– Вы сами-то себя слышите?! – я вскинула взгляд на собеседника и тут же отвела глаза.

Вид у него был пугающий. Ростом под два метра, широченный в плечах, тату на лысом черепе и черная борода… Добавить к этому хмурые кустистые брови, пронзающий, сверлящий взгляд и огромные ручищи, в которых изящная кофейная чашка выглядела как игрушечная. Да и остальное кафе тоже – словно взрослый дядька решил поучаствовать в кукольном чаепитии.

– Разумеется слышу. – Кажется, его самого в сложившейся ситуации ничего не смущало. И даже немного раздражала моя непонятливость. – И готов повторить все сказанное.

– То есть Полина не умерла, а перенеслась в другой мир. Стала там королевой и теперь ей нужна моя помощь… А значит, мне следует отправиться в этот самый другой мир. И чтобы сообщить мне об этом, она послала вас – магистра каких-то там магических наук… – язвительно пересказала я услышанное только что.

– Артефакторских. И должен уточнить: формально в вашем мире она все-таки умерла.

Ну еще бы! Разумеется, умерла. Точнее, ее убили, и в этом не было никаких сомнений. Пять лет назад я сама организовывала похороны! Видела ее в гробу, смотрела на неживое, ставшее чужим лицо и никак не могла принять тот факт, что этой девочки больше нет.

И долго еще отвечала на бесконечные вопросы полицейских, а потом не пропустила ни одного заседания суда над негодяями, которые с ней это сделали.

Случайная свидетельница. Двое отморозков избивали парня. Девчонка вмешалась и получила удар ножом. Ей не суждено было узнать, что благодаря ей парень выжил – отморозки, испугавшись, убежали. Парень выжил, а она – нет…

Точно нет.

Я встряхнула волосами, отгоняя тягостные воспоминания.

– Да вы бредите! – я возражала без прежнего энтузиазма.

Просто устала спорить с сумасшедшим. Зачем вообще я сижу тут и все это выслушиваю? Хотя это как раз понятно – решила, что куда безопаснее разговаривать с этим громилой в людном кафе, чем на кладбище.

Да, вишенка на торте: этого жуткого типа я встретила на кладбище пару часов назад.

Утреннее солнце заливало надгробия золотистым светом. Я с букетом белых роз шла по знакомой дорожке, как и каждый год в этот день. Тогда и увидела его в первый раз – огромный, как гора, байкер брел поодаль. Сердце стукнуло громко и тревожно – место пустынное, вовсе не такое, где хочется столкнуться с такой горой мускулов. Но он свернул с дорожки и направился к какому-то из надгробий. Я еще усмехнулась про себя – у страха глаза велики. Как бы угрожающе ни выглядел незнакомец, на кладбище у него вполне могли быть такие же дела, как у всех: пришел навестить кого-то близкого.

Я спокойно дошла до огороженной могилки, достала из сумки пластиковую бутылку с водой, налила в вазу и поставила в нее розы. Вспомнила, что никогда не знала, какие цветы любила Полина – мы о многом говорили, но уж точно не о любимых цветах. Я вообще слишком мало успела узнать об этой девочке. Мы обсуждали символы, трактовки, учили язык, на котором говорят карты… А на самые обычные, человеческие разговоры времени, как всегда, не хватало.

И теперь об этом остается только сожалеть. А еще о том, что отпустила ее в тот роковой вечер одну, хотя было уже поздно и темно…

– Прости…

Я провела рукой по могильному камню, он был гладким и прохладным, вырезанные буквы ее имени чуть царапали пальцы. Убрала с могилы ветки и листья. Постояла еще немного и пошла по тропинке к выходу.

И вот тогда-то услышала шаги позади. Тяжелые, размеренные. Жутковатый байкер шел за мной. Я ускорила шаг, он тоже пошел быстрее.

Меня захлестнула паника. Я почти перешла на бег, задыхаясь летела к выходу, когда он меня окликнул:

– Жанна, постойте! Нам надо поговорить…

Жанна? Он меня знает?

Я даже замедлила шаг, пытаясь понять – хорошо это или плохо…

Вряд ли хорошо.

Мужчина знает, кто я, а значит, следил за мной, и наша встреча на кладбище не случайна. Вдруг это какой-то опасный маньяк?

А с другой стороны, может быть, это просто знакомый, которого я не помню. Раньше, когда я давала консультации, через меня проходило много народу.

Хотя нет, уж такого колоритного типа я бы точно запомнила.

– Я хотел поговорить о Полине, – он даже не запыхался, а у меня сердце выпрыгивало из груди.

Стало понятно, что убежать я все равно не смогу, так что пришлось пойти на хитрость.

– Конечно, с удовольствием с вами поговорю… – я попыталась беззаботно улыбнуться. Не уверена, что получилось, если честно. – Только давайте не здесь. – До ворот оставалось не больше сотни метров, я махнула рукой в ту сторону. – Видите, там через дорогу кафе? Думаю, в нем будет гораздо удобнее.

– Согласен, – обрадовался мужчина. – Если честно, здесь как-то жутковато, – добавил он, понизив голос.

У меня вырвался нервный смешок. Это ему-то жутковато? Что тогда говорить обо мне? Да я с минуты на минуту в обморок грохнусь от ужаса!

– Кстати, я не представился, – вдруг вспомнил он. – Меня зовут магистр Хорвирет.

Хорви… что? Какой еще магистр?

Впрочем, вдумываться в слова незнакомца мне было недосуг. Какая разница, как его зовут (ну или что этот псих придумал про себя), главное – не оставаться с ним наедине на пустынном кладбище.

К тому времени, как мы дошли до кафе, я почти успокоилась. Здоровяк вел себя вполне мирно, хватать меня за руки не пытался, к прохожим не приставал.

В кафе я точно буду в безопасности.

Была, конечно, мысль вызвать полицию или скорую – пусть этого психа увезут туда, откуда он сбежал. Но, поразмыслив, я решила сначала выяснить, откуда он знает, как меня зовут, и вообще, что ему нужно. В конце концов, раз нашел меня на кладбище, найдет и дома. А это в мои планы на дальнейшую спокойную жизнь точно не входило.

– Вы нужны нашей королеве… – объявил псих, как только мы уселись за столик поближе к барной стойке.

Я вздохнула. Все-таки сумасшедший.

К тому времени, как кофе был допит, я услышала достаточно бреда. И весь он сводился к одному – мне необходимо отправиться в другой мир, потому что ни на кого другого надежды нет.

– Что ж, мы отлично побеседовали, спасибо за увлекательную историю, но мой ответ – нет! – объявила я, отставляя пустую чашку. – Отправляться в другой мир я не планирую, в загробную жизнь не верю. Мне жаль, если я нарушила какие-то ваши планы, – тут я покривила душой: мне было вовсе не жаль. – Но у меня тут своя жизнь, свои дела… В общем, закончим этот разговор.

Я поднялась из-за столика. Ждать, пока принесут счет, не собиралась: оплачу на барной стойке. И кофе психа оплачу тоже – не хватало еще скандала. Машина припаркована неподалеку, так что успею добежать, прыгнуть за руль и уехать. Я уже достала ключи из сумочки, чтобы потом не возиться…

– Погодите! – «магистр» тоже поднялся. Покопался в кармане и достал сложенный вчетверо листок. – Вот, это письмо от ее величества… Ну то есть от Полины. Она там все…

Он сунул записку мне в руки.

Я отшатнулась. Бросила купюру на стойку, быстро проговорила: «Сдачи не надо!» и рванула к двери.

– Встретимся завтра, в это время, тут же, – продолжал он говорить мне вслед.

Я уже не слушала.

Домой и скорее!

Уже давно я так не спешила домой. Да и зачем спешить туда, где никто, кроме кота, не ждет? А коту я с утра насыпала столько корма, что до вечера он о хозяйке и не вспомнит.

Измена мужа, с которым прожили больше пятнадцати лет, развод… Все это даже не стало для меня таким уж потрясением. После гибели Полины остальные неприятности казались малозначительными и неважными.

Я припарковалась у подъезда, потянулась за сумочкой и увидела записку – видно автоматически схватила ее, лишь бы побыстрее убраться из того кафе. Взяла в руки, покрутила…

Я же не собираюсь ее читать?

Глупо вестись на выдумки какого-то сумасшедшего! Сам же и написал какую-нибудь бредовую ерунду. Подготовился…

Однако пальцы сами собой развернули бумагу, и сердце остановилось на мгновение, а потом понеслось вскачь как безумное.

Почерк был до боли знакомым… Сколько раз я видела, как Полина добросовестно записывает мои объяснения и комментарии в толстенную тетрадку, прикусив губу от усердия.

Да откуда этот псих вообще может знать какой у нее почерк!

Глаза сами собой побежали по строчкам:

«Дорогая Жанна, представляю, как сейчас вы удивлены и напуганы. Хотя, наверное, нет – не могу представить: случись со мной такое, сама бы ни за что не поверила. И все же это действительно я.

В том месте, где я сейчас нахожусь, я жива.

Долго думала, как доказать, что все это не глупый розыгрыш и не бред сумасшедшего. Хотела рассказать магистру Хорвирету побольше о нашей жизни, о том, как училась у вас, но боюсь, это может еще больше вас напугать. Вы решите, что он за нами следил.

И, наконец, я вспомнила. Пролистайте книгу «Особенности толкования старших арканов». Вы говорили, что мне еще рано ее читать, слишком уж сложно написано и даже специалисту можно запутаться, а я все-таки потихоньку читала. В тот, последний день – тоже. И забыла листок с пометками между страницами. Посмотрите, тогда вы убедитесь, что оставить их могла только я. И только я могла знать, где их искать. Надеюсь, так вы поверите, что это действительно я.

Потому что мне очень нужна ваша помощь.

Магистр Хорвирет знает способ переместиться сюда, к нам. Было бы нечестным сказать, что это совершенно безопасно и что потом вы сможете вернуться.

На самом деле я не знаю. И никто не знает. Так что даже просить вас об этом уже не очень здорово с моей стороны, а уж настаивать я и вовсе не могу. Но если вы решитесь – это может спасти меня. И не только меня.

В любом случае я рада даже возможности отправить вам весточку. Рассказать, что жива и у меня все в порядке… по крайней мере, было в порядке до недавнего времени.

С огромной благодарностью за все,

ваша ученица Полина».

Письмо выпало из разом задрожавших рук. Мне не нужно было бежать наверх по лестнице, врываться в квартиру и рыться в книге, чтобы найти записи Полины. Я уже нашла этот листок год назад, когда открыла пособие, чтобы уточнить, что может значить появление одной очень неожиданной карты в раскладе. Прорыдала тогда полдня, пришлось отменить консультации всем клиенткам…

Но ведь этого не может быть! Не может, и все тут!

Не знаю, сколько я просидела в машине тупо глядя перед собой. Мысли путались. Ну какой еще другой мир! Но записка…

Я наконец собралась с силами и вернулась домой.

Фантик бросился мне в ноги, громко мурлыча и заглядывая в глаза. Вообще-то не фантик, а Иерофант – так я назвала продрогшего черного котенка, подобранного у подъезда. Надеялась, что с таким именем у питомца хватит мудрости, чтобы обучиться искусству пользоваться лотком и не царапать мебель. С мудростью у него и правда все сложилось прекрасно, а вот имя сначала трансформировалось в нежное Иерофантик, а потом сократилось до Фантика.

– Даже не подлизывайся, еды тебе хватает!

Прошла в кабинет, села за стол и взяла в руки карты. Долго-долго перемешивала, не решаясь задать вопрос, который меня волновал. Но потом все-таки проговорила про себя: «Правда ли то, что мне сегодня рассказали?»

Только в такой формулировке. Слишком уж диким казалось спрашивать, жива ли Полина, существуют ли другие миры и не померещился ли мне безумный байкер.

«Солнце».

«Справедливость».

«Звезда».

Я долго смотрела на карты, хотя ответ был более чем ясен.

Все правда.

Более того, даже не вся правда, я узнала только малую часть.

Все три карты – старшие арканы, значит все серьезно.

Я смешала карты и спрятала колоду. Может ли вообще такое быть? Где-то там, в невероятном далеке, Полина все еще жива. Она стала королевой (дурдом какой-то!) и нуждается в моей помощи.

Уложить все это в голове было невозможно.

Не прошло и получаса, как в висках стучало, а голова раскалывалась. Я выпила таблетку и улеглась в кровать. Фантик устроился рядом, уткнувшись носом в ухо. Все равно ничего толкового сегодня не придумаю, а потому можно спокойно отложить размышления на завтра.

Что там сказал этот жуткий бородач? В то же время на том же месте? Видно, придется с ним встретиться еще раз. Сначала засыплю его вопросами, а потом….

Никакое «потом» в сложившейся ситуации ну никак не вырисовывалось. Хотя в этом как раз ничего удивительного. И ситуация, мягко говоря, нестандартная, и ответов на вопросы я все еще не получила.

В кафе у кладбища я приехала рано – к открытию. Боялась пропустить встречу.

Почем мне знать, что там у этих магистров с чувством времени. Решит еще, что мы встречались ранним утром и сбежит, не повидавшись. Время уже близилось к полудню. На этот раз я заняла столик у окна. Во-первых видно, кто входит и кто выходит из кафе, а во-вторых, жаться к барной стойке не было необходимости.

Я смутно догадывалась, что разговор будет не из тех, которым не повредят посторонние уши. Очень даже повредят, особенно если кто-нибудь из бдительных граждан решит вызвать скорую для двух потенциальных клиентов психушки.

«Байкер» появился после полудня. Я издалека увидела его крупную фигуру. Он приближался решительным, размашистым шагом. Пальцы дрогнули. Если все правда и я скоро увижусь с Полиной, обязательно выскажу ей все, что об этом думаю.

Неужели нельзя было найти не такого устрашающего переговорщика? Или у них в мире все такие – здоровенные и жутковатые?

Черт, я вообще думаю? Какая Полина, какой другой мир? Это же просто какое-то безумие.

«Байкер» увидел меня в окне, расплылся в улыбке и помахал рукой. Я сдержанно кивнула, напуская на себя строгость. На самом деле я боялась его до чертиков. Да и вообще, понятия не имела как правильно себя вести с пришельцами из других миров.

Он вошел в дверь, пересек кафешку и тяжело опустился напротив меня. Стул жалобно скрипнул.

– Значит поверили. Это хорошо, – он удовлетворенно кивнул. – Я неплохо знаю ваш мир, и не питал иллюзий. Поверить во что-то, выходящее за привычные рамки, – это самое трудное.

– Не поверила! – торопливо возразила я. – Точнее, не окончательно поверила…

– Но вы же здесь.

Тут крыть было нечем. Я действительно явилась на эту встречу. Считай я его обычным сумасшедшим в период обострения – меня бы тут не было.

– Здесь, – согласилась я. Но только чтобы задать вопросы. У меня, как вы понимаете, много вопросов.

Он деловито кивнул.

– Спрашивайте, на все отвечу с максимальной честностью.

– Так уж и с максимальной!

– Так велела королева… – он пожал плечами с таким видом, что стало ясно: королевские приказы у них выполняются беспрекословно.

Королевские приказы. Которые отдает Полина – милая девочка с огромными наивными глазами. Она и в магазинах-то не решалась спорить, если ее оттирали из очереди.

Все это напоминало глупой фарс, в котором я зачем-то подрядилась участвовать.

– Расскажите о Полине. Как она? Что с ней.

– Да вроде все неплохо. Вышла замуж за его величество короля Аларда Первого. Она его спасла, еще когда они вместе учились в магической академии. Не на моем факультете, конечно, но эту историю у нас все знают. А теперь живут, царствуют…

Я поднесла пальцы к вискам, помассировала. Кажется, головная боль возвращалась. Еще бы: короли, королевы, магические академии… безумие.

– Но вообще, наша королева – прорицательница, одна из лучших в мире. Карты у нее есть, особые, волшебные. Говорит, вы ее этому искусству научили.

Что ж, по крайней мере, тут все сходится… Я действительно учила ее читать таро. Неужели это смогло пригодиться в другом мире?

– И на этих картах она многое видит… Но, как выяснилось, не все.

– И что же не может рассмотреть?

Теперь я чувствовала себя увереннее. Понятное дело, почему. Наш разговор становился похожим на консультацию, и тут я была в своей стихии. Клиент озвучивает проблему – я пытаюсь с ней разобраться.

– Не могу сказать, – громила отвел глаза, – Ее величество не велела. Сказала только, что вопрос этот для нее слишком личный и важный. Настолько важный, что карты путаются и ничего толкового не показывают. А что показывают… – он разом помрачнел, – …в то она верить не хочет.

Я снова кивнула. Потому и не принято делать расклады для себя и своих близких. Когда вопрос слишком личный, слишком важный и значительный, невозможно сохранять бесстрастность и невозмутимость. И можно увидеть не реальное положение дел, а проекцию своих страхов и тревог…

– Простите, я не запомнила, как вас зовут, – наконец проговорила я.

– Магистр Хорвирет, – снова представился он.

– Да-да, точно… Магистр Хорвирет, – я пристально посмотрела ему в глаза. – Скажите мне вот что: для того, чтобы попасть в этот ваш мир, я тоже должна буду умереть?

– Умереть? Зачем? – он изумленно на меня вытаращился. – Вы нужна там живая.

– Но ведь Полина умерла. Именно так она попала в ваш мир, правильно?

– Это да, – кивнул магистр Хортенбред… нет, Хромерет… Я поняла, что совершенно напрасно спрашивала его имя. Запомнить его нереально. – Но в вашем возрасте это невозможно.

– Что значит – в моем возрасте? – вспыхнула я.

Выслушивать такие сомнительные комплименты от каких-то там магистров я точно не собиралась! Тем более что он явно мой ровесник, а может, и старше.

– Простите, не хотел вас обидеть. Понимаете, в нашу академию иногда попадают те, кто погиб в этом мире, не дожив до восемнадцати. Для тех, кто старше, увы, такой возможности нет.

– То есть любой, кто погиб в нашем мире до совершеннолетия, может…

– Почти любой, – уточнил он. – К нам никогда не попадают те, кто ушел из жизни сам.

– Понятно…

Только в этот момент я, кажется, окончательно выдохнула и успокоилась. Потому что подозрение, что вся эта история подстроена, а мой визави – просто поехавший психопат, который решил меня довести до самоубийства таким вот хитрым способом, все еще было самым вероятным и объясняющим почти все странные обстоятельства.

– Но как же тогда я туда попаду?

– Как-как! Точно так же, как и я хожу туда-сюда. Через портал.

– То есть вы хотите сказать, существует какой-то портал между нашими мирами и в этот портал можно пройти?

– Не то чтобы существует постоянно… Но я могу его открыть. Для этого нужен артефакт. Сложный в изготовлении, да и ресурсов требует немало… И все же оно того стоит, в вашем мире есть некоторые элементы, которых нет у нас, а для артефакторики это…

Я отмахнулась от его объяснений. Если для их артефактов какой-нибудь асфальт полезнее, чем шерсть единорога – это не мое дело. Меня волновало совсем другое.

– Так зачем же вы мне мозги пудрите? Записки носите, рассказы рассказываете. Не проще ли было Полине самой сюда явиться? Увидев ее живую и здоровую, я бы скорее поверила, что все это правда.

Он посмотрел на меня так, словно я ляпнула несусветную глупость.

– Ее величество не может сюда вернуться.

– Это почему же? – я смотрела на магистра с явным недоверием.

– Но ведь она здесь умерла! В этом мире для нее нет больше места.

– А для вас, значит, есть?

– Ну я-то здесь даже не рождался, и оставаться не собираюсь. Так, пришел-ушел… А если она попытается пройти через портал, то исчезнет там. А здесь не появится…

Магистр снова нахмурился и задумался о чем-то своем, невеселом.

– Погодите, а как же я? Вы уверены, что я смогу пройти в этот самый портал? Вдруг я тоже здесь исчезну, а там не появлюсь?

Магистр наклонился ко мне и тихо проговорил:

– Когда я возвращался прошлый раз, я притащил с собой котенка. И все прошло хорошо. Кот жив-здоров и счастлив.

– То есть вы на нем экспериментировали? Прежде чем обратиться ко мне?

– Да нет же! Тогда об этом и речи не шло. Жена очень просила. Хороший зверь, ласковый. У нас таких нет. Точнее есть, похожие, но как раз они не хорошие и не ласковые… Ну да не о том сейчас. Я ей сдуру про этих ваших кошек рассказал, даже картинки показывал… – он явно смутился.

Я улыбнулась. Особая кошачья магия… В каком бы мире ты ни жил, каким бы суровым магистром ни был, а непреодолимое желание делиться картинками с котиками тебя настигнет.

– И что дальше?

Он вздохнул.

– Вот она и насела на меня. Принеси, говорит, и все тут. Вообще-то такое не разрешается, но вы не знаете мою жену, – он вздохнул. – А мы еще работаем вместе. В общем, нарушил я правила и притащил ей мелкого. Трехцветного, в пятнышках.

– Трехцветная – значит кошка… – машинально поправила я. – И как она себя чувствует?

Это был крайне важный вопрос.

Магистр вздохнул.

– Животина в порядке, носится по дому, разбила вазу, испортила диван… Все в восторге. Только вот жена похвасталась подружкам, те рассказали своим подружкам… Так дошло до королевского двора.

– Сочувствую, – вздохнула я.

– Да нет же, наоборот, – с неожиданным энтузиазмом возразил он. – Хотя конечно, когда меня ко двору вызвали, я уже думал – сидеть мне в королевских казематах. Жена провожала, плакала. Старший королевский дознаватель лично за мной явился.

Он поморщился.

– Что, неприятный тип? – улыбнулась я.

Магистр начинал мне нравиться. Возможно потому, что такой здоровенный и устрашающий мужик в роли подкаблучника смотрелся чертовски мило. Я почему-то с легкостью представила его супругу – миниатюрную хрупкую женщину, которая держит этого парня в ежовых рукавицах.

Магистр пожал плечами.

– Плохого про него не скажу. Он много сложных дел распутал, даже темного мага поймал. А это был очень серьезный злодей.

Я снова почувствовала головокружение. Темный маг, королевский дознаватель, академия – он говорил обо всех этих невозможных, невероятных вещах так, словно они были чем-то обыденным. С ума сойти можно! Или я уже сошла?

– Взгляд у него тяжелый – будто все про тебя знает. А может, и правда знает… Ну так вот, пока шел порталом королевский дворец, вся жизнь перед глазами пролетела. Да только дознаватель повел меня не в казематы, а в личный кабинет ее величества. А там она, бледная, заплаканная. «Правда ли, – говорит, – что вы кота сюда принесли из моего мира»? Отпираться не стал. К чему отпираться, если и так все знают. «Простите, – говорю, – Ваше величество. Виноват, готов понести любое наказание». А она только отмахнулась. «Какое еще наказание»? И спрашивает: «А человека оттуда привести сможете»? И вот я здесь.

– Понятно, – протянула я. – Ну и? Пробовали вы? Человека через этот ваш портал провести?

– Пока нет, – покачал головой магистр. – Вот если вы согласитесь, тогда и…

Понятно. Я буду первым человеческим подопытным.

– С котом все в порядке, – сказал магистр серьезно. – Но кот же не человек. Так что риск есть, и ее величество настаивала, чтобы я вам об этом сказал.

– Хорошо, что с котом все с порядке, – проговорила я задумчиво.

– Ну да, они ведь млекопитающие, как и люди, и организм не очень-то отличается… Так что…

– Да нет же, – отмахнулась я. – Это значит, что в случае чего, я смогу взять с собой кота.

– А, это да, – серьезно кивнул магистр. – Берите все что нужно! Но только самое необходимое. Одежда местная вам там не понадобится, мода другая. Кремы с притирками тоже можно не брать, ее величество сказала, наши магические лучше. А вот книги и карты велела взять. Нет там таких. Свою-то колоду она сама нарисовала, а других, думаю, ни в нашем королевстве, ни во всем мире не сыщешь…

– Я еще не согласилась!

Я так крепко вцепилась в чашку, что испугалась, что она треснет. Пока мы говорили о порталах, переходах и магии, все это выглядело слишком нереальным, чтобы всерьез беспокоиться. А вот обсуждение обыденных бытовых деталей – что стоит брать с собой, что не стоит – сделало всю эту историю слишком настоящей.

Неужели я на самом деле собираюсь?.. Да нет же! О таком и подумать страшно.

– Конечно не согласились. Я на вас не давлю. Королева сказала ни в коем случае не давить. Только предложить. Ну и насчет карт предупредить. А про кота, – он обезоруживающе улыбнулся, – даже не знаю, зачем стал рассказывать. Наверное, это часть вашего дара – вам легко довериться.

Я тряхнула головой. Только разговоров о даре мне не хватало. От всей этой потусторонней истории и без того мозг взрывается.

– У меня есть время подумать?

– Не очень много, – тихо сказал магистр. – Но если надумаете, завтра здесь, в тот же час.

– Хорошо, – кивнула я.

Подозвала официанта, рассчиталась за нас обоих (кто знает, есть ли у этого магистра местные деньги!) и отправилась домой.

Войдя в квартиру, потрепала по голове Фантика. Он, разумеется, встречал меня укоризненным взглядом: такая-сякая, нехорошая, опять бросила бедного котика одного и даже вкусняшек не принесла.

Насыпав коту корма, я заварила себе чаю – с лимоном и мелиссой. Уселась у окна и задумалась. За окном светило солнце, прохожие спешили по своим делам, ветер играл с листьями деревьев. Замечательная картина, но ко мне все это не имеет никакого отношения. Уже много лет я так и смотрю на жизнь – словно из окна.

Муж остался в прошлом, подругами я так и не обзавелась. Клиентки? Их много, запись на недели вперед. Забавно, как можно окружать себя людьми и все равно оставаться одинокой. Только кот преданно мурлычет рядом, но его можно взять с собой.

А где-то там, возможно, сидит растерянная девочка Полина, которой я очень нужна…

Чай остыл. Я выплеснула остатки в раковину, тщательно вымыла кружку, а потом достала из шкафа чемоданчик на колесах. Небольшой, для ручной клади. Как раз достаточно, чтобы уложить многочисленные колоды таро и несколько книг…

Как ни странно, мне уже не было страшно. Утром, готовя свой последний завтрак в этом мире, поймала себя на том, что тихонько напеваю какой-то привязчивый мотив…

Задумалась, стоит ли кому-то позвонить, но так и не придумала – кому. Что же, так даже лучше. Я посадила кота в переноску и отъехала от дома в сторону кладбища, продолжая мурлыкать себе под нос незамысловатую песенку. Кажется, я читала в какой-то статье по психологии, что это явный признак того, что человек счастлив.

Магистр Хорви… Хорте… Черт, никогда я это не запомню! Магистр уже ждал меня на парковке. Помог выбраться из машины, легко подхватил чемодан и переноску и затопал в сторону кладбищенских ворот.

– Эм-м, а мы куда? – забеспокоилась я.

– Туда, где поменьше людей. Не здесь же открывать портал.

Логично. Я заспешила за ним следом. Шли молча, хотя у меня все еще оставалась масса вопросов. Только какой смысл пытать магистра? Скоро сама все увижу.

Мы прошли через все кладбище. Впереди в зарослях кустарника уже виднелся забор. Здесь было совершенно безлюдно.

И страх неприятным холодком снова скользнул по спине. Что я делаю? Сама, добровольно зашла в такую глушь с подозрительным типом, который, с большой вероятностью, сумасшедший. Да еще и кота в это впутала!

Впрочем, последние сомнения развеялись уже спустя пару минут, когда магистр достал из кармана какую-то штуковину, похожую на амулет, щелкнул ею, что-то прошептал и…

Я не удержала испуганный вскрик. Прямо передо мной появился сияющий круг высотой с человеческий рост. Портал! Мамочки, действительно портал.

– Прошу! – Магистр сделал приглашающий жест рукой, а потом посерьезнел и сказал: – Удачи вам. Надеюсь, все получится.

Несколько секунд я стояла в нерешительности, пытаясь унять колотящееся сердце.

Страшно было сделать шаг в сияющее марево.

В неизвестность.

В никуда.

Впрочем, просто стоять и тупо пялиться на это марево тоже особого смысла не имело. Так что я глубоко вдохнула, словно собиралась прыгнуть в холодную воду, и сделала шаг.

Салахандер

«Королевы не плачут».

Эта фраза уже несколько дней крутилась в голове старшего королевского дознавателя. Он действительно никогда не видел ее величество королеву Полину в слезах.

Даже в последнее время она сохраняла мужество и достоинство, несмотря ни на что.

Он помнил ее еще студенткой, обычной девчонкой, каких много. Даже он со своим опытом не сразу распознал в ней стойкий характер удивительную силу духа.

И все же эта самая девчонка мало того, что не побоялась схлестнуться с темным магом, который уже много лет наводил ужас на обитателей королевства, так еще и сумела организовать целую команду, превратив эту идею из самоубийственной авантюры во вполне успешную операцию (прим. авт. Подробности об этих событиях читайте в книге «Академия мертвых душ. Прорицательница»).

Личная жизнь великих мира сего никогда не волновала Салахандера, но даже он искренне порадовался, когда король Алард Первый объявил о своем выборе. Именно такая королева им и была нужна. Спокойная мудрость, уравновешенность, острый ум и незлобливый характер. Разве можно желать большего?

Однако это самое «большее» было.

Провидческий дар.

Обо всех грядущих неприятностях для королевства ее величество узнавала заранее, тогда, когда их можно было предотвратить.

Все изменилось недавно, когда королеве стали сниться пророческие сны…

Салахандер остановился у дверей малой королевской приемной.

Он уже знал, о чем пойдет разговор, и приготовился в очередной раз приводить одни и те же возражения.

– Проходите, – секретарь открыл дверь, и дознаватель вошел в приемную.

Салахандер приветствовал королеву как положено: начал выписывать замысловатые поклоны, предписанные этикетом. Королева лишь отмахнулась.

– Оставьте. Сейчас уж точно не до церемоний!

– Что-то случилось? – встревожился дознаватель.

Странно, но сейчас ее величество не выглядела ни расстроенной, ни испуганной. Впервые за последние дни она улыбалась, а глаза ее даже радостно блестели.

– Пока нет, но случится с минуту на минуту. Мы ждем.

– И чего же вы ждете? – осторожно поинтересовался дознаватель.

– Не чего, а кого… Помните, вы все это время мне говорили, что не можете преследовать преступление, которое еще не произошло?

Салахандер кивнул. Именно это он и пытался втолковать королеве все это время. Да только такой ответ ее не устраивал.

Месяц назад королеве приснился страшный сон: детская кроватка, в которой сладко сопит младенец; руки, тянущиеся к этой кроватке; короткая магическая вспышка – и младенец мертв.

– Так вот, я нашла того, кто сможет.

– Сможет что? – не понял он.

– Расследовать преступление, которое еще не случилось. И спасти того, – теперь в глазах королевы снова плескался страх, – кто еще не родился…

Она неосознанно коснулась руками живота.

Королевская чета ждет наследника.

Новость, о которой пока еще знают лишь сам король и главный королевский лекарь. Несмотря на высокий статус старшего королевского дознавателя, Салахандера не должны были включить в узкий круг посвященных, если бы королеве не приснился тот самый сон.

Если бы он не снился ей раз за разом – мучительный, подробный, страшный.

Младенца убьют.

Списать сновидение королевы на обычное в таких случаях волнение будущей матери при всем желании было невозможно. Ей давно уже не снились просто сны. В конце концов, это самая сильная и одаренная прорицательница из всех, кому ему доводилось встречать. Просто отмахнуться от ее видений было бы чудовищной глупостью.

За эти недели Салахандер сбился с ног.

Его агенты были везде, слушали, вызнавали, выясняли, не зреет ли заговор, не готовится ли что-то страшное.

Попутно он раскрыл десятки преступлений, от совсем мелких – краж, хулиганства, до весьма серьезных, но ни на шаг не приблизился к цели.

Да это и неудивительно. Ну как можно найти того, кто задумал убить королевского наследника, если даже о беременности королевы знает только несколько человек.

Тот, кто совершит это злодейство, наверняка даже не начал его планировать! Что тут можно предпринять?

Потому-то регулярные отчеты королеве для Салахандера были такими тягостными.

«Невозможно расследовать преступление, которое не еще не совершено». Так он и сказал. Так и было на самом деле.

– Все возможно, если за дело возьмется прорицательница, – радостно объявила ее величество.

– Вам удалось что-то выяснить? Теперь вы уже можете видеть что-то по этому делу? – оживился дознаватель.

– Я – нет, – вздохнула королева. – Но сможет другая. Та, что умеет видеть будущее не хуже, чем я.

Салахандер посмотрел на нее с сожалением.

– Вы же знаете, я искал везде и не нашел. – Это было чистой правдой, Лучшие выпускницы королевской академии, старушки-ведуньи из самых заброшенных уголков. Они сделали все, что могли, но никто сумел разглядеть хоть что-нибудь. – Боюсь, прорицательницы, равной вам, не существует в этом мире, – проговорил он тихо.

Каждое слово давалось тяжело, слова будто цеплялись за горло, царапали его, не желая вырываться наружу.

Похоже, у королевы появилась какая-то надежда, и он чувствовал себя последним гадом, оттого что ее отбирал.

Только ее величество ни капли не расстроилась

– В нашем мире, может быть, и нет, – хитро улыбнулась она. – К счастью, он не единственный.

– Вы говорите о мире, в котором родились? – осторожно уточнил дознаватель.

– Именно, – уверенно кивнула королева.

Дознаватель нахмурился.

– Но… ведь для того, чтобы попасть из вашего мира в этот, человеку необходимо умереть? Да еще и в весьма юном возрасте…

– Так и было, – кивнула королева. – Но магистр Хорвирет создал особый, новый портал. Он позволяет переместить сюда живого человека…

Так вот оно что! Магистр Хорвирет. Декан артефакторов!

Теперь все начало вставать на свои места.

Историю о новом портале Хорвирета, дознаватель отлично знал. Сам же ею и занимался. Только речь тогда шла вовсе не о человеке, а о звере из другого мира. Таких зверей называют котами и почему-то умиляются, что бы те ни утворили.

Магистр попал в сети дознавателя почти случайно – его агенты сейчас рыскали везде, искали любую информацию: что необычного творится в королевстве. И не потому, что дознаватель решил загонять своих людей, он действительно не знал, что именно может пригодиться в этом более чем странном расследовании.

За историю с контрабандным зверем Салахандер зацепился только потому, что зверь этот был как две капли воды похож на гаяра. Жуткие, надо сказать, твари, порождение огненной магии.

После того как одной иномирянке удалось такого приручить (прим. авт.: об этом подробно написано в книге «Академия мертвых душ. Неправильная студентка»), многие безумцы захотели повторить ее подвиг. И разумеется, впоследствии очень об этом пожалели. К счастью, пока обходится без летальных исходов, но игры с огнем до хорошего не доводят. Кого-то эти звери просто хорошенько подпалили, кого-то перепугали до полусмерти…

Так вот, иномирный зверь, которого притащил своей супруге Хорвирет, внешне отличался от гаяров лишь цветом, в остальном – почти точная копия. Разумеется, это обеспокоило Салахандера – кто знает, каких бед и разрушений можно ждать от этого существа.

Впрочем, он быстро выяснил через агентов, что зверь не обладает магической силой гаяров. А еще в отличие от гаяров, зверь из другого мира ел все, до чего мог добраться, и… рос, что тоже вызывало беспокойство.

Дознаватель продолжил следить за магистром, а заодно навел справки о подозрительном пушистом объекте. Все иномиряне, которых он спрашивал о котах, уверяли, что расти существо будет недолго и стать огромным ему точно не грозит. Говорили, даже самый большой кот умещается на подушке.

И все же оставлять это дело безнаказанным он не собирался. Вызвать магистра Хорвирета на серьезный разговор, оштрафовать, в крайнем случае подержать недельку в казематах, чтоб впредь не повадно было таскать из других миров что ни попадя…

Неприятная часть работы, но что поделать. Если вовремя не принять меры, через год королевство будет кишмя кишеть иномирными тварями. А ведь некоторые из них могут оказаться действительно опасными!

В одну из встреч с королевой Салахандер сам рассказал ей эту историю. Просто в надежде отвлечь ее от грустных мыслей. В конце концов, магистр Хорвирет преподавал в академии, где она училась, да и зверюга прибыла из ее родного мира. Вдруг это хоть немного развеселит.

Однако королева не развеселилась, напротив, сделалась серьезной и сосредоточенной: «Этим делом я буду заниматься лично, – объявила она. – Пригласите магистра Хорвирета во дворец. И как можно скорее!»

А ведь он тогда уже должен был догадаться: она что-то задумала! Но нет же, решил, что ее величество по доброте душевной решила уберечь преподавателя от дознавательского гнева. Ну или на худой конец выпросить у него еще одного кота, для себя.

Выходит, план у нее был совершенно другой. Не кота, ох, не кота она собиралась притащить в этот мир…

– И магистру уже удавалось провести через этот портал именно человека?

Что-что, а задавать правильные вопросы он умел.

– Нет, – тихо ответила королева. – Но магистр уверен, что портал для этого подходит! Он консультировался с графом Вирастольфом, и тот тоже уверен: все будет хорошо…

Салахандер сжал зубы.

Ну конечно Вирастольф, без него не обошлось!

Кому как не Салахандеру знать, что к отвратительному характеру графа прилагается недюжинный ум. Но вот в его надежности дознаватель был совсем не уверен. Получается, старый хрыч знал об этой авантюре. Знал, но ничего ему не сказал!

Что ж, будет о чем побеседовать, когда в следующий раз они с графом соберутся играть в карты. В этот раз Салахандер не станет щадить самолюбие старого друга – разделает его в пух и прах!

– Граф Вирастольф, конечно, большой авторитет, и все же я не думаю… – начал он, но договорить не успел.

В центре зала вспыхнул портал.

Дознаватель с королевой замерли, уставившись на сияющую прореху в воздухе. Ожидание тянулось долго, нестерпимо долго. Казалось, целую вечность ничего не происходило.

А потом из портала вышел магистр Хорвирет с двумя сумками. Одна на колесиках с длинной ручкой, в другой сидел уже знакомый дознавателю зверь. Черный, с огромным глазищами, он был гораздо крупнее, чем тот, которого довелось видеть ранее. Вздыбил длинную густую шерсть и дико озирался по сторонам…

Долго рассматривать диковинного зверя не было времени. Взгляд дознавателя остановился на лице Хорвирета, и сердце ухнуло куда-то вниз. Слишком уж растерянным было это лицо. Магистр озирался по сторонам, словно кого-то искал, и наконец спросил:

– Погодите, а где Жанна?

– Разве она не с вами? – ахнула ее величество.

– Со мной… Была… Она вошла в портал впереди меня…

– То есть исчезла там, а здесь не появилась, – глухим, хриплым голосом проговорил Салахандер.

Обернулся к королеве. Ее величество рыдала, закрыв руками лицо.

Я открыла глаза и увидела рядом густую зелень травы. На меня повеяло теплом, горьковатым запахом полевых цветов. Где я, черт возьми? Резко села и огляделась. Яснее не стало. Кругом простиралось поле. С одной стороны оно упиралось в лес, а со всех остальных никуда не упиралось, а просто исчезало за горизонтом.

Несколько секунд я просто изумленно крутила головой по сторонам, как это обычно бывает спросонья.

И лишь потом вспомнила: человек-гора, назвавшийся каким-то там магистром, история про Полину, портал на кладбище и… вот я здесь. Еще бы понимать, где оно, это самое «здесь».

Одно ясно: все пошло не по плану магистра. Этот его хваленый портал, который отлично срабатывал на котиках, все-таки не слишком подходит для живых людей.

Куда я попала?

И куда мне теперь идти?

И… что это, черт возьми?

Я вскочила на ноги и только тут обнаружила, что одета не в стильный костюмчик, в котором приехала на кладбище, а в какое-то странное белое рубище. То ли ночная сорочка времен бабушкиной молодости, то ли особая разновидность смирительной рубашки. Последнее было бы очень уместно, потому что… Потому что это же дурдом какой-то!

Итак, меня забросило куда-то, возможно, даже вообще не в тот мир, где есть Полина, которая ждет моей помощи.

Место выглядит необитаемым…

Вдалеке я заметила какую-то точку. Присмотрелась. Кажется, кто-то двигается в мою сторону. Я внутренне напряглась. Это что же, теперь мне придется с кем-то сражаться? Вот так вот, с голыми руками и в ночнушке? Великолепно! Чем ближе становился объект, тем отчетливее я видела, что это никакой не чудовищный зверь, а девчонка. Невысокая, метр с кепкой, как говорят, во всяком случае в траве, которая доходила мне до пояса, она почти тонула. Ну что ж, эта не похоже на страшного зверя, да и на чудовище тоже не тянет.

Через несколько минут ко мне подбежала девчонка. Действительно невысокая, круглолицая, конопатая, огромными глазищами, она была похожа на мультяшного персонажа и действительно едва доходила до моего плеча. И, кажется, была очень рада меня видеть.

– Вот радость-то! – затараторила она, как только приблизилась. – Я уже думала все, собирать вещички, ехать домой. Подопечной мне не досталось. В этом году ужасный недокомплект в академии, что-то ваши совсем к нам не попадают. Видимо, нет подходящих. А тут раз – и ты. Классно же, да?

Я вслушивалась в ее слова, пытаясь уловить в них хоть какой-то смысл, но пока получалось плохо.

– Да ты не переживай, я тебе здесь все покажу и расскажу. Не сомневайся, будем жить душа в душу.

Вот уж сомневаюсь… Жить душа в душу с какой-то посторонней пигалицей, которая трещит, не переставая? Да еще и обращается ко мне на «ты», жутко невоспитанная девица!

– Стоп, – остановила я непрерывный поток быстрой речи. – Где я вообще?

– Точно, вспомнила! Надо же объяснить! Ты умерла в своем мире и теперь появилась в нашем, учиться в академии. Вообще-то она называется пятая королевская, но все ее знают Академией мертвый душ. Иногда в нее попадают из вашего мира, ну если умрут. И если подходят. Только я не знаю, чем подходят и…

– Погоди, – снова была вынуждена остановить ее я. – Во-первых, я не умирала…

– Ну надо же как тебе повезло! – почему-то обрадовалась девчонка. – Ты даже не заметила, что умерла. Наверное, во сне или еще как… Я считаю, это здорово. Мне вообще всегда жалко ваших. Когда они умирают в том мире, это обычно очень драматичные истории и трагические. И все потом переживают, и все такое… Так что поздравляю!

– Да нет же, я действительно не умерла. Я…

Я осеклась на полуслове. Вот уж не знаю, стоит ли этой пигалице знать о махинациях магистра, его порталах и королевских проблемах.

Тем более что вопрос, куда я попала, все еще оставался открытым. Вдруг это все-таки не тот мир или какая-то другая страна? Не окажусь ли я со своими экстравагантными заявлениями в местной психушке?

И все же трескотня девчонки меня немного успокоила. Помню, магистр что-тот такое говорил про академию и про то, что сюда попадают.

– Ой, – всплеснула руками девчонка. – Что же мы стоим, пойдем скорее! Ты ведь скоро уснешь.

– Вот уж вряд ли, – усмехнулась я. – Тут столько всего произошло, что я неверное неделю спать не смогу.

Откуда ей знать, что гораздо меньшие стрессы и потрясения вызывают у меня бессонницу.

– Уснешь-уснешь. Поэтому давай поспешим, нужно дойти до комнаты. – Она смерила меня взглядом. – Прости, но ты высокая, я тебя не донесу в случае чего.

«И правда не донесет», – усмехнулась я про себя. Так что хоть спать я и не собиралась, бодро потопала следом за малявкой в сторону чистого поля.

Она шла уверенно, а вот у меня некоторые сомнения возникали.

– Послушай, а далеко ли нам идти?

Судя по тому, что впереди ничего похожего не то, что на академию, а даже на маленькую избушку не было, видимо, далеко. Тогда неудивительно, что я захочу спать. Да нам не одни сутки понадобятся, чтобы дойти до места.

– Совсем близко, сейчас увидишь.

Я только покачала головой. Уж не знаю, как там у них все устроено, в этой их академии с подопечными, но есть подозрение, что мне досталась не самая разумная покровительница. А может быть, и вовсе сумасшедшая. И присматривать ей не за кем не потому, что в академии недобор, а потому, что профнепригодна.

А я тут вроде как лишняя.

Незапланированная.

Вот и…

Замок появился внезапно, словно вырос на пустом месте. Просто вот взял и возник – словно кто-то взмахнул волшебной палочкой, и вот он стоит во всей своей мрачной красе. Массивные, старинные стены из темного гранита уходят далеко вверх; острые шпили башен прокалывают облака; витражные окна мерцают отраженным светом, разбрасывая по земле причудливые узоры…

Что это? Я хорошенько проморгалась, но замок никуда не исчез. Он выглядел совершенно настоящим. Настолько, что реальнее некуда.

– Откуда взялся замок? – Я изумленно уставилась на свою провожатую. – Его тут не было. Вот еще секунду назад не было!

Девчонка замахала руками.

– Ой, прости, я должна была тебя предупредить. Был, еще как. Просто посторонним его не видно. А ты пока еще не зачислена.

– Но теперь-то я его вижу!

– Потому что ты со мной, – как нечто само собой разумеющееся заявила она. – Потом поболтаем. Я все тебе расскажу. Пойдем скорее, пожалуйста.

Я сдалась. Верит эта пигалица в то, что я вырублюсь с минуты на минуту, и пусть себе верит. В самом деле, дойдем до места, она спокойно выдохнет и хоть что-то мне объяснит.

Мы вошли в ворота, вступили на выложенную булыжниками дорожку, прошли до входа в само главное строение. Я не особенно оглядывалась по сторонам, хотя, наверное, следовало бы. Все-таки место было очень необычное и красивое. Да и как иначе, это же чертов магический замок. Но так уж вышло, что волшебная архитектура волновала меня гораздо меньше, чем другие насущные вопросы.

– Скажи, а кто тут у вас правит? Ну король там, или может быть парламент.

– Пар… чего? – не поняла девчонка, но не стала заострять на этом внимание. – Правит, конечно, король. У нас же королевство.

– А королева у вас есть?

Голос дрогнул, когда я задавала этот вопрос, слишком уж многое зависело от ответа.

– Ну да, есть. Король не так давно женился. Ой, ты себе не представляешь, это такая романтичная история! И между прочим, связана с нашей академией. Ну то есть тут все началось… – Она вдруг нахмурилась.

– Я потом ее расскажу, а сейчас поспешим.

Мы поднимались по высокой лестнице. Очень высокой. Я преодолела уже сотню ступенек. Не знаю, какой это был этаж, но на удивление не чувствовала усталость. Наоборот, спина не ныла, коленки не «скрипели». Наоборот, тело словно радовалось физической нагрузке. Да я даже не запыхалась. Чудеса, да и только. Ладно, порадоваться и удивиться успею потом.

А сейчас нужно задать главный вопрос:

– Вашу королеву зовут Полина?

Девчонка развернулась ко мне и восхищенно на меня уставилась, совершенно забыв о том, что следовало торопиться. Ее и без того большие глазищи сделались просто огромными, а сходство с мультяшкой стало еще более очевидным.

– Да ты прорицательница! Вот это да! Вот это обалдеть! Вообще-то к нам прорицатели из вашего мира не попадают. Ее величество была первая. Да, собственно, единственная… А тут вот еще одна. Ну надо же!

– Так ее зовут Полина? – Судя по восторженной тираде девчонки, я угадала. И все же следовало получить четкий ответ.

– Ну да, ее величество королева Полина. Почти пришли, – она указала мне рукой на коридор. – Буквально пару шагов до комнаты. Так что ты уж, пожалуйста, не засыпай.

– Да не собираюсь я спать, – раздраженно отмахнулась я, думая в этот момент совершенно о другом.

Кажется, все не так уж плохо, если конечно, это не совпадение. Может же оказаться, что еще в каком-то мире, в другом королевстве или еще в чем-нибудь другом королеву тоже зовут Полина?

Нет, маловероятно.

Девчонка распахнула передо мной дверь,

– Вот твоя комната. У нас общий блок. Прихожая и ванная одна на двоих, но спальня у каждой своя. Тебе туда.

Комната выглядела в целом обычно. Ничего лишнего: массивный шкаф, кровать, шкафчики, два стола – один явно для учебы, с ящиками, второй наверняка предназначался для приема пищи. Чисто, мило, безлико.

Рядом со шкафом висело зеркало. Я машинально двинулась в ту сторону. Представляю, какой у меня видок после валяния в поле и пробежки по ступенькам. Да еще и в этой нелепой одежке.

Я бросила взгляд в зеркало и застыла, как громом пораженная, не в силах не то, чтобы вымолвить слово, но и просто пошевелиться. Из зеркала на меня смотрела девчонка, ровесница той пигалицы, что трещала со мной всю дорогу.

Девчонка эта была мне знакома.

Когда-то я регулярно видела ее в зеркале, только вот это было лет двадцать с хвостиком назад. Приблизительно в то время, когда я оканчивала школу и сдавала экзамены.

Что за чертовщина! Ответ пришел сам собой – простой и логичный.

– Это зеркало у вас тоже магическое? – спросила я у пигалицы.

– В смысле магическое? – не поняла она.

– Ну оно показывает какую-то улучшенную версию? Помолодевшую там, похорошевшую?

Она отчего то рассмеялась.

– Чудная ты. Что есть, то и показывает.

Девчонка подошла поближе и встала рядом. Теперь в отражении моего плеча маячила ее рыжая конопатая физиономия. И никаких метаморфоз с ней не произошло. Так вот почему она мне тыкала и вообще вела себя фамильярно! Не от недостатка воспитания, а оттого, что видела перед собой ровесницу, какой я как-то неожиданно стала.

Я переводила взгляд с нее на себя и обратно, пытаясь уложить эту новую, совершенно невероятную и невозможную информацию в голове. Я помолодела на черт знает сколько лет? Тот самый случай, когда не веришь своим глазам.

Девчонка вдруг нахмурилась.

– Так-так-так, потом собой полюбуешься. Давай-ка на кровать, не хватало еще рухнуть посреди комнаты.

– Да я не… – начала я, и вдруг поняла, что засыпаю.

Буквально валюсь с ног и держать глаза открытыми мне совершенно невозможно. Опираясь на ее плечо, я кое-как добралась до кровати и рухнула на подушку.

– Послушай… Передай королеве…

А вот «…что здесь Жанна» – сказать не успела: провалилась в глубокий сон.

Когда я открыла глаза, надо мной хлопотала миловидная женщина средних лет с гладко зачесанными волосами и сетью тонких морщинок в уголках глаз. Длинный светло-зеленый костюм из простого материала, на тумбочке – многочисленные склянки, из которых пахло травами, резко, но все же приятно, я без труда догадалась, что моя гостья имеет какое-то отношение к местной медицине. Врач, медсестра…

Хотя в магическом мире таких, наверное, называют лекарями или целителями?

– Пришла в себя? Вот и умничка. – Женщина увидела, что я лежу с открытыми глазами, и приветливо мне улыбнулась.

Я попыталась сесть на кровати, но она меня остановила.

– Погоди-погоди, деточка, рано пока… Вот, выпей.

Она буквально влила в меня пахучую жидкость из склянки. Я поморщилась. Жидкость оказалась горькой, но не настолько, чтобы тут же начинать отплевываться, вполне терпимо.

– Я спала…

Я и сама не поняла, был это вопрос или утверждение.

– Конечно спала! – с энтузиазмом подхватила женщина, и пояснила: – Магический сон очень важен для новеньких. Ты прибыла сюда из другого места. А сон позволяет окончательно закрепиться здесь, в нашем мире.

Она помолчала и зачем-то осторожно добавила:

– Закрепиться навсегда. Пути назад нет. Понимаешь?

Женщина смотрела на меня настороженно, словно с тревогой ожидала моей реакции.

Я кивнула:

– Понимаю…

Что тут непонятного? Уже шагая в ту светящуюся прореху в воздухе, я не сомневалась: назад, к прежней жизни не вернусь. Да и зачем мне было туда возвращаться.

Женщина продолжала сверлить меня взглядом – внимательным, настороженным. Похоже, ей что-то не нравилось. Явно я что-то делала не так.

– Меня зовут Арманда. Я старший помощник лекаря, – представилась она. А потом добавила нарочито медленно, словно сомневаясь, что до меня доходит смысл ее слов: – Ты здесь, потому что умерла в своем мире. Но это не страшно, зато ты теперь жива в нашем.

Я снова кивнула и попыталась улыбнуться.

– Меня зовут Жанна. Только вот я не умирала…

Она снова обеспокоенно покосилась меня на продолжила:

– Знаю, у тебя много вопросов. Дождись свою подружку с учебы, и она все тебе расскажет.

– Она мне не подружка, – машинально поправила я.

– Ну так станет подружкой, – похоже, Арманда в этом ни капли не сомневалась. – А ты молодец, хорошо держишься! Редко кто так спокойно все принимает.

Она посмотрела на меня сочувствующим взглядом.

– Дома остался кто? Родители, братья-сестры, парень, может?

Я мотнула головой.

– Никого.

Это было чистой правдой. Даже кота там не осталось, потому что я забрала его с собой. Только вот где он сейчас?

Арманда вздохнула.

– Ну так, может, и лучше. А здесь совершенно новая жизнь начнется. На учебу пойдешь, магии выучишься. У ребят из вашего мира тут хорошая стипендия, так что нуждаться ни в чем не будешь. Да и парни у нас в академии видные, особенно на боевом, – она подмигнула.

Я горько усмехнулась про себя. Да уж, парни с боевого – это именно то, что меня сейчас нужно. А что, смогу их всех усыновить, раз уж со своими детьми не вышло…

Тут я вспомнила совсем юную девочку, что смотрела на меня из зеркала… Вряд ли эти самые парни воспримут меня как мамочку. Впрочем, скорее всего они меня вообще не увидят, а я не увижу их. Уж точно я явилась в этот мир не для того, чтобы кокетничать с парнями и ходить на уроки магии.

– Я вряд ли буду здесь учиться, – сказала я. – Вообще-то мне нужно поговорить с королевой и как можно скорее. С королевой Полиной. Ей можно как-то передать, что я здесь? Это очень важно. Кажется…

Теперь взгляд Арманды стал и вовсе испуганным, она зачем-то потрогала мой лоб, заглянула в глаза таким специальным, врачебным взглядом и озадаченно нахмурилась.

Со мной что-то не так?

– Лежи, не вставай. А я позову нашего лекаря…

Когда Арманда исчезла за дверью, я все-таки попыталась сесть. Получилось. Правда, тут же закружилась голова, но я усидела, ухватившись за спинку кровати.

Все это мне совсем не нравилось. Помощница лекаря явно испугалась, да так, что побежала за боссом!

Чтобы понять причину, не нужно быть ясновидящей и даже расклад на картах ни к чему: вряд ли кто-то из тех студентов, что попадают сюда из нашего мира, сразу же требует королевскую аудиенцию. Да еще и заявляют, что они вовсе не умерли…

Похоже, и мне этого делать не следует, во всяком случае, пока.

Если буду настаивать на том, что ее величество только и ждет встречи со мной, скорее всего окажусь не в королевском дворце, а в местной разновидности психушки. Если, конечно, тут такие есть… Кто знает, может, сумасшедших тут просто сбрасывают с какой-нибудь скалы за ненадобностью.

Кстати, надо бы уточнить, как тут справляются с душевными болезнями. Хотя нет, не надо. Очень надеюсь, что это знание мне не пригодится.

К тому времени, как в мою комнату вошел убеленный сединами дядечка – очевидно тот самый главный лекарь – я уже точно знала, что ему скажу. И даже улеглась на подушки, чтобы всякому было понятно: я хорошая пациентка и добросовестно выполняю все указания врачей. Но спрашивать он меня не спешил. Вместо этого сначала водил вокруг руками, потом раскладывал какие-то амулеты, щупал воздух вокруг моей головы. Все это заняло у меня не меньше получаса. Я мужественно терпела, не пререкалась и даже не стала сопротивляться, когда мне на лоб водрузили каменюку размером с куриное яйцо.

Закончив с этими манипуляциями, лекарь, наконец, решил со мной поговорить.

– Вас зовут Жанна?

Я кивнула не слишком энергично. Голова все еще кружилась.

– Отлично, леди Жанна. Так вы говорите, что не умирали?

Говорила. Но больше не буду, честное слово!

– Во всяком случае, мне так показалось, – задумчиво протянула я. – Сейчас я начинаю вспоминать, что упала в какую-то яму… Это было даже не больно. – Я вскинула на доктора удивленный взгляд и спросила: – Могла я умереть и даже не понять, что умерла?

Из груди лекаря вырвался вздох облегчения, очень тихий, но я заметила. При моей профессии нужно очень хорошо чувствовать людей, понимать малейшие изменения в настроении. И, кажется, у дядечки появилась надежда, что сумасшедшая пациентка не такая уж сумасшедшая.

– Вы говорили, что вам нужно встретиться с королевой Полиной.

Я вздохнула. Вот это была самая сложная часть. Тут пришлось фантазировать.

– Я ведь спала… Кажется, долго. Мне снился очень странный сон, яркий. Снился дворец, и королева тоже снилась: молодая, красивая и очень добрая. Она меня утешала, и мы говорили о чем-то очень важном, только теперь не помню, о чем. Во сне так бывает, – я обезоруживающе улыбнулась. – Наверное, спросонья не сразу разобралась, где сон, а где явь…

Доктор посмотрел на меня с сомнением. Похоже, эта часть истории ему не очень понравилась. Может все те, кто сюда попадает, так сказать, стандартным способом, вообще не должны видеть снов во время этой магической закрепляющей спячки?

Тьфу ты, черт, да ведь так и есть!

На самом деле мне не снилось ничего. Ничегошеньки!

Однако менять показания было уже поздно. Остается надеяться, что это не главный показатель душевного здоровья попаданцев.

– А имя королевы вы тоже во сне услышали?

Черт, ну что за люди эти лекари! К каждой мелочи докапываются.

– Кажется, об этом мне сказала та девочка. Ну, моя соседка. Да-да, точно! Она говорила, что королева училась в этой академии, и что там была какая-то очень романтическая история…

Лекарь хмыкнул. Кажется, как раз в это он поверил с легкостью: что девчонкам, даже если одна из них только что явилась из другого мира, незамедлительно следует обсудить какие-нибудь романтические истории.

– А по дому вы не скучаете? По семье, родителям? – продолжал свой допрос лекарь.

Этот вопрос мне уже задавали, ответ у меня был. Я пожала плечами.

– Мне особенно не по ком скучать. Родители умерли, а с мужем… – Я хотела сказать, что развелась, но увидела, как высокого взметнулись седые брови лекаря. Фу ты черт, чуть не выдала себя! Ну откуда у девчонки лет шестнадцати-семнадцати (а именно такую мне показывали в зеркале) может быть какой-то там муж. – Никакого мужа или парня у меня не было, я ведь еще слишком молода для этого!

Надеюсь, такой ответ его устроит.

Лекарь долго смотрел на меня испытующим взглядом и наконец кивнул:

– Думаю, с вами все в порядке. Переход прошел без осложнений. И все-таки поберегите себя в первое время. Каждый день после занятий заходите в лазарет, чтобы Арманда могла вас осмотреть.

– Хорошо, – кивнула я.

– И еще, деточка, – добавила Арманда. Ее голос явно смягчился. – Обязательно плотно поешь. Иначе как же ты сил наберешься?

Она ободряюще улыбнулась, подошла к столу и что-то пробормотала. На столе сами собой стали появляться тарелки, мисочки, горшочки. В таком количестве, что этим можно было накормить не только одну маленькую меня, но и целую толпу крупных мужчин в придачу.

Они вышли, закрыв за собой дверь. И сразу же начали обсуждать меня. Говорили доктора тихо, но кое-что до меня все-таки долетало.

– Ну и что вы думаете?

– Вряд ли она повредилась рассудком. Выглядит вполне разумной, да и артефакты в основном показывают, что все в порядке.

– Ну слава богам! А то я уже испугалась.

– Но вы все же присмотрите за ней… С иномирянами всякое случается, вам ли не знать.

Больше я ничего не услышала.

Видимо, великие конспираторы уж вышли из нашего блока.

Я с облегчением выдохнула.

Надеюсь, все сделала правильно. Осталось решить, как действовать дальше.

Раз уж обычная, рядовая попаданка здесь не может сразу же пойти поболтать с королевой, нужно подобраться к Полине как-то иначе. И это «иначе» у меня было.

Помнится, устрашающий магистр-байкер обмолвился, что преподает в этой академии. Подозреваю, найти его будет куда проще, чем добиться высочайшей аудиенции.

А пока не найду, буду усиленно делать вид, что я нормальная, обычная студентка, которая ничего об этом мире не знает, ни с какими магистрами не знакома и пытается хоть как-то сориентироваться.

Вполне рабочий план.

Тем более что, по большому счету, все именно так и обстоит.

– Ну что, как ты себя чувствуешь?

Рыжая пигалица появилась на пороге как раз в тот момент, когда я поняла: больше съесть уже не могу, несмотря на молодой и здоровый организм.

– Да вроде неплохо, – не слишком уверенно сказала я.

– Ну и отлично! – обрадовалась девчонка. – Кстати, мы так и не познакомились. Меня зовут Талисия. Леди Талисия.

– А я Жанна, – представилась я в ответ.

– Знаю, – махнула рукой она. – Ну, задавай вопросы. Только давай быстро, тебе через час нужно быть на разборе.

Что ж, кажется, первый вопрос уже оформился.

– Что еще за разбор? На запчасти?

Она уставилась на меня непонимающим взглядом. Видимо, никаких запчастей в этом мире не существует.

– Не обращай внимания, – махнула я рукой. – Так что за разбор? Мне ждать чего-то ужасного?

Она рассмеялась.

– Ничего ужасного, и даже страшного ничего. Мы пойдем к ректору, он даст тебе шар и у тебя в руках этот шар засветится. От цвета будет зависеть, на какой факультет тебя распределят. Ну то есть к какой магии у тебя больше таланта. Хотя в твоем случае никакой интриги нет: золотистым засветится, ты же прорицательница!

– Возможно… – неуверенно проговорила я.

Если в этом мире каждому положен какой-то магический дар, у меня вполне может оказаться именно прорицательский. Все-таки в прошлой жизни я занималась чем-то похожим. С другой стороны, я точно не была ясновидящей. Не видела пророческих снов, не предугадывала событий. Да я даже измену мужа умудрилась проморгать, хотя тут и дара никакого не требовалось, слишком уж все было очевидно.

Я просто читала карты, хорошо разбиралась в символах, легко переводила образы в слова. Это все-таки несколько другое…

– Ты уже поела? – спросила Талисия и после моего кивка сделала неуловимое движение рукой.

Посуда исчезла.

Я изумленно уставилась на это чудо. Пустой стол, хотя раньше он вовсе не был пустым… Увидев мое удивление, девчонка радостно затараторила:

– Точно, у вас же такого нет! Не обращай внимания, обычная бытовая магия. Это очень просто, я тебя потом научу. Ну что, пошли?

– Прямо так?

Вообще-то я все еще была в ночнушке, и предстать в таком виде перед ректором вовсе не казалось мне хорошей идеей.

– А что не тебя смущает? Ваши все в таком виде попадают, никто и внимания не обратит. Платье как платье.

– Знаешь, не хотелось бы.

То, что было на мне надето, ну никак не ассоциировалось с платьем.

Талисия пожала плечами.

– Я бы предложила тебе что-нибудь из своего, но ты высокая, на тебе будет по-дурацки смотреться.

Да уж, могу себе представить…

– А магазины тут есть? Наверное, я могла бы купить что-то более подходящее…

Угу, купить. Отличная идея! Особенно для человека, который местных денег никогда в руках не держал.

– Конечно можно. На твою стипендию вообще что угодно можно купить, но карту ты получишь только после разбора.

Я вздохнула. «Большая стипендия» звучит, конечно, здорово, но прямо сейчас моей проблемы это не решает.

– Да брось, очень симпатичное платье. Между прочим, такие теперь уже и в магазинах продаются. И девчонки их покупают. Ну вроде как выпендриваются, как будто они тоже иномирянки. Глупо, конечно.

– А что, быть иномирянкой считается почетным? Это вроде как хорошо?

– С недавних пор, – улыбнулась она. – Раньше ваших недолюбливали, даже называли заморышами. Но после того как леди Полина стала королевой, сама понимаешь, отношение изменилось.

Так, отлично, девчонка сама заговорила о королеве. Теперь мой интерес не будет выглядеть подозрительно. Я тут же воспользовалась случаем.

– Кстати, ты говорила, что там была какая-то романтическая история. Расскажешь? Интересно же!

Я была уверена, что она зацепится за возможность поболтать, в подробностях распишет, как Полина познакомилась с самим королем, да еще и вышла за него замуж. Кто знает, вдруг среди этих подробностей окажется что-то полезное! А если и не окажется… Все равно мне было очень важно узнать, как сложилась жизнь моей Полины в этом странном месте.

– Обязательно. Но потом, сейчас нужно поторопиться. Поверь, не стоит сердить ректора.

Вот уж никогда не думала, что буду ходить на важные встречи в ночной сорочке и тапочках. А ведь встреча с ректором безусловно важная. Но тут уж, видимо, ничего не попишешь: чужой мир – чужие правила.

Мы долго бродили по коридорам и лестницам.

Талисия объяснила, что мы переходим из одного крыла академии, где расположены комнаты студентов, в другое, учебное. Я изо всех сил старалась запомнить дорогу. В конце концов, какое-то время мне придется провести здесь, и чем быстрее я стану самостоятельной, тем лучше. Во всяком случае, достаточно самостоятельной, чтобы ходить по замку без сопровождения.

– А есть ли у вас магистр Хирувет? И Хероверт… Ну что-то похожее. Он вроде артефактор, – спросила я.

И тут ж обругала себя последними словами: решила же не высовываться и не выделяться из общей толпы попаданцев. По крайней мере, до поры до времени.

Вот что с людьми делает омоложение! Вроде бы ни жизненный опыт, ни мозги никуда не делись, зато энергия брызжет через край. Похоже, придется заново учиться направлять ее в нужное русло.

К счастью, Талисия моей оплошности не заметила, а может быть просто так уверовала в мои прорицательские способности, что больше этому не удивляется. Что ж, остается надеяться, что она не станет делиться своими наблюдениями с моими докторами.

– Понятия не имею. У нас на целительском такого точно нет, а преподавателей других факультетов я не знаю.

– Ну, – торжественно объявила Талисия, – пришли.

Массивная дубовая дверь, возле которой мы остановились, почему-то вызвала у меня робость. Хотя вроде бы и не должна была: и не такие двери видали: домоуправления, паспортные столы и даже кадастровая палата… Я давно научилась не бояться даже самых страшных организаций, за дверями которых можно встретить ужасных людей, которые отправят тебя собирать еще восемнадцать справок. А тут почему-то оробела. Под ложечкой засосало, в душе появилось нехорошее предчувствие…

– А что этот ваш ректор? Каков он из себя?

Хотелось разобраться, почему меня так пугает грядущая встреча.

– Ну уж точно не молодой красавец, – рассмеялась Талисия. – Знаю, что у вас в книгах часто случаются романы с ректорами… Только здесь не тот случай, Не думаю, что ты влюбишься в магистра Теркиретта.

Я лишь отмахнулась. Уж точно не для романов с ректорами я явилась в этот мир. И вообще не для романов.

– Мне почему-то не по себе, – пояснила я. – Он очень строгий, этот ваш магистр? Чего от него можно ожидать?

– Ну точно прорицательница! – радостно воскликнула Талисия. – Наш ректор – ментальный маг. Он может читать мысли, – она снизила голос до шепота. – Поэтому его все опасаются.

Читает мысли? Это нехорошо. Я, конечно, сумела обмануть местных докторов и выдать себя за нормальную, а вот провести человека, который видит тебя насквозь, это уже совсем другое дело. Я машинально попятилась.

– Да ладно тебе, – Талисия явно заметила мой испуг. – Он, конечно, может читать мысли, но вряд ли станет. Сама подумай, зачем ему твои мысли?

Теперь открывать эту дверь мне и вовсе не хотелось. И не пришлось: она распахнулась сама, на пороге стоял пожилой мужчина с окладистой белой бородой. Ну да, он точно не выглядел как герой-любовник. Скорее ему подошла бы роль доброго дедушки. И все же я не могла не заметить, что его глаза, обрамленные сетью морщинок, были не по возрасту ясные. И смотрели очень пристально, изучающе.

Неужели и правда читает мысли?

– Ну что стоим, дорогие леди? Проходите, раз пришли.

Выбора не было. Таисия легонько подтолкнула меня, и мы перешагнули порог.

Чтобы не выдать себя какой-нибудь лишней мыслью, я стала внимательно разглядывать интерьер. Высокие стены, обшитые темным деревом, тянулись к потолку, украшенному лепниной. Массивный письменный стол был завален свитками и книгами. По стенам тянулись ряды книжных шкафов, заполненных старыми фолиантами.

Я внимательно рассматривала резные дверцы и потрепанные корешки книг с замысловатым тиснением. А что, думать о шкафах совершенно безопасно.

Ректор как раз достал из ящика шкафа тот самый распределительный шар, ради которого я сюда явилась.

Обычный хрустальный шар, какие в изобилии предлагают «магические» магазины в нашем мире. Я даже как-то хотела себе такой купить. Не потому, что всерьез надеялась увидеть в нем какое-нибудь будущее, а просто так, для антуража. Однако потом оставила эту идею. В моей работе предмет мало того, что бесполезный, так еще и небезопасный. Случайно забудешь на столе, заглянет в окошко солнышко – и получи пожар: все-таки линза. Чтобы предположить такой исход, и прорицательницей не нужно быть, достаточно иметь минимальные представления о законах физики.

Интересно, магистр Теркирет прячет эту штуку в ящике по той же причине?

– Я уверена, она прорицательница, – заявила Талисия.

И тут же осеклась под строгим взглядом ректора.

– Сейчас разберемся. Возложите руки на сферу, леди Жанна.

Голос его звучал гулко и торжественно, а ведь подобную процедуру наверняка проходит каждый, кому предстоит здесь учиться. Манипуляции с шаром давно должны были стать рутиной для ректора.

Впрочем, для меня и правда решалось что-то важное.

Я несмело подошла к шару и выполнила указание. Первые несколько секунд ничего не происходило. Я бросила на ректора удивленный взгляд. Может ли быть такое, что у меня вообще нет магических талантов? А ведь запросто может, все-таки я попала сюда не за какие-то особые заслуги и таланты, как остальные студенты, а по собственному желанию. Так что такой исход был бы в общем-то вполне закономерным.

Стоило мне так подумать, шар засветился. Только вот не золотистым цветом, как обещала Талисия и как в глубине души надеялась я. Свечение было серебристым. Оно залило кабинет так ярко, что мне пришлось зажмуриться.

– Не может быть! – воскликнула Талисия. – Факультет справедливости? Ты законник? Но ты же так много знаешь о нашем мире…

Ох, лучше бы она молчала! Магистр Теркирет буквально просверлил меня пристальным взглядом.

– И что же вы о нем знаете?

– В основном то, что рассказала мне Талисия, – пряча глаза, ответила я. – Так значит я…

– Законник, – подтвердил ректор. – Будете учиться на факультете справедливости.

Я растерянно кивнула. Надо же, как забавно тут все устроено. Долгие годы в должности таролога никак не повлияли на показания шара, а вот пять лет, которые я в свое время проучилась на юридическом, очень даже повлияли.

– Что ж, поздравляю, – торжественно объявил ректор. – Уверен, Факультет справедливости будет рад такой студентке. Ваш магический дар можно назвать выдающимся, далеко не все иномиряне могут таким похвастаться. Так что теперь все зависит только от вашего старания и усердия в учебе.

– Да, конечно, я буду очень стараться, – стараясь не встречаться взглядом с ректором, пробормотала я. Потому что стараться вовсе не собиралась, мне бы как-то попасть в королевский дворец!

Из кабинета ректора мы с Талисией вышли растерянные. Пожалуй, Талисия даже больше, чем я. Во всяком случае, она молчала целую минуту, чего до этого за ней не наблюдалось.

– Ерунда, не может быть! – объявила она. – Ты прорицательница, и точка. Возможно, шар ошибся. Ну-ка пойдем!

– Куда? – изумилась я.

– Вообще-то нам нужно к Гариетте, получить форму, студенческую карту и всякое такое… Но это успеется. Есть дела и поважнее.

Я окинула взглядом свою ночнушку и белые тапочки. Вот уж сомневаюсь! Форменное платье, каким бы они ни было, все-таки лучше этого наряда. Представить себе дело важнее, чем переодеться, у меня не получалось.

– Пойдем-пойдем. Нам необходимо все выяснить.

– Так куда мы? – спросила я Талисию, когда количество коридоров и лестниц, которые мы преодолели, стало зашкаливать за все разумные пределы.

– Разумеется, на прорицательский факультет. Обратимся к кому-нибудь из преподавателей! У тебя должно все получиться. А шар… Мало ли, вдруг он просто испортился.

Я вздохнула. Затея виделась мне совершенно бесполезной. Но не объяснять же мое инициативной помощнице, что знания об академии подчеркнуты вовсе не из какого-то там божественного эфира или откуда они там берутся у вселенной. Призрак психушки все еще маячил передо мной, так что я сжала зубы и продолжила наш непростой путь.

Еще одна дверь, перед которой я изрядно оробела. Пора заканчивать с дверями, того и гляди – фобия образуется. Буду шарахаться от всех дверей, куда бы они ни вели.

«Магистр Иамада, декан факультета ясности» – прочитала я на табличке и мысленно взмолилась, чтобы никакого магистра на месте не оказалась. Но моя мольба не была услышана.

Хозяйка кабинета, худенькая женщина средних лет, восседала за столом. Она была похожа на льдинку – тонкая, почти прозрачная, с огромными синими глазами… На меня ощутимо повеяло холодом.

– К вам можно? – смело проговорила Талисия.

Вот уж кто не боится ни дверей, ни тех, кто за ними находится.

Декан удивленно вскинула брови.

– Новенькая? Иномирянка? Распределили на наш факультет?

Я только усмехнулась про себя. О том, что я новенькая и иномирянка легко догадаться по одежде, а вот с факультетом дамочка явно ошиблась. Она точно прорицательница?

– В том-то и дело, что нет, – всплеснула руками моя спутница. – Распределили к законникам, а у нее явно прорицательский дар. Вы должны проверить.

– Шар никогда не ошибается, – осторожно сказала она. – Так что очень сомневаюсь…

– Ну пожалуйста, ну что вам стоит?

Какое-то время магистр Иамада колебалась. Но потом махнула рукой.

– Хорошо, проходите. Иномирянка на факультете нам бы точно не помешала. После ее величества никому это не удавалось.

Теперь стало понятно, почему нас не выставили сразу. Все-таки у декана Иамады был свой собственный интерес в этом деле. Она предложила мне присесть за столик и сунула в руки мешочек. В нем что-то приятно постукивало.

«Камешки», – догадалась я. Что, впрочем, никак не свидетельствовало о наличии у меня прорицательского дара.

– С ними очень просто. Высыпаешь на стол и вглядываешься, пытаясь увидеть будущее. У нас все начинают с камешков, это самое простое гадание. Пусть предсказания получаются не слишком точные и подробные, зато никаких особых сложностей.

Я высыпала камни в ладошку, подержала, пересыпала из одной в другую.

– Ну что, чувствуешь тепло? Откликаются? – магистр Иамада смотрела на меня с надеждой.

Я пожала плечами. Уж не знаю, как должны откликаться камни, но никакого тепла я точно не чувствовала. Хотя держать их в руках было приятно – гладкие, тяжеловатые… Или это и есть тот самый отклик?

– Высыпай на стол, – велела она, и я послушалась. – А теперь смотри.

В комнате повисла напряженная тишина, такая густая, что хоть ножом режь. Камни со стуком раскатились по столу. Один остановился в опасной близости у края.

Как и было велено, я стала внимательно в них всматриваться. Вот этот, желтенький, вроде бы янтарь. Полупрозрачный розовый, потом еще фиолетовый. Вот этот похож на лунный камень, а тот, такого плотного черного цвета, что глаз режет. Оникс, наверное, или что там, в камнях я особенно не разбиралась. Все-таки талисманы – это не совсем моя специализация.

– Ну что ты видишь? – нетерпеливо спросила Иамада.

– Вот этот, желтенький, наверное, символизирует что-то хорошее, – попыталась угадать я. – И лег рядом с розовым. Может быть, успех в любви? А вот тот серый почти укатился. Значит, что-то уходит из моей жизни. Может быть, неясность?

Я вопросительно посмотрела на декана.

– Угадала?

Та лишь покачала головой.

– А никаких видений, озарений не было?

– Да вроде нет.

Она вздохнула, сгребла камни и уложила их в мешочек.

– Боюсь, что нет. Никакого провидческого дара тут не наблюдается.

– Может, попробовать карты? – пришло вдруг мне в голову.

В конце концов, именно с ними я работала в своем мире, вдруг и тут получится.

Магистр Иамада извлекла из шкафа новенькую колоду. Понятно, не даст же она свои собственные карты в руки какой-то посторонней девице. Я взяла колоду в руки, перетасовала ее. Приятная тяжесть карт успокаивала, знакомый шелест согревал сердце.

Я достала из середины колоды одну карту, выложила на стол. Брови мои сами собой поползли вверх. Это еще что такое? Палочки, черточки, кружочки… Никаких рисунков, ни одного знакомого символа. Ничего, за что можно было зацепиться.

Ладно, может быть, эта такая неудачная…

Если по одной карте не получается дать ответ, нужно дополнять, я машинально вытащила из колоды еще две, положила рядом.

Те же кружочки, соединенные линиями, больше похожие на созвездия. Именно так их рисуют в учебниках по астрономии. Да только и созвездия незнакомые…

– Ну? – тихо спросила магистр Иамада.

Я помотала головой.

– Ничего. Вообще ничего не понятно.

– Что ж, этого следовало ожидать. Распределительный шар пока ни разу не ошибся. И сейчас все правильно. Так что… – она пожала плечами.

Кажется, приговор окончательный и обжалованию не подлежит.

– Спасибо за помощь, мы пойдем.

Я ухватила Талисию за рукав и потянула к выходу, опасаясь, что та не захочет смириться с отсутствием у меня прорицательского дара и начнет настаивать на дополнительных испытаниях. А разочарованных взглядов и вздохов мне на сегодня и так хватило, продолжать не хотелось.

– Ну что, теперь к этой вашей Гариетте? – обратилась я к Талисии. – Я бы все-таки переоделась.

Вид у моей помощницы был совершенно расстроенный, но уж с этим я ничего не могла поделать. Не вышло из меня прорицательницы. Остается надеяться, что участь законников в этом мире тоже неплоха. И вообще, не следует забывать, что я сюда явилась вовсе не для получения второго высшего.

Разобраться с одеждой, найти магистра-байкера, чтобы встретиться наконец-то с Полиной – вот моя задача.

А все остальное не так важно.

Вообще не важно, откровенно говоря.

День выдался хлопотным. Сначала мы отправились к кастелянше Гариетте. Она оказалась очень милой женщиной, пухленькой, с ямочками на щеках и доброй улыбкой. Первым делом попыталась меня утешить и напоить чаем с печеньками. Только вот печеньки, а также пирожные, тортики и прочих их высококалорийных братьев я давно не ем. Умудрилась убедить себя в том, что не очень-то их и люблю. А вот свою стройную фигуру люблю гораздо больше.

И пусть новый мир одарил меня новым молодым телом, которое наверняка в состоянии справиться и не с таким количеством калорий, привычки-то никуда не делись.

Утешить меня у Гариетты тоже не вышло по той простой причине, что в утешениях я не нуждалась, а долгий душевный разговор о прошлой жизни и вовсе не входил в мои планы. Меньше болтаешь – меньше врешь. И меньше шансов ляпнуть что-то не то.

Так что с меня быстро сняли мерки, выдали ту самую студенческую карту с кучей денег, и мы отправились по магазинам.

По пути я внимательно присматривалась к снующим туда-сюда студентам. Точнее, к студенткам. Большинство из них щеголяли в учебных мантиях – одного из пяти факультетских цветов, но меня интересовали другие – те, что проносились мимо в обычной, своей одежде. Надо же мне было выяснить, что тут принято носить. какая сейчас мода. Разумеется, не для того, чтобы стать самой стильной в академии. Наоборот, мне очень хотелось не выделяться, смешаться с толпой, спрятаться и ничем себя не выдать.

Так что, придя в магазин, я просто ткнула пальцем в несколько платьев, похожих на те, что видела на улицах, и попросила подобрать мой размер. И лишь потом заметила в углу кое-что совсем неожиданное: штаны, похожие на джинсы, свитера, отдаленно напоминающие толстовки.

Ого, а вот это любопытно! Впрочем, удивляться нечему: если попаданцы из нашего мира здесь не редкость, ничего удивительного, что и привычные нам фасоны перекочевали из одного мира в другой. Заметив, что я интересуюсь необычным ассортиментом, Талисия тут же поспешила дать пояснение:

– Это домашняя одежда, она для удобства. Но появляться в ней в общественных местах лучше не надо.

– Почему? – удивилась я.

Она пожала плечами.

– Считается неприличным.

– Но ведь удобно же, – возразила я.

– Удобно должно быть дома. А на людях красиво, – поучительным тоном объяснила Талисия.

В другой ситуации я бы, наверное, поспорила: красивая одежда имеет право быть удобной, а удобная – красивой, но в этой ситуации и в этом мире передо мной не стоит задача менять правила и ломать устои. Но все же пару толстовок с джинсами я прихватила. Раз уж в своей комнате имею права на все удобства. Когда я расплачивалась, продавщица смотрела на меня с искренним изумлением.

– Что-то не так? – я ощутимо напряглась. Ведь старалась же не выделяться, неужели не получилось?

– Вы же из другого мира, – проговорила она таким тоном, как будто это что-то объясняло.

– Из другого, – кивнула я. Ночнушка и тапочки свидетельствовали об этом слишком явно.

– Тогда почему покупаете так мало платьев? И ни одного для вечеринок. У вас очень хорошая стипендия, вы можете себе это позволить.

Похоже, излишняя скромность и бережливость «нашим» не свойственна.

– Действительно настолько большая? – я сделала вид, что удивилась.

– Ну да…

Пришлось еще раз пройтись мимо манекенов и добавить в корзину несколько платьев. Понятия не имею, куда буду их носить, да и вечеринки в мои планы не входят. Но если так ведут себя все, надо соответствовать.

Поход по магазинам оказался весьма утомительным. Толчея, шум, теснота примерочных… Для человека, который привык делать покупки по интернету, не самое захватывающее мероприятие. Хорошо, хоть пакеты за собой таскать не приходилось, Талисия тут же магическим образом отправляла их в комнату. Фокус, который в первый раза произвел на меня неизгладимое впечатление, быстро сделался вполне привычным.

– Неужели тебе здесь не нравится? – удивленно спросила Талисия.

– Нравится, – пожала плечами я. – Весьма аутентично, атмосферно…

Я окинула взглядом площадь. Симпатичные, будто пряничные домики, резные вывески, сияющие магические огоньки. Действительно, чертовски мило. Ощущение, будто оказалась на съемочной площадке какого-нибудь фэнтези-фильма. Вот, наверное, дело в этом! Я в свое время пересмотрела все фильмы и сериалы про волшебников, до которых только смогла дотянуться, и обязательно пересматривала все серии «Гарри Поттера» во время новогодних праздников. Возможно, поэтому все это красивое-волшебное не заставляло меня восторженно ахать и периодически падать в обморок от восхищения.

– Как-как? – не поняла она.

Ну и стоило ли умничать? Если уж я хочу не выделяться, именно это от меня и требуется: восторженно ахать и периодически падать в обморок от восхищения.

– Здесь… так необычно, – поспешила заверить я свою спутницу. – И очень красиво! Настолько красиво, что никак не могу подобрать нужных слов!

Кажется, этот ответ ее вполне устроил.

– Тогда пойдем покупать учебники и все, что потребуется для учебы. Там еще необычнее будет!

Она потащила меня к новому магазину.

Вот интересно, как я смогу купить что-то для учебы, если понятия не имею, что для нее нужно?

Эта проблема разрешилась сама собой. Улыбчивый продавец – высокий молодой человек – затребовал мою карту и тут же начал выкладывать на прилавок стопки книг, тетрадей, каких-то пишущих штук, похожих то ли на шариковые ручки, то ли на перья.

Затем пришла очередь предметов, внешний вид которых мне был совершенно не знаком, а догадаться о назначении не стоило даже пытаться.

– Артефакты, – шепнула Талисия. – Понятия не имею, для чего они, но ты разберешься.

Разберусь? Мне бы ее уверенность!

Наконец с покупками было покончено. Мы уже собирались уходить, когда продавец вдруг посмотрел куда-то за наши спины. Приветливая улыбка разом сошла с его лица, сменившись маской негодования.

– А ну вон отсюда! – рявкнул он неожиданно громко.

Я обернулась: кто же это его так вывел из себя. У входа стоял студент, самый обыкновенный парень, роста среднего, волосы русые, правда, глаза уж больно хитрющие, что, впрочем, обычное дело для мальчишек его возраста.

– Да мне просто тетрадку купить, не надо так нервничать! – Он явно пытался успокоить разбушевавшегося продавца, но тот даже не слушал. Ухватил беднягу за шиворот и поволок к выходу.

– Чтобы я тебя больше здесь не видел, никогда!

Парнишка сопротивлялся, но безуспешно. Пара минут – и вот уже за ним с грохотом закрылась дверь, а продавец вернулся за прилавок, приветливо улыбнулся, и своим обычным «продавцовым» голосом спросил:

– Вам что-нибудь еще?

Ничего «еще» мне не было нужно, разве что узнать, чем так провинился этот бедняга.

– За что вы с ним так? – спросила я.

Как говорится, любопытство не порок, это просто такое хобби.

– Заслужил, – мрачно буркнул продавец, ясно давая понять, что развивать эту тему не намерен.

Ха-ха, а вот и не угадал!

– И чем заслужил? – продолжала интересоваться я.

Он посмотрел на меня неодобрительно.

– Вы ведь тоже с Факультета справедливости, леди?

Я пожала плечами.

– Похоже, что так. Во всяком случае, распределительный шар в этом уверен.

– Заклинания у вас есть хорошие, позволяют работать с документами даже дистанционно. Так этот негодяй поменял ценники в магазине!

Ага, понятно. Хотя, если честно, вообще ничего не понятно. Ну то есть поменять ценники – это не слишком благой поступок, однако странно, что это привело продавца в такую ярость. Все-таки выходка парнишки больше была похожа на вполне невинную шалость.

– И только… – разочарованно протянула я.

– Только?! – возмутился продавец – А вы знаете, на что он их поменял?

Разумеется, я не знала, но теперь смотрела на продавца с еще большим интересом. Было крайне любопытно, что же такого придумал этот шутник.

– На всякую ерунду! Например, отжаться три раза, подпрыгнуть на одной ножке, станцевать, песенку спеть, похлопать в ладоши… Целых три часа товары продавались именно по такой цене. И это в начале учебного года, когда здесь сумасшедший наплыв покупателей!

Вот тут мне пришлось искренне удивиться.

– А вы разве не заметили, что что-то пошло не так? Все-таки отжимания и прыжки вместо денег – это несколько… нестандартно.

– Да уж заметил, – мрачно проговорил продавец – Только ведь цены он не только на полках поменял, а еще и в системе. Говорю же, законник… У ваших со всеми документами особые отношения.

А паренек-то у нас хакер!

– И что я мог поделать? – продолжал продавец. – Подходит покупательница, говорит: «Мне вот эти тетрадки», и поет фальшивым голосом. Получается, цена уплачена, товар нужно отдать. Понимаю, что дичь творится. А сделать ничего не могу…

Продавец тяжело вздохнул, и я даже прониклась к нему сочувствием.

– Стоп, а закрыть магазин разве не вариант? И потом уже спокойно со всем разобраться…

– Вариант, если владелец на месте. А я здесь всего лишь работаю, и закрывать магазин не в моей компетенции.

– Понятно, – протянула я, изо всех сил пытаясь сохранить на лице выражение серьезное, и даже немного сочувственное.

Это было непросто, потому что описанная картина уже в красках предстала перед моим внутренним взором. И выглядела совершенно уморительно. Совести у парнишки, конечно, нет. Да и чувство юмора, прямо скажем, сомнительное. А вот в изобретательности, ему не откажешь.

– И чем же все закончилось? Как прекратилось? Сейчас цены, вроде бы, нормальные, денежные.

– К счастью, в магазин зашел ректор докупить папки для бумаг. Повезло, мог бы и секретаря отправить. В общем, когда за стопку папок ему предложили станцевать кадриль, изрядно удивился.

– Еще бы не удивиться, – вставила я.

– Ну да. Кадриль уже лет сто никто не танцует! А потом, конечно, он все расколдовал…

Да уж, нескучно они тут живут…

– Получается, пареньку теперь в магазин вход закрыт?

– Да я бы всем с вашего факультета запретил приближаться к магазину! Мне этот концерт не по заявкам три часа смотреть пришлось. Только владелец не разрешил.

Неудивительно. Если в академии пять факультетов, получается, пятую часть клиентов пришлось бы отсечь, а это неслабый такой удар по процветающему бизнесу.

– Но этого гада, – продолжил продавец, – он все-таки разрешил не пускать.

Хм, а ведь мне с ними придется учиться на одном факультете…

– И что же, раз я законник, со временем тоже так смогу?

Описать взгляд, которым одарил меня продавец, невозможно.

– Ступайте, леди. Хорошего дня. – сквозь зубы процедил он.

Я хотела объяснить, что не имела в виду ничего плохого, просто пыталась выяснить, чему и как меня будут учить на местном юридическом, но Талисия уже схватила меня за рукав, и потащила к выходу.

Наверное, правильно сделала. Кто знает, вдруг, и меня бы вышвырнули за шкирку, а потом запретили закупать канцтовары. Просто на всякий случай. Так сказать, во избежание…

Коробки с книгами, пакеты с артефактами отправились в комнату, мы с Талисией потопали туда же.

Но даже на этом долгий день не закончился. Дома пришлось разобрать покупки, научиться заказывать еду в комнату. На самом деле ничего сложного, просто вместо приложения используешь набор довольно простых заклинаний, а доставка осуществляется почти мгновенно.

Когда с ужином было покончено, а тарелки с горшочками магическим образом отправлены на местную кухню, Талисия объявила, что с радостью бы еще со мной поболтала, но ей нужно подготовиться к занятиям, и ушла в свою комнату.

А я ведь так и не расспросила ее про Полину. Ладно, успеется.

Только оставшись одна, я поняла, как устала за этот день. Все, на что меня хватило – умыться и рухнуть в кровать.

Засыпая, я успела подумать, что психологи академии, если, конечно, тут такие есть, хорошо знают свою работу. Загрузить новоприбывших студентов всякими мелкими делами и заботами, порадовать шопингом и в результате вымотать до изнеможения – это как раз то, что нужно, чтобы не лезли в голову грустные мысли о жизни, навсегда оставленной где-то там за чертой, куда нет возврата.

Со мной было чуть иначе.

Я переживала не о тех, кого оставила в прежней жизни, а о тех, кого не нашла в этом мире. О двоих: о Полине, у которой явно что-то случилось, и о своем коте. Надеюсь, хотя бы с ним все в порядке и их с магистром перемещение прошло удачнее, чем мое.

С утра я отправилась к Гариетте, где получила новую форму. Наряд пришелся в пору, да и серебристый «металлик» смотрелся на мне вполне прилично, хотя в прошлый жизни что-то похожее я надела бы разве что на новогодний бал-маскарад. Если бы, конечно, на них ходила.

Не то, что я собиралась оставаться в этой форме надолго, но тот факт, что я не выгляжу в ней как чучело, отчего-то радовал.

Перед входом в аудиторию я немного оробела. Мои школьные, а следом за ними и студенческие годы закончились совсем уж давно. Совершенно не помню, каково это – быть новенькой.

Я вообще за всю свою долгую жизнь толком и не попробовала работать в коллективе. В общем, толпа студентов, в центре которой я вот-вот окажусь, вызывала у меня некоторые опасения. Пришлось даже напомнить себе, что, несмотря на юный внешний вид, я все-таки не девочка, а вполне себе взрослая сорокалетняя тетка, которая в случае чего скрутит бараний рог всех нахальных студентов.

Успокоив себя так, я сделала шаг в неизвестность и тут же погрузилась в шум и суету. Даже уши заложило.

Огромная аудитория, человек на пятьдесят, не меньше, была плотно забита студентами в таких же, как у меня, мантиях. Преподавателя, как и положено, на месте не наблюдалось. И все присутствующие радостно пользовались этим обстоятельством: шумели, носились друг за другом, только в отличие от наших студентов швырялись они не жеваной бумагой, а куда более симпатичными штуками: светящимися птицами, мыльными пузырями, миниатюрными вихрями, которые так и норовили растрепать чью-нибудь аккуратную прическу.

На меня никто даже не обратил внимания. Может, пронесет и в бараний рог скручивать будет некого? Очень бы хотелось.

Я отыскала взглядом пустую парту и осторожно уселась на краешек скамейки. Порылась в сумке, достала тетрадь и ручку. Кажется, к занятию готова. Ну вот. Ничего страшного. Зря только беспокоилась.

Стоило мне так подумать, как на место рядом со мной плюхнулся парень в такой же серебристой мантии, как и все тут. Ну вот, начинается… Я внутренне сжалась и покосилась на непрошенного соседа. А ведь лицо-то знакомое. Точно, это же тот самый шутник, которого вчера с позором вышвырнули из магазина канцтоваров. Вот, повезло так повезло. Кажется, мне все-таки суждено стать объектом не слишком добрых шуточек.

– Привет! А ты, значит, новенькая… – сказал он, улыбаясь на удивление открыто и почти радостно.

Точно задумал какую-то пакость!

– Давай без шуточек, – строго сказала я. – Со мной это не пройдет.

Он окинул меня удивленным взглядом, словно ни о каких шуточках даже и не думал и вообще до глубины души оскорблен моими подозрениями.

Пришлось внести ясность:

– Я уже знаю историю с магазином, так что, если планируешь заставить меня что-то спеть и станцевать, или еще какую-нибудь глупость учинишь, имей в виду!..

Тут я вынужденно взяла паузу, потому что на самом деле понятия не имела, что ему следует иметь в виду.

– А, ты об этом? Ерунда, – отмахнулся он, – я вообще-то нечаянно. Нужно было купить пару тетрадок, а карту забыл в комнате. Вот и подошел к вопросу гм… творчески. А заклинание как-то уж слишком хорошо сработало. Я все-таки только начинаю учиться.

Вид у него при этом был такой смущенный, что я ему почти поверила.

– Силы не рассчитал?

– Да нет, в расчетах ошибся. Оно всего-то и должно было действовать минут десять и только на одну полку. А вышло вот как.

– Сочувствую, – проговорила я.

Не очень, впрочем, искренне. Мог бы и за картой сбегать, но решил устроить маленькое безобразие.

– Да ерунда, – отмахнулся он. – Я уже уточнил расчеты, все переделал, и уж в следующий раз!..

Я рассмеялась. Похоже, не зря продавец так одержим идеей не пускать этого негодяя в магазин. На путь исправления он явно не встал.

– А у тебя, значит, сегодня первое занятие? – спросил мой незваный сосед по парте.

– Вроде того, – согласилась я.

– Не повезло, – протянул он.

– Это еще почему?

– А ты знаешь, кто его ведет?

– Откуда бы мне знать? Я здесь вообще ничего не знаю…

– Сэр Салахандер!

Разумеется, мне это имя ничего не говорило. Но то, как значительно оно было произнесено, несколько насторожило.

– И что с ним не так? – спросила я.

Он только усмехнулся.

– А то, что это страшный… ой, то есть старший королевский дознаватель. Можно сказать, начальник ужаса, гроза хулиганов, а заодно воров, убийц и прочих неблагонадежных граждан.

Я только пожала плечами. Ни к одной из перечисленных категорий я точно не относилась.

– Раньше он не вел у нас занятий, никаких. И это понятно – ему своих дел хватает. А тут почему-то решился вести основы расследований, причем у всех пяти курсов.

Я снова пожала плечами.

– Пусть себе ведет, раз ему так надо.

– Это да, – согласился парень, – да только экзамен тоже он принимать будет. А с допросов этого дядечки даже матерые маги уходили в слезах и обливаясь потом. Ну, по крайней мере, так говорят. Так что не думаю, что тебе повезло.

Ответить на это я не успела, потому что разрекламированный однокурсником преподаватель как раз зашел в аудиторию. Кругом сразу же установилась зловещая, звенящая тишина. Уж не знаю, как они успели, но сейчас все стояли ровненькими рядами у своих парт с самым отрешенным видом. Я с любопытством уставилась на этого «страшного» человека.

Он был высоким и жилистым, словно все лишнее из него вытащили, оставив лишь необходимый минимум. Лицо с резкими и острыми как лезвия чертами выражало полное спокойствие. И все же присутствие этого человека производило странное впечатление – так чувствуешь себя морозным утром: вроде бы свежо, но хочется спрятаться под одеялом.

Я бы не назвала его красавцем (да и никто бы не назвал), симпатичным он тем более не был… И все же, встреться мы в прошлой жизни, например, в компании – обязательно обратила бы на него внимание.

Только вот в прошлой жизни он никак не мог быть моим преподавателем и принимать экзамены.

Сэр Салахандер окинул аудиторию грозным взглядом и тихо сказал:

– Здравствуйте, садитесь.

Все дружно рухнули за парты, и я вместе с ними, будто ноги сами собой подкосились.

– Большинство из вас готовятся шуршать бумажками в какой-нибудь конторе. Достойная и спокойная работа, поздравляю. Но кое-кто может по глупости и неопытности решить, что из него получится хороший дознаватель, и по окончании учебы придет работать в мое ведомство.

Тут последовала многозначительная пауза, чтобы все смогли осознать: это будет не лучший выбор. Когда напряжение в воздухе достаточно сгустилось, дознаватель продолжил:

– Моя задача, чтобы вы или передумали, или хоть чему-то здесь научились. Легко не будет. Придется не только заучивать формулы, но и включать мозги. Если, конечно, они есть…

В аудитории повисла гнетущая тишина. Подозреваю, если кто-то и лелеял мечту когда-нибудь стать дознавателем, он уже передумал.

Я такой мечты не то что не имела, а даже иметь не могла – по совокупности причин. Но почему-то захотелось назло этому заносчивому типу стать-таки дознавателем и обязательно распутать какое-нибудь сложно дело, которое ему самому окажется не по зубам. Просто так, из принципа.

Надо же, какой суровый выискался! Мозгов, видите ли, у нас нет! Я еще раз окинула преподавателя взглядом. Он был спокоен, невозмутим и… Мне показалось, или в его глазах мелькнули веселые искры?

И тут до меня дошло: а ведь он это нарочно.

Системы тестов и опросов здесь нет, профориентация проводится весьма топорно: каким цветом шар загорелся – туда и иди.

Может, и правда ему надоели остолопы, что приходят работать в его ведомство. Вот и решил таким незатейливым способом отсечь тех, кто боится трудностей, а заодно замотивировать тех, кого хлебом не корми – дай кому-нибудь чего-нибудь доказать.

И ведь сработало же! Даже я повелась…

«А ты молодец», – мысленно похвалила я преподавателя.

И тут же обнаружила, что его взгляд, до этого сурово блуждавший по аудитории, остановился на мне.

Да нет, ерунда, не может же он читать мысли! Хватит того, что их читает ректор.

Под взглядом дознавателя я сразу почувствовала себя весьма неуютно, и начала перекладывать тетради, хотя никакой необходимости в этом не было.

А еще я внезапно почувствовала непреодолимое желание признаться сразу во всем. В том, что совершила за всю свою долгую и непростую жизнь, и даже в том, чего не думала совершать.

Не знаю, чем бы это закончилось, но Салахандер наконец перестал сверлить меня глазами, и обратился ко всей аудитории:

– Итак, первое задание. Посмотрим, на что вы способны.

Задание. Отлично. Почему-то я была уверена, что ничего хорошего от задания преподавателя лучше не ждать. И, похоже, не я одна. Притихшая аудитория напряженно смотрела на Салахандера. Даже мой легкомысленный сосед по парте изрядно напрягся.

– В одном загородном имении, когда-то процветавшем, а теперь пришедшем в упадок, произошло убийство, – начал дознаватель. – Пожилую хозяйку утром нашли с ножом в груди. Охранные амулеты однозначно свидетельствовали: никто не входил на территорию поместья. Кроме хозяйки в доме было трое: садовник, кухарка и горничная. Явившийся туда дознаватель допросил всех троих, и все трое утверждали, что в момент убийства никого из них в доме не было. Садовник сказал, что сначала возился в саду, а затем собрал букет цветов и понес их хозяйке, как делал это каждое утро. По его словам, хозяйка любила свежие цветы, сорванные почти на рассвете, с капельками росы на лепестках. Войдя в комнату хозяйки, он увидел ее уже мертвой. Горничная сказала, что в это время снимала белье, развешенное во дворе, затем вернулась в дом и, как только начала складывать его в шкаф, услышала крик садовника. Поднялась в комнату хозяйки и лишь тогда увидела, что случилось. Кухарка уверяла, что отправилась в амбар, чтобы взять продукты для завтрака, а когда вернулась, услышала шум, крики и даже не сразу поняла, что случилось. Вопрос: кто из них солгал?

Я только фыркнула про себя. Идиотская задачка! Да кто угодно! Садовник мог прирезать старушку, когда вошел в ее комнату с цветами, и лишь потом поднять шум. Да и кухарка запросто могла сначала убить хозяйку, а потом уже со спокойной душой идти в амбар. А горничная…

– Чему вы улыбаетесь? – раздался глас свыше. Конечно, не глас свыше, а голос Салахандера прямо у меня над ухом. Задумавшись, я не заметила, как он приблизился, и теперь пристально рассматривал. – Похоже, вы уже знаете ответ.

Я испуганно помотала головой. Вряд ли мой ответ ему бы понравился: «Вы неприятный заносчивый тип и задачи у вас идиотские». Нет, это точно не годилось.

– Итак, кто убил хозяйку поместья?

Он сверлил меня глазами, явно ожидая ответа. Причем не от кого-то, а именно от меня. Я растерянно пожала плечами.

– Думаю, вам следует встать. Кажется, так принято отвечать преподавателю.

Я поднялась. Не могу сказать, что дознаватель перепугал меня до полусмерти, скорее разозлил.

– Итак, – он все еще ждал ответа.

– Горничная, – сказала я.

В конце концов, один шанс из трех, что я угадаю.

Он усмехнулся.

– Думаете, этого достаточно? Просто так обвинять человека, ничего не доказывая? Насколько я помню, так не принято.

Я пожала плечами. Почем мне знать, как у них в королевстве принято.

– Итак, объясните, почему вы считаете, что солгала горничная?

Да откуда мне знать? Я даже не уверена, что солгала именно она. Да я эту горничную даже в глаза не видела.

И вдруг что-то словно щелкнуло у меня в голове. Ну конечно, все ведь очень просто.

– Она сказала, что складывала белье в шкаф… Но если в это время на цветах была роса, то и на белье тоже. Складывать влажное белье в шкаф… Мне кажется, это плохая идея.

Казалось бы – глупая задачка, и все же мне было чертовски приятно, что я смогла с нею справиться. Или не удалось? Я вопросительно посмотрела на пре

И тут я вспомнила, где нахожусь.

– Впрочем, она ведь могла высушить его магией, – убитым голосом произнесла я. Похоже, моя гениальная загадка в этом мире почти ничего не стоила.

– Вы сообразительны, – медленно сказал дознаватель, – но невнимательны.

Я бросила на него удивленный взгляд.

– Я самого начала сказал, что женщина была небогата. Она не могла себе позволить прислугу, обладающую мало-мальским магическим даром.

Я вскинула на него удивленный взгляд.

– Значит я угадала правильно?

– Не угадали, а расследовали дело, – поправил меня он. – Впрочем, невнимательность свидетельствует не в вашу пользу… Хороший дознаватель не может себе такого позволить.

– Это не невнимательность, – обиженно буркнула я. – Я в этом мире каких-то пару дней, и понятия не имею, как тут все устроено. Почем мне знать, у всех тут есть магия или нет.

Дознаватель посмотрел на меня с интересом.

– Так вы новенькая…

Это прозвучало как обвинение. Хотя уж точно моей вины в этом не было.

– Да, – выпалила я с вызовом.

– Что ж, я дам список литературы, с которой вам нужно будет ознакомиться к следующему занятию. Имейте в виду, незнание местных реалий не послужит вам оправданием. Вы или добиваетесь результата, или нет.

Я уже хотела ему сказать, что не собираюсь добиваться никаких результатов и надеюсь, что это «расследование» было последним в моей жизни, но он уже развернулся и направился к кафедре.

– Кто еще догадался, какой ответ правильный? – спросил он у аудитории.

Вверх взметнулась одна рука, потом вторая, а через какое-то время руку подняли все. Даже мой сосед по парте.

Почему-то я не сомневалась: никто из них на самом деле не угадал. Однако проверить это невозможно, так почему бы и не поднять руку? Мне вовсе не было обидно, я и сама угадала совершенно случайно. Не то чтобы кто-то присвоил результаты моих долгих трудов.

– Отлично, – дознаватель почему-то обрадовался.

Неужели и правда поверил, что все справились? В таком случае слухи о его проницательности несколько преувеличены.

– Раз вы так легко все справились с этой задачей, думаю, вам не составит труда справиться еще с одной.

Он взял в руку папку.

– Я хотел дать задание попроще, но раз все здесь настолько сообразительны… – он отложил папку в сторону и взял другую. – Здесь индивидуальная задачка для каждого. Разумеется, они чуть сложнее. Но я уверен: к следующему занятию вы с ними справитесь.

По аудитории пронеслось испуганное «ах». А я только хмыкнула про себя: каков подлец! Он ведь отлично понял, что они солгали.

Салахандер проходил между рядами, оставляя по листку перед каждым студентом. А студенты, получив задание, сначала напряженно вглядывались в условия, а потом оборачивались ко мне и смотрели недобро. Какого черта? Я-то здесь при чем? Они же сами…

Впрочем, додумать эту мысль я не успела. Покончив с листками, дознаватель окинул взглядом аудиторию и объявил:

– Можете быть свободны.

Аудитория удивленно зашумела. Даже я удивилась. Этот урок занял не более получаса, тогда как стандартное занятие длилось полтора часа. Вот уж чего я не ожидала от строгого преподавателя, так это того, что он отпустит всех раньше. Словно отвечая на невысказанный вопрос, дознаватель недобро улыбнулся.

– Уверен, вам не терпится приступить к решению этих интереснейших задач.

«Издевается», – вздохнула я и потянулась к своему листку. Могу представить, что он задал мне на этот раз. А развернув его, изумленно уставилась на пустую страничку. Там не было ничего. Ничегошеньки. Кажется, я вообще перестаю хоть что-нибудь здесь понимать.

Впрочем, мои сокурсники не теряли времени даром: быстро похватав сумки, они спешили на выход. И я их понимала: все-таки находиться в обществе этого типа было крайне неприятно.

Как только я собиралась последовать их примеру, прозвучал его голос:

– А вы, леди, останьтесь.

Я подняла взгляд от своего листочка. Ну да, никакой ошибки, смотрел он именно на меня. Остальные студенты заторопились с удвоенной силой, видимо, боялись, что взгляд преподавателя случайно задержится на ком-то из них и придется разделить мою печальную участь.

Когда аудитория опустела, я собралась с духом п спросила:

– Зачем оставаться?

Дознаватель удивленно приподнял бровь.

– Я смотрю, у вас и с памятью не все хорошо, как хотелось бы.

Я внутренне закипела. Какого черта?

– Я ведь сказал, что дам вам список литературы.

Он уселся за стол и начал что-то быстро строчить. Одна строчка, вторая, третья, четвертая, пятая… И это список литературы, с которой мне следует ознакомиться к следующему занятию? Да он с ума сошел! Максимум, что я успею – это знакомиться с самим списком, и то лишь в том случае, если он не прекратит писать прямо сейчас.

Дознаватель сдался где-то на двадцатой строчке и протянул листок мне.

– Вот. И поторопитесь: незнание жизни может очень осложнить эту самую жизнь.

Я взяла список литературы, и уже собиралась поскорее покинуть аудиторию, но почему-то этого не сделала, а наоборот – задержалась у стола и сказала:

– Вы не дали мне задание, – протянула ему пустой листок.

– А вы хотите в придачу к этому еще и задание? Похвальное рвение, – усмехнулся он.

– Нет, не хочу, спасибо, – поторопилась ответить я.

– В таком случае не смею задерживать.

Он резко поднялся из-за стола и вышел из аудитории.

А я так и осталась стоять, рассматривая список литературы. «Сборник мифов и легенд», «Самые сильные маги в истории» и другое в этом же духе. Выглядит не так уж ужасно. Мифы, легенды и истории о магах вполне могли оказаться интересным чтивом.

Что ж, если не брать во внимание леденящий взгляд и отвратительные манеры преподавателя, можно считать, первая пара прошла не так уж и плохо.

Я сложила список литературы в сумку и вышла из аудитории… И тут же оказалась окружена несколькими девушками в серебристых мантиях. Судя по пылающим взглядам и упертым в бока рукам, они были настроены несколько недружелюбно.

– Что-то не так? – спросила я, глядя в недовольные лица.

– Все не так, – заявила одна из них, высокая блондинка.

Ее можно было назвать симпатичной, если бы не выражение лица, крайне неприятное. Такое может испортить даже самые гармоничные черты.

Будь я и правда юной студенткой, подобный неласковый прием наверняка меня бы испугал. Так и представляю, как сердце ушло бы в пятки. Да только в моей жизни был опыт общения, например, с соседкой, Мариной Петровной, которая устраивала скандалы на пустом месте. По сравнению с ней эти девочки были просто ангелами. Да-да, ангелами с серебристыми крылышками. Ну то есть мантиями. Так что я приветливо улыбнулась и сказала:

– Мы ведь не познакомились. Меня зовут Жанна, а тебя?

Я протянула руку. Девица шарахнулась от нее, как черт от ладана.

– Не заговаривай зубы, – буркнула она, но было видно, что часть своего боевого настроя она явно растеряла.

Впрочем, только часть. Она довольно быстро пришла в себя и продолжила напирать:

– У нас здесь не любят выскочек, – девица недобро сощурилась. – А ты, похоже, именно из таких. Из-за тебя нам дали сложные задания, да еще всем разные, не списать.

– Из-за меня? – я удивленно округлила глаза. – Насколько я поняла, задание дали только тем, кто поднял руку. Ну то есть кто сам догадался, какой правильный ответ. Ты ведь разгадала?

Она смерила меня ненавидящим взглядом. Что ж, ее злость была мне понятна. Когда очень хочется обвинить в своих проблемах кого-то другого и не получается, потому что как виноват вроде бы сам, это очень и очень неприятно.

– Ну ты пока подумай, что ответить, а я пойду, – улыбнулась я. – Увидимся позже.

Мне действительно следовало идти. Раз уж судьба была столь благосклонна, что выделила мне целый час свободного времени (пусть она действовала руками не самого приятного человека на свете), это время следовало использовать с умом. Я аккуратно обошла девиц и двинулась по коридору в сторону лестницы, искренне считая, что на этом наша содержательная беседа окончена. Но я ошиблась.

– Да куда же ты пойдешь в таком виде? – деланно ахнула девица.

– В каком таком виде? —

Я на всякий случай окинула себя взглядом, впрочем, не ожидая сюрпризов. Не прошло и часа с тех пор, как я крутилась перед зеркалом в каморке Гариетты, и все было в порядке.

Да уж, ключевое слово здесь «было».

Не знаю, что сделала эта девица, но мое форменное платье расползалось на глазах. Распускались швы, бледнела и повисала ошметками ткань. Я испуганно прикрылась мантией: кажется, на нее вредоносное воздействие не распространялось.

– Ой! – девица сложила руки на груди и радостно пропела: – Какая же ты неаккуратная, в первый день так испортить форменное платье! Тебе срочно надо переодеться. Ах да, у тебя же нет второго комплекта формы. Вот беда, – она покачала головой.

Девчонки за ее спиной мерзко хихикали.

Да уж, кажется, я немного не рассчитала свои силы. Марина Петровна уж на что была ведьма, а все-таки магией не обладала. Я совершенно растерялась. Ходить по академии в таком виде и правда не казалось мне хорошей идеей.

Сзади послышался голос:

– О, что я вижу! Леди Каэлина занимается своим любимым делом – задирает новичков.

Я резко обернулась. К нам медленно, вразвалочку подходил мой сосед по парте. Я поплотнее закуталась в мантию. Боюсь, от платья уже ничего не осталось.

– Иди своей дорогой, Фаэль, – фыркнула моя обидчица. – Это вообще не твое дело.

– Конечно не мое, – легко согласился он. – А вот тебе не позавидуешь.

– Это еще почему? – зло спросила она.

– Ну, например, потому, что ты выбрала в жертвы иномирянку. Даже не могу представить, какой ад она способна тебе устроить.

Девчонки за спиной стервозины притихли. Но та и не собиралась сдаваться.

– Да что она мне устроит! Она даже свою одежду привести в порядок не в состоянии.

Девчонки снова захихикали, но как-то не очень уверенно.

– Это пока, – с улыбкой сказал мой неожиданный защитник. – Заклинания она выучит, и быстро. А вот магический потенциал у нее гораздо больше твоего, как и у всех иномирцев. Да и характер, – он покосился на меня, – не то, чтобы ангельский. В общем, сочувствую.

На этом он, видимо, счел свою беседу с Каэлиной законченной, и обратился ко мне:

– Пойдем, провожу тебя к Гариетте. А заодно расскажу, кто тебе такое устроил. Гариетта к вашим относится очень трепетно, а к тем, кто их обижает – не очень.

Он приобнял меня и чуть подтолкнул в спину.

– Стойте! – воскликнула вдруг Каэлина. – Не вижу смысла вмешивать сюда Гариетту. Думаю, я сама смогу все исправить.

Она сделала решительный шаг в мою сторону. Я на всякий случай попятилась.

– Да не бойся ты, приведу я в порядок твое платье, – зло бросила она. – А ты, Фаэль, иди отсюда, нечего пялиться.

– Делать мне больше нечего, – улыбнулся он и действительно потопал по коридору вдаль.

Оказывается, испортить платье гораздо проще, чем привести его в порядок. Пунцовая от злости Каэлина возилась не меньше четверти часа. Лоскуты отчаянно сопротивлялись, не хотели собираться вместе и создавать более-менее монолитную конструкцию. К тому времени, когда, пыхтя то натуги, она произнесла: «Все, лучше я не сделаю», на мне было вполне целое платье. Оно выглядело старым, потрепанным и ужасно мятым, но по крайней мере, прикрывало все стратегически важное и, похоже, не собиралось рассыпаться в любой момент.

– Мы еще не закончили, – рыкнула она напоследок.

Я отлично поняла, что она имеет в виду. И все же с самым невинным видом спросила:

– Ты хочешь немножко отдохнуть, а потом довести работу до конца?

Она одарила меня гневным взглядом, прошипела себе под нос какое-то ругательство, развернулась и гордо потопала по коридору. Стайка девиц послушно потопала за ней. А мне оставалось лишь тяжело вздохнуть. Столько времени потеряла, и форма теперь словно жеванная. Ладно, нет времени переживать о ерунде, пора делать дела.

Я снова направилась в сторону лестницы и буквально налетела на того самого парня. Как его, сэр Фаэль.

– Ты все-таки подсматривал! – возмутилась я.

– Делать мне больше нечего, – буркнул он.

– А зачем тогда до сих пор тут торчишь?

– Присматривал, чтобы Каэлина снова чего-нибудь не выкинула. Она может.

– Вот спасибо, – хмыкнула я. Но подумав, добавила: – Действительно спасибо.

– Ерунда. Люди ведь должны помогать друг другу.

Я пожала плечами. По моему глубокому убеждению, вовсе даже не должны. Ну то есть кое-кому помогать, конечно же, следует, но выбирать этих «кое-кого» нужно тщательно. А еще неплохо сначала поинтересоваться, нужна ли эта помощь. А то всякое бывает.

Впрочем, в нашем конкретном случае эта помощь была и нужна, и своевременна.

– А где у вас тут артефакторский факультет? – спросила я у парня.

Что-то мне подсказывало, что он не из тех, кто решит подшутить надо мной и отправить к черту на рога.

– На четвертом этаже. А зачем тебе?

– Хочу кое-кого найти, – ответила я совершенно честно, но все же не вдаваясь в подробности.

– Только поторопись, следующая пара у магистра Арлайн. А она терпеть не может, когда к ней опаздывают.

– Спасибо.

Я бегом припустила по пустому коридору, от души надеясь, что прямо сейчас отыщу этого чертова магистра байкера и мне больше никогда не придется ни опаздывать на пары, ни общаться с однокурсницами. В общем, вся эта веселая студенческая жизнь чудесным образом пройдет мимо меня.

«Магистр Хорвирет, декан факультета созидания». Я едва не прослезилась, когда увидела золоченую табличку на двери. Потому что до этого слишком долго и пристально разглядывала расписание артефакторского факультета и выяснила, что нигде, ни на одном курсе ни одного занятия этот преподаватель не ведет. Я уже, грешным делом, подумала, что и правда начинаю сходить с ума, не примерещился же мне суровый «байкер». И лишь когда, расстроенная, брела по коридору, краем глаза увидела эту табличку.

С замиранием сердца постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, приоткрыла. За столом сидел белобрысый парень. Вальяжно развалился в кресле, водрузив ноги на тот самый стол, с ленивым видом перелистывал книгу. Впрочем, вальяжность слетела с него быстро. Он торопливо убрал ноги со стола, книгу сунул куда-то в ящик, выпрямился и только потом увидел меня.

Испуг тут же сошел с его лица, сменившись недовольной гримасой.

– Тебе-то здесь что надо? Заблудилась? – не слишком приветливо спросил он.

Я сначала не поняла, с чего он вообще взял, что я могла заблудиться, а потом сообразила. Ну да, на мне форма другого факультета, явно артефакторы одеваются иначе. Талисия говорила, что у каждого факультета свой цвет.

Я ответила не сразу. Сначала долго разглядывала парня. Это и есть декан артефакторского? Не очень-то он и похож на моего «байкера». Мог ли магистр назваться чужим именем?

– Ну, что молчим? Язык отнялся? – поторопил меня белобрысый. Ему явно не терпелось снова развалиться поудобнее и вернуться к книге.

– Мне нужен магистр Хорвирет, – объявила я, решив пренебречь условностями. Этот парень ведь тоже не стал здороваться.

В ответ он лишь хмыкнул:

– Надо же, нужен! Он всем нужен. Да только нет его, срочно вызвали в королевский дворец.

Я с облегчением выдохнула. Кажется, не все так плохо, явившийся ко мне «байкер» и есть магистр Хорвирет, а этот белобрысый, скорее всего, ассистент, который в отсутствие босса чувствует себя в его кабинете весьма вольготно. Ну, до поры до времени, пока кто-нибудь не откроет дверь.

– А когда он вернется?

– Кто ж его знает, когда он вернется, – пожал плечами парень. – Все занятия до конца недели отменил. – А затем добавил задумчиво: – И магистр Вирастольф тоже… Видимо, что-то у них там… – он оборвал свои размышления на полуслове. – Не твое дело, нет его и все тут!

Я совершенно проигнорировала этот его пренебрежительный тон. В конце концов, я пришла сюда не учить манерам зарвавшегося сопляка. У меня были свои цели, и отступать от них или распыляться на мелочи я не собиралась.

– А вы могли бы кое-что ему передать?

– Ага, мог бы, – хохотнул он. – Лет через двадцать, когда выберусь из ассистентов, сделаю карьеру или подвиг совершу, и меня пригласят во дворец. Но я бы на твоем месте не очень-то на это рассчитывал.

Понятно, значит связи с магистром нет даже у его ассистента. Плохо, очень плохо. И ведь уверена же, что знаю причину, по которой босс этого «юмориста» отсутствует на месте. Наверняка пытается разыскать меня и вообще понять, куда я делась. Он-то рассчитывал, что во дворце мы окажемся вместе.

Вот же засада!

– Ну что стоишь как изваяние? Выяснила, что хотела? Ступай.

Я только вздохнула. В молодости, конечно, есть масса преимуществ в виде юного личика, искрящего энергией тела, отменного здоровья и так далее, но и недостатков хватает. Например, тебя никто не воспринимает всерьез.

И все же слова ассистента напомнили мне, что задерживаться тут и правда не стоит. Меня любезно предупредили, что какая-то там магистр с очередным трудно запоминаемым именем терпеть не может, когда студенты опаздывают. Знакомство с первым преподавателем академии у меня прошло, мягко говоря, не идеально. Нарваться на нелюбовь еще одного было бы неосмотрительно. Кто знает, сколько еще магистр Хорвирет пробудет в королевском дворце, возможно, я и правда застряну в этой академии на целую неделю. Вовсе незачем осложнять себе жизнь. Так что я быстро покинула кабинет декана и поторопилась на свой этаж, пока не началась новая пара.

Фух, кажется, не опоздала…

Мои однокурсники, как и в прошлый раз, развлекались кто во что горазд, а значит, пара еще не началась. Однако, стоило мне переступить порог, веселье утихло, а его участники стали одаривать меня напряженными взглядами. Неужели до тех пор злятся на домашнее задание? Да ладо вам, ребята, это же универ, а вы молоды и веселы! О такого рода неприятностях нормальные человеческие студиозусы должны забывать тут же, потому что уже планируют какую-нибудь веселую попойку. Впрочем, может, в магическом мире и студенты какие-нибудь особенные, откуда мне знать.

Я с самым независимым видом прошла между рядами и уселась за ту парту, которую уже считала своей. Во всяком случае, мой сосед был на месте. После недавнего инцидента он уже казался мне вполне приличным парнем. Негодяй, конечно, но за новенькую вступился, что в целом делает ему честь.

Только вот и он смотрел на меня испуганно. Тут уж и я заподозрила неладное.

– Что-то случилось? – спросила я.

– Тебя вызывали к дознавателю. Только тебя не было на месте и вроде как пошли искать… – Он посмотрел на меня с искренним интересом с примесью восхищения: – Ты же здесь совсем недавно, что уже успела натворить? Да такое, что сам Салахандер занялся!

– Я? – изумление мое было велико до бесконечности. – Вообще ничего не успела.

Он недоверчиво покачал головой.

– Вообще-то этот парень мелочами не занимается, только самыми серьезными преступлениями.

Я передернула плечами. Ни серьезных, ни каких-либо других преступлений я и раньше не совершала, а уж в этом мире тем более не смогла бы. Разве что выяснится, что теперь я хожу во сне. Да если и так, что можно натворить в этой академии? Магазин канцтоваров еще раз ограбить? Так я, вроде там, все что надо купила. Так что даже во сне причин безобразничать у меня не было.

– Ну же, не теряй время! Или ты хочешь заставить его ждать?

Я помотала головой. Думаю, никто бы не захотел заставлять ждать этого сурового типа.

– А куда он меня вызвал?

– В кабинет декана, разумеется, – он усмехнулся. – Выгнал старичка, нехороший человек. Ну же, иди!

Я поднялась из-за парты.

– Расскажешь потом? – с надеждой спросил сэр Фаэль. В его взгляде так ярко горело любопытство, что это было даже забавно.

– Вряд ли, – с самым серьезным видом проговорила я.

– Почему?

– Сам подумай, с меня явно возьмут подписку о неразглашении.

Хм, интересно, тут вообще есть такое? По идее должно быть – иначе как они держат в секрете самые секретные дела. С другой стороны, возможно, на этот случай у них припасено какое-нибудь страшное заклинание, которое не позволяет даже раскрыть рот, когда речь идет о запретной теме. Да, такая штука была бы куда действеннее…

Как ни странно, Фаэль понял, о чем я толкую, и этот аргумент его убедил.

Он коротко кивнул и напомнил:

– Поспеши!

Я последовала этому совету и потопала к выходу.

С преподавательницей – дородной женщиной с чопорным лицом и высокой прической – я столкнулась в дверях. Наскоро пробормотала: «Здравствуйте, извините!» и просочилась мимо нее, успев поймать на себе возмущенный взгляд. Да уж, что-то с преподавательским составом у меня с самого начала не задалось. Впрочем, беспокоиться об этом сейчас было бы глупо. Куда больше тревоги у меня вызывала предстоящая встреча. Мы же, вроде бы, обо всем договорились. Я вроде бы неглупая, но узнать побольше об этом мире мне не помешает. Спрашивается, что еще?

Кабинет декана я нашла довольно быстро, по золотой табличке. Слегка робея, постучала в дверь, заглянула. Фаэль был прав: сэр Салахандер явно выставил хозяина из кабинета, во всяком случае, за большим дубовым столом дознаватель сидел в одиночестве, и больше никого в кабинете не наблюдалось.

– Вы меня вызывали? – спросила я.

– Да, садитесь, – он кивнул мне на стул напротив себя.

Я медленно приблизилась, словно ступала не по ковру, а по горящей лаве, и осторожно опустилась на краешек стула.

– Леди Жанна? – он смотрел на меня с таким обвиняющим видом, словно носить мое имя было само по себе страшным преступлением. Ну что тут поделаешь, виновна.

Я коротко кивнула.

– Прибыли сюда два дня назад… – Он не спрашивал, он утверждал, так что мне ничего не оставалось, как снова кивнуть.

– Расскажите мне, леди Жанна, как вы погибли в своем мире.

Внутри все похолодело. Я ведь толком и не помнила, что плела по этому поводу докторам, вдохновенно сочиняя на ходу. Кажется, там фигурировала какая-то яма…

– Только не нужно врать, – вклинился в мои панические мысли его строгий голос. – Это совершенно бесполезно, только потеряем время.

Салахандер

Дознаватель вышел из аудитории, быстро прошел вдоль коридора, свернул на лестницу и только после этого замедлил шаг. То, что он увидел на своем первом уроке в академии, не давало ему покоя. Что-то здесь явно было не так.

Одно он знал точно: решение стать вдруг преподавателем было правильным. Да и не мог он решить иначе. С той самой минуты, когда королева сообщила, что в очередном своем вещем сне – жутком и пугающем – смогла получше разглядеть руки убийцы. Точнее, не руки, а рукав. Слишком уж хорошо она в свое время смогла его изучить, сама долго носила такую же мантию. Все то время, пока училась в Пятой королевской академии. Только ее мантия, как у всех студентов факультета ясности, была золотистой. А та, которую она увидела во сне, – холодного серого цвета с отблеском серебра.

Будущий убийца – студент академии. Причем конкретного факультета. Решение было простым и очевидным, а главное, легко выполнимым. Салахандер должен увидеть их всех. Познакомиться с каждым, изучить, понять, кто это может быть. За неимением лучшего варианта годился и этот.

И все же, если начистоту, у него была еще одна причина поторопиться в академию.

После исчезновения наставницы королева вначале сникла, а затем развила бурную деятельность. Она обратилась к своим картам, которые четко указали: пропажа находится в этом мире, более того – в нашем королевстве.

Затем королева нарисовала портрет (уж лицо-то своей наставницы она помнила очень хорошо). Салахандер внимательно его рассмотрел и постарался запомнить каждую черту. С портрета на него смотрела красивая женщина лет сорока. Ее черты лица нельзя было назвать безупречными, и все же все вместе складывалось в весьма притягательный образ. Салахандеру даже пришлось себя одернуть. Ему не любоваться надо было этой красавицей, а искать ее.

Он разослал портреты всем служащим своего ведомства, а заодно и платным осведомителям. С позволения ее величества назначил тому, кто найдет эту женщину, довольно крупное вознаграждение.

Теперь оставалось только ждать.

А сидеть и ждать Салахандер просто не любил.

И вот сегодня он стоял перед аудиторией и внимательно вглядывался в юные лица, почти еще детские. Ничего особенного, никто из них не выглядел как страшный злодей. Впрочем, с его-то опытом следовало знать: настоящие злодеи редко выглядят как злодеи. Он встречал немало жестоких убийц с ангельскими лицами и мошенников, с первой минуты вызывающих доверие.

Это работало и в обратную сторону – жуткие на вид типы оказывались добрейшими парнями. Взять хотя бы магистра Хорвирета, вот у кого устрашающий вид. А на деле – совершенно безобидный дядька, поговаривают, что подкаблучник.

И все же одна из студенток зацепила его взгляд. На первый взгляд такая же, как и все они – молодая, худенькая, завернутая в мантию. А вот взгляд… Взгляд слишком взрослый, как будто бы в глубине темных глаз таится жизненный опыт, который совершенно не положен девчонке ее возраста. Да и смотрела она на него не так, как другие: не испуганно, с ожиданием каких-то неведомых грядущих неприятностей. Нет, это был другой взгляд – заинтересованный, оценивающий. И, как ни странно это прозвучит, слишком женский. Тот самый пристальный взгляд, который длится едва ли пару секунд, но именно в эти секунды тебя определяют либо в категорию «хм, любопытно», либо в «да ну, ничего особенного». И Салахандер отлично знал, что перейти из второй категории в первую практически невозможно, а вот из первой во вторую – запросто. К какой категории отнесли его самого, дознаватель даже не задумался, было не до того.

Зацепившись за эту неправильность, он присмотрелся к студентке внимательнее. И тут же понял то, что обычно чувствовал кожей: она что-то скрывает. Точнее, старается скрыть, как будто бы хорошо осведомлена о своей неправильности. Только что может скрывать обычная девчонка, которая совсем недавно в этом мире? Что она успела натворить такого?

Салахандер уже занес ногу над ступенькой, да так и замер.

Достал журнал со списком группы так торопливо, что едва не выронил. Если девчонка только появилась, ее имя явно добавили туда последним. Открыл, скользнул взглядом в конец списка. И не с первого раза смог прочитать: «леди Жанна».

Леди Жанна, демоны побери!

Повинуясь первому порыву, он бросился назад к аудитории, но, как и следовало ожидать, аудитория была пуста, и коридор рядом с ней – тоже. Обрадованные тем, что пара закончилась раньше положенного, студенты разбежались. Ищи их теперь. Впрочем, искать ему и не требовалось. Вместо этого он прямиком направился в кабинет декана.

Ожидать казалось невозможным. И когда он уже готов был сорваться с места и пойти переворачивать академию, заглядывая под каждый плинтус, чтобы найти демонову студентку, дверь открылась. Леди Жанна робко подошла к нему, уселась напротив. Огромные черные глазищи смотрели прямо и смело, и лишь где-то там, в глубине, плескался ужас.

Дознаватель не стал ходить вокруг да около, сразу задал главный вопрос:

– Как вы умерли, леди Жанна?

И по выражению ее лица тут же понял: будет врать. Времени на то, чтобы долго выпытывать у нее правду, не было, поэтому, не дав ей даже начать, он сказал со всей строгостью и жесткостью, на которую только был способен:

– Не нужно врать. Это совершенно бесполезно, только потеряем время.

Она глубоко вздохнула, словно на что-то решаясь, и выдохнула:

– Я не умирала.

– И как же вы сюда попали?

– Через портал. Его открыл… – Она запнулась, заколебалась на мгновение, а потом сказала: – …один человек.

И посмотрела в глаза дознавателю с вызовом.

Он только усмехнулся. Надо же, с характером. Почему-то был уверен: выведать у нее имя Хорвирета практически невозможно, будет молчать до последнего. Впрочем, ему это было и не нужно.

Салахандер резко поднялся из-за стола.

– Тогда поспешим.

– Куда? – девчонка вцепилась в кресло с явным намерением не сдвигаться с места.

– Во дворец. Ее величество просто места себе не находит. – У него не было времени на долгие препирательства.

– Королева? – девчонка распахнула и без того огромные глазищи. – Королева Полина?

– Разумеется, другой у нас пока еще нет. Ну же!

Впрочем, понукать ее не было необходимости. Девчонка мигом подскочила со стула, изъявляя готовность последовать за ним куда угодно прямо сейчас.

Салахандер шел быстро, но девчонка не отставала ни на шаг. По пути не задавала вопросов, о чем-то сосредоточенно думала. Лишь на секунду замешкалась, прежде чем шагнуть в портал. Еще бы, прошлый переход прошел не то, чтобы слишком гладко. И все же на удивление быстро справилась с вполне понятной робостью и смело сделала шаг. А вот по спине дознавателя пробежал холодок. Кто знает, как на эту иномирянку действуют порталы. Он торопливо шагнул следом за ней и перевел дух. Они оба стояли в широком дворцовом коридоре.

– Следуйте за мной, – коротко велел он, и двинулся вперед, уже не сомневаясь, что она не будет глазеть по сторонам и не отстанет. Ему повезло: на королевского секретаря наткнулись почти сразу. Тот куда-то спешил с неизменной папкой в руках. Дознаватель остановил его, крепко схватив за плечо.

– Мне нужно увидеться с ее величеством, срочно, – сказал он тем своим особым тоном, от которого впадали в ступор даже матерые преступники.

Преступники может быть и да, но на королевских секретарей эта магия, похоже, не действовала. На них вообще мало что действует. Являясь надежным щитом между венценосными особами и всем остальным миром, они настолько привыкают к своей власти, что наверняка в глубине души чувствуют себя персонами поважнее короля.

– Это совершенно невозможно, – надменно сказал секретарь и попытался вырвать руку из жесткого захвата. Не преуспев в этом, немного смягчил тон.

– Ее величество сейчас принимает посла дружественного государства.

– Уверяю тебя, мое дело важнее. И если ты задержишься с докладом хоть на минуту, у ее величества возможно, появится новый секретарь.

Пауза, возникшая после этого, не была долгой. Все-таки этот малой обладал некоторой сообразительностью. Оно и не удивительно, иначе вряд ли получил бы свою должность.

– Пройдите в кабинет ее величества, я посмотрю, что можно сделать.

Королевский кабинет встретил Салахандера привычной обстановкой. Еще бы, в последнее время он бывал здесь, пожалуй, даже чаще, чем в своей собственной комнате. Он пропустил студентку вперед и указал ей рукой на одно из кресел. Она также без слов в него села. Напряженная, бледная, натянутая как струна.

Салахандер внимательно ее разглядывал, пытаясь уловить сходство с портретом. Сейчас оно казалось вполне очевидным, удивительно даже, что он сразу ее не узнал. Впрочем, как тут узнаешь. Последнее, что он думал – это то, что королевская наставница явится в этот мир, помолодев на добрые два десятка лет, а то и больше. Вообще-то это его прокол, он должен был сообразить: никто старше восемнадцаци не может попасть в их мир.

Хорвирет попытался нарушить этот непреложный закон. Но мир все исправил по своему усмотрению, сделав нелегальную иномирянку моложе.

Секретарь проявил неожиданную расторопность. Не прошло и десяти минут, как королева буквально вбежала в свой кабинет.

– Что случилось? Какие-то новости? – спросила она с порога, и лишь потом заметила, что Салахандер здесь не один.

Бросила взгляд на студентку. Побледнела и отшатнулась. И Салахандер понял свою оплошность: на девушке форма факультета справедливости. Ее величество видимо решила, что это и есть та самая будущая преступница.

Он поспешил все исправить.

– Ваше величество, это…

– Жанна, – прошептала королева и бросилась к девчонке.

Та уже успела подняться и сделать шаг навстречу. Королева порывисто обняла наставницу, а потом сделала шаг назад, окинула ее взглядом с ног до головы и растерянно проговорила:

– Эта форма… Факультет справедливости… Вы здесь не прорицательница?

Это было очень странно. Я никак не могла привыкнуть, что девчонка, которая когда-то у меня работала, а потом и училась, превратилась в красивую молодую женщину. Выглядела она вполне по-королевски. Темные волосы собраны в высокую прическу с тонкими нитями жемчуга. Платье глубокого синего цвета расшито жемчугом и серебром, в своем мире такие я видела в исторических фильмах да на портретах красоток давно ушедших времен. Она совершенно естественно смотрелась в богатой обстановке королевского кабинета.

И ведь сейчас выглядела старше меня, потому что в то же самое время я стала совсем девчонкой. Мы растерянно рассматривали друг друга, не особо понимая, что теперь делать и о чем говорить. Да и присутствие рядом дознавателя не то чтобы делало эту задачу легче.

Видимо, почувствовав что-то такое, он сказал:

– Пожалуй, не буду вам мешать, – и почти незаметно исчез за дверью.

– Как ты тут, девочка? – тихо спросила я и в очередной раз подумала, что звучит довольно нелепо.

Она улыбнулась, грустно и совсем по-взрослому, но все же в этой улыбке можно было рассмотреть следы прежней…

– Тут много всего произошло, так сразу и не расскажешь.

– Ну, думаю, у нас теперь есть время, – бодро заявила я и тут же подумала, что, возможно, напрасно. В конце концов, теперь моя Полина в этом странном месте – королева. А что там у королевских особ со свободным временем, я понятия не имела.

– Конечно, – она разом развеяла мои сомнения.

На журнальном столике вскоре задымился чай и сами собой появились тарелочки с угощением. Я уже начинала привыкать к магии и даже сама понемногу ею пользовалась: во всяком случае, сделать заказ на кухню и получить его в своей комнате уже могла, и все равно не переставала этому удивляться…

Но был у меня еще один вопрос, который волновал с самой первой минуты, как только я здесь появилась. Мой кот Фантик… Как прошло его перемещение через портал? Жив ли он? И где сейчас?

Задать вопрос я не успела. Дверь тихонько отворилась и надменный секретарь, которого едва победил грозный дознаватель, с самым смиренным видом спросил, можно ли ему побеспокоить ее величество. Дело в том, что сэр Салехандер очень настаивал, чтобы леди Жанне вернули ее… имущество.

«Имущество» ворвалось в королевский кабинет с громким мявом и наплевав на любую субординацию вспрыгнуло мне на колени.

Фантик, котейка мой! Я запустила пальцы в мягкую шерстку. А он, явно соскучившись, становился на задние лапы, лез целоваться, терся о щеку. Ну надо же, пока мы жили дома, никогда меня так не встречал. Впрочем, я никогда и не оставляла его так надолго. Бедный зверь, наверное, решил, что хозяйка безвозвратно и окончательно утеряна. Впрочем, судя по тому, как он раздался в боках, на голодном пайке он эти дни явно не сидел. Могу предположить, что кормили его по-королевски. И все равно ведь соскучился. И все же поняв, что я здесь и уходить никуда не собираюсь, он наконец свернулся клубком на коленях и довольно заурчал, подставляя шею.

Я, наконец, могла поговорить с Полиной.

Разговор вышел долгим. Она рассказывала о своей жизни здесь – когда-то поле опасных приключений, а в последние годы довольно спокойной. Если, конечно, бесконечные приемы, международные заговоры и дворцовые интриги можно было назвать настоящим спокойствием. Но она, кажется, уже привыкла.

– Но этот ваш магистр, он же сказал, что у тебя что-то случилось? – возразила я.

Можно ли назвать королеву на «ты»? Наверняка нет. И все же «выкать» Полине у меня никак не получалось.

– Пока не случилось, – Полина разом сникла. – Но боюсь, что случится…

И она рассказала. Страшный сон, который повторялся раз за разом. Младенец в колыбельке… Магическая вспышка – и смерть.

– И что же это за младенец? – спросила я, хотя в глубине души уже догадывалась.

Сразу ведь отметила, как изменилась фигура Полины. Худенькая, как тростинка, девочка, сейчас обрела то, что называется «приятными округлостями». Пышная грудь, которую едва удерживает лиф, платье без корсета на шнуровке. И тот самый особый светящийся взгляд, который обычно присущ будущим матерям.

Полина потупила взгляд и кивнула:

– Мы с Алардом ждем ребенка. И полагаю, нашему будущему ребенку грозит опасность.

– Что за чудовище может быть на такое способно? – ахнула я.

Полина пожала плечами.

– Я не знаю. Не могу его рассмотреть. Ни карты, ни камешки, ни руны… Ничто не дает ответа. Словно мутная пелена.

Я кивнула. Даже на таро сложнее всего делать расклады для себя. Да и на близких тоже. Гадающий слишком вовлечен, слишком заинтересован в том, чтобы все было хорошо. Да и совета карт обычно спрашивают не просто так, от нечего делать, а когда находятся в крайнем смятении. Не лучшее состояние…

Увлекшись котом, я не заметила, что мой чемоданчик с книгами и картами тоже доставили в королевский кабинет. Видимо, говоря «имущество», секретарь подразумевал именно его, а не кота. И все же мои карты были здесь, и теперь я могла хотя бы попытаться.

– Давай я попробую сделать расклад, – сказала я без всякой, впрочем, уверенности.

– Конечно, – кивнула Полина и щелчком пальцев очистила стол.

Осторожно, стараясь не потревожить кота, я достала карты хорошенько перетасовала, заново привыкая к забытой тяжести, шелесту.

Полина напряженно за мной наблюдала. По ее рассказам я уже знала, что в этом мире карты Таро показывают удивительные вещи. Во всяком случае, у самой Полины получалось именно так. Она смотрела в карты и видела истории, события, людей…

Карты – свои, родные, в которых давно изучила каждую потертость. Привычно разложила их на столе и… ничего волшебного или магического не произошло. Я видела то же, что и обычно. И трактовать могла так же, как и обычно: рассматривать сочетания, комбинировать символы, пытаясь угадать, что это может значить. И задавать вопросы один за другим.

«Кто этот злодей?»

Молодой человек или девушка, судя по пажу мечей, вполне могут оказаться учениками или студентами, как и предполагала сама королева.

«Почему он совершит то, что совершит?»

Выпал Дьявол и Маг – зависимость, манипуляции. Хм… Похоже, убийца будет действовать не по своей воле. Кто-то его заставит? Хотя, не обязательно. То же самое сочетание вполне может трактоваться как просто потому, что может.

Я перекладывала карты раз за разом, стараясь получше сформулировать запрос, забрасывая их новыми и новыми вопросами. но вряд ли от этого была какая-то польза. Предсказание оставалось туманным и непонятным. В конце концов, карты таро и не предназначены для предсказания будущего. Скорее для того, чтобы разобраться в ситуации, найти решение.

«Как избежать беды?»

Тройка пентаклей – совет действовать сообща, не в одиночку.

Как будто это неясно даже без карт!

В глазах Полины все ярче плескалось отчаяние. В конце расклада она была уже готова расплакаться.

– Все зря. А я просто глупая, самонадеянная девчонка. Вытащила вас в этот мир, вырвала из той устоявшейся жизни бог знает куда, и все напрасно…

Я накрыла ее руку своей.

– Ну что ты… Не так уж и хороша была та самая жизнь. Мне кажется, здесь гораздо интереснее. – Я пыталась ее успокоить, но она не приняла моего благородного порыва.

– Нет, я виновата. Я не должна была…

Во время этого разговора дознаватель каким-то образом появился в приемной. Я не сразу заметила, что он уже серой сенью стоит у стены и прислушивается к нашей беседе. Надо же, какая важная персона. По идее вот так беспардонно вваливаться в королевский кабинет разрешается не каждому.

Впрочем, если именно этот тип занимается поисками будущего убийцы будущего ребенка королевы… Неудивительно, что его возможности и полномочия безграничны.

– Оставаться в академии вам не нужно, раз уж все так вышло, – неуверенно сказала Полина. – В любом случае, я приглашаю вас жить во дворец. Уверяю, вы не будете ни в чем нуждаться.

Жить во дворце? Я задумалась. Конечно, здесь будет куда спокойнее, чем в академии. И все же такое будущее отчего-то мне не нравилось.

– Не думаю, что это хорошая идея. – Дознаватель, который до этого молча слушал наш разговор, решил вмешаться. Хотя это, насколько я могла себе представить, тоже нарушение этикета. Однако королева вовсе не стала злиться на подданного. Напротив, посмотрела на него весьма благосклонно и даже с надеждой.

– Почему? Вопреки вашим надеждам, леди Жанна лишена предсказательского дара. Но у нее есть дар законника. В новом мире не следует пренебрегать образованием. Возможно, со временем из нее даже получится неплохой дознаватель. – Последние слова Салахандер выдавил из себя неохотно.

Я удивленно приподняла бровь. С чего он это взял? Неужели из-за глупой задачки, которую я от испуга решила?

– А может, и не получится. – Эту фразу он произнес с куда большей готовностью.

Я с трудом сдержала усмешку. Похоже, критиковать ему свойственно куда больше, чем хвалить.

– Но главное, – продолжил Салахандер, – ее распределили на Факультет справедливости. Туда же, где учится наш предполагаемый преступник. И свой агент мне там не помешает. Она… удобна, никого не нужно внедрять, придумывать легенду.

Он говорил так, словно я вообще отсутствовала. «Удобна» – не тот комплимент, который хотелось бы услышать. Я бы предпочла, чтобы он остановился на даре законника и на том, что из меня может получиться что-то толковое.

И все же, как бы меня ни раздражал этот неприятный тип, в одном я была с ним согласна. Я уже учусь на нужном факультете, и у меня есть шансы что-то разузнать.

– Что вы об этом думаете? – неуверенно спросила у меня Полина. – Согласны?

Ну, конечно же, я была согласна! Я бы на все что угодно согласилась, лишь бы только помочь своей девочке. А уж ходить на лекции и присматриваться к окружающим – это вовсе не сложно.

– Конечно! Только один вопрос, – несмело проговорила я. – Я смогу взять с собой кота?

Дознаватель любезно вызвался проводить меня до академии и даже подхватил чемодан.

Это было очень кстати: усадить кота в переноску не получилось, он отчаянно вцепился в меня и на все попытки оторвать его от моей груди реагировал таким жалобным мяуканьем, что выдержать этого не смог бы ни один человек. Зато на руках сидел тихо и даже не делал попыток осмотреться по сторонам. Если так продолжится и дальше, боюсь, на занятия нам придется ходить вместе.

Вот это будет фурор!

Насколько я успела выяснить, котов в этом мире нет, а звери, которые отдаленно на них похожи, не звери вовсе, а опасные магические твари, почти не поддающиеся приручению. Почти, потому что одна из наших соотечественниц все-таки умудрилась такого приручить.

– Ну и что вы об этом думаете? – обратился ко мне дознаватель, пока мы шли по коридору.

Я отвлеклась от созерцания великолепного замкового интерьера и рассеянно спросила:

– А вы?

По моему разумению, уж он-то должен был разбираться в ситуации получше меня.

– Вопросы здесь задаю я, – сказал он строго.

Я вскинула на него изумленный взгляд. Это что же, я уже на допросе? Да я здесь всего несколько дней, и ничего натворить еще не успела. Впрочем, настоящий убийца тоже пока ничего не натворил, а я еще и учусь на подходящем факультете. Черт побери, он что, всерьез меня подозревает? Да не можете быть! Это же нелепо.

И все же холодок пробежался по позвоночнику. Видимо, почувствовав мой испуг, дознаватель добавил:

– Считайте, что это экзамен.

– Экзамен?! – я была в шоке. Да что там, мой шок тоже был в шоке! – Но у нас была лишь одна лекция, и ту лекцией не назовешь. Вы просто сказали, что мы все идиоты, не способные к работе следователя… И сразу экзамен?

– Не тот экзамен… – хмуро проговорил он. – Тот будет в конце семестра, а сейчас мне нужно понять, можно ли мне с вами вообще иметь дело.

Ну надо же, как будто я напрашивалась. Хотя… Я считала своим долгом помочь Полине, а если он отстранит меня от расследования… Нет уж, ни за что!

– Итак, какие ваши предложения? – повторил он.

Пришлось напрячь мозги.

– Ну… для начала неплохо бы знать, кому достанется трон, если у короля не будет прямых наследников. Это самая очевидная причина – борьба за власть.

– И какой же смысл избавляться от наследника, когда король мало того, что жив, так еще и женат? Появятся и новые наследники, всех изводить?

– Вообще-то, если исходить из предсказания, у нас нет никакой информации о том, будут ли к этому времени живы король и королева! – сказала просто я из чувства противоречия.

И тут же похолодела. А ведь и правда все так. А значит, король и королева точно в опасности… Полина в опасности.

Дознаватель как-то странно на меня покосился. Но после паузы все же сказал:

– Неплохо. Еще версии.

Я задумалась.

– Насколько я знаю, и Полина, и король учились в академии. Недолго, но все же… И кажется, король даже на том самом факультете справедливости.

Дознаватель кивнул.

– Надо их расспросить, пусть вспомнят все детали и обстоятельства. Вдруг там были какие-то обиды, конфликты. Месть тоже может быть мотивом.

Я подумала еще немного и добавила:

– А если даже и не вспомнят… На всякий случай следует повнимательнее присмотреться к старшекурсникам, ну или к младшим братьям и сестрам тех, кто учился в академии в то же время.

Дознаватель удивленно приподнял бровь. И снова я не поняла, что значит выражение его лица. Удивляется тому, что я говорю очевидные, в общем-то, вещи? Неужели считает меня полной идиоткой?

– Все? Или будут еще версии? – спросил он все тем же ровным голосом.

Этот экзамен уже начал меня злить. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы оставаться спокойной хотя бы внешне. Не дай бог решит, что имеет дело с истеричной девчонкой, готовой психовать даже под малейшим давлением, и отстранит от дела. Вот тогда-то я точно ничем не смогу помочь.

На этот раз я думала чуть дольше. Власть, месть… Что еще может быть мотивом?

– Дело в том, что я не очень понимаю, как же здесь устроена магия… – проговорила я задумчиво.

– Я же дал вам список книг, – напомнил он, чем вызвал новую волну самого искреннего возмущения.

И все же я смогла ответить ровным голосом, без малейших признаков сарказма:

– Извините, не успела прочитать их все за полчаса.

И снова удостоилась фирменного «дознавательского» взгляда.

– И какие у вас соображения насчет магии? – он решил не комментировать мой выпад, слишком уж очевидный, даже с учетом невинного тона.

– Возможно, есть какие-то ритуалы, которые что-то там дают: или суперсилу, или невероятные способности, или что тут у вас есть. Если для этих ритуалов нужно, к примеру, принести в жертву младенца…

Дознаватель остановился и развернулся ко мне. Я едва не впечаталась в него. Фантик недовольно зарычал, и дознаватель сделал полшага назад. Вряд ли испугался моего кота, скорее, просто представил, как мы будем ловить его по всем этим бесконечным коридорам, если испугается сам кот.

– Интересная мысль, – проговорил он и впервые за все это время посмотрел на меня с некоторым любопытством. – Насколько мне известно, таких ритуалов нет. Но, думаю, следует опросить опытных магов.

Да ладно, неужели?

Я уже была готова лопнуть от гордости.

Неужели я подбросила ему идею, которую до сих пор не рассматривали? Что-то такое, до чего этот напыщенный тип с его опытом и апломбом не додумался. И тут же сама себя одернула: слишком уж жутким было это предположение. Уж точно радоваться тут нечему.

Мы миновали все коридоры и практически уперлись в портал. Дознаватель остановился. Так резко, что я снова чуть в него не впечаталась, на этот раз в спину. Но не впечаталась. Все-таки молодое тело – очень удобная штука, равновесие держать куда проще. Да и вообще жить проще.

– Сейчас вы вернетесь в академию. Крайне нежелательно, чтобы вас начали подозревать в чем-то. А прогулка со мной – это мероприятие довольно подозрительное.

Я лишь отмахнулась.

– Ерунда. Скажу, что у меня украли карточку. А раз уж старший дознаватель здесь, я пожаловалась сразу, как только обнаружила пропажу. Вы рассердились, что это безобразие произошло на вашем занятии, восприняли этот как личное оскорбление и тут же потащили меня… Куда там вы обычно таскаете свои несчастные жертвы.

Наградой мне был недобрый взгляд.

– И кто же украл вашу студенческую карту? – приподнял он бровь.

– Разумеется, никто. Я поискала хорошенько и нашла в другом кармашке сумки.

– А вы ловко врете. Впрочем, неудивительно. Насколько я понимаю, в своем мире вы много лет притворялись предсказательницей.

– Да как вы смеете! – воскликнула я возмущенно. – Никем я не притворялась, и ясновидящей себя не объявляла. Я мастер таро, а это совсем другое.

Выпалила это – и тут же себя обругала. Ну вот, столько времени держалась, и все-таки устроила истерику. И он тоже хорош: нашел как задеть за живое.

Я подняла взгляд на дознавателя. Показалось, на его губах появилась самодовольная улыбка. Мелькнула на мгновение – и снова пропала. Может, и правда показалось.

– Как скажете, – равнодушно бросил он.

И это, разумеется, означало, что он остался при своем мнении, просто не хочет обсуждать дальше эту скучную тему.

Я сжала зубы. Кот недовольно заворочался в руках. Кажется, я не только сжала зубы, но и его притиснула.

– Не смею задерживать, – сказал дознаватель, давая понять, что беседа окончена, и уже развернулся, чтобы уйти.

– Погодите, так что мне делать? Ну, для нашего расследования.

– Для нашего? – переспросил он.

Спорить с ним из-за такой ерунды я не имела никакого желания.

– Ну или для вашего, какая разница.

– Вы невнимательны, леди. Я ведь уже говорил: присматриваться к студентам. Кстати, насколько мне известно, сегодня у законников назначена вечеринка. Думаю, вам следует там быть.

Я усмехнулась про себя. Надо же, вечеринка! Давненько я не бывала на вечеринках. Что ж, задание не самое ужасное, по крайней мере, вспомню, что это такое.

Я уже собиралась шагнуть в портал, когда он меня остановил:

– И кстати, за то, что по собственной глупости вы отвлекли от дел королевского служащего высшего ранга, назначаю вам наказание: напишете реферат на пятьдесят страниц на тему: «В каких случаях пропажа личного имущества считается кражей».

Я сначала даже не поняла, какого черта. Когда это я успела отвлечь кого-то от дел? Тем более по глупости. Но, к счастью, промолчала. Потому что дознаватель добавил:

– Так ваша версия истории с кражей будет выглядеть более правдоподобно.

Я вздохнула. Он ведь это нарочно, мне назло, из вредности. И ведь не поспоришь же, так действительно правдоподобнее. Так что пришлось согласно кивнуть.

– Вы совершенно правы.

Я тяжело ввалилась в комнату – в одной руке чемодан, в другой кот. Не таким уж заботливым оказался чертов дознаватель! До портала он чемодан довез, а там совершенно спокойно предоставил мне разбираться с багажом – живым и неживым – самостоятельно. Симпатии к преподавателю это, конечно, не добавило, хотя я отлично понимала: реши он проводить меня до самой комнаты – это выглядело бы очень странно. То есть он, конечно, поступил правильно, но я уже понемногу начинала его ненавидеть.

Спасибо Фантику за золотой характер – он мужественно терпел, пока я карабкалась по ступенькам, только крепче цеплялся за одежду.

– Ой, мамочки! Гаяр! – Моя соседка Талисия завизжала так громко и так тонко, что кажется, вот-вот – и перейдет на ультразвук.

Перепуганная до полусмерти, она запрыгнула на стул и продолжала визжать уже оттуда.

Фантик, тоже ошалевший от такого приема, с громким мявом соскочил у меня с рук, заметался по комнате, снося все на своем пути, и наконец юркнул под кровать от греха подальше.

– Это не гаяр, – постаралась я перекричать соседку. – Это обычный кот.

Впрочем, в этом мире страшные чудовища, которые маскируются под котят, как раз-таки обычные, а коты очень даже нет.

Не знаю, услышала ли меня Талисия или просто среагировала на мой спокойный вид и отсутствие кота в зоне видимости, но кричать перестала. Правда, спускаться на пол не спешила.

– Кот? – недоверчиво спросила она.

– Да самый обычный кот. Он совершенно безвредный и даже милый, – поспешила объяснить я.

– Это зверь вроде того, что добыл магистр Хорвирет? Из вашего мира?

– Именно, – обрадовалась я.

– И… откуда он у тебя? – спросила она.

Я только тихо чертыхнулась.

Однако молодцы мы с дознавателем!

Легенду о том, зачем он меня вызывал, придумали, а вот как объяснить появление Фантика, забыли. Ну ладно я, для меня кот – обычное явление, никаких дополнительных объяснений не требующее. Но он-то должен был об этом подумать!

Или…

Или он как раз подумал?

И решил, раз уж я такая отличная лгунья, с этой проблемой разберусь сама… До меня понемногу начало доходить. А ведь без истории с пропажей студенческой карты можно было и обойтись. Повод для общения с дознавателем у меня и так имелся – появление несанкционированного кота.

Достаточно было сказать всем, что каким-то непонятным образом животное появилось в этом мире в тот же день, что и я. И, собственно, вызывали меня именно для того, чтобы с этим происшествием разобраться.

Теперь я не сомневалась: именно эту версию он и хотел предложить, а я, дурочка, влезла со своей дурацкой кражей, недослушав. Вот он и решил меня проучить.

Ну и что мы теперь имеем?

История, выставляющая меня в глупом виде, реферат на пятьдесят страниц и необъясненный кот. Молодец же я! А ведь могла просто похлопать глазками и ахнуть: ой, а что же делать? Как объяснить, что вы меня вызывали?

И сэр Салахандер выглядел бы самым умным парнем в помещении и мне проблем меньше.

Таисия тоже о нем вспомнила.

– Тебя же вызывал дознаватель! – спохватилась она, потихоньку спускаясь со стула. – Что случилось?!

Я вздохнула и пересказала свою собственную дурацкую придумку.

– Надо же, представляю, как он разозлился. Так что реферат на пятьдесят страниц – это ты еще легко отделалась.

Я только вздохнула. Тяжело, тяжело я отделалась. Могла бы гораздо легче. Но ей об этом знать не надо.

– А откуда этот… как ты сказала? Кот?

Ну вот, и никуда ведь не денешься.

– А кота, как неизученный и потенциально опасный объект, тоже передали дознавателю. А когда мы наконец разобрались с карточкой, он и говорит: «Ну раз уж вы здесь, взгляните вот на это. Оно явно из вашего мира». А он не просто из нашего, он мой, собственный. Практически родной. Ну и вот…

Я заглянула под кровать, где прятался Фантик.

– Кис-кис-кис! – позвала я его, но он только фыркнул. Понятно, выбираться к людям, которые так громко кричат, он не собирался.

– Так это, получается, его теперь будут изучать? Раз он редкий и иномирный…

Я пришла в отчаяние. Вот так одна ложь цепляет другую, а теперь придется придумывать третью, да еще как-то все организовать. Делать вид, что я периодически забираю Фантика на какое-то там изучение…

Ну уж нет, хватит!

– Надеюсь, никто его изучать не будет. Он и без того натерпелся, – отрезала я.

Этот ответ Талисию вполне устроил. Тем более, что у нее появилась масса других вопросов:

– А что он ест? А как его зовут? А он кусается?

И все в таком же роде. Я объясняла терпеливо и обстоятельно. Ест он все, что дают, а что не дают, стащит и съест. Даже фруктами не брезгует, хотя предпочитает, конечно, мясо. Зовут Фантик. Цапнуть может, но только если кто-то посторонний попытается взять его на руки без спросу. Так что нужно дождаться, пока сам придет и замурлычет.

– Я не буду брать на руки, – испуганно пробормотала она.

– Значит никакой опасности нет. И вообще, чаще всего он просто спит.

Уж не знаю, удовлетворили ее мои объяснения или нет, но в конце концов она сказала:

– Ладно, пойду позанимаюсь. – Опасливо покосилась на кровать и шепотом спросила: – Так он и правда может сам ко мне прийти?

Кажется, эта мысль не вызывала у нее восторга.

– Не сразу. Ему сначала надо освоиться.

Она потопала в сторону своей комнаты, и я вспомнила:

– Только дверь в ванную оставляй открытой. А то справляться с дверями он не умеет.

Талисия остановилась и воззрилась на меня изумленно.

– Так он еще и ванну принимает? Сам? И воду сам включит? Он же не знает заклинаний…

Я рассмеялась.

– Сам он ванну не принимает и вообще купаться не любит, лучше даже не пытаться. Да и не нужно ему. А вот в туалет ходит.

И ведь действительно ходит на унитаз.

Когда был мелкий, я, конечно, приучила его к лотку. Но как только размеры стали позволять, самостоятельно обучился ходить в унитаз. Неужели с самого начала готовился к жизни в мире, где нет ни котов, ни лотков, ни наполнителей?

Талисия замерла на пороге, словно не решаясь что-то сказать, но потом все-таки выпалила:

– Ты не хотела бы сходить на вечеринку? Сегодня как раз у Факультета справедливости… Одной мне там делать нечего, факультет не наш, а вот с тобой!..

Точно. Вечеринка, на которой мне настоятельно рекомендовали появиться…

– Почему бы и нет… – улыбнулась я.

– Правда? – радостно воскликнула Таисия. – Тогда давай собираться! Надо выбрать наряды, сделать прически…

– Ты же вроде собиралась позаниматься, – напомнила я.

– Шутишь? До вечеринки же осталось всего три часа! Какие могут быть занятия!

Три часа на сборы? Да я на свадьбу в свое время столько не потратила! Впрочем, спорить я не стала. Вдруг тут именно так и положено, а моя задача – как можно органичнее вписаться в местное общество. Так что если надо наряжаться и веселиться – этим и займемся.

Вот это вечеринка!

Я переступила порог и застыла, оглядываясь. Воспоминания времен моей молодости подбрасывали совсем другие картинки. Комната, в которую набивается человек пятнадцать-двадцать, скромная закуска и конечно, портвейн. Музыка, которую приходилось приглушать, чтобы не возмущались соседи, или песни под гитару. Сейчас кажется чудом, что кто-то умудрялся там танцевать. А тогда ничего, справлялись как-то.

Здесь же было все совсем не так. Обещанная комната отдыха оказалась здоровенным залом, полутемным, украшенном магическими огоньками. Музыка лилась откуда-то сверху. Довольно бодренькая, хотя звучала несколько необычно. Да и танцы студентов из нового мира были не совсем привычными и очень уж разнообразными. Движения некоторых студентов напоминали модный у нас когда-то тик-тоник, а кто-то кружился в танце, похожем на вальс.

– По коктейлю? – громким шепотом на ухо спросила Талисия.

Для этого ей пришлось встать на цыпочки. Она указала рукой на барную стойку, которую я не заметила. Странно, что не заметила. Коктейли, которые там стояли ровным рядком, светились в темноте.

– Они с алкоголем? – с подозрением спросила я.

Видно, все-таки сказывается возраст. В мои восемнадцать портвейн совершенно не смущал.

Я окинула глазами веселящуюся толпу студентов. А ведь все они маги! Юные, г Разбавить это общество алкогольными напитками вовсе не казалось мне хорошей идеей. Их родители вообще знают, что тут творится?

– Не-а, – беззаботно ответила Талисия. – Но настроение поднимают отлично. Их целительницы заговаривают, – она вздохнула. – Но только старшекурсницы, нам пока не доверяют.

Мы пробились к барной стойке, и я осторожно взяла бокал, который сиял то розовым, то фиолетовым цветом. Осторожно отпила. Хм, вроде вкусно, с привкусом чего-то ягодного. Я прислушалась к себе, но никакого особого веселья не обнаружила. Сделала еще пару глотков. Талисия же свой коктейль осушила моментом, и глаза ее светились. Впрочем, вряд ли это стоит списывать на действие напитка. Она выглядела совершенно счастливой с того самого момента, как я согласилась пойти на эту вечеринку.

– Обожаю парней с факультета справедливости! – восторженно делилась моя соседка. – Девчонкам нравятся парни с факультета защиты. Ну еще бы, они такие мужественные, брутальные, сильные. А как по мне – совершеннейшие мужланы, да и грубоватые к тому же. А вот на факультете справедливости, – она мечтательно вздохнула, – умные, воспитанные. Правда, надменные без меры, наверняка считают, что они лучше других.

И снова мечтательный вздох.

– Но на юридическом и девчонок много, – я зачем-то попыталась поумерить пыл своей помощницы.

Как подсказывал мой жизненный опыт, такое восторженное стремление обзавестись прекрасным принцем, несмотря на то, что он выглядит несколько надменным, обычно заканчивается разбитым сердцем.

– Где-где? – не поняла она.

– На факультете справедливости.

– А, это, – она махнула рукой. – Они же все такие скучные. Настоящие зануды.

А потом, видимо, поняв, что ляпнула, виновато покосилась на меня.

– Но не ты, конечно. Ты классная.

Я только кивнула, разумеется, не поверив. Боюсь, что в силу обстоятельств я окажусь самой большой занудой даже на нашем занудном факультете.

– Ой, мамочки! – воскликнула Талисия, уставившись куда-то вглубь зала и решительно поставила на стойку свой бокал. Кажется, уже второй или третий. – Это же сэр Нолтер! Он на третьем курсе… И такой хорошенький! Давно мечтала с ним познакомиться. Пойду приглашу на танец…

Ответить я не успела, предостеречь от возможных ошибок тоже – девчонка тут же исчезла, затерявшись в веселой толпе студентов.

А я осталась одна с бокалом в руках. Ну что ж, самое время начать приглядываться ко всем. Только вот как приглядываться в полумраке, где все или танцуют, или болтают парочками и кучками помногочисленнее, или дурачатся.

И все же я попыталась выполнить возложенное на меня задание. А потому стала внимательно всматриваться в резвящуюся толпу.

И вздрогнула, когда над ухом прозвучало:

– Вижу, вы скучаете? Предлагаю скучать вместе.

Я подняла голову и обалдела. Кажется, таких красавцев я еще в жизни не видела.

– Разрешите представиться, сэр Элстон.

У меня отчего-то пересохло в горле. Я даже не сразу вспомнила свое имя. Впрочем, этого и не требовалось.

– А вы леди Жанна. Новенькая.

Он забрал из моих рук коктейль, покрутил его в руках и отставил в сторону.

– Лучше попробуйте этот.

Он взял с барной стойки темно-фиолетовый, почти черный напиток с золотистыми искрами. Я даже залюбовалась. Выглядело так, словно в изящный бокал налили ночное небо.

– А вы ко всем новеньким проявляете такое повышенное внимание?

Я наконец смогла прийти в себя, и моя реплика звучала почти раздраженно. Знаю я этот тип парней. Сколько слез по молодости пролила из-за одного вот такого. Но сейчас-то ни за что бы не повелась.

– Нет, – он пристально заглянул мне в глаза. Да что там в глаза, в самую душу. – Только к самым красивым.

То ли от бархата в его голосе, то ли от этого его взгляда, я почувствовала, что по телу пробежала странная, смутно знакомая дрожь. Он что, мне нравится? Да с чего бы вдруг? И все же я нервно сделала пару глотков. Коктейль оказался потрясающе вкусным, никакого сравнения с предыдущим.

Взгляд моего собеседника переменился. Теперь он беззаботно улыбался, будто давая понять: смотри, я же совершенно не опасен. Ага, конечно. будь я семнадцатилетней девчонкой, уже бы смотрела на него восхищенно и в уме прикидывала, какие красивые будут у нас дети. К счастью, это не так.

– А еще я ужасно любопытен, – легко выдал он. – А вы в первый день попали в лапы главного королевского дознавателя. Это что же вы такого натворили?

Вот тут я напряглась. Слишком уж беззаботным был его тон. Пожалуй, даже чересчур. Совсем немного чересчур, но я каким-то образом это почувствовала. Нет-нет, про дознавателя ему было не просто любопытно, а по-настоящему интересно.

– Да по собственной глупости.

Я пересказала заготовленную историю, и даже досада в моем голосе звучала совершенно искренне. Потому как реферат на пятьдесят страниц все еще маячил на горизонте. И я не сомневалась: сэр Салахандер проследит, чтобы эта работа была выполнена безупречно. Интересно, он от природы такой вредный, или это издержки профессии? А может, все проще и ему по какой-то причине не нравлюсь лично я?

– Сочувствую, – проговорил Элстон так искренне, что я ему почти поверила.

И все же равнодушно повела плечами.

– Ерунда. Мне говорят, что я еще легко отделалась.

Он задумался.

– А может, и правду говорят. Вполне могу представить, как он упечет несчастную студентку в казематы и посадит на цепь.

– Что?! – я широко распахнула глаза.

– Да не обращайте внимания, – снова безмятежно улыбнулся он. – О нем ходит такое количество слухов и легенд, что можно поверить во что угодно. Только не факт, что это соответствует действительности… И ваш пример тому явное доказательство.

На какое-то мгновение повисло молчание. Я обдумывала слова Элстона. Причем думала обо всем сразу: и о том, что за тип этот дознаватель, и о том, насколько Элстон заинтересован этой истории и дознавателем лично.

Но молчание длилось недолго. Красавчик взял у меня из рук пустой бокал (боже, когда же я успела все выпить?), склонился надо мной и прошептал на ухо:

– Может потанцуем?

И я вдруг поняла, что действительно чертовски хочу танцевать. Как будто музыка волнами уже растекалась по венам. Тело требовало движения. Меня затопило шальной радостью. Так вот как действуют эти коктейли! Может, и следовало бы отказать, но у меня ведь задание присматривать и изучать, а этот парень выглядел вполне достойным объектом для изучения.

– Почему бы и нет? – проговорила я после небольшой паузы.

Он тут же обхватил меня за талию и повел в центр зала. Туда, где уже танцевали другие.

Танец начался. Я положила руки на плечи Элстона и ощутила под пальцами твердость мышц сквозь тонкую ткань рубашки. Он обхватил мою талию, прижал к себе чуть крепче, чем следовало… Впрочем, нет. Пожалуй, в самый раз. Все это – музыка, полумрак, прикосновения – кружило голову. Непривычно, забыто – как когда-то в молодости. Поначалу я еще пыталась напомнить себе, что я не наивная первокурсница, а взрослая женщина (пусть и в теле восемнадцатилетней студентки), а потом…

Ну да, я не первокурсница, а значит, этот парень не вскружит мне голову и уж точно не разобьет сердце – куда ему! Так почему бы и не использовать его горячую силу. Крепкая ладонь на моей спине, движение в такт музыке завораживали. Хм, а мое новое молодое тело способно испытывать очень яркие чувства. И оно испытывало. На меня накатило хмельное ликование: коктейли тому виной или гормоны, или давно забытый азарт – ощущать это было чертовски приятно.

Элстон склонился ко мне и, почти касаясь губами, прошептал:

– Здесь слишком шумно. Сбежим?

Я отлично знала, что означает это «сбежим» в такой ситуации. И, как ни старалась, как ни прислушивалась к себе, не обнаружила никакого внутреннего протеста. Все то, что обычно случается, после таких побегов, было и моим желанием тоже.

И все же кивнула я не сразу – очень уж нравилось мне, как он ожидал ответа: напряженно, на вдохе. Почти уверенный в моем «да», но лишь почти…

Я заглянула в потемневшие, затуманенные страстью глаза и позволила увести себя прочь от огней и толпы. Мы оказались в пустом коридоре, слабо освещенном мерцающими символами на стенах. Осознание, что я стою в нескольких сантиметрах от опасно обаятельного парня, накрыло меня с новой силой. Молодое тело, его жар, мои вспыхнувшие эмоции – все будто вышло из-под контроля, и оставалось лишь наслаждаться моментом.

Кажется, магические коктейли действовали сильнее, чем я полагала. Или дело было вовсе не в коктейлях: возможно, я просто слишком давно не делала ничего безрассудного. Пора наверстать упущенное.

Мы целовались так, словно вокруг не существовало ничего. Я слышала только наше сбившееся дыхание и свое громкое сердцебиение, тело плавилось в крепких объятиях, мысли рассыпались, все кроме одной. Плывя в этом сладостном тумане, я прикидывала – как долго моя соседка собирается веселиться на вечеринке. Ведь комната сейчас свободна…

– Кх-кх… – покашлял кто-то рядом.

Многозначительно.

Осуждающе.

Я разом похолодела. Горячее наваждение схлынуло, мне стало как-то не по себе. Я уже знала, кого увижу в темноте коридора, когда оторвусь от красавчика и обернусь.

Зато Элстон, кажется, не понял. Он с неохотой выпустил меня из объятий и посмотрел на непрошенного свидетеля нашей безудержной страсти зло и с раздражением. Но через несколько мгновений, когда смог разглядеть в полумраке, кто именно стоит рядом, побледнел. Подхватил меня за локоть и потянул в сторону двери в комнату отдыха.

– Пойдем, потанцуем, – сказал он с нарочитой небрежностью, которая не обманула даже меня.

Хм, что бы этот парень мне ни говорил, а в россказни и легенды о дознавателе он все-таки верит. Только вот исчезнуть прямо так я не могла. Судя по взгляду, которым сверлил меня Салахандер, он был явно не доволен увиденным. А его недовольство могло выйти мне боком: отстранит от расследования, и я даже не смогу узнать, как оно продвигается. А уж это в мои планы никак не входило. И что бы я не думала о дознавателе (а я много что о нем думала), ссориться с этим типом никак нельзя.

Словно в ответ на мои мысли дознаватель развернулся и зашагал прочь по коридору. Черт, а ведь мириться нужно сразу.

– Ты уверена? – спросил Элстон и покосился на Салахандера, который неумолимо удалялся.

– Да-да, абсолютно. Мне нужно привести себя в порядок, – быстро нашлась я.

Ну да, растрепанные волосы, покрасневшие щеки, припухшие губы… В таком виде появляться в обществе – плохая идея.

– По мне, так ты и сейчас в порядке. Более чем. – Элстон быстро оправился от потрясения и уже снова смотрел на меня тем самым соблазняющим взглядом, от которого мурашки ползли по спине – Предлагаю переместиться в мою комнату, там уж точно никто не помешает, – проговорил он тихо, хрипло и бархатно.

Так чувственно, что мне вдруг захотелось плюнуть на все и согласиться. Это желание было таким сильным и таким жарким, что я была уже готова махнуть рукой и на дознавателя, и на его «ценное» мнение обо мне. Только вот Полина… Я должна все сделать правильно, и это не обсуждается. Даже в мыслях!

С трудом выбираясь из омута внезапно нахлынувшей страсти, я сказала, пожалуй, чуть резче, чем следовало:

– Может быть. Когда-нибудь. Уж точно не сейчас, когда мы едва знакомы.

Он явно хотел возразить, продолжить уговоры, но словно передумав, пожал плечами.

– Как скажешь.

И вскоре скрылся за дверью.

Я усмехнулась про себя. Что ж, вечеринка в самом разгаре, а в академии полно симпатичных девчонок. Некоторые из них могут оказаться не такими занудами, как я. Впрочем, никаких сожалений по этому поводу я не испытывала. Сейчас, когда красавчик исчез из зоны видимости, я уже удивлялась сама себе.

Что это на меня нашло?

Вроде бы никогда не вешалась на парней. Ни в далекой юности, ни тем более после замужества, да и после развода ни на кого не бросалась. Видимо, дело все-таки в коктейлях. Может, для коренных обитателей этого мира они и правда просто веселящие. Не факт, что на «пришельцев» они не действуют как-то по-другому.

Несколько секунд я еще напряженно смотрела на дверь. Мало ли, вдруг Элстон передумает и решит вернуться. Впрочем, ерунда. Если он увидит, что я куда-то ухожу, это будет логично: побежала искать уборную. Собиралась же привести себя в порядок.

Так что я рванула по коридору: и так потеряла много времени. А Салахандер обычно ходит быстро и стремительно, попробуй еще догони!

Однако догонять не пришлось. Я буквально врезалась в него, свернув за ближайший угол. Оказывается, он никуда не уходил, похоже, был уверен, что я рвану за ним вдогонку.

Чертов всезнайка и знаток человеческих душ!

Бесит.

– Ну, слушаю вас, – сказала я почти с вызовом.

Он приподнял бровь с деланым удивлением.

– Разве я собрался что-либо говорить?

– Не просто же так вы меня здесь ждали! Или скажете, что решили подслушивать из чистого любопытства.

Мое обвинение дознавателя совершенно не смутило.

– Не любопытство, а профессиональная привычка, – усмехнулся он. – Было интересно, как далеко вы зайдете.

Щеки загорелись, я чувствовала, что они пылают жарче огня в какой-нибудь производственной печи. И все же дознавателю не удалось сбить меня с толку. Хотел бы пустить все на самотек – не стал бы кашлять и обнаруживать свое присутствие. Тут и стараться бы не пришлось, мы были слишком заняты, чтобы заметить хоть что-то или кого-то. Нет уж, он нарочно помешал!

– В таком случае, хочу сказать, что все это исключительно в рамках расследования. – Я изо всех сил старалась, чтобы мой голос звучал деловито и профессионально.

И пусть докажет, что не в рамках расследования.

Ироничное выражение тут же исчезло с лица дознавателя. Он нахмурился и коротко сказал:

– Не здесь.

Понятно. Опять я опростоволосилась. Действительно, обсуждать расследование в коридоре, где за любым углом могут быть посторонние уши и любопытные носы – идея не из лучших.

– Может быть, в мою комнату? – не слишком уверенно проговорила я.

И разумеется, снова получила в награду насмешку.

– Смотрю, вы планируете часто водить мужчин в свою комнату.

Я вспыхнула. Да что он себе позволяет! И снова ценой немалых усилий заставила себя погасить гнев. Промолчала. Я вообще не обязана комментировать глупые и бестактные попытки меня задеть.

– Пойдемте, – велел он и зашагал вниз по лестнице.

Мне ничего не оставалось делать, как последовать за ним. Но идти молча и покорно не хотелось, поэтому и спросила:

– Куда?

– В мой кабинет, – коротко ответил он.

– В учебное крыло? – удивилась я.

Что-то было у меня подозрение, что на ночь его закрывают. Да и вообще тащиться вдвоем через весь замок… Я как-то иначе представляла себе конспирацию.

– Вовсе нет. – Кажется, кое-кто решил быть строгим и немногословным.

– Но здесь нет никаких кабинетов. Только комнаты студентов…

Уж в чем в чем, а в этом я была уверена. Талисия успела мне разъяснить, как тут что устроено. Пока мы примеряли наряды и наводили красоту перед вечеринкой, времени как раз хватило – все-таки тараторит она очень быстро.

– Теперь есть.

Дознаватель остановился у двери, повозился с замком и распахнул ее передо мной.

– Прошу.

Помещение, в которое я вошла, гордого звания кабинета никак не заслуживало. Больше похоже на каморку или какое-то другое подсобное помещение, в которое втиснули стул и пару стульев. Обшарпанные стены со следами сырости свидетельствовали в пользу этой версии. Да, скорее всего это была каморка и дознаватель выбрал ее в качестве офиса. Для того чтобы быть поближе к народу. То есть к подозреваемым.

Что ж, решение вполне разумное.

И все же я не удержалась от шпильки:

– Аскетичненько тут у вас.

Он лишь пожал плечами.

– Ну да, не королевский дворец. Однако, не думаю, что и вы привыкли к роскоши. Или ваш промысел давал неплохие доходы?

На этот раз мне удалось сдержать гнев. Нравится ему обесценивать мое занятие – ну и пусть себе. Главное, я остаюсь при своем мнении, а его представления об этом учитывать вовсе не обязательно. Как и задерживаться в этом кабинете.

Я чувствовала себя, прямо скажем, не очень, навалилась усталость, виски неприятно сдавило – верный признак надвигающейся головной боли, к горлу подкатывала тошнота. Не такие уж и безвредные эти коктейли!

Следовало закончить разговор как можно скорее и отправиться в комнату. Обнять кота и уснуть… Что может быть лучше!

Только я не могла себе этого позволить, пытку беседой с дознавателем следовало выдержать до конца, а заодно и постараться хоть что-то вызнать.

– Вы что-то вы хотели мне рассказать? Есть какие-то новости, подвижки в деле?

– Рассказать?

Кажется, на этот раз его удивление было вполне искренним. Похоже, ему и в голову не приходило делиться со мной информацией.

– Напротив, хотел узнать: вдруг вам удалось что-то выяснить? Ну кроме того, что некоторые студенты академии отлично целуются.

Опять он за свое! И все же я сумела проигнорировать его выпад. Задумалась на мгновение и сказала вполне серьезно и рассудительно:

– На первый взгляд обычные студенты… Насколько я помню, мы были такими же. С поправкой на магию, конечно…

– Ах да, насколько я понимаю, в родном мире вам было лет сорок? Кстати, не слишком ли молод для вас этот парень?

Боль в висках вспыхнула мгновенно, словно долго готовилась заявить о своих правах, а теперь рванула со старта, разгоняясь и усиливаясь с каждой секундой. Может, и к лучшему. Теперь мне было не до того, чтобы всерьез реагировать на колкости.

– Прошлый мир остался в прошлом, я уже туда не вернусь, а в этом мире мне не больше семнадцати, иначе я не попала бы в эту академию. Так что нет, не слишком. И, кстати, именно этот парень показался мне подозрительным.

Говоря откровенно, не показался. Это была попытка хоть как-то оправдать временное помутнение рассудка.

– Почему? – быстро спросил дознаватель.

Я почувствовала себя как на допросе. Неуютненько.

Задумалась. И вдруг поняла, что права: он действительно вызывал подозрения.

– Он сам подошел ко мне, завязал беседу…

– Ну, это не странность. Обычно мужчины так и делают, – усмехнулся дознаватель.

Но я лишь отмахнулась.

– Если бы он хотел просто познакомиться, он бы говорил комплименты, задавал вопросы обо мне, делал вид, что я жутко интересная собеседница… Но его больше интересовало почему меня вызывали к вам, что случилось.

– Не стал бы этому удивляться. Новость вполне любопытная. Нечасто в академии такое случается.

Дознаватель, кажется, решил во что бы то ни стало развеять мои подозрения. Словно сама мысль о том, что я могу оказаться права хоть в чем-то была для него невыносима.

– Только все это не было непринужденной болтовней. То есть он, конечно, старался вести себя непринужденно, но что-то такое проскакивало…

Да-да, так и было, я еще тогда обратила на это внимание!

– Проскакивало, казалось… Ну-ну. – Он никак не желал воспринимать то, что я говорю, всерьез.

– А еще… он вас боится, – добавила я, уже не слишком рассчитывая, что это произведет хоть какое-то впечатление. И не ошиблась.

Дознаватель снова усмехнулся.

– Вот это новость! Вообще-то, меня все боятся. – Он склонился над столом и понизил голос: – Кстати, правильно делают.

Надо же, какое самомнение…

– Так уж и все? – выпалила я. – Я вот вас совершенно не боюсь!

Сказала – и осеклась. Ведь на самом деле тоже боюсь. Только боюсь не чего-то абстрактного, не каких-то неведомых легенд и слухов, а своего отстранения. Да и вообще. Этот тип не соглашается со мной ни в чем, спорит по любому поводу да еще и не упускает случая сделать мелкую пакость, одна история с рефератом чего стоит! И если сейчас он решит доказать, что зря я не боюсь, результат может мне совсем не понравиться.

Следовало спасать положение и срочно: бровь дознавателя уже поползла вверх.

– Мы же с вами занимаемся одним расследованием. Чтобы помочь королеве… Получается, что мы в одной лодке, вроде как напарники…

– Напарники? – дознаватель расхохотался.

Похоже, эта мысль казалась ему не просто забавной, а уморительной. Обидно…

– Хорошо, думаю, я вас понял. Уже поздно, ступайте. И будьте осторожны, особенно если планируете целоваться со всеми, кто покажется вам подозрительным. Удачи… – он хмыкнул, – напарник.

Безвредные веселенькие коктейли? Как бы не так!

Утро в этот день не просто наступило, оно будто с размаху шарахнуло по голове чем-то тяжелым: в висках болезненно ныло, перед глазами вспыхивали разноцветные круги, да еще и подташнивало.

В этом мире есть аспирин? А еще больничные, очень бы сейчас пригодилось что-то в этом роде. Подняться и идти на занятия казалось мне совершенно невыполнимой задачей. Да и просто подняться тоже…

Вставать или не вставать – вот в чем вопрос.

Впрочем, любой котовладелец знает, что такие вопросы решаются автоматически: стоить увидеть этот печальный, укоризненный взгляд существа, которое голодало целую вечность (со вчерашнего дня) – и тебе уже ничего не остается, как собраться с силами и начать новый день, чтоб ему.

К завтраку я не притронулась, к великой радости Фантика, который с удовольствием смел все, что глупая хозяйка не оценила. Я ограничилась чаем. Отпивала маленькими глоточками, погруженная в мысли о бренности бытия. Впрочем, бытие могло быть куда менее бренным, если бы мне удалось раздобыть лекарство от головной боли. Не верю, что местные целители ничего подобного не изобрели. Зачем тогда все эти факультеты и академии? Надо спросить у Талисии.

Так и сделаю. Еще минуточку посижу, потом поднимусь со стула и постучусь в комнату соседки. Ну или две минуточки. Или три. К счастью, делать этого не пришлось. Дверь приоткрылась и в комнату просунулся любопытный нос, а следом на ним и вся остальная Талисия.

– Доброе утро! – жизнерадостно воскликнула она. Взглянула на меня и лицо ее приняло жизнерадостное выражение: – Ой, что это с тобой? Выглядишь ужасно. Круги под глазами, да и вообще… Что-то случилось?

– Коктейли ваши случились. Безвредные. Только теперь голова раскалывается. И вообще, чувствую себя ужасно.

– Погоди, я сейчас.

Талисия исчезла за дверью и вскоре появилась, держа в руке пузырек темного стекла. Она с деловитым видом накапала в мою чашку какое-то пахучее зелье и велела:

– Пей.

Запах у зелья был странный и незнакомый. Но расспрашивать, что это, зачем и как работает, я не стала. Я была готова влить в себя что угодно, если есть какой-то шанс, что это поможет.

Как ни странно, помогло. К тому времени, как я в несколько глотков допила свой чай, боль отступила, в голове прояснилось и даже дышать стало легче.

– Ого, какое прекрасное зелье! Так бы стразу и сказала, что ваши светящиеся коктейли безвредны только для тех, у кого оно есть.

Талисия нахмурилась, и вроде как даже обиделась.

– Ни у кого еще голова от них не болела. Коктейли делают целительницы.

– Студентки, – напомнила я.

– Лучшие студентки, – уточнила она. – Так что причину своего плохого самочувствия можешь искать где угодно, но не в коктейлях.

– Да я кроме них ничего… – начала я и остановилась на полуслове.

Тот, последний коктейль, который мне всучил таинственный красавчик… Он ведь мог что-то туда подсыпать или наколдовать, здесь это запросто.

Я вспомнила свою странную реакцию на этого парня. Слишком уж мне не свойственную. Если он и правда меня опоил и околдовал, многое становилось на свои места. Или это я себя так успокаиваю, не желая признавать, что сама слетела с катушек? Да и вообще, я и понятия не имею, существует ли в этом мире такой вид колдовства, чтобы от незнакомцев крышу сносило. Все-таки дознаватель был прав: первым делом следует ознакомиться с тем, как тут все устроено. И в первую очередь, с магией, которой в нашем мире нет. Список рекомендованной литературы у меня имеется, так что дело за малым.

– Ну что, пойдем на занятия? – сказала я Талисии уже довольно бодро.

– Пойдем, – буркнула она.

Кажется, все еще дуется. Ну да, я же усомнилась в профессионализме ее коллег, и вполне возможно, совершенно не заслуженно.

– Знаешь, думаю, ты права. К моей головной боли коктейли не имеют никакого отношения. Может, это вообще от стресса и усталости, столько всего случилось за последнее время. Все-таки переместилась из одного мира в другой, это вам не шутки.

– Вот-вот, – закивала Талисия. – Ты на всякий случай сходи в лазарет, мало ли что.

– Схожу, обязательно, – пообещала я, но не слишком уверенно. Есть у меня дела и поважнее.

Учеба на факультете справедливости оказалась делом довольно интересным. Это с первой парой мне не повезло, пугающий дознаватель с дурацкими задачками все испортил. Влюбиться в учебу с первого взгляда мне не удалось, а вот со второго – почти получилось. Одни названия предметов чего стоили: магия клятв и договоров, основы магической работы с документами, артефакты и их применение в следствии…

Весь учебный день я провела, ловя каждое слово преподавателей. Узнать как можно больше об этом мире – это важная задача. А уж на юридическом факультете можно разжиться полезной информацией. В общем, я совершенно погрузилась в студенческую жизнь: старательно писала конспекты, на переменах пыталась раззнакомиться с однокурсниками. Второе давалось мне хуже, чем первое. Большинство студентов все-таки относились ко мне настороженно, хотя, разумеется, не так враждебно, как Каэлита и ее подружки. Впрочем, даже она мне не досаждала. Просто делала вид, что меня не существует.

Когда пришло время большой перемены, обнаружилось, что за столиком в столовой я сижу одна. Никто не захотел составить мне компанию.

Досадно, однако.

Называется «влилась в коллектив». Если так пойдет и дальше, Салахандер меня дисквалифицирует. Какой смысл от агента, который не в состоянии не то, что втереться в доверие, а просто поболтать с кем-нибудь? Вот и я говорю: никакого.

Расстроенная этим обстоятельством, я без аппетита ковырялась в тарелке, когда на мой столик со стуком опустили поднос. Я подняла взгляд. Злостный хакер Фаэль как раз садился напротив. Он улыбался вполне искренне.

– Ты сидишь одна, потому что тебя все достали? Если так, могу уйти.

Я вздохнула.

– Нет, я сижу одна, потому что я здесь никому не нравлюсь.

– Ну это ты зря, – усмехнулся он. – Многим очень даже нравишься. Потому Каэлина и пышет злобой: теперь она не первая красавица на курсе.

Я поперхнулась. Что-о?! Это я-то первая красавица?

– Не говори ерунды, она злится из-за задания сэра Салахандера… Вроде как, потому что я выскочка и из-за меня…

Фаэль только махнул рукой.

– Скажешь тоже… Салахандер просто мерзкий тип с ужасным характером. Не подвернись под руку ты, он бы придумал какой-нибудь другой способ испортить жизнь студентам.

Я резко почувствовала симпатию к этому парню. Возможно, потому что его мнение о гадком дознавателе полностью совпадала с моим.

Другой вопрос, насколько он искреннен. В конце концов, этот парень только что записал меня в первые красавицы – и глазом не моргнул. А это, мягко говоря, не соответствует действительности. Конечно, в последнее время я изрядно помолодела, но даже в студенчестве, в моем настоящем студенчестве, общепризнанной красоткой я не слыла. Гораздо чаще мне доводилось слышать: «Что-то в тебе такое есть, колдовское». Возможно, это и определило мой будущий род занятий.

Только вряд ли здесь это может быть преимуществом: «что-то колдовское» в этой академии есть буквально во всех. Интересно, как обстоят дела за ее пределами?..

Задумавшись обо всем и сразу, я почти забыла о собеседнике, но он о себе напомнил.

– И знаешь что… – Фаэль почему-то смутился, словно собирался сказать, чего говорить совершенно не хотелось.

Хм, а ведь мне того и надо – выяснять то, о чем не хотят говорить.

– Что? – быстро спросила я.

Он замялся.

– Да не бойся, говори. Если это какая-то тайна, обещаю ее сохранить!

– Да какая там тайна… Вовсе даже не тайна.

Я постаралась скрыть разочарование. Плохо, что не тайна. Мне бы чужих секретов, да побольше!

– Тогда тем более говори.

– Ты вчера вроде как тусовалась с Элстоном? На вечеринке.

Я почувствовала, как краска заливает лицо. Да уж, натусовалась от души.

– Вроде как… Ну не то, что бы… – пришла моя очередь смущаться и беспомощно мямлить.

– Не связывайся с ним. Он не тот, кого можно назвать хорошим парнем.

Я усмехнулась про себя. И это говорит человек, который шутки ради грабит магазины! Впрочем, собрать побольше информации о подозрительном (теперь уж точно подозрительном) экземпляре студента не помешает. Так что я сделала вид, что не желаю верить в нехорошесть красавчика.

– И чем же он так плох? – почти с обидой спросила я.

Надеюсь, сейчас он приведет пару-тройку аргументов.

– Многим, – нахмурился Фаэль, явно не желая развивать эту тему.

М-да… Кажется не видать мне аргументов как своих ушей.

Я пожала плечами:

– Так я и думала… Ничем.

Фаэль молчал и раздумывал добрую минуту, а потом выпалил:

– Он на тебя поспорил! Сказал, что охмурит тебя в два счета. В общем, заключил пари. Так что не верь ни одному его слову.

– Ого!

Неужели такие шутки еще в ходу? Впрочем, студенты же, дети горькие. Что с них взять.

– Спасибо, что сказал. Ты снова меня спас, – самым серьезным тоном сказала я.

Фаэль недовольно тряхнул головой.

– Я должен был сказать. Потому что… Потому что свинство это.

Что ж, тут не поспоришь.

Увлеченная познавательной беседой, я и не заметила, как опустела моя тарелка. Да и Фалэь вроде бы справился со своей порцией.

– Ну что, пойдем? Скоро пара начнется, – улыбнулась я.

Возражений не последовало. На пути из столовой молчали. Фаэль думал о чем-то своем, а я о том, что, похоже, зря записала красавчика в потенциальные убийцы. Если дело только в споре, то он просто сволочь и придурок. А вовсе не искомый злодей…

Получается, я все еще не нарыла ничего полезного. А время идет. И оно, в отличие от дознавателя, вовсе не на моей стороне.

В комнату я вернулась с целой стопкой книг. Тех самых, список которых мне дал дознаватель. А еще с одной тоненькой брошюркой: надо же и реферат написать. Впрочем, по этому поводу были у меня некоторые идеи.

С рефератом я справилась быстро, минут за пятнадцать. Справилась бы еще быстрее, если бы Фантик не решил, что аккуратные белые листы – идеальная игрушка. Впрочем, после короткой и, надо сказать, не очень интенсивной борьбы листки были отвоеваны и реферат написан.

Вот лежит аккуратной стопочкой.

Я бросила на него взгляд и по спине пробежался холодок. Могу себе представить, что мне на это скажет дознаватель. Впрочем… Нет, не могу. Но потратить целый вечер, а может, даже не один, на дурацкий реферат тоже не могу.

Так что я с почти спокойной душой взялась за книги.

История с географией меня интересовали не очень. Какая разница, на каких холмах расположено королевство, с кем граничит и какие королевские династии тысячелетиями сменяли друг друга. Куда важнее выяснить, как тут устроена магия. И вот этот вопрос я решила изучить со все тщательностью.

Первым важным открытием стало, что магический дар есть далеко не у всех. Большинство жителей королевства едва могут освоить даже простейшие бытовые заклинания. Вернее, освоить конечно, могут, заклинания тут простейшие. Но вот магических силенок для того, чтобы ими пользоваться, увы, не хватает. Потому так и ценны здесь артефакторы. При помощи магически заряженных амулетов улучшить свою жизнь может практически любой, хотя в руках одаренного мага они работают чуть лучше.

А еще даже самые магически одаренные местные жители не могут соперничать силой дара с теми, кто попадает сюда из нашего мира. Ну, то есть, соперничать, конечно, могут, но то, что иномирянам дается легко и без усилий, от местных требует подготовки и серьезного изучения.

Как же несправедливо все в этом мире!

Впрочем, а в каком мире справедливо? У нас ведь тоже с одаренностью похожая ситуация: родился кто-то с абсолютно музыкальным слухом, и поет так, что сердце сжимается. Некоторые даже не учились никогда, а просто есть талант. А тот, кому таких данных не выдали, может хоть с утра до вечера петь гаммы или что там еще. Да. со временем начнет получаться лучше, но того, первого, он точно не переплюнет. Особенно если этот первый тоже будет учиться и талант свой развивать.

Вот с магией, похоже, так же: кто-то одаренный целитель, кто-то – боевой маг, кому-то артефакт состряпать – раз плюнуть. А вот если бы я попыталась, получилась бы жуткая кракозябра с кучей нежелательных побочных эффектов.

А еще особняком идет ментальная магия.

И вот эта штука меня очень заинтересовала. Посвященные ей главы я читала как увлекательнейший детектив. Ну или триллер с ужастиком, тут уж как посмотреть.

Ментальная магия – редкий дар. Причем проявиться он может и у сильного мага, и у слабенького. И дает не много, не мало, а способность читать чужие мысли и влиять на чужие мысли, чувства и поступки.

Сотни лет назад у тех, кого судьба одарила сильным ментальным даром, шансов выжить было немного, разве что скрывать это ото всех – прибьют к чертям, просто на всякий случай. И ведь даже не спишешь такое отношение на дремучесть и предрассудки.

Дар действительно опасный.

Кому захочется видеть рядом с собой человека, который мало что видит насквозь все потаенные помыслы и желания, так еще может заставить себя сделать все, что ему угодно. Даже то, чего бы ты по доброй воле ни за что не сотворил бы.

К счастью, дар этот довольно редкий и считается, что развить его, сделать сильнее практически невозможно. Тысячи магов во все времена изучали этот вопрос, проводили эксперименты, тестировали ритуалы и заклинания, пытались создать соответствующие артефакты…

Насколько я поняла, здесь это что-то вроде философского камня, который сотни лет искали древние алхимики нашего мира, но, разумеется, безуспешно.

Уж не знаю, что там с философским камнем, но вот неудачам местных изыскателей ментальной магии я могла только порадоваться. Не очень-то уютно чувствуешь себя в мире, где каждый встречный может догадаться, что у тебя за мысли, да еще и изменить их течение.

Впрочем, если дар слабенький, заставить человека сделать что-то, противоречащее его убеждением, невозможно. А сильных ментальных магов, которых следовало опасаться, не так уж и много. и все они находятся под самым серьезным контролем.

В настоящее время в королевстве насчитываются всего четыре ментальных мага. Я торопливо повернула страницу. Разумеется, не ожидала найти в этом списке знакомые имена, но нашла: магистр Теркирет, ректор Пятой королевской академии.

То есть наш ректор.

Дальше шли два незнакомых имени, а потом неожиданное: леди Юлия. Ну надо же! Кто бы мог подумать, что одним из этих чудо-магов окажется наша соотечественница. С другой стороны, чему тут удивляться. Если все остальные магические способности у наших получше, чем у местных, почему ментальная магия должна быть исключением.

Я так и уснула в обнимку с книжкой.

А проснулась от того, что кое-кто, черный, наглый и пушистый, покусывал меня за ухо. Проголодался, бедняжечка.

Надо сказать, деликатесы этого мира нравятся коту куда больше, чем прекрасный сбалансированный корм, которым его кормили на родине. Что ж, пришлось подниматься, кормить животину и тащиться на занятия.

Скажу прямо, в учебное крыло ноги меня не несли. Ну или несли, но очень нехотя. Причины было две: одна из них – дознаватель, чье занятие идет у нас по расписанию второй парой. А вторая лежала в сумке. Каждая из них по отдельности не привели бы меня в смятение, но вот обе вместе немножко пугали.

Первая пара пролетела практически мимо меня, перемена вообще промелькнула как мгновение, и вот наступила вторая пара.

Дознаватель вошел в аудиторию. Все, как положено, замолчали и вытянулись в струнку. Я последовала их примеру, хотя организм продолжал бунтовать. Ноги сделались ватными и так и норовили подкоситься.

Пара началась, дознаватель в своей великолепной манере стал опрашивать студентов. Прежде всего его, конечно, интересовали ответы на задачки о преступлениях. Надо сказать, кое-кто из моих однокурсников справился. Вроде бы шестеро. Я от души порадовалась, что сэр Фаэль был в их числе. Ну что я могу сказать: талантливый хакер талантлив во всем.

– Неплохо, – прокомментировал успех дознаватель и парень буквально засиял.

Ну да, понимаю, от такого типа, как сэр Салахандер, это звучит как наивысшая похвала. Есть все-таки некоторый плюс в том, чтобы быть высокомерным занудой, от которого доброго слова не дождешься. Малейшее проявление человечности от такого воспринимается как нечто сверхъестественное.

Я, конечно, порадовалась за своего приятеля, но еще больше радовалась за себя. Меня Салахандер словно бы не замечал, что логично: мне-то он не давал задание. Может, и про реферат забыл? Это было бы просто подарком судьбы…

Ну да, конечно, размечталась. Когда пара уже подходила к концу, он занял свое место за кафедрой и объявил:

– Леди Жанна, надеюсь, ваш реферат готов?

Ну вот он, час расплаты.

Может все-таки сказать, что я не успела? Начать извиняться, запинаясь? Это может сработать…

– Да, готов, – словно со стороны услышала я свой голос.

Ну все, теперь пути назад нет.

– Прошу, – дознаватель сделал приглашающий жест рукой.

Я подошла к кафедре и отдала реферат.

Божечки, пожалуйста, пусть бы он не стал читать мое творение прямо сейчас! Пусть бы решил просмотреть позже, когда меня не будет рядом.

Увы, мои молитвы не были услышаны. Дознаватель перелистнул страницу. Его бровь поползла вверх. Перелистнул еще одну, и еще…

– Что это? – он, наконец, поднял взгляд на меня.

И что это был за взгляд! Таким запросто можно пригвоздить к стене.

– Реферат на пятьдесят страниц, – не отводя глаз, сказала я.

– По одной строчке на страницу?

Я заявила со всей невозмутимостью, на которую только была способна:

– Количество строчек на страницу не было регламентировано, так что я составила его на свое усмотрение.

Наградой мне был уничтожающий взгляд, но и его я выдержала с честью. Кажется… Ну, по крайней мере, в обморок не упала, а это уже что-то. Даже смогла добавить:

– Не сомневайтесь, тема раскрыта полностью. Она, между нами говоря, довольно узкая.

Дознаватель перелистал мой реферат до конца.

– Если я правильно понимаю, весь этот текст взят из брошюры. Вы просто переписали введение по строчке на страницу.

Я пожала плечами.

– Объем цитат в реферате тоже не был регламентирован.

Аудитория замерла. Кажется, за спиной все перестали дышать. Да я и сама уже не дышала.

– Что ж, реферат отвратителен. Да это и не реферат вовсе.

Ясно, заставит переделывать. А может, даже добавит что-то еще… Много чего-то еще. Засадит меня в библиотеку на неделю, так, чтобы и головы не могла поднять. На что я вообще рассчитывала! О чем думала?

– …Однако защита реферата на высоте, – добавил вдруг он. – Аргументация вполне достойная. Полагаю, я ошибся в вас, леди Жанна. Я думал, из вас может получиться неплохой дознаватель, но теперь вижу: из вас получится великолепный крючкотвор. В любом министерстве и канцелярии, полагаю, вам будут рады. Ведь там главное не сделать работу, а правильно о ней отчитаться.

Я едва устояла на ногах. Кажется, меня все-таки похвалили, но совсем не так, как мне бы хотелось. Ведь сейчас он практически открытым текстом сказал, что дознавателем мне не быть.

Неужели отстранит от дела?

Когда Салахандер покинул аудиторию, вдруг случилось неожиданное. Однокурсники, которые до этого видеть меня не хотели, обступили со всех сторон.

– Ну ты даешь! – раздавались восхищенные голоса

– Ну ты отчаянная!

– Да ты представляешь, что он с тобой теперь сделает?

– Экзамен в жизни не сдашь! – восхищение было даже в этой фразе.

– Надо ж было такое придумать!

– И главное, все это с таким спокойствием… Да ты железная!

– Ладно, что стоишь, пошли, пообедаем, – предложил кто-то из девчонок. – Сядешь за наш столик?

Ух ты, да я, кажется, стала популярной! Вот это неожиданность… Теперь я всем нравлюсь. Одна лишь Каэлина не участвовала во всеобщем признании нового героя (то есть меня). Она стояла в сторонке и ревниво поглядывала на двух девчонок, что пытались протиснуться ко мне. Ага, кажется, они были в ее «свите», когда вредная девица испортила мне форму.

Ну да, и за столик меня звала как раз одна из них.

Детский сад!

Однако наслаждаться внезапно свалившейся на меня популярностью было некогда. И болтовня за обедом в мои планы никак не входила.

– А уже обед? Я чуть позже… Нужно вернуться в комнату.

В глазах девчонок читалось понимание и разочарование: ну да, после того, что они с Каэлиной мне устроили, мое нежелание сидеть с ними за одним столиком было вполне объяснимо.

Я только вздохнула:

– Всю ночь корпела над рефератом, потому и забыла пару учебников.

Это мое заявление было встречено дружным хохотом.

Ну вот, я теперь не только смелая, а еще и забавная. Ну красота же!

Принимать лавры было, конечно, приятно, но мне действительно следовало как можно скорее бежать. Я очень надеялась, что отыщу дознавателя в его кабинете. Так что, не мешкая, выскочила за дверь. Но еще успела услышать голоса за спиной.

– Как она на такое решилась? – восхищенно шептал кто-то.

– Совершенно безбашенная! – с не меньшим восторгом констатировал… еще кто-то.

К счастью, дознаватель оказался на месте. Дверь в его кабинет была приоткрыта. А уж предположить, что такой поборник дисциплины и конспирации может уйти, не заперев кабинет, я никак не могла. Говоря откровенно, грядущий разговор с Салахандером меня пугал. Только я решила не показывать своего страха ни при каких обстоятельствах. Смело вошла в кабинет, плотно закрыла двери и уверенно сказала:

– Полагаю, мне нужно объясниться.

– Было бы неплохо, – сказал он. – Неужели вы всерьез решили, что я буду спускать вам любые проделки лишь потому, что вы вроде как помогаете мне в расследовании?

«Вроде как»… Ну надо же, умеет он формулировать. Так, чтобы обидная реплика звучала еще обиднее. Вслух возмущаться не стала, спокойствие и уверенность – вот мои козыри.

– Во-первых, это не проделки. Вчера у меня был выбор: или выполнить ваше поручение и постараться побольше разузнать об этом мире, или писать дурацкий реферат. Я выбрала первое, и ни на минуту не сомневаюсь, что это был хороший выбор. Во-вторых, я действительно сделала все в соответствии с вашим заданием, так что формально ничего не нарушила. А в-третьих, теперь все сокурсники от меня в восторге. Меня считают отчаянной, безбашенной и что-то там еще. И теперь гораздо охотнее будут со мной разговаривать. А это, сами понимаете, очень полезно для расследования.

– Для того, что вы называете расследованием, – поправил меня он.

Просто невыносимый тип! Однако, если убрать эмоции, я вполне могу констатировать пусть маленькую, но победу: раз уж не нашел ничего лучшего, чем обесценить мои старания, значит, по существу возразить ему нечего.

– Мне нельзя здесь надолго задерживаться. Скоро начнется пара, лучше не опаздывать.

Он пожал плечами.

– Вообще-то я вас сюда и не звал. Так что идите, развлекайтесь.

«Развлекайтесь»… Он совершенно не воспринимает меня всерьез. И все же я сумела задавить бурю возмущения, которая росла и крепла у меня в душе, вежливо улыбнуться и выйти за дверь.

Оказавшись в коридоре, я припустила как можно скорее. Сказала ведь, что забыла учебники. Будет странно, если вернусь без них. Кое-что в конспирации я все же смыслю, что бы там некоторые ни думали.

Я уже неслась по коридору, прижимая к груди учебники (понятия не имею, нужны они были для сегодняшних пар или нет, разбираться времени не было), когда передо мной непреодолимой преградой встал Элстон во всей своей красе. И говоря о красе, я ничуть не преувеличиваю. При свете дня он выглядел не хуже, чем под огнями вечеринки. Широченные плечи, безупречно красивое лицо, нахальный взгляд. Полный набор для того, чтобы разбивать девичьи сердца. Впрочем, мое сердце было в безопасности на все сто процентов. При виде этого красавчика мне вовсе не хотелось броситься ему на шею, а хотелось, наоборот, высказать ему все, что думаю, в самых красочных выражениях.

– Привет, принцесса, – улыбнулся он. И посмотрел на меня сквозь прищур. – Ты в прошлый раз так быстро убежала, оставив меня страдать.

– А ты, значит, страдал, – хмыкнула я. – Места себе не находил.

Он сделал шаг навстречу и взял меня за руку. Заглянул в глаза так искренне, что, если бы я не знала, что на самом-то деле он на меня поспорил, кто знает, может, и поверила бы.

И тут меня осенило: он же на меня поспорил. А значит, будет добиваться до тех пор, пока не добьется. А он, разумеется, не добьется. То есть получается, у него нет выбора. Что бы я ни сделала, он не может плюнуть и сказать: «Да пошла ты к черту, идиотка!» Иначе пацаны не поймут, будет выглядеть треплом. А такого его ЧСВ ну никак не выдержит. Я мысленно потерла руки. Ну что, красавчик, вот ты и попал. А теперь пообщаемся.

– Послушай, – я сделала вид, что мне ужасно неловко. – То, что произошло на вечеринке, это…

Он меня перебил:

– Да-да, знаю. Обычно ты так себя не ведешь. На самом деле ты не такая.

Я приподняла бровь. Издевается? Но он продолжил говорить самым искренним тоном:

– Ты удивительная, необыкновенная. И я уверен, никогда в жизни не упала бы в объятия первого встречного. Просто то, что между нами произошло, это химия, магия, как вспышка… Я увидел тебя и понял…

Так-так-так. Похоже, моего приятеля занесло. Хотя, надо отдать ему должное, вся эта развесистая клюква вполне могла произвести впечатление на неопытную девушку.

– Да нет же, ты не понял, – перебила его я. – Я как раз-таки очень даже «такая».

Он вскинул на меня удивленный взгляд. Я лишь улыбнулась и развела руками.

– Ну то есть я, конечно, верю в любовь и всю такую чушь. Ну сам понимаешь, семейные ценности. Ну это когда-нибудь потом. А пока мы молоды, я считаю, надо развлекаться. Брать от жизни все, понимаешь? В том числе и красивых незнакомцев, которых встречаешь на вечеринке.

Сначала он немного опешил, но быстро пришел в себя и оживился.

– Так это… я же не против. Можем начать брать от жизни все прямо сейчас. Ну не то, чтобы прямо сейчас, скоро пары начнутся… Ну например, сегодня вечером.

Я с сожалением вздохнула.

– Прости. Но у меня принцип: я никогда не связываюсь с теми, кто в меня всерьез влюблен. Ну знаешь, с хорошими парнями, у которых искренние чувства и все такое.

– Это еще почему? – кажется, он начинал понимать, что сам себя перехитрил.

– Ну пойми. Развлечения – дело хорошее, но разбивать сердца… Нет, это не мой стиль. Я выбираю мужчин под стать себе: свободных чувствами и помыслами. Ну, понимаешь, тех, с кем не будет проблем. Провели вместе ночь и забыли друг о друге, ни у кого никаких претензий.

Как же приятно было смотреть на его лицо! Щеки красные, глаза по пять копеек, даже рот открылся.

– Постой, все не так, – попытался объяснить он, но я остановила его жестом:

– Да-да, я знаю. Сейчас ты начнешь говорить, что просто пошутил, что на самом деле никаких чувств у тебя нет, и ты просто хотел мною воспользоваться, – я устало вздохнула. – Сколько раз я это слышала от влюбленных парней. Имей в виду, теперь я не верю ни одному твоему слову.

Все это произвело на него сокрушительное воздействие. Бедняга судорожно глотал воздух.

– Не переживай, эти чувства скоро пройдут. Я не из тех девушек, в которых влюбляются надолго… И потом, – я немного помялась, прежде чем сказать следующую фразу, словно мне очень не хотелось ее говорить. – Понимаешь, ты совершенно не в моем вкусе. Вчера в темноте, конечно, показался симпатичным, ну а сейчас я вижу… Нет. Даже для одной ночи у меня должно быть хоть какое-то влечение. Понимаешь?

Он стоял и хлопал глазами. Похоже, такого этот парень в жизни не слышал. Сначала я засомневалась, стоит ли добивать несчастного, ему и так досталось. Но потом вспомнила, что этот гад на меня поспорил, а может, даже и подпоил чем-то, и жалость разом испарилась.

– Мне нравятся другие парни: сильные, умные, опасные. А ты для меня слишком… домашний.

– Это я домашний?! – рявкнул он так, что мне на мгновение стало страшно.

Но, разумеется, виду я не показала, улыбнулась, ласково похлопала его по плечу.

– Эдриан, – я нарочно переврала имя, чтобы у этого подлеца и мысли не возникло, что я его помню. – Я вижу, ты очень стараешься. Но моей тебе совет: найди девушку попроще.

Глаза местного мачо налились кровью. Теперь я буквально кожей чувствовала опасность. Казалось, еще мгновение – и он вцепится мне в шею, ударит, размажет по стенке, в общем, сделает что-то ужасное.

– Очень грозно! – весело хихикнула я. – Молодец, у тебя почти получается. Ладно, скоро пара начнется. А опаздывать я не хочу.

И, помахав рукой, рванула по коридору, от души надеясь, что за ближайшим поворотом уж будут тусоваться стайки студентов. При свидетелях он не станет делать глупостей. Наверное.

Впрочем, остановившись перевести дух, я обнаружила, что никто меня не догоняет. Это, конечно, было хорошей новостью, но, как бы это сказать… не окончательно хорошей.

Думаю, я умудрилась обзавестись врагом, да таким, что Каэлина рядом с ним – милая девочка в бантиках. Сегодняшнего унижения он мне точно не простит. Или… подумает хорошенько и попытается доказать, что достоин. Расскажет о своих мрачных тайнах и проступках.

Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

Салахандер

Когда Жанна вышла из кабинета, дознаватель вздохнул с облегчением.

Пошла заниматься своими «важными» делами – вот и хорошо. Он уже жалел о том, что решил привлечь ее к расследованию. Она, конечно, дамочка неглупая, да и дознавательский дар у нее имеется. А вот следственного опыта и понимания здешних реалий нет, и чтением десятка книг тут ничего не изменишь.

А дело, похоже, становится куда более опасным, чем он предполагал изначально. В академии кое-что произошло, и разбираться с этим следовало ему, Салахандеру.

Так что пусть Жанна считает, что всерьез участвует в расследовании, а на самом деле живет обычной студенческой жизнью. Всем, что действительно может представлять опасность, займется он сам.

Дождавшись, пока в коридоре стихнет стук ее каблучков, Салахандер резко поднялся из-за стола и направился в библиотеку. Случившееся там действительно требовало внимания. Из тайного хранилища, куда студентов не допускали, да и преподавателей тоже не особенно, лишь по специальному разрешению, подписанному лично ректором, пропали несколько книг. Старинных, редких и, возможно, опасных. Других в хранилище и не было.

Происшествие само по себе вопиющие, почти невозможное. Но куда больше дознавателя беспокоило то, как именно все было обставлено.

Старушка-библиотекарь сама лично спустилась в секретное хранилище, взяла книги и отдала. А вот кому – не помнит. Вообще ничего об этом не помнит. Ни как спускалась, ни как отдавала…

Связано ли это как-то с неродившимся королевским наследником, неизвестно. Но что-то подсказывало Салахандеру, что очень даже связано.

Он очень спешил, но все же на мгновение остановился, когда увидел на лестнице парочку. Ту самую парочку: леди Жанна и красавчик из числа студентов. Тот самый, с которым она страстно целовалась в разгар вечеринки. Сейчас они мило ворковали, она явно кокетничала.

Отчего-то Салахандера захлестнула волна раздражения, совершенно неуместного. В конце концов, какое ему дело, с кем там она кокетничает, имеет полное право. А его это волновать не должно!

Но почему-то волновало. Сама эта девушка производила на него странное впечатление. Нет, он вряд ли когда-нибудь обратил бы внимание на юную студентку, которая годится ему в дочери. Да-да, если бы в свое время он решил обзавестись семьей, а не сосредоточиться на работе, его дети вполне могли уже поступать в академию…

Только вот воспринимать Жанну как юную студентку не получалось, слишком хорошо он помнил ее портрет, нарисованный королевой: красивая женщина с умными, проницательными глазами, усталой морщинкой у рта и нездешним, колдовским взглядом. И даже сейчас, глядя на эту девушку, он все еще видел ту, с которой – и он вполне мог себе это представить – хотел бы ужинать, вести неторопливые разговоры, а может даже пить темное вино из хрустальных бокалов и… В общем, много чего.

Ведь, по сути, она была его ровесницей.

Ключевое слово здесь – была.

Она сама так и сказала – ее сорок лет остались в прошлом мире, а здесь она семнадцатилетняя девчонка. И с этим следует смириться.

Как и с тем, что вокруг нее вьются молодые красавчики.

Разговора этих двоих он не услышал, да и закончился он довольно быстро. Жанна мурлыкнула что-то нежное, коснулась рукой его плеча и убежала. Ну да скоро начнется пара, любезничать с кавалерами лучше после занятий, вечером после занятий или даже поздно ночью.

Салахандер скрипнул зубами и постарался отбросить эти ненужные мысли. Нужно было заняться делом. Никогда в жизни он не позволял себе отвлекаться от работы на что-то личное, и сейчас не позволит.

В библиотеку он успел вовремя: магистр Теркирет выходил оттуда, устало вытирая пот со лба. Вид у него был измученный.

– Ну как? – коротко спросил дознаватель.

Хотя ответ уже был написан на лице ректора.

– Ничего, – покачал головой тот. – Ментальное воздействие очень высокого уровня. Даже не получилось определить, какого именно. Работа грубая и топорная. Тот, кто это сделал, буквально выкорчевал ее воспоминания. Виртуозом его точно не назовешь…

– Получается, совсем новичок? – уточнил дознаватель.

– Скорее всего. Очень сильный и одаренный новичок. Любой, кто обладает таким ментальным даром, – опасен. Но этот уже показал, на что способен. Ведь старушка лишь чудом не лишилась разума. Кто знает, что еще он сделает.

Например, убьет новорожденного младенца, – мрачно подумал дознаватель.

Дверь библиотеки открылась, на пороге появился главный лекарь, рядом с ним, осторожно опираясь на руку, семенила потерпевшая. Вид у нее был потерянный и совершенно беспомощный. Лицо побледнело, взгляд бессмысленно скользил по сторонам, будто она впервые видела эти стены. Лекарь что-то говорил ей, успокаивая, но старушка, кажется, даже не слышала его слов.

– Доставлю ее в лазарет, пусть пока побудет под наблюдением, – пояснил лекарь.

Магистр Теркирет кивнул.

Все это было плохо, очень плохо.

Еще с утра Салахандер был почти уверен, что магистр Теркирет быстро выяснит, кто виновник, и уже к полудню негодяй будет сидеть напротив дознавателя и отвечать на очень неудобные вопросы. Даже не допускал мысли, что ректор не справится, в конце концов, он самый сильный ментальный маг королевства, кто может с ним тягаться?

Оказалось, для этого преступнику не понадобились знания и опыт, хватило грубой силы.

Что ж, увы, придется действовать по старинке.

Самое обычное расследование по всем правилам. Не впервой.

– Известно хотя бы, что за книги похищены? – дождавшись, пока печальная процессия, состоящая из лекаря и его пациентки, скроется в конце коридора, спросил дознаватель.

Ректор снова покачал головой.

– Она не только отдала ему книги, но и устроила настоящий бардак: в хранилище все перепутано, все не по порядку. А там сотни книг! Чтобы выяснить, что пропало, нужно каждую сверять с картотекой.

– И как быстро это можно сделать? – спросил дознаватель, заранее предполагая, что ответ ему не понравится.

Так и вышло.

– Допустить в это книгохранилище я и раньше мог далеко не каждого. А теперь и вовсе непонятно, кому можно доверять, а кому нельзя. Да и слухи о том, что похищены опасные книги, а виновный не найден, нам сейчас совершенно ни к чему. Это только все осложнит.

– Что ж, надеюсь, мне вы доверяете?

– Разумеется.

– Значит, мне нужен список.

Сотни книг, которые нужно сверить с картотекой… Работы не на один день.

А раз так, следует приступить немедленно.

Дознаватель вошел в библиотеку и начал ритуал поиска. Пальцы привычно выписывали в воздухе точные фигуры магических символов, которые постепенно складывались в светящуюся сеть перед глазами. По идее, каждый, кто входил в библиотеку, оставлял крошечный, едва различимый отпечаток. И при должном упорстве можно было бы из этой паутины выудить нужный след.

Однако уже через несколько минут стало понятно, что это невозможно. В хранилище были только следы самой библиотекарши. А в основном зале…

Воздух перед Салахандером сиял и искрился так, словно в лицо плеснули охапку блесток. Следы были везде – и на полу, и на книгах, и на стульях. Магические отпечатки хаотично смешивались друг с другом, перекрывали, сливались в единое радужное пятно, не оставляя ни малейшего шанса разобрать хоть один индивидуальный след. Даже если он проведет здесь всю ночь, распутать эту кучу было невозможно.

Салахандер мрачно оборвал бесполезный ритуал и попробовал другой. Нарисовал нарисовал на полу сложный контур, аккуратно заполнил его символами, активировал нужную формулу. Этот ритуал позволял отделять следы тех, у кого были не самые честные и добрые намерения.

Результат снова получился похож на предыдущий – огромное мерцающее облако, в котором ничего нельзя разобрать. Он выругался про себя. Нечестные и недобрые намерения – под это определение подходит что угодно, например, списать на экзамене или подложить мышь в сумку одногруппницы.

Что ж, раз он не смог пока найти злодея, следует хотя бы узнать, что ему было нужно. Салахандер спустился в хранилище и начал по одной сверять книги со списками.

Моя внезапная популярность принесла свои плоды. Теперь желающих поболтать со мной во время перерывов между занятиями от буквально не было отбоя. А уж каким потоком лились на меня слухи и сплетни, просто любо-дорого посмотреть.

Правда качество этих сплетен оставляло желать лучшего. В основном речь шла о романах и интрижках. Так я узнала, кто из студенток влюблен в кого из преподавателей, кто из преподавателей ставит высокие оценки, если восхищаться их научными трудами и готовиться к экзаменам по их собственным методичкам. А кто с удовольствием принимает подарки от студентов взамен на благосклонность на экзамене.

Особенно много сплетен и слухов было об Элстоне. Выходило, что он соблазнил и бросил такое количество девушек, что из них можно было бы составить небольшую армию. Ну ладно, не армию, а отряд. Но соберись они вместе, запросто могли бы накостылять этому казанове. Только вот собираться вместе и мстить обидчику они не спешили. Напротив, дулись друг на друга и смотрели волком, искренне считая, что во всем виновата соперница.

Эх, не добралась сюда эмансипация с феминизмом. Хотя, например, на боевом учились в том числе и девушки, так что вроде бы немножко добралась. Кстати, надо сказать, что именно к студенткам с факультета Защиты Элстон проявлял удивительное равнодушие. Что ж, весьма благоразумно, от боевых девчонок может и огненным шаром прилететь. Похоже, не настолько рисковый этот парень.

Разобраться в обилии слухов – задача сама по себе не простая.

Дополнительная сложность была в том, что слухи эти зачастую оказывались не слишком достоверными. Например, историю Фаэля мне пересказывали несколько раз. Таким образом я узнала, что он бессовестно ограбил все лавки. А когда ректор явился исправить учиненное им безобразие, даже попытался на него напасть. Впрочем, ему все это сошло с рук, потому что кто-то из родственников – особа, приближенная к королевской семье, да еще и весьма состоятельная. Так что недоразумение удалось уладить.

Тут было о чем задуматься, потому как эту историю я отлично знала, и даже из первых рук. И сама могла оценить, насколько сплетни далеки от реальности.

В общем, когда занятия закончились, я вернулась в свою комнату, достала чистую тетрадь и начала записывать. Все, что помнила. Закончив с этим, попыталась распределить информацию по категориям в зависимости от источника, предполагаемой степени достоверности, а заодно – потенциальной важности для моего расследования. И кажется, запуталась еще больше.

К тому времени, как на улице стемнело, мозг буквально плавился от полученной информации. И кажется, был готов вот-вот взорваться. А ведь еще предстояло подготовиться к занятиям.

Я спрятала тетрадь в шкафчик и заказала ужин. Фантик встретил эту инициативу с одобрением. Ну да, хозяйка, которая кормит своего чудесного питомца менее пяти-шести раз в день – однозначно нехороший человек и редиска. Но даже у распоследней редиски всегда есть шанс исправиться.

Я уже заканчивала с ужином и прикидывала, за какой из учебников взяться первым, когда посреди комнаты что-то вспыхнуло. Фантик с громким мявом бросился на штору, да и я подскочила с места, прежде чем сообразила, что эта светящаяся штука – не что иное, как портал. Кажется, у меня гости. Только вот вряд ли хорошие и добропорядочные, нормальные люди приходят через дверь. И кстати, предварительно в эту дверь стучатся.

Человек, который вышел из портала, явно не имел отношения ни к приличным, ни к добропорядочным людям. Сэр Салахандер, старший королевский дознаватель и по совместительству мой худший кошмар. Ну по крайней мере, он очень активно борется за это звание.

– А вы не могли прийти как все нормальные люди? Через дверь, например? – раздраженно спросила я, глядя на внезапно возникшего в моей комнате дознавателя. Сердце все еще пыталось выпрыгнуть из груди, а Фантик так и висел на шторе, возмущенно глядя на позднего гостя.

– Нормальным людям, – спокойно ответил дознаватель, – нет необходимости делать, чтобы об их визитах никто не знал.

Что ж, он был прав. Появление дознавателя в моей комнате вряд ли прошло бы незамеченным. А я в очередной раз выставила себя особой импульсивной и недальновидной, что особенно обидно.

Так, стоп. А зачем ему вообще понадобилось ко мне являться? В животе неприятно потянуло.

– Что-то случилось? С Полиной?

– С ее величеством все в порядке. Просто нужна ваша помощь в одном… деликатном вопросе.

Дознавателю понадобилась моя помощь? Вот это да! Неужели меня наконец-то привлекут к настоящему делу! Я уже и не надеялась на это после бесконечных лекций, студенческих вечеринок и глупых сплетен…

– Отлично! – я разом забыла про недавнее раздражение. – Что нужно делать?

– За мной, – коротко ответил он, шагнув обратно в портал. – Там все объясню.

Разумеется, я поспешила за ним, даже не задумываясь. Мы оказались в книжном хранилище. Высокие деревянные стеллажи тянулись вверх почти до потолка, а на них в полном беспорядке громоздились старинные книги – кое-где аккуратными стопками, кое-где бесформенными кучами. Часть книг и вовсе валялась на полу, будто кто-то торопливо что-то искал и не слишком переживал насчет порядка. Если бы не очевидный бардак, здесь было бы вполне атмосферно. Однако в текущем виде библиотека очень напоминала место преступления.

– Где это мы? – спросила я.

Вопрос был не праздным: в библиотеку академии я уже заходила, и интерьер там был совсем другой.

Дознаватель досадливо поморщился, он явно не желал посвящать меня в детали. Но все же процедил.

– В книжном хранилище.

И все на этом. Находится это хранилище в академии или вообще на краю света, он не сообщил и сразу перешел к делу.

– Вот, – он протянул мне стопку исписанных листков. – Проверяйте книги по этому списку и отмечайте те, которые найдете. И ставьте на нужную полку.

Я взглянула на длинный перечень и почувствовала себя Золушкой, которой приказали отделить горох от чечевицы. Неужели именно так и выглядит настоящая помощь в расследовании?

Напротив названий книг уже стояли плюсики. Кажется, я начинаю понимать, что здесь происходит. Дознаватель пытался справиться с этой работой сам, но понял, что ее слишком много, и решил привлечь к ней меня.

Я еще раз оглядела полки. Приблизительно прикинула количество книг, которые уже стояли ровно, сопоставила с плюсиками на списке. На первый взгляд приблизительно одинаково. Ну да, моя версия получала подтверждение. И все же заинтересовали меня не плюсики. Похоже, с самого начала я не ошиблась: это – место преступления.

– Хранилище ограбили? – спросила я.

Дознаватель поморщился.

– С чего вы взяли?

Я пожала плечами.

– Единственный способ выяснить, какие книги украли – это перебрать все, что есть. И к тому же, если бы этот беспорядок не был связан с какой-нибудь кражей или ограблением, вряд ли вы стали бы этим заниматься.

Дознаватель явно не пришел в восторг от моей догадливости. Но все же нехотя ответил:

– Да, книги украли. И нам нужно как можно быстрее выяснить, какие именно. Так что пора уже перейти к делу.

Перейти к делу? Конечно здорово. Да и дело-то не слишком сложное. Хватаешь первую попавшуюся книгу, читаешь название, ищешь это название в длинном списке, ставишь плюсик, книгу ставишь на полку. Казалось бы, проще простого. Если бы, конечно, не количество этих самых книг.

– Но тут же работы до утра! И это в лучшем случае, – робко подала голос я. – А мне бы не мешало поспать перед занятиями, хоть немного.

– Занятий не будет, – сообщил дознаватель. – Весь факультет Справедливости с завтрашнего дня отправляется на практику в разные учреждения королевства. Вы же проходите практику в моем ведомстве.

– А это не будет подозрительно? – решила уточнить я.

– Вовсе нет. После вашей выходки с рефератом я, как человек злой и мстительный, просто обязан был отыграться. Так что, когда практика закончится, можете смело говорить, что я замучил вас тяжелой работой. К тому же это будет чистая правда.

Вот же… несносный тип! И все же я не могла не восхититься: как же он умеет любые обстоятельства обернуть в свою пользу. Ему бы самому податься в крючкотворы, сделал бы отличную карьеру. Впрочем, должность старшего королевского дознавателя – это и есть неплохая карьера.

– И я должна все это сделать одна? – с ужасом спросила я.

Неужели он собирается уйти и оставить меня с этой кучей?

– Разумеется, нет, – усмехнулся дознаватель, перехватывая мой взгляд. – Будем работать вместе. Нужно как можно скорее выяснить, что украли.

Я облегченно выдохнула и потянулась за первой книгой. Пусть работа предстояла и не самая героическая, но это лучше, чем ничего. Оставался только последний вопрос.

– Это как-то связано с нашим расследованием?

– Возможно, – сказал дознаватель и тоже взялся за книгу.

Сортировать книги – не самое веселое занятие, но и не самое трудное. Я быстро втянулась в работу, «плюсики» напротив названий книг росли, да и полки выглядели уже получше. Только вот ведь закон подлости – самые тяжелые из них всегда приходилось ставить именно на верхние полки. Но роптать и жаловаться я не собиралась. Нет, только не при Салахандере! А потому покрепче ухватила очередной фолиант и стала взбираться по приставной лестнице.

Только вот этот оказался уж слишком тяжелым. А я – не слишком ловкой, неудачно потянулась, повернулась… Лестница под ногами покачнулась и вдруг начала и неотвратимо крениться в сторону.

Книга выпала из рук, я взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, но это было бесполезно. Через мгновение я летела вниз, мысленно готовясь ощутить всю твердость библиотечного пола.

Однако вместо ожидаемого удара, я почувствовала, как меня резко, но аккуратно подхватывают сильные руки дознавателя. Он поймал меня так уверенно, будто всю жизнь только тем и занимался, что ловил неуклюжих барышень.

Он удерживал меня в объятиях на несколько мгновений дольше, чем следовало. То ли для того, чтобы убедиться, что я уже крепко стою на ногах, то ли… Уж не знаю, показалось мне или нет, но что-то такое между нами проскочило. То, что принято называть искрой.

Салахандер, наконец, выпустил меня из рук и недовольно проворчал:

– Будьте осторожны. Не хватало еще, чтобы вы свернули себе шею.

«Вот тебе и искра», – усмехнулась я про себя. Впрочем, это и к лучшему. Не хватало мне еще искр с дознавателем. Вроде бы давно уже вышла из того возраста, когда влюбляются в преподавателей, боссов и прочих «значимых взрослых». Или я снова в него вошла? Так сказать, побочный эффект вернувшейся молодости. Да и по большому счету не такой уж он и взрослый, этот дознаватель, максимум мой ровесник. Я подавила желание спросить у Салахандера, сколько ему лет и вернулась к следственной работе. Кто же мог знать, что на поверку она окажется такой скучной. Да и усталость давала о себе знать. Я отчаянно терла глаза, а буквы так и норовили расплыться.

Я уже хотела было молить о пощаде, в конце концов, великим сыщикам тоже нужно иногда спать, и даже продумывала достойный аргумент. У меня, между прочим, кот несколько часов не кормленный, так можно и до конца жизни в редиски загреметь. И все же мужественно держалась. Мне совсем не хотелось показывать дознавателю слабость, раз уж меня по-настоящему привлекли к делу.

Я сдержала зевок и потащила очередную книгу на полку.

– Все, достаточно. Ступайте отдыхать, – объявил вдруг он.

В душе я несказанно обрадовалась этому обстоятельству, но вслух проговорила:

– Вы уверены? Тут же еще так много работы. Может быть, еще хоть немного сделаем?

И с ужасом подумала: а что, если он согласится?

– Сделаем. Утром, когда проснетесь и позавтракаете, сразу идите в библиотеку.

Ага, значит, это хранилище не где-то там на краю земли, а у нас, в академии. Что ж, раз уж мне ничего не рассказывают, приходится собирать информацию по крупицам. Ну что ж, мне не впервой.

Дознаватель снова открыл портал, я сделала ровно один шаг и оказалась в своей комнате. Фантик спал у меня на кровати. При моем появлении приоткрыл один глаз и продолжил дрыхнуть. Видимо, потихоньку привыкает к местным магическим реалиям.

Я сдвинула его в сторону и бухнулась рядом, даже не раздеваясь, до такой степени устала. И неудивительно – за окнами уже брезжил рассвет.

Утром я в точности вспомнила указание дознавателя: проснулась, позавтракала и направилась в библиотеку. Академия выглядела несколько опустевшей. Он и понятно, если целый факультет выгнать на практику. Среди множества мантий не мелькало ни одной серебристо-белой. Неужели дознаватель все это устроил только для того, чтобы я помогла ему разобрать книгохранилище. Что ж, действует он вполне масштабно.

На двери библиотеки, где раньше не было никаких табличек, теперь, наконец, появилась вывеска. На ней здоровенными буквами было написано: «ЗАКРЫТО». Надеюсь, закрыто для всех, кроме меня. Я потянула дверь на себя, и она любезно поддалась.

Библиотека встретила тишиной и пустотой.

– Эй, есть тут кто-нибудь? – крикнула я.

Послышались шаги и из-за стеллажа выглянул дознаватель.

– Долго спите, – буркнул он.

Я хотела было как-нибудь резко ответить, но передумала. У самого дознавателя вид был такой, словно он не спал вовсе.

– А вы просидели тут всю ночь?

Он не удостоил меня ответа, лишь сказал:

– Следуйте за мной.

Последовала. А что еще остается делать, если твое начальство не имеет ни малейшего представления об элементарной вежливости? Мог бы и поздороваться, между прочим.

В глубине библиотеки, за стеллажами, действительно имелась потайная дверь. Мы спустились по темной лестнице – он впереди, я следом, и оказались в том самом хранилище, которое, подозреваю, скоро будет сниться мне в кошмарах. Книг на полках изрядно прибавилось. Похоже, еще одна моя догадка оказалась верной. Так, глядишь, и правда стану великим сыщиком. Вот уж о чем никогда не мечтала.

– Выглядите уставшим, – сообщила я дознавателю. – Вы-то сами поспали хоть немного?

– Успеется, – отмахнулся он. – Сейчас важнее узнать, что это за книги, ради которых кто-то готов грабить библиотеку. Да еще и таким варварским способом.

– Каким таким способом? – быстро ухватилась я за его оговорку.

И снова не получила ответа. Надо же, какой таинственный. И как только я могла предположить, что у меня к нему есть какая-то симпатия. Никакой нет, вообще.

Следующие несколько часов мы провели в молчании. Мне, между прочим, обидно, когда меня игнорируют. Так что теперь я с ним не разговариваю. Еще обиднее было, что он, кажется, этого даже не заметил. Небось наоборот, радовался, что не трещу и не мешаю работать. Если, конечно, сейчас он мог вообще чему-то радоваться. Вид у него был и правда не очень. Настолько не очень, что, поставив на нужную полку очередную книгу, я не выдержала и сама нарушила свой необъявленный бойкот:

– Вы как хотите, а я проголодалась. И кот проголодался. И вы, черт возьми, тоже. Поэтому у нас сейчас перерыв на обед.

Сама удивилась, как категорично и непреклонно это прозвучало.

То ли мой тон подействовал, то ли и правда дознаватель вымотался до предела, но он коротко кивнул:

– Действительно, нужно сделать перерыв.

Открыл портал, и мы снова оказались в моей комнате.

Оба. Вместе.

И возвращаться в портальное марево он не торопился – остался по эту сторону, даже когда сияние окончательно погасло. Бывают же чудеса!

Я почему-то была уверена, что обедать вместе Салахандер не захочет. Отправится в преподавательскую столовую или вовсе во дворец, благо, порталы позволяют не слишком беспокоиться о расстояниях и путь в мою комнату занимает ровно столько же времени, сколько дорога во дворец.

Разумеется, я не стала задавать лишних вопросов. Кто его знает, вдруг передумает и действительно отправится куда-нибудь, где я не смогу проконтролировать, поел он по-человечески или нет. В конце концов, наше расследование, а значит, и благополучие Полины сейчас зависит от него, не хватало еще, чтобы он слег от усталости. Это не в моих интересах.

Я сделала заказ, причем запросила еды столько, что можно было бы накормить еще десяток гостей. Ничего, пусть будет.

Мы вымыли руки, уселись за стол.

– Приятного аппетита, – сказала я. Все-таки надежда обучить Салахандера элементарной вежливости меня не покидала.

– Угу, – буркнул он. Подвинул к себе первую попавшуюся тарелку и принялся за еду.

Надо сказать, моего кота дознаватель очень даже заинтересовал. Возможно, потому что у постороннего человека можно выманить какую-нибудь вкусняшку. Ясное дело, еда со стола куда вкуснее, чем та же самая еда, наложенная в кошачью миску. Фантик прыгнул на колени дознавателю, потерся о него щекой и даже не стал ничего клянчить, свернулся клубочком и заурчал, выказав таким образом полное свое одобрение. В переводе с кошачьего это означало что-то вроде «хороший гость, так и быть, пусть приходит». А я вот, в отличие от Фантика, была в этом совсем не уверена.

Дознаватель быстро прикончил пару порций и откинулся на спинку стула. Я налила чай на травах. Он прикрыл глаза и стал поглаживать кота. Просто идиллия.

Это как же он вымотался!

Я замерла.

Может, уснет? Конечно, сидя на стуле, это сделать не так уж и просто, но все же. Поспать хотя бы несколько минут – это лучше, чем не спать вообще.

Впрочем, несколько минут не прошло.

Дознаватель открыл глаза и проговорил:

– Ну что, готовы?

– Готова, – обреченно вздохнула я.

Робот механический, чтоб ему!

В нормальных местах вообще-то полагается целый час на обеденный перерыв!

Но я все же велела посуде убраться и последовала за дознавателем на нашу совместную каторгу.

А ведь он не обманул. Вернувшись с этой «практики», я совершенно спокойно смогу рассказывать, что надо мной жестоко издевались, завалив работой по самую шею.

Все на свете когда-нибудь кончается. И этот изнурительный книжный марафон не стал исключением. В какой-то момент последняя книга была поставлена на полку, а строчки с названиями обзавелись собственными плюсиками. Но не все. Я с интересом разглядывала листки каталога. Чего же не хватает? Что украли?

Названия книг впечатляли длиной и непонятностью:

«Философские рассуждения о природе дара и о причинах его укрепления или исчезновения»

«Избранные замечания о тонком устройстве ментального тела»

«Сочинение о переходе силы из молчаливой в действующую и об усердии при этом»

«Трактат о приручении избытка и превращении зыбкого в устойчивое»

Больше ничего я увидеть не успела, потому что дознаватель мягко, но уверенно забрал листки из моих рук.

– Ваша помощь была неоценима.

В его тоне отчетливо читалось: помогла – и молодец, а все остальное не твоего ума дело.

Я даже не удивилась. Да и возмущаться не стала. Это же сэр Салахандер, великий и ужасный дознаватель, который знает все обо всех и бережно хранит свои тайны. Стоило ли ожидать от него чего-то другого?

– И что теперь? – спросила я. – Какие будут задания?

– А вам нужны еще задания?

Я пожала плечами.

– Наша вроде как практика длится всего один день, а вы обещали три.

Я сказала это и пришла в ужас от собственных слов. Единственное, что мне сейчас было нужно – это здоровый сон, желательно двадцатичасовой. И уж точно не какие-то там дополнительный задания от дознавателя. Но как-то так с самого начала сложились наши отношения. Что показывать перед ним свою слабость мне никак не хотелось. Наверное, я бы предпочла свалиться во обморок от усталости, чем сказать, что его задания меня окончательно вымотали.

– Что ж, похвальное рвение, – усмехнулся дознаватель. – Тогда у меня для вас будет еще одно задание. Собирайте необходимые вещи, вашего зверя и будьте готовы через полчаса.

– А что это будет? – робко поинтересовалась я.

– Увидите.

Сэр Салахандер как обычно не стал утруждать себя ответами на мои вопросы.

Проклиная себя последними словами, поплелась в свою комнату. Сунула кота в переноску, бросила в сумку пару платьев и смен белья и без сил упала на кровать, робко надеясь, что Салахандер где-нибудь задержится. Ну хоть на полчасика, ну пожалуйста!

Едва я успела задремать, в дверь уже стучали.

– Готовы? Пойдемте.

Я бодренько вскочила с кровати, подхватила в одну руку чемодан, в другую – переноску с котом, всем своим видом изъявляя готовность последовать куда угодно и столкнуться с любыми трудностями. То ли моя актерская игра оставляла желать лучшего, то ли еще что, но дознаватель лишь усмехнулся в ответ на мои старания.

Очередной портал привел нас в королевский дворец. Я удивленно посмотрела на своего босса.

– А какие у меня здесь могут быть задания?

– Задания два, – строго сказал дознаватель, и я мысленно застонала. Целых два. Уверена: мне и одного хватит, чтобы упахаться вусмерть.

– Слушаю внимательно, – преувеличенно бодро сказала я.

– Во-первых, хорошенечко выспаться в отведенных вам апартаментах. А во-вторых, когда проснетесь – составить компанию ее величеству. Вы ведь когда-то были очень близки? А ей сейчас не помешает хороший друг.

Я бросила на дознавателя недоверчивый взгляд. Неужели он это серьезно? Что же такое случилось с этой ходячей глыбой льда, что он решил проявить человеческое отношение?

– Ну, чего ждем? – недовольно спросил он. – Приступайте.

И я приступила. С комфортом расположилась в выделенных апартаментах, покормила кота, наскоро приняла ванну и рухнула в кровать почти без сил. А проснувшись утром, поспешила выполнить вторую часть своей важной миссии.

Мы встретились в королевском саду. Неспешно бродили по извилистым дорожкам, я невольно любовалась буйством зелени и ярких цветов вокруг. Пышные кусты роз и георгины, живописные клумбы, увитые тончайшим плющом беседки – вся эта красота лишь острее подчеркивала, как устала и измучена королева. На фоне цветущего сада Полина казалась особенно бледной и хрупкой. Темные круги под глазами, осунувшееся лицо, грустная улыбка – Полина действительно нуждалась в поддержке.

В прошлый раз мы толком не успели поговорить, а теперь для этого как раз было время. Она рассказала мне о том, как сложилась ее жизнь в новом мире, учеба в академии магии, о том, как познакомилась с королем, как спасала его от темного мага, как все это переросло во что-то большее, чем просто дружба и взаимопомощь. Я слушала и удивлялась:

– Ничего себе! Сколько всего на тебя тогда свалилось!

– Ерунда, – улыбнулась она. – Самое трудное началось потом, когда пришлось изучать придворный этикет, законы и прочую тоску. Сражаться с темными магами куда веселее!

Только вот веселья в ее голосе не было ни капли. Оно и понятно. Теперь, рядом с Полиной, я понимала, что старалась недостаточно: вечеринки, сплетни, учебники – все это никак не приближало меня к разгадке. Да и дознаватель, прямо скажем, не слишком преуспел…

«Тот, кого ты ищешь, рядом…»

Эти слова не шли из головы.

«Не замечаешь очевидного».

Что же такого очевидного я могу не замечать? И кто со мной рядом?

Я стала перебирать всех, с кем успела познакомиться в академии.

А вдруг это Талисия? Она-то уж точно совсем рядом – спит за стенкой. Легкомысленная девчушка, которая болтает без умолку… Может ли быть такое, что она задумала такое злодейство? На первый взгляд вроде бы и нет. Но внешняя простота и непосредственность – это еще не гарантия отсутствия злых помыслов.

Может быть, она только играет роль, а на самом деле представляет из себя нечто совершенно иное. Хм, а ведь она с огромным энтузиазмом говорила о королеве, с радостью поддерживала любой разговор о ней. С одной стороны, это вполне понятно: кому-то из академии удалось выйти замуж за короля, и история у них и правда вышла весьма романтичная.

Но не выходит ли ее интерес за рамки простого любопытства? Кто сказал, что в магическом мире не может быть сталкеров? Он на то и магический, что здесь может быть все, что угодно.

Только вот Талисия учится на целительском, а наш преступник – нет. С другой стороны, она сама говорила, что без ума от парней с факультета Справедливости. Может, кто-то из них вскружил девчонке голову, чтобы использовать в своих целях? И действительно оказался ближе, чем я думаю, хоть и не знакома с ним.

Нет, конечно, шансов на то, что Талисия как-то в этом замешана не очень много. И все же совсем сбрасывать ее со счетов нельзя. Как только вернусь в академию, нужно будет ее аккуратно порасспрашивать…

Ладно, оставим пока в покое Талисию. Кто это может быть еще?

Например, Фаэль. Тут условие «ближе, чем ты думаешь» выполняется полностью. Мы с ним, между прочим, сидим за одной партой. Откровенно говоря, подозревать его мне совершенно не хотелось, в конце концов, он несколько раз меня буквально спасал и всегда был на моей стороне… Только и вычеркивать его из списка подозреваемых нельзя.

Кто же еще «ближе, чем я думаю»?

Следующая мысль заставила меня похолодеть.

Дознаватель. Сэр Салахандер. Вот уж с кем я сталкиваюсь чаще, чем с другими. Может ли быть такое, что он и есть тот, кого мы ищем?

На первый взгляд эта мысль казалась совсем безумной. Он ведет расследование. Да он меньше всех заинтересован в том, чтобы найти злоумышленника. С другой стороны, разве редки случаи, когда страж порядка сам же во всем виноват? Даже шутка такая есть: во время расследования главное не выйти на самих себя. И чем меньше мне нравится такой вариант, тем серьезнее следует его рассматривать.

Доводов против этой версии у меня хватало. Например, во сне Полина четко видела эмблему академии и серебристо-белой мантии. И по идее, это должно сразу снимать с дознавателя все подозрения. В конце концов, его студенческие годы уже давно миновали. С другой стороны, кто сказал, что вещий сон следует трактовать буквально, вполне может статься, что это был просто образ. Сэр Салахандер, раз уж стал дознавателем, в свое время явно учился на факультете справедливости, и очень может быть что все в той же Пятой королевской академии. И еще кое-что говорило в пользу этой версии: раскладывая карты, Полина четко сказала: «Ты его найдешь». Именно я, а не дознаватель, у которого, прямо скажем, куда больше опыта и знаний. Так почему же найду именно я? Не потому ли, что сам он совершенно не заинтересован в том, чтобы эти поиски увенчались успехом?

Сердце заныло. Нет, ерунда, это не он. Это ну никак не может быть он! Интересно, что это было: сыщицкое чутье, которое с учетом показаний распределительного шара у меня все же должно быть, или результат дурацкой девичьей влюбленности? Которую тоже никак нельзя сбрасывать со счетов.

Под утро, видимо, устав мучаться сомнениями, я наконец-то уснула. Но казалось, лишь только прикрыла глаза, меня уже разбудили сообщением, что сэр Салахандер ждет меня, чтобы отправить в академию. Перед этой нашей встречей я изрядно нервничала. Все-таки он опытный следователь, а вдруг сразу поймет, что теперь я подозреваю и его тоже. Это было бы плохо в любом случае. Если он действительно как-то причастен, я окажусь в опасности. А если нет – еще хуже, такие подозрения просто оскорбительны.

Я собрала вещи, усадила в переноску кота и вышла из комнаты, дав себе слово везти себя как можно непринужденнее, словно никаких мыслей о его виновности у меня в голове и не было.

Дознаватель был все так же хмур и сосредоточен. И немногословен. «Доброе утро! Хорошо, что вы уже готовы, пора возвращаться в академию», – вот и все, что он мне сказал, прежде чем направиться по коридору к месту, где открывается портал. Хорошо еще, что в королевском дворце нельзя открывать порталы где попало, иначе наш разговор бы и вовсе не состоялся.

Только меня его «Доброе утро, идем отсюда» совершенно не устраивало! Слишком уж много накопилось вопросов, ответы на которые мне были совершенно необходимы!

– Скажите, для чего вы отправили весь факультет на практику? Сначала я думала, что это из-за меня…

Салахандер окинул меня таким изумленным взглядом, что мне стало неловко. Ну да, прозвучало весьма самонадеянно. Похоже я несколько преувеличила важность своей персоны.

– …Ну чтобы никто не заметил, что я помогаю вам в хранилище, – поправилась я, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимость. – Но ведь не только поэтому?

– Не только, – согласился дознаватель.

И замолчал, видимо, посчитав, что дал исчерпывающий ответ. Я уже была готова зарычать.

– Об этом я и спрашиваю. Для чего?

– Вот и плохо, что спрашиваете. Потому что ответ совершенно очевиден.

Нет, ну разве есть в мире – этом или каком-нибудь другом – более невыносимый человек! Мне вот ничего тут не казалось очевидным! И все же я задумалась. Книги пропали. Мы выяснили, какие именно. Что дальше? Ответ нашелся довольно быстро, и действительно был вполне очевидным.

– Ну и как, вы нашли что-то в комнатах студентов?

Конечно, было бы куда эффектнее, если бы я задала этот вопрос сразу после его «Доброе утро!», но и так тоже неплохо.

– Увы нет. Я не особо надеялся на то, что наш преступник окажется настолько глуп, чтобы хранить похищенное у себя в комнате. Но проверить следовало.

– А теперь вы будете искать книги по всей академии?

– Нет. Замок огромный. На эти поиски могут уйти годы, а у нас не так много времени.

Что ж, по крайней мере, с этим все понятно. Но у меня оставались и другие вопросы.

– Ее величество вам гадала. Что она сказала?

Он нахмурился.

– Ничего особо ценного.

Такая скрытность меня насторожила. Впрочем, может и напрасно. Он ведь и раньше неохотно делился со мной обстоятельствами дела. И вовсе не потому, что хотел от меня что-то скрыть, просто не воспринимал всерьез.

– А вот мне сказала, – с вызовом проговорила я, – что, скорее всего, именно я его и найду. Вам не кажется, что в этих обстоятельствах имеет смысл поделиться со мной деталями?

Дознаватель скрипнул зубами.

– В этих обстоятельствах я считаю нужным отстранить вас от расследования.

– Что? – с возмущением воскликнула я. – Как это отстранить?

– Обыкновенно. Больше вы в это не лезете.

– Но почему?!

– Потому что это опасно. Тот, с кем мы имеем дело, крайне опасен. И если вы действительно его найдете, боюсь, это плохо закончится именно для вас.

Ну и? Как мне теперь все это понимать? Он действительно так обо мне заботится, или моя догадка верна, и он просто не хочет, чтобы злоумышленник был найден?

А дознаватель продолжал раздавать распоряжения.

– Если вы действительно уже успели познакомиться и даже сблизиться с будущим убийцей, я его найду. Напишите подробный список, с кем и о чем вы говорили в последнее время. И это будет достаточной помощью следствию.

Что ж, это задание было не из числа сложных. И даже подробный список уже был составлен. Не слишком надеясь на свою память, я уже переписала в тетрадку, что и от кого слышала.

– Как скажете, – я с деланным равнодушием пожала плечами. – Если вы считаете, что мне действительно не следует лезть в это дело, что ж, вы старше и опытнее. Мне остается только согласиться.

Дознаватель удивленно вскинул бровь, видимо не ожидал от меня такой покладистости. В общем, правильно не ожидал: бросать расследование я не собиралась.

– И все же вы обязаны сказать мне, что вы узнали от Полины. Вдруг это что-то важное для моей безопасности?

Дознаватель какое-то время буравил меня строгим, недоверчивым взглядом. Я этот взгляд выдержала, хоть было нелегко. И наконец он сдался.

– Я же сказал, ничего особенного, – он вздохнул. – Хранилище ограбил тот самый человек, кого мы ищем. Впрочем, в этом я был уверен и без всякого гадания.

– Понятно, – кивнула я.

Мы уже подходили к порталу. Он маячил в нескольких метрах впереди. И я судорожно соображала, о чем еще можно спросить. Очевидно же, как только мы окажемся на территории академии, возможности задавать вопросы дознавателю у меня уже не будет.

– А где вы учились?

Дознаватель резко остановился.

– И зачем это вам? – он смотрел на меня сквозь прищур.

– Просто любопытно… К тому же вы сделали отличную карьеру, вот мне и интересно. Может, и мне стоит перевестись в вашу альма-матер?

Эта на ходу выдуманная причина даже мне не казалась убедительной, а уж дознавателю и вовсе сразу станет ясно, что глупость несусветная! Однако он не стал сверлить меня недоверчивым взглядом, а просто ответил.

– Вы и не смогли бы перевестись в другое учебное заведение. Все иномиряне учатся только здесь – в Пятой королевской академии. Впрочем, и необходимости в этом нет. Я тоже учился там, на факультете Справедливости.

Сердце гулко стукнулось о грудную клетку. Лучше бы он учился где-то в другом месте!

Мы остановились у портала. Время для вопросов закончилось. Я уже собиралась шагнуть в сияющее марево, но дознаватель меня остановил:

– Дайте вашу левую руку.

– Зачем? – не поняла я.

– Затем, что нужно, – хмуро сказал он.

«Неужели собирается делать предложение?» – промелькнула в голове совершенно глупая мысль.

– Как только вернетесь, составьте подробный список ваших контактов. Принесите его в кабинет. И не затягивайте!

С этими словами дознаватель шагнул в портал. Я вздохнула и последовала за ним.

Вернувшись в комнату, я раздумывала, как бы это так осторожно заговорить с Талисией на интересующую меня тему. Однако ничего придумывать не пришлось. Она сама влетела в мою комнату, вид у нее был восторженный и даже немного ошалелый.

– Это правда, что ты на практике была во дворце?

Я замешкалась с ответом. Все, что касается расследования, это тайна. А вот мой визит во дворец… Впрочем, что это я: раз Талисии все известно, значит, не такая уж это тайна.

Я кивнула:

– Именно там.

Талисия от восторга даже захлопала в ладоши.

– Ну же, расскажи, как там?

– Ну-у… Все красивое, статуи, картины, гобелены… Колонны, лепнина на потолке. В общем, впечатляет.

– Надо же, красотища какая! – ахнула Талисия.

Я недоверчиво на нее покосилась. Мое описание дворца вышло более чем скудным. Чтобы заключить из этого, что там имеется какая-то там «красотища», нужно обладать незаурядным воображением.

– А королеву, королеву ты видела? – продолжала расспрашивать она, почти подпрыгивая от нетерпения.

Отлично, она сама повернула разговор в нужную мне сторону. Такое горячий интерес к венценосной особе все-таки довольно подозрителен. С другой стороны, Талисия так открыто и непосредственно его выражает, что трудно поверить, будто за этим стоит какой-то злой умысел.

Я рассмеялась

– Шутишь, что ли? Может, думаешь, что меня и на бал какой-нибудь позвали?

– А почему бы и нет? Кое-кого из ваших приглашали, все знают. Так что, во дворце действительно был бал?

– Да откуда мне знать? – пожала плечами я. – Я все это время провела в архиве, разбирала дурацкие бумажки. Меня же Салахандер забрал на практику. Неужели ты думаешь, что он позволил бы мне бродить по дворцовым коридорам?

– Не позволил? – разочарованно протянула Талисия.

– Конечно. Загрузил бесполезной работой, я едва поесть успевала – и опять к бумажкам. Век бы их не видеть!

Правды в этих словах было примерно ноль, но в данном случае конспирация – наше все.

– Ну да, Салахандер – он такой, – вздохнула Талисия.

– Какой? – быстро спросила я.

– Ужасный! – она понизила голос: – Говорят, у него есть жуткий подвал, где он хранит всякое страшное.

Я насторожилась.

– Что например?

Талисия склонилась еще ближе и совсем уже шепотом произнесла:

– Черепа своих врагов.

Я поперхнулась воздухом. Вот уж неожиданно!

– И много у него врагов?

– Живых? Думаю, немного, – уверенно ответила Талисия и, снова понизив голос, прошептала: – А вот черепов наверняка целая куча.

Я почему-то с легкостью представила эту кучу. Наверное, потому что когда-то видела похожую на картине в Третьяковке. И все же задумалась: может ли что-то подобное быть у дознавателя? Впрочем эти размышления не помешали мне сделать круглые глаза и изумленно воскликнуть:

– Да ты что!

Зерна моего любопытства упали на благодатную почву. Через несколько минут я выяснила, что наш дознаватель никогда не спит – эту способность он тренировал годами; умеет становиться невидимым, чтобы подслушивать разговоры; когда-то поймал вражеское проклятие и теперь совершенно не способен улыбаться;

Думаю, список «жутких тайн» Салахандера мог быть бесконечным и все остальные оказались бы не менее нелепыми. Пришлось напомнить себе, что вообще-то я сейчас не его расследую, а Талисию, вот и нечего отвлекаться!

– А что у тебя с тем парнем, с вечеринки? Который красавчик. Получилось познакомиться? – сменила тему я.

– Получилось, – Талисия почему-то вздохнула.

Так-так-так, а это уже интересно!

– И что? – спросила я с неподдельным любопытством.

– …И ничего! Это он только на вид красавчик и интересный…

Талисия нахмурилась и замолчала.

– Тогда как на самом деле… – подбодрила ее я.

Следовало побольше узнать об этом парне.

– …ужасный зануда! – фыркнула она. – Всю дорогу только об истории законодательства и говорил. Он сейчас курсовую по ней пишет.

– Ну а ты бы сменила тему.

– Ага, сменишь тут, как же! Я у него спрашиваю: какая музыка тебе нравится? А он глазами хлопает. «Музыка? А разве есть какая-то разница? По мне так самая одинаковая. Так вот, представляешь, Закон о безопасном применении артефактов ввели всего-то пятьдесят лет назад. А основные поправки к нему всего-то лет двадцать. А кажется, что они действуют уже целю вечность».

Я рассмеялась.

– Ничего смешного – нахмурилась Талисия. – Я от него чуть отделалась! Стала потом тебя искать, но ты уже убежала. Явно твой красавчик был не такой занудный, – она лукаво подмигнула.

А я тут же вспомнила, куда и зачем исчезла со своим «красавчиком», и кажется, покраснела. Это не укрылось от Талисии, и она строго сказала:

– Знаешь, что… Не стоит тебе с ним связываться. У него не очень хорошая репутация, особенно в том, что касается девушек.

Ну как раз это не было до меня новостью.

– Да я и не собиралась, – заверила я Талисию.

Она с облегчением вздохнула.

– Ну и отлично!

На самом деле это было неправдой. Из списка подозреваемых я Элстона не исключила, а значит, общаться с ним все-таки придется. Хоть и совсем не хочется. Я вспомнила злобный взгляд, которым он окинул меня в нашу последнюю встречу, и поежилась. Неприятный тип и классический злодей! В отличие от той же Талисии или Фаэля, касаемо этого парня у меня не было никаких сомнений: такой запросто может сделать любую гадость и подлость, если ему это зачем-нибудь понадобится.

Только вот к числу тех, кто со мной рядом, тех, кто мне близок, он никак не относился. Жаль. Я бы предпочла, чтобы нашим преступником оказался именно он, а не кто-то, кто мне симпатичен.

– Ну вот и славно, – с облегчением выдохнула Талисия. – Если искать себе парня на вашем факультете, лучше уж мой зануда, чем этот.

– Полностью согласна, – искренне подтвердила я.

– Ой! – Талисия бросила взгляд на часы. – Что-то я разболталась, а уже поздно. Три дня в архиве! Представляю, как ты устала. Завтра с утра начнется учеба, я тут не даю тебе отдохнуть. Спокойной ночи.

Раньше, чем я успела что-то на это ответить, она исчезла за дверями комнаты. Эта ее неожиданная забота заставила меня покраснеть. В конце концов, в последние пару дней я в основном отсыпалась, играла с котом, гуляла по королевскому саду и дегустировала всевозможные вкусняхи.

Оставшись в комнате в одиночестве, я достала тетрадь со сплетнями, и не без злорадства сделала еще одну запись, где подробно перечислила все то, что мне поведала соседка. С особым наслаждением я выписывала ту самую, про гору черепов в подвале. Пусть этот тип знает, что о нем говорят!

Покончив с записями, я с чувством выполненного долга отправилась спать. Погасила

– Пойдем-ка попьем чаю и спокойно поговорим, – магистр-байкер, в отличие от дознавателя, считал нормальным объяснять свои поступки.

– Но у меня сейчас начнется занятие, – робко пискнула я.

– Ерунда, с твоим преподавателем я договорюсь, – отмахнулся он.

– Но вы же даже не знаете, какой у меня урок и кто преподаватель…

Магистр развернулся и посмотрел на меня удивленно.

– А какая разница? Я с любым договорюсь.

Я еще раз окинула его с ног до головы, оценила суровый внешний вид и мысленно согласилась. Да, пожалуй, этот договорится с кем угодно. Я бы, например, не стала спорить.

Вскоре мы остановились возле уже знакомой двери с табличкой «Магистр Хорвирет, декан факультета созидания». Я несколько раз повторила имя про себя. Все-таки неловко называть старого знакомого «дорогой магистр» или придумывать какие-то еще хитрые формулировки.

Белобрысый секретарь, который в прошлый раз очень неприветливо меня встретил, при нашем появлении подскочил так резво, что я даже испугалась, не ушибется ли обо что-нибудь. Все-таки присутствие босса действовало на него благотворно, во всяком случае, на его двигательную активность так точно.

– Списки подготовил, отчет для ректора – тоже, – отрапортовал он.

– Потом, успеется, – отмахнулся Хорвирет. Да-да, именно так его и зовут. – А пока организуй-ка нам чаю.

И с этими словами он уволок меня в свой кабинет, оставив секретаря в весьма перепуганном состоянии. Ага, узнал меня, засранец, и теперь боится, что я расскажу его боссу, как неприветливо меня тут приняли. А ведь я из вредности могу еще нажаловаться, что он лентяйничает на рабочем месте!

Разумеется, ничего из этого я делать не собиралась.

– Ну и напугала ты нас, – грохотал магистр, усаживая меня в кресло и сгребая бумаги со стола. – В портал вошла, а из портала не вышла. Мы не знали куда бежать, где искать. А уж как ее величество переживала… – он наклонился ко мне и понизил голос, – а ей сейчас, сама понимаешь, волноваться никак нельзя.

– Но ведь все хорошо закончилось, – улыбнулась я.

– Да вроде неплохо. Когда мне сказали, что ты сама по себе появилась в академии, будто гора с плеч упала. Ну так рассказывай, как устроилась, не обижает ли кто… Ты, если что, сразу мне говори. Уж я им!..

Я едва сдержала нервный смешок. Только такого заступничества мне не хватало. Тогда от меня и вовсе все шарахаться начнут, а это в мои планы никак не входило. Что бы там ни говорил дознаватель, как бы ни запрещал, а бросать свое расследование я не собиралась.

– Как же тебя угораздило на факультет к законникам попасть? Ее величество вроде как говорила: «Прорицательницу ко мне доставь, лучшую в мире».

И снова воспоминания о картах, мерцании свечей заставило сердце дрогнуть. Очень уж я скучала по этому всему. И все же натянула на лицо улыбку и пожала плечами.

– Мы предполагаем, а распределительный шар располагает.

В кабинет вошел секретарь с подносом. Расставил чашки, чайник, корзиночки с печеньем, попутно бросая на меня умоляющие взгляды. Неужели и вправду думает, что я начну ябедничать? Делать мне больше нечего.

Дождавшись, пока он уйдет, я спросила у магистра Хорвирета:

– Вы ведь декан Факультета созидания.

– Ну вроде как с утра был, – усмехнулся он.

– Значит, специалист по артефактам…

– Вроде того. И, прямо скажем, не последний в королевстве!

В этом я как раз не сомневалась, кого попало деканом не назначат.

– А мне как раз нужна консультация, экспертное мнение. По вашему профилю.

– Ну раз нужна, то почему бы не проконсультировать, – он явно был доволен моей просьбой.

Я задрала рукав мантии и показала подаренный дознавателем браслет.

Салахандер

– Пока занимаюсь скучной рутиной, как только разберусь с этим и понадобится ваш острый ум – сразу же обращусь.

Такой ответ вполне удовлетворил Вирастольфа, он наконец отпустил Салахандера и отправился по своим делам.

Сидеть на подоконнике пришлось долго. Дознаватель, которого я раньше с легкостью заставала в кабинете всякий раз, когда в этом возникала необходимость, совершенно не спешил появляться. С одной стороны, это можно было понять: я выдала ему такую кучу своих контактов, что их проверка уж точно требовала времени. А с другой, было чертовски досадно, ведь с огромной вероятностью я нашла нашего преступника. И что бы наш легендарный сыщик сейчас ни делал, он точно делает не то.

Уж не знаю, сколько часов я ждала. За это время успела прочитать несколько параграфов, выполнить письменное задание и даже проголодаться. Но уйти со своего поста не могла. Ясно же, что по закону подлости дознаватель явится сразу же, как только я уйду. А потом еще и уйдет раньше, чем я успею вернуться. А этого никак нельзя допустить. Так что я вознамерилась торчать у его кабинета хоть час, хоть два, хоть целую вечность.

Стоило мне принять это решение, как в коридоре послышались шаги. Я быстро спрыгнула с подоконника. Кабинет дознавателя хоть и расположен в жилом крыле, чтобы ему было удобнее присматривать за студентами, но все же находится чуть на отшибе. Сюда мало кто забредает просто так. Но когда шаги приблизились, из-за поворота вывернул вовсе не сэр Салахандер, а кто-то менее приятный. Элстон! Вот уж с кем встречаться в пустынном коридоре мне не хотелось.

Впрочем, Элстон явно не горел жаждой расправы. Увидев меня, он обрадовался. Подошел ближе, одарил сальной улыбочкой.

– Надо же, какие красотки у нас тут сидят! И что характерно, в полном одиночестве. И что же ты тут делаешь?

Разговор как-то уж очень быстро свернул в опасную сторону. Вовсе не зачем нахальному красавчику знать, что я тут делаю. Я придала физиономии самый невозмутимый вид и указала на учебник, который, к счастью, все еще держала в руках.

– Вот, пришла позаниматься в спокойной обстановке.

– А в комнате у тебя что, неспокойно? – он насмешливо приподнял бровь.

– Да ужас просто. Соседка трещит без умолку. То ей посплетничать надо, то вопросы дурацкие задает.

Я притворно вздохнула.

– Так что, – я развела руками, – если ты не против, буду заниматься дальше.

Я себя даже похвалила: объяснение выглядело вполне логичным. А заодно удалось намекнуть Элстону, что продолжать беседу у меня нет никакой возможности. Да еще и обставить все так, чтобы не задеть его хрупкое самолюбие. Ссориться с ним сейчас было совсем не время.

Но он почему-то не уходил. Пристально посмотрел мне в глаза и каким-то по-дурацки заунывным голосом произнес:

– Уроки подождут. А сейчас ты пойдешь со мной в мою комнату.

Я вскинула на него изумленный взгляд. Вот это заявление! Впрочем, я ведь сама в нашу прошлую встречу сказала ему, что для меня он чересчур домашний. Вот парень и старается, изо всех сил строит из себя крутого мачо. Видимо, по его мнению, крутые мачо ведут себя именно так. Зачем тратить время на всякие глупости вроде ухаживаний. Подошел, сказал «пошли» и я прям побежала за ним.

Я рассмеялась.

– Заманчивое предложение, конечно, но я, пожалуй, откажусь.

Теперь уже он посмотрел на меня удивленно. Боже, да этот тип еще более напыщенный и самодовольный, чем я себе представляла. Неужели и правда думает, что любая пойдет с ним после такого «милого» приглашения?

Он словно бы и не услышал, что я сказала. Уставился на меня так, будто хотел просверлить глазами, и медленно, с паузами, проговорил:

– Ты. Сейчас. Пойдешь. Со мной.

О боже! Ну разве можно быть таким идиотом! Это уже даже не смешно.

Я тоже уставилась ему в глаза и тем же тоном сказала:

– Я. Сейчас. С тобой. Никуда. Не пойду. – А после уже нормальным голосом добавила: – Отстань и займись какими-нибудь своими делами.

– Пойдем, я сказал! – рявкнул он и рванул меня за руку так, что я слетела с подоконника.

Да он что, вообще рехнулся?

– Отвали!

Я изо всех сил его оттолкнула. Вообще-то шансов на успех у меня было немного. Ясное дело, этот парень гораздо выше меня и намного шире в плечах. Да и весовые категории у нас разные.

– Тогда зачем?

– Нужно, чтобы ты кое-что забыла. По крайней мере, события этого дня. Ты увидела кое-что лишнее. А я никак не могу себе позволить, чтобы о моих планах узнали. Пока что не могу.

– Ментальная магия… – проговорила я тихо.

Значит, не зря дознаватель украсил меня этим браслетом. Он действительно уже понял, с кем мы имеем дело. Только одного не учел – от магии артефакт может защитить, а вот от банального удара по голове – нет.

– Именно. Советую тебе вести себя спокойно и не дергаться, иначе я могу немного перестараться, и ты забудешь даже собственное имя. А оно у тебя красивое, леди Жанна. Будет ужасно жаль.

Он уселся напротив меня, прямо на пол, не слишком беспокоясь о чистоте своей серебристо-белой мантии. Выглядел он как человек, который предельно сосредоточен на предстоящей работе и не слишком-то беспокоится о всяких мелочах. Это могло бы даже вызывать уважение, если бы его работой не было сделать болтушку из моих мозгов. Но в мои планы это точно не входило.

– Погоди, – сказала я. – Раз уж я все равно все забуду, объясни, по крайней мере, зачем ты все это делаешь?

– Что «это»?

Он вперил в меня недоверчивый взгляд. Мне вовсе не хотелось дать ему понять, что я знаю что-то еще, так что спросила об очевидном.

– Ну, книги вот похитил из хранилища…

О предполагаемом убийстве младенца я решила промолчать. Не хватало еще, чтобы именно я и подбросила ему эту идею.

– Ради магии, конечно. Что еще в этом мире может стоить любых жертв, только сила.

– Ты говоришь о ментальной магии?

– Разумеется, – ухмыльнулся он. – Вся остальная ничего не стоит, детские игрушки. Впрочем, тому, у кого есть сильный ментальный дар, остальные особенно и не нужны. Зачем пять лет торчать на боевом факультете, изучать заклинания, тренироваться, если можно просто подчинить себе несколько боевиков, которые выполнят любой твой приказ?

– Так уж и любой! – повела плечами я. – Насколько мне известно, заставить человека сделать то, что он не согласился бы сделать даже под страхом смерти, невозможно.

Он ухмыльнулся.

– Многие так думают. И это хорошо, пусть и дальше продолжают пребывать в этом заблуждении. На самом деле все обстоит несколько иначе. Да, пока что даже сильные ментальные маги на это не способны. Конечно, существует определенная грань, но, если по-настоящему развить свой дар, сделать его абсолютным, все эти границы рушатся. Тот, кто сделает это, станет всесильным. По-настоящему всесильным, понимаешь?

Я вдруг очень хорошо себе это представила. Ментальное воздействие такой силы, что противостоять ему никто не может. Страшно даже подумать, что способен натворить человек, обладающий такой властью.

– И… тебе это удалось? – с ужасом спросила я.

– Пока нет. – Фанатичный огонь, который только что горел в его глазах, разом погас. – Я уже неплохо продвинулся, но для того, чтобы войти в полную силу, нужно совершить еще один ритуал.

– Принести в жертву младенца? – хмыкнула я.

И тут же похолодела. А ведь очень похоже, что так оно и есть.

– Если бы, – зло выплюнул он. – Этих младенцев кругом как собак нерезаных. Но увы, как я выяснил, проштудировав кое-какие книги, для ритуала годится только младенец из королевской семьи. Так что придется на какое-то время затаиться и ждать, когда же у королевской четы появится наследник.

В мрачном подвале и без того было холодно, но после этих его слов я буквально заледенела. Наследник у королевской четы появится очень скоро…

Элстон вдруг улыбнулся.

– Так что, сама понимаешь – люди, которые слишком много знают, мне сейчас ни к чему. Поэтому, пожалуй, приступим.

Он устроился поудобнее и ухватил мои руки в свои. Я попыталась выдернуть ладони из захвата, но он пригвоздил меня к месту взглядом.

– Сказал же, не дергайся! Будешь мешать, останешься без воспоминаний вообще.

Вот это вряд ли. Судя по тому, что сказал магистр Хорвирет, браслет отлично защитит меня от любого ментального воздействия. Это, конечно, здорово, но есть один маленький нюанс…

Сейчас Элстон чувствует себя хозяином положения. Вон как раздухарился, делится со мной своими жуткими планами. И его можно понять: такую работу проделал, а похвастаться не перед кем. И я как раз – очень удобная кандидатура, все равно же память стирать придется. А вот что будет, когда он поймет, что сделать это не получится? Живой меня отсюда выпускать нельзя. Собственно, с самого начала не стоило, а уж после того, как разоткровенничался – тем более. Конечно, убивать ему не хочется, слишком уж это хлопотно, возись потом с трупом. Пусть даже в подвале мои останки никто не найдет, все равно из-за исчезновения студентки в академии начнется настоящий переполох. А ему это совершенно некстати, сам же говорил, что собирается затаиться и ждать. И все же, как только он поймет, что другого выхода нет, можно не сомневаться: убьет меня без всяких сожалений.

– И тебе не жалко? – спросила я.

– В смысле? – не понял он.

– Ну… младенца, которого ты собираешься убить.

Он задумался.

– Жалко, наверное.

– Тогда, может, не стоит этого делать? – осторожно предположила я.

Он хмыкнул.

– К сожалению, в описании ритуала сказано, что стоит. Не я это придумал.

Он снова сжал мои руки. А вот мне нужно было тянуть время. Уж не знаю, на что я надеялась. На то, что дознаватель все-таки найдет меня? Так это вряд ли, в последние дни он явно меня избегал. Похоже, сцена в кабинете произвела на него неизгладимое впечатление. И все же робкая надежда на то, что он, наконец, обнаружит мое отсутствие, оставалась.

– Глупая затея, ничего у тебя не получится, – равнодушно сказала я.

– Это еще почему? – нахмурился он.

– Попасть в королевский дворец трудно, всех подряд туда не приглашают. Да и если попадешь, кто тебя допустит к младенцу? Уж поверь мне, охранять его будут как следует.

Он усмехнулся.

– Я, конечно, пока еще не всесилен, но кое-что умею, – самодовольно сказал он.

И я перевела дух. Похоже, его желание хвастаться все еще сильнее, чем желание начать стирать мне память.

– Как ты думаешь, почему мы здесь?

– Потому что ты огрел меня чем-то по голове и притащил сюда? – предположила я.

Он отмахнулся.

– Да нет же. Почему мне удалось вообще попасть в подвал? Когда-то это было людное местечко, сюда даже студентов отправляли в качестве наказания. Но потом подвал наглухо закрыли, все входы заговорены так, что никому эту защиту не пробить.

– Ну и как же ты пробрался?

– Очень просто. Кое у кого есть ключи-заклинания. У двух человек: у ректора и у нашей кастелянши Гариетты. К ректору я даже соваться не стал, не идиот же все-таки. А вот Гариетта – легкий объект. Она ведь даже не магичка. Все отдала, все объяснила и благополучно забыла об этом в ту же секунду. Красиво получилось: только что выдавала мне все тайны академии, а потом проморгалась и говорит: «Рада вас видеть. Не хотите ли чаю?»

Он засмеялся, очень неприятно.

Мне было чертовски обидно за милейшую Гариетту, и все же я не могла не отметить, что все это – чудовищный прокол в том, как обеспечена безопасность академии. Если останусь жива, обязательно выскажу дознавателю все, что об это думаю.

Сердце сжалось. Если… Но все же я быстро взяла себя в руки.

– Но Гариетта и правда легкий объект. Как, впрочем, и библиотекарь. Но не забудь: королевский дворец охраняют сильные маги.

– С магами у меня тоже неплохо получается. Взять, к примеру, твоего приятеля Фаэля.

– А что Фаэль? – насторожилась я.

– Там очень удачно все совпало. Практика эта и то, что его послали именно в министерство строительства. Он стащил для меня план королевского дворца и до сих пор считает, что сделал это исключительно из спортивного интереса, чтобы доказать самому себе, что может.

Что ж, теперь многое стало понятным. Впрочем, я с самого начала не верила, что он может оказаться злодеем. И несмотря на свое отчаянное положение все-таки порадовалась, что не ошиблась.

– Да и ты сама, – он вдруг подмигнул, – в свое время не устояла перед моими чарами.

Я вспомнила, как на той злосчастной вечеринки буквально висла у Элстона на шее, как отчаянно целовалась с ним в темном коридоре. И уж точно дело не ограничилось бы поцелуями, если бы Салахандер так вовремя не появился.

– Так ты воздействовал на меня с помощью этой твоей дурацкой ментальной магии? – возмутилась я.

– Ну отчего же дурацкой? Очень даже эффективной, как видишь.

Я вспомнила, как паршиво чувствовала себя на утро, и как возмущалась Талисия, когда я обвинила коктейли. Коктейли тут действительно ни при чем.

– Все, достаточно разговоров! Приступим, – решительно сказал Элстон и крепко ухватил меня за руки.

Рукав мантии чуть съехал, на запястье блеснул браслет.

– Хм, а что это тут у нас такое интересное?

Я устало выдохнула. Ну вот и все… Отсчет последних минут моей жизни начался.

дернул еще раз

с

Гвардейц

Из лазарета меня отпустили быстро. Несколько царапин да шишка на голове. В местах, где медицина напрямую связана с магией, это даже не считается. Зато выдали пузырек с каким-то зельем, велев выпить его, как только вернусь в свою комнату.

Зелье оказалось снотворным, что было очень кстати. Это спасло меня и от расспросов Талисии: «Говорят, что-то случилось? Поймали какого-то преступника?» «Ты ужасно выглядишь. Вся форма грязная, помятая… Ты что-то об этом знаешь?» А заодно и от моих собственных путанных мыслей и растрепанных чувств. Так что я глуповато улыбнулась Талисии, покрепче прижала к себе кота и уснула.

На следующий день я проснулась вполне себе бодрой и отдохнувшей. Все-таки есть некоторые преимущества от того, что в мире существует магия. Правда, и недостатки есть, когда магией начинают заниматься всякие неприятные люди вроде Элстона. Я бы предпочла отсидеться в комнате, видеть мне никого не хотелось. Думаю, в моем случае получить разрешение лекаря было бы несложно. Но все же собрала волю в кулак, как смогла, очистила заклинаниями свою форму и отправилась на занятия. Сидя в комнате, я уж точно не узнаю никаких новостей.

На занятиях все были возбуждены, переговаривались, шептались. В этих перешептываниях постоянно звучало имя Элстона. Я особенно не вслушивалась. Историю, которую здесь обсуждали, знала в подробностях, и собирать сплетни было уже ни к чему. Только один человек не участвовал во всеобщем возбужденном обсуждении – Фаэль. Он сидел мрачнее тучи, уткнувшись взглядом в парту.

– Эй, привет, ты как?

Я села рядом и потрепала его по плечу. Он вздрогнул.

– Знаешь, я кажется, сделал кое-что ужасное. И главное, сам не понимаю, зачем. Просто на тот момент мне казалось, что это очень забавно – скопировать планы королевского дворца. Ну, понимаешь, вроде как вызов: смогу или не смогу. И вот смог… Думаю, надо во всем признаться, только вот не знаю кому. Если бы дознаватель все еще вел у нас занятия, пошел бы прямо к нему. Но вчера объявили, что все его занятия отменяются, и экзамены он у нас тоже принимать не будет.

Сердце глухо стукнуло и упало куда-то вниз. Значит ли это, что Салахандер совсем плох? Или все-таки занятия отменили потому, что расследование закончено и теперь ему нечего делать в академии? Очень хотелось надеяться, что второе.

– Думаю, надо пойти в ректору, – глухо проговорил Фаэль.

– Зачем? – не поняла я.

– Ну чтобы признаться.

– Вовсе не обязательно, – я сжала его руку. – Поверь мне, ты не сделал ничего плохого. А если что-то и сделал, то уж точно не по своей воле.

Он вскинул на меня изумленный взгляд.

– Ты что-то об этом знаешь?

Я кивнула.

– Что-то знаю. Но рассказать пока, прости, не могу. Главное не сомневайся: ничего ужасного ты не натворил. И никто тебя за это не накажет.

Он хотел еще что-то спросить, но дверь аудитории открылась. Все притихли и уселись на места, ожидая, что войдет преподаватель. Но к нам заглянула Гариетта. По аудитории пронесся удивленный гул. Вот уж действительно, неожиданный посетитель. Если в жилом крыле она была царь, бог и воинский начальник, то в учебный никогда даже не заходила.

– Леди Жанна, – она быстро отыскала меня глазами. – Пойдем-ка со мной, милочка. У тебя на сегодня освобождение от занятий.

Я быстро подскочила с места, схватила сумку. Дознаватель! Явно есть новости о нем. Только какие: хорошие или плохие? Понять что-то по лицу Гариетты было невозможно. Она смотрела на меня своим обычным теплым взглядом, и это могло значить все, что угодно. Я пулей метнулась к выходу, едва не сбив ее с ног.

Когда мы оказались в коридоре, шепотом спросила:

– Что-то случилось?

Она лишь всплеснула руками.

– Ой да тут только всего случилось! Но я тебя не поэтому позвала.

– А почему?

Я постаралась скрыть разочарование в голосе, но кажется, получилось не очень. Если она сейчас скажет, что должна выдать мне новую форму взамен моей, прямо скажем, весьма потрепанной, я не выдержу и разревусь.

– Вас вызывает ее величество, – заговорщически проговорила она. – Говорит, срочно.

И снова тревога сжала сердце. Полина зовет меня во дворец… Для того, чтобы поговорить о нашем завершившемся расследовании или… чтобы сообщить мне плохие новости?

– Так пойдемте же скорее, – нетерпеливо сказала я.

Если ее величество желает кого-то видеть, его доставят к ней незамедлительно. Не прошло и четверти часа, как я стояла у ее кабинета, а секретарь услужливо открывал двери.

– Жанна! – раздался взволнованный голос, и через мгновение я очутилась в крепких дружеских объятиях. – Получилось, получилось, понимаешь? Все получилось!

– Что получилось?

– Ваше расследование! Сегодня мне приснилось, что я гуляю по саду, а на руках у меня малыш. Чудесный мальчик. А еще снилось, что мы играем в какие-то игрушки. Учим буквы по книжке с картинками. И никаких убийств, ничего ужасного… Вы действительно его нашли. В общем, я твоя должница. Можешь требовать что угодно. Попросишь отдать престол – да забирай!

Она возбужденно засмеялась. Да уж, могу себе представить, какая гора свалилась с ее плеч.

– Нет уж, спасибо, престол оставь себе. Что-то мне не очень хочется, – улыбнулась я. – Скажи, а как там Салахандер? С ним все в порядке? Он будет жить?

Она посмотрела на меня понимающим взглядом. Ну да, разве можно что-то скрыть от лучшей прорицательницы королевства, тем более, когда та уже делала тебе расклад на своих магических картах.

– Он-то? Конечно будет. Салахандер пока очень слаб. Этот негодяй хорошенько его потрепал – ослабил магическую силу, пытался добраться до рассудка. Он очень сильный ментальный маг. Думаю, даже магистру Теркирету до него далеко. Обычные артефакты против такой мощи оказались почти бессильны…

Ну да, а необычный он отдал мне…

– Но ты не волнуйся. Сейчас с ним работают лучшие лекари королевства. да и сам он не из тех, кто сдается. Так что, думаю, месяц-другой – и ты сможешь его увидеть.

– Месяц-другой?

– Да, лекари к нему никого не допускают, да и сам он сказал, что не хочет визитеров, пока находится в таком плачевном состоянии.

В плачевном… Похоже, дела обстоят чуть хуже, чем пытается представить Полина.

– Ты говорила, что выполнишь любую мою просьбу?

– Неужели передумала насчет престола? – улыбнулась она.

Я мотнула головой.

– Нет. Я хочу увидеть Салахандера. Сегодня, сейчас. Немедленно.

Она вздохнула.

– Королевский лекарь будет очень недоволен. Но что поделать, я обещала.

Попасть в палату к дознавателю оказалось куда сложнее, чем на прием к королеве. Вов всяком случае, организационные вопросы заняли куда больше времени. Сидя в королевской приемной, я слышала, как главный лекарь возмущался недовольным басом, а ее величество ласково его увещевала. Интересно у них тут все устроено.

Выйдя из королевского кабинета, лекарь окинул меня убийственным взглядом и буркнул:

– Пойдемте.

Оказавшись у заветной двери, я на мгновение оробела. Что я ему скажу? А вдруг он разговаривать не станет, просто велит выставить меня вон? Сам же сказал, что не хочет посетителей. Впрочем, я недолго пребывала в сомнениях. В конце концов, не так уж и просто было сюда прорваться. Глупо будет взять и передумать в последний момент.

Я открыла дверь. Салахандер лежал на кровати. Он явно не ждал посетителей, одеяло было едва наброшено и открывало мускулистый торс. Осунувшееся лицо, глаза закрыты. Кажется, я не вовремя, он спит. Может это какая-то разновидность магического восстановительного сна? Может поэтому к нему никого не пускали? Какой смысл навещать человека, если тот дрыхнет с утра до вечера и ночи? Ну и ладно, пусть спит. А я просто посижу рядом. Недолго, совсем чуть-чуть.

Я приблизилась к кровати, стараясь ступать бесшумно, и уселась на краешек постели. Бросила взгляд на дознавателя и тут же смущенно его отвела. Все-таки он без сознания и раздетый. Как-то не очень порядочно на него пялиться. Так я думала ровно секунду или две, а потом все равно перевела на него взгляд. Крепкое мускулистое тело, синяки, ссадины… Ну в общем-то ничего серьезного, видно «потрепали» его не столько внешне, сколько, так сказать, внутренне, то есть магически. Только на руке красовалась белая марлевая повязка.

Я осторожно коснулась ее пальцами.

Салахандер открыл глаза. Я смущенно одернула руку.

– Это он вас так?

Спросила, чтобы сказать хоть что-нибудь.

– Это? – он указал на повязку. – Нет, это как раз ты. Хорошенечко приложила секирой.

Мои щеки вспыхнули.

– Простите, я не хотела…

– Ерунда. Ты, можно сказать, меня спасла.

Раз уж он перешел на «ты», наверное, и мне следовало. Или это я начала первая? Там, в подвале, когда причитала над его почти бездыханным телом.

– А ты спас меня. Как ты вообще меня тогда нашел?

– При помощи браслета, разумеется. Он дает неплохую защиту, но главное, как только на тебя оказывается враждебное магическое воздействие, подает сигнал.

Так значит в тот самый момент, когда Элстон велел идти в его комнату, Салахандер уже знал, что со мной что-то не так? Я тут же почувствовала, что все еще ему благодарна, но как-то немножко меньше.

– А вы, я смотрю, не торопились, – буркнула я.

– Еще как торопился. Но к тому времени, как оказался в коридоре возле кабинета, вас там уже не было. Сигнал шел откуда-то из подвала, а это же демонов лабиринт, – возмущенно сказал он. Но потом выдохнул и проговорил: – Но и правда, мог быть и побыстрее. Я ведь едва успел.

Ок крепко сжал мою ладонь. На лице отразилось такое страдание, что у меня слезы подкатили к глазам. Я провела руками по его волосам.

– Но успел же. Значит все хорошо. Врагов мы победили, мир спасли и теперь…

Я запнулась. А что, собственно, теперь? И я сказала именно то, что думала все это время.

– Теперь я буду учиться в академии, а ты больше не ведешь у нас занятий и… в следующий раз мы увидимся лет через пять, когда я приду устраиваться к тебе на работу…

– Черта с два.

Сейчас его голос вовсе не звучал слабым. Это знакомое выражение заставило меня усмехнуться. Насколько я успела местную мифологию, ни о каких чертях тут не слышали. Впрочем, чему удивляться: попаданцы из нашего мира прибывают сюда регулярно. И разумеется, тащат с собой не только свои представления о моде, удобстве и комфорте, но и всякие словечки. Культурный обмен в действии.

Дознаватель с неожиданной для его состояния прытью ухватил меня за плечи и притянул к себе, почти уложив рядом с собой.

– Я не очень здорово умею говорить о чувствах. Как-то и работа, и вся моя жизнь к этому не располагали…

Угу. «Я старый солдат и не знаю слов любви…», – усмехнулась я про себя, но сердце все же замерло.

– В общем, я просто не хочу тебя терять. Не в том смысле, что с тобой что-то случится… – при этих словах он сжал меня еще сильнее, будто сама мысль об этом причиняла ему невыносимую муку, – а просто не хочу терять.

Он замолчал и будто бы даже задержал дыхание в ожидании ответа.

Наверное, для пущей драматичности в этом месте мне следовало бы немного помедлить с ответом. Но какой к черту драматизм.

– Что ж, в этом нет никакой необходимости, – проговорила я. – Я бы тоже совершенно не хотела теряться.

Почему-то на глазах выступили слезы. Собственно, все было сказано, все было решено. И лучшее, что можно было сделать – это вот так лежать на краю кровати, уткнувшись носом в его плечо и стараться не всхлипывать.

Но какое там! Дверь распахнулась, и на пороге появился грозный лекарь.

– Так я и знал! Стоит пустить в палату девчонку – и вот уже она беспокоит пациента и мешает ему выздоравливать. А ну, брысь!

Салахандер тут же выпустил меня из объятий. Похоже, этот лекарь и правда грозен. Я поднялась с больничной койки. Что ж, тут его территория, спорить нет смысла. Главное, помнить: власть лекаря продлится месяц, максимум два. А потом настанет мое время. И уверена, что это будет такое потрясающее время, что его стоит подождать.

Эпилог

Королевский прием в честь рождения наследника был назначен еще месяц назад. И надо сказать, месяц этот выдался весьма хлопотным. Мало того, что приходилось постоянно таскаться на примерки, все-таки у ближайшей подруги ее величества платье должно быть соответствующее, так Салахандер заставил меня вызубрить правила королевского этикета.

– Ты не просто обычная иномирянка, – бубнил он, – а лицо, приближенное к королеве. А значит должна соответствовать.

Вот же душнила! Точно также придирчиво он относился к моим успехам в учебе. Боже, о чем я только думала, когда связалась с этим типом! Впрочем, ясное дело о чем: о том, что ни дня не готова прожить без этого его ворчания. А главное, за эти несколько месяцев я прекрасно научилась бороться с его занудством. Достаточно обвить руками его шею, притянуть к себе поближе и поцеловать – и строгий дознаватель сразу же куда-то исчезал. А вместо него появлялся совсем не строгий. А такой, такой… Впрочем, пусть это для всех остается тайной, в конце концов, преступники должны его бояться. А кофе по утрам, маленькие букетики цветов и пирожные, которые он печет для меня собственноручно… нет, об этом не следует знать даже моей ближайшей подруге. Хотя, наверное, она все-таки знает, беда с этими прорицательницами.

Так или иначе, к приему я была совершенно готова. Безупречное платье, безупречная прическа, и… почти безупречные знания королевского этикета.

Мы перешагнули порог бального зала, и я едва не вскрикнула от удивления.

– А коты тоже предусмотрены королевским этикетом? – тихо шепнула я дознавателю.

– Об этом лучше спроси у своего приятеля, – усмехнулся Салахандер.

– Какого еще приятеля?

– Магистра Хорвирета разумеется. А кстати, вот и он.

Магистр-«байкер» даже на этом приеме выделялся среди толпы густой бородой, бритой татуированной головой, широкими плечами, на которых праздничный камзол смотрелся немного странно. В руках у него был маленький черный котенок с белой манишкой и белыми же лапками. Здоровенный мужчина с котенком на руках – зрелище крайне мимимишное.

– Боже, какая прелесть!

Я погладила котенка между ушами.

– Вот, только сегодня принес из вашего мира, – словно оправдываясь, сказал он.

Я окинула взглядом бальный зал.

– Да вы, похоже, немало принесли.

– Ну да. Сначала жена попросила, не мог же я ей отказать. А потом мама жены тоже себе котика затребовала, а тут уж, сама понимаешь, вообще никак не откажешь. Потом кто-то из ее подруг. Ну в общем, пошло-поехало. А уж когда ее величество завела себе несколько котиков, все словно с ума посходили. Мне скоро уже занятия некогда будет вести. Постоянно теперь за ними хожу. Кого-то на улице нахожу, кого-то из приютов забираю…

Я посмотрела на сытых лоснящихся котов, которые заполонили бальный зал.

– Ну, во всяком случае, они попадают в хорошие руки…

– Ну разумеется в хорошие! – прогрохотал магистр. – В плохие я не отдам!

Он наклонился ко мне и тихо сказал:

– Хорошо, что додумался создать самоочищающийся наполнитель для лотков, а иначе пришлось бы еще и по зоомагазинам ходить.

Я рассмеялась. Самоочищающийся наполнитель для лотков – вот бы в наш мир такое изобретение.

– Хочешь и для тебя котенка добуду? По знакомству, без очереди?

Вот уж спасибо. В моей студенческой комнате и одного кота достаточно. А вот когда закончу учебу, мы с Салахандером обзаведемся собственным домом, тогда можно и подумать о расширении кошачьего хозяйства…

– Пока не стоит… Но со временем…

– Как только понадобится – тут же доставлю!

Магистр отошел и сразу же попал в лапы тех, кто желает завести себе котика.

А я поискала глазами дознавателя.

В зале его не было, иначе бы сразу увидела, все-таки мой дознавательский дар позволял знать это совершенно точно. Вот же негодяй! Все уши прожужжал мне о дворцовом этикете, а сам же нарушает! Что-то в этих его книгах я ничего не увидела о том, что с королевского приема можно вот так запросто уйти.

Где искать своего милого я точно знала. Единственная причина, по которой он может наплевать на условности, – это работа. Ага, значит сплавил меня Хорвирету, а сам сбежал распутывать какое-то сложное дело. И ведь, главное, без меня!

Ну сейчас я ему выскажу.

Я прошла по коридору и спустилась по лестнице туда, где располагался кабинет старшего королевского дознавателя. Дорогу нашла легко, в последние месяцы я частенько бывала во дворце. Бесшумно подошла к двери, чтобы с грохотом ее распахнуть и застать негодяя на месте преступления.

И вдруг услышала голос.

– Тот день, когда я тебя встретил, стал лучшим днем в моей жизни…

Сердце ухнуло вниз. Голос точно принадлежал Салахандеру, уж тут-то ошибки быть не могло. И кому, черт возьми, он это говорит?!

Неужели у него появилась другая? Да еще и в лучший день его жизни…

Да нет, не может быть! Не такой он человек и… Да и вообще не может быть!

Впрочем, голос из-за двери явно свидетельствовал, что то, чего не может быть, все-таки случилось. От потрясения я едва устояла на ногах. Дышать стало тяжело, голова закружилась. И туго затянутый корсет тут совершенно не помогал.

Из-за двери вдруг донеслось тихое ругательство и отчаянное:

– Какая же чушь!

После голос Салахандера снова зазвучал с не присущей ему торжественностью:

– Не окажешь ли ты мне честь стать…

Он снова оборвал себя на полуслове и выругался.

Да что там происходит вообще? Я прислушалась внимательнее.

– Дорогая Жанна! Я хочу, чтобы ты стала моей супругой…

И снова послышались тихие ругательства.

Да он же репетирует предложение!

Сердце сжалось от умиления. Ну да, наше любимое «Я старый солдат и не знаю слов любви».

Продолжать наблюдать за его мучениями было бы невыносимо, его срочно требовалось спасать! Так что я резко распахнула дверь и увидела то, что и ожидала увидеть: сэр Салахандер, старший королевский дознаватель и гроза всех преступников, стоял перед зеркалом с бархатной коробочкой в руках.

При виде меня он явно собирался смуться, но, конечно, не успел.

– Разумеется, я согласна! Давай уже сюда свое кольцо.