Дарья и представить не могла, что судьба столкнёт её с Денисом спустя много лет.
Их встреча становится мучительной для обоих, потому что заставляет вспомнить всё сначала: как она любила его без всяких подвигов, как он жил одним днём рядом с ней и жестоко бросил...
Убегая от прошлого, эту часть своей истории женщина предала забвению. Долго перечёркивала и переписывала под настоящее, которым дорожит сейчас больше всего.
Но, по горьким ощущениям, мужчина по-прежнему слишком дорог сердцу. Особенно, когда падает на колени перед ней со словами: Прости меня...
Ведь Дениса и Дарью жизнь развела, чтоб сберечь самое ценное.
Просторный зал светского дворца был наполнен светом, тихой непринуждённой музыкой и людьми. Официальная встреча крупных бизнесменов вынуждала «кучковаться» по-британски – они стояли небольшими кружками на приличном расстоянии друг от друга, чтоб не дай Бог нарушить личное пространство.
Женщина, с замиранием сердца, отодвинула рукой зелёный лист высокого комнатного цветка и пригляделась к только что вошедшей паре. Выпрямилась и напряглась всем телом. Со стороны казалось, что она пытается спрятаться за этим растением, тайком поглядывая на гостей делового приёма. Резко отдёрнула ладонь, словно обожглась, и задышала чаще. Глаза тревожно замаячили из стороны в сторону.
Может сознание ошибается?
Но…
Этот правильный мужественный силуэт, волевой профиль и непоколебимый взгляд не сотрёт из памяти никакое прожитое время.
Женщина попятилась назад и упёрлась спиной в кирпичную стену гостиной. Она откинула голову, чтобы набрать в лёгкие воздуха, так как дыхание становилось тяжелее и тяжелее.
А ведь прошло пятнадцать лет…
Не то, чтобы специально считала эти годы, но ту часть своей истории перечёркивала толстым грифелем очень долго.
Это сейчас женщина имеет статус, громкую фамилию и влиятельного мужа, а тогда…
— Daria!
Она вздрогнула и увидела любимого мужа перед собой.
— Вот ты где! — мужчина лучезарно улыбался, когда потянул за руку за собой. — Пойдём. Я хочу тебя представить моему новому бизнес-партнёру из России! — он оглянулся на растерянную жену и игриво стрельнул взглядом. — Надеюсь, что ты ещё помнишь русский?
Она сразу же подумала, что завтра в газетах опять напишут о муже, как он вульгарен. Иногда его поведение выходило за рамки толерантного английского спокойствия. Но только она знает, какой ее муж… Просто слишком добродушный, открытый, слегка импульсивный. Но если бы не эти качества, то и ее жизнь сложилась бы иначе, тогда, много лет назад…
— Kevin! — окликнула она мужа, поспевая за ним. — Как его фамилия?
И стало жутко, страшно услышать ответ. Но Кевин тащил её с таким азартом, что ответить не успел. Зная нетерпеливую натуру своего мужа, вероятно, желание познакомить было важнее.
Новый бизнес-партнёр в сопровождении красивой спутницы уже был вовлечён в беседу с другими гостями, поэтому, когда Кевин поравнялся с ним, тот не ожидал и немного растерялся.
— Kevin, рад встрече! — мужчина выдавил на английском с корявым акцентом, и с приятной улыбкой подал руку для приветствия.
— И я рад встрече! — протянул руку ему Кевин. — Хочу познакомить Вас с моей женой. Я вроде уже говорил, что она из России!
Мужчина выслушал свою спутницу, которая переводила ему всё сказанное.
— Оу! Правда? — оглянулся на женщину и торжественная улыбка постепенно сползла с лица.
— Daria, познакомься! — Кевин притянул жену поближе. — Mr. Firsov.*
(Мистер Фирсов)*
Всё внутри дрогнуло и стянулось в тугой узел от встречи глаза в глаза. Шум в ушах заглушил весь остальной разговор, который вёл Кевин с огромным энтузиазмом. За годы жизни в Англии Дарья научилась прятать эмоции за элитную выдержку. Она свысока натянула улыбку, которая всё же дёрнулась от нервного сгустка, что собрался вокруг них.
Фирсов не снимал своего взгляда с неё. Он печально любовался, принимая краем уха слова Кевина. И лишь довольно улыбнулся уголками глаз, когда услышал, как тот хвалил жену и рассказывал о счастливом браке. А когда Кевин обмолвился о дочери, на лице мужчины отразилась горькая ухмылка.
— Денис, — представился на чистом русском и признательно кивнул женщине. — Очень приятно познакомиться с Вами! — но голос все же немного осип в конце фразы.
Та слегка потупила взгляд, стараясь углубить еще больше свои эмоции и собраться с силами, чтоб ответить. И чтоб никто, кроме Дениса, не заметил какие чувства вызывает у неё это знакомство.
— И мне приятно, — сказала рефлекторно на английском, хотя прекрасно понимала, что должна была ответить на другом языке. Но затем сглотнула сухой ком. — Дарья! — проговорила на русском, но даже ей акцент резанул слух.
На её удачу к беседе присоединились другие присутствующие, и Дарья смогла скрыться из поля зрения, чтоб привести все чувства в порядок.
«Я ведь стала сильней! Всё выдержу! Всё смогу!» – плескала с ладоней воду себе в лицо, находясь в дамской комнате. К счастью, на лице не Ruby Rose из девяносто седьмого…
Когда вернулась к фуршету, то постаралась больше не столкнуться с Денисом даже взглядом. В мыслях творился сумбур – этого не может быть! Этого не должно было произойти! Ведь она тогда поклялась себе, что будет ненавидеть до конца своих дней и скроет за семью печатями всё, что связано с прошлым.
И это прекрасно получалось. Она, Lady Daria Barnes, жена уважаемого и почитаемого бизнесмена в городе Бристоль. На неё смотрят с забвением и хотят быть похожими все дамы высшего британского общества.
Но сейчас, будто мышка, забилась в дальний угол приёмной гостиной и тревожно наблюдала за всеми.
Внутри всё колотилось от нахлынувших смешанных чувств. Все гости ей знакомы: с этими почти каждое воскресенье ужинают в ресторане, с другими сталкиваются по рабочим моментам… Любимый муж Кевин, как обычно, болтающий без умолку. Вроде всё привычно, но в тоже время стало казаться чужим.
А всё потому что Денис своим появлением, в ее такое мирное и размеренное существование, напомнил о том, что никакая она не леди. А, всего лишь, Дашка Сергеева, когда-то проживающая в постсоветском бараке с удобствами на улице и общей баней. В квартире номер три. С пьющей матерью и сестрой, которая выбрала путь ночной «клубной феи».
Та Дашка, которая любила его всей душой и отдавала всю себя до капельки, а он… предал, оставил, избавился…
«Денис, я за тобой… Только к тебе. Ты весь мой мир…»
«Дарёха! За мной, как за дождём. Не знаешь куда приведёт…»
Воспоминания сковырнули больную рану и тягостно поплыли кадрами перед глазами…
— Would you like a cup of tea? Don't take it to heart! — монотонно бормотала себе под нос Даша, пока переступала грязные лужи.
(Не хотите ли выпить чашечку чая? Не принимайте близко к сердцу!)
На улице отнюдь не поздний вечер, несмотря на май, смеркалось. Путь домой с электрички занимал приличный промежуток времени по разбитой дороге. А после дождя её размывало вконец.
Модные кроссовки на огромной платформе издавали неприятный звук, утопая в жиже грунтовой обочины. Но пройти более-менее аккуратно можно только по краю, и то, если скорым шагом. Такая, весёлая игра – дойди до финиша и останься сухим и чистым.
Вот уже показалась серая крыша этого «скворечника». Пережиток прошлого, муравейник, барак… Можно по-разному назвать это деревянное двухэтажное здание с печным отоплением и туалетом на улице. Но для Даши это был родной дом. Она здесь родилась и выросла. Почти… Восемнадцать только через год.
«Дом точно выдержит?» – посмеялись ее мысли, отойдя от английского.
Ведь место в очереди на получение квартиры пропито мамой…
Послышался шум сзади. Машина. Очень редкое явление в их районе, которое застало врасплох.
Девушка, сжав зубы, оглянулась и замельтешила ногами быстрее, чтоб дойти до места, где можно спрятаться с обочины и не стать мишенью.
Но не успела… Грязь из-под колёс, смело мчавшейся по ухабам иномарки, окатила весь бок до самого плеча.
Два гудка дали знать, что водитель её видел. Но это точно не тянуло на извинения.
Не в то время живут. Хамом было престижней выглядеть, чем лохом на мерседесе.
— Козёл!!! — прокричала Дашка, провожая взглядом трехконечную звезду на багажнике.
Но вряд ли козёл услышал. Музыка в автомобиле гремела.
Девушка, осмотрев себя, признала, что скрыть запачканную одежду не получится. Она тяжко вздохнула. Протёрла рукавом пакет, в котором лежал ценный учебник по-английскому. Мария Петровна точно не простит испорченную литературу, а джинсовую куртку всё равно придётся стирать. Хоть Оксана и захлебнется в бешенстве, когда узнает, что младшая сестра вновь надела её импортный наряд.
Даша продолжила свой путь, и вскоре бешенство накрыло и её. Злорадный мерс остановился у их двухэтажки. Мужик стоял около машины, расслабленно облокотился спиной о пассажирскую дверь и крутил ключи в руке. Его вид выдавал то, что он типичный «браток». Ну или мнил себя «малиновым пиджаком». Мощная золотая цепочка на груди резала глаза на фоне белой футболки, которая, казалось, разойдётся по швам от перекачанного торса. А бритая голова по вискам и затылку придавала ещё больше крутости. Дашу слегка начало тошнить от его внешности, а он, не обращая на неё внимание, сосредоточился на окнах первого этажа. Похоже ждал Оксану. Последнее время у старшей сестры таких слишком много появлялось…
Девушка подошла ближе и недовольно сложила руки на груди. Прожгла его гневным взглядом.
Неприятная личность повернула голову, смачно чавкая жвачкой. Мужлан прошёлся глазами по ней.
— ЧЁ пялишься, посикуха? — перестал он жевать и сразу задавил «наездом». И словно сам получил упоение от своего оборзевшего гонора, растянул улыбку вбок.
— Извиниться не хотите? — потупила взгляд Даша.
— ЧЁ, бл*ть?! — повысил голос в изумлении грубиян.
Он оторвал задницу от своей машины и двинулся в её сторону.
— Слышь, ни ЧЁ не попутала?
Девушка внутренне приготовилась к драке. Хотя изначально понимала, что ей достаточно будет одного удара. Но убегать не станет. Не тот характер.
Но тут на счастье показалась Оксана. Сестра, в обтягивающем мини-платье, спешными шагами спустилась по деревянному крыльцу. Ее длинные русые волосы распущены, и она движением руки дерзко откинула их назад. Кокетливо виляя попой, заулыбалась, когда посмотрела на ожидающего «чёкающего» кавалера.
— Повезло тебе, — он оторвал убивающий взгляд от Даши и вожделенно уставился на великолепную фигуру Оксаны.
Та, словно мотылёк, прильнула лёгким прыжком в объятия хама. Но, увидев краем глаза Дашу, тут же начала вырываться и уворачиваться от настойчивого притязания спутника.
— Даха! Ё*, твою мать!!! — ошеломилась на весь грязный парад девушки. Подошла ближе.
— Это ЧЁ твоя сеструха?! — качок зачавкал вновь жвачкой, смеясь.
— Я просила не трогать мои шмотки! Знаешь сколько это всё стóит? — завопила Оксана на неё.
— Я всё постираю… — отозвалась Даша, опустив взгляд, а затем стрельнула глазами на обидчика.
— Конечно, постираешь, — сложила в узкую полоску губы Оксана. — Почему так рано сегодня?
— Мария Петровна плохо себя чувствовала, поэтому сократила занятие, — бурчала Даша, не смотря на сестру.
Ей стало как-то очень горько, что Оксана стала вести непонятный образ жизни. Иногда Даше казалось, что таскание от одного мужика к другому как раз и связано с дорогими шмотками, подарками и прочим. Моментально захотелось раздеться и швырнуть этими джинсами с курткой в противное лицо Оксанкиного ухажёра.
— Ну и ладно! А то я думала тебя забрать. На машине, — Оксана игриво оглянулась на завидное авто. Мужик надменно молчал, челюсть работала на износ над жвачкой.
— Дар, бегом домой! — пшикнула сестра на Дашу, нахмурив брови.
Девушка обошла Оксану и устремилась ко входу. Но в этот момент из их квартиры, окно которой находилось рядом с крыльцом послышался громкий коллективный хохот перемешанный со жгучей нецензурной бранью. Даша остановилась и с огромной тревогой заглянула в окно. Кухня. У матери опять собралась толпа. Пошла вторая неделя запоя…
— Дар! — окликнула Оксана её. — Иди, не бойся! Они только пришли. Я попросила Дениса, он появится с минуты на минуту, посидит с тобой…
Даша повернулась к сестре и проводила умоляющим взглядом, как та, получив от качка крепкий шлепок по попе, усаживалась в машину.
— Сладкая, как тебе мой «кабан»? — величаво потёр ладонями мужчина.
(Такое прозвище имеет мерседес W140)
Музыка загрохотала на весь салон, как только он сел за руль. Снова прогудев два раза, мерседес с визгом тронулся с места и вскоре скрылся за линией однотипных построек «сталинской» индустриализации.
«Козёл на кабане… Развела зоопарк!» – усмехнулась Даша про себя.
Но жить в девяностых среди скота было привычным делом.
Девушка осмотрела неприглядный двор. Деревянные сараи, которые распределены поквартирно, жильцы использовали их в разных целях. Кто-то дрова держал, кто-то старый мотоцикл, кто-то просто складировал ненужный хлам. Почти ровный ряд туалетов с покосившимися дверьми и смрадом…
Накрыло всё досадной волной. Захлестнуло небытие взгляда в светлое будущее. О будущем думать было некогда, как и оглядываться на прошлое. Но и на настоящее мало кто жаловался. Всем не до этого, почти каждый жил сегодняшним днём. Где заработать, что поесть, а кому-то и поспать…
Раздался вновь хохот, который разбавился кошмарной игрой на гитаре с абсолютно не талантливым солистом. Хриплый, прокуренный, пропитый голос загорланил серенаду.
Даша вновь уставилась на окно. А ведь всё могло быть по-другому! Они могли бы жить лучше… Если б отец не пропал в 91-ом, мать тогда бы не запила и не потеряла работу, а Оксана не трудилась бы на подозрительном предприятии…
Такой вот серый и унылый её 1995 год…
Дашка прошмыгнула в квартиру, скинула грязные кроссовки и метнулась в комнату. Защёлкнула шпингалет на пошарпанной деревянной двери, что больше походило на защиту личного пространства, ведь трещина в гравированном стекле не давала безопасности, по сути только стукнуть… Тяжело дыша, прислушалась к происходящему за стенкой.
До жути она боялась пьяных… Особенно тех, которые приходили к матери. Напивались так, что путали всё на свете – туалет с комнатой, окна с дверьми, чужую кровать со своей…
Девушка сняла грязную одежду и надела чёрные лосины с длинным свитером. Потрогала круглую печь, поняла, что Оксана немного протопила, но в комнате все равно было прохладно. Это их с Оксаной комната, самая большая в квартире, ещё одна маленькая была смежной с кухней и там спала мама. Это очень удобно – уйти спать от «праздного» стола. Дочкам не раз приходилось перетаскивать мать с кухни до постели.
Девушка достала учебник из пакета. Уселась за письменный стол и, прикрыв уши ладонями, стала читать текст на английском. Так она слышала свой голос и могла поправить акцент. Иностранный язык Даша избыточно любила, это тот предмет, который давался без особых трудностей. Хоть в школе им преподавали немецкий, но учительница, видя расположенность девушки, предложила освоить и английский. Совершенно бесплатно Мария Петровна тратила время на девушку вне уроков. За это Даша участвовала во всех школьных олимпиадах и была гордостью не только Марии Петровны, как классного руководителя, но и среди всех десятых классов.
«Даша Сергеева круглая отличница, выдающаяся ученица и положительная девушка» – такая характеристика висит на стене прямо над письменным столом, среди других различных грамот.
Так как Оксана давно закончила школу, то рабочее место полностью принадлежало Дашке. Это был ее тихий угол… С учебниками, тетрадками, настольной лампой с металлическим абажуром и стареньким кассетным магнитофоном.
Девушка протянула руку и нажала кнопку на музыкальном устройстве. Алёна Апина попыталась заглушить солиста на кухне.
(Алёна Апина « Семечек стакан»)
«А он такой, мой новый парень,
Просто чумовой,
Он на гитаре целый день готов играть
Мне песни про любовь.
А он такой, мой новый парень.
Просто чумовой,
И нет красивей пары в городке.
И там в посёлке на р…»
Песня прервалась, и Дашка удручённо посмотрела на магнитофон.
— Блин…
Кассету зажевало. Девушка аккуратно её извлекла, но плёнку так намотало, что достать полностью не получилось.
— Пф… — фыркнула Даша, поняв, что испорчена новая кассета, которую ей принесла Оксана только позавчера.
Стук в дверь заставил девушку вздрогнуть. Не моргающим напуганным взглядом она постаралась угадать, кто там стоит.
— Дарёха, это я…
Даша подскочила со стула.
— Денис, ты?
— Да я, я… Открывай, давай, — немного возмутился парень.
Девушка распахнула дверь и облегчённо вздохнула. Денис прошёл в комнату, слегка нахмурился.
— Чего так холодно? Не топила что ль?
— Я только пришла. А Оксана, вроде как… — пожала Даша плечами, внимательно смотря на Дениса.
— Понятно, — сжал он недовольно рот, снимая куртку. — Держи! Есть хочешь? — сунул ей пакет в руки. Закатал рукава на кофте до локтя.
— Мхм. А что там? — оживилась девушка и заулыбалась.
— Пирожки и пепси, — огляделся Денис. — Так. Быстро ешь! Я за дровами.
Парень спешно вышел из комнаты. А Даша почти запищала от восторга. Тепло стало и без печки. Так было приятно от деловитой заботы Дениса. Девушка достала угощение и уселась обратно за стол. Откусив пирожок, с аппетитом стала жевать.
Денис вернулся с увесистой охапкой дров, присел на корточки у круглой печки. Очень умело развёл огонь, с минуту подождал, пока дрова потрескивающе охватятся пламенем, и закрыл топку.
— Уроки сделала, ученица? — посмотрел на жующую Дашку.
— Динь… — обидно буркнула девушка, наблюдая за его действиями. — Ты ещё дневник проверь! Я уже взрослая.
Парень заулыбался, последний раз заглядывая в печь. Затем взял стул и сел рядом с Дашкой. Слегка хохотнул над ней, смотря, как она пьёт «колючий» лимонад со стеклянной бутылки и жмурится от его остроты.
— Ну что тут у тебя? — поглядел на учебник. — English… — скривил рот. — Нафиг он тебе сдался?
— Пока не знаю. Но очень интересный язык, — достала Дашка ещё пирожок.
Громкие разговоры с кухни не стихали и только набирали обороты, переходя местами в споры.
Парень зло сжал скулы, словно сквозь стену посмотрев на пьяное сборище.
— Ого! Да у тебя талант, — заметил растрёпанную плёнку на столе.
— Починишь? — протянула умоляющую просьбу ему Дарья.
— У меня есть выбор? — иронично взметнул бровями в её сторону Денис. — Эх! — вздохнул.
Сосредоточенно заглянул в кассетник, чтоб разобраться в проблеме. Дашка продолжала жевать и просто наблюдала за Денисом. Сбоку он казался ей ещё красивей… Так, что душевный порыв толкал обнять и поцеловать. Но девушка, конечно же, этого не сделает… За эти годы она научилась скрывать свои чувства.
Дашка влюблена в Дениса очень давно. Еще тогда, когда он жил в квартире напротив. Росли бок о бок, дружили втроём – он, Оксана и Даша. Летом делили качели и песочницу, зимой одни санки на троих… Сейчас она уже не вспомнит, когда поняла, что дружеские чувства переросли в большее. Наверное, когда заметила, что Денис Оксане уделяет внимание пристальней.
— Чем ты занимался в армии? — заинтересованно заглянула на него. — Отжимался? Бегать заставляли?
Парень усердно старался достать кассету из магнитофона.
— Отжимался… — посмеялся тихонько на выдохе над рассуждениями девушки.
— Стрелял? — не унималась она.
— Стрелял, Дарёш, — устало вздохнул Денис, не снимая взгляда с магнитофона.
— Тебя ведь не заберут на войну? — девушка перестала жевать и замерла в беспокойстве.
Парень оторвался от дела и мельком посмотрел на Дашку. Немного подумал, чтоб ответить.
— Не заберут. Ешь!
— А то Сашку забрали прямо из военкомата… — грустно опустила голову она.
— У меня веская причина, — спокойно ответил.
Дашка молча изогнула бровь.
— Кто тебе магнитофон чинить будет? — посмеялся Денис. — Что ты с ним делаешь всё время? — возмутился громче и достал наконец-то кассету.
— Придется клеить, — поджал рот, посмотрев на испорченную плёнку.
Дашка резко встала и подошла к трюмо Оксаны. Поискала среди множества косметики лак для ногтей.
— Клей! — вернулась к Денису и подала бутылёк с красным наполнением.
— Попадёт нам от Ксанки! — усмехнулся Денис, взяв лак.
— Да мы только капельку, — убедительно заявила Дашка.
Денис принялся снова за кассету, а Дарья рачительно наблюдала за ним. Вот, он слегка нахмурился, выпятил губу, прищурился… Но какой же родной и близкий! Бесконечно любимый и заботливый…
«И куда Оксанка смотрит?» — уколола себя Дашка.
— Динь…
— М-м-м? — промычал в вопросе парень, напряжённо работая над кассетой.
— А ты обижен на Оксану? — затаила дыхание Дашка.
— За что? — не отрывался от дела он.
— За то, что… — сглотнула нервозность девушка. — Она из армии тебя не дождалась…
Повисло молчание, которое нарушал только шум на кухне.
— Нет, — ответил Денис твёрдо, но так, будто тренировал это слово.
— Динь…
— Дарёха, ешь пирожки! — засмеялся недовольно парень и повернулся к ней.
Дашка осознала, что разговор неприятен ему, значит задевает за живое. Денис уже два месяца, как вернулся из армии и так же наблюдает со стороны за Оксаной. Прекрасно видит постоянную смену кавалеров. А ведь когда уходил, то имел с ней вполне серьёзные отношения. Во всяком случае так казалось всем… Их совместные прогулки походили на романтические свидания. Цветы, открытки… И даже поцелуй на отвальной, после которого Дашка проревела в подушку всю ночь.
— Ты со мной до утра будешь сидеть? — сменила тему Даша и поморщилась от запаха лака.
— Ты уснёшь, и я уйду, — подул на заклеенную плёнку.
— Не-а, не лягу спать, пока они не разойдутся.
— Не бойся. Я их всех разгоню! Так что спи спокойно, — парень взял шариковую ручку, вставил в кассету и прокрутил склейку на плёнке.
— Готово!
Денис поставил кассету в магнитофон, нажал на кнопку. Песня вновь заиграла. Парень по-детски закусил нижнюю губу и задвигал головой в такт Апиной.
— Спасибо! — смущённо сжала улыбку Дарья.
Парень довольный собой, молча заулыбался в ответ и постучал указательным пальцем по своей щеке, намекая на скромное дружеское вознаграждение.
Дашка, охваченная счастливым восторгом, крепко чмокнула его в щеку.
— Давай, показывай дневник! — коварно проговорил Денис.
Девушка, откусив очередной пирожок, затихла с набитыми щеками и уставилась на него в недоумении.
— Позавидую чуть-чуть… — он склонил игриво голову вбок. — У меня только красные лебеди обычно там плавали.
— Могу подарить на память, — шутливо ополчилась Дашка. — Учебный год всё равно кончается.
За стенкой послышался звон посуды. Даша и Денис тут же прислушались, но, вероятно, кто-то из пьяной компании просто был неаккуратен…
За стенкой всё стихло…
Денис ещё раз проверил печь, подошёл к мирно спящей девушке и поправил одеяло – натянул на голые ступни.
— Действительно взрослая, — прошептал в насмешке. — Одеяла на тебя не хватает.
В комнате стало значительно теплее. Но Дарья всё равно улеглась спать в одежде. Парень погладил её по плечу, надел куртку и вышел из комнаты. Заглянул на кухню, компания разошлась.
— Тёть Валь… — истощённо негодовал Денис.
Женщина опёрлась на локти и сидела за столом, опустив голову над грязной тарелкой. Очевидно впала в пьяную дрёму, ещё чуть-чуть и лицо окажется в банке с килькой в томатном соусе, из которой торчали пара хабариков.
Он приблизился и схватил за плечи женщину, пытаясь поднять.
— Давайте! Спать пойдём, — парню было грустно и жутко обидно за то, что она делала.
— Отвали! Не трогай, — буркнула Валентина, определённо, не понимала кто и зачем ее трогает.
Женщина была миниатюрной и хрупкой на внешность, невысокого роста с короткостриженой причёской. Сейчас облик Валентины уже не скрывал то, что она пьёт. Запойно. Серые морщины по щекам, мешки под глазами, потерянный женский силуэт с дряблой кожей. Денис помнил её потрясающе красивой, доброй, отзывчивой.
Самой ответственной мамой на свете… Именно такой она была и ему. Как соседка и накормит, и спать уложит.
Денис жил с отцом, который работал и днем, и ночью, чтоб худо-бедно обеспечить сына и самому не пропасть.
— Тёть Валь… Давайте, я Вас спать отведу, — сделал попытку снова поднять женщину.
Но та упёрлась ногами в пол и плюхнулась обратно за стол.
— Да не хочу я спать! Вот пристал…
Она подняла тяжёлую голову на парня.
— А… это ты Дениска…
Он недовольно вздохнул и поставил руки в боки.
— Дениска-редиска, — засмеялась несвязно Валентина. — Редиска-то выросла? — отчаянный и скрипучий смех, делал женщину безумной.
— Выросла, тёть Валь, — воспринял досадно шутку Денис.
Валентина очень старательно поставила локоть на стол и подпёрла кулаком щеку, хлопая глазами на него.
— Ох!... Это что же два года прошло? М-м-м… — покачала головой. — А только вчера отвальную гуляли будто.
С полминуты просто смотрели друг на друга.
— Я на могилу к отцу хожу. Ухаживаю… — закивала женщина.
— Знаю. Спасибо, тёть Валь, — отозвался Денис.
— Пони…маешь, я… своего Павла даже похоронить не могу… Ведь жив же, собака… наверно… и живёт хорошо. А мы…
— Ты меня там же похорони… Место у твоего отца хорошее, — Валентина потянулась за сигаретами и закурила, долго чиркая спичкой по коробку.
— Бросьте, тёть Валя! Всё это бросьте и не надо будет хоронить!
— Не хочу жить, Денис… Не могу… И не хочу! Посмотри, что творится вокруг! Каждый другого на*бывает, чтоб брюхо набить.
— Всё в наших руках, — невозмутимо перечил Денис.
— Ага, — почти беззвучно засмеялась Валентина, затянулась сигаретой. — И в Оксанкиных ногах! Ее ноги кормят нас…
Денис со злостью покосился на неё.
— Вот, скажи, ты женишься… на ней после этого? Женишься? — запричитала в пьяном дурмане, давя слёзы. — Зная, что… Денис, она же ведь…
— Тёть Валь!!! — отрезал разгневанно парень.
— Господи! Это я виновата! Не хочу! Как жить, зная, что у дочери нет будущего. Не хочу жить! — закричала на всю кухню.
— Тише! Дашка же спит! — попытался угомонить он женщину.
Валентина почти моментально умолкла.
— Дашулик… мой лучик света… — посмотрела с тоской на парня. — Не бросай хотя бы её, Денис.
Парень от безысходности стал собирать тарелки со стола, кидая в раковину.
— Да, оставь ты, завтра все уберу!
— Спать пойдёте? — уже значительно твёрже попросил он.
Женщина закашлялась от курения.
— Пойду, — затушила сигарету в ту же банку с килькой. — Помоги, — двинула рукой.
Денис поднял женщину за локоть и подхватил на руки.
— Вот же… сильный! — забормотала Валентина. — Хороший ты, Денис!
Он уложил Валентину в кровать и укрыл одеялом. В её комнате творился хаос, в отличие от комнаты Даши с Оксаной. Вероятно, женщина только и кочует между застольем и постелью. А ведь когда-то она, как примерная хозяйка, шила, вязала и пироги пекла на все праздники. А какие пельмени лепила!
— Денис, прости меня, за Оксану… — прошептала Валентина, закрывая глаза. — Но у меня ещё Дашка есть! — измождённо хохотнула.
— Да что ж, Вы, дочерьми-то торгуете… — сделал тяжёлый вздох.
Он прикрыл покосившуюся дверь, и еще раз проверил Дашкин сон. Девушка раскуталась и спала на животе, раскинув руки в стороны. Денис улыбнулся и вышел из квартиры. С тоскливой ностальгией посмотрел на дверь напротив, где жил с отцом.
Жильё в бараке они, как и Сергеевы, получили от завода, где трудились с самого основания. В начале 91-го производство встало, не было ни работы, ни зарплат. Так и получилось, что Дашкин отец отправился на заработки в чужой город и пропал… А отец Дениса стал существовать бесконечными подработками, где и оставил свое здоровье окончательно. Единственное, в чем повезло больше, то, что Фирсовы успели получить квартиру в соседнем районе. Пусть небольшая, но полноценная, со всеми удобствами и отоплением.
Отца не стало ровно за полгода до службы в армии. Денис действительно мечтал жениться на Оксане. Желал всем сердцем… Два года вспоминал, как целовал на отвальной, как признавался в любви, а она отвечала взаимностью… Все время службы эта любовь грела душу, хоть Оксана практически не писала. Но зато писала Дашка, оповещала, что всё у них хорошо, сестра работает, молодец, помогает…
Денис сразу же с поезда помчался к любимой, держа в руках необъятный букет цветов, для предложения руки и сердца, но… застал Оксану в объятиях другого.
«Денис… Ты же всё понимаешь… Я ничего тебе не обещала! Даже писем не писала» — именно так объяснилась Оксана, принимая цветы на глазах у брутального ухажёра.
И тут парня осенило, что он жил только иллюзией. В чём ее винить? Ведь обещаний, и правда, не было…
А все редкие письма от неё писала Дарья, чужой рукой…
Денис не спеша двигался вдоль деревянных бараков. На улице глубокая ночь, но парень хорошо ориентирован в темноте. В армии освоил на отлично этот навык, и не только…
Он вывернул с тропинки на асфальтированную дорогу, уже лучше освещённую фонарями, и чуть поёжился от прохлады. Поправил воротник куртки, натянув побольше на шею. Сунул руки в брюки и зашагал по краю трассы дальше.
Вновь его мысли были об Оксане. Тяжко и горько от того, что он не мог повернуть все вспять…
«Ксанка…»
Он испытывал сильное влечение к ней, хотелось вразумить девушку на правильный путь. Вот же! Я рядом! Вроде нестрашный на внешность, и, если подумать, вполне обеспеченный по нынешним меркам. Ну да! Пока без работы, без особых перспектив и машины… Которые так ценила Оксана. Ее ухажёров можно было сравнивать по престижным тачкам. Но ведь всё это не главное… Денису всегда казалось, что их судьба с Оксаной предначертана с самого детства. А теперь он чувствует, что упускает её, потерял навсегда…
Неожиданный шум авто вырвал Дениса из размышлений. Две машины, обгоняя друг друга, неслись навстречу. Парень остановился и насторожился. Интуиция подсказывала, что это не ради развлечения. Почти перед ним автомобиль резко дал по тормозам, перегородив путь другому. Из авто выскочили трое человек и рьяно двинулись к водительской двери второй машины. С дикой руганью выдернули водителя из-за руля и принялись избивать.
Весьма крепкие парни колотили и пинали одного. Ох, какая несправедливость!
— Эй! А вам не кажется, что вы не правы, юноши? — окрикнул их Денис очень громко.
Но тем точно не до него, они вусмерть били и били…
Денис устало вздохнул и понял, что просто не может остаться в стороне. Ведь убьют же так несомненно. У парнишки, что старался отбиваться, лёжа на земле, не было шансов.
— Твою мать! — плюнул Денис в сторону.
Скинул куртку и ввязался в драку…
Трое поначалу хоть и были уверены, что сотрут обоих сейчас с лица земли, но пострадавший ощутил помощь со стороны и стал отбиваться уже смелее. Да, и Денис в рукопашных приёмах был более умелым, чем все трое вместе взятые.
Избитый парень, превозмогая побои, поднялся и резко метнулся к своему автомобилю. В его руке оказался тут же пистолет, он произвёл выстрелы в дерущихся, задев одного по касательной.
Те, подняв руки, сдались. Брезгливые оскалы на их лицах, дали понять, что это не конец. Сегодня просто помогли обстоятельства…
— Тебе не жить, гнида! — проворчал один, не сводя взгляда с оружия. — Ты должен Вóрону и отдать придётся! Если не «лавэ», то собственной шкурой, сука!
Они с осторожностью ретировались к своему авто, и со свистом колёс покинули место побоища.
— Трусливые псы!!! Ублюдки! — парень с гневом стрельнул ещё раз по их машине, но явно промахнулся.
Денис стёр рукавом кровь на губе и вернулся, поднял куртку с земли. Тряхнул её от грязи и надел на себя. Ещё раз дотронулся до разбитой губы, но, посмотрев на парня, который всё также ругался и яростно ходил из стороны в сторону, осознал, что тому досталось очень хорошо. Глаз с кровоподтёком, нос, похоже, переломан… К тому же парень прихрамывал.
— Бл*… Брат, спасибо тебе! Как ты тут оказался не знаю… Но если б не ты…
— Да ладно… — вздохнул Денис.
— Кирилл, — протянул руку парень, слегка сморщился, так как плечо тоже ушиблено.
— Денис! — подал руку он в ответ.
— Денис, знатно ты их раскидал! — завидно хохотнул Кирилл. — Ты что мастер какой-то?
— Десантник. Два месяца, как пришёл.
— Ох, ты ж, твою налево! — подёргал скулу Кирилл. — Слушай, а нам такие нужны… Ты где чалишься? Или под кем-то уже?
— Да пока нигде… — буркнул Денис, осматривая себя. Одежда испачкана в кровь.
— Слушай, брат… В долгу не останусь! Приходи завтра в «Феникс». Работа нужна, помогу! Деньгами обижен не будешь! — Кирилл очень самоуверенно хлестал положением в обществе.
— Оружие выдашь… — усмехнулся Денис, сделал акцент на пистолет в руке Кирилла.
— Да брось, брат! В какое время живём! Одними кулаками сыт не будешь…
Денис надменно натянул улыбку, понимая, что Кирилл тоже не совсем честной жизнью существует.
— Спасибо. Но я предпочту завод и ночные смены, — отнекался Денис.
— Ты вроде умный парень, Денис. Ну да, давай! Горбатиться на «американского папочку»… А он тебе, как собачке, «ножками Буша» платить будет.
— Не всё ещё просрали! Зря ты так! — не согласился Денис.
— Да почти всё! Душу за американское бабло… Девки за их шмотки ноги раздвигают! А народ стоит часами в очереди, чтоб их булки и вонючие котлеты пожрать!
Денис внимательно слушал, стало очень печально, но Кирилл говорил большую долю правды… В армии он столкнулся с горькой очевидностью, когда офицеры тащили всё с части, что плохо лежит. Только чтоб выжить, так как жалование не получали в течение года…
— Подумай! — Кирилл, хромая, побрёл к машине. — Тебя подвезти?
— Нет. Я недалеко живу.
— Брат, я все равно в долгу! Приходи, просто оторвёмся! Бухло, девки… — подмигнул Кирилл неподбитым глазом.
— Я подумаю, — кивнул Денис.
Автомобиль парня стал удаляться в темноту.
«Феникс»… Он слышал об этом ночном клубе. Как раз от Оксаны и слышал…
Утром Дарья проснулась вновь от шума на кухне. Бренчали посудой. Она заметила на соседней кровати одежду Оксаны. Значит дома.
Даша лениво потянулась. Вспомнила вечер и Дениса. Приятная улыбка тронула уголки рта.
Девушка вылезла из постели, в комнате было тепло, но дрожь по телу от истомы всё же прошла. Она втянула воздух носом, и зубы слегка стукнули от этих ощущений.
Дарья вышла из комнаты и двинулась на кухню. Оксана мыла посуду, бардак оставленный после маминых посиделок был убран. На столе стояла чашка с чаем, и приготовлены бутерброды с докторской колбасой.
— Ого! Откуда такая роскошь? — хохотнула Дашка.
Старшая сестра в домашнем халате, увлечённая работой, хмыкнула, но не посмотрела на неё.
— Если скажу откуда, ты что её есть не будешь?
Дарья сложила рот в узкую полоску недовольства. Сейчас Оксана, по её мнению, выглядела, как примерная хозяйка, жена-мечта в фартуке поверх халата.
— Ксан, ты давно пришла?
— Дар! Хватит спрашивать! Садись и пей чай, пока дают.
Девушка села на стул, подогнула ногу к себе и опёрлась на колено. Принялась уплетать завтрак.
Оксана аккуратно разложила посуду на полотенце, сняла фартук и села напротив сестры.
— Вкусно?
— Очень… — жевала Дарья.
— Что за манера!? С ногами за стол?
— Я на стуле! — возмутилась Дашка.
Сестры молча смотрели друг на друга. Каждый был со своими мыслями.
— Может, мне тоже на работу устроиться? — вымолвила Дарья.
Оксана засмеялась с придирчивым взглядом на сестру.
— Куда? Человеку с образованием-то работать негде! А тут ты! На-те! Возьмите!
— Ну… в ларёк какой-нибудь… — обидно отозвалась Даша.
— Ага! К Армену! Сигаретки поштучно продавать малышне, — издевалась Оксана.
— Ну, возьми меня к себе…
— Ещё чего? Потрах*ться, тебе не завернуть?
Дарья на грубость сестры просто опустила глаза. Оксана осознала, что перегнула палку и свела брови в сожаление.
— Дар, не говори глупости! Учись!
— Я могла бы откладывать себе на выпускной потихоньку, — выдвинула горький аргумент Дарья.
— Всё купим, Даш! Не переживай!
В этот момент дверь в комнату матери со скрипом по полу открылась. Валентина, стуча зубами, появилась, как привидение. Волосы взъерошены, одежда помята. С серым выражением лица она стала осматривать столы.
— Ничего нет! — буркнула Оксана, даже не смотря на мать.
— Как нет? — испуганно заморгала глазами женщина. — Я же помню… рояль оставался…
Валентина судорожно открыла холодильник. Трясущейся рукой пошарила между банок на полках.
Дашка умоляюще смотрела на сестру. Поняла, что Оксана остатки суррогатной выпивки спрятала. Сейчас начнётся…
Женщина жалостливо заморгала на Оксану.
— Оксаночка… Милая, пожалуйста! Я же сдохну!
Дашка со стеклянным взглядом, опустила голову, глаза заслезились. И так изо дня в день. Вечером попойка, утром опохмелка и продолжение банкета.
— Сдохнешь быстрей от того, что ты пьёшь! — грозно отозвалась Оксана на мать.
Валентина, не взирая ни на что, хлопнулась на колени.
— Оксан, я только сейчас выпью и всё! Клянусь! Дай… Только опохмелюсь!
Женщина подползла к дочери, та стальным косым взглядом пилила мать.
— Я слышу это каждый день.
— Да пойми ты меня!!! — почти рыдала Валентина.
— Мам… — промямлила Дашка. — Оксана… — подняла взгляд на сестру.
Дарья готова была рыдать, только, чтоб не видеть это каждый день, как мучается мать от алкоголя. А Оксана пыталась ее исправить. Обычно, это заканчивалось скандалом и словами: Пьяница! Проститутка!
Так мать и дочь подчёркивали отчаянные пороки друг друга.
— Отдай, бездушная! — простонала Валентина, беря дочь за руку.
— О, Боже!!! — с этой фразой Оксана подскочила со стула и достала бутылку из-за шкафчика.
— На! Травись и дальше! Хоть бы пили водку, а не это!
Женщина воодушевлённо поднялась с колен и, открыв шкалик зелёного цвета, стала жадно пить с горла.
Валентина ткнулась носом в ладонь и зажмурилась.
Дашка протянула ей бутерброд.
— Ох, спасибо, Дашулик! — хриплым голосом поблагодарила мать. — Почему не в школе?
— Ты ещё вспомни, когда на родительское собрание ходила! Мать называется! — ругалась Оксана, с усмешкой.
— Мам, сегодня суббота… — смотрела Даша на женщину.
— Ну и хорошо, что суббота! Значит в баню пойдём! Сплетни голых баб, заодно, послушаем, — Валентина заметно повеселела от выпитой порции спирта.
Суббота для людей живущих в бараках являлась особенным днём. Все тянулись в общественную баню. Это не просто традиция, а обязательное условие для трудовых личностей. Это место становилось сакральным для посетителей, не только помыться, но и душевно провести время со знакомыми. Чаще на мужской половине, даже незнакомец мог стать товарищем.
Ну, а в женской кипели другие страсти…
— Чего ты пялишься на меня?! — закричала Оксана на соседку с тазом в руках. Та не стесняясь разглядывала великолепную фигуру девушки.
— Сергеева, ты вульгарная девица! — в ответ женщина лишь фыркнула.
— Оксан, потри мне спину, — подошла Дашка с мочалкой к сестре.
Оксана с силой стала водить по нежной Дашкиной коже.
— Больно же! — завопила девушка.
— Терпи! Бог терпел и нам велел! — засмеялась Оксана.
— Откуда синяк такой? — Дарья просто не могла не спросить сестру, заметив на бедре обширный ушиб.
— Дар, вот я тебя сейчас затру до смерти! — показала недовольство Оксана, нажав на мочалку сильнее.
— А это её кавалеры так любят! — захохотали тётки на стороне, вновь показав, что жизнь Оксаны у всех на виду.
Оксана зло кинула взгляд на них, но промолчала. Валентина тихонько сидела на скамье с краю и что-то напевала себе под нос, делая вид, что ее всё это не касается. Да и что толку ругаться со всеми!
После бани Валентина, конечно же, опохмелилась ещё раз… И ещё… И к вечеру женщина была уже в достаточном пьяном дурмане. Но в отличие от вчерашнего сегодня к ней, в послебанный день, пришла женская компания.
А Оксана вновь наводила марафет перед зеркалом. Дашка искоса наблюдала за ней, сидя с учебниками.
— Ксан… Кем ты работаешь в этом клубе? — спросила Дашка аккуратно.
— Дар, что ты всё вынюхиваешь?
— Просто интересно. Ты вроде на бухгалтера училась… А работаешь ночами.
— Думаешь ночью у бухгалтера нет работы?— Оксана, открыв футляр с пудрой, стала водить спонжем по лицу.
— Не знаю…
— Вот и не надо знать! Хочешь я тебе помаду подарю? Импортную. Ruby Rose, — она повернулась от зеркала к Дашке и кинула ей несколько штук. — Выбирай!
Дарья поочерёдно открывала колпачок и выкручивала карандаш, чтоб оценить цвет. Взяла понравившуюся и подошла к трюмо. Неумело провела по губам алой помадой.
— Ну как? — посмотрела на сестру, ожидая одобрения.
— М-м-м… Ничего так! — улыбнулась Оксана.
Дарья осмотрела себя в отражении и подумала над тем, может ли она так понравиться Денису? Вновь посмотрела на Оксану, та махала кисточкой туши по глазам, приоткрыв рот.
— На какой машине сегодня за тобой приедут? Снова на «кабане»?
Старшая сестра насмешливо поморщилась, и даже выдавила хохот.
— Неа! Валерчик занят. Так что сегодня на девятке…
— Валерчик… — засмеялась Дашка. — Прямо душка какой! — съязвила она. — Твой Валерчик окатил меня вчера с лужи!
Оксана отложила тушь и недовольно сжала рот.
— Ты, кстати, постирала?
— Нет, — буркнула Дашка. — Завтра постираю.
В голове нарисовала себе картину, как будет кипятить воду в ведре и тереть мылом по джинсовке. Но сейчас её волновал ещё один вопрос…
— Ксан… А ты с Денисом не собираешься мириться?
Оксана замерла и уставилась на Дарью.
— Мы разве с ним ругались?
Дашка пожала плечами.
Старшая сестра с большим скептицизмом смотрела на младшую. А затем Оксана растянула ироничную улыбку.
— Может хватит ходить вокруг, Дар? Признайся уже ему!
— В чём? При.. признаться? — начала заикаться Дашка.
Оксана засмеялась так, словно открыла секрет мира.
— В любви, Даш!
Дарья округлила глаза и даже не моргала.
— Да ладно тебе, Дар! Оглянись вокруг! Все всё про всех знают… И твои сердечки в тетрадках не такая уж тайна.
Девушка сильно смутилась от рассуждений сестры. Неужели так заметно всё со стороны?
— Хочешь я ему скажу? — как бы на полном серьёзе предложила Оксана.
Дарья насупилась на неё…
— Дура! — отвернулась она от зеркала, твёрдым шагом вернулась за учебники.
Как обычно, села и закрыла уши руками. В голове шумела кровь бурным потоком, пульс грохотал непривычным ритмом.
Оксана натянула ухмылку над ней и стала одеваться. Сегодня обязательно должны быть чулки…
— Сама дура, — спокойно ответила она спустя пару минут.
Но Даша сделала вид, что не слышит её. Стала читать вслух, как можно громче.
— I’m sorry, I didn’t catch you…
(Простите, я не расслышал, я не понял)
— Англичанка хрéнова!
Уколола Оксана сестру в последний раз, поправила коротенькую юбку и вышла из комнаты.
Дашка убрала руки с ушей и тревожно посмотрела вслед Оксане. Встала и вновь подошла к зеркалу. Склонила голову на один бок, затем на другой, внимательно рассматривая свое лицо. Имеет ли она такое же обаяние, как Оксана? Смелая ли она? Ведь надо иметь такой стержень внутри, чтоб играть ту роль, что играет старшая сестра.
— Денис… Я тебя люблю…
Даже признание перед зеркалом прозвучало, как у мышки перед жирным котом, со страхом и всей неловкостью.
Дашка с раздражением стёрла губную помаду рукой. Она никогда не сможет сказать обо всём Денису! Если только судьба не расставит всё по-своему…
Денис стоял лениво облокотившись о ствол высокой берёзы. Наблюдал за входом заведения и толпой через дорогу. Люди жаждали попасть внутрь, но мужчина, плечи которого, казалось, несоразмерны с проёмом двери, неподвижно охранял проход в клуб. Поэтому нетрезвая компания, шумя весельем, догонялась со стаканчиков прямо перед ним.
Парень еще раз оглядел улицу и вывеску с названием «Феникс», и всё желание попасть туда в мгновение растворилось. Он перешёл дорогу и двинулся по тротуару подальше от этого места.
— Денис! — услышал он в спину и обернулся.
Кирилл вышел из подъехавшей машины. Следом за ним из машины выползли две девицы, что тут же облепили его с двух сторон. Лицо парня пока ещё отчётливо напоминало о вчерашней драке. Ссадина на переносице и гематома под глазом, очевидно, никого не смущали.
— Погуляйте, малыхи! — обратился Кирилл к девушкам и направился к нему.
Денис стоял, и интуиция подсказывала вновь, что всё неправильно. Махнуть рукой и продолжить идти бы, но он дождался Кирилла.
— Молодец, что надумал! — подал руку Кирилл. — Я бате рассказал про то, как было, и он обязательно хочет видеть тебя. Идём, — мотнул головой в сторону клуба.
Денис немного замешкался с ответом. Следовало бы просто сказать нет, пожелать Кириллу удачи и скрыться с глаз долой. Но Дениса явно что-то толкало пойти на поводу у ситуации…
Оказавшись внутри, он впал в изумление. Ведь до армии посещал вместе с другой молодёжью и Оксаной местные вечеринки в доме культуры. Так просто и говорили – дискотека. Танцевали под известные хиты, под быстрые или под медленные в паре… Только теперь модно стремиться к заграничной свободной культуре. И в ночном клубе обстановка вовсе не походила на ту, которую хранил в памяти.
Выглядело всё с особым элитным размахом. Словно кадры из американского кино – барная стойка с барменом, разливающим по стаканам, полуголые официантки, снующие между круглыми столиками. Они активно улыбаются и приветливо подмигивают всем, кто их лапает за ягодицы. И посетители, определённо, непростые, а имеющие иное влияние и толстый, как пузо у некоторых, кошелёк.
Кирилл провёл Дениса за собой по узкому коридору и зашёл в комнату. Просторное помещение было наполнено табачным дымом и бильярдными столами.
— Постой здесь, — повернулся Кирилл, указав на место у входа.
А сам прошёл дальше по комнате и остановился у стола, где играли трое мужчин, по возрасту не молодых.
Денис, услышав игривый шепоток сбоку, повернул голову. Понял, что попал под пристальное внимание спутниц Кирилла. Девушки стреляли глазами на него и что-то поговаривали друг другу на ушко. С интимным интересом они осматривали Дениса с головы до ног. Он озадаченно вскинул бровью в их сторону, и те кокетливо выдавили на него смешок.
— Денис! — окликнул его Кирилл и махнул рукой, прося подойти.
Парень твёрдо зашагал в его сторону и поравнялся с бильярдным столом.
— Играть умеешь? — скрипучий низкий голос одного из мужчин обратился к нему, хотя собеседник даже не смотрел в его сторону.
— Не особо, — уверенно ответил он.
— Жаль, — щёлкнул языком. — Очень интересная игра этот бильярд. Вроде как, цель намечена и шар большой, и все равно трудно ударить в нужную лунку… — раздосадовано пожаловался мужчина. — Смойся, гений, мать твою! — огрызнулся на Кирилла.
Тот недовольно посмотрел в его сторону, но подчинился без слов. Кирилл со своими спутницами покинул комнату.
— Извини! Мой сын не умеет решать свои проблемы сам… Вечно ему нужна помощь, — голос мужчины был абсолютно спокойным, словно привык так рассуждать, либо тренировал годами безмятежность. — Ввязался в тёмные делишки конкурента моего… Вóрона. Терпеть его не могу! Путается под ногами вечно.
Мужчина стукнул кием по шару, но тот не долетел до лунки, и мужчина сморщил гримасу разочарования.
— Можно, я лучше выстрелю в этот долбанный шар? — обратился он иронично к своим соперникам по игре, чем вызвал небольшой хохот.
И хохот поддержали по всему помещению…
Денис сунул руки в карманы куртки и наблюдал за происходящим. Ему стало определённо понятно, что этот мужчина занимает внушительный авторитет. Так как до этого никого не слышно было.
— Всё отбой! — скомандовал мужчина. — Дышать можно! Пердеть тоже. Я закончил.
— Пойдём, Дениска! — он обошёл бильярдный стол и позвал указательным пальцем за собой.
Дениса немного все раздражало, потому как, окружение не подавало надежд на приятное знакомство. И то, что люди живут по закону…
— Присядем, — пригласил мужчина его за стол, расположенный в углу комнаты.
Парень оглядел накрытый закусками стол. Простой народ, который сейчас сводит концы с концами и когда-то стоял в очередь за банкой тушёнки, даже не подозревает, вероятно, что в ночном клубе можно поесть до отвала… Фрукты, колбаса, сыр в красивой сервировке. Увесистый кусок свинины, судя по ушкам в остатках на тарелке. Кристально чистая водка.
— Выпьешь? — предложил ему собеседник, наливая рюмку.
— Я не пью, — сел Денис напротив него.
— Зря. Сейчас нельзя не пить, — мужчина натянул ухмылку. Запрокинул рюмку целиком, сморщил нос и кинул в рот тоненькую пластинку копчёной колбасы. — Ну, рассказывай! Чем дышишь?
Денис вздохнул, но невозмутимо упёрся взглядом.
— Вероятно, воздухом! Таким же, как Вы.
Мужчина засмеялся на дерзость Дениса, но принял шутку. Чуть склонился над столом и поманил пальцем.
— Тоже чувствуешь запах дерьма вокруг? — насмешливо прошептал ему в лицо.
Денис сжал скулы, но промолчал. Осмотрел весьма крепкого собеседника в пиджаке бордового цвета и золотым перстнем на пальце. Испытал небольшое отвращение к нему. Говорить, что дерьмо создают такие же, как он, лучше не стоит.
Мужчина сделал жест пальцами кому-то из присутствующих, и тут же возник человек в чёрном строгом костюме, со стальным лицом и кожаной барсеткой в руках.
— Дай на благодарность парню! — распорядился он.
Человек в костюме достал из сумки зелёные банкноты американского номинала и положил на стол.
— Возьми! Это тебе! Без возражений! За то, что не прошёл мимо.
Денис посчитал глазами купюры. Получилась, примерно, годовая зарплата работника завода «Рекорд», где трудился его отец на протяжении своей жизни. Инженер-техник с высшим образованием, работник с отличием и тринадцатой зарплатой, не мог накопить даже на поездку к морю… А сейчас перед Денисом свалилась сумма из ничего… Просто за то, что помахал кулаками перед шайкой бандитов.
Воздвиглась напряжённая пауза… Мысленно Денис протянул руку за искушением… Взял, просмотрел и даже втянул носом запах этих лёгких денег. Но воспитанная честь рождённого в советском союзе не позволит этого!
— Нет! — покачал головой Денис. — Деньги должны быть заработаны трудом, а не поступком, который совершил бы каждый на моём месте.
— Не каждый, Денис… не каждый! Сейчас проще пройти мимо, — мужчина явно был доволен расположением дел. — Но мне нравятся рассуждения о работе, — склонил в почтении голову. — Также понимаю, что заткнуть рот деньгами тоже не получится, если только зашить. Ну, или камень на шею… Ведь видел же, как мой оболтус «макаркой» палил вчера, вдруг кому невзначай взболтнёшь законопослушному.
— Мне терять нечего, — Денис был по-прежнему невозмутим.
— Послушай, — откинулся мужчина на спинку стула. — Вижу, парень ты серьёзный и бесстрашный пока. Думаешь, что можно прожить по-честному… А мы все здесь подонки. Поверь, я тебя прекрасно понимаю! Сам иногда ненавижу такое существование. Но лучше так, чем раком с куском мыла в руках. И для кого-то сейчас собачья судьба, а для кого-то море возможностей… Выбор делаем мы сами.
— Спасибо, что понимаете… — вздохнул Денис, не сводя взгляд с мужчины.
— Мне такие нужны, Денис! Смелые и умелые. Не спеши отказываться! Работу дам. Пока побудешь рядом с Кирычем, он ссыт кипятком, как ты ему помог. А дальше видно будет…
— Телохранитель? — усмехнулся Денис.
Мужчина разразился скрипучим смехом со свистом.
— Как скажешь! Телохранителем! — он подкинул ему деньги поближе. — Это аванс.
— Басалай… — протянул свою толстую ладонь ему мужчина, наконец-то, представился.
Денис вновь уставился на купюры. Злость на себя окутала моментально. Ведь в планах было попытаться поступить в университет, получить образование и идти с успехом по стопам отца. Электроника привлекала его с детства. Микросхемы, проводки… К пятнадцати годам он вполне чинил ламповый телевизор самостоятельно. Но сейчас… У Дениса есть шанс зарабатывать в разы больше и без диплома. А нужен ли документ в нынешнее время? Кто оценит твои добросовестные старания? Когда вот оно! Всё, что надо уметь – быть немного сильнее и хитрее остальных, и чуточку гадом по жизни…
Парень проглотил ком обиды на такое расположение дел и уже собирался протянуть руку собеседнику и попрощаться навсегда, со словами: Лучше камень на шею!
Но в этот момент дверь распахнулась, и в комнату завалилась толпа девиц.
— Мальчики! Вы нас не ждали? А мы припёрлись!
Знакомый голос вывел Дениса из ступора. Он кротко повернул голову на девушек, хмуря брови. Они совсем не походили на тех, с которыми приехал Кирилл. Как на подбор… С роскошными длинными волосами, с приятной внешностью напоказ, длинными красивыми ногами в чулках… И только в них… То, что было из одежды, даже нижним бельём трудно назвать.
Его взгляд поймал одну единственную. В груди сжалось всё. Оксана поочерёдно приветствовала всех мужчин смачным поцелуем, позволяя неприлично трогать себя за грудь, и другие обнажённые части тела.
Комната наполнилась незримым плотным сгустком разврата… До тошноты и одурманивания…
— А вот и мои феи! — удовлетворённо погладил себя по подбородку Басалай. Глаза, которого жадно поглощали картину.
— Ну? Так что, Денис? — снова протянул руку ему мужчина. — Договорились?
Денис совершенно не ожидал, что увидит Оксану, такую желанную им, здесь, в этом окружении.
В безмолвном поражении он протянул ответно руку Басалаю в рукопожатие. Сам же не сводил с Оксаны глаз.
Он очень надеялся, что девушка просто развлекается с подругами в клубах, где вполне и цепляла тех, с кем видел ее не раз. Что слухи неправдивы… А здесь налицо то, что развлекаются всё-таки ею…
Басалай, увидев пристальное внимание со стороны Дениса на девушек, довольно улыбнулся.
— Ну так скажи, Денис! Чем плоха такая жизнь? Ешь, пей, имей… любую из них! — снова разразился своим свистящим смехом.
— Сандра! — мужчина громко позвал одну из них. — Иди сюда, сладенькая!
И Сандра, а точнее Оксана, отозвалась на оклик властного Басалая. Уверенно зашагала к ним… Так как комната тускло освещалась в том месте, где располагался столик, то девушка приятно улыбалась пока шла.
Но улыбка сошла на нет сразу же, как только встретилась со взглядом Дениса.
— Обслужи гостя, — погладил мужчина Оксану по бедру демонстративным движением. — Всё, как ты умеешь… Он Кирыча спас от Вóроновских! Сделай милость, паренёк только с армии вернулся. Глаза горят…
Оксана нервно сглотнула и дёрнула уголками рта, глаза тревожно забегали, пряча взгляд в пол. Вся обаятельная уверенность, с которой она зашла в эту комнату пропала мгновенно.
Денис с великой досадой всматривался в мимику Оксаны, понимал, что та готова сквозь землю провалиться от такой презентабельности.
Басалай встал и абсолютно польщённо похлопал Дениса по плечу.
— Не отказывайся, Дениска! Она лучшая в моём заведении. Совершенно чистая. Не доверяю её абы-кабы кому!
Затем мужчина поравнялся с Оксаной.
— Не смотри ты так! Да, бедноват пока… Оплачу в тройном размере.
Басалай вальяжно зашагал обратно к бильярдными столам.
— А ну! Снова не дышать! Я загоню этот шарик сегодня или нет, твою мать!
— Пойдём! Дениска, — каверзно повторила Оксана за Басалаем.
Девушка развернулась и зашагала к выходу. Денис поспешил за ней, так и оставив аванс из зелёных банкнот на столе…
Оксана провела его чуть дальше по коридору и, открыв дверь, пригласила за собой.
Денис оглядел комнату, когда зашёл. Мягкие диваны вокруг большого круглого стола, из которого возвышался шест. Такие комнаты он видел только в эротическом кино… Таким дано красивое название «VIP» или «Privat». Только обстановка спонтанная и по-русски дешёвая. С обшарпанной обивкой советской расцветки и стол со сколами по поверхности.
Оксана захлопнула дверь и прислонилась спиной к стене. Денис обернулся к ней и молча смотрел. Перед глазами промелькнуло все то, что связывало их. Барак. Как он, школьник, просыпался с утра, протирал глаза пальцами, натягивал мятую синюю форму с блестящими пуговицами… И стучался в соседскую дверь, гадая, как увидит Оксану – с пышными хвостами в белых бантах или косичками с голубыми ленточками.
— Ну что смотришь? — яростно кинула фразу на него Оксана. — Да. Я шл*ха! Клубная фея! Девочка по вызову… Как угодно можешь назвать. Сути это не поменяет… — на последнем слове она вновь опустила взгляд в пол. — Только прошу! Не смотри так…
— Ксан… — он тихонько приблизился к ней.
Поднял голову за подбородок и устремил взгляд на себя.
— Что мне сделать? Чтоб ты оставила это всё? Скажи… Это ведь я. Денис.
Оксана судорожно задышала от осмысления ситуации. Очевидно, и ее накрыла досада от того, что их, по-соседски близких и родных, так столкнула судьба несправедливо. Но это был её выбор… В спешке, в надежде на лучшую жизнь, а иногда и красивую любовь…
— Сейчас, ты не Денис! А гость, что спас Кирыча. А я – Сандра, подаренная тебе за это…
— Все, кто входит в круг Басалая теряют честь, — зашептала Оксана. — И не могут выйти по доброй воле обратно… Их выносят вперёд ногами.
Оксана слегка трясущимися ладонями обхватила его за ворот куртки. Её глаза беспокойно забегали по хмурому лицу Дениса.
Девушка тяжело задышала, дрожь по ее телу передавалась и ему. Она потянулась к губам и мучительно провела своими, прикрыв глаза. Денис безысходно приоткрыл рот, но страстью к Оксане абсолютно не горел… Ему жутко хотелось пойти и перебить всех тех… в соседней комнате. Девушка сильнее припала в поцелуй к нему, но было ощутимо, что ей тяжко это даётся.
Оксана призналась себе, что не может взять и представить Дениса обычным клиентом, но если она не сделает этого…
Руки девушки медленно спустились ему на ширинку в привычном действии, а затем на ремень брюк. Сама же скользящим движением сползла перед ним на колени.
Дениса словно кипятком окатило, когда осознал для чего…
— Да ты с ума сошла?!! — он резко оттолкнул девушку и спешно застегнул брюки обратно.
Его ноздри гневно раздувались, пока пилил ее взглядом. Оксана, закрыв ладошкой рот, подавила тихий всхлип.
— Прости, Денис…
Он наклонился и поднял девушку на ноги.
— Я же… люблю тебя! — прошипел ей в лицо, жёстко пригвоздил к стене и тряхнул за плечи.
— Что ты делаешь?! Что ТЫ делаешь, твою мать!!! — стукнул кулаком в стену рядом с ней.
Оксана зарыдала сильнее, чуть вздрогнув.
— Только Дашке не говори!!! Только не говори…
Денис резко распахнул дверь и вышел прочь. Размашистым шагом он прошёл коридор, миновал толпу на танцполе и покинул клуб.
Оксана же вновь сползла по стене на пол, глотая плач. В голове творился сумбур. Могла ли она предположить, что их с Денисом свяжет это всё? Нет. Оксана всегда считала парня неподходящим такой, как она… И только в это мгновение целиком осознала, что неподходящая она!
И что сегодня к синяку на бедре добавится ещё парочка за необслуженного клиента…
Дашка с отличием закончила учебный год и попрощалась с Марией Петровной на все каникулы. Та в свою очередь надавала кучу английской литературы на лето, видя успехи девушки в изучении языка.
Валентина так и не вышла из запоя… И ситуация только усугублялась изо дня в день. Пьяные дерущиеся компании собирались у Сергеевых дома каждый вечер, выпивая литрами суррогатный алкоголь. Но это было безвыходно, ведь денег на приличную водку не хватало. Крошечное пособие, которое получала Валентина, как безработная, пропивалось в день выдачи. А Оксана уже не давала матери ни копейки. Даже на продукты.
Даша запиралась в комнате каждый раз, как только Оксана уходила на работу. А утром очередной скандал между матерью и старшей сестрой…
Так и прожили почти всё лето – пьяная с синяками мать. А сегодня и Оксана вернулась с ночной смены не менее краше.
— Тебя что, твой Валерчик лупит? — Дашка облокотилась о дверной косяк кухни, держа кружку с чаем в руке.
Старшая сестра, как обычно, в домашнем халате прибирала бардак после посиделок матери.
— Дар, надо сегодня пол помыть и окно в комнате! — она сделала вид, что не услышала вопрос. — А как справишься, то сходи на рынок, — вытерла руки в полотенце, когда закончила мыть посуду, и достала из выреза декольте деньги. — Написала список, купишь всё.
Оксана указала на тетрадный листок на кухонном столе и осмотрела наведённый порядок.
— Ксан, не ответила на вопрос… — не отстала Дашка. — Откуда фингал такой на щеке? — хлебнула с чашки, как-то слишком громко.
— Ещё раз так сделаешь, я тебе чашку в зубы вобью! — кинула замечание Оксана, посмотрев строго. — Ты поняла, что надо выполнить сегодня?
— Да, поняла я! — Дашка закатила глаза. — Так всё-таки откуда «финик»? — издевательски вновь пристала к сестре.
— Дар, отвали! — ругнулась Оксана и прошла мимо неё в комнату. — Не до тебя сейчас!
Даша прошла за ней.
— А ты куда? — не унималась она, увидев, что Оксана переодевается.
— Мне надо в город. По работе. Отчёты сдать, — чеканила та, словно придумывала на ходу.
— С утра? — удивилась Дашка.
— Да! — огрызнулась Оксана, устав от навязчивых вопросов.
Дашка снова слишком шумно отхлебнула чай.
— Да, бля*ь!!! — закричала Оксана.
Метнулась к Дарье и стукнула по донышку кружки. Чай плёхнулся той на грудь.
— Ты дура?! — завопила та. — Он же горячий!
— Я предупреждала! — гневно одевалась Оксана.
Пока Дашка ходила на кухню и вытирала футболку, Оксана успела уже собраться и выйти из квартиры.
— Сама дура! — крикнула напоследок в сторону кухни на младшую сестру.
Дашка в замешательстве посмотрела на дверь, а затем проследила за сестрой в окно. Куда же так она нервно спешит?
Увидев Дениса на улице, тревожно стала прислушиваться к их разговору.
— Денис… — запричитала Оксана.
— Я тебя сопровожу.
— Нет. Я же просила не таскаться за мной!
— Ты уверена? Что тебя Вóроновские не закопают где-нибудь?
— Меня скорей Басалай закопает, если узнает… — Оксана приглушила фразы, заметив сестру в окне.
— Я не отпущу тебя туда с ними! — голос Дениса сильно выдавал обеспокоенность.
— Денис! Не создавай проблем! Не нужно, чтоб Вóроновские видели тебя рядом со мной! Отвезут и привезут обратно. Всё! Отдыхай, Денис!
Оксана толкнула Дениса в плечо и спешно зашагала по тропинке, ведущей к электричке.
Дашка нахмурилась и отвернулась от окна. Она ничего не поняла из их накалённого диалога, но что-то общее и опасное связало Дениса и старшую сестру точно.
Дарья в мгновение переодела облитую чаем футболку, схватила список со стола, сумку для продуктов и помчалась на улицу. Замедлилась на крыльце, приметив Дениса, что так и стоял, тревожно смотря вслед уходящей Оксане.
Девушка горделиво вскинула носом, ведь, вроде как, обиделась недавно на парня, который не рассказал ей про свою работу и то, откуда у него новенькая машина…
Дашка манерно спустилась по ступенькам и, стараясь делать вид, что Дениса нет, прошла мимо.
Тот тяжело вздохнул, когда Оксана скрылась из виду, и провел ладонью по лбу. Оксана вновь наломала дров… А он пытается ей всячески помочь, но только глубже утопает во всей гуще.
Очнулся, почувствовав, что кто-то прошмыгнул рядом. Повернулся и нахмурился, но, заметив Дашу, тут же расплылся в насмешку. Девушка шагала, как царица, с высоко задранным подбородком кверху. Вспомнил, что она с ним не разговаривает и хочет максимально показать, что игнорирует его.
Такая Дашка весьма забавляла, и вообще дарила только приятные эмоции, в отличие от старшей сестры.
Денис сел за руль своей тёмной девятки и медленно двинулся за ней. Девушка на мгновение повернулась, поняла, что Денис сопровождает сзади, вскинула подбородком ещё сильнее и ускорила шаг.
— Вот, чертовка! — заулыбался Денис, прибавив газ.
Он тихонько поравнялся с ней и заулыбался в открытое окошко. Молча смотрел на Дашку. Та с невозмутимостью старалась не обращать на него внимания.
— Sorry, мадемуазель! Не соизволите рассказать, куда так важно шагаете?
Но Дашка стойко держалась, хотя ей было до глубины души приятно, что Денис поехал за ней, а не за Оксаной. У которой, судя по всему, покрупнее проблемы, чем пять кило картошки по списку.
— А я угадаю! — задорно проговаривал парень, пока следил за дорогой и одной рукой крутил руль, объезжая ухабы. — Сеньора держит путь на рынок за картошкой! — посмеялся он. — Ваши тоненькие рученьки выдержат? Могу любезно предложить помощь, если дама пожелает, конечно.
— Хм, — Дарья остановилась и придирчиво посмотрела на Дениса. — Катитесь-ка, Вы колбаской по Малой Спасской! — вновь зашагала прямо.
— О, как! — захохотал Денис и объехал Дарью, перегородив ей путь.
Вышел из машины и сложил руки на груди, иронично вглядывался в лицо Дашке.
— Может хватит дуться? А то, я покачусь колбаской, когда у тебя магнитофон сломается вновь.
Дашка закусила губу и заулыбалась. Ведь магнитофон, и правда, не работает.
— Уже…
Денис изумлённо вскинул бровью и сжал губы, сдерживая громкий смех.
— Я скоро начну думать, что ты специально его ломаешь, — Денис все же засмеялся, протянул руку и потрепал Дашку по волосам.
И девушка словно оттаяла, прикосновение парня растопило весь лед обиды, смывая остатки совместным хохотом.
— Дарёха-дурёха ты! — погладил по щеке.
Дашка слегка наклонила голову, чтоб сильнее поймать этот жест. Любовь к Денису с каждым днём только крепчала. Она уже и не знала, что надо сделать, чтоб парень перестал видеть в ней маленькую соседскую девчонку.
— Ну что? Поехали на рынок, госпожа?
— Все языки перебрал, чтоб обозвать меня, — насупилась она.
— Так ты ж англичанка!
— Денис… В Англии леди!
— Садитесь, пожалуйста, леди, — слегка поклонился, открывая перед ней пассажирскую дверь.
Счастливая Дарья уселась на сиденье.
— Ух, ты! — погладила обшивку автомобиля на торпеде. — Расскажи! Откуда тачка?
Парень свёл брови к переносице, когда сел за руль. Рядом с ней было очень весело и приятно, но только не давила бы она так на больное своим любопытством.
— Чего это у тебя с носом, Даш? — серьёзно присмотрелся к девушке.
Та напугано заморгала глазами и кинулась к зеркалу, чтоб посмотреть.
— Что? Испачкалась? — пыталась найти проблему она.
— Длинный такой! — засмеялся Денис, щёлкнув ей по кончику носа. — Суёшь его куда не нужно.
Дашка со злостью повернулась к нему.
— Денис!
Парень продолжал смеяться над ней, вырулил на дорогу и повёл авто в сторону рынка.
Поход за продуктами показался Дашке лучше любого свидания. Денис деловито помогал с покупками и послушно таскал сумку от одного ларька к другому, пока девушка торговалась с продавцами о цене. В конце концов Денису надоело такое расположение, и он просто заплатил за всё у очередной палатки. Дашке пришлось неспокойно съёжиться от того, что она заметила у него доллары наряду с рублями.
— Кем ты работаешь, Динь? — аккуратно пристала она снова к нему на обратном пути.
Парень сидел за рулём и не стал даже поворачиваться, чтоб ответить.
— Сейчас будешь опять в зеркало смотреть, — кинул ехидную угрозу ей. — Или всё-таки язык подрезать?
Дашка устало вздохнула и опустила голову в раздумье.
— Я не глупая, Денис! И давно уже не маленькая, как вы думаете с Оксаной.
Денис молчал. Дашка уж точно не та, которой нужно всё объяснять.
— Она не работает бухгалтером! А ты не обычный водитель… Не удивлюсь, если, в скором времени, из Оксанкиного декольте посыплется зарубежная валюта, а у тебя в руках окажется пистолет, — пробурчала девушка и отвернулась к окну.
Парень мимолётно посмотрел на нее, но по-прежнему молчал. Да и что скажешь, если Дашка рубила правду-матку. Только Дениса такое осознание приводило в бешенство к самому себе, так как поменять он ничего не мог. Согласившись сопровождать Кирилла на все разборки, он и не подозревал, что так быстро станет главным среди всех охранников и самым приближенным к Басалаю. Этот властелин группировки бескрайне доверял Денису.
А узнав о профессиональном навыке радиотехника, Денис зарекомендовал себя как самого разбирающегося во всех устройствах.
— Дашка… давай не будем тогда об этом разговаривать, — совершенно серьёзно попросил он девушку. — Ты всё знаешь. И пусть каждый останется при своём. Большего не требуй. Хорошо?
— Хорошо, — пробурчала Дашка.
— Когда ты выросла-то? — тут же решил разрядить обстановку Денис и посмеялся над ней. — А, Дарёх? Ещё вчера тебя на качелях катал!
— И не вчера! Не придумывай! — продолжала бурчать она.
— Ну ладно-ладно! Выросла.
Затем парень склонился к ней и вполголоса добавил:
— Пацанчики домой провожают со школы? — шутил Денис. — За косички дёргают?
Дашка повернулась и прожгла недовольным взглядом.
— Ага! И целуют в губы, — съязвила девушка.
— Уж прямо и в губы, — прищурился парень.
Дашка поджала рот в еще большее недовольство.
— Да я же их сотру с лица земли, если увижу! — воскликнул Денис шутливо.
Девушка снова отпустила свое недовольство и заулыбалась ему. Этот день ей нравился все больше и больше. Дениса не хотелось отпускать, поэтому она настойчиво пристала к нему с просьбой починить магнитофон. Но парень и не собирался покидать Сергеевых. Тревога за Оксану так и стояла внутри, хотелось дождаться ее и убедиться, что она цела и невредима.
Он неторопливо наладил работу магнитофона, затем поучаствовал в Дашкиной затеянной уборке квартиры, весело шутя над ней.
А девушка так была рада, что Денис проводит время с ней, что и не заметила, как наступил вечер. На удивление сегодня к ним в квартиру не завалилась пьяная компания, возможно и собирались, но приметив машину Дениса у двухэтажки, не посмели. Парень неоднократно разгонял такие посиделки, поэтому боялись, как огня.
Дарья закончила все дела и пригласила Дениса пить чай.
— Вкусно пахнет! — Денис склонил голову над печеньем в жестяной банке.
— Оксана на днях притащила с работы, — заулыбалась девушка.
Парень задумчиво оглядел синюю банку с надписями – ни одного слова по-русски.
— Виттер сукис… — смеясь прочитал он.
Дарья заливисто захохотала, как у Дениса забавно получилось.
— Butter cookies, — поправила она на нужном акценте.
— Как ты это понимаешь? — с восторгом изумился он над ней.
Дашка поставила перед ним чашку с горячим чаем и села напротив.
— Да ничего там сложного нет! — развела ладонями. — Очень простой и понятный язык. Не то что магнитофоны! Ты же в них разбираешься.
— А что сложного в магнитофонах? — Денис сунул печенье в рот и стал жевать, попутно объясняя Дашке устройство магнитофона.
Дашка внимательно слушала и растерянно морщилась над сложными словами.
— Затем эти электрические сигналы набирают силу и подаются на динамик, создавая звуковую волну, которую мы слышим. Вот и всё! — увлечённо закончил Денис, попивая чай.
— Класс! Но я ничего не поняла, —Дашка так и сидела с чашкой в руке.
Они посмеялись друг над другом. И Денис уже в который раз посмотрел на наручные электронные часы. Нервозность с его стороны была заметна даже Дашке.
— Ну… давай! Рассказывай! — постарался отвлечься он от навязчивых мыслей об Оксане.
— Что рассказывать? — кинула Дашка печенье в рот.
— Кто там тебя в губы целует? — растянул Денис ехидный прищур. — Кому первому кулак на глаз примерить? Чтоб на малолеток не засматривался?
— Динь… — обидно проворчала Дарья. — Я не малолетка!!! — она подскочила со стула и, насупившись, уставилась в окно. Упрямо сложила руки на груди.
— Ну, ладно-ладно! Больших самодостаточных девушек, которым уже можно, — Денис с приятной улыбкой подошёл к ней, приобнял рукой за плечо. — Я просто хотел сказать, что не дам тебя никому в обиду, Дарёха… Если только… То жалуйся сразу!
— Сейчас ТЫ меня обижаешь! Так что примерь кулак на свой глаз, — ухмыльнулась она и покосилась на парня.
Денис с долей сарказма на лице ткнул кулаком себе по лицу и зажмурился. Дарья забвенно смотрела на него и улыбалась. Ей так хотелось прижаться к нему крепче и просто прокричать о возвышенных чувствах. Но она очень боялась, что он не примет это всерьёз… Не одарит тем взглядом, которым смотрит на Оксану.
Сейчас Дениса к ней привязывает дружеское тёплое отношение, с заботой друг о друге с самого детства. Поймёт ли он всю действительность, когда узнает о любви?
— Даш, во сколько последняя электричка с города? — Денис снова взглянул на часы.
— В девять, — вздохнула Дашка, понимая, что Денис уже изрядно нервничает.
— Поеду встречу. Вдруг все-таки на электричке приедет… — проговорил сам себе.
— Может, она сразу на работу пойдёт? — предположила беспокойно Дарья.
— Не думаю… — стал спешно он одеваться в прихожей.
Тут из своей комнаты показалась Валентина. Женщина, как всегда, тряслась от похмелья и первым делом полезла в холодильник. Она словно и не видела ничего вокруг…
— Оксана!!! — хриплым голосом прокричала Валентина.
Денис удручённо посмотрел на женщину, затем на Дарью.
— Справишься?
— Справлюсь, — моргнула девушка, затем поджала разочарованно рот в сторону матери.
Парень покинул квартиру, сел в машину и вырулил на дорогу.
После летних светлых ночей август казался непроглядным в ночное время. Денис, заметив людей, что шли с электрички, пытался отыскать Оксану. Но безнадёжно. Уверенность была мала, что она приехала. Тем более девушка сама заявила, что Вóроновские будут сопровождать и обязательно привезут. Но ведь уже ночь на дворе… Парень понимал, что придётся наведаться к людям Вóрона, которого так ненавидит его шеф. И что же движет Оксаной? О чем думала, когда закрутила на два фронта?
Он уже хотел оставить затею ехать до станции и почти свернул на дорогу, ведущую в город, как приметил тусклую фигуру у дерева.
Он резко затормозил и покинул машину. Почти бегом направился туда. Оксана еле стояла… Обхватив руками ствол мощного дуба, всем телом прижималась и почти сползала без чувств на землю.
— Ксанка… — приподнял ее Денис.
— Денис… — простонала девушка плачевно.
Парень подхватил ее на руки и понёс до машины. И только под светом фар разглядел кровавые пятна на подоле платья.
— Чёрт! — выругался он, заметив, что Оксана бледная, как простыня. А по ногам просто струилась кровь. — Оксана, ты меня слышишь? — тряхнул слегка за плечо.
— Мне стало плохо в электричке, Денис. Вероятно, печка под сиденьем сыграла злую роль и кровотечение вновь открылось…
— Зачем ты ушла из больницы? Если всё так плохо? — ругался грозно Денис, пока укладывал девушку на заднее сиденье.
— Денис… Какая больница! Кто ж из врачей взялся бы на таком сроке? — продолжала болезненно стонать Оксана.
— Тебя к «частнику» возили?!! — ужаснулся парень, выпучив глаза на Оксану.
— Денис, давай меня домой скорей! Мне же в клуб надо… Басалай меня убьет.
— Ты, шизанутая, сейчас сама «копыта откинешь»!!! — заорал Денис на неё.
Он спешно сел за руль и выехал на дорогу. Нёсся с такой скоростью до города, что молился, чтоб только не попались гаишники на пути.
Но Оксана отключилась ровно за несколько минут до приезда в больницу…
Тишина резала слух, несвязное бормотание матери потихоньку угасало за стенкой. Дашка все Оксанкины «прятки» знала наизусть, поэтому без труда отдала ей шкалик со спиртом.
Время уже за полночь. Денис так и не вернулся. Оксана тоже. Дарья постаралась уснуть, но мысли так и вытягивали из дремоты. А если что-то произошло?
Она снова села в постели, обхватила себя за колени и прислонилась спиной к стене.
Как же надоели эти все недосказанности и тайны!!!
Девушка вновь улеглась на подушку, мать на кухне потянуло петь… Под хриплый и иногда кашляющий мотив Дарья уснула.
***
Денис зашёл в квартиру, дверь у Сергеевых держалась на честном слове, в пьяных драках выдёргивались все шпингалеты и замки. Поэтому последнее время ее просто перестали запирать.
Валентина привычно спала за столом, громким храпом давая понять, что душа у женщины залита алкоголем.
Парень прошёл на кухню и потрепал женщину за плечи.
— Что такое? — заругалась Валентина, приподняла голову. — А, Дениска… — зажмурила глаза спросонья. — Сколько время? Где все?
— Тёть Валь… Мне нужны документы Оксаны, халат, ночная рубашка, постельное белье, ну и там, кружка, ложка, тарелка…
Валентина хлопала глазами на него, улавливая суть просьбы.
— Оксану положили в больницу, — пояснил он.
— Ой… — икнула женщина. — Зачем в больницу? Иди лучше у Дашки все попроси! Даха!!! — громко позвала Валентина младшую дочь.
— Тёть Валь, не кричите так! Ночь на дворе…
— Ночь? — икнула вновь она. — Что прям ночью в больницу поедешь? Что с ней случилось?
— Небольшая неприятность. Но всё хорошо сейчас.
Женщина, моргая одним глазом, не сводила взгляда с Дениса.
— Что залетела, сучка?! — эту фразу Валентина словно плюнула ему в лицо.
В этот момент на кухне появилась Дарья, потирая глаза, она уставилась испуганно на Дениса. Ведь вся его кофта была в крови.
— Динь, что случилось?
— Зараза… Проститутка… — Валентина явно не хотела разбираться, оказывать помощь. На своей волне женщина кидала ругательства, наливая очередную стопку. — Я всегда знала, что этим закончится… Бесконечно на аборты бегать будет…
— Дарёха, — с надеждой на понимание обратился Денис, уводя девушку за локоть из кухни, чтоб она не вникала в бормотание матери. — Оксана сильно ногу подвернула… В больницу ее отвез… Нужны документы и вещи.
Дашка, принимая информацию, стала суетливо искать то, что просил Денис. С тревогой посматривая на него, девушка боялась узнать причину кровавых пятен.
Денис потеряно шарил взглядом по полу, очевидно, также боялся встретиться глазами с Дарьей. Нервная система десантника крепкая, конечно, но бледная, без сознания, Оксана на руках… Эта картина останется на всю жизнь с ним…
— Она выживет? — Дашка замерла с осторожным вопросом глядя на него.
Денис поднял голову и сглотнул ком в горле.
— От подвёрнутой ноги ещё никто не умирал.
Даша плотно сжала губы в злость, и он это заметил. Понимал, что девушка не поверила, да и можно ли это сделать?
— Даш… собери сумку, пожалуйста…
— Я с тобой поеду! — заявила Дарья, гневно складывая вещи Оксаны в пакет.
— Нет. Не нужно, Даш.
Он подошёл ближе и остановил ее действия, взяв за плечи.
— С Оксаной все в порядке, — заставил посмотреть себе в глаза. — Правда. Сейчас ей уже ничего не угрожает.
У Дарьи заблестели глаза, и она плачевно опустила голову.
— Денис… когда это закончится? Когда мы будем жить и не врать друг другу?
— Посмотри на меня, Дарёш! — скомандовал парень, вынудил вновь смотреть на себя. — Я сейчас не вру! С Оксаной всё хорошо! Пару недель полежит в больнице и вернётся домой!
Дашка всматривалась в его лицо и действительно знала, что не обманывает. Молча кивнула.
— Она неудачно сделала аборт? — с какой-то обречённостью спросила она.
Денис свирепо свёл брови, отвёл глаза, словно разозлился не на Дашку за откровенный вопрос, а на ситуацию в целом.
— С Оксаной все в порядке! Большего тебе знать не нужно, Дашка! — отрезал строго. — Хорошо?
— Хорошо… — скромно отозвалась Дарья.
Вот таким суровым, холодным и недосказанным было окончание лета… Её лета, девяносто пятого года.
***
Первое сентября для Дашки станет не менее безмилостливым. Этот день запечатлеется особой трагичностью и до конца жизни врежется в память.
Ученица одиннадцатого класса – Дашка Сергеева гордо шагала по тропинке из школы. Хоть Оксана всё ещё находилась в больнице, но через Дениса послала деньги, чтоб младшая сестра собралась к учебному году. Поэтому девушка в абсолютно новом наряде и туфлях чувствовала себя очень комфортно. Белая блузка с воланами на рукавах и черная юбка-«плиссе» делали Дашку прямо модницей в глазах одноклассниц. А неотразимости добавляла красивая заколка-автомат с чёрным бантом в разноцветных паетках.
Рюкзак за плечами немного тянул от тяжести учебников, и Дарья спешила домой после первого учебного дня, топая каблуками по земле. Получалось феерично со стороны, когда шпильки утопали в песчаной дорожке.
Заметив у родной двухэтажки машину Дениса, настроение зашкалило до высокой отметки. Парень все две недели находился рядом, привозил продукты и оберегал от пьяных посиделок матери. А к первому сентября подарил новый дневник с известным зарубежным исполнителем, заявив, что тот похож на него. Дашка сегодня уже успела нарисовать сердечек на школьном атрибуте, пока витала в облаках на уроке.
— Денис! — окрикнула его, когда он вышел из машины и собирался подняться по деревянному крыльцу.
Тот застыл в ожидании и развёл руками с приятной улыбкой на лице.
— И, правда, леди… — провёл по ней взглядом.
Дарья, лучезарно улыбаясь, почти взвизгнула от восторга и ускорила шаг до лёгкого бега.
— Сейчас грохнешься со своих каблуков! — вскинул рукой к ней. — И придётся одну Сергееву заменить на другую в больнице!
Девушка подскочила к нему и, в буре чувств, повисла на шее в объятиях. Денис принял такую встречу, хоть вчера и виделись, крепко сжал в кольце рук.
— Чтоб я так радовался первому сентября раньше, — посмеялся он. — Небось, пятёрку получила?
Дашка оторвалась из объятий и, закусив губу, замотала головой.
— Неа. Просто рада тебя видеть!
Она, по какой-то необузданной инерции, потянулась и чмокнула Дениса в щёку.
— Ух, ты! — вскинул удивлённо бровями. — За что это прилетело?
Дашка смущённо опустила глаза и слегка покраснела. Поняла, что это нельзя контролировать – желание к Денису.
— За дневник… — придумала в растерянности.
— Угу, — сжал в насмешке губы. — Значит, ни у кого в классе такого нет… — предположил он.
Дашка растянула улыбку – такого точно нет, всего в сердечках…
— Есть хочешь? — Денис дошёл до машины и вытащил оттуда пакет.
— А что там?
— Колбаса, сыр, кофе… И батон.
У Дашки предательски заурчало в животе. Денис постоянно угощал чем-то вкусным, тем, чего многие не имели возможности купить.
— Хочу, — закивала Дашка.
— Тогда пойдём пить кофе, — достал он красненькую банку из пакета. — Сафе реле…
— Cafe Pele, — засмеялась над ним Дашка.
— Тёмный лес для меня, Дарёха, этот язык иностранный, — вздохнул Денис.
Они стали подниматься по крыльцу.
— Оксану выписывают сегодня. Поедешь со мной?
— Да! — воскликнула Даша.
Какой прекрасный день! Первое сентября, новый наряд, дневник, Оксану выписывают… Да, ещё и поездка с Денисом в город…
Девушка точно вихрь залетела в квартиру, пройдя сразу в свою комнату. Скинула рюкзак с учебниками на кровать и с неимоверной улыбкой пошла на кухню.
Замерла в потрясении сразу же на входе, у обшарпанного дверного косяка… Денис, присев на корточки, молча сидел у тела матери…
Женщина, откинув одну руку в сторону, лежала на спине. Ее темно-жёлтый оттенок кожи на лице и пена у краёв рта не давала надежды на благополучный исход…
На столе ещё дымился тлеющий окурок в тарелке. Рядом, как обычно, шкалик спирта и грязная стопка, которую Дашка, в отсутствие Оксаны, даже не смела мыть…
— Оксаночка, я пойду домой. Думаю, что справитесь с Дашенькой уже без меня, — тёплая морщинистая ладонь соседки погладила Оксану по плечу.
— Конечно, баб Дуся! — девушка подняла голову на старушку и с благодарностью кивнула. — Мы сами всё со стола соберём и посуду вымоем. Спасибо большое за помощь!
Оксана печально сидела, уставившись в одну точку. Дашка мельтешила рядом, пытаясь навести порядок на столе после поминок.
— Ты только платок завтра сними, — провела Оксане по волосам баба Дуся. — Сорок дней прошло. Не надо больше чёрное носить. Проводили сегодня окончательно, — скорбящим шёпотом добавила бабулька. — Отпусти с лёгкой душой, иначе ей там плохо будет…
Дарья замерла с грязной посудой в руках.
— Кому будет плохо, баба Дуся? — с испугом округлила она глаза на соседку.
— Мамке вашей… — вздохнула баба Дуся и покачала головой в досаду. — Ох, Валентина…
Старушка ещё раз провела рукой по плечу Оксане и ковыляющим шагом вышла из кухни. Это был последний человек, покинувший поминальное застолье.
Наступила тишина.
Дарья так и стояла с тарелками в руках. Посмотрела на старшую сестру, та с печальной хмуростью на лице сидела, очевидно, со своими мыслями.
Эти полтора месяца дались девушкам тяжко. Смерть матери выбила обоих с нужного жизненного ритма. Валентину похоронили рядом с отцом Дениса, так как парень не забыл эту опрометчивую и отчаянно брошенную просьбу. На помощь пришли всей округой, чтобы проводить в последний путь. Ведь жизнь в бараках всегда на виду для каждой семьи, и, как бы там ни было, но такие события по-людски объединяли.
Оксана больше молчала всё это время, точка невозврата угнетала до безрассудства. Взвешивание ситуации то злило, то собиралось в слёзную обиду. Могли ли Оксана с Дашкой что-то поменять? Вытащить мать из этой ямы? Девушки не смели обсудить это даже между собой. Просто иногда безмолвно смотрели друг на друга…
— Куда Денис делся после кладбища? — Дарья вышла из оцепенения и продолжила собирать тарелки со стола.
— Поехал на работу. Наверное, — пробурчала Оксана. — Обещал появиться вечером…
Оксану прервал сигнал, который пропищал со стороны. Дашка настороженно наблюдала за сестрой, как та подошла к полке и достала оттуда непонятное устройство. Дашка видела такое же у Дениса, похожее на электронные часы, возможно, новой разработки. Он его носил всегда на поясе брюк.
— Ксан, что это?
Девушка смотрела в маленький экранчик, светившийся зеленоватым ярким светом.
— Это пейджер, — вздохнула Оксана. — Для связи.
— И как происходит связь?
— Ну… — замешкалась старшая сестра, не зная, как правильно объяснить. — Тебе отправляют сообщение… или наоборот… Договариваются о встрече, например.
Дашка сморщилась в задумках.
— Зачем? А прийти нельзя что ль?
Пейджер опять пропищал в руках Оксаны. Та тяжко вздохнула.
— Дашка, не доставай вопросами! — пришло к девушке раздражение. Вероятно сообщение было нежеланным.
Оксана засуетилась, собираясь выходить из кухни.
— Дар, прибери всё. Посуду завтра вымоем.
Дарья снова замерла и обеспокоенно проследила за Оксаной. Неужели та собралась на работу? Ведь ещё толком не оправилась после больницы. Посещала врача и проходила процедуры у местного фельдшера.
Девушка потрогала эмалированную кастрюлю, в которой грелась вода кипятильником. Достала таз для посуды.
Стараясь не думать обо всём этом, приступила к уборке. Когда часть посуды была намыта, вылила воду в помойное ведро.
На улице послышался шум автомобиля, а затем протяжный гудок. Дарья метнулась к окну и, заметив троих ожидающих, типичных ухажёров Оксаны, гневно промычала.
Прошла до комнаты и недовольно сложила руки на груди. Облокотилась о дверной косяк и пилила взглядом сестру.
Затем осознала, что ей хочется упасть на колени перед Оксаной и просить оставить такую работу.
— Оксан, не ходи… — проговорила она почти шёпотом.
Отчаянно опустила взгляд и безнадёжно ждала реакции Оксаны.
— Дашка, — ухмыльнулась она. — Не бойся. Денис обязательно появится. Так что одна дома не останешься.
Та подумала, что Дарья до сих пор не может справиться со страхом – остаться дома одной. Но Дарье уже хотелось жутко рыдать и умолять сестру не быть той, на которую была сейчас похожа. Короткая обтягивающая мини-юбка, блузка с глубоким треугольный вырезом, так что грудь в бюстгальтере выглядывала. Яркий макияж с красной помадой…
— Оксана… не ходи с ними! — девушка сглотнула слёзный ком, и голос дрогнул.
Старшая сестра повернула голову и задышала чуть чаще, признавая, что младшая сейчас заплачет.
— Дар, ты чего?
Дашка несмело подошла к Оксане, подняла взгляд по её стройным длинным ногам.
— Не нужны такие деньги, — посмотрела ей в глаза. — Ты тратишь себя не на то, что… — осекла она фразу.
— О чём ты, Даш? — с претензией протянула Оксана. — У меня нормальная работа. А то, что меня мужики туда подвозят… Так я имею на это право!
— Не нормальная, Ксан, совсем не нормальная работа у тебя!
— Дар, прекрати! Если не выйду на работу, завтра нам жрать нечего будет.
— Я устроюсь куда-нибудь. Да хоть на рынок! Ящики таскать!
— А я дома сидеть буду, да? — засмеялась Оксана. — Что за чушь несёшь, Даш?
Между ними натянулась молчаливая струна. Сёстры смотрели друг на друга, и каждая даже взглядом не хотела уступать.
— Я всего лишь танцовщица, Даш, — убедительно заявила Оксана.
Дарья сглотнула плачевный ком и сжала с силой рот, чтоб не заорать на старшую сестру. Она ничего не добьётся от неё…
— Ты сама-то веришь в то, что говоришь? — высказалась девушка напоследок, так как вести дальше разговор с Оксаной было бессмысленно.
Гнев окутал Дашку мощной волной. Она яростным шагом покинула комнату, прошла на кухню и схватила помойное ведро.
Девушка с силой втягивала носом воздух от злости, пока спускалась по крыльцу на улицу. Смотря на тех, кто ждал Оксану, сжала рукоятку на ведре крепче. Весь гнев, что в данный момент испытывала Дарья, словно наполнил ведро в руке до краёв. Она в этом порыве решила не идти до места, куда все жители сливали отходы. Дарья решительно подошла ближе к автомобилю ожидающих и выплеснула содержимое прямо под колёса.
Компания бритоголовых тут же отвлеклась от интереснейшего общения между собой. Все трое посмотрели себе под ноги и замерли в молчаливом шоке.
— Это, что ещё за х*рня?! — вымолвил один из них, провожая взглядом девушку.
Дашка с невозмутимостью на лице не спеша последовала обратно. Не сводила взгляда с них, если б могла, то пронзила каждого.
— Слышь, звезда! Есть базар, иди сюда!
Девушка медленно повернула голову, ее ноздри раздувались от горячей спеси.
— В жопу себе засунь базар свой!
Под громкий свист перемешанный с диким хохотом Дарья поднималась по крыльцу.
И только когда зашла в квартиру обратно, то ощутила, что сердце выпрыгивает из груди от страха и осознания поступка. Ведь по сути, сунула палку в улей и поворошила. Но тут же выдохнула. На смену гневу пришло равнодушие ко всему сейчас.
— Что там произошло? — вышла Оксана с тревогой к ней. — Они тебя обидели?
— Ещё чего! — фыркнула Дашка. — Подмочила репутацию твоим кавалерам помоями… — натянула ухмылку в сторону сестры.
— Очумела вконец? — Оксана в недоумении покрутила у виска.
— Иди уже… на работу свою! — прошла Дарья мимо неё на кухню. Стараясь не смотреть на Оксану, принялась дальше за уборку.
Старшая сестра настороженно наблюдала за младшей, пока надевала на себя куртку и ботинки. В душе у Оксаны всё переворачивалось от того, что она не могла объяснить ей, что уже не предпочтёт жить по-другому. Ведь всё, что Оксана умеет это преподносить себя…
Дарья в печальном молчании складывала в таз вторую партию грязной посуды.
— Даш… — Оксана приблизилась к ней сбоку.
Сестры вновь встретились взглядами.
— Совсем скоро у меня будет другая работа… — Оксана даже не моргала, и будто перестала дышать. Ведь это были те планы, которыми она боялась делиться с кем-либо.
— Правда? — Дашка волнительно схватила воздух ртом и чуть приободрилась.
— Официальная и престижная! — заулыбалась Оксана с облегчением. — И если всё получится, то мы с тобой уедем отсюда… и ТАК заживём! А долбанный барак и всё это дерьмо… будем вспоминать только в страшном сне!
Глаза у Дарьи заблестели, ей было настолько приятно, что сестра поделилась с ней хоть чем-то.
— Оксана… — обняла Дашка её. — Прошу, не скрывай от меня ничего.
Та прижала крепче к себе.
— Дашулик, всё будет хорошо! — чмокнула в висок. — А сейчас мне уже пора. Или они заявятся сюда, и в помоях окажемся мы, — хохотнула Оксана.
Выпустила Дашку из объятий и спешно вышла из квартиры, стуча каблуками. Не успела дойти до конца коридора, как навстречу показался Денис. Он схватил Оксану за локоть, чуть провёл обратно и припечатал к стене спиной.
— Что опять за дела с Вóроновскими? — прожёг недовольством, навис над ней и свёл брови.
— Денис, отпусти, — она сердито вырвала локоть из его руки и попыталась оттолкнуть парня.
— Сейчас как раз тот момент, Оксана, когда можно вылезти из всего, — Денис не дал ей продолжить путь. — А ты опять идёшь на поводу непонятных амбиций!
— Как ты мне надоел, — вздохнула тяжко Оксана. — Денис, прекрати оказывать ненужную мне помощь!
— Ксан, с Басалаем я решу… Прекрати путаться с Вóроном! — парень словно не хотел слышать её и был уверен, что до Оксаны дойдёт суть его просьбы.
— О чём ты договоришься с Басалаем? — засмеялась девушка ему в лицо. — Чтоб он не грохнул меня в случае чего?
— Оксан… — сдвинул брови он.
— Да пойми ты, Денис! Басалай никогда никого не отпускает просто так! И скоро я откуплюсь… У меня будет совсем другая жизнь! Отстань уже! — она с усилием выкрутилась из его захвата.
Вновь застучала каблуками по деревянному полу в коридоре, направляясь на выход.
Но вдруг остановилась, повернулась к нему и развела руками с кислым выражением лица.
— Фирсов, если думаешь, что понимаешь всё, во что ввязался, то глубоко ошибаешься! Басалай будет улыбаться и показывать своё расположение, при этом в твой затылок направит «Макарыча»… а то и в лоб! То, что он подпустил так близко к себе, означает лишь одно: он знает о тебе чуть больше, чем остальные!
Денис приблизился снова к Оксане.
— Мне всё равно… Я лишь хочу тебя вытащить! — на его скулах заходили желваки, как сжал челюсть.
— Скажи… Я что тебя об этом прошу?!! — закричала она, вскинув ладошками к Денису. — Сама себя вытащу!
Оксана продолжила уходить, и Денис вышел почти следом за ней на крыльцо. От безысходности сунул руки в карманы брюк, спокойным взглядом наблюдал, как девушка натянула улыбку, приветствуя ожидающих.
— Всё в порядке, кошечка? — взметнул бровь один, покосился на Дениса.
— Да, — слегка пожала плечами.
— А этот что здесь делает? — самоуверенный презрительный тон пустился в сторону Дениса от второго.
— Или Басалаевским позволено не здороваться со старшими? Прочесал мимо, как киборг… — выдавил надменный оскал третий.
Денис заметил, что Оксана испытывала неловкость от того, что Вóроновские увидели ее с ним. Парень нахмурился, сжав кулаки в карманах, сменил взгляд на уничтожающий.
— Да вот вы мне сдались! — плюнул в сторону Денис.
— Мальчики, поехали уже! Он здесь живёт… — выкрикнула Оксана, садясь в машину.
Денис проводил глазами, как «недруги» объехали его припаркованный автомобиль, который он специально поставил почти наперерез пути.
Сложил руки на затылке и посмотрел в тёмное звёздное небо. Сделал глубокий вдох и выдох, выпуская пар изо рта.
— Что мне терять? — задал недоумевающий вопрос самому себе.
В ночном затишье бренькнули тарелками. Парень тут же повернул голову в сторону окна квартиры Сергеевых. Дашка бродила по кухне, наводила порядок после застолья.
У Дениса моментально появилась улыбка на лице. И от чего-то затянулось всё в животе до тугого предела. Настолько приятные эмоции вызывала девушка. Денис поймал себя на осознании истины – последнее время он мчался к Сергеевым с особым запалом. И вовсе не из-за Оксаны…
А потому что хотелось испытывать нечто светлое и лёгкое рядом с ней… Защитить больше…
— Дашка-ромашка… — посмеялся Денис и поторопился к Дарье.
Дарья в глубоких размышлениях терла тарелку по третьему кругу, уставив взор в одну точку на стене.
Всё моментально навалилось. Всё то, что диктовало быть сильной. Принять смерть близкого человека непросто, в голове возникали образы и картинки из детства. Счастливая семья: папа, мама и две дочки… Казалось, что это нерушимо. Затем сложное время сподвигло отца уехать, чтоб заработать. Сейчас Дарья и не вспомнит, как покидал семью папа. Было ли ему тяжело? Наверное, да…
Несколько месяцев они получали от него переводы из Москвы, затем из Твери… А затем тишина. И пустота, огромная брешь в душевной гармонии семьи Сергеевых. Потерянный взгляд мамы, каждодневные походы в милицию, на почту. Потом настроение женщины стало чаще зависеть от походов в магазин. Она долго прятала пагубное пристрастие, очевидно, еще пыталась сохранить моральный облик советской матери… А чуть позже стало всё равно. «Не нравится – не смотрите!» Это именно то, что Валентина говорила всем, кто осуждал или пытался вытащить её из пьяного состояния.
Дарья почувствовала, что горло сжалось от удушающего комка. Слёзы покатились из глаз, рыдающий плач исказил лицо. Девушка в голос захныкала.
Входная дверь тихонько скрипнула, Денис лениво облокотился плечом о косяк проёма, когда прошёл на кухню.
Дашка, хлюпнув носом, насильно подавила плач, отвернулась и стёрла слёзы со щёк. Не хотела, чтоб Денис заметил.
— Даш, ты же ведь не лук режешь, — парень сунул руки в брюки.
— Нет. Не лук, — шмыгнула снова носом, сделала судорожный вздох.
Денис приблизился сбоку к ней и попытался заглянуть в мокрые глаза.
— Не мешай! — проворчала на него, спрятала вновь взгляд в сторону. — Собери лучше стол и отнеси в комнату к маме.
Девушка указала рукой на складной стол-пенал, который они с Оксаной поставили на кухне для поминок.
— Слушаюсь! — отдал Денис шутливо честь.
Парень принялся за дело, краем глаза ловил Дарью, как она старалась не встретиться с ним взглядом. Денис вынес стол и поставил привычный маленький, что постоянно находился на кухне. Сел на табурет, прислонился спиной о стену и вытянул ноги. Молча наблюдал за Дашкой.
Она нахмурила брови, надула слегка губы, которые припухли после слез. Поправила рукой выбившийся русый светлый локон за ухо… Растянула спокойную задумчивую улыбку. Девушка сейчас казалась Денису настолько милой, что непременно захотелось узнать влюблён ли кто-нибудь в неё… И пожать ему руку, погрозив затем пальцем.
— Дашка… — привлек ее внимание. Девушка встретилась с ним взглядом и замерла. — Кто-нибудь говорил, что у тебя очень красивые глаза?
Денису сильно нужно было разрядить обстановку и подбодрить Дарью.
Она в ответ хмыкнула, скосив улыбку вбок.
— Правда! — парень резко встал, подошёл ближе и сделал вид, что рассматривает ее глаза. — Серые… бездонные, как омут.
Дарья потупила взгляд, недоумевая над комплиментом.
— А сейчас, как чистая лужа после дождя… Блестят влагой также.
Девушка насмешливо поджала губы и выдавила тихий хохот.
— Денис, комплименты тебе даются не легче, чем иностранный язык.
Парень подхватил ее смех, и они, смотря друг другу в глаза, стали смеяться. Но в мгновение утихли.
— Дарёха, из-за чего слёзы?
— Уже и всплакнуть нельзя! — возмутилась Дарья.
— Да плачь сколько влезет! — развел парень руками. Навис всем ростом над ней, погладил по раскрасневшейся щеке. — Только не хотелось бы, что б это были горькие слезы…
Дарья осознавала, что сейчас просто бросится к нему на грудь и разрыдается снова. Нижняя губа тихонько дрогнула, глаза налились «дождливым блеском».
— Динь… а ты не дави!
— Не буду! — поднял ладони в знак поражения. — Пойду печку топить, а то опять твои зубы стучать будут полночи.
Парень развернулся и направился в сторону комнаты.
— Денис! Знаешь, я придумала тебе должность, — окликнула девушка его. — Ты хранитель моего сна, — громко засмеялась ему вслед.
Денис присел на корточки перед печкой, и также громко посмеялся в ответ уже из комнаты.
— Любую должность нужно оплачивать, Даш!
— А ты как больше любишь? В долларах или натурой? — шутила Дашка не задумываясь.
Денис замолчал, услышав фразу. Гневно посмотрел в сторону кухни.
— Типун тебе на язык!
Спустя минуту Дашка с виноватым взглядом появилась в комнате.
— Хочу, чтоб ни то, и ни другое к тебе никогда не относилось, — парень оторвался от печи и бросил строгий взор на девушку.
— Прости… — выпятила Дашка нижнюю губу.
— Уборку закончила? Ложись спать!
— Угу, — закивала Дашка.
Девушка разделась до футболки, но тонкие лосины не стала снимать. Забралась в кровать и укрылась одеялом.
— Я надоела, да? — положила ладони под щеку и смотрела на Дениса.
Тот поднялся от печки, прошёл до письменного стола и сел на стул.
— Ни в коем случае! — осмотрел стену с грамотами Дарьи.
— Хочу напомнить! Я взрослая и смогу сама засыпать.
— А я хочу напомнить, что не так-то и часто занимаю должность хранителя сна. Так что, пользуйся моментом и спи!
— Тебе нравится твоя работа? Только честно?
— Честно, нет.
— Зачем тогда работаешь?
— Глупые вопросы задаёшь, Дарёха!
Девушка зевала, её веки, вероятно, тяжелели и весь разговор убаюкивал.
— Вот. Оксана собирается менять работу. Сказала, что скоро будет иметь престижную и официальную… и что мы… скоро уедем отсюда.
Денис немного сдвинул брови, когда осознал, что говорит Дарья. Оглянулся на неё, но та замолчала и закрыла глаза. Вся усталость и потрескивающая пламенем печь постепенно уводили в сон.
— Так и сказала? — поинтересовался Денис вполголоса. Серьёзно задумался.
— Да. Поедешь с нами? — пробормотала Дашка. — Потому что я без тебя никуда не поеду… — в полусонном состоянии заявила девушка.
Денис заулыбался, в приятном изумлении вскинул бровями. Мирное сопение подтвердило, что Дарья уснула. Парень беззвучно похохотал, но как же забавно и тепло рядом с ней. Вновь задумался над тем, что же связывает их троих. Ведь жизнь разводит по-жуткому, но они сохраняют общение и считают друг друга незаменимыми несмотря ни на что. Он даже не сомневается в том, что Оксана когда-нибудь одумается. И всё у нее наладится.
— Ну и что же за работа? Престижная и официальная… — прошептал Денис самому себе и снова осмотрел Дашкины грамоты.
«Первое место в олимпиаде по литературе. Первое место по истории…» И таких много.
— Умница-разумница… — вздохнул он, улыбаясь. Покосился на спящую Дарью.
Осмотрел ее письменный стол, аккуратно разложенные учебники, тетради: всё, как у перфекциониста, по линейке.
Дневник… Денис заулыбался сильнее, заметив многочисленные сердечки вокруг зарубежного исполнителя на обложке.
— Девчачьи штучки, — ухмыльнулся вслух и открыл первую страницу.
Ухмылка сошла с лица…
Огромное сердце, начерченное красной пастой, жирной линией. А внутри красуется его имя, выведенное идеальным почерком. Денис от смятения закрыл школьный документ. За секунду в голове пронесся эшелон мыслей.
«Но ты же не единственный Денис на свете! В конце концов!» — подвёл он черту и чуть расслабился. Сглотнул нервный ком, а сердце все же забилось чаще. Он беспокойно посмотрел снова на Дарью. Могла ли она его любить? Перед глазами мелькнула очаровательная улыбка девушки, именно та, которую дарила всегда при встрече. Как целует его в щеку и стыдливо прячет взгляд…
Дыхание Дениса участилось до предела, когда он вновь открыл обложку дневника и прочитал окончательное признание под ярким рисунком. «Я люблю тебя! Спасибо за этот подарок! 1995 год». Сомнений тут уж не осталось, ведь школьный атрибут выбирал ей со всей душой.
— Твою мать… Дарёха… — провёл с силой ладонью по лицу.
Парень закрыл дневник, обхватил голову руками и боялся оглянуться на Дарью. Это же было так очевидно на самом деле, он просто слеп и глух. Прежде всего к самому себе, а потом уже к ней. Набрался смелости и повернулся. Дашка по-прежнему спала. Тихо и сладко.
Денис всё же прислушался к внутреннему голосу. Ему было чертовски приятно, так, что хотелось закусить кулак и нервно смеяться. Да. И это пугало еще больше. Она же просто девчонка, совсем несмышлёная, на первый взгляд. Но это же Дашка! Умница! Стойкий оловянный солдат, никогда не скажет и не сделает, не подумав.
С растерянной улыбкой парень приблизился и склонился над Дарьей.
— И сколько же длится твоя любовь, малышка? — едва коснулся пальцем, провёл по очертанию губ.
Присел перед ней. Спящая принцесса не иначе. Если и будить, то только поцелуем.
— Фирсов, бери свои похабные мысли и дуй отсюда! — приказал себе твёрдо.
Денис резко поднялся и попятился назад, продолжая смотреть на Дашку. Упёрся в стену, споткнулся о низкий порог. Удержал равновесие и забрал куртку с соседней кровати, куда бросил ее, когда пришёл.
Он спешно спустился по крыльцу и слишком быстрым шагом направился по тропинке, забыв даже, что приехал на машине. Очнулся и вернулся. Сел за руль и похохотал над собой. Ощущение, почему-то, как будто выиграл в лотерею. Тряхнул головой, прикрыл глаза и откинул затылок на подголовник.
— Как же теперь смотреть-то на тебя?
Дарья согрела дыханием скрюченные и раскрасневшиеся от холода пальцы, потёрла ладони друг о друга и снова взялась за тяжёлый деревянный ящик. Поставщик разгрузил их посреди прохода между торговыми палатками и надо было как можно скорей затащить их в киоск.
На рынке сегодня слишком многолюдно – предновогодняя суета всё прибавляла покупателей.
— Раз, два, три… — девушка посчитала привезённые ящики с фруктами. — Четыре, пять, шесть…
Она выглянула на улицу и подметила ещё два, которые оставалось забрать.
— Ненавижу мандарины до конца своих дней, — удручённо сморщилась. Спина немного занемела, а мышцы в руках одолел небольшой тремор.
Но если продать всё, что привезли, то получится вполне приличная зарплата за все последние дни.
— Дашка, поделись хотя бы парочкой, а? — примчалась торгашка из соседнего ларька.
Такая «прожарая» тётка средних лет, как Татьяна, не раз брала хитростью Дарью. Особенно в первое время ее работы на рынке. И девушка сейчас уже была равнодушна к ее просьбам. Спустя два месяца Дашка начала кое-что понимать в серьёзном мире рыночной торговли – за всё плати со своего кармана. Любая недостача покрывалась из зарплаты.
— Тань, отвали! Мехман не говорил, что ящики нужно делить между киосками! — отмахнулась девушка и, немного подумав, схватила сразу оба с улицы.
От тяжести мышцы в руках свело, но она всё равно дотащила их до своего киоска. Снег под ногами превращался в грязное месиво, и в дутых сапогах ощущалась влага.
Дарья презренно посмотрела на Татьяну и закрыла дверь на крючок.
— Зачем тебе столько, жадная? — сунула лицо Татьяна в небольшое окно.
Но девушка с усилием хлопнула форточкой почти ей по носу.
— Надоела, Тань!
Сняла мокрые сапоги, натянув две пары шерстяных носков на ноги, надела тапки. В киоске вполне тепло от небольшого калорифера. Дашка ещё раз пересчитала ящики и довольная приступила к работе.
На свежие мандарины покупатели набросились с особым азартом, и Дарья радостно потирала руки от выручки. Но радость длилась недолго.
— Почему с Татьяной не поделилась? — появился недовольный хозяин ларьков с фруктами. Поправил свою вельветовую кепи и потер чёрные усы.
— Ты не говорил мне… — растерялась Дарья и посмотрела на злорадную улыбку Тани, которая будто специально заглянула в этот момент.
— А головкой подумать? — постучал пальцем ей по темечку мужчина. — Ну вот, если не продашь все сегодня, то купишь остаток сама!
Дашка насупилась на хозяина, сжала скулы.
— Ты мне и так платишь копейки, не то, что обещал…
Говорить про то, что прогуливает школу временами и ночами делает домашние задания не стала. Отчаянные жалобы никого не тронут, тем более того, кто зарабатывает на ней в разы больше.
— Я продам, — прикусила язык девушка, чтоб не злить мужчину.
Заработанные, хоть и маленькие, деньги терять совсем не хочется. Хватает и ужин приготовить, и в копилку кинуть. Оксана лишь ухмылялась и с подозрением смотрела на младшую сестру. Откуда деньги? Дашка так и не рассказала никому, что подрабатывает на рынке.
— Умница! — подмигнул тот в ответ. Осмотрел киоск и так же исчез, как и появился.
Дарья постепенно осознавала весь смысл такой выгодной торговли. Конечно же, крутиться, как Татьяна, у нее не получится. Для Дарьи было желанное и то, что имеет, хоть слегка и несправедливо по отношению к ней.
В животе заурчало, ведь даже пообедать толком не успевала. С досадой потянулась за мандаринкой…
Под вечер, естественно, признала, что весь товар не продать. Значит зарплату получит опять по-минимуму.
— Ладно, зараза, придётся идти извиняться, — буркнула она на себя, намереваясь идти к Татьяне, чтоб поделиться ящиками с мандаринами. — Пусть сама только тащит!
Девушка надела сапоги и вышла на улицу. Ряды значительно опустели от покупателей, и она почти дошла до соседнего киоска напротив.
— Стой, с*ка! — послышался со стороны грозный выкрик.
И в этот момент Дашку с ног сбил парень, который спешно от кого-то убегал.
— Уйди с дороги, дура! — запричитал он, толкнул ее от себя, поднимаясь на ноги.
Тут же его настигли трое весьма крепких мужчин, что схватили за ворот куртки и протащили до стены кирпичного здания. Оно являлось основным корпусом торговых рядов.
Дарья в испуге отползла на четвереньках обратно к киоску и, тяжело дыша, поднялась с земли. Она прислонилась спиной к стеклянной витрине и непроизвольно стала свидетельницей очередных разборок, которые частенько происходили на рынке. Очевидно, кто-то кому-то опять не заплатил за «крышу».
Парня с силой стукнули по лицу, грязно ругая неприличным словами. Тот лишь безысходно плевался кровавой слюной в сторону, пытаясь оправдаться. Подоспел ещё один, вероятно, главный, судя по оружию на поясе. Он прошёл мимо Дарьи и был абсолютно без верхней одежды, в одной чёрной водолазке и джинсах, а по сбитым в кровь косточкам пальцев стало понятно, что драка у него не первая.
У Дашки спёрло в груди. Ведь этот силуэт она ни с кем никогда не спутает.
Дениса она не видела с того самого момента, когда он охранял ее сон после поминок матери. Парень просто не приходил, а на вопросы о нём Оксана отвечала расплывчато. То он был в командировке, то болел, то вовсе загружен работой. Девушке окончательно теперь понятно, какой именно. Дашка всем сердцем чувствовала, что Денис связался не с теми людьми и живёт по краю произвола, что захватывал все сферы существования.
— Хватит! Я же сказал не бить здесь! В машину его! — сердито приказал Денис.
Дарья не сводила глаз с любимого профиля, ей показалось, что Денис сильно поменялся, словно окреп в торсе и вырос. Или так казалось от властной позы и сурового выражения лица.
Пока виновника поднимали на ноги и уводили под локти, Денису подали потерянную по дороге куртку. Он надел ее и замер, так как встретился взглядом с напуганной Дашей.
Девушка ощутила, как горечь от осознания ситуации, что Денис ей не мерещится, подкатила к горлу. Глаза налились. Она медленно шагнула вбок, а затем метнулась в свой ларёк и интуитивно закрыла дверь на крючок.
Денис посмотрел по сторонам, тяжело выдохнул, ведь совсем не ожидал увидеть Дашку здесь, да ещё при таких обстоятельствах. Её ошарашенный вид опускал все внутри. И в очередной раз напомнил, что у него есть совершенно другая жизнь. Не та, что затянула, как болото, отобрала честь и диктовала правила неприемлемые его совести.
Он угнетенно опустил голову, потёр рукавом сбитый кулак, стараясь убрать кровь на нём. Подошёл к ларьку с фруктами и облокотился плечом об открытую форточку.
— Мадам, что вы здесь делаете? — растянул привычную приветливую улыбку. И тут же почувствовал всё приятное тепло от встречи.
Ведь мысли о том, что девушка влюблена в него прочно осели в голове и не исчезали ни на минуту.
Она повернулась спиной к нему и сделала вид, что перебирает мандарины.
— Работаю! — огрызнулась Дарья, хлюпая носом.
Денис шумно вздохнул, сунул руки в карманы брюк и покачал головой. Прошёл до двери и дёрнул со всей своей мощью. Крючок, конечно же, слетел…
Он зашёл внутрь, и Дарья застыла с парой мандарин в руках. Её глаза округлились, непонятно только от чего больше. От удивления силы Дениса, что так легко проник в киоск? Или всё же не знала, как себя вести?
Денис не спеша осмотрел тесное пространство.
— Как давно ты работаешь у Мехмана?
— Два месяца.
Она смотрела, не отводя глаз, и ждала, что спросит ещё. Попытается ли как-то объяснить то, что она увидела.
— Ты несовершеннолетняя… Он тебя обижает?
— Нет.
Денис понимал, что Дашка не скажет, даже если это не так. Все отношения: хозяин, продавец, покупатель – он прекрасно знал.
Ему стало немного печально, ведь работать Дашку заставила особая нужда. И переубеждать ее оставить эту затею Денис не будет. Сейчас девушка среди него и Оксаны была самой честной. Его горделиво радовал тот факт, что Дарья выбрала такой тяжкий не по годам труд.
— Почему плачешь?
Сам, определённо, понимал, что задал глупый вопрос, но очень хотел услышать ответ. Выскажет ли она ему, что взглянула на него совсем с другой стороны. Признается ли, что смотрит на него в данный момент со страхом.
— Дарёха, это я… Денис, — кивнул ей, желая чуть-чуть разрядить обстановку.
Дашка слегка растерялась, но быстро выкрутилась.
— Мандарины не продала.
Он иронично улыбнулся, нахмурил брови и оглядел ящики.
— Я уж подумал, что меня испугалась!
— Еще чего! — фыркнула Дарья, засуетилась и отвела взгляд.
Затем притихла и кротко покосилась на Дениса.
— С ним же всё в порядке будет?
Парень выдержал паузу.
— Конечно! Отдаст то, что должен и завтра появится невредимый. Вот увидишь!
Он приблизился к ней и заулыбался сильнее.
— Если действительно работаешь здесь два месяца, то все понимаешь.
— Правда?
— Обещаю! — убедительная и приятная улыбка Дениса заставила и Дашку улыбнуться.
— Почему ты больше не приходишь? — поинтересовалась девушка осторожно. Так как предположила, что Денису и правда надоела опека.
— На новый год приду, обязательно! Я смотрю, вы прекрасно и без меня справляетесь, — пошутил Денис, стрельнул глазами на мандарины.
— Приходи! Мы собираемся печь пирог и салат «Оливье» готовить, — похвасталась Дашка планами.
— М-м-м… Теперь вы от меня точно никуда не денетесь, — засмеялся Денис, прикрыв блаженно глаза. — Тогда с меня шампанское!
— Договорились! — засмеялась и Дарья.
— Мне пора, Дарёха!
Денис развернулся и собрался выходить.
— Даш… — задержался в дверях. Его окутал порыв признаться, что соскучился по общению с ней. Так, что жаждал крепко обнять. Но здравый смысл остановил. — Мехман тебя больше не обидит!
Дарья, открыв рот, проследила, как Денис стал отдаляться от киоска. Ей захотелось крикнуть, что любит его… сильно, несмотря ни на что. Только переживать за него будет теперь вдвойне.
Через час представительный молодой человек пожелал купить мандарины для детского сада. Все оставшиеся три ящика. Дарья сначала обрадовалась такому оптовику, но затем задумалась – не очень-то похож покупатель на работника детского сада. А Мехман заплатил за смену почти недельную зарплату…
Денис потёр запотевшее зеркало и еще раз осмотрел лицо. Порез после бритья пришлось залепить кусочком бумажки.
— Твою мать… — проворчал, трогая место пореза.
Вышел из ванной только в полотенце на поясе и отправился в кухню. Налил в чашку кипяток и кинул пакетик чая. Втянул носом аромат горячего напитка, осторожно делая глоток.
— А ты ничего… — услышал тихий притязательный комплимент со стороны.
Повернулся и одарил ухмылкой девушку, с которой провёл ночь.
— Ты тоже неплоха!
Та кокетливо крутила светлый локон на палец и пилила взглядом его обнажённый торс.
— Хочешь завтрак приготовлю? — вскинула тоненькой нарисованной бровью. — Я умею.
— Не сомневаюсь. Но не надо, — отвернулся Денис и снова сделал глоток из чашки.
Девушка подошла ближе, обняла за пояс.
— Денис, платить мне не нужно… — кончиком языка провела ему по шее до мочки уха. — Я буду тра*аться с тобой по взаимной симпатии. Только зови.
— Можно буду лучше платить? Потому что взаимность ты вряд ли получишь от меня, — отстранённо проговорил Денис.
— Мхм… — не отставала девушка и продолжила заигрывать. Её ладонь медленно поползла под полотенце. — Хочешь, чтоб вместо меня Сандра была, да?
Ему не очень понравилось, что она упомянула Оксану.
— Причём здесь Сандра?
— Я же вижу, как между вами постоянно «тёрки» происходят в клубе. Невзначай цепляете друг друга… — ее голос понизился почти до шёпота. Она явно была намерена на ответную страсть.
Девушка уже смелее потянула полотенце, предполагая оставить Дениса голым.
Он с небольшим раздражением отцепил ее руки от себя, расплылся в ехидную улыбку и прищурил глаза, когда посмотрел вновь на девушку.
— Всё отлично было ночью. Сейчас не нужно.
Та остановила действия и с малой обидой уставилась на Дениса.
— Ну отвези хотя бы до дома!
— Отвезу. Оденусь только.
Он обошёл её и вышел из кухни. Уже в спальне осмотрел постель, поднял с пола использованный презерватив и вздохнул.
Все бы ничего, да только никак не мог объяснить, почему всегда так трудно даётся выпроводить девицу «на ночь». Каждая надеется утром почувствовать себя нужной не только для этого дела.
«Интересно, Оксана с такой же надеждой работает?» — призадумался Денис.
Он с силой погладил себя по подбородку, случайно задел бумажку на порезе.
— Черт, — приметил снова кровь.
Схватил свою одежду и вновь прошёл до ванной, чтоб одеться.
Когда появился на кухне, то почувствовал запах сигарет. Девица с наглым видом сидела за столом, свесив ногу на ногу.
— У меня в квартире не курят! — заявил строго, выхватил окурок из рук девушки и потушил в раковине.
— Прости, забыла спросить, — не очень виновато закатила она глаза.
— Пошли, — мотнул он головой на выход.
— Мила… — добавила та.
— А если без псевдонимов?
Девушка скривила недовольную мину.
— Людмила.
— Поехали, Людмила! — более настойчиво обратился к ней Денис.
Она вальяжно поднялась, прижимая к себе сумочку, и процокала каблуками мимо него. Денис с ироничной улыбкой посмотрел ей вслед.
Уже на выходе оторвал листок на календаре и задержал взгляд на цифре – 31 декабря. Отпечатанный рисунок курантов и надпись красным шрифтом: «С наступающим новым годом!» – прямо сигналили о праздничном настроении, которого у Дениса, конечно же, не было.
***
Денис отвёз Людмилу домой и отправился на встречу к Басалаю, чтоб выяснить, что приготовил он ему на день грядущий.
Днем ночной клуб не особо кипел жизнью. Работники вокруг суетились, готовясь к бурной новогодней вечеринке.
Парень обменялся рукопожатиями с коллегами из охраны и прошёл до кабинета главного. Здесь привычно ничего не менялось. Крепкий табачный дым, разносольно накрытый стол и Басалай, восседающий, как царь на троне.
— Денис, присаживайся! — махнул он ладонью ему сразу же, как только парень появился. Тяжёлый золотой перстень на его руке блеснул в полутьме.
Денис расположился рядом и посмотрел на остальных присутствующих.
— Господа, погуляйте чуток! — снова махнул рукой Басалай тем, давая понять, что с Денисом будет разговор тет-а-тет.
Басалай потёр ладонями, прежде чем отломать ножку от запечённой утки.
— Давай, поешь! — предложил Денису шеф.
— Не голоден! — буркнул парень.
— Зря! — врезался зубами в сочное мясо мужчина. — Чего ты всё время брыкаешься? Чем недоволен опять?
— Всем доволен, — апатично отозвался Денис и опустил голову.
— Во-о-от, — поднял палец кверху Басалай. — И я доволен! Навёл порядок на рынке.
— Порядок ли? — вздохнул парень.
— Порядок, Денис! Порядок, — убеждал его мужчина, громко чавкая. По его подбородку тёк жир от пищи. — За все нужно платить! А кто не может, тот, с*ка, жмот, — кинул тупую шутку Басалай и от нее сам же посмеялся.
Денис полминуты наблюдал как тот молча ел, периодически отделяя кость от мяса. Затем мужчина утёр подбородок холщовой салфеткой и вытащил из-под точно такой же устройство.
— Мне нужно, чтоб ты разобрался в этом и починил, — сказал он, дожевывая свой обед.
Денис посмотрел на прибор, напоминающий небольшую рацию.
— Знаешь, что это такое? — поинтересовался Басалай.
— Знаю, — уверенно ответил Денис, взял в руки и, хмуря брови, оглядел со всех сторон.
Аппарат явно был разбит. Небольшой экран имел множество трещин.
— Это сотовый телефон. Импортный. Причём последней модели.
— Мхм, — кивнул ему мужчина. — Если он заработает, я тебе заплачу годовой аванс.
— У тебя есть труба. Зачем еще одна?
— Этот особенный. Ребята отобрали у одного рукастого химика, — перекрестился Басалай. — Царства ему небесного!
Денис оторвал взгляд от устройства и упорно уставился на шефа. В его голове сложилась картинка, как и для чего нужен телефон. Химия и радиосигнал — взрывоопасная вещь!
— Починить, я его починю, — положил обратно Денис сотовый на стол и откинулся всем торсом на спинку стула. — Но могу сразу разочаровать. Он должен посылать сигнал на похожий чип.
— Мхм, всё будет, — закивал Басалай. — Шаришь, парень! — воскликнул он, сжал ладонь в кулак, показывая свою радость.
Денис снова молчал и наблюдал, как шеф налил водку в рюмку.
— За тебя! — шумно выдохнул и запрокинул залпом.
Басалай втянул воздух носом, уткнулся в кулак.
— Ты мне для чего? — покосился мужчина скептически на Дениса.
Парень осознал, что шеф подводит его к черте, которую Денис никогда не собирается переступать.
— Извини, но нет! — твердо мотнул он головой в отрицание.
Басалай достал пачку сигарет, тряхнул ее и достал одну.
— Подумай, Денис! Хорошо подумай! — зачиркал зажигалкой мужчина, затянулся и выпустил клуб никотинового дыма почти ему в лицо.
— Я подумал. Нет.
— Это даже не миллионы, а триллионы, или что там по счёту дальше… — описывал мечтательно Басалай. — Вместе с этим. Х*й, кто докажет, Денис! И платить откупы не придётся.
Мужчина достал из кармана малинового пиджака бумажный пакетик. О содержимом Денис сразу догадался. Этот порошок мог разнести на мелкие части любой металлический сейф, не то, что человека в машине.
— Нет, — твёрдо стоял на своём парень, сложил руки в замок на животе. Безразличным взглядом дал понять, что по-другому не будет.
Басалай стряхнул пепел в пепельницу и также откинулся на стул. Они смотрели друг на друга.
— Я не принимаю отказы. Ты же прекрасно понимаешь…
— Лучше дай еще один рынок. Наведу порядок, — Денис был несклоняем.
— Одним рынком ты кормиться со мной не будешь.
— Уже говорил, что мне терять нечего! — вздохнул устало парень.
— Я в курсе, что смерти ты не боишься, — Басалай давил тяжёлым косым взглядом.
— А Оксана? — мелькнул хитрый огонёк в глазах шефа. — Ты же хочешь свободы для неё? Чтоб я не свернул ей шею, за то, что она Вóроновской наркотой торгует в моем клубе?
Денис отчаянно прикрыл глаза. Басалай сыпал всеми камнями, которые так тянули последние месяцы. Став начальником охраны в клубе ему пришлось столько увидеть изнутри этого Содома, что кажется до конца дней не разгрести. А самое главное, он не знал, как вывести Оксану из этого дерьма. Ведь девушка в погоне за быстрыми деньгами втягивалась во все опасные дела, помимо работы эскортницей.
— От меня ничего не утаишь, Денис. Мои уши и глаза везде, — Басалай почти чувствовал свою победу в уговоре.
Денис крепко схватил деревянный подлокотник дорогого стула.
Все можно решить здесь и сейчас. Одним ответом.
— Нет! — чуть склонился Денис к Басалаю и убедительно мотнул головой, окончательно показывая, что его подход не сработал.
С наркотиками связаны почти все «ночные бабочки» в клубе Басалая. А свободу Оксана и сама не хочет получать. В этом не раз убеждался Денис, как девушка отметала все его переживания и действия.
— С Оксаной я разберусь. Дай время. Свернув ей шею, проблему ты не решишь. Это точно говорю. Вóрон так и будет ходить тебе по пятам и без Оксаны.
Мужчина опять затянулся сигаретой, с надменной ухмылкой смотрел на Дениса.
— А ты далеко не дурак!
— Я вовсе не дурак, — Денис вновь откинулся на стул.
— Только я, нахр*н, никому никогда не даю шансов.
— Значит, и меня вместе с ней! Разговор закончен.
Денис поднялся со своего места, со скрипом двинул стул по полу от негодования. Ему сейчас было настолько всё равно, даже если Басалай выстрелит в спину.
— Денис! Ты у меня на хорошем счету! Шкурой своей Кирыча прикрываешь! Я ценю это, бл*дь! — в бешенстве оскалился мужчина вслед.
Парень вышел из комнаты, яростно сжимая скулы. Появилось огромное желание смыться навсегда с этого места. Но только понимал, что вряд ли про него забудут…
— Данди! — в зоне танцпола поймал его Кирилл. Так он называл Дениса за умение применять рукопашные приёмы.
Парень, потирая запястья, спешно подошёл к Денису.
— Брат, нужно кое-кого поставить на место. Поехали! Если тряхнуть хорошенько, то «капусты» срубим не на одну вечеринку.
— Кир, — недоумевал Денис, поставив руки на пояс. — Сегодня праздник, а ты все туда же.
— Да-да! — приобнял Кирилл его за плечо, уводя настойчиво из клуба. — Праздник, Данди, состоится. Как тебе, кстати, Милка? Хороша?
— Можно, я не буду делиться впечатлениями? — Денис, показывая посредственность, покачал головой.
— Где остальные? — оглянулся на других охранников.
— Братва уже по машинам разбежалась, нас ждут. Поехали, Денис! — нетерпимо подтолкнул Кирилл к выходу.
Кирилл достаточно приятный парень, только энергии в нем ненужной слишком много. Постоянно нарывался на разборки, зная, что влиятельный папочка прикроет. У парня всё в жизни удачно, словно манна небесная сыпется. От этого Кирилл ничем не дорожил и ни к чему толковому не стремился. Из великих особенностей: мужское обаяние и умение «языком чесать» перед девушками.
Дениса держит за старшего брата, который не только сопли на кулак не наматывает, но и стоит рядом с ним горой. Денис, естественно, часто ругал и ненавидел себя за то, что так легко втянулся в это существование, но с каждым разом становилось понятно – другой жизни не будет. «Прессовать», «отжимать» и ставить на место проще. Учёба и завод ушли в параллельный мир.
— Данди, в «качалку» когда пойдём? — садился Кирилл в машину на пассажирское сиденье.
Он вдруг решил напомнить Денису, что тот обещал подтянуть его физическую форму и малость обучить приёмам рукопашного боя. А то Денис, после всех стрелок Кирилла, удивлялся, как парень вообще ещё живой при таком расположении дел. Нужно уметь немного защищаться.
— Да хоть сегодня! — Денис подумал, что спортивные занятия могли бы дать хороший эмоциональный выход после всего.
— Только не сегодня! Сейчас «жамкнем» одних подонков и на вечеринку в клуб. Жаркая ночь же будет!
Денис шумно ухмыльнулся, садясь за руль и посмотрев на Кирилла. Так он, не задумываясь, отделял себя от слоя «подонков» будто ехал в театр, а не на возможный мордобой с перестрелкой.
— Я не пойду на эту оргию! — отмахнулся Денис от жаркой ночи в клубе. Ловить косой взгляд Басалая не очень хотелось, как и видеть полуголую Оксану, представляющую красивое тело публике на развлечение.
Тёмная девятка резко тронулась по заснеженной дороге, вильнув в сторону небольшим юзом.
— Какие же планы на новый год? — изумился Кирилл отказу Дениса.
Денис ушёл в раздумье над тем, чего бы хотелось ему в новогоднюю ночь…
— Сколько у подонков можно «жамкнуть»? — отрешенно смотрел он на дорогу, ведя машину.
— Пятьсот баксов, думаю, будет, — заверил Кирилл мечтательски, откинулся на сиденье и закурил, пуская облако дыма по салону автомобиля.
Денис блаженно растянул улыбку, так как ему пришла идея отличного подарка для Сергеевых. Ну, или для Сергеевой…
— Кир, можно позаимствовать у тебя «видик» на вечер, ну и кассетку интересную. Хочу одну замечательную девушку в кино пригласить.
Кирилла разразил громкий хохот.
Затем парень загадочно заглянул на Дениса.
— Я тебе дам зачётный фильмец! — показал Кирилл жест «ок».
Дарья добавила последний штрих в салат – украсила веточкой зелени. Взяла в руки тяжëлый хрустальный салатник и понесла в комнату, где накрыла стол к встрече Нового года. На стене красовался свеженький календарь с симпатичной крысой неестественного огненного цвета – символ наступающего 1996 года. Девушка подмигнула ей, проходя мимо, и хохотнула над собой. Тут же немного загрустила – ведь она совершенно одна.
Оксана, судя по надетому шикарному нижнему белью, не собиралась отмечать праздник дома. Хоть и кинула фразу, что постарается вырваться к двенадцати. Неохотно верилось в это. А Дениса Дашка не видела уже две недели, с той самой ситуации на рынке…
К девушке постоянно закрадывалось подозрение, что парень почему-то избегает встреч.
Дарья осмотрела приготовленные закуски и присела на стул. Хотелось праздника и волшебства! Как в детстве… Это невероятное чувство ожидания чудес тянется именно оттуда. Когда всё хранилось для нового года: палка вкусной колбасы, приличный кусок мяса и даже закрученный компот с лета… Когда не терпелось достать спрятанный матерью синий пакетик бенгальских свечей и бахнуть хлопушки-конфетти под бой курантов вместе с Оксаной и Денисом. Дарья заулыбалась от этих воспоминаний.
Старый ламповый телевизор даже не попыталась включить, он давно уже отказывался работать – изображение гасло. Поэтому Дарья включила громче радио на кухне, чтоб понять, когда поднять бокал с шампанским, которое оставила ей Оксана. Хотя девушка не была уверена, что сможет открыть его самостоятельно. В душе стояла огромная надежда, что Денис появится обязательно. Не было такого, чтоб новый год они встречали раздельно. Не считая службы в армии.
Она скромно положила салат в тарелку, взяла порцию вилкой и отправила в рот. Аппетита особого тоже не испытывала.
Из-за поющего радио Дарья не услышала, как прямо к крыльцу дома подъехала машина Дениса.
Он достал с заднего сиденья объëмную коробку и спешно стал заносить по лестнице.
— Дарëха, это я! — пропыхтел он, когда толкнул входную дверь ногой.
Девушка выскочила навстречу и с округлившимися глазами проводила его до комнаты.
— Это… телевизор?! — оглядела она рисунок, когда Денис опустил коробку на кровать.
— Ага! — с воодушевлением кивнул парень. — Сейчас! — поднял он палец кверху.
Незамедлительно вернулся к машине и принëс видеомагнитофон. Девушка осматривала коробку со всех сторон.
— Динь, это… откуда?
— Это мой подарок вам! И… вот видик, — положил устройство рядом. — Приглашаю тебя на киносеанс, Дашка.
Девушка от счастья закусила нижнюю губу и не сводила глаз с Дениса.
— Ты серьёзно?
— Когда я так шутил?
— Новый телевизор?! — пискнула от восторга Дарья. — А он цветной?
— Конечно! Читай, — ткнул на название.
— Sony, — на правильном акценте произнесла девушка.
— Ну, вот, — горделиво заулыбался Денис. — Сейчас мы всë подключим, — снял он куртку с себя. — Видик одолжил у знакомого. Он держал видеосалон когда-то. И кино индийское.
— Зита и Гита, — Дашка взяла в руки кассету. — Я помню афиши, такой показывали в кинотеатре.
— Сейчас мы свой видеосалон устроим. Давай, помогай!
Денис с Дарьей распаковали покупку и поставили новенький телевизор вместо старого. Девушка почувствовала неловкость, ведь к такому подарку была совершенно не готова.
— Денис, ты что мои мандарины продал? — пошутила она, напомнив про рынок.
— Какие мандарины, Даш? — иронично изогнул бровь в ответ, сделал вид, что не понимает о чем речь.
— Но это же не случайный покупатель был… который три ящика купил…
— Зачем ему столько? — засмеялся Денис.
Он приметил накрытый стол.
— Ты салат без меня что ль трескать начала? Непорядок, — перевëл шутку в другую сторону.
Скользнул игривым взглядом по Дарье, оценил пëстрое приталенное платье и причëску с небрежным пучком на макушке.
— Платье у тебя красивое! Да и сама под стать, — подмигнул ей. Главное, чтоб больше не вспоминала про мандарины.
Дарья сжала стыдливо рот и на животе сложила руки в замок.
— Ага, ты ещё про глаза скажи, что они как лужи…
Так она ему напомнила прошлые комплименты.
Без трудности парень справился со всеми проводками-колокольчиками, чтоб настроить видеопоказ. На экране телевизора высветился синий фон в режиме ожидания.
— Так! Я думаю дальше без меня разберëшься. Пойду машину переставлю от крыльца.
— Разве мы не будем президента слушать?
— Как будто ты не знаешь, что он скажет! — фыркнул Денис. — Я рад, что вы собрались за одним столом. Храните верность и преданность… — смешливо изобразил он голос и интонацию политика, выходя из комнаты.
Дарья захохотала ему вслед, волна непередаваемого забвения захлестнула девушку. И правда, зачем ей президент? Когда Денис пригласил на интересное кино…
Она взяла фильм в руки, вынула из коробочки, предвкушая, как они с Денисом проведут время. Вставила кассету в приёмник и замерла от увиденного на экране. Может девушек и звали Зитой и Гитой, но только они отнюдь не танцевали и пели…
Парень второпях уже возвращался и, забегая по крыльцу, съëжился от морозной ночи. Холод забрался под кофту, и зубы стукнули на вдохе.
Денис также замер на пороге в квартиру, потому что до слуха донëсся совсем не индийский мотив. Слишком громко и искусно стонала женщина, а мужской ей подначивал.
Парень, не успев снять ботинки, метнулся в комнату.
— Твою мать!
Он в суетливости стал нажимать по всем кнопкам на видеомагнитофоне. Звуки прекратились, и пошлое изображение пропало с экрана.
— Динь… — зажала Дашка рот руками, сдерживая нервный смех. — Зита и Гита… какие-то неправильные.
Денис тяжело задышал от паники, посмотрел на Дарью и её пылающие щëки.
— Даш… это. Точнее, я не это хотел тебе показать, поверь!
Он в ярости схватил коробку из-под кассеты и убедился, что фильм действительно должен быть тот. До его сознания дошло, что Кирилл имел ввиду под фразой «зачëтный фильмец».
— Етить-колотить, Кир!!! — выругался Денис вполголоса.
Воздвиглась затруднительная пауза. Но затем Дарья всë же заливисто засмеялась, и Денису хоть и было не до смеха, но он захохотал вместе с ней.
— Пригласил в кино, блин, — возмутился он сам на себя. — А ты тоже хороша! Вылупила глаза и смотрит, — хлопнул по бокам руками.
Постепенно их смех утих. Парень вытащил кассету, расстроенно вздохнув. Убрал в коробку и спрятал под куртку, чтоб не попала больше в поле зрения.
— Динь, знаешь о чëм подумала… — опустила смущëнно взгляд Дарья.
— О чëм? — насторожился Денис, понадеялся, что вопрос не коснётся порнухи.
У Дашки, конечно же, был рой любопытства по части фильма, но спрашивать его она не станет точно.
— О том, что придëтся всë-таки президента слушать, — развела ладонями.
— Мхм, — закивал парень. — Это хорошо, что сейчас ты про президента подумала, — тяжко вздохнул.
— Ты подключай антенну, а я пойду пирог нарежу. Мы с Оксаной старались.
Дарья окончательно разрядила обстановку и замельтешила в сторону кухни.
— Я всё съем! — крикнул вдогонку Денис, почесал затылок.
Вздохнул уже облегчëнно, ведь так неудобно ему ещё не было. Дашка влюблена – эта мысль резанула. Не дай Бог примерила потребность из «плохого» кино на него.
Президент в чëткой яркой картинке телевизора поздравил всех с новым годом, пожелав доброты и терпения. Только непонятно кому больше? Ведь люди абсолютно не представляли, как следующий год принесет какие-либо изменения в их жизнь. Куранты пробьют, сигнализируя о новом отсчете дней, и каждый уже с утра начнёт крутиться в привычном ритме: всё продаëтся – всë покупается…
— Дашка, только один бокал! — громким хлопком открыл Денис шампанское, бросив строгий взгляд на девушку.
— Так! Новый год начался. Мне почти восемнадцать! — она подняла пустой фужер в ожидании игристого напитка.
— Ничего не знаю! Я не подкупный, — натянул каверзную улыбку Денис. — Я за рулём, а ты молода для алкоголя.
— Мне интересно, когда наступает совершеннолетие, где-то выдают документ на то, что можно всё? — выдвинула претензию Дарья.
— У тебя есть уже паспорт с годом рождения!
— И что? Мне его показывать везде, чтоб бокал шампанского выпить на новый год? — засмеялась девушка.
— Представляешь? — ехидно прищурил глаза он, убеждая, что именно так и будет.
— Денис! — ткнула она парня в плечо кулаком за подкол.
В телевизоре начался новогодний огонёк. С экрана лились песни и юмористические номера. Денис пристально посматривал на Дарью и её очаровательную улыбку во время смеха. Сейчас рядом с ней исчезало всё, что терзало. Девушку взгляд Дениса немного стеснял.
— Вкусный пирог?
— А… Да, — замешкался он, откусил пирог.
— Динь, а у тебя какое любимое блюдо?
Парень задумался, откинулся на спинку стула.
— Жареные макароны с яйцом, — продолжал жевать пирог и заулыбался, вспомнив детство и отца. — Когда мамы не стало, папа мог только это готовить.
— О, да! Это был деликатес после перестройки. Серые макароны и шпротный паштет, что выдавали на заводе под зарплату, — досадно предалась и Дарья воспоминаниям. — Сейчас вроде как и лучше живëм?
— Знаешь, Дарëха, как говорил мой дед? У него всего четыре класса образования, но он рассуждал умнее наших политиков.
— Как?
— «Запомни, Денис! Сейчас у людей есть деньги, а полки в магазинах пустые. Настанет время, когда, наоборот, полки будут ломиться, но ты не сможешь ничего купить…» — изобразил он деда, погрозив пальцем в разговоре.
Денис взял бокал с шампанским.
— Но верю, Дашка, что всё наладится! Мы закалëнные! С Новым годом!
— С Новым годом! — подняла Дарья фужер и снова сверкнула Денису обворожительной улыбкой.
Парень допил игристый напиток, а девушке очевидно не очень пришлось шампанское по вкусу, так как она его только пригубила.
— Динь! — подскочила Дашка со стула. — У меня тоже есть подарок для тебя!
— Только он, конечно же, не такой дорогой, — открыла она верхний ящик письменного стола. — Вот… — со всей скромностью подала небольшой замшевый мешочек красного цвета. — Сейчас такие в моде… почти у всех есть, — запиналась Дарья, пока Денис развязывал тесëмки на подарке.
Он аккуратно зацепил пальцем металлическое кольцо и вытянул из мешочка брелок в виде прозрачного сердца с жидким наполнением. Внутри красовалась надпись «I love you» на красной слюде, которая чудесным образом ещё и припорошена блëстками.
Денис расплылся в приятную улыбку, смотря на подарок. Тряхнул брелок, чтоб блëстки заиграли внутри вихрем. Посмотрел с благодарностью на Дарью.
Глаза у девушки от чего-то полезли на лоб, а рот в тихом ужасе открылся.
— Это… — она метнулась обратно к письменному столу и в панике пошарила в ящике. — Ничего не понимаю! — замотала она головой. — Там должна была быть мышка…
Девушка молча замерла, еë губы плачевно дрогнули. Что за курьëз? Как получилось, что вместо мышки оказалось сердце?
Денис наблюдал за ней, не сводя глаз. Догадался, что с подарком что-то вышло не так. А и не важно в чем ошибка произошла! Но она точно судьбоносная для них обоих…
Дарья выпрямилась и в безмолвном замешательстве отвернулась к окну.
Парень отложил брелок, поднялся с места и, не переставая улыбаться, подошëл к ней. Осторожно погладил ладонями по плечам и тихонько развернул к себе.
— Дашка… этот нравится мне больше.
Девушка подняла на него кроткий взгляд и слишком боялась осуждения с его стороны. Но глаза Дениса просто светились, а еë же слегка заслезились.
Она долго сжимала и разжимала рот, чтоб собраться воедино.
— Правда?
— Правда! — закивал радостно он.
Дарья немного потупила взгляд, но по-прежнему смело смотрела на него. Стремительное тяготение переросло в неизбежный порыв – обнять. Девушка приподнялась на носочки и прижалась к Денису, крепко обвив руками за шею. Парень сдерживал себя, как мог, чтоб не стиснуть еë мощно в объятиях. Не выплеснуть то, что забурлило в нëм, как танец блëсток в брелоке. Сжал осторожно ладонями еë талию, боясь сделать лишнее движение.
Она задышала чаще, так как и без слов понятно, что подарок-сердце и для неë желаннее, чем мышка. Вспышка чувств захлестнула сейчас с такой силой, что появилась отвага признаться…
Дашка собралась с духом и на выдохе тихонечко произнесла:
— Я тебя люблю… Денис!
Это чистое юное признание растеклось истомой по телу Дениса, звеня в ушах и заглушив шумное веселье из телевизора. Он всë же решился на ответ и, склоня голову, нежно коснулся губами за ухом Дарьи.
— Я знаю… — прошептал он с пристрастием.
Затем лёгким поцелуем прильнул к еë тëплой щеке. Она не осталась в долгу и повторила все его действия. Денис задержал дыхание, руки и ноги окаменели, как и вся нижняя часть.
— Дашка, мне очень нравится этот новый год… Пирог очень вкусный! И подарок…
Он с трудом отлепил девушку от себя. Оба старались не встретиться глазами. Денису хотелось убежать от постыдного желания к чистой Дашке, а ей боязно, в принципе, после откровений.
— Я должен уйти… — стрельнул исподлобья на неë.
— Мхм, — кивнула она, не смотря на него.
Денис торопливо взял куртку и пошлую кассету, зажав подмышкой.
Дарья подняла голову, волнительное дыхание и растерянный взгляд давали понять, что она опечалена спешным уходом Дениса.
— Видик оставлю. Мы с тобой обязательно посмотрим кино. Но только нормальное, — выдавил смешок.
— Да! — растянула она неловкую улыбку.
Денис почти вышел из комнаты, но вернулся и забрал со стола брелок. Задержал завороженный взгляд на стоявшей у окна Дарье. Она, такая хрупкая и миниатюрная, но уже не девочка в кроличьей смешной шапке, какой помнил еë из детства. А взрослая девушка пленительной естественной красоты. Мимо неë точно нельзя пройти, не посмотрев ей вслед с умилением.
И она его любит!
Денис разразился широкой улыбкой, восторженно втянув носом воздух. Приложил брелок в область сердца, показывая, как дорого ему это всё.
Дарья в ответ улыбнулась не менее ярче, смотря на него, как заколдованная.
— Дашка, я счастлив, что ты у меня есть! — кивнул ей уверенно уже в дверях.
Исключительно довольный он вышел из квартиры Сергеевых. Даже мороз на улице не казался таким колючим уже, сделал вдох-выдох, задрав голову кверху. Улыбка его не собиралась покидать.
Сел за руль и завëл мотор. Тряхнул вновь брелок, который так и держал в руке. Блëстки внутри закружились, придавая шарм фразе о любви. Да, именно такой фонтан бил сей момент и у Дениса в душе.
Убрал брелок в карман и выехал на дорогу, взвесив всё за и против выпитого шампанского. Но и море казалось по колено. «Отмазаться» можно в случае чего. Расслабленно держал путь до дома.
Тут неожиданно и резко его обогнали три автомобиля, которые окружили с трëх сторон, заставляя снизить скорость и в конце концов остановиться. Хотя Денис и попытался вырваться из этой ловушки, но не удалось. Когда из авто вышли люди, он понял, что неприятности обеспечены. Он потянулся до бардачка за оружием…
Водительскую дверь рванули с такой силой, что пластиковый козырëк на окне затрещал. К виску прижалось холодное дуло пистолета.
— Без шуток, Денис! — надменный оскал противника не предвещал ничего хорошего.
Денис с трудом разомкнул тяжёлые веки, когда ему плеснули водой в лицо. Затылок ломило от тягучей боли. Сознание постепенно восстанавливало события, как неожиданный мощный удар по шее отключил рассудок. Сейчас он не понимал где находится и был сильно дезориентирован во времени. Железный привкус во рту усугублялся сухостью. Первым делом появилось желание попросить ещё воды.
— Очухался? — недоброжелательный и брезгливый голос слегка задвоился на слуху.
Денис сидел на стуле, и ему пришлось приложить усилие, чтоб поднять лицо и посмотреть на собеседника.
Тут же прикрыл глаза и снова опустил голову. Ощутил, что руки связаны за спиной очень крепко, когда сделал попытку шевельнуть ими.
— Удара по башке было недостаточно, чтоб обезвредить меня? — посмеялся тихонько Денис.
— Извини, пришлось тебя помотать немного… А то парень ты горячий. Наслышан уже.
Денис вновь поднял голову и пристально прищурился на развалившегося на диване противника.
— Чем же вызван мой визит к самому Вóрону?
Мужчина, который находился почти напротив, был на внешность приятней, чем Басалай. Вполне молод, подтянут по фигуре и одет по-деловому: белая рубашка и классические чëрные брюки. То, что он новый русский выдавала толстая золотая цепочка на шее и бритые виски. Он точно чувствовал себя королём по жизни, судя по выправке. Его поза, нога на ноге и взгляд просто кричали о том, что все вокруг дерьмо.
Мужчина встал и в два шага приблизился к Денису. В руке блеснул кастет. Тому пришлось сжать гневно скулы, прежде чем получить удар по челюсти с размаху. Денис упал со стула, вкус крови во рту усилился, нижняя губа онемела. Он всеми силами сдержался, чтоб не замычать от боли. Превозмогая мучительные ощущения, перевернулся на бок и сплюнул.
— Поднимите! — приказной тон показывал ярость.
Соратники Вóрона усадили небрежно Дениса на стул.
— Хочу, чтоб дошло до тебя… На каждую силу найдëтся тот, кто посильнее! — высказал презрение мужчина, снимая кастет с кулака.
— Согласен, — злорадно хохотнул Денис. — Ты сейчас сильнее… Руки развяжи… — посмотрел мстительно на Вóрона исподлобья.
— Э-эй, нет, парень! Хочу, чтоб ты сначала уяснил за что прилетело и осознал, что не прав.
Мужчина приблизился вплотную и заглянул Денису в лицо. Тот хотел было вдарить с головы, но остановил этот порыв. Ситуация играет не в его ворота.
— Что за беспредел вы вчера устроили? Налетели на парней? Это моя территория, бл*дь!!!
Денис снова стиснул гневно скулы, ведь он действительно и не вникал, что за «стрелку» устроил Кирилл.
— Может и карту покажешь? — враждебно дерзил Денис, сглотнул сухость в горле.
Вóрон с издевательской ухмылкой отошёл к полированному письменному столу, открыв ящик, в самом деле, достал большую карту с планом города.
— На! — обвёл район на карте пальцем и ткнул в неë. — Изучай.
Вернулся к Денису и, подняв со стула, протащил до стола. Насильно склонил его голову над картой и нажал на затылок для лучшего изучения.
— То, что обведено красным – моë!
Денис выпрямился, но смотрел на карту. Чувство отвращения захлестнуло. Судя по схемам, территория города словно лакомый торт поделена между группировками.
— А ты думал? Мы в игрушки играем? Нет, Денис. Все свято чтут свои законы! И не нарушают чужих границ, — прошипел Вóрон ему в глаза.
— Да. Также и наркота твоя не гуляет по территории Басалая, — пробубнил парень в ответ.
Мужчина замер с наглой улыбкой на лице.
— Не понимаю, почему Басалай не свернул ей шею за это ещё? Я бы давно так и сделал, — заявил беспардонно.
Вóрон чуть отдалился от Дениса и сунул руки в брюки. Тяжко вздохнув, вскинул подбородком.
— Ладно, Денис! Без обид. Спишу всё на то, что ты новичок и тупо не знаешь наших законов. Не буду Басалаю предъяву кидать.
Дикий смех разразил Вóрона.
— Я добрый! С Новым годом! — развёл руками благосклонно.
Денис хмуро покосился на мужчину, который выглядел совершенно неуравновешенным психом сейчас.
Вóрон спокойно сел обратно на диван, закинув руки на спинку.
— Но вернуть всë придётся! С процентами! Сегодня же!
— Руки развяжи, — спокойно сказал Денис.
Мужчина немного подумал и указал глазами своим соратникам, чтоб освободили Дениса.
— А если не верну… — подначил он и потëр запястья, на которых образовались гематомы от верёвки.
— Плевать! Прощаю! Я добрый, говорю же! — тот не сводил пристального взгляда с парня.
Денис нахмурился в недоумении, но интуиция подсказывала, что не всë так просто. Чувствовался двойной смысл.
— Басалай за Кира с тебя шкуру снимет и так. Ему пощады я не дал. Гадëныш! Он знал, что делает. Походит без уха, с*ка, раз не хочет слушать! — указал пальцем на Дениса мужчина. — Этот «вышмырок» вперёд батьки скакать хочет – иметь своë. Наполеон ху*в!
— Чего тебе от меня надо тогда? — дотронулся Денис до разбитой губы.
— Мне тут… — вздохнул устало Вóрон. — Одна птичка «нащебетала», что у Басалая имеется одно нужное устройство. И что ты, Денис, великий мастер в этом деле.
— Какая птичка? — изумился с раздражением парень.
— Эх! Именно та, Денис. Колибри, что с чл*на на чл*н порхает, — потëр себе пах Вóрон и снова засмеялся диким смехом.
Денис замер, досадно смерил взглядом мужчину и опустил глаза.
— Не знаю таких! — отмахнулся, вытирая рукавом кровь на губе. Хотя он прекрасно понял, что тот имел ввиду Оксану.
— Ну да! — усмехнулся Вóрон.
Мужчина мотнул головой на своих подопечных.
— Приведите, эту подлую малыху!
Спустя мгновение в комнату привели Оксану. Наряд на ней был вызывающий, как всегда. Коротенькое платье, с выглядывающим бюстгалтером в декольте, и порванные колготки показывали, что девушка оттягивалась по-полной.
— Э-эй! Что за дела? Какого хрена, дëргаете с праздника? — возмущалась громко нетрезвая Оксана.
Заметив Дениса, тут же умолкла. Поражëнная внешним видом парня, приблизилась к Вóрону.
— Ты же обещал… Что и пальцем не тронешь… — предъявила претензию укорно.
— А я и не трогал пальцем, — усмехаясь посмотрел мужчина на Дениса. — Правда ведь?
— Ты ублюдок! Мразь… — накинулась Оксана на мужчину с кулаками. Но тот моментально отбил её удары, толкнув девушку на диван, сдавил ей горло.
Денис крепко сжал кулаки и рыпнулся к ним, но тут же был остановлен Вóроновской охраной. Они с силой удержали его.
— Пусти! — пищала Оксана, задыхаясь.
Мужчина поднялся с дивана и словно пушинку рванул Оксану за собой.
— Ну? Давай, скажи, что ты не знаешь еë? Что вы не дружите! — он, как тряпичную куклу, подтащил Оксану к Денису.
— Давай, шл*ха! Теперь скажи ему то, что мне говорила! — орал бешено Вóрон на девушку, грубо схватил за скулы.
У Дениса глаза налились яростью до предела. Он был очень зол и на Оксану, и в то же время безудержно хотел заступиться за такое обращение с ней.
Оксана взглянула на Дениса, плачевно сомкнула рот и всхлипнула.
— Прости… — прошептала одними губами.
— Говори!!! — рявкнул Вóрон вновь.
— У Басалая есть неисправный мобильник… с порошком… А Денис радиотехник. Он в армии занимался взрывными устройствами… — проговорила Оксана еле-еле, не снимая умоляющего взгляда с Дениса.
— Вот так! — отпустил Вóрон девушку. Затем со счастливой, довольной улыбкой шлепнул еë по попе. — Знай, кому и что говоришь, и отвечай за базар.
Денис с усилием дëрнул плечами, чтоб освободиться из захвата. Пристально он смотрел на Оксану. Та, уткнула нос в сложенные ладони и испытывала всю вину на себе. Взгляд Дениса еë казнил.
— Денис… — проскулила девушка, желая вызвать жалость.
Парень отвернулся от неë и отошëл.
— Я верну деньги, — заявил он Вóрону, не смотря на него.
— Эээ… нет! Ты так и не понял ничего? Мне нужно устройство и ты Денис!
— Я не продаюсь! — озлобленно огрызнулся он.
— А всë же попробую убедить продаться, — снисходительно качнул головой Вóрон.
Мужчина приблизился сбоку, и его рост оказался внушительнее над Денисом.
— Басалай – ущербный кончелыга. Я буду платить в три раза больше.
Парень повернулся лицом к лицу с безразлично пустыми глазами.
— И пока ты не послал меня, скажу, что это не всë, — Вóрон держал ситуацию очень уверенно. — Этой стерве, — подмигнул на Оксану. — Свободу.
— Слышишь, Ксан? Ты мне ничего не должна, — обратился мужчина к девушке, которая даже не смела повернуться к ним. Хлюпала носом, опустив голову. — С кем ты там контракт подписываешь? С турками? Отпущу! Клянусь честью вора. Хоть к туркам, хоть к шведам клубнику собирать. Или куда там вас, проституток, зазывают? Фотомодели, блин, хрéновы!
Вóрон с великой насмешкой кидал фразы в Оксану. Давал глупую надежду унизительным тоном, словно девушка самая последняя с кем бы он поделил хлеб.
Денис кротко взглянул на Оксану, у той затряслись плечи. Стало очевидно, что разрыдалась, только тщательно хотела скрыть это.
— Хватит… — у Дениса участилось дыхание, нервозная пелена покрывала с головы до ног.
— Ну, а если мало и этого… То есть ещё одна, — каверзно и мерзко растянул улыбку Вóрон. — Та, с которой отдыхал полночи, — сделал жест двумя пальцами. — Прихватил видик с порнухой и… — захохотал мужчина.
Денис почти перестал дышать, услышав такие подробности.
— Да, Денис, как видишь тебя одни «языки» окружают, — победно смеялся Вóрон. — Кирыча стоило только раз стукнуть, чтоб он слил инфу.
Все его слова укладывали на лопатки. Снова сжать кулаки – это всë, что оставалось парню.
— Только еë пока трогать не буду. Она все-таки на Басалаевской территории пашет… В ларьке на рынке фруктами торгует, кажется? — торжественно оскалился мужчина.
Оксана прекратила истерику и резко повернулась, глотая воздух от испуга. Переводила взгляд с Дениса на Вóрона.
— О, очнулась! — перекинул свою злобную иронию мужчина на неë. — Про сестрицу услышала?
Девушку охватила паническая дрожь, она трясущейся рукой прикрыла рот и в оторопи смотрела на Дениса. Будто бы он мог изменить ситуацию…
Парень, чувствуя всю безысходность, сначала прожëг Оксану взглядом, а затем и Вóрона.
Ничто не должно было коснуться этого лучика солнца. Еë косвенное присутствие здесь и сейчас будто было лишним в этой грязной цепочке. Дашкино существование в его жизни сокровенно… Стало самым бóльшим и заветным. И никто не смеет трогать даже словами!
Дениса обуздала непередаваемая ярость. Его не успели удержать и два верзилы, что охраняли спокойствие этого нахального бандита.
Парень со всей мощью нанëс удар Вóрону по лицу. Тот отлетел к дивану и выставил блок рукой.
— Не надо! — остановил он своих соратников, которые хотели устранить Дениса и уже достали оружие.
— Нет!!! — истошно закричала Оксана, бросилась к Денису и схватила крепко за плечи, предотвращая следующий удар. — Прекрати, Динь! Стой!!!
Ноздри парня раздувались, в глазах сверкал непоколебимый гнев. Он глотал воздух, пытаясь справиться с самим собой, чтоб просто не убить подонка.
Воздвиглась тишина. Все тяжело дышали и смотрели друг на друга.
Ворон опять засмеялся своей противной наглой манерой победителя.
— Я нашёл твой козырь, с*ка! Да, Денис? — мужчина смачно набрал воздух носом и харкнул кровью в сторону.
Денис оттолкнул Оксану и потухшим взглядом стирал Вóрона с лица земли, пока тот поднимался с пола, держась за челюсть.
— Я верну тебе деньги с процентами. И на этом в расчëте, тварь!
— Я тварь Божья, как и ты Денис! И вы сами эту херню, выгодную мне, замутили, появившись на моëм пути.
Денис решил больше ничего не говорить. Как сказал, так и сделает. И по-другому не поступит. Способ защитить Дашку он найдет. Выпутаться самому? Это его уже мало волновало.
Парень зашагал к выходу из комнаты.
— Денис, даю месяц в лучшем случае. Следующий шаг, не сомневайся, будет!
Денис прошёл по тëмному коридору и оказался в просторном складском помещении заброшенного завода. Было достаточно многолюдно. Вóроновская ОПГ собралась, вероятно, для празднования Нового года. Играла музыка и накрыты столы. Все замолчали, заметив Дениса.
— Какие люди! Без охраны, — разразились коллективным хохотом.
Парень осознал, что высказывать неуважение к компании уже бессилен. Он словно перегорел. В глубокой задумчивости оглядел почти каждого.
— Денис! — поднялся один из-за стола. — Ты это… Извиняй, помяли тебя чуток! Держи, — протянул ему ключи. — Тачка на улице.
Денис внимательно смотрел на парня напротив. Здоровый, сытый, наверняка, многое умеет и на многое толковое способен. И так же выбрал эту дорогу в никуда. Где начало и где, тем более, конец не знает. Живёт одним днём. И сейчас Денис чувствовал, что его существование ни чем не отличается от их.
— Тебе нравится такая жизнь? — спросил он обречённо, забирая ключи. — Как крысы землю делите и срëте там же.
— Мот, там проблемы какие? — послышался нахальный выкрик из толпы.
— Нормалëк всё! Парниша бредит немного.
— А могли бы полезное делать… Родину с колен поднимать, — продолжал Денис.
— Ты это… заканчивай. Денис, мы патриоты! — постучал собеседник себе в грудь. — Поверь, за нами сила. Где бабки, там и политика.
Денис тихонько подкинул ключи, прежде чем сжать сильно в кулаке.
— Давай к нам! Вóрон своих в обиду не даёт, поверь! Ты это…
Денис, не дослушав собеседника, который не блистал красноречием, спешно двинулся к выходу.
— Братва, мы крысы! Наш год! — за спиной опять раздался беззаботный смех.
Он вышел на улицу, и мороз тут же забрался под куртку, сковывая влажную кофту. Прикрыл глаза и набрал холодного воздуха в лëгкие, чтоб хоть немного прийти в себя. Тишина лютая, лишь вдалеке стоял собачий лай. Один фонарь освещал улицу, в помощь стояла жëлтая луна в чёрном зимнем небе. И непонятно сколько времени в принципе – утро или ночь? Денис поднял ворот, съежил плечи и направился к своей девятке, которая одиноко кинута на обочине дороги. Да и не к своей вовсе, машина была выдана ему в пользование за особые заслуги. Ничего у него нет. Как и принципов, что парень считал всегда нерушимыми.
— Денис!
Он почти сел за руль, но повернулся на окрик. Оксана, шатаясь по снежной тропе, ковыляла на высоких каблуках к нему.
Ему необъяснимо захотелось сесть в машину и дать с визгом по газам. Но перед глазами вновь всплыла девчонка в коричневом школьном платье с белым наглаженным фартуком и голубыми лентами в волосах. Оксана Сергеева. Красавица с искренним звенящим смехом и чистыми зелёными глазами. Та, которую он любил и которой теперь не существует.
Он со стеснением в сердце подождал, когда Оксана подойдёт, чтоб увидеть потерянный притупленный взгляд.
— Не оставляй меня здесь… — её била мелкая дрожь, и она плотно завернула свою коротенькую шубку на груди руками.
Денис помолчал немного, испытывая отчуждение к ней. Спасать Оксану больше не хотелось. В данный момент ему очень хотелось к Дашке, убедиться, что с ней всё в порядке и видеть её спокойный мирный сон.
— Садись.
Всю дорогу они молчали в темноте, не смотря друг на друга. Плотный сгусток недопонимания и поток мыслей повис между ними.
Денис остановил машину возле барака и первым делом посмотрел в окна. Свет в квартире Сергеевых не горел.
— Надо проверить, — сказал Денис и вышел из машины.
— Да куда ты! — догнала его Оксана уже в коридоре. — В таком-то виде! — указала ему на побои на лице.
Денис прислонился к стене спиной и, запрокинув голову, удрученно вздохнул.
— Я сейчас… — Оксана скрылась за дверьми квартиры.
Через пару минут вернулась обратно, только уже в домашних тапках и тёплой кофте поверх своего похабного наряда.
— Она спит, — облокотилась плечом о стену, сложив руки на груди.
Девушка хотела было дотронуться до синяка на челюсти у Дениса, но он отмахнулся от этого жеста.
— Больше не хочется меня любить?
— Всей душой любил. Я старался, Оксан, — отозвался хрипло, устремив взгляд в пустой обшарпанный коридор.
— Прости меня, Денис… — с содроганием в голосе, сглотнула Оксана.
— Прощаешься? Если то, что сказал Вóрон про контракт правда… Даже не смей Дашку тащить за собой! Пропадай одна!
— Я её здесь не оставлю! — ошарашенно выпучила глаза Оксана. — И…
— А я тебе её не отдам!!! — прикрикнул Денис, повернув голову к ней.
Девушка печально дёрнула уголками губ.
— Пропадать с тобой ей будет гораздо приятней. Да. Утонул вместе со мной…
— Я сам знаю, что мне делать!
— Говоришь также, как и я! Не замечаешь?
Между ними вновь повисло молчание.
— Что мне было делать? Что я умела? В Путяге так и не доучилась… Мать пьёт, отец пропал… — тяжело дыша, Оксана прислонилась спиной к стене и тихонько сползла на корточки. — Но я всегда старалась оградить Дашку от этого всего… Но никто не скажет «спасибо»…
— Спасибо! — цинично сказал Денис в прострации. — Когда нужно было жить спокойно и по-человечески, мы отправились к нелюдям.
— По-человечески?! — возмутилась Оксана. — Да идите вы все! Я устала от такой жизни. Всë легко давалось. К чему усложнять, Динь?
— Иди домой! — сказал на выдохе.
Девушка поднялась и тихонько побрела до квартиры. Денис уселся на нижнюю ступень лестницы, ведущей на второй этаж барака.
Доля истины в словах Оксаны есть… Отмотать время и исправить ошибки невозможно — пройти мимо драки, спасая Кирилла…
Денис полностью погряз в криминале, поглощая ядовитый коктейль лëгкого бытия, который манил вкусом, но отбирал при этом здравый смысл и трезвость. Так зачем действительно усложнять? Всë же просто: получить уважение в «кругах», отречься при этом от уважения к себе.
Он понимал, что отныне у него два пути – либо тюрьма, либо убьют. И только сейчас признал, что боится и того, и другого. Конечно же, не обидит и защитит Дашку. Как никогда она нужна ему, рядом с ней хотелось жить, любить… Хоть он всеми силами и запрещал себе это чувство.
Ведь отнюдь не герой он теперь, не тот надëжный спутник на белом коне, которых ждут принцессы. Жизнь рядом с ним принесёт кучу разочарований и сожаления, толкнëт на край, ходить по которому опасно…
Как сказала Оксана, пропадать рядом с ним Дашке будет приятней.
Денис достал из кармана куртки брелок-сердце, погладил подушечкой большого пальца. Блаженная улыбка растянула рот, на душе затеплилась надежда на всë лучшее. Сделать со своим влечением к девушке он уже ничего не может…
***
Уже утром Денис сидел перед авторитетным Басалаем и его людьми, опустив голову, но не потому что испытывал страх, а так как осточертело смотреть в эти лица.
— Я всё ещё жду, что ты мне пояснишь. Что же произошло ночью, Денис? — Басалай непреклонным хозяйственным тоном тянул каждую фразу. — Кирыч весь забинтованный. Молчит, как рыба. Да и ты, смотрю, тоже не краше.
— Мне нечего пояснять, — мотнул Денис головой.
— Просто хочу знать… С какой стороны, бляха, ждать проблем?! — рявкнул мужчина, чуть склонился над столом к парню.
— Меня не было с Кирычем.
Денис спокойно поднял взгляд исподлобья и усердно посмотрел на шефа. Басалай раздувал ноздри и всесторонне сдерживал себя.
— Что этот п*здюк натворил?
— Без понятия, — снова качнул головой Денис.
— А ты хочешь по понятиям? Могу устроить!
— Я хочу, чтоб ты снял с меня должность няньки, — заявил Денис решительно, сложил руки в замок на столе. Его взгляд был не менее смелым.
Басалай скривил ухмылку. Их молчаливая борьба глазами пресекала все разногласия в данный момент. Мужчина, принял эту дерзость за вызов.
— Хорошо. Идëм дальше, Денис! Я надеюсь, что чëтко распознал твоё намерение, — Басалай повернулся и махнул кому-то. — Саша! Принеси устройство.
Денис крепче стиснул пальцы в замок. Он перелопатил все планы в мыслях, находясь меж двух огней, в каком сгорит быстрее не знал. Говорят, мир не без добрых людей, но таких точно нет в преступных кругах, где каждый живёт с собственной выгодой. И Денис решил не отставать и делать так, как лучше ему и безопаснее для тех, кого любит и хочет защитить.
Перед ним положили прозрачный пакет с мобильником. Парень совершенно отчужденно смотрел на него. Сравнил свои ощущения с теми, что испытывал от пачки денег, которые впервые положил перед ним Басалай. Было мерзко также… Но с каждым разом становилось привычнее брать. Он стремился к деньгам, которые порабощают. Наверное, и с этим делом будет тоже самое. Вред покажется пользой.
Денис взял пакет со стола и поднялся со стула.
— Только не советую подрывать моё доверие к тебе, Денис, — проводил Басалай его глазами до дверей.
Когда за Денисом закрылась дверь, мужчина настороженно посмотрел на своих компаньонов, которые всё это время молча наблюдали за диалогом.
— Как только я получу устройство обратно со всем, чем нужно… Этого зацементировать! — кивнул он в сторону вышедшего Дениса.
— Саша! Зашли гонца Вóрону. Хочу знать, что накуралесил Кирыч на его земле, — дёрнул в оскал губами Басалай. — И ещё… Когда появится Сандра, сразу же еë ко мне!
— Тоже зацементировать? — посмеялся почти двухметровый амбал-охранник Александр.
— Нет! Хочу послать на х... За эту «матрëшку» я уже получил все бабки с издержками. Она мне больше не нужна, — сказал мужчина хладнокровно, отправляя в рот маринованный помидор, сок от которого потëк по толстому подбородку. — Полетит теперь «Наташей» туда, куда рвалась.
Дарья, склонившись над книгой, бубнила себе под нос текст. Все домашние задания и подготовка к экзаменам отходили на второй план, как только в руках оказывался учебник английского языка. За год девушка освоила разговорный курс и уже проходила практикум с учительницей. Та, вдохновлённая таким успехом по английскому, по основному немецкому даже поставила оценку наперёд.
Дашка ощутила лёгкую усталость и отвлеклась, посмотрев в окно. На улице вовсю таял снег. Весенняя капель мягко шлепала по деревянному косяку.
— Ты бы хоть поела, англичанка! — появилась Оксана в комнате.
Дарья тут же настырно закрыла уши руками и продолжила читать, но уже чуть громче, чтоб не слышать сестру.
Оксана придирчиво вздохнула, сомкнула недовольно губы и прошла к шкафу.
— Когда уже закончится этот бойкот… — устало кинула фразу на Дашку.
Но реакции от младшей сестры не последовало.
— Дар, заканчивай дуться! Это уже не смешно. У меня скоро шиза начнётся от того, что я сама с собой постоянно разговариваю.
— Не смешно то, что сделала ты! А так не волнуйся! Я тебя в дурдоме навещать буду непременно, — на мгновение оторвалась от учебника девушка, чтоб проворчать на Оксану.
— Ой, надоело повторять одно и то же. Ну что я вам не помогла? Да. Поменяла твой подарок на сердце. Крыса-то несомненно лучше была!
— Засунь свою помощь… знаешь куда? — Дашка снова рассердилась, не смотря на Оксану.
— А то, что он больше не появляется после новогодней ночи… Так это свойственно всем мужикам! Переспать и исчезнуть! — причитала Оксана, переодеваясь.
Дарья убрала руки с ушей и гневно сжала губы. Она много раз убеждала сестру в том, что Денис не спал с ней. А просто сбежал после признания в любви.
— Лучше посмотри! Как я? — привлекла внимание Оксана.
Дарья нехотя повернула голову и обомлела. Сестра стояла в купальнике. Её тут же одолел смех.
— Ксан, на дворе конец марта всего лишь…
— Это для нового работодателя.
— Ты будешь купальники рекламировать? — изумилась Дашка, усмехаясь. — Вроде же фотомодели одежду показывают.
— Я не фотомодель, а манекенщица!
— Тем более! — вскинула девушка руками. — Я, конечно, очень рада, что ты ушла с этого дурацкого клуба, но…
— Дар, не надо видеть во всём подвох.
Дарья с осторожностью смотрела на старшую сестру.
— Оксана, я чувствую, что тебя обманывают… — сглотнула с тревогой в голосе.
Оксана зло метнула на неё взгляд, подошла опять к шкафу, сунула руку вглубь полки и достала небольшую пачку долларов.
— Видишь? — помахала перед лицом Дарьи. — Это меня всего два часа пофоткали. Я столько за ночь не зарабатывала… — осеклась она, когда поняла, что такое откровение лишнее. — Когда… танцевала.
Дарья задышала чаще, иностранная валюта её пугала. Такие деньги она считала всегда грязными и нечестными.
— Так что твои предрассудки неоправданные! Как и по поводу Дениса. Вот увидишь! Как «Ванька» позовет, так и прибежит!
— Какой Ванька? — посмотрела в непонятках на Оксану, как на глупую.
Оксана спрятала деньги обратно в шкаф.
— Ванька-встанька, Дар! — засмеялась она громко. — Что встаёт у них каждое утро, иногда беспричинно.
— Дура! — отвернулась Дашка от неё. Снова уткнулась в учебник, закрыв уши. — Ты вообще-то про Дениса говоришь…
— Вот нашла святого! Можно подумать он ЭТО как-то по-особенному делает… — рассуждала желчно Оксана. — Всë у него там, как и у всех.
Услышав последнюю фразу, Дарья с яростью в глазах повернулась опять к Оксане.
Та, заметив подозрение во взгляде сестры, выставила ладони перед собой в знак протеста.
— Я образно! Точно не знаю!
Девушка в ответ молчала, прожигая глазами.
— Дашка, не нагнетай!
— Хочу просто ещё раз сказать… Ты дура!
Та почти вернулась к своему делу, но Оксана вдруг решила, что последнее слово должно быть за ней. Ведь Дарья почти не разговаривала с ней два месяца, а тут такой насыщенный диалог получился.
— Сама дура! Вообще… не забывай, что он меня любил. Поэтому даже если бы и было между нами что, то это вполне естественно!
И эта реплика Оксане точно не помогла. У Дарьи сию минуту всё слилось в один пузырь, который лопнул с треском. В гневном порыве девушка соскочила с места и накинулась на сестру. Крепко вцепилась в густую копну волос и протащила до кровати.
— Дар!!! — вскричала Оксана.
Дашка молотила её ладошками по лицу то тех пор, пока Оксана не собралась с силами и не оттолкнула сестру. Та свалилась на пол, отползла к стене и прижалась спиной. Обхватила руками виски и постаралась прийти в чувства. Такой ненависти к старшей сестре она никогда не испытывала.
— Ты сумасшедшая!!! — заорала на неë Оксана, поправляя растрепавшиеся по лицу волосы.
Дарья тяжело дыша смотрела на неё в упор, молчала и не сводила глаз. Замолчала и Оксана, унимая сбившееся от неожиданности дыхание.
Затем отчаянно выдохнула, осознавая свою ошибку.
— Помирились, блин! — покачала головой, чуть хохотнула.
Дашка, успокоив ритм сердца и отпустив немного злость, отвела взгляд и обхватила руками колени.
— Я не хочу с тобой мириться!
Оксана встала с кровати и подошла к зеркалу, чтоб посмотреть на следы от пощëчин на лице.
— А я хочу.
Оглянулась на Дарью, села обратно на кровать, опëрлась на руки.
— Даш… мне, возможно, придётся уехать. И так как Денис запретил брать тебя с собой…
Дарья резко вернула взгляд на сестру, округлила глаза. Оксана взяла одежду, которая лежала рядом и стала одеваться.
— Да. Так и есть. Сказал, что не отдаст тебя мне. Чтоб я одна пропадала.
Слух Дарьи улавливал каждое слово, которые тепло ложились на душу. Сейчас ей важна была любая информация об отношении Дениса к ней. С самого нового года она мучительно думала о нём, и почему так быстро ушёл. Боялась того, что любовь с её стороны слишком навязчива ему. А если он до сих пор привязан к Оксане? А если показалось, что Денис смотрит по-другому на неё? Вдруг тот нежный поцелуй за ухом ей почудился?
— Я знаю, что день рождения у тебя только через две недели, но… — Оксана прошла до книжного шкафа и достала с самой верхней полки коробку. — Вот! — протянула Дарье. — Подарок сейчас дарю…
Девушка посмотрела на старшую сестру, но подарок не взяла. Словно капризный ребёнок она затаила на Оксану обиду и считала виноватой в том, что Денис не приходит.
Дарья опустила взгляд и молчала.
— Ну вот! Опять! — вздохнула недовольно Оксана. Наклонилась и положила коробку рядом с сидящей на полу сестрой.
Окончательно собралась и, намереваясь выходить из комнаты, ещё раз посмотрела на насупившуюся Дарью.
— Ты его волнуешь. Поэтому и не приходит. Появится обязательно на твоё восемнадцатилетие, вот увидишь! Проведете снова вместе время.
Но в ответ настойчивое молчание.
— Даш… прекрати злиться! Взрослей, моя хорошая! — крикнула Оксана уже из прихожей, надевая ботинки.
— Так говоришь, будто тебя не будет на моём дне рождения, — огорченно задумалась Дарья. Ведь всё-таки Оксана единственный близкий человек.
— Не появлюсь специально! — съязвила та, выходя из квартиры.
— Ну вот и проваливай! Хоть сквозь землю провались! — крикнула девушка в сердцах уже в пустую прихожую.
Кто бы сказал в эту секунду, что об этих словах она будет жалеть всю жизнь. Постоянно отматывать время и забирать их обратно… Лишь бы Оксана пришла к ней на совершеннолетие, и Дашка поблагодарила бы её за подарок, крепко обнимая.
Дарья взяла коробку в руки, усердно рассматривая. Новая плойка для волос. Импортная. С регулировкой температуры. Такой в 1996 году не каждая могла похвастаться, пользуясь отечественными, которые нужно было «тысячу» лет греть.
Дашка будет бережно хранить этот подаренный сестрой атрибут. Завивая каждый раз локоны, искать образ Оксаны в себе…
Дарья и представить не могла, что свои восемнадцать встретит в таком месте. Третий час она сидела перед окном с надписью «Дежурная часть».
Глазами провожала снующих по длинному коридору людей в форме. Ей казалось, что они не работают, а ходят просто так туда-сюда. Ведь случилось непоправимое, а до неё никому нет интереса.
— Простите, — снова подошла она к форточке, за которой мужчина постоянно что-то писал. — Долго я ещё буду ждать?
Милиционер поднял на неё взгляд и, можно сказать, пришил к месту.
— Сейчас освободится сотрудник и подойдёт.
— Хорошо. Спасибо, — Дарья вздохнула и опять села на стул. Хотя она уже слышала эту фразу.
В коридоре появился мужчина с хмурым выражением лица и подошел к форточке, вероятно, по своему делу.
Дарья решила, что сидеть и ждать больше не хочет. Она подорвалась с места и перехватила милиционера прямо у окошка. Тот не успел даже сунуть бумаги, которые нёс в руках коллеге.
— Примите, пожалуйста, у меня заявление! — сказала она громко и смело, подав листок, который написала ещё дома.
Мужчина слегка набычился на неё.
— Что за манеры?
— Я очень долго жду! Пожалуйста, примите!
— Сколько тебе лет? — наскоро осмотрел с ног до головы Дашку, прежде чем задал вопрос.
— Восемнадцать есть! — девушка вытащила паспорт из школьного рюкзака, который держала в руках.
Дарья не думала, что задержится настолько и собиралась на учебу.
— Что у тебя случилось? — заглянул милиционер в документ. — Дарья Павловна.
— У меня пропала сестра… — произнесла судорожно, на выдохе. — Старшая…
Мужчина без особого энтузиазма взял Дашкино заявление в руки и бегло стал читать.
— Когда пропала?
— Две недели назад. Ушла из дома и не вернулась. Она собиралась на работу и… Вот фотография, — отдала ему в руки снимок Оксаны, который с большим трудом подбирала из семейного альбома.
— Какую работу? Куда? — совершенно безразлично задавал он вопросы.
Дарья замолчала, так как немного разволновалась.
— Не знаю… — сглотнула тугую сухость в горле. — Она только устроилась и не успела рассказать.
— Надеюсь, не фотомоделью? — усмехнулся милиционер, смотря на фотокарточку.
Дашка насторожилась и приоткрыла рот от удивления.
— Да… Откуда вы знаете?
Мужчина оторвался от заявления и устало посмотрел на неё.
— Зарегистрируй, — протянул он листок в форточку, вздохнул с кислой улыбкой. — Ещё одна…
— Пойдём, — позвал Дашку за собой.
Девушка, еле переставляя ноги, поплелась за милиционером. Он завёл её в небольшой кабинет, где располагался старенький письменный стол, металлический сейф в углу и два стула.
Дарья испытала большой дискомфорт от присутствия здесь. На сердце легла тяжёлая безысходность.
— Вы её найдете?
Мужчина кинул мимолётный взгляд, сел за стол и, выдвинув ящик, достал коротенький квиток.
— Дарья Павловна, давайте договоримся, если сестра сама вернется, то Вы непременно об этом сообщите.
Он неразборчивым почерком написал что-то в листке и передал ей. Дашка смогла различить имя и номер телефона, но особо и не вчитывалась в документ.
— Свободна, — отрапортовал милиционер и спокойно принялся за другую работу.
Девушка в полном замешательстве молчала. Осознала, что ничего ждать от него стоит. Она повернулась и побрела к дверям. Но такое равнодушие убивало всё внутри. Прождать три часа и получить чертову бумажку?
Иван Дмитриевич. Прочитала она имя снова.
— Иван Дмитриевич! Вы должны мне сказать! — она резко повернулась и подошла обратно к столу. — Вы же должны её искать!!! — задохнулась она от отчаяния в голосе.
Мужчина опять спокойно поднял взгляд на неё, с укоризненным выражением лица встал. Из сейфа взял толстую папку и, мучительно вздыхая, бросил на стол.
— Эта пропала два месяца назад. Эта полгода… — раскладывал демонстративно фотографии девушек по столу. — Эту уже год ищу. Эту «королеву красоты» ещё больше. И всем я должен, — поджал в раздражении рот.
Дарья медленно осмотрела линейку фотографий, которые он доставал из папки, и слезы покатились из глаз. Она не слышала уже, что он говорил, так как зашла в тупик окончательно. Будто ниточки надежды оборвались… Всё самое худшее, что предполагала Дашка, подтверждалось здесь и сейчас.
— Дарья Павловна, идите домой!
На ватных ногах она покинула кабинет, вышла на улицу. Смотря себе под ноги, безучастно шла по тротуару. Ничего не хотелось, не нужна ни школа, ни работа сегодня… Ни тем более праздничный торт ко Дню рождения. Дарья оглянулась по сторонам. Что поменялось? Ей восемнадцать… И она совершенно одна, незнающая, как быть дальше. Кто-то может помочь?! Кто-нибудь обращает внимание на окружающих?! Кто скажет, что делать? Где кричать, чтоб услышали?
Девушка остановилась, прикрыла глаза и утерла слезы. Изнутри поднималась волна, укрепляя силу воли. Мир немного утих. Она всё преодолеет! Примет настоящее и исключит нытьё. Дашка сжала кулаки – жизнь толкает быть сверхсильной и уверенной. Значит так и будет. Пусть хоть все разом вокруг пропадут.
Ведь, где Денис девушка так же не знала…
Дверь в квартиру была почти нараспашку.
Дарья аккуратно зашла, в тревожном недоумении скользила глазами по бардаку в обстановке. По всем признакам квартира подверглась «налëту».
***
Комната с бильярдными столами, наполненная табачным дымом, сейчас собрала всю ярость Басалая. Мужчина который день почти не спал, курил и пил. Впервые ему пришлось столкнуться с ситуацией, которую упустил из-под контроля.
— Вы утырки, еб*чие! Как так может быть?!! Не мог же он стереться с лица земли!!! — бешено орал он на двоих подопечных. Выпитый алкоголь добавлял спеси. — Ищите!!! Достаньте любой ценой!
— Вскрыли его хату… пусто. У девки его побывали, тоже ноль, — выкручивались те.
— Это… у сестры Сандры? Так… интересненько! Ну? Неужели ничего не нашли, — с недоверчивым злорадством прожег взглядом Басалай. — Да ладно! Не поверю! Выворачивайте, давайте, монатки свои!
Те нервно переглянулись, и один нехотя достал спрятанную за пазухой пачку долларов.
— С*ка! — замахнулся мужчина и ударил по лицу парня за такую подлость. — Нашёл кого обмануть.
Басалай прошуршал банкнотами, раздувая ноздри.
— Сама «целка» где?
— Еë не было… — пробубнил тот, который получил по физиономии.
— Какие-то вы неудачники! Значит найдите! Чтоб утром здесь была! — махнул рукой, прогоняя прочь.
— Юрий Михайлович, не кипятитесь! У Вас же юбилей сегодня. Уважаемые люди в сауне ждут уже два часа, — подошёл к нему личный телохранитель. — Поляну накрыли, лучших девочек отобрали.
Басалай отрешенно посмотрел на высокого парня. Унял немного свою гневную одышку.
— Да, Саша, прав ты! — потер нервно лоб Басалай. — Едем! Завтра чистку в свите наведу! Одни предатели вокруг. Что творится…
Мужчина, неслабо шатаясь, прошёл до вешалки и взял своё пальто. Повесил на толстую шею модный белый шарф, который, по мнению многих, авторитетно смотрелся с длинным бежевым пальто.
— Где Кирыч?! — вспомнил уже в дверях. — Этот сучок тоже смылся куда-то! Он же эту тварь сюда притащил…
Причитал пьяный Басалай, пока шёл по коридору. В голове до сих пор не укладывалось, как он мог так ошибиться? Что сыграло роль больше? Любовь к сыну или чувство всевластия? Когда оступался, как лох, доверяя парню. Он был твёрдо уверен, что Денис не пойдёт вразрез его интересам.
Никто не смел это делать. Никогда. Все тряслись перед ним, как мыши. Но только не стоило так полагаться на человека, которому нечего терять. На первый взгляд. Но жёсткий подход можно найти к любому.
Так он, Басалай, делал всегда.
Ему отроду сорок сегодня. И жизнь ещё и не такие подножки ставила. Редко испытывал страх, только злость, с которой всё и решал всегда.
— Что ты можешь дрыщ бесхребетный? Ни мечты, ни цели…
Мужчина презентабельно вышел на улицу. Ему почтенно открыли пассажирскую дверь дорогой иномарки. Машину слегка качнуло, пока тучный Басалай размещался на сиденье.
Салон автомобиля был погружён в полутьму, уличный фонарь несильно давал обзор. Мужчина нахмурился, приметив рядом подарочную коробку с красным бантом.
— От тебя, Сашка, что ль? — причмокнул Басалай языком.
В магнитоле приглушенно играла музыка, но странная помеха неприятно нарушила песню.
— Что за хрень? — от этого охранник, он же водитель, не услышал вопрос, постучав по магнитоле.
Басалай усердно распечатывал подарок.
— Спрашиваю! Откуда, Саш?
Парень медленно отъехал от тротуара, но продолжал морщиться от звука. Повернулся к шефу на мгновение.
— Я думал Вы сами положили…
Басалай замер в действии, бросил подозрительно взгляд на водителя и медленно открыл коробку. Повержено смотрел на сотовый, который лежал на красной бархатной подложке. Тот самый, с разбитым экраном… Звук в магнитоле усилился.
— Вот с*ка… — простонал мужчина несвязно.
Мощный хлопок оглушил весь район около клуба. С березовой аллеи вспорхнула стая ворон, шумно каркая. Голые ветки деревьев качнулись в вечерних сумерках середины весны. А на прилегающей дороге полыхал автомобиль, языки пламени вырывались наружу, уходя чёрным столбом дыма ввысь.
Те двое, которых Басалай прогнал за «целкой» двадцати минутами ранее, испуганно смотрели на происшествие и друг на друга. Спустя секунды оба удирали прочь…
Мужчина отложил газету с ярким заголовком и встал с дивана. Его губы растянулись в довольной победной улыбке. Он вышел из своего кабинета на втором этаже и по железной лестнице спустился в просторное помещение склада. Этот объект был облюбован сразу же, как только нашли его. Здесь развернули свою точку сборов, «базаров» по понятиям и даже спортивный зал оборудовали из подручных средств. «Вóроновская элита» прозвала это место модным словом – офис. О местонахождении офиса мало кто знал, если тщательно не следил, а таких истребляли в тотчас.
Вóрон прошёл по узкому коридорчику и, открыв ключом дверь, распахнул еë со скрипом. Тёмная комнатушка вмещала деревянный топчан для ночлега, небольшой стол и табурет, освещалась одной лампочкой без всякой люстры. Запах плавленых проводов и паяльника резко забился в нос, а на столе творился хаос из электронных схем и приборов электротехники.
Мужчина остановился на входе, вынул газету из подмышки и стал торжественно читать:
— Сел в свой автомобиль и сгорел… Стали известны подробности гибели криминального авторитета Басалаева Юрия Михайловича по кличке «Басалай». По предварительной версии у автомобиля оказалась неисправная проводка. Очевидцев происшествия нет.
Вновь свернул газету и посмотрел на парня, который упорно выполнял отжимания от пола.
— Денис, они идиоты, либо ты гений! Какая нахрен проводка?
Парень пропыхтел в последний раз и поднялся на ноги. Взял полотенце со стула и вытер пот со лба и шеи.
— Да кому вы нужны… — пробубнил, не смотря на Вóрона. — Разбираться в ваших смертях. Сами свою участь ищете.
Мужчина зашёл, подкинул вверх ключи, поймал их обратно и протянул Денису.
— Комната в твоём распоряжении! Будешь здесь работать время от времени.
Тот бросил усталый взгляд на освободительный предмет, прежде чем взять. Не то, что бы его держали здесь насильно, просто закрывали каждую ночь. Чтоб никто не видел тонкостей «чëрного дела», которым занимался парень.
Денис сам сюда пришёл. И Вóрон спрятал его до выполнения поставленной задачи.
«Из врага получится отличный союзник, если ты решил стать сволочью».
В этом Денис видел исключительный выход. Тем более понимал, что Басалай вряд ли оставит его в живых после всего. Чёткого представления о том, куда заведёт его Вóрон, также не имел, но совершенно точно знал, что главарь не истребляет своих и глубоко ценит преданность и нужность. А Денис ему теперь нужен непременно…
Легально Вóрон раскручивал сеть баров в городе и даже нацеливался на благотворительность. Вкладывался в строительство храмов и помогал детской больнице в городе. А в «криминальщине» вокруг него крутились оружие, наркотики и та же проституция.
— Я надеюсь, бегать за тобой не придётся, — одарил косым взглядом Дениса.
— Не придётся, — отозвался недовольно Денис. Он надел кофту и стал обуваться.
— Не переживай! С девкой твоей всё в порядке. Её стерегли наши… Правда Басалаевские на днях навели марафет у неё в квартире…
Денис, завязывая шнурки, резко поднял злостный взгляд.
— Очевидно, тебя искали, — усмехнулся мужчина. — Твою хату тоже вскрыли. Но, поверь, они уже сильно об этом пожалели, — подчеркнул с особой местью.
— Верю, — огрызнулся Денис.
— Денис, ты хороший парень! Только упрямый и дерзкий… — Вóрон протянул ему ладонь для рукопожатия.
— На фига мне твои комплименты! — бросил тот в ответ, выходя из комнаты. Демонстративно задел плечом Вóрона.
— Хотя бы так, — проворчал мужчина. — Справа от входа стоит тачка. Она твоя. В бардачке доки и зарплата.
Денис спешно покидал место трёхмесячного заточения, и не хотел больше ничего слушать. В голове и на сердце была одна Дашка… Он пропустил её День рождения.
***
Девушка слезла с табурета и ещё раз посмотрела на свеженькие занавески, которые только что повесила. Все выходные она посвятила уборке. Тщательно прибрала весь бардак, что оставили неизвестные люди. Всё действо было похоже на ограбление: забрали телевизор, видик и даже сломанный магнитофон. И все деньги – и те, которыми хвасталась Оксана перед исчезновением, и те, что Дашка копила на выпускное платье.
Дарья опять вздохнула от этих мыслей. Заявлять в милицию, конечно же, не стала. В тот день ей хватило утреннего общения с сотрудниками.
Вошла в кухню, и её внимание тут же привлёк шум на улице. Она заглянула в окно и застыла. Эту машину узнала несомненно. «Кабан» Валерчика…
Девушка в панике попятилась от окна. К чему готовиться не знала. Вдруг он ищет Оксану? Вдруг бардак в квартире тоже устроили недруги в поисках сестры?
Дашка волнительно задышала, повернулась к входной двери и стала ждать. Когда на пороге показался Денис, еë глаза округлились от удивления. Она скептически насупилась и ещё раз посмотрела на машину у крыльца. Может и ошиблась… Ведь мерседесы стали не редкостью в городе. Но опять же, откуда у Дениса такая? И где он был, черт возьми?!!
Парень, как ни в чем не бывало, улыбался и развёл руками.
— А где же воздушные шарики? И торт, который я непременно должен доесть?
Дарья растерянно шевелила губами. Естественно, глаза налились обидными слезами из-за всего, что навалилось. Но девушка крепко сжала кулаки и приказала себе держаться. Плакать не будет!
Денис заулыбался сильнее, он заметил состояние Дашки.
— У меня есть для тебя цветы! — протянул букет роз в красивой упаковке.
Дарья понимала, что Денис сглаживает ситуацию, чтоб не услышать кучу претензий, которые явно прочитал в её глазах. Но таковых не будет! Она всё пересмотрела в своей жизни.
— А у меня есть торт! — приняла она цветы, прижав к груди и не сводя взгляда с Дениса. — И я ещё даже не начинала его есть! — приятно улыбнулась в ответ.
— Даже подружки не приходили? — шутил Денис, попутно осмотрел кухню.
— Не-а, — замотала головой Дашка, пока ставила цветы в трехлитровую банку.
— Ну тогда грей чайник! А то, что же за день рождения такой, ни подружек, ни чая, — хохотнул парень.
Душевное состояние девушки стало наливаться подъёмом до отметки окрылëнности. Дашка включила электрическую плитку в розетку, налила воды в чайник и поставила кипятиться, а Денис следил за ней. Оба молчали, обмениваясь мимолетным улыбками. Парню так хотелось обнять еë, стиснуть в кольце рук и заглянуть в глаза. Сказать, что безумно скучал и мечтал об этом моменте.
Он снова осмотрел кухню, и только сейчас понял, что же поменялось. Дверь в комнату матери была нараспашку. Ведь Оксана с Дашкой закрыли её сразу после похорон и не смели туда заходить.
— Ого… — прошёл он в комнату.
Идеальный порядок: светлые, чистые занавески, заправленная кровать, сервант с посудой безукоризненно блестел. На навесной полочке стоял портрет Валентины с черно-белой фотографией. Не было больше ощущения удушья. В маленькую форточку поступал воздух, и царил уют от расставленных по местам вещей.
— Я поборола почти все свои страхи, — сложила довольно руки на груди Дашка, наблюдая за Денисом.
На приоткрытой двери массивного шифоньера он приметил старомодное платье на плечиках и, вскинув бровью, вопросительно посмотрел на девушку.
Дарья прошла следом, взяла цветастый наряд и приложила на себя.
— Если я так на выпускной пойду? — ждала она одобрения от Дениса. — Я и забыла, что мама такой модницей была, — выдавила она смешок.
Денис знал, что девушка копила деньги на выпускной и совершенно был уверен в том, что Басалаевские вряд ли оставили хоть что-то, если нашли. Поэтому думать над подарком ко Дню рождения долго не пришлось.
Он подошёл к ней, забрал платье из рук и повесил обратно.
— У меня есть для тебя шикарный подарок… Хотел чуть позже подарить, но так уж и быть сделаю это сегодня. Если ты, конечно, захочешь поехать ко мне… — насторожился Денис на последнем слове.
— Ладно, — согласно улыбнулась в ответ Дарья.
Затем чуть поникла и опустила взгляд в пол.
— Я стала заложницей импрессивного состояния. Поэтому с радостью поеду к тебе.
— Слово-то какое! — засмеялся Денис.
— Не смейся, Динь. Правда, не знаю куда деться в квартире. Не могу здесь находиться, всё о матери напоминает, в комнате об Оксане думаю… На кухне о тебе… Хоть на улицу идти – в туалете весь день сидеть.
Улыбка Дениса становилась шире от фраз Дарьи. Но затем он уловил их истинную суть и досадно вздохнул.
— Что опять с Оксаной?
— Она пропала, Динь! — подняла тревожно глаза девушка.
— Куда? — устало ухмыльнулся он.
— Ушла две недели назад на новую работу и не вернулась.
Денис в начале напрягся, но потом расслабился. Что могло случиться с этой безумной?
— Дарëха, — подошёл к ней и обхватил лицо девушки руками. — Не переживай, вернётся! Это же Оксана! Тем более она и не скрывала, что собирается уезжать.
— Все вещи дома оставила. Всё. Косметику, обувь…
Небольшая тревога, конечно, появилась у Дениса. Он задумался, но тут же отогнал все плохие мысли.
— Даш… Всё в порядке будет! Она вернётся, — заверил чуть больше, скорее всего, и себя самого. — А если все-таки уехала, то даст знать. Непременно!
Про Оксану выяснит позже. Сейчас самое главное, что Дашка рядом. Цела и невредима.
Денис прижал еë к себе и ласково погладил по волосам. Девушка обхватила его торс крепким объятием.
— Хорошо хоть ты появился!
Тело Дениса моментально среагировало на тесный контакт. Он задышал чаще, когда Дарья подняла на него взгляд и посмотрела на губы.
Да к чёрту все приличия! Он так хотел этот момент.
— Можно… я тебя поцелую? — фраза далась ему с большим трудом.
Хрипло, почти шёпотом.
Дашка предалась забвению от его просьбы, сердце бешено застучало. Ответить просто не смогла – как долго она ждала этого. Молча прикрыла глаза и замерла в ожидании…
Денис медленно склонил голову и нежно примкнул к её рту. Легонько коснулся языком губ и, позволяя себе чуть больше, толкнулся внутрь. Девушка растворилась в своих ощущениях. Живот свело приятной истомой, когда Денис уже смелее захватил её рот и повёл это пламенное слияние, разгоняя кровь по венам. Девушка не очень умело отвечала ему, принимая глубокий поцелуй.
Всё было впервые для неё, и Дашка целиком отдалась во власть Денису. Он смаковал по миллиметру вкус поцелуя с ней, утонул в шелковистости её губ. Совсем не хотелось показывать дикую страсть, которая разливалась по телу мягкими волнами. Робко прижал девушку к себе. Дашка запрокинула голову и судорожно вздохнула, когда парень оставил губы и едва касаясь кожи скользнул языком вдоль шеи. Задержал поцелуй в пульсирующей впадинке и уткнулся носом, втягивая пьянящий аромат.
Они часто дышали в унисон, не желая расцеплять объятия. Денис ещё раз запечатлел короткий поцелуй на одной щеке, затем другой. Дарья широко распахнула глаза и затаила дыхание, будто боялась проснуться наяву и понять, что это не произошло. Денис прислонился к ней лбом, посмотрел в затуманенные глаза, и довольная улыбка растянула уголки его рта.
— Скажи хоть что-то… Чтоб я понял, что не напугал тебя.
— Рядом с тобой ничего не боюсь, Денис… — прошептала девушка на вдохе.
— Дарëха… — потерся кончиком носа ей о щеку, чуть прикасаясь губами. — Моя Дарëха…
Дашка внутренне испытывала необъяснимое чувство полёта. Хотелось безбожно смеяться и плакать одновременно.
Из кухни отчётливо послышалось дребезжание металлической крышки чайника.
— Мы хотели пить чай, помнишь? — томительно проговорила Дарья.
Денис сжал еë в объятиях ещё крепче. Говорить о том, что чай ему сейчас не нужен, конечно же, не будет. Намекать на дикое возбуждение не стоит, он очень боялся, что Дашка совсем не готова ко всему тому, чего желает Денис. Но озвучить свои планы он всё же должен.
— Даша, после того, как мы поедим вкусный торт… — отпустил девушку из объятий и волнительно отвёл взгляд.
— Да. Ленинградский. Наш, из детства, — по еë щекам разлился жар, и она также отвела глаза в сторону и чуть отошла от Дениса.
— Дарëха, — привлёк он внимание на себя.
Они встретились пронзительным взором друг на друга. Девушка стеснительно закусила губу, а он словно залюбовался ею. Окончательно признал, что его мечта перед ним, и он жаждет её. Сделает что угодно, только чтобы смотрела вот так каждый день.
— Я хочу, чтоб ты собрала свои вещи и переехала ко мне.
— Прямо все? — воскликнула от растерянности она.
— Ну… — сомкнул рот в насмешке Денис. — Пока только те, что заполонят моё холостяцкое пространство.
— Зубная щётка, тапочки и кружевные трусы? — посмеялась Дарья, вспомнив шутку про маркер серьёзных отношений.
— Именно так, — усмехнулся на выдохе. — Со временем заберешь остальное.
В мыслях опять возникла Оксана и небольшая тревога за то, как оставить все здесь. Но на следующий день Денис поставил новый замок на дверь, а Дашка забрала основную часть своих вещей и поселилась в его двухкомнатной квартире.
Первая неделя совместной жизни далась сложно обоим. Дарья привыкала к цивилизации: не надо ходить за водой и запирать на крючок туалет, а мыться полностью только по субботам, ограничиваясь кипятильником и тазом в остальные дни.
Денис приспосабливался, в принципе, к постоянному присутствию хозяйственной девушки в доме. Та беспрекословно наводила порядок и расставляла вещи на своё усмотрение, а парень мог и хмуро поворчать на неё, когда не находил нужных предметов обихода в принятом месте или раскидать одежду.
С утра расходились каждый по своим делам – она в школу и работу на рынке, он принимался за дела с новыми людьми, окунался и дальше в грешный мир беззаконья.
Но сложнее всего было вечерами. Денис мог до позднего часа задерживаться в Вóроновском «офисе», лишь бы не целовать Дашку на ночь. После всего, что происходило у парня за день, тем более хотелось зарыться в девушку с головой. И с каждым разом их поцелуи становились невыносимо мучительными и более интимными.
Хоть на Дарью он уже смотрел абсолютно другими глазами, но перешагнуть рубеж к совершенной близости не смел. Всеми силами тормозил себя и ругал, когда соскакивал среди ночи и порывался пойти к ней в комнату и в конце концов сделать своей.
Так прошла вторая половина апреля, а затем незаметно и май. Дарья с отличием закончила учебный год и сдала экзамены. На носу выпускной. Оксана тем временем так и не дала о себе знать...
— Дарëха, ну сколько можно ждать? — зашёл Денис в комнату к девушке.
Она заняла самую большую, которую в народе называли по-новомодному «гостиная». Дашка сразу навела там свой порядок перфекциониста и даже заставила Дениса передвинуть некоторую мебель, только затем пожаловалась на слишком скрипучий диван. Парню пришлось задуматься и пообещать покупку нового.
— Я тебя дольше ждала, — послышалось тихое возмущение из-за открытой дверцы лакированного шкафа.
Денис хотел было поспорить, но пары от лака для волос забрались в ноздри, и он пронзительно чихнул.
— Всю… свою сознательную жизнь, — Дашка мимолётно выглянула и улыбнулась.
Парень сглотнул горький привкус во рту и почесал переносицу, чтоб перестало щекотать внутри. Дашка постоянно говорила про чувства, только он боялся признаваться в возвышенном. Денис вообще всячески сопротивлялся идеализировать себя. Ему хотелось, чтоб Дарья просто была рядом, защитить в случае необходимости. Иногда казалось, что и вовсе не нужно, чтоб его так сильно любили. Эту самомнительную борьбу парень испытывал непрерывно. Иногда засматривался на девушку подолгу и признавал, что ради неё готов на всë. Только, чтобы не потерять…
— Динь… — выглянула Дарья снова. — Мне помощь нужна.
Она, немного стесняясь, вышла из своего укрытия. Денис в секунду обомлел. Платье, которое он купил ей к выпускному и подарил на день рождения подошло Дашке безупречно. Тугой корсет с чашечками соблазнительно уместил девичью грудь, а пышный подол до колена придал фигуре кукольное изящество. Денису пришлось ещё раз сглотнуть, когда он бесстыже облизал её взглядом.
Она, переминая пальцы, чуть задержала дыхание и повернулась спиной.
— Застегни, пожалуйста, до конца, — вымолвила несмело просьбу.
Дарья за это короткое время, что они, вроде как, вместе мятежно ждала… Когда же их «по-серьезному» перерастёт в «по-взрослому». Довольствуясь поцелуями, беспощадно чувствовала колебания Дениса. Не могла же она первой сделать этот шаг, да и не умела. Ведь по сей момент училась у него. Девушка всё больше понимала, что Денис галантно сдерживается и даже смотрит с особой тактичностью.
Парень почти бесшумными шагами приблизился и медленно довёл молнию на платье до верха.
Наряд кремового цвета нежно сочетался с оттенком кожи Дарьи. Она, не поворачиваясь, продела руки в воздушные рукава-фонарики.
— Чувствую себя немного неловко… — проговорила Дашка. — Платье великолепное. Спасибо, Денис! — закусила губу беспокойно. — И, наверное, очень дорогое… И я боюсь испортить.
Парень в ответ погладил неторопливо Дарью вдоль рук, задержался на плечах и легонько стиснул ладонями, ощущая мягкость обнажённого тела.
— Знаешь, что самое великолепное и дорогое в этом платье? — гортанно произнёс Денис, плавая глазами по изгибу шеи Дашки.
— Что? — обернулась она к нему, томно провела взглядом по губам Дениса.
— Ты… — склонил голову и коснулся тугим поцелуем в плечо, дразнящим движением языка поднялся по шее и втянул мочку уха губами. — Если хоть один попробует с тобой сегодня потанцевать, то я сломаю ему ноги.
Мурашки, пробежавшие потоком по животу, заставили Дарью хохотнуть на выдохе.
— Ты хулиган, Денис! Всё кулаками решаешь?
— Ну, а как ещё? — уткнулся носом ей в висок парень. Сжал крепче, обняв со спины, и чуть понежил в руках.
— Пойти на праздник и потанцевать самому со мной.
— Даш, это твой выпускной. Мой давно прошёл и забыт, как страшный сон. Отметь с размахом. Про ноги я пошутил, конечно же.
— То есть с кем угодно могу танцевать? — развернулась она к нему лицом, обхватила за шею и заглянула игриво в глаза.
— Без фанатизма, — поднял палец кверху Денис.
— Без фанатизма, — кивнула согласно Дашка, потянулась на носочках и чмокнула его в щеку.
— Ты же заберешь меня вечером?
— Я постараюсь. Но если что, то с одноклассницами на автобусе… Хорошо?
— Хорошо, — улыбнулась Дашка, любуясь строгим лицом Дениса.
— Дарëха, время! — воскликнул он и расцепил объятия.
— Да, я всё! — Дашка схватила баллончик с лаком для волос.
— Опять!? — опешил парень и поспешил покинуть комнату, чтоб больше не чихать.
Денис привёз Дарью ко школе, на крыльце которой собралась орава выпускников. Он вышел из машины и по-джентльменски открыл девушке пассажирскую дверь. Подав руку, помог выйти. Заулыбался, так как не мог насмотреться на Дашку.
— Я забыл, — потянулся к бардачку и достал фотоаппарат.
Это был новенький объёмный Polaroid. Устройство для моментальной фотографии. Таким в 1996-м мог не каждый похвастаться.
— Давай, я тебя сфоткаю!
Девушка, недолго думая, примкнула к высокому цветущему кусту.
Денис сделал снимок, вытащил фотографию и подождал, когда изображение появится. Дарью окликнули одноклассницы, и она, поцеловав его мимолетно, поспешила к ним принимать восторженные комплименты. Те заставили Дашку и покружиться на месте, и присесть в реверансе, чтоб рассмотреть её наряд.
Парень насмешливо почесал висок пальцем, вспоминая, как объяснял размер платья продавцу.
— Фирсов, Фирсов… — послышался неодобрительный тон рядом, на который Денис резко обернулся.
Перед ним оказалась Мария Петровна, классный руководитель Дарьи. Женщина когда-то и его учила немецкому языку. Он помнил её жутко придирчивой и почти невыносимой.
Парень приятно заулыбался, сунув руки в карманы. Его забавил тот факт, что учительница совсем не изменилась за эти года. Те же седые волосы с фиолетовым оттенком в неохватном начёсе и серый строгий костюм с юбкой.
— Мария Петровна, — слегка поклонился Денис.
Женщина оценила его с ног до головы и грозным взглядом посмотрела на машину.
— Так и знала, что бандюгой станешь! И что Сергеева в тебе нашла? — упрекнула она его в ироничной ухмылке и продолжила свой путь, очевидно, шла тоже на выпускной. — Ой, такая девочка хорошая. Умница. И тут ты, — качая головой причитала учительница себе под нос.
Денис в небольшой растерянности вздохнул. Сомкнул губы, смотря вслед учительнице. Ещё раз поймал Дарью взглядом – как она прекрасна сейчас. Платье, туфли на высоком каблуке, причёска с завитушками. И мелькнул глазами по себе: спортивный костюм, кроссовки, небрежная стрижка.
«Ну, гопник чистой воды!» – посмеялся мысленно над собой, потер небритую щеку. Осталось присесть на корточки и грызть семечки.
Дашка привлекла внимание пронзительным смехом. Она явно была счастлива сейчас.
— Девчонки любят плохишей, Мария Петровна! — бросил Денис ехидно фразу, садясь за руль.
Отложил фотоаппарат и Дашкин снимок. Выехал от школы и направился по делам.
Погружённый в свои внутренние рассуждения упустил из виду, как его обогнал тёмный автомобиль, который резко прижал Дениса к обочине. Машина парня пошла юзом, оставляя глубокий след торможения на песке.
— Ты что, козёл, бессмертный? — выругался он и, удержав руль, остановился.
Денис почувствовал неладное, испытывая дежавю. Другие методы есть в разборках, кроме как ловить на дороге? Он спешно достал оружие из бардачка и покинул машину. Но навстречу к нему никто не вышел.
Парень, держа пистолет в руке, в яростном порыве открыл водительскую дверь и вытащил с сиденья нерадивого участника движения. И тут же в его грудь ответно ткнули дулом.
— Поговорим, с*ка?! — желчно прорычал неприятель.
Денис замер, желваки на скулах дернулись от напряжения. Человека он несомненно знал, ему пришлось опустить свой пистолет, так как их окружили ещё три автомобиля.
— Что хотел этот «выделыш» со своими приспешниками? — Вóрон властно сидел, откинувшись на спинку кресла.
Мужчина спокойно барабанил пальцами по гладкой поверхности стола, смотря на Дениса, который расположился на диване напротив.
Тот был более менее уже спокоен, хотя злость на Кирилла еще сохранялась. Денис предполагал, что парень где-то отсиживается и обязательно покажет себя. И это был вполне ожидаемый «метод Кирыча» – завертеть одному и дождаться подмоги.
— Надавали по лицу за предательство, — он оттирал салфеткой сбитые в кровь костяшки пальцев. — Затем назначили тебе стрелку и смылись.
Язвительный смех Вóрона без сомнений показал, что мужчина не встревожился по этому поводу.
— Я смотрю ты в долгу не остался? — продолжал хохотать мужчина.
Денис кинул недоумевающий взгляд исподлобья. Раскидать компанию Кирыча не составило труда, так как всех, с кем он был, Денис хорошо знал. И они его. А точнее на что способен. Поэтому слишком и не вступали в драку.
— Сколько их было?
— Восемь человек.
— И на этом всё, — начал рассуждать мужчина. — Вокруг него никто не будет обживаться, Денис. Кирыч не имеет веса без Батеньки. Могу сказать и без стрелы – он будет вести «базар» за смерть, потребует выдать гада, взамен мирного расхождения.
— К чему этот спектакль? Кирыч всё знает обо мне.
— Ты не понимаешь, этот сукин сын только делает вид, что умный. На самом деле, все его глупые ходы просчитаны до мелочей. За то, что отца убрали, он готов нам руку пожать. Месть ему не нужна. Он хочет быть «новым Басалаем». И не меньше.
Денису принесли лёд. Он приложил холод к оцарапанной скуле, немного поморщился, понял, что тошнота подкатывает от всех «опгэшных» делëжек.
— Только он ни*уя в этом не шарит. Басалаевская земля уже давно распилена.
— Чувствую себя валютной проституткой, — подытожил Денис.
— Не мы такие! Жизнь такая! — хохотал Вóрон снова. — К сожалению, твоя умная голова и очумелые руки могут понадобиться многим. Тупым, как мы.
Денис устало вздохнул и расслабленно облокотился спиной на диван.
— Лучше бы я снёс эту голову в универ и на завод. Толку больше.
— Да не нуди ты! Наши уже поехали. Знаем, где Кирыч может обитать. Но не даю слово, что этот упырь оставит тебя в покое.
Волнение за Дашку тут же окутало Дениса, он посмотрел на часы, предполагая сколько продлится выпускной.
— Какие дела на сегодня? Хотелось бы освободиться к вечеру.
Мужчина встал из-за стола, достал из секретера какой-то прибор.
— Вот, — бросил Денису в руки.
— Прослушка? — повертел тот устройство, оглядывая со всех сторон.
— Да нужно проверить одного человечка. В твоих силах, надеюсь?
— Сделаю, — кивнул Денис.
— Это не так спешно, но чем раньше, тем лучше.
Мужчина погладил себя задумчиво по затылку.
— Денис… Что хотел сказать, — он развернулся к мини-бару в виде глобуса, открыв его, вынул бутылку с алкоголем и стакан. Затем малость подумал и взял ещё один стакан.
— Давай, выпьем, — поставил на стол, позвав Дениса рукой.
— Я не пью.
— Ты просил закинуть удочку про Оксану.
Парень тут же отложил лёд и встал. Поравнялся с Вóроном, сунул руки в карманы брюк и нахмурился в ожидании.
Мужчина налил две порции. Денис уже понял, что хорошего не услышит. Взял стакан, но пить не собирался. Это была тревожная солидарность.
— Ну… пусть земля ей пухом, — Вóрон резко выдохнул, прежде чем запрокинуть стакан. Затем уткнул нос в кулак. — Крепкая, зараза! — посмотрел на бутылку с водкой.
Денис застыл в безмолвии, переваривая услышанное. Шокированный, он смотрел на мужчину, как тот закурил. Хотя курящим Вóрона не видел ещё.
Парень шевелил губами, от участившегося дыхания, во рту пересохло. Он, конечно, смутно уже верил в возвращение девушки. Но желал услышать о её здравии.
— Что значит земля пухом… — это было дикое недоверие к словам мужчины.
— А то и значит!
Вóрон отошёл к окну, приоткрыл раму и выпустил никотиновые клубы дыма на улицу.
— Денис, её перепродали аж третьему лицу. А после третьего концы в край. В грёбанный край турецкого разврата.
Денису показалось, что Вóрон проговорил переживательно, и это было совсем не свойственно ему.
— Я хорошо знаю эту схему. Своих шл*х тоже туда продавал. Ни одна ещё живой не вернулась… — посмотрел косым досадным взглядом на Дениса мужчина.
У парня всë ещё не укладывалось в мыслях, как это возможно. Как могла Оксана не распознать подвох?
— Ты её надоумил подписать этот контракт? — Денис поставил стакан с грохотом на стол и снова сунул руки в карманы.
Стоял и испепелял Вóрона глазами.
Мужчина в прострации смотрел в окно, затем выкинул сигарету и приблизился к нему лицом к лицу.
— Нет, — сунул также руки в карманы.
Они стояли друг напротив друга, и каждый давил взглядом.
— Я никогда бы не толкнул Оксану на такой шаг. Любил с*чку до безумия. Собирался жениться и детей заводить. Одного, правда, снесла в больницу, дрянь, — озлобленно причитал Вóрон. — Скакала, как коза, по мужикам. Хрен поймёт, мой или не мой…
Денис ослабил гневную мимику и потеряно опустил глаза.
— Подтверждение есть её гибели?
Мужчина лишь хмыкнул в ответ.
— Значит, рано ты поминки устроил, — раздул ноздри Денис от негодования. — Во что бы не встало…
— Ты никогда её не найдешь, Денис! — прикрикнул Вóрон на него, оборвав намерения Дениса на подвиг. — Не советую тебе соваться к этим людям. Я точно помогать не буду. Ты не представляешь, кто всё держит под строгим контролем, и лучше не знать. И Дашку лучше уговорить забрать заявление из ментовки от греха подальше.
Денис отошёл от мужчины и яростно задышал, уставившись в одну точку на стене. В памяти опять всплыла девчонка в коричневом школьном платье и пышными голубыми бантами. Ему захотелось протянуть руку к ней, схватить за шкирку и, почему-то, надавать оплеух. Парень подметил на календаре, что висел перед ним, сегодняшнюю дату – 16 июня 1996 год. И дал себе слово, что непременно найдёт Оксану. Возможно, не в этот год и не в последующий… Но это будет. Он её найдет!
— Как я ей об этом скажу… — вымолвил Денис.
Перед глазами встала любимая со своей лучезарной улыбкой. Тотчас захотелось крепко обнять, зарыться носом в волосы и мучительно целовать. Как он боялся потерять её.
— Значит, молчи, — безразлично добавил мужчина. — Пройдёт. Кстати, нет на примете такой же? Хочу чистую девочку, — проговорил блаженно, заглядывая на Дениса.
Парень повернулся и просто прожег взглядом Вóрона. Он ненавидел, когда Дарью трогали даже словом, притом грязным.
— Молчу, — выставил ладони. — А то прилетит по морде, — мужчина явно опьянел от выпитого.
— Всë хватит лирики! У нас есть дела поважнее. Едем! Хочу познакомить тебя с поставщиком. Будешь сам с ним контактировать в вопросах электроники.
Мужчина деловито открыл дверь и вышел. Денис удрученно посмотрел на невыпитую водку в стакане.
Есть ли правда во всём, что говорит Вóрон? Есть ли смысл доверять ему?
Вокруг одни стервятники… Ждут очередную гниль. И Денис ощущал эту вонь душой. Мерил на себя, как чернеет сердцем ко всему происходящему, не пройдёт много времени, чтоб привычно принимать чью-то смерть. Даже если она произойдёт с его подачи.
Это выгодно, удобно, и пока безнаказанно… Когда и где будет край, он знать не желал.
Денис тихонько открыл дверь и зашёл в квартиру, предполагая, что Дарья спит. Возможно, немного обиженная тем, что он так и не смог забрать её с выпускного, а поручил это дело Вóроновским "браткам". Все претензии выслушает завтра, сейчас хотелось скорее снять одежду и принять душ. Парень осмотрел себя. Светлая спортивная кофта после стычки с Кириллом выглядела критично. Дениса будто вываляли в грязи, хотя он в драке практически не падал. В районе груди виднелись небольшие пятна крови, вероятно, из-за ободранной челюсти.
Он повернулся к круглому зеркалу на стене в прихожей и посмотрел на серое выражение лица в отражении.
Дверь в комнату распахнулась, и Дарья словно вылетела навстречу к Денису. Она застыла, принимая во внимание его внешний вид, затем кинулась на шею.
— Что они с тобой сделали? Они били? Издевались, Динь? — запричитала девушка плачевно.
— Дашуль… — прижал её к себе Денис.
Она отпустила объятие и с волнением начала расстëгивать ему молнию на кофте.
— Кровь не отстирывается… Надо в холодную воду… — запинаясь рассуждала, стараясь не смотреть в глаза. — Хозяйственным мылом…
Боялась, что разрыдается, да и кровоподтек на щеке Дениса сильно пугал.
Три часа Дарья не находила себе места в квартире. Когда после выпускного увидела двух бритоголовых «качков» возле школьного крыльца, то поняла, что ждут её. Сначала списала на счёт Оксаны и решительно подошла, а услышав про Дениса, не думая села к ним в машину. Только сильно удивилась, когда привезли к дому, вежливо проводили до подъезда и попрощались. Вот тут-то и накрыла неумолимая тревога… Зачем!? Почему?
Девушка настойчиво снимала испачканный костюм с Дениса.
— Дашуль, всё в порядке, — отцепил её руки от себя. — Я сам, не надо.
— Что произошло? Что им надо от тебя? Они ищут Оксану? Я им сказала, что мы не знаем, где она!
— Про кого ты говоришь, Зай? — остановил окончательно он Дашкин беспокойный разговор, взяв за плечи.
— Эти люди… Если можно так сказать. Они встретили меня…
— Дарëха, это знакомые! Я их попросил забрать тебя и довезти до дома.
Денис спешно снял кофту и прошёл в ванную комнату.
— Так и знал, что они тебя напугают, — посмеялся громко уже из-за закрытой двери. — Хотя говорил им, чтобы объяснили то, что от меня.
Дарья была поражена тем, что Денис так спокоен. Он будто пришёл с работы и рассказывал о трудовом дне. Беззаботно, обычно…
— С каких пор они нам знакомые… — вполголоса негодовала Дарья.
Девушка всегда избегала мыслей о том, что Денис закрутился в преступных кругах.
Надеялась, что всё поменялось…
И совсем не хотела лезть с вопросами о его деятельности. Знала, что не скажет правду. Но не потому что лгал когда-либо ей, а лишь с целью уберечь от мятежа.
Прошла обратно в комнату и села на диван, который со скрипом отозвался даже под её хрупким весом. Устало насупилась в сторону коридора. Шум льющегося душа немного успокаивал.
Всё же нормально! Он жив и здоров! Вернулся почти невредим! И даже заверил, что страшного не произошло. А к царапинам и синякам придётся привыкнуть.
Она рвано задышала от такого принятия. Разве она может что-то поменять? Также, как и Оксану, убедить Дениса жить по-другому у неё не получится. Дарье нужно смириться с тем, что любит бандита.
Она опустила голову и нервно сцепила пальцы в замок на коленях.
— Как прошёл выпускной? — появился Денис, вытирая полотенцем голову.
— Отлично, — улыбнулась грустно девушка, не смотря на него.
Денис отложил полотенце и на глаза попалась почётная грамота, лежавшая на столе. Около неё красовалась золотая медаль в бархатной коробочке и аттестат в ярко-красном переплёте.
Парня немного одолела досада. Ведь он обязан был разделить с ней этот праздник, быть рядом в такой важный для Дарьи момент.
— Всего лишь «отлично»? — выразил удивление Денис, кинув ироничный взгляд на девушку. — Я думал, будет «Вау» «Класс» «Я так счастлива», — посмеялся, пытаясь вызвать положительные эмоции у Дашки.
— Я счастлива, — Дарья подняла голову и посмотрела на Дениса, снова улыбнулась, но уже бодрее.
Голый торс парня заставил слегка напрячься. Его прекрасной физической формой Дашка всегда любовалась только сквозь футболку, так он ей ещё не показывался – в одних домашних брюках. Волнение вновь охватило её, только уже абсолютно по другому поводу.
Денис подошёл к окну и чуть сдвинул занавеску рукой.
— Похоже будет гроза, — сказал он как раз в тот момент, когда сверкнула молния, ярко осветив комнату.
Обстановку разбавлял лишь свет настольной лампы, и Денис засмотрелся на Дарью в потёмках. Напряжение подалось по телу и сосредоточилось в конкретном месте от того, как пленила девушка.
Он заметил, что Дашка по-прежнему в платье, только уже без объемных рукавов-фонариков. Возможно, аксессуар не очень пришёлся по душе.
— Почему не переоделась?
Дарья уставилась на него тягостным взглядом, ничего не отвечая.
— Даш, всё хорошо? — насторожился Денис. — Ты же ведь не собираешься уходить? — сдвинул брови.
Она поднялась с дивана и подошла вплотную, закинула голову, чтоб заглянуть в глаза. Страдальчески сжала губы, осматривая лицо.
— Надо обработать что ль? — озадаченно дотронулась до его разодранной щеки. Чуть подула на рану.
Денис вздохнул в возмущение.
— Дашуль, всё в порядке! Сколько нужно повторить? — едва ощутимо погладил ее большим пальцем по подбородку.
За окном вновь сверкнуло перед мощным раскатом грома.
— Ты самая красивая умница из всех, которых когда-либо видел… — Денис зачарованно не мог отвести глаз.
Он притянул Дашку за талию к себе, прислонился лбом к ней и легонько чмокнул в кончик носа.
— Потанцуешь со мной? — закусила девушка губу, обнимая его за шею.
Денис озадачился предложением потанцевать с этой красавицей. Он суетливо осмотрел комнату, вспомив про радиолу «Серенада», купленную когда-то родителями за тридцать рублей. Отыскал предмет, который Дашка переставила с привычного места, и озарился лучезарной улыбкой.
Отпустил девушку и поглядел на шкаф в поиске пластинок.
— Сейчас мы с тобой под чудесную музыку… — достал картонную упаковку. — Анна Герман, — дунул, сметая пыль с винила.
Подошёл к радиоле, открыл крышку и аккуратно поставил пластинку. Включил устройство в розетку, облегченно выдохнул, когда щелкнул тумблер, и диск закрутился. Поднял звукосниматель, почистил иголку и опустил на пластинку.
Волна звука с едва ощутимым шумным искажением залила комнату. Но мелодия заиграла настолько чисто и неподдельно, что захватывало дух. Это никогда не «зажуется», как плёнка магнитофона…
Тёплый винтажный эффект создал уют, отгоняя все тревоги. Только для них двоих запела эстрадная дива с волшебным голосом.
(Анна Герман «Город влюблённых людей»)
Есть на далекой планете
Город влюбленных людей
Звёзды для них по-особому светят…
Небо для них голубей…
Денис протянул руку к Дарье. Она с неимоверным восторгом подала ему свою.
Белые стены над морем.
Белый покой и уют.
Люди не ссорятся,
Люди не спорят,
Люди друг-другу поют.
Они медленно закружились, переставляя ноги в темп романса. Даря улыбку друг другу, прижались теснее. Просто молча наслаждались их моментом…
Посидим, помолчим.
Всё само пройдет.
И растает гнев, и печаль уйдёт.
Посидим, помолчим.
Не нужны слова.
Виноваты мы, а любовь права.
Гроза за окном набирала обороты и лишь пуще придавала особый шарм танцу.
Если тот город увидишь,
Сразу обиды простишь.
Словом напрасным меня не обидишь,
Ссорою не оскорбишь.
Денис потерся носом о Дашкин, как он любил её в этот момент, как она нужна ему рядом…
Путь нам навеки осветит
Белого города свет.
Пусть говорят, что на нашей планете,
Этого города нет.
Дарья коснулась его губ тихим поцелуем, он принял его сильнее. Денис прижал её к себе крепче и беспощадно целовал. Их тяжёлое дыхание смешалось.
Посидим, помолчим,
Всё само пройдет.
И растает гнев, и печаль уйдёт.
Посидим, помолчим,
Не нужны слова.
Виноваты мы, а любовь права.
Посидим, помолчим,
Всё само пройдёт.
И растает гнев, и печаль уйдёт.
Есть на земле этот город,
Город влюблённых людей…
Радиола зашипела пустым звуком.
Дарья оторвалась от поцелуя, стыдливо потупила взгляд, и ресницы еле заметно дрогнули.
Но она всё-таки отважилась сделать первый шаг…
— Снимешь мне платье? —вымолвила почти шёпотом, хватая воздух носом.— Я тебя люблю, Денис… И хочу только с тобой… — щеки Дарьи запылали огнём.
Денис также переводил сбившееся от смятения дыхание. Сопротивляться просьбе уже не было воли. Сердце грохотало в груди вровень грозе на улице, которая достигла пика и собиралась пролить дождь.
Он одобрительно провёл ей по спине, задержав движение на молнии, потянул бегунок вниз. Следил за каждой эмоцией Дарьи: как волнительно сглотнула и снова участила дыхание, когда он, едва касаясь кожи, скользнул пальцами вдоль позвоночника.
Неторопливо спустил корсет с груди девушки, и платье сползло по телу к ступням.
Дашка почти перестала дышать, делая короткие вдохи.
Взгляд Дениса почернел от интимного напряжения между ними. Страсть разгонялась с непреодолимой скоростью. Он сделал небольшой шаг назад и, прежде чем снять брюки, задержался глазами на почти обнажённой девушке.
— Выключи, пожалуйста, свет, — та робко прикрыла миниатюрную грудь рукой.
Мышцы у Дениса болезненно сжались в районе паха, и приятным всплеском его плоть налилась силой. Он необратимо желал Дашку. Выполнил её просьбу: подошёл к лампе, и комната погрузилась в полную темноту. Лишь вспышки с улицы перемешивались с грохотом. Крупные капли забарабанили по металлическому козырьку окна.
— Если бы ты сделала это с другим… — стащил с себя брюки вместе с трусами и вернулся к Дарье. — Я бы сошёл с ума, — приговаривал он томно, с придыханием.
Притянул её к себе вновь, и Дарья тихонько ахнула, почувствовав его возбуждение.
Ладони парня не совсем терпеливо блуждали по её телу, разгоняя трепетную дрожь. Он зацепил край кружевных трусиков и стянул их неспешным движением. Дарья помогла раздеть себя и, перешагнув бельё, оставила вместе с платьем на полу. Выпрямилась и примкнула к Денису.
— Не надо стесняться, — прошептал он вожделенно ей в губы, горячим дыханием обжёг шею и прошёлся поцелуями до ключицы.
Девушка до сих пор не могла справиться с волнением, кровь в ушах шумела, а между ног сосредоточилась бешеная пульсация. Она впилась пальцами ему в плечи, когда поцелуи становились всё ниже. Денис склонил голову и уловил ртом её грудь. Языком обласкал вершинку сначала одной, затем другой. Дарья запрокинула голову, прогибаясь в спине и подставляя себя под непомерную негу.
— Хочу тебя… — возвратился к губам, подхватил девушку под попу и усадил к себе на пояс. — Я буду самым нежным рядом с тобой… — впился поцелуем, погружая язык.
Его плоть упёрлась Дарье между бёдер, когда она обвила ногами его торс.
Удерживая Дашку на весу, Денис дошел до дивана и опустился вместе с ней. Навис над девушкой, не отпуская поцелуй.
Медленным движением вперёд протолкнулся внутрь. От этих ощущений Дарья почти закричала, но, подавив в себе этот порыв, мучительно всхлипнула.
Она была слишком тесной для него, и парень старательно сдерживал готовность вонзиться до упора. Ему хотелось, чтоб у Дарьи остались приятные воспоминания о первой ночи.
Денис оторвался от её губ.
— Потерпи, Дарëха, — сочувственно прошептал он, покрывая мелкими поцелуями её щеки. — Только не отталкивай…
Но Дарья и не собиралась этого делать. Она обняла Дениса за шею и прижалась сильнее.
— Только с тобой… вытерплю всë… Я за тобой, Денис, — простонала девушка.
Наращивая силу толчков, он стал двигаться и заполнять собой по миллиметру. Неровное дыхание Дарьи, несвязная мольба о чём-то – всë будоражило Дениса.
Этот вечер чудесен! Они стали окончательно близки… Дарья с горечью в душе принимала то, что осталась одна. Без семьи. И теперь кроме Дениса, по сути, никого роднее нет. Под волшебный романс он признал свою истинную любовь к ней, и сейчас в сладострастном танце делал Дарью по-настоящему взрослой.
Так сложено судьбой, предначертано с самого детства…
— За мной, Дареха, как за дождём… Не знаешь куда приведёт.
Проливной дождь помпезно смешался со скрипом старого дивана, который монотонно вторил стонам двух безгранично счастливых людей.
Только счастье, как хрусталь, если бьется, то на крупные осколки, которые режут, оставляя глубокие раны…
Дарья подала документы в педагогический университет на факультет иностранного языка, но той подготовки, которую дала ей Мария Петровна, не хватило. Баллов для поступления она не набрала. Никто не посмотрел даже на аттестат с отличием и золотую медаль, когда тонко намекнули на «энную» сумму. Стало понятно, что без вознаграждения зачислиться невозможно…
Упрямый нрав девушки не позволил дать взятку, хотя Денис изначально был готов это сделать.
Нет. Так нельзя. Только сама. Через год обязательно получится. А пока усердная тренировка знаний и работа на рынке. Она с каждой зарплаты откладывала на подготовительные курсы.
Это убеждение для того времени стало ошибочным. И Дарья даже через год не поступила…
Девушка сейчас стояла с поникшим видом у стенда в университете и глотала слезный ком, не найдя своего имени в списке абитуриентов. Рядом с ней поравнялись двое парней и, нецензурно восхищаясь, обменялись жестом «дай пять». Дарья скептически покосилась на них. Крашеные волосы, серёжка в ухе, модная одежда и запах никотина за метр давали предположение, что жизнь прожигают они не хило. Тем более один показательно крутил брелок со значком «Мерседеса» на пальце.
— Hello! How are you? — подошла к ним Дарья и банально спросила «как дела».
— Чë? — вытаращились они на неё. — Училка что ль? — перешептывались. — Чë спросила?
Дарья повержено опустила глаза. Медленным шагом пошла прочь… Мечта степенно уходила вдаль.
За этот год она многое осмыслила. Везде всë решают статус и деньги. Не нужно быть умным. Лёгкая тошнота, которую она ощущала с самого утра, подкатила к горлу. Девушка глубоко подышала, выйдя на улицу.
«Может и к лучшему» – взяла себя в руки. Просто не повезло сейчас. Значит повезёт в следующий раз. Но уверенности в том, что будет снова подавать документы уже не было. На данный момент Дарью волновал один тревожный факт… А взятку если и давать, то совсем в другом деле.
— Даш, ты могла бы уже год учиться! — негромко ругал её Денис тем же вечером. — Не вижу проблем – дать «на лапу».
Они спокойно ужинали, когда зашёл такой разговор. Денис с аппетитом ел то, что девушка приготовила, хотя Дарье готовка далась сегодня с большим трудом. То и дело её тошнило…
— Это неправильно, Денис! Заплати за поступление, затем за каждый зачёт… И что же за учеба получится? — оторвалась Дашка от тарелки.
— А правильно ли то, что твоя светлая и заумная голова болтается на рынке и торгует фруктами?
Она гневно нахмурилась на любимого, который сейчас раздражал донельзя.
— А твоя? Где болтается?! — кинула она вилку на стол и подскочила с места. — Если тебя так смущает то, что я продавщица из ларька… Найди другую!
Девушка недовольно протопала мимо него.
Денис застыл с ложкой у рта провожая её глазами.
— Даш? — удивлённо повёл бровью. — У тебя «эти» дни? Что с настроением? Ëж! — посмеялся вслед.
Дарья прошла в комнату и, открыв форточку, поймала носом поток воздуха. Прикрыла глаза и постаралась снять смятение. Её снова тошнило! С утра она связала это состояние с волнением перед очередным провалом в поступлении. Затем посетила Ивана Дмитриевича, который также ничем не обрадовал в поиске Оксаны. И даже грозным голосом прогнал. Дашка пулей вылетела от милиционера и только успела оказаться на улице, как ее накрыл приступ рвоты.
«Вот именно! “Этих” дней, как раз, нет…» – отозвались беспокойные мысли.
Дарья открыла глаза и уставилась во двор, где царил бархатный период конца лета. Кучные облака, словно шторками, поминутно закрывали солнце, которое успевало пускать блики по окнам. Уныло и жутко тревожно на душе. Девушка призналась себе, что боится того, что происходит с ней. Ведь абсолютно не входило в планы забеременеть. И, прожив целый год с Денисом, они старались не допустить такой возможности.
Все внимание сосредоточилось на детской площадке. Малыш усердно ковырял лопаткой в песочнице, а его мать стояла рядом и наблюдала за этим действом. Что-то у маленького не получилось, и он громко заплакал, женщина тут же подошла и принялась его успокаивать, крепко прижав к себе.
Тёплая улыбка расползлась по лицу от этой картины, которая стала особым знамением для Дарьи. Она тихонько приложила ладонь к животу.
— Дарëха, ужин был очень вкусным, — благодарный голос Дениса вывел из размышлений.
— Я ëж. Не подходи ко мне, — пробурчала девушка.
Но он приблизился и обнял со спины. Стал покрывать крепкими поцелуями щеку Дашке.
— Э-эй, ты мой ёжик без колючек… — уткнулся носом ей в ухо. — Что значит «найди другую»?
Его нежный тон в словах заставил девушку улыбнуться сильнее. Ласковые объятия сняли гнев окончательно.
— Динь… Давай, лучше дадим взятку Ивану Дмитриевичу. Чтоб он быстрее Оксану нашёл.
Денис напрягся всем телом. Ведь так и не осмелился рассказать Даше о том, что сестру продали. За Оксану и он всегда переживал, много месяцев пытался выяснить обстоятельства её пропажи. Но любая ниточка в конце давала узел безысходности.
— Ты в милиции была опять?
— Мхм, — печально посмеялась Дарья. — Иван Дмитриевич сказал, что к нему уголовники реже ходят отмечаться, чем я. Прогнал…
— Не уверен, что взятка ему поможет, Дашуль, — чмокнул Денис её за ухом.
Выпустил Дарью из объятий и также устремил взгляд за окно, где по-прежнему плакал малыш.
Денис безмолвно ухмыльнулся, и улыбка одолела его.
— Вот орет… — хохотнул сам себе.
Дарья тут же задышала с диким волнением. Возможно, у них в скором времени будет такой же орущий…
Она должна сказать Денису!
Во рту пересохло.
— У меня задержка.
Девушка повернулась к нему и со страхом подняла глаза. Денис молчал, улыбка спадала в глубокую озадаченность от услышанного.
— Моё настроение… И… Целый день жуткая тошнота, — удрученно поджала она рот.
Денис ещё раз посмотрел за окно на истерику мальчугана.
— Вроде как... — озабоченно выдохнул, показывая свою тревогу. — Таблетки же… — заглянул на Дарью.
— Я пропустила почти неделю приёмов в прошлом месяце, — отвела она взгляд с большим сожалением. — Даже и не задумалась, что может как-то повлиять.
Денис задержал на секунды дыхание, надул щеки и с шумом выдохнул.
— Вот ты, действительно, ëж! — упорно смотрел на неё.
Желание заругаться нецензурно, несомненно, у него было. Но чувства настолько смешались – он не знал, что нужно сказать. Тем более Дарья по виду почти рыдала.
— Денис, мне страшно…
— Дашуль… Давай, не будем поддаваться панике. Может, это и вовсе не «залëт», — замотал он головой в убеждение.
— Я… — Дарья спешно вышла из комнаты и вернулась со своей сумкой. Достала картонную коробочку. — Я в аптеке купила тест. Но так и не осмелилась его сделать, — закусила волнительно губу. — Без тебя…
— Так. И что мы должны с ним делать? — заволновался и Денис.
— Судя инструкции… надо утром…
— Так неважно. Бегом выполнять! До утра я не выдержу, Дарëха!
Девушка пронзительно посмотрела на Дениса и нижняя губа дрогнула.
— Дашка, — он погладил её по плечам. — Я рядом. Всё хорошо, —заметил, как тяжело задышала девушка.
Она снова опустила голову и суетливо побегала взглядом по полу. Медленно побрела из комнаты до туалета.
Денис обхватил голову руками и набрал воздуха в лёгкие. Естественно, для него это очень неожиданно, непреднамеренно и… признаться, не очень желанно в данный момент. Но он размышлял бывало, что такое допустимо в их отношениях, которые за этот год переросли в самые серьёзные, с уютным бытом и бурным сексом.
Настоящая семья, конечно же, входила в планы Дениса. Но что он может дать сейчас? Разгрести накопившееся «дерьмо» в своём существовании не в состоянии… Не то, чтобы жениться и детей заводить. Неуверенность в завтрашнем дне всё накрывала и накрывала Дениса. Слишком много и слишком часто.
Когда-то же должен быть толчок к переменам? К сильным решениям? Вероятно, это и есть значительный шаг… Маленькое счастье рождённое в любви…
Он сел на диван, тревожно уткнулся в кулак подбородком и стал ждать. Нависшая тишина давила на уши.
Дарья появилась также тихо, робко держа заветную полоску в ладонях.
Денис поймал её взглядом и перестал дышать. На лице любимой роилась полигамия эмоций: глаза слёзно блестели, рот, то плачевно задрожал, то растянулся в благословенную улыбку.
— Я беременна.
Денис в ответ заулыбался не менее благодатно.
Таким они и запомнят невероятный миг цены любви, что даёт двум людям не только опыт, а целую жизнь. Это то чудо, которое показывает, как эта жизнь полна и прекрасна! И ради этого стоит жить!
Август 1997 года станет для них неизменным путём за дождём, в конце которого будет неважно как и что потом…
— Шесть человек положили наглухо!!! — орал ошалело Вóрон.
Мужчина метался из стороны в сторону, махая руками и периодически хватаясь за виски.
— Бл*дь… шестеро ребят, — завопил снова на всё помещение, закрывая лицо ладонью.
Все, кто сейчас находились рядом, стояли молча, уныло опустив голову.
— Не понимаю. Предъяву Соседские кинули… Но они, мать твою, до них даже не доехали. Тачка решето! Ребята мертвы. Кто? За что?
Мужчина на последнем вопросе склонился над мобильником, который лежал на столе.
— Звони тварь! Чего тебе надо?
Вóрон в отчаянии ждал звонка от неизвестных недругов, которые начали охоту на них. Но телефон не зазвонил ни через час, ни через полдня.
Второй месяц их словно истребляют… Непонятно кто и непонятно за что.
И даже к вечеру напряжённая обстановка по-прежнему царила в «офисе». Вóрон не отходил от телефона.
Денис, откинув голову, сидел на диване и смотрел в потолок. Все тревоги сгущаются в одну точку, тяжелее и тяжелее нависая над ним. Как Дамоклов меч… Угроза при всем видимом благополучии.
— Денис! — подозвал мужчина тихонько рукой.
— Ты успел «намастерить»? — спросил вполголоса Вóрон, как только парень подошел.
— Успел, — кивнул он в подтверждение и наклонился над столом, так как тот не хотел, чтоб разговор слышал кто-то ещё.
— Надо как-то вывезти…
— Как? — нахмурился Денис. — Наши тачки шмонают на каждом углу.
Мужчина в ответ раздражённо прорычал, показывая свою неуравновешенность в стрессовой ситуации.
— Не знаю! Надо что-то придумать. Не хочу, чтоб это попало в чужие руки.
Денис смотрел на него и ждал, что скажет ещё.
— Эй! — присвистнул остальным Вóрон. — Все расходитесь. Залягте пока на дно. Как только выясню всё! Объявлю сбор.
Денис выпрямился и намеревался уходить вместе со всеми. Ворон остановил его, ухватив за локоть.
— «Малява» пролетела, что Кирыч в городе. Наши его караулят, но будь на чеку! Если объявится, дай знать.
Парень молча кивнул в ответ и покинул «офис».
Вот только этого и не хватало как раз. Месть обиженного Басалаевского отпрыска выбешивала от месяца к месяцу после гибели самого Басалая. Кирыч был слаб в своей авторитетности, но вредительства у него хоть отбавляй.
***
Денис зашёл в квартиру. Свет не горел. Пахло едой. Улыбка одолела сразу. Как же ему нравилось приходить домой и ощущать на себе заботу любимой. Очевидно, Дашка ждала его к ужину, но со всеми делами, он, конечно же, не успел.
Разулся и проследовал до кухни. Включил свет. На столе две тарелки и кастрюлька с чём-то вкусным. Денис понадеялся, что Дашка поела без него. Потихоньку токсикоз у девушки проходил, и она могла спокойно поесть, не боясь недомогания после. А то Денису приходилось почти с ложки кормить Дарью.
Он принял душ и постарался бесшумно лечь рядом с мирно спящей девушкой. Денис легонько прижался к ней со спины, положил руку на едва округлившийся живот и растворился в своих приятных ощущениях.
Дарья зашевелилась и блаженно промычала.
— Я не дождалась тебя.
— Вредина, — притянул к себе теснее девушку.
Она повернула голову и, как раз в тот момент, когда Денис хотел её поцеловать в щеку, поймала его губы своими нежным касанием.
— Что сказал врач? — безмятежно поинтересовался Денис, вспомнив, что Дарья должна была идти на очередной приём.
— В начале заставил взвеситься, попытался послушать меня деревянной фигнёй, а затем попросил записаться на УЗИ после нового года.
— О! Это где ручки, ножки можно увидеть и пол узнать? — восторженно хохотнул Денис.
— Мхм, — посмеялась вместе с ним она. — А ты кого больше хочешь?
— Не знаю, — продолжал улыбаться Денис.
Дарья развернулась к нему и жадно провела губами по колючей щеке.
— Если родится девочка, давай, назовём её Амандой? — учащенно задышала девушка, справляясь с захлестнувшим желанием к Денису.
Тот напряжённо вкушал её ласку, ловя мельком губами поцелуи.
— Аманда? Почему это имя? Потому что английское? — усмехнулся он.
— И поэтому тоже! — сильнее прильнула в поцелуй. — Я влюблена в это имя.
— Аманда Денисовна, — засмеялся Денис громче. — Я уже представляю, как над ней шутить в школе будут.
Он зажал в объятиях Дашку крепче и перевернулся на спину, завлекая её на себя.
— А если родится мальчик, то Женькой будет! — безапелляционно заявил Денис.
— В честь дядь Жени? — закусила игриво губу.
— Да. В память об отце.
— Хорошо, — положила она голову ему на грудь и понежилась, когда Денис погладил по волосам.
В кольце сильных рук девушка испытывала приятное томление. А спокойный ритм сердца, который Дарья ощущала ухом, дарил утешение.
Она закрыла глаза.
— Хранитель моего сна… — пробормотала в дремоте.
Денис губами мягко коснулся макушки Дарьи.
— Спи, ëж!
Удерживая девушку в тесном контакте и сам окунулся в сон.
Спустя какое-то время Дашка пошевелилась, чувствуя неудобство позы, в которой они уснули. Тихонько слезла с Дениса и расположилась рядом.
Разряд жутких мурашек прокатился волной по спине до пят, так как почувствовала чужое присутствие.
Она приподняла голову и покосилась в сторону. Сумрачный силуэт и в самом деле ей не привиделся.
Дарье показалось, что не может дышать, тело будто сковало от шока. Но защитная реакция в таком состоянии всё же взяла верх, и она закричала, как могла.
Через секунды темноту в комнате разрезал вспышкой выстрел, который оглушил до звона в ушах…
Пронзительный Дашкин крик моментально заставил Дениса подскочить и вступить в борьбу с противником, ударив ногой по оружию. Так что случайный выстрел пришёлся в бетонную стену. В темноте он прекрасно ориентировался, поэтому без проблем выбил пистолет из рук неизвестного и повалил на пол, нанеся с силой удар кулаком по лицу.
Денис метнулся к выключателю, и комната озарилась светом.
— С*ка!!! Кирыч!!! — заорал он и поднял за шкирку парня.
Того шатало, а глаза хаотично бегали из стороны в сторону. Кирилл хихикал как безумный.
Денис схватил его за подбородок.
— Обдолбанный, твою мать! — разъяренно подытожил ситуацию.
Толкнул парня в угол, и он, словно мягкотелый, сполз в неестественную позу.
Денис повернулся к Дарье. Девушка стояла у стены. Лицо белое, как полотно, губы будто посинели и тихонько дрожали.
Она с диким страхом в глазах наблюдала за всем этим. Дашка точно окаменела, плотно сжав кулаки. Ее ноги слегка подкосились, и девушка начала падать.
— Дарëха… — Денис ринулся к ней и подхватил за талию.
Прислонил её обратно к стене и потрепал за щеку.
— Не-не! Давай! Приходи в себя, слышишь? — подул ей на лицо.
Дарья задышала глубже и повела головой с боку на бок.
— Слышишь меня? — пытался докричаться до неё.
— Да… — пролепетала еле-еле она, скривилась на парня. — Как… он… в квартиру попал?
— Не знаю. Пока, — Денис мимолётно оглянулся на Кирилла.
Тот лежал словно мёртвый.
— Дашуль, болит что-нибудь? — в панике ощупал Дарью.
— Нет! — замотала головой.
Денис поднял девушку на руки и донёс до кухни. Усадил на стул, включил свет и налил воды в кружку.
— Водички выпей, пожалуйста!
Дарья послушно выполнила просьбу и сделала глоток. А он спешно вернулся в спальню, убедился, что Кирилл так и лежит на месте. Приложил ладонь к шее, проверил пульс.
— Живой, с*ка!
Денис отыскал сотовый и набрал Вóрона.
— Кирыч у меня. Пришли ребят, — пробурчал страдальчески в трубку, когда тот ответил. — И медика вызови. Он под наркотой. Ни живой, ни мёртвый.
— Может, сразу закопаем? — зевнул устало Вóрон.
— Делай, что хочешь. Мне всё равно. Только избавь меня от него! — прикрикнул Денис.
— Не кипишуй! Решим. Сам его привези.
— Я не могу.
— Ребят оставь с девкой своей, если так за неё боишься.
Денис в раздражении потер лицо и отключил вызов.
— Бл*дь, как вы все меня задолбали!!! — ругнулся громче и вновь посмотрел на Кирилла.
— А ведь всё началось с тебя… — сделал печальный довод.
Он поднял пистолет с пола и вернулся к Дарье. Кинул оружие на кухонную тумбу, поставив на предохранитель.
Девушка отчаянно подперла рукой щеку и смотрела на Дениса.
— Дарëха! — присел он перед ней на корточки. Завёл выбившийся локон за ухо. — Это Кирилл. Он просто вредный парень. Всё в порядке! — заулыбался ей, пытаясь показать безобидность картины.
— Денис, — заговорила Дашка мучительным тоном. — В порядке это, когда едят, спят… живут, ничего не боясь.
— А не надо бояться, — спорно воскликнул Денис, обхватив девушку за лицо. — Я рядом! Или ты и меня боишься? — прищурил насмешливо глаз.
Дарья перевела взгляд за его плечо на тумбу, где лежал пистолет.
— Я за тебя боюсь, Денис… — она обняла его крепко.
Послышались громкие разговоры на лестничной площадке.
— Черт, соседи!
Денис разъединил объятия и быстрым шагом вышел до прихожей. Открыв дверь, постарался со спокойным видом объясниться с жильцами соседних квартир, которых напугал громкий хлопок. Рачительно смеясь и очень убедительно свалил на взрыв телевизора.
Соседи недовольно заворчали, но разбрелись по своим квартирам.
Денис осмотрел замок на двери. На первый взгляд, следов взлома не было. Мысленно чертыхнулся, ведь мог и сам забыть защелкнуть, когда пришёл.
Ещё раз проверил Кирилла, надел на себя джинсы и футболку. Вновь вернулся к Дарье. Та не сводила глаз с оружия, и Денис спрятал его за пояс.
Дарья поднялась со стула и облокотилась спиной о кухонный стол.
— Ты… убивал людей, Денис? — задала она осторожный вопрос, задержав дыхание. Понимала, что не ответит искренне, но хотелось видеть реакцию.
Он пронзил взглядом исподлобья, такое предположение со стороны Дашки стало для него, как удар хлыстом.
— Нет, — заявил твёрдо. — Я никогда никого не убивал!
Он обескураженно отвёл взгляд, ведь именно это доказывал самому себе каждый раз, когда «мастерил» устройства для ликвидации неугодных соперников преступного мира.
За год серия взрывов неясного характера всколыхнула окружение беззакония, и все расследования заходили в тупик. Денис даже перестал ощущать то, что делает что-то неправильно. Лишь иногда просыпался в холодном поту, и тогда здравый смысл приходил всё же. Как остановить это?
Дарья шагнула к нему и крепко прижалась, обняв за шею. Уткнулась плачевно в плечо.
— Денис… ты самый близкий и единственный родной. Ты… весь мой мир! Хочу, чтоб ты знал, что я всё приму! И хочу быть рядом всегда! Я за тобой, Денис!
Он склонил голову и нежно коснулся её щеки. Ему до глубины души было приятно и в тоже время мерзко от того, что толкает Дашку на беспросветные уступки.
— Дашуль…
Дверь в квартиру распахнулась и зашли Вóроновские. И даже сам главарь вместе с ними. Он по-хозяйски прошёл до спальни.
— Этого в машину, — с отвращением скомандовал, посмотрев на Кирилла.
Дарья оторвалась от Дениса и замерла. Мужчина ей был хорошо знаком. Валерчик! Оксанкин ухажёр, тот самый «чëкающий» качок, который окатил когда-то грязью на дороге.
Дашка немедля подскочила к нему, когда Вóрон появился в кухне.
— Где Оксана?!! — закричала она, раздувая ноздри от гнева.
Тот властно поставил руки в боки и прожег Дениса взглядом.
— Ты что так и не сказал ей? — нахмурился Вóрон.
Дарья растерянно посмотрела на Дениса, который безнадёжно прикрыл глаза. На его скулах заходили желваки, когда он ответно взглянул на девушку.
— Продали твою сестрицу, малыха! Ей ничем уже не поможешь! Перестань искать и забери заяву из ментовки! — чуть склонился и проговорил с особой насмешкой Вóрон.
Денис не успел среагировать, а Вóрон не церемонился в словах. Мужчина развернулся и пошёл прочь, и ему было абсолютно плевать на чувства девушки.
— Денис! Едем! Разгребем всë это дерьмо!
Тот стоял и не мог собраться с духом оправдаться перед Дашкой, которую уже душили слезы. Она опустила голову, и осознавала всю трагичность ситуации. Денис знал и, скорее всего, просто уберегал от этой информации.
— Динь… — всхлипнула Дарья.
— Дарëха, не слушай его! — приблизился Денис к ней, погладил по плечам. — Ни хрена он не знает! Я ищу Оксану! И, клянусь, найду! Обещаю тебе! Слышишь?
— Мхм, — закивала Дарья, не смотря на Дениса.
— Дашуль! Это Вова с Никитой, — указал рукой на парней, которые появились в проёме дверей. — Они побудут с тобой, пока я не вернусь, — обеспокоенно провёл ей по животу. — У тебя точно ничего не болит?
Он волновался за состояние Дарьи больше всего. Девушке пришлось неслабо испытать стресс, и Денис понимал, что это может навредить.
— Нет! — выкрикнула она, и подняла глаза полные слез на него.
— Я скоро! Ничего не бойся! — чмокнул крепко в щеку её.
— Больше не боюсь! — отстранено пробурчала Дашка.
Денис проследовал на выход, и лишь на мгновение задержался в дверях. Как ему хотелось уберечь Дарью от всего этого. И даже от самого себя!
— Никогда не суйся в мою личную жизнь! — злобно выплюнул фразу Вóрону в лицо, когда сел в машину.
— Никогда не дрейфь перед бабой! — вернул ему также злобно мужчина.
Они медленно отъехали от дома. Два автомобиля размеренно двигались по трассе, разрезая утренний сумрак светом фар.
— Мы с тобой, Денис, теперь неразлучны. После всех разборок займёмся оружием. Так заживëм!
Но Денис практически не слушал его. В своих угнетенных размышлениях он смотрел в окно, уткнувшись в кулак.
— Только… плохо, что девчуля твоя беременна. Это может играть злую роль для тебя. Ребёнок становится лёгкой добычей для врага. Поэтому я бы пожелал тебе стащить её на аборт.
Парень до сих пор не прислушивался к словам Вóрона. Но смысл последних высказываний дошёл до него, и агония в секунды переросла в ярость. Он вспомнил Оксану… Бледную, с кровотечением, и как вёз её до больницы… Озарение снизошло сверху будто хлопьями осыпало.
«Этот гад не мог её любить!» И, вероятно, знает точно, что с ней произошло.
— Кому ты продал Оксану? — повернулся Денис с уничтожающим взглядом.
Скулы гневно заходили на лице.
Вóрон поймал его взглядом и сжал недовольно рот.
— Слишком много берёшь на себя!
— Останови машину, — прошипел Денис, чуть наклонился к нему.
Из-за пояса Денис достал пистолет и направил на мужчину.
— Какого х*я?!! — заорал Вóрон.
— Останавливайся!!! — орал в ответ парень и снял предохранитель на оружии.
— Ты берегá попутал?!
Мужчина своей мощной рукой схватился за пистолет и попытался побороть Дениса, но тот ни чуть не уступал в силе. Раздался выстрел, который угодил в ногу Вóрону.
Мужчина мучительно закричал.
— С*ка! Да ты что творишь?!
Их машина пошла юзом. Те, кто ехали позади в другом авто не могли понять, что происходит.
За всей этой кутерьмой никто и не заметил, как за ними поравнялся третий автомобиль и, как раз в этот момент, двинулся на обгон, перекрыв движение всем, остановился.
Машина Вóрона стремительно съехала на обочину.
Люди в камуфляже и в масках спешно налетели на оба автомобиля.
Раненого Вóрона и Дениса вытащили из авто и уложили на землю лицом в грязь. Запястье парня пережали ногой и забрали оружие.
— Имя! — раздавалось периодически на слуху, а затем следовали выстрелы.
Те самые, истребляющие окончательно…
— Имя!
— Воронцов Валерий Петрович... Что вы…
Очередь автомата не дала мужчине договорить.
Денис, ощущая нехватку кислорода, шумно втягивал воздух носом. Краем глаза он видел мертвый неморгающий взор Вóрона.
— Имя! — хладнокровный бас раздался над ухом. Дуло автомата уперлось ему в скулу.
«Вот и всё…» — пронеслось в голове Дениса. Перед глазами встал плачущий малыш и прекрасная улыбка Дашки с лёгким румянцем на щеках.
«Я так и не успел сказать, как люблю тебя…»
Он сглотнул, сухость во рту не давала пошевелить языком.
Но Денис произнёс:
— Фирсов Денис Евгеньевич…
Дарья после ухода Дениса так и осталась стоять на кухне. Она печально смотрела в окно, где красивым малиновым рассветом начиналось утро первого декабря. Начало зимы не особо радовало снегом, но лёгкий морозец присутствовал.
Девушку поглотили грустные внутренние пересуды. Жутко хотелось всё поменять. Отмотать время и исправить многие жизненные ситуации. Не отдавать матери «шкалики» со спиртом… Сказать ей, что она самая родная и незаменимая… Не драться с Оксаной перед её исчезновением, не выкрикивать обидных слов, а крепко прижаться в объятия, просить не покидать и не отправляться на новую работу. Ни в коем случае! Завести детскую истерику и никуда не пустить отца…
Но это было такое отчаянное бессилие перед всеми обстоятельствами.
Сейчас она чувствовала подавленность, некую разрежённость их маленького счастливого мира с Денисом. Она больше не ощущает защищённую целостность. В квартире без сомнений стало неуютно… Все чужое, испорченное до противного запаха. Увы, здесь не хочется есть, пить и спать…
Дарья поняла, что хочет уйти. Когда Денис вернётся, она скажет ему об этом. Попросит вернуться в барак, где их связывают только приятные воспоминания. Из детства.
Но Денис не вернулся… Даже к полудню. Она жутко устала от общества Никиты и Вовы, которые хоть и вели себя прилично, на всë спрашивали разрешения и отказались от завтрака и обеда, но были похожи на персонажей «двое из ларца» из советского мультика.
«Ага», «А, понятно», «Не велено» и только эти фразы по кругу уже бесили Дарью. И вероятно, парни также устали от неё, потому что к вечеру заговорили человеческим языком.
— Даха, нам надо ретироваться. Проверить офис, а то куда-то все пропали.
— И… Денису звонили?
— И Денису тоже, — почесал один затылок. — Но мы быстро. Туда и обратно.
— Я что маленькая? Вот нашлись няньки! Поезжайте восвояси!
Дарья немного разозлилась. Что Денис думает? Можно оставлять под присмотром непонятно кого? Какой им интерес? И на фига он сдался, этот присмотр?
Дарья поддернула себя тем, что в скором времени собирается стать мамой. И ответственность должна нести сама! Как же сможет уберечь малыша, если за ней присматривать надо? Нет. Только сама. Все решения принимает только она.
— Парни, валите!
— Ну… ты это… скажи тогда потом ему, что сама отпустила нас.
— Вы его боитесь? — скривила рот она в недоумение.
— Нет! Нет! — воскликнули синхронно «двое из ларца».
Что же за авторитет у Дениса среди… Девушка задумалась, так как по-прежнему не могла признать даже мыслями, что любимый занимается чем-то противозаконным.
Среди бандитов…
— Идите уже! — вымолвила чуть тише.
Никита и Вова переглянулись, посмотрели ещё раз на Дарью и стали одеваться.
Спустя две минуты в квартире уже никого не было, кроме девушки. Она прислонилась спиной к стене, запрокинула голову взглядом к потолку. Вдох-выдох. Постаралась успокоиться. Ведь Дарья не совсем одна…
Девушка прошла до спальни, покосилась на то место, где до этого лежал неадекватный и, как выразился Денис, вредный парень.
Абсолютно всё равно. Справится с любыми страхами. Есть только желание сделать так, как считает нужным. Всё изменить.
Она забрала свои документы и вещи, которые необходимы для этого времени года.
Уже на выходе из квартиры, осмотрелась по сторонам, словно срисовала удручающую обстановку на память. Их первый раз…
Если Денис любит, то пойдёт за ней куда угодно и никогда не бросит. Найдёт хоть на краю света…
Распахнула дверь, и в этот момент настигло странное ощущение – словно что-то запорхало внутри.
Приложила ладошку к низу живота, затем провела по небольшой округлости и улыбнулась. Умиротворение растеклось по телу. Есть крошечное чудо внутри, у него бьётся сердечко… Показывает, что хочет жить. А ещё лучше жить достойно.
Дарья сердито сжала губы. Никому не даст возможности сломать это непоколебимое чувство «мама». Она должна стать достойной этого великого слова. И Денис тоже должен понять это, если хочет стать папой.
Девушка вышла из квартиры не оглядываясь.
***
Металлическая тяжёлая дверь неприятно заскрипела.
— Фирсов, на выход!
Денис поднялся с грязного матраса, который был положен поверх железного каркаса нар.
— Лицом к стене! — не прекращал командовать громкий голос конвоя.
Денис уткнулся лбом в обшарпанную стену и заложил руки за спину, уже зная, что наденут наручники.
Так делали три дня подряд. Водили на непонятные разговоры, либо ждали его «чистосердечных».
Он так до сих пор и не понял, почему ему сохранили жизнь… Вначале подумал, что стал козлом отпущения, и всё "повесят" на него. Но ничего не предъявляли, будто время тянули для чего-то.
Сейчас он не чувствовал угнетения. Нет злобы, жалости. Не было каких-либо эмоций вообще.
Дениса снова привели в эту комнатушку, слабо освещенную одной лампой. Деревянный стол, два стула. И тот же человек сидел на одном из них. Ни имени, ни должности. Следователь? Прокурор? Или может сам судья, если брать во внимание взгляд, с которым проводил мужчина допросы.
— Снимите наручники!
Денису освободили руки, и он тут же потер запястья, избавляясь от ощущений неволи. Ведь и не представлял, что так быстро докатится до такого.
— Нет. Я не дождусь от этого гада слов благодарности, что жив ещё, — пронзил его взглядом человек.
— Спасибо, — отозвался Денис, но искренности не было в его голосе.
Мужчина ядовито ухмыльнулся и наклонился через стол к нему.
— Я вас… сволочей давил и буду давить, — дёрнул ртом в омерзение. — Жаль, что я всего лишь маленький мальчик в этом деле. И мне не дадут возможности уничтожить тебя прямо здесь.
Мужчина выпрямился и встал со стула.
— Сейчас появится человек, который даст тебе шанс все поменять и, возможно, помереть с честью, — он сунул руки в карманы брюк и стал медленно ходить из стороны в сторону. — Не понимаю только… Неужели у нас нет более достойных для этого дела?
Денис сложил руки и упёрся локтями в стол, сдвинув брови, наблюдал за разъяренным сотрудником следствия.
— Ясное дело, воякам тоже нужно чем-то задницу прикрывать, — продолжал бормотать мужчина.
Дверь в комнатушку распахнулась, Денис повернул голову, изначально посмотрев на ботинки вошедшего. Кирзовые берцы, начищенные почти до блеска, несмотря на время года будто не повидали уличную грязь.
Он медленно поднял взгляд по зелёным штанам и бушлату цвета хаки. Узнав человека, Денис встал и вытянулся точно по струне.
— Здравия желаю, товарищ Майор! — проследил взглядом за мужчиной, который устало пропыхтел, проходя мимо и занимая свободный стул напротив.
— О, заговорил служивый! — ухмыльнулся тот, что стоял чуть дальше.
— Андрей, принеси всё, что касается дела Фирсова и расписку подпиши, — обратился мужчина к нему непритязательно, даже не повёл взглядом в его сторону.
— Так вот прямо и расписку? — чуть позлорадствовал в ответ Андрей.
— Делай, что говорят! — огрызнулся майор на него.
Тот гневно вздохнул, но направился на выход.
— Садись, Денис! Опустим весь военный этикет. Сейчас я не товарищ майор, а Роман Захарович, если помнишь. Не то место и время, — чуть приглушил мужчина последнюю фразу.
Денис послушно сел обратно. Удрученным взглядом исподлобья уставился на него.
— Не смотри так. Форму примерить пришлось совсем недавно. Я на гражданке в службе безопасности состою. И если бы не этот факт… — майор снял головной убор и сложил руки на столе, сцепив ладони в замок. — Ты бы сейчас тут не сидел. Как же так? Как же так, Денис?
Денис отвёл взгляд на стол. Под его командованием он прослужил все два года в армии… Мужчина был предельно строг, впрочем, как и всегда в своей гуманной «школе бытия». Он прошёл Афганскую войну и был на пороге Чеченской, если бы здоровье тогда не подвело. Во многом, что Денис сейчас умеет, обязан именно ему. И, кажется, парень догадался, что или кто спас ему жизнь.
— Ты же один из лучших моих офицеров. Ты хороший парень, Денис!
— Хороших парней мордой в грязь не укладывают, — высказал тихое противоречие Денис.
— Да-да! Прав, — продолжал нравоучительный разговор Роман Захарович. — Помнишь мои слова о службе?
— Относись, как к игре, — закивал Денис не поднимая взгляд.
— Не приспособился к коллективу – проиграл. Не научился терпеть – проиграл. Полез не в то место – ПРО-ИГ-РАЛ, — чуть повысил командирский тон мужчина. — Только в жизни, Денис, проигрывать намного сложнее… С жизнью вообще лучше не играть.
Дверь снова открылась, вернулся Андрей и молча положил на стол картонную папку. Так же молча вышел обратно.
— Знаешь, на сколько здесь? — постучал майор пальцем по документам, смотря на парня.
Денис ничего не отвечал. Он понимал, что в этой папке вся подноготная Вóроновской ОПГ.
— Могу только предположить, — голос парня был безмятежен. Ведь от приговора никуда не денешься.
— Не можешь, Денис. Не можешь! Один ты лет на двадцать пять «наследил».
— Не докажут, — уверенно мотнул головой Денис.
— Докажут. Поверь, — вздохнул мужчина. — Взрывотехник у нас полгода в разработке. А когда тебя увидел на оперативной съёмке, тут всё и понял. Тот, кого мы ищем, ты. Я сам тебе «это дело» преподавал, только порошок муляжный был вместо подлинного, — причитал негодования Роман Захарович.
— По вашей просьбе я не попал под зачистку? — словно упрекнул его Денис.
— Да, — твёрдо высказал мужчина. — Ты нормальный парень, попавший под влияние не той компании, — майор будто придумывал мифы, и Денис от этого недоумевал.
— Я сделал восемь устройств за год… — дал он ему понять, что не герой мифологии.
Роман Захарович поднялся со стула, чуть отошёл, о чём-то задумался, будто чертыхнулся, и так же стремительно сел обратно.
— Это хвастовство оставь при себе до конца дней, и пусть небесный суд с тебя спросит за уничтоженных мерзавцев. Смог на гражданке, сможешь и на войне! Значит, я в тебе не ошибся, Денис!
Парень проследил за действиями мужчины, который подвинул папку на середину стола.
— На какой войне? Она же закончена.
Но на этот вопрос майор не ответил.
— Представь здесь чистый лист, рядом с тем, что «наиграл» в своём неправильном существовании, — Роман Захарович провёл ладонью по свободному месту на столе. — Выбор за тобой.
Денис пристально смотрел на предложенный невидимый и пока неосознанный путь.
— Что будет на нём? — сухо спросил он.
— Вступление в ряды Российской армии на добровольной основе. Москва. Распределение. Служба в мирном расположении на Северном Кавказе. Именно туда верно смотрят Ваххабиты сейчас.
Денис поднял взгляд на мужчину, всмотрелся в морщинистое лицо и седую поросль на щеках. Только изменения эти заработаны не возрастом, а скорее опытом трагической рутины. Роман Захарович потерял двух сыновей на войне…
— С трудом верю, что Вы проделали такую дорогу до нашего города, чтоб помочь, если можно так сказать, по-отечески, — дёрнул уголками рта Денис. — Ведь, по сути, и спасать меня не стоит. Те навыки, которыми Вы поделились со мной, я использовал предательски подло.
Майор немного помолчал, сжимая рот и мрачно качая головой в согласие.
— Да, Денис, дыры чем-то надо затыкать, — мужчина склонил голову в унылое признание. — Но это надёжный способ не растратить впустую всё человеческое, что осталось в тебе. И не сгинуть в тюряге, либо вновь попасть под зачистку.
Денис повержено опустил голову. Отправиться в горячую точку – перспектива также сомнительная сохранить себе жизнь. Очевидно, выбраться из криминала ему уготовано только так, в голове даже этот факт не укладывался. Как выгодно отправлять таких, как он.
— Молоденькие парни со школьной скамьи гибли в зоне боевых действий. Сосунки. Неумелые. А тут ты. С руками, ногами, умелой головой, отлично подкован, способен на многое… В тюрьму. Кормиться и жить за счёт государства, матерей, которые потеряли своих сыновей на Чеченском поприще, — выплевывал каждую фразу майор.
Денис с каждым его словом понимал, что не будет другой жизни, где его не будут презирать за то, что делал. Где предложат третий вариант…
— Сегодня тебя отпустят. Послезавтра я жду тебя в военкомате, с военным билетом и вещами.
— Не всë так просто… — отозвался парень.
— Нет, Денис. Здесь как раз все просто. Ты можешь скрыться, конечно. Я не знаю насколько затянуло «преступное» болото тебя. Прибиться к другой группировке… Но ничего не поменяется от этого. Наблюдение за тобой не снято, докажут и «вырежут», уничтожат всех неугодных государству. Обнаглевших.
Роман Захарович покрутил увесистую папку в руках.
— В последующие годы устранят всех, поверь, — продолжил майор класть доводы на чашу весов. — Будет совсем другая Россия-Матушка, и места таким, как вы, предначертаны сам знаешь где. Имя украшением в память, дай Бог, на камне высекут, а не воткнут старый деревянный крест, как поганому кобелю.
— Чем же отличается этот путь? — с большой ненавистью посмотрел на представленный чистый лист.
— Здесь, Денис, есть за что бороться… — ткнул с силой пальцем в пустое место Роман Захарович. — Каждый держит у сердца волю к жизни по-справедливости.
Парень с жуткой горечью смотрел на майора. Он ему чужой, совсем никто… Так отчего же судьба послала именно этого человека, чтоб всё поменять? Где же эта справедливость? В тяжёлом выборе? И выбор этот вовсе не между неизбежной тюрьмой и чистым листом.
А между жизнью и Дашкой… Рядом с Денисом или без него? Кроме него у неё никого нет, как впрочем и у него без неё. Они одни в этом мире, их мире. Пока. Существует самое ценное, что нужно сберечь любой ценой!
Сейчас есть грëбаная беспощадная альтернатива, но Дашка обречена остаться без Дениса. А если его жизнь милосердна, и ее конец где-то в глубокой старости… То, совершенно точно, Денис останется без Дашки.
Парень обхватил голову руками, качнулся на стуле и промычал словно раненый. Он сжал скулы настолько сильно, что в ушах зазвенело.
Кинуть девушку на произвол судьбы в этом городе, значит отдать на съедение всем тем, кому перешёл дорогу за последнее время. Денис позволить этого не мог…
Что будет с ним самим было предельно плевать. Главное, чтоб жили они… Его любимая и единственная Дарëха и тот, кто находится под её сердцем.
Денис болезненно поднял взгляд на майора. Он не отец и не брат, и совсем не помогает, а просто, как выразился надменный Андрей, прикрывает задницу. Но сделать попытку стоит.
— Вы сказали, что во мне ещё есть что-то человеческое… Могу тогда, чисто по-человечески, просить кое о чëм?
Роман Захарович, наблюдавший за Денисом всё это время, сложил руки на столе.
— Чисто по-человечески, рискни.
— Дашка! Это я! — Денис громко заявил о себе, войдя в тёмную квартиру. Включил свет в прихожей и снял обувь.
Девушка не отозвалась и не вышла навстречу, хотя делала так всегда, даже если он приходил поздно, как сегодня. И если можно так сказать – парень вернулся спустя три дня… Однозначно, Дарья переживала, а теперь злится.
Он направился в кухню. Жажда неимоверно одолевала перед разговором с девушкой. Денис налил воды в стакан, но не сделал и глотка, так как уловил некую заброшенность в окружении.
— Даша?! — показалось, что пронеслось эхо от тревожного выкрика в пустоте.
Сердце забилось в бешеном ритме от беспокойства за Дарью.
— Дашуль?! — спешно прошёл в спальню.
Комната также оказалась пуста. Он заметил распахнутый шкаф, отсутствие некоторой одежды на плечиках и дорожной сумки. Это обнадежило Дениса, что девушка все-таки ушла сама.
Он томно вздохнул и прислонился лбом к лакированной створке шкафа.
— Ну и где же тебя искать, Дурëха?
Осмотрел комнату, ощутил огромную злость на всю ситуацию. Хотелось бить себя до потери сознания от того, как рушился их созданный уют. Ведь Денис уже планировал, как поменяют обстановку в спальне, где поставят детскую кроватку…
Парень в отчаянии запустил руки в волосы и с силой сжал их.
— С*ка!!! — озлобленно прорычал на себя.
Поймал взглядом своё отражение в зеркале на стене. Внешний вид оставлял желать лучшего: куртка в грязи, щеки поросли щетиной, придавая суровости.
Он достал из карманов содержимое, поставил мобильное устройство на зарядку, снял испачканную куртку и отправился в ванную.
Позже надел чистую одежду, собрал необходимые вещи в небольшую сумку, положил в боковой кармашек документы, военный билет…
Прежде чем уйти, из секретера в гостиной забрал все накопленные деньги…
Осмотрел комнату ещё раз, как всё спешно бросается на самотёк. Он вышел из квартиры, закрыл дверь на ключ и чуть постоял в глубоком раздумье.
Бесшумными шагами спустился по лестнице. Оказавшись на улице, взглянул на свои окна.
Пройдёт время, и он сюда вернется. Или не вернётся…
Когда его отпустили из изолятора, он сразу же разыскал телефонный автомат и связался с майором. Мужчина по всем канонам не обязан был помогать, мог отвергнуть просьбу Дениса и послать на три буквы. Но пошёл навстречу, по-человечески оценил все обстоятельства и даже сделал больше, чем рассчитывал парень.
«Завтра в два часа у электрички будут ждать двое, которые сопроводят до вокзала…»
И теперь нельзя по-другому. Нужно сделать так, как велят обстоятельства. Главное, чтоб Дашка оказалась там, где предполагал Денис. Или ему придётся нестись по головам, чтоб отыскать девушку.
Парень печально вздохнул, посмотрел на часы, которые показывали уже за полночь. Терять время он не мог.
Путь к баракам лежал вдоль трассы. Ночь стояла непроглядная, почти безветренная и не слишком холодная, а в воздухе закружились снежинки. Это был первый снег в этом году. Тут же захотелось оказаться в детстве, чтоб любить зиму с особым азартом. И, возможно, поменять многое. Ведь парень так долго думал, что влюблён в Оксану. Но она оказалась лишь обманчивой мечтой. На самом деле желает и любит по-настоящему совсем другую…
Денис остановился, запрокинул голову и сделал глубокий вдох-выдох. Погода словно в танце сыпала белыми хлопьями из бесконечного чёрного пространства.
Парень заметил автомобиль, который следовал почти по пятам.
Он, конечно же, помнил о слежке, про которую говорил майор Роман Захарович. Но забывать о том, что его могут искать и другие люди тоже не стоит. Ведь из всей «зачистки» остался жив только он. Если об этом знают в группировке, то, наверняка, возник вопрос: Почему?
Но Денису сейчас было так всё равно! Каждый час расписан жизнью…
Он прибавил шаг, шёл по обочине, не оглядываясь и различая дорогу под ногами. Когда-то именно на этом месте Денис спас Кирилла, и его существование обросло ненужным смыслом. Сейчас парень опять идёт в сторону тяжких перемен. Идёт на то, за что будет ненавидеть себя последующие долгие годы. Будет терзаться лишь одной сутью: мог ли поступить иначе?
В душе стояла надежда на искупление. Рано или поздно все раны затянет.
***
Денис тихонько толкнул дверь в квартиру Сергеевых. То, что она не заперта, снова обнадёживало.
Он не хотел напугать Дарью, поэтому включил свет в маленьком коридорчике, раздевая на ходу куртку и ботинки. Не найдя девушку в её комнате, снова заволновался. Прошёл в кухню, суетливо окинул взглядом обстановку – все на своих местах.
Дверь в комнату их матери была открыта, он заглянул туда и с великим облегчением вздохнул.
Дарья сладко спала, подложив ладошки под щеку.
— Бери и выноси, — прошептал придирчиво, когда облокотился плечом о дверной косяк.
Сопение девушки нарушало тишину, что звенела в ушах. Денис залюбовался этой картиной, тёплая улыбка тронула его губы.
Он медленно приблизился к кровати и не мог наглядеться на Дашку. Свет из коридора потоком через кухню попадал в комнату, и парень, стоя в полутьме, постарался сохранить в памяти каждую чёрточку любимого человека.
Денис наклонился, упёрся локтями в край постели и скользнул взглядом по лицу Дарьи. Самому прекрасному во вселенной!
Маленький аккуратный нос со вздернутым кончиком, плавная линия сладких губ…
Он ласково коснулся губами её щеки, чуть понежил и проложил дорожку короткими поцелуями до рта. Прижался крепко к её губам.
Дашка встрепенулась, открыла глаза и спросонья не могла ничего понять. Затем распознала Дениса, выдавила плачевный стон и кинулась в объятия, сжав с силой шею в кольце рук.
— Денис…
— Дарëха…
Девушка едва слышно захныкала.
— Я думала с ума сойду! Денис… Ни есть, ни пить… Работать не могла! — она посмотрела ему в глаза, глотая слезы. — Мехман меня уволил, Динь!
— Тихо-тихо! Всё хорошо! — стер ей слезинки. — Ну, и к чёрту! Это ещё и лучше! Не надо его упрашивать об этом теперь, — довольно хохотнул.
Дарья вглядывалась в Дениса. Все вопросы застряли глубоко внутри. Она шмыгала носом и старалась совладать с нахлынувшим эмоциями. Девушка сдерживала всеми силами порыв закричать на него. Просто ошалело проорать: «Где ты был?!!» Но не станет так делать, так как знает, что не ответит.
Парень вновь облюбовал взглядом, погладил по щеке тыльной стороной ладони.
— Дашка, ты знаешь, что спасла мир? — заулыбался Денис.
Дарья мучительно смотрела на него, а глаза опять наливались блеском.
— Мне не пришлось его переворачивать, чтоб найти тебя… — продолжал улыбаться.
— Перевернул бы? — не веря, заулыбалась она ему в ответ.
— Перевернул бы, Дарëха! Даже не сомневайся! — его голос был безмятежным и искренним.
— Я устала, Денис… — закрыла девушка глаза, и слезы скатились дорожками по щекам.
Внутри у Дениса всё стянулось, понимал, что эту усталость приносит ей он. Нет спокойствия и умиротворения рядом с ним. И не будет… Не смог он стать надёжным спутником для нее. Не сможет заверить в светлом безграничном будущем, потому как, сам не знает ничего про себя...
Он, откинув одеяло с Дарьи, потянул ее на себя и крепко прижал в объятия.
— Ты самое бесценное, что есть у меня! — дотронулся до её рта лёгким поцелуем. — Люблю тебя, Дашка… Больше жизни, люблю… — прошептал ей в губы.
Девушка с печальным обожанием смотрела на Дениса. Слушала его признание, и сердце замедляло ритм от долгожданных слов.
Ничего не говоря, она прильнула в сильный поцелуй, шумно втянула воздух носом. Смело и спешно стащила с Дениса штаны и свитер. Он не отставал в этой внезапной страсти, которая захватила обоих. Через голову снял с Дарьи футболку и спустил трусики.
Девушка завлекла за собой Дениса на кровать. Лёжа на спине, целиком отдалась его ласкам. Он навис над ней, опираясь на колени и вытянутые руки, нетерпеливо и жадно стал покрывать поцелуями её тело. Обвёл языком вершинку груди и несильно сжал зубами. Спускаясь ниже, бережно погладил ладонью Дашкин живот.
— Люблю вас… — дотронулся губами.
Беззастенчивые стоны Дарьи разрезали тишину, когда Денис нежно коснулся чувствительной точки меж ног. Томными влажными поцелуями увел за пределы… Каждой своей клеточкой жаждал Дарью.
Он выпрямился, подогнув ноги под себя, направил бёдра Дарьи на свою плоть. Девушка подначивала всему горячему пылу Дениса, неистово двигаясь в унисон с ним. Парень закрыл глаза, наслаждаясь и впитывая каждый миг этого счастья – быть вместе с ней… раствориться в необходимой близости.
Без Дашки мир Дениса станет совершенно безвкусным и некрасочным. Больше всего он боялся потерять её и завтра это произойдёт… Это ночь нужна ему, как никогда…
До утра Денис не сомкнул глаз. Всё смотрел и смотрел на довольную, спящую рядом Дашку.
Он, стараясь не разбудить девушку, тихонько встал с постели, натянул брюки и вышел в кухню. Внутри скручивался узел от всех мысленных переживаний. То ли голод, то ли тошнота… Все ощущения перемешивались сейчас. Он поставил чайник на электрическую плитку и дождался, пока тот закипит. Кинул шепотку заварки в кружку и налил кипяток.
С чашкой подошёл к окну. Всю осеннюю грязь во дворе затянуло плотной пеленой снега. Словно стеной, он мягко падал на землю.
Денис всмотрелся в линию рассвета. Боялся даже взглянуть на часы. Боялся, что время оповестит: «Пора».
Он не знал откуда взять нужную энергию. Вся горечь стояла нарывом на душе. Вот-вот лопнет. Нет. Нельзя. Слабым быть нельзя! Так Денис никому не поможет.
Хотелось лезть на стену словно одержимому. Он приметил во дворе старую, местами ржавую, металлическую конструкцию, точного названия которой никто не знает. Железяка для выбивания половиков, стойка для сушки белья, домик для игры «пятнашки-железяжки», турник…
Денис направился на улицу. Легкий ветер моментально окутал его голый торс. Но он не чувствовал холода. Всё внутри горело огнём. Быстрым шагом преодолел расстояние до покосившейся с годами железки и ухватился ладонями. Чуть согнув ноги в коленях, начал подтягиваться… Вдох-выдох, и ещё, и ещё… Денис безмолвно вёл счёт. Пятнадцать. Двадцать пять. Тридцать один… Дыхание шумно растворялось в тишине пустого двора, мышцы начало сводить от темпа упражнений. Кровь в ушах зашумела, сердце скачками выдавливало всю тяжесть…
Денис оставил турник, подхватил ладонью снег с земли и утер разгоряченное лицо. Немного постоял, пытаясь унять дыхание. Медленно осмотрел двор. В памяти опять мелькнули сентиментальные кадры из детства. Он, Оксана, Дашка…
— Как же так, с*ка, вышло-то, а?
Наверное, никогда не простит себе многое, но по-другому не получится. Не отмотать, не исправить, не остановить.
Утро уже заметно наступило. Стало светлее. Денис спешно вернулся в квартиру. Застал Дарью на кухне, и улыбка одолела несомненно от того, как она хмурилась в его сторону.
— Динь, ты меня пугаешь. На улице зима, а ты голышом…
Парень немедля подошёл и заключил в объятия. Расцеловал девушку по щекам.
— Холодный… — защебетала Дарья, тихонько смеясь.
Денис погладил её по спине и прижал крепче, впиваясь мучительным взглядом.
— Ах! — схватила воздух ртом она. — Вот, опять…
Дарья расцепила его объятия и, взяв его ладони, прислонила к своему животу.
— Чувствуешь? — вдохновленно задержала дыхание. — Вот здесь…
Денис нахмурился в непонимании.
— Что такое? Болит что-то?
— Нет, — девушка озарилась счастливой улыбкой. — Булькает… или порхает.
— Ты голодная? — набычился шутливо Денис.
Возникла молчаливая пауза. Оба понимали, конечно же, что внутри растёт маленькая жизнь.
Денис усадил девушку на стул и присел на корточки. Прислонился ухом к её животу. Записывал для себя каждую секунду, желая сохранить этот момент. Ведь наперёд знал, что не выпадет такого счастья – увидеть рождение своего дитя… Мысленно нарекал себе, что всё делает правильно. Всё ради того, чтоб они существовали! И всеми силами будет бороться за жизнь сам, чтоб встретиться вновь.
— Судя по звукам, он там танцует, — хохотнул парень.
Дарья пронзительно засмеялась, и Денис вместе с ней. А затем смех стих в печальный взгляд глаза в глаза.
— У нас всё будет хорошо? — этот несмелый вопрос от Дарьи прозвучал для Дениса как приговор.
Девушка была сейчас точно палачом. Она смотрела на него с огромной надеждой и ждала ответа.
— Всё будет хорошо, Дашуль! Всё изменится прямо сегодня. Веришь? — он не сводил взгляд для убедительности.
— Ч-что... изменится, Динь? — немного встревожилась Дарья.
Денис выпрямился во весь рост и едва заметно стиснул кулаки.
— Твоя жизнь… И моя, — проглотил он последнее слово. — Мы уезжаем. Поезд в пять вечера.
— К-куда? — опешила девушка и встала следом. Поравнялась с ним лицом к лицу.
— В Питер, — кивнул он, стараясь спрятать страх глубже.
Денис испугался, что, возможно, промахнулся с выбором города. Но он много раз слышал от Дарьи восторженные рассказы о Северной столице. Девушка однажды обмолвилась, что хотела бы непременно побывать там.
Дарья заметно разволновалась.
— Это… типо отпуск? Или…
— Нельзя здесь оставаться больше, Даш.
Она рвано задышала и опустила взгляд в пол. Нужно ли выяснять причину такого побега? Молить все рассказать? Но девушка безмерно и беспрекословно верила ему. Это Денис… парень, который всю жизнь рядом. Защищал, оберегал и отдавал последнее.
Она пойдет, как за дождём, даже не предполагая, что за ним не всегда бывает радуга.
— Это… Медный всадник и… — закусила губу в скромную улыбку, в душе поднимались радостные нотки. — И университет Герцена…
Дарья вспомнила, как много об учебном заведении говорили в школе. Считается, что лучшие педагоги выпускаются именно оттуда, в том числе преподаватели иностранного языка, кем она и собирается стать.
— Да, — прозвучал облегчённый вздох Дениса.
— Белые ночи и кораблики, качающиеся по речным каналам? — её улыбка становилась ярче. Очевидно, Дарья рисовала себе всю картину их будущего.
— Мхм, — уже ободряюще закивал Денис. — Согласна?
Дарья кинула напряжённый взгляд на него, а затем с визгом бросилась обнимать Дениса.
— Да!!!
***
Денис шёл с двумя сумками на плече и периодически поправлял их.
— Дашуль, я же просил только самое необходимое, а ты, по-моему, туда и кирпичей положила.
Девушка мельтешила сзади и постоянно оглядывалась на барак, который с каждым шагом оставался вдали. Дарья испытывала смешанные чувства и настраивала себя, что всё плохое, таким образом, остаётся позади. Просто спешные решения она принимать ещё не научилась.
— Денис, из тяжёлых вещей там только плойка для волос, клянусь! — посмеялась девушка.
— Плойка-то тебе зачем? — выставил ироничный упрёк парень. — Новую купила бы уже там.
— Нет. Это подарок Оксаны, — Дарья вновь оглянулась на дом-скворечник, который почти исчез за голыми ветками деревьев. В груди всё сжалось.
Разве это возможно? Вот так собраться за несколько часов? Да ещё и принять то, что нужно оставить дом, где родился и вырос.
Она глубоко вздохнула. Холодный и весьма сильный декабрьский ветер подул в лицо, развевая волосы по сторонам. Однозначно, это ветер перемен…
— Даша, застегнись, — повернулся Денис к ней, когда дошли до станции, и он поставил сумки на скамью. — Ветер сегодня лютый.
Парень подошёл к Дарье и завернул ей полы пальто.
— Замёрзла? — заглянул ей в глаза.
— Нет, — дрожащим голосом отозвалась Дашка. — Волнуюсь чуть-чуть.
— Не волнуйся! Всё в порядке! — успокаивал он, но и его голос слегка дрогнул.
Но холод не был этому причиной. В голове Денис отсчитывал время. Ещё не сейчас. Ещё минутка… Подержать Дашку в объятиях. Он сильнее прижал девушку к себе. И вновь пристальным взглядом рисовал её образ себе в душу. Та, которая любит всем сердцем. Отчаянно доверяет и стоит плечом к плечу в любой ситуации. Та, которая родит ему ребёнка и вырастит его достойным человеком. Его продолжение…
И этот шаг он делает, чтоб сохранить самое ценное, что должно непременно жить, даже если Дениса не будет рядом.
По громкой связи объявили несвязной и гнусавой речью приближающуюся электричку. Во внимание Дениса попали двое незнакомых мужчин, которые появились на платформе и поравнялись почти рядом с ними. Они делали вид, что общаются между собой, но, бросив косой взгляд на обнимающихся Дениса и Дарью, тихонько кивнули. Так Денис понял, что это те люди, которых обещал майор, чтоб сопроводить девушку до вокзала.
Денис кивнул в ответ, осознавая, что время пришло. Нужно отпускать…
— Сейчас главное получить билеты вовремя, — сглотнул он, стараясь сделать громкий акцент на этом факте, но слова не хотели поддаваться.
Денис собрал всю волю.
«Ну что, Фирсов? Давай, подлец, ломающий судьбы, вперёд!» — он сжал скулы от ненависти к себе.
— Черт!!! — он метнулся к сумкам, сделал вид, что хаотично что-то ищет.
— Динь, что? Что случилось? — затревожилась Дарья и подошла к нему.
— Паспорт… — раздосадовано вымолвил Денис.
— Динь, ты что не положил его… — сунула девушка руку в боковой кармашек и вытащила только свой. — Я же раз пятьдесят сказала тебе!!!
— Даш, кажется, я оставил его в другой куртке, — поджал виновато рот он. — Подумал, что пусть в кармане будет, а потом переодел новую.
Денис пытался быть убедительным, но Дарья настороженно смотрела на него.
— Вот из-за такой маленькой оплошности мы никуда не поедем, — высказалась она гневно на Дениса.
— Так! Отставить панику! — хохотнул Денис, ему казалось, что сумасшествие точно накроет, если его план провалится.
Но нет. Отступать некуда. Ему нужно, чтоб Дарья села в электричку, которая уже отчётливо виднелась зелёным пятном и подавала короткие гудки. Это лишь нагнетало обстановку.
— Дашенька, нужно поехать сейчас, чтоб получить билеты. У тебя же паспорт есть. А я… — развёл руками. — Быстренько за своим и догоню тебя на следующей. Через полчаса. Я успею!
— Нет. Я без тебя не поеду! — категорично замотала головой девушка. — Поедем вместе через полчаса.
— Даш… — промычал Денис, склоняя голову в осуждение. — Нужно же билеты на вокзале получить. Минимум за два часа до отправления. Такие правила.
— Нет! — отрезала Дарья и сложила руки на груди в упрямство.
Денис в эту минуту окончательно признал верность своего поступка. Дашка никогда бы его не отпустила одного, если б он сказал ей правду. Поехала бы следом, обрекая себя на ту опасность, которая может быть.
Она достойна лучшего! Судьба, которую ей выбрал он, всё же менее рискованная.
— Пока ты бегаешь за паспортом, я подожду тебя здесь! — щелкнули её зубы вновь от знойного ветра, который похоже только набирал обороты на вьюгу.
— Дареха! Ладно я безалаберный дурак, но ты же умница! Собираешься стоять здесь на таком холоде? О чем ты думаешь?
— А ты?! — яростно буркнула девушка.
Денис примкнул к ней и обхватил ладонями лицо. Поднял Дашкин обидный взгляд на себя. Электричка медленно ползла между платформ, и время шло на секунды.
— Дашенька, — заговорил он со всей нежностью. — Ты же говорила, что борешься со всеми своими страхами? Ты взрослая! Да? Так давай принимать решение, как взрослые люди! Сейчас ты сядешь в электричку и поедешь до вокзала. Получишь билеты и сразу позвонишь мне с таксофона на трубку, — Денис выговаривал все слова спокойно, смотря ей в глаза, которые противоречиво наливались блеском. — Помнишь, как это делается?
У девушки дрогнула нижняя губа, но Дарья остановила всеми силами желание пустить слезу. И правда, к чему упрямство? Ведь Денис дело говорит, а она палки в колёса пытается вставить по всем ощущениям.
— Помню, — кивнула девушка.
— Вот так! А я отвечу, что уже мчусь к тебе…
Денис, как мог, держался, но после такой подлой лжи, слегка замешкался.
Электричка с шипящим звуком остановилась, и двери распахнулись.
— Даша, времени больше нет! — покачал головой в отрицание.
Девушка попробовала собрать внутренний пазл, который рассыпался, ломая предвкушение счастья.
— Хорошо! — она отошла, взяла свою сумку. — Но учти! Если не приедешь следующей электричкой, я вернусь и убью тебя! — высказала нарочито угрозу, чтоб показать недовольство.
Люди, ожидающие на платформе, стали заходить в вагоны. Дарья хотела было взять и сумку Дениса, но он резко отсек это действие.
— Да куда ты! Я сам, — забрал свою сумку из её рук.
Ведь в отличие от багажа девушки, у Дениса там только самое необходимое. Трусы, носки, футболка, зубная щётка, военный билет и паспорт…
Дарья по-прежнему с настороженным косым взглядом двинулась к электричке, повесив свою небольшую дорожную сумку на плечо.
— Всё в порядке, Даш! — задышал парень чаще, провожая взглядом любимую.
Опять же накатывало непонимание, почему он не мог по-другому? Сбежать, скрыться вместе с ней? Сейчас будто вся жизнь проносилась перед глазами… Девушка столько вытерпела рядом с ним, принимая весь порок. Всё.
«Всё закончится, Дашуль! Через несколько часов, ты будешь стремиться к лучшему, что есть, и ненавидеть меня всем сердцем…»
Денис, не в состоянии совладать с собой, молниеносно нагнал девушку и перехватил у дверей электрички. Крепким быстрым поцелуем впился в губы и сцепил пальцы рук с её, а затем также спешно разорвал поцелуй и подтолкнул Дарью в тамбур.
Её ладонь мягко выскользнула с его ладони. Парень сжал кулак, призрачно ухватив то тепло, которое ощущал секунду назад. Двери электрички закрылись, рассекая окончательно пространство между ними.
Электричка стала набирать скорость, мелькая зеленой линией перед глазами Дениса.
Он стоял, опустив голову. Внутри ощущал упадок до предела – ведь словно отрывал от себя Дарью, разрезая нити близости.
Он верил, что Дашка однажды поймёт и простит…
Забрал сумку со скамьи и медленно побрёл прочь от станции. Уже на дороге его догнал автомобиль, который преследовал второй день.
Денис остановился.
— Садись! — распахнулась пассажирская дверь, когда машина поравнялась с ним. — Роман Захарович ждёт!
— Слушайте, может лучше пристрелите меня сразу? — сощурился парень устало.
— Хочешь верь, хочешь нет! Я бы с удовольствием. Надоело тебя пасти, — раздался грозный голос с сиденья. — Но твоя голова очень ценна…
Денис вздохнул полной грудью, стараясь выгнать все отчаяние.
— Лучше бы я «снёс» эту голову в университет, а потом на завод…
Этой фразой он всегда хлестал себя за всё!
— Слишком много хочешь. Послужи отечеству, очисти совесть! А потом неси свою золотую голову куда угодно! — рыкнул злобный тон. — Садись!
Послужить отечеству Денис готов всегда, честь не загублена ещё до конца. Но вот совесть, вряд ли очистится когда-нибудь.
Парень сел в автомобиль, который должен доставить его туда, где начнётся путь искупления.
Дарья прошла в вагон и выбрала свободное место. Сейчас не хотелось, чтоб рядом кто-то находился. Она огляделась, опасаясь того, что на неё кто-то смотрит. Небольшая стычка с Денисом могла вызвать интерес со стороны. Но внимание на ней никто не заострял, каждый был занят своим делом.
Девушка почувствовала тепло, а значит под сиденьем печка. Она потерла озябшие ладони и чуть-чуть расслабилась.
В мыслях никак не укладывалось поведение Дениса. Ведь парень всегда был таким собранным, и необдуманности она от него никак не ожидала. Девушка испытала долю тревоги. Всё так нетипично в отношении Дениса. Спланировал непонятный побег от чего-то или кого-то и просто-напросто забыл паспорт…
На соседнем месте заметила двух мужчин, которые вели тихий разговор между собой. Присуще моде одеты в кожаные куртки и джинсы и весьма накачаны в теле. Дарья пригляделась к ним, почему-то ей показалось странным, что при них не было сумок. Один бросил косой взгляд, а другой даже обернулся, чтоб посмотреть на неё.
Сердце Дарьи ускорило темп от смятения. Она вновь проанализировала ситуацию, и подозрение ещё больше осело в голове – всё не так просто!
В сознании хаотично всплывали предположения, что она поступила неправильно, что согласилась с Денисом и поехала одна.
Нет. Так не должно быть! Они должны ехать вдвоём и вместе получить билеты.
Девушка резко подорвалась с места и решила, что выйдет на следующей станции. Дождётся другую электричку, в которой обещал догнать Денис.
Дарья проследовала в тамбур. Те двое также встали и пошли следом. Но может это обычное совпадение? Не все же пассажиры обязаны ехать с сумками, да ещё и до конечной остановки — городской вокзал.
— Что случилось? — услышала она строгий тон за спиной.
— Н-ничего… — повернулась Дашка и испуганно округлила на них глаза. — Моя станция. Хочу выйти.
— Нет. Не твоя, — качнул головой в отрицание один.
Тут она поняла, что мужчины не случайные попутчики.
— Чего вам надо? — гневно нахмурилась девушка.
Они настороженно переглянулись.
— Хотим просто помочь милой и симпатичной девушке, — каверзно заявил незнакомец.
— Не нужна мне ваша помощь, — Дарья старалась говорить без волнения, смотря поочерёдно на обоих.
Один из мужчин толкнул под локоть другого, будто бы призвал его к какому-либо действию. Тот шагнул к Дарье поближе и словно навис над ней.
— Что сказал твой парень? Ехать до вокзала и получить билеты, — он повысил голос для большего устрашения и тихонько кивнул.
Дарья сомкнула рот и не сводила с него упорного взгляда. Сглотнула нервный ком.
— Пройди обратно и сядь на место, — чуть вежливей попросил второй.
Девушка окончательно признала, что вся ситуация более чем непонятна. И ей стало глубоко интересно, знает ли Денис о таком сопровождении? А что если… это специально? Так как он заранее знал, что не поедет…
Возникло столько вопросов, которые она непременно задаст Денису.
Выбора в данный момент у неё нет.
— Хорошо, — голос Дарьи слегка осип от безысходности.
Она поправила сумку на плече, медленно обошла мужчин и вернулась в вагон. Но только на этот раз не стала садиться на свободное, боясь непрошенного соседства. Дашка разместилась среди пожилой пары, которые ехали в город с маленькой внучкой.
Весь оставшийся путь подгоняла время, считая минуты. Как можно скорее хотелось добраться до вокзала, получить билеты и позвонить Денису, чтоб убедиться, что он действительно едет за ней на следующей электричке. А ещё очень хотелось снять с себя это ненужное сопровождение. Поэтому, по приезду на вокзал, она попыталась затеряться в толпе выходящих из вагона пассажиров. И когда поняла, что мужчины упустили её из поля зрения, то ускорила шаг и почти бегом направилась в здание вокзала.
Девушка подскочила к билетным кассам дальнего следования и спешно достала паспорт.
— Здравствуйте! Вот! Должны быть билеты до Санкт-Петербурга… — протараторила запыхавшаяся Дарья, подав документ в небольшое окошко. — Заказаны, или куплены… — она не знала, как правильно сказать, ведь Денис толком ничего не объяснил, как нужно забрать билеты.
Женщина-кассир посмотрела в паспорт, затем встала, подошла к небольшому стеллажу и взяла оттуда картонную папку. Она нашла нужный квиток, сделала отметку в каком-то журнале и подала обратно Дарье паспорт вместе с билетами.
Дашка отошла от кассы, но, проверив документ, обнаружила только один.
Она вернулась и влезла перед мужчиной, заглянув опять в маленькое окошко.
— Эм-м… Два билета должно быть, — Дашка в непонятках смотрела на женщину.
Кассир немного растерялась, полистала вновь журнал.
— Нет, — замотала головой. — На сегодня в Санкт-Петербург только один просили оставить для Сергеевой Дарьи Павловны.
— Посмотрите, пожалуйста, для Фирсова Дениса Евгеньевича, — девушка облизала губы от волнения и закивала. — Мы вместе едем. Случилась неприятность, он забыл паспорт, и пришлось задержаться… Но он будет через час, — заулыбалась тревожно Дарья, так как испугалась, что билет для Дениса ей не отдадут.
Женщина снова полистала журнал, закусив сосредоточенно губу. И в опровержение покачала головой.
— Нет, девушка, такого точно нет. Я же говорю! На сегодня только один билет был оставлен по спецзаказу на проходящий до Санкт-Петербурга, — кассир в раздражении захлопнула журнал.
Дарья полностью потерялась в мыслях.
— Посмотрите ещё раз. Пожалуйста. Он сейчас приедет… — начала умолять Дарья.
— Ну что я работу свою не знаю? — запричитала женщина, вздохнув устало. — Девушка, не мешайте, за вами очередь уже.
Дарья оглянулась на людей у кассы, которые беспокойно наблюдали за происходящим.
— Извините…
Она вновь отошла от кассы, смотря на билет. В душе всё опускалось до предела.
Нет. Это какая-то ошибка!
Девушка смятенно забегала взглядом по помещению в поисках таксофона. Во внимание снова попали те двое сопровождающих.
Дарья задышала чаще…
«Всё неспроста…» — сглотнула ком в горле. Всей душой она чувствовала некий подвох от Дениса. Но только разум отказывался принимать это.
Дашка спешно прошла к таксофону, опустила монеты. Мобильный номер Дениса она помнила наизусть.
— Восемь… девять, два, один… — диктовала она себе вполголоса, закусила губу, пока слушала гудки.
Сердце не собиралось утихать, с каждым гудком лишь набирало ритм.
— Даша… — голос парня выдал большую тревогу.
— Денис… — вздохнула облегченно девушка.
— Дарëха, скажи, что всё хорошо и ты на вокзале, — панический тон Дениса приводил в волнение и Дарью.
Девушка облизала пересохшие губы и прикрыла на мгновение глаза, чтобы собраться мысленно.
— А ты скажи мне, что уже едешь следующей электричкой…
Молчание на том конце связи не внушало такой надежды Дарье.
— Динь, мне дали только один билет. Но это же ошибка?
Денис молчал. Дашка вновь закрыла глаза и сделала глубокий вдох.
— Это же ошибка, Денис… Что происходит? — проговорила на выдохе.
— Нет… не ошибка, — отозвался он уныло. — Я хочу, чтобы ты уехала, Даш…
— А я хочу вернуться, заглянуть тебе в глаза и услышать правду, зачем провернул весь этот фарс с паспортом и не поехал со мной. Я возвращаюсь и никуда без тебя не поеду!
— Дашенька… мой милый, единственный, любимый, самый родной на свете человек! Выслушай меня… — голос Дениса сделался запредельно мучительным.
— Не хочу ничего слушать! — начала сокрушаться Дарья. — Я… я возвращаюсь ближайшей электричкой. И ты мне всё расскажешь, что случилось.
— Напрасно, Даш! Меня здесь уже не будет, — выпалил вердикт он жёстко.
Теперь молчала Дарья, она просто не могла принять то, что слышит.
— Дарëха, у меня нет столько времени. Прошу тебя, уезжай… Услышь меня и поверь… это самый правильный выход!
— Денис, что бы ни случилось, я хочу быть рядом… Мы вместе через всё пройдём, — запротестовала Дарья безнадежно.
— Нельзя тебе сюда возвращаться, нельзя быть рядом со мной… С тебя хватит.
По щекам Дарьи скатились слезинки, она подавляла всеми силами тот слезный пузырь, что подкатил к горлу.
— Не имеешь права решать за меня…
— Имею… И решил.
— Не имеешь права оставить меня одну…
— Ты не одна, Дашуль… Под сердцем носишь то самое бесценное, что могла подарить нам жизнь. Ты сильнее… И взрослее всех нас, тех, кто тебя окружал. Поэтому я доверяю и не сомневаюсь, что справишься без меня.
— Что ты делаешь, Денис… — Дарья была на грани, слезы уже струились по щекам. — Нет ничего, что может разлучить нас. Ты же понимаешь, что я никуда без тебя не поеду.
— Поедешь, Дареха. Сейчас ты плачешь, знаю… Но потом возненавидишь меня, что, конечно же, справедливо… Уезжай, Дашка!
— Ты что же? Вроде как… бросаешь меня? — желчно ухмыльнулась девушка.
— Если тебе это поможет, то – да! — Дарья слышала, как Денису тяжело давался их телефонный разговор.
— Ну и где же ты будешь, если не со мной, а? Динь? — слёзно усмехнулась Дашка.
— Не выясняй. Уезжай и всё! Обо мне не думай! Дашенька, пообещай… Пообещай, что будешь беречь себя… — голос Дениса с каждым словом утихал. Действовал на разрыв души.
— Не могу в голове уложить, что это сейчас происходит наяву! Не смей так поступать со мной! Не смей бросать! Не смей брать обещаний! Как гад последний! — Дарья пронзительно закричала, но это была безысходность. — Никуда я не поеду!
На таксофоне заморгала лампочка, а значит разговор скоро закончится. И Денис, видимо, также больше не мог разговаривать. На заднем плане послышались громкие разговоры.
— Поедешь! Времени нет больше, Дашуль. Слушай внимательно, — ускоренно заговорил Денис. — Там тебя должен встретить человек. Он поможет тебе обустроиться. В боковом кармане сумки найдешь деньги, которые позволят тебе жить несколько лет ни в чем не нуждаясь.
Но Дарья пропускала мимо ушей часть сказанных им слов. Она шмыгала носом и старалась привести себя в здравый ум.
— Фирсов… я никогда тебе этого не прощу! Как ты посмел! Так избавиться от меня, кидая на произвол судьбы… одну в большом городе, считая, что это лучший выход, — Дарья надрывно глушила плач полный страдания. — Я же беременна… — провопила она тоненьким голосом.
Лампочка на таксофоне заморгала интенсивнее.
— Никуда я не поеду. И пусть это будет на твоей совести! Я же люблю тебя, Денис… И любила всю свою жизнь рядом с тобой!
Дарья продолжала говорить и говорить, пока не осознала, что выговаривает всё длинному гудку в трубке.
— Как ты мог… мы же выросли вместе, — беспощадное рыдание захлестнуло. Девушка вела диалог с пустотой, безудержно всхлипывая.
Дрожащей рукой она вновь достала монеты. Опустила в разъем таксофона.
— Восемь… девять, два, один… — тихий голос утопал в слезах, во влажном взгляде все расплывалось. Раз за разом она набирала номер.
Только вместо гудков раздавался противный тональный звук: «Номер абонента недоступен».
Дарья в бессильном помутнении добрела до туалетной комнаты на вокзале, чтоб хоть как-то привести себя в порядок.
Она открыла воду в кране и, набрав в ладони, плеснула себе в лицо. По чёрным каплям на белом ободке раковины поняла, что тушь на глазах растеклась. Девушка так готовилась к предстоящей поездке: надела новое платье, которое своим фасоном подчёркивало прелесть округляющейся фигуры, и даже нанесла макияж фирменной косметикой… Весь позитивный настрой на будущую жизнь выбивался в неимоверное вдохновение – быть красивой, сиять. Ещё с утра она была так счастлива! А сейчас весь душевный подъём с треском разлетелся на осколки.
Что она здесь делает? Зачем ей всё без него? Как быть дальше?
Дарья потихоньку начинала мыслить. Она – здравый человек, совершенно неподготовленный к таким переменам. Было слишком тяжело оставлять родной дом, но рядом ведь находился Денис. Она ему свято верила всем сердцем. И теперь в одиночестве на распутье. С избитой болью душой должна принять очередное решение.
Девушка подняла брошенную на пол сумку, надела на плечо и вышла из туалета. Отыскала информационное табло с расписанием электричек. Обратно домой! И не иначе! Найдёт Дениса или нет, почему-то, стало всё равно. Хотя очень нужно посмотреть ему в глаза, чтоб сказать последнее слово, как предателю.
Дашка огляделась по сторонам в поиске свободного места в небольшом зале ожидания. Заметила опять тех двоих, от которых пыталась сбежать. Мужчины непритязательно наблюдали за обстановкой, и лишь на мгновение задержали взгляд на ней.
Девушка напряглась. Ведь только ей понятно, что они не простые пассажиры, а находятся здесь из-за неё. Дарья отвела взгляд и села на скамью. В голове роились тревожные мысли. Мужчины не вызывали опасения, но об их прямых намерениях неизвестно. Кто они? Чего им надо? А что, если они здесь, чтоб посадить на поезд? Пусть даже насильно… Или ещё чего лучше – поехать с ней! Отправил ли их Денис, или кто-то другой… Для чего?
Она очень боялась, что просто не дадут вернуться домой. И от сопровождения захотелось срочно избавиться.
В громкоговоритель объявили о приближении поезда. Дарья толком и не вслушивалась откуда и куда следовал тот, но люди стали суетиться и покидать помещение. Девушка осмотрелась и поняла, что остаётся почти одна и немного разволновалась по этому поводу. Вместе со всеми решила выйти к платформам, чтобы попробовать потеряться вновь среди толпы. Подозрительные личности, конечно же, двинулись за ней…
Дарья стояла на улице и думала, как поступить дальше. Хотелось кричать о помощи, звать милицию, но только, что она может объяснить?
Отчаяние снова накрывало. Как она могла оказаться в ситуации, где не знает, как действовать? Как защититься?
Как ОН мог так поступить с ней…
Поезд со свистящим гудком прибыл к платформе, и прозвучало объявление о пятнадцати минутах стоянки. И толпа пассажиров медленно стала продвигаться к вагонам. Дарья понимала, что времени у неё совсем нет на раздумья, надо использовать этот момент, чтоб сбежать…
Погода будто в согласии с поганым настроением набирала обороты снегопадом и сильным ветром, который дул со всех сторон, обдавая леденящим холодом. Волосы то и дело развевались в его направлениях.
Дарья расстегнула молнию на сумке, пошарила рукой в поиске шапки. Ведь, если придётся спрятаться где-то на улице, то можно озябнуть вконец. Из-за спешки действий отыскать шапку не удалось, и девушка вспомнила про заколку в боковом кармане. Хотя бы просто убрать волосы, которые сейчас мешали. Но, открыв кармашек, наткнулась на совсем другое.
«Деньги, которые позволят тебе жить несколько лет ни в чем не нуждаясь…» – вспомнила она последние слова Дениса.
Дашка держала в руке увесистую пачку купюр. Зарубежная валюта вперемешку с рублями крупного номинала. По совести грязные, бесчестные… Как зарабатывались они, Дашке до конца будет малоизвестно. Вся жизнь проносилась картинками перед глазами. Она, Оксана и Денис… Было сложно – делились последним, не требуя большего. Радовались малости и дорожили дружбой, которую обрели с самого детства. Придавали значение тому, что есть, что дано рутиной. Умели терпеть и ждать перемен, надеясь на лучшее… Получается лучшее в этом?
В зелёных банкнотах… Вероятно, их шелест и запах дурманят человека, дарят ложную иллюзию благополучия и всевластия. Особенно, когда не заработаны по копейке трудом и пóтом…
Для Дарьи же это были сейчас бумажки. Она видела в них судьбы, что летят, как костяшки домино в разрушительной игре… Жажда денег забрала отца и Оксану, мать, чтоб не думать об их нехватке, спилась, а Денис, в погоне за ними, жил одним днем… Пустился под откос, искоренил себя ценой тяжких потерь. Дарья понимала, что Денис остался ради неё. Но не могла принять то, как сделал выбор за неё, не позволив быть рядом.
Она смотрела на деньги, что крепко сжимала в руке, и внутри всё опускалось от отвращения. Ладонь безвольно ослабила хватку… Жестокий ветер мощным порывом подхватил банкноты и вырвал с руки. Но Дарья и не сопротивлялась, просто окончательно разжала ладонь, пока последняя купюра не слетела с неё.
Красиво кружась в танце снегопада, деньги порхали по платформе. Девушка, медленно провожая глазами ненавистные бумажки, встретилась взглядом с преследующими мужчинами. Те, открыв рты, смотрели на это с недоумением.
— Смотрите, деньги! — завопил в изумлении кто-то из толпы. — Ох, ничего себе!!!
Секундная пауза и народ, кто во что горазд, набросился собирать купюры, которые не слишком поддавались, то и дело, смещаясь ветром. Началась жуткая заварушка с толкотней, люди забыли даже про чемоданы. Не устояли и те двое…
Дарья тут же спохватилась: Вот он – шанс! Бежать!
Девушка метнулась к железнодорожным путям. Мчалась вдоль стоявшего поезда, изредка оглядываясь, но преследователи и не смотрели на неё, окунувшись в денежную феерию.
Дарья остановилась и глазами искала своё спасение, понимала, что мало времени на это. Заметив в тамбуре вагона отсутствие проводника, схватилась за поручень и поднялась в поезд. Проследовала по коридорчику между окнами и дверьми-купе до конца, недолго думая, распахнула дверь и скрылась внутри. Из-за такой суматохи и спешки немного потерялась в пространстве. Она прошла до окна и, открыв занавески, посмотрела на улицу, но, судя по всему, обзор выходил на противоположную от вокзала сторону. Дарья, не видя ничего вокруг, вышла обратно в коридор и посмотрела в окно там.
Преследователей не было.
Девушка облегченно вздохнула, провела дрожащей от волнения ладонью по лицу. Почувствовав шевеление внизу живота, опустила ладонь туда. Это был протест всему! Быстрому бегу и вредной тревожности.
Дарья выровняла дыхание и постаралась успокоиться. Но безысходность неимоверно накатывала тугим комом к горлу.
— Прости… — погладила она мысленно своё чудо, напомнившее о желании жить дальше.
Слезы снова градом брызнули из глаз, этот выплеск сейчас абсолютно не удержим. Всё наружу… На ватных ногах она вернулась в купе, села на сиденье и, закрыв руками глаза, дала волю рыданиям. Ничего не существует больше…
Что её ждёт дальше и предположить не могла. Как и то, что купе вовсе не свободно.
На противоположном месте сидел мужчина. Он держал стакан с чаем в руке и напряженно наблюдал за Дарьей, пока та металась от окна к окну. Сильно растерялся, когда девушка заплакала. Встал, закрыл дверь в купе и, поставив стакан на стол, сочувствующе смотрел на Дашку. Мужчине очень хотелось успокоить её, но только не знал как это сделать. Точнее, что сказать…
Дарья встрепенулась и испуганно уставилась на него. Не могла понять, откуда взялся? Ведь никого же не было… В смятении посмотрела по сторонам.
Поезд в этот момент медленно качнулся и двинулся в ход. Девушка засуетилась, сидя на месте. Но предпринимать что-то было уже поздно.
— Я выйду на следующей непременно… — выдавила хриплым голосом Дарья, кивнув ему. Она надеялась на понимание.
Мужчина выставил ладони перед собой в знак дружелюбия и растянул улыбку до зубов.
— Вóда, — указал на стол.
Девушка не совсем поняла его выражение и посмотрела на стол, где стояла бутылка с водой.
«Он… иностранец?» — промелькнуло в голове у Дарьи, так как акцент в произношении резанул слух.
Дверь в купе распахнулась.
— Вот ты где «залетная»! — появилась в проёме тучная проводница. — А мне говорят… залетела к тебе ошалелая… А я отвлеклась на секундочку! — женщина старалась улыбаться, будто лебезила перед мужчиной. — Сейчас разберёмся! Девушка, вероятно, ошиблась вагоном. Купе строго ваше, мистер американец!
— Билетик можно? — обратилась она к Дашке.
— I'm not American. I'm from England, — запричитал устало мужчина, покачав головой.
(Я не американец. Я из Англии)
Очевидно, не в первый раз говорил это проводнице.
— Да какая разница! — заливисто хохотнула та. — Говоришь по-заморски, платишь так же!
Дарья завороженная зрелищем смотрела то на мужчину, то на проводницу.
— Так что с билетом? — кивнула весёлая женщина ей.
Девушка осознавала, что другого пути нет, придётся показать билет и всё объяснить. Она опять понадеялась на понимание. Дарья достала паспорт вместе с квитком и протянула женщине.
— Э-эй, милая! Ты не просто вагоном ошиблась, а целым поездом! Дарья, — заглянула в паспорт. — Ты же в другую сторону совсем едешь!
— Другого у меня нет… — Дашка опустила повержено голову и утерла слезы. — Я случайно…
— Ага! Случайно. Запрыгнула на ходу, считай! — постучала женщина по ладони себе документом, натянув ухмылку. — И что мне с тобой делать?
— Разрешите, я сойду на следующей, — посмотрела безнадёжно Дарья в глаза проводнице.
— Эка, милая, ты замахнулась! Шестьсот километров пилить до следующей, — проводница вернула документы Дарье.
Девушка сглотнула ком в горле и ждала, что скажет ещё женщина.
Теперь мужчина смотрел то на Дашку, то на проводницу. Половину разговора, конечно же, не распознал, но понял все по взглядам и выражению лица.
— I'm sorry! — вмешался он в разговор. — Sorry… — засуетился, достал из заднего кармана брюк портмоне и вынул зелёную банкноту.
(Простите!)
— Мхм? — поиграл деньгой перед лицом женщины.
Проводница вновь натянула ухмылку только уже в его сторону.
— Неужели вы желаете, чтоб Дарья ехала тут? Вы же требовали «alone»!
(В одиночестве)
— No problem! — развел он руками.
(Нет проблем)
— Нет проблем, так нет проблем, — вздохнула женщина и вытащила деньгу с его руки. — Ваше купе, ваши правила! Как вы мне надоели, женихи чужеземные! — продолжала весело возмущаться, закрывая дверь.
— Бельё надо? — заглянула на мгновение снова. — Ладно, принесу на всякий случай! — закивала, не получив ответа от растерявшейся Дарьи.
— I love you! — игриво крикнул ей вдогонку мужчина, приложив ладонь к груди.
Дарья в забвении наблюдала за всем. Ей стало понятно, что мужчина общался типичными фразами, вероятно, более не знал, как выразить расположение и благодарность. А так русской женщине и объяснять ничего не нужно. «I love you» и есть благодарность.
Мужчина махнул рукой в сторону закрытой двери и снова посмотрел на Дарью, одарил лучезарной искренней улыбкой.
Возможно, ему действительно хотелось именно такого соседства. А Дарья не верила в то, что сейчас происходило. Она любила всей душой английский язык, а здесь перед ней целый англичанин. Молодой, симпатичный и с обаятельной улыбкой, которой он одаривал её ежесекундно. А значит общаться с ним будет чертовски интересно.
Девушка не сводила глаз с него, настолько показался привлекательным. Мужчина даже почувствовал себя неловко. Но его радовало то, что девушка больше не плакала.
— Эм-м… Дария… — он снова сел на сиденье напротив. — Kevin! I'm from the city of Bristol. England. — показал на себя рукой. — I'm… diplomat… — мужчина терялся в словах, не зная, как рассказать.
(Кевин! Я из города Бристоль. Англия) (Я…дипломат)
— Сумка! — вдруг воскликнул он, придумав, как обрисовать и очертил квадрат рукой в воздухе.
— Сумка? — удивилась Дарья такой нелепости.
— Yes… сумка, — обрадовался Кевин. — Дипломат. Сумка, — закивал он.
(Да)
Девушку такое сравнение просто-напросто рассмешило, и она звонко засмеялась, закрыв ладонью рот.
Кевин был вполне доволен собой, ведь ему удалось вызвать положительные эмоции у Дарьи, на которые и намёка не было в начале.
— I speak English, — успокоилась немного Дашка от смеха и протянула ему руку. — I'm Daria. I'm from Russia.
(Я разговариваю по-английски) (Я Дарья. Я из России)
У Кевина поползли брови вверх от шока. Он открыл рот, удивляясь хорошему произношению, да и вообще тому, что девушка заговорила по-английски.
— Бристоль? Чудесный город. Я читала о нём в книгах, — заговорила Дарья, ведя диалог свободно на английском.
— Ох, Дария! За всё время здесь, впервые встречаю таких, которые меня понимают! — ошеломленно восторгался Кевин, пока дружественно пожимал руку Дарье.
— А я впервые вижу дипломата, который не говорит по-русски, — сделала она ему ехидный укор, прищурив один глаз.
— Я всего лишь ученик. И, наверное, плохой. Хочу оставить эту затею.
Он замолчал и также пристально разглядывал Дарью. Заметив, как Дашка положила руку на живот, сжал рот в тёплую улыбку. Девушка его точно очаровала с первого взгляда.
— У тебя… Что-то случилось? — спросил аккуратно Кевин.
Дарья слегка поникла во взгляде и печально посмотрела в окно, где бесконечно мелькали деревья, сливаясь в почти ровную линию.
— Да, — тихонько призналась она совершенно чужому человеку, но почему-то становилось легче от этого.
— Кевин, если честно, я так рада, что Вы появились… — повернулась она к нему и заулыбалась. — И мечтать не смела, что смогу пообщаться с настоящим англичанином. Я тоже всего лишь ученик без практики.
Дашка говорила на английском, но местами запиналась, вспоминала правильные слова и обороты.
Кевин же не мог оторвать взгляд от неё.
— И я рад знакомству. Видно, кто-то пожалел меня и послал тебя, — опять с улыбкой смотрел на девушку.
— Так! — мгновенно приободрился он, потер ладонями друг о друга. — И о чем будем разговаривать, чтоб подтянуть твой практический уровень?
— Обо всём! — моргнула согласно Дашка.
— Где баба?! — огляделся мужчина по сторонам, держа в руках деньги, которые удалось поднять с платформы.
Другой тревожно крутил головой. Оба метнулись в здание вокзала, обежав помещение, осознали, что упустили Дарью.
— Ну и что Захарычу скажем? — почесал затылок запыхавшийся преследователь.
— Что-что! Дождёмся отправления на Питер, а затем отзвонимся и сообщим, что девушку проводили и посадили на поезд, — взметнул бровью другой, также тяжело дыша.
— Там же вроде её встретить должны?
— Да ладно, выкрутимся как-нибудь! Скажем, не знаем, могла выйти раньше! Строптивая ведь!
— Идём? — один потряс купюрами, воодушевленно улыбаясь.
— Идём, — махнул рукой другой. — И так набегались за ней!
Иногда ход жизненных событий складывается независимо от человека. И хуже всего, когда решает халатность, безалаберность, ну или страх после сделанной ошибки. Одни начинают врать и выкручиваться, другие, боясь наказания, создают выдуманную параллель и верят в то, что это во имя добра. И в судьбе Дарьи и Дениса этот факт сыграл роль. Так как майору, который проявил благое намерение помочь, вскоре доложили, что девушка села на поезд. А тот, кто должен был встретить, отчитается спустя время, что Дарья доехала и устроена на съёмную квартиру. И даже даст адрес…
А майор Роман Захарович, естественно, проверять не станет. Он и так слишком много сделал для парня, которого по-отечески пожалел в его ситуации. Так Денису дадут ложную надежду на то, что жизнь Дарьи пойдет тем путём, что он проложил.
***
Поезд медленной поступью проезжал населённые пункты, набирая скорость чуть выше между ними. Хоть знакомство с Кевином и отвлекло Дашку от резкого поворота в её жизни, но, когда за окном стемнело и фотогеничный пейзаж сменился непроглядной пеленой ночи, на девушку навалилась вся грусть обратно. Она тревожно маячила глазами в глубокой задумчивости. Такой неопределённости Дарья ещё не испытывала. Ведь она собиралась вернуться домой… А сейчас мчится почти за тысячу километров от него и какой-то частью надеется на то, что все возвратно.
Мягкий свет в круглом светильнике на стене рассеивался по купе. Дарья понимала – вероятно, её случайному попутчику пора спать. Они столько обсудили, не трогая, конечно, личное. Угостились чаем со вкусным печеньем, сравнив чайные традиции своих стран. Их приятное общение продолжалось несколько часов, пока великодушная проводница не оповестила о скором прибытии к остановке.
— Kevin! Не хочу вам больше мешать, — улыбнулась девушка. — Я, пожалуй, выйду и проведу время в тамбуре, — Дашка встала со своего места, надела пальто, повесила свою сумку на плечо и медленно двинулась к выходу.
Мужчина с большим волнением следил за ней. Девушка повернулась уже в дверях, чтоб сказать на английском в последний раз.
— Спасибо! Я никогда не забуду помощь, которую Вы оказали мне. И такой опыт, наверно, я больше нигде не получу. Ему нет цены, — с печалью в глазах заулыбалась сильнее.
Кевин задышал чаще и словно не знал, что ответить. Он находился в смятении.
— До свидания, Daria! — выговорил он с трудом на русском.
Дашка задвинула дверь купе, прошла по коридору и последовала в тамбур.
— Ну и куда ты, милая? Ночь на дворе. Не ручаюсь, что будут билеты в обратную сторону. Жить на вокзале будешь? — выглянула проводница на неё со своего места.
Дарья чуть задержалась в проходе.
— Разберусь. Спасибо за вашу доброту! — благодарно кивнула женщине.
Через положенное время Дашка сошла с поезда, которому дали двадцать минут стоянки. Поэтому некоторые пассажиры также потянулись на вокзал.
Всë вокруг казалось ненастоящим, она будто чужестранка крутилась на месте, оглядываясь по сторонам. Глазами отыскала таксофон, так как в мыслях было только одно. Попытаться вновь позвонить Денису, услышать беспокойный голос, почувствовать то, что он её потерял и ждёт обратно.
Дарья опустила монеты в аппарат.
— Восемь… девять, два, один…
Но это было напрасно. Вполне ожидаемо телефонный робот ответил, что абонент недоступен. Глотая слезный ком, девушка продолжала набирать номер Дениса. После пятой попытки, повесила трубку и прислонилась спиной к стене. Опустив взгляд в пол, собирала себя воедино. Картинка в глазах снова налилась тяжестью от накативших слез.
«Сейчас ты плачешь, знаю… Но потом возненавидишь меня, что, конечно же, справедливо…» – прозвучал голос Дениса в голове.
И Дашка действительно сейчас ненавидела всей душой! И это справедливо – дать себе клятву, что будет ненавидеть и дальше. Ту тягучую боль, которую девушка пережила из-за поступка любимого человека хотелось забыть, вычеркнуть, как ненужную строчку из песни. Хотелось, чтоб стало легче… Легче жить и принять одиночество. Всё теперь решает только она! Всё, через что пришлось пройти, захотелось закрыть в памяти под семь замков.
Здесь её никто не знает. Да и никому не расскажет, как жила до этого. Здесь нет их барака, и тяжёлые моменты останутся только в воспоминаниях. Пьяные посиделки матери, вранье старшей сестры, которая скрывала образ клубной феи. Дарья уже привычно приняла то, что Оксана где-то далеко и, конечно, счастлива. Что отец где-то про них думает… Здесь нет предательства, что так убивало нежные чувства к Денису. И преследователей сейчас нет, но почему-то опять появилось неистовое желание бежать… Бежать от всего, что было.
И, по-видимому, то, что ищешь тебя найдёт.
Дарья ощутила присутствие рядом и подняла взгляд. Перед ней стоял Кевин. На его лице отражалось мятежное волнение.
Он, не сводя глаз, боялся даже моргнуть и слегка задержал дыхание, прежде чем на выдохе произнёс нужные слова.
— Daria… I don't want to let you go!
(Я не хочу тебя отпускать!)
Казалось, есть лишь ты и я,
Но утро началось с дождя.
И слышу я, пока ты спишь,
Как тишина стекает с крыш.
Два шага тихо до дверей,
Пальто на плечи поскорей,
Хоть за стеклом не разберёшь,
Куда приводит дождь…
А за дождём, а за дождём,
Дорога лунным серебром.
Жаль, я пойду по ней одна.
А за дождём, а за дождём,
Неважно, как и что потом,
Ничья любовь, ничья вина.
Как много слов, но что с того
Слова не значат ничего.
Я помню всё, а ты забудь,
Увидимся когда-нибудь.
Ровней и тиши сердца стук,
Ну, как-же так случилось вдруг
Нет больше нас, лишь ты и я
И мы на разных берегах дождя.
А за дождём, а за дождём,
Дорога лунным серебром.
Жаль, я пойду по ней одна.
А за дождём, а за дождём,
Неважно, как и что потом,
Ничья любовь, ничья вина.
Ничья...
Ничья вина...
Все пути обратно для Дарьи стали недоступны. Она согласилась на сотрудничество с Кевином, которое он предоставил на хороших условиях. Девушка поехала с ним в качестве переводчика. Это был огромный шаг в будущее. Протягивая руку помощи, мужчина не расспрашивал о прошлом и совершенно непритязательно окружал заботой беременную девушку. А Дашка постепенно осознавала, что справится с чем угодно теперь. Через пару месяцев Кевин окончательно признался, что не собирается оставаться без Дарьи. Он не надеялся на положительный ответ, но всё же отважился и решительно сделал предложение, которое Дарья почти не раздумывая приняла. Выйти замуж и уехать в Англию с новым именем.
Так Дашка Сергеева стала Lady Barnes. И в положенный срок в городе Бристоль на свет появилась Аманда.
Для Дениса же жизненное искупление не стало безоблачным. Контроперация по защите Северного Кавказа переросла в длительную вторую Чеченскую войну. Единственное – он стоял по другую сторону организованной преступности. Парень успешно преодолевал поставленные боевые задачи. В течении двух лет службы был дважды повышен в звании за особые заслуги – противодействие вторжению боевиков в Дагестан. Но участие в освобождении Грозного стало для Дениса последним: тяжёлое ранение, длительная реабилитация и далее перевод на службу в тыл.
Уголовное преследование с Дениса сняли за недоказанностью фактов, да и никому уже не нужно было. Россия перерождалась, освобождаясь от тяжких, лихих девяностых. Всё по-другому: новое правление, новые реформы, новое поколение со свежими взглядами. Глоток кислорода и поднятие с колен. Эту страну теперь требовалось уважать и считаться с ней.
Все эти годы словно волей к выживанию для Дениса были Дашкина фотография с выпускного и подаренный ею новогодний брелок. Эти вещи парень бережно хранил и носил с собой как талисман. Ночами, в мыслях, он жил рядом с ними. Со своей Дарëхой и малышом, которого он представлял то мальчишкой в забавной панамке, то девчонкой с хвостиками и заливистым смехом. Безмерно любил свою иллюзию и строчил письма, которые не имел шанса отправить. Но он был уверен, что однажды Дарья прочтёт, ведь изливал душу в них, каясь во всём.
В 2005 году Дениса комиссовали окончательно со службы.
И он мчался к любимым, воплощать всё в реальность… Безнадёжно верил, что Дарья все-таки простит. Что сможет принять… Подбирал правильные слова для появления в её жизни. Главное находиться рядом, видеть и ощущать…
По приезду в Санкт-Петербург, он сразу же отправился по адресу, что был у него, и разочаровано принял правду – Дарья никогда там не жила…
Все счастливые иллюзии для него обернулись бесконечными поисками на долгое время. Устраивая шаг за шагом правомерное существование, он становился успешным в своих стремлениях и карьере. А от этого возможностей прибавлялось. И Денис искал, искал и искал…
Только в конце концов нашёл абсолютно другое…
Женщина с восхищением смотрела на своё отражение в зеркале, пока муж застегивал ей новое колье на шее.
— Оно шикарное! — схватила ртом воздух и заулыбалась, затем едва касаясь провела пальцами по дорогущему, сверкающему блеском, украшению. — Спасибо, любимый!
— ТЫ шикарна! — муж чмокнул её в оголенное плечо. — Daria…
— Опять меня сфотографируют со всех сторон, а потом посчитают твои доходы, Kevin, — засмеялась Дарья, качая в укор ему головой. — Не стоило делать такой подарок.
— У нас годовщина свадьбы приближается. И ты достойна этого подарка! — обнял Кевин её со спины и понежил в своих руках. Прошёлся горячим дыханием по уху. — Остальным скажем… Fuck you!
Дарья прыснула смеяться, принимая короткие поцелуи в губы от мужа.
— Ты любишь дразнить общество…
— Плевать на всё это холеное общество. Моя жена должна блистать на всех светских выходах, — кидал комплименты между поцелуями Кевин. — Тем более для меня этот вечер особенный. Я заключил успешный международный контракт и очень долго уговаривал этого человека посетить Бристоль.
— Настолько успешный? Ты же сияешь, как начищенный чайник! — шутила Дарья, вырываясь из объятий. — Пойду Аманду предупрежу, что мы уходим.
— Эта бунтарка не собирается с нами? — изумился Кевин вслед жене.
— О, нет! Ты прекрасно знаешь, она не ходит туда, где не бывает Ричарда Ховарда, — отмахнулась Дарья.
— Ну, тогда, обрадуй её. Семья Ховард ждут нас в воскресенье на ужин, — Кевин крикнул почти в спину, поправляя галстук у зеркала.
Дарья после этих слов обомлела и повернулась к Кевину, округлив глаза.
— Серьёзно?!
— Мхм, — бросил косой взгляд на жену Кевин. — Эх, если уж делать подарки сегодня, то всем моим любимым женщинам! Ричард приедет с учёбы ради этого ужина. Так желает видеть Аманду!
— Ты думаешь о том же… о чем и я? — встревожилась Дарья.
Кевин повернулся и сморщился в иронию.
— Daria, они же не могут друг без друга с детства! Пора уже это обозначить как-то.
Дарья сжала рот в восторженную улыбку.
— Пойду тогда сообщу?
— Хотел сам это сделать. Но так и быть доверю тебе, — подмигнул уходящей жене мужчина.
Женщина из гардеробной комнаты проследовала через роскошную гостиную и поднялась по широкой лестнице на второй этаж.
Дарья поправила элегантную причёску и подол эксклюзивного платья, прежде чем войти в комнату к дочери.
Девушка сидела на кровати с книгой в руках. Рядом лежал планшет. Дарья поняла, что дочь опять читает зарубежную литературу, переводя через интернет. Ох, уж эти технологии! Чего только нет теперь… И, возможно, немного жаль, что не было всего этого в её время.
— Снова Булгаков? — заглянула на книгу Дарья. — Откуда такая любовь к русской литературе?
— Mom! — воскликнула девушка и заулыбалась. — Какая ты красивая! — Аманда отложила книгу, привстала на колени и упёрлась руками о спинку кровати. — У вас снова светский раут? — прищурила один глаз.
У Дарьи иногда пробегал холодок по спине от выразительных эмоций дочери. Взрослея, она всё больше походила на своего отца… Образ которого размыло временем, но всё чаще она видела его в Аманде.
— Хочу сообщить тебе приятную новость! — зарделась Дарья, сложив руки на груди. — В воскресенье мы приглашены к Ховардам.
Глаза Аманды словно загорелись, дыхание точно перехватило от ожидания следующих слов матери.
— Приезжает Ричард. Хочет видеть тебя.
Девушка с визгом подскочила с кровати, и заметалась у шкафа. Открыла створки и стала поочерёдно доставать наряды.
— Мне же совсем нечего надеть!
— Аманда, мы уходим. Будем поздно!
Но девушка была поглощена своей радостью.
— Да, поняла! — Аманда даже не посмотрела в сторону матери. — Желаю удачи!
Она с азартом прикидывала наряды на себя.
А вот сейчас женщина видела в ней себя…
С приятной улыбкой Дарья прикрыла дверь в комнату. Она вздохнула и быстрым взглядом окинула пространство в особняке. Двусветный зал гостиной лаконично наполнен мебелью и цветами в объемных горшках. Декоративный фонтанчик создавал особый уют и дарил спокойствие. Поэтому рядом с импровизированной оранжереей стояли стеллажи с книгами. Ведь любовь к английским книгам у Дарьи никуда не пропала. Тихое, размеренное существование, как по расписанию, изо дня в день не менялось. И к которому Дарья очень долго привыкала. Лишь иногда жизнь семьи разбавлялась статными встречами с людьми из высшего британского общества. Трудно представить, что может быть по-другому.
— Daria! Мы так опоздаем! — развёл руками Кевин, когда поймал взглядом задумавшуюся жену.
Женщина озарилась улыбкой и поспешила к мужу. Чувство неимоверного счастья ни на минуту не покидало леди Барнс.
Казалось, что всё привычно. На таких вечерах она бывала много раз. Приветственные кивки каждому при встрече, любезные вопросы о здравии… Держать правильную осанку и не проявлять шумных эмоций – главное правило уважаемой леди.
Но она, к чертовой матери, всё забыла, как только появился гость, которого так ждали…
Просторный зал светского дворца был наполнен светом, тихой непринуждённой музыкой и людьми. Официальная встреча крупных бизнесменов вынуждала «кучковаться» по-британски – они стояли небольшими кружками на приличном расстоянии друг от друга, чтоб не дай Бог нарушить личное пространство.
Дарья, с замиранием сердца, отодвинула рукой зелёный лист высокого комнатного цветка и пригляделась к только что вошедшей паре. Выпрямилась и напряглась всем телом. Со стороны казалось, что она пытается спрятаться за этим растением, тайком поглядывая на гостей делового приёма. Резко отдёрнула ладонь, словно обожглась, и задышала чаще. Глаза тревожно замаячили из стороны в сторону.
Может сознание ошибается?
Но…
Этот правильный мужественный силуэт, волевой профиль и непоколебимый взгляд не сотрёт из памяти никакое прожитое время.
Женщина попятилась назад и упёрлась спиной в кирпичную стену гостиной. Она откинула голову, чтобы набрать в лёгкие воздуха, так как дыхание становилось тяжелее и тяжелее.
А ведь прошло пятнадцать лет…
Не то, чтобы специально считала эти годы, но ту часть своей истории перечёркивала толстым грифелем очень долго.
Это сейчас женщина имеет статус, громкую фамилию и влиятельного мужа, а тогда…
— Daria!
Она вздрогнула и увидела любимого Кевина перед собой.
— Вот ты где! — мужчина лучезарно улыбался, когда потянул за руку за собой. — Пойдём. Я хочу тебя представить моему новому бизнес-партнёру из России! — он оглянулся на растерянную жену и игриво стрельнул взглядом. — Надеюсь, что ты ещё помнишь русский?
Она сразу же подумала, что завтра в газетах опять напишут о муже, как он вульгарен. Иногда его поведение выходило за рамки толерантного английского спокойствия. Но только она знает, какой ее Кевин… Просто слишком добродушный, открытый, слегка импульсивный. Но если бы не эти качества, то и ее жизнь сложилась бы иначе, тогда, много лет назад…
— Kevin! — окликнула она мужа, поспевая за ним. — Как его фамилия?
И стало страшно услышать ответ. Но Кевин тащил её с таким азартом, что ответить не успел. Зная его нетерпеливую натуру, вероятно, желание познакомить было важнее.
Новый бизнес-партнёр в сопровождении красивой спутницы уже был вовлечён в беседу с другими гостями, поэтому, когда Кевин поравнялся с ним, тот не ожидал и немного растерялся.
— Kevin, рад встрече! — мужчина выдавил на английском с корявым акцентом, и с приятной улыбкой подал руку для приветствия.
— И я рад встрече! — протянул руку ему Кевин. — Хочу познакомить Вас с моей женой. Я вроде уже говорил, что она из России!
Мужчина выслушал свою спутницу, которая переводила ему всё сказанное.
— Оу! Правда? — оглянулся на женщину и торжественная улыбка постепенно сползла с лица.
— Daria, познакомься! — Кевин притянул жену поближе. — Mr. Firsov.*
(Мистер Фирсов)*
Всё внутри дрогнуло и стянулось в тугой узел от встречи глаза в глаза. Шум в ушах заглушил весь остальной разговор, который вёл Кевин с огромным энтузиазмом. За годы жизни в Англии Дарья научилась прятать эмоции за элитную выдержку. Она свысока натянула улыбку, которая всё же дёрнулась от нервного сгустка, что собрался вокруг них.
Фирсов не снимал своего взгляда с неё. Он печально любовался, принимая краем уха слова Кевина. И лишь довольно улыбнулся уголками глаз, когда услышал, как тот хвалил жену и рассказывал о счастливом браке. А когда Кевин обмолвился о дочери, на лице мужчины отразилась горькая ухмылка.
— Денис, — представился на чистом русском и признательно кивнул женщине. — Очень приятно познакомиться с Вами! — но голос все же немного осип в конце фразы.
Та слегка потупила взгляд, стараясь углубить еще больше свои эмоции и собраться с силами, чтоб ответить. И чтоб никто, кроме Дениса, не заметил какие чувства вызывает у неё это знакомство.
— И мне приятно, — сказала рефлекторно на английском, хотя прекрасно понимала, что должна была ответить на другом языке. Но затем сглотнула сухой ком. — Дарья! — проговорила на русском, но даже ей акцент резанул слух.
На её удачу к беседе присоединились другие присутствующие, и Дарья смогла скрыться из поля зрения, чтоб привести все чувства в порядок.
«Я ведь стала сильней! Всё выдержу! Всё смогу!» – плескала с ладоней воду себе в лицо, находясь в дамской комнате. К счастью, на лице не Ruby Rose из девяносто седьмого…
Когда вернулась к фуршету, то постаралась больше не столкнуться с Денисом даже взглядом. В мыслях творился сумбур – этого не может быть! Этого не должно было произойти! Ведь она тогда поклялась себе, что будет ненавидеть до конца своих дней и скроет за семью печатями всё, что связано с прошлым.
И это прекрасно получалось. Она, Lady Daria Barnes, жена уважаемого и почитаемого бизнесмена в городе Бристоль. На неё смотрят с забвением и хотят быть похожими все дамы высшего британского общества.
Но сейчас, будто мышка, забилась в дальний угол приёмной гостиной и тревожно наблюдала за всеми.
Внутри всё колотилось от нахлынувших смешанных чувств. Все гости ей знакомы: с этими почти каждое воскресенье ужинают в ресторане, с другими сталкиваются по рабочим моментам… Любимый муж Кевин, как обычно, болтающий без умолку. Вроде всё привычно, но в тоже время стало казаться чужим.
А всё потому что Денис своим появлением, в ее такое мирное и размеренное существование, напомнил о том, что никакая она не леди. А, всего лишь, Дашка Сергеева, когда-то проживающая в постсоветском бараке с удобствами на улице и общей баней. В квартире номер три. С пьющей матерью и сестрой, которая выбрала путь ночной «клубной феи».
Та Дашка, которая любила его всей душой и отдавала всю себя до капельки, а он… предал, оставил, избавился…
Воспоминания сковырнули больную рану и тягостно поплыли кадрами перед глазами…
«Денис, я за тобой… Только к тебе. Ты весь мой мир…»
«Дарёха! За мной, как за дождём. Не знаешь куда приведёт…»
«Я никуда без тебя не поеду!»
«Я хочу, чтобы ты уехала! Дашенька… мой милый, единственный, любимый, самый родной на свете человек! Выслушай меня…»
Даша в каком-то жутком помутнении побрела по залу, протискиваясь среди гостей. Не слышала слов приветствия, не видела улыбок. Хотелось снова убежать…
Женщина спешно шла по слабо освещенному длинному коридору, который непонятно куда вёл. Она снова чужестранка… Всё не по-настоящему. Глаза застилали слезы, даже её тень, по ощущениям, отделилась и шагала сзади, немного отставая.
Дарья вышла на террасу и осознала, что оказалась в противоположной стороне приёмного дворца. Музыка приглушенно играла где-то вдали.
Она задышала полной грудью только сейчас. Хотя спиной ощущала некую тяжесть до сих пор. Словно ОН смотрел в упор. Так ей чудилось, или…
Дарья медленно повернула голову. Денис, и правда, стоял позади. Его дыхание также сбилось с ровного ритма. Губы шевелились в безмолвии, а взгляд с упорного сменился на маетный. Стало слишком заметно, как он глотает порывы заговорить. Кто бы ему сказал, что его многолетние поиски закончатся вот так. В сотрудничестве, за которое он не очень хотел цепляться, но какое-то шестое чувство подтолкнуло.
Дарья развернулась к нему и замерла, она была бессильна перед всеми обстоятельствами. Слезы скатились по щекам…
Денис и сам, словно мальчишка, был готов разрыдаться.
Но только перед Дарьей стоял взрослый мужчина – видный, статный, в красивом классическом костюме. Он сделал один шаг ей навстречу, но не посмел подойти ближе, будто боялся спугнуть. Денис просто не верил, что их встреча произошла. Дарья настойчиво вглядывалась в его лицо: небольшие морщины пролегли в уголках глаз, а на висках в идеальной стрижке промелькнуло «серебро».
Денис сделал короткий вздох и с большим трудом вымолвил:
— Ты совсем не изменилась… — едва заметная улыбка тронула губы. — Дарёха…
— Mrs. Barnes. Please address me as such!
(Миссис Барнс. Прошу обращаться ко мне именно так!)
Дарья натянула «холодную маску» на лицо, когда произнесла просьбу на английском. Ей было безразлично, понял ли Денис её. Ответила безэмоционально, безучастно, словно встретила человека впервые.
Хоть женщину трясло изнутри, но она выстояла борьбу и предельно сжала скулы. Это была всего лишь малая часть ненависти, которая преследовала все годы к мужчине.
«Mrs. Barnes» это не просто имя, а её суть. Несгибаемый стержень. «Дарëха» осталась за чертой, на том самом месте, где принимала разочарование. И она не знает рассчитывал ли Денис вызвать хоть что-то тёплое из воспоминаний, но это абсолютно не трогало.
— Миссис Барнс, — повторила Дарья на русском и отвела взгляд.
Мужчина и не надеялся, что Дарья отреагирует иначе на их встречу спустя столько времени. Он сейчас призрак из прошлого даже для самого себя. Денис столько раз говорил с её миражом, объяснялся, признавался, как тяжко давалась жизнь без неё. Но в эту минуту любые слова не станут правильными, не будут понятными и здравыми. Поэтому он просто молчал и любовался ею. Так желал много лет! Смотреть и ощущать то, что она есть.
Перед ним действительно не Дарëха. Женщина. Сильная. Волевая. Счастливая… По крайней мере, так Денису хотелось бы.
Мужчина облегченно вздохнул. И это было искренне.
— Миссис Барнс… — хрипло повторил Денис. — Я смотрю… на тебя… и непременно теперь хочу жить.
Дарья вновь смотрела на него.
— Рада, что такое чувство вызываю у Вас, — надменно растянула рот в улыбку.
Женщина поправила прическу, и решительно обошла Дениса.
— Даша… — проследил взглядом за ней. Его окутал порыв сказать главную вещь.
Дарья не повернулась на призыв, твёрдо зашагала прочь. Стальной стержень всё-таки дрогнул, но она ни за что не обернётся!
— Миссис Барнс! — крикнул громче ей в спину Денис.
Дарья замедлилась, чуть прикрыв глаза. Словно приказывала себе идти дальше.
Нет. Не обернётся!
— Спасибо… за… дочь, — голос мужчины страдальчески затих на последнем слове.
Женщина остановилась, её дыхание невыносимо участилось. Стало жарко и холодно одновременно. Захотелось истошно завыть, как раненому, биться в истерике до потери пульса. За ту правду, которую навязала себе – ничего не было, никогда. Есть она и ЕË дочь! Никому не позволит влезать в это убеждение.
Дарья повернулась и прожгла Дениса презренным взглядом.
— Аманда не твоя дочь! — замотала головой.
Но как же она ошиблась в этот момент! Потому что Денис, услышав имя, прерывисто задышал, а его глаза налились забвенным блеском.
— Аманда… — закивал он. Ведь другого имени он и не подбирал своему дитя в несбыточных мечтах.
Мужчина ни в коем случае не собирался рушить мир, который построила Дарья и за который так сейчас испугалась. Они есть, и это главное… Его Дарëха и Аманда. Денисовна. Чтобы не сказала Дарья, мужчина никогда не засомневается в этом.
— Я всего лишь… поблагодарил, — плачевно проглотил Денис слова. — Даша…
— Mrs. Barnes!!! — безоговорочно прервала его Дарья.
— Миссис Барнс, — закивал согласно Денис, только чтобы женщина не уничтожала его так жестоко.
Хотя понимал, что по всем жизненным канонам не заслужил другого.
— Всего хорошего, мистер Фирсов, — почтенно склонила голову, глотая ярость.
Дарья ускорила шаг, а когда осознала, что Денис не пошёл сзади почти бегом помчалась по коридору обратно в светский зал. Ворвалась в толпу, суетливо оглядывая гостей, стала искать Кевина. Мужчина вёл непринужденную беседу в кругу людей.
Поспешила к нему и взяла его за локоть, крепко вжалась ладонями. Она будто искала защиты. Кевин непонимающе вскинул на неё бровями.
— Милая, у тебя ледяные руки. Я замёрз, — посмеялся слегка, чтоб разрядить ситуацию. На растерявшуюся Дарью смотрели все, с кем он только что разговаривал.
— Выходила воздухом подышать и, правда, прохладно там, — волнительно улыбнулась мужу женщина. — Поехали домой. Согреешь меня.
Дарья несла нелепицу за нелепицей, мысли отказывались собираться в нормальную речь.
— Daria, если ты не заметила… Мы не одни, — чуть склонился Кевин и шепнул ей на ухо, стреляя глазами на кружок людей рядом. — И я вел диалог, — сказал чуть громче, выдавливая недоуменную улыбку.
— Плевать. Я твоя жена. И я тебя люблю! — впилась быстрым поцелуем ему в губы. Непонятная отвага выливалась в безумие с её стороны.
— Извиняюсь, господа! Кажется, моя жена сошла с ума, — развёл ладонями. Затем взял Дарью под руку и повёл подальше от светской беседы.
— Милая, по-моему, шокировать общество было моей задачей, — погладил по спине жену.
— Kevin, я хочу домой!
Мужчина остановился и вглядывался в Дарью, не понимая такой перемены.
— Опять фотографы?
— Да. Надоели жутко! — закивала женщина. По огромному счету, всё равно, что говорить. Только скорей уйти!
— Ладно, — не стал возражать мужчина.
Кевин стал оглядываться по сторонам, явно что-то искал, или кого-то…
— Хочу повториться, что мне очень важна эта встреча, — он потянул её за руку за собой. — Тогда пригласим Фирсова к себе на ужин завтра.
Когда до Дарьи дошёл смысл сказанных слов, она начала немного сопротивляться, но было поздно. Да и бессмысленно, она прекрасно знала мужа, если что задумал, его ничто не остановит.
— Kevin, завтра ведь не воскресенье! Не время для гостей!
— Да что с тобой сегодня! — оглянулся на неё мужчина. — Он же русский! Там нет таких правил. А мы ему об этом не скажем, — похохотал он.
— Kevin, пожалуйста, — простонала Дарья вполголоса.
— Denis, — окликнул Кевин Дениса, когда заметил его среди гостей.
Тот сразу же повернулся к ним, немного занервничал, когда увидел, как Кевин почти тащит Дарью за руку.
— Я извиняюсь, — стрельнул глазами на девушку-переводчицу рядом. Та перевела фразу. — Я должен уйти, надеюсь на встречу с Вами завтра утром в офисе.
— Конечно, — медленно кивнул Денис. — Как и договаривались, в девять утра.
— И мне очень хочется произвести на Вас приятное впечатление, показать, что готов не просто к тесному сотрудничеству, но и к дружескому общению…
Денис старался не смотреть на Дарью, как та неровно дышала и постепенно терялась в эмоциях. Так как всем было понятно, что Кевин собирается пригласить домой.
Тёплая улыбка тронула уголки губ Дениса. О большем он и не думал! Под любым предлогом хочет увидеть Аманду.
— Приглашаю Вас к себе на ужин завтра! Обсудим всё в свободной обстановке. Познакомитесь с моей дочерью. Она, кстати, очень любит Россию!
Дарья с большой силой сжала руку Кевину. Так она делала всегда, когда муж говорил лишнее. В ответ Кевин приобнял жену за талию и легонько щипнул.
— Daria, — обратился к ней, сверкнув умоляющим взглядом. Дал намёк, что просит подключиться к разговору.
Женщина с потерянным выражением лица сглотнула ком в горле. Всё это было настолько нежеланным ей! Она видела энтузиазм мужа, которому так нужно это сотрудничество. Мужчина даже не может и представить, какова обратная сторона.
Но видно так сложено судьбой! И Дарье вопреки всему придётся впустить Дениса в то нерушимое, что создавала годами. Он встретится с дочерью…
— Денис, — подняла решительно женщина голову. — Мы будем рады видеть Вас у себя дома завтра к ужину, в пять часов вечера, — заговорила Дарья на русском, от чего переводчица умолкла.
Они встретились глазами, и мир снова утих вокруг них.
Время меняет людей… Старит или преображает внешность, исправляет характер, кого-то делает сильнее, кого-то наоборот ломает. Но не сможет стереть взгляд… Родной и близкий. Незаменимый ничем и никем никогда…
И, бесспорно, в эти секунды Денис и Дарëха смотрели друг на друга, которых многое связывает. И это нельзя вырезать и выкинуть. Одно детство на двоих, общие потери и радости, одна любовь и расставание… Чтоб сберечь самое ценное.
— Что любит ваша дочь, миссис Барнс? — заулыбался лучезарно Денис, склонив медленно голову вбок.
Дарья признала, что Денис ведёт себя очень тактично, в отличие от неё. И вряд ли у него есть желание навредить.
— Книги. Особую любовь испытывает к русской литературе, — женщина отвела на мгновение взгляд и опять смотрела на Дениса.
— Я это учту. И постараюсь не разочаровать, — кивнул Денис.
Кевин по лицам понимал, что разговор приятный, и тут же воодушевился.
— Вот и хорошо! Ждём Вас! — протянул он руку Денису.
— Спасибо за приглашение! — тот ответно пожал ладонь.
Уже по пути домой Дарья осознала всё окончательно. Как же неправильно и несправедливо Денис свалился из ниоткуда и ненароком влез в неизменное течение. И снова главную роль сыграл Кевин. Когда-то он перевернул ход её жизни, вытащил из ямы, отрезав все нити к прошлому. А сейчас эти нити натягивает обратно, ничего не подозревая и основываясь на своих безобидных амбициях. Видно этот человек послан ей Богом, чтоб подтверждать теорию – ничего не случайно.
— Ты сегодня сама на себя не похожа, — заглянул Кевин на жену, когда та готовилась ко сну и расчесывала волосы у туалетного столика.
— Да. Завтра в газетах обо мне напишут, — улыбнулась Дарья.
— Скажу честно, надеялся, что знакомство с человеком из России будет приятным тебе. Но, судя по всему, это не так. Мне показалось, что ты даже плакала.
Дарья задержала взгляд на отражении Кевина в зеркале.
— Возможно, этот факт надавил на больное. Прости, я не задумался над этим.
— Не переживай. Это пройдёт, — моргнула в подтверждение Дарья.
— Я погорячился с ужином, знаю.
— Это важно для тебя, значит и для меня, — вздохнула она.
— Daria, контракт очень важен, но… ты важнее… Если…
— Нет. Ни в коем случае, — задышала чаще от лёгкого испуга.
Ещё не хватало показывать, что женщина слаба перед всеми обстоятельствами.
— Поверь, решим вопросы. Подпишем все бумаги, и Фирсов уедет в Россию, и вряд ли захочет встречи вновь, — опустил печально глаза.
— Если б ты знала, как я его вытягивал на это общение. Поэтому получилось немного неудобно сегодня, что мы так спешно ушли. Ужин показался мне лучшим выходом, — мужчина невзначай разволновался, очевидно, был немного в обиде на Дарью, что так повела себя на светской встрече.
Женщина развернулась к мужу и обхватила за плечи, стараясь успокоить.
— Kevin, всё в порядке! Я приму гостя, как полагается.
Муж и жена смотрели друг на друга. Кевин с особой тревогой, Дарья наоборот спокойней.
— Мы прожили с тобой столько лет… И я никогда не задавал вопросов по поводу твоей жизни в России. Даже когда пришлось рассказать Аманде, что я не родной ей…
Дарья плачевно сдвинула брови, а мужчина опустил виновато голову.
— Да. Тогда по глупости всё получилось. И по моей вине. И хорошо, что она любит меня до сих пор, — Кевин говорил, не смотря на жену.
— Kevin, она просто хотела брата или сестру, и нам пришлось объяснить ей, почему это невозможно. В чем же твоя вина?
— В этом. Именно в этом. Детей же Я не могу иметь, — раскаянно улыбнулся мужчина. — Не рассказал тебе о своём недуге когда женились… И очень был рад, что ты беременна… Я люблю безгранично Аманду. Вы мои куколки, ради которых стараюсь жить как можно дольше.
— Опять началось, — нахмурилась Дарья.
— Это правда. Самая настоящая, Daria. Всё ради того, чтобы ни в чем не нуждались после моего ухода. Были счастливы…
— Kevin!!! — оборвала грозно его жена.
Мужчина прижал жену в крепкие объятия и облегченно вздохнул:
— Это и есть истина любви, милая… Чтоб на свете существовал человек, который хочет лишь одно: Чтоб ты жил и был счастлив!
Дарья ответно сильнее обняла мужа. Допускать мысль о том, что её вновь ждут потери не хотела. Всем сердцем отрекала такие перемены.
— Мы справимся с этим вместе! Не смей устраивать мою жизнь!!! И говорить, что так я буду счастлива! — горьким презрением шипела Дарья мужу в плечо, сдерживая слезный ком. — Однажды я через это прошла…
Кевин прислонился губами к виску Дарьи. Тихо. Безмятежно.
— Расскажешь мне… наконец об этом? От чего ты так убегала тогда?
— Ох, Mrs. Barnes, создали Вы мне сегодня хлопот!
Дарья зашла в столовую и сразу услышала причитания домработницы. Вообще-то она сама обычно справлялась с домашними заботами, но иногда приходилось прибегать к посторонней помощи. Домработница появлялась два-три раза в неделю и брала на себя часть обязанностей, в том числе приготовление ужина.
— Что такое, Cora? — посмотрела Дарья на женщину в белоснежном фартуке.
— Сказали, что гость из России… Я хотела угодить, — засмеялась Кора. — И полезла в интернет за традиционными блюдами, — закрыла ладошкой глаза. — Чуть не сошла с ума!
Дарья расплылась в ироничную тёплую улыбку, чуть склонив голову вбок.
— Это ужас, что едят! — хохотала Кора. — Представляете, творог… вот этот, что мы для муссов используем, добавляют в него муку, яйца, формируют небольшими порциями и жарят на сковороде, — в изумлении округлила глаза домработница.
— Сырники, — кивнула Дарья, сказав на русском.
— О, да! Точно. Я еле запомнила. А ещё… Kulebyaka, Rasstegai… Cholodets, — попыталась выговорить на русском Кора, запинаясь на каждом слоге.
— Холодец, — посмеялась над ней Дарья.
— Это ужас! — повторилась женщина, замотав головой.
— На самом деле, это всё безумно вкусно. Кулебяка это огромный закрытый пирог с разными начинками, расстегаи маленькие булочки, а холодец… это как у нас «аспик».
(Традиционный английский аспик «желе из мяса» делают из свиной рульки, свиного уха, свиных ножек с добавлением моркови, специй и воды)
Дарья прекрасно понимала свою немолодую домработницу. Женщина никогда не путешествовала, родилась и выросла в Ирландии, всю жизнь проработала в Лондоне.
— Даже аспик для меня сложно представить. А Русские знаете из чего готовят свой… Cho-lo-dets, — морщась выговорила по слогам странное слово. — Рога, копыта, хвосты… — скислила лицо в отвращение.
— Cora, — засмеялась заливисто Дарья. — Это всё национальное клише, поверь! Как балалайка, матрёшка и медведь. Они такие же, как мы, обычные. Едят так же. А русская кухня невообразимо вкусная, насыщенная и неповторимая!
— То, что неповторимая, это Вы верно подметили, Mrs. Barnes. Но я так и подумала, что он – гость, и удивлять его их же обыденной кухней глупо.
— Ну и на чëм остановилась? — улыбалась Дарья, осмотрев накрытый стол. Белая скатерть, дорогой столовый сервиз, сверкающие серебром приборы и кристально чистые бокалы с рюмками.
— Ростбиф. На гарнир овощи. Клюквенный соус.
— Вот и отлично! — кивнула Дарья.
— Только распорядитесь, как накрыть? Может убрать лишние приборы?
Дарья ещё раз посмотрела на стол. Ощутила, что волнение тотчас вернулось. Весёлые рассуждения Коры немного отвлекли, но сейчас она осознала вновь для кого это всё. Домработница хотела удивить гостя, которого Дарья знает с самого детства. Даже холодец и расстегаи для них были деликатесами, а не обыденной едой.
«Динь, какое у тебя любимое блюдо?» — вспомнила она, как они с Денисом отмечали новый год. 1996…
«Жареные макароны с яйцом… Это всё, что мог приготовить мой отец, когда мамы не стало…» — ответил тогда Денис.
Дарья немного задумалась – поменялось ли что-то? Судя по брендовому костюму, что был на нём вчера, можно сделать вывод, что сейчас он не бедствует. Весьма успешен, раз ведёт даже международный бизнес. Вероятно, знает весь этикет теперь…
— А знаешь, Cora… — повернулась Дарья к домработнице, величаво сложила руки на груди. — Сервируй все, что положено, — ехидно прищурилась.
— И даже под рыбу?! — опешила женщина. — Ведь не запланировано… зачем?
— Ты спросила, я ответила, — перестала улыбаться Дарья.
Чувства бушевали внутри, превращаясь в колкую смесь. И тревога, и злость, и ненависть к самой себе – ничего не поменять, и от ужина никуда не деться. А ещё она жутко боялась… Боялась узнать о Денисе больше, чем знает сейчас. Боялась, что может признать предательство правильным поступком. Ведь бросил же он её ради чего-то… Её и Аманду.
— Как скажете, Mrs. Barnes, — согласилась Кора и направилась на кухню за недостающими приборами.
— Ой, совсем забыла. Этот мистер прислал благодарный презент для Вас и Аманды. Я оставила в гостиной на кофейном столике, — на ходу прокричала домработница.
— Спасибо, Cora! Я заберу, — Дарья взволнованно посмотрела в сторону гостиной.
Она прошла до столика и обнаружила букет цветов, бутылку эксклюзивного вина и что-то ещё в подарочной бумаге. Судя по размеру и подписанной карточке «Аманде», это была книга. Не зря же он интересовался о предпочтениях девушки.
Дарья подметила, что Денис соблюдает всю пунктуальность принятую в Англии. Выразил знак признательности за приглашение на ужин.
«Это же Денис» – кричали безутешные мысли. Соседский парень в спортивном костюме, который был таким родным и близким. Незаменимым.
А кто он сейчас?
Вчера было невыносимо больно. По всем ощущениям мучительно обоим.
Как он жил все эти годы? Переживал ли? Искал? Она ничего не желала знать! Презирать ей привычнее. Привычнее не любить… А не плыть по картинкам воспоминаний из прошлого и ощущать, что сердце начинает биться чаще.
Дарья тихонько постучалась в комнату к дочери и зашла. Девушка стояла у зеркала и заплетала волосы. С утра Кевин рассказал ей, что пригласил на ужин гостя из России, и Аманда очень заинтересовалась этим. Ей было любопытно всё, что связано со страной, которая подарила мировых классиков всеобщей литературе.
Женщина тревожно сложила руки на животе, когда Аманда повернулась к ней и нахмурилась. Внутри всё сжалось. Как же Денис отреагирует на встречу с дочерью? Увидит ли ещё кто-нибудь сходство между ними, кроме Дарьи?
— Mom! Что это у тебя в руках?
Дарья постаралась снять с себя всю тревогу и заулыбалась.
— Это… — протянула она подарок дочери. — Mr. Firsov вчера спрашивал чем ты увлекаешься, и… вот. Думаю, книга.
— Зачем он интересовался? — Аманда нахмурилась ещё больше в недоумение, принимая подарок от матери. — Или папа опять хвастался мной?
— Да. Примерно так и было, — заулыбалась Дарья сильнее, наблюдая как девушка разрывает упаковку и достаёт книгу.
Книга оказалась романом Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание».
Экземпляр точно не был новым, обложка сильно потрепана, а страницы, которые Аманда с каким-то восхищением листала, отдавали желтизной.
— Аmanda, это всего лишь Достоевский, — покачала головой Дарья. — Ты же читала его много раз.
— Mom, это же… — заикалась девушка. — Это книга русского издательства, очень старая… Вот, смотри.
Аманда открыла форзац и показала матери, что книга действительно из России. Информация об издании напечатана на русском.
— Смотри тут печать даже какая-то! — восторгалась Аманда.
Дарья подошла ближе и оторопела, увидев книгу. Такие она помнила хорошо, с крупными буквами «ШБ» на обложке и синим штампом на первой странице. «ШБ» означало серию книг, выпущенных в СССР специально для школьных библиотек и рекомендованных к чтению учащихся.
Дыхание перехватило от того, что на печати красовался номер их школы…
Дарья глубоко задышала… Как это возможно? Как у Дениса оказалась эта книга? Тем более здесь в Англии? Если только… он привёз её с собой, так как читал сам.
— Это потрясающе! — продолжала восхищаться Аманда.
— Да… — в глубокой задумчивости вымолвила Дарья, почувствовала, как на глаза навернулись слезы.
Книга снова тянула нить к прошлому. Как толика родного, за которое хотелось держаться – мама, Оксана… Когда жила другой жизнью. Без лоска и совсем в другом обществе.
— Mom, как считаешь, будет корректно, если попрошу гостя подписать эту книгу для меня?
Дарья вышла из оцепенения и пронзительно посмотрела на довольную дочь.
— Корректно. Я разрешаю, — закивала она, замельтешила глазами, чтоб избежать нахлынувших слез.
Женщина явно не посмела бы отказать в этой просьбе и в смятении поспешила покинуть комнату, чтобы Аманда не заметила, как подарок гостя её растрогал.
— Аmanda, ужин в половину шестого. Не опаздывай!
— Mom, а ты читала Достоевского? — задала вопрос в спину девушка.
— Читала, — обернулась Дарья уже в дверях.
— В чем по-твоему суть романа?
Женщина слегка посмеялась, пытаясь перебрать доводы в своих знаниях Достоевского.
— Тварь я дрожащая, или право имею… на преступление, — сжала рот Дарья.
— Эх, плохо читала значит, — Аманда сложила руки на груди, прижав книгу к себе.
— Ну, давай умница, удиви меня!
— Искупить вину и возродить душу можно лишь через страдание…
— Возможно, ты права, — Дарья с печальным взглядом снова улыбнулась дочери и вышла.
Женщина остановилась на полпути и признала наконец одну истину – она страдала! Все эти годы глубоко в себе мечтала о встрече Дениса с дочерью. Это её искупление… Чтоб показать, что сберегла. Дарья чувствовала вину за то, что не вернулась тогда… Вдруг, всё не так, как кажется ей. И презирать Дениса не за что. Он не смог, оставил, оградил…
И если действительно также страдал все эти годы, познавая себя в Достоевском, то встреча с Амандой принесёт и ему часть искупления.
— Настя, хочу попросить одергивать меня, если буду вести себя неправильно, — Денис вышел из такси, подав руку своей переводчице.
— Конечно, Денис Евгеньевич! Мне кажется, или Вы волнуетесь?
— Волнуюсь, ещё как! — вздохнул мужчина.
— Почему? Обычный ужин. Мы с Вами бывали на таких не раз. Или, мне кажется…
— Настя! Когда кажется – креститься нужно, — оборвал её Денис.
Он отпустил такси и посмотрел на ворота особняка. Территория, которая огорожена кованным забором, напоминала ему какую-то картинку из журнала. Ровный зелёный газон, идеально подстриженные кустарники, как по линейке вымощенные камнем дорожки. Взгляд перфекциониста здесь прекрасно ощущался. А Дарья именно такой была всегда, всё по полочкам. В личном пространстве она безупречно берегла порядок. Если вспомнить её письменный стол, или их двухкомнатную квартиру… А теперь пространство побольше.
Денис испытал чувство полёта в голове. Они знакомы, кажется, сто лет, и хозяйки прекрасней Дарьи мужчине не посчастливилось встретить.
Кажется, вообще прекраснее Дарьи никого нет.
«Когда кажется – креститься нужно!» – усмехнулся себе мысленно Денис.
Вчера мельком ему привиделся знакомый родной взгляд с её стороны, но в целом женщина вела себя гордо и предубедительно. Внутренний мир Дарьи окреп бронёй. Она чётко дала понять, что между ними стена – вселенная расколотая пополам. И сбитые с неба мечты разделились на двоих. Но очень хочется почувствовать глоток прощения, исповедаться в одном предложении… «Я страдал».
Денис тревожно сглотнул, больше боялся встречи с дочерью. Хоть она и не знает правды.
— Денис Евгеньевич! Идёмте, — позвала его Анастасия рукой, когда подошла к калитке и нажала на кнопку звонка.
«Ну, давай Фирсов, соберись!»
Он так долго этого хотел, потеряв в принципе надежду, на то, что они существуют. Его Дарëха и малыш, ради которых сделал себя негодяем.
— Денис Евгеньевич, встреча точно «без галстуков»? — осмотрела себя Анастасия. — А то я без делового костюма ощущаю себя неловко.
— Точно! Мистер Кевин заверил меня в этом сегодня утром, — Дениса немного раздражала болтливая девушка, ну или нервозность просто перекладывалась на Настю.
Он также осмотрел свой внешний вид. Тёмные брюки, светлая водолазка подчёркивали, что мужчина в хорошей физической форме. Денис терпеть не мог официальные встречи, терпеть не мог костюмы.
— А если…
— Настя! — прикрикнул мужчина.
— Всё. Поняла! — выставила ладошку в протест. — Молчу. Перевожу.
— Но мне всё равно вчера показалось, что Вы знаете эту женщину.
Денис не успел возмутиться вновь на Настю, как перед ними распахнулась входная дверь.
— Hello, I'm Cora!
(Здравствуйте, я Кора!)
Мужчина, как мог, поприветствовал женщину. Кора пригласила их войти. Тут же появилась и Дарья. Денис застыл, глядя на неё пристально. Вроде как, та же девчонка, какой он её помнил, только некоторые черты встали взрослей, и в то же время абсолютно казалась чужой. Иностранкой.
Её белокурые волосы уложены в крупные локоны, неброский макияж, яркая помада подчёркивала чувственные мягкие губы. Элитности придавали крупные серьги, наверняка, дорогие. Светлая блузка и чёрные брюки хоть и намекали на повседневность, но выдержанная осанка и непоколебимый взгляд делали Дарью несомненно светской леди.
Сейчас в глазах не было растерянности, либо испуга, как вчера. Она совершенно точно подготовилась к встрече. Натренированная улыбка этому подтверждение.
Мужчине всей душой хотелось подойти ближе, протянуть руку и погладить по щеке. Сказать ту фразу, что делала его близким и родным.
«Дарëха, это ведь я – Денис!»
— Вы прекрасно выглядите, — проговорил Денис тихонько.
Дарья стрельнула укорно на него взглядом, не снимая улыбки.
— Прошу извинить моего мужа. Он сейчас присоединится, — заговорила она на русском.
И эти слова окончательно вернули Дениса из размышлений и показали, что перед ним Mrs. Barnes, чужая жена.
— Приглашаю Вас на аперитив! — указала в сторону гостиной.
Дарья проследовала вперёд важной походкой.
— Черт, — шепнула Настя, осматривая себя. — Она шикарная даже «без галстуков», но комплимент был лишним.
Денис лишь опустил голову, признался себе, что Настя сейчас как никогда права. Мужчина забыл напрочь обо всем этикете, как только увидел Дарью. Нельзя так смотреть на замужнюю женщину.
Она предложила сесть, и Денис с Анастасией расположились на диване. Дарья села сбоку от них в кресло, вытянула спину, скрестила по-королевски ноги и положила руки себе на колени. Мужчина непритязательно осмотрел просторную комнату с большими панорамными окнами, обстановку без особой напыщенности – всё уютно и строго по-английски. И Дарья прекрасно сливалась, как фарфоровая статуэтка среди красивой коллекции.
Но она также будто забывала про все правила и, то и дело, встречалась взглядом с Денисом, а затем прятала глаза в сторону.
— Благодарю за презенты, которые Вы послали.
— Я надеюсь, всё понравилось?
Женщина с Денисом разговаривала по-русски, поэтому Анастасия немного терялась между ними и их диалогом, в котором чувствовалось поверхностное напряжение.
— Аманда в восторге, — чуть склонила голову Дарья в лояльное признание.
— Я счастлив, что угодил, — сделал такой же жест головой Денис.
Возникла пауза тишины, Дарья нервничала, но ей непременно хотелось знать о книге.
— Могу поинтересоваться? — чуть дёрнула она уголками рта.
— Конечно, — вскинул бровью Денис.
— Откуда у Вас такой экземпляр Достоевского?
Денис заметил, как Дарья сглотнула, во взгляде мелькнуло лёгкое волнение. Он догадался, что она видела школьную печать в книге.
— Это предмет моей безалаберности. Забыл когда-то сдать в библиотеку. Школу закончил, а книга осталась на руках.
— Довольно-таки, неплохо, — чопорность Дарьи немного отступила, и она искренне улыбнулась в насмешке.
— Но рад, что книга нашла своего ценителя.
— И зачем же Вы с собой её возите?
— Читаю её время от времени. Очень помогает для психоанализа.
Их разговор становился свободней. Дарья очевидно решила снять с себя амплуа Mrs. Barnes.
— Ну и кто же Вы, Денис? «Тварь дрожащая» или всё-таки «право имеете»?
Денис немного помолчал.
— Иногда считаю, что «тварь», иногда «имею право». Зависит от ситуации, на которую примерять.
Дарья не сводила с него взгляда, вновь дёрнула губами в улыбку. Тут появилась домработница с подносом и предложила напитки на выбор.
— Thank you, Cora! We'll take it from here, — сказала Дарья спешно, показывая настойчиво глазами, что она должна оставить их. Ей решительно хотелось поговорить ещё, пока не присоединился Кевин.
(Спасибо, Кора! Мы сами разберёмся)
Домработница согласно улыбнулась и покинула гостиную.
— Не поздно вернуть книгу, — возвратилась Дарья к разговору с Денисом.
Мужчина выпрямился на диване и чуть придвинулся в сторону Дарьи, точно желал сократить расстояние, которое диктовал английский социальный этикет.
— Это невозможно. Школу закрыли.
Дарья сделала короткий волнительный вдох, чуть задержала дыхание. По её лицу стало понятно – она ожидает, что Денис скажет больше о родных краях.
— Да. Место, где я родился опустело с годами. Люди стали перебираться в большие города, бараки сделались безжизненными… Наш маленький город превратился в «город разбитых дорог».
Анастасия тревожно стреляла глазами то на Дениса, то на Дарью. Ей стало более чем очевидно, что женщину всё задевает, так как задышала чаще. Формальный диалог постепенно перерастал в нечто личное.
И Дарья не собиралась останавливаться.
— И… где же Вы живете сейчас?
— В Санкт-Петербурге, — кивнул Денис, в досаду опустив голову.
— Что же Вас сподвигло покинуть родной город? — грудь Дарьи вздымалась от глубокого дыхания.
Она совсем не желала так себя вести, весь день настраивалась на обычный приём. Ведь столько раз принимала важных гостей в своём доме. Но как только Денис появился, то вновь признала, что гость необычный. Злость, претензии, надменность, обида… Всё смешивалось и нахлынуло с новой силой.
— После службы с этим городом меня многое связало. Да и карьеру там построил неплохую, — голос Дениса стал хрипнуть в смятении, он видел, что Mrs. Barnes ускользала из своего статуса. Крепкая стена явно дала трещину.
Дарья в полном непонимании сдвинула брови, расслабила свою королевскую осанку и сложила тревожно руки в замок на коленях.
— После… какой… службы?
— Я был на войне, — поднял голову Денис и с волнением посмотрел на Дарью. — Заступил в девяносто седьмом и был демобилизован в две тысячи пятом.
Дарья словно застыла, её глаза замаячили в заброшенном взгляде. Она шевелила губами, в мыслях складывала свою жизнь в пасьянс Дениса.
Тут она потерялась в пространстве и времени, всё вокруг стерлось. Обстановка словно поплыла, закручиваясь в вихрь прошлого. Ей почудилось, что вновь стоит на вокзале и ощущает холод и бушующий ветер, что трепал волосы по сторонам.
И они друг напротив друга – Денис и Дарëха…
— З-зачем, Динь… — выговорила она еле-еле в помутнении.
— У меня не было выбора, Даш… — с содроганием в голосе ответил он, мотая головой.
Звон в ушах затмил весь разговор, кровь по венам неслась, пульсируя в висках. Стало невыносимо жарко. Дарья задышала так часто, что из шумного дыхания вырвался страдальческий стон. Затем она резко вздрогнула, будто очнулась – всё неожиданно вышло из-под контроля. Со страхом посмотрела на Анастасию, та, открыв рот, наблюдала за обоими.
— Денис Евгеньевич, — тихонько дергала его за рукав. Ведь сам же просил.
Только вели себя неправильно сейчас все.
— Настя, подожди, — отмахнулся мужчина от неё. Он в упор всматривался в Дарью.
Денис суетливо огляделся по сторонам, понимал, что другого шанса у него может не быть. Он должен сообщить ей нечто значимое. То, что с Санкт-Петербургом его связывает не только бизнес и успешное существование…
— Даш… — мужчина подвинулся ещё ближе к Дарье и почти протянул руку к ней. — Я хочу тебе кое-что сказать…
Дарья даже слегка отшатнулась от него, вжимаясь в кресло. Давая понять, что Денис однозначно нарушил её личное пространство.
— Денис Евгеньевич! — запричитала Анастасия очень требовательно, дергая за рукав сильнее. — Mr. Kevin…
— Просим прощения за опоздание! — появился Кевин помпезно улыбаясь.
Одной рукой он поддерживал Аманду за талию. Девушка также всем лучезарно улыбалась. Анастасия тут же принялась переводить слова Кевина.
Денис поймал их взглядом, и всё отошло на второй план. Он медленно поднялся с дивана, постарался собраться воедино и спрятать эмоции, которые после диалога с Дарьей встревожили не на шутку.
— Познакомьтесь, Miss Amanda Barnes! — представил торжественно Кевин девушку.
Аманда заулыбалась сильнее и начала тараторить на английском, Анастасия поспевала за ней, но Денис не мог сосредоточиться. Он любовался девушкой, и ему стало всё равно заметят это или нет.
То, что Аманда – Денисовна, его горделиво тешило. Настолько мило сочетались в девушке его черты и Дарьи. Возможно, только слепой не поймёт этих сходств. Денис настороженно посмотрел на Кевина, но тот был слишком доволен ситуацией.
Кто этот человек? Умный подонок, или может честолюбивый дурак? Но он словно знал, что делает…
Аманда, о чём-то прося, протянула книгу, которую он подарил. Денис обескураженно оглянулся на Анастасию.
— Денис Евгеньевич, она просит Вас подписать книгу на память.
Мужчина вновь посмотрел на Кевина, тот согласно указал рукой на девушку, что не смеет спорить с её просьбой. Денис покосился на Дарью.
Та по-прежнему сидела в кресле, безмолвно наблюдала за всеми. С зачарованной улыбкой на лице, принимала происходящее.
— С удовольствием подпишу, — взял он книгу, и Анастасия достала для него ручку из своей сумочки.
Денис был уверен, что никто не поймёт сейчас, что он напишет в пожелании, поэтому смело написал то, что пришло на ум. Всё рвалось на части внутри. Мужчина не видел её рождения, по своей вине. В силу безысходности отказался от этого счастья – быть рядом, участвовать в воспитании, откладывая в память первый смех, первый шаг, первый зуб. Даже обнять сейчас не может… Открыто сказать о том, что она чудесная. Его дочь. Поэтому весь этот порыв вылился в пару строк на бумаге.
— Пообещайте, Аманда, что обязательно выполните эти пожелания? — вернул подписанную книгу ей Денис. Анастасия послушно перевела его просьбу.
— Я обещаю! Благодарна Вам за такой подарок! — закивала девушка, которой очень понравилось знакомство.
— Всё готово! — появилась домработница, приглашая к ужину.
Со стороны весь этот приём выглядел немыслимым и неоднозначным. Словно чья-то игра, кто-то дергал за ниточки и управлял ситуацией. Хотя в целом, ужин прошёл на спокойной дружелюбной ноте.
Только в начале, Денис принял иронию со стороны Дарьи, когда сел за накрытый стол и провёл глазами по приборам. Он кинул взгляд исподлобья на неё, увидев, что она высокомерно наблюдает за его действиями.
Это был как надменный посыл – она стала леди! А кем стал он?
Но эту жестокую проверку Денис прошёл с хитрой улыбкой. Положил салфетку себе на колени. А затем, вскинув бровью в её сторону, он взял нужную вилку и нож, когда на его тарелке оказались мясо и гарнир.
Дарья в ответ опустила взгляд, всеми силами сдерживая весёлую улыбку.
— Кажется, Cora сошла с ума, — возмутился также Кевин, осмотрев сервировку на столе.
На неформальной встрече не принято разговаривать о рабочих моментах. Поэтому весьма тактично велись разговоры о личном. Денис великодушно и с приятной улыбкой отвечал на все вопросы Аманды о России. Анастасия только успевала переводить насыщенную беседу. Лишь иногда Дарья замирала от того, как Денис затрагивал детство и делился воспоминаниями. Ей приходилось каждый раз хватать бокал с водой, чтоб скрыть волнение. Денис не пытался ловить её взглядом, его внимание постоянно переключалось на Кевина и Аманду. Поэтому лёгкую грусть Дарьи почти никто заметил.
Чем ближе подходило окончание ужина, тем тревожнее становилось женщине. Она больно уколола себя тем, что не хочет, чтобы вечер заканчивался…
Но прощаться все же пришлось.
Денис с Анастасией поблагодарили за приём и покинули особняк счастливой семьи Барнс.
Только абсолютно счастливой их теперь вряд ли можно будет назвать…
Дарья, невзирая ни на что, стремительно прошла до гостиной, остановилась у огромного окна и смятенно вглядывалась в уходящие фигуры. С тревогой на душе она обхватила себя шею и ждала… Он обязательно обернётся.
Обернётся, чтоб опять разорвать ту нить, что протянулась между ними спустя много лет. Дарья всем сердцем приказывала ненавидеть и дальше, но…
Денис обернулся и поймал взглядом её силуэт в окне.
Было очень больно. Ведь они не просто отпускали друг друга вновь… Отрывали… Оставляя раны и дальше кровоточить.
Есть всего-навсего это мгновение, чтоб выразить – всё никогда не пройдёт.
Дарья проводила глазами до ворот и облегченно вздохнула, сглотнув сухость в горле. Она отошла от окна и наткнулась на мужа…
Кевин стоял, лениво облокотившись о проем двери в гостиную. На его лице не было каких-либо эмоций, он просто наблюдал за ней.
Дарья расслабилась и постаралась взять себя в руки.
— Зря, я вчера так себя повела, — улыбнулась мужу. — Очень приятные люди. И ностальгия сегодня уже без слëз.
— Мхм, — кивнул Кевин и почти улыбнулся.
Дарья подошла ближе, крепко прижалась губами к его щеке и собралась выходить из гостиной. Но мужчина перехватил её за запястье и остановил.
От Кевина не исходила агрессия, но улыбка Дарьи сошла на нет, от того, что заметила жуткую досаду в его глазах. Таким не приходилось видеть мужа ещё никогда, привыкла ловить веселье во взгляде.
Ритм сердца замедлился…
— Daria… — его серьёзное лицо и хмурость не сулили шуток. — Он искал… Он много лет тебя искал.
Женщина поняла, что ей не хватает воздуха, в ушах точно звенели слова Кевина: «Он искал».
Она остолбенела с косым взглядом на него, не могла даже шевельнуть ладонью, которую он держал. Пальцы словно заледенели.
Кевин всё знает – мелкие мурашки потоком побежали по спине.
— Год назад… я случайно наткнулся на русский волонтёрский проект по поиску людей. Основателем которого является Mr. Firsov, параллельно всему бизнесу. Какие-то импульсы толкнули меня поддержать проект на международном уровне. Так я нашёл твою фотографию… в разделе поиска на главной странице, искал именно он…
— А-а-а… — это был неудавшийся истошный крик на выдохе с её губ. Лицо исказилось от душевной боли.
— Daria, прости… Но мои дипломатические связи позволили выяснить про тебя и про него. Да и… Аманда же похожа на него. Мне кажется, это сможет подтвердить даже Cora, если спросить.
Женщина тут же тревожно повела глазами в сторону столовой, чтоб исключить присутствие дочери. Но та удалилась сразу после ужина в свою комнату, ей хотелось скорее перевести пожелания в книге, которые написал Денис.
— Ты… ты, — Дарья не могла подобрать слов, чтоб выразить то, что чувствует сейчас.
Она смотрела на мужа и не верила ему. Не желала верить в его правду.
— Вчера я попросил тебя рассказать о себе, но ты вновь не открылась. Вероятно, всё это неприятно тебе, но по-другому я не мог. Считаю, что всё сделал правильно, построив мост между вами.
— Зачем… о чем ты думал, Кевин?!
— Думал о том, как хочу… — он увидел отвращение на её лице, наверняка, поняла, что скажет снова о своей болезни. — Да! Хочу!!!— прикрикнул на Дарью. — Желаю, чтоб ты была счастлива, когда меня не станет. Давай смотреть трезво на всю ситуацию. Ты русская и обязательно вернёшься домой.
Дарья сморщилась, так как почувствовала приступ тошноты. Потому что снова признавала, что наступает на одно и тоже.
— Знаешь… как называется путь, по которому ведут меня любимые и родные… За дождём. Не видно конца и края, и к чему приведёт. Эту истину открыл мне когда-то Денис, — мучительно выговаривала Дарья. — Эту суть можно вложить в книгу обо мне… У тебя был такой шанс, Kevin, изменить мою жизнь, дать совершенно другой оттенок. Но ты ведешь меня туда же…
Мужчина взял её вторую руку и крепко сжал своими ладонями.
— Daria, другой путь обязательно будет. Но я понимаю, что не со мной. Прости, я подвёл тебя изначально. Тогда в поезде, словно купил счастливый билет, как и ты. Я полюбил, а ты благодарна, много лет продлеваешь мою жизнь, за которую я не смогу бороться бесконечно. Поэтому прими всё это. Открой глаза.
Только Дарья, опустив голову, закрыла глаза, слезы покатились дорожками по щекам.
— Ты тщеславное чудовище, Кевин… — вымолвила Дарья на русском в отчаянии.
Мужчина засмеялся над этим, осознал, что Дарья сказала что-то неприятное на своём языке, специально, зная, что он не поймёт.
— Daria, у нас осталось ещё одно важное дело.
Женщина подняла свой хмурый взгляд на мужа. Она всегда думала, что знает его, но нет. Кевин тёмная вода для неë после всего. Чего дальше ждать?
— Помолвка Аманды. Я её вырастил и хочу выдать замуж под своей фамилией. Я её отец.
Только Кевин не предполагал, что значит запустить маятник, который остановили в прошлом. Там, где совершили много ошибок, теряя и упуская самое главное, однажды захотят все исправить любой ценой.
Аманда сидела на кровати в своей комнате и в тихом шоке закрывала рот рукой, испытывая смешанные чувства. Страх, радость, безумие… Но она достаточно взрослая девушка, чтоб понимать то, что такими вещами не шутят и уж тем более не пишут в подаренной книге.
Mr. Firsov ей сильно понравился, она пережила приятную симпатию к нему. Таким знакомством Аманда несомненно желала похвастаться перед всеми подругами в школе. А теперь прямо не знает, что делать…
Она снова и снова перечитывала текст в планшете, который перевела из строчек, оставленных гостем.
«С искренними пожеланиями на вечную память самому бесценному человеку, моей дочери Аманде от ПАПЫ. Только пусть это будет нашей маленькой тайной…»
***
— Денис Евгеньевич, ну и вечерок! — смущённо опустила голову Анастасия, когда они зашли в лифт отеля.
— Да, — закивал Денис в ответ не смотря на девушку, которая невольно стала свидетельницей его личных тайн.
Анастасия работает с ним третий год, по рекомендации его хорошего знакомого. Очень компетентная, умная, но слишком любопытная. И Денис был для неё наставником, по-отечески строгим и безупречным. А тут он показал, что имеет слабые стороны.
Денис молчал, но Анастасии очень хотелось поддержать своего начальника.
— Я только к концу ужина поняла… это… та женщина, с сайта, — тихонько сказала она. — Я рада, что Вы её нашли… наконец. И Аманда на Вас похожа.
— Настя, — пробурчал Денис осуждающе, давая понять, что она говорит лишнее.
— Молчу, — Анастасия импровизированным жестом «застегнула молнию» на своих губах.
Но через секунду заглянула на него.
— Я могу найти Аманду в соцсети. Достать и-мейл, если хотите, конечно, — игривый тон девушки, заставил Дениса заулыбаться.
— Хочу, — закивал он.
— Ну вот, заметано! Учите английский, Денис Евгеньевич! — горделиво вскинула подбородком.
Мужчина тихонько посмеялся, но это была самоирония. Когда-то он считал, что английский бестолковый язык и никогда не пригодится в жизни.
— Ну, конечно же, ты меня научишь, — вздохнул мужчина, поняв что Анастасия даёт открытые намёки на репетиторство.
— Принято, Денис Евгеньевич! Будете так шпарить на английском, — показала знак «ок» пальцами. — Так что не вижу повода расстраиваться, общаться с дочерью будете, минуя мать.
— Не надо миновать мать. Она замечательная, — проговорил Денис досадно, выходя из лифта.
Мужчина направился по коридору, девушка замельтешила сзади.
— Вы всё неправильно объяснили ей. Вывалили всё сразу: и про книгу, про службу и года замесили туда. Красиво надо было…
Мужчина надул щеки, почти закатил глаза.
— Да что ж такое! Настя, — он открыл свой номер и прожег девушку взглядом.
Та замерла у двери напротив.
— Я хочу помочь, Денис Евгеньевич! Не видела никогда Вас таким.
— Ложись спать, помощник! — смягчился Денис. Он знал, что Настя добрая девушка и не специально давит на больное.
Мужчина закрыл дверь, прошёл в комнату, на ходу сняв водолазку с себя. Кинул её на кровать и одернул плотную штору на окне. Вглядываясь в вечерний город, испытал непреодолимое желание вернуться и действительно сказать все по-другому.
Он построил картину, как падает на колени, прижимает Дарью к себе со словами: «Прости!» И обнимает, и обнимает… Это было именно то нестерпимое, что хотелось делать при встрече – обнимать. А потом рассказать, как он жил без неё… говорить много, правильными словами, признаваясь в любви.
И сказать о том, что непременно поменяло бы её жизнь. Пусть было бы трудно принять горькую сторону, но ведь есть и важная сторона у этой новости.
— Дарëха, я нашёл Оксану…
Денис провёл рукой по волосам и ещё раз заглянул в ноутбук, проверил почтовый ящик. Он уже не то чтобы переживал, ему хотелось бить «набат» везде, где потребуется. Взглянул на часы. Сегодня поздно для каких-либо звонков, но завтра обязательно свяжется со своими английскими партнёрами. Попробует ненавязчиво попросить контакты Дарьи. За три года впервые это желание обострилось до предела.
«Просто узнаю, всё ли в порядке…» – утешал сам себя.
— Денис Евгеньевич, — заглянула Настя к нему в кабинет. — Может пойдём уже по домам? — поканючила девушка.
Денис сел за рабочий стол, уткнулся в кулак и снова открыл электронную почту. Десять писем и все без ответа…
— Переживаете, что Аманда не пишет? — Анастасия зашла и по-хозяйски поставила руки в боки.
Мужчина стрельнул на неё глазами. Немного помолчал. Но прекрасно знал, что девушка не отстанет. За связь с дочерью в первую очередь он благодарен именно ей. Она помогала учить язык и иногда переводила все послания от Аманды.
— Мхм, — кивнул Денис, отводя беспокойный взгляд.
— Не переживайте, напишет. Сейчас, возможно, не до Вас. Траур пройдёт и напишет.
Денис изначально не прислушался к словам, но затем тревожно нахмурился, глядя в её сторону.
— Какой… траур?
— По мистеру Кевину, — удивленно ответила Настя, но вдруг её глаза округлились в испуге. — Ах… я же так и не донесла до Вас эту информацию, — закусила она в панике кулак.
Денис подскочил со стула и стремительно приблизился к девушке. Сунул руки в карманы брюк и смотрел с устрашающим недоумением на неё. Та даже не моргала.
— Когда это случилось?! — взметнул ладонями к ней.
— Н-не знаю точно, — запнулась Анастасия. — Но нам только три месяца назад пришло официальное письмо о том, что, в связи с кончиной мистера Барнса, меняются условия в контракте. Что все переговоры и подписи теперь будут от его жены… точнее вдовы миссис Дарьи Барнс. В письме не говорилось о том, когда именно это случилось.
— Настя, какого хрена, я узнаю об этом только сегодня?!! — закричал Денис на весь кабинет.
— Денис Евгеньевич, не ругайтесь так! — натянула обескураженную ухмылку Анастасия, глядя на покрасневшего от ярости начальника.
Она подошла к переговорному столу, взяла бутылку с водой и спешно наполнила стакан.
— Водички выпейте, Денис Евгеньевич! — поднесла ему стакан.
— Настя, что за дела?!!
— А Вы сами вспомните! Вы же в командировку собирались в то время. Отмахнулись от меня, как от назойливой мухи – уехали, а наши юристы сами всё уладили. Так зачем Вас тревожить?
— Зачем тревожить… — фыркнул недовольно мужчина.
Взял у неё стакан, но пить не стал, поставил его на стол.
— Ну забыла я потом, что не сообщила… — развела безвинно руками. — Вообще, я почему-то подумала, что Вы в курсе. Аманда может написала.
— Настя, ты прекрасно знаешь, что с этой семьёй меня связывает не только бизнес. Даже, если мне рассказала бы Аманда, ты могла бы повторить.
— Да, не повторила. Виновата, Денис Евгеньевич!
— Я надеюсь… письмо с соболезнованиями послала хотя бы от лица компании английским партнёрам?
— Естественно! — закатила Анастасия глаза. — И лично семье Барнс.
— Настя, вот ты понимаешь, что из-за твоей беспечности, какой казус произошёл? — Денис снова сел за ноутбук. — Официальное письмо они получили… А в личном общении с Амандой я ни разу об этом не сказал… Словно хладнокровный, — он прокрутил в очередной раз переписку в электронной почте и печально вздохнул.
— У неё умер… Отец… — Денис в задумчивости встал. — А я даже не посочувствовал и не поддержал. Возможно, поэтому и перестала общаться.
Мужчина подошёл к окну во всю стену и вгляделся вдаль. С высоты бизнес-центра Северная столица России переливалась вечерними мелкими бликами и была, как на ладони.
— Хм-м, — Анастасия подошла к нему и заглянула сбоку. — Денис Евгеньевич, отец Вы. А он отчим. И она с Вами прекрасно общается уже три года!
Мужчина, не смотря на девушку, глубоко и тяжко вздохнул.
— Нет, Настя, отец ОН. А я ещё только пытаюсь заслужить это звание. И, очевидно, у меня плохо получается.
Воздвиглась беспокойная пауза. Денис задумался над тем, что снова всё делает неправильно. Он сам навязал своё общение Аманде, и она тактично общается. Вероятно, поступать по-другому не позволяет воспитание… А может появление в её жизни нерадивого настоящего отца вовсе и не нужно.
— Поможешь мне завтра все объяснить ей? — кинул мимоходом взгляд на Анастасию.
— Конечно, — закивала девушка.
— Это будет последнее письмо. Не буду больше писать. И буду счастлив, если ответит.
— Денис Евгеньевич, не переживайте! Аманда хорошая девушка. Отойдёт и напишет.
— Хорошо, что я не успел отправить приглашение на экономический форум на имя Кевина. А то бы английские партнёры нам точно у виска покрутили бы… — задумался Денис. — Форум через три месяца. Я вот-вот собирался это сделать.
— Вы не успели… А я уже! — вздохнула Анастасия.
Увидев грозный взгляд Дениса, она поспешила поправить диалог.
— Не-не! Приглашение без имён было! — выставила она в протест ладонь.
— И что ответили? — сдвинул брови Денис в иронию.
— Пока ничего. Но это было на прошлой неделе.
— Вот, где-то ты умная, да? — без злобы упрекнул её мужчина.
Анастасия смешливо пожала плечами.
— Какая есть!
— Настя, о чем нас оповестили в официальном письме?
Девушка вскинула бровями, глаза замельтешили.
— Все дела теперь мы должны вести с миссис Барнс, — поучительно закивал Денис. — Балда ты, Настя! Сидела бы в переводчиках. Секретарь из тебя никакой, — посмеялся Денис над ней.
— Письмо на её имя отправить? Завтра сделаю, — озарилась девушка.
— Нет. Не нужно, — замотал головой мужчина. — Сейчас это неприемлемо для неё, — отвернулся Денис к окну вновь.
Анастасия едва заметно натянула ухмылку. Мужчина словно почувствовал это.
— На-астя, — протянул он предупреждающим тоном. — Никакого своевольства.
— Мхм, — как бы согласилась та.
— Иди домой, — мягко попросил Денис. — Я ещё немного побуду и тоже поеду.
— Да-а… знаю я Ваше поеду, — Анастасия тихонько вздохнула, развернулась и направилась к выходу. — Опять здесь заночуете, в обнимку с ноутбуком. Жениться Вам надо, Денис Евгеньевич! И не будет этого «немного здесь побуду».
Девушка бурчала себе под нос, когда закрывала за собой дверь в кабинет. Денис заулыбался на причитания Анастасии.
«Можно подумать претенденток много на эту должность» – проворчали мысли в ответ Анастасии.
А если и были, то Денис брал попятную постоянно. Отношения были за эти года, как мимолетные, так и долгосрочные, если можно так сказать. Самые серьёзные продлились полгода, а дальше: «Прости, не могу!»
Никто не смог заполнить пустоту, которая образовалась после потери Дарьи. Никто не смог заменить, или внушить хотя бы надежду на возможность снова полюбить. Денис дал себе слово, что никогда не женится, ибо это принесёт боль его избраннице. Не сможет он стать таким, каким был только с ней. С Дарëхой…
Вновь подумав о Дарье, улыбка превратилась в тревогу на лице.
— Как же тяжело тебе сейчас, Ёж мой… — сказал он мысли вслух вполголоса. — На твою долю слишком много потерь.
Денис опять прошёл к ноутбуку, долго кусал палец, прежде чем решился написать Аманде, как умеет. С ошибками. Где-то по-русски. Где-то по-английски. Но изложил всё от чистой души. Кевин в его глазах заслуживает большого уважения и абсолютно не заслуживает раннего ухода из жизни. Денис не ожидал, но спустя полчаса Аманда ответила. Извинилась за отсутствие писем. Так как это была её личная акция отказа от любого общения в пользу мамы, чтоб оказывать помощь и поддержку ей непрерывно.
Мужчина ликовал, много раз перечитал письмо. На вопрос, нужно ли Аманде общение с ним, девушка ответила на русском: Да, непременно! После всего этого, что настигло за последний час, Денис, вполне ожидаемо, не поехал домой. Привычно расстелил плед на небольшом диванчике, разделся и отключился почти сразу.
— Если бы я только мог… изобрести машину времени. То обязательно, не раздумывая, вернулся бы в девяносто пятый год. Прошёл бы мимо Кирыча в той драке. На следующий день устроился бы на завод, в университет поступил бы. А ты закончила бы школу, и я бы на тебе женился…
Мечтательно растягивал фразы Денис, засыпая. Но каждый раз, когда он грезил о правильном жизненном пути, противоречия судьбы не соглашались с ним.
Всё пишется свыше ради кого-то и ради чего-то. Изменить одно – значит исключить и всё остальное, что имеешь сейчас.
Никогда бы не узнал Оксану с другой стороны и «ждал бы у моря погоды»… Не спас бы её тогда, истекающую кровью после аборта, значит не купил бы Дашке тот школьный дневник к первому сентября.
В котором она написала заветные строки: «Денис, я люблю тебя…»
В своём сне мужчина опять и опять выдергивал Дарью из той электрички, обнимал и целовал… Бесконечно.
— Денис Евгеньевич!!!
Анастасия ранним утром, словно фурия, залетела в кабинет к начальнику. Тот подскочил с дивана и лишь успел прикрыться пледом.
— Денис Евгеньевич! — она скользнула взглядом по нему, пока пыталась отдышаться. — Я Вам звоню-звоню, а Вы не отвечаете…
Её точно кто-то гнал и, судя по круглым глазам, ещё и стрелял по пяткам.
— Настя… В чем дело? — потер Денис глаза рукой. Эта взбалмошная всегда подрывала его уверенность в своём строгом руководстве. — Снова колготки со скидкой семьдесят процентов и тебе нужен отгул?
— Нет! Можете меня уволить, но я не послушала Вас! Вчера не стерпела и отправила новое приглашение на имя Дарьи Барнс.
Теперь и у Дениса глаза округлились.
— Отправила под ночь? Чем ты лучше балалайки, матрёшки и медведя? Разве что пунктуальность у тебя точно русская! Когда не терпится – пишу ночью официальные письма.
Денис, как мог, ругал Анастасию ироничными упрёками. Хотя сам себя ущипнул – ведь написал же вчера Аманде.
— Денис Евгеньевич! Они уже ответили…
Взгляд мужчины застыл на девушке в тревожном ожидании.
— Денис Евгеньевич, делегация от их корпорации приняла приглашение. И будет в составе четырёх человек. А главное, Дарья Барнс, как исполняющая обязанности владельца, тоже будет…
Денис сглотнул сухость во рту и не сводил взгляда с Анастасии.
— Водички, Денис Евгеньевич? — заметалась девушка в поиске стакана.
— Настя, я точно тебя убью когда-нибудь… — проговорил мужчина, наблюдая за ней.
Но признаться самому себе всё же пришлось, эта девушка играет роль в его судьбе.
— Ага. Конечно. Обязательно, — усталым тоном соглашалась Анастасия с ним. — Только после форума.
Девушка протянула ему стакан с водой. Денис залпом осушил его, не снимая взгляда с упрямого секретаря.
— Настя… нужно сделать всё на высшем уровне – принять делегацию, обеспечить охраной и сопровождением. Забронируй гостиницу самую лучшую. И если только… где-то напортачишь. Я сниму ремень и надеру тебе задницу!
— Я не подведу, Денис Евгеньевич! — выговорила с особым азартом Анастасия.
— Приступай, тогда! Не подводить меня.
Анастасия со счастливой улыбкой собралась покидать кабинет начальника, осуждающе кинула взгляд на его голый вид.
— Денис Евгеньевич, она… она ведь из-за Вас возвращается, да?
— Настя, это лишнее, — кивнул он ей.
Когда вновь остался один, то волнительно осмотрел пространство вокруг себя, собирая мысли в кучу.
Конечно же, Дарье абсолютно не нужен этот экономический форум. Он был уверен, что женщина ничего не понимает в их бизнесе. Возможно, ей нужна была именно эта ниточка, которую ненароком протянула Настя. И Дарья, приняв приглашение, дала знать, что готова… Готова вернуться, чтоб простить…
Денис уже начал складывать в голове план, как будет происходить их встреча. Ведь ему столько нужно сказать ей… И подвести важную черту в её жизни. Пусть одну новость будет вновь тяжело осознать, но другая безоговорочно наполнит смыслом её возвращение.
И возможно… она подарит ему шанс… Обнять, как самую родную. Прижать к себе, как самую близкую и никем незаменимую. Его любимую на весь век – Дарëху…
Дарья спустилась по трапу самолёта, перекинув тонкое пальто через руку. Она очень тщательно подготовилась к визиту в Россию. Прекрасно знала уже о капризной погоде Санкт-Петербурга. Если с утра светит солнце на ясном голубом небе – это не значит, что зонт не надо брать, дождь может начаться пока спускаетесь по лестнице из парадной. А лучше и шарф прихватить… Так как за день можно увидеть все времена года. Как шутят местные жители: если один в шортах и майке, а другой в шубе и валенках, то оба одеты по погоде.
Но Дарья три месяца предвкушала эту поездку. На календаре июнь, а значит в этом волшебном городе протекают Белые ночи. Солнце заходит за горизонт всего на девять градусов – уникальное явление, когда ночь и утро сливаются в сумрачную светлую дымку. Всего на пару часов город погружается в естественное, загадочное и романтическое ночное освещение.
Когда-то Дарья мечтала ворваться в этот город и рисовала себе картинку счастливого будущего рядом с Денисом. И вот, спустя много лет, они все же оказались в Санкт-Петербурге… Но что принесёт их встреча?
В животе стянуло от волнения, когда увидела, что представители компании Дениса её встречают. Она оглянулась на своих помощников.
— Я сама буду общаться. Поправляйте меня только, если что.
Те согласно кивнули. Дарья подошла ближе и несомненно узнала девушку.
— Анастасия, здравствуйте! — сказала она на русском и подала руку ей для приветствия.
— Mrs. Barnes! — ответила на английском та.
— Анастасия, давайте всё-таки по-русски, — кивнула Дарья.
— Ой, простите, — заулыбалась девушка. — Волнуюсь немного.
Женщина подметила излишнюю импульсивность Анастасии. В Англии это, конечно же, посчитали бы дурным тоном. Но ведь они сейчас в России. Это осознание поднимало всё внутри. Дарья с восторгом обвела взглядом стеклянное здание аэропорта и едва заметно втянула носом воздух, наполнив лёгкие до предела. Ей показалось, что дышать стало как-то легче, кислород делался особенным. Родным, долгожданным и таким необходимым.
И Анастасия определённо нравилась Дарье, от неё исходили простодушие и раскованность, которых так не хватало многие годы.
— Я тоже волнуюсь, — засмеялась Дарья, пожала руку девушке.
— Денис Евгеньевич извинялся за то, что не смог лично присутствовать. Сегодня на форуме для него насыщенный день, и он с утра уже там. Через час он готов на переговоры с Вами. Для деловой встречи забронировано место. Поэтому лучше не опаздывать.
Дарья внимательно слушала девушку, которая, как могла, вела официальную речь. И это постепенно возвращало женщину с небес на землю. Она здесь вовсе не из-за романтики Белых ночей, прилетела не для прогулок и прекрасного отпуска. У неё важный разговор с Денисом, как по части бизнеса, так и с глазу на глаз. И Дарья беспокойно сложила руки на животе.
Она совсем ничего не знала о нём. Как живёт, с кем, есть ли у него дети… Личная жизнь мужчины в свете общественности была покрыта тайной, ну либо сказать было нечего.
— Хорошо. Мы готовы, — заявила Дарья также деловым тоном.
Их ждал чёрный представительный автомобиль, в сопровождении которого было ещё три таких же и один дорожно-постовой службы.
Мелькая маячками и оповещая громким сигналом, делегация проследовала через служебный проезд аэропорта до кольцевой автодороги. Затем, минуя город, кортеж проехал по платной магистрали и через двадцать минут прибыл к месту проведения форума.
Дарья немного расстроилась, потому как, рассчитывала по пути увидеть городские проспекты и дома. А тут настолько срезали путь. Она успокоила себя и дала обещание, что обязательно выйдет на прогулку вечером.
***
Денис внимательно слушал выступления представителей компаний-партнеров. Большой конференц-зал был забит почти «под завязку».
Он обернулся – место для английской делегации ещё пустовало. Посмотрел на часы, понимал, что с минуты на минуту появятся.
Дарья в сопровождении трёх человек прошла в зал – куратор указал места. Им выдали мобильные микрофоны, чтоб можно было присоединяться к дискуссиям бизнесменов и задавать вопросы, если потребуется.
Она облегченно вздохнула, постаралась взять себя в руки и сосредоточиться на мероприятии. Полностью полагалась на своих юристов, которые всё понимали из речи выступавших, в отличие от неё. Смятенно пробежалась глазами по залу и нашла желаемый силуэт в первых рядах. Денис сидел к ней полубоком, но Дарья подметила весь важный вид и серьёзное лицо. Очевидно, старался не упустить слова. Для женщины же всё стало неинтересным, кроме Дениса.
Дарья задержала взгляд на нём и не ожидала, что сердце начнёт так сильно биться. Неровное дыхание вгоняло в лёгкий жар.
На секунды охватило нежное чувство, то самое – первое и сильное. Губы тронула ласковая улыбка. Это же Денис! «Свой» парень, с которым делились последним, который всегда приходил на помощь в нужный момент, охранял её сон беспокойными ночами…
«Денис!» – мысленно она позвала его счастливым голосом из юности. В воспоминаниях Дашка мчалась к нему навстречу, а он стоял у крыльца их барака.
Мужчина будто почувствовал всё. Он посмотрел в её сторону и замер, серьёзное выражение сошло с лица в очарованный взгляд. Уголком рта Денис довольно расплылся в улыбку.
Дарье показалось, что он готов был сорваться со своего места, но остановил себя, словно очнулся и вспомнил, где находится. Женщина отвернулась, пряча глаза и сделала вид, что слушает выступление. Денис на мгновение взглянул на оратора, но затем вновь посмотрел на Дарью. Не мог перестать любоваться ею. Как же долго он ждал… И вот, она совсем рядом. Можно окликнуть, наплевав на все приличия.
Денис не мог дождаться окончания дискуссии, чтоб сесть за стол переговоров с английскими партнёрами. Он также понимал, что ему нужно будет каким-то образом вырвать Дарью из рук всех помощников.
Тема форума сменилась, и Денис однозначно не хотел терять время. Он в очередной раз посмотрел на Дарью. Мужчина встал и двинулся в сторону английской делегации, когда те, также посчитав дальнейшую дискуссию бессмысленной, собрались уходить.
— Greetings! Thank you for accepting our invitation! — Денис поочерёдно подал руку всем, когда поравнялся с ними.
(Приветствую! Благодарю, что приняли наше приглашение!)
Он сильно старался правильно произнести фразу, которую заучил, и получилось почти без «корявого» акцента.
Дарья была приятно удивлена, что Денис так подготовился.
— Mrs. Barnes… — подал ей руку по-деловому.
Она почти поддалась порыву протянуть ответно ладонь, но внутренняя пружина сжалась. И Дарья просто побоялась прикоснуться к Денису…
— Mr. Firsov, — склонила Дарья голову в знак приветствия.
Мужчина сомкнул рот в малое сожаление, опустил глаза и сделал ответный приветственный кивок.
А затем заговорил уже по-русски. Анастасия тут же принялась переводить.
— У нас запланированы двухсторонние переговоры. Поэтому не будем тянуть.
Денис указал рукой в соседнее помещение, приглашая пройти за ним.
— Я благодарю Вас за то, что пригласили на данное мероприятие, — начала Дарья официальным тоном, как только они расположились за овальным столом в переговорной. — Тем более нам действительно нужно обсудить дальнейшие дела. Сразу хочу извиниться за то, что скажу. Но у меня нет пока других решений.
Она сделала небольшую паузу, но старалась не встречаться со взглядом Дениса.
— Под эту схему я подвожу сейчас всех наших партнёров. И только Вам решать, соглашаться или нет, — в конце её голос всё же немного дрогнул, выдавая волнение.
Дарья несмело посмотрела на Дениса, который сидел напротив. Мужчина внимательно слушал, сложив руки в замок на столе. И это показывало большую эмоциональную уверенность, как бизнесмена, в отличие от неё. Дарья, подметив это, сделала тоже самое. Вынула ладони из-под стола, где только что нервно перебирала пальцами, и сцепила руки в замок.
— Какую схему? — мотнул головой он в ответ.
Тон его голоса был более ровным и спокойным, так как диалог вёлся на русском языке, и все присутствующие напряжённо молчали. Со стороны компании Дениса к переговорам также были подключены юристы, и те сейчас сильно хмурились.
— Я замораживаю все контракты до передачи контрольных пакетов акций новому владельцу корпорации, — несколько досадно выговорила Дарья. — Поэтому, если Вы не захотите такого сотрудничества…
— Однозначно, нет! — высказался один из сотрудников Дениса. Но тот выставил ладонь ему в протест и кинул на него злой взгляд, заставляя замолчать.
— Продолжайте, миссис Барнс! — вернул мужчина заинтересованный взгляд на неё. — Сколько времени, примерно, это займёт?
Женщина нервно прочистила горло и поняла, что Денис, вероятно, к ней слишком лоялен. Конечно же, с другими партнёрами он так бы себя не повёл.
— В течении года… Я собираюсь передавать все дела… — подбирала она слова, не зная, как лучше рассказать.
— Daria, — попытался прийти на помощь юрист с её стороны.
Но женщина сильно нахмурилась на него.
— I'll do it! — почти крикнула она.
(Я сама!)
Наверняка её делегации показалось, что Дарья неправильно ведёт переговоры, но женщина прекрасно осознавала, что говорит и кому.
— Моя дочь выходит замуж…
Брови Дениса задергались от перемены эмоций на лице. Он расслабленно откинулся на спинку стула и, всеми силами сдерживая счастливую улыбку, вздохнул. В его глазах заблестела непередаваемая радость от этой новости. Дарье показалось, что ещё мгновение, и он попросит шампанского.
— Какое чудесное событие, — постарался ответить он, как можно, спокойнее.
— И, по завещанию мужа, я должна передать правление своему будущему зятю, — проговорила она на одном выдохе.
— Безоговорочно, мы понимаем Ваше положение и принимаем все условия. Заморозим трансферы на нужный срок и возобновим по тем же ставкам уже с… Вашим зятем, — сел как положено и снова сцепил руки в замок на столе.
Денис почувствовал недовольство со стороны своих юристов и поспешил остановить начавшиеся претензии.
— И это решение не обсуждается! Сотрудничество с английскими партерами мне важно. Я не готов терять его!
Дарья поставила руку на локоть и беспокойно подперла подбородок. Она ощущала огромную поддержку со стороны Дениса. Ведь сейчас только им двоим понятно, что новый владелец тоже и ЕГО будущий зять. А через год это станет понятно всем…
Ведь от того, за чем приехала Дарья, Денис несомненно не откажется. Она видела по его реакции, что новость о свадьбе Аманды доставила ему огромное удовольствие.
А значит, все делает верно…
Обе стороны начали бурно обсуждать между собой данное решение Дениса. Анастасия едва поспевала переводить. Денис и Дарья молча смотрели друг на друга, пока их юристы спорно переговаривались.
Взгляд Дениса настойчиво сверлил Дарью, затем его глаза с некоторым волнением замельтешили. Он будто над чем-то глубоко задумался, покосился на весь этот шум и снова уставился на Дарью. Только на его лице отразилась жуткая тревога. Броня уверенного бизнесмена вдруг от чего-то ослабла.
Денис взглянул на наручные часы и поднялся со своего места.
— Миссис Барнс! — подошёл к ней, сунул руки в карманы брюк. — Я уверен, что они договорятся без нас. Приглашаю Вас посетить фуршетный зал, — проговорил как-то чопорно, не смотря в глаза.
— Спасибо, — Дарья смотрела на него в упор, гадая над такой резкой переменой настроения у Дениса. Он как будто прятал взгляд.
— Я к Вам обязательно присоединюсь, — кивнул мужчина и стремительно покинул переговорную.
Дарья проводила его глазами и часть волнения Дениса передалась и ей. Она также посмотрела на всех, встала со стула и словно под гипнозом пошла следом.
Мужчина дошёл до туалетной комнаты, закрыв дверь, обхватил себя за голову и шумно выдохнул. Дарья подарила ему такую приятную новость, а он вновь должен сделать больно. Все три месяца Денис ждал эту встречу с ней. И не только потому, что Дашка занимала одно из главных мест в его жизни – когда-то он пообещал ей найти Оксану, во что бы это не стало.
И он её нашёл. Только отнюдь это событие не принесло счастья. Лишь чуточку спокойствия – всегда знает где она. Но почему подвести Дарью также к этой переломной черте уготовано именно Денису? Жизнь так жестоко распределила роли в их судьбах, деля радость и горе между ними. И они должны пройти это вместе.
Денис склонился над раковиной, открыл кран и плеснул себе в лицо холодной водой. Вновь шумно вздохнул, когда вытерся салфеткой.
Дарья ходила среди разносольно накрытых столов. Крутила головой по сторонам, но Дениса среди многочисленных гостей так и не нашла. Внутри всё колыхалось от переживания, что же произошло за секунды с его настроением? Может так разволновал факт о свадьбе? Вероятно, думает, что не имеет права быть на ней? Дарья скорее должна успокоить и сообщить, что Аманда его ждёт… И тогда она вернется к дочери с чистой совестью. Женщина замерла с паническим предостережением в душе: а хочет ли она уезжать?
В сердце будто колокольчик звенел, что она хочет домой…
— Даша…
Она повернулась на призыв и задышала чаще. Денис стоял перед ней, и его взгляд словно умолял опустить все формальности со статусом и именем.
— Даша, я нашёл Оксану.
«Я. Нашел. Оксану.»
Заявление растянулось на слуху Дарьи с твёрдыми паузами между словами. Мысли точно впечатывали в сознание эту весть.
Она сделала судорожный вдох и заулыбалась. Дарья воспрянула духом, а Денис не сводил с неё глаз. Он видел, что новость её обрадовала до предела.
Мужчина не соображал, что дальше должен сказать. Осудил себя за то, что не выбрал другое время и место для этого. Но по-другому не мог. Долгие годы носит тяжкий груз в себе… и Дарья имеет право об этом узнать. А также должна знать, зачем Денис остался именно здесь, в Санкт-Петербурге.
— И… где же она? — на счастливом выдохе вымолвила женщина.
Дарья ждала, что Денис подтвердит её светлую иллюзию о старшей сестре. Что Оксана живёт где-то за границей, существует ни в чем себе не отказывая, как и хотела когда-то.
Дарья заметила, как Денис уныло опустил голову, больше ничего не говоря. Он сжал рот в безмолвную досаду так, что желваки заходили на скулах.
Улыбка Дарьи сошла с лица – поняла то, почему так резко поменялось настроение Дениса, и то, что Оксану она вряд ли увидит, или услышит…
Её нижняя губа дрогнула, хотелось дико закричать, но женщина жадно схватила воздух ртом и сдержала этот порыв. Она огляделась, провела глазами по людям вокруг. Стадия отрицания перерастала в желание схватить Дениса за грудки и орать на него.
Слезы скатились с глаз…
— Я хотел бы показать тебе… где она. И у нас очень мало времени.
Душевная боль из-за потери Кевина только-только притупилась. Хотя прошёл уже почти год со дня его смерти. И вот опять… А она так ждала эту поездку, надеясь, что ностальгия вылечит.
Дарья в тягостном унынии смотрела в боковое окно автомобиля. Уткнувшись в кулак, она следила за мелькающим забором по краю дороги. Подсознательно знала, куда вёз её Денис. Но какой-то частью уповала на другую действительность. Официальная встреча перетекла в нечто личное и потаенное. Сейчас чувства к мужчине обострились до пика, они наедине, но даже не пытались говорить. Денис снова заставляет испытывать часть мучений.
— Ну почему ты… всё время приносишь мне боль… — почти прошептала Дарья, не смотря на него.
Денис с состраданием посмотрел на Дарью, затем вновь на дорогу через лобовое стекло.
— Сам себя ненавижу за это! — ответил хриплым голосом и сердито сжал руль.
Дарья повернулась к нему на мгновение. Она не чувствовала ненависти к нему, давно всё отпустила… Денис главный человек в судьбе, поступая правильно и неправильно, но именно он «растил» все ветви её жизни.
Мужчина снова взглянул на часы, когда припарковал машину на просторной стоянке у кованой ограды. Дарья уже хотела задать вопрос о том, зачем постоянно смотрит на часы. Опаздывает куда-то? Но, устремив взгляд за забор, ничего вымолвить не смогла.
Сакральное место. Бесплодное, окутанное печалью в тихом уединении. Сердце Дарьи гулко застучало в груди. Она прислушивалась к себе, к своим ощущениям – стало боязно, и это выбивалось в холодный озноб.
Денис вышел из машины и направился к пассажирской двери, чтоб помочь Дарье. Но она не стала дожидаться. Покинув салон автомобиля, почувствовала, что её трясет. Надела пальто, которое так и держала в руках с самого начала форума. Не любила сумочки и самое необходимое носила в карманах — мобильник, расчёска, платок, помада.
— Обещали, что к вечеру потеплеет, — подчеркнул Денис, что заметил дрожь Дарьи.
Они прошли через ворота мимо небольшой часовни. Женщина запрокинула голову, чтобы посмотреть на стаю воробьев, вспорхнувших от крыльца. Вероятно, птицы – это вечные спутники, здесь, среди неподвижной гармонии.
Солнце скрылось за кучными облаками, которые, казалось, медленно плыли и загромождали небо. Дарья старалась держать внутренний стержень, отвлекая себя внешними факторами. Но с каждым шагом понимала, что ноги слабеют. Образ старшей сестры встречал издалека, возвышаясь на мощном камне над всеми другими.
— Ну вот… пришли, — вздохнул слишком досадно Денис, приложив ладонь к памятнику.
Дарья смотрела на мраморную чёрную плиту с яркой цветной гравировкой. На портрете Оксана казалась точно живой – красавицей, что замерла в счастливом кадре для широкой публики. Как и хотела…
Ноги налились невероятной тяжестью и окончательно подкосились. Дарья постепенно принимала эту реальность, опускаясь на колени.
Она протянула руку и, едва касаясь пальцами, провела по изображению. Дарья горько заплакала. Ведь ссора со старшей сестрой стала для неё страшным уроком на всю жизнь. Никогда нельзя желать плохого близкому и дорогому человеку, даже если он тебя сильно обидел. Безвинные проклятия напоследок иногда больно материальны. Но хуже всего, когда жестокие слова становятся последним, что сказали друг другу.
— Я беру свои слова обратно, Ксан… Не проваливайся сквозь землю… Я не желала этого…
— Даша… — Денис хотел было её успокоить.
Она своим состоянием сковырнула старые раны до боли. Ему жутко хотелось прижать её к себе. Баюкать, как маленькую, приговаривая: «Всё пройдёт!».
— Не трогай меня… — повернула голову и злобно посмотрела на Дениса.
Мужчина понимал, что Дарья не даст ему возможность себя утешить, поэтому нервно посмотрел вновь на часы.
Но где же он? Тот, кто однозначно сгладит её страдания.
Женщина утирала слезы, что капали на кромку широкого цветника перед ней. За Оксаной однозначно кто-то ухаживает – идеальный порядок, тёмный мрамор почти блестел. Живой букет из красных гвоздик не успел завянуть…
Она не могла прекратить плакать, ведь держалась до последнего. Во внимание попалась пара конфеток, положенных с края, и Дарья осознала, что пришла с пустыми руками. Когда человек много лет привыкает к чужому менталитету, то забывает о своём родном, требующем мирских обычаев. Она вновь смахнула слезы с глаз, сунула руку в карман пальто, вспомнив, что там у неё лежит дорогая брендовая помада. Открыла колпачок и вывернула карандаш красного цвета почти до конца. Слегка хохотнула, вспомнив, что сестра когда-то подарила ей такую же со словами: «Хочешь, я тебе помаду подарю? Импортную!».
Дарья закрыла колпачок и озарилась счастливой облегчённой улыбкой.
— Дарю! Фирменная! — выговорила она бодрым ироничным тоном, поставив помаду рядом с конфетками.
«Англичанка хрéнова!» – прозвучал в мыслях голос Оксаны. Она часто так называла младшую сестру, когда хотела поддеть.
От этого Дарья заливисто засмеялась. Денис облегченно вздохнул, наблюдая за ней со стороны.
Его тоже взяла улыбка.
— Даш… Я понимаю, что лето на улице, но ты всё же на земле сидишь, — сделал ей аккуратное замечание.
— Ч-что? — посмотрела она на Дениса, а затем на себя. Действительно сидела на песчаной дорожке, подогнув под себя ноги.
Она попыталась встать, но осознала, что ноги не слушаются, онемели напрочь.
— Твою ж мать… — пробормотала Дарья, удивляясь самой себе.
«О, вот и Дарëха!» — посмеялся мужчина внутри себя, сдерживая широкую улыбку.
Денис протянул руку ей в помощь.
— Вставай, Дарëха! — воскликнул он громко.
Дарья пронзительно смотрела на его ладонь. Вновь прислушалась к себе – дотронуться до Дениса сильно хотелось.
Женщина подала ему руку, и он помог ей подняться с земли. Подхватив под локоть, подвёл к рядом стоявшей скамье и посадил на неё. Дарья принялась отряхивать тёмные колготки от песчаной пыли. Денис сел рядом и наблюдал за ней, как достала белоснежный платок из кармана и щепетильными движениями вытерла слезы и мокрый нос.
— В чем дело? — заметила Дарья его повышенное внимание к себе.
— Всегда было интересно, как же леди сопли утирают? — сделал ей ироничный «подкол».
— Издеваешься? — шутливо обиделась Дарья, уткнувшись носом в платок.
Мужчина отвёл взгляд, сжимая губы в насмешку.
— А ты так и не научился комплименты делать! — подтрунила и она его в ответ.
Слегка посмеялись друг над другом, а затем совместно посмотрели на портрет Оксаны.
— Мы же… из-за тебя с ней поссорились, — печально опустила Дарья голову. — А теперь она всё делает, чтоб помирить нас…
Денис почти открыл рот, чтоб задать главный волнующий вопрос. Но тут её мобильник подал сигнал о принятом сообщении, и Дарья отвлеклась на телефон.
— Надо возвращаться, — вздохнула устало, прочитав сообщение.
Мужчина вновь занервничал и, оглядываясь по сторонам, в очередной раз посмотрел на часы.
— Да, где же он? Неужели вновь в больницу загремел… — недовольно пробурчал почти про себя.
Дарья снова подметила чистоту на могиле. Возможно, Денис кому-то платит за присмотр.
— Ладно, — вздохнул грустно Денис, вставая со скамейки. — Выясню всё, и потом… — осёкся он на последнем слове. — Давай уходить.
Женщина поднялась следом, осмотрела свой внешний вид, отряхнула пальто и потерла платком руки.
Денис, аккуратно касаясь её спины, стал уводить Дарью.
— Динь… ты хоронил? Расскажешь мне, как всё произошло?
— Нет. Не я, — замотал мужчина головой.
Погода явно портилась. Солнечное настроение сменилось сильной облачностью. Порывистый ветер явно намекал на дождь.
— Денис!!!
Громкий оклик из-за спины заставил обоих остановиться. Денис, увидев позвавшего, озарился радостной улыбкой. Откинув голову, шумно выдохнул. Это был тяжёлый камень с души…
Дарья медленно обернулась, всматриваясь в приближающегося к ним мужчину. Немного неопрятно одет, с густой седой бородой и взлохмаченной, такой же седой, небрежной стрижкой. Он нёс в руках букет красных гвоздик, и его морщинистое лицо становилось слегка обеспокоенным.
Дарья поняла, что окаменела, вновь не могла пошевелиться. Жуткие мурашки побежали по телу от затылка до пят…
На глаза женщины накатили слезы моментально.
Белоснежный платок выпал из руки, и ветер понёс его в сторону подходившего мужчины.
— О, Боже… — очень плачевно протянула Дарья. Замотала головой в отрицание. Это просто не укладывалось в сознание…
Она оторвалась от Дениса и, не веря всему происходящему, пошла навстречу мужчине.
— Пап… — шептали её губы. — Пап! — постаралась крикнуть, но голос осип. — Папа!!!
— Папа!!! — закричала словно обезумевшая.
Дарья подскочила к мужчине и крепко прижалась в объятия.
— Папа… — слезы градом текли из глаз, превращаясь в безудержные рыдания. — Боже… — старалась прижаться как можно сильнее.
Она остановила плач и со счастливым взглядом всмотрелась в его лицо. Погладила ладонями по щетинистым щекам.
Мужчина стоял полностью потерянный. Волнительно смотрел в ответ и ловил Дениса глазами.
— Павел Юрьевич… — подошёл к ним Денис. — Даша, — будто указал на неё мужчине. — Я говорил, что она приедет. Другая ваша дочь. В Англии которая…
Дарья молниеносно заволновалась.
— Денис… что с ним?
— Даш, всё расскажу! Сейчас он вспомнит. Дать время нужно. Мозги очень медленно соображают.
Павел помельтешил глазами.
— Дашенька, — заулыбался он, смотря на неё. — А, да. В Англии. Аманда, внучка моя. Дочка Ваша, — перевёл взгляд с Дарьи на Дениса.
— Да. Я фотографию Вам показывал, помните? Да?
— Да. Ух, Дениска, любишь ты сюрпризы устраивать, — посмеялся Павел. — Дашенька! — прижался теперь он в объятия к Дарье.
— Пап, — дотронулась женщина губами до колючей щеки.
— Дашенька, цветы помяли. Для Оксанушки, — мужчина разорвал объятия и поспешил положить букет к памятнику.
— Оксанушка. Дочь моя старшая. Я хоронил, — бормотал при этом мужчина обрывчатыми предложениями. — Каждую неделю хожу, цветы свежие всегда. Вот, Дениска сказал, что сегодня надо. Я пришел. Только опоздал немного, электричка не пришла вовремя.
Со стороны непонятно совсем, кому говорил всё это Павел. Дарья задышала чаще, потому как, понимала, что отец не совсем в здравом уме. Она обеспокоенно посмотрела на Дениса, будто молча задала вопрос.
— Я всё расскажу, не переживай, — ответил он ей вполголоса.
— Вот, цветы свежие, — продолжал свой щепетильный монолог Павел. — Воды в следующий раз принесу. Денис сказал прийти, я пришёл. Вот и помаду тебе кто-то положил, — он повертел футляр в руках.
— Пап, это я подарила ей, — Дарья приятно заулыбалась, смотрела тёплым и ласковым взглядом, погладив отца по волосам.
Не могла налюбоваться на родного и когда-то утраченного человека. Женщина приметила обширные рубцы на коже головы, которые проглядывали как прореха в седине. Дарья сглотнула и с большой тревогой осмотрела шрамы –– голова отца словно сшита заново.
Снова посмотрела на Дениса, тот досадно сжал рот.
— Да, Оксанушка любила губы красить. Помню… И красит, и красит у зеркала… Трюмо такое было. Лакированное, — продолжал Павел.
— Пап, ты помнишь, да? — заглянула на него сбоку Дарья.
— Мхм, — кивнул ей отец.
— Прогресс, — поднял указательный палец Денис кверху. — Даже трюмо вспомнил, — чуть посмеялся.
— Папуля, — умилялась Дарья, погладила снова по голове, по щеке.
Достала расчёску из кармана и провела по волосам, причесала в прилежную аккуратную причёску, стараясь закрыть шрамы.
— Да. Дениска жил напротив. Я помню. Дружили вы. Теперь, вот, муж и жена…
Дарья от такого заявления сердито нахмурилась в сторону Дениса. А тот показал ладонью, что не имеет отношения к этому ложному убеждению.
— Внучка моя Аманда…
Женщина поняла, что отец бормочет всё, что возникает у него в мыслях.
— Денис, ты на машине? — вдруг повернулся мужчина к Денису.
— Конечно, — кивнул он в ответ.
— Подвезешь меня?
— Естественно!
Дарья приобняла отца за плечо и неспешно пошла с ним по тропинке. Оглянулась ещё несколько раз на удаляющийся образ Оксаны. Ей показалось, что улыбка сестры стала довольней.
— Ой, Денис! Даша! Что ж вы меня не поправили! Ты ж в Англии живёшь, — стукнул себе по лбу. — Ах, приехала, моя хорошая! Денис же говорил! Вот, дурак старый, — качал головой Павел, смеясь над собой.
Денис, вздыхая, закрыл лицо рукой и засмеялся. Он прекрасно понимал, что Павел Юрьевич сейчас на эмоциях, поэтому и теряется в памяти.
Дарья также захохотала, снова погладила отца по щеке.
— Так! Едем в гости ко мне! Все должны знать, что моя дочь приехала! — важно заявил мужчина.
— Ты извини… что именно такая встреча получилась, но я не мог иначе. Дома мы могли бы его не застать, пришлось бы искать опять по всему городу. А на кладбище он всегда приходит.
Денис вёл машину, смотря на дорогу. Он понимал, что должен уложить свой рассказ в промежуток времени пока они едут. Это было достаточно трудно, ведь за эти года он преодолел столько всего, что за полчаса все рассказать невозможно. Дарья находилась рядом и периодически оборачивалась на отца, который сопел на заднем сиденье. Мужчина моментально закрыл глаза, как только сел в автомобиль.
— Всё в порядке, — тихонько отозвалась она и счастливо улыбнулась, оглядываясь на отца. — Хочется ущипнуть себя, чтоб проверить не сон ли это? — кротко посмотрела на Дениса.
— Он всегда помнит про кладбище, назначаю ему встречи там. Не приходит, значит начинаю искать. Удивительно! Но помнит без запинок только два адреса, этот и офиса моего волонтерского фонда.
Дарья вновь обернулась на отца и вздохнула. Опустив голову, она слушала Дениса.
— Он… сам ко мне пришёл, Даш. Когда я организовал твои поиски, то фото расклеивали в первую очередь на вокзалах. Как выяснилось позже, Павел Юрьевич обитал на вокзале больше десяти лет. Бездомный. Без имени и прочего.
Денис рассказывал, иногда останавливался и задумывался над всем, ну или вспоминал, как тяжко было через это проходить.
— Мне позвонили и сказали, что пришёл человек с твоей ориентировкой на поиск. Заявил, что знает тебя. Я приехал, а там он… Невероятно, просто! Только он, конечно же, не мог вспомнить откуда тебя знает и рассчитывал на обычное вознаграждение.
Денис немного посмеялся, посмотрев на Дарью, та с приятной улыбкой слушала его.
— Что же с ним произошло?
— Я до конца так и не выяснил этого. Знаю только, что привезли в больницу с улицы с пробитой головой…, прооперировали. В реанимации был долго. А затем выходили, подлечили и выписали в никуда. Так он оказался на вокзале, где и прибился к другим таким же.
— Как же он… жил, — глаза Дарьи волнительно бегали.
— Так и жил, Дарëха. Попрошайничал, где-то даже подворовывал, — посмеялся досадно Денис.
Дарье стало так противно на душе, что от этой горести пришлось сжать скулы.
— А… Оксана? — опустила она глаза.
— Я же видел и понимал его состояние. Пришлось оформить опеку над ним, чтоб ему восстановить документы, оформить пенсию и всё остальное. Изредка Павел Юрьевич бывает в здравом уме, говорит чётко и по делу. Всё время говорил про дочь…
Они остановились перед светофором, и Денис снова посмотрел на Дарью печальным взглядом.
— Сказал однажды, что похоронил её. Что её выкинули с поезда…
Эта фраза Денису далась труднее всего. Голос исчез в конце от нервного сгустка в горле.
Дарья смотрела на него с круглыми глазами.
— Ты представил, что… это могла быть я?!
Мужчина направил взгляд на дорогу, зелёный свет указателя разрешил движение.
— Это был сущий кошмар… Не мог ни спать, не есть, ни жить… Готов был рыть эту могилу голыми руками, на которую Павел Юрьевич меня привёл и сказал, что здесь похоронил. Это были самые тяжёлые два года в моей жизни. Прошёл несколько судов, чтоб дали разрешение на экспертизу и перезахоронение неизвестного…
— Денис… — Дарья искренне сочувствовала, так как представила все это.
— Даже не подумал тогда на Оксану, ведь в Питер ты должна была ехать. Хотя её я искал на международном уровне, так как продали в Турцию, по старой информации.
— А оказалось надо было делать наоборот… Даже не подумал меня на международный уровень поставить, да? — усмехнулась женщина.
— Даша, — сказал он осуждающе, — если ты хотела меня так упрекнуть… То зря. Поверь, жизнь меня помотала и наказала за всё. Не старайся. Я умею извлекать ошибки и искупился вполне.
Дарья не хотела так его задеть, это была легкомысленная шутка. Смотрела на Дениса и думала над тем, какой он сильный. С момента их встречи спустя долгое время прошло ещё три года. И много узнала о нём теперь. О том, что участвовал в боевых действиях, был ранен, награждён… И он тогда сказал, что у него не было выбора. Женщина осознавала события, что сподвигли Дениса предать то болото, в котором Денис увяз вместе с Оксаной. И судьба, скорее всего, дала шанс выбраться только таким образом.
— Спасибо тебе… за всё… — прошептала Дарья.
Мужчина обескуражено взглянул на неё и очень понадеялся, что слова сказаны в знак, хотя бы, доли прощения.
— Даша, не ради благодарности это всё… Я так жил… так хотелось жить. Ради вас. Павел Юрьевич потом позже сказал, что Оксанушку... Экспертиза показала, что действительно близкий родственник захоронен. Поэтому сделали, как положено, памятник поставили. Правда гравюру художник рисовал с моих слов и по фото, которое она на паспорт делала. Других я не нашёл в вашем семейном альбоме.
— Динь… только вдумайся… Как же всё жестоко произошло. Отец пропал и Оксана. И ты должен был потерять меня, чтоб найти потом и его, и её. А на долю отца выпало хоронить дочь практически в беспамятстве, — она снова посмотрела на Павла. Но тот по-прежнему мирно спал. — Это же, как-то, не укладывается в голове. Мы же ведь искали и того, и другого. Как так?
— Даша, вспомни в какое время жили? Кто-нибудь за что-нибудь отвечал? Нет. Каждый думал о себе, теряя человечность. Оксану даже в розыск не подали…
— Но я же ведь… — обомлела Дарья.
— Нет, Дарëха, судя по всему, этим не хотели заниматься. Либо, как говорят сейчас, халатность, либо сами с этого имели. Расследование идёт много лет, большинство дел закроют из-за недостаточности улик… Так и было. За что так с ней поступили, возможно, никогда не узнаем.
— Наверное, поняла, что обманули, — грустно подвела чёрту Дарья. — Как же папа её нашел?
— Павел Юрьевич выдаёт каждый раз разные истории, — пожал Денис плечами. — Но официально Оксану нашли оперативники рядом с железнодорожными путями, в заключении говорилось, что признаков насильственной смерти на ней не было. И так как личность не установили, ничего при ней не было, то захоронили как неизвестную.
— Может там… всё-таки не Оксана? — недоумевала Дарья.
Денис немного помолчал, так как подобные версии и его посещали.
— Нет, Даша, сейчас это уже установленный факт. Я поднял всё по этому происшествию, фототаблицу видел… И экспертизу же сделал.
— Но папа же убеждён, что хоронил…
— Мне подтвердили, что он обивал пороги, твердя, что это дочь. Но только кто поверит безумному бездомному? Гнали, вероятно, отовсюду…
— Это немыслимо просто… — опустила Дарья печально голову.
— Как-то так, Даш… — закивал Денис.
Он припарковал машину в узкой улочке, вдоль которой расположились почти однообразные каменные дома. Дарья пригляделась и поняла, что пропустила всю поездку через город за важным разговором.
— Вот здесь он и живёт. Я купил ему комнату в коммуналке. Но только не подумай, что сэкономить хотел. Так Павел Юрьевич худо-бедно под присмотром. Соседи у него хорошие. Он отказался жить со мной, а социального работника выгонял, — посмеялся Денис, вспоминая, как решал этот вопрос.
Дарья смотрела пронзительно на Дениса. Не выразить, что она чувствовала в данный момент. Хотелось очень крепко его обнять.
— Спасибо тебе, Денис… Ты не обязан был делать это всё. Спасибо, что не бросил и поддерживаешь его.
Он замер и не сводил взгляда с Дарьи.
— Это… опять какой-то камень в меня что ль?
— Нет, — замотала головой. — От чистого сердца, правда! — улыбнулась.
— Дарëха, вы самые близкие, родные мне люди… с самого детства. Главнее тебя и Аманды у меня никого нет сейчас. Ну и Павел Юрьевич иногда подкидывает красок в жизнь, когда уходит из дома и пропадает.
— Я его в Англию заберу, — посмотрела вновь на отца.
— Не поедет, — качнул отрицательно головой Денис. — Подумай. Он привык так жить. Даже не сомневаюсь в этом.
Дарья действительно задумалась, Денис прав во всём. Будет нереально тяжело оставить отца здесь. Ей придётся разрываться, либо принять кардинальные решения. Там Аманда, Кевин… А здесь отец… неожиданно появившийся, эта ситуация грела душу. Ведь ей всегда казалось, что давно потеряла всех.
Денис… Снова рядом, готовый приходить на помощь, если понадобится. Мысленно она делила свою жизнь на части, словно главы книги с горьким повествованием. И, вероятно, они подходят к заключительному моменту.
Дарья погладила отца по седой голове, натянула на плечи ему одеяло. Мужчина крепко уснул.
Она оглядела комнату. Достаточно просторная и чистая, со скромной обстановкой: стол, два стула, мягкий диван, двустворчатый шкаф и невысокая книжная полка. Дарья заметила и знакомые вещи, очевидно, Денис перевёз их из барака. Это фотоальбом с семейными снимками, мамин портрет с чёрной лентой… А, открыв шкаф, обнаружила и все наряды матери. Она заулыбалась, когда провела по платьям рукой.
— Зачем тебе платья-то? — спросила она вполголоса.
Дарья посмотрела на отца. Тот спал, как младенец, подложив ладони под щеку. Она подошла к большому окну с широким подоконником и обхватила себя за плечи, смотря на улицу. Абсолютно непарадный Санкт-Петербург, который славится своими дворцами, особняками, реками и каналами. Наряду с прочим есть в этом городе одна особенность – «дворы-колодцы», когда дома построены вплотную друг к другу подобно узкой коробке. Такие дворы имеют малоосвещённую, немного унылую эстетику.
Несмотря на всё, что произошло, Дарья была довольна проведённым днём. Правда очень долго пришлось объясняться со своими помощниками из-за ее внезапного исчезновения. Конечно, в гостиницу она решила не заселяться. Оставлять отца теперь она не хочет.
Денис же не мог позволить себе остаться с ними. Нужно было проверить все дела, а заодно «прикрыть» Дарью, чтоб она провела время с отцом. Павел, как гостеприимный хозяин, накрыл на стол и собрал соседей на чаепитие в честь приезда дочери. Громко, и почти здраво, вёл беседы со всеми. Поэтому Денис угостившись чаем, попрощался и уехал. Во время шумного застолья Дарья не стала заводить разговор о свадьбе Аманды. Поэтому очень понадеялась, что ещё будет момент поговорить с Денисом наедине.
Женщина ощутила всю тягу, которая возникала между ними. Случайные прикосновения, мимолётные взгляды с особенным огоньком в глазах. Всё внутри трепыхалось, как в первый раз…
Она понимала, что хочется подойти ближе к Денису. Чтобы те сантиметры, которые разделяли их, доказали чувства окончательно. Дарья долго одергивала себя от мысли о том, что до сих пор любит… Ведь к Кевину тоже испытывала нежные чувства и так боялась предать, хотя он сам построил этот мост для них с Денисом.
«Мосты…»
Ежегодно летом в город на Неве стекаются тысячи туристов, чтобы увидеть главную особенность города и невероятно красивое зрелище – развод мостов в ночное время. И Дарья, несомненно, хотела на это посмотреть.
Она вышла в коридор коммунальной квартиры, отыскала соседку Нину, которая, по словам Дениса, всегда приглядывает и помогает отцу.
— Дарья, если хотите, я постелю Вам в своей комнате. У меня как раз есть раскладушка.
— Благодарю Вас! Буду признательна, если просто одолжите её мне на пару дней.
— Конечно. Без проблем.
Женщина засуетилась и вытащила складную кровать из кладовки.
— Знаете, я бы очень хотела выйти в город на прогулку, но совершенно не знаю, где нахожусь.
— А, так мы как раз в центре города. Если выйти под арку и пройти немного, то окажетесь прямо на набережной. Там хоть до Благовещенского, хоть до Дворцового – рукой подать. Правильно понимаю, что на мосты хотите посмотреть?
— Угу, — кивнула Дарья, закусив губу мечтательно. — Только беспокоюсь, что папа потерять меня может. Он уснул, а я уйду.
— Не переживайте! Я ему скажу обязательно. Если он, конечно, вспомнит, что было до этого.
— Вот это меня тоже беспокоит, — заулыбалась Дарья.
— Не волнуйтесь, Дашенька. Всё скажу ему.
— Спасибо! Я тогда недолго прогуляюсь.
— Гуляйте на здоровье! А когда вернетесь, то позвоните в мой звонок, я вам открою.
— Спасибо Вам!
Дарья надела своё пальто, вышла из квартиры и спустилась по широкой лестнице. Стук её каблуков причудливым эхом раздавался по парадной. В душе всё скручивалось – а что, если Денис появится, а её нет? Она остановилась, понимая, что настолько ждёт встречи с ним, что находиться одной больше невыносимо. Это толкало навстречу питерской романтике. Полюбоваться, окунуться и несомненно помечтать.
Женщина вышла на проспект и направилась туда, куда указала дорогу Нина. И спустя полчаса она оказалась на гранитной набережной. В окружении уникальной архитектуры, неповторимого облика и особенной атмосферы, которая вдохновляла мировых художников и поэтов.
Она набрала воздуха в лёгкие, действительно, захотелось прочесть стихи. О любви в первую очередь.
Несмотря на поздний час было многолюдно, словно город жил суетой круглосуточно.
Ночь стояла очень тёплая, с лёгким ласкающим ветром, который трепал волосы.
Дарья облокотилась локтями о мощный гранитный парапет над рекой и с замиранием стала восхищаться открывшимся видом.
Денис вышел из машины и немного постоял, всё ещё размышляя над тем, зачем приехал. Он понимал, что хочет видеть Дарью, только не мог придумать вескую причину для визита. Нельзя же сказать: «Даш, не могу! Без тебя не могу! Поехали ко мне!» Ведь ей не восемнадцать, чтоб бежать по первому зову.
Мужчина вздохнул, посмотрев на тёмные окна. А если спит?
«А ты тут заявишься непонятно зачем!» — ругал себя в мыслях.
Но никуда не деться от мучений. Он хотел её обнять и сильно рассчитывал, что женщина согласится на предложение о ночной прогулке.
Денис почти заликовал, когда открыла соседка Нина и сообщила, что Дарья не спит и сама ушла на прогулку – смотреть мосты. Он почти бегом спустился по лестнице и вышел под арку. Куда именно направилась Дарья, он не знал и просто мчался быстрым шагом по душевному устремлению. Сердце непременно приведёт его к ней…
И мужчина не ошибся. Родной силуэт приметил сразу, как только вышел к набережной. Она с задумчивой улыбкой наслаждалась красотой летней ночи у самого моста, который уже был разведён. Денис решил не показываться сразу и встал чуть дальше от неё. Склонив голову, стал наблюдать за Дарьей сбоку.
Как же он её любит! Ради неё готов на всё! Почти… Отпустить снова не получится. Ни за что не отдаст больше никому. Его сердце наполнилось до краёв нежностью к ней. Денис чувствовал, что женщина общается уже без всякой ненависти, нет того чужого взгляда, которым убивала его на светском вечере в Англии. Да и чужестранку в ней он уже не наблюдал. Она своя, близкая…
Но Денис знал, что главные слова о прощении обязательно должны от него прозвучать. Это будет его последний шаг на пути искуплению.
Дарья будто почувствовала взгляд со стороны, нахмурилась и повернула голову. Её улыбка слегка померкла от неожиданного присутствия Дениса рядом. Она выпрямилась и, судя по бегающим из стороны в сторону глазам, разволновалась.
Мужчина направился к ней не спеша, и она пошла ему навстречу. Чем ближе Дарья подходила, тем радостней становилась её улыбка. И Денис улыбался в ответ.
Остановились лишь в полуметре друг от друга.
— Денис! — она сделала глубокий вдох и задержала дыхание.
Она не знала, что сказать и очень была удивлена появлению Дениса. Если только, душой притянула его.
— Дашка! — продолжал он улыбаться.
— Динь, я приехала вовсе не из-за форума, — сказала она на одном дыхании. — Хочу сказать, что Аманда очень хочет, чтоб ты был на свадьбе. Не подумай! Это… — глаза её заслезились, — не связано с утратой Кевина. Она всей душой желает танец невесты с отцом. С настоящим отцом.
Денис с забвением слушал её слова. Дарье показалось, что его глаза заблестели. Он вздохнул и на секунду отвёл взгляд. Затем заулыбался ещё больше.
— Скажу честно, я бы ни за что не пропустил это событие, — прищурился он слегка. — Я бы прилетел в любом случае! А теперь, получив такое приглашение, буду ждать этого дня с нетерпением.
Они молча смотрели друг на друга. Между ними словно повисли все главные вопросы.
— Даш… ты только это хотела сказать? — спросил он осторожно, в ожидании.
Дарья с тоской в глазах сомкнула губы.
— Зачем ты так долго меня искал?..
Он шагнул к ней и заглянул в глаза.
— Ты именно это хотела сделать при встрече со мной спустя много лет? Не ударить, не накричать? Просто спросить?
— Да… — едва заметно закивала женщина, не сводя с него взгляда.
Денис и Дарья точно изучали друг друга, не моргая.
— Тогда… ответом на твой вопрос будет то, что хотел сделать я, почти двадцать лет…
Дарья сглотнула и с большим волнением продолжила смотреть на него. Ожидала чего угодно, крепкого и страстного поцелуя, либо таких нужных обоим объятий…
Но Денис без всякого стыда и неловкости и несмотря на то, что находится посреди улицы в окружении людей, опустился на колени. Он привлёк Дарью за талию и прижал к себе.
— Прости меня…
У Дарьи перехватило дыхание, она шумно и часто задышала. Запрокинула голову, чтоб схватить воздух ртом.
— За всё, Даш… за все слезы, что пролила у таксофона… за всё, через что прошла… — его голос задрожал в полушепоте. — Но только услышь меня… Мне было невыносимо тяжело отпускать тебя… Выпустить твою ладонь, когда сажал тебя в электричку…
— Денис… — слезы безвольно покатились из глаз ручьём.
Она не могла уже справиться ни с дыханием, ни с чувствами, что накатили беспощадной волной. Денис вновь заставил испытать то, что она так долго забывала и прятала.
— Денис…
Со стороны послышалось ликование и даже свист с аплодисментами. Представление можно счесть на потеху зрителям. Но только Дарья и Денис находились сейчас вне времени и места. Это была их параллель. Конец их пути за дождём…
— Денис… прошу тебя, встань!
Он посмотрел на неё снизу.
— Дарëха, я очень хочу тебя обнимать.
— Динь… ну так встань и обними!
Мужчина поднялся и заключил её в объятия. На сердце стало необычайно легко. Он хотел это сделать и, вероятно, этот момент был самым подходящим.
— Ты с ума сошёл, — слёзно посмеялась она, крепко прижимая Дениса в объятия.
— Лучше быть сумасшедшим. Чем без тебя!
Женщина успокоила сбившееся от волнения дыхание.
— А я без тебя… Динь, если бы ты тогда сказал мне правду, то… Я много доводов перебирала, но знаю одно: я поперлась бы за тобой! И только так! За тобой хоть на край света! И неважно, что ждала бы опасность. И ты бы меня не остановил.
Она чуть отодвинулась и посмотрела ему в глаза.
— Денис… скажу безумие, но ты сделал всё правильно. И я ни о чем не жалею. Поэтому благодарна тебе. Мы сберегли самое ценное.
— Даш… «самое ценное» выходит замуж, — улыбался Денис, прислонился к ней лбом. — А тебя я больше не хочу терять и не отпущу… — прошептал он и нежно прикоснулся к ее губам.
Дарья ответила на поцелуй, но оторвалась на мгновение, чтобы прошептать:
— Не потеряешь. Я приняла решение… И возвращаюсь домой. А мой дом здесь. Рядом с отцом. И с тобой…
Ночь выдалась очень тёплой, даже несмотря на усилившийся ветер. Денис и Дарья после всех объяснений ещё немного прошлись по набережной, держась за руку и наслаждаясь прекрасным видом. Для прогулок по этому чудесному городу у них ещё будет время…
Они вернулись к дому, где жил Павел Юрьевич. Денис снял сигнализацию на своём автомобиле и молча открыл пассажирскую дверь для Дарьи. Та словно замерла. Мужчина едва заметно вскинул бровью, указывая на сиденье. Дарья улыбнулась и без возражений села в машину.
Денис сел за руль, и выехал со двора. Мужчина следил за дорогой, стараясь не ловить глазами Дарью. Потому что уже было трудно скрывать влечение к ней. А она любой его взгляд, даже мимолётный, встречала улыбкой, привлекая ещё больше внимания.
— Неудобно получилось перед папой. Он проснётся, а меня нет, — раздосадовалась Дарья.
— Не беспокойся, я Нину предупредил, что ты не вернёшься, — ехидно улыбнулся Денис.
Женщина изумлённо приоткрыла рот.
— Ага, подготовился, — сказала она с упреком.
— А как же, — ответил он и снова задержал на ней взгляд.
Его дыхание моментально участилось. Желание к ней было настолько сильным, почти сокрушительным, и Дарья чувствовала то же самое – её ладони вспотели от волнения. Спустя столько лет чувства накалились до предела. Оба понимали, что эта ночь им нужна, как воздух.
Дарья дотянулась до его руки, лежащей на подлокотнике.
— Не хочу, чтобы ты о чём-то жалела, — Денис крепко сжал её ладонь, переплетая их пальцы.
— Я уже сказала, что нет.
— Признаюсь, временами я себя до смерти ненавижу за то, что ненароком отдал тебя другому, — проговорил он с сожалением и одновременно злясь на себя.
— Давай больше не будем ворошить прошлое… Тем более трогать Кевина, — мягко попросила Дарья. — Ревность тебе не к лицу, Динь.
— Верно, Даш. Прости, — повернулся к ней мужчина. — Я не прав.
Минуту помолчав, он добавил:
— Но я всё равно хочу отдать тебе кое-что из прошлого… Пусть, в большей степени, делал это для себя.
— Хорошо, — Дарья внимательно выслушала его, но спрашивать не стала, что он имеет ввиду.
Слишком много разговоров между ними. Женщина села полубоком на сиденье и облокотилась виском о подголовник. Ей хотелось просто молча любоваться Денисом.
— Дарëха, если ты будешь так смотреть на меня, то мы точно не доедем до дома, — сказал Денис с интимными нотками в голосе.
Она улыбнулась его словам, всë понимая.
— Не буду, так уж и быть, — расцепила она их ладони и отвернулась к окну.
Уличного освещения уже не было. Лёгкая дымка, окутавшая проспекты, рассеялась перед невысокими домами. Но чем дальше они ехали, тем чаще появлялись многоэтажки, а значит центр города остался позади. Денис припарковал машину возле высотки, и они поднялись в квартиру.
— Моё жилище, конечно, не в центре города. И даже не особняк в Англии…
Дарья лишь улыбнулась из-за его скромности, ведь пространство казалось огромным и вполне лаконично обставлено современной мебелью.
— Вот здесь я живу.
Денис указал рукой на гостиную, которая без всяких перегородок соединялась с кухней и спальней. Широкая, идеально заправленная постель размещена почти в центре комнаты.
— Ты здесь не живёшь, — догадалась Дарья, поджав рот.
— С чего такие выводы?
— Слишком безупречный порядок, — покосилась она на Дениса.
— Польщён комплиментом от перфекциониста, — улыбнулся он, наблюдая за ней со стороны. — У меня никого нет, если ты об этом. Ну и кто говорил про ревность?
Женщина прошла до большого панорамного окна. Перед ней раскинулся песчаный берег, по которому кое-где проглядывали камни. Но самым завораживающим была безмятежная водная гладь. Её темно-синяя бескрайность вдалеке сливалась в тонкую полоску с небом, которое сейчас подкрашивалось оттенками рассвета.
— Какой сказочный вид! — восхитилась Дарья. — Как поменялась жизнь… Когда-то из своих окон мы смотрели на покосившиеся туалеты и разрушенные трубы завода. Засыпали и просыпались под стук колёс электричек… — проговорила она с тоской.
— Это Финский залив, — Денис подошёл к ней сзади и обнял. — В спальной черте города он не менее прекрасен, чем в курортной.
— Мне кажется, я влюбилась в этот город окончательно, — обернулась она к нему на мгновение с улыбкой.
Дарья сделала вдох и задержала дыхание, когда Денис коснулся губами за ее ухом.
— Я буду вот так обнимать и целовать тебя каждый вечер, когда вернёшься ко мне навсегда, — прошептал он, уткнувшись носом ей в висок.
Она улыбнулась на выдохе и чуточку понежилась от его трепетной ласки.
— Динь, почему ты не женился? — спросила Дарья вполголоса, не смотря на него. — Даже не попробовал стать счастливым?
— Дарëха, что за глупости из тебя лезут в такой момент? Я счастлив! Новая жизнь говорила – делай, и я делал. И всё получалось.
— Я о личном счастье говорю, Денис, — женщина развернулась к нему.
Он обхватил её лицо ладонями и с теплотой посмотрел в глаза.
— Дарëш, образовалась такая пустота, когда я потерял тебя… Никто не смог заполнить её…
— Ты хотел мне что-то отдать… Из прошлого.
— Ах, да…
Он отпустил Дарью и подошёл к стеллажу у стены. С верхней полки достал коробку.
— Я писал тебе письма.
— Оттуда. С войны? — спросила она печально, когда приблизилась к Денису.
— Да. Письма с войны, — чуть посмеялся Денис, так как эта фраза несла в себе нечто старинное, забытое поколениями.
— Это… моя история в письмах. Прочитав их, ты всё обо мне узнаешь… Я хочу, чтоб ты знала. Только без меня читай, не хочу всё это вспоминать.
— Хорошо. Заберу их с собой и буду на ночь читать, — согласно кивнула Дарья, улыбаясь.
— Доброй сказкой вряд ли их можно назвать, — досадно ухмыльнулся Денис.
Воздвиглась молчаливая пауза.
— Зачем всё это нужно было? Тебе, Оксане…
— Для чего-то нужно. Просто так жили. Про Оксану мы никогда не узнаем, зачем ей это нужно было. А я… — передал он коробку Дарье. — Чтобы осознал, Дарëха, КАК я тебя люблю!
Дарья скромно улыбалась в ответ, открывая коробку. Помимо писем она увидела свою фотографию, ту самую, сделанную на полароид перед выпускным в школе. Снимок был изрядно потрепан и немного потерял цвет, но вызывал бурю чувств от воспоминаний.
— Пообещай, что мы обязательно съездим домой… Я хочу очень сильно.
— Я бываю там время от времени. Но обещаю, что съездим вместе непременно.
Глаза женщины заблестели, когда она достала брелок, который когда-то подарила Денису.
— Ты безумец, — проговорила она судорожно. — Как тебе удалось это сохранить?
— Это помогало мне жить без тебя. Наделяло верой в лучшее, — вздохнул Денис. — Поэтому берëг, как мог.
Дарья убрала всё обратно в коробку и поставила её на небольшой стол, который стоял рядом со стеллажом. Она смахнула слезы с лица, подошла к Денису и крепко обняла его.
— Я тебя тоже люблю, Динь, — сказала она и стала покрывать его лицо поцелуями.
— Дарëха, не мучай… Я так тебя хочу… — заумолял Денис, поймав ее губы поцелуем.
— И я… — прошептала Дарья между поцелуями, расстегивая его рубашку.
Они больше не стали сдерживаться и словно обрушились друг на друга. Денис крепко сжал её в объятиях, когда ворвался глубоко языком в сильный поцелуй. Жадно поглощал, разгоняя страсть по венам.
Он выпустил её из объятий, чтобы снять с себя рубашку. Затем развернул Дарью и расстегнул молнию ей на платье. Мягким движением спустил его с плеч, и оно скользнуло к ее ступням.
Денис прижал Дарью спиной к себе и хищно прошёлся ртом по изгибу шеи. Его руки нетерпеливо спустились по её телу, зацепив край капроновых колготок. Он спустил их с талии женщины и ладонью провёл по кружеву нижнего белья. Лаская внутреннюю сторону ее бедра, отодвинул край трусиков и пальцами скользнул в мягкое место. Дарья невольно всхлипнула. Денис просто плавил её своей жгучей страстью.
Ему вновь пришлось выпустить Дарью из объятий, чтобы снять брюки. Он бросил их в сторону и снова жадно поцеловал ее в губы, тесно прижимая к себе податливое женское тело.
Денис медленными шагами подвёл Дарью к краю кровати и аккуратно уложил её на спину. Неторопливыми поцелуями проложил дорожку по животу до груди, понежил языком чувственные вершинки, слегка прикусывая зубами. Ему нравился отклик на его ласки. Женщина, запрокинув голову, хватала ртом воздух. Мужчина пытался не спешить, но ему неистово хотелось близости с ней.
Она выгнула спину навстречу, когда Денис стал медленно проникать в неë. Погрузившись полностью, уже не смог себя сдерживать – инстинкты взяли верх. И он в безудержном ритме стал заполнять собой, срывая с её губ стоны.
Вся страсть, словно дремавшая все эти годы, вырвалась наружу. Денис сильно сжимал бёдра Дарьи, пока в унисон с ней совершал мощные толчки. А она обвила ногами его торс, раскрывая себя для него ещё больше.
Денис остановился и развернул Дарью на живот. Он притянул её бёдра к себе и вновь вошел, доводя женщину до безумия. На самом пике он навис над ней на вытянутых руках и сделал последний выпад, оставляя всё своё тепло внутри неё.
— Моя Дарëха… — прошептал запыхавшийся Денис ей на ухо.
Рассвет они встретили, обнимаясь в постели. Никак не могли насытиться друг другом. Денис нежно гладил Дарью по щеке, а она улыбалась в ответ.
— Ты единственная, Дашка… Хочу любоваться тобой до конца жизни.
Денис ждал Дарью на улице, когда она с большим чемоданом появилась на выходе из здания аэропорта. Её глаза закрывали тёмные очки, а голову покрывал цветной шёлковый платок. Она вмиг заулыбалась, когда увидела его.
— Сюрприз! — воскликнул Денис.
— Ты же не собирался встречать меня, — сняла она очки.
— Прости, думал не успею, но, как видишь, постарался. Я жутко соскучился, — обнял он Дарью, целуя в губы. — Надеюсь, это последняя поездка? Давай оставим все дела юристам. Уверен, они справятся без тебя.
— Динь, в следующий раз полетим вместе. Уже на свадьбу.
— Какая ты бледная… — нахмурился Денис. — Хорошо себя чувствуешь?
— Могло быть лучше, но всё в порядке.
— Дашка, не пугай меня! У нас с тобой сегодня очень важный день, — сказал он, забрал у неё чемодан и убрал в багажник.
— Это ты меня пугаешь, — сдвинула она брови. — Что ты придумал?
— Давай, садись скорее! — он открыл ей пассажирскую дверь. — А то у меня пропуск на проезд к аэропорту на пятнадцать минут всего. Застрелят ведь, — посмеялся Денис. — Документы у тебя все с собой, надеюсь? Хотя главное паспорт.
Спустя полчаса Денис припарковался в узкой улочке центральной части города, вышел из машины и, открыв дверь, подал руку Дарье.
— Даша, я не знаю стоит ли сейчас говорить много громких слов. Просить тебя… Исполнить мои желания. Конечно, это не вернёт то, что я упустил. И Аманда не станет Денисовной, — заулыбался, когда повёл Дарью за собой. — Мне достаточно того, что она приняла меня. Общается по видеосвязи, делится со мной секретами и по-русски «шпарит» превосходно. Это твоя заслуга! Спасибо! — громко захохотал. — И, скорее всего, подарит внуков в ближайшее время.
Дарья не осознавала смысла его слов. Она только с самолёта, её жутко тошнит, а Денис её тащит куда-то. И говорит так непонятно, как не говорит даже её отец.
— Динь, у тебя словесный понос что ли? — дёрнула его за руку, заставляя остановиться у пешеходного перехода.
— Дарëха, я волнуюсь, — потер он переносицу. — Вдруг ты мне откажешь… А я очень хочу брачную ночь.
Дарья смотрела на него, не моргая.
— Денис, я уже говорила, что ты безумец? — огляделась она по сторонам.
— Первый дворец бракосочетания, Даш, — указал он рукой на старинное здание, расположенное прямо на набережной. — Клянусь, целый месяц ходил и выпрашивал.
Вот теперь она всё поняла и замолчала, принимая этот факт.
— Предложение будет? — сжала рот в насмешливую улыбку, заметив, что Денис действительно нервничает.
Он будто собрался с духом, отпустил её руку.
— Только без колен, прошу, — захохотала Дарья, наблюдая за неожиданным женихом.
— Ладно, — кивнул мужчина, растерявшийся словно мальчишка. — Даша… Нет. Не так, — почесал озадаченно затылок. — Дарëха, моя любимая, хочу, чтоб ты стала моей женой! — вскинул к ней ладонями, почти прокричав о своем намерении.
Дарья растянула довольную улыбку.
— Хорошо, — согласилась она.
Светофор дал звуковой сигнал, разрешая переход. И люди, улыбаясь и оглядываясь на Дениса и Дарью, стали обходить их.
— Идём, Даш! А то Павел Юрьевич нас не дождётся и уйдёт. А у него букет цветов для тебя.
Мужчина снова взял её за руку и повёл через дорогу.
— Ты ещё и отца втянул?
— Что значит втянул? Пригласил на наше торжество!
Дарья вновь остановилась на небольшой лестнице прямо у высоких деревянных дверей дворца. Ступени были усыпаны лепестками роз, монетками и рисом, вероятно, не успели убрать после предыдущего бракосочетания.
— Динь… — Дарья решила, что теперь её очередь шокировать Дениса.
— Только не говори, что передумала, — он настойчиво потянул её за собой.
— Ни за что! Но я тогда тоже хочу сказать тебе…
Денис обернулся и смотрел, в тревожном ожидании.
— У нас будет полноценная семья… — добавила почти шёпотом, смотря на замолчавшего будущего мужа. — Дочь выросла, выходит замуж и, совершенно точно, подарит внуков. Ты этого желаешь, знаю… Но не торопись становиться дедом.
Денис всматривался в Дарью, анализируя каждое сказанное слово.
— Дашка, ты беременна? — спросил мужчина с волнением в голосе, боясь даже дышать.
Конечно, он не смел и мечтать об этом, но не исключал такую возможность. Они живут полноценной жизнью почти полгода, не задумываясь о предохранении.
— Мне страшно, Денис! Правда, испугалась, когда узнала. Ведь не молодые уже… Но сейчас безумно счастлива и полна сил! Да. У нас будет ребёнок. Я беременна.
Денис опустил голову, будто не верил, что она всё-таки это сказала. Не верил, что судьба дала им такой шанс. Перед ним сейчас снова чистый лист, и он, как и Дарья, полон сил писать их историю заново.
— Ты не рад? — забеспокоилась Дарья.
Денис притянул ее к себе и обнял.
— Рад? Разве можно выразить таким скудным словом то, что я чувствую? Если б я мог, то закрутил бы земной шар вокруг тебя! Чтоб звезды падали к твоим ногам ежедневно, и моментально исполнялось любое твоё желание! Дарëха, ты моё солнце!
— Динь, — её глаза наполнились безграничной любовью, когда она посмотрела на него. — Ты всё же умеешь делать комплименты.
Шлейф белоснежного платья для фееричности распустили веером по полу. Движения танцующей пары сливались с тактом медленной нежной мелодии.
Денис завороженно смотрел на дочь, которая одаривала его счастливой улыбкой. Одной рукой он держал её ладонь, другой несмело прижимал Аманду к себе за талию.
За ними наблюдали все присутствующие. Гостей на торжественном мероприятии собралось немало. Английская интеллигенция сдержанно посматривала на Дарью, про которую так много писали в газетах в последнее время.
Но женщине давно уже всё равно на высшее общество, она была абсолютно счастлива сейчас. Она сидела за праздничным столом и очарованно любовалась, как её муж танцует с дочерью.
— Аманда, внучка моя, — рядом сидел отец, и в его глазах стояли слезы счастья.
Мужчина был в парадном костюме, а его седые волосы аккуратно уложены в стильную причёску.
Дарья, заметив, что Павел так растрогался и сама не сдержалась. Протянула руку, смахнула ему слезы по щекам, затем утерла свои.
— Пап, пойдем танцевать, — заулыбалась она.
Павел поднялся из-за стола и даже слегка склонил голову, прежде чем взять Дарью за ладонь и пригласить на танец. Он приобнял ее, боясь сжать сильнее. То, что женщина в положении, не мог скрыть уже никакой наряд.
Денис с Амандой одновременно улыбнулись, приметив присоединившуюся к ним пару. Девушка безумно гордилась своими русскими корнями, и приезд дедушки на её свадьбу был неожиданным сюрпризом.
— Daddy, do you mind if I dance with Grandpa? — склонила Аманда голову, смотря на Дениса.
(Папа, ты не будешь против, если я с дедушкой потанцую?)
Денис постепенно привыкал к статусу «Daddy», девушка совсем недавно стала так его называть, поэтому всегда учащалось дыхание от этого слова.
— Of course not! — улыбнулся Денис.
(Конечно, нет!)
Он подвёл Аманду к Павлу Юрьевичу, и передал дочь на танец дедушке. Тот немного растерялся, но потом вновь аристократично кивнул, прежде чем подать руку Аманде.
В просторном зале гулко прозвучали аплодисменты, такая картина тронула гостей. Невеста потанцевала с отцом, а затем оказала честь и старшему поколению.
— Мне кажется он тренировался делать этот жест головой, — посмеялась полушёпотом Дарья Денису на ухо. — Точно из фильма какого-то вышел.
— Он молодец, Даш, — тот похвалил Павла Юрьевича. — Он больше меня переживал за эту поездку и само торжество.
Дарья внимательно посмотрела на мужа, когда они не спеша задвигались под музыку.
— И откуда в моих мужчинах столько сантиментов? Вроде как, излишняя эмоциональность свойственна мне.
— Посмотри на неë. Какая она красавица, — Денис не мог перестать любоваться дочерью в свадебном платье. — Даже немного жаль, что она будет так далеко от нас. Но её муж мне очень нравится.
— У неё замечательный муж. И они любят друг друга с детства, — вскинула иронично бровью Дарья.
— Знакомая ситуация, правда? — усмехнулся Денис.
— Только… не настолько тернистая. Она самая счастливая, как в идеальном романтическом кино или любовном романе.
Дарья задумалась над тем, что прожила. Как бы она назвала свою историю, если бы пришлось написать обо всём. Несомненно, «За дождём». О горькой судьбе людей, о потерях и становлении, о переплетениях линий жизни, о самых верных чувствах и о поступках во имя счастья и любви…
— За дождём… — произнесла Дарья с печалью в глазах.
Денис нежно прижимал жену к себе в танце.
— Что за дождём?
— Книга обо мне, Денис.
Дарья с забвением смотрела на мужа. Он легонько погладил её круглый живот и улыбнулся. Это их будущее… Когда-то они об этом мечтали. Дочь Аманда и сын Женька.
Денис прислонился лбом к Дарье, чтоб сказать самые главные слова, что в его книге «За дождём» всё по-другому.
— Дарëха, дождь ведь может быть и звёздным. И одна обязательно станет путеводной. В моей книге путеводная – ты!
— Да, я прочла твои письма, — заулыбалась Дарья ему в ответ.
— Тогда, ты понимаешь, что я прав!