Рассказ о пьесе в спектакле в представлении и о роли мошенников в истории.
Один старый граф держит в своем доме бесценный артефакт - письмо, написанное лично Карлом Великим, отряжающим его предка в святую миссию. Он просто не доверяет банкам и прочим хранилищам. И что же будет, когда его решат ограбить?
Бадр Харри vs Алистер Оверим;
Случайностей не бывает;
Всегда что-то происходит;
Графиня задумчиво спросила: «Какого черта вам здесь нужно, милый вы мой?»;
А что подумал Граф, никто так и не узнал. Потому что он был очень воспитанный;
Из ее уст, слишком ярко напомаженных, слишком вычурно прорисованных, сыпались даже не строчки, а целые отрывки, соединяющие в себе, казалось, все географические точки, все временные отрезки, которые только мог укомплектовать ее маленький мозг;
В таком случае простите, если я скажу на нашем юридическом языке: вы переходите границы дозволенного;
Маленькая собачонка, трусливая, капризная, какими обычно бывают эти избалованные собачонки, злобно огрызнулась, отпрянула от его руки, задрожала и забилась под кушетку;
Заходишь в заведение, а тебе предлагают: «Чай? Кофе? Кот?». Ты говоришь: «Кот». И тебе приносят на подносе котов. Берешь их, гладишь, расслабляешься;
Как Джо Потаскун и Бэлла Казанова собирались в Питер;
«Ущипни меня!» - просим мы, чтобы убедиться, что мы не во сне.
- А, мсье Леблан! – Оскар Грин, немолодой, но подтянутый финансист из Нью-Йорка, встретил его в гостиничном номере, встав и приобняв информатора. – Рад, что вы прилетели, рад.
Он сел в кресло. Леблан никогда не приехал бы к нему домой, поэтому пришлось снять номер на сутки. Бизнес. Условия.
- Кофе желаете? – спросил мистер Грин.
- Пожалуй, не откажусь. Была бессонная ночь. – ответил Стефан Леблан, огляделся, и сел во второе кресло, закинув ногу на ногу.
- Ох, это всё ради меня. – смутился Оскар.
- Это всё ради денег, дорогой мой мистер Грин. – Леблан сухо улыбнулся.
Оскар кивнул. Он прекрасно понимал, что трансатлантические перелеты никто не совершает просто так. Особенно агенты черного рынка. Он поднял трубку телефона, вызвал обслуживание в номере.
- Вам какой кофе? – спросил он, ожидая ответа.
- Черный, без сахара, без сливок. Крепкий. – ответил Леблан.
- Два эспрессо в триста тридцатый, пожалуйста. – попросил Оскар у девушки, взявшей трубку.
- Чем вы хотите меня порадовать, Стефан? – спросил он, повесив трубку и глядя в глаза визитеру.
- Что вы знаете о Карле Великом, Оскар? – спросил Леблан, не отводя глаз.
Ого. Грин расплылся в улыбке.
- Продолжайте. – сказал он.
- Личное письмо короля. Очень ценный документ. – начал сообщать сухие факты Леблан.
- Цена? – уточнил Оскар.
- Мне – триста тысяч. – сообщил Стефан. – Евро, само собой. Наличными, в Париже.
Оскар задумался. Если такая сумма – лишь вознаграждение агента, то какова цена продавца?
- А основная сумма? – уточнил он. Возможно, он не будет готов оплатить ее.
- Сколько договоритесь с исполнителем. – Леблан протер очки.
Вот дела. Значит товар нужно… украсть.
- Мне бы не хотелось пачкать руки. Это нельзя организовать… как-то иначе? – аккуратно уточнил он.
- Простите, но нет. Мое дело – дать вам информацию. – Стефан сложил руки на груди. Запирается.
- Я вас понял. – Оскар задумался. Раздался стук в дверь. - Войдите. – сказал он громко.
Вошла миловидная девушка с подносом, на котором стоял ароматный кофе. Стефан отвернулся к окну, и сидел тихо, пока девушка не ушла, поставив чашки на столик между ними.
- Хорошо, - сказал Грин, когда она вышла. – Я решу вопрос. Но это будут американские ребята.
- Ваше право, сэр. – кивнул Леблан, поднимая чашку, и вдыхая аромат кофе.
- Детали? – уточнил Оскар.
- Граф Андрэ де Плюи, Блуа, Франция. – опять сухо сообщил Леблан. – Семейная реликвия. Хранит дома, потому что не доверяет банкам и музеям. Старый дурак. Пусть твои люди наведут остальные справки. Но… без чернухи. И лучше бы, чтобы они хорошо говорили по-французски.
Оскар кивнул, старательно запоминая информацию. Всё можно решить через местных. Это встанет еще в триста тысяч, но Леблан его никогда не подводил, всегда находя хороший товар.
- Деньги через неделю будут у вас. – сообщил коллекционер. Визитер кивнул, и отхлебнул маленький глоток кофе.
~
Раздался глухой удар.
- Черт побери! – Джо остановился и схватился за голову. – Больно же! Ну что за придурок развесил тут эти железяки?
- Тихо ты! – Бэлла шепнула, закрыв ему рот своей ладошкой. – Они могут проснуться! Иди осторожнее и все.
Джо тихо выразился матом про эту темноту, про идиотские кухонные планировки и про тяжелую сковороду, которой место в шкафу, а не висеть на уровне головы, и двинулся дальше, аккуратно нашаривая перед лицом и над затылком левой рукой. В кулаке правой руки у него был зажат небольшой кинжал. На всякий случай. Кто его знает, какие психи эти графья? Может начнут орать, шуметь, звонить в полицию. Лучше иметь в руке что-то, чем можно припугнуть.
Он нашарил рукой дверь. Секунд десять искал дверную ручку. Было не заперто. Приоткрыв дверь на пару сантиметров, Джо выглянул в гостиную. Та была слабо освещена торшером, на кресле возле которого спала мелкая противная собачка. Незадача! Она могла испортить всё ограбление.
- Нужно искать другой путь. Тут собака, будь ей неладно! – Джо хотел сплюнуть в сторону, но сдержался, и проглотил слюну. Пора бросать курение.
- Большая? – Бэлла пыталась заглянуть из-за его спины.
- Нет. – ответил он, - Но это и не важно. Начнет брехать, крутиться под ногами. Проснется старый граф, приедет полиция. Давай, назад, пойдем через…
Как-то резко на кухне загорелся свет. Ярко и назойливо он вошел в мир, слегка ослепив их глаза, уже почти привыкшие к тьме, озарив весь кухонный инвентарь, развешенный так, чтобы Джо уж точно что-либо задел. В противоположном от них конце огромной кухни стояла Екатерина Васильевна, графиня де Плюи, урожденная Шереметьева. Она смотрела на Джо и Бэллу, одетых в пижамы и тапочки. Саркастическая улыбка одними губами выдавала в ней сильную личность старой аристократки. Сила личности графини была весомо подкреплена пистолетом в ее руке, дуло которого смотрело аккуратно в лоб Джо. Рука графини, несмотря на ее возраст, явно не дрожала. Почему-то Джо не сомневался, что она не промахнется.
Глаза графини приняли задумчиво удивленное выражение, одна бровь поднялась повыше, и она спросила:
- Какого черта вам здесь нужно, милый вы мой?
Джо понял, что Бэллу она не увидела - та была скрыта от взгляда графини большим дубовым сервантом, где ее и застало резкое включение света.
- Мадам, мое почтение. Мой шум разбудил вас? – Джо слегка склонил голову, – Прошу прощения, что шляюсь тут среди ночи в таком неподобающем виде. Я просто шел к холодильнику, хотел нарезать себе колбасы для пары бутербродов. Что-то пожрать среди ночи захотелось. Не нашел включатель, представляете! Где же у вас тут холодильник? Нож-то я как-то нашел, когда стукнулся головой о сковороду. – Джо показал нож, потер голову свободной рукой, и стал озираться «в поисках холодильника». Он понимал, что несет чушь, но вариантов не оставалось. Оставалась лишь надежда, что графиня, в ее почтенном возрасте, уже слегка впала в маразм, и примет его за своего же гостя.
- Постойте, милейший. – лицо Екатерины Васильевны приняло смущенное выражение, она слегка опустила пистолет, но тут же подняла его обратно, - Какая колбаса? Какой холодильник? Кто вы такой, черт возьми?
Играть – так играть! Джо развел руками и изобразил крайнее удивление.
- Простите мадам! Как прикажете понимать ваш вопрос «Кто вы такой»? Вы изволите шутить? Ведь этим вечером мы с супругой приехали в гости к вам и вашему мужу, моему дядюшке! Неужто вы могли забыть, как принимали нас? Я же троюродный племянник графа, из Реймса. – он приложил руку к сердцу, перед этим положив нож на столешницу рядом, - Но, раз уж такое, дело, то имею честь представиться опять: Жан де Плюи де Робиньяр. Может, вы хотя бы вспомните мою супругу? – Джо вытащил за рукав Бэллу, и обняв ее за плечи, представил: - Беллатриса де Плюи де Робиньяр.
- Доброй ночи, Екатерина Васильевна. – Бэлла попыталась исполнить реверанс и смущенно улыбнулась, всем видом показывая, что ей неудобно за свою пижаму. Сейчас она была очень рада, что ей пришла в голову эта безумная мысль - работать в пижамах. Именно на такой случай.
Графиня явно была озадачена. Не удивительно. Она пыталась вспомнить, как вчера вечером они с мужем принимали гостей, но трудно вспомнить то, чего не было. Джо решил снова «прийти ей на помощь».
- Ах, милейшая Екатерина Васильевна, - улыбнулся он, приобняв «супругу», - Мне очень стыдно за этот налет на вашу кухню! Ужин был превосходным, тут нечего и говорить! А как сильно мой почтенный дядя, мсье граф Андрэ, ошибся в распитом объеме шампанских вин! О, вино великолепное! Но оно явно не пошло нам всем на пользу. Представляете, разболелась голова, причем и у меня, и у моей дорогой Беллатрисы! Никак не можем уснуть. Лежали в спальне, разговаривали, и вдруг осознали, что хочется воды. Спустились вниз, и тут я понял, что не засну, если не сооружу себе бутерброд! Но что я о себе, да о себе! А как ваше самочувствие, дражайшая тетушка?
На лице Екатерины Васильевны появилась растерянная улыбка. Джо явно угадал. Старые граф и графиня вполне могли выпивать бутылочку-другую из своих погребов, а в их возрасте не мудрено и подзабыть некоторые детали вечера. Даже такие значительные.
- Ох, дорогой мой Жан, как же я могла запамятовать! – воскликнула она, опуская пистолет, - Вы уж простите меня великодушно за эту нелепую сцену. Видать и на меня вино подействовало не лучшим образом. Да что же мы стоим тут? Пойдемте в гостиную, я принесу вам пледы, колбасу с хлебом, воды и пару таблеток от головы. – С этими словами графиня открыла дверь в гостиную и пригласила Джо и Бэллу войти.
~
В кресле, потревоженная неожиданным действием, вскочила собачка. Еще толком не проснувшись, она начала рычать, пока и не думая с кресла соскакивать. А вдруг всё хорошо, и можно будет продолжить свой сладкий сон? Но пока, судя по всему, хорошо не было: мелкие черные глазенки со страхом смотрели на огромного мужчину, вошедшего с кухни. От страха собачонка готова была залаять, но почуяла запах хозяйки, а после и увидела ее саму, входящую вслед за «гостями». Лай остался в глотке, но с кресла собачка нерешительно спрыгнула. Все еще рыча, она подошла к Джо на своих мелких лапках и стала его обнюхивать. Джо протянул руку, чтобы ее погладить, но маленькая собачонка, трусливая, капризная, какими обычно бывают эти избалованные собачонки, злобно огрызнулась, отпрянула от его руки, задрожала и забилась под кушетку в углу, скуля в призыве к хозяйке явиться и защитить ее. Графиня оставила собачку без внимания, а просто жестом указала Джо и Бэлле на диван в центре гостиной с приглашением присесть.
- Ах, благодарю, тетушка! – Джо наклонился и поцеловал старой графине иссохшую руку. – Вы сама любезность, как всегда.
После этих слов он чинно проследовал к дивану, и аккуратно уселся на него, взяв со столика какую-то газету, и развернув ее, уставился на оказавшиеся перед лицом котировки акций и результаты спортивных соревнований.
- Ох, Жан, ведь умеешь ты быть галантным, чувствуется воспитание и происхождение! – графиня улыбнулась ему, подмигнула Бэлле, и вернулась на кухню. Пистолета в ее руке давно не было, видать оставила где-то по пути сюда. Конечно же, Джо давно мог прекратить спектакль, вырубить даму, но что-то его останавливало. Скорее всего, это был интерес – насколько правдоподобно он сможет сыграть роль племянника?
- Джо, скотина, что ты затеял? – зашептала сквозь зубы Бэлла, усевшись рядом, и вцепившись ему в рукав. – Она нас раскусит! Сейчас пять утра, а в шесть-семь встанет старый граф, и нет никакой гарантии, что он тоже слаб памятью! Давай-ка побыстрее укладывай ее «спать», нам еще нужно найти то, за чем пришли!
- Бэлла, подожди! – он демонстративно перелистнул газетный лист. Гороскопы? Что за скучная газета? – Разве ты не видишь? Старая графиня спятила и поверила всей той чуши, что я несу. Давай спокойно воспользуемся этим. В конце концов, мошенничество лучше, чем ограбление!
- Ты хочешь убедить ее отдать нам патентную грамоту? У кого тут с умом не всё хорошо – у неё, или всё же у тебя? – Бэлла закатила глаза. – Прекращай пороть чушь!
Графиня чем-то гремела на кухне. Джо вздохнул.
- Ты права, это всё равно будет ограбление, ничего сама она не отдаст. Но если мы применим насилие, то это будет отягчающим обстоятельством. Или ты ждешь, что я пойду на мокрое дело? Мы так не договаривались, дорогая.
- Тогда чего ты хочешь добиться? – Бэлла теряла терпение и попыталась вскочить, но Джо сильной рукой усадил ее обратно, и снова взялся за газету. Объявления о продаже машин, собак, часов. Час от часу не легче.
- Послушай меня. – с улыбкой сквозь зубы прошептал он, - Поболтаем с ней. В разговоре попробуем выведать расположение шкатулки. И всё. После этого мы сделаем вид, что пошли спать, а как графиня уйдет к себе, то дадим дёру уже с грамотой. А если и не получится выведать, то, по крайней мере, просто начнем поиски, когда графиня заснет. Ну, а если и не заснет – у нас всегда есть возможность вернуться к твоему варианту! – закончил он, и уставился в газету. «Продается дом в тихом пригороде, три спальни, беседка, требуется ремонт». Кто-то и правда читает подобные объявления?
- Ладно, черт с тобой, дамский угодник. – она успокоилась и забралась на диван с ногами, - Давай, разводи свою «тетушку», но не забывай, кому в голову пришла идея с пижамами! – Бэлла тихо засмеялась, очередной раз радуясь своей изобретательности.
- Вот видишь! – Джо подмигнул ей, - Ты сама предусмотрела именно такой случай, так что всё идет так, как ты и планировала. И не спорь со мной!
Бэлла не ответила, но показала ему язык и сморщила носик.
~
«Тетушка» вернулась через несколько минут, за которые Джо, так и не положивший газету, но уже разочаровавшийся в ней, успел обшарить взглядом все шкафы в гостиной. Шкатулки на виду не оказалось. Но это ничего не значит. Она могла быть спрятана как здесь, так и в любом другом месте. Графиня поставила на журнальный столик поднос с пятью-шестью бутербродами, чайник с чаем, три чашки с блюдцами и ложками, два стакана с водой, сахар, два крохотных стаканчика, в каждом из которых лежало по таблетке и сливочник. Потом она быстро выудила два пледа из-под журнального столика, и передала их Джо и Бэлле.
Бэлла расплылась в блаженной улыбке и разлила по чашкам горячий чай. Бутерброды, конечно, никто не хотел, но не взять один было бы неприличным, так что Джо, аккуратно сложив газету, и положив ее наконец на столик, взял один, и принялся его жевать, будто был и правда голодным.
- Ах, Екатерина Васильевна, чудесный чай, благодарю вас! Идеален для холодной осенней ночи! – Бэлла отпила немного чая и расплылась в почти настоящей улыбке. Потом достала из кармана крохотную гранулу и, воспользовавшись моментом, когда графиня отвернулась, посмотреть на собачку, рычащую из-под кушетки, быстро опустила ее в чашку старой мадам.
Графиня, сюсюкая своей собачке, сделала небольшой глоток. Джо с любопытством смотрел то на нее, то на Бэллу. Он понятия не имел, что это была за гранула. Дожевав бутерброд, он оценил свежесть хлеба и сочность колбасы. «Племянник» понял, что он и в самом деле проголодался. Приближалось время завтрака и организм, лишенный этой ночью сна, настойчиво требовал новых сил. Тем более, что плотный ужин у него был только в легенде, которую он разыграл перед графиней.
Екатерина Васильевна допила чашку. Лицо ее постепенно менялось, что-то происходило в ее сознании, отражаясь на лице целой гаммой эмоций.
- Жан, Беллатриса, дети мои, мне нужно подняться наверх и разбудить вашего дядю! – она вскочила с места, как будто кресло обжигало ей зад, - Да-да, он как раз просил сделать это в шесть! Прошу вас, подождите меня, и мы продолжим чаепитие!
Графиня двинулась к широкой лестнице. Сначала медленно, как и положено в ее возрасте, но постепенно ускоряясь, чуть ли не переходя на бег, и, как показалось Джо, слегка подпрыгивая на ходу. Собачонка потрусила за ней, с подозрением глядя то на хозяйку, то на гостей.
- Бэлл, что это было? – Джо взял второй бутерброд. А почему бы, собственно говоря, и нет?
- Один интересный стимулятор. Сейчас ты все увидишь. – Бэлла засмеялась. – Кстати, ночь и правда заканчивается, самое время и переодеться.
Джо не возражал. Это было несложно и быстро: пижама скидывалась, а под ней были удобные брюки и рубашка у Джо и аккуратно подвернутое платье у Бэллы. В кармане у Джо были носки, которые он надел. Тапочки и пижамы были запиханы под кушетку, где пять минут назад пряталась собачонка.
Переодевшись, они сели, как ни в чем не бывало. Джо достал из кармана небольшую сигару и прикурил. Подумал, и снова взял в руки идиотскую газету. О, юмористический раздел! Наконец-то что-то стоящее.
- Совсем как племянник графа, мсье Жан де Плюи де Робиньяр. – улыбнулась его образу Бэлла. – А я по твоей легенде из благородной семьи? Или просто взяла твою фамилию?
- А какая уже к черту разница, Бэлла? Граф прекрасно знает, что никакого племянника из Реймса у него нет. Сейчас нам придется менять легенду. Твоя история с пижамой сработала на ура, но теперь придется играть пьесу в пьесе.
Джо с Бэллой были профессиональными авантюристами. И хотя, порой, они выполняли роль обычных воров, опыт подсказывал им, как нужно выкручиваться из самых щекотливых ситуаций. Нож был вложен в руку, а потом оставлен. Пижамы были надеты, потом отброшены. Маска Жана де Плюи была примерена, а потом снята. Всегда меняйся, не дай жертве прийти в равновесное состояние и начать думать критически.
Если что-то происходит, то нужно уметь импровизировать. А в их деле всегда что-то происходит. Случайностей не бывает, есть только череда событий, которые совершаются другими людьми. Сейчас они должны выкрутиться, просто убежать - не годится. Надо уйти вместе с документом, письмом, иначе месяц подготовки коту под хвост, а значит нужно играть, и играть так, чтобы самим себе аплодировать.
~
Со стороны лестницы послышались звуки шагов – шуршание, поскрипывание. Шаги были неровные, быстрые - явно шла графиня, которая окончательно оказалась в плену стимулятора Бэллы. Шагов графа слышно не было. «Это хорошо, что будет время обработать ее и подготовить новую авансцену» - подумал Джо. Графиня выглядела совсем не так, как до ухода наверх. Она надела платье, более подходящее для вечера, неаккуратно, но, слава богу, несильно накрасилась, на шею повесила какое-то колье. Глаза ее горели, брови подергивались, пальцы на руках вздрагивали в такт ходьбе, будто напрягаемые мышцы ног сухожилиями стягивали тело графини сразу с двух сторон.
- Ах, что-то я запыхалась. – «тетя» плюхнулась в кресло. - Милая Бэллатриса, могу ли я попросить тебя налить мне еще чашечку чая?
Джо вскочил и подошел к ней.
- Позвольте мне лично за вами поухаживать, тетушка? – он подлил чаю в ее чашку. – Кстати, Бэллатриса очень любит, чтобы ее называли просто Бэллой. Впрочем, и я, после долгого периода проживания в штатах, полюбил сокращение имени до Джо.
- Как мило! Против сокращения «Бэлла» я ничего не имею, но могу ли я все же называть тебя Жаном, мой дорогой племянник? – графиня расплылась в странной улыбке, взяла в руки чашку.
- Конечно, тетя. – Джо решил, что тут глупо спорить. – Кстати, памятуя о том, как вы не сразу узнали нас, встретив на кухне, возникла мысль: а давайте разыграем дядю?
Екатерина Васильевна прищурила левый глаз, видимо, пытаясь понять, кого она не узнала, и как можно разыграть графа.
- Я имею в виду, - пояснил Джо, - что вы могли бы сделать вид, что мы – вовсе не мы, а кто-то другой, кого он не знает. Представьте себе: граф де Плюи, перепив на ночь шампанских вин, спускается утром в гостиную, и видит знакомых людей, а ему говорят, что они – совсем иные люди. Что же будет твориться в его дражайшей голове?
«Тетушка» расцвела в улыбке.
- О, это и в самом деле будет забавно! – воскликнула она, и отпила чай из чашки, - И кем же вы хотите притвориться, Жан?
- Скажите ему, дескать, дорогой, это Джо Потаскун и Бэлла Казанова - наши гости из России! – ответил Джо, и при этих словах Бэлла прыснула. Тётушка тоже улыбнулась.
- Ах, Жан, милый, но он же знает кто вы. Неужели вы думаете, что Андрэ настолько слаб памятью, что может перепутать? – спросила она. Всё-таки пока не купилась на идею. Нужно закрепить.
- Тетушка, это часть розыгрыша. Просто скажите так и подмигните ему. И дальше предоставьте дело нам. – Джо улыбнулся и поцеловал «тетушке» руку. Екатерина Васильевна расплылась в улыбке.
– Просто представьте, что он начнет думать! – Бэлла включилась в игру, поняв его задумку, - «Это я их с кем-то путаю? Ох, этот молодой человек напоминает Жана! А разве они не ужинали с нами вчера? А может это Екатерина всё путает? А почему она мне подмигивает?» - девушка попыталась изобразить старого графа, с которым лично, само собой, никогда не встречалась, но ее женская пародия на мужчину вполне подходила, - Кстати, Екатерина Васильевна…
Она подошла к ней, и что-то прошептала на ухо. Графиня улыбнулась, кивнула, и тут же вышла с ней в ванную комнату.
Когда они вернулись, Бэллу было не узнать. Ярко накрашенные губы, заплетенные косой волосы, наполовину оголенная грудь, ярко накрашенные глаза. Ко всему этому в придачу, мадам де Плюи де Робиньяр, она же Бэлла Казанова несносно благоухала какими-то яркими цветочными ароматами, одним словом, резюмируя, выглядела в меру вульгарно и провинциально.
~
Послышались шаги, на этот раз неспешные и более тяжелые. По лестнице с достоинством спустился пожилой мужчина. Граф де Плюи слегка прихрамывал. «На правую ногу» - вспомнил досье графа Джо. Увидев незнакомых людей в гостиной, граф направился к ним, будто заранее шел в этом направлении. Его лицо не выдавало никаких эмоций. Когда он подошел, Джо, сидящий на диване с сигарой и газетой, вскочил, будто только что его заметив, и почтительно склонил голову. Девушка рядом с ним смущенно улыбнулась и сделала самый кривой реверанс, который Джо видел в жизни. «Браво, Бэлла!» - подумал он. Андрэ молчал, очевидно, ожидая, когда графиня представит гостей. Та выглядела нервной, никак не начинала говорить. Всё еще сомневается в необходимости спектакля? «Неужели я уже знаю этих молодых людей?» - читал Джо по лицу графа, он внимательно уставился на гостей, попутно переводя взгляд на графиню. Если сейчас граф спросит, кто эти люди, то пиши пропало. Джо внимательно посмотрел на «тетушку», и подмигнул ей. Она заметила знак.
- Ох, Андрэ, прости, задумалась. Представляю тебе наших гостей из России: Джо Потаскун и Бэлла Казанова. Джо, Бэлла, это мой муж, граф де Плюи. – Екатерина Васильевна подмигнула по очереди графу и Джо. Граф облегченно кивнул, улыбнулся, подал руку Джо и поцеловал ручку Бэлле.
- Значит вы с родины Екатерины? И как ситуация в России? – граф сел во второе кресло. Графиня пододвинула к нему чашку, к которой так и не притронулся Джо, и взялась за чайник, чтобы налить ему чая.
- Дорогая, могу ли я попросить кофе? – спросил граф, останавливая ее движением руки. Графиня улыбнулась, встала, и всё еще необычайно быстро удалилась на кухню.
- О, мсье граф, в России сейчас интересный период в… - начал Джо, сложив газету и затушив сигару, но Бэлла его перебила:
- Ах, мсье, как прекрасен Париж! Мы ходили на Монмартр, поднимались на Эйфелеву башню, ах, шарман! А вот в России всё скучно так, но есть и весело. Вам Екатерина Васильевна не рассказывала, как Джо Потаскун и Бэлла Казанова собирались в Питер, а попали в Париж? Ах, Пари-Пари, шарман! Нет, конечно же, у нас есть тоже много довольно интересных мест. Взять, например, Эрмитаж! Я всегда хотела там побывать. Говорят, до революции он назывался Зимним дворцом. А еще есть Кремль, где царь и пушка. И Золотое кольцо, это старые города, из времен, когда князья правили Россией. - Из ее уст, слишком ярко напомаженных, слишком вычурно прорисованных, сыпались даже не строчки, а целые отрывки, соединяющие в себе, казалось, все географические точки, все временные отрезки, которые только мог укомплектовать ее маленький мозг. – В Питере, кстати, говорят, бывает так: заходишь в заведение, а тебе предлагают: «Чай? Кофе? Кот?». Ты говоришь: «Кот». И тебе приносят на подносе котов. Берешь их, гладишь, расслабляешься. А вот у вас есть собачка, мы видели. Как ее зовут? Мою зовут Жучка. Слышали такое имя? В России всех собак зовут Жучками. Или Белками-Стрелками! Так как зовут вашу? И где она? Ах, граф, как прекрасен Париж! Мы так вам благодарны за гостеприимство! Пойду помогу Екатерине Васильевне с кофе! – и Бэлла стремительно выбежала на кухню, на ходу отвесив очередной нелепый реверанс.
Граф сидел как железный, не реагируя на эту тираду. Джо же раскрыл рот. Браво. Он не ожидал от Бэллы такого словесного марш-броска, но мысленно аплодировал сообщнице.
- Мсье граф, - он неловко улыбнулся, - прошу прощения за мою спутницу, она выпила много кофе, мы всю ночь гуляли по Парижу, первый раз в городе, в командировке.
- Нет, нет, что вы, не извиняйтесь. Кстати, вы прекрасно говорите по-французски. Где вы учили его?
- О, мсье, я работаю в банке Сосьете Женераль Восток, у нас постоянная практика. – Джо искренне надеялся, что в России есть отделения этого всемирно известного французского банка. Это объясняло и его командировку в Париж.
- О, Джо, вы финансист? – граф с восторгом уставился на него, мельком бросив взгляд на лежащую на столе газету, по совпадению открытую как раз на биржевых котировках.
- Нет, мсье, я юрист. – Джо решил, что глупо притворяться представителем той профессии, от которой граф в восторге. Он мог и сам разбираться в этих делах, и Джо сразу бы провалился, показал бы себя абсолютным профаном. Зато в уголовном и административном кодексах он худо-бедно разбирался.
- Ох. – сказал граф, скорчив гримасу, - Я не переношу юристов на дух. Как моя жена впустила вас в мой дом? Неужели она не поняла по вашему внешнему виду, что от вас нужно держаться подальше?
Джо понимал, что граф шутит. Шутит ведь? Конечно же, да. Ну что ж…
- В таком случае простите, если я скажу на нашем юридическом языке: вы переходите границы дозволенного. Я ведь могу и засудить вас за оскорбление моей профессии. – сказал Джо с самым серьезным выражением лица, с каким раньше бросали в лицо перчатку для вызова на дуэль, помедлил с полминуты, и рассмеялся. Граф тоже широко улыбался. Отлично. Есть контакт.
~
В гостиную вернулись дамы. Бэлла несла полный кофейник ароматного кофе и тихо лепетала графине что-то, понятное одним лишь женщинам, незаметное и неразличимое в грубом мужском мире. По лицу графини было не разобрать, в какой из двух легенд сейчас происходит общение. Да и видит ли она разницу? Кто с ней сейчас общается? Беллатриса де Плюи де Робиньяр или Бэлла Казанова?
Загадочная капсула чудесным образом сделала старую мадам активной внешне и пассивной внутри. Ей, должно быть, было не так уж и важно, как именно развивается ситуация. Она может даже уже и забыла, что происходит, живет лишь сиюсекундными ощущениями. «Ущипни меня!» - просим мы, чтобы убедиться, что мы не во сне. Интересно, если ущипнуть графиню, в какое состояние она вернется? К милому племяннику Жану? Или к ночному вору, пойманному на кухне в пижаме? Или к тому, что побудило ее саму идти на кухню в пятом часу ночи?
Бэлла снова начала болтать, обращаясь к графу, без стеснения выпячивая перед ним грудь и яркие губы. Графиня спокойно разливала кофе и подмигивала Джо. Так, значит пьеса в пьесе продолжается.
- Мадам графиня, позвольте мне помочь вам убрать все на кухню. – встав, предложил он, когда, спустя минут десять, с кофе благополучно закончили.
- Извольте, Жа… мсье Потаскун. – чуть не сбилась Екатерина Васильевна, и снова подмигнула ему. Да уж, с такой в разведку ходить нельзя!
Джо взял кофейник и чашки, поставил на поднос всю пустую посуду, и понес на кухню. Графиня шла за ним. Войдя, он поставил поднос на столешницу возле раковины, и обратился к ней:
- Для окончания розыгрыша, нам срочно нужна шкатулка с патентной грамотой, которую дядя Андрэ нам вчера показывал.
Лишь бы она не стала задавать вопросов.
- Как мило! Наша семейная реликвия! Даже не представляю, зачем, но мне и правда очень интересно! Давайте же быстрее пройдем в кабинет!
Графиня показала ему на другую дверь, ведущую в столовую зону. Пройдя небольшой коридор за столовой, они вошли в светлый кабинет, по кругу сообщающийся с гостиной, откуда раздавались приглушенные голоса графа и Бэллы. Здесь, в кабинете, среди дубовых книжных шкафов, располагался и небольшой стеллаж со старыми видеокассетами и дисками. Графиня подошла к стеллажу и быстро, зная, что ищет, взяла одну. «Бадр Харри vs Алистер Оверим» - гласила надпись маркером на коробке. Это же бойцы без правил. Причем, бой-то был весьма знаменитым, легендарным. Джо даже удивился, как этот бой записали в таком формате, ведь в тот момент уже давно не практиковались записи на видеокассетах, у всех были ДиВиДи как минимум.
Но внутри бумажной коробки лежала не кассета, а шкатулка. Джо спокойно взял ее, не подавая виду что видит ее впервые.
- Давно хотел спросить, тётушка, - стараясь не выдать свой восторг, начал он, - А почему вы так подписали коробку?
Она улыбнулась, видимо приняв его волнение за любопытство.
- Ну кому придет в голову искать шкатулку в формате видеокассеты, милейший Жан! – ответила она, - А такую точно никто не возьмет случайно.
- Главное, чтобы случайно ее не выкинули. – неслышно пробормотал Джо, удивляясь тому, как наивно они хранили такую ценную реликвию, но и осознавая, что без всего этого спектакля они с Бэллой точно ее не отыскали бы.
- Ну всё, пройдемте обратно в гостиную. – и Джо снова поцеловал ручку старой графини, - Там вы увидите эндшпиль всего нашего розыгрыша.
Графиня, довольная, пошла впереди, он шел следом. За несколько метров пути, Джо аккуратно открыл шкатулку из темного дерева, и изъял запаянный в вакуумную трубку пергамент, сунув его в карман.
Вернувшись с другой стороны, а не с той в которую уходили, они вызвали некоторое удивление графа и Бэллы, лепечущей что-то о ледовом побоище, однако, те ничего не сказали. Графиня с загадочным видом села в кресло, а Джо положил уже шкатулку на стол, но остался стоять.
Граф глядел то на него, то на графиню, то на шкатулку. Джо сделал извиняющий знак графу, и подошел к Бэлле, подав ей руку, и подмигивая графине.
- Нам с Джо нужно срочно поговорить! – сообщила девушка, - Джо, выйдем. Граф, графиня, извините нас! – и она, схватив Джо за рукав, потащила его на кухню.
Графиня, явно, думала, что это часть розыгрыша, и всем своим видом показывала нетерпение от ожидания. А что подумал Граф, никто так и не узнал. Потому что он был очень воспитанный и сдержанный. За все утро, кроме шутки про юристов, он ни разу не сменил спокойного, непроницаемого выражения лица.
На кухне они прошли в техническое помещение и вышли через него на улицу так же легко и уверенно, как и вошли без малого три часа назад. На улице, только зайдя за угол в переулок, Джо выудил из кармана вакуумную трубку.
- Не открывай. – с восторгом пролепетала Бэлла. Да он и не собирался.
Итак, в их руках оказался удивительный исторический документ - письмо Карла Великого, в котором он сообщал о благословленной Папой Адрианом Первым особой святой миссии графа Ришара де Плюи, сына Филиппа де Плюи - героя битвы при Пуатье в 732 году. В силу утери патентной грамоты рода де Плюи во время Великой Французской Революции, это письмо, которое чудом осталось во владении семьи де Плюи, являлось своего рода заменой их патентной грамоты – сведений о присвоении титула.
Однако, ценность документа для коллекционеров заключалась в том, что оно было написано рукой самого короля, да еще и содержало подпись и благословение Папы! За эту работу неизвестный коллекционер обещал им двести тысяч зеленых. По сотне ему и Бэлле.
Бэлла обняла Джо.
- Мы станем богатыми! – она чмокнула его в щеку.
- Фу, твоя помада! – он поморщился и стал стирать с щеки красные следы, - Но ты права, Бэлла. Купишь дом, о котором мечтала?
- Выйду замуж за какого-нибудь дурака, который купит его на свою долю. – она засмеялась.
И они заторопились подальше от дома де Плюи.
~
В гостиной графиня перестала корчить гримасы. Граф заулыбался, достал сигару, и закурил.
- Ушли наконец? – спросил он у жены.
Та подошла к секретеру, откинула крышку и посмотрела на пульт с экранами, транслирующими видео с разных камер. Было видно, как незадачливые грабители радостно убегают от их дома.
- Ушли. – кивнула она. Лицо стало спокойнее. Она села в кресло и сняла туфли на каблуках. – Как я устала играть в эти их игры! Еще и таблетку мне подсунула, пришлось убежать наверх, и там уже выплевывать. Ну и вначале я слегка испугалась, когда увидела этого быка с ножом в руках. Хорошо, что захватила старый муляж револьвера.
- Да, Шарлотт, сегодня нам попались удивительно хитрые и пронырливые мошенники! – «граф» казался восхищенным увиденным спектаклем. – Но, главное, они, как и все другие, сочли дураками нас, уверены, что полностью обвели стариков вокруг пальца. Но, ты сегодня отлично развлеклась, мне остались лишь крошки. Давай в следующий раз я начну первый контакт.
- Так и быть, Робер, поиграй. Забавно, конечно, что в мире становится всё больше копий этого великого манускрипта, но никто никогда не признается, что ими владеет. – кивнула Шарлотт, которая, само собой, не была ни русской, ни, тем более, урожденной Екатериной Васильевной Шереметьевой.
- Кому в следующий раз подкинем рыбу? – спросил Робер, который, в свою очередь никогда не рождался под именем Андрэ де Плюи, и, само собой, не был никаким графом, и затянулся сигарой.
- Помнишь нам говорили про одного арабского шейха? Я забыла имя… - она выгнула бровь, как заправская графиня, и уставилась на «супруга».
- Да-да, был такой. – закивал Робер. – Поищу что-то в книге. Что ж, договорились. Я завтра же поеду в Париж, встречусь со Стефаном, он решит вопрос.
Было бы хорошо, чтобы Леблан - их человек на черном рынке, который платит им по двести тысяч евро за каждый старательно изготавливаемый экземпляр и организует наводку на «уникальный документ» решил вопрос побыстрее, на Рождество они хотели бы уехать, а позволять ворам шляться по дому в свое отсутствие не хотелось.
- Выпьем вина, графиня? – он встал и подошел к серванту.
- С удовольствием, граф! – Шарлотт закрыла секретер, и упала в кресло.