Элла Саммерс

Духовное Древо

(Парагоны #2)

Эпизод 1. Столпотворение в Парке

Глава 1. Воссоединение семьи

— Ого, как много ножей, — прокомментировала я.

Взгляд Бронте скользнул мимо дамы в ярко-розовом платье и остановился на мне. Она вздохнула.

— Почему бы тебе не постоять на страже снаружи, Саванна?

— Ладно.

Я знала, когда мне не рады. Поэтому я вышла из магазина, оставив Бронте разбираться с очередным кризисом в организации мероприятия. Дама в розовом — дистрибьютор по имени Урсула — прислала мисс Фезердейл не те столовые ножи для банкета в честь Саммита. Так что теперь Бронте пыталась заменить их на набор ножей, которые (по крайней мере, насколько я могла судить) были практически идентичными.

Другими словами, сегодня был ещё один волнующий день в жизни Ученика Рыцаря.

Мы с Бронте, моей подругой по команде, были скромными Учениками, шестнадцатилетними новичками в магии, которым предстояло освоиться, прежде чем мы сможем подняться до почетного звания Рыцаря. Быть Учеником означало браться за любую работу, за которую больше никто не хотел браться. Сегодня этой работой была Урсула и её ножи.

Пока я стояла перед магазином дистрибьютора, делая важный вид, я наблюдала, как люди и сверхъестественные существа прогуливаются по улицам Магического Эмпориума, неся трофеи своих шопинговых завоеваний. Всем им было намного веселее, чем мне.

Ну, почти всем.

Мой брат Данте и другие ученики из Команды Виктори работали неподалёку, перетаскивая большие ящики с припасами и загружая их в четыре больших чёрных внедорожника. Никто из Учеников, казалось, не был в восторге от того, что им приходится быть мальчиками на побегушках у солдат Генерала.

Я оторвала спину от дверного косяка и подошла к Данте.

— Привет.

— Привет, — он втиснул последний ящик во внедорожник и закрыл багажник. Затем повернулся ко мне лицом. — Как жизнь в команде Добытчиков Золота?

— Захватывающе, — я выдавила улыбку. — Предстоит выполнить множество немагических заданий.

Он хмыкнул.

— Да, я очень завидую Неваде и Анселю. Они сказали мне, что сегодня их команда будет играть со всеми магическими артефактами в Замке.

— Правда?

— Ладно, формально им поручено провести инвентаризацию в сокровищнице Замка, но ты же знаешь, что они точно будут играть со всеми магическими артефактами, хранящимися там.

— Я просто надеюсь, что они не взорвут себя окончательно.

— Нее, ни за что, — сказал Данте, небрежно отмахиваясь от моих опасений. — Ансель этого не допустит. Он, знаешь ли, настоящий технический гений. Судя по всему, он построил термоядерный генератор у себя в гараже.

— Вообще-то, я об этом не слышала, — ответила я. — Но я рада, что у тебя появился новый друг. Кажется, ты не сходишься во взглядах со своими товарищами по команде.

Он хмыкнул.

— Только потому, что мои товарищи по команде — сборище чудаков.

— Кстати, чем сегодня занимается Команда Виктори?

— Что ж, когда мы здесь закончим, то отправимся в Зал Падальщиков, где нас ждёт увлекательная работа по сортировке и складыванию старых одеял. Наш наставник пообещал, что одеяла очень сильно колючие и, скорее всего, кишат блохами. Так что, когда ты увидишь меня в следующий раз, всё моё тело может быть покрыто ужасной сыпью.

— В общем, ты будешь выглядеть так же, как обычно, — я улыбнулась ему.

— Ха-ха, — он наклонился ко мне, ухмыляясь. — Интересно, осмелилась бы ты быть такой забавной, если бы повсюду не было Смотрителей, мешающих мне нанести ответный удар?

— Конечно, нет, — сказала я ему. — Ты же меня знаешь. Я всегда стараюсь не высовываться.

Данте чуть не подавился собственным фырканьем.

— Хотя, думаю, мне следовало бы больше беспокоиться о том, чтобы не высовывался ты, — сказала я. — Я знаю, как сильно тебе нравится швырять в меня своими носками, когда ты злишься. И чёрт возьми, эти носки такие вонючие.

Данте расправил плечи и выпрямился во весь рост, словно гордился этим удивительным достижением, которым, насколько я знаю моего брата, он действительно гордился.

— Итак, какое у тебя задание на сегодня?

— Сидеть сложа руки и ничего не делать, пока Бронте разбирается с группой плохо ведущих себя поставщиков Саммита.

— Если ты позволишь ей делать всю работу, вся слава достанется ей, — предупредил он меня.

Я пожала плечами.

— Если я попытаюсь помочь, она только отругает меня. И у неё появляется эта странная складка между бровей. Поэтому я решила, что лучше просто не мешать ей и позволить ей делать то, что у неё получается лучше всего.

— Видишь, Сав, вот почему ты в самом низу Табло.

— На самом деле, я больше не в самом низу Табло.

И всё благодаря своевременному вмешательству моего Рыцаря в сияющих доспехах.

— Но, в любом случае, — продолжила я, — я почти уверена, что нахожусь в самом низу рейтинга, потому что Генерал считает меня олицетворением анархии.

Он фыркнул.

— И это тоже. Но ты должна хотя бы попытаться сделать что-нибудь, чтобы заработать очки.

— Нет, мотив важнее добродетели.

Он нахмурил брови.

— Мило. Где ты набралась таких новых познаний?

Я покачала головой.

— Нигде. Не бери в голову.

Като и Коннер оба говорили мне эти слова. Неудивительно, ведь они были лучшими друзьями. Но если я расскажу своему брату, что я… ну, тусовалась с двумя Рыцарями — двумя парнями-Рыцарями — поддразниванию не будет конца. И прямо сейчас мне действительно не нужна такая драма в моей жизни.

— Приятно встретить вас двоих здесь!

Мы с Данте повернулись к нашей маме, которая улыбалась нам так, словно это был лучший день в её жизни.

— Мои двое замечательных детей, которые так усердно трудятся, чтобы стать Рыцарями! — мама встретила нас самым сентиментальным выражением лица, которое я когда-либо видела на её лице. — Я так горжусь вами!

— Она же понимает, что мы, по сути, просто стоим здесь и бездельничаем, верно? — сказал мне Данте.

Я одарила его своей самой невинной улыбкой.

— Для тебя в этом не было бы ничего нового.

— Эй, у меня есть цели, амбиции и всё такое! — запротестовал он.

— Например?

Данте на мгновение задумался.

— Пробежать марафон менее чем за два часа, — наконец решил он.

— О, да. Я помню, как в прошлом году ты много бегал, пытаясь достичь этой цели.

— А я помню, как ты увязывалась за мной.

— Я пробегала далеко не так много, как ты, — вздохнула я.

— Ты пробегала достаточно много, чтобы получить кровавые мозоли.

Я вздрогнула.

— Да, это было ужасно.

— Ужасно было то, как мама взбесилась, когда ты истратила весь наш годовой запас бинтов всего за месяц, — сказал он мне.

— Я совсем забыла об этом, — сказала мама.

— Ну, а я не забыл. Ты прочитала мне невероятно незабываемую нотацию. Как будто это я виноват в том, что у Саванны все ноги в крови и мозолях, — сказал он, медленно и выразительно закатывая глаза.

Мама нахмурилась.

— Я не за этим читала тебе нотации, Данте, и ты это знаешь.

— О-о-о, что случилось? Что сделал Данте? — я почувствовала, как мой рот растягивается в очень широкой, очень нетерпеливой улыбке.

— Вся причина, по которой у тебя появились кровавые мозоли, заключалась в том, что Данте подстрекал тебя тем, насколько он лучший бегун, — сказала мама.

— Эй, ей не нужно было пытаться доказать, что я ошибаюсь!

— Конечно, нужно, — сказала я ему. — Это своего рода моя работа — всегда доказывать, что ты не прав, бро.

— Я уверена, что ты проявила бы некоторую сдержанность в этой ситуации, если бы только Данте рассказал тебе о своей другой цели, — последнее слово мама процедила так, словно оно было ядовитым на её языке.

— Какая цель? Что я упускаю? — я переводила взгляд с мамы на брата и обратно.

Данте только закатил глаза.

— Мама думает, что если бы я не подстрекал тебя, у нас бы не закончились бинты. У неё была иррациональная паранойя, что я вот-вот размозжу себе голову, а у неё не будет ничего, чем можно было бы прикрыть рану.

— Это было весьма оправданное опасение! — вмешалась мама. — Ты вечно пробовал эти безумные трюки, Данте. Помнишь, как ты пытался сделать сальто назад с крыши старой автобусной остановки?

Так вот какая у него была «другая» цель.

— Ты пытался сделать сальто назад с крыши? — теперь было легко смеяться, так как я знала, что с ним всё в порядке. — Рада, что пропустила это.

Данте иногда был таким тупицей.

— Ты пропустила много интересного, Сави, — сказал он мне. — Я почти справился с приземлением.

— С третьей попытки, — сказала мама, поджав губы.

— Подожди, ты три раза пытался сделать сальто назад с крыши? — я вытаращила глаза на Данте.

Он гордо кивнул.

— Я вижу, что ты впечатлена.

— О, да, я впечатлена… тем, что ты выжил! Ты, должно быть, самый безрассудный человек, которого я когда-либо встречала. Серьёзно, брат, как ты до сих пор жив?

Мама вздохнула.

— Я задаю себе этот вопрос каждый день.

Мой брат махнул рукой, отметая наши опасения.

— У меня всё было полностью под контролем.

Я фыркнула.

— Я удивлена, что ты рисковал получить перелом черепа. Это испортило бы всю… штуку, которая у тебя там происходит, — я помахала руками вокруг его головы, указывая на его растрёпанные волосы. Они всегда торчали в разные стороны.

— Да, у меня потрясающие волосы. Спасибо, что заметила.

— Потрясающие? — я приподняла бровь. — Не совсем то слово, которое я бы использовала.

Где-то высоко в небе загрохотало.

Я подняла глаза и улыбнулась, глядя на завесу облаков над головой.

— Спасибо, что поддержали меня.

— С кем ты разговариваешь? — спросил Данте.

— С духами.

— Моя милая, идеалистичная сестрёнка, — сказал он, обнимая меня. — Это были не духи. Это просто надвигающаяся гроза.

Мама нахмурилась, глядя на быстро темнеющее небо.

— Надеюсь, она не будет плохой.

— В новостях говорят, что, вероятно, она будет сильной, — сказал ей Данте. — Может быть, даже такой же сильной, как тот шторм, который был у нас в Бэйшоре несколько лет назад. Он обесточил весь город. А когда в здании погас свет, Саванна совсем обезумела.

Я покраснела.

— Это было действительно страшно!

— Ты плакала, пока я не согласился пойти поискать фонарик.

— Не самый лучший мой час, — призналась я, вздохнув. — И не твой, Данте. Вместо того, чтобы просто схватить фонарик, ты замахнулся на непосильное.

— Я помню это, — сказала мама. — Я нашла его в своей мастерской, он кряхтел и рычал, пытаясь поднять с земли мой большой резервный аккумулятор.

— Он был действительно тяжёлым! — запротестовал Данте. — А я был довольно тощим одиннадцатилетним мальчишкой, — он напряг впечатляющий бицепс, чтобы показать, что он больше не тот тощий ребенок.

— Он правда был тяжёлым, — согласилась мама. — Вот почему у тебя должно было хватить здравого смысла, чтобы найти взрослого, который помог бы тебе.

— Эм, здравый смысл? У Данте? — я фыркнула. — Ты понимаешь, что это тот самый человек, который совершил сальто назад с крыши? — я подняла три пальца. — Три. Раза.

Данте на мгновение показал мне язык, прежде чем снова посмотреть на маму.

— Я не просил тебя о помощи, мама, потому что знал, что ты не разрешишь мне воспользоваться аккумулятором.

— Он прав, — сказала я маме. — Он хотел взять аккумулятор только для того, чтобы подшутить над группой наших одноклассников.

— А вы с Невадой использовали бы его, чтобы обеспечить себе достаточно света и попробовать новые причёски.

— У нас гораздо больше волос, чем у тебя, Данте. Мы не можем просто плеснуть на голову немного воды и всё готово. Настоящая укладка требует времени и, да, света.

Он закатил глаза.

— Девчонки.

— Что за розыгрыш ты задумал, Данте? — спросила его мама. Она никогда не была из тех, кого можно сбить с толку.

— Я собирался подключить аккумулятор к дверям гаража и заставить их непрерывно открываться и закрываться. Без электричества другие дети подумали бы, что в гараже водятся привидения, — заявил Данте без тени смущения. — И это сработало бы, если бы ты не конфисковала аккумулятор для своих собственных целей.

— Конфисковала? Хорошее слово! — сказала я ему.

— Спасибо! Я пополняю свой словарный запас, чтобы произвести впечатление на Рыцарей.

— Думаешь, это сработает?

— Я не знаю, — пожал он плечами. — Но все уважают мужчин с большим словарным запасом.

— Я думаю, ты путаешь большой словарный запас с болтливостью, — я ухмыльнулась ему. — И мужчину с мальчиком.

— А ты путаешь хитрость с хитрожо…

— Ладно, хватит, — оборвала его мама.

Он сложил руки вместе и бросил на нашу маму невинный взгляд.

— Да, я действительно конфисковала аккумулятор, — сказала она. — Чтобы подсоединить его к холодильнику, чтобы наша еда не испортилась. Это гораздо важнее, чем глупые розыгрыши, — её взгляд скользнул ко мне. — Или новые причёски.

— Да, — согласились мы с Данте, и наши груди затряслись от смеха.

— Эй, Винтерс! Хватит бездельничать! Мы уходим! — крикнул Ретт, товарищ моего брата по команде.

— Что ж, мне пора, — сказал Данте, кланяясь нам и отступая назад. — Увидимся позже, дамы.

Мама обняла меня и Данте, прижимая нас к себе.

— Люблю вас обоих.

— Люблю тебя, мам, — сказали мы ей.

Мама отступила на шаг, но, прежде чем отпустить наши руки, пронзила нас тяжёлым взглядом.

— Разве вы двое не собираетесь сказать, что любите друг друга?

— Нет, потому что это было бы неправдой, — Данте подмигнул мне.

— А ты научила нас всегда говорить правду, — добавила я, подмигнув в ответ.

— Ещё увидимся, Сав, — Данте дал мне пять и убежал, чтобы присоединиться к своей команде.

— Ну, тогда ладно, — мама вытерла мокрые глаза. — Мне тоже пора идти. Нужно отнести эти материалы обратно в лабораторию, — она похлопала по своей сумке.

Кивнув, я направилась к магазину дистрибьютора. Но не дойдя до него, развернулась. Я подбежала к маме и обняла её.

— Всё будет хорошо, — сказала я ей. — Вот увидишь. Скоро мы с Данте станем Рыцарями. И мы сделаем этот мир лучше. Для всех нас.

— Я верю в вас, Саванна, — заверила меня мама, а затем продолжила свой путь.

Я постояла несколько минут в одиночестве в дверях магазина дистрибьютора, наблюдая и ожидая. Небо тем временем становилось всё темнее и темнее.

Я слышала раскаты грома… и их было много. В любой момент небо могло разверзнуться и затопить город ливнем.

В воздухе раздавалось скандирование. И приглушённый гул множества шагов, становившийся всё громче. По улице маршировала процессия протестующих с большими красочными плакатами в руках.

Покончим с тиранией!

Вернём демократию!

Изгоним правительство!

Участники антиправительственных акций протеста, безусловно, несли смелые, вызывающие плакаты, но они были слишком напуганы, чтобы показать свои лица. Все они были в масках.

— Стоять! — крикнул Смотритель, один из солдат Генерала. Динамики в его большом чёрном шлеме действительно усиливали громкость его голоса.

Их было больше. Восемь Смотрителей, вооруженных и готовых к бою. Они протолкались сквозь толпу, хватая протестующих за маски и пытаясь сорвать их.

— Отважные не нападают на беззащитных! — кто-то в чёрных доспехах спрыгнул с крыши, ловко приземлившись.

— Повстанцы, — пробормотала я, когда ещё двое приземлились рядом с первым.

Смотрители бросились к ним. Один из повстанцев издал магический боевой клич, и земля в ответ содрогнулась, сбив Смотрителей с ног.

Протестующие зааплодировали.

— Коннер предположил, что Повстанцы могут что-то знать о недавних нападениях на Учеников, — сказала я сама себе, наблюдая за столкновением Повстанцев и Смотрителей. — Мне нужно поговорить с ними. Мне нужно узнать, что им известно.

Но Коннер также посоветовал мне держаться подальше от Повстанцев. Он сказал, что они опасны.

И наблюдая за ними сейчас, я не могла с этим поспорить. Это неудивительно, учитывая, что они бывшие Рыцари.

Они были настоящими магическими вихрями. Троим Повстанцам потребовалось менее полуминуты, чтобы вырубить восьмерых Смотрителей, и ещё несколько секунд, чтобы опутать их чёрными лентами и привязать к забору, отделявшему Магический Эмпориум от Чёрного Обелиска. Затем они украсили всё это большим чёрным бантом. Похоже, это был их фирменный приём.

А затем они ушли. Просто ушли. Прежде чем я успела последовать за ними.

— Ну, мой план пошёл крахом, — пробормотала я. — Интересно, где они…

Громкий лай прервал меня. По улице бежала белая хаски. Она остановилась прямо передо мной.

— Волчица? — я опустилась на колени и почесала её за ушами.

Она приветственно залаяла, но это не был радостный лай. Это был печальный крик, полный страха и отчаяния.

— Что ты здесь делаешь одна? — спросила я её. — Где Марлоу?

Волчица издала мучительный вопль. Страх камнем упал у меня в животе.

— С ним что-то случилось?

Что-то было не так. Я чувствовала это. Марлоу попал в беду.

Глава 2. За этим местом монстры

Я представила себе Марлоу в гараже на Чёрном Рынке, смеющегося и шутящего со счастливыми детьми, которые окружили его кольцом. Он бросал им игрушки, которые привёз из Глуши. Он был похож на совсем юного Санта-Клауса, одетого в постапокалиптический камуфляж.

Я представила, как он торгуется с Кайли… и бесстыдно флиртует с моей мамой.

Марлоу был хорошим человеком. Порядочным человеком. И судя по тому, как паниковала его собака, у него были очень большие неприятности.

Волчица подвела меня к краю Эмпориума. Там, в западной части, высокий и устрашающий забор отделял нас от падшего дистрикта Парк.

«За этим местом — монстры», — предостерегал меня предупредительный знак.

— Это проклятые земли. Ты уверена, что Марлоу где-то там? — спросила я Волчицу.

Она тявкнула. Это прозвучало очень похоже на «да».

Супер.

— Это достаточно далеко!

Я улыбнулась двум охранникам, которые подошли ко мне, чтобы перекрыть доступ к воротам. Они не ответили тем же.

— Объясните, что вы здесь делаете! — потребовал один из них.

— Здравствуйте. Я Ученик-Рыцарь.

Их взгляды остановились на официальном символе Замка, напечатанном на моей чёрной футболке с надписью «Ученик».

— Меня зовут Саванна Винтерс.

В их глазах не отразилось и намёка на узнавание. Значит, они обо мне не слышали. Хорошо. Это означало, что Генерал ещё не успел предупредить обо мне каждого солдата, охранника и Смотрителя в Крепости.

— Я здесь в рамках срочного Квеста.

— Доступ в парк ограничен, — прорычал охранник. — Это проклятая зона.

— Я знаю. Но, как я уже сказала, у меня срочный Квест, — я продолжала уверенно улыбаться, как будто имела полное право находиться здесь. Как будто Генерал ни за что не отдал бы приказ арестовать меня, если бы знал, что я пытаюсь сделать.

Мой трюк, похоже, сработал. Один из охранников подал знак рукой другому, и они оба нырнули обратно в караульное помещение. Через несколько мгновений ворота раздвинулись ровно настолько, чтобы мы с Волчицей могли протиснуться внутрь. Я вскрикнула, когда они снова захлопнулись, как пара металлических ставен, двигаясь так быстро, что я чуть не превратилась в бутерброд с начинкой из Саванны.

Охранники даже не высунули головы из своего дома, чтобы проверить, дышу ли я ещё.

Миленько.

— Куда теперь? — спросила я Волчицу.

Она залаяла.

Пробежала несколько шагов вперёд.

Обернулась, чтобы убедиться, что я иду за ней.

Затем снова пустилась бежать.

Я едва поспевала за ней.

Она повела меня через реку и лес. Парк сильно отличался от других районов, которые я видела в Крепости. Он был более диким. Более свирепым. Чем дальше мы углублялись в этот район, тем сильнее нависала угроза неминуемой гибели.

Было тихо. Очень тихо.

Тропинка была грязной и неровной. То, что, должно быть, совсем недавно было морем бурлящей грязи, с тех пор высохло и затвердело, превратившись в жёсткую, но хрупкую корку. Когда я бежала, земля хрустела под моими ботинками.

Тихий, жуткий стон прорезал тишину дня — и мои мысли. Проклятые. Они были так близко. Я слышала их тяжёлые шаги, щёлканье и чавканье, словно молоток для разделки мяса ударял по мокрому куску мяса.

И тут я увидела их. Изодранная в клочья одежда и изодранная обувь. Бледная, как у призраков, кожа, испещрённая чёрными венами. Гигантские тела, ковыляющие по тропе, каждое движение прерывистое и неграциозное. Может, они и были очень сильными, но в то же время очень неуклюжими, как подростки, которые вдруг слишком быстро выросли и перестали осознавать границы своего тела.

Затем они просто остановились, все разом. Их холодные красные глаза уставились на меня. Один из них зарычал.

— Вы меня боитесь, помните? — тихо сказала я.

Один из них поднял нос кверху и несколько раз коротко принюхался.

— Клянусь, я совсем невкусная, — произнесла я спокойным, ровным голосом.

Моё сердце, напротив, колотилось в груди, как скаковая лошадь. Я надеялась, что они этого не услышат.

Остальные шестеро Проклятых задрали носы и тоже начали принюхиваться.

Рядом со мной заскулила Волчица.

— Я совершенно не стою того, чтобы меня кусать, — сказала я Проклятым, совсем не ожидая, что мои доводы их убедят.

Но, так или иначе, это произошло. Или, по крайней мере, мне так показалось. Потому что в следующий момент все семеро отвернулись от меня и исчезли в лесу.

— Слава богу, — со вздохом сказала я, останавливаясь на опушке леса.

Ветер издал мощный вой.

Я подняла взгляд к небу. С каждой секундой становилось всё темнее.

— Давай поторопимся, — сказала я Волчице. — Гроза вот-вот разразится.

Ветер завыл снова, громче, пронзительнее. Лес задрожал. Что-то просвистело у меня в ушах, затем от ствола отделилась ветка. Она просвистела в воздухе, как копьё, едва не задев меня.

Небо содрогнулось.

Земля взвыла.

Налетел резкий порыв ветра.

В мою сторону полетела ещё одна сломанная ветка.

И эта не промахнулась.

Она сильно ударила меня в живот, как бейсбольной битой, сбив с ног. Я врезалась в большое дерево, и мир погрузился во тьму.

Некоторое время спустя я очнулась на твёрдой земле, в ушах у меня гудело, в голове пульсировала боль. Должно быть, я пробыла в отключке недолго, потому что всё было на том же месте, что и раньше, вплоть до сучковатой ветки, которая ударила меня как пиньяту на детском дне рождения.

Я с трудом поднялась на ноги, покачнувшись в сторону, когда меня накрыла волна головокружения. Я упёрлась руками в ствол ближайшего дерева, но, по крайней мере, осталась стоять.

Гул в моих ушах сменился чем-то гораздо более зловещим. Звериным рычанием.

Я оглядела окрестности в поисках каких-либо признаков присутствия Проклятых, но они давно исчезли. Источником рычания был не монстр, а собака.

— Волчица! — воскликнула я, когда хаски бросилась ко мне.

Она залаяла.

— Не волнуйся. Мы спасём Марлоу, — я потёрла свои пульсирующие виски. — Показывай дорогу.

Она повела меня глубже в лес, по тропинке, заросшей ветками, сорняками и слишком, слишком большим количеством паутины.

А потом я увидела кровь. Так много крови. С листьев капали алые капли. На потрескавшейся земле виднелись кровавые следы.

Их было так много, что я даже не нуждалась больше в направлении от Волчицы. Всё, что мне нужно было делать — это идти по кровавому следу.

Глава 3. Так поступают герои

Волчица трусила рядом со мной. Её тёмные уши печально поникли. Её проницательные глаза светились решимостью.

— Мы найдём Марлоу, — сказала я собаке. — Мы спасём его.

В ответ она хрипло тявкнула.

Осторожность заставила меня остановиться на опушке леса, и хорошо, что я это сделала. Что-то зловещее скрывалось за деревьями. Это было похоже на военную базу.

Крепкий забор плотно окружал территорию. Другой забор, побольше и подальше, окружал поле сразу за территорией. Лужайка между двумя заборами была достаточно большой для нескольких коров, но, насколько я могла видеть, там не было никаких животных. Там было пусто, что-то вроде ничейной территории.

Что я действительно увидела, так это семерых, нет, даже восьмерых вооружённых людей внутри комплекса, одетых исключительно в чёрное, с масками на лицах.

— Они не Смотрители, — прошептала я Волчице.

Она вопросительно склонила голову набок.

— Униформа совсем не та, — объяснила я. — Она выглядит более дешёвой, менее пуленепробиваемой, чем форма Смотрителей. И в ней отсутствуют мелкие детали.

Волчица залаяла.

— Тссс, — зашипела я на неё. — Нам нужно действовать скрытно.

Её следующий лай был тише, почти шёпотом, так что, я думаю, она поняла.

— Марлоу там?

Волчица снова тявкнула шёпотом.

— И эти люди, те люди в чёрном, они забрали его?

Она заскулила.

— Они причинили ему боль?

Она зарычала.

— Мы вытащим его оттуда, — пообещала я ей.

Волчица навострила уши. Она сделала шаг вперёд.

— Подожди, — я остановила её, прежде чем она вышла бы из-под прикрытия леса. — Не так. Это небезопасно. Эти люди не единственные, кто охраняет ворота.

Мои глаза только что уловили какое-то движение. Большие, неуклюжие тела кое-как ковыляли, заточённые в ловушке на нейтральной полосе между двумя заборами. Первые двое только что показались в поле зрения. Мой взгляд проследил за чёрными, похожими на татуировки венами на их бледной коже. Их звериные тела. Их кроваво-красные глаза.

— Проклятые, — я выдохнула, затаив дыхание. — Но что они делают?

— Охраняют территорию.

Я обернулась на звук голоса Коннера. На нём был тот же костюм-невидимка из драконьей чешуи, что и вчера, когда он навещал меня в моём коттедже в Деревне Учеников. Но сейчас он не был невидимым.

Он посмотрел мне прямо в глаза и, ухмыляясь, заявил:

— Я должен был догадаться, что ты не сможешь держаться от меня подальше.

Я закатила глаза, глядя на него.

— Ладно, Красная Шапочка, — сказал он, назвав меня своим любимым прозвищем. — Как ты меня нашла?

— Это не я. Волчица привела меня сюда, — я погладила её по макушке.

— Волчица? — сапфировые глаза Коннера встретились со светло-голубыми глазами собаки. — Какое оригинальное имя для хаски.

— Я не давала ей имени. Это не моя собака. Она принадлежит Марлоу.

— Марлоу?

— Он заперт там, — я указала на охраняемую территорию. — Мы здесь, чтобы спасти его.

— Конечно, ты здесь для этого, — Коннер медленно покачал головой, улыбаясь про себя. — Ты просто не можешь оставаться в стороне от неприятностей, не так ли?

Я ощетинилась.

— Эй, я же не ищу неприятности!

Я не сказала ему, что видела Повстанцев в городе — и что я бы отправилась за ними, если бы они не исчезли так внезапно.

— Конечно, ты ищешь неприятностей. Так поступают герои, — он вздохнул, как будто это причиняло ему боль. — И каков же твой план? Дай угадаю. Ты хочешь в одиночку вытащить этого парня из Марлоу из этой хорошо охраняемой крепости?

— Ну, когда ты так говоришь, это действительно звучит безрассудно.

— Потому что это и есть безрассудство. Тебе определённо нравится играть с огнём, — Коннер перевёл взгляд на Волчицу. — И с волками, — он снова обратил своё внимание на меня, и его глаза заблестели. — Ладно, Красная Шапочка. Я помогу тебе.

Я приподняла брови, глядя на него.

— Или, возможно, я смогу помочь тебе.

— Что ты имеешь в виду?

— Что ж, очевидно, ты здесь не просто так, — сказала я. — Предполагаю, что ты наблюдал за этими людьми, ища способ проникнуть в их цитадель.

Его губы дрогнули.

— Умно.

Я пожала плечами.

— Меня называли и похуже.

Он выдавил улыбку.

— Меня тоже, Красная Шапочка. Меня тоже.

— Ты наблюдал за этими людьми. Так кто же они такие? И что они делают с этими Проклятыми?

— Это я и пытался выяснить.

— И что?

Его улыбка погасла.

— И расследование продолжается, — он заправил волосы за уши. Это был такой рассеянный, человеческий жест, особенно для Рыцаря.

— Подожди, ты думаешь, это как-то связано с Проклятыми, которых мы остановили в Бэйшоре, не так ли? И с теми Проклятыми, которые напали на Сад? — я нахмурилась, глядя на большой, уродливый комплекс. — Но кто эти люди? И чего они хотят?

— Ну…

— Ну же, Коннер. Ты обещал, что расскажешь мне, помнишь?

— Я обещал, — вздохнул он. — Ладно, вот в чём дело. После инцидента в Саду я понял, что что-то действительно не так. Смотрители собрали улики с места преступления. Мне нужно было увидеть эти улики. Поэтому я вломился в Чёрный Обелиск…

— Подожди, так вот чем ты там занимался на днях, когда спас меня от давки Смотрителей? — перебила я.

— Конечно. Чем же ещё?

— Ну, я думала, Като послал тебя в Чёрный Обелиск допросить парня, который напал на Рыцарей на Турнире.

— Нет, найти этого предателя в тюрьме Смотрителей было просто дополнительным бонусом, — сказал Коннер. — Может быть, мне стоит почаще пробираться в Чёрный Обелиск. У Генерала, вероятно, там спрятано ещё много секретов, которые только и ждут, чтобы их раскрыли.

— И вообще, зачем тебе понадобилось пробираться туда тайком? — спросила я его. — Ты Рыцарь. Ты не мог просто потребовать, чтобы Смотрители открыли тебе ворота?

— Э-э, нет. Смотрители выполняют приказы только от Генерала. И, ну, формально я не должен ничего расследовать, — он бросил на меня взгляд, в котором было немного робости и много коварства.

— О да, полагаю, Рыцари не могут просто делать всё, что захотят, когда захотят, не так ли?

— К сожалению, нет, — выражение лица Коннера было почти задумчивым. — Но я не собирался позволять этому останавливать меня.

— Да, я тоже.

Его улыбка вернулась, стала шире и лучезарнее.

— Я думаю, у нас обоих проблемы с соблюдением правил, — он от души хлопнул меня по спине. — Хотя, просто для справки, у тебя это получается намного лучше, чем у меня.

— Но ты Рыцарь. У вас есть протоколы и процедуры. И целый Кодекс поведения!

— Кодекс Поведения сильно переоценён, — он пожал плечами, совершенно безразличный.

— Като, кажется, он нравится, — прокомментировала я.

Коннер издал сдавленный смешок.

— Като не просто нравится Кодекс поведения. Он в восторге от него. На самом деле, я уверен, что он участвовал в написании большей части этого кодекса.

— Рыцари носят шлемы, — рассеянно процитировала я.

— Да, это одна из его любимых цитат. Лично я не большой поклонник шлемов. Они совершенно не подходят для прически.

Он провёл рукой по своим и без того растрёпанным волосам, отчего они почему-то стали выглядеть ещё лучше.

— Красная Шапочка?

Я моргнула.

— Прости. Я просто задумалась.

— О, это совсем не проблема, — Коннер расплылся в улыбке. — Думай обо мне сколько хочешь.

Я скрестила руки на груди.

— Я думала вовсе не о тебе.

Коннер кивнул, всё ещё улыбаясь.

— Продолжай твердить себе это.

— Иногда ты действительно смешон, знаешь ли.

Его глаза заблестели.

— Да, это одно из моих самых привлекательных качеств, тебе не кажется?

— Так воооот, — я покачала головой. — Что ты нашёл в Чёрном Обелиске?

Лицо Коннера стало серьёзным — или, по крайней мере, серьёзным по его меркам.

— Я просмотрел записи с камер наблюдения во время нападения в Саду. Я решил, что лучше всего будет проверить машину, на которой Проклятые прибыли туда. Это была машина одного из Смотрителей и, благодаря нешуточному ОКР, которое у них у всех наблюдается, они записывают абсолютно всё. Тем не менее, каким-то образом их записи об этой конкретной машине были стёрты начисто. Данные о местоположении. Записи с камер наблюдения. Всё.

— Это звучит подозрительно, — сказала я.

— Определённо, — согласился он. — Вот почему я должен был разыскать само транспортное средство, на случай, если наш таинственный преступник оставил там какие-либо улики.

— Транспортное средство, в котором находились Проклятые… Но Като отправил его в Склон Теней! — при воспоминании об этом жутком месте у меня по спине пробежали мурашки.

Коннер, похоже, тоже был не в восторге от Склона Теней.

— Да, надо будет не забыть послать Като подарок в благодарность за это.

— Но ты всё-таки нашёл внедорожник? — спросила я.

— В конце концов, мне пришлось отогнать множество монстров, прежде чем я смог заглянуть внутрь машины. Стая огненных тигров превратила её в уютное логово монстров. К счастью, внедорожник был цел и невредим. По большей части.

— И ты нашёл какие-нибудь улики во внедорожнике?

— Да. Он подъехал к Саду на автопилоте. Кто-то заранее запрограммировал маршрут и отправил его туда. Отстёгивание ремней безопасности тоже было частью этой программы. Ремни были сильно усилены. Они были достаточно прочными, чтобы сдержать разъярённого зомби.

— Значит, кто-то пристегнул Проклятых во внедорожнике и отправил машину в Сад. Затем они дистанционно отстегнули ремни безопасности, чтобы освободить Проклятых, — у меня перехватило горло. — Они выпустили Проклятых на закрытой территории, полной людей, зная, что у этих людей нет возможности сбежать, — страх и гнев скрутились в тугой клубок внутри меня, и мне внезапно стало очень холодно и очень жарко одновременно. — Что же это за монстр способен на такое?

— Люди, — глаза Коннера были тверды, как алмазы. — Их подпись явственно читается на всём этом. Я нашёл их имя в программе автопилотирования, которая загнала тот внедорожник в Сад.

— И что? — нетерпеливо спросила я. — Кто это?

— Братство Земли.

Глава 4. Выводы

Слова Коннера ударили меня, как удар дверью по лицу.

— Братья сделали это всё? — я покачала головой, нахмурившись. — Конечно, они немного жутковатые, но они всегда стараются помочь людям, а не навредить им. И ты хочешь сказать, что они натравили Проклятых на невинных людей? Ни за что! Они ненавидят магию. Они бы никогда ею не воспользовались.

— Что ж, когда ты не в себе, цель всегда оправдывает средства, — сказал он.

— Подожди, ты же не думаешь, что они также стояли за нападением на Рыцарей на Турнире? Ты же не думаешь, что они послали того воина в техно-доспехах?

— Это вяжется с их другим поведением, но давай не будем торопиться с выводами, — Коннер повернулся, и его взгляд скользнул по полю между двумя заборами. — Нам нужно сосредоточиться на том, что мы знаем. Например, мы знаем, что братья украли один из внедорожников Смотрителей, чтобы отвезти Проклятых в Сад.

— Есть какие-нибудь идеи, как этот внедорожник проехал через ворота Чёрного Обелиска? — спросила я. — Смотрители проверяют каждую машину, которая пытается въехать в их район.

— Нет, я не знаю, как они проехали через ворота, — Коннер нахмурился. — Может быть, у них есть свой человек внутри, кто-то из Чёрного Обелиска, который открыл им ворота.

— Да, кто-то вроде Джона Парка, — сказала я. — Мы уже знаем, что он очень подозрительный человек. Он Техно-Рыцарь, который напал на Турнир. Держу пари, именно он впустил внедорожник со всеми этими Проклятыми в Сад.

— Это действительно кажется вероятным, — согласился Коннер.

— Итак, Братья используют Проклятых как оружие, — сказала я. — Они послали их за Избранными.

— Да, — сказал Коннер. — И они использовали их, чтобы напасть на Учеников в Саду, чтобы лишить правительство целого класса потенциальных новых Рыцарей.

— И теперь они используют их для охраны своей базы, — я бросила взгляд на поле и «ров» с Проклятыми внутри огороженной территории. — Но почему именно здесь? Что Братству нужно от этого места?

— Ну, у Смотрителей нет наблюдения в павших районах. Поэтому это место идеально для проведения революции, чтобы захватить мир.

— Ты действительно думаешь, что они хотят захватить мир? — спросила я у него.

— Они явно делали всё это не только для того, чтобы внести немного хаоса в систему. Они поражали цели по всему миру. Это означает, что у них есть оперативники по всему миру. И атаки были слишком специфичными, слишком скоординированными. Они явно пытаются уничтожить Рыцарей будущего.

— Я думаю, мы более лёгкие мишени, — у меня так сдавило горло, что я едва могла выговорить слова.

— Эй, не волнуйся, — Коннер положил руки мне на плечи и подождал, пока я посмотрю на него. — Всё будет хорошо, Красная Шапочка. Возможно, они думают, что выбрали лёгкую мишень, но они серьёзно просчитались. Они послали Проклятых за кем-то, кто может дать им отпор.

— Я не единственная их цель, — напомнила я ему.

— Нет, ты не единственная. Но они не просто просчитались, когда выбрали тебя мишенью. Они просчитались, когда сделали твоих друзей мишенью. Я знаю, что ты сделаешь всё, что в твоих силах, чтобы защитить их.

— Это правда, — я почувствовала, как сжались мои кулаки. — Но Проклятые — не единственное оружие Братьев. У них также есть солдаты, — я посмотрела на вооружённых бойцов, патрулирующих территорию. — Так что моих странных способностей будет недостаточно. Мне нужны настоящие заклинания.

— Ты права, — сказал Коннер так тихо, что я едва не пропустила его слова мимо ушей. Но его следующие слова прозвучали громче, и он посмотрел мне прямо в глаза, когда произносил их. — Я помогу тебе с этим. Я научу тебя заклинаниям.

— Научишь?

Он кивнул.

— А как же «магия требует времени, так что не торопись» и прочая чепуха?

— Это, как ты говоришь, чепуха. Теперь я это понимаю, — его улыбка была виноватой. — Ты родилась с магией, Красная Шапочка. Магия — это не просто то, кто ты есть сейчас, это то, кем ты всегда была. Ты не похожа на других Учеников. Мне нужно перестать относиться к тебе так, будто ты такая же, как и все.

— Так это значит, что ты научишь меня большим, мощным заклинаниям, чтобы взрывать всё подряд? — спросила я, и в моей груди затеплилась надежда.

Он усмехнулся.

— Давай оставим взрывы на потом. Когда я буду уверен, что ты не станешь сопутствующим ущербом своему собственному заклинанию.

— Эй, я знаю, как не подорвать себя, — я скрестила руки на груди. — Я не взрывала себя уже много лет.

Это его рассмешило. Что заставило меня рассмеяться тоже. Успокоившись, я посмотрела через поляну на базу. Если Коннер был прав, то внутри находились Братья. Эти трусы прятались за двумя заборами, за всем этим оружием и армией Проклятых.

— Как ты думаешь, почему они захватили Марлоу? — спросила я.

Волчица заскулила.

Коннер успокаивающе погладил её по голове.

— Этот Марлоу — Падальщик?

— Да.

— Твой друг — не единственный Падальщик, которого похитили Братья. Они похитили ещё многих. Братья используют их для сбора припасов, таких как топливо для их грузовиков и строительные материалы для их комплекса. И оружие. Много-много оружия.

— Похоже, это серьёзная работа, — я наблюдала, как двое мужчин в чёрной одежде выгружали ящик из кузова своего грузовика. — Сколько же всего Падальщиков похитили эти люди?

— Десять человек за последние два месяца.

— Десять? — я поперхнулась этим словом. — Как Смотрители могли не заметить, что из Крепости пропали десять человек?

— Потому что они не пропадали из Крепости. Братство задержало Падальщиков во время их спасательных операций в павших районах. Падальщики постоянно пропадают там. Это опасная работа. Иногда их убивают или заражают проклятьем до того, как они успевают вернуться в город. А иногда они дезертируют до того, как их убивают или заразят проклятьем.

— Наверное, да… Но чтобы десять человек просто исчезли… — я покачала головой. — Это слишком много.

— Так и есть, — согласился он. — Но если Смотрители и расследуют пропажу Падальщиков, они никому об этом не говорят.

— Ничего нового.

Лёгкая улыбка тронула его губы.

— Хотя, скорее всего, Смотрители были слишком заняты, чтобы расследовать это дело. Это была сумасшедшая неделя.

В этом он не ошибся.

— Что ж, тогда, я полагаю, мы должны спасти Марлоу и других Падальщиков, — я выгнула бровь, глядя на Коннера.

— Да? — в его глазах снова появился огонёк.

— Ты можешь становиться невидимым, — сказала я ему. — Ты мог бы научить меня такому заклинанию. Тогда мы могли бы проникнуть внутрь и спасти Падальщиков.

— Боюсь, это будет невозможно.

— Почему? — я нахмурилась. — Ты что, забыл, как становиться невидимым? Или у тебя закончилась магия?

— Нет, я не забыл, как становиться невидимым, — он рассмеялся. — И нет никакой опасности, что у меня кончится магия, — его губы искривила уверенная ухмылка.

— О, правда? Тогда почему ты сейчас не невидимка? — я упёрла руки в бока и ответила на его ухмылку своей собственной. — Неужели игра в невидимку, в которую ты играл со мной, тебе надоела?

— Это была не игра, Красная Шапочка, — он закатил глаза, как будто был раздражён, но улыбка на его губах выдала его. — Я стараюсь не привлекать к себе внимания.

— Потому что Генерал не хочет, чтобы ты расследовал то, что ты расследуешь.

— Определённо.

— Он, вероятно, также был бы не в восторге от того, что ты общаешься со мной, — мрачно добавила я. — Он думает, что я оказываю дурное влияние.

Коннер положил руку мне на плечо.

— Генерал сам не знает, о чём говорит, Красная Шапочка. Ты оказываешь великолепное влияние на всех, кто тебя окружает. Ты заставляешь их по-настоящему заботиться о чём-то, кроме себя.

По какой-то причине его слова заставили меня покраснеть.

— Но вернёмся к нашему делу, — сказал он, переводя взгляд на территорию лагеря. — Проблема с твоим планом спасения не в том, что у меня не хватает умения становиться невидимым, — чтобы подчеркнуть своё заявление, Коннер исчез из виду, а затем появился снова, с другой стороны от меня, несколько секунд спустя. — Проблема в том, что Падальщиков, которых ты хочешь спасти, сейчас нет на базе.

— Тогда где они?

— В Кустах.

— Кустах? — переспросила я. — В каких кустах?

— Так мы называем дикую местность в округе, — Коннер махнул рукой в сторону какого-то дикого на вид леса на другой стороне территории. — Падальщики собирают вещи, которые нужны их похитителям. Видишь ли, наши приятели из Братства прикрепили к своим пленникам маячки и устройства, способные дистанционно убить их. Просто чтобы заставить их сотрудничать

Во мне вскипел гнев.

— Это ужасно.

Вот вам и Братья, которые заботятся о людях. Очевидно, они делали это только тогда, когда это отвечало их собственным интересам.

— Это нехорошие люди, Красная Шапочка, — Коннер посмотрел на меня с сочувствием в глазах. — Ты уверена, что хочешь сделать это?

— Что делать? У нас даже нет плана, как спасти этих людей, — я расстроенно ссутулилась.

— Я сказал, что мы не можем спасти всех Падальщиков прямо сейчас, — он положил руку мне на плечо. — Но это не значит, что мы не можем спасти одного из них. Твой друг Марлоу всё ещё внутри лагеря.

Я оживилась.

— Он здесь?

Волчица заскулила.

Я успокаивающе погладила её по голове, затем с надеждой посмотрела на Коннера.

— Откуда ты знаешь, что Марлоу внутри?

— Потому что я наблюдал за базой, пока решал, как лучше поступить с этими злодеями, — на его дружелюбном лице промелькнула тень гнева. — Проклятые представляют собой проблему. Если бы их было не так много… — он покачал головой, словно пытаясь избавиться от гнева. — Так, значит, этим утром бойцы из лагеря отправили на поиски всех Падальщиков, кроме одного.

— Откуда ты знаешь, что это Марлоу? — спросила я. — Ты его знаешь?

— Нет, но я довольно искусен в подслушивании, — вкрадчиво произнёс он. — И, кроме того, если бы твой друг был там, — он снова указал в сторону Кустов. — его собака не привела бы тебя сюда.

— Хорошая мысль, — сказала я, когда Волчица облизала руку Коннера. — Но почему они не поручили Марлоу работать с остальными?

— Потому что он ранен, — он почесал Волчицу за ушами. — Я думаю, он оказал достойное сопротивление, когда его схватили.

Волчица одобрительно гавкнула.

— Хорошо, значит, мы спасём Марлоу сейчас, — решила я. — А за остальными вернёмся позже.

Взгляд Коннера скользнул по территории. Он нахмурился.

— Сейчас здесь слишком много охранников. Нам нужно подождать, пока кто-нибудь из них уйдёт.

— И когда это произойдёт?

У него не было ответа на этот вопрос.

— Это место всегда будет хорошо охраняться, — сказала я. — Но Марлоу не всегда будет жив. Ты сказал, что на Падальщиках есть убивающие устройства. Что, если эти люди используют один из них на Марлоу? Что, если они решат, что он слишком ранен, чтобы работать, и просто… вжик, — я провела рукой по горлу. — Убьют его.

— Если он слишком ранен, чтобы работать, он, вероятно, слишком ранен, чтобы пережить любую попытку спасения, — заметил Коннер.

— Ну, ты как всегда мистер Позитивное Солнышко.

В ответ он одарил меня лучезарной улыбкой, которая напомнила мне о песчаных пляжах и океанских волнах.

— Давай, Коннер. Мы можем это сделать.

— Нам нужен план.

— У нас есть план. Мы прокрадёмся незамеченными и спасём Марлоу.

Он покачал головой.

— Это не план. Это принятие желаемого за действительное.

— Ты можешь стать невидимым. И ты можешь научить меня делать то же самое.

— Это непростое заклинание.

— Я быстро учусь, — упрямо сказала я.

— Не сомневаюсь в этом.

Я снова покраснела.

— Но даже если мы оба будем невидимы, — медленно произнёс он, — это не делает нас пуленепробиваемыми. Не забывай, что эти парни вооружены. И Проклятые, конечно, здесь не просто для украшения. У них есть другие способы отслеживать людей, помимо зрения, Красная Шапочка. Запах. Звук. Инстинкт. Они сразу же обратят на нас внимание. И тогда эти вооружённые охранники узнают, что к ним ворвались незваные гости, и точно поймут куда стрелять.

— Так ты просто сдаёшься? — я нахмурилась, глядя на него. — Я думала, Рыцари должны быть храбрыми.

Он вздохнул.

— Я не говорил, что сдаюсь. Но есть тонкая грань между храбростью и глупостью.

Я обдумала его слова.

— Мы можем проскользнуть мимо Проклятых. Они боятся меня, помнишь?

— Я не забыл о твоём даре, — ответил он. — Но ты уверена, что сможешь управлять им именно тогда, когда нам это понадобится?

Справедливое замечание. Мой дар был в лучшем случае ненадёжным. Я даже не знала, как он работает. Кроме того, от мысли о том, что я пройду мимо Проклятых, меня затошнило.

Но мысль о потенциальном убивающем устройстве на Марлоу была ещё хуже.

— Я могу это контролировать, — сказала я Коннеру. — Я могу контролировать их.

— Я знаю, что ты можешь. Я просто хотел убедиться, что ты тоже это знаешь, — он похлопал меня по спине. — Но есть ещё кое-что: нам все ещё нужно уговорить охрану открыть нам ворота.

Изнутри комплекса донёсся громкий собачий лай.

Я взглянула на Волчицу.

— У меня есть идея.

Глава 5. Лагерь

Я поудобнее сжала волшебную монету в руке, когда мы с Коннером направились к забору, Волчица трусила впереди нас.

— Я думала, ты собираешься научить меня становиться невидимой, — сказала я.

— Ты невидима, — заметил он.

— Только из-за этого, — я крепче сжала монету. Моя ладонь вспотела, и гладкий кружок скользил в ней. — Предполагалось, что ты научишь меня заклинанию.

— Изучение заклинаний требует времени, а ты спешишь спасти своего друга, верно? Я научу тебя заклинанию позже.

— Ты обещаешь?

— Конечно. Я умираю от нетерпения увидеть выражение лица Като, когда ты освоишь заклинание, над которым он работал два года, но без всякого прогресса, — его глаза засверкали, как пара озорных звёздочек на небе.

Но его слова заставили меня поволноваться.

— Если Като не может понять, как стать невидимым, почему ты думаешь, что я смогу?

— Потому что ты круче, чем он. И у тебя ещё более крутой учитель. Давай, Красная Шапочка. Твоя волчица намного опередила нас, — взяв меня под руку, он прибавил шагу.

Мы сократили расстояние до хаски, наши шаги были лёгкими и бесшумными. Ну, по крайней мере, шаги Коннера были такими. Я не сомневалась, что я была слишком громкой. Несмотря на то, что он уверял меня, что жуткие бойцы нас не видят и не слышат, каждый шорох листьев, каждый хруст сухой грязи, каждый скрип сдвигаемых камней заставляли меня съёживаться.

Я держалась поближе к Волчице, когда она подбежала к забору, упёрлась задом в твёрдую землю и издала долгий, душераздирающий вой. Двое охранников комплекса уставились на неё из-за двух ярусов ограды.

— Что она здесь делает совсем одна? — спросил один из них другого.

Они даже не взглянули на меня или Коннера. Это означало, что наши заклинания невидимости действовали.

— Какая разница? — ответил другой охранник. — Нам бы не помешала ещё одна собака. Они заставляют Падальщиков работать быстрее.

Раздалась серия щелчков, затем два ряда панелей забора повернулись, образовав открытый коридор между нами и территорией. Проклятые оказались в ловушке по другую сторону забора.

Я сжала губы, сдерживая вздох облегчения. Все шло по плану. Пока что. Нам всё ещё нужно было пройти мимо Проклятых.

Пока мы шли по открытому коридору к комплексу, я настороженно наблюдала за ними. Проклятие, поразившее этих людей, лишило их человечности, но взамен дало им несколько вещей: невероятную силу, сверхъестественные чувства и ненасытное, непреодолимое желание кусать каждого встречного человека и нападать на всех остальных. Коннер сказал, что их чувства — их голод — пронзают даже самое сильное заклинание невидимости. Это означало, что они знали, что мы здесь.

Но вместо того, чтобы биться о забор с пеной у рта, брыкаться и царапать его, они держались на расстоянии. Это означало, что то во мне, что их пугало, в данный момент сработало. Слава богу. Я только надеялась, что смогу сохранить эту силу до тех пор, пока мы не спасём Марлоу и не выберемся из этого ужасного места.

Волчица дошла до конца коридора. Она села перед всё ещё закрытыми воротами, последним препятствием на пути к комплексу. Двое охранников наблюдали, как она небрежно почёсывает задней лапой за ухом.

Волчица была потрясающей актрисой. Она отлично справлялась с ролью. Надо будет найти для неё большую, сочную кость, когда мы вернёмся в город. Если мы вернёмся.

Я выбросила эту мысль из головы. Сейчас не время сомневаться в себе. Этот план сработает.

— Ух ты, какой огромный пёс, — прокомментировал один из охранников.

Волчица гавкнула.

— Большой и сильный, — сказал другой, и его губы растянулись в широкой, жадной улыбке. — Мы можем соорудить повозку для пса, чтобы он таскал сокровища Падальщиков. У нас в кратчайшие сроки будет всё, что нам нужно, — он открыл замок и распахнул ворота ровно настолько, чтобы они с товарищем могли протиснуться, прежде чем закрыть их за ними. — Давай, большой мальчик.

Волчица прижала уши и зарычала. Возможно, ей не понравилось, что её назвали мальчиком.

— Не стесняйся.

Волчица отступила.

— Стоять, — охранник бросился вперед и попытался схватить её.

Волчица ловко увернулась от него, проскочив мимо его ног. Он споткнулся и столкнулся с другим охранником. Затем Волчица издала звук, очень похожий на фырканье.

Охранники вскочили на ноги, их лица покраснели от смущения, а в глазах полыхал гнев.

— Стой тут, глупое животное.

Волчица издала серию лающих звуков, затем развернулась и побежала обратно тем же путем, каким пришла. Она промчалась мимо нас с Коннером по коридору и скрылась в лесу.

Один из охранников двинулся было за ней, но другой схватил его за руку.

— Забейте на собаку. Она вернётся, когда ослабеет от голода, и тогда мы её схватим.

— Да, здесь не так уж много еды.

Охранники рассмеялись, затем снова открыли ворота. Мы с Коннером проскользнули внутрь вслед за ними.

— В этом комплексе так много людей, — прокомментировала я, когда охранники вернули ограждения на место, перекрыв коридор. — Интересно, почему Проклятые не пытаются проникнуть внутрь? — я взглянула на Проклятых, которые выглядели такими же безразличными к бронированным бойцам, как и ко мне. — Как ты думаешь, Братство выяснило, как их контролировать?

— Нет, — тут же ответил он.

— Откуда ты знаешь? — я прикусила губу.

— Потому что, если бы они могли контролировать их, им не нужен был бы этот забор, — его взгляд скользнул мимо меня, к забору за ним. — Я не думаю, что они контролируют их. Я думаю, они просто нашли способ отпугнуть их.

— Ты знаешь что-нибудь, что может отпугнуть Проклятых?

— Я смотрю прямо на такое средство, — он ухмыльнулся.

Я вздохнула.

— Я имела в виду, знаешь ли ты что-нибудь ещё, что отпугивает Проклятых?

Я последовала за ним мимо охранников, жилых домов и огромного электрогенератора. Мы направились к небольшому сараю на другой стороне территории. Именно там, по словам Коннера, они держали Марлоу.

— Проклятые не слишком любят огонь, — сказал Коннер. — Но я не вижу здесь ничего подобного. К тому же было бы довольно плохой идеей отрезать нам путь к отступлению, поджигая поле.

Мы прошли мимо ящиков с припасами. Один из них был полон очень знакомых рабочих ремней. Я уже видела их раньше, на прилавке Лидии на Чёрном Рынке. Похоже, она продаёт их кому угодно.

— Кроме огня и тебя, я не знаю ничего, что не нравилось бы Проклятым, — Коннер перестал ухмыляться. — Извини, я, наверное, сказал что-то не то. Не то чтобы ты не нравилась Проклятым.

— Нет, скорее, они меня ненавидят. Но мне всё равно. Если это удержит их от попыток меня изувечить, они могут ненавидеть меня сколько угодно.

— Ты довольно прагматична для девушки, которая пользуется блеском для губ и духами.

— Вообще-то, это шампунь, а не духи.

Он наклонился и понюхал мой конский хвостик.

— Пахнет розами.

— Это новый шампунь моей мамы. Я всегда пробую её средства. Блеск для губ — тоже одно из её творений, — я облизала губы, распределяя его по губам. — Пахнет клубникой.

— Я люблю клубнику.

— Когда мы закончим, я принесу тебе тюбик этого блеска для губ.

— Или ты могла бы просто поцеловать меня, — он захлопал ресницами.

Я вытаращила на него глаза. У меня отвисла челюсть.

Он хихикнул.

— Шучу, Красная Шапочка. Просто шучу.

Мне удалось снова закрыть рот.

— Ты бы видела выражение своего лица, — сказал он.

Честно говоря, я действительно не хотела это видеть.

Губы Коннера скривились в усмешке.

— Ты очень интересный человек.

Я глубоко вздохнула.

— Так мне всё время говорят.

Мы вошли в крошечный сарай. Внутри на комковатой койке лежал Марлоу. Напротив него в скрипучем кресле-качалке сидел единственный охранник. Марлоу подскочил, а охранник неожиданно упал со стула и ударился об пол.

— Кто здесь? — Марлоу огляделся, его глаза были безумными и испуганными. — Привидение?

— Никаких привидений, — ответила я, поворачивая ручку на своей волшебной монете, чтобы стать видимой.

— Саванна? Саванна Винтерс? — его глаза расширились. — Что ты здесь делаешь?

— Я здесь, чтобы спасти тебя, конечно же.

— Но как ты умудрилась… — он махнул рукой в сторону охранника, лежащего на полу. — …сделать это?

— Магия, — сказал Коннер, появляясь рядом со мной.

Марлоу подпрыгнул, ударившись головой о низкий потолок.

— Не бойся. Это всего лишь Коннер, — сказала я ему. — Он здесь, чтобы помочь.

Марлоу моргнул, глядя на Коннера.

— Он усыпил того охранника, — сказал я.

Взгляд Марлоу упал на мужчину на полу.

— Значит, он не… мёртв?

— Нет. — Коннер усмехнулся. — Я просто применил крохотное усыпляющее заклинание.

— Заклинание? — брови Марлоу полезли на лоб.

Он выглядел так, будто совсем запаниковал, поэтому я предложила ему спасательный круг.

— Коннер — Рыцарь.

— О, — плечи Марлоу расслабились, и слабая улыбка надежды тронула его губы; Рыцари были героями, и все это знали. — Рыцарь.

— Нам нужно действовать быстро, пока кто-нибудь не пришёл проверить этого охранника, — мой взгляд скользнул от охранника на полу к красным пятнам на футболке Марлоу. — Ты можешь идти?

Он вздрогнул, схватившись за бок.

— Не совсем.

Я почувствовала, что как всякая надежда испарилась. Я была недостаточно сильна, чтобы нести такого крупного парня, как Марлоу.

— Я попробую его залатать, — Коннер задрал рубашку Марлоу, обнажив глубокую рваную рану. Из неё все ещё сочилась кровь.

Я быстро отвела взгляд, но недостаточно быстро. К горлу подступила желчь. Я проглотила её. Сейчас определённо не время для нервного срыва. Я приберегу это на потом, когда буду в безопасности и одна в своём маленьком коттедже.

— Всё в порядке, Красная Шапочка. Теперь можешь смотреть, — в голосе Коннера не было обычного сарказма, его сменило что-то мягкое, но серьёзное: беспокойство.

Когда я взглянула, Марлоу стоял выпрямившись. Его рубашка снова была опущена, скрывая раны, но сквозь тонкую ткань просвечивали тонкие магические знаки.

— Я остановил кровотечение и убрал с него убивающее устройство. Это быстрое решение, но на данный момент его должно хватить, — сказал Коннер, когда светящиеся символы померкли под рубашкой Марлоу. — Чтобы по-настоящему вылечить его, мне понадобится гораздо больше времени. И безопасное место для работы.

Ни того, ни другого у нас сейчас не было.

— Нам нужно пошевеливаться прямо сейчас. Используй жетон невидимости, — сказал мне Коннер. — Пока ты держишь его за руку, заклинание будет окутывать вас обоих.

Я потянулась к руке Марлоу.

— Сколько человек может одновременно находиться под его укрытием?

— Предполагается, что он предназначен для одного человека, но в вашем случае он должен быть достаточно прочным для вас двоих.

— В нашем случае?

— Поскольку ты такая миниатюрная, — Коннер сверкнул на меня глазами.

— Да, я никогда этого раньше не слышала, — я закатила глаза.

Коннеру хватило порядочности изобразить сожаление.

— Если отбросить все шутки, да, ты маленькая. Магия не так уж сильно отличается от науки, Красная Шапочка. Масса имеет значение. И это нам на руку. Радуйся, что ты меньше других людей. Это единственная причина, по которой всё сработает.

— Ты прав, — я медленно вдохнула. — Я рада, что это сработает, — я расслабила плечи. — Прости. Я просто немного щепетильна в отношении своего размера, понимаешь? Люди всегда это комментируют, и меня немного расстраивает, что это всё, что они видят, когда смотрят на меня, — я бросила на него неуверенный взгляд.

— Хочешь верь, хочешь нет, но я понимаю.

— Ты? — удивлённо переспросила я.

— Конечно. Как ты думаешь, кто-нибудь способен увидеть меня настоящего? Как ты думаешь, кто-нибудь может не обращать внимания на мои потрясающие волосы и внешность рок-звезды?

С моих губ сорвался резкий смешок.

Коннер подмигнул мне.

— Спасибо, — усмехнулась я.

Он нахмурил брови.

— За что?

— За то, что ты настоящий. Этот парень заставляет меня смеяться.

Он почесал подбородок.

— Я пытаюсь решить, должен ли я радоваться тому, что ты смеешься надо мной.

Упс.

— Я смеюсь с тобой, а не над тобой, — заверила я его, позволяя искренности сиять в моих глазах.

Коннер снова улыбнулся.

— Я просто прикалываюсь над тобой, Красная Шапочка. Конечно, я люблю смешить людей. Это своего рода моя миссия в жизни — ну, и ещё спасение мира.

— Обе цели весьма достойные.

Он ухмыльнулся мне, затем, моргнув, исчез из виду. Схватив Марлоу за руку, я повернула ручку на монете, и мы тоже стали невидимыми.

— Ладно, а теперь давай убираться отсюда, — сказал Коннер, открывая дверь.

— Сначала я должна кое-что сделать, — сказала я ему.

Мы прокрались обратно через территорию базы. Но вместо того, чтобы направиться прямо к воротам, я сделала небольшой крюк к генератору, который видела ранее. Я щёлкнула всеми предохранителями, которые смогла найти.

Вся подача энергии на базу прекратилась.

По территории разнеслось раздражение.

— Только не это, — простонал один из бойцов.

— Это уже третий раз за два дня, когда пропадает электричество.

— Готов поспорить, перегорел ещё один предохранитель.

— У нас нет на это времени. Нам нужно как можно скорее подготовиться к нашей следующей операции.

Следующая операция? Что они планировали?

— Кто-нибудь, свяжитесь с Гермесом по рации и скажите ему, чтобы он заставил Падальщиков найти для нас ещё запасные предохранители.

Тем временем, пока бойцы планировали мировое господство, наша невидимая группа из трех человек поспешила к воротам. Но когда Коннер потянулся к замку, над поросшим травой пространством разнёсся хор дикого воя, сотрясший забор и мои нервы. Проклятые расхаживали взад-вперёд, внезапно почувствовав беспокойство и взволнованность. В их багровых глазах горел голод.

Армада чёрных внедорожников с грохотом пронеслась по заросшему травой пространству. Они плавно остановились перед первыми воротами.

— Смотрители здесь! — крикнул кто-то на территории лагеря.

Смотрители высыпали из машин, но их стремительное продвижение застопорилось под градом взрывов.

— Сюда! — Коннер оттащил меня с пути падающих обломков.

Мне едва удалось удержать Марлоу за руку и увлечь его за собой. Теперь мы все прятались за башней из ящиков с припасами.

— Что здесь делают Смотрители? — я закашлялась. В моих лёгких возникло такое ощущение, будто я проглотила целую пустыню. — Откуда они узнали об этом комплексе?

— Не знаю. Обычно они такие тугодумы, — Коннер потёр затылок.

— У тебя идёт кровь! — я уставилась на глубокую рану у него на лбу.

— Ничего страшного. Со мной всё будет в порядке.

— Никому из нас не поздоровится, если мы останемся здесь надолго, — прокомментировал Марлоу, когда прогремела очередная серия взрывов, осыпавшая нас пылью и пеплом.

— Это всё моя вина, — я закашлялась и сплюнула, пытаясь избавиться от этого ужасного привкуса жгучего металла во рту. — Два охранника остановили меня у ворот парка. Я сказала им, кто я такая. Держу пари, они вызвали полицию, и потом Генерал послал Смотрителей за своим любимым анархистом.

— Ты не анархист, — сказал мне Коннер, когда прогремел ещё один взрыв.

— Как ты можешь так говорить? Посмотри по сторонам! — на этот раз взрыв прогремел ближе, внутри комплекса. Этот взрыв, должно быть, исходил от Смотрителей. — Смотрители здесь из-за меня. Это место стало зоной боевых действий из-за меня!

— Что ж, если тебе от этого станет легче, то, похоже, это место недолго будет зоной боевых действий, — сказал Марлоу, слишком часто дыша, что явно не шло ему на пользу.

Мы все могли задохнуться под обломками. Ну, или они нас раздавят.

— Что ты имеешь в виду? Почему это место больше не будет зоной военных действий? — спросила я Марлоу.

— Потому что скоро не останется Смотрителей, которые могли бы сражаться. Эти взрывы быстро выводят их из строя, — ответил он.

Коннер выглянул из-за ящиков, затем пригнулся как раз перед тем, как прогремел ещё один взрыв.

— Он прав. Смотрители долго не продержатся.

Марлоу посмотрел на него.

— Что? — спросил Коннер.

Марлоу плюхнулся задницей на землю, скрестил ноги крест-накрест, положив одну руку на колено, а другой придерживая меня.

— Просто жду, когда ты пойдёшь в бой и спасёшь нас.

— О, да что ты?

— Конечно. Ты Рыцарь, не так ли? Ты владеешь магией, не так ли? Одна бровь приподнялась.

— Простите, я что, забыл надеть сегодня свою футболку с надписью «Я не защищён от бомб»? — смех Коннера прозвучал менее уверенно, чем обычно.

Брови Марлоу опустились. И его губы тоже.

— Значит, ты не можешь вытащить нас отсюда?

— Я могу. Просто дай мне минутку подумать, как это сделать, чтобы не погубить вас… и себя… — Коннер выглядел так, будто собирался начать расхаживать взад-вперёд, чтобы решить эту проблему.

Я поймала его руку и не отпускала её — и его взгляд. И это было хорошо, потому что прогремел ещё один взрыв.

Он бросил на меня оценивающий взгляд.

— Спасибо, Красная Шапочка, — прошептал он мне на ухо.

— Без проблем, — прошептала я в ответ, потому что знала, что он не хотел, чтобы Марлоу понял, каким растерянным и уязвимым он себя сейчас чувствовал. — Я помогу тебе, что бы тебе ни понадобилось. Ты не одинок. Мы справимся с этим вместе.

— Да, так и есть, — его уверенная улыбка вернулась. — И не думай, что я не замечаю, что ты здесь делаешь, Красная Шапочка.

— Что я делаю?

— Используешь эту взрывоопасную ситуацию как предлог, чтобы взять меня за руку, — он подмигнул мне.

Я отбросила его руку, как горячую картофелину.

— Я знаю, ты, должно быть, чувствуешь себя лучше, раз к тебе вернулось твое обычное обаяние, — сухо сказала я.

Он открыл рот, но следующий взрыв заглушил всё, что он сказал дальше. Затем я услышала треск, за которым последовал скрежет гнущегося металла. Затем много-много криков. Они доносились изнутри здания.

И когда я выглянула из-за ящиков, то увидела трёх человек в чёрных доспехах и толстых боевых шлемах, которые бежали прямо к воротам комплекса, как будто на них даже не действовала сила тяжести.

— Повстанцы здесь, — сказала я своим спутникам.

Повстанцы сражались с бойцами. И они побеждали.

— Он тоже здесь, — в голосе Марлоу звучал ужас.

Я проследила за его взглядом. Он смотрел на тёмную фигуру на опушке леса.

— Техно-Рыцарь, — паника сдавила мне горло, как железный кулак. — Как он выбрался из тюрьмы Смотрителей?

— Не думаю, что он это сделал, — Коннер указал на двух других чудовищ в доспехах, которые только что появились из-за деревьев.

Я ахнула, когда они заняли позиции по обе стороны от первого.

— Их стало больше. Больше Техно-Рыцарей, — я втянула в себя воздух, но это не помогло. Я всё ещё с трудом могла дышать. — Потребовалось семь Рыцарей, чтобы справиться с одним из этих парней. Бойцы и Техно-Рыцари победят.

— На самом деле, я не думаю, что они работают сообща, — сказал Коннер. — Техно-Рыцари тоже обстреливают базу.

Вот и конец моей теории о том, что эти закованные в броню злодеи работают на Братство.

Коннер прикрыл нас, когда один из Техно-Рыцарей устроил взрыв внутри базы.

— Что мы будем делать? — кашлянула я. — Мы должны убираться отсюда.

— Повстанцы идут на Техно-Рыцарей, — сказал Марлоу.

И действительно, Повстанцы пытались окружить трёх Техно-Рыцарей. Один из Повстанцев поднял закованные в броню руки в воздух. Торнадо врезалось в два забора комплекса, вырвав столбы из земли, швырнув металлическую сетку в крутящуюся воронку, которая поглотила её с удовлетворённой отрыжкой.

Началось настоящее столпотворение. Проклятые развернулись. Они бросились к бойцам, которые столько дней держали их в плену. Бойцы стреляли в них, а затем, когда это не помогло их остановить, побежали в другую сторону.

Так что Проклятые обратили свои красные глаза на Техно-Рыцарей. Повстанец, владеющий ветром, взмахнул запястьем, и воронка из обломков забора врезалась в землю позади Техно-Рыцарей, отрезав им путь к отступлению. И освободив нас.

Один из Повстанцев повернулся к нам, как будто мог видеть нас, хотя мы были невидимы.

— Как Повстанцы узнали? — я наблюдала за ужасающим столкновением Смотрителей, Повстанцев, бойцов и Техно-Рыцарей. — Как они узнали, что мы здесь? Как они могут нас увидеть?

— Беги сейчас, подумаем потом, — Коннер схватил меня за свободную руку, поднимая нас с Марлоу на ноги.

Я увидела на земле светящийся предмет. Он выглядел магическим, поэтому я схватила его, и мы втроём побежали с поля боя так быстро, как только могли.

Глава 6. Солнечный дождь

— Что навело тебя на мысль отключить электричество в комплексе? — спросил меня Коннер. — И как ты догадалась, что это повлияет на Проклятых?

Мы сидели в гостиной Марлоу в Примуловой Тропе — районе, расположенном недалеко от Парка. Коннер сидел на диване рядом с Падальщиком, рисуя руками свежие светящиеся руны на его ранах.

Я сидела на диване напротив них и гладила Волчицу за ушами. Хаски встретила нас, когда мы дошли до выхода из Парка. Применив немного магии, Коннер перенёс нас через забор. Охранники даже не узнали, что мы там были.

— Я полагала, что Братья использовали какое-то устройство, чтобы отгонять Проклятых, — сказала я. — А для работы устройств обычно требуется энергия.

— Итак, это была догадка.

Я пожала плечами.

— Обоснованное предположение.

— Полежи спокойно несколько минут, чтобы заклинания впитались в тебя. После этого мы перейдём к третьему раунду, — сказал Коннер Марлоу и поднялся с дивана.

Волчица вскочила и немедленно заняла своё место рядом с Марлоу.

— Итак, теперь мы знаем, что бы братья ни использовали для отпора Проклятым, для этого нужна энергия, — сказала я, присоединяясь к Коннеру на кухне. Я налила себе стакан воды. — Я бы хотела поближе взглянуть на их оборудование. Такое устройство могло бы значительно помочь в защите наших городов.

— Всегда заботишься о всеобщем благе, — Коннер наблюдал, как я отпиваю из своего бокала. — Из тебя получится хороший Рыцарь, — он прислонился спиной к кухонной стойке. — Лучший Рыцарь, чем я когда-либо был. Или когда-либо буду.

— Что ты имеешь в виду? Ты потрясающий Рыцарь.

— Нет, я потрясающий человек, Красная Шапочка, — он одарил меня улыбкой. — Но Рыцарь из меня никудышный.

— Ерунда. Когда мы впервые встретились, ты спас моего брата и мою лучшую подругу от Проклятых. А сегодня ты спас Марлоу. Ты всегда поступаешь правильно. У тебя доброе сердце.

Его взгляд упал на мою руку, которую я положила ему на сердце, и я быстро отдёрнула её, а мои щёки вспыхнули.

— Быть хорошим Рыцарем — это нечто большее, чем просто поступать правильно, — он покачался на пятках.

— Например? — я поставила свой стакан на стойку.

Он схватил его и сделал глоток.

— Хороший Рыцарь выполняет приказы, — вздохнув, он поставил стакан обратно на стойку. — А у меня это никогда не получалось.

— Это из-за того, что ты не должен был расследовать всё это?

— Дело не только в этом, — Коннер ссутулился, чего я никогда не видела у Рыцаря. На его лице отразилось столько всего: печаль, сожаление, трудности.

Я положила ладони ему на плечи.

— Ты рисковал своей жизнью, чтобы спасти совершенно незнакомого человека, Коннер. Я думаю, это делает тебя отличным Рыцарем.

Он не выглядел убеждённым.

— Я серьёзно, — сказала я. — Ты храбрый, самоотверженный, добрый…

На его губах медленно проступила улыбка.

— Прекрати, — протянул Коннер. — Ты заставляешь меня краснеть.

Я крепче сжала его руки. Я подождала, пока он посмотрит мне в глаза, прежде чем заговорить.

— Я серьёзно.

— Знаю. У тебя неплохо получается быть серьёзной. Это мило.

Я нахмурилась, опустив руки по швам.

— Если ты просто собираешься пошутить…

— Подожди, — он схватил меня за руку, когда я отворачивалась.

Я развернулась и стала ждать.

— Спасибо, — вся бравада исчезла с его улыбки. Он выглядел встревоженным, даже неуверенным. — Я знаю, что часто шучу, но я хочу, чтобы ты знала, что твои слова много значат для меня.

— А твоя помощь много значит для меня.

Он нежно провёл рукой по моей щеке… Затем вытащил что-то из моих волос. Он показал это мне.

Я покосилась на загадочный кусок искорёженного металла.

— Что это?

— Обломки битвы в парке. Это ещё не всё, — он потянулся ко мне, но замер. — Можно мне?

— Конечно. Я определённо не хочу ходить в таком виде, будто я упала в мусорный бак.

Коннер вытащил мусор из моих волос, с капюшона толстовки и даже со шнурков на ботинках.

— Ух ты, сколько хлама, — сказала я, уставившись на груду проводков и металлических обломков, которые он сложил на кухонном столе.

— Ну, взрывов было много, — отметил он.

Я съёжилась при этом напоминании. У меня задрожали руки.

— Эй, ты в порядке? — он озабоченно нахмурился.

— Это так странно. Когда мы были там, в эпицентре той битвы, я… ну, конечно, я была напугана, но в голове у меня также была ясность, понимаешь? Но теперь, когда я вспоминаю это… — я посмотрела на свои трясущиеся руки. — …например, стоя здесь, я знаю, что сейчас я в безопасности, но когда я вспоминаю ту битву, мне почему-то становится намного хуже, намного страшнее, чем когда я переживала её. И это заставляет меня чувствовать… из-за этого я чувствую себя такой потерянной и одинокой, — я подавила смешок. — Полагаю, в этом нет никакого смысла, да?

— В этом есть смысл, — ответил он. — Когда ты была там, твой разум был занят поисками выхода из опасности. У тебя не было времени по-настоящему осознать опасность. А теперь ты это осознаёшь. Это нормально, Красная Шапочка. Все Рыцари чувствовали это. Все Рыцари боятся.

Я цеплялась за его слова, радуясь, что он не считает меня сумасшедшей или полной трусихой.

— Правда?

— Да. Даже такой супер крутой Рыцарь, как я, — сказал он. — Бояться — это нормально. И показывать это тоже нормально.

— Но разве Рыцари не должны всегда быть храбрыми и бесстрашными?

— Генерал скажет тебе, что все Рыцари должны стремиться стать бесчувственными роботами, — Коннер сжал мои руки и встретился со мной взглядом. — Не слушай его, Красная Шапочка. Мы не роботы, и у нас есть чувства. И это абсолютно нормально.

— Коннер, я… — я прочистила горло, даже не уверенная, что хочу ему сказать. Я отпустила его руки и перевела взгляд на груду металлических обрезков на прилавке. — Думаю, мне следует выбросить весь этот хлам.

— Подожди.

Коннер начал напевать, сначала тихо, но постепенно это становилось всё громче и громче, пока его прекрасная песня без слов не заполнила всю комнату. Стойка гудела от каждой низкой ноты. Стены звенели от каждой высокой. И воздух потрескивал от магии, которая связывала всё это воедино.

— Как ты это делаешь? — я ахнула, когда металлические обломки поднялись со стола и запрыгали между нами.

Кусочки переплетались и поворачивались, сдвигались и растягивались, сливаясь и плавясь друг с другом, пока не превратились во что-то совершенно иное. Что-то волшебное и невероятное.

— Магия — это не только взрывы и разрушения, — Коннер взял меня за руку и положил на мою раскрытую ладонь ожерелье, которое он сам сделал. — Это нечто гораздо большее.

Я провела кончиком пальца по замысловатым, изящным линиям орхидей, затем провела им вниз по тонкому стеблю, который образовал цепочку ожерелья.

— Это так красиво.

— Это твоё, — сказал он мне, обхватив ожерелье моей рукой. — Ты не потеряна, Красная Шапочка. И ты не одинока. Если я тебе когда-нибудь понадоблюсь, просто шепни орхидеям, и я приду. В любое время. По любой причине. Хорошо?

Улыбнувшись, я кивнула.

— Обязательно, — я повесила его прекрасный, магический подарок себе на шею. — И спасибо тебе.

— В любое время, Красная Шапочка, — он нежно сжал мою руку. — В любое время.

Никто из нас не знал, что сказать после этого, поэтому мы вообще ничего не говорили. Мы просто стояли, глядя друг на друга, пока голос Марлоу не прорезал долгое, тягучее молчание.

— Я не хочу вас прерывать или что-то в этом роде, но должен ли я чувствовать себя так, словно кто-то поднёс спичку к моему телу?

Коннер поспешно отпустил мою руку и бросился в другую комнату.

— Такое иногда случается. Это всё часть процесса заживления, — сказал он, опускаясь на колени рядом с диваном и осматривая раны Марлоу. — Сейчас я нанесу на твои раны ещё один слой исцеляющих заклинаний, и боль скоро утихнет.

Я задержалась в дверях, наблюдая, как Коннер чертит руками ещё несколько светящихся рун. Марлоу вздохнул с облегчением. То же самое сделала и Волчица.

— Не волнуйся, Красная Шапочка, — Коннер украдкой взглянул на меня через плечо. — С твоим другом всё будет в порядке. Я обо всем позабочусь.

Марлоу включил телевизор. На экране был виден Сад. Изображение менялось в четырёх ракурсах.

— Похоже на запись с камеры наблюдения, — прокомментировала я, подходя ближе к телевизору.

— Так и есть, — Коннер тоже смотрел. — Записи с камер наблюдения. Я видел именно эти видеозаписи.

— Это снято в день нападения, — поняла я, когда ворота Сада открылись и внутрь въехал чёрный внедорожник. — Как СМИ получили эти кадры?

Коннер покачал головой.

— Я не знаю. Мне даже было нелегко достать их, а я могу становиться невидимым.

На экране все ученики в Саду повернулись и уставились на чёрный внедорожник. Взрослые тоже. Мисс Пирана даже разгладила складки на своей юбке, как будто ожидала, что кто-то важный выйдет из машины и вознаградит её за то, что она была таким жестоким руководителем программы. Все выглядели такими любопытными. Они понятия не имели, что сейчас произойдёт.

Я едва могла смотреть. Я не хотела видеть, как Проклятые выпрыгивают из того внедорожника. Я не хотела слышать крики.

— Это ещё хуже, чем я помню, — прокомментировал Коннер, когда толпа в Саду с громкими криками бросилась врассыпную. — Этим людям действительно нужно потратить несколько часов на перечитывание Руководства.

Като сказал то же самое. Эти двое похожи друг на друга сильнее, чем думал Коннер.

— Единственный человек, который не бегал вокруг с криками — это ты, Красная Шапочка.

Я наблюдала, как люди кричали и носились по Саду. В момент нападения я знала, что дела плохи. Но на камере всё выглядело намного хуже.

Видео переключилось на женщину с пышными, роскошными волосами, уютно сидящую в безопасности гостиной. Или, может, это был замок. В комнате имелись высокие, покрытые позолотой колонны и окна от пола до потолка, обрамлённые пышными, роскошными малиновыми шторами. Лицо женщины было прекрасно освещено; должно быть, сразу за пределами поля зрения камеры горел студийный свет.

— Гайя хочет, чтобы мы поверили, будто они готовы присоединиться ко Двору, но как они могут участвовать в будущем Множества Миров, если они даже свой дом не привели порядок? — на видео появился мужчина с длинными, гладкими, светло-русыми волосами. На нём был очень строгий чёрный пиджак, украшенный серебряной нитью. Он выглядел как нечто среднее между королевским камзолом и парадной формой.

— Я видела его раньше! — сказала я. — Я встретила его в Эмпориуме на третий день моего пребывания в городе.

— Это Фенрис, — Коннер нахмурился, глядя на мужчину на экране. — Сын Королевы Серианы. Наследный принц вампиров. Он неприятный тип.

— Да, я поняла это, когда он врезался в меня, а затем попытался обвинить в этом меня.

— Это и есть ваш официальный ответ? — спросила женщина у принца вампиров. — Что ваше королевство будет голосовать против присоединения Гайи к Двору?

— В данный момент я не могу комментировать наш голос, — ответил принц. — Но я призываю Гайю внимательно рассмотреть свою ситуацию. Проклятие обрушилось на их мир шестнадцать лет назад, уничтожив население. И могут ли они честно сказать, что за всё это время добились хоть какого-то прогресса?

— Они обладают магией, — отметила женщина, бравшая у него интервью.

— Да, конечно, — лёгкая улыбка тронула его губы. — Четыре года назад, когда от Гайи почти ничего не осталось, духи сжалились над людьми. Каждый год они благословляют небольшое число своих детей магией. И теперь эти одарённые магией подростки сражаются, чтобы защитить свой мир. Однако правительство Гайи само ничего не сделало, кроме как воспользовалось даром духов и растратило его впустую. Послали ли они своих Рыцарей убить Проклятых и вернуть свои потерянные земли? Пытались ли они вообще что-нибудь исправить? Нет! Они прячутся в своём раю, охраняемые солдатами и Рыцарями, едят сладости и купаются в пенных ваннах, безучастно наблюдая, как горит их мир.

— Знаешь, как бы мне ни было неприятно это говорить, кровосос прав, — сказал Коннер.

Я тоже так думала.

— И теперь кто-то охотится на их Учеников, на единственную надежду Гайи исправить этот бардак, — продолжил Фенрис.

— Откуда он знает, что кто-то охотится на Учеников? — спросила я Коннера.

— Ну, это довольно очевидно, если сложить всё это воедино, не так ли? — сказал он, пожимая плечами. — Правительство должно знать, что происходит, но они хранят это в тайне, чтобы не выглядеть дураками, каковыми они и являются. Они будут в восторге от того, что Фенрис только что выдал их по телевизору. Я уверен, что прямо сейчас правительство очень сожалеет о том, что предоставило жителям Крепости доступ к новостной сети Множества Миров.

— Правительство Гайи несёт ответственность перед своим народом. Обязанность защищать его от угроз. Они подвели свой народ, — сказал Фенрис. — Мы, члены Двора, также несём ответственность перед нашими гражданами. Мы должны защитить Множество Миров от угроз, даже если эта угроза исходит из другого мира.

— Вы хотите сказать, что Гайя представляет угрозу для Множества Миров? — спросила женщина.

— Я говорю, что бремя доказывания лежит на них. — Фенрис смотрел прямо в камеру. — Докажите нам, что болезнь, поразившая ваш мир, не представляет для нас угрозы. Докажите нам, что вы можете не только сдержать Проклятие, но и вернуть то, что оно у вас отняло. Докажите нам, что вы не бессильны. И тогда у вас возможно, будет место при Дворе.

— Ого, вот это вызов, перед которым они не смогут устоять, — прокомментировал Коннер, когда новостной канал Множества Миров переключился на историю о сбежавшем драконе.

Да, Фенрис, по сути, только что обрисовал в общих чертах, как Гайя может завоевать своё место при Дворе.

— Но как мы должны доказать Двору, что у нас есть власть над нашим собственным миром? — рассуждала я. — У нас её вообще нет. И не можем же мы просто достать лекарство от Проклятия из волшебной шляпы.

— Я уверен, что правительство уже разрабатывает схемы, чтобы показать Двору, насколько они круты и полностью контролируют ситуацию, — ответил Коннер.

— И каждый раз, когда правительство начинает строить козни, страдают обычные люди, — Марлоу поморщился.

— Больно? — Коннер перестал рисовать руны на его коже.

— Нет. Всё в порядке. Это совсем не больно. Меня беспокоят интриги правительства. Я чувствую, что надвигаются неприятности.

Коннер продолжил свои исцеляющие заклинания.

— Кстати, о неприятностях, Красная Шапочка, тебе действительно стоит вернуться к своей команде, пока ты не вляпалась в ещё большие неприятности.

— Ты прав. Меня и так слишком долго не было, — вздохнула я, вставая. — Я лучше вернусь и посмотрю, сколько баллов мне начислили за то, что я сегодня прогуляла.

Коннер снова поднял на меня взгляд, ровно настолько, чтобы одарить меня кривой улыбкой.

— Ты же не хочешь это пропустить.

Я фыркнула.

— Да уж.

Возможно, я и пережила отбраковку Табло прошлой неделе, но это не значит, что я перестала беспокоиться о набранных баллах. В зависимости от того, насколько хорошо мы показывали себя, в родные города Учеников выделялись государственные средства. Если я справлялась хорошо, жители Бэйшора процветали. А если я этого не делала, страдали они. Это была довольно жестокая и варварская система.

Вздохнув, я направилась к входной двери, обернувшись перед уходом.

— Спасибо за всё, Коннер!

Как только я вышла на улицу, небо разверзлось и пролилось щедрой порцией дождя. Несмотря на то, что моросили сверкающие капли, жаркое летнее солнце пробилось сквозь облака и ярко засияло. Свет и дождь переплелись в красивых лучах солнечных капель.

Я где-то читала, что солнечные дожди были постоянным гостем в Крепости, идеальным сочетанием двух противоположных сил. Прямо как жизнь в Новом Свете. Солнце и дождь, счастье и печаль, победа и поражение — всё это соединилось в один совершенно несовершенный момент.

Солнечные дожди следовали за мной всю дорогу до железнодорожного вокзала. Смотрители ждали меня там.

Глава 7. Железный Волк

Смотрители были такими большими, что заслоняли дождь — и всё остальное тоже. Мир сжался до узкого пространства между нами.

Когда Рыцари говорили через свои шлемы, их голос всё равно звучал по-человечески. Смотрители всегда говорили как машины.

Один из них объявил:

— Генерал хочет поговорить с тобой.

Конечно, он хочет. Прилагая сознательные усилия, чтобы не вздохнуть, я последовала за Смотрителями к чёрным железным воротам, которые преграждали въезд в их район. Или, может быть, эти ворота были предназначены для того, чтобы не выпускать пленников.

Генерал разговаривал по видеосвязи, когда Смотрители привели меня в его кабинет. В этой комнате было больше индивидуальности, чем в аналогичной комнате в Замке. Во-первых, стены были покрашены. Это был довольно уродливый оттенок серого, который, на мой взгляд, слишком напоминал голый бетон, но, вероятно, именно поэтому Генерал и выбрал его. Однако самым интересным в стенах была не уродливая краска, а огромная стеклянная витрина, заполненная моделями самолётов. Она была подвешена на стене напротив письменного стола Генерала, вероятно, для того, чтобы он мог смотреть на неё, сидя там.

Но Генерал сейчас не сидел за своим столом. Он расхаживал взад-вперёд перед плоским монитором, закреплённым над камином.

— Предполагается, что вы являетесь ведущим экспертом Множества Миров по магическим доспехам. Вы должны быть лучшим, — сказал он напряжённым голосом, который скрипел, как сыплющийся гравий. Должно быть, сегодня он слишком много кричал на людей.

— Я и есть лучший, — ответил мужчина на экране. Он был одет как Алхимик — поверх рубашки с закатанными рукавами был надет жилет с множеством карманов, набитых разными приспособлениями.

— И всё же вы ничего не нашли.

— Я нашёл много чего, — ответил Алхимик. — Только не то, что вы искали. В доспехах Техно-Рыцаря нет магии.

— Перестаньте называть его так, — проворчал Генерал.

— Солдаты, которые принесли мне костюм, называли его «Техно-Рыцарь». Я предположил, что это его официальное имя.

Генерал нахмурился.

— Это не так. Это просто нелепое название, которое придумали Рыцари, и с тех пор оно распространилось среди моих солдат.

— Ну, формально это довольно точное название. Доспехи были созданы, чтобы имитировать магию, но сами по себе они не магические. Это технология. Сделаны из восстановленных деталей, — Алхимик поправил очки. — Материалы были добыты на Гайе.

Генерал перестал расхаживать по комнате.

— Вы хотите сказать, что кто-то на Гайе изготовил эти доспехи?

— Я не могу с уверенностью сказать, где они были сделаны. Я могу только сказать, как они были сделаны: из материалов с Гайи. Некоторым материалам было более двух десятилетий, они произведены ещё до Проклятия, — Алхимик побарабанил пальцами по столу. — Это очень впечатляющая работа, Генерал. Я никогда не видел, чтобы доспехи так эффективно имитировали магию, хотя на самом деле не были созданы с помощью магии. Я даже не знал, что такое возможно. Это поразительно!

— Да, это просто замечательно, — рявкнул Генерал. — Но я вынужден попросить вас не афишировать это.

— Почему? Если Двор узнает, что Гайя может создавать такие мощные доспехи…

— Они осудят нас за то, что у нас такая мощная броня, но мы всё равно терпим ужасные неудачи в управлении собственным миром.

— Я вижу, вы смотрели недавнее интервью принца Фенриса.

Генералу каким-то образом удалось сделаться одновременно призрачно-бледным и ярко-красным.

— Просто отправьте коробки с доспехами обратно в Чёрный Обелиск.

— Я так и думал, что вы так отреагируете. Я отправил курьера забрать коробки сегодня утром. Доспехи уже на пути к вам. Увидимся на Саммите, Генерал.

Генерал что-то проворчал в ответ, и затем экран переключился на передачу новостей.

— Ну, не стойте же просто так в тени, мисс Винтерс, — прорычал Генерал через плечо, как волк, которому не терпится пообедать.

Я медленно двинулась к нему.

— Это был Дайкан, один из самых известных Алхимиков во Множестве Миров.

Когда Генерал повернулся ко мне, на его лице отразилось удивление.

— Я прочитала руководство мисс Фезердейл по всем важным фигурам на Саммите, — сообщила я ему.

Его глаза сузились.

— Это руководство содержит более двух тысяч страниц.

— Я быстро читаю. И у меня хорошая память.

— Не выпендривайтесь, мисс Винтерс. Это не поможет вам завоевать моё расположение.

Я подавила желание взглянуть на Табло в кабинете Генерала. Не было необходимости мучить себя. Вряд ли я двигалась в положительном направлении.

— Не поможет? Очень жаль, — я надула губки. — Я правда надеялась получить медаль или две. Или, может быть, даже статую в мою честь.

Он посмотрел на меня так, словно я сошла с ума. И, возможно, так оно и было. Препираться с ворчливым старым Генералом было довольно плохой идеей.

— Итак, доспехи Техно-Рыцаря не магические, — сказала я, чтобы сменить тему.

Но Генерал нахмурился ещё сильнее.

— У вас есть более важные поводы для беспокойства, чем совать свой нос в дела, которые вас не касаются.

Ну, технически, Техно-Рыцарь меня очень даже касался. Я была рядом, когда он напал на Турнире. И я помогла Рыцарям победить его.

Но Генералу не нужно было напоминать о том, что я в очередной раз оказалась возле катастрофы. Он и так считал, что я представляю угрозу. И всё потому, что я получила магию без разрешения.

Конечно, он не знал, что я всегда владела магией. Этот ящик Пандоры я не хотела открывать.

От вида Генерала меня слегка подташнивало, поэтому я вместо этого посмотрела на экран телевизора. В новостях показывали сцены сегодняшних протестов в Эмпориуме.

— Люди, кажется, весьма расстроены, — прокомментировала я.

Генерал бросил на меня ледяной взгляд.

Мне следовало просто держать рот на замке. Я всегда слишком много болтала, когда нервничала, и встреча с Генералом заставляла меня сильно понервничать. Возможно, это из-за его прозвища «Железный Волк». Оно определённо не добавляло ему теплоты и приятности.

Ледяное поведение Генерала сменилось гневом, когда на экране появились Повстанцы.

— Надоедливые линчеватели. Вот что происходит, когда даёшь подросткам магию, — он сердито посмотрел на меня, как будто это я была виновата в том, что Повстанцы вообще существовали.

Я не стала напоминать ему, что Повстанцы существовали и до того, как я попала в Крепость. Я была уверена, что это мне не поможет.

Надпись «Столпотворение в Парке!» промелькнула в нижней части экрана, когда камера показала, как Повстанцы выводят группу связанных бойцов с кляпами во рту через ворота Смотрителей. Они даже оставили с ними их плакат.

— Подарок от ваших дружелюбных соседей, Робинов Гудов, — прочитала я. — О, это мило.

Взгляд Генерала прожигал меня насквозь. И его голос напоминал шипение рассерженного чайника, когда он произнёс:

— Вы думаете, это смешно, мисс Винтерс?

Да.

— Нет, — ответила я ему. — Это серьёзно. И Повстанцы действительно спасли задницы ваших солдат сегодня в Парке. Так что, может быть, вместо того, чтобы смотреть на них сердито, вам следует поблагодарить их.

Его ноздри раздулись.

— Вы ещё более нелепы, чем я думал. Поблагодарить Повстанцев? Они преступники, мисс Винтерс. А преступники всегда получают по заслугам, — он посмотрел на меня так, словно приравнивал меня ко всем этим так называемым «преступникам».

— Я не сделала ничего плохого, — сказала я ему спокойным, ровным голосом, хотя мой пульс участился. Я подавила желание вытереть вспотевшие ладони о штаны.

— Вы не сделали ничего плохого? — Генерал рассмеялся, хотя это прозвучало скорее как удар кулака по чьей-то голове. — Вы обманули систему, чтобы украсть магию, въехали на украденной правительственной машине в ворота Чёрного Обелиска, общались с подозрительными сверхъестественными существами и бандитами…

— Я не общалась с теми бандитами! Они пытались ограбить меня!

Генерал проигнорировал мои протесты.

— Не говоря уже о том, что вы продолжаете ускользать во время тренировок. И куда бы вы ни пошли, везде начинается хаос. Воры в торговом центре. Проклятые в Саду. Закованный в броню тип на Турнире. Протестующие и Повстанцы в Эмпориуме, — он считал инциденты по пальцам. — Каждый раз вы оказывались там.

— Как и многие другие люди!

— И вот сегодня вы бросили свою команду в критический момент…

— Критический момент? Мы забирали столовые ножи!

— …и предприняли несанкционированную вылазку в запретный район, — продолжил он. — Где преступники напали на моих солдат. Преступники, к которым позже присоединились Повстанцы.

— Я думаю, вы искажаете правду, Генерал, — я скрестила руки на груди. — Повстанцы помогали Смотрителям бороться с этими преступниками.

— Слухи, — сказал он, пренебрежительно взмахнув рукой.

— Это не слухи. Я видела это собственными глазами.

Холодная, расчетливая улыбка тронула его губы.

— Так вы признаёте, что отправились на несанкционированную миссию?

Жёваный крот. Я купилась на это.

— Что вы делали в Парке, мисс Винтерс? — потребовал Генерал.

Я попыталась придумать ответ, который не усугубил бы ситуацию.

— Почему вы были на месте сражения?

— Я послал её.

Мы с Генералом оба переключили внимание на дверь. Там стоял Като, выглядевший довольно грозно в своих потрясающих белых доспехах. Забрало его шлема было поднято. В его похожих на голубые бриллианты глазах сверкала магия. Это было действительно жутко.

Даже Генерал выглядел встревоженным. Он прочистил горло, прежде чем заговорить.

— Вы отправили мисс Винтерс в разрушенный район?

— Отправил, — ответил Като, не моргнув глазом. Его ложь была настолько убедительной, что даже я почти поверила ему.

Генерал снова прочистил горло, и это, казалось, помогло ему восстановить самообладание.

— У вас нет власти над учениками, Като.

Като слабо улыбнулся.

— Вы дали мне такие полномочия, когда назначили меня Рыцарем-Командором.

— Мисс Винтерс не ваш Рыцарь, чтобы ей командовать. Она не из вашего Клана. И она даже не Рыцарь, если на то пошло.

— В экстренных случаях Рыцарь-Командор имеет право задействовать любого Рыцаря-Ученика.

— Это не было чрезвычайной ситуацией! — сухо сказал Генерал, откидываясь на спинку стула.

— Вы уверены в этом?

Генерал проследил за взглядом Като, устремлённым на телевизор, по которому теперь показывали кадры сегодняшнего сражения между Смотрителями и бойцами. И Смотрители получили по полной программе.

— Вы не могли знать, что это произойдёт, — Генерал вздрогнул, когда взорвался один из его внедорожников.

— Не мог? — тёмные брови Като поползли вверх.

Генерал нахмурился, но, похоже, у него не было ответа на этот вопрос.

— Я отправил Саванну в Парк, потому что подозревал, что там прячутся преступники.

Голос Като был таким спокойным, таким убедительным, что даже я почти поверила ему — а ведь я знала, что он лжёт.

— И я оказался прав, — добавил Като, когда на экране взорвался ещё один внедорожник. — Я бы отправился сам, но вы заставили меня гоняться за Повстанцами.

— Если бы вы действительно преследовали Повстанцев, вы бы были там, когда они появились в Парке, — Генерал указал на видео, воспроизводимое по телевизору; Повстанцы только что прибыли на место происшествия.

Като хладнокровно наблюдал за ними.

— Крепость — большое место, Генерал. И там много Повстанцев.

— И всё же вы не поймали ни одного!

Като сложил руки перед собой.

— Их не так-то просто поймать.

— Или, может быть, вы их защищаете.

Опираясь руками о край стола Генерала, Като наклонился к нему.

— Если вы действительно так думаете, тогда отправьте за Повстанцами другого Рыцаря. И заприте меня вместе с другими предателями.

Они встретились взглядами. Но Генерал моргнул первым.

— Идите, — сказал он, взмахнув руками. — И заберите с собой мисс Винтерс.

Като направился к двери. Я последовала за ним.

— И ещё кое-что, Като, — сказал генерал, когда мы уже собирались уходить.

Мы обернулись.

— Не испытывайте моё терпение. Я надеюсь, что вы скоро поймаете этих Повстанцев. Если вы этого не сделаете, мне придётся пересмотреть ваше положение в Замке.

— Я не ожидал от вас ничего меньшего, Генерал, — ответил Като с бесстрастным лицом. Затем он закрыл забрало шлема и вывел меня из комнаты.

Глава 8. Рыцарская политика

— Спасибо, — пробормотала я Като, когда мы вышли из Чёрного Обелиска, направляясь к железнодорожной станции. По крайней мере, дождь закончился. Но на улице становилось довольно темно.

— Спасибо? За что?

— За то, что прикрыл меня. Снова.

— Эй, это не проблема, — Като протянул руку, приглашая меня первой войти в поезд. — Но ты же знаешь, что Генерал охотится за тобой, верно? Он следит за каждым твоим шагом, Семёрка. Тебе правда стоит постараться не высовываться.

— Я всегда стараюсь.

Он указал на экран телевизора в вагоне. На экране непрерывно повторялись кадры из сегодняшнего эпизода «Столпотворения в Парке».

— Это не назовёшь «не высовываться».

Я почувствовала, как у меня вспыхнули щёки.

— Эй, я не виновата в этом. Это сделали Братья.

— Братья? — повторил он, и его голос отозвался в шлеме более громким эхом, чем обычно. — В смысле, Братство Земли?

— Да, очевидно, именно они наслали Проклятых на Избранных.

Металлический поручень застонал, когда Като сжал его слишком сильно.

— Судя по твоей реакции, ты слышал об этих инцидентах, — тихо сказала я.

— Да.

— Братство также стояло за нападением Проклятых на Сад, — продолжила я. — Возможно, ты захочешь сообщить Генералу. Я имею в виду, я бы сказала ему, но он был в таком настроении. Он, вероятно, расценил бы мой совет как признание и наказал бы меня за это.

— Наверняка, — пальцы Като забарабанили по блестящим, слегка помятым металлическим поручням. — Откуда у тебя информация о Братстве?

На этот раз уже я стиснула поручень.

— Я бы… предпочла не говорить.

— Почему?

— Потому что я дала обещание, — сказала я, надеясь, что этого будет достаточно для Като.

Конечно, же этого не было достаточно.

— Обещание? Кому? — спросил он.

— Другу.

Я не хотела, чтобы у Коннера были неприятности из-за того, что он пытался поступить правильно. Он признался, что у него не было официального задания.

— Другу, — Като произнёс это слово так, словно пытался понять его смысл, пытался понять, что я скрываю. Но, к счастью, он больше не задавал мне вопросов по этому поводу.

Мы немного помолчали, пока поезд с грохотом катился по рельсам. Наконец я нарушила молчание.

— Итак, Генерал всегда такой сварливый или это всё моя вина? — спросила я с улыбкой.

— Это не твоя вина, — сказал мне Като. — В последние месяцы он был особенно напряжён, с тех пор как Повстанцы покинули Замок. И эта неделя была для него не самой удачной. Нападение на Сад, затем Турнир. А потом кто-то попытался украсть костюм Техно-Рыцаря из Чёрного Обелиска.

— Пытался?

— Костюма там не было. Генерал уже отправил его Дайкану, чтобы тот его осмотрел.

— Кто пытался украсть костюм?

— Генерал думает, что это были Повстанцы, — Като покачал головой. — Но я в этом не уверен. Зачем кучке бывших Рыцарей, владеющих магией, костюм, имитирующий магию?

— Ну, этот костюм, имитирующий магию, позволил человеку выдержать довольно серьёзную схватку с семью Рыцарями, — заметила я. — Так что представь, что мог бы сделать с ним кто-то, обладающий настоящей магией.

Мы больше ни о чём не говорили, пока не сошли с поезда на станции Замок.

— Я провожу тебя домой, — сказал Като, не отходя от меня ни на шаг.

Он всегда был таким галантным.

— Боишься, что кто-нибудь выскочит и нападёт на меня? — поддразнила я.

— Учитывая, что с тобой уже произошло за последнюю неделю, это не такой уж маловероятный сценарий.

К сожалению, он не ошибся на этот счет.

— Я могу сама о себе позаботиться, ты же знаешь, — сказала я ему, хотя внутренний голос кричал: «Заткнись, Саванна! Совершенно крутой Рыцарь провожает тебя домой! Просто не спорь!»

— Я знаю, что ты можешь о себе позаботиться, — сказал Като. — Я больше беспокоюсь о Смотрителях, которые пытаются следить за тобой. Не похоже, что ты сейчас в настроении выслушивать от кого-либо гадости.

— Да, правда не в настроении, — я вздохнула. Когда мы вошли в лес, я сделала глубокий вдох, вдыхая сладкий мятный аромат. — Это был долгий день.

— Я могу себе представить. Спасение этого человека. Падальщика с неряшливым лицом.

Я посмотрела на него.

— Ты хорошо информирован.

— Недостаточно хорошо информирован, — он поднял забрало шлема, и на его лице появилось раздражённое выражение. Очень раздражённое. — Ты ведь знаешь, что можешь мне доверять, верно?

— Я действительно тебе доверяю, — я коснулась его руки.

Он нахмурился.

— Тогда почему ты не хочешь рассказать мне, что произошло в Парке? Почему у тебя от меня секреты? — голос его звучал почти обиженно.

— Прости, Като, — я сжала его руку. Или, по крайней мере, попыталась. Между нами было столько брони. Но, по крайней мере, он не чувствовал необходимости прятать своё лицо рядом со мной. — Просто… ну, это не мои секреты, чтобы их раскрывать.

— Разве не твои? — его голос понизился до шёпота. — Я знаю, Семёрка.

— Знаешь что?

— О тебе.

— Что обо мне?

— О твоей магии, — он встретился со мной взглядом. — Ты получила свою магию не от духов. У тебя всегда была магия.

У меня отвисла челюсть.

— Как…

— Я знаю это со времён Склона Теней, — сказал мне Като. — Ты слишком быстро схватываешь заклинания для того, кто владеет магией всего несколько дней. Она для тебя как вторая натура. Нечто интуитивное.

— О. Вау, — я удивлённо моргнула. — Ты довольно умён.

— Я знаю.

Его уверенность рассмешила меня.

— Ты могла бы и сказать мне, — сказал он.

— Что я фрик?

Он взял меня за руки, удерживая их между нами.

— Ты не фрик, Семёрка.

— Тогда кто я такая? — спросила я. Нет, взмолилась. Я отчаянно нуждалась в ответах.

Он сжал мои руки.

— Ты та, кого стоит знать.

— Спасибо.

— Ты можешь отблагодарить меня, доверившись мне. Что бы ни происходило, в какие бы неприятности ты ни попала сегодня. Я могу тебе помочь.

— Ты уже помог, — ответила я. — Но, как я уже сказала, некоторые секреты не мои, и я не могу их раскрывать.

— Кто-то был с тобой в Парке, — догадался он. — Кто-то, кроме тебя и этого неряшливого Падальщика и его собаки.

Мне действительно нужно было сказать Коннеру, чтобы он честно признался в том, что делал. Като поймёт. Конечно, он вёл себя как настоящий Рыцарь, но он знал, что иногда нужно нарушать правила, чтобы поступить правильно. В конце концов, он солгал Генералу, чтобы защитить меня.

— Эй, этого неряшливого Падальщика зовут Марлоу, — рассмеялась я. — И он хороший человек. Он помогает людям.

— Ты пошла в Парк, чтобы спасти его.

— Да.

— Ты не можешь спасти всех, Семёрка, — он сказал это так, словно опирался на личный опыт.

— Может быть, я и не могу спасти всех, но я могу попытаться, — ответила я. — Я думала, что в этом и заключается смысл быть Рыцарем.

— Быть Рыцарем — это… — он поднял глаза, подыскивая подходящее слово. — …сложно.

— Из-за всей этой политики?

— Да

— Вот почему я игнорирую всю эту политику, — заявила я.

Он фыркнул.

— Хотел бы я, чтобы всё было так просто. Но быть Рыцарем — это гораздо больше, чем спасать людей и демонстрировать свою магию. Ты не можешь вечно игнорировать политику.

— Я точно могу попытаться, — упрямо заявила я.

Он изучал моё лицо.

— Ты считаешь меня ужасно наивной, не так ли? — тихо спросила я.

— Да. Но я бы не назвал это ужасным, — быстро добавил он, заметив, что я нахмурилась. — Было время, когда я тоже думал, что могу игнорировать политику. Иногда мне хочется вернуться в то время. Когда всё было так ясно. Так просто, — его взгляд скользнул по лесу, прежде чем вернуться ко мне. — Но всё не так просто, — сказал он со вздохом покорности. — Я не могу просто игнорировать то, с чем не хочу иметь дело. Люди рассчитывают, что я спасу Гайю.

Мы продолжили путь через лес в молчании, следуя по тропинке к Деревне Учеников. Я вдыхала тёплый и влажный летний воздух.

— Ты слишком много на себя взваливаешь, Като, — я обогнула толстый корень дерева и задела его плечом. — Прости.

Он протянул руку, поддерживая меня.

— Тебе не за что извиняться, — он не убрал руку.

Из-за чего сосредоточиться стало гораздо труднее.

Но я всё равно пыталась.

— Мир рассчитывает не только на тебя. Ты не единственный Рыцарь на Гайе, знаешь ли.

— Я знаю, что я не единственный рыцарь на Гайе. Но я самый могущественный.

Я рассмеялась.

Его глаза сузились.

— Что тут смешного?

— Ничего. Просто ты не единственный Рыцарь, от которого я слышала такое заявление.

— Да, что ж, очевидно, тебе нужно перестать общаться с такими самонадеянными Рыцарями.

— Ясно, — усмехнулась я. — Итак, похоже, мы почти на месте. Скоро ты освободишься от меня и сможешь отправиться заниматься важными Рыцарскими делами.

— Ты не тюрьма, Семёрка. И я вообще не хочу освобождаться от тебя, — тихо сказал он, поймав мой взгляд в ловушку.

— О, то же самое, — выдавила я.

Уголок его рта дернулся.

— Приятно это слышать. Что ж, спокойной ночи, — он поднёс мою руку к губам и поцеловал её тыльную сторону.

А я просто стояла там с учащённым пульсом, кружащейся головой и таращилась на него, как полная идиотка, пока он уходил в лес.

Эпизод 2. Метаморфная загадка

Глава 1. Операция «Освободить Гайю»

С новой, ещё более короткой стрижкой и прежним резким выражением лица Генерал выглядел таким же дружелюбным, как и всегда. Он обратился к камерам репортёров холодным, отрывистым тоном.

— Сегодня утром в 06:00 Рыцари вошли в Парк. Их задача — цель операции «Освободить Гайю» — очистить округ от всех Проклятых, чтобы снова сделать его безопасным для наших граждан.

— Ого, Генерал не мелочится.

Я отвела взгляд от экрана телевизора, который висел над баром закусок и смузи, ярким и жизнерадостным островком с тропическими украшениями в центре открытого кафе. В воздухе пахло свежеиспечённым хлебом и цитрусово-сладким вкусом клубники.

— Это, безусловно, смелое заявление, — ответила я Ашеру.

Моя команда ждала в баре, чтобы заказать смузи и сэндвичи на ланч. Мы сделали перерыв на обед после напряжённого рабочего дня, посвящённого оформлению конференц-центра. Предполагалось, что эта прогулка в кафе, расположенное дальше по улице, будет расслабляющей. Но было трудно расслабиться, когда у нас на пороге разворачивалась война.

— Попытаться отвоевать павший район у Проклятых, — сказал Ашер, поигрывая стаканчиком с коктейльными зонтиками на стойке, — не думаю, что это когда-либо делалось раньше.

— Этого и не делалось. И на то есть веская причина, — сказала Эрис. — Это очень опасно.

Я не могла разглядеть её лица из-за непроницаемого шлема, но она казалась взволнованной. Очень взволнованной. На самом деле, я никогда не видела её такой взволнованной. Даже когда мы сражались с Техно-Рыцарем на Турнире.

Я, конечно, всё понимала. Генерал отправил большинство Рыцарей на эту операцию. В замке остались только наставники и несколько других Рыцарей. Она беспокоилась о своих друзьях. Как и я. Като и Коннера, вероятно, тоже отправили в Парк. Я не могла себе представить, чтобы Генерал оттеснил на второй план двух таких могущественных Рыцарей.

— Опасно или нет, но Генерал, само собой, должен был отреагировать, — сказала Бронте. — Что ещё ему оставалось делать после подстрекающего интервью принца Фенриса прошлой ночью?

Она, конечно, права. Генералу нужна эта победа, чтобы доказать, что Гайя сильная. Чтобы доказать, что мы готовы присоединиться ко Множеству Миров.

— Я бы хотел, чтобы мы были там с Рыцарями и сражались с Проклятыми, — сказал Датч почти мечтательно.

— Да, потому что в прошлый раз всё прошло так хорошо, — голос Бронте звучал резко и уверенно, но дрожащие руки выдавали её с головой. Она сжимала их, словно заново переживая нападение Проклятых на Сад.

— И, кроме того, что бы ты сделал, если бы был там? Кинул свой сэндвич в Проклятых? — губы Ашера дрогнули. — Ты не можешь творить заклинания, бро. Никто из нас не может, — он бросил раздражённый взгляд на Эрис.

— Терпение, — спокойно сказала наша наставница. — Доверяйте системе.

— Ты имеешь в виду систему, которая заставляет нас наряжать конференц-центр, в то время как важные дела происходят в другом месте? — возразил Ашер.

— Важно обеспечить гладкое прохождение Саммита, — сказала ему Бронте.

Ашер случайно переломил один из крошечных бумажных зонтиков пополам.

— Саммита не будет, если этот Квест в Парке не пойдёт по плану.

Очень громкое и внезапное появление нескольких хорошо одетых сверхъестественных существ привлекло всеобщее внимание в кафе. Они прошли через вход с цветочной аркой, как королевская процессия на балу.

— Везде грязь! — воскликнул мужчина в пурпурно-золотом костюме. — Эй, ты! — он указал своим очень пухлым пальцем на одного из официантов, который подбежал к нему, опустив глаза. — Немедленно разберись с этой дождевой лужей! Мне негде пройти!

Официант послушно взял сложенную картонную коробку и разложил её на небольшой лужице воды перед фиолетовым человеком.

— Это граф Куинтин, — прошептала нам Эрис. — Он один из самых богатых и влиятельных людей во Множестве Миров.

— Он просто очарователен, — прокомментировала я, когда граф вразвалочку зашагал по картонному мосту в сопровождении верных ему здоровенных телохранителей.

Кафе опустело очень быстро. Напуганные сверхъестественные существа, каждый из которых был гораздо более неряшлив, чем напыщенный граф, внезапно оказались в другом месте. Остались только мы, Ученики, и наша наставница. Граф оглядел море пустых столов, выглядя очень довольным собой.

— Держу пари, он часто вызывает такую реакцию, — сказала Кайли, нахмурившись, когда граф занял столик под большой тенистой пальмой. Его приспешники остались стоять.

— Да, — сказала Эрис. — Граф и ему подобные живут совсем не так, как сверхъестественные существа, которых вы обычно видите здесь, в Магическом Эмпориуме. Богатые и могущественные никогда не посещают Гайю. Они считают нас слишком незначительными, чтобы мы были достойны их внимания.

— Тогда почему они здесь сейчас? — спросил Датч.

— Должно быть, они прибыли пораньше, чтобы успеть на Саммит. Граф Куинтин — член Двора. И она тоже, — Эрис повернула голову к женщине, которая сидела под красивым розовым навесом от солнца. — Это герцогиня Деллондре.

На герцогине было длинное малиновое платье, которое струилось, как кровавый водопад, когда она закидывала ногу на ногу. Это выглядело не на шутку жутко.

— Что это такое? — набросилась она на официанта.

Он в замешательстве уставился на неё.

— Клубничный коктейль со льдом.

— Обычный лёд, — она встряхнула бокал, и кубики льда звякнули друг о друга. — Я употребляю только кубики льда, приготовленные из воды зачарованного родника.

— Что такое вода зачарованного родника? — шёпотом спросила я у Эрис.

Она фыркнула.

— Какая-то изысканная, супердорогая, элитная волшебная родниковая вода, которую пьют богатые сверхъестественные существа, потому что они убеждены, что от неё их кожа сияет.

— Она определенно сияет от ярости, — прокомментировала Кайли.

— Но у нас нет воды из зачарованного родника, — заикаясь, произнёс официант.

— Это не моя проблема, — герцогиня ткнула стаканом официанту в грудь. — Исправь это. Или я исправлю тебя.

— Ого, — сказал Ашер, когда официантка удалилась.

— Да, она девушка принца Фенриса, — ответила Эрис.

Щёки Кайли зарделись.

— Это многое объясняет.

— Что за жалкая лачуга этот примитивный мир, — прокомментировала герцогиня своему столь же хорошо одетому — и задравшему нос— спутнику.

Мы ещё немного понаблюдали за надменными сверхъестественными существами, но быстро потеряли интерес. Наблюдать за грубиянами можно лишь какое-то время, после чего их шоу наскучивает. И, кроме того, один из официантов вернулся в бар с нашим заказом на обед.

— Ух ты, сколько пакетиков, — прокомментировал Датч, обводя взглядом стойку.

— Нам нужно кормить много ртов, — сказала Эрис. — Давайте, Ученики. Все, берите по пачке пакетов. Мы должны отнести это обратно в конференц-центр, пока Джарет не украл наш обеденный столик у окна.

Глава 2. Сэндвичи и Смузи

Бронте и Датч снова возобновили спор. Всю короткую дорогу до конференц-центра они обсуждали, должны ли Ученики сражаться рядом с Рыцарями в Парке. И они всё ещё спорили об этом, когда мы приступили к обеду.

Кайли придвинула свой стул поближе ко мне.

— Эй, ты в порядке?

Я сжала в руках свой холодный стакан со смузи.

— Нормально.

— Ты выглядишь рассеянной.

Да. Все эти разговоры о битве, бушевавшей в Парке, заставили меня волноваться за Коннера и Като. Я продолжала убеждать себя, что мальчики могут о себе позаботиться, но, конечно, это совсем не помогало.

— Ты думаешь о нём, не так ли?

Я заставила себя вылезти из ямы своих тревог, чтобы взглянуть на Кайли.

— О нём?

— Белый Рыцарь. Ты снова видела его вчера.

— Как ты…

— Мне кое-что известно, — она улыбнулась мне. — Итак, расскажи мне всё о вашем свидании!

— Это было не свидание.

— Судя по выражению твоих глаз, это было именно оно, — улыбка Кайли стала ещё шире. — Белый Рыцарь спас тебя от Генерала. Снова. И проводил тебя домой. Снова.

Я должна была узнать, кто был её источником. Но я сомневалась, что она когда-нибудь скажет мне.

— Он просто проявил рыцарство, — сказала я.

— О, да. Потому что на этой неделе множество Рыцарей предлагало проводить меня домой, — Кайли повысила голос и крикнула: — Эй, Эрис! Как насчёт того, чтобы сегодня вечером проводить меня домой, «просто по-рыцарски»?

Эрис фыркнула.

— Сама дойдёшь, Кайли. Трудности закаляют характер.

Кайли снова перевела взгляд на меня.

— Видишь? Белый Рыцарь не просто ведёт себя по-рыцарски. Ты ему нравишься. Верно, Эрис?

Эрис рассмеялась.

— О, нет. Я не собираюсь вмешиваться в личную жизнь Като.

— Видишь, Саванна? — Кайли была полна энергии. — Эрис согласна, что ты ему нравишься.

— Она сказала не это, — подметила я.

Кайли пропустила мои слова мимо ушей, как будто они не имели никакого отношения к этому разговору.

— И что же произошло?

Я засунула сбежавший огурец обратно в свой сэндвич.

— Что и когда произошло?

— Когда Белый Рыцарь, когда Като… — она произнесла его имя так, словно от этого у неё защипало во рту. — …проводил тебя домой?

Я пожала плечами.

— Мы просто поговорили.

— О чём? — она так сильно наклонилась вперёд, что я удивилась, как это её стул не опрокинулся.

— Я не уверена, что мне позволено говорить с вами об этом.

— Почему нет?

— Я не знаю, — я искала причину, которая удовлетворила бы её. — Потому что это может быть засекречено?

Но я употребила неправильное слово. Кайли вцепилась в него, как детёныш коалы в свою маму.

— Засекречено! О, звучит заманчиво. Что он сказал? Он читал стихи о любви? Я слышала, что Рыцари иногда читают стихи о любви объекту своей привязанности, — она внимательно наблюдала за моей реакцией. — Он действительно читал стихи о любви, не так ли?

— Нет, — я неловко закинула ноги за задние ножки стула. — Там определённо не было любовной поэзии. И перестань называть меня объектом его привязанности. Не думаю, что он это оценит.

— Почему? Он предпочитает «зеница моего ока»? Или, может быть, «милая»?

У меня возникло внезапное желание нырнуть под стол. Вместо этого я как можно спокойнее произнесла:

— Като никогда не называл меня так.

— Что ж, поднимем тост за надежду.

Я не стала чокаться своим стаканчиком с её смузи. Но Ашер это сделал. Датч и Бронте перестали спорить и теперь ловили каждое наше слово. Да, моя команда определённо наслаждалась моим абсолютным унижением.

Кайли поставила свою стаканчик и посмотрела на меня поверх сплетённых пальцев.

— Хорошо, никакой любовной поэзии. Но тогда о чём вы двое говорили по дороге домой?

— Абсолютно ни о чём! — прощебетала я.

— Абсолютно ни о чём? — она покачала головой. — Как можно абсолютно ни о чём не говорить?

— Это просто. Тебе стоит как-нибудь попробовать, — намекнула я.

Но она только фыркнула.

— Понятно. Вы ни о чём не говорили.

Я закивала головой.

— Да.

— Потому что вы были слишком заняты поцелуями, чтобы вообще разговаривать! Я права? — она поиграла бровями.

Мои щёки пылали так ярко, что мне казалось, будто они загорелись.

Кайли выпучила глаза.

— О боже, о боже, о боже, — повторяла она, обмахивая лицо ладошкой. — Он действительно поцеловал тебя!

— Только мою руку! — пискнула я.

Улыбка Кайли стала такой же яркой, как и мои щёки.

— Я не могу поверить, что он поцеловал тебя.

— Только. Мою. Руку. — повторила я, цедя каждое слово сквозь стиснутые зубы. — Рыцари делают это, чтобы попрощаться.

— Ага, со своими девушками, — промурлыкала она. — Не могу поверить, что Като поцеловал тебя!

Она сказала это так громко, что все наставники и Ученики за соседними столиками обернулись и уставились на неё.

Я прикрыла ей рот, прошипев:

— Тихо! Все смотрят на нас!

Она пожала плечами.

— Они просто завидуют. И я тоже! Я бы хотела, чтобы какой-нибудь Рыцарь упал к моим ногам.

— Тебе стоит попробовать поставить подножку, — предложил Ашер, затем откусил от своего сэндвича.

Кайли закатила глаза, глядя на него. Но это дало мне лишь секундную передышку. Её внимание тут же вернулось ко мне.

— Ты знаешь, нам нужно поговорить об этом.

— На самом деле, я думаю, мы и так уже слишком много говорили об этом, — тихо сказала я.

— Согласна, — сказала Нала, которая сидела со своими Учениками за соседним столиком.

— Да ладно, Нала! О Като никогда не бывает хороших сплетен. Самый громкий скандал в его жизни был связан с тем, что он надел слегка кремово-белые доспехи, потому что испортил свой белоснежный комплект, сражаясь с двумя огненными тиграми, — сказал Джарет, ухмыляясь.

Он также был здесь со всеми своими Учениками. В том числе и с Данте. Как будто этот разговор не был бы достаточно позорным без присутствия моего брата. Почему, ну почему именно сегодня все команды должны были пообедать вместе?

— И эта история только начинала набирать обороты, — взгляд Джарета скользнул ко мне. — Итак, расскажи нам, снежинка, как тебе удалось растопить ледяное сердце Като? И хватило ли у него хотя бы приличия снять шлем перед тем, как поцеловать тебя?

Несколько других наставников фыркнули. Даже Нала улыбнулась.

Также было несколько раундов «Рыцари носят шлемы!». Очевидно, Рыцари превратили любимую фразу Като в песню.

— Вы, ребята, довольно жестоко обращаетесь с Като, — огрызнулась я на них.

— Всё это по-доброму, снежинка. Мы все любим Като как брата, но этому парню действительно нужно расслабиться, — рассмеялся Джарет.

Все остальные Рыцари кивнули в знак согласия. Даже сверхсерьёзная Нала.

— Но ты молодец, что заступилась за своего парня, — Джарет поднял вверх большой палец.

Когда все снова рассмеялись, я помолилась о божественном вмешательстве. Если такой пытке мне предстояло подвергаться от своей новой семье в Замке, возможно, мне следовало остаться в Бэйшоре.

— Эй, что это? — взгляд Джарета опустился к моей шее.

Я взглянула на ожерелье с орхидеями, которое сделал для меня Коннер. Должно быть, оно выскользнуло у меня из-под футболки, когда я наклонилась вперёд, чтобы обхватить голову руками.

— Ничего! — сказала я, пытаясь засунуть ожерелье обратно под футболку.

Джарет поймал меня за руку, внимательно изучая ожерелье.

— Оно ни на что не похоже.

Эйнсли присоединилась к нему.

— Оно было сделано с помощью очень мощной магии.

Она провела рукой по моему ожерелью, затем так же быстро убрала её, как будто её ударило током.

— Очень мощной магии, — повторила она.

— Это не то, что можно купить в сувенирном магазине, — согласился Орион.

О, отлично. Он тоже подошёл поглазеть на моё ожерелье.

— Это подарок от твоего парня, не так ли? — спросил Джарет, прищурившись, разглядывая ожерелье.

Эйнсли покачала головой.

— Нет, это не похоже на магию Като.

— Это очень красиво, — прокомментировала Эрис.

— Очень романтично, ты хочешь сказать, — Кайли ухмыльнулась мне. — Эй, это что, маленькие сердечки, спрятанные внутри орхидей?

Джарет расплылся в улыбке.

— Ух ты, снежинка! А я-то был просто поражён, что Като влюбился в тебя. А теперь ты говоришь мне, что очаровала двух Рыцарей?

— Я тебе этого не говорила! — запротестовала я. — У меня даже парня нет.

— Да, у тебя их два, — Джарет подмигнул мне. — Итак, кто этот другой Рыцарь? Бьюсь об заклад, мы его знаем.

Я в этом не сомневалась. В мире было не так уж много Рыцарей. Они все знали друг друга.

Но Коннер, как и Като, не был моим парнем. Все вели себя так нелепо.

— Что ты об этом думаешь, чувак? — Джарет спросил Альтаира. — Ты наш эксперт по ремеслу. Чьих рук дело это ожерелье?

Слава богу, Альтаир даже не взглянул на моё ожерелье.

— Я не собираюсь вмешиваться в эту чепуху.

Джарет ухмыльнулся ему.

— Ты ведь понимаешь, что это делает тебя подозреваемым, верно?

Альтаир проигнорировал его.

Кайли внимательно наблюдала за мной.

— Нет, это не он. Румянец Саванны не стал сильнее, когда ты это сказал.

Я поднялась со стула.

— Куда ты идёшь? — спросила меня Бронте.

— Я только что… заметила подругу. Я собираюсь с ней поговорить, — я посмотрела в окно на Рэйн, которая энергично махала мне рукой. — Не волнуйся. Я вернусь до окончания перерыва.

Но ни секундой раньше. Я не хотела давать им шанс помучить меня ещё раз.

Взгляд Бронте скользнул мимо меня, через окно, на Рэйн. Она нахмурилась.

— Нам не положено заводить дружбу с теми, кто живёт вне Гайи. Ты знаешь правила, Саванна.

— Брось, Бронте. Поживи немного, — я подмигнула ей. — Наш «мир» стал намного больше. Наш мир — наша реальность — это больше не просто Гайя. Это всё Множество Миров. Эти миры существуют и только ждут, чтобы их исследовали. И это начинается здесь, в Эмпориуме, со знакомства с нашими сверхъестественными гостями. Я имею в виду, что именно по этой причине духи дали нам магию, верно?

— Духи дали нам магию, чтобы защитить наш мир от угроз, — Бронте посмотрела в окно на улицу сверхъестественных существ. — И эти угрозы ближе, чем ты думаешь.

Я нахмурилась.

— Ты говоришь прямо как те фанатики, которые выступают против магии.

Бронте отшатнулась, как будто я только что дала ей пощёчину.

— Я не такая, как эти люди. Я не думаю, что магия — это зло по своей сути. Но это не значит, что все, кто им пользуется, хорошие.

— Нет, это не так. Но моя подруга хорошая, — сказала я ей. — И я никому не позволю говорить мне, что это не так.

Сказав это, я выбежала из комнаты.

Глава 3. Гадалка

Я взяла Рэйн под руку.

— Спасибо.

— Нет проблем, — она повела нас по тихой улице. Это была глухая задняя часть большого торгового центра, так что вместо блестящих витрин и ярких рекламных щитов мы увидели косо поставленные палатки и нарисованные от руки вывески. — Ты выглядела так, будто действительно нуждалась в спасении.

— Ты даже не представляешь.

Она искоса взглянула на меня.

— Ты хочешь поговорить об этом?

— Не особенно. Для одного дня с меня более чем достаточно унижений.

Рэйн усмехнулась.

— Вполне справедливо. Тогда мы просто поговорим о моих проблемах.

— Какие проблемы?

Какая-то женщина преградила нам путь. Сквозь тёмную подводку сверкнули зелёные глаза.

— Я ждала тебя, дорогуша, — она выглядела как типичная гадалка, вплоть до крупных, броских серёжек в ушах и яркого платка на голове.

Рэйн прогнала женщину, когда она вытащила стопку красиво разрисованных карт таро.

— Извините, бабуля, мы не хотим, чтобы нам предсказывали судьбу.

Проницательные глаза гадалки сузились.

— Я обращалась не к тебе, Нимфа, — её взгляд скользнул мимо Рэйн и остановился на мне. — Ты знаешь, что это такое, дорогуша? — она взмахнула запястьем, и колода карт раскрылась в её руке.

— Гадальные карты? — сказала я.

— Да, но не просто гадальные карты, — она ещё раз взмахнула запястьем, и карты исчезли. — Это очень старые, очень особенные карты, — она хлопнула в ладоши, и между ними снова появилась колода карт. — Их создала сама Графиня Хаоса.

Я продолжала наблюдать за женщиной, пытаясь разгадать трюк — или заклинание — с помощью которого она заставляла карты появляться и исчезать снова и снова.

— Кто такая Графиня Хаоса?

— Миф, — сказала мне Рэйн.

— О, нет, она очень даже настоящая. Позвольте Госпоже Мите рассказать вам о ней, — женщина наклонилась ко мне поближе. От неё сильно пахло корицей и почему-то курицей. Возможно, она ела это на обед. — Всемогущая и ясновидящая Графиня Хаоса — самая могущественная Колдунья из когда-либо живших на Земле. Колдунья, обладающая способностью видеть всё: прошлое, настоящее и будущее, — тонкие пальцы Госпожи Миты переплелись как лапки паука. — Графиня Хаоса — одна из Шестерых.

— Шестерых?

Она кивнула.

— Самые могущественные маги из каждой из шести рас, владеющие заклинаниями, о которых большинство людей может только мечтать. Этих Шестерых называют Парагонами Магии.

Рэйн фыркнула.

— Я вас умоляю! Парагоны Магии? Очередные небылицы, которые уличные торговцы используют для продажи своего барахла!

— Я не с тобой разговариваю, — отрезала Госпожа Мита. — У тебя явно нет воображения, — её взгляд смягчился, когда она посмотрела на меня. — Но ты. Ты другая. Особенная, — она схватила меня за руку и провела пальцем по моей ладони.

Её руки были гораздо более гладкими, чем её покрытое глубокими морщинами лицо. На самом деле, они были даже чересчур гладкими. На ощупь они казались искусственными, как атлас на моей коже. И это было приятно.

Её глаза расширились.

— Ты обладаешь очень необычной магией, моя дорогая. Ты достойна этих секретов.

— Да, я уверена, что её сумочка очень достойна, — съязвила Рэйн.

Госпожа Мита проигнорировала её. Она снова хлопнула в ладоши, но на этот раз вместо колоды карт появилась толстая книга. Обложка была белой с чёрными буквами.

— Парагоны Магии реальны, и это их гримуар, их руководство по магии, — сказала она мягким, мечтательным голосом. — В нём содержатся секреты всех их заклинаний. С помощью этой книги ты сможешь узнать, как заглянуть в будущее — это фирменное заклинание самой Графини Хаоса. Или, возможно, ты ищешь что-то более личное? На этих страницах содержится заклинание для контроля эмоций. Заставить кого-то грустить или радоваться, или даже отчаянно влюбиться в тебя. Ну же, дорогуша, скажи Госпоже Мите. Есть красивый парень, который привлёк твоё внимание, не так ли?

К моим щекам прилила кровь.

Её губы изогнулись в самодовольной улыбке.

— Я так и думала.

Я прочистила горло.

— Даже если бы это так, я бы никогда не стала заставлять кого-то чувствовать то, чего нет на самом деле.

— С подростками в наши дни совсем не повеселишься, — испустив глубокий, очень драматичный вздох, Госпожа Мита начала листать страницы книги. — Эта книга заклинаний полна космических возможностей. Как насчёт заклинания для путешествий между мирами без использования Духовного Древа?

— Это невозможно, — вставила Рэйн.

— О, но ведь возможно, — надменно ответила Госпожа Мита.

Рэйн указала на открытую книгу.

— Смотри, Саванна! Это уловка! Здесь вообще нет текста! Страницы пустые!

Но на этих страницах был напечатан текст. Много-много мелкого текста и диаграмм.

— Ты ведь можешь это прочесть, не так ли? Я так и знала! — Госпожа Мита одарила Рэйн победоносной улыбкой, затем её взгляд вернулся ко мне. — У тебя прекрасное зрение, дорогуша. Парагоны Магии зашифровали свою книгу заклинаний так, чтобы только кто-то особенный мог её прочитать. Кто-то вроде тебя. Эта книга — твоя судьба.

— Мне любопытно, Госпожа Мита, если вас действительно так зовут, — сказала Рэйн с испепеляющей улыбкой, — скольких «особенных» людей вы сегодня одурачили?

— Одурачила? — возмутилась женщина. — Из всех нелепых, оскорбительных вещей, которые кто-либо мог мне сказать…

— Вы, наверное, слышали их все, — оборвала её Рэйн. — И вполне заслуженно, — она взяла меня под руку и решительно повела прочь от палатки гадалки. — Прости, Саванна, за это. Мне следовало выбрать менее шумную улицу, чтобы встретить тебя. Эти люди… — она быстро отвела взгляд от мужчины в остроконечной шляпе волшебника, который раздавал брошюры. — Все они шарлатаны! Мошенники! Акулы, охотящиеся в поисках лёгкой закуски!

— Но я кое-что увидела на страницах этой книги, — тихо сказала я.

— Да, я в этом не сомневаюсь. «Госпожа Мита» позаботилась об этом, не так ли? — тон Рэйн смягчился, когда она встретилась со мной взглядом. — Она пыталась надуть тебя, Саванна. Книга заклинаний легендарного тайного общества, Парагонов Магии? Я тебя умоляю! Никто никогда не встречал ни одного из этих так называемых Парагонов Магии. Это всего лишь мифы, истории, придуманные, чтобы разлучить дураков с их деньгами. Так же, как и весь этот хлам.

Она пошла дальше, быстро ведя меня мимо палаток, торгующих драгоценными камнями и уникальными артефактами. На одной из палаток висел большой плакат, рекламирующий исключительные зелья, которые могут наделить обычных людей даром магии. И всё это по специальной цене, которая действует ограниченное время. И всё это без помощи духов.

Рэйн заметила, как я нахмурилась, глядя на плакат.

— Понимаешь, что я имею в виду? Мошенники!

Мы снова вернулись на главную улицу, окружённую популярными магазинами магических товаров. Кроме «Милых зелий», по телевизору показывали утреннюю пресс-конференцию Генерала. Я отвернулась. Я не хотела слышать об операции «Освободить Гайю». Я не хотела думать о том, что все эти Рыцари в опасности.

Поэтому я посмотрела на Рэйн, заговорщицки подмигнув.

— Ты видела всю эту чопорную знать в городе, которая выставляет себя на посмешище?

— Я видела подружку принца Фенриса. Сегодня она заходила в магазин и спрашивала, не продаются ли у нас какие-нибудь цветы, которые не являются такими ужасно обыденными, — Рэйн закатила глаза. — Знаешь, у людей есть прозвище для неё. Её называют Кошмарной Герцогиней.

Я фыркнула.

— Она и Фенрис, безусловно, заслуживают друг друга.

Рэйн удивлённо посмотрела на меня.

— Ты знаешь принца вампиров?

— Однажды он столкнулся со мной. И, конечно, обвинил в этом меня. Он настоящий обаяшка, — в последнее слово я вложила много сарказма.

— А потом было то замечательное интервью, которое он дал вчера на канале MRNN, — внимание Рэйн переключилось на ближайший телевизор, который показывал кадры с Рыцарями, проходящими маршем через ворота Парка ранним утром.

Вот и пошли прахом попытки не думать об операции Генерала.

— О, ты видела интервью Фенриса, не так ли? — спросила я Рэйн.

— Саванна, все его видели. В этом-то и был весь смысл. Принц Фенрис — очень умелый манипулятор. Он подстрекал ваше правительство. И они заглотили наживку. Через несколько часов после того, как Фенрис выпустил в их сторону этот подкол, они послали Рыцарей в Парк, чтобы изгнать Проклятых.

— Чего я не понимаю, так это зачем Фенриру это нужно? — я прикусила губу. — Что он выигрывает?

Рэйн пожала плечами.

— Кто знает? Может быть, он ожидает, что Квест провалится, и хочет, чтобы Множество Миров наблюдало за этим. Это объясняет, почему он устраивает из этого такое грандиозное шоу. С другой стороны, Метаморфы устраивают грандиозное шоу абсолютно из всего, — она вздохнула.

— Почему у меня такое чувство, что всё дело в тех твоих «проблемах», о которых ты упоминала ранее?

— Потому что ты очень проницательная, — она снова вздохнула. — Вчера кто-то ограбил «Перевозки Райтана». Это крупнейшая транспортная компания в Эмпориуме. Ею управляют Метаморфы.

— Это ужасно, но почему это так расстраивает тебя? — спросила я её.

— Потому что именно эту компанию мои родители наняли, чтобы убрать наше засохшее дерево. Команда Райтана должна была сделать это сегодня, но из-за того, что все их тяжёлые грузовики были украдены, они понятия не имеют, когда смогут забрать дерево. А это дерево действительно нужно убрать. Наши соседи уже жалуются.

— Ну, эти соседи сами погубили ваше дерево, так что… — я пожала плечами.

— Ах, но они утверждают, что не имеют к этому никакого отношения. Смотрители даже заставили их пройти тест на детекторе лжи, и они его прошли, — она сделала жест, словно подавилась. — Лжецы, очевидно, сжульничали на тесте. Они же Алхимики, чёрт возьми! Они могли легко взломать машину или принять какое-нибудь зелье, чтобы управлять функциями своего организма.

— Ты действительно всё продумала, не так ли? — спросила я у неё.

— Уж лучше, чем это продумали Смотрители. Они просто отпустили мошенников, — Рэйн сжала кулаки. — Но они не единственные соседи, которые жалуются на наше засохшее дерево. Все остальные тоже. На самом деле, они все подняли такой шум, что правительство Гайи угрожает выселить нас, если мы немедленно не разберёмся с этим. Очевидно, если наше засохшее дерево уронит ветку на одного из высоколобых сановников при Дворе Множества Миров, это вызовет дипломатический инцидент.

Беспокойство правительства было обоснованным. Я видела, какими несносными могли быть эти так называемые высокопоставленные лица. Если Кошмарная Герцогиня так переживала из-за не тех кубиков льда в своём напитке, я могла только представить, что бы она сделала, если бы ей на голову упала сухая ветка дерева.

— Хорошо, — сказала я.

— Хорошо?

— Давай-ка я посмотрю, не смогу ли я вернуть этим Метаморфам их вещи, чтобы они могли убрать твоё дерево, прежде чем оно ударит по заднице какой-нибудь придирчивой знати.

Рэйн просияла, глядя на меня.

— Спасибо, Саванна! Я знала, что могу на тебя положиться!

Глава 4. Ваши дела — мои дела

Я никогда раньше не видела потолок со звёздами.

Весь потолок был увешан ими, металлическими звёздами, свисающими с прозрачных нитей. Эти звёзды напоминали старые формочки для печенья. Некоторые нитки распустились, поэтому несколько звёздочек висело ниже остальных. Одна из них болталась так низко, что попала внутрь орбиты медленно вращающегося потолочного вентилятора. Каждый раз, когда вентилятор поворачивался, раздавался глухой звук «динь», когда кусочки светлой жести отскакивали от лопастей из твёрдого древесины.

Это была скукота.

Я оглядела комнату ожидания, но в ней не было ничего, кроме пары сдвоенных диванов, бугристых, кривобоких и лимонно-зелёных. По сравнению с ними оранжево-фиолетовый диван-кровать в моём коттедже казался стильным.

Единственным другим предметом мебели в комнате был маленький журнальный столик, заваленный беспорядочной стопкой журналов о наращивании мышечной массы. Я ждала здесь так долго, что успела пролистать их все. Ни одна из статей не была особенно интересной. По крайней мере, для меня. Команда «Перевозок Райтана», вероятно, поглощала эти советы с такой же жадностью, как протеиновые батончики после долгой и изнурительной тренировки.

Дверь в подсобку наконец-то открылась, и оттуда вышел мускулистый мужчина, одетый в грязную футболку и потёртые джинсы. Однако он был не просто широкоплечим. Он был высоким. Таким высоким, что едва не задевал головой потолочный вентилятор. Его голова причинила бы гораздо больше вреда, чем хрупкая формочка для печенья в виде звезды.

— Райтан? — догадалась я, когда он сел на диван напротив меня.

— А ты Саванна Винтерс, Ученик-Рыцарь, — уголок его рта дёрнулся. — Я слышал о тебе.

К этому времени я уже начала думать, что здесь нет никого, кто бы обо мне не слышал. Очевидно, я произвела на сверхъестественных существ в Эмпориуме такое же сильное впечатление, как и на Генерала.

Я выпрямилась.

— Я здесь от имени моей подруги Рэйн и её засохшего дерева.

Он нахмурился.

— Я уже сказал твоей подруге, что, пока я не получу обратно свои грузовики, я не смогу заняться её деревом.

— Вот почему я здесь, — я рискнула улыбнуться. — Чтобы помочь вам вернуть ваши грузовики.

Он оглядел меня с ног до головы, явно не впечатлившись.

— Ты всего лишь подросток.

— Я Ученик-Рыцарь.

— Поздравляю, хочешь печенье? — ответил он с кривой улыбкой. — Мне уже пришлось поговорить с Смотрителями, малышка. Я не хочу разговаривать и с тобой тоже. И мне не нужна твоя помощь.

— Но…

— Не лезь не в своё дело, — оборвал он меня. Он провёл рукой по своему заросшему щетиной подбородку. — Мы полностью контролируем ситуацию.

— Если бы это было правдой, ваши грузовики стояли бы в вашем гараже. Они не попали бы в руки неизвестных воров.

— Они недолго останутся неизвестными, — когда его огромные руки вцепились в подлокотники дивана, дерево протестующе застонало. — Я устанавливаю трекеры на все свои грузовики. Я не новичок. И это не первый раз, когда какой-то идиот пытается обокрасть меня, — он плавно поднялся на ноги, слишком плавно для человека его комплекции. — А теперь потеряйся, малышка.

Затем он демонстративно протопал через всю комнату в своих тяжелых ботинках и с грохотом захлопнул дверь.

Потеряться? Мне? Я фыркнула. Очевидно, он недостаточно внимательно слушал все эти ужасные слухи обо мне. «Ваши дела — это мои дела». Это что-то вроде моего девиза. Я на цыпочках вошла в большой гараж-склад рядом с залом ожидания.

Райтан уже собирал вокруг себя своих сотрудников, каждый из которых был таким же крупным и накачанным, как и он сам. Команда идеальных Метаморфов.

Райтан поднял табличку и объявил:

— Выходите, ребята! У нас есть координаты Большого Боба.

Должно быть, так назывался один из его грузовиков. Без сомнения, у других были похожие названия. Например, Титановый Том. И Ловкий Ларри.

Одним из преимуществ моей миниатюрности было то, что люди, как правило, не замечали меня. И недооценивали. Да, особенно последнее.

Я проследила за Райтаном и его командой, когда они по сигналу трекера добрались до старого заброшенного склада на окраине Эмпориума. Там они нашли Большого Боба, окруженного штабелями ящиков. Я заглянула внутрь одного и обнаружила мусор. И не просто мусор. Куски забора из металлической сетки и разбитые кирпичи. Там была даже коробка с очень знакомой чёрной униформой. Такую же униформу я видела вчера на бойцах в Парке. Должно быть, Смотрители наняли Райтана, чтобы тот прибрался на поле боя.

А потом кто-то угнал грузовик. Но почему? Зачем кому-то понадобилась куча сломанных деталей и другого случайного хлама?

Мне нужно было поближе рассмотреть остальные ящики. Я медленно и осторожно прокралась вперед.

— В укрытие! — крикнул один из Метаморфов за мгновение до того, как все ящики взорвались.

Взрыв отбросил меня назад.

Когда я отодрала себя от асфальта, моё тело кричало от боли. Я снова чуть не потеряла равновесие. В ушах у меня до сих пор звенело, как будто кто-то использовал мою голову в качестве колокола.

— Что ты здесь делаешь? — требовательно спросил грубый голос.

Райтан захромал ко мне, явно пытаясь беречь левую ногу. Его футболка была разорвана в клочья. Его тело покрылось пылью. Большинство других Метаморфов всё ещё лежали на земле. И некоторые из них не двигались.

— Они в порядке? — выдавила я.

— Я же говорил тебе не вмешиваться в это, — Райтан грубо схватил меня и потащил за шиворот по полу.

Я била ногами по полу, пытаясь освободиться.

— Прекрати! Кто-то только что пытался нас всех взорвать! Нам нужно выяснить, кто это!

— Я разберусь с этим. И тогда они будут страдать, — отрезал Райтан. Он вытащил меня из гаража в коридор, соединяющий их комнаты. — А что касается тебя, Саванна Винтерс… — моё имя так и звенело у него на языке. — Ты останешься здесь и не будешь лезть в чужие дела.

Затем он распахнул дверь, затолкал меня в кладовку и запер внутри.

Глава 5. Перевозки Райтана

Я решительно застряла. Я попыталась выбить дверь ногой, но у меня не хватило сил. Затем подумала о том, чтобы вскрыть замок, но кусок проволоки, который я нашла на полу, был слишком тонким. Когда я вставила его в замочную скважину, он смялся как тёплое масло.

Именно тогда, когда я переминалась с ноги на ногу в крошечном шкафу в поисках чего-нибудь, что могло бы мне пригодиться, но не находила ничего, кроме хлама, я споткнулась о собственные ноги. Я с трудом устояла, схватившись руками за стену, и ожерелье из орхидей выскользнуло из-за воротника футболки.

«Ты не потеряна, Красная Шапочка. И ты не одинока. Если я тебе когда-нибудь понадоблюсь, просто шепни орхидеям, и я приду. В любое время. По любой причине».

Вот что сказал мне Коннер, подарив это ожерелье.

«В любое время. По любой причине».

Я сжала ожерелье в руке. Я могла бы позвать его, чтобы он вытащил меня из этой кладовки.

Подождите, нет, я не могла этого сделать. Коннер занят. Он участвовал в той эпической битве в Парке.

И в любом случае, было бы слишком неловко звать его в такую даль только потому, что я по глупости оказалась заперта в кладовке.

Нет, я должна сама себя спасти. Именно так и поступали Рыцари.

Я вспомнила, как Коннер делал моё ожерелье. Он напевал ту магическую песню, и весь этот хлам превратился в самое красивое ожерелье, которое я когда-либо видела.

Я осмотрела шкаф. Здесь было много всякого хлама. Что, если я тоже смогу превратить этот мусор в сокровище?

И я начала напевать ту же песню, что и Коннер. И к своему удивлению, я смогла придать металлу форму, как это сделал он, с помощью разума и магии. Повинуясь инстинкту, я поменяла несколько нот в песне местами, и вместо ожерелья сделала ключ.

Это был самый уродливый ключ, который я когда-либо видела, но он открывал дверцу кладовки.

«Может быть, попрактиковавшись, я когда-нибудь тоже смогу делать красивые вещи», — подумала я, спеша по коридору обратно в гараж.

Метаморфы были там, но и Смотрители тоже. Один из Смотрителей был одет в такую же чёрную форму, как и остальные, но без шлема. И в руках у него был планшет. Должно быть, он детектив, самый худший из всех Смотрителей. Они не оставляли скрытой ни одну тайну, какой бы маленькой она ни была.

Детектив беседовал с Метаморфами, в то время как Смотрители загружали все улики в Большого Боба. Грузовик пережил взрыв, отделавшись лишь несколькими вмятинами и царапинами.

— Что вы делаете? — потребовал Райтан, сердито глядя на Смотрителей.

— Одалживаем твой грузовик, — ответил детектив. — У тебя какие-то проблемы с этим? — он выгнул брови, бросая Райтану вызов попытаться остановить его.

Плечи Райтана опустились. Гневный огонёк в его глазах погас. Он, должно быть, знал, что эта битва проиграна.

— Выезжайте, — приказал детектив Смотрителям, махнув рукой.

Один из Смотрителей запрыгнул на водительское сиденье. Двери гаража открылись.

Пристальный взгляд детектива скользнул по комнате и остановился на мне, как магнит.

— Что ты здесь делаешь, Ученица?

— Это Саванна Винтерс, — сказал ему один из Смотрителей.

— Та самая Саванна Винтерс? — тон детектива вызвал у меня неподдельное желание узнать, что же говорили обо мне Смотрители во время своих тайных встреч внутри Чёрного Обелиска.

С другой стороны, я, вероятно, не хотела этого знать. Может быть, у них в комнате отдыха висела доска для игры в дартс с моей фотографией на ней. В конце концов, я всегда оказывалась рядом, когда случалось что-то странное. И если и было что-то, что не нравилось Генералу и Смотрителям, которые на него работали, так это странные выходки, которые происходили в их владениях.

— Почему я не удивлён, что Саванна Винтерс здесь? — детектив поднял глаза к потолку и вздохнул. — Это всегда Саванна Винтерс.

— Мы могли бы арестовать её и доставить к Генералу, — предложил Смотритель.

Я бы определённо проголосовала против этой идеи. Не то чтобы у меня было право голоса.

— Нет, у Генерала есть более неотложные дела, — детектив снова вздохнул. — Я просто возьму у неё показания, и тогда мы сможем убраться отсюда.

Снятие моих показаний не заняло много времени, поскольку в основном они сводились к следующему: «Кто-то пытался взорвать нас всех. Нет, я не видела, кто именно. И я также не знаю, почему они это сделали».

После этого детектив и его группа Смотрителей уехали на «одолженном» грузовике.

А Райтан и его команда окружили меня.

— Не помню, чтобы я разрешал тебе покидать свой чулан, малышка, — Райтан махнул своим людям, чтобы они подходили ближе.

Я промурлыкала что-то тихое и протяжное. Обломки деревянных ящиков взлетели в воздух. Я пропела ещё одну ноту, и обломки начали вращаться вокруг меня, как щит с шипами.

Метаморфы отступили, с опаской поглядывая на шипы.

— Давайте, ребята, — подбодрил своих Метаморфов Райтан. — Чего вы ждёте? Хватайте её.

— У неё есть щит, — заметил один из них.

— Вы хотите сказать, что боитесь нескольких крошечных зубочисток?

Мужчина медленно и настороженно двинулся ко мне.

Я сменила песню. Один из шипов полоснул его по щеке. Совсем чуть-чуть.

Мой потенциальный противник отпрянул, потирая свежую царапину.

Другой Метаморф попытался подкрасться ко мне сзади. Я развернулась, напевая громче. Я переплела ладони, образовав петлю из деревянных шипов. Они устремились вперёд, как стайка рыб, обвились вокруг запястий и лодыжек мужчины, связывая их.

— Ах ты, маленькая…

Другая полоска залепила ему рот, словно кусок скотча, заставляя замолчать.

В зале воцарилась тишина.

Тишину нарушил смех Райтана.

— Ты произвела на меня впечатление, малышка.

— Так ты отзовёшь своих людей? — спросила я, держа свои шипы наготове.

Райтан жестом приказал Метаморфам отступить.

Я уронила свой щит с шипами. Деревянные осколки посыпались на землю, как мёртвые кузнечики.

— Ладно, ты привлекла моё внимание, — сказал Райтан. — Говори.

Я оглядела гараж. Здесь было меньше Метаморфов, чем раньше.

— Кто-нибудь серьёзно пострадал при взрыве? — спросила я.

— Четверо моих мальчиков получили тяжёлые ранения. Несколько сломанных костей. Несколько колотых ран. Ничего опасного для жизни нет, но они будут выведены из строя на несколько недель. Они отдыхают на базе.

— Люди, которые угнали ваши грузовики, кем бы они ни были, вероятно, те же самые люди, которые только что пытались взорвать нас всех, — сказала я.

— О, да что ты говоришь? — рявкнул Райтан, скрестив руки на груди.

— Нам нужно выяснить, кто они такие. И забрать ваши вещи обратно.

— Спасибо тебе за это. Я так рад, что у нас состоялся этот разговор. Я бы никогда не понял этого без твоего бесценного вклада.

Несколько его людей захихикали.

— И, кстати, малышка, я уже знаю, кто за это в ответе. Эльфы, — Райтан прорычал это слово.

— Подожди, ты так говоришь только потому, что Метаморфы и Эльфы — заклятые враги, или у тебя есть какие-то реальные доказательства?

Он хмыкнул.

— Мне не нужны доказательства.

— Э-э, я почти уверена, что именно так и работает вся эта затея с поимкой плохого парня.

От ледяной улыбки Райтана у меня мурашки побежали по спине.

— Ты такая наивная.

Метаморфы беспокойно и сердито расхаживали по гаражу. Их грузовики были угнаны, а несколько их друзей лежали ранеными в постелях. И теперь они жаждали крови.

— Если вы нападёте на Эльфов здесь, в Эмпориуме, Смотрители вас остановят. И тогда вы будете депортированы, — предупредила я их.

— Это того стоит, — сказал Райтан, и остальные кивнули.

— Но стоит ли? Действительно ли стоит разрушать все, что вы здесь построили — свой бизнес, свою репутацию — из-за мелкой вражды?

— Эльфы пытались нас взорвать!

— Вы этого не знаете, — спокойно ответила я. — Позвольте мне разобраться с этим. Позвольте мне разобраться в том, что происходит. Если у меня не получится, вы всегда можете разозлиться на Эльфов позже.

Райтан обдумал мои слова.

— У тебя есть один час, малышка. Это всё, что я могу сделать, чтобы сдержать своих парней.

Я поверила ему. Хотя, возможно, его «один час» был чересчур оптимистичным прогнозом. Остальные Метаморфы выглядели готовыми вступить в кровавую битву в эту самую секунду.

— Мне нужно поговорить с четырьмя Метаморфами, пострадавшими при взрыве. Ты можешь провести меня к ним? — спросила я Райтана.

Он нахмурился.

— Почему ты хочешь тратить своё время на разговоры с ними? Я же говорил тебе, что за этим стоят Эльфы.

— Ты также сказал, что у меня есть один час, — напомнила я ему. — Так как насчёт того, чтобы позволить мне решить, как распорядиться этим временем? Раненые были ближе к месту взрыва. Кто-то из них мог что-то увидеть, какой-то намёк на то, кто за этим стоит?

Райтан пожал плечами.

— Ладно, как скажешь. Если не хочешь терять время, то иди прямо сейчас. Я отведу тебя к ним.

Метаморфы двинулись в путь. Я последовала за ними.

— Так в чём же причина этой вражды между Метаморфами и Эльфами? — спросила я Райтана.

— На самом деле, это довольно просто. Эльфы — невыносимые придурки, которые думают, что они лучше всех остальных. А мы, Метаморфы, не терпим, когда на нас смотрят свысока.

— Само собой, всё должно быть гораздо сложнее.

— Почему? — спросил он. — Потому что люди по своей природе рациональны, просвещены и принимают всех, кто отличается от них?

Он был прав. Люди бывали настоящими тупицами, как обычные люди, так и сверхъестественные существа.

Больше говорить было не о чем, так что мы вообще ничего не говорили, пока не вернулись к зданию «Перевозок Райтана».

Райтан отвёл меня наверх, в открытую комнату с четырьмя односпальными кроватями и четырьмя ранеными Метаморфами.

— Саванна собирается задать вам несколько вопросов, — сказал он им, а затем добавил с волчьей улыбкой: — Не ешьте её.

Произнеся эту драматическую фразу, Райтан вышел из комнаты, оставив меня наедине с четырьмя ухмыляющимися Метаморфами.

— Эй, — произнесла я, отступая. — Он сказал вам не есть меня.

— В любом случае, вряд ли это стоило бы усилий, — прокомментировал один из Метаморфов, оглядывая меня с ног до головы.

Парень, сидевший рядом с ним, кивнул.

— Она слишком маленькая и костлявая.

— Не слушай их. Они просто получают удовольствие от того, что пугают людей, — сказал мне третий Метаморф. — О чём ты хотела нас спросить?

— Райтан думает, что за кражей его грузовиков стоят Эльфы, — сказала я. — И за взрывом, в результате которого вы все получили ранения.

— Потому что так оно и есть!

— Мы на войне!

Оказалось, что эти Метаморфы не просто разыгрывали мелодраму. Их клан и один из эльфийских кланов находились буквально по разные стороны баррикад в войне между мирами. Очевидно, не всё во Множестве Миров было так блестяще и идеально, несмотря на то, что принц Фенрис пытался убедить людей именно в этом.

— Очевидно же, что Эльфы украли наши грузовики, чтобы заманить нас в ловушку, — сказал один из Метаморфов. — А потом они попытались нас убить.

— Нет, Эльфы здесь, на Гайе, слишком мягкотелые. Они не воины, — сказал другой. — Это было видно по взрыву. По времени. По тому, как он произошёл — слишком далеко, чтобы причинить нам какой-либо серьёзный вред. Они не пытались нас убить. Они просто хотели на несколько недель оттеснить нас на обочину.

— Почему? — спросила я.

— Потому что Эльфы хотят лишить наш клан лучших бойцов во Множестве Миров, конечно же! Они, должно быть, узнали, что на следующей неделе мы вчетвером отправляемся на войну. Или, по крайней мере, мы собирались отправиться, — Метаморф нахмурился. — Дурацкие Эльфы всё портят. Мы собирались надрать этим Эльфам задницы. А теперь нам придётся ждать следующей ротации. И с нашим-то везением война к тому времени закончится!

Остаётся только надеяться.

— Ты дурак.

Все посмотрели на Метаморфа, у которого рука была на перевязи. Это был первый раз, когда он заговорил с тех пор, как я переступила порог комнаты.

— Эльфы не стали бы прилагать столько усилий, чтобы ранить четырёх случайных ничтожеств, только для того, чтобы мы не смогли присоединиться к войне. Это полная чушь, — сказал он. — Мы не лучшие бойцы во Множестве Миров. И мы ничего не изменим в ходе войны. В нас нет ничего особенного.

— Говори за себя, Ксаэль! — парировал один из них. — Я, например, совершенно особенный.

— Ты особенный, это точно. По-настоящему особенный идиот, если ты действительно веришь во всю эту чушь, которую только что изверг, — ответил Ксаэль.

Трое других Метаморфов хмуро уставились на него.

Я встала между Ксаэлем и его друзьями, пока они не сломали ему и вторую руку.

— Хорошо, так кто, по-твоему, стоит за всем этим? — спросила я его.

— «Умнопереезд».

— Умно-что?

— «Умнопереезд», — повторил Ксаэль. — Они занимаются перевозками, как и мы. На самом деле, они наш конкурент номер один, — он посмотрел на других раненых Метаморфов. — Дело не в политике, ребята. Речь идёт о прибыли. И наш бизнес сильно повлиял на их бизнес.

Глава 6. Умнопереезд

Я уставилась на выгравированную панель из гладкого дерева, висевшую в витрине салона и гласившую: «Умнопереезд: умный способ переехать!»

Ладно, может, вывеска и была стильной, но слоган был действительно убогим.

Зал ожидания тоже был стильным, в нём идеально сочетались великолепные деревянные полы и умиротворённые пасторальные картины на стенах. И мебель не выглядела так, будто она десять лет пролежала в каком-нибудь заброшенном уголке дикой природы, пока её не нашли Падальщики и не притащили обратно в город. На кремово-белом диване не было ни пятнышка, а пухлые подушки сидений были удобными — намного удобнее, чем на моей кровати.

Как и «Перевозки Райтана», «Умнопереезд» был семейным бизнесом. И возглавляла его Исидора, хорошенькая Эльфийка с элегантным пучком волос и длинной, как у лебедя, шеей.

— Итак, мисс Винтерс, — Исидора поставила передо мной на стол чашку чая. У неё было тело и грация балерины. — Что я могу сделать для Замка?

Я упёрлась ногами в пол, выпрямляясь во весь рост. Единственная проблема с роскошным диваном заключалась в том, что он был очень скользким.

— Вообще-то, я здесь не по официальным делам Замка.

— О? — Исидора сделала изящный глоток из своей чашки. Цветы, нарисованные на фарфоре, идеально подходили к платью, которое было на ней надето. — Тогда почему вы здесь?

— Это долгая история. Но достаточно сказать, что я расследую ограбление «Перевозок Райтана», — я сделала паузу, наблюдая за её реакцией. Она никак не отреагировала. — И взрыв, в результате которого было уничтожено содержимое одного из их грузов. В результате были ранены четверо их сотрудников.

— Бизнес по перевозкам опасен.

Это прозвучало как угроза. Возможно, Ксаэль прав насчёт них. Возможно, они пытались ликвидировать конкурирующий бизнес.

— Вы с Райтаном конкуренты, — сказала я.

Исидора издала насмешливый звук.

— Мы едва ли на одном уровне.

— Не хотите уточнить?

Она чопорно сложила руки на коленях.

— Мы работаем совершенно по-разному. Метаморфы при перевозках прибегают к грубой силе. В то время как мы используем и ловкость, и мастерство. Немного телекинеза может дать отличный результаты, мисс Винтерс. Наш подход гораздо безопаснее, чем у Метаморфов. И материальный ущерб намного ниже.

Я отпила глоток чая. На вкус он был как клубника с добавлением мяты.

— И всё же вы потеряли много клиентов из-за Райтана.

Исидора сморщила свой хорошенький носик.

— Да, — призналась она. — С тех пор, как в прошлом году Райтан открыл салон в Эмпориуме, количество заказов сократилось. Люди идут в «Перевозки Райтана», потому что его сотрудники выглядят крупными и сильными. И потенциальные клиенты думают, что это и есть профиль хорошей компании по переездам. Конечно, это ошибочное мнение.

— Я вижу, между вами и Метаморфами нет особой любви.

Исидора поставила чашку на стол немного жёстче, чем, вероятно, намеревалась. Она громко звякнула о блюдце.

— Я бы не стала вредить Райтану, если вы на это намекаете. Мы не дикари, в отличие от Метаморфов. Нам не нужно прибегать к таким грубым, презренным методам. Мы победим их, потому что мы лучше, а не потому, что мы жульничали.

Я поднялась на ноги.

— Спасибо, что согласились встретиться со мной. Думаю, мне пора идти.

— Да, — натянуто ответила она, поднимаясь. — Я действительно думаю, что вам пора.

Когда я вышла из здания, меня ждала Рэйн.

— Райтан сказал, что ты здесь. Как дела?

На это у меня не было подходящего ответа, поэтому я просто сказала:

— Давай пройдёмся.

Мне нужно было подумать. Мне нужно было находиться в движении. Но пройдя несколько кварталов, я всё ещё не имела представления, что делать с этой запутанной ситуацией. Молчаливые размышления не помогли; возможно, разговор об этом поможет.

— Всё это кажется подозрительным, — сказала я. — Сначала грузовики Райтана украдены. А потом, когда он находит один из них, кто-то выгрузил весь груз и просто бросил его там. И грузовики они тоже оставили там. Я имею в виду, какой вор оставит сокровище?

— Глупый? — предположила Рэйн.

— А потом все грузовые ящики взорвались вместе со всем, что в них было.

— Это объясняет следы ожогов на твоей футболке, — прокомментировала Рэйн.

Я посмотрела вниз.

— Что? Где?

— Не беспокойся об этом, — сказала она мне. — Их почти не заметно.

Я знала, что она лжёт, чтобы подбодрить меня, но мой разум был слишком поглощён этой тайной, чтобы обращать на это внимание.

— Значит, в ящиках с припасами была спрятана магическая взрывчатка, — я заглянула в магический магазин, затем, увидев, что он закрыт, продолжила путь. — Но были приняты все меры предосторожности, чтобы никто серьёзно не пострадал или не погиб при взрыве. Не похоже, чтобы смертельный враг так поступил. А что касается того, что за этим стоят Эльфы… — я покачала головой. — Хорошо, Исидора была довольно пренебрежительна к Метаморфам, но я не думаю, что она стала бы прятать бомбы в их ящиках. Она слишком горда, чтобы сделать что-то настолько коварное.

Рэйн остановилась.

— Подожди, что? Райтан думает, что за всем этим стоит Исидора?

Я пожала плечами.

— Во всяком случае, некоторые из его парней так думают.

— Ни за что, — она покачала головой. — Хорошо, Эльфы могут быть довольно высокомерными. Большинство рас просто не обращают на это внимания, потому что Множество Миров тесно взаимосвязаны, и нам всем приходится как бы ладить и работать вместе. Но не Метаморфы. О, нет, они всегда всё принимают близко к сердцу.

— А как же война между Метаморфами и Эльфами? — спросила я её. — Похоже, это нечто большее, чем просто личные проблемы.

— По правде говоря, эта война идёт только между одним кланом Метаморфов и одним кланом Эльфов. Это полная глупость, и Двор уже несколько месяцев пытается заставить их разобраться во всём, но люди могут быть очень упрямыми, так что да, в ближайшее время этого не произойдёт. Конечно, по большому счету, их крошечная война едва ли затрагивает кого-то из людей во Множестве Миров.

— Значит, войны не распространены во Множестве Миров?

— На самом деле нет, — она перебросила один из своих крошечных хвостиков через плечо. — Шесть рас в основном просто молча ненавидят друг друга с удобного расстояния.

— Значит, сверхъестественным существам не разрешается дружить с представителями других рас?

Она прикусила губу.

— Сверхи обычно этого не делают, хотя я не думаю, что какая-либо раса прямо запрещает это. Конечно, браки между представителями магических рас под большим запретом.

— Ого, я и не подозревала, что сверхъестественные существа такие ксенофобы. Они всегда проповедуют единство Множества Миров.

Рэйн фыркнула.

— Да, это полная чушь.

— Так ты хочешь сказать, что шесть рас на самом деле не так уж хорошо ладят друг с другом?

— Не так хорошо, как следовало бы, — ответила Рэйн. — Люди склонны концентрироваться на том, насколько они отличаются друг от друга, вместо того, чтобы обращать внимание на все то, что нас объединяет. Между разными расами проводятся чёткие границы. И ещё есть более мелкие, но не менее заметные границы, которые они проводят между разными ветвями одной расы. Это так глупо.

— Ты думаешь о себе и Шторме, — догадалась я.

— Да, моим родителям он не нравился, потому что он не тот тип Нимфы. Ну то есть, серьёзно, что это такое? К счастью, они в конце концов преодолели это, в основном благодаря тебе, ведь ты помогла им увидеть в нём хорошего человека, а не какую-то неправильную нимфу, — она одарила меня благодарной улыбкой. — Но всё равно существует много предрассудков, как ты могла убедиться сегодня, в отношении Метаморфов и Эльфов.

И вот мы вернулись к теме Метаморфов и Эльфов.

— Здесь определённо происходит что-то очень странное, — я глубоко вздохнула и расправила плечи. — Я не знаю, что именно, но собираюсь выяснить.

— Надеюсь, ты сможешь это сделать до того, как мою семью выселят.

— Мы всё исправим, Рэйн. Я обещаю, — заверила я её. Мой мозг работал так быстро, что у меня начала кружиться голова. — Но для этого нам понадобится небольшая помощь, — и тут у меня в голове зародилась идея. — К счастью, я знаю человека, который сможет нам помочь.

Глава 7. Наживка

Рэйн отправила в рот виноградину.

— Как ты думаешь, сколько времени это займёт? — спросила она, закончив жевать.

— Ещё немного, — сказал Ансель.

Он, Рэйн и я собрались вокруг раскладного стола в оранжерее семьи Рэйн. Столешница была едва ли прочнее листа картона, поэтому хорошо, что планшет Анселя был таким лёгким. И что он был у него с собой, когда я написала ему сообщение с просьбой встретиться с нами здесь.

— Иии… Я внутри, — заявил Ансель.

— Вот так просто? — с надеждой спросила я.

— Именно так, — подтвердил он, одарив меня улыбкой.

Рэйн наклонилась, заглядывая в его экран.

— Значит, ты взломал системы компаний Райтана и Исидоры, или как там они называются? И ты сделал это за каких-то пять секунд?

На самом деле, он пробыл здесь около пяти минут, а не секунд. Но всё равно это было впечатляюще. Данте сказал мне, что Ансель разбирается в технике, но это было что-то совсем другое.

— Итак, — Рэйн огляделась, чтобы убедиться, что нас никто не подслушивает. — Есть ли шанс, что я смогу нанять тебя, чтобы ты взломал телефоны моих родителей? Я уверена, что у них припрятано много постыдных штучек, и мне бы очень пригодились рычаги воздействия на них, когда в следующий раз они обрушатся на меня как сумасшедшие контролирующие родители

— Я думаю, Ансель хочет использовать свои способности во благо, а не во зло, — сказала я Рэйн.

— Хорошо, например, для взлома бизнеса Райтана и Исидоры? — спросила она, ухмыляясь.

— Эй, ты хочешь, чтобы твоё дерево убрали или нет? — спросила я у неё.

— Ладно, ладно, — она попятилась, подняв руки вверх.

— Кстати, спасибо, — сказала я Анселю.

— Если Генерал узнает об этом и вызовет меня на допрос, я скажу ему, что это ты заставила меня это сделать, — он криво улыбнулся и продолжил печатать.

Я фыркнула.

— Вполне справедливо.

— Но, серьёзно, никаких проблем, — сказал он. — Вообще-то, ты оказала мне услугу. Ты дала мне повод сбежать от твоей подруги Кайли. Она хочет, чтобы я попытался снять отпечатки пальцев с твоего ожерелья и сказал ей, кто его сделал.

Рэйн моргнула.

— Ты можешь это сделать?

— Наверное, да. Но я сказал Кайли, что не могу.

Я вздохнула с облегчением.

— Спасибо.

— Эй, я понимаю, Саванна. Я понимаю, что хочу немного уединения в твоей жизни. Будь я на твоём месте, я бы не хотел, чтобы люди пытались выяснить, кто мой «таинственный Рыцарь».

— Не могу поверить, что они до сих пор обсуждают это, — простонала я.

Ансель пожал плечами.

— Ученики и Рыцари — это подростки. А подростки любят посплетничать, особенно о чужих тайных бойфрендах.

Рэйн оживилась.

— Подожди, у тебя есть тайный бойфренд, Саванна?

— Два тайных бойфренда, — сказал ей Ансель. — По крайней мере, если верить сплетням в Замке.

— Которым совершенно не стоит верить, — я забарабанила пальцами по столу. — Итак, Ансель, не мог бы ты разослать анонимные сообщения всем сотрудникам компаний Райтана и Исидоры?

— Конечно, — он начал печатать. — Что там должно быть написано?

— Скажи им, что Смотрители нашли что-то на месте взрыва сегодня. Скажи им, что на некоторых обломках есть… магический отпечаток пальца, или сигнатура, или что-то ещё — просто сделай так, чтобы это звучало официально и технически. Скажи им, что Смотрители собираются использовать это, чтобы выявить виновника взрыва.

Пальцы Анселя заплясали по клавиатуре.

— Готово. Мне отправить это?

Я прочитала то, что он написал, и это прозвучало гораздо более технично и убедительно, чем то, что я сказала. Мне действительно нужно было купить словарь Алхимиков.

— Да, пожалуйста, отправь это прямо сейчас, — сказала я ему.

— Саванна, ты понимаешь, что все обломки, оставшиеся после взрыва, надёжно спрятаны в хранилище для улик глубоко внутри Чёрного Обелиска? — напомнила мне Рэйн, когда Ансель отправил сообщение.

— Я знаю, — ответила я ей.

— Так как же ты собираешься это украсть?

— А кто сказал, что нужно что-то красть? — ответила я с улыбкой. — Всё, что нам нужно делать — это ждать. И наблюдать.

Глава 8. Крючок

Духовное Древо было живым памятником магии, перекрестком в центре транспортной развязки. Его ветви, казалось, раскачивались со скоростью, выходящей за рамки обычного времени и пространства, как будто они и «есть сейчас», и «были тогда», и «будут потом» — и всё это одновременно.

— Каждое Духовное Древо во Множестве Миров уникально. Каждое из них рассказывает свою историю, но все они прекрасны. Я никогда не устану любоваться ими, — сказала Рэйн, улыбаясь дереву.

— Оно великолепно, — согласился Ансель.

Ветер шелестел серебряными ветвями дерева, срывая соцветия, словно кто-то задувал свечи на праздничном торте. Фиолетовые и синие цветы кружились вокруг нас, как торнадо, так густо, что я ничего не могла разглядеть за ними.

Потом они просто остановились. Они зависли в воздухе, застыв на несколько мгновений.

Время снова ускорилось. Цветы снова пришли в движение, проносясь мимо нас, словно рой бабочек.

Зрелище было настолько завораживающим, что я едва не пропустила фигуру в плаще, скользящую в тени. Я начала напевать. Невидимые пальцы моего заклинания подхватили непослушные лепестки прямо в воздухе, сплетая их в сеть. Я замурлыкала быстрее, и сеть метнулась к преступнику в плаще. Она подхватила его и бросила к моим ногам.

— Ого, где ты научилась этому? — Ансель изумленно уставился на меня.

— У Рыцаря, — я выпустила воздух сквозь зубы, и сеть лепестков рассеялась, как пыль на ветру.

Плащ зашевелился, и из-под него появился мужчина. Я узнала его в лицо.

— Ксаэль, — сказала я.

Он выплюнул лепесток изо рта.

— Как ты узнала, что я буду здесь?

— Как ты думаешь, почему я попросила своего друга разослать сообщение всем в «Перевозках Райтана» и «Умнопереезде»? Я была уверена, что тот, кто угнал эти грузовики и устроил взрыв, работал на одну из двух компаний. И я знала, что если преступник решит, будто Смотрители вот-вот разоблачат его, он бросится к Духовному Древу и сбежит из этого мира. Я хотела посмотреть, кто сбежит. Я подумала, что это можешь быть ты. Ты определённо приложил немало усилий, чтобы избежать участия в той войне.

Глаза Рэйн расширились.

— О, так вот в чём дело. Я слышала истории о том, как Метаморфы калечили себя, чтобы избежать призыва на военную службу. На самом деле, так много людей пытались это сделать, что их лидеры стали с подозрением относиться к любым так называемым случайным травмам, которые случаются с Метаморфом, готовящимся к отправке на службу, — она посмотрела на Ксаэля. — Значит, ты решил, что, если вместе с тобой пострадает группа фанатичных новобранцев, это не будет выглядеть так подозрительно? Как тебе не стыдно!

Он бросил на неё ледяной взгляд.

— Ты бы хотела участвовать в глупой, бессмысленной войне?

— Нет, — она нахмурилась. — Не особенно. Но я бы, по крайней мере, попыталась найти менее трусливый способ выпутаться из этого.

— Он не трус!

Из тени вышла молодая женщина, откинувшая капюшон с лица.

— Эй, я тебя знаю, — сказала Рэйн, хмуро глядя на Ксаэля и женщину, которые теперь держались за руки и строили друг другу глазки. — Но это означает… ух ты! — она начала смеяться. — Ваши семьи точно слетят с катушек!

— Не хочешь рассказать остальным? — поинтересовался у неё Ансель, безмятежно сплетя пальцы на коленях.

— Это Миатрикс, — Рэйн указала на женщину. — Она… племянница Исидоры или что-то в этом роде. Я не могу вспомнить. Но суть в том, что она Эльфийка. А её возлюбленный вон там, — она указала на Ксаэля. — …является Метаморфом.

Я вспомнила, что Рэйн рассказывала мне ранее о романтических отношениях между сверхъестественными расами.

— Итак… дело не в войне.

— Конечно, дело в войне. Наши кланы находятся по разные стороны баррикад. Это делает наши семьи заклятыми врагами, — Миатрикс осторожно погладила сломанную руку Ксаэля. — И я отказываюсь называть его своим врагом.

Я посмотрела на Ксаэля.

— Так вот зачем ты всё это сделал? Из-за любви?

— Я не могу позволить им отправить меня на войну! — в его голосе звучала ярость, в глазах сверкало отчаяние. — Если я это сделаю, мне придётся сражаться с её народом. Мне придётся убивать её народ.

— Пожалуйста, просто позвольте Ксаэлю пройти через Духовное Древо вместе со мной, — умоляла нас Миатрикс. — Тогда мы исчезнем. Вы никогда больше нас не увидите. Мы не хотим никому причинять боль. Мы просто хотим быть вместе!

— А как насчёт украденных грузовиков? — спросила я.

— Я оставил их в безопасном месте, — сказал мне Ксаэль. — У Райтана на всех них есть маячки. Он найдёт их в мгновение ока.

— А взрыв? — уточнила я. — Ты действительно уверен, что не хочешь никому вредить?

Он поморщился.

— Я проследил, чтобы никто серьёзно не пострадал.

Что за бардак.

— Поверьте мне, я бы хотел, чтобы был другой выход, — сказал Ксаэль. — Я бы хотел, чтобы наши кланы смогли забыть свою ненависть и предрассудки. Но этого просто не произойдёт. Шесть рас терпимо относятся друг к другу, но недолюбливают друг друга.

— Правда, — пробормотала Рэйн.

— Пожалуйста, — повторила Миатрикс. — Мы так долго пытались найти способ быть вместе. Ни один из нас не высыпался по ночам уже несколько месяцев. Я всегда резко просыпаюсь, боясь, что моя семья узнала о нас, что они увезут меня далеко, пока я буду спать, и запрут. А Ксаэлю снятся ужасные кошмары.

— Не все из них были ужасными. Решение нашей проблемы пришло ко мне во сне. Я избежал призыва, а потом мы, держась за руки, сбежали через Духовное Древо, чтобы вместе начать новую жизнь, — Ксаэль посмотрел на неё с такой искренней нежностью, что даже я не могла не болеть за их историю любви.

Хотя от избытка сочувственных взглядов и застенчивых улыбок, которыми обменивались эти двое, меня тоже слегка подташнивало.

— Идите, — я вздохнула, отмахиваясь от них. — Я не буду пытаться вас остановить.

В глазах Ксаэля промелькнуло облегчение.

— Спасибо.

Затем он и Миатрикс бросились к дереву. Ствол открылся перед ними, и они исчезли внутри, катапультировавшись куда-то во Множестве Миров.

— Ух ты, — сказал Ансель, когда они ушли. — Не могу поверить, что ты позволила ему уйти.

— А я могу, — Рэйн улыбнулась мне. — Саванна такая романтичная.

— У меня не хватило духу остановить его, — сказала я. — Да, он принял несколько очень плохих решений…

— Чуть не взорвал свою семью, — вставила Рэйн.

— …но он в некотором роде жертва всей этой искажённой системы, которую ты мне объясняла, Рэйн. И он пытается вырваться из этой системы. Он даже влюбился в Эльфийку!

— Да ладно тебе, Саванна. Признай это. Просто в душе ты безнадёжный романтик, — она подмигнула мне.

— Если это означает, что я хочу, чтобы люди начали принимать других людей такими, какие они есть, тогда, да, называй меня романтиком.

— Нет, это просто делает тебя потрясающим человеком, — она взяла меня под руку. — Но я готова помочь тебе во всём, что касается романтики.

— Ты и все остальные в городе, — вздохнула я. — Но если ты хочешь мне помочь, ты можешь кое-что сделать.

— Всё, что угодно.

— Поговори с Райтаном и Исидорой. Расскажи им, что произошло на самом деле. Пока всё это не раздулось ещё больше.

Она опустила руки по швам.

— Да, я думаю, с моей стороны справедливо будет сделать это, поскольку именно я изначально втянула тебя во всё это, — она вытащила свой вибрирующий телефон и прочитала сообщение. — Хм. Это интересно, — она оторвала взгляд от экрана. — Мой папа только что написал, что появилось окно, чтобы записаться на услуги Умнопереезда. Они могут убрать наше дерево завтра днём!

— Это здорово, — сказала я ей.

— Да, — она сунула телефон в карман шорт. — Что ж, я, пожалуй, начну с Исидоры. Как ты думаешь, она по-прежнему согласится убрать наше дерево после того, как я сообщу ей новость о том, что её племянница сбежала с Метаморфом?

— Если это поможет, обвини во всём меня, — сказала я. — Так поступают все.

Рэйн хихикнула.

— Нет, я думаю, что смогу с ней справиться. Спасибо за твою помощь сегодня, Саванна. Это, безусловно, было интересно, — она слегка помахала мне рукой и вприпрыжку побежала вниз по улице.

— Она права, — сказал мне Ансель. — Это было интересно. А теперь, могу я предложить нам поспешить обратно в конференц-центр, пока наши наставники не выслали Смотрителей на наши поиски?

— Хорошая идея, — согласилась я.

— Хорошо, но позволь мне уйти первым. И потом дай мне несколько минут, прежде чем последовать за мной. Мы бы не хотели, чтобы все подозревали, будто я твой тайный бойфренд, — он подмигнул мне на прощание, прежде чем уйти.

Эпизод 3. Ограбление

Глава 1. Пробное заклинание

Влажные дни сменились сухой, изнуряющей жарой. Небо было оранжевым, а воздух отдавал горячим пеплом. Где-то поблизости горели леса.

Я очень надеялась, что это не дурной знак.

Я закашлялась, подавившись дымом. Он жёг мне горло, опаляя лёгкие. Из-за загадки, в которую я вчера ввязалась, я вернулась на работу поздно, и теперь это было моим наказанием. Сегодня мне придётся выдержать жару и дым, чтобы накормить всех обедом.

И я действительно имею в виду всех. Сегодня все Ученики работали вместе в конференц-центре, вычищая его сверху донизу. До Саммита оставалось всего несколько дней, и правительство Гайи хотело, чтобы каждая плитка, перила и сиденье унитаза сверкали.

Я поспешила через Магический Эмпориум, стараясь дышать неглубоко и коротко, чтобы не вдыхать слишком много дыма. Я прошла мимо телевизора возле одного из магазинов. Сегодня в новостях мелькали две горячие темы.

Горожане, выходящие на улицы в знак протеста по всей Крепости.

И операция «Освободить Гайю», большое задание Рыцарей.

Кадры с Рыцарями, сражающимися с Проклятыми в Парке, чередовались с кадрами разгневанных протестующих, которые маршировали, протестуя против прибытия сверхъестественных делегатов из Двора Множества Миров.

Я промчалась мимо телевизора, мысленно помолившись за Коннера и Като. Я очень надеялась, что с ними всё в порядке.

— Привет, дорогуша.

Госпожа Мита встала у меня на пути. На ней был точно такой же наряд гадалки, как и на днях.

— Как вы меня нашли? — спросила я.

Это была уже не та глухая улочка, где я встретила её в прошлый раз. И всё же она чувствовала себя здесь как дома, в своей палатке, окутанной шелками и атласом, пропитанной ароматами корицы и курицы.

— Госпожа Мита видит всё, — произнесла она глубоким, таинственным голосом.

— Яяясно, — я попыталась обойти её.

Но она повторила мои движения, преградив мне путь.

— Итак, дорогуша, ты обдумала моё предложение?

— Э-э-э…

— Чтобы ты купила книгу заклинаний Парагонов Магии, — напомнила она мне со снисходительной улыбкой.

И вдруг в её руках оказалась книга в знакомой белой обложке с тиснёными чёрными буквами. Что-то в этой книге притягивало меня, заставляло прикоснуться к ней. Нет, не просто прикоснуться. Вдохнуть её, попробовать на вкус. Поглощать эти заклинания одно за другим, пока они не станут частью меня.

Я отдёрнула руку, чтобы не совершить чего-нибудь безрассудного.

— Это опасно?

— Магия всегда опасна в неправильных руках.

Я сопротивлялась желанию снова взяться за книгу, но с трудом.

— А откуда вы знаете, что у меня правильные руки?

Единственным ответом госпожи Миты была загадочная улыбка.

Была ли Рэйн права? Гадалка пыталась обманом заставить меня купить книгу? Возможно, кто-то из Учеников — на ум пришли ребята из Виктори — нанял её, чтобы разыграть меня. Может быть, если я возьму эту книгу, всё это рванёт мне в лицо.

Но тогда почему мне показалось, что книга предназначена для меня?

— Я вижу, что ты всё ещё настроена скептически, — госпожа Мита причмокнула губами. — Вот что я тебе скажу. Я дам тебе одно из заклинаний из книги бесплатно. Попробуй, прежде чем покупать, — раздался резкий звук, когда она вырвала одну из страниц.

— Вы испортили книгу! — я ахнула от шока.

С её ярко-красных губ сорвался смешок.

— Не обращай внимания, дорогуша. Страница отрастёт снова.

Книги с отрастающими страницами? Это совершенно другой уровень странности.

Госпожа Мита протянула мне вырванную страницу.

— Мы скоро увидимся, когда ты вернёшься за остальными.

Я опустила взгляд на страницу.

— Почему вы так уверены?

Но когда я подняла глаза, госпожи Миты уже не было. Как и её палатки.

Глава 2. Козерог

Я присмотрелась к странице, которую держала в руке, чтобы понять, какое заклинание дала мне старая чокнутая гадалка.

— Заклинание телепортации, — я широко улыбнулась. — Круто.

Но прежде чем я успела подумать, что мне делать с этим новым сокровищем, в меня на полной скорости врезалась женщина, и мы влетели в ближайшую палатку. На нас посыпались кексы, круассаны и другая выпечка. Подо мной треснул ящик. Застонав, я с трудом поднялась на ноги и отошла прочь от остатков палатки, отряхивая с одежды муку и деревянные щепки. Хозяин палатки, пекарь в большом белом фартуке, бросил на меня ледяной взгляд.

— Извините за это, — сказала молодая женщина, которая столкнулась со мной.

Затем она схватила меня за руку и дёрнула обратно на землю, причём очень быстро. Огромное, чудовищное существо с телом волка, клыками саблезубого тигра и чешуёй дракона перепрыгнуло через наши головы. Оно врезалось в покосившуюся палатку, сломав последние опорные балки. Всё рухнуло. Пекарь в панике бросился бежать, как и все остальные. Переулок опустел очень быстро, и остались только я, таинственная женщина и монстр.

— Эм, привет. Я Саванна, — сказала я.

— Козерог.

Я оглядела её. Козерог была молода, всего на год или два старше меня. У неё был нежная, почти мечтательная внешность — всё, кроме глаз. Эти глаза многое повидали. Ужасные вещи. Я чувствовала это. Так же, как я почувствовала, что она не была человеком.

— Ты из другого мира, не так ли? — спросила я её.

— Да, — взгляд Козерога метнулся к упавшей палатке. — Дела вот-вот примут уродливый оборот. Тебе, наверное, стоит уйти.

Море ткани на земле зашевелилось и зарычало, когда монстр попытался освободиться.

— Что это за штука? — спросила я.

— Его называют Бросак.

Монстр вырвался из палатки и тут же бросился на нас. Я перекатилась, затем вскочила на ноги.

— Да, Бросак, — выдохнула я. — Я понимаю почему.

Монстр сделал широкий разворот и бросился ещё раз. Когда Козерог хлопнула в ладоши, с них посыпался огненный пепел. Она подула им в лицо Бросаку. Зверь взвыл, брыкаясь и молотя лапами, вслепую шатаясь по переулку, сбивая палатки.

— Это угроза Множеству Миров. Вот зачем я здесь: чтобы устранить его, пока кто-нибудь не пострадал. Бросаки очень опасны, — сказала мне Козерог.

— Я верю тебе.

— И всё же ты не убегаешь, как все остальные, — её брови сошлись на переносице. — Почему? С тобой что-то не так?

— Некоторые люди, кажется, так думают, — ответила я с улыбкой.

Она фыркнула, и её серьёзная маска треснула.

— Да, я тоже с таким сталкиваюсь. Часто. Другие агенты Ордена считают меня… странной.

— Ордена?

— Орден Зодиака, — объяснила она. — Мы защитники мира и магии во Множестве Миров.

— Да, то же самое, — сказала я. — За исключением того, что Рыцари Гайи защищают это мир. И… — я прочистила горло. — Я всё ещё всего лишь Ученик Рыцарь.

Она положила руку мне на плечо.

— Нужно же с чего-то начинать.

— Да, ты права, — я улыбнулась ей. Мне нравилась Козерог. Она была такой настоящей. — Могу я предложить начать с этого? — я указала на беснующегося зверя. Судя по тому, как он шарахался вокруг, он всё ещё ничего не видел. — Пока он не причинил кому-нибудь вред.

— Действительно, — Козерог взмахнула рукой, и все шесты от разбитых палаток полетели в монстра, как копья.

По чешуйчатому телу существа разлилось яркое золотое сияние. Воздух внезапно стал как будто заряженным, наэлектризованным. Мою кожу начало покалывать. В ушах раздался гул, глубокий и настойчивый. Покалывание стало острее, а жужжание громче.

Пока из Бросака не вырвались щупальца молний, поразившие шесты. В одно мгновение все они превратились в дым.

— Что это за магия? — ахнула я.

— Такая, которую трудно убить.

Козерог схватила с земли кусок ткани от палатки и со свистом обернула его вокруг себя, как накидку. Когда она закружилась на месте, ткань охватило пламя. Его песня была больше похожа на рёв, чем на потрескивание. Она становилась всё громче и громче. Как только она достигла своего огненного апогея, Козерог отпустила ткань. Та скользнула к Бросаку, мощная, но терпеливая, как ястреб, кружащий над своей добычей.

Монстр замахнулся на неё. Ткань зашипела, сворачиваясь обратно. Медленно, медленно, медленно… Она хлестнула, как хлыст, опалив зверю плечо. Бросак взревел от гнева и агонии. Что-то ужасное и ядовитое хлынуло у него изо рта — всё зелёное и дымящееся, воняющее желудочной кислотой и разлагающимися отходами. Когда это облако коснулось ткани, оно мгновенно проело её насквозь.

— Это нехорошо, — пробормотала Козерог, встряхнув руками. На них появилось несколько искр, но они тут же погасли. — Совсем не хорошо.

Существо топнуло одной из передних лап, как бык, готовящийся к атаке. В его глазах плясали обещания разрушения и смерти.

— Оно сильнее, чем должно быть, — сказала Козерог. — В этом Бросаке есть что-то особенное.

Тихий, неземной смех разнёсся по ветру.

— Это потому, что это вовсе не Бросак, — перед нами материализовалась призрак Никси. — Он только притворяется Бросаком, — сказала она призрачным голосом.

— Кто ты? — спросила её Козерог. — И откуда ты можешь это знать?

— Я Никси, — ответила призрак. — И я знаю это, потому что я умнее тебя. Но не расстраивайся. Я умнее всех, — она подмигнула мне. — Верно, Саванна?

Козерог посмотрела на меня.

— Этот призрак — твой друг?

Я не знала, как ответить на этот вопрос. Никси помогала мне в прошлом, но я не была уверена, что могу назвать её другом. На самом деле, я даже не была уверена, доверяю ли я ей. В ней было что-то такое, что приводило в замешательство.

— О да, мы с Саванной лучшие подруги, — сказала Никси, изогнув губы в медленной, вялой улыбке. — Её магия просто завораживает, тебе не кажется?

Козерог с любопытством посмотрела на меня.

— Давай меньше беспокоиться о моей магии, и больше беспокоиться об его магии, — быстро сказала я, указывая на монстра.

Он фыркнул, и из его носа вырвалась молния.

— Ты сказала, что это не Бросак? — спросила Козерог у Никси. — Тогда что это?

— Хамелеон, конечно же, — ответил призрак.

На лицо Козерога упала тень дурного предчувствия.

— Я так понимаю, это плохо? — спросила я у неё.

Никси ответила за неё.

— О, да. Хамелеон намного хуже Бросака. На самом деле, это один из самых опасных монстров во Множестве Миров, — она медленно свела руки вместе, улыбаясь нам сквозь переплетённые пальцы. — Но не волнуйтесь так сильно, девочки. Это будет весело.

Глава 3. Хамелеон

— Весело? — повторила я, еле выдавив это слово. — Как сражаться с одним из самых опасных монстров во всём Множестве Миров может быть весело?

— Ну, когда ты так об этом говоришь, ты, безусловно, убиваешь всё веселье, Саванна Винтерс, — ответила Никси, надув губки. — Думай об этом как о приключении, вызове…

— Самоубийственной миссии, — вставила Козерог.

— К сожалению, нет, — ответила привидение, и в её голосе прозвучало искреннее разочарование. — Потому что я уже мертва.

— Хватит! — прошипел Хамелеон. Это был уже не чешуйчатый волк с длинными клыками. Это была старая женщина, с лица которой стекала кожа, похожая на расплавленный воск. — Давайте просто покончим с этим. Я просто горю желанием убить вас.

Голос существа был нечеловеческим, неземным, ужасным. Когда оно заговорило, его слова были грубыми и отрывистыми. Они царапали мои барабанные перепонки, как наждачная бумага.

— Это мы ещё посмотрим, — заявила Козерог, топнув ногой.

Из глубины земли донёсся тяжёлый, глухой барабанный бой. Да-дам. Да-дам. Да-дам. Стук становился всё громче. Сильнее. Злее. Земля начала содрогаться. Это было так быстро, так неумолимо. Дрожь пронзила мои ноги. У меня застучали зубы. Голова закружилась. Я почувствовала головокружение, дезориентацию, была выбита из колеи.

— Если ты потеряешь сознание, я не смогу тебя поймать, — предупредила Никси.

Козерог снова топнула ногой. Земля разверзлась под ногами Хамелеона. Существо исчезло из виду.

— Помогите! — закричала маленькая девочка, и её голос был слышен сквозь треск и рычание. — Пожалуйста, помогите мне! Кто-нибудь! Кто угодно!

Я осмотрела место происшествия в поисках девочки. Я нашла её в ловушке в одном из кратеров, образовавшихся на дороге после заклинания Козерога.

— Не волнуйся, — сказала я девочке. — Я спасу тебя.

— Остановись, — Козерог схватила меня за руку. — Это не маленькая девочка. Это Хамелеон пытается обмануть тебя.

Земля снова содрогнулась.

— Помоги мне! — закричала девочка. Она потянулась ко мне, и по её лицу текли слёзы. — Пожалуйста! Не оставляй меня здесь! Не дай мне умереть!

— Не делай этого, Саванна, — Козерог не отпускала мою руку. — Пусть тебя не обманывает внешность. Это чудовище — оборотень. И оно очень хитрое.

— Помоги мне! — снова закричала девочка.

Только теперь их было двое, запертых в соседних кратерах.

— Пожалуйста!

Теперь появилось уже четыре маленькие девочки, одинаковые во всех отношениях, вплоть до розового родимого пятна в форме звезды на лбу у каждой девочки.

— Не оставляй меня здесь!

Теперь там было восемь девочек. Их голоса звучали в унисон.

— Не дай мне умереть!

Умом я понимала, что это Хамелеон, но, несмотря на это, глядя в их невинные, полные ужаса глаза, моё сердце сжималось от сочувствия.

— Почему ты мне не помогаешь? — спросили девочки, и хор голосов эхом отдался у меня в ушах. — Я думала, Рыцари должны быть героями.

— Ты не Рыцарь.

Я повернулась на звук голоса Като. Он стоял рядом со мной.

— Ты всего лишь Ученик, — сказал мне Коннер. Он стоял по другую сторону от меня. — И то только потому, что ты жульничала.

Невада тоже оказалась рядом.

— Ты никогда не станешь Рыцарем.

— Ты такая трусиха, — поддразнил меня Данте. — Всегда была такой и всегда будешь..

— Мне не следовало отпускать тебя, Саванна, — вздохнула мама. — Ты слишком молодая. Слишком маленькая. Слишком хрупкая.

— Слишком жалкая, — добавила Зои своим резким гнусавым голосом. Она усмехнулась мне. — Ты будешь плакать, малышка? Ты собираешься развалиться на части?

Ретт скрестил руки на груди и одарил меня торжествующей улыбкой.

— Похоже на то.

— Она трещит по швам! — Датч рассмеялся.

— Ты выглядишь не лучшим образом, — сказала мне Кайли. Её улыбка была наполовину утешающей, наполовину забавляющейся.

— Ну, по крайней мере, после того, как монстр съест тебя, ты не будешь тянуть за собой остальных, — сказала Бронте. — Честно говоря, Саванна, я никогда не встречала никого, кто бы настолько не умел следовать указаниям. Я точно сказала тебе, что тебе нужно сделать, чтобы подняться по Табло, но ты отказалась слушать!

— Пойдём, Винтерс, — Ашер протянул мне руку. — Давай найдём для тебя уютное местечко, где ты сможешь вздремнуть. Это как раз то, что тебе нужно.

Я моргнула.

— Они все такие настоящие.

— Нет, — Никси пожала плечами. — Они пахнут не так, как люди.

Я понюхала воздух.

— Я ничем не пахну.

Никси кивнула.

— Именно так.

— Подожди, — нахмурилась я. — Ты вообще чувствуешь запахи? Ты не совсем живая.

— Но я также не совсем мёртвая, не так ли? — возразила она.

— Этот призрак — хитрый, — сказал мне Коннер.

— Очень хитрый, — согласился Като. — Она явно работает на зверя. Тебе лучше пойти с нами, Семёрка.

— Верно. В конце концов, мы проделали весь этот путь, чтобы спасти тебя, Красная Шапочка, — Коннер одарил меня улыбкой.

Весь мир завертелся перед моими глазами. У меня так кружилась голова, что я с трудом могла видеть, не говоря уже о том, чтобы стоять на ногах. По моему лбу стекали струйки пота. На языке ощущался острый кисловатый привкус. Кроме того, меня беспокоило учащённое сердцебиение. Сердце колотилось у меня в груди, сотрясая грудную клетку.

— Они ненастоящие, — сказала Никси. Её голос был таким тихим, таким приглушённым, будто доносился из-за завесы смятения, которая душила меня.

Я повернулась к людям, которые не присутствовали здесь и говорили чужими голосами, и заявила:

— Вы ненастоящие.

Где-то рядом существо издало сердитый вопль, и туман в моём сознании рассеялся. Все призраки исчезли. Передо мной стоял только Хамелеон. Существо было похоже на красивую женщину — с длинными распущенными волосами и жемчужным отливом кожи — но голос у него был как у старухи, низкий и свирепый.

— Выпусти меня, — прошипело существо.

Я моргнула, а затем Хамелеон снова оказался в кратере. Или, как я начала понимать, он никогда и не уходил оттуда. Козерог стояла на краю ямы на дороге, размахивая руками и сплетая заклинание. Грязь, пузырясь, поднималась из земли, медленно заполняя яму и погребая существо вместе с собой. Земля была уже по грудь Хамелеону.

— Выпусти меня! — крикнуло существо.

Я стояла на месте.

— Я найду всех, кого ты любишь, Саванна Винтерс, — прорычало оно. — Я убью их, — оно закашлялось, когда грязь облепила его шею, а затем хрипло добавило: — И это будет твоя вина.

— Ты никому не причинишь вреда, — сказала ему Козерог.

Теперь она сияла так ярко, что я даже не могла смотреть на неё. Я прикрыла глаза, и когда ослепительная вспышка света с шипением погасла, и дорога, всего несколько мгновений назад сплошь испещрённая выбоинами, снова стала гладкой. На ней не было ни ям, ни трещин, ни даже крошечного скола. Дорога выглядела лучше, чем я когда-либо видела её. И единственным напоминанием о звере была полоска света, поднимающаяся от асфальта, как пар после летнего ливня. Останки чудовища таяли у меня на глазах, уносимые ветром.

— Так это всё? — спросила я Козерога. — Вот так просто? Так просто?

— О, это было совсем не просто, — беззаботно рассмеялась она. — И я не смогла бы сделать это без тебя.

— Что я сделала?

— Ты отвлекла монстра, и я смогла сотворить заклинание.

— Рада была услужить, — вздохнула я.

Во время моего первого Квеста Открытия я была приманкой. А теперь я отвлекала внимание. Каким прекрасным Рыцарем я оказалась.

Козерог, должно быть, почувствовала моё настроение, потому что одарила меня улыбкой и добрыми словами.

— Ты мне очень помогла, Саванна. Правда.

— Да, я никогда раньше не видела, чтобы Хамелеон был так увлечён кем-то, — мечтательно произнесла Никси. — Должно быть, он думал, что ты лёгкая мишень.

— Спасибо, Никси, — проворчала я.

— Не нужно быть такой резкой, — с улыбкой произнесла призрак. — Ты знаешь, я очень высоко ценю твою магию, Саванна. Тот факт, что Хамелеон не оценил её, сам по себе был его ошибкой. Он недооценил тебя, — она задумчиво погладила подбородок. — Похоже, многие люди совершают одну и ту же ошибку.

— Это всё из-за моего очаровательного личика, — сухо сказала я. — Оно всех застаёт врасплох.

Никси хихикнула.

— О, да. Я думаю, тут ты права.

Я повернулась к Козерогу.

— Так на этом всё? Хамелеона больше нет?

— О, это ещё не конец, — сказала Никси, прежде чем та успела ответить. — Конечно, один раз ты убила зверя, но он вернётся, — она радостно потёрла руки. — Хамелеоны, знаешь ли, выносливые существа. На самом деле нужно убить их четыре раза, прежде чем они, наконец, покажут свою истинную форму, единственную форму, которую ты можешь по-настоящему убить.

— Фантастика, — сказала Козерог, и похоже, перспектива сразиться с монстром ещё четыре раза «радовала» её так же сильно, как и меня.

— Сколько пройдёт времени, прежде чем он… оживёт? — спросила я Никси.

— Трудно сказать. Это могут быть недели, дни или даже всего несколько часов.

— Я буду начеку, — сказала Козерог, затягивая лямки рюкзака.

Никси наблюдала за ней.

— Так скоро уходишь?

— Мне нужно выследить Хамелеона. Вот зачем я здесь. Так что мне лучше вернуться к работе.

— А мне лучше вернуться в свою ванну, — восторженная улыбка скользнула по губам призрака.

— Твою ванну? — переспросила я в замешательстве.

— Да, мою ванну. В океан, конечно же. Я обожаю океан. Шум волн. Запах морских водорослей. Привкус соли на языке, — она вздохнула. — Когда я была жива, я часто бывала на берегу океана. Это было моё место, моё убежище, когда мне нужно было подумать, успокоиться или сориентироваться. Даже после смерти пребывание там пробуждает такие успокаивающие воспоминания, — Никси снова вздохнула. — Прощайте, дамы. До скорой встречи, — она подмигнула и исчезла.

— Мне тоже нужно идти, — сказала мне Козерог. — До следующего раза, Саванна Винтерс.

Затем, так же легко, как призрак Никси, она исчезла у меня на глазах, растворившись, как дым на ветру.

Глава 4. Магические оплошности

Часы на башне Эмпориума пробили тяжёлый бой, не слишком деликатно напоминая о том, что я опаздываю. Я побежала в направлении ресторана с тако.

Но к тому времени, как я добралась до ресторана, очередь за покупками уже была у самых дверей. Супер. Встреча с госпожой Митой обошлась мне дорого, как и моя стычка с Хамелеоном. Несколько минут назад это место было бы пустым. Вздохнув, я постаралась не представлять, какое наказание меня ждёт, если я вернусь в конференц-центр поздно. Снова.

Мне нужно было быстро достать эти тако! И у меня было — я взглянула на часы — всего пятнадцать минут, чтобы доставить их обратно в конференц-центр. Да, сделать это не получится. Очередь двигалась со скоростью подтаивающего ледника. А это означало, что я уйду отсюда через одну-две тысячи лет. Если только не…

Я полезла в свой рюкзак и вытащила страницу, которую получила от госпожи Миты. Я взглянула на неё, и в моей голове закружились новые идеи. Это было заклинание телепортации. Может быть, я могла бы просто телепортироваться в начало очереди. Да, это было прекрасно.

Я быстро огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что никто не смотрит. Никто не смотрел. Все уставились в экраны своих телефонов. Они настолько игнорировали всех и вся вокруг себя, что, вероятно, даже не заметили бы, если бы здание упало им на головы.

Убедившись, таким образом, в абсолютной крутости своего плана, я более внимательно изучила заклинание. Оно было длинным. И сложным. Там было очень техническое введение, за которым следовало несколько весьма подробных диаграмм, каждая из которых сопровождалась собственным примечанием. Это выглядело как нечто среднее между учебником физики и философским исследованием человеческой души.

Одна из диаграмм была похожа на созвездие, но это было не то созвездие, которое я знала. Казалось, что я должна была… нарисовать в воздухе что-то вроде символа созвездия, удерживая в уме желаемый пункт назначения.

Да, это прозвучало совсем не расплывчато.

Но мне было скучно, и я опаздывала, и, честно говоря, что мне было терять? Поэтому я использовала свою руку как кисть для рисования и нарисовала странный символ на холсте небытия. Я почувствовала щелчок, будто лопнула резинка, и сильный приступ головокружения.

Но я уже перепрыгнула в середину очереди!

— Круто.

Ещё круче, никто даже не заметил. К счастью, я удержала равновесие, прежде чем врезаться в ничего не замечающего парня передо мной.

— Нет времени праздновать, Саванна. Есть работа, которую нужно сделать, — пробормотала я себе под нос.

Я сосредоточилась на своей цели. В поле зрения появилась стойка выдачи заказов, всего в одном крошечном магическом прыжке от меня. Всё, что мне нужно было сделать — это воспользоваться ею.

Я нарисовала созвездие телепортации. Щелчок раздался снова, но на этот раз за ним последовал грохот и ещё несколько ударов, эхом отдавшихся в моей закружившейся голове.

— Что ты здесь делаешь?

Я моргнула, увидев краснолицего мужчину в фартуке, и только тогда поняла, что лежу на полу. Я проскочила переднюю часть очереди и телепортировалась прямо сквозь стену — в кладовку.

— Э-э, извините, — я неуверенно поднялась на ноги, стряхивая муку с одежды. Белое на чёрном. Это не уйдёт, пока я не постираю одежду. — Я искала туалет и, должно быть… поскользнулась.

— Туалет в той стороне, — рявкнул мужчина, указывая пальцем в сторону коридора.

— Спасибо, — я была уверена, что мои щёки были такими же красными, как помидоры, которые я опрокинула. Я отвела взгляд от беспорядка, который устроила. — Простите.

К тому времени, как я закончила притворяться, что иду в туалет, очередь за едой стала длиннее, чем когда-либо.

Глава 5. Рыцари и Ученики

Наконец-то взяв тако, я побежала обратно в конференц-центр, аккуратно сложив часть пакетов с ланчем в рюкзак и держа остальные обеими руками. Но мой бег замедлился, когда я приблизилась к месту назначения. Толпа была плотной, а дорогу перегородил большой грузовик.

Рэйн помахала мне рукой. Она стояла прямо перед магазином своих родителей. Эльфы в нарядных белых комбинезонах суетились вокруг неё, крича и размахивая руками в сторону мёртвого дерева, которое они медленно втаскивали в грузовик с помощью телекинеза.

Итак, Исидора и её Эльфы помогли Рэйн. Ну хоть у кого-то сегодня всё шло хорошо.

Я ворвалась в двери конференц-центра, бормоча «Извините, я опоздала!» и ставя пакеты с обедом на стол.

Все наставники и Ученики собрались в танцевальном зале, всего тридцать шесть человек. Моё эффектное появление, похоже, никого особенно не впечатлило.

Нала заглянула в один из пакетов с ланчем, а затем сказала:

— Ты опоздала.

Разве я не сказала это только что?

— Почему ты так долго? — спросил Альтаир.

Я могла бы рассказать ему о госпоже Мите, Хамелеоне, и о моей неудаче с заклинанием телепортации, но я не думала, что это поможет загладить провинность. Поэтому я сказала только:

— Пробки были жуткие. И очередь за тако была действительно длинной.

— Она, вероятно, отправилась в очередное злополучное приключение, — сказал Орион Эрис.

Эй, мои приключения не были злополучными. Или, по крайней мере, большинство из них не были злополучными.

— В любом случае, обед уже закончился, Ученик, — Джарет раздал пакеты с обедом разным командам. — Закончился для тебя, по крайней мере. А теперь иди в подвал и убери там что-нибудь.

— Значит, я не получу ланч только потому, что опоздала на несколько минут?

— Ты опоздала больше, чем на несколько минут.

Я наблюдала, как другие Ученики поглощали свои тако.

— Знаешь, это довольно несправедливо.

Джарет пожал плечами.

— Когда-нибудь ты тоже будешь несправедлива к Ученикам. Это одно из преимуществ того, что ты Рыцарь, — затем он вручил мне ёршик для унитаза и ведро с чистящими средствами.

Я спустилась по лестнице в подвал и занялась ванной. Невада последовала за мной. Я с любопытством посмотрела на неё, когда она опустилась на колени на пол рядом со мной.

— Я не голодна, — она натянула перчатки для уборки.

Я знала, что она была так же голодна, как и я, но она всё равно пришла сюда, чтобы мне не пришлось работать одной. Это одна из причин, по которой она была таким хорошим другом.

— Серьёзно, что такое с Джаретом? — спросила она. — Кто бы мог подумать, что он такой диктатор?

— Я не думаю, что он диктатор. Он просто слишком наслаждается собой. Из всех наставников он самый молодой Рыцарь. Ещё в прошлом году он сам был Учеником. Я думаю, воспоминания об его страданиях до сих пор свежи в его памяти.

— Да, поэтому он чувствует себя обязанным передать свои страдания новому классу Рыцарей, — согласилась Невада.

Другие Ученики присоединились к нам через несколько минут. Некоторые из них дразнили меня из-за того, что я пропустила обед. Наставники тоже были там. Джарет устроил целое шоу, очень медленно поедая моё тако и всё время улыбаясь мне.

Мне было интересно, как он отнесётся к порошку перца чили на своей зубной щётке. Хитрость заключалась в том, чтобы проникнуть в замок Метаморфов и в его комнату…

— Саванна?

Голос Невады отвлёк меня от моих планов мести.

— Извини, — пробормотала я, хватая новую банку чистящего спрея.

— Куда ты ушла? — спросила она.

— Куда угодно, только бы не быть здесь, — я хмуро посмотрела на Данте. — Бро, что ты делаешь?

— Магию, — он водил ёршиком для унитаза кругами, создавая водоворот в унитазе.

— Серьёзно?

— Да, я пробую заклинание сверхскорости. В последнее время в новостях показывают много видео с Рыцарями, сражающимися в Парке. Один из них двигал руками вот так.

— Суперскорость, говоришь?

— Да.

Я продолжала наблюдать за ним, но попросту не видела этого.

— Ты уверен, что заклинание действует именно так?

— Конечно. Именно так его делал твой бойфренд, — Данте подмигнул мне.

Бойфренд? Хорошо, что Кайли не находилась в пределах слышимости.

Несмотря на то, что вчера я выслушала более чем достаточно унизительных разговоров о «бойфренде», я заставила себя улыбнуться и поддразнить брата в ответ.

— Данте действительно должен сосредоточиться на своей работе, — прокомментировала я Неваде. — Похоже, что он просто беспорядочно двигает руками, неаккуратно взад и вперёд. Я не вижу суперскорости.

Но Данте был невозмутим.

— В этом и заключается особенность суперскорости, сестрёнка. Это происходит так быстро, что ты этого даже не замечаешь.

Я медленно и скептически приподняла брови.

— Так что, вся туалетная вода должна вот так вылиться на пол?

Взгляд Данте опустился на пол. С недовольным ворчанием он удвоил усилия, сосредоточившись на произнесении заклинания, используя какие-то странные, замысловатые движения руками, которые, я была уверена, были совершенно неправильными. И совсем не магическими.

Невада издала пронзительную трель, и вода, которую пролил Данте, потекла в канализацию на полу.

— Вот это настоящая магия, — сказала я Данте, ухмыляясь.

Он закатил глаза, глядя на меня.

— Я не единственная, кто умеет творить настоящую магию, — сказала Невада. — Саванна тоже может это делать.

— Что за магию ты умеешь творить, Сав? — нахмурился Данте, когда у него отвалился наконечник ёршика для унитаза.

— Я покажу тебе, если ты отдашь мне эту штуку, — я указал на сломанный ёршик для унитаза.

Озадаченный Данте протянул его мне.

Я схватила отвёртку из нашего ящика с инструментами и прикрепила щётку к черенку.

— Вот, пожалуйста, как новенький, — я вернула её ему. — Просто как по волшебству, — я засунула отвёртку за пояс брюк сзади. Скорее всего, мне она снова понадобится.

Данте хмыкнул.

— Ты называешь это магией?

— Это волшебнее, чем разлить туалетную воду по всему полу, — возразила я, пожимая плечами.

— Она просто дурачит тебя, — сказала ему Невада. — Она действительно может творить настоящую магию, — она посмотрела на меня. — Я слышала о том, что ты сделала вчера, Саванна, сотворив сеть из магических лепестков. Это довольно круто.

— Откуда ты об этом знаешь?

Невада разбрызгала чистящее средство по всей раковине.

— Ансель сказал мне. Он в моей команде. И он знает, что мы друзья.

Данте оживился.

— Ансель? Уже завела третьего бойфренда, Сав?

Я стиснула зубы.

— Не каждый парень, который со мной заговаривает, является моим бойфрендом, дурачок.

— А они-то об этом знают? — спросил он с притворной серьёзностью.

Я запустила губкой ему в голову.

Он нырнул в сторону, и губка пролетела мимо него, попав Ретту в лоб. Взгляд Ретта остановился на мне. Он хрустнул костяшками пальцев и холодно улыбнулся мне.

— Эй, что это за шум? — спросил Ашер.

Я задавалась тем же вопросом. Шум, который несколько минут назад начинался как прерывистый, отдалённый звон, теперь превратился в тяжёлый, ровный стук.

— Может быть, это люди, которые убирают дерево? — предположила Бронте.

Стены начали трястись.

— Это не из-за того, что убрали дерево, — сказала я, вставая.

Датч ворвался в комнату с криком:

— Смотрите новости!

Эрис достала портативный планшет.

— Воры пытались ограбить ювелирный магазин по соседству, — сказала она. — После того, как сработала сигнализация, они забаррикадировались внутри. Используя силовое поле, — Эрис взглянула на Ориона, который стоял позади неё.

Орион прочитал на экране.

— Смотрители уже в пути, но их внедорожники заблокированы грузовиком Умнопереезда и огромным мёртвым деревом на дороге. Сейчас они идут пешком, но не могут взять с собой разрушитель силового поля, он слишком тяжёлый, чтобы нести его в руках.

Джарет вскочил на ноги.

— Я позабочусь об этом.

Он выбежал из комнаты. Остальные Рыцари последовали за ним.

Перед уходом Эрис сказала ученикам:

— Мы разберёмся с этим. Оставайтесь здесь.

Бронте схватила планшет, который они оставили на туалетном столике под зеркалом. Все уже давно перестали делать вид, что занимаются уборкой.

— Рыцари уже на месте, — Бронте повернула планшет, чтобы показать нам прямую трансляцию новостей с улицы перед ювелирным магазином.

Пятеро Рыцарей и множество Смотрителей стояли вместе, обсуждая ситуацию. Джарет ещё не вернулся с разрушителем силового поля, если предположить, что он вообще сможет принести его в одиночку. Конечно, он был очень силен, но я уже видела разрушитель силовых полей, и он выглядел очень, очень тяжёлым. Не зря Смотрители использовали грузовики и подъёмные краны, чтобы установить его.

— В новостях уверены, что Рыцари поймают воров, — прочитала Бронте. — Здание окружено, и есть только один способ войти или выйти. Идти некуда. Воры в ловушке без надежды на спасение. Как только силовое поле падёт, всё будет кончено.

Стены вокруг нас затряслись так сильно, что посыпалась пыль.

— Я бы не была так уверена, — сказала я. — Если воры установили силовое поле, значит, у них есть магия. Кто знает, на что ещё они способны.

На экране планшета Рыцарь в золотых доспехах неуклюже приближался к ювелирному магазину, пошатываясь под тяжестью огромной пушки в своих руках. Джарет. Он двигался очень медленно. Удивительно, что он вообще двигался, учитывая размеры этой штуки.

Прозрачное голубое мерцание вокруг ювелирного магазина распространялось, поглощая соседнее здание. Наше здание.

Я знала, что задумали воры. Я знала, как они собираются сбежать.

— Всем лечь на землю! — крикнула я, перекрывая оглушительные удары.

И тут стена перед нами взорвалась.

Глава 6. Игра в героя

Это и был путь отступления воров. И мы оказались у них на пути.

Три человека в чёрных доспехах ворвались в образовавшийся после взрыва пролом в стене. Я уже видела эти чёрные доспехи раньше. Точно такие же были на Техно-Рыцаре на Турнире.

Такие же доспехи были на парнях, которые напали на бойцов в Парке два дня назад.

Ученики вокруг меня побледнели, а затем начали отступать. Они, очевидно, тоже узнали эти костюмы.

— Стоять, — протянул один из Техно-Рыцарей. Его голос звучал хрипло и скрипуче, как будто он проглотил слишком много дыма.

Ученики застыли на месте.

— Вы наши пленники, — когда второй Техно-Рыцарь поднял обе руки в воздух, зазубренный проём в стене за их спинами обрушился. — Если вы попытаетесь сбежать, для вас всё обернётся очень, очень плохо, — даже сквозь эхо в шлеме голос был явно женский. — Так что сделайте всем одолжение и просто не пытайтесь.

Никто не пошевелился. Никто не мог. Какое-то заклинание удерживало нас на месте. Я чувствовала, как швы заклинания, словно кусок грубой ткани, трутся о чувствительный край открытой раны. Интересно, если я потяну за нити этого заклинания, развеется ли оно?

Внезапно мучительная головная боль пронзила мою голову. Я попыталась сдержать боль, но с моих губ сорвался тихий стон.

— Я предупреждала тебя, чтобы ты ничего не предпринимала, — передо мной остановилась женщина Техно-Рыцарь. Её бронированная рука грубо схватила меня за подбородок. — Ты не очень хорошо слушаешь.

— Наверное, так и есть, — выплюнула я.

Я разорвала швы её заклинания, затем потянулась за спину и схватила отвертку, заткнутую за пояс моих брюк. Тем же движением я вонзила заострённый конец инструмента в маленькое отверстие в её броне, под мышкой. Костюм техно издал ровный, глухой, скулящий звук, затем все его крошечные лампочки погасли.

Это привлекло внимание всех трёх Техно-Рыцарей.

— Да, я хорошо рассмотрела ваши костюмы, когда вы так бесцеремонно ворвались сюда. И я знаю, как отключить их питание, — сказала я им, сжимая отвёртку.

— Глупая девчонка, — огрызнулась Техно-Рыцарь в обесточенном костюме.

Она издала тот же пронзительный звук, который Невада использовала ранее, чтобы направить переливающуюся воду в канализацию. Но когда она это сделала, струи воды вырвались из труб и ударили в меня, сбив с ног.

Бронированные ботинки застучали по полу. Зловещий чёрный шлем уставился на меня сверху вниз.

— Мне не нужен костюм, чтобы творить магию. Или чтобы разобраться с тобой.

Её рука опустилась и подняла меня с пола. Пальцы крепче сжались на моей шее. Туже. Туже. У меня перехватило дыхание.

— Отпусти её, — рявкнул один из Техно-Рыцарей. — Причинение вреда Ученикам не входило в наши планы.

— Ты прав, — нападавшая швырнула меня на землю, как выброшенный мусор. — Это не входило в план.

— А каков план? — я закашлялась, схватившись за горло, и поднялась на ноги.

Никто из трёх Техно-Рыцарей не ответил. Вместо этого они повернулись к другим Ученикам и сказали в унисон:

— Выходите.

Они погнали нас к лестнице. Я двигалась медленно, держась в хвосте очереди.

Невада держалась поближе ко мне.

— С тобой всё хорошо? — прошептала она.

— Да, со мной всё будет в порядке, — я помассировала горло.

Она, нахмурившись, наблюдала за мной.

— Это прозвучало не очень убедительно.

— Да, действительно, — Данте стоял по другую сторону от меня. Он бросил сердитый взгляд на трёх Техно-Рыцарей. — Они ещё пожалеют, что прикоснулись к моей сестре, — для пущей убедительности он ударил кулаком по раскрытой ладони.

Я схватила его за руку.

— Не делай глупостей.

Он фыркнул.

— Это говорит девушка, которая напала с отвёрткой на солдата в доспехах.

— Эй, когда я делала свой ход, я не знала, что они могут использовать магию даже без костюмов. Это просто не имеет никакого смысла, — я нахмурилась. — Зачем им понадобились костюмы, имитирующие магию, если у них уже есть магия?

— Дополнительная огневая мощь? — предположил Данте.

— Но Техно-Рыцарь на Турнире под костюмом оказался человеком, — я прикусила губу. — А эти ребята — нет.

— Может быть, они работают вместе? — рассуждала Невада.

— Человек в костюме, напавший на участников Турнира, является членом Братства Земли, организации, выступающей против магии. Он напал на Рыцарей, потому что они владеют магией. Эти люди, — сказала я, взглянув на троих наших похитителей, — они сверхъестественные существа. Эти две группы никогда бы не сработались.

— Тогда почему они носят одинаковую броню? — спросил Данте.

Я покачала головой.

— Я не знаю.

— Кто они? — спросила Невада. — И чего они хотят?

Бронте обернулась и одарила нас долгим, тяжёлым вздохом.

— Разве это не очевидно? Они Повстанцы.

— Нет, — возразила я. — Повстанцы помогают гражданам Гайи. Я видела это собственными глазами. Мы все видели.

— Правда? — возразила Бронте.

— Они помогают людям, Бронте, — ответила я. — Мы видели их в торговом центре. Они позаботились о том, чтобы все были в безопасности. Они даже завернули плохих парней в подарочную упаковку для Смотрителей!

— Знаем ли мы на самом деле, что делали Повстанцы, когда «помогали» людям? Мы понятия не имеем, какова их истинная цель!

Но я знала, что видела.

— После всего того, что они сделали хорошего, почему Повстанцы вдруг стали плохими? И зачем им растрачивать всю свою добрую волю на что-то столь обыденное, как несколько драгоценностей? Зачем устраивать такое грандиозное шоу из ограбления ювелирного магазина? Повстанцы месяцами избегали поимки, так как же они могли быть настолько глупы, чтобы спровоцировать сигнализацию в магазине? — я покачала головой. — Это вообще не имеет никакого смысла.

— Какая разница, кто скрывается под этой бронёй? — сказал Данте. — О чём нам следует беспокоиться, так это о том, как уйти от этих парней.

— Я не думаю, что мы должны что-то делать, — Бронте бросила на меня многозначительный взгляд.

— И под «мы» ты подразумеваешь, что я не должна ничего делать.

— Ну, ты точно не улучшила ситуацию, Саванна, — ответила она.

Она не ошибалась. Если уж на то пошло, я только усугубила ситуацию.

— Так что ты предлагаешь? — потребовал ответа Данте. — Просто сидеть здесь и ждать, пока нас спасут? В этом нет ничего героического.

— Мы не герои, — резонно заметила Бронте. — Мы всего лишь Ученики.

— И Ученики, которые всегда трусят в тени, очевидно, становятся лучшими Рыцарями, — сказал Данте, закатывая глаза.

— Мы не трусим, — сказала она ему. — Мы просто решили не ввязываться в драку, в которой не сможем победить.

Данте закатил глаза. Снова.

— Говори за себя. Я говорю, что мы можем справиться с ними. Нас тридцать один человек. И только трое из них.

— У них есть магия. У нас её нет, — напомнила ему Бронте с напряжённым терпением.

— Саванна может творить немного магии. И Невада тоже.

Бронте встретилась с ним взглядом.

— Немного магии не поможет против трёх сверхъестественных существ, двое из которых в полностью исправных доспехах. Помните, злодей на Турнире, который был человеком, сразился с семью Рыцарями в таких же доспехах и почти победил. Опять же, мы не Рыцари. Настоящие Рыцари снаружи, и я уверена, что они разрабатывают план, пока мы говорим. Они спасут нас.

— Я не уверен, что они нас спасут. — проворчал Данте.

— Конечно, спасут. Рыцари сделают всё, что в их силах, чтобы вернуть нас, — сказала ему Бронте. — Мы Ученики, будущее человечества. Мы ценны.

— Конечно, мы представляем ценность, — сказал Данте. — Вот почему эти парни взяли нас в заложники. Именно потому, что мы ценные заложники. Они знают, что пока мы у них в руках, Генерал не позволит Рыцарям напасть на них. Он не может рисковать потерей целого отряда Рыцарей, — он кивнул, когда уверенная улыбка Бронте исчезла. — Итак, теперь ты всё поняла. Рыцари не станут рисковать и спасать нас. И эти парни нас не отпустят, по крайней мере, пока они не окажутся на свободе. И кто тогда скажет, что они с нами сделают, когда мы им больше не будем нужны в качестве разменной монеты?

Я схватилась за ушибленное горло. Я всё ещё чувствовала, как пальцы закованного в броню сверхъестественного существа сжимают мою кожу.

— Иными словами, — сказал Данте, — будет чудом, если мы все выживем.

Глава 7. В ловушке

— Я сказал, пошевеливайтесь! — прокричал один из закованных в броню злодеев своим низким прокуренным голосом. — А иначе…

У него не было возможности закончить свою угрозу. Оглушительный грохот сотряс здание, заглушив его слова.

— Рыцари атакуют силовое поле, — сказал другой солдат. Он стоял у окна, выглядывая наружу сквозь щель в занавесках. — А Смотрители стоят наготове у нашего порога. Как только силовое поле падёт, они пойдут на штурм здания.

— Есть ли другие выходы?

— Только обратно через подвал в ювелирный магазин. И они тоже стоят наготове у входа в магазин на случай, если мы попытаемся это сделать.

Закованные в броню злодеи собрались вместе, чтобы обсудить, что делать.

— Вот вам и гарантия их безопасности, — прокомментировала Бронте, взглянув на Данте. — Рыцари и Смотрители не сдерживаются только потому, что мы внутри.

Ашер протиснулся сквозь толпу, направляясь к нам.

— Это потому, что здесь Повстанцы, — он взглянул на трёх злодеев в доспехах. — Генерал хочет уничтожить их любой ценой.

— Они не Повстанцы! — запротестовала я.

Кайли бочком подошла к нам.

— Тогда кто они?

— Я не знаю, — я покачала головой. — Всё, что я могу вам сказать — это то, что я видела эти доспехи раньше.

— Да, на Турнире, — нетерпеливо сказала Бронте. — Мы уже проходили это раньше.

— Турнир — не единственное место, где я видела людей в такой техно-броне.

Данте моргнул.

— Где ещё ты их видела?

— В Парке, два дня назад. Некоторые парни — я уверена, что именно эти парни — сцепились со Смотрителями, Повстанцами и кучкой жутких бойцов из Братства.

— Звучит как настоящая вечеринка, — прокомментировала Невада.

— Да, это было так весело, что я чуть не взорвалась.

Данте потёр лоб.

— Подожди, ты была на Битве в Парке?

— О, да, — сказала я со слабой вымученной улыбкой. — Я забыла упомянуть об этом?

Данте посмотрел на меня так, словно я была стеклянной девочкой, решившей напасть на дракона.

— Ладно, не обращай внимания, — я отмахнулась от его беспокойства. — Нам нужно сосредоточиться на насущном вопросе.

— Да, — Невада подёргала себя за косички. — Мы застряли здесь с ними.

Одна из злодеев наблюдала за нами. Пристально. Это она душила меня.

— Мы не застряли, — прошептала я своим друзьям. — В здании есть ещё один выход, внизу, в подвале. Я нашла его несколько дней назад, когда искала место для хранения припасов. В одном из складских помещений есть лестница, которая ведёт на улицу. Нам просто нужно добраться до неё.

— Хорошо, так как же нам сбежать от них? — пробормотала Кайли, едва шевеля губами.

— Вы не сбежите.

Мы подняли глаза и увидели сверхъестественное существо в сломанных доспехах, нависшее над нами.

— Как… — у Кайли отвисла челюсть.

Злодейка постучала по своему шлему.

— Отличный слух, — она повысила голос, обращаясь к двум другим: — Из здания есть ещё один выход, — она указала на меня. — И она знает, где он находится.

Злодей с прокуренным голосом подошёл ко мне.

— Веди нас к этому выходу.

Я с трудом сглотнула.

— Ладно, — он схватил Неваду одной рукой, отрывая её от земли. На другой его руке заискрилось электричество. Он поднёс искры к её лицу.

Невада закрыла глаза. Её губы сжались.

— Подожди! — закричала я. — Не причиняй ей вреда.

— Покажи нам, где выход, и мне не придётся этого делать.

— Хорошо!

Изверг опустил Неваду на пол. Он наклонился ко мне так близко, что я могла видеть своё отражение в забрале его шлема.

— Сюда, — я двинулась вперёд, мои шаги были неуверенными.

Я направилась обратно вниз по лестнице, но, оказавшись внизу, свернула налево, а не направо. Я направилась по мрачному коридору со складскими помещениями по обеим сторонам, пока не дошла до большой комнаты в конце.

Я начала нервно напевать.

— Ты уверена в этом? — прошептал мне Данте. — Я не помню, чтобы видел здесь какую-нибудь лестницу, ведущую вниз.

Остальные Ученики шли прямо за нами.

Изверги замыкали шествие. На пороге комнаты один из них воскликнул:

— Здесь нет лестницы!

Я свистнула, и порыв ветра отбросил извергов обратно в коридор. Дверь захлопнулась, и они оказались вне комнаты.

— Он прав. Здесь нет лестницы, — Бронте бросила на меня обвиняющий взгляд.

— Я знаю, — проворчала я, придвигая тяжёлый ящик к двери. — Я солгала насчёт этого.

— Саванна Винтерс — лгунья, — усмехнулась Зои. — Это просто шокирует.

— Может, ты просто прекратишь? — огрызнулась на неё Кайли. — У нас есть дела поважнее, чем доказательства того, какая ты подлая и мелочная.

Зои ткнула пальцем мне в лицо, но не сводила глаз с Кайли.

— Она солгала нам о возможном побеге.

Я оттолкнула её костлявую руку.

— Нет, я солгала злодеям. Я хотела, чтобы они меня услышали.

— Но почему? Теперь мы в ловушке! — Бронте всплеснула руками.

— Мне нужно было увести нас подальше от них.

— Не хотелось бы тебя расстраивать, Винтерс, но мы не будем в безопасности долго, — Ашер кивнул на дребезжащую дверь. — Я уверен, что если эти парни могут пробить бетонную стену между зданиями, они могут и дверь выбить.

Я двинулась к задней стене.

— Мне просто нужно было выиграть время.

— Время для чего? — спросил Датч дрожащим голосом.

Я провела рукой по бетонной поверхности стены.

— Чтобы вывести всех отсюда.

Датч повернулся к Ашеру.

— Э-э, она понимает, что из этой комнаты всё ещё нет выхода, верно? — он посмотрел на твёрдый потолок. — Я так и знал! Я знал, что она всех нас погубит!

— А то ты сам внёс такой большой вклад в план побега, — Данте скрестил руки на груди и сердито посмотрел на него.

Невада подошла и встала рядом со мной.

— Мы доверяем Саванне.

— Спасибо, ребята. Я так понимаю, это означает, что вы не против стать моими подопытными кроликами, — я с надеждой улыбнулась им.

— Думаю, это зависит от обстоятельств, — неуверенно ответил Данте. — Для чего нужны подопытные кролики?

— Для магии, — я положила руки Невады и Данте себе на плечи. — Держитесь крепче.

Я взмахнула рукой в воздухе, рисуя символ телепортации. У меня было всего полсекунды, чтобы помолиться о том, чтобы это сработало, прежде чем я почувствовала знакомый щелчок. Мы втроём рванулись вперёд.

В следующий момент мы уже стояли на улице, у задней стены конференц-центра. Я сделала это! Я телепортировалась! И на этот раз я действительно оказалась там, куда собиралась. Я телепортировалась сквозь твёрдый бетон, камень и землю. Это было так круто.

— Вы в порядке? — спросила я Данте и Неваду.

Они только изумлённо уставились на меня, не говоря ни слова. Хотя они и выглядели немного позеленевшими. Должно быть, из-за головокружения. На этот раз мне было не так уж плохо. Головокружение уже прошло, но выглядели они оба неважно.

— Оставайтесь здесь. Держитесь за что-нибудь, — сказала я, затем телепортировалась обратно в подвал.

— Ого, Винтерс! — сказал Ашер, когда я появилась рядом с ним. — Как ты это сделала?

— Магия.

— Магия? — повторил он.

— Да.

Он посмотрел на меня так, словно у меня только что выросла пара лишних голов.

— Где ты научилась телепортироваться?

— Долгая история. А теперь давайте. Следующие два человека. Эта дверь не продержится вечно.

Все Ученики бросились ко мне.

— Я сказала, двое! Не все! — я схватила двух ближайших Учеников за руки, положила их себе на плечи и телепортировалась оттуда.

Как только я вернулась в подвал, дверь распахнулась настежь. Фантастика. Я замурлыкала свою лесную песню, быстро и громко. Все ящики в комнате начали летать кругами, атакуя злодеев, оттесняя их от дверного проёма. Злодеи отбивались огнём и сталью.

Тем временем я вытащила из подвала ещё несколько пар Учеников. Но злодеям не потребовалось много времени, чтобы разрушить деревянные ящики, которые защищали нас. Один из них выпустил ядовитое зелье. Пахло прокисшим молоком и немытыми ногами. Неестественный ветерок донёс это до нас.

Это тёмное, зловещее облако теперь отделяло меня от Кайли, Ашера и двух других Учеников — и от злодеев, которые их удерживали. Двое учеников, Бронте и Датч, стояли рядом со мной на пути облака.

— Уходи! — крикнула мне Кайли. — Отведи их в безопасное место!

Я поколебалась.

— Не делай глупостей, Винтерс, — Ашер кашлянул, затем пнул одного из злодеев.

Я схватила Учеников по обе стороны от себя, а затем телепортировала нас на улицу наверху. Последним, что я увидела, когда моё заклинание выбросило нас оттуда, были Кайли и Ашер, теряющие сознание на полу от вонючих паров зелья.

— Эй, что ты делаешь? — спросила Бронте, преграждая мне путь.

— Возвращаюсь в подвал.

— Возвращаешься в подвал? — недоверчиво повторила она. — Ты с ума сошла? У тебя нет шлема для фильтрации воздуха. Так что, если ты вернёшься туда, это зелье вырубит тебя за две секунды.

— Со мной всё будет в порядке.

Данте схватил меня за руку, когда я попыталась двинуться к зданию.

— Она права, Сави. Тебе нельзя идти.

— Там всё ещё четверо Учеников, запертых с этими злодеями! — я боролась с его хваткой, но мой брат был очень силён. И очень, очень упрям. Он не уступал ни на миллиметр. — Отпусти, Данте.

— Нет, — его глаза встретились с моими. — Если ты хочешь вернуться туда, тебе придётся телепортироваться. И утащить меня за собой. И тогда злодеи доберутся до нас обоих.

— Ты такой надоедливый, — прорычала я ему.

— Я тоже тебя люблю, сестрёнка, — он послал мне воздушный поцелуй.

Я снова зарычала.

— Ты закончила устраивать истерику? — спокойно спросил он меня. — Готова быть благоразумной?

— Да, — отрезала я.

— Хорошо, — он отпустил мою руку. — Потому что мы должны доставить раненых в безопасное место.

Одного взгляда на раненых Учеников вокруг нас было достаточно, чтобы остудить мой гнев. Раненых было много. Большинство травм были незначительными — порезы, синяки, разбитый нос, вывихнутая лодыжка — но некоторые из них были в довольно плохом состоянии. Один Ученик, должно быть, ударился о дверь, когда злодеи её распахнули, потому что рана на его голове была не из приятных. А у трех Учеников из кожи торчали зазубренные деревянные осколки, они были в руках, ногах и туловище…

У меня скрутило желудок. Это моя вина. Если бы я не отправила эти деревянные ящики за злодеями, они бы никогда их не взорвали. И эти Ученики не были бы похожи на людей-дикобразов.

— Нам нужно доставить раненых к Рыцарям, — сказала я.

— Может быть, Рыцари уже добрались до злодеев, — предположила Невада с осторожной улыбкой.

Поэтому мы поспешили — или, в некоторых случаях, заковыляли — к фасаду конференц-центра.

Глава 8. Парадокс Полимага

В тот вечер Ученики ужинали вместе с наставниками в Замке. Коробки с пиццей стояли на всех столах, кроме одного. Этот стол был завален бинтами, шинами, бандажами и другими принадлежностями для оказания первой помощи.

— Неизвестные нападавшие в чёрном всё ещё на свободе, — сказала Эйнсли, обрабатывая раны Ученика. — И они забрали с собой четырёх Учеников.

— Мы должны вернуться туда за ними, — настаивала я, пока Эрис промывала рану у меня на лбу. — Мы должны спасти Учеников.

— Мы это сделаем. Но сначала мы должны их найти.

Её слова так поразили меня, что я даже не обратила внимания на то, что из-за её повязки на лбу я стала похож на мумию. — Разве злодеи не заперты в конференц-центре?

— Нет, — сказал Альтаир, когда я подошла к одному из обеденных столов. — Каким-то образом они сбежали с четырьмя Учениками. Мы не знаем, как. Все выходы из здания охранялись.

— Очевидно, не все выходы, — Нала нахмурилась. — Двадцать семь Учеников сбежали от своих похитителей.

— Да, как вы это сделали? — спросила нас Эйнсли.

— Она нас вытащила, — Датч указал на меня. Но это не был обвиняющий жест. Он просто выглядел ошеломлённым. — Только что мы были в подвале, а в следующий момент оказались снаружи.

Орион задумчиво потёр подбородок.

— Ты говоришь о телепортации, — его глаза расширились, когда он посмотрел на меня. — Ты можешь телепортироваться.

— Сюрприз? — произнесла я с натянутой улыбкой.

— Это действительно сюрприз! — ответил Орион. — Телепортация — это очень сложное заклинание Творца Снов. Кто научил тебя этому?

— Я прочитала об этом в книге.

Не то, чтобы это заклинание все ещё было в книге. Госпожа Мита вырвала его, чтобы отдать мне.

— Ты умеешь телепортироваться, — повторил Орион.

— Я вроде как умею телепортироваться, — поправила я его. — В основном я просто оказываюсь там, где не хочу быть.

— Сегодня ты телепортировалась достаточно хорошо, — отметил он.

— Несколько раз, — сказал Датч.

Орион схватил кусок пиццы из коробки, стоявшей перед ним.

— Это не похоже на «вроде как» телепортацию. Это похоже на настоящую, контролируемую телепортацию.

— Я думаю, всё дело в адреналине. Это было вопросом жизни и смерти. Так что у меня не было другого выбора, кроме как сосредоточиться, понимаете? Я должна была вывести всех оттуда, — я сгорбилась. — И я потерпела провал.

Эрис села напротив меня.

— Ты неопытная Ученица, которая спасла двадцать шесть своих товарищей, столкнувшись с невероятными трудностями, Саванна. Я бы не назвала это провалом, — она передала мне коробку с пиццей, но в тот момент я не чувствовала особого голода.

Джарет великодушно взял пиццу у меня из рук.

— Впечатляюще, вот что это такое, — он откусил сочный, сырный кусочек.

Остальные Рыцари кивнули в знак согласия.

— И она может телепортироваться, — пробормотал Орион. Каждый раз, когда он это говорил, казалось, что он не может в это поверить.

— Это ещё не всё, что она сделала, — заговорил Датч, привлекая к себе внимание всех шестерых Рыцарей. Он прочистил горло, прежде чем продолжить: — Вернувшись в подвал, она издала странный напев, а затем все ящики начали летать вокруг и нападать на злодеев.

Альтаир удивленно приподнял брови.

— Ты говоришь, она что-то напевала?

Датч кивнул.

Альтаир переглянулся с Эрис.

— Магия нимфы.

— Должно быть, она манипулировала элементами внутри ящиков, такими как дерево или металл, — ответила Эрис.

И тогда все Рыцари притихли.

— Что такое? — я едва осмелилась задать этот вопрос.

— Ты можешь телепортироваться, — повторил Орион в миллионный раз, только на этот раз его голос звучал так, будто он полностью в это поверил. — Это заклинание Творца Снов.

— И ты можешь управлять природной стихией, — добавила Эрис. — Это магия Нимф.

— И это… плохо? — я затаила дыхание, ожидая их ответа.

— Это неплохо, — сказала мне Эрис. — Просто это очень необычно.

— В замке шесть крепостей, — Эйнсли подняла шесть пальцев. — Шесть кланов. Шесть видов магии. Шесть видов Рыцарей.

— И ещё есть ты, Саванна Винтерс, — сказала Нала в своей обычной мягкой, спокойной, деловитой манере. — Ты не принадлежишь ни к одному из этих шести кланов.

Супер. Это была история моей жизни. Никуда я не вписываюсь.

Джарет выдавил улыбку.

— Не волнуйся, снежинка. Ты в хорошей компании. Твой бойфренд тоже фрик.

— Подожди, кто именно я такая, по-вашему?

— Полимаг, — сказала мне Эрис. — Это большая редкость. На самом деле, ты всего лишь третий Рыцарь, оказавшийся таковым.

Третий Рыцарь. Это означало, что их было ещё двое. И я прекрасно представляла, кто они такие.

От мыслей о Като и Коннере у меня вспотели ладони и перехватило горло. Я действительно надеялась, что они в безопасности там, в Парке.

Я облизала губы.

— Полимаги… более могущественны, чем другие Рыцари?

Джарет фыркнул.

— Они определённо так думают.

— Она научилась телепортироваться, Джарет. Она явно очень могущественна, — заметил Орион.

Джарет поднял руки.

— Эй, я полностью согласен с тем, что снежинка особенная, могущественная и всё такое. По крайней мере, она такая милая, невежественная, абсолютно неуверенная в себе. В отличие от некоторых.

— Я думаю, мы совершенно отвлеклись на открытие о том, что Саванна — это полимаг, — Альтаир потянулся к одному из предложенных Джеретом кусочков пиццы.

Но Джарет отдёрнул руку.

— Да, потому что это большое открытие.

— Да, это так. Но с этим мы разберёмся позже, когда другие Рыцари вернутся с операции Генерала, — Альтаир бросил на меня любопытный взгляд. — Твои заклинания, безусловно, впечатляют, но в этой истории есть нечто большее.

— Ты прав.

Я поведала им о том, как рассказала другим Ученикам о тайном выходе, зная, что злодеи меня подслушают.

— Я заманила их в подвал, думая, что смогу запереть их там достаточно надолго, чтобы все были в безопасности, — я вздохнула. — Но я оказалась неправа. Из-за меня у злодеев осталось четверо Учеников.

— Ты неправильно об этом думаешь, Саванна. Тебе нужно сосредоточиться на двадцати шести других Учениках, которые благодаря тебе в безопасности, — Эрис одарила меня доброй улыбкой.

Но я была слишком расстроена, чтобы принять это.

— Правда ли это? Это был мой план. Только мой. Я не рассказывала никому из других Учеников, что я делаю. Я приняла решение и действовала. Так что, что бы ни пошло не так, это моя вина.

— Ах, вот оно что, — вздохнул Джарет. Он понимающе улыбнулся Эрис.

Я нахмурилась.

— Что такое?

— Знаменитый Парадокс Полимага, — ответил он. — Вы, полимаги, обладаете огромной властью, поэтому, естественно, чувствуете себя обязанными взвалить всю тяжесть мира на свои плечи. И, конечно, когда что-то идёт не так — а в жизни это неизбежно случается — вы решаете, что это ваша вина, — он закатил глаза, давая мне понять, что он об этом думает.

— Но…

— Никаких «но», снежинка. Сегодня ты спасла многих людей, а ведь ты ещё даже не Рыцарь, чёрт возьми. Ты всего лишь Ученик, и пробыла им всего полторы недели, не больше. Ты сразилась с тремя парнями, которые обладали магией, и, вдобавок ко всему, на них были невероятно мощные костюмы, которые усиливали их магию. То, что ты сделала, было чудесным и впечатляющим. Но, самое главное, это было очень, очень смелым. Так что перестань корить себя за то, что всё прошло не на сто процентов идеально. Потому что вот секретный совет, который поможет тебе сдать экзамен на Рыцаря: ничто никогда не проходит на сто процентов идеально.

— Это была неплохая подбадривающая речь, — тихо сказала я. Джарет определённо нравился мне гораздо больше, когда не воровал мои тако.

— Да, это была хорошая ободряющая речь, не так ли? Так как насчёт того, чтобы заткнуться и смириться с этим? — спросил он, приподняв брови.

Данте сел рядом со мной.

— Он прав, Сав.

Невада села по другую сторону от меня.

— Определённо.

Я обняла их.

— Я люблю вас, ребята, — проблеяла я, и у меня защипало в глазах.

Они обняли меня в ответ, и, к их чести, никто из них не стал дразнить меня за слёзы.

— Подождите, так что, экзамен на Рыцаря всё же существует? — тихо спросила Бронте.

Все рассмеялись.

— Я серьёзно.

Она определённо выглядела серьёзной. Но никто из Рыцарей ей не ответил.

— Нам нужно найти пропавших Учеников, — я наконец-то взяла кусочек пиццы. — И тех злодеев, которые их похитили.

— Не волнуйся, — сказал Альтаир. — Мы сделаем это.

— Они попытаются сбежать, — пока Орион говорил, его взгляд скользнул вверх. — Скорее всего, через Духовное Древо.

— Мы не можем позволить им сбежать во Множество Миров. Если они это сделают, мы никогда их не найдём, — сказала Эйнсли.

— Я говорила с Генералом, — Нала провела весь ужин стоя, сжимая в руке копьё как часовой. — Как только злодеи ворвались в конференц-центр, он приказал своим солдатам перекрыть проход. Духовное Древо охраняется круглосуточно и без выходных. Никому не разрешается приближаться к дереву, пока мы не поймаем злодеев.

— Следующее ближайшее к нам Духовное Древо находится на совершенно другом континенте, — Эрис сложила руки на столе. — Злодеи останутся в городе. Они предпримут шаги в Интерчендже.

— И мы будем рядом, чтобы схватить их, когда они это сделают, — губы Джарета изогнулись в свирепой улыбке. — Не волнуйся, снежинка. Мы вернём остальных Учеников.

Эпизод 4. Повстанцы

Глава 1. Драма во Множестве Миров

Сегодня у Учеников был редкий выходной. Мисс Фезердейл посоветовала нам отдохнуть, пока наши наставники выслеживали похитителей, а Ремонтники устраняли повреждения конференц-центра.

— До Саммита осталось всего несколько дней. Они вообще успеют закончить вовремя? — спросила я Неваду.

Сегодня утром я связалась с ней по рации, и теперь мы вдвоём завтракали в моём коттедже. Мы разложили на столе все наши ингредиенты: простой йогурт, ягоды и небольшой пакетик мюсли.

— Если они этого не сделают, Генерал слетит с катушек, — ответила Невада, посыпая гранолой своё фирменное йогуртово-фруктовое творение.

— И на этот раз я, пожалуй, с ним соглашусь, — я начала накладывать йогурт в свою миску. — Если мы представим Двору что-либо, кроме идеального, нетронутого зала, на нас набросятся волки.

Я кивнула в сторону телевизора. Принца Фенриса снова показывали в новостях. Неужели ему нечем было заняться, кроме как давать интервью?

— Проблема Гайи, как всегда, в том, что её общество разделено, — говорил он репортёру — и миллиардам зрителей со всего Множества Миров. — Посмотрите на Рыцарей. Духи наделили Гайю невероятным даром, благословив некоторых из их подростков магией. Но позволило ли это Рыцарям подняться над инстинктами к саморазрушению? Нет. Рыцари так же разделены, как и остальные жители Гайи.

— Вы имеете в виду Повстанцев, — подсказал ему репортёр.

— Да, Повстанцы, — Фенрис растянул это слово, как будто разминал тесто для пиццы. — Они были настолько разочарованы в своём собственном народе, что отделились от Замка. И теперь эти проблемные молодые люди похищают Учеников в отчаянной попытке увеличить численность своего восстания.

— Повстанцы — не похитители! — закричала я на Фенриса.

Само собой, он меня не услышал. Он просто продолжал болтать о разделённой Гайе и о том, что нам нужно навести порядок в нашем собственном доме, прежде чем мы присоединимся ко Множеству Миров. У меня возникло искушение запустить миской с завтраком в телевизор.

Невада, должно быть, прочла это в моих глазах, потому что выключила телевизор.

— Ладно, я думаю, на сегодня достаточно драмы. Серьёзно, вместо Новостного Канала Множества Миров им следовало бы называть себя каналом Мыльная Опера Множества Миров, — она одарила меня улыбкой.

Всё, что я смогла выдавить из себя — это полухмыканье-полухрюканье в ответ.

— Ты всё ещё винишь себя за то, что произошло вчера, — заметила она.

Я уставилась в свою миску с йогуртом и внезапно почувствовала, что больше не хочу есть.

— Да, — мой желудок сжался.

— Это была не твоя вина, Саванна.

— Эти злодеи всё ещё где-то там. Как и четверо Учеников, которых они похитили, — заметила я.

Она наблюдала, как я без особого энтузиазма ковыряю ложкой в йогурте.

— Ты хочешь пойти поискать их, не так ли?

Я стиснула зубы.

— Я должна всё исправить.

— Хорошо, я понимаю. Но прежде чем ты это сделаешь — и я тебя не осуждаю — пожалуйста, подумай о последствиях. И просто убедись, что ты готова жить с ними потом.

Я вздохнула.

— Жаль, что другие Рыцари не вернулись. Они могли бы в мгновение ока прочесать город и найти злодеев.

— И тогда ты сможешь увидеть Рыцарей, по которым скучала. И знать, что с ними всё в порядке, — Невада понимающе улыбнулась мне поверх своей чашки с чаем.

— Да. И это тоже, — призналась я, вздохнув.

Раздался стук в дверь. Я вскочила, отодвинув стул, и поспешила открыть. По какой-то причине я была уверена, что увижу на своём пороге Като и Коннера. Момент был выбран слишком удачно, чтобы не быть правдой.

Но вместо этого я обнаружила пару Смотрителей. Моё сердце ушло в пятки.

— Да? — прохрипела я.

— Генерал хочет поговорить с вами, — заявил один из Смотрителей.

— О чём именно? — спросила я.

— О Повстанцах.

Глава 2. Власть и политика

Я провела больше часа, ожидая в душной комнате для допросов в Чёрном Обелиске, изо всех сил стараясь сидеть спокойно и не ёрзать. В конце концов, мне пришлось сесть на руки, чтобы они не дрожали. Примерно в это время Генерал наконец-то показался. Он сел напротив меня за белый стол, сложил руки на груди и просто ждал.

Я с улыбкой встретила его пристальный взгляд. Генерал пытался продавить меня своей властью, но я не собиралась поддаваться на его фокусы. Я не собиралась позволять ему запугать меня и заставить сказать какую-нибудь глупость. По крайней мере, не в этот раз.

— Ну и что? — наконец он сказал, нахмурившись. Он проиграл в гляделках.

Я продолжала улыбаться, хотя у меня болели щёки.

— Чем могу быть полезна, Генерал?

— Что вам об этом известно? — он достал из кармана пиджака тонкий планшет и подвинул его ко мне через стол.

Я взглянула на изображение на экране. На нём была изображена крупная фигура, облачённая в знакомые чёрные доспехи.

— Это техно-костюм, изготовленный Братством Земли, — сказала я, стараясь говорить ровным голосом, хотя моё сердце стучало, как сломанный потолочный вентилятор.

Губы Генерала поджались в тонкую линию.

— Это кадр с камеры наблюдения в ювелирном магазине.

— Воры были одеты в техно-костюмы. Должно быть, они украли их у Братства.

— Они украли один у меня, — напряжённо сказал он. — Костюм направлялся в Чёрный Обелиск. Но грузовик пропал. Костюм так и не добрался до места назначения. Он просто исчез.

— Это прискорбно, — ответила я. Что ещё я должна была сказать, когда он смотрел на меня так, словно это моя вина?

Генерал взял свой планшет и спрятал его обратно в карман пиджака. Затем, сцепив пальцы, он пронзил меня каменным взглядом.

— Расскажите мне о Повстанцах.

— Мне нечего вам рассказать. Я мало что о них знаю.

— Это ложь.

— Клянусь, это не так. Я никогда с ними даже не разговаривала. Я просто видела их несколько раз, когда была со своей командой в Эмпориуме. Они помогали людям…

— Повстанцы не помогают никому, кроме самих себя, — слова Генерала резанули меня по сердцу. — Они не заботятся ни о ком, кроме самих себя. Они не уважают правила и, конечно, никогда им не следуют, — его нос дёрнулся, как будто он почувствовал запах чего-то гнилого. — Так же, как и вы, мисс Винтерс.

— Я не Повстанец.

Он проигнорировал меня.

— Повстанцы — преступники, мисс Винтерс. Это избалованные дети, которые могли бы стать героями, но вместо этого повернулись спиной к правительству, плюнув в лицо дарам духов. Какая расточительность, — он покачал головой. — Эти дары могли бы быть переданы другим людям, людям, которые остались бы, чтобы защищать себе подобных, а не покидали свои посты в погоне за собственными эгоистичными желаниями.

Он посмотрел на меня, приглашая что-нибудь сказать. Но я не могла сказать ничего такого, что не усугубило бы ситуацию.

— Слишком долго люди считали этих негодяев героями простого народа. Наконец, вчера правда вышла наружу, и её нельзя отрицать. Повстанцы похитили четырёх Учеников. Они не герои этой истории. Они злодеи.

— Откуда вы знаете, что в этих костюмах были Повстанцы? — возразила я. — Никто никогда не видел их лиц.

— Хорошая попытка, — сказал он с сухим смешком. — Но тут вам не удастся отбрехаться, мисс Винтерс. Ваш единственный шанс — признаться. Признайтесь, и всё будет прощено.

— Признаться? — я пристально посмотрела в его холодные тёмные глаза. — Признаться в чём?

— В сотрудничестве с Повстанцами. В том, что вы помогли им заполучить доспехи, которые они использовали для похищения четырёх Учеников.

— Но я не работаю с Повстанцами! И я не помогала им красть доспехи!

Его брови сошлись на переносице.

— Вы действительно ожидаете, что я в это поверю?

— Ну, да. Потому что это правда!

— Вы присутствовали, когда Дайкан сказал, что мой курьер доставит доспехи обратно в Чёрный Обелиск. И вы передали эту информацию Повстанцам, позволив им украсть доспехи.

— Я не делала ничего подобного! — я вскочила на ноги.

— Сядьте, — ледяным тоном произнёс он.

Я снова опустилась в кресло. Медленно. Всё это время глядя ему в глаза.

— Вы, кажется, пребываете в заблуждении, мисс Винтерс. Как и многие другие подростки, вы думаете, что магия делает вас особенной. Вы думаете, это значит, что вы выше правил.

— Я так не думаю.

— Молчать, — прошипел Генерал. Он подождал несколько мгновений, и когда я ничего не сказала, его губы изогнулись в том, что у любого другого могло бы сойти за улыбку. Но у него это была уродливая ухмылка. — Вам нужно кое-что понять, мисс Винтерс, и вам нужно понять это прямо сейчас. До того, как духи наделили вас магией, вы были никем. В вас не было ничего примечательного или особенного. Не было ничего, что делало бы вас достойной этих сил. Вы лгунья и мошенница, и вы украли магию, которая никогда не предназначалась вам.

Я так разозлилась, что чуть не закричала, что ничего не крала. У меня всегда была магия. Но признаваться в этом было очень плохой идеей. Поэтому я крепко вцепилась в стол, направляя своё раздражение в это единственное простое действие.

Взгляд Генерала упал на мои побелевшие костяшки пальцев, и он кивнул, неправильно истолковав мой гнев и его причину.

— Да, правда ранит. Но если вы сможете просто принять данный факт, это станет вашим путем выхода из сложившейся ситуации. Я предлагаю вам начать сначала, все прошлые обиды будут прощены и забыты. Всё, что вам нужно сделать — это засвидетельствовать, что Повстанцы обманули вас, что они загипнотизировали вас, чтобы вы помогли им украсть доспехи. Затем они использовали эти доспехи для похищения четырёх Учеников. Осудите их действия, мисс Винтерс. Если вы дискредитируете Повстанцев, то у их фанатов, у тех дураков, которые их романтизируют, не останется иного выбора, кроме как увидеть в них тех, кем они являются на самом деле: злодеев.

— Так вот в чём дело, — тихо сказала я. — Вы хотите использовать меня, чтобы настроить всех против Повстанцев. Дело не в правде. И уж точно не в том, чтобы вернуть тех четырёх Учеников. Дело в политике.

— Политика — это всё.

— Нет, — сказала я ему, покачав головой. — Быть Рыцарем — это не политика. Это не распространение лжи, которой вы меня кормите. Быть Рыцарем — значит поступать правильно, чего бы это ни стоило.

Его ноздри раздулись.

— Вы никогда не станете Рыцарем, мисс Винтерс. По крайней мере, если не будете меня слушаться.

— Возможно, и нет, — вздохнула я. — Но в душе я останусь Рыцарем.

— Глупая девчонка, — рявкнул он, вставая. — Вы ослеплены своим восхищением Повстанцами.

— А вы ослеплены своей ненавистью к ним, — я пронзила его своим самым вызывающим взглядом.

— Вы совершаете ошибку, — он направился к двери, и его каблуки стучали по тёмным, безжизненным плиткам. Не дойдя до двери, он повернулся ко мне лицом. — Рано или поздно, мисс Винтерс, я поймаю Повстанцев. И пока это не случилось, вы должны решить, на чьей вы стороне.

— Я уже выбрала свою сторону, — сказала я ему. — Я на стороне правды.

Генерал открыл дверь.

— Вы останетесь в этой комнате, пока не будете готовы признаться.

Дверь за ним со щелчком закрылась.

Я подождала несколько минут, прежде чем встать и потянуть за ручку. Конечно же, дверь была заперта.

Я подошла к окну. Толстые ставни не пропускали никакого света с улицы. Я просунула палец между двумя планками и приоткрыла их ровно настолько, чтобы выглянуть наружу.

Далеко внизу, за травянистыми лужайками, за воротами Чёрного Обелиска, толпы счастливых покупателей бродили по Магическому Эмпориуму, совершенно не подозревая, что я наблюдаю за ними отсюда, с вершины самой высокой башни Крепости.

Стерильную тишину Чёрного Обелиска прорезали испуганные крики. Топот марширующих сапог. Грохот выстрелов. Звон стали. Звон бьющегося стекла. И — я ахнула в свою ладонь — глухие удары падающих тел.

А потом весь свет в комнате погас. Мгновение спустя я услышала, как со скрипом отворилась дверь, но было слишком темно, чтобы что-либо разглядеть.

— Кто там? — прохрипела я, хватаясь за ставни.

— Мы, — раздался глубокий голос, как будто он говорил сквозь что-то твёрдое.

Я резко обернулась, но оказалась в руках, которые схватили меня.

— Кто вы? — спросила я, почувствовав, как мне на голову опустили мешок.

Они подняли меня в воздух.

— Мы Повстанцы.

Глава 3. Допрос

Мешок, который повстанцы надели мне на голову, должно быть, был пропитан седативными средствами, потому что я не могла вспомнить, как покинула комнату. Как и Чёрный Обелиск, если уж на то пошло.

— Она просыпается.

Я несколько раз моргнула, и моё зрение постепенно начало проясняться.

— Уже? Она, должно быть, устойчива к травам.

Мешка больше не было. Я увидела, что нахожусь в уродливой гостиной с протёртым ковровым покрытием, прозрачными занавесками и стенами, выкрашенными в какашечно-коричневый цвет.

— Она довольно крепкая для такой маленькой девочки.

Что-то толстое и плетёное царапнуло меня по коже. Они связывали меня верёвками.

— Ой! Она расцарапала мне лицо!

— Держите её крепче!

Ещё несколько рук схватили меня, удерживая на месте. Я больше не могла двигаться. Повстанцы привязали меня к очень толстому, очень грубому деревянному столбу в центре комнаты — одной из нескольких опорных балок, поддерживавших потолок.

Я сосредоточилась на паре Повстанцев, стоявших передо мной. Одна из них была высокой, стройной девушкой с длинными серебристыми волосами и изумрудно-зелёными глазами. Другой был парнем с фиалковыми глазами и чёрными волосами, заплетёнными в длинную косу. Оба выглядели на несколько лет старше меня.

— Итак, вы Повстанцы, — я пыталась вырваться из своих пут, но эти ребята действительно знали, как связывать людей. — И это ваше… что, убежище?

— Одно из них, — сказала девушка. — Я Энджел. А это Седар.

— Зачем вы меня похитили? — спросила я, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. Хотя это было довольно сложно, когда я была привязана к столбу, как при каком-то ритуальном жертвоприношении.

— Не волнуйся, — ответил Седар. — Мы не намерены удерживать тебя здесь дольше, чем это необходимо.

— Так говорят все злодеи на свете.

Он сжал кулаки.

— Мы не злодеи.

— Тогда зачем вы меня связали?

Прямо сейчас я всерьёз пересматривала каждое слово, которое когда-либо произносила в защиту Повстанцев. И это выводило меня из себя. Я действительно не хотела, чтобы Генерал оказался прав насчёт них.

Энджел затянула верёвки, удерживающие меня.

— Это просто мера предосторожности. Мы не плохие люди.

Я закатила глаза.

— Скажи это шишке на моей голове. Хорошие парни не причиняют вреда невинным людям.

— Мы не причинили тебе вреда. По крайней мере, не специально. Мы… ну, мы вроде как уронили тебя по дороге сюда, — Энджел смущённо посмотрела на меня.

— Значит, вы не злые, вы просто неуклюжие?

— Да, — сказала она дрожащим голосом.

— Тогда развяжи меня.

Она в замешательстве сдвинула брови.

— Что?

— Развяжи меня. Если ты не злая, то отпустишь меня.

Седар встал перед ней.

— Мы не можем этого сделать. Не раньше, чем ты ответишь на несколько вопросов.

— Например?

Он помолчал несколько мгновений, расхаживая передо мной. Затем повернулся ко мне лицом и сказал:

— Расскажи нам, о чём ты говорила с Генералом.

— Ну, сначала мы заплели друг другу косички, а потом перешли к маникюру.

— Ух ты. Ты умеешь высказывать своё мнение, не так ли? — Энджел тихо рассмеялась.

— Откуда ты это обо мне знаешь?

— Мы наблюдали за тобой.

— Я полагаю, вы ищете слово «шпионили», — огрызнулась я. — Вы шпионили за мной? Почему?

— Вопросы здесь будем задавать мы, — строго сказал Седар. — А ты будешь на них отвечать.

— Да, потому что я же так хорошо соблюдаю правила, — я вложила в свои слова немало сарказма. — Если вы действительно шпионили за мной, то, должно быть, уже знаете, что вам не удастся запугать меня.

— Расскажи мне о своём разговоре с Генералом, — повторил Седар. — Что ты рассказала ему о нас? Ты раскрыла какие-нибудь наши секреты?

— Э-э, это было бы довольно сложно сделать, поскольку я ничего о вас не знаю, — сказала я. — Или о ваших секретах.

Энджел переглянулась с Седаром.

— Как ты думаешь, она говорит правду? — спросила она его.

Седар пожал плечами.

— Лучше поджечь её, чтобы убедиться наверняка.

— Поджечь меня? — прохрипела я. Я попыталась вырваться из удерживающих меня верёвок, но они не поддавались. — ДА ЧТО С ВАМИ ТАКОЕ, ЛЮДИ!

— Он просто шутит, — сказала Энджел, но то, как она оттолкнула Седара от меня, не очень успокаивало. — Мы не собираемся причинять тебе вреда. Мы просто хотим поговорить. Расскажи нам, что ты рассказала Генералу о нас.

— Я ничего не говорила ему о вас, — повторила я в двести двадцатый раз. — Потому что я ничего о вас не знаю.

— Ты раскрыла местонахождение наших укрытий? — спросил меня Седар.

— Нет, потому что я не знаю, где находится ни одно из ваших убежищ. Я даже не знаю, где я сейчас.

От этого разговора у меня разболелся мозг. Я попыталась потереть голову, но потом вспомнила, что мои руки привязаны к дурацкому столбу.

— Генерал — страшный человек, — сочувственно сказала Энджел. — Мы прекрасно понимаем, как ты могла испугаться и выдать ему наши секреты.

— В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ ПОВТОРЯЮ, Я НЕ ЗНАЮ НИ ОДНОГО ИЗ ВАШИХ СЕКРЕТОВ!

Седар покачал головой.

— Если врать очень громко, ложь от этого не станет правдой.

Эти парни действительно начинали действовать мне на нервы. Я прищурила глаза — это была единственная часть меня, которой я ещё могла двигать.

— Генерал объявил охоту на ведьм, и из-за этого пострадает много людей. Просто скажи нам, что ты с ним планируешь, и мы тебя отпустим.

— Я. Не. Планирую. Ничего. С. Генералом, — процедила я сквозь стиснутые зубы, пытаясь незаметно высвободить руки из верёвок.

Седар прищёлкнул языком, глядя на меня.

— Вот ничего подобного.

Он поднял руку, посылая огненную искру по канатам.

Я проглотила с полдюжины ругательств.

— Давай попробуем ещё раз, — Седар погасил крошечный магический огонёк, прежде чем он коснулся бы меня. — Когда Генерал сделает свой ход? И по какому из наших укрытий он ударит в первую очередь?

— Понятия не имею. И откуда, чёрт возьми, мне знать?

Он поджёг мои верёвки ещё раз. Только на мгновение. Но этого хватило, чтобы я поняла, что огонь действительно разгорелся, прежде чем он погасил его снова.

— Это больно! — зарычала я. Пламя не коснулось меня, но я всё равно почувствовала, какое оно горячее.

— Именно так это и работает. Мы причиняем тебе боль, когда ты не отвечаешь на наши вопросы.

— Вы сказали, что не причините мне вреда.

— Мы сказали, что не хотим причинять тебе боль, — сказал Седар. — Это не значит, что мы этого не сделаем.

— Это варварство!

— Ну, мы пытались раздавать людям кексы, посыпанные шоколадом, чтобы побудить их ответить на наши вопросы, но это не произвело такого эффекта.

— Это должно быть смешно?

— Да.

— Почему-то я забыла посмеяться.

— Седар думает, что он смешнее, чем есть на самом деле, — сказала мне Энджел, затем взглянула на свои часики, которые только что начали светиться.

— У тебя важное дело? — спросила я.

— Да, — ответила Энджел.

Седар взмахнул рукой, используя свою магию, чтобы зажечь свечу на столе напротив меня. Пахло сладко, как клубника и ваниль.

— Мы скоро вернёмся, — сказал Седар. — Постарайся не слишком скучать по нам, пока нас не будет.

— Я буду считать секунды до вашего возвращения, — выпалила я в ответ.

Седар последовал за Энджел к двери, но потом развернулся у самого выхода.

— Никуда не уходи.

Он удалился из комнаты под звуки собственного смеха.

Он считал себя ооочень смешным. Мне следовало бы поджечь его косичку, чтобы посмотреть, как ему это понравится.

Я сделала мысленную пометку овладеть даром огня.

Я ждала, что что-нибудь произойдёт. Это был сигнал, по которому моя магия должна была проявиться и спасти меня.

Ничего не произошло. Очевидно, сегодня моя магия не была заинтересована в том, чтобы подыгрывать мне.

Однако меня клонило в сон. Мой взгляд упал на свечу, которую зажёг Седар. Должно быть, это какое-то седативное. Повстанцы явно не хотели, чтобы я бродила тут. Как будто я могла куда-то уйти, когда была привязана к столбу.

Моя голова казалась тяжёлой. Мне становилось всё труднее её держать. Мой подбородок опустился на шею. И как раз в тот момент, когда я составила совершенно нереалистичный план, как выбраться из этой передряги, я задремала.

Мне снилось, что я дракон, который прилетел в странную деревушку в поисках чего-нибудь перекусить. Но прежде чем я превратила всю деревню в раскалённую печь, меня разбудил голос Коннера.

Энджел и Седар снова вернулись в комнату, а также ещё один подросток, девочка с солнечной улыбкой и идеальной парой французских косичек.

А потом появился Коннер. Я нахмурилась, когда увидела, что он не нападает на них и не пытается освободить меня. Он просто стоял там в своих сверкающих доспехах из драконьей чешуи, качая головой в сторону Повстанцев.

И в этот момент всё встало на свои места.

Секретность.

Шныряние повсюду, оставаясь невидимым.

Фразы, что его не должно было здесь быть.

Мольбы никому не говорить, что я его видела.

Теперь я увидела все это в совершенно новом свете.

Коннер был одним из них. Он был Повстанцем.

Глава 4. Доверие

Генерал был прав в одном: правда ранит. Я почувствовала себя так, словно меня ударили в живот.

— Ты совсем не Рыцарь, — пробормотала я. — По крайней мере, больше не Рыцарь.

Коннер перевёл взгляд на меня и вздохнул. Затем его взгляд вернулся к остальным Повстанцам.

— Зачем вы похитили Саванну Винтерс? — потребовал он.

И когда остальные съёжились, второе осознание обрушилось на меня с такой силой, словно на меня упало здание. Коннер был не просто Повстанцем. Он был их лидером.

— Генерал держал её в Чёрном Обелиске. Он допрашивал её, — ответил Седар. — Поэтому мы с Энджел отправились её вызволять.

— Ты имеешь в виду, похищать её.

Седар стукнул кулаком по стене.

— Мы должны были допросить её, Коннер. Она могла скомпрометировать всё Восстание.

— Как? — Коннер развёл руками. — Она ничего не знает ни о Восстании, ни о ком-либо из вас.

— О, правда? Ты думал, мы не заметим, сколько времени ты проводишь с ней? — Седар посмотрел на Энджел и другого Повстанца, которые кивнули. Это побудило Седара продолжать. — И за всё это время ты ничего не рассказал о нас, наших убежищах или наших планах?

— Нет. Я этого не рассказывал, — голос Коннера понизился. Опасно понизился. — Потому что я даже не сказал ей, что я Повстанец, — сказав это, он демонстративно отвернулся от меня.

— Что ж… — Седар, казалось, не знал, что на это ответить. В конце концов, он ограничился словами: — Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, верно? Генерал расспрашивал её о нас. И с нашей точки зрения, она знала, по крайней мере, некоторые из наших секретов. Мы должны были вытащить её из Чёрного Обелиска, — он выдавил из себя смешок.

— Но вам не обязательно было поджигать меня, — вмешалась я.

Все четверо посмотрели на меня.

— Ты поджёг её? — челюсти Коннера были сжаты. Всё его тело напряглось. Он выглядел совсем не так, как обычно, расслабленным и шутливым.

Седар, должно быть, тоже это заметил. Он отступил на шаг.

— Технически, я всего лишь пригрозил поджечь её. И зажёг несколько искр на своих веревках.

— Да, потому что так намного лучше, — Коннер выдавил улыбку, которая определённо не была веселой. — Мы Повстанцы, ребята, а не варвары. Я дал вам эти костюмы-невидимки не для того, чтобы вы могли пробираться в Чёрный Обелиск и похищать Учеников, — сказал Коннер таким спокойным и ровненьким голосом, что стало страшно. — Особенно эту Ученицу.

Таинственная Повстанка одарила Коннера довольной ухмылкой.

— Она тебе нравится, не так ли?

Коннер открыл рот, чтобы ответить, но затем его взгляд встретился с моим. И на этот раз он выглядел так, словно не знал, что сказать.

— Оставьте нас, — сказал он Повстанцам, махнув рукой.

— Но…

— Ты угрожал поджечь Саванну, Седар, — оборвал его Коннер. — Я не уверен, как мне следует на это реагировать, но могу сказать, что у меня ужасное искушение отморозить тебе пальцы.

Седар побледнел.

— Так что, пожалуйста, исчезни, пока я не уговорю себя, — сказал Коннер с волчьей улыбкой. — На самом деле, вам всем лучше уйти. Мне нужно поговорить с Саванной наедине.

Седар и Энджел тут же ушли, но третья Повстанка задержалась на мгновение, её ухмылка не сходила с лица, а взгляд метался между мной и Коннером.

— Конечно, тебе нужно.

— Не сейчас, Виви, — вздохнул он.

Когда она ушла, Коннер пересёк комнату и направился ко мне. Очень, очень медленно.

— Ты, — прошипела я, встретившись взглядом с его прекрасными, лживыми глазами.

— Очень страшно, Красная Шапочка, — усмехнулся он.

— Теперь я понимаю, что имела в виду моя мама, когда предупреждала меня о волках в овечьей шкуре, — пробормотала я.

— Тебе ли не знать, — его улыбка стала шире. — Ты общаешься с волками.

— Волчица — это не волк, — ответила я. — Она хаски.

Он наклонился ближе и улыбнулся.

— Конечно. Моя ошибка.

— Прекрати это.

— Прекратить что?

— Прекрати быть таким милым и обаятельным и притворяться, что между нами всё в порядке, — огрызнулась я. — Потому что между нами определённо не всё в порядке!

Его улыбка дрогнула, обнажая что-то юное и уязвимое.

— Прости, Красная Шапочка. Мне правда жаль. Я не хотел скрывать, кто я такой — что я такое — но я…

— Да-да?

— Я не хотел, чтобы ты смотрела на меня так, как сейчас, — он глубоко вздохнул. — С таким разочарованием в глазах.

— Я не разочарована тем, что ты Повстанец, Коннер. Я разочарована тем, что ты солгал мне об этом.

— Формально я не лгал. Я просто умолчал. И я знаю, что это так же плохо, и я действительно хотел тебе сказать. Но мы так хорошо ладили, и я очень, очень не хотел это портить.

Сожаление в его глазах немного утихомирило мой гнев, но только частично.

— Ты сказал мне держаться подальше от Повстанцев. Это потому, что ты боялся, что я помешаю твоим грандиозным планам Восстания?

— Помешаешь моим планам? — он коротко выдохнул, как сдувающийся воздушный шарик. — Нет, Красная Шапочка, я просил тебя держаться подальше не потому, что боялся, будто ты разрушишь наши планы. Я сказал тебе держаться подальше, потому что знал, что Генерал наблюдает за тобой, только и ждёт повода, чтобы арестовать тебя.

— Но держаться подальше от Повстанцев, — тихо сказала я, — ты же понимаешь, что это также означает держаться подальше от тебя.

— Да, — его смех был усталым и немного натянутым. — Наверное, тебе было бы лучше, если бы ты так и поступила. И я должен был рассказать тебе всё, Красная Шапочка. Я должен был сказать тебе держаться от меня подальше.

— Если бы ты это сделал, я бы не стала слушать, знаешь ли.

Он фыркнул.

— Да, я думаю, ты такая же бунтарка, как и я. Может быть, именно поэтому мы так хорошо ладим, — он одарил меня очаровательной кривой улыбкой.

Я нахмурилась, глядя на него.

— Знаешь, я всё ещё злюсь на тебя.

— Я знаю, — вздохнул он.

— Ты принимал очень глупые решения, Коннер. Например, не доверял мне свой секрет. Потому что я бы его сохранила.

— Я знаю, — его рука потянулась ко мне.

Я нахмурилась.

— И ты также общаешься с людьми, которые похитили меня, вырубили и протащили через весь город в какое-то очень сомнительное убежище.

Он убрал руку.

— Они… допустили ошибку в суждениях.

Я фыркнула.

— Это, пожалуй, самое большое преуменьшение.

— Просто стой спокойно и дай мне исправить то, что они натворили, — Коннер вытащил нож.

Я вздрогнула.

Он вздохнул.

— У тебя серьёзные проблемы с доверием.

— Ты похитил меня. Боже, интересно, почему же я могу тебе не доверять.

— Я тебя не похищал. Это сделали мои тупоголовые друзья. Но у них были добрые намерения. Они хорошие люди, стоит только узнать их поближе. Вы с ними просто неудачно познакомились.

— Неудачно познакомились? — повторила я, не веря своим ушам. — Твои друзья схватили меня и набросили мне на голову мешок. Это не просто неудачное начало. Это объявление войны!

— Ты такая мелодраматичная, — он поднёс нож к верёвкам, привязывавшим меня к столбу.

Я бросила на него подозрительный взгляд.

— Что ты делаешь?

— На что это похоже? Я тебя освобождаю.

— Но зачем? — какая-то часть меня всё ещё страдала от паранойи.

— Ты хочешь остаться связанной? — уточнил он, забавляясь.

— Нет, — быстро ответила я.

Он перерезал верёвки, освобождая меня.

— Итак, — я стряхнула с себя оторванные куски. — Что теперь?

— А теперь я был бы очень рад, если бы ты простила меня.

Его улыбка была такой искренней, что мне действительно захотелось простить его. И, если быть по-настоящему честной с самим собой, я вынуждена была признать, что часть меня уже простила его.

— Ты довольно умён и хорош в магии, — сказала я. — И похоже, ты хочешь поступать правильно.

Его улыбка стала шире.

— Так почему же ты ушёл из Рыцарей?

— Я покинул Рыцарей в прошлом году по… ну, по личным причинам.

— По личным причинам?

Он покачал головой.

— Ты не поймёшь.

И вот он снова что-то утаивает.

— А Като? Като понимает? — спросила я у него.

— Конечно, нет, — Коннер хмуро уставился в землю. — Как ты думаешь, почему я избегал его? Мы были лучшими друзьями. Практически братьями. Он не очень хорошо отнёсся к тому, что я ушёл.

Я остановила себя, когда собиралась ободряюще похлопать его по плечу. Коннер действительно умел вызывать у людей сочувствие. Мне надо быть осторожной. Он уже однажды обжёг меня, хотел он того или нет.

— Коннер… — я вздохнула. — Я доверяла тебе. Ты мне даже нравился.

Хмурое выражение мгновенно исчезло с его лица. Он одарил меня очаровательной улыбкой.

— Тебе действительно не следует испытывать симпатию и доверять каждому симпатичному парню, которого ты встречаешь.

То, чем я одарила его в ответ, было больше похож на оскал, чем на улыбку.

— Почему ты всегда так делаешь?

— Почему я всегда делаю что?

— Шутишь, когда должен быть серьёзен.

— Чтобы снять напряжение? Я не знаю. Ты мне скажи, — он смахнул несколько нитей веревки с моего рукава. — Ты делаешь то же самое.

— Не всё время.

Он фыркнул.

— Ну, я думаю, ты намного круче меня. Ты можешь справиться с давлением без шуток.

— Не буду с этим спорить.

Его губы дрогнули от смеха.

— Вот что мне в тебе нравится, Красная Шапочка. Ты всегда говоришь то, что думаешь. Итак, учитывая это, можешь ли ты сделать для меня одну вещь?

— Зависит от обстоятельств.

Его улыбка немного поблекла.

— Думаю, это справедливо, учитывая всю ситуацию.

— Так что же это за «одна вещь»?

Он прислонился спиной к стене.

— Я надеялся, что ты хотя бы попытаешься простить меня.

Я прочистила горло.

— Я не знаю, Коннер. Но я думаю, если ты хочешь, чтобы я доверяла тебе, то и ты должен доверять мне.

— Я доверяю, — немедленно ответил он.

— Правда? — я скрестила руки на груди. — Если это правда, если ты действительно доверяешь мне, тогда ты можешь рассказать мне, почему ты ушёл из Рыцарей.

Он так долго смотрел на меня, и всё это время я была уверена, что он не согласится. Но он это сделал.

— Хорошо, — наконец сказал он. — На самом деле, я думаю, тебе всё равно нужно это знать, если мы собираемся работать вместе, чтобы спасти Учеников.

Я нахмурилась, сбитая с толку.

— Как это связано меж собой?

— Не волнуйся. Я всё объясню, — он схватил меня за руку и потянул к дивану. И когда мы сели там, бок о бок, глядя друг на друга, он сказал: — Прежде всего, я хотел бы заверить тебя кое в чём, особенно после того, что мои друзья сделали с тобой.

— Хорошо?

— Повстанцы были не теми людьми в техно-костюмах вчера. Мы не нападали на конференц-центр. И мы не похищали Учеников.

— Да, я вроде как уже поняла это.

— И Генерал не заставил тебя передумать? — он ждал, наблюдая за моей реакцией.

— Конечно, нет. Генерал просто ищет козла отпущения. И хотя мне не особенно понравилось, что меня похитили твои друзья, и я определённо считаю, что Седару особенно нужны серьёзные уроки хорошего поведения, я не верю, что кто-то из них воровал драгоценности.

— Нет, у Повстанцев гораздо более крупные цели, чем коллекционирование драгоценностей, — его улыбка была недолгой. — Как и у Тамплиеров.

— Тамплиеры?

— Да, судя по всему, так называют себя парни, похитившие Учеников. Вот что выяснили мои друзья, когда на днях скрестили с ними мечи в Парке.

— Так чего же хотят Тамплиеры? — спросила я.

— Это ограбление никогда не было связано с драгоценностями, Красная Шапочка. На самом деле, Тамплиеры оставили их в магазине.

— Тогда ради чего было огра… — я осеклась. — Ученики. Мы были целью Тамплиеров, сокровищем, ради которого они всё это затеяли. Но почему? Чего они от нас хотят?

Коннер покачал головой.

— Я не знаю, но подобное происходит не в первый раз. Каждый год пропадает пара Учеников, всегда при необычных обстоятельствах. Никто так и не смог выяснить, кто это делает и почему.

— Почему я ничего об этом не слышала?

— Генерал списал пропажу Учеников на случайный инцидент в опасном мире.

Меня это не удивило. Вообще.

— Но некоторые Рыцари просто знали, что эти Ученики всё ещё где-то там, — продолжил Коннер. — Наконец, в прошлом году мы нашли доказательство того, что были правы: записку от одного из пропавших Учеников. Это была младшая сестра Виви, и она умоляла нас прийти и спасти их всех.

— Что тогда сказал Генерал?

— Он сказал, что кто-то подшутил над нами, — ответил Коннер с вымученной улыбкой. — Это был не розыгрыш, Красная Шапочка. Эти Ученики всё ещё где-то там. И Генерал отказался позволить нам отправиться на их поиски. Он сказал, что не собирается тратить ценные ресурсы на погоню за пустяками.

Я положила руку ему на плечо.

— Вот почему вы ушли из Рыцарей, не так ли? Вот почему вы стали Повстанцами.

— Да, — прохрипел он. — Эти похищения продолжаются уже много лет, и правительство отказывается рассматривать даже возможность того, что эти Ученики до сих пор живы. Поэтому они ничего не предпринимают. И Рыцарям они тоже ничего не позволят сделать. И когда Виви всё равно отправилась на поиски своей сестры, они заперли её и сказали всем, что потеря сестры свела её с ума.

Я потрясённо вздохнула.

— Это ужасно.

— Они не оставили нам выбора, Красная Шапочка. Нам пришлось уйти. Мы должны были что-то предпринять. Поэтому мы вызволили Виви из Чёрного Обелиска и подняли так называемое Восстание. И с тех пор мы ищем пропавших Учеников.

— У вас есть какие-нибудь зацепки? — спросила я.

— Нет. Кто бы ни похитил их, он очень хорошо постарался, чтобы они исчезли. И если мы не остановим Тамплиеров, четверо пропавших Учеников этого года скоро присоединятся к ним.

— Мы выясним, почему они это делают, и остановим их, — сказала я ему.

Улыбка Коннера вернулась.

— Да, я думаю, мы это сделаем.

— Ключ к разгадке — Тамплиеры, — сказала я. — Если мы найдём их, то найдём не только пропавших Учеников этого года, но, возможно, и всех остальных пропавших Учеников.

Глава 5. Магические инфузии

Виви заглянула в комнату.

— Если ты закончил флиртовать со своей девушкой, Коннер, то у нас есть новости по ситуации.

Его взгляд скользнул мимо меня к ней.

— Что такое?

— Смотрители больше не ищут нас.

— Они сдались, — нахмурившись, Коннер встал. — Это на них не похоже.

— Они не сдались, — сказала ему Виви. — Они просто… ушли. Они просто исчезли.

— Хорошо, и как мы это сделали?

— Мы ничего не сделали, — ответила Виви. — Мы даже не знаем, как это произошло. Чёрный Обелиск в панике. Ну, по крайней мере, в панике те немногие Смотрители, которые ещё остались.

— Мы должны это исправить.

Виви приподняла бровь.

— Правда? Смотрители превратили нашу жизнь в кошмар. Они всегда охотятся на нас, как бы мы им ни помогали. Они думают, что мы злые, Коннер. А теперь они ушли. Что ж, скатертью дорога. На мой взгляд, тот, кто сделал это с ними, оказал нам услугу.

— Это правда, что Смотрители доставляют нам неприятности, но они поддерживают мир, — сказал Коннер, когда я поднялась на ноги. — Представь, что произойдёт теперь, когда их не будет.

Я бочком подошла к нему.

— Хаос на улицах.

Его взгляд метнулся ко мне.

— Да.

— Это, должно быть, дело рук Тамплиеров, и они, конечно же, сделали это не для вашего блага, — сказала я. — Подумайте об этом. Поскольку Смотрители исчезли, а Рыцари заняты борьбой с Проклятыми в Парке, вряд ли кто-то остался охранять Духовное Древо. Это идеальное прикрытие для того, чтобы Тамплиеры могли сбежать с Учениками.

— Согласен, — сказал Коннер, затем позвал Энджел и Седара обратно в комнату.

Энджел была довольно талантливым Алхимиком. В мгновение ока она получила доступ к записям с камер наблюдения Чёрного Обелиска.

— Вот, — сказала она, ставя видео на паузу. — Это было снято примерно час назад.

Я уставилась на пустой коридор Чёрного Обелиска.

— На что мы смотрим?

— Просто подожди, — Энджел отмотала несколько кадров назад, и внезапно появился Смотритель.

— Он стал невидимым, — отметил Коннер.

— Это ещё не всё, — Энджел переключилась на другую камеру. — Вот тот же самый Смотритель, только несколькими минутами ранее.

— Откуда ты знаешь, что это тот же самый Смотритель? — спросила я. — Они все выглядят одинаково под этой бронёй.

— Со временем ты научишься отличать их друг от друга, — сказал мне Коннер. — Всё дело в том, как они стоят, как ходят, даже в том, как они поворачивают головы.

Я прищурилась, глядя на экран, но ничего не смогла разглядеть. Теперь рядом стояли двое Смотрителей, но они оба казались мне совершенно одинаковыми. Несмотря на это, Повстанцы не только могли отличить их друг от друга, но и знали их имена.

— Хорошо, видишь, Фергюс встречается с Адамсом. А теперь посмотри, что происходит, когда Адамс подходит к краю кадра. Вот! — Энджел указала на экран.

— Адамс исчез, — прокомментировала Виви.

— Он стал невидимым. И несколько минут спустя Фергюс сделал то же самое, — Энджел переключила камеры. — На видео с камер наблюдения Чёрного Обелиска за последние несколько часов полно подобных сцен. Смотрители становятся невидимыми.

— Хорошо, и когда же они научились этому? — спросил Седар. — Они люди. Они не должны уметь пользоваться магией.

— Они не используют магию, — сказала я, отводя взгляд от видео. — Магия использует их, — мой взгляд скользнул к четверым Повстанцам. — Я думаю, Тамплиеры заразили Смотрителей гриппом невидимости.

Виви взглянула на Коннера.

— Что такое грипп невидимости?

Он пожал плечами.

— Никогда о таком не слышал.

— Я столкнулась с этим на прошлой неделе во время Квеста Открытия, — сказала я. — Творец Снов попросила меня помочь ей найти её сестру и группу детей, которые внезапно исчезли. Оказалось, что они были инфицированы очень заразным заклинанием, которое делало их — и всех, с кем они вступали в контакт — невидимыми. Мне удалось отследить сестру Творца Снов до того места, где она и другие дети оказались в ловушке, в другом измерении. А потом я отправилась туда и вытащила их обратно в наше измерение.

— И ты думаешь, что Тамплиеры заразили Смотрителей тем же самым гриппом невидимости? — спросил меня Коннер.

— Более того, я думаю, что именно Тамплиеры изначально заразили тех детей. Вероятно, это был тестовый запуск перед этим, — я указала на экран, где Смотритель только что исчез из виду. — Если это то же самое заклинание, мы можем использовать то же самое решение, чтобы вернуть Смотрителей.

— Решение звучит как заклинание жизненной силы, чтобы найти их, и заклинание пространственного перехода, чтобы вернуть их обратно в наше измерение, — Коннер посмотрел на Энджел. — Как ты думаешь, ты сумеешь создать артефакт, который сможет это сделать?

Энджел уже открыла свой чемоданчик с припасами.

— Конечно. Но мне нужно, чтобы ты, Коннер, вплёл заклинания в артефакты, поскольку никто из нас не владеет магией Творцов Снов или Колдунов, — Энджел приступила к изготовлению. — Сколько колец ты хочешь, чтобы я сделала?

— Три. По одному для каждого из вас. Нам с Красной Шапочкой нужно решить другие проблемы.

— Это означает, что вы двое хотите побыть наедине? — Виви приподняла брови, глядя на него.

— Не отвечай на этот вопрос. Я только что поел, — Седар сделал жест, словно собирался вызвать рвоту.

— К настоящему времени пропали без вести сотни Смотрителей, — сказала Энджел у маленькой химической лаборатории, которую она устроила на столе. — У меня есть материалы для изготовления трёх артефактов, но потребуется много магии Колдунов и Творцов Снов, чтобы вложить эти заклинания в артефакты, и чтобы они продержались достаточно долго, чтобы найти и спасти Смотрителей. Мы не можем допустить, чтобы сила колец сразу иссякла. Ты уверен, что сможешь справиться с таким количеством магии, Коннер?

— Не волнуйся. У меня будет помощь, — Коннер схватил меня за руку и потянул вперед.

— Я? — выдавила я.

— Конечно. Ты уже творила эти заклинания. Так что, очевидно, у тебя есть подходящая магия для этого, — он подвёл меня к столу и выдвинул для меня стул. — Я займусь заклинанием поиска жизненной силы. Ты используешь заклинание пространственного перехода, хорошо?

— Конечно, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно — или, по крайней мере, не так, как будто я совсем запаниковала.

Коннер ободряюще улыбнулся мне, затем сел и начал рисовать руны на одном из колец. Когда он закончил, то передал мне кольцо. Затем я начала накладывать на него заклинание.

Как только я это сделала, я почувствовала странное тянущее ощущение, как будто кто-то вытягивал из меня кровь. Я посмотрела на свою руку и вздрогнула, увидев светящийся поток под кожей, стекающий в кольцо.

— Это жутко.

Коннер взглянул на мои руки.

— Лучше не смотри на это, Красная Шапочка, а то это заставит тебя паниковать.

Я отвела взгляд от своих рук, сосредоточившись на кольце. Моё созвездие вспыхнуло один раз, ярко и красиво, прежде чем его затянуло в металл.

Коннер взял второе кольцо.

— Где ты научилась этим заклинаниям?

Я знала, что он пытается отвлечь меня. По правде говоря, я была не против отвлечься. На самом деле, я жаждала этого. Тянущее ощущение становилось всё сильнее. Я чувствовала, что моя энергия иссякает. Я занималась этим всего несколько секунд, но мне уже казалось, что я бежала несколько часов.

— Заклинаниям меня научило привидение по имени Никси.

— Привидение, — усмехнулся Коннер. — Только ты, Красная Шапочка.

— Только я что?

— Только ты могла убедить призрака научить тебя магии.

— Ну, у неё была цена, — сказал я.

— Дай угадаю. Она хотела вселиться в кого-нибудь.

— Да, в сестру одного из пропавших детей. Виолетта была более чем готова согласиться на условия, если это означало спасение её младшей сестры.

— Вам повезло, что призрак согласился вернуть тело, когда она закончила, — прокомментировал Коннер. — Большинство призраков приходится изгонять.

— Никси — хороший призрак, — сказала я ему. — Хотя она выглядела так, будто хотела сохранить тело.

— Призракам не нужен сон, и они никогда не отдыхают, — сказал Коннер. — Поэтому у них много свободного времени. Большую часть этого времени они проводят, наблюдая и изучая, собирая знания обо всех видах магии. Они просто не могут использовать эту магию, пока не завладеют кем-то. Теперь ты можешь понять, почему она хотела завладеть кем-то.

Я понимала. Это также объясняло, откуда Никси знала заклинание отслеживания жизненной силы, магию Колдунов. Должно быть, когда-то она вселилась в Колдуна и получила некоторый опыт из первых рук.

— Хорошо, — Коннер положил последнее кольцо на стол. — Всё готово.

— У меня тоже, — когда я поднялась со стула, приступ головокружения чуть не сбил меня с ног.

Коннер подхватил меня, прежде чем я упала. Он подхватил меня на руки и отнес на диван.

— Извини за это. Для наложения заклинаний на кольца требуется много магии. Я должен был предупредить тебя.

— На самом деле, это моя вина. Это опустошающее чувство было довольно очевидным предупреждением. Я просто проигнорировала его, — я вздохнул. — Ты тоже использовал много магии. И всё же это я тут спотыкаюсь о собственные ноги.

— Ты уже сделала больше, чем любой другой Ученик, которого я когда-либо знал, — я почувствовала, как он провёл рукой по моему лбу. — Так что не будь слишком строга к себе, хорошо? Ты новичок в этом деле. Тебе всё ещё нужно развивать свою выносливость.

Я попыталась посмотреть на него, но мои глаза просто не могли сфокусироваться. Хотя я лежала, комната не переставала кружиться.

— Кто-нибудь, принесите ведро. Она выглядит так, будто её сейчас стошнит, — донесся из бездны голос Седара.

— Не помогаешь, — пробормотала я, затем быстро прикрыла рот обеими руками.

— Вот, выпей это.

Я моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд. Коннер держал в руках крошечную бутылочку из ярко-синего стекла.

— Что это? Магия в бутылочке? — я попыталась улыбнуться, но у меня ничего не получилось.

— Нет, такой вещи, как бесплатная магия, не существует, — ответил он, и его улыбка получилась гораздо успешнее, чем моя. — За неё всегда приходится платить. Вопрос только в том, кто должен заплатить.

Он обнял меня за спину, помогая немного приподняться.

— Это просто средство, от которого голова перестает кружиться, — сказал он, поднося бутылочку к моим губам.

Я нетерпеливо схватила бутылочку, и наши пальцы соприкоснулись.

— Я только за.

Я выпила жидкость залпом. На вкус она была как клубника. И я почувствовала, как по горлу разливается приятная прохлада. Эта умиротворяющая прохлада разошлась по всему моему телу, заставляя мышцы таять. Я обняла подушку, закрыла глаза и крепко уснула.

Глава 6. Лес снов

Я видела сны о безумных, невозможных вещах. Я шла через лес мёртвых деревьев. Ядовитые молнии, зелёные и зловонные, стекали с сухих веток.

Мне нужно было куда-то попасть. Я должна была попасть туда сейчас же. В конференц-центр! Я должна была спасти своих друзей!

Я бросилась бежать. Но лес был густым. И в меня то и дело ударяли жидкие молнии. Они наполняли лужи на земле. Я побежала быстрее, пытаясь набрать достаточную скорость, чтобы перепрыгивать через них.

Что-то взорвалось, сбив меня с ног. Я с трудом поднялась, чувствуя головокружение и дезориентацию. Деревья превратились в коробки. И они взрывались, сотрясая землю, такие мощные толчки, что я снова чуть не потеряла равновесие.

Прогремел последний взрыв, но там всё ещё оставалась одна коробка. Я двинулась к ней.

— Осторожно, — сказала Рэйн, положив руку мне на плечо. — Это может быть опасно.

Я осторожно двинулась вперёд, потянулась к коробке, осмеливаясь открыть её.

Внутри я нашла комплект чёрных доспехов.

— Я знаю эти доспехи, — пробормотала я.

Затем, внезапно, передо мной возникли три человека: злодеи, похитившие Учеников. Тамплиеры. Я пыталась разглядеть их лица, но они были расплывчатыми.

Они украли коробку с доспехами. Они уносили её. Они направились в конференц-центр.

Я попыталась побежать за ними, но передо мной выехал большой грузовик, отрезав мне дорогу. Я не смогла пройти. Надпись, написанная корявым курсивом на боку грузовика, гласила «Умнопереезд: умный способ переехать».

— Вы должны передвинуть грузовик, — сказала я Эльфам, которые загружали в кузов куски сухого дерева. — Они уходят!

Исидора стояла передо мной, высокая и гордая, её длинные расклёшенные рукава царственно спадали перед ней.

— Мы не можем этого сделать. У нас есть работа, которую нужно выполнить.

Рэйн потянула меня за руку, оттаскивая назад.

— Дай им поработать, Саванна. Мне повезло, что они отменили встречу и смогли прийти сегодня. Им нужно перенести дерево прямо сейчас. Я не хочу, чтобы мою семью выселили из Эмпориума из-за того, что наше засохшее дерево уронило ветку на голову принца Фенриса.

— Но эти злодеи убегают! — я вырвалась из её объятий. — Они собираются похитить моих друзей!

— Вам следовало заказать мои услуги, — Райтан тоже был здесь. На нём была футболка с надписью: «Большие мускулы двигают большие вещи». — Моя компания не загораживает дорогу своими грузовиками.

— Это потому, что у вас больше нет грузовиков! — Исидора рассмеялась.

Райтан сердито посмотрел на неё.

— И чья же это вина?

— Моя, — Ксаэль встал между ними.

Райтан погладил его по голове.

— Ксаэль, мальчик мой, что с тобой случилось? Ты всегда был таким хорошим мальчиком. Ты бы никогда не украл у меня. Ты бы никогда не играл со взрывчаткой. Ты бы никогда не причинил вреда своим кузенам.

— Я должен был, дядя. Я люблю её. — Ксаэль обнял Миатрикс одной рукой.

Райтан бросил на молодую эльфийку ледяной взгляд.

— Эта девушка внушила тебе такие мысли!

— Нет, это была не Миатрикс, — сказала ему Рэйн. — Это был сон. Ксаэль был в ловушке, напуган и не знал, что делать. Решение пришло к нему во сне.

Ксаэль кивнул.

— Она права. Это всё был сон.

— Это всё сон, — пробормотала я себе под нос.

И тут я проснулась.

Когда я открыла глаза, Коннер сидел рядом со мной на диване и читал роман с изумрудным драконом на обложке.

Я села.

— Сколько я проспала?

— Несколько часов, — Коннер закрыл книгу. — Как ты себя чувствуешь?

— Что было в той бутылочке, которую ты мне дал? — я протёрла глаза, чтобы прогнать сон. — Мне снились очень странные сны.

— Да, данный эликсир иногда оказывает такое действие, — он пощупал мой лоб.

Я оттолкнула его.

— Э-э, ты не хочешь сейчас находиться рядом со мной. Моя кожа вся липкая и противная. И, готова поспорить, у меня растрепались волосы, — я погладила себя по макушке. И, конечно же, мои волосы были в беспорядке.

— Поверь мне, Красная Шапочка, я видел вещи и похуже. Я сражался с монстрами, помнишь?

Я оглядела комнату. Мы были одни.

— Остальные всё ещё там, работают. Есть много беспомощных, потерявшихся Смотрителей, которых нужно вернуть в стадо, — он усмехнулся про себя.

— И всё же ты отказался от этого важного задания, чтобы остаться здесь, со мной.

— Я должен был убедиться, что с тобой всё в порядке, — он криво улыбнулся. — И, кроме того, у нас есть дела поважнее.

— Да?

— Да, например, найти Тамплиеров. Если мы это сделаем — если мы разоблачим их публично — тогда весь мир увидит, что за всем этим стоят не Повстанцы, — его брови поползли вверх. — Есть идеи, с чего начать?

Я прикусила губу.

— Вообще-то, у меня есть пара идей.

— Ничего себе, — он отложил книгу. — На самом деле, я этого не ожидал.

— У меня было много времени подумать.

— Ты спала, — заметил он.

Я поднялась с дивана.

— У меня было несколько странных снов, и они, ну, помогли мне разобраться в происходящем. Что касается Тамплиеров, — я начала расхаживать по комнате. — Они спланировали похищение вплоть до мельчайших деталей. Начиная с гриппа невидимости, который они опробовали на тех детях, перед тем, как использовать его, чтобы отвлечь внимание Смотрителей после похищения.

Коннер наблюдал, как я расхаживаю взад-вперёд.

— А ещё есть мёртвое дерево Рэйн, — сказала я. — Я думаю, за этим тоже стояли Тамплиеры.

— Ты думаешь, Тамплиеры убили дерево? — губы Коннера дёрнулись.

— Да, я знаю, как глупо это звучит, когда группа злобных похитителей нападает на дерево, но просто выслушай меня. Соседи Рэйн убили дерево электричеством. У нас есть фотографии, подтверждающие это. Но Рэйн сказала мне, что когда Смотрители расспрашивали соседей, они утверждали, что не помнят, как это делали.

— Они могли солгать, — сказал Коннер.

— Или Тамплиеры могли заколдовать их, чтобы они это сделали, — возразила я. — Подумай об этом. Магазин семьи Рэйн находится прямо по дороге к конференц-центру. Когда дерево засохло, его пришлось убрать. И это массивное дерево. Для его удаления пришлось пригнать большой грузовик, который перегородил всю дорогу. Это замедлило работу Смотрителей. Они не смогли привезти свой разрушитель силового поля к зданию. Одному из Рыцарей пришлось нести его на руках.

В глазах Коннера промелькнуло понимание.

— Тамплиеры выманили Рыцарей из конференц-центра, чтобы те не смогли защитить Учеников. Вот почему они включили сигнализацию в ювелирном магазине. Это вовсе не было ошибкой.

— Вовсе нет, — я потрогала носком ботинка волну в ковре. — А ещё есть Ксаэль, Метаморф, который влюбился в Эльфийку.

— Ты думаешь, он тоже был околдован?

— Нет, я думаю, он на самом деле любит Миатрикс. Он не хотел участвовать в войне между их кланами, но не знал, как из неё выбраться. И вдруг решение пришло к нему во сне. Ксаэль инсценировал кражу грузовиков Райтана. Он устроил взрыв, чтобы ранить себя и своих двоюродных братьев. Всё это на некоторое время остановило бизнес Райтана. И семья Рэйн была вынуждена найти другую компанию для вывоза дерева. У этой компании была свободно только одно окно в расписании, назначенное именно на то время, когда Тамплиерам нужно было перекрыть дорогу.

Коннер нахмурился.

— Это действительно кажется невероятным.

— О, но это ещё не всё! После инцидента на турнире Генерал отправил доспехи Техно-Рыцаря Дайкану для анализа.

— Дайкан. Знаменитый Алхимик?

— Верно. После того, как Дайкан осмотрел доспехи, он отправил их обратно с обычным курьером Генерала.

— Обычный курьер Генерала, — Коннер обдумал мои слова. — Это Райтан.

— Да, я так и подумала. Я видела один из грузовиков Райтана. Он перевозил обломки, оставшиеся после битвы в лагере Братства, — я прочистила горло. — Итак, вскоре после того, как Дайкан передал доспехи курьеру — одному из парней Райтана, — все грузовики Райтана пропали.

Коннер прикусил губу.

— Доспехи украли Тамплиеры.

Я кивнула.

— И скрыли кражу, сделав её лишь одной из многих пропавших вещей. Вчера, когда Тамплиеры ворвались в конференц-центр, у них был не только один костюм. У них их было целых три. Так что, я думаю, они украли техно-костюм, чтобы использовать его в качестве шаблона для изготовления ещё двух таких же. Мы даже были там, когда они тестировали эти костюмы.

— На территории Братства в Парке, — медленно произнёс Коннер.

— Да! Тамплиеры протестировали костюмы в Парке. Затем они использовали их как дополнительную огневую мощь, когда пришли похищать Учеников. Разве ты не видишь? Тамплиеры спланировали это. Они манипулировали всем.

Коннер вскочил с дивана.

— Они, безусловно, коварны. Они спланировали всё это очень тщательно. Это означает, что они, вероятно, отправили Смотрителей в другое измерение, чтобы отвлечь внимание.

— Да, но отвлечь от чего?

Он скрестил руки на груди и нахмурился.

— Я не знаю. Я полагаю, они хотят отвлечь нас от своих дальнейших планов. Нам нужно выяснить, куда они направляются, чтобы мы могли ждать их там…

— Что такое? — спросила я.

Его взгляд остановился на мне.

— Возможно, мы не знаем, где они будут, но я думаю, мы можем выяснить, где они были.

— Как?

— Помнишь металлический шар, который ты подобрала на поле боя в Парке на днях?

Я кивнула.

— Это небесный глобус, — сказал он. — Он используется для связи с Духовными Древами, как навигатор для Множества Миров. Все Духовные Древа связаны своего рода сетью магической энергии, которая течёт между мирами. Небесный шар отображает символ — координаты — дерева, к которому ты хочешь отправиться, а затем Духовное Древо доставит тебя туда.

— Я видела это, — ответила я. — Машина, которая привезла меня в Крепость, спроецировала что-то внутрь дерева.

— Это человеческий способ ориентироваться во Множестве Миров. Магический метод — небесный глобус, подобный тому, который ты добыла от Тамплиеров в Парке. Дело в том, что небесные глобусы хранят историю того, когда и где они побывали. Мы можем просмотреть эту историю, Красная Шапочка. Мы можем доказать, что эти Тамплиеры из Множества Миров, и мы можем использовать для этого их собственный небесный глобус.

Во мне расцвела надежда. Я почувствовала, как мои губы растягиваются в улыбке.

— Мы могли бы доказать, что ты и другие Повстанцы не имеете ко всему этому никакого отношения!

— Да, если нам повезёт, мы сможем выяснить, из какого мира происходят Тамплиеры. И тогда мы сможем спасти Учеников, которых они похитили, — улыбнувшись мне в ответ, он схватил меня за руки. — Итак, скажи мне, Красная Шапочка, куда ты дела небесный глобус, который нашла?

— Он у меня дома.

Коннер потянул меня к двери.

— Тогда пойдём, заберём его. Пока не вернулись все Смотрители. Помни, они всё ещё ищут тебя. И твой дом — одно из первых мест, где они начнут обыск.

Глава 7. Прокрасться и проникнуть

Я до сих пор числилась в розыске. Я не могла просто так разгуливать по городу средь бела дня. Поэтому я воспользовалась жетоном невидимости, который дал мне Коннер, и мы вдвоём вломились в мой коттедж. Ладно, возможно, «вломились» — это слишком сильно сказано. Взлома не было. Коннер использовал крутое заклинание, заставившее нас пройти сквозь стену.

— Так вот как ты раньше пробирался в мой коттедж, — прокомментировала я, отключая жетон невидимости. Если я использовала его слишком долго, у меня начинало гудеть в ушах.

Голубые глаза Коннера блеснули.

— Я знаю, как входить и выходить из самых разных мест. Как ещё, по-твоему, я проник в Чёрный Обелиск на прошлой неделе?

— Не научишь меня этому фокусу с перемещением?

Улыбка озарила все его лицо.

— А что, Красная Шапочка, ты же не планируешь никаких тайных правонарушений, не так ли?

— Да, ты же меня знаешь. Такая повстанка, — сухо сказала я. — По крайней мере, так считает Генерал.

Он усмехнулся.

— Генерал назвал бы кого-нибудь Повстанцем за неправильно сложенную стопку бумаги.

— А есть какой-то неправильный способ сложить бумагу стопкой?

— По мнению Генерала, есть, — взгляд Коннера скользнул по комнате. — Итак, где этот небесный глобус?

— Я спрятала его в ящике для носков, — я сделала шаг к своей гардеробной, но замерла, услышав стук в парадную дверь. — Кто это? — выпалила я, и тут же зажала рот руками.

Коннер закрыл лицо руками.

Да, я была идиоткой. Вот вам и вся скрытность.

— Это Санта Клаус! — раздался голос моего брата из-за двери. — Открывай!

— Минутку! — я схватила Коннера за руку и потянула его к своей гардеробной. — Залезай, — прошептала я.

— Ты серьёзно пытаешься спрятать меня в своём шкафу? — прошептал он в ответ.

— Нет, конечно, нет. Я подумала, что должна представить лидера Повстанцев всем своим друзьям, — ответила я, закатывая глаза.

— Какая фантастическая идея, — он направился к входной двери.

Я схватила его за руку и прошипела:

— Ты что, с ума сошёл? У меня и так достаточно проблем с Генералом. Ты хоть представляешь, что он со мной сделает, если узнает, что ты был здесь, со мной, в моём доме?

— Но это не Генерал. Это Санта-Клаус, — указал он с озорной улыбкой. — Ты же слышала, как он сам это сказал.

Коннер попытался поднырнуть под мою руку, чтобы добраться до двери, но я преградила ему путь. Он не очень-то старался. Он был намного быстрее и сильнее меня и мог бы легко проскочить мимо, если бы захотел. Он просто мучил меня.

Я закатила глаза.

— Это не Санта Клаус, и ты это знаешь.

Он сделал вид, что хмурится, глядя на меня.

— Ты всегда была такой занудой, или участие в Программе Учеников просто лишило тебя способности веселиться?

— Это не весело. Ты мятежник и Повстанец, и тебе действительно, действительно не следует здесь находиться.

— О, я понимаю, — он одарил меня понимающей улыбкой. — Ты боишься, что люди узнают о нас.

— О нас? — слабо произнесла я, краснея.

— Ну, знаешь, что мы работаем вместе, — на его лице появилась ухмылка. — Или ты думала, что я имела в виду…

— В большинстве случаев, Коннер, я не имею ни малейшего понятия, что ты имеешь в виду.

Я снова взяла его за руку и повела обратно к своему шкафу. На этот раз он даже не сделал вид, что сопротивляется.

— Никто не должен знать, что я помогаю тебе, потому что ты Повстанец, и общение с тобой навлечёт на меня большие неприятности, хорошо? — сказала я ему. — Никто не должен знать. Даже мой брат.

Он просиял.

— Это твой брат стоит у двери? О, ты ни за что не удержишь меня от встречи с ним, — он снова бросился к двери.

Я его остановила.

— Ага, конечно. Ты и близко к нему не подойдёшь, — я свирепо посмотрела на него, давая понять, что не шучу. — Я не хочу, чтобы у него были неприятности.

Коннер изучил моё лицо и позу.

— Очень страшно, — решил он, одобрительно кивнув. — Смотри, у тебя даже рука горит.

Я посмотрела и увидела, что он прав. К сожалению, я была слишком взволнована, чтобы радоваться своим новым способностям.

— Привет, Саванна! — позвал Данте из-за закрытой двери. — Что там происходит? Открывай!

— Одну минутку. Я просто разбираюсь с… женскими проблемами.

— Э-э… ладно, — судя по тону Данте, он не хотел иметь с этим ничего общего. — Не торопись.

Тем временем Коннер сотрясался от сдерживаемого смеха.

И горела не только моя рука. Моё лицо тоже пылало.

— Залезай в шкаф, или я заставлю тебя залезть в шкаф, — прошипела я Коннеру.

По моей коже заплясали язычки пламени. Огонь отлетел, задев его.

Он спокойно стряхнул пламя со своих плеч.

— Ладно, ладно, — он махнул рукой в сторону занавесок, которые я случайно вроде как подожгла. — Не стоит так раздражаться.

Он послал мне воздушный поцелуй и исчез в шкафу, закрыв за собой дверь.

Я потушила огонь, проверила, плотно ли закрыта раздвижная дверь, затем подошла к входной двери. Я открыла её и увидела Данте, который стоял на моём коврике у двери, пытаясь выглядеть непринуждённо.

— Ладно, заходи, — я махнула ему рукой внутрь. — Закрой за собой дверь.

Он сделал, как я просила.

— Итак, ты закончила с… — его пристальный взгляд остановился на мне. — Эй, ты, маленькая лгунья!

Я почувствовала, как моё сердце в панике заколотилось. Он раскусил меня!

— Ты не разбиралась с «женскими проблемами». Ты занималась магией!

Я посмотрела на свою воспламенившуюся руку.

— О, прости, — я встряхнула пальцами, и пламя погасло.

— Почему ты не сказал мне, что занимаешься магией? — Данте оглядел комнату, как будто ожидал найти что-то интересное.

Я очень старалась не смотреть на шкаф, где прятался Коннер.

— О, ну, я…

Его взгляд метнулся к обтрёпанным краям моих штор. Они всё ещё немного дымились.

— О, — он усмехнулся. — Я вижу.

— Со временем у меня получится лучше.

— Надеюсь, что так. Будет жаль, если ты сожжёшь дом дотла.

Я знала, что он просто дразнит меня, но его слова лишь напомнили мне о том, как далеко мне ещё предстоит зайти, прежде чем я обрету хоть какое-то подобие контроля над своей магией.

Должно быть, Данте почувствовал моё уныние, потому что быстро добавил:

— Эй, не обращай на меня внимания. Ты же знаешь, я просто дурачусь с тобой.

— Я знаю. Но ты прав. Мне нужно лучше контролировать свою магию, прежде чем я что-то разрушу… или кто-то пострадает, — вздохнула я.

— Это из-за того, что Ретт и его друзья-идиоты сказали тебе вчера после ужина, не так ли? Ты не ненормальная, Сави.

— Ты уверен?

— Конечно. Не позволяй этим неудачникам из Виктори задеть тебя за живое. Они просто завидуют, что у тебя есть сила всех шести Кланов. Все завидуют. Эй, даже я немного завидую. Хотел бы я всё поджигать. Занавески в моём доме ещё уродливее, чем эти, — он погладил пальцами потрёпанные концы моих занавесок.

Я улыбнулась. Я оценила, что он пытался подбодрить меня, даже если ему это удалось лишь наполовину.

— Не переживай, сестрёнка. Ты полностью овладеешь своими способностями, прежде чем взорвёшь планету. Я уверен в этом, по крайней мере, на шестьдесят процентов.

Я рассмеялась и ударила его по руке.

— Ладно, ладно. Уверен на семьдесят процентов. Но только потому, что ты бьёшь как стенобитный таран, — он потёр руку.

— Итак, я так понимаю, ты зашёл не только для того, чтобы подбодрить меня, когда я подожгу всю мебель?

— Нет, — его глаза загорелись. — Но я только за, если ты это планируешь.

Я фыркнула.

— Вообще-то, я зашёл проверить, всё ли с тобой в порядке. Невада сказала мне, что этим утром сюда приходили Смотрители, чтобы доставить тебя в Чёрный Обелиск для допроса, — он бросил на меня взгляд, приглашающий меня рассказать об этом подробнее.

Я съёжилась при мысли о том, какие слухи ходили по Деревне Учеников прямо сейчас.

— Я в порядке, — заверила я Данте. — Генерал просто хотел расспросить меня о Повстанцах. Он думает, что я помогла им украсть техно-броню, чтобы они могли похитить Кайли и остальных.

— Значит, он тебя совсем не знает.

Я пожала плечами.

— В любом случае, всё это было просто большим шоу, чтобы запугать меня. Он хочет, чтобы я солгала и сказала всем, что похитителями являются Повстанцы. Он хочет использовать меня как инструмент, чтобы настроить общественность против них.

Данте издал насмешливый звук.

— Не обращай на него внимания. Серьёзно. Парень ненавидит подростков. Вот почему он пытается сделать нашу жизнь невыносимой. Он не может смириться с тем, что духи наделили нас магией — и что Гайя нуждается в нас больше, чем в нём и его солдатах. Скажи ему, что ты не его марионетка. Наши наставники тебя поддержат. Как и твои бойфренды, — он подмигнул мне.

— А я только начала думать, что мы сможем провести весь разговор без использования тобой слова на букву «б», — вздохнула я.

Он протянул руку, чтобы ободряюще сжать мое плечо.

— Эй, не волнуйся. Всё будет хорошо. Позже группа Учеников собирается на пляж. Пойдём с нами. Повеселимся. Покажи Генералу, что ты не позволишь ему испортить тебе день.

— К сожалению, уже слишком поздно.

— Почему это звучит так зловеще?

— О, поверь мне. Всё гораздо хуже, чем кажется, — я рухнула на диван.

Данте сел рядом со мной.

— Расскажи мне.

Я повернулась к нему, скрестив ноги.

— Итак, после того, как я отказалась от предложения Генерала, он запер меня в комнате для допросов и сказал, что не выпустит, пока я не начну сотрудничать.

Данте приподнял брови.

— Хорошо, тогда как ты здесь оказалась?

— Повстанцы вроде как похитили меня из Чёрного Обелиска. Хотя они просто пытались спасти меня. И теперь Генерал прочёсывает город в моих поисках. О, и он думает, что я заставила исчезнуть большинство его Смотрителей.

— Я почти боюсь спрашивать об этом, Сав, — сказал он, прочистив горло, — но ты к этому причастна?

— Нет! Конечно, нет. Это были Тамплиеры, те же самые люди, которые похитили Учеников. Всё это — часть их плана сбежать с Гайи. Я работаю над тем, чтобы остановить их и вернуть Смотрителей, но мне нужно немного времени, — я одарила его лёгкой, полной надежды улыбкой. — И мне действительно нужно держаться от Генерала подальше, чтобы он не вмешался и не испортил всё. Так что, может, ты никому не скажешь, что видел меня здесь?

— Я прикрою тебя, сестрёнка. Я никому не скажу, — он хлопнул меня по спине. — Но тебе действительно стоит поискать место получше, чтобы спрятаться. Это первое место, где Генерал будет тебя искать.

— Знаю. Я здесь только для того, чтобы забрать кое-что, что мне нужно, чтобы во всём этом разобраться, а потом я ухожу.

Данте вскочил на ноги.

— Хорошо, если кто-нибудь спросит, я скажу им, что ты отправилась на прогулку, потому что тебе нужно было подзарядиться после того, как ты подожгла кабинет Генерала.

Я упёрла руки в бока и сердито посмотрела на него.

— Ты не скажешь им ничего подобного.

— О, конечно, я скажу им это, — он подмигнул, давая мне понять, что шутит. — Хорошо, я просто скажу им, что тебе нужно было успокоиться после того, как ты подожгла занавески в своей спальне.

— Зачем тебе говорить о том, что я что-либо подожгла?

На этот раз его пожатие плечом было больше похоже на удар плечом.

— Тебе нужно создать легенду, Сав, и я собираюсь помочь тебе в этом.

— Легенду о поджоге занавесок?

— Нам нужно начать с малого и постепенно продвигаться вперёд, — Данте ухмыльнулся мне, а затем выскользнул из моего коттеджа.

Я закрыла за ним дверь. Затем прислонилась к стене и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы собраться с мыслями, прежде чем выпустить сумасшедшего Повстанца из своего шкафа.

— А вот это было интересно, — сказал Коннер у меня за спиной.

Я подпрыгнула от звука его голоса.

— Не надо так пугать людей, — я повернулась к нему лицом.

Коннер провёл рукой по своим солнечно-светлым волосам.

— Мне нравится твой брат. Похоже, он из тех людей, которые умеют веселиться, — он подкрепил свои слова жёстким, осуждающим взглядом.

— Я знаю, как веселиться, — настаивала я.

Он фыркнул.

— Я знаю.

— Хорошо, хорошо, ты знаешь, как веселиться, — он поднял руки в знак капитуляции. — Пожалуйста, не поджигай занавески снова, — его губы дрогнули.

Я впилась в него взглядом.

— Ты не такой смешной, как думаешь.

— Тогда почему ты улыбаешься?

Я нахмурилась, когда поняла, что он прав. Я улыбалась.

— Неужели у тебя нет дел поважнее, чем раздражать меня? — спросила я у него.

— Нет. Пока я торчал в твоём шкафу, я воспользовался моментом, чтобы найти небесный глобус, — Коннер подбросил стеклянную сферу в воздух, а затем поймал её. — Это значит, что теперь я весь твой, — он обнял меня одной рукой.

Я убрала его руку со своего плеча.

Что, казалось, позабавило его ещё больше.

— Итак, как мы можем извлечь из него информацию о местоположении? — я указала на небесный глобус в его руке.

— Не волнуйся, Красная Шапочка. Это будет легко. В конце концов, я самый могущественный Рыцарь во Множестве Миров, — лёгкая улыбка на его лице не давала мне возможности сомневаться в нём.

Но я всё равно могла его подразнить.

— Я думала, что эта честь принадлежит Като.

Выражение его лица помрачнело.

— Очень смешно.

— Я была серьёзна.

— О, правда? Я не мог понять. Твоё серьёзное лицо и твоё весёлое выражение лица так похожи.

Я схватила с дивана подушку и запустила ей ему в голову.

Он легко поймал её.

— Как бы я ни любил драться подушками, нам действительно нужно сматываться, пока не появились Смотрители.

— Верно. Конечно, — серьёзность ситуации легла мне на плечи, и, боже, они вдруг стали такими тяжёлыми. — Пошли.

Глава 8. Небесный глобус

Коннер привёл меня в другое убежище Повстанцев. Это был заброшенный дом всего в пяти минутах ходьбы от железнодорожной станции Килфилд.

— Чувствуй себя как дома, Красная Шапочка, — сказал мне Коннер, когда мы оказались в безопасности внутри и сняли маскировку невидимости.

Я огляделась. Дом не был роскошным, но и не таким обшарпанным, как другое убежище Повстанцев, в котором я побывала. Во-первых, пол был покрыт ровной древесиной, так что мне не приходилось следить за каждым своим шагом.

Коннер положил небесный глобус на кухонный стол.

— Хорошо, давай выясним, где были Тамплиеры.

Я плюхнулась на диван и включила телевизор.

— Эй, похоже, твои друзья разобрались со Смотрителями, — крикнула я.

— Круто, теперь солдаты Генерала могут вернуться к охоте на нас, — съязвил он.

Я повернулась, наблюдая за ним из-за спинки дивана.

— Я уверена, что они тоже ищут Тамплиеров.

— Да, я не очень надеюсь на их успех. Смотрители не очень хорошо разбираются в вопросах магии, — он встряхнул руками, отчего вспыхнуло несколько искр. — Итак, хорошая новость в том, что мне удалось просмотреть полную историю местоположений на этом небесном глобусе.

— А плохая новость?

— Это очень длинный список миров, — он глубоко вздохнул. — Типа, очень длинный. Нам потребовались бы месяцы, если не годы, чтобы посетить их все и найти пропавших Учеников.

Я присоединилась к нему на кухне.

— Да, я боялась, что это может быть так, — я протянула руку и сжала его плечо. — Но мы всё равно можем использовать эту информацию, чтобы доказать, что Повстанцы — это не Тамплиеры, верно?

— Да, — он задумчиво погладил подбородок. — Есть много случаев, когда Тамплиеры бывали в других мирах, а Повстанцы определённо были здесь, спасая людей от бандитов, в то время как Смотрители устраивали публичную сцену, пытаясь арестовать нас.

— Бандиты, — пробормотала я.

— Красная Шапочка?

Я посмотрела на него.

— Во время моего Квеста Открытия бандиты напали на нас в торговом центре. Повстанцы вмешались, чтобы разобраться с ними.

— Ты упоминала об этом раньше. Поэтому я спросил Виви. Она сказала, что в тот день Повстанцами в торговом центре были она, Бенек и Энджел.

— Бенек?

— Ты его ещё не встречала, — сказал он мне. — В любом случае, Виви сказала, что они втроём связали бандитов и оставили их на попечение Смотрителей.

— Да, — вздохнула я. — Если бы только они вернули их в одно из твоих убежищ вместо этого.

— Почему?

— Потому что Тамплиеры — не единственная угроза для Учеников. Я думаю, Братство послало этих бандитов убить нас, — сказала я ему. — И я хочу знать, что ещё они планируют.

— Братство сейчас ничего не планирует, — сказал Коннер. — После того, что произошло в парке, Смотрители арестовали всех Братьев.

Я покачала головой.

— Только тех Братьев, о которых они знают. Я уверена, что есть и другие, которые просто выжидают своего часа. Это не конец Братства. Они послали Проклятых забрать Учеников. Они также похищали Падальщиков, чтобы использовать их в качестве рабов. И они напали на Турнир. Кроме того, парни из Бэйшора упоминали Чёрного Рыцаря — я думаю, это был один из Техно-Рыцарей Братства. Братья использовали Финна и Шона. Они прокляли их, чтобы они уничтожили Избранных Бэйшора. Люди, способные на все эти ужасные поступки, не сдадутся только потому, что Смотрители поймали нескольких их членов. Братство ещё не закончило с нами.

— Возможно, ты права, но на данный момент они выбыли из борьбы, — ответил Коннер. — Поэтому нам нужно сосредоточиться на Тамплиерах. Нам нужно сосредоточиться на спасении Учеников, которых они похитили из конференц-центра.

— Верно, — я глубоко вздохнула. — И мы можем начать с того, что докажем, что Повстанцы не похищали Учеников. Это сделали Тамплиеры, — я взглянула на небесный глобус, который всё ещё слабо светился. — Кем бы ни были эти так называемые Тамплиеры, они не с Гайи. Они откуда-то из Множества Миров. Это должно обрадовать Генерала. Это даст ему оружие против принца Фенриса, который вечно твердит о нашем «внутреннем расколе».

— По крайней мере, это отвлечёт Генерала, пока мы пытаемся спасти Учеников, прежде чем Тамплиеры покинут наше королевство вместе с ними, — Коннер поднял глаза.

— Так ты собираешься отправить это доказательство Генералу?

Его взгляд вернулся ко мне.

— Вообще-то, у меня есть идея получше.

— Като. Ты собираешься отправить небесный глобус Като, — поняла я.

— Что ж, Генерал скорее поверит в это, если это будет исходить от Като, а не от меня, — сказал он. — И, похоже, Като вернётся сегодня вечером.

Я проследила за его взглядом и перевела его на экран телевизора, где показывали кадры с белым Рыцарем — Като — ведущим других Рыцарей в бой. Внизу экрана поползли слова.

Победа в Парке.

Павший район восстановлен.

Операция «Освободи Гайю» увенчалась успехом.

Рыцари возвращаются домой.

Затем камера переключилась на интервью с каким-то правительственным чиновником в строгом костюме, который проводил пресс-конференцию перед Алмазной Пирамидой, выдающимся зданием в элитном правительственном районе Рай.

— После трёх долгих дней и ночей напряжённых боёв Рыцари победили всех Проклятых в Парке до последнего, — сказал он репортерам и камерам. — Некоторые Рыцари останутся патрулировать территорию, пока Ремонтники восстанавливают здания и делают район пригодным для проживания людей. Но большинство Рыцарей присоединятся к продолжающимся поискам Повстанцев нашими солдатами.

— Надеюсь, это ненадолго, — сказала я. — Как только они поймут, что Повстанцы не несут ответственности за пропавших Учеников, они прекратят поиски вас. И сосредоточат свои усилия на реальной угрозе.

Коннер фыркнул.

— Я думаю, ты серьёзно недооцениваешь упрямство Генерала.

— Нет, не недооцениваю. Но, само собой, перед лицом всех этих доказательств…

— Всё, что мы можем доказать — это то, что мы не Тамплиеры, Красная Шапочка. Генерал по-прежнему ненавидит нас за то, что мы восстали против правительства. И он по-прежнему приложит все усилия, чтобы привлечь нас к ответственности за это.

— Эй, это не очень положительное отношение.

— Хорошо, а как насчёт такого? Я положительно уверен, что Генерал приложит все усилия, чтобы выследить нас.

— Ты безнадёжен.

В его глазах зажглись лукавые искорки.

— Я никогда не притворялся, что это не так.

Я обошла кухонный уголок и начала выдвигать ящики.

Коннер наблюдал за мной.

— Что ты делаешь?

— Ищу, чем бы перекусить. Умираю с голоду.

— В кладовой есть немного спагетти, — сказал он мне.

— Отлично. Спасибо, — я достала коробку спагетти и большую кастрюлю.

— Постарайся не сжечь воду, — он подмигнул мне.

Я закатила глаза.

— Очень смешно.

Он поклонился.

— Я живу, чтобы служить.

За его весёлыми словами последовала внезапная темнота, которая заволокла окна, закрыв вечерний свет. Мгновение спустя я услышала оглушительный раскат грома. Деревья снаружи начали яростно раскачиваться на ветру. Дождь забарабанил по окнам, как гвозди. Температура резко понизилась в одно мгновение.

— Что ж, это, безусловно, зловеще, — я потёрла себя по рукам, пытаясь согреться.

Но Коннера, похоже, это не беспокоило.

— Нет, такие штормы здесь случаются постоянно. Не стоит беспокоиться. Но, на всякий случай, может, нам стоит превратить этот перекус в ужин? Там небезопасно для тебя. Останься здесь на ночь, по крайней мере, до тех пор, пока буря не утихнет, и Смотрители не перестанут охотиться за тобой.

Мне было интересно, что из этих двух вещей наступит раньше.

— Хорошо, — согласилась я. — Я останусь. Но только на одну ночь.

Его лицо просияло, как будто я только что подарила ему целый мир.

— Отлично! Это был долгий день, но завтра мы поймаем этих Тамплиеров и спасём пропавших Учеников.

Позже, когда я как раз расставляла тарелки на столе, лампы на потолке с шипением погасли.

— А вот и электричество нас покинуло, — я покосилась на Коннера в тёмной комнате. — Всё ещё думаешь, что мне не стоит беспокоиться?

— О, я совершенно точно ожидаю, что ты будешь беспокоиться, — он ухмыльнулся мне. — Тебе нравится беспокоиться.

— Мне не нравится беспокоиться.

— Конечно, нравится, — Коннер достал из шкафа связку свечей и поставил их на стол.

Я зажгла их от зажигалки, затем мы оба сели.

Коннер улыбнулся мне, глядя поверх переплетённых пальцев и моря мерцающих свечей.

— Ну разве это не романтично?

Так оно и было, но я бы никогда в этом не призналась. Вместо этого я протянула ему соус для спагетти. За окнами сверкнула молния. В ответ прогремел гром. И всё это время дождь барабанил по крыше, словно незнакомец стучал в нашу дверь, отчаянно желая попасть внутрь.

— Это будет долгая ночь, — вздохнула я.

Мы ели спагетти при свечах. Шли минуты, в комнате становилось всё темнее, пока наш столик не превратился в крошечный маячок мерцающего света в темноте. Мы разговаривали и смеялись, и через некоторое время я совсем перестала обращать внимание на грозу. Потому что я была не одинока во всём этом. И в нашем безумном, страшном мире это то, что действительно имело значение.

Эпизод 5. Нечитаемая Книга Заклинаний

Глава 1. Перемены

Я открыла глаза и увидела пасмурное, сырое утро. Дождь всё ещё шёл. По окнам стекали струйки воды. Они барабанили по крыше, заглушая звук телевизора.

Я стянула с себя пушистое одеяло и села на диван. Пульт от телевизора лежал на тумбочке. Я схватила его и прибавила громкость.

— Да, мы получили доказательства того, что похитители, которые называют себя Тамплиерами, на самом деле не с Гайи, — заявил Генерал на экране. — Вопреки тому, в чём принц Фенрис хотел бы убедить всех, Тамплиеры не являются доказательством так называемого внутреннего раздора на Гайе. Тамплиеры — сверхъестественные существа из Множества Миров, чужаки, которые принесли эти проблемы в наш мир. Правительство Гайи поднимет этот вопрос на предстоящем саммите. Мы будем настаивать на том, чтобы Двор Множества Миров контролировал своих людей.

— О, Фенриру это понравится, — усмехнулась я.

Новости переключились на кадры с протестующими на улицах Крепости. Толпа была заполнена сердитыми лицами и яркими плакатами.

— Сегодня рано утром, после шокирующего заявления Генерала, тысячи граждан Гайи вышли на улицы, — декламировал драматичный диктор, пока мелькали кадры. — От торгового центра Магического Эмпориума до Голубых Гор, протестующие призывают к немедленному освобождению Братьев из тюрьмы и скорейшей депортации всех иномирных сверхъестественных существ. Некоторые протестующие пошли ещё дальше, требуя запретить на Гайе всю магию, в том числе и Рыцарей, родившихся на Гайе.

— Идиоты. Кто будет бороться с Проклятием, если Рыцари исчезнут? — зарычала я на телевизор, прежде чем выключить его.

Я обыскала убежище в поисках Коннера, но его здесь не было. Однако он оставил записку.

В ней говорилось: «Пошёл в клуб за продуктами на завтрак. Скоро вернусь».

Я надела дождевик, который нашла висящим у входа, и вышла на улицу, чтобы поискать его.

Из дома я попала прямо под грозу. Небо надо мной было затянуто тучами, время от времени озаряемыми вспышками молний. Дождь барабанил по моему дождевику — капюшону, плечам, спине. Дождь лил слишком быстро и сильно. Потоки воды неслись по улице, с журчанием перехлёстывая через высокие бордюры и собираясь в лужи вокруг забитых листьями водостоков.

Я направилась к старым теннисным кортам, которые находились по соседству с убежищем. Они были давно заброшены, но синтетическая трава всё ещё оставалась по большей части нетронутой, за исключением нескольких кочек и бугорков, где своенравные корни деревьев вторглись на некогда нетронутые корты.

Мне потребовалось всего несколько минут, чтобы дойти до клуба, но за это короткое время дождь превратился из «сильного» в «проливной». Улицы уже трудно было назвать улицами, они превратились в реки. Похоже, Смотрители сегодня не будут разъезжать по городу на своих больших чёрных шпионо-мобилях. У внезапного наводнения было не так уж много положительных сторон, но это одна из них.

Я бросила быстрый взгляд через бурлящую реку-улицу, где облупившаяся вывеска старой церкви всё ещё рекламировала «Воскресные службы», которые не проводились уже много лет.

Затем я повернулась и вошла на территорию теннисного клуба, натягивая капюшон на лицо в тщетной попытке защититься от дождя. Я нырнула в незапертое здание клуба, ожидая найти там Коннера.

Вместо этого я обнаружила Като.

Глава 2. Като и Коннер

Като перебирал стопку стульев, очевидно, что-то ища. Его шлем лежал на земле. Он, должно быть, снял его, потому что так было легче обыскивать здание, не ограничивая свой обзор.

Он поднял голову, и его взгляд встретился с моим. И затем он вздохнул.

— Что ты здесь делаешь? — тихо спросила я, подходя к нему.

— Он ищет тебя, — раздался голос Коннера у меня за спиной.

Я обернулась, но его там не было. Всё, что я увидела — это пустая комната, которая заканчивалась тупиком с множеством окон.

— Генерал сказал, что ты работаешь на Повстанцев, но я сказал ему, что это невозможно, — разочарование погасило искру в глазах Като. — Я сказал ему, что ты бы не предала меня.

— Я не предавала тебя, Като.

— С моей точки зрения всё выглядит иначе.

— Понимаешь, что я имею в виду? — сказал Коннер. — Он всегда слишком остро реагирует.

Я почувствовала мягкое, едва уловимое дуновение воздуха; должно быть, Коннер прошёл позади меня.

— Я должен был догадаться, что ты окажешься в центре этой катастрофы, Коннер. Ты оказываешь дурное влияние, — Като скрестил руки на груди. — Что у тебя за дела с ней?

Он старательно смотрел в пустоту. Возможно, он мог видеть сквозь заклинание невидимости Коннера.

— Что у меня за дела с ней? — подхватил Коннер. — Те же, что и у тебя, конечно: мы пытаемся спасти мир.

Внезапно позади нас появился Коннер, одетый в свой обычный костюм из мерцающей драконьей чешуи. Като подпрыгнул от неожиданности. Видимо, он всё-таки не смог разглядеть невидимого Коннера.

Като быстро пришёл в себя. Он вытащил своё ХУНУ, и оно тут же превратилось в меч. Он шагнул к Коннеру.

(Напоминаем, что в первой книге ХУНУ расшифровывалось как Хорошо Усиленное Неомагическое Устройство, и это некий предмет, который Рыцари используют для концентрации и усиления магии, — прим)

— Тебя здесь быть не должно, — прошипел он, и на его раскрытой ладони вспыхнуло пламя.

— Меня здесь быть не должно? Это мой склад, — усмехнувшись, Коннер взмахнул своим собственным ХУНУ. Снежинки закружились вокруг пламени Като, замораживая его.

— Это правда? — спросила я Като, пока он стряхивал с пальцев замёрзшие огненные осколки. — Ты действительно искал меня здесь?

Като перевёл взгляд с Коннера на меня.

— Да.

— Но как ты узнал, что я здесь?

— Я отследил твою жизненную силу досюда. Я почерпнул идею из заклинания, которое Повстанцы использовали, чтобы выследить невидимых Смотрителей.

— Вообще-то, это заклинание было её идеей, — Коннер подтолкнул меня плечом. — Никогда не думал использовать его, чтобы преследовать симпатичных девушек, но ты всегда творчески подходил к магии, Като, — он усмехнулся.

Като наблюдал за нами с бесстрастным лицом.

— Я не преследовал её. Я отправился на её поиски, потому что Генерал настаивал, что она скрывается у Повстанцев, и я планировал доказать, что он ошибается, — его тёмные брови слегка дрогнули, когда он повернулся ко мне. — Я искал тебя в твоем доме, Семёрка. Когда тебя там не оказалось, я решил использовать магию, чтобы отследить тебя, опасаясь, что у тебя могут быть проблемы, — его взгляд остановился на Коннере. — Похоже, я имел все основания беспокоиться.

Коннер рассмеялся.

— Проблемы? Из-за меня? Я безобиден. Это не я проделал дыру в конференц-центре и похитил группу Учеников. Мы с Красной Шапочкой пытаемся поймать Тамплиеров и спасти Учеников.

— Красной Шапочкой?

— Эй, ты не единственный, кто придумал ей милое прозвище, — Коннер подмигнул ему.

Като, похоже, это не позабавило.

— Ему нельзя доверять, — сказал он мне. — Он только навлечёт на тебя всевозможные неприятности.

— Перестань быть таким пессимистичным, Прекрасный Принц. Мы с Красной Шапочкой уже выполнили много успешных заданий вместе, — Коннер небрежно положил руку мне на плечо. — Мы победили шайку Проклятых и спасли Падальщика из лагеря, полного бойцов.

Като сморщил нос, глядя на него.

— Я вижу, ты, как всегда, устраиваешь беспорядок.

Коннер убрал от меня руку и слегка пожал плечами.

— Одно дело безрассудно бросаться навстречу опасности в одиночку, но втягивать других в свои планы… — Като покачал головой. — Из-за тебя её могли убить.

— Ты просто завидуешь, что я не втянул тебя в свои планы, — Коннер ухмыльнулся.

Като скрестил руки на груди и сердито посмотрел на него.

— Кроме того, — добавил Коннер. — Не то чтобы ты сам не подвергал её опасности.

Губы Като были плотно поджаты.

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

— Конечно, понимаешь. Просто ты слишком упрям, чтобы признать это, — сказал ему Коннер. — Позволь мне освежить твою память. Ты затащил её в Склон Теней и чуть не застрял там с ней.

Глаза Като расширились.

— Откуда ты знаешь… — он покачал головой. — Неважно, я не хочу знать.

— Конечно, хочешь. Это отличная история. Почти такая же захватывающая, как та, в которой ты умудрился застрять вместе с Саванной в Склоне Теней, — брови Коннера изогнулись. — Или это было специально? Возможно, ты искал уединённое место для свидания? Лично я не нахожу Склон Теней таким уж романтичным, но раз уж ты считаешь тактику боя романтичной, Като…

— Довольно, — Като стиснул зубы. — Я не специально привёл нас в Склон Теней. Это был несчастный случай.

— О, нет, исключено. Великий и могущественный Като не совершает ошибок. Кстати, разве не эти слова напечатаны на твоей любимой футболке? — Коннер лукаво улыбнулся и провёл рукой по своим растрёпанным волосам.

Като выглядел так, словно собирался поджечь красивые волосы Коннера.

— Ты смешон.

— Ты говоришь это только потому, что знаешь, что я прав.

Лёгкая, натянутая улыбка тронула губы Като.

— Мечтай.

Их взгляды встретились.

Затем Коннер рассмеялся.

— Полегче, я просто пошутил. Я знаю, тебе действительно трудно в это поверить, Като, но у некоторых людей действительно есть чувство юмора.

— А некоторые люди ничего не могут воспринимать всерьёз.

Коннер пожал плечами.

— Во вселенной должно быть равновесие. Итак… — он опёрся рукой о стену. — Может, начнём?

— Начнём что?

— Ну и кто теперь смешон, Като? — спросил Коннер. — Очевидно же, что мы здесь по одной и той же причине. Мы все хотим остановить Тамплиеров и спасти Учеников. Поэтому мы должны объединить наши силы и работать вместе. Как ты думаешь, зачем я вызвал тебя сюда сегодня утром?

Като ощетинился.

— Ты меня не вызывал. Я использовал заклинание слежки, чтобы найти Саванну.

— Да, давай не будем говорить о том, что ты её преследовал, — Коннер притворился, что его тошнит.

— Я не преследовал её.

— Ты просто продолжаешь убеждать себя в этом. — Коннер похлопал его по плечу. — В любом случае, ты выследил Саванну после того, как я прислал тебе доказательства того, что Повстанцы не похитители. И помнишь, я рассказал тебе, какое заклинание мы использовали, чтобы найти пропавших Смотрителей. Хм, так уже совпало, что то же самое заклинание ты использовал, чтобы найти Саванну. Или это было совпадение? — поинтересовался он с лукавым видом.

— Ты намекаешь, что заманил меня сюда.

— Я знал, что Генерал попытается убедить тебя, что она сбежала, и он же тебе говорил, и бла-бла-бла. Он такой предсказуемый, — Коннер закатил глаза. — И я хорошо тебя знаю, Като. Я знал, что ты убежишь спасать Красную Шапочку от больших и злых Повстанцев. Поэтому я просто подсказал тебе, как её найти.

У Като отвисла челюсть.

— Тебе не обязательно было играть в такие игры. Ты мог бы просто попросить меня объединиться с тобой, Коннер.

Озорство в глазах Коннера погасло.

— Я не думал, что ты придёшь.

— Конечно, я бы пришёл. Потому что, несмотря на всё, что произошло между нами, я не позволю тебе сражаться с Тамплиерами без моей помощи. Ты бы сделал то же самое для меня, если бы мы поменялись ролями. Если бы мне понадобилась твоя помощь, ты был бы рядом. Так что я тоже буду рядом с тобой, — Като сжал челюсти, и казалось, что он жуёт стекло. — Так что давайте сделаем это. Давайте работать вместе, чтобы спасти Учеников.

— Потрясающе! — Коннер оттолкнулся от стены, к которой прислонялся. — Наконец-то ты пришёл в себя и понял, как отчаянно тебе нужны мои впечатляющие навыки.

Като смерил его суровым взглядом.

— Я бы не стал заходить так далеко.

— Но ты должен. Ты должен зайти настолько далеко, насколько это необходимо, чтобы поступать правильно.

— Именно из-за такого отношения ты постоянно попадаешь в неприятности, Коннер.

— Да, я знаю, — лёгкая улыбка исчезла с лица Коннера. Его лицо стало пугающе серьёзным.

Как и у Като. В воздухе, кружась вокруг них, повисли целые тома невысказанных слов.

Я перевела взгляд с одного парня на другого.

— Ты не шутил, когда сказал мне, что у вас двоих сложные отношения, — прокомментировала я, обращаясь к Коннеру.

Коннер усмехнулся.

— Она мне нравится, — сказал он Като, и его яркие, сапфирово-голубые глаза загорелись. — Она намного симпатичнее, чем твоя предыдущая девушка.

— Она не моя девушка.

— Ты уверен? Потому что, Като, тебе стоит послушать истории, которые Рыцари рассказывают о вас двоих.

— Какие истории?

— Самые разные. Моя любимая — та, где ты спасаешь Красную Шапочку от свирепого огнедышащего дракона, а затем целуешь её на фоне извергающегося вулкана, — он нахмурился. — На самом деле, если подумать, я думаю, что Джарет просто позаимствовал эту историю из комикса. Или, может быть, это метафора, и Генерал — это дракон, от которого ты спасаешь Красную Шапочку. Но тогда что символизирует вулкан? Конец света, но вам просто всё равно, потому что вы есть друг у друга? — он хихикнул.

— В твоих словах нет никакого смысла.

Коннер проигнорировал его.

— А ещё есть история, в которой ты убиваешь Техно-Рыцаря, а затем отдаёшь его доспехи Красной Шапочки в качестве боевого трофея, или в знак любви, или ещё чего-нибудь в этом роде.

— Это смешно.

— Что самое смешное, так это история о том, как вы с Красной Шапочкой отключили Генералу горячую воду, и он вынужден был принимать холодный душ. Во-первых, вы слишком скучны, чтобы подшучивать над Генералом; Рыцари, которые всё это придумывают, должно быть, имели в виду меня. А во-вторых, я уже пробовал этот розыгрыш в прошлом году, но обнаружил, что он абсолютно бесполезен, потому что Генерал всё равно принимает только холодный душ! Очевидно, это закаляет характер, но, э-э, почему меня это должно волновать? Я уже купаюсь в переизбытке характера.

— Характер у тебя тот ещё, да, — пробормотал Като.

— И если подумать, я не уверен, что правильно запомнил этот слух, — продолжил Коннер. — Конечно, как я мог, услышав это из третьих рук и всё такое? Знаешь, очень трудно услышать хорошие Замковые сплетни, когда ты находишься в розыске. К тому времени, как история доходит до меня, она уже настолько запутана, что…

— Коннер, — перебил его Като.

— Да?

— Ты знаешь, кто распространяет все эти сплетни обо мне и Семёрке?

— О, это я точно знаю. Потому что их распространяют практически все, — радостно сказал Коннер. — Весь Замок говорит о вас, ребята. Это так мило, — он одарил меня ухмылкой.

Я закрыла лицо руками.

Като нахмурился.

— О чём ты думаешь? — спросил его Коннер.

— Я думаю, мне нужно серьёзно поговорить с другими Рыцарями-Командирами. Если у их Рыцарей есть время посплетничать, значит, они недостаточно усердно тренируются.

— Ещё несколько мудрых слов из Кодекса поведения, — Коннер хлопнул его по спине. — Вот это Като, которого мы все знаем и любим! — он украдкой взглянул на меня. — Приятно осознавать, что ты не пытаешься изменить своего бойфренда, Красная Шапочка.

— Мы не встречаемся! — в отчаянии воскликнули Като и я.

Коннер радостно кивнул.

— Верно. Вы просто продолжаете убеждать себя в этом.

— Он всегда такой сумасшедший? — спросила я у Като.

Он пожал плечами.

— Практически всегда. Я считаю, что лучше не потакать ему, когда он становится таким.

— Ах, вы только посмотрите, вы двое говорите обо мне так, словно меня здесь вообще нет! — он обнял каждого из нас за плечи. — Вы уже ни на кого другого не смотрите.

Я украдкой взглянула на Като из-за его спины.

— Будет трудно игнорировать его, если мы все будем работать вместе, чтобы остановить Тамплиеров.

— Да, я уже сожалею о своём решении, — искренне сказал Като. — А теперь давайте приступим к работе, пока я не передумал.

Глава 3. Квест на завтрак

Нельзя отправляться на важное задание на пустой желудок. Поэтому Като, Коннер и я отправились в убежище за завтраком, в котором мы так нуждались.

— Кто-нибудь хочет блинчиков? — спросил Коннер, доставая пачку муки из пакета с продуктами, который он положил на прилавок.

Я подняла руку. Я умирала с голоду.

— Хорошо, но готовить их буду я, — Като выхватил миску прямо у него из рук. — Ты всегда кладёшь слишком много сахара в тесто.

— Эй, что я могу сказать? Я сладкоежка, — Коннер подмигнул мне.

— Ты можешь подсластить тесто натуральным апельсиновым соком, — Като взял со стойки стакан свежевыжатого апельсинового сока. Попробовал. Одобрительно кивнул. Затем вылил остатки из стакана в миску для смешивания.

— Эй, у меня ушло целых тридцать секунд на то, чтобы его отжать! — запротестовал Коннер.

Като принялся размешивать тесто.

— Твоя трудовая этика впечатляет.

— Эй, я что, только что услышал шутку? — Коннер посмотрел на меня с ухмылкой. — Молодец, Красная Шапочка! Ты помогла ему обрести давно утраченное чувство юмора!

Като отбил руку Коннера прежде, чем тот успел попробовать тесто.

— Я умираю с голоду, — сказала я, наблюдая, как на сковороде начинают шипеть первые блинчики.

— Тогда первая порция будет твоей, — пообещал мне Като.

Я улыбнулась ему.

— Тебе понадобятся силы. А это значит, что нужно потреблять много калорий, — Като указал лопаткой на блинчики.

Они так вкусно пахли, что я с трудом удержалась, чтобы не стащить их с горячей сковороды, несмотря на клейкое тесто и всё такое прочее.

— Тамплиеры точно не будут валять дурака, — сказал Коннер. — Нам понадобится много магии, чтобы победить их, особенно когда они одеты в эти техно-костюмы. В таких костюмах они смогут сражаться намного дольше, прежде чем их выносливость иссякнет.

— Ах, да. Для того, чтобы творить магию, нужна выносливость, — сказала я.

— О, ты помнишь, что я тебе вчера говорил? — Коннер выглядел очень довольным.

— Трудно забыть, как я потеряла сознание на диване.

— Ты потеряла сознание? — Като перевернул блинчики. — Ты слишком сильно её нагрузил, Коннер.

— Эй, мы должны были действовать быстро. Кто-то должен был спасти твоих драгоценных Смотрителей, пока их не затянуло в Склон Теней. Или куда похуже. Ты знаешь, как это работает, Като. Чем дольше ты остаёшься невидимым, тем больше риск того, что тебя затянет в Склон Теней… или даже в более глубокие, более угрожающие измерения.

Я поморщилась.

— Это звучит опасно.

— Вот тут-то и пригодится магическая выносливость, Красная Шапочка. Пока ты невидим, ты находишься в области, зависшей прямо над пространственным разделением. Тебе нужно использовать свою магию, чтобы закрепиться там, чтобы тебя не затянуло вниз, — он взглянул на Като. — Я думаю, мы все можем согласиться с тем, что Смотрители не обладают магической выносливостью. Поэтому, как только эффект от начального заклинания исчезнет, они очень быстро погибнут.

Като крутанул лопатку в руке.

— Забудь о Смотрителях.

Коннер рассмеялся.

— Смотри, чтобы Генерал этого не услышал.

— Я серьёзно, Коннер. Тебе нужно лучше заботиться о Саванне. Вчера было опасно так давить на неё. Из-за тебя она могла впасть в кому. Есть причина, по которой мы не давим на Учеников слишком сильно и слишком быстро. Им нужно время, чтобы магия духов окрепла.

— Да, но она не похожа на других Учеников, не так ли?

Като бросил на меня быстрый взгляд.

— Он знает?

— Если ты спрашиваешь, знаю ли я, что она обладала магией до Слияния, то да, я намного опередил тебя, бро. Я познакомился с ней до Слияния. На самом деле, я видел, как происходило Слияние.

— И ты мне не сказала? — Като посмотрел на меня так, словно я задела его чувства.

И это задело меня.

Коннер закатил глаза.

— Не надо так драматизировать, Като. Я попросил её никому не рассказывать обо мне. Я подумал, что как только ты узнаешь, что я был где-то рядом с ней, ты бросишься спасать её, как идеальный прекрасный принц, каким ты и являешься.

— Перестань называть меня так. Я не идеален, — Като положил мне на тарелку четыре маленьких блинчика.

— Конечно, идеален. Ты идеальный Рыцарь, — Коннер посмотрел на блинчики. — Точно так же, как это идеальные блинчики.

— В этом он прав, — сказала я, откусив кусочек. — Эти блинчики восхитительны. На самом деле, это лучшие блинчики, которые я когда-либо пробовала в своей жизни.

Като одарил меня улыбкой, которая была даже лучше, чем его блинчики.

— Осторожнее, Красная Шапочка, — предупредил меня Коннер, хватая блинчик со второй сковороды. — Не потакай его самолюбию, — он откусил кусочек.

— Ну что? — спросил Като, приподняв брови.

— Думаю, с ними всё в порядке, — Коннер переложил оставшиеся блинчики себе на тарелку.

— По-видимому, ты считаешь их не просто вкусными, — холодно заметил Като.

Коннер пожал плечами.

— Я всё же думаю, что с большим количеством сахара они были бы вкуснее.

Като передал ему вазочку с сахарной пудрой.

Глаза Коннера расширились.

— Я беру свои слова обратно, — он посыпал блинчики сахарной пудрой. — Ну, по крайней мере, слова за последние пять минут.

Блинчики, приготовленные Като, были настолько вкусными, что до конца завтрака никто из нас не проронил ни слова. Мы были слишком заняты едой. И я ела дольше и больше, чем они оба. Я была счастлива позволить им спланировать наш поход, пока я планировала своё блинное завоевание.

— Подожди, что ты делал в её шкафу? — Като перебил Коннера.

— Хм, может, мне стоило начать эту историю с самого начала.

— Ты думаешь?

— Итак, я был в её шкафу и искал небесный глобус, который обронил один из Тамплиеров.

Като нахмурился.

— И ей нужно было, чтобы ты достал его из её шкафа?

— Нет, я искал его, потому что мне было скучно после того, как она запихнула меня в шкаф. Она может быть довольно настойчивой, когда захочет.

— Да, но почему?

— Я не знаю, — Коннер одарил его ангельской улыбкой. — Может быть, она научилась этому у тебя.

— Нет, — произнёс Като с натянутым терпением. — Я имел в виду, почему она засунула тебя в свой шкаф?

Уголок рта Коннера дёрнулся.

— О, ну, она не хотела, чтобы её брат видел меня в её доме. Не могу представить, почему. Я очаровательный парень, — он слизнул сахарную пудру с пальцев.

— Да, я думаю, моему брату гораздо веселее дразнить меня из-за моих «бойфрендов», чем обнаружить настоящего бойфренда в моём доме, — вмешалась я.

Коннер посмотрел на Като.

— Я думаю, вдвоём мы смогли бы с ним справиться.

Като закатил глаза.

— Ты просто смешон.

— Я смешон? Что насчёт тебя? Что это был за дурацкий манёвр проводить-её-до-двери-но-не-миллиметром-дальше? Это не по-рыцарски. По-рыцарски было бы проводить её внутрь. Что, если бы у неё под кроватью монстры? У неё под кроватью точно могли быть монстры, Като!

Като фыркнул.

— Учитывая её склонность привлекать неприятности, это вполне вероятно.

— Эй, когда этот разговор превратился в критику меня? — запротестовала я.

Коннер одарил меня злобной ухмылкой.

— Вместо этого мы всегда могли бы вернуться к разговору о твоём идеальном свидании с мистером Рыцарем-Командиром, — он издал очень громкий звук поцелуя.

Мой желудок скрутило в узел.

— Нет, спасибо, — слабо сказала я.

— Ты должен постараться не дразнить её так сильно, — сказал ему Като.

— А тебе следует постараться дразнить её чуть чаще, — возразил Коннер.

— У нас нет времени на глупости.

— Да, это твой личный девиз, Като. Вообще-то, я думаю, это тоже напечатано у тебя на футболке.

Но Като не позволил себе отвлечься от того, что хотел сказать.

— Быть Полимагом — это большая ответственность. Тебе нужно относиться к этому более серьёзно.

— Быть Полимагом — это ещё и весело. Уметь творить все эти разные виды магии — это весело.

Они оба посмотрели на меня так, словно хотели, чтобы я рассудила их спор.

— Я полагаю, это может быть и серьёзно, и весело? — предположила я. — Ну то есть, быть Полимагом — значит заниматься всеми видами магии, верно? Так почему бы также не испытать все виды эмоций?

— Знаешь, я думаю, она мудрее нас обоих, — прокомментировал Коннер.

— Да, — согласился Като.

Круто, я заставила их кое в чём согласиться. Я мысленно похлопала себя по спине. Потому что похлопать себя по спине в реальности было бы слишком неловко.

— Итак, каково это — быть Полимагом? — спросила я их.

Като чуть-чуть склонил голову набок.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, понимают ли вас другие Рыцари? Потому что наставники, похоже, разделились во мнениях по поводу Полимагов.

Его тёмные брови сошлись на переносице.

— В каком смысле?

— Некоторые Рыцари считают Полимагов высокомерными.

Като нахмурился в замешательстве, как будто эта идея никогда не приходила ему в голову.

Но Коннер рассмеялся.

— О, Красная Шапочка, конечно, они думают, что мы высокомерные. У нас есть вся эта магия, и мы не боимся её использовать. Тем временем они все пытаются понять, почему они не стали Полимагами. Если бы они только знали, что мы…

— Нет, — оборвал его Като.

— Почему нет? — возразил Коннер. — Она одна из нас. Она должна знать правду.

Мой пульс участился.

— Какую правду?

— Мы должны сказать ей, Като.

— Несправедливо взваливать на неё это бремя.

— Я думаю, она и так уже живёт с этим бременем. Ей было бы спокойнее знать, что она не одинока.

И теперь моё сердце бешено колотилось в панике.

— Хорошо, теперь вам, ребята, действительно нужно сказать мне, о чём вы говорите. Потому что это не может быть хуже, чем я себе представляю.

— Что ты себе представляешь? — поинтересовался Коннер.

— Я не знаю, но это очень, очень плохо! — я сцепила руки, чтобы они перестали дрожать. — А теперь, пожалуйста, скажите мне.

Коннер бросил на Като быстрый взгляд.

— Ты сам хочешь? Или мне это сделать?

Като тяжело вздохнул.

— Семёрка, — он переплёл пальцы, затем, решив, что это не совсем правильно, переплёл их по-другому. — Как и ты, я владел магией до Слияния. И Коннер тоже.

Я уставилась на него, разинув рот.

— Итак, ты думаешь… — я прочистила горло. — Ты думаешь, что обладание магией до Слияния и полимагия как-то связаны.

— Я уверен, что это не случайное совпадение, — сказал Коннер. — Полимагов всего три, и все мы обладали магией до Слияния.

— Хорошо, но Рыцарей не так уж много, так что, может быть…

— Ты неправильно поняла, — сказал мне Като. — Мы говорим не только о Гайе или Рыцарях. Мы говорим обо всей вселенной. Мы единственные три Полимага во всём Множестве Миров.

— Но Множество Миров огромно! — ахнула я. — Откуда вы можете знать, что где-то поблизости нет никого такого же?

— Мы провели своё исследование, — сказал Като.

— К тому же, есть вопрос о реакции Двора, когда он узнал о нашем существовании, — добавил Коннер. — Как ты думаешь, почему они вообще потрудились приехать сюда на саммит? Дело, само собой, не в Гайе. Двор считает нас незначительным миром. В космическом масштабе мы — примитивы, младенцы, находящиеся в самом начале нашей магической эволюции. И всё же у нас уже есть несколько Полимагов, что всегда считалось невозможным с точки зрения магии. Двор, само собой, хочет знать, как произошло это странное, невозможное явление, — он пожал плечами. — И они, вероятно, попытаются воссоздать это.

— Генерал знает, насколько важны Полимаги для достижения его целей. Вот почему он был так недоволен потерей одного из них, — Като взглянул на Коннера. — Именно поэтому он так усердно выслеживал Повстанцев. Речь идёт не только о том, чтобы наказать их за то, что они сбросили оковы его власти. Генерал думает, что сможет убедить Коннера ещё раз присягнуть на верность правительству Гайи.

Коннер фыркнул.

— Да, этого точно не произойдёт.

— Если Генерал хочет вернуть Коннера, то почему бы ему просто не разобраться с причиной, по которой Повстанцы изначально ушли? — спросила я.

— Потому что Генерал ещё более упрям, чем Като, — сказал мне Коннер.

Като снова развёл руками.

— Ты сказал ей, почему ушёл?

— Да, мне пришлось это сделать, — ответил Коннер. — И я надеюсь, теперь, после всего, что произошло на прошлой неделе, ты понимаешь, что я был прав. Сестра Виви и остальные погибли не из-за странных происшествий. Что-то похитило их, то же самое, что сейчас пытается сбежать с Гайи с четырьмя Учениками.

— Я знаю, — выдохнул Като в свои ладони. — Думаю, я уже давно это знал. Просто я был…

— Слишком упрям, чтобы признать это? — лицо Коннера расплылось в широкой улыбке.

— Ты просто не можешь оставить всё как есть, не так ли, Коннер? — Като вздохнул.

— Конечно, нет. Ты же меня знаешь

— Да, — Като обхватил его за плечи. — Да.

— Намного лучше, когда вы двое ладите, — сказала я, улыбаясь им. — И если мы будем работать вместе, я уверена, мы сможем всё исправить. Остановим Тамплиеров. Спасём Учеников. Опять объединим Рыцарей.

Коннер посмотрел на Като.

— Мне нравится, какая она до сих пор оптимистичная. Это напоминает мне о том, какими мы были раньше.

— Да.

Я вскочила на ноги, взяла их за руки и сжала их.

— Вы можете снова стать такими! Вам просто нужно захотеть быть такими.

Какое-то время мы стояли, улыбаясь как идиоты. Улыбка Като исчезла первой. Он опустил руки по швам.

— Пройдёт совсем немного времени, прежде чем Генерал узнает, что она такая же, как мы, — сказал он.

И тут улыбка на губах Коннера исчезла.

— Если он ещё не знает. Наставники в курсе, а ты знаешь, как они любят посплетничать.

— Что сделает Генерал, когда узнает обо мне? — осмелилась спросить я.

— Я не знаю, — сказал Като, но выражение его лица было мрачным. — В лучшем случае, он назначит группу Смотрителей, которые будут следить за тобой, 24 часа в сутки 7 дней в неделю. Если он потеряет ещё одного Полимага, Двор никогда не проголосует за то, чтобы пригласить Гайю присоединиться к ним.

— Значит, я всего лишь пешка в его игре? — я нахмурилась.

Като взглянул на Коннера.

— Я же говорил тебе, что всё это будет для неё обузой.

— Да, но это лучше, чем незнание, верно? По крайней мере, теперь она знает, как обстоят дела.

Но знала ли я на самом деле?

— Что в нас особенного? — спросила я у них. — Почему из всех людей на Гайе именно мы родились наделёнными магией?

Коннер вздохнул.

— Хотел бы я знать, Красная Шапочка.

— Ваши родители обладали магией?

Коннер и Като обменялись многозначительными взглядами.

— Ты хотел ей всё рассказать, — напомнил ему Като.

— Да, я знаю. Просто… ну… — Коннер покачал головой, словно избавляясь от своих сомнений. Затем он повернулся ко мне. — Мы с Като не знаем, кто наши родители. На самом деле, мы ничего не помним до того, как очнулись под Духовным Древом два года назад.

— Разве правительство не знает, кто вы, ребята? Они ведут очень подробные записи.

— Да, это так, — сказал Като. — Но нас нет в этих записях.

— На самом деле это случается чаще, чем они хотели бы признать, — добавил Коннер.

— Но если правительство не знает, кто вы, как вы стали Избранными? — удивилась я.

— Два года назад Избрания не было, — напомнил мне Като. — Тогда всё было немного хаотичнее. Правительство ещё только пыталось выяснить, как работает вся эта магия. По всему миру люди просто привязывали себя к Духовным Древам и молились, чтобы духи слились с ними. Но духи сливаются только с тридцатью шестнадцатилетними подростками в год.

— Подождите, если вы, ребята, ничего не помните до того, как проснулись под Духовным Древом, откуда вы знаете, что родились с магией? — спросила я.

— Мы не уверены, — сказал Коннер. — Мы просто откуда-то знаем. Так же, как мы умеем ходить, говорить и делать множество других вещей.

— Ого. Вы действительно совсем ничего не помните из своей жизни до Слияния? — я перевела взгляд с него на Като.

— Ничего, — Като выглядел очень уязвимым, когда говорил это.

И я не винила его. Я думала, что всю жизнь было трудно скрывать свою магию, но, по крайней мере, я знала, кто я такая. По крайней мере, я знала, кто моя семья. Я и представить себе не могла, как тяжело ничего этого не знать. Когда они проснулись под Духовным Древом, они, должно быть, почувствовали себя такими потерянными и одинокими.

Я схватила их обоих и заключила в объятия.

— Это ужасно, — выдавила я, и на мои глаза навернулись слёзы. — Мне так жаль, что вам, ребята, пришлось пройти через это.

— Всё в порядке, — сказал Като. — Мы давно с этим смирились.

— Говори за себя. — Коннер оттолкнул его плечом. — Я, например, хочу больше объятий, — он обнял меня так крепко, что из меня выжало все слёзы. Затем слегка покружил меня и поставил на землю.

Като подхватил меня, прежде чем я, потеряв равновесие, рухнула бы на пол.

— Отличная работа, капитан Мятежник, — сухо сказал он. — Ты чуть не сбил её с ног своими выходками.

— Для тебя майор Мятежник, Прекрасный Принц. И, кроме того, это сработало, — Коннер кивнул в мою сторону.

Он был прав. Я больше не плакала. Я смеялась. Истерично.

— Семёрка? — Като придвинулся ко мне поближе. — Ты в порядке? — он смотрел на меня так, словно я лишилась рассудка.

— Я в порядке. Всё ещё полностью владею собой, — я слегка помахала ему рукой.

По какой-то странной причине это, похоже, его не успокоило.

— Правда, я в полном порядке, — я перестала смеяться, чтобы доказать это. — На самом деле, когда Коннер кружил меня, моя голова тоже немного закружилась.

— Я думаю, ты хотела сказать, что я «вскружил тебе голову», Красная Шапочка. И я, как правило, произвожу такой эффект на девушек, — он подмигнул мне.

— О, я тебя умоляю, — Като закатил глаза.

— Да, и у меня в голове всё закружилось очень быстро, — взволнованно сказала я, — так быстро, что мне показалось, будто я нахожусь в нескольких местах одновременно.

— Хорошо, даже у меня закружилась голова, — Коннер демонстративно опёрся рукой на Като.

Като оторвал руку Коннера от своего плеча.

— А потом я вспомнила, как выводила Учеников из конференц-центра, — продолжила я.

— Ты телепортировалась. Много раз. Орион рассказал мне. Он был очень впечатлён, — Като одобрительно кивнул мне. — И я тоже.

— Спасибо, — я слегка покраснела. — Ладно, значит, это заклинание дала мне странная старушка в Эмпориуме. Она вырвала его из книги заклинаний тайного общества под названием «Парагоны Магии».

Коннер фыркнул.

— Парагоны Магии? Но это всего лишь сказка.

— Так сказала моя подруга Рэйн, но это не сказка. Это реальность, — я вытащила страницу из кармана своей толстовки и развернула её на столе. — Видите?

Като опустил взгляд на страницу.

— Я ничего не вижу.

— То же самое, — сказал Коннер.

— Правда? — я нахмурилась. — Ну, Рэйн тоже не видела. Но после нашей недавней дискуссии о Полимагах я подумала, что, возможно, это можем прочитать только мы.

Глаза Коннера блеснули, когда он посмотрел на меня.

— Я думаю, ты ещё более странная, чем мы, Красная Шапочка.

— Супер.

— Значит, на этой странице содержится заклинание для телепортации, — Като повертел страницу в руках, прищурившись, словно приказывал ей раскрыть ему свои секреты.

— Да, старушка сказала, что это бесплатный образец. Она сказала мне, что в книге заклинаний содержатся ещё более могущественные заклинания, секреты, известные только шести Парагонам Магии.

Като положил листок на стол.

— И ты ей поверила?

— Я не уверена. Но именно это заклинание телепортации понадобилось, чтобы спасти других Учеников.

Като положил руку мне на плечо.

— Я думаю, что это ты понадобилась, чтобы спасти других Учеников.

Коннер кивнул.

— Он прав, Красная Шапочка. По сути, магия — это не заклинание. Всё дело в человеке, который им владеет.

— Послушайте, никто из нас понятия не имеет, где находятся Тамплиеры. Всё, что мы знаем — это то, что у них должен быть план, как вывести Учеников из этого мира. И нам тоже нужен план. Вот мой план, — я постучала по странице с заклинаниями. — Где-то внутри полной книги заклинаний находится ключ к поискам Тамплиеров. Я уверена в этом. Всё, что нам нужно сделать — это найти его.

Глава 4. В поисках книги заклинаний

Я окинула оживлённую улицу долгим настороженным взглядом.

— Так ты уверен, что Смотрители больше не ищут меня?

— Я уверен, — ответил Като.

После завтрака Коннер пошёл проведать других Повстанцев. Тем временем мы с Като рыскали по Магическому Эмпориуму в поисках госпожи Миты. Её палатка недолго оставалась на одном месте. Мы искали её большую часть дня. Солнце уже давно село, а мы всё ещё не нашли её.

— Я позвонил в Чёрный Обелиск. Теперь, когда Смотрители вернулись, они смогли просмотреть вчерашние записи с камер наблюдения, — продолжил Като. — Из них видно, что Повстанцы вырубили тебя и вывезли из Чёрного Обелиска против твоей воли.

— Бьюсь об заклад, Генерал был разочарован. Ему нравится видеть во мне источник всего, что идёт не так в его жизни.

Толпа расступилась перед нами — или, точнее, перед Като. В своих сверкающих белых доспехах он выглядел довольно героически и, возможно, даже немного устрашающе. Он был лучом света в этот мрачный, серый день.

— Скоро Генерал увидит в тебе человека, который всё делает правильно, — сказал Като, направляясь прямо к большой луже, преграждавшей ему путь. Вода расступилась перед ним, оставив сухую дорожку, достаточно широкую для нас обоих. — Когда я предъявил ему показания, снятые с небесного глобуса, я объяснил, что это ты забрала его у Тамплиеров в тот день в парке. И именно так мы узнали, что похитители прибыли сюда откуда-то из Множества Миров. Генерал извлекает большой политический капитал из этого маленького факта. Он использует это как оружие против Фенриса в их жарких новостных дебатах.

Когда дождь усилился, я плотнее закутала голову в дождевик.

— Я и не подозревала, что у Генерала есть политические устремления.

Като взмахнул своей ХУНУ, превратив её в огромный белый зонт, который и вручил мне.

— Железный Волк не только отдаёт приказы и выслеживает Повстанцев.

— Так ты хочешь сказать, что он сложный человек?

— Да.

Я наблюдала, как двое Смотрителей бежали по соседней улице.

— Означает ли это, что Генерал прекратил охоту на Повстанцев?

— Нет. Он не настолько сложный. Он всё ещё охотится на них.

— Несмотря на то, что Повстанцы помогли Смотрителям?

— Он всё равно им не доверяет.

— Полагаю, Генерал не сторонник философии «враг моего врага — мой друг», — прокомментировала я.

— Нет, в его случае это звучит скорее как «врагу моего врага лучше убраться с моего пути, или я проткну его насквозь».

В животе у меня заурчало.

— Что это было? — спросил Като, оборачиваясь, словно ожидая нападения.

Я покраснела.

— Это был мой желудок.

Его закованная в броню рука метнулась вперёд.

— Вот, — он разжал мои пальцы — металл соприкоснулся с кожей — и положил что-то мне на ладонь.

Я посмотрела и увидела, что это какой-то энергетический батончик, аккуратно завёрнутый в блестящую серебристую упаковку. Я открыла упаковку и откусила кусочек. Батончик таял у меня во рту и по вкусу напоминал клубничный чизкейк.

— Мммм, это так вкусно! — я расправилась с ним пятью жадными укусами, затем бросила на него отчаянный взгляд. — У тебя есть ещё такие?

Он достал ещё один энергетический батончик из отделения в своей броне. Блестящая металлическая упаковка закуски была идентичной, за исключением того, что на этот раз она была золотой, а не серебряной.

— Спасибо! Я умираю с голоду! — я выхватила батончик у него из рук и разорвала обертку.

— Да, я это вижу, — в его голосе слышалось веселье. — Знаешь, если ты хочешь стать Рыцарем, тебе нужно научиться есть с бОльшим достоинством.

Я была слишком занята, запихивая в рот энергетический батончик, чтобы обращать внимание на то, что он говорил.

— О-о-о, кажется, этот мне нравится ещё больше!

На вкус он напоминал брауни с ванильным мороженым.

— У вас, Рыцарей, всегда вкусная еда, — сказала я ему, вытирая шоколад с лица.

Он наблюдал за мной.

— Ты пропустила одно место.

— Где?

— Практически везде.

Он сказал это таким невозмутимым тоном, что я не удержалась от смеха. Затем он галантно предложил мне носовой платок, чтобы я не выглядела как «шоколадный монстр».

— Вау, я чувствую себя намного лучше. У меня стало намного больше энергии, — сказала я, выбрасывая использованные обёртки в мусорное ведро. — На самом деле, может быть, даже слишком много энергии, — мои руки дрожали, когда я протягивала ему платок обратно.

Като отмахнулся от моей руки.

— Оставь себе. Я уверен, что тебе он ещё пригодится. У тебя есть склонность попадать в неприятные ситуации.

— И это говорит Рыцарь, который превращает каждую мелкую неприятность в серьёзное испытание, — ухмыльнувшись, парировала я. Но всё равно сунула платок в рюкзак.

Потому что он прав. Вероятно, он мне понадобится, прежде чем всё это закончится.

Я украдкой взглянула на него.

— Что такое? — спросил у меня Като.

— Я просто хотела спросить, не сочтёшь ли ты меня жадной, если я попрошу ещё? — я улыбнулась.

— Как ты можешь оставаться голодной после стольких блинчиков? И целых двух энергетических батончиков?

— Эти блинчики были несколько часов назад!

— О. Точно, — он слегка пошевелил руками. — Иногда я забываю, что людям нужна еда.

— Тебе тоже нужна еда, Като.

— Позже. Я не могу есть в шлеме.

— Ну, тогда мне же больше достанется. Мой аппетит вернулся с удвоенной силой, — сказала я, когда он бросил мне ещё один энергетический батончик. Меня так и подмывало проглотить его, но вместо этого я сунула его в рюкзак на потом. — Последние несколько дней у меня были проблемы с приёмом пищи. Чувство вины сильно портит аппетит.

— Это из-за четырёх Учеников, которых Тамплиеры похитили из конференц-центра, не так ли?

— Да, — я тяжело вздохнула. — Я не спасла их.

Он положил руку мне на плечо.

— Я поговорил с наставниками, и, честно говоря, Семёрка, ты ведёшь себя довольно нелепо.

Я, нахмурившись, отмахнулась от него.

— Нет, это не так. Мне следовало вернуться за ними.

— В здание? Которое было наполнено магическим газом, который мог лишить тебя сознания за несколько секунд?

— Может, и не лишил бы!

Его вздох, скрытый под шлемом, прогрохотал как монстр, запертый в мусорном баке.

— Ты совершила несколько впечатляющих поступков, Семёрка, но ты не неуязвима. Если бы ты вернулась в то здание, то, скорее всего, стала бы жертвой похищения под номер пять.

— У меня просто такое чувство, что… ну, что я должна была хотя бы попытаться. Вместо этого я струсила, — я опустила взгляд на свои ноги. — Потому что я трусиха.

— Ты не трусиха, — на этот раз Като положил обе руки мне на плечи, и его хватка была слишком крепкой, чтобы её можно было стряхнуть. Он подождал, пока я взгляну на него, прежде чем продолжить: — Когда все остальные запаниковали, ты проявила себя превосходно в очень сложных условиях. Точно так же, как ты поступила, когда Проклятые напали на Сад. И когда ты столкнулась с огненным тигром и Проклятыми в Склоне Теней. И когда ты помогла нам сразиться с Техно-Рыцарем в Овале. Ты была храброй и умной, ровно такой, каким должен быть Рыцарь. Как и всегда. Ты не трусиха, Семёрка. Может быть, иногда тебе становится страшно, но это совершенно нормально. Нам всем бывает страшно.

— Даже тебе?

— Конечно, — он наклонил голову ещё ниже, ближе ко мне. — Только не говори Коннеру, ладно?

Взрыв смеха вырвался из моих уст.

— Спасибо, Като, — я подняла руки к моим плечам и положила свои ладони поверх его. — За энергетические батончики. За то, что оправдал моё имя перед Генералом. И в особенности за ободряющую речь.

— Всегда пожалуйста, — он отступил на шаг и отвесил элегантный поклон.

— Ну, разве он не очарователен?

Я резко обернулась и увидела, что там стоит госпожа Мита. Её богато украшенный шатёр, которого, я могла бы поклясться, минуту назад там не было, располагался прямо за её спиной.

— Итак, дорогуша, — госпожа Мита причмокнула блестящими красными губами. — Я же говорила, что ты вернёшься, — она хлопнула в ладоши, и в них появилась чёрно-белая книга заклинаний. — Ты ведь за этим пришла, не так ли?

— Да, — я кивнула, не отрывая взгляда от книги. — Так и есть.

Её улыбка стала шире.

— Ну, тогда, я уверена, мы трое… — её взгляд метнулся к Като, затем снова ко мне. — …можем прийти к разумному соглашению.

Укрывшись под её полупрозрачным шатром, который был гораздо более водонепроницаемым, чем казался с виду, мы купили книгу заклинаний Парагонов. Госпожа Мита, должно быть, очень хотела, чтобы она досталась мне, потому что в конце концов она рассталась с бесценной, единственной в своём роде книгой всего за маленький мешочек с теми радужными шариками, которые во Множестве Миров использовались вместо денег.

— Приятно иметь с вами дело, — сказала она, пряча мешочек с деньгами под свои сверкающие, звенящие одежды.

Её улыбка погасла, когда по рынку прокатился хор криков. Более низкая, глубокая нота повисла под сводами криков, знакомое рычание. Мой желудок скрутило в узел.

— Оно вернулось, — пробормотала я, и в моих ушах зазвенела сталь.

Като вытащил меч.

— Ты уже сталкивалась с этим зверем раньше?

— Да, — сказала я, поворачиваясь к Хамелеону.

Он снова был в облике Бросака, крупного, похожего на волка существа с длинными клыками и твёрдой чешуей. Госпожа Мита в ужасе сбежала, как и все остальные — покупатели, продавцы, голодные чайки — всё, кроме нас.

— Это, — сказала я, указывая на зверя, — один из самых опасных монстров во всём Множестве Миров.

Глава 5. Калейдоскоп Иллюзий

Като не стал тратить время на то, чтобы прицелиться в угрозу. Он принялся швырять в Хамелеона землёй, огнём, различными твёрдыми и очень тяжёлыми предметами.

Когда ничего из этого не возымело эффекта, он сотворил из воздуха ручную пушку и стал непрерывно стрелять в монстра. Шарики потрескивающего, сконденсированного магического металла даже не оставили вмятин на чешуйчатой броне Хамелеона.

— Похоже, он невосприимчив ко всему, — спокойно сказал Като, опуская массивную пушку на землю.

Он, как всегда, был непоколебим, как скала. Казалось, ничто не могло вывести его из равновесия. Никогда. Он встретил бы надвигающийся конец света с таким же невозмутимым спокойствием, с каким решал любую другую проблему.

Если бы только я могла поступать так же.

— Он не неуязвим, — сказала я, когда зверь ударил задними лапами по штабелю деревянных ящиков, разбив их вдребезги. — Мы побеждали его раньше.

— Мы?

Я быстро рассказала о своей первой встрече с монстром — и Козерогом.

— Я слышал об Ордене Зодиака, — сказал Като, когда я закончила. — Но я никогда не видел никого из них. Они впервые прибыли на Гайю.

— Это потому, что раньше здесь было скучно, — сказала Никси, материализуясь между нами. Она преследовала меня или просто очень, очень скучала? — Да, здесь было очень скучно, пока ты не приехала в Крепость, Саванна Винтерс, — она подмигнула мне.

— Ты намекаешь, что я каким-то образом несу ответственность за это? — я указала на Хамелеона, который всё ещё был занят уничтожением ящиков.

— Конечно, нет, — нараспев произнесла призрак. — Ты пришла сюда по той же причине, что и я: потому что всё наконец-то стало захватывающим.

На самом деле, я пришла в Крепость, чтобы стать Рыцарем, но я не стала спорить с Никси. Это только позабавило бы её.

— Хамелеон здесь за этим, — она указала на книгу заклинаний в моих руках.

— Зачем? Он хочет выучить какие-нибудь новые заклинания? — съязвила я.

— Ты глупышка, Саванна Винтерс, — Никси издала короткий смешок, но затем её лицо стало совершенно непроницаемым. — Книга излучает какие-то очень мощные магические вибрации, — она помахала рукой перед своим лицом. — Вот что привлекло Хамелеона в ваш мир.

Неудивительно, что госпожа Мита так стремилась избавиться от книги заклинаний. До того, как она продала нам книгу, монстр, должно быть, охотился на неё. А теперь он охотился на нас.

— Брат.

Это слово исходило от Хамелеона, но существо больше не было зверем. Нет, оно выглядело в точности как Коннер. И говорило как Коннер. Он шагнул к Като, широко раскинув руки в братском приветствии.

— Мы слишком долго были в ссоре, — сказал Коннер с полуулыбкой. — Раньше мы были друзьями. Раньше мы рассказывали друг другу всё. Я скучаю по этому.

Като не пошевелился. Я могла только представить, как выглядело его лицо под этим плотным шлемом.

— На самом деле это не Коннер, — сказала я ему. — Хамелеон может проникнуть в твою голову. Он читает твои мысли и эмоции, а затем использует их.

— Помолчи, Ученик, — теперь Хамелеон играл роль Генерала. — Я не давал тебе разрешения говорить, — неодобрение сочилось из его слов, как пот с кожи в жаркий летний день. Он обратился к Като. — Только посмотри, что она натворила, — Генерал указал на опрокинутые палатки и разбитые ящики. — Она сеет хаос везде, где появляется. Своими безрассудными действиями она подвергает опасности всех. Книга, которую она держит в руках, опасна. Ты поклялся защищать народ Гайи, Като. Выполни свой долг сейчас. Арестуй её. И отдай мне книгу, — он протянул руку.

— Это не Генерал, — сказала я Като.

— Я знаю.

Слова эхом отдавались в его шлеме. Он пытался казаться более уверенным, чем был на самом деле. Хамелеон добрался до него. Он проник ему в голову.

— Знаешь, он прав, — сказал Хамелеон, слегка рассмеявшись. Теперь у него было моё лицо, и он говорил моим голосом. — Я — проблема. Такая большая проблема, — ложная Саванна захлопала ресницами, глядя на Като.

— Я так не говорю, — запротестовала я, сердито посмотрев на фальшивую себя. — И я также не веду себя так.

— Продолжай твердить себе это, сестра, — усмехнулась она, беря Като под руку. Она подняла на него влюбленный взгляд. — Не мог бы ты проводить меня домой, Като? — она буквально повисла на его руке. — Здесь повсюду монстры. Мне страшно, — её голос задрожал.

— О, боже, — прорычала я. При виде этого слащавого выражения на моём собственном лице меня чуть не стошнило.

— Не волнуйся, — сказал Като, отступая на шаг, чтобы поклониться ей. — Я помогу тебе.

— Я знала, что могу рассчитывать на тебя, Като, — улыбнулась она.

Зазвенел металл. Быстрый, как молния, он выхватил меч.

Взревел огонь. Языки пламени заскользили по его лезвию.

Като замахнулся и отрубил чудовищу голову своим мечом. А затем и голова, и тело разлетелись на мелкие частицы света и исчезли, словно их никогда и не было. Ветер донёс до нас тихий, далёкий звон колокольчиков, нежный и волшебный.

Я вытаращила на него глаза.

— Ты только что обезглавил меня.

— Я знал, что на самом деле это была не ты, Семёрка, — в его словах слышался лёгкий смешок. — Ты слишком упряма, чтобы попросить о помощи.

Я изо всех сил старалась не рассмеяться.

— Очень смешно.

Он склонил голову в знак согласия.

— Ну что ж, — сказала я. — Что теперь?

— Теперь мы избавимся от этого, — он указал на книгу заклинаний в моих руках.

— Избавимся от этого?

— Желательно уничтожим, — пояснил он.

Я крепко прижала книгу к груди, качая головой.

— Нет.

— Будь благоразумна, Семёрка. Эта книга заклинаний — проклятие, чума. Она притягивает монстров.

— Только одного монстра, — возразила я. — И теперь его нет, — я сглотнула.

— Нет, это не так, — сказала Никси. — Помнишь, что я тебе говорила? Он вернётся, — последнюю фразу она практически пропела.

Като как раз собирался убрать свой меч, но, услышав слова призрака, снова выхватил его.

— Если тебя это как-то утешит, Хамелеону потребуется некоторое время, чтобы прийти в себя. И в следующий раз он будет ещё сильнее, — весело сказала Никси.

— Нам нужна книга заклинаний Парагонов, — сказала я Като. — Нам нужны секреты, которые в ней содержатся. Помнишь?

Като долго молча смотрел на меня.

— Хорошо, — сказал он, наконец нарушив молчание. — Я не буду уничтожать книгу. Но если ты собираешься сохранить её, нам нужно что-то сделать, чтобы приглушить её сигнал. Пожалуйста, отдай её мне.

Я сделала, как он просил, затем он взмахнул рукой над книгой, бормоча заклинание.

— Готово, — сказал он, возвращая её мне. — Книга больше не служит маяком для монстров во Множестве Миров. Но я должен предупредить тебя, что ничто не может заставить замолчать объект, обладающий такой огромной силой. Если монстры подойдут достаточно близко, они почувствуют книгу и отправятся за ней.

— Как захватывающе, — сказала Никси, и медленная улыбка тронула её губы, когда она исчезла.

Я могла бы поклясться, что слышала эхо песни из книги, взывающей к монстрам. Конечно, возможно, мне просто показалось. Если я не слышала, как книга пела до того, как Като отключил звук, то уж точно не смогла бы услышать её сейчас.

— Ты что-нибудь нашла? — спросил меня Като несколько минут спустя.

Мы поспешно спрятали книгу от дождя и направились в торговый центр. Как только я положила оторванную страницу рядом с книгой, она приклеилась сама собой, как будто хотела быть связанной с другими страницами.

— Здесь так много всего, — сказала я, листая книгу.

Некоторые заклинания были короткими, всего в несколько строк. Другие были больше похожи на эпические поэмы длиной в несколько страниц. Это были действительно безумно мощные заклинания. Но какое заклинание поможет нам найти Тамплиеров?

Мой взгляд зацепился за несколько коротких строк внизу одной из страниц. Это было больше похоже на сноску, спрятанную под очень подробным изображением дерева, но эта небольшая справочная информация вызвала у меня откровение.

— Я знаю, куда направляются Тамплиеры, — пробормотала я. — И я знаю, как они планируют сбежать.

Глава 6. Магическое Семя

— Значит, это твой дом, — взгляд Като скользнул по комнате. Он застыл на паре пушистых домашних тапочек с единорогами, которые я купила в Эмпориуме на прошлой неделе.

Кровь прилила к моим щекам, и я пинком отправила тапочки в гардеробную.

— Э-э, да. Это моё жильё. По крайней мере, пока я не получу комнату в Замке. Или камеру в Чёрном Обелиске, — я поморщилась.

Като положил свой шлем на мой обеденный стол, рядом с моей рацией.

— Эй, этого не случится. Я говорил тебе. Генерал не считает тебя врагом.

— По крайней мере, не на этой неделе, — весело сказал Коннер, выскакивая на середину комнаты.

Взгляд Като метнулся к нему.

— Ты быстро добрался.

— Я подумал, что это, должно быть, важно, если Красная Шапочка всё-таки воспользовалась своим ожерельем, чтобы вызвать меня.

— Ожерелье? — Като взглянул на ожерелье с орхидеями, которое висело у меня на шее. — Ты сделал это для неё?

— Ревнуешь? — спросил Коннер, ухмыляясь. — О, хорошо. Если ты очень-очень вежливо попросишь, я могу сделать такое же и для тебя.

Он издал низкий, протяжный свист, и ящик со столовыми приборами на кухне распахнулся. Вилка и нож пролетели через всю комнату, рассыпаясь мерцающей металлической пылью, и устремились к нему, как комета.

— Что-нибудь очень мужественное, конечно, — в глазах Коннера заиграли весёлые искорки.

Он засвистел на другой ноте. Изгибаясь и сливаясь воедино, его творение постепенно обретало форму.

— Что думаешь, Като? — спросил Коннер, указывая на ожерелье, покачивающееся перед ним вверх-вниз. Цепочка была длинной и серебряной, а кулон был в форме кинжала.

— Это красиво, — ахнула я, уставившись на ожерелье. — У тебя настоящий талант.

— У меня много талантов, Красная Шапочка, — он подмигнул мне. — Ты ещё ничего не видела.

На этот раз, когда он свистнул, ожерелье разлетелось вдребезги, а затем превратилось в маленькую фигурку рыцаря.

— Она очень похожа на Като, тебе не кажется? — с улыбкой сказал Коннер.

Он заставил маленького рыцаря сделать несколько шагов. Затем он остановился, чтобы вытащить свой меч, которым он убил металлическое чудовище, только что созданное Коннером.

— Это потрясающе, — рассмеялась я, хлопая в ладоши.

Коннер расправил плечи, и его улыбка стала шире, чем когда-либо.

— Рад, что мы выяснили, кто из Рыцарей круче.

— Мы, безусловно, выяснили, кто больше выпендривается, — сказал ему Като.

— Разве? — Коннер развеселился.

— Хорошо. Вызов принят, — сказал Като, понизив голос и щёлкнув пальцами.

Маленький рыцарь и чудовище рассыпались в прах. Металлический блеск замерцал, кружась вокруг нас, как поток звёздной пыли. Это была самая красивая вещь, которую я когда-либо видела.

— Круто, — выдохнула я от восторга.

Като хлопнул в ладоши, и сверкающие частички слились воедино, как будто их засосало в очень сильный вакуум.

— Это тебе, — сказал он, протягивая мне новое ожерелье, которое он сам сделал.

Я провела кончиком пальца по замысловатой подвеске в виде розы.

— Оно красивое.

— Теперь ты можешь позвать меня, когда я тебе понадоблюсь, — сказал мне Като.

— Теперь ты можешь позвать нас обоих, когда мы тебе понадобимся, — добавил Коннер, когда я надела кулон-розу на шею рядом с кулоном-орхидеей, который он мне сделал.

Я улыбнулась им.

— Спасибо, ребята! Я чувствую себя лучше, зная, что два таких могущественных Рыцаря прикрывают мою спину, — я спрятала два кулона под рубашку. — Я так рада, что встретила вас обоих!

Като открыл рот, но затем снова закрыл, словно не был уверен, что сказать. И Коннер не ответил своей обычной непринуждённой улыбкой. Но он провёл рукой по волосам, выглядя немного смущённым.

— Итак, ты сказала, что выяснила, как Тамплиеры планируют сбежать с Гайи, — напомнил мне Като.

— Верно. Итак, когда я листала книгу заклинаний Парагонов, я наткнулась на раздел, в котором описываются Духовные Древа, — я выдохнула. — И как можно создавать новые.

— Ты думаешь, Тамплиеры сделали себе ещё одно средство побега, — осознал Като.

— Да, думаю. Я считаю, они посадили новое Духовное Древо. Думаю, именно этим они и занимались в Парке, когда мы с Коннером увидели их несколько дней назад. Они сажали Духовное Древо. А всё остальное — исчезновение Смотрителей, взрыв базы Братьев — было всего лишь отвлекающим манёвром, чтобы все были заняты и сбиты с толку.

— А как создать новое Духовное Древо? — спросил меня Коннер.

— Ну, на самом деле, это не так уж сложно, если у тебя есть семя, — сказала я. — Фокус в том, чтобы заставить дерево расти быстро. Обычно проходят месяцы, прежде чем его корни проникают достаточно глубоко во Множество Миров, чтобы можно было путешествовать между мирами.

— Обычно? — спросил Като. — Но не всегда?

— Согласно книге заклинаний, есть способы ускорить процесс, — ответила я. — Чтобы Духовное Древо созрело быстрее, вам нужен сильный, устойчивый выброс магии. Это как удобрение для дерева.

— Сильный, устойчивый выброс магии… — взгляд Коннера переместился на Като. — Похоже на многодневную битву в Парке. Множество Рыцарей безостановочно использовали магию. И побеждали всех Проклятых, возвращая их измученные души на планету… Это много магии.

Я кивнула.

— Много магии, сосредоточенной на одной маленькой территории — в Парке.

— Значит, где-то в парке есть Духовное Древо, — Като наморщил лоб.

— Ты только что был там, — сказал Коннер. — Ты случайно не видел большого сияющего Духовного Древа?

Като нахмурился.

— Нет.

— Сначала оно будет очень маленьким. И не очень блестящим. Вероятно, оно выглядит так же, как и любое другое дерево, — сказала я. — Согласно книге заклинаний, Духовному Древу требуется некоторое время, чтобы впитать столько магии и начать быстро расти. Значит, Рыцари ушли бы к тому времени, как оно начало казаться волшебным.

— Не все Рыцари, — заявил Коннер. Его рука нарисовала в воздухе светящийся символ, а затем из ниоткуда появился тонкий плоский предмет.

— Где ты взял этот планшет? — спросил Като, садясь на диван рядом с ним.

Коннер оторвал взгляд от экрана.

— Я стащил его у одного из симпатичных Смотрителей, пытавшихся выследить меня, — он одарил Като улыбкой. — Есть идеи, какой пароль у Себастьяна Белла?

Като с тяжёлым вздохом схватил планшет. Он развернул клавиатуру и начал печатать.

— Я действительно не должен поощрять твоё преступное поведение.

— О, ты не просто поощряешь это, Като, — сказал ему Коннер, и его улыбка стала шире. — Ты участвуешь в этом, — его взгляд опустился на экран. — I <3 Unicorns? Я люблю единорогов? Это его пароль? — Коннер фыркнул в ладонь.

— Почему бы и нет? Кто же не любит единорогов? — я плюхнулась между ними. И тут я смогла получше рассмотреть экран. — Ого, что это? — я указала на все видео, которые просматривал Като.

— Прямая трансляция с каждой камеры в Крепости, — сказал он мне. — У каждого Смотрителя есть такой планшет. Они хотят иметь возможность видеть, что происходит где угодно и когда угодно.

Я съёжилась.

— Смотрители такие жуткие.

— Их не зря называют Смотрителями. Им нравится смотреть и наблюдать, — Коннер взглянул на Като. — Ты уже что-нибудь нашёл? Может быть, кучку жутких парней в чёрной техно-броне, стоящих перед Духовным Древом?

— Я нашёл настройки для камер в Парке. Их не так уж много. Только те, что установлены на беспилотниках, которые Рыцари используют для обследования зданий в Парке на предмет структурных повреждений… — Като печатал на клавиатуре молниеносно, как профессионал. Очевидно, он был одновременно Рыцарем и компьютерным волшебником. — …ладно, я понял.

— Выпендрёжник, — хихикнул Коннер.

Като в последний раз выразительно постучал по клавиатуре, и на экране появилось Духовное Древо. Оно ещё не светилось, но стало очень высоким. Оно уже было больше любого из окружающих деревьев.

— Похоже, что это дерево вот-вот созреет для путешествия, — прокомментировал Коннер.

— Я не вижу Тамплиеров, — сказал Като.

— Они, вероятно, прибудут только в тот момент, когда дерево будет готово.

— И мы должны быть там и ждать их, — я указала на экран. — Ребята, вы знаете, где находится это место в Парке?

— Да, — ответили они оба.

Я вскочила с дивана.

— Тогда давайте выдвигаться, — моё сердце бешено колотилось, и я сгорала от нетерпения, предвкушая, что на этот раз у меня всё получится. — Нам нужно спасти Учеников!

Эпизод 6. Огонь и Яд

Глава 1. Магические последствия

Новое Духовное Древо было спрятано в глубине Парка, как раз за тем, что осталось от бывшей площадки для пикников, которая с тех пор превратилась в хаос. В крышах над столиками появилось несколько дыр от ржавчины, и более половины скамеек были сломаны.

Заросшие тропинки были усеяны сломанными ветками и медленно разлагающимися листьями, что было идеальным средством привлечения муравьёв. Тысяч и тысяч муравьёв. Крошечные чёрные насекомые покрывали тропинку, словно движущийся вихрящийся ковёр. Им было наплевать даже на дождь. Кроны деревьев всё равно не пропускали большую его часть.

Грязь лучше впитывала осадки, чем асфальтированные улицы, так что здесь, в лесу, не было никаких наводнений. Пока что. Между деревьями начали скапливаться грязные лужи. А между лужами и полчищами муравьёв было не так уж много безопасных мест, где можно было бы встать.

Было уже за полночь. Ночное небо затянула плотная пелена дождевых облаков, которые скрывали все звёзды. Единственным источником освещения были магические фонари, которые Рыцари развесили на деревьях Парка во время операции «Освободить Гайю», и они давали не так уж много света. Однако там было много теней, идеальных укрытий для злодеев.

Като вызвал подкрепление, но район был большим и полностью заросшим деревьями. Могло пройти некоторое время, прежде чем Рыцари прибудут с другого конца Парка. Тамплиеры, скорее всего, появятся здесь раньше них. На самом деле, мы ожидали их появления с минуты на минуту. Духовное Древо выросло настолько, что путешествие между мирами стало возможным. Оно только-только начинало светиться. Скоро оно засияет ярче, чем огни на верхушках деревьев.

А пока нам троим оставалось только ждать.

— Ты слышишь Тамплиеров? — спросил Като у Коннера.

— Ничего, кроме дождя и муравьёв. Ни голосов, ни шагов, — Коннер разочарованно нахмурился. — Ни даже треска веток от того, что они пробираются через лес, ни тихого эха зла, которое предвещает их приближение. Я слышу Рыцарей на другой стороне Парка, но Тамплиеров нигде нет. Должно быть, они использовали магию, чтобы приглушить свои передвижения.

— Ты слышишь Рыцарей на другой стороне Парка? — я вытаращила на него глаза.

— У Коннера есть заклинание, которое обеспечивает ему раздражающе хороший слух, — лицо Като оставалось непроницаемым. — Обычно я радуюсь, что действие заклинания проходит через несколько минут после того, как он его применяет. И если он попытается наложить заклинание снова, то оглохнет на одно ухо примерно на день.

Коннер поморщился.

— Да, я убедился в этом на собственном горьком опыте, — он приложил ладонь к правому уху, как будто заново переживая это воспоминание.

Като бросил на него взгляд, в котором читалось почти сочувствие.

— По крайней мере, ты не превращал свои мышцы в резину.

Коннер фыркнул.

— Я совсем забыл об этом, — он посмотрел на меня. — Однажды Като произнёс слишком много повышающих силу заклинаний подряд, и после этого все мышцы в его теле стали вялыми и эластичными. Следующие два дня он провёл в лазарете Замка.

Като удивлённо поднял брови.

— По крайней мере, я не стал жертвой сонной болезни, потому что наложил слишком много снотворных заклинаний.

— Но зато ты застрял во временной петле после того, как испробовал слишком много замедляющих заклинаний на своих тренировочных противниках, — бодро заметил Коннер.

Я проанализировала смысл их историй.

— Похоже, что заклинания могут иметь довольно нежелательные последствия.

— Всегда следует читать мелкий шрифт в тексте любого заклинания, — сказал Като. — Любая магия имеет свои последствия.

— Главное — уравновесить последствия и пользу, — добавил Коннер.

— К тому же, чем сильнее становится твоя магия, тем больше заклинаний ты можешь сотворить, не причиняя вреда своему…

Коннер жестом попросил его замолчать. Он указал на стену деревьев, которая возвышалась примерно в двадцати метрах перед нами. Като кивнул в знак согласия, после чего оба парня надели шлемы.

Четыре человека, прихрамывая, вышли из леса. Это были Кайли, Ашер и два других Ученика! Рука Като опустилась передо мной, как шлагбаум, прежде чем я успела сделать шаг в их направлении.

— Подожди, — сказал он. — Я не вижу Тамплиеров.

— Я тоже, — Коннер исчез из виду, но только частично. Он был невидим лишь наполовину. — Они здесь. И невидимы. Они пытаются окружить нас.

Коннер нарисовал в воздухе созвездие. Последовала яркая вспышка света, и затем я тоже смогла их увидеть: трое Тамплиеров в чёрных техно-костюмах приближались к нам.

— Дело принимает неприятный оборот. Держись подальше от опасности, — проинструктировал меня Като, когда они с Коннером достали свои ХУНУ и встали спина к спине, чтобы сразиться с Тамплиерами.

Я быстро нарисовала свой символ телепортации и телепортировалась с линии огня. В буквальном смысле. Как только я телепортировалась, Тамплиер запустил огненным шаром мне в голову. Если бы я была на полсекунды медленнее, мои волосы уже загорелись бы.

— Это совсем не хорошо! — зарычала я.

Но Тамплиер меня не слышал. Я была уже на другой стороне площадки для пикника, а он был слишком занят, скрестив мечи с Като и Коннером, чтобы искать меня.

Одна из Тамплиеров отошла от остальных, используя свой небесный глобус, чтобы активировать Духовное Древо для путешествий. Дерево озарилось ослепительной вспышкой света, как будто кто-то только что включил целый ряд прожекторов. Внезапно на площадке для пикника стало светло, как днём.

Я бросилась к Ученикам.

— Мне нужно увести вас отсюда, ребята, пока Тамплиеры отвлеклись, — сказала я им. — Я могу взять двоих за раз.

— Сначала возьми Джека и Викторию. Они ранены, — сказала Кайли, указывая на двух измотанных Учеников.

Джек прислонился к Ашеру для опоры. Похоже, у него была сломана нога. Лоб Виктории был обмотан окровавленной полоской ткани.

Я не могла не задаться вопросом, не по моей ли вине они получили травмы.

— Ладно, давайте, ребята, уведём вас отсюда, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно, когда я взяла их за руки и положила себе на плечи. — Держитесь крепче.

Затем я сосредоточилась на пункте назначения, нарисовала в воздухе созвездие телепортации и унесла их прочь. Я испытала знакомое ощущение падения, но прошло гораздо больше времени, прежде чем я почувствовала толчок. И когда я это сделала, этот толчок скорее надо было назвать «толчок!!!!!». Очень мощный, с множеством восклицательных знаков.

И когда мы упёрлись в твёрдую невидимую стену нашего пункта назначения, я чуть не споткнулась о раненых Учеников, которым должна была помогать.

— Ты в порядке? — спросил Джек, положив свою костлявую руку мне на плечо.

— Да, — я несколько раз моргнула, чтобы прояснить затуманенное зрение. Когда я увидела, что мы у ворот Парка, я вздохнула с облегчением. Я никогда раньше не телепортировалась так далеко. — Видите ту сторожку у ворот? Идите туда, и Смотрители позаботятся о ваших ранах. Я должна вернуться, чтобы помочь остальным.

— Ты уверена? — спросила Виктория, когда я покачнулась в сторону. — Ты выглядишь не очень.

— Я уверена, — сказала я и телепортировалась прочь.

На этот раз, добравшись до места назначения, я всё-таки упала. Я свернулась калачиком на сырой земле, схватившись за голову. Я чувствовала себя как комок алюминиевой фольги, который медленно сжимают в очень большом кулаке.

— Винтерс? С тобой всё в порядке? — голос Ашера донёсся откуда-то из-за завесы моего головокружения.

— Не беспокойся обо мне, — я упёрлась руками в землю и оттолкнулась, заставляя себя встать. — Давайте перенесём вас обоих в безопасное место.

— Ты никуда не пойдёшь, — сказала Кайли, подхватив меня, когда я споткнулась. Они с Ашером помогли мне добраться до ближайшей скамейки для пикника. — По крайней мере, пока ты не сможешь стоять, не падая.

— Но вам нужна моя помощь. Я должна спасти вас! Я не могу подвести вас снова, — я поставила локоть на стол для пикника и подпёрла рукой свою тяжёлую голову.

— Это не твоя вина, что Тамплиеры захватили нас, — сказала Кайли, садясь рядом со мной. — Мы сказали тебе оставить нас.

— Кроме того, Винтерс, я определённо не позволю тебе телепортировать меня, пока ты выглядишь так, будто тебя сейчас стошнит прямо на меня, — Ашер одарил меня кривой ухмылкой.

Он был прав. Я не смогла бы телепортироваться в таком состоянии. Я бы, наверное, просто напортачила, и мы все погибли бы. Ребята предупреждали меня, что я не должна слишком сильно растрачивать свою магию. Мне следовало прислушаться.

— Что происходит с Тамплиерами? — спросила я, пытаясь сосредоточиться на битве на другом конце площадки для пикника. Но всё, что я видела — это большие яркие пятна. Отсутствие магической выносливости так раздражало.

— Происходит то, что твои бойфренды всё ещё сражаются с ними, — попыталась поддразнить меня Кайли, но её голос звучал слишком устало.

— Они перешли от мечей к магии, — добавил Ашер.

Мне удалось сосредоточиться достаточно хорошо, чтобы найти Като. Он пропел глубокую ноту, от которой земля под одним из Тамплиеров разверзлась. Злодей упал в яму, а затем земля сомкнулась над ним.

Коннер был недалеко от Като. Он стоял над одним из Тамплиеров, который бился на земле как рыба, вытащенная из воды. Коннер, должно быть, заколдовал Тамплиера, чтобы тот думал, что ему больно; он использовал то же самое заклинание против Проклятых, когда я впервые встретила его.

Парни подошли ближе друг к другу, чтобы сразиться с третьим Тамплиером.

— Вам нужно уйти, пока Тамплиеры отвлеклись, — сказала я Кайли и Ашеру. — Я не могу телепортировать вас прямо сейчас, но может, вам удастся убежать?

— Мы сделаем всё, что в наших силах, — сказал Ашер.

— А как же ты? — спросила меня Кайли.

— Я не могу оставить Рыцарей. Я должна остаться и помочь им сражаться.

Брови Ашера поползли вверх.

— Без обид, Винтерс, но ты выглядишь так, будто не можешь стоять прямо сейчас, не говоря уже о том, чтобы драться.

Я открыла дополнительный энергетический батончик, который Като дал мне несколько часов назад.

— Мне просто нужно подзарядиться. А вам, ребята, нужно бежать. Направляйтесь к воротам округа. Именно туда я перенесла остальных.

Кайли в последний раз сжала мою руку, а затем они с Ашером, прихрамывая, побежали по дорожке.

Далеко они не ушли.

Земля разверзлась, и Тамплиер выпрыгнул из ямы, в которой он находился. Он призвал дикие лианы, свисавшие с деревьев. Они заскользили по земле, обвиваясь вокруг лодыжек Учеников, и потащили их к Духовному Древу.

Тамплиер, которого Коннер вывел из строя, тот, что с хриплым голосом, тоже был на ногах. Он ударил по парням волной вертиго. Они упали на колени, и их движения были нестабильными из-за головокружения.

Третья Тамплиер схватила Рыцарей. Сначала она ударила Коннера о стол для пикника с такой силой, что древесина раскололась посередине. Затем она подняла Като над головой и швырнула его в яму для барбекю. Тяжёлая броня Като отскочила от крыши над ямой, и он соскользнул вниз по наклонной металлической черепице.

Я оттолкнулась от скамейки, на которой сидела, и, пошатываясь, поднялась на ноги. К счастью, ко мне уже немного вернулись силы, так что я не упала. Я начала напевать на бегу. Ветви выросли из земли, сплетаясь вместе, образуя щит — со мной, Рыцарями и Учениками с одной стороны и тремя Тамплиерами с другой.

— Все целы и невредимы? — спросила я их.

Позади нас Кайли и Ашер были связаны лианами рядом с Духовным Древом, но я прямо сейчас ничего не могла с этим поделать. Я едва удерживала свой щит.

— Хорошо, — сказал Коннер, вставая.

— По большей части, — броня Като издала мучительный протестующий скрежет, когда он поднялся с земли.

— Звучит не очень хорошо, — Коннер осмотрел броню. — Она повреждена.

Като вытянул руки.

— Не волнуйся. Моя броня переживёт битву.

Трое Тамплиеров ударили по моему щиту комбинированным магическим ударом, который полностью разрушил его.

— Я слишком слаба, — вздохнула я, когда на нас дождём посыпались сломанные ветки.

— Ты не слаба, Семёрка. Они слишком сильны в своих костюмах, — сказал Като. — Нам нужно уравнять шансы, — он хлопнул в ладоши, и появились три ручных зеркальца мистического вида.

— Зеркало Скорби, — сказала я, когда он вручил по одному каждому из нас.

— Зеркало Скорби? — тон Коннера казался забавляющимся.

— Одно из творений Альтаира, — сказал ему Като. — Я попросил его изготовить их побольше, после того как оригинал оказался настолько эффективным, что сбил доспехи с Техно-Рыцаря на Турнире.

Я сжала серебряную рукоятку в руке. Уютная сцена в витражном зеркале подёрнулась рябью, рисунок изменился, и на нём появилось довольно точное изображение того из двух мужчин-Тамплиеров, что пониже ростом. Я выставила зеркало вперёд, к нему.

Раздался громкий хруст, затем кусок его ножной брони упал на землю, расплескав лужу. С его тела упали ещё несколько частей брони, каждая из которых была помята и искривлена, как будто какой-то великан сорвал их, а затем растоптал.

Рядом со мной Като и Коннер с помощью зеркал снимали доспехи с других Тамплиеров, кусочек за кусочком.

— Что ж, можно и так, — сказал Коннер, наблюдая, как искрит и шипит то, что осталось от техно-костюмов, после чего все огни наконец погасли. — Хотя должен сказать, победить их таким образом практически не приносит удовольствия.

— Я не побеждена, — сказала женщина-Тамплиер, сбрасывая свои потрёпанные доспехи, словно бабочка, вылетающая из куколки.

Двое других Тамплиеров по-прежнему лежали на земле.

Под доспехами женщина-Тамплиер с головы до ног была одета в чёрный тканевый костюм с крошечными прорезями для глаз, как у ниндзя.

— Мне не нужен маскарадный костюм, чтобы победить вас.

Затем она широко расставила ноги, превратилась в огромного медведя и, запрокинув голову, зарычала. Она ударила мохнатыми кулаками друг о друга, и на них вспыхнуло пламя.

— Она Полимаг, — выдохнул Коннер, когда мы все увернулись от огненного шара. — Даже без доспехов.

— Разве вы не говорили, что мы единственные Полимаги во Множестве Миров? — спросила я у парней.

— Я так и думал, — Като был в шоке.

Тамплиер взмахнула руками, используя телекинез, чтобы создать перед нами торнадо из сломанных веток.

— Что ж, это не к добру, — прокомментировала я.

Торнадо направлялся прямо на нас. Коннер схватил нас за руки как раз вовремя, уводя нас достаточно далеко от этого измерения, чтобы ветки прошли прямо сквозь нас. Затем заклинание Като превратило их в пыль.

Двое других Тамплиеров снова были на ногах, пошатываясь под тяжестью своих покорёженных, покосившихся доспехов. Они отбросили в сторону разбитые шлемы, и под ними не было капюшонов ниндзя. Я могла видеть их лица.

— Вы узнаёте их? — спросила я парней.

— Да, — сказал Като. — Они оба известные наёмники. Этот — Творец Снов по имени Старлинг, — он указал на мужчину со шрамом, пересекавшим его лицо. — А он Харлин, Метаморф.

— Значит, они не Полимаги, как другая Тамплиерша?

— Нет, — сказал Коннер, создавая энергетический щит, чтобы заблокировать скамейку для пикника, которую Харлин бросил в нас.

Тем временем женщина-Тамплиер продолжала петь. Из неё вырвался поток ярко-фиолетовой энергии.

— Телекинетический взрыв, — сказал Коннер.

Като повалил нас на землю, убрав с пути заклинания. Фиолетовая волна пронеслась мимо нас к Духовному Древу, где Ученикам только что удалось освободиться от пут.

— Ашер! — закричала Кайли, когда телекинетический разряд устремился к нему. Она прыгнула на его пути.

Взрывная волна ударила Кайли с грохотом, швырнув её на землю. Заклинание было настолько мощным, что даже это не остановило его. Оно продолжало действовать, хотя теперь стало более тускло-фиолетовым. Кайли, должно быть, приняла большую часть урона на себя.

— Кайли! — крикнул ей Ашер, когда заклинание отбросило его к открытому стволу Духовного Древа. Он мгновенно исчез, перенесясь в какой-то другой мир.

Дерево перестало светиться, и на площадку для пикника вернулась темнота.

— Ворота закрыты, — сказал Като.

Я едва расслышала его. Я бежала к Кайли. Она неподвижно лежала на земле.

— Кайли? — я осторожно потрясла её, а затем, когда она не проснулась, сильнее. — Кайли!

Я пощупала её пульс, но не нашла его.

— У неё нет пульса! — крикнула я парням. — И она не дышит!

Коннер поспешил к нам.

— Ты можешь спасти её, верно? — спросила я, когда его светящиеся руки взмахнули над ней. — Ты исцелил Марлоу! Ты можешь исцелить и Кайли!

— Красная Шапочка… — его руки перестали светиться.

— Что ты делаешь? — потребовала я, хватая его за руки и тряся их, пытаясь заставить их снова засветиться. — Спаси её! Пожалуйста!

— Уже слишком поздно, — он медленно покачал головой. — Я не могу воскрешать людей из мёртвых.

Мёртвых.

Это слово захватило меня и не отпускало.

Мёртвых.

Кайли мертва.

И эта Тамплиер-Полимаг убила её.

Я поднялась с земли, и мой горячий гнев превратился в холодную ярость, когда я столкнулась лицом к лицу со злодейкой, убившей мою подругу. Я собиралась заставить её заплатить за это.

— Ребята, у нас проблема.

Я едва слышала Като из-за своей ярости.

— Что они здесь делают?

Голос Коннера был таким далёким, таким нереальным. Единственной реальной вещью была злодейка Тамплиер передо мной.

— Приди в себя, Семёрка!

Я повернулась к Като, раздражённая и злая, но рычание замерло у меня на губах, когда я увидела их. Некто в длинной коричневой мантии вошёл на площадку для пикника, сопровождаемый четырьмя Техно-Рыцарями. Дождь прекратился. Лунный свет падал на их чёрные доспехи, освещая их серебряным ореолом.

— Братство Земли? — я нахмурилась, и мой гнев сменился замешательством.

— Отойдите в сторону, — сказала нам фигура в плаще. — Мы здесь не ради вас. Мы здесь ради них, — она указала на Тамплиеров.

— Как вы узнали, что они здесь? — спросила я.

— Мы последовали за тобой, зная, что ты приведёшь нас к ним.

Я покосилась на неё.

— Кто ты?

— Лидер Братства, — ответила она.

Я узнала этот голос. Каким-то образом я узнала его.

— Рада снова видеть тебя, Саванна, — она сбросила капюшон с головы.

— Эландра?

Лидер Братства, крупнейшей организации, ненавидящей магию, на планете, была матерью Кайли?

Глава 2. Сорваться с поводка

— Но как ты узнала, что мы здесь? — спросила я Эландру. Мой мозг обрабатывал информацию так быстро, что у меня снова закружилась голова.

— Эти портативные рации, которые я сделала для твоей мамы, не просто позволяют людям разговаривать. Они также позволяют мне слушать. И я очень внимательно слушала, когда ты и два твоих друга-Рыцаря выяснили, где могут быть Тамплиеры.

У меня в животе всё сжалось, как будто кто-то сильно ударил меня прямо по этому месту. Мне не следовало доверять Эландре.

— А теперь отойди в сторону, Саванна, — резко сказала она. — Пока мы разбираемся с этими сверхъестественными захватчиками из Множества Миров.

Я не сдвинулась с места. Я не могла. Так же, как не могла поверить, что мама Кайли — и подруга моей мамы — возглавляла группу фанатиков, выступающих против магии.

— Ты натравила Проклятых на Избранных. Например, на моего брата. И на мою подругу Неваду, — я стиснула зубы и кулаки тоже. — Ты могла навлечь на них Проклятие!

— Это был необходимый шаг к уничтожению всей магии на Земле, — по её команде несколько Техно-Рыцарей бросились на Тамплиеров. Началась новая битва.

— Необходимый шаг? — огрызнулась я. — Ты говоришь о Проклятии людей. О лишении их человечности!

— Не я положила этому начало, Саванна. Не я принесла магию в этот мир. Я просто пытаюсь искоренить её.

— Проклиная больше людей? В этом нет никакого смысла!

Она покачала головой.

— Ты не понимаешь.

— Да, мне трудно понять безумцев.

— Проклятие — это не личность. У него не растёт эго, когда его наделяют магией. Не то что у них, — она бросила злобный взгляд на Рыцарей и Тамплиеров. — Ты должна понять, Саванна, что я ненавижу это Проклятие. Я ненавижу его всей душой. Из-за него я потеряла мужа.

— И ты решила натравить Проклятых на беззащитных людей? Чтобы больше людей заразилось? Чтобы больше людей потеряло тех, кого они любят? Это безумие!

— Проклятие — это болезнь, — сказала Эландра с напряжённым лицом. — Её можно сдержать, даже контролировать. А вот людей, обладающих магическими способностями, нельзя сдерживать и контролировать.

— И поэтому, по-твоему, было необходимо натравливать Проклятых на Учеников в Саду?

— Ученикам нельзя позволять становиться Рыцарями. Это лишь продолжает цикл магии. Магия разрушает наш мир, одно заклинание за другим.

Я задавалась вопросом, оценила ли она иронию своих слов, стоя здесь, когда её Техно-Рыцари, имитирующие магию, сражались с Тамплиерами, владеющими магией. Эта битва продолжалась всего несколько секунд, а от места для пикника уже почти ничего не осталось. Молнии, скамейки и люди летели во все стороны.

— Ученики — не монстры. Они люди. Ты напала на невинных людей, — сказала я Эландре. — В том числе и на свою собственную дочь.

— Кайли никогда не подвергалась реальной опасности, — она небрежно взмахнула запястьем. — Ожерелье, которое я ей подарила, отпугивает Проклятых. Оно держит их подальше от неё.

Я вспомнила это ожерелье. Мисс Пирана отругала Кайли за то, что она теребила его.

— Я позаботилась о том, чтобы Кайли была в безопасности во время нападения на Сад, — с гордостью сказала мне Эландра. — Я бы никогда не причинила вреда… — её голос затих, когда её взгляд упал на Кайли, неподвижно лежащую на земле под Духовным Древом. Она оттолкнула меня, подбежала к своей дочери и сжала её в объятиях. Слёзы потекли по её щекам. Она запрокинула голову и закричала в небо.

Затем Эландра вскочила на ноги, грубо вытирая глаза рукавом своей колючей коричневой мантии.

— Понимаешь, что я имею в виду? — зарычала она на меня. — Магия вредит всем в нашем мире. Она портит всё в нашем мире, — дрожа от ярости, она указала на Тамплиеров. — Эти изверги украли мои изобретения, доспехи, предназначенные для борьбы с магией. Они испортили мои чертежи. Они использовали их для улучшения своей брони, усиления своей мерзкой магии и распространения смерти и разрушений. Магия убила мою дочь. Точно так же, как магия отняла у меня моего мужа.

— Кайли убила не магия. Это сделали они, — сказала я, когда Тамплиеры устроили огненный взрыв. — Магия — это всего лишь инструмент, как и ваши костюмы. Её можно использовать как во благо, так и во зло. Всё зависит от того, кто ей владеет.

— В этом она не ошибается, — сказала Тамплиер-Полимаг, отбрасывая Эландру в сторону мощным заклинанием. Затем руки Тамплиерши сомкнулись вокруг моих плеч, поднимая меня с земли. — Ты Ученик, — сказала она мне.

Духовное Древо снова засветилось. Магия взметнулась вверх по стволу, окрасив ветви в глубокий, тёмно-синий цвет индиго.

— Ты пойдёшь со мной, — сказала Тамплиер-Полимаг. Её голос звучал почти механически. — Все ученики должны пойти со мной.

— Нет.

— У тебя нет выбора, — сказала она мне. — Тебе нужно стать кое-чем другим. Нам всем нужно стать кое-чем другим.

— Стать чем? — я задрыгала ногами, пытаясь освободиться, но она держала меня крепко, как скала.

— Двор Множества Миров стар и разрушен. Грядёт новый порядок.

— Какой порядок? Чей порядок? — я попыталась оторвать её пальцы от своего горла, но это сработало ничуть не лучше, чем все эти удары ногами.

— Все Ученики должны пойти со мной, — повторила она, крепче прижимая меня к себе. — Вот зачем мы здесь.

— Тебе для чего-то нужны Ученики? Для чего?

Тёмные глаза уставились на меня сквозь её маску.

— Грядёт новый порядок.

Это вообще не информативно.

Я оттолкнула её, двигая руками так сильно, как только могла, размахивая ими в воздухе. Она удивлённо ахнула — и я тоже — когда моё тело выскользнуло прямо из её пальцев, вырвавшись из её хватки. В тот момент, когда мои ноги коснулись земли, я упала и откатилась от неё.

Она перевела взгляд с меня на двух Рыцарей, спешащих ко мне. Одной рукой она подняла тело Кайли с земли. Другой швырнула дымовую шашку себе под ноги. Когда дым рассеялся, она исчезла.

— Семёрка! — окликнул меня Като.

— Я тут, — сказала я, поднимаясь. — Она, должно быть, сбежала через дерево. Мы должны последовать за ней! — я остановилась как вкопанная, когда голубая магия, освещавшая Духовное Древо, погасла. — Она забрала тело Кайли. Зачем забирать её тело?

— Я не знаю, — ответил Като.

Я огляделась.

— Где два других Тамплиера?

— Они убежали в Парк.

— Нам нужно найти эту Тамплиершу-Полимага, — я отвернулась от дерева, переводя взгляд с него на Коннера. — Кто-нибудь из вас видел символ, который она нарисовала? Вы знаете, куда она направляется?

— Нет, — Коннер обхватил ладонями моё лицо, оглядывая с ног до головы.

Я оттолкнула его руки.

— Должен же быть какой-то способ выяснить, куда она забрала Кайли.

— Нет, — сказал Като, когда Коннер снова схватил меня.

— Что ты делаешь? — потребовала я ответа, пытаясь отмахнуться от него.

— Ты довольно сильно ударилась головой, Красная Шапочка. Мне нужно убедиться, что у тебя нет сотрясения мозга.

— Я в порядке. У нас нет на это времени! Нам нужно пройти через Духовное Древо. Нам нужно обыскать Множество Миров и вернуть Кайли! И ещё нам нужно найти Ашера!

— Вы никуда не пойдёте, — заявила Эландра.

Она стояла рядом с Духовным Древом, сжимая в руке ручку очень большой бутылки. Четверо её Техно-Рыцарей стояли на страже перед ней. Они одновременно подняли мечи, и огненная клетка поглотила меня, Като и Коннера. Над головой затрещала горящая крыша. Мы оказались в ловушке.

Клетка горела так сильно, что от травы поднимался пар, сгущаясь в коварный туман, который стелился по земле и таял в пламени.

— Моя дочь мертва, и очень скоро то же самое случится со всеми вами. Дни ваших скитаний по Множеству Миров закончились, — голос Эландры доносился сквозь треск пламени. — Потому что я собираюсь уничтожить Духовные Древа. Все до единого во всех Множестве Миров.

Глава 3. Пламя и иней

Коннер рассмеялся над словами Эландры.

— Уничтожить все до единого Духовные Древа во Множестве Миров? Невозможно. Во Множестве Миров есть тысячи Духовных Древ, многие из которых расположены в местах, куда люди никогда не смогли бы добраться.

— Вы забываете, что все Духовные Древа связаны единой магической силой, — крикнула Эландра сквозь стену огня. — И если я нарушу эту связь, они все умрут.

— Она права? — прошептала я парням. — Она может сделать то, о чём говорит?

Они ничего не сказали.

— Вот дерьмо, — пробормотала я.

— Мы не говорили, что это возможно, — сказал Като.

— В этом не было необходимости, — ответила я. — Вы выглядите обеспокоенными.

— Как мы можем выглядеть обеспокоенными? Ты не видишь наших лиц. Мы в шлемах, — напомнил мне Коннер.

— Я умею читать язык тела, благодарю покорно, — я вздохнула. — И язык вашего тела, парни, — я перевела взгляд с Коннера на Като. — говорит мне о том, что у нас очень большие неприятности.

— Магические «корни» Духовных Древ мостами пролегают между мирами, соединяя их все вместе, — сказал Като. — Используя эти связанные корни, люди могут путешествовать между мирами. Так что, я полагаю, теоретически, если бы она придумала, как уничтожить корни, она могла бы эффективно отрезать все миры друг от друга.

И тогда мы не только никогда не найдём этого Тамплиера и не спасём пропавших Учеников, но и никто никогда больше никуда не отправимся. Без Духовных Древ больше не будет ни церемоний Слияния, ни Рыцарей. Эландра и её Братство добьются всего, чего хотели, и Гайя пострадает от этого.

— Ты должна остановиться! Оставь дерево в покое! — крикнула я Эландре сквозь пламя.

Её безумный смех поднялся над потрескивающей стеной огня, которая приближалась к нам.

— И зачем мне это делать?

— Потому что это неправильно, — я закашлялась, стараясь не думать о том, что мы, вероятно, сгорим заживо.

— Как наивно с твоей стороны.

— Если ты не остановишься сама, мы тебя остановим, — сказала я ей.

— Итак, ты сделала свой выбор. Жаль. Ты мне нравишься, Саванна.

Я не могла видеть лица Эландры из-за стены пламени, но я слышала разочарование в её голосе. Она даже казалась немного удивлённой, что доказывало, какой сумасшедшей она была. Она действительно ожидала, что кто-то, обладающий магией, поможет ей уничтожить магию?

— Ребята, вы можете потушить этот пожар? — спросила я парней.

— Мы попробуем, — Като посмотрел на Коннера, который кивнул.

Коннер превратил своё ХУНУ в лук. Он натянул тетиву, и она засверкала, словно россыпь бриллиантов. В его руке материализовалась стрела, а когда он отпустил её, она превратилась в мерцающий поток снежинок, которые врезались в огненную клетку. Он развернулся и выпустил ещё одну стрелу. Затем ещё одну. Всего он выпустил в пламя дюжину магических стрел. Пламя и мороз столкнулись, сражаясь за превосходство.

Тем временем ХУНУ Като превратилась в огненный посох. Он взмахнул посохом сквозь стену огня, используя его, чтобы сбить пламя, ускользнувшее от ледяного огня Коннера.

Но на каждое пламя, которое они побеждали, Техно-Рыцари добавляли в огненную клетку ещё больше. Языки пламени сгущались, как плотные шторы. Они были так прекрасны. Но красота огня была уловкой, иллюзией, созданной, чтобы отвлечь нас от непосредственной опасности, в которой мы все находились.

Я несколько раз кашлянула, пытаясь прочистить горло.

— Что ты делаешь, Эландра?

— Я же говорила тебе. Я очищаю наш мир от магии.

Я снова закашлялась.

— Ты не можешь этого сделать.

— О? И почему же? — её голос казался забавляющимся.

— Потому что человечеству нужна магия. Это наша единственная надежда победить Проклятие.

— Магия навлекла на нас Проклятие! — закричала она пронзительным и сердитым голосом. — Она стоила мне мужа и дочери. Проблема в магии. Её нужно устранить. Начиная с этого дерева.

Я взглянула на парней, но они отрицательно покачали головами.

— Огонь действительно сильный, — сказал Коннер. — Мы не можем его потушить. Мы можем только сдерживать его, — он подхватил меня, когда я покачнулась в сторону; весь этот дым ударил мне в голову. — И я даже не уверен, как долго мы сможем это делать, — добавил он.

Я боролась с отчаянием, страхом, ощущением надвигающейся гибели. Истерика не поможет нам выбраться из этой ситуации. Должно же быть что-то — какой-то способ всё исправить.

— Эландра? — позвала я её, пытаясь воззвать к её человечности, надеясь, что в ней ещё осталось что-то от неё, похороненное где-то под всем её гневом, болью и ненавистью. — Пожалуйста, потуши огонь. Ты же не хочешь меня убить.

— Я возлагала на тебя такие большие надежды, Саванна, когда встретила тебя на Чёрном Рынке. Кайли очень хорошо отзывалась о тебе. Она сказала, что в тебе столько сострадания, столько стремления помогать другим, — Эландра вздохнула. — Но те времена прошли. Сейчас ты работаешь с ними. Ты работаешь с врагом. Это действительно позор. Ты такая умная, находчивая девушка. Ты могла бы помочь мне спасти этот мир.

Внутри огненной клетки было невыносимо жарко, но я чувствовала себя так, словно чья-то ледяная рука только что сжала моё сердце своими морозными пальцами.

— Я не хочу участвовать в твоих планах, — огрызнулась я в ответ. — Ты не спасаешь мир. Ты его разрушаешь.

— Ты такая же, как твоя мать: такая умная и в то же время такая наивная, — Эландра вздохнула. — Если ты отказываешься быть частью решения, ты становишься частью проблемы. Но только без обид, ладно?

— Без обид? Ты пытаешься сжечь меня заживо!

— Нет, я забочусь о самой большой угрозе для спасения Земли: Рыцарях. Просто так уж получилось, что ты стоишь рядом с ними.

Я с трудом могла поверить в то, что слышала. Когда я познакомилась с мамой Кайли, я и не подозревала, что она скрытая психопатка. Она действительно была такой искусной лгуньей? Или я просто совершенно не разбиралась в людях?

— Зачем? — прокашляла я. — Зачем организовывать протесты против Саммита? Если ты уничтожишь Духовное Древо, Саммита даже не будет.

— Я думаю, ответ очевиден, Саванна, — лукаво сказала она.

Я моргнула, чтобы отогнать дым, который щипал глаза.

— Ты хотела, чтобы люди потеряли веру в правительство и его политику.

Она права. Ответ очевиден. Но было так трудно мыслить здраво, когда я едва могла дышать.

— И это сработало, — в голосе Эландры звучала победа. — Люди потеряли веру в правительство. Во вчерашних акциях протеста приняло участие больше людей, чем когда-либо прежде. Улицы были полны протестующих!

— Хорошо, ты разозлила и напугала людей. И что теперь? — спросила я.

— Люди уже были рассержены и напуганы, — её смех напоминал тихое мурлыканье. — Но теперь они готовы действовать. Участие в акциях протеста стало для них лишь первой пробой бунта, в котором они так нуждались. И теперь пути назад нет. Всё это не затолкаешь обратно в бутылку, как бы сильно правительство этого ни хотело. И как только магия на Земле умрёт — как только люди не смогут полагаться на Рыцарей и духов в том, что они решат их проблемы за них — они возьмут дело в свои руки.

Стоявшие рядом со мной Като и Коннер покачнулись. Они израсходовали столько магии, борясь с огнём, что воздух стал густым от дыма. Вероятно, они были всего в минуте или двух от потери сознания, но не сдавались. Они продолжали бороться с пламенем.

— Погаси огонь, Эландра, — прошипела я. — Ещё не поздно это остановить.

— Конечно, уже слишком поздно. Магия навлекла на нас Проклятие. Проклятие отняло у нас всё. Оно крадёт всё, что нам дорого, — её голос дрогнул. — Единственный способ защитить то, что у нас осталось — это изгнать всю магию из нашего мира.

В её голосе звучала убеждённость. Такая убеждённость свойственна только героям или безумцам. Но действия Эландры не были героическими.

Она не собиралась останавливаться. По крайней мере, до тех пор, пока Духовное Древо не погибнет, а вместе с ним и мы трое.

Из этой ситуации нет выхода.

Как только я позволила этим словам коснуться моего сознания, мои ноги подкосились, уступая ужасающей правде.

— Саванна! — закричал Като.

— Не сдавайся! — умолял меня Коннер.

Они протянули руки, чтобы поймать меня, но не могли бороться с этим. Никто из нас не мог. Отчаяние, какого я никогда раньше не испытывала, сжало меня в крошечный, беспомощный комочек.

Я смотрела, как пламя металось по клетке. Меня обдало жаром. Я едва могла дышать. Я даже не могла держать глаза открытыми.

«Саванна!»

Голос пронзил мой разум — незнакомый и в то же время знакомый.

— Кто ты? — пробормотала я.

Като и Коннер посмотрели на меня так, словно я сошла с ума.

Возможно, они правы. Я сильно наглоталась дыма.

«Не сдавайся!»

Передо мной появилась симпатичная белая лисичка и ткнула в меня своей симпатичной белой лапкой.

— Эта лисичка — ты? — спросила я у голоса.

«Естественно».

— Ты — дух.

«Мы можем обсудить это позже. Прямо сейчас тебе нужно выбраться из огня».

— Выхода нет. Мы заперты в большой огненной клетке. Даже у Коннера и Като не хватит магии, чтобы потушить пламя.

«Дело не в том, сколько магии вы используете. Главное — правильно использовать магию».

— Я… не понимаю.

«Это потому, что ты вдохнула слишком много дыма и не можешь связно мыслить».

— Звучит… похоже на правду.

Она снова ткнула меня лапой.

— Ой, — тупо сказала я.

«Саванна, из этого есть выход. Я расскажу тебе, как, но мне действительно нужно, чтобы ты сосредоточилась. Хорошо?»

— Ладно, — кашлянула я.

Она наклонилась, чтобы прошептать мне что-то на ухо. Её слова порхали у моего уха, как маленькие бабочки. Я пыталась впитать их, старалась сосредоточиться, как могла, хотя думать было действительно трудно. Мои лёгкие горели, а по голове словно ударили бейсбольной битой.

«А теперь вставай!»

Я вскочила, размахивая руками и ногами, моё тело было лишено равновесия. Я посмотрела на землю, где лежали парни, потерявшие сознание. Они едва двигались. Едва дышали. Я должна немедленно увести нас отсюда.

Слова духа всё ещё крутились у меня в голове, и они прилипли к моей коже, пропитывая всё моё тело. Это была магия — гибкая, податливая магия. Я потянула за слой магии, распространяя его на парней. Она накрыла нас словно ледяной покров.

— Като? Коннер? — я потыкала в них пальцем, а когда это не помогло, пнула носком ботинка.

— Ой, — проворчал Като, заворочавшись.

Коннер тоже пошевелился.

— Тебе действительно нужно было нас пинать?

— Да, — я подняла их на ноги.

Коннер похлопал себя по телу, ощупывая.

— Я снова могу дышать, — он откинул забрало шлема. — Что ты сделала?

— Я вывела нас из нашего измерения, точно так же, как ты сделал это ранее.

— Я… должен был подумать об этом.

— Это всё из-за дыма. Из-за него трудно думать.

У Като тоже было открыто забрало шлема. Он помахал рукой перед лицом, затем посмотрел поверх неё на слегка кружащуюся стену огня.

— Пламя не может нас коснуться, — его голос звучал очень неуверенно. — Они не могут причинить нам вреда.

— Но это не будет длиться вечно, — сказала я. — Моя сила уже начинает таять.

— У меня сейчас тоже не хватает сил, по крайней мере, для такого большого заклинания, как это, — сказал Коннер.

— Так что давайте поторопимся, пока ещё можем, — заявила я. — Давайте спасём Множество Миров!

Затем мы втроём взялись за руки и прошли сквозь стену огня. Пламя потрескивало и мерцало, но нас не коснулось. Оно не обожгло нашу кожу и не душило лёгкие. Оно просто соскользнуло с нас, как будто нас там и не было.

Как только мы вышли, я почувствовала лёгкое прикосновение, словно бумажная салфетка коснулась моей кожи. Моё заклинание растворилось в небытие.

— Мы снова в фазе, — сказал Коннер.

Эландра сердито посмотрела на нас.

— Как вы это сделали?

— Мы сделали это с помощью магии, — я одарила её улыбкой, в которой не было теплоты. — Магии — твоего любимого козла отпущения.

Она только крепче сжала флакон в руке. Он был похож на флакон от одного из маминых средств против сорняков. Эландра, должно быть, модифицировала яд, чтобы он подействовал на волшебное дерево.

— Ребята, вы можете позаботиться о пожаре и Техно-Рыцарях? — спросила я парней, не отрывая взгляда от Эландры.

— Мы займёмся этим, — сказал Коннер, когда они с Като поспешили прочь.

Я услышала свист, а затем порыв ветра ударил в Техно-Рыцарей, оттаскивая их в сторону парней. Теперь ничто не стояло между мной и Эландрой — и Духовным Древом, которое я должна была спасти. Я должна была остановить её.

— Тебе нравится обвинять магию во всём зле в мире, но это несправедливо, не так ли? — спросила я, продвигаясь вперёд. — Магия не несёт ответственности за нападения на невинных людей на Турнире. Или за попытки сжечь людей заживо. Это всё сделала ты, — я покачала головой. — Бедная Кайли. Ей было бы так стыдно за тебя!

— Я делаю это ради неё. Ради всех нас, — у неё перехватило горло. — Я делаю это, чтобы спасти Землю, — она открыла крышку пузырька с ядом. — Я закончила вести разговоры. Это правильный выбор, даже если ты сейчас этого не осознаёшь. Позже ты поблагодаришь меня за это, вот увидишь.

Она приготовилась облить Духовное Древо ядом. Я бросилась вперёд, оттолкнув её в сторону. Я выхватила бутылку у неё из рук, прежде чем она смогла предпринять ещё одну попытку.

— Ты опоздала, — прорычала Эландра.

Я обернулась, широко раскрыв глаза, и увидела, как яд стекает по одной из толстых веток Духовного Древа. Белая кора почернела, а листья рассыпались в прах.

Глава 4. Выжить

Я оттолкнула Эландру в сторону и бросилась к Духовному Древу. Я должна была спасти его. Это не могло быть концом.

— Прекрати бороться, Саванна. Перестань искать выход из этого, — сказала Эландра позади меня. — Видишь? Яд уже распространяется. Очень скоро он полностью поглотит дерево. Ты ничего не сможешь сделать, чтобы остановить это. Это конец магии на Земле. Прими это. Смирись с этим.

— Я никогда не приму конец света, — прорычала я. — И я никогда не сдамся.

«Оно выживет». В моей голове всплыли слова Рэйн, сказанные во время нашей первой встречи. «Я должна срезать гниль, чтобы спасти дерево».

Я подняла с земли упавший меч. Должно быть, один из Техно-Рыцарей уронил его во время битвы с Коннером и Като.

— Это не сработает. Ты не сможешь это остановить, — сказала мне Эландра.

Её голос был ровным, но я знала, что она лжёт. Каким-то образом я это поняла.

Меч был тяжёлым и длинным. Я крепко сжала его обеими руками, наполняя магией, и отвела назад. Я замахнулась.

— Саванна, нет! — закричала Эландра.

Лезвие рассекло почерневшую, умирающую ветку, отрубая её от Духовного Древа.

Эландра, спотыкаясь, бросилась к бутылке с ядом и схватила её. Но Като и Коннер схватили её первыми, связав по запястьям и лодыжкам.

— Вы всё испортили! — зарычала на меня Эландра.

— Нет, — сказала я ей. — Я всё спасла.

Я уронила меч и встряхнула руками. По ним пробежала болезненная дрожь — память об операции на дереве. Я взглянула на гигантское Духовное Древо и съёжилась, увидев, каким кривобоким оно теперь выглядело. Отравленная ветка, которую я срезала, была огромной.

— Он восстановится, — пообещал мне Коннер. — И станет сильнее, чем когда-либо прежде.

Като взмахнул огненным посохом, и пламя поглотило отравленную ветку на земле, превратив её в пепел. Позади него и Коннера четверо Техно-Рыцарей были обезоружены и связаны. И огненной клетки больше не было. Я уставилась на землю. Круг земли был выжжен до черноты — всё, что осталось от стены пламени.

— Я рада, что с деревом всё будет в порядке, — сказала я. — Но ещё не всё исправлено. Ненависть, которая спровоцировала это, ненависть, которая отравила человечество, по-прежнему живет, — мой взгляд скользнул по Эландре и её последователям. — И до тех пор, пока правительство продолжает жестоко обращаться с жителями Гайи, эта ненависть не угаснет.

Используя свою магию, Коннер быстро сплёл из веток клетку и запихнул Эландру и её четырёх Техно-Рыцарей внутрь. Со сломанной бронёй они не смогут вырваться на свободу.

— Я сказал Рыцарям и Смотрителям, где их найти, — сказал Като, убирая телефон.

— Тогда, я думаю, мне следует скрыться до их прихода, — сказал Коннер.

— Я бы тоже не прочь скрыться, — сказала я ему. — У меня мурашки по коже от этих Смотрителей.

Мы оба посмотрели на Като.

— Хорошо. Отлично, — он посмотрел на Братьев. — Я полагаю, они никуда не денутся.

Коннер постучал по своему шлему, и Эландра с Техно-Рыцарями уснули в своей клетке.

Мы с парнями пошли через лес, и тень не слишком спасала от палящего летнего солнца. Мы так долго боролись, что солнце уже взошло.

Вчерашние дождевые облака растаяли, превратившись в пар, окутавший нас толстым слоем горячего, липкого тумана. Мне было жаль парней, одетых в броню, но особенно в шлемы. Они, должно быть, изнывали от жары.

— Что-то совсем жарко. Может, вы, ребята, хотите снять шлемы? — предложила я.

— Рыцари носят шлемы.

Като повторил слова, которые сказал мне в день нашей первой встречи. Мне казалось, что с тех пор прошли месяцы, но на самом деле прошло всего несколько дней.

— Она права, — Коннер снял шлем, обнажив копну светлых волос, торчащих во все стороны. — Жарко.

Като глубоко вздохнул, затем тоже снял шлем. Его волосы были в таком же беспорядке, как и у Коннера.

Я улыбнулась им обоим, таким взъерошенным и не-Рыцарским. Таким человечным.

— Что ж, полагаю, моя работа здесь закончена. До следующего раза, Красная Шапочка, — Коннер подмигнул мне. — Постарайся держаться подальше от неприятностей.

Като закатил глаза.

— Она не такая, как ты, Коннер. Она умеет себя вести.

— Я понятия не имею, о чём ты говоришь, Като. Я никогда не попадаю в неприятности, — лицо Коннера было воплощением невинности.

Смех Като больше походил на хрюканье.

— О, нет. Никогда.

Коннер подмигнул ему. Затем он исчез.

Като повернулся ко мне.

— Знаешь, мы с Коннером гораздо лучше ладим, когда ты рядом.

— Подожди, это и было «ладим»?

— Вообще-то, да, — ответил он с задумчивым выражением лица. — В последнее время мы не сходимся во взглядах.

— С тех пор, как он ушёл, чтобы присоединиться к Повстанцам?

— Это началось раньше. Кажется, мы просто больше не на одной волне.

— Я думаю, вы оба в точности на одной волне, — сказала я ему. — Вы с Коннером — одно целое. Вы оба хорошие люди, которые хотят поступать правильно. Просто у вас разные взгляды на то, как это делать. И это нормально, понимаешь? Людям позволено спорить о том, как лучше поступить. Иногда я даже сама с собой спорю о том, как лучше поступить.

— Есть большая разница между спором с самим собой и спором со своим лучшим другом. Ты же не можешь сказать себе что-то такое, о чём потом действительно пожалеешь.

Я положила руку ему на плечо.

— Похоже, вам с Коннером предстоит решить множество проблем. И нет лучшего времени, чем сейчас, верно?

— Ты права, — его голос был едва громче шёпота, как будто он с трудом решался произнести эти слова. — Ты пойдёшь со мной?

— Я не уверена, что это хорошая идея. Это касается только тебя и Коннера.

— Да, — согласился Като. — Но, как я уже сказал, мы лучше ладим, когда ты рядом. Каким-то образом ты помогаешь нам лучше понять самих себя, а значит, и друг друга, — он покачал головой. — Я не уверен, что в моих словах есть какой-то смысл?

— Думаю, я понимаю, — сказала я с улыбкой. — И я была бы рада быть рядом с вами обоими, пока вы пытаетесь наладить вашу дружбу. Но только если вы оба этого хотите.

Като фыркнул.

— О, Коннер определённо захочет, чтобы ты была рядом. Проблема в том, чтобы заставить его успокоиться и перестать выпендриваться на время, достаточное для того, чтобы у нас состоялся серьёзный разговор.

— Может быть, вам и не нужно вести серьёзный разговор, Като. Или, по крайней мере, вам нужны не только серьёзные разговоры.

— Что ты имеешь в виду?

— Что ж, вы двое пытаетесь найти общий язык, верно? Возможно, это означает, что Коннеру нужно быть немного серьёзнее. А тебе нужно быть немного менее серьёзным.

Като нахмурился.

— Я не уверен, что в этом есть какой-то смысл.

— Конечно, есть. Вы двое согласны в своих целях, но расходитесь во мнениях о том, как их достичь. Таким образом, камнем преткновения в вашей дружбе является только вопрос «как», — я вытянула руки перед собой, широко разведя их в стороны. — Если вы подойдёте друг к другу чуть ближе, — сказала я, соединяя ладони, — вы встретитесь посередине, — я хлопнула в ладоши. — Понимаешь, что я имею в виду?

Като наблюдал за мной некоторое время, так долго, что я начала беспокоиться. Пока он не сказал:

— Ты довольно мудра.

Я улыбнулась ему.

— Так это значит, что ты сделаешь это?

Он взял меня за руку.

— Пойдём поговорим с Коннером.

Глава 5. Дебаты

— Я думаю, Альтаиру придётся сделать гораздо больше таких штучек, — заявил Коннер, кладя своё Зеркало Скорби на мой обеденный стол.

Оно присоединилось к моему зеркалу и зеркалу Като, вместе образовав трио уже-не-заколдованных артефактов. Битва у Духовного Древа лишила их остатков магии. Стеклянные поверхности отражали только то, что было перед ними. Даже блестящие металлические рамки выглядели тусклее.

— Я передам твою просьбу, — сказал Като. — Но я не удивлюсь, если Тамплиеры усилят свои следующие доспехи магической защитой от заклинаний зеркала.

— Возможно, — согласился Коннер, протягивая Като разделочную доску.

Коннер пришёл в мой коттедж как раз к обеду, который они с Като решили приготовить вместе. Я не могла сдержать улыбки, наблюдая, как они вместе трудятся на кухне. Они даже сняли свои доспехи, как физические, так и метафорические.

— Что тебя так развеселило, Красная Шапочка? — Коннер усмехнулся, взял луковицу и начал её резать.

— Вы двое уже намного приблизились к восстановлению доверия между вами. Вы скоро снова станете лучшими друзьями!

— Ты плачешь? — спросил меня Като, озабоченно нахмурившись.

— Нет! — я всхлипнула, вытирая глаза. — Это всего лишь лук! Он очень щиплет!

— Он действительно щиплет, — согласился Коннер, несколько раз моргнув, чтобы прояснить зрение. — Мне следовало надеть шлем.

— Боевой шлем? Чтобы нарезать лук? — губы Като скривились в усмешке.

— Рыцари носят шлемы, — процитировал Коннер глубоким монотонным голосом.

— Я говорю совсем не так, — Като вытер руки о фартук.

На них обоих были надеты фартуки поверх спортивных костюмов. Это придавало им такой очаровательно обычный вид.

— Она смотрит на нас так, словно хочет связать нам свитера «лучших друзей», — сказал Коннер Като.

— Если бы я только умела вязать, — вздохнула я.

— Я уверен, что ты сможешь сделать всё, что захочешь, Семёрка.

— Он прав, — кивнул Коннер. — Ты выучила, наверное, двадцать заклинаний за первые полторы недели?

— Не совсем двадцать, — запротестовала я.

— Но близко к этому, — Коннер отправил нарезанный лук в сковороду. — Только мы с Като так блестяще справлялись с ролью Учеников.

— Да, и вообще, как тебе удалось выучить столько заклинаний, Семёрка? — Като схватил морковку и начал её чистить. — Не все они были из книги заклинаний Парагонов.

— О, ну, я выучила большинство заклинаний, наблюдая, как другие люди творят магию, и просто копируя то, что они делали, — я пожала плечами. — Это кажется логичным способом сделать это, не так ли?

— Да, она любит так говорить, как будто любой может научиться магии таким образом. Это мило, — усмехнулся Коннер. — Но, по правде говоря, Красная Шапочка, большинство людей не может просто один раз увидеть заклинание, а потом — бац! — и сотворить его. Ну, кроме меня, конечно, — он тряхнул волосами. — И может быть, ещё Като, если он когда-нибудь перестанет болтать о том, какие шлемы потрясающие.

Като оторвался от моркови и закатил глаза, глядя на своего лучшего друга.

— Но даже мы не можем выучить все заклинания, которые видим, — Коннер схватил кочан брокколи. — И уж точно не сразу же.

— Я не сразу научилась телепортироваться. На самом деле, у меня было несколько неудач на этом пути, — я съёжилась, вспомнив, как телепортировалась в полку с продуктами и оказалась вся в муке и помидорах.

— Ну, ты жизни не нюхала, если не поджигала себя хотя бы раз или два. Я прав, Като? — весело поинтересовался Коннер.

Като бросил нарезанную морковь в кастрюлю с кипящей водой.

— По крайней мере, я не был близок к потере четырёх пальцев, потому что отморозил их.

— Да, иногда они до сих пор немеют, — Коннер пошевелил пальцами.

— Семёрка, не могла бы ты включить телевизор? — попросил меня Като. — Уже почти час, а я хочу посмотреть пресс-конференцию Генерала.

— Ни один здравомыслящий человек на свете не произнёс бы такое предложение, — съязвил Коннер, посыпая чесноком и солью брокколи, которые он нарезал.

Пока он ставил брокколи запекаться в духовке, я взяла пульт дистанционного управления и включила телевизор на канал новостей Множества Миров.

— Это не похоже на пресс-конференцию. Это похоже на дебаты.

Генерал и принц Фенрис сидели на противоположных концах комнаты, освещённой прожекторами. Генерал был одет в свою обычную чёрную форму. Фенрис был одет в длинный тёмно-синий сюртук с серебряной вышивкой по воротнику, манжетам и всей передней части, где сходились две стороны сюртука. Его брюки были точно такого же синего оттенка, а поверх них — чёрные сапоги до колен. Он щеголял на довольно внушительных каблуках.

— Ужасные события, разыгравшиеся сегодня рано утром, только подтверждают то, о чём я говорил всё это время, — сказал Фенрис. — Хотя я признаю, что недооценивал Гайю. Они не просто не готовы к ответственности, связанной с присоединением к Двору. Они представляют угрозу для Множества Миров!

— Мы представляем угрозу? — возразил Генерал. — Принц Фенрис так старательно умалчивает о том факте, что всё, что произошло сегодня, произошло из-за этих так называемых Тамплиеров, преступников, которые прибыли на Гайю, чтобы похитить наших Учеников.

— Тамплиеры, кем бы они ни были, будут пойманы, и ваши пропавшие Ученики вернутся к вам в надлежащее время. Двор Множества Миров знает, как задерживать преступников, — Фенрис одарил Генерала холодной усмешкой. — Но под «ужасающими событиями» я, конечно, подразумевал попытку отравления всех Духовных Древ во Множестве Миров, атаку, совершенную организацией антимагических экстремистов с Гайи.

Генерал поднялся со своего места.

— Не нужно вставать из-за меня, Генерал, — холодно сказал Фенрис. — Я пока не ухожу. По крайней мере, до тех пор, пока вы не объясните, почему правительство Гайи пыталось скрыть это. Если бы этим экстремистам это удалось, все Духовные Древа во Множестве Миров погибли бы. И все связи между мирами были бы разорваны. Мы остались бы изолированными и одинокими. Граждане Множества Миров заслуживают ответов, и ваше правительство должно их предоставить.

Като выключил звук телевизора.

— Как Фенрис узнал о том, что Братство пыталось сделать сегодня?

— Понятия не имею, — нахмурился Коннер. — Даже если Двор уже поймал Тамплиеров и не сообщает нам об этом — а я бы не стал исключать, что они утаят эту информацию в качестве разменной монеты — что ж, всё это безумие с отравлением деревьев произошло после того, как Тамплиеры скрылись с места преступления. Так что они ничего об этом не знают.

— Свидетелей было немного, — сказал Като. — Только мы трое. И пятеро Братьев, которых Смотрители держат под стражей, но Генерал ни за что не выпустил бы эту информацию за пределы Чёрного Обелиска.

— Есть и другая возможность, — Коннер подождал, пока мы взглянем на него, прежде чем продолжить. — Фенрис мог заполучить видеозапись битвы у Духовного Древа.

— Подожди, есть видеозапись битвы? — переспросила я.

— Да, мои друзья-Повстанцы покопались в Чёрном Обелиске и нашли кое-какие записи с беспилотников, летавших вокруг, а также с некоторых других камер в Парке. Очевидно, Генерал знает, что я был там, и ему это не слишком нравится.

— Но ты помог спасти Духовные Древа! — запротестовала я. — И вместе мы поймали плохих парней.

— С точки зрения Генерала я один из плохих парней. И он был бы только рад посадить меня рядом с этими психами из Братства, — Коннер вздохнул. — Я только надеюсь, что у вас, ребята, не будет неприятностей с Генералом из-за того, что вы сражаетесь бок о бок со мной.

— С Генералом я справлюсь. Меня больше беспокоит Двор, — взгляд Като метнулся к сцене, где Фенрис выглядел слишком довольным собой. Звук всё ещё был выключен, поэтому мы не могли слышать, что он говорил, но что бы это ни было, это не могло сулить нам ничего хорошего.

— Так ты думаешь, Фенрис видел видеозаписи с места битвы и поэтому знает, что пыталась сделать Эландра? — спросила я Коннера.

Он пожал плечами.

— Это возможно. В Чёрном Обелиске довольно строгая охрана, но нет ничего такого, что нельзя было бы обойти, проявив изворотливость и запасшись магией.

— И у Фенрира достаточно и того, и другого, — Като постучал пальцами по стойке. — Он мог послать команду, чтобы украсть копию отснятого материала.

— Да, мне бы не хотелось это говорить, поскольку это не совсем эгоистично и всё такое, — сказал Коннер. — Но я думаю, что Рыцари, возможно, захотят добавить некоторые магические улучшения в систему безопасности Чёрного Обелиска и других ключевых зданий. Мы не хотим, чтобы Фенрис и его приятели по Двору могли приходить и брать всё, что захотят, когда захотят. А затем использовать это против всей Гайи.

Като кивнул.

— Я поговорю об этом с другими Рыцарями-Командирами.

— Тогда есть ещё кое-что, и это ещё одна причина, по которой я упомянул о видеозаписях с места сражения… — Коннер перевёл взгляд на меня. — Мои друзья-Повстанцы принесли мне копию видеозаписи. Когда я смотрел её, то увидел кое-что, что может показаться тебе очень интересным, Красная Шапочка. В одном из видео я довольно хорошо рассмотрел тело Кайли, — когда я невольно ахнула, он положил свою руку на мою. — Теперь я знаю, почему Тамплиеры забрали её.

Я прикусила губу и ждала продолжения.

— Кайли не мертва, — сказал он мне.

— Не мертва? — я нахмурилась в замешательстве. — Но у неё не было пульса! И она не дышала!

— Должно быть, заклинание, которое поразило её, погрузило её в очень глубокий сон. Настолько глубокий, что это даже меня одурачило.

Я начала расхаживать по комнате, пытаясь разобраться во всём этом.

— Я не понимаю.

— Когда кто-то, обладающий магией, умирает, его магическая метка немедленно исчезает. Но метка Кайли всё ещё была на месте. Видео, которое я просмотрел, показало это очень чётко. Это значит, что она до сих пор жива. Она всё ещё где-то там, Красная Шапочка.

Все идеи, бешено вертевшиеся в моей голове, замедлились… а затем сформировались в единую мысль.

— Где-то там есть ещё много Учеников с прошлого и позапрошлого годов. Кто бы ни стоял за этим, кто бы ни отправил Тамплиеров на Гайю, они не хотят, чтобы кто-то знал, что Ученики живы. Они не хотят, чтобы их кто-то искал. Но мы всё равно будем их искать, — я решительно сжала руки в кулаки. — И мы найдём их. Мы вернём Кайли и остальных домой. И когда всё это закончится, мы позаботимся о том, чтобы люди, стоящие за этим, получили по заслугам.

Эпизод 7. Хамелеон

Глава 1. Свидетели разрушения

Рынок был битком набит людьми, которые собрались здесь, чтобы хоть мельком увидеть разрушения. Повсюду валялись ящики, пушечные ядра и холсты, а также обычный ассортимент крови, клыков и меха, которые сопровождали нападения монстров.

За оживлённой болтовней слышалось тихое жужжание. Я посмотрела на беспилотник, парящий высоко над головой. Он осматривал обломки в поисках каких-либо признаков Хамелеона, отвратительного зверя, ответственного за это. Вид гладкого серебристого беспилотника привлёк внимание толпы.

— Нэш, — тихо сказала я.

— Да, Козерог? — раздался в моём наушнике бодрый голос моего куратора.

— Твой беспилотник привлекает много внимания. Ты не могла бы быть более неприметной?

— Это большой летающий объект, — сухо сказала она. — Это по определению не неприметно.

— Возможно, тебе следует наделить его маскировочными возможностями.

— Неплохая идея. Маскировка могла бы помешать Разрушителям взорвать мой последний беспилотник.

Следующие несколько фраз Нэш касались технических вопросов, которые я совершенно не поняла, но она говорила так взволнованно, что я не осмеливалась её перебивать. Наконец, она взяла себя в руки.

— Я подумаю о том, чтобы добавить маскировку в Хьюго, — сказала она.

— Хьюго?

— Новый беспилотник, который я сейчас разрабатываю.

— Ты дала имя беспилотнику?

— Я даю имена всем своим беспилотникам.

Я фыркнула.

— Я слышала это, Козерог. И я не люблю, когда надо мной насмехаются.

— Извини, — пробормотала я.

— Давать вещам имена — это совершенно нормально, — продолжила она. — Люди дают имена своим домашним животным. Мои беспилотники обладают превосходным интеллектом. Они умнее собак. Они также умнее большинства людей.

— О, я верю тебе, Нэш, — сказала я, наблюдая за троицей детей, шалящих на одном из балконов.

Трое мальчишек прыгали за беспилотником, пытаясь его поймать. Один из них подпрыгнул слишком энергично и упал в открытый мусорный контейнер внизу. Мусорный контейнер огласился разочарованными ударами и жалобными стонами, когда упавший мальчик попытался выбраться из моря мусора. Его голова высунулась наружу, и банановая кожура покачивалась на его макушке, как кривобокая корона. Его друзья, стоявшие на балконе, покатились со смеху.

— И я полностью поддерживаю то, что ты даешь имена всем своим беспилотникам, — добавила я, отводя взгляд от глупых мальчишек. — На самом деле, я нахожу это довольно очаровательным.

И я действительно так считала. Нэш вкладывала столько любви в свою работу, будь то разработка новых беспилотных летательных аппаратов или утешительный голос в моём ухе, когда я занималась оперативной работой. Она была моей лучшей подругой — моей единственной подругой. Орден Зодиака не поощрял своих членов завязывать межличностные отношения, поэтому было легко чувствовать себя изолированной и одинокой. Но с Нэш я никогда не была изолирована. И я никогда не была одинока. Она всегда оставалась рядом со мной.

— Да, ну… — Нэш прочистила горло. — Давай вернёмся к делу, не так ли? Беспилотник не даёт мне никаких указаний на текущее местонахождение Хамелеона.

— Мы знаем, где он был всего несколько минут назад, — сказала я. — Давай начнём оттуда.

Я пробиралась по рынку, обходя людей и разбитые прилавки. Как и при моей предыдущей встрече с Хамелеоном, зверь определённо оставил свой след. Сопутствующий ущерб, по-видимому, был его методом по умолчанию.

Я обратила внимание на лицо в толпе: девочку-подростка со светлыми волосами, собранными в замысловатый пучок. Она была одета в чёрную спортивную одежду, униформу Ученика Рыцаря. У неё был уверенный, компетентный вид.

Так что я подошла к ней и сказала:

— Добрый день. Я Козерог, агент Ордена Зодиака.

— Я Бронте Вэнс, Ученик Рыцарей Гайи, — серьёзно сказала она. — Я читала об Ордене Зодиака. Вы — агенты духов. Вы исполняете их волю, — Бронте отвесила элегантный поклон. — Для меня большая честь познакомиться с вами.

Я часто сталкивалась с подобной реакцией людей, но то, что я привыкла к этому, нисколько не уменьшило моего смущения. Ученица обращалась со мной так, словно я была каким-то святым посланником, но я не была ничем подобным. Духи не разговаривали со мной. Они поговорили с Ясновидящими, главами Ордена Зодиака. И оттуда инструкции духов распространялись по рядам Ордена, пока, наконец, не достигали меня.

— Ты видела, что здесь произошло? — спросила я у Бронте.

— О, да, — сказала она. — Я всё видела. Свирепый зверь напал на рынок. Белый Рыцарь — это один из рыцарей Гайи — сражался с ним и победил его. Он настоящий герой.

— Спасибо, — сказала я Бронте, когда Скорпион присоединился ко мне.

Скорпион был одним из самых опытных агентов Ордена Зодиака. Он был живой легендой. Он был сильным, храбрым и… ну, на самом деле, немного нервирующим. Он всегда был таким серьёзным. Таким стойким. Таким суровым. Беспилотники Нэш и то проявляли больше эмоций, чем он.

Однажды я уже работала со Скорпионом, и Орден поручил нам сотрудничать и здесь. Я не была уверена, почему. Агенты редко работали вместе. Так что либо Орден сомневался в моей компетентности, либо эта миссия была намного важнее, чем я думала.

— Бронте!

К нам сквозь толпу пробилась ещё одна девочка-подросток. Как и Бронте, она была одета в простую чёрную форму Ученика-Рыцаря, но её внешний вид не отличался такой тщательностью. Её волосы не были идеально уложены. На самом деле, её конский хвост растрепался и сбился набок, как будто она слишком долго и слишком быстро бежала. И в то время как верх формы Бронте был накрахмаленным и гладким, форма другой девушки была слегка помятой.

— Что ты здесь делаешь, Невада? Я думала, ваша команда сегодня работает в Чёрном Обелиске, — Бронте неодобрительно поджала губы.

— Мы были там, — ответила Невада. — Но как только я услышала, что здесь произошло, я должна была прийти. Это правда, что на рынок напал монстр?

— Да.

— И Саванна была прямо здесь, когда это случилось?

— Да.

Невада вздрогнула.

— С ней всё в порядке?

— С ней всё в порядке, — в голосе Бронте послышались нотки нетерпения. — Все в полном порядке. Не нужно устраивать сцен. Мы — Рыцари-Ученики, и люди смотрят.

Невада посмотрела на любопытствующую толпу, затем на нас со Скорпионом.

— Кто они?

— Они агенты Ордена Зодиака, организации, которой поручено защищать Множество Миров, — сказала ей Бронте.

— Значит, вы как Рыцари, только для всего Множества Миров? — спросила Невада с милой улыбкой у Скорпиона.

Он ничего не сказал, но покраснел, пусть и совсем чуть-чуть. Интересно. Может быть, он всё-таки не был роботом.

— Что это было? — спросила я его после того, как две Ученицы ушли вместе.

— Что ты имеешь в виду? — произнёс Скорпион своим глубоким монотонным голосом. На его щеках не было и намёка на румянец.

— Когда та Ученица заговорила с тобой, ты вёл себя странно.

— Она…

— Да?

— Девушка, — сказал он, и у него порозовели щёки.

— И это значит, что ты не можешь с ней поговорить?

Скорпион ничего не ответил, но снова покраснел.

— Ты разговаривал со многими девушками, — сказала я. — Ты разговариваешь со мной.

— Ты не девушка.

Это было для меня новостью.

— О, правда? — переспросила я, сдерживая улыбку, прежде чем она коснулась бы моих губ. — Тогда кто же я?

— Ты представитель Ордена Зодиака.

Когда мы впервые встретились, Скорпион назвал меня «странной». Возможно, так оно и было. Но, знаете, он тоже странный. Этот суровый, легендарный воин был совершенно стеснительным в присутствии девушек. За исключением меня. Потому что, по его словам, агенты не были девушками. В этом заявлении было что-то очаровательное.

— Привет, — мечтательный голос Никси звучал эхом в течение нескольких секунд, прежде чем призрак появилась перед нами. — Рада тебя здесь видеть.

— Я так понимаю, ты знаешь, что произошло? — спросила я её.

— Да, — она улыбнулась. — Хамелеон напал. Я предупреждала тебя, что это произойдёт.

— Похоже, ты много знаешь об этом звере, — сказал Скорпион.

Его лицо было абсолютно спокойным. Очевидно, призраки тоже не были девушками.

— Я обо всём много чего знаю, — ответила Никси, и её улыбка стала ещё шире. — Например, ты знал, что я могу задерживать дыхание на неопределённое время?

— Ты призрак. Ты не дышишь, — заметил Скорпион.

— Конечно, дышу, — она испустила долгий, тяжёлый вздох. — Видишь?

— Нет, — холодно ответил он.

Никси взглянула на меня.

— Он всегда такой скучный?

— Я тоже хотела бы получить ответ на этот вопрос, — сказала Нэш в моём наушнике.

— Не могла бы ты рассказать нам о Хамелеоне, Никси? — спросила я вместо этого.

— Конечно, — ответила Никси с тихим самодовольным смешком. — У Хамелеона пять форм — пять жизней, — с каждой из которых вы должны сразиться по очереди и убить. Каждый раз, когда зверь умирает, он рассеивается, а затем объединяется. Пока вы не сведёте его к пятой и последней форме. Это единственная форма, которую вы сможете убить навсегда.

— В первый раз я убила зверя, закопав его, — сказала я.

Никси с готовностью кивнула.

— А потом Белый Рыцарь убил его, отрубив голову пылающим мечом.

— Значит, остаётся ещё два раза, — сказал Скорпион. — А затем его окончательная форма.

— Но как мы убьём его в окончательной форме? — я посмотрела на Никси.

Призрак пожала плечами.

— Я не знаю.

Вот вам и заявления, что она якобы знает обо всём.

— Нет причин для беспокойства, — сказал мне Скорпион. — Убить зверя не составит труда.

— Мне нравится его уверенность, — легко рассмеялась Никси.

— Ты же понимаешь, что мы должны найти Хамелеона, прежде чем сможем убить его? — спросила я у Скорпиона.

— В этом я могу вам помочь, — сказала Никси.

— Действительно? — спросила я, сдерживая свой энтузиазм. Не стоит забегать вперёд. В конце концов, призрак была немного ненадёжной.

— Да, действительно, — безмятежно сказала Никси. — После того, как чудовище растворилось, я увидела, куда делась его сущность.

Глава 2. Битва на мосту

Никси повела нас со Скорпионом к набережной, самой южной границе Крепости. Воздух здесь был острым и солоноватым, пропитанным резким ароматом, который обжигал мне нос и щипал язык. Над нами возвышался длинный мост, поросший мхом и дикой травой. Толстые виноградные лозы свисали с массивной стальной арки, сползая по каменным опорам в воду.

Прежде чем прибыть на Гайю, я провела небольшое историческое исследование этого королевства. Мост когда-то соединял город на юге с пригородами на севере.

Затем пришло Проклятие. Город пал. Немногие счастливчики спаслись и бежали на север, воздвигая дорожные заграждения и изгороди из колючей проволоки, чтобы перекрыть мост. Оставшиеся в живых неудачники долго не продержались. Их жизнь закончилась. Теперь все они были прокляты. И то, что когда-то было процветающим городом, превратилось в руины, заброшенную пустошь с разбитыми дорогами и рухнувшими зданиями.

Проклятие стало повторяющейся трагедией Множества Миров. Такое случалось раньше, и это произойдёт снова. И снова, и снова… если только кто-то не предпримет что-то, чтобы остановить это. Если только мы сами не предпримем что-то, чтобы остановить это.

Орден Зодиака был могущественной организацией, его члены были посвящены и наделены властью самими духами. Из всех людей во всех мирах, если кто и мог снять Проклятие, то только мы. И мы должны это сделать. Мы просто обязаны это сделать. Мы должны выяснить, что является причиной Проклятия, и вылечить его. Мы должны остановить его распространение раз и навсегда.

Мы были защитниками Множества Миров, а Проклятие было самой большой угрозой для Множества Миров. Нашим долгом было уничтожить его. Я не могла понять, почему Орден Зодиака даже не попытался это сделать.

— Сущность Хамелеона попала сюда, — сказала нам Никси. — Когда он вновь материализуется, он нанесёт удар здесь.

— Странное место для него, — прокомментировал Скорпион. — Первые два раза он нападал на оживлённые рыночные улицы с большим количеством людей. Здесь почти нет людей.

Он прав. Сейчас здесь находилось всего восемь человек: шестеро Падальщиков, работавших на мосту, собирали металл и камень и загружали их в большие машины; и ещё были двое вооружённых солдат, одетых в толстые чёрные бронежилеты, которые наблюдали за операцией. Официально эти люди в чёрном назывались солдатами армии Гайи, но я слышали, что их прозвали по-другому: Смотрители. Люди боялись Смотрителей, как и сверхъестественные существа, которые прибыли сюда со всего Множества Миров.

Но в глазах Скорпиона не было страха, когда он направился к ним. Я последовала за ним.

— Объяснитесь, что вы здесь делаете! — рявкнул один из Смотрителей. Он крепче сжал пистолет.

Скорпион оглядел Смотрителя с ног до головы, явно не впечатлённый его вооружением.

— Мы охотимся на монстра.

Двое Смотрителей переглянулись. Затем громогласный сказал:

— Здесь нет никаких монстров. И вы вмешиваетесь в официальную правительственную операцию. Уходите отсюда.

— Сами уходите отсюда, — возразил Скорпион. — Наша власть здесь превосходит вашу.

— И что это за власть? — спросил Смотритель.

— Власть Ордена Зодиака.

— Никогда о таком не слышал.

— Я разочарован, — сказал Скорпион, скрестив руки на груди, — но не удивлён.

— Что это должно означать? — рявкнул Смотритель. — Нет власти выше, чем правительство Гайи. Итак, ещё раз говорю, идите отсюда.

— У нас нет времени на эту чепуху, — сказал Скорпион, взмахнув волшебной палочкой.

Двое Смотрителей застыли на месте, полностью парализованные.

— Он определённо знает, как заводить друзей, — прокомментировала Нэш в моей гарнитуре, когда я проскользнула мимо парализованных Смотрителей, следуя за Скорпионом.

Я взглянула на серебристый беспилотник, жужжащий над головой.

— Тише.

Скорпион повернулся и пронзил меня тяжёлым взглядом.

— Я разговаривала с Нэш, — быстро сказала я.

— Твой куратор слишком много болтает, — заявил он, а затем продолжил идти к Падальщикам.

— Я думаю, ты ему нравишься, — сказала мне Нэш.

Я поджала губы и ничего не ответила, поскольку, очевидно, Скорпион мог слышать мой якобы личный разговор.

— Джентльмены, — сказал Скорпион, обращаясь к Падальщикам. — Мы агенты Ордена Зодиака, и мы здесь, чтобы поохотиться на зверя.

— Мы слышали, — сказал один из них, высокий мужчина с широкими сильными плечами и растрёпанными тёмными волосами. Как и остальные, он был одет в зелёно-коричневый камуфляж, толстые ботинки и рабочие перчатки. Его взгляд скользнул по застывшим Смотрителям, и он выглядел удивлённым. — Я Марлоу, а это моя команда. Итак, как выглядит этот ваш зверь?

— Он может быть разным, — сказала я. — Иногда он выглядит как крупный, похожий на волка монстр с длинными клыками и толстой чешуёй по всему телу. В других случаях он является в виде разных людей, которых вы знаете. Видите ли, зверь обладает телепатией. Он может читать ваши мысли, а также менять свой облик.

— Это, безусловно, вызывает беспокойство, — Марлоу потёр заросший щетиной подбородок. — Но сегодня мы ничего подобного не видели. Единственные монстры в округе — Проклятые, и, к счастью, они держатся подальше. Я сомневаюсь, что наши бдительные сопровождающие смогли бы справиться с ними, особенно в их нынешнем состоянии, — он указал на парализованных Смотрителей, которые стояли, как каменные статуи.

— Козерог, я заметила Хамелеона, — сказала Нэш. — Он на мосту.

Её беспилотник уже приближался к зверю, как и Скорпион. Он бежал очень быстро. Я вызвала порыв ветра, чтобы ускорить свои шаги, и к тому времени, когда он добрался до моста, я уже догнала его.

Зверь вернулся в свою боевую форму бронированного волка. И выглядел он крупнее, чем когда-либо. Если раньше он был едва ли крупнее волка, то теперь стал размером с лошадь. Твёрдая чешуя, покрывавшая его огромное мускулистое тело, представляла собой шипящий, потрескивающий сплав молнии и огня, а когда он взмыл в воздух, за ним образовался отвратительный шлейф из тёмных частиц, похожий на адскую комету, проносящуюся по небу.

Продолжая бежать, Скорпион схватил с земли стальную балку и метнул её в Хамелеона как копьё. Зверь повернулся, и балка отскочила от его твёрдой спины. На чешуе не осталось даже царапины.

Я поймала отброшенную балку и подкинула в воздух. Время замедлилось, и балка повисла в воздухе, ожидая, ожидая, ожидая…

Словно стекло, металл разлетелся на тысячи осколков, мельчайшие из которых были едва различимы невооружённым глазом. Они закружились в воздухе, образуя строй, рой крошечных стальных солдатиков, устремившихся к Хамелеону. Они нашли тонкие щели между его чешуйками и впились поглубже. Зверь взвыл от ярости. От его яростного крика вылетели все стекла в припаркованных поблизости машинах.

Но зверь не пал. Он развернулся, двигаясь дико и хаотично. Его длинный хвост ударил меня сильно и быстро, отбросив так далеко, что я свалилась с моста. Я поспешно сотворила под собой невидимый магический барьер. Я отскочила от барьера и метнулась обратно на мост. Внизу, на разбитой дороге, всё ещё бушевала жаркая битва.

Скорпион сплёл липкую паутину вокруг Хамелеона. Зверь толкался и тянул, но чем больше он пытался освободиться, тем сильнее цеплялась за него паутина. Он хрипло фыркнул, и из его ноздрей повалил дым. Дым превратился в отвратительное облако, которое быстро расправилось с липкой паутиной. Хамелеон так сильно топнул лапой, что половина проезжей части чуть не провалилась под мост.

Никси не преувеличивала, когда говорила, что зверь становится сильнее с каждой смертью. И кстати о призраке, её голос перекрывал саундтрек к битве. Она радостно хихикала каждый раз, когда заклинание достигало цели, и, казалось, ей было всё равно, в кого попадёт. Кому-то действительно нужно преподать этому призраку урок верности, но я была слишком занята борьбой за свою жизнь, чтобы сделать это. Я так запыхалась, что мне едва хватило воздуха, чтобы возразить, когда Скорпион поймал в прицел своего заклинания один из массивных каменных столбов.

— Подожди, — выдавила я, хватая его за руку.

Он оттолкнул меня.

— Ждать было бы неразумно.

— Вырывать этот столб из земли, чтобы сбросить его на Хамелеона, было бы ещё более неразумно, — возразила я.

— Я так не думаю.

Конечно, он так не думал. Для легендарного воина, признанного мастера магии и стратегии, он бывал довольно недальновидным.

— Когда противник сопротивляется, нужно применять более решительные меры, чтобы победить его, — спокойно сказал Скорпион, как будто это было совершенно разумно.

— Хорошо, — медленно произнесла я. — А после того, как ты примешь эти «более решительные меры», что произойдёт с мостом и с нами обоими, которые случайно оказались на нём?

— Я уверен, что если мост рухнет, мы останемся невредимыми.

— Если мост рухнет? — выдохнула Нэш в моём наушнике. — Он должен был сказать, когда мост рухнет. Мистер Легендарный ужасно дезинформирован о законах мостостроения. Мосты — это не фламинго, брат. Они не могут стоять на одной ноге.

Скорпион, должно быть, услышал её, потому что перестал атаковать столб достаточно долго, чтобы возразить:

— Хорошо, как ты предлагаешь победить Хамелеона?

— Я рада, что ты спросила, — ответила Нэш так, словно она стояла прямо здесь, с нами. — Я бы начала с детального сканирования Хамелеона, чтобы проанализировать его слабые места. Мой беспилотник может сделать это за вас, — она прочистила горло. — После этого я бы…

Оглушительный удар прервал её бодрое изложение. Марлоу, сидевший за рулём одного из чёрных автомобилей Смотрителей, врезался тараном — металлической клеткой, окутанной шипящей, сверкающей паутиной магии — в Хамелеона, сбросив зверя с моста в океан.

— Это тоже сработает, — тихонечко сказала Нэш.

Я подбежала к краю моста и посмотрела вниз на бурлящую воду.

— Но сработало ли это? Хамелеон мёртв?

— Это сработало, — сказала Никси, улыбаясь и прижимая ладони к щекам. — Посмотри туда, — она указала на светящиеся огни, медленно поднимающиеся из воды. — Это сущность зверя рассеивается. Он погиб. На данный момент.

— Хорошо, — сказал Скорпион своим глубоким, серьёзным голосом. — Нам нужно всего лишь убить его ещё раз, прежде чем мы раскроем его окончательный облик. И тогда мы положим конец его царству террора.

Глава 3. Меняя монстров

Царство террора. Слова Скорпиона звучали слишком драматично, особенно в его устах, но я не могла не согласиться с его мнением. Хамелеон уже причинил здесь достаточно вреда. Мы должны были остановить его быстро и решительно.

Итак, мы продолжили охоту, и Никси последовала за нами. Казалось, призраку ещё больше, чем нам, хотелось увидеть конец этой саги, но, возможно, в ней говорила скука.

Её скука определённо говорила. На самом деле, ей было так скучно, что она не могла остановиться. И говорила. Непрерывно. И без пауз. Ей не нужно было делать паузу, чтобы перевести дух, поэтому её монолог был водопадом слов, логореей души, ничего не утаивающей и рассказывающей обо всех мелочах, какими бы несущественными они ни были. Призрак так много болтала, что я не могла расслышать ни пения птиц, ни свиста ветра, ни даже жужжания беспилотника Нэш.

— Хватит, — заявил Скорпион, когда наконец пресытился её болтовней. — Мы с Козерогом продолжим вдвоём. Тебе лучше уйти.

Никси моргнула в явном замешательстве.

— Почему?

— Потому что ты надоедливая. И громкая. И раздражающая, — добавил Скорпион. — А теперь ты должна уйти.

— Нет.

— Да.

— Нет.

— Уходи.

— Заставь меня, — с ухмылкой парировала Никси, уперев руки в бока.

Скорпион стиснул зубы.

— Верно, ты не можешь заставить меня уйти, — рассмеялась Никси. — У меня нет тела, так что ты не можешь угрожать мне насилием.

Его тёмные брови раздражённо сошлись на переносице.

— Однако я могу пригрозить тебе экзорцизмом.

Никси прижала руку к своему небьющемуся сердцу и выдохнула:

— Ты не посмеешь!

— Я ещё как посмею, — холодно ответил он. — Если бы мне не нужно было беречь свою магию для нашей следующей схватки с Хамелеоном, тебя бы здесь уже не было.

Она уставилась на него, прищурившись.

— Я тебе не верю.

Он и глазом не моргнул.

— Не испытывай меня, призрак.

После нескольких секунд сердитых гляделок, мы продолжили свой путь. Никси немного успокоилась, но при этом твёрдо расположилась между мной и Скорпионом. Причина была ясна как стёклышко. Когда катастрофа разразится снова, она будет присутствовать при этом в первом ряду.

Мы проследили за сущностью Хамелеона до леса, окружающего Деревню Учеников, и именно там, когда зверь обрёл физическую форму, мы напали на него.

А он просто сидел и ничего не делал.

Мы атаковали его мечами, рогатками и стрелами с магическими наконечниками. Мы пытались заморозить его во времени, провести через порталы, усыпить. Мы бомбардировали его усиленными магией ударами и вызывающими головокружение заклинаниями, зельями и рунами. Мы перенаправляли потоки, вызывали бури и создавали водопады.

Зверь был крупнее, чем когда-либо прежде, сильнее, чем когда-либо прежде, вооружён шипами, клыками и когтями, как никогда прежде… и он ничего не делал. Он не нападал. Он не поднял на нас лапу, даже чтобы защититься. И это было странно.

— Это неправильно, — сказала я. — Хамелеон ведёт себя неправильно. Когда я впервые столкнулась с ним, он был агрессивен. Он нападал на всех и вся, что попадалось ему на глаза. Свидетели его второго появления рисуют очень похожую картину. Хамелеон — агрессивный, кровожадный монстр. Это не он, — я указала на пассивное животное, стоящее перед нами. — И даже на мосту… — я покачала головой. — …это было неправильно. Он не нападал на нас. Он только защищался. А теперь он даже этого не делает.

— Что ты хочешь сказать? — спросил Скорпион.

— Я не до конца уверена. Просто мне кажется, что… что…

— Что кажется? — подтолкнул меня Скорпион.

— В предыдущие два раза, Хамелеон казался мне совершенно другим зверем. Совсем не жестоким. Возможно, мифы о нём неверны. Возможно, когда мы избавляемся от других форм, внутри он становится нежным существом.

— Они выглядят нежными? — Никси указала на острые клыки хамелеона, которые были такими длинными, что почти касались земли.

— Нет, не совсем, — признала я. — Но прямо сейчас, когда я стою здесь, зверь действительно выглядит нежным.

Никси сердито посмотрела на меня.

— Это чудовище, и его нужно остановить. Его нужно убить, — она повернулась к Скорпиону. — Ты знаешь это.

Он колебался.

— Исполняй свой долг, — зашипела на него Никси. — Убей Хамелеона и спаси Множество Миров.

— Хамелеон, — пробормотала я.

— Козерог? — спросил Скорпион.

— Есть ещё одно отличие, — ответила я. — В первых двух встречах Хамелеон менял свой облик. Он изменил свой голос. Он не делал этого на мосту. И не делает этого сейчас.

— Хамелеон обладает многими способностями, — сказала Никси. — Превращение — всего лишь одно из них. Оно не использует все свои способности постоянно.

— Я не думаю, что это возможно. Менять форму, имею в виду, — добавила я, глядя на Скорпиона. — Больше нет. Я думаю, что… — я указала на чудовище. — …это даже не то же самое существо, с которым я сталкивалась раньше. Я думаю, это что-то другое. Кто-то другой, — я повернулась к Никси. — И ты тоже.

Улыбка Никси угасла, и она бросилась к Хамелеону. Её призрачная фигура прошла сквозь зверя, вылетев с другой стороны, как камень, пущенный из рогатки. Хамелеон охнул, и довольная ухмылка искривила его рот. А потом он совершил самый безумный поступок: прыгнул в бушующий водопад Скорпиона и утопился насмерть.

Глава 4. Эфир

Когда Хамелеон умер в этот раз, он не превратился в гроздь мерцающих волшебных огоньков. Это превращение было значительно более жестоким. Раздался громкий треск, словно рвалась ткань, а затем зверь появился из водопада, словно воин, с важным видом выходящий на поле боя.

Он изменился. Теперь его тело стало ещё крупнее, примерно как у слона, но это не единственное отличие. Хамелеон больше не был волком. Он стоял на двух ногах, а не на четырёх. Двойные рога, толстые и изогнутые, как у быка, торчали из его твёрдой головы, покрытой причудливой коричневатой шкурой, которая выглядела ещё твёрже, чем драконья чешуя, которую зверь имел в своих предыдущих обличьях.

— Истинный облик Хамелеона, — тихо сказала Никси, заламывая руки. — Немногие когда-либо видели его. Ещё меньше людей пережили это.

— Что с тобой случилось? — спросила я её, когда Скорпион создал силовое поле между нами и монстром.

Никси обхватила ладонями свои щёки.

— Я была… одержима.

— Что значит, ты была одержима?

— Хамелеон овладел мной.

Зверь колотил своими толстыми кулаками по силовому полю Скорпиона. Мерцающий барьер жужжал, как встревоженная пчела, но держался устойчиво.

— Ты призрак, — сказал Скорпион Никси. — Ты сама вселяешься в живых существ. Они не могут завладеть тобой.

— Поверь мне, я была так же потрясена, как и ты, узнав, что я могу быть одержима, — ответила Никси. — После того, как Белый Рыцарь убил Хамелеона, он растворился… — она потянула себя за косички. — Он растворился во мне. В тот момент зверь формально был не совсем живым, так что…

— Он взял над тобой контроль, — закончила я за неё. — Что-то вроде обратной одержимости.

Никси сжала губы и кивнула.

— Итак, всё это время, когда мы думали, что разговариваем с тобой…

— Вы разговаривали с Хамелеоном, — сказала она мне.

Скорпион сжал челюсти сильнее.

— И когда мы сражались с Хамелеоном, мы на самом деле сражались с тобой.

— Да, мы поменялись телами, — сказала Никси, выглядя ещё бледнее, чем обычно. — Я бы предупредила вас, но я не могла понять, как использовать способность Хамелеона менять облик. И невозможно говорить сквозь все эти клыки в этой нелепой волчьей пасти.

— Это отвечает на вопрос, как Хамелеон овладел тобой, Никси, но не почему, — сказала я.

— Он охотится за книгой заклинаний Парагонов. — Никси вздрогнула, когда силовое поле Скорпиона дало несколько сбоев.

— Он? — спросила я.

— Хамелеон. Его зовут Бруксо. Он Метаморф, — объяснила Никси.

Я посмотрела на огромного рогатого гиганта по другую сторону силового поля.

— Он не похож на обычного Метаморфа.

— Он потратил много времени на совершенствование. Он дошёл до того, что стал Хамелеоном, существом, способным менять форму. Но теперь он достиг лимита. Он не может понять, как ещё больше развить свою магию. Вот почему он охотится за книгой заклинаний Парагонов. В ней содержатся не только магические заклинания, но и тайные знания о законах магии. Бруксо уже почти бессмертен. Он верит, что если эта книга попадёт в его руки, он станет богом, таким же могущественным, как духи.

— Этого не случится, — заявил Скорпион.

Я надеялась, что он прав.

— Это правда, что он сказал нам, когда контролировал тебя? — спросил Скорпион Никси, когда Бруксо прорвался через барьер. — Что его можно убить, только когда он в таком виде?

Она кивнула.

— Да. Он сказал тебе это, потому что знал, что твоя магия особенная. Он знал, что, в отличие от большинства других, ты достаточно силён, чтобы убить его. И это то, что ему было нужно от тебя: убивать его снова и снова, пока он не примет свою окончательную форму, — Никси грызла ногти. — Его самую могущественную форму. В этой форме он может делать всё, что угодно, захватить что угодно, быть кем угодно. Он даже сильнее вас двоих. Его невозможно остановить.

— Всех можно остановить, — сказал Скорпион и бросился вперёд, чтобы противостоять Бруксо.

Хамелеон взвыл от смеха.

— Вот тут ты ошибаешься, — произнёс он низким, похожим на рёв голосом. — Я сильнее тебя. И я сражаюсь нечестно.

Бруксо вырвал из земли большое дерево и, размахивая им перед собой, швырнул его в поток бушующего водопада Скорпиона, направив его прямо на нас. Мы бросились в разные стороны, спасаясь от стремительного потока. Вода брызгала во все стороны. Моя одежда промокла насквозь, и я была по щиколотку в грязи.

Скорпион двинулся кругом на прежнюю позицию.

— Ты дерёшься как грязный Разрушитель.

Лёгкая улыбка тронула губы Бруксо.

— А ты сражаешься как неумелый агент Ордена Зодиака.

Разрушители и Орден Зодиака были по разные стороны баррикад в постоянно обостряющейся войне магической идеологии. Они были полны решимости красть, развращать и любыми необходимыми средствами манипулировать магией ради личной выгоды, а мы были полны решимости остановить их.

И это просто ещё одно сражение в той бесконечной войне.

— Вы слабы. Орден Зодиака слаб, — насмехался над нами гигантский Метаморф, и от его смеха земля сотрясалась так же сильно, как и от его шагов. — И ваши драгоценные духи слабы.

Холодная, сердитая тень легла на лицо Скорпиона.

— Не говори плохо о духах.

Когда Бруксо пожал плечами, даже деревья вздрогнули.

— Ты играешь за проигрывающую команду, дурачок.

Он нанёс нам ещё один удар, и на этот раз я была слишком медлительна. Его кулак врезался в меня с силой тарана. У меня зазвенело в ушах, перед глазами всё поплыло, и после жалкого, недолгого вздоха протеста я потеряла сознание.

Я приходила в себя медленно и мучительно, не зная, как долго провалялась без сознания и что произошло за это время. Я оторвала своё перепачканное грязью тело от сочащейся, пузырящейся, липкой земли, затем захромала вперёд. Голова по-прежнему кружилась, и я чуть не споткнулась о упавшую ветку, пытаясь восстановить контроль над своими конечностями.

Там было много упавших веток. Земля была усеяна ими, как и поваленными стволами деревьев. Некоторые из них раскололись прямо посередине, как будто в них ударила молния. Кора обуглилась, листья превратились в пепел. В воздухе витал острый, мятный аромат горящего эвкалиптового масла.

В ушах у меня отдавался тихий, отдалённый стук. Сначала я решила, что это из-за моего учащённого пульса, из-за того, что я задыхаюсь — и, вероятно, отчасти всё было правда из-за этого. Но ещё было жужжание, которое, казалось, доносилось из моей гарнитуры. Должно быть, она сломалась, когда твёрдый кулак Бруксо врезался в мою мягкую голову.

Но было ещё кое-что. Продолжая двигаться, ковыляя вперёд на ногах, ощущавшихся тяжёлыми и тупыми, как пара мокрых брёвен, погребённых на дне реки, я услышала что-то ещё. В дополнение к ударам, раздавался треск, щёлканье, свист и… смех.

Я узнала этот смех. Он принадлежал Бруксо.

Я двинулась дальше через сквозь обломки деревьев и наткнулась на него и Скорпиона, которые стояли друг напротив друга, сражаясь силой и магией. Мой напарник выглядел не очень хорошо. Его куртка была изодрана в клочья — судя по всему, когтями. Из его головы текла кровь. Его движения были медленными и прерывистыми. Ему явно было трудно держаться на ногах.

У Бруксо было несколько шишек и ушибов, но ничего достаточно серьёзного, чтобы замедлить его движение. Настроение у него было весёлое, глаза горели тем особым хищным блеском, который культивируют социопаты и которому подражают злодеи-подражательницы во Множестве Миров.

Приглушённый всхлип привлёк моё внимание к опушке леса. Никси. Призрак с широко раскрытыми от ужаса глазами наблюдала за битвой между Скорпионом и Бруксо. Где-то по пути это приключение перешло для неё из разряда развлечений на территорию настоящего кошмара.

— Никси, — сказала я тихим шёпотом.

Она исчезла и появилась рядом со мной. Когда она заговорила, её голос звучал так жалобно.

— Козерог.

— Мы должны остановить Бруксо, — сказала я ей.

— Мы?

— Мне нужна твоя помощь. Пока он занят борьбой со Скорпионом, нам нужно подкрасться к нему и обезвредить.

Никси поджала губы и покачала головой.

— Это не сработает. У него иммунитет ко всему. Он абсолютно неуязвим. Разве ты не видишь? Таков был его план с самого начала. Принять свой самый могущественный облик, а затем завладеть книгой заклинаний Парагонов. И он использовал меня для этого! Это безнадёжно. Совершенно безнадёжно.

Она рухнула на колени.

— Всё не безнадёжно. И мы остановим его.

— Это невозможно.

— Нет ничего невозможного, если ты не сдашься. Ты сдаёшься, Никси?

— Да? — пискнула она.

— Нет, — сказала я ей. — Ты не сдаёшься. И я тоже. Итак, что мы знаем о Бруксо?

— Что он непобедим.

— Ладно, давай просто отнесём это к категории «бесполезных сведений» и продолжим. Ты ведь умная, верно? И ты прочитала даже больше книг, чем я. Где-то на всех этих страницах всех этих книг ты, должно быть, прочитала что-то, что поможет нам победить его.

— О, — её глаза загорелись.

— Да?

— Ну… — Никси не закончила фразу. Она просто умолкла, чтобы мне пришлось выпрашивать у неё ответы. Это подсказало мне, что она чувствует себя лучше.

— Ты ведь знаешь, как победить Бруксо, не так ли?

— Возможно. Но это будет нелегко.

— Я слушаю.

— Теперь я припоминаю… — она облизнула губы. — Единственный способ победить Хамелеона в его пятой форме — это использовать пятый элемент. Эфир, — пояснила она, когда я в замешательстве уставилась на неё.

И тогда я вспомнила. Это слово щёлкнуло у меня в голове, вызвав на поверхность знания, которые я давно забыла. На самом деле, я даже не могла вспомнить, знала ли я это.

Но теперь я поняла. Эфир был небесной стихией. Это была стихия духов. Никто на самом деле не понимал, как он работает. Люди обычно использовали термин «эфир» для обозначения магии, которую они не могли объяснить. Скорпион сказал бы мне, что глупо даже думать о том, чтобы применить заклинание, которого я не понимаю, но я же не Скорпион. И этот безумный план мог оказаться единственным способом спасти его жизнь, этот мир и всех, кто здесь жил.

Поэтому я отбросила свои сомнения в сторону. Я заставила замолчать голос разума в своей голове, который кричал мне, чтобы я думала о чём-нибудь другом, о чём угодно другом. Потому что ничего другого не было. Я могла не понимать эфир, но я понимала это.

И на этот раз, когда я подключилась к источнику магии духов, мне не нужно было думать. Мне нужно было только чувствовать. Я чувствовала, как эфир зовёт меня к себе, и я без тени сомнения знала, что смогу это сделать.

Магия часто бывает быстрой и неповоротливой, но не эфир. Он был теплом, справедливостью, добротой и любовью. И когда я произносила заклинание, мне казалось, что я исполняю своё предназначение. Это было самое естественное, самое прекрасное, самое приятное переживание в моей жизни. Нежная песня звучала в моих ушах, как будто духи подбадривали меня. Как будто они направляли эфир ко мне.

Всё моё тело засветилось. И сделалось тёплым. Заклинание озарило меня, словно я была солнцем, и когда этот свет попал на Бруксо, он не закричал от боли, ярости или протеста. Он просто подчинился, тихо и невозмутимо вернувшись в поток жизни Множества Миров. Его жизнь была полна насилия, но теперь он, наконец, обрёл покой.

Медленно, печально, эфир покинул меня, забирая с собой весь свет и тепло. Он отнял у меня всё, оставив лишь холодную оболочку, дрожащую во тьме и тоскующую по свету.

— Козерог!

Голос Скорпиона эхом разнёсся где-то вдалеке. Чьи-то руки оторвали меня от земли, заключив в свои тёплые объятия.

— Что ты сделала? — его голос был взволнованным, эмоциональным.

Это было так на него не похоже, что я не могла не рассмеяться. Но я не могла смеяться. У меня не осталось сил смеяться.

Скорпион повернулся к Никси.

— Что она сделала?

Призрак, снова став прежней болтливой версией себя, посвятила его во все кровавые подробности.

— Эфир? — прорычал Скорпион, когда она закончила. — Ты произнесла заклинание, которое существует только в мифах и сказках?

— Единственный… способ, — заикаясь, выдавила я сквозь стучащие зубы.

— Глупая девчонка, — пожурил он меня, но ещё крепче прижал к себе. — Тебе повезло, что это заклинание тебя не убило.

— Жаль, — протянула Никси. — Было бы неплохо иметь достойную компанию в загробной жизни. Скажу тебе так, Козерог: ты настоящая умора. И эти последние несколько дней были самыми захватывающими с тех пор, как я умерла.

Смех призрака танцевал в воздухе даже после того, как она исчезла.

— Итак, — сказала я, взглянув на суровое лицо Скорпиона. Он, несомненно, довёл до совершенства этот грозный взгляд. — Зверь побеждён, и Множество Миров снова в безопасности. Готов отправиться домой?

Он хмыкнул.

— Вот это настрой! — поддразнила я его. Затем закрыла глаза, положила голову ему на грудь и задремала до самого возвращения домой.

Глава 5. Естественный порядок вещей

Я проснулась в своей комнате в Монолите. Нэш сидела в кресле у моей кровати, её волосы были растрёпаны, и совсем не в её обычной очаровательно-беспорядочной манере. На голове у неё царило настоящее воронье гнездо, и я не побоялась сказать ей об этом. На самом деле, как её лучшая подруга, я сочла своим долгом сообщить ей.

— Просто подожди, пока не посмотришься в зеркало, солнышко, — съязвила она в ответ, улыбаясь от уха до уха. Затем заключила меня в крепкие объятия. — Я рада, что ты выкарабкалась, Кози. Скорпион сказал, что Хамелеон сильно ударил тебя. Мы все так волновались.

— Кто это «мы»? — я хотела знать.

— Ну, в основном, я. И твой бойфренд тоже.

— У меня нет бойфренда.

— А он знает об этом? — Нэш захлопала ресницами, глядя на меня. — Потому что мистер Легендарный провёл большую часть последних двух дней у твоей постели. В конце концов, я заставила его уйти, напомнив, что это женский сектор Монолита, — она усмехнулась. — Затем он весь покраснел, пробормотал что-то, что я не совсем расслышала, и поспешил выйти из комнаты. Всё это было очень забавно.

По тому, как она описала эту сцену, я могла себе представить её на все сто процентов. Скорпион действительно чувствовал себя неуютно в обществе девушек. И хотя я указала ему на то, что я тоже девушка, слова Нэш, должно быть, ударили его, как обухом по голове.

Но я должна была увести этот разговор — и себя саму — от подобных тем. Скорпион был моим коллегой. Орден Зодиака не одобрял, когда его члены заводили дружеские отношения, не говоря уже о романтических. Я дала клятву служить Ордену и следовать их правилам. Именно так я защищу Множество Миров.

— Два дня, говоришь? — в животе у меня заурчало. Я смущённо улыбнулась и взглянула на Нэш. — Неудивительно, что я умираю с голоду.

Итак, после того, как я переоделась в пижаму, мы вдвоём отправились в «Смак», нашу любимую столовую.

— Жители Гайи никогда не узнают, насколько близки они были к уничтожению, — сказала Нэш, ковыряя ложкой в миске с фруктами. — Если бы вас, ребята, не оказалось там, чтобы остановить Бруксо, он бы украл книгу заклинаний и в процессе, скорее всего, разрушил бы Крепость.

— Тогда хорошо, что Скорпион был там, — сказал Антарес, когда они со Скорпионом остановились возле нашего столика. — И что за ним присматривал кто-то, кто разбирался в средствах связи.

Нэш откинулась на спинку стула.

— Я проделала потрясающую работу, не так ли?

— Я имел в виду себя, Нэшира, а не тебя, — сказал Антарес, едва заметно скривив губы.

Улыбка Нэш стала вдвое натянутой.

— Я уверена, что так оно и было.

Когда двое кураторов ушли препираться из-за беспилотников и технологических безделушек, Скорпион сел за мой столик. А после этого грандиозного жеста он сидел в полной тишине и серьёзно глядел на меня поверх сцепленных пальцев. Ну ладненько. Похоже, роль инициатора разговора досталась мне.

— Ещё одна победа над Разрушителями, — бодро сказала я.

— Действительно.

И это всё? Это всё, что он мог сказать? Что ж, это, несомненно, весело. Я переключила своё внимание на свой полный поднос еды. В данный момент это было интереснее, чем Скорпион.

Десять минут спустя он, наконец, нарушил молчание совершенно ироничным заявлением:

— Ты притихла.

— Я тут подумала.

У меня было много времени, чтобы сделать это, пока я молча ела свой обед.

— Кажется, мы многих людей называем Разрушителями, — продолжила я.

Моё заявление заставило Скорпиона нахмуриться.

— Ты не веришь, что Бруксо представлял опасность для Множества Миров и всех, кто в них живёт? Разве он не стремился извратить магию ради собственной выгоды? Разве не в этом заключается само определение «Разрушителя»?

— Да, я действительно считаю, что Бруксо нарушал законы магии, но я не это имела в виду, — я сложила руки перед собой. — Просто кажется, что мы называем Разрушителями всех, кто совершает плохие поступки, как будто все плохие люди во многих сферах абсолютно одинаковы. Мы относимся к Разрушителям так, как будто они все — одна группа, одна организация. Но не все они связаны между собой. Существует множество различных групп, каждая из которых преследует свои собственные цели. Иногда эти группы ненавидят друг друга. Иногда они даже воюют друг с другом.

— И всё же все они нарушают естественный порядок вещей во Множестве Миров, — возразил Скорпион, — независимо от того, работают они вместе или нет.

Я вздохнула.

— Я просто беспокоюсь, что когда мы начинаем навешивать один и тот же ярлык на каждого, кто делает то, что нам не нравится, когда мы объединяем их всех в одну группу, мы создаём цель, врага, который кажется больше, чем есть на самом деле. Тогда становится действительно легко напугать всех людей во Множестве Миров. А когда люди пугаются, они позволяют нам делать всё, что мы хотим, чтобы избавиться от этой «большой угрозы».

— Мы должны сделать всё необходимое, чтобы устранить подобные угрозы, — серьёзно сказал Скорпион. — Мы поклялись сделать это, если потребуется, даже ценой собственной жизни.

— Да, и я с радостью и гордостью сдержу свою клятву. Я принесу любые жертвы, которые могут потребоваться. Но Скорпион, разве ты не боишься за других людей — за всех хороших, порядочных, нормальных людей, которые не давали такой клятвы? Разве ты не боишься того, чем их могут попросить пожертвовать?

Его ответ был незамедлительным и непоколебимым.

— Нет. Каждый должен приносить жертвы ради общего блага, будь то солдат, принц или просто «нормальный» человек. Таков естественный порядок вещей, — он огляделся по сторонам, затем понизил голос и добавил: — И нам не следует говорить о таких вещах. Люди могут начать думать, что ты сама становишься Разрушителем.

Именно это я и хотела сказать. Если даже сомнение в правильности «естественного порядка вещей» превращает кого-то во врага — в Разрушителя — значит, со Вселенной что-то не так.

— Ты жалеешь, что использовала эфир на Бруксо? — спросил меня Скорпион.

— Это вопрос с подвохом? — я нахмурилась. — Это твой способ заставить меня признать, что я поступила глупо?

— Это было глупо. Признаваться не обязательно. Я и не жду этого от тебя. Ты неисправимо безрассудна. Этого ничто не изменит, Козерог, На самом деле я хотел знать, чувствуешь ли ты вину за убийство Бруксо.

— Бруксо представлял угрозу, — сказала я ему. — Эфир был единственным способом помешать ему уничтожить Гайю, её народ, тебя…

Спина Скорпиона напряглась.

— Ситуация была у меня под контролем.

Он выглядел таким напряжённым, пока сидел там, чувствуя себя так неуютно, что мне захотелось подойти, взять его за руку и сказать, что всё будет хорошо. Потом меня охватили сомнения. Я поколебалась, и возможность ускользнула от меня.

— Скорпион. Козерог.

Я взглянула на посыльного, стоявшего рядом с нашим столиком.

— У Ясновидящих есть для вас ещё одно задание, — объявил он.

Продолжение следует…

Чтобы не пропустить перевод следующих книг серии, подписывайтесь на наши сообщества:

ВК: https://vk.com/vmrosland

Телеграм: https://t.me/rosland_translations