Я брела по тихим улочкам одного из спальных районов ночного Питера в поисках жертвы. Жажда опять настигла меня в самый неподходящий момент. За два столетия своей жизни я так и не научилась планировать потребление крови, предпочитая выходить на охоту спонтанно и без подготовки.

Вдалеке замаячила нетрезвая компания шумных подростков. Нет, их слишком много, а я ищу одинокого путника. Хотя пахнут они аппетитно, люблю, когда в крови чувствуется алкоголь. Словно коктейль пьёшь.

К тому же, чем моложе жертва, тем слаще и ароматнее кровь. Но для меня это всего лишь способ утолить голод, и возраст жертвы не имеет значения. Хотя некоторые из бессмертных не гнушались пить жизнь даже из маленьких детей.

Завернула за угол и скрылась в переулке, направляясь в сторону сквера.

Самозабвенно целующаяся на скамейке парочка влюбленных тоже не подходит. Я уже начинала терять терпение, хотя кого я обманываю, я всегда была импульсивна и абсолютно не умела сдерживать свои порывы. В ушах эхом раздавался шум текущей по их венам крови, рот непроизвольно наполнился ядовитой слюной.

Мимо прошел одинокий крепкий парень в потертой кожаной куртке, нечаянно зацепивший меня своим широким плечом. Из его наушников раздавалась знакомая мелодия, но я никак не могла вспомнить, где я ее уже слышала.

То, что надо! Развернулась на каблуках и, не привлекая внимания, пошла вслед за ним.

Он придется мне по вкусу! Предпочитаю сильных молодых мужчин, они сопротивляются, хоть какое-то подобие охоты. К тому же, он даже не извинился за то, что чуть не сбил меня с ног! Всегда старалась оправдать себя, находя недостатки в своих жертвах. Нужно лишь выбрать подходящий момент и сделать все максимально быстро и бесшумно.

Нет, я не убиваю своих жертв, в этом нет необходимости. В слюне вампиров содержится вещество, подавляющее волю и память укушенного человека. Лишь самые жестокие и ненасытные из нас выпивают людей досуха или в животном порыве разрывают им глотки. Как только клыки пронзают кожу, и яд попадает в кровоток, человек перестает сопротивляться, а потом даже не помнит о недавнем нападении. Выпитый объем крови довольно быстро восстанавливается здоровым организмом без какого-либо вреда. Это позволяет нашему виду уже многие века существовать, скрываясь от обычных людей за пределами их мировоззрения.

А вот как раз и он – идеальный момент для атаки! Парень подошел к синему седану и достал из правого кармана куртки брелок с ключами. Послышался звонкий писк отключаемой сигнализации и шорох открывающихся замков дверей автомобиля. Я проскользнула за ним на заднее сидение быстрым и ловким движением, не заметным для человеческого глаза, хотя в особой скрытности не было необходимости: на улице ни души, а темнота такая, что хоть выколи глаз.

Машина была сплошь пропитана его мускусным ароматом, от чего аппетит лишь сильнее разыгрался. Только сейчас я заметила каким притягательным был его природный запах. Он возбуждал тело и будоражил разум.

Но голод сейчас был сильнее других инстинктов. Подавшись вперед, я с неимоверной силой схватила парня за горло одной рукой и жадно впилась в плоть мощной шеи выступившими клыками.

— Какого черта?! – успел воскликнуть он.

Но сопротивляться было бесполезно. Поток горячей, густой и такой сладкой крови хлынул в мой рот, я едва успевала глотать. Я всегда безошибочно попадала в яремную вену. Двухсотлетний опыт позволял мне насытиться менее чем за одну минуту, не проронив при этом ни капли крови мимо.

К моему удивлению, парень не обмяк под действием токсина моей слюны, а продолжал неистово отбиваться. Я конечно же была сильнее, но для обычного человека он оказался необычайно силен и даже сумел вырваться. Ну да ладно, я уже закончила.

В его глазах читался страх, а руки судорожно зажимали рану на шее, из которой струйками сочилась алая кровь. Странно, она ведь должна была сразу же затянуться благодаря действию все той же вампирской слюны. Похоже на него она не подействовала!

— Черт! Ты кто такой и почему на тебя не подействовал мой яд? – зашипела я.

Он уже ничего не мог мне ответить, теряя сознание от потери крови и шока.

— Черт, черт, черт! Только не умирай!

Я откинула его на соседнее пассажирское сидение, а сама в мгновение ока перебралась на кресло водителя. Нужно было срочно вести парня к Адаму! По пути набрала знакомый номер, после долгих гудков в трубке послышался уставший голос:

— Что случилось? Почему звонишь так поздно? – обеспокоенно спросил он.

— Просыпайся и срочно гони в свою лабораторию! Ты мне нужен! Скоро буду, встретимся на месте! – скомандовала я.

Адам был моим единственным другом и соседом по квартире по совместительству. Он тоже бессмертный, но намного старше меня. Никто не знал его настоящий возраст. Наверное, в какой-то момент времени он сам просто перестал считать пролетающие мимолетной тенью годы вечности.

А еще он был врачом-гематологом, я даже дала ему прозвище «док». А что, очень удобно для вампира, всегда свежая донорская кровь под рукой, так сказать. Хотя я предпочитала питаться тепленькой из источника по старинке, а не этот «фаст-фуд» из пакета.

Через пять минут мы уже были на месте. Парень окончательно отключился, но я отчетливо слышала биение его сердца, значит еще жив. Закинула его на плечо и фурией ворвалась в лабораторию дока.

— Кто это? Что с ним? – встревоженно спросил он, глядя на обмякшее тело на моем плече.

— Не знаю. Я охотилась. Что-то пошло не так, кажется токсин не подействовал. Он сопротивлялся, и рана никак не заживает. – ответила я, скинув тело на ближайший стол.

— Не может быть! Я такого раньше не встречал! Ты точно не перестаралась? – с недоверием спросил он, осматривая шею моей жертвы.

Вся его одежда была в крови, очень много крови! Впервые мне стало не по себе от ее вида.

— Точно! Поможешь или нет? – взбесилась я, переходя на отчаянный крик.

Адам молча одним резким движением разорвал окровавленную футболку и стал зашивать рану подготовленными заранее инструментами.

— Достань из холодильника пакет первой отрицательной и начни переливание – скомандовал он.

Я живо все исполнила.

Кровотечение удалось остановить не сразу, парень потерял много крови даже с учетом переливания. Кожа побледнела, проступил холодный пот, я почти не могла расслышать его пульс.

Глядя на свои окровавленные руки, никак не могла избавиться от мысли о том, как же вкусно он пахнет. Хоть я и утолила голод, но не отказалась бы отхлебнуть от него еще глоточек. Наверное, бесчеловечно так думать, когда кто-то на волосок от смерти, но с другой стороны я и не человек.

— Жить будет. – подытожил Адам через десять минут, заканчивая последний шов.

Я с облегчением выдохнула. Уже очень давно я не убивала и не собиралась начинать снова.

— А теперь расскажи, как все было. – он присел и закурил, ожидая от меня дальнейших пояснений.

— Говорю же, яд не подействовал. Он сопротивлялся, а потом начал истекать кровью. Я растерялась и не знала, что делать. Как такое возможно? – я в недоумении и все еще легком шоке мерила шагами небольшой стерильный кабинет.

— Не знаю. Если ты не врешь, я с таким еще не сталкивался и никогда о таком даже не слышал. Возьму образец крови на анализ, надо выяснить кто он такой.

Адам немного повозился с пробирками за соседним столом и уколол мою несостоявшуюся жертву в сгиб локтя, отняв еще несколько миллилитров драгоценной крови.

— А теперь забирай его отсюда и будь рядом, когда он очнется. Надо убедиться, что он ничего не помнит о произошедшем, ведь если яд не подействовал на рану, то может случиться так, что и память в порядке.

— Сама догадалась. – съехидничала я. — Спасибо. Я твоя должница. – крикнула я, выходя на улицу и вынося на руках парня.

— Как и всегда. – обреченно вздохнул Адам. – Увидимся дома.

Ему не терпелось поскорее уединиться с микроскопом и медицинской загадкой. Кажется, впервые уже за очень долгое время я видела блеск в его глазах. Адам откровенно устал от вечной жизни и давно потерял интерес ко всему происходящему вокруг. Всегда слегка меланхоличный, молчаливый и безучастный. Но не сегодня.

Не придумала ничего лучше, чем отвезти его к себе, ведь его адреса я не знала. Машину на всякий случай припарковала, не доезжая два квартала до дома. Скинула неподвижное мужское тело на диван и пошла заваривать кофе, ночь предстоит длинная и тяжелая.

Налила себе огромную чашку свежесваренного горячего напитка и уютно устроилась в небольшом кресле напротив, рассматривая незнакомого мужчину на своем диване. Прислушивалась к размеренному глубокому дыханию гостя. Его грудь мирно вздымалась при каждом вздохе.

Давненько в моем доме не было людей и особенно мужчин. Теперь, наверное, все пропахнет этим сладковатым ароматом молодой мужской крови и кедрового парфюма. Да его и за неделю не выветришь! Как же классно он пахнет…

А он симпатичный. Высокий широкоплечий брюнет, волосы забавно растрепаны, джинсы и когда-то белая футболка (которая сейчас больше напоминает окровавленные тряпки) обтягивают крепкую спортивную фигуру. Как мужчина, а не просто перекус, он тоже определенно довольно привлекательный!

Из-под разорванной одежды выглядывают сильные рельефные грудные мышцы. Парень явно фанат тренажерного зала. А его руками, испещренными дорожками вен, можно любоваться часами. Крепкие мужские руки всегда были моим личным фетишем. У меня так давно не было мужчины…

Через пару часов парень начал шевелиться и неспешно приоткрыл глаза. Потом резко подскочил, обхватив шею обеими руками и захрипев что-то невнятное. Значит прекрасно помнит последние события сегодняшнего вечера.

— Успокойся, я тебя не трону... больше, – поспешила я его угомонить, пока он с перепугу не разгромил мне всю квартиру.

Он озирался по сторонам несколько минут, а потом прокашлялся и внимательно, будто оценивающе, посмотрел на меня.

— Что ты со мной сделала? – спросил он.

— Сейчас уже все хорошо, ты в порядке. – предпочла я уклониться от ответа.

— Где я?

— У меня дома.

— Кто ты? – этого вопроса я боялась, но отмолчаться не получится, ему нужны были ответы, и просто так он, похоже, не отстанет.

— А сам как думаешь? – начала я издалека.

— Выглядишь как человек, но... – он замялся. – На ум приходят только фильмы ужасов про кровососов типа Дракулы.

— Вот видишь, не сложно догадаться. – хмыкнула я в легкой усмешке.

— Хрень какая-то, – он обхватил голову обеими руками, пытаясь осмыслить происходящее. – Монстров не существует.

— Так значит я монстр для тебя? – удивленно вскинула я брови.

— Ты меня укусила! – возмутился он.

Резонное замечание.

— Я не хотела тебе навредить, просто была голодна, а ты показался мне аппетитным, – невозмутимым тоном объясняла я.

— Ну спасибо, утешила, – кажется он потихоньку стал осознавать случившееся и воспринял всё на удивление довольно спокойно.

— Кофе? – предложила я.

— Не откажусь. И плесни туда чего-нибудь покрепче, если есть, – осмелел он, окончательно поняв, что я не желаю ему зла.

— Кстати, как тебя зовут? – надоело у себя в голове называть его просто парнем.

— Максим. Можно просто Макс. – ответил он, будто мы познакомились при самых обычных обстоятельствах где-нибудь в баре за стаканчиком горячительного.

— А я Лиза, – протянула ему чашку крепкого черного кофе с коньяком.

— У меня столько вопросов! – вскрикнул он и попытался вскочить с дивана, но дрожь в ногах заставила его вернуться на место.

Не удивительно, ещё сегодня днём он и не подозревал, что мир, в котором он живет, устроен намного сложнее, чем кажется на первый взгляд. Что кроме людей в одном городе с ним сосуществуют ещё и вампиры, оборотни, ведьмы и прочие сверхъестественные существа.

— Полегче! У меня к тебе тоже есть вопрос. Всего один. Давай так, я отвечу на твои, а ты на мой, – предложила я честную сделку.

— Хорошо. Ну... гроба я не вижу, значит это всё книжный вымысел, и вы в них не спите днём? – с робкой улыбкой на лице спросил он.

— Я предпочитаю спать в своей самой что ни на есть обычной постели на шелковых простынях, – невозмутимо ответила я.

— А что вообще из фильмов о вас правда, а что ложь? Серебро, распятье, чеснок? – не унимался он.

Да уж, знатно кинематограф подпортил нам репутацию.

— Мы стараемся не раскрывать наши уязвимые места, но чеснока и распятий я точно не боюсь, – я уселась поудобнее на другом конце дивана.

Макс не отодвинулся подальше в страхе как я ожидала, а наоборот подсел ещё ближе. Разглядывал меня с не меньшим любопытством. Откровенно, не стесняясь. Его аромат окутывал меня словно туман и манящими завитками проникал в ноздри, разжигая голод и желание внутри.

— А солнечный свет?

— Раздражает, ослабляет, но не обжигает и не убивает. Да и о каком солнце ты говоришь, это же Питер?! – попыталась я пошутить.

Он в ответ хихикнул.

— Моя очередь. – прервала я его на полу слове, подняв руку вверх будто запрещающий знак. – Ты человек?

Этот вопрос ввёл его в ступор.

— С утра был, – нервно сглотнул он. – Ты что, обратила меня или как у вас там это называется? Я теперь стану таким как ты?

— Нет. Просто ты отреагировал на укус не как обычный человек, вот я и подумала...

Сама не знаю, что я подумала. Я была в не меньшем замешательстве, чем он. На вид он был как человек, на запах как человек, и на вкус тоже, разве что его кровь показалась мне чуть более сладкой и вкусной, чем у других. Но почему же тогда у него иммунитет к нашему яду?!

Он пожал плечами, всем видом показывая, что не понимает, о чём я говорю. И я ему верю – пульс в норме, дыхание ровное. Да и не похож он на врунишку.

Может люди эволюционируют, приспосабливаясь к нам? Может небольшой процент из них выработал иммунитет?

Нет, это вряд ли, кто-нибудь уже наверняка знал бы об этом. Мой случай уникальный. Значит он не человек, но возможно и сам не подозревает об этом.

— Сколько тебе лет? – вдруг спросил он.

— Меня обратили почти двести лет назад, если ты об этом. Мне тогда было двадцать три, – сухо отчеканила я факт из своей биографии. Не любила вспоминать своё обращение.

Я не выбирала себе такую жизнь, но давно с ней смирилась.

— Всегда любил девушек постарше, — нервно хихикнул он.

Он что, флиртует со мной?

— Ты меня убьёшь? – вкрадчиво поинтересовался.

— Нет, – поспешила я его заверить. – Конечно, нет. Всё, что произошло сегодня вечером, просто огромное недоразумение. Ты должен был проснуться утром с лёгким туманом в голове и жить дальше, будто ничего не случилось.

— Но я помню! И ты просто так меня отпустишь? Я, наверное, зря это сейчас говорю, но меня вдруг осенило: ведь ты не можешь быть уверена, что я никому не расскажу. Вряд ли ты поверишь мне на слово.

— Да, это так. Отпустить не могу. Но мы решим этот вопрос завтра, а сейчас я очень устала и хочу спать. В отличие от киношной версии себя, я предпочитаю спать ночью, так как рано утром мне надо на работу.

— Забавно. Вампиру приходится работать, это что-то новенькое, – усмехнулся он.

— Представь себе, и даже платить по счетам за коммунальные услуги! – воскликнула я в ответ.

Я была рада, что тон нашей беседы был лёгким и непринужденным. Ожидала я другого. Он хорошо справляется.

— Спи! – скомандовала я и направилась в спальню, сладко зевая.

— Что, здесь? На продавленном диване? Не слишком-то ты радушно встречаешь гостей! – возмутился он. – Может я тоже хочу шелковые простыни!

— Мечтать не вредно. – я скорчила гримасу и демонстративно громко хлопнула дверью.

Ишь, чего удумал!

Всю ночь мне не давал уснуть пьянящий аромат его крови, я чувствовала его даже сквозь закрытую дверь. И так непривычно было слышать ритмичный стук живого сердца за стеной. Лишь под утро я провалилась в неспокойный сон.

Наутро Макс всё ещё крепко спал на моём диване. Я не исключала тот сценарий, что он сбежит под покровом ночи, осознав весь ужас произошедшего. Но видимо он был не из робкого десятка. Значит я в нём не ошиблась.

— Я жутко проголодался, – раздался у меня за спиной мужской голос, пока я гремела кофейником.

— Могу сделать тебе сэндвич, кажется в холодильнике завалялась ветчина с сыром, – без оглядки на парня ответила я.

— Я думал ты совсем не ешь пищу смертных, – скептически рассуждал он с легкой улыбкой на лице.

— Почти. Я ем обычную еду, когда хочу ощутить её вкус. Не часто, – сказала я, откусив кусочек вчерашнего хлеба напоказ. – Но голод она не утоляет.

— Это я уже понял, – сказал он, разминая шею и ощупывая повязку. Улыбка вмиг улетучилась.

— Тебе нужно хорошо питаться следующие несколько недель и начать принимать витамины, – порекомендовала я. – И прости за это, нужно было ещё вчера извиниться.

— Забей. Меня не так-то легко завалить.

Он и не догадывается, что благодаря моим стараниям вчера чуть не оказался на том свете, и благодаря им же задержался на этом.

— Ешь, – я поставила перед ним на стол тарелку с сэндвичем и чашку крепкого кофе.

— Мне бы в душ и переодеться, – напомнил он с набитым ртом, жадно набросившись на еду.

Я ещё раз пробежалась взглядом по разорванной окровавленной одежде на нем и почувствовала легкий укол совести.

— Да, конечно. Я тебе что-нибудь подберу из одежды Адама.

— Твой парень? – Макс вопросительно приподнял бровь, даже жевать перестал.

— Сосед и друг. – поправила его я, и он расслабился.

Странно. Ревность?

— А он знает, что ты... ну того? – Макс перешёл на заговорческий шёпот.

— Вампир? Да. Он тоже. Мы стараемся не пересекаться с людьми и держимся вместе. Не волнуйся, он сегодня на смене и вообще дома бывает крайне редко.

— Понятно. – засунув в рот остатки бутерброда, он направился в сторону ванной, раздеваясь по пути и разбрасывая по полу свою одежду.

Зажмуриться я не успела, и передо мной мелькнул крепкий подтянутый мужской зад. Абсолютно обнажённый.

— А где моя тачка? – крикнул он уже из ванной. – Только не говори мне, что ты бросила мою малышку где-то там совсем одну.

— В двух квартала отсюда, – так же громко ответила я, пытаясь перекрикнуть шум льющейся воды.

Не только мое обоняние работало на пределе своих сверхъестественных возможностей рядом с ним, но обострился и мой нечеловеческий слух. Я слышала, как капли воды разбиваются о его крепкую грудь, как они стекают по волоскам на теле и падают вниз, отстукивая бешеный ритм о пол душевой кабины. Эти звуки рисовали передо мной чёткую картину происходящего за стеной. Трусики неприятно увлажнились, и я впервые устыдилась реакции своего тела.

Я боролась с непреодолимым желанием войти в собственную ванную и наброситься на него. Сначала отпить ещё глоточек его сладчайшей крови, а затем трахнуть. А может сделать и до и другое одновременно. От фантазии о своих вонзающихся в его шею клыков и его пронзающего меня в это время члена я застонала в голос.

Разум победил плоть, вот только от этого не легче. Я так и не решилась пойти за ним, потакая своей похоти и голоду.

Через пару минут он вышел, обёрнутый одним лишь белым махровым полотенцем. Не потрудился даже обтереться насухо, и теперь крупные капли стекали по его торсу прямо к паху, где утопали в мягком ворсе полотенца.

— Слушай, а кто ещё скрывается в тени, так сказать? Оборотни, вот, например, существуют? – не унимался он, похоже ему не занимать любопытства.

Мне пришлось отвлечься от любования мужским телом ради ответа. Я была даже благодарна ему за это.

Я не буду больше пить из него! Хватит с бедного парнишки.

— Да, почти все, о ком ты когда-либо мог слышать, существуют и проживают бок о бок с людьми, как правило незаметно для них. Очень немногие из смертных знают о нас, – ответила я, всё ещё не отрывая взгляда.

— И снежный человек? – хохотнул он и одарил меня обезоруживающе обаятельной улыбкой.

— Нет. Все, кроме снежного человека, – так же весело ответила я.

Давно, уже очень давно мне не было так легко и свободно рядом с кем-то. Кто бы мог подумать, что человек сможет составить хорошую компанию бессмертному.

— В голове не укладывается, как вам удается скрывать ТАКОЕ?

— Наш главный закон – не обнаружить себя, жить тайно. И тех, кто его нарушает, жестоко наказывают.

— У вас что же и тюрьмы для монстров есть? – попытался он пошутить.

— Тюрьмы не нужны, если провинившиеся мертвы, – коротко пояснила я.

— Понятно. – серьёзным тоном сказал он. – А свидетели, то есть люди, их тоже убиваете?

Я промолчала. Он воспринял это как положительный ответ и нервно сглотнул.

— Не всегда, – поспешила его успокоить.

Хотя его будущее было не определено. Нет, убивать я его точно не стану, не в моём стиле, но и что делать дальше, не знаю. Понятия не имею. Отпустить и надеяться, что не сболтнёт лишнего? Я не настолько доверчива и наивна. Обратить? Но хватит ли мне сил... Да и парнишка скорее всего будет против.

Может Адам подскажет ответ. Надо сделать так, чтобы он всё забыл и жил дальше своей обыденной жизнью, как ни в чём не бывало. Адам должен разгадать, что это за иммунитет такой, почему вампирский яд на него не действует, и сделать так, чтобы подействовал. Или вколоть другое вещество, стирающее последние несколько дней из памяти. Он же у нас учёный.

Хотя и мне стоит поменьше болтать. Вон уже сколько секретной информации выложила. Но с ним у меня почему-то возникла особая связь что ли, мне хочется поведать ему о своём мире, чтобы он влился в него.

— Посиди здесь. Мамочке надо переговорить с папочкой. – усадила я его на диван и направилась в спальню Адама за одеждой, а заодно и позвонить другу, чтобы узнать, выяснил ли он что-нибудь о Максе и тайне его крови.

Но Адам не ответил на мои сообщения, трубку тоже не взял. Когда он работает, то не замечает ничего вокруг. Надо присмотреть за Максом, пока Адам не разберется с его кровью. Не хочется с ним возиться, но чего я ожидала, ведь я сама его сюда притащила.

— А что, прикольно тут у вас, – сказал он, озираясь по сторонам и оценивая интерьер при свете дня.

— Вот, держи. – кинула я ему вещи, а Макс их молниеносно поймал.

— Можно? – показал он в сторону коробки с заветренными вчерашними пончиками, которые я принесла с работы.

Приходится устраивать весь этот маскарад ради прикрытия. Мне нравится этот город, и переезжать я в ближайшие пару лет не планирую, поэтому обживаюсь: нашла приличную работу, завела пару друзей среди коллег, имитирую нормальную деятельность человеческого организма типа поедания якобы любимых сладостей и походов в туалет.

— Угощайся, – отмахнулась я, подвинул сладости поближе к нему.

Макс ухватил сразу два пончика и незамедлительно отправил один из них целиком в рот.

— Шпасибо, – ответил он с набитым ртом и плюхнулся обратно на диван.

На мой вопросительный взгляд он лишь пожал плечами и, словно извиняясь, сказал:

— Что? Я голодный!

— Никакой еды на диване, ешь за столом! Не хватало мне ещё тут крошек! – строго поворчала я на Макса, когда заметила, что он потянулся рукой к коробке с пончиками за очередной порцией.

— Слушай, тебе придётся пересмотреть кое-какие свои правила, – упрекнул он меня. – Если ты уже забыла, то напоминаю, смертные вообще-то едят и довольно часто. И к тому же, ты же расположила на диване СВОЮ еду...

Он шутливо указал на свою грудь большими пальцами обеих рук и улыбнулся во все тридцать два белоснежных зуба. При этом изо рта у него выпал большой кусок непрожёванного пончика, что меня рассмешило. А он забавный. И симпатичный... Поспешно прогнала эти мысли прочь из своей головы, а свой смех подавила приступом фальшивого кашля. Не хочу, чтобы он думал, что я поддаюсь на эти его уловки милого парня.

— Ха-ха, смешно, съязвила я. — Я же уже извинилась, и этого больше не повторится. – саркастично ответила. Но в чём-то он прав.

Я ещё не встречала людей, так легкомысленно относящихся к тому факту, что ещё вчера он был на грани смерти по моей вине.

— Мне нужно на работу. Побудь здесь, пока меня не будет, — небрежно бросила парню, не спрашивая, есть ли у него на сегодня планы.

Параллельно писала очередное сообщение Адаму, интересуясь о новостях и предупреждая, чтобы не удивлялся гостю на своём диване по возвращении домой.

Пока набирала текст, чутьё насторожилось. Стало некомфортно и возникло вдруг странное ощущение. Знаете, такое, когда ты чувствуешь кожей и всем существом, что на тебя кто-то пристально смотрит, сверлит взглядом, прожигает в тебе дыру. В общем я почувствовала на себе настойчивый взгляд. Подняла лицо и встретила чёрные заинтересованные глаза Макса. Зрачки расширились, биение сердца ускорило ритм. Он в порядке?

— Что? — спросила парнишку.

Он тряхнул головой из стороны в сторону, словно сбрасывая морок.

— Ничего.

Может, мне показалось?

В попытках прервать неловкое молчание он начал одеваться. Но не ушёл в другую комнату и даже не отвернулся, а оголился прямо передо мной. Сбросил полотенце на пол, размахивая своим членом прямо перед моим лицом, гадёныш. Красовался, и ежу понятно. Вот только на что он рассчитывал?

Подавила в зародыше желание стыдливо прикрыть лицо ладонями, лишь опустила взгляд в пол, раскрасневшись. Красивый…

А ещё аппетитный. Шум крови в ушах усилился. Надо поскорее валить отсюда, пока снова не снесло крышу и не обескровила бедолагу.

Но Макс вдруг неожиданно взял меня за руку и сказал:

— Останься.

— Что? Зачем?

— Тянет меня к тебе. Необъяснимо, – подмигнул он, намекая на интимную близость.

Внушительный бугор в районе его ширинки не оставлял шансов предположить что-то другое.

Я офигела от услышанного, вот это прыть! Два дня знакомы и сразу в койку…

Воображение тут же услужливо дорисовало пошлые картинки в моей голове, о которых ему не стоит знать.

Ещё раз оценивающе смерила его взглядом. У меня так давно никого не было, а он вполне себе даже симпатичный. И мы уже у меня дома...

— Хорошо...

Можно и опоздать разок на работу. Вообще, если честно, я даже больничные никогда не брала, и отпуска тоже. С начальства причитается.

Подошла к нему максимально близко и с вызовом посмотрела прямо в глаза снизу-вверх. Слегка оскалила клыки и притворно глухо зарычала.

— Ты уверен, что хочешь этого? – сквозь зубы процедила я.

— Я тебя не боюсь, – прошептал он мне прямо в ухо и в доказательство своих слов прижался ещё ближе, прислонившись к моей груди вплотную и крепко приобняв за талию одной рукой.

— Но твоё сердце бешено колотится, – я вопросительно приподняла бровь, всё ещё глядя ему прямо в глаза. Не отрываясь, словно гипнотизировала.

— Поверь мне, это не от страха, детка.

И я ему верила. Его рука отчетливыми движениями, без намека на дрожь, уже во всю скользили по моему телу, забравшись под одежду.

Свободной рукой он достал из кармана телефон и включил негромкую мелодию. Не романтичную, под которую принято заниматься сексом, а в стиле рок.

Изумлённо подняла на него взгляд.

— Я знаю эту песню!

На самом деле, это одна из моих любимых. Обожаю Nickelback!

— У тебя хороший вкус в музыке, — прикрыла глаза, наслаждаясь. По коже побежали колкие мурашки, приподнимая мелкие волоски по всему телу.

Он начал тихонечко подпевать, повторяя слова за исполнителем, и я не смогла сдержать улыбки. И рассмешить умеет, и музыка нам одна нравится. Это судьба. Хороший мужик, надо брать.

Его руки игриво скользили по мне в такт музыке.

— Полегче, ковбой, у меня давно не было мужчины, особенно человека.

— Ты права, прости, — обезоруженное поднял он руки вверх, — Просто я тоже давно не практиковался, уже пару месяцев, наверное.

Я лишь снисходительно ухмыльнулась в ответ.

— А как насчет пары десятков лет?

Он присвистнул и улыбнулся.

— Ох ты ж ё-ё-ё... Двадцать лет без секса? Да ты практически девственница!

— Очень смешно, заткнись! – саркастически ответила я.

— С удовольствием, – облизнул он губы и страстно приложился к моим.

Поцелуй был глубоким и страстным, с обилием языка, но в то же время двигался он филигранно, что очень возбуждало. Давно забытое чувство трепета внизу живота дало о себе знать в то же мгновение. Пресловутые бабочки расправили крылья, вернувшись из долгой спячки к жизни.

Во мне проснулись инстинкты хищника, словно на охоте. Я с силой оттолкнула его, повалив на диван, и уселась сверху, словно наездница. Снова впилась в него губами в горячем поцелуе. И всё это с нечеловеческой скоростью. Но его эта грубость не испугала, не оттолкнула, а скорее наоборот, раззадорила и ещё больше завела, так как под собой через одежду я чувствовала упирающееся мне в попку немалое мужское достоинство.

— Всё в порядке? – с придыханием спросила я, оторвавшись от его губ и переводя дух.

— Я не против небольшой грубости, малыш, – заулыбался он и крепко сжал мои бёдра.

Спать с кем-то, с кем можешь быть самой собой, упоительно.

Он эротично стянул с себя футболку, обнажая четко очерченный рельеф пресса. Хороший мальчик, не дело такому телу скрываться под одеждой. А я наконец могла без утайки и зазрения совести разглядывать его.

— Класс! – я восторженно пробежалась по нему пальцами и тоже обнажила верх, чтобы всё было по-честному.

— С джинсами сама справишься?

Он подначивал меня, улыбаясь самой хищной из всех улыбок, глазами пожирая выглядывающую из-под кружева бюстгальтера грудь.

Я с грацией тигрицы опустилась на уровень его ширинки и на этот раз не спеша расстегнула её с характерным звуком «вжух».

— Ты только это... полегче с зубами, – прошептал он с небольшой тревогой в голосе, но, похоже, похоть одержала верх над его разумом, так как скрывающаяся под тонким слоем хлопковой ткани трусов вздымающаяся плоть лишь приблизилась к моему приоткрытому рту.

Я отчетливо слышала, как бьётся его сердце, как отголоском эха кровь пульсировала в каждой его конечности, включая член. Рот инстинктивно наполнился слюной. Я пыталась гнать прочь мысли о голоде из своей головы, очевидно безуспешно.

— Ты голодна? – участливо поинтересовался он, приподнявшись и оперившись на локти, глядя в выдававшие меня чёрные от жажды крови глаза.

Его эта мысль не пугала, он действительно сочувствовал моему дискомфорту, если это можно так назвать.

— Да, – не стала я скрывать.

Вообще, обычно я питаюсь раз в неделю, не чаще, и выпитой вчера крови мне должно было хватить на пару дней точно, но с ним всё иначе. Я хочу его каждую грёбаную секунду, что он рядом.

— У тебя здесь есть чем… м-м-м… перекусить?

«Только ты» — хотела пошутить, но вовремя прикусила язык.

— Нет.

Я хотела выскользнуть в окно и незаметно утолить голод в первым же прохожим в подворотне, но он мне этого не позволил. Крепко взял за руку, словно прочитал мои мысли, и сорвал с шеи повязку. Разодрал ногтями уже затягивающуюся рану таким образом, что не повредил швы, но с неё тонкой струйкой засочилась кровь.

— Что ты делаешь?

Я чуть ли не в ужасе отодвинулась на противоположный край дивана, пытаясь даже не смотреть в его сторону. Но сладковатый аромат с нотками железа в мгновение ока заполнил комнату и прокрался в мои ноздри. В ответ клыки заныли от боли.

— Не хочу, чтобы ты сейчас уходила. Пей! – потребовал он уверенным тоном.

Я застыла, словно каменная статуя, боясь даже пошевелиться.

— Ну пару глотков то можно. Я тебе доверяю, ты сможешь вовремя остановиться, – он вытянул шею и закрыл глаза.

— А вот я себе на твоём месте так не доверяла бы.

Но мой желудок уже свело от голода, а горло обжигало, будто в него залили раскалённое железо.

Я с максимальной нежностью, не спеша, приложила губы к сочащейся ране и сделала небольшой глоток. Какая же его кровь всё-таки вкусная, самая вкусная из всего, что я пробовала за свою долгую жизнь. Каждый новых глоток раскрывался новыми гранями вкусовых оттенков.

Каждая клеточка тела оживала, наполняясь его жизненной силой. Эйфория вскружила голову. Макс стонал вместе со мной.

Через несколько секунд я не без труда, с огромным усилием воли резким движением отпрянула от его шеи и прикрыла рану повязкой. Ещё какое-то время с лёгким нажимом удерживала её рукой, чтобы кровь как можно быстрее остановилась.

— Больше так не делай, – упрекнула я его.

— Я в порядке, правда. Я сильнее, чем ты думаешь.

Он крепко схватил меня за бёдра и перекатился так, что я оказалась внизу под его массивным телом, вдавливаемая в собственный диван этим самоуверенным наглецом.

— Легче? — спросил он, намереваясь продолжить.

— Легче.

Жажда крови отошла на второй план. Насытившись кровью, тело вспомнило и о других нереализованных желаниях. Низ живота нетерпеливо затрепетал в ожидании разрядки накалившихся чувств. Нервы будто оголились, ощущения в разы усилились, мышцы сводило в нарастающем напряжении.

— Готова? – с вызовом спросил он. Я в ответ лишь кивнула.

Макс взял инициативу в свои руки и стянул с меня джинсы вместе с трусиками. Покусывая через нежное кружево соски, он высвободил своего голодного зверя из заточения и бесцеремонно, я бы даже сказала грубо, вошёл в меня до упора. С губ сорвался приглушенный стон удовольствия, а затем и надрывный рык.

Двигался он яростно, наше соитие больше походило на борьбу, и мне это нравилось. «Ванильный» секс не для меня. Обычно люди такие хрупкие, что я боялась с ними связываться, но он… превзошёл все мои ожидания.

Мои руки были подняты Максом над моей головой, широкие мозолистые ладони до боли сжимали мои ягодицы. Поцелуи? Ласки? Как бы не так! Его жадный рот не целовал мою грудь, а пожирал.

Голова металась по подушке, спутывая волосы, а руки позабыли, что им было велено смирно лежать над головой. Они вцепились в короткие волосы и прижимали тёмную макушку теснее к груди. Удовольствие болезненное, остро-сладкое, почти невыносимое.

Я растворилась в собственных ощущениях, сосредоточилась на ускоряющихся толчках, даривших давно забытое наслаждение. Не помню сколько это продлилось, помню только, что было очень хорошо. И кончили мы вместе. С тихим стоном, сорвавшемся с моих губ и перехваченным его ртом.

— Ух, – он упал рядом со мной, жадно хватая ртом воздух.

Я молчала и, прикрыв глаза, наслаждалась отголосками волн удовольствия, ещё минуту назад разбегавшихся по моему телу. Мне этого нахватало, я и забыла о прочих удовольствиях, кроме утоления жажды. Каждая клеточка моего тела потяжелела, будто наполнилась свинцом, и расслабилась. Клонило в сон, глаза открывать решительно не хотелось.

— Не так уж вы и отличаетесь от людей, – съязвил Макс, сгребая меня в охапку и крепко прижимая к себе. И сонно засопел мне в ухо.

Мы проспали почти весь день, когда я проснулась, солнце уже клонилось к закату.

Жажду крови я на сегодня утолила, а вот жажду мужского тела – ещё нет. Мне мало… Хочу ещё.

Взобралась на спящего Макса, игриво покусывая его за шею. Потёрлась влажной промежностью о мгновенно отреагировавший член. Он ещё не разомкнул глаза, а я уже бесстыдно уселась сверху, нанизанная на его достоинство, и самозабвенно двигалась вверх и вниз, ускоряя темп.

— Полегче с ногтями, спина просто огнём горит, — попросил он сквозь сон, постепенно пробуждаясь.

Странно, я вроде коготки на распускала. Да и вообще такой привычки за собой никогда не замечала, но буду иметь ввиду.

Макс подмахивал мне бёдрами, двигался навстречу, сжимая до синяков руки на моей талии. Я скакала на нём, пока не словила звёзды в глазах. И лишь после очередного оргазма решила поиграть, подразнить его.

Негласно обещанный утром минет сорвался, но сейчас то я могу. Странно, но его запах уже не вызывал во мне откровенную жажду, это был голод иного рода. Я хотела его тело, а не кровь.

Слезла с него под недовольный стон парня. Но когда опустилась ниже, он толкнулся пахом к моему рту. Намёк понял и тут же заёрзал в предвкушении. Облизнула губы и провела языком по стволу от основания к красной округлой головке под его одобрительный стон.

На языке осел вкус моего возбуждения и его собственный – терпкий, мужественный, горьковатый. Кончиком языка я ощущала слабую пульсацию венки, но меня это больше не трогало. Слюна была не ядовитой, а самой обычной. И я вобрала его член максимально глубоко, насколько могла.

Выпустила клычки. Не ради укуса, а чтобы подразнить, добавить лишнюю порцию адреналина к нашим играм в постели. Макса лёгкие царапания нежной кожи в самом интимном месте кончиками моих клыков не испугали, скорее наоборот, приблизили к разрядке. Небольшая грубость его заводит, как и меня. В этом плане у нас идеальная совместимость.

Но в самый неподходящий момент, когда Макс вцепился мне в волосы с надрывным стоном, а в моё горло тугими горячими струями прыснуло семя, входная дверь распахнулась и в квартиру буквально влетел Адам.

— Лиза! — кричит, оглядываясь по сторонам в поисках меня. — Нам надо поговорить! Срочно!

Таким возбуждённым я его ещё не видела.

— Я здесь, — выглянула я из-за спинки дивана, вытирая рот тыльной стороной ладони. Хорошо, что он стоит лицом от двери, а то Адам увидел бы такое…

— Привет, — помахал из-за моей спины любовничек. — Рад наконец-то познакомиться, я Макс. — Лизок, почеши спинку.

Адам изменился в лице, состроив гримасу отвращения.

— Здесь пахнет сексом, — процедил он сквозь зубы.

Не нужно быть вампиром, чтобы это понять.

— Вот только не начинай, — стыдливо отвернулась и натянула футболку Макса, ту самую, что одолжила у Адама.

Адам вопросительно изогнул бровь, увидев на мне знакомый предмет гардероба, но никак не прокомментировал.

— Ты не отвечал на сообщения, — виновато пожала плечами.

— Я сказал присмотреть за ним, а не объезжать всю ночь напролёт, словно породистого жеребца, — шёпотом возмутился он.

— Ну не всю ночь… — уклончиво ответила я.

— Не ври мне, этот запах не выветрится и через неделю! Здесь пахнет пОтом, женской смазкой, мужским семенем и… — принюхался, — кровью.

Осуждающе посмотрел на меня, а затем на Макса. Оценивающе так, будто примерялся, сколько крови в нём осталось.

— Всего то глоточек, — опустила я взгляд в пол. — Он такой вкусный. И вообще, не читай мне нотации, ты мне не мамочка, лучше расскажи, что ты узнал.

— Я вообще-то здесь и всё слышу, — хихикнул Максим, присоединяясь к нам. — Меня это тоже касается, согласны? — намекнул он на то, что желает быть полноправным участником беседы.

Повернулся ко мне спиной и жестами вновь попросил почесать спину, но и на этот раз я его проигнорировала.

— Надень хотя бы штаны, — закатил глаза к потолку Адам.

— Пардон, — сбегал за джинсами голозадый Макс.

— Прикольная татушка, — отвесила я комплимент его спине.

Только сейчас, когда он отвернулся, я заметила вязь непонятных символов между его лопатками. Витиеватых, аккуратных, смутно знакомых. Они сложились кольцом в небольшой, размером с чайное блюдце, узор.

— Какая татушка? — удивился он. — У меня их нет.

— А это тогда что? — подошла ближе и обвела пальцами чёрную метку.

— О да, вот здесь. Очень чешется, — подставлялся он под мои пальцы.

— Меня от вас тошнит, — надменно произнёс Адам, наблюдая за нашими ласками, и демонстративно отвернулся.

— Что она значит? — вдруг стало интересно, какой он вложил в неё смысл. Ведь это не просто красивая картинка, а буквы. Что-то же они значат.

Я, как заворожённая, водила по ним кончиками пальцев, ощущая непонятную вибрацию в руках.

— Да о чём ты? — повернулся он и перехватил мою руку.

— Тату… — хлопала я глазами. Как можно о таком забыть? Он что, сделал её в пьяном угаре?

— Не хочу прерывать ваши игрища, но у нас есть проблемы поважнее. У тебя в крови аномалия, я ещё никогда такого не видел. Пришлось принести образцы домой, слишком опасно оставлять их там, — похлопал Адам сумку, висящую на плече. — Как я и думал, ты не человек.

Мы с Максом оба словили ступор. Раскрыли рты и стояли так пару минут к ряду, обдумывая сказанное Адамом. Что-то подобное я подозревала в глубине души, но всё равно не была готова услышать.

— Как не человек? А кто же тогда? — почесал он затылок.

— Охотник, — раздался за спиной незнакомый женский голос.

— Ты кто такая? — всполошилась я, увидев на подоконнике деваху в чёрном плаще. — Кто ВЫ такие и как сюда попали?

Вслед за ней на пол спрыгнули два крупных парня в таких же плащах. Здоровенные, мускулистые, все в татуировках. Некоторые из них были похожи на символы на спине Макса.

Мы с Адамом тут же приняли оборонительные позы и зашипели, а Макс неуклюже попытался спрятать меня себе за спину, выступая вперёд.

— Что происходит? Представьтесь, — спокойно произнёс Адам.

Но только я знала, что за решительным спокойствием скрывается готовность в любой момент атаковать незваных гостей.

— Помолчи, пиявка, — гаркнул на него бугай, стоящий справа от девушки.

Значит они знают, кто мы такие. Не удивительно, я живу на пятом этаже, обычный человек не пробрался бы в окно.

— Полегче, Эрик, — приструнила его женщина. Похоже, она у них главная. — Нейтралитет, покуда чтут законы, помнишь?

— Да, полегче, Эрик, — передразнил её Макс и сделал шаг вперёд. Смелый или безрассудный, не знаю даже, что из этого хуже.

Все его мышцы враз напряглись, перекатываясь под кожей. Не будь момент таким опасным, я бы даже полюбовалась, может и лизнула разок, но сейчас была вынуждена отвести взгляд.

Раз они говорят о законах, знаю и о нашей власти.

— Вы – охотники, — учтиво предположил Адам. — Чем обязаны? Как вы уже упомянули, закон мы не нарушали.

Да, кусать не запрещено, нашему виду необходимо питаться, это лишь вопрос выживания. Вот если бы я вчера убила Макса…

— Только благодаря этому вы сейчас живы, — поигрывая кинжалом в руках, мелодично произнесла девица. — Но мы пришли не за вами, кровососы, а за братом.

— Братом? — Адам взял роль переговорщика на себя.

— Не кровным, конечно, — поправилась девушка, — По духу. По предназначению.

— Макс? — я вцепилась ему в руку.

— Максимилиан, пойдём с нами, — позвал его бугай, тот что слева, и протянул широкую мускулистую ладонь.

Уже и именем его своим нарекли, исковеркав родное.

— Ничего не понимаю… — он потёр переносицу от нервного перенапряжения. — Вы меня с кем-то путаете.

— Руны никогда не ошибаются.

И он снова потянулся рукой к своей новоприобретённой татуировке. Похоже, она проявилась недавно, отмечая его как охотника на нечисть.

— Тебе не место среди… них, — брезгливо сказала девушка.

Только сейчас я заметила, что у неё отвратительные, мышиного цвета волосы. И сама она мускулистая вся, как мужик. Лицо угловатое, глазки маленькие, губы тонкие, словно ниточки. Неприятная.

— Ты должен пойти с нами, прими свою судьбу, брат, — воззвали его хором бугаи в плащах. Похоже, близнецы. Смахивают друг на друга, как две капли воды.

— Почему сейчас? — спросил Макс девчонку.

На вид молодая, но в глазах отражение сотен веков.

— «Контакт» со сверхъестественным пробуждает силу.

При слове «контакт» она поморщила свой носик, будто ей сунули в лицо помойное ведро. Хотя, наверное, так они о нас, вампирах, и думают. Мы для них лишь падаль. Не гниём, но и не живые.

А они из себя все такие благородные, защитники смертных, хранители природного баланса. Избранные. Свет во тьме.

— Как вы его нашли? — Адаму удавалось сохранять хладнокровие лишь благодаря научному любопытству.

Его вопрос не удостоили ответом. Каждая сверхъестественная раса хранит свои секреты, оберегает их.

Он инстинктивно прижал сумку с образцами крови Макса к себе, что не ускользнуло от цепкого взгляда девки. Немым взмахом головы она дала команду одному из амбалов проверить её содержимое. Увидев внутри склянки с красной жидкостью, она сразу всё поняла.

— Изъять и уничтожить, — скомандовала.

Адам было дёрнулся, чтобы сохранить ценный материал в целях изучения, но вовремя опомнился. Ни одна загадка не стоит жизни.

— Если я пойду с вами, встречу ли я её когда-нибудь вновь? — спросил Макс, оглядываясь на меня, а у меня вдруг сердце защемило.

Только встретишь хорошего парня, как случается нечто подобное.

— Только если захочешь убить, — самодовольно улыбнулась деваха.

А до меня наконец дошло. Вот почему на него не действует мой яд, вот почему его кровь отличается от человеческой. Такова его судьба, и я должна его отпустить.

По загоревшемуся взгляду вижу, что его тянет к ним неведомая сила, указывая роль в этом мире. Он обрёл смысл своего существования, и не самый худший. Помогать людям – его призвание. И это хорошо. Наверное. Не для меня, конечно, но удерживать его было бы эгоистично.

— Иди, — кивнула ему в сторону неприятной компашки. — Ты один из них.

И отвернулась, смахивая ресницами непрошенные слёзы.

— Я вернусь к тебе… когда-нибудь. Обязательно ещё встретимся, — подмигнул он мне.

Вроде игриво, флиртуя, но я-то вижу, что сам в это не верит. Прощается навсегда. И в подтверждение моей догадки, он впивается в мои губы страстным поцелуем. Со вкусом горечи утраты.

Охотнички брезгливо отвернулись, но промолчали, попридерживая свои острые язычки. Адам удивлённо, но вроде как с пониманием хмыкнул.

А затем, не оглядываясь, Макс шагнул им навстречу. Я подавила в себе порыв ринуться за ним, а он лишь едва заметно дёрнул шеей, но не обернулся. Словно хотел, но тоже держался из последних сил, чтобы не передумать.

— Ты позволил ей пить себя, — с омерзением в голосе, будто глубоко разочарована его поступком, шепнула деваха, срывая с него пластырь. Рана на удивление быстро затянулась, остался только небольшой шрам.

— Не твоего ума дело, — перехватил он её запястье, указывая, что это первый и последний раз, когда она нарушает его личные границы и касается его тела.

— Дай мне руку, — протянул ему свою мозолистую ладонь один из братьев, и они вместе шагнули в окно, растворившись в воздухе тёмной дымкой.

— Ты как? — спросил Адам.

Он ещё никогда не видел меня с мужчиной. Проникся, ведь самое страшное для бессмертных – одиночество.

— Я буду в порядке, — шмыгнула носом. — Как и всегда.