— И что на этот раз? — проходя мимо, Лиза скривилась, заглянув в мой скромный контейнер с салатом без заправки. — Битва с лишними килограммами продолжается?

— Ага. — я вздохнула, отодвигая надоевшую еду. — За две недели два только сбросила. Это наш босс виноват с его обалденными пирожными.

— Да брось ты, Кристинка. Зачем тебе это? — Лиза облокотилась о стол, ее глаза весело блеснули. — Ты и так конфетка. Мужики такое обожают, поверь. Особенно вот это всё. — она сделала выразительный жест руками очерчивая мои формы.

Я покраснела и смущенно потянула за слишком тугой воротник поварского халата. Форма сидела на мне мешковато, но при этом почему-то подчеркивала грудь, что меня бесило и смущало.

— Перестань, Лиз. Не до того.

— Ой, да ладно тебе. Никак не успокоишься после того придурка, который тебя бросил? Забей и найди другого. Кстати. — она понизила голос до шепота. — Ты заметила, как наш босс на тебя смотрит? Он сейчас здесь. Говорят, новый рецепт тестирует.

— Да? — сердце сделало глупый прыжок, уловив что он приехал и пропустив остальное.

Арсений Константинович, хозяин этой роскошной кулинарии был неотразим. Ему было около сорока пяти, высокий, мощный, с широкими плечами, которые натягивали дорогую рубашку, и проседью, которая делала его не старым, а каким-то утонченным, как дорогой коньяк.

Он появлялся редко и каждый раз закрывался в своей личной мини пекарне примыкающей к его кабинету. Он там долго колдовал, выпекая что-нибудь по собственному рецепту, чтобы потом пустить удавшиеся сладости в производство.

— Интересно, что он на этот раз придумал? — стараясь казаться равнодушной, спросила я.

Еще не оправившись после болезненного разрыва с бывшим, все мужчины казались мне опасными и ненужными. Но Арсений Константинович был… другим. Он будто излучал какую-то магнетическую энергию, против которой я была бессильна.

И все таки, я не стремилась к новым отношениям, но иногда я ловила на себе его изучающий взгляд. Он длился мгновение, а затем он отводил глаза, отдавал распоряжение и удалялся к себе.

— Скоро узнаем. — пожала плечами Лиза. — Прощай диета! — она подмигнула и упорхнула к своим плитам.

Часа через два, предсказания Лизы сбылись, дверь кабинета открылась, и хозяин вышел в зал. В его больших, мощных руках был изящный фарфоровый поднос, уставленный миниатюрными пирожными с идеальными шапочками воздушного безе.

— Коллеги, минуточку. — его низкий голос без усилий заглушил кухонный шум. Все замерли. — Новое безе “Облако”. Прошу продегустировать и оценить. Подходите, не стесняйтесь.

Все сразу же потянулись к подносу. Я застенчиво отстала, наблюдая, как он раздает пирожные. Когда подошла моя очередь, он протянул мне одно из них.

— Кристина. Мне важно твое честное мнение. — пристально смотря в глаза произнес он. — Ты чувствуешь десерт. Это редкость.

Я осторожно откусила. Хрустящая оболочка безе мгновенно растаяла во рту, открывая нежнейший ванильный крем с едва уловимой горчинкой апельсиновой цедры.

— Восхитительно. — прошептала я искренне. — Воздушное... и такое нежное.

Казалось, что он оценивал не только мой отзыв, но и то, как я прикрыла от наслаждения глаза.

— Рад, что тебе понравилось. — произнес он тихо, так, что слышала только я. И добавил громче, уже обращаясь ко всем. — Спасибо. Возвращайтесь к работе.

Он развернулся и ушел. А я продолжала стоять, ощущая на языке сладкий вкус и странный трепет внутри, пока Лиза, не схватила меня за руку и не потащила на рабочее место.

— Неужели так вкусно? — рассмеялась она.

Тот день выдался суматошным, заказы сыпались один за другим и к вечеру все изрядно вымотались. Лиза умчалась на свидание, остальные тоже торопились быстрее по домам. За окном уже давно стемнело, и по стеклу забарабанил осенний дождь.

Мне торопится было некуда, поэтому я часто оставалась одна, чтобы доделать уборку. Приведя свое рабочее место в порядок, я потушила свет в зале и направилась в раздевалку.

С облегчением сняла неудобный халат, натянула свое мягкое платье облегающее округлости и застегнув молнию на куртке, пошла к выходу. И тут я замерла. Из глубины коридора, оттуда, где был кабинет Арсения Константиновича и его личная мини пекарня, доносилась тихая, джазовая музыка.

“Неужели босс еще не ушел?” — пронеслось в голове.

Любопытство пересилило осторожность. Я на цыпочках, задержав дыхание, пошла на звук. Дверь в его пекарню была приоткрыта, из щели лился теплый свет. Я толкнула дверь и замерла на пороге.

У стола, спиной ко мне стоял Арсений Константинович. Но это был не тот строгий босс в идеальном костюме, которого я видела раньше. На нем были только темные брюки, обтягивающие мощные бедра, и… фартук. Я словно в трансе смотрела на его твердые ягодицы, двигающиеся в такт, под чувственную мелодию льющуюся из динамика.

Он что-то взбивал в миске, на его спине под кожей играли мышцы. Услышав скрип двери или почувствовав мой взгляд, он обернулся.

— Кристина? — его глаза расширились от удивления, но лишь на мгновение.

Я не могла вымолвить ни слова и уже собиралась исчезнуть, как он остановил меня.

— Проходи. Ты как раз вовремя. — он хищно улыбнулся, его оценивающий взгляд скользнул по мне с головы до ног. — Не желаешь попробовать? — он посмотрел на свою испачканную кремом и шоколадом руку и небрежно скользнул ладонью в районе своего паха, оставив на белой ткани сладкое пятно.

Жест Арсения Константиновича такой непринужденный и откровенно похабный, поверг меня в шок.

— Я… я просто шла мимо. — выдавила я и отшатнулась, чувствуя, как жар заливает щеки. — Мне пора. Извините, что побеспокоила.

Я рванулась было назад, в темноту коридора, но он оказался поразительно быстр. Два широких шага и его пальцы сжали мое запястье, обхватив словно стальной обруч. Он втянул меня внутрь, в пьянящее тепло пекарни, пахнущее ванилью и шоколадом.

— Отпустите! — прошептала я, пытаясь выдернуть руку, но его пальцы сомкнулись еще сильнее.

— Кристин, а ты что подумала? — насмешливо спросил он, низко наклонившись ко мне. Он ухмыльнулся, видя мой испуг, и медленно, растягивая слова, закончил: — Я конечно был бы счастлив, но предложение было просто попробовать мой новый продукт.

Неожиданно босс отпустил мою руку, давая понять, что я могу уйти, если захочу. Но я застыла на месте, парализованная стыдом и каким-то дурацким, неподдельным любопытством.

— Называется “Кекс страсти”. Смелое название, да? — он развернулся к стеллажу и что то взял с полки. — Вот он, виновник торжества. Я думаю тебе понравится. — с гордостью произнес он, поворачиваясь ко мне.

В его ладонях лежал идеально пропеченный румяный кекс, а сверху, на кремовой шапочке алела, как капля крови, сочная вишенка.

Мой желудок заурчал, выдав меня с головой. Вспомнился несъеденный салат и только одно крошечное безе облачко за целый день, которым он же и угостил… Слюна наполнила рот, я сглотнула, пытаясь отвести взгляд, но кекс был очень притягателен.

— Может, чай попьем? — почти заботливо спросил босс и кивнул на маленький столик в углу, где стоял фарфоровый сервиз. — Так дегустация пройдет более правильней.

Все еще не в силах вымолвить ни слова, я молча кивнула. В пекарне было невыносимо жарко и я, не подумав о последствиях, торопливо стянула куртку и бросила ее на стул. Оставшись в своем сильно открытом желтом платье, с довольно глубоким вырезом, я тут же почувствовала его изучающий, тяжелый взгляд.

Он скользнул по линии шеи, и уставился на мою грудь, а я, чтобы скрыть смущение, судорожно схватила кекс и откусила огромный кусок. От наслаждения, я прикрыла глаза, вкус был просто божественный.

Сначала я ощутила на языке горьковатую сладость темного шоколада, потом кислинку вишни, затем хруст ореховой крошки, и… финал. Я поняла, что он положил в кекс щепотку перца чили, которая обожгла язык и разлилась по телу волной жара, заставляя бежать быстрее кровь.

— Ну? — его голос прозвучал прямо над ухом.

Я аж подпрыгнула, не заметив как он подошел.

— Восхитительно. — прошептала я. — Прямо… греет изнутри.

— Это и была цель. — тихо произнес он. Его палец коснулся моей губы и я замерла, распахнув глаза. — Ты испачкалась.

Он стер каплю крема, но не остановился и медленно, с невозмутимым видом спустился ниже, скользнул по подбородку, по шее… и остановился на ключице, задержавшись в ямочке, но так и не сводя с моей груди горящего взгляда.

Я перестала дышать, все мое тело напряглось.

— Такая мягкая. — прошептал босс. — И такая голодная. Я видел, как ты смотрела на этот кекс… и как смотришь на меня.

Его рука скользнула с ключицы… Большая, горячая ладонь легла на обнаженное плечо и принялась медленно, почти гипнотически тереть кожу. Потом его пальцы двинулись дальше, к вырезу платья. Я издала какой-то жалкий, задыхающийся звук, то ли протестующий, то ли наоборот поощряющий.

— Арсений Константинович… мы не должны… — выдохнула я.

— Должны. — перебил он властно, и его рука, легла на оголенную, горящую кожу чуть выше груди. — Мы обязаны довести дегустацию до конца. Я ненавижу незавершенные процессы.

Его пальцы сжали мою талию, притягивая к себе, ладонь наконец скользнула под ткань моего платья и впилась в плоть. Я уперлась ладонями в его грудь, чувствуя как в мое тело, через тонкое платье упирается его твердый, возбужденный член.

— Я тебя с первого дня хочу, как ты пришла. — прорычал босс прямо в губы. Вторую руку он запустил мне в волосы и откинул мою голову назад, вынуждая смотреть ему в глаза. В его взгляде уже не было насмешки, лишь страсть и желание. — Ты ходишь по моей кухне, вся такая запретная и смотришь на меня глазами испуганной кошечки, которая хочет, чтобы ее приласкали.

И прежде чем я успела что-то сказать, его губы властно накрыли мои, язык, со вкусом “Кекса страсти”, заставил мой рот открыться, глубоко вошел внутрь и я, застонав ответила, забыв про все на свете.

Мои руки сами обвили его шею и вцепились в волосы. Я пыталась устоять на ногах, колени подкашивались и когда он оторвался от меня, тяжело дыша, его глаза уже полыхали.

— Вот так лучше. — выдохнул он, его руки скользнули ниже, обхватили мои ягодицы, сжали их и прижали меня к своим бедрам так плотно, что у меня перехватило дыхание. — Ты свела меня с ума. Мне хотелось при всех утащить тебя, когда ты открывала свой ротик и дегустировала мои новинки.

Мужчина вновь впился в мой рот и одним движением буквально подхватил меня на руки, легко подкинув на себя мой тяжелый вес. Я вскрикнула, когда он оторвал меня от пола и обвивала его бедра ногами.

Не выпуская моих губ из своих, он понес меня через пекарню, толкнул плечом дверь в свой кабинет и шагнул в полумрак, залитый светом уличных фонарей из огромного окна.

— Я хочу тебя. Прямо сейчас. — прошептал он, ставя меня на пол и торопливо скидывая с себя фартук. — Раздевайся.

Мое сердце громко колотилось, смешивая страх с возбуждением.

“Какая же я дура! Надо бежать отсюда пока не поздно!” Но ноги не слушались, они будто вросли в пол. Я же не хотела этого. Я дала себе слово, что после своего бывшего никаких мужчин, никаких мимолетных связей. Только работа. Только моя мечта стать настоящим кондитером.

Сначала в отношениях с бывшим у нас был конфетно-букетный период, а закончился он беспочвенными унизительными сценами ревности и его изменой. А ведь все начиналось так сладко. А теперь я стою в кабинете своего начальника, и он, обойдя все периоды отношений, приказывает мне раздеться. Просто секс и ничего больше.

— Раздевайся, Кристин. — низким рыком потребовал мой босс, пока я завороженно наблюдала, как он снимает брюки. — Я тебя уже не отпущу. Поздно.

— Я… не могу. — прошептала я, но это прозвучало так жалко, что даже я не поверила самой себе.

— Можешь. — тихо ответил он, смотря прямо в глаза. — А если ты так и будешь стоять в ступоре, боюсь, я могу ненароком испортить твое милое платьице. А оно тебе явно нравится.

Воля Арсения Константиновича парализовала мою собственную. Испугавшись, что он и правда может в своей горячности порвать мое любимое платье, руки сами потянулись к подолу. Я чувствовала себя марионеткой в его руках.

Стянув через голову свое желтое чудо, я почувствовала, как по коже побежали мурашки от прохладного воздуха в кабинете и его горящего, изучающего взгляда, а когда несмело подняла глаза, обомлела.

Он стоял передо мной полностью обнаженный, могущественный как Аполлон. В руке он лениво придерживал свой огромный, возбужденный член, и нетерпеливо переминался с ноги на ногу, словно хищник, готовящийся к прыжку.

И он прыгнул. Его пальцы ловко расстегнули застежку моего бюстгальтера и мои большие, упругие груди вывалились наружу, налитые желанием. Лифчик бесшумно упал на пол, а его руки сразу же скользнули по моим бокам, стянув с бедер трусы.

Красная как рак, я стояла перед ним, охваченная жгучим стыдом, чувствуя себя невероятно уязвимой и грузной. Мне хотелось провалиться сквозь землю. Я ненавидела эти лишние жиры на боках, эти мягкие складки на животе и слишком большие ягодицы.

Мне нравилась лишь моя упругая грудь идеальной формы. Его оценивающий взгляд скользнул по моему телу, но насмешки в его глазах я не заметила. В них горел только голод.

— Какая же ты красивая. — прошептал мужчина, его большие и горячие ладони мягко легли на мою грудь и сжали. — Настоящая. Женственная… Аппетитная. Пойдем.

Он взял меня за руку и потянул к кожаному диванчику у стены. Я еле успела переступить через трусы, висящие на лодыжках и не запутаться в них.

— Диван конечно маловат для нас. — констатировал он, окидывая меня и себя критическим взглядом. — Но мы найдем способ. Да? — он мягко, но настойчиво развернул меня к себе спиной. — Становись раком.

От его слов по мне пробежала новая волна жара. Это было так унизительно и порочно, а он не обращая внимания на мой слабый протест, помог мне принять нужную позу. Я чувствовала, как моя попа, которую я так стеснялась, теперь полностью открыта его взгляду. Это был кошмар, но этот кошмар меня дико завел.

— Хороша. — довольно пробормотал он, помассировав мои ягодицы, а затем пальцы нежно раздвинули мои складки и обнаружили, что там совсем мокро и мое тело готово принять его.

Я покраснела, понимая, что не смогла скрыть как хочу его.

— Готова? — он приставил свой член ко входу и, без лишних прелюдий, одним мощным движением вошел в меня.

Мы одновременно оба застонали. Мой босс от наслаждения, что наконец добился своего, а я от непривычной полноты его огромного члена, от небольшой боли и удовольствия. Он обхватил мои бедра своими сильными руками и начал двигаться, задавая яростный темп. Потом он приподнял меня и прижал к своей груди, его большие ладони обхватили мою грудь, сжимая и лаская.

— Какая же ты. — прохрипел он, его горячее дыхание обожгло мое ухо. — Я с первого дня мечтал об этом. О том, чтобы быть внутри тебя, чувствовать, как ты трепещешь. Ты моя самая сладкая награда.

Мое тело отвечало ему, хоть я не хотела этого и боялась. Каждое движение, каждый толчок погружал меня в пучину наслаждения. Я слышала его хриплое дыхание, чувствовала, как его тело напрягается.

И когда он издал низкий стон, я почувствовала, как его горячая сперма заполняет меня, а следом накатила и моя собственная волна оргазма, от которой мое тело содрогнулось и затряслось. Он еще несколько мгновений держал меня, прижимая к себе, а потом медленно вышел. В комнате повисла тишина, было слышно только наше прерывистое дыхание.

— Ты была великолепна. — произнес он наконец и указал на небольшую дверь в углу кабинета. — Там душ. Можешь помыться.

Я молча, не глядя на него, подобрала с пола свою одежду и, прикрываясь ей, пошла к указанной двери. Когда я вернулась, с мокрыми волосами, он был уже полностью одет и застегивал манжеты на своей идеальной рубашке, явно собираясь уходить.

Арсений Константинович выглядел как всегда, собранным и недосягаемым. Между тем, какой он был минуту назад, диким и страстным и тем, каким сейчас, контраст был ошеломляющим. Он подошел ко мне и мягко убрал мокрую прядь волос с моего лица.

— Все в порядке? — спросил он тихо.

Я лишь кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

— Выпьем чаю? — предложил он, внимательно смотря в мое лицо.

— Нет! — выдавила я. — Мне… мне правда пора. Очень.

После всего, я вдруг почувствовала себя глупой, использованной и жалкой. Он воспользовался мной, а я позволила.

— Как знаешь. — разочарованно протянул он. — Ну тогда, я отвезу тебя домой.

— Я сама. — схватив свою куртку, я как ошпаренная выскочила из кабинета и почти бегом бросилась по темному коридору.

— Кристин! Куда ты так торопишься? — его голос догнал меня уже у выхода. — Стой! Я подброшу тебя.

Но я не обернулась, вылетела на улицу под осеннюю морось и побежала к остановке, ругая себя на чем свет стоит.

“Идиотка. Настоящая идиотка. Все кончено. Теперь скорее всего придется увольняться”

А ведь мне так нравилось здесь работать. Я многому научилась, мечтая, что когда-нибудь это поможет мне открыть свое дело. И все это я променяла на пять минут страсти с мужчиной, для которого я была лишь очередной легкой добычей.

Неделя прошла в каком-то тумане. Каждое утро, переступая порог кондитерской, я чувствовала, тревогу. Я боялась, что коллеги узнают и будут насмехаться, что я пошла по головам, через постель. Мне даже чудился шепот за спиной: “Шлюха”, “Добилась своего”

Я ждала унизительных намеков Арсения Константиновича или даже увольнения, но ничего не происходило. Босс появлялся так же редко. И если раньше, у него был хоть какой то интерес ко мне, который заметила Лиза, теперь я для него стала неинтересна.

Он бросал на меня отстраненный взгляд и отворачивался, как будто того страстного вечера в его кабинете попросту не существовало. Для него ничего не изменилось, а я металась, мечтая, чтобы он снова посмотрел на меня так, как раньше.

В конце концов, я не выдержала, сходила в офис и написала заявление на расчет с обязательной отработкой. Я скрыла это от своих, но Лиза, конечно, почувствовала, что что-то не так и каждый день приставала ко мне с расспросами. В этот раз мы были с ней вдвоем в раздевалке.

— Кристинка, так что случилось то? Ты ходишь как привидение уже седьмой день. — ее глаза сверкали от любопытства.

— Все нормально. — буркнула я, отворачиваясь. — Просто не высыпаюсь.

— Врешь! — фыркнула Лиза и прищурилась — Я же не слепая. После того дня, когда босс был здесь и угощал нас безе, ты сильно изменилась.

— Нет. Тебе показалось.

— Скажи мне вот что. — она подошла ближе и прошептала. — Ты виделась с ним тем вечером? А может вы там… это?

— Лиза! — вспыхнула я. — Ничего мы не это! Прекрати нести чушь!

Но мое пунцовое лицо выдало меня с потрохами.

— Ага. Я угадала. — Лиза вздохнула, поняв, что подробностей ей не видать. — По крайней мере, я узнала, что твой депресняк, связан как то с нашим Арсением Константиновичем. А это знаешь, все таки лучше, чем если бы твой бывший засранец снова появился на горизонте. С боссом хоть перспективы какие-то есть. Имей ввиду, если что, я всегда на твоей стороне. Ясно?

Она выскочила из тесного помещения, а мне от ее слов и поддержки стало чуть легче, но ненадолго.

— Еще неделя и все. — прошептала я себе, смотря на бледное отражение в зеркальце на дверце. — Найду другую работу… подальше от него.

В этот момент дверь в раздевалку распахнулась, и на пороге вновь возникла запыхавшаяся Лиза.

— Кристин! Ты еще здесь? Босс приехал, вызвал тебя к себе. Прямо сейчас. Сказал, срочно. — она вытаращила глаза. — Выглядит мрачнее тучи. Так что приготовься.

Я испуганно взглянула на нее и собрав всю волю в кулак, пошла. Он сидел за своим массивным столом и что-то писал, но как только я вошла, он поднял на меня глаза. Взгляд был тяжелым, но не злым.

— Кристина. Закрой дверь и садись. — велел он.

Я молча выполнила приказ и опустилась на край стула.

— Как твое самочувствие? — спросил он неожиданно. — Ты выглядишь неважно. Бледная. Заболела?

“А как я должна выглядеть после того, как вы поставили меня раком, а потом благополучно забыли о моем существовании, как о надоевшей игрушке?” — пронеслось у меня в голове и я непроизвольно покосилась на кожаный диванчик.

— Все нормально, Арсений Константинович. Вы хотели меня видеть?

Он ухмыльнулся, заметив мой взгляд, отложил ручку и сложил пальцы домиком, внимательно разглядывая меня.

— Сегодня я узнал кое что интересное. Оказалось, что ты уходишь от нас. — его брови сошлись на переносице. — Почему?

— Я… я просто… нашла другую работу. — неуверенно пробормотала я.

— Кристина, не ври мне! — с легкой усмешкой разоблачил он меня. — В хорошую кондитерскую в этом городе так просто не устроиться. Все места заняты, все друг друга знают. Это не ответ.

Его уверенность выбила меня из колеи.

— Значит найду. — я опустила глаза. — Где угодно.

— Понятно… — он вздохнул и откинулся на спинку кресла, не сводя с меня пристального взгляда. — Это из за меня?

Я отрицательно замотала головой.

— Тогда я ничего не понимаю. Послушай. — начал он медленно. — Я наблюдаю за твоей работой с того дня, как ты пришла. У тебя есть талант, а не просто золотые руки. Есть то, чему нельзя научить… чутье, нюх, врожденное чувство вкуса. Как у меня.

Я замерла, не понимая, к чему он ведет. Комплимент? Мужчина встал, обошел стол и остановился прямо передо мной. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Я расширяюсь… и открываю новое заведение. Не кондитерскую, а гораздо большее. Место, где будут рождаться уникальные десерты. Мне нужен человек, моя правая рука, помощник.

Он наклонился ко мне.

— Я предлагаю эту должность тебе, Кристина. — тихо сказал он, глядя в глаза.

У меня перехватило дыхание. Я ожидала всего чего угодно, но только не этого. Повышение? Это что, оплата за тот вечер?

— Почему… почему я? — хрипло выдохнула я.

— Потому что ты лучшая. И потому что я вижу в тебе голод… не голод к деньгам, а к успеху и признанию. — он хищно улыбнулся. — Я могу дать тебе этот шанс. Но помни, я даю его только один раз.

Он вернулся за стол.

— Зарплата будет значительно выше. Ответственности и работы тоже прибавится. Подумай. Мне нужен твой ответ завтра утром. В девять ноль-ноль.

Выскочив из кабинета, едва слышно пробормотав что-то невнятное, я остановилась в пустом коридоре и прислонилась лбом к холодной стене. Он предложил мне все, о чем я только могла мечтать. Но цена этого предложения была мне пока не ясна. Что он потребует взамен?

Как только я переступила порог раздевалки, на меня, словно вихрь, налетела Лиза. Она уже переоделась в уличную одежду и поджидала меня, сверкая глазами от нетерпения.

— Ну что? Что он сказал? Не томи, ради всего святого! — она схватила меня за рукав халата и принялась трясти. — Он тебя уволил? Отчитал? Я вся извелась, пока тебя не было!

Я глубоко вздохнула, пытаясь привести свои мысли в порядок.

— Лиз… он… он предложил мне стать его помощницей… в его новом проекте.

Глаза Лизы стали размером с блюдца.

— Что?! Правда? Вот это да! Кристин, да это же карьера! — она захлопала в ладоши. — Ты же согласилась? Да? Скажи, что ты сразу сказала “да”!

Я покачала головой, все еще не в силах поверить в произошедшее.

— Еще нет. Он дал мне время подумать. До завтрашнего утра.

— Совсем что ли крыша поехала? — изумилась она, смотря на меня как на ненормальную. — О чем тут думать-то? Надо было сразу соглашаться, хватать его за руку и целовать его дорогие часы! Ладно, Кристин, не дури. Я побежала, а то Санька ждет.

— Я тебя поздравляю! — крикнула она на ходу и умчалась.

Я медленно переоделась и поехала домой. Весь вечер я не находила себе места, ходя по своей убогой комнатке взад-вперед и перебирала в голове его слова. В его тоне не было и намека на интимность, что была между нами.

Я задумалась. Тот вечер… Неужели для него это было просто случайностью? Ошибкой, которую он решил исправить таким вот странным способом? Мысль была одновременно и горькой, и облегчающей.

Утром, с кашей в голове от бессоницы, я пришла на работу. Решение созрело само собой, от такой работы отказаться, было грех и я потом, ох как пожалела бы. Лизка, заметив мое состояние, вытолкала меня из пекарни в коридор.

— Беги быстрее! И не вздумай сказать что-нибудь глупое! Только “да”! — прошипела она мне вслед.

Арсений Константинович сидел за своим столом и пил кофе из маленькой чашки, разбирая бумаги. Солнечный луч падал на его руку с дорогими часами и я чуть не улыбнулась, вспомнив, что посоветовала подруга. Как только я вошла, он поднял на меня абсолютно непроницаемый взгляд.

— Ну что, Кристина? Ты решила?

Я сделала глубокий вдох, вцепившись пальцами в шов своего фартука.

— Да, я согласна. — ответила я, стараясь, чтобы не дрожал голос… — Спасибо вам за доверие. Я постараюсь его оправдать.

На его лице мелькнула легкая улыбка.

— Отлично. Мне нравится, когда люди принимают верные решения. — он отпил кофе и отставил чашку. — Тогда начнем.

Он открыл передо мной толстую папку с эскизами, чертежами и цветными фотографиями будущего проекта.

— Твоя первая задача, это разработать линейку авторских десертов. У тебя будет полная творческая свобода, а я буду твоим самым главным и строгим критиком.

Он стал рассказывать о новом проекте, а я раскрыв рот, слушала, погружаясь в те возможности, которые предстоят впереди. Вдруг он резко захлопнул папку, его взгляд снова стал пристальным.

— Кристина, а где ты живешь?

Я на секунду опешила и покраснела.

— Это… это важно?

— Да. Для меня это важно. — босс нахмурился.

Я напряглась. Причем тут мое жилье? Что он задумал?

— Я… я снимаю комнату. Недалеко отсюда, две остановки. Почему вы спрашиваете?

— Это плохо. — он поморщился. — Съемное жилье это ненадежно. Для творчества нужны покой и удобство. Моя правая рука должна быть всегда рядом. Поэтому ты переезжаешь ко мне.

У меня отвисла челюсть. Я смотрела на него, не веря своим ушам.

— Что? Нет! Арсений Константинович, я думала, что… это чисто рабочие отношения… Я не могу… это неправильно.

— Это не предложение, Кристина, а профессиональная необходимость. — холодно перебил он меня. — В моем доме есть полностью оборудованная, готовая к работе кухня-пекарня и отдельная гостевая зона с собственным входом и выходом в сад.

Это было наглостью, вторжением в мою личную жизнь, но он смотрел на меня с таким властным видом, как будто предлагал самое разумное в мире решение.

— Это важно для работы над проектом. Я ненавижу незавершенные процессы, помнишь?

Я подумала о своей тесной, темной комнатке и о шансе, который дается раз в жизни, понимая, что надо соглашаться, чтобы стать ближе к своей мечте.

— Хорошо… — еле слышно ответила я. — Я согласна.

— Отлично. — спокойно кивнул он, будто и не сомневался в моем ответе. — Завтра мой водитель поможет тебе с вещами. — он снова взял в руки папку, давая понять, что разговор окончен. — Иди домой Кристин и собирайся. Завтра начинается твоя новая жизнь.

Переезд прошел стремительно. Водитель Арсения Константиновича, суровый мужчина, без лишних слов, погрузил мои небогатые пожитки в черный внедорожник, и через час я уже стояла на пороге огромного дома с садом.

— Проходи и осваивайся. — открыл нараспашку дверь Арсений Константинович, еле заметно улыбнувшись.

Он провел меня в спальню, где я чувствовала себя непрошеным гостем и наконец распахнул дверь на кухню. Я замерла на пороге, с восторгом оглядывая залитое светом от огромных окон, выходивших в сад, огромное помещение с матовыми поверхностями, блестящим металлом профессиональных духовых шкафов, миксеров и холодильных камер.

Первые дни пролетели в бешеном ритме. Мы работали с утра до ночи, почти не видясь. Он был завален делами по основной кулинарии, всегда холодный и бесконечно далекий, а я погрузилась в создание новых десертов.

Однажды поздно вечером меня осенила новая идея. Я не могла уснуть, поэтому схватила блокнот, накинула халат и босиком пошла на кухню. Мой взгляд скользнул по безупречным столешницам и замер. На маленькой фарфоровой тарелке, под стеклянным колпаком, лежал он… “Кекс страсти”.

От вида кекса с с алой вишенкой на кремовой шапочке, кровь прилила в голове, а по моей спине пробежали ледяные мурашки. Постояв в столбняке, я наконец вспомнила зачем пришла и отвернувшись от десертного экспоната, непонятно зачем оставленного здесь, принялась за работу.

Я так увлеклась, взбивая крем для нового мусса, добавляя туда нужные ингредиенты, что забыла обо всем на свете и не услышала, как вошел Арсений Константинович. Осознала я его присутствие, только когда почувствовала взгляд.

Он стоял в дверях с мокрыми от душа волосами, опершись о косяк и смотрел на меня таким же хищным взглядом, как тогда. На нем были только темные спортивные брюки, низко сидящие на бедрах.

— Не спится? — его голос был хриплым.

— Идея пришла. — с трудом выдохнула я, отворачиваясь от него и чувствуя, как под его взглядом закипает кровь.

Хозяин дома медленно вошел, подошел к столу и зачерпнув пальцем крем, попробовал.

— Слишком сладко. — прошептал он, но смотрел он не на крем, а на мои губы. — Но сейчас я хочу, чтобы ты попробовала мой кекс. — он протянул руку и снял стеклянный колпак.

Сердце забилось чаще.

— Я над ним еще поработал. — он говорил тихо, растягивая слова и не сводя с меня глаз. — В прошлый раз мы… отвлеклись. Теперь тебе ничто не помешает оценить его по достоинству и довести дегустацию до конца.

Он взял кекс и протянул его мне. Моя рука дрогнула, когда я взяла упаковку.

— Я… я уже пробовала. — прошептала я, не в силах отвести от него глаза.

— Нет, Кристина, этот еще нет. Ты должна оценить… без помех и спешки.

Он сделал паузу.

— Здесь идеальные условия. Никто не помешает. Ты готова начать?

Мужчина наблюдал, как я медленно поднесла кекс, откусила и закрыла глаза. Вкус был еще более насыщенней, чем раньше, с новым оттенком ликера и обжигающего перца. Внутри меня мгновенно разгорелось пламя и я уже не понимала, от кекса это или от его пожирающего взгляда.

Откусив еще, потом еще, я уже не в силах была остановиться, пока последний кусочек не растаял во рту. Вдруг его пальцы развязали пояс моего халата и резко стянули его с меня. Мои глаза расширились, когда я увидела, что он уже обнажен.

Его горячий взгляд скользнул на мою обнаженную грудь, и он, склонившись обхватил губами сосок, сжимая плоть большими ладонями. Я вскрикнула, ноги тут же подкосились, весь жар тела бросился в низ живота.

Острое желание овладело мной, как никогда прежде. Почти безотчетно, я протянула руку и схватила его возбужденный член, чувствуя, как он пульсирует у меня в ладони.

— Хочешь его? — он поднял на меня потемневшие, почти черные от страсти глаза. — Возьми его. Он твой.

Босс надавил мне на плечи, и я с облегчением опустилась на колени, ноги больше не держали меня. Дрожащей рукой я обхватила его огромный, напряженный орган и прикоснулась к нему языком, ощутив чуть горьковатый вкус. Он глубоко вздохнул и положил руки мне на голову. Моя другая рука нырнула ниже, обхватив и перебирая его тугие яички.

— Да… — застонал он.

Набравшись смелости, я взяла в рот всю его головку, чувствуя, как он проникает глубже. Но через несколько мгновений, он с рычанием пару раз двинул бедрами, схватил меня за плечи, поднял и резко, почти грубо, усадил на край стола. Миски, ложки, продукты, с оглушительным грохотом полетели на пол.

— Я старался… держаться от тебя подальше… — прорычал он, прежде чем его губы властно впились в мои.

Его член, горячий и влажный от моего рта, уперся в мое бедро, оставляя липкую дорожку.

— Я сходил с ума думая о тебе. — хрипел он, широко раздвигая мои ноги. — О том, что ты здесь, а я не могу к тебе прийти.

Одним сильным движением он вошел в меня, заполнив всю пустоту внутри. Я вскрикнула от наслаждения и обвила ногами его спину. Он двигался яростно и я отвечала ему, впиваясь ногтями в его мощные плечи.

— Ты такая горячая… Ты вся горишь для меня.

Он впился зубами в мое плечо, и от этой легкой боли внутри сжалось еще сильнее.

— Скажи, чья ты? — потребовал он.

— Твоя… — выдохнула я, уже не помня себя.

— Громче!

— Твоя! — закричала я в ответ, теряя голову от нахлынувшей волны оргазма.

Потом, я сама не поняла, как мы оказались на холодном кафельном полу, в сладкой, липкой каше из крема, растопленного шоколада, раздавленных фруктов и терпкого ликера.

Он перевернул меня на живот, его большие руки грубо сжали мои ягодицы, и он снова глубоко вошел, выбивая из меня дух с каждым толчком. Его пальцы вцепились в мои бедра, и я слышала только его хриплое дыхание, хлопок наших тел и собственное бешеное сердцебиение.

Когда все закончилось, мы лежали на полу, среди кухонного хаоса, тяжело дыша и глядя в потолок. По телу пробегали мелкие судороги, а из глаз от переизбытка чувств текли слезы. Он первым пришел в себя, перевернулся на бок, облокотился на локоть и посмотрел на меня. Его пальцы медленно провели по моей щеке, смазывая по пути сладкую кашу.

— Вот теперь… идеально. — прошептал он с одобрительной, усталой улыбкой.

Потом встал, легко подхватил меня на руки и понес в душ. Он мыл меня теплой водой, смывая с кожи следы нашей страсти и кулинарного безумия, а потом отнес в свою спальню и уложил в огромную кровать, укрыв одеялом.

— Спи, моя милая пышечка. — пробормотал он, ложась рядом и притягивая меня к себе. — Только не убегай.

Я устало, уже почти во сне, возмущенно пробормотала:

— От этих диет никакого толка…

— Мне в тебе все нравится. — рассмеялся он. — Каждый твой сантиметр. Ты замечательная.

Я прижалась к его груди, слушая ровный, убаюкивающий стук сердца, и поняла, что я никогда… никогда больше, даже не подумаю от него убегать…

Эпилог.

Прошел год напряженной работы, бессонных ночей и творческих споров. Я превратилась из застенчивой, неуверенной в себе девушки в профессионала. И рядом всегда был Арсений. Мой строгий учитель и страстный любовник.

Однажды вечером он, не объясняя ничего, усадил меня в машину и куда-то повез. Он завел меня в помещении в самом центре города с высокими потолками, огромными панорамными окнами и блестящими витринами.

— Нравится? — спросил он, внимательно следя за моей реакцией.

— Еще бы! — прошептала я, оглядываясь вокруг. — Здесь… здесь могла бы быть прекрасная кофейня… или кондитерская.

Он повернулся ко мне, взяв мои руки в свои.

— Она и будет твоей. — в его глазах горел огонь азарта.

Я отшатнулась, как будто он ударил меня.

— Что? У меня нет таких денег, это невозможно…

Он молча взял меня за руку и повел к главному входу. Там, снаружи, на вывеску была наброшена ткань. Он дернул за шнур, ткань упала и я замерла. На темном фоне вывески, сияли изящные золотые буквы: “Кристина”. Я забыла, что надо дышать и смотрела то на свое имя, то на его лицо.

— Это мой подарок тебе. Теперь ты владелица этого заведения.

Довольно улыбаясь, он неожиданно опустился на одно колено. В его пальцах появилась маленькая бархатная коробочка. Щелчок, и в ней сверкнул изящный бриллиант.

— Кристина. — его голос дрогнул. — Я прожил жизнь один. Я был уверен, что мне никто не нужен, кроме моей работы. Ты показала мне, как я ошибался. Стань моей женой. Дай мне возможность просыпаться и засыпать с тобой, строить с тобой не только бизнес, но и всю нашу жизнь.

Не в силах выдавить из себя ни звука, я только кивала.

— Да… — наконец выдохнула я, рыдая и смеясь одновременно. — Да! Тысячу раз да!

Он засмеялся, вскочил на ноги, подхватил меня и закружил в воздухе. Там за дверью, было еще почти пустое помещение, которое совсем скоро наполнится ароматом ванили, шоколада и свежего кофе. А еще счастливыми голосами гостей и нашей любовью.