На лице гостьи застыло выражение вселенской тоски с оттенком брезгливости. Пребывание в нашей халупе явно не доставляло ей удовольствия, но деньги, как известно, не пахнут. На какие жертвы только ради них не пойдешь!

В том, что госпожа Фроствик здесь именно ради наживы, я не сомневалась ни мгновения.

Тайринг поймал мой взгляд из-за ее спины и отчаянно зажестикулировал. Особенно усердствовал в вырисовывании кругов и синусоид. Заводь изображал с рыбками, в случае если я наивная и не догадаюсь.

Они с Вильдой стояли у стены, будто провинившиеся слуги, и не смели поднять глаз на дамочку.

Во мне вновь закипела нерастраченная ярость.

Ясно, что цель визита вовсе не в спасении сироток, а в присвоении их имущества.

Что подарено одному члену рода, автоматически принадлежит семье. Я знала об этом законе, но отчего-то думала, что нас это не коснется.

Презренные водники, как-никак.

Кому захочется с нами связываться, пусть и ради доходов с рыбной фермы?

Нет, оказывается, есть желающие.

Что ж. Любую проблему можно обернуть в свою пользу, если знать как.

– Тетушка! – я бросилась на шею женщине, содрогаясь в рыданиях.

Залила бы слезами, но увы – актерство не мой конек. И так приходилось кусать щеку, чтобы всхлипывать убедительно.

– Какое счастье, что вы приехали! Я не знала, что делать! Все так дорого-о-о! – подвывая, принялась причитать в густой серебристый мех.

Госпожа Фроствик застыла в неудобной позе, неловко растопырив руки.

Обнимать меня она явно брезговала, а оттолкнуть кровиночку после того, как при свидетелях объявила, что соскучилась, – неприлично.

– Что именно дорого? – напряженно уточнила женщина мне в макушку.

– Да все! – возопила я с новой силой. – Место на рынке – плати, за бочки – плати, артефакты так вообще золотые, по краям медовые!

– Ничего страшного, насчет места для продаж тебе переживать не придется. У нашего рода есть лавки, —немного расслабилась тетушка Жель. – Тебе больше не нужно ни о чем думать, милая. Продолжай делать, что делала, об остальном мы позаботимся.

– Правда? – всхлипнув особо отчаянно, я подняла на нее покрасневшие глаза. Специально об мех потерлась, чтоб слезились убедительно. – И за артефакты заплатите?

– Какие еще артефакты? – в голосе дамочки прорезалось раздражение. – Ты и так тут со всем справляешься, видно же! Вон, траншею какую вырыла!

– Мне друзья помогли, – захлопала я мокрыми ресницами. – Теперь надо воду пустить и греть ее постоянно, но для этого артефакты нужны! Мы уж думали бросать дурную затею и продавать участок, а тут вы, удачно-то как! Род Фроствик ведь нам поможет, правда?

– Продавать?

Госпожу Фроствик заело.

Могу понять ее замешательство: такого поворота она не предвидела. Если кто и донес о том, что мы бодро копаем и обустраиваемся, про камешки с рунами они не в курсе. Мы занимались созданием артефактов за закрытыми дверьми, а на дом я вешала защиту, так что ни малейшего всплеска силы не просочится. Максимум что нам могут вменить —адскую работоспособность и недюжинную физическую силу.

Рыбная ферма поначалу – сплошные убытки. Пока установишь нужную температуру, пока выведешь молодняк, пока подберешь подходящее течение – без магии воды долго и муторно. Тайринг рассказывал, что его отец пропадал у заводей целыми днями, без выходных.

При этом одаренного сына сдал в приют, чтобы лишний рот не кормить. Вот был бы он огневиком, польза бы была… Обогревающие артефакты делал бы, например.

Не постичь мне логику местных.

Хотя если водника не обучать толком, от него действительно больше вреда, чем пользы. Пока научится чувствовать стихию, пока приспособится… К тому же человек не машина, круглыми сутками у водоема не просидит. Если так смотреть, прибор всяко выгоднее.

– Это, конечно, подарок господина Рекинса, неудобно получится, – утирая нос рукавом, продолжала я рассуждать вслух, украдкой поглядывая на дамочку, чтобы отследить реакцию. – Ну а как иначе-то, если мы не справляемся?

Тетушка Жель открывала и закрывала рот, не решаясь вымолвить ни слова.

Если Фроствики сейчас решат помочь нам, их ждут немалые расходы.

Продавать подаренное наместником – проявить неуважение. Если нас признают частью семьи, пятно за подобный проступок ляжет и на главу рода.

Будь дело выгодным, могли бы попытаться выкупить за бесценок, но тут снова нюанс – если я принадлежу к какому-то роду, все мое имущество тоже ему принадлежит по умолчанию.

Потому и выкинули меня в одних обносках на улицу, когда из Торсфламмов изгоняли.

Спасибо не голой.

Зачем на ничтожную водницу приличные вещи переводить? Самим пригодятся.

 Госпожа Фроствик дурой не была и отлично все это понимала. Так что сейчас лихорадочно соображала, в какую сторону повернуть разговор.

– У вас же дно уже заготовлено! – предприняла она еще одну попытку поймать меня на слове. – И водоросли растут. Все почти готово – и тут ты говоришь, что не справляетесь?

Отлично у них поставлена разведка. Бинокли, что ли, есть? Близко к дому никто не подбирался, я сигналки раскидала.

– На том все и встало, – вздохнула я показательно-уныло. – Тайринг обещал от отца нагреватели притащить, но его с порога выгнали. Не вышло ничего.

Парень вытаращил глаза, поскольку, разумеется, ничего такого не было, но благоразумно промолчал.

Тетушка Жель обернулась, смерила водника оценивающим взглядом и скривилась.

– Пожалуй, мне стоит обсудить это дело с главой, —решила она наконец. – Сама понимаешь, у вас тут все слишком неоднозначно. Очень уж большая ответственность. Весь род Фроствик может быть опозорен.

Дама торжественно воздела вверх костлявый пальчик.

– Когда мы принимали в род твоего брата, рассчитывали, что он станет достойным представителем общества.

Ну да, работая всю жизнь в «Королевских кущах» и иногда подкидывая что-нибудь вкусное со скидочкой, по-семейному.

– Но то, что вы затеяли, сказать по правде, сомнительно. Нам нужно подумать, стоит ли оставлять вас в нашем роду.

С этими словами она величественно выплыла из гостиной, в которой тут же стало легче дышать.

Судя по топоту и перебранкам, рабочие поспешили следом за хозяйкой.

Все стихло.

Я доковыляла до стены и осела на свернутое рулоном одеяло, заменявшее нам диван.

Попытка убедить госпожу Фроствик в нашей непродуманности и никчемности обернулась неожиданной стороной.

Нас могут выкинуть из рода. А это чревато.

Откажи нам патриарх в фамилии, никто не позволит занимать и этот ничтожный клочок земли.

Те, кому государство милостиво позволяет называться Вейтами —сироты, не принятые ни в один род даже формально —могут быть наемными работниками, слугами, но не хозяевами участка. И даже усовестившийся молодой Рекинс ничего не сможет поделать.

Таков закон.

– И что теперь? – неуверенно спросил Кай, пристраиваясь рядом.

Взгляды всех присутствующих устремились на меня.

Поняли наконец, кто тут самый умный.

– А что мы можем сделать? – отозвалась я вопросом на вопрос. – Житья нам спокойного не дадут. Организовать заводь и тихо продавать улов уже не получится. Какие предлагаете варианты?

– Продать? – неуверенно предложила Вильда.

– А потом? Надолго этих денег не хватит. В покупку другого участка или лавки смысла вкладываться нет, все повторится. Да и если нас с Каем из рода выкинут, кто нам что продаст?

– Убедить их в нашей пользе? – Наивный, наивный Тайринг. – Мы же вон сколько артефактов создали из ничего! Почему ты ничего не сказала?

– А по-твоему зачем пришла госпожа Фроствик? —хмыкнула я. – Главе доложили, что мы уверенно и быстро организуем заводь. Значит, припрятано что-то в рукаве, есть план развития и получения прибыли. Какой же клан останется в стороне перед лицом денег? Пристроят нас под крылышко и будут доить за еду и крышу над головой. Лучше бы брат тогда уж в «Королевские кущи» пошел, там хоть зарплата приличная. Жаль, что они так быстро сообразили. Я надеялась, хоть до первых доходов подождут.

– То есть ты предполагала, что она придет?

– Она или кто-то еще из Фроствиков. Конечно, —кивнула я. – И у меня даже заготовлен план. Все слишком быстро завертелось, не успела реализовать. Мой косяк, простите уж.

В глазах ребят неуверенно разгорелся огонек надежды.

Я не слишком радовалась. Задумка рискованная, придется полагаться на других – терпеть этого не могу, особенно если я не с позиции завоевателя и не диктую условия, а прошу милости.

Но на данный момент иных вариантов нет.

– И что ты собираешься делать? – спросил брат.

– Не я. Тайринг, – усмехнулась, глядя на парня.

Тот несказанно удивился.

– А что я могу? Думаешь, стоит пойти попросить помощи у отца, как ты говорила? Вряд ли он согласится.

– Скорее всего, он бы согласился. На тех же условиях, что и госпожа Фроствик, – хмыкнула я. – Только вот участок не на твое имя. Нет, у меня совершенно другая задумка. Нам нужно встретиться с распорядителем подпольных магических боев. Есть у тебя знакомые?

– Магических? – икнул Тайринг. – Нет, конечно!

– Ну, тогда хотя бы обычных, наверняка они знают друг друга, – отмахнулась я. – Пойдем. Не стоит терять время. Что-то мне подсказывает, что уже завтра с утра тетушка вернется, и ее предложение нас не обрадует.

Арена располагалась все там же, очередная облава никак не повлияла на желание людей расстаться с деньгами и насладиться кровавым зрелищем. Мы с Тайрингом оплатили вход и просочились внутрь.

К нему сразу же подошел знакомый бугай Интарн:

– Ты сегодня драться? Хорошо, а то у нас ребят маловато.

– Он не драться. Он со мной, – выступила я вперед. —Нам нужно встретиться с владельцем арены для магов. Нам есть, что ему предложить.

Охранник оглядел меня сверху вниз и ожидаемо заржал.

– И что вы собираетесь предложить уважаемому человеку, оборванцы? Разве что свою жизнь, но вряд ли его это заинтересует.

– Куда лучше. Я могу предложить ему много, много денег, – промурлыкала я, не подумав обидеться. Реакция бугая вполне адекватная, учитывая, как ситуация выглядит с его точки зрения. – Денег много не бывает, не так ли?

Интарн хмыкнул, но призадумался.

– Я пошлю ему весточку, – наконец решился он. —Если вам повезет, он достаточно заинтересуется вашей наглостью, чтобы согласиться на встречу. Но имейте в виду. Если ему не понравится ваше предложение, вы действительно можете поплатиться жизнями!

Тайринг за моим плечом сглотнул, но не отступил.

Даже не знаю, радоваться, что он мне настолько слепо доверяет, или тревожиться.

– Мы подождем, – твердо заявила я, осматриваясь в поисках свободного места.

Народу на трибунах снова набилось под завязку, многим пришлось стоять. И нам в том числе.

Каким образом посылал весточку Интарн, не уверена, похоже, что с улиткой, потому что ответ пришел лишь к закрытию арены. Возможно, тянули специально —проверяли нашу решимость.

Что ж. Мы не гордые, подождем.

– Господин Бергвик примет вас. – Бугай вновь смерил нас презрительно-оценивающим взглядом. – Я провожу.

Пришлось снова топать по морозу через весь город. Никаких колясок и саней нам, разумеется, не предложили. Зато стало ясно, почему весточку так долго носили —начальник не присутствовал на боях. Отсиживался дома.

По дороге я пыталась расспросить Интарна о личности владельца арены, но все, что узнала – он маг земли. И уважаемый человек, самой собой.

Господин Бергвик обитал в скромном особняке недалеко от рынка. Глядя на обыденный кирпичный забор, никто бы не подумал, что за ним скрывается логово организатора подпольных сражений. Жаль, я плохо разбираюсь в местной аристократии, да и Тарингу фамилия ничего не говорила. Значит, не из верхушки.

Нас заставили как следует потоптаться по коврику у входа, чтобы не нести грязь, как любезно выразился Интарн, и отконвоировали на второй этаж.

Бугай постучал меленько и дробно, почти благоговейно.

– Заходи, – отозвался хорошо поставленный голос.

Я живо представила, как на заре становления господин Бергвик сам комментировал поединки. Если, конечно, арена – не наследственное предприятие, как тут принято.

– Прошу. – Интарн распахнул дверь, пропуская нас в кабинет.

Обставлено было дорого, но не броско. Строгий письменный стол из бесценного дерева – антиквариат – в комплекте с книжными полками, два дивана и массивное кресло, в котором восседал не менее массивный хозяин дома.

Господин Бергвик не был толстым. Вся масса происходила от мышц. С возрастом он подзапустил форму и слегка обрюзг, но видно, что и сейчас вполне способен за себя постоять.

Нет, пожалуй, арены – его детище. Не наследие предков.

– Присаживайтесь, рассказывайте, – добродушно прогудел он, указывая на диваны. – Интарн меня заинтриговал. Что вы имеете предложить?

Тайринг тут же неловко бухнулся на подушки, утонув по уши в мягкой обивке.

Я в ловушку не полезла. Пристроилась на подлокотнике – якобы поближе к сопровождающему.

Честно сказать, лучше бы парень тоже остался дома, с остальными. Но, боюсь, что с одной пигалицей глава теневой организации и разговаривать бы не стал. А так вроде я при взрослом.

Кто еще при ком, конечно…

– Имею вам предложить следующее. Я выиграю три поединка на магической арене. Взамен…

Договорить я не успела. Господин Бергвик согнулся в приступе лающего хохота.

От дверей ему тихонько, застенчиво вторил Интарн.

– Ты? Выиграешь? – фыркнул маг земли, утирая скупую мужскую слезу. – Насмешила. Милые вы ребятки, но у меня дела. Проводи их.

– Пойдем, – резко перестав хихикать, приказал бугай, в два шага преодолевая разделяющее нас расстояние с явным намерением взять меня за шкирку, как самую легкую. – Я и впрямь поверил, что у вас серьёзное предложение…

Тайринг забарахтался, пытаясь выкарабкаться из трясины ткани.

Я не шевельнулась.

Только руку вытянула в сторону надвигающегося охранника.

Не по необходимости – для эффекта.

– Вы не дали мне договорить.

С этими словами я легонько сжала пальцы.

Интарн побледнел, запнулся и застыл в неудобной позе, схватившись за грудь.

Когда невидимые пальчики трогают тебя за сердце —ощущение не из приятных, согласна. Зато действенно. Сразу настраивает на серьезный и деловой лад.

– Что ты с ним сделала? – Вокруг господина Бергвика заплясала активируемая аура.

О, зеленоватая, значит, он еще и лечить немного умеет. Занятно.

– Ничего особенного. Прихватила за органы, —оскалилась я.

В исполнении подростка это смотрелось жутковато. Даже закаленный глава преступного мира сглотнул.

– Вам же докладывали, что я маг воды? Так вот, если вы не знали, человек состоит из воды более чем наполовину. А значит, эта самая половина подвластна моей воле.

Снова пошевелила пальцами.

Интарн гулко бухнулся на колени. Не моля о пощаде —просто ноги не держали.

– Отпусти его, – махнул рукой господин Бергвик.

В его взгляде наконец-то затеплился интерес.

– На арене подобные трюки запрещены. Атаки, удары, физическое воздействие, ловушки – да. Но не яды или такое вот… – глава покрутил ладонью в воздухе, словно вкручивал лампочку. Видимо, изобразил мое вероломство наглядно.

– Буду признательна за свод правил, которые я обязательно изучу перед боем, – склонила я голову, одновременно выпуская бугая из магической хватки.

Скорость, с которой он сдал назад прямо на четвереньках, не поднимаясь с пола, впечатляла.

Тайринг тоже таращился удивленно, но, к счастью,благоразумно помалкивал.

– Значит, три поединка, – повторил господин Бергвик.

– Выиграю, – подчеркнула я. – Взамен вы примете в залог небольшой участок земли. На семь лет. Без процентов, с единоразовой выплатой в ближайшее время и сроком возврата строго по истечении договора. Не ранее. На сумму, скажем, тысячу эллиров.

Поперхнулись все присутствующие.

– Ты не одурела, девка? – прокашлял Интарн.

Один взгляд в его сторону – и он прикусил язык.

Судя по выражению лица, Тайринг был согласен с бугаем.

Один господин Бергвик излучал вежливую заинтересованность.

– Проблемный? – уточнил он.

– Немного, – не стала кривить душой я. – На него претендует род Фроствик, а я очень не люблю отдавать то, что считаю своей собственностью.

– Понимаю, – кивнул глава. – А что изменится через семь лет?

– Я окончу академию и смогу основать свой род, —пожала плечами, как само собой разумеющееся.

Если накопим достаточно денег, можем поступить и все вместе. Или хоть я и брат. Но иллюзий я не питала. Учитывая желание местных срезать водников на подлете, у Кая все шансы провалить вступительные экзамены. Или попасться в какую-нибудь аристократическую ловушку и вылететь за нарушение правил. Найдут к чему прикопаться.

У меня, учитывая жизненный опыт, шансов продержаться до выпуска поболе.

– Ясно, – господин Бергвик задумчиво побарабанил пальцами по столу. – Пойдем-ка, проверим тебя. Ты же не против небольшой демонстрации? Одно дело повергнуть врага подлым трюком, а совсем другое – победить так, чтобы зрители захотели принести за это деньги.

– Ваше право, – величественно склонила я голову и, легко спрыгнув с подлокотника, выудила из недр дивана Тайринга.

Наконец-то разомнусь толком!

Идти пришлось довольно долго. Небольшой полигон располагался здесь же, на участке, но в отдалении от основного здания и соединялся с тем узким подземным переходом.

В случае чего можно быстро обрушить свод и нивелировать ущерб. Удобно.

Встреченная по пути служанка была послана за молодым господином.

Ну да, не сам же глава будет из меня пыль выбивать. Несолидно ему. А ну как не победит? Это ж позорище.

И мне неловко разделывать под орех будущего спасителя.

Бергвик-младший догнал нас уже на пороге зала для магических тренировок. Молодая копия отца, с длинными темными волосами, широкоплечий и еще не обрюзгший. Я наскоро проверила ауру – да, земля, причем куда более зеленая, чем у старшего. Больше к целительству, чем к строительству. Странно, зачем подался на арену?

Помещение для поединков было достаточно просторным, чтобы не зацепить зрителей случайным рикошетом. Трибуны еще и отделили прозрачной стеной, укрепленной заклинаниями. Видно, что господин Бергвик сильный маг земли и получил классическое образование. Щиты на уровне, постройка надежная, такую чтоб разнести постараться нужно.

У меня подобной цели пока что нет.

Нам нужно зрелище. Шоу. Впечатлить чем-то охочих до адреналина богатеев. Ведь билеты на поединки одаренных наверняка подороже, и пускают туда лишь элиту.

– Для начала хочу предупредить, что выступать буду инкогнито. – Я провела ладонями по лицу, повернулась к главе, демонстрируя небольшую поблескивающую снежинками маску, закрывающую пол-лица.

Камуфляж так себе, учитывая длинные белые волосы и небольшой рост, но все сложнее доказать, что арене именно я. Мне совершенно ни к чему пятно на репутации – вряд ли порядочные абитуриентки академии дерутся на потеху публике.

– У нас много таких. Принимается, – кивнул господин Бергвик, не сильно удивившись. – Что касается правил, про которые ты спрашивала, их примерно столько же, сколько на основной арене. По возможности без убийств, бой до первой крови или сдачи соперника. Не бить в спину, не бить в лицо, не употреблять стимуляторы и артефакты. За нарушение – снятие с поединка и дисквалификация.

– Есть ли запрещенные заклинания?

– Нет, но эти твои штучки с органами лучше не применять, – поморщился господин Бергвик. – Некрасиво.

– Зря вы так, – посетовала я, тяжко вздыхая. —Представляете, как можно было бы развернуться? Марионетки, живые трупы, утопленники… Ну нет так нет.

С этими словами я в гробовой тишине прошествовала в очерченный на песке круг.

– Ты же водница, да? – на всякий случай запоздало уточнил господин Бергвик, переглядываясь с сыном.

Испуга в его голосе не было, но некоторое напряжение появилось. Если прежде он не воспринимал меня всерьез, то теперь призадумался.

Нежный цветочек, деловито рассуждающий о мертвецах как эффектном приеме, не может не настораживать.

– Да, семерка, – на всякий случай добавила я.

– Учту, – кивнул молодой Бергвик и вступил в круг.

Его отец замкнул контур, пылью взвились щиты, отрезая нас от мира.

Только я и соперник.

– Начали! – глухо донеслось с той стороны.

Арена больше напоминала небольшой сад камней, чем поле сражений. Кроме живописно разбросанных валунов, имелась небольшая лужица, призванная изображать пруд, и несколько чаш с открытым огнем. Так сказать, представители стихий. Даже странно, почему воду не исключили? Или все же иногда водники участвуют в поединках?

Интересно было бы с ними повстречаться.

Ульвис действовал осторожно. Отец ему, похоже, намекнул, чтобы не покалечил борзую девицу сходу.

Земля под моими ногами предупреждающе дрогнула и попыталась разверзнуться.

Безуспешно. Толстая корка льда не позволяла и песчинке шелохнуться.

Обезопасив себя снизу, я перешла в наступление.

Набрав полную грудь воздуха, принялась дуть. Сначала легонько, потом все сильнее. В сторону Ульвиса полетели крошечные, острые как лезвия, осколки льда. Содержавшаяся в воздухе вода замерзла моментально и устремилась туда, куда указывала моя воля.

Лужицу я решила приберечь на потом.

Перед младшим господином Бергвиком выросла тонкая, но прочная глиняная стена, ощетинилась иголками-снежинками и рассыпалась.

– Ну что ж, перейдем к тяжелой артиллерии, —хмыкнула я, встряхивая кистями.

В ладонях материализовались короткие полупрозрачные кинжалы. С виду хрупкие, стеклянные, на деле они вполне способны резать броню как масло.

Жаль, до уровня, позволяющего призвать полноценный меч Льда, я не дотянула. Ну ничего, при достаточной практике через пять-шесть лет докачаюсь.

Прежней мощи у меня тоже пока что нет, но ловкость и скорость я благодаря регулярным походам в оазис проработала знатно.

И сейчас вьюгой закружилась по арене, пробуя щиты Ульвиса на прочность. Оружие он почему-то создавать не стал и отмахивался от меня чистой силой, что довольно энергозатратно. Даже учитывая его неслабый дар, долго он так не протянет.

Я оказалась права. Попытки поймать меня в ловушку зыбучих песков и вязкой глины не увенчались успехом, блоки выходили у парня все тяжелее и толще – первый признак усталости.

Не дожидаясь, пока бедолага свалится от истощения, я отскочила и подняла вверх руку, обозначая конец поединка.

– Сдаешься? – нескрываемо удивился глава. – Ты же почти победила.

– У нас не показательные выступления, чтобы доводить до крови. И мне неясны некоторые моменты. Давайте обсудим и – если захотите – продолжим.

– И какие же? – выгнул бровь господин Бергвик-старший.

Младший, тяжело дыша, опустился прямо на пол и оперся ладонями о камни, набираясь сил у родной стихии.

– Почему он не пользуется оружием и работает не в полную силу? – нахмурившись, уточнила, указывая на противника.

– Я никогда раньше не видел, чтобы дар превращали в кинжалы, – признался глава, с любопытством наблюдая,как я впитываю острые лезвия. Они истаяли стремительными сосульками, так что ни капли не упало на землю. – Что же касается стараний – мой сын тоже семерка и, насколько я могу судить, выложился полностью.

– Тогда он не слишком рационально использует резерв. Либо направление не его.

– В каком смысле?

– В самом прямом. Земля – это не только скалы и песок. Это и жизнь во всех ее проявлениях, в частности —растения и целительство. Почему на арене нет травы? Молодой господин Бергвик мог бы ее использовать как силки или плети. Как я поняла, маневры внутри тела противника не приветствуются, но остаются такие зрелищные приемы, как бесконтрольный рост волос и ногтей, не говоря уже об отражении заклинаний. У целителей зеркалки выходят легко и просто, даже лучше, чем у водников, потому что они не просто парируют удар, а действительно его копируют.

– Не пойму, ты специально пытаешься сейчас запутать и меня, и сына? – вежливую заинтересованность на лице главы сменил откровенный гнев. – Тебе конкуренты заплатили, чтобы ты порушила его уверенность в себе?

– Вы о чем? – удивилась я. – Какие конкуренты? Я задаю самые обычные вопросы, чтобы понять логику происходящего на арене.

– Ульвис окончил академию с отличием! – рявкнул господин Бергвик. – Причем боевой факультет! И не каким-то замухрышкам-водницам его учить правильно пользоваться даром!

Похоже, моя гениальная тактика вот-вот сработает против меня же. Хотела как лучше, а получается, вызвала лишние подозрения. Не нужно было выпендриваться. Победила бы тихо, никто бы не возмущался…

– Видимо, поэтому замухрышка-водница чуть не уложила вашего образованного мальчика, – буркнул Тайринг. – Пойдем отсюда, Кристель, придумаем другой способ защитить твое имущество.

Совсем оборзел, гад! Напрашивается на хорошую трепку? Так жаждет драки с превосходящим противником? Я, может, и вытяну нас, если все подручные господина Бергвика навалятся кучей, но тогда придется убираться из города в никуда!

Мы только обживаться начали…

К моему удивлению, вместо того чтобы окончательно вспылить, глава поостыл.

– Мне никогда не приходило в голову пользоваться растениями в качестве щитов, – задумчиво протянул он. —Зелень такая редкость, что до подобного мало кто додумается. Что же касается целительства, в какой-то момент Ульвис говорил, что ему нравится лечить, но я принял это за блажь. В конце концов, в нашем роду все маги-боевики…

Господин Бергвик оглядел сына, что с трудом соскреб себя с песочка и стоял поодаль, виновато потупившись.

– Прости, отец, – вздохнул Ульвис. – Мне действительно больше по душе помогать страждущим и возиться с зеленью в оранжерее. Но поскольку ты настаивал на боевом факультете, я не стал спорить. В конце концов, я твой единственный наследник и не могу подвести род.

– Поверь, я найду кого отправить скакать по арене, —фыркнул глава. – А вот личный целитель не в каждой семье есть. Жаль, уже поздно тебе перепрофилироваться…

– Ну почему поздно? – хитро прищурилась я. – Всегда можно пойти учиться еще раз, но уже на правильный факультет. Что же касается работы с растениями, тут я попытаюсь помочь. Они неплохо отзываются на водную магию, принцип похож. Если мы, конечно, договоримся…

Бергвики переглянулись. Младший смотрел умоляюще, как побитый щеночек, и отцовское сердце дрогнуло.

– Звучит интересно, – медленно, веско произнес глава. Не подобает солидному мужчине сразу сдаваться, несерьёзно выйдет. – Только мне неясно, откуда у девчонки столько познаний, да еще и в чужой стихии. Как ты вообще умудрилась определить направление дара моего сына, если в академии таких тонкостей не разглядели?

Опасный вопрос, но ответ у меня уже давно заготовлен.

– Что касается познаний, могу сказать, что мне повезло. От матушки остались книги, в том числе записи нашего далекого предка-водника. Своего рода дневник, —принялась я вдохновенно врать. – В нем подробнейшим образом описывались разные заклинания, а поскольку мною дома почти не занимались, а воды кругом хоть отбавляй, я и пробовала все подряд.

Мужчины переглянулись снова.

Звучало не слишком убедительно, учитывая уровень подготовки в академии.

Водница-самоучка по чьим-то письменным инструкциям во время детских игр научилась большему, нежели потомственный знатный маг под руководством наставников за пять лет?

Только вот для меня стало неприятным открытием, что младший Бергвик получил высшее образование.

Выходит, все маги сдали? Не только вода, прочие стихии тоже пострадали от неведомой катастрофы.

Хотя если подумать, все логично. Земля промерзла, остались лишь небольшие участки зелени. Огонь – чему вокруг гореть? Да еще и холодрыга. Воздух разве что, хоть и ледяной, но на месте в полном объеме. Вот правящая династия и обладает этим универсальным даром, как и большинство аристократов. Кто сильнее – тот и у власти.

– А как ты определила особенности моего дара? —настойчиво переспросил Ульвис. – За все годы учебы мне ни один человек не намекнул на такую возможность. Это как-то заметно по заклинаниям?

– Нет, – покривила я душой. Снова. Заметно, еще как заметно, но опытному глазу, которого у шестнадцатилетней сопли быть не может. – Я вижу ауру мага. Когда бродила по морозу после того, как меня выгнали из дома, что-то в голове сместилось, и я приобрела это умение. Не знаю, зачем оно мне нужно, но есть!

И руками развела для пущего недоумения.

Не виноватая я, оно само.

Мы с Каем пытались пробудить в нем магическое зрение. В конце концов, он тоже около шестерки, должен суметь, если местные одаренные вообще на такое способны. Но похоже, что нет, это моя личная особенность, принесенная вместе с душой. Довольно полезная, надо признать. Смотришь на мага и сразу понимаешь, какой у него уровень и чего ждать. Потом еще надо на три поделить, учитывая плачевное состояние образования…

– Покажи, что ты имела в виду под использованием растений в бою, – азартно попросил младший Бергвик. —Оранжерея недалеко, а поединок мы, считай, закончили. Верно, отец?

– Да уж, – пробурчал старший, не слишком довольный исходом сражения.

Еще бы, кровиночка так опростоволосилась! Но если есть шанс приобрести новые умения и развить неожиданные способности, опытный маг отказываться не станет.

Оранжерея Бергвиков меня приятно удивила.

Во-первых, она разместилась ярусами, пирамидой уходящими на глубину. Видно, что маг земли делал – срезы гладкие, укрепленные артефактами стены надежны, несмотря на сложность конструкции.

Во-вторых, система зеркал, установленная на верхнем участке, позволяла застеклить лишь небольшой квадрат, тем самым прилично сэкономив на обогреве и материалах.

Перекладины-мостки шли крест-накрест на приличном расстоянии друг от друга. За счет количества этажей теплица давала раза в четыре больше того, чем могли бы собрать те же Карвальды.

– Как у вас тут все хорошо продумано! – похвалила, спускаясь по узкой лестнице следом за Ульвисом. Параллельно поручням шли полые рельсы – эдакий пандус для тяжестей. Если собирать урожай, чтобы не в руках тащить, а в ящик с колесиками – и вперед.

– Отец лично строил, – похвастался парень. – Он тоже боевой маг, но всегда интересовался артефактами и постройками прошлого. Тогда архитектура была куда сложнее. Говорят, дома достигали десяти этажей! Некоторые до сих пор сохранились, в той же академии есть башни высотой не менее восьми уровней!

Я вежливо восхитилась, не слишком впечатленная достижениями предков. Вот в нынешних условиях состряпать нечто настолько сложное – это да!

На третьем уровне, примерно на середине парника, мы остановились.

– Выбери ненужную грядку, – предложила я, широким жестом очерчивая ровные ряды салатных голов. Кресс и сам по себе отлично растет, а если его магией подпитать – и вовсе страшное оружие.

– Давай вот эту, с краю, – неуверенно ткнул Ульвис в ближайшую.

– Отлично. Теперь представь, какое оружие из этого может получиться.

Самое главное для мага не его сила, а воображение. Даже при небольшом даре артефакторы могут сотворить потрясающие приборы и не менее устрашающее оружие.

– Щит? – неуверенно предположил молодой Бергвик, критически оглядывая округлый кочан.

– Мысли шире! – подбодрила его я. – Как насчет кресс-гранаты? Взрыв – и зеленая масса залепляет лицо противника, мешая ему дышать. Или, например,растительный пропеллер – края становятся острыми и вращаются как винт…

– Откуда в юной госпоже такая кровожадность? —содрогнулся парень.

Сразу видно, нежный целитель. Не место ему на арене, куда только папенька смотрел?

– Юная госпожа повидала всякого, – расплывчато отозвалась я. – Ну, давай попробуем что-нибудь безобидное для начала. Скажем, липучку!

Вынуждена отдать должное системе образования:контролировать силу и вливать ее в заклинания дозировано магов научили на совесть. На основательный фундамент новые знания ложились легко и просто, и уже через полчаса Ульвис с восторженным воплем носился по мосткам, размахивая рукой, к которой намертво приклеился салатный лист.

– Это действительно интересно! Воздействие на клеточную структуру, изменение внешнего покрытия – мне и не снились такие тонкости работы с растительным материалом! – захлебываясь, делился он с отцом.

Старший Бергвик с нами не спускался, берег остатки авторитета. Они с Тайрингом пили чай в беседке над парником, степенно обсуждая фаворитов предыдущего сезона среди неодаренных бойцов. Не сказать, чтобы эти двое были знакомы, но общие темы для беседы нашли без труда.

– Не забудь развеять заклинание прежде, чем отдирать… – мое предупреждение немного запоздало. Ульвис взвыл, с ужасом глядя на кровоточащую ладонь. Я закатила глаза и выразительно вздохнула – Там же микроскопические крючки, мы обсуждали устройство липучки! Теперь вот лечи, практикуйся.

– Я так понимаю, госпоже Фроствик понадобится постоянный допуск на нашу территорию. – задумчиво констатировал глава.

– Просто Кристель, прошу вас. Обращение «госпожа Фроствик» навевает не лучшие ассоциации, – сдержанно попросила я.

– Разумеется, я понимаю, – хмыкнул господин Бергвик. – Мой секретарь уже готовит образец договора. Прежде подобных сделок мы не заключали, но эта выглядит перспективной. Если ты не против, я пропишу и ежедневные практические занятия…

– Еженедельные, – поправила я его тут же.

Вот еще не хватало бегать в особняк как на работу! У меня своих дел выше крыши.

– Хорошо. Дважды в неделю, – после короткой паузы принял мои условия глава. – С достойной оплатой, разумеется.

– Вы уже и так достаточно для меня сделали, —склонила я голову и лукаво добавила: – Но отказываться от денег не стану!

– Правильный подход, – одобрил господин Бергвик. —Первый бой назначим на конец месяца. Основной сезон поединков только начался, еще не поздно добавить участника.

– Мы договаривались о трех боях, – сдержанно напомнила я.

– Если победишь, то больше и не потребуется, —заверил меня глава. – Объявим, что у тебя травма, и дело с концом. Ну, вот и договор!

Уточнение тонких моментов заняло еще порядочно времени, так что пришлось нам задержаться на ужин.

За столом я не раз ловила на себе пристальные взгляды от обоих Бергвиков. Далеко не сразу поняла, почему.

Слишком аккуратно ела.

В приюте не обучали манерам. Есть ложка, есть вилка, не руками и ладно.

Остальные тонкости, вроде ножа для рыбы или масла, не стоили упоминания. Зачем? Вряд ли выпускников пригласят когда-то в гости к королю. А наемным работникам этикет ни к чему. Им надо уметь задания выполнять четко и в срок.

Притворяться, что я не знаю с какой стороны браться за салфетку, уже поздновато. Но и крамольного ничего, на самом деле нет. Меня выгнали сравнительно поздно, а до того вполне могли обучать всему, что положено знать воспитанной юной даме.

При желании оправдаться всегда можно.

Домой мы вернулись поздно, зато с победой.

Я сжимала свиток с печатью и подписью господина Бергвика всю дорогу, опасаясь выронить и потерять. Судя по взглядам, что то и дело бросал на меня Тайринг, его обуревали те же опасения.

Кай выскочил на крыльцо в домашнем, не обращая внимания на кусачий мороз.

– Ну как? – выдохнул он, переводя взгляд с меня на приятеля.

Тот старательно делал скорбное лицо.

– К сожалению, никак, – покачала я головой. Выждалапаузу и продолжила: – Никак не получится у рода Фроствик захапать наше имущество!

– Тьфу ты, напугала! – рявкнул брат, подхватил меня за талию и закружил в сугробе, не замечая, как стремительно промокают тапки. – Все получилось? И много мы теперь должны?

– Я должна три боя, а остальное господин Бергвик должен мне, – хихикнула и выставила руку в сторону, оберегая свиток.

Кай замер в полуповороте и осторожно, как хрустальную вазу, поставил меня в снег.

– Каких еще три боя? – нахмурился он.

Упс.

Подробности плана мы с ним заранее не оговаривали. Фактически я ухватила Тайринга за шкирку и уволокла со словами: «Скоро будем».

– Обыкновенных. Магических, – небрежно пожала я плечами. – Ерунда, в общем. Зато на семь лет участок в безопасности. Самоубийцы, готовые судиться с господином Бергвиком за заложенное имущество, вряд ли найдутся. Тем более это ж силы, время, а самое главное – деньги! В общем, пошли праздновать.

– Ну уж нет! Сначала объясни поподробнее. Что за бои, зачем и почему? – уперся брат.

– Давай хоть домой зайдем. Холодно все-таки, – миролюбиво предложила я.

На самом деле мне было вполне комфортно. Валькирию морозцем не напугать. Но и торчать на виду у всех, устраивая разборки, ни к чему.

Кай признал мою правоту и первым вернулся в прогретое помещение. Привычно выжал обувь заклинанием – я аж слезу умиления смахнула. По-моему он даже не заметил, что сделал, а мне бальзам на душу. Не зря с ними возилась – впитывают знания как миленькие!

– Что случилось? – встревоженно вскинулась Вильда.

Девушка накрывала на стол запоздалый ужин. Голодной я не была, но настоящий маг никогда не против перекусить.

– Кристель ввязалась в авантюру, – мрачно буркнул Кай.

– Опять? И что на этот раз?

Волнения в голосе его подруги поубавилось. То ли во мне уверена, то ли ей плевать на мое благополучие, даже не знаю.

– Я выиграю три боя на магической арене, – сообщила из спальни, переодеваясь. Драгоценный свиток положила на подушку, чтобы не помять. Надо будет ему тайник придумать понадежнее. Может, в схрон отнесу. Второй экземпляр у господина Бергвика, на всякий случай, но и остаться без ценной копии договора не хотелось. – Ничего особенного, я сегодня уже проверила умения его сына. Лох лохом, хоть и дар неслабый. Если это один из лучших бойцов – дело плевое. Можно было и пять боев предложить, но мне неохота время тратить на подобную ерунду.

Вернулась в зал, настороженная мертвой тишиной. Казалось, ребята даже дышать перестали от моей наглости.

– Ты же понимаешь, что на магической арене сражаются до крови? – осторожно заметил Кай тоном, которым проверяют сумасшедших на вменяемость. – Насколько мне известно, даже некоторые знатные маги не гнушаются участием. Мало ли, на кого ты попадешь?

– Наша Кристель лучшая! – гордо заявил Тайринг, усаживаясь за стол первым.

У него аппетит последнее время на зависть, и никаким потрясениям это не изменить.

– Руки мыл? – беззлобно одернула его Вильда.

Парень ойкнул и умчался в ванную.

Кай проводил приятеля ошеломленным взглядом.

– Вот от него я в последнюю очередь ждал подставы, – пробормотал брат себе под нос. – Кому, как не Тайрингу, знать, каким опасным может быть поединок! Как он может настолько легкомысленно относиться к твоей затее?

– Именно потому, что он трезво оценивает ситуацию, – хмыкнула я, отрезая кусочек грибной запеканки.

Вильда старалась вовсю и каждый день готовила что-нибудь новое из скудного набора продуктов. Ничего, сейчас ферму запустим и станет повеселее.

Как и обещала госпожа Фроствик, она вернулась рано утром.

И не одна.

С подкреплением.

Благородного вида господин поддерживал тетушку под ручку, то и дело оглаживая внушительную седеющую бороду.

– Значит, ты у нас Кристель, дочь моей покойной сестрицы? – прогудел он, поднимаясь на крыльцо.

Дожидаться приглашения у калитки никто из них и не подумал.

Я себе пометочку мысленную сделала, но ссориться с порога не стала.

Напротив.

Указав на стол, предложила разделить с нами завтрак.

Родственнички оценили мелко нарезанную зелень, солидные шматы копченой кеты, салат с кладофорой* и лисичками, и многозначительно переглянулись.

– Да, это я. А это мой старший брат, Кальдорн, —напомнила на всякий случай. Чтоб не только на меня пялились.

– Помню, помню. Он обращался к нам с просьбой принять в род, – пропыхтел дядюшка, присаживаясь и оглядывая тарелку.

Мытая, пусть не переживает. И я в нее даже не плюнула!

– А вы, простите, кто? – не дождавшись ответной вежливости, поинтересовалась я.

Дядя поперхнулся.

Тетушка нарочито похлопала его по роскошной спине дубленки, мол, видишь, с каким хамлом приходится иметь дело?

– Это глава рода Фроствик, твой дядя Жиньфар! —любезно пояснила она сквозь зубы.

– Ясно, – кивнула я. – Просто мы прежде не встречались. Точнее, пока мы с братом были ни к чему не пригодными водниками, я ни вас, ни дядю не видела.

– Ты, наверное, маленькая была, не помнишь. Я к вам с мамой в гости приходил! – расплылся в вымученной улыбке господин Фроствик.

– Возможно, – дернула я плечом. – Но, тем не менее, за все время нашего пребывания в приюте вы не появились там ни разу.

– Оставим дурные воспоминания! – замахала руками тетя Жель.

Я впервые поймала себя на мысли, что не знаю, как зовут мою родительницу. Мы с братом называли ее в беседах просто – мама. А сейчас если в разговоре всплывет, а я не отреагирую? Надо быть начеку и ловить намеки.

– Мы же наконец-то вместе, зачем говорить о грустном? – продолжала непринужденно щебетать тетушка. – Вижу, вы ребята не бедствуете, о чем вообще речь?

– О том, что вы пытаетесь отжать нашу ферму? —хмыкнула я.

Теперь уже поперхнулась Желинна.

В ее представлении я должна была пасть ей на грудь, обливаясь слезами умиления и признательности за то, что нас наконец-то посчитали за людей и допустили в род.

Но что-то не падалось.

– Послушай, вы все равно не справитесь, – степенно вступил в беседу дядя. – Дело это сложное, трудоемкое, тяжелое. Доверь работу опытным людям, а сама заряжай себе артефакты или чему вас там в приюте учили?

– Нас учили полагаться только на себя, – оскалилась я. – И правильно делали.

– В общем, так, неблагодарная девчонка. Собирайтесь все! На улице стоят сани, грузите туда свое барахло и скажите спасибо, что я вас пожалел, – рявкнул в ответ Жиньфар. – Мог бы и просто на улицу выкинуть, но приму в клан, буду кормить-поить-одевать. Что тебе еще надо?

Я бы перечислила, но долго получится. А чем быстрее незваные гости уберутся, тем скорее мы вздохнем с облегчением.

– Боюсь, ничего у вас не выйдет, – с напускным сочувствием заявила я, раскатывая на свободной стороне стола свиток с договором и тут же накрывая его тонкой, но прочной пеленой льда.

На всякий случай.

– Что это? – в глазах дяди забрезжила догадка. – Ты не могла продать участок без моего согласия!

– К сожалению, нет. Но и расставаться с ним не собираюсь!

Родственнички склонились над желтоватым листом, изучая текст.

Взгляд тети почти сразу же прикипел к подписи, и лицо отчетливо побелело.

– Он же бандит! Как у вас мозгов хватило с ним связаться? – прошелестела она, готовясь упасть в обморок.

Ловить ее никто не собирался, пришлось передумать.

– Попрошу! Господин Бергвик – уважаемый человек, с высшим образованием и достойным положением в обществе! – воздела я указательный палец к потолку. – И он любезно согласился выручить нас в трудной ситуации. Как видите, материальных проблем мы более не испытываем, в помощи рода не нуждаемся. До свидания.

– Я все равно могу тебя увезти. И твоего братца! —прошипел господин Фроствик, разом теряя все благодушие. – Запру в подвале, пока не одумаетесь!

– На семь лет? – скептически хмыкнула я, постучав по строчке со сроками. – Кроме того, у меня есть обязательства перед родом Бергвик. Закон требует выполнения контракта. Вы же не хотите получить проблемы с судом и тяжбами? Сами видите, мы достаточно проблемные подростки. Зачем вам с нами мучиться?

– Выкину из рода! Вычеркну! Прокляну! – захрипел дядюшка. Его борода встопорщилась, будто колючками ощетинилась.

Я не спеша сложила руки на груди.

– Не имеете права. Я изучила документ, что вы выдали брату, и почитала законодательство. – Меня просветил лично старший Бергвик, но это неважно. – Сертификат обратной силы не имеет. Кальдорн может выйти из рода Фроствик по собственной доброй воле, а вот вы его выгнать уже не можете. Разве что за преступление вроде убийства, но сначала это придется доказать.

Господин Фроствик попеременно бледнел и багровел, не в силах вымолвить ни слова.

В следующий раз он хорошенько подумает, прежде чем принимать в семью сирот. С другой стороны, он изначально явно собирался на брате нажиться – сильный водный маг по умолчанию попадал в «Королевские кущи». Никто же не знал, что у Кая обнаружится ушлая сестренка, котораявправит ему мозги и покажет другой путь развития.

Удобный пункт, конечно. Для нас удобный.

Для семейства Фроствиков – неожиданно – не очень.

Вероятно, включен как раз на такие случаи. Раз уж взял на себя ответственность – не шантажируй зависимых от тебя людей изгнанием.

Родных детей выпнуть можно, а осознанно принятых в род – нет.

Тетушка оказалась менее сдержанной и все-таки попыталась выхватить свиток, но лишь бессильно царапнула по ледяной корке, срывая ногти.

– Ты еще поплатишься! – прошипела она, прижимая к груди пострадавшую руку. – Приползешь умолять о прощении и помощи, но будет поздно!

– Надеюсь, вы не собираетесь совершать необдуманные поступки? – строго уточнила я. – Вредить нам, портить оборудование или красть товары? Имейте в виду, территория будет охраняться, если кто-то пострадает— мы не виноваты.

– Кем охраняться? Его людьми? – Дядя брезгливо ткнул в подпись господина Бергвика. – У тебя денег не хватит на такое. Или ты собралась ему как-то еще приплачивать? Натурой там?

От похабного намека меня передернуло.

Вот как так получается, что глава подпольной организации благороднее и приличнее торговцев из солидного рода?

– Натурой, – кивнула я. – Свежей рыбой. Не переживайте так, мы справимся. Знаю, как вы о нас заботитесь, ночей не спите, но можете быть спокойны. У нас все получится.

– Это мы еще посмотрим, – буркнул любящий родственник и, прихватив сестрицу, степенно удалился.

Я выдохнула и рухнула на ближайшую подушку.

Одна беседа высосала из меня больше сил, чем поединок с тремя противниками разом.

– Ну ты даешь! – восторженно протянул Тайринг. —Размазала его тонким слоем!

– Это всего лишь первая стычка. Будут еще, – трезво оценил ситуацию Кай. – Нужно быть готовыми к проблемам. Род Фроствик тоже занимается поставками продуктов в Вальмарк, у них несколько лавок. Туда нам теперь ход точно закрыт.

– Мы туда и не собирались, – хмыкнула я, упираясь затылком в стену, чтобы охладиться. – Было бы неплохо, конечно, но раз уж так вышло – ничего страшного. И без них обойдемся.

– Думаешь, в случае тяжб господин Бергвик нас поддержит?

– Может да, а может – нет. Я не собираюсь ни на кого опираться. Пусть хотя бы не мешают! – фыркнув, я поднялась и принялась одеваться. – Давайте уж закончим с заводью и охранки расставим. Мне еще ночью дежурить.

– Зачем? – удивилась Вильда.

– Фроствики так просто не отцепятся, – понял мою задумку брат. – Наверняка попробуют что-нибудь сломать или еще как-то нагадить в ближайшее время.

– Думаю, уже сегодня, – кивнула я. – Так что стоит подготовиться.

– Я тоже буду дежурить! – обрадовался Тайринг.

– Нет, ты будешь спать. Как и все остальные. Не хватало еще, чтобы вы мне под ногами путались и я случайно зацепила кого из своих!

Парни пытались спорить и доказывать свою состоятельность как защитников, но все их доводы разбивались о мою железную логику. Боевых заклинаний они пока что не освоили и постичь все тонкости за один вечер не сумеют. В виде компенсации пришлось пообещать их научить – когда-нибудь, в будущем. Глаза Тайринга до сих пор вспыхивали жадным огнем при упоминании ледяного оружия. Он явно вознамерился призвать себе такое же.

Уровень дара у него пока что недостаточен, но при известном упорстве и постоянной работе он вполне сумеет доползти и до меча.

Лет через десять.

Непрошеные гости успели порядком натоптать на участке. Пока привели в порядок забор, пока проверили по одному артефакты в яме, разобрались с плотиной и сетями,стемнело.

Первые рыбины плескали хвостами, наслаждаясь теплом и комфортным, неспешным течением. Я закольцевала заводь, оставив узкие ручейки для обновления воды, но не слишком большие, чтобы не тратить много энергии на обогрев. Завтра еще притащу раков из оазиса, и можно начинать строить теплицу. Нам нужны свои овощи и травы. Не дело мне за каждым чихом под купол бегать. А на рынке все брать – разоримся.

Заодно практика будет ребятам. Пусть учатся потихоньку, развивают дар.

Как в физических тренировках – есть мелкая, а есть крупная моторика. Жахнуть чистой силой каждый дурак сможет, а попробуй слепить из нее изящную ледяную статуэтку или подпитать один-единственный листочек на кусте!

Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, мы демонстративно удалились в дом, заперли двери и закрыли окна ставнями.

Вчера ночью я не теряла времени даром и прокопала-таки небольшой лаз из подвала в сторону заводи. На поверхность он выходил у изгороди, недалеко от обрыва.

Лежку себе устроила с комфортом. Одеяло притащила, камешки – буду артефакты делать, чтобы не заснуть. В доме мы их тоже установили, сразу стало теплее.

Под сугробами пустое пространство засады незаметно, естественная маскировка. Изнутри укрепила настом, чтобы убежище не обрушилось мне на голову невзначай, пропилила дырочки – подсматривать, проверяя показатели щупов-следилок.

В общем, устроилась со всеми возможными удобствами, наблюдать за представлением.

До полуночи все было тихо.

Я и задремать успела, полагая, что злоумышленникиявятся ближе к рассвету – когда сон самый крепкий.

Но нет, они появились чуть раньше.

Луна неспешно катилась по небосводу, озаряя снег мертвенно-бледным светом и навевая воспоминания о том, как я брела посреди бескрайних полей в никуда. Они придавали бодрости и здоровой ярости.

Так что смельчаков, преодолевших забор в один прыжок, я атаковала не сразу.

Сначала присмотрелась, оценивая потенциал.

Внутри дернуло, как за невидимую ниточку.

Шестеро.

Где их только набрал господин Фроствик так быстро?

Двое одаренных, огонь и земля. Магия слабая, едва теплится. Остальные – обычные люди, высокие, крепкие и физически развитые.

Наверняка из тех наемников, услугами которых пользовался и бывший наместник. А может, и те же самые – их допросили и отпустили. Подумаешь, пытались похитить ребенка. Им же приказ дали, денег заплатили. Не убили же никого!

Свет в доме не горел, но за счет луны на участке все было видно как на ладони.

Вторженцы опасливо огляделись, не заметили шевелений и расслабились.

– Помните, не убиваем. Можно оглушить, если под ногами будут путаться, – прошелестел едва слышно их главарь. Тот, что с огнем. – Вы двое – на плотину. Надломите немного с обеих сторон, пусть все снесет к хренам. Вы – вытаскивайте сети, если зацепите рыбу —еще лучше. Нам самим пригодится. Ты – выковыривай артефакты, посмотрим, что они там навертели.

– Ага, – кивнул маг земли и направился к реке —выполнять приказ.

Я размышляла весь вечер, как именно отбиваться от нападающих.

Не до смерти, как они сами сказали – точно. Только разборок с местными стражами правопорядка мне не хватало. Так что ловушки с кольями, метровые ледяные шипы и прочие безделушки оставила на следующий раз.

Сегодня – предупредительный. Если намек поймут, больше не понадобится.

– Эй, народ! Я застрял! Вытащите меня! – взвыл шепотом один из бандитов, тщетно пытаясь выдернуть ноги из зыбучей трясины.

Снег поддавался моей воле беспрекословно, словно щенок, наконец-то ощутивший ласковое прикосновение хозяйской руки. Пластично облепив ступни наемника по самые щиколотки, он закаменел не хуже гранита – поди выберись.

– Что там у тебя? – с досадой буркнул огневик и запалил фонарик.

Фонарик! Маг огня!

Тьфу, позорище.

Тщетно покопав ямку и осознав, что дело неладно, он решил применить дар.

Учитывая, что обучения – даже того убогого, что здесь дают в академии – он скорее всего не получал, вышло зрелищно.

Полыхнули штаны, подручный взвыл от боли в обожженном филее.

Еще двое отпрянули от края заводи и бросились спасать пострадавшего товарища.

– Дяденьки, у вас что-то случилось? Может, помочь чем? – невинно вопросила я, возникая за их спинами с кинжалами в руках.

Зрелище я собой представляла то еще.

Белые волосы, сероватая накидка – из пододеяльника переделанная, серебристый ореол магии, сияющие кинжалы. И снежная вьюга кругом.

Остатки сугробного убежища.

Неудивительно, что первой реакцией здоровых мужиков было шарахнуться куда подальше. Тот, что застрял, чуть не вывихнул ноги и неловко осел на пострадавшую часть в сугроб.

– Призрак! – взвизгнул он поросенком.

Он испугался сильнее прочих, потому что не мог шевельнуться перед лицом грядущей опасности.

Главарь-огневик соображал неплохо и быстро сориентировался.

– Да это ж та девка, о которой нас заказчик предупреждал, – фыркнул он, приосаниваясь. Будто только что не скакал зайцем, проваливаясь в наст. – Водница.

И сплюнул.

Зря.

Плевок не долетел до земли, притормозил и вернулся прямо ему в лицо.

Презрение в глазах мага сменилось искренней ненавистью.

Родные, привычные эмоции врага.

Как я по вам соскучилась!

– А заказчик вас не предупредил, что я не просто водница, а сильная одаренная? – промурлыкала, поигрывая кинжалами и подходя ближе. – И что я очень не люблю, когда на мою собственность покушаются?

– Где только слов таких умных набралась… держите ее! – приказал главарь, утираясь. – Мелкая, но симпатичная. Согреешь нас как следует – будем с тобой ласковы. Может,даже не сильно попортим твою лужу!

– Согреть вас? – широко улыбнулась я. – Да запросто!

В лицо тем, кто протянул ко мне загребущие лапы, полетело облако раскалённого пара. Не слишком перегретого – моя цель наказать и устрашить, а не уничтожить. Не нужны мне на участке трупы, пусть своими ногами уйдут.

Или уползут, уж как получится.

Полный боли вой обожженных бандитов огласил окрестности. Досталось троим, которые обычные люди. Один из них не успел вовремя зажмуриться и теперь скулил, придерживая глаза ладонями. Не вытекут, переживёт.

Маг земли вскинул руки, под моими ногами зашевелилась почва. Яму копает? Оригинально. А то, что сверху слой снега, его не смущает?

Кажется, нет.

На лице одаренного отразилось искреннее недоумение. Как так, он старался, готовил ловушку на пределе возможностей, а я отказываюсь в нее падать!

– Вас не учили учитывать дар противника при подготовке атаки? – со смесью удивления и сочувствия поинтересовалась я. – Ты головой-то подумай. Я водница. Кругом снег. Как считаете, ребята, на чьей стороне преимущество?

– Вы все равно не умеете пользоваться магией! Она не работает! – запальчиво выкрикнул огневик и осекся.

До него наконец дошло, что у меня как раз почему-то все работает прекрасно.

Бугай нервно огляделся, оценил и сугробные залежи, и протекающую мимо реку. Побледнел и шагнул в сторону забора. Видимо, собирался срочно задать стрекача. Но не успел.

– Ну куда же вы так скоро? – ласково улыбнулась я. —Мы только начали!

Повезло, что место под теплицу мы успели определить, но не разметить. И что забор был хлипким и все равно нуждался в ремонте.

Погоняла я подонков знатно. И сама размялась и им,надеюсь, внушила мысль, что связываться с теми, кто выглядит слабее тебя, чревато. Как и недооценивать противника только потому, что ты о нем якобы что-то знаешь.

Вот знают они, что я водница. Но выводы сделали совершенно неправильные!

Отпустила я подмороженных, подпаленных и порядком потрепанных наемников ближе к рассвету. Пусть себе прихрамывают с миром. Мне еще подкрепиться и вздремнуть не помешает.

К обеду наведаюсь к управляющему рынком —застолблю местечко под новый прилавок.

Занятая приятными мыслями, я не сразу заметила, что из окон за мной внимательно наблюдают.

Так что набросившегося на меня Тайринга чуть не ошпарило. Вовремя сдержала рвущееся наружу заклинание на остатках резерва.

Кинжалы вытягивают силу будь здоров. Во время воспитательного процесса их даже развеять пришлось, иначе энергия не успевала восстанавливаться.

– Это было потрясающе! Просто отпад! Научишь меня так же? – потребовал парень с порога.

Кай стоял за плечом друга и делал выразительные молящие глаза. Тоже хотел освоить новые трюки.

– Научу, конечно, куда я денусь. Но не сейчас. Вам еще контролю учиться месяца два-три, чтобы сами себя не поранили, – проворчала я, направляясь в спальню.

Место на рынке удалось получить без особых проблем, к моему великому удивлению.

Видимо, страх начальника перед молодым наместником оказался сильнее, чем перед семейством Фроствик.

Еще бы! Те – простые торговцы, пусть и зажиточные, а этот – целый глава городского совета!

Пусть и в должность еще толком не вступил, но вступит же.

Так что за символическую плату в двести фирнов нам предоставили небольшой уголок поблизости от яркой палатки «Королевских кущ».

Не слишком удачное соседство. Еще шесть прилавков в том же ряду торговали разными рыбными продуктами – как сырыми тушками, так и сушеными, вялеными и копчеными. Там же предлагали пироги, кулебяки, котлеты и жареные на углях кусочки филе. Запахи смешивались, создавая неповторимую и не слишком аппетитную атмосферу. Но покупатели не смущались, активно брали еду домой или перекусывали прямо здесь.

Планировка с прошлого раза не изменилась. Место, выделенное первоначально, оставалось закрепленным за тобой, пока ты от него не откажешься. Но не факт, что в следующий раз предложат что-то получше.

Я искренне не понимала, зачем мешать полуфабрикаты с готовой пищей, но не мне устанавливать правила. Сказали – рыбу в этот угол, значит, так и будет.

Заодно присмотрелась к разнообразным блюдам, прикидывая, что бы могло пользоваться спросом на ледяной улице.

Лучше всего брали нанизанный на короткие палочки шашлык из рыбы с овощами. Стоил он непривычно дорого, но горожане не отказывали себе в этом маленьком удовольствии.

Кай остался дома, сторожить участок. Я пыталась его убедить, что наставила достаточно ловушек, чтобы хватило на три вчерашних отряда, но брат был непреклонен: тоже жаждал подвигов или хотя бы их видимости. Так что на рынок я пошла с Тайрингом.

Обычно ловкий и подвижный парень отчего-то сегодня двигался скованно, стараясь не смотреть в сторону соседних прилавков. Я не сразу поняла, почему.

Забыла, что его отец тоже занимался разведением рыбы.

Дошло лишь, когда к нам подошел рослый, широкоплечий мужчина в рабочем комбинезоне и перчатках. Его светлые волосы отличались от характерных белоснежных шевелюр водных магов – больше золотистого и пепельного.

– Тар? Это ты? – неуверенно спросил незнакомец. —Что ты здесь делаешь?

– Почему не сдох, ты это хотел спросить? – огрызнулся Тайринг в ответ. – Не благодаря тебе, точно.

– Веди себя прилично, нам еще торговать по соседству,– вполголоса напомнила я, ткнув парня в бок острым локтем.

Тот поморщился, но тон сбавил.

– Выпустился из приюта, работаю, как видишь.

– Торговать будешь? Тоже рыбой? – в голосе мужчины сквозила плохо скрытая гордость. – Кровь-то не водица. Помнишь, чему я тебя учил!

– Наша кровь как раз по большей части водица, – не удержалась я от напоминания.

Мне не меньше Тайринга хотелось уколоть человека, способного оставить родного сына в приюте только потому, что тот уродился не с тем даром.

– А это кто? Твоя девушка? – делая вид, что не заметил моей подначки, продолжал мужчина. – Хорошенькая. Я всегда знал, что ты не пропадешь.

– Вы себя так успокаиваете, да? – фыркнула я, делая шажок вперед и прикрывая Тайринга собой.

Он явно не в состоянии сейчас полноценно противостоять родителю. Слишком много эмоций. Ляпнет еще что не подумав. Прямые оскорбления неуместны, а вот дать понять, что трогательного воссоединения не состоится, нужно обязательно.

А то нарисуются еще новые претенденты на участок. Мы со старыми-то толком не разобрались!

– Советую держать здоровую дистанцию. Нас не представили, я вас не знаю, вы меня тоже. Я не девушка Тайринга, а его работодатель. Точно так же, как и вы, плачу за место, точно так же вкалываю. Попрошу немного уважения к коллеге, невзирая на разницу в возрасте. И не стоит пытаться переманить моих работников. Я этого не спущу.

– Я вовсе не пытался его переманить! Он мой сын… —брякнул мужчина и осекся.

Я победоносно подбоченилась.

– Если он ваш сын, почему его фамилия Вейт, как и у сотен других сирот? А если вы от него отказались – не бередите старые раны, сделайте вид, что не узнали. Сохраните остатки достоинства и его, и своего.

Незадачливый папаша сглотнул. Разговор явно двигался в неожиданном для него направлении.

– Я, пожалуй, пойду. Дел много, – замялся он и ретировался за прилавок.

Тайринг за моей спиной рвано выдохнул.

– Спасибо. И прости, что так получилось, – тихо пробормотал он.

– Ничего. Рано или поздно это должно было произойти,– я делано-небрежно пожала плечами. – В конце концов, мы выбрали идентичный бизнес. Пересечения неизбежны.

– Ты права. И все равно неловко получилось.

Я развернулась и поймала растерянный взгляд парня.

Нет, так не пойдет.

– Пусть он переживает! – рявкнула шепотом, чтобы не привлекать внимание конкурентов. – Это его проблема, не твоя! У тебя все хорошо, если захочешь – можем его разорить напрочь, чтоб неповадно было.

– Не надо. Я его понимаю. Без меня им стало полегче,– прошелестел Тайринг. – Нас в семье пятеро. Младшие – тройняшки, никто не ожидал, что в семье станет настолько больше детей разом. Дела тогда шли плохо, ферма отца была на грани разорения. А это семейный бизнес, род Фишдейлов уже почти сто лет занимается разведением и отловом. Он не мог поступить иначе.

– Избавился от лишнего рта?

Звучало жестоко, но возмущение из меня перло неудержимо. Отдать в приют старшего, чтобы вырастить троих младших? Да лучше бы к работе пристроил! Пользы больше, и совесть чиста.

– Дар у меня слабоват, в «Королевские кущи» не приняли бы точно. Значит, дохода в будущем не принесу, —пожал плечами Тар. Он, похоже, смирился с ситуацией и тщательно убеждал себя в необоснованности обиды. Зря, как по мне. – А за сдачу в приют полагается компенсация. Не слишком большие деньги, но отца они тогда здорово выручили.

Я фыркнула, не в силах выразить цензурно обуревавшие мысли.

– Давай осмотрим наше место, запишем какие материалы принести в следующий раз, – сменила тему.

Парень вздохнул с облегчением. Делать вид, что все в порядке, не так больно, как ковыряться в старых ранах.

Свободное место, что нам выделили, представляло собой металлическую палатку. Крыша, три стены и прилавок, часть которого откидывалась на шарнирах, открывая проход.

Внутри было пусто. Придется каждый раз привозить и увозить инвентарь. Могу и защиты навешать, но как бы нам не прилетело за несанкционированную магическую активность.

Лицензии-то мне никто не выдавал!

В принципе, артефактами пользовались. В некоторых ларьках было довольно тепло – обогревающий прибор стоил дорого, но помогал неподвижно стоящим работникам не закоченеть на морозе.

Я оглядела соседей, составляя мысленный список необходимого.

Ткань бы какую – подстелить под рыбу. Что-нибудь непромокаемое вроде брезента. Табуретку, ножи для разделки, возможно, жаровню, если собираемся готовить что-то или разогревать полуфабрикаты.

Траты вырисовывались внушительные. Экономить поначалу придется на всем. В том числе на еде.

Рассудив таким образом, я оставила Тайринга дома и двинулась уже привычным маршрутом в оазис с мешком наперевес.

Нам нужны витамины, а покупать все – эдак мы разоримся, не начав.

Хранитель встретил меня радостно. Погряз в рутине,бедолага. С другими магами поговорить невозможно, скучно ему.

– Ну как, прижились раки? – поинтересовался он, едва я переступила границу. – Ты проходи, у нас сегодня тихо. С утра был отряд, но уже все собрали и ушли.

По понятным причинам я избегала пересекаться с официальными смотрителями леса. Приходила либо ночью, когда все нормальные люди спят, либо в обеденный перерыв.

Водники «Кущ» строго придерживались расписания. Вероятно, потому, что их надзиратели заботились о себе и не желали задерживаться сверхурочно.

Иногда я наблюдала издалека за работой коллег. Убогое, душераздирающее зрелище.

Сначала они собирали все, что позволял им лес —тропинки сами выводили их к нужным участкам, как и меня. А на выходе расплачивались магией. Выглядело это жутковато. Пересекает границу относительно здоровый, румяный парень, а выходит наружу бледная истощенная немочь.

Резерв сильно завязан на общее физическое состояние. Если так выжимать себя регулярно и не восстанавливаться как положено, то недолго и выгореть.

Что изредка и происходило.

На удачу власть имущих, водные маги упорно продолжали рождаться, так что недостатка в кадрах оазисы не испытывали. Вот только несмотря на регулярную подпитку, зеленых участков в мире становилось все меньше.

Кусты расступались, пропуская меня в центр леса.

В отличие от смотрителей, я шла куда мне вздумается. Растения подстраивались под мой шаг, а не наоборот. Разве что, если впереди маячили конкуренты, хранитель предупреждал об опасности и предлагал свернуть. Во избежание.

– Раки чувствуют себя превосходно, растут и копошатся, – отчиталась я. – А вы тут как?

– Благодаря тебе неплохо, – просиял дух. Буквально —свечение вокруг призрачной фигуры стало ярче. Я его недавно поименовала Илундром, чтоб не звать при случае «Эй, ты!», и хранитель неимоверно возгордился. – Границы стабильны, давно уже не сдвигались. К нам даже ученые недавно приезжали, исследовали контур. Снаружи, конечно, внутрь их никто не пустил…

– Это вы молодцы. И что нашли?

– Ничего. Про тебя они не знают, решили, что наступил какой-то переломный момент, критическая величина достигнута, что-то вроде.

– Ясно. Придумали себе все объясняющую – якобы —теорию, – хмыкнула я.

– Ты погоди, как они запоют, если мы расширимся! —прижмурился довольный дух.

– С чего это вы вдруг расширитесь? Я всецело за, но такое разве возможно? – удивилась я.

Если получится увеличить зеленые участки простым вливанием силы, будет идеально. Без афиширования моего участия, само как-то вышло.

– Ты становишься сильнее, мы – тоже, – простодушно заявил Илундр. – Купол за прошедший месяц стал вдвое прочнее.

Кстати, все никак не соберусь изучить щит поподробнее.

То, что древнее творение держится за мой счет, меня совершенно не радовало. Я существо смертное, как-никак, что доказывается моим перерождением. Все величие и мощь не защитят от предательского удара в спину. А если местная экосистема завяжется на мой резерв, проблем в будущем не избежать.

Я не вечна, а что произойдёт с этим миром, если меня не будет?

Все рухнет и станет еще хуже чем прежде.

Нет, проблему надо решать радикально и как-то иначе, не зацикливая на одном человеке.

Набрав диких трав и фруктов с ягодами, я устроила мешок на сухом участке у границы и прищурившись оценила магическим зрением энергетический рисунок купола.

Теперь, благодаря развитию дара, я уже могла немного различать символы.

Большинство было мне знакомо. Схема выглядела примитивно, словно ее собирали на коленке, однако продержалась несколько веков. Нужно отдать должное ее создателю: постарался он на славу.

Систему можно было условно разделить на три части. Поддержание самого купола, подпитка Древа-основы и портальное путешествие. Значки сплетались, наслаиваясь и образуя неожиданные сочетания.

Тут надо сесть и разбираться. Вот, например, эта закорючка явно не на месте!

Дальнейшее произошло стремительно.

Я не прикасалась к руне, она самостоятельно перескочила на то место, что казалось мне более правильным.

Купол загудел, вдоль контура пробежала серебристая искра магии.

Последним, что я видела, были расширившиеся в ошеломлении глаза Илундра. Очумевший хранитель —весьма забавное зрелище. Похоже, он сам не знал, что подвластный ему оазис может отчебучить подобное!

Вокруг все затянуло снежной дымкой, в какой-то момент я перестала чувствовать тело, будто снова вышла из него в виде духа. Но нет – чувствительный удар о землю привел меня в сознание.

Падение получилось болезненным и неприятным —прямо в грязь. Чистенькая жилетка и новые штаны тут же промокли насквозь.

«Надеюсь, я купол-то не сломала?» – была моя первая мысль.

Нехорошо получится! Собиралась спасать мир, а в итоге его угробила.

Но нет. Привычный гул защитной магии на расстоянии вытянутой руки меня немного успокоил.

– Ты кто? И как сюда попала? – требовательно вопросил незнакомый голос.

Я подняла голову, кое-как обтерла лицо от бурой жижи и уставилась на духа леса.

Совершенно иного духа леса.

– Сюда – это куда? – хрипло уточнила, оглядываясь и подмечая все новые различия. Деревья здесь росли гуще, и набор их был немного иным. Если в Вальмарке преобладали лиственные, то здесь ровными рядами устремлялись в небо высоченные сосны.

И куда это меня занесло?

Новый дух подбоченился, за ним одна за другой начали возникать гончие.

– Ты явилась без приглашения, еще и пыталась испортить купол! Мы исполняем договор… – начал было он до боли знакомую песню.

Два проявившихся у моих ног силуэта оборвали монолог на полуслове.

Хранитель выпучился на внезапно взбунтовавшихся псов.

Оттенки шерсти у моих и местных собачек немного отличались. Значит, те самые, из оазиса у Вальмарка.

Интересно, как они умудрились переместиться? Вместе со мной проскочили?

– Что вы там говорили? – хмыкнула, выпрямляясь. Соблазн выйти из тела и щегольнуть броней был велик, но в незнакомом месте лучше не умирать. Даже временно. – И все-таки, что это за оазис?

– Столичные «Королевские кущи», – пролепетал дух. —Это вы – Кристель?

– Мы, – ухмыльнулась я.

Несмотря на сложности связи между куполами, слава обо мне уже прокатилась по остальным участкам. Неплохо. Все упрощается, когда не нужно долго и кровопролитно объяснять, кто ты такая.

Грязь с одежды растаяла и исчезла, оставляя искрящуюся чистотой ткань. Мои заботливые четвероногие лапочки постарались.

Помимо магической ограды, здесь оазис окружала и настоящая. Высокая, кирпичная, с острыми пиками наверший и причудливо торчащими шипами толстенной колючей проволоки.

– Часто пытаются залезть? – с интересом оглядела я конструкцию.

В провинции оно как-то поспокойнее. Или меньше отморозков, желающих поживиться на халяву, рискуя здоровьем?

– В последние годы почти никого, – настороженно отозвался дух. – А вы к нам надолго?

Интонация точно как у директора фабрики, к которому внезапно с проверкой нагрянул владелец корпорации. Что тут у него эдакое происходит? На сторону приторговывает,что ли?

– Не знаю пока, – честно ответила, изучая щит.

Все те же значки, трогать которые и даже пристально всматриваться я больше не рисковала. По идее, если переместить символ в нужную точку, я вернусь в свою провинцию.

А вдруг ошибусь и меня унесет еще дальше? Так и буду скакать между оазисами.

– Подойди-ка, – я поманила к себе хранителя и ткнула пальцем в щит. Осторожно, чтобы снова что-нибудь не сместить. – Ты видишь эти знаки?

– Да.

– И знаешь, что они означают?

– Нет. Они всегда здесь были, – замерцал дух.

– Ясненько.

Толку от него не будет.

Выделить часть системы, отвечавшей за перенос, с наскоку непросто. Еще и действовать нужно осторожнее, чтобы не сместить что-то ненароком. Похоже, внимание активирует значки точно так же, как и тыканье пальцем. Значит, лучше не торчать поблизости, сначала подумать, покрутить мысленно.

На память я не жаловалась и с минуту стояла неподвижно, тщательно запоминая все детали, пока полная схема уверенно не засияла перед глазами. Перед следующей попыткой проверю каждую деталь, чтобы не прыгнуть случайно в другое государство.

– Ну, показывай, – повернулась снова к хранителю.

– Что именно? – опасливо уточнил он.

Гончие его успели испариться. Мои все так же настороженно жались к ногам, готовые в любой момент броситься на защиту хозяйки.

– Древо показывай. Посмотрим, в каком оно у вас состоянии, раз уж я тут, – терпеливо пояснила, разминая пальцы.

Магическая прокачка полезна и мне тоже. Резерв поглощает огромные объемы энергии, затем полностью опустошается, и по новой.

Дух опасливо замерцал, но тем не менее полетел в глубину леса. Я побрела следом, отмечая все новые различия с привычным Вальмарком.

Столица Виндхельма располагалась севернее, и среди сосен и елей лишь изредка попадались кустарники с тоненькими лиственными деревцами. Болотистые участки я обходила по дальней дуге. Могла бы и насквозь по прямой, безжалостно проморозив жижу до самого дна, но жаль обитающую на глубине живность.

Идти пришлось довольно долго. Смеркалось, над прогалинами заплясали крошечные зеленоватые светлячки.

Размерами столичный оазис раз в десять превосходил провинциальный. Дух плыл себе без устали, я же перешла на легкую трусцу. Иначе мы так до утра не разберемся, а меня дома голодные дети ждут!

Местное древо выглядело иначе.

Массивный приземистый дуб распустил узловатые корни во все стороны. Вместо того чтобы горделиво возноситься к небесам, он рос вширь, ветвями закрывая наглухо приличных размеров поляну. Сквозь ковер из опавшей листвы и иголок то тут, то там пробивались бархатистые шляпки белых грибов. У нас такие не росли, так что я остро пожалела, что мешок остался в другом оазисе. Сейчас бы набрала, угостить подопечных.

На продажу не рискну. Мне одного раза хватило.

Дефицита в магии Древо не испытывало. В отличие от Вальмарковых «Кущ» здесь, похоже, работало достаточно водников, чтобы подпитывать и оазис, и всех его обитателей.

Еще бы, прямые поставки во дворец, к столу его величества. Все должно быть наилучшего качества!

Не удивлюсь, если и зарплата, и содержание у столичных смотрителей лучше.

– Что же вы с остальными не делитесь? – пожурила я молчаливо возвышающийся дуб. – Там купола схлопываются от недостатка энергии, а вы жируете внаглую.

– Да мы делимся. Все лишнее в сеть идет, – заюлил хранитель.

– Лишнее? – выгнула я бровь, красноречиво оглядывая поляну. За деревьями маячила соседняя прогалина, усыпанная ягодами так, что листочков за ними почти не видно. – Удивительно, как у вас вообще что-то остается.

– Мы – центральный узел сети, – выпятил грудь дух. – Нам нельзя себя ущемлять, иначе вся система развалится.

– Ты удивишься, но нет. Так оно не работает, —хмыкнула я. – Это тебе люди сказали?

– Так ученые говорят. Которые исследуют уцелевшие оазисы.

– То есть местные в курсе, что все зеленеющие участки взаимосвязаны? – уцепилась я за мысль.

– Конечно. У них даже карта примерного расположения нитей составлена. Правда, неправильно…

– Насколько неправильно? От балды, что ли?

– Старая она. С тех пор каналы уже раз десять сменились: новые появились, прежние заглохли и усохли. Мы же живые, развиваемся, растем, – замерцал хранитель.

– Интересно, – протянула я.

И в самом деле весьма занимательно. То есть тот, кто создавал систему куполов, оставил документы или указания потомкам. А может, и инструкции!

Кстати об инструкциях, я еще свой заветный схрон толком не распотрошила. А надо бы. Там может лежать много всего интересного. Те же копии бумаг, в том числе. Не в одном же экземпляре их делали?

Логично, что разработчиков столь масштабного проекта было много. И жили они в разных точках страны, а то и континента – для чистоты экспериментов.

– Здесь есть поблизости какие-нибудь тайные склады? Возможно, подземные тоннели или убежища? – уточнила, не сильно рассчитывая на ответ.

Несмотря на то что землянка Рекинсов располагалась на самой границе с оазисом, его хранитель о её наличии ни сном ни духом. Гончие попали внутрь благодаря связи со мной – переместились наобум, в конкретную точку, не через тоннели добежали.

Получается, на тайнике есть маскирующие чары, рассчитанные не только на людей, но и на духов.

– Какие тайные убежища? Это самое сердце столицы, сплошь министры живут, придворные и аристократия, —высокомерно фыркнул дух.

– Даже столь возвышенные особы изредка пользуются канализацией, – хмыкнула я. – Но я, пожалуй, сама проверю.

Сложный пазл из символов и линий все еще крутился в голове, не желая складываться в полноценную картинку. На ходу всегда лучше думается. Пройдусь, полюбопытствую,как здесь люди живут. Нам сюда переезжать через два года все равно, ознакомлюсь с местностью.

Вряд ли мы с Каем потянем аренду – не говоря уже о покупке – жилья в самом престижном квартале Хельвитта. Но академия, насколько мне известно, недалеко от дворца, а где еще располагаться резиденции короля, как не поблизости от «Кущ»?

Взгляну на наше будущее учебное заведение. Хоть издали – внутрь меня вряд ли в таком виде пустят. Я одевалась не на прием, а в поход по лесу за едой.

Заклинания, защищавшие стену, я распутала за минуту. Ничего сложного – примитивный датчик-следилка в виде замкнутого контура. Стоит задеть невидимый луч —дежурный маг получит уведомление, а звуковые артефакты активируются. Как именно – проверять не стала. Ни к чему мне лишний шум и внимание.

Накинув рассеивающий внимание полог, посидела немного на прикрытой настом проволоке, осматривая окрестности.

Действительно, тихо и мирно. Но только благодаряпостоянной охране, то и дело обходящей территорию по периметру, высоченным заборам и мощным магическим щитам, накинутым практически на каждую усадьбу.

Боятся местные аристократы.

Чего или кого – не знаю. Но обязательно выясню.

Решившись, спрыгнула в сугроб. Один из патрулей как раз свернул за угол, следующий будет через минуты три. Успею перебежать улицу и скрыться за поворотом.

– Столица, значит. Ну, раз уж я здесь, прогуляюсь.

Ночные улицы Хельвитта были темны и тихи.

В этом плане от Вальмарка почти не отличались.

После захода солнца люди старались дома не покидать, чтобы по минимуму использовать драгоценные артефакты и не менее дорогие масляные лампы. Вешать их в качестве фонарей слишком расточительно, так что в сумерках редкие пешеходы могли полагаться лишь на свои глаза и неверный свет луны и звезд.

Для меня это не проблема – я под завязку напитала резерв от гончих и свободно зажгла бы с сотню светлячков. Но чтобы не привлекать внимания фейерверком, обошлась двумя. Они летели передо мной над самой землей, чтобы в случае чего споро раствориться в мерцающем покрывале наста.

Как по заказу пошел снег, скрывая мои следы. Обратно доберусь, купол оазиса магическим зрением виден издалека, его не пропустишь. А меня выследить сложнее.

Для начала обошла королевский замок. Не впечатлилась.

Строили его давно, надежно, еще когда замки служили основным пунктом обороны города. С тех пор ничего не меняли, разве что фасад подправляли – в некоторых местах цвет камня немного отличался.

Ставни позакрывали на ночь изнутри, так что окна казались гигантскими зеркалами, отражающими небо. Не понять, есть кто-то внутри или нет – свет не просачивается вовсе.

Массивная ограда отделяла резиденцию монарха от всего мира. Защита на ней стояла более надежная, чем на оазисе. Пожалуй, вздумай я ее взломать, справилась бы, но повозилась с полчаса, не меньше.

Академию я нашла легко. Она высилась темной махиной в квартале от королевского замка. Удобно, что остальные здания в скромные три-четыре этажа максимум. Важные локации сразу видно.

Постройка напоминала уменьшенную и слегка размазанную вширь копию замка. Здесь магический фон был выше и, несмотря на качественные щиты, просачивался наружу. «Не убирают за собой, – осуждающе покачала я головой. – Хоть бы почистили!» Это же последствия будут как для здоровья, так и для занятий. В густом флере даже качественно выполненное заклинание может срикошетить или раствориться раньше времени.

Устраивать проникновение со взломом не стала, хотя руки чесались еще у замка. Заглянуть в гости к королю, посмотреть, достойный ли человек у власти.

То, что род правит долго, не гарантия справедливого правления. Скорее наоборот. Больше соблазнов, вседозволенность развращает и все такое.

Избегать патрулей я научилась быстро. Дважды пришлось нырять в сугробное убежище, маскироваться накинутым наспех слоем наста. Но расписание и примерную схему движения стражей я просекла и теперь сворачивала в переулки автоматически.

Ребята не халтурили и придерживались строгого расписания. А зря. Раз я вычислила, другим тоже труда не составит. Не все в мире настолько же законопослушны.

Напоследок решила прогуляться вдоль набережной.

Когда-то полноводная река Глимстрим служила важным транспортным узлом. Она впадала в море, а оттуда сильное течение само выносило корабли к южным соседям.

Сейчас из-за покрывавшей реку корки льда судоходство встало, зато по прочной «дороге» продолжили доставлять товары, но уже в санях. Ветер сносил весь насыпавшийся снег к берегам, и чистить почти не приходилось.

Одно но.

Кроме легальных, платящих налоги торговцев этим путем пользовались и контрабандисты. Мне про систему речного сообщения рассказывал Тайринг. Откуда он нахватался, я не спрашивала – и так все понятно. Знакомства с бойцами подпольной арены не проходят даром.

Так что я почти не удивилась, заметив темные фигуры, практически неразличимые за вьюгой, что тихонько пробирались вдоль обрыва, держась в тени склона. Если бы не усиленное магией зрение, я бы их тоже не заметила, так качественно они скрывались.

Однако кроме меня за преступниками наблюдал еще кто-то.

Заклинание теплового сканера показывало впереди засаду из пяти человек.

Маловато против целой группы, наверняка там еще и с оружием многие.

Заинтересовавшись, я присела на парапет. Каменная громада с массивными опорами и широкими перилами сохранилась с прежних, дозимних времен. И вероятно простоит еще пару сотен лет, если ее целенаправленно не рушить.

Ну что ж.

Посмотрим, как работают местные служители правопорядка.

Болтая ногами, я наблюдала за медленным, осторожным продвижением контрабандистов. Двенадцать человек в светло-серой одежде – для вечной зимы подходящий камуфляж – волокли за собой сани, доверху груженые мешками.

Интересно, что внутри?

Я послала вперед крошечный импульс, чтобы проверить содержимое.

Шедший первым высокий, худощавый мужчина внезапно остановился и завертел головой.

Неужели заметил? Да быть того не может!

Нахмурившись, я развеяла поисковик и поплотнее укуталась в щиты. Меня сейчас даже сестры-валькирии бы обнаружили с трудом. А этот смотрит чуть ли не в лицо!

Точно не видит, но чует, как хищник.

Не ожидала встретиться с настолько хорошо обученным водником. И сильным – дар так и сияет! Только резерв отчего-то почти пуст. Выложился недавно?

Пока я раздумывала, события развивались стремительно.

Тем, кто сидел в засаде, надоело ждать или они решили, что их обнаружили. Все пятеро выметнулись разом, разворачивая огненную сеть. Воздушник распылил снег, закрывая преступникам видимость и дезориентируя.

Я поморщилась. Подлый прием, почти как песком в глаза.

Сама таким пользуюсь.

Несмотря на истощение, водный маг среагировал быстро и эффективно. Чтобы не тратить лишние силы, перехватил острые снежинки, на лету превращая их в воду и нейтрализуя пылающую ловушку.

За его спиной еще два преступника вскинули руки, ставя ледяной щит. Он с хрустом вырос прямо из реки, ломая толстое покрытие и распуская трещины по всему руслу.

Стражи попятились, ища баланс на шатающихся под ногами осколках. Глимстрим в этом месте оказался неожиданно глубок, темные волны жадно плескались между глыбами, норовя затянуть в холодную бездну.

Ожидаемо один из нападающих поскользнулся. Короткий вскрик, плеск – и он скрылся под водой.

– Ваше высочество! – Страж рядом замешкался и тут же поплатился.

Ему в грудь прилетел целый рой сосулек, несколько штук броню и впились в тело. Он осел на льдину, окрашивая ее алым. Остальные заученно перегруппировались, прикрываясь щитами и перебираясь к берегу.

– Оставьте меня! Спасайте принца! – прохрипелраненый.

– Как его спасать-то? Это ж верная смерть! —забубнили остальные, с опаской поглядывая в сторону нарастающего тороса.

Водник не стеснялся, подталкивал обломки, создавая на поверхности смертельную мешанину.

По лицу, полускрытому капюшоном куртки, скользнула довольная усмешка.

Он кивнул, и группа преступников двинулась дальше, обходя посрамленных стражей по широкой дуге и забирая в сторону излучины. Еще одна короткая вспышка, пахнуло морозом и озоном. Вторая группа, которую я не заметила, отступила еще быстрее.

Менее чем через минуту бандиты выбрались на берег и исчезли в переулке без малейшего звука.

За все яростное сражение контрабандисты не произнесли ни единого слова. Отлично сработанная боевая единица.

– Его величество нас казнит, – пробормотал раненый, с ужасом глядя на воздвигающуюся все выше груду обломков. – Как мы могли не уберечь принца?!

Однако нырять благоразумно предлагать не стал.

Может, казнит, а может, и помилует, а тут наверняка смерть.

Я долго не думала.

Парень и так уже больше минуты в холоднющей воде. Еще немного, и его даже чудо не спасет. А я все-таки обычный человек.

Скинув сапоги и жилетку, стрелой метнулась к кромке воды.

Эти растяпы еще нападать вздумали!

Не глядя отмахнулась от летящих в мою сторону огненных стрел и нырнула рыбкой, выставив перед собой руки с заготовленным заклинанием.

Сквозь толщу льда я прошла, как раскаленный нож сквозь масло. Дыра за мной сразу же затянулась – не хватало еще каких самоотверженных идиотов спасать, что следом ломанутся.

После хаоса наверху царящая здесь гулкая тишина резанула по ушам. Холода я не ощущала – родная стихия бережно приняла меня в объятия и послушно понесла в сторону вторженца.

Принц не растерялся и самоконтроля не утратил.

Он вцепился в неглубокую трещину, не обращая внимания на окровавленные ладони, и методично бил в толстую корку воздушным кулаком, раз за разом. Силен, упорен. Но сейчас ему противостояла не только замороженная вода, но и опытный маг льда.

Неизвестный позаботился о том, чтобы его высочество не выплыл, надежно укрепив торос изнутри.

Воздух у мага воздуха так просто не закончится. Но обморожение ему светит по полной, и через пару минут оно станет критическим. Ставить герметичные щиты его явно никто не учил, и кожа парня стремительно краснела.

Размышлять, правильно ли я поступаю, некогда.

В политике местной я не сильна, насколько праведен и благороден принц – не знаю. Но погибающего человека оставлять в беде нехорошо, кем бы он ни был. Раз лично мне бед не причинил и известным мне людям тоже – пусть живет себе.

Что у них тут происходит, потом разберусь.

Я подплыла со спины и окутала его высочество коконом теплой воды. Он дернулся, обернулся и вытаращился.

Невзирая на его вялое сопротивление, подхватила за пояс и потащила за собой вдоль русла.

Здесь выбираться смысла нет.

Торос мощный. Пробить могу, но придется распутывать чужое заклинание, зря время тратить.

Кстати, занятная структура. Чем-то напоминает схему купола.

Эту мысль я тоже потом обдумаю.

Вылезать на берег под бдительным оком стражей не хочу. Еще задержат до выяснения или в казематы сунут. Мало ли, решат, что я заодно с бандитами!

Темнота над головой сменилась слабым серебристым свечением луны. Здесь лед потоньше и ничем не укреплен.

Движение руки, и корка растворяется, выпуская нас на воздух.

Легкие резануло, мы оба закашлялись.

Принц уже не отбивался, висел тряпочкой, едва удерживая голову над поверхностью. Яростные попытки выбраться опустошили резерв и, похоже, еще зачерпнули из телесных запасов, сократив магу жизнь года на два-три.

Надо отдать парню должное – смерти он сопротивлялся достойно.

Надеюсь, в сумраке обманчиво-дрожащей воды он меня не разглядел. Вряд ли мы когда-то еще встретимся, но не хотелось бы угодить за решетку.

– Ты кто? – хрипло выдавил он, опираясь на руки на мелководье и силясь подняться. Безуспешно. – Водница же, да? Почему спасла?

– Ты тонул, я вытащила. По-моему, все логично, —буркнула в ответ, помогая его высочеству доползти до берега.

За шкирку.

Короткое заклинание, два взмаха руки.

От нас повалил пар, одежда встопорщилась колом.

Побочный эффект экстренной сушки. Терпеть его не могу, но лучше так, чем в мокром по морозу.

Принц раскинулся на снегу морской звездой, глядя в небо и тяжело дыша. Кашель продолжал сотрясать его сухими спазмами – наглотаться он не наглотался, но судороги после ледяной воды давали о себе знать.

– А почему ты ко мне на «ты»?

– У тебя еще силы есть выпендриваться? —восхитилась я, осматриваясь.

К нам уже спешили стражи. Характерные огненные и воздушные ауры сияли в магическом диапазоне яркими всполохами.

– Как тебя зовут? – не унимался принц.

Надеется найти и допросить?

– Скажи спасибо и забудь, что меня видел, —приказала, одним махом перелетая через перила набережной.

Пробежка за сапогами босиком – не самая приятная часть вечера. Их никто не тронул, они мирно себе лежали на снегу, скрытые куполом фальшивого сугроба. Натянула сапоги, жилетку и поежилась.

– Ничего себе – прогулялась! – пробормотала себе под нос и тенью скользнула на противоположный берег.

Туда, где скрылся отряд контрабандистов.

Конечно же, я их не нашла.

Метель то стихала, то усиливалась, а пронизывающий ветер не унимался ни на мгновение, надёжно заметая следы.

«Не управляет ли тот водник погодой втихаря?» —подумалось мне. Очень уж удачно снегопад начался. Вовремя.

Будто по заказу.

Переулки становились все просторнее. Чем дальше от центра с роскошным особняками и старинными зданиями, тем чаще жители отдавали предпочтение экономным землянкам.

Покосившийся забор да раскопанная дорожка, ведущая к насыпи – вот и все признаки жилья.

Слишком много открытого пространства, на котором меня отлично видно.

Так что когда за спиной послышался хруст снега под чьими-то подошвами, я не раздумывая нырнула в ближайший сугроб.

– Ищите! Они не могли далеко уйти! – донесся отрывистый приказ. – Переройте здесь все!

Под ногами прокатился земляной поисковик. Если бы я заранее не позаботилась о том, чтобы прикрыться щитом со всех сторон, засекли бы как пить дать.

Зато за моей спиной, чуть левее входа в землянку, раздался придушенный вскрик.

Кого-то поймали.

– Нашел! Тут они! Прочешите участок!

Отряд увесисто протопотал мимо, чудом не наступив мне на руку.

Я незаметно сдвинула щиты, отползая к забору.

Если начнут проверять каждый метр, меня неизбежно обнаружат. Вступать в противостояние с обученной группой магов не имею ни малейшего желания.

Ноги коснулось что-то теплое.

От неожиданности я подпрыгнула, чуть не заорала и внезапно оказалась в тесном захвате, а хамски здоровенная ладонь запечатала рот.

– Ты кто? – прошелестел над ухом едва слышный мужской голос.

Я наугад ткнула локтем, попала.

Нападающий хекнул и ослабил хватку. Дернув головой, хватанула воздуха – гад умудрился лапищей и нос заодно зажать.

– Дух Йоля, мать твою. Отцепись уже! – прошипела в ответ.

– Кто здесь?

Наша перепалка привлекла внимание мага воздуха. Ничего удивительного: щиты развеялись от прикосновения и яростный шепот разнесся по всему двору. Я их ставила в расчете на звуковую изоляцию, а не физическое нападение.

Кто же знал, что именно здесь засели преступники!

Гад за спиной цветисто выругался, прижал меня к земле заклинанием и выпрямился, взметая сугроб внушительным торнадо.

Воздушник ответил встречным ветром, рассеивая острые снежинки и заставляя преступника уворачиваться от собственной магии.

Я без труда стряхнула чужие чары, но подниматься не спешила. Пусть между собой разбираются, меня это не касается. Только на спину перевернулась, чтобы удобнее было наблюдать за эпичным противостоянием.

Раскинувший руки водный маг оказался тем самым, с реки. Капюшон по-прежнему держался на его голове, как прибитый, мешая разглядеть лицо. В неверном свете звезд выделялась лишь упрямо выдвинутая челюсть и сосредоточенно сжатые губы.

Молодой, лет двадцать пять, не больше.

Надо же, а мне казалось, в академии учат всякой ерунде, если судить по младшему Бергвику. Оказывается, туда стоит поступать не только ради диплома, но и ради знаний!

Или этот парень все-таки исключение? Учитывая отношение к водникам, сомневаюсь, что среди преподавателей найдутся хорошие специалисты. Тут скорее семейные техники, передающиеся из поколения в поколение, или же найденный древний манускрипт с подробными описаниями. Почти как выдуманный мной древник предка.

Неожиданная мысль плеснула по спине кипятком.

А вдруг это тоже попаданец, как и я? Не из валькирий,конечно, к нам мужчин не принимали, но из какого-то другого клана?

К воздушнику присоединился маг земли.

Почва подо мной дрогнула, готовясь развезнуться.

Небрежным движением кисти я раскинула ледяное покрывало, промораживая приличный кусок территории.

Лицо под капюшоном на долю мгновения развернулось ко мне. Водник окинул меня пристальным взглядом, настолько пристальным, что я почти ощутила физическое прикосновение.

Не ожидал помощи? Или сперва не понял, что я тоже маг?

Значит, ауру не читает.

– Окружайте их! – звонкая команда принца заставила меня вздрогнуть и приподняться над кромкой сугроба, оглядывая поле боя.

Он-то что здесь делает?

Ему по-хорошему к целителю бы надо и чай горячий с медом в постели пить, а не по сугробам скакать. От пневмонии и обморожения даже маги не защищены.

Губы водника искривила усмешка. Он развернулся на голос и швырнул в сторону принца что-то колючее и мощное.

Не позволю убивать мною спасенных!

Я среагировала раньше, чем поняла, что делаю. Выметнувшись из укрытия, прыгнула что было сил, принимая удар на себя.

Нас обоих снесло, протащило по насту и впечатало в забор.

Принц смягчил удар, приложившись спиной о перекладины так, что раздался хруст.

Не ребер.

Слоя ледяной корки, что я успела нарастить на его плаще.

На моей талии сомкнулись мужские руки.

А я сегодня неожиданно популярна!

– Снова ты? – воскликнул принц, стряхивая меня с колен и спешно формируя какое-то воздушное заклинание. Довольно мощное, судя по яркости свечения ауры. – Заодно с ними?!

– В мыслях не было! – замахала рукой, отползая при помощи другой подальше от схватки и поближе к выходу. —Я вообще мимо проходила! И дальше пойду! Не обращайте на меня внимания!

Воспользовавшись поднявшейся суматохой – как же, его высочеству снова досталось! – мятежный водник прихватил своих подручных и скрылся в метели.

Зато меня окружили вооруженные, неплохо обученные и очень, очень злые маги.

Принца пропустили нехотя, справедливо опасаясь за его безопасность. Пока никто не нападал, а я в атаку первой не полезу. Но стражи-то не в курсе моей миролюбивости…

– Итак, я жду ответа, – процедил парень, нависая надо мной.

Получалось не очень угрожающе, потому что был он едва ли намного старше меня. От силы двадцать, может, и меньше.

Теперь понятно, почему засада была так странно организована. Видимо, кто-то очень умный решил, что его высочеству необходим полевой опыт, и не придумал ничего лучше, чем поставить его во главе ловчего отряда.

Хорошо еще без жертв обошлось. Вроде бы.

– На что? – захлопала я глазами, принимая самый невинный и трогательный вид.

– Издеваешься? – скрипнул зубами принц. – Не первый раз спрашиваю – ты кто? Как зовут, из какого рода? Что делаешь здесь посреди ночи? Ты с ними?

Он дернул подбородком в сторону, обозначая исчезнувших в ночи преступников.

Как бы на меня их побег не повесили!

– Первый раз их видела! – искренне выпалила, выставляя перед собой руки в защитном жесте. – Случайно проходила мимо, вижу – драка. Ну, остановилась посмотреть… дальше сами знаете.

– Драка, говоришь, – протянул его высочество, оценивающе скользя по мне взглядом. – Нормальные люди от магических боев держатся подальше. И тем более в них не участвуют. Кто тебя учил?

– Сама, по дневнику предка, – отбарабанила привычную отмазку и осторожно, без резких движений, поднялась. Нечего провоцировать. И так продемонстрировала больше, чем собиралась. – Хочу заметить, что несколько минут назад я спасла вам жизнь. А до того еще раз, в реке. Так что как видите, никаких козней я не замышляю, дурных намерений не имею. В общем, пойду…

– Куда?

– Домой.

– Мы тебя проводим, – постановил принц, ухватив меня за локоть.

На ухаживание жест походил мало, скорее, на процесс задержания. Наручников только не хватало, или что у них тут в моде, кандалы?

– Не надо меня провожать! – вскинулась я в ужасе. —Меня это… папенька заругает!

– Сбежала, что ли? – с пониманием хмыкнул принц.

– Ну… вроде того, – показательно потупившись, ковырнула наст носком сапога.

– Ваше высочество, она может быть заодно с бандитами. Ее бы допросить с пристрастием, – некстати влез маг земли.

Вечно им больше всех надо! Все ж так удачно складывалось.

– Она сама придет. Придешь же? – нахмурился принц, строго глядя на меня. – Завтра к полудню в центральное управление. То, что напротив дворца, на Зеркальной площади.

– Приду-приду! – закивала я болванчиком.

– Конечно придет. Если нет, ей оторвет руку, – мрачно добавил подкравшийся со спины маг огня, защелкивая на моем запястье браслет.

Тот сразу же неприятно нагрелся, покалывая кожу сотней иголочек – настраивался на ауру.

Какие у них тут игрушки занимательные! Очень похоже на старинный артефакт, слишком уж тонкая работа для современности.

Прищурившись, изучила всплывшее перед магическим взором переплетение знаков.

Определитель локации, карта, датчик удаления. Теперь если я отойду от столицы более чем на три-четыре километра, заложенный в браслете заряд сработает и произойдет мини-взрыв.

Миленько. И эффективно. Будь это кто другой, его бы удержало.

Я же могу снять опасное украшение за пару минут.

Но не стану.

Слишком уж интересно узнать, что здесь происходит.

Откуда взялись обученные водники и почему они вне закона?

Явлюсь в участок, а там еще посмотрим, кто кого допрашивать будет.

Отряд вновь рассыпался по улице, безуспешно пытаясь выследить окончательно скрывшихся бандитов. Принц нехотя выпустил мое предплечье и отступил на шаг.

Я тут же припустила по переулкам вспугнутым зайцем.

Подальше от облавы, поближе к центру!

До полудня мне еще придумать нужно, где я живу.

В приют податься? Глупо, там отчетность. Сразу вычислят и донесут куда следует. Наверняка такую подозрительную личность проверят вдоль и поперек…

Кстати, о подозрительных личностях.

Здесь должны быть коллеги господина Бергвика. Иными словами – преступные организации и их главы. Как минимум одна точно – кто-то же руководит контрабандой!

Заулыбавшись, я притормозила и двинулась неспешным шагом, поглядывая по сторонам, чтобы не попасться очередному патрулю. Браслет на запястье – метка, а не пропуск. Не стоит забывать о конспирации.

Впрочем, ночная тьма постепенно мутнела, уступая место неуверенно-розовому рассвету. На улицах появились первые прохожие, спешащие на работу. Забряцали замками лавки, в воздухе потянуло сочными ароматами – народ завтракал вовсю.

У меня заурчало в животе.

Лезть прямо сейчас в оазис рискованно. Значит, попробуем зайти из тени.

Но как?

Не спрашивать же каждого встречного – где у вас тут арена?

С другой стороны, почему бы и нет? Только не каждого встречного, а тех, кто скорее всего в курсе.

Трактирщики.

Они во всех мирах знают о нелегальщине больше прочих.

Свернув в ближайшую гостеприимно приоткрытую дверь, я постояла на пороге, незаметно очищая сапоги от грязи и подсушивая вновь промокшую под снегопадом одежду, и только после этого двинулась к столику.

На меня никто не обратил внимания – подумаешь, очередная ранняя пташка. Полумрак зала скрывал мои черты, скрадывая возраст и маскируя выбивающиеся белоснежные пряди.

Знала бы, где придется шляться, хоть плащ с капюшоном накинула бы! Хотя сейчас откровенная демонстрация принадлежности к водным магам мне на руку.

– Позовите хозяина, – негромко попросила я подавальщицу, что подошла принять заказ.

Девушка нахмурилась, но подчинилась.

Владелец заведения явился не скоро, явно недовольный тем, что его вызвала какая-то пигалица.

– Чего тебе? – буркнул он неприветливо.

Но его тон мигом смягчился, стоило мне изобразить на ладони вращающуюся и светящуюся снежинку.

– Мне бы к своим. Не подскажешь, как их найти? —прищурилась я, наблюдая за красноречивой реакцией.

Трактирщик явно знал, о чем я, потому что сбледнул и заозирался по сторонам.

– Не бойся, не выдам. И за мной никто не следил, —заверила его от всей души.

Браслет уже давно остался в одной из подворотен. Я повесила над ним маячок, чтобы ровно в полдень оттуда забрать и снова нацепить.

Ни к чему властям наблюдать за моими передвижениями. В особенности если я планирую воспользоваться гостеприимством местного подполья.

Мне помогут, а я предам, пусть невольно? Ну уж нет.

– Жди, – коротко бросил трактирщик и улепетнул со всей возможной скоростью.

Разве что не вприпрыжку – достоинство и внушительное пузо не позволяли.

Мне принесли горячий взвар, которого я не заказывала. Отказываться не стала, только проанализировала на предмет посторонних добавок.

Хмыкнула, отпила почти половину залпом.

Владелец забегаловки посматривал издалека настороженно, но вроде успокоился.

Представитель преступного мира появился примерно через час. Я успела допить все и сонно клевала носом.

Вроде не ошиблась и действие травки должно было быть именно таким. Судя по расслабившемуся трактирщику —угадала.

Процедить пол-литра жидкости и убрать опасный элемент не слишком сложно, если знать, что делать. Сама посуда, кстати, тоже оказалась с сюрпризом. На дне был нарисован характерный значок. Если долго держать кружку в руках, резерв постепенно истощался, собираясь в металле как в накопителе.

Я демонстративно грела ладони о выпуклые бока, чтобы не спугнуть посланца. Пусть считает меня безопасной.

Вреда я ему причинять не собираюсь, но и беспомощной не останусь.

– Ты новенькая? Откуда? – шепнул вместо приветствия долговязый парень, плюхаясь на скамью напротив.

Тоже водник – характерные белые волосы хоть и пострижены почти под ноль, да еще и скрыты шапкой, но на висках заметны.

– Из соседнего городка. Проездом, – уклончиво ответила я. – Нужна временная регистрация. Чтобы кто-то подтвердил, что я у них в гостях.

– Зачем?

– Мне в полдень нужно быть в участке, – криво усмехнулась, глядя на вытягивающееся лицо собеседника. – В отличие от твоего шефа, меня поймать успели. А он сбежал. Так что пусть расплачивается натурой.

Нужно отдать должное воднику: он не сбежал от сумасшедшей девицы, сверкая пятками.

Но и принимать меня в братство с распростертыми объятиями не спешил.

– О каком шефе ты говоришь? Ничего не понимаю, —отвел глаза он. – Могу подыскать подходящую семью за отдельную плату. Завтра приходи.

– Ты не понял, дружок.

Я со стуком поставила обезвреженную кружку на стол, вытянула ладонь перед собой и сжала воздух.

Парень охнул и схватился за грудь.

Сердце колет? А нечего быть бесчувственной скотиной. Даме в беде помогай!

– Сегодня ночью твоего шефа вместе с группой чуть не поймали на реке. Если бы не я, он бы уже сидел за покушение и успешное убийство его высочества, —процедила я, ставя невидимый со стороны щит от прослушки.

Водник почуял движение стихии и панически заозирался. Решил, что я нападать собираюсь? Что ты, милый, ты мне живой нужен и относительно здоровый. Одна я долго главаря искать буду.

Пощелкала пальцами перед лицом юного мага, чтобы привлечь внимание.

Силенок у него немного, аура еле трепещет. Почти как Тайринг до того, как я за него принялась, по уровню. Мне даже сейчас на один зуб. Вот его начальник посильнее будет, даже в ослабленном состоянии.

Интересно, где он умудрился так вымотаться, что не восстановился по дороге?

– Так что за ним должок. И отдать он его должен сегодня до полудня.

– Иначе что? Ты ему ничего не сделаешь, мой господин – великий маг! – выпятил грудь парень.

Несмотря на предупреждающие покалывания в сердце, еще хорохорится! Завидная преданность и вера в руководство.

– Ему, может, и не сделаю. А тебе – да, – оскалилась я.

– Делай со мной, что хочешь, предательница рода. Я своего господина не сдам! – мальчишка зажмурился и приготовился героически помереть.

Чего он не ждал, так это моего искреннего смеха.

– Сдался мне твой господин! – фыркнула совершенно искренне. – Просто кроме него я больше никого здесь не знаю. Говорю же, проездом.

– Тогда чего вы хотите? – окончательно запутался парень. Но один глаз осторожно приоткрыл.

– Семью, чтобы подтвердила, что я у них живу пару дней. Необязательно водников, могут быть любой стихии. Главное, приличные и надежные, чтобы поменьше подозрений вызвать у стражи.

Мажонок нахмурился и задумался.

– Я не могу один решить этот вопрос. Мне нужно посоветоваться, – наконец родил он.

– Ну и хвала богам, – выдохнула я с облегчением. —Иди, советуйся. Только имей в виду: не вернешься через час, я сама пойду искать. И поверь, твоему господину мои методы не понравятся.

– Не смейте ему угрожать! – снова вскинулся мальчишка.

– А я не угрожаю. Я факт констатирую, – пожала плечами. – Как тебе идея заморозить весь квартал? Я могу. А обвинят, как думаешь, кого?

Парень побледнел до синевы, суетливо вскочил и скрылся за дверью.

Я, не стесняясь, заказала у трактирщика обед, упомянув, что оплату можно записать на счет братства.

Что мне, голодной сидеть? Я когда есть хочу, злая.

А организм растущий, энергии требует прорву.

Так и не представившийся юнец вернулся довольно скоро, и отведенного часа не прошло. Я как раз подгребала жестковатой лепешкой остатки густого чечевичного супа. Хлеб здесь получше, чем в нашей деревне, но все равно не тот. Пшеницы дефицит, вот и пекут из того что есть —например, из картофеля.

– Мой господин желает вас видеть, – с легким поклоном сообщил мальчишка.

– Ну наконец-то! – я бодро выпорхнула из-за стола.

Мы вышли из таверны, завернули за угол, и тут, в тихой подворотне, меня поджидал сюрприз.

Три сильных, хорошо обученных водника. Послабееглаваря, но точно выше шестерки.

Ничего себе у них тут рассадник! Это я правильно заглянула.

Предвкушающе потерла руки.

Похоже, наконец-то нашлись люди, у которых я могу узнать подоплеку всего происходящего. В частности, что произошло сотни лет назад, что творится сейчас и почему.

– Я польщена торжественностью встречи, но не стоило, право, – наивно прощебетала, подходя ближе. – Мне бы хватило и одного провожатого.

– Шеф сказал, присмотреть, – буркнул один из магов, постарше. Лет сорок на вид, но все еще статен и крепок. И на смотрителя оазиса не похож – те сплошь изможденные, вялые немочи.

– Кто я такая, чтобы спорить с вашим шефом! —расплылась я в улыбке и бодро зашагала впереди.

Сопровождающие захрупали по снегу следом.

Нападать не пытались, хотя я держалась настороже и чутко отслеживала их магические потоки. Но, похоже, их действительно послали на всякий случай – не связываться и убедиться, что я не натворю ничего.

Легенда, которую я собиралась предложить стражам, потихоньку складывалась в моей голове.

От Вальмарка до столицы дороги на сутки, не больше. Даже если начнут сопоставлять показания свидетелей, то в городе меня видели в обед, а принца я спасала глубокой ночью. Если двигаться по замерзшей реке, как контрабандисты, то есть шанс сократить время в пути часов до пятнадцати.

Что мне требовалось сейчас от подполья, так это сведения. Какие купцы могли бы меня подвезти и к кому я приехала.

Не потащится же юная девица в одиночку в никуда! Тем более при наличии брата и друзей. Значит, какие-то у меня должны быть знакомые. Важное дело, ради которого сорвалась и рискнула рвануть в другой город, выдумать не сложно. Все в Вальмарке знают, что род Фроствикнацелился на наше имущество. Договор с господином Бергвиком – это прекрасно, но дополнительная поддержка не помешает. Как раз на случаи нападения и мелких пакостей должен быть кто-то, способный нас защитить.

Другой вопрос, что я в защите не нуждаюсь, сама накажу идиотов, посмевших посягнуть на мою собственность. Но стражам же этого не объяснить!

Мне и так придется вертеться ужом, чтобы отмежеваться от нелегальщины. Ведь первым вопросом наверняка будет: «Не причастны ли вы к тайному провозу запрещенки?» Что бы там не волокли за собой преступники, но точно не обычные товары в лавку.

И на слово в участке вряд ли поверят.

Мы шли и шли.

Относительно благополучный район остался позади, вновь потянулись низкие насыпи землянок, вокруг которых холмами высились самодельные теплицы. На обогревающие артефакты денег хватало не у всех, и народ выходил из положения хитростями. Например, выводил вентиляцию прямо в парник. Двойная польза: и свежий воздух, очищенный растениями, и прогретый воздух – чтобы те не загнулись.

Выращивать еду самостоятельно хоть понемногу старались все. Если только покупать на рынке, недолго и разориться.

Но далеко не все приживалось.

Да и не разгуляешься на участке в сотку. Под пшеницу и прочие злаки нужна обширная территория, фрукты долго растут и прихотливы, вот и оставалось по мелочи – салат, травы, капусту, свеклу с картошкой.

Хватит на то, чтобы поддержать силы в тяжелые времена, но недостаточно, чтобы прокормить большое семейство. А жили в таких землянках общинами, то есть несколько поколений под одной крышей. Престарелые родители, их дети с семьями, внуки, а то и правнуки. Каждый участочек – человек двадцать, не меньше.

«Королевские кущи» без прибыли не останутся точно. И приюты не исчезнут.

Отлично все продумано.

Я начала сомневаться, не собираются ли меня закопать где-нибудь в сугробе от греха. Не получится, конечно, но попытаться-то могут.

Тут мы и пришли.

Никаких убежищ, тайных арен и прочего мне не показали. Обычная заброшенная землянка без парника, занесенная снегом. Лишь узкая дорожка, недавно прокопанная, выдавала присутствие в ней людей.

Демонстративно выдавала. Воднику не составило бы труда замаскировать следы.

– Проходите, – предложил один из провожатых, небрежно смахивая снег в сторону и распахивая передо мной наклонную дверь.

Я кивнула, оценив и вежливый жест, и руны блокировки магии на косяке. Стоит створке захлопнуться, круг активируется, перекрывая резерв тем, кто внутри.

И зачем так мучиться? Проще было браслет нацепить, как тот, следящий. А так и меня отрежет от дара, и всех остальных тоже.

Или это не для одной заблудшей валькирии сделано, а вообще для всех приходящих? Эдакий безопасный уголок для переговоров без магии.

Только врукопашную и с оружием!

Посмеиваясь про себя, я ступила на узкую лестницу. Она сразу же загибалась винтом, уходя во тьму.

Дверь за моей спиной захлопнулась, в груди резко стало пусто и холодно.

Не самое приятное ощущение, но я готова потерпеть. Тем более не мне одной страдать.

Ступеньки привели меня в тускло освещенный коридор. Из проема справа исходило слабое зеленоватое сияние, туда-то я и направилась.

Глава столичной преступности – или как минимум крупная шишка – поджидал меня не один.

Вдоль стены выстроились четверо мужчин самой что ни на есть бандитской наружности, широкоплечих и вооруженных. Как и думала, стандартный набор для замкнутого пространства: ножи, арбалеты, кастеты.

И все это – ради маленькой меня!

Лестно, не скрою.

– Кто ты и чего хочешь? – как-то устало, без огонька поинтересовался главарь.

Он устроился в единственном кресле, заложив ногу на ногу и подпирая кулаком челюсть. Неизменный капюшон скрывал его черты, хотя мог бы так и не стараться. Занятный естественный светильник – разросшийся в углу мох – не справлялся с возложенными на него обязанностями. Видно было из рук вон плохо. Из тени выступали лишь силуэты, даже охранников толком не разглядеть.

– Меня зовут Кристель, и как я уже изложила вашему подчиненному, мне нужны приличные знакомые в этом городе, у которых могла бы остановиться и попросить защиты и покровительства молодая невинная девушка.

Стражи у стены похабно гоготнули.

– Приличного покровительства, а не того что вы подумали, – строго заметила я. – Вроде принять в семью, но без смены фамилии. И чтобы влиятельные люди были, а не коровий хвост.

– Ничего себе запросы… – хмыкнул шеф банды. – И что ты предлагаешь взамен?

Охранники гоготнули снова, но уже тише и осторожнее.

– Могу научить обходить магическую блокировку.

С этими словами я сотворила из лужи, что натекла в соседней комнате, изящный стул и с облегчением на него уселась.

Ноги не держали.

Вести дипломатические переговоры – не мое. Мне бы на передовую, с пылающим мечом и ледяным копьем, а не вот это все.

Бугаи насупились, напряглись и выставили перед собой ножи – не для атаки, а скорее в защитном жесте, готовясь отбиваться до последнего.

Главарь сел ровно, ленца из позы испарилась мгновенно.

– Как ты это сделала? – холодно спросил он, но в голосе чувствовалось напряжение.

– Расскажу, когда получу свое, – мило улыбнулась я. – Как пострадавшая сторона я вообще никому ничего не должна. Но видите, иду навстречу.

– Пострадавшая сторона? – главарь поразительно быстро взял себя в руки и снова расслабленно откинулся на спинку кресла. Только побелевшие пальцы, вцепившиеся в подлокотники, выдавали его состояние. – Сама полезла принца спасать, тебя никто не просил.

– А вам так хотелось из рядовых преступников стать убийцами? – я склонила голову набок, изучая нижнюю часть лица собеседника.

По губам тоже можно многое определить, не только по глазам.

– Он бы и сам выплыл, – отмахнулся шеф. – Сильный, хорошо обученный маг, ничего бы с ним не случилось.

– Он застрял под торосом. И как минимум получил бы обморожение. Возможно, дошло бы до ампутации. Инвалид на троне – по-вашему это шутки? За вами бы открыли настоящую охоту!

– Ты ничего не знаешь о ситуации в стране. Понятия не имеешь о политике, о том, как живется людям, иначе так бы не рассуждала!

– Так просветите меня!

Уголок рта главаря нервно дернулся.

– Откуда ты такая наивная на мою голову? —пробормотал он себе под нос.

– Провинция. Отсутствие нормального образования. Приют, – кратко отчиталась я.

– Ну да, в приюте такого точно не рассказывают. Да и молоденькая совсем… как научилась обходить блокировку?

– И это я вам тоже расскажу потом, – увильнула я от ответа. – Так мы договорились?

– Пожалуй, да. Есть у меня одно семейство на примете… – задумчиво протянул главарь.

Стоило шефу услышать, что я родом из Вальмарка, он аж просиял. И почти не выспрашивал, как именно я сюда добралась, точнее, не уточнил насколько быстро.

Ему это в голову не пришло. А значит, ни преступники, ни власти не в курсе тайных свойств купола. Иначе давно бы уже их освоили. Недаром хранитель так изумился моему появлению. Даже духи позабыли о возможностях оберегающей их системы, что уж о людях говорить!

Зато главарь сообщил, что выполнит мою просьбу и в ответ ждет исполнения мною обещанного.

Я заверила, что от договора не отступаю никогда, но попросила неделю отсрочки.

Мне еще нужно разобраться с древней портальной схемой, попасть домой, убедиться, что с детьми ничего не случилось и брат не сошел с ума от беспокойства… Сдругой стороны, мог бы уже и привыкнуть к постоянным отлучкам неугомонной сестрички!

Дальше, судя по всему, будет только хуже.

Учитывая, с какой скоростью я обрастаю планами и обязательствами, заниматься фермой Тайрингу и Каю придется самостоятельно.

Меня поручили уже знакомому пареньку. Он уважительно держался на расстоянии, близко не подходил и обращался исключительно на «вы», не забывая добавлять госпожу.

Шеф велел лично присмотреть за моей безопасностью, и бедолага отнесся к задаче со всей ответственностью.

– Ровно через неделю жду тебя на набережной. Там, где сегодня виделись. – Губы главаря вновь искривила усмешка. – Если приведешь стражей – пожалеешь.

– Мне это совершенно не выгодно, – покачала я головой. – Впрочем, без сотрудничества с вами я бы тоже отлично обошлась, но увы – обстоятельства вынуждают.

Мужчина хмыкнул.

– Пожалуй, так меня еще не благодарили, – протянул он насмешливо.

– У нас взаимовыгодное сотрудничество. Между прочим, я подчистила за вами хвосты и отвлекла внимание властей на себя, так что кто кого еще благодарить должен!– отрезала я.

На выход меня проводили с почетом. Четыре головореза напряженно сопели за спиной всю дорогу, после передали с рук на руки провожатому и отчетливо выдохнули с облегчением.

Лицо привычно припорошила метель.

– Прошу, госпожа, следуйте за мной, – пролебезил мальчишка и нырнул в мельтешащий снег.

Горизонт посветлел, небо постепенно окрашивалось розовым золотом.

Мы миновали бедняцкие кварталы, и мимо снова потянулись величественные заборы и кованые ворота.

Дворцовые шпили маячили все ближе, и я напряглась.

А ну как главарь решил меня сдать от греха? Приведут сейчас прямиком в участок, свалят вину, добавят улик – и привет, каторга.

Сбежать-то я сбегу, но при этом капитально подставлю и брата, и Тайринга, и задача восстановления мира отложится на неопределенный срок.

– Пришли, – гордо сообщил малец, наконец останавливаясь.

– Нам точно сюда? – уточнила я, оценивающе меряя взглядом каменную кладку в два человеческих роста. – Это что, тюрьма? Так сразу?

– Тьфу на тебя… на вас, – мальчишка изо всех сил старался быть вежливым. – Это дом секретаря его высочества, господина Эйсгема.

– Кого, прости? – я сначала подумала, что ослышалась.

– Секретаря его высочества принца, господина Иварра Эйсгема, – терпеливо повторил парень. – Только обойдем, нам через черный ход надо.

– А, мы не лично к секретарю? – я откашлялась и размяла застывшие в боевой стойке плечи. Сопротивляться буду в случае чего до последнего!

– Нет, конечно! – фыркнул провожатый. – Сдались вы ему. Мы к его кухарке!

Он гордо воздел палец, будто после секретаря принца эта дама – третья во всем королевстве по значимости, и потрусил вдоль забора по узкому проходу к калитке для простонародья.

За калиткой обнаружилось внушительное строение.

Вместо сада, бесполезного в зиму, секретарь его высочества логично предпочел соорудить оранжерею. Так что сразу за забором начинался застекленный парник, который пришлось обходить чуть ли не боком.

Служебный вход изолировали двойными дверями, да еще и завесили тяжелой портьерой. Обычно ее убирали в сторонку – я заметила сбоку крепления, но сейчас раннее утро, и слуги плотно растянули ее, чтобы сберечь тепло.

Однако на кухне уже горел свет, звенела посуда и тянуло сладковатым ароматом кипящей каши.

Мой провожатый деликатно постучал и просочился за очередную занавеску.

– Госпожа Гисса, я тут привел кое-кого, – пропел он заискивающе.

– Кого еще притащил? У меня не приют для бездомных, так и передай! – ворчливо отозвалась кухарка.

Никогда бы не подумала, что она имеет отношение к готовке. Все-таки люди, близкие к запасам еды, особенно в богатых домах, частенько увлекаются дегустацией, и это сказывается на фигуре. Но госпожа Гисса была худа до болезненности. Пышные седые волосы собраны в тугой пучок и для надежности перевязаны белоснежной косынкой.

Дама внушала уважение и легкую опаску, напоминая скорее строгую наставницу в приюте, чем добродушную стряпуху.

А еще у нее имелся слабый дар воды. Настолько слабый, что это почти не отразилось на ее некогда пепельно-русых волосах.

Но он был.

– Да девочку одну надо приютить. Шеф просил. Она много места не займет… – заюлил мальчишка.

Я выступила из-за занавески.

– Уважаемая госпожа Гисса, уверяю, я вообще не собираюсь здесь жить. К вечеру покину столицу. Мне просто нужно место, которое я могу назвать в участке в качестве адреса.

Кухарка вытерла испачканные в ягодном соке руки (свежая клубника, шикарно живет секретарь!) и повернулась ко мне. Оценивающе оглядела с ног до головы, уделив особое внимание белоснежной косе. И строго уставилась на моего спутника.

– Что она натворила?

– Господин говорит, на вас это никак не отразится, —понизив голос, со всей искренностью заявил мальчишка. —Тем более вы и правда родом из Вальмарка, как и она.

– Так. Это уже не твоего ума дело, – заявила госпожа Гисса. – Беги давай отсюда. А, чуть не забыла! Все равно много испекла, угости своих.

Паренек просиял, бережно принял тканую салфетку с завернутыми в нее обломками ореховой выпечки – те пластины, что поровнее, уже красовались на блюде, готовясь служить завтраком его светлости секретарю, – и улепетнул.

Кухарка выключила духовку, вынула по одному котелки с кашей и выставила их на противень – доходить.

– Чьих будешь? – суровый взгляд снова перекочевал на меня.

– По рождению – Торсфламм, ныне – Фроствик. Временно, – четко отбарабанила я, как на плацу.

– Фроствики? Те еще пройдохи, – пожевала губами кухарка.

– Полностью согласна.

– А за что тебя в участок-то?

– Случайно оказалась не в том месте не в то время, —честно развела руками я.

Госпожа Гисса поджала рот так, что он превратился в тоненькую ниточку.

– Надеюсь, наш общий знакомый знает, что делает, —пробормотала она после минутного раздумья. – Пойдем, покажу тебе комнату.

Я не успела возразить, на меня замахали обеими руками.

– Да поняла я, что тебе не нужно здесь ночевать. Но если стражи будут спрашивать, где ты спишь, что отвечать станешь?

– Вы правы. Спасибо, – признательно кивнула я.

Похоже, меня не первую вот так принимают, без лишних расспросов и уточнений.

Насколько же верят водники своему главарю!

Особняк секретаря перестраивали не раз. Дом был куда лучше адаптирован к новым суровым условиям, чем тот же приют. Все стены закрывали гобелены, ковры или хотя бы плотные занавеси, не позволяя камню забирать ценное тепло. Окна защищал тройной слой стекла и слой войлока по краям – для лучшей изоляции.

Комнаты прислуги маленькими и темными закутками тянулись вдоль кухонной стены. Здесь люди только спали, потому тратить драгоценный ресурс на освещение смысла не было. На полу распласталась здоровенная шкура какого-то зверя. Голова его отсутствовала, но по меху смахивает на огромного волка.

– У меня недавно уволилась помощница. Можешь сказать, что я взяла тебя на замену. Временно, – щедро разрешила кухарка.

– Весьма вам признательна за помощь. – Япоклонилась с искренней благодарностью.

– Рано ты, – отмахнулась госпожа Гисса. – Нам еще обсудить нужно, что говорить в случае, если нас решат проверить при перекрестном допросе.

Я уважительно вытаращилась на даму.

Надо же, какой она, оказывается, опытный тайный агент!

Интересно, секретарь принца подозревает, что творится у него под носом?

Госпожа Гисса устроилась на краю узкой постели и приглашающе похлопала рядом с собой.

Я осторожно присела, ожидая подвоха.

– Итак, рассказывай. Ты же не Желинны дочка, надеюсь?

– Нет, Жюстины. – К счастью, я уже знала от брата, как звали нашу матушку. Как и многие семейные байки. Далеко не все, но в случае чего сошлюсь на провалы в памяти. Мала была, не помню.

– И то ладно, – кухарка помолчала и тихо добавила: —Я слышала, она скончалась. Сочувствую твоей утрате.

Я неловко кивнула.

Встретиться вот так, случайно, с тем, кто знал моих родителей, было довольно странно. Будто не в столицу перепрыгнула, а в соседний дом.

– А отец, значит, из Торсфламмов. Там одни мальчики, без вариантов, – хмыкнула госпожа Гисса. – Почему ты здесь?

– Долгая история, – вздохнула я.

Покосилась на выжидающе молчащую даму и выложила все как на духу.

Ну, не все, конечно. Про оазис ни звука, как и про иные мои особые способности. А вот визит драгоценных родственничков, задумавших отжать подаренный участок, расписала в красках.

– Эк вас с братом жизнь потрепала, – сочувствующе покачала головой кухарка. – Понимаю, почему ты в столицу подалась. Только, деточка моя, правды не жди. Здесь точно так же не любят водников, и даже заступничество…

Тут она запнулась, раздумывая как обозвать главаря преступной группировки, но прилично.

– Не переживайте. Я не за этим приехала, – беззаботно отмахнулась я. – С родней мы и сами управимся. Хотела посмотреть на рынок здесь, прикинуть, что можно поставлять уникального. Вдруг мои задумки давно реализованы, просто до провинции не добрались?

– И ты потому одна, без сопровождающих, отправилась в дорогу на ночь глядя? Не зная никого и не имея денег на ночлег? – изумилась кухарка.

Если так ставить вопрос, то моя разумность действительно вызывает сомнения.

– Не переживайте, я вполне способна себя защитить, —серьезно заверила я.

– Глупости какие! – неожиданно рассердилась госпожа Гисса. – Ты юная, хрупкая девушка. Если навалятся скопом— никакая магия не спасет!

Я растерянно заморгала. Похоже, не осознавая того, наступила на больное пожилой женщине.

В принципе я с ней согласна. Учитывая образование, которое получают местные водники, они практически лишены дара. Даже самые сильные пользуются лишь крохами доступной магии. Почти как обычные люди, только еще и самой презираемой категории, над которыми грех не поглумиться.

Одно «но» – я-то не местная!

Хищная усмешка неконтролируемо исказила губы. Если найдутся самоубийцы, что посягнут на мою честь, буду только рада. Мир нужно чистить от зла.

– Пусть попробуют.

Госпожа Гисса осуждающе покачала головой. Спорить не стала, видимо, решила, что я очередной упрямый подросток, бунтующий против устоев.

– Если с тобой что-то случится, не говори, что я не предупреждала, – строго заявила она и поднялась. – Как я понимаю, ты сегодня уже отправишься обратно?

– Да, только на вопросы в участке отвечу и сразу назад,– кивнула я.

Теперь у меня есть надежная легенда.

Можно забирать из подворотни браслет и идти сдаваться.

– Приходи в любое время, – неожиданно предложила кухарка. – У меня есть знакомые, они могут помочь тебе освоить некоторые заклинания.

Госпожа Гисса любезно проводила меня обратно к выходу. Я бы и сама не заблудилась, но подозреваю, она заодно решила проследить, чтобы гостья ничего не стащила.

Как оказалось, я была в корне не права.

– Позавтракай хоть, – неожиданно предложила кухарка, сворачивая в сторону кухни. – Молоко свежее, вчера с рынка принесли. Ты же хотела сравнить товары!

– Я про рыбу говорила… – растерянно брякнула, но последовала за ней без возражений.

От домашнего печенья с молоком не отказываются!

Однако кухня оказалась занята.

Широкоплечий мужчина восседал на лавке спиной к нам и хрустел свежей выпечкой.

Моей выпечкой!

Прежде чем я успела возмутиться произволом, госпожа Гисса подскочила к наглецу и всплеснула руками.

– Что же вы, господин Эйсгем, всухомятку опять? А чаю?

Эйсгем? Это и есть секретарь принца?

Я новым взглядом обежала обтянутую слегка помятой рубашкой спину и намертво застряла на небрежно завязанном хвосте белоснежных волос.

Опасаясь верить предчувствию, переключилась на магическое зрение и ахнула.

Звук вышел тихим, но мужчина все равно обернулся.

Хотелось бы назвать его незнакомцем, но нет. Мы уже встречались.

Не так давно. На реке.

Только тогда на нем был капюшон, скрывающий лицо.

– А это кто? – поинтересовался господин Эйсгем, благородный и незаменимый секретарь его высочества.

Он же главарь преступной банды водников.

– Это дочка одной моей старой знакомой. Попросила помочь с работой. Не отказывать же! – зачастила кухарка, переливая густой взвар из кастрюли в чайник через сито.

Я наблюдала за этим цирком, открыв рот.

Зачем госпожа Гисса лебезит и притворяется моей доброй родственницей перед тем, кто ее, собственно,попросил помочь и приютить сиротку?

Меня за дуру считают?

Далеко не сразу дошло, что считывать ауры в этом мире умею только я.

Возможно, кто-то еще обладает такой способностью, но с ним я пока не встречалась. В школах и академиях этому не учат точно.

А значит, господин Эйсгем искренне уверен, что его тайная личность в безопасности.

Кухарка же в самом деле не подозревает, что ее работодатель и водник-бунтарь – одно и то же лицо.

– И как тебя зовут? – поинтересовался господин Эйсгем без видимого интереса, куда больше внимания уделяя исчезающему на глазах печенью, чем моей скромной персоне.

– Кристель, – коротко буркнула я, опустив фамилию.

– В горничные?

– На кухне мне поможет. Попробует, – уклончиво ответила кухарка, оставляя себе и мне пространство для маневра. Если завтра я уйду насовсем, скажет, что не подошла. Руки не оттуда растут или еще что придумает.

– Ясно, – коротко кивнул секретарь и отхлебнул из кружки.

– Ты иди, милая. У тебя дела в городе, – спохватилась госпожа Гисса.

Ну вот, и печенья не дадут.

Я вздохнула, украдкой изучая резерв господина Эйсгема. Как уже заметила на реке, магия отчего-то отказывалась его заполнять и плескалась едва-едва на самом донышке. Даже сейчас, когда он по идее давно восстановился и должен быть полон сил.

Никогда такого не видела.

Если дар блокируют – что проделывают лишь с самыми отъявленными преступниками, то резерв усыхает и отмирает. У здорового же мага энергетический резервуар заполняется сам даже в бессознательном состоянии.

Секретарь принца болен? Или же проклят?

Очень интересно.

Проклятийную магию я вплотную не изучала.

Это больше психология, чем практика, а поскольку в прошлой жизни я была воином, играми разума особо не интересовалась. Разве что раздел медитации освоила, и тот для быстрого восстановления после сражения.

Похоже, зря. Придется раздобыть сведения уже здесь.

Вряд ли господин Эйсгем добровольно поделится своей тайной. Так что к прочим планам и задачам добавилась новая: выяснить подноготную загадочного секретаря принца.

Мне пригодится такой союзник.

Доступ к власти есть, положение в обществе достойное, опыт вранья в лицо наличествует.

Что побудило его к занятиям контрабандой, еще предстоит выяснить. Но в злодеи так сразу записывать я господина Эйсгема не собиралась.

Сама не образец добродетели.

Закутавшись в жилетку поплотнее и старательно игнорируя урчание в животе, я покинула гостеприимный дом секретаря его высочества и побрела по утренним столичным улицам.

Браслет нашелся в том же сугробе, где я его оставила. Вряд ли кто-то на него позарился бы, если бы и нашел, а защита надежно прикрыла артефакт от прицельного поиска. Даже если стражи мне не доверяли и отправили слежку, сигнал скакал так, что бедолаги сбились бы с ног в поисках источника.

Бросать поисковик в подворотне и не подстраховаться – дурость.

Сняв щиты, я нацепила сомнительное украшение.

До полудня оставалось еще несколько часов, и я планировала за это время хотя бы перекусить. А заодно создать для возможных наблюдателей убедительную картинку.

Так что для начала я вернулась в усадьбу секретаря.

Госпожа Гисса слегка удивилась моему появлению, но налила отвар и даже плошку каши выделила. Не господской, а той, что варила в отдельной кастрюле для слуг.

Ягод там не нашлось, а вместо сливок – лишь запах молока и вода. Но хоть не на пустой желудок на допрос идти!

– Вечером придешь? – уточнила кухарка, собирая грязную посуду в раковину. – Я бы тебе оставила что-нибудь перехватить, а то слуги все сметут.

– Возможно. – Я окинула взглядом помещение.

Ей и в самом деле требовалась помощь. Если несчастная кормит всех обитателей усадьбы, а потом в одиночку еще и тарелки моет, недолго болезни заработать.

Интересно, госпожа Гисса пользуется втихаря крохами дара? Без усиленных тренировок зачерпнуть магию из мизерного резерва сложно. Ее не обучали, так что вероятность этого минимальна.

Что она скажет, если я помогу ей освоить силу воды?

Добив кашу, я подошла к раковине и с деликатным«Позволите?» оттеснила кухарку в сторонку.

Открыв кран, собрала жидкость в два небольших шара. Один с мыльной пеной, второй – чистый.

С определенной формой в ограниченном пространстве легче работать. Меньше расход резерва. Даже маг с зачатками дара сумеет выполнить подобное заклинание: его дети используют, чтобы пузыри запускать.

Расположив шары как фильтры, один над другим, принялась доставать тарелки из стопки по одной.

Госпожа Гисса наблюдала за представлением, открыв рот.

– Ты действительно виртуозно владеешь даром, —прошептала она, когда посуда закончилась. – Спасибо за помощь.

– Вы тоже так сможете, – твердо заявила я, стряхивая капли с рук. Все лишнее собралось в тугой водяной ком, обежало ближайшие поверхности, очищая их до блеска, и с тихим плеском ушло в канализацию. – Ничего сложного или виртуозного в этом нет.

– Деточка, если тебе все далось легко, не значит, что остальные сумеют повторить, – грустно улыбнулась кухарка. – Мне уже столько лет, я свою силу давно не ощущаю. Ушла она, что поделать…

– Никогда не поздно начать! – отрезала я. – Если,конечно, хотите.

– Хочу, как не хотеть, – госпожа Гисса тоскливо вздохнула. – Было время, когда я все бы отдала, чтобы освоить хоть одно, самое простенькое заклинание. Но отец был против, сам мало что умел и меня не учил. Мол, сил мало, сами заглохнут, ничего страшного.

Я сглотнула.

Никак не привыкну к отношению общества к магам воды.

Разве можно так о бесценном даре?

Если брать соотношение магов и обычных людей, вторых в разы больше. С резервом рождается далеко не каждый сотый. Даже в семье, где оба родителя одаренные, ребенок не всегда наследует эту особенность.

Вот так запросто позволять уникальному таланту заглохнуть – это кем надо быть?

– Я еще вернусь. И мы обсудим график ваших тренировок, – тряхнув головой, заявила я. – Если настроитесь и будете следовать моим указаниям, все обязательно получится.

Госпожа Гисса молча коротко обняла меня за плечи и отвернулась.

Вряд ли она мне поверила.

Но я не из тех, кто разбрасывается обещаниями.

Думаю, десятка занятий будет достаточно. Заодно освою, как работает портальная система между куполами. Полезная штука, пригодится.

А еще разузнаю побольше о советнике принца.

Весьма загадочная и занимательная фигура.

Водник на службе короны.

Совпадение?

Не думаю.

Что происходит с даром господина Эйсгема? Почему его резерв постоянно почти пуст, куда уходит вся энергия? И как он сумел взобраться так высоко с презренным даром?

Пусть делится опытом, я тоже хочу.

Чтобы изменить порядок вещей, нужна власть. А ее может дать лишь правящая семья.

Вариант с революцией и сменой династии я пока что не рассматривала. Дам шанс существующей. Принц вроде ничего такой, адекватный. Возможно, получится обойтись реформами и агитацией. Провести разъяснительную работу среди населения, улучшить отношение к магам воды, что-то придумать с приютами – право, не дело сдавать туда детей лишь потому, что их сила не той стихии. Возможно, не упразднять, но добавить занятий по контролю и развитию дара.

Стране явно нужны сильные водники. Ведь в «Королевские кущи» отбирают начиная с пятерки.

Если кадры не беречь и не поощрять, очень скоро поток способных обслуживать оазисы иссякнет. Что тогда? Не станет зеленых участков – остальные люди протянут недолго.

Сытая и довольная собой, я снова покинула гостеприимный дом секретаря и отправилась в центр города, на допрос.

Солнце светило вовсю, свежевыпавший снег радужно искрил, заставляя щуриться и смотреть себе под ноги. Там, где прохожие успели протоптать дорожки, гладкая белизна сменилась сероватым месивом.

На крыльцо участка я поднялась чуть ли не вприпрыжку.

– Я к следователям! – доверительно сообщила дежурному в будке у входа.

Приземистое здание почти полностью состояло из бесконечного лабиринта коридоров и крошечных комнат-кабинетов. Имелось еще подземелье для временного содержания преступников – до суда – и целый флигель морга.

Тот почти не отапливался. Снаружи зима, сплошная экономия.

Крошечные окошки, больше похожие на бойницы, пропускали свет по минимуму. На артефактах экономиликак могли, так что стражи сидели по кабинетам в том же, в чем ходили по улице, и зябко кутались в меховые форменные плащи.

Я робко постучала в нужную дверь, дождалась разрешающего рыка и вошла.

Следователь был мне не знаком. Зато сидевшего рядом мага я уже видела в отряде. Судя по плотной ауре земли с нотками зелени – целитель.

Живой детектор лжи.

Если, конечно, его обучали нормально, а не как прочих.

Вдоль одной из стен ощущалось магическое возмущение.

Потайное окно? Неужели принц настолько заинтересовался мной, что решил лично поприсутствоватьна допросе?

– Присаживайтесь, не стесняйтесь. Давайте я сниму браслет! – страж правопорядка источал любезность всеми порами.

Даже странно, такое отношение к обычной воднице.

Замочек щелкнул, высвобождая мою магию. Я судорожно вздохнула, удерживая резерв в рамках. Своего рода инстинкт одаренного – проверить, контролируешь ли ты силу. Как размяться после того, как долго просидел связанным. Кончики пальцев покалывает, энергетические каналы ноют, требуя движения.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, устраиваясь на неудобном стуле.

– Итак, начнем. Имя, род, занятие?

Страж занес кисть над длинным свитком. Тот выглядел мягким, почти как ткань, и в то же время хорошо держал чернила, не позволяя им расплываться. Вероятно, пропитка или обработка.

– Кристель Фроствик, рыбная ферма в Вальмарке, —заученно отбарабанила я.

– С какой целью находились ночью на восточном берегу Глимстрима?

– Заблудилась.

– К кому направлялись?

– К знакомой моей матушки. Госпожа Гисса служит кухаркой у секретаря его высочества.

– Зачем?

– Тут такое дело… – я замялась, якобы подыскивая слова, хотя легенду уже отработала не раз.

И принялась слезно излагать версию о пострадавшей сиротке, не забывая придерживаться истины. Немного преувеличения, о чем-то умолчим, но никакого прямого вранья.

– Проверим, – задумчиво покивал страж, бегло записывавший мои показания.

Не понять, что именно он будет проверять. Рассказ или случай злоупотребления властью рода? Хорошо бы второе, но подозреваю, что и то, и другое.

Речь идет о покушении на жизнь его высочества. Тут недоработки неуместны.

– А как вы добрались до столицы? – неожиданно вмешался маг земли.

Я сглотнула.

Рассказывать про сеть порталов не собираюсь, но и придумывать несуществующий караван глупо.

– Случайно, – совершенно искренне заявила я. —Вообще сюда не собиралась, так получилось. Ну и раз уж оказалась здесь, завернула к госпоже Гиссе.

– А свидетели у вас есть? – продолжал докапываться целитель.

– Нету. – И снова чистая правда. – Я тайком пробралась. Сами подумайте, кто б меня подвез в здравом рассудке. Если бы и согласился кто, я бы отказалась…

– Почему? – оживился следователь.

Я гордо выпрямилась на стуле и чинно сложила руки на коленях.

– Приличной девушке не пристало шляться в ночи не пойми где. Тем более в компании незнакомцев.

Короткая многозначительная пауза.

– Где вы научились владеть даром? – зашел следователь с другой стороны.

– Какое это имеет отношение к делу? – склонила я голову набок.

– Самое прямое. Его высочество пострадал от противозаконных действий мага с водным даром. Мага, обученного высшим, сложным заклинаниям. Вы тоже умеете многое, чего в вашем возрасте и статусе знать не должны.

Ну, приехали. То есть меня теперь запишут в пособники контрабандистам на основе излишних познаний? Логика!

– Мой предок вел дневник. – Тут осторожнее. Какой-нибудь из предков наверняка ведь вел, так? Деды —они те еще графоманы. – Я по мере сил переняла знания из прошлого.

Из прошлой жизни. Но тут промолчим.

– Не припомню, чтобы в Вальмарке жили семейства, настолько сведущие в водной магии, – задумчиво протянул следователь. – Их и в столице-то не слишком много.

– Мои родственники предпочитают не распространяться о своих умениях. И я их теперь понимаю,– гордо вскинула я голову. – Так вот пытаешься сделать доброе дело, а в итоге тебе же хуже.

– Мы как раз выясняем, делали вы доброе дело или же решили втереться в доверие его высочеству, сговорившисьс преступниками, – сурово заявил страж.

– Вот и выясняйте! – отрезала я. – До сегодняшнего —точнее, вчерашнего дня я понятия не имела, что в столице творится подобный беспредел.

Двое за столом переглянулись и целитель кивнул. Мол, и правда не знала.

Лицо следователя смягчилось.

Я поняла, что этот раунд за мной.

Дальнейший допрос больше напоминал формальность. Мне поверили, прямой угрозы наследнику я больше не представляла, осталось выяснить мелкие подробности. Например, зачем я нырнула в ледяную реку прямо в одежде, не планировала ли обратить на себя внимание его высочества таким образом.

Приблизиться, соблазнить и женить на себе, если перевести на нормальный язык.

Сведения о моем возрасте явно прошли мимо ушей следователя, либо же здесь девочки с настолько юных лет задумываются о грядущем замужестве?

Впрочем, в этом аспекте скрывать мне было нечего. Я честно ответила, что ни на руку, ни на ливер принца не претендую и никаких тайных мыслей во время прыжка в воду не имела. Исключительно общечеловеческое желание помочь ближнему.

Думала добавить, что точно так же нырнула бы и за контрабандистом, но поразмыслив решила не дразнить гусей. Пусть уверятся в моей полнейшей благонадежности и преданности.

На выходе из кабинета я нос к носу столкнулась с его высочеством.

Айрендаль Виндсольд оказался даже моложе, чем я его запомнила. Да и по рассказам кухарки выходило, что принц только-только закончил академию, то есть никак не мог быть старше двадцати двух-двадцати трех лет.

– Привествую, ваше высочество, – поклонилась я вслед за остальными присутствующими.

Принц взмахом руки позволил нам подняться, избавляя от формальностей.

– Значит, теперь можно и на вы? – хмыкнул он, оглядывая меня с головы до ног. – Надо же, встреться мы на улице, никогда бы не подумал, что вы настолько разносторонне одарены.

– Не стоит судить о людях поверхностно. – Янапряженно растянула губы в любезной улыбке, про себя недоумевая – что он тут забыл?

Ну, допустим, ему было любопытно посмотреть на меня снова. И убедиться, что я не желаю ему ни зла, ни женитьбы. Но сейчас-то зачем появляться?

– Мне бы хотелось выразить вам благодарность, —ответил на мой невысказанный вопрос Айрендаль. – Не каждый день меня спасает прекрасная дева.

– Ничего страшного, бывает, – пробормотала я, неловко потупившись и терзая выбившуюся на жилетке нитку.

Никогда не умела принимать благодарность. Особенно словами.

Среди сестер-валькирий не принято акцентировать внимание на помощи ближнему. В конце концов, сегодня я ей прикрыла спину, завтра – она мне. Вести этому счет как-то странно.

Что же касается мирных жителей, те обычно отдаривались натурой. Тканями, курами, свежими фруктами и овощами в сезон.

В некоторых странах короли норовили устроить в честь дев-воительниц банкеты и приветственные речи, втайне рассчитывая завоевать их благосклонность. Подобных сборищ мы с сестрами, не сговариваясь, старались избегать.

От близости к политике никогда ничего путного не выходило.

К сожалению, в этой жизни мне придется поступить как раз наоборот. Без доступа во дворец вряд ли удастся изменить существующий строй. Разве что революцию устроить, но без нее желательно обойтись.

Восстанавливать руины куда тяжелее, чем сделать небольшой ремонт.

Принц хохотнул, демонстрируя белоснежные зубы и наличие чувства юмора.

– Насколько я понимаю, у вашей семьи небольшие трудности, – зашел с другой стороны Айрендаль. – Я мог бы помочь, повлиять на семейство…

Его высочество пощелкал пальцами, вспоминая мою фамилию.

– Фроствик! – громким шепотом подсказал следователь.

Уважаю, профессиональная память у человека.

– Да, на них. Точно.

– Не стоит тратить ваше драгоценное время на такие мелочи, ваше высочество, – пропела я, склоняя голову. Исполнять реверанс в штанах было бы странно. – Если позволите, я бы попросила вас об отложенной услуге.

– Отложенной услуге? – озадачился Айрендаль. Но не отказал с ходу.

– Если мне действительно нужна будет помощь самого влиятельного рода в стране, я обращусь к вам лично. Когда-нибудь потом, – пояснила, про себя прикидывая, не перегибаю ли палку.

А ну как принц решит, что я обнаглела?

Но парень действительно оказался на редкость адекватным.

– Занятно. Я согласен! – хмыкнул он. – Даже любопытно, о чем меня может попросить моя спасительница. Готов на все!

– Обещаю не просить ничего, что принесет вам неудобства или неприятности, – поспешно добавила, покосившись на напрягшихся стражей.

Еще решат, что я взамуж попрошусь после совершеннолетия!

На выходе возникла еще одна неловкая заминка.

Принц отчего-то решил послать со мной провожатых. По его словам, чтобы я опять «случайно» куда-нибудь не угодила. Тем самым Айрендаль фактически расписался в подслушивании, но меня это волновало мало. Больше напрягала необходимость снова маячить перед секретарем его высочества.

Мотивы и замыслы водника все еще оставались для меня загадкой. А нерешенных загадок я не люблю.

Зачем господин Эйсгем мне помог?

Почему определил именно к себе домой, рискуя быть разоблаченным?

Присматривать решил? Не насторожится ли он, если я снова пропаду надолго, а потом внезапно появлюсь?

То, что во время допроса получилось незаметно съехать с темы дороги в столицу, – редкая удача. Второй раз мне так вряд ли повезет. Сегодня меня задержали впервые, потому байку о том, как я отключилась на чужой территории, а очнулась уже в столице, проглотили на ура.

У выложившихся магов такое бывает. Когда резерв пустеет резко, наступает общий упадок сил, недолго и сознание потерять. После чего оказаться в каком-нибудь ящике, быть погруженной в телегу и отвезенной в качестве багажа в столицу.

Хорошо еще не стали выяснять, зачем я вообще полезла в закрома к посторонним. Точнее, удовлетворились догадкой следователя, что меня интересовали товары семейства Фроствик. Благо кивки и невнятное мычание менталистом не считывались как ложь.

Похоже, принц дал им отдельные указания не копать сильно в эту сторону. Понятно же – девочку обидели, девочка решила отомстить, подпортить продукты на складететушки, например. Будь это настоящее полноценное расследование, меня бы еще и арестовали за возможное причинение ущерба. Не сомневаюсь, тетя Жель с радостью подкинула бы доказательств набега.

Поди докажи, что погрома не было и вся ситуация выдумана. Еще неизвестно, что хуже – выглядеть мародером или оказаться вдруг опасной личностью, владеющей секретами древних.

Чтобы не возбуждать подозрений, пришлось согласиться и с почетным эскортом, в служебных санях доехать до особняка господина Эйсгема.

Стражи внимательно наблюдали, как я стучу в калитку, здороваюсь с госпожой Гиссой и прохожу внутрь. И уехали не сразу, выждали у забора.

Я наблюдала за ними из окошка кухни, флегматично перемывая остатки посуды. Кухарка нескрываемо обрадовалась моему внезапному возвращению – обед как раз закончился, и моя магия пришлась как нельзя кстати.

Заодно и подкормила. Суп из говяжьих костей оказался наваристым и густым, аж ложка стояла. Добавить еще лепешку – объедение. Всегда бы здесь ела, но увы. Шастать внаглую туда-сюда мне теперь нельзя. Либо официально, либо тайком, чтобы не засекли.

– Я вам оставлю один артефакт, – подумав, заявила я. Стражи делали вид, что любуются переулком, и уходить не собирались. Время позволяет. – У вас есть ненужная ложка или вилка?

– Зачем тебе? И что за артефакт? – нахмурилась госпожа Гисса, но требуемое выдала.

Старая погнутая ложечка выглядела достаточно непрезентабельно. Отлично, никто на нее не покусится.

– Экстренный вызов. Мало ли что… – туманно пояснила я, выводя предварительный набросок рун на выпуклой поверхности. Сначала наметить острой иглой, что нашлась в ящике, затем – проморозить глубже, чтобы наверняка впечаталось и слилось со структурой металла. Вторую часть артефакта – приемник – я сделала из собственной сережки. – Вот. Потрите углубление большим пальцем, и я почувствую покалывание.

Было бы больше инструментов, я бы и голосовую связь прикрутила, и картинку. Но пока – хоть так.

Если секретаря принца вдруг раскроют, мне бы хотелось об этом узнать сразу же. И вытащить того из тюрьмы в случае необходимости. Кто знает, как здесь поступают с мятежными водниками. Из уроков истории я помню что-то про казни, но в последнее время их чаще ссылают в отдаленные оазисы. Чтобы дар ценный не переводить. Эдакая добровольно-принудительная подпитка для куполов.

Госпожа Гисса повертела в руках ложку, похмыкала и спрятала ее в карман фартука.

Надеюсь, она догадается ее использовать в критической ситуации. Все-таки вид у меня не слишком угрожающий, вряд ли кухарка воспринимает меня как личность, способную спасти мир.

Наблюдатели потоптались на месте еще пару часов, после чего скрылись из виду.

Именно скрылись, а не ушли. Простейший сканер засек их за углом.

Выжидают. Похоже, полностью подозрения с меня все же не сняли.

Еще бы, покушение на принца – это не шутки. Как бы ко мне ни отнесся лично его высочество, а выпускать меня из виду просто так стражи не собираются.

– Госпожа Гисса, кажется, придется воспользоваться нашим новым средством связи раньше, чем я планировала,– задумчиво сообщила, глядя в окошко.

Со стороны мой взгляд мог показаться задумчивым и отрешенным – что там разглядывать на скучной каменной стене? Но смотрела-то я сквозь нее, точно на две слабенькие ауры. Один огневик, один – воздушник. Против водника – отличная команда, если этот водник не я.

И, возможно, не господин Эйсгем.

Не будем недооценивать секретаря его высочества.

– Что ты задумала? – не отрываясь от дел, уточнила кухарка.

Время двигалось к ужину, госпожа Гисса металась от разделочного стола к духовке и обратно.

– Если кто-то придет про меня спрашивать, скажите,что я в городе по делам, и вызовите меня через ложечку, —прозвучало забавно, и я негромко хмыкнула. – Через часик я буду у вас.

– А на самом деле ты куда?

– В город по делам, – пожала плечами, не уточняя, в какой именно город и по каким делам. – Не хочу таскать за собой хвост, неудобно.

– Они еще не ушли? – госпожа Гисса кивнула в сторону калитки.

Я покачала головой.

– И вряд ли уйдут. Скорее, сменятся.

Придется мне и в самом деле пожить в столице. Но сначала сбегаю домой, успокою брата и разберусь с господином Бергвиком. Мы же о поединке договаривались, контракт нужно исполнять! Главное, чтобы меня в Вальмарке никто из посторонних не увидел.

И за что столько проблем на одну маленькую несчастную Кристель?

Убедившись, что центральную улицу никто не сторожит, я привычно перемахнула забор, не тронув охранную систему, и поспешила в сторону «Королевских кущ». На город опускалась ночь, прохожих становилось все меньше. Я выпустила следилки на квартал вперед, отслеживая патрули, но их маршрут особо не изменился.

Хранитель при виде меня немало удивился.

– Отпустили? – спросил он с безопасного расстояния.

Ближе не подплывал – гончие бдили.

– Попробовали бы не отпустить, – фыркнула я, активируя схему порталов.

Ну вот, как и думала. Если рассматривать как общий рисунок, не обращая внимания на отдельные узлы и детали, становится очевидно, что передо мной карта. Вот один материк, вот другой, а вот еще мелкая россыпь точек —острова.

Только дотянуться до далеких участков я пока что не могу. Резерва не хватит.

Мне потому и стало дурно, что силы резко выкачали почти под ноль.

На этот раз я к процедуре была готова, но все равно голова при переносе слегка закружилась.

Псы тут же прижались к ногам, подставляя лобастые головы. Я почесала их за ушами, чувствуя, как живительная сила вливается обратно.

– Ты в порядке? Что случилось, где была? – возник перед носом старый знакомый, Илундр.

Вот же лапочка, беспокоится. Не то что его коллега из столицы, чурбан бесчувственный. Совсем в центре политики и науки одичал.

– Осваивала новые, то есть древние, технологии. И в гости заодно сходила, – отчиталась ему. – Меня кто-то искал?

– Брат твой приходил. И друзья его. Ну, я их не пустил, но и не обидел, как ты и просила.

– Откуда знаешь, что это был именно мой брат? —нахмурилась я.

Про Кая и Тайринга мы действительно говорили не так давно. Раз уж меня лес принял, пусть и их не трогает. Но представить обоих хранителю я собиралась попозже, когда их морально подготовлю.

– У вас ауры схожи. Его послабее, конечно, но общие черты прослеживаются. И пахнут они тобой, – простодушно отозвался дух.

Ну да, у него же тоже гончие, а они не зря свою энергию едят.

Получается, брат меня не дождался и решил поискать самостоятельно. И вполне готов воспринимать мою связь с лесом, раз догадался, где именно могла пропасть его непутевая сестрица.

Пора его привести и представить как положено.

Несмотря на позднее время, в домишке на окраине Вальмарка горел свет.

В заводи плескалась рыба, артефакты исправно подогревали воду, так что даже снег на берегу слегка подтаял и, невзирая на мороз, из черных проплешин показались мелкие ростки травы.

«Стоит, пожалуй, прикрутить мощность», – прикинула я про себя, обходя садок по кругу. Нечего так выпячивать нашу силу и умения. Еще начнут копать проверяющие —откуда артефакты берем, кто заряжает, кто схему составлял… Наверняка ведь по лицензии положено ставить, а у меня они, можно сказать, паленые. Самодельные.

Тетушка точно не упустит случая нам подгадить.

На пороге я притормозила, не поверив внутренним ощущениям.

Следилка? Что, правда? Я ее схему один-единственный раз показала брату и Тайрингу.

– Ну-ка признавайтесь, кто ставил сигнализацию на дверь? – поинтересовалась я с порога вместо приветствия, обводя строгим взглядом подхватившихся ребят.

– Допустим, я. – осторожно признался Тайринг, напряженно раздумывая, радоваться повышенному вниманию и моему возвращению или остерегаться.

Я показала ему сразу оба больших пальца.

– Энергии в подпитку многовато вгрохал, но контроль с практикой приходит. А так – отлично!

– Ты где была опять? – рявкнул пришедший в себя Кай.

– Не опять, а снова. В гости заскакивала к одним знакомым. Новым. Ну и задержалась немного, не рассчитала, – небрежно отмахнулась я, выворачиваясь из жилетки и стаскивая сапоги.

После ночных приключений те пребывали в довольно плачевном состоянии и нуждались в полноценном уходе и сушке.

– А не предупредила почему?

– Случайно вышло.

– Не ври! – отрезал неожиданно жестко брат. – Какие у тебя знакомые в лесу?

– В лесу? – прикинулась я непонимающей.

– Думаешь, я совсем идиот? – фыркнул он. – Не задавался вопросом, откуда у тебя берутся травы, рыба не из реки и прочие излишества?

– Я надеялась, ты спишешь на кражу с какого-нибудь склада… – хмыкнула я.

– То есть ты надеялась… – Кай выделил голосом последнее слово, – что я сочту свою сестру воровкой?

– В общем – да! – заулыбалась я еще шире.

И демонстративно скосила глаза в сторону Вильды.

Признаваться во всех умениях и навыках в присутствии предательницы не собираюсь. Однажды она уже меня сдала, кто помешает ей сбегать на этот раз к госпоже Фроствик или сразу в полицию и нажаловаться на буйную водницу, подрывающую устои общества?

Кай беззвучному предупреждению внял. Сдулся, подошел и молча обнял меня так, что ребра хрустнули.

Возможно, стоило выгнать девицу от греха подальше. Но поступать так мне не позволяла совесть.

Изначально я приняла новую жизнь со всем прилагающимся. В том числе – брата и его друзей. В какой-то степени ответственность за изменение в поведении Вильды лежит и на мне. До моего появления в их жизни она вела себя образцово. Ей и в голову не приходило стучать на соседок.

Такой вот я катализатор, вытаскиваю из людей худшее. Что из тетушки, что из подруги Кая.

Стоило бы с ней поговорить, попытаться убедить, что я не угроза всеобщему благополучию и не собираюсь запирать брата в погребе и запрещать общаться с приятелями. Ведь как девушка я точно не угроза – сестра все-таки. Скорее всего, Вильде не нравился сам факт появления в их компании еще одной особы женского пола.

Однако как ее вывести на откровенную беседу, я не знала.

Психолог из меня так себе.

Вот вызвать на поединок и подраться я бы могла. А все эти заморочки с подбором слов и тактичностью навевали откровенную тоску.

Кай с Тайрингом, как свойственно мужчинам, и вовсе не видели особой проблемы в ситуации. Ну, настучала разок, по глупости. Но раскаялась же! Пообещала, что больше не будет.

Значит, забыли. Вопрос закрыт.

Только меня плачевный опыт давно научил, что предавший единожды предаст снова.

Мешок, что я собрала прошлым вечером, за сутки слегка подмерз, но содержимое почти не пострадало. Травы подмокли, их я пустила в суп, а начавшие портиться ягоды размельчила ледяным вихрем в густой сок. Два яичных белка, крошечный кусочек желатина, недавно сделанного из рыбьих костей, и минутное заклинание медленной заморозки.

Благодаря запасам дети и без меня не голодали, но новые блюда восприняли на ура. Я была прощена – пока что. До следующего инцидента.

Который вскоре последует. В этом не сомневался ни один из нас…

Наша очередная встреча с господином Бергвиком началась с извинений.

Его.

– Прошу прощения, не досмотрел за своими людьми. Заказ был срочный, приняли к исполнению практически на месте, так что меня не успели проинформировать, —коротко склонил голову глава. – Если бы я знал, то,несомненно, запретил бы.

Признаться, я не сразу сообразила, о чем он вообще говорит.

Только потом дошло: недавнее ночное нападение на участок. Видимо, наемники Вальмарка тоже подчиняются хозяину арены. И несанкционированный налет бросил тень на репутацию уважаемого теневого лидера.

Значит, хоть здесь меня ругать за самоуправство не будут. Наоборот, не позволила ситуации накалиться, купировала инцидент в зародыше, так сказать.

Если бы те ребята накуролесили, как планировали, то разгребать ситуацию было бы куда сложнее. Либо господину Бергвику пришлось бы раскошеливаться мне на компенсацию, а то и брать под крыло официально (в случае,если бы тетушка получила свое), либо я была бы вынуждена поступиться гордостью и «простить» причиненный ущерб.

Ведь заложенный участок сейчас магу земли и принадлежит!

Неувязочка.

А так исполнители отделались синяками и испугом, с родственничками обошлось, а сам теневой лидер всего лишь извинился.

Что тоже немало, если подумать.

Мог бы сделать вид, что ничего не подозревал. Я бы не начала скандалить точно.

Но господин Бергвик в очередной раз убедил меня в том, что я не ошиблась, выбирая его в качестве временного попечителя имущества.

– Ничего страшного, забудем как неприятный сон, —отмахнулась я, устраиваясь за столом.

Поскольку сейчас я якобы в столице, засветиться в городе предпочла по минимуму. На переговоры к господину Бергвику пришла неприлично ранним утром, неслышно проскользнула в калитку для слуг.

До того полночи беседовала с братом, пытаясь объяснить ему дальнейший план действий.

Подробностей при Вильде рассказывать не стала, но упомянула, что меня сейчас ни для кого в Вальмарке нет.

Будет заодно проверка для девицы.

Если она меня сдаст кому-то в этот раз, как-нибудь отбрехаться сумею. Но и ее в канаве прикопаю.

Все-таки настучать директору приюта о заныканныхприпасах можно чисто из вредности. Мелкая пакость, не более.

А вот сдать сестру того, в кого беззаветно влюблена, в полицию – это уже немного другое. Тут уже не до шуток. Эдак Кай ее запросто возненавидит на всю жизнь.

И Вильда этот нюанс прекрасно осознает.

Надеюсь.

– Ваш первый поединок через два дня, – перешел к делу господин Бергвик. – Полагаю, вы желали бы посмотреть, как проходят бои?

– Хотелось бы, – кивнула я.

Вряд ли меня удивят и ошеломят умениями местные маги, но посмотреть на сражения стоит. Изучить правила, тонкости, что можно, что нельзя, что вроде как нельзя, но допускается…

В каждом мире есть свои непреложные законы, известные местным, но непонятные большинству пришельцев. Не хотелось бы влететь в такую вот ловушку нравов.

Среди валькирий считалось нормой добить проигравшего. Особенно если тот первым полез в драку.

Но многие народы смотрели на такое косо.

Мол, зачем убивать того, кто и так еле дышит?

Мы же с сестрами считали, что оставлять за спиной дышащего врага неразумно.

У всех своя правда.

– Я проведу вас сегодня вечером, – кивнул маг земли. – У вас есть какие-либо предпочтения, или посмотрите все бои по очереди?

– Пожалуй, все. Ах да, если позволите, мне бы хотелось сохранить инкогнито. Не только на арене, но и в остальное время.

О том, что выступать я буду в маске, мы уже договорились. Но светить лицом среди множества незнакомцев, любой из которых может доложить в столицу, не хотелось.

Да и вопрос еще, чьи шпионы хуже. Те, что отчитываются следователям, или секретарю принца?

Если водники узнают, что мне известно множество секретов древних, не попытаются ли они меня уничтожить? Чисто на всякий пожарный.

Ровно в семь вечера я поджидала господина Бергвика у его усадьбы.

Длинный серовато-бежевый плащ скрывал мою фигуру, а короткая полумаска – лицо.

Идею я позаимствовала у контрабандистов.

Под капюшоном и так-то ничего не разглядеть, а если еще вокруг глаз невнятная рябь – полная маскировка получается. Разве что рост может выдать, но он у меня средний. Для женщины.

Или мелкого парнишки.

По широким плотным штанам с сапогами даже пол не понять.

Сани, запряженные мохноногой приземистой лошадкой, выехали из ворот и ненадолго притормозили, позволяя мне запрыгнуть сзади на подножку. Там обычно крепился багаж, и площадку оставили приличную, так что разместилась я со всем комфортом.

Ехали мы не слишком долго.

И не в ту же сторону, где располагалась арена для простых людей.

В противоположную.

По широким аллеям, некогда усаженным деревьями, мимо величественных старинных зданий, ныне растерявших часть изящества из-за навесных ставен и хозяйственных пристроек, мало вязавшихся с прежним стилем.

Я поглядывала по сторонам, запоминая дорогу и отмечая, что глаза мне завязать не подумали.

А значит, господин Бергвик мне доверяет и рассчитывает на дальнейшее сотрудничество.

Собственно, я не против. Поединки без особых правил —отличная практика, чтобы навыки не растерять окончательно. Разве что слишком часто нельзя выступать, а то зрители неизбежно заинтересуются и попробуют выследить таинственного водника.

Сражаться я собиралась в мужской одежде.

Не так много сильных магов, чтобы меня не вычислили методом исключения. Если выяснят, что перед ними женщина, выборка сократится до минимума. А так хоть варианты есть – подрастающее поколение из приюта, например.

Когда сани остановились перед невзрачным приземистым зданием, я сначала не поверила, что мы уже приехали. Решила, что господину Бергвику вздумалось перед посещением арены помыться или же взыскать какой долг – потому что на вывеске, полузанесенной снегом, значилось «Городская помывочная».

Дела у заведения шли неплохо. Просторная площадка перед входом бурлила водоворотом людской массы.

Кто бы мог подумать, что водные процедуры пользуются в Вальмарке такой популярностью!

Я хмыкнула и спрыгнула с площадки, догнала обоих Бергвиков и пристроилась за их спинами молчаливой тенью.

В дверях возникла небольшая заминка, но неуловимое движение головы начальства – и меня безропотно пропустили.

Внутри здание скорее напоминало музей или театр, чем общественные купальни. Да, было непривычно тепло и влажно, как в тропиках, даже захотелось раздеться, но небольшое охлаждающее заклинание решило проблему.

Господин Бергвик почувствовал всплеск силы, обернулся, но замечания не сделал. Значит, можно.

При входе протянулась гардеробная с хорошенькими работницами в игривых платьях всего лишь до колена и с зазывными декольте. Стройные, как на подбор, ножки, скрывали теплые чулки и сапоги на меху.

Сдавать плащ я отказалась по понятным причинам, и мы проследовали дальше, вниз по лестнице.

Миновали пост охраны.

Еще один кивок, бесконечная винтовая лестница, узкий коридор – и вот она, арена для магических поединков.

Размах подземной постройки впечатлял.

Подозреваю, руководил созданием – а то и непосредственно участвовал – кто-то из магов земли. Очень уж надежным выглядел полукруглый свод. А про множество слоев защиты, причем довольно продвинутой, вообще молчу.

– Кто вам ставил щиты? – подобравшись ближе, поинтересовалась я у господина Бергвика.

– С ними что-то не так? – напрягся он.

– Напротив. Отменного качества, – заверила я.

– Знакомые деда. Давно, – лаконично ответил маг.

Я прищурилась, изучая хитросплетение узлов.

Очень похоже на те, что я видела в защите на схроне, а после на усадьбе семейства Рекинс.

Видимо, предок наместника и здесь руку приложил.

Сама арена заметно отличалась от обычной, уже мною виденной.

Во-первых, она была куда больше. Внутри вполне бы разместился средних размеров дом вроде приюта. Мест для зрителей было меньше, но они выглядели гораздо комфортнее: настоящие кресла с подлокотниками, каждые два разделены столиками для напитков и закусок. Видно, что посетители – не простые люди, с деньгами, и любят тратить их на развлечения.

Во-вторых, вместо клетки посередине котлована располагалась круглая засыпанная песком площадка.

Сюда приходили не просто по своей воле – выиграть на арене для магов считалось своего рода признаком крутости, сертификатом похлеще диплома с боевого факультета. Собственно, большинство участников его окончили. А кто нет, те выбывали в первом же раунде.

Нелегальным это мероприятие считалось потому, что дуэли между магами строго запретили еще сотню лет назад. Когда стало понятно, что зима скоро не закончится, а одаренные жизненные необходимы стране для функционирования (все те магические отопительные артефакты, светильники и прочее нуждались в постоянной подзарядке), былые порядки пришлось пересмотреть.

Ранее среди аристократии были приняты поединки. Показать умения, защитить честь – свою или дамы, попробовать себя в бою в мирное время. Однако несмотря на обилие правил и ограничений, риск все равно оставался немалым. Травмы, увечья, выгорание. В новых реалиях – непозволительная растрата человеко-магического ресурса.

Потому дуэли запретили.

Вместо них в тихих неприметных районах возникли арены. Скорее всего, власти прекрасно знали об их существовании, но не разгоняли по одной простой причине. Не будет такого вот организованного развлечения – начнутся тайные сборища, бесконтрольные побоища и стычки в подворотнях. Здесь хоть в случае чего могут успеть оказать квалифицированную медицинскую помощь.

Зато казна избавилась от очень серьезной статьи расходов – на содержание пострадавших на дуэли магов. Да и сами одаренные стали ответственнее и осторожнее относиться к своему здоровью. Абы с кем в драку не лезут, как раньше. Трезво оценивают свои возможности и лишь в случае крайней необходимости участвуют в сомнительных мероприятиях.

Так, например, нанимаются в телохранители. Через поединки на арене демонстрируют свой уровень подготовки, как физической, так и магической. Или же имеют излишек сил и слабо контролируют дар – многие в таких случаях нуждаются в регулярных сбросах энергии. Можно заряжать артефакты, но для такого занятия требуются усидчивость и терпение. Не все молодые люди способны похвастаться этими качествами. Да и не станут аристократы возиться с накопителями. Для дома, для рода – возможно. Но не на фабрике.

И куда девать силушку скучающему отроку?

Разумеется, на арену.

Я слушала пояснения господина Бергвика и тихо изумлялась. Запретить дуэли, чтобы разрешить подпольные бои? Ограничить образование и, вместо того чтобы научить детей нормальному управлению даром, отправить их сбрасывать магию в артефакты?

Это же не только с водниками творят. Все стихии в плачевном состоянии, просто нас еще и презирают почему-то.

Взять того же Бергвика-младшего. Способный парень, да еще и с редким направлением дара. Его обучить как следует, крутой спец бы вышел. Но нет: пристроили в боевики, показали полтора базовых приема – и вот тебе диплом.

Неудивительно, что результаты с арены воспринимают как более четкий показатель, чем бумажки из академии. Те, кто выступает здесь постоянно, наверняка опытным путем нащупали несколько фирменных заклинаний, которые впоследствии передадут детям. Или же изучили что-то из арсенала предков. Точно не на академической базе поднялись.

Получается, я пришла куда нужно, чтобы посмотреть на истинные умения местных магов.

Хотя если подумать, некая логика прослеживается. Чем меньше знают и умеют одаренные, тем меньше шансов, что в стране случится восстание. Что-то мне подсказывает, что королевская семья владеет множеством тайных техник, которыми ни с кем не делится. Не удивлюсь, если у них тоже есть такой схрон, как у оазиса, но в расчете на воздушников.

Так сказать, гарантия преемственности.

Меня с комфортом устроили в отгороженной ложе.

Личные места семейства Бергвик.

Глава преступности не любил светить лицом – о его тайном владении этой ареной и прочим теневым бизнесом знали немногие. Здесь, за тяжелой бордовой занавеской, частенько сиживали аристократы, желавшие сохранить инкогнито.

В нашу сторону не косились – не принято.

Повезло, что никто из сегодняшних гостей не захочет сдать меня, пусть и за вознаграждение. Штраф за посещение арены полагался немалый, плюс порицание в обществе – уж лучше по борделям гулять. Да и не узнают они: маска надежно скрывает лицо, а плащ – фигуру.

Таких как я, таинственных, набралось среди зрителей с десяток. Кто-то ограничился капюшоном, другие подошли к вопросу основательнее и даже перчатки натянули. В общем, меня ничто особо не выделяло.

Успокоив себя таким образом, я с любопытством и предвкушением уставилась на площадку, где как раз появилась первая пара бойцов. По ауре – земля и воздух. Но какие именно направления, издалека не разобрать.

Противники степенно сблизились, двигаясь медленно, немного рисуясь и на ходу демонстрируя декоративные заклинания. Под ногами одного застывал и разбегался трещинами песок, другой закручивал за своей спиной небольшое торнадо.

Неплохой уровень контроля над даром у обоих.

– Мы не разглашаем имена участников, – наклонившись вперед, пояснил господин Бергвик-старший. – Потому каждый выбирает себе, так сказать, сценический псевдоним. Как актеры в театре. Вы уже решили, кем представитесь?

– Буду Льдиной, – хмыкнула я, вспомнив, как вытаскивала принца из-под тороса.

Вполне нейтральная кличка, и мужчине подойдет, и с даром вяжется.

– Глыба против Ветреного Странника! – громогласно объявил ведущий. – Первый раунд!

– Чаще всего на первом все и заканчивается, – заметил с другой стороны младший Бергвик. Он сел так, чтобы загородить меня от любопытствующих из зала, и вообще вел себя немного покровительственно. Будто я не валяла его не так давно по песочку и нуждаюсь в защите! – Мало кто сражается так долго, чтобы закончилось время и потребовался перерыв. Обычно сильнейшего видно уже в первые минуты боя.

Этот поединок прошел так, как и предсказывал Ульвис.

Стоило прозвучать гонгу, воздушник пошел в яростную атаку. Вихри разметали вялую волну песка от Глыбы, запорошили гиганту глаза и полностью вывели из строя в первые же мгновения. Поставить щит грузный маг земли то ли не сообразил, то ли не сумел. Странник поднял руку, сжал кулак, собирая рассеянную по арене магию обратно.

На этом сражение, если можно его так назвать, закончилось.

– Слишком быстро, – прокомментировал разочарованный гул зрителей господин Бергвик. – Оба новички, не умеют работать на публику.

Я промолчала.

Заверять, что справлюсь, рановато. Все-таки теория это одно, а практика зачастую с ней радикально расходится.

На арене были представлены всего три стихии: в жаровнях тлели угли, обозначая огонь, песок в качестве земли и воздух, само собой. Ни ручейка, ни лужицы не предусматривалось. Помню, в тренировочном зале самого господина Бергвика все выглядело куда справедливее.

– А что, водники вообще не участвуют? – поинтересовалась я в перерыве, пока разравнивали покрытие и вызывали следующую пару.

– Крайне редко, – пожал плечами глава. – Для таких случаев мы выносим ведра из подсобки. Если хотите, приготовим для вас что-нибудь повнушительнее. Бочку выкатим, например.

– Ну, если вам нужно зрелище, то желательно, – хмыкнула я. – Так-то я могу и из воздуха вытянуть влагу, и из противника…

Оба Бергвика поежились, представив себе высушенную мумию вместо одного из соперников.

Без преувеличений, это вполне рабочий способ добыть ресурс в ограниченном пространстве. Не говоря уже о таких ювелирных приемах, как загущение крови в мозгу или, наоборот, разжижение внутренних органов.

Но членовредительством я пообещала не заниматься.

– Искра и Гранит! – зычно пропел ведущий.

Я оживилась.

Искра оказалась женщиной.

Интересно посмотреть, как здесь относятся к воительницам.

Как выяснилось, вполне уважительно.

Гранит, высокий худощавый брюнет, не стал расшаркиваться и создал в песке расщелину, куда не ожидавшая подлянки девица провалилась почти по пояс. Вспыхнула – буквально, пламя обняло ее всю, оплавляя края ловушки и превращая сыпучую сероватую массу в полупрозрачные мутные осколки. Грациозно выпрыгнула и швырнула огненные шары в противника. Шесть штук, очередью, один за другим.

Господин Бергвик одобрительно кивнул.

– Умница. Уже второй год у нас выступает, – поделился он вполголоса. – Из древнего обедневшего рода, таким образом оплачивает образование младшего брата и прочие расходы своей семьи.

Я прищурилась, запоминая ауру огневички. Надо бы познакомиться поближе. Мне нравятся подобные личности, что не сдаются в сложных ситуациях.

Если получится, еще и помогу чем.

Может показаться странным, что я рассуждаю с позиции дающего, когда сама толком не встала на ноги. Ферма только основана, на рынок еще не вышли, денег свободных почти нет, а планов больше, чем рыбы в заводи.

Но я предпочитаю смотреть в перспективу.

Связи в высшем обществе мне всегда пригодятся. А раз девушка достаточно вольнолюбива и умна, чтобы не выйти замуж за богача, а содержать род своими силами, то и смысл в сотрудничестве со мной она вполне может углядеть.

Тем временем Искра загнала противника к самой ограничительной линии, заступить за которую означало проиграть. Брови и волосы Гранита дымились, щит земли оказался слабоват и пропускал жар. Щеки брюнета раскраснелись то ли от злости, то ли от постоянного пламени в опасной близости к лицу.

Еще одна резкая вспышка, мужчина отшатнулся и задел пяткой проведенную алым черту. Трибуны взвыли – бой закончился.

– Неплохо, – оценила я дуэль. – В меру затянуто, почти равные силы, красочно и убедительно.

Господин Бергвик окинул меня долгим взглядом и согласно кивнул.

Следующие поединки подтвердили мои первоначальные выводы.

Контроль над даром среди всех стихий постепенно утрачивался. Вместо виртуозного владения каждой крупицей силы одаренных приучали использовать микроскоп в качестве кувалды. Вливать побольше в базовые заклинания и смотреть, кто кого задавит мощью.

Зачем изучать что-то сложное, если есть артефакты? Всегда можно создать прибор, что воспроизводит нужные действия, заполнить накопитель сырой энергией и сидеть себе ровно, не напрягаясь.

В артефакторы шли в основном обычные люди с техническим складом ума. Им не нужно самим обладать магией, чтобы найти ей применение. Как необязательно самому вырабатывать электричество, чтобы научиться им управлять.

Сознательно или нет, но королевский род двигал страну в сторону техномагического развития. Рано или поздно одаренные станут всего лишь придатками к артефактам, эдакими батарейками.

Возможно, это решение было принято вполне обдуманно. Если катастрофа, ввергнувшая страну в вечную зиму, была спровоцирована магами, логично, что власти теперь опасаются их усиления.

Если цель именно такова, то действуют они вполне грамотно. Уменьшить объем знаний, обязательных для изучения. Молодежь обычно довольно халатно относится к получению образования, диплом выдали – и славно. А то, что через несколько поколений забудутся не только опасные схемы, но и вполне полезные, пусть и сложные, это им до фонаря.

Картину целиком видят разве что очень умные люди. Но именно поэтому они молчат – чтобы не заткнули принудительно.

В свете всего понятно, почему водников считают особо презираемыми. Тому есть сразу несколько причин.

Во-первых, людям нужно кого-то ненавидеть. Всегда. Либо внешний враг, либо внутренний, либо сосед, у которого дела отчего-то идут лучше… Объект неприязни сплачивает толпу. А единение в условиях вечной мерзлоты необходимо как никогда.

Во-вторых, если не будет общественного порицания по отношению к водному дару, детей перестанут отдавать в приюты. А значит, поток подпитывающих оазисы служителей станет мельче, а то и исчезнет совсем. На одном патриотизме и самоотверженности далеко не уедешь. Если нет обязаловки, мало кто захочет посвятить свою жизнь донорству магии на общественное благо.

Ну и в-третьих, страх.

Остальные маги видят, как относятся к представителям «низшей» стихии, и страшатся оказаться на их месте. Подсознательно, зачастую сами того не понимая. Те, что дразнят и издеваются над водниками активнее всего, боятся сильнее прочих.

А значит, меньше шансов на бунт среди одаренных.

Бои продолжались с перерывами до самого вечера. Бергвики любезно покормили меня обедом и откланялись, оставив наслаждаться зрелищем в одиночестве. Периодически я поглядывала на зрителей. Те дожидались финала (кстати, Искра проиграла в шестом бою, уступив воздушнику, что коварно перекрыл ей кислород!) и расходились, освобождая места для новых гостей.

Как пояснил глава, арену открывали не каждый день. Сражения велись в трех категориях, одаренных разделяли по уровню силы, так что посмотреть было на что до глубокого вечера.

Домой я возвращалась одна, задумавшись и едва переставляя ноги. Пока добрела до окраины, уже стемнело. Но в окнах нашего домика горел свет – ребята ждали меня к ужину.

В груди потеплело.

Новый мир жесток, но даже в нем есть место дружбе и привязанности. Я должна сделать все, чтобы изменить устоявшийся порядок и вернуть водникам положенное уважение. Пусть власти считают, что сейчас баланс оптимален, я с ними не согласна.

Нельзя построить светлое будущее за счет унижения части населения.

Для поединка я подобрала модель маски, что обеспечивала обзор и в то же время надежно скрывала черты. С магией тоже немного похимичила, благо во время боя разрешались любые заклинания.

Кроме смертельных. И то с оговорками.

Учитывая все скуднеющий набор в арсенале магов, опасаться уже особо нечего. Разве что излишне ретивого и сильного одаренного, способного прошибить щиты чистой силой. Но мне даже такой не угроза.

Мне нужно было создать образ нейтральный и относительно безобидный. Я же всего лишь подросток и все впечатляющие детали вроде шлема с рогами или длинного плаща будут выглядеть нелепо и даже смешно.

Привычный костюм валькирии тоже не подойдет – плотно облегающий доспех выглядит эффектно, но с головой выдаст принадлежность к женскому полу.

После недолгих раздумий я остановилась на мешковатых штанах и туго подпоясанном коротком халате, что-то наподобие восточного спортивного костюма из одного виденного мною мира. Волосы собраны в низкий хвост – длиной никого не удивить, здесь аристократы отращивали гривы не хуже дам. Полоса ткани с прорезями для глаз скрывает пол-лица, вокруг мельтешат крошечные снежинки, отвлекая внимание и дезориентируя противника.

Для пущей загадочности я решила выйти без обуви.

Все участники, кого я видела, выступали в сапогах. Даже маги земли, чья стихия под ступнями могла бы их подпитать, отказывались от преимущества.

Я уточнила у господина Бергвика на всякий случай.

Нет, не запрещено. Просто в условиях вечной зимы люди не воспринимают босые ступни как нечто обыденное и нормальное, как часть тела, через которую можно воспринять больше энергии. Для них это скорее конечности, что частенько мерзнут и из-за переохлаждения которых можно заболеть.

Говорю же, утрачивают связь с миром.

Ничего удивительного, что стоило мне ступить на влажный песок арены, как в зале воцарилось ошеломленное молчание.

– Почему он не обут? Это же неприлично! – свистящим шепотом поинтересовался один из аристократов в гробовой тишине.

Спрашивал он такого же несведущего спутника, потому получил лишь недоуменное пожатие плеч в ответ.

Тем временем я вышла на положенное место и встала, поплотнее вдавив пальцы в землю, ожидая приближения противника.

Против меня господин Бергвик решил выставить мага воздуха. Причем одного из лучших бойцов, что не участвовали в виденных мною поединках, так что вышел своего рода сюрприз.

Люблю вызовы.

– А где ведра? Или водник решил сразу сдаться? – послышался насмешливый возглас с дальних рядов.

Воду для меня действительно не вынесли. Но это не значит, что ее не было на арене. Еще с утра глава приказал вылить три полновесные бочки внутри дуэльного круга. За такое короткое время испариться влага не успела.

Правилам это не противоречило. В конце концов, при желании я могла вытянуть жидкость из соперника или проходивших глубоко под землей канализационных труб. Господин Бергвик позаботился о том, чтобы процесс прошел более зрелищно – ведь загрести волну из тазика мог практически любой новичок, получивший минимальное образование.

А вот вычленить капли среди сыпучих песчинок – это уже другой уровень мастерства.

– Торнадо его сомнет и не заметит, – со знанием дела буркнул еще один аристократ.

Он сидел довольно близко к черте, и я про себя отметила необходимость плеснуть в ту сторону побольше грязи.

В воспитательных целях.

Не стоит судить о новичках по отсутствию обуви.

Участник со звучной кличкой Торнадо был довольно рослым и плечистым мужчиной лет тридцати. Судя по испещрившим лицо шрамам и тому, что он их не скрывал, а скорее демонстрировал – наемник.

Чудненько. Значит, будет сопротивляться до последнего.

В отличие от зрителей, противник отнесся ко мне с должным почтением. Приблизился с опаской и напряженно замер, заготовив заранее щиты на полную.

Похоже, господин Бергвик его предупредил, что за моей невзрачной внешностью кроется немалая угроза.

– Льдина против Торнадо! – провозгласил ведущий, махнул рукой и выскочил за пределы круга, обозначив начало поединка.

Воздух сгустился, горло перехватило – наемник явно знал свое дело. Такому если убийство закажут, справится на ура.

Клиент скончался по естественным причинам:задохнулся.

Но я-то не простой обыватель!

Запрокинув голову, выпустила изо рта струйку пара.

Облачко расширилось, защищая мое лицо поверх маски своеобразным забралом. Не пробить, не запорошить. Со стороны казалось, что моя голова покрылась инеем —кристаллики льда сияли в свете артефактных светильников, как сотни бриллиантов.

Песок зашевелился.

Трибуны притихли.

– Она что, землей владеет? Быть не может! – пронесся шепоток среди зрителей.

Все верно, ребенок здесь наследует лишь один дар.

Но я и не трогала чужой стихии.

Из многочисленных трещин вверх рванулись острые, как иглы, крошечные сосульки.

Те, что выпорскнули из-под ног противника, я специально выпустила последними, чтобы тот успел сообразить и переместить щит к самому драгоценному. Только бедра немного поцарапало.

Все могло бы закончиться прямо сейчас, но меня просили устроить шоу подольше.

А я женщина слова.

Наемник нахмурился и отступил на шаг, концентрируя в заклинании больше силы.

Его наконец пробрало. Понял, что Бергвики не шутили.

И я шутить не стану.

Внезапный порыв ветра чуть не сбил меня с ног. Песок бессильно соскользнул с маски, осыпался в вырез халата чесоточным порошком. Я досадливо поморщилась —придется потратить время в раздевалке, вытрясти лишнее.

Если Торнадо рассчитывал подвинуть меня к краю физически, он просчитался. Мои ноги не сдвинулись с места, разве что волосы взмыли веером и снова опали.

Противник не ждал очереди – одно за другим швырнул в меня четыре лезвия из уплотнённого воздуха. Их я отбила в песок – аккуратно, чтобы зрители не пострадали. Вокруг нас защита, но мало ли, брешь найдется.

Несчастные случаи на арене и в зрительном зале не редкость.

Чуть со щитом ошибся или с силой переборщил —выносите.

Конечно, у господина Бергвика все предусмотрено и на такой случай постоянно дежурит целитель, а то и не один. Да и вряд ли жаждущие зрелищ аристократы полагаются на чужие блоки.

Я ушла в оборону окончательно, только успевая отмахиваться от воздушных атак. А Торнадо разошелся вовсю. Его резерв казался бесконечным.

Наемник умело пользовался даром – на фоне прочих, удивительно неплохо. Я бы не удивилась, происходи он из древнего рода, приближенного к королевскому, или к военному, например. Несколько приемов показались мне знакомыми – чем-то наподобие пользовался принц в столице, во время охоты на контрабандистов.

Вызнать, что ли, биографию соперника чисто ради интереса?

Очередной поток ветра плеснул в лицо, и одновременно Торнадо крутанулся вокруг своей оси, утягивая за собой стихию.

Похоже, напоследок решил напомнить, за что получил свое прозвище, и призвать вихрь.

Пора заканчивать представление.

Те капли, что уцелели после создания множества сосулек, все еще пропитывали песок под ногами мага. Все, что мне оставалось – вплести их в узор соперника.

Тот и не заметил дополнения к своему творению, пока не стало слишком поздно.

Водная пыль слилась с песчинками и мелкой трухой, поднятой с арены в смертоносную воронку. Пронизала всю схему, на мгновение застыла зеркалом, заключив противника в конусообразную ловушку, и с тихим звоном осыпалась осколками на землю, не причинив никому вреда.

Торнадо замер в растерянности.

На трибунах все смолкло.

– Победил Льдина! – не слишком уверенно провозгласил ведущий.

Еще бы. Водник – и уделал воздушного мага, признанного фаворита сезона!

Неслыханно. Скандально. Вопиюще!

Я довольно прищурилась.

С моей помощью господин Бергвик и Тайринг, втайне поставивший скромную сумму на новичка, наварили неплохой куш.

Будет с чего приличный ларек построить.

Секундная пауза взорвалась всеобщим возмущением.

– Это нечестно! Он специально сдулся! Продался! Бой слит! – на этой претензии я тихо хмыкнула – слишком многозначительно она прозвучала.

Торнадо дернул испещренной шрамами щекой.

Обвиняли фактически его. А гордый наемник терпеть подобное не привык. В отличие от меня он не скрывал лица, а значит, дорожил репутацией.

Как бы он не решил отомстить втихаря. И поскольку до меня вряд ли доберется – организаторам, Бергвикам.

Маги земли далеко не ромашки и вполне способны за себя постоять, но к чему им лишние неприятности?

Я поманила к себе распорядителя и прошипела ему на ухо неожиданное предложение. Глаза мужчины полезли на лоб, он растерянно оглянулся на ложу главы, получил разрешающий кивок и сглотнул.

Отдельная благодарность старшему Бергвику. Одобрил мою шалость, не глядя.

– Многоуважаемые гости и завсегдатаи! Раз вы считаете, что бой был проведен неправильно, у вас есть шанс исправить ситуацию, – зычно заявил ведущий, все еще поглядывая в сторону начальства. И обреченно завершил: – Приглашаю любого желающего на сцену, сразиться с победителем, Льдиной.

Выражение лица Торнадо сложно описать цензурно.

Ухмылка главы стала шире.

Зарождающийся скандал умер в зародыше.

Легко орать издалека о купленном исходе боя. Но после того уровня мастерства, что продемонстрировали мы с воздушником, соваться в круг было бы довольно глупо. Подавляющее большинство присутствующих не имеют и сотой доли опыта наемника, не говоря уже о моем, и прекрасно это понимают.

Выждав с минуту, ведущий окрепшим голосом поинтересовался:

– Что, желающих нет? Тогда признаем результат законным? Все честно?

Нестройный и вялый хор согласных возгласов был ему ответом.

Я улыбнулась и слегка поклонилась Торнадо, выражая благодарность за отличный бой. Он действительно старался вовсю, не его вина, что соперник на этот раз из другой весовой категории.

Теперь – в раздевалку, вытряхивать песок! А то чешется уже нестерпимо.

У бойцов имелась зона для отдыха и смены одежды. Те же, кто планировал сохранить инкогнито, пользовались отдельными кабинками, где можно было незаметно сменить сценический костюм на неприметный плащ.

Что я и собиралась проделать.

Проклятые песчинки забрались в самые труднодоступные места, а принимать душ рядом с оравой мужиков – такая себе идея. Пришлось ограничиться тщательным отряхиванием и локальным омовением при помощи дара, чашки воды, чистого платка и такой-то матери.

Почти закончила, натянула теплые штаны и собиралась влезть в рубашку, когда дверь в кабинку распахнулась от мощного пинка, подкрепленного воздушным ударом.

Я застыла, стремительно соображая.

Спина обнажена до пояса, по лопаткам пол не определить, тем более половину закрывают разметавшиеся волосы. Их тоже густо припорошило, вычесывала как смогла.

В тот момент меня волновало лишь одно.

Соперник не должен понять, что я девушка. Все остальное – поправимо.

– Кто ты такой?! – с порога вопросил Торнадо и закрыл за собой створку, отрезая мне пути к отступлению.

Над нами со свистом сомкнулся щит безмолвия —неплохая, надежная версия, заодно против слабеньких атак и следилок сработает. Я машинально сощурилась, изучая схему. Точно из древнего рода наемник, без вариантов.

– А поговорить после нельзя было? – прохрипела, демонстративно натягивая рубашку.

Застегнула пару пуговиц на груди, позволяя остаткам чистой воды растечься от подбородка вверх, создавая пластичное зеркальное покрытие.

И лишь тогда обернулась.

Торнадо сглотнул. Трепещущая поверхность пруда вместо лица – довольно неприятное зрелище. Сам виноват, не нужно было заставать меня врасплох.

– Стенард оказывается представлять нас, – буркнул наемник немного смущенно. – А мне нужно с тобой поговорить.

– О чем?

– О твоей силе. Где учился?

– Разве на арене о таком спрашивают? – я склонила голову к плечу, продолжая возиться с пуговицами. – Тогда где учился ты? У родителей или личных учителей?

Торнадо вздрогнул, как от удара.

– Откуда ты узнал? – прошипел он разъяренно.

– Вот видишь, как неприятно, когда лезут в твое прошлое без разрешения, – усмехнулась я, накидывая длинный плащ.

Про себя вздохнула с облегчением – одежду специально подбирала нейтральную, а накидку и вовсе позаимствовала у брата, чтобы наверняка выглядела по-мужски.

Наемник тряхнул головой и насупился.

– Все равно. Если так хочешь, я тоже расскажу о себе. Это будет честно.

– Не хочу, – слегка покривила душой.

Мне любопытно, но не до такой степени, чтобы раскрываться перед первым встречным.

В ухе дернулась и затрепетала серьга.

Как же вы мне все дороги…

Раз уж госпожа Гисса решилась воспользоваться нашим экзотическим методом связи, значит, дело серьезное.

Стражники явились, намереваясь вновь допросить?

Сам принц пожаловал?

Какая разница, по мелочи кухарка бы меня не дернула. Женщина смотрела на связующую ложечку такими глазами, будто ей святыню выдали. Без особой нужды не тронет.

– Давай поговорим в другой раз, – буркнула Торнадо, накидывая плащ и обходя его, как столб. Сломала защиту одним взмахом руки и распахнула дверь, ненавязчиво демонстрируя преимущество и напоминая: мы все еще беседуем, потому что я это позволила. – Скажу Бергвикам, чтобы назначили встречу на нейтральной территории. Раз тебе так приспичило, расскажешь о себе.

– Я? – оторопело вытаращился маг, но я уже спешила по коридору прочь.

Забежать домой, предупредить Кая, что меня не будет неопределенное время, выслушать его воспитательное бухтение, вырваться из цепких объятий Тайринга – тот все не мог поверить, что выиграл настолько крупную сумму.Строго взглянуть на Вильду (опять не успела провести с ней устрашающе-разъяснительную беседу), переодеться в собственную накидку и вперед, в оазис!

Ночная столица встретила меня метелью и воем ветра.

От неожиданности я попятилась в относительно теплую разделительную полосу. Голова немного кружилась, но к третьему разу организм привык к турбулентности перехода и быстрее пришел в себя.

– Передумала? – немного ехидно уточнил дух-хранитель.

Наглеет что-то. Его коллега из провинции себе такого не позволяет.

– Не дождешься, – бросила в ответ и зажмурившись нырнула в снежную круговерть.

До дома секретаря его высочества добралась практически на ощупь. Благо карта города сохранилась в памяти, и путем нехитрого магического приема я ее визуализировала перед глазами. Крошечная моргающая точка – я, линии – улицы. Главное, на дерево не наткнуться.

Переулок у забора дважды просканировала, но наблюдателей не обнаружила. В такую погоду смысл в наружном наблюдении отпадает. Скорее всего, оставили следилки-артефакты и ушли отдыхать.

Так и есть. На калитке щедрой россыпью висели «звоночки». Стоит кому-то тронуть ручку двери, и приемник запищит.

Я наклонилась ближе, рассматривая схему. Дохленькие, неудивительно, что их целая куча. На авось: какой-то да сработает.

Подобравшегося со спины мужчину я не услышала, а почуяла. Магического фона он практически не испускал, набросив на себя с десяток щитов и превратившись в невидимку.

Почти.

Многолетний опыт сражений толкнул меня в спину, помогая вывернуться из готовящейся западни.

Я метнулась в сторону, но не рассчитала глубину сугроба.

Увязла.

И на запястье щелкнул блокирующий браслет.

Тяжело вздохнув, я потрясла в воздухе рукой.

– Вы серьезно? А нормально попросить нельзя было?

– Так было бы не интересно, – хмыкнул господин Эйсгем.

То есть он сейчас под маской, а значит – делаем вид, что не знаем, кто это.

– Сейчас, получается, интересно? – отзеркалила я усмешку, стаскивая браслет через кисть, не расстегивая.

Благо узкая кость позволяла.

Кинула воднику его игрушку обратно. Тот повертел блокиратор и нахмурился. За прошедшие десять секунд я успела не только снять все запирающие заклинания, но и напрочь разрядить накопитель.

– Вполне, – медленно, с достоинством кивнул маг и сделал приглашающий жест куда-то в метель. – Госпожа Гисса в курсе, что я вас похищаю. Прошу.

– Как к вам обращаться хоть? – обреченно уточнила я, разворачиваясь следом.

– Можете называть меня так же, как и подчиненные. Хозяин льда.

– Простенько и со вкусом. Одобряю. Надеюсь, вы понимаете, что я не ваша подчиненная?

– Разве? – под маской было незаметно движение брови, но я дорисовала его в воображении. Получилось живенько.

– Именно так. У нас договор, не более. Взаимовыгодное сотрудничество. Надеюсь, вы не станете меня вынуждать от него отказаться.

Хозяин льда – пафоса-то, пафоса! – помолчал, уверенно сворачивая в мельтешащем мареве в узкие улочки. Похоже, у него не менее подробная карта в голове. Или столько раз ходил, что запомнил наизусть маршрут.

Перед нами вырос очередной забор. Я отметила про себя участок – потом, в хорошую погоду выясню, что здесь находится.

– Прошу. – Мужчина распахнул непритязательную калитку. – Владельцы лавки не в курсе, что у нас сегодня здесь урок. Можете не запоминать местоположение.

Досадно. Но ожидаемо.

– Урок? – переспросила я, переступая порог.

Метель осталась за дверью. Внутри было тихо до гула в ушах, пахло пряностями и травами.

Чайная? Аптека? Не понять с ходу.

Длинная стойка, за ней множество ящичков и полок, у дверей одинокий столик непривычной высоты, по пояс. Без стульев.

Никого. Стражников на этот раз господин Эйсгем не пригласил.

И темнота.

Я машинально зажгла полдюжины светлячков и отправила их под потолок. На полдороге вернула – место было плотно занято травами и сушащимися грибами. Не попортить бы, у меня магия хоть и водная, а обжечься можно запросто. Мои огоньки – сверхнизкой температуры, проморозят насквозь.

– Ты обещала показать, как снимать блокировку с браслетов. – Хозяин льда потряс в воздухе бесполезным украшением и со звоном уронил на прилавок.

Сам он заморачиваться созданием освещения не стал.

Прищурившись, я заглянула ему в резерв. Так и есть —на донышке.

Вот как потактичнее вызнать, в чем проблема, не открывая своих способностей? Не спросить же напрямую —отчего у вас, так сказать, магическое недержание? Обидится еще. Не говоря уже о том, что я и так продемонстрировала слишком много умений для одной скромной сиротки. Еще чуть-чуть – и меня живой не выпустят.

Попытаются не выпустить.

Придется подаваться в бега, тащить за собой брата и прочих, бросать ферму… Только устроились! Обидно получится.

Думай, голова.

– Насколько энергоемкие приемы вас интересуют? —начала я издалека. – Рассчитывать можно лишь на то, что есть на момент задержания. То есть как только блокиратор смыкается – он формально перекрывает доступ к резерву мага.

– Именно. И как ты обходишь этот запрет? – Хозяин льда облокотился локтями на стойку в нарочито-расслабленной позе.

– Разделяю потоки, – пожала плечами я.

– В смысле?

– Создаю второй резерв в ладони. Крошечный, но его хватает, чтобы система переключилась на тот, что ближе. И в это же время формирую нейтрализующие чары, или впитываю заряд – что получится. На что хватит сил.

– Погоди. То есть ты чувствуешь линии магии внутри тела? – мужчина подался вперед, опираясь на прилавок.

Костяшки аж побелели от напряжения, выдавая его внутренний хаос.

Так, что я опять не так сморозила?

– А вы нет? – невинно похлопала я глазами.

– Не каждый целитель на такое способен, – мрачно отрезал Хозяин льда, отрываясь от стойки с видимым трудом. – Кто тебя научил?

– Записи предка! – заученно ответила я. – Ну правда, ничего особо сложного нет. Слушаешь свой резерв, формируешь заклинание и прослеживаешь течение силы в организме. С опытом можно научиться определять ширину каналов… А как вы тогда вообще ощущаете, пуст резерв или полон?

– Когда в груди тянет – значит, пуст, – как само собой разумеющееся выдал собеседник.

Я с трудом подавила желание схватиться за голову.

Ладно, дети из приюта не знали элементарного – но взрослый мужик из благородных!

– Это же первый признак истощения! – взвыла в ужасе. – Так и помереть раньше срока можно!

– Да я этого ощущения и не дожидаюсь. Иногда случалось, по молодости, потом я примерно понял, что именно могу себе позволить… – слегка растерянно пробормотал Хозяин льда.

– Вот и славно, – выдохнула я. – Не надо себя доводить. Давайте-ка потренируемся чувствовать собственный резерв. А там и до каналов дойдем.

– Как я понимаю, это занятие не на одну ночь? —осторожно уточнил маг.

– Ну, при условии, что вы будете сами тренироваться и быстро учитесь – за недельку дойдем до создания запасного резерва! – бодро пообещала я.

– За недельку… ладно, – водник тряхнул головой, отгоняя какую-то мысль.

Не помогло.

– Вы же никуда из особняка господина Эйсгема не собираетесь?

– В ближайшее время – нет, – обреченно заверила его.

Понятно, к чему он клонит. Хочет разделаться с вопросом как можно скорее. Тут я его понимаю: какая-то наглая пигалица знает о магии больше, чем зрелый, умудренный опытом мужчина с высшим образованием и связями в обществе. Поди, лучших учителей нанимал по водной магии, все доступные архивы перешерстил.

А тут такой конфуз.

– Тогда каждый вечер после ужина жду вас у калитки,– решительно заявил Хозяин льда, не предполагая отказа.

Я и не собиралась возражать.

Куда я денусь…

Первое занятие длилось недолго.

Учитывая, что магия изливалась из водника, как из решета, удивительно, что он сумел слепить настолько мощные заклинания во время ночной стычки с патрулем. Возможно, пользовался накопителями? Потому что сейчас его хватило на десяток простеньких светлячков уровня детского сада, после чего Хозяин льда потер грудь и задумчиво сказал, что ему хватит.

Я и сама это видела, но вслух ничего не произнесла.

Как и не задала сакраментального вопроса – куда.

Ни артефакта, ни видимой связи с каким-то предметом или человеком. Возможно, углубись я подробнее в недра ауры господина Эйсгема, сумела бы нащупать связь или проблему. Но подобное вмешательство не особо приятно, он точно меня почует. Несмотря на общую отсталость в плане магического образования, мужчина далеко не дурак и довольно хорошо владеет силой. Всего за одно занятие нашел свой резерв и научился определять его рамки.

Если бы не странный феномен, он был бы сильнее меня. В нынешнем теле, разумеется. Но это как минимум семерка, а то и все восемь.

– А какой у вас официальный уровень? – не сдержалась я.

Хозяин Льда смерил меня подозрительным взглядом, но неохотно ответил:

– Пятый.

Видно, на моем лице что-то эдакое промелькнуло, потому что водник насторожился.

– А что?

– Да нет, ничего. Вы, может, какой-то договор магический подписывали? Или обет дали? Ну клятву там или еще что?

– Нет, ничего такого. Разве что… неважно. Обычный контракт о служении. Ничего особенного. Так все-таки, в чем дело? Откуда такие вопросы?

Ну да, не скажет же он что находится на службе его высочества. Наверняка там мелким шрифтом десяток страниц обязательств. Но обычно секретарем становятся уже в сознательном возрасте. А резерв развивается в подростковом. Ну не мог господин Эйсгем пропустить момент, когда у него оттяпали почти половину мощности, и не заметить этого. А значит, либо его «подрезали» еще ребёнком, либо это наследственное. Вроде проклятия.

– А у вашего отца или матери были проблемы с резервом? – продолжала допытываться я.

Раз уж начала, не останавливаться же на середине!

– Какого рода проблемы?

– Ну, дар не выше пятерки, например. Хотя по всем признакам и наследственности должен быть выше…

– Мой уровень должен быть выше? – застыл статуей Хозяин льда.

Говорю же, умный мужик. На лету ловит.

– Есть некие признаки, – уклончиво пробормотала я и поднялась.

Мы тренировались прямо на полу, подстелив плащи,чтобы не отморозить себе все важное. В следующий раз предложу в сугробе позаниматься. Совместим теорию с практикой.

– Какие признаки? – не отставал собеседник.

– Мне нужно провести несколько тестов. Тогда скажу наверняка, – я предвкушающе заулыбалась.

Маг заподозрил неладное.

– Скажи сейчас. И да, мой отец никогда не поднимался выше пятого уровня. Хотя по слухам один далекий предок…

Тут господин Эйсгем осекся. Скорее всего, чуть не сболтнул что-то из семейных хроник. Что-то важное и секретное.

Как интересно.

Пожалуй, не зря я задержусь на недельку в столице.

Не целыми же днями секретарь дома! Должен и на работу ходить.

Тогда-то я и обыщу его особняк.

У него просто обязаны сохраниться записи и свидетельства былых времен. Если повезет, то и что-нибудь о создании куполов или о всемирной катастрофе, вызвавшей похолодание.

Аристократы – они как сороки, тащат в гнездо все ценное. В том числе информацию.

Разумеется, рассказывать я ничего не стала. Сослалась на то, что лишняя информация может исказить результаты тестов.

Стандартная отмазка, даже удивительно, что подействовала.

Хозяин льда отстал и соизволил проводить меня обратно к особняку секретаря. То есть своему собственному.

– А где ты была? – будто бы невзначай поинтересовался он по дороге. – Госпожа Гисса говорит, что ты не возвращалась в комнату два дня.

Ну да, мы с ней договаривались, что она прикроет меня от властей и господина Эйсгема. А не от подпольного водника, которого кухарка явно уважает и побаивается куда больше.

– Занята была, – пожала плечами.

Действительно, по уши. Окажись рядом целитель-менталист, и то не почуял бы лжи.

– Одна, в незнакомом городе? А где ночевала? – не отставал маг.

Я остановилась, развернулась к нему лицом и многозначительно уперла руки в бока.

При виде этой позы у валькирии в моем родном мире народ бледнел от страха и разбегался кто куда. Знали, что деву довели до ручки и хорошего можно не ждать.

Здешние жители еще не пуганые, так что Хозяин льда и шагу назад не сделал. Только бровь вопросительно выгнул.

– Послушайте, я же не спрашиваю, где ваше гнездо порока… ну в смысле убежище контрабандистов. И не допытываюсь, где вы спите и с кем. Вот и вы не лезьте в мою личную жизнь!

– Какая у тебя еще личная жизнь? – оторопел от моего напора водник.

– Обычная! И не то, что вы подумали, извращенец, —высказавшись, я развернулась и первой двинулась дальше по заснеженной дорожке.

На улицах уже появились редкие прохожие. Метель улеглась, небо посветлело и сквозь тяжелые свинцовые облака прорывалось нежное зарево рассвета.

В какой-то момент шаги за моей спиной стихли.

Господин Эйсгем отстал, не желая маячить рядом с собственным домом в подозрительном виде. Я прикрыла глаза, вызывая на схеме города маячок, который успела подвесить на плащ мага. Так и есть – обходит по параллельной улице. Небось, еще и присматривает, чтобы я с пути не сбилась.

Калитка для слуг была приоткрыта, и следилок на ней больше не было. Успели поснимать за ненадобностью. Кто их установил – стражи порядка или преступники, я так и не поняла. Скорее всего, Хозяин льда постарался, на случай если меня за вьюгой не заметит.

Я прошмыгнула внутрь и тут же оказалась в радушных объятиях госпожи Гиссы.

– Добралась все-таки! С тобой все в порядке? – и шипящим шепотом: – Встретилась с ним?

– Угу, – буркнула я без малейшего энтузиазма. После чего безошибочно выдернула из кармана фартука ложечку и потрясла перед носом кухарки: – Я вам это для чего дала? На самый-самый крайний случай. Если за мной для допроса придут или в розыск объявят, или обвинят в чем. Я вам не девочка по вызову, по всякой мелочи прибегать!

– П-по мелочи? – ошарашенно повторила женщина.

На ее памяти главу преступной группировки так, видимо,никто не называл.

– Ваш этот… знакомый мог бы и подождать, пока я вернусь. Я же обещала! Не развалился бы, – хмуро буркнула, засовывая ложечку обратно. – Имейте в виду. Еще раз меня так дернете – я перестану реагировать. Хоть пожар, хоть потоп.

Конечно, не перестану. Случаи бывают разные, лучше перебдеть, чем недосмотреть и по лености огрести проблем. Но госпоже Гиссе об этом знать не стоит. Пусть относится с уважением и ко мне тоже, не только к Хозяину Льда.

– Хорошо. Я поняла, – голос кухарки дрогнул.

Похоже, я ее неслабо напугала. Бедняга не ожидала, что мелкая пигалица может оказаться бандиткой похлеще контрабандистов. И что в глазах шестнадцатилетней милой девы может сиять арктический холод убийцы. Но лучше пусть сразу поймет, с кем имеет дело, и дважды подумает, если встанет вопрос предательства.

Минуту назад госпожа Гисса не задумываясь скормила бы меня преступникам. Сейчас же она засомневалась, кто выйдет из такой схватки победителем.

И не приду ли я потом за ней.

Еще как приду, разумеется. Не живьем, так духом. Мы, валькирии, врагов за спиной не оставляем.

Комната, отведенная мне в особняке, осталась прежней. Безликой и пустой. Ни личных вещей, ни безделушек.

В оазисе дожидался меня мешок с барахлом. Одежда на первое время, заколочки, ленты, прочие милые женскому сердцу мелочи. Разбросаю по столику, сразу получится обжитой вид.

А к вечеру отправлюсь на разведку по дому под видом уборки.

План пошел наперекосяк почти сразу же.

То есть вещи из оазиса я принесла и разложила без проблем. Закуток стал чуть уютнее, и в случае обыска ни у кого не возникнет вопросов. Одежда добротная, недорогая, самый минимум чтобы не замёрзнуть. Как и положено сироте из приюта.

Наступило время обеда.

Чтобы не возбуждать лишних подозрений, я честно помогла госпоже Гиссе. К готовке меня подпускать нельзя, я хороша лишь в том, что можно закоптить или поджарить на костре. Все эти духовки-сковородки по мне —излишество.

Зато я отлично умею мыть посуду.

Магией.

И пол, и столы, и прочие поверхности. Простенькое заклинание «водяной ком» собирало все лишнее, и после оставалось лишь развеять его над ведром. Пушистый серебристо-синий шарик прокатился по кухне, залезая в самые неожиданные углы, и вернулся буро-черным.

– Ничего себе! – схватилась за голову госпожа Гисса. – Это у меня такая грязь была?

– Этот малыш пробирается туда, где не ступала нога человека… или тряпка, – хмыкнула я, сбрасывая потемневший сгусток и создавая новый. – Если позволите, я пройдусь с ним по этажам?

– Да, конечно! Только в кабинет не ходи, там господин Эйсгем сам порядок наводит.

Вот незадача!

– Разумеется, – заулыбалась я, подхватывая два ведра:одно с чистой водой, второе – с отработанной.

С чего бы мне спорить. Я тут первый раз, откуда наивной деревенской девице знать, где кабинет секретаря? Ненароком вломлюсь – никто не осудит.

К моей досаде, перепутать не вышло. Предусмотрительный владелец особняка навешал на дверь столько сигналок и охранок, что проникнуть внутрь «случайно» не было никакой возможности.

Значит, придется действовать незаконно. Либо ночью, когда господин Эйсгем изображает Хозяина льда, либо днем, когда он следует за принцем хвостом.

Интересно, когда он спит?

А еще интересно, что же в их договоре прописано? И скреплен ли он магически? Потому что если да, то напасть на своего начальника секретарь никак не мог. Заглянуть бы в документ!

Зато к моему полнейшему восторгу в особняке обнаружилась библиотека. Или скорее архив: бумаги, книги и древние свитки были тщательно рассортированы по полочкам, в помещении поддерживалась прохладная сухая атмосфера, но ни столов, ни стульев, ни источника света для чтения не нашлось. Просто склад для хранения ценной макулатуры.

Сюда вообще кто-то заглядывает?

Судя по внушительному слою пыли на полу – крайне редко.

Это радует.

Взлом кабинета я решила оставить на потом. Сначала обойду все доступные помещения.

Кроме архива, меня заинтересовала галерея, которую я мысленно окрестила «зал предков». Огромные картины, гобелены и фрески демонстрировали представителей рода Эйсгем в различные эпохи. Чем дальше от входа, тем причудливее и объемнее становились женские платья и тем ярче – мужские костюмы. Время будто текло в обратном направлении, показывая адаптацию человека к холодам.

Самым первым висел вполне узнаваемый господин Эйсгем-нынешний. В момент написания портрета ему было не более двадцати, как, впрочем, и всем остальным запечатленным предкам. Видимо, своего рода традиция на совершеннолетие.

Чуть дальше обнаружился семейный портрет.

Два мальчика и супружеская пара. Блондинка в практичном теплом платье и вязаной шали нежно улыбалась сидящим на ее коленях карапузам. За ее спиной, властно положив руку ей на плечо, возвышался суровый беловолосый мужчина. Водник.

«Сходство с отцом у господина Эйсгема поразительное», – отметила я про себя, подходя ближе.

А дети что, близнецы?

Не веря глазам, я практически уткнулась носом в покрытое лаком полотно.

Возраст примерно один, прически тоже. Возможно, художник слегка схалтурил и запечатлел одного брата дважды, чтобы не мучиться?

– Что ты здесь делаешь? – резкий голос за спиной вывел меня из задумчивости.

Да так, что я подпрыгнула, с трудом сдержала атакующее заклинание и отвлеклась от уборочного.

Пушистый шар лопнул, забрызгав грязной водой идеальный пиджак господина Эйсгема.

Я вполголоса чертыхнулась, и брови секретаря дернулись.

– Что ж вы так подкрадываетесь-то! – проворчала, вновь собирая ком вместе с пылью, так что и следа на ткани не осталось.

Мужчина провел рукой по лацкану, убедился, что костюм не пострадал, но все равно уставился на меня осуждающе.

Я не обратила на мимику господина Эйсгема ни малейшего внимания. Вместо этого вновь тщательно изучила его ауру.

Полное совпадение с той, что у контрабандиста. Мне не могло померещиться.

Но раз они близнецы, вдруг у них и резерв идентичный?

Мне не приходилось сталкиваться с магами-двойняшками, но из медицинских справочников следовало, что отпечатки пальцев и ушей у близнецов обычно совпадает. Почему бы и дару не повториться? Это же фактически один и тот же человек в двух экземплярах.

Как раз в этом может и заключаться проблема. Во время внутриутробного развития резерв делился на двоих. Что, если и после рождения он продолжает поддерживать силы обоих магов одновременно?

Жаль, я не целитель. Моя специализация скорее убийства, чем спасение жизней, так что более внятной теории я на коленке построить не могу. Пока что вариантовдва: либо энергия утекает по каналу вовне, либо распределяется между братьями. Подтверждение той или иной теории найду, когда увижу этих водников одновременно. Либо один из них даст согласие на глубинное сканирование.

– Я до сих пор не услышал объяснений, – холодно напомнил о своем существовании господин Эйсгем. – Кто позволил тебе проникнуть в этот зал?

– А что, это запрещено? – включила я деревенскую дурочку. – Знаков никаких не висит, замков нет. Меня госпожа Гисса на уборку послала, сами смотрите, грязюка какая!

И вывесила перед носом мужчины почерневший от мусора водяной шар.

Маг рефлекторно отшатнулся, но явно заинтересовался.

– Как ты это делаешь?

Он попытался повторить плетение интуитивно, но добился лишь того, что часть воды выплеснулась из ведра. Хорошо хоть чистой.

Я жестом собрала ее обратно и подняла в воздух, медленно и демонстративно формируя пушистый комок. Пусть учится, заодно забудет о выговоре.

– Где училась?

Ну да, секретарю принца я свою биографию еще не рассказывала. Я быстро отбарабанила привычную историю про приют и дневники предка, но господин Эйсгем особо не вслушивался. Он старательно пытался изобразить пушистый комок, и наконец у него получилось.

Он гордо воззрился на меня, подсознательно ожидая похвалы, запоздало вспомнил, где мы и кто мы, тряхнул головой и брезгливо развеял шар, расплескав его вдоль стены.

– Ты же новая помощница Гиссы? Не знал, что ты еще и маг воды.

Я молча кивнула, ожидая дальнейших расспросов о наших родственных связях и моей биографии. Но их не последовало. Вместо этого господин Эйсгем уточнил:

– А те записи… они сохранились?

– Нет, к сожалению.

– Жаль, жаль. А ты бы хотела учиться дальше?

– Конечно! – с энтузиазмом откликнулась я.

– Что ты еще знаешь, кроме заклинаний для уборки?

Вопрос поставил меня в тупик.

Как раз из раздела домоводства я знала крайне мало. Даже этот пылесборник на самом деле – средство для стерилизации места преступления, чтобы уничтожить все возможные следы и улики. Я его слегка упростила и модифицировала, чтобы не растворял собранное, а переносил в ведро. Иначе слишком круто и подозрительно получилось бы.

– Понемногу разного, – уклончиво ответила, не представляя чего может от меня хотеть господин Эйсгем.

Его тоже надо научить освобождаться от оков? Или если секретарь и контрабандист все-таки один человек – он так ненавязчиво планирует увеличить количество уроков?

– Гисса упоминала, что ты собираешься поступать в академию.

– Собираюсь.

– Ты же понимаешь, что это очень и очень сложно? А еще очень и очень дорого. Уборщицей – даже в моем доме – ты столько не заработаешь.

Не пойму, он меня отговаривать собирается или прибавку предложить?

– Я полагаю, что справлюсь, – сохраняя на лице нейтрально-вежливую улыбку, заметила я.

– Главное, думай головой. Не влипай больше в истории. И не связывайся со всякими сомнительными личностями! —господин Эйсгем воздел палец к потолку, а я едва подавила порыв нервно рассмеяться.

Со своим предупреждением он слегка запоздал!

Рассмотреть всех предков секретаря принца мне не позволили. Вежливо, но непреклонно выпроводили и дверь за спиной надежно закрыли.

Ну как надёжно… Вскрыть можно за минуту, но тогда плакало мое временное убежище. Нет, взломом я уже решила заниматься в последний момент, когда общедоступные зоны изучу. И так, чтобы следов не оставить. А то господин Эйсгем прав – мне еще поступать в академию в столице!

И репутация при этом должна работать за меня, а не против.

А потому мне нужно освоить характерные следилки и охранки, что он использует, чтобы воссоздать после вскрытия в первозданном виде. И изучить расписание секретаря, подгадать проникновение к тому времени, когда он точно будет занят, а не шляться по особняку, пугая честных уборщиц неожиданным появлением. И запомнить интересные локации, в которые нельзя соваться, но очень хочется, а значит – составить план здания, присмотреться к охране, слугам…

Во время уборки я видела пробегавших мимо парней в ливреях. Судя по физической форме, они не только бумажки носили и пыль подметали (из рук вон плохо, надо заметить), но и тренировались с оружием. Характерные мозоли на руках тому свидетели.

А еще на секретаря работало удивительно много водных магов. Причем таких же, как госпожа Гисса – не раскрытых, практически неотличимых от обычных людей.

Как он их находил и отбирал, для меня стало еще одной загадкой, требующей ответа. Видеть ауры здесь не умеют, это я уже установила. Какой-то артефакт древности? Датчик? Заклинание? Магнит? В голову лезло вовсе несусветное, так что я притормозила фантазию и вернулась в реальность.

Вовремя.

Господин Эйсгем как раз привел меня в библиотеку. Не ту, похожую на склад, где я уже побывала. Новая напоминала небольшую веранду: светлая, просторная, с удобным креслом и видом на внутренний дворик.

Особняк строили уже в холодные времена, либо с расчетом на долгие зимы, потому что приличное пространство в середине здания занимал эдакий колодец. Наверху он был прочно застеклен и усилен магическим куполом, так что получилась своего рода дополнительная теплица. Одна опоясывала дом снаружи, вторая скрывалась внутри. Посередине возвышался крошечный фонтан, скорее, родник.

При всей внешней невинности – грозное оружие в руках разъяренного водного мага.

Я оглянулась в сторону семейной галереи с уважением.

Кто бы ни основал этот род, он был предусмотрительным человеком. И думал на несколько шагов вперед. Жаль, не предугадал опалу, что обрушится на всех водников.

Благодаря защите те окна, что выходили во дворик, остались прежними. Их не нужно было закрывать ставнями или закладывать, двойного стекла вполне достаточно. Вокруг колодца живописно обвился горошек. Часть стеблей была покрыта цветами, с других свешивались спелые стручки. Несчастные растения в условиях постоянной температуры потеряли связь с реальностью и плодоносили невпопад.

В качестве украшения клумб сочными шарами раскинулись капуста и свекольная ботва, перемежаемая гордыми стрелами порея. У стены скрючились деревца. Судя по листьям – яблоня, рябина и облепиха.

Кто бы ни занимался здесь садоводством, он знал толк в выносливых растениях.

– Я не стану тебя выделять среди остальных слуг. В конце концов то, что твой дар сильнее, не делает тебя более ценным работником. – Тут я бы поспорила, но промолчала, ожидая, когда маг перейдет к сути. И он перешел: – Но в свободное время ты можешь приходить сюда и готовиться к поступлению.

– Правда?

Я сначала не поверила услышанному.

Что, вот так запросто откроет доступ к знаниям первой встречной? Или это своего рода плата за обучение по ночам?

Все-таки, с кем я встречалась в лавке – с господином Эйсгемом или с его братом?

– Конечно. Но это не значит, что тебе позволено пренебрегать своими обязанностями. – Маг строго погрозил мне пальцем. – Госпожа Гисса нуждается в помощи, а найти толковых служанок нелегко. Тем более согласных работать на водного мага…

Тут он осекся, и до меня наконец-то дошла простая истина.

Не господин Эйсгем отбирает тех, кто на него работает.

Они сами приходят, поскольку найти место изгою не так-то просто.

Да и желающих прислуживать презренному роду немного.

Пусть он секретарь его высочества, с высшим образованием и длинной родословной, господин Эйсгем все равно остается магом воды. Тем, кого снисходительно терпят.

С языка рвался закономерный вопрос: как тогда водник оказался на столь престижной должности? Но я поспешно его прикусила.

Мы не в тех отношениях, чтобы спрашивать об интимном и наболевшем. Потом, позже, если захочет – расскажет. Либо можно попытаться выяснить окольными путями у госпожи Гиссы или Хозяина льда.

Сейчас мое любопытство бестактно и неуместно.

– Сделаю все возможное, чтобы не подвести госпожу Гиссу… и вас, господин Эйсгем. – Я присела в коротком книксене, демонстрируя во всей красе приобретенные в приюте навыки. – Крайне признательна за возможность расширить свой кругозор.

– Далеко не все стремятся его расширять. Это уже похвальное намерение, – кивнул мой собеседник и поспешно отвернулся к полкам, будто наша беседа его утомляла и он стремился поскорее от меня избавиться и вернуться к делам.

Или же чувствовал себя неловко?

– Здесь хранятся учебники и пособия, что использовались в академии за последние сто лет. Это так называемая классная комната, где одаренные моего рода могли получить первые знания о своей магии.

А то и единственные, учитывая, что сдать экзамен в академию способны далеко не все.

Насколько мне известно, поступали те, у кого уровень пять и выше, что немало. И в основном аристократы. У простолюдинов банально не хватало денег на высшее образование.

Получался замкнутый круг: чтобы пробиться на высокую должность, нужно окончить академию.

Чтобы попасть в академию, нужны деньги и связи.

А чтобы получить деньги и связи, нужно иметь высокую должность. Или происходить из знатного рода.

Обыватель предпочтет потратить сбережения на дом, например, или копить на черный день, а не просадить за пять лет ради бумажки, которую еще неизвестно выдадут или нет. Отсев велся жесткий даже среди элиты, выпускались только лучшие из лучших.

Хотя если судить по уровню подготовки молодого Бергвика, планку постепенно снижали.

Я прошлась вдоль стеллажей, провела кончиками пальцев по старому, потемневшему дереву.

Одна мебель в этой комнате стоит целое состояние. И явно антиквариат, стоявший здесь, когда еще прадедушка господина Эйсгема осваивал свои первые заклинания.

И меня сюда вот так запросто допускают?

Совершенно постороннего человека, с улицы, которого видят второй раз в жизни, да еще и служанку, не равную?

– Какая вам с этого выгода, господин Эйсгем?

Я подняла глаза и прямо встретила испытующий взгляд мага.

– Я не верю в благотворительность. Думаю, у вас есть некие тайные мотивы. Какие?

– Скажем так, я вижу твой потенциал. И мне интересно, чем все закончится, – усмехнулся господин Эйсгем, прислоняясь к массивному столу и скрещивая на груди руки. – Мне ранее не доводилось встречать столь целеустремленных девушек. Твоей напористости и самоуверенности позавидуют многие взрослые мужчины. Хочу видеть, куда приведет этот путь.

– Чушь, – фыркнула я, позабыв про разницу в статусе окончательно. – Вы меня либо проверяете, либо собираетесь для чего-то использовать. И я даже догадываюсь, для чего.

– И для чего же? – подбодрил меня секретарь выразительным движением брови.

– Для слома системы.

Если бы я так внимательно не всматривалась в лицо господина Эйсгема, могла бы пропустить мелькнувшее изумление, настолько оно было мимолетно. Секунда – и выражение снова каменно-ледяное, как стена айсберга.

Но я уже поняла, что права. Опасно права.

Потому лучше сдать назад и сделать вид, что имелось в виду немного другое.

– Вы хотите продемонстрировать преподавательскому составу, что их способы обучения не так действенны, как хотелось бы. Раз простая девушка из народа владеет магией на уровне некоторых выпускников, значит, что-то в академии не так. Не говоря уже о том, что я водница. Одно это вызовет шок среди комиссии. А учитывая, что принц должен мне одну услугу…

Господин Эйсгем смотрел на меня молча, не спеша признавать или опровергать догадку.

Я даже слегка занервничала. Не стоило так в лоб выкладывать, что в голову пришло.

Как бы он не попытался меня прибить за неприличные намеки о связях с преступным миром и недостойных замыслах против короны!

К счастью, секретарь предпочел поверить в безобидную версию моих слов.

Криво усмехнувшись, он кивнул.

– Именно так. Я не стану тебя поддерживать открыто. Эксперимент должен пройти чисто. Однако если ты преуспеешь и поступишь, тем самым откроешь мне пространство для маневра при дворе. Появится прецедент – а с ним шанс для тех, кому сейчас не попасть даже на вступительные экзамены.

Я отзеркалила его усмешку.

– Вы так уверены, что я найду достаточную сумму для оплаты обучения?

– Если бы ты не была в этом уверена, не заикалась бы об академии. Или собираешься просить деньги у меня? Тогда ты меня разочаруешь.

– Не разочарую.

Прозвучало несколько пафосно, но господин Эйсгем удовлетворенно хмыкнул.

– Тогда оставляю тебя здесь. Полагаю, сама разберешься, с чего начинать и что читать. Главное, не забудь о своей основной задаче и не подведи госпожу Гиссу.

«И меня», – читалось между строк.

Я присела в благодарном и в кои-то веки искреннем книксене.

– Разумеется, господин Эйсгем.

Секретарь удалился, унося на себе небольшую следилку.

Я специально сделала ее зависимой от расстояния между нами. Если маг поедет во дворец – маячок перейдет в спящий режим, чтобы не встревожить охрану его величества. Там обязательно проверяют всех входящих на магию и артефакты.

Пока что меня больше всего интересуют его передвижения по дому. Даже если господин Эйсгем и Хозяин льда – один и тот же человек, он наверняка переодевается, а значит, сбросит все маячки вместе с тканью.

К тому же не стоит недооценивать этого водника. Мои заклинания он чуял на лету. Возможно, и жучка обнаружит. Потому я подвесила самую базовую, простенькую версию, оправдать которую относительно легко.

Тренировки! Самосовершенствуюсь, так сказать.

Оставшись в одиночестве, я вновь прошлась вдоль стеллажей, уже более вдумчиво изучая корешки. Учебники, пособия, методички, отдельно – тетради с записями, сделанными разными почерками. Семейство Эйсгем макулатуру не выбрасывало, а тщательно хранило для будущих поколений.

Неудивительно, учитывая стоимость бумаги.

Всего сто лет истории. Получается, более старые версии спрятаны в том архиве, что я нашла ранее. Даже не знаю, где интереснее покопаться: здесь или там?

Но раз уж меня сюда допустили, начну с азов, принятых в нынешнее время. Чтобы хоть представлять себе, что обыденно, а что лучше не демонстрировать всем подряд.

Контрабандисты или ближайшие друзья это одно. Они не донесут (Вильда не в счет). А вот при поступлении лучше не показывать больше того, что умеет обычный среднестатистический выпускник академии. Иначе неизбежны новые вопросы, ответить на которые будет сложно.

На глаза попалось красочное издание «Истории магии» с иллюстрациями. Выпущено сорок лет назад, относительно новое. Листы желтоватые, с травянистым запахом. Похоже, бумагу делали изо льна или крапивы.

Фолиант увесисто лег в ладони.

Я устроилась у окна, подложив под книгу специальную подставку и аккуратно переворачивая хрупкие страницы.

Наконец-то узнаю что-то новое!

В приюте удалось разжиться самой общей информацией. Была война, одна из сторон применила экспериментальное заклинание, что-то пошло не так. Результат, как говорится, налицо.

Кто именно применил и что – не пояснялось. На мой прямой вопрос преподаватель не ответил, притворившись глухим. И вот сейчас у меня есть шанс выяснить подробности.

В битве участвовали не два государства и даже не три, а целых шесть.

Не поделили море. Каждому хотелось урвать кусок побольше, вследствие чего начались столкновения между флотилиями, плавно перешедшие в переделку территорий.

Кроме Виндхельма, отличились ближайшие соседи.

Особенно не повезло северо-западному Ислунду. Его участок был исходно невелик: несколько островов и извилистая скалистая линия фьордов. Зато по качеству и количеству флот превосходил флотилии всех остальныхдержав, вместе взятых, поскольку кроме камня преткновения – Великого Срединного моря – оборонял еще и полузамерзшие воды Ледяного океана, ближе к полюсу.

Моряками или рыбаками в этой стране являлись практически все жители.

Воровать у суровых ислундцев было нечего, кроме теплорунных овец и вековых сосен, зато они сами не прочь были поживиться тем, что плохо охраняется. Плавание мимо берегов Ислунда всегда было связано с немалой опасностью.

За что он в итоге и поплатился.

Первым против пиратствующих северян выступил Шатоньер.

Его величавые каравеллы, груженые восточными шелками и пряностями, подвергались набегам чаще всего.

Потеряв терпение, правитель Шатоньера выставил Ислунду ультиматум: прекратить разбой или же получить ответ той же монетой.

Северяне предупреждению не вняли, и у берегов развернулись первые побоища. Виндхельм невольно оказался втянут сначала как нейтральная сторона, а после, когда озверевшие ислундцы вырезали три прибрежные деревни за отказ подчиниться и передать ценности, принял сторону Шатоньера.

Серрада, расположенная южнее, не вмешивалась в конфликт. Но не брезговала подливать масла в огонь, поставляя отменное оружие и магов-наемников обеим сторонам.

Кто именно провел роковой ритуал, не упоминалось. Я специально пролистала фолиант вдоль и поперек еще раз —нет, ни словечка. Значит, скорее всего, отличился кто-то из Виндхельма. Издана книга в этой стране, а поскольку историю пишут победители – или выжившие – то и упомянуто будет лишь то, что выгодно упомянуть.

Некий злобный маг без родины и рода применил экспериментальное, ранее не испытанное заклинание. Что именно и где он устроил доподлинно неизвестно. Если верить схеме, прорисованной на отдельном листе с графиками и таймером, – посередине пресловутого моря.

Во все стороны по поверхности воды расползлась убийственная мерзлота. Волны застывали причудливыми сосульками, птицы падали камнями на обледеневшие равнины. Каким чудом и почему уцелели оазисы – науке до сих пор неизвестно. Подозревают, что сама природа вмешалась в ход катастрофы, смягчив последствия и подарив странам шанс на выживание.

Тут я оторвалась от повествования и от души посмеялась.

На каких наивных идиотов это рассчитано?

Ясно же видно по структуре: дело рукотворное, хорошо продуманное, пусть и немного топорное в исполнении. С другой стороны, чем проще вещь, тем она долговечнее. Купола активны уже двести лет без малого, наверти их создатель что-то с тонкими настройками и многослойной схемой, рухнули бы без присмотра.

Те духи, что сейчас охраняют зеленые участки, всего лишь сторожа. Они не способны вмешиваться в техническую часть. Что там – даже порталов не видят и не используют.

Нет, кто бы ни устроил на планете вечную зиму, сознательно разместил эти купола над определенными участками суши. Не абы где, а именно на лесных массивах, где много деревьев и всякой живности. Да еще и связал все воедино нитями телепортов.

Куда он потом делся, почему не заботился о своем детище – отдельный вопрос. Возможно, создание такого глобального заклинания потребовало больше сил, чем предполагалось. А возможно, он до старости скрывался где-нибудь в отдаленном оазисе, наблюдая, как суетятся народы, забывшие про прежние распри и занятые одной единственной целью – выжить.

Идею, что организовать это все мог королевский род, я отмела сразу. Они воздушники, и всегда ими были. Даже во время описания сражений то и дело мелькали упоминания о представителях правящей семьи Виндхельма – Виндсольт. Бури, ураганы, торнадо – вот их арсенал. Охладить воздух и таким образом внести свою лепту они могли, а создать систему оазисов – нет. Там явно постарался маг воды.

Тропический Фаджир пострадал сильнее всех прочих, хоть в боях и не участвовал вовсе.

Он был совершенно не готов к вечной зиме, ведь на его землях снега не видели десятилетиями. Да неоткуда тому взяться – большую часть страны занимали пустыни. Ныне – промерзшие на много метров в глубину равнины, продуваемые злыми ветрами и совершенно непригодные для жизни. Уцелели лишь те, кто успел укрыться в образующихся оазисах, и то ненадолго.

Ожесточенная борьба за ресурсы была короткой и кровопролитной. Более сильные маги и кучка их приспешников – в основном из местной аристократии —выжили, при этом почти уничтожили островки зелени. Сейчас о них особо ничего не слышно: выехать далеко за пределы куполов фаджирцы не могут, а добираться до них никто не спешит. Незачем.

На последней странице обнаружилась карта нового мира. Ее я изучила с особым тщанием.

Зеленые точки рассыпались по материку, как звезды по небу.

Как и ожидалось, от Ислунда не осталось ничего. Ровная белая гладь, ни единого оазиса.

Больше всех повезло Виндхельму – опять же, логично. Своих загадочный маг не обделил. Оазисы усеяли его густо, так что иногда сливались в одно зеленое пятно.

Стоит учитывать, что книге уже полвека, и многие купола успели схлопнуться. Но и того, что осталось, предостаточно для изучения.

Недолго думая я открыла ящик письменного стола.

Так и есть – стопка бумаги. Тоненькая, листов десять, не больше, и жесткая как папирус. Ничего, все лучше табличек и мела.

Карандаши – грифель в металлическом корпусе —лежали рядочком в следующем ящике, вместе с коротким ножом для писем, циркулем, линейками всех калибров и коробочкой скрепок.

Вытащив один карандаш, я расправила хрустнувшую бумагу и принялась тщательно перерисовывать схему ближайших оазисов вместе с городами. На память и без того не жалуюсь, но наглядно удобнее.

Идею быстренько проверить, что там творится посреди моря, подавила в зародыше.

Не потому, что разум победил.

Не сдюжу.

Сил маловато такие скачки устраивать. Судя по масштабу и расположению крошечного Вальмарка, который я еле отыскала, мне пока доступен лишь ближайший пригород столицы, кусочек скалистого хребта с одной стороны и побережья – с другой.

Для того чтобы допрыгнуть до середины моря, нужно увеличить резерв еще процентов на тридцать-сорок.

С чем лучше не торопиться.

Года через два-три, не раньше. Дар развивается как положено, и резкие попытки его прокачать рывком ни к чему хорошему не приведут.

Даже если сделать несколько заходов, разбить путешествие на отрезки, оно растянется надолго.

Которые из оазисов, указанных на карте, еще существуют, а которые схлопнулись? Поищу более свежее издание, но все равно точнее можно узнать лишь на практике. Сами духи и те не в теме.

После портала я не слишком хорошо себя чувствую. Ладно, если прибываю в знакомое место, где еще и гончие поддержат и помогут. А если там холод и метель? Помереть не помру, но приятного мало.

В комнату я вернулась лишь поздним вечером, полностью примирившись с временным затишьем. Заботливая госпожа Гесса оставила на полу у кровати поднос с ужином, накрытым крышками.

Стола каморка не предусматривала, да и зачем он слугам? Писать или читать им не по статусу, а едят они в общей столовой.

В животе призывно заурчало. Еще бы – я с обеда не ела, а магию в библиотеке использовала почти постоянно. Света от лампы было немного, приходилось подсвечивать себе магическими огоньками.

Стянув покрывало на пол, я завернулась в него, как в кокон, поставила на колени поднос и предвкушающе подняла металлические чаши, сохранявшие блюда горячими.

Суп из говяжьих костей уже начал густеть и был чуть недосолен, но на голодный желудок ушел на ура. Тушеная капуста с мелкими вкраплениями копченой грудинки, три соленых огурца в качестве десерта.

Жизнь определенно налаживалась.

Ополоснув посуду горстью воды из кувшина и слив отработанное в ночную вазу, я удовлетворенно растянулась на постели и прикрыла глаза.

Впереди два боя, до следующего около недели. Можно отоспаться, отъесться за счет секретаря, да еще и узнать много нового.

До оранжереи я не дошла, завтра гляну, что там и как. А еще хотелось бы добраться до его тренировочного зала. Наверняка он в усадьбе есть! Некое защищённое место, где можно лупить магией во всю дурь, не опасаясь, что дом развалится. И где охрана разминается – раз у особняка есть защита, практиковаться парни где-то должны! Вряд ли каждый день бегают в центральные казармы или еще куда.

Сон сморил меня на середине мысли.

Обычно я крепко и расслабленно не сплю. Даже учитывая развешенные по двери и стенам охранки и тревожные ниточки поперек коридора, часть сознания всегда бдит и отслеживает возможные угрозы.

Потому ничего удивительного, что когда посреди ночи одну из них потревожили, меня аж подкинуло на кровати.

Тихие шаги, почти не слышные сквозь каменные стены, шелестели все ближе.

Моя комната – последняя в ряду, в соседних жильцов нет. Коридор завершается глухой стеной.

Кому в особняке могло что-то понадобиться от новенькой?

Я выпустила сканирующие щупальца, и в тот же момент раздался деликатный стук в дверь.

Да он издевается?!

Хорошо, что я спала почти одетой. Только разулась и верхние слои сняла, а рубашка и плотные рейтузы вполне сойдут за экзотическую пижамку.

– Вы что здесь делаете? – прошипела, распахивая дверь и втаскивая Хозяина льда в комнату.

Щупальца все же пригодились. Я бегло оплела ими коридор, убеждаясь, что ночного незваного гостя никто не заметил.

– У нас занятие было назначено на вечер, – невозмутимо отозвался мужчина, отодвигаясь в сторону и любезно позволяя мне запереть за ним дверь. – Ты не пришла, а я не привык отменять планы.

Я беззвучно взвыла и хлопнула себя по лбу.

Звук вышел смачным, даже гость поморщился.

Напрочь из головы вылетело! Я же обещала приходить в ту лавку после ужина. Так обрадовалась найденным книгам, что нырнула с головой в историю, позабыв про реальность.

– Да, точно. Простите, пожалуйста, – пробормотала расстроенно.

– Что-то случилось? – неожиданно заботливо поинтересовался Хозяин льда.

– Нет, просто увлеклась чтением.

Я широким жестом пригласила его присесть. Особо некуда – шкура вместо коврика да кровать.

Мужчина, не колеблясь, опустился на пол.

Я зауважала его еще больше.

– Что читала?

– Хроники мировой катастрофы, – пристроилась на противоположной стороне шкуры, благо размеры позволяли устроиться с комфортом. Зверюга была здоровенной, вроде медведя. – Интересно, как оно все началось.

– Зачем тебе это? – склонил голову к плечу Хозяин льда, не спеша приступать к разминке.

– Хочу разобраться в произошедшем, – честно ответила я. – Должен быть способ повернуть все вспять. Его просто нужно найти.

– Лучшие умы бились над этой задачей столетиями, —вздохнул гость.

– А какие варианты пробовали? – оживилась я.

Если отсеять уже испытанное и не сработавшее, можно здорово сократить список.

– Воздушники пытались нагреть воздух. Чуть не уничтожили атмосферу, – принялся загибать пальцы Хозяин льда. – Маги земли поднимали из недр магму, надеясь растопить снег.

– И как?

– Так себе. Три извержения вулкана, новая сейсмически активная зона и часть побережья на юге, на границе с Байлинем, теперь непригодна для жизни. А был процветающий край… К счастью, жителей успели эвакуировать перед проведением эксперимента.

– Замечательно, – мрачно прокомментировала я. – А огненные?

– Они способны расчистить площадку для стройки или временно прогреть местность, но на постоянной основе не потянут. Слишком большой расход энергии. В какой-то степени помогают артефакты – совместные творения магов воздуха и огня. Они поддерживают температуру в определенной зоне, бывают разные по площади воздействия: от небольшой фермы до крупного города. Но и они не в состоянии полностью нивелировать окружающую среду.

Я уже обратила внимание, что в пределах столицы чуть теплее, чем в Вальмарке. Не сказать чтобы жарко, конечно, чуть ниже нуля, но учитывая мороз вокруг, очень даже прилично. И расходов на парники меньше, и в домах проще жить. Потому в центре сохранилось так много старинных зданий – они вполне пригодны к эксплуатации.

Получается, все три стихии спасовали перед вышедшим из-под контроля заклинанием.

– Ну да, а у водников больше нет тесной связи с их стихией, потому толку от них чуть, – задумчиво протянула я.

– Маги воды потеряли свою силу, – заученно возразил Хозяин льда. – Мы больше не способны тягаться с другими одаренными. Та катастрофа практически уничтожила нас как класс.

– Вообще-то нет, – усмехнулась я. – Сила-то никуда не делась! Резерв на месте. Заклинания слабо работают, потому что вектор прежний и схема построения старая. Пересматривать базу заклинаний почему-то не стали, вот и получается, что вливаешь по максимуму, а на выходе – пшик. Одного не пойму: никто из теоретиков водной магии не уцелел? Почему не переучились?

Хозяин льда молчал с минуту, переваривая откровение.

– Хочешь сказать, что мы можем… больше? —прошептал он дрогнувшим голосом.

Еще по сторонам зачем-то оглянулся, хотя и сам защиту от прослушки выставил, и я еще раньше постаралась.

– Конечно, – пожала я плечами. – Если пересмотреть всю систему обучения с основ и выстроить заново – маги воды ничем не хуже и не слабее остальных.

На лице гостя боролись противоречивые эмоции.

Он хотел мне верить, но боялся поддаться иллюзии надежды.

Я его понимала, потому предложила:

– Хотите, попробуем?

Хозяин льда думал долго.

Так долго, что я забеспокоилась: не слишком ли много вывалила разом на бедолагу? Как бы он не счел меня сумасшедшей и не ушел. А мне знакомство с ним нужно и важно, не хотелось бы потерять связь с теневой стороной столицы.

– Давай попробуем, – выдавил он наконец. – Но имей в виду. Если ты попытаешься лишить меня сил или как-то навредить…

– Ерунду не несите, – оборвала я его на полуслове. —Зачем мне это? Хотела бы навредить – давно прикончила бы.

Гость озадаченно примолк.

Вероятно, не верил, что такая невинная ромашка способна убить человека.

Зря.

Могу, практикую. Но только при крайней необходимости.

Когда стоит вопрос – я или они.

Или когда зверства, совершенные преступником, никак не доказать, а пресечь их нужно. Вроде случая с Рекинсами.

– Допустим, – тактично выкрутился Хозяин льда. – С чего начнем?

– Пока продолжим работать с резервом, – охладила я его пыл. – Все равно фундамент любого заклинания лежит в способности управлять силой. А ее нужно прочувствовать как следует.

– Ну хорошо, – покладисто согласился гость и устроился поудобнее, прикрывая глаза и принимаясь за медитацию.

Я сделала вид, что занята тем же, украдкой изучая его ауру.

Ну один в один с господином Эйсгемом!

Не бывает таких совпадений.

Как бы теперь понять, близнецы это или все же один человек?

– Чувствуете течение силы по телу? – негромко спросила, набрасывая дополнительный слой изоляции на комнату.

Разгонять энергию внутри можно незаметно, но если мы перейдем к практике, пусть и минимальной – со светлячками, магический фон потревожит одаренных поблизости. Даже такие, как госпожа Гисса, способны ощутить эманации заклинаний. Сами не поймут, что их беспокоит, но проснутся, а то и подтянутся посмотреть что и почему.

Вопрос я задавала не просто так.

Странная утечка магии вовне не давала мне покоя.

Проще всего было бы взять за руку Хозяина льда и самостоятельно проследить, но как ему объяснить эту фамильярность? Да и времени на такое потребуется немало, точно не пара секунд «случайного» контакта.

Если же это некая личная тайна, лучше туда не лезть. Вдруг он в курсе проблемы? Например, подпитывает так своего болеющего близнеца или установленный на секретных складах охранный контур.

А тут я со своим любопытством.

– Вроде бы да, – не слишком уверенно отозвался маг. – Но как-то странно.

– Ничего страшного, поначалу ощущения непривычные,– заверила я. – Это как проследить движение крови от сердца к кончикам пальцев и обратно. Обычные люди такого не могут при всем желании, и мозг отторгает данные как невероятные, неправильные.

– Да, чем-то похоже, – рассеянно признал Хозяин льда, зажигая крошечный светлячок и заставляя его пульсировать, то заполняя ярким светом, то почти скрывая. – Но у меня такое чувство, что часть магии уходит в никуда. Где-то вот здесь…

Он показал на солнечное сплетение.

– Можно? – уточнила я, протягивая руку.

– Что именно? – отшатнулся гость.

– Проследить, куда она уходит, – пояснила, с трудом скрывая нетерпение.

Плохо скрывала, Хозяин льда смерил меня подозрительным взглядом, но помедлив все же кивнул.

– Не двигайтесь и продолжайте упражнение, —приказала, ныряя пальцами между пуговицами его рубашки.

Сердце под моей ладонью билось мерно и гулко. Резерв сиял здоровой магической активностью, каналы со вчера немного укрепились и разветвились. Многого я за одно занятие не ждала, но организм у водника молодой, здоровый, перестроится быстро.

Нечто незримое и впрямь присосалось к ауре мужчины в районе подвздошья.

Я прикрыла глаза, позволяя сознанию скользнуть вслед за потоком силы.

Уходило ее немало. Учитывая нынешний уровень мага —пятерку, выливалось из него почти столько же.

То есть по сути он девятка или даже десятка.

Уникум по местным меркам.

Меня несло на волне магии все дальше.

Подсознательно я ожидала притормозить в спальне этажом выше – там, где обретается господин Эйсгем.

Но нет.

Я пролетела над городом, все ускоряясь, миновалатрущобы и заскользила вдоль русла замерзшей реки.

Странно. Контрабандист прямо передо мной —получается, сила утекает не к близнецу. Но куда?

Перед глазами заплясали черные точки.

Следовать за чужой силой нелегко, на это уходит довольно много собственной. Сейчас она расходоваласьстремительно, несмотря на все попытки контролировать процесс. Еще немного – и вернуться будет тяжело. Этосейчас я плыву, можно сказать, по течению. А обратно-то придется биться, как лосось на нерест…

Меня вынесло в открытое море и стало полегче. Обилие родной стихии помогало даже в таком эфирном состоянии.

Я вздохнула посвободнее и неожиданно поняла, что течение не просто меня подхватило – оно затягивает, как в водоворот. И если не развернуться сейчас, то потом будет поздно.

Разум боролся с любопытством, победил здравый смысл.

Отделившись от магической нити, я поднялась повыше и на горизонте заметила небольшой остров, куда стекалось несколько таких серебристых, не видимых обычному глазу потоков. Над клочком суши они соединялись, образуя уже знакомый купол, только прочнее и больше, чем все остальные, вместе взятые.

Неужели это и есть центральная точка заклятия вечной зимы? Та самая, из которой неведомый водник проклял весь мир, повергнув его в хаос.

Неожиданно. Но логично.

Одному такую махину не сконструировать. Тут нужна целая команда…

Целый род. А то и не один.

Я помедлила мгновение, запоминая расположение острова.

Если не порталами, может, и ногами когда-нибудь доберусь. Море промерзло основательно, чисто физически дойти реально. Другой вопрос, не оставили ли маги прошлого поблизости ловушек.

Я же не первая такая умная, желающая рассмотреть нулевой оазис поближе. Должны быть записи, исследования, отчеты. Вряд ли в общем доступе, но где-нибудь во дворце или на базе спецслужб – вполне.

Или в схроне.

Сразу после катастрофы ученые и военные наверняка пытались все исправить. Почему у них не получилось —немаловажный вопрос.

Неохотно я развернулась и полетела обратно. Приходилось напрягать все силы: меня упрямо тянуло туда, в эпицентр.

Но я оказалась упрямее.

Вернувшись в тело, хрипло втянула воздух и закашлялась. Легкие жгло – похоже, пока сознание отсутствовало, тело почти не дышало.

– Ты в порядке? – встревоженно спросил Хозяин льда, встряхнув меня за плечи еще раз.

Я аккуратно высвободилась из его хватки.

– На будущее попрошу людей в трансе не дергать и не передвигать, – назидательно сообщила, воздев палец к потолку. – Настройки сбиваются и вернуться тяжелее.

– Прости, – покаянно потупился маг, и тут же вновь уставился – требовательно и нетерпеливо. – Ну, что там?

– От вас питается система оазисов. Те самые, которые «Кущи», – выдала я без прелюдий. – Именно туда уходит часть магии. Полагаю, на вас – и еще нескольких водниках – она и держится. Ну, и на тех, кого принимают в смотрители.

– Понятно, – нахмурился мужчина.

Особого шока я на его лице не заметила.

Вот новости, что из него выкачивают магию, он удивился, а сейчас – нет.

Отсюда вывод: узнав, что часть его резерва куда-то уходит, Хозяин льда примерно догадался, куда.

– Ваш предок участвовал в создании куполов?

Как ни старалась сформулировать тактично, получилось так себе. Но маг все равно кивнул.

Полагаю, диагноз господина Эйсгема будет идентичным. Если они действительно близнецы, из обоих выкачивают магию на пользу общественности. Без них вся система рухнет – потому их не казнили и, напротив, позволили приблизиться к трону.

Берегут.

– А вы знаете, кто еще замешан? – не унималась я.

Раз уж начала выяснять – докопаюсь до сути.

Нитей, питающих основной оазис, было несколько. Десяток, не меньше. Значит, где-то по миру разбросаны наследники создателей системы.

Я могу  разобраться в принципе действия заклинания и воспроизвести, но для того чтобы повернуть его вспять,нужны те, кто его поддерживает. Именно они должны поставить финальную точку и уничтожить проклятие.

Желательно, не уничтожив при этом мир.

Как этих потомков искать и где – неизвестно.

Но когда все было легко?

Хозяин льда медленно покачал головой. Я не расстроилась – по-моему, он и вопроса толком не расслышал, поглощенный раздумьями.

Неудивительно.

Само его существование сегодня обрело смысл. Куда больше смысла, чем предполагалось. И что с этим знанием делать, маг пока не решил.

– Если мы больше сегодня не будем заниматься, может,вы пойдете уже? А то мне бы поспать, – нарушила я неловкую тишину после долгой паузы.

Водник встряхнулся, как вылезающая на берег собака, и вернулся в настоящее.

– Ты говорила, что суть магии изменилась. Поясни! —потребовал он неожиданно. – Как я могу поддерживать существование куполов, если заклинания толком сформировать не могу?

– Это немного разное, – замялась я. – Личный резерв наполнен чистой магией. Той самой стихией, что вокруг нас. Так что набирать ее извне и отдавать в качестве донора вы вполне в состоянии. А вот как ее применять, все эти пассы и формулы – это нужно все пересматривать и переделывать.

Судя по лицу Хозяина льда, он решил, что я придумываю на ходу бред, чтобы придать себе значимости. Еще бы —мелочь, не доросшая до поступления в академию, ставит под сомнение сотни лет работы лучших умов королевства.

– Как бы это пояснить попонятнее…

Я подумала, и создала в воздухе линзу.

Резерв протестующе крякнул: он еще не заполнился после путешествия. Рядом повесила магический светлячок, и выпуклый хрусталик засиял.

– Смотрите. Сам свет – белый. Нейтральный. Как наш мир. Если его разложить на составляющие…

Я подняла линзу повыше, окрашивая часть стены радужным пятном.

– Это многообразие всех стихий, – пояснила и изменила цвет линзы на синий.

Пошарила взглядом по комнате, выцепила с полки темно-синюю жилетку и светло-голубую нижнюю юбку. Кто мне ее подложил в багаж – не знаю, сама такую ерунду точно не взяла бы.

Наверное, Вильда в качестве извинения сунула.

Предметы одежды перекочевали на пол. Для наглядности.

Переместив пятно, я направила свет на яркую юбку. Она ожидаемо исчезла, практически слившись с общим фоном.

– Когда стихия и схема заклинания «одного цвета», они совмещаются идеально. Сила подчиняется как собственная рука – привычно и уверенно. Но если база изменится…

Я передвинула линзу левее, на темно-синюю ткань. Конечно же, ее было отчетливо видно.

Маг нахмурился. До него начало доходить.

– Вы больше не совпадаете. Гармония ушла. Стихия изменилась, значит, магам тоже нужно измениться. Но вы этого почему-то не сделали за все столетия. Даже не пытались.

– Нам говорили, что магия воды израсходована. Вся ушла в снег и заклятие вечной зимы, – пробормотал Хозяин льда едва различимо.

Я тут же сообразила: он тоже учился в академии. Потому что в приюте таких деталей точно не рассказывали.

Либо учился у кого-то, кто учился… Ну как-то так.

– Откуда ты все это знаешь? Про свет, про гармонию…

Я открыла было рот, чтобы рассказать привычную байку про предка с дневниками, но закрыла его обратно. Не прокатит. Нужно что-то поубедительнее.

Водник не дурак, да и я уже выдала ему куда больше, чем всем остальным. Знания, что я сейчас демонстрирую, никак не могли появиться у малышки-самоучки.

– Недавно я нашла заброшенное подземное хранилище,– медленно, нехотя, словно сомневаясь, стоит ли делиться сокровенным, начала я. – Там было много всяких странных вещей, приборов и бумаг. Настоящих бумаг, белых и гладких, с непонятными текстами. И понятными тоже…

– Так называемые «записи прадеда» – тоже оттуда? —прозорливо уточнил Хозяин льда.

Я покаянно кивнула.

Он не представитель закона, сдавать меня властям не пойдет. Разве что поделиться попросит…

Не попросил.

– Я слышал про подобные тайники. Раньше у многих родов были такие, – понимающе кивнул маг. – Имей в виду, если кто-то узнает о твоей находке, могут потребовать сдать все в королевскую казну.

Как я и думала.

– Благодарю за предупреждение, – скупо улыбнулась я. И, не удержавшись, спросила: – У вас тоже такой есть?

– Когда-то был. Но мы давно утратили к нему доступ.

Оговорка – или сознательно упомянуто множественное число? Он и брат…

Тьфу, окончательно запуталась.

Хозяин льда внял моим тонким намекам ближе к рассвету.

Не знаю, отсыпается ли он днем, но мне точно подобная роскошь не светит. У меня еще полтора этажа не убрано, кухня не мыта и книги не читаны. Хоть я и обещала наставлять и объяснять, но не в ущерб же собственному здоровью!

Я проводила гостя до черного хода. Слуги еще не проснулись, но до начала их рабочего дня осталось всего ничего.

– Давайте все-таки через раз, пожалуйста, —попросила я на прощание. – Обещаю, что приду послезавтра в ту лавку. Не стоит вам лишний раз рисковать.

– Никакого риска. Но если ты настаиваешь, что ж. Так и поступим, – хмыкнул маг, накидывая капюшон.

От этого ответа сомнений стало лишь больше.

Никакого риска, потому что это и есть господин Эйсгем, или же все водники друг друга покрывают и не сдадут даже преступника? Как бы вызнать потактичнее, не раскрывая свои особые способности?

Высокая фигура, укутанная в плащ, скрылась в метели.

Я постояла на пороге, вглядываясь в предрассветные сумерки и щурясь от летящего в лицо мелкого снежка.

Вроде ушел.

Прикрыв глаза, отправила поисковик на верхние этажи особняка.

Посмотрим, на месте ли господин секретарь.

Невидимый комочек магии продирался сквозь слои камня и ковров, минуя коридоры и комнаты. Я не обращала внимания на обстановку – мне нужна была одна конкретная аура.

Ее на месте не оказалось.

Спальня секретаря была пуста.

Поспать удалось немного. Звон посуды и сдобные ароматы с кухни разбудили меня часа через два.

Позевывая и потягиваясь, я выползла из комнаты и сразу же была приставлена к делу бодрой до безобразия госпожой Гиссой.

– Завтрак господину Эйсгему подавать не нужно? —поинтересовалась я, заметив, что на столе нет знакомого подноса.

– Он уже ушел во дворец. Рано утром, а может, и вовсе не ложился, – отмахнулась кухарка и занялась тестом, оставив меня в недоумении.

Вроде бы только убедилась, что секретарь и преступный водник – одно и то же лицо, и снова уверенность пошатнулась.

Метка, которую я оставила на плаще господина Эйсгема, исправно маячила где-то за пределами дома. Судя по тому, что чувствовала я ее с трудом, секретарь забыл верхнюю одежду на работе. Или сам там находился в данный момент.

В идеале стоило бы прицепить следилку прямо на кожу, но маг отличался редкостной чувствительностью к посторонним воздействиям. Подозреваю, что подучить его немного – и ауры бы тоже видеть начал. Вон как мои заклинания заметил на реке!

Освободилась я только к обеду, после чего окопалась в кабинете. На этот раз для изучения выбрала учебник по основам водной магии.

Напечатан он был относительно недавно – лет двадцать назад.

Читая его, я обплевалась мысленно.

Бедные дети! Если их такому учат официально, неудивительно, что водников считают слабаками и низшим сортом. Удивительно, что они вообще что-то умеют!

Вследствие смены стихийной частоты магам осталась доступна малая часть прежних заклинаний. Сложные и опасные – в представлении властей – старательно вымарали, оставив лишь условно-полезное. Вроде вскипятить воду или заморозить сосульку определенной формы. Образовать без нагревания пар – уже посерьезнее, там идет расщепление, а значит, многослойная схема. Потому дед, которому я «починила» парник, так удивился.

Про вызов дождя или развеивание туч и речи не шло. Так, основные бытовые приемы. Полагаю, Хозяин льда в свое время получил приличное образование дома. Из академической программы он бы точно ни одного атакующего заклинания не вынес.

Карта оазисов, перерисованная вчера, жгла карман.

Подушка манила, но любопытство перевесило.

– Я сегодня проверю только один, самый ближний, —пообещала я себе, покидая особняк.

Вокруг столицы купола рассыпались щедро, часть пришлась на глухой лес и горный массив ближе к границе с Ислундом.

Вдруг из северян кто уцелел?

Про нападения я ничего не слышала, но скрыть подобное в разрозненном, изолированном от соседей городке несложно. Связь поддерживается разве что между аристократами и военными, а те точно не станут разглашать тревожные вести.

Простые люди вроде госпожи Гиссы довольствовались локальными слухами – кто женился, кто помер, кто родился.

Мне же интересна была глобальная картина.

Наблюдателей в переулке я не заметила. Видимо, пост все-таки сняли, убедившись в моей относительной благонадежности.

Метель поутихла, с плотно затянутого тучами неба сыпался мелкий легкий снежок.

Я бодро вдыхала вечерний воздух, наслаждаясь хрустом наста под ногами.

После долгого дня в четырех стенах даже холод, покусывающий за щеки, был довольно приятен.

Проходя мимо дворца, потянулась за маячком. Так и есть: где-то там, в глубине здания, едва ощутимо пульсирует метка на плаще секретаря.

Домой господин Эйсгем так и не приходил. Кухарка заверила, что это обычное дело, у него даже покои поблизости от принцевых имеются на такой случай. Когда работы много, он неделями в особняке не появляется.

Я промолчала, про себя отметив, что прикрытие для темных занятий идеальное. Кто будет проверять, где тот секретарь? Особенно из его слуг.

Оазис встретил меня темным забором и тишиной.

Я перемахнула через стену, нейтрализовав защиту, и прислушалась. Гончие тут же материализовались у ног и принялись ластиться, восполняя резерв. Я потрепала их по гладкой шерсти и преодолела топкую границу, отделявшую лето от зимы.

– Опять ты? – нелюбезно поприветствовал местный дух.

Отчего-то он меня откровенно невзлюбил. Авторитет я его пошатнула, что ли?

– Снова я, – отозвалась относительно миролюбиво и устроилась на траве, разложив перед собой плащ, а сверху – перерисованную карту оазисов.

Проведенный циркулем круг обозначал зону, внутри которой для меня сейчас возможно путешествие через портал.

Сверим схему, посмотрим, что уцелело из доступного.

Как оказалось, немного.

За прошедшие с момента публикации книги пятьдесят лет успели схлопнуться четыре ближайших купола из девяти. В двух я уже побывала: центральный Хельвитт и Вальмарк. Еще один маленький участок притаился на окраине столицы, но его я оставила на потом. Наверняка изучен вдоль и поперек, ничего нового я там не обнаружу.

А вот крупный оазис у подножия гор привлек мое внимание.

Чуть дальше Вальмарка, но все еще внутри допустимого радиуса. Если верить карте и пометкам на ней, там простирался густой сосновый лес, который потихоньку и вырубали для нужд аристократии и богачей. Обычному люду такая роскошь не по карману.

Дерево мне сейчас без надобности, а вот проверить свои возможности надо бы. Да и взглянуть на другие оазисы не помешает, чтобы знать, на что можно в случае чего рассчитывать.

– Дух, как тебя там… иди сюда, – позвала я.

Тот неохотно подлетел и завис перед лицом. Слишком близко, кому другому стало бы некомфортно. Я же помахала рукой, будто разгоняя туман, и хранителя отнесло чуть подальше, чтобы мне не приходилось задирать голову.

– Чего тебе? – буркнул он, недовольно померцав.

– Договор у вас с кем? И на какие оазисы он распространяется? На все? – я ткнула пальцем в карту.

Раньше этот вопрос меня не волновал, но пообщавшись немного с секретарем и вникнув в историю конфликта, я поневоле заинтересовалась: кто этот таинственный владелец «Королевских кущ», который определяет, кому можно пересекать незримую черту и бывать в оазисе, а кому – нет. Кто придумал эту схему с выкачиванием силы из молодых перспективных магов и использованием их в качестве рабов под красивым названием «смотрители»?

– Что значит – с кем? С людьми, конечно.

– С какими?

– Водными. Мы их пускаем, они нас подпитывают. Все честно.

– Водными…

Я нахмурилась.

То, что духи не могли общаться с живыми, плохо. Куда хуже то, что они не различали ни фамилий, ни имен. И контракта с подписью тоже не составили.

Вероятно, тот маг, что устанавливал купола, еще был способен видеть эфирных созданий. А его потомки эту способность утратили, а вместе с ней – контроль над оазисами.

Или же контроль изначально пребывал в чужих руках? Недаром «Кущи» – королевские. А род Виндсольдов —воздушники.

Не складывается.

«Потому и держат при дворе господина Эйсгема!» – осенило меня. Он – тот самый потомок или один из потомков, на котором замкнута вся сеть оазисов.

Если линия наследования прервется, правящая семья потеряет доступ под купола. Вот и берегут его, образование дали, должность. На фоне общего презрения по отношению к водникам – практически на вершину вознесли.

Получается, у оазисов и магов воды своего рода симбиоз.

Ясно теперь, почему в народе старательно взращивается ненависть к последним. Если бы правда стала известна, их бы почитали как богов. Еще бы – спасители, поддерживающие последние островки нормального климата.

Их влияние не имело бы границ.

А королевская семья властью делиться не привыкла.

Вот и организовали сдачу одаренных детей в приюты и отсутствие у них образования. Если ты хуже червя, тебе только и остается приползти на коленях к вышестоящим и молить о милости. А те уже, так и быть, дозволят жить на всем готовом в поселках смотрителей «Королевских кущ» и приносить пользу обществу, несмотря на всю твою никчемность.

Удобно устроились.

Еще и всех подряд водников в оазис не пускают. Нужна специальная метка или печать, или что там ставят на прошедших инициацию и допущенных к кормушке. Только избранные – никто не проберется туда тайком.

Вероятно, изначально метка задумывалась как своего рода пропуск для посвященных. Но предок Виндсольдовоказался хитрее и перевел все ниточки управления на свой род.

Я не знала, огорчаться мне или радоваться.

Докопаться до сути всегда приятно. Но вместе с гордостью за свой интеллект пришло осознание собственной незначительности.

Кто я? Поломойка в доме секретаря.

Мне предстоит добраться до самого верха, чтобы изменить всю систему управления.

И раньше было понятно, что одним созданием собственного рода ограничиться не получится. Но я не думала, что ситуация настолько запущена.

Пара-тройка указов, и все наладится.

Ну да, конечно.

Так король и выпустил власть из своих рук. Размечталась!

Переворот при помощи силы и уничтожение правящей верхушки я оставила на самый крайний случай. Настолько радикальные меры всегда связаны с восстаниями, волнениями, мародерством и прочими прелестями смутных времен. Ну его, этому миру и без того хватает потрясений.

Значит, пойдем медленным, тихим и незаметным путем.

Втираться в доверие, просачиваться во дворец, а там действовать по ситуации.

Очень многое зависело от того, удастся ли мне завоевать расположение господина Эйсгема. Он не последний человек при дворе, а если он еще и глава преступного мира – вообще шикарно.

Если же Хозяин льда все-таки брат-близнец, а не один и тот же человек, то задача чуть усложнится. Но не сильно.

Определив для себя примерный курс, я успокоилась.

И чего переполошилась?

Да, на этот раз придется действовать с умом, а не как привыкла – силушкой, магией и хорошей сталью. Но что поделать, иногда нужно выходить из зоны комфорта.

Отогнав духа, я влила магию в купол, проявляя портальную схему.

Схожу взгляну на северный оазис, раз уж собиралась. И быстренько обратно в особняк, поспать как раз успею.

С этой мыслью я шагнула в неизвестность.

Уже привычно пошатнулась, смаргивая круги перед глазами от резкого выброса силы. Нашла на ощупь шерстяное ухо, почесала.

Выдохнула и огляделась.

Забора здесь не устанавливали. Площадь оазиса была слишком велика, а небольшой лесодобывающий поселок слишком мал, чтобы потянуть такой объем работ.

В отличие от меня, местные жители не могли скакать туда-сюда за секунды. На то, чтобы добраться к предгорью, у каравана ушло бы дня полтора. Везти сюда материалы, возводить стену… Немалые траты, а бюджет не резиновый. Вот и обошлись естественной защитой, как в Вальмарке. Без метки все равно никого не пропустит, а трупы убрать изредка – невелика проблема.

Густой сосновый лес величественно молчал, изредка шелестя ветвями. Под куполом было чуть прохладнее, чем только что в столице, и я вновь накинула снятый было плащ.

Вырубка велась аккуратно, по самому краю. Люди не рисковали углубляться в хвойный частокол: там, в чаще, наверняка еще и животные водились, причем хищные. Сожрут и не поморщатся. Зато молодые ровные посадки радовали глаз – еще лет десять-двадцать, и вырастет достойная смена срубленному.

Не злоупотребляют, молодцы. Знают меру.

В отличие от аборигенов, я зверей не боялась, потому смело двинулась в самую гущу леса.

Там, где не ступала нога человека, обычно скрывается самое интересное.

Поначалу все было тихо, мирно и даже скучновато.

Я бодро прогуливалась среди сосен, гончие то и дело отбегали, учуяв дичь, но вскоре возвращались.

Духа, присматривающего за этим оазисом, видно не было. Звать его я не торопилась – хотелось изучить систему защиты. Должна же она как-то срабатывать на вторжение! Я без метки, посторонняя, внаглую шляюсь по закрытой территории, а никто не чешется!

Непорядок.

На первую ловушку я чуть не наступила.

Сработал приобретенный столетиями инстинкт: нога сама отдернулась за мгновение до рокового щелчка.

– Не поняла. – Я отступила, разглядывая развороченную кучу листьев.

Капкан готовили то ли на волка, то ли на рысь. Медведя он бы не удержал – маловат, а вот на средних размеров хищника или даже лося – самое оно.

Присев, я изучила простенький механизм. Ни меток, ни клейма, ни запаха.

До сих пор мне не приходилось видеть ничего подобного в оазисах. Разрешено ли это вообще – так варварски калечить обитателей зеленой зоны?

Экосистема маленькая, хрупкая, в идеале —саморегулирующаяся. Пусть как пятно на карте этот купол сравнительно большой, но это не означает, что там водятся лишние животные. Насколько мне известно, даже ягоды собирать и бурелом смотрителям дозволялось в ограниченных количествах. А тут – зверушки.

– Эй, дух! Ну-ка иди сюда, – скрестив руки на груди, позвала я вслух.

Ничего не изменилось. Только ветер прошелестел макушками крон и осыпал немного трухи с ветвей.

Я нахмурилась.

Каждому оазису полагался хранитель. Тот, что присмотрит за центральным Древом, распределит потоки магии из общих корней и убережет границу от посторонних.

Судя по тому, что купол держался, дух еще жив, если можно так выразиться о нематериальной сущности. Но на воплощение его уже не хватает.

Прикрыв глаза, я просканировала окрестности и сменила курс. Вместо бесцельной прогулки направилась к сердцевине купола.

Древо выглядело хуже, чем в Вальмарке до моего вмешательства. Тусклая, потрескавшаяся кора, засохшие ветви, лишь на самых кончиках припорошенные мелкими вялыми листочками.

Последние его силы уходили на то, чтобы не дать куполу схлопнуться. К нагрузке добавлялся немалый диаметр, который нужно было удерживать. Как бедолага протянул так долго – неизвестно.

Гончие, скуля, прижались к моим ногам. Чуяли, что им сейчас придется потрудиться. Всем нам троим.

Призрачные псы брали силу непосредственно из магического фона планеты. Они не нуждались в корнях, подпитке или доноре. Скорее сами являлись идеальными донорами. Напрашивался вопрос: почему контуры не замкнули на них, вместо семейства магов? Толку было бы больше. Хотя тогда людей бы вряд ли пропустило внутрь.

Мысль крутилась в голове долго, но ухватить ее за хвост удалось только сейчас.

В Виндхельме существуют «Королевские кущи», допуск в них выдается при посвящении в смотрители.

Но ведь кроме нашей страны, уцелело еще как минимум две.

Неужели у них нет доступа в оазисы? Или они выпрашивают разрешение у его величества лично? Сомневаюсь.

Кроме клейма «Кущ» должен существовать иной способ пересекать границу.

Ниточек, тянувшихся на остров, было не менее десятка. Значит, как минимум десять магов имеют право решать, кому можно заходить на зеленую территорию.

Похоже, кто-то из них своим «пропуском» злоупотребляет.

Я положила ладони на шершавую кору и раскрыла резерв, позволяя волне энергии прокатиться по телу. Сейчас я была передатчиком, проводником, перекачивающим силу напрямую из окружающей среды в умирающее Древо.

Кожу жгло как огнем. Там, где меня касались раскаленные бока гончих, наверняка останутся следы, как и на ладонях. Уже сейчас кожа чесалась нещадно, готовясь облезать и покрываться пузырями.

Но лучше так, чем допустить исчезновение одного из самых крупных куполов на севере.

В лицо пахнуло прохладой, и рядом со мной, дрожа и мерцая, возник дух.

Ну, наконец-то.

Выдохнув, я опустила руки и плюхнулась на выступающий корень, пребольно ударившись пятой точкой.

– Рассказывай! – приказала, зарываясь негнущимися пальцами в шерсть гончих.

Она все еще покалывала проскальзывающими искрами, но уже не ранила, а исцеляла.

– Спасибо тебе, – прогудел дух. – Я уж думал, конец мой пришел.

– Что ж ты их не остановил? – хмыкнула я.

– Договор… – уныло констатировал хранитель.

– Ясно. И кто такой умный? Хотя кого я спрашиваю.

Духи не различают имен и лиц. Они знают лишь кого можно пустить, а кого – нельзя. Все остальное оставлено на откуп людям. А зря.

У тех мозгов еще меньше, чем у стражей границы купола.

Я зашла с другой стороны:

– И часто они появляются?

– Раз в три-четыре дня, – мрачно отчитался дух. —Ловушки проверяют, новые ставят, зверье забирают. У меня уже лис почти не осталось! И волков в два раза убыло. Про зайцев и прочую мелочь вообще молчу. Мы с Древом стараемся как можем восполнять потери, но не успеваем!

Вовремя я. Еще немного – и очередной оазис ушел бы в небытие, а ученые продолжили гадать, что и где пошло не так.

Охрана пошла не так, вот что!

Хоть бы посты выставили, или сеть какую для приличия.

– Когда следующий визит?

– Да вот только вчера были. Раньше послезавтра не ждать.

– Это хорошо, – кивнула своим мыслям.

Сидеть в засаде два-три дня мне не улыбалось. А так получалось удобно. Завтрашний вечер посвящу занятиям с Хозяином льда, а послезавтра вернусь сюда.

Авось повезет и сразу накрою преступную шайку.

Протяжный полувсхлип-полувздох нарушил ночную тишину.

Гончие дернули ушами и насторожились.

Дух на мгновение перестал мерцать.

– Опять попалась. Говорил ей – не трогай полевок, повсюду силки…

– Опять? – удивилась я.

– Сова одна есть, дурная. Люди ее не забирают, не нужны им птицы. А она лезет и лезет.

– Пойдем, посмотрим.

Я поднялась, кряхтя как старая бабка. Ноги слушались с трудом: подобный фокус с перекачкой энергии даром не проходит. Но глянуть, что там с пернатой пленницей, надо. За трое суток она запросто может помереть от обезвоживания. Все же в лесу, не посреди снежной равнины.

Там бы от холода околела.

Идти пришлось недалеко. Рядом с тем местом, где я обезвредила собой один из капканов, под деревом, злобно нахохлившись, сидела белоснежная сова. То ли на зиму перелиняла, то ли полярная. Я в пернатых не разбираюсь.

При виде меня она распахнула крылья и выдала нечто громкое и явно нецензурное.

– Могла бы и повежливее быть. Иначе оставлю здесь,– пригрозила я, приседая рядом и осматривая оплетающий лапу шнурок.

Сделан он был из длинных жил животного происхождения.

Сразу понятно, что не на разведение и не в качестве питомцев забирают зверей. Шкуры, мясо, субпродукты.

Судя по количеству ловушек, за дело взялись основательно. А значит, не слишком давно, иначе всех бы уже истребили.

– Как долго это продолжается? – спросила, не оборачиваясь, у духа. – Год, два?

– Меньше. Месяцев семь. Ходят и ходят, житья от них нет, – разворчался хранитель с новой силой. – Откуда только взялись на мою голову!

Если верить карте, то еще три оазиса из исчезнувших находились в этом же районе. Чуть дальше от столицы и ближе к бывшему Ислунду.

Что, если хулиганит кто-то из уцелевших северян?

С другой стороны, это вполне могли быть подчиненные Хозяина льда, например. Контрабандисты и грабители, оттуда и до живодеров недалеко. Кто сказал, что если они подчиняются водному магу, то сразу праведники и не преступают законов? Как раз наоборот. Нарушил один – и дальше пошло-поехало. Что им экологический баланс и бесценность зеленых участков? Нажиться, а дальше трава не расти.

Буквально.

Пожалуй, спрошу-ка я при встрече у Хозяина льда, чем его ребята зарабатывают на жизнь и где квартируются. Отсюда до столицы дня два-три добираться, жилья и крупных городов поблизости нет.

Это не живительная река, вдоль берегов которой всегда возникали поселения. Рядом с оазисом стоит жить лишь тем, кто может в него попасть. А для простых жителей он наоборот опасен – мало ли, дети по глупости границу пересекут, заигравшись.

Проще уж свою собственную ферму, землянку обеспечить. Где предки жили, там и оставаться. Или в город податься с его артефактами, защитой и общим подогревом.

Наверняка еще и власти подобное опасливое отношение поощряют, чтобы народ у границ куполов не крутился и не присматривался. А то еще догадаются, что водники не презренное племя, а добытчики и спасители.

Лапа запуталась капитально. Птица билась, пытаясь освободиться, и в результате увязла еще глубже. Хорошо, что я взяла с собой короткий нож, с ним дело пошло веселее.

– Ну все, лети, – улыбнулась я, снимая последнюю петлю.

Сова потопталась на месте, словно раздумывая, похлопала крыльями, и внезапно перепорхнула мне на плечо.

Я тут же стряхнула наглое создание.

Безуспешно. Птица упрямо вернулась на прежнее место, да еще и когтями впилась. Мол, если и снимешь, то с мясом.

– Что это с ней? – спросила вслух, ни к кому определенному не обращаясь.

Но дух услужливо ответил:

– Выбрала тебя хозяйкой. Это снежные совы, они к магии воды чувствительные. Из них раньше фамильяров делали. Ну, помощников. Письма там отнести или на разведку слетать.

– На разведку, говоришь? – Я с новым интересом скосила глаза на пернатую тушу. Весила сова прилично, силушкой обделена не была, плечо уже начинало ныть. – А еще какие фамильяры бывают? Мне, может, надо.

– Да много кто. Волков брали, рысей, лисиц, —принялся загибать полупрозрачные пальцы дух. – Вороны популярны, они умные. Сейчас-то у магов силенок не хватает приручить кого-то, для этого делиться надо магией, а у них у самих пшик.

– Откуда знаешь? Сюда же не заходит никто кроме водников, – уцепилась я за оговорку.

– Так я про них и говорю, – замерцал дух, вроде плечами пожал. – К огневику-то кто пойдет? От него взять нечего, еще и подпалит ненароком. Саламандры разве что, но они у нас тут не водятся.

– То есть фамильяры бывают только у водных магов? —удивилась я.

Мне были известны миры, где одарённые подбирали себе питомцев таким образом. Но там шел взаимный обмен чистой силой, не определенной стихией.

Тут же, получается, и в этом водные маги превзошли остальных.

Но об этом никто не помнит.

А помощники нам бы не помешали.

Например, с братом связь было бы удобнее держать. Учитывая густой пух, сова вполне способна пролететь несколько десятков километров по умеренному морозу и не окоченеть.

Пожалуй, приведу его потом в ближайший к Вальмарку оазис, и Тайринга заодно, на всякий случай. Вдруг им уровень уже позволяет обзавестись фамильярами?

Мысль скакнула дальше.

Интересно, а у секретаря такой есть?

Весь особняк мне облазить пока не удалось, так что где-нибудь на чердаке или в закрытых секциях вполне могла скрываться небольшая совятня. Или логово тигра, к примеру.

Да ну, глупости. Для содержания крупных животных простор нужен, тут одной комнатой не обойдешься. Они от тоски сдохнут. А если бы над домом летали птицы, кто-то бы обязательно заметил и донес.

Кстати, и мне с собой приобретение тащить не стоит. Мало ли что, вдруг за содержание птиц из оазисов какой штраф полагается? В законодательство я плотно не вникала.

Однако отодрать сову не вышло.

Как я ни пыталась ей объяснить, что обязательно вернусь, упрямая птица только глубже загоняла когти. Когда те заскребли по ключице, я сдалась.

– Имей в виду, будешь сидеть в четырех стенах весь день!

Паразитка согласно угукнула.

– Зовут тебя как? – я помолчала, внятного ответа не дождалась. – Тогда будешь Снежинкой.

Поименованная сова нахохлилась, не сильно довольная моей бедной фантазией, но хватку ослабила. Мол, как хочешь, главное с собой забери.

Я и забрала, а что делать? Рука начинала неметь, жилетку пропитала кровь.

Короткое головокружение – и я в столичном оазисе.

Дух при виде меня встрепенулся, подплыл ближе, но комментарии оставил при себе.

Фамильяр старательно изображал чучело, чтобы не спугнуть удачу и не заставить меня передумать.

На Хельвитт давно опустилась ночь. От редких прохожих меня скрывало заклинание отвода глаз – не хватало еще,чтобы кто-то заметил пернатую гостью.

В особняк я пробралась незамеченной, заперла за собой дверь и огляделась.

Для начала следовало остановить кровь и привести в порядок одежду. У меня не так ее много, чтобы ею разбрасываться.

Тазик для умывания быстро окрасился алым. Пусть я пользовалась магией, а не тряпочкой, смытое девать все равно куда-то надо было.

Сова вспорхнула на шкаф и сурово наблюдала оттуда за моей суетой. Во взгляде ее отчётливо читалось осуждение:тут птичка голодная, замерзшая, а хозяйка ерундой мается и мелкой полевки не предложит!

– Жди завтрака, – проворчала я, накладывая повязку на плечо. Заживает на мне все быстро, но не мгновенно. —Будешь ругаться, обратно отправлю!

Птица угрюмо угукнула и отвернулась к стене. Туловище при этом осталось неподвижным, что выглядело довольно жутко.

Я пошевелила рукой, убеждаясь, что мышцы не повреждены, и завалилась спать.

До рассвета оставались считаные часы, а у меня планов громадье.

Разбудили меня не приятные ароматы с кухни и не голоса слуг, а пернатый зад, усевшийся на лицо.

Я спихнула мерзкую птицу, отплевалась и швырнула в нее заклинанием.

К своему удивлению, промахнулась.

Или нет?

Ничуть не пострадавшая сова встопорщила перья и принялась их чистить, как ни в чем не бывало, выклевывая пробегающие по ним искры магии.

– Так вот как ты подпитываешься, – хмыкнула я, садясь на постели и разматывая повязку.

Дыры от когтей за ночь покрылись корочкой и тянули, но не сильно. Через два дня буду как огурчик.

На завтрак я собралась быстро, но встал вопрос – как оставить без присмотра фамильяра? То, что Снежинка всю ночь просидела на шкафу, не означает, что она и дальше будет вести себя прилично.

Для начала я нацепила ей на лапу свернутую в несколько раз нитку с заклинанием отвода глаз. Даже если меня рядом не будет, птицу никто не заметит. Разве что Хозяин льда заподозрит неладное – он уже проявил редкую чувствительность к чужой магической активности.

И по понятным причинам еще, возможно, господин Эйсгем. Но он в особняке бывает реже меня.

Вот и сегодня секретаря в спальне не оказалось и завтрак ему нести не пришлось. Но дел от этого на кухне меньше не стало. Все-таки обитателей много: больше десятка слуг, охрана, садовники оранжереи и парника, а также работники хозяйственной части. Как и во многих зажиточных домах, здесь имелся загон с животными. Свиньи, куры, гуси, пара мохноногих коней для упряжки. Их далеко за пределы помещения не выпускали, вряд ли бедолаги когда-то вообще видели дневной свет.

На крупных пернатых сова охотиться не станет. Как и на скот. А вот мелких грызунов она бы с удовольствием употребила, при этом оставаясь невидимой для посторонних. Однако прежде чем выпускать Снежинку в сад, следовало убедиться, что ей там будет кем поживиться.

– Госпожа Гисса, у меня возник вопрос. А здесь есть мыши? – как могла деликатно начала я разговор, домывая посуду.

Реакция кухарки оказалась бурной и немного неожиданной.

– Мыши? Где? – взвизгнула она, взлетая на кухонный стол и перехватывая скалку обеими руками, как меч.

– Не знаю. Я просто спросила! – опешила я. —Спускайтесь, пожалуйста. Осторожнее, осторожнее, потихоньку.

Общими усилиями мы вернули насмерть перепуганную госпожу Гиссу на пол. Тесто почти не пострадало, лишь часть муки пришлось смахнуть в мусор с того участка, где женщина успела потоптаться. Я прошлась магией, дезинфицируя поверхность и одновременно подбирая слова, чтобы не шокировать кухарку еще больше.

– Нет, мышей всех повывели давно, – выдохнула она, вновь принимаясь раскатывать тонкий слой будущей сдобы.

Пшеница здесь на вес золота, даже секретарь не баловался настоящим белым хлебом. Почти половину замеса составлял размятый картофель, а мука делалась на основе сушеного гороха. На столе в мисочке лежали заготовленные измельченные лесные орехи – они послужат начинкой и подсластителем одновременно.

– По крайней мере, я их не вижу, – уже не так уверенно добавила госпожа Гисса, подумав. И передернулась. – В погреб буду служанок отправлять. Вдруг и правда кто завелся?

– Я схожу, проверю? – предложила с энтузиазмом.

Настолько мелкие организмы сложно засечь издалека. Особенно если они прячутся под каменной кладкой. Тепла излучают мало, передвигаются шустро, и частенько проскакивают под сканирующими заклинаниями. Но если знать, что искать, и выслать достаточно мелкую сеть поисковых импульсов, вполне реально.

– А ты и такое можешь? – искренне восхитилась Гисса.

Кажется, даже мое виртуозное обращение с пылесборником не вызвало у нее такого энтузиазма.

– Да, конечно, – пожала я плечами, с трудом сдерживая радость.

Глубоко в подвалы я еще не спускалась. Знала, что под особняком их целая система, но дальше кладовой ни разу не уходила. Незачем, да и лишние подозрения вызовет.

А теперь, под благовидным предлогом – почему нет?

Для начала я обошла вдоль и поперек хранилища с едой.

Предки секретаря строили их в расчете на долгую осаду и оборону, не иначе. Сейчас припасы занимали разве что десятую часть бесконечных полок, а надо сказать, даже с этим количеством можно было прокормить сотню человек не один месяц.

Убедившись, что мешки действительно нетронуты, а на полу нет следов животной жизнедеятельности, я перешла в винный погреб. Массивная дверь закрылась за мной, отрезая все звуки.

Можно было решить, что я оглохла, если бы не эхо моих шагов и изредка падающие на камень капли.

Кап. Кап. Кап.

Я поежилась, хотя в помещении все еще было достаточно тепло.

Атмосфера напоминала древний склеп, только без трупов. Вроде бы.

Сюда слуги заглядывали редко и почти не занимались уборкой. Многие бочонки так и стояли пустыми, а те, что были наполнены, даже не открывали. Краны воткнули лишь в два, у самого выхода. Там госпожа Гисса брала красное и белое вино, в основном по чашке-другой – для готовки.

Судя по древности бочек и тому, что сделаны они были из дерева, они сохранились с незапамятных времен. Докатаклизменных, точно.

Я провела ладонью по гладкому, все еще пахнущему стружкой и ягодами округлому боку.

– Это ж какой оно выдержки! – подивилась вслух. —Там либо уксус, либо амброзия…

Кап. Кап.

Перестук по камню не прекращался. Я обошла весь подвал, но под бочками было сухо. Ни одна не протекла.

Тогда откуда звук?

Подняв светлячок повыше, я усилила яркость, чтобы разглядеть далекий потолок. Свод уходил далеко вверх, поддерживаемый каменными колоннами, и выглядел совершенно нормальным. Ни пятен, ни потеков.

Возможно, где-то у стены, за подставками?

Азарт скакнул в крови. Что я, протечку не найду? Это же вода!

Магия плеснула во все стороны, отыскивая родную стихию. То, что находится внутри бочек, отмела сразу.

Поисковые щупы оплели пол, отыскивая самые крошечные лужицы и ручейки. И нашли.

Самый дальний угол, который я уже осматривала, но мельком. Вода вытекала из едва заметной щели в стене и тут же исчезала в трещине между камнями, уходя глубже под пол.

Прикрыв глаза, я прикинула планировку. Сквозь толстую каменную кладку магия проникала с трудом, потому весь подвал охватить не получалось. Но со всех сторон за стенами располагались пустоты. Значит, дальше тоже есть помещения.

Наверху, над землей, стены потоньше, особенно внутренние. Там зачастую вообще лишь перегородки, по-старинке, из дерева или полого кирпича. Сейчас же я даже до кухни дотягивалась с трудом.

Интересно, что там, за стеной? Холодильник? Или подземная река?

Выход из винного погреба был лишь один, он же вход. Я вновь обошла все кладовые, рисуя перед внутренним взором схему подвала.

Картинка не сходилась.

Получалось, что сейчас я могу попасть лишь в часть помещений. И еще примерно столько же мне недоступны.

– Кристель! Где ты пропала? – едва слышным эхом донесся до меня голос госпожи Гиссы.

Придется отложить изучение занятного феномена.

Хотя бы до завтра.

Сегодня ночью у меня свидание с Хозяином льда, а до того было бы неплохо выяснить подробнее о природе фамильяров. Вдруг в библиотеке что-нибудь найдется?

– Госпожа Гисса, а еще погреба в особняке есть? —спросила я, поднимаясь по лестнице и торжественно неся перед собой огромный ком грязевой жижи. Насобирала, пока бродила по подземелью. Не с пустыми же руками возвращаться! Надо демонстрировать свою полезность наглядно. – Может, какие хранилища или убежище.

На этом слове у меня в голове звонко щелкнуло.

Ну конечно!

Сам секретарь признавался, что у его рода был тайник. И к нему давно утратили доступ.

Может ли быть такое, что схрон находится здесь же, под усадьбой?

Почему и нет. Это как раз логично. Наверняка древние семейства предпочитали хранить все ценное под боком, чтобы во время осады воспользоваться припасами. Оружие, консервы, возможно, какой-нибудь артефакт всеобщего уничтожения на крайний случай.

Сердце застучало быстрее.

Раз туда ходу господину Эйсгему нет, то, может, я попробую? Там меня не поймают на взломе. Секретарю в голову не придет проверять древний тайник. А я хоть гляну, аналогичен ли схрон тому, что принадлежал Рекинсам. Когда еще в том покопаюсь, неизвестно. А здесь я застряла надолго, времени полно.

Опять же, если вдруг активирую какую ловушку, чужой особняк не жалко.

– Нет ничего такого, – ответила тем временем госпожа Гисса. Она успела из теста налепить три десятка круглых «улиточек» с ореховой прослойкой и как раз отправляла их в духовку. – Три комнаты хранения, холодильная и винный погреб. Куда нам больше-то?

– Да, пожалуй, хватит, – задумчиво согласилась я, думая о своем.

Надо же, как полезно иногда проводить генеральную уборку!

Закончив все дела на кухне, я обошла дом, наконец-то дочистила доступные мне этажи и заглянула на чердак.

Надо же куда-то переселить сову! Мне дорог мой сон, и без того скудный. А эта зараза явно вознамерилась служить мне пернатым будильником.

Помещения под крышей располагались в два уровня. На нижнем, самом просторном, разместилась старая мебель, бережно хранимая под покрывалами и артефактами стазиса. Видимо, неприкосновенный запас на случай бедности, поскольку лишь за комплект резных стульев на шесть персон сейчас бы отвалили небольшое состояние.

Плотно свернутые рулоны ковров возвышались пирамидой в дальнем углу, рядом выстроились ящики. Один был приоткрыт, из него торчал краешек фарфоровой супницы и пучки соломы. Видимо, хотели достать в какой-то момент и передумали.

Я аккуратно поправила крышку, чтобы хрупкая красота не запылилась и не треснула.

Стеллажи с котелками и прочей утварью меня тоже не заинтересовали. Как и сундуки с барахлом на втором этаже.

Похоже, аристократы не любили выбрасывать старье, при этом регулярно обновляли гардероб. Кому нужно было столько тряпок – не представляю, но кожаные кофры с металлической основой громоздились друг на друга десятками, создавая настоящий лабиринт.

Зато сложенные в застекленные шкафы старые тетради и папки меня очень даже привлекли.

Это оказались хозяйственные отчеты. Сотни лет трудолюбивые управляющие записывали еженедельно все до единой траты на содержание огромного дома. Тут была и зарплата слугам с часами работы, и покупка ткани на их униформу, и еда, и ремонт, и расходы на прием гостей. Получали тогдашние маги неплохо и тратить все явно не успевали. В итоге оставался немалый плюс.

«Наверное, где-то в здании и сокровищница есть», – отметила я про себя. Побрякушки меня не волновали, а вот артефакты, которыми могли вознаграждать за верную службу короне – весьма. Если штуки древние, то маги могли позабыть, как ими пользоваться.

А уж я-то разберусь.

Место для проживания птицы было не идеальное, но сносное. При условии, что Снежинка проявит долю воспитания и не станет повсюду гадить. До сих пор вроде бы воздерживалась, потому я собиралась ее выпустить в относительно свободный выгул. То есть внутренний дворик, куда выходили некоторые мансардные окошки. Сейчас они все заложены кирпичом, но расковырять проход для одной в меру упитанной совы я смогу. А еще прикрыть магической заглушкой от холода и замаскировать лаз, чтобы никто не заметил дыры ни изнутри, ни снаружи.

Судя по толстому слою пыли на полу, заходят сюда крайне редко.

Присев на корточки, оценила фронт работ. Раствор известковый, отлично.

Мелкие струйки воды протянулись от моих пальцев в глубину пористой структуры, растворяя и вымывая состав. Четыре кирпича покинули свое место и перекочевали под шкаф, подальше от случайных взглядов.

Стекла в окне давно не было. То ли специально вынули, то ли зачистили разбитое. Из дыры потянуло прохладой —крыша купола над внутренним двориком располагалась чуть выше, обеспечивая внутри приемлемую температуру.

Раствор вернулся обратно, укрепляя стенки новообразованного прохода, чтобы сове не насыпалось на перья трухи. Два заклинания наслоились друг на друга, маскируя и блокируя поток воздуха. Теперь проскользнуть здесь сможет только птица, причем именно моя, с меткой на лапе. Привязать «пропуск» к моей магии проще всего.

Довольная собой, я вернулась на кухню. Госпожа Гисса все еще трудилась, готовясь уже к ужину. Поскольку господин Эйсгем собирался к вечеру вернуться, меню по сравнению со стандартным расширилось и обогатилось курицей.

Разваренные и очищенные от мяса косточки лежали грудой на подносе. Отходы такого рода не выбрасывали на помойку. Вообще, все утилизировали по максимуму, но объедки в первую очередь. Из них делали корм свиньям и некоторым другим животным на скотном дворе.

Умыкнуть парочку самых сочных и недочищенных не составило труда.

Снежинка восприняла подношение без энтузиазма. Поклевала надменно, поглядывая на меня с вершины шкафа, как на вошь.

Не представляю, как маги древности уживались с такими своенравными фамильярами.

– Пойдем, покажу тебе твое новое жилье, —предложила я, выставляя руку в заблаговременно надетой перчатке.

Сова подумала, хлопнула крыльями и уселась точно на открытое предплечье.

Я крякнула, потревоженная рана под ключицей заныла.

– Что ж ты такая тяжелая-то? – проворчала себе под нос, выглядывая в коридор.

Птицу не видно, но идти с отставленной в сторону рукой странновато.

Чтобы не рисковать, накрыла невидимостью нас обоих и тенью прошмыгнула на чердак.

Снежинка новое обиталище одобрила.

Взмыла под высокий потолок, покружилась, одобрительно ухнула и устроилась на разлапистой вешалке, будто специально для посадки сов предназначенной.

Я сложила косточки за одним из ящиков, в глубокую металлическую миску. Вот и пригодилась выставка утвари с полок! В другую налила чистой воды из вытопленного снега с крыши.

– Захочешь поохотиться или размяться, вылетай сюда,– я показала на замаскированный лаз, в полной уверенности, что птица меня понимает.

Магия ли влияла, или в принципе пригодные для «фамильяризации» животные умнее обычных, но Снежинка явно ловила намеки на лету.

Спорхнула на пол, переваливаясь пролезла в дыру, оценила вид и вернулась обратно, не горя желанием мерзнуть. Все же внутри теплее, чем под куполом.

– Смотри, не трогай людей! – пригрозила ей пальцем напоследок.

Сова воззрилась на меня, как на идиотку, но смолчала.

Решив первоочередную проблему, я отправилась в библиотеку.

Удобно, что у меня теперь есть куда пойти с вопросами. Хуже, что собрание книг в доступном мне кабинете было довольно скудным. По животным имелось всего три старых фолианта и один тоненький сборник «Советы по животноводству».

Увесистые тома меня по понятным причинам привлекли больше.

Однако и там по фамильярам писали плачевно мало.

Первый оказался энциклопедией.

Фауна Виндхельма до катастрофы была весьма разнообразной и изучалась пристально. Однако без связи с магическими качествами. Размер, пищевые пристрастия, основные характеристики разнообразного зверья. Совы тоже нашлись в разделе пернатых.

Оказывается, снежный подвид уже тогда был крайне редок. Обитали сородичи Снежинки на крайнем севере и южнее залетали редко.

Жрут практически все живое, что могут заглотить целиком – начиная от мелких рыбешек и заканчивая молодыми зайцами.

Я сделала для себя мысленную пометку обеспечить сове подходящие угодья для охоты. Либо водить ее в оазис регулярно, либо хоть по городу прогуливаться. Вот, сегодня ночью у меня запланирован визит к Хозяину льда, как раз крылья разомнет. Путь и по морозу, но наверняка кого-то поймает.

Я не раз слышала писк и копошение в тесных переулках. Крысы и мыши такая напасть, что выживут и в зиму, и в жару, и после апокалипсиса. Наверняка моей питомице найдется чем поживиться.

Отпускать Снежинку одну на вольные хлеба рискованно. Мало ли кто ее заметит? Полбеды, если решат поймать. А если убьют?

Подвергать опасности доверившееся мне существо я не собиралась. Пусть летает в пределах видимости, раз уж выбрала меня. Сама виновата. Если придется совсем плохо – отведу обратно в родной оазис, на свободу. Разорвать связь не выйдет, но можно подпитывать силой время от времени, чтобы птица не загнулась.

Второй фолиант я вернула на полку сразу же, как открыла. Это оказался сборник сказок и вымышленных существ.

Спасибо, как-нибудь в другой раз.

Зато третий заинтриговал не на шутку.

Это оказалось пособие для водных магов по укреплению резерва и основным тренировкам на выносливость. Издано оно было сразу после катаклизма и, видно, не прошло основательную цензуру последующих времен. Однако уже в этой книге говорилось о вредоносности культуры фамильяров. Якобы это паразиты, высасывающие энергию хозяина. Еще и привыкание вызывают, ведь отвязать животное можно только смертью одной из сторон.

Я оторвалась от чтения и горько посмеялась вслух.

Отличная ложь. В частности потому, что основана на правде: фамильяр действительно питается магией владельца. Только в обмен он предлагает куда больше.

Если не брать в расчет дополнительное зрение, слух, и надежного охранника в одном – в случае чего питомец может послужить артефактом-накопителем. Конечно, это его ослабит, а может и убить, но в критической ситуации спасет магу жизнь.

Мне эта сторона без надобности, своего резерва хватает за глаза, но местным водникам было бы немалое подспорье. И того аккуратно лишили под благовидным предлогом.

За окном постепенно темнело.

Я отложила книги и спустилась на кухню, помогать с уборкой. От густого куриного супа исходил упоительный аромат, а я успела порядком оголодать.

Ужинать секретарь изволил в столовой, для разнообразия. Я туда не пошла – без меня служанок хватало. Разобралась с посудой, отдраила кастрюли и сковородки до блеска, убедилась, что стол сияет, как и пол, и с чистой душой отправилась на чердак, за совой.

На прогулку пора.

Лавку, в которой ждал меня Хозяин льда, отыскала без проблем. Правда, шла туда чуть дольше, чем предполагала – сказывалась компания. Моя спутница считала своим долгом заглянуть в каждый сад, проверить его благонадежность и чистоту. Пару полевок даже выкопала и схомячила, смачно отрыгнув комок шерсти.

Я поморщилась.

– Дома так не делай, пожалуйста, – буркнула и осеклась.

С каких пор особняк секретаря стал для меня домом? Обжилась совсем за пару дней, совесть потеряла.

Хотя если так посмотреть, кроме приюта – который точно домом не назвать – я подолгу нигде не жила. Даже в подаренной наместником халупе освоиться толком не успела. А в особняке у меня уже и библиотека, и таинственный подвал присмотрен, и кабинет в очереди на вскрытие.

На пороге лавки я остановилась. Снежинка понятливо взлетела на самый верх крыши и уселась неподвижно, сливаясь белоснежным оперением с настом.

Хозяин льда уже поджидал меня, хотя судя по недотаявшему на капюшоне снегу, сидел он здесь недолго.

– Итак, чем займемся на этот раз? – с интересом уточнил он.

– Для начала повторим пройденное, – тоном занудливого учителя отозвалась я.

И мы повторили.

В промежутках между занятиями водник времени зря не терял и явно много тренировался, потому что каналы успели укрепиться и расшириться. Едва заметно, но все же. Для начала – неплохой прогресс.

Сегодняшнее занятие мы посвятили перекачке магии из одной части тела в другую.

Когда маг использует энергию, чаще всего он неосознанно подтягивает ее к рукам – туда, где плетется формула. Больше никакие протоки не использует, отчего зачастую начинает подводить здоровье. Ведь если не уделять внимания всему организму, не питать его силой как положено, он неизбежно увянет, как цветок без полива.

Магия для одаренного – та же кровь. Дополнительный ресурс. И пользоваться им надо с умом.

– Для чего это? – Хозяин льда снял сапоги с носками и как зачарованный разглядывал танцующие на кончиках больших пальцев серебристые искры.

Я невольно отметила, что ноги у него чистые, а ногти ухоженные. И на носках нет дыр. А штаны слишком идеально сидят и, скорее всего, были пошиты на заказ.

О его гардеробе явно заботились, причем по высшему разряду. Сомневаюсь, что в землянках контрабандистов водятся профессиональные портные. Не говоря уже о качестве ткани: шерсть тонкая и явно дорогая.

– Иногда творить вспомогательные заклинания —легкого шага или парения – некогда, – пожала я плечами, возвращаясь к теме урока. – Помогают такие вот заготовки. Своего рода зародыши заклинаний, подготовленные заранее и активируемые импульсом силы. Если каналы в ногах слабы, энергия рассеется и цели не достигнет. А отвлекаться, например, от ожесточенного сражения, чтобы вместо щита над головой создать мост через пропасть – ну такое.

– У тебя явно богатый опыт. С кем приходилось воевать? – прищурился Хозяин льда.

Он не оставлял попыток поймать меня на горячем.

Мы со стороны напоминали двоих соперников на дуэли. Сходились и расходились в замысловатых па, пытаясь сбить с толку противника и заставить выбыть из соревнования. Но каждый уворачивался в меру способностей, не собираясь уступать и признавать поражение.

– У меня богатое воображение, – выкрутилась я в очередной раз. – Работайте, не отвлекайтесь!

– Меня давно так никто не понукал, – хмыкнул маг, послушно принимаясь за медитацию.

Надо отдать ему должное: техники он ловил на лету. И применял упорно, раз за разом, доводя исполнение до совершенства. Не сомневаюсь, что даже во сне повторять будет, пока в подкорке не засядет на уровне рефлексов.

Вот что значит хорошая подготовка, помноженная на желание выжить. Пусть его не научили приличным заклинаниям, в академии дали главное – умение поглощать знания как губка.

В том, что таинственный Хозяин льда имеет отношение к роду Эйсгем, я ничуть не сомневалась. Другой вопрос, близнец ли это или сам секретарь по ночам шастает. И он все еще оставался открытым.

Зато другой, не менее насущный, я решила прояснить прямо сейчас.

– У вас есть знакомые, способные попадать в оазисы? – выпалила я и замерла в ожидании ответа.

От этого зависело, насколько я могу доверять Хозяину льда.

В любом случае с оговорками, но если он сейчас соврет…

Маг ответил не сразу.

Натянул носки, сапоги, аккуратными движениями поправил штанины.

Лица я так и не видела. Капюшон вкупе с сумрачной атмосферой лавки работал безотказно, скрывая все, кроме подбородка. Мне оставалось лишь угадывать линию губ, которую изредка обрисовывали парящие под потолком магические светлячки.

Даже если увижу все целиком – они же близнецы! Похожи как две капли воды.

Буквально.

– Допустим, – осторожно уронил наконец Хозяин льда.

Я выдохнула. Не осознавала, что задержала дыхание в ожидании.

– Только в столичный или в другие тоже?

– Допуск в один оазис равноценен допуску во все. А к чему этот вопрос? Тебе туда нужно попасть? В который из них?

Знал бы он, что я и сама могу кого угодно провести…

Хотя – почему бы и нет?

– Пройти я тоже могу, – широко улыбнулась, заметив, как дрогнула мышца на упрямом подбородке. Не ожидал. —И похоже, кто-то еще тоже может. Некто, не уважающий природу и норовящий поживиться в ущерб общему благу.

– В смысле? – нахмурился Хозяин льда.

– Браконьеры. Ставят силки и капканы, как я полагаю, ради шкур и мяса. Оазис на севере под угрозой уничтожения. Деревья, вероятно, останутся, но зверье…

– На севере? – выцепил водник главное. – Даже спрашивать не буду, откуда тебе это известно.

И на том спасибо.

Даже удивительно – в другое время он бы не преминул поковыряться в моей легенде, выискивая подвох. Видимо, новость оказалась слишком шокирующей, чтобы отвлекаться на скромную меня.

– У меня нет доверенных лиц севернее столицы, —после короткого раздумья выдал он. – Но я не исключаю участие других родов.

– Тех, что питают купола?

– Я сам об этом узнал недавно, – поморщился маг.

Неприятно осознавать, что ты – всего лишь батарейка для системы озеленения.

– Древних, заслуженных семейств с даром воды осталось немного. И их главы проходят в оазисы по умолчанию. Раньше я считал, что то есть милость его величества, точнее, его предков. Теперь…

Хозяин льда не договорил, но и так все было понятно. Раз участвовали в создании схемы, значит, и допуск имеют.

Логично же.

Я не отцеплялась:

– И кто из них проживает севернее?

– Сложно сказать. Аристократический род – даже не особо почитаемый, с даром воды – обычно представлен десятками, если не сотнями человек. Старшие ветви, младшие, побочные. Я знаю всех глав семей поименно, но где они проживают в данный момент и передали ли допуск кому-то еще – понятия не имею.

– У них что, нет определённого места жительства? —удивилась я.

Аристократ-бомж – это сильно.

Хозяин льда мою шутку оценил – уголок рта дернулся. То ли от веселья, то ли это уже нервное.

– У них слишком много резиденций, – пояснил он. —Есть особняки в столице, есть в пригороде, есть подальше от населенных пунктов целые усадьбы-крепости. Я никогда не задавался целью выследить передвижения именно глав родов.

И призадумался. Вероятно, прикидывал с чего начать.

– Буду весьма признательна, если результатами слежки вы поделитесь со мной, – как могла невинно улыбнулась я. – У меня к ним есть вопросики.

– Не сомневаюсь. И да, обязательно поделюсь, —склонил голову Хозяин льда.

Его пробрало не на шутку. Губы плотно сжались, предрекая недоумкам, посягнувшим на последнюю надежду человечества, немалые проблемы.

Что ж. На виновника я выйду куда раньше, чем глава преступности, но его изыскания даром не пропадут.

Мне нужны главы родов.

Хотя бы для того, чтобы определиться, как поступить с оазисами и попробовать вывернуться, не вовлекая глав государств и не устраивая переворота.

Можно ли Древа переключить на другой источник? Или расширить корневую сеть, создавая новые зеленые участки?

А то и вовсе как-то замкнуть, чтобы повернуть заклинание вспять и исправить климат на всей планете?

Прежде чем принимать подобные решения, необходимо собрать все исходные данные. И список участников – или их потомков, из которых тянут магию – неотъемлемая часть этого.

Попрощавшись с магом, я завернула за угол и уже привычно выставила руку в сторону, одновременно накидывая отвод глаз. Постороннему, что мог следить за мной, показалось бы, что он моргнул и отвлекся всего на мгновение, а я внезапно испарилась.

Сова спикировала так резко, что меня обдало ветром.

Широкие, размахом в мой рост, крылья сложились удивительно компактно, плотно прижавшись к увесистой тушке. Птица потопталась, удобнее устраиваясь на предплечье, и неожиданно ласково потерлась головой о мою щеку.

Я почесала ее пушистую короткую шею в ответ.

– Ты ко мне по-человечески, и я к тебе с тем же, —хмыкнула себе под нос и отправилась обратно в особняк.

Но несмотря на глубокую ночь – не спать.

Таинственный участок промерзшей стены непреодолимо манил.

На темном фасаде особняка едва заметно светились всего два окна. Дежурка, где сидели посменно охранники, и еще одно на верхнем этаже – похоже, секретарю тоже не спалось.

Проверять, кто там в кабинете, по ауре, я не стала. Смысл? Она у близнецов идентичная. Я тоже разорваться не могу, чтобы ловить их и сопоставлять маршруты передвижения.

Да и не настолько это важно, если честно – один господин Эйсгем или два их.

Мне какая разница? Я с обоими нормально общаюсь, не враждую. Разве что время на дорогу можно было бы сэкономить, если он все-таки один. И уроки проводить прямо в усадьбе.

Внутри тоже было темно, слуги перед сном потушили все светильники. Дверь черного хода едва слышно прошуршала, пропуская меня.

Не зря смазывала петли!

Оставив Снежинку на чердаке – нечего сове в подземельях делать – я крадучись миновала лестницы, коридор и просочилась в подвал.

Госпожа Гисса спала ближе всех к кухне, и очень чутко. Приходилось следить, чтобы ни одна половица не скрипнула.

Только в винном погребе я позволила себе выдохнуть. За массивной перегородкой меня не то что кухарка, даже не всякий маг услышит.

Прильнув к стене, я запустила сканер на полную, не стесняясь, целенаправленно отыскивая щели в кладке. Каким бы качественным ни был потайной механизм, зазоры неизбежны.

Как-то же он должен приходить в движение и открываться?

Однако сколько я ни изучала, сколько ни прощупывала камни, отыскать полости не могла. Зато поняла, что одним воздушным карманом по ту сторону дело не ограничивается. Там целая комната, возможно, и не одна. И там очень, очень холодно, почти как на улице. И много воды – или льда? Оттого и протечка.

Заинтригованная еще сильнее, я выбралась из винного погреба в коридор и тут же уперлась в очередную стену. Проход заканчивался тупиком резко, как отрезало.

Возможно, здесь есть некий механизм?

Но нет. И тут ничего подозрительного не нашлось.

Как же попасть в схрон?

Я в глубокой задумчивости выбралась из подземелья и оглядела кухню.

Туплю.

Действительно, кто же будет делать вход в святая святых, где хранятся тайны рода и оружие массового поражения, рядом с картошкой? Там, где постоянно шастают слуги и имеют шанс на что-то не то нажать? Чисто случайно. А проблем потом не оберешься.

Нет, нужно зайти с другой стороны.

Первый этаж имел весьма причудливую планировку.

От замкнутого вокруг дворика кольца, своего рода сердца особняка, во все стороны отходили коридоры. Где-то их искусственно продолжили позже хозяйственными пристройками, где-то закрыли, чтобы не разводить лишнюю пыль и не добавлять работы слугам.

Сигналок и агрессивной защиты на таких баррикадах не висело. Да и смысла нет: мимо постоянно люди ходят, неизбежно бы цепляли ненароком.

И тут я вспомнила про зал с портретами предков.

Ну конечно! Самый лучший тайник – тот, что прямо перед носом!

Вихрем пролетев по пустынным коридорам, я притормозила на пороге и внутрь зашла медленно и торжественно. Не из-за важности момента, а потому что сканер вновь развернулся на полную мощность, и я опасалась по небрежности что-то пропустить.

Скрупулезный подход себя оправдал.

Ход обнаружился за картиной, изображавшей основателя рода. Первого Эйсгема, ставшего аристократом и получившего право передать потомкам не только фамилию, но и кучу привилегий.

Цепочка сложных сочленений и шестеренок вела к грандиозному напольному канделябру. Им так давно не пользовались, что даже по обычным признакам вроде отполированной части невозможно было определить, что это – рукоять механизма. Пришлось общупать и подергать каждый бронзовый завиток, пока нашла активатор.

Одна из лап-подсвечников поворачивалась вокруг своей оси.

Я дважды проверила все поблизости на сигналки и датчики, ничего не нашла и потянула за рычаг.

Пол под ногами дрогнул.

Часть стены вместе с портретом развернулась, уходя вглубь и открывая влажную черноту тайного хода.

Я долго не раздумывала. Подкинула на ладони пару светлячков и шагнула внутрь.

Что со мной может случиться? Максимум – застряну за стеной, так ее всегда разрушить можно. Не пропаду.

Тоннель тянулся и тянулся. Сначала горизонтально, затем завернулся узкой спиралью. Похоже, секретная лестница размещалась внутри колонны, что поддерживала парадную. Хитро. И на полость внутри никто внимания не обратит.

Лаз вел меня все дальше и ниже.

Если верить мысленной карте, я примерно добралась до первого этажа, когда узкий коридор внезапно расширился, превращаясь в небольшую комнату. Совершенно пустую, если не считать огромного, до потолка, зеркала в овальной раме. Дерево от времени ссохлось и потрескалось, но тонкую резьбу еще можно было разобрать.

Занятно. Похоже, я добралась до пропускного пункта.

Если в коридор еще мог попасть посторонний, то для того чтобы пробраться ниже необходимо было предъявить «пропуск».

Что это – магия, аура или кровь, предстоит выяснить.

Подойдя ближе, я направила сканирующее заклинание вперед и обнаружила сплошной камень. И сложную, разветвленную магическую структуру в самом зеркале.

Это не потайной ход, а портал. Почти как тот, в оазисах.

Маги древности тщательно охраняли свои секреты и так просто не являли их первым встречным.

Что ж.

Попробуем иначе. Благо образец крови, как и ауры господина Эйсгема у меня имелся.

Я окутала себя флером, имитирующим секретаря, и коснулась зеркала.

По поверхности пробежала легкая рябь.

То, что только что было твердым стеклом, стало податливым и вязким, как желе.

Вдохнув поглубже, я протолкнула внутрь руку…

И нырнула целиком.

Воздух по ту сторону был тугим и плотным. Чувство, что я пытаюсь вдохнуть воду – при всех моих способностях не сильно приятное.

К счастью, это быстро закончилось. Один шаг – и я на свободе, в просторном светлом зале, будто выполненном из хрусталя. Свет проникал сквозь грани со всех сторон сразу, преломляясь и запуская радужные блики по одежде. Откуда он исходил, неясно, ведь снаружи глубокая ночь. Что-то магическое, не разрядившееся за века. На совесть делали.

Под ногами хлюпало, что несколько нарушало торжественность момента.

Присмотревшись, я поняла, что ступаю по подтаявшему льду. Шершавому, не особо скользкому, как будто река промерзла в движении.

На полушаге я застыла, разглядев в сияющей бездне темный силуэт.

Под моими ногами, где-то в далекой глубине полупрозрачной массы, смутно просматривались очертания человеческого тела. Широкие плечи и узкие бедра выдавали мужчину, в то время как разметавшиеся длинные белоснежные волосы – мага-водника.

Выглядел он подозрительно знакомо.