В небе появился второй сгусток дыма, который быстро преобразовывался в новый череп. Ритуал шёл полным ходом, и мне это очень не нравилось…

— Ну что, Виталя, пойдём обедать? — спросил Злобин и протяжно зевнул.

— У меня что-то вдруг пропал аппетит… — сказал я, смотря в небо на личевский череп.

— Беспокоишься из-за лича? Там же Раскольников, всё под контролем.

— Ты иди обедай, Альберт. А я кое-куда съезжу.

— Хорошо, — Злобин пожал плечами. — Но я от обеда отказываться не буду!

Я не удивлен, что Альберт выбрал еду, а не копать дальше в тему того, куда я вдруг собрался ехать. Злобин порой подходит ответственно к своей работе, но также и часто ленится. Будь его воля, он бы сидел дома и целыми днями смотрел старые сериалы.

Как вообще дед умудрился попасться инквизиции? И что более интересно каким образом Раскольников заставил его провести ритуал? Тимофей Ильич даже мне со скрипом помогает, а уж инквизитора он бы просто послал. Дед не боится боли и смерти. Его, конечно, можно убить, лишить энергии или же испепелить кости, но даже в такой раскладе я могу провести ритуал воскрешения лича. Для деда я «план Б» и потому мне вдвойне непонятно почему он пошёл на сделку с инквизицией.

Пока ждал такси, позвонил Арине Метелице со второй симки. Она на звонок не ответила, но Злобин не говорил, что они схватили ледяного некроманта. Может просто не признали? Арина на самом деле выглядит вполне безобидно, её разозлит разве что кража мороженого.

Но даже если Метелицу не схватили, ритуал Тимофей Ильича должен раскрыть всех затаившихся некромантов в округе, а значит это угроза как для меня, так и для Арины. Что самое поганое, ядовитый некромант может понять характер ритуала и уехать куда подальше, оставив внимание инквизиции лишь на меня.

— Инга, явись, — произнес я, хлопнув себя по плечу уже в такси.

— Ёпт, что-то случилось? — спрыгнув мне на коленки, спросила Инга.

— Деда инквизиция поймала, — ответил я и взглянул на зеркало заднего вида. Таксист смотрел на нас с огромным удивлением и испугом. Он даже будто за дорогой перестал следить. — Инга, ты только водителя законтроль.

Кошка прыгнула влево на сиденье и обернулась в облик сексуальной блондинки. Удивление таксист увеличилось ещё сильнее, он даже забыл затормозить на светофоре, проехав на красный.

— Так, человечек! — объявила Инга властным голосом. — Выполняй свою работу и не обращай никакого внимания на своих пассажиров!

Водитель перестал смотреть в зеркало заднего вида и полностью сконцентрировался на дороге. Вот было бы классно, если Инга могла также легко контролить инквизиторов… К сожалению, её способности работают только на обычных людей и слабых магах.

— Слушай, Инга, а у меня появилась идея, как вызволить деда… — негромко произнёс я, почёсывая подбородок. В голове уже начал складываться план действий. — Сегодня тебе надо о-о-очень плотно поработать.

— Ёпт, а когда это я работала мало? — удивилась Инга. — Я вообще стахановец из мира котиков! Котики только едят и спят, едят и спят, а не вот этого вот всё! У нас вообще-то лапки, ёпт!

— Что-то я у тебя лапок сейчас совсем не вижу, — усмехнулся я, ведь кошка была в обличии девушки.

Инга открыла рот, чтобы привести какой-то новый аргумент, но его не нашлось. Как и любая кошка она не очень любит напрягаться, поэтому периодически пытается отговорить меня от намеченных планов.

— Когда всё закончится я куплю тебе самой лучшей куриной печени, — пообещал я. — В любом количество.

— И погладить! — сразу же дополнила Инга вторым пунктом. — Виталя, я хочу чтобы ты меня хорошо погладил!

Инга нежно дотронулась до моей руки, по-женски флиртуя, будто подразумевала нечто большее, чем просто поглаживания. Я убрал свою руку и посмотрел на девушку серьёзным взглядом.

— Это всё потом. А сейчас слушай мой план.

Посреди мертвой земли с черной травой стоял высокий костяной лич, который возводил руки к небу. Лича переполняла некроэнергия, его чёрный плащ развивался будто дул сильный ветер. Но вдруг поток энергии стал уменьшаться. Тимофей Ильич опустил руки, а затем стал чесать затылок.

— Лич поганый, чего встал! — рявкнул святой охотник Роман Федорович и зажег в своей руке яркий белый свет. — Исполняй ритуал или я тебя испепелю!

Тимофей Ильич от этой угрозы лишь ухмыльнулся. Святой охотник ничем его не пугал, хоть он и чувствовал мощь его магии.

— Я старый уже… — стал говорить лич, все также почёсывая затылок. — Что-то не помню как дальше надо проводить ритуал. Если я продолжу, то либо выведу на чистую воду всех местных некромантов, либо же устрою здесь локальный некроармагеддон. Смекаешь, святоша?

Если бы Тимофею Ильичу было бы чем подмигивать святому охотнику, то он бы сейчас подмигнул. Роман Федорович был сильно взбешён, не понимая, блефует ли старый лич. Вообще Роман Федорович редко был эмоционален, но личей он ненавидел всей душой из-за чего его вдвойне раздражали выкрутасы Тимофей Ильича.

— Значит ты сдохнешь, проклятый лич, — после некоторых раздумий все же выдал охотник. Всё его тело засветилось белым светом. Настолько сильным, что силуэт Роман Федоровича представлял собой одно сплошное белое пятно. — Таким как ты не место в нашем мире!

— Подожди, подожди, — Тимофей Ильич выставил вперед свою костяную руку. — Не торопись, святоша, не торопись. Ты своему главному разве доложил, что собираешься меня убить?

Роман Федорович скривился. Ему действительно надо было сообщить Раскольникову, если вдруг лич перестанет сотрудничать. Святой охотник ослабил мощь своей магии и засунул руку в карман плаща, чтобы достать телефон.

— Я от ритуала же не отказываюсь, — продолжил говорить Тимофей Ильич. — Просто не знаю, что произойдет. А некроармагеддона вы вряд ли хотите, хе-хе.

Речи лича вызывали у охотника лишь раздражение, а когда после серии гудков послышалось «абонент недоступен», Роман Федорович так и во все закипел от злости.

— Связь не ловит? — поинтересовался Тимофей Ильич. — Дай мне сюда телефон, я усилю волны. Это вроде бы не сложно, хоть я ни разу и не пробовал.

— Лич, с каждым твоим словом я убеждаюсь, что ты просто тянешь время, — спокойным голосом произнес охотник, полностью вернув себе самообладание.

— Знаешь, святоша, время это штука интересна-а-а-я. Тебе может казаться, что время идёт медленнее или быстрее, но сам ход времени от этого никак не изменится.

— Потянуло философствовать перед смертью, лич?

— Не лич, а Тимофей Ильич. Святоша, да и с чего ты взял, что ты сможешь меня убить? Хочешь я назову три причины, почему у тебя ничего не выйдет?

— Ну давай, — сказал охотник и хмыкнул. Он не верил, что лич скажет что-то ценное.

— Причина номер один, — Тимофей Ильич выставил большой палец, — Ты не можешь меня убить, пока не приедет твой босс. Ведь вам надо не просто меня убить, но и заточить душу, а такое может только Раскольников.

Святой охотник засмеялся. Примерно такую чушь он и ожидал услышать.

— Причина номер два, — не останавливаясь, продолжил Тимофей Ильич. Он выдвинул указательный палец и получившийся «пистолет» направил за спину Роман Федоровичу. — Сюда идёт целая толпа людей и битва с ними может принести много жертв.

— Думаешь я на это куплюсь? — охотник сморщился. — У меня за спиной…

Роман Федорович хотел сказать «никого нет», но эти слова застыли у него в горле. К ним на лесную поляну направлялась добрая сотня людей. Это обычные гражданские, которые хоть и были живыми, но своим крайне зажатыми движениями и безмолвностью на лицах напоминали зомби.

— Мне без разницы на сопутствующие жертвы, — жёстко произнес Роман Федорович и стал сосредоточенно смотреть на своего пленника. Охотник стал подозревать, что ему стараются запудрить мозги. — Хватит молоть чушь, лич. Я убью тебя, как только появится связь с начальником.

— Не лич, а Тимофей Ильич. И ты не дослушал третью причину. — Тимофей Ильич переставил указательный и большой палец, сложив фигу, а второй рукой он достал корону Ардатора изнутри грудной клетки и надел на голову. — Испепеляющая фига!

Место, где стоял Роман Федорович взорвалось черным пламенем. Мгновение и от присутствия святого охотника не осталось ничего, даже обрывка его белого плаща.

— А мое заклинание сильно, хе-хе, — довольно произнес Тимофей Ильич и замахал рукой. — Виталя, выходи! Тут инквизиторов больше нет.

Виталий Могильников и его кошка вышли из дальних кустов. Их скрывала маскировка, но Тимофей Ильич смог их заменить. А вернее даже, он смог догадаться, что подконтрольных людей прислал сюда внук для отвлечения внимания.

Мой дед удивил и не удивил одновременно.

Святой охотник Роман Федорович мог стать большой для меня проблемой, а дед испепелил его всего одним заклинанием. Моей помощи тут совсем и не требовалось, но все равно странно, что инквизиция его поймала. Может дед им сам сдался? Он порой любит искать приключения на свою костяную пятую точку.

— Дед, ты же не сдался инквизиции просто ради внимания к себе? — спросил я, поравнявшись с Тимофей Ильичом. Я смотрел на него довольно сурово, ведь дед мог вполне специально попасть в руки инквизиции.

— Виталя, ты же знаешь, инквизиция не дремлет, хе-хе. Тебя же они тоже ловили, — дед убрал корону Ардатора внутрь грудной клетки, чтобы меньше фонить некроэнергией.

Вот же хитрец… Ушёл от ответа. Но в любом случае сейчас главное не причины произошедшего, а последствия.

— Где Арина?

— А вот это уже хороший вопрос, хе-хе.

— Дед, сейчас совсем не до шуток. Каши ты натворил знатной, теперь в Читу могут прислать дополнительных инквизиторов, что сильно усложнит нам жизнь.

— Виталя, я не специально к инквизиторам попал. Но мне приятно, что ты пришёл меня спасать, хе-хе. Я бы справился один, но инквизиция сильна. Запоминай, внучок, пока я мёртв — если хочешь победить врага, то тебе нужно его обмануть. Сейчас я притворился слабым и немощным, а потом бах и испепелил фигой, хе-хе.

— Спасибо за совет, дед, но всё же где Арина?

— Не знаю, — Тимофей Ильич пожал плечами. — Я не дал инквизиции проникнуть к себе в дом, но на всякий случай наказал Аринушке бежать. Наверное, надо было сказать конкретное место, куда ей бежать…

Дед стал чесать костяной затылок и я понял, что это не последняя «хорошая новость».

— В общем надо спасать Аринушку, — продолжил говорить дед. — За ней, кажется, выехал Раскольников. Он был здесь, но потом уехал и в его разговоре я что-то слышал про морозного некроманта.

— Это плохо… — Я достал телефон и стал звонить Метелице. — Бросать её в беде я не буду, раз уж приютил. Чёрт, она не отвечает…

Я убрал телефон обратно в карман и стал думать, как мне найти Арину раньше Раскольникова.

— Виталя, — произнес дед и положил мне костяную руку на плечо. — У меня есть одна идея как найти Арину.

— Ритуал? — со скепсисом спросил я.

— Ритуал, — многократно кивнул Тимофей Ильич. — Мы сегодня и так знатно пошумели, так что никто в городе ничего не заметит.

— Да-а-а-а-а-а-а, — протянул я. — совершенно никто ничего не заметит. Черепа из дыма это же так не заметно. Согласна, Инга?

— Ага, ёпт, — кошка кивнула. — Ни один инквизитор даже не подумает проверить откуда в небе черепа!

— Моё дело предложить, — дед развел руки в стороны. — А дальше уж сам решай, Виталя.

— Проводи ритуал, — кивнул я. — Ты прав, сегодня мы и так уже знатно пошумели. Инквизиция в курсе, что здесь должен проходить личевский ритуал, так что если повезёт, они даже ничего не поймут.

— Ну а если поймут, то всегда можно устроить некроармагедон и всех распугать, хе-хе.

— Нет, это уже лишнее, — я повернулся на толпу людей, которых привела сюда Инга. Они здесь для отвлечения внимания и в целом свою задачу сделали. — Инга, отправь людей по домам. Мы будем наблюдать за ритуалом вдалеке и если кто-то сюда наведается, прикроем деда.

— Ёпт, я столько сил потратила, чтобы их законтролить! — воскликнула кошка, обернувшись в облик девушки.

Дед достал из грудной клетки корону Ардатора и возвел к небу руку. Фон некроэнергии возрос многократно, повеяло холодом. А ещё в небо отправился первый дымовой череп.

Благодаря короне ритуал должен пройти быстрее обычного. Арину мы найдем, я в этом не сомневался, но что делать с Раскольниковым? Этот инквизитор мне совершенно не нравился, однако убивать добропорядочных людей не в моем стиле. Стереть память Раскольниковому тоже не получится, слишком он силен, чтобы подобное вышло.

Я отошёл от деда метров на двести и осмотрелся. Кругом лес, мы не так далеко от города, так что немного слышался шум от дороги. Почему Раскольников не поставил по периметру инквизиторов? Операция с личом это повышенная опасность, но он оставил всё на своего святого охотника. Роман Федорович конечно силен, но подмога ему бы не помешала. Хотя с другой стороны — чтобы смогли местные инквизиторы против деда с короной Ардатора?

В любом случае в действиях Раскольникова прослеживалась какая-то странность. И дело даже не в рисковом ритуале с личом — он довольно странно исполнял свои обязанности. Опасный ядовитый некромант совершенно не интересовал Раскольникова, а вот ледяного он ставил главной целью. Это можно списать на некомпетентность или халатность полковника, но возможно дело в другом.

Я решил позвонить Злобину и кое-что узнать.

— Где служил Раскольников до Читы? — спросил я Альберта сразу, как он ответил на звонок.

— Интересный вопрос… Кажется, в Москве. Хотя нет! Он в Перми работал заместителем начальника главного управления. Это мне кто-то из наших ребят говорил.

Я стал вспоминать было ли что-то громкое по некромантии в Перми за последние несколько лет. Интернет не хотел использовать специально — мелкие происшествия меня не интересовали, а громкие я должен был запомнить.

Ничего на ум так и не пришло. В Перми было тихо последние годы. Мне вспомнилась только некроэпидемия два года назад, но это было в соседней Свердловской области. И если подумать, это могло быть совсем не случайностью.

— Виталя, а что ты вдруг про Раскольникова спрашиваешь? — спросил Злобин, ведь я молчал слишком долго.

— Хочу ему подарок сделать, — ответил я.

— Подарок? — удивился Альберт. — А в честь чего?

— Так он же лича поймал. Это далеко не обыденность на службе.

— Блин, Виталя, а ты прав… Мне что, теперь тоже подарок готовить? — Злобин чуть рассмеялся, но совершенно безрадостно. Лишние хлопоты он никогда не любил.

— Мне надо идти по делам, Альберт. Звони, если буду нужен.

Я вернул телефон в карман. В этот момент ко мне подошла Инга, которая закончила с возвращением людей. Девушка положила мне руки на плечо и чуть повисла.

В небе появился уже десятый череп. Поток некроэнергии вокруг деда был огромен. Рядом с ним откуда-то появились кости, которые вихрем кружили вокруг Матвей Ильича.

— Ёпт, надеюсь инквизиция нас тут не спалит… — негромко сказала Инга, практически мне на ухо.

— Есть шанс, что полковник-инквизитор Раскольников некромант, — озвучил я свои последние мысли. Инга могла подкинуть мне какую-нибудь интересную идею, поэтому я решил поделиться с ней своими размышлениями.

— Чего, ёпт?! — Инга так удивилась, что даже подскочила будто испуганная кошка. — Главный начальник инквизиции в Чите некромант?! Как такое может быть?

— Это пока лишь моё предположение. Реальных фактов у меня нет, только домыслы. Раскольников очень сильно хочет поймать морозного некроманта. Арина не так опасна, но у неё есть Сердце для некромантского Шедевра — думаю, как раз Сердце и является главной целью Раскольников.

— Ёпт, то есть этот инквизитор тот самый ядовитый некромант?!

— Это вполне возможно, — кивнул я. — Но я не исключаю, что ошибся. Нам надо действовать осторожно.

Я представил ситуацию, что занекрил Раскольникова и потом стал искать способы его естественным образом убить, как было не так давно с Матрасом. Второй раз я на подобное не подпишусь. Но в любом случае ещё даже непонятно, кем в действительности является инквизитор.

— Не понимаю зачем некроманту вообще лезть в ряды инквизиторов, — сказала Инга и задумчиво подняла вверх глаза. — Каждый инквизитор постоянно проходит проверки, и скрыть некромантию в таких условиях очень сложно. Или полковников не проверяют?

— Проверяют, — ответил я. — Всех проверяют. Обманывать тесты не так сложно, но попасться все равно из-за этого можно.

— Ёпт, вот и я о том же! — Инга всплеснула руками. — Я вполне могу поверить, что Раскольников некромант, но зачем ему каждодневно рисковать.

— Всё дело во власти, которая дает работа в инквизиции. Самые главные воры девяностых тоже полезли во власть, чтобы легализоваться в обществе. Это опасно, однако и даёт много возможностей. Инга, поднялся тринадцатый череп. Идём.

Инга превратилась в кошку. В этой форме ей куда легче переносить некроэнергию. Обычно это не является для неё проблемой, но сейчас фонило уж слишком сильно. Даже мне было тяжело подходить к Тимофей Ильичу.

— Дед, сними корону, — сказал я, когда был в двадцати метрах от деда. На этом расстоянии некрохолод пробирал до костей, а дедушка даже не думал уменьшать поток энергии. Он негромко хихикал, созерцая в небе черные черепа.

— Ох, точно, корона… — Тимофей Ильич снял корону Ардатора с головы и сунул её себе в грудную клетку. — Виталя, у нас под боком оказывается была огромная армия тьма. И прямо сейчас она направляется за Аринушкой.

— Какой характер армии? Это случайно не ядовитые?

— Да-да, — дед закивал. — Это армия имеет ядовитую ауру. Их очень много, Виталя. Несколько тысяч, не меньше.

— Инга, — я повернулся на кошку. — Надо поднять в бой все наши силы. Мехоноидов, морозных, грибных, косых, хромых — в общем абсолютно всех. Нельзя допустить, чтобы сердце досталось Раскольникову. Я почти не сомневаюсь, что это он ядовитый некромант. Нам надо…

Возле меня вдруг пролетел мощный светлый заряд, который снес череп деда. Это была святая магия. Её использовал Роман Федорович. Всё же от святого охотника оказалось не так просто избавится…

— Могильников, наконец-то ты показал своё истинное лицо, — тело святого охотника светилось ярким белым светом. Он явно готовил какую-то мощную атаку. — Я не пропущу тебя к хозяину. Сейчас ты умрёшь.

Инга переместила меня на несколько метров, чем спасла от мощного луча света Романа Фёдоровича. Я готовился отражать этот удар, но также чувствовал, что Инга меня вытащит. У нас с ней очень хорошее взаимопонимание.

— Ёпт, он всё же не сдох! — воскликнула Инга, чуть запыхаясь. — Какой живучий человечишка!

Роман Федорович сдержанно ухмыльнулся. Этот святой охотник очень силён. Я понял это, еще когда увидел его телепортацию из тюрьмы инквизиции.

Но всё же как он избежал смерти? Дед его испепелил, я видел это своими глазами. И что-то я совсем не заметил какого-то трюка от Роман Федоровича. Он действительно умер.

Недалеко от меня стал подниматься на ноги скелет деда без черепа. Ухмылка на лице Роман Федоровича тут же стёрлась. Он, похоже, думал, что уже убил деда, но Тимофей Ильич очень живучий. Тем более, после ритуала внутри него было ещё много некроэнергии. Череп деда медленно восстанавливался, вырастая снизу вверх.

— Лич, хочешь получить добавки моей святой мощи? — спросил Роман Федорович, концентрируя в своей руке энергию для новой атаки. Охотник перестал следить за мной и переключился полностью на деда. Видимо, ему в первую очередь хотелось расправиться с тем, кто его убил.

— Не лич, а Тимофей Ильич, — поправил дед. — Неплохо ты меня ударил, поганый гомункулус. Я давно не встречал таких сильных святых охотников. Старых людей обычно не удивить, но ты меня заинтересовал. Я хочу узнать, кто и когда тебя создал.

Роман Федорович атаковал деда мощным сгустком света. Ещё пару минут назад такой атакой охотник снёс Тимофей Ильичу череп, но сейчас вокруг деда появился черный барьер, который поглотил весь святой свет.

— Нет-нет-нет, гомункулус, — дед потряс костяным пальцем. — Второй раз такое не сработает.

— Даже если не убью вас всех, то хотя бы задержу, — сказал Роман Фёдорович негромким твердым голосом. — Никто не должен мешать моему хозяину. Он как никогда близок к созданию Шедевра.

Не знаю каким образом дед понял, что Роман Федорович гомункулус, но эта информация мне не нравилась. Для гомункула святой охотник уж слишком хорош. Попытки алхимиков и некромантов создать искусственного человека обычно были провальными. Мне даже не верится, что Роман Федорович гомункулус, но дед как-то это определил, а святой охотник не попытался опровергнуть данный факт.

Наверное, всё дело в большом опыте Тимофея Ильича. Он знает очень многое и глаз у него крайне намётан. Правда, самих глаз у него нет, но это и неважно…

Череп Тимофея Ильича полностью восстановился. Он сунул руку в грудную клетку и достал корону Ардатора. Скорее всего святой охотник напал только потому, что дед снял с головы этот артефакт.

— Сколько не убивай эту тварь, она будет возвращаться и возвращаться, — Тимофей Ильич наколдовал себе в руку посох и поставил мощный некробарьер. — Виталя, мне даже не хочется тратить на него силы. Этот гомункулус идеальное оружие для изматывания врага.

— Дед, откуда ты знаешь его способности? — с удивлением и одновременно скепсисом спросил я. Тимофей Ильич читал противника будто открытую книгу. — И как ты понял, что он гомункулус?

— Внучок, всё-то тебе расскажи, хе-хе.

— Сейчас не время для шуток, дед. Ты видишь его слабые места? Нам надо разобраться с охотником и ехать к Арине.

Дед быстро покрутил посохом, создавая мощный поток холодной некроэнергии. Вокруг Роман Федоровича возникла чёрная клетка из металлических прутьев. Свечение святой силы вокруг охотника сильно уменьшилось, клетка подавляла его способности.

— Раз он умеет бесконечно регенерировать, то проще всего его просто запереть, — сказал дед и развеял свой посох. — Нам нужно спешить, Виталя. Нельзя отдавать ядовитому Сердце.

Тимофей Ильич удивил меня серьезностью настроя, но без этого сейчас никак. Инга наконец отдала приказы моей армии подниматься в бой. Был вопрос, куда нам вообще выдвигаться, и здесь дед в очередной раз меня удивил. Когда мы сели в машину он достал из-за пазухи складывающийся из двух половин планшет, где на интерактивной карте показывалось положение армии ядовитого и Арина.

— Дед, это что ещё за технологии?… — спросил я смотря на это чудо техники, как какой-то абориген. Соединение технологии и некромагии это довольно сложно. Тем более для старых людей.

— Все тебе расскажи, внучок, все тебе расскажи. — Тимофей Ильич захихикал в своей обычной манере. — Запрягай лошадей.

Водителем у нас был подконтрольной Ингой таксист. Причем машину взяли мощную — полноприводный внедорожник, чтобы при необходимости колесить по лесам. Я поставил таксисту планшет деда и сказал ехать за синей точкой, которой обозначалась Арина. Тёмно-зелёными точками на карте обозначалась армия Раскольникова.

— Инга, надо чтобы Йоши всех обогнал и защитил Метелицу. Он быстрый и незаметный, так что подойдет для этой цели лучше всего.

Кошка исчезла, чтобы доставить новый приказ до армии. Сейчас время играло против нас, так что Инга использовала не телефонную связь, а свои сверхбыстрые перемещения. Тем более, что приказы лучше всего доходят при личном присутствии командира.

— Дед, а как ты все же понял, что Роман Фёдорович гомункулус?

— Ты его морду видел? Ну вылитый гомункул.

Я в недоумении поднял бровь. Такого ответа я не ожидал. То есть дед решил, что Роман Фёдорович гомункул просто наугад?… Или Тимофей Ильич надо мной шутит и не хочет говорить правду?

— Дед, ты когда-то изучал вопрос гомункулов?

— Изучал, — Тимофей Ильич кивнул. — Прочитал пару книг на это тему, но сам никогда не пытался создать гомункулуса. Мне всегда хватало обычных скелетов и зомби.

— Если ты прав, и Роман Фёдорович гомункулус, то Раскольников очень близок к созданию Шедевра. У того назойливого охотника был хороший разум и тело. А ещё и способность к полной регенерации. Если создание идеального гомункулуса возможно, то даже страшно подумать на что он будет способен. Это будет идеальное оружие.

— Нет, Виталя, главное даже не в этом. Идеального гомункула скорее всего будет невозможно контролировать. Он будет сильнее, быстрее и умнее самых лучших из людей. Раскольников скорее не представляете какой ящик Пандоры он хочет открыть.

Инга вернулась в машину и плюхнулась рядом со мной. Кошка запыхалась, перемещения отнимают у неё много сил. Но ничего, потом отдохнёт.

Я посмотрел на интерактивную карту. За одинокой синей точкой охотились тысячи темно-зеленых. Армия Раскольникова огромна. Но на карте уже появились белые точки — это моя армия, которая покидала свои схроны в Чите и её окрестностей. Нам главное успеть… Хоть воруй ещё один самолет!

Мой телефон зазвонил. Я был практически уверен, что звонит Злобин, но высветилась фамилия Раскольникова. Его телефон был у меня записан.

— Благородный Могильный Волк, — медленно произнес предатель-инквизитор. Его голос был немного иным. Более властным и, кажется, безумным. — Я давно знал, что это ты укрыл Метелицу. Любой бы другой некромант уже давно убил бы морозную и забрал Сердце, но не ты. Могильников, ты даже не представляешь, насколько мне интересно изучить твой мозг.

Раскольников негромко, будто по-змеиному, облизнулся. Я разобрал этот звук даже через динамик телефона. Похоже, я имею дело с настоящим психом. После того как я раскрыл личность Раскольникова, он больше не стеснялся.

— Можешь даже не надеется, что тебе достанется мой мозг. Я иду следом за тобой, Раскольников. Арина тебе не достанется.

— О-о-о-нет, — предатель инквизиции чуть рассмеялся в безумной манере. — Понимаешь в чем дело, Могильников. В городе заложена ядовитая бомба, и если ты не остановишься прямо сейчас, то вся Чита погибнет. Тебе придётся выбрать — либо спасать город, либо спасать морозную.

— Останови машину, — сказал я водителю так, чтобы слышал Раскольников по телефону.

— Правильный выбор, — ехидно и очень самодовольно произнес инквизитор-предатель. — Могильный Волк, тебе лучше заняться городом. Ведь каждый, кто будет отравлен, попадёт под мой контроль.

Раскольников засмеялся безумным смехом и закончил звонок.

Даже не помню, когда попадал в столь затруднительное положение. Раскольников узнал про местоположение Арины недавно, но битву со мной он планировал давно. Кроме ядовитой бомбы, он мог приготовить что-то ещё, хотя одна лишь бомба это уже огромная проблема.

Я быстро прокручивал в голове разные варианты. Разорваться на две части невозможно, я могу либо спасать людей в Чите, либо ехать спасать Арину. Остается вариант ещё разделить силы, но это надо сделать грамотно, чтобы победить на каждом из фронтов.

— Дай сюда планшет, — сказал я водителю и протянул вперёд руку.

Меня интересовала концентрация тёмно-зеленых точек в городе. По началу, я не обратил на них внимания, ведь основные силы Раскольникова выдвинулись за Ариной, но в городе он все же оставил десяток своих.

— Грязно он играет, грязно, — протянул дед, почесывая костяной подбородок. — Скорее всего, он создал зомби, зараженных некрочумой. Они взорвутся, если пытаться их перенекрить или же убить. Простая, но эффективная ловушка.

— Если Раскольников действительно сделал зомби-бомбы, то задача облегчается, — сказал я, продолжая рассматривать карту. Затем я посмотрел на Ингу. — Надо вывести каждого зомби за город, чтобы они не смогли навредить людям. Тут всего тринадцать целей, это не так много.

— Ёпт, Виталя, я понимаю что быстрая, но таскать скелетов, пропитанных твоей некроэнергий, и таскать вражеских зомбаков — это совсем разные вещи! Из-за сопротивления я уже после второго зомби выдохнусь!

— И потому тебе поможет… — я хотел сказать Йоши, но понял, что уже направил его напрямую к Арине. — Тебе поможет Микипер. Пусть возьмёт мотоцикл и устраняет каждого зомби.

— Нет, так не выйдет, — покачал головой дед. — Это же зомби-бомбы, их надо нейтрализовать одновременно. Тронешь одного взорвутся другие.

— Чёрт… — я схватился за голову. Темно-зеленые точки наступили на одинокую синюю точку Арины. Чем дольше я медлю, тем больше шанс, что Раскольников доберется до Метелицы первым.

— Я займусь зомби-бомбами, — сказал Тимофей Ильич и положил мне на плечо руку. — Правда, фон некроэнергии в городе заметно повысится, хе-хе.

— Дед, что ты собираешься делать?

— Клонирую себя. Сейчас покажу. Пошли.

Мы вышли из машины. Тимофей Ильич надел корону Ардатора и создал посох. Он взмахнул магическим оружием, создав тёмную рябь, а затем рядом с ним появилось зеркало. В нем стоял другой Тимофей Ильич, который грыз яблоко. Этот лич вылез из плоскости зеркала и стал объёмным, а зеркало появилось в другом месте с ещё одним отражением.

— Инга, скажи водителю отъехать, а то его накроет фоном некроэнергии, — скомандовал я, не отрываясь от зрелища поистине великой и завораживающей магии деда. Меня накрывало некрохолодом, но отходить я не хотел.

Клоны появлялись один за одним. Думаю, такую магию может сотворить только лич, и мне даже было завидно. Дело в том, что костяная форма лича это идеальный проводник для некроэнергии. В каком-то смысле, дед создавал скелетов, идентичных себе, и наделял их некроэнергией. Клонировать так же человека скорее всего не выйдет даже у некроманта Пятого Круга.

— Вот они слева направо, — сказал лич с посохом, изначальный Тимофей Ильич. — Мои клоны!

— Яблочки-яблочки-яблочки, — сказал клон, который грыз яблоко. Кусочки фрукта падали из челюсти сразу на землю.

— Хе-хе-хе, — захихикал другой клон.

— Эх потискать бы ту Машку на сеновале ещё раз, — мечтательно произнес третий и закинул назад голову.

— Учитывая комбинаторные процессы социальной диалектики, шансы на ассимиляцию крайне высоки, — важно сказал что-то на заумном клон в очках, который будто был профессором.

— Так, тихо всем! — скомандовал настоящий Тимофей Ильич с посохом. — У каждого клона лишь часть моего разума, но мы справимся. Можешь оставить город на меня, Виталя.

Самый последний созданный клон ковырялся в носу и выглядел крайне тупым. У меня, как некроманта со стажем, глаз наметан выявлять тупых скелетов уже при беглом взгляде.

— Дед, хочу уточнить один момент… — сказал я, с легким сомнением смотря на всю эту личевскую братию. — У каждого клона одна десятая часть твоего интеллекта?…

— Блин, Виталя, ты дарённому скелету в зубы-то не смотри. Мы справимся. Едь уже к Аринушке.

— Раскольников, каким-то образом следил за машиной. Если уеду из города он взорвет зомби.

— Это вряд ли, — отмахнулся дед. — Благодаря ритуалу я очень чутко чую всю некроэнергию в округе. Слежки нет.

— Хорошо, — я кивнул Тимофей Ильичу. — Рассчитываю на тебя.

Планшет с интерактивной картой дед мне оставил, и то, что я там наблюдал, мне крайне не нравилось. Арину нагоняли. Раскольников гнался за Метелицей не наугад, он точно знал, куда девушка направляется.

Я хотел заняться координацией армии, чтобы навязать врагу максимально выгодный для себя бой, но, только отъехав от деда, пришла неприятная новость…

— Ёпт, в городе взрыв! — воскликнула Инга, показывал в окно лапкой. Там поднималось желто-зеленое облако газа в форме черепа.

Грохота от взрыва практически не было, во всяком случае в машине мы ничего не увидели. Раскольников не стал ждать и начал взрывать свои бомбы, чтобы я тратил время на устранение последствий.

— Неужели слежка всё же была?… — растерянно спросила Инга. — Виталя, что будем делать?

— Ты отправишься в город и вытащишь людей, которые попали под действие яда. Таскать людей тебе будет легче, чем зомби.

— Ёпт, так они же будут заражены вражеской некроэнергий!

— Сделай, что можешь, Инга. Дед, поможет в остальном. Возвращаться назад я не могу, без меня армия проиграет Раскольникову.

Кошка мне кивнула и исчезла. Отпускать Ингу мне совсем не хотелось, но она вернётся, когда закончит в городе. Думаю, мы справимся с ядовитой угрозой, однако враг заставил тратить на это силы.

Я позвонил Микиперу и приказал встретиться со мной, обозначив по какой дороге еду. Правда, мехоноид не совсем правильно меня понял и перегородил дорогу моей машине, из-за чего водителю пришлось остановиться. Ну а дальше… дальше я наблюдал то, как Микипер добывает себе транспорт.

Когда машина полностью остановилась, Микипер подошел к водительскому месту, открыл дверь и выкинул таксиста на дорогу.

— Подвинься, кожаный, — сказал Микипер, залезая на водительское место. Он поехал даже не захлопнув дверь, но сделал это в процессе. Свой пулемет он закинул на пассажирское место сбоку.

— Там на планшете местоположение врага, — я взялся за ручку на потолке машины, потому что Микипер вошёл в поворот чуть ли не на полной скорости.

— Хорошо, господин, — ответил Микипер и открыл скрытый ящик возле ручника. Он недовольно разворошил лежащий там хлам и громко захлопнул консоль. — Дрянная машина! Здесь даже нет кнопки форсажа!

— Это тебе не «Need for Speed», Микипер, — я схватился за ручку сильнее, потому что мы вошли в ещё один поворот, причем чуть ли не перевернувшись. — И следи, пожалуйста, внимательнее за дорогой!

— Господин, мы, кстати, притащили сюда мамонта. Он в полной боевой готовности.

— Мамонта?… — удивился я. — Какого ещё мамонта? Точно, это же трофей после битвы с Хырваном! Хорошо, что вы его притащили! Это очень хорошо! Хотя, стоп… А как вы его сюда привезли? Это было сделано незаметно?

— Мы почти нагнали зелёных ублюдков, господин! — воскликнул Микипер, явно желая сменить тему. — Жаль у нас нет кнопки форсажа, тогда бы уже приехали!

Даже не хочу читать новости связанные с появлением некромамонта в округе… Главное, что это усиление для нас.

Пока сражение не начиналось, я решил закрыть глаза и заняться прогоном энергии между собой и армией. Это укрепляет связь со своими скелетами и уменьшает шанс того, что моих воинов перенекрят.

Правда, я забыл кое-что важное… За рулем был механоид-убийца Микипер и мне надо было лучше следить за нашим местоположением.

— Господин, мы приехали на битву самыми первыми, — сказал мехоноид, остановив машину. Он блеснул красным глазом и взялся за пулемет.

Я открыл глаза, чувствуя, что начинаю очень сильно злиться. Мы посреди поля и рядом несколько десятков джипов цвета хаки. Машины встали полукругом, оттуда выходили ядовитые скелеты и зомби.

Мы обогнали своё войско и оказались прямо в стане врага. Я приметил здесь сразу трёх полководцев, так что мы наткнулись на самые основные силы Раскольников.

— Микипер, я когда-нибудь тебя убью, — сквозь зубы произнес я, параллельно прикидывая, что можно сделать.

— Господин, я уже мёртв.

ТРА-ТА-ТА-ТА-ТА-ТА-ТА!

Микипер выскочил из машины и открыл огонь из пулемета без промедления. Думаю, он хотел исправиться за свою рискованную выходку прямо на поле боя. Но ни одна пуля не достигла цели — все снаряды сгорали прямо перед скелетами и зомби врага. Микипер выпустил все патроны, однако так и не пробил барьер, созданный одним из генералов противника.

От перегрева ствол пулемёта покраснел. Микипер осторожно повернул на меня голову. Я стоял в нескольких метрах от мехоноида и внимательно за всем наблюдал. Планшет деда я сложил пополам и убрал в карман, он ещё пригодится.

— Господин, а они что-то крепкие ублюдки! — Микипер так удивился, что показал на врага железным пальцем. Правда, он быстро вспомнил, что это сам привёз нас к основным силам врага без поддержки остальной армии. — Я с ними справлюсь! Стойте здесь, господин!

— Подожди, — остановил я мехоноида. Он хоть и силен, но здесь добрая сотня врагов и три генерала. — Тебе не перебить их в одиночку. Я скажу, когда надо вступить в бой.

Микипер кивнул. Отступать нам было нельзя — стратегически этот приём позволил бы соединится с главными силами и разгромить войско врага, но за это время Раскольников может добраться до Арины. Нам нужно рисковать, так что Микипер не зря привёз нас в самую гущу событий. Правда, говорить я ему этого не буду, а то зазнается.

Ядовитая армия почему-то на нас не нападала. Скелеты, зомби и даже их полководцы бывают очень тупыми, но здесь дело было не в этом. Главная цель врага захватить Сердце Шедевра, а не убить меня. Похоже, ядовитые просто хотят меня сдерживать.

И это мне только на руку! Я уже чувствовал, что моя армия на подходе, надо просто немного подождать.

— Эй, Бубонный, — произнесла худая женщина-зомби с серпом в руках. Её глаза были наполнены ядовитым газом и светились, а кожа ярко-жёлтая, будто она искупалась в ядерных отходах. Даже не удивлюсь, если так и было. Эта женщина-зомби одна из полководцев. — Давай убьем Могильникова и заберем себе всю славу!

— Молчи Ядерная, — ответил огромный скелет с тесаком в руках. На нём вместо брони была надета толстая автомобильная шина. — Хозяин даст нам куда больше токсичности, если мы будем чётко исполнять приказ.

— Но у нас как на ладони! И он человек, а значит уязвим к ядам!

Между двух генералов появилось ядовитое облако в виде крысы. Силуэт стал что-то шептать, но это было не для моих ушей, потому я не мог услышать. Очевидно Раскольников отдал своей армии какой-то приказ.

Ядерная зомби и Бубонный скелет развернулись и со своими отрядами пошли к машинам. Третий полководец, замотанный в бинты как мумия, остался стоять на одном месте.

Похоже, Раскольников хочет перебазировать свои силы, чтобы зажать Арину. Надо каким-то образом задержать ядовитую армию.

— Эй, нежить! — крикнул я. — Ваш хозяин что-то совсем скупой! В вашем оснащении даже нет ни одного пулемета! Да я даже банального автомата не вижу! И мечи у вас какие-то гнилые!

Провокация подействовала. Бубонный скелет остановился, а Ядерная зомби так и вовсе пробежала в мою сторону несколько метров. Она открыла рот, чтобы чем-то возразить, но так и не нашла аргумент.

— Господин, вы нам тоже не покупаете оружия, — тихо сказал Микипер. — Мы достаем всё сами…

— Тихо ты, — сквозь зубы прошипел я. — Не порти мне весь план.

— Давай я жахну этого Могильника! — выкрикнула Ядерная, грозя мне кулаком. — Он плохо говорит о нашем господине!

— У нас приказ… — неуверенно ответил Бубонный скелет. — Ладно, давай убьем его. Он не переживет нашу совместную токсичность.

Моя провокация сработала. Вот только вопрос — защитит ли фамильная магия демона-коммуниста от ядерного воздействия?… В какой-то мере это тоже яд…

Ядерная зомби стала вытягивать из своего тела жёлтую плазму, формирую возле себя бурлящий желтый шар. Мне её задумка не нравилась, так что я приложил руки к почве и стал делать себе земляной форт.

— Господин, я готов прикрыть вас от удара своим телом, — сказал механоид и расставил руки в стороны.

— Хватит дурачится, Микипер. Скоро придут основные силы, и тебе надо будет убить вражеских генералов.

— С радостью! — глаз механоида блеснул красным.

Я успел сделать закрытый форт с толстыми земляными стенами усиленными магией до атаки врага. Удар ядерной плазмы был не таким мощным, как взрыв ядерной бомбы, но все же стену форта враг пробил. Нас с Микипером отбросило взрывом, а у нашей машины, которая тоже попала внутрь форта, выбило стекла.

— Господин, яд! — воскликнул Микипер, вновь вскакивая и пытаясь меня закрыть.

Через дыру в форте действительно сочились ядовитые газы. Это уже сделала не ядерная зомби, а кто-то из двух других полководцев, наверное Бубонный.

— Не беспокойся, яд мне не страшен, — ответил я механоиду, проделывая проход в задней части форта. — Наши основные силы уже подоспели. Я чую Чингисхана.

Мы покинули крепость, но от ядовитого газа не сбежали. Всё вокруг заполонила жёлтая плотная дымка, из-за чего видимость была минимальной. Думаю, это создаст легкие проблемы против армии Раскольникова, но главное, что они не смогли меня отравить! Защитная магия демона-коммуниста, наконец, показала себя в полной красе.

— Не отставай от меня, Микипер, — скомандовал я. — И не отходи далеко. Чингисхан совсем близко.

Я не ошибся. Чингисхана мы встретили уже через несколько шагов. Правда, монгольский вождь в очередной раз удивил… Он вместо коня оседлал мамонта! А ещё, кажется, рядом с ним был советский красный флаг, но из-за ядовитого газа нельзя было рассмотреть всё точно.

В любом случае это было неважно. Настал момент наносить ответный удар!

— Чингисхан, врывайся в ряды врага и круши всех кого видишь! На мамонте ты будешь неуязвим!

Древнее животное встало на дыбы, а затем рвануло исполнять приказ. Земля при каждом шаге мамонта немного сотрясалась.

— Микипер, за тобой головы генералов, а я буду усиливать всю армию. Их надо разбить как можно быстрее, чтобы наконец идти догонять Раскольникова.

— Я их всех перебью! — Микипер блеснул красным глазом, достал два пистолета и скрылся в ядовитом газе.

У Раскольникова крепкая армия, и, хоть пришло моё войско, лёгкой победы здесь не будет. Я стал усиливать свою армией энергией и параллельно достал планшет деда.

В городе пропали все тёмно-зеленые точки. Дед справился, но почему-то об этом не хвастался. А ещё ко мне не пришла Инга. Но с ней все хорошо, я чувствовал это по нашей связи. Возможно дед и Инга разбираются с какими-то трудностями в городе.

Из хороших новостей также было то, что Раскольников не нагнал Арину. К ней подоспел Йоши, который скорее всего понёс девушку на руках. Ледяной невидимый монстр очень быстрый, так что Раскольникову будет сложно их нагнать.

А ещё на планшете было хорошо видно противостояние моей армии и армии ядовитых. Чингисхан ворвался в стан врага и методично гасил тёмно-зеленые точки. Думаю, он стрелял во врагов копьями.

Когда я достаточно сильно наполнил свою армию некроэнергией, то хотел вступить в бой самолично и покидать камни в ядовитых. Но кое-что заставило меня изменить планы. Я вдруг заметил на планшете белую точку в тылу своей армии.

Это, разумеется, не Арина, телепортироваться она не могла. Тогда кто? Думаю, это не врга, но лучше выяснить. Чингисхан и Микипер должны справится с ядовитыми, так что можно было немного отвлечься.

Направившись к белой точке, я нашёл джипы и грузовики, которые перевозили мою армию. Ядовитый газ ещё не развеялся из-за чего видимость была плохой, но кто был белой точкой я увидел сразу… В одном из джипов сидела Кепка.

Что она тут делает? Как она вообще попала к моим? Но главное сейчас не это — рыжая девчонка кашляла и сильно наклонилась вниз. Демонический котик Алехандро нервно бегал рядом с ней и о чём-то кричал.

Шестакову отравил газ. Я совсем не почувствовал его действие, но яд очень сильный. Кепку надо спасать. А после отчитать за такую выходку!

Кепка наклонялась вниз, явно теряя сознание. Она уже сильно наглоталась ядовитого газа, и будет недостаточно просто увезти её отсюда. Нужен антидот. У меня есть огромные запасы самых разных зелий, но нет рядом Инги, которая может принести нужный флакон.

— Виталий Иванович! — воскликнул демонический котик Алехандро, заметив меня. — Помогите нам!

Инга занята в городе, раз ещё не пришла ко мне. Придётся разбираться самому. Я приложил руки к почве и создал невысокий круг из земли вокруг машины. Это граница для барьера. Я потрачу очень много сил, если попытаюсь очистить всё поле боя от яда, но небольшой участок мне очистить легко.

Я поднял с земли небольшой камешек и стал втягивать в него весь яд и его некроэнергию. Лена меж тем покрылась чёрными пятнами, что было очень дурным знаком. От смерти её отделяют минуты, но я действовал быстро. Закончив с камнем, я выкинул его за барьер и открыл дверь машины.

— Каналья! — чуть ли не плача выкрикнул Алехандро. — Моя дама умирает!

— Замолкни, — сказал я, отталкивая белого котика, который сейчас только мешал. Я откинул Кепку на спинку сидения и приложил два пальца к её шеи. Я стал вытягивать яд из тела девушки. — С Леной всё будет хорошо. Этой дурехе ещё экзамены сдавать. Она так просто не сдохнет.

Чёрные пятна стали пропадать с тела Шестаковой и переходить мне на руку. Моя ладонь почернела и стала морщинистой как у старика. Я принял весь яд на себя. Не самый лучший способ решить проблему, но действуя иначе Лена могла бы умереть.

— О боги она жива! — радостно воскликнула Алехандро, прыгая с места на место. — Виталий Иваныч вы лучший учитель года! Нет, вы лучший человек год!

— Замолчи, мелкий, — сказал я, смотря на Кепку. Та открыла глаза, но её взгляд был мутным. Она ещё не пришла в себя. — Шестакова, секреты некромантии хочешь узнать?

— Секреты некромантии?… — тихо повторила Кепка, а затем её глаза загорелись и она резко выпрямилась. — Да, учитель, хочу!

— А вот хрен тебе, а не секреты некромантии, — я дал легкий щелбан в лоб девчонки. — Лена, ты что здесь вообще забыла?

Кепка схватилась за лоб, а затем осмотрелась по сторонам. Барьер был прозрачным, и хоть над полем боя стоял ядовитый газ, можно было рассмотреть сражающихся скелетов. Девушка ахнула и приложила ко рту ладонь.

— Виталий Иваныч, что происходит? Как я тут оказалась? Я помню как увидела черепа в небе и мне стало интересно, что происходит в городе. Я искала такси и случайно наткнулась на группу незнакомых скелетов…

— Вот тут как раз и начинается твоя ошибка, — я хотел щелкнуть девчонку по лбу ещё раз, но посчитал это лишним. Тут следовало провести воспитательную беседу, правда сейчас на это не было времени. — Лена, к незнакомым скелетам в машину больше не садись. Жди здесь тихо и не высовывайся. Тут стоит защитный барьер, если выйдешь, то умрешь от яда.

— Виталий Иваныч, вы сражаетесь с другим некромантом?! Давайте я вам помогу! Я недавно такому обучалась…

Девушка хотела сказать что-то ещё, но я приложил к её губам указательный палец своей здоровой руке. Правая всё ещё была чёрной от яда.

— Тихо. Ты тут будешь только мешаться.

— Ваша рука! — вдруг воскликнул белый котик. — Она почернела! Виталий Иваныч вы что спасли Лену ценой своей жизни? Как благородно! И грустно…

Этому коту только дай повод и он будет петь тирады. Но всё же повод для беспокойства у него действительно был. Моя рука оставалась черной и защита от яда демона коммуниста Эзвира почему-то не действовала.

Причину я понял быстро. Я думал, что моё тело нейтрализует яд, но из-за того, что я сам ввел яд внутрь себя, защита не сработала. Я подобрал с земли камень и стал перенаправлять туда нечистоты. У меня немного кружилась голова, поэтому я решил не отходить от машины, пока не избавлюсь от яда.

— Учитель вам точно не нужна моя помощь? — спросила Кепка, вытянув голову из машины. Дверь я не закрывал. — Я знаете чему научилась!

От некроманта новичка, пусть и талантливого, я не ожидал слишком много. Наверное, девчонка хочет показать какой-то свой новый призыв. Для неё это что-то невероятное, а для меня обычная темная магия.

— Ну давай, показывай, — приказал я, не отрываясь от процесса очищения своего тела.

Кепка выскочила из машины, белый котик Алехандро прыгнул ей на плечо, а затем пропал. Рядом с девушкой появился большой призрачный глаз белого цвета, который был не объёмным, а плоским будто кто-то его нарисовал в воздухе.

— Вот, учитель! — довольно воскликнул Шестакова. — Это демоническое зрение! Оно позволяет видеть некроэнергию и слабые точки врага!

Ладно, она меня всё же удивила… Вернее удивил её котик Алехандро. Демонический глаз это точно его способность.

— Я могу дать вам Алехандро на время боя, — продолжила Кепка. — Он вам поможет.

Демонический глаз уменьшился в размерах и плавно полетел к моей голове. Когда демонический глаз уменьшился до размера монеты, он завис в сантиметре от моего глаза из-за чего моё зрение изменилось.

Темнота и жёлтые пары газа мешали обзору, но благодаря новому зрению я видел все поле боя, каждого скелета. Это было непривычно и я даже не сразу понял, что теперь вижу сквозь препятствия, будто рентген.

— Ладно, Шестакова, тебе сегодня пятерка по тёмной магии.

Лена довольно захлопала в ладоши и заулыбалась.

— Ура! Ура! Только постойте… — улыбка девушки сменилась на задумчивость. — А у нас разве есть такой предмет в школьной программе?

— Двойка за сообразительность, Кепка. Такого предмета, разумеется, нет.

— Учитель, так нечестно! Да и такого предмета как сообразительность точно нет!

— И это плохо, — произнес я и выкинул камень наполненный ядом за пределы барьера. — В школе надо учить детей сообразительности. Это даже будет поважнее некоторых других предметов. Большинство детей совершенно не понимают, что им делать вне школы и потому они творят разные глупости. Впрочем, Лена, ты это всё знаешь. Спасибо за демонический глаз. Я верну Алехандро в целости и сохранности.

Кепка возможно хотела что-то сказать, но я рванул за барьер. Я и без того здесь слишком сильно задержался. Моя армия во всю сражалась. Мамонт раскидывал всех скелетов вокруг себя, Чингисхан без устали кидался копьями, а Микипер с группой мехоноидов из всех калибров обстреливали Бубонного скелета, который сделал себе форт из поверженных товарищей. Этот полководец кроме ядовитых способностей был специалистом по управлению костями.

— Микипер, бей не по костяному форту, а в других скелетов! — крикнул я своему мехоноиду. — Форт оставим напоследок!

Демонический глаз помогал видеть слабые и сильные стороны противника. Костяной форт Бубонного полководца был чрезвычайно крепким, а Микипер со своей дружиной тратили на пробитие этой защиты все свои силы. Похоже, мехоноиду очень хотелось срубить голову вражеского полководца, но по итогу это усердие только мешало.

— Чингисхан, не гоняйся ты за теми конями! — крикнул я второму своему командиру. — Атакуй забинтованного полководца!

Этот приказ я отдавал не из-за помощи демонического глаза, а из-за простой логики. Хитрый полководец в бинтах додумался создать костных коней, чем привлек внимание Чингисхана. Причем кони были очень убогими, ведь их создавали совсем не из тех костей.

Полководец в бинтах, в отличие от Бубонного, умел реанимировать своих павших воинов. Он направлял на поверженных скелетов поток бинтов и очень быстро ставил их на ноги. Получается этот полководец был специалистом по воскрешению мертвых и управлению костями.

Уже второй сильный полководец в руках Раскольникова. Это косвенно говорит о силе самого предателя Инквизиции.

В меня полетел кислотный сгусток от ядерной зомби. Я пригнулся к земле и поставил вокруг себя стену из земли. Третий полководец врага тоже дал о себе знать. И он тоже был сильным.

— Раскомандывался тут! — злобно произнесла зомби. — Сейчас я накачаю тебя радиацией так, что третья рука вырастет! Хотя нет, не вырастет, я просто тебя убью!

Какая самоуверенная и наглая зомби женщина. На меня повернулся Микипер, но я махнул ему рукой, чтобы он занимался своим Бубонным полководцем. Этого я хотел взять на себя.

На ядерную я не успел посмотреть своим новым зрением, однако это и не требовалось. Главное, что я знал где она находится, а сканирующая способность демонических глаз поможет скорректировать атаку, если потребуется.

Я приложил руки к почве и стал наполнять землю некроэнергей. Вступив на Четвёртый Круг, я не до конца понимал какую специальность мне стоит открыть в себе. В запретных книгах описывают множество сильных способностей, но зачем уходить в дебри, когда есть родная геомантия?

Когда почва достаточно наполнилась энергией я хлопнул в ладоши и закрыл над ядерной две массивных земляных плиты. Она закидывала мою защитную стену кислотой сильно её прожигая, но до меня добраться не успела.

Эта ядерная опасная штучка. Очень хорошо, что я за неё взялся, потому что она уже прожгла десятки моих скелетов.

БА-А-А-А-А-А-АМ!

Прозвучал мощный взрыв, который откинул меня на несколько метров. В ушах звенело, даже несмотря на защитные чары, а всё вокруг заполонил яркий ослепляющий свет.

Кажется, ядерная зомби имела внутри ядерную бомбу…

Москва. Операционный штаб инквизиции.

— Тамара Викторовна, в Чите произошёл ядерный взрыв! — встревоженно доложил молодой парень, сидящий за блоком из четырёх мониторов. — Военные подняли боевую тревогу!

— Все происходит там, где сражаются некроманты? — спокойным хладнокровным голосом спросила Тамара Викторовна, будто не произошло ничего необычного. Она даже не стала подходить к столу своего подчиненного, продолжая смотреть на большой монитор с картой России в центре зала.

— Точное место ещё неизвестно, но — да! Взрыв произошёл там, где сражаются некроманты!

— Тогда сообщите военным, что это внутренние разборки, а не внешнее нападение. Вызывайте в Читу Смирнова. Причём на самолете. Это он запустил проект «Крысиного Короля», так что пусть всё расхлебывает сам.

— Тамара Викторовна, но полковник Смирнов не любит летать на самолетах… — тихо произнес помощник, отводя взгляд.

— Мне без разницы, что он любит, а что не любит, — всё также спокойно без какого-либо оттенка злости произнесла Тамара Викторовна. — Исполняй приказ.

Молодой парень сглотнул. Ему не хотелось злить Смирнова, но свою начальницу он боялся ещё сильнее. Тамара Викторовна выглядела очень молодо в свои пятьдесят, однако в ней все видели не красивую девушку, а полковника инквизиции.

— Тамара Викторовна, в Чите произошла ещё одна сильная вспышка некроэнергии, — доложила курносая блондинка с другого стола. — Все датчики сходят с ума.

— Там происходит битва двух сильных некромантов, — сказала полковник и чуть поправила очки. — Техника будет сбоить ещё несколько часов. Главное для нас, что всё происходит не в самой Чите, а окрестности города. Много жертв быть не должно. Главное, чтобы Смирнов прибыл вовремя и защитил город от всех угроз. Пища некромантов это люди. Нельзя допустить, чтобы город был захвачен. Это будет чудовищным провалом для всей инквизиции.

Каждый в операционном штабе сильно нервничал из-за ЧП. Связь с Раскольниковым была потеряна, а остальная часть читинской инквизиции занималась устранением некроотравления нескольких сотен людей.

Это косвенно говорило о начале захвата городе, что пугало весь штаб, но стальная леди Тамара Викторовна смотрела на всё холодной головой, поднимая в бой всего одного высшего инквизитора Смирнова, а не сразу нескольких.

Хотя один лишь Смирнов это уже значительная сила. Причем полковник становится очень злым, когда ему приходится лететь на самолете…

После взрыва меня вырубило то ли на несколько секунд, то ли даже на пару минут. Когда открыл глаза, ещё некоторое время ушло просто осознать и понять, что произошло.

Я поднялся на ноги. Впереди меня поднимался ядерный гриб. Поток жара от взрыва был такой силы, что выжег землю и почти всех скелетов как с моей стороны, так и со стороны врага.

После первого ядерного взрыва, будто был второй наполненной некроэнергий уничтожения. От него я и потерял сознания, но у меня и моих сильнейших воинов защита выдержала — Микипер, Чингисхан и доисторический мамонт оставались в строю, сражаясь с двумя вражескими полководцами.

Мои побеждали, но радости от этого было мало. Я потерял большинство армии и тем самым утратил с ними взаимоподпитку некроэнергией. А ещё я потратил очень много сил на поддержание защиты и теперь с трудом понимал, как мне ещё сражаться с Раскольниковым. Демонический глаз Шестаковой был полезным, но не подсказал, что внутри полководца врага скрыта такая мощная бомба.

Череп Бубонного скелета был срезан ударом руки Микипера. Почти одновременно с этим Чингисхан проткнул полководца-мумию несколькими копьями. Армия Раскольникова разбита, вот только похоже он изначально рассчитывал её потерять.

Во всей этой ситуации радовало только то, что сам Раскольников тоже должен быть ослабнуть, ведь потерял связь со значительной частью своих скелетов. У него осталось ещё войско, но всё же здесь были основные силы. От этой мысли у меня даже приподнялось настроение.

— Запрыгивай на мамонта, Микипер, — скомандовал я, разворачивая планшет деда. Раскольников так и не достиг Арины, что было очень хорошей новостью. — Главный наш бой ещё впереди.

Мехоноид мощным прыжком запрыгнул на мамонта, чуть ли не сбив Чингисхана, но тот устоял и за такую дерзость практически скинул Микипера обратно на землю.

— Эй, сейчас точно не время для разборок! — крикнул я своим скелетам и почему-то вдруг вспомнил про Кепку.

Я обернулся. Среди искореженных машин и грузовиков, только машина с Шестаковой оставалась в порядке. Я поставил для неё довольно мощный барьер, и хоть это высосало из меня силы, я ни о чем не жалел. Главное, что ученица жива.

Чингисхан заставил мамонта опустится, чтобы мне было удобнее на него запрыгивать. Как Микипер я прыгать не умел, но тоже умел это делать хорошо, когда усилял тело некроэнергией.

Красный флаг на вершине мамонта полностью сгорел, осталась только палка, хотя само кожаное седалище, куда крепился флаг, почти не пострадало. Забравшись на мамонта, я также понял, что часть скелетов ещё подлежит восстановлению. Глаз в этом плане у меня наметан. Причём можно было забрать не только своих скелетов, но и вражеских.

Лучше всего заниматься поднятием мертвых сразу после прошедшей битвы, однако я не мог на это отвлекаться. Интерактивная карта на планшете показывала, что Раскольников очень близок к Арине.

— Чингисхан, врубай турборежим, — сказал Микипер, подталкивая. — Или у тебя тут нет турбо режима?

— Сейчас я покажу тебе мощь Монголии, глупая железяка.

Чингисхан достал небольшой рог из глубины одежды и дунул в него так громко, что хотелось закрыть уши. Только это было невозможно, ведь мамонт рванул так сильно, что руками я держался за седалище.

А вот Микипер среагировать не успел и зацепился за край седалища в самый последний момент. Он болтался на ветру словно флюгер.

Безумная скорость! Чингисхан меня в очередной раз удивил. Думаю, даже живые мамонты так быстро не бегают! И такая большая скорость сейчас была крайне важна, чтобы догнать Раскольникова.

Держись, Арина, я скоро приду!

Я достал планшет и проверил, насколько далеко мы находимся от Раскольникова и Метелицы. Карта показывала, что между нами всего километр разницы и примерно столько же предателю инквизиции было до Арины.

Мы точно его нагоняли. Костяной мамонт не выдыхался и не сбавлял огромный темп бега. Порой я даже боялся, что мы перевернемся из-за какой-то низины, дерева или кочки, но Чингисхан был опытным наездником.

Причем самое невероятное, что этот монгольской вождь ещё и умудрился попить чая, пока мы ехали! Он без слов предлагал отведать чая и мне, но я отказался. Я с трудом держался за седалища мамонта и совершенно не представлял, как в этом положении могу что-то пить. Да и мне не хотелось.

Этот урод Раскольников очень долго водил за нос инквизицию, проворачивая свои грязные дела. Он хотел отравить Читу некрочумой через воду, а сегодня ещё пытался взорвать здесь ядовитые бомбы. И это только то, с чем столкнулся я. Работая на федералов, Раскольников точно по полной пользовался своей властью в инквизиции. Он даже Арину пытался найти руками федералов!

Небо уже потемнело, но впереди нас почему-то было красное зарево. Как после заката, но здесь дело явно было в чем-то другом. Будто само небо было отравлено, хоть это невозможно.

И нет, дело не в произошедшем ядерном взрыве. Мы уже давно отъехали от того места.

Врага пока не видно, хоть он и близко. Здесь кругом были леса, из-за чего не получалось видеть вдаль.

— Код три тысячи, код три тысячи, — стал монотонно бубнить себе под нос Микипер. Его голова чуть опустилась вниз.

— Эй, что с тобой? — окликнул я мехоноида.

— Код три тысячи, — повторил скелет. — Код три тысячи.

Я внимательно смотрел на Микипера, пытаясь понять, что с ним случилось. В мехоноидах я не эксперт, но похоже у него произошёл какой-то сбой в черепушке. И это очень не вовремя. Вот-вот начнется битва с Раскольниковым.

Рядом со мной возникла Инга. Я её не вызывал, кошка вернулась сама.

— Виталя, ёпт, там такое было! — воскликнула Инга и подняла вверх лапки. — Но мы совсем справились!

— Вторая твоя фраза звучала как-то неубедительно, — я хорошо знал своего демонического фамильяра и потому понимал, когда она хочет схитрить.

— Позже всё расскажу! — заверила Инга, сделав невинную мордочку. — Но можешь не переживать, Виталя. С городом все хорошо.

— А с дедом?

— С ним тоже всё хорошо! Но есть небольшой нюанс!..

— Код три тысячи, код три тысячи, — снова стал бормотать Микипер и это нас отвлекло.

— Ёпт, что это с ним? — удивилась Инга.

— Сломался мехоноид, — с легким недовольством сказал я. — Надо будет отвезти его к Михалычу.

— Этот скелет-убийца сломался?! Не верю! Подожди, Виталя, сейчас я его починю!

Инга подскочила к Микиперу и стала долбить лапкой по черепушке мехоноида.

— Бесполезно, — я покачал головой. — Инга, это тебе не старый телевизор, его не получится починить вот так просто.

— Не, не! У меня получится, ёпт!

— Сомневаюсь. После битвы с армией Раскольникова я потерял много энергии и мне пришлось забрать её у Микипера, чтобы усиливать мамонта. Похоже, от этих энергетических перепадов у него и поехала крыша.

— Код три тысячи, код… код… код… — Микипер зациклился на одном и том же слове, а затем медленно и осознанно поднял голову. Его правый глаз блеснул красным. Инга перестала колотить его лапкой и спряталась за мной. — Хозяин, кого нужно убить? Я вернулся. Критической ошибки «код три тысячи» больше не будет.

— Что это вообще было? — спросил я, но затем махнул рукой. — Ладно, неважно. Мы почти на месте.

Я вновь достал планшет деда. Как раз в этот момент все зелёные точки остановились. Раскольников решил остановить погоню и дать мне бой. Я был этому только рад.

— Чингисхан, сбавляй темп! — крикнул я. — Нас здесь встречают.

Монгол повиновался приказу, но ничего не ответил. Из неба вдруг ударил красный свет, как раз с той стороны, где находился враг. Я посмотрел на интерактивную карту. Вместо двух десятков зелёных точек их вдруг стал под сотню.

И количество только росло. Смотря на интерактивную карту, я даже не понимал число врагов. Каждую секунду количество зеленых точек приумножалось, а фон некроэнергии зашкаливал.

Откуда у Раскольникова вдруг взялась такая огромная армия? Я сомневаюсь, что мы угодили в заготовленную ловушку, ведь Раскольников не мог знать, где мы окажемся во время погони.

Я не поверю, что здесь был его схрон. Даже в случайно найденное кладбище не поверю. Тут было что-то другое. Странная и очень сильная магия, связанная с красным небом.

— Чингисхан, остановись, — скомандовал я, убирая планшет. Интерактивная карта больше была не нужна. Тем более я понял, что зрением Алехандро могу видеть врага сквозь лес.

Мощные высокие скелеты с рыжими костями брали нас в клещи. Они не были вооружены оружием, но это не значило, что они не опасны. Эта орда рыжих скелетов может просто задавить количеством.

— Ёпт, Виталя, нас окружают! — воскликнула Инга, высовывая голову за пределы седалища мамонта. — Что будем делать?! Ты снова хочешь использовать силу Серого Мира?

Откуда-то извне раздался громкий голос:

— Могильников, сила Волка тебе не поможет, — медленно произнес голос. Я не сразу понял, что это Раскольников, но другого варианта и быть не могло. — Но если хочешь, можешь попробовать затащить меня в Серый Мир.

Раскольников засмеялся. Он видел и слышал меня, поэтому я стал шептать заклинание на демоническом языке, которое скрывало от тайных взглядов.

— Виталя… — тихонько произнесла Инга и потащила лапкой меня за штанину. — Не пойми меня неправильно, но может свалим отсюда? Нам стоит пополнить армию тьмы, прежде чем сражаться с такими сильными некромантами. А ещё я забыла тебе сказать, что сюда летит Смирнов. Я услышала это от Злобина, когда помогала устранять отравления некроядом.

— Нет, Инга мы не уйдем, — без капли сомнения ответил я. Когда дело пахнет жареным, Инга частенько предлагает стратегическое отступление, но сейчас даже думать о таком было нельзя. — У Раскольникова стоит магия слежки за Ариной. Он найдет её где угодно, поэтому и отвлекся на нас.

— Ёпт, но как нам выиграть? — Инга развела лапки в сторону. — Виталя, я чувствую насколько ты ослаб, а у Раскольникова ещё дохрена сил! Если магия призрачного Волка не работает, то у нас практически нет шансов победить!

Красное свечение исходящее от неба стало пропадать. Новых рыжих скелетов больше не появлялось, но те, что были, брали нас в кольцо. А ещё в нашу сторону подъехал чёрный джип с гербом инквизиции на боку. Оттуда вышел Раскольников и худая забинтованная женщина, которая поверх бинтов была одета в рыжее платье.

Причем это женщина не зомби, а человек, я видел это зрением Алехандро.

— Могильников, ты меня уже порядочно достал, — произнес Раскольников и ухмыльнулся. — Я даже не думал, что ты станешь такой проблемой. Теперь мне ещё сильнее хочется изучить твой мозг. Ты станешь основой для первоклассного гомункула.

Раскольников стал с предвкушением двигать пальцами в воздухе, будто осьминог своими щупальцами. Какой же он мерзкий тип. Раскольников не понравился мне с самой первой встречи, но всё же я не разглядел, что за маской полковника инквизиции скрывается настоящий монстр.

Однако я не понимаю только одного — почему он подошёл на дистанцию моей атаки? Даже если он смог найти способ защитится от призрачного Волка, это ещё не значит, что Раскольников теперь в полной безопасности. Ему стоило прятаться позади своей армии, ведь вблизи я очень опасен.

— Такого подлеца как ты, даже некрить не хочется, — сказал я и спрыгнул с мамонта. Я не собирался бежать в атаку, но мне нужен был доступ к земле.

Раскольников от того, что я оказался на земле ничуть не испугался. Он лишь хмыкнул на мои слова.

— Могильников, у тебя большой талант, но ты не понимаешь главного правила некромантии — для достижения цели стоит использовать любые средства. Я бы никогда не стал разбрасываться телом сильного некроманта. Это и есть причина почему ты на Четвертом Круге, а я на не полном Пятом.

И снова довольная ухмылка. То, что Раскольников близок к Пятому Кругу, я уже понимал. Но если бы уровень магии всегда бы решал исход битвы, то более низкий уровень никогда бы не дрался с более высоким. Раскольников смотрит на меня свысока, а это очень большая ошибка.

— Хозяин, мне его убить? — спросил Микипер с вершины мамонта. Я на него не поворачивался, но знал, что его глаз сейчас блеснул красным.

— Нет, я разберусь с ним сам, — отмахнулся я.

Раскольников громко рассмеялся. У него не было даже капли сомнения в своей победе.

— Могильников, а ты забавный некромант. — предатель инквизиции вытянул из-под одежды круглый амулет, который горел ярким синим свечением. — Это защитит меня от Серого Мира. Могильников, другого способа победить у тебя нет. Мой гомункул Розуоль создала целую армию ржавых скелетов.

Раскольников хлопнул в ладоши. Его забинтованная спутница рассыпалась на рыжую пыль, её бинты и одежда упали на землю. Одновременно с этим все рыжие скелеты покрылись плотной рыжей аурой. Фон некроэнергии увеличился чуть ли не вдвое.

Да что это чёрт возьми за магия… Она будто нарушает все законы некромантии…

— Вижу, ты удивлен этой мощи. — предатель инквизиции самодовольно хмыкнул. — Я создал три близких к идеалу гомункула и сейчас ты столкнулся Розуоль, лучшим моим творением. Этот гомункул впитал в себя жизни пятидесяти тысяч людей, что в десять раз больше того, что я потратил на ядовитого и бессмертного гомункула вместе взятых.

— Ты убил пятьдесят тысяч людей? — спросил я, не веря в такое огромное число жертв. — Инквизиция иногда замалчивает количество убитых, но такое они бы скрыть не смогли. С времен прихода Старого Короля в России не было столь крупных потерь среди людей.

— А кто сказал, что я черпал людские жизни из России? Могильников, мир очень большой. Материал найти легко, главное желание. На идеального гомункула мне потребуется уже миллион жизней. — Раскольников распахнул руки в стороны. — Ржавые скелеты сожрите Могильникова! Оставьте для меня только его мозг!

Я приложил ладони к земле. Из всех преступников и некромантов, до которых я добирался, этот худший. И он не уйдет из этого боя живым.

Фон некроэнергии вокруг был такой мощный, что было сложно почувствовать как во время разговора с Раскольниковым я медленно наполняю почву некроэнергией. Моя атака была быстрой и чрезвычайно мощной. Хлопнув в ладоши, я закрыл Раскольникова двумя мощными земляными плитами.

Мгновенная смерть. Этот прием хорошо себя показал во время битвы с ядерной зомби и я знал, что это может сработать на Раскольникове. Главным было подойти к нему близко, но он сам мне в этом помог.

— Придурок, — сказал я со злостью и покачал головой. — Я опасен и без призрачного Волка Гастэло.

Фон некроэнергии стал уменьшаться. Рыжие скелеты были очень мощной некромагией, но без своего командира большинство из них лишилось энергии и попадало на землю. На ногах остались только два десятках рыжих, похоже, это изначальные, а остальные уже клоны.

— Микипер, Чингисхан, разберитесь с ними! — скомандовал я.

Мамонт ринулся в бой, а Инга спрыгнула ко мне. Она была так удивлена, что даже приоткрывала рот.

— Ёпт, Виталя, это было очень круто! Ты его всего одним приемом победил!

Я ничего не ответил кошке. Вместо этого я сложил руки вместе и стал читать слова заклятия на некромантском языке.

Раскольников убит, но он подготовил для себя ритуал темного возрождения. Я знал как это предотвратить, так что этот урод уже никогда не вернется.

Мой телефон зазвенел. Кому я вообще сейчас мог понадобиться? Ладно, похоже настало время Инги помочь в этой битве.

— Инга, ответь на звонок, — бросил я и продолжил читать слова заклятия.

Инга не стал говорить что-то в духе «у меня лапки», а вместо этого просто перешла в свой облик сексуальной блондинки. Она достала телефон, но отвечать на звонок не стала, просто пялясь в экран.

Я видел Ингу боковым зрением, но даже так чувствовал её испуг.

— Кто звонит? — спросил я, закончив очередной уровень заклятия. Отвлекаться я мог лишь минимально.

— Ёпт, это Смирнов… — сказал Инга и повернула экран в мою сторону.

Как же не вовремя… Мне мало того, что надо наложить заклятие, так ещё и тут целая гора незанекренных рыжих скелетов! Мне надо восполнить армию после тяжелого боя, а тут эта дурацкая инквизиция лезет!

И ладно бы мне звонил Злобин, но это же Смирнов. У него Пятый Круг огня…

— Ёпт, Виталя, если его игнорить, будет ещё хуже!.. — обеспокоено воскликнула Инга.

Я ничего не ответил, продолжая работу над своим заклятьем. Подождёт Смирнов. Если не прервать Раскольникову ритуал возвращения в мир живых, то всё сделанное будет напрасным.

Ко мне подошёл Микипер.

— Хозяин, все враги превращены в пыль, — гордо заявил мехоноид и блеснул своим красным глазом.

Я скривился. И почему все так упорно хотят отвлечь меня от сотворения заклятья? Да ещё и Микипер неправильно меня понял, повредив скелетов. Впрочем, я не дал нужных уточнений, так что сам виноват. Если подчиненный неправильно понял приказ, то проблема часто заключается в плохой формулировке от начальника. Кричать и всплескивать руками в таком случае глупо.

— Ёпт, в нас летит файербол! — ошарашено крикнула Инга, показывая в небо пальцем.

Уже давно стемнело, так что горящий объект был очень сильно заметен. И да — это действительно был грёбанный файербол! Слово английское, но оно совершенно точно описывало проблему.

Мне оставался последний уровень заклятия… Ну зачем всё так усложнять?…

Я создал вокруг себя, Инги и Микипера земляной купол на скорую руку. Причем делал это параллельно с чтением заклятия, что считалось высшим пилотажем в магии. Тут как говорится — не было выбора! Либо делаешь защитный купол, либо становишься шашлычком.

Можно было ещё поставить магический барьер, но от файербола физическая защита в виде земляного купола выглядела куда надежнее.

Скорость огненного снаряда была бешенной. Мне доводилось слышать звук свиста ракет и тут было что-то похожее, но всё же иное. Более тихое. Однако не менее разрушительное…

Земляной купол погасил основную часть удара, однако всё же обвалился. На нас посыпались раскалённые дымящиеся куски земли. Я потянул Ингу к себе, чтобы защитить. Кошки проворные, но в критических ситуациях могут тупить. Да и Инга была в облике девушки, так что это дополнительно снижало её ловкость.

Я откинул магией раскалённую часть купола в сторону. Опасность миновала, но Инга так на мне и висела, смотря мечтательным взглядом. Она могущественный и очень нахальный демонический фамильяр, но порой прям девчонка девчонкой.

— Инга, отпускай, — без жестокости, однако все же властно произнес я. — Сейчас точно не время для обнимашек.

— Виталя, ёпт, а что это у тебя с глазом, — вдруг нашлась Инга и сощурилась, будто я попался на каком-то преступлении.

Я отодвинул блондинку руками. Объяснения — объяснениями, а некрение по расписанию! Если не считать Микипера, Чингисхана и мамонта я потерял в битве с Раскольниковым всю свою армию тьмы. Нет, конечно в городе остался механик Михалыч, но как боевую единицу его можно было не считать. Хотя гаечным ключом он управляется неплохо — если потребуется, то треснет им как следует!

Армия из тысячи рыжих скелетов! Такого у меня ещё не было! Как их там Раскольников называл? Ржавые? Ржавчины я на них что-то совсем не заметил, да и они не из железа.

На самом деле я сейчас бы и ржавых скелетов с радостью забрал. Мне непривычно иметь так мало некроэнергии. Это равносильно тому как вместо стройного тела, вдруг получить тело толстяка — жить вроде и можно, но происходящее очень хочется исправить!

Я приложил руку к земле и начал ритуал поднятия нежити. В тот же момент мой телефон зазвонил. Похоже, снова Смирнов… И откуда у него мой телефон? И главное откуда у меня его телефон?…

— Инга ответь на звонок и поставь на громкую связь, — скомандовал я. — Всем остальным сидеть тихо и не греметь костями!

Это снова звонит Смирнов. Я это понял, даже несмотря на экран телефона.

— Могильников, некромантская твоя морда! — послышался крик из динамика телефона. — Чем ты там занимаешься?!

— За город поехал, отдохнуть, — отвечаю я. Возле меня поднялся ближайший ржавый скелет. — Сижу, книжку читаю.

— Какая нахрен книжка?! — продолжает орать Смирнов. — Я знаю, что ты сражаешься с другим некромантом! Ты повел на него свою армию тьмы!

— Полковник, к чему такие громкие обвинения? У меня сейчас не то что армии нет, я даже десяти скелетов не имею. Перед поездкой в Читу вы меня раскулачили и запретили пользоваться некромантией. Я строго следую нашим договорённостям.

— Строго следуешь договорённостям? — Смирнов усмехнулся. — Могильников, хочешь сказать, что после своего ареста ты никого не занекрил?

Возле меня поднялся уже четвертый ржавый скелет.

— Полковник, я же в завязке. Конечно же я никого не некрил.

— Ни единого скелета и зомби? Совсем-совсем ни одного?

Ещё два рыжих скелетов поднялись на ноги. Итого уже шесть. Можно было и ускорится, но я поднимал их медленно, чтобы установить более сильную некросвязь.

— С тех пор как я стал учителем, я полностью забыл о некромантии, полковник. Дети отнимают все мои силы, а вы ещё и повесили на меня работу в инквизиции. Я даже не думаю о том, чтобы снова взяться за некромантию. Теперь я совсем другой человек.

Я закашлялся. Новый занекренный скелет, вставая, очень громко гремел костями. Остальные поднимались относительно тихо, а этот как слон в посудной лавке. Хотя вряд ли по телефону можно разобрать звук костей. Это можно принять за посторонний шум телефонной связи.

— Совсем другой человек, говоришь? — спрашивает Смирнов и чуть усмехается. Похоже, он совершенно мне не верит.

— Да, полковник, — отвечаю я. — Работа с детьми меня изменила. Теперь я совсем другой человек.

— Хватит мне лапшу на уши вешать!! — рявкнул инквизитор. — Я прекрасно знаю, что ты не завязал, но закрывал на это глаза! Где ты Могильников? И что вообще происходит?

Вот это поворот… Неужели Смирнов действительно всё это время знал, что я продолжаю заниматься некромантией? А может берёт на понт?

— Я жду ответа!! — закричал Смирнов, ещё сильнее прежнего. — Могильников, либо ты прекращаешь врать и говоришь о происходящем честно, либо же я объявляю тебя вне закона и самолично за тобой охочусь. На тебе стоит моя метка, которую невозможно снять. Я найду тебя где угодно. До тебя же уже долетел мой огненный шар? Я отправлял его в твою сторону перед тем, как сесть на самолет.

Уже двадцатый скелет поднялся на ноги. Я немного ускорился, понимая, что пахнет жареным.

Что это ещё за метку Смирнов на меня поставил? И главное — когда? Наверное, это произошло сразу после ареста, причем так ловко, что я ничего не заметил. Смирнов не дурак. Он пошёл на договор со мной, но всё это время имел план «В» на случай, если я выйду из под контроля.

Ладно, сейчас только два варианта — либо инквизиция начнёт на меня охоту, либо же признает героем. Хотя героем, конечно, не признают, медаль не выдадут, но могут закрыть глаза точно также, как на некоторых святых охотников.

— Я сражался с Раскольниковым, — говорю я, после небольших раздумий. — Он оказался некромантом.

— Я уже знаю, что Раскольников предатель, — мрачно ответил Смирнов. — Где сейчас Раскольников? И насколько большая у него армия?

— У него очень маленькая армия. — сказал я, поднимая уже тридцатого скелета. — Всех я уничтожил без возможности перенекрения. Раскольников тоже уничтожен. Он хотел отравить город, но я это предотвратил.

— Могильников, хочешь сказать, всё уже закончилось? — с сомнением в голосе спросил полковник.

— Да, всё уже кончилось. Но ещё надо разгребать последствия. Тут произошёл небольшой ядерный взрыв… Требуется эвакуация людей из ближайших районов.

— Этим уже занимаются военные и инквизиция. У нас есть один маг, который может подавлять радиацию. Могильников, меня сейчас больше интересует всё, что связано с некромантией. Мне нужны скелетные головы. Много голов. Не надо врать, что у Раскольникова была маленькая армия. Не трогай ни единого скелета, Могильников. Это единственный вариант, чтобы я тебя прикрыл. ПОНЯЛ?!

Последнее слова Смирнов прокричал. Расклад я понял сразу. Белобрысому нужно много трофеев, чтобы оправдаться перед начальством. Если я оставлю здесь даже сотню ржавых этого будет мало. Смирнов хоть и не видел армии Раскольникова, но понимает, что здесь должно быть много всего.

— Полковник, я никого здесь не трону, — с легкой грустью произнёс я. — Скелетов тут действительно много.

— Могильников, не вздумай даже одного скелета забрать! Мне нужны все! Я скоро прилечу. Жди.

Смирнов отключился. Всё же он знает, где я нахожусь, хоть и спрашивал об этом. Наверное, проверял.

Я поднял тридцать три скелета и понял, что на этом надо остановиться. Слишком наглеть тут нельзя, но и сдавать уже забранных скелетов я не буду. Тут же тысяча рыжих! Потерю трёх десятков никто не заметит.

— Ёпт, Виталя, что теперь делать? — с тревогой спросила Инга, прижав к животу мой телефону. — Это как никак Смирнов… С ним шутки плохи.

— Сматываем удочки, — ответил я. — Заберу только эти тридцать три ржавых. Блин, там же ещё побоище с мехоноидами и той ядерной было… Будет неплохо забрать хотя бы парочку меха-скелетов. Ну и Кепку надо в любом случае вернуть в город.

— Какую ещё Кепку? — переспросила Инга с недоумением.

— Лена Шестакова, моя ученица. Она, кстати, немного помогла в этом сражении, — я напрягся и стал выдавливать из глаза чужеродную магию. — Вылезай Алехандро.

Сейчас я был словно фокусник. Только они обычно достают кроликов из шляпы, а вот я белого котёнка из огромного демонического глаза. Я вытащил его за холку и кинул на землю.

— Синьор, зачем там грубо! — вздыбив хвост, пожаловался Алехандро. Затем он повернулся на Ингу, замер и исполнил что-то вроде поклона. — Сеньорита Инга, вы как всегда прекрасны.

— Ёпт, ты куда там пялишься мелкий блохастик! — поставь руки на бедра, возмутилась девушка. — Не в курсе, что за такое и в морду дать могут?

Белый котик испуганно рванул на несколько метров назад. У Инги как обычно короткое платье, а Алехандро смотрел снизу вверх… Вот девушка и законно возмутилась.

— Инга, не трогай его. У нас много работы. Скоро здесь будет Смирнов. И, кстати, Инга, что там с дедом?

— Ну-у-у-у, — протянула девушка и отвела в сторону взгляд. — Там случилась кое-какая проблема…

— Начальник… — тихо шепнул высокий темноволосый бородач в боевой форме инквизиции. — Этого мелкого точно трогать не будем? Его взгляд меня пугает… Он же здесь тысячу скелетов в одиночку положил…

Смирнов, не оборачиваясь на подчиненного, продолжал осматривать поле боя. Полковник курил толстую сигару и напряженно думал. Затем он перевел взгляд на мамонта. Пять с половиной метров в высоту, мощные бивни, размах которых близок к трем метрам, а также сильная некроаура. Смирнов оценил вес мамонта и пришёл к выводу, что зомби-зверь весит больше десяти тонн.

— Эй, Могильников, ты где такого мамонта огромного раскопал? — спросил полковник, повернувшись на некроманта. — Разве они бывают такими огромными? Я ещё никогда не видел столь огромных слоняр.

— Мамонты больше обычных слонов, полковник, — ответил Могильников. — Это вымерший вид.

— И где ты его достал?

— Во льду, полковник. Поэтому он так хорошо сохранился. Мамонт-скелет был бы слабее, чем эта зомби-версия. Чего стоит только его вес. Одним взмахом бивня зверь может расправиться с десятком рыжих скелетов, что здесь лежат.

— Что-то я не вижу у них повреждений… — со скепсисом произнёс Смирнов, сурово глядя в глаза в некроманта. Могильников от этого ничуть не смутился. — Большинство из этих скелетов не вступали в бой. Твой мамонт как будто вообще тут не сражался.

— Все верно, полковник, мамонт практически не успел ничего сделать. Я расправился с Раскольниковым и вся остальная армия рыжих скелетов пала.

— Могильников, но перед этим ты сказал, что мамонт крушил скелетов врага.

— Вы невнимательно меня слушали, полковник. Я сказал, что мамонт может за один удар положить десять рыжих, однако вступить в бой он толком не смог.

Смирнов несколько секунд сверлил взглядом некроманта. Подчинённые занимались тем же самым, правда встав за спиной начальника. Они опасались Могильного Волка, зная какой фон некроэнергии здесь буйствовал. Да и про Волка до этого дня ходило много страшных слухов.

— Могильников, я никогда не поверю, что у тебя в армии один лишь зомби-мамонт. Где остальные?

— Полковник, у меня действительно было больше армии, но я попал ловушку Раскольникова. Он взорвал ядерную бомбу и уничижил всю мою армию кроме мамонта. Любой бы другой отступил, потеряв войско, но я ради блага нашей Родины рисковал жизнью, чтобы остановить опасного некроманта.

Смирнов вплотную подошёл к Могильникову.

— Ого какими словами ты заговорил. Значит Родину от некромантов спасаешь? Могильников, тогда почему не пошёл в инквизицию?

— При всём уважении, полковник, вы порой слишком не эффективны. А теперь ещё и оказалось, что у вас в рядах предатели.

Инквизитор со злостью посмотрел на некроманта, пыхнул ему в лицо дымом и развернулся к подчиненным.

— Могильников, ты оказался полезным, но не зазнавайся. Я сказал, что голову тебе откручу, если продолжишь заниматься некромантией, и ты этот запрет нарушил. Причем многократно.

— Полковников, если бы я бездействовал, то сейчас Чита была бы захвачена.

— Ты очень опасен, Могильников. Я могу взять за тебя ответственность перед инквизицией, но я не знаю насколько это будет хорошим решением.

Боевая группа полковника насторожилась, готовясь к бою. Сам Смирнов, продолжал стоять спиной к некроманту, будто бы подставляясь и в то же время показывая, что совершенно не боится получить удар.

В воздухе висело сильнейшее напряжение. Боевая группа инквизиции ждала команды от начальника или каких-то агрессивных действий от Могильникова.

— Парни, упокойте зомби-мамонта, — скомандовал наконец Смирнов.

— Он мне нужен, — жестко произнес Могильников.

Боевая группа не двигалась, находясь в сильном замешательстве. С одной стороны приказ начальника, а с другой некромант Четвертого Круга, который обладает огромной мощью… Причем взгляд Могильникова был таким, что если мамонта тронут, то он превратит всех инквизиторов в скелетов.

— Почему встали? — раздраженно сквозь зубы произнес Смирнов. — Выполняйте приказ!

— Полковник, этот мамонт сейчас моё главное оружие. Не трогайте его.

— А если тронем, то что? — спросил полковник и повернул голову влево. — Нападёшь на нас?

Инквизиция прилетела ко мне на вертолете примерно через два часа после победы над Раскольниковым. Долго они добирались. За это время сильный некромант легко бы захватил большой город. Как понимаю Смирнов сначала летел на самолёте, а потом на военном аэродроме пересел на вертолет.

Инквизиция среагировала максимально быстро, но всё равно оказалась в нужном месте слишком поздно. Для меня на самом деле это было хорошо. Я смог сделать перегруппировку армии и подготовится к встрече со Смирновым.

Возвращать всех в Читу я не стал. Микипера, Чингисхана и тридцать три рыжих скелета я отправил к месту взрыва ядерной бомбы. Там нужно было подобрать и унести выживших механоидов, плюс к этому я доверил Микиперу довести Кепку в Читу.

Мой скелет-некромант Диего не пережил битву с армией Раскольникова, поэтому некому было поднимать новых скелетов. Это можно было доверить Чингисхану, но я решил сделать всё сам, а подчинённым приказал лишь собрать кости на месте взрыва ядерной бомбы.

Возможно получится собрать по частям Диего, но это не столь важно. Главное количество пополнить армию тьму, причем сильно тут наглеть не стоило — часть костей и механоидов должны были остаться на поле боя. Я трижды проговорил приказ Микиперу, чтобы он не переусердствовал. Инга должна всё это проконтролировать, но я не поленился хорошо проинструктировать механоида.

Кроме того я приказал тщательно заметать следы походу движения скелетов и каким-нибудь образом уменьшить число машин на поле боя, чтобы скрыть размеры армии Раскольникова и своей собственной.

Смирнову нужны трофеи для начальства, поэтому он будет искать мою армию. Я решил, что будет слишком подозрительно, если со мной совсем никого не будет, поэтому пришлось найти нового «скелета отпущения». Правда, в этот раз с этим было очень сложно…

Тридцать три рыжих скелета скормить инквизиции я не мог, это слишком заметно — Смирнов поймет, что я занекрил скелетов Раскольникова. Отдавать Микипера тоже не вариант — он крутой полководец, а кроме того инквизиция может неправильно оценить его силу, посчитав обычным железным скелетом.

Другое дело Чингисхан! Вот его силу инквизиция сразу поймёт и задаст мне кучу ненужных вопросов. Методом исключения оставался только зомби-мамонт в качестве «скелета отпущения». Он большой и полезный, так что отдавать инквизиции я его не собирался. Только лишь показать в качестве армии, которую я имею на данный момент.

Ну а что? Этот мамонт огромен! Он равноценен нескольким десяткам сильных скелетов и очень сильно привлекает внимание из-за своих габаритов. Для отвода глаз мамонт это идеальный вариант!

Когда прилетел Смирнов, он некоторое время молча осматривал поле боя, а затем начал до меня докапываться. Никакой агрессии я не проявлял, для меня было выгоднее договорится с инквизицией, чем враждовать с ними. Тем более мы занимаемся одним и тем же просто разными способами.

Думаю, Смирнов это тоже понимает, но он всё равно решил вставлять мне палки в колеса.

— Парни, упокойте зомби-мамонта, — скомандовал полковник, стоя ко мне спиной и лицом к своим подчиненным.

— Он мне нужен, — сразу же обозначил я.

Боевая группа инквизиции медлила. Они боялись и меня и начальника одновременно.

— Почему встали? — со злостью окликнул Смирнов своих. — Выполняйте приказ!

— Полковник, этот мамонт сейчас моё главное оружие. Не трогайте его.

— А если тронем, то что? — спросил полковник и повернул ко мне голову, не разворачивая при этом торс. — Нападешь на нас?

Сыпать угрозами было глупо. Я хотел договориться с инквизиций, а не драться, поэтому решил кое-что напомнить.

— Мы в одной лодке полковник. Я устранил опасного некроманта в то время, как вы лишь летели на поле боя. Если вы уничтожите моего мамонта, то в следующий раз я могу проиграть другому некроманту. А это в свою очередь потери среди гражданских и дополнительные проблемы для Инквизиции. Вам оно надо, полковник? Оставьте меня и моего мамонта в покое. Всем от этого будет только лучше.

Смирнов повернулся ко мне лицом. Он явно был недоволен ситуацией, но ничего не говорил. Просто не находил аргументов. Я уже немного изучил полковника. Он готов действовать нестандартными методами, однако у этого есть предел. Скорее всего для Смирнова весь случившийся в Чите переполох это и есть предел. Он хочет если не избавится от меня, то по крайней мере ограничить силу.

— Уничтожьте мамонта, — скомандовал Смирнов повторно. — Могильникова никому не боятся. Если он будет мешать, я лично с ним разберусь.

Вот же упёртый вояка… Все мои доводы он пропустил мимо ушей, обостряя конфликт. Ну уж нет, мамонта я не отдам! Он слишком крутой! Где я ещё достану такого? Они же давно вымерли!

Да и кроме мамонта у меня ещё оставались козыри в рукаве. К встрече со Смирновым я хорошо подготовился.

— Мамонт беги! — крикнул я. — Беги на турбо режиме!

Мамонт заорал и поднялся на дыбы, а затем рванул вперёд на огромной скорости, опрокинув инквизиторов поблизости. Они уже начали читать заклинания для упокоения нежити, но весь эффект потерялся из-за побега мамонта. Тот вызвал небольшое локальное землетрясение.

— Значит ты всё же пошёл против меня, — зло нахмурив седые брови, произнес полковник. — Могильников, ты сделал много хорошего, но слишком опасен. Твоя мощь как некроманта заметно выросла со времен твоей вербовки в школьные учителя. Я предполагаю, что со временем ты станешь ещё сильнее, а значит будешь куда менее контролируемым.

Возле правой руки инквизитора появился небольшой огненный шар, который стремительно увеличивался в размерах. Боевая группа инквизиции наставила на меня автоматы.

— Могильников Виталий Иванович, за неоднократное использование некромантии, вы объявлены врагом класса «А» Российской Федерации. В соответствии с законом, вас следуют уничтожить прямо на месте без суда и следствия.

Огненный шар возле Смирнова достиг двух метров в диаметре. Его жар уже доходил до меня, а в повисшей гробовой тишине был слышен треск огня.

Вот же гады эти федералы… Я заслуживал медали, а они меня вне закона объявили!..

— Полковник, может быть мы всё же договоримся? — спросил я, никак не реагируя на готовящееся нападение. — Мне не нужна вражда с Инквизицией. У нас общие интересы.

— Интересы общие, но методы уж слишком разные, — произносит Смирнов в ответ. — Мне жаль, Могильников, что всё так вышло.

Огромный файербол возле полковника больше не увеличивался в размерах. Он наполнялся жаром, и его поверхность походила на раскаленную магму. Смирнов хотел прихлопнуть меня одним ударом. Учитывая то, что файерболы полковника самонаводящиеся, угроза максимально серьезная.

Но я заранее готовился к такому исходу. Похоже, время показать Инквизиции мощь Четвёртого Круга некромантии.

— Что ж, полковник, тогда и у меня нет выбора, — говорю я негромко с легкой грустью. Драться с инквизицией мне совершенно не хотелось. — МАССОВОЕ ВОССТАНИЕ НЕЖИТИ!

Мой голос был усилен магией, но я всё равно не ожидал, что так заору.

Инга прочертила на всём поле боя огромную пентаграмму, ещё и нанеся во внутрь письмена на некромантском языке. Когда Инга закончила, мой отряд тридцати трёх засыпал землей и перетащил кости скелетов в те места, где проходила пентаграмма. Маскировка получилась отличной. Даже не будь сейчас темно, никто бы ничего не заметил.

Линии пентаграммы вспыхнули ярким зелёным светом. Тысяча павших рыжих скелетов стали быстро подниматься на ноги. Фон некроэнергии усилился стократно, и я прямо видел как боевой группе инквизиции плохело на глазах. Твёрдо стоял на ногах только Смирнов, он по виду даже не испугался.

— Могильников, из-за такой магии ты и опасен. Придётся тебя поджарить.

Полковник договорил пафосную фразу и кинул в меня файербол. Наверное, он рассчитывал меня убить, но я погасил весь огненный шар, рукой усиленной могильным холодом. Причём я сделал это с такой лёгкостью, будто отмахнулся от мухи.

Такую мощь мне дали рыжие скелеты. Внутри пентаграммы Инги шесть раз было написано слово «жертва». Этим рыжим скелетам предназначено усилить меня на время, а потом рассыпаться в пыль. Хотя возможно часть из них даже переживет ритуал «Массового восстания нежити», но эти скелеты всё равно будут более низкого качества, чем раньше.

Жалко жертвовать такую армию, однако ничего ужасного в этом нет. Скелеты это расходный материал, хоть их и всегда жалко. Каждый некромант знает одно важное правило — главное после битвы некрить больше скелетов, чем потерял. Остальное не важно.

— Это какого ты уровня некромантии? — спросил Смирнов и достал из нагрудного кармана формы толстую сигару. Он поджег её пальцем. — Хотя без разницы. Я справлюсь и против такой силы.

Можно было подумать, что полковник лишь пытается строить из себя крутого, но я совершенно не чувствовал в нем волнения и страха. Он действительно считает, что уничтожит меня. Как никак Смирнов имеет Пятый Круг Огня и славу Охотника на Личей.

Но видимо он не совсем понимает, с чем столкнулся. Я принес в жертву тысячу рыжих скелетов. Такой мощи некроэнергии я ещё никогда прежде не чувствовал. Боевая группа Смирнова потеряла сознание лишь от одно фона некроэнергии.

— Полковник, я не хочу вас калечить, — говорю я и отвожу в сторону руку, давая мысленный приказ скелетам встать в ровные шеренги. Думаю, так моя армия будет выглядеть более угрожающе. — Полковник, нам глупо враждовать. Давайте лучше сконцентрируемся на общем враге.

— Могильников, думаешь ты поднял этих скелетов и можешь говорить с позиции силы?! — со злой суровостью прокричал Смирнов. — Я владею Пятым Кругом Огня! Я испепелю всё что угодно!

Вокруг полковника появилась мощная магическая аура красного цвета. В небе прямо над Смирновым появилась яркая оранжево-красная точка, которая стремительно увеличивалась в размерах, будто падает само солнце.

Но это не был очередной файербол. Всё стало закручиваться в энергетический вихрь, который быстро увеличивался в размерах и направлялся к земле. Зрелище красивое, однако полковника срочно нужно было остановить. Я что дурак просто стоять и смотреть, как Смирнов сотворяет магию Пятого Круга Огня?

Я сковал ноги полковника, используя геомантию, а потом пробил ему в грудак Могильным Кулаком, который был усилен некромантским холодом. Смирнов пытался от этого как-то защититься, но слишком поздно понял, что я сковал ему ноги. Он попытался шагнуть назад и поставить при этом блок, однако в итоге оба действия не вышли. Он сполна получил мой удар.

Инквизитор сложился назад будто бесхозный мешок. Любому другому хватило бы одного этого удара, но полковник был крепким орешком. Он вспыхнул пламенем, освободил ноги и перекатился назад.

Я поднял голову вверх. Сотворению небесного вихря я никак не помещал и вот-вот ко мне придёт мощная ответочка.

— Нападайте на него! — крикнул я своим скелетам.

Моя армия уже выстроилась красивыми рядами, но пришло время им немного поучаствовать в самом бою. На самом деле эти рыжие сейчас крайне ослаблены. Вся их энергия перекачивается ко мне. Задача скелетов просто немного отвлечь внимание Смирнова.

Я направил на полковника поток некроэнергии и холода, чтобы ослабить его. Затем использовал геомантию и захлопнул тело полковника двумя земляным плитами. Только в этот раз я оставил голову противника открытой, чтобы ударить по ней Могильным Кулаком.

Полковник крепкий мужик. Он такое выдержит. Его магическая аура практически защитила его от мощнейшего удара земляных плит, но Могильный Кулак всё же отправил его в нокаут, выбив при этом сигару из рта Смирнова.

Небесный вихрь стал распадаться. Эта штука почти достигла земли, так что нейтрализовал полковника я очень вовремя. Думаю, он бы вызвал здесь локальный армагеддон, который вполне мог меня убить.

— Отнесите инквизиторов подальше от меня, — приказал я скелетам. — А то ещё сдохнут от фона некроэнергии. Если кто-то из группы Смирнова погибнет, мне с ним уже не договорится.

Рыжие скелеты пришли в движения, исполняя приказ. Полковника я тоже освободил от земляного плена, чтобы его утащили.

Возможно это глупо, но я всё ещё рассчитывал договориться со Смирновым по-хорошему. Его жизнь сейчас в моих руках, и я его пощадил, и даже не занекрил. Надеюсь, он это оценит.

Вообще, приятно было его победить. Теперь у нас один-один. Он меня, правда, победил без боя. Я тогда был на Третьем Круге некромантии, и Смирнов бы размазал меня в порошок, если бы я полез в драку. Но я вернул должок. Не сказать, что я задумывался о реванше, однако всё равно чувствовал огромное удовлетворение от победы.

Смирнов проснулся от того, что рыжий скелет бил его по щеке и совал нашатырь прямо в ноздри. Продрав глаза полковник увидел, что Могильников жарил что-то мясное на костре. Пахло вкусно, но Смирнова больше волновали другие вопросы.

«Почему я жив? — подумал Смирнов и посмотрел на свои руки. — Я даже не связан. Неужели Могильников настолько меня не боится? Если не убил, то значит хочет договориться со мной. Но хрен ему! Слишком хитер гад! Мне сложно ему довериться».

— Полковник, вы наконец проснулись, — повернувшись на Смирнова, произнес Могильников. — Сразу говорю, что с вашими людьми всё в порядке, чтобы не возникало лишних недоразумений. Они без сознания, но живы. Мои скелеты отнесли их в вертолет, а я очистил их тела от некроэнергии.

— Могильников, проявляешь добрую волю? — усмехнулся полковник. — Я не верю ни одному твоему слову. Можешь даже не пытаться договорится со мной. Ты опасен. Я взял за тебя ответственность перед инквизицией, потому что мог контролировать, но теперь это не так. Я тебе проиграл.

Последние слова Смирнов произносил со злостью. Он был сильно раздосадован своим поражением. Это ударило по его гордости.

— Полковник, со мной можно работать, — заверил Виталий Могильников и прокрутил вертел с зайцем. — Я уничтожаю некромантов, вы уничтожаете некромантов. Мы в одной лодке. Я не устану это повторять. Гораздо лучше объединится перед общим врагом, чем враждовать. Разве Инквизиции и без того не хватает проблем? Я постоянно слышу от Злобина, что вам недостает людей. Даже мою ученицу Асю Туркину привлекли на стажировку, а она ещё в школе учится.

— То что не хватает людей, ещё не значит, что мы примем в свои ряды некроманта, — сердито произнес Смирнов.

— Я к вам тоже особо не стремлюсь, полковник. Я буду действовать отдельно от инквизиции. Мы можем обмениваться информацией, чтобы не мешать друг другу. Оставьте мне Читу и окрестности. Я сделаю максимально всё возможное, чтобы тут не случилось происшествий связанных с некромантией.

— Могильников, как ты можешь говорить, что в городе не будет происшествий связанных с некромантией, если ты и сам некромант?!

— Я имею в виду, что буду защищать город от других некромантов. Обычных людей, как вы знаете, я не трогаю.

— Сегодня ты никого не трогаешь, а завтра захватишь весь город! Я не могу тебе доверять, Могильников! Ты вне закона! И этого уже не изменить!

Повисло молчание. Смирнов стал концентрировать в теле энергию, готовясь к битве. Он понимал, что отвергнув союз с Могильником, тот на него нападет. Полковник уже демонстрировал свою особую метку слежки, поэтому Могильников не мог оставить его в живых.

— Не напрягайтесь, полковник, — сказал некромант, отходя от костра. — Я не буду на вас нападать. Хоть мы и не договорились, но я постараюсь не убивать инквизиторов, когда это возможно. Сейчас это возможно. Разойдемся мирно, полковник. Причем сразу говорю, если вы хотите на меня напасть, то это плохая идея. Вы сейчас ослаблены и точно мне проиграете.

Могильников направился к черному джипу с гербом инквизиции на боку. Эта машина раньше принадлежала Раскольникову и всё ещё была на ходу, хоть и с помятым бампером. Джип пострадал, когда Микипер расправлялся с остатками армии Раскольникова.

Смирнов, сильно нахмурившись, смотрел в спину Могильникова.

«Я сейчас действительно ослаблен, и он легко бы меня убил, если бы захотел. Так почему же Могильников оставил меня в живых? Я же доставлю ему кучу проблем. Мою метку ему никак не снять, а даже если это возможно, мы этого не позволим. Прихлопнем его за следующие сутки. Могильников вполне заслуживает сбора Двенадцати. Но… Может он всё же действительно совершенно не такой, как другие некроманты? Он же не дурак, понимает, что подставляется. И всё равно оставляет меня в живых…»

— Стой, Могильников! — крикнул полковник. — Я возьму ответственность перед Инквизицией и договорюсь сделать тебе законный статус, как у некоторых святых охотников.

Некромант остановился. На его лице была ухмылка, которую можно было охарактеризовать словом «зловещая».

«Всё прошло по моему плану», — подумал Могильников.

«Это тяжелое решение, но правильное», — подумал Смирнов.

Со Смирновым, пусть и не сразу, договориться получилось. Мужик он упёртый, но далеко не глупый. И главное — готов брать на себя ответственность в сложных ситуациях. Мы поели с полковником жареное мясо, обсудили немного наши дела, и затем он со своими инквизиторами улетел по какому-то новому вызову в Новосибирскую область.

Смирнов сказал, что решит вопросы с моей легализацией в Инквизиции, но с этим делом всё равно будет непросто. Знать обо мне будет очень ограниченное число сотрудников, а не каждый человек в Инквизиции. Плюс к этому Смирнов напомнил про нашу договорённость со школой, мол, все условия прежние и пересмотру не подлежат. Я спорить не стал. Проблемы с учениками ещё есть, но всё реально. Семь учеников должны выпуститься, а пять получить рекомендацию от школы.

Также я обещал полковнику держать порядок в Чите. Я по сути этим и занимался последние месяцы, но теперь это по сути плата за легализацию.

— Я отвечаю за тебя головой, Могильников, так что не подведи, — сказал мне полковник уже перед самым отлетом. — Если не будешь справляться с некромантами в Чите, то совет Двенадцати может пересмотреть твою легализацию и объявить тебя вне закона.

— То есть совет Двенадцати будет знать?

— Разумеется. Я в высшем совете Инквизиторов относительно недавно, так что ещё не нажил врагов. Мою просьбу насчёт тебя могут отменить, только если все остальные выступят против, но такого не будет. Не будет ровно до тех пор, пока ты не провалишься, — Смирнов очень грозно на меня посмотрел. — Могильников, не давай повода в тебе усомнится. Если ты совершишь что-то плохое хоть единожды, то забудь о моем покровительстве.

— Слово «плохое» очень растяжимое, полковник. Вы имеете в виду убийство и некрение гражданских? Или в плохое ещё входит то, что бабушкам в маршрутке место не уступил?

— Могильников, а ты что не уступаешь пожилым людям место?

— Уступаю. Если конечно эти пожилые люди уже не превратились в скелетов.

— Сейчас со всем не до шуток, Виталя, — сурово произнес Смирнов, но я отметил, что он вдруг назвал меня по имени. А как, кстати, зовут самого полковника? Кажется, Пётр. — Думаю, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду под словосочетанием «не заниматься плохим».

— Да, полковник, я всё понимаю. Я вас не подведу.

— Это я и хотел услышать, — полковник кивнул и посмотрел на вертолет. Я выстроил перед ним армию рыжих скелетов, которые должны были салютовать инквизиторам при отлете. Судя по напряженным лица федералов такое прощание их сильно напрягало. — И ещё кое-что, Могильников. Скорее всего к тебе отправят психа.

— Какого ещё психа? — спросил я и нахмурился.

— Психолога. Проверят насколько ты адекватный. Если проверку не пройдешь, то твоей легализации не будет. Я не возьму ответственность за психа.

Я стал представлять свой возможный разговор с психологом.

«Какую погоду вы любите?»

Я отвечаю — дождь.

«Вы не любите солнце?».

Я отвечаю — мне больше нравится темнота и холод.

«Какое у вас любимое хобби?»

Я отвечаю — есть мороженое и поднимать мертвых. Можно более мягко сказать «заниматься некромантией», чтобы не говорить о мертвецах, но это тоже фигня какая-то…

Меня ж точно за психа примут! Это Смирнов меня так слить решил?! Вроде же нормально с ним договорились!

— Полковник, если психолог будет задавать мне типовые вопросы, то меня вполне могут заклеймить ненормальным. В школе у меня были бы проблемы с психологами, если бы я отвечал на вопросы анкет честно.

— Психологом будет маг. Она хорошо чувствует правду и ложь. Поговоришь с ней, и если всё пройдет хорошо, я тебе легализую. На совете Двенадцати мне будет недостаточно рассказать, какой ты хороший парень. Мне будут нужны факты, — полковник обвел рукой вокруг. — И скелетов этих здесь оставь. Всех! Они принадлежали Раскольникову и должны остаться в качестве улик.

— Эти скелеты совсем старые, полковник, скоро развалятся.

— Не надо мне лапшу на уши вешать, Могильников! — разозлился Смирнов. — Я же сказал, что на твою армию Инквизиция закроет глаза, но у всего есть предел.

— Полковник, дело не в том, что эти скелеты мне сильно нужны… Просто они находятся на ритуале «жертвы». Многие из них действительно развалятся.

— Но бесследно они не исчезнут. Что-то здесь точно останется.

Полковник направился к вертолету. Я не видел его лицо, но он точно скривился, когда мои скелеты ему отсалютовали.

Хоть полковник и раскомандовался напоследок, встреча всё равно прошла очень удачно. Легализация в Инквизиции мне сильно поможет. О подобном я никогда даже не мечтал. Остается только пройти психолога…

Небольшой конференц-зал читинской инквизиции.

Несколько журналистов федерального и местного телевидения тянут микрофоны к ВРИО начальника Забайкальскому края майору Альберту Злобину.

— Майор, пожалуйста, расскажите подробности колоссального повышения фона некроэнергии в Читинской области! Как удалось справиться с прошествием?

Майор Злобин несколько секунд смотрел в одну точку. Он был сильно растерян от общения с таким количеством журналистов, но затем вспомнил как уверенно говорят инквизиторы в сериалах, когда попадают в подобные ситуации. Высшее начальство дало подробные инструкции, что нужно отвечать журналистам. Майору оставалось только не упасть в грязь лицом.

— В окрестностях Читы появился очень опасный некромант, который был остановлен полковником-инквизитором Раскольниковым. К сожалению, полковник погиб при выполнении своих обязанностей, но он смог уничтожить опасного некроманта и защитить город ценой своей жизни. Полковник был очень строгим начальником и крайне ответственно подходил к службе. Его подвиг это пример для всей Инквизиции!

Последние слова были отсебятиной Злобина и не соответствовали тексту от высшего начальства, но майор решил очень уместным похвалить полковника Раскольникова. Так всегда делают в фильмах, когда умирает герой.

Москва. Операционный штаб Инквизиции.

Тамара Викторовна стыдливо закрыла глаза руками, увидев новости из Читы, где майор Злобин нахваливал Раскольникова.

— Какой же позор… — негромко произнесла Тамара Викторовна, чтобы не сильно привлекать внимание подчиненных. — Для людей будет лучше считать Раскольникова героем, но если бы они знали как всё на самом деле… Был бы ужасный скандал.

Журналист задал новый вопрос майору Злобину и тот с энтузиазмом стал на него отвечать.

— На территории Читинской области действительно произошел ядерный взрыв, но благодаря слаженной работе военных и инквизиции мы устранили все негативные последствия. Сейчас в городе фон радиации не превышает допустимых значений. Всё благодаря способностям наших особых магов!

— Майор, а как вообще произошёл ядерный взрыв? — продолжил спрашивать журналист. — Его устроил некромант?

— Да, взрыв устроил некромант. Он бросил ядерной боеголовкой в полковника Раскольникова, а тот на неё напрыгнул и закрыл своим телом! Вот такой он герой! Если бы не полковник, ядерный взрыв был бы куда мощнее и с последствиями было бы справиться сложнее!

Тамара Викторовна треснула себя по лбу ладонью. Все работника штаба немного вздрогнули от хлопка.

— Что за бред он несёт?… Фильмов что ли пересмотрел? Как этот идиот вообще стал майором, если несёт такой ерунду? Тем более у него были прямые указания как следует отвечать…

Тамара Викторовна в недоумении покачала головой и выключила новости. На экране вновь вывелась карта России.

Просторный загородный особняк в готическом стиле. Кто-то очень страшный смотрит телевизор при плотно зашторенных окнах.

— Ты прав, в Чите происходит что-то интересное, — сказал шипящий, будто бы змеиный голос.

Скелет в черной форме дворецкого поклонился, благодаря господина за высокую оценку своей работы.

— Хозяин, какими будут ваши приказания?

— Мы отправимся в Читу. Мецгер провалился, но осколок Скрижали всё ещё может быть там. Надо всё разузнать.

К ногам хозяина поползли змеи-скелеты. Они пришли слушать новые приказы своего господина.

Арина Метелица меланхолично смотрела в окно на дождь, не замечая меня. Она заказала себе большую порцию мороженного и уже успела с ней расправится. Наверное, Арина грустила как раз из-за того, что кончилось её лакомство.

Метелицу разыскивает Инквизиция, но у них нет точной ориентировки как она выглядит, они просто ищут морозного некроманта. Да и после смерти Раскольникова я договорюсь, чтобы Инквизиция не искала Арину. Я же теперь Серый кардинал у федералов.

— Как доехала? — спросил я, садясь напротив девушки.

Йоши настолько усердно бежал, что они с Ариной оказались в Улан-Удэ, а я был занят, чтобы их остановить. Поэтому ночью девушке пришлось ехать на поезде из Улан-Удэ в Читу. Йоши я доверил перевозку Cердца, а Арине купил билет на поезд, чтобы она не тащилась по полям и лесам верхом на ледяном монстре. В школе сегодня отменили занятия, и я мог встретиться с девушкой прямо утром.

— Проблем не было, — ответила Арина, не поворачиваясь на меня. Всё же она давно знала, что я здесь. Порой кажется, что девчонка витает в облаках, но глупую Раскольников бы уже давно поймал. — Он мёртв?

— Да, мёртв, — подтвердил я. Имени девушка не назвала, но мы друг друга прекрасно поняли. — Ядовитым некромантом оказался полковник-инквизитор Раскольников. Когда я тебя спрашивал о ядовитом, ты говорила так, будто с ним пересекалась. Ты знала, что он хочет построить некромантский шедевр Магнум Опус. Знала, что он собирает для этого армии других некромантов. Знала, что он имеет Пятый круг или близок к нему. Когда мы разговаривали с тобой в прошлый раз, я был уверен, что ядовитый это некромант вне закона, и потому его личность не имела большого значения. Арина, скажи, ты знала, что полковник-инквизитор Раскольников некромант?

— Я ничего не знала, — девушка повернулась на меня и посмотрела в глаза. Всё время пока я говорил, она смотрела в окно. Это немного раздражало. — Ядовитый некромант не раскрыл своего имени, и не дал намёка на связь с Инквизицией. Мне сказали отдать всё, что у меня есть или умереть. После этого за мной и началась охота.

— Вы встретились на поле боя? — спросил я, нахмурившись. Сбежать от Раскольникова во время сражения Метелица бы точно не смогла, поэтому хотелось узнать все детали.

— Он пришёл ко мне на производство. Со мной бы Йоши, но Раскольников его не боялся, хоть и был один. Почувствовав какой на нем стоит защитный барьер, я сразу поняла его уровень и даже не пыталась выгнать силой, — Арина грустно вздохнула. — Из-за него я потеряла всё. Дом, производство мороженого, армию…

Я тихонько кивнул. У меня возникло много вопросов к Метелице после раскрытия личности ядовитого, но никакого злого умысла у девушки не было. Просто произошло небольшое недопонимание.

— Хорошо, Арина, с этим разобрались. Теперь у меня вопрос, что ты собираешься делать дальше? Раскольникова больше нет и никто не будет за тобой охотится. Но у тебя всё ещё остаётся Сердце для Шедевра и это может привлечь сильных некромантов. Я думаю, что тебе стоит избавиться от столь опасной штуки. Не подумай, что я покусился на твоё Сердце, оно мне не нужно. Для меня важно, чтобы твоё Сердце не досталось какому-нибудь сильному некроманту.

Арина вновь отвернулась к окну. Торопить её с ответом я не собирался, потому что вопрос был далеко не простым.

— То есть я для тебя в роли красивой картины? Самому не нужна, но и другим не отдашь.

Я сначала не понял, а потом как понял!..

Говоря слово «Сердце» я имел в виду огромный морозный некро-двигатель, но тут было двойное значение и Арина не правильно меня поняла.

— Я шучу, — прервала неловкость девушка и посмотрела мне в глаза. — Я знаю, что ты говорил о Сердце Шедевра, а не обо мне. Если честно я бы хотела продать Сердце, чтобы получить деньги на создание нового бизнеса. Но торговля тёмными артефактами дело опасное… Да и я не хочу чтобы Морозное Сердце досталось плохому человеку. Виталя, может быть тебе всё же нужно Сердце? Твоих навыков хватит, чтобы сделать из него если не Шедевр, то просто что-то мощное.

Я задумался. Арина говорила очень разумные вещи. Во-первых, мне тоже не хотелось, чтобы Сердце досталось какому-нибудь другому некроманту, во-вторых, возможно я рано или поздно придумаю как его использовать самому.

Инквизиция точно будет не рада, если я создам собственный Магнус Опус, но я и сам этого пока не хочу. Некромантия это взаимодействие со смертью. Магнус Опус некроманта вершина его искусства и потому Шедевр всегда требует тысячи жертв. Обычных людей я не трогаю, так что создать Магнус Опус для меня та ещё задачка. Преступников в мире много, но охота за ними требует времени.

Да и тупо количеством скелетов Магнус Опус не создать. Всё гораздо сложнее. Каждый Шедевр требует индивидуального подхода — например, Раскольнику требовалось мощное Сердце, но другому Шедевру может требоваться совсем другой материал. По этой причине морозное Сердце может никогда мне не пригодиться. Сейчас я ещё не представляю какой Магнус Опус хочу создать.

Но всё же лучше не стоит разбрасываться такими артефактами как морозное Сердце. Пускай оно пылится в моих подземельях и ждёт своего часа. Тем более, если я не возьму Сердце, то придется его уничтожать, а это очень сложно.

— Арина, сколько денег ты хочешь за артефакт?

— Три миллиона рублей, — мгновенно выдала блондинка. Ответ явно был её подготовлен.

Такой суммы у меня сейчас нет. Я затруднялся ответить сколько у меня денег, но точно знал, что выигрыш в казино Инги уже растаял. Я больше тратил деньги, чем их зарабатывал.

Арина назвала большую цену за артефакт, но всё же адекватную. Даже возможно дешевую, учитывая уровень артефакта. Цены на чёрном рынке я примерно знал — сделка для меня выгодная. Дополнительно торговаться было бы кощунством.

— Мне нужно время, чтобы собрать три миллиона. Другого покупателя не ищи. Сердце будет храниться у меня до заключения сделки. Так будет безопаснее и для тебя и для артефакта. Разумеется, я не буду использовать Сердце, пока за него не заплачу.

— Три миллиона и Йоши, — дерзко и немного волнуясь выпальнула Арина. Всё же она хорошо понимает цену артефакту. — Мне очень нужен Йоши. Сейчас у меня совсем нет армии и мне нужна защита.

Менять цену, когда сделка почти состоялась, очень нагло. Но понять Метелицу я мог. Морозное Сердце это её главное имущество и она хочет выжать максимум от продажи артефакта. Только вот Арина будто забывает сколько сил я потратил, чтобы защитить её от Раскольникова.

— Ладно, просто три миллиона… — тихонько произнесла девушка и отвела взгляд. Мне даже не пришлось ей ни о чём напоминать. Просто хватило того, что я сурово на неё посмотрел. Взгляд у меня тяжелый, мне об это неоднократно говорили. — Виталя, извини, что так наглею. Ты сделал для меня очень многое. Спас мне жизнь. Я даже думала отдать морозное Сердце в качестве благодарности, но тогда я останусь ни с чем…

В голосе Арины чувствовалось раскаяние. Возможно, она побоялась, что я отвечу на дерзость тем, что заберу артефакт и выставлю её на улицу. Думаю, так бы сделало большинство других некромантов. Отобрать что-то у более слабого коллеги это стандартная практика.

Может, напомнить ей расклад? Тогда это можно будет назвать манипуляцией над девушкой, ну или просто шантажом. Впрочем, зла я Метелице не жалею, просто отрублю её наглейку в зачатке.

— Арина, я мог бы ничем тебе не помогать. Ты сказала, что имела бизнес и потому должна знать, что доброта и мягкость не способствует успеху. Это правило работает как в бизнесе, так и взаимоотношении с другими некромантами. Будешь добрым и тебя сожрут. Я могу прямо сейчас забрать Сердце и вышвырнуть тебя на улицу. Или лучше занекрить. Так бы сделал любой другой некромант. Чувств у нашей братии мало. Во главе угла выгода и холодный расчёт.

Я замолчал. Специально, чтобы Арина хорошо обдумала мои слова. Будь здесь обычная девчонка, то она бы расплакалась, но Метелица некромант. Она испугалась, побледнела, но никаких слёз не было.

— Если я добр, то не надо виснуть у меня шее, — подытожил я. — Три миллиона я тебе заплачу. Йоши не отдам, но поищу каких-нибудь других скелетов тебе для защиты. В последнее время стало опасно. Я настаиваю, чтобы ты осталась в Чите, пока всё не уляжется. Тебе с дедом жить нормально?

— А есть другие варианты?

— Могу дать тебе деньги из числа платы в три миллиона и ты снимешь квартиру.

— Тогда лучше с твоим с дедом бесплатно поживу…

Я хмыкнул. Какая экономная. Хотя тут ещё вопрос безопасности. Даже жить под боком у Инквизиции будет не так безопасно, как у Тимофей Ильича.

— Хорошо, — я кивнул. — Будут какие-то проблемы, звони.

— Подожди, Виталя… — остановила меня Арина. Я уже поднимался, чтобы уйти. — Может быть будем вести вместе мороженный бизнес? Я уже имею в этом опыт, а ты имеешь ресурсы. Три миллиона я собираюсь потратить на создание нового производства, но этого мало. Нужны ещё вложения.

— Сколько? У тебя есть бизнес-план? Я люблю мороженое, но никогда не думал делать на этом бизнес. Это рентабельно?

— Ну-у… — протянула Арина. — Это приносит деньги, однако не самые большие… Золотых гор здесь нет.

— Жду от тебя бизнес-план и после я скажу, хочу ли во всё это влезать.

Мой телефон зазвонил. Неожиданного это оказался Микипер… Мехоноид просто так никогда не звонит — если возникают проблемы, он решает их самостоятельно. А значит произошло нечто требующее моего внимание.

— Что случилось? — спросил я на опережение.

— Хозяин, морозный хмырь присосался к Сердцу. Я пытался его оттащить от артефакта, но потерял из-за этого руку! Что прикажите делать? Если надо убить хмыря, то мне нужна серьезная пушка. От него прёт мощной энергии.

— Сейчас приеду. Микипер, никого и ничего не трогай! — я поднялся со стола. — Арина, ты едешь со мной.

Новости заставили меня ускоренно выскочить из кафе. Йоши начал сливаться с морозным Сердцем и это может привести как к чему-то хорошему, так и к чему-то очень плохому… Нужно срочно всё изучить!

— Это что ещё такое!.. — ахнув, произнесла Арина. Она закрыла лицо ладонями и спряталась за моей спиной.

Из-за Йоши бетонный пол и потолок моей базы покрылись толстым слоем даже уже не инея, а полноценной наледи. Слияние Сердца и Йоши будто бы уже прекратилось — туловище и голова ледяного монстра приросли к Сердцу, торчали только его ноги и руки. Поток энергии от некродвигателя был минимальным, а его черты лишь отдаленно наблюдались через слой льда. Если бы я не знал про Сердце, то мог подумать, что Йоши просто превратился в ледяную глыбу.

— Микипер, доложи обстановку, — скомандовал я.

Механоид сопровождал нас уже от туннеля базы, но ничего ещё не рассказал. Кажется, он обдумывал как поквитается с Йоши за свою оторванную руку, когда я разрешу ему действовать.

— Синергия! — воскликнул Михалыч, приковылявший сзади. Механик хоть и нашёл себе новую ногу, но все равно прихрамывал. — Хозяин, сейчас произошёл уникальный случай синергии! Но машина вдруг не арбайтен! Всё остановилось!

Михалыч раздосадовано схватился за костяную голову, а я наконец начал понимать ситуацию.

Когда мне звонил Микипер, слияние находилось в активной фазе. Худший исход, который я видел, это мощный некровзрыв, а лучший исход это благоприятная трансформация Йоши.

Но весь процесс слияния остановился. Некро Сердце заглохло — я не чувствовал от него мощной энергии, не слышал звук шестеренок и шёпота иного мира. Йоши при этом был сильно ослаблен будто прошёл серьёзную битву. Моя некросвязь с ним ещё оставалась, но она была на грани разрыва. Так обычно бывает, когда скелет получил большие повреждения.

— Виталя, с Йоши всё будет в порядке? — обеспокоено спросила Арина. Она больше не пряталась у меня за спиной, но все ещё выглядела напуганной. — Его можно вызволить из Морозного Сердца?

Рядом с Ариной появился её демон-фамильяр. Здоровенный белый медведь, который напугал бы очень многих лишь одним своим видом, но в действительности моя небольшая Инга была куда более опасным существом. Миша годен лишь мороженое таскать и отбиваться от слабых скелетов.

Кстати, очень занимательно, что Арина вызвала Мишу без слов вызова. Это говорит о высокой связи Метелицы с фамильяром и хорошим навыкам в призыве. Я тоже мог вызывать Ингу не вербально, но всё же почти всегда использовал слова призыва.

— Ты не правильно задаешь вопрос, — ответил я и сделал шаг на ледяную наледь. — Надо не вытаскивать Йоши, а засунуть его поглубже в Сердце и дать энергии.

— Но… — протянула девушка, — Это точно не опасно?

— Не знаю, — я пожал плечами. — Надо попробовать, чтобы узнать. Тут всё как в алхимии. Методом проб и ошибок.

— Виталя, а если вдруг произойдет взрыв? Сердце это очень мощный артефакт. С ним надо быть предельно осторожным.

— Беспокоишься за свои деньги? — я повернулся на Арину и усмехнулся. — Независимо от исхода я тебе заплачу. Конечно был уговор, что я не буду трогать Сердце до оплаты, но сейчас слишком уникальная ситуация. Арина, ты не против, если я продолжу слияние?

— Нет… не против… — отведя взгляд, тихо произнесла Метелица.

Даже не знаю за что она больше переживала — за свой артефакт и деньги или за своего бывшего подчиненного. Возможно за то и то. А может даже переживала ещё и за меня.

— Виталя, будь осторожен! — вдруг очень решительно заявила девушка, посмотрев мне в глаза. — Я мало что понимаю в магических процессах такого уровня, но точно знаю, что это опасно!

— Ага, — я отмахнулся и пошёл вперед. — Я буду осторожен.

Вчера было тяжелое сражения с Раскольниковым, и мне хотелось сегодня отдохнуть, но, похоже, отдых у меня будет только после смерти. Хотя зная как порой впахивают скелеты, даже после смерти отдых не гарантирован… Но со мной подобное точно не произойдет. Живым не дамся. Никто и никогда меня не занекрит. Как будет время, надо провести ритуал Вендетты доступный на Четвертом Круге некромантии. На всякий случай.

Я подошёл к Йоши и положил правую ладонь на его ледяную руку. Вливать энергию надо было малыми дозами. Осторожно и медленно. Но прежде ещё стоило поставить вокруг Йоши магический барьер. Это не для защиты Йоши, а для защиты Арины на случай если все выйдет из-под контроля.

Закончив с барьером, я сразу же влил энергию. Результат был мгновенным. Внутри ледяной глыбы, содержащей Йоши и мехо Сердце, тяжело застучали шестеренки. Запустить двигатель оказалось куда проще, чем я предполагал.

Но мощность слишком быстро нарастала…

Я сразу же перестал вливать энергию и отошёл на несколько шагов. Шестерни Сердца неистово стучали, меня обдувало некрохолодом, а ещё появился уже знакомый шёпот. Только вот в этот раз он звучал громче и чётче.

— Морозный мороз… морозный мороз…

Не знаю кому принадлежал зловещий голос, но больше одной фразы он не говорил. Да и меня больше интересовал не голос, а происходящее с Йоши. Размер глыбы в которой он находился, увеличивался. Поток холода нарастал и это при том, что его глушил мой барьер.

Могила тебя побери… эта хрень всё же может взорваться! Казалось бы я влил самую каплю энергии, но это моментально запустило процесс слияния, который усиливался самопроизвольно. Я стал укреплять барьер вокруг глыбы и решил, что если мощь некро Сердца будет нарастать, то начну его запечатывать. Кроме холода добавился ещё и ветер со снегом. Внутри моей базы происходила самая настоящая метель.

— Инга, явись! — воскликнул я.

Кошка появилась на моём плече, но её сразу же снесло потоком ветра. Инга неуклюже заскользила лапками на льду, её шерсть вздыбилась, а хвост недовольно вилял. Кошке понадобилось несколько секунд, чтобы твердо зафиксироваться на обледеневшем полу.

— Ёпт, Виталя, почему так холодно! Где мы вообще находимся?!

Поток снега и ветра был таким, что можно было подумать будто мы где-то на Северном Полюсе. Но всё же Инга должна была почувствовать некроприроду у холода, да и стены вокруг никуда не делись. Их видно плохо, но всё же они различимы.

— Инга, черти вокруг Сердца самый сильный круг для запечатывания. Нужно приготовиться, если всё начнёт выходить из-под контроля.

— Ёпт, а сейчас типо всё под контролем?!

— Иди черти круг, Инга.

Вместо ответа кошка яркой вспышкой побежала вперёд. По моему серьезному тону она сразу поняла, что сейчас совсем не до разговоров. Мощь энергии от слияния только увеличивалась, и это уже начинало немного пугать…

Я решил подождать минуту. Если всё не начнет приходить в норму, то придётся запечатывать. Мало того, что это будет чертовски сложно сделать, так ещё и потеряю Йоши вместе с Сердцем. С учётом последнего ослабления в размере армии этот исход мне максимально не нравился.

Но прошла минута, а конца слияния и близко не было… Мой барьер вокруг глыбы буквально трещал по швам. При том я использовал все свои силы и потому находился в диком напряжении. Однако признавать поражение совершенно не хотелось. И в то же время нельзя было упустить момент, когда мощь испускаемая глыбой достигнет той силы, которую я не способен запечатать.

Вдруг рядом со мной послышались тяжелые механические шаги. Микипер умел передвигаться бесшумно, но в этот раз он специально громко топал, чтобы я обратил на него внимание. На груди механоида была связка динамита, а единственная рука зажимала пулемет. Правый глаз Микипер горел красным сквозь метель.

— Хозяин, я готов пойти в последнюю атаку. Мне взорвать этого урода?

— Не мешай мне, — чуть раздраженно ответил я. Старания механоида похвальны, но сейчас он никак не мог мне помочь.

Из ледяной глыбы вверх ударил яркий луч света. Метель бушевала с двойной силой. Вся мордочка Инги покрылась инеем, да и я сам потихоньку превращался в ледышку.

Некро холод пробирает саму душу, но тут ещё и был сильный фактор природного холода. Кроме того барьер вокруг своего тела мне пришлось ослабить, чтобы сконцентрироваться на барьере вокруг глыбы. Это сейчас было самым важным.

— Виталя, надо заканчивать! — крикнула Инга, ухватившись лапками за мою ногу. — Мощь этой хрень только нарастает!

— У всего есть предел, — ответил я, с трудом открывая рот. Я находился в таком напряжении будто поднимал тяжелый вес. — Слияние должно скоро прекратиться.

Внутреннее чутье подсказывало, что взрыв уже невозможен. Если бы энергия активно копилась вокруг Сердца и не выходила наружу, то это был бы однозначный признак взрыва. Но энергия сочилась во все стороны и взрыв был возможен только в том случае, если бы вся мощь слияния нарастала бы еще быстрее.

Казалось бы куда быстрее, но без барьера мощь Сердца была бы еще больше.

Метель резко стала стихать. Столб света бьющий вверх исчез, а некро холод и шепот полностью пропали. Всё же я выдержал. Слияние завершилось. Осталось только понять какой результат у всего этого.

— Вита-а-ля! — протягивая слога, крикнула Арина. — Ты там как?

Я внимательно следил за глыбой, но пришлось обернуться на девушку. Хоть в Чите сейчас не зима, она пришла сюда в шубе, только вот эта шуба вдруг изменилась… Метелицу полностью окутывала шкура белого медведя. Виднелась только голова девушки.

— Арина, ты что своего фамильяра на шкуру пустила? — спросил я и перевёл взгляд на Ингу. — Он тоже не слушался?

— Ёпт, а что это ты на меня смотришь! — запротестовала Инга, выпучив глаза. — Я послушная кошка! Ну пару раз возражала тебе… но совсем не сильно!

Я улыбнулся. Инга восприняла мою шутку слишком серьезно. Хотя возможно она и сама просто продолжила шутку.

Инга зачем-то решила перейти в облик жгучей блондинки. Она гордо выпрямила спину и показала пальцем на Метелицу.

— А эта Арина оказалась жестокой девушкой! Она сделала из своего фамильяра шкуру! Бедный бедный Умка…

— Это просто одна из форм Миши! — сразу же возразила Арина. Она скинула шкуру и появился уже хорошо знакомы белый медведь.

— Хозяйка, я хочу спать… — сонно произнес Миша. Он зевнул и очень устало прикрыл рот огромной лапой.

— Да, Миша, иди спать.

Фамильяр пропал. Как понимаю, Мише после каждого появления нужно большое время на восстановление. Я вокруг Арины барьер не держал, она защищала себя сама, чем меня не удивила. Метель и холод были сильными, но как ни крути у девушки фамилия «Метелица». Она не только некромант, но и маг холода в нескольких поколениях.

Затрещал лёд. Глыба раскололась на две части и оттуда поднялось очень интересное существо.

— Ёпт, ещё один косолапый… — с некоторой боязнью произнесла Инга, показывая прижатой к груди рукой на нового Йоши. — Виталя, это вообще что такое? Йети?

— Нет, — покачал головой я, тоже будучи удивленным. — Это не йети. Это Йоши.

Морозный скелет со способностью к невидимости сильно изменился. Рост увеличился до трех метров, тело обросло белым пышным мехом и скорее всего мышцами под этим самым мехом, а лицо, которое прежде напоминало страшную ледяную маску, теперь стало обезьяньим.

Это реально самый настоящий йети. Не уверен, что они в принципе когда-то существовали, но теперь очевидно существуют…

— Хозяин, он под вашим контролем? — воинственно спросил Микипер, направляя пулемет на Йоши. — Может быть, вам нужна тёплая шкура? Скоро наступит зима, хозяин.

— Ву-у-у-у-у! — закричал Йоши и ударил себя лапами по груди.

Я почувствовал мощной поток некра холода, исходящий от Йоши. Сердце! Морозное Сердце теперь внутри Йоши! Он ударил себя в грудь и я вновь стал слышать шёпот иного мира! Этот зомби фактически живой благодаря Сердцу!

Иоши стал невидимым и по его последнему движение я сразу понял, что он пошёл драться с Микипером. Похоже, ему не понравился воинственный настрой механоида.

— Прекратите! — крикнул я и это было очень вовремя.

Йоши снова стал видимым. Он уже достиг Микипер и готовился нанести удар. Раньше Йоши был крайне тихим и исполнительным, но теперь в нем появилось какое-то буйство. Надо за ним наблюдать. Что-то мне подсказывает эта обезьяна ни с кем из скелетов не поладит, так что придётся давать Йоши одиночные миссии.

Он был сильным и до слияния, а теперь стал ещё более ужасным монстром. Он также стал больше приносить мне энергии как некровоин в армии. Значительно больше. Я бы даже сказал аномально больше.

— Какой он классный стал! — Арина смотрела на Йоши и буквально светилась от восторга. — Немного моего Мишу напоминает!

— Ёпт, это прямо Умка 2.0… Хрен его знает на какой льдине он прокатился, но путешествие точно было долгим…

Мы некоторое время стояли и без слов смотрели на Йоши. Я видел много разных тварей, но все же в основном это были скелеты и зомби. Тут же совершенно что-то новое. На уровне мамонта, однако Йоши выглядел куда более грозно и это невольно завораживало.

Теперь вопрос где найти три миллиона для Арины, чтобы с ней расплатится. А ещё оставалось одно незаконченное дело с дедом… Я даже успел забыть об этом в череде других событий.

— Инга, что со сбежавшим двойником деда? Есть новости?

Когда дед помогал мне устранять зомби-бомбы в городе, он создал дюжину своих клонов и один из двойников умудрился вырваться из-под контроля деда и сбежать. Получилось установить, что это тип в очках, которого я окрестил профессором из-за его заумных речей, но больше информации не было.

Разве что только одно — сбежавший двойник хитер и крайне опасен. Я с недавних пор ответственный за некропреступления в Чите, так что лича нужно срочно ловить.

— Я разговаривала с Тимофей Ильичом, но каких-то новостей нет… — не особо радостно произнесла Инга. — Твой дед искал двойника всю ночь, а потом решил прилечь в могиле.

— Прилечь в могиле? — переспросил я. — Прошлый раз когда дед так сказал, он прилёг на целый год… Ему вновь стало неинтересно среди людей? Или он просто ослаб?

— Ёпт, Виталя, я что эксперт по личам? Я не знаю причин. Тимофей Ильич ничего мне не сказал.

— Ладно… Давай просто приедем к нему и всё разузнаем. Сейчас я даже не понимаю, с чего начать поиск двойника.

Рядом со мной уже пару минут стоял Михалыч. Он явно хотел что-то сказать, но не стал меня перебивать во время разговора.

— Михалыч, у тебя есть какой-то вопрос? — спросил я, доставая из кармана телефон. Нужно было вызвать такси.

— Господин, я веду разработку джаггернаута на досуге. Не желаете на него взглянуть? Если вам не понравится, я разберу робота.

— Хорошо, Михалыч, давай посмотрим на твоего джаггернаута. Не помню, чтобы я приказывал начать разработку, но я точно просил тебя усилить механоидов.

— Да, господин, да! Всё для усиления вашей армии!

Я бросил взгляд на Микипера, а затем на Йоши.

— Так, не сражаться тут. Вас надо развести по разным базам. Микипер, дай Йоши координаты самого дальнего убежища. Оно будет полностью в распоряжение нашего йети.

Микипер удивленно задрал голову, а затем медленно повернулся на Йоши. Механоид, похоже, завидовал своему шерстяному коллеге. У того теперь личные апартаменты, а Микипер живет вместе с Чингисханом. Кстати, а где вообще монгольский вождь? Он точно на базе, я это чувствую, но этот хрен даже со мной не поздоровался.

Хотя он обычно никогда и не здоровается…

— А что делает Чингисхан? — спросил я, шагая за Михалычем.

— Он читает труды Ленина вместе с Эзвиром, — ответил техник и перешел на шёпот, прикрыв челюсть костяной ладонью. — Господин, возможно это не мое дело, но сообщаю, что Чингисхан хочет провести мировую коммунистическую революцию. Он собирается добиться равных прав для живых и мертвых.

Я неодобрительно покачал головой. Чингисхана получается сдерживать, но он уж слишком своевольная личность. Если Микипер предан мне как пёс, то Чингисхан сразу свалит как только на горизонте появится возможность сбежать. Например, придёт даже тот же профессор Ильич, клон моего деда.

Пожалуй, надо дать дополнительное распоряжение механоиду на этот счёт. Пусть приглядывает за монголом.

Михалыч через электронный замок активировал поднятие железного заслона, а я махнул рукой Микиперу, чтобы тот подошёл ближе. Инга находилась рядом со мной, но Арина осталась стоять недалеко от входа. Она решила, что ей не стоит глазеть на моё оружие, раз уж её никто не пригласил.

— Инга, угости Арину мороженным, — скомандовал я.

— Ёпт, а не жирно ей получать столько твоего внимания? — обидчиво заявила блондинка, сложив руки под грудью. — Почему ты с ней вообще возишься? Она тебе нравится?

— Ревнуешь? — с легкой улыбкой спросил я.

На щеках Инги появился румянец. Конечно же, она ревновала, но всё равно понимала, что всё будет по-моему.

— Пф-ф, с чего ты взял, что я ревную? Эта Арина в любом случае лучше, чем Чейни.

— Чейни? — я удивился, услышав это имя. — Почему ты вообще про неё вспомнила?

Чейни некромант, но, как и я, не убивает простых людей, а только преступников и коллег по темному ремеслу. Она мрачная и молчаливая девушка, которая любит цепи в любых проявлениях, темную одежду и некромантию. Если задуматься, то мы с Чейни очень похожи, однако при этом друзьями мы не стали, а всегда были соперниками в охоте за преступниками.

— Ёпт, ну Чейни тоже девушка некромант! Я об этом! — Инга сделала лицо будто я не понял чего-то очевидного и покачала головой. — Я пойду за мороженным. Тебе взять?

— Ага, — кивнул я и повернулся на Микипера.

Мехоноид пришёл по моей отмашке, но вёл себя странно. Он пытался заглянуть мне за спину будто там было что-то чертовски интересное. Микипер прямо не находил себе места. Что же там такое?

Я обернулся и сразу понял причину. Джаггернаут! Когда Михалыч произнес это название, я думал речь об усовершенствованном механоиде, но эта штука была совсем иного порядка.

Трехметровый робот с толстым туловищем напоминал мне мини-подлодку — толстая сварная броня, овальность в форме тела и наличие круглого шара внутри корпуса, который, похоже, был аналогом перископа. Этот шар точно крутился, и, так как головы у робота не имелось, шар воспринимался аналогом головы.

Как джаггернаут работал я не понимал, но уже видел, что робот крайне медлительный. Это своего рода танк, однако я не видел в руках мини-подлодки какого-то оружия.

— Михалыч, и чем этот джаггернаут дерётся? — спросил я у механика, продолжая глазеть на робота.

— В руках робота ракеты! А ещё я веду разработку лазерного оружия для джаггернаута!

Что-то сзади меня щелкнуло. Я повернулся. Оказалось это просто у Микипера отвисла челюсть вниз. Будь у механоида физическая возможность пустить слюни, то он бы сделал тут целую лужу. Я прямо чувствовал насколько Микипер хочет себе руки со встроенными ракетами и лазером.

— Мне нужно это оружие… — негромко произнёс механоид и потянул вперёд руку.

— Думаю, это не для тебя, Микипер, — сказал я, чтобы Микипер успокоился. — Михалыч, робот же не предполагает наличие пилота?

— Найн! — закачал головой механик. — Робот полностью автономен, но ему требуется подпитка вашей некроэнергией. Внутри джаггернаута кости от трех скелетов.

Спрашивать почему именно от трёх я не стал. Некромеханизмы это сложно. Работает и на том спасибо.

— Как-нибудь позже проверим робота. Михалыч, закрывай этот ангар, пока Микипер не стал воровать ракеты у джаггернаута.

— Хозяин, мне нужны ракеты, — жёстко заявил Микипер и блеснул красным взглядом.

— Найдем для тебя ракетницу. А на этого робота даже не засматривайся! У тебя сейчас будет другое дело. Ты будешь следить за Чингисханом. Он не должен от меня сбежать.

— Хозяин, в случае дезертирства я могу его уничтожить?

— Лучше просто доложи мне о ситуации, а дальше я сам приму решение.

Мне пришло уведомление, что приехало такси. Арину я взял с собой — не оставлять же девушку на своей базе? Да и она решила всё также жить у деда, так что я по сути вёз её домой.

Таксист завистливого бросил на меня взгляд, когда я уселся сзади вместе с двумя красивыми блондинками. После таксиста-зомби у меня стало привычкой проверять наличие некроэнергии у своих водителей. Этот был обычным человеком. Я уже встретил много разных сюрпризов в Чите, так что всегда старался быть настороже.

Сейчас в городе разгуливает профессор Ильич, и он может сотворить что угодно. Мой дед обычных людей не трогает, но вдруг его двойник вобрал всё злое в характере Тимофей Ильича? Или что ещё хуже — вдруг двойник отнимает силы у деда? Ведь должна же быть причина почему он слёг в могилу…

Я ел мороженое и перебирал варианты, пока мы ехали в такси.

— Ёпт, Виталя, может тебе личного водителя взять? — спросила Инга, после того как мы приехали к дому деда. Таксисту было указано немного другое место прибытия, но Инга взяла его под контроль. Это наша обычная схема. — Мне не сложно брать разум людишек в свои руки, однако это очень неудобно.

— Инга, я школьный учитель. У них нет личных водителей.

— Ёпт, ну значит будешь первым таким! Если спросят, скажешь, что деньги в лотереи выиграл!

— Ага, водителя нанял, но так и остался учить детишек из-за любви к профессии, — я чуть усмехнулся. — Может быть когда-нибудь позже у меня будет водитель, но не сейчас. Надо разобраться с двойником деда. Да и в принципе найти деда. Он не в доме.

— Тимофей Ильич уехал? — спросила Арина.

— Он отдыхает в могиле, — ответил я, уверенно шагая вперёд.

— Где-где?… — переспросила Метелица, остановившись.

Мой ответ её удивил. И, кажется, она не совсем правильно меня поняла, но пояснять я ничего не стал. Я направился к заднему двору дома, где росли несколько яблонь. Оттуда исходила легкая некроэнергия деда.

Я не ошибся. У одной из яблонь была вырыта свежая не засыпанная могила. В ней лежал Тимофей Ильич, скрестив руки на груди как мумия.

— Вставай дед, разговор есть.

Никакой реакции. Но мы, некроманты, люди упорные. Всё костяное у нас обычно оживает, правда здесь был не совсем стандартный случай. Влить в деда энергию я не мог. Чтобы занекрить лича надо провести долгий и мощный ритуал.

Может ему как раз и привести такую угрозу? Хотя нет, это слишком грубо, он же всё-таки мой дед. Да и угрозы тут вряд ли помогли бы — я знал куда более действенный способ оживить Тимофей Ильича.

— Дед, яблочки у тебя очень вкусные. Как ты их вырастил?

Пустые глазницы загорелись огнём. Всё-таки я знаю деда достаточно хорошо, чтобы найти к нему нужный ключик. Хотя всё же удивительно, что он сдался так быстро.

— Виталя, ты правда пробовал мои яблочки? Я тебе собрал самых лучших!

— Пробовал, они действительно неплохи. Я не люблю яблоки, но эти съесть можно.

— И главное там витамины! — дед резко приподнялся, но затем также резко лёг обратно, вновь сложив руки на груди как мумия. — Поздно ты всё осознал, Виталя. В могиле я уже. Жаль, что внуки ценят стариков, только когда те на смертном одре.

— Дед, хватит стихами говорить… — нахмурился я. — Лучше вылезай из могилы и расскажи о своём двойнике. Что от него стоит ожидать? И где он может спрятаться?

Огоньки в глазах деда погасли. Он то ли не хотел меня слушать, то ли…

— Ёпт, Виталя, а Тимофей Ильич случайно не потерял свои силы? — с беспокойством спросила Инга. — Может двойник так его измотал?

— Возможно, — я угрюмо кивнул, соглашаясь со словами Инги.

Дед порой может устраивать спектакль, но сейчас дело было не в этом. Он действительно ослаб. И это также значит, что профессор стал сильнее.

Закапал дождь. Деда надо было присыпать немного землёй для защиты и поставить свой некробарьер, но меня отвлекла Арина, дернув за руку.

— Виталя, смотри, — она показала рукой в небо. — Там череп поднялся…

Могила меня побери… Такой череп я уже видел! Долбанный профессор решил провести личевский ритуал! И это всё буквально на следующий день после того, как я обещал Смирнову порядок в Чите!

Что собирается делать профессор? Какой ритуал он проводит? На ум почему-то проходит самое плохое — что-то связанное с нежитью из других миров… Опасная тёмная магия, которая как раз доступна личам.

Дождь быстро переходил в ливень. Перед тем как присыпать деда землей и поставить некробарьер, я решил кое-что проверить, поэтому пришлось спрыгнуть в могилу Тимофей Ильича.

— Корона Ардатора… — произнёс я негромко. — Её нет у деда внутри грудной клетки. Профессор забрал артефакт. Он точно был здесь.

— Ёпт, это очень хреново… — кивая, грустно подытожила Инга. — Виталя, что теперь делать? Противостоять личу с короной Ардатора будет невероятно сложно.

— Надо не дать провести ему ритуал. Не знаю, что задумал профессор, но его точно стоит лишить такой мощи.

Я присыпал деда землей и поставил некробарьер. В небе уже появился второй личевский череп от ритуала, так что к машине мне стоило не идти, а бежать.

— Арина, останешься тут, — скомандовал я.

— Мне Тимофей Ильича охранять?…

— Нет, просто сиди дома, — ответил я и побежал к такси.

Арина мне будет только мешать при разработке с профессором, так что я не стал брать девушку в потенциально опасное место. Тем более я и без того весь день таскал её за собой.

Добежав до машины и усевшись вместе с Ингой на задних сидениях, зазвенел мой телефон. Почему-то даже несмотря на имя, я уже знал, что это Злобин…

— Виталя у нас ЧП! — мощно закричал голос Альберта из динамика. — Новый некромант объявился! Эксперты говорят, что это скорее всего лич!

— Ага, знаю уже, — без энтузиазма произнес я. Смирнов должен был оповестить своих о повышении моих полномочий, так что я мог даже немного командовать инквизиторами. — Я уже выдвинулся на место, какой-то помощи мне не надо.

— Но мы тоже уже выехали… Виталя, ты точно справишься один? Смирнов сказал, что твои приказы неоспоримы ровно до тех пор, пока это не вредит гражданским.

— А сейчас я что — собираюсь вредить гражданским?

— Ну нет-нет… — тихо замямлил Злобин и затем вздохнул. — Ладно, полагаюсь на тебя! Если что-то потребуется, сразу дай нам это знать!

— Вообще кое-что вы можете сделать. Надо взять в оцепление зону где проходит личевский ритуал.

— Это хорошая идея, Виталя! Я как раз и подумал, что тебе будет сложно контролировать всё одному!

Я вдруг осознал одну проблему. Хоть я и являюсь Серым кардиналом Инквизиции, однако мне всё же надо будет перед ними объясняться… Может оказаться так, что я не смогу принести Инквизиции кости лича, ведь профессор это часть деда.

И в этом случае мне снова нужен будет какой-нибудь скелет отпущения…

— Кстати, Альберт, ты сказал про каких-то экспертов в Инквизиции. Это кто?

— Новых у нас нет, — усмехнулся Альберт. — Я про старика Палыча из местных инквизиторов.

— А я уже подумал кого-то нового пригнали.

— Пока нет, но скоро приедет новый начальник из Москвы. Возможно с ним будет кто-то еще для усиления. Хотя этот вряд ли… Людей у нас всегда не хватало, а сейчас ещё и начались чистки из-за инцидента с Раскольниковым. От нехватки инквизиторов даже стали порядочных некромантов к себя брать, — Альберт рассмеялась. — Виталя, мне надо дать ряд распоряжений людям. Удачи, тебе с личом!

Злобин повесил трубку, а я задумался о масштабах чистки в Инквизиции. Из-за Раскольникова могут вскрыться другие предатели, так что мой новый договор со Смирновым был максимально интересен Инквизиции.

Но это в любом случае звучит как анекдот — от нехватки людей главная структура по борьбе с некромантами стала брать в свои ряды некромантов… Для большинства людей такая правда покажется полным абсурдом. Думаю, многие даже предпочтут быть в неведении, чем знать такое.

— Ёпт, четвёртый череп поднимается, — не отрывая взгляд от окна машины, сказала Инга. — Из-за дождя плохо видно, но их точно уже четыре. Нет, даже пять! Ёпт, человечишка, давай едь быстрее!

Слишком сильно гнать на машине во время дождя дело опрометчивое, но за себя и Ингу я не беспокоился. Пострадать в аварии тут мог только водитель, поэтому на всякий случай я защитил его слабеньким барьером. Я люблю скелетов, но таких залётных мертвецов мне в армию тьмы не надо.

В голову вдруг пришла мысль позвонить Кепке. После вчерашнего она должна сидеть в общаге ниже травы, тише воды, но эту дуреху манит ко всему некромантскому уж слишком сильно… Как увидит черепа в небе, так сразу же решит на них посмотреть вблизи.

Однако дозвонится до Лены Шестаковой я не смог. Её телефон был выключен, а разыскивать её у меня сейчас времени не было. Оставалось надеяться, что она просто отсыпается после всех вчерашних приключений.

До места проведения ритуала ехать было не так долго, но в определённый момент у нас кончилась дорога. Легковая машина такси была совершенно не предназначена колесить по лесам, поэтому мне и Инге пришлось ещё немного пробежаться.

Кроме дождя всё вокруг заполонил плотный туман. Ритуал излучал огромный поток некроэнергии и если бы не это, я не знал бы в каком направлении двигаться.

Уже почти достигнув цели, меня схватила костяная рука, которая вырвалась из-под земли. Я споткнулся, но в последний момент всё же смог удержать равновесие. Чтобы избавиться от захвата я ударил свободной рукой по-костяному запястью.

— Ай, больно вообще-то! — раздался из-под земли недовольный голос.

— А ты не хватай кого попало.

Я хотел побежать дальше, но поток некроэнергии резко вырос в десятки раз. Давление было настолько колоссальным, что я с трудом мог дышать. Такой мощи я ещё не встречал. Вот что значит лич с короной Ардатора…

Но поток энергии стал быстро ослабевать. Всё это было похоже на пик ритуала и его последующее завершение, но в небе не могли так быстро подняться все тринадцать черепов. Что же тогда произошло? Этому ритуал нужно было всего шесть черепов?

— Хе-хе-хе, вы уже опоздали, — из земли стал подниматься скелет. Я сначала подумал что это змея, но оказалось, что это скелет с трёхметровым гибкими руками. Никогда таких не видел. Он явно создан искусственно. — Хозяин завершил своё возвращение.

Послышался тихий шорох от шагов. Сзади длиннорукого скелета пришёл профессор Ильич. А за ним… за ним стояла Шестакова с опущенной головой. Её глаза закрывала привычная темная кепка.

— Не пугай их, Длайнд, — остановившись, сказал лич. В прошлый раз он был в очках, а теперь имел крупное пенсне в правой глазнице. Одет профессор был серый пиджак и брюки. — Не надо представлять меня так будто я вселенское зло.

— Чего ты хочешь? — настороженно спросил я. В голосе профессора чувствовалась большая хитрость, а корона Ардатора давала ему огромную силу. Такой враг опасен, но всё же был маленький шанс, что мы не враги… — Зачем тебе моя ученица?

— Я с ней уже закончил. Хорошая девочка. И теперь она стала ещё лучше.

Из-за некроауры лича я не мог нормально оценить состояние Лены. Если профессор посмел её занекрить, то я его уничтожу. Но я ещё не понимал всего до конца, чтобы делать выводы. Лица Шестаковой я не видел, но уж больно она тихая…

Лич рассмеялся. Наверное его позабавило, что я сжал зубы и кулаки от злости. Его смех был далеко не добрым, так что я уже почти не сомневался — он враг. Надо вдарить по его черепушке, пока он так близко.

— Успокойся, я её не некрил, — будто почувствовав мое настроение, сказал лич. — Девчонка живая.

— Что ты с ней сделал?

— Я же уже сказал — я её улучшил. Понимаешь, Виталя, увлечение некромантией это самая настоящая болезнь. Тот, кто хоть раз попробовал некрить скелетов, уже никогда не прекратит заниматься некромантией. Ни алкоголь, ни курение, ни даже наркотики не вызывают такой сильной зависимости.

— К чему ты мне все это говоришь? — не очень доброжелательно произнес я. Сейчас мне хотелось конкретики, а не пространных рассуждений.

— Ты взял ученицу, Виталя, и рассчитывал её контролировать, но правда в том, что это невозможно. В ней слишком мало некросопротивляемости, рано или поздно девчонке сорвало бы крышу от некромантии. Она стала бы одержимой дурой, которая бы желала некрить всё, что видит. И тогда либо тебе, либо Инквизиции пришлось бы её убить. Нет, ты конечно следил за девчонкой, даже пытался поставить её на путь призывателя, но итог был бы таким, как я сказал. В ней слишком маленькая сопротивляемость. И я это исправил.

— Что конкретно ты сделал?

Лич чуть прыснул смехом.

— Всё-то тебе расскажи, внучок. Знание это богатство.

— Я тебе не внучок, профессор.

— Нет, ты мне внучок. У тебя теперь два деда лича. Я провёл ритуал и теперь надолго задержусь в мире живых. Называй меня Гангеной, чтобы не путать с Тимофей Ильичом. Ему, кстати, скоро полегчает и он вылез из могилы. Я забрал часть его сил, чтобы провести ритуал.

— Хочешь сказать, ты мне не враг?

— Если бы я был тебе врагом, тоже бы давно на тебя напал. У меня достаточно мощи и знаний, чтобы тебя уничтожить.

Жаль, что у лича нет глаз… Лишь две светящихся точки по которым толком ничего не прочтешь.

Но то, что он не напал, это действительно аргумент почему профессор Гангена мне враг. Однако он хитер как змей. Это чувствуется в каждом его слове, с ним надо держать ухо в остро.

— Почему ты назвался Гангеной?

— Это имя мне подходит. Почти как гангрена. Как некромант, ты должен хорошо знать, что это такое, — лич повернулся ко мне спиной. — Мне пора идти, Виталя. Будь осторожен, ведь…

— Стой, — перебил я профессора. — Отдай мне корону Ардатора.

— А я уж думал получится уйти с ней. — Гангена остановился и распахнул пиджак, чтобы достать из грудной клетки корону. Он вытянул руку и бросил артефакт на землю. — Сдай Длайда инквизиции, выдав за лича. Он силен. Это тебе мой подарок, раз уж я принес тебе немного проблем.

Дымовые черепа в небе это далеко не маленькие проблемы, но всё же удивительно, что профессор решил помочь устранить последствия.

— Хозяин! — жалостно взмолился длиннорукий скелет. — Но вы же меня только создали! Неужели вы с самого начала хотели сдать меня Инквизиции?!

— Да, Длайд, ты был создан именно для этого.

— Не-е-е-е-е-е-ет… Жизнь это одна лишь боль!

— Так ты же уже мёртв, хе-хе, — профессор рассмеялся. — Длайд, ты вышел уж слишком щепетильным. Но не волнуйся. Я не запомню тебя героем. Я забуду про тебя уже через пять минут.

— Не-е-е-е-е-е-ет!.. Хозяин!.. Я думал, что буду служить вам долгие годы!

Скелет потянул к личу свою длинную змеиную руку, но сразу же получил по запястью жесткий удар от профессора.

— Замолкни, Длайд. Ты всего лишь скелет, — Гангена зашагал вперёд. — Виталя, слушай мое напутствие. Убив Раскольникова, ты привлек к себе внимание сильнейших некромантов не только России, но и всего мира. Считай, что теперь плаваешь не в аквариуме с рыбками, а в море с акулами. И эти акулы обязательно придут к тебе в гости.

— Значит я просто сварю суп из акульих плавников.

— Думаю, вкусные будет супчик, — усмехнулся лич.

Профессор Гангена скрылся в тумане, а его некроаура в мгновение пропала будто его тут и не было. Мой дед Тимофей Ильич иногда бывает той ещё занозой, но этот второй дед куда хуже.

Однако в любом случае хорошо, что мы разошлись миром… Он даже мне скелета подарил, чтобы сдать инквизиции. Забота так и прёт из всех щелей.

Я повернулся голову на Длайд, а тот медленно потянул ко мне длинные руки.

— Виталий Иванович, пожалуйста не сдавайте меня инквизиции! Я буду вам полезен!

— Будешь, — кивнул я. — Мне действительно нужно сдать кого-то инквизиции для отчетности. Личевские черепа в небе надо как-то объяснить, так что не обессудь.

— Но я как раз не виновен! Я просто исполнял приказы! Виталий Иванович, разве вам не жалко жизни скелетов?

— Ну вообще-то нет. Тем более у вас нет жизней. Вы создания некромантии без души.

— Но… но… — Длайд грустно склонил голову. — Ладно я приму свою судьбу…

Его даже стало немного жаль, но не настолько, чтобы прикрыть его перед Инквизицией. Я только заступил на пост Серого кардинала, так что мне проблемы не нужны.

Да и сейчас меня интересовал не скелет, а моя ученика. Я подошёл к Кепке поближе. Она стояла уткнувшись в одну точку.

— Лена, ты в порядке? — спросил я, встав лицом к лицу с девушкой.

Реакции на мои слова не было, поэтому я подозвал рукой Ингу. И тут вдруг обнаружилось, что моя блондинка уплетает ложкой за обе щеки консервы с куриной печенью… Она консервы не слишком уважает, так что эти, похоже, были хорошими.

— Ёпт, тут лежало рядом, не пропадать же добру! — стала оправдываться Инга, понимая что лакомство оставил Гангена. — Виталя, тут и на тебя хватит!

— Он тебя подкармливает не просто так. Налаживает контакты. Он хорошо знает как меня, так и тебя, поэтому и делает все эти дурацкие подарочки.

Я щелкнул несколько раз пальцами перед глазами Лены, вложив немного некроэнергии, чтобы очистить разум девчонки.

— Витали-и-й… Иваныч?… — прохлопав глазками, произнесла Кепка. — Я ничего плохого не делала! Просто с одним личом немного потусила! Он мне яблочко дал, а потом…

Я вздохнул и покачал головой. Кепка слишком наивная. За ней надо глаз да глаз.

— Лена, классический прием некромантов, это чем-то отравить свою жертву, дав подарок.

— Меня отправили?! — глаза девчонки стали по пять копеек. — В яблоке была отрава?!

— Яблоко не отравлено. В этот раз тебе повезло, — я на секунду замолчал, вдруг кое о чем подумав. — В яблоке наоборот было лекарство. Правда, у него есть побочное действие.

— Какое побочное действие?!

— Теперь ты будешь работать на одну женщину в свободное время. А то мне кажется у тебя этого времени слишком много, раз ты тусишь с личами, ещё и покидая территорию школы без разрешения.

Кепка склонила голову, даже не споря с наказанием. Хотя это даже не наказание, а наоборот присмотр за ней. Метелица хочет сделать бизнес, вот пускай будет ей подручная.

Что касается яблока, то похоже как раз оно повысило сопротивляемость разума к некромантии у Лены. Не хочется этого признавать, но профессор Гангена мне помог…

А ещё он предупредил меня о возможных столкновениях с сильнейшими некромантами мира. Гангена не бросил бы такие слова просто так. Похоже, он что-то предчувствует.

Школа. Это место никогда не казалось мне ужасным — ни в свою юношеские годы, ни сейчас, когда я стал учителем. Однако сегодня я школу ненавидел. И всё из-за солнца, которое ослепляло мои глаза настолько, что я с трудом разбирал дорогу.

Самое главное, что ничего не предвещало беды! Когда я выходил на работу погода была отличной — небо затянуто тучами и моросил мелкий дождик.

— Здрасте, Виталий Иваныч! — радостно поздоровался со мной охранник Петропалыч, переворачивая страницу сканвордов. — Хороший сегодня денек, согласны? Утром всё в тучах было, но затем распогодилось.

— Ага, — вяло ответил я. — Погода просто отличная.

— Кстати, Виталий Иваныч, у меня тут вопросик по алхимии из сканворда есть. «Лечебный камень из желудка». Шесть букв, первая…

— Это безоар, — сказал я, не переставая шагать. — Лечебные свойства камня сильно преувеличены, но всё же в сканворде точно говорится об этом слове.

— Подходит! Спасибо!

Старичок стал усердно записывать слова, а я направился к своему кабинету. Дела вне школы я за последние три дня разгрёб — вытащил деда из могилы, уладил вопросы с Инквизицией, сдав им Длайда, ну и навел немного порядка на своих собственных базах. Теперь же нужно было заняться работой в школе.

Все учителя имеют методички от Министерства Образования, где написано как надо учить детей наукам, но в методичках порой всё уж слишком топорно. Учителя, которые хотят обучить учеников хорошо, зачастую придумывают собственные уроки или по крайней мере дополняют то, что идёт по методичкам.

Мои предметы — алхимия, зельеварение и немного обычной химии. Все три науки узконаправленны и специфичны — большинство учеников с трудом усваивают эти предметы. Они им сложны и неинтересны. Конечно порой встречаются дети, которые с восторгом изучают каждое новое зелье и для которых тот же безоаровый камень это сокровище, а не загадочное слово из сканворда. Но таких меньшинство. Во всей школе сейчас нет ни одного такого ученика. Есть некоторые, которые просто хорошо учатся, однако без фанатизма к алхимии.

Отчасти для меня это плюс — не приходится придумывать отдельную программу для максимально глубокого изучения предмета. Моя задача просто научить детей азам. И так как уходить в дебри алхимии мне не требовалось, я мог постараться сделать уроки максимально интересными. Сегодня я хотел подготовить курс занятий бытовой алхимии — самого-самого полезного в обычной жизни и того, что легко повторить без фатальных ошибок.

Я пришёл за целый час до первого урока и хотел закрыться в кабинете изнутри, чтобы никто не мешал, но у моей двери стоял неожиданный гость — учительница математики Анна Андреевна Фалейчик.

Монахиня не изменяла своему стилю. Длинная старомодная юбка до пола, тысяча слоев накидок, а теперь ещё и косынка, закрывающая волосы. Я бы возможно подумал, что это самая целомудренная девушка в мире, если бы не видел разок как эта математичка расхаживает в красном платье с глубоким декольте…

— Меня ждете? — спросил я, остановившись возле Фалейчик.

— Да, вас, Виталий Иванович… — негромко произнесла девушка. — Разговор будет не очень приятным. Мы можем зайти в ваш кабинет?

— Ага, — кивнул я и стал доставать из кармана ключ от кабинета.

Монахиня меня немного озадачила. Мы с ней за всё это время и пары слов друг другу не сказали, а тут вдруг какой-то «неприятный» разговор. Правда, я быстро понял, что всё не конкретно из-за меня, а из-за класса… Мои шкеты что-то натворили, и теперь меня попросят разобраться.

— Анна Андреевна, что случилось? — спросил я, когда мы уселись за стулья.

— Кто-то из вашего класса нарисовал чёрным маркером неприличное слово на щеке моего ученика. Причём я думаю это не единичный случай травли, но так откровенно хулиганы проявляют себя в первые.

На моем лице появилась сердитость, и Монахиня от этого немного испугалась. Но злился я не на Фалейчик, а на своих ребят. Я уже немного научил их уму разуму, однако, похоже, некоторым надо повторить уроки.

— А конкретную фамилию ваш ученик назвал? У меня класс маленький, но всё же вариантов много.

— Нет, фамилии я узнать не смогла. Мне приходилось буквально выпытывать информацию из своего ученика. Он очень боится, что ему отомстят, если он выдаст фамилию. Мой ученик даже не хотел, чтобы вы обо всем знали… Он попросил, чтобы я не называла вам его имени. Мальчик сильно напуган. И я боюсь… Боюсь как бы он не сделал чего-то нехорошего с собой из-за всей этой травли…

Монахиня немного склонила голову вниз и замолчала. Не слабую задачку мне принесла Фалейчик. Найти гада в классе я точно смогу, но вот как сделать так, чтобы у меня за спиной всё не повторилось. Я могу напугать ученика, однако когда меня не будет рядом, страх может пройти.

— Я разберусь, Анна Андреевна. Но, вы в свою очередь поговорите ещё раз со своим учеником. Он не должен боятся говорить учителям, что его кто-то обижает.

— Виталий Иваныч, но вы же знаете какие тут порядки… Рассказать учителям, это стукачество, а стукачей очень сильно не любят. Из-за этого травля может стать ещё сильнее и мой ученик как раз этого боится. Виталий Иванович, я думаю вам не стоит начинать выяснять, кто изрисовал лицо моему ученику. Я просто пришла сказать, что у вас есть в классе такой хулиган и с этим надо что-то делать.

Я кивнул. Хулигана определенно надо распознать и исправить. А если не исправится, то занекрить. Хотя ладно… Таким заниматься не стоит. Да и всё же я верю, что мои ученики не ужасные люди. Я уже понемногу узнал каждого.

Монахиня начала вставать, но я решил её остановить.

— Подождите, Анна Андреевна. Я знаю как решить проблему. Мне нужно, чтобы вы привели ко мне своего ученика.

— Но… но это же невозможно. Я же обещала ученику ничего вам не рассказывать.

— Анна Андреевна, так вы уже все рассказали. Лучше скажите какая у вашего ученика комплекция. Я собираюсь научить его драться.

— ЧТО?! — чуть ли не во весь голос закричала Монахиня, но потом опомнилась. — Зачем Феде учится драться?!

— Так значит его зовут Федей, — произнес я с холодной интонацией, будто выведал хулигана, а не жертву. — Мне надо будет с ним познакомиться.

— Виталий Иванович! — Монахиня оперлась на мой стол и нависла так, что наши головы были в десятке сантиметров друг от друга. — Не надо учить Федю драться! Я знаю вы жёсткий учитель и вас боятся ученики, но это уже слишком!

Я взял ручку и квадратик бумаги.

— Анна Андреевна, выпишите своему ученику пропуск перед дисциплинарной и скажите приехать вот по этому адресу в пять вечера, — я подвинул квадратик к Монахине. — Мы договорились с вами?

— Но… но… — Фалейчик опустилась на свою стул. — Как я вообще объясню Феде необходимость встречи с вами?

— Просто дайте ему адрес, остальное я решу.

Титанов и его свита из Чумаковой и Сотникова наблюдали за разгрузкой конвоя с напряжением на лицах. Обычно всё происходит по одному и тому же сценарию, но сегодня привезли особенного ученика.

Его не просто перевозили в клетке — опасного подростка усыпили и затащили в металлический скафандр, который цепями прикрепили внутри клетки. Титанов за годы работы в исправительной школе видел многое, но «такое» приехало впервые.

— Куда его поставить? — спросил у Титанова накаченный охранник с небольшой кипой бумаг в руках. У машины стояло ещё несколько автоматчиков.

— В смысле куда поставить? — нахмурился директор. — Распаковывайте этого уродца.

— Нет-нет… — накачанный охранник стал чесать затылок. — Это работа уже на вас. Тут есть инструкция, как снять защитный скафандр. Моя задача просто перетащить клетку.

Не теряя больше времени охранник взялся за прутья клетки и потащил её из грузовика. От неимоверного скрежета металла поежилась вся тройка дисциплинарки, а Владимир Романович, он же Вовочка, так и вовсе двумя руками закрыл уши. Квадратные очки интеллигентного педагога сползли на самый кончик нос.

Вытащив клетку и поставив её на асфальт, охранник конвоя чуть тряхнул головой и снова спросил Титанова:

— Ну, куда ставить эту Гадюку?

Георгий Викторович Титанов мужик суровый и внушающий всей школе страх, но порой ему и самому бывает страшно из-за учеников. Сегодня был как раз такой случай. Будь воля директора он бы сейчас отсюда убежал, однако такое Титанов позволить себе не мог. Надо было держать лицо перед подчинёнными.

А ещё требовалось срочно на кого-то скинуть опасного ученика. И для этого была всего одна кандидатура.

— Зови сюда Могильникова, — негромко сказал Титанов Чумаковой. — Ему в любом случае скоро знакомиться со своим новеньким.

Не успела из моего кабинета уйти Монахиня, как тут же ворвалась Чума. Не та, что болезнь, а то что работает в дисциплинарке и литрами пьёт кофе.

— Виталий Иванович, вас срочно вызывает директор! — отчеканила Варвара Чумакова и чуть склонилась из-за одышки. Она явно бежала ко мне на всех парах.

Я посмотрел на листок бумаги, где было написано «Курс бытовой алхимии», затем на Чумакову, а затем снова на свой документ. Я пришёл в школу пораньше не для того, чтобы разговаривать с Титановым… Вот что значит не закрыть свой кабинет вовремя…

Было бы неплохо поставить сюда пару скелетов для охраны, чтобы отпугивали непрошенных гостей, но такое люди не поймут.

— Мой рабочий день ещё не начался, — сказал я и стал записывать формулу для курса бытовой алхимии. — Скажите Титанову, что меня нет на месте.

— Виталий Иванович, но он вас уже видел! Он знает, что вы в школе!

Прозорливый этот Титанов… И довольно злопамятный. В школе мне работать ещё полгода, так что отношения с директором портить не стоило. Да и как ни крути я мог отложить создание курса на потом.

— Титанов в своём кабинете? — спросил я, вставая со стула.

— Нет, он с новым учеником. Идемте за мной, Виталий Иванович.

Блестящим математиком я никогда не был, но один плюс один складывать умел. Новый ученик и вызов к директору — похоже, мне в класс хотят добавить ещё одного проблемного подростка.

И как в этом случае будет работать договор со Смирновым? Ладно, так или иначе все мои ученики выпустятся. Живые или мертвые — без разницы.

Чумакова повела меня в крыло школы, где располагались владения дисциплинарного комитета. Мы зашли в зал, посередине которого стояла клетка с узником, запертым в железный скафандр. Для верности скафандр ещё и закрепили железными цепями.

— К вам каждого ученика так привозят? — спросил я, потому что Титанов молчал, хмуро пялясь на клетку.

— Он ядовитый, — ответил Титанов и протянул мне какие-то бумаги. — Есть вероятность, что после открытия скафандра ученик попытается всех отравить и сбежать. По-хорошему этого ублюдка надо сразу в тюрьму, но его зачем-то приперли в школу. Месяц до совершеннолетия. Министерство магии видимо думает, что его ещё можно исправить.

Я обернулся и увидел двух автоматчиков у стены. Это не из школы, наверное приехали с конвоем. То есть получается, высшее начальство допускает, что передача нового ученика может закончиться чем-то плохим.

Пожалуй, даже будет неплохо, если попадётся буйный. При возможности его даже можно поднекрить.

Я стал беглым взглядом читать текст документов от Титанова. Жене Кислицыну дали характеристику, будто это самое настоящие исчадие ада — магическая способность источать ядовитый газ, постоянные перебранки с учителями, асоциальное поведение, приготовление яда для отравления воды в Москве… За последнее Кислицына как раз и сослали в исправительную школу. Его учителя наверное целую пирушку закатили на такой праздник.

— Могильников, этот ученик будет на тебе, — сказал Титанов и дважды хлопнул меня по плечу. Это он делал для некоего ободрения, что совсем нехарактерно для директора. У нас никогда не было хороших отношений. — Делай с Кислицыным что хочешь, но главное не дай ему отравить всю школу. Рассчитываю на тебя! Ну а мне срочно нужно отойти по важным делам…

Директор передал мне связку ключей, приторно улыбнулся и поспешно направился к выходу. Чуму и Вовочку из дисциплинарного комитета он утянул с собой, а вот автоматчики остались, хотя по их виду было видно, что они тоже хотят свалить.

— Может это… не открывать скафандр? — предложил один из охранников. — Ваш директор ушел, а наш начальник конвоя решил отсидеться в машине. Он опасность хорошо чувствует, так что тут, — охранник показал пальцем на узника. — Тут сидит настоящее чудовище.

— Ага, — спокойно ответил я. — Мне ужасно страшно.

Охранник прижался к стене будто увидел в зале ещё одно чудовище. Пугливые они что-то все тут. Хотя справедливости ради мой рассерженный взгляд способен напугать многих.

Я сложил руки вместе и стал создавать в воздухе земляную массу для голема. Покинув здание школы, я получил бы доступ к земле и мог бы создать голема быстрее, но было долго ходить туда-обратно.

Титанов любезно оставил мне инструкцию как нужно освобождать узника, а голем начал всё это претворять в жизнь. Сначала земляной помощник открыл клетку, затем закрыл клетку и стал снимать крепление скафандра.

По задумке инженеров этой штуки, узник должен остаться в рукавицах скафандра, которые крепились цепями. Если узник проявит адекватность после пробуждения, то цепи можно будет снять, а если будет буянить, то надо было оглушить узника шокером и снова заковать в скафандр.

Мне показалось, что будет грубо оставлять узника в цепях, поэтому голем снял их сразу. Единственной преградой оставалась сама клетка, но я не боялся, что Кислицын сбежит. Если будет агрессивным, я легко его остановлю.

Когда последняя цепь отсоединилась от руки узника, голем подхватил парня, чтобы тот не упал.

Кислицын был очень бледным, а ещё имел длинные зеленые волосы — то ли красил специально, то ли цвет волос стал таким из-за взаимодействия с ядами. Парень должен был проснуться сразу, как откроется скафандр, но это этого почему-то не происходило. Я уже стал думать о том, чтобы один из охранников сходил за нашатырем, но он наконец очнулся.

Его взгляд был наполнен ненавистью. Он оценивающе оглядел весь зал, а затем зло произнес:

— Где я нахожусь?

— Это исправительная школа для магов. Я твой классный руководитель Виталий Иванович Могильников. Государство дает тебе шанс вернуться в нормальное общество, так что советую этим воспользоваться.

— Вернуться в «нормальное общество»? — парень усмехнулся и оттолкнул моего голема. — Хочу поинтересоваться, а что я такого натворила, чтобы сюда попасть?!

Я немного смутился. Кислицын почему-то говорит о себе в женском роде… Может неправильно записали и это Евгения, а не Евгений? Я ещё раз заглянул в документы.

Нет, я всё прочитал верно — по документам это Евгений… Тогда что за странное поведение у этого парня?

— Причиной указана подготовка теракта в Москве.

— Какой ещё нахрен теракт?! Я ничего такого не собиралась делать! Меня оклеветали!

Такие возгласы для меня звучали совершенно неубедительно. Почти каждый преступник будет бить себя в грудь и кричать, что не виновен. Есть некоторый шанс судебной ошибки, но всё же это большая редкость.

Однако кое-что я понял однозначно — это всё же действительно девчонка, а не парень. Тембр голоса женский, да и не будет парень-преступник называть себя девчонкой. Одежда у Кислицыной унисекс — джинсы и гигантский свитшот, висящий мешком, но всё же и по внешнему виду это скорее девчонка, чем парень.

— Женя, я не верю, что твое попадание в исправительную школу случайность. Но это в любом случае не конец жизни. Если не будешь нарушать законы и получишь рекомендацию от школы, то сможешь вернуться к своей прежней жизни.

— Супер! Просто супер! — Кислицына стала размахивать руками и саркастично смеяться. — Меня усыпили и закатали в железный скафандр совершенно ни за что, а теперь я ещё и должна что-то доказывать! А не пойти ли вам и всей это школе нахрен, а?!

— Не люблю переходить на язык угроз, но если ты продолжишь грубить и скандалить, то я прикажу голему засунуть тебя обратно в скафандр, а потом эти парни с автоматами увезут тебя в тюрьму.

— Разве грубость в общение это нарушение законов? Я просто сказала пойти вам всем нахрен, а не пыталась убить или что-то в этом роде.

Девчонка смотрела на меня злым взглядом, который быстро сменился на обречённость. Она опустила голову, а затем и вовсе села калачиком.

Отчасти Кислицына была права — грубость с учителем это далеко не нарушение за которое сажают в тюрьму. Агрессии она не проявляла, так что я не мог применять против неё силу.

— Виталий Иванович, — негромко позвал меня охранник, который уже разговаривал со мной. — Давайте закатаем монстра обратно в скафандр и отправим в тюрьму. В рапорте я дам подтверждение, что узник стал буянить.

Такой путь может и был бы простым, но я не мог на такое согласиться. Мне нравится, когда о человеке можно однозначно сказать — преступник он или нет. В таких случаях никакой головной боли. Однако слепо делить всё на чёрное и белое нельзя, всё гораздо сложнее. Как например, с этой Кислицыной.

Девчонка точно слышала охранника и от этого она только опустила голову ниже. Оказывать какое-то сопротивление Женя не собиралась. И это хороший знак.

Я приказал голему открыть клетку, а сам подошёл ближе к Кислицыной.

— Пошли за мной. Немного поговорим.

Девчонка, ничего не спрашивая, встала и пошла за мной. Охранники смотрели на это с опаской, но я не стал им ничего объяснять. Я решил дать Кислицыной шанс. В конце концов если принимать учеников за монстров, то они такими и будут.

— Есть или пить хочешь? — спросил я у Жени в коридоре.

— Не отказалась бы выпить яда, — ответила девчонка безучастно. — Что-то меня стало тошнить от этой жизни.

— Какой яд предпочитаешь?

Кислицына посмотрела на меня с удивлением. Хандра на её лице сменилась на интерес.

— Я хотела бы попробовать яд рыбы Фугу. Он парализует всё тело и вызывает остановке дыхания, хе-хе, — Женя говорила с мечтательным придыханием, но затем вдруг опомнилась. — Ой!.. Извините учитель, иногда меня уносит в очень странные рассуждения. Пожалуйста, забудьте всё, что я говорила.

Кислицына по характеристике в документах знатная грубиянка, но разговаривать вежливо она всё же умела. Даже сказала слово «пожалуйста». Думаю, девчонка почувствовала, что я решил отнестись к неё по-доброму, поэтому и стала мягче.

— Ого, так вы учитель алхимии! — воскликнула с восторгом Женя, когда мы вошли в мой кабинет. Она с большим интересом пошла изучать мои стеллажи в зельями, металлами и минеральными камнями. — Это что безоар?! А можно его потрогать?!

Кажется у меня в учениках появился фанат алхимии. Вернее фанатка.

— Садись за стол, — сказал я, усаживаясь на своё место.

Кислицына с большой неохотой отлипла от моих стеллажей и села напротив. У меня становилось всё больше и больше уверенности, что эта девчонка вполне порядочная, но всё же стоило держать ухо востро.

Монахиня сегодня как раз принесла новость, что кто-то из моих учеников занимается издевательствами над другими учениками. Процесс перевоспитания не проходит за один день.

— Постоянные конфликты с учителями, асоциальное поведение и подготовка теракта, — зачитал я то, что было записано про Кислицыну в документах. — Я хочу выслушать твою версию событий, но сразу говорю — это ещё не означает, что я поверю твоим словам.

— Ну-у… — протянула девушка и отвела в сторону взгляд. — С учителями у меня действительно были конфликты. Да и с остальными людьми я никогда не ладила. Но вот подготовка теракта это клевета! Я просто готовила яд из научного интереса!

— И что за научный интерес у тебя был?

— Как вам сказать, Виталий Иванович… Не сочтите меня психопаткой, но я хотела себя отравить. Яды на меня практически не действуют, а если действуют, то это для меня очень приятно. Когда яд начинает угрожать моей жизни, я просто начинаю очистку крови с помощью магии.

Я сложил замком пальцы и уперся головой на кисти.

Эта девчонка не монстр. Но и назвать её нормальной в понимании обычных людей нельзя. Надо будет за ней присматривать. Да и вообще за каждым из класса нужен присмотр.

Путем различных манипуляций я мог бы сделать так, чтобы каждый из моих учеников получил рекомендацию от школы. У меня есть сила внушения Инги и не только. В этом случае я бы выполнил договор со Смирновым, но ничего хорошего такой бы обман не сделал.

Мне нужно сделать так, чтобы каждый из учеников не был опасен для общества. А значит надо лучше их узнать. Некоторые будут хорошими, только пока рядом кнут. Сейчас меня даже больше волновала не Кислицына, а ученик который вёл издевательства.

Я по сути возвращаюсь к одному и тому же вопросу — всех ли людей можно исправить?

— Виталий Иванович, я правда никогда никого не пыталась убить! — сильно жестикулируя, воскликнула Кислицына. — И никаких терактов я не планировала! Просто есть одна девчонка, у которой отец полковник милиции! Вот она, похоже, меня и оклеветала. Это её надо в исправительную школу, а не меня!

Мне в голову пришла одна интересная мысль. Я взял телефон и написал Микиперу, а заодно вызвал такси.

— Женя, давай кое-куда съедим.

— Что?… Ну как скажите…

Я повез Кислицыну на свою скрытую некробазу. Это всегда плохая идея раскрывать кому-то что ты некромант, но с Инквизицией я сейчас на короткой ноге и мог позволить себе немного наглости.

Девчонка заподозрила что-то неладное, уже когда мы сели в такси. У неё был напряжённый вид, но она ничего не спрашивала. Первый вопрос возник, когда мы подошли к воротам моей подземной базы, замаскированной под обычный гараж.

— Учитель, а куда вы меня привезли?…

— Идём, сейчас всё увидишь сама.

Армия нежити у меня заметно поредела после битвы с Раскольниковым, но мне ещё было что продемонстрировать. Микипер поставил по линейке тридцать выживших рыжих скелетов и сам встал во главе строя.

И без того бледная Кислицына, побледнела ещё сильнее, когда увидела мою армию тьмы.

— Я некромант, — буднично объявил я. — Женя, как ты смотришь на то, чтобы убить и занекрить девчонку, которая тебя оклеветала? Поможешь мне в этом деле?

— Виталий Иванович… — испуганно и очень тихо произнесла Женя Кислицына. — Я… я не собираюсь никого убивать…

По глазам девчонки я видел, что она невероятно сильно хочет отсюда сбежать. Ей было очень страшно как из-за моих скелетов, так и из-за моего ужасающего предложения. Но такая экстремальная проверка скажет мне многое. Если в человеке есть гнилое, то под давлением он соглашается на преступление очень быстро. А в том случае, когда преступление выглядит путём наименьшего сопротивления, решение происходит ещё быстрее.

Ведь есть люди, кто боится кары закона, а есть те кто имеет моральные принципы. Это две совершенно разные категории.

— Не беспокойся, никто не узнает, — сказал я и изобразил на лице злодейскую улыбку. — Женя, разве тебе не хочется отомстить?

— Я очень зла на Жукову! Но… не убивать же её за клевету. Тем более я не знаю всего достоверно… У меня нет фактов, что именно из-за Жуковой я оказалась в исправительной школе.

— А если бы доказательства были, то ты бы помогла мне её убить? — решил в последний раз надавить я.

— Нет, даже если будут доказательства, я не хочу её убивать. Это… Это неправильно, учитель.

— Хороший ответ, — я кивнул. — Моё предложение по убийству было проверкой. Если бы ты согласилась, то стала бы на шаг ближе к пополнению моей армии скелетов мертвецов. Я некрю только преступников, так что советую тебе быть хорошей девочкой.

— Что?… Так было проверкой?… — Кислицына с облегчением выдохнула. Она, наверное, уже представляла как из-за отказа сотрудничать, я начинаю её некрить, чтобы сохранить свои секреты. — Виталий Иванович, со мной довольно часто проводили воспитательные беседы, но никогда ещё они не были такими убедительными.

— Мороженое будешь? — спросил я и дал рукой знак Микиперу, чтобы тот принес холодный десерт. Он в свою очередь не растерялся и пнул одного из рыжих скелетов для выполнения этой миссии.

— Учитель, вы капец странный! Ой… — девчонка закрыла свой рот двумя руками. — Извините, что такое говорю. Язык это мой враг. Порой я говорю людям что-то плохое, хотя при этом не желаю зла. Просто… просто я иногда могу неправильно выразить свою мысль. Например, сейчас я хотела сказать, что вы странный в крутом смысле этого слова! А вышло… А вышло как вышло…

— Если часто жалеешь о своих словах, то прежде чем что-то сказать, задумывайся над тем, как тебя поймут.

— Совет хороший… — Кислицына вздохнула. — Я свою ошибку поняла уже давно и стала следить за своей речью, но все равно иногда что-то проскальзывает. Я токсик и этим все сказано. У меня никогда не будет друзей. Хотя, впрочем, меня это не беспокоит.

Женя отвела взгляд в сторону. Думаю, отсутствие друзей её всё же беспокоит, но девушке не хочется этого признавать. Надо организовать какую-нибудь совместную деятельность для Кислицыной и Шестаковой.

Некромант и любительница ядов — думаю, они хорошо поладят.

— Надо возвращаться в школу, — сказал я, получив от рыжего скелета мороженое. Он принес два, так что одно я передал Жене.

— Спасибо, — поблагодарила ученица, но раскрывать упаковку не стала. — Виталий Иванович, а можно вам задать пару вопросов по некромантии? Чисто из научного интереса.

— Меньше знаешь — крепче спишь, — обрубил разговор я. На самом деле я бы ответил на вопросы Кислицыной, однако мне было интереснее съесть своё мороженное.

— Учитель, ну тогда хотя бы на один вопрос ответьте! Пожалуйста!

Ещё пару минут назад эта девочка была напугана до смерти, а теперь полна энтузиазма узнать что-то о некромантии. Неужели она думает попробовать себя в этом деле? Это плохой звоночек. Я хоть и сам некромант, но совершенно не хочу приобщать к этому делу других людей.

Кепку я стал учить по той причине, что её уже не исправить. В остальных же случаях учить человека некромантии, это равносильно тому что взращивать преступника. Некромантия опасна. Профессор Гангена мне об этом недавно лишний раз напомнил.

Пожалуй, на учебниках некромантии стоило писать фразы как на пачках сигарет, мол некромантия — убивает. Правда, такое предостережение могут неправильно понять… Да и учебники по некромантии государство никогда не выпускало.

— Хочешь стать некромантом? — спросил я без одобрения в голосе, но и без негатива. Так как я сам некромант и раскрыл этот факт, Кислицына может посчитать, что я готов взять её в ученики.

— Нет, некромантом я быть не хочу, — моментально и очень уверенно выдала Женя мне в ответ. — Я хочу изучать алхимию.

— Тогда почему ты интересуешься некромантией?

— Мне просто интересно узнать есть ли ядовитые скелеты!

Я вздохнул и неодобрительно покачал головой. Что ещё было ожидать от фанатки ядов…

— Ядовитые скелеты существуют, но чаще всего ядовитыми бывают зомби. Скелеты это просто кости, только хороший темный маг может наделить их ядом, а вот напичкать чем-то зомби очень легко.

— Всё это звучит очень интересно, учитель! А у вас есть ядовитые скелеты?

— Когда-то было несколько, но они не сохранились. Я их перенекрил, специальности в ядовитой некромантии у меня нет.

— Виталий Иванович, а какие-нибудь ядовитые зельи у вас есть? Мне тоже только посмотреть…

— Звучит крайне сомнительно. Вряд ли тебе хочется просто «посмотреть».

— Ну конечно же я хотела бы их использовать! — с энтузиазмом произнесла Кислицина и закинула вверх кулак. — Нет-нет, не чтобы кого-то отравить! Я хорошие яды хочу тратить на себя!

И эта девчонка ещё называет меня странным… Вроде бы не сказать, что она мазахостка, но её увлечение ядами это явно что-то нездоровое. Во всех смыслах этого слова.

— Пошли уже отсюда, — сказал я и направился к выходу моей некробазы. — В школе уже начался первый урок.

Стоило только Михаилу Давидовичу Лапердину выйти из своего класса, как тут же между учениками началось бурное общение.

— Новенькую видели? — с довольным видом главного разносчика новостей спросила Ася Ворона.

— Какую ещё новенькую? — не отлипая от телефона, прозевала чуть ли не по слогам Даша Заноза.

— В нашем классе будет новенькая. Я это от Чумы узнала. Могила представит её нам либо сегодня, либо уже завтра. Новенькой оформляют документы и выдают учебники.

— А она красивая? — подбежал Максим Пляскин к девчонкам. На лице Зайца был нескрываемый энтузиазм, который девчонкам совершенно не понравился.

— Слюни к нам на парту не распускай, — с отвращением произнесла Заноза и махнула рукой, мол, проваливай.

— А я и не у тебя спрашиваю, Заноза! Асечка, ты новенькую видела? Как она?

— Ну-у-у… — протянула Ворона. — Такую страшилищу я давно не видела. Её даже сначала за парня приняли.

Пляскин поморщился. Его интерес к новенькой резко пропал. Даша, увидев это, хмыкнула и отложила телефон.

— Ася, от неё стоит ждать проблем?

— Скорее всего — да. Она совершенно не ладит с людьми. А ещё довольно опасна из-за способностей к ядам.

— Тогда пусть будет изгоем в классе. С такой лучше не связываться, это себе дороже. В эту школу периодически отправляют психованных.

Ворона кивнула, но сама при этом смотрела на Макара Косарёва. Тот почему-то сидел сегодня в одиночестве у окна и Ася учуяла здесь запах новой сплетни. У окна обычно сидел Шаман, но сегодня они были за одной парте вместе с Зайцем. Шаман в принципе сильно изменился — стал стильно одеваться, а иногда ещё стал говорить с людьми.

— П-с-с, Макс, — шёпотом позвала Ворона, сложив ладонь у рта трубочкой. — А что с Косарем?

Заяц на этот вопрос лишь пожал плечами, хотя они с Макаром были друзьями и везде ходили вместе. Парень совершенно не понимал почему Косарь вдруг стал неразговорчивым и злым. На все вопросы Косарь лишь огрызался, поэтому Заяц решил оставить друга в покое и подождать.

Пляскину было понятно одно — это всё не просто так, что-то у Косаря произошло…

Я озадачил учеников контрольной и сел работать над курсом «Бытовой алхимии», как вдруг в глубине класса раздался противный и очень скрипучий голос:

— Могильников-некромант! Могильников-некромант!

Все детишки обернулся на резкий звук во время тишины. Через открытое окно к нам прилетел зомби-попугай, который маленькими шажочками топтался по подоконнику. Он прилетел к нам через открытое окно.

— Могильников-некромант и хочет занекрить плохих детишек! Могильников-некромант и хочет занекрить плохих детишек!

Полтора десятка учеников почти синхронно повернулись на меня. Их воображение уже сделало своё дело. По испуганным лицам я видел, что каждый приставил себе примерно такую картину — глубоким вечером учитель Могильников ставит на огонь котёл и варит в нём детишек.

Причем чем дольше я молчал, тем более страшные сцены рисовались в головах учеников. Но что им ответить?

Врать бесполезно. Я не могу сказать «дети этот попугай игрушечный, не обращайте на него внимания». Каким бы образом я себя не оправдывал, даже дурак поймёт, что я вру.

Если бы это был обычный попугай, а не зомби, то ещё можно было списать всё на чью-то шутку, но теперь же, всё выглядит так, будто другой некромант знает меня и пытается раскрыть всем мой секрет.

И собственно так оно и есть… В Чите появился новый некромант, и он объявил мне войну. Тогда может это и сказать детям? Если смешать правду и ложь, то получается зелье с сильным дурманящим эффектом.

— Ученики, продолжайте заниматься контрольной, — встав со стула, объявил я. — Я работаю консультантом в Инквизиции и эта птица была послана некромантом из Читы, чтобы меня оклеветать.

— Могильников врёт!! — заорал попугай ещё громче прежних возгласов. — Могильников врёт!! Могильников…

Птица знатно меня достала, и я решил погрузить её в земляной куб. Тело зомби мне надо было изучить поэтому я сделал так, чтобы попугая сдавило землей без сильных повреждений.

В классе повисла гробовая тишина. Даже во время контрольной здесь было не так тихо. Все ученики замерли, будто мыши перед змеёй.

— Повторяю, продолжайте заниматься контрольной. Эта птица является злодеянием опасного некроманта. Я сейчас сделаю звонок и передам зомби человеку из Инквизиции. Там им займутся специально обученные люди.

Идея со звонком пришла спонтанно и очень кстати. Долг каждого гражданина сообщать о подобных инцидентах, поэтому прилюдный вызов Инквизиции должен немного успокоить учеников.

Я встал у каменного куба и набрал телефон Злобина.

— Альберт, добрый день, — поздоровался я. — Ко мне в класс прилетел зомби-попугай. Можешь, пожалуйста, приехать в школу.

— Э-э-э… — растерянно протянул Инквизитор. — Виталя, только у тебя фраза «добрый день» и «ко мне прилетел зомби-попугай» могут стоять вместе… Я сейчас приеду.

У Злобина есть некоторые минусы, но есть и один хороший плюс — когда ситуация требует, он работает и не задает вопросы. Злобин с некоторых пор личность публичная, так что ученики точно не примут его за подставного инквизитора, который служит злому некроманту Могильникову.

Я хлопнул рукой по земляному кубу.

Когда я ехал в Читу, то думал умру здесь от скуки, но некромантов тянет сюда как магнитом. Этому есть вполне объективные причины вроде Чингисхана и осколка Скрижали, однако с недавних пор есть кое-что ещё — моя персона это отдельный интерес для некромантов. Я сильный, а значит меня будет очень выгодно занекрить. Профессор Гангена как раз об этом и предупредил.

Альберт приехал под самый конец урока, но главное, что ученики его увидели. Когда все вышли из класса, я быстро объяснил инквизитору ситуацию. Злобин слушал меня с внимательным и серьезным видом, разумеется, я не стал ему говорить, что он здесь просто для показухи.

— Как думаешь, чего этот новый некромант добивался? — спросил Альберт внимательно осматривая земляной куб, будто непосредственно он хранил все секреты. — Виталя, может, объявился твой личный враг? Некроманты обычно всё делают для личной выгоды, но здесь преступник ничего не получил и при этом раскрыл своё присутствие.

— Да, это странно, — кивнул я. — Этого попугая можно считать объявлением войны, но лучшее объявление войны это неожиданное нападение.

Я прокрутил в голове слова про личного врага. Таких у меня, пожалуй, не было. Если я охотился на кого-то преступника, то доводил дело до конца. Враги если у меня и копятся, то только в лице новых скелетов армии тьмы.

— То есть это благородный некромант? — удивился Злобин.

— Вряд ли. Альберт, надо сделать ежедневные патрули в окрестностях города с мощными некро сканерами. Подготовь людей, а я после уроков заеду в штаб и обозначу какие территории нам надо прочесывать.

— Хочешь ввести режим повышенной боевой готовности? — инквизитор тяжко вздохнул, как делает всегда при обилии работы. — Мы только вышли из одной тревоги, а тут новая… Виталя, этот некромант вообще силен? Какой у него круг?

— Не меньше Третьего, но возможно даже Четвертый. Его зомби-попугай это очень искусная работа. Птица не только запомнила несколько команд, но и могла распознавать мою речь.

— Чего ж этих некромантов так сюда манит, — майор снял фуражку и оголил лысину — Когда меня командировали в Читу, я думал, что тут будет тишь да гладь, а здесь… Бывают дни когда у меня нет времени даже одну серию сериалов посмотреть!

Злобин ещё раз тяжко вздохнуть. Думаю, для него на пенсии будет идеальным вариантом сидеть где-нибудь в охране и смотреть в телевизор. С его внушительным габаритами и магическими способностями хватит одного лишь присутствия, чтобы отпугивать большинство преступников.

— Альберт, у меня скоро начнется урок. Птичку я оставлю себе на изучение, вечером ей займусь.

— Птичку бы лучше к нам… — неуверенно сказал инквизитор и почесал затылок.

— Я привезу её вам завтра.

— Тогда отлично! Кстати, завтра и новый начальник прилетит. Вот и познакомитесь за одно.

Монахиня со своей задачей справилась — её ученик приехал в небольшой боксерский зал, который был возле моего дома. Я знал, что помещение пустует, и мне было легко договориться взять зал на вечер. Я уже занимался здесь разочек, когда хотелось помесить грушу.

За этим занятием Федя меня и застал, когда пришёл в зал. Он с удивлением смотрел на меня, а я с удивлением смотрел на него. С удивлением потому что Федя был двухметровым бугаем с широкой спиной и очень накачанным телом. Его кофта буквально трещала по швам от крупных бицепсов.

Федя Каштанов. Я не вспомнили этого парня, когда монахиня назвала его имя, но этот ученик был из той категории, кого невозможно забыть. Слишком он выделяется своими габаритами. В школе есть другие парни-атлеты, но этот вне конкуренции.

Я почему-то ожидал увидеть худого парня в очках, который не может постоять за себя, однако с этим будет даже сложнее…

— Привет, Федя, — поздоровался я, прекратив лупасить грушу.

— Виталий Иваныч?… — очень наивным и испуганным голосом произнес Федя. Его погоняло «Малыш», потому что в общение с людьми он будто бы пятилетний ребенок. — Вы будете меня бить? В школе говорят, что вы некромант…

— Это неправда. И бить я тебя не буду. Я хочу поговорить о том случае, когда тебя изрисовали маркером.

Глаза парня округлились, а затем он смачно хлопнул ладонью по своей щеке.

— Глупый-глупый Федя! Зачем ты разговаривал с Анной Андреевной! Теперь Могила всё знает! — ещё один хлопок. — Глупый! Глупый!

Удары шли один за одним. Причём парень себя не жалел — бил возможно не в полную силу, но всё равно мощно. Его щека покраснела уже после первого удара, а ещё потекли слезы. Возможно это от боли, а возможно из-за ситуации. Этот здоровяк как-то расплакался у меня на уроке из-за пятерки, так что плакать для него обычное дело.

Как я и думал, с этим парнем будет непросто… Не сказать, что я хорошо его узнал во время уроков, но успел приметить его странное поведение и манеру речи. Над ним в классе все смеются. Похоже, это переросло и до полноценных издевательств, вроде той выходки с маркером.

Процесс самонаказания от Феди никак не прекращался и потому мне пришлось подойти к нему и схватить за руку.

— Хватит. Не надо себя бить.

— Я вам ничего не расскажу! — воскликнул Каштанов со слезами на глазах. — Я не хочу быть стукачом!

— Успокойся. Ты не будешь стукачам. Я хочу, чтобы ты решил проблему самостоятельно. Это закончит все издевательства, которые творят другие ребята.

Смотря на физическую мощь Феди, очень странно слышать, что его кто-то обижает. Но причину я знал — Каштанов ни с кем не дерется и не отвечает на удары, если его бьют. Он загремел в исправительную школу из-за того, что случайно кого-то покалечил, и теперь Федя боится применять силу.

— Можно закончить все издевательства? — вытирая слезы, переспросил Федя. Его истерика явно пошла на спад. — Это правда возможно?

— Возможно, Федя, — кивнул я. — Ты очень сильный парень и покажи ты свою силу хоть немного, никто не посмеет даже пальцем тебя тронуть. Тебе стоит один разок ответить обидчикам и все издевательства тут же кончатся. Я не предлагаю избивать кого-то до смерти, ты должен применить умеренную силу.

Здоровяк резко замахал руками и головой.

— Нет! Нет! Я не будут никого бить! Федя не должен никого калечить! Федя не должен бить людей!

Что-то мне подсказывало — этого парня мне не переубедить. Я не смогу донести до него мысль, что ему достаточно лишь немного показать свою силу. Простого «Надо, Федя, надо» тут не хватит. Да и возможно это опасно заставлять Каштанова драться. Опасно для окружающих.

Но у меня появился новый вариант как всё решить.

— Хорошо, Федя, давай поступим по другому. Тебе не придётся никого не бить, ты проведешь бросок. Мы разыграем ситуацию, что мы конфликтуем, и ты сделаешь бросок из дзюдо. Я сейчас покажу тебе приём.

— Нет! Так тоже нельзя! Вы можете пострадать, Виталий Иванович!

— Бросок это не удар, Федя. Да и я очень крепкий, со мной ничего не случится, даже если ты меня ударишь.

— Бить я вас не буду, учитель!

— И не надо. Ты просто сделаешь бросок из дзюдо. Я должен оказаться на земле и быть поверженным тобой.

— Виталий Иваныч, но так нельзя! Ученик не должен бросать учителя на землю!

— Ты прав, не должен. Но это ситуация будет исключением из правил, понимаешь?

— Исключением?

— Да, исключением. Это просто будет небольшой демонстрацией твоей силы, а не конфликт. Так для тебя будет лучше. Мне ничего не стоит помочь тебе. И я никак не пострадаю. В приеме дзюдо применяется не своя сила, а сила противника. От броска который я покажу невозможно пострадать. От тебя требуется лишь делать то, что скажу. Договорились?

Парень некоторое время думал, а потом кивнул.

— Отлично, сейчас я всё покажу.

Заставить Каштанова выучить приём оказалось той ещё проблемой… Парень слушал меня, утвердительно мычал, но его тело оказывало мне полное сопротивление. Каждое движение он делал крайне медленно и приём, который длится секунду в исполнении Феди длился минуту. Он был совершенно деревянным…

— Похоже с приемом из дзюдо ничего нечего не выйдет, — сдался я через полчаса. — Давай ты просто меня толкнешь, а я упаду. Этого тоже будет достаточно, чтобы все увидели твою силу.

— Виталий Иванович, я не буду вас толкать! Вы можете пострадать!

— Нужен либо бросок, либо толчок, Федя. Я должен оказаться на земле и все должны это увидеть. Твой бросок сейчас как у черепахи и это никуда не годится. Либо ты делаешь нормальный бросок, либо толкаешь меня. Другого варианта нет. Федя, ты сделаешь быстрый бросок как я от тебя требую?

— Да-а… — басисто протянул парень, — Я сделаю быстрый бросок, если так требуется.

Я почему-то думал что ничего не изменится после этих слов, но Каштанов меня удивил. Он сделал быстрый и хлёсткий бросок, как я учил его с самого начала. Мы потренировались ещё несколько раз, а затем я стал рассказывать как должна произойти демонстрация силы Феди в школе.

Всё должно было быть в меру реалистично, поэтому повод для конфликта должен был быть серьезным. Например — из-за мороженного. Я снабжу Каштанова редким в Чите шоколадным мороженым с фисташками на палочке и попытаюсь это мороженое у Феди купить. Он откажет, и тогда я попытаюсь забрать мороженое силой.

Как раз тогда и произойдет бросок из дзюдо.

Злобный Могильников, который отнимает мороженое у «малыша» будет повержен, что немного ударит по моему авторитету, но это не должно быть критичным. Я на такую жертву готов. Да и мне не так важно, что обо мне думают люди.

— Ты всё запомнил? — решил уточнить я, когда я закончил рассказывать свой план.

— Да, Виталий Иваныч, — Федя сделал мощный кивок. — Я всё запомнил. Тогда можешь идти.

— Хорошо, — парень сделал ещё один мощный кивок, а затем стал пялиться на земляной куб, который лежал на подоконнике. — Виталий Иваныч, там замурована птичка?

— Да. Но это зомби. Птица прилетела ко мне уже мёртвой.

— Как это всё страшно… Про вас говорят, что вы некромант, но я в это не верю. Вы хороший, Виталий Иванович.

— Давай иди уже, Федя, — я стал махать рукой, прогоняя его. — У меня ещё есть дела.

— Извините, Виталий Иваныч, извините! Я ухожу!

Я потратил на помощь Феде почти два часа, но ни о чём не жалел. Правда осталась проблема, что в моём классе есть ученик, который позволяет себе издевательства, однако этот вопрос можно пока оставить. Хулиган себя ещё проявит, и я пойму с кем мне нужно поработать.

На горизонте были гораздо более серьезные проблемы.

Я взял в руки земляной куб. Если действовал профи, то он не оставит мне никаких зацепок, но всё же стоило изучать зомби-попугая. Я открыл земляной куб и… обнаружил лишь слепок птицы.

Попугай пропал! И я точно понимал, что здесь дело не в краже — зомби был телепортирован. Очевидно я имею дело с куда более опасным некромантом, чем думал в самом начале. Способности к телепортации… Это высший уровень магии.

Нет, конечно, всё это может быть каким-то ловким трюком, но даже если так — мой новый враг очень силён.

— Инга, для тебя есть одно дело, — я переложил кошку со своих ног на кресло такси.

— Ёпт, что за дело? — Инга зевнула, а затем потянулась всем телом.

— Ты проберёшься в мой класс и будешь следить за учениками. Я сказал им зайти ко мне перед уроками, чтобы сделать объявление о новом ученике. Годзилыч должен был открыть для них класс.

— Ёпт, Виталя, а что я должна узнать?

— Нам нужно распознать хулигана, который издевается над великаном Федей. Федя никогда ни с кем не дерется, но сегодня он бросит меня приемом из дзюдо перед окнами школы. Тебе нужно сделать так, чтобы мои ученики увидели представление, а ещё нужно распознать ученика, который будет нервничать от нового поведения Феди.

— Э-м-м-м… Ну вроде поняла.

— Твоя задача также сделать так, чтобы ученики смотрели в окно.

— Мне их типо загипнотизировать?

— Нет, этого делать не нужно, придумай что-то другое.

Инга стала драть ноготками кресло, и водитель неодобрительно на неё посмотрел. Но было достаточно одного короткого шипения кошки, чтобы таксист забыл о сохранности своего имущества. Таксист был лысым, похоже, именно это спровоцировало Ингу на вандализм.

Я выглянул в окно и увидел, что Федя уже на стартовой позиции. Этот парень очень тяжелый в общение, однако всё же не тугодум. Запомнил план отлично.

Это для меня хорошо. Я не тот человек, который стремится помочь каждому, но здесь проблема касалась и моего ученика тоже. Я хотел убить двух зайцев за один раз — помочь Феде по просьбе Монахини, и также разобраться со своим учеником. Когда я предложил Феде представление с броском, я уже планировал за счёт этого выявить хулигана в своём классе.

— Откуда здесь кошка? — удивилась Ворона и стала с любопытством смотреть на зверя. — Такая красивая!

Инга села на задние лапки, а передней стала показывать в окно. Ученики Могильникова уже видели Ингу и могли узнать, поэтому ей нужно было срочно перевести внимание людей на улицу.

— Эй, смотрите, она как будто куда-то показывает! — восхитился Заяц и подбежал ближе к окну. — Опа, смотрите, а там Могила с Малышом! Они о чем-то говорят! Нет, даже как будто спорят!

Все ученики, за исключением Косаря и Шамана, столпились у окна. Кепка узнала Ингу, девочка хотела погладить кошку, но не решалась на такое. Остальные же больше смотрели в окно, потому там разгорался настоящий конфликт. Могильников тыкнул пальцем в огромную грудь Малыша, а затем…

Затем у всех смотрящих открылись рты от удивления. Исполинский ученик схватил Виталия Ивановича и кинул об асфальт с такой силой, что в покрытии образовалась значительная вмятина.

Звук тоже был соответствующий. Да и парты в классе как будто бы немного тряхнуло, словно произошло землетрясение.

— Обычный человек от этого броска бы умер… — тихонько заметила Заноза. — Но Могиле вообще как будто пофиг…

Виталий Иванович поднялся на ноги, отряхнулся, сказал извиняющемуся Феде молчать, забрал его мороженое, а затем властным движением руки заставил ученика свались с глаз долой.

— Он не человек… — покачала головой Ворона. — О чём вообще думал Малыш, когда быковал на Могилу? Разве этот парень не известен тем, что ни с кем не дерется?

Вопрос повис в воздухе.

Максим Пляскин, он же Заяц, очень сильно побледнел. Инга это заметила и сразу поняла, кого просил найти Виталя. Кошка спрыгнула с подоконника и побежала к выходу из класса.

Представление с Федей прошло не совсем так, как я планировал… Парень жестикулировал и отыграл конфликт из-за мороженого очень правдоподобно, но в самом конце у него сдали нервы. Он выполнил не бросок и Дзюдо — он просто с силой кинул меня об асфальт.

Удар получился такой силы, что образовалось полуметровая вмятина. Я готов был к неожиданностям, но всё же не думал о такой колоссальной силе Федора. Тот человек, который запретил ему драться, был очень мудр.

Но в остальном же всё прошло по моему плану — Федор продемонстрировал школе свою силу, а я выявил хулигана в своём классе.

— Ëпт, это пухляш, — доложила мне Инга в коридоре школы. Рядом никого не было, так что мы могли поговорить.

— Какой ещё пухляш? В очках?

— Ага, ёпт! Видел бы ты как он побледнел!

— Спасибо, Инга, — я кивнул кошке. — Подежурь, пожалуйста, на крыше школы. Возможно даст о себе знать тот некромант с попугаем.

На лестнице зазвучали шаги и Инга повернула туда мордочку. Продолжать разговор не стоило, поэтому мы с кошкой просто пошли в разные стороны.

Неожиданно для меня хулиганом оказался Заяц. Я бы скорее подумал на Косарева или на Баранова. Они парни боевитые, и я вполне могу представить как они включают режим гопника. Заяц же это ворюга и трус. Странно, что ему вообще пришло в голову приставать к Феде.

До первого урока времени оставалось не так много. Я успевал представить классу Женю Кислицыну, но вот вызвать Зайца на отдельный разговор уже не мог. Это надо было оставить на время после уроков.

— Виталий Иванович, это было… — восторженная Монахиня широко открыла рот, подбирая нужное слово. Она ворвалась в мой кабинет сразу после первого урока. — Это было смело! Это было ужасно смело!

Я отложил в сторону курс «Бытовой алхимии». Мне хотелось закончить с разработкой программы как можно скорее, но было уж слишком много желающих мне помещать.

— Вы настоящий мужчина, Виталий Иванович! — продолжала нахваливать меня Фалейчик. — Я не знаю другого учителя, кто поступил бы также! Я сначала скептически отнеслась к тому, что вы хотите обучить Федю драться, но сегодня я всё поняла!

— Анна Андреевна, — я поднял руку, потому что словесный поток Монахини обещал быть бесконечным. — Спасибо за добрые слова, но я занят.

— Да-да, извините… На самом деле я хотела вас отблагодарить. Думала об этом весь первый урок и в итоге у меня появилась идея дать вам это.

Фалейчик положила на мой стол бумажку с номером телефоном. Я немного удивился, а потом вспомнил в каком наряде встретил Анну Андреевну вне школы. Здесь она Монахиня, поэтому в голове и как-то не укладывается телефонный номер в качестве благодарности.

Я задумчиво смотрел на учительницу, и та вдруг покраснела как помидор.

— Это не мой номер! — вскрикнула учительница и схватилась ладонями за виски. — Это номер Михаил Валериевича, одного моего знакомого! Я так торопилась, что забыла подписать имя!

— И что это за Михаил Валерьевич? — нахмурился я, потому что впервые слышал это имя.

— Он мой знакомый из института. Занимается продажей магических зелий, и я подумала вдруг вас это заинтересует. Зарплата учителей довольно низкая, поэтому многие ищут дополнительный заработок.

Я дописал имя на бумажке и сунул её в стол. Мне сейчас действительно не помешают деньги — у меня до сих пор висит долг перед Метелицей.

— Спасибо, Анна Андреевна, такой контакт будет мне полезен.

— Это отлично! — Фалейчик мне улыбнулась. — Больше не буду вас отвлекать! Спасибо ещё раз за Федю!

Монахиня покинула мой кабинет также стремительно, как сюда забежала. Когда открылась дверь, я случайно увидел сердитый взгляд Арбузика обращенный к Монахине. Та до сих пор была вся красная, и потому можно было подумать что-то не то.

Думаю дружбы между учительницей русского и учительницей математики больше не будет… Ревность это страшная штука. Причём в данном случае необоснованная.

Я посмотрел на свой недописанный курс по «Бытовой алхимии» и взялся за телефон. Решил расправиться с Зайцем быстрее, потому как после уроков найдутся другие дела. Первая перемена уже заканчивалась, так что я приказал Зайцу прийти в мой кабинет после второй.

— Ай-ай-ай, больно! — жалобно взмолился Пляскин, когда я схватил и выкрутил ему мочку уху. — Виталий Иванович, за что вы так!

— А это ты сам мне лучше скажи, — сказал я, не отпуская ухо ученика.

— Я не понимаю о чем вы!.. Ай!! Больно-больно!! Я ничего не воровал с тех пор, как вы меня поймали!! Честно-честно!

Я выкрутил ухо Зайца сильнее. Парень взвыл, но он сам виноват, что заставил меня действовать так.

— Клянусь!!! Я ничего не воровал!!!

— Разве я говорил, что дело в воровстве? Думай, Максим, думай. Пока я не оторвал твои заячьи уши.

— Ай-ай!! Я не понимаю учитель! Не понимаю чего вы хотите!

Пляскин был на грани. Он не из тех людей, кто привык терпеть боль, а значит он действительно не понимает, что от него требуют.

— Знаешь Федю из класса Анны Андреевны Фалейчик?

На лице Зайца вдруг пропала гримаса боли, настолько он был шокирован, что я заговорил о Феде. Я отпустил его ухо и уселся за свой стол.

— Раз знаешь, то давай рассказывай, почему стал над ним издеваться. Неужели это так весело?

Зайчиков будто язык проглотил. Обычно он весело тараторит без остановки, но сейчас ему было совсем не смеха.

— Виталий Иваныч, это всё Косарь виноват! — вдруг выдал Максим после почти минутного молчания.

— А он тут причем? Макар стал тебя подначивать?

— Нет, дело не в этом… Косарь просто молчаливым вдруг стал, с ним невозможно о чём-то поговорить! Вот я от скуки и стал приставать к этому Малышу… — Максим виновато наклонил голову. — Больше такого не повторится, Виталий Иванович. Я всё осознал.

Парень говорил искренне. Хулиганы часто творят плохие дела от безделья, так что я лишний раз убедился насколько хорошей идеей было занять парней работой на заводе. Не сделай я этого, они бы так и продолжали хулиганить.

— У Косарева что-то случилось?

— Да хрен знает, Виталий Иваныч! Я его спрашивал, а он лишь злится!

Я вспомнил как утром представлял классу Кислицыну. Косарь выглядел необычно угрюмо будто у него какие-то очень тяжелые мысли. Я не придал этому большого значения, но, похоже, надо с этим разобраться.

— Только не говорите Косарю, что я вам что-то про него сказал! — вдруг распереживался Заяц.

— Хорошо, — я махнул рукой в сторону двери. — Иди на уроки, Максим. И давай больше без глупостей.

— Да, учитель!

Парень стал так активно кивать, что это походило на азиатские поклоны. Надеюсь, он запомнит этот разговор надолго.

Пляскин вышел из кабинета и в тот же момент в моем окне промелькнуло что-то черное. Я увидел это боковым зрением, но также почувствовал — это Инга!

Я подбежал к окну и увидел, что моя кошка держит за шкирку барахтающегося зомби-попугая. Теперь он от меня точно не уйдет! Я уже начал искать некроманта силами Инквизиции, а тут вдруг такой подарок!

— Могильников некро… — из последних сил кричал зомби-попугай, но Инга пережала ему горло сильнее.

Опять этот попугай пытается меня оклеветать! Хотя слово клевета тут не подходит… Я же действительно некромант. Скорее этого попугая стоит назвать просто вражеским лазутчиком.

Я открыл окно и негромко сказал Инге:

— Тащи эту тварь сюда.

Кошка мощным прыжком преодолела три этажа и оказалась в моём кабинете. Я перехватил попугая за холку и выпустил немного некроэнергии, чтобы парализовать зомби.

В этот раз я получу ответы. На самом деле кое-что я понял ещё из прошлого визита попугая — во-первых, зомби сделан мастерски, а во-вторых, он автономный и не имеет нити связи со своим хозяином. По такой нити можно вычислить хозяина зомби, но враг не новичок, чтобы оставлять подобное. Да и другие следы некромант вряд ли мне оставит. Работает очень чисто.

Но тело зомби в любом случае могло сказать многое.

— Ёпт, Виталя, а ты оказался прав! Тот некромант снова отправил своего попугая! Но как ты узнал, что это произойдет?

— Я не знал всего точно, — ответил я тщательно осматривая тело зомби-попугая. Окно я закрыл свободной рукой. — Враг действует довольно странно. Он владеет информацией обо мне, но вместо неожиданной атаки наоборот демонстрирует своё присутствие. Возможно этим враг хочет показать своё превосходство в силе.

— А может он просто псих? — предположила Инга и прилегла в углу подоконника, подложив лапки под голову. — Ты же сам знаешь, что полно некромантов, чьи действия не поддаются логике.

— Нет, — я покачал головой и положил попугая на подоконник. — Я не поверю, что псих мог сделать что-то настолько искусное. Нельзя достичь вершины мастерства некромантии, потеряв рассудок. Смотри.

Я сложил ладони вместе и применил заклинание анализа. Плоть зомби стала прозрачной, а внутри проявилось множество черных нитей наполненных некроэнергией.

У Инги от удивления отвисла челюсть. В некромантии она разбирается, так что поняла всё сразу. Количество нитей внутри зомби или скелета напрямую говорит о силе хозяина нежити. А ещё структура нитей была такой сложной, что этого зомби невозможно перенекрить.

— Ёпт, так этот некромант Пятого Круга?! — воскликнула Инга и встала на четыре лапы. — Что он забыл в Чите?! Снова кто-то Чингисханом заинтересовался?! Или может всё из-за осколка Скрижали?!

— Две возможных причины ты назвала, но есть и третья. Я некромант Четвертого Круга без огромной армии тьмы. Для некроманта Пятого Круга я являюсь очень привлекательной добычей.

Инга рухнула назад будто пораженная стрелой в сердце.

— Это ужас… — тихо произнесла кошка. — Пятый Круг это же настоящие монстры… Виталя, предложение вряд ли тебе понравиться, но… может свалим из города?

— Инга, ты достаточно хорошо меня знаешь, чтобы знать какой ответ я дам.

Кошка перевела взгляд вверх и безнадежно стала смотреть в потолок. Инга не любит сражаться с чрезвычайно сильными противниками. Раньше для нас это были некроманты Второго Круга, потом Третьего, потом Четвёртого, а вот мы доросли и до битв с Пятым.

— Не забывай, что я стал сильнее, — напомнил я, чтобы подбодрить кошку. — Недавно мы победили Раскольникова, который имел безумно огромную силу. Он был близок к Пятому Кругу.

— Вот именно! — воскликнула Инга и резко поднялась. — Он был близок, но всё же ещё не был Пятым! Люди с Пятым Кругом некромантии представляют угрозу для всего мира! И это… — Инга тыкнула лапкой на зомби-попугая. — … Это же просто какой-то чёртов гений некромантии! Как можно создать так много нитей?!

Шок Инги имел основания. Я хоть никак этого не показывал, но тоже был обеспокоен мастерством нового некроманта. Когда из земляного куба исчез попугай, враг показал нам свою пространственную магию и если это специализация его некромантии… Это невероятно опасный противник.

Пространственная магия считается самой редкой и сильной в мире. В России за последние десятилетия был только один такой человек — Высший Инквизитор ТРО. Его настоящее имя до сих пор неизвестно, как и внешность, но аббревиатура ТРО означает — тотальное разрушающее оружие.

И данное имя полностью отражало сущность этого инквизитора. Его боялись абсолютно все некроманты. Как ни крути, у него Пятый Круг пространственной магии. Говорят одного слуха появления ТРО хватало, чтобы сильнейшие некроманты убегали, поджав хвосты.

А ещё… Ещё ТРО был тем, кто убил моего отца. Я не знаю всего достоверно — мой дед ответил очень расплывчато, когда я у него спросил это в детстве, а после я никогда не переспрашивал. Будь убийцей отца некромант, то я бы хотел отомстить, но всё из-за инквизитора. Мой отец тоже не трогал обычных людей и охотился на некромантов, так что всё произошедшее идиотское недоразумение из-за недальновидности федералов.

Могила тебя побери… Вспомнил о ТРО и те дни со скелетом Порфирием сразу промелькнули перед глазами…

Отец оставил меня со своим подчиненным, но не учел тот факт, что может умереть. В итоге запасы еды кончились, а скелет не давал мне уйти из лесного дома из-за приказа отца.

После двух недель без еды пришёл мой дед. Я его никогда раньше не видел, но почему-то совершенно не испугался при виде незнакомого скелета. У меня тогда в принципе не имелось сил на какие-то раздумья, я был слишком изнеможен. Наверное, как раз из-за этого периода голодания, я так и не стал высоким во взрослом возрасте.

Дед, увидев тогда моё состояние, в шутку сказал:

— Здорова, скелет, — он чуть приподнял шляпу и изменил свой внешний вид на человеческий, а затем подхватил меня за грудь, подняв на уровень глаз. — Виталя, или ты ещё пока не скелет?

— Кто ты такой? — спросил я в ответ, совершенно не оценив шутку.

— Я твой дед, Тимофей Ильич. И знаешь, внучок, я совершенно не понимаю, что с тобой делать… — дед поставил меня обратно на пол.

— Мой отец умер? — смотря под ноги, но без малейших слёз, спросил я. На эмоции просто не было сил.

— Да… — опустив ниже шляпу, ответил дед. — Он умер. Ты ещё маленький, но глупо от тебя это скрывать. Тем более я знаю, что ты парень умный. Должен был всё понять по этому скелету, — Дед посмотрел на Порфирия. Тот первое время был полон сил, но постепенно в нем будто бы сели батарейки. Косвенно это уже было намёком для меня, что с отцом что-то случилось.

Я помолчал немного, а потом зачем-то решал задать ещё один вопрос:

— Его убил ТРО?

Дед потёр лоб рукой, выдумывая ответ. Он смутился и даже для детского разума было понятно, что я попал в яблочко. Это попадание, правда случилось совершенно случайно.

Я знал, что отец имеет Четвертый Круг некромантии и он сильнее большинства людей, а ещё я знал про ТРО, о котором постоянно говорили в телевизоре. Эти два факта соединились в моей голове вместе.

— Зачем тебе это знать, Виталя? Меньше знаешь — крепче спишь. Возможно потом я как-нибудь тебе всё расскажу.

И это «потом» никогда в итоге не настало… Нет, я уверен, что дед всё расскажет, если я спрошу, но я так и не спрашивал. Это просто бессмысленно. Даже если бы очень захотелось, мне уже не отомстить ТРО. Пятнадцать лет назад он пропал без объяснения причин со стороны Инквизиции. История до сих пор очень загадочна и многие верят, что ТРО жив, но скорее всего он погиб на каком-то задании.

Правда, тут опять же остается вопросом — какое чудовище могло убить ТРО? Его называли не просто сильнейшим в России — ТРО считался сильнейшим человеком во всем мире. Своей магией он в буквально смысле мог стирать врагов с лица Земли.

Когда недавно гомункулус Роман Федорович показал пространственные способности я сильно удивился, а тут вдруг вылазит новый некромант с такой способностей… Стоп! А что произошло с Роман Фёдоровичам? Он бесконечно регенерировал и мой дед его запер, но что с гомункулусом теперь?

— Виталя, ёпт, ты о чём там так сильно задумался? — спросила Инга, приняв обличие сексуальной блондинки.

Она стояла вплотную ко мне и, похоже, это длилось уже довольно долго. Я действительно очень глубоко ушёл в свои мысли. Я отошёл на шаг назад и Инга чуть ли не упала с подоконника. Она стояла на четвереньках будто ещё оставалась кошкой, но для человека такое положение не очень удобно.

Однако равновесие она удержала и элегантно села на подоконник, скрестив ноги.

— Инга, помнишь гомункулуса Роман Федоровича, который умел регенерировать? У него была пространственная способность, как и у некроманта с попугаем. Возможно если я изучу гомункулуса, то смогу понять как некроманты могут использовать пространственную магию, — я посмотрел на часы, которые висели над доской. Перемена вот-вот заканчивалась. — Инга, может ты проведешь урок вместо меня?

— Чего, ёпт? Я в алхимии не бум-бум! Ладно, немного бум-бум, но… как ты вообще это себе представляешь? Как объяснить глупым людишкам, что вместо их привычного учителя пришла такая красотка как я?

В коридоре прозвенел звонок. Да, Инга права, я не могу сделать её новым учителем себе на замену, но у меня появилась новая идея.

Я создал куб из земли для транспортировки попугая и параллельно стал объяснять план действий.

— Инга, я оставлю этому и следующему классу контрольные работы, а ты будешь следить за дисциплиной.

— Типо мне бить учеников лапкой, если будут списывать?

— Именно так. А я поеду к инквизиторам. Надо сдать им попугая, пока он снова не исчез. В этот раз я поставил куда более мощный некробарьер, но это всё равно может не помочь. Кроме того хочу навести пару справок у инквизиторов и дать им новые поручения. Ну и надо к деду заехать, узнать где сейчас гомункулус.

— Слушай, Виталя… — негромко сказал Злобин и цепанул меня рукой у локтя, уводя в сторону от входа в штаб Инквизиции. — С новым начальником есть кое-какая проблема… Он не умеет разговаривать.

— В смысле не может разговаривать? — пересросил я, потому что заявление Злобина казалось мне абсурдным. Это просто невозможно, чтобы новый начальник Инквизиции не умел разговаривать. У федералов конечно куча проблем, но всё же они не идиоты.

— Он в прямом смысле слова не может разговаривать. Только мычит. Мы его даже между собой стали называть Мычаловым, что совпадает с фамилией начальника Мышалов.

Я потряс головой. Нет, может всё же федералы идиоты? Ладно нормальные там точно есть, но похоже и идиотов хватает…

— Нет, Виталя, ты не подумай — Борис Борисович хороший мужик! И хоть от только мычит с ним все вполне нормально коммуницируют! Во время собраний он подключает механический голос, а в редких случаях может тихо и очень сипло что-то сказать сам. У Борис Борисовича какая-то проблема с горлом. Он получил травму во время исполнения службы инквизитора.

— Если он понимает русский язык, то это уже отлично. Пошли, Альберт.

Борис Борисович хоть и был из Москвы, но удивительным образом очень хорошо вписывался в местную инквизицию… Одет в старенький пиджак, носит густые усы и реагирует на слова о могущественном некроманте так, будто подобное в Чите невозможно.

Хотя справедливости ради, любого инквизитора приведёт в шок известие про некроманта Пятого Круга. Злобин который хмуро и важно стоял перед начальником резко повернул на меня голову, когда я стал демонстрировать им попугая изнутри.

— Я приложу все усилия, чтобы устранить нового некроманта, но враг очень серьёзен, — подытожил я. — Смирнов доверил мне Читу, однако некромант Пятого круга это чрезвычайная ситуация.

— … — Борис Борисович кивнул и одобрительно промычал в ответ.

— Для обеспечения безопасности людей в Читу следует направить подкрепление.

— … — ещё одно одобрительное мычание.

— Но количественное усиление Инквизиции мало чем поможет, здесь требуется присутствие Высшего Инквизитора.

Борис Борисович тяжело вздохнул и отрицательно покачал головой. Впервые за весь разговор он произвел отрицательное мычание.

— Неужели у Инквизиции настолько всё плохо, что они не могут выделить Высшего против некроманта Пятого Круга? — я говорил с недовольством, такое положение дел меня раздражало.

— Всё дело в чистках, Виталя… Из-за Раскольников многие попали в сильные разбирательства. Если в Чите произойдет крупное происшествие с погибшими, то нам помогут экстренные силы, но просто для ловли некроманта никого не отправят. Этот гад с попугаем может маякнуть здесь, в Чите, а ударить потом в совсем другое место. Если сюда отправится Высший, то это сильно ослабит другой регион.

— … — Борис Борисович кивнул и одобрительно промычал.

— Да, — согласился также и я. — В этом есть логика. Значит будем справляться своими силами. Я бы хотел запросить у Инквизиции информацию о всех известных некромантах Пятого Круга России и мира. Если мы поймём кто именно наш гость, то можно будет прогнозировать куда он может ударить.

— … — снова одобрительное мычание.

Мне начинает казаться, что я делаю всё работу за этого Борис Борисовича… Впрочем, я же серый кардинал Инквизиции в Чите. Возможно Смирнов специально послал мне человека, который хорошо понимает и ничего не спрашивает в ответ. Причем даже в физическом смысле не может спросить…

Неожиданно оказалось, что сведения о некромантах Пятого Круга являются сверхсекретными и требуется время, чтобы их получить. Ждать требовалось несколько часов, но торчать всё это время у инквизиторов я не собирался — надо было наведать деда и гомункулуса.

Правда, тут меня ждал неприятный сюрприз…

— Могила точно не просто так оставил здесь эту кошку… — сказала Заноза, смотря на Ингу. Кошка улеглась посередине учительского стола и очень презрительно глядела на Занозу в ответ.

— Точно-точно! — закивала Ворона, которая сидела рядом. — Эта кошка умная. Мне сказали, что она шипела на тех, кто пытался списать, так что… — Инга перевела взгляд на Ворону, чем смутила девушку. — Так что даже не думайте списывать…

Заяц фыркнул и махнул рукой.

— Да фигня всё это! Если не списывать, то эти задания не сделать! Они слишком сложные!

В тот же момент Женя Кислицына отложила в сторону ручку, закончив с контрольной. Девушка бегло просмотрела свои ответы, а затем встала, чтобы положить двойной листочек со своими ответами на учительский стол.

Максим Пляскин от такого зрелища потерял дар речи на несколько секунд. Весь класс уже успел заметить, что новенькая умная, но это было уже слишком. Кислицына начала решать контрольную только пять минут назад!

— Женя, неужели для тебя задания такие лёгкие? — удивилась Заноза.

— Они не легкие, — покачала головой Кислицына. — Они для тупых.

— То есть ты сейчас весь наш класс оскорбила? Ну ты реально Гадюка… Прозвище тебе подходит.

— Нет, прозвище плохое. Яд гадюки опасен для человека, но не смертелен. Скорее мне бы подошло прозвище Чёрная Мамба, — Кислицына улыбнулась, представив эту змею и действие её яда. Учеников класса эта зловещая ухмылка серьёзно смутила. — Хотя Чёрная Мамба не подходит… Яд у неё опасный, но вот цвет совсем не мой. Я скорее какой-нибудь тайпан.

Женя представила и эту змею, от чего увлеченно захихикала.

Ворона вместе с Занозой переглянулись.

— Она сумасшедшая… — тихонько шепнула Ворона.

Даша кивнула и уткнулась в свою контрольную. Кислицына к этому времени вдруг поняла, что своим злодейским смехом пугает окружающих. Женя прекратила хихикать и сложила руки на парте, принимая позу послушной ученицы.

Когда я приехал к Тимофей Ильичу, тот сидел на крыльце своего дома и читал газету. На столе перед дедом была разложена шахматная доска с расставленными шашками. Похоже, он хотел предложить мне партейку. Давно мы с ним не играли, хотя я знаю, что он постоянно обыгрывает Арину. Метелица мне об этом как-то раз жаловалась.

— Сыграем? — спросил дед, откладывая газету в сторону.

— Времени у меня не так много, — я сел напротив Тимофей Ильича. — Но одну партию сыграть можно.

Шашки более простая игра, чем шахматы, но обыграть деда всегда было очень сложно. Он настоящий мастер этой игры. Хотя даже стоит сказать по другому — дед будет хорош в любом интеллектуальном соревновании. Он считает, что хороший некромант должен быть хорошим стратегом, поэтому любит иногда поднапрячь мозги.

— Давно мы с тобой не играли, внучок, хе-хе — дед наклонился над шахматной доской. — Только в этот раз, я похоже буду играть хуже прежнего. Этот выскочка Гангена впитал мою рациональную сторону!

Я нахмурился. Дед порой любит творить спонтанные вещи, и это приносит проблемы перед Инквизицией. Если рациональность покинула его, то он может влипнуть так сильно, что даже я не смогу помочь.

— Хе-хе, Виталик, беспокоишься за меня? — спросил дед и сделал ход белой шашкой. — Если ты думаешь, что ум полностью покинул меня, то это не так. Я ещё ого-ого!

— Дед, а что сейчас с гомункулом, которого ты пленил? — я тоже сделал ход, уже продумав стартовую комбинацию.

— Ох… — Тимофей Ильич стал тереть череп в районе виска. — Слушай, Виталя, а я хрен знает где этот гомункул… Он смог сбежать. Сам понимаешь, я последнее время был немного не в себе.

— Надо найти Роман Федорович. Дед, ты случайно не ставил на него магию слежки?

— Целенаправленно нет, хе-хе. Но гомункул был заперт моей магией, поэтому некоторое время я мог за ним следить. Он не просто сбежал из Читы — он вообще уехал из России. Думаю, не стоит тратить время на поиски этого гомункула. Если вдруг объявится, то можно им заняться, но не гонятся же за ним по всему свету?

Это звучало разумно. Если гомункул сбежал из России, то пусть им занимается Инквизиция других стран. По сути мне Роман Федорович нужен был просто для того, чтобы узнать, как некроманты могут использовать пространственную магию.

Я ничего не ответил деду, и мы продолжили играть молча. Но больше я думал не о ходах в шашках, а о всей ситуации в городе.

И так, что мы имеем. Появился некромант Пятого Круга смерти, который владеет пространственной магией. А ещё есть гомункул Роман Федорович, который имеет невероятную регенерацию и тоже пространственные способности.

Могут ли быть два этих врага связаны?

Маловероятно, но исключать нельзя. В любом случае до гомункула мне сейчас не добраться, так что надо заняться более опасным врагом. Выяснить его местоположении и личность. Я дал распоряжение Инквизиции заняться этим, но ещё можно заговорить воронов, чтобы следили за всем в Чите.

Неожиданно партия кончилась. Я умудрился выиграть даже особо не думая об игре. Просто двигал шашки.

— Виталик, ты что-то слышал об Истинном Зле? — спросил негромко дед, вытянув вперёд голову.

— Нет, о таком я не слышал. Но почему-то на ум сразу приходит Тёмная Скрижаль. Этот артефакт слишком могущественен. Даже не удивительно, что слуги именуют артефакт… — у меня вдруг пошли мурашки по коже. Страха я не испытывал, просто вспомнился момент, когда я столкнулся со Скрижалью Темного Мира. — Они зовут артефакт «Его Могущественном».

— Подвинься ближе, внучок, — шепнул мне дед.

Я почему-то воспринял эту просьбу скептически, но всё же подвинулся ближе.

— Истинное Зло, Виталик, это… — Тимофей Ильич сделал драматическую паузу. — Истинное зло — это деньги!

Я вздохнул и опрокинулся обратно на спинку кресла. Своего деда я знаю достаточно хорошо, чтобы чувствовать такие подвохи.

— Неужели Эзвир и до тебя добрался? — нахмурившись, спросил я.

— Дело не в Эзвире, внучок. Но вообще — да… Мы с ним недавно разговаривали. Если говорить серьезно, то у меня для тебя есть два очень полезных подарка.

Дед замолчал, ожидая моей реакции.

Я нахмурился ещё сильнее. Не сказать, что дед скряга, но он как и любой другой некромант не любит делиться ценными артефактами или скелетами. Тем более недавно Тимофей Ильич передал мне фамильное наследие — перстень Подземного мира.

Ещё один подарок от деда? Причём не один, а сразу два. Порой мне на день рождение доставалась только фраза «Расти большой, не будь лапшой» и «хе-хе» в придачу. С какой-то стороны это тоже два подарка за раз, но с большой натяжкой.

Нет, я никогда и не ждал подарков от деда. Он и без того сделал много для меня.

— Сегодня какой-то праздник? — решил спросить я, потому что дед так и не начал говорить о подарках.

— Праздника никакого нет. Просто я упустил гомункула и хочу за это исправиться. Мой первый подарок это анализирующий некроэнергию барьер. Я решил поставить его из-за побега гомункула, а ещё из-за того, что ты сильно поднял свой уровень некромантии. Всегда же лучше первым узнать о враге, верно?

— Верно, — кивнул я. — Подарок очень хороший, но у меня сразу вопрос — ты уже поставил анализирующий барьер?

— Поставил. И кое-кто сильный через него уже проходил. — Дед изменил тон разговора, став куда серьезнее прежнего. — К нам в Читу ненадолго заходил некромант Пятого Круга, но он быстро ушёл. Он был настолько сильным, что я даже задумался нет ли Шестого Круга некромантии.

— Звучит крайне хреново, — сказал я, понимая, что дед говорит про некроманта приславшего мне попугая. — Дед, так об этом Истинном Зле ты говорил?

— Возможно, хе-хе. Я встречал много сильных некромантов, но этот совершенно на другом уровне. Боюсь, если начнётся бой с ним, то даже действуя вместе, у нас не будет никаких шансов. Повезло, что его ничего не заинтересовало в Чите. Мне, кстати, кажется, что гомункул сбежал как раз из-за этого монстра Пятого Круга.

— А если я призову волка Гастэло и переведу бой в Серый мир? Там моя магия сильнее, а магия противника слабее.

— Виталя, мне сложно сказать сработает это или нет. Такого противника будет сложно затащить в Серый мир.

— Я понимаю. Пусть он и силён, но у меня тоже есть козыри в рукаве. По этой причине я всё же считаю шансы есть даже против такого противника.

— Шансы есть, внучок. Но лучше с этим чудовищем не сталкиваться, хе-хе. Если он вдруг заявится снова, я сразу тебе сообщу. Ну и о любом другом некроманте тоже. Правда, мой барьер настроен так, что срабатывает только на сильных. Слишком уж большую площадь надо покрывать, а со всякой мелочёвкой ты в любом случае разберешься. Причем даже если сильный некромант захочет скрыть свою магию и прикинуться слабым, я всё равно об этом узнаю. Мой барьер устроен очень хитро. Хотя это даже не совсем барьер — моя магия покрывает весь город.

— Спасибо, дед. Это очень хороший подарок. Я напряг Инквизицию, чтобы искать некроманта Пятого Круга, но их приборы даже не среагировали на врага. Похоже, он научился обманывать анализаторы Инквизиции.

— Да их обмануть проще простого! — отмахнулся дед. — Мой барьер это совершенно другое! Он создан с помощью короны Ардатора!

— Я уже догадался. Корона стала отличным артефактом в твоих руках.

— А-то, внучок! Корона Ардатора это нечто! И раз уж пошла речь об усилениях, то пойдём в дом.

Мы ушли с крыльца и прошли в подвал, который дед серьезно расширил. Тут был самый настоящий склеп с сотней деревянных гробов из грубых досок. Дед был старомоден — у его скелетов всегда были личные гробы, а у генералов целые гробницы.

— Это всё твоё! — объявил дед и раздвинул руки в стороны. — Думаю, эти скелеты усилят тебя сильнее, чем меня. Да и ты потерял много армии в последней битве. Поднимайтесь, воины!

Крышки деревянных гробов стали хаотично открываться — какие-то скелеты поднимались быстрее, а какие-то медленнее. Сразу бросилось в глаза, что это не просто обычные скелеты, но ещё и самые настоящий развалины. В воздух поднялось много костной пыли, а ещё у большинства был недокомплект — где-то не было пару рёбер, где-то пальцев, а у парочки не хватало конечностей.

— Спасибо, дед, — поблагодарил я. — Даренным скелетам в зубы не смотрят, но всё же спрошу — где ты их взял?

— Акция два по цене одного, хе-хе. Обменялся с одним могущественным некромантом из Озёрска.

— Если у него такие скелеты, то сомневаюсь, что тот некромант силен. Хотя я всё же понял о каком ты некроманте. В Озёрске некромант только один.

— Эти скелеты были под выброс, — дед подошёл к одному из скелетов и дотронулся до плеча. Посыпалась пыль. — Они не самые крепкие, но всё равно усилят тебя.

— Мне сейчас пойдут любые. Ещё раз спасибо, дед.

По лестнице послышались шаги. К нам пришла Арина и в руках у неё была трехлитровая банка молока.

— Привет, Виталя, — Метелица мне чуть улыбнулась, что для неё не особо свойственно. — Молоко полезно для костей, поэтому я прикупила немного.

Я посмотрел на банку молока, а потом на армию из сотни развалин. Молоко действительно укрепляет кости, но, во-первых, тут нужна целая цистерна, а не три литра, а во-вторых, нужно обогащенное алхимией молоко, чтобы эффект был ощутимым.

Причём молочное зелье довольно сложно в приготовлении, так как требует скрупулёзного подхода в прочтении заклинаний на протяжении восьми часов. Даже для меня, мастера в алхимии, напряжно готовить такое зелье. Нет, я справлюсь, но мне не хочется тратить восемь часов на подобное.

— Арина, а ты сильна в алхимии?

— Не особо… И уж точно я не смогу сделать молочное зелье…

Сразу сообразила к чему я клоню. Можно было бы обучить Метелицу, но это тоже требует времени. Причём я думал не только о варке молочного зелья — Фалейчик подкинула мне контакт по работе в алхимии.

Мне определенно нужен помощник в зельеварение. Кто-то очень способный. На ум сразу пришёл один подходящий кандидат, но был вопрос согласится ли этот человек…

— Виталя, а мне точно нельзя сцапать ворона? — спросила Инга, не отрываясь смотря в окно на моего ворона-часового. Кошка вытянула вперёд голову, будто готовясь к прыжку.

— Да что ты привязалась к этому ворону? — удивился я и на всякий случай перетащил Ингу с подоконника на кресло. — Я конечно понимаю, что у тебя есть инстинкт охотника, но этот ворон мне нужен.

— Ёпт, Виталя ты не понимаешь… — Инга стала осторожно вырываться из моих рук, устремляя голову к окну. — Этот ворон… Он точно был лысым в прошлой жизни!

Я поднял кошку на уровень головы и посмотрел в её округлившиеся глаза-охотницы. В игривом настроении Инга может сказать что угодно для достижения своей цели.

— И раз этот ворон был лысым в прошлой жизни, ты предлагаешь снять с него чары дозорного?

— Ага-ага! — Инга активно закивала мордашкой, уже предвкушая как хватает птицу.

— Нет, ворона я тебе не дам. Если не сидится на месте, можешь прогуляться и поохотиться, но не на моих воронов. Я на их вербовку потратил три дня и не дам им навредить просто ради забавы. Тем более эти вороны гарантия нашей безопасности. Инга ты же не хочешь, чтобы нас застал врасплох какой-нибудь опасный некромант?

— Нет, не хочу… — кошка грустно опустила голову, понимая, что я не уступлю. — Что ж тогда придется с горя есть вкусную куриную печень и плакать…

Разумеется, Инга плакать не собиралась, это совсем не в её духе. Я хотел пойти за свой стол и перед сном изучить список зелий от Михаила Валерьевича, но вдруг заметил на подоконнике полностью засохшего старого Герберта. Фиалку не поливали неделю, а может и даже больше.

— Инга, когда ты последний раз поливала цветок?

— Ёпт, у меня лапки! — воскликнула кошка и убежала в коридор.

Я недовольно вздохнул и пошёл за лейкой. Стоило не напоминать Инге о цветке и она стала забывать его поливать. Но Старого Герберта ещё можно спасти, используя магию земли и обычную воду. В цветке ещё должна оставаться жизнь.

Совесть у Инги всё же имелась, поэтому свою ошибку она решила исправить. В коридоре я встретил её в человеческом обличии с лейкой в руках.

— Прости Виталя… — блондинка склонила вниз голову. — Я совсем забыла про цветок… Больше такого не повторится. Я готова сделать цветку искусственное дыхание!

— Вряд ли это поможет — сказал я и взял лейку в свои руки.

— Ёпт, а вдруг!

Я покачал головой и пошёл спасать цветок. Сначала немного полил его, а затем обхватил двумя руками горшок и стал напитывать корни растения энергией. Вообще маги земли любят взаимодействовать с цветами или деревьями, но я люблю более практичные направления и редко занимался магическим садоводством. Впрочем, все азы я знал так что всё должно было получиться.

Сухие листья цветка стали на глазах зеленеть, а затем… затем стал расти толстый стебель, который совсем не соответствовал фиалке. На конце стебля выросло пара мощных махристых листьев, очень напоминавшие челюсти плотоядных растений. В этот момент я решил, что хватит вливать энергию в Старого Герберта…

— Ёпт, Виталя, это что ещё за мутант?! — ахнула Инга и приложила ладонь ко рту.

— Ты не ты когда голоден, — ответил я. — Надо было поливать цветок и этого бы не произошло.

Инга подошла ближе к цветку и Герберт попытался её схватить своей челюстью.

— Ёпт, оно ещё и дерётся!

— Ну а что ты хотела, Инга? Ведь ты должна была поливать цветок, вот он теперь и желает мести.

— Виталя, ты его некромантией что ли обработал?! Зачем нам цветок-убийца дома?!

— А вдруг воры залезут, — пожал плечами я. На самом деле я и сам не понимал, почему Герберт стал таким. — Думаю, цветок-убийца будет полезен.

— Ёпт, сочувствую вором, которые взлезут в наш дом! Это будут претенденты на премию «идиоты года»!

— Больше не забывай поливать цветок, — я поставил лейку на подоконник. Старый Герберт меня укусить не пытался. Похоже, признает.

— Не забуду я, не забуду! — Инга чуть надулась.

— Охотно верю в твоё усердие.

К окну прилетел Седокрыл — глава моих воронов-часовых. Я приоткрыл окно и птица залетела внутрь дома. Одно крыло ворона было с белыми перьями, поэтому я и назвал его «Седокрылом». Это очень умный ворон, а с использованием некроэнергии он стал ещё умнее.

— КАР-КАР! Восток чист! КАР-КАР! Запад чист!

Я удовлетворённо кивнул. Дед поставил свою оповещающую защиту, а я свою. Так надежнее. Обойти сразу две защиты врагу будет сложно или даже невозможно.

— Дежурьте по периметру города, — приказал я.

— Принято! КАР-КАР!

Птица улетела, но другой ворон-часовый, на которого хотела напасть Инга все ещё оставался здесь. Принцип моей системы оповещения был таким, что когда появляется чужая некроэнергия, вороны по цепочки оповещают друг друга криком — ворон перед моим домом был самым крайним в этой цепи. Кроме того Седокрыл выполнял мои специальные поручения по разведке.

Я сел за письменный и взял в руки список зелий от Михаила Валерьевича. Надо было посчитать объемы материалов для зелий, однако мысли были совсем о другом.

В городе установилась удивительная тишина. И это не подозрительная тишина как бывает перед штормом — очень похоже, что впервые за долгое время настал период спокойствия.

Прошло три дня с тех пор как ко мне прилетел зомби-попугай, но после этого враг никаких шагов не предпринимал. Видимо, дед оказался прав — я не интересен некроманту Пятого ранга. Правда, у меня было предчувствие, что я ещё встречусь с этим неизвестным врагом. Просто время ещё не пришло.

Эта мысль возникла у меня два дня назад, когда Инквизиция прислала мне список со всеми известными некромантами Пятого Круга в России и мире. Список удивительно маленький — всего шесть имён и кличек. И в этом списке не было ничего про некроманта с пространственными способностями. Сильные некроманты обычно устраивают крупные трагедии, но этот будто бы никогда не делал большой шумихи и всегда оставался в тени.

Такая осторожность лишний раз говорит о том, что враг очень опасен.

— Ёпт, тебе приготовление зелий для потенции заказали? — хихикнула Инга у меня за спиной.

— И не только, — ответил я. — Ещё зелья против простуды, зелья против аллергии и ещё много чего ещё. В общем заказчик хочет себе целую аптеку и в короткие сроки. Для меня главное, что в списке нет противозаконных зелий, а остальное неважно.

— А помощника уже себе нашёл?

— Не помощника, а помощницу.

— Чего?! Это кого-то ты ещё себе взял? Арину что ли?

— Нет, она не подходит. Я возьму в ассистенты свою ученицу Женю Кислицыну. Она очень способная, правда, и очень своенравная…

— Ёпт, то есть ты с ней ещё не договорился?

— Не было времени. Но я думаю она согласится. Завтра обо всем у неё спрошу, а сейчас пойдем спать.

— В одной кровати? — ласково произнесла Инга и обхватила руками мою шею. — Сейчас как раз похолодало, будем греть друг друга.

— Инга, заканчивай со своими шутками, — я убрал руку девушки, — а-то будешь спать у цветка.

— Ёпт, только не к этому мутанту!

— Макар, чего снова такой угрюмый? — спросил я у Косарёва, встретив его в коридоре.

— Всё у меня нормально, Виталий Иваныч, — нахмурившись ещё сильнее прежнего ответил парень.

— А, по-моему, всё как раз-таки ненормально. Давай уже, колись что у тебя происходит.

В своём классе я старался пусть изредка, но общаться с каждым. Если у учеников появляется какая-то проблема, то лучше решить её сразу, чем после разгребать последствия.

Когда я только стал школьным учителем, мой класс считался самым худшим в школе, но постепенно слава у моих учеников изменилась. Стало меньше драк с их участием, заметно подтянулась успеваемость и дисциплина. Так или иначе я нашёл подход к каждому ученику.

— Учитель, у меня действительно всё нормально. Просто, я не клоун чтобы постоянно ходить с улыбкой.

— С какой-то девчонкой проблемы? — предположил я.

— Виталий Иваныч, у меня нет никаких проблем, — недовольно вздохнув и покачав головой произнес Косарь. Парень не смутился от вопроса, так что я промахнулся, дело тут не в девушке. — Мне надо готовиться к уроку, Виталий Иваныч. У меня доклад по биологии.

Вот же зараза. Возможно не врёт про доклад, но это просто повод уйти. Я разговаривал с Макаром уже несколько раз за последние дни, но он молчит как партизан. Я даже ворона к нему приставил, но никаких ночных побегов из общежития или чего подобного он не делал.

— Ладно, иди, — кивнул я, но напоследок взял парня у локтя. — Если тебя нужна будет какая-то помощь, то просто приди ко мне и обо всем расскажи.

Косарь ничего не ответил и просто ушёл. Конечно можно было ему чем-то пригрозить, но вряд ли это приведет к чему-то хорошему. Пока придётся просто наблюдать за ситуацией.

В конце коридора вдруг послышались крики «драка, драка!». В школе это, увы, не редкость и на такие события очень любят глазеть все школьники. Если прохожу мимо, то всегда разнимаю драки. В целом одного моего присутствия уже достаточно, чтобы конфликт моментально прекратился. Точно такая же способность в школе только у директора Титанова и отчасти у Чумаковой. Часть учителей, вроде Лапердина, ученики вообще не уважают и не боятся.

— Это девчонки дерутся! — закричал писклявый голос. — Старшеклассницы!

А вот это меня насторожило. У меня как раз выпускной класс и толпа учеников была недалеко от кабинета биологии, где у моих сейчас будет урок.

Я ускорил шаг. Как и обычно, только заметив меня, толпа зрителей драки резко притихла, что заставило остановиться двух дравшихся девчонок. Ими были Дарья Лиханова и Женя Кислицына…

Драка была на стадии когда девчонки драли друг другу волосы, поэтому у обеих девушек были растрепаны причёски, а у Жени ещё и красовался фингал под глазом.

— Виталий Иванович, это всё она начала… — опустив голову, негромко произнесла Заноза.

Кажется, это первый раз когда девушки из моего класса дерутся. Ну или во всяком случае первый раз, когда я это застал.

Причём я бы никогда не подумал, что Заноза полезет в драку. Даша девчонка умная и очень хитрая — её оружие действовать словом, а не кулаками. Но, похоже, в этот раз ей попался человек, который тоже остёр на язык…

— Расходитесь по своим урокам, — громко сказал я толпе учеников, которые хотели посмотреть на наказание двух хулиганок. — Женя, ты пойдешь за мной.

Кислицына даже не стала возмущаться. Возможно это как раз она спровоцировала конфликт, а возможно ей просто не хотелось оправдываться. Я успел заметить, что порой Женя очень непослушная девушка, но также очень часто она готова просто плыть по течению.

Как-то отчитывать девушку я даже не думал. Скорее всего это была разовая акция. Тем более я хотел занять её стоящим делом и у неё не будет время на глупости.

— Я хочу чтобы ты стала помогать мне в алхимии, — объявил я, как только мы зашли в мой кабинет. — Это полноценная работа и за неё я буду тебе платить. Что скажешь, Женя?

— Ну то, что вы вне закона, я уже поняла, — Кислицына задумчиво закинула голову вверх. — Работать в алхимии я хочу, но никогда не думала варить кристаллы. Это противозаконно, однако деньги там очень хорошие…

— Мы не будем варить никаких кристаллов, — перебил я размышления девушки. — и никаких противозаконных зелий тоже.

Повисла неловкая пауза. Кислицына удивленно похлопала ресницами, понимая, что подумала совсем не то.

— Учитель, да это я так… пошутила! У меня воображение бурное, вот и представила лишнего! — девушка нервно рассмеялась. — Я буду вашим ассистентом, Виталий Иванович! Практика мне очень нужна! Учитель, а мы случайно не будем варить яды?

На лице девушки была огромная заинтересованность. Возможно только ради этого она и согласилась работать со мной.

— Нет, ядов мы готовить не будем.

— Точно-точно?

— Я же сказал — ничего противозаконного.

— Жаль… — Женя заметно погрустнела.

— Ладно, кое-что противозаконное всё же есть. Ты будешь варить молочное зелье для моих скелетов.

— Учитель это… Это совсем не то…

Прозвенел звонок на урок.

— Виталий Иванович, я пойду? — спросила Кислицына.

— Подожди минуту. Один вопрос у меня к тебе остался. Как твои отношения с классом?

— Ну-у… — протянула девушка. — Некоторое недопонимание есть, но не переживайте за это, учитель. Я готова быть с ними мягче. Правда, для этого мне потребуется приготовить какой-нибудь яд… Нет, вы не подумайте что я для одноклассников! Это для себя!

Я вздохнул и покачал головой. Такой страсти к ядам я ещё никогда не видел. Да и кажется в драке Женя совсем не думала о защите — к боли она относится совершенно не так как другие люди.

Постоянная угрюмость Макара Косарева меня напрягала, поэтому я попросил Ингу за ним проследить. За пять дней он ни разу не сбегал из общаги и не покидал место работы. При этом с каждым днём Макар приходил в школу всё в более понуром состоянии. То есть, его проблема не решалась, а наоборот усугублялась.

Изначально я думал, что Косарь снова примкнул к какой-то банде, но за время слежки парень не занимался ничем преступным, так что этот вариант отпадал.

На любовные терзания поведение Макара тоже не особо походило. К его понурости в какой-то момент добавилась агрессивность и раздражимость. Заметив два этих новых симптома, я даже подумал, что парень мог подсесть на наркотики…

Пришлось заставить свой класс сдать кровь на анализы под предлогом «провериться на разные болячки». Наркоманов у меня, к счастью, не оказалось, но остался всё тот же вопрос — Косарёв, что же с тобой такое происходит?

Перебирая в голове разные варианты, я решил пригласить в свой кабинет на допрос Максима Пляскина. Он лучший друг Макара, поэтому мог дополнить картину происходящего недостающими деталями.

— Давай, Максим, рассказывай в чём провинился, — вместо приветствия сказал я Пляскину ради забавы.

Глаза Зайца округлились. Он искренне не понимал в чём провинился.

— Виталий Иваныч, да я вроде ничего плохого не делал…

— Что-то не нравятся мне нотки сомнений в твоём голосе.

— Нет, Виталий Иванович, я правда не понимаю о чём вы!

— Какие увлечение у Косарева? — спросил я, не желая развивать тему с преступлениями Зайца. — Он играет в компьютерные игры?

— В компьютерные игры редко, он больше, как и я, в мобилки залипает.

— А в мобильное казино он случайно не играет? Или может быть делает онлайн ставки?

— Ну-у… — протянул парень и отвёл взгляд. — Макар любит футбол и когда ему стукнуло восемнадцать, стал ставить ставки. Он как-то раз угадал точный счёт матча и купил своей младшей новый телефон! Правда, после этого Косарю не везло и он проиграл несколько ставок подряд… Затем ещё несколько… Его прошлый выигрыш полностью иссяк, и он решил больше никогда не ставить. Виталий Иваныч, а зачем вы всё это спрашиваете?…

Заяц парень вполне смышленый, так что стал догадываться куда я веду.

Скорее всего, Макар не перестал делать ставки — он просто перестал говорить о своих проигрышах. Отсюда и вся его угрюмость, а позже агрессия. Хоть всё ещё предстояло узнать наверняка, но я уже был уверен, что попал в яблочко.

— Максим, вам же на заводе уже платили деньги?

— Платили, — кивнул Заяц.

— Косарев что-то говорил о том, как он собирается потратить заработанное?

— Нет, не говорил… Виталий Иваныч, вы думаете Косарь всё на ставках слил?! Блин, а это очень похоже на правду! Он последнее время начал прятать свой телефон, когда я подхожу! Раньше такого не было! — Заяц издал недовольный стон и покачал головой. — Ну почему он мне всего не сказал? Это же такая ерунда!

На самом деле ставочная зависимость это совсем не ерунда. Людей привлекают лёгкие деньги, но постепенно им начинает нравиться сам процесс азартных игр, а деньги отходят на второй план. Если происходит выигрыш, человек чувствует эйфорию и хочет это повторить. Проигрыши при этом полностью игнорируются, но если их много, то приходит депрессия, самотерзания и уныние.

Прозвенел звонок на урок. Заяц повернулся на дверь, а затем стал вопрошающе смотреть на меня.

— Виталий Иваныч, что нам делать с Косарём? Он с каждым днём злее и злее становится… Наверное, постоянно проигрывает!..

— Я решу этот вопрос, — я уже хотел отпустить Зайца, но увидел стопку контрольных работ на углу стола. Быстро найдя нужную, я развернул её к Пляскину. — Максим, в ответе на вопрос о применении бытовой алхимии нужна была конкретика, а не целый лист воды.

— Учитель, я отвечал как мог! Я же мог воды!

Я неодобрительно покачал головой.

— То что ты маг воды, ещё не значит, что воду надо разливать повсюду. Ладно, иди на урок.

Прозвенел ещё один звонок и ко мне в кабинет пришли первогодки. В учительской я слышал жалобы на них, мол слишком буйные и шумные, но на моих уроках они вели себя очень тихо и культурно.

Я показал им как готовится зелья для заживления мелких ран, а вторую часть урока просто сидел за своим столом и размышлял.

Проблему с лудоманией Косарева можно решить силовым путем — забрать у него телефон, поговорить и после присматривать. Но это будет только паллиативом, то бишь полумерой.

Хоть я взялся за свой класс вполне основательно, вечно ни они, ни я в школе не останемся. Если использовать циничный подход, то можно было сказать — без разницы, что будет с учениками после выпуска, главное чтобы я выполнил договор со Смирновым.

Но это не мой вариант. Я не хочу оставлять проблему не решенной. А значит надо действовать более тонко, чем грубой силой.

Я уверен, что сейчас ставки занимают в голове Косарева самое первое место. Пока это остается так, он будет лудоманом. Моя задача, чтобы Косарев увлекся каким-нибудь интересным для него делом.

Иногда я видел на переменах как Макар в наушниках смотрит записи игр по компьютерной стрелялке. Последнее время за этим занятием я Косарева не видел, что говорило о двух вещах — его интерес переключился на ставки, но компьютерные игры он любит. Собственно поэтому я и задал Зайцу вопрос об играх.

Меня бы вполне удовлетворило если ставочная зависимость Косаря сменилась бы на зависимость от компьютерных игр. Второе тоже не очень хорошо, но по крайней мере он не будет с кучей долгов и пустыми карманами.

Отсутствие денег может легко подтолкнуть Макара на преступления, возможно даже у него уже есть такие мысли. Как ни крути, он совсем недавно был мелким воришкой. Прошло не так много времени, чтобы все его бандитские замашки полностью исчезли.

Я отпустил первогодок с урока немного раньше, чтобы успеть перехватить Косарева у кабинета стихийной магии. Хоть я решил действовать без грубой силы, но всё же не за спиной Макара, а на прямую.

— ВЫ ДОЛЖНЫ ВЫУЧИТЬ ВСЕ ПРОЯВЛЕНИЯ МАГИИ ОГНЯ У ДЕТЕЙ К СЛЕДУЮЩЕМУ УРОКУ, — орала Годзилла так, что слышно было через закрытую дверь.

Прозвенел звонок с урока, и мои ученики спешно стали покидать кабинет Веры Иннокентьевны, хорошо зная, что если задержаться, прилетит дополнительное домашнее задание или нравоучение в очень громкой форме.

Первыми из кабинета вылетели Заяц и Пила. Они это сделали на перегонки, и Максим закономерно проиграл Олегу Баранову. Оба ученика увидев меня, стёрли улыбки и вместо бега перешли на шаг.

После парней лёгкой походкой пошли Ворона с Занозой что-то с улыбкой обсуждая. Они со мной поздоровались и покосились на Гадюку, то бишь на мою помощницу Женю. В моём классе про подработку Кислицыной уже прознали, да и я не пытался это скрыть. Пару раз говорил о работе с Женей недалеко от Вороны, а это равнозначно тому, что орать в громкоговоритель по всей школе.

— Виталий Иванович, вы ко мне? — зевнув, спросила Женя.

— Нет, не к тебе. Я же сказал, что сегодня у тебя день отдыха и тебе нужно выспаться.

— А у меня будто открылось второе дыхание! Я готова сварить ещё одну бочку… — Кислицына замолчала вдруг осознав, что не стоит кричать во всеуслышание про молочное зелье. Даже если характер зелья не поймут сразу, то найдут потом в интернете, а это породит новую волну слухов обо мне. — Ещё одну бочку зелья против прыщей!

Я покачал головой и махнул рукой, мол, уходи. Женя хоть и выкрутилась, но опять же не полностью — зелье против прыщей бочками не варят. Если бы нас подслушал знающий человек, то он сразу бы понял — мы что-то скрываем.

А в действительности же всё было законно, не считая молочного зелья. Его Кислицына варила вчера весь вечер и полночи, переночевав у меня дома. И нет, тут даже не пахло эксплуатацией юной девчонки. Проработав с ней несколько дней, я понял две вещи — она очень любит деньги и очень любит алхимию. Второе я и так знал, но вот первое меня немного удивило. Женя любила деньги почти также сильно как яды. Получив от меня аванс в двадцать тысяч, она закатила вверх глаза, захихикала и с наслаждением произнесла «Денюжки-денюжки…».

Угрюмый Косарев плёлся из класса Годзиллы самым последним. В его руках был кнопочный телефон, похоже, свой сенсорный он кому-то продал. Заметив меня, парень ускорил шаг, но я его сразу же окликнул.

— Подожди, Макар, есть разговор.

— Виталий Иваныч, у меня работа после школы, если вы забыли, — укоризненно напомнил Косарь, желая избежать разговора со мной.

— Я это хорошо знаю, поэтому попросил у твоего начальника выходной для тебя. Пошли.

Парень удивился, а затем недовольно вздохнул. Больше важных дел у него не было, поэтому он не мог отказать. Мы прошли в мой кабинет, где к обыденному запаху разной химии, добавился запах женских цветочных духов. Девчонки первогодки зачем-то надушились так сильно, что без открытого окна можно задохнуться от «приятного» аромата дешёвых духов.

— Макар, чем ты собираешься заниматься после окончания школы?

— Пойду работать, что ещё делать? — раздраженно буркнул парень в ответ. — Я не из богатой семьи, чтобы учится где-то пять лет. Деньги мне нужны прямо сейчас.

— И сколько конкретно денег тебе нужно? — поинтересовался я.

Парень нахмурился. Причём не зло, а больше удивлённо. Он пока не совсем понимал, зачем я пригласил его на разговор.

— Ну чтобы на еду хватало… Коммуналка, аренда там… В общем, Виталий Иваныч, вы прекрасно знаете зачем людям деньги!

— Макар, а у тебя есть какая-нибудь мечта в плане покупке чего-то?

— Ну-у… Я бы хотел себе мощный компьютер, но тратить на это деньги стал бы только будь у меня их очень много. Эта покупка не самая полезная, просто игрушка.

— Сколько стоит этот мощный компьютер?

— А-а-а-ам… — протянул парень удивленно, всё ещё совершенно не понимая к чему я клоню. — Если без излишеств, то нужно сто тысяч. Виталий Иванович, а зачем вы всё это спрашиваете?

Я достал бумажник и отсчитал нужную сумму крупными пятитысячными бумажками. Мой алхимический бизнес уже стал приносить деньги. Мы с Женей варили зелья чуть ли не в промышленных масштабах, а мой партнер Михаил Валерьевич платил сразу, не откладывая всё на месяцы. Этот его подход понравился, как мне, так и Жене.

— Мы сейчас поедем с тобой и купим компьютер на эти сто тысяч. Если сумма окажется чуть больше ничего страшного.

— Чего-чего… — произнес Макар не понимающе. — Учитель, вы что собираетесь продать меня кому-то в рабство?

Сто тысяч сумма не маленькая, но я был готов её потратить, даже если это не даст нужный результат. Конечно, у меня был долг перед Метелицей, но я даже с учётом этих трат, расплачусь с Ариной через две недели.

— В рабство я тебя пока не отдам, но всё же для получения этого подарка, есть одно условие. Ты больше никогда не должен играть в азартные игры.

Глаза Косаря округлились. Он явно не ожидал, что я знаю про его увлечение.

— Лёгкие деньги имеют свойство также быстро тратится, — продолжил я. — Азартные игры принесут тебе только проблемы, поэтому лучше закончить с ними прямо сейчас, пока ты не влез в долги и снова не стал воровать. У тебя же есть любимая сестренка, разве ты хочешь, чтобы она ждала брата из тюрьмы?

Косарев сильно поник, слушая мои слова. Я решил ударить залпом сразу из нескольких оружий. Разве что решил обойтись без угроз. Тут самое важное, чтобы лудоман сам осознал свою проблему, иначе всё будет бесполезно.

— Макар, ты согласен на моё условие?

— Согласен, — негромко сказал парень. — Это всё и очень странно, но я согласен… Со ставками мне, пожалуй, действительно стоит завязывать…

Я был доволен ответом, но своей улыбки не показал. Только время покажет, действительно ли парень всё понял. Обещание, которое Макар мне дал, в любом случае будет его сдерживать. Так же, я конечно возьму его на личный контроль.

Натянув ворот повыше, молодой оперативник АКР подошёл к своему начальнику, щекастому и немного полному мужчине, который хмуро смотрел на Неву и пасмурный пейзаж Петербурга.

— Сергей Сергеевич, простите, но вы уверены, что этот случай заслуживает нашего внимания? Ничего криминального я в отчётах не увидел.

— Ты сколько лет работаешь в отделе? — не поворачиваясь к подчиненному спросил начальник.

— Пять… — неуверенно ответил парень. — Вернее четыре с половиной.

— А я двадцать. Вот и не умничай. Школьные учителя алхимики. За ними надо глаз до глаз. Зарплата маленькая, а умений много. Это опасное сочетания.

— Да… вы правы… Я об этом не задумывался. Хотите сказать этот школьный учитель под прикрытием создания легальных зелий мог начать заниматься нелегальными?

— Именно так. Школьные учителя алхимики крайне хитры и изворотливы. Запомни это, стажёр.

— Сергей Сергеевич, я уже давно не стажёр… — обидчиво напомнил парень. Он понимал, что это просто подкол от босса, но всё же хотел это прекратить.

Повисло молчание. Илья посмотрел на задумчивого начальника, затем на Неву, а затем снова на начальника. Парень подумал-подумал и зачем-то решил спросить:

— Босс, а куда вы смотрите?

Сергей Сергеевич не ответил, посмотрел на помощника как на дурака, а затем продолжил смотреть на пасмурный питерский пейзаж.

— Значит этот Могильников непростой фрукт? — задал Илья уже более правильный вопрос.

— Очень непростой, — тяжело вздохнув, произнес Сергей Сергеевич. — Даже придётся брать в Читу Кракена.

— Оу… — скривился Илья. — Значит всё настолько серьёзно?… Мы работаем с этой психованной уже полгода, но меня всё ещё бросает в дрожь от одного её вида.

— На-то она и Кракен, — ухмыльнулся Сергей Сергеевич. — Это прозвище ей очень подходит. Она реально чудовище. Как раз то, что нужно против Могильникова. Выпускайте кракена, АКР выходит на охоту!

Четверо простых скелетов и Михалыч сидели за столом, смакуя молочное зелье и обсуждая разное. Говорил в основном механик Михалыч, а остальные просто слушали.

— … Я же из самых сторожил, видал разное, — сказал механик и сделал небольшой глоток зелья. Так как Михалыч был мехоскелетом зелье ему большой пользы не приносило, но тут сработал принцип: не можется, но хочется! — Большинство других некромантов ублюдки, которые совсем не заботятся о своих скелетах, а вот наш господин Могильников! Он совсем другой! Он нам и зону отдыха, и молочное зелье достал!

— Михалыч, а разве зону отдыха не Микипер сделал? — спросил невысокий скелет с пыльной дряхлой шляпой на голове. Его прозвали Шляпой, так как своего имени при жизни он не помнил.

— Так всё по приказу господина! Микипер жадный и злой мехоноид, ему…

Михалыч перестал говорить и обернулся. Ему на секунду показалось, что его сзади сверлит взглядом убийца Микипер, но тревога оказалась ложной. Мехоноид был у себя в комнате, он лежал и грустил с разложенным вокруг нелегальным оружием. Грустил Микипер по той причине, что в Чите больше не осталось банд, которые имели огнестрел.

Михалыч хотел продолжить восхвалять господина и заодно себя перед новоприбывшими скелетам, но заметил, что дверь ленинской комнаты приоткрылась.

— А где все скелеты? — спросил Шляпа, оглядываясь.

— Шайсе! — выругался Михалыч по-немецки. — Все в укрытие!

Трое скелетов среагировали сразу, а вот одного несмышлёного Михалычу пришлось подхватить и тащить за собой силой. Дверь ленинской комнаты открылась и оттуда, громко шагая, вышел Чингисхан. Все пятеро скелетов успели спрятаться под днищем внедорожника и не попасться полководцу на глаза.

— Пролетарии всех стран, соединяйтесь! — громко проскандировал Чингисхан. — Победа коммунизма неизбежна!

Чингисхан несколько минут ходил по убежищу и повторял коммунистические лозунги, а затем ушёл обратно в ленинскую комнату.

— Что это было? — тихо спросил скелет Шляпа.

— Это Чингисхан… — ответил Михалыч. — Лучше не попадайтесь ему на глаза, если не хотите учить историю КПСС. Он может ещё вернуться.

— И что нам теперь всегда тут лежать?

— Нет, пейте молоко и прятайтесь по углам. А я пойду доделывать лазерное оружие для Джаггернаута.

Довольно незаметно и даже неожиданно в Читу подкралась зима. Дождливые дни вдруг заменились полноценной метелью, хотя по календарю ещё был ноябрь. Впрочем, для Читы это вполне обыденно.

Мы с Кислицыной варили зелья всё свободное время. Первую партию забрал лично Михаил Валерьевич, а остальное мы пересылали уже своими силами. Даже пришлось нанять грузчика и кладовщика, который закупал материал. У меня была идея взять на эту роль скелетов и сэкономить, но я не хотел разных накладок. Да и нехорошо, когда нежить забирает работу у живых. Людям надо что-то есть и кормить семьи в отличие от скелетов, которые де-факто уже на покое.

Долг перед Ариной Метелицей в три миллиона за покупку Сердца Шедевра я успешно выплатил. На самом деле было немного удивительно, что Михаилу требовалось так много самых разнообразных зелий. Он как будто бы вошёл в этот бизнес с нуля, но при этом уже находил куда сбывать товар в огромном количестве.

Женю этот момент тоже заинтересовал. Она провела небольшое расследование и… и пришла к выводу, что ушлый бизнесмен Михаил Валерьевич совершенно ничего не продает в России из нашей продукции.

— И зачем же ему закупать зелья, если он их не продает? — со скепсисом спросил я и отпил глоток кофе с мороженным сверху. Мы с Женей уже закончили работу, перенесли все сваренные зелья на склад и в небольшом закутке того же склада пили кофе, на ночь глядя.

— Вы задаете очень правильные вопросы, Виталий Иванович! — с энтузиазмом сказала Женя и зачем-то тыкнула в мою сторону чайной ложкой. — Этот лысый проходимец занимается контрабандой. Он хочет нас подставить!

Не знаю по какой причине, но Кислицыной Михаил Валерьевич сразу не понравился. Я даже думал, что она просто не любит лысых, как Инга, но к лысому старичку, который работал кладовщиком, она относилась совершенно нормально. Возможно Жене не понравилось то с какой важностью и гордо поднятой головой говорил Михаил — это меня тоже немного бесило, однако я больше ориентировался на действия.

А по нашим делам как раз нареканий не было. Бизнес-партнер не подводил и это главное.

— Возможно Михаил продает товар в уже имеющиеся аптеки и алхимические лавки, — предположил я. — Да и в любом случае сбыт товара это не наша забота. Мы получаем деньги, а Михаил занимается продажей.

— И наваривается с этого в десять раз! — вспылила Кислицына.

— Женя, я не собираюсь считать чужие деньги. Нам платят и платят своевременно, так что никаких вопросов у меня к Михаилу нет.

— Виталий Иванович, ну разве этот лысый проходимец не кажется вам подозрительным? Согласитесь, как-то всё тут странно. У меня осталась одна подруга в Москве, и я попросила её обойти все лавки алхимиков в городе. Она не нашла ни одного зелья с маркировкой вашего имени! Всё ушло куда-то вне Москвы, а это значит и вне России в целом! Этот лысый проходимец точно контрабандист!

Девушки, особенно юные девушки часто имеют очень бурную фантазию, но Женя это немного другой случай. За короткое время нашей работы я увидел в ней высокие аналитические способности и гибкий ум. К словам такого человека я вполне готов прислушаться, правда кое-что не стыковалось в пламенной речи Кислицыной.

— А что у тебя за подруга в Москве? До этого ты говорила, что у тебя нет друзей.

— Ну-у… — протянула девушка и отвела взгляд. — Вы меня подловили… Подруг у меня нет, как и времени самостоятельно обзвонить алхимические лавки. Но всё же моя информация почти точная! Лысый проходимец ничего не продает в России! Он занимается контрабандой!

Я отломил чайной ложкой ещё мороженого и кинул его к себе в кофе.

Женя ни на шутку разбушевалась. Причём я не могу понять что конкретно её волнует — то ли недоплаченные деньги из-за рискованного бизнеса, то проблемы с властями всё из-за того же рискованного бизнеса. Впрочем, я даже не уверен, что нас можно считать сообщниками в предполагаемой схеме контрабанды. Как раз это я и решил высказать своей помощнице.

— Своими руками мы ничего через границу не перевозим. Мы просто варим зелья, а всё что происходит дальше на плечах Михаила. Если он действительно контрабандист, то с таким же успехом Михаил мог бы купить зелья в любой алхимической лавке и после перевести за границу. Не считать же после этого владельцев лавки соучастниками контрабанды?

— Всё несколько сложнее, Виталий Иванович! — Кислицына покачала в воздухе указательным пальчиком. — Мы работаем с лысым проходимцем напрямую, а значит нас куда легче записать в соучастники контрабанды. Единственное, радует, что мы работаем не в тёмную и платим налоги. По крайней мере налоговая нами не заинтересуется, только АКР.

Я внимательно наблюдал за эмоциями Жени и вслушивался в интонации её голоса. Всё же для меня оставалось не понятным, что её волнует больше всего — потерянные деньги, угроза появления Алхимического Контроля России, то бишь АКР, или же тут было что-то ещё третье.

— Женя, какая бы проблема не случилась, я с ней разберусь, — заверил я и полностью выпил всё оставшееся кофе, которое имело приятный сливочный вкус мороженного. — Если проблему принесёт Михаил, то разберусь и с ним.

— Это вы намекаете, что его занекрите? — хмыкнула Женя.

— Зависит от того насколько много плохого он натворил. Не буду спорить, Михаил довольно скользкий тип, но этого мало, чтобы я занекрил человека. Должны быть реальные преступления.

— Не волнуйтесь, Виталий Иванович, лысый проходимец точно доставит нам проблем. Это лишь вопрос времени. Я затеяла этот разговор как раз, чтобы подготовится к возможному удару. — Взгляд девушки погрустнел и она стала говорить тише. — Мне нравится с вами работать и я не хочу… не хочу, чтобы это прекращалось.

Я чуть улыбнулся. Теперь наконец-то стало понятным, что именно волнует девушку. У неё ни семьи, ни друзей. Мать умерла от алхимического проклятья Басмина, а отец был каким-то мутным типом про которого Женя зло выразилась «никогда не видела и видеть его не хочу».

У меня была мысль, что Кепка станет хорошим другом для Жени, но почему-то этой дружбы не случилось. В итоге получилось так, что я сам стал для Кислицыной другом, и этой дружбой девушка сильно дорожила.

— Ёпт, влюбилась что ли в своего школьного учителя? — из-под стола вылезла Инга и уселась на незанятый третий стул.

Появление кошки сильно удивило Женю, но от острого вопроса она не покраснела. Никаких любовных чувств у Кислицыной ко мне не было. Думаю, она воспринимала меня исключительно как учителя и друга.

— Я считаю совершенно неприемлимой связь учителя и ученика, — сразу же парировала Женя. — Мои словам больше о том… о том, что Виталий Иванович для меня хороший друг. Надеюсь, его не обидят эти мои слова.

— В этом ничего обидного нет, — заверил я. — Но все же, Женя, я бы хотел, чтобы у тебя помимо меня появились и другие друзья.

— Друзья не грибы-серовики, — буркнула девушка. — Они не появиться, если плеснуть на землю нужным зельем.

— Не появятся, — согласился я. — Женя, а хочешь, расскажу тебе рецепт приготовления настоящей дружбы?

— Неужели такое зелье есть? — удивилась Кислицына. — Да это же полное читерство!

— Такое зелье существует и считается запрещенным, но я сейчас не об этом. Я хочу сказать о настоящей дружбе в жизни.

Девушка подвинулась ко мне чуть ближе, и я уже хотел начать говорить свои мысли по этому вопросу, как вдруг нескольких мощных пропитанных молниями цепей сломали наружную стену, а сразу после цепи ударили в меня, попутно схватив. Я своим телом сломал стену коморки и вылетал на склад, опрокинув несколько полок с зельями.

Резко запахло рыбой и цветами, в голове сразу возникли названия зелий, которые разбились, но это было меньшей из проблем.

Меня держали пропитанные электричеством цепи и хоть защитная некро аура вокруг тела хорошо держала удар, силы очень быстро покидали меня. Я не видел человека, который на меня напал, но эти способности были для меня слишком узнаваемыми.

Кто бы мог подумать, что мы двое когда-либо станем врагами…

— Всем не двигаться! — громко заорал мужской голос справа от меня. — Здесь работает Алхимический Контроль России!

У Кислицыной, похоже, есть дар предвидения… Она почуяла проблемы гораздо раньше, чем эти проблемы не что «постучали в дверь», а выбили к черту стену…

Я увеличил силу защитной магии вокруг тела, чтобы сбросить хватку бьющих электричеством цепей. Тщетно. Только потратил силы. А четверо оперативников АКР между тем, забежали внутрь склада, направив на меня автоматы.

И чем я вообще заслужил столь жёсткое задержание? Что устроил этот долбанный Михаил Валерьевич?

Разорвать цепи своей защитной аурой было невозможно, поэтому я перешёл к наиболее прямому способу решить проблему — просто использовать физическую силу. Укреплять своё тело магией я мог довольно хорошо, хоть это дело и усложнялось из-за поддержания защитной ауры. Но если ауру ослабить, то меня жахнет электричеством, и я потеряю сознание.

Цепи плотно скрепляли мои руки к туловищу, и первым делом пришлось сместить железные путы вверх до локтей, чтобы после подсунуть ладони под цепи снизу. Так у меня появился хороший рычаг и оставалось только со всей силы давить на цепи, разгибая руки в локтях.

Мой пленитель это без внимания не оставил. В мою сторону полетела вторая группа цепей.

— Он что вырывается? — послышался удивленный голос бойца АКР. — Первый раз вижу, чтобы у кого-то получилось выскользнуть из хватки Чейни!

Разжав цепи достаточно сильно, я смог наконец выскользнуть из этой поистине «железной хватки», а после ударом Могильного Кулака сбить вторую партию цепей. Я ожидал последующих атак, но мы наконец встретились взглядом с Чейни, которая стояла в дыре проделанной её цепями.

Узнав меня, девушка сразу же превратила магический металл в пыль. На суровом лице Чейни не было ни удивления, ни сожаления, ни радости от встречи с другом. Впрочем, я и не ожидал ничего иного от своей подруги-некроманта.

— Прекратить захват цели, — громко скомандовала Чейни, чтобы бойцы АКР не сделали глупостей.

— В смысле прекратить?… — не опуская автомат, возмутился один из оперативников АКР. — Чейни, ты вообще не имеешь права приказывать!

Девушка не стала ничего говорить. Она просто посмотрела на мужчину своим поистине убийством взглядом. Не знаю дело ли в огромном диагональном шраме на лице Чейни, но в мире существует не так много людей, которые решатся поспорить с этой девушкой.

Хотя девушкой Чейни даже сложно назвать… Скорее это мужик в юбке. Нет, внешне, особенно если убрать шрам, она вполне красивая девушка, но жёсткий голос, взгляд, а главное мощные магические способности заставляют воспринимать её далеко не «слабым полом».

— Ладно, ладно, понял… — сдался оперативник АКР. — Опустить оружие и прекратить штурм! Чейни, но я жду объяснений. Сергей Сергеевич сожрет меня с потрохами, если я отпущу преступника! Тем более разве ты сама не сказала, что почуяла здесь опасного некроманта? Сначала говоришь не вызывать Инквизицию, а теперь срываешь операцию!

Боец АКР стал пилить Чейни взглядом, а про меня «опасного некроманта» сразу забыл. Но я в свою очереди не забыл, что на моем складе пробили две стены и разбили пару десятков готовых зелий.

— Я тоже жду объяснений, — обозначил свою позицию я. — А ещё ремонта на своём складе.

Оперативник беззвучно выругался. Вся это ситуация ему определенно не нравилась.

Из остатков коморки осторожно вылезла Кислицына. На её лице прямо читалась фраза «Я же говорила, Виталий Иванович. Я же говорила!».

— Это честный человек, — наконец дала свой комментарий Чейни. — И он не некромант. Я ошиблась.

Чейни точно не была командиром штурмовой группы, но её слов хватило, чтобы моё задержание прекратилась. Оперативники немного покосились на полки с зельями, однако проверять содержимое не стали. Правда, всё не могло быть так просто.

Пришёл пухлый и простоватый на первый взгляд мужчина, тот самый Сергей Сергеевич, начальник всей операции. Сначала он переговорил с Чейни один на один, а потом вместе с девушкой подошёл ко мне.

— Мне нужен отчёт о тратах двадцати литров миндального масла.

Сергей Сергеевич приветливо улыбался, но я чувствовал в этой улыбке затаившегося хищника, который готов атаковать в любой момент. Начальник АКР не просто так спросил про миндальное масло — из него можно было приготовить наркотик, при должном умении алхимика.

Возможно АКР решили, что приготовление легальных зелий мне нужно лишь для того, чтобы скрыть нелегальные. Причём был шанс, что их привлекла не контрабанда Михаила, а мои огромные закупки алхимических материалов. Этот вопрос надо было обязательно выяснить.

— Всё миндальное масло пошло на приготовление омолаживающей кожу лица мази. Можете проверить, это самый дальний стеллаж.

Сергей Сергеевич махнул рукой одному из своих людей. На слово поверить он мне был не готов. Начальник АКР всё ещё видел во мне преступника, это чувствовалось по взгляду.

Причём взгляд Сергей Сергеевича никак не изменился, когда через пару минут ему доложили, что указанный стеллаж полон банками с косметической мазью, которая пахнет миндалём.

— Что ж значит произошла ошибка, — сказал Серей Сергеевич и фальшиво улыбнулся. — Приносим своими извинения и настоятельно не рекомендуем сотрудничать с людьми Михаила Валериевича Стугина. Он взят под стражу за контрабанду магических зелий.

Всё же Женя не ошиблась! Лысый пройдоха — контрабандист. Мои вопросы к АКР тут же отпали, хотя я уже обдумал как аккуратно спросить о Михаиле.

— Вот же гад! — выругалась Кислицына и подбежала к нам. Девушка уже давно навострила ушки на наш разговор, ожидая чем всё закончится. — Я сразу поняла, что этому лысому нельзя доверять!

Сергей Сергеевич кивнул и, хлопнув в ладоши, повернулся к своим.

— Что ж, мы уходим. Хорошего вам вечера, Виталий Иванович.

— Стоять, — в меру жёстко произнес я. — А кто сделает тут ремонт?

Начальник АКР явно хотел свалить, оставив всё как есть. Он повернулся на меня, фальшиво улыбнулся, а затем посмотрел на Чейни.

— Кракен, ты сломала стену, так что тебе её и чинить. Тем более это для твоего друга.

— Я всё сделаю, — согласилась Чейни без возражений.

АКР ушли, но их «Кракен» остался. Кстати, это очень подходящее прозвище для Чейни. Она тоже устрашает своим видом и имеет крепкую хватку щупалец, то бишь цепей.

На складе заметно похолодало. Собственно это и не удивительно, ведь в помещение валил снег с улицы. Да и дыра в стене не единственная проблема — у нас куча товара, который неизвестно кому теперь продавать. Думаю, продать большую часть конечно выйдет, но на это уйдет время. Теперь не может быть даже речи о производстве новых зелий — нам бы хотя бы сбагрить то, что уже есть.

— Вот всё и закончилось… — поникнув, грустно сказала Женя. — Виталий Иванович, можете не платить мне за последнею партию. Я прекрасно вижу, что наша работа накрылась медным тазом.

— Ничего ещё не закончено, — ободряюще заверил я. — Нам надо всё это продать.

— Точно! — Кислицына радостно вскрикнула, будто на неё снизошло озарение. — Без лысого даже больше можно заработать!

— Не факт, но в плюс точно уйдем. Женя, думаю, тебе пора в общагу. Завтра школа.

— У вас тоже, Виталий Иванович.

— У меня тоже, — кивнул я.

Чейни наблюдала за нашим разговором без интереса на лице, но всё же она слушала внимательно. Кислицына уехала на такси, а я остался с Кракеном АКР один на один. Правда, в углу склада спряталась Инга, однако она не торопилась показываться. Моя кошка немного боялась Чейни.

— Мороженое хочешь? — спросил я в рамках гостеприимства. У меня было много вопросов к Чейни, но начать разговор я решил с этого.

— Только если это мороженое вместе с виски, — ответила Чейни, вскользь рассматривая полки с зельями.

— Такого у меня нет, — покачал головой я. — Чейни, как тебя вообще угораздило примкнуть к АКР?

— Я завязала с некромантией и охотой на некромантов. Я оказалась слишком слабой для этого.

Такой ответ меня поразил. Я не мог поверить, чтобы Чейни бросила своё ремесло. Да и что вообще должно было произойти, что Чейни назвала себя слабой? Это вообще не в её духе.

Я не знаю скольких некромантов девушка переловила, но этот список вполне мог посоперничать с моим. Пару раз мы бились бок о бок. Самый последний раз мы сражались против Болотного некроманта в Петербурге. После этой битвы я был так измотан, что решил устроить себе отпуск и пожить в глуши. Как раз тогда меня и сцапал Смирнов.

— Чейни, что произошло?

Некоторое время девушка молчала. Её взгляд замер прямо перед собой, будто она прокручивает какое-то воспоминание в голове. И, судя по тяжести на лице, воспоминание было далеко не самым лучшим…

— Я столкнулась с некромантом Шестого Круга Смерти, — взгляд девушки угрюмо скользнул вниз. — Разница в силе была столь огромной, что мне было страшно даже пошевелиться. Всё моё тело, весь мой разум захватил всеобъемлющий страх. Я стояла на месте и навзрыд плакала как пятилетняя девчонка.

Этот тот самый — сразу мелькнуло у меня в голове. Тот самый загадочный некромант, который послал ко мне попугая.

— Чейни, расскажи о нём подробнее.

Отвечать на мой вопрос Чейни не торопилась. Я терпеливо ждал того, что она сама начнёт говорить. Тема явно была для неё не самой приятной, хоть Чейни и далеко не из мягкотелых.

— Забудь всё, что я тебе сказала, — Чейни посмотрела мне в глаза. — Считай всё это просто шуткой.

— Шуткой? — переспросил я. — Ты совершенно не умеешь врать. Я понял это ещё, когда ты сказала АКР о том, что я не некромант.

— Виталя, чем меньше знаешь, тем крепче спишь. Тебе правда незачем знать об этом некроманте. Охотиться на него самоубийство.

— Я это хорошо понимаю, — кивнул я. — Но всё же мне хочется знать о нём более подробно. Так уж вышло, что он недавно забредал ненадолго в Читу. Я не встретился с ним один на один, но он послал ко мне зомби-попугая. Требований, угроз или каких-то предложений не было. Чтобы знать следующий шаг врага, нужно его изучить. Я хочу знать к чему мне готовиться.

— Как ты понял, что мы говорим об одном и том же некроманте? — спросила Чейни.

— А разве так много людей, кто претендует на Шестой Круг? — ухмыльнулся я. — Уже даже Пятый Круг является огромной редкостью. Чаще всего некроманты становятся личами, пытаясь достичь Пятого Круга. На самом деле я сильно сомневаюсь, что существует Шестой Круг, но такую оценку дал мой дед, а теперь ещё и ты.

— Он существует, — уверенно заявила девушка. — Хотя не встреть я некроманта Шестого уровня, то тоже бы не поверила. Виталя, я не хочу рассказывать об этом чудовище как раз потому, что ты можешь начать за ним охоту. Если ты обещаешь не делать этого, то я расскажу всё, что знаю.

Я невольно улыбнулся. Вот это да — холодная Чейни обо мне переживает. Впрочем, больше меня волновало другое — стоит ли принимать условие девушки?

Прямо сейчас я точно не располагаю силой для такого врага, но в будущем я могу стать сильнее. Хоть я только недавно достиг Четвертого Круга некромантии и не полностью его освоил, меня всё равно посещают мысли о переходе на Пятый Круг. Мне нужна эта сила. Правда, надо быть очень осторожным. Большинство становятся личами при переходе. В том числе и мой дед.

— Хорошо, я принимаю твоё условие, — подумав, согласился я. — Я вполне могу обещать не охотиться за этим некромантом, но если он придёт на мою территорию, я буду вынужден вступить в бой. Сейчас я сотрудничаю с Инквизицией, и они доверили мне защиту Читы.

— Тогда остаётся надеятся, что он сюда не придёт, — угрюмо произнесла Чейни. — Его зовут Базилио. По крайней мере он представился мне именно так, когда я, рыдая, спросила «Что ты за чудовище?». Самое нелепое, что его внешность точь в точь как у кота Базилио из советского фильма «Приключения Буратино». Черная панама, круглые очки и торчащие в сторону усы. Он даже улыбается, но всё равно выходит жутко.

У меня вдруг пошли мурашки по телу. Чейни умела говорить бойко и убедительно, но тут дело в особой чёрной магии. Само имя Базилио пропитано силой. Нечто схожее, правда гораздо слабее, можно ощутить в словах некромантского языка Азра и ещё больше в запретном языке Нокс.

Но как возможно, что имя человека имеет силу такую силу? Пожалуй, это можно считать ещё одним подтверждением существования Шестого Круга…

— Он отпустил тебя просто так? — спросил я, так эта часть всё ещё оставалась неясной.

— Да… — ответила девушка. — Этот человек сказал, что хорошим девочкам не стоит бродить ночью в одиночку, а после я отключилась. Когда пришла в себя, то была в такси, где на водительском месте сидел скелет.

Меня немного покоробили слова «этот человек». Чейни не хочет произносить имя Базилио лишний раз, но всё же о нём рассказала.

— А как ты вообще встретилась с Базилио? Чем он занимался?

— Он искал осколок Тёмной Скрижали. Я пустила слух в нужные круги о появление осколка в Петербурге. Думала, что устрою хорошую ловушку, но в итоге ко мне в сети попала уж слишком крупная рыба.

— То есть Базилио узнал об обмане, но ничего тебе не сделал? Как думаешь, почему он тебя отпустил?

— Для меня это тоже загадка. Некроманты не любят уходить с пустыми руками, а я со своими магическими способностями могла стать хорошим трофеем. Напрашивается только один вывод — я настолько слаба, что не подхожу по уровню для его армии Тьмы.

— Нет, дело не в этом, — покачал головой я. — С твоей силой всё в порядке, причина в чём-то другом. Возможно для Базилио это просто какая-то игра.

— Такое тоже возможно, — согласилась Чейни. — В любом случае, Виталя, не нарывайся на него. Он совершенно на другом уровне.

— Я нарываться не буду, но, чую, наша встреча неизбежна. Можешь идти, Чейни. Дыру в стене я залатаю своей магией земли. Но я жду с АКР денежную компенсацию. Не только за стену, но и за разбитые зелья. Тут выйдет на пятьдесят тысяч, если брать по-человеческим расценкам. И это всё ещё по старой дружбе — я не стал считать моральный ущерб.

— С друзей обычно деньги не берут, — без упрёка в голосе, в своём обыденном холодном тоне произнесла Чейни.

— Так я и говорю, что жду компенсацию с АКР, а не с тебя лично. Пускай несут ответственность за бардак, который натворили.

— Справедливо, — девушка слегка кивнула. — АКР заплатит. Есть особая процедура для таких случаев. Но мне нужно всё сфотографировать для отчётности.

Чейни стала фотографировать разрушения на телефон, а я сел на стул в уголочке и обдумал всё услышанное. Лицо врага получило чёткие очертания, но вопросов меньше не стало.

Перед своим уходом Чейни сказала, что у меня появилась «коммерческая хватка». Мол раньше деньги меня мало интересовали, а сейчас я устроил целый бизнес. Да и с АКР запросил пятьдесят тысяч, хотя это грозило определенной бумажной волокитой и будущей напряженности со всей структурой. Мол, раньше, я выбрал бы покой.

С этим мнением Чейни я даже согласился. Похоже, на меня повлияла амбициозность юной бизнесменки Кислицыной. Женю в школе можно принять за достаточно апатичную ко всему девушку, но, когда дело касается денег или алхимии, она просто пылает энтузиазмом.

Правда, мне придётся немного расстроить Кислицыну. Наш лысый партнёр не заплатит за последнюю партию зелий, а значит надо искать новые способы сбыта товара. Готовить новые зелья ближайшие месяцы я не буду — вопрос с долгом Метелице закрыт и я бы хотел очень плотно заняться увеличением своей армии Тьмы.

Скелеты от деда под молочным зельем немного закрыли потери после битвы с Раскольниковым, но мне нужно куда больше. Я хочу создать сильнейшую версию своей армии. А для этого надо либо покинуть Читу, либо как-то заманить сюда некромантов…

На следующий день, в понедельник с утра пораньше, в мой кабинет залетела ракета. Ну или точнее разгоряченная зеленоволосая девочка. Кислицына меня явно поджидала, но как будто бы немного отвлеклась и потому ей пришлось пробежать тридцатиметровку по коридору от самой лестницы.

— Виталий Иванович! — закричала «ракета» в качестве боевого клича, норовя в меня врезаться. Женя как будто бы боялась, что я закрою дверь прямо перед её лицом.

— Тише, — произнёс я и выставил руку в качестве ограничителя. Это помогло. Девушка остановилась ровно перед моей ладонью. — Что-то случилось?

— Конечно случилось! К нам же АКР пришли! — Женя глубоко вдохнула и выдохнула, после чего стала говорить куда спокойнее: — Виталий Иванович, давайте зайдём в ваш кабинет.

Девушка меня заинтересовала. Как будто бы она пришла с чем-то ещё, чем просто узнать новости. Я хотел достать себе мороженое из мини холодильника, но решил оставить сладкое на потом. Жене даже предлагать не стал. Она чаще всего отказывалась от мороженого, её любимая еда это сверх острая лапша быстрого приготовления. Один раз девушка угостила меня этим «блюдом» и после я ей сказал — не трави желудок подобной дрянью.

Впрочем, на неё не действует яды, так что вряд ли острая лапша убьёт Кислицыну.

— С АКР не будет каких-то проблем? — спросила Женя, усевшись напротив меня.

— Это у АКР будут проблемы, если они ещё раз так бесцеремонно ко мне придут.

— Я вчера не на шутку испугалась… Надеюсь, они действительно больше не придут… А ещё, Виталий Иванович, вы вчера были так круты! Эта женщина со шрамом тоже очень сильная, и даже страшно представить что бы произошло при продолжении битвы! Учитель, вы же многих некромантов победили?

Я нахмурился. Женя как будто бы осторожно подводила к какой-то теме. О том, что я некромант Кислицына давно знала, и я также немного говорил об охоте на других некромантах. Но её это сильно никогда не интересовало, а тут вдруг она начала об этом разнюхивать.

— Женя, ты что-то задумала? — спросил я, так хотел сразу перейти к сути.

— Ну-у… — протянула девушка и отвела взгляд. — Вообще — да, задумала! Ночью мне пришла гениальная мысль — продавать услуги охотника на некромантов! Для вас же это дело что-то вроде хобби, но на этом можно ещё хорошо заработать!

И снова она про деньги… Вот у кого действительно развита коммерческая хватка…

— Твоя идея хорошая, — кивнул я, пребывая в лёгкой задумчивости. — Только есть ряд нюансов. Деньги мне не столь интересны, но я бы хотел пополнить армию за счёт других некромантов. Проблема в том, что я не знаю случаев, когда кто-то искал охотника на некромантов. В этом деле люди полагаются на Инквизицию. Аналогично с этим ловлю преступников оставляют на милицию. Ведь право применение силы есть только у государства.

— Но, Виталий Иванович, у вас же особый случай перед Инквизицией. Тем более поиск клиентов я хочу устроить не только в России, но и во всем мире. Видели, например, что в Индии происходит сейчас? Там же настоящий зомби-апокалипсис произошёл!

Видео о котором говорила Кислицына я видел, Инга его показывала. Тысячи зомби толпой бродят по улицам крупного города. Какой-то некромант использовал зомби-вирус, который очень быстро распространялся по Индии. Для заражения даже не требовался укус зомби, как в фильмах, достаточно просто чтобы зомби был близко к здоровому человеку.

К счастью, последствия вируса были обратимыми — людей уже начали спасать индийские инквизиторы, но им сильно не хватало рук. Да и некоторых просто нельзя было спасти из-за больших повреждений во время превращения в зомби.

— Я видел, что происходит в Индии. Это ужасно. Не пойманных некромантов хватает и в России, но я был бы не против охотится на гадов и в других странах. Весь вопрос как это устроить.

— А это уже моя головная боль, Виталий Иванович. Мне бы только с каким-нибудь вашим человеком из Инквизиции поговорить…

— Если с ними связываться, то всё будет в десять раз сложнее. Давай поступим так. Вылет на место, охота и устранение некроманта на мне, а договоренности и получение оплаты на тебе. Только единственное нужны заказы с чёткими границами поиска нужного некроманта. Я не могу покинуть Читу на слишком долгий срок.

— Договорились, Виталий Иванович! — с энтузиазмом сказала Женя и радостно махнула кулаком. — Учитель, только подождите, вы сказали «вылет»? У вас что есть самолет?…

— Я знаю очень предприимчивого мехаскелта. У него своего рода тоже имеется «коммерческая хватка».

Я представил в голове картину, как по радиосвязи самолета кричат «Вы не можете войти в воздушное пространство другой страны!», а Микипер отвечает «Нам насрать, у нас большие пушки».

Но думаю, такой сцены не произойдет. После трансформации Йоши в морозного йети усилились и его способности. Теперь он мог делать невидимым не только себя, но и массивные объекты вокруг. Главное только не врезаться в другой самолет. В конце концов воздушные маршруты прокладывают не просто так.

Титанов внимательно и очень вдумчиво изучал отчётности бухгалтерии. Каждый рубль должен был быть потрачен правильно — большая часть бюджета пойдёт по назначению и ещё немного останется в карманах директора. Титанов сильно наглеть в этом плане не собирался, но ему требовалось много денег, чтобы осуществить свою мечту — построить большой и роскошный загородный дом.

Вдруг зазвонил телефон директора. Номер был скрытым, но Титанов не обратил на этого большого внимания и просто взял трубку.

— Здравствуйте, Георгий Викторович. У меня есть к вам одно очень хорошее предложение.

— Кредиты мне не нужны, — зло ответил Титанов, подумав, что это очередной телефонный спам. — И никаких выходных предложение тоже.

— Цена вопроса один миллион рублей, — быстро обозначил незнакомец, что бы директор не бросил телефон. — Это касается Виталия Ивановича Могильникова. Его нужно подставить. Вернее нужно подставить одного его ученика.

Титанов взял телефон более крепко. В его голове появилась картина заливки фундамента его дома.

— Кто вы такой? — спросил директор, чтобы не нарваться на какую-то подставу уже для себя. Бывший физрук был в этом плане осторожным.

— Кто я такой не так важно, — загадочно ответил незнакомец, хотя в целом он говорил без какой-либо надменности. — Если вы согласитесь, то деньги будут вам заплачены в тот же день.

Очертания фундамента дома в голове Титанова стали ещё более чёткими. Появилась ещё закладка стен и крыши.

— Предложение странное, — со скепсисом произнёс директор. — Но я вас внимательно слушаю.

В районе Зенитки произошло двойное убийство, и Злобин попросил меня помочь разобраться в этом деле. Преступник нарисовал кровью жертв пентаграмму, так что было прямое подозрение на некроманта.

Правда, ещё даже не приехав на место, меня смутил один факт — мои вороны на преступление не среагировали. То бишь некромантию никто не применял, либо же её получилось очень ловко скрыть. Я склонялся больше к первому варианту, но не исключал и более опасный второй.

Таксист сделал радио потише, когда мы приехали в район Зенитки. Он будто хотел слышать звуки этих серых мрачных улиц, чтобы в случае угрозы быстро отсюда уехать. Пожалуй, во всём городе нет места, которое бы люди опасались сильнее. Слишком уж много плохих историй связано с этим местом.

Когда я приехал на указанный адрес, Злобин быстро ввёл меня в курс дела. Убитыми были двое мужчин тридцати лет, которые работали на стройке и имели крепкое телосложение. Преступник зарезал их ножом, причём это были не лихорадочные тычки новичка, а очень выверенные удары профи.

— Милиция считает, что преступник психопат, который притворяется некромантом, — закончил свой рассказ Альберт и махнул головой на группу из четырех милицейских. Здесь ещё было несколько людей из Инквизиции, включая нового начальника Мычалова. Все они стояли с умным видом о чём-то размышляя и поглядывая на меня, явно ожидая моего вердикта. — Среди милиционеров есть человек, который опознал пентаграмму. Он сказал, что она не сработала. Виталя, а ты что думаешь?

Я не торопился с ответом и рассматривал кровавую пентаграмму на снегу. Максимально сконцентрировавшись, я пытался уловить следы некромантии. Пентаграмма с кровью нужна, чтобы обратиться к Владыкам Подземного мира и поднять зомби. Некромант моего уровня может сделать всё без пентаграммы, так что тут кто-то не выше Третьего Круга.

Но преступник даже не пытался провести ритуал. Он нарисовал кровью пентаграмму и затем просто ушёл. Кровь не растопила снег, хотя это должно было произойти даже при неудачной попытке провидения ритуала. Странно, что милиция это поняла, а инквизиторы нет. Остается лишь вопрос — почему преступник ушёл?

Возможно его что-то испугало, а возможно он вовсе не некромант и просто захотел спутать карты. В любом случае этот человек опасен для Читы, и я бы хотел его занекрить. Мне надо пополнить свою армию Тьмы.

— Нельзя исключать, что тут действовал некромант, хоть ритуал и не был проведен, — заключил я в слух. — У убитых что-то украли?

— Преступник ничего не тронул. Деньги, телефоны, банковские карты — всё на месте. Похоже, целью преступника было убийство ради убийства. Только непонятно почему он не провёл ритуал. Трупы жертв не имели никаких следов некроэнергии, но мы настоятельно рекомендовали родственникам убитых сделать кремацию, — Альберт снял шапку и недовольно покачал головой. — Меня прямо злость берёт, когда некроманты кого-то убивают! Жутко хочется поймать гада и прижечь святым заклинанием!

Злобин сейчас будто подражал любимым героям из сериалов про Инквизицию, но он был полностью искренен. Альберт, как и многие другие инквизиторы, пошёл на опасную службу из-за того, что его семья пострадала от некромантов. Мужчина обмолвился об этом, когда мы ехали на поезде в Читу.

— Согласна с вами! — воскликнул женский голос сзади нас. Мы со Злобиным обернулись и увидели святую охотницу Светлану Одичалову. Кого я не ожидал здесь увидеть так это её… — А что Могильников тут делает?! Он же некромант!

Ох, ничего хорошего девчонка не помнит… Я ей дал совет выучить хотя бы пару приемов святой магии, чтобы у неё был по крайней мере небольшой шанс против некроманта Третьего Круга, а она пытается настроить инквизиторов против меня.

— Не шути так, — отмахнулся Злобин с улыбкой, но взглядом намекнул «тебе бы помолчать святая охотница, вы вообще-то тоже запрещены». — Виталий Иванович не некромант. Он просто неприветливый.

— Знаю, я знаю… Просто пошутила… — нервно хихикнув, ответила Одичалова. Она очень быстро поняла, что сделала глупость. — Я хотела помочь инквизиции в поисках некромантах.

— А ты откуда узнала про некроманта? — Злобин нахмурился.

— Слухи быстро расползаются. Тем более пентаграмма за вашими спинами обо всём говорит очень красочно.

— Она будет нашей приманкой, — сказал я, тыкнув указательным пальцем на охотницу. — Будет ходить по этому району и привлекать некроманта.

— Почему я?! — запротестовала девушка, сильно растерявшись.

— Так ты же сама хотела помочь Инквизиции. Вот и поможешь. Ты владеешь святой силой, так что как-то отобьешься от некроманта, пока не придёт подмога.

— Но Зенитка такая страшная… — Одичалова отвела взгляд. — Тут девушки в одиночку не бродят, это будет выглядеть слишком подозрительно… Преступник не клюнет на такое…

— В любом случае это будет хорошей попыткой.

Ко мне сбоку подошёл начальник Инквизиции Борис Борисович Мышалов, он же Мычалов. Инквизитор одобрительно промычал на мои слова.

— … Пока вы займетесь поимкой некроманта на живца, я применю свои методы для поиска преступника. Ну а это, — я показал на пентаграмму. — Это стоит убрать. Никакой информации мы здесь уже не добудем.

Мычалов снова удобрительно промычал. С новым начальником Инквизиции было удивительно легко работать. Он не задает лишних вопрос. Многословность это в принципе не в его стиле.

Про свой метод поиска некроманта я не сказал Инквизиторам, чтобы лишний раз не распространять важную информацию. В их рядах уже находились предатели, так что осторожность тут не помещает. Я собирался вызвать Седокрылого ворона и временно увеличить количество дозорных внутри города, убрав часть птиц с периметра.

Ведь основной акцент у меня всегда был на приход врага из вне, так как внутри города точно не было некроармий кроме моей. Максимум в Чите мог находиться какой-то слабый некромант, как оно в итоге и оказалось. Таких сложно распознать и не сказать, что они представляют глобальную опасность, но подобных сволочей всё равно нужно устранять.

Даже маленькая заноза, может вызвать загноение и последующую смерть.

Если преступник останется в Чите, то мои вороны обязательно его найдут. А если же преступник решит уехать, то его тоже найдут мои дозорные, ведь несколько птиц дежурит на выездах из города и на вокзале.

Правда, поиск мог затянуться на несколько дней, но я готов был подождать. Лучше способа чем использование воронов для отслеживания некроэнергии я не знал. У Инквизиции есть свои приборы, но они не особо чуткие. Сработают только при резком всплеске некроэнергии, когда уже на всю округ зловеще загремит гром.

Я дал Инквизиции пару советов по организации засады с Одичаловой и после уехал домой. Если появится некромант, то инквизиторы справиться без меня, но всё же хотелось поймать преступника самостоятельно. Тут всё зависело от того клюнет ли он, и того как быстро сработают вороны.

Когда я приехал домой, Инга лежала на кресле и спала, подложив лапки под голову. Она через полудрёму посмотрела на меня вопросительно, мол, ты чего-то хочешь или я могу спать дальше? В такие моменты кошка выглядит особенно умилительно, и мне даже не хотелось беспокоить её сон.

Тем более погода этому сопутствовала. За окном шёл снег и завывал ветер, что создавало домашней обстановке большей уютности. Инга очень любит поспать когда идёт дождь или бушует метель.

— Что можно подарить девушке на день рождения в девятнадцать лет? — спросил я, включив лампу на тумбе, которая не была слишком яркой.

— Ёпт, у тебя появился новая девушка? — кошка с удивлением приподнялась и потянулась всем телом. — Кто она такая?

— Это не моя девушка, а ученица. Ты её знаешь, Лена Шестакова, рыжая девчонка, которая постоянно ходит в Кепке.

— А-а-а-а, — протянула Инга. — Такую, конечно, знаю. И её белого фамильяра Алехандро тоже. Давно их не видела. Просто я даже не думала, что твоим школьникам может исполниться девятнадцать лет. Кепку в школе на второй год оставляли?

— Возможно она просто поздно пошла в первый класс. Инга, лучше скажи, какой подарок будет хорошим.

— Ёпт, а зачем тебе ей вообще что-то дарить? Она же просто твоя ученица, ещё подумает чего лишнего. Хотя, ладно… Кепка это не «просто ученица»… Её фамильяр помог в бою, а сейчас Лена ещё помогает в бизнесе Метелицы. Подарок для неё на день рождения будет вполне уместным. Дай минутку, я подумаю.

— Ага, — кивнул я и сел на второе кресло.

Удивительным образом совпало, что у меня и у Кепки день рождения в один день. А ещё удивительно, что эта девочка самая старшая в классе, хотя внешне выглядит наоборот самой младшей. Ей исполняется девятнадцать лет, а у остальных дни рождения будут уже в следующем году.

С появлением алхимического бизнеса я очень мало времени уделял Шестаковой. Вернее даже не так — после перевода в школу Кислицыной, Кепка стала очень редко ко мне подходить и что-то спрашивать. Я это заметил не сразу — Шестакова не изображала вселенскую обиду, она даже стала более разговорчивой с одноклассниками чем обычно.

Я этому поначалу обрадовался, а потом понял, что лёгкая обида у девушки точно есть, но она не хочет этого показывать. Сыграла свою роль банальная ревность за внимание. Раньше Кепка считалась моим любимчиком в классе, а теперь появилась Гадюка, которая ходит ко мне и до, и после уроков. Хотя в идеале я вообще хотел подружить двух девочек, ведь это пойдёт им обеим на пользу. Шестакова сейчас стала больше общаться с одноклассниками, но сильной дружбы я в этом не видел.

Крепкая дружба это в принципе дело редкое. Я могу немного подтолкнуть девчонок к этому, однако всё зависит полностью от них. Обычно дружба начинается с какого-то общего фактора — школы или работы в одном месте. Затем общение переходит на сферу интересов, которые должны во многом совпадать, но и где-то отличаться, чтобы было не скучно, чтобы каждый мог узнавать что-то новое для себя.

Это всё фундамент для обычной дружбы между людьми. Для того чтобы дружба стала крепкой, нужна проверка каким-то испытанием. Не обязательно смертельно опасным, достаточно и чего-то вполне рядового, например, помощи в какой-то тяжелой работе. Как говорится — настоящий друг в беде не оставит.

— Ёпт, может ей скелета подарить? — спросила Инга.

— Нет, это не подойдет, хотя я тоже об этом подумал. Профессор Гангена сказал, что повысил Кепке некросопротивляемость, но я бы не хотел, чтобы Лена становилась некромантом. Некромантия дело опасное. Она может довести до полного безумия, если слишком сильно увлечься. А Шестакова как раз довольно легкомысленна.

— Тогда может подарить ей анатомический муляж? — предложила Инга ещё вариант. — Думаю, такой подарок ей тоже понравится.

— А это хорошая идея, — кивнул я. — Только надо будет провести ритуал для защиты от темных сил для манекена, что бы даже при огромном желании его нельзя было оживить. Инга, купи скелет по интернету.

— Ёпт, у меня лапки… — кошка опустила голову и сделала жалкую мордашку, будто беспомощная.

— Ага, знаю какие у тебя лапки, — сказал я в шутливом недовольном тоне. — Вся прихожая в коробках от онлайн покупок.

— Виталя, а тебя так просто не обдуришь… За это ты мне и нравишься! Ладно, я куплю скелет. Но я хочу подарок уже для себя, причём сложный! Ведь мы договорились, что твой день рождения, это мой день рождения, а он как раз скоро!

Такая договоренность у нас с Ингой действительно была. Я, правда, всегда говорил что мне ничего не надо дарить, но моего демонического фамильяра это никогда не останавливало.

— И что за «сложный» подарок ты хочешь? — спросил я, потому пока совсем не понимал свою кошку.

— Я хочу стенд «ударь лысую бошку»! Это как «ударь крота», но вместо кротов вылезают лысые головы. Ух, ёпт, как же я хочу поиграть в такую штуку!

— Ладно, я попробую это устроить…

Инга перевоплотилась в свой образ сексуальной блондинки и прыгнула меня обнимать.

— Буду очень ждать, Виталя! Ты не представляешь насколько я хочу увидеть это!

— Хорошо, только слезь с меня, — невозмутимо произнёс я, хотя грудь Инги в открытом декольте была на уровне моей головы из-за её обниманий. — Иначе стенда «ударь лысую бошку не будет».

— Ага-ага! — спрыгнув и после встав по струнке, воскликнула Инга.

Я вдруг заметил, что растительные челюсти Старого Герберта очень сильно отклоняются в сторону стены. После того как засохшая фиалка стала хищным цветком убийцей, я такого ни разу не наблюдал. Это показалось мне любопытным.

— Инга, ты поливала цветок?

— Поливала, ёпт! Я не знаю почему этот мутант так себя ведёт! Он с утра такой!

— А с какого примерно часа?

— Ёпт, как ты ушёл на работу и вот до сих пор.

Моё любопытство разгорелось ещё сильнее. Сегодняшнее убийство тоже произошло с утра, так что получалось, что цветок мог отреагировать на это событие.

Я поднялся с кресла и взял Старого Герберта в руки. Немного повернул горшок, а затем… Цветок снова повернулся в ту же стену! Это уже не выглядело как обычное совпадение. Думаю, цветок можно использовать как компас.

Только вопрос — куда этот компас указывает?

— Ёпт, оно крутится! — воскликнула Инга, когда увидела движение челюстей цветка. — Что с ним такое?!

— Сам до конца не знаю, — честно ответил я и достал телефон, чтобы вызвать такси. — Старый Герберт на что-то отреагировал. Нам нужно прийти туда, куда он показывает. В цветок вложена моя некроэнергия, поэтому он мог получить себе способность поиска.

— Ёпт, да этот мутант крайне опасен! Дай ему волю, и он человека сожрёт! Эта хрень плотоядна!

— Вот и посмотрим, чего хочет Старый Герберт, — сказал я, выходя из комнаты с цветком в руках. — Инга, поехали со мной. Составишь мне компанию.

— Виталя, да ты просто боишься, что этот мутант тебя сожрёт! — Инга перевоплотилась из девушки в кошку и побежала следом. — Ладно, напарник я тебя прикрою. Если они будут стрелять, я закрою тебя своим телом!

— С каких пор ты говоришь фразами из сериалов? — спросил я с удивлением.

— Ёпт, так я много дома сижу! Вот и смотрю всякое разное. Недавно, кстати, передачу про растения видела! Цветки убийцы очень коварны! Они приманивают жертву, а потом бамс! И сожра-али! Этот мутант ведёт нас в ловушку!

— Нас двое, а он один. Как-нибудь справимся. Тем более, Инга, ты сказала, что прикроешь меня.

— Я сказала, что прикрою от пуль! Быть съеденной цветком я не готова! Это совсем другое!

Я улыбнулся. Инга хорошо умеет поднимать настроение своими странными фразочками или безумными идеями. Кошку я взял с собой не просто так — она сотрёт память таксисту, чтобы не ходило лишних слухов о навигаторе в лице цветка-убийцы.

Из головы не выходил преступник, который убил утром двух человек. Был шанс, что Старый Герберт укажет на него, как на чужеродного некроманта. Но тут был один нюанс. В город приезжала Чейни, а цветок на неё никак не среагировал. Пусть девушка почти полностью очистила себя от некроэнергии, однако немного тёмных сил у неё осталось. Это должно быть сопоставимо по уровню с предполагаемым некромантом-новичком, который стал пробовать свои силы.

Перебирая варианты, в голову пришла и другая мысль — цветок мог показывать на район Зенитки, в то самое место, где произошло убийство. Но этот вариант быстро отпал сам собой. Уже в такси я сверился с онлайн картой и понял, что Старый Герберт ведёт нас в противоположную от Зенитки сторону.

Правда, в пути произошёл очень интересный момент — навигатор Старый Герберт вдруг повернулся на сто восемьдесят градусов. Увидев это, я сразу же приказал таксисту разворачиваться.

— Ёпт, да что происходит?! — воскликнула Инга, — Наша цель перемещается?

— Да, перемещается, — подтвердил я. — Похоже, будет небольшая погоня, если наша цель тоже на машине.

— Эх, нам бы пистолет!..

— Зачем это? — с удивлением спросил я. У Инги никогда не было большой тяги к огнестрельному оружию, в отличие от моего скелета Микипера.

— Как зачем?! Чтобы вылезти в окно и стрелять по шинам!

— Обойдемся пока без пистолетов. Сейчас главное понять, где наша цель. Инга, перейди в форму человека, чтобы тебе было удобнее смотреть в окно.

Кошка выполнила мой приказ и стала контролировать левую сторону, а я взял на себя правую. Дороги были полупустыми, уже давно прошёл вечерний час пик, когда все возвращаются с работы. Это во многом облегчило нашу задачу.

Очень быстро Инга нашла нужную цель. Цветок однозначно указывал на серый минивэн — это стало понятно, когда машина повернула на перекрёстке. Оставалось выяснить кто сидит внутри, но я был практически уверен, что Старый Герберт указывает на какого-то некроманта. Вороны бы его тоже нашли, будь у них чуть больше времени.

Я приказал таксисту следовать за минивэном, не сильно привлекая внимание. В любой момент я мог поставить земляную стену и остановить машину, но решил немного проследить за целью. Всё же был некоторый шанс, что это не некромант и произошло какая-то ошибка. Некроэнергии от минивэна я не чувствовал. Правда, это ещё ничего не значило. Для некроманта нет ничего сложного скрывать свои силы, если рядом с ним нет скелетов и зомби. От нежити фонит так, что вблизи их никак не спрятать.

Есть даже некроманты, которые могут обмануть тесты инквизиторов. Одним из таких был Раскольников. Точно я всего не знаю, но он дурил Инквизицию долгие годы. Так что в минивэне мог оказаться не какой-то новичок, а полноценный профи, поэтому я был осторожен и никуда не торопился.

— Ёпт, и сколько мы будем за ним ехать? — спросила Инга, когда мы проехали озеро Кенон. — Он что в аэропорт собрался?

Я хотел ответить «вполне возможно», но как раз в этот момент минивэн решил развернуться, нарушая правила, и поехать в противоположное от аэропорта направление. Водитель такси для выполнения основного приказа гипноза, тоже хотел сделать резкий разворот, но я крикнул:

— Останови машину!

Не дожидаясь полной остановки такси, я открыл дверь машины и выпрыгнул на дорогу, по инерции сделав кувырок. Я покинул машину, чтобы с большей точностью использовать магию земли. Для этого крайне важна твёрдая опора.

Моя задумка получилась с первой попытки. Я создал вокруг минивэна стены, заковав машину в земляную ловушку. Правда, асфальт был сильно испорчен, но это дело поправимое. Меня гораздо сильнее интересовало то, кто сидит внутри минивэна.

Несколько машин остановилось, увидев магическую битву, а я спокойным шагом пошёл к земляной стене. Мой противник может выбрать две тактики — либо нападёт, либо будет всё отрицать до последнего. Некроманты крайне не любят признавать, что они некроманты. А если вдруг находятся неоспоримые улики, то следует зловещий смех и страшная улыбка.

Я сделал в земляной стене проход шириной с дверной проём, и из минивэна вышел человек в зеленом врачебном костюме с медицинской маской на лице. Этот мужчина, похоже, куда-то очень торопился раз не снял рабочую форму. Врач держался очень спокойно, словно он никуда не пытался сбежать ещё минуту назад, а его просто что-то остановило на дороге.

— Не знаю причин почему вы так вероломно остановили мою машину, но довожу до вашего сведенья, что я хирург и ехал по срочному вызову. Если вы будете продолжать меня задерживать, то умрут люди, требующие моего лечения.

Этот мужчина сказал всего пару предложений, а я уже понял, что с ним будет очень непросто… Он умный, хладнокровный и расчётливый. Я был почти уверен, что хирургу действительно нужно на операцию, однако это лишь удобный повод для контратаки. Он выявил хвост и решил понять кто за ним следит.

— Я из Инквизиции, — сказал я и достал из куртки нужную корочку. Я быстро понял, что этого мужика с наскока не взять, поэтому решил не действовать в одиночку и подключить Инквизицию. Сначала только формально, но чуть позже от них потребуются и конкретные действия. — Вы подозреваетесь в использовании некромантии и должны будете пройти ряд тестов. Также будет осмотрена вся ваша собственность. Но всё после. Сейчас я сяду в вашу машину и вы поедете в больницу. Как только вы проведете операцию, мы займемся остальными вопросами.

— Это разумный подход, — кивнул хирург. — Операция действительно срочная, а все глупости с подозрением на некромантию лучше оставить на потом.

Я освободил машину врача из земляного плена и уехал вместе с ним в больницу. Инге сказал тоже туда ехать и оставаться у здания, внимательно следя за поведением цветка. Ещё я позвонил Злобину и немного обрисовал ситуацию. Мол, есть некромант и надо тщательно проверить как его самого, так и его дом. Возможно как раз этот некромант совершил двойное убийство.

Пока идут обыски, я решил ни шаг не отходить от хирурга Константина Дубова. В операционную, конечно, заходить не стал, но был в больнице и всё контролировал. Если не сработают проверки Инквизиции, то у меня был специальный ритуал на крови для выявления скрытой некроэнергии.

Правда, мне пришла мысль, что Старый Герберт показал не на некроманта, а на человека, убившего другого человека. Вариант такой способности цветка довольно безумен даже в теории, но если всё окажется так, то дело с хирургом очень сильно запутается.

Операция прошла успешно. Пострадавшей была девочка, покусанная собакой. Её мать очень сильно благодарила Дубова, а хирург сдержанно отвечал, что это просто его работа и сразу же накидывал рекомендации для более быстрого восстановления пациентки.

Этот разговор наблюдал не только я, но и Злобин, который уже приехал в больницу. Альберт увидев сцену с матерью пострадавшей девочки тихо мне шепнул:

— Слушай, а если он и правда некромант, то нехорошо выйдет… Он же людям помогает…

— Сначала нужно всё выяснить, — тихо, но всё же не шёпотом ответил я.

Так бывало нечасто, однако в этот раз наши мысли со Злобиным совпадали. Константин Дубов был лучшим хирургом в больнице, который спас жизни множество людей. Что если такой человек окажется некромантом или убийцей?

Пожалуй, я был бы только рад, если Старый Герберт просто оказался бы сумасшедшим цветком, который привёл меня к хирургу по ошибке. Но этот Дубов был очень не прост.

Думаю, никакой ошибки тут нет. Что-то с этим хирургом нечисто…

Я вместе с Ингой и Старым Гербертом пришёл в помещение для наблюдения Инквизиции, где за стеклом в допросной сидел хирург Константин Дубов. Его проверили самыми разными приборами Инквизиции и все тесты показали отсутствие некроэнергии. Что самое удивительное даже мой ритуал над кровью Дубова ничего не показал. Он абсолютно чист. Может быть, я даже бы поверил языку сухих фактов, но Старый Герберт, которого я держал в руках, упорно показывал своими челюстями на Дубова.

Больше всего в этой ситуации раздражало то, что хирурга нужно было отпускать. Инквизиция выполняла мои приказы, но они не могли держать под стражей Дубова без каких-либо оснований на это. Злобин и его люди ещё не закончили обыскивать квартиру и машину хирурга, но что-то мне подсказывало — они ничего не найдут.

— Ёпт, как же он спокоен! — насупившись, воскликнула Инга, сложив руки у груди. — Этот хирург совсем не похож на обычного человека. Любой бы другой на его месте сильно нервничал, но у него нет даже капли волнения!

— Дубов с самого начала знал, что у нас не будет никаких зацепок на него, — мрачно ответил я. — Но даже так, я не хочу его отпускать.

— Я тоже! — Инга сделала резкое движение рукой будто что-то хватает. — Прямо хочется цапнуть его лапой по лицу! Не знаю почему, но он мне очень сильно не нравится!

Инга, я и Старый Герберт считали Дубова подозрительным, но одного этого было мало, чтобы задержать хирурга. У меня даже имелась мысль подкинуть Дубову одного своего скелета, однако это было сложно провернуть. Его квартиру и машину уже начали обыскивать, а значит шанс это сделать уже был упущен. Да и как ни крути мне хотелось найти реальные доказательства, а не устраивать хирургу подставу.

— Старый Герберт, на что же ты указываешь? — вслух произнес я и поднял цветок чуть выше. — Все тесты Инквизиции и даже ритуал на крови показали, что Дубов чист. Герберт как ты уловил в нём некроэнергию?

Вопрос был больше риторическим, но челюсти цветка вдруг опустились вниз, а затем он вновь стал указывать на хирурга. Цветок будто бы сказал мне слово’нет', и это меня сильно заинтересовало.

— Герберт, ты меня понимаешь? — спросил я довольно безумный вопрос.

Челюсти цветка поднялись вертикально вверх. Думаю, это значило «да, понимаю». Цветок-убийца и до этого показывал некоторые признаки разумности, но я всё равно удивился, что он настолько умный.

— Ты указываешь на Дубова, потому что он некромант?

Челюсти стали двигаться то влево, то вправо.

— Это значит «не знаю»?

Челюсти поднялись вверх. Я угадал.

— Герберт, тогда почему ты указываешь на Дубова? Он кого-то убил?

И снова челюсти поднялись вверх. Наконец, я узнал причину почему цветок привёл меня к хирургу. Это многое облегчало. Я поставил Старого Герберта на стол и удовлетворительно улыбнулся.

Мой взгляд встретился со взглядом Инги. На лице девушки было сильное удивление.

— Ёпт, а что так можно было?! Мы тут несколько часов мучаемся, а этот мутант оказывается всё мог вот так сказать?!

Герберт повернулся к Инге и агрессивно клацнул челюстями. Девушка по-кошачьи подпрыгнула от испуга.

— Виталя, ты видел?! — воскликнула Инга. — Он меня убить хочет!

— А ты разговаривай ласковей.

— Ёпт, да как с моей жизнью тяжелой можно ласково разговаривать? Я зловещий демонический фамильяр! Посланник ужаса! Может быть я выгляжу миленько, но я могущественная…

Челюсти клацнули ещё раз, прерывая тираду Инги. Снова последовал испуганный прыжок на месте. Хоть мой фамильяр был в человеческом обличии, но в голове я представлял кошку с вздыбленной шерстью.

— Да что он себе позволяет?! — возмутилась Инга. — Я его кормлю каждый день, а он на меня так зло рыпается! Неблагодарное растение! Совсем не помнит добра!

Челюсти неодобрительно двинулись из стороны в сторону. Будь у Герберта глаза, то они бы сейчас закатились бы вверх.

— Инга, вообще-то из-за тебя Герберт чуть не умер, — напомнил я. — Я оставлю вас здесь поговорить по душам, а сам пойду к Дубову. Оснований отпускать его уже точно нет.

— Ёпт, неужели ты хочешь занекрить его прямо здесь? Аппаратура инквизиции от этого с ума сойдет!

— Пока я просто хочу с ним поговорить. Инга, выключи запись видео, пока я в допросной комнате. Хотя нет… Оставь запись.

Хирург посмотрел на меня через стекло. Из допросной комнаты он не мог ничего видеть, в отличие от нас, но я был уверен, что Дубов смотрит конкретно на меня. Этот гад точно обладает определенными магическими способностями, хоть это не указано в его биографии.

Пока шёл в допросную, мысленно сопоставил всё известное о хирурге. Он вырос и отучился в Москве, но почему-то переехал в Читу, где у него никого нет. Это факт крайне странный. Многие молодые люди наоборот хотят уехать из Читы в более крупный город, а он почему-то решил обосноваться именно здесь.

Ещё из интересных фактов о хирурге было наличие у него лицензии на огнестрельное оружие. За Дубовым, по базе, числилось охотничье ружье. Это, разумеется, не делало его убийцей, но всё же немного говорило об этом человеке.

Когда я зашёл к хирургу, он даже не повернул голову в мою сторону, продолжая пялится в одну точку. На его лице читалось лёгкое пренебрежение и чувство собственного превосходства.

— Инквизиция скоро вас отпустит, — сказал я, сев напротив Дубова.

— Это отлично, — без особых эмоций ответил хирург. — Я рад, что ваша служба во всём быстро разобралась. На самом деле это даже хорошо, что вы работаете с таким усердием. Сейчас уже почти полночь, а у вас столько людей поднялось на ноги от одного лишь подозрения на некромантию.

— Инквизиция вас отпустит, — медленно повторил я, чтобы после ошарашить Дубова другой фразой. — Но вас возьмёт под стражу милиция. Вы подозреваетесь в нескольких убийствах.

Никакой реакции. Хирург сохранял полное хладнокровие.

— Не знаю в чём дело, но я уверен, что эти подозрения так и останутся лишь подозрениями, — Дубов говорил совершенно спокойным голосом, будто разговор был вовсе не о его судьбе. Он ещё и позволил себе лёгкую улыбку, которая так и вопила «я выйду сухим из воды». — Во всей этой ситуации мне жаль своих пациентов. Я не буду иметь должного отдыха, а значит сложные операции ближайших дней на грани срыва.

— Не надо считать себя самым умным, — сказал я, сверля врача взглядом. Он меня очень сильно раздражал своей надменностью. — Всё тайное становится явным. В Инквизиции и милиции работают далеко не дураки.

— Вы знаете это по собственному опыту?

На лице хирурга была уже полноценная ухмылка. Причём его вопрос явно говорил о том, что он был готов хоть немного, но сбросить маску лжеца.

— Да. Я знаю это по собственному опыту, — ответил я честно, раз уж разговор стал откровенным. — И также я знаю, Константин, что ты не отделаешься легко за свои преступления.

— Хочешь убить меня, некромант Виталий Могильников? — с ещё большей ухмылкой спросил Дубов. Маски были окончательно сброшены. — Некромант, который известен под прозвищем «Могильный Волк». Тот, кто убивает других некромантов и разных преступников. Надо признать, Виталя, ты оказался довольно способным тёмным магом. Должно было умереть гораздо больше людей, прежде чем мы бы встретились. Ты же среагировал на мой самый первый шаг, который планировался самым тихим.

— Значит сейчас ты признаешь, что убил двух строителей сегодня утром? — спросил я, для видеозаписи в допросной. Раз уж Дубов стал откровенничать, то надо пользоваться этим в полной мере. Пусть признаётся во всём, что натворил.

— Совершенно верно, их убил я, — без улыбки и без каких-либо эмоций произнёс хирург. — Я убил и много других людей. Разными способами и в разные годы.

Значит это серийный маньяк… Вот же ублюдок. Он говорит, что мы встретились слишком рано, но на мой взгляд это наоборот произошло слишком поздно, раз он уже убивал ещё кого-то.

В комнату допроса вдруг вошла Инга.

— Ёпт, Виталя, запись не ведётся! На экране вдруг пошли помехи!

На лице Дубова появилась ухмылка. Значит вот в чём причина его откровенности — он каким-то образом смог прервать видеозапись в допросной комнате.

— Это не столь важно, — сказал я Инге. — Оставь нас.

Блондинка зло посмотрела на хирурга и вышла из допросной. То, что запись испорчена плохо, но глобально ничего не меняет. Дубов своими словами уже подписал себе приговор вечной службы в моей армии Тьмы. Я не отпущу такого человека в общество нормальных людей.

— Я очень сильно завидую некромантам, — с мечтательным выражением лица произнёс Дубов. — Вы обладаете властью над мёртвым. Все мои убийства я считаю довольно бессмысленным, ведь я не могу поднимать нежить. Моя некросопротивляемость крайне низка, да и способности к тёмной магии совсем никудышные. По сути, я убивал от своего бессилия. От злости на то, что я не могу когда-либо стать могущественным некромантом.

— У тебя есть заложник? — спросил я, понимая что у этого ублюдка имеется какой-то путь отступления. Иначе бы он до последнего пытался бы всё отрицать.

Дубов стал хлопать. Медленно и с довольной ухмылкой.

— Браво, Виталя. Ты очень проницательный. Хочешь угадать кто заложник? Я знаю, что у тебя в городе много птичек, но это не может защитить от всего. При должном желании легко добраться до твоих учеников, коллег или, например, некроманши Метелицы, которая живёт у твоего деда. Вообще, я долго думал какой удар по тебе нанести. На мой взгляд самая хорошая цель это Женя Кислицина, твоя помощница в алхимическом бизнесе.

Этот ублюдок знает много. Надо признать, я даже напрягся, когда он намекнул, что его заложница Кислицина. Но это невозможно. Я бы сразу всё узнал, если бы с Женей что-то бы случилось. За ней не только присматривают вороны, я ещё поставил на неё сигнальную некросвязь.

Он точно блефует. Просто проверяет мою реакцию. Когда я это понял, то вернул себе полное спокойствие. Правда, напряжение, которое царило в допросной, от этого никуда не делось.

— У тебя нет Кислициной в заложниках, — уверенно заявил я.

— Всё верно, — сразу же признал Дубов. — До неё я ещё не успел добраться. Как я уже сказал, наша встреча произошла гораздо раньше, чем должна была произойти. Но про заложника я не соврал. Их двое. Две девушки, которые находятся в совершенно разных местах. Я устроил всё так, что если со мной что-то случится они умрут. Это гарантия того, что я буду жив, ведь у меня нет никаких шансов в бою против Могильного Волка.

— Ты думаешь это может быть хорошей гарантией? — спросил я, ставя голосом неприкрытую угрозу. — Считается, что мертвые не говорят, но, поверь, я могу убить тебя и заставить рассказать всё о заложника.

— Подобное действительно возможно, — ничуть не испугавшись, всё с той же ухмылкой, признал хирург. — Но у меня есть и вторая гарантия. Я здесь в роли парламентера от Костяного Князя, некроманта Пятого Круга Смерти. Виталя, ты же ещё не забыл своего бывшего коллегу Мецгера? Немец был послан, чтобы забрать осколок Темной Скрижали, но у него это не вышло. Костяной Князь высоко оценил твои способности, Виталий Могильников, и он стянул к Чите силы со всех своих некросхронов. Лишнего шума Князь не хочет, поэтому предлагает отдать осколок Скрижали добровольно. В случае же отказа, Чита будет стёрта с лица земли армией тысячи костяных пауков.

Этот том получился меньше предыдущих по объему, так как неожиданно подошёл момент, где эта часть должна была закончиться. Теоретически я бы мог перенести в третий том события из четвертого, но четвёртый планируется финальным и тогда бы просто получилось, что последний том стал бы меньше по объему. То есть по сути при этом варианте сильно бы ничего не изменилось. Как гласит математика — «от перемены мест слагаемых сумма не меняется».

В финальном томе на мой взгляд планируются самые сочные события серии, поэтому жду вас на страницах четвертой книги:) Постараюсь, чтобы продолжение выходило чаще, чем это было в третьем томе)