и флотские, кого не порвали на части некромофы, спешно отступали в сторону моря.

Неожиданно перед глазами возникла яркая зеленая вспышка, дезориентировавшая меня. Я почувствовал потерю равновесия. Падению закончилось ударом головой о холодный бетон. Когда зрение вернулось в норму, рядом со мной сидела Мара и осторожно что-то высматривала.

— Какого черта!

— Снайперы!

Мгновение спустя вторая пуля врезается в парапет крыши и выбивает из бетонную крошку. Калибр то не слабый, думаю работают винтовки «Баррет».

— Суки…

— Если бы я испарила пулю, чьи-то мозги могли разлететься по сторонам.

— Можешь их достать?

Мара снова высунулась из укрытия.

— Готово.

— Убиты?

— Прикончила обоих психическим ударом.

Лавина некромофов в считанные минуты захлестнула территорию базы. Находящиеся там люди запаниковали и бросились к пирсам с готовящимися отчаливать кораблями. Военные уже не разбирали где люди, а где мертвецы, просто палили по всем подряд. Возникла жуткая паника и давка, крики раздираемых жертв смешивались с воплями некроморфов, выстрелами из автоматического оружия в невообразимую какофонию. Мара с улыбкой на лице созерцала устроенную тварями резню.

— А кораблики то уходят, — обратил я внимание на удаляющийся из гавани эсминец, до отказа наполненный живыми.

— Верно, — Мара протянула свою руку. — Возьмись и приготовься вступить в бой.

Опять вспышка. Я оказался посреди какого-то помещения с десятком беснующихся зомби и парой некроморфов с превратившимися в костяные лезвия верхними конечностями, не так давно эти люди были военными моряками. Видимо зараженный проник сюда, обратился и обратил некоторых своих коллег. Экипаж вовремя сообразил задраить отсек. Среди мертвяков присутствуют особи, целенаправленно инфицирующие людей посредством выскакивающего из пасти языка с шипом. Укус обычно приходится ушное отверстие или основание черепа. В таком случае превращение занимает не два-три часа, а две-три минуты. Патоген магической природы мгновенно перехватывает контроль над нервной системой. Я просканировал экстрасенсорикой пространство за пределами отсека, Мара перенесла меня на атомную подлодку. Вон сколько в реакторе энергии заключено.

— Займись экипажем, — пришло телепатическое послание. — Думаю, справишься самостоятельно.

— А ты?

— На авианосце «Рональд Рейган»… вроде так он называется.

— Это три с лишним тысяч человек экипажа, не считая состава авиакрыла. — Возразил я. — Не многовато ли?

— Мои силы с момента нашей встречи возросли шесть раз, тем более личи жертвоприношениями обеспечивают мне стабильный приток Силы.

— Как закончу с подлодкой, сообщу.

Немигающие взгляды вытаращенных буркал этих тварей выглядят ужасно. Они встали вокруг меня и ожидают приказов. Покопавшись в их головах я, к облегчению, обнаружил, что не рассматриваюсь в качестве источника пропитания.

— Ну, чего зенки вылупили? Честь отдать!

Великая космическая Сила! Зомби в форме ВМФ США отсалютовали, будто я для них какой-то адмирал. В принципе оно недалеко от истины. Заложенные в подкорку головного мозга навыки, привычки бесследно не исчезают.

Ладно, хватит цирка. Пора браться за дело. Небольшое психическое усилие и переборочная дверь с диким скрипом сминаемого железа отлетает прочь вместе со стоявшим за ней караульным. Подумать только, вначале о подобном не смел и мечтать, для меня поднять телекинезом простую книгу было все равно, что сдвинуть гору. Сейчас потенциал позволяет спокойно жонглировать в воздухе четырьмя легковыми автомобилями. Пси-силы как мышца — чем больше тренируешь, тем они больше вырастают. Находившиеся на посту управления подводники оказались в замешательстве. Никто не успел убежать или взяться за оружие, через секунду еще десяток человек корчились на полу, схватившись за грудь. Искусственно вызываемые инфаркты и инсульты — наименее затратные способы убийства.

— Вперед уроды! Убивайте любого, кто попадется на пути!

Нежить только этого и ждала. Зомби рванули к следующему отсеку, а некроморф с костяными шипами вместо рук, следуя инстинкту, принялся заражать умерщвленных мной американцев. Мерзкое зрелище, из раскрытой пасти высовывается щупальце и входит в ушное отверстие.

В следующие полчаса я не без помощи нежити по количеству убийств переплюнул самых отпетых маньяков и террористов. Сто сорок один член экипажа, примерно столько же членов их семей вместе с детьми, стали очередными жертвами этой беспощадной войны. Кому-то я лично сердце остановил, а кого-то загрызли зомби или инфицировал некроморф с клешнями. Никакой фильм ужасов не сможет передать творившееся внутри субмарины — сплошная бойня. Одна половина экипажа обратилась и жрала другую половину, зомби даже сохранившие остатки разума с аппетитом обедали своими женами, сестрами, детьми. Противиться воле создавшей их силы невозможно. Когда атомная подводная лодка «Топика» перешла под мой контроль, я отрапортовал Маре.

— Мара корабль, наш.

— Прекрасно, погружайся и уводи ее километров на сорок подальше от берега.

— И что потом?

— Закончу с авианосцем и заберу тебя.

Просто замечательно. И как управлять ей? Точно, есть же зомби, часть из них сохранила прежние навыки. Из торпедного отсека, где оборонялись последние из выживших я направился на центральный пост. Попутно копался в мозгах мертвых новобранцев, оценивал их уровень интеллекта и степень профпригодности. Результаты не очень впечатляли: из почти полутора сотен зомби более или менее разумными остались только треть. Одним из таких «везунчиков» оказался старпом без глаза, с вырванным кадыком и обгрызенным лицом. Говорить он не мог, поэтому пришлось обращаться телепатически.

— Ты помнишь, кто ты?

Мертвяк впал в замешательство, стараясь вспомнить, кем являлся.

— Лейтенант-коммандер Джеймс О'Коннел…

— Теперь ты тут за главного.

— Как скажешь, хозяин, — безразлично отозвался старпом.

— Те, кто в состоянии исполнять свои обязанности, пусть возвращаются к их выполнению. Уходите в море километров на сорок от берега, погружайтесь глубже и сделайте так, чтобы подлодку не смогли засечь. Если ВМС США попытается связаться с вами, не отвечать ни в коем случае. До получения новых приказов сидите тихо, не отсвечиваясь. Полное радиомолчание.

Они быстро организовались, сохранившие личности зомби из числа экипажа заняли свои посты и приступили к выполнению поставленной задачи. Мертвые гражданские занялись уборкой помещений, по инициативе старпома тела необратившихся с поврежденными мозгами, перенесли на камбуз, в каюты. Прочитав мысли Джеймса, я поразился расчетливости жмуриков: решили запасти пищу впрок. Плавание им предстоит долгое…

— Быстро управился, — вошла на центральный пост Мара. — Думала, провозишься дольше.

— Ничего сверхсложного.

— Теперь у нас в распоряжении появилось ядерное оружие. Нанесем удар по ним их же оружием.

— Все не так просто.

— Разве? — Мара коснулась экрана ближайшего пульта управления. — Из двенадцати ракет «Томагавк» на данной субмарине четыре оснащены ядерной боевой частью.

— Для применения подобного оружия наверняка необходимо подтверждение вышестоящего командования.

— Я почти переписала программное обеспечение… Командиру достаточно будет повернуть ключ запуска… Все, готово.

— А что с наведением на цель?

— Здесь применена полуавтоматическая инерциальная навигационная система.

— Ого, неплохо ты с матчастью ознакомилась. Напомни, а что такое эта инерциальная навигация?

— Она не требует наличия внешних ориентиров или поступающих извне сигналов. Если мы запустим ракеты, они не смогут отдать команду на самоуничтожение. Единственный выход — сбить «Томагавк».

— Четыре ракеты значит… не густо.

— Цель следует выбирать с умом.

Мара пристально посмотрела на меня в ожидании совета.

— Нужно помочь нашим. Мы и без атомной дубины как-нибудь справимся.

— Что предлагаешь?

— Удар по Гавайям, затем, если повезет и лодку не потопят, по Японии.

Устроить несколько новых Хиросим я предложил не из-за кровожадности, а из стратегических соображений. После начала интервенции самураи отхватили себе Сахалин и Курильские острова. Сегодня они на пару с американцами ведут активные боевые действия в восточной Сибири, вдобавок на японской территории размещены крупные военные базы США.

— Вы все слышали, — сказала Мара мертвому экипажу. — Направляйтесь на Гавайи, а после к Японским островам.

— Сотрите с лица земли Окинаву, Токио и… Иокогаму. — Добавил я. — Эти желтомордые суки пожалеют, что ввязались в войну.

На протяжении многих десятилетий американцы насаждали свою «крылатую демократию» другим странам, но ситуация поменялась. Теперь бомбы и ракеты начнут рваться на их земле. В нашем распоряжение, не считая атомной подлодки класса «Лос-Анджелес», попало шесть кораблей ВМФ США вместе с экипажами. Два ракетных крейсера, три эсминца и авианосец «Рональд Рейган», где я и находился. В палубных ангарах вовсю кипела работа, обращенные в зомби техники в главе с Марой возились с палубными истребителями, приводя их в надлежащее состояние. Часть была повреждена в ходе стрельбы, когда телепортированные некроморфы жрали или обращали в себе подобных экипаж авианосца. Об этом до сих пор напоминают пятная засохшей крови на полу, которые так до конца и не оттерли.

— Чем занимаешься?

Мара сидела в кабине палубного F-35 и в буквальном смысле колдовала с бортовой электроникой.

— Стараюсь перенастроить транспондеры. Та еще задачка…

— И как успехи?

— Пока не очень.

— Так прикажи жмурикам снять их.

— Я хочу нанести внезапный удар по американцам, чтобы они не понимали где свой, а где чужой, а потом не смогли бы по сигналу со спутника отключить нам всю технику.

— Сколько машин обработано?

— Три F-18 и два F-35.

Я невольно рассмеялся.

— А что поделать? Сил у меня слишком мало по сравнению с тем, что было год назад. Вот и приходится крутиться как умею.

— С техникой ты отлично научилась работать.

Мара поправила растрёпанные волосы и развалилась в кресле пилота.

— Должна признать, за две тысячи лет человечество достигло впечатляющего прогресса, особенно в средствах уничтожения себе подобных.

— Главное, чтоб эти дорогостоящие игрушки помогли выстоять против чужих.

— В боях наземных и воздушных вы в принципе способны если не победить, то хотя бы успешно обороняться. Ахатум делают ставку главным образом на численное превосходство и подавляющую огневую мощь на ближних дистанциях.

— Долбить издалека религия не позволяет?

— Почти. Для них война — одновременно спорт и своего рода обряд жертвоприношения — чем больше вражеских воинов одолеет воин, тем выше он поднимется по иерархической лестнице. Оружие, техника, стратегия ахатум служат главным образом для устрашения. Первый раунд наверняка будет за нами.

— А второй?

— Если они поймут, что землян не взять просто так, возьмутся за наш мир всерьез. Выжгут из космоса или применят биологическое оружие, нацеленное на людей. Но к тому времени, надеюсь, мы уже станем развитой межзвездной цивилизацией, Домен Чшасхатран уже несколько галактических циклов не встречал достойных противников и забыл, что такое настоящая война.

— Какой еще Домен?

— Сферы влияния в империи ахатум поделены примерно между сотней Владык или Повелителей, сильнейшими представителями их расы. Каждый Владыка управляет собственным сектором Млечного Пути, размер этого сектора колеблется от пары сотен захолустных систем до целых галактических рукавов. Домен Чшасхатран, с которым предстоит столкнуться, занимает пространство толщиной в четыре и шестнадцать тысяч световых лет в длину.

— Много.

— Не так страшно, если разобраться. Лишь одна из многих тысяч планет, если повезет, пригодна для полноценной жизни. Земля и Рансакор в этом смысле настоящие космические жемчужины. Ни один искусственно сформированный мир не сравнится с настоящими колыбелями жизни.

— Скажи, каково было покидать Землю?

— Мы по сути уходили в неизвестность, не зная, удастся ли найти мир хоть отдаленно напоминающий Землю. Мне повезло наткнуться на Рансакор, насчет остальных не знаю.

— Мда, помощь еще одного эфирного нам не помешала бы.

— Ушло нас шестеро: Перун, он же Зевс и Один, Хорс или Ра, Сварог, Жива, Симаргл и, разумеется, я. Только нам еще хватало сил преодолеть громадные межзвездные расстояния, мы разделились и направились в разные уголки вселенной, дабы найти подходящий мир. Если б кому-то это удалось, нашедший должен был набраться сил и послать зов остальным, я и послала, однако откликнулся на него кое-кто иной.

— Ахатум, — предположил я.

— Они уловили психический зов и через половину земных века прибыла их экспедиция, которая планировала основать передовой форпост. Я захватила тело одного из пришельцев, изучила его разум, а затем уничтожила разведчиков, поняв, что ничего хорошего от них не стоит ожидать. Тысячелетия прошли в тревожном ожидании и подготовке. Я способствовала созданию на большей части Рансакора развитой цивилизации, не техногенной, как у вас, а несколько иного характера. Туземцы научились посредством силы разума влиять на реальность, вместо машин использовались искусственно выведенных живых существ. К сожалению в один ужасный день все резко изменилось, когда в небе появилась третья луна. Ахатум прислали громадный космический корабль, несший внутри себя миллионы солдат и колонистов. Противопоставить этому ни я, ни рансакорцы ничего не могли… Сопротивление сломили меньше, чем за месяц, меня же чуть не уничтожили воины Телкра — что-то вроде воинского ордена, специализирующегося на истреблении эфириалов. Дальнейшую историю ты знаешь.

— Значит они пришлют к нам огромный материнский корабль?

— Обычно ахатум предпочитают вторгаться малыми силами — разведчики создают форпост на планете, строят пространственный порталы для мгновенной переброски колонистов из другой системы. Если же передовые отряды не достигли успеха, посылается экспедиционный флот.

— Сколько он будет добираться сюда?

— Не могу сказать точно, зависит от места отправки флота вторжения. Он может вылететь и с Рансакора, который от Земли отделяют две тысячи световых лет, и с более близких миров.

— Ты говорила пятьдесят лет в запасе есть.

— Они бы прибыли на Землю примерно через столько в случае воцарения Нового мирового порядка. А сейчас не знаю. Главное, не дать им послать сигнал тревоги.

— Да пока он дойдет…

— Их средства связи работают на иных принципах, нежели ваши. Сообщение дойдет до адресата мгновенно.

Заняв позиции среди трибун, бойцы группы «Альфа» наблюдали поистине мерзкое зрелище. Посреди футбольного стадиона мертвяки совершали странное действо, напоминавшее некий ритуал. В центре поля нежить из бетонных плит соорудила нечто вроде ступенчатой пирамиды высотой в шесть-семь метров, на вершине которой возилась скелетоподобная тварь с горящими зеленым глазницами. Рассмотрев через оптику ночных и тепловизионных прицелов поближе, американцы пришли в ужас. Оживший скелет мясницким ножом разрезал живому человеку грудную клетку, откуда вытащил живое сердце. Секундой позже извлеченный орган загорелся в руках мертвяка зеленым пламенем. Закончив с очередной жертвой, нечисть при помощи телекинеза подняла в воздух тело несчастного и бросила в кучу к остальным трупам возле импровизированного зиккурата. Снующие по стадиону некроморфы и зомби не упустили шанса полакомиться свежей плотью. Все это напоминало какой-то чересчур реалистичный фильм ужасов, сержант Мэнсон до сих пор сомневался в реальности происходящего.

— Черт возьми, какого хрена тут происходит?

— Скорее всего жертвоприношение.

— Жертвоприношение!? Кому?

— Очевидно какому-то богу, майя и ацтеки тоже в незапамятные времена баловались подобным.

— Центр, вы видите это? Получаете картинку? — изображение с нашлемных камер передавалось прямо в Лэнгли, штаб-квартиру ЦРУ. Случившаяся вспышка некроцитоза, как окрестили данную болезнь специалисты из Центра по контролю и профилактики заболеваний, не просто случайность, в ней виноваты лицо или группа лиц, обладающих парапсихическими навыками. Сейчас получено окончательное подтверждение версии о спланированной атаке. Группа «Альфа» создавалась именного для таких случаев — бороться с нетрадиционными угрозами. Кто бы что ни говорил, но сверхъестественное существует, хоть и его настоящие проявления до инцидента с «Портлэндом» и вспышки некроцитоза были крайне редки. Сержант Мэнсон до этого сталкивался с монстрами трижды — в первый раз накрыли притон с кровососами, во второй участвовал в ликвидации секты, в руки которой попал средневековый гримуар, а в третий пришлось воевать с Хозяином Кладбища — чрезвычайно сильным духом, обретшим физическую форму.

— Получили, Альфа-6.

Отряд Мэнсона никогда бы не проник так глубоко во вражеский тыл, не владей каждый боец особыми психическими навыками. В рамках сверхсекретной правительственной программы добровольцы из числа ветеранов спецподразделений подвергались процедурам, пробуждавшей в них особые таланты. Сочетание психотропных препаратов, электрической стимуляции отдельных зон головного мозга и древних эзотерических практик позволили достичь феноменальных результатов. На «Альфу» почти не нападали, примитивным разумам некроморфов удавалось внушать, будто никого перед ними нет.

— Альфа-6 Центру, какие будут указания?

— Альфа, захватите это существо, вырезающее сердца. Нужно вытянуть из него информацию.

— Центр, там огромная толпа мертвяков бродит, нам с ними никак не справиться. Может поддержку какую обеспечите?

— Альфа-6, направляем в ваш район «Жнец». Время подлета — восемь минут, ожидайте.

— Так точно, Центр.

Пока американцы вели войну далеко за океаном, у них самих дома случилось страшное. Мертвые перестали быть мертвыми. Причиной вспышки стал не какой-то вирус или бактерия, а нечто, чему наука не дает внятного объяснения. Медики вообще не смогли определить природу патогена, вызывающего мутации в живых тканях. И ладно бы обычные неуклюжие зомби, некроцитоз помимо них порождает опаснейших тварей, враждебных всему живому гротескных монстров. Нападения отнюдь не беспорядочны, как казалось в начале — они четко скоординированы и спланированы. Нежить вполне сознательно выводит из строя объекты инфраструктуры, перекрывает транспортные магистрали, не давая гражданским сбежать из зоны бедствия. Насколько знал Мэнсон, в первый же день мертвяки разгромили только-только создающиеся пункты эвакуации в городе, захватили аэропорты, разграбили полицейские участки, оружейные магазины и эшелон с военной техникой. А вчера пала база ВМФ Сан-Диего. Командование утратило связь с шестью кораблями, включая авианосец «Рональд Рейган», и подлодкой класса «Лос-Анджелес». Объявившийся на американской земле враг стремительно преумножает свои ряды и продвигается на север Калифорнии. Новые вспышки фиксируются уже и на востоке страны в Нью-Йорке, Чикаго и Филадельфии. Если не разделаться с главным виновником, страна рано или поздно падет, не помогут даже возвращающиеся домой войска.

— Альфа-6, беспилотник над вами. Удар по готовности.

— Принято, мы подсветим цель.

Бойцы «Альфы» обозначили цель для БПЛА инфракрасным лазером, невидимым невооруженным глазом, зато его отлично распознавала головка наведения ракеты.

— Ракета пошла.

Непроглядную тьму на мгновение озарил мощный взрыв у подножия бетонной пирамиды. Мэнсон зажмурился, чтобы не ослепнуть от усиленной ПНВ вспышки света. Ошметки десятков разорванных в клочья живых мертвецов раскидало по стадиону, серьезной опасности они больше представляли.

— Вперед!

«Альфа» направилась с трибун на игровое поле, действовать нужно быстро, пока сюда с округи не сбежались орды голодных мертвецов. Сержант Мэнсон внимательно смотрел под ноги, переступая через валяющиеся человеческие останки, разбросанные взрывом. В некоторых из них продолжало теплиться извращенное подобие жизни. Расчлени некроморфа хоть десятки частей, это ничего не гарантирует, кусок мутировавшей конечности запросто может, почувствовав рядом живой организм, броситься на него. Достаточно мизерного количества инфицированного биоматериал для превращения человека в монстра, инкубационный период у некроцитоза — составляет всего за два часа. Поэтому бойцы «Альфы» облачились в дополнительную защиту, помимо бронежилетов имелись кевларовые шлемы с бронированными забралами, противогазы и противоударные щитки для плеч, рук и ног. Тяжеловато, конечно, но иначе первый же укус, царапина станет последним.

Вдруг один из трупов ожил и бросился на капрала Янга, шедшего позади командира группы. SCAR с глушителем в руках сержанта издал серию хлопков. Монстр, представлявший из себя половину человеческого туловища с видоизменившимся верхними конечностями, был вовремя нейтрализован.

— Спасибо, сэр.

— Я просто удачно попал. В следующий раз смотри по сторонам. — Мэнсону крупно повезло попасть некроморфу точно в голову, эти твари в отличие от зомби крайне неохотно умирают. Единственный выход — сжечь тело до состояния пепла. — О, вот и наш клиент.

Найти некромага придавленного бетонными плитами не составило особой трудности, его горящие глазницы прекрасно видны во тьме и без приборов ночного видения. Очевидно, обтянутый кожей скелет и натравил на капрала недобитый труп.

— Ну и урод.

— Согласен, капрал, вблизи оно смотрится еще отвратительнее.

Череп некромага повернулся к людям, глазницы засветились еще ярче. Зазвенело в ушах, Мэнсон почувствовал, как к нему в голову пытается кто-то залезть.

— Можешь даже не пытаться, мразь, — обратился сержант к нежити. — Твои фокусы не сработают.

Не даром инструктора заставляли бойцов пси-корпуса до полного измождения тренировать психическую защиту от ментальных и физических атак.

Капрал Янг вытащил из разгрузки боевой нож и наклонился к попавшему западню колдуну. Зачем брать нежить целой, когда можно обойтись небольшой ее частью. Через минуту в руках Мэнсона находилась отрезанная голова некромага без нижней челюсти. Тщательно упаковав трофей в пакет для биологических отходов, спецподразделение поспешило покинуть территорию футбольного стадиона.

Пока неупокоенные во главе с Марой готовились к атаке на Сан-Франциско я шатался по авианосцу в попытке чем-нибудь себя занять помимо магических тренировок. Безопасный предел моего психического потенциала почти достигнут, дальнейшее раскрытие дара грозит обернуться всепоглощающим безумием или несчастным случаем, как с той попыткой создать огненный шарик. Мара покопалась в моих мозгах и частично заблокировала магические способности, я могу видеть ауры живых существ и физические поля, но не могу контактировать с духами и тонкой сферой, где они обитают, мне доступны телепатия, чтение мыслей, но не доступно заглядывать глубже — в человеческие души. Телекинез, пирокинез, левитация — лишь первый класс этой школы, настоящие маги древности с легкостью манипулировали пространством и материей: воскрешали мертвых, лечили живых, могли создавать почти что угодно из воздуха, мгновенно перемещаться за тысячи километров.

— …в связи со сложившимися обстоятельствами мной принято решение о прекращении миротворческой операции на территории бывшей Российской Федерации. Все подразделения Армии США, принимающие участие в боевых действиях, и контингенты в базах за рубежом будут немедленно возвращены домой, где примут непосредственное участие в борьбе с распространением болезни.

Президент США Саманта Олдридж выступала на экстренной пресс-конференции в прямом эфире. Когда стало ясно, что вспышку некроцитоза не скрыть и она начинает приобретать масштаб бедствия национальных масштабов, американцы сразу как-то забыли о злобных русских фашистах из Сибири. Все их мероприятие затрещало по швам. Появление зомби на улицах американских городов вызвало небывалую панику не только в самих штатах, но и далеко за рубежом. Повылазили всякие сектанты, проповедники, экстрасенсы, вопившие о наступлении конца света, впрочем, они не так уж и ошибаются.

— …нельзя поддаваться панике, мы должны все как один сплотиться перед лицом общей угрозы. Я обращаюсь к вам, дорогие сограждане…

Интересно, она хоть сама верит в то, что сама говорит? Американская президентша и ее окружение выглядели не очень жизнерадостно. Подавленное настроение, не выспавшиеся глаза. А как вы хотели, господа? Когда роешь ямы другим, сам в нее рано или поздно угодишь. Я не злорадствовал над ними. Прекрасно понимаю: гибнут в первую очередь обычные люди, не связанные с большой политикой. Но с другой стороны, американские обыватели по идее должны осознавать, что участвуя в войнах, развязываемых их государством, они служат нефтяным и прочим магнатам, набивающим свои кошельки кровавыми деньгами. Есть большая разница между защитой родины и защитой интересов капитализма. Если вы, ребята, выбрали второе, то извиняйте, самым легким способом для вас избежать возмездия будет — себе пулю в висок. Я намерен истребить их всех до последнего. Умирать они будут долго и мучительно…

Моим мечтаниям вместе с просмотром телевизора в капитанской каюте бесцеремонно помешала Мара.

— Никита, у нас серьезные проблемы!

Капрал Янг извлек из пластикового пакета голову ожившего мертвеца и положил ее на парту. В качестве временного укрытия спецназовцы выбрали здание старшей школы неподалеку от футбольного стадиона. Нежити окромя обратившихся охранника и уборщика внутри не оказалось. Все, что узрели американцы: лужи крови в коридорах, да перевернутые парты в школьных классах.

— Время дорого, — сказал сержант Мэнсон. — Свон, твой черед.

Он был сильнейшим телепатом во всей «Альфе», мало чья воля могла противостоять ментальному воздействию этого неприметного с виду бойца. Сняв перчатки, закатав рукава камуфляжа, рядовой Свон дотронулся до захваченной в плен головы ожившего мертвеца.

— Поведай-ка мне, кому ты служишь? Кто управляет ордой мертвецов? — Глазницы черепа ярко вспыхнули, некромаг всячески сопротивлялся попыткам проникнуть в его память. Этот поединок разумов отнимал у капрала множество сил, буквально истощая нервную систему и убивая клетки головного мозга. У сверхчеловеческих возможностей есть немалая цена — если не можешь черпать Силу из посторонних источников, в качестве него выступает собственное тело мага. Отсюда раннее наступление старости и множество болезней, больше сорока лет никто из «Альфы» не проживет, впрочем, они знали, на что подписывались.

— Нет… ничего не скажу…

— Открывайся, иначе я твой череп на части раскрошу.

— Я уже мертв. Твои угрозы ничего не значат, белый человек.

Воля Свона на удивление оказалась сильнее воли ходячего трупа, ментальные барьеры ломались один за другим, пока, наконец, телепат вплотную не подобрался к памяти. Неожиданно капрал почувствовал, что привлек внимание кого-то невообразимо более сильного, чем некромаг и он сам. Вероятно, это был загадочный предводитель армии нежити, мощь его разума поражала, ни один человек не обладает подобной волей. Даже Хозяин Кладбища, являющий собой совокупность частей душ умерших, смотрится младенцем по сравнению с этим.

— Кто ты?

— Ваша погибель.

Жуткий потусторонний шепот звучал в голове каждого спецназовца, неподготовленный человек сошел с ума после такого, но ни сержант, ни его подчиненные не повели бровью. Охота за привидениями, вурдалаками, колдунами, представляющими опасность для США и человечества в целом — как работа для «Альфы» и других подобных групп Федерального агентства по борьбе с паранормальными угрозами.

— Мы найдем тебя и отправим обратно в преисподнюю. — Заявил сержант Мэнсон. — Обещаю.

— Какая самоуверенность… Думаете, я настоящее зло? Ошибаетесь, те, кому вы по собственному незнанию служите в сто крат хуже самого отъявленного демона. Предатели рода людского, служащие существам, которых даже я опасаюсь.

— О чем ты?

— О заговоре мировых политических и финансовых элит, продавших Землю чужакам.

— Что за дерьмо оно льет нам в уши, сэр? — раздался голос рядового Шелби. — Добейте эту тварь.

— Заткнись, солдат. — Рыкнул Мэнсон.

— Можете мне не верить, однако знайте, истинный враг сидит на Уолл-Стрит.

— Эти финансовые воротилы, конечно, те еще сволочи, но, во всяком случае, они не жрут человеческое мясо на завтрак.

— Глупец, своими действиями они сгубили столько душ, сколько не снилось ни одному монстру, которых вы истребляете.

— И что ты хочешь от нас? Чтобы мы служили тебе? Не надейся.

— Это говорят наемники, убивающие за деньги. И не надо высокопарных речей о защите страны, патриотизме, долге. Вы давно извратили эти понятия, теперь они всего лишь мишура и оправдание для вполне корыстных мотивов земных правительств.

— Пока ты тут пытаешься мне что-то доказать мы успешно добываем сведения из твоего питомца. — Мэнсон взглянул на Свона.

— Вы выбрали не ту сторону.

Череп некромага окутало зеленого пламя, сильно обжегшее ладони капрала. Через пару секунд от головы мертвеца осталась кучка дымящейся золы.

— До скорой встречи. — Обратился сержант в пустоту. — Нечисть проклятая.

— Мда, это было нелегко.

Свон надевал перчатки на обожженные руки.

— Ты узнал что-нибудь?

— Немногое.

— Выкладывай.

— Мертвый колдун был из племени луисеньо, добровольно согласившийся служить этому самому демону… Кажется, его зовут Итхаква, Бегущий Ветер.

— Уже лучше. По крайней мере, теперь мы знаем, с кем имеем дело.

— С существом такой силы никто из Агентства еще не сталкивался. Это не просто пробудившийся от сна демон или нападающий в темных переулках кровосос, оно с каждой секундой становится все опаснее.

— Значит те вырезанные сердца…

— Да сэр, оно преумножает свои силы с каждой приносимой жертвой.

— Ну, один алтарь мы разгромили.

— Боюсь, ничего не изменилось. Итхаква наплодил себе не меньше десятка мертвых слуг и наплодит новых, если потребуется.

— Черт… мы большом дерьме, парни. Нужно немедленно доложить в Лэнгли.

— Спецназ?

— Да не просто спецназ, у них там целое агентство, занимающееся уничтожением сверхъестественных проявлений. Ты знал о чем-то подобном?

— Понятия не имел. Очевидно, все держится в строгой тайне.

— Этот отряд без труда проник вглубь кишащей нежитью территории и справился с одним из наших личей. Повезло, что ничего особо ценного они из него не успели вытащить?

— Выходит, у американцев есть свои паранормальный спецназ… Хреново.

— Они за нас взялись всерьез.

— Тогда рекомендую поскорее сваливать с авианосца. Сколько еще времени пройдет прежде, чем они прознают о захвате кораблей мертвецами? Едва тайна будет раскрыта, как нас пустят на дно.

— Пока рано уходить отсюда.

Впервые вижу Мару такой, обычно повелительница мертвецов предпочитала держать маску холодного безразличия, но теперь она выглядела слегка напуганной. Выходит, и боги умеют бояться.

— В любой момент может прилететь ракета. Нет гарантии того, что зенитные комплексы смогут ее перехватить, особенно если она будет гиперзвуковой.

— Не отходи от меня далеко, в случае чего, перенесемся на сушу.

— Объясни, наконец, чем тебе так важен Сан-Франциско.

— Количеством живых душ.

Эпидемия некроцитоза распространялась словно степной пожар, охватывая все новые и новые города. Сан-Диего с Лос-Анджелесом перешли под контроль мертвецов в считанные дни, людей там практически не оставалось. Но нежить и не думала останавливаться на достигнутом, она двинулась дальше в западном и северных направлениях. На пятый день инфекция выкашивала население Сакраменто и Сан-Хосе, на живых охотились орды плотоядных некроморфов и группы вооруженных зомби. Вторые были намного опаснее в силу наличия у них разума, таких мертвецов можно запросто спутать с нормальными людьми даже вблизи. Они способны при необходимости членораздельно говорить, планировать действия, пользоваться машинами и оружием, которое использовали зараженные. Под натиском нежити недолго продержался гарнизон Кэмп-Пендлтон: находящиеся на ее территории вооружение, техника вместе с несколькими тысячами морских пехотинцев стали служить не дядюшке Сэму, а новому хозяину, точнее хозяйке. Захватив базу, армия нежити многократно усилила свою мощь танками, системами ПВО, тяжелой артиллерией, боевыми вертолетами и штурмовиками. Американцы получили новую напасть в виде рвущихся на улицах городов снарядов и ракет. Среди федералов нарастала неразбериха из-за ведения «дружественного огня» и дезинформации, устраиваемой противником. По рации или телефону невозможно понять, является ли собеседник нежитью или нормальным человеком.

Майор Брукс из Пятого полка Корпуса морской пехоты США видел все собственными глазами. Он и его люди держали оборону в Кэмп-Пендлтоне от обратившихся сограждан, сперва нападения носили неорганизованный характер, затем ситуация резко изменилась. Нежить собрала огромные силы и ударила с трех сторон, как оказалось, последняя чуть запоздавшая атака была призвана прорвать оборону базы, остальные две носили отвлекающий характер. Гарнизон и укрывшиеся гражданские были почти подчистую истреблены прорвавшимися мертвецами. Немногим счастливчикам удалось эвакуироваться по воздуху. Бруксу и двум тысячам морпехов так не повезло… Майор отчетливо помнил, как из пустоты небытия его вернул зов, подчинивший волю. В отличие от большинства обращенных воля неведомой сущности позволила морпехам сохранить личности и прежние навыки. После воскрешения армия мертвецов сразу знала, что нужно делать. Они начали использовать имевшееся на базе оружие против живых. Нехватку личного состава, обслуживающего персонала, экипажей для техники быстро восполнили сохранившие разум зомби из числа гражданских, успевшие в прежней жизни послужить в вооруженных силах. Кэмп-Педлтон стал далеко не единственной оккупированной базой, нежить захватывала все, до чего могла дотянуться: грабила полицейские участки, офисы иных силовых ведомств, мобилизационные склады. Любые мало-мальски полезные ресурсы использовались с максимальной эффективностью.

Колонна Пятого полка, растянувшаяся более, чем на километр, относительно легко миновала охваченный пожарами, стрельбой, беспорядками Сан-Хосе с миллионным населением. Три четверти людей здесь умерло и обратилось в течение двух суток из-за распыляемых в воздухе спор — жрецы божества, Брукс всего раз видел одного из них, вывели особых существ для этого. Поэтому морская пехота здесь и не задерживалась, звучащий в голове зов приказывал держать путь в Сан-Франциско, не успевший превратиться в рассадник заразы. Брукс периодически слушал переговоры федералов и военных, обстановка там пока относительно спокойная. Вспышки инфекции единичные, их быстро удалось локализовать. Майору оставалось только гадать, почему тот, кто повелевает мертвецами, решил не обращать жителей Сан-Франциско.

— Голиаф-Главный, Голиаф-Главный, на связи Дельта-Фокстрот, на пересечении 35-й и 6-й замечен противник. Прием. — Докладывала разведгруппа, посланная впереди основной колонны. Мертвые действовали в точности, как их и учили, соблюдая правила ведения боя, организации прохождения военной колонны. Будучи нежитью морпехи держали телепатическую связь между собой и с контролирующим их божеством, тем не менее общаться предпочитали обычным способом. В отличие от вербальной речи, ментальные послания труднее интерпретировать и вычленить необходимое из информационного шума в виде мешанины образов, обрывков посторонних мыслей.

— Голиаф-Главный Дельте-Фокстроту, каковы численность и вооружение противника?

— Несколько отрядов полицейского спецназа плюс до двух десятков выживших гражданских с оружием. У них есть несколько броневиков с пулеметами, плюс снайперы на крышах.

— Дельта-Фокстрот, оставайтесь на месте и ждите дальнейших указаний. — Брукс переключил канал и обратился уже к другому подразделению. — Внимание всем, прекратить движение. Голиаф-1, Голиаф-2, следуйте за мной, расчистим путь…

— Есть Голиаф-Главный.

Три танка «Абрамс», в одном из которых находился майор Брукс выдвинулись вперед на уничтожение оставшихся выживших. Шестидесятитонные мастодонты, ревя двигателями, с легкостью давили или сметали в сторону попадавшиеся на дороге брошенные легковые автомобили. Целые улицы в одночасье становились братскими могилами из-за образовавшихся пробок, некроморфы всегда появлялись в самый неожиданный момент. Попадавшие в западню люди имели мало шансов спастись.

— Цели в прямой видимости, сэр! — хриплым голосом доложил наводчик-оператор.

— Подожди-ка, сынок, не стреляй пока.

Брукс высунулся в люк на башне, чтобы получше рассмотреть выживших. По возможности он хотел избежать применения тяжелого вооружения. Много ли толку будет от разорванных на части туловищ? Остатки полицейского спецназа с некоторым числом гражданских неплохо закрепились посреди кишащего нежитью города. Живым хватило ума перегородить улицу расставленными поперек дороги маршрутными автобусами, в проулках построили баррикады из мусорных контейнеров и мебели. Первые этажи занятых зданий наглухо заколочены досками, в верхних окнах и на крышах засели автоматчики и снайперы, отстреливающие любую попавшую в поле зрения нежить. По обилию валяющихся на дороге и тротуарах останков некроморфов можно сделать вывод, что люди уже выдержали три или четыре штурма. Появившиеся «Абрамсы» морской пехоты выжившие восприняли с воодушевлением, с крыши Бруксу махал рукой спецназовец из S.W.A.T. в противогазе. Они решили, будто пришла помощь.

— Огонь. — Произнес Брукс в микрофон. — Сравняйте их с землей.

Стреляющие прямой наводкой танки не оставили никаких шансов выжившим. Трех залпов хватило, чтобы жилые здания частично обвалились погребя под десятками тонн бетонных обломков десятки человек. Из-за поднятых в воздух туч пыли трудно оценить результаты работы «Абрамсов», однако было понятно: никто больше не окажет сопротивления.

— Внимание всем, на связи Голиаф-Главный, путь расчищен, продолжаем движение по изначальному маршруту.

Каждые несколько минут с палубы авианосца стартовали под завязку нагруженные бомбами и ракетами истребители, которые пилотируют зомби. И после смерти они сохранили навыки. F/A-18 для взлета брали короткий разгон, F-35 длинная взлетно-посадочная полоса вовсе не требовалась. Вся эта мощь в виде трех эскадрилий истребителей-бомбардировщиков вот-вот обрушится на Сан-Франциско. На земле со стороны Сан-Хосе должны подтянуться соединения из состава Первой дивизии морской пехоты США. Конечно, большая ее часть находится далеко за океаном, наводит демократию, так сказать, однако количества и оставшихся дома подразделений хватает с лихвой. Перешедших на нашу сторону представителей полиции и различных силовых ведомств вообще с трудом подлежит подсчету.

Я следил за ситуацией с командного мостика «Рональда Рейгана». На интерактивной карте в режиме реального времени отображались отметки подлетающих к Сан-Франциско звеньев истребителей-бомбардировщиков. Каждый знал заранее, по каким целям работать. Не зря я вместе с зомби-командирами в последние сутки прорабатывал детальный план военной операции, игра перешла на качественно иной уровень. Мы достаточно мобилизовали в свои ряды мертвого пушечного мяса, теперь требуется не меньшее количество живого материала — восемьсот пятьдесят тысяч душ Маре хватит для окончательного восстановления сил. А для воплощения задуманного орда неразумных мертвяков не подходит, как их ни контролируй, удержаться от того, чтобы не употребить в пищу пойманную жертву, когда она у них перед носом, они не способны. Поэтому в операции участвуют исключительно зомби с сохранившимся рассудком, после разгрома базы Кэмп-Пендлтон у нас нет недостатка в обученных бойцах и тяжелом вооружении.

— Мост Золотые Ворота уничтожен. — от одного из пилотов F-35 пришло телепатическое послание, адресованное мне и Маре. Помимо слов оно содержало образ обрушающейся конструкции, две корректируемые авиабомбы отправили висячий мост и сотни человек на дно.

— Продолжайте в то же духе и к вечеру город будет наш.

Золотые Ворота были далеко не единственной целью, в список входили другие объекты инфраструктуры, включая другие мосты через залив, порты, электростанции, местную военно-морскую базу, радиовышки. Морской пехоте останется только войти в город и установить контроль над ключевыми въездами и выездами. Сан-Франциско расположен на полуострове и с трех сторон окружен водой, жителям скоро некуда будет бежать — на юге хозяйничают некроморфы, а последние пути для отступления через мосты мы вот-вот обрежем. Остается только перебраться через залив вплавь, хотя вряд ли тут у каждого имеется во владении личный катер или яхта. Для Мары это настоящий шведский стол из многих сотен тысяч душ, ни о чем подобном до нашей эры мечтать не приходилось. Плотность и численность населения в ту пору находилась на куда более низком уровне, не в пример многомиллионным мегаполисам и агломерациям.

— С севера приближаются истребители противника, дистанция двадцать километров. Вступить в бой?

Дабы снизить возможные риски, радиосвязью пользовались не столь часто, как телепатией. Коллективный разум мертвецов немногим уступает техническим средствам коммуникации.

Я глянул на мониторы. В сторону Сан-Франциско на перехват летели десять истребителей, пилотируемых живыми пилотами. Американцы видимо поняли, что с игнорирующей любые попытки выйти на связь эскадрой кораблей происходит что-то неладное.

— Думаю, нас почти раскрыли. В случае необходимости открывайте огонь.

— Да, хозяин.

После того, как Мара открыла во мне очередную чакру, или как оно там называется, голову наполнили образы и мириады чужих голосов, принадлежащих неупокоенным. Чувствую, еще немного, и тронусь умом, человеческие мозги просто не рассчитаны обрабатывать одновременно столько много информации. Адская какофония, которую нужно отфильтровывать, вычленяя из этого психического шума нужные сведения. Я помассировал виски, с непривычки болит голова и темнеет перед глазами.

— По-моему мне пока рановато, проделывать подобные вещи.

— Хорошо держишься, — ответила Мара. — Твой потенциал почти достиг того уровня, когда становится возможно управлять небольшой армией.

— Лучше скажи, как выключить это.

— Скоро привыкнешь, твой разум претерпевает сильные изменения, становится более объемлющим. Ни одному современному человеку не снилось подобное.

— Как бы мои мозги не вытекли через уши.

— Твоя физиология, Никита, претерпела значительные изменения, не без моей помощи подстроилась под пробудившиеся способности. Взять тот же мозг… Попробуй в уме 4518 умножить на 2491.

Ни на секунду не задумываясь выпалил ответ:

— 11254338.

— Видишь.

— Да уж, вчера бы я бы и двухзначные в уме с трудом перемножил, а сейчас…

— Телепатия дается тебе лучше всего, вот ее будешь развивать дальше.

— Вдруг мы выйдем из схватки победителями… Сделаешь меня обратно нормальным?

— Ты нормальный, даже нормальнее остальных семи миллиардов жителей планеты.

— Сейчас спору нет, магия отличный козырь в рукаве, но потом, если это самое потом наступит, я бы хотел разучиться колдовать.

— Потом ты не захочешь избавляться от этих сил.

— Поживем, увидим.

Сорок восемь наших самолетов против десятка поднятых по тревоге американцам — результат был немного предсказуем. Убрать удалось троим и то благодаря моему приказу не осуществлять преследование, ничего распылять силы на второстепенные задачи. Командования NORAD, ВВС и ВМС назойливо старались выйти с нами на связь, янки никак не могли взять в толк, что ожившая мертвечина способна управлять сложной военной техникой. Все пока списывали на неверные приказы свыше, мол, кто-то отдал приказ бомбить незараженный город. Отчасти нынешний хаос вызван неправильными действиями федеральных властей, за последние две тысячи лет люди ни разу не сталкивались с армиями неупокоенных в реальности. У правительства нет реального плана противодействия бедствию подобного характера, не меняет положения и существование агентства по борьбе с паранормальными угрозами. А ведь некроцитоз не ограничивается территорией США, вспышки зарегистрированы в соседних Канаде и Мексике. Авиалиниями заразу успели занести еще в страны Юго-Восточной Азии и Евросоюза, но там власти отреагировали достаточно оперативно и большинство вспышек удается вовремя ликвидировать. Мара в любой момент может уничтожить всех до последнего некроморфов, но время не подошло. Мировой гегемон недостаточно ослаблен.

— Без паники, просьба всем немедленно разойтись по домам. В связи с комендантским часом выходить на улицы после 20:00 запрещено. Для наведения порядка и обеспечения безопасности в город введены части Корпуса пехоты США… — вещали через установленный на «хамви» во главе колонны громкоговоритель. Жители Сан-Франциско ничего не заподозрили после того, как Пятый полк сюда вошел. Маскируясь под живых бывшие морпехи без труда устранили охрану блокпостов, карантинных пунктов и обратили в себе подобных. Гражданскому населению из-за вырубившейся связи и электричества оставалось только строить предположения, почему самолеты, принадлежащие вооруженным силам США бомбили город. После нанесения точечных авиаударов в дело вступили наземные подразделения. Дабы не пугать потенциальное мясо для жертвенных алтарей морпехи тщательно прятали свои бледные лица, неестественно зеленые глаза под маскам и темными очками. Всех тех, кто мог организовать отпор полицию, федералов, военных моряков старались убирать без лишнего шума — неожиданно ударив в спину. Так город незаметно для большинства людей постепенно переходил под контроль врага, мертвые морпехи начали закрепляться на занятых территориях. Ради убедительности на улицы выпустили несколько десятков некроморфов, которых демонстративно на глазах сотен очевидцев тут же расстреляли.

— Приехали.

— Работаем так быстро, насколько это возможно, никто за пределами здания ничего не должен заподозрить. — Колонна из грузовиков и джипов с морпехами остановилась прямо перед мэрией, где разместился оперативный штаб Федерального агентства по чрезвычайным ситуациям. Его хорошо охраняли. Помимо солдат Национальной гвардии, патрулирующих периметр, Брукс заметил засевших на куполе здания снайперов. — Все на позициях?

— Ожидают приказа.

— Работаем.

Морпехи покидали транспорт и спешно рассредоточивались вокруг мэрии, ничего не понимающие нацгвардейцы лишь удивленно поглядывали в сторону своих коллег. Слишком поздно до охраны дошло, что под масками и очками скрываются бледные лица оживших мертвецов, но к тому моменту было уже поздно. Зазвучали выстрелы автоматических и снайперских винтовок с глушителями. Мертвые снайперы после трансформации ничуть не растеряли профессиональных навыков. Размещенные заранее на крышах соседних зданий команды сильно облегчили Бруксу работу. Охрану по периметру мэрии и стрелков на куполе нейтрализовали в течение минуты.

— Хм, как жалко терять столь ценные кадры. — Бросил майор по пути ко входу. Из-за носимых нацгвардейцами бронежилетов пришлось бить в голову, каска хорошо защищает от осколков, но от прямого попадания пули убережет вряд ли. Шансов на воскрешение тела с простреленным черепом крайне мало, да и в том случае по уровню развития это будут безмозглые животные.

— Что происходит? — на КПП мертвецам преградили путь лейтенант и компания из двух нацгвардейцев. Их явно ввели в замешательство сменившие на зеленый, почти изумрудный оттенок глаза майора и посеревшее лицо, однако за оружие пока хвататься они не торопились.

— Мы берем под контроль периметр и само здание. — Честно ответил Брукс, после чего мысленно добавил: — Прикончить их.

Вооруженные карабинами М4А1 с глушителями морские пехотинцы без колебаний нейтрализовали досадную помеху, не дававшую пройти дальше. Вслед за дежурными на контрольно-пропускном пункте на тот свет отправились оказавшиеся поблизости клерки и служащие ФАЧС.

Поднимаясь наверх по широкой мраморной лестнице Брукс попутно раздавал приказы своим подчиненным.

— Третий взвод, зачистить первый этаж, первый за мной!

Морпехи врывались в кабинеты и убивали всех, кто попадался под руку, и уборщиков, и высокопоставленных чиновников, занятых работой по сдерживанию распространяющегося некроцитоза. Государственные структуры на западном побережье США пока еще действовали, несмотря на панику и неразбериху, вызванную атаками разумной нежити. Когда Брукс в сопровождении четверки морпехов приблизился к приемной мэра, там шло совещание важных шишек из городского правления и федерального правительства.

— …вот только этого нам не хватало! — донесся чей-то недовольный голос из-за двери.

— Нужно что-то решать, сэр.

— Что решать, ответьте мне? Мы покойники. Эвакуироваться некуда, вокруг нас, куда ни погляди мертвецы шатаются. Когда они объявятся здесь, вопрос нескольких дней, если на часов. Поверьте, к тому времени нас не будут волновать условности вроде повышенного радиоактивного фона.

— Можно вывезти хотя бы часть людей морем.

— Если их не потопит береговая охрана или… — Бесцеремонно ворвавшиеся в кабинет бойцы морской пехоты оборвали на полуслове речь помощника мэра.

— Что стряслось?

Ответом им была длинная автоматная очередь, прошедшая по сидящим за столом людям. На зачистке мэрии мертвые морпехи и не думали останавливаться, напротив, в Сан-Франциско Пятый полк собирался окапываться надолго. Здесь же Брукс планировал разместить свой штаб, откуда будет осуществляться руководство расквартированными в городе частями.

— На первом этаже закончили, сэр.

— Хорошо, теперь приберитесь хорошенько. С теми, кому не вышибли мозги, пусть заразители поработают.

— А с непригодными для оживления телами как быть? Сжечь?

— Будут нашим обедом.

Остатки прежнего Брукса говорили ему о неприемлемости такого явления, как каннибализм, однако инстинкты в его случае заглушали голос разума. Жизнь в новом качестве требует определенной цены, и цена эта — вечный голод, неупокоенные обречены пожирать плоть. Руководившей ими дьявольской силе невозможно противиться, майор пытался, богиня смерти позволила сохранить разум, но лишила свободы воли, превратила вчерашних людей в покорные марионетки, беспрекословно исполняющие приказы.

— На кой черт ты это сделала?

— Мы ведь хотим разрушить эту страну до основания.

— Но это, блядь не значит, что нужно взрывать целые атомные электростанции! Ты про Чернобыль в восемьдесят шестом году слышала? Выброшенная в атмосферу радиоактивная дрянь разлетелась далеко за пределы Украины, да и СССР.

— Люди умеют выживать в подобных ситуациях.

— Ты для чего вообще на Землю явилась, править здесь или превратить ее ядерную свалку, населенную ожившими жмуриками?

— Радиация отличная страшилка после живых мертвецов. Мы достигли определенных успехов здесь, в Калифорнии, но на востоке за Скалистыми горами остались миллионы других американцев, готовящихся к появлению нежити. Я все просчитала, в дальнейшем скорость распространения болезни снизится на порядки из-за действий властей, в конце концов они выработают эффективные способы борьбы с мертвецами.

— Надеюсь, я не подхвачу лучевую болезнь.

— Забыл про улучшенное тело?

— Ионизирующее излучение штука такая… жмурикам то пофиг, а вот живой человек не таракан, чтобы выдерживать колоссальные дозы без последствий. Плюс радионуклиды из организма почти не выводятся.

— Радионоклиды говоришь… — неожиданно задумалась Мара. — Постараемся обойтись без них. Советую поскорее раздобыть необходимый защитный костюм.

— Даже у твоей магии имеются пределы?

— Я просто не хочу по десять раз на дню латать твои поврежденные клетки… да кстати, для тебя появилась новая работа. Все подготовлено.

— Кого на сей раз убивать?

— Узнаешь на месте.

Мара щелкнула пальцами и вот я нахожусь не на борту авианосца, а в каком-то парке, судя по обилию искусственных зеленых насаждений и подстриженных газонов. Где-то в полукилометре за деревьями возвышались полуразрушенные опоры моста Золотые Ворота, авиация первым делом разбомбила данный объект инфраструктуры.

— Хозяин, мы почти готовы к проведению ритуала.

Ко мне подошел зомби-морпех с надетой на голову маской.

— Ритуала?

— Да.

Ну почему она никогда не предупреждает заранее о подобных мероприятиях?

— Пошли.

После прогулки через безлюдный парк, покойный Джи-Ай привел меня на самое настоящее кладбище с пятнадцатью тысячами белых надгробий. На одной из вывесок прочел, что здесь покоятся американские солдаты, сложившиеся свои головы в различных войнах XX и XXI веков. Среди могил царило некое оживление, если уместно так выразиться: морпехи при помощи экскаватора и бульдозера расчищали территорию от торчащих надгробий, освобождая ее для чего-то. Подойдя поближе и рассмотрев все как следует, я догадался для чего… Слуги Мары готовили обряд жертвоприношения.

— Где вы это достали? — указал я на жертвенный камень круглой формы с углублением в центре. Артефакт, вероятно очень солидного возраста принадлежал индейцам майя или ацтекам. Вся поверхность этого «колеса» была украшена специфическими узорами и рисунками, выдолбленными на камне.

— В местном историческом музее. Богиня дала четкие инструкции, что и как делать. — Ответил морпех с отсутствующим левым глазом.

— Когда начинаем?

— Как будете готовы.

— Опять резать сердца придется? — Свое возмущение я мысленно адресовал Маре. — Я думал, для этого существуют личи.

— Боишься запачкать ручки?

— Они и так уже по локоть в чужой крови.

— Живой жрец намного полезнее мертвого. Дело кроется в количестве выделяемой энергии, лич в ходе ритуала невольно поглощает большую часть Силы, ничего не поделаешь — такова их природа, до меня доходит только шестая часть. Если за дело возьмешься ты, приток энергии будет соответственно в шесть раз больше.

— Как насчет Джорджа? Он вроде как шаман и в этих делал куда более сведущ, чем я.

— Старик никогда не станет вырезать сердца добровольно.

— А я значит стану?

— Станешь. Хватит разговоров, принимайся за дело.

Тем временем к кладбищу подвезли первую партию материала для жертвоприношения, два полных автобуса со специально отобранными людьми. Ценнее всего будут экземпляры зрелого возраста от восемнадцати до шестидесяти, старики и дети в качестве источника энергии практически бесполезны. У первых жизненная сила стремительно угасает, а у вторых подобна неспелому плоду. Будущие жертвы пока даже не осознавали, что вот-вот окажутся на алтаре, их забрали из дома якобы для эвакуации. Подозревать неладное они начали слишком поздно. Давшимся нелегко усилием воли я вмиг обездвижил американских граждан, если попробуют сбежать, попробуй потом изловить без малого восемьдесят тел, не применяя оружие и психокинез. Морпехам только оставалось выносить парализованные, но пребывающие в сознании тела к алтарю.

— Что ж… — вытащив охотничий нож из кобуры я склонился над первой жертвой, ей оказалась полноватая негритянка средних лет. Мысленно она молилась всевышнему, взывая о спасении. — Не тому богу ты молишься. Он не ответит на твои молитвы…

Следующие шесть часов я помнил крайней смутно, лица всех этих людей, их предсмертную агонию хотелось забыть, как страшный сон. Как заправский мясник разрезал грудные клетки, вынимал оттуда бьющиеся сердца и вытягивал прану. Запущенный конвейер смерти исправно поставлял Маре жизненную энергию, она была очень довольна, ведь помимо меня в Сан-Франциско работали десятки похожих на это импровизированных капищ. Приток Силы должен многократно усилить богиню смерти, надеюсь оно того стоит…

Я закончил с жертвоприношениями только к самому утру, мои руки, одежда, сам алтарь был покрыт толстым слоем частично засохшей крови. В воздухе витала противная смесь из запахов крови и экскрементов, известно ведь, что в момент смерти человеческое тело самопроизвольно избавляется от скопившихся внутри отходов. В вырытой нежитью траншее и около нее скопились кучи из десятков изувеченных тел. Сильно устал, не физически, а морально, и дабы забыться, я отправился в город в поисках ближайшего винного магазина или бара.

— Виски паршивое у тебя, Квентин. Есть что покрепче?

— Водку только могу предложить. — Бледным голосом ответил владелец бара. — Или ром.

— Водки наливай.

Никогда не был особым любителем алкоголя, однако после устроенной кровавой оргии хочется напиться в хлам, стереть начисто эти воспоминания из головы. Как назло ни один из опробованных видов спиртного не хотел действовать, усиленный магией организм легко справлялся с порциями вливаемого зеленого змия. Обреченный на смерть, как и остальные сотни тысяч жителей Сан-Франциско, бармен налил рюмку припасенной русской водки и поставил ее на стойку.

— Почему? — пристально посмотрел мне в глаза бывший десантник из 82-й дивизии. Я не остановил его сердце при появлении здесь только из-за проявленной стойкости перед лицом неизбежного. Пусть поживет еще полчаса, ничего это не изменит.

— Что почему?

— Почему вы это делаете?

Я осушил рюмку.

— Сперва ответь, а какого черта весь ваш чертов «цивилизованный мир» полез в Россию?

— Я делал свою работу, — уверенно заявил владелец кабака. — Выполнял приказ.

— Нацисты тоже выполняли приказы, только чем все закончилось, известно. Или вы думали, не прилетит в ответку?

— Мне не за что извиняться, не в чем каяться.

— Я вижу в твоей памяти, Квентин, трупы… множество трупов. Вы ожидали легкую поездку в вечно пьяную немытую Россию, а оказались в натуральном аду, где буквально из-за каждого угла стреляют. Скольких товарищей ты потерял в том бою, Квентин? Десять, двадцать? Почти весь твой взвод отправился на корм червям. Стоило оно того? Ты еле ходишь после ранения, сделался никому не нужным инвалидом, государство забыло о тебе…

— Чего вы добиваетесь?

— Хочу понять, что двигало такими как ты, когда вы подписывали контракт и ехали в чужую страну убивать людей за деньги.

— Слушайте, иди в армию было ошибкой, я это понял после госпиталя… Вы довольны?

— Я буду доволен только тогда, когда США станут лишь упоминанием в учебниках истории.

— Не знаю кто вы такой, откуда свалились, насколько сильны, зато знаю наверняка: парни вроде вас всегда плохо заканчивают.

— Комиксов перечитал? Супергероев здесь нет.

— Раз есть вы, значит могут быть и другие с похожими способностями. После нашествия зомби существование супергероев не выглядит так уж бредово.

— Ты в какой-то степени прав, Квентин, однако не знаешь главного.

— Так объясните, думаю, я и так не жилец. — Меня пробило на смех. — Чего смешного?

— Я как злой Темный Властелин, который перед тем, как убить героя выкладываю свои планы.

— Ну, — пожал плечами бывший десантник. — Небольшое сходство имеется, злой русский некромант во главе армии мертвецов.

— Не, я не главный, всего лишь заместитель директора по связям с общественностью.

— Какой общественностью?

— Неужели непонятно? Мертвой общественностью, впрочем, ладно, пора заканчивать нашу милую беседу… Есть, что сказать напоследок?

— Будет больно?

— Недолго. — Не фиксируемая ни одним из существующих приборов сила постепенно сжимала сердце Квентина и, в конце концов, могла убить его, если б меня не позвали:

— Сэр! — С порога обратился командир мертвых морпехов. — Разрешите обратиться.

Побледневший бармен схватился за грудь и чуть не грохнулся на пол. Смерть отступила в самый последний момент.

— Отдохнуть нормально не дадут. Обращайся!

— При патрулировании улиц один из патрулей столкнулся с двумя гражданскими… Они настойчиво просили встречи с вами или кем-то из вышестоящего руководства.

— Блядь! — я сразу начал сканирование окрестностей экстрасенсорикой на присутствие кого-то с аналогичными способностями. — Совсем охренели!? Ведь приказано при обнаружении каких-либо аномалий, уничтожать те немедленно!

Не хватало мне людей из Агентства. С личем они разобрались, где гарантии, что не разберутся со мной или Марой?

— Я знаю, сэр, просто…

— Просто что?

— Просто они такие же, как и мы, только немного отличаются.

— Чем?

— Не слышат зова.

— Значит пристрелите, если не слышат, и дело с концом.

— Сэр, позвольте говорить прямо.

— Ох ты какой, даже мнение свое имеешь. Окей, если что-то важное, то выкладывай.

За пределами бара шестое чувство показало присутствие нескольких живых людей и четверых зомби, ждущих у армейского «хамви», причем двое из них имели странный оттенок биополя. Вроде темно-зеленые, да с примесью фиолетовых цветов. У меня не так много опыта в этом, но могу сказать, что индивиды с аномальной аурой одновременно живые и неживые.

— Есть предположение, вышедшие с нами на связь штатские не обычные зараженные. Они — вампиры.

— Вампиры, почему не эльфы или орки?

— У них клыки в рту, сэр.

— Сейчас солнце светит за окном. А какой вампир в здравом уме будет гулять днем?

— Не могу знать.

— Ведите их сюда. Но если хоть одно подозрительное шевеление, стреляйте на поражение.

— Есть, сэр.

Вскоре передо мной стояли двое: симпатичная девушка в темных очках с длинными угольно-черными волосами и худой парень в бейсболке. Ничего примечательного, не считая бледноватой кожи и цветового оттенка аур. Ах да, платье с декольте на девушке смотрелось сногсшибательно. Попробовал залезть в их головы и даже при беглом осмотре выудил немало любопытного: людьми они вот как двести с лишним лет не являются, главное, никакой угрозы в их намерениях не чувствовалось. Странно, Мара говорила, будто всякая сверхъестественная шелупонь на Земле вымерла или впала в спячку до лучших времен.

— Так вот вы какие, вампиры, — нарушил я тягостное молчание. Брат и сестра переглянулись между собой, ожидая подвоха. — Рассказывайте, дорогие мои. Откуда вы вылезли и зачем искали, как выразился тот морпех, вышестоящее руководство?

Интересно, соврут или расскажут правду? Не будем пока про телепатию рассказывать.

— Я Отто, это моя сестра Теодора. — Завел беседу кровосос. — Мы хотим присоединиться к вам.

— Вы меня прямо заинтриговали. — Магический детектор пока не выявил лжи. — Откуда такое рвение?

— Мы как крысы вынуждены скрываться во тьме, питаться падалью, постоянно оглядываться по сторонам. Нас почти не осталось, наша раса на грани полного вымирания…

— Агентство?

Зрачки Отто стали кроваво-красного цвета от упоминания знаменитой в определенных кругах государственной структуры.

— Эти люди убили многих сильных вампиров, включая нашего создателя.

— Как интересно…

Без консультаций с начальством тут не обойтись.

— Мара, ты там?

— Где же еще?

— Мне тут морпехи знаешь кого притащили? Никогда не поверишь, двух натуральных вампиров!

— Спокойно, не нужно так бурно реагировать на это.

— Они хотят присоединиться к нам.

— Естественно хотят, нежить за некоторыми исключениями всегда инстинктивно стремится к стае подобных себе. Появление альфа-особи притягивает на расстоянии. Честно признаться, я удивлена, что кто-то их них пребывает в здравии и по сей день. Ты копался в их головах?

— Первым делом.

— Их точно двое?

— Точно, судя по их воспоминаниям, не так давно спецназ Агентства накрыл последнее крупное их гнездо в Северной Америке. Они теперь вынужденно бомжуют.

— Бери их. Пригодятся.

— Уверена? Брать в команду кого попало не лучший ход.

— Раньше кровососы были моими верными слугами. Предать меня они в принципе не способны. Ручаюсь за них. Поговори с ними, введи в курс дела, у меня других забот полно.

— Отъедаешься?

— Медитирую. Самовосстанавливаюсь. Так энергия лучше усваивается.

— Понял, не отвлекаю.

— Извините, с вами все в порядке? — осторожно поинтересовалась вампирская самка.

— Нормально.

— Просто вы резко замолчали…

— Не важно, — отмахнулся я. — Вернемся к делу. Какого черта вы приперлись ко мне?

— Я же сказал, нас почти не осталось, а ваше появление…

— Захотели на банкет попасть, пожрать на халяву.

— Ничего подобного, мы…кхх… — Горло приподнявшегося на полметра в воздух Отто сдавливала моя телекенетическая удавка. Вампир хотел задвинуть речь по то, какие они бедные и отчаявшиеся ищут спасения от палачей из спецслужб.

— Отпустите его! — жалобно закричала Теодора, в ее голове сперва возникло желание вцепиться зубами мне в горло, но вспышку ярости удалось погасить. При всей ее огромной физической силе с владеющим пси-силами человеком она не справится.

— Правило номер один: никогда не врать мне, я насквозь вижу вас, читаю ваши намерения и мысли. Правило два: начальник всегда прав. Подумаете мне перечить и распылю на атомы. Ясно?

Теодора покорно кивнула:

— Я поняла.

— А тебе?

Мертвая магическая хватка отпустила Отто обратно. Ощупывая свое горло, старый вампир как ни в чем не бывало тоже согласился на поставленные условия. Заглянув в их поганые головы, я первым делом уяснил: кровососы понимают исключительно язык силы, они давно не люди и воспринимают нас как добычу. Опасные и непредсказуемые хищники, как только все закончится, я их уничтожу.

— Спрашиваю последний раз, почему вы решили присоединиться ко мне?

— Хотим больше крови… — ответила вампирша. — Надоело охотиться в подворотнях за бродягами.

— Надоело прятаться, мы должны заявить о себе, — сказал Отто. — И занять соответствующее место в пищевой цепи.

— Зато честно.

— Вы примите нас?

— Я же не вампир.

— Но вы похожи на нас, я не могу объяснить этого, но мы чувствуем в вас нечто… Силу, некое родство, не знаю, как нормально объяснить.

— Все понятно, некроморфы воспринимают меня как альфа-особь, вожака, видимо с вами аналогичная история… — Пытавшегося улизнуть через черный ход бармена я остановил и подтянул обратно к стойке. — Куда намылился? Я тебя не отпускал.

— Он вам нужен? — спросил Отто.

— Нет.

— Отдайте нам, пожалуйста.

— Забирайте.

Вампиры с радостью набросились на владельца бара. Вампирша вцепилась в шею бедолаги, ее брат нацелился на пупочную артерию. По сравнению с вырезанием живых сердец устроенная упырями трапеза смотрелась детской забавой. В этот момент кровососы превращались в пожирающих добычу зверей, разум отходил куда-то на второй план. Да уж, хорошее начало нового дня…

Успевший побывать в бою с полицией «хамви» с мертвым водителем вез меня и двух вампиров через опустевшие улицы Сан-Франциско. Жители после объявленного комендантского часа сидели по домам и лишний раз старались не высовываться, относительный порядок поддерживался нашими патрулями. Видя, как вампирша морщится при попадании солнечных лучей на кожу, я не удержался от вопроса:

— Я думал вампиры при попадании на солнечный свет сгорают как спички.

Теодора рассмеялась, поразившись то, как такой сильный ведьмак может быть таким невежественным.

— В легендах многое преувеличено. Ультрафиолетовое излучение определенно вредит, но не настолько, чтобы превратить нас в кучку дымящегося пепла. Максимум от долгого пребывания на солнце образуется болезненный ожог. На голодный желудок больше часа лучше днем не ходить, на сытый можно до шести часов выдержать.

— Чеснок?

— Небольшая аллергическая реакция.

— Серебро?

— У меня браслет и цепочка серебряные, — показала вампирша свои украшения. — Как видишь, никакого дискомфорта я не испытываю.

— А святая вода, крест?

— Хм, вот тут мы и сами толком понять не можем. Я помню случай вековой давности, дело было в Братиславе, когда мы с одним знакомым решили нанести отобедать священником. Так святоша облил нас водой из кувшина, действовала она как кислота, Георгу съела голову, шею, часть груди, а я без руки осталась. Потом меня еще распятием по храму гонял. В другие разы так называемая «святая вода» и крест никогда не работали… наверное, дело не в каком-то несуществующем боге, а в человеческой вере.

— И много вас по Земле рыщет?

— Лет семьсот назад наше племя было в сто раз больше и не пряталось от людей. Сегодня на планете осталось может пара тысяч вампиров. В семидесятые годы советские и американские спецслужбы устроили нам капитальные чистки.

— Но вы можете обращать людей в себе подобных. Тебя и брата же обратили.

— Для нас беда заключается в том, что чем дальше, тем труднее становится обращать людей. После 2024 года не появилось ни одного нового вампира. Почему? Неизвестно.

— Вы существа магические по своей природе, а без магии паранормалам живётся довольно тяжко. Раньше на Земле с человеком уживалось множество видов нечисти, среди которых были боги, после взрыва сверхновой в первом году нашей эры одни умерли или погрузились в спячку, другие убежали в космос.

— Ты говоришь о Вифлеемской звезде?

— О ней самой.

— В первый раз слышу.

— Не такой уж я и невежественный оказался, да?

— Нет, я… думала…

— Забудь, Теодора, я сам пару месяцев не знал, что стану повелевать армией мертвецов.

— Позволь спросить, Ник, — вмешался в разговор Отто. — Откуда ты? На американца ведь ни капли не похож.

— А сам как думаешь?

— Русский, возможно украинец или белорус.

— Угадал, русский, мое полное имя Никита. А вы сами по национальности кем будете?

— Родиться и вырасти в Венгрия, — Отто неожиданно перешел на русский язык. — После того… как стать вампиры, побывал я с сестра много где. В Россия тоже. Двадцать семь лет жить там… до 1904 год.

— Сколько же вам сейчас лет?

— Мне двести тридцать восемь, Теодора на два года младше.

— Неплохо сохранились.

— Все благодаря кровяной диете, — почти без акцента ответила вампирша. — И ни одной морщинки на лице.

— Как часто людей в пищу употребляете?

— Реже, чем хотелось бы, сейчас всюду тотальная слежка и учет граждан ведется. Если начнем убивать людей, федералы заподозрят неладное и пустят по следу своих боевых экстрасенсов. Поэтому до недавнего момента наша диета состояла из крыс, голубей, бездомных собак и кошек, раз в месяц мы позволяли себе поймать в подворотне какого-нибудь бродягу. Соблюдать осторожность — главное наше правило.

— Так вот они какие носферату, оказывается.

— Мы вымирающий вид. Хоть заноси в Красную книгу.

Не переживай, Теодора, рано или поздно вы окончательно превратитесь в персонажей мифов и легенд. Как только перестанете быть полезными.

— Меня еще вот, что интересует — вы обладаете какими-нибудь специфическим навыками? Телекинез, телепатия, смена облика…

Отто покачал головой.

— Древние вампиры умели, мы, к сожалению, обладаем лишь слабой способностью к внушению, и то работает далеко не на каждом.

— Я начинаю сомневаться в вашей полезности.

— Один вампир в пять раз сильнее любого человека! — возразила Теодора. — Мы быстрее, умнее, выносливее.

— Про некроморфов можно сказать тоже самое, хотя ума многим из них действительно не хватает.

— Дай нам шанс проявить себя. — Они не на шутку испугались, что я вдруг захочу распылить их на атомы. — Мы не подведем.

— Вы это не мне рассказывайте, а той, с кем я работаю.

Отто удивленно поднял бровь.

— Значит ты не одиночка? Состоишь в каком-то ковене?

— Я скорее кто-то вроде верховного жреца.

— Поясни.

— Как ты отнесешься к древней языческой богине, олицетворяющей собой смерть, хаос и разрушение? Подумай, неужели у меня или даже у группы сильных чернокнижников хватило бы сил и умения устроить целый зомбиапокалисис?

— За два века жизни я повидал многое, но богов встречать не доводилось.

— Одна из них вернулась. У индусов она зовется Кали, у египтян Сехмет, у греков играла роль Эриды и Гекаты одновременно, славяне знали ее как Морану или Мару.

— С трудом верится. — Отто со скептицизмом отнесся к моему заявлению, решив, будто его пытаются ввести в заблуждение. Дожились блин, вампиры-атеисты гуляют по белому свету. — Конечно, наш мир сложнее, чем принято считать, мы с тобой тому доказательство… Но боги из мифов и легенд… Нет, все это сказки.

— Скоро вы ее увидите собственными глазами.

— Мы именно за этим едем?

— Нет, по другому делу.

Бесплатное такси доставило нас к мэрии, которую морпехи разгромили два дня назад и там же разместили полевой штаб. К делу подошли со всей ответственностью: патрули по периметру, снайперы на крышах, в качестве защиты от возможных неприятностей с воздуха пригнали ЗРК «Мститель». Любого нарушителя уничтожат еще на подходе. Охрана на входе в здание беспрепятственно пропустила меня и двух вампиров внутрь, хорошо быть заместителем верховного главнокомандующего. Дырки в стенах, следы крови, выбитые двери и разгромленная мебель свидетельствовали о капитальной зачистке, морская пехота беспощадно истребляла федеральных чиновников. Кого не получилось обратить, пустили на корм. Благо хоть при мне разумные мертвяки старались не устраивать отвратительные пиршества.

— Ну что, господа. — Обратился я к офицерам КМП, возившимся с картой города в приемной мэра. — Работаете?

— Сэр, — поприветствовал меня кивком головы мертвяк. — Все идет согласно плану.

— Какова ситуация?

— Корабли во главе с «Рональдом Рейганом» полностью контролируют акваторию залива и воздушное пространство в радиусе пятидесяти километров. Чужаков сбиваем сразу. За сутки было двое нарушителей, пытавшихся покинуть Сан-Франциско на вертолетах. Наземные подразделения перекрыли ключевые въезды в город, никого не выпускаем.

— Смотрите, чтоб паники среди гражданских не было. Хотя бы три дня еще.

— Не волнуйтесь, сэр, они ни о чем не подозревают, места проведения ритуалов усиленно охраняются, а улицы патрулируются. К тому же введен комендантский час.

— Этого мало, майор Брукс, в городе нет ни электричества, ни воды, скоро народу жрать нечего станет и тогда они выйдут на улицы. Никакой комендантский час их не удержит.

— Не считаю это целесообразным, им все равно недолго жить осталось.

— А, точно… — И как я забыл со своей памятью про взорванную нежитью АЭС Дьябло-Каньон? Выброс в окружающую среду радиоактивных веществ грозит накрыть половину западного побережья США, это будет несравненно круче Чернобыля, ведь никто в связи с эпидемией не спешит ликвидировать последствия теракта. Некому. Америке вместе с нашествием нежити грозит крупнейшая радиационная катастрофа в истории… Пора одевать свинцовые трусы.

— Будут какие-то приказы, сэр? — меня поражала готовность майора Брукса и его подчиненных выполнять мои распоряжения. Честное слово, будто роботы. Прошлая жизнь для них потеряла всякий смысл, не осталось ничего кроме холодного безразличия, все мечты, стремления, эмоции, то, что делало их людьми, практически умерло.

— Будут. Притащите мне счетчик Гейгера, противорадиационный костюм и препараты. Делайте замеры фона в городе каждый час, в случае опасности немедленно докладывайте.

— Есть, сэр.

Отто и Теодора недоуменно переглядывались друг с другом.

— Как ваши организмы переносят высокие дозы радиации?

Вампирша растерянно пожала плечами:

— Не знаю. Но, думаю, опасаться нечего, регенерация у нас намного превосходит человеческую.

— Короче тащите три костюма.

— Нет, нам не просто повезло, парни, оно специально дало нам уйти.

— Ты параноик, сержант. Сам посуди, для чего тому, кто управляет мертвяками давать нам беспрепятственно эвакуироваться?

— Хороший вопрос, капрал. Черт их знает этих паранормалов, у них свои тараканы в голове, совершенно иная психология.

— Да уж, с существом такой силы мы еще не сталкивались. Не остановим это сейчас, штатам гарантированно конец.

— Не о том думаешь, Янг. Мы пока не проиграли.

— О чем вообще думают наверху? Как они планируют останавливать распространение заразы?

В комнату для совещаний вошел человек в штатском. Сержант Мэнсон знал его как мистера Баркли, очевидно фамилия ненастоящая, ведь работает он на ЦРУ.

— К сожалению, никак, мир, таким каким его знали очень скоро перестанет существовать. Некроморфы согласно прогнозам через три недели полностью заполонят территорию США, Мексики и Канады, в течение последующих двух месяцев эпидемия выкосит население остальной планеты.

— Должен же быть какой-то выход.

— Он есть. Мы переждем бурю.

— Вы читали наши рапорты? Есть источник угрозы, ответственный за восстание мертвецов, уничтожим его, покончим с эпидемией! — возразил сержант Мэнсон. — Одним ударом, дайте нам самолет и…

— Вам известно точное местоположение главного паранормала, сержант?

— Нет, сэр.

— Тут и кроется основная проблема. Он может находиться в Калифорнии, а может сидит где-нибудь в джунглях Африки или Южной Америки. Невозможно отследить. Единственное что нам наверняка известно так это то, что сообщники нашего некроманта находятся на территории штатов. Чем закончилась попытка их захвата известно.

Сержант глубоко вздохнул:

— Какие наши дальнейшие планы?

— Эвакуация. Существуют специальные убежища, можно сказать, целые подземные города на десятки тысяч человек каждое. Их специально строили на черный день, только лучшие из лучших имеют шанс попасть туда… Свон, с тобой все в порядке?

Кожа рядового приобрела болезненный бледный оттенок, голова намокла от обильного выделяющегося пота. Еще пару минут назад боец выглядел нормально.

— Что-то не здоровится, сэр… — Свон поднял голову, перевел взгляд на сержанта. — Голова болит, звенит в ушах.

— Какого…

— Он заразился! — выкрикнул агент ЦРУ и потянулся за пистолетом. В помещении раздались выстрелы, выпущенные пули остановились в десятке сантиметров от лица существа с зелеными глазами, преставшего быть человеком.

— Глупцы… — шелестящий голос не принадлежал рядовому Свону, нечто управляло им словно послушной марионеткой. Воздействие психокинетической энергии отбросило бойцов «Альфы», мистера Баркли назад и прочно прижало к земле. — Неужели вы рассчитывали уйти просто так? Не стоило вашему коллеге прикасаться к моему некромагу.

— Катись в ад, мразь.

— Что тебе нужно? — ошалело спросил цэрэушник, явно непривычный к подобного рода вещам.

— Информация.

Зараженный приблизившись к припертому к стене Баркли, прикоснулся пальцами к его лбу. Как бы ни пытались вырваться Мэнсон и его люди, их силы намного уступали мощи этого существа.

— Проклятье!

— Сержант, послушай меня., -прозвучал шепот в голове. — Тебе, твоим парнями не зачем умирать здесь.

— Как я и сказал: катись в ад, мразь!

— Когда эта страна будет снова возрождаться, ей понадобятся люди вроде тебя. В мои планы не входит полное уничтожение человечества, некроморфы — всего лишь расходный материал, от которого я очень скоро избавлюсь.

— И не надейся! После того, как погибли десятки миллионов человек…

— Ваше правительство за последние сто лет убило больше народу, чем я за всю свою долгую жизнь. Только в XXI веке Америка развязала десятки больших и малых войн, сгубивших великое множество жизней. Чем я отличаюсь от вас, так это тем, что не прячусь под лицемерной маской борьбы за всеобщее благо. Вы воюете за мир? Серьезно? Это все равно, что трахаться за девственность.

— Еще чего-нибудь скажешь?

— Ты боишься смерти?

Мэнсон боялся, особенно его страшила перспектива обратиться в одного из миллионов плотоядных некроморфов.

— Смерть — еще не конец.

— Я могу бесследно поглотить твою душу, не оставить от ровным счетом ничего. Забвение ждет тебя.

— Душа бессмертна.

— Действительно в это веришь? Впрочем, выбор твой.

Мэнсон почувствовал режущую боль во всем тел и, не вытерпев, закричал. Суставы с хрустом ломались и выворачивались под неестественными углами, костная и мышечная структура преображались кардинальным образом. Через несколько минут вместо людей в комнате совещаний присутствовали шестеро некроморфов и один некромаг. Бывший рядовой Свон отдал команду новым подчиненным:

— Убивайте всех!

Запах победы, я его почти ощущаю. Осталось совсем чуть-чуть и мы добьемся желаемого — окончательно подорвем положение Соединенных Штатов на мировой арене. Десятки миллионов жертв, экономический ущерб на сотни миллиардов амеро, разрушенные и загаженные радиацией, опасной химией города, нежить не зря подрывает АЭС, химкомбинаты. Запад страны станет пригоден для нормальной жизни очень нескоро, эффект наблюдается уже сейчас. Из-за выбросов в атмосферу топлива реактора фон в Сан-Франциско повысился в пять раз, количество приносимой ветрами пыли, насыщенной радиоактивным цезием, йодом, стронция, изотопами плутония превышает любые допустимые нормы, если таковые вообще существуют. Последние дни я просидел в кампании двух упырей под землей, в старом бомбоубежище под мэрией. Хвала богам, оно поддерживалось в нормальном состоянии: есть запас продуктов, воды генератор, топливо, исправные установки регенерации воздуха. Мертвые морпехи, которым плевать на загрязнение, несколько раз в день докладывали о состоянии радиационной обстановки снаружи. Я только и ждал пока направление ветров не поменяется, чтобы выйти немного проветриться. С крыши мэрии ночной Сан-Франциско выглядел для себя непривычно, свет в большинстве зданий отсутствует, кому не повезло иметь генератор, жгут костры или пользуются свечами. Жители даже не подозревают — жить им осталось недолго, кого не успеют пустить под нож, обречен на смерть от голода, лучевой болезни или клыков некроморфов. Мара капитально отъедается на чужих жизнях, мертвецы ежедневно режут на алтарях сотни, может, тысячи человек.

— Ник, можно спросить? — осмелилась нарушить молчание Теодора, наблюдавшая со спины за моей левитацией. Я парил в трех метрах над поверхностью крыши, погрузившись в состояние вроде медитации, старался собраться с мыслями и подкалибровать восприятие. От обилия поступающей в мозг информации легко свихнуться, если пустить дело на самотек.

— Ты уже спросила.

— Почему ты согласился служить этой так называемой богине?

— Наконец-то, а я ждал, когда хоть кто-нибудь из вас наберется смелости спросить… Дело все в том, что она спасла меня от смерти и предложила отомстить. Как видишь, месть удается вершить в полной мере.

— Понимаю, ты должно быть, потерял кого-то из близких.

— У меня никого не осталось, я готов был сам отправиться на тот свет, однако в последний момент передумал.

— Значит месть твой главный мотив.

— Почти угадала. Я делаю это не ради собственного удовольствия, хотя признаю, с каждым убитым пожирателем гамбургеров на душе становится легче, не ради власти или богатства, а ради мести и нашего будущего.

Будущее… нынешнее сражение лишь разминка перед тем, что грядет. Нет абсолютно никакой гарантии нашей победы или хотя бы шанса на дальнейшее выживание человеческой расы.

— Смотри, — указала Теодора на север. — Что это такое?

На горизонте маячила странная кавалькада желтых огней, неожиданно начавшая приближаться в нашем направлении. На самолет или вертолет оно при всем желании не походило, включенное дальновидение показало массивный объект с гладкими округлыми формами. У меня внутри ёкнуло.

— Проблемы. Большие проблемы.

— Никита, сроч… — телепатировала Мара.

— Знаю! Блядские пришельцы объявились! Что делать?

— Прячься, я попробую с ними справиться.

— Уверена?

— Выполняй, что велено!

— НЛО!?

— За мной быстро!

Но не успели мы и двух метров пробежать, как сверху ударил ярчайший белый свет. Я поднял голову и не поверил увиденному, над нами висел настоящий инопланетный корабль, его днище отливало золотистым цветом и было покрыто замысловатыми перетекающими друг в друга мягкими, извилистыми линиями. Бросив мимолетный взгляд на летательный аппарат чужих я не смог его отвести, тело буквально парализовало до последней мышцы. Мы с Теодорой превратились в неподвижные истуканы. Проклятье! Ослепительно яркий свет. Все происходит точно, как в чертовых фильмах и рассказах контактеров… Что же делать? К такому меня не готовили. Мои способности оказались бесполезными против внеземной технологии, подавившей не только движения тела, но и психокинез.

— Мать вашу, ебаные мешки гнилого мяса, пизданите чем-нибудь по этой летучей хуйне! — благим матом вещал я морпехам на земле. — Сбейте ее к херам собачьим!

Телепатический посыл не остался незамеченным, мертвецы начали палить по кораблю из всех стволов. Били из ручного оружия, пулеметов пятидесятого калибра, чуть запоздало застучала пушка БМП «Брэдли» Чужому это вредило не сильнее булавочных уколов, пули и снаряды высекали искры о металл обшивки, а выпущенные «Мстителем» две зенитные ракеты по необъяснимой причине ушли резко в сторону.

Черт, черт, черт! Как же паршиво осознавать собственную беспомощность.

— Мара, меня тут похищают! Не могу вырваться! Помоги!!!

В ответ тишина, то ли связь заглушили, то ли с богиней смерти произошло… Нет, и думать не хочу. Она меня найдет, непременно найдет и вытащит из гадких инопланетных лап. Новая вспышка света на мгновение дезориентировала меня, не давая толком оценить окружающую обстановку. Я почувствовал укол в области шеи и то, как начал стремительно терять сознание. Погодите, твари, игра не закончена…

Не знаю, сколько тут нахожусь, не знаю точного места, потерял всякий счет времени. Периоды забытья сменялись сеансами разнообразных процедур, причиняющих невыносимую боль, несмотря на попытки отключить ее. Остается гадать, чего хотят добиться пришельцы. Меня поместили на какую-то металлическую кушетку и все, что вижу — запутанные переплетения сотен больших и малых кабелей черного цвета, покрытых слизью, на потолке и стенах помещения. Некоторые из проводов иногда двигались, извивались подобно змеям, меняя свое расположение. Мое тело резали, кололи, подвергали шоковой терапии, кормили психотропными веществами, вводили внутрь нечто, ползавшее внутри… Мерзкое ощущение, пожалуй худшая из процедур. Инопланетные гады и не думали встречаться лицом к лицу, роль мучителя выполнял подвешенный к потолку робот, оборудованный множеством манипуляторов с медицинскими инструментами и оптическими датчиками. Ох как я мечтаю добраться до его хозяев и проделать с ними тоже самое, что они проводят со мной. Уверяю, в долгу не останусь, дайте только пустить в ход психические способности. Обычный человек давно сошел с ума от подобных экзекуций, мне же пока удается сохранять рассудок — сверхвозможности позволяют управлять протекающими внутри организма процессами. Если надо отключить болевые ощущения, я отключал, хотя помогало частично, нужно выработать дополнительную порцию дофамина и мозг вырабатывал. Единственной надеждой оставался призрачный шанс того, что меня вытащат отсюда, хотя докричаться до Мары никак не получалось. Сквозь экранированные стены помещения телепатические волны почти не проходили. Ахатум подошли к делу со все серьезностью.

И вот в очередной раз проснувшись после наркоза я обнаружил себя полностью свободным от удерживавших руки и ноги кандалов, плюс снова вернулись психические способности. Переплетения кабелей на одной из стен раздвинулись, открыв выход из пыточной камеры. Так не бывает, меня выпускают или пришельцы решили провести опыт и посмотреть на мой потенциал в боевых условиях? Скорее второе…Что ж, по крайней мере попытаться свалить отсюда стоит. Натянув на ноги найденные подле секционного стола штаны я направился к выходу.

Температура вне пыточной камеры была в несколько раз ниже, не меньше минус пяти, и понятно почему. Инопланетная база очевидно находится где-то за северным или южным полярным кругом, стены и потолки состояли не из камня, а изо льда, естественно все укреплено подпорками из золотистого металла, точно из того, что сделана обшивка похитившего меня корабля. Роль освещения выполняли белые светящиеся полосы на подпорках.

Походив с полчаса по запутанному лабиринту коридоров, я не обнаружил никаких следов присутствия живых существ, только пару раз мимо, не обращая на меня никакого внимания, проползли роботы, напоминавшие гигантских блох размером с футбольный мяч.

— Черт, ну и дубак.

И как назло из одежды только потрепанные штаны. Дабы не околеть пришлось ускорить собственный метаболизм и повысить температуру тела на три градуса. Возникла мысль вообще приподняться над полом и левитировать, дабы не ступать босыми пятками по холодному металлу или местами его сменяющему льду. Но я ее отмел, силы стоит поберечь, неизвестно, с чем столкнусь, петляя здесь.

Спустя еще часа три блужданий, наконец, удалось наткнуться на след кого-то живого, специально усилил обоняние. Конечно до собачьего ему далеко, хотя уловить запах проходившего по коридору пару минут назад существа вполне посильная задача. Готов зуб дать, это пришелец, на человеческие или животные феромоны ни капли не похоже, есть в этом запахе нечто синтетическое.

След, как и ожидалось, вывел меня на того, кто его оставил. И впервые в своей жизни я лицезрел живого представителя внеземной цивилизации. Мара делилась воспоминаниями о жителях Рансакора, однако их просмотр воспринимался как просмотр фантастического фильма. Ничего особенного, современные спецэффекты сегодня практически не возможно отличить от реальной съемки.

Хм, этот ахатум не такой, с какими сражалась богиня смерти, те не имели с человеком ничего общего, а тут я вижу гуманоида: рот, два глаза, две руки, две ноги. Тем не менее выглядел чужой крайне отталкивающе, не настолько как некроморфы, но достаточно уродливо, чтобы встретив такое чучело на улице бежать со всего ног куда подальше. Его рожа не имела лицевых мышц и отчасти походила на человеческий череп с набором острых резцов во рту. Темно-желтые глаза посажены примерно там, где у людей располагаются скулы. Строение туловища в остальном повторяет наше с поправкой на двухметровый рост, внушительную мышечную массу, четырехпалые когтистые конечности и сизого цвета кожу. Чудище стояло за чем-то вроде стола и увлеченно занималось работой с висящими в воздухе голографическими экранами. Я прощупал пришельца на наличие психических возможностей, к моему облегчению таковых, не считая слабых зачатков телепатии, не обнаружилось.

— Эй, урод!

Он резко обернулся, что-то выкрикнул и потянулся к закрепленному на поясе оружию. Не тут было, легкий психокинетический толчок отбросил синюшного инопланетчика к ледяной стене. Клиент готов. В ближнем бою он, без сомнения, проломил бы мне череп одним ударом своей массивной ручищи. Не всякий бодибилдер справился бы с гуманоидом расы ахатум, впрочем не важно… Чтобы вытащить больше необходим непосредственный физический контакт с жертвой, я всерьез опасаюсь подхватить какую-нибудь инопланетную заразу, иных вариантов все равно нет. Без знания точного пути по этим ледяным катакомбам можно петлять днями на пролет и никуда не выйти. Коридоры приводят в тупик либо к закрытым гермодверям. Я пробовал растапливать лед для обхода и через пару метров обнаруживал слой плохо поддающегося для пси-воздействий золотистого металла.

Пришелец пытался сопротивляться, но был утихомирен броском своей туши через весь коридор.

— Твоя моя понимать? — С ментальным общением языковой барьер не проблема, подобным образом можно даже с собаками и голубями. Я пробовал, правда мысли у них довольно примитивные: в основном о еде, спаривании.

— Человек-телепат?

— Я читаю все твои мысли, говнюк.

— Да как ты, лысая обезьяна, смеешь сравнивать меня…

Подброшенный пришелец от удара об потолок получил серьезную рану на голове, откуда засочилась фиолетовая кровь.

— Может поговорим как цивилизованные существа?

— Нам не о чем говорить, неверный.

— А я думаю есть о чем.

— Я ничего не скажу!

Полный презрения взгляд выпученных желтых буркал готов буквально испепелить меня.

— Как выбраться из этой дыры?

— Живым ты никак отсюда не выйдешь.

— Ой, оказывается, мы язвить умеем.

Совсем необязательно допытываться прямого ответа, достаточно задать конкретный вопрос и допрашиваемый сразу подумает о том, что требуется от него. Пришелец оказался не лыком шит, преодолеть его ментальную защиту оказалось задачей не из простых, из башки ахатум постепенно удалось выудить сведения о их базе, способ открытия гермозатворов, график работы персонала, расписание прибытия и убытия кораблей и много-много иных сведений. По завершении допроса сложившаяся картина мира у меня окончательно пошатнулась.

Оказалось, я нахожусь на научно-исследовательской базе, построенной подо льдами Антарктиды. В Солнечной системе ахатум создали не меньше двух десятков форпостов: три на самой Земле, остальные располагаются на Луне, Марсе, Церере, спутниках Юпитера. Зачем они здесь объявились? Мара не соврала. Они расширяют свою империю, простирающуюся на львиную часть Млечного Пути, колонизируют мир за миром, зачастую вырезая под корень различных аборигенов ради спортивного интереса. Людям в этом отношении повезло чуть больше — нам будет оказана «честь» присоединиться на правах младшей расы к их империи. Чем люди их заинтересовали не совсем понятно, ахатум, которого я допрашиваю сам задается этим вопросом.

В общем и целом чужие не так сильно отличаются от человечества, как кажется на первый взгляд: те же желания, стремления, пороки. Честно признаться, я неслабо удивлен. Цивилизация возрастом в два с лишним миллиона лет, освоившая сверхсветовые перемещения, строительство астроинженерных сооружений, добычу энергии из звезд, достигшая благодаря развитым биотехнологиям практического бессмертия в плане нравственном и моральном находятся на одинаковом с нами уровне, если не ниже.

О чем мечтает безымянный воин из касты Юкшул? Продвинуться дальше по социальной лестнице, раскрыть псионический потенциал, право обзавестись индивидуальным именем и потомством. Карьерист, блин.

Сеанс допроса пришлось прервать из-за предчувствия подступающей угрозы, восстановившаяся экстрасенсорика предупредила о приближении дюжины инопланетных головорезов. Думаю, они действительно решили проверить меня. То, что воинов по сути отправляют на смерть никого не волнует — для командиров ахатум жизнь рядового бойца ценится низко.

— Тебе конец, человек. Бежать некуда.

— Заглохни.

Я свернул шею пленному, дабы в самый неподходящий момент он не выстрелил в спину.

— Мара, если ты слышишь… Забери меня отсюда, я нахожусь в Антарктиде на инопланетной базе. Мои координаты: 66 градусов южной широты, 85 западной долготы…

На психический зов ушла половина имеющихся сил, остальное пригодится в бою. Попробовал снять с пояса пришельца непривычного дизайна пистолет и воспользоваться им, да вот не задача — оружие отказывается работать в чужих руках. Каждый ствол ахатум оснащен ДНК-сканером, поэтому ничего не вышло. Обойдусь без него…

Выслушивать постоянные доклады военных довольно утомительное занятие, от обилия информации, казалось, вот-вот лопнет голова. Но верховный главнокомандующий вооруженными силами России, несмотря на мелкие неприятности, находился в приподнятом настроении. Война, шедшая без малого три с лишним года подходит к концу, странам-агрессорам стало теперь не до наведения демократии на территории бывшей Российской Федерации. Части Коалиции в спешном порядке сворачиваются и эвакуируются к себе домой, где эпидемия некроцитоза грозит вылиться в катастрофу, как в США. Войска НОАР практически без сопротивления продвигаются на запад. Важнейшим событием в этой войне должно стать освобождение Москвы от врага, верховный решил сразу как только это произойдет проехать в главе парада на Красной площади. А пока окруженная столица удерживается остатками не успевших вовремя эвакуироваться войск НАТО и наемников из Global Armor Group, они не собираются сдаваться, поскольку понимают: русские пленных не берут. Не после того, что устраивали агрессоры на оккупированных территориях. Тут и применение химического и бактериологического оружия против мирного населения, организация лагерей смерти, откуда поток человеческих органов уходил в европейские и американские клиники, ужасающие зверства батальонов украинских, эстонских националистов и территориальной полиции. И это только вершина айсберга, собранных свидетельств хватит на сотню Нюрнбергских процессов.

«Они заплатят. Заплатят за все.» — повторял себе президент Петровский каждый день. Российская армия не остановится, пока не выйдет к границам бывшего СССР, а там… Там видно будет, еще неизвестно, чем закончится пандемия новой не похожей ни на что болезни. С этими мыслями глава государства улегся спать на диване. Территория старой воинской части далеко не пятизвездочный отель, но в нынешней ситуации грех жаловаться.

— Проснитесь, Филипп Олегович, нужно поговорить… — Из состояния полудремы президента вывел шепчущий голос.

— Да что там такое стряслось? Уже отдохнуть пару часов не дадут. — Верховный посмотрел на незваного гостя и немного оторопел от увиденного. За столом рабочего кабинета сидела темнокожая девушка лет двадцати пяти, от ее угольно черных глаз, цепкого холодного взгляда брала дрожь.

— Потом отдохнете.

— Охрана!

Через секунду в кабинет ворвались вооружённые сотрудники президентской охраны, один из них направил ствол «Бизона» на визитершу и тут же, потеряв сознание, повалился на пол.

— Я не убивать пришла вас.

— Допустим. — Петровский жестом приказал телохранителям пока не открывать огонь. — У тебя минута на объяснение.

— Вижу, вы не сильно то удивились моему появлению.

— После оживших мертвецов я должен чему-то удивляться?

— Хм, и то верно.

— Давай ближе к делу, кто ты, как и зачем объявилась тут?

— Выяснение того, кем я являюсь давайте оставим на потом, — невидимая сила вырвала пистолеты-пулеметы из рук охранников, оставив тех безоружными. — Думаю пока достаточно демонстрации моих возможностей и того, что я целиком на вашей стороне.

— То есть?

— Вспышка некроцитоза, как вы назвали данную болезнь, моих рук дело. Я устроила ее, дабы отвлечь Запад от войны с Россией, иначе вас раздавили бы.

— Где ты научилась всему этому? Даже наши лучшие специалисты не способны так играючи применять психокинез.

— Мне намного больше лет, чем кажется.

— Сколько?

— Пятизначное число.

— Вы же вроде все давным-давно исчезли.

Перед глазами Петровского неожиданно будто что-то вспыхнуло. И вот он обнаружил стоящим себя и одаренную девушку на крыше высотного здания, откуда был виден происходящий внизу хаос, сопровождаемый пожарами, стрельбой, воем сирен, толпами бегущих людей. В воздухе барражировали гражданские и военные вертолеты.

— Что ты сделала!?

— Всего лишь телепортация.

— Невозможно!

— Тем не менее мы за доли секунды перенеслись на другой конец мира. Узнаете город?

— Вроде Лондон.

— Стоит мне подумать и весь этот кошмар закончится прекратится. Некоморфы обратятся в лужи безвредной слизи, будто их никогда не существовало.

Петровский некоторое время задумчиво наблюдал за мельтешащими на улицах города фигурками людей.

— Если хочешь сотрудничать, давай говорить сразу на чистоту.

— Справедливое условие.

— Кто ты и зачем нам помогаешь?

— В давние времена люди поклонялись мне как богине смерти, это являлась основной моей ипостасью, но было множество других. Не важно. Славяне знали меня как Марену. И я помогаю не только вам, а всему человечеству.

Петровский усмехнулся:

— Оно и видно.

— Западная цивилизация это полный тупик, деградация, она изначально обречена. Я решила, без нее будет лучше, мир должен принадлежать вам и народам Востока, не утратившим до конца свои нравственные и моральные ценности.

— Рад, что наши мнения схожи.

— Вы должны знать еще кое о чем, собственно, именно с этим связан мой визит к вам. Нужна помощь ваших спецслужб, в одиночку мне не справиться, несмотря на огромную психическую мощь. Как вы относитесь к возможности существования внеземных цивилизаций?

— Ну и вопрос.

— Просто ответьте.

— Кое-что слышал от военных, вроде в советское время к нам в руки пара инопланетных беспилотных кораблей попала. Их активно изучали, информация засекречена, даже глава государства получает к ней допуск лишь в исключительных ситуациях. Мне неизвестны подробности.

— Они уже здесь, — обрезала Марена. — И они готовят почву для полномасштабного вторжения. Западные финансовые и политические элиты вступили в сговор с ними ради собственной выгоды…

— Что от нас конкретно требуется?

— Все, чем можете помочь. Разведывательная информация, люди, оружие. Обещаю, в долгу не останусь.

— Поешь складно, да верить на слово тебе, увы, не могу и не имею права, будь ты хоть древним божеством.

— Очнитесь, Филипп Олегович, разве станет настоящий враг вот так распинаться перед вами, доказывая дружественность своих намерений? Мне ничего не стоило без шума уничтожить вас, вашу охрану и армейские подразделения в радиусе километра, но я тут стою перед вами.

— Время покажет, насколько ты хороший союзник, а пока предлагаю вернуться обратно.

— Как скажете.

К моменту возвращения в Орехово-Зуево президентская охрана и военные стояли на ушах в связи с исчезновением верховного главнокомандующего вооруженными силами Российской Социалистической Республики. Солдаты прочесывали каждый квадратный метр в окрестностях воинской части, искали любую зацепку.

Из-за внезапного появления Петровского и Мары в том же кабинете, откуда телепортировалась несколько минут назад, телохранители едва не расстреляли их.

— Спокойно! Все нормально, опустите оружие! Она на нашей стороне!

— Вы уверены, Филипп Олегович?

— Уверен, Коля, на сто процентов.

— Ну… как скажете…

— …решайте сами, господа, стоит мне щелкнуть пальцами и пандемия закончится.

После длительного молчания, командующий Сухопутными войсками озвучил решение:

— Считаю, пора прекращать этот рассвет мертвецов, пока зараза не достигла наших границ. Штаты вне игры, в Европе воцарилась анархия, япошки тоже по-тихому сворачиваются, в общем… мы практически победили.

— Пожалуй, соглашусь с Ефимом Иванычем, — согласился Петровский. — Заканчиваем играть в некромантию, дальше справимся без твоей магии.

Присутствующие на командном пункте люди никак не ощутили всплеск психической энергии, распространившийся быстрее скорости света по планете. Каждый лич, зомби, некроморф, не успевший до конца обратиться зараженный человек, зверь, птица мгновенно обратились в слизкую белковую жижу по воле древней богини. Исчезли все источники заражения.

— Дело сделано, — ответила Мара. — Можете дождаться подтверждения моих слов.

Завоевать доверие российских властей с ее возможностями не составило серьезных проблем. В течение двадцати четырех часов она по наводке Службы внешней разведки убила сотни и поглотила души без малого трех сотен человек в разных частях света, составлявших основу мировой правящей элиты, состоящей из влиятельных западных политиков, банкиров, бизнесменов, членов их семей, подвернувшихся под руку. Гидра оказалась обезглавленной. Для себя Мара четко уяснила одно: договариваться с капиталистами себе дороже, их не интересует ничего кроме увеличения личных капиталов и получения сверхприбыли, понятия совести, долга, чести для них пустой звук.

Развязанная война, не только в России, но и в Китае, Африке, Южной Америке являлась для небольшой кучки богатеев быстрым средством получения прибыли, захвата рынков и территорий. Договор с пришельцами сулил этим «избранным» дополнительные бонусы: обретение абсолютной власти над отдельно взятым мирком и биологическое бессмертие. Они бы отдали пришельцам Землю на блюде, без боя, без сопротивления. Их физическое устранение позволит приостановить маховики питающейся кровью и страданиями миллионов людей алчной машины. Времени должно хватить для наведения порядка на планете и консолидации человечества, Мара поклялась себе защитить родной дом от кошмарной судьбы. Любой ценой.

Менее, чем через час большинство мировых СМИ наперебой трубило о неожиданном исчезновении живых мертвецов, с улиц европейских и американских городов передавались репортажи, где журналисты рассказывали ровно одно и то же: кошмар закончился. Теперь правительствам пострадавших стран предстояло ликвидировать последствия ужасающей катастрофы, несмотря на то, что она длилась меньше месяца, количество погибших и пропавших без вести по разным оценкам составляет двести миллионов человек. США, главный агрессор, пострадали серьезнее всех из-за провоцированных техногенных аварий, жалко индейцев, нежить слишком переусердствовала, устраивая подрывы атомных электростанций. Жалко Джорджа, погибшего от залпа с инопланетного корабля.

— Надеюсь я достаточно сделала, чтобы вы мне поверили?

— Более чем.

— Я помогла вам, теперь вы помогите мне.

— Хорошо. — Без возражений согласился Петровский. — Окажем любую посильную помощь.

— Дайте мне полностью укомплектованный мотострелковый батальон.

— Для чего? — Ответил главком Сухопутных войск. — Можно конкретнее?

— Для штурма базы чужих.

— Каких еще чужих? — Не понял генерал. — Ты про инопланетян?

— Я тебе потом расскажу, Иваныч.

— Дело обстоит так: представители очень агрессивной внеземной цивилизации развили бурную деятельность в Солнечной системе. На Земле и, вероятно, других ближайших планетах у них создано некоторое количество операционных баз. В Сан-Франциско буквально пять дней назад довелось столкнуться с ними в прямом бою, меня атаковали два инопланетных боевых корабля. Один я сбила и вытянула сведения из мозгов экипажа. Они базируются в Антарктиде, там у них подо льдами за двести лет целый город построен, для его штурма понадобятся солдаты. Ясен ваш скептицизм, но поймите, за спинами западной закулисы стоят куда более могущественные силы, чем можно вообразить. С ними в принципе нельзя договориться, в лучшем случае человечество просто перебьют как тараканов, в худшем используют в качестве источника биоматериала для создания гибридов.

— Нет, пожалуй, это уже слишком. — Возразил генерал. — Если они такие плохие, почему еще не напали?

— Им некуда спешить.

— Не поверю, пока не увижу.

Посреди штабной палатки словно из ниоткуда выплеснулось около сотни литров воды и тело некоего человекоподобного существа с сизой, почти синей кожей. У присутствующих военных, включая самого президента, округлились глаза при виде этого.

— Достаточно доказательств?

Пораженный до глубины души генерал, не сводя взгляда с мертвого пришельца, молча кивнул головой.

— Его немного объели рыбы.

Появившиеся из-за угла воины ахатум по моей команде загорелись зеленым пламенем, все сопровождалось душераздирающими криками и беспорядочными метаниями по коридору. Менее, чем за минуту внутренние органы пришельцем полностью выгорели, получив фатальные повреждения. Минус три. Я бросился бежать дальше, надеясь хоть на какое-то время сбросить хвост, хотя глупо с моей стороны — чужие наверняка вживили какие-нибудь устройство слежения. И если я его не обнаружил экстрасенсорикой при беглом осмотре, это не значит, что ничего нет. Одолеть в честном бою дюжину пришельцев та еще задачка, в первую очередь из-за представителя Телкра, нейтрализующего мои атаки против него и остальных воинов. Единственная возможность победить их — перебить по очереди, стоило последним синемордым выйти за пределы антипсихической защиты и поминай как звали… Куда легче биться будет с Телкра один на один, когда в тебя не бьют пучками заряженных частиц в десяток стволов.

Расширенное восприятие и фрагменты памяти пришельца позволяли не запутаться в хитросплетениях коридоров и лабораторных помещений, я заранее знал надо бежать, куда не надо. По пути попадались свидетельства истинного отношения ахатум к нам: над похищенными в разных частях света людьми проводились ужасающие генетические эксперименты. Тут находились тысячи анабиозных камер, где содержались подопытные образцы, над одними уже успели поработать, другие ожидали своей очереди. Цель исследований заключалась в выведении наиболее качественных гибридов, ахатум пытаются добиться этого разными путями: клонированием в пробирке, оплодотворением женщин инопланетным генетическим материалом, попытками превратить зрелых людей в нечто ужасное при введением специальных ретровирусов и перепрограммированием ДНК. За двести шестьдесят лет пребывания на Земле они частично добились желаемых успехов, выведя жизнеспособную популяцию полукровок. Внешне они выглядят не столь отталкивающе, как убиваемые мной ахатум, но инопланетные черты отчетливо проглядывают: синеватый оттенок кожи, четыре пальца на руках и ногах, несколько иное строение суставов, отсутствие волосяного покрова ниже головы. Они подготовили нам замену. Мониторы показателей жизнедеятельности на стекле капсул показывали, что гибриды готовы к пробуждению.

Внезапно шестое чувство взвыло подобно сирене, предупреждая о приближающейся со спины опасности, я едва успел сделать рывок вправо, прежде чем в меня вонзилось шипастое лезвие инопланетного клинка. Сбросивший с себя покров оптического камуфляжа охотник ахатум прорычал, недовольный тем, что скрытная атака провалилась.

Второго шанса я ему не дам. Телекинетическй толчок должен был впечатать пришельца в одну из анабиозных камер, но вопреки ожиданиям противник лишь слегка покачнулся. Значит очередной Телкра попался, становится понятно, почему не удалось зафиксировать его приближение — они как-то маскируют собственные биополя.

— Получи, сука!

Прочно закрепленные у стен капсулы с полукровками слетели с креплений и направились к готовившемуся атаковать Телкра. Пять летящих с разных сторон холодильников заставили его отвлечься, чтобы парировать удар. Четыре из них он ловко отбросил назад или изменил траекторию полета, с последним инопланетчик не справился. Капсула с грохотом ударилась о золотистую броню охотника, тот рухнул на пол, придавленный парой тонн веса. Вообще одна морозилка весит килограмм двести, но я во избежание неприятностей увеличил нагрузку. Начинаю понимать, почему Мара как огня боится Телкра. Я едва справился с одним, что будет, когда они накинутся толпой в сотню рыл? Тут и эфириалу не устоять.

— Ну, и что делать будем? — обратился к ахатум, который готов выпустить мне кишки. — Мне надоел этот цирк.

Прекрасно понимаю: выпустили они меня не забавы ради, а для проверки потенциала в боевых условиях. Разумно будет хотя бы попытаться установить контакт и потянуть время, вдруг подвернется реальный шанс свалить отсюда.

— Неплохо для человека… — ответил пришелец по-английски на попытку залезть ему в разум. — Очень неплохо.

— А я считал, ты не заговоришь и придется опять потрошить мозг.

— Убери эту морозильную камеру с меня! — В высокомерном тоне потребовал Телкра. — Немедленно!

На что я добавил две тонны веса. Интересно, насколько прочны его кости?

— С чего бы?

— Ты успешно прошел тест, больше никто не будет пытаться тебя прикончить.

— Засунуть себя снова в ту душегубку не дам.

— В этом больше нет необходимости. С тобой хочет поговорить сам Координатор, мы убедились, что с тобой проще вести диалог, чем пытаться сломать.

— Так вот, зачем вы кололи мне наркоту.

— Мы хотели превратить тебя в послушное животное, не способное критически мыслить и проявлять свободу воли.

— Какие вы все же уроды.

— С твоей точки зрения, возможно.

— Кто такой этот ваш Координатор? Самый главный?

— Он отвечает за проведение интеграции Солнечной системы в состав Домена Чшасхатран.

— Ладно, я тебя отпущу, — внутренний детектор лжи молчал. Либо пришелец настолько умело ставит ментальную защиту, ведь влезть в его разум с ходу не получилось, либо говорит правду. — Но шаг влево, шаг вправо и я тебя прикончу.

— Как же с вами трудно работать…

— Будем считать это положительным ответом.

Анабиозная камера отлетела в сторону и ахатум, подняв клинок, резво вскочил на ноги. Теперь я мог в деталях разглядеть его броню, она представляла собой нечто вроде силового костюма. Под слоем внешней защиты из золотистого металла находились искусственные псевдомышцы, усиливающие силу скорость носителя минимум в несколько раз. Что-то подсказывает, что данное обмундирование намного совершеннее, чем кажется на первый взгляд.

— Иди за мной, — бросил пришелец. — И не отходи ни на шаг.

— Ага.

Наша прогулка затянулась на целый час, бесконечные лабиринты коридоров, переходных шлюзов, почти не отличающихся друг от друга. Пожалуй, самостоятельно не отсюда не выбраться, мне не пробить разделяющие сектора базы гермоворота. Воин Телкра нехотя отвечал на некоторые вопросы, мне кажется, его самолюбие было сильно уязвлено. Еще бы, его одолел в бою какой-то глупый лысый примат с отсталой планетки на краю галактического рукава.

— Вот ответь, сколько разумных рас вы покорили? Земля ведь далеко не первый из миров.

— На нашем пути пали десятки высокоразвитых цивилизаций, остальная едва вышедшая в космос мелочь вообще не заслуживает никакого упоминания, мы их раздавили как червей.

— Почему обязательно нужно всех уничтожать?

— Вселенная не терпит слабаков. Законы природы предполагают борьбу между конкурирующими биологическими видами, подобное правило применимо и к высокоорганизованным сообществам. Мы сильнее, значит за нами эволюционное превосходство. Извечная борьба позволила выйти моей расе выйти далеко за пределы родного мира и покорить более половины галактики, рано или поздно мы выйдем на совершенно иной уровень. А слабые расы обречены на застой, деградацию и вымирание. Почему бы не облегчить работу эволюции?

— Весьма однобокая точка зрения. Слабый, не значит бесполезный и никчемный.

— Не надо лицемерия, человек, вы ничем не отличаетесь от нас. Я хорошо знаю историю Земли, на протяжении всей ее истории вы только и занимаетесь тем, что истребляете слабых, не только другие виды, но и собственных сородичей. Люди ничем не лучше ахатум, правда в отличие от вас мы не врем самим себе и принимает собственную суть такой, какая она есть.

— Ваша раса подобна саранче.

— У тебя будет время подобно разобраться в нашем мировоззрении.

— Что вы от меня думаете получить?

— Координатор все скажет.

Телкра привел меня в обширный зал куполообразной формы, наполовину облицованного тем же материалом, из которого сделаны корабли и постройки пришельцев. Вторая половина помещения сделана из прозрачного стекла, за ним открывался вид темной океанской пучины и нависающий над базой ледяной панцирь. Открывшейся панорамой любовался ахатум в черном одеянии наподобие монашеской рясы без капюшона. Телкра обменялся с начальником парой фраз и удалился восвояси, оставив нас наедине.

— Прошу, подойди сюда, человек, — вежливо попросил грубый голос с металлическими нотками. — Я не причиню тебе вреда.

В нем чувствовалась необычайная психическая мощь, немногим уступающая силам Мары. При желании Координатор не напрягаясь раздавит десяток таких как я.

— Не очень понимаю, чего вы от меня хотите. Сначала пытали, теперь решили устроить переговоры, надеетесь перетянуть на свою сторону?

— Можно и так сказать.

— Назови хоть пару причин, почему я должен продать собственный мир головорезам из другого мира.

— Эфириалы есть зло.

— Зло — понятие относительное, что для одних чистое зло, для других может оказаться благом.

— Они бич многих разумных рас, паразиты, кормящиеся жизненной эссенцией органических созданий, не дающие им развиваться и эволюционировать. Миллионы лет назад мой народ страдал от ига этих самозваных богов, но нам хватило сил и смелости восстать против них, сбросить ярмо рабства и начать следовать собственному пути. Земле повезло, что из-за изменения течений вселенского эфира она стала враждебной средой для высосавших из вас энергию паразитов.

— Повезло ли? Мара считала взрыв сверхновой спровоцированным специально.

— Не специально. Мы проводили эксперименты по ускорению эволюции звезд, в результате случайно спровоцировали грандиозную катастрофу.

— И тем не менее, я пока не услышал от тебя весомых аргументов.

— Разве мало того факта, что эфириалы паразитируют на нас?

— Но взамен дают защиту и покровительство.

— Для горстки избранных жрецов и правителей, помогающих держать народные массы в повиновении. Большинство остается не удел, довольствуясь редкими «божественными дарами».

Тут я не выдержал:

— Уготовленная вами участь для человечества не идет ни в какое сравнение властью эфириалов! Я видел результаты ваших ебаных опытов!

— Глупец, интеграция станет избавлением для твоей расы. Больше никаких раздоров, войн, болезней, экономических кризисов, вы вольетесь в нашу империю и получите доступ к передовым технологиям, путешествия между звездами станут обыденным явлением. В вас есть потенциал, который грех не использовать.

— Какая-то странная интеграция получается… Уничтожить людей и заменить их мутантами-полукровками.

— Я объясню. Когда исследования завершатся и мы добьемся минимальной смертности, на свободу будет выпущен вирус, призванный изменить и улучшить человеческий геном. В результате рожденное потомство уже в первом поколении приобретет признаки принадлежности к новому виду. Именно он постепенно и унаследует Землю, никакого геноцида и кровопролития. Людская раса переродится в более совершенную форму.

В этот момент Координатор слегка потерял бдительность, ослабив психическую защиту, на пару секунд мне удалось заглянуть в его голову.

— Ты чем-то встревожен, начальник, не так ли? Что-то пошло не так и ты ищешь способа избежать окончательного провала.

— Эфириал слишком сильно отъелся, обрел невообразимую мощь. Все, над чем мы работаем последние столетия, находится под угрозой, поэтому я пошел на крайние меры, снизойдя до разговора с тобой.

Слова пришельца внушили мне немного оптимизма.

— Значит вам, синие морды, скоро пиздец настанет, валите отсюда или копайте могилы.

— В случае провала моей миссии Повелитель пришлет сюда флот вторжения, он не оставит от твоей драгоценной планеты ровным счетом ничего. Технологический уровень землян и ахатум несопоставимы, следуя за эфириалом вы приведете себя в могилу. Обдумай оба варианта: возвысить свою расу или обречь ее на бесславное поражение. Что лучше?

— Ты не рассматривал вероятность нашей победы?

— В составе нашей империи десятки тысяч обитаемых систем, техническое, экономическое и численное превосходство. Даже с эфириалом в качестве поддержки противостояние с нами обречено на неудачу, пусть и затянется на сотни лет. Люди не смогут вечно отбивать атаки войск Домена.

— Мы найдем союзников.

— Не будь наивен, в нашем галактическом рукаве не осталось неподконтрольных цивилизаций, представляющих серьезную угрозу.

— Вот дерьмо.

— Советую не спешить с принятием решения, обдумай все как следует. Отбрось эмоции и чувства, они не приведут ни к чему хорошему. Попытаешься меня убить, я не стану сопротивляться, в таком случае участь твоей планете грозит незавидная…

Координатора упал на колени передо, его шею сдавила телекинетическая удавка. Рискованный ход, решил поддаться и перетянуть меня на свою сторону. Если подумать, к словам главаря ахатум есть резон прислушаться. Предать Мару или не предавать, при этом обрекая людей на истребление? Меня поставили перед трудным выбором.

— Эффективный ход.

Координатор оказался почти задушенным.

— За двадцать тысяч земных лет жизни перестаешь бояться смерти или поражения, становишься в некотором роде… фаталистом. В конце концов, от неизбежного не уйти. Какая разница, столетием раньше, столетием позже…

— Хорошо, убедил. Жизнь единственного эфириала в обмен на миллиарды спасенных жизней — справедливая цена. Деваться некуда.

Пришелец поднялся с колен, подошел ко мне и положил руку на плечо.

— У вас есть поговорка про отчаянные времена и отчаянные меры. Сейчас именно такой момент.

— Что мне делать?

В полу открылось потайное отделение, откуда вылетел предмет, отдаленно напоминающий латную перчатку с круглой стекляшкой на ладони.

— Данное устройство позволяет оперировать энергией физического вакуума, преобразовывать ее почти в любую доступную форму. Отличное дополнение к пси-способностям.

— Не боишься, вдруг я передумаю и обращу оружие против вас?

— Надеюсь на твое благоразумие. Разнеси меня и всю базу на кварки, но не забывай про последствия. Потеряв со мной связь, Повелитель немедленно отдаст приказ об отправке карательной экспедиции.

— Никогда не поверю, что в перчатку не встроено никаких ограничителей от несанкционированного использования.

— Она не нуждается в подобной защите, индивидуумы со слабыми способностями не смогут ей воспользоваться. Как бы ни пытались.

— Рискнем.

Паривший в воздухе шайтан-агрегат подлетел ко мне, одевать его не спешил, для начала просто взял в руки.

— Уничтожь эфириала как можно скорее.

— Мне бы выбраться отсюда как-нибудь.

Перед Координатором повис голографический экран с набором инопланетных иероглифов. Пришелец провел пальцем по верхней строчке.

— Я отключил квантовое поле, с перчаткой можешь телепортироваться в любое место на планете.

— Мара, забери меня отсюда!!!

Перед глазами взорвался салют искр и вот я стою посреди полупустой комнаты с облезлыми стенами, где лет двадцать не делали ремонта. В углу стоит тумбочка и кровать, на которой в позе лотоса сидела Мара. Увидев меня, повелительница смерти бросилась обниматься.

— Ты жив… я уже почти не надеялась.

— Да хорош меня душить.

— Ты сбежал от них?

— Ну почти. Для начала проверь, нет ли во мне и вот в этой штуке каких-нибудь жучков, источников сигнала.

Мара больше минуты сканировала меня и перчатку в поиска следящих устройств. По завершении осмотра был вынесен вердикт:

— Ничего подозрительного кроме самого устройства. Как ты его вообще умудрился раздобыть?

— Пришелец отдал.

— В смысле ты отобрал его?

— Они дали мне его по доброй воле.

— Нет, не может быть, — повертела богиня головой. — Такие дистракторы[1] не каждому Телкра выдаются, а уж доверить такое страшное оружие человеку…

— Есть серьезный разговор, Мар.

— Что они тебе наговорили? — нахмурилась она. — Что пообещали?

— Ничего, просто обрисовали будущие перспективы. Не прислушаться к их словам будет величайшей глупостью.

— Напомнить, как они поступают с покоренными расами!?

— Поверь, я сам не в восторге от всего этого. Но что остается? Сдохнуть в бессмысленной схватке или жить дальше, приспособившись к новым условиям? Шансов победить их нет, они с легкостью давили превосходящие на тысячи лет земную цивилизации. У нас есть шанс обойтись без кровавой мясорубки.

— Убив меня.

— Я этого не сделаю.

— Почему?

— Ты прекрасно знаешь почему. — Что я к ней испытываю? Сам постоянно задаюсь этим вопросом. Любовь? Вряд ли, не настолько хорошо успел ее узнать, да и человеком она не является, несмотря на внешний облик, скорее вижу в ней друга, готового вытащить из любой передряги.

Мара закрыла глаза и тяжело вздохнула.

— На дистракторе имеется записывающее устройство, я перезапишу его память и они решат, будто я действительно мертва.

Стекляшка на ладони замерцала синим огоньком, когда перчатка оказалась в руках богини.

— Подлога не заметят?

— До тех пор, пока я не устрою что-нибудь наподобие нашествия живых мертвецов не заметят. Ахатум обычно отслеживают мне подобных по аномальным выбросам психической энергии, впредь я серьезно ограничу применение магии.

Закончив перепрошивку дистрактора Мара протянула его обратно.

— Надень.

— А как ей пользоваться? Мне бы инструкция не помешала.

— Перчатка сама объяснит, войдя в прямой контакт с оператором.

Напялив шайтан-агрегат на левую руку я ощутил слабое покалывание в ладони, это тысячи микроскопических нитей, выполняющих роль искусственных синапсов, впились в кожу и подсоединились к нервной системе. Я ожидал галлюцинаций, голосов в голове или чего-то похожего, однако ничего страшного не случилось. Сразу после контакта я обнаружил, что обладаю базовыми навыками управления дистрактором.

— Пожелай мне удачи.

— Ни пуха.

— Быстро ты вернулся.

— Дело сделано, я закончил начатое вашими Телкра.

— Сейчас мы это выясним. — Нейронные контакты отключились, перчатка сорвалась с моей руки и перелетела обратно к настоящему хозяину, который ее тут же нацепил на себя. — Копаться в твоей голове ты вряд ли позволишь, поэтому все расскажет память дистрактора.

Вмонтированная устройство синяя стекляшка спроецировала в воздухе голографический видеосюжет, где был запечатлен я. С моей руки в сторону обескураженной Мары срывается белый луч, она пытается защититься от энергетического удара, но тщетно, вместилище богини вместе с ее духом оказались аннигилированы. Ничего не осталось кроме кучки дымящегося пепла на полу. Координатор удовлетворенно хмыкнул, хотя не знаю, насколько внешние реакции ахатум схожи с человеческими.

— Ты не соврал.

— Не было смысла, я прекрасно осознаю, что стоит на кону. Один озлобленный эфириал не стоит миллиардов жизней моих собратьев, какими-бы сволочами и уродами они ни были.

— У меня есть для тебя небольшой подарок. — Координатор махнул рукой и через секунду воин ахатум ввел в зал седовласого мужчину лет шестидесяти в дорогущем деловом костюме, галстуке и туфлях. Несмотря на потрепанный вид, в пленнике ощущалась солидность, вероятно он владеет огромным состоянием, вон стоит только поглядеть на его научные часы из золота. Боюсь представить их стоимость. — Позволь представить, Йохан Люонд, швейцарский банкир, меценат, глава семьи Люондов, общее состояние которой оценивается в два триллиона евро. Владеет многими банками, фармацевтическими и нефтяными транснациональными компаниями, крупный акционер Global Armour Group, член Масонской ложи. Он и его друзья из Бельдербергского клуба финансировали через Федеральную резервную систему США войну против России и фактический геноцид гражданского населения.

Заглянув в разум этой алчной твари, я захотел убить его, не сразу, а долго и мучительно.

— Зачем вы притащили эту мразь сюда?

— Чтобы ты понял: ответственность за царящий в мире бардак лежит целиком на людях. Мы лишь предложили богатым мира сего в обмен на бессмертие и достойное место в новом порядке создать единое мировое правительство, объединить вашу расу под общим знаменем. Средства и методы для достижения цели они выбирали сами, ахатум не вмешивались и выполняли роль наблюдателей.

— Эфириал устроил капитальную зачистку им, верно?

— Люонду удалось выжить исключительно благодаря хорошей конспирации, никто кроме круга приближенных людей не знал точного местоположения его убежища.

— Тупой щенок! — неожиданно заговорил богач. — Ты уничтожил все, ради чего мы старались!

— Вы старились набить свои карманы, считали себя хозяевами жизни, ничего более.

— Благодаря тебе Земле человечеству конец!

— Ошибаешься, Йохан, — перебил Координатор. — Эфириал и его подручные сделали полезное дело, зачистив вас.

— Что? — Банкир опешил от таких слов. — Но как же Договор? Как же гарантии…

— Для вас нет ничего святого, все, к чему вы стремитесь — власть и богатства. Найдутся и другие кандидаты на роль объединителей человечества.

— Кто?

— Русские, японцы, китайцы, индусы. Вы же проиграли, не сумев ликвидировать угрозу со стороны эфириала. — Координатор посмотрел на меня. — Делай с ним, что хочешь, препятствовать не буду…

Заманчивое предложение, вырезать сердце и выпить жизненную силу, однако глупо убивать такой кладезь полезной информации. Поступим иначе. Люонд без сознания рухнул на пол.

— Если позволишь, я передам его российским властям, пусть народ знает одного из главных виновников большинства наших бед.

— Логичный шаг.

— И отпусти пожалуйста вампиршу, захваченную вместе со мной.

— Увы, не могу удовлетворить твою просьбу. Она крайне ценный образец для исследований — переходное звено между обычным организмом и некроморфом. Ее изучение, возможно, позволит лучше понять сущность данного феномена.

Я при помощи телекинеза подтянул тушку богача к себе.

— Доставите меня обратно в Россию?

— Передай вашим властям, что совсем скоро Землю ждут перемены. Пусть не затягивают с созданием единого государства, ахатум не станут договариваться с каждым национальным правительством в индивидуальном порядке, в противном случае, если не сумеете объединиться, за вас это сделаем мы. Будь уверен, наша кастовая система гораздо жестче любой земной диктатуры.

— Передам.

— И еще, по прибытию наших колонистов в систему они начнут активно осваивать Марс, Земля останется вашей.

— И это передам.

— Как у вас говорят, я не прощаюсь. Возможно, лет через тридцать мы увидимся снова.

Координатор взмахнул рукой и я вместе с Люондом телепортировался ровно в то место, куда забирала меня Мара.

— Ну, как все прошло?

— Я бы сказал отлично. И позволь представить тебе Йохана Люонда, члена бельдербергской тусовки. — Мара уже было протянула к его душе психические щупальца, но я помешал. — Нет! Живым он будет полезнее.

— Какой смысл?

— Для наглядности, оставим его для публичного суда. В конце концов, ты их ряды основательно проредила.

— В живых остались считанные единицы, да и те затаились и вряд ли когда-нибудь высунутся.

— Кстати, где мы находимся?

— В Орехово-Зуево, на территории воинской части.

— Вышла на связь с военными значит… хорошо.

— Мы уже собирались штурмовать антарктическую базу, командование НОАР обещало выделить батальон лучших ее бойцов. Но вижу, надобность в операции отпала.

— Наша работа выполнена.

— Ошибаешься, Никит, самое трудное впереди.

— Внимание! Говорит и показывает Москва! — пронесся над площадью и тысячами находившихся на ней людей голос диктора. — Работают все центральные каналы телевидения. Смотрите и слушайте Москву.

Раздалась троекратная перекличка колоколов Фроловской башни и, не успев звон раствориться в воздухе над столицей, как сменилась ударами курантов. По брусчатке, вдоль ГУМа, застыли два ряда бронетехники, воспринимавшиеся единым организмом Возле Кремлевской стены расположились трибуны с военными и просто людьми в штатском. Все было почти как до войны, только отсутствовал Мавзолей — его оккупанты сравняли с землей, а тело Ильича захоронили в какой-то безымянной могиле.

Над главной площадью страны повисла звенящая тишина. Ветер колыхал флаги Российской Социалистической Республики, изуродованные пулями и снарядами стены ГУМа были скрыты под драпировками из полотнищ цвета красного знамени, в центре стоял огромный экран, вокруг которого находились щиты с георгиевскими лентами и надписями «2031–2034»…

Мы победили в одной войне, но сможем ли выстоять в следующей, против многократно превосходящей нас силы, покорившей десятки тысяч обитаемых миров и сотни развитых цивилизаций? Мы с Марой наблюдали за парадом непосредственно с трибуны, совсем недалеко находился верховный главнокомандующий вместе с генералами. Не люблю бахвальства, но, думаю, мы заслужили находиться здесь. Война обошлась нам в восемь миллионов жизней, загубленных в ходе устроенного оккупантами геноцида.

— Товарищ Верховный Главнокомандующий Вооруженными силами Российской Социалистической Республики, войска Второго Западного фронта для Парада в ознаменование победы в Третьей Отечественной войне построены! Командующий Сухопутными войсками — генерал армии Миронов!

— Вольно! — скомандовал министр обороны, в это время президент Петровский направился к микрофонам, стоявшим на помосте перед трибуной.

— Братья, сестры! — обратился президент России, после того как умолкла музыка. — Уважаемые граждане России! Товарищи солдаты и офицеры! Поздравляю вас с окончанием Третьей Отечественной войны и восемьдесят девятой годовщиной победы в Великой Отечественной войне…

Я смотрел на счастливые лица людей, переживших несколько лет ада, и немного завидовал им. О, блаженны не ведающие. Они не представляют, с чем предстоит столкнутся следующему поколению и какие испытания ожидают Землю.

— …с праздником вас! С Днем Великой Победы! Слава победителям! Ура!

Танки Т-14, БМП «Курганец», солдаты, выстроенные в колонны, пришли в неуловимое движение, четко слаженный организм сделал вдох, чтобы разразиться троекратным «Ура!» тысячами голосов, слившимся в один. Зашевелились трибуны: все встали и замерли — заиграл российский гимн. Послышались раскаты салюта, сопровождавшего главную песню страны.

Не без помощи Мары мне удалось убедить российское руководство в серьезности инопланетной угрозы. Как только страна оправится от войны, начнется серьезная работа по созданию объединенного земного правительства, благо никто в здравом уме нам не посмеет мешать, да и не сможет. Америка, оставшаяся без внешнеполитического руководства, лежит в руинах и нынче не помышляет о мировом господстве. В Европе никак не угомонятся африканские и ближневосточные мигранты, решившие, что в связи с восстанием мертвецов грядет конец света, там вспыхнула настоящая гражданская война. Китай также расколот на враждующие между собой коммунистический север и решивший строить демократию юг. Япония после двух сгоревших в ядерном огне многомиллионных городов погрузилась в траур, Окинаву все же не удалось поразить из-за перехватившей «Томагавк» ПРО. Последние остатки войск самураев спешно перебрасываются с континента на метрополию для ликвидации последствий атомных ударов.

Досталось всем, включая Россию, однако у нас есть козырь в виде отъевшейся на душонках американских бюргеров богини. Конечно действовать открыто Мара не может из-за большого инопланетного брата, но это не является проблемой. На нашей стороне абсолютная поддержка российского правительства: президент с министром обороны радостно потирают руки, осознавая, какой могущественный союзник находится на их стороне. Хотя с другой стороны высшие военные чины всерьез опасаются захвата власти существом, способным силой воли оживлять мертвецов, несмотря на обещание не лезть в политику. Мара не скрывала, что ей не очень то нравится оставаться в тени и быть на побегушках у людей: то приходится давать мастер-классы по использованию магии, то общаться с учеными и позволять проводить на себе различные опыты.

Меня же в добровольно-принудительном порядке запрягли работать на СВР в качестве телепата и экстрасенса. Профиль работы самый разнообразный: от проверки сотрудников на благонадежность до дистанционного взлома мозгов политиков враждебных государств. Войну ведь официально никто не прекращал. Да и какие могут быть договоры с теми, кто хотел уничтожить десятки народов с лица Земли? Первая волна чисток, устроенных Марой, обезглавила гидру, но она не убита окончательно, тело продолжает трепыхаться и если ничего не предпринять, на место старых Люондов придут новые.

Работы осталось не початый край, а времени так мало.

Дистрактор (лат. distraho, distractum растягивать, разнимать; Дис— + traho тянуть) в данном случае подразумевается расширение возможностей по управлению материей и энергией.