Ирлин, столица Сокрии, империи магов

— Ваше величество, что вы имеете в виду? — удивленно захлопала глазами Хельга, до жути напоминая снежную сову, которую я видела на днях в императорском парке.

Изо рта вдруг вырвалось нервное хихиканье, приличествующее маленькой непослушной девочке, а не благородной маг-императрице. Видимо, я действительно на грани истерики. Всем известно, что беспричинный смех был одним из ее признаков.

— Моя свекровь ясно дала понять, что развода мне не видать, так как он ударит по престижу императорской семьи. Но это лишь одна из причин. Во-первых, в истории такого еще не случалось, чтобы маг-императоры Кар Ланде разрывали брачное соглашение, — я принялась загибать пальцы, вспоминая выученное назубок ветвистое семейное древо. — Императриц травили, обвиняли в измене и отрубали головы, ссылали в холодный дворец, где они печально заканчивали свои жизни. Но не разводились. Этого точно не было.

— Вы думаете, его маг-императорское величество… — ахнула горничная, явно впечатленная моим красочным описанием судеб несчастных женщин.

— Нет, — категорично замотала я головой. — Итан так со мной не поступит.

Правда и сама не понимала, откуда взялась эта уверенность?

— Хорошо… А во-вторых? — еле слышно уточнила Хельга.

— А, во-вторых, ты сама знаешь, как в нашем патриархальном обществе относятся к разведенным женщинам. Если на развод подам я, свекрови будет проще простого превратить мою репутацию в хлам. Скажет, что бездетная маг-императрица идет против закона, ставя маг-императору ультиматум — либо она, либо наследники. Угадай, на чью сторону встанут придворные и весь народ Сокрии? Я даже не смогу оправдаться. Однако… если на развод подаст Итан, у меня будет больше пространства для маневра. Бедная несчастная девушка, отдавшая лучшие годы… кхм… ну ты поняла… брошена ненаглядным супругом ради другой.

Я пыталась говорить спокойно, пусть и с сарказмом, но глаза все еще слезились, а сердце — будь оно неладно! — продолжало разрываться от боли.

Чтоб тебе в болото провалиться, Итан!

— Ваше величество, вы… вы… невероятная, — выдохнула горничная, глядя на меня с уважением и некой долей страха. Мое любимое сочетание в глазах подчиненных. — Но я все еще не поняла, что значит «стратегия развода»?

— Все просто: мне нужно сделать так, чтобы муж сам предложил расторгнуть брак. Но этот лис тот еще хитрец, — задумалась я, постукивая указательным пальцем по нижней губе. — Если делать все демонстративно, он непременно поймет.

— Да, — заметно поникла Хельга, служившая Итану несколько лет и успевшая изучить его ведение дел. — Его маг-императорское величество очень умный.

— Не переживай, мы что-нибудь придумаем, — махнула я рукой, будто пытаясь ее утешить. Хотя по-хорошему утешать сейчас нужно было меня.

Моя жизнь никогда не была легкой. Да и могло ли быть иначе, учитывая, кто я такая? Змея-перевертыш, рожденная в неизведанных землях Карнивора, о которых у нее не сохранилось ни единого воспоминания. Ребенок, чьих родителей убили, а ее саму забрали в рабство. Я думала, у меня уже давно не осталось слез, что я со всем справлюсь, ведь я сильная, пусть и не физически. Сегодняшний день доказал обратное.

— Ваше величество, — заметив мое состояние, Хельга поджала губы и подошла ближе. — Что бы вы ни решили, вы всегда можете положиться на меня.

— Я знаю, — улыбнулась я и сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. — Итак, давай подумаем, из-за чего у обычных пар случаются разводы?

— Неверность, — принялась перечислять горничная. — Несовпадение интересов, бездетность… эммм… — она заметно покраснела, пряча взгляд. — Холодная постель?

— Так, неверность, — начала я анализировать варианты, делая вид, что не замечаю ее смешную реакцию. Еще обидится. — Так быстро я никого не найду. Но вариант любопытный, мы его не отбрасываем.

Ну и что, что этот мерзавец был моим первым и единственным? Он решил меня предать, а значит, пришла пора открывать мир других мужчин.

— Что там с несовпадением интересов?.. Итан любит махать мечом, я люблю на это смотреть. Еще он любит издеваться над своими министрами. К сожалению, я тоже. Дальше-дальше… Бездетность — есть. Холодная постель, — фыркнув, я поджала губы. — Скорее Мертвый мир заледенеет, чем он переступит порог моей спальни.

— У меня больше нет вариантов, — развела руками Хельга.

— Те, что ты назвала, вполне подходящие, — заверила я ее. — Просто нужно хорошо все обдумать.

Внезапно в дверь постучали.

— Ваше величество, — раздался снаружи визгливый голос личной горничной противной сестренки моего мужа. — Маг-принцесса желает вас видеть.

Вкратце о том, как ко мне относятся родственники супруга. Не «просят аудиенции», как у той, что выше их по статусу, а «желают видеть», словно отдают приказ. Вроде бы мелочи, но их накопилось так много, что человек не с такими крепкими нервами, как у меня, давно бы уже сдался.

Я заняла стул перед туалетным столиком, делая вид, что занята прической, и медленно кивнула Хельге. За два года тесного сотрудничества она научилась понимать меня с полуслова.

— Войдите, — распорядилась горничная, совсем не таким робким голосом, каким говорила ранее, когда мы были наедине.

Сейчас в нем слышались повелительные нотки, достойные доверенного лица маг-императрицы.

Дверь распахнулась, и порог, аккуратно подобрав полы пышного черного-алого платья, переступила моя золовка — маг-принцесса Айрин.

Изящная сероглазая шатенка, на голову выше меня ростом. Если бы не внушительная бородавка на конике носа, которую не смог свести ни один императорский лекарь — поговаривают даже, что причина ее появления — некое семейное проклятие, — ее можно было бы назвать довольно миловидной. Губы в форме бантика, большие глаза, наивный взгляд… за которым скрывается злобная садистка.

По дворцу давно ходят сплетни, что Айрин, находясь в плохом настроении, нещадно бьет своих служанок. Те боятся жаловаться, и дело не в том, что им никто не поверит. Просто в ее руках не только их жизни, но и жизни их родителей и других родственников, так как при дворе чаще служат семьями.

Итан несколько раз пытался на нее повлиять: отчитывал прилюдно, закрывал сестру в ее покоях, садя на одну воду и каши. Но тут же вмешивалась свекровь, утверждая, что это все злые наговоры и нет никаких доказательств. Их действительно не было, что помогало золовке каждый раз выходить сухой из воды.

Мы не поладили с первой встречи. Или скорее с первого взгляда. Она терпеть не могла девушек, которым сильно уступала во внешности. А я — когда на меня смотрят свысока.

— Рисса, вот ты где! — радостно воскликнула Айрин, подчеркнуто пренебрегая протоколом, прописывающим обращаться к монаршим особам строго по их титулу. — Мама ждала тебя все утро в своих покоях на церемонию приветствия, но так и не дождалась.

Как же тут не воспользоваться возможностью, чтобы упрекнуть меня в непочтительном поведении? В этом вся она.

Во дворце строго придерживались старых традиций, одна из которых прописывала, независимо от статуса старших членов семьи, приветствовать их каждое утро традиционным поклоном. Когда мы только поженились, Итан предложил забыть об этом правиле, чтобы я не вставала чуть свет, но Глория воспротивилась, пригрозив, что не примет меня в семью. Пытаясь избежать их ссоры, я согласилась.

Глядя на Айрин, я испытывала странное чувство. Зачем ей приходить ко мне, да еще и в таком приподнятом настроении? А потом дошло…

Наверняка свекровь успела рассказать ей о согласии Итана взять наложницу. Вот и прибежала разведать ситуацию. Прямо об этом она не скажет, мать определенно запретила, пригрозив именем брата. Но чего у Айрин не отнять — она прекрасно умела намекать.

— К сожалению, я неважно себя чувствовала. Пришлось даже позвать лекаря. Чуть позже попрошу у матери-императрицы прощения, — быстро состряпала я историю, прекрасно зная, что она не будет ее проверять. А если все же решит потратить время, попрошу Хельгу привлечь любого из приближенных к Итану лекарей. Испугавшись гнева мужа, они меня не выдадут. — Ты не частый гость в моих покоях. Что же привело тебя на этот раз?

— Мама просила предупредить, что завтра состоится банкет в честь возвращения дяди Арлена из Валахии. Соберется много людей, даже кузина Алиса должна приехать…

А вот и намек.

Разумеется, Алиса Богун никакая им не кузина. Так, ткачихе двоюродный кузнец. Она с детства была влюблена в Итана. Подробности мне неизвестны. Знаю лишь, что она долгое время считалась его невестой. Но тут появилась я.

Отношения у нас с Алисой были, мягко говоря, натянутыми. А если грубо — она ненавидела меня до печенок, я же ее просто игнорировала. Даже не ревновала. Итан никогда не давал мне повода сомневаться в его верности.

До сегодняшнего дня…

Я резко отвернулась к зеркалу, делая вид, что смотрю в отражение. На самом деле ничего не видела, так как глаза заволокли слезы.

Наконец, взяв себя в руки, я повернулась.

— Буду иметь в виду, — расплылась в фальшивой улыбке.

— Что значит «иметь в виду»? — удивленно захлопала ресницами Айрин. — Мама велела, чтобы именно ты все организовала.

А вот это что-то новенькое — отдавать распоряжение маг-императрице, как личной служанке. Интересно, чья это идея? Скорее всего, Айрин. Свекровь меня терпеть не могла и даже не скрывала этого, но раньше за ней подобных нелепостей не замечалось.

Поднявшись со стула, я медленно повернулась лицом к золовке, гордо приподняла голову и бросила на нее полный презрения взгляд.

— Хочешь сказать, что мне, маг-императрице Сокрии, был отдан приказ, — я особенно подчеркнула последнее слово, — заняться подготовкой банкета? Неужели во дворце совсем не осталось компетентных слуг? Если все так, я сейчас же распоряжусь уведомить об этом маг-императора. Думаю, он очень удивится.

Быстро осознав, что ее слова были не просто неприемлемыми, а скорее звучали как пощечина для ее брата, Айрин тут же стушевалась, забегала глазами и выдавила сладчайшую из всех своих улыбок.

— Рисса, ты все неверно поняла. Тебе не нужно заниматься всем подряд, для того имеются распорядители. Это небольшой домашний банкет, на котором будут присутствовать лишь члены семьи Кар Ланде. Тебе требуется всего-то проследить, чтобы все прошло как надо.

А вот и еще один намек…

Вдовствующая маг-императрица явно намерена сделать Алису Богун наложницей Итана. Иначе с чего бы его сестре включать ее в «члены семьи Кар Ланде»?

Пришлось крепко сжать зубы, чтобы побороть боль, пронзившую сердце, стоило в голове возникнуть этой мысли.

Благо, я девушка взрослая. Опыта поболее, чем у них у всех вместе взятых. Итан со своей «кузиной», или кого еще он выберет на роль матери наследника престола, пусть хоть в Мертвый мир провалится. Плевать, я все равно от него уйду.

— К сожалению, тебе придется самой заняться банкетом, — махнула я рукой, давая понять Айрин, что не смею ее задерживать. — Я уже сказала, что плохо себя чувствую. Боюсь, мне будет сложно в таком состоянии ответственно подойти к делу.

— Но… но… это распоряжение мамы, — зло выпучила глаза Айрин, явно не ожидавшая от меня прямого отказа. — Как ты можешь? Так непочтительно!

— Передай ей, что мне очень жаль, — демонстративно усмехнулась я, всем своим видом давая понять, что мои слова — откровенная ложь.

Золовка так крепко сжала кулаки, что у нее побелели костяшки. Глаза загорелись ненавистью, которую она всегда тщательно скрывала за маской наивной добродетели.

Если бы нападение на маг-императрицу не считалось одним из самых тяжких преступлений, а поведение рыночной торговки не превращало репутацию в мусор, Айрин точно не стала бы сдерживаться.

Не в силах выместить свой гнев, она буквально сходила с ума у меня на глазах. Убогое, но в то же время довольно веселое зрелище. Имея на своей стороне Хельгу с ее отличными боевыми навыками, я ничего не боялась.

Золовке потребовалось некоторое время, чтобы взять себя в руки. Не поклонившись и не спросив разрешения покинуть мои покои, она развернулась на каблуках и совсем не грациозно потопала к выходу. Но не дойдя пары шагов, вдруг резко остановилась.

— Советую тебе перед выходом нанести макияж, — слащаво пропела она, пройдясь по мне деланно заботливым взглядом. — Итану вряд ли понравится, что его жена выглядит как привидение.

— Серьезно? — наиграно захлопала я глазами и взглянула в зеркало, делая вид, что прислушалась к ее словам. Уголки глаз были чуть припухлыми после пролитых слез. Искусанные губы сильно покраснели. Кожа лица стала будто прозрачнее от пережитого волнения. Надо признать: горе мне к лицу. — Ты права, я слишком бледная. Использую румяна, которые мне подарила принцесса Норлинга. Говорят, они до того чудесны, что скрывают все недостатки, — я перевела взгляд на ее лицо, сконцентрировав внимание на бросавшейся в глаза бородавке. — Или не все…

Никто никогда не смел упоминать Айрин о её уродливом дефекте. Это считалось строжайшим табу для обсуждения во дворце. Я тоже старалась обходить эту тему стороной, не используя её как аргумент в наших завуалированных пикировках. Но с сегодняшнего дня — с меня хватит.

Не собираюсь больше щадить чувства Итана, игнорируя его вкрай зарвавшихся мать и сестру. Не нравится — пусть подает на развод. Разве не эту цель я сейчас преследую?

— Как ты смеешь? — ударившись в слезы, золовка яростно топнула ногой, закрыла лицо платком и бросилась к выходу. — Я всё расскажу маме!

Когда за ней с громким хлопком закрылась дверь, Хельга перевела на меня удивленный взгляд.

— Ваше величество?

Она привыкла, что, когда я имею дело с Айрин, я либо резко ухожу, либо молча игнорирую, не обращая на золовку никакого внимания, прекрасно зная, что это злит её ещё больше. А если отвечаю, то в рамках приличий, такой же завуалированной колкостью. А сегодня вдруг так откровенно над ней посмеялась.

На самом деле всё просто. Пока за моей спиной стоял Итан, я воспринимала их как семью, которой у меня никогда не было. Подумаешь, недолюбливают. Разве во всех семьях царит гармония?

Но с сегодняшнего дня все они — посторонние.

Позволив горничной стащить с меня платье, я осталась в одном корсете и новенькой сорочке. Подняла руки, расслабленно потянулась, пытаясь выбросить из головы все мрачные мысли.

— Хельга, как насчет того, чтобы покинуть дворец и развеяться?

— Ваше величество, но вы сказали её высочеству, что больны… — взволнованно прошептала горничная. — А если она доложит вдовствующей маг-императрице? У вас будут неприятности.

— И что? — беспечно пожала я плечами. — Если буду действовать непочтительно, демонстративно игнорировать — это сильно её разозлит. Она начнёт жаловаться Итану, подталкивая его к разводу. В конце концов, разве не этого я добиваюсь?

— Куда вы хотите направиться? — нахмурилась Хельга.

Я на мгновение задумалась, постукивая указательным пальцем по нижней губе.

— Как насчет… Кайена?

— Кайена? — громко ахнула горничная и тут же прикрыла рот ладонью. — Но это же место, где…

— Да, да, оно самое, — кивнула я, забавляясь её реакцией. — Надень своё лучшее платье.

И как я сразу не додумалась? Разве есть место в столице лучше, чем Кайен, где разочарованная в жизни девушка могла бы развеяться и на время позабыть о неудавшемся браке?

В широких кругах оно было известно как загородный парк Вдовствующей маркизы Лебретт — с живописными пейзажами, красивыми музыкантами, знаменитыми театральными труппами и незамерзающим озерцом, по которому даже зимой курсируют прогулочные лодки. А в узких, его называли просто — бордель для девушек.

Вдовствующая маркиза, несмотря на титул, была женщиной молодой, лишь недавно разменявшей четвертый десяток. Ее муж умер пять лет назад, вроде как от чахотки, но до сих пор ходят слухи, что он был тот еще тиран. Бил жену, имел десятки любовниц. В один прекрасный день Констанс Лебретт не выдержала и подмешала ему в вино быстродействующий яд.

Не знаю, правда ли это. Но даже если правда, я последняя, кто стал бы ее винить.

Знакомы мы были шапочно, виделись только на императорских банкетах, куда эту женщину пускали благодаря ее высокому титулу. В Кайене я была пару раз с подругами еще до замужества. Всех «изысканных блюд», перечисленных в тайном меню, не пробовала, но то, что видела, меня впечатлило.

Когда как не сейчас самое время для новых ощущений?

— Ваше Величество, — на мгновение опешила Хельга, увидев, на каком наряде и аксессуарах я остановила свой выбор.

Несмотря на снег за окном, платье я надела легкое, из валашского шелка. Фиолетового цвета, с вышитыми лилиями на юбке и глубоким, как обморок, декольте. Зато накидку к нему подобрала теплую, длинную, белую, отороченную густым барсучьим мехом.

Волосы оставила распущенными. Только на макушке собрала небольшой ленивый пучок, закрепив его изысканной серебряной шпилькой с редкой южной жемчужиной в основании, которую Итан месяц назад привез мне из Норлинга.

На оба запястья надела парные нефритовые браслеты — ярко-красные, как только что пролитая кровь.

— В чем дело, Хельга? — нахмурилась я. — Думаешь, чего-то не хватает?

— Нет-нет, вы выглядите великолепно, просто потрясающе! — замахала руками горничная. — Но… вас сразу узнают.

— Не узнают, — тут же расплылась я в победной улыбке, потянувшись к лежащей на туалетном столике шляпе с плотной длинной вуалью. — Или узнают… но не сразу.

С порога заявлять о том, кто я такая, разумеется, не собиралась. Но и таиться, учитывая мою цель, тоже бессмысленно. Напущу туману. Пусть ходят слухи.

Пока Хельга общалась с молодым кучером, выбирая не роскошную, но и не старую тесную карету — естественно без опознавательных знаков — я прогуливалась по стоянке для экипажей в сопровождении одной из юных служанок, придерживающей для меня зонтик.

Внезапно впереди мелькнула тень. Служанка вскрикнула от неожиданности, чуть не ударившись мне в спину. Я вовремя отошла в сторону.

Мой недовольный взгляд упал на преградившего мне путь мужчину, чье суровое выражение лица, изуродованного длинным шрамом, пересекавшим щеку и висок, пугало почти всех живущих во дворце женщин.

Кроме нас с Хельгой.

Учитывая, через что мне пришлось пройти в раннем детстве, я в принципе ничего не боялась. А мою горничную Линн — личный слуга и одновременно грозный страж моего мужа — скорее бесил своей мрачной невозмутимостью. За глаза она называла его самовлюбленным позером. Он ее в ответ — дикой кошкой.

Так и жили.

— Ваше величество, — почтительно склонил передо мной голову Линн. — Я заметил, что с вами нет стражей.

— Сегодня они мне ни к чему, — махнула я рукой, будто пытаясь отделаться от него, как от назойливой мухи.

— Что мне передать его маг-императорскому величеству?

Передай, чтобы этот мерзавец проваливал со своими властными замашками в Мертвый мир. С какой стати я должна докладывать ему о своих перемещениях?

Даже личного слугу отправил. Этого дотошного зануду. Думает, я такая же не заслуживающая доверия предательница, как и он?

Не зря говорят, что нечистые душой люди самые подозрительные. Странно, что раньше я за Итаном подобного не замечала. За последние пару дней моего мужа будто подменили. Из заботливого, внимательного мужчины, в которого я когда-то влюбилась, он превратился в отстраненного обманщика.

Или у меня просто раскрылись глаза…

Менестрели поют, что любовь живет три года. Наша столько не протянула. Впрочем, чего я хотела, выходя замуж за маг-императора? Согласно истории, почти все они были жадными до власти ублюдками. Не гнушались ни мятежами, ни убийствами родственников, ни топтанием голов собственных подданных.

С чего я взяла, что Итан будет другим?

Окинув Линна безразличным взглядом, я холодно фыркнула. Затем обогнула его и направилась к поджидавшей у экипажа Хельге. Но на полпути остановилась и насмешливо бросила через плечо:

— Передай, чтобы оставался ночевать в своем кабинете. Полагаю, я вернусь довольно поздно… И у меня наверняка будет болеть голова.

Взяв горничную за руку, чтобы с ее помощью подняться на подножку, я весело подмигнула молодому кучеру. Разумеется, это не укрылось от взгляда Линна, сделав его и без того мрачное лицо еще мрачнее.

Признаться, на мгновение мне показалось, что он меня не отпустит. Скажет, что это распоряжение маг-императора и запрет в покоях. По крайней мере, на это очень явно намекал его хмурый взгляд.

Но нет. Стоило нам с Хельгой устроиться внутри, как экипаж спокойно тронулся с места. Не спеша проехал несколько ворот, отделявших главный дворец от каменной стены. Выехал на главную дорогу и направился в сторону Кайена.

Устроившись на мягком диванчике, я отодвинула шторку и стала смотреть в окно. Правда, вместо красивого зимнего пейзажа, видела перед глазами сплошные серые точки.

— Ваше величество, — первой нарушила тишину заметно взволнованная Хельга. — Боюсь, если его маг-импеторское величество узнает, куда мы направляемся — а он непременно узнает — это ему сильно не понравится.

— Ну и что? — закатила я глаза. — Разве я не могу развеяться и послушать музыку?

— В прошлый раз, когда наследник министра образования всего-то задержал на вас свой взгляд, его нашли в подворотне со сломанной ногой. А до этого, когда господин Карволь, лучший из школяров, метивший на должность заместителя военного министра, пригласил вас на танец? Говорят, после того как он потерял столь почетное место, для него закрылись все двери. Отпрыск аристократической семьи был вынужден заняться торговлей. Боюсь представить, что случится со всеми этими красавцами-музыкантами, если вы останетесь с ними наедине. Его маг-императоское величество несколько…

Горничная замялась, подыскивая емкое, но необидное определение. Пауза затянулась. Пришлось прийти ей на помощь.

— Одержим? — невесело хмыкнула я.

Я тоже так раньше считала. И, признаться, мне это даже нравилось.

Нет, Итан не вел себя как безумец. Если мужчина, обративший на меня внимание, действовал в рамках приличий, то самое большее, что можно было ожидать от моего мужа — холодный взгляд и злую усмешку. Но если это внимание содержало непристойность, виновному могло сильно не повезти.

К примеру, наследник министра образования не просто смотрел на меня чересчур долго. Он буквально изнасиловал меня своим масляным взглядом и скользкой улыбкой. А Федерик Карволь во время танца попытался слишком низко опустить руку, изначально покоящуюся на середине моей спины…

— Не волнуйся, ничего с ними не будет, — спокойно заверила я горничную. — Если не станут зарываться. А если станут, я сама их проучу. Мне нужны только слухи. Не слишком провокационные, чтобы в конец не испортить себе репутацию. Но достаточно неопределенные, чтобы оставить пятнышко на идеальном образе императорской семьи…

Не успела я договорить, как лошади громко заржали, карета сильно дернулась, заставив нас с Хельгой вцепиться в плотные шторы, чтобы удержаться на месте. А затем резко остановилась.

— Узнай, что случилось, — велела я горничной, как только мы обе пришли в себя.

Хельга кивнула, открыла дверцу и сошла на землю. Снаружи послышалось приглушенное бурчание. Через некоторое время она вернулась с хмурым лицом.

— Ваше Величество, неизвестный мужчина чуть не попал нам под колеса, — в голосе горничной отчетливо слышалось негодование, смешанное с недоумением. — Он явно ранен, но не называет своего имени. И вообще… выглядит подозрительно.

— Что же в нем такого подозрительного? — удивленно приподняла я бровь.

Хельга задумалась.

— Не знаю, –пожала наконец плечами. — Просто он… какой-то странный.

Ее слова меня заинтриговали.

Тряхнув рукавами, я поднялась с места и, с помощью горничной, вышла из экипажа. Рядом с успокаивающим лошадей кучером стоял молодой человек. Высокий, статный, с длинными темными волосами, собранными в небрежный хвост, и внушительным бриллиантом в мочке уха.

Он был укутан в черный плащ, подбитый мехом валашского медведя. Повернувшись ко мне, на мгновение замер, позволив разглядеть черты его выразительного лица: прямой нос, чувственные губы.

Чуть бледноват на мой вкус, но очень красив. Если бы не ярко выраженные скулы и напряженный взгляд, его легко можно было бы принять за женщину.

Хельга права, что-то с ним было не так.

Мужчина явно не беден, определенно из благородных. Зачем ему бросаться под колеса проезжающего мимо экипажа?

— Госпожа, — прихрамывая, он приблизился и отвесил мне приветственный поклон, придерживая правой рукой левое плечо. Запахло кровью. Он точно ранен, но это скорее порез, чем результат столкновения. — Прошу вас простить меня за то, что был вынужден таким бессовестным образом остановить ваш экипаж. Но у меня не было другого выхода.

— Чем же я могу вам помочь? — с любопытством уточнила я.

— Госпожа, мне не посчастливилось наткнуться на разбойников. Они разбили мой экипаж, убили всех моих людей и собирались лишить меня жизни. Я был ранен и едва смог сбежать. Не могли бы вы помочь мне добраться до ближайшего госпиталя? Я в столице проездом и не знаю, где здесь что находится?

Упавший голос с бархатистыми нотками вызывал сочувствие. И я бы мгновенно прониклась, если бы не одно существенное «но». Какие еще разбойники рядом с императорским дворцом? Только смертник решился бы промышлять на этой территории.

Разумеется, вслух я свои мысли высказывать не стала. Не хочет говорить правду — его дело. Учитывая пережитое утром, я пребывала в подавленном настроении. Чужие тайны были меньшим, что могло меня сейчас заинтересовать.

— К сожалению, у нас только один экипаж, — развела я руками. — Судя по легкому акценту, вы не из Сокрии и, наверное, не знаете некоторых особенностей местного этикета. Женщине и мужчине, если они не связаны семейными узами, запрещено делить один экипаж. Но я могу вам помочь. Попрошу кучера подсказать вам дорогу и выделить одну из наших лошадей. Вы можете оставить ее в конюшне при госпитале. Мои люди завтра ее заберут.

— Вы очень любезны, госпожа, — снова поклонился мне подозрительный брюнет, сверкнув на мгновение своими темными глазами. В направленном на меня взгляде чувствовалась неуловимая напряженность. — Не знаю, как мне отблагодарить вас за спасение… — он быстро стащил с указательного пальца внушительное серебряное кольцо и протянул его мне. — Прошу, примите этот скромный дар.

— Вы ничего мне не должны, — отступила я на шаг.

— Пожалуйста, — продолжил настаивать он. — Это знак моей искренности.

Знак искренности от обманщика? Еще один бесполезный мужчина.

Не став препираться, иначе неизвестно насколько бы все это затянулось, я кивнула Хельге. Горничная приблизилась к нему и забрала кольцо. Пока мы возвращались в экипаж, кучер указал незнакомцу путь. Затем отвязал одну из лошадей, взобрался на козлы и взмахнул хлыстом.

Карета тронулась.

Обитые темно-бордовым бархатом стены рабочего кабинета отражали мягкий свет льющихся из окна солнечных лучей. На полу лежал ковер ручной работы с замысловатыми узорами. В самом центре стоял резной письменный стол из эбенового дерева, весь покрытый бумагами и чернильными принадлежностями.

Все выглядело стильно и роскошно. Лишь в воздухе витало тяжелое напряжение. А царившая тишина была такой же мрачной, как и настроение сидевшего в кожаном кресле маг-императора Сокрии.

Волосы Итана Кар Ланде спадали на лоб в беспорядке. Во взгляде сквозил стылый холод, пока он внимательно читал доклад, написанный и доставленный лично военным министром господином Ди Жофеем. Коренастый лысый мужчина, в прошлом бесстрашный генерал армии, а ныне крупный чиновник, стоял здесь же, в самом углу, нервно теребя пуговицу мятого жилета. На его широком лбу блестели капли холодного пота.

Чем выше в злой усмешке приподнимались уголки губ Итана, тем сильнее сжималось сердце Лидла Ди Жофея. А в голове билась всего одна мысль — не к добру это, ох, не к добру!

— Значит, говорите, на столичный оружейный склад было совершено нападение? — оторвавшись от бумаг, маг-император поднял на министра нечитаемый взгляд.

— Т-так точно, ваше маг-императорское величество, — заикаясь, ответил мужчина.

— И теперь он наполовину пуст, — медленно, словно размышляя про себя, протянул Итан. — Или наполовину полон? Как вы считаете, господин Ди Жофей?

Министр замялся.

— Пуст, ваше маг-императорское величество, — обреченно опустил он голову.

— А вы, оказывается, скептик, — с явным сарказмом в голосе протянул маг-император. — Хорошее качество для военного… но очень мешающее в мирной жизни.

Его слова прямо намекали на то, что бывший генерал и нынешний военный министр вполне может лишиться высокой должности и быть разжалованным до рядового.

Осознав это, Лидл Ди Жофей не мог дольше терпеть. Бухнувшись на колени, он один за другим принялся отвешивать маг-императору низкие поклоны.

— Прошу вас, ваше маг-императорское величество, пощадите!

— О чем вы просите, министр? — подался вперед Итан, прожигая Ди Жофея ледяным взглядом. — Разве я когда-то кого-то… щадил?

— Ваше маг-императорское величество, это явно кто-то из стражи, — продолжил причитать министр. — Видимо, его подкупили, и этот человек усыпил остальных. Сейчас в восточной тюрьме проходят допросы. Я клянусь всеми забытыми богами, мы обязательно докопаемся до правды.

С губ маг-императора сорвался хриплый смешок.

— Хотите сказать, что сто пятьдесят человек спокойно спали, пока неизвестные грабили склад?

— Десять из них были убиты. Остальные… д-да… спали.

— Учитывая размеры склада, на то, чтобы его ополовинить, даже с помощью усилий пяти сотен воинов, ушла бы вся ночь. Как они вывозили оружие? Такая большая процессия просто обязана была привлечь внимание. Неужели никто ничего не заметил?

— Мы еще не нашли свидетелей, ваше маг-императорское величество, — голос Ди Жофея становился все глуше и глуше из-за сотрясающей мужчину дрожи.

— На что годитесь вы и ваши люди, господин Ди Жофей? — зло рассмеялся Итан. — Протирать штаны на стульях, ежемесячно получая жалование? В столице, прямо под вашим носом, обнесли одно из самых строго охраняемых мест. И не жалкая кучка воров, а несколько сотен — если не больше — изменщиков. Так что же мне с вами делать?

— Я обязательно все выясню, ваше маг-императорское величество, — взвыл Ди Жофей. — Молю, дайте немного времени. Уже начато расследование. Мы даже обратились к главе гильдии магов. Правда, его кобольд сообщил, что господин Стирр с семьей в отпуске на одном из южных пляжей Норлинга и приказал его не беспокоить, даже если случится война.

Маг-император невесело хмыкнул.

— Да уж, Нокс умеет выбирать время. Уехал греть кости под солнцем в тот самый момент, когда больше всего нужен, — он откинулся на спинку кресла и сцепил руки за шеей. — Хорошо, даю вам не больше суток. Если завтра на моем столе не будет полного доклада о случившемся с именами предателей, вы, господин Ди Жофей, лишитесь должности… А может даже головы. Зависит от моего настроения. Имейте в виду, оно очень переменчивое.

— Благодарю, ваше маг-императорское величество.

Получив временную поблажку, министр отвесил такой глубокий поклон, что чуть не расшиб лоб о мраморный пол. Резво поднявшись, он, не оборачиваясь, засеменил к выходу, где чуть не столкнулся со стоявшим за дверью Линном. Поклонился заодно и личному слуге маг-императора, прежде чем окончательно скрыться с его глаз.

Линн постучал в открытую дверь, привлекая внимание Итана. Тот, расслабленно откинувшись на спинку кресла, прикрыл глаза и подал знак рукой, намекая, что страж может войти и закрыть замок. Разговор предстоял конфиденциальный.

Снаружи остались двое внушительных телохранителей, выдрессированных стоять смирно, глядя строго перед собой и не реагируя ни на что, кроме приказов маг-императора. Даже если до их ушей дойдут какие-то тайны, можно быть уверенным: они умрут вместе с ними.

— Слышал о случившемся? — все еще не открывая глаз, лениво поинтересовался Итан.

— Да, ваше маг-императорское величество, — кивнул Линн, встав посреди кабинета, прямо перед рабочим столом.

— И что думаешь?

Страж, разумеется, понимал, что маг-императора интересует не его личное мнение по поводу случившегося на оружейном складе, а строгие факты. Потому нужно отвечать предельно аккуратно. Его маг-императорское величество не прощал ошибок никому.

— Это были не воры, а очень хорошо подготовленные воины. Одно известно наверняка: хотя они и имеют пособников в столице, сами точно не из Сокрии, Внутри империи никто бы не осмелится восстать против маг-императора Кар Ланде.

— Кроме другого Кар Ланде, — медленно и без каких-либо эмоций протянул Итан.

Его опасные слова заставили Линна побледнеть так сильно, что отчетливо проступил его шрам.

— Вы подозреваете…

— Пока не будем об этом, — открыв глаза, холодно усмехнулся мужчина. — Нападение на наш склад определенно связано с внутренней борьбой за трон в Валахии. Влад Пятый на смертном одре, и все его шестнадцать сыновей сейчас испытывают некоторое беспокойство…

От его ледяной улыбки, не коснувшейся синих, как ясное небо, глаз веяло явной угрозой. Не выдержав, Линн поежился.

Мало кто знал, что за всеми текущими событиями, пошатнувшими вампирское княжество, стоял их маг-император. А уж какие цели он преследует — неизвестно никому. Итан Кар Ланде разыгрывал собственную шахматную партию.

— Ты оправил письмо Наследному принцу?

— Да, ваше маг-императорское величество. Гонец отбыл три дня назад, ответа еще не было. Кто-то поговаривает, что Наследного принца давно не видели. Зато пришли сразу два сообщения от Пятого и Седьмого принцев через третьих лиц. Оба просят Сокрию о помощи. Обещают взамен территории. Седьмой принц слаб. Если поддерживать его, нам придется снова ввязываться в войну с вампирами. А вот за Пятым стоят серьезные силы. Здесь от нас потребуется только мирный договор.

Итан издал довольный смешок.

— Заманчиво, конечно, но не будем спешить. Так вышло, что я знаком с Наследным принцем. Космин Стану не так-то прост. От него еще можно ожидать сюрпризов. Кстати, сегодня из Валахии возвращается мой драгоценный дядюшка. Всего неделю там провел и как-то быстро засобирался обратно, тебе не кажется? Еще и не один, а в сопровождении принцессы Валахии — признанной красавицы континента, — лениво зевнул маг-император. — И это в тот самый момент, когда моя мать предложила устроить смотрины наложниц. Интересное совпадение.

— К нему приставлены наши люди, — напомнил ему Линн. — Как только они прибудут, я подготовлю отчет.

— Сделай его предельно подробным. С кем виделся он сам, его приближенные и даже любовницы этих приближенных. Ничего не упусти.

— Будет исполнено, ваше маг-императорское величество.

В кабинете наступила тишина. Несмотря на то что разговор подошел к концу, Линн продолжал стоять на месте, опустив голову и искоса поглядывая на внезапно нахмурившегося маг-императора. Он отлично понимал, что это еще не все.

— Там, в коридоре… — после продолжительной паузы заговорил Итан. В его голосе слышалась легкая напряженность. Холод в глазах сменился непривычной мягкостью. — Это была она?

— Так точно, — не поднимая головы, ответил Линн. — На полу найдены следы растаявшего мороженого, которое любит ее величество. К тому же ее поведение…

— Где она сейчас? — резко оборвал его Итан.

— Ваше маг-императорское величество, маг-императрица только что покинула дворец. Стражу брать отказалась, но я все равно приставил к ней охрану. Она ничего не знает. Может… — Линн заметно замялся, мысленно подбирая слова. — Вы точно не желаете, чтобы я ее остановил?

Итан пожал плечами.

— Если моей змейке скучно и хочется развлечься, кто я такой, чтобы портить ей веселье?

«Тем более что во дворце, как выяснилось, совсем не безопасно», — мысленно отметил он и холодно взглянул на обитый черным бархатом ящик, мирно покоящийся на самом краю его стола.

— Она просила что-нибудь мне передать?

— Да, ее величество сказала, чтобы вы ее сегодня не навещали, — лицо Линна сделалось пунцовым от смущения. — Она вернется поздно и… у нее будет болеть голова.

— Куда она отправилась? — внезапно нахмурился Итан.

— Мне не сообщили, но я заметил, что на главной дороге экипаж повернул на юг. Скорее всего, они едут за город. А там… Кайен.

— Кайен, говоришь? — сверкнул холодным взглядом Итан, резко поднимаясь с кресла. — Тогда, боюсь, я ничего не могу ей обещать…

Зимний Кайен оказался чарующе хорош. Умиротворенность в нем переплеталась с экспрессией, создавая уникальную атмосферу.

На выходе из экипажа, тебя мгновенно засасывает в кипящий жизнью котел, состоящий из шумного рынка, театральных выступлений, звонкого смеха и веселых мелодий.

Но если пройти чуть дальше, оказываешься в царстве тишины — у зеркального озера, обрамленного серебристыми узорами, где вода, вопреки всем морозам, никогда не замерзает.

Разумеется, это не природное явление. В столице шептались, что нынешний любовник Вдовствующей маркизы Лебретт — очень сильный светлый маг.

Гладь озера была слегка подернута тонкой дымкой пара, хорошо скрывающего лица сидящих в многочисленных лодках гостей. Быть узнанным, если ты того не желаешь, практически невозможно.

Магическая шумоизоляция здесь тоже была на высоте, заглушая любые звуки. Даже пение птиц. У пристани, где арендовались лодки, слонялись молодые музыканты. Все красавцы мужского пола.

Одетые с иголочки, волосок к волоску, блондины и брюнеты — они продавали свой талант, а жаждущим — и свою любовь. Учитывая, что посетительницы были в большинстве своем женщинами, чаще разочарованными жизнью, последнее ценилось особо.

У самого входа нас с Хельгой, как и всех гостей, имеющих доступ к главным воротам, встречала хозяйка парка. Несмотря на шляпу с плотной вуалью, полностью скрывающую мое лицо, а также отсутствие опознавательной эмблемы на экипаже, было заранее ясно — утаить от нее свою личность будет невозможно. Впрочем, я и не пыталась.

— Госпожа Лебретт, — чуть склонила я голову, мгновенно уловив слегка расширившиеся от удивления зрачки еще совсем не старой и даже довольно миловидной женщины.

Ее реакция была вполне понятна. Кто еще, кроме членов маг-императорской семьи, при обращении стал бы игнорировать ее титул? Добавить сюда мой голос, который Итан называл «уникальной соблазнительной мелодией» из-за хрипловатых ноток. Ну и самое главное… мою личную горничную.

Любой, знавший меня в лицо, был знаком и с ней.

— Ваше ве… — открыла рот и тут же закашлялась хозяйка. — Госпожа, простите, как я могу к вам обращаться?

Я довольно кивнула.

Констанс Лебретт была умной, быстро соображающей женщиной, знающей, когда следует прикусить язычок. Вот почему даже после смерти мужа смогла остаться на плаву.

— Называйте меня госпожа Стирр, — представилась я девичьей фамилией и подала знак Хельге выйти вперед.

Горничная быстро отвлекла от меня все внимание, договорившись об аренде лодки. Она также сообщила, что нам в прогулке понадобится музыкант. Я мысленно усмехнулась, заметив, как брови маркизы резко поднялись вверх.

— Какие-то… особые предпочтения в выборе… инструмента? — с явным намеком в голосе обратилась к Хельге госпожа Лебретт, искоса поглядывая в мою сторону. — Более романтичный? Выносливый? Имеющий срок годности… или, может, совсем новый?

— Не знаю, — небрежно махнула я рукой, перехватив ошеломленный взгляд Хельги. — Оставим это на ваше усмотрение, госпожа Лебретт. Предложите то, чем гордится Кайен.

— Конечно-конечно, — быстро закивала женщина. — Будет непременно исполнено. Жюли…

Она позвала одну из служанок и шепотом отдала распоряжение. Еще две молодые девушки из ее свиты, низко поклонившись, повели нас с Хельгой к причалу.

Предложенная деревянная лодка оказалась довольно просторной. Управлял ею стоящий на корме пожилой гребец с длинным веслом. На носу висел большой красный фонарь из рисовой бумаги. В ночное время он освещал путь, сейчас же, при свете дня, служил украшением.

В самом центре располагалось небольшое укрытие, занавешенное бамбуковой планкой, украшенной нарисованными цветами сливы. Внутри находились мягкие низкие сиденья, печь и столик, на котором стоял керамический чайник.

Прекрасное место для наслаждения волшебной музыкой и красотой пейзажа.

Вслед за мной и горничной в лодку поднялось четверо мужчин.

Два блондина — у одного грива, как у льва, второй — кучерявый. Шатен, судя по свисающим до пояса косам, не местный. И короткостриженый брюнет с карими глазами. Он держал в руках лютню.

Констанс Лебретт не разочаровала. Все как на подбор. Может, ну его, музыканта, и взять целый оркестр?

— Хельга, как думаешь, кто из них нам больше подходит? — лениво протянула я, устроившись на сиденьях, как на кушетке.

Мужчины остались снаружи. По лодке не слонялись, спокойно стояли на одном месте, ожидая, пока кого-то из них позовут.

— Я… я не знаю, ваше величество, — еле слышно шепнула стоящая за моей спиной горничная. — Госпожа Лебретт предлагала выбирать, основываясь на вашем вкусе. Она сказала, что талант у каждого имеется и очень… большой.

Пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы не разразиться громким смехом, глядя на порозовевшие уши Хельги. Несмотря на отличные боевые навыки и военную службу в мужских рядах, моя горничная оставалась чиста и невинна, как дующий с юга весенний ветерок.

— Госпожа Лебретт определенно гений продвижения своих товаров, — с демонстративной серьезностью кивнула я. — Но таланты этих мужчин — меньшее, что меня сейчас интересует.

— Тогда что же вам нужно, ваше величество?

— Как я уже ранее говорила… небольшие слухи. А чтобы придать им солидности, надо выбрать лучшего из присутствующих. Иначе будет сложно поверить.

— Может… может не выбирать, а пригласить всех четверых? — еще тише предложила Хельга.

Подняв на нее взгляд, я весело улыбнулась.

— Мы мыслим в одном ключе… Но есть одно «но».

— Какое? — нахмурилась горничная.

— Если выбрать всех четверых, будет, разумеется, весело, но «небольшие» слухи резко увеличатся в размерах. Из несчастной, покинутой девушки, вынужденной искать утешение на стороне, я превращусь в извращенку, обожающую оргии. Все станут жалеть моего «бедняжку» мужа, что в итоге выйдет ему только на руку. А мне бы этого не хотелось.

— Тогда… тогда опишите, какой именно мужчина вам нужен, ваше величество.

— Мне нужен… — тягуче пропела я.

Перед глазами встал знакомый образ: красивый до неприличия брюнет с синими, как чистый лед, глазами, жадный взгляд, коварная ухмылка на капризных губах.

Сердце наполнилось горечью от одной мысли о том, что все это, пусть даже на одну ночь, на одно мимолетное мгновение, будет принадлежать другой. Слепая ревность — совершенно незнакомое для меня чувство — подняла свою уродливую голову из самых глубин сознания.

Итан был моей первой и единственной любовью. Я всегда считала его своим. Даже не так — частью себя, без которой нет жизни. Как сердце, печень или легкие. За все два года, что мы провели вместе, у меня ни разу не было ни малейшего повода в нем усомниться. Я была уверена в его чувствах, как в самой себе.

Эта уверенность придавала мне сил. Внушала, что я не одинока в целом мире. За спиной всегда есть человек, в любой момент готовый меня подхватить. Он не оставит меня, не предаст, уничтожит ради меня любого…

Но несколько слов, сказанные мужем сегодня свекрови, разрушили меня полностью, оставив взамен абсолютную пустоту.

Теперь, даже если вдруг выяснится, что все услышанное я поняла превратно, ему придется хорошенько объясниться. Я была зла: сильно, до зубовного скрежета. Наверное, в этом была виновата моя змеиная природа или впечатлительная женская натура. Но все, чего мне сейчас хотелось — это отомстить.

Шумно выдохнув, сбрасывая охватившее тело напряжение, я подняла голову и оценивающим взглядом прошлась по мужчинам. Заметив это, оба блондина и шатен мягко улыбнулись, вытянувшись в полный рост. И только брюнет с лютней нагло усмехнулся и подмигнул.

Слишком вульгарный красавчик — определенно любимчик местных дам — смотрел на меня так, словно перед ним находилась сладкая булочка с корицей.

— Вот этот в самый раз! — ткнула я в него пальцем и повернулась к Хельге. — Остальных отпусти, а брюнету скажи, пусть зайдет.

Пока мужчина удобно устраивался напротив меня, заботливо протирая платочком свою лютню, Хельга успела налить чай и разложить на столике различные закуски, хранившиеся в специально подготовленных для гостей корзинах.

Запах от них исходил одуряющий, мгновенно пробуждавший аппетит. Сомневаюсь, что маркиза Лебретт угощала подобным всех подряд. Уж больно изысканное лакомство, приготовить которое под силу вне дворца лишь бывшим императорским поварам.

Сделав глоток освежающего жасминового чая, я наконец подняла взгляд на музыканта. Будто ожидая этого, он отложил лютню и расплылся в обольстительной улыбке. Довольно профессиональной, на мой взгляд.

— Как тебя зовут? — спросила я, подав знак горничной отойти мне за спину.

— Бастиан Барно, госпожа. Благодарю, что выбрали меня. Будьте уверены, вы не пожалеете, — он слегка склонил голову к правому плечу. — А если назовете свое имя, я напишу о вас песню.

Какой дерзкий!

Взгляд прямой, наглый, каждое слово пропитано самоуверенностью. По всей видимости, господин Барно так давно в Кайене, что успел изучить вкусы местных дам.

Хельга, не сталкивающаяся при дворе с подобными экземплярами, шумно выдохнула, выражая тем самым свое недовольство. Я предпочла проигнорировать намеки музыканта и махнула рукой над столом.

— Игра на лютне требует особого усердия, а вечер предстоит долгим. Госпожа Лебретт подготовила так много закусок, что мне ни за что не съесть их одной. Прошу вас, господин Барно, будьте моим гостем…

Дважды уговаривать его не пришлось. Поблагодарив, мужчина сел напротив и взял в руки приборы. На еду он сильно не налегал, прикрывал рот при жевании. Чашку с чаем держал аккуратно. Видно, что манерам обучен. Явно для того, чтобы ловить рыбку пожирнее.

— Госпожа, ваша красота подобна распустившимся ирисам, а доброта ставит вас в один ранг с забытой богиней Шиту, опекающей скитающихся поэтов и музыкантов, — лил он мне в уши комплимент за комплиментом.

От переизбытка сладкого даже зубы свело.

— Господин Барно, вы еще не видели моего лица, чтобы судить о моей красоте.

— Зато я слышу ваш голос, госпожа, — быстро нашелся нахальный льстец. — Он настолько мягкий и нежный, что не сравнится ни с одним другим. Таким голосом мифические красавицы завлекали в свои сети мужчин…

Его карие глаза блеснули самодовольством.

— Чтобы потом… безжалостно их убивать, — холодным, как вода под нами, голосом бросила я.

Музыкант вдруг резко закашлялся, подавившись особенно крупным куском пищи. Хельга быстро приблизилась к нему и хлопнула по спине.

Кашель прекратился. Зрачки мужчины расширились. Лоб прорезала глубокая морщинка. Он определенно оценил силу моей горничной и понял, что это не просто служанка, а личный телохранитель. Соответственно и вести себя стал намного скромнее.

Отложил столовые приборы. Допил чай. Промокнул рот салфеткой. Затем еще раз поклонился мне и отсел.

— Госпожа желает послушать что-то веселое? — уточнил он после небольшой паузы, беря в руки лютню.

— Нет, что-нибудь лирическое. Я сейчас не настроена на веселье, — грустно вздохнула я, вытирая платком несуществующие слезы. — Мой муж… он… он…

Я прикусила губу.

— Ваше маг-импер… то есть, госпожа… — жалобно протянула Хельга, делая вид, что пытается меня утешить. — Не нужно так убиваться, все будет хорошо.

Честно говоря, актриса из нее была посредственная, поэтому роль я ей дала небольшую, всего на пару фраз.

— Нет, не будет, — упрямо всхлипнула я и подняла глаза на музыканта. — Господин Барно, помогите мне забыться. Хотя бы сегодня…

На его губах расплылась снисходительно-понимающая улыбка, не достигшая, однако, глаз.

Кивнув, музыкант слегка склонился над лютней. Длинные пальцы мягко заскользили по струнам, словно касались нежных лепестков. Каждое его движение было наполнено грацией и точностью, будто мужчина вел тихий диалог с инструментом.

Творимая им мелодия начиналась тихо, как шепот ветра, постепенно набирая силу и глубину. Каждая нота была полна чувств: тоска, радость, надежда или воспоминание. Переливы звуков то поднимались, как взмывающие в небо птицы, то опускались, будто опадающие листья. Наполняя пространство вокруг, окутывая нежностью, касаясь самых глубин сердца.

Словно магия, стирающая память, эта музыка заставляла обо всем забыть.

Я нахмурилась.

Магия?

Тело внезапно кинуло в дрожь. Внутри начало зудеть, гореть, и никак это было не унять. Лицо сидящего напротив мужчины показалось самым прекрасным на свете, вызывая желание коснуться его, прижаться ближе и никогда не отпускать.

Где-то на задворках сознания мелькнула мимолетная мысль о том, что все это очень странно и неестественно, но быстро испарилась.

— Хель… — попыталась позвать я горничную, но ничего не вышло. Голос, как и я сама, перестал мне принадлежать.

Рука против воли ухватилась за вуаль. Я стащила с головы шляпу, заставив ее упасть на пол. Затем поднялась и сделала пару шагов по направлению к музыканту.

Кто-то толкнул меня в спину и вырвался вперед. Это оказалась Хельга. Упав перед Барно на колени, она, словно под гипнозом, потянула к нему руки.

Разозлившись так, будто у меня отбирают что-то ценное, я едва не вцепилась ей в волосы. Но внезапно в нашу лодку что-то врезалось. Меня отбросило назад, обратно на сиденья. Музыка резко замолкла. Бамбуковая планка отлетела в сторону. Мелькнуло острие меча.

Мрачная тень в черной одежде так быстро выволокла Бастиана Барно из укрытия, где мы находились, что я решила, мне это показалось. Но затем раздался визгливый крик и всплеск воды за бортом.

Первое, что я сделала, стоило пелене перед глазами рассеяться, а звону в ушах замолкнуть — это бросилась к лежащей на деревянном полу Хельге. Слегка хлопнула горничную по щекам, приводя в сознание. Пощупала пульс.

— Ваше величество… — удивленно прохрипела она, с трудом открывая сонные глаза.

— Доски холодные, — улыбнулась я. — Тебе лучше подняться…

Не успела договорить, как реальность обрушилась на нее снежной лавиной, заставив горничную быстро вскочить на ноги, а затем так же резко упасть передо мной на колени.

— Ваше… величество. Я… я все вспомнила. Я осмелилась толкнуть вас в спину, — в ее взгляде читалась паника, из глаз лились крупные слезы. — Не понимаю, что произошло… Этот мужчина будто околдовал меня. В голове все помутилось. Мне нет прощения!

Достав из кармана чистый платок, я протянула его Хельге и строгим голосом оборвала ее обрывистые причитания.

— Прекрати! — Обычно, чем ты мягче с людьми, тем сложнее до них доходит. — Это не твоя вина. Разве не заметила, что в руках музыканта был темный артефакт?

— Темный артефакт? — смешно захлопала она глазами.

— Ну да, его лютня, — замахала я в воздухе руками, изображая инструмент. — Видимо, привык с ее помощью охмурять богатеньких дамочек. Услышав его игру, они тают от умиления, считая его спустившимся с небес божеством. А я еще думала, откуда в обычном содержанце столько наглости? Вот он ответ.

На последней фразе я от злости даже скрипнула зубами.

— Ваше величество, но… но куда он делся? — замотала головой Хельга.

Я тяжело вздохнула и открыла рот, чтобы ответить, но меня опередил тягучий, как мед, голос, в котором отчетливо слышались металлические нотки.

— На дне, кормит рыб.

В дверном проеме, отодвинув в сторону бамбуковую планку, застыла высокая мужская фигура в обитом черным мехом зимнем плаще, начищенных до блеска кожаных сапогах и темной маске, скрывавшей половину лица.

Литые плечи были напряжены. Широкая грудь медленно вздымалась и опускалась в такт с дыханием. Ладонь правой руки сжимала рукоять висевшего на поясе меча.

Обмануться легко: на вид — обычный страж. Если бы не исходящая от него властная аура смерти.

Первой пришла в себя Хельга. Не успев подняться, снова бухнулась на колени и едва не проломила лбом пол.

— Ваше маг-императорское величество, умоляю, накажите меня.

Итан неспешно прошел в небольшое помещение, остановился перед склоненной горничной и насмешливо фыркнул. Синие с серыми крапинками глаза сверкнули ледяным пламенем.

— Иди и прими наказание, — после длительной паузы ответил он.

Услышав его слова, я чуть ли не до хруста сжала зубы. Хельга же наоборот, с облегчением вздохнула. Медленно поднявшись на ноги, она поклонилась сначала Итану, затем мне и скрылась из глаз.

Протестовать смысла не было. Воля маг-императора для любого подданного, включая даже его жену, — закон. Начну кричать при всех, опозорю и себя, и Итана. В конце концов, не только не добьюсь желаемого, но и, вполне возможно, сделаю хуже.

Не зря Хельга так расслабилась, услышав приказ. Наказание для нее — пустяк. Мой муж вполне мог выгнать горничную из дворца за несоответствующее исполнение обязанностей телохранителя. А если бы случилось что-то серьезное — даже лишить жизни.

Пусть внешне он выглядел мягким и элегантным, с врождёнными изысканными манерами, что делало его похожим на благородного мужчину. На самом деле это была лишь маска. Характер Итана я бы определила как холодный и расчётливый. Люди, не связанные с ним кровным родством, делились на две категории — полезные и нет.

Если раньше я считала себя исключением из этого правила, то сейчас… не знала, что и думать.

Стоило нам остаться наедине, я шумно выдохнула и села на мягкое сиденье. Глядя куда угодно, только не на стоящего в самом центре мужчину, чья властная аура мгновенно заполнила небольшое пространство, я упрямо скрестила руки на груди.

— Хельга не заслужила, — ворчливо буркнула про себя.

— Она здесь с одной целью: даже ценой собственной жизни защищать тебя, — медленно протянул Итан голосом, абсолютно лишённым каких-либо эмоций. — Не справляется — я её заменю.

— Нет, — резко выдохнула я, поймав на себе пристальный взгляд его прищуренных глаз.

— Вот поэтому я и выбрал наказание.

Под маской не видно, но я была уверена, что его губы скривила насмешливая ухмылка. Бесившая до звёзд в глазах.

В другой ситуации, случись со мной такое, я бы уже висела у мужа на шее, жалуясь на несправедливость мира. При всех я тоже носила маску сильной и решительной женщины. И только с ним могла не бояться показывать свою слабость. Но не сейчас…

— Что ты здесь делаешь? — резко сменил он тему.

На этот раз, в голосе мужа отчетливо слышались недовольные нотки, уловив которые, я испытала некоторое удовлетворение. Расслабилась. Откинулась на спинку.

— А что обычно делают женщины в Кайене? — нагло приподняла подбородок, всем своим видом бросая обманщику вызов. — Кажется, развлекаются.

В синих глазах блеснул лед.

— И этот музыкантишка показался тебе подходящим?

— Не сказать, чтобы он полностью соответствовал моему вкусу, но талант определённо имеется.

Воздух в помещении вдруг резко стал как будто бы тяжелее. По спине медленно пополз мороз.

— Ты понимаешь, что с тобой случилось бы, если бы я опоздал? — вкрадчиво поинтересовался Итан обманчиво ленивым голосом. Буквально кричащим о том, что муж находился в ярости.

Решив больше не играть с ним, я судорожно сглотнула.

— Ты бы не опоздал.

На самом деле я знала. И не где-то глубоко внутри, а здесь, в своей голове. Знала, что он придёт. Ещё до того как выбрала из четверых этого брюнета. Итан ни за что не тронул бы обычного музыканта. Мне просто хотелось вызвать ревность. Такую же, какую испытывала сама. Но кто мог предположить, что у Барно в руках откажется тёмный артефакт?

— Ты его убил? — бесцветным голосом поинтересовалась я.

Брюнета мне было не жалко. Скольких женщин он обманул и соблазнил с помощью своей лютни? Но на небе солнце, кругом люди. А узнать маг-императора Кар Ланде не составит труда. Снаружи наверняка поджидает его стража.

— Надо было, — с губ мужа сорвался злой смешок. — Но не хотелось пачкаться в крови. Просто выкинул за борт. Всплывёт — с ним расправится стража.

— Но…

Взгляд Итана сделался ещё холоднее.

— Никаких «но». Как он смеет интриговать против моей женщины?

Мой муж наконец-то сбросил маску, явив миру свое истинное лицо. Не того утонченного молодого человека с безупречным воспитанием и нежной улыбкой на идеальных губах, заставляющей женщин всех возрастов томно вздыхать и застенчиво прикрывать платочком покрасневшие лица.

Нет, сейчас передо мной стоял могущественный правитель огромной империи. Властный, непредсказуемый, жестокий. Челюсть плотно сжата. Глаза обжигают морозом. Соприкоснувшись с этой зловещей аурой, кто-то менее стойкий давно бы покрылся холодным потом.

Я же внешне оставалась абсолютно спокойной, изо всех сил игнорируя ползущий по позвоночнику предательский озноб. Однако Итан, похоже, все равно что-то почувствовал, так как его остановившийся на моем лице взгляд заметно потеплел.

Он приблизился ко мне вплотную, почти касаясь носками сапог подола моего платья, и продолжал стоять, возвышаясь как гранитная скала.

— Похоже, мы остались вдвоем, — от его тягучего голоса у меня сладко потянуло где-то в районе живота, а от завораживающей улыбки резко участился пульс. — Моя змейка решила развеяться? Хочешь, составлю компанию? Я тоже могу сыграть…

— Единственное, на чем ты умеешь играть, — это на моем терпении, — грубо перебила я и насмешливо фыркнула, с трудом оторвав взгляд от его лица.

— А как же твое тело? — самодовольно усмехнулся бесстыжий гад. — Что касается его, я настоящий виртуоз. Заставляю тебя брать такие ноты, какие не каждому по плечу.

Почувствовав, как загорелись уши, я резко опустила взгляд и не заметила протянутую Итаном руку. Сжав мое запястье, он заставил меня подняться и буквально впечататься в его широкую грудь. Не успев опомниться, я почувствовала, как щеки нежно коснулись грубые мужские пальцы.

Судорожно вздрогнув, я прикусила нижнюю губу, задрала голову и, словно загипнотизированная, уставилась в ледяные глаза. Стащив черную маску, Итан бросил ее на пол. Все, что я могла сейчас видеть, — это его красивое лицо.

Слишком близко. Слишком интимно. Губы приближаются к моим. И вместо того чтобы оттолкнуть, я сжимаю в ладонях ткань его плаща. Влечение, что я всегда испытывала к этому мерзавцу, было почище любой темной магии. Даже той, что вместе с музыкой источала лютня.

В его направленном на меня взгляде, прикосновениях и мягкой улыбке читалась грубоватая нежность. Оружие, перед которым я была бессильна. И Итану это прекрасно известно. Всегда решительный и одержимый, он никогда не стеснялся использовать любые средства, чтобы добиться своего.

Добиться? Своего?

Последняя мысль привела меня в чувство, заставив сбросить магические оковы.

Что я здесь делаю? Почему позволяю обманщику меня соблазнять? Не сегодня, так завтра у него появится новая женщина — или женщины? – и тогда мое сердце будет окончательно разбито.

Забившись в его хватке, как пойманная в силки птица, я все же вырвалась на волю — разумеется, благодаря тому, что Итан не стал меня удерживать.

— Я… я хочу развода! — резко выплюнула ему в лицо.

Улыбка мужа не стала менее обаятельной. Даже наоборот. Показалось, что она сделалась… счастливее? Чему это он так рад?

— Помнишь, у алтаря мы давали клятвы: в богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас? — медленно промурлыкал он. — Это подразумевало «навсегда», Рисса. О каком разводе может идти речь?

— Я больше тебя не люблю, — беспечно пожимая плечами, произнесла я. — И… и не хочу.

Если бы ложь считалась преступлением, меня бы уже казнили.

— Не хочешь? — в притворном изумлении приподнял он темные брови. — Но твое тело говорит об обратном?

— Это просто физиология, — зло процедила я. — Думаешь, я стану заниматься любовью без чувств?

— Чувств? — нахмурился муж и тут же снова разулыбался. — Это можно утроить. Хочешь, я тебя разозлю? Или разочарую?

Что за мужчина? Даже в такой момент он не может быть серьезным.

— Ты уже меня разозлил и разочаровал, — скрипнула я зубами. — Не дашь развод — все равно от тебя уйду, убегу, исчезну из твоей жизни!

— Только попробуй, моя змейка, — в глубине его синих глаз блеснули красные всполохи, а улыбка сделалась резкой. — Даже обратившись, тебе не ускользнуть от меня. Сама знаешь, найду в любой точке континента и запру в своих покоях на всю оставшуюся жизнь.

— Ах ты…

Договорить не успела. Выбросив вперед руку, Итан обхватил мою талию, прижал к своему горячему телу и надавил пальцем на точку, находящуюся в задней части шеи.

Пошатнувшись, я погрузилась в полную темноту. Но перед этим почувствовала, как меня осторожно поднимают на руки.

Пробуждение было внезапным. В один момент мне снится красочный сон, где муж катает меня на лодке, громко смеясь в ответ на летящие в лицо капли воды. В другой — я уже открываю глаза, пытаясь разглядеть в кромешной темноте очертания спальной комнаты.

За окном ночь. Внутри, судя по всему, никого нет. Я потянулась к прикроватной лампе и зажгла её. Глаза, не привыкшие к яркому свету, немного защипало. Пришлось проморгаться.

Стоило принять сидячее положение, как на голову обрушились воспоминания: Кайен, лодка, музыкант со странной лютней… Итан.

Маятник на стене показывал полночь. Выходит, я спала около пяти часов.

Потерла шею, пытаясь нащупать место, куда он нажал прежде, чем я потеряла сознание, но ничего не обнаружила. Боли тоже не было. Только странное состояние, как после выпитого на голодный желудок бокала вина.

Сорвав с себя толстое одеяло, я попыталась подняться, но тут же рухнула обратно на подушки, обнаружив, что вся одежда исчезла. Я спала абсолютно голая. Кто меня раздел?

Варианта два: либо Хельга, либо Итан. Но первая оставила бы нижнее бельё. Да и вообще, её сегодня наказали, а значит, до завтрашнего утра ей не встать.

Я заскрипела зубами от раздражения.

Смрадный мерзавец!

Помяни дьявола — он тут как тут. Будто почувствовав мою злость, Итан вышел из ванной комнаты в одних штанах с переброшенным через плечо полотенцем. Мокрые волосы были в беспорядке. Капли с них падали на пол. Бьющий за спиной свет не давал разглядеть выражение лица. Однако я была уверена, что взгляд его направлен прямо на меня, а губы скривила довольная усмешка.

Я никогда не стеснялась своей наготы. Во-первых, телом меня забытые боги наделили, без ложной скромности, откровенно соблазнительным. Даже чересчур. Как однажды полушепотом заметила моя свекровь, общаясь со своей личной горничной — да-да, я подслушивала! — такое пристало иметь кокетливым девицам в борделях, а не маг-императрице. А во-вторых, перевертышей в принципе мало заботила одежда. Наше понятие о стыдливости несколько отличалось от общечеловеческого. Но чувствуя на себе жадный взгляд Итана, мне вдруг захотелось укрыться.

Едва сдержалась, чтобы не натянуть одеяло до самой шеи. Ещё не хватало показывать врагу свои слабости.

— Что я здесь делаю? — спросила я с вызовом в голосе и упрямо сдула упавший на лоб платиновый локон.

Хитрый лис вышел на середину комнаты, позволяя себя разглядеть. Сладко улыбнулся и развёл в воздухе руками, из-за чего мокрое полотенце упало на каменный пол.

— Не узнаешь? Это наши покои.

— Не наши, а твои.

— Какая разница? — продолжая веселиться, пожал он плечами. — Ты спишь здесь каждую ночь.

— Итан… — воскликнула я прежде, чем вскочить с кровати, приблизиться и ткнуть указательным пальцем в центр скользкой из-за влаги мужской груди.

Муж, запрокинув голову, звонко рассмеялся и поднял вверх обе ладони.

— Ладно-ладно, не злись, змейка, я просто хотел с тобой поговорить и выбрал для этого место, где мы оба можем расслабиться, не заботясь о посторонних.

Его весёлый взгляд, скользнув по моей обнажённой груди, вдруг сделался опасным. В синих глазах вспыхнуло знакомое пламя. Мои щеки обожгло смущением. Пришлось резко отойти.

— Только попробуй меня коснуться, и я… я обернусь и придушу тебя, понял?

— Обещаю не трогать, — тут же хрипло произнёс он, усмехнувшись. — Пока…

Презрительно фыркнув в ответ на его нахальное заявление, я медленно приблизилась к кровати, выдернула простынь и укуталась в неё, как бабочка в кокон. За спиной раздался разочарованный вдох.

— Я слышала ваш утренний разговор с Вдовствующей маг-императрицей, — честно призналась я, решив не ходить вокруг да около.

— Я знаю, — хмыкнул Итан.

Его ответ заставил меня удивлённо поднять брови.

— Знаешь?

— Почувствовал тебя почти сразу, — беспечно пожал он плечами. — Затем Линн нашёл на полу следы твоего любимого мороженого.

— Я не подслушивала, — поспешила заявить я, чувствуя, как щеки обожгло смущением. — Просто… хотела поговорить, но увидела, что ты занят. Думала, ненадолго. Решила подождать…

— Но не дождалась.

Внешне казалось, что муж предельно серьёзен… если бы не мимолетный блеск в его синих глазах. Разумеется, он не укрылся от моего взгляда. Пришлось сцепить зубы, иначе я бы накинулась на мерзавца с кулаками.

Как он смеет надо мной смеяться?

— Будешь утверждать, что я всё не так поняла? — с сарказмом уточнила я. — Не вникла в контекст? Пропустила самую суть? Не угадала твои истинные намерения? Всё сама напридумывала?

Несмотря на насмешку в голосе, в сердце внезапно проклюнулась надежда. Вот сейчас он со всей серьёзностью ответит «да» и логично мне всё объяснит. Естественно, я, как истинная женщина, пообижаюсь для видимости. Совсем недолго. А потом прощу.

— Нет, — отрицательно качнул головой Итан. — Ты всё поняла верно, Рисса. Через несколько дней во дворец начнут съезжаться выбранные матерью девицы, претендующие на место моей будущей наложницы.

БАМ!

В него полетела стоящая рядом со мной старинная фарфоровая ваза. Прицельно в лицо. Даже странно, такая большая. Какую же лютую ненависть нужно питать, чтобы оторвать её от пола?

К сожалению, Итан успел уклониться.

Ударившись о противоположную стену, она издала трескучий звук и разлетелась на тысячи дорогих осколков. Прямо как моё сердце в эту самую секунду. Резко защипало глаза.

— Ты… ты… подонок… ублюдок! Да чтоб тебя орки съели!

Мне казалось, я прокричала это вслух, но изо рта вырвались лишь приглушённые всхлипы. Я покачнулась, едва не упала на пол, но была быстро подхвачена на руки.

Прижав меня к своей горячей груди так крепко, что чуть не затрещали кости, Итан приблизился губами к моему уху. Донесшийся до сознания шепот заставил меня ошеломлённо застыть.

— Что? — спросила я после небольшой паузы, почувствовав, как кровавая пелена перед глазами спала, сердце замедлило стук, а в голове перестало шуметь.

— Я сказал… — медленно и нежно прошептал он, — что кроме тебя мне никто не нужен. Змейка моя, эти смотрины — меньшее из-за чего тебе нужно переживать.

Его прищуренный взгляд незаметно скользнул к двери. Между бровей появилась глубокая складка.

Нас что, подслушивают? Кто смеет шпионить за маг-императором в его личных покоях? Поэтому он так тихо говорит?

Я долго смотрела в его напряжённое лицо, изучая каждую черточку, прежде чем решилась задать вопрос, внезапно возникший в моей голове.

— Итан Кар Ланде, ты что-то от меня скрываешь? — уголок его губ чуть приподнялся, он кивнул. — И не расскажешь? — Снова кивнул, в этот раз более решительно. — Почему?

— Это может быть опасно.

Ничего себе, великий маг-император так осторожен. Значит, дело действительно серьёзное.

— У тебя уже есть план?

— Ага.

Услышав его ответ, я сама не заметила, как облегчённо вздохнула.

Не знаю, что больше на меня повлияло: хриплый шепот в тишине пустынных покоев или холодный блеск в глубине синих глаз, но я сразу ему поверила. Судорожно сглотнула и прикусила губу.

— Если… если мне не нужно переживать из-за смотрин, почему не предупредил заранее?

— Когда? — долетел до моего уха его обиженный шепот. — Эта идея пришла мне в голову, как только её озвучила мать. Потом кое-что случилось. Пока я всё хорошенько обдумал, ты уже уехала… Ай, за что?

Поморщившись, он потер ладонью место на груди, куда я только что со всей силы приложилась кулаком.

— За то… — зло прошипела я, — что заставил меня страдать, гнилостный ты орк!

Обхватив одной рукой мою талию, Итан прижал меня лицом к своей груди. А пальцами второй зарылся в мои волосы, которые беспорядочным каскадом укрывали мою спину.

Тонкая простыня, что служила мне одеждой, упала на пол. Его горячее дыхание овевало мой правый висок. Ровное, спокойное, оно внушало ощущение полной безопасности.

— Прости, — донесся до меня его хриплый голос. — Я нарушил свое обещание.

— Какое обещание? — удивилась я и приподняла голову, чтобы встретиться с его чуть затуманенными глазами.

— Помнишь, в день нашей свадьбы я сказал, что никогда не причиню тебе боль? Защищу ото всего. Не позволю грустить. Я честно пытался оградить тебя от грязной стороны дворцовой жизни и уродливого лица власти. Дать полную свободу. Позволить вести праздную жизнь… — Чем дольше Итан говорил, тем глуше становился его голос и растягивались слова. Приходилось напрягаться, чтобы ничего не пропустить. — Но сейчас мне без тебя никак.

В груди всё сжалось от плохого предчувствия. Уже зная наперед, что его просьба мне категорически не понравится, я понимала, что вряд ли смогу отказать.

Словно прочитав мои мысли, Итан невесело усмехнулся и коснулся большим пальцем моей нижней губы.

— Ты у меня очень умная, змейка. Но, к сожалению, не самая лучшая актриса. Все твои эмоции легко читаются на твоем сладком лице.

— Именно поэтому ты скрываешь от меня правду? — обиженно засопела я, надув губы.

Немного замявшись, Итан всё же кивнул.

— Если бы меня запугивали собственной безопасностью, я бы даже не обратил на это внимание. Приказал бы страже расследовать и раздавить всех причастных, как насекомых. Но когда касаются имени моей любимой женщины, я не могу остаться в стороне.

— Ты знаешь, кто это? — удивленно захлопала я глазами.

— Есть некоторые догадки, но нет доказательств, а без них я бессилен, — он имеет ввиду… это кто-то из его родни? – Вовлеченных много, они рядом. Чтобы каждый из них был наказан, мне нужна твоя помощь.

Значит, кто-то пытается надавить на моего мужа, угрожая ему моей жизнью. И это не какие-то далекие революционеры или бунтари, а некто очень близкий, вхожий во дворец или даже… носящий фамилию Кар Ланде?

Учитывая, что больше всего на свете Итан ненавидит предателей, неудивительно, что он так зол. Пусть и скрывает это за безразличной маской.

— Что я должна сделать? — твердо спросила я шепотом.

— Ты хотела развода, — лениво протянул он, заставив меня нахмуриться. — Продолжай его добиваться. Способы не имеют значения. Чем жестче ты будешь действовать, тем лучше. У меня лишь одно условие: не подвергай себя опасности… как сегодня.

— Откуда мне было знать… — возмущенно воскликнула я, но Итан не дал договорить, закрыв ладонью мне рот.

— Кайеном управляет маркиза Лебретт, — брезгливо скривив губы, произнес он её имя. — Остерегайся этой женщины. Я не верю в случайности. А также в то, что кто-то столь мелкий, как этот смазливый музыкант, мог осмелиться использовать тёмную магию против маг-императрицы. За его спиной определённо стояли другие. Я скоро выясню, кто это был.

— А если эти люди что-то заподозрят? Мы сейчас вдвоём, в твоих покоях, за окном ночь. Явно не в шахматы играем?

— Ошибаешься, — вдруг развеселился муж, легко скользнув своими губами по моим. — В покоях я с одной из подосланных матерью служанок. А маг-императрица уехала в казино снимать стресс и просаживать казну.

При одной мысли о том, что Глория осмелела настолько, чтобы отправлять моему мужу постельных грелок, я чуть не взорвалась.

— Где сейчас эта служанка? — раздраженно скрипнула зубами.

Муж насмешливо хмыкнул и махнул рукой.

— Линн должен был от неё избавиться, — закончив, он добавил уже серьёзнее. — Запомни: чем ты дальше от меня, не только физически, тем для тебя безопаснее. Они должны думать, что я не отступлю, даже если заберут твою жизнь.

Вот значит как. Враг ходит кругами, пока мой муж разыгрывает собственную партию, отвлекая его внимание от меня. В сердце разлилось тепло. Ощущение, словно я переела мёда. Так сладко и приятно. Даже стыдно, что мысленно называла его мерзавцем… и другими грубыми словами.

— А эти смотрины? — прижалась я ладонью к его груди, уже начиная что-то осознавать.

— В большей степени щит, — пожал он плечами. — Завеса для ослабления внимания. Я долго искал подходящие условия, пока Вдовствующая маг-императрица не предложила идеальный вариант.

— «Идеальный», — ворчливо передразнила я его.

— Мне правда жаль, что ты слышала наш разговор, — тяжело вздохнул муж. — То, что говорила моя мать, — полная чушь. Я был идиотом и слишком долго тянул, надеясь, что она изменит своё мнение насчёт нас. После того как всё закончится, я клянусь, что избавлю тебя от её общества.

Его обещание заставило меня улыбнуться. Но вспомнив, через что мне предстоит пройти, на душе снова стало пасмурно.

— То есть я должна изображать ревность и добиваться развода, пока ты наслаждаешься заполнившими дворец красавицами, которые спят и видят, как станут твоими наложницами?

— Наслаждаюсь? — демонстративно задумался он, постукивая указательным пальцем по своей нижней губе. Пришлось ударить Итана по предплечью, но это вызвало у него лишь тихий смех. Вскоре меня снова сжали в крепких объятиях. — Ты права, я действительно собираюсь наслаждаться самой прекрасной участницей этих смотрин.

— Как ты смеешь, смрадный орк… — тут же задергалась я в железной хватке.

— Тише, змейка, — раздался в ухе тягучий, гипнотизирующий голос. — Я разве не сказал? Тебе придется сыграть еще одну роль, ведь этой участницей будешь… ты.

Слова Итана меня ошеломили. Потребовалось некоторое время для осознания, чего именно он от меня хочет. А затем еще немного, чтобы все это переварить.

Следующие несколько дней обещали быть сложными. Мало того что мне, по словам мужа — посредственной актрисе, предстояло исполнить перед одной и той же публикой две абсолютно противоположные роли — жены и наложницы, так еще и угроза жизни висела над головой, разящим мечом.

Кто это может быть?

Итан не назвал имен, но прозрачно намекнул на членов своей семьи. Учитывая, что их — дальних и близких, живущих во дворце и в его окрестностях — более сотни, список должен быть длинным.

Перечисленного было достаточно, чтобы ответить категорическим отказом на настойчивое желание Кар Ланде провести вместе ночь. Капризно упрекнув этого упрямца в легкомысленном поведении, я едва избежала далеко не невинного прощального поцелуя. Плавали, знаем. Он определенно стоил бы мне самоконтроля.

Укутавшись с головой в тяжелый плащ мужа, никем не замеченная, я сбежала к себе.

Ночь прошла неспокойно. Не в силах уснуть, я долго ворочалась и вздыхала. В тяжелой голове смешались сумбурные мысли. Глаза закрылись только на рассвете. Проснулась я ближе к вечеру. Когда маятник пробил шесть раз, в дверь тихонько поскреблись.

— Входи, — сиплым голосом отозвалась я, поднимаясь с постели.

Хельга выглядела довольно бодрой для человека, подвергшегося вчера наказанию палками. Глаза горят ярким светом, щеки пылают. Если бы не легкая хромота, я бы решила, что Итан ее пощадил.

— Добрый вечер, ваше величество, — усиленно пряча взгляд, произнесла горничная, затем рухнула на колени и низко поклонилась. — Я так виновата перед вами. Мне нет прощения.

— Хельга, мы с тобой обе стали жертвами темной магии, — отмахнулась я от ее слов и накинула висевший на стуле шелковый халат. — Твои боевые навыки тут ни за что бы не помогли. К тому же это я — та, кто вовлек нас в неприятности. Не реши я ехать в Кайен, ничего бы не случилось.

— Не утешайте меня, ваше величество, я этого не заслуживаю, — тяжело вздохнула Хельга, поднимаясь на ноги. — Его маг-императорское величество доверил мне вашу защиту, а я невольно ослушалась его приказа.

Пришлось сжать губы, чтобы скрыть от нее улыбку. Удобно устроившись перед зеркалом, я поманила горничную пальцем.

— Забудь об Итане, он как всегда слишком жестко отреагировал. Я приказываю тебе вытереть слезы и помочь мне избавиться от этих огромных мешков, — я указала на свои веки. — Скоро банкет, соберется вся родня. Нужно хорошенько подготовиться, выбрать одежду…

— Его маг-императорское величество предполагал, что новость о банкете застанет вас врасплох и уже позаботился об этом, — тут же расцвела в улыбке Хельга, сортируя крема.

— Он заказал для меня платье? — нахмурилась я.

— И платье, и туфли, и аксессуары, — принялась возбужденно перечислять она, загибая пальцы. — Заказ готовила лично госпожа Боссе. Я видела наброски и ткани. Клянусь забытыми богами, ваше величество, на этом банкете не будет никого прекраснее вас.

Итан и раньше дарил мне платья. А вкусу госпожи Боссе, владелице лучшего в столице ателье, я доверяла как самой себе. Потому, услышав заявление Хельги, совсем не волновалась. Как впоследствии выяснилось — зря.

Закончив с моей прической и украсив ее подаренной Итаном золотой диадемой в форме венка, горничная принялась за макияж.

Я сидела с закрытыми глазами около часа, мысленно готовясь к разговору с гостями. Репетируя обиду брошенной жены, ответы на колкие речи матушки и сестрицы моего мужа, а также ревностный взгляд в сторону предполагаемой соперницы — Алисы Богун. Нахальной девице определенно известно о предстоящих смотринах. Она ни за что их не пропустит.

За всеми этими мыслями я не заметила, как Хельга, убрав все содержимое косметички в сторону, отошла на шаг. Открыв глаза, я взглянула на себя в зеркало и на мгновение застыла. Так ярко меня еще не красили.

Кожа, покрытая тонким слоем перламутра, переливалась золотистыми искрами. Брови, изящно подчеркнутые угольной линией, придавали взгляду властную выразительность. Глаза, зеленые как летние луга, были обрамлены дымчатыми тенями с переходами от глубокого красного к мерцающему золоту. Ресницы, густо покрытые тушью, казались бархатными опахалами, оттеняющими пронзительный взгляд. На веках сверкали крошечные кристаллы, рассыпающие солнечные лучи в искрящиеся брызги. Губы насыщенного розового оттенка обещали нечто большее, чем просто улыбку.

— Не слишком ли?.. — неуверенно протянула я.

Хельга загадочно улыбнулась и хлопнула в ладоши. Входная дверь отворилась. Вошли четыре служанки, в руках каждая несла по большому сундуку.

Самая первая поставила свою ношу на пол, открыла крышку и осторожно, поддерживая невесомую ткань за плечики, продемонстрировала мне мое вечернее платье.

— Нет, не слишком, — шепотом ответила я на свой же вопрос.

Изысканный наряд из красного шелка, казалось, создан для того, чтобы превозносить каждый изгиб женского тела. Цвет был насыщенным и ярким, переливаясь мягкими бликами. Глубокий вырез с легкой асимметрией открывал плечи и ключицы. Рукава, длинные и широкие, с разрезами, казались одновременно скромными и игривыми. Они мягко колыхались при каждом шаге, добавляя образу легкости и грации.

Талию подчеркивал тонкий пояс, создающий соблазнительный контраст между строгостью и откровенностью. Юбка ниспадала мягкими складками, которые плавно двигались, словно живые. Спину скрывала тонкая золотая шнуровка — эдакий элемент неожиданности. Дерзкий разрез сбоку доходил до самого бедра.

Что Итан хотел сказать, выбрав это платье для банкета, на котором будут присутствовать все члены его семьи?

Что я должна изображать недалекую девицу, плевавшую на титул, обязывающий ее придерживаться условностей? Или бросившуюся во все тяжкие женщину, паникующую из-за потери внимания венценосного супруга? А может, вышедшую на тропу войны тигрицу? Что бы он ни задумал, эти роли мне не подходили.

Однако платье я, разумеется, надела, как и красные бархатные туфельки в тон. Не пропадать же такой красоте, даже учитывая, что это не совсем в моем стиле. Зато прекрасный повод побесить золовку и свекровь.

Накинув на плечи плащ из меха огненной лисицы, я направилась к двери. Уже на выходе в коридоре к нам с Хельгой подбежала Лимерия, одна из моих служанок. Девушка выглядела запыхавшейся; явно прибыла издалека. Но при виде моего наряда на мгновение оцепенела.

— Что случилось? — нахмурилась Хельга.

— Ваше величество, маркиза Лебретт нижайше просит аудиенции. Судя по всему, у нее к вам какое-то важное дело.

— Где она сейчас? — удивленно вскинула я брови.

— В восьмиугольном павильоне в восточном саду.

Маркиза Лебретт? Неужели она пришла жаловаться из-за кончины своего лучшего музыканта? Но почему ко мне?

— Что там с банкетом? — спросила я.

— Большинство гостей уже прибыло, — быстро доложила Лимерия. — Ее величество Вдовствующая маг-императрица велела накрывать на стол.

— Маг-император?

— Встречает гостей с его высочеством маг-принцем Уиллом. Его Светлость герцог Замара вернулся из Валахии вместе с посольством, которое возглавляет валашская принцесса.

Я устало вздохнула.

Зачем этот скользкий тип Арлен Кар Ланде притащил с собой принцессу? Я с ней, конечно, не знакома, но руку готова отдать на отсечение: ее появление в такой острый момент определенно не случайно. Ладно, эту проблему решу потом. Сначала маркиза.

Отправив Лимерию в главный зал, где должен был проходить банкет, мы с Хельгой выбрали кратчайший путь в восточный сад.

Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь криками снегирей да легким шелестом ветра. Холодный, но свежий воздух наполнял грудь. Снег лежал на земле ровным слоем, искрясь под слабыми лучами закатного солнца. Причудливо изогнутые ветви деревьев были украшены тонким слоем инея, словно созданные природой скульптуры. А в самом центре этого застывшего великолепия возвышался восьмиугольный павильон.

Его крыша из темного дерева загибалась по краям. Стены украшали резные узоры: тонкие и изысканные. Чуть в стороне горела железная печь. В самом центре стоял небольшой столик с чайным набором. Одну из чашек держала в руках сидевшая на скамейке знакомая миловидная блондинка с очень серьезным лицом.

— Ваше величество, — заметив меня, маркиза быстро поднялась и низко поклонилась. — Позвольте вашей подданной выразить глубочайшее почтение и преданность.

Ее тонкий голос, в отличие от бесстрастного выражения лица, слегка подрагивал, выдавая крайнее волнение его обладательницы и заставляя собеседника чувствовать, что власть над ситуацией всецело в его руках. Я бы немедленно расслабилась, если бы не вчерашнее предостережение Итана, касавшееся этой женщины.

— Ваши слова радуют мое сердце, госпожа Лебретт, — вежливо улыбнулась я ей, занимая место напротив. Хельга встала за моим плечом. — Прошу, присаживайтесь и рассказывайте, чем обязана такому неожиданному визиту?

К чаю Констанс Лебретт больше не притронулась. Заняв свое прежнее место, она вцепилась пальцами в пышную юбку на коленях и покорно опустила голову. Весь ее вид олицетворял покорность и глубокую подавленность, будто женщина пытается собраться с духом, но все никак не может.

— К сожалению, я не в силах уделить вам достаточно внимания, — бесцеремонно поторопила я маркизу, не желая тратить время на ее умелую постановку. — Сейчас во дворце проходит банкет…

— Простите, ваше величество, — недовольно нахмурилась она, но тут же сгладила свою реакцию печальной улыбкой. — Если бы я знала, выбрала бы другой день для посещения. Но… из-за случившегося я не могла ждать.

Вытянув из рукава платок, она вытерла им резко покрасневшие глаза и горько всхлипнула. Пришлось изобразить участие.

— Что у вас произошло?

— Сегодня утром в мой дом прибыла личная маг-императорская стража с официальным указом, — она негромко расплакалась, еще ниже опуская голову. — Мне приказано… мне приказано… в кратчайшие сроки закрыть Кайен. Его маг-императорское величество считает, что я продаю мужские… услуги посещающим парк женщинам. Если я не подчинюсь, меня заклеймят… содержательницей борделя, отнимут титул и всю собственность. Забытые боги, это так грязно и… незаслуженно. Мой муж верой и правдой служил своей стране, все отдавая на благотворительность, и когда скоропостижно скончался, не оставил после себя ни единой монеты. Я лишь пытаюсь выжить, развлекая публику прогулками на лодках и изумительной игрой талантливых музыкантов. Вы же знаете…

Не прекращая плакать, она протянула ко мне руку. Пришлось немного отпрянуть. Даже интересно стало, осмелится ли маркиза озвучить то, на что так усиленно намекала, а именно — мой вчерашний приезд?

Во-первых, я не обычная посетительница, а маг-императрица Сокрии носящая фамилию Кар Ланде. И была инкогнито, а значит, не хотела предавать свой визит огласке. Во-вторых, старая добрая клиентоориентированность мешает хозяевам трепать языком.

Впрочем, и без слов все ясно. Маркиза хочет, чтобы я вступилась за нее перед Итаном. Замолвила словечко, назвав ее жертвой клеветников. И какая разница, что на самом деле она ею не была?

С другой стороны, я вполне могла бы пойти на уступку. Все же одиноким и несчастным девушкам и женщинам, посещавшим Кайен, тоже нужна ласка и внимание. Пусть даже купленные за деньги…

Если бы не вчерашний инцидент с участием темной магии.

Ну не верилось мне, что Констанс Лебретт не знала, чем промышлял работавший на нее музыкант. Даже думать страшно, сколько жертв шантажа на ее счету. Я привыкла верить доводам своего мужа, отвергающего любые случайности. Раз он считает, что эта женщина опасна, я, как и обещала, буду держаться от нее подальше.

— Госпожа Лебретт, вы находитесь во дворце, так что следите за своими словами, — медленно поднявшись с места, я одарила все еще всхлипывающую маркизу холодной улыбкой. — Вы считаете указ ошибкой? Бросаетесь такими словами, как «грязь» и «незаслуженно». Перед кем, по-вашему, вы находитесь? Я вам не близкая подруга, чтобы выслушивать гадкие сплетни о решениях его маг-императорского величества.

Как же бесит, что все они воспринимают меня как половую тряпку.

Хельга вышла вперед, готовая в любой момент встать на мою защиту. Почувствовав, что зашла слишком далеко, маркиза громко вскрикнула и упала на колени.

— Ваше величество, умоляю, пощадите меня. Я ничего такого не имела в виду. Мне было так плохо, в мыслях все смешалось. Я забылась. Простите… простите…

Она так сильно стучала головой о деревянный пол, что на лбу образовалась красная шишка. Я дала Хельге знак. Та поспешно бросилась к маркизе и, приложив усилие, подняла ее на ноги.

— Я вас прощаю, — чуть смягчила я тон и добавила. — На этот раз.

— Благодарю, ваше величество, — закивала женщина. На секунду мне показалось, что в ее глазах промелькнул злой блеск. — Я больше ни за что и никогда…

— Отправляйтесь к себе, — перебила я ее, не желая тратить время. — Прибывшие из дворца указы не подлежат обсуждению. Слово маг-императора — закон для всех его подданных, включая меня. А значит, я ничем не могу вам помочь. Зато могу дать совет: в следующий раз, нанимая людей, внимательно проверяйте их подноготную. Не мне вам говорить, что темные артефакты под строжайшим запретом, а их использование во вред другим карается смертной казнью.

Услышав мои слова Констанс Лебретт заметно побледнела.

Развернувшись на каблуках, я медленно направилась к дорожке, что вела к выходу из восточного сада. Преодолев ограду, мы с Хельгой свернули в сторону главного сада, где в закрытом зимнем павильоне должен был проходить семейный банкет.

Солнце почти скрылось за горизонтом. Фонари, подвешенные вдоль дорожки, мягко освещали путь. Уже издалека слышалась музыка и громкий смех, смешивающийся в единый праздничный гул. В воздухе витали ароматы горячего вина, пряностей и жареного мяса…

Внезапно из-за искусственной горки выскочила знакомая служанка и тут же поклонилась.

— Ваше величество, ее высочество маг-принцесса попросила меня проводить вас к гостям.

Точно, это Монна, личная горничная Айрин. Другой вопрос, почему меня встречает именно она?

— Разве они не в павильоне?

— Нет, ваше величество, гости рассеялись по всему саду и внутрь пока не заходили. Его светлость герцог Замара приехал в сопровождении валашской принцессы. Ее высочество хочет вас поскорее друг другу представить.

Айрин желает познакомить меня с принцессой вампиров? Это что-то новенькое. Попахивает ее обычными интригами. Но отказываться нет причин.

— Что ж, веди.

Место, куда привела меня Монна, было довольно уединённым, скрытым заснеженными елями от другой части сада. На первый взгляд, вокруг не было ни души. И только бегающие глазки горничной намекали, что на самом деле всё не то, чем кажется.

Остановившись, Монна резко обернулась, расплывшись в услужливой улыбке.

— Ваше Величество, видимо, мы пришли немного раньше…

— Разве ты не говорила, что её величество уже ждут? — сурово прикрикнула на нее нахмурившаяся Хельга. — Почему здесь никого нет?

Потупив глаза, девушка покорно опустила голову и протянула жалобным голосом:

— Это всё моя вина, видимо, я не так поняла… Не могли бы вы подождать, ваше величество? Я сейчас же найду её высочество и приведу их с гостьей сюда.

— Поспеши, — махнула я рукой, не желая слушать их с Хельгой спор.

Даже глупому троллю ясно: меня привели в безлюдное место с одной из двух целей: либо что-то показать мне, либо всем остальным. Лучше заранее подготовиться, чтобы не дать себя в обиду. А пререкания с ничего не решающей служанкой этому не помогут.

Как только Монна удалилась, я подала знак Хельге молча следовать за мной и юркнула между деревьями. Горничная быстро присоединилась, не забыв замести наши следы. Спрятавшись в узкой тёмной нише, мы застыли как два каменных истукана. Как раз вовремя. Снаружи послышались тяжёлые шаги.

— Ну и где она? — донёсся до меня недовольный голос, весьма знакомый, принадлежащий Уиллу Кар Ланде, младшему брату моего мужа.

— Я… не знаю, ваше высочество, — испуганно проблеяла Монна, уже не таким уверенным тоном.

— Ты точно оставила их здесь? Если врёшь, прикажу сестре наказать тебя двадцатью ударами.

Не знаю, что он задумал. Впрочем, определённо ничего хорошего, раз объединился с Айрин против меня. Ему, как и его сестре, я никогда не доверяла. Хотя причин для этого раньше вроде бы не было, но я привыкла полагаться на своё внутреннее чутьё.

Красивый молодой брюнет с серыми, как у матери, глазами был младше Итана на два года и вел образцовую жизнь праздного принца: много спал, ещё больше пил и ел, а также тратил деньги на многочисленных фавориток без счёта.

Женой он ещё не обзавёлся, хотя свекровь спала и видела, как бы женить любимого отпрыска на какой-нибудь заграничной принцессе. Возможно, в этом и кроется причина появления вампирши на сегодняшнем банкете?

С Уиллом, за два года моей жизни во дворце, мы пересекались множество раз. И пусть взгляд его задерживался на мне дольше, чем следовало, большее на что он мог рассчитывать — это поцелуй руки.

Вел себя парень учтиво, нареканий не вызывал, и потому был отнесён мной к категории безобидных повес. Однако, судя по происходящему, а также грубым ноткам в некогда нежном голосе, Уилл ничем не отличался от остальных членов маг-императорской семьи и тоже носил маску.

Не то чтобы меня это удивило.

— Клянусь всеми забытыми богами, ваше высочество! — тут же заревела горничная. — Это точное место. Вот мои следы…

— Только твои? А где остальные? — всё более раздражённо звучал Уилл.

— Я… я не знаю.

— Бесполезная тупица! — успел холодно фыркнуть принц, как вдруг неподалёку раздались женские голоса.

— Вы слышите, там кто-то прячется? Кажется, я слышала мужской и женский голоса…

— Неужели у кого-то свидание? — раздавшееся за вопросом хихиканье не могло принадлежать никому другому, кроме маг-принцессы Айрин.

— Свидание? На семейном банкете? — кажется, это голос чопорной дочки герцога Замара, Таис Кар Ланде. — Какая вульгарность!

— Не делайте из мухи слона, ваше высочество, — прервала их мягким голоском Алиса Богун, обожавшая в любой ситуации демонстрировать свое благородство и широту души. — Это вполне могут быть слуги, занимающиеся банкетом.

— Вот сейчас и проверим, — недовольно хмыкнула Айрин и, судя по звуку ломающихся веток, бросилась вперед. — Брат? С кем ты здесь шепчешься?

Все же Итан ошибается, считая меня посредственной актрисой. Хуже, чем его сестра, все равно не сыскать. В ее голосе не чувствовалось ни капли удивления или испуга, лишь злорадное предвкушение, которое, похоже, при виде Монны сменилось явным недовольством.

— Монна? А ты что здесь делаешь?

— Ваше высочество… я… я… сопровождала ее величество…

Стоило ее горничной упомянуть меня, как Айрин заметно подобрела.

— Уилл, тебя пригласила сюда Рисса? — с наигранным испугом громко воскликнула она. — Банкет во дворце — это не место для свиданий. К тому же, ты — младший брат ее мужа. Как… пошло. Бедный Итан. Повезло, что из свидетелей только члены нашей семьи.

Стоящая рядом Хельга натужно заскрипела зубами. Ее ладони, упиравшиеся для сохранения баланса в ствол дерева, яростно сжались. Казалось, еще одно язвительное замечание в мой адрес — и горничная бросится на Айрин с кулаками. Этого, разумеется, нельзя было допустить.

Если нас обнаружат, прячущимися в паре шагов от места событий, все без сомнений поверят в выдуманные бредни брата и сестры Кар Ланде. Уилл, как мужчина, отделается легким порицанием. Все шишки посыпятся на меня. Развод из спектакля превратится в реальность. Даже Итан не сможет защитить.

Пришлось с силой ухватиться за локоть Хельги и, недовольно сжав губы, покачать головой. Девушкой она была умной, и хоть злость из глаз никуда не делась, мышцы в теле заметно расслабились.

Я придвинулась вплотную к ее уху.

— Нужно поскорее делать отсюда ноги. Они скоро отправятся на мои поиски.

Хельга довольно быстро поняла, что мне будет грозить, случись нам быть пойманными, и судорожно сглотнула. Затем крепко обхватила мою ладонь и направилась вглубь сада, уводя меня за собой.

К сожалению, далеко мы не прошли. Путь преградила каменная стена высотой в полтора моего роста, что отделяла главный сад от всех остальных. О том, чтобы вскарабкаться или перепрыгнуть через нее, и речи быть не могло. По крайней мере, с моей стороны. Хельга, учитывая ее боевые навыки, должна была справиться без проблем.

Медлить было нельзя, за спиной уже слышался шум.

— Иди первой, — зашептала я в ее ухо. — Как окажешься на другой стороне, жди меня.

— А как же вы, ваше величество? — тихонько ахнула горничная, вцепившись в мой рукав. — Я ни за что не оставлю вас здесь.

— Не говори глупости, — строго зашипела я. — Ты не сможешь подняться вместе со мной. В итоге нас обеих заметят. Лучше я обращусь в змею, найду в стене подходящего размера лаз и встречу тебя с другой стороны.

— А как же ваша прическа и макияж, ваше величество? А одежда? Если бросить их здесь, кто-нибудь обязательно найдет.

— Давай, я разденусь, и ты возьмешь вещи с собой? — предложила я, смутно понимая, что идея, грубо говоря, слабая.

Хельга, словно сдаваясь, опустила взгляд.

— А если с той стороны нам встретятся люди и увидят меня с вашим платьем в руках? Да даже если не встретятся, на то, чтобы переодеться, сделать новую прическу и нанести макияж уйдет много времени. Когда пойдут слухи, ваше величество, кто-то обязательно что-то заподозрит.

Вот же дьявол!

Смрадная Айрис, смрадный Уилл, смрадная вся семейка моего мужа.

Два года, что мы с Итаном жили душа в душу, держались тише воды, ниже травы. Лишь изредка позволяя себе колкие замечания. Но стоило запахнуть жаренным — тут же как крысы повысовывали из нор свои носы.

Как же сильна их ненависть ко мне, безродному перевертышу, что они готовы извалять в грязи мое имя, наплевав на титул и одну с ними фамилию. Разве не понимают, что, опозорив меня, тем самым опозорят всю семью?

Мозг лихорадочно подбрасывал идеи, в которых сознание активно находило бреши. Ничего не подходило. Отчаяние подкрадывалось все ближе и ближе…

Внезапно за спиной послышался хруст. На нас с Хельгой упала мрачная тень. Сердце, сделав кульбит, спряталось где-то за печенью. По спине поползли мурашки.

Мгновение, за которое я успела обернуться и разглядеть незваного гостя, показалось вечностью.

— Линн? — первой опомнилась горничная и зло прищурилась. — Чего пугаешь, смрадный ты тролль? Я все расскажу его маг-императорскому величеству…

— Именно он меня и прислал, — невозмутимо ответил страж.

Линн. Слава всем забытым богам, это всего лишь Линн. Как же вовремя. Итан даже в таких обстоятельствах нашел способ обо мне позаботиться.

По всему телу растеклось приятное тепло.

— Заранее прошу простить меня, ваше величество, — учтиво поклонился страж и, прежде чем я успела отреагировать, схватил меня в охапку.

Я зажмурилась, а когда через мгновение открыла глаза, то стояла уже на другой стороне. Вокруг ни души. Линн отошел на пару шагов, поклонился и, как он это любил, растворился в воздухе. В этот же момент со стены спрыгнула Хельга.

— Ваше величество, с вами все в порядке? — запыхавшись, прохрипела она и, бросившись ко мне, принялась оглядывать с ног до самой макушки.

— Ага, — все еще взволнованная, ответила я и утвердительно кивнула головой. — Давай поспешим, нам уже пора найтись.

Выбрав более людную дорожку, мы с Хельгой снова направились в главный сад. Встреченные по пути слуги, ничего не подозревая, кланялись. Парочка из них даже проводила меня ко входу.

На этот раз гостей у павильона не наблюдалось. Как и внутри. Впрочем, загадка решилась быстро. Все они нашлись в том месте, куда нас с Хельгой отвела Монна.

Присоединились даже Итан с Глорией. Между ними стоял герцог Замара — он же любимый дядюшка Арлен, и невероятной красоты красноволосая девица. Судя по гордой осанке и снисходительному взгляду — та самая вампирская принцесса.

Ее чересчур бледное лицо почему-то показалось мне знакомым. Во всеобщем гуле раздался насмешливый голос, который тут же отвлек меня.

— До чего же смелая у тебя жена, Итан! — во всеуслышание заявила стоящая в самом центре Айрин. — Назначила свидание Уиллу, а увидев нас, тут же спряталась. Прикажи слугам поискать, я уверена, она где-то здесь, среди деревьев. Далеко ей не уйти. Чуть дальше находится каменная стена.

Так вот почему они выбрали это место? Не только из-за его уединенности, но и заранее отрезали мне все пути к отступлению…

Мысленно усмехнувшись, я поправила платье и медленно вышла к публике. К сожалению некоторых, не с той стороны, откуда меня ждали.

— Не думала, что мое опоздание привлечет столько внимания, — спокойно произнесла я. Удивленные лица большинства присутствующих устремились в мою сторону. — Почему здесь столько людей? Что произошло?

— Рисса? — выпучила на меня свои серые глаза Айрин и растеряно поинтересовалась. — Что ты здесь делаешь?

— То же, что и все остальные, — развела я руками, изображая недоумение. — Пришла на семейный банкет.

— Я не об этом, — быстро взяв себя в руки, повысила голос чуть ли не до возмущенного крика моя золовка. — Монна, моя горничная, видела, как ты кралась сюда на свидание с Уиллом. Брат подтвердил ее слова, сказав, что получил от тебя любовную записку с просьбой о встрече. И это при живом-то муже… Как маг-императрица Сокрии, носящая фамилию великого рода Кар Ланде, могла пасть так низко?

Услышав ее обвинения в мой адрес, большинство присутствующих ахнуло от удивления и принялось громко шептаться:

— У маг-императрицы любовная связь с маг-принцем?

— Она изменяет маг-императору?

— Какая вульгарность!

Стоящая за мной Хельга шумно запыхтела. Не сдерживай её строгие правила, запрещающие слугам открывать рот, когда хозяева разговаривают друг с другом, Айрин ждал бы резкий ответ. Пришлось протянуть руку за спину и крепко сжать её ладонь, чтобы успокоить.

Несколько десятков пар глаз снова устремились на меня. В них читались отвращение, немой укор, даже насмешка. Последнее особенно ярко проявлялось у валашской принцессы и Алисы Богун, облепивших, как назойливые мухи, моего мужа.

Я едва сдержалась, чтобы не заскрипеть зубами.

Он что вам, медом намазан? А ну уберите свои грязные руки!

Итан стоял прямо, устремив на меня безмятежный, как озеро в безветренный день, взгляд. Если бы не слегка подрагивающий уголок губ, я бы приняла его за красивую каменную статую. Понадобилось время, чтобы понять — мерзавец едва сдерживал смех. Но вместо того чтобы разозлиться, я почувствовала, как тело изнутри затопило теплом и внезапно успокоилась.

Все внешние раздражители на мгновение перестали существовать. Светлая магия мужа обволакивала меня, как теплое одеяло. Он словно мысленно говорил мне:

«Все в порядке, я здесь, я с тобой. Действуй согласно нашему плану».

— Не знаю, чем я заслужила твои обвинения, сестра, — спокойно улыбнулась я покрасневшей от гнева маг-принцессе. — Я действительно встретила твою горничную у входа в главный сад. Она сказала, что тебе не терпится представить меня валашской принцессе и попросила последовать за ней. Но увидев, что наш путь ведет все дальше от павильона, я почувствовала неладное и дальше идти отказалась. Ожидая начала банкета, мы с моей горничной прогулялись немного по саду. Затем кто-то из слуг обмолвился, что что-то случилось и проводил нас сюда.

Услышав мою историю, некоторые из гостей перевели полные подозрений взгляды на дрожащую от страха Монну, прячущуюся за спиной своей хозяйки.

— Это неправда… — зашептала она. — Я никуда никого не провожала…

— Хочешь сказать, что я вру? — окинула я её холодным взглядом. — Думаешь, никто не видел, как ты перехватила меня у входа в сад? Уверена, если начать поиски, быстро найдутся свидетели.

Последнее утверждение было лишь моими домыслами. Но Монне этого хватило, чтобы, испуганно ахнув, с глухим стуком упасть на колени перед Итаном и взмолиться:

— Пощадите, ваше маг-императорское величество! Я ни в чем не виновата. Её величество действительно попросила меня проводить её… Сказала, у неё здесь какая-то встреча. Но я выполняла срочное поручение ее высочества маг-принцессы и была вынуждена оказать. Клянусь, я говорю правду.

— Монна, поднимись сейчас же! — зашипела Айрин. — Никто тебя ни в чем не винит.

— То есть слово маг-императрицы весит для тебя меньше, чем слово служанки, Айрин? — с наигранным удивлением захлопала я глазами. — Хорошо, тогда объясни, с чего мне просить твою личную горничную провожать меня к месту, где у меня, по вашим словам, назначено любовное свидание? К тому же, как вы утверждаете, назначила его я сама. То есть и о нахождении этого места знала заранее, но всё равно потерялась? Неужели ты считаешь меня такой глупой? Даже обидно…

Я разочаровано покачала головой и прикоснулась платком к абсолютно сухим глазам. Некоторые из окружавших нас людей сочувственно охнули:

— Это действительно нелогично.

— Кто в здравом уме станет просить чужую горничную провожать его к месту тайного свидания?

— Может, эту горничную кто-то подговорил?

Последняя фраза была едва слышно сказана Хельгой. Но стоявшие рядом с ней гости тут же с подозрением уставились на Айрин. Почувствовав их недоверие, маг-принцесса не на шутку забеспокоилась.

— Мама! — чуть ли не плача, бросилась она в объятия моей свекрови.

Глория нежно прижала дочь к своей груди. Затем фыркнула, хмуро взглянув на меня поверх её головы, и грубо поинтересовалась:

— А что насчёт любовной записки, которую ты написала Уиллу?

— Записка? — вежливо улыбнулась я, не выказывая ни капли волнения. — Я буду очень признательна, если мой деверь её продемонстрирует.

Повернувшись к Уиллу, я слегка приподняв брови.

— Я… я её выкинул, — с трудом выдавил он, даже не пытаясь скрыть бегающий взгляд.

Я усмехнулась.

— Хорошо, тогда объясни, как ты узнал, что почерк принадлежит мне? Я никогда тебе не писала. Мой муж, насколько мне известно, моими письмами с тобой тоже не делился.

Уилл замялся, явно мысленно подбирая слова. Его растерянный взгляд то и дело останавливался на Итане, который продолжал хранить молчание, лениво наблюдая за происходящим.

В отличие от меня, муж был прекрасным актером. Играть в безразличие ему удавалось куда лучше, чем мне — роль сходящей от ревности с ума жены. Если бы не обволакивающее все мое тело магическое тепло, наполненное поддержкой и любовью, а также хорошо скрываемый яростный блеск в синих, как небо, глазах, даже я бы поверила.

Учитывая все сказанное ночью, Итану было категорически нельзя открыто вставать грудью на защиту моей чести. Среди гостей имелся предатель, возможно, не один. Чем глубже покажется этому человеку разделяющая нас с мужем пропасть, тем удачливее Итан разыграет свою будущую партию.

В конце концов Уилл осознал: если он продолжит бездоказательно настаивать на моей виновности, это будет выглядеть очень неловко и даже приведет к тому, что на него, как и на Айрин, падут всеобщие подозрения.

Так как брат был намного хитрее и умнее сестры, он не мог рисковать.

— Должно быть, эту записку написала горничная, — пронзил он Монну полным ненависти взглядом. — Какая наглость! Мало ей было облить грязью маг-императрицу, она и меня посмела обмануть… Стража, увести ее и дать тридцать палок!

Услышав приговор, Монна едва не лишилась чувств. Оно и не удивительно: тридцать палок для нее — смертный приговор. Такое наказание даже мастеру боевых искусств вынести нелегко, не то что тщедушной служанке.

— Нет! — вырвавшись из объятий Глории, зло топнула ногой Айрин. — Я уверена, Монна сказала правду…

Внезапно раздался медленный, тягучий, как мед, голос моего мужа, нашедшего наконец повод вмешаться:

— Если, как ты утверждаешь, она сказала правду и маг-императрица действительно была здесь, ожидая прихода Уилла, почему мы с ней не столкнулись? На земле нет ее следов. За деревьями находится высокая каменная стена. Даже обладая боевыми навыками, преодолеть ее нелегко.

— Она… она могла обратиться, — не желала сдаваться Айрин, понимая, что проиграв, не только лишится горничной, но и потеряет лицо перед своими заклятыми подругами.

— Прошло очень мало времени; Рисса бы не успела привести себя в порядок и переодеться, — беспечно отмахнулся от её предположений Итан. — Сдается мне, твоя горничная хочет оболгать мою жену…

— Нет, ваше маг-императорское величество! — завопила от страха Монна. — Это неправда. Я не хотела…

Итан поморщился, все еще глядя на свою сестру.

— Что за слуги у тебя? Почему они не знают дворцового этикета? Кто дал ей смелость говорить с маг-императором, когда к ней не обращались?

— Это… она… просто… — заблеяла Айрин.

— Она не знает своего места? — не дал ей закончить Итан. — Ну так я покажу.

Он сделал жест рукой, и от дерева отделилась мрачная тень, в которой я быстро узнала Линна. Схватив всё ещё стоящую на коленях Монну за локоть, мужчина резко поднял её и потащил.

— Мы даже не узнали правду! — воскликнула Айрин, с ужасом наблюдая, как её горничную тащат на верную гибель.

— По-моему, всё и так ясно, — пожал плечами Итан. — Эта девица сошла с ума, раз решилась клеветать на род Кар Ланде.

— Но…

— Дорогая сестра, — протянула я еле слышным и сладким, как сироп, голосом. — Если ты продолжишь так защищать провинившуюся служанку, все присутствующие решат, что ты к этому причастна.

Мои слова заставили Айрин заткнуться и понять, в какую пропасть она едва не угодила. Резко отвернувшись от дорожки, по которой увели Монну, она сделала непроницаемое лицо.

— Тридцать палок — хорошее решение, — выкинув из головы все сомнения, громко произнесла она. — Эта горничная совсем из ума выжила. Недавно она мне жаловалась, что служанка маг-императрицы грубо её отчитала. Похоже, затаила обиду. А сегодня решила отомстить.

— Ваше высочество, вам нужно тщательнее проверять персонал, — хмыкнула в платочек вампирская принцесса. — Такая обидчивая даже свою хозяйку могла убить.

Айрин заметно вздрогнула, но ничего не сказала. Она нашла глазами госпожу Богун, чей ответный взгляд был полон жалости. Взяла её под руку и направилась к павильону.

— Полагаю, самое время для банкета, — поспешила вмешаться моя свекровь в попытке хоть немного сгладить ситуацию. — Давайте пройдём к столу.

Так как банкет предполагался семейным, формальности соблюдались по минимуму. Место маг-императора было во главе стола, а не на возвышении, знаменующем его титул. По правую руку от мужа должна была сидеть я, а по левую — Вдовствующая маг-императрица. Но то ли слуги что-то напутали —маловероятно, — то ли занимавшиеся организацией мать с дочерью, почуяв запах жареного, решили добавить масла в огонь…

В павильон мы с Хельгой зашли одними из последних в сопровождении трех прислуживающих у входа девушек из свиты моей свекрови. Но подвели они меня не к причитавшемуся месту подле мужа, а к следующему после него.

Там, где должна была сидеть я, расположилась валашская принцесса. А стул Вдовствующей маг-императрицы был занят герцогом Замара.

Судя по мрачному взгляду и натянутой улыбке Итана, эта выходка родительницы не на шутку его разозлила, но открытый протест не вязался с безразличным образом и весь спектакль зарубил бы на корню.

Придется действовать самой.

На мой вопросительный взгляд Арлен Кар Ланде — или «дядюшка Арлен», как звали его все молодые представители рода — ответил рассеянной улыбкой. Пришлось повернуться к сидящей по его левую руку свекрови.

— Матушка-императрица, похоже, слуги во дворце позабыли основы этикета, — медленно протянула я. — Прошу вас строго их наказать.

— Рисса, это семейный банкет, организованный в честь возвращения герцога Замара и приезда дорогих гостей, — сверкнув взглядом в сторону вампирской принцессы, нежно улыбнулась ей Глория. — Мы должны поприветствовать их должным образом, а значит, посадить на самые почетные места. Не принимай близко к сердцу. Как видишь, я тоже пересела…

Она недвусмысленно предлагала мне захлопнуть рот и смириться. Но если я это сделаю, покажу всем, включая посторонних и слуг, насколько у меня в этой семье низкое положение. И что «маг-императрица» — это просто титул, доставшийся мне по счастливой случайности. От такого позора в жизни не отмыться, даже если все другие проблемы останутся позади.

— Матушка-императрица, я знаю, у вас очень доброе сердце, — сладко промурлыкала я, удовлетворенная видом ее вытянувшегося лица. — Вы пытаетесь защитить нерадивых слуг. Но что подумает о Сокрии прибывшая из Валахии делегация? Что мы не чтим традиции и не уважаем титул правительниц империи, лишая их обладательниц законных мест? Завтра же эта история просочится в газеты, на радость всем сплетникам и завистникам рода Кар Ланде. Я более чем уверена, вы так же, как и я, не хотите скандала…

Судя по пронзившему меня словно кинжал острому взгляду, Глория прекрасно поняла намек. Даже не намек, а откровенную угрозу. Если она не посадит меня рядом с мужем на мое законное место, я их имя в газетах на все лады просклоняю. Ни одна мышь в столице не останется в неведении.

Скрипя зубами, свекровь жестко отчитала парочку своих приближенных, велев страже наказать каждую десятью ударами. Затем попросила у валашской принцессы и герцога Замара прощения, списав неверную рассадку на глупых слуг. Те, разумеется, не посмели упираться и показывать характер. Спокойно пересели, уступив нам с Глорией места. Но взглядом недовольным в мою сторону стрельнули.

Я сразу это почувствовала. Но не придала большого значения, так как появились дела посущественнее.

Под столом мое колено властно обхватила горячая мужская рука…

Порой мой муж напоминал мне айсберг. На поверхности — элегантная утонченность, мягкий взгляд, изысканные манеры. Но стоит нырнуть глубже — натыкаешься на ледяную стену из холодной практичности, врожденной самоуверенности и высокомерия, пронизывающими каждую клеточку его существа.

Казалось, он был тем, вокруг кого вращается весь этот мир. Созданный для славы и власти. Красивый, амбициозный мужчина, умеющий анализировать и предвосхищать любое действие противника так же ловко, как обращаться с мечом.

Долгое время с нашей первой встречи я обманывала себя, считая, что смогу ему сопротивляться. Вела себя как колючий еж, пытаясь держать его на расстоянии. Всячески демонстрировала ему свое презрение. Но этого мужчину ничего не брало.

К моему большому сожалению, у Итана оказалась сверхспособность: он нежно улыбался и пялился на меня своими любящими глазами, как бы я себя ни вела и что бы ни говорила. Разумеется, в конце концов я растаяла, как нагретый весенним солнцем снег.

Моя подруга Анилесс тогда сказала: «Если уже облажалась, смирись. В следующей жизни найдешь мужчину получше». С прошествием времени я поняла, что лучше для меня никого не может быть.

Продолжая одной рукой интимно поглаживать под столом мое колено, заставляя мою кожу под тканью платья покалывать, а пульс учащаться, он невозмутимо беседовал со своим дядюшкой герцогом. Взгляд прямой, острый. Уголки губ надменно приподняты. Ни дать, ни взять — неприступная стена.

— Ваше маг-императорское величество, — внезапно вмешалась в их разговор вампирская принцесса, которую все это время развлекала Айрин. — Я успела сегодня немного прогуляться по вашему саду в западной части дворца. Мне показалось, он построен в абсолютно другом стиле.

— Вы правы, принцесса, — улыбнулся ей Итан. — Западный сад был разбит еще моим прадедом; он обожал экзотические цветы. Все растения, что вы там видели, были доставлены из редких экспедиций в Карнивор.

— Как необычно! С неизведанных земель редко кто возвращается в живых, — нежно прикусила нижнюю губу принцесса. — Если не ошибаюсь, это родина вашей супруги?

Девушка упорно игнорировала мое присутствие, предпочитая флиртовать с моим мужем. По этикету ее должны были мне представить еще до начала банкета, но никто из присутствующих об этом не позаботился, а она сама делала вид, что все в порядке вещей.

— Можете уточнить у нее сами, — едко усмехнулся Итан. — Она сидит рядом.

— Ох, простите, ваше величество, — на бледных щеках принцессы проступил едва заметный румянец, делавший весь ее облик еще милее. — Нас до сих пор не представили. Разумеется, это полностью моя вина, — поднявшись со стула, она повернулась в мою сторону и сделала легкий реверанс. — Мирелла Стану, шестая принцесса Валахии.

— Не нужно формальностей, принцесса, — ответила я ей легким кивком головы. — Это семейный банкет, можно не придерживаться строгих правил.

— И все равно, как-то это неправильно, — замялась она, снова занимая свое место. — Но сначала происшествие в саду, затем проблемы с рассадкой… Все остальное вылетело из головы. Так это правда, что вашей родиной является Карнивор?

— Скорее родиной моих родителей, — игнорируя разлившуюся в груди горечь воспоминаний, вежливо ответила я. — Я сама родилась и выросла в Сокрии.

— Как необычно, — приподняла она красиво изогнутые брови. — А к какому виду существ относитесь?

— Рисса — змея, — поспешила ответить на ее вопрос Айрин и тут же весело прыснула в платок. — Не переживайте так, ваше высочество, она не ядовитая.

— К сожалению, — прошептала я про себя, засовывая в рот кусочек медового печенья.

Со стороны, где сидел Итан, послышался приглушенный смешок.

Видимо, посчитав наш разговор исчерпывающим, вампирская принцесса снова обратилась к моему мужу с просьбой рассказать об уникальных традициях Сокрии. Их разговор продолжался некоторое время. Никто не вмешивался, предпочитая общаться между собой…

Изредка некоторые из присутствующих бросали на меня любопытствующие взгляды. Приходилось хмурить лоб, притворяясь недовольной, в то время как на самом деле я наслаждалась вкусной едой и ловкими пальцами Итана, орудующими под столом.

Пусть и казался максимально отстраненным, этот мужчина не забывал обо мне ни на мгновение.

— Ваше маг-императорское величество, вы знаете столько интересных историй, — восторженно ахнула Мирелла, прижав ладони к груди. — Прошу вас, не откажите мне в просьбе.

— Какой же? — приподнял он правую бровь.

— У нас в Валахии есть ритуал: раз в неделю вставать с самым рассветом и прогуливаться по саду, вдыхая свежий воздух. Это очень полезно для здоровья. Составьте мне, пожалуйста, компанию? Не подумайте ничего плохого, ваше величество, — тут же повернулась она ко мне. — Я всего лишь хочу узнать побольше о вашей стране. А лучшего рассказчика, чем его маг-императорское величество, пока не встретила.

Наверное, будь на моем месте кто-то другой, ходить принцессе после подобных «просьб» без своей шикарной красной шевелюры. Но чрезмерный стресс — главная причина ранних морщин.

Тем более я знала: Итан сейчас мысленно ее проклинает. На втором месте после предательства он ненавидит ранние подъемы. Случись такое, лучше держаться от него подальше — это знают все приближенные слуги. Единственная, кого он может терпеть по утрам, — это я. Министр здравоохранения, попав как-то под горячую руку, два дня провел в темнице. Лечил там лично тяжелых больных.

Сейчас самое время разыграть «ревнивую» карту, но сделав это, я лишусь веселого зрелища. Лучше в другой раз.

— Думаю, его маг-императорское величество будет в восторге, — расплылась я в сладкой улыбке, игнорируя усилившуюся на бедре хватку. — Все его истории мне уже известны. Послушайте и вы.

Мои слова заставили гостей всполошиться от удивления:

— Маг-императрица — женщина поистине необычная…

— Терпимая, свободомыслящая…

— Совершенно не ревнивая, с открытой душой…

В своей попытке подшутить над Итаном я сильно отдалилась от своей конечной цели. Нужно было срочно спасать ситуацию. Иначе оглянуться не успею, как мужу, под соусом моих «широких взглядов», навяжут не только наложницу, но и новую законную жену.

— Да что вы, — отмахнулась я от их льстивых речей. — Его маг-императорское величество, с тех пор как произнес брачную клятву у алтаря, верен своему слову и никогда не давал мне повода.

Выражение лица моей свекрови из довольного вдруг сделалось таким, словно ее заставили выпить целый бочонок уксуса. Еще бы! Ведь катящаяся в руки возможность без скандала решить вопрос с наложницей после моего заявления превратилась в пыль. Теперь любое упоминание об этом равнялось клятвопреступлению и нарушению маг-императорского слова.

Разумеется, я не тешила себя иллюзией, что такие мелочи могут остановить Глорию и тех, кто за ней стоит. Но спесь собьет, однозначно.

— Думаю, самое время отвлечься от серьезных разговоров, — поспешила сменить она тему и подняла взгляд на сидящую напротив госпожу Богун. — Алиса, девочка моя, всем известно, что тебе нет равных в игре на флейте. Я так давно не слышала ее звучания. Прошу, порадуй мой старческий слух.

Расплывшись в нежной улыбке, девица поднялась из-за стола и учтиво поклонилась.

— Разумеется, тетушка-императрица.

Получив из рук личной горничной Вдовствующей маг-императрицы музыкальный инструмент, она заняла место в центре павильона. Расправила свою широкую лавандовую юбку, отбросила за спину длинную русую косу, скользнула липким взглядом по моему мужу и томно полуприкрыла глаза.

Стоило ей поднести к губам серебристую флейту, как гости замерли. Первые звуки любовной песни, лёгкие, как шёпот ветра в листве, полились по воздуху, окутывая слушателей теплом. Страстная мелодия будто плела невидимые нити. Музыка касалась сердца — то ласково, то с лёгкой болью, пробуждая давно забытые грёзы.

На мгновение мне показалось, что даже свечи замерцали. А вино в бокалах слегка заколебалось, будто внемля скрытому ритму. Кто-то застыл с вилкой у губ, кто-то тихо вздохнул. Даже старый барон Лукас, троюродный дядюшка Итана, давно позабывший о юности брюзга, неожиданно улыбнулся; в его глазах вспыхнул давно угасший огонь. Павильон словно наполнился звенящей магией, которую никто не видел, но которой все бессознательно покорились.

Магия… Почему именно это слово пришло мне в голову?

Алиса всегда любила блеснуть своим умением, но сегодня впервые всё ощущалось так остро, будто в каждой её ноте жила соблазняющая сила. А флейта в руках была проводником.

Видимо, за то время, что мы не виделись, кто-то научил её соединять звуки с резервом для плетения любовных чар. Что-то много таких талантов в столице развелось. И пусть её магия была светлой и посредственной, не чета темной лютне, что вчера лишила нас с Хельгой воли. Недостаточно сильная, чтобы влиять на сознания, но достаточно, чтобы хоть на миг привлечь к себе чужой интерес.

Впрочем, почему «чужой»? Вполне конкретный. Я бы, наверное, тоже поддалась соблазну забыться в волшебной мелодии, но вокруг слишком много врагов.

Тряхнув головой, я покосилась на Итана. Он сидел рядом, расслабленно откинувшись на спинку стула. Уголки губ были приподняты в лёгкой ухмылке. Нечитаемый блеск в глазах.

Словно почувствовав на себе мой взгляд, он повернулся ко мне и незаметно подмигнул. Похоже, этот хитрец пришёл к тем же выводам, что и я, но явно не собирался прерывать представление. Ждет, когда я сделаю первый шаг?

На моих глазах кто-то пытается с помощью игры на флейте флиртовать с моим мужем. Придётся напомнить о том, что змея здесь я и взять всё в свои руки. Не люблю делать гадости, но свято верю, что направленные против злодеев они превращаются в добрые дела.

БУМ!

Хрустальный бокал свалился на пол и разлетелся на сотни осколков. Музыка остановилась.

— Ох, какая же я неуклюжая!

К моему удивлению, небольшая шалость больше разозлила не мужчин, попавших под чары госпожи Богун, а маг-принцессу Айрин. Резко подскочив с места, золовка впилась в меня полным ненависти взглядом, едва не метая молнии глазами.

— Рисса, как это понимать? — процедила она, до белых костяшек сжимая край стола. — Алиса готовилась к выступлению несколько дней, а ты всё испортила.

— Айрин! — неспешно одернула зарвавшуюся девчонку её мать.

— Прошу прощения, госпожа Богун, — обратилась я к девице, всеми силами цепляющейся за образ обиженной красавицы. Губы заметно подрагивали, глаза покраснели. Не бушуй в них злые всполохи, даже я бы поверила. — Ваш талант так велик, что заставил меня потерять концентрацию. Надеюсь, это не последний раз, когда мы слышим, как вы играете?

— Разумеется, ваше величество, — учтиво поклонилась мне Алиса, отдала флейту служанке и заняла своё место.

Сидевшая рядом с ней маг-принцесса всё ещё не успокоилась, продолжая пыхтеть, как вскипячённый чайник.

— И всё равно, это так невежливо с твоей стороны, Рисса. Алиса вложила всю душу, чтобы порадовать Итана… и остальных. Я понимаю, ты росла без родителей и образование получила соответствующее твоему положению, а потому мастерством в каких-то определённых областях не обладаешь. Но зачем так явно соперничать? Пора прекращать узко мыслить. Когда во дворце появятся другие девушки…

— Другие? — ухватившись за её оговорку, приподняла я правую бровь.

Видимо, вспомнив, что мать приказала держать рот на замке и не трепаться по поводу предстоящих смотрин, о которых мне — как все думают — ничего неизвестно, Айрин закрыла рот и заметно побледнела.

Глория бросила на дочь яростный взгляд. Я же внутри хохотала. Итан пошёл у неё на поводу, озвучив единственную просьбу — оставить детали в секрете. Но она и этого не смогла, быстро на радостях всё растрепав.

В павильоне воцарилась звенящая тишина. Все смотрели друг на друга. Большинство гостей не понимало, что происходит, и молча ждали, когда ситуация прояснится. Если мать с дочерью надеялись, что я не стану при всех развивать тему, пришлось их разочаровать.

— О чём речь, матушка-императрица? — настойчиво спросила я, обращаясь уже к свекрови.

Осознав, что выкрутиться не получится, Глория выдавила из себя смущённую улыбку.

— Кларисса, девочка моя, ты знаешь, как нелегко приходится моему сыну… — я покосилась на мужчину, о котором шла речь. Не знаю, насколько ему было трудно, но по виду не скажешь. Расселся на стуле, вытянув вперёд свои длинные ноги. Катает пальцами хрустальную ножку бокала. Внешне вроде серьёзен, даже губы недовольно поджал. Но в глазах пляшут смешинки. Пусть и вижу их я одна. — Вы уже два года вместе… Трону нужен наследник… Род Кар Ланде не может прерваться, а если вы продолжите тянуть, случится именно так. Было решено устроить смотрины наложниц. Ты должна понимать…

— Было решено? — невесело хмыкнула я. — Кем же?

— Разумеется, Итаном. Скажи ей, сынок.

— Именно так, — медленно растягивая слова, ответил он. — Отложим этот разговор. Сейчас не лучший момент.

Вот он, шанс для первой общественной ссоры. Ни за что нельзя упускать.

— Отложим? Нет уж, выясним сейчас! — с грохотом поднялась я с места, включая весь свой — надо признать, довольно посредственный — актерский талант. — Когда вы собирались мне об этом сказать, ваше маг-императорское величество?

— Сегодня вечером, — нисколько не впечатленный устроенной мной сценой, бросил Итан. — Не хотел беспокоить раньше времени. Съезд претенденток начнется с завтрашнего утра.

Где он только научился так метко наносить раны словами? Каждое из них было острее самого опасного меча. Не знай я, что это спектакль, уже придушила бы мерзавца, играющего так правдоподобно, что я сама легко вжилась в роль.

— Действительно, неожиданная новость, — яростно промокнула я платком сухие глаза. — Наверное, мне нужно время, чтобы ее переварить.

Не утруждая себя расшаркиваниями, я вышла из-за стола и быстро направилась к выходу. Замедлила шаг лишь тогда, когда за моей спиной захлопнулась дверь.

Хельга выскочила следом. Несмотря на то что она была посвящена в большую часть истории, ее лицо все равно выражало негодование. Ладони были сжаты в кулаки.

— Ваше величество, — не сдержавшись, осторожно позвала она меня. — Почему его маг-императорское величество говорил с вами так отстраненно? Он же вас любит, все это знают. Но сейчас…

— Когда ты не можешь обеспечить полную безопасность, лучше не показывать, чего ты действительно хочешь. Иначе результат будет прямо противоположным.

Мой ответ заставил ее задуматься. Между бровями горничной появилась небольшая морщинка.

— Неужели нет никакого выхода? — в конце концов грустно выдохнула она.

— Выход есть всегда, — усмехнулась я. — Наш пролегает через холодный дворец. Так что готовься, сегодня мы переезжаем.

«Холодным» обветшалое здание называли отнюдь не из-за отсутствия отопления. Вернее, не только из-за этого. Во-первых, оно было построено из голубого мрамора и внешне походило на ледяной памятник вечной зимы. А во-вторых, находилось в самой отдалённой части императорских владений — от главного дворца около часа езды в карете.

Сооружение плотно ассоциировалось с тюрьмой. Сюда ссылали нарушивших закон маг-принцесс и потерявших расположение венценосных мужей маг-императриц. Кто-то из них когда-то давно пытался разбить на заднем дворе садик, но ни цветы, ни растения не прижились. В наши дни на месте этого садика располагалось обвитое сухим плющом кладбище. Его охранял глухой старик — единственный обитатель дворца.

Даже самые низшие слуги предпочитали обходить это место стороной, боясь встречи с озлобленными привидениями. Уборку производили раз в полтора года. Кухня отправляла еду в самую последнюю очередь, и то лишь годные для собак объедки. Неудивительно, что ещё никому не удалось задержаться здесь на долгие годы.

Услышав, куда нам предстоит переехать, Хельга не сразу пришла в себя. Объясняться времени не было. На то, чтобы перевезти все нужные вещи, ушёл целый вечер. Как ни странно, больше всего это моё решение возмутило не мужа, а свекровь.

Стоило банкету подойти к концу, а последним гостям покинуть императорский дворец, она вместе со своей свитой вломилась в мои покои. Уронила ценную вазу, устроила истерику, назвав меня неблагодарной и узкомыслящей женой. Грозила разводом, потерей репутации, даже смертью.

Последнее завуалированно: мол, дольше всех в холодном дворце прожила прапрабабка Итана — полтора года. И это при живом сыне. Мне же, безродной гордячке, столько не протянуть.

С одной стороны, её метания были понятны. А ну как разойдётся в народе слух о притеснении рода Кар Ланде одинокой маг-императрицы, не сумевшей подарить мужу наследника? С другой стороны, чего она ко мне лезет? Ей бы радоваться — освобожу тепленькое местечко для какой-нибудь знатной аристократки с ветвистым родовым древом и кучей золота на счетах.

Благо длилось это недолго. Явился муж, смерил меня суровым взглядом — аж мурашки по коже — и молча увёл из комнаты свою мать. Я было решила, что на этом всё, буря отступила, но радовалась напрасно.

Итан чуть всё не испортил, когда в порыве чрезмерной опеки отправил Линна командовать переездом. В итоге выбранную мной в холодном дворце спальню обустроили даже шикарнее той, что у меня была. Здание растопили до тугого жара, пришлось открывать окна. Притащили за шкирку лучшего повара, поселили его в одной из комнат для слуг и строго-настрого запретили дрожащему от страха бедняге поднимать шум.

Знала бы, сколько хлопот всё это повлечёт, дважды бы подумала. Но поднимать бунт — навлекать неприятности. Пришлось терпеть.

— Ваше величество, — ворвалась в покои запыхавшаяся Хельга, которую я, на ночь глядя, отправила за горячей водой. Вместо таза она сжимала в руке белый конверт. — Меня остановила незнакомая служанка и попросила передать вам записку. Сказала, это очень срочно.

Развернув бумагу, я медленно вчиталась в текст:

'Ваше высочество,

Вам пишет спасённый вами путник, оставивший на память о себе серебряное кольцо. Надеюсь, вы меня ещё помните? Узнав о вашем положении и незавидной доле, я полон решимости встретиться с вами как можно скорее. Если вы не придёте сегодня ночью в «Кайпалас», боюсь, мне придётся потревожить вас на вашей территории.

Со всем к вам уважением,

Космин'

Пришлось напрячь все извилины в мозгу, чтобы вспомнить, о каком спасении шла речь. Неужели эту записку прислал тот высокий молодой парень с длинными черными волосами, встретившийся мне по пути в Кайен?

Точно! Где-то среди моих драгоценностей должно лежать его кольцо…

Космин. Что за странное имя? Оно кажется смутно знакомым, но ни в Сокрии, ни в Норлинге не распространено. И почему он называет меня «высочеством»? О какой незавидной доле ведёт речь? Ещё эта детская угроза в конце…

Я передала записку Хельге. Быстро ознакомившись с содержимым, горничная нахмурилась.

— Ваше величество, давайте отправим стражу, чтобы они с ним разобрались? Вот же смрадный наглец…

Заглушив готовый сорваться с губ смешок, я отрицательно качнула головой.

— Он не сделал мне ничего плохого, зачем действовать так жестоко? К тому же… — задумчиво протянула я. — Его послание меня заинтриговало. Вдруг этому парню есть что мне сказать?

— Но «Кайпалас»? — возмущённо выдохнула Хельга. — Как можно назначать встречу благородной даме ночью в… в… в казино?

Не сдержавшись, я все же расхохоталась.

Горничная обиженно засопела. Разумеется, рассказывать о том, что именно в этом месте произошла наша с Итаном первая встреча, я не собиралась. Пусть останется маленькой тайной. Но успокоить пришлось.

— Не злись, — потрепала я её по руке. — Это казино принадлежит Нокси.

— Господину Стирру? Вашему названному брату? — глаза Хельги превратились в блюдца, а в голосе при упоминании самого темного мага в империи проскользнули панические нотки. Кто бы мог её за это винить?

Я охотно кивнула.

— Так что сама понимаешь, ничего там со мной не случится. Съездим, узнаем, в чём дело и вернёмся домой.

Самым сложным во всей этой задумке было выбраться из дворца так, чтобы о ней не узнал мой муж. Точнее, шансов на это никаких. Без ведома Итана ни сюда, ни отсюда даже мышь не проскочит. Он в любом случае все выяснит. Но в моих силах сделать так, чтобы это произошло не сразу.

Я приказала Хельге подкупить стражей у черного хода. Отдала свой лучший комплект украшений: белоснежный нефритовый браслет и серьги, подаренные Итаном на годовщину свадьбы. Сердце разрывалось — как не хотелось с ними расставаться. Но достаточного количества золотых монет при себе у меня не имелось, а лезть среди ночи в казну означало пустить по ветру весь план.

Стражи — трое молодых парней — согласились не сразу, после долгих уговоров. Да и выторговала я всего десять лишних минут.

Надеюсь, этот Космин, кем бы он ни был, не из тех, кто любит трепать языком, а сразу перейдет к интересующему его вопросу.

Живот тянуло. Где-то глубоко внутри меня сидело предчувствие, что не так с ним все просто, как кажется на первый взгляд.

Во-первых, что за смертник осмелился напасть на человека вблизи императорского дворца? Во-вторых, если все это выдумки, зачем ему врать? А вдруг этот парень подослан врагами Итана, чтобы втереться ко мне в доверие?

Тогда все еще проще: притворюсь дурочкой и поймаю мерзавца на живца.

Десяти минут мужу хватит, чтобы добраться до «Кайпаласа» и прийти мне на помощь. Не желая держать его в неведении, я даже оставила написанную Космином записку на кровати. Стоит войти — тут же бросится в глаза.

Свои платиновые волосы я спрятала под коротким черным париком. Стерла с лица всю косметику. Закуталась в темный зимний плащ, под который надела костюм для верховой езды, состоящий из зеленого жакета и в тон ему брюк.

Экипаж Хельга поймала у дороги. От дворца до казино ехать недолго — улицы даже ночью были оживленными.

У трехэтажного дворца, на кованных воротах которого висела вывеска «Кайпалас», толпилась разношерстная публика. От ярких девиц в сопровождении молодых воздыхателей до богатых повес и потерявших на ставках все до последней монетки нищих оборванцев.

Этому казино без малого двести лет. Оно перешло моему названному братцу Нокси по наследству от богатенького дедушки и приносило ежегодно миллионы золотых монет. Вся выручка шла на счет семейства Стирров в самом крупном банке столицы. У меня к нему тоже имелся доступ, ведь в девичестве я носила фамилию Стирр.

Управляющей здесь работала моя старая знакомая Эмили Пордебарт — хваткая тридцатилетняя женщина, содержащая мужа, исполняющего роль няньки при их выводке детей.

— Рисса? — мгновенно узнала она меня, наплевав на мою тщательную конспирацию. — Вот же гнилостный орк, все никак не привыкну — ваше величество.

Оттянув подол юбки, Эмили попыталась изобразить реверанс, но едва не упала. Ее вовремя подхватила Хельга.

— Не нужно церемоний, я здесь инкогнито, — шикнула я, приложив указательный палец к губам. — Давно не виделись, как у вас тут дела?

Эмили тяжело вздохнула.

— Если бы не твой смрадный муж… тьфу ты, его пресветлое маг-императорское величество, было бы прекрасно. А так…

Я едва сдержала смешок. Сразу видно человека, работающего на Кайнокса Стирра. Никакого уважения к власть предержащим. Если это не их хозяин.

— Что Итан опять натворил?

— Издал вчера указ, закрыв последнюю лазейку для работающих девиц. Сначала очистил столицу от официальных борделей. Теперь любой, продающей себя в общественном заведении, грозит уголовное преследование. «Кайпалас» был для них золотой жилой. А сколько клиентов дополнительным сервисом привлекали? Теперь теряем деньги. Твой муж, Рисса, настоящий ханжа.

— На него наседают общественные цензоры, — развела я руками. — Говорят, что маг-император должен заботиться не только о материальном благе, но и о духовном развитии своего народа. Моральные ориентиры, семейные ценности, нравственность… все это ведет к единению общества. А продажная любовь утягивает на дно.

— Смотрю, мозги тебе во дворце знатно прополоскали, — проворчала старая подруга. — Господин Стирр с этим утверждением ни за что бы не согласился.

«Согласился», — мысленно усмехнулась я. — «Если бы того захотела его ненаглядная жена».

— Ладно, ты тут какими судьбами? — сменив тему, поинтересовалась Эмили. — Пришла вспомнить старые деньки и просадить городской бюджет?

— У меня назначена встреча, — вынуждена была признаться я. — Высокий длинноволосый брюнет. Довольно красивый.

Услышав мои слова, Эмили резко побледнела и округлила глаза.

— Рисса, ты с ума сошла назначать у нас любовное свидание? Если его маг-императорское величество узнает, то сравняет «Кайпалас» с землей. У меня муж, дети, вечно голодный кролик и золотая рыбка — я жить хочу!

— Госпожа, — возмущенно зашептала Хельга, бросившись грудью защищать мою честь. — Это деловая встреча, а не свидание. К тому же его маг-императорское величество в курсе и сам скоро будет здесь.

Последним замечанием она явно надеялась успокоить. К сожалению, ей это не удалось.

Услышав, что в казино, которым она заправляет, должен нагрянуть сам маг-император — разумеется, не один, а со своей верной стражей — Эмили резко побледнела. Руки задрожали, на лбу выступили капли пота. В направленном на меня взгляде читалось одно единственное слово — «спаси».

Но что я могла сделать? Я такая же жертва обстоятельств, как и она. Скрывать правду от мужа не могу, а препятствовать его желанию защитить меня любой ценой так же бессмысленно, как и нелепо.

Что я знаю о человеке, назначившем мне встречу? Ровным счетом ничего. А если он планирует причинить мне вред? Сил Хельги вряд ли хватит в борьбе с не менее опытным мужчиной. Тогда тем более стоит прикрыть тыл.

Прости, Эмили, но здесь каждый сам за себя.

— Это казино принадлежит Нокси, — попыталась утешить я подругу. — Думаешь, его маг-императорское величество пойдет против сильнейшего темного мага континента? Итан, конечно, тот еще тиран, но отнюдь не дурак. Тебе нужно лишь направить его ко мне. Со всем остальным я разберусь.

— А если он учинит погром? — недоверчиво сверкнула глазами Эмили, но заметно расслабилась.

— Я заставлю его возместить ущерб. Все до единой монетки.

Шумно выдохнув, Эмили подозвала к себе одну из официанток. Что-то шепнула ей на ухо и махнула рукой в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, где находились закрытые кабинки для любящих приватность гостей.

— Ладно, иди уже. Клео вас проводит. Единственный подходящий под твое описание парень сидит в уединении уже второй час. За все это время заказал чай и закуски. Велел не беспокоить без надобности.

Наша встреча оказалась не такой, как я ее себе представляла. Никаких загадочных взглядов, самодовольных полуухмылок, слов о том, что он не сомневался в моем приходе. Совсем наоборот. Вампир — разглядев его поближе, особенно сверкнувшие в свете ламп длинные клыки, сомневаться не приходилось — расплылся в широкой дружелюбной улыбке. В его глазах блестел откровенный восторг, смягчавший красивые, но резковатые черты лица.

— Ваше высочество, — подскочив на ноги, мужчина слегка склонил голову. — Я даже не надеялся, что вы согласитесь…

Стоящая передо мной Хельга открыла рот, чтобы поправить незнакомца, но я вовремя остановила ее, схватив за руку.

— Господин… Космин?

— Это мое имя, — кивнул он, дожидаясь, когда я займу место во главе небольшого стола.

Горничная подозвала отправленную Эмили официантку и велела ей принести еще одну чашку и чайник чая.

— Как ваша рана? — вежливо поинтересовалась я, вспомнив о запахе крови, что исходил от него при нашей прошлой встрече.

— Спасибо за заботу, ваше высочество, — сел он напротив и продолжил сверлить меня пристальным взглядом. — Лекари прописали целебную мазь. Благодаря ей все затянулось уже на следующий день. Признаться, не ожидал, что вы вот так быстро откликнитесь на мою просьбу о встрече.

— Вы, должно быть, шутите? — не желая тратить время на обмен любезностями, решительно заявила я. — Вы в своем послании не оставили мне никакого выбора, пригрозив, что явитесь во дворец. Я не совсем понимаю причину. О каком моем положении и незавидной доле вы вели речь? Буду честна: я здесь только для того, чтобы прояснить ситуацию.

— Маг-принцесса, вы не должны ничего от меня скрывать, — нахмурился вампир. — Я уже знаю, что вас притесняют во дворце.

— Кто же такой смелый? — с наигранным удивлением захлопала я глазами, сделав вид, что пропустила мимо ушей его странное ко мне обращение.

— Ну как же, — развел он руками. — Ваша злобная невестка, маг-императрица Кларисса.

Вот так новость. Не держи я себя в руках, сейчас бы свалилась со стула от неожиданности. Стоявшая за моей спиной Хельга издала какой-то странный звук и покачнулась.

Потянувшись, я схватила чашку с принесенным официанткой чаем и сделала жадный глоток.

— Вы запали мне в сердце еще в первую нашу встречу. Прекраснее девушки я в жизни не встречал, — продолжал гнуть свое негодующий мужчина. — Когда узнал, кто вы, а также о том, как плохо вам живется во дворце, не выдержал и попросил о встрече. Прошу простить мою невольную грубость.

— А от кого вы это узнали? — прищурилась я.

— К сожалению, источник раскрыть не могу, — развел он руками. — Я дал слово чести и намерен его сдержать.

Слово чести, значит. Похоже, его ввел в заблуждение кто-то из аристократов. С какой целью? Разумеется, чтобы меня подставить. Но как? Предупредить Итана о свидании с любовником? Мелко. К тому же есть доказывающая мою правоту записка. Нет, здесь кроется что-то другое…

— Хорошо, я поняла вас. Но мне все еще не ясно, для чего вам нужна была эта встреча?

— Я хочу вас отблагодарить, Айрин. Хоть и понимаю, что на первый взгляд моя благодарность может вам не понравиться.

Я открыла рот, чтобы поинтересоваться, что именно он хочет сделать, как вдруг почувствовала слабость во всем теле. Веки потяжелели. В горле пересохло. Не успей вцепиться в мои плечи горничная, приложилась бы лицом о стол.

Где-то вдалеке, за толщей плотного тумана послышались шаги, лязг мечей, а следом голоса.

— Что вы наделали? В чае была отрава? — взволнованный голос со злыми нотками явно принадлежал Хельге.

— Не переживайте. Я не собираюсь причинять вред вашей хозяйке. То, что она приняла, всего лишь слабое снотворное, — успокаивающе протянул в ответ вампир. — Если не станете сопротивляться, мои люди вас не тронут.

Вот же орочья задница! А таким добродушным притворялся. Щенячьими глазками хлопал, о благодарности плёл. И всё для чего? Опоить снотворным и увезти куда подальше с неизвестно какими целями? Повезло, что я с детства подозрительна к людям, как бы хорошо они ко мне не относились. А этот к тому же вампир.

Вцепившись с трудом в охранный амулет на шее, я раздавила пальцами хрупкое стекло. Запечатанная в нём сила мгновенно впиталась в кожу, рассеивая действие зелья. По венам разлилось блаженное тепло. Мозг заработал, как после пяти чашек крепкого кофе. Сонливость отступила.

Не соврала Слепая Карга — старейшая маг-императорская провидица, — когда, подарив мне этот амулет на свадьбу, заявила, что содержащийся в нём сгусток смешения тёмной и светлой магии может единожды нейтрализовать любые яды. Вот и пригодилось. Не зря взяла с собой.

Из-за ничем неприкрытых угроз в записке уже было ясно, что встреча без проблем не обойдётся. Но не пойти — лишиться шанса выяснить, не замешаны ли в этом деле недруги Итана. Пойти — встретиться лицом к лицу с неприятностями.

Выбрав из двух зол меньшее, я постаралась к нему подготовиться. Противоядием запаслась. Мужа предупредила. Расширила перед выходом из дворца полномочия Хельги действовать во время серьёзной опасности не согласно общепринятым среди императорских стражей правилам, а по обстоятельствам.

Теплился в груди крохотный уголёк надежды, что этот мужчина действительно имеет благородные намерения. Но стоило проявиться первым симптомам отравления, как он растаял без следа.

Тряхнув головой, чтобы избавиться от остаточной дурноты, я поднялась на ноги, огляделась и тут же застыла на месте, увидев представшую глазам картину. Не зря Итан выбрал мне в скрытые телохранители именно Хельгу. Так расправиться с предположительными похитителями нужно уметь.

Как долго мой организм сражался со снотворным зельем? Пару минут? Меньше? За это время моя горничная успела разоружить и отправить в бессознательное состояние двух одетых в чёрное стражей Космина. А самому вампиру скрутить руки.

Сидя сверху на его изящной, как и всё телосложение, спине, удерживая одной рукой оба мужских запястья, она уставилась на меня взволнованным взглядом. Осознав, что со мной всё в порядке, наконец успокоилась и шумно выдохнула, снова сконцентрировав всё своё внимание на поверженном вампире.

Выражение его лица было до того забавным, что я едва удержалась, чтобы не расхохотаться.

— Вот же гнилостный труп! — разразился ругательствами бледный красавчик, быстро подрастеряв всю свою утонченность. — Я же спасти вас хотел, ваше высочество. Прикажите своей сумасшедшей служанке сейчас же слезть с меня.

— Закрой рот, — процедила Хельга, стукнув его свободной рукой по макушке.

— Как ты со мной разговариваешь, мерзкое отребье? — оскалился вампир. — Если сейчас же не отпустишь, твоя голова украсит ворота моего замка.

Ничего себе! Насколько мне известно, в Валахии в замках живёт только правящая аристократия. Учитывая этот факт и властные замашки, перед нами наследник герцога, графа или барона. Если так, что он забыл в Сокрии? Зачем пытался меня выкрасть?

— Я не советую вам угрожать моей горничной, — снова заняв свой стул, я откинулась на спинку, скрестила руки на груди и закинула ногу на ногу, точно скопировав любимую позу мужа. — Тем более, когда ваша жизнь в моих руках.

— Но ваше высочество…

— Мне все равно, кто вы такой, господин… Космин? Могу ли я продолжить вас так называть? — он поспешно кивнул, едва не приложившись лбом о каменный пол. — Отлично. Так вот, единственное, что меня волнует: с какой целью вы пытались напоить меня снотворным?

Вампир судорожно сглотнул, отведя в сторону помрачневший взгляд.

— Айрин, я… я хотел спасти вас от издевательств ваших родственников… и… и… жениться.

— Жениться на мне? — удивленно присвистнула я. Хельга тоже не удержалась и крякнула от удивления, еще сильнее сжав нежные запястья вампира. Он даже поморщился, но все равно кивнул. — Но это невозможно?

— Почему? — мигом нахмурился Космин.

— Ну, во-первых, я не маг-принцесса, и меня зовут не Айрин, — принялась медленно перечислять. — Во-вторых, я уже замужем…

— Замужем? — недоверчиво переспросил он.

— А в-третьих, — намеренно пропустила я его вопрос. — Простите, но вы не в моем вкусе. Правда, это не главные причины. Я, знаете ли, терпеть не могу мужчин, пытающихся меня отравить.

— Это снотворное!

— Снотворное зелье, превысь хоть немного его дозировку — смертельный яд. Разве продавший вам его маг ничего об этом не говорил?

Выпучив глаза, вампир отрицательно качнул головой.

— Из этого мы можем сделать вывод, что тот, кто ввел вас в заблуждение насчет моей личности, хотел вашими руками со мной расправиться. Боюсь, вам все же придется поступиться своей честью и раскрыть нам его имя, иначе…

— Иначе? — не вынес чересчур длинной паузы вампир.

Я развела руками.

— Иначе с вами буду иметь дело уже не я, а кое-кто другой…

— Кто же? — опасливо поинтересовался наш с Хельгой пленник.

Ответить я не успела. Входная дверь, ведущая в закрытую кабинку, с грохотом ударилась о стену. В проеме застыла внушительная фигура. Низкий, глубокий, тягучий как мед голос раздался в тишине:

— Ее муж.

— Маг-император? — заикаясь, прошептал вампир.

Чего у Итана не отнять — он настоящий мастер эффектных появлений. Ни за что не угадать, когда он осчастливит тебя внезапным возникновением из ниоткуда, словно герой эпического романа. Вот и сейчас небольшая уединенная комнатка вдруг превратилась в театральную сцену. Мы с Хельгой и Космином замерли на месте, притворяясь неживыми статуями, пока мой муж блуждал по нам ленивым взглядом, как бы говоря: «Я просто проходил мимо».

Ага, вместе со стражей, что осталась внизу. Не зря крики и смех резко утихли. Гости будто испарились. Я, конечно, ожидала чего-то подобного, но Эмили тоже хороша.

Не могла предупредить? Даже если запретили — устрой переполох, разбей тарелку, закричи в ужасе, что видишь привидение. Я бы хоть подготовилась. Внутренне…

— Космин… Так это ты решил «спасти» мою жену, выкрав её у меня из-под носа? — обманчиво вкрадчивым голосом промурлыкал мой муж, глядя на поверженного Хельгой вампира.

Тот нахмурился и судорожно сглотнул. Уместная реакция. Мало кто знал, что чем ласковее разговаривает с тобой маг-император, тем вернее смертельный исход.

Я каждой клеточкой своего тела ощущала бурлящую в Итане ярость, едва сдерживаемую несгибаемой силой воли. И пусть большая её часть была направлена не на меня, легче от этого знания не становилось.

Словно по команде, из-за его спины вышел верный пес — Линн. Парой хлестких ударов он вновь лишил чувств начавших приходить в себя стражей Космина. Затем приблизился к Хельге и надменно махнул рукой, призывая её подняться и уступить ему место.

Горничная прожгла его глазами, упрямо сжав губы. Затем бросила на меня недоумевающий взгляд. Пришлось кивнуть. Вампира освободили, но тут же снова скрутили. Приставили к горлу острый кинжал, удерживая второй рукой за длинный хвост.

Атмосфера в небольшом помещении с каждой секундой становилась всё более удушливой. На мгновение даже мелькнула мысль: а не отобрать ли у Линна меч? Если ударю себя им по лицу, то смогу отрубиться. Пусть разбираются сами.

Словно прочитав мои мысли, Итан сверкнул в мою сторону предостерегающим взглядом и выступил вперёд.

— Я так и не услышал ответа на свой вопрос.

— Это не так, — с трудом процедил вампир, морщась от боли. — Произошло недоразумение…

А ведь он даже врет. Недоразумение действительно произошло.

Если так посудить, Космин принимал меня за другую. Несчастную, обделённую вниманием и любовью незамужнюю девицу, которую — кровь из носу — хотел спасти. И не просто спасти, а с благородной целью — жениться. Учитывая красоту этого вампира, а также его аристократическое происхождение, львиная доля девиц за такой шанс убила бы.

Однако я к их числу не относилась, пусть мою жизнь и нельзя было назвать безоблачной. На мысленных весах всю любовь и блага перевешивал глядящий на меня сейчас с укором властный гад.

— Ваше маг-императорское величество, прошу, прекратите… — Как горохом об стену. Пришлось повысить голос. — Итан, ты его убьешь.

Переведя взгляд на Линна, чей кинжал уже оросился первыми каплями крови, мой муж раздвинул губы в мрачной усмешке.

— Именно это я и планировал.

Он достал из нагрудного кармана какую-то вещицу. С того места, где я стояла, её было не разглядеть. Лишь приблизившись, заметила серебристый блеск. Похоже на кольцо. Точно, то самое, что этот вампир преподнёс мне в нашу первую встречу.

Оно должно было лежать среди моих драгоценностей. Тогда почему я вижу его в руках мужа?

Приблизившись к Космину, Итан демонстративно покрутил кольцо на пальце, внимательно следя за реакцией мужчины. В его синих глазах плескались черные всполохи, что часто появляются у тёмных магов, стоит тем начать читать заклинания.

— Если не ошибаюсь, это помолвочное кольцо рода Стану?

«Помолвочное? Постойте… Стану?» — нахмурилась я, услышав знакомую фамилию. — «Разве это не княжеский род Валахии?»

Определённо узнав кольцо, Космин поморщился и отвёл в сторону угрюмый взгляд.

— Ваше маг-императорское величество, я не знал, что моей спасительницей стала ваша жена. Меня ввели в заблуждение. Это кольцо действительно семейное. Не могли бы вы его вернуть?

— С удовольствием, — пренебрежительно хмыкнул мой муж и тут же злобно оскалился. — Но сначала хочу узнать правду. Какого смрадного орка Наследный принц Валахии без приглашения делает на моей земле?

— Что именно вас интересует?

— Всё. До мельчайших деталей.

Видимо, осознав свою незавидную участь, Космин тяжело вздохнул.

— Все началось чуть больше месяца назад, — прочистив горло, начал свой рассказ вампир. — Отец внезапно слег. Сколько бы лекарей мы ни звали, ему с каждым днем становилось все хуже и хуже. Я стал подозревать отравление, тем более что Григор и Силаф, мои Пятый и Седьмой братья, внезапно активизировались. Они принялись переманивать на свою сторону министров, подкупать стражу. В Валахии титул Наследника на самом деле ничего не значит. У моего отца шестнадцать сыновей. Любой из них, заручившись внушительной поддержкой, мог меня сместить. К сожалению, за их плечами богатые семьи матерей, а моя мать происходит из бедного рода. После того как я однажды пригрозил им налогом на богатство, местная знать начала относиться ко мне настороженно. Единственную настоящую поддержку я получал от отца. Меня боялись открыто трогать, стража ловила каждое слово. Но после болезни князя их хорошее отношение исчезло. До того как я решился сбежать, на меня было совершено три покушения. Я едва избежал смерти…

— Почему ты решил укрыться в Сокрии? — приподнял правую бровь Итан. — Норлинг намного ближе, буквально перейти границу.

— Норлингская принцесса Иванна два года назад стала женой Григора. Весь королевский род Найвет поддерживает его претензии на мой трон. Просить у них помощи — это как добровольно сунуть голову в пасть тигру.

— Драконья Орда? — вновь закинул удочку мой муж, не выказывая, однако, много эмоций.

— Ашер только занял трон, — угрюмо пожал плечами Космин. — После затяжной анархии и войны у него самого дел по горло. Я бы на его месте послал себя куда подальше. Мне нечего предложить союзникам, кроме будущей лояльности Валахии. Но братья быстро перебьют это предложение, пообещав взамен золото и земли.

— То же самое можешь пообещать и ты? Разве нет? — хмыкнул Итан.

Вампир гневно сверкнул на него глазами.

— Даже под страхом смерти я не отдам и метра нашей территории. А что касается денег… Княжеская казна давно оскудела. Отдавать последнее — значит лишать народ будущего.

— Идеалист на мою голову, — негромко проворчал Итан, театрально закатив глаза.

Вампир сделал вид, что ничего не заметил.

— Я выбрал Сокрию, вспомнив, как несколько лет назад, практически сразу после окончания затяжной войны между нашими странами, вы, ваше маг-императорское величество, посетили Валахию всего лишь с небольшой группой стражей. Ничего не боясь, гордо въехали в город, где вас ненавидели даже дворовые собаки. Этим поступком вы тогда произвели на меня сильное впечатление.

Не слышала об этой истории, так как она произошла до нашего с Итаном знакомства, но не сильно удивилась. Как похоже на моего мужа — всюду демонстрировать свою власть и превосходство. Казалось, эти качества с рождения у него в крови.

— То есть ты принял меня за щедрого благодетеля, готового отстаивать чужие интересы ради… так называемой лояльности? В то время как твои братья за те же услуги готовы платить… более материальными благами? — с преувеличенным интересом поинтересовался у вампира маг-император. — Я ничего не забыл?

Мне захотелось его стукнуть. Вот серьезно. Предложение Космина, разумеется, абсурдное. Но он столько всего пережил. Зачем же смеяться? Еще и вот так… в лицо?

Однако вампир не смутился. Отреагировал на насмешки достойно, гордо приподняв голову… насколько позволял приставленный к горлу кинжал Линна.

— Никаких благ им не хватит, чтобы рассчитаться со всеми союзниками. Народ Валахии не смирится с потерей территории. Действия моих братьев повлекут нешуточные волнения. Что они сделают в попытке урегулировать ситуацию? Разумеется, попытаются отвлечь внимание, развязав войну. Выбирая между Ордой, Норлингом и Сокрией, я бы выбрал вас. Во-первых, враг давно знаком. А во-вторых, разве есть страны богаче империи магов? Если на тот момент между вами будут какие-либо соглашения — они канут в небытие. Тогда вы вспомните меня.

Небольшое помещение огласили громкие аплодисменты.

— Не зря я ставил на эту лошадку, да, Линн? — запрокинув голову, хохотнул мой безумный муж. — Хватило мозгов дойти до всего самому.

— Так вы… уже все знали? — захлопал глазами Космин.

Итан презрительно фыркнул.

— Это все так очевидно, вампир. Кстати, твои братья уже предприняли попытку связаться со мной. Я пока не ответил. Но мы немного отклонились от темы. Я так и не получил ответа на свой самый главный вопрос, — резко перестав улыбаться, он подался вперед. — Какое отношение ко всему произошедшему имеет моя жена?

У меня в груди все внезапно похолодело. Космин неловко закашлялся.

— М-м-маг-императрица?

— Она самая, — кивнул Итан, расплывшись в дружелюбной улыбке, которая ни на мгновение не коснулась его отливающих сталью глаз.

— Если честно, я и сам ничего не понимаю, — произнес вампир, мрачно уставившись в пол. — Кто-то из братьев узнал о моих планах добраться до Сокрии и отправил за мной отряд. Половина сопровождавших меня людей отдали свои жизни, чтобы я смог продолжить путь. Но даже так, если бы не её величество, я бы уже умер.

— Ваша рана… — вспомнив исходящий от Космина в тот день запах крови, я невольно вздрогнула.

— Да, я не хотел вас пугать, но она была довольно серьезной, — кивнул вампир. — Пронзивший меня арбалетный болт был отравлен. Однако благодаря вашей помощи я успел попасть в госпиталь вовремя. Ничего страшного не случилось.

— Так это кольцо — знак… благодарности? — без тени сочувствия поинтересовался мой черствый муж.

Щёки вампира окрасились в розовый цвет.

— Я не знал, что спасшая меня девушка… Разумеется, я бы никогда…

— Итан, прекрати, — чуть слышно прошипела я на ухо мужу. — Это всё недоразумение, и оно уже разрешилось.

— Разрешилось? — переведя на меня нечитаемый взгляд, приподнял он правую бровь. — Тебя заманили ночью в казино, едва не отравили. А ты называешь случившееся недоразумением?

Ну да, с этой точки зрения всё выглядит не так безоблачно. Но я нутром чувствовала, что Космин в текущей ситуации такая же жертва, как и я. Перекладывать на него всю вину… несправедливо.

Но разве докажешь это охваченному ревностью мужчине? Итан тот ещё собственник. В такие моменты он невыносим.

— Как раз это я и пыталась выяснить перед твоим приходом. Кто-то предоставил Наследному принцу ложную информацию. Ему сообщили, что я — Айрин, которую во дворце терроризирует твоя жена. Вот он и решил спасти маг-принцессу от злого чудовища.

Кажется, мой краткий пересказ событий его не на шутку развеселил. В синих глазах блеснули смешинки. Уголки губ стали подрагивать. Хороший знак. Неминуемая буря немного улеглась.

Космин усиленно закивал.

— Всё именно так, как сказала её величество…

— Единственное, чего мы пока еще не знаем, — перебила я его, — кто же этот «благодетель?» — сделав акцент на последнем слове, я изобразила пальцами кавычки. — Наследный принц, полагаю, вам нечего скрывать?

Пошире распахнув глаза, я устремила на вампира полный мольбы взгляд. Я знала, как он действует на мужчин: в девяноста девяти случаях из ста они были готовы горы ради меня свернуть. Тот единственный, кто не поддавался на подобные манипуляции, — мой муж. Впрочем, с ним мне не нужны были уловки. Он без лишних слов исполнял все мои капризы и желания.

— Конечно, ваше величество, — попытался гордо расправить плечи Космин, но был остановлен все еще приставленным к горлу лезвием. — В тот день, когда мы с вами впервые встретились, я… я обманул вас, простите, — судорожно сглотнул он.

— В чем же? — нахмурилась я.

— Я был не один, — он кивнул на лежащих без сознания стражей. — Эти двое моих людей тоже были со мной. Не желая так быстро расставаться с вами и мечтая о новой встрече, я отправил их проследить за вами.

С той стороны, где на стуле сидел Итан, вытянув вперед свои длинные ноги, раздался протяжный скрип. Я поморщилась, переживая, как бы он не раскрошил себе от злости все зубы.

— Продолжайте, — настойчиво кивнула.

— Добравшись до местечка под названием Кайен, они, к сожалению, потеряли вас из виду. Как только мне стало лучше, я направился туда сам. Думал, порасспрашивать. Вдруг кто-то вас знает или видел. Но кого бы я не встречал, все они качали головой. Я уже почти отчаялся, но вдруг повстречал господина Джерома… — мужчина вдруг нахмурился. — Сейчас я даже не знаю, настоящее ли это имя.

— Что произошло дальше? — нетерпеливо поинтересовался Итан.

— Он сказал, что знает девушку, которую я ищу. Предложил переместиться в ближайшую таверну и уже там продолжить разговор. Признаться, все случившееся в таверне я помню уже обрывками… — он смущенно отвел взгляд в сторону. — Слишком много выпил. Что точно сохранилось в памяти: господин Джером сказал, что та, кого я ищу, не так проста и приходится родной сестрой маг-императору. Что ее жизнь во дворце напоминает Мертвый мир, где каждый день приносит новые испытания. Сетовал, что ее величество всячески угнетает свою золовку. И если ту поскорее не спасти, может случиться… непоправимое. Я так испугался, услышав об этом, что тут же озвучил ему идею с побегом. Господин Джером меня сразу поддержал, но заметил, что ее высочество маг-принцесса — девушка, несмотря на обстоятельства, преданная своему роду и может отказаться бежать с незнакомцем. Он дал мне снотворное и предложил действовать как можно скорее. У маг-императора везде есть уши, во дворце могут узнать о моих планах. Я согласился. Он настоял, чтобы я поклялся честью, что в случае провала ни за что не выдам его имя. Вроде как у него дети и жена… Дальше провал. Утром я проснулся на постоялом дворе, держа в руке флакон со снотворным. Клянусь, я ничего не знал про его ядовитые свойства…

— Больше вы не встречались? — уточнила я.

Космин отрицательно качнул головой.

— Опиши его, — отдал короткий приказ маг-император. Вампир изобразил на словах портрет ничем не примечательного мужчины средних лет, с пузом и залысиной. Разумеется, тот ни о чем нам не сказал. Губы Итана были сжаты в тонкую линию. В глазах плескалась ничем не прикрытая ярость. — Линн, когда выйдем отсюда, отправь людей в Кайен. Если они хотят пролить кровь моей змейки, я покажу, какого цвета их собственная.

— Змейки? — негромко переспросил вампир, переведя на меня недоумевающий взгляд.

— У меня характер не сахар, — быстро нашлась я. Не рассказывать же всем без разбора о своей второй сущности? — Наследный принц, как мне кажется, вы неплохой человек. Я верю, что вашим желанием было меня спасти и не держу на вас зла.

Поднявшись со стула, Итан приблизился, обнял меня за талию и демонстративно притянул к себе. В ухе раздался его раздражающий смешок.

— Ну чего? Ты же сам видишь, он не при чем? — капризно прошипела я в ответ. — Отдай ему кольцо и поехали домой. Уже поздно, я хочу спать.

Естественно, я не настолько глупа, чтобы обманываться его спокойным видом. Уверена, по дороге меня ждет та еще выволочка. Ну чего уж, не в первый раз.

Итан кивнул Линну. Тот убрал кинжал обратно в ножны и отступил от вампира. Мужчина облегченно выдохнул и стер пальцами выступившие капли крови. Затем проводил меня к выходу тоскливым взглядом.

И это на глазах мужа! То ли слишком рисковый и не боится ходить по острию меча, то ли просто не дружит с головой.

Остановившись в дверях, Итан, не выпуская меня из рук, повернулся лицом к вампиру. На его губах играла презрительная усмешка. Сердце на мгновение замерло в груди.

— Запомни, Стану: Кларисса — моя, — высокомерно произнес он. — Как имя, титул или жизнь. Любой, кто посмеет встать между нами, горько об этом пожалеет.

Я театрально закатила глаза в ответ на его полную пафоса речь, но в носу предательски защипало. Кажется, я становлюсь чересчур сентиментальной. С чего бы это?

— Повезло вам, ваше маг-императорское величество.

— Я знаю, — отвернувшись от него, отрезал Итан. — Скоро пришлю тебе свой ответ, а пока… мои люди присмотрят за тобой.

Эмили меня разочаровала. Я-то думала, что стражи Итана скрутили её и угрозами заставили молчать. Ну или прокрались из-за спины и оглушили несчастную женщину по голове. Реальность оказалась намного прозаичнее. Никакой стражи на первом этаже и в помине не было. Гостей разогнал приезд маг-императора. А плутовку-управляющую действительно оглушили… внушительным мешком с золотыми монетами.

Сидя за тем же столом, за которым я её оставила, Эмили пробовала каждую монету на зуб, прежде чем положить ее во внушительный сундучок. При виде нас с Хельгой изобразила раскаивающуюся улыбку. Демонстративно проигнорировав мой суровый взгляд, помахала на прощание.

Ночь встретила нас бьющим в лицо снегом.

Линн с моей горничной заняли небольшую карету для слуг. В теплом и роскошном экипаже без опознавательных знаков мы с Итаном оказались одни. Завязать разговор первой я долго не решалась. Пусть внешне это никак не проявлялось, я чувствовала: муж был до крайности зол на меня.

Он сидел напротив. Поза расслабленная, ноги вытянуты, мыски сапог касаются края моих юбок, глаза полуприкрыты… Но всё это лишь маска. А под ней клокотал настоящий огнедышащий вулкан.

— Начинай уже, а то случится несварение, — всё же не выдержала я и подала голос.

Думала, прозвучит бесстрастно, будто мне плевать, но позорно сорвалась на середине.

— Почему ты ушла, не предупредив? — скрестив руки на груди, Итан резко подался вперёд.

Вся его леность куда-то испарилась. Сейчас муж напоминал голодного хищника, готового сорваться с места. Словно это он, а не я, перевёртыш из Карнивора, чья вторая сущность — бешеный медведь. Сразу захотелось снять невидимый груз с души. Признать вину, в чём бы она ни заключалась. Раскрыть все свои несуществующие карты в рукавах. А в конце — молить о пощаде.

Смрадная подавляющая аура. Как он смеет использовать её на мне?

Капризно надув губы, я скопировала его позу.

— Почему не предупредила? Я оставила тебе записку, взяла с собой противоядие и Хельгу. Знала, что ты появишься вовремя. Со мной бы ничего не случилось!

— То есть вариант дождаться меня и всё спокойно обсудить ты даже не рассматривала? — с обманчивым спокойствием поинтересовался он.

— Разумеется, рассматривала. Недолго, — честно призналась я. — Письмо от Стану показалось мне подозрительным. Я подумала, что оно связано с полученными тобой угрозами в мой адрес, и решила, что нет ничего действеннее, чем ловля на живца. Будем честны: если бы я призналась, ты бы меня не пустил. Сверкнул бы своим мрачно-соблазнительным взглядом, сказал бы, что справишься сам, и запер бы меня в своих покоях. Разве я не права? Но взгляни на это с другой стороны: теперь мы знаем, что против меня плетётся заговор, и его истоки следует искать в Кайене.

Муж ненадолго задумался, снова откинувшись на спинку сиденья. Я знала, его злость полностью не рассеялась, но в экипаже стало как будто легче дышать.

— Ты действительно считаешь меня соблазнительным? — приподняв правую бровь, наконец поинтересовался он.

Забытые боги, и это всё, что его волнует? Какой же невыносимый!

— Я буду отвечать только в присутствии своего адвоката.

Запрокинув голову, Итан расхохотался. Затем занял место рядом со мной, обнял за талию и, игнорируя моё сопротивление, приподнял и усадил себе на колени.

Сдавшись на милость победителю, я ткнула его пальцем в лоб.

— Не сердись!

Запрокинув голову, муж поймал мой палец ртом и слегка прикусил его зубами.

— Знаешь, два года назад, когда мы впервые встретились, — вдруг задумчиво протянул он, — я думал, это будет увлекательный, но короткий роман…

— Знаю, — ехидно усмехнулась я. — Поэтому и не хотела иметь с тобой дело.

— … Но чем больше прилагал усилий, чтобы тебя завоевать, — продолжил он, словно его не перебивали, — тем сильнее увязал. Мне повезло, что ты всё же уступила.

Уступила? Наверное, это можно так назвать. Только не ему, а своим чувствам.

Я как сейчас помнила ту кошмарную дождливую ночь, когда Итан, без всякой страховки, карабкаясь по кирпичной стене, забрался на второй этаж «Кайтауэра» — замка, принадлежащего моему названному брату. Влетев прямо в окно моей спальни, приземлился на широкий подоконник.

Решив, что имею дело с грабителем, я, не задумываясь, активировала артефакт с одним из тёмных заклятий Кайнокса. Вылетевшая на волю мрачная тень беззвучно взорвалась яркой вспышкой пламени, осветив на мгновение недоумевающее лицо маг-императора, а затем вытолкнула его наружу.

Паниковать я стала не сразу. Подумала, что внизу должна дежурить дворцовая стража, и она его обязательно поймает. Но звуков не доносилось. Взволнованная, я подошла к окну. Выглянула и замерла, как истукан… увидев на земле лежащий без сознания силуэт.

Откуда только силы взялись выбежать в дождь и затащить обратно в комнату — уже по лестнице — этого здоровяка?

Соврав, что неважно себя чувствую, попросила кобольда Боргера, служащего у брата дворецким, пригласить лекаря. Нокси, разумеется, ничего не сказала. Он тот еще темный злодей, предложил бы добить. Императорскую стражу тоже не стала ставить в известность. Не хотелось мне в расцвете лет садиться в темницу за покушение на венценосную особу.

Запаслась прописанными лекарствами, бинтами и уселась на край своей постели, которую занял «больной». Смочила в холодной воде тряпку, но не успела опустить ее на его лоб, как меня схватили за запястье, уложили на лопатки и нависли сверху.

Красивые губы изогнулись в победной улыбке. Как оказалось, мерзавец притворялся. Обжег меня голодным взглядом и… поцеловал.

Стоило нашим губам соединиться, я окончательно поняла, что пропала.

— Тогда я осознал, что уже никогда тебя не отпущу, и что ты теперь принадлежишь мне, — будто вместе со мной окунувшись в воспоминания, вдруг заявил Итан. — Знаешь, что я чувствовал, пока ехал сегодня в казино? Если бы не завтрашние смотрины, я действительно запер бы тебя в своих покоях.

Не сдержав улыбки, я слегка коснулась его губ своими и отпрянула.

— Звучит как угроза, могу и согласиться, — кокетливо провела я пальцем по мундиру, скрывающему его каменный торс и огляделась по сторонам. — Это, конечно, не твои покои, но тут тоже довольно просторно. Когда мы в последний раз оставались наедине?

Муж усмехнулся и вытащил из кармана часы на золотой цепочке.

— Довольно давно — три дня, шесть часов и сорок минут.

Я медленно потянулась к завязкам своего плаща.

— Пора наверстывать упущенное.

Губы Итана набросились на мои, словно шторм, сметающий все на своем пути. Властно. Требовательно. Опьяняюще. Но в то же время с такой трепетной нежностью, будто я — самая главная в его жизни драгоценность.

Сердце билось в унисон с его рваным ритмом. Мир вокруг растворялся в нашем общем горячем дыхании. Каждый вздох превращался в сладостный яд, от которого кружилась голова, и тело до краев наполнялось желанием.

Дикая страсть, вперемешку с запахом тестостерона, окутала ставшее вдруг тесным пространство экипажа, создавая доминирующую ауру. Скользящие по моим бедрам мужские руки были подобны раскаленному железу.

Лунный свет пробивался сквозь зашторенное окно, окутывая нас мягким серебристым сиянием.

— Что за гребаные пуговицы? — глухо прорычал он мне в ухо.

— Только не рви, — шумно выдохнула я в ответ, наблюдая, как ловкие пальцы борются с последним препятствием.

Через некоторое время мое платье было отброшено на пол. Юбки задрались до талии. Мундир и сорочка Итана — не без моих усилий — свисали с сиденья. Все для того, чтобы ладонями пройтись по каменному торсу и тугим мышцам. Почувствовать, как по коже бегут мурашки, вызванные волнующими прикосновениями.

Внизу живота разлилось тепло. В голове сделалось пусто. Единственным мужчиной, кто мог довести меня до такого состояния, был мой муж.

До встречи с ним я даже не подозревала, что чей-то пристальный взгляд или легкое касание могут доводить до безумия, околдовывать, лишать сердечного покоя. Рядом с Итаном я забывала обо всем на свете. В центре моего внимания был только он.

Даже твердый деревянный пол экипажа под синим ледяным взглядом становился мягче перины. А от предвкушающей ухмылки на его соблазнительных губах все внутри меня переворачивалось.

Ласки становились все горячее, пока не сменились ощущением заполненности. Каждое движение Итана соединяло нас в единое целое. Фиолетовое свечение его магии окружало нас толстым коконом. Задыхаясь от нехватки кислорода, я цеплялась пальцами за влажные от пота плечи мужа.

Понадобилось не так много времени, чтобы крик моего удовольствия расколол реальность на миллионы осколков. Затем недолгое ожидание, пока Итан не достигнет своего собственного. После, спрятавшись в его крепких объятиях, я долго лежала без сил.

В себя пришла, когда экипаж, налетев на кочку, слегка подбросило. С трудом приподнявшись, я чуть отодвинула занавеску и удивленно ахнула.

— Итан, срочно поднимайся, мы уже въехали во дворец.

Лениво потянувшись, муж, тряхнув головой, откинул со лба непослушную прядь и расплылся в ленивой ухмылке.

— Змейка, мы въехали во дворец больше получаса назад. Все это время кучер катал нас по кругу.

— По кругу? — удивленно захлопала я глазами, прекратив поспешно натягивать на себя платье.

— Разумеется, — беспечно пожал плечами муж. — Без моего приказа он не может остановиться. Ай, за что?

Он не стал уворачиваться от летящей в него сорочки. Поймал её на лету и так же быстро надел.

— За то, что выглядишь, как сытый кот. Сделай лицо немного серьезнее, иначе Линн с Хельгой сразу поймут, чем мы тут занимались.

— Ну конечно, всё дело в моем лице, — еле слышно проворчал Итан, натягивая мундир. — Сама первая на меня набросилась. Я что, для тебя игрушка?

— О чем ты говоришь? — ахнула я, услышав его бормотания.

— О том, что ты меня использовала ради минутного удовольствия…

— Минутного? — не на шутку возмутилась я и одернула занавеску. — Сейчас почти утро, озабоченный ты… орк!

Вместо того чтобы разозлиться, маг-император сладко потянулся и весело подмигнул мне.

— Вот тебе повезло, да?

Как бы мне ни хотелось стереть эту нахальную улыбочку, под рукой не осталось ничего, что можно было бы в него бросить.

Стоило нам закончить приводить себя в порядок, Итан высунулся из окна и приказал кучеру двигаться в сторону главного дворца. Пришлось срочно схватить его за рукав.

— Нельзя, чтобы нас видели вместе, — прошипела я. — Мы с Хельгой выйдем здесь.

Муж ненадолго задумался, прежде чем кивнуть.

— Линн вас проводит, — он вытащил из кармана часы и сверился с ними. — У тебя не так много времени на то, чтобы хорошенько выспаться и подготовиться ко встрече с моим человеком.

— Твоим человеком? — нахмурившись, переспросила я.

— Завтра… Вернее, уже сегодня вечером начинаются смотрины.

— Так рано? Я думала, до них ещё есть некоторое время.

Итан устало поморщился, зарывшись пятерней в растрепанные волосы.

— Вдовствующая императрица была так воодушевлена моим согласием, что не стала тянуть. Готовься, дворец будет гудеть, как взбесившийся улей. Я усилю твою охрану вдвое, но затеряться в толпе проще простого. Будь начеку. Запомни одно — тебя ни за что не должны узнать.

— Да ясно мне, — раздраженно сверкнула я глазами, мысленно представив всех этих расфуфыренных девиц, задавшихся целью привлечь к себе внимание моего — на минуточку — мужа.

Словно в очередной раз прочитав мои мысли, Итан заметно смягчился и притянул меня к себе на колени.

— Не злись, змейка. Ты же знаешь, мне никто кроме тебя не нужен. Вот выведу на чистую воду всех изменщиков и устрою во дворце тотальную чистку. Больше никто никогда не будет тебя донимать.

— Я в отпуск хочу, — капризно надув губы, пожаловалась я. — На юг… к морю.

— Обязательно поедем, — послушно согласился он. — Но сначала дело. Как я уже сказал, к тебе будет приставлен мой человек. Слушайся её во всем. Она… ладно, не буду объяснять, сама увидишь.

Поцеловав меня на прощание, он стукнул кулаком в потолок. Я даже не успела ничего сказать, как кучер резко осадил лошадей. Дверь мгновенно распахнулась. Снаружи меня уже ждали Линн и Хельга.

Дворец, куда я переехала в попытке обозначить для окружающих наши текущие с Итаном отношения, из «холодного» превратился сначала в «теплый», а сейчас и вовсе «накалился». Из-за чрезмерного отопления в нем было жарче, чем на улице солнечным летом. Слуг стало в четыре раза больше. Видимо, заранее проинструктированные магом-императором, они, казалось, ночами не спали. И в попытке мне угодить трудились так усердно, что порой становилось не по себе.

«Хорошенько» выспаться, как советовал муж, у меня не вышло. Только закрыла глаза, как меня разбудила Хельга. Сверившись с маятником на стене, поняла, что прошло всего два часа.

— Да ты издеваешься! — капризно захныкала я и потянулась, в попытке расслабить мышцы, что после ночных кувырканий по жесткому полу экипажа нещадно ныли в самых необычных местах.

Впрочем, жаловаться на это я не собиралась. Всплывающие в голове воспоминания были до безумия яркими. Как и красноватые отметины на бедрах, груди и шее. Не дожидаясь, пока я начну грозно сверкать глазами, Хельга понимающе отвернулась.

— Ваше величество, вы сами приказали предупредить, если вас будут спрашивать…

Скользнув в заранее подготовленный горничной шелковый халат, я туго завязала пояс и сладко зевнула.

— Пришел человек Итана? Ты отвела её в главную гостиную?

Хельга подозрительно замялась.

— Она сообщила, что ещё не завтракала и… пошла на кухню. — Услышав ответ горничной, я слегка приподняла брови. — Я решила, что его маг-императорское величество не отправил бы к вам кого попало и не стала её останавливать.

— Итан предупредил, что она довольно эксцентричная особа, — пожала я плечами. — Ну что ж, пошли знакомиться.

Через некоторое время я сидела на кресле в гостиной и ритмично постукивала каблуками, изучая стоящую напротив меня… стражницу.

Назвать её женщиной язык не поворачивался. Уж больно она была… резкой и внушительной. Но и на мужчину не походила в своём ярко-жёлтом кружевном платье. Чересчур кружевном, на мой вкус. Будто его обладательница пыталась ткнуть всем лицом в свою половую принадлежность. Но мешал пристегнутый к поясу меч.

Короткая стрижка, массивная челюсть, широкий нос и поджатые губы. Всё по отдельности скорее отталкивало, но собранное вместе, как ни странно, придавало гордо взирающей на меня стражнице непостижимую изюминку.

— Меня зовут Фломус Керене, ваше величество, — изобразив что-то отдалённо похожее на реверанс, она выпрямилась и гордо приподняла квадратный подбородок.

— Как странно, я два года живу во дворце, но вас ни разу не видела, — полюбопытствовала я.

— Здесь нет ничего странного, ваше величество. Я только вчера прибыла с северной границы, где прослужила пять лет, возглавляя правое крыло сокрийской армии.

На мгновение в огромном зале воцарилась тишина. Все присутствующие, включая слуг, вместе со мной переваривали услышанное. От Итана, конечно, можно было ожидать чего угодно. Но вызвать с границы целого генерала, чтобы тот охранял на смотринах наложниц его скрывающуюся под маской жену?..

Сумасшедший!

Прежде чем снова открыть рот, я прочистила горло.

— Госпожа Керене, благодарю вас за верную службу империи.

Кажется, стражница немного смутилась, услышав мои слова. Если тот румянец, что слегка окрасил её щеки, мне не привиделся и был действительно вызван смущением.

— Ваше величество, я лишь исполняла свой долг, — сдержанно ответила Фломус.

— Рада слышать, — кивнула я. — Его маг-императорское величество ввёл вас в курс дела?

— Так точно. Снабдил инструкциями и приказал ни на шаг от них не отходить. Даже — цитирую его слова — если вы, ваше величество, будете сильно настаивать.

Вот же… гад. Как хорошо он меня знает.

Скрыв негодование за вежливой улыбкой, я махнула рукой.

— Прошу, озвучьте, к чему мне готовиться. Я вас внимательно слушаю.

Фломус так резко и громко хлопнула в ладоши, что я чуть не соскочила с места. Хельга бросилась вперёд, загородив меня своей совсем не широкой спиной. Двери в главную гостиную отворились, и внутрь вошли четверо мужчин, несущих на плечах, без сомнения, тяжёлый кованый сундук.

Поставив его на пол, они поклонились мне и исчезли так же внезапно, как и появились. За ними вошла хозяйка лучшего в столице ателье, госпожа Боссе. Поклонившись мне, она приблизилась к сундуку, открыла крышку и вытащила на свет лёгкое, как дымчатый рассвет, шелковое платье индигового цвета.

— До начала мероприятия осталось не так много, ваше величество, — строго предупредила Фломус. — Вам необходимо срочно переодеться. А я в процессе озвучу подготовленную для вас его маг-императорским величеством легенду.

Спорить было бессмысленно. Уже через некоторое время я стояла в центре своих покоев, отдавшись в умелые руки швей госпожи Боссе, подгонявших под мои размеры заранее подготовленный наряд. Ещё две девицы из её команды колдовали с кистями и красками над моей внешностью. Хельга стояла рядом, контролируя процесс. А Фломус, под грустное урчание моего оставшегося без завтрака желудка, размахивая руками, ходила из угла в угол.

— Ваше величество, с сегодняшнего дня вас зовут Келамия Дир Калис. Обращаться к вам будут — госпожа Дир Калис. Ваша роль — рабыня, подаренная его маг-императорскому величеству новым царём Драконьей Орды. — Придумали тоже! Да Аксель — нынешняя царица Орды, а по совместительству — одна из моих лучших подруг — своему муженьку голову бы открутила, решись он на подобное. — При удачном прохождении смотрин вы остаетесь во дворце. При неудачном — будете отправлены обратно на родину. Вы сирота. С раннего детства воспитывались в закрытом приюте. По достижению совершеннолетия были отобраны в наложницы бывшему правителю Орды. Но стоило вам прибыть во дворец, случилась война. Бывший царь был убит, а новый женился и распустил оставшийся от сводного брата гарем. Все жившие в нём женщины были возвращены в свои дома. Вас же, за неимением родни, отправили в Сокрию.

— Почти все участвующие в смотринах претендентки — из знатных родов, — покачала головой Хельга. — Они будут смотреть на её величество свысока.

— Её величество будет представлять Ашера — настоящего дракона, — отмахнулась от её слов Фломус. — Никто не посмеет открыто проявлять к ней неучтивость. Именно по этой причине его маг-императорское величество и выбрал из всех предложенных именно эту легенду.

— А если её узнают? — всё ещё не слишком убеждённая, поинтересовалась Хельга.

— Не узнают. На её величестве будет скрывающая вуаль. Это тоже одна из частей легенды. Наложницам в Орде, в отличие от царицы, запрещено демонстрировать посторонним свои лица.

— Значит, мне тоже надо переодеться, — утвердительно заявила моя горничная.

— Надо, — кивнула Фломус. — Нам всем надо. С сегодняшнего дня и до конца смотрин я стану исполнять обязанности горничной госпожи Дир Калис. А вы, Хельга, поселитесь в холодном дворце под именем её величества.

— Под именем её величества? — по слогам произнесла Хельга, вытаращив на стражницу глаза, ставшие размером с блюдца. — Это что, шутка какая-то?

— Какие уж тут шутки? — развела руками Фломус. — Никто не сможет изобразить маг-императрицу лучше её преданной горничной.

— Что за бред? — раздраженно нахмурилась Хельга. — Во-первых, даже тараканы во дворце знают меня в лицо. А во-вторых, я личный телохранитель её величества и обязана следовать за ней повсюду…

— Вы ставите под сомнение мои способности? — вкрадчиво поинтересовалась стражница, приподняв правую бровь.

Вроде как это прозвучало спокойно, без всякой угрозы. Однако атмосфера как-то сразу накалилась, и даже мне вдруг стало не по себе.

— Нет, но… — судорожно сглотнула Хельга.

Несмотря на свои первоклассные боевые навыки, инстинктом самосохранения моя горничная не пренебрегала. Я была последней, кто стал бы её за это винить.

— Вот и отлично, — более дружелюбно протянула Фломус. — А что касается вашей внешности… Люди его маг-императорского величества уже пустили слух о том, что маг-императрица слегла от болезни, по симптомам напоминающей ветряную немощь. Как только мы с её величеством покинем холодный дворец, его тут же оцепят и объявят карантин. Мимо приставленной к дверям стражи даже мышь не проскочит. В самом крайнем случае появитесь перед незваными гостями с ног до головы укутавшись в вуаль. Можете даже рот не открывать, сославшись на поражённое горло. Вопросов точно не возникнет, не переживайте.

И вправду, до крайности гладкая легенда. Без единого изъяна. Я и раньше знала, но лишний раз убедилась: быть врагом моего гениального в своей коварности мужа — настоящее самоубийство.

Стоило нам закончить обсуждение, как колдующие надо мной девицы из ателье госпожи Боссе подвели меня к напольному зеркалу и отступили на пару шагов, любуясь плодами своего труда. Признаться, им было чем гордиться. Разглядев в отражении таинственную и прекрасную незнакомку, я не сразу осознала, что она — это я.

Шелковая синяя маска скрывала всю нижнюю часть моего лица. Длинные темные волосы — временно изменившие свой цвет благодаря легкому вмешательству светлой магии — были лениво собраны талантливым мастером в замысловатую прическу. Густо подведенные глаза, казалось, стали еще зеленее. Серьги-кисточки дрожали при малейшем повороте головы. На лбу, между бровей, золотистой краской был нарисован распустившийся лотос.

Небольшая деталь мгновенно притягивала к себе взгляд, мешая полностью сосредоточиться на лице. Но даже без него эту роль взяло бы на себя невероятное платье. Или не платье… Оно больше напоминало оружие, затягивающее в сети желания. Каждый шорох легкой, как дым, ткани — обещание, каждый блеск ниток — намёк. Шёлковые оковы, словно пламя. Тот, кто осмелится прикоснуться, обречён сгореть.

Все его складочки будто жили отдельной жизнью. Начинающиеся с локтей широкие рукава заканчивались открытыми запястьями, украшенными тонкими серебряными браслетами. Свисающие с пояса серебряные колокольчики звенели при каждом шаге. Невесомая газовая юбка мягкими волнами спадала до самого пола. Разрез до бедра демонстрировал ножки, обутые в открытые сандалии с вьющимися, как тонкие змейки, лентами.

— Забытые боги, — еле слышно прошептала стоящая за моей спиной Хельга. — Ваше величество, я бы в жизни вас не узнала. Вы такая… такая…

Мгновенно покраснев, она отвела в сторону смущенный взгляд. Прикусив нижнюю губу, я обреченно вздохнула, не став уточнять, что имелось в виду. И без того ясно, что образ вышел крайне… насыщенным. Слишком соблазнительным и откровенным. Своим видом я буквально олицетворяла слово «наложница».

Интересно, это случайность или Итан уже на старте смотрин решил ткнуть Глорию в меня лицом? Зная его скользкую натуру, на первый вариант можно было не ставить.

— Ваше величество, экипаж готов, — прервала неловкую паузу Фломус. — Нам лучше выйти через черный ход.

Я кивнула и засобиралась к выходу.

— Удачи, ваше величество! — грустно помахала мне на прощание заметно расстроенная Хельга.

Дорога на смотрины обернулась настоящим приключением.

Пока Фломус отвлекала императорскую стражу, я прокралась к поджидавшему нас экипажу. Узнать его было легко: без опознавательных знаков, и правил им укутанный в черное с ног до головы возница.

Дождавшись, когда к нам присоединится моя временная горничная, мы тронулись в путь. В ускоренном темпе объехали половину столицы. Все это время я с любопытством пялилась в окно, впервые за долгое время наблюдая за жизнью ночного города. Один зимний пейзаж сменялся другим. Фломус не обращала внимания, с непрошибаемым выражением лица уткнувшись в книгу.

Позолоченная обложка. Броское название: «Мечи и поцелуи». Уточнять я не стала, но про себя решила, что не больно это похоже на военный трактат.

У городских ворот мы сменили наш невзрачный транспорт на шикарную карету с эмблемой царского дома Драконьей Орды. Внутри обнаружились две широкие бархатные кушетки, покрывала из Норлингской лисы, жаркая печь и три внушительных сундука, доверху забитые специально подготовленными для меня вещами, включая одежду.

— Почему так много? — удивилась я.

Фломус небрежно пожала широченными плечами.

— Предполагается, что смотрины продлятся не меньше недели.

— Так долго?

— Ее величество Вдовствующая маг-императрица решила не останавливаться на внешних данных претенденток. Пока художники будут писать для его маг-императорского величества портреты участниц, их самих будут развлекать небольшими соревнованиями. Ничего сложного, чисто женские штучки, — с небольшой долей презрения в голосе произнесла она. — Рисование, танцы, игра на музыкальных инструментах…

— Писать наши портреты? — выцепила я из ее речи самую важную часть.

— Не волнуйтесь, госпожа. Художника назначит его маг-императорское величество. Разумеется, он будет держать язык за зубами… если не захочет его лишиться.

Последняя фраза была сказана таким многообещающим тоном, что стало ясно: в случае чего Фломус лично его ему отрежет.

Пытаясь избавиться от красочных картинок, вызванных безумным блеском ее глаз, я провела оставшийся путь в молчании. В окно больше не смотрела и потому не сразу заметила, когда карета с протяжным «тпру» остановилась у стен дворца. Мы находились в самом конце колонны из точно таких же экипажей, движущихся со скоростью раненой в подошву улитки.

— В чем дело? — нахмурилась я.

— Сейчас выясню, госпожа, — быстро вжилась в роль Фломус и, закутавшись в теплый плащ, выскочила за дверь. Вернулась довольно быстро. Словно читая служебный рапорт, сообщила: — Гильдия магов у входа проверяет каждую въезжающую во дворец карету. Ищут магическое оружие, а также нелегальные травы и зелья. Процесс занимает довольно много времени. Вам пока лучше отдохнуть.

Я мысленно усмехнулась.

Магическое оружие во дворце, построенном из диагравия — камня, подавляющего любую магию, будь она хоть темной, хоть светлой? Я скорее поверю, что Итан, таким образом, решил показать свой характер, заставляя претенденток на место в его постели ожидать на морозе. И это учитывая, что не у всех в карете была печь. А приехавшие с юга девицы даже теплых вещей не имели.

Впрочем, мне-то что? Не нравится — скатертью дорога. Метлой их сюда никто не гнал.

Похоже, сказалась бессонная ночь. Стоило откинуться на подушки и закрыть глаза, как я мгновенно провалилась в сон.

— Ваше величество, пора вставать, — раздался над ухом приглушенный голос моей новой горничной.

— Как, уже наша очередь? — тряхнула я головой, прогоняя остатки сонливости.

— По особому распоряжению его маг-императорского величества нашу карету пропустили без проверки.

— К чему эти милости? — нахмурилась я. — Разве они не привлекут ко мне ненужного внимания?

— Не переживайте, госпожа. Общеизвестный факт, что царь Орды Максимус Раута Ашер, которому принадлежит наша карета, приходится хорошим другом его маг-императорскому величеству. Все решат, что это лишь дань уважения и к вам лично никакого отношения не имеет.

Действительно, чего я всполошилась? Муж, продумывая стратегии, никогда еще не совершал ошибок. Любое его действие подкреплено безупречной логикой и холодным расчетом. Даже добиваясь моего внимания, он составил совершенный в своей изощренности план. У меня не было и шанса против этого коварного змея.

Всех прибывших на смотрины девиц провожали в главный зал дворца Добродетели. Сегодня — первый раз, когда я посещала это место. Все остальное время он был закрыт на замок. Вход был только с разрешения Вдовствующей маг-императрицы, а она его никому не давала, заявляя, что хранит внутри память о почившем муже — маг-императоре Кристиане Кар Ланде.

Впрочем, среди слуг ходили довольно противоречивые слухи о ее словах. Мол, раньше здесь жила первая жена отца Итана — Гортензия Найвет. Третья принцесса Норлинга умерла через год после свадьбы, так и не оставив наследника. Занявшая ее место Глория, после смерти мужа, закрыла дворец для визитов.

Учитывая, что моя свекровь не из тех, кто предается сантиментам, объяснение было одно — дело в банальной ревности. Тем более очевидцы утверждали, что покойный маг-император относился к первой супруге с большей нежностью и вниманием, чем ко второй.

Яркий солнечный свет отражался от натертых до блеска мраморных плит. Высокие потолки давили своим величием. Ниспадающие с колонн алые шелковые драпировки шевелились от малейшего ветерка, будто живые. Вдоль стен, на резных лавках с бархатными подушками, сидели претендентки на место наложницы маг-императора.

Все, как на подбор, красавицы. Блондинки, брюнетки, рыжие. В парче, в шелке, в атласе. Высокие, низкие. Худые, ладные, корпулентные. Бледные, с румяном на щеках.

Даже странно, как свекровь успела в короткие сроки собрать такой букет? По всей видимости, подготовка к смотринам началась задолго до разговора с Итаном. Ее упорству я могла лишь позавидовать. Не женщина, а кремень.

В воздухе стоял гомон от перешептываний и витал густой коктейль ароматов: от одурманивающе-цветочных до приторно-цитрусовых. Сладкая ваниль, удушающий пачули и жасминовая пудра сплетались в один тяжёлый шлейф, от которого кружилась голова. Большинство присутствующих сидело, уткнувшись в платочки или прикрывая носы рукавами. Даже следовавшая за мной генерал Керене то и дело морщилась, тяжело переводя дыхание. Меня лично спасала шелковая маска.

Свободное место нашлось в самом центре, по соседству с валашской принцессой, глядящей на соперниц с легкой брезгливостью, дающей понять, что различие между ними и навозной кучей только в цвете. При виде Миреллы Стану, в вышитом золотыми нитями платье, я едва подавила смешок.

Кто бы сомневался, что эта наглая девица не упустит шанс занять теплое местечко — матери будущего наследника Сокрийского престола? В Валахии принцесс еще в раннем возрасте выдавали замуж ради мира, богатства и военных союзов. Не спрашивая их мнения. Порой за гадких стариков с бородами до колен.

А тут целый маг-император: молодой и красивый. Улыбнись удача — сделает из наложницы законную жену. Не вцепиться в эту возможность обеими руками — настоящая глупость. С моей стороны последнее дело недооценивать вампиров.

Что насчет других?

Часто посещающие дворец дочери министров. Несколько столичных красавиц, определенно из богатейших семей Сокрии. Венетта — личная горничная Глории. Похоже, свекровь подослала шпиона. Личности остальных были мне неизвестны.

Я лишь отметила среди присутствующих еще одну девицу с наглухо закрытым красной вуалью лицом. Даже цвет и форму глаз было не разобрать за мелкой сеточкой. Не припомню, чтобы помимо Орды где-то еще практиковали такие яркие, бросающиеся в глаза наряды. Но Макс с Аксель ее точно не посылали. Значит, она тоже здесь инкогнито?

Как любопытно…

Я незаметно привлекла внимание Фломус к незнакомке. Моя временная горничная, смерив девицу пристальным взглядом, определенно сделала мысленную отметку выяснить всю ее подноготную.

Шум прервала долгая барабанная дробь.

— Всем встать! Его маг-императорское величество пребывает!

Слоило глашатаю замолкнуть, как служанки и горничные, включая мою Фломус, отошли в противоположный угол и низко склонили головы, не смея поднимать на «Солнце империи» глаз. Все остальные, повскакивав с мест, застыли в полупоклоне. На приглашённых девиц строгие правила придворного этикета не распространялись, поэтому со всех сторон раздавался взволнованный шёпот:

— Забытые боги… до чего же красив!

— Если бы он взглянул на меня, я бы тут же упала в обморок!

— Говорят, его маг-императорское величество владеет мечом не хуже своих теневых стражей!

— Его взгляд — как огонь, будто в душу смотрит!

— Я слышала, что, когда он проходил обучение в имперской академии, ему писали любовные письма даже преподаватели женского пола!

А вот это уже любопытно. Итан ничего подобного мне не рассказывал. Впрочем, оно и понятно. Кто станет хвастать перед ревнивой — чего уж скрывать? — женой подобными «подвигами»?

Покосившись в сторону трона, я мысленно отметила, что выглядел мой муж поистине великолепно. Несмотря на то, что долго не заморачиваясь, он выбрал повседневную одежду — заправленные в высокие кожаные сапоги черные брюки и мундир в тон с серебряными пуговицами, подчеркивающий широкие плечи –выглядел Итан так, будто сошел с парадного портрета. Настоящий непобедимый воин, чью привлекательность подчеркивали даже спутанные волосы и легкая небритость.

Вспомнив, какие отметины эта щетина оставила ночью на моей нежной коже, я почувствовала, как щеки опалило смущением, и в очередной раз порадовалась скрывающей лицо маске.

Заняв стоящий в центре трон, маг-император прошёлся по присутствующим равнодушным взглядом. Ни на ком не задерживался. Скользил лениво, будто по одинаковым деревьям в сосновом лесу.

И почему я раньше не замечала, до чего он надменный? Наверное, потому что, находясь рядом, я всегда была в центре его сосредоточенного внимания. Сейчас мне этого сильно не хватало. Смрадные бунтовщики, по вине которых я вынуждена играть в этом гнилостном спектакле.

Притворившись деревом, я продолжала прислушиваться к восхищённым восклицаниям своих «соперниц», когда глашатай объявил следующих гостей:

— Её величество Вдовствующая маг-императрица и его светлость герцог Замара!

Императрица понятно, но что здесь делает дядюшка Арлен? Не помню, чтобы его когда-либо интересовала личная жизнь племянника.

— Я слышала, что герцог Замара — настоящий затворник, но его слово при дворе имеет реальную власть, — зашептала одна моя соседка другой. — Как же назвал его мой папочка? Что-то там серое… Ах да, серый маргинал.

— Маргинал, — рассеянно закивала её подружка. — Я тоже что-то подобное слышала.

Скрывая за маской усмешку, я смерила взглядом того самого «серого маргинала». Расплывшись в скользкой улыбке, он что-то шептал на ухо венценосной сестре.

Стоило Глории расположиться на малом троне, который по праву должна занимать действующая маг-императрица — то есть я — как в главный зал пожаловали её дети: маг-принцесса Айрин и маг-принц Уилл.

С любопытством глазея на девиц, они встали за спиной матери. Следом за ними появились пара двоюродных дядюшек Итана с женами, кузенами и кузинами. Все те же лица, что присутствовали на недавнем семейном банкете.

Смотрины всё больше напоминали балаган. Казалось, все присутствующие — актеры, которые вот-вот начнут представление. Не то чтобы меня это как-то огорчало. Скорее забавляло. Определённо, их всех пригласил Итан, действуя согласно плану по выявлению предателей.

Словно подтверждая мои мысли, дверь в главный зал захлопнулась, как мышеловка. Перед ней, угрожающе сжимая ладонями рукояти мечей, встали четверо теневых стражей во главе с Линном. Взгляды их были пусты, как у статуй, украшающих длинные коридоры дворца. Губы плотно сжаты. Несколько стоящих рядом со мной девиц резко побледнели.

Родня Итана принялась бросать в сторону моего мужа настороженные взгляды. Он сам, лениво развалившись на троне, делал вид, что происходящее абсолютно его не касается. Медленно скользя осоловевшими глазами по участницам смотрин, он вдруг резко остановился на мне. Уголки капризных губ поползли вверх. Выражение лица из невозмутимого сделалось хищным.

Все мое естество невольно потянулось к нему. Сердце забилось в два раза быстрее. Во рту пересохло. Меня разрывало надвое: чувство предвкушения и подозрительность.

Что это за собственнический взгляд? Нас таких, скрывающихся под вуалью, двое. Еще и Фломус не рядом. Он вообще в курсе, что это я?

Словно прочитав мои мысли, мерзавец насмешливо хмыкнул. Мои щеки обожгло обидой.

Смрадный Кар Ланде! Как же ты иногда бесишь!

Дождавшись воцарения полной тишины, муж подал знак рукой вышедшему вперед придворному лакею по имени Морель.

— В этом зале собрались самые достойные дочери континента, — прочистив горло, зачастил седовласый старец, служащий еще отцу Итана. — Смиренно склоняю голову перед вашей добровольной решимостью явиться во дворец, чтобы принять участие в деле величайшей важности — поиске матери будущего правителя нашей империи. Той, чья добродетель, красота, ум и сердце заслужат не только благосклонность его маг-императорского величества, но и любовь народа…

Речь ему, без сомнений, писала моя свекровь. От нее так и веяло пафосом и слащавой лестью.

— … Всю оставшуюся жизнь избранницу будут окружать всяческие почести. Её слово будет услышано, её имя — уважаемо, её судьба — связана с судьбой Сокрии. Она по праву займет место второго человека в империи.

Второго, значит…

А меня, маг-императрицу, нагло списали со счетов? Мало им моего мужа, решили отобрать ещё и положение. А как же честь императорского рода?

Двуличные орки!

Зубы заскрежетали, едва не свело челюсть. Ладони сжались в кулаки. Пришлось поспешно спрятать их за спину. Не помню, когда в последний раз я так злилась.

— … Её дети станут опорой трона. Она сделается хранительницей имперского очага, вокруг которого будет строиться новое царствующее поколение…

Когда выдержка начала подводить и стало казаться, что сейчас взорвусь, меня вдруг окутало теплом. Будто в холодную стужу стеганым одеялом укрыли и положили на печь.

Итан, небрежно поигрывая серебряной пуговицей на манжете, скучающе глядел в окно. Будто не имел к моему состоянию совсем никакого отношения. И я бы даже поверила, если бы не одно мелкое обстоятельство. Кому ещё, кроме маг-императора, под силу применять магию в собственном дворце, доверху напичканном диагравием?

Впрочем, какая разница? Главное, что ярость сошла на нет, сменившись безразличным спокойствием, основанным на непоколебимом убеждении, что Итан знает, что я — это я.

— … Богатства, дворцы, преданная свита — всё это будет ей даровано. Более того — вечная память в летописях истории и благодарность миллионов подданных. Итак, да начнутся смотрины!

Уши заложило из-за всплеска рукоплесканий и восторженных ахов и охов. Поднявшись с трона, Итан молча направился к выходу. Но, не дойдя пары шагов, оглянулся через плечо.

— Во время смотрин, а это около недели, вы будете проживать в покоях дворца Добродетели. Чувствуйте себя как дома… — его голос на последней фразе сделался тише и стал звучать несколько зловеще. — Но не забывайте, что вы в гостях.

Стоило Итану, вместе со своей стражей, скрыться за дверью, как вся его многочисленная родня, один за другим, направилась следом. Зачем, спрашивается, приходили? Непонятно. То ли маг-император приказал, то ли Вдовствующая маг-императрица пригласила, то ли просто из любопытства, на красавиц со всего континента поглазеть. Все же среди них — будущая мать наследника престола. А налаживать связи представители семейства Кар Ланде умели лучше всего.

В зале остались только приглашенные претендентки на роль маг-императорской наложницы и придворный лакей, которому, по всей видимости, была отведена роль главного распорядителя.

— Прошу, дамы, следуйте за мной, — прочистив горло, Морель, прихрамывая на правую ногу, направился ко входной двери. — Лестница в холле ведет на второй этаж, где располагаются подготовленные для вас покои.

Первой за ним ринулась вампирская принцесса, за которой хвостиком следовали две горничные. Еще одна попытка подчеркнуть свой статус? Видимо, заранее договорилась с Глорией, ведь у всех остальных, включая меня, личных служанок было по одной.

Эти две девицы так шипели и щерили длинные клыки на всех, кто только подумывал приблизиться к их госпоже, что уже через пару минут желающих связываться не осталось. Между Миреллой Стану и остальными образовался приличный разрыв.

Мы с Фломус лениво плелись в самом хвосте. Перед нами шли дочь министра труда — Сахара Вар Тоцк и племянница секретаря моей свекрови — Зоуи Трипполи. Обеих я часто видела на различных дворцовых мероприятиях и потому отлично знала в лицо.

— Зоуи, неужели у нас появился шанс? — с придыханием шептала девица Вар Тоцк на ухо девице Трипполи. — Я так давно влюблена в его маг-императорское величество, что согласна даже на место служанки в его покоях. Только бы он на меня взглянул.

— Сахара, тебе не кажется это странным? — заметила ее более трезвомыслящая подруга. — Я всегда считала, что маг-император без ума от маг-императрицы. То, как он на нее всегда смотрит… у меня аж мурашки по коже. А ее уверенный взгляд и абсолютное бесстрашие даже перед лицом Вдовствующей маг-императрицы? Разве такая женщина стала бы терпеть соперниц? Что-то здесь не так…

— Ты слишком много думаешь, — отмахнулась от нее приятельница. — Любовь, как и страсть — чувство не вечное, если не завязано на истинных узах. А между ними, я слышала, никаких уз и в помине нет. Скорее всего, маг-императрица потеряла расположение. Ничего удивительного. Мало того что она безродный перевертыш из Карнивора, так еще и не может иметь детей.

— Ты должно быть шутишь? — тихонько ахнула девица Трипполи, прежде чем прикрыть ладонью рот и с опаской оглядеться по сторонам.

Девица Вар Тоцк лишь беспечно пожала плечами.

— Так сказал мой отец, а ему я верю. Да и не все мужчины любят таких вот независимых женщин. Похоже, его маг-императорское величество просто устал от нее.

— А может, это она устала? — наплевав на свой первоначальный план держаться от всего в стороне, влезла я в их перешептывания.

— Устала? От его маг-императорского величества? — недоверчиво фыркнула Сахара Вар Тоцк. — Да кто в это поверит?

Фломус попытался остановить меня, безумно вращая выпученными глазами, но я попросту её проигнорировала.

— У меня есть знакомая, которая знает человека, приятельствующего с мужчиной, близко общавшимся с одним из императорских лекарей, — понизила я голос до взволнованного шепота. — Так вот, выпив лишнего, он признался, что у его маг-императорского величества… ну очень маленький.

Пауза затянулась. Девицы недоумевающе переглянулись, прежде чем впиться в меня вопросительными взглядами. Мысленно пеняя на их недогадливость, я продолжила:

— Ну, совсем крошечный, понимаете? — максимально приблизила я большой палец к указательному. — Как… как корнишон.

Судя по звуку, похожему на встретившуюся с мраморным полом челюсть, до них наконец дошло. Обе девицы выглядели так, словно посреди холла материализовался розовый слон и сейчас всё здесь разнесёт.

— Какие уж тут дети? — с притворной печалью в голосе вздохнула я. — Об удовольствии вообще молчу.

Стоящая за моей спиной Фломус резко закашлялась.

Сделал гадость — сердцу радость. Проходя мимо ошеломленных поклонниц моего красавца мужа, моя внутренняя змея довольно облизнулась.

— Госпожа Дир Калис, — шепотом позвала меня Фломус, стоило нам отойти от девиц на приличное расстояние. — Боюсь, его маг-императорскому величеству не понравится та информация, что вы им, — ткнула горничная себе за спину, — сообщили. Могут пойти сплетни…

Я беспечно пожала плечами.

— Одна из этих девиц — дочь министра, а вторая — личного секретаря Вдовствующей маг-императрицы. Кому, как не им, должно быть известно, что болезнь излишне длинного языка не лечится и приводит к таким осложнениям, как отрубание головы через гильотину?

— В любом случае, они могут во всем обвинить вас, — продолжала беспокойно вздыхать Фломус.

— А что я такого сказала? — притворно ахнула я. — Что у его маг-императорского величества маленький… стаж супружества? Всего каких-то два года. Согласись, какие уж тут дети? А уж что они там навоображали своими куцыми умишками — не мои проблемы.

Горничная застыла как статуя посреди лестницы, недоумевающе хлопая глазами, прежде чем восхищенно выдохнуть:

— Ваше ве… госпожа Дир Калис, вы… вы невероятны.

Пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы скрыть довольную улыбку, которая обязательно испортила бы образ расчетливой стервы. Он мне еще понадобится.

В коридоре творилось настоящее столпотворение, особенно у крайних покоев. Они были лучшими на этаже, так как их окна выходили на засаженный соснами парк.

Разумеется, Мирелла Стану не смогла пройти мимо. Ее нахальность была поистине… нахальной. Горничные-вампирши, словно два больных бешенством сторожевых пса, охраняли двери, за которыми поспешно скрылась их госпожа.

Две участницы смотрин, включая ту, что, как и я, была в скрывающей лицо вуали, попытались протиснуться внутрь, но были остановлены безумными взглядами и резким щелканьем зубов. Потоптавшись на месте, они брезгливо фыркнули и направились к соседним покоям.

Мне, как самой неторопливой, досталось то, что осталось. А именно — крошечная комнатка в углу. Без окон, кровати, шкафа… Вообще без всего. Правда, не успела я удивиться, а Фломус — удариться в возмущенные причитания, как следовавший за нами по пятам Морель поспешил преградить мне вход.

— Госпожа…

— Дир Калис, — услужливо подсказала ему горничная, прожигая при этом яростным взглядом.

— Случилось недоразумение, госпожа Дир Калис, — поспешно закивал он. — Его маг-императорское величество распорядился создать всем участницам смотрин одинаковые условия. Видимо, кто-то из слуг недоглядел, проводив вас сюда. Это не покои, а кладовая. Прошу, следуйте за мной…

Я молча кивнула. Открывать рот было чревато. Неизвестно, был ли главный распорядитель в курсе наших с Итаном дел. Считая Мореля человеком Глории, я очень в этом сомневалась. Рисковать не стала.

Так как второй этаж оказался забит под завязку, меня — одну-единственную — сопроводили на третий и предоставили право выбора. Я остановилась на крайних покоях с видом на парк. Точная копия тех, что заняла вампирская принцесса, жившая прямо подо мной.

Пока Фломус занималась моими сундуками, которые из кареты таскали слуги, я открыла окно и выглянула наружу. Уперлась ладонями в подоконник и зажмурилась, вдыхая морозный воздух. А когда открыла глаза увидела маг-принца Уилла. Верхом на гнедой лошади, окруженный личной стражей, он проезжал мимо дворца. От его масляного взгляда и наглой выходки, в виде воздушного поцелуя, я мгновенно почувствовала себя грязной.

Смрадный орк! Не будь на мне вуали, посмел бы он так смотреть? Да никогда. Этот щенок до дрожи в коленях боялся своего старшего брата.

Безразлично мазнув по нему взглядом, как по росшему под окном пню, я обернулась к покашливающему за спиной Морелю.

— Госпожа Дир Калис, прошу, располагайтесь, а я вынужден откланяться, — у выхода он остановился. — Ах, да. Через час за вами зайдут и сопроводят на проверку. Будьте готовы.

— Проверку на что? — нахмурилась Фломус.

— Ну как же… — замялся старик, чьи покрытые морщинами щеки резко заалели. — На соответствие стандартам.

И, опасаясь, как бы ему не задали еще парочку наводящих вопросов, поспешил захлопнуть за собой дверь.

— Госпожа, я не понимаю, — перевела на меня недоумевающий взгляд горничная. — О каких стандартах он вел речь? Должна ли я спросить у его маг-императорского величества?

С трудом сдерживая смех, из-за чего даже зубы свело, я махнула рукой.

— Не нужно его беспокоить. И так все ясно.

— Ясно? — беспомощно захлопала глазами Фломус.

— Придворный лакей имел в виду проверку на девственность, которую обязаны проходить все претендентки на роль жен или любовниц маг-императоров. Это часть церемонии. Я сама имела честь столкнуться с этим перед нашей с Итаном свадьбой.

Судя по пунцовому оттеку кожи и выпученным от волнения глазам, Фломус мои слова совсем не успокоили.

— Но как же?.. Но вы же не…

Прекратив себя сдерживать, я все же рассмеялась.

— Это не наше с тобой дело. Его маг-императорское величество заварил всю кашу. Вот пусть и расхлебывает. В конце концов, это в его интересах.

Прислуга во дворце оказалась до гнилостного пунктуальной. Как и сказал лакей, ровно через час в дверь раздался стук. Две дородные дамы с суровыми, будто высеченными из камня лицами, без лишних предисловий заявили, что меня ожидают на проверку. Предложили надеть что-то легкое и не задерживаться.

Будь я чуть понежнее — уже бы билась в истерике, напуганная предстоящим. Однако, во-первых, я это уже проходила. Неприятно, конечно, но терпимо. А во-вторых, я почему-то не сомневалась — Итан обязательно что-нибудь придумает. Подкупит проверяющих, пригрозит им жизнями их близких, использует магию, в конце концов.

Этот коварный злодей умеет играть грязно, не пренебрегая никакими методами. Иначе как бы ему удалось влюбить меня в себя и заманить под венец?

Испытание и без того унизительное, чтобы разделять его с кем-то. Так что я велела Фломус дожидаться моего возвращения. Горничная попыталась было взбунтоваться, но была остановлена моим предостерегающим взглядом.

Подумаешь, генерал! Это дворец, и я в нём — маг-императрица, чей приказ она обязана исполнять.

Дворец Добродетели отличался от всех остальных лабиринтом коридоров. Чтобы хорошо здесь ориентироваться, нужно либо родиться в этом месте, либо иметь путеводную карту. У моих сопровождающих никаких бумаг в руках не наблюдалось. Шли они молча, даже не переглядываясь. Как две ожившие статуи, без мыслей и эмоций. Не забыть бы спросить Итана, где его матушка их нашла.

Сама я, впрочем, тоже никуда не торопилась, помня непреложное правило — спешащая нога спотыкается. Лениво разглядывала интерьер, весело напевала под нос.

В общем, делала вид, что нахожусь на увеселительной прогулке. Ну и что, что под конвоем? Может, это просто охрана? Дворец огромный — мало ли что может случиться с такой красавицей, как я?

Наконец мои сопровождающие остановились у двухстворчатых дубовых дверей. Открыть, правда, не успели — те резко распахнулись, и наружу выбежала заплаканная девица. Следом за которой, с испуганным выражением лица, неслась её горничная, покрикивая:

— Госпожа… госпожа…

По всей видимости, одну из участниц смотрин не удовлетворил результат проверки. С другой стороны, до какой степени наивной нужно быть, думая, что никто не узнает о твоём «проступке»? Только глупец в Сокрии не в курсе, что для жены — и даже любовницы — маг-императора девичья честь — это не пустой звук.

Прежде чем допустить к ложу венценосной персоны, носящей фамилию Кар Ланде, тебя исследуют вдоль и поперёк. Избежать этого можно лишь одним способом — неподдельно заинтересовать эту самую персону.

Помнилось, перед нашей свадьбой Итан собирался упразднить это правило, издав указ о неприкосновенности будущей маг-императрицы. Я лично уговорила его не тратить время — до встречи с мужем я оставалась невинной. Пусть не душой, но телом. Постыдный факт объяснялся моим жизненным опытом. Имея с самого детства дело с работорговцами и убийцами, к которым также относился мой названный брат Нокси, я привыкла, когда это возможно, остерегаться мужчин.

Оставив меня у дверей, сопровождавшие меня дамы велели ждать, когда назовут моё имя. Сами же будто растворились в воздухе — что для их комплекции настоящее чудо.

— … Госпожа Дир Калис! Госпожа Дир Калис!

Судя по нетерпеливым ноткам в раздававшемся изнутри бесцветном женском голосе, звали меня довольно долго. Кто бы знал, что к новому имени так сложно привыкнуть? Встрепенувшись, я дернула на себя дверную ручку.

Помещение оказалось довольно мрачным — будто созданным, чтобы угнетать. Видимо, его специально подобрали по указу моей свекрови.

Окна наглухо закрыты и занавешены грубым тёмным льном. Воздух внутри спёрт. Видно едва-едва — и то благодаря жалкому пламени стоящей на прикроватном столике одинокой свечи, перед которой сидела сгорбленная старуха.

— Снимай всю одежду, проходи, ложись и раздвигай ноги, — велела она, смерив меня пустым взглядом.

Прозвучало не очень-то любезно. Помнилось, в прошлый раз меня встречала молодая и вежливая лекарка. Комната была свежее и чище. Кровать — в два раза больше и застелена шёлковыми простынями, а не как тут — какой-то непонятной серой тряпкой. Словно я не в императорском дворце, а где-то на конюшне.

Делать нечего. Проглотив застрявшие в горле слова возмущения, я медленно потянулась к пуговицам на платье

Минута. Пошла вторая…

Старуха строго косится, но пока молчит, ожидая, когда я наконец стяну с себя злополучный наряд. Моя уверенность дала трещину. В горле пересохло. Возящиеся с пуговицами пальцы начали мелко дрожать.

Итан, смрадный ты орк, сейчас самое время. Давай же, появляйся, как ты любишь — неожиданно, с фанфарами. Клянусь, я буду рада любому исходу, кроме того, чтобы раздвигать ноги перед этой… этой…

Платье легким облаком упало на пол.

Спасибо забытым богам, мои горящие от стыда щеки плотно скрывала шелковая маска, а вот телу так не повезло. Чулки, панталоны, камисоль и корсет подбирали девушки из ателье госпожи Боссе, известного достаточно вольными нравами. Ткань они использовали прозрачную ажурную. И я даже не возражала, так как кроме мужа никому не планировала себя демонстрировать.

— Чего застыла? — раздраженно прикрикнула старуха. — Поторопись. Там за дверью еще очередь стоит.

Интересно, она так со всеми участницами смотрин общается или только с теми, чей статус недостаточно высок? Если первое, я бы еще потерпела, разумеется, задаваясь вопросом — кто дал ей на это право? Но если второе…

Внезапно за спиной раздался шум. Входная дверь приоткрылась, и внутрь юркнула тень. В центре комнаты материализовалась улыбающаяся женщина в наряде служанки. Лихо подмигнув мне, она что-то шепнула на ухо старухе. Та, недовольно поморщившись, кряхтя, поднялась с места и направилась к выходу. Еще мгновение — и в помещении мы с незнакомкой остались одни.

— Простите за опоздание, ваше величество. Меня задержали слуги ее величества Вдовствующей маг-императрицы. Могу я помочь вам одеться? — вежливо обратилась ко мне женщина, кидая взгляд на лежащее у моих ног платье.

— Не нужно, — покачала я головой и принялась одеваться. — Если вы знаете, кто я, значит, вас послал Итан?

— Именно так, — кивнула незнакомка. И по тому, как она это сделала — учтиво, но не подобострастно, резко и расправив плечи — стало ясно, что это еще одна стражница. Возможно, тоже с границы, как и Фломус. Людей у Итана, оказывается, намного больше, чем я себе представляла. — Его маг-императорское величество приказал передать это вам.

Приблизившись, она вручила мне скомканный в шар клочок бумаги и кивнула на дверь.

— К сожалению, я не могу вас проводить до покоев. Служанка, отвечающая за осмотр участниц, скоро вернется. Я временно ее заменяю. Мне нужно продолжить проверку…

— Все в порядке, — кивнула я, заканчивая с пуговицами на платье. Волнение прошло. Дрожь в пальцах исчезла. В этот раз дело шло споро.

К себе я вернулась танцующей походкой. Не успела постучать, как дверь распахнулась, и на меня уставилась до синевы бледная горничная.

— Ваше… госпожа… — выдохнула она, давая мне пройти. — Как все прошло?

— Можешь успокоиться, — хмыкнула я. — Проверка прошла успешно.

— Забытые боги, — вытерла Фломус рукавом вспотевший лоб. — Я так за вас переживала… Особенно услышав последние новости.

— Что за новости? — оживилась я, плюхаясь в мягкое кресло.

— Кхм, — прочистила горло горничная и принялась ходить из угла в угол, размахивая руками. — Проверка только началась, но уже пошел слух, что смотрины покинуло трое участниц. Одна из них… дочь министра труда. Все в ужасе. Сам министр рвет и мечет. Распорядился выдать ее замуж в кратчайшие сроки за первого встречного.

— Бедняжка, — нахмурилась я, проникнувшись сочувствием к незнакомке. — Столько драмы и все из-за какого-то кусочка кожи между ног.

Однако стоило вспомнить, что эта аристократка пожаловала на смотрины с единственной целью — занять мое место в постели моего мужа, как жалость тут же прошла. Нечего разевать рот на чужого мужчину. Так ей и надо.

Не желая больше обсуждать эту девицу, я поспешила сменить тему.

— Что у нас дальше по плану?

— До вечера у вас свободное время. Затем начнется торжественный прием, на котором все участницы будут по очереди представлены его маг-императорскому величеству.

— Какие-то специальные инструкции? — уточнила я.

Фломус отрицательно качнула головой.

— Слуги доставят наряд ближе ко времени приема. Все, что от вас требуется, ваше величество, — это один танец.

В груди, не ко времени, противно заворочалось чувство ревности. Ладони сжались в кулаки. Зубы заскрипели.

Что же получается, Итан весь вечер будет отплясывать с этими дамочками? Касаться их? Вести разговоры?

Все хорошее настроение испарилось к троллям. Выудив из корсажа переданную мне ранее записку, я махнула Фломус рукой.

— Можешь пока отдохнуть. Мне нужно побыть одной.

Как только за ней захлопнулась дверь, я развернула помятую бумагу:

'Змейка моя,

Прости, но эту ночь тебе придется провести в одиночестве, так как я буду занят…'

Да кто тебя вообще приглашал, орочья ты задница?

'…завтра матушка планирует провести конкурс живописи. Будь готова. Ты должна его выиграть.

Всегда твой, Итан'

Мысленно передразнив его снисходительный тон, я откинулась на спинку, не в силах сдержать улыбку. Наверное, в душе я мазохистка, раз, несмотря на свое раздражение, находила тон его письма возбуждающе деспотичным.

— Мы проверили всю охрану столичного оружейного склада, на который было совершено нападение, — четко, будто читая по бумаге, рапортовал Линн. — В их крови лекари обнаружили сильное снотворное. Что произошло, — неизвестно. Никто, кроме главы стражи — генерала Лизоля, не вызывает подозрений. Стоило покопаться в его делах, как выяснилось интересное. Оказалось, из-за чрезмерного увлечения азартными играми генерал находился на грани банкротства. Но каким-то образом два дня назад выплатил все долги. К тому же соседский слуга видел, как за день до происшествия на складе от его особняка ночью отъезжал экипаж без опознавательных знаков…

Итан смахнул невидимую пылинку со своего плеча.

— Бартье Лизоль? — насмешливо протянул он, ни на секунду не замедлив шаг. Линн держался за его спиной. Достаточно далеко, чтобы предоставить магу-императору необходимое уединение, но в то же время достаточно близко, чтобы в нужный момент выступить вперед и прикрыть его своей спиной. — Помнится, в свое время мой драгоценный дядюшка Арлен буквально вымолил для Лизоля эту должность. Какая черная неблагодарность… Ты так не думаешь, Линн?

— Так точно, ваше маг-императорское величество.

— Разумеется, я не могу спустить ему это с рук, — будто размышляя про себя, зло процедил Итан. — Сегодня же подпишу приказ о лишении Лизоля всех должностей. Пусть его поместят в темницу и пытают до смерти, пока не сдаст всех своих подельников. Отныне вся его семья — простолюдины. Собери людей и спали к гнили и смраду весь его особняк. А землю засыпь солью. Этот высушенный до костей оазис посреди столицы будет вечным напоминанием моим врагам, что со мной шутки плохи.

— Но как же? — вдруг замялся страж. — Частная собственность… Незаконно… Народ не поймет…

Маг-император, не оборачиваясь, беспечно махнул рукой.

— Чушь собачья. Скажем, что на месте его дома обнаружен редкий вид, допустим… землероек. И теперь необходимо произвести зачистку местности для последующей постройки зоологического сада, — язвительно хохотнул Итан. — Вот увидишь, все городские натуралисты меня поддержат. Им только дай повод. Еще и титулом защитника природы наградят.

— Но вы же приказали все спалить? — нахмурился Линн.

— Редкий вид на грани вымирания, действовать нужно быстро.

— … и засыпать солью.

— Соль богата полезными для организма веществами. Эти землеройки нам еще спасибо скажут.

— Будет исполнено, ваше маг-императорское величество, — воскликнул страж, не уставая внутренне поражаться извращенному уму молодого правителя. — А что насчет того дела, о котором вы вчера говорили? Я по поводу сегодняшнего вечера…

— Все в силе, — кивнул Итан. — Единственная поправка: я иду с вами.

— А как же прием? — захлопал глазами страж. — Ваше маг-императорское величество, вы не успеете.

Итан остановился перед внушительными дубовыми дверями, отделявшими длинный коридор от главного зала. Размял плечи и криво усмехнулся.

— Об этом не переживай. Лучше скажи, какие у моей матушки планы на завтра? Мне надо предупредить Риссу…

— Приставленные к ее величеству Вдовствующей маг-императрице люди ничего еще не докладывали. Как только что-то будет, я сообщу. Ах, да… валашская принцесса просила вам напомнить об обещанной утренней прогулке. Предлагала устроить ее завтра перед конкурсом живописи. Что ей ответить?

— Разве эта девица еще здесь? — поморщился Итан.

— Принцесса Стану — одна из участниц смотрин.

— Да? — удивленно приподнял правую бровь маг-император.

— Вы ее сегодня не заметили? — не менее сильно удивился Линн. — Она стояла в первом ряду.

— Моей змейке это определенно не понравится… — словно не слыша его вопроса, недовольно протянул маг-император, но тут же радостно усмехнулся.

«Явно какая-то безумная идея посетила его голову», — подумал Линн.

— Передай принцессе, что я выкрою для нее время.

— Будет испол…

— … И не забудь намекнуть об этой прогулке Фломус.

Не понимая, что задумал правитель, Линн недоумевающе кивнул. Дежуривший у дверей лакей, получив молчаливое разрешение Итана, распахнул перед ним двери.

Стоящий с другой стороны глашатай, звонко объявил:

— Его маг-императорское величество пожаловал!

Итан решительным шагом вошел в главный зал. Остановился в самом центре, прищурился и заскользил взглядом по пестрым нарядам и одинаково восторженным лицам собравшихся девиц.

— Это он… это он…

— Кажется, я сейчас упаду в обморок.

— Ущипните меня…

Не обращая внимания на тихие перешептывания, мужчина продолжал изучать толпу.

Эта слишком жеманная, та чересчур вульгарная. Племянница личного секретаря его матери вообще потеряла всякий стыд, уставившись на его пах с непонятной жалостью во взгляде.

Впрочем, как бы они себя ни вели, мужчине было плевать. Той единственной, которую он искал, почему-то здесь не было. У маг-императрицы, разумеется, хватило бы смелости заявиться на прием в числе последних. А вот для рабыни, отправленной на смотрины правителем драконьей Орды, это уже наглость.

Удивленно приподняв бровь, Итан собрался открыть рот, чтобы поинтересоваться у Линна, где, к гребанным оркам, носит его жену, как вдруг замер. В толпе мелькнул знакомый силуэт.

Спадающие каскадом до узкой талии черные волосы. Огромные зеленые глаза. Красивые черты лица, угадывающиеся под плотной шелковой маской. Воздушное серебряное платье, в нужных местах облегающее изящную женскую фигурку. Даже длинный разрез до середины бедра любую другую превратил бы в распутницу, а у Риссы лишь подчеркивал образ соблазнительницы.

Итан не мог оторвать глаз.

Если еще недавно мужчина считал, что предпочитает блондинок, сейчас уже не был так в этом уверен. Видимо, дело не в предпочтениях. Просто он помешан на одной определенной женщине. И этот недуг — неизлечим.

Приставленная к Риссе горничная, генерал правого крыла северной армии Фломус Керене, в подчёркивавшем её внушительные плечи, мускулистые руки и ноги форменном платье шла к ней вплотную, прикрывая девушку со спины. Её суровое выражение лица отпугивало заступавших им путь гостей.

Остановившись рядом со слугой, державшим в руках поднос с напитками, Рисса схватила ближайший к себе бокал с бесцветной жидкостью и сделала жадный глоток. Впившись взглядом в её повлажневшие губы, Итан вдруг сам почувствовал дикую жажду.

Неужели прошло меньше суток с тех пор, как он держал её в своих объятиях? Воспоминаний об этом хватило, чтобы вызвать в мужчине довольно сильные чувства, которые, даже с прошествием всех этих лет, продолжали его удивлять.

— Дорогой, — раздался за спиной мягкий голос его матери. — Ты и так припозднился. Не заставляй этих прекрасных девушек ждать. Сегодня ты должен поближе познакомиться с каждой из них. Танец — лучший для этого способ.

Стоило ей замолчать, как музыканты, словно подгадав момент, заиграли вальс.

Не сдержав циничной ухмылки, Итан снова устремил взгляд в толпу. Затем сделал несколько шагов и остановился напротив прятавшейся под вуалью незнакомки. Та недоумевающе моргнула, на мгновение прикрыв свои пленительные ярко-зеленые глаза.

— Разрешите, — протянул он руку.

Чувствуя на себе десятки враждебных взглядов соперниц, Рисса приподняла подбородок, гордо расправила плечи и коснулась грубой ладони тонкими пальцами.

— Почту за честь, ваше маг-императорское величество, — с демонстративным смущением шепнула она и скользнула язычком по пересохшим губам. В следующий момент её резко прижало к твердому, как камень, мужскому телу.

Итан опустил голову. В его хитрых глазах отражалась притворно-испуганно хлопающая густыми ресницами девушка. Обычно эту свою беззащитную и невинную сторону она открывала ему только в постели, предпочитая в обществе посторонних носить равнодушную маску надменной маг-императрицы, служившей ей своего рода щитом.

Похоже, его змейка решила поиграть. Кто он такой, чтобы портить ей игру?

Его пальцы лениво скользнули по её запястью, успокаивая судорожное движение пульса. Хватка на тонкой талии стала жестче. Развязный мужской взгляд заскользил по соблазнительному телу. В его руках оно ощутимо напряглось.

— Ваше маг-императорское величество, — едко возмутилась Кларисса, всеми силами стараясь не повышать голос. — Кажется, моя грудь пялится в ваши глаза.

Капризные губы Итана изогнулись в самодовольной ухмылке. Ухо девушки обожгло хриплым шепотом.

— За что я вас великодушно прощаю…

Вот же… нахал!

Пришлось сжать губы, чтобы неуместным смешком невольно не выдать бурлящее внутри веселье. Глаза, наверное, блестят, но посторонним это должно быть незаметно. Благо, маска скрывала добрую половину лица.

Словно почувствовав мое настроение, Итан, закружив меня в вихре танца, слегка опустил ладонь, покоящуюся до этого на пояснице, и на мгновение сжал мою ягодицу. Мой сорвавшийся с губ слабый писк приглушила громкая музыка.

— Кар Ланде, дьявол тебя раздери! Что ты себе позволяешь? — прошипела я, сжимая зубы. — А если кто-то увидит?

— Какая разница? — беспечно пожал он плечами, нисколько не заботясь об окружающих нас людях. — Даже если увидят, что они мне скажут?

Учитывая причину, по которой мы все здесь собрались, и вправду — ничего. Ну захотелось магу-императору исследовать на ощупь товар. Подумаешь, прилюдно. Претенденток на место в его постели слишком много, чтобы с каждой поочередно уединяться.

Стоило лишь на мгновение представить это самое уединение, как к горлу подступила тошнота. Ревность застлала глаза. Бурлящими пузырями в душе вскипела ярость.

Стоит закончиться нашему танцу, наступит следующий, который Итан будет танцевать… с вон той рыжей или шатенкой, выпрыгивающей из своего тесного платья и усиленно строящей ему глазки. А я что, должна молча на это смотреть?

Ну уж нет. Пусть катится в Мертвый мир со своим гнилостным расследованием. Не до такой степени я заинтересована в поиске врагов государства, чтобы ставить на кон свой брак.

— Итан, я…

Не успела закончить, как щеки коснулось его горячее дыхание.

— Этот цвет волос подчеркивает яркость твоих глаз, делая их похожими на изумруды. Чем дольше смотрю, тем сильнее хочу послать всё к лысому орку, закинуть тебя на плечо и унести в нашу спальню.

Стоило этому коварному змею договорить, как переполнявшая меня злость исчезла без следа. Сглотнув застрявший в горле ком, я сделала глубокий вдох и прикусила нижнюю губу, борясь с лихорадочным возбуждением. Кости плавились. Если бы не муж, растеклась бы по каменному полу бесформенной лужей.

Красивые губы удерживающего меня мужчины раздвинулись в хищной усмешке. Без сомнений, он прекрасно знал, какой эффект произвели на меня его слова. Хватка на талии стала сильнее. Движения резче.

— Сегодня я буду занят, — в его обычно тягучем как мед голосе мне послышались хриплые нотки. — Но завтра… Будь готова.

— И не подумаю! — собрав в кучу остатки разума, шепотом воскликнула я. — Во дворце Добродетели куча гостей и служанок. Нас обязательно заметят. И тогда вся твоя затея обернется прахом. Потерпи неделю.

Он нахмурился. Услышанное ему явно не понравилось, но возразить он не мог, так как понимал — я права.

— Хорошо, потерплю, — недовольно скрипнул зубами маг-император. — Но за эту неделю тебе придется отрабатывать вдвойне. Никаких поблажек не будет.

— Это что еще за инфляция? — надула я губы, хотя внутри едва справлялась с желанием схватить его за лацканы мундира, притянуть к себе и жарко поцеловать.

Музыка вошла в пик своего накала. Улыбка на губах Итана вдруг стала шире. В синих глазах замерцали искры, как часто бывало, когда он что-то задумал. Пируэт за пируэтом, у меня даже закружилась голова.

Внезапно он выпустил меня из рук, чтобы поймать почти у самого пола. Из его рта вырвалось грубое проклятие. Громко вырвалось, эхом отлетая от стен.

Музыканты прекратили играть. В главном зале воцарилась могильная тишина. Поставив меня прямо, Итан отошел на шаг и поморщился.

— Госпожа Дир Калис, вам следует хорошенько отточить свои танцевальные навыки, — не прекращая хмуриться, процедил он на весь зал. — Вы отдавили мне ногу, теперь я не могу на нее наступать. Линн, срочно пригласи в мои покои лекаря.

Глория принялась причитать, но Итан уже вжился в роль страдальца: хмурился, вздыхал, даже прихрамывал для убедительности. Придворные замерли в шоке. Среди гостей пошел шепоток:

«Кто-то осмелился покалечить маг-императорскую ступню⁈»

Пока слуги носились по залу, как угорелые, Итан прохромал к выходу.

— Но как же прием?.. — принялась заламывать руки его матушка, нарезая вокруг венценосного сына неровные круги.

— Увы, мне требуется постельный режим.

— Ты должен был потанцевать с каждой…

— Как ты себе сейчас это представляешь? Извини, сегодня я отлежусь, а уже завтра буду полон сил…

Открыв от удивления рот, я усиленно имитировала дерево. Однако тут же отмерла, когда, проходя мимо, этот гад тайно мне подмигнул. Входная дверь с глухим стуком захлопнулась за его спиной. Поймав на себе злобные взгляды девиц, готовых проделать во мне дыру размером с дворец, я чуть не бросилась следом.

Мерзавец!

Не знаю, как бы я добралась до своих покоев, если бы не Фломус. Разъярённые девицы были готовы выпотрошить меня на месте. Некоторые из них полоскали моё, пусть и вымышленное, имя, не стесняясь в выражениях. В то время как другие, судя по их мрачным лицам, строили тайные планы моего убийства.

Разумеется, я их не боялась, пусть и притворялась до ужаса испуганной. Кусала губы, заламывала руки, смахивала платочком несуществующие слёзы. Итан ни за что на свете не стал бы подвергать мою жизнь опасности. Но злость на этого гада всё равно присутствовала.

Не мог подставить кого-нибудь другого? Да хотя бы валашскую принцессу, больше всех раздражавшую меня своим видом. С другой стороны, ему тогда пришлось бы танцевать с вампиршей. Ладно уж, потерплю.

По коридорам, несмотря на внушительную фигуру моей горничной, неусыпно охранявшей мою спину, а также мелькающие тени приставленных мужем стражей, я шла, постоянно оглядываясь.

Если за мной наблюдают, пусть думают, что имеют дело с нервной трусихой. Потеряют бдительность и в конце концов оступятся. Одну простую истину уроженцы диких земель Карнивора впитывали с молоком матери — недооценивать врага может только полный идиот.

Лишь когда за нашими с Фломус спинами раздался глухой стук захлопывающейся двери, я смогла выдохнуть и расслабиться. Первым делом стащила с лица ненавистную маску и отбросила в сторону. Несмотря на шелк, она была довольно плотной и, если носить её долгое время, затрудняла дыхание. Следом избавилась от украшений, туфель и без сил упала на кровать.

Полежав немного в тишине, я перекатилась на бок, подперла ладонью голову и подняла руку, подзывая к себе не менее уставшую горничную, протирающую спиной стену. Затем кивнула на свободное кресло. Дождалась, когда она сядет, и задала давно интересующий меня вопрос:

— Получилось узнать у Линна, что за дела такие у маг-императора сегодня ночью?

— Не совсем, ваше величество, — замялась Фломус. — Он не стал вдаваться в подробности. Однако из того, что я услышала, ясно, что у них с теневыми стажами планируется вылазка. Похоже, здесь замешано валашское посольство.

Итан решил среди ночи вместе со своей верной охраной навестить резиденцию дядюшки Арлена, где разместились прибывшие из Валахии гости? Что это, если не попытка их как-то подставить? Неужели он считает вампиров причастными к делам заговорщиков?

Что за новость сейчас на первых полосах газет? Без сомнений — борьба за трон сыновей смертельно больного вампирского князя. Неужели ограбление оружейного склада, о котором на недавнем семейном банкете не трещал только ленивый, так как следствие на контроле у самого маг-императора, напрямую с этим связано?

Тогда тот, кто угрожал Итану моей жизнью, не просто строит козни против трона. Он государственный изменник, поддерживающий опасного противника, угрожающего благополучию Сокрии. Того, с кем наша страна воевала последние двести лет.

Всего четыре года назад был подписан мирный договор, для укрепления которого мой муж отдал одну из своих многочисленных кузин в жены Владу Пятому. Бедняжка даже закрепиться не успела, как умерла от «чахотки».

Стоило новостям о её кончине достичь ушей моего мужа, как эпидемия этой же самой «болезни» быстренько скосила добрую четверть княжеского рода Стану. Среди симптомов — отрубленные головы и исполосованные мечом конечности.

Несмотря на жестокий ответ, валашский князь не стал раздувать конфликт, так как для вампиров эта война стала бы непозволительной роскошью. Все это понимали.

И почему я раньше не сложила два и два? Все же на поверхности.

Впрочем, ответ довольно прост. За два года во дворце я привыкла жить без забот. Единственной моей проблемой было решить, в каком наряде явиться ночью к Итану. Муж исполнял роль стены между воздушными фантазиями, в которых я пребывала, и суровой реальностью. Надо отметить — хорошо исполнял.

Как же много приходилось ему скрывать, защищая мой покой. Неудивительно, что в последнее время он так напряжен. Еще и глава гильдии магов, опаснейший темный маг, а по совместительству мой названный братец — Нокси, умотал с семьей в отпуск. Нашел тоже время. Всего парочка заклятий из его Черной книги навечно упокоила бы любого врага.

— Фломус, ты долгое время охраняла северную границу, отделяющую нас от вампирского княжества, — отвлекшись от невеселых мыслей, медленно протянула я. — Что ваши командиры думают по поводу болезни Влада Пятого? Он сможет оправиться, или Валахия сменит правителя?

Горничная нахмурилась, задумчиво почесав затылок.

— У нас поговаривают, что у его болезни… неестественные причины, — после небольшой паузы произнесла она. — Да и не болезнь это вовсе. Слухи ходят, что его отравил один из сыновей.

Презрительно хмыкнув, я откинулась на подушки. Ее слова в точности совпадали с тем, что рассказывал Итану Космин Стану.

— Тут я с тобой не согласна. Смерть от руки преемника — самая естественная причина для любой занимающей трон фигуры, будь то король, царь, князь или маг-император…

Кто-то из обладающих реальной силой братьев Космина устал ждать и решил взять дело в свои руки. Итан обмолвился, что они искали у него поддержки. Видимо, не сильно надеясь на положительный ответ, пошли в обход.

С кем же они могли связаться? Кто так смел, чтобы пойти не только против императорского рода Кар Ланде, но и решиться на государственную измену? Дядюшка Арлин? Глория? Маг-принц Уилл?

А может, это кто-то из министров? Или просто вхожий во дворец аристократ? Неудивительно, что Итан решил ловить на живца. Очень легко ошибиться. Взять, к примеру, пешку и упустить короля. Одно я знала точно — самоуверенность их погубит, ведь с моим мужем в шахматы лучше не садиться.

Я громко зевнула, чувствуя, как слипаются глаза. Время уже позднее, пора готовиться ко сну. Голос сделался хриплым:

— Если больше нет новостей, потуши лампу и можешь идти. Я сама умоюсь и переоденусь.

Поднявшись с кресла, горничная поклонилась и направилась к выходу, но у дверей вдруг остановилась. В ее направленном на меня взгляде читалось замешательство.

— Ваше величество, есть еще кое-что, — я удивленно приподняла правую бровь, поощряя Фломус продолжить. — Пока вы были на приеме, пришли новости от Хельги… Думаю, вы должны знать.

— От Хельги? — нахмурилась я. — Что произошло?

— За несколько часов до начала приема ее величество Вдовствующая маг-императрица прибыла в холодный дворец, пытаясь добиться встречи с вами. Даже угроза заразиться ветряной немощью не возымела на нее никакого эффекта. Если бы не стража его маг-императорского величества, она бы вынесла дверь.

Представив описываемую картину, я не смогла сдержаться и разразилась совсем неженственным хохотом. Весь сон как рукой сняло.

— Что ей было нужно? — как только приступ смеха закончился, поинтересовалась я.

— Заявила, что пришла сообщить ее величеству о том, что смотрины проходят отлично. Мол, вдруг вы переживаете.

Ага, ночь не сплю, волнуюсь, как бы Итан поскорее меня кем-нибудь заменил.

Двуличная стерва.

До чего же эта женщина предсказуема. И почему я решила, что она может быть предателем? Глория не стала бы марать имя семьи и свергать пусть и не самого любимого сына. Для нее нет ничего важнее стабильной и уважаемой позиции Вдовствующей маг-императрицы, роскошной и мирной жизни при дворе, любви подданных. Но что важнее, она прекрасно знает: ни ее любимый брат, ни младший сын… лишь действующий маг-император, одно только имя которого вселяет ужас в сердца врагов Сокрии, в силах ей это обеспечить.

— Что еще она сказала?

Фломус внезапно смутилась. Странное чувство, совсем ей не свойственное, сильно преобразило ее мужеподобное лицо.

— Она сказала, чтобы вы не ожидали его маг-императорское величество в ближайшее время. Он занят смотринами. А завтра утром… кхм… у него встреча с валашской принцессой… в саду.

Что это еще за укол ревности в самое сердце? Я же сама способствовала этой прогулке. Правда, с уверенностью, что Итан ни за что не встанет чуть свет ради этой девицы. Откажется, выдумав миллион причин.

Почему он согласился? Почему не сказал мне на приеме, зато предупредил свою матушку?

Ладно, чего мне волноваться? Что там может произойти?..

— Ее величество Вдовствующая маг-императрица случайно не обмолвилась, откуда об этом узнала? Вряд ли успела пообщаться с Миреллой. Претендентки весь день не выходили из дворца Добродетели.

— Вроде как, она по какому-то делу встречалась с Линном, и эта информация проскользнула в разговоре.

С эмоциональностью уровня лежащего у обочины камня Линн точно не стал бы вести праздные беседы. Тем более вот так разбалтывать всем направо и налево планы хозяина. Что-то здесь не так.

Если рассказал, значит, это был приказ маг-императора. Итан не дурак, понимал, что первым делом его матушка поделится его планами с ненавистной невесткой. Выходит, он хотел, чтобы я об этом знала. Зачем?

Вызвать ревность? В духе этого мерзавца…

Недовольно скрипнув зубами, я ударила кулаком по подушке, представляя на месте раздражающее лицо.

— Фломус, ложись пораньше, нам рано вставать.

— Ваше величество, вы уверены, что его маг-императорское величество пройдет именно здесь? — раздался у меня в ухе хриплый шепот взволнованной до крайности горничной, не перестающей теребить край моей меховой накидки. Исходящие от нее волны напряжения мешали мне сосредоточиться.

Мы с Фломус сидели на корточках, прячась за заснеженным кустом гелениума, росшим на центральном перекрестке, одна из дорожек которого вела к главной достопримечательности императорского сада — музыкальному фонтану.

Он функционировал — не без помощи магии, разумеется — даже в зимнее время года. Впечатляющее зрелище, особенно в лучах только-только размывающего границы ночи рассвета, окрашивающего бледные мраморные статуи, из которых била вода, в сизые полутона.

— Было бы странно отправиться сюда на прогулку и пройти мимо, — тихо заметила я. — То же самое, что прийти на аудиенцию к маг-императору, но вместо него встретиться с каким-нибудь третьесортным министром. И прекрати вертеться, Фломус, нас же услышат.

Где-то вдали зачирикали птицы, но мне было не до их дурацкого оптимизма: мышцы ныли от неудобной позы, из-за бессонной ночи в висках пульсировала тупая боль. Любой раздававшийся в тишине шорох заставлял мое бедное сердце биться с удвоенной скоростью. Лишившись утренней чашки кофе, единственное, на чем я держалась, — это злость. На Итана — орочью — задницу — Кар Ланде.

Уже час мы торчали в этих проклятых кустах. Шелковая маска не давала мне дышать полной грудью, из-за чего я часто ее опускала, делая, глубокие вздохи. А этот гад с вампиршей будто сквозь землю провалились. Или… или нарочно выбирают другие тропы, желая вывести меня из себя?

— Ваше высочество! — зашипела Фломус, внезапно вцепившись пальцами в мой рукав. — Вон там, впереди!

Сердце рванулось к горлу. Но стоило впиться взглядом в указанное место — аллея была пуста. Лишь ветер шевелил листья, да где-то хлопнула калитка.

— Мой тебе совет: проверь зрение… — невесело огрызнулась я.

Еще полчаса. Ровно полчаса. А потом — к дьяволу эту комедию. Пусть хоть каждое утро по одной из собравшихся здесь девиц на прогулку приглашает.

Не успела я додумать эту невеселую мысль, как впереди показались два силуэта. Напрасно я наговаривала на Фломус. Ее зрение было в разы острее, чем мое. Не зря из нас двоих именно она — генерал, а я так… подумаешь, маг-императрица.

Парочка приближалась.

С того места, где мы находились, можно было уже разглядеть их лица. Итан шел со спокойной — я бы даже сказала, скучающей — улыбкой, лениво чеканя шаг. Видимо, вернувшись из резиденции дядюшки Арлена, он даже не ложился. С виду и не скажешь, но едва заметные тени под глазами выдавали его усталость.

Мирелла не отставала, что-то увлеченно ему рассказывая. Ее было не узнать. Вечно кислое, высокомерное выражение лица сменилось мягким добродушием. Если это маска — то очень убедительная. Не зря я ее опасалась.

Поравнявшись с кустом, за которым прятались мы с Фломус, они вдруг остановились. Издалека казавшиеся приглушенными голоса, которых было не разобрать, вдруг стали четче.

— Поверьте, ваше маг-императорское величество, мой брат Григор сделает все, что вы ему прикажете. На его стороне половина нашей армии и некоторые наделенные высокими полномочиями министры. Если вы его поддержите, согласившись на политический союз между нашими странами, в первую очередь это будет выгодно Сокрии.

Дослушав ее запальчивый монолог, Итан приподнял правую бровь.

— Чтобы выдержать проверку временем, политические союзы обычно скрепляют политическими браками. Уж не предлагаете ли вы мне себя в качестве наложницы, принцесса?

Наложницы, как же. Эта девица не так проста, как кажется на первый взгляд. Она метит на мое место. И судя по ее словам, приехала в Сокрию с определенной целью — переманить на сторону своего брата маг-императора.

Я и без того была зла, ожидая эту парочку на морозе. И это при том, что мы, змеи, создания холоднокровные, зиму терпеть не можем. Но услышав их разговор, совсем взбесилась — аж кулаки зачесались.

Почему никто из этих напыщенных господ не берет меня во внимание, обращаясь как с пустым местом? Неужели чтобы с тобой считали, нужно вести себя как стерва, мучая всех направо и налево, как это часто делает Итан? Доброта здесь совсем не в почете?

Хорошо. Раз в этом дело, я тоже стану играть по их правилам. Пусть не обижаются. Хочется ей моего мужа? Ну я покажу…

Не успела я закипеть до состояния бешенства, как вдруг с той стороны, где стоял Итан, раздалось хриплое покашливание. Кто-то, обладающий недюжей силой — и это явно не Фломус, она бы не посмела — толкнул меня в спину, заставив буквально выбежать из кустов на тропинку, где стояла парочка.

Мирелла от неожиданности отпрянула, словно сова, хлопая большими глазами. Итан же наоборот, сделал шаг вперед, поймав меня в крепкие объятия.

— Госпожа Дир Калис, какая неожиданная встреча! — ехидно усмехнулся мерзавец, обдав мои губы теплым дыханием. — Кажется, в этот раз вы решили атаковать не только мои ноги, но и все тело? Я уже не чувствую себя в безопасности.

Ах, ты!..

Сжимая ладони в кулаки, я скрипела зубами, боясь, что если открою рот, то неминуемо разоблачу и себя, и Итана перед валашской принцессой. Кипела внутри как котел, вода из которого, того и гляди, начнет выплескиваться наружу. А этому гаду, судя по развязному взгляду, всё равно. Лишь раздражающая до бешенства нахальная улыбка на идеальных губах стала ещё шире.

Стащив с меня правую перчатку и взглянув на покрасневшие пальцы, Итан как-то уж сильно правдоподобно нахмурился и принялся растирать их в своих горячих ладонях. Я попыталась вырваться из его хватки и отойти на пару шагов, чтобы обрести равновесие в сознании, как вдруг оступилась и начала заваливаться на спину.

Маг-император поставил мне подножку? Серьезно? Бессовестный, как сам дьявол…

Я зажмурилась, приготовившись к боли, но Итан успел подхватить меня на руки, поднять и прижать к своей груди. Размеренный стук его сердца под мундиром отдавался глухим эхом в моих ушах.

— Какой у вас усталый вид. Прогулка затянулась? — в притворном волнении покачал он головой. — Неудивительно, что вы чуть не упали в обморок. Давайте-ка я отнесу вас во дворец Добродетели и вызову лекаря.

Не дожидаясь моего ответа, муж, продолжая удерживать меня на руках, уверенно зашагал к выходу из сада. Успевшая выползти из кустов вслед за мной Фломус сверлила убийственным взглядом торчавшего рядом Линна, чьи виноватые глаза упорно топили снег под ногами.

Теперь понятно, какой гнусный тип посмел меня толкнуть прямо в объятия маг-императора. Естественно, не без его строгого приказа. Сам бы Линн в жизни на такое не пошел.

Какого смрадного орка я понадобилась Итану здесь? Для чего заманил? Зачем заставил покинуть укрытие? Эти и ещё сотня подобных вопросов крутились у меня в голове, пока мы медленно приближались к калитке.

— Ваше маг-императорское величество… — вдруг прервал напряжённую тишину взволнованный голос отошедшей от шока Миреллы. — Но как же наша прогулка?

— Я уделил вам достаточно внимания, принцесса, — беспечно бросил ей Итан. — Если задержусь, другие приглашённые на смотрины девушки могут обидеться. Правда, госпожа Дир Калис?

Обратился он ко мне, игриво приподняв правую бровь.

— Разумеется, ваше маг-императорское величество, — глухо процедила я, обещая мужу взглядом долгую и мучительную смерть. С препарированием. — Такая несправедливость может разбить нам сердца.

— Вот видите, принцесса, — пожал плечами Итан, прежде чем отвернуться, скрыв от нее ехидную усмешку. — Разве честный мужчина, вроде меня, может так поступить?

Выглянув из-за его плеча, я увидела ставшее чуть ли не прозрачным от злости лицо вампирши. Кусая острыми клыками свои ярко-красные губы, она сверлила меня полным ненависти взглядом.

* * *

— Заканчивай поскорее этот фарс и поставь меня на ноги, — прошипела я, стоило Мирелле скрыться из глаз. — Что за спектакль ты здесь устроил?

Продолжить не успела. Итан сорвал с меня шелковую маску и положил ее в свой нагрудный карман. А когда я попыталась возмутиться, обрушился на мои губы в страстном поцелуе.

Жадном, сладком, безудержном. Как шторм, сметающий все мысли и возражения.

Его язык нагло вторгся в мой рот. Настойчивый, требовательный. Не имея ни сил, ни желания сопротивляться, я ответила не меньшей страстью, чувствуя, как сковавший все тело холод плавится, а его место занимает жар.

Тяжелый от снега зимний плащ мужа укрыл нас плотным бархатным мраком, отрезав от мира. Оставив лишь пьянящее тепло дыхания и сердца, стучащие в бешеном ритме.

Мужские руки прижимали меня к груди так крепко, будто страшась, что я исчезну. Обхватив ладонями его крепкую шею, я сцепила пальцы.

— Знал, что ты придешь, — раздался в ухе хриплый шепот, прежде чем губы Итана, оторвавшись от меня, скользнули по моей шее, определенно оставив красные отметины.

— Еще бы ты не знал, — закрыв глаза, капризно буркнула я. — Сам же все подстроил. Сначала предупредил через свою матушку. Затем подбил Линна толкнуть меня на тропинку. Хотел, чтобы я полюбовалась на то, как эта принцесса тебя… очаровывает? Соблазняет своими… прелестями? Предлагает тебе всякие гедонистические и безнравственные… наслаждения?

Запрокинув голову к синему, как его глаза, небу, Итан расхохотался.

— Милая, ты неподражаема.

Ничего не оставалось, как стукнуть маг-императора кулаком по плечу. Что за манеры — смеяться, когда я его отчитываю? И ладно бы это было в первый раз. Так нет же, подобное происходит постоянно.

Разумеется, как результат, градус накала моих чувств устремляется к нулевой отметке. Причина моих возмущений начинает казаться ничтожной. Вследствие чего я превращаюсь в шута, а гнилостный гад выходит сухим из воды.

Ну кому это может понравиться?

Начитался заумных книжек, вроде «Искусство дипломатии: послать правителя куда подальше и сохранить голову на плечах» или «Семейные конфликты: как сказать жене „ты опять забыла помыть посуду“ без последующего развода», и теперь испытывает на мне все изученные техники. К моему большому сожалению, довольно действенные.

— Змейка моя, с тобой всё в порядке? — как-то чересчур заботливо промурлыкал Итан мне на ухо, не давая вырваться из своих объятий и соскользнуть на землю. — Что-то ты покраснела.

— Не меняй тему, смрадный ты орк! — накаливалась я, как железо в кузне. — Лучше признайся: ты заманил меня в сад, пытаясь вызвать мою ревность?

— А у меня получилось? — вопросом на вопрос ответил он, лучась от удовольствия.

— Да, поздравляю, — не стала юлить я и цапнула мерзавца за шею — единственное свободное от одежды место, до которого смогла дотянуться. — А теперь немедленно поставь меня…

— Но ты уйдешь, — возмутился муж. — А я не могу этого допустить.

— Возвращайся к своей вампирше, — огрызнулась я. — Кажется, вы не договорили.

— Ну почему же? — хитро усмехнулся Итан. — Как раз-таки договорили. Всё, что мне было нужно, я узнал.

Услышав его слова, я резко затихла. Перестала молотить кулаками по каменной груди и уставилась в ясные, как небо, глаза, в которых отражалась только я.

Все же предчувствие меня не обмануло. Это был тщательно продуманный план: притвориться заинтересованным и выведать у принцессы некую информацию. Я в этой цепочке была лишь средством, чтобы поскорее от неё уйти. Обидно, конечно, но… терпимо.

Злость поутихла. Не исчезла окончательно, просто сделалась такой незначительной, что на неё можно было не обращать внимания. Тем более что меня распирало жгучее любопытство: о чём таком важном рассказала Итану Мирелла Стану?

Я уставилась на него вопросительным взглядом, молча требуя продолжить рассказ. Тяжело вздохнув, муж осторожно опустил меня на землю и нежно поцеловал в нос.

— Ты же не успокоишься? — я отрицательно качнула головой, и Итан состроил полную страданий гримасу. — Ладно. Я хотел понять, кто из двух самых активных принцев Валахии плетет против меня интриги, считая, что маг-император Сокрии — обычная пешка, которую он запросто проглотит. Теперь мне намного легче выбрать цель, не расходуя понапрасну свои силы.

— Григор Стану… — произнесла я одними губами названное принцессой имя.

Итан кивнул.

— Понимая, что избавиться от неё будет непросто, я решил… — ещё один поцелуй в нос заставил меня поморщиться, — воспользоваться твоей помощью. Ну и убить двух зайцев одним выстрелом. Я не видел тебя всю ночь, а это отличный повод побыть наедине.

Крепкая мужская ладонь с моей спины скользнула к бедрам и слегка их сжала. Если бы не стоящие неподалеку свидетели, в виде моей горничной и его личного стража, мои мысли в ту же секунду объял бы туман. Цепляясь за крохи сознания, я всё же спросила:

— Почему прямо не сказал? Зачем использовал матушку?

— Новость о нашей с принцессой встрече должна как можно скорее дойти до Валахии, — пожал плечами Итан. — А кто лучше Глории Кар Ланде разносит сплетни?

И вправду, никто.

Григор и Силаф Стану — два очевидных претендента на вампирский престол — успели избавиться от князя и наследного принца. Если сначала они действовали сообща, то теперь, за неимением других врагов, должны в любое мгновение вцепиться в глотки друг друга. Но время идет, а этого не происходит. Видимо, братья дожидаются смерти отца. Однако, узнав, что принцесса, сторонница его брата Григора, занята перетягиванием на их сторону маг-императора Сокрии, Силаф непременно почувствует опасность и начнет действовать.

Два пса дерутся — третий наблюдает, чтобы напасть на выдохшегося победителя.

В такие моменты я понимаю, как на самом деле страшен мой муж.

Будто прочитав мои мысли, Итан одарил меня нежной улыбкой и заправил за ухо выбившуюся из прически прядь. В этом легком жесте я вдруг почувствовала одолевавшую его усталость. Нахмурилась.

— Ты еще не ложился?

— Не успел, — отрицательно качнул он головой. — Только вернулся и сразу сюда.

— До конкурса живописи еще несколько часов. Вернись в свои покои и нормально поспи.

— У меня много дел… — попробовал возразить он.

Пришлось ткнуть указательным пальцем в самую верхнюю пуговицу мундира.

— Кар Ланде, я согласилась выйти за тебя только из-за твоего смазливого личика. Станешь похож на ходячий труп — живо разведусь.

Рассмеявшись, Итан, словно сдаваясь, поднял вверх обе руки.

— Хорошо, хорошо.

— И учти, тебе меня не обмануть. Я спрошу у Линна. В отличие от тебя, он не умеет врать.

— Тогда можно я лягу в твоих покоях? — с надеждой в глазах спросил муж.

— Во дворце Добродетели полно людей. Если тебя увидят, весь твой план полетит к дьяволу.

Обиженно выпятив нижнюю губу, Итан попытался меня схватить, но я, смеясь, отпрыгнула в сторону и послала ему воздушный поцелуй.

— Оставь ночью в двери маленькую щель. Кто знает, вдруг в твои покои заползет змея?

Стоило мне подмигнуть, как его глаза зажглись восторгом.

Когда Итан помог мне надеть шелковую маску, мы с Фломус, оставив мужчин вдвоем, направились во дворец Добродетели. Но не успели сильно отдалиться, как меня снова окликнули. На этот раз лицо мужа было как никогда серьезным.

— Рисса, к сожалению, я не могу положить тебя в карман и всюду носить с собой. Поэтому прошу, ради меня, будь в безопасности.

Я уверенно кивнула.

Придуманный свекровью конкурс живописи имел своей целью скорее развлечь собравшихся под одной крышей девиц, нежели как-то повлиять на выбор наложницы.

Какая разница, как хорошо она будет рисовать? Ее задача — не оказаться бревном в постели и родить будущего наследника. Все остальное — происхождение, манеры и таланты — не более чем внешняя мишура.

Разумеется, все столпившиеся в просторном теплом шатре, специально для сегодняшнего мероприятия поставленном в Саду Чистых Лотосов, принадлежащем Вдовствующей маг-императрице, это понимали. Однако желание выделиться из массы себе подобных никуда не девалось. Тем более что среди немногих зрителей, сплошь состоящих из семейства Кар Ланде, по слухам, должен присутствовать сам маг-император.

Я тоже недалеко от них ушла, вознамерившись во что бы то ни стало добиться первого места, сокрушив соперниц триумфальной победой. Правда, цели у меня иные. Итану нужен был существенный повод проявить внимание к бывшей рабыне, учитывая, что среди ее соперниц — урожденные принцессы, дочери министров, утонченные аристократки. В ином случае его не поймут.

Стоило Фломус вернуться после небольшой прогулки среди гостей, как я, пряча рот ладонью, приблизилась к ней.

— Ну что, удалось выяснить состав судей? — прошептала еле слышно.

Моя тренога стояла в отдалении, за спинами остальных участниц конкурса. Никто из благородных дам не желал приближаться к рабыне, пусть даже она когда-то принадлежала царю драконьей Орды. Впрочем, я не сильно переживала по этому поводу. Как бонус — можно было не бояться, что нас подслушают. Однако, неизвестно, вдруг кто-то из присутствующих умеет читать по губам?

— Да, ваше… госпожа, — быстро поправилась горничная. — Их всего трое: ее величество Вдовствующая маг-императрица, ее высочество маг-принцесса и… маркиза Лебретт.

Последнее имя заставило меня удивленно захлопать глазами. В прошлую нашу встречу эта женщина едва ли не валялась у меня в ногах, слезно умоляя уговорить Итана не закрывать Кайен. А сейчас, как ни в чем небывало, сидит в обществе первых лиц империи и собирается судить конкурс?

Что-то здесь не так.

Глория, чье высокомерие не знало границ, в жизни бы не стала сближаться с женщиной, имя которой связано с борделем и слухами об убийстве собственного мужа. Значит, это не ее рук дело. Остается Айрин. Каковы шансы, что, не сломав меня, Констанция Лебретт направилась к моей золовке? К сожалению, очень велики, учитывая умственные особенности последней.

Всем, вхожим во дворец, известно о наших с Айрин натянутых отношениях. Заманить её сладкими речами — легче легкого: не жалея сил, источай комплименты её внешности и поноси последними словами её недругов. То есть, меня.

Надо будет обсудить этот вопрос с Итаном. Всё явно не так просто, как кажется на первый взгляд. Маркиза — женщина себе на уме и не стала бы дразнить имеющего на неё зуб маг-императора, не будь у неё в голове тщательно разработанного плана. Чего она на самом деле хочет?

— Госпожа, думаете, с таким составом судей вам не победить? — заметив мой отрешённый взгляд, обеспокоенно поинтересовалась Фломус.

— Ну почему же? — усмехнулась я. — Всё как раз наоборот. Так как никто не знает, кто я на самом деле, теперь это сделать проще простого.

— А если бы знали? — нахмурилась горничная. — Здесь столько свидетелей, разве можно делать выбор в пользу менее талантливой работы?

— Разумеется, можно, — улыбнулась я наивности генерала правого крыла северной армии. — Оценивается не только техника, но и смысл, что несёт в себе рисунок. Сказать, к примеру, что чёрный цвет на картине, даже если он представлен мелкими штрихами, знаменует собой смерть. Неужели использовавший эту краску художник желает зла маг-императору и его гостям? Или цветы лилии… В древности их рисовали на храмах. Художник решил поставить себя в один ряд с забытыми богами? Какая наглость. И таких причин может быть тысяча. Так что от таланта здесь ничего не зависит.

Фломус, поменявшись в лице, тяжело вздохнула.

— Госпожа, — после недолгой паузы снова заговорила она. — Простите за бестактный вопрос, но меня уже давно раздирает любопытство. С чем связана такая нелюбовь её величества Вдовствующей маг-императрицы и её высочества к вашей персоне? Вы красивы, умны, несомненно добродетельны. Чего им не хватает?

Хороший вопрос.

Признаться, я долго задавала его себе после того, как была официально представлена членам императорской семьи и увидела их скривившиеся от брезгливости лица. Будь их воля, даже разговаривать бы не стали, развернулись и ушли.

Сначала грешила на своё происхождение. Итан не вдавался в подробности, но им и без его участия быстро удалось всё выяснить. Уроженка Карнивора — места, до сих пор не затронутого цивилизацией. Змея, и не только по своей природе. Дочь бывших рабов, пусть сейчас и приходится названной сестрой самого могущественного тёмного мага на континенте. Любому ясно — мезальянс чистой воды.

Как такая особа может стать частью семьи Кар Ланде, ещё и получить титул маг-императрицы? Позор для всего рода, не иначе. И, наверное, будь причина их ненависти именно в этом, я бы даже поняла…

Лишь с прошествием времени до меня дошло, что ни происхождение, ни отсутствие наследников не имеют к этой неприязни никакого отношения. Нет, разумеется, они сыграли свою роль, но далеко не основную. Всё оказалось куда проще — дело было в банальной ревности, ведь я отобрала у них Итана.

Для Глории старший сын всегда был главной надеждой и опорой, её золотым ребёнком, гарантирующим ей воплощение всех амбиций. А для Айрин — избалованной до крайности — чем-то вроде собственности, терпящей её жалкие манипуляции, решающей все её проблемы и заглаживающей ошибки. Как-никак единственная младшая сестра.

А тут вдруг появляюсь я.

Рычаги давления внезапно перестают действовать, влияние начало таять, просьбы — оставаться без внимания. Разве подобное можно игнорировать?

Их неприязнь — не просто каприз или акт высокомерия. Её вызывал неподдельный страх потерять того, кого они считали принадлежащим им по праву.

Я же, в свою очередь, просто любила своего мужа. И этого оказалось достаточно, чтобы перевернуть всё с ног на голову.

Как бы то ни было, сейчас я — полноправный член семьи Кар Ланде, поэтому Фломус решила в свои умозаключения не посвящать, ответив на её серьёзный вопрос презабавной историей из прошлого:

— Я когда-то очень сильно обидела её величество Вдовствующую маг-императрицу. Где-то за месяц до свадебной церемонии она заявилась ко мне домой с необъявленным визитом и предложила целое состояние за разрыв отношений.

— Серьёзно, — округлила свои маленькие глазки горничная.

Я кивнула.

— Это же клише дешёвых любовных романов? Выходит, она до сих пор зла на вас за то, что вы отвергли её предложение?

— Нет, зла она как раз из-за того, что я его приняла.

Услышав мой ответ, Фломус, судя по виду, едва не свалилась в обморок. Челюсть отвисла. Начался глазной тик. Уморительная реакция заставила меня прижать ладонь ко рту, чтобы никто по соседству не услышал мой смех.

— Но как?..

— Для маг-императора этот её шаг был заранее предсказуем. Сумма изначально была немалая. Мы с тогда ещё женихом договорились поделить её пополам. Доля, что досталась ему, была потрачена на реализацию социальных программ, а моя — на благотворительность. Разумеется, её величество Вдовствующая маг-императрица не пришла в восторг, узнав, что её обманули. Но и потребовать уже отданное через суд тоже не могла, иначе ей пришлось бы объясняться прилюдно, откуда взялись эти деньги и как оказались у меня.

Ещё целый год после этой истории за мной по пятам ходила приставленная Итаном тёмная стража. Муж опасался, что свекровь не успокоится и рискнёт отомстить. Этого, однако, не произошло. Но и добрых чувств у неё не прибавилось — только ещё одна причина для ненависти.

Видимо, осознав, что не всё так просто, как звучало из моих уст, Фломус решила не углубляться в подробности и сменить тему. Тем более что время начала конкурса неумолимо приближалось, и другие участницы, прекратив шуметь, принялись расставлять все необходимые инструменты по местам.

— Госпожа, вы говорили, что победить сегодня проще простого. Означает ли это, что вы хороши в живописи? Дело в том, что в ваших покоях я не видела ни мольберта, ни кисточек, ни одной из нарисованных вами картин…

Я беспечно пожала плечами, открывая коробку с красками.

— Хороша? Я бы так не сказала. Никогда этим особо не увлекалась.

Отношения с кистью и красками у меня и вправду были довольно сложными. Когда была маленькой, на них не было денег. Да и откуда им взяться у бесправной рабыни? Если возникало желание, я водила пальцем по песку. Чаще всего у меня получались цветы, которые быстро заметал ветер.

Когда я стала взрослее, запал сошел на нет. Даже при наличии средств и времени мне уже было неинтересно тратить их на рисование. Нокс, ведомый лишь ему понятным порывом, как-то нанял мне учителя живописи. Однако все усилия строгого старика оказались напрасными.

Не скажу, что я совсем лишена таланта, но читать я любила намного больше. Провести вечер за книгой казалось куда увлекательнее, чем создавать посредственные картины.

Вдовствующая маг-императрица произнесла короткую мотивирующую речь, наверняка написанную ее личным секретарем. До предела витиеватая, со скрытыми смыслами, призванными спровоцировать жесткую конкуренцию. Несмотря на многие годы проживания во дворце, Глория так гладко говорить не умела. Все ее намеки были очевидными и до скуки топорными. Впрочем, мне это даже немного нравилось: не было нужды хоть как-то напрягаться.

Стажа у входа ударила в барабаны. Немногочисленные зрители мгновенно затихли. Маг-император, пришедший самым последним, занял место в первом ряду. Сладко позевывая, он скрестил руки на груди, вытянул ноги и устало прикрыл глаза. Стоящий за его спиной безликой тенью Линн словно коршун следил за соседями, охраняя сон своего хозяина.

Участницы, включая меня, приступили к рисованию. Тема изначально объявлялась свободной, поэтому многие готовились заранее, желая продемонстрировать не только талант, но и глубину мысли.

У меня подобных забот не было. Крепко держа в руке кисть, я водила ею по холсту, изредка сверяясь с пропорциями. Легкие мазки, плавные линии. Побольше безвкусных ярких красок. Жаль, что нет под рукой серебряной — а лучше золотой — присыпки, но ничего, добавим больше желтого. Тоже сгодится.

Чем дольше я творила, тем сильнее у стоящей рядом Фломус вытягивалось лицо. Когда через полтора часа снова ударили в барабаны, оповещая об окончании времени, выделенного на рисование, ее брови, помахав на прощание, уехали к волосам, а рот застыл в букве «О».

Чтобы создать видимость честного выбора, все работы были подписаны номерами вместо имен. Их скрутили и поместили в одинаковые тубусы, переданные распорядителю. После этого судьи удалились на совещание. Треноги с мольбертами сменились удобными стульями. Тряпичные дверцы шатра были отодвинуты в стороны. Снаружи началось выступление императорского театра с какой-то нынче модной драматической постановкой.

Сегодня мало кто уделял ей внимание. Итан откровенно спал. Зрители шептались. Девицы издергались, наблюдая за входом, через который должны были войти вдовствующая маг-императрица, маг-принцесса и маркиза Лебретт.

Кто же станет победителем? Какая интрига! Жаль, что ставки в Сокрии официально запрещены давно почившим тираничным дедулей Итана. А это все же дворец, а не подпольная букмекерская контора. В ином случае давка была бы похлеще чем на ипподроме.

Наконец выступление артистов закончилось, и в шатер вернулись судьи. Глория шла впереди, насупившись. Айрин несла в руке три тубуса и излучала счастливую улыбку. Маркиза одиноко держалась за их спинами.

Воцарилась тишина.

— Итак, мы готовы объявить победителя, — первой взяла слово Айрин, окинув присутствующих восторженным взглядом. — Но перед этим отметим еще две интересные работы.

По рядам тут же прошел удивленно-возмущенный шепот:

— Второе и третье места?

— Разве это планировалось?

— Говорили, что будет всего один победитель…

Я мысленно усмехнулась.

Наверняка это идея моей до смешного предсказуемой свекрови. Интересно, кого она тянет? Готова поспорить на приличное состояние — это Валашская принцесса. Во-первых, девица из знатного, правящего рода, красива, не глупа, а значит, не посрамит честь императорской фамилии. Во-вторых, даже дураку ясно, что Итану нет до нее никакого дела. Заняв место наложницы, а впоследствии — как это видится Глории — и маг-императрицы, Мирелла Стану не отберет у нее власть и влияние на сына. Даже наоборот, станет поддерживать во всем, боясь потерять свое положение при дворе.

Идеальная, во всех смыслах, кандидатура.

— Третье место достается номеру пять, — перекрикивая мои мысли, звонко объявила Айрин, прежде чем открыть нужный тубус.

Нашим глазам предстало до боли пестрое поле, усеянное рапсом, в центре которого стоял одинокий мужчина. Лицо размыто, лишь по парадному мундиру можно было догадаться, что на рисунке изображен маг-император.

— Довольно мило, — после небольшой паузы выдавил из себя Итан, разбуженный похлопыванием по плечу стоявшего за спиной стража.

— Чья это работа? — удовлетворенно кивнув сыну, поинтересовалась Глория.

— Моя, — прошептала еле слышно девица с наглухо закрытым вуалью лицом, которую я заприметила еще на встрече во дворце Добродетели.

— Представьтесь, — нахмурилась Айрин.

— Моя фамилия — Замара.

Надо же, близкая родственница дядюшки Арлена? Но почему инкогнито? Скрывает какой-то изъян?

— Поздравляю вас, госпожа Замара, — поспешила встрять Глория, прежде чем еще более хмурая Айрин попыталась устроить девице основательный допрос. — Вам досталось почетное третье место. Приз я объявлю позднее, когда все три финалиста будут названы.

Что еще приз? Надеюсь, не свидание с моим мужем. Вставать чуть свет, чтобы отваживать от него хитрых лисиц — как я сегодня выяснила — занятие довольно утомительное. Боюсь, не выдержу.

— Второе место присваивается участнице под номером… — судя по безразличным ноткам в голосе Айрин, за оба этих рисунка она не голосовала.

С развернутого полотна на нас смотрел сидящий на черном коне маг-император с перекошенным от ярости, но вполне узнаваемым лицом, сжимающий в ладони внушительный меч.

Нарисовавший это художник определенно талантлив.

Взрыв аплодисментов заглушил слетевший с моих губ предательский смешок. Кто бы сомневался, что львиная доля участниц смотрин станет рисовать Итана? В их головах любой конкурс направлен на то, чтобы показать ему свое внимание. Мол, смотрите, ваше маг-императорское величество, мои мысли только о вас.

— … Номером два, — торжественно объявила Глория. — Чья это работа?

Задавая вопрос, она сверлила нежнейшим взглядом лицо вампирской принцессы. Зардевшись — вроде как — от смущения, Мирелла сделала шаг вперед.

— Моя.

— Принцесса, — наигранно ахнула свекровь. — Какая неожиданность.

Паршивая, все же, она актриса.

— А сейчас мы объявим бесспорного победителя.

Айрин заметно оживилась, вытаскивая из тубуса последнее полотно. А вот Глория, наоборот, недовольно поморщилась, закатывая глаза к потолку. Маркиза, не издавая ни звука, глядела на все происходящее со спокойным, ничего не выражающим лицом. Улыбалась лишь тогда, когда на ней останавливался золовкин взгляд.

Стоящая позади Фломус удивленно охнула, уставившись на картину, которую Айрин, расправляя мелкие складочки, любовно прижимала к груди.

— Ваше… госпожа, — выдохнула горничная еле слышно. — Вы… вы победили.

— А ты мне не верила? — хмыкнула я под вуалью.

С нарисованного мной портрета на нас смотрело легко узнаваемое лицо миловидной шатенки. Губки бантиком. Большие наивные глаза серого цвета. Даже бородавку — неизменный ее атрибут — я уменьшила раз в десять, стараясь польстить.

Яркие краски, точеные плечи и намек на выглядывающие из корсажа голубого платья мягкие полушария. Если Айрин сегодня же не повесит эту картину в своей спальне, я очень сильно удивлюсь.

Эта самовлюбленная до безумия девчонка ни за что на свете не отдала бы победу портретам брата или нейтральным цветочкам, когда на другой чаше весов находится она сама. Даже поспорит с матерью, чтобы отстоять свой голос. Благо маркиза, тоже имеющая голос — пусть он многого не стоит — полностью на ее стороне.

Будь состав судей иной, мне бы пришлось намного сложнее. Но зная золовку как свои пять пальцев и надеясь именно на этот исход, я и выбрала тему рисунка.

— Номер шестнадцать, — громко объявила Айрин. — Сделайте шаг вперед.

— Это моя работа, — негромко, но твердо ответила я, выходя из-за спин других участниц.

— Прекрасная картина, — засверкала глазами золовка. — Вы не против, если я оставлю ее себе?

— Для меня не будет большей чести, — опустила я глаза в пол, боясь, как бы по отразившейся в них насмешке меня не узнали. — Я рисовала, представляя перед собой прекраснейшую из девушек, на которую хотела бы ровняться.

— Ах, что вы, госпожа… — чем больше сиропа заливали ей в уши, тем счастливее выглядела Айрин.

— Дир Калис, — представилась я.

— Госпожа Дир Калис, — закивала она. — Помимо того приза, что обещала вам матушка, я преподнесу вам от себя… личный подарок. Кто же знал, что на смотринах наложниц для моего старшего брата обнаружится неограненный алмаз?

— Запишите на свой счет еще один подарок, — раздался с первых рядов хрипловатый мужской голос, заставивший утихнуть все остальные звуки. — Я преподнесу вам его при личной встрече. Как насчет сегодняшнего вечера?

Итан Кар Ланде, как же ты порой бесишь!

Я, разумеется, была готова к волне ненависти, что обрушится на меня после победы в конкурсе. Всё же для любого женского коллектива зависть — не грех, а добродетель, возведённая в абсолют.

Однако двусмысленное заявление маг-императора о нашей сегодняшней встрече в его покоях превратило эту волну в настоящее цунами. Наплевав на явное расположение ко мне маг-принцессы, все без исключения участницы смотрин линчевали меня взглядами, молча грозя скорой и мучительной смертью. В глазах одних больше читалось презрение, в других — жгучая ревность, но все они сходились в одном: я — будущий труп.

Пришлось изобразить крайнюю степень испуга: прикусить дрожащую нижнюю губу, прижать ладони к груди и взглядом начать молить о пощаде. Мол, он сам меня позвал, я не напрашивалась. Но, судя по каменным лицам, даже если кто-то мне поверил, это его не смягчило.

Для них я представляла собой хитрую лисицу, нечестно занявшую первое место, ведь две другие работы по мастерству превосходили мою. Однако вслух об этом сказать никто не решался. Легенды о вспыльчивом нраве маг-принцессы ходили по всей империи. Айрин не отличалась здравым умом, но была дьявольски злопамятной и мстительной.

— Прошу остаться победительниц, — прервала затянувшееся молчание Глория и небрежно махнула рукой. — Все остальные могут идти.

Участницы, а вслед за ними и зрители, направились к выходу. Вскоре в шатре остались лишь Итан, Линн, трое судей, я, занявшая третье место девица с закрывающей лицо вуалью, и Валашская принцесса.

Смерив нас пристальным взглядом, свекровь прочистила горло:

— Как всем вам известно, скоро праздник Летнего урожая. Ежегодно в этот день императорская семья делает храму забытых богов дорогие подношения. В качестве приза за лучшие рисунки я хочу пригласить вас троих сопровождать меня на церемонию.

— Ваше величество Вдовствующая маг-императрица, нижайше благодарим вас за эту неслыханную честь, — поспешили мы поклониться и расступиться, когда Глория — а вслед за ней Айрин и маркиза Лебретт — направились к выходу.

Убедившись, что троица скрылась с горизонта, Мирелла быстро приблизилась к поднявшемуся с кресла Итану и нагло обхватила своими длинными пальцами его правое предплечье.

— Ваше маг-императорское величество, — проворковала она милым голоском и вульгарно — иного определения эта девица не заслуживала — облизала свои ярко-красные губы. — Вы обещали госпоже Дир Калис подарок. Но я старалась и заняла второе место. Вам не кажется, что это также заслуживает поощрения?

— Я тоже старалась и заняла почетное третье место, — подбежала к ним госпожа Замара и вцепилась в левую руку моего несколько опешившего от такого напора мужа. — Меня тоже наградите, ваше маг-императорское величество.

— Так не честно, — решила не отставать я и капризно надула губы, демонстративно игнорируя направленные в мою сторону убийственные взгляды соперниц. — Если поощрять всех, то какой толк от первого места?

Мирелла грубо фыркнула в ответ на мое заявление. Госпожа Замара же попыталась прижать ладонь маг-императора к тому, что из милосердия можно было назвать грудью, но на самом деле больше напоминало две перезрелые дыни.

Благо, Итан был быстрее и намного сильнее, так что без особых усилий вырвался из захвата. Поморщился. Стряхнул невидимую пыль с мундира. Линн тут же вышел вперед, пресекая любые новые поползновения в сторону его хозяина.

Не удостоив обеих девиц даже взглядом, маг-император зашагал к выходу. Но по пути, едва не задев меня плечом, остановился. Синие, как небо, глаза обожгли мое лицо жарким взглядом. Губы изогнулись в ехидной усмешке. Бедро под белым плащом задела горячая ладонь.

— Они даже не догадываются, как близки были к смерти, — словно воздух коснулся моих ушей его хриплый шепот. — Моя маленькая злая прелесть.

— Веди себя прилично, — так же тихо шикнула я, хлопнув его по руке.

В ответ раздался чуть слышный смех.

— Простите, дамы, — громко бросил Итан через плечо, остановившись у самого выхода. — К сожалению, я подготовил всего один подарок для первого места. И он достанется госпоже Дир Калис.

Не дожидаясь, когда две оставшиеся в шатре девицы сговорятся и четвертуют меня в отсутствии свидетелей, я поспешила выйти на улицу и затеряться среди заснеженных садовых деревьев.

Под неусыпным надзором Фломус немного прогулялась, подышала свежим воздухом. А затем, стараясь не попадаться на глаза посторонним, направилась во дворец Добродетели, намереваясь немного отдохнуть.

Как раз вовремя. Не успела закрыть за собой входную дверь в выделенные мне покои, как в нее постучали. Десяток толпящихся снаружи слуг внесли внутрь расписной сундук, доверху набитый дорогими тканями.

— Подарок от ее высочества маг-принцессы, — отрапортовала главная служанка, прежде чем откланяться последней.

Не ожидая подобного сюрприза, я еще около минуты стояла посреди комнаты, открыв рот.

Предполагалось, что слова о награде были сказаны лишь для сотрясания воздуха. Так с чего вдруг такой аттракцион неслыханной щедрости со стороны моей известной своей жадностью золовки? Да еще и направленный на простую рабыню? Неужели так понравился рисунок? Вроде бы в нем не было ничего особенного…

Судя по хмурым бровям Фломус, ее это тоже удивило. Приблизившись к сундуку, она коснулась пальцем металлических вставок на крышке.

— Ваше величество, это не краска, а настоящее золото, — произнесла она упавшим голосом, прежде чем поднять на меня ошеломленный взгляд.

— Похоже, Айрин заметила, какое внимание мне уделяет Итан, — сев на край постели, принялась размышлять я. — И решила сыграть на опережение. Поддержать самую жалкую из участниц, чтобы в будущем, когда та займет место наложницы и родит наследника, пожать плоды.

— Думаете, она хочет сделать вас своим человеком?

Я пожала плечами.

— Легче всего управлять ничтожной рабыней, чем дочерью министра или, того хуже… принцессой. Кажется, я разгадала ее нехитрые мысли.

— И… что нам теперь делать? — взволнованно прошептала Фломус, покосившись на входную дверь так, будто за ней нас кто-то подслушивал.

Не сдержав улыбки, я окинула ее заговорщицким взглядом.

— Ничего. Будем действовать как и раньше, согласно плану. Как только смотрины закончатся, правда о госпоже Дир Калис либо выйдет наружу, либо будет похоронена навечно. Как решит Итан.

Оставшееся до полуночи время я провела в своих покоях. Даже ужинала там, сославшись на усталость, чтобы лишний раз не встречаться с другими участницами смотрин. Пусть немного остынут. Их убийственные взгляды даже до смерти голодного в силах лишить аппетита.

Как только маятник на стене пробил двенадцать, мы с Фломус открыли дверь и проскользнули в коридор, освещённый лишь одинокой масляной лампой.

До покоев Итана в Главном дворце рукой подать. Ночевать я там не собираюсь, пусть даже не умоляет. Иду с сугубо деловой целью — согласовать наши дальнейшие шаги и, если нужно, кое-где поправить план, включив в него поездку с Глорией в храм забытых богов.

Предосторожность в этом случае была не лишней. Итан пригласил меня прилюдно, чтобы избежать скандала в случае разоблачения. Но, благо, не назвал точного времени. Иначе на пути определенно поджидали бы неприятности.

В чепчике и в платье горничной шанс быть узнанной сильно снижался. Правда, рисковать все равно не хотелось. Вот и шла на цыпочках, стараясь лишний раз не дышать.

Внезапно за ближайшей к моим покоям дверью послышались голоса. Поначалу я не придала им большого значения, пока не прозвучало имя моего мужа. Резко остановившись, я приложила указательный палец к губам, призывая горничную к молчанию. Затем наклонилась и прислонилась ухом к замочной скважине.

— Он точно в своих покоях? — в мелодичном женском голосе чувствовалось нешуточное волнение.

Я без труда узнала его хозяйку. Племянница секретаря моей свекрови — Зоуи Трипполи — была еще одной претенденткой на звание наложницы. И отнюдь не глупой девицей. К сожалению.

— Да, госпожа. Подкупленный страж сообщил, что его маг-императорское величество уже час как вернулся к себе и больше не выходил. Вам лучше переодеться. Я подожду снаружи.

— Думаешь, Норлингские цветочные благовония уже начали действовать?

— Определенно.

Пришлось сжать рот ладонью, чтобы не закашляться от удивления.

Норлингские цветочные благовония? Моего хитрого, как тысяча лисиц, мужа умудрились одурманить сильнейшим афродизиаком и теперь хотят этим воспользоваться? Вот так сюрприз.

Не зря я опасалась этой девицы. Использовать подобные методы? А ведь действительно умно. Не будь меня здесь, все бы у нее получилось.

Окуривать императорские покои — ежевечерняя практика, известная даже самому низшему из слуг. Это помогает успокоить нервы и быстро уснуть, без всяких негативных последствий.

Запах Норлингских цветочных благовоний ничем не отличается от обычных. Различить его можно лишь по эффекту. Вместо расслабленности он заставляет человека испытывать зуд, перерастающий в дикое плотское желание. Иногда даже до кратковременной потери разума.

Случись Итану в этом состоянии насильно затащить эту девицу в постель, как их тут же «случайно» обнаружат подкупленные ею стражи или слуги. По столице быстро разнесутся сплетни. Любые оправдания превратятся в насмешку. И у моего мужа не останется другого выхода, кроме как сделать ее своей наложницей. В ином случае род Кар Ланде потеряет лицо.

По спине пробежал озноб, но причиной его был не страх или отчаяние, а холодная злость. Как посмела эта ощипанная курица посягать на то, что принадлежит мне?

Мысленно оскорбив всех ее предков до семнадцатого колена, я схватила за руку стоящую за моей спиной Фломус и бросилась с ней к ближайшей оконной нише.

Только мы спрятались за занавесками, раздался протяжный скрип несмазанных петель, и в коридор вышла горничная. Пока ее хозяйка переодевалась, готовясь покинуть свои покои, она расхаживала перед дверью взад и вперед.

План в моей голове созрел мгновенно.

Развернувшись к Фломус, я сжала ладонь в кулак и потрясла им в воздухе. Горничная недоумевающе нахмурилась и провела большим пальцем горизонтальную линию на своей шее, как бы спрашивая, должна ли она лишить девицу жизни?

Закатив глаза, я отрицательно замотала головой. Затем снова повторила свой жест, одними губами произнеся: «оглуши».

На ее лице отразилось прозрение. Дождавшись, когда служанка дочери секретаря повернется к нам спиной, Фломус вышла вперед. Но вместо того чтобы применить силу, нажала указательным пальцем в центр ее шеи.

Покачнувшись, девица тут же свалилась без чувств. Благо грохота не последовало. Моя горничная успела подхватить ее у самого пола. Затем оттащила за подмышки ко мне и вопросительно приподняла правую бровь.

— В мою комнату, — кивнула я на закрытую дверь.

Стоило Фломус вместе с оглушенной девицей скрыться за дверью в мои покои, как снова раздался скрип. Укутанная с ног до головы в черный плащ Зоуи Трипполи высунула в щель голову.

— Бетти!

— Я тут, — понизив голос до едва слышимого шепота, ответила я и показалась из-за ниши. — Можете выходить, госпожа, никого нет.

Благо свет был тусклым, и на мне было платье горничной. Обманутая собственными ушами и глазами девица Трипполи облегченно выдохнула и повернулась ко мне спиной, намереваясь закрыть за собой дверь.

В отличие от генерала правого крыла Сокрийской армии боевыми искусствами я не занималась. Медициной тоже не увлекалась. Где находятся акупунктурные точки, что при нажатии на них лишают человека сознания — понятия не имела. Пришлось действовать по старинке — огреть мерзавку кулаком по голове. Для пущего эффекта — пару раз.

Девица Трипполи лишилась чувств. Раздался грохот. Выскочившая на шум Фломус застыла посреди коридора, удивленно хлопая глазами. Не желая тратить время — вдруг в покои Итана заявится кто-нибудь еще — я указала ей на безжизненное тело.

— Запрись с ними в моей комнате. Начнут приходить в сознание — снова оглуши. Я скоро.

— Куда вы, ваше величество? — удивленно воскликнула она.

— За помощью. Жди.

Ситуация сложилась критическая. Чепчиком и платьем горничной ее уже не сгладить. Узнай кто, что я посягнула на жизнь дочери придворного — за маской рабыни не скрыться. Пришлось действовать радикально.

Быстро стащив с себя одежду, я потянулась мыслями к своей второй сущности. Холод объял все тело. Через мгновение коридор, в котором я находилась, резко увеличился в размерах. Сознание будто разделилось. Пытаясь подавить то чужеродное, что хотело обрести свободу за стенами дворца, я в теле змеи поползла вперед.

Место, где я сейчас находилась, было мне почти незнакомо, поэтому путь до входной двери занял больше четверти часа. Зато дорожку, ведущую в Главный дворец, освещал свет фонарей. Время позднее. Кроме вышагивающего в отдалении караула — кругом ни души.

Уже в Главном дворце я нашла знакомое отверстие в каменной стене, ведущее напрямую в маг-императорские покои. Его — в тайне от родни — приказал прорубить Итан сразу после нашей свадьбы, объяснив свои действия спонтанным порывом. Вдруг в будущем пригодится.

Вот и пригодилось.

Достигнув пункта назначения, я снова приняла человеческую форму и огляделась. В комнате было довольно темно. Оба имеющихся окна были занавешены плотными шторами. В воздухе стоял сладковато-цветочный запах благовоний.

Больше не оглядываясь, я зажала нос рукой, схватила стоявший на столе кувшин с водой и вылила все содержимое на бронзовую чашу в форме лотоса, из которой к потолку струился прозрачный дым. После этого рванула к ближайшему окну и открыла его нараспашку. Но не успела вдохнуть полной грудью свежий вечерний воздух, как меня за талию обвила загорелая мускулистая рука, а вторая зажала рот.

Легко приподняв, меня бросили на мягкие шелковые покрывала. В следующую секунду сверху накрыло горячее мужское тело. Как и мое, оно было абсолютно голым.

— Рисса… — успел прохрипеть муж прежде, чем завладеть моими губами в сводящем с ума властном поцелуе, за которым последовали довольно откровенные ласки.

По всей видимости, Итан так долго находился в запертом помещении, что успел поддаться безумному желанию, а значит, сопротивляться нет никакого смысла. Во-первых, он сильнее. А во-вторых, разве я не этого хотела, собираясь к нему на свидание?

Поразмыслив, я окончательно расслабилась и отдалась моменту.

Пытаясь сбросить охватившее его напряжение, муж действовал грубо, но с такой необузданной страстью, что каждое его движение отдавалось во мне болезненным наслаждением, заставляющим плавиться и выжигающим последние остатки моего разума.

Тишину прерывало глухое рычание, сдобренное моими всхлипами, скрипом кровати и криками птиц за окном.

Не знаю, сколько точно прошло времени. В себя я пришла, когда поняла, что больше не выдержу и рассыплюсь на тысячи осколков, если безумная гонка, в которую меня втянул муж, не подойдет к концу.

Нежная кожа в районе шеи, груди и бедер была покрыта россыпью красных отметин. Тело охватило мелкая дрожь. С трудом подняв руки, я уперлась во влажную от пота мужскую грудь и жалобно захныкала:

— Итан Кар Ланде, ты всю ночь собираешься меня мучить?

Коснувшись моего лба своим, маг-император издал приглушенный смешок.

— Мучить? Змейка моя, своими радостными стонами ты умудрилась даже стражу за дверью испугать.

Вот же магическое дерьмо, почему я раньше не подумала о том, что снаружи есть люди? К тому же во дворце Добродетели меня ждет Фломус и парочка находящихся без сознания девиц.

Щеки мгновенно опалило смущением. Чтобы хоть как-то выпустить злость, я замолотила кулаками по литым плечам и не останавливалась, пока меня не отпустили.

Скатившись на пол, я укуталась в покрывало по самую шею и отошла на пару шагов к двери.

— Итан, гнилостный ты орк, я пришла к тебе по важному делу, а ты меня отвлек.

Медленно поднявшись, муж помассировал свои плечи.

— Прости, не знаю, что на меня нашло. Увидел тебя у окна, и мозги мгновенно отключились.

— Еще бы они не отключились. Ты был отравлен афродизиаком. Тобой собирались воспользоваться…

— Зачем тебе меня травить? — недоумевающе нахмурился он и развел руками. — Я и так всегда в твоем распоряжении.

— Дурак, это не я!

Я быстро рассказала ему подслушанный разговор, а также вкратце описала предпринятые нами с Фломус шаги.

— Есть небольшая опасность, что я перестаралась, — закончив, уныло призналась я в своих опасениях. — Не было времени проверять, но что, если эта интриганка не дышит?

Приблизившись, муж коснулся большим пальцем моей нижней губы.

— Закатаем ее в коврик и похороним в саду, — от его насмешливой ухмылки по моей спине пополз озноб. Я знала, он не шутил. С проблемами Итан всегда разбирался быстро и без лишних сантиментов: раз — и ее нет. — Подожди меня здесь, я обо всем позабочусь, вернусь к тебе и продолжим.

Продолжим? Что именно мы продолжим?

Не обращая внимание на мое замешательство, он коснулся легким поцелуем моего лба, схватил лежащие на полу брюки и начал одеваться.

— Если она жива, не смей ее убивать, — нахмурившись, предупредила я, когда он направился к выходу.

— Это несколько осложнит дело, но твое желание для меня закон.

Отвесив шутовской поклон, Итан закрыл за собой дверь и, судя по последовавшему щелчку — на замок.

Около часа я ходила из угла в угол, отчаянно грызя ногти. Сердце тревожно стучало под натиском мрачных мыслей. А ну как, вправду, я перестаралась, и девица Трипполи больше никогда не очнется? Какие бы гадкие намерения в отношении моего мужа она ни имела, я абсолютно не желала ей смерти.

Волнение быстро сменилось усталостью. Сказав себе, что это всего на минуточку, я забралась с ногами в кровать Итана, укуталась в тёплое одеяло и положила голову на подушку. От неё всё ещё исходил терпкий запах моего мужа. Полагаю, именно он меня и усыпил.

К сожалению, сон длился недолго. В дверь настойчиво постучали. На моё хриплое «войдите» щёлкнул замок, и внутрь ворвалась запыхавшаяся Фломус. Её натренированные за годы военной службы глаза быстро отыскали меня в темноте. С поджатых губ сорвался вздох облегчения.

— Ваше величество, его маг-императорское величество велел передать, чтобы вы его не ждали. Ему, скорее всего, придётся задержаться…

— Задержаться? — нахмурилась я и резко приняла сидячее положение. — Что случилось?

— С госпожой Трипполи произошли… некоторые неприятности.

Услышав её завуалированный ответ, я почувствовала, как всё внутри оборвалось.

— Она в порядке? — прикусив нижнюю губу, дрожащим голосом уточнила я.

— Конечно в порядке, — замахала руками горничная, видимо осознав, чего именно я так боялась. — Живее всех живых. Вот только, полагаю… не очень счастлива.

Странный ответ заставил меня нахмуриться.

— Что произошло?

Приблизившись к кровати, Фломус сначала покосилась на дверь, а затем понизила голос до едва слышимого шепота:

— Его маг-императорское величество был в ярости, узнав про затевающийся против него заговор. Он немедленно приказал раздеть госпожу Трипполи вместе с её горничной и незаметно положить в постель к одному из представителей Валашской делегации. Затем зажечь в его покоях Норлингские цветочные благовония и запереть дверь. Когда изнутри послышались неоднозначные звуки, слугам было велено собрать как можно больше свидетелей и вломиться в покои. Говорят, зрелище было мерзким. Такой скандал! Стоило госпоже Трипполи прийти в себя и осознать, что происходит, она тут же упала в обморок. Сейчас она со своим отцом. Уверяет, что её насильно принудили. Но столько свидетелей! Кто же поверит? Разумеется, её величество Вдовствующая маг-императрица, как узнала, мгновенно отдала распоряжение удалить имя госпожи Трипполи из списка кандидаток для смотрин. Ее доля более незавидна: ей либо выходить замуж за мужчину, с которым её обнаружили, либо до старости жить в бесчестье. Полагаю, она выберет первое.

Я вздрогнула.

Всё же мой муж — настоящее чудовище. Придумать же такое! Порой даже я его боюсь.

— Спасибо за новости, — после небольшой паузы кивнула я. — Теперь можешь идти.

— Но его маг-императорское величество… — взволнованно выдохнула Фломус.

Пришлось успокоить.

— … не будет возражать, если я останусь здесь и подожду его.

Ещё немного помявшись, суровая горничная всё же откланялась, напоследок сообщив, что не может оставить меня в одиночестве и будет сторожить за дверью.

Я возражать не стала, зная, что её присутствие рядом со мной — приказ мужа. Естественно, она не может ему не подчиниться.

Оставшись одна, я сладко зевнула и потянулась, разминая плечи. Веки постепенно тяжелели. Хотелось снова уткнуться в подушку и, наконец, выспаться. Но желание узнать, чем закончилась история девицы Трипполи, пересиливало сонливость. Я была твердо намерена дождаться возвращения мужа и вытрясти из него все подробности.

Лучшим способом взбодриться была ванна. Купание помогло бы продержаться еще около часа или даже двух. Вряд ли Итан задержится дольше.

Открыв входную дверь, я отдала распоряжение. Теплую воду набрали довольно быстро. Даже взбили обильную пену из свежего мыла, посыпали лепестками роз. А вместо масляной лампы зажгли свечи.

Раздевшись и забравшись в воду, я застонала от удовольствия, чувствуя, как расслабляются напряженные после устроенного мужем марафона мышцы. Затем схватила с полки морскую губку и отогнала подальше мысли о том, как часто ею пользуется муж. Вытянула из пены ногу, но не успела ее коснуться. Замерла, широко распахнув глаза.

— Кто же это тут обнаженная в моей ванне? — раздался со стороны входной двери насмешливый голос Итана. — Ее Величество маг-императрица Кларисса? Или госпожа Дир Калис? А может, они обе решили составить мне компанию?

Небрежно прислонившись спиной к стене, он ловкими пальцами, пуговица за пуговицей, принялся расстегивать мундир.

Вот гнилье! Когда он успел войти? Почему я ничего не слышала?

— Я думал, ты уже во дворце Добродетели, видишь десятый сон, — уголки его губ слегка приподнялись в усмешке. — Но похоже, сегодня мой день рождения, — Итан поднял глаза к потолку, делая вид, что задумался. — Ах нет, до него еще четыре месяца.

— Прекрати издеваться, — капризно надула я губы, одновременно обняв себя руками и прижавшись спиной ко дну. — Дождись меня снаружи, я скоро выйду.

— Покинуть собственную ванную комнату и добровольно лишить себя захватывающего дух зрелища? — в притворном удивлении возмутился наглец. — Ты слишком меня переоцениваешь, змейка моя.

Стащив с себя мундир, он бросил его на стул, поверх моего платья. Затем расслабил завязки белой сорочки, стащил её через голову — сверкая накачанным прессом — и бросил в бельевую корзину. После — начал медленно приближаться.

— Что ты собираешься делать? — настороженно уточнила я.

— Как что? — беспечно пожал он плечами и потянулся к завязкам на брюках. — Составить тебе компанию.

Не дав мне времени осмыслить его слова, Итан разделся, схватил меня в охапку и устроился в теплой воде, продолжая крепко меня обнимать. Его сердце билось ровно, отдаваясь мне в спину. Теплое дыхание овевало затылок. Губы ласкали шею.

С одной стороны, вспоминая, как он меня мучил еще пару часов назад, хотелось возмутиться и потребовать оставить меня в покое. А с другой — его дразнящие прикосновения растворяли весь мой гнев, оставляя лишь сладкую слабость в теле.

— Ты довольно быстро, — сдавшись, я откинула голову Итану на плечо. — Удалось уладить дело с семьей секретаря?

— Ммм, — промычал муж мне в ухо. — Старик не хотел уступать. Считал позором отдавать единственную дочь за жалкого вампира. Валялся у меня в ногах, умолял замять дело. Даже в наложницы мне её посмел предложить. И матушку на свою сторону привлек. Пришлось пригрозить решить всё более радикально. Нет виновницы — нет проблем.

Судорожно сглотнув, я попыталась приподняться, но была остановлена сильными руками.

— И? — первой нарушила я затянувшуюся паузу.

— Свадьба через два дня. Ничего торжественного, в семейном кругу. Нас, почему-то, не пригласили.

С моих губ слетел приглушенный смешок, быстро сменившийся диким хохотом. Аж до колик в животе.

Это же надо — угодить в собственную ловушку. Как бы умна ни была эта девица, определенно кусает сейчас локти.

Горячий язык скользнул по ушной раковине, и рядом раздался хриплый шепот:

— Ты не можешь быть ещё более прекрасной.

С моих губ сорвался легкий вздох.

— Так уж и быть, ты тоже не слишком потрепан, — игриво заявила я, немного поелозив. Прижимающаяся к моим ягодицам часть тела мужа внезапно шевельнулась. Хватка под моей грудью стала крепче. Пришлось быстро сдаться. — Ладно, ладно. Ты — самый красивый мужчина из всех, кого я встречала.

— Маленькая лживая змейка, — слегка укусил Итан моё плечо.

— Хорошо. Я погорячилась. Не самый, — пытаясь увернуться от щекотки, взмолилась я. — Но входишь в пятёрку лучших. Или даже в тройку. Совсем чуть-чуть не дотягиваешь до первого места. Всё же Нокси немного красивее, но тебе повезло — он мой брат.

— Зато я выносливее.

— Кто это сказал? — подразнила я и тут же пожалела, почувствовав, как меня резко подняли в воздух и, шагнув из ванной, понесли в спальную комнату.

— Раз моя маг-императрица мне не верит, — с притворной грустью заявил мерзавец. — Придется доказывать всю ночь. Сама напросилась.

С трудом разлепив глаза и повертев головой, я поняла, что нахожусь в своих покоях, во дворце Добродетели. Кругом ни души. Как сюда попала — не помню. Одно ясно: никто, кроме Итана, не мог меня сюда переместить.

Интересно, он вообще ложился? Учитывая, что уснула я — благодаря стараниям моего ненасытного мужа — когда землю осветили первые лучи солнца, а сейчас настенный маятник показывал без четверти восемь, скорее нет, чем да. Прошлую ночь он тоже провел бодрствуя. Такими темпами тени под его глазами станут размером с континент. Разве собственное здоровье может стоить какого-то мелкого заговора?

Ну я ему устрою!

Твердо решив ворваться в рабочий кабинет мужа и грубым шантажом принудить его отдохнуть хотя бы пару часов, я быстро соскочила с кровати и принялась одеваться. Именно в этот момент раздался громкий стук в дверь.

— Госпожа Дир Калис, могу я войти?

Судя по напряженным ноткам в голосе Фломус, дело не требовало отлагательств. Закончив с пуговицами на платье, я завязала на лице шелковую маску и бросилась открывать.

— Что случилось?

— Слава забытым богам, вы уже проснулись! — впорхнув в покои и закрыв за собой дверь, с облегчением выдохнула горничная. — Хельга только что отправила весточку. Она умоляет вас срочно прибыть в Холодный дворец. К ее величеству пожаловали статусные гости и требуют их принять.

— Но как же карантин? — удивленно приподняла я правую бровь.

— Они уверяют, что примут все меры предосторожности и болезнь их не коснется.

— Кто же такой рисковый? — нахмурилась я, уже предполагая, что услышу в ответ.

— Их высочества маг-принцесса и Валашская принцесса, — еле слышно прошептала Фломус, косясь на закрытую дверь. — Ваше величество, неизвестно, как долго они будут ждать, прежде чем поднять шум и отправить на ваши поиски стражу. Лучше поторопиться.

Устало выдохнув, я кивнула. Мысленно отбросила идею обернуться в змею и спрятаться под плащом у горничной. Все равно утро раннее, участвовавшие в смотринах аристократки еще нежатся в своих постелях. Большее, кого могу встретить по дороге — пару служанок. Так и вышло.

Сделав вид, что иду на прогулку, я вышла из замка и направилась в сторону императорского сада. Но не дойдя до калитки, свернула на узкую, нелюдимую тропинку, что вела к Холодному дворцу.

У черного входа нас встретила запыхавшаяся Хельга.

— Приветствую вас, ваше величество! — с облегчением выдохнула она и поклонилась. Затем стерла рукавом выступивший на лбу пот. — Я так переживала, что вы опоздаете. Гостьи допивают уже по второй чашке чая. Служанки сообщили им, что вы плохо себя чувствуете и хотите поспать, но они уперлись. Не хотят уходить ни в какую. Требуют сопроводить их в ваши покои, а чтобы себя обезопасить, предлагают поставить ширму. Мол, им срочно нужно с вами поговорить. И ждать они не в силах. Даже приказ маг-императорского величества не смог их остановить.

— Интересно, что же такого им не терпится мне сообщить? — улыбнувшись, я похлопала Хельгу по руке. Затем повернулась ко своей временной горничной. — Фломус, жди меня здесь, я скоро вернусь.

Отдав распоряжение, направилась вслед за Хельгой внутрь.

Наш путь пролегал по темным, нелюдимым коридорам. Пока настырные гостьи сгорали от нетерпения в гостиной, я незаметно проскользнула в спальные покои. Две недавно нанятые Итаном грузные служанки как раз устанавливали тяжелую ширму между кроватью и кофейным столиком. Она принадлежала еще прабабке моего мужа и имела небольшой магический секрет: с одной стороны была плотной, а с другой — прозрачной, как стекло. Мне еще не приходилось ее использовать, но тут она пригодилась.

При виде меня служанки начали гнуть спины в поклонах. Пришлось махнуть рукой, чтобы они прекратили суетиться.

Стоило нам с Хельгой остаться наедине, как моя горничная достала из шкафа ночную рубашку и чепчик, призванный скрыть мой новый цвет волос. Затем она расстелила постель. Пока я переодевалась, спрятала платье госпожи Дир Калис, взбила подушки, помогла мне принять удобную позу, расправила балдахин и вышла. Вернулась через пару минут, но уже не одна.

— Ваше величество, — раздался в тишине ее звонкий голос, — к вам с визитом ее высочество маг-принцесса и ее высочество принцесса Валахии. — Затем она перешла на громкий шепот, обращаясь к девицам. — Ее величество все еще плохо себя чувствует, поэтому не сможет уделить вам много времени. Прошу понять и простить.

— Конечно, конечно, — замахала руками Айрин. — Мы с Миреллой всего-то хотели засвидетельствовать свое почтение. Пока весь дворец развлекается на смотринах, бедняжка Рисса вынуждена прозябать одна-одинешенька в своих покоях. Что за несправедливость? Разумеется, я не могла этого просто так оставить…

«А потому явилась еще больше попортить мне нервы», — мысленно усмехнулась я.

— Спасибо, Айрин, — просипела я и демонстративно закряхтела. — Ты единственная, с начала болезни, кто решился меня навестить. Даже Итан забыл ко мне дорогу. Холодный дворец не зря носит свое имя. Здесь так тоскливо и безжизненно.

— Ты не должна винить моего брата, Рисса, — обе девицы заняли места за кофейным столиком и жестом велели Хельге наполнить их фарфоровые чашки чаем. — Он сейчас весь в делах и заботах. Подбирать мать для будущего наследника трона — это, я скажу, дело нелегкое. Требующее повышенного внимания. Откуда у него время сидеть у твоего изголовья? Да и опасно это. Вдруг тоже заразится? Что тогда будет с Сокрией? Так что не вини его слишком сильно. Итан в первую очередь думает о благополучии семьи и народа.

— Я не посмею.

Пришлось прикусить губу, чтобы не захохотать в голос. Интересно, кто писал ее речь? Столько пафоса и фальшивого сочувствия. При этом за каждым словом скрыта издевка, намекающая, что я, маг-императрица, занимаю в сердце мужа самое последнее место. Но все так тонко, что и не возразить.

Явно не обошлось без помощи вампирской принцессы.

Я перевела взгляд на Миреллу Стану, которая с ленивой усмешкой рассматривала мои покои. Сегодняшний визит определенно имел под собой некую цель. Скорее бы они уже прекратили юлить и перешли к делу.

Чтобы подогнать их, я разразилась кашлем. Взволнованная Хельга подбежала к кровати и принялась причитать:

— Ваше величество… ваше величество… вы так побледнели… вам нельзя напрягаться…

— Все в порядке, — с легкой отдышкой ответила я. — Просто давно так много не говорила. Быстро устаю…

Сидевшие за ширмой девицы настороженно переглянулись.

— Милая моя Рисса, где же ты подхватила эту заразу? — после небольшой паузы снова заговорила Айрин. — Я слышала, что прогноз неутешителен. Все же Итан мог выкроить несколько минут в своем напряженном графике и навестить тебя.

— Боюсь, этого еще долго не случится, — с притворной грустью покачала головой Мирелла.

— Почему же? — поспешила подыграть ей моя золовка.

Вампирша принялась заламывать руки, придерживая томительную паузу, прежде чем понизить голос чуть ли не до шепота:

— В последнее время его маг-императорское величество слишком увлечен.

— Увлечен? — поспешила вмешаться я в их маленький спектакль. — Чем?

— Скорее «кем», — тут же отозвалась Мирелла, не скрывая победной ухмылки и потирая ручонки. — Его внимание привлекла рабыня, присланная царем драконьей Орды. Наглая, взбалмошная девица, без манер и представлений о приличиях. Я уже несколько раз видела их вместе. Она без стеснения вешается на его маг-императорское величество. А он во всем ей потворствует.

С моих губ непроизвольно слетел смешок. Услышавшая его Хельга выпучила глаза, а затем сделала вид, что закашлялась. Благо гостьи были чересчур увлечены, чтобы обратить на нас внимание.

— Даже я чуть не стала жертвой её козней, — закивала Айрин. — Пытаясь задобрить меня на конкурсе живописи, она нарисовала мой портрет. Разумеется, я отдала ей первое место и отправила дорогой подарок. Хорошо, что Мирелла открыла мне глаза. Если Итан выберет эту девицу в наложницы, то будущий представитель императорского рода Кар Ланде станет сыном какой-то бесправной и дикой рабыни. Даже подумать страшно…

Вздрогнув от омерзения, моя золовка сделала глоток чая и чуть не поперхнулась. Сидевшей рядом вампирше пришлось похлопать её по спине.

— Боюсь, именно это нас и ожидает, — тяжело вздохнула принцесса Валахии, изобразив на лице глубокую печаль. — Она определённо ведьма. Иначе как бы смогла, не показывая лица, приворожить мужчину?

— Да-да, ведьма, как пить дать, — закивала в ответ Айрин и обратила в мою сторону хмурый взгляд. Действовала по наитию, ведь сквозь плотную ткань ширмы меня ей было не видно. — Рисса, ты ни за что не должна этого допустить. Всё же Итан пока ещё твой муж…

«Пока ещё»? Какая милая оговорка.

— Айрин, я не понимаю, зачем вы мне все это рассказываете? — прокряхтела я голосом умирающей вороны. — Во-первых, я не видела Итана уже несколько дней. А даже если увижу, ты прекрасно знаешь характер своего брата. Он не станет ни перед кем оправдываться. А во-вторых, разве это было не желание твоей матушки — провести смотрины? Если вам не нравится претендентка, обратитесь к ней.

— Рисса, если бы матушка была в силах избавиться от этой злодейки, думаешь, она бы этого не сделала? — воскликнула маг-принцесса, заламывая руки. — Она всецело на стороне Миреллы. Но смотрины — событие имперского масштаба. За дворцом следят сотни тысяч глаз. Мерзавка ведёт себя так, что и не подкопаться. Не можем же мы её выгнать только лишь из-за происхождения?

— Тогда что вы хотите от меня?

— Но…

— Айрин, дорогая, давай я объясню ее величеству, в чем дело, — перебила маг-принцессу Мирелла, положив ладонь ей на предплечье и повернувшись ко мне лицом. — Ваше величество, как супруга маг-императора, вы тоже имеете право голоса. Всего лишь намекните ему, что не желаете делить мужа непонятно с кем.

— И, наверное, лучше сразу предложить ему другую кандидатуру? — бросила я наживку двум пираньям. — Например, вас?

— Было бы замечательно, — закивала Мирелла, обрадовавшись моей «сообразительности».

— Да-да, предложи кандидатуру её высочества, — усиленно закивала Айрин, расплывшись в возбужденной улыбке. — Мирелла — милейшая девушка. Она будет всячески тебя поддерживать, станет настоящей подругой. Ты ни за что не пожалеешь.

Забытые боги, мы два года знакомы, а она все еще считает меня непроходимой дурой. Где же я так оступилась?

Устав смотреть их театральное выступление, я лениво потянулась и сладко зевнула.

— Простите, дамы, но вынуждена вас разочаровать. Я понимаю, вы желаете расправиться с соперницей чужими — в данном случае, моими — руками. Но помочь ничем не могу. Вы называете её дикой рабыней, но, возможно, позабыли: я и сама из семьи рабов. Считайте это… классовой солидарностью. Пусть Итан сам выбирает лучшую. Не хочу вмешиваться.

— Рисса! — вскочила на ноги золовка, сжала ладони в кулаки и бросилась к ширме, благо была вовремя перехвачена Хельгой.

— Ваша светлость, вы же не хотите заразиться?

— Убери от меня свои руки, служанка! — взвилась от злости отпрыгнувшая от неё Айрин, прежде чем повернуться ко мне. — Мы пришли к тебе с чистым сердцем, Рисса. А ты… а ты… змея!

— Причём самая натуральная, — невинно заметила я. — Не забывай.

Ответом мне была громко хлопнувшая входная дверь. В спальне остались только я, Хельга и все еще сидевшая за столом Мирелла.

— Ваше величество, простите Айрин, она слишком импульсивна, — выдавила из себя улыбку вампирша. — Похоже, мы не сумели донести до вас главную мысль. Проблема с рабыней не в том, что она займет мое место. А скорее — ваше. Отношение к ней его маг-императорского величества уж очень сильно попахивает глубокими чувствами. Если она станет его наложницей, боюсь, ваши дни сочтены. Но если это место займу я, обещаю, вы не останетесь в накладе. Место маг-императрицы до самой вашей смерти будет принадлежать только вам.

Как ни сдерживалась, я не смогла проглотить сорвавшийся с губ приглушённый смешок.

До самой смерти, говоришь… Вот только готова поспорить, эта самая смерть случится довольно быстро.

Покой участницам смотрин на роль наложницы маг-императора мог только сниться. Не успела я переодеться и украдкой вернуться во дворец Добродетели, как распорядитель во всеуслышание объявил о дневной прогулке по зимнему саду с целью любования пейзажами.

Присутствие являлось обязательным, так как возглавлять прогулку должна была Вдовствующая маг-императрица с дочерью. На сборы оставалось полчаса.

Ругаясь про себя на чем свет стоит, я выбрала простое платье с пышной юбкой, что сейчас носят модницы Драконьей Орды, и накинула сверху подаренную Итаном через Линна белую шубу из меха сокрийского песца. Затем надела шелковую маску и направилась к главной калитке, что вела в сад. Пришла туда в числе последних.

В отсутствии свекрови девицы разбились на небольшие группы по интересам, обсуждая последние новости. Меня откровенно игнорировали. Даже те, кто при прошлых встречах держался не так холодно.

В чем причина — и дураку ясно. Мирелла постаралась: успела за короткое время настроить всех против меня. Видимо, как и утром маг-императрицу, запугала излишним вниманием Итана к моей скромной «рабской» персоне.

Нашли тоже роковую соблазнительницу. Да если бы он изначально не принадлежал мне, не был моим мужем, зачем бы он вообще был мне нужен?

Разумеется, все эти оправдания я оставила при себе.

Появление Глории заставило девиц умолкнуть. Свекровь привела с собой садовника, который всю прогулку разглагольствовал о росших на клумбах растениях. Описывал их внешний вид и историю возникновения.

Проходи это летом, когда можно было бы воочию полюбоваться темой разговора, к нему не было бы никаких вопросов. Но на дворе зима, кусты запорошены снегом, а потому мы все могли полагаться лишь на свое воображение.

— Фломус, — вконец продрогнув, позвала я горничную.

— Да, госпожа, — тут же раздался за спиной ее приглушенный шепот.

— Пока я не превратилась в ледышку, принеси из Главного дворца ручную грелку. Если не найдешь, спроси Хельгу. Она знает.

Кивнув, горничная растворилась среди кустов и деревьев, оставив меня в одиночестве плестись в самом конце возбужденно шепчущейся толпы.

Правда насладиться тишиной и покоем у меня не вышло. На перекрестке, из-за деревьев, вдруг выскочила незнакомая служанка и больно задела меня плечом. Испуганно ойкнув, она бухнулась на колени и принялась голосить, попутно дергая меня за платье.

— Госпожа, умоляю, простите. Я нечаянно.

— Все в порядке, — оглядываясь на окружающих, чье внимание привлек непонятный шум, я выдавила улыбку и схватила девицу за ворот, с трудом подняв. — Не нужно так убиваться, со мной ничего не случилось.

— Но как же, госпожа…

— Иди уже, — устав от ее причитаний, прошипела я.

К счастью, на помощь подоспела Фломус. Вручив мне ручную грелку, она зыркнула на служанку своим жутким генеральским взглядом. Та, мигом осознав, что если не поторопится, вляпается в большие неприятности, еще раз извинилась и исчезла за деревьями. Лишь убедившись, что ее не видно, я наконец перевела дыхание.

— Подозрительная она какая-то, — хмуро заметила горничная. — Такой шум подняла на пустом месте, будто вы её убивают. Слуги во дворце так себя не ведут.

А ведь правда. И как это я не заметила? Совсем потерялась в своих невесёлых мыслях, ослабила бдительность.

Залезла в карман и в очередной раз за день хорошенько выругалась.

— В чём дело, госпожа? — взволнованно выдохнула Фломус.

— Платок исчез.

С одной стороны, деталь незначительная, чтобы из-за нее поднимать шум. С другой — она отмечена вензелем царского дома драконьей Орды и кроме меня здесь никому не может принадлежать. Попади не в те руки — проблем не оберёшься.

— Госпожа, давайте я догоню эту мерзавку и передам лично в руки его маг-императорского величества? — заскрипела от злости зубами Фломус.

— Нет, — покачала я головой. — Вполне возможно, что платка при ней уже нет. К тому же, они знают тебя в лицо. Сразу поймут, что мы догадались.

— Что нам тогда делать?

— Скажи, темная стража Итана где-то поблизости?

Фломус быстро огляделась и кивнула. Подав знак, чтобы приблизилась, я поднялась на носочки в попытке достать до её уха и зашептала.

— Всё поняла? — добавила уже громче.

— Да, госпожа.

— Тогда можешь идти.

Горничная снова скрылась между деревьями, а я, как ни в чем не бывало, продолжила прогулку. Небольшая заминка не привлекла большого внимания. Участницы смотрин продолжали ходить по тропинкам: одни увлеченно беседовали, другие слушали садовника, третьи — вроде вампирской принцессы — заглядывали во рты моих свекрови и золовки.

Над головой пели птички, свежий воздух проникал в легкие, трескучий мороз кусал щеки. Когда передо мной вдруг кто-то вскрикнул, я от неожиданности отшатнулась и чуть не свалилась в сугроб.

Со всех сторон начали раздаваться голоса:

— Кто этот мужчина?

— Что он здесь делает?

— Выглядит, как какой-то бандит.

Бандит на территории императорского дворца, доверху напичканного первоклассной стражей? Это что, шутка какая-то?

Я осторожно протиснулась вперед, пытаясь разглядеть виновника шума. Действительно, за запорошенным снегом кустом можжевельника стоял молодой мужчина. Некрасивый, лысый, коренастый. На круглом лице мясистые губы, глаза впавшие, под ними тени. И впрямь на вид — вылитый бандит.

— Кто это такой и что он здесь делает? — перекрыл шум громоподобный голос Вдовствующей маг-императрицы.

Незнакомца успела окружить ее личная охрана. Но, как ни странно, на его лице не отразилось ни малейшего следа паники. Блуждающий взгляд медленно скользил по присутствующим. Пока не уперся в меня.

— Келамия, — выкрикнул он мое вымышленное имя и замахал мне руками.

Птицы вспорхнули с веток в воздух. В парке воцарилась оглушающая тишина. Быстро сменившаяся громким шепотом.

— Неужели они знакомы?

— Слышали, он зовет ее по имени.

— Так интимно…

Мужчина, не обращая внимания на посторонние пересуды, протянул ко мне руки.

— Скажи им, Келамия…

— Сказать? — удивленно захлопала я глазами. — Что?

— Это же ты меня сюда пригласила. Предложила встретиться на перекрестке. Я во дворце в первый раз и… заблудился. Прости.

— Что за бред ты несешь? — фыркнула я и обратилась к императорской страже. — Уведите этого бандита и всыпьте ему пятьдесят палок, чтобы не смел впредь порочить честь невинных девушек.

— Келамия, как ты можешь так со мной поступать? Ради нашей любви, скажи правду! — вспыхнул наглец и так правдоподобно выпучил глаза в изумлении, что я чуть сама ему не поверила.

Прекрасный актер. Где только такого нашли? Присутствующие в саду девицы, ставшие свидетельницами представления, тут же повернулись в мою сторону и зашептались.

— Они любовники?

— Так и знала, что эта рабыня — хитрая лисица.

— Подумать только, изменять самому маг-императору.

Изменять? Если не брать во внимание наш с Итаном маскарад, я всего лишь участница смотрин и еще не дошла до финала. К тому же нас проверяли на наличие девственности, и меня не отсеяли. О какой измене может идти речь?

Интересно, кто же прислал этого придурка? Мирелла? Айрин? Или кто-то другой, решивший, что Итан уделяет жалкой рабыне чересчур много внимания? В любом случае я не собираюсь становиться участницей этого спектакля.

— У тебя имеются какие-нибудь доказательства своих слов? — вкрадчиво поинтересовалась я, уже зная, что последует дальше. — Если нет, попрошу его маг-императорское величество тебя казнить.

— Есть, есть! — мгновенно закивал уродливый мерзавец и полез во внутренний карман плаща. — Вот.

Он сжимал в руке знакомый белый платок с золотой каймой и вышитым в самом центре вензелем царского дома драконьей Орды.

— Вот, ты еще утром подарила мне этот платок и попросила о встрече. Клянусь забытыми богами, я не вру.

Все дружно ахнули. Теперь в направленных на меня взглядах читалось не только подозрение, но и насмешка вперемешку с ненавистью. Кто-то открыто потешался, тыча в меня пальцем.

— А рабыня-то с запашком.

— С бандитом связалась.

— Хотели обмануть его маг-императорское величество.

Я, разумеется, знала, к чему все идет; однако не ожидала подобных обвинений со стороны таких же участниц смотрин, как и сама. Они тыкали в меня пальцами, обвиняя во всех смертных грехах. Дай волю — уже вызвали бы палача и, не дожидаясь вердикта суда, приговорили бы к смерти.

Что самое удивительное, главная зачинщица такого их отношения — Мирелла Стану — продолжала молчать, лишь слегка кривя губы в ехидной усмешке. Не вышло устранить соперницу руками маг-императрицы — пришлось действовать самой. Зато действенно. Вон как народ всполошился.

Набиравший обороты шум прервала Вдовствующая маг-императрица. Смерив присутствующих грозным взглядом, она жестом отдала приказ страже оставить размахивающего платком мужчину и окружить меня.

— Келамия Дир Калис, — прозвенел в напряженной тишине ее дребезжащий от гнева голос. — Понимаешь ли ты предъявленное тебе обвинение? Твои действия — это позор не только для маг-императора Сокрии, но и для царя драконьей Орды, чье лицо ты сейчас представляешь. Если выяснится, что все это правда, тебя ждет темница и смерть. И никто не спасет.

— Матушка, — раздался за ее спиной полный насмешки голос Итана, — не слишком ли рано ты выносишь приговор? Еще даже не было никакого расследования, но в твоих глазах госпожа Дир Калис уже виновата. Эдак мои подданные решат, что в империи нет никакого закона. Обвиненный уже не имеет права себя оправдать.

Его цепкий взгляд заскользил по толпе, пока не остановился на испуганном мошеннике, чья ладонь, удерживающая платок, начала заметно подрагивать.

Усмешка на губах мужа стала более дерзкой. В глазах блеснул лед. Другие могли и не заметить, но я, зная этого мужчину как свои пять пальцев, понимала: ничего хорошего это не сулит. Каким бы ни был исход сегодняшнего противостояния — мужчине не жить. Учитывая, что ради денег — или других предложенных ему благ — он пытался утащить меня на дно, я не испытывала к нему никакой жалости.

Уловив в голосе сына холодные нотки, свекровь смутилась и жестом приказала страже отступить от меня. Мужчину снова схватили — теперь уже люди Линна. Если раньше в его глазах читалась лишь самоуверенная наглость, то сейчас в них затаился панический страх. Ноги задрожали. Платок выскользнул из рук и плавно осел на снег.

— Но разве это, — кивнула на упавший кусочек ткани выступившая вперед Айрин, — не доказательство ее преступления? Платок с вензелем царского дома драконьей Орды. Ни у одной из нас такого нет.

— Ваше высочество, — потянула ее за пышный рукав вампирская принцесса, изобразив на лице волнение. — Может… может, мужчина где-то нашел этот платок? Но даже если это не так… госпожа Дир Калис пока еще свободная женщина. Может, она полюбила? Сердцу ведь не прикажешь? — Мирелла повернулась к Итану. — Ваше маг-императорское величество, темница — это слишком радикально. Проявите великодушие. Разрешите двум влюбленным связать себя узами брака. Думаю, ваш народ это оценит.

Вот же, двуличная стерва!

С виду, вроде, защищает, но при этом полностью взвалила на меня вину. Будь обстоятельства другими, и от соперницы бы избавилась, и прослыла бы среди участниц самой милосердной.

Эталонная интриганка!

— Да-да, я хочу жениться на моей Келамии, — тут же принялся поддакивать ей мошенник, хватаясь за счастливый шанс выйти сухим из воды. Даже бухнулся на колени. — Ваше маг-императорское величество, умоляю, позвольте нам заключить брак.

Сделав вид, что раздумывает, Итан повернулся ко мне. Его взгляд на мгновение потеплел.

— Госпожа Дир Калис, вам есть что сказать?

Я кивнула.

— Вы не поверите, ваше маг-императорское величество, но есть, — я приблизилась к стоящему на коленях мужчине, нагнулась и схватила двумя пальцами лежащий на земле платок. — У меня действительно имеется платок с вензелем царского дома драконьей Орды. Но это не он.

— Келамия, почему ты лжёшь? — взвился мошенник.

— Я не лгу, — покачала головой и перевела взгляд на вышедшую из-за деревьев Фломус. — Моя горничная может подтвердить. Он сейчас у неё.

И действительно. Вытащив из кармана платок, идентичный тому, что я держала в руках, Фломус передала его мне. Стоило развернуть и продемонстрировать его присутствующим, как девицы дружно ахнули. Глория удивлённо приподняла брови. Вампирская принцесса нахмурилась.

— Кто сказал, что у вас не может быть двух одинаковых платков? — недоверчиво фыркнула Айрин.

— На моём платке вы можете увидеть инициалы — «К. Д. К.», — ткнула я в нужное место с краю. — Я вышила их сама, когда нечего было делать. Кто знал, что в будущем мне это пригодится?

Услышав мои слова, мошенник откровенно запаниковал. Потянулся, выхватил из моих рук свой платок, развернулся с ним и радостно закричал:

— Но на том платке, что ты дала мне, тоже есть инициалы. Вот, глядите, — возбуждённо затряс он им в воздухе.

— Есть, — быстро согласилась я, смерив мужчину снисходительным взглядом, и предложила: — Постарайтесь их прочесть.

Вглядываясь в буквы, он нахмурился, пожевал нижнюю губу и шумно выдохнул.

Не умеет читать? Забытые боги, в какой канаве они его нашли?

— Хорошо, я вам помогу, — выхватив из его рук платок, я передала его Линну. Тот вручил маг-императору. — Здесь написано — «М. С.», — я сделала вид, что задумалась. — Чьи же это инициалы?

Взгляды всех присутствующих устремились на Миреллу. Принцесса Валахии покачнулась от шока.

— Не… не может быть. Я и этот тупой болван? Да кому такое в голову взбредёт…

— Сердцу не прикажешь, — пожала я плечами, вернув ей её же недавние слова. — Если её высочество влюблена, не нужно скрывать. Его маг-императорское величество человек великодушный и несомненно даст согласие на брак.

— Да как у тебя только язык повернулся такое ляпнуть? — не на шутку взбесилась вампирша. — Да ты… да я…

— Стража! — прервала её крики Глория и ткнула пальцем в резко побледневшего мошенника. — Уведите этого человека, дайте ему пятьдесят палок и выкиньте из дворца. Наговаривать на гостей императорского дома? Да кем он себя возомнил?

Я не сдержала усмешки.

Ещё одна манипуляторша. Когда дело касалось бесправной рабыни — грозила темницей и казнью. Но стоило подозрению упасть на принцессу соседней страны, как мошенник отделался палками.

Разумеется, при таком легком наказании он не станет выдавать своих заказчиков. Благо здесь был Итан. И пусть стража, послушав приказ его матери, увела преступника. Мой муж просто так его не отпустит…

— Какое потрясение! — наигранно покачнулась я, схватившись за сердце. — Надеюсь, вы простите меня за то, что не могу продолжить прогулку. Я так испугалась, что мне срочно нужно в кровать.

Подскочившая ко мне Фломус схватила меня под руку и, с молчаливого позволения маг-императора, повела к выходу из сада.

— Фух! — с облегчением выдохнула Фломус и вытерла с лица холодный пот, стоило за нами закрыться двери в мои покои. — Ваше величество, вы такая умная. Невероятно. Я больше всего опасалась, что они начнут проверять платок на магическое вмешательство. Я, конечно, в силах его маг-императорского величества не сомневалась, но план был рискованным. А вы стояли там такая гордая, невозмутимая. Никто даже не усомнился…

Её горячность заставила меня хихикнуть, как маленькую девчонку. На самом деле я тоже внутри дрожала от волнения, переживая, что вся моя задумка пойдет к гнилостным оркам.

Столько переменных. Быстро найти Итана и с помощью его уникальной магической силы создать идентичный оригинальному платок с инициалами вампирской принцессы. Затем отправить темного стража незаметно подменить платок в кармане служанки на новый. Времени в обрез. Если бы хоть что-то пошло не так, муж, разумеется, спас бы меня от темницы и казни, раскрыв мою настоящую личность. Однако пятно на моей репутации осталось бы со мной навсегда, а к маг-императору Сокрии прилипло бы прозвище — «рогоносец».

Такое вряд ли кого-то обрадует. К счастью, нам удалось избежать худшего сценария. Стоило только вспомнить лицо Миреллы, как все нутро пробирал истеричный смех.

Не знаю, она ли стояла за случившимся или нет. Мне было плевать. Эта девица спит и видит, как бы отобрать у меня мужа, а значит, пусть остается крайней.

— Ваше величество, как вы думаете, её высочество будет наказана? — решила утолить своё любопытство горничная.

Я в ответ сухо хмыкнула.

— Сама же слышала: её величество Вдовствующая маг-императрица задушила все обвинения в зародыше, назвав слова мошенника наговором на гостей императорского дома. Большее, что её ждет, — это слухи. Но они быстро утихнут, сменившись чем-то более животрепещущим.

— Думаете, что-то случится?

— Моя свекровь активно поддерживает Валашскую принцессу. Она обязательно что-нибудь придумает, — ответила я и добавила уже тише: — Главное, чтобы не вмешивала в это меня.

— Его маг-императорское величество не позволит, — с полной уверенностью в зычном генеральском голосе произнесла Фломус.

И столько в её словах было веры в могущество Итана, что я не смогла не улыбнуться.

— Ладно, не будем гадать. Я хочу вздремнуть, — призналась я. — А ты сходи пообедай. Возвращаться не торопись. Пока все думают, что я плохо себя чувствую, вряд ли станут лезть. Воспользуюсь этим, чтобы отдохнуть.

— Хорошо, ваше величество, — отчеканила горничная и скрылась за дверью.

Умывшись и переодевшись в ночную рубашку, я легла в кровать. Поворочалась немного, выискивая идеальное положение, а когда нашла, мгновенно уснула. Без сновидений.

Открыла глаза, когда солнечный свет сменился лунным. В комнате было темно, даже масляная лампа на столике не горела, хотя в обязанности Фломус входило всегда за ней следить.

В душе поселилась непонятная тревога. Я прислушалась. У окна раздавался шорох. Похоже, именно он меня разбудил.

— Фломус! — позвала я, зная, что горничная должна быть за дверью.

Обед давно прошёл. Она не могла меня надолго оставить.

Но ответила тишина.

Шорох тоже прекратился, словно тот, кто его издавал, услышав меня, затаился. По помещению распространилась невидимая глазу мрачная аура. Тревога внутри переросла в нешуточное волнение.

Итан ни за что не стал бы меня так пугать. Но если не он, кто же это тогда?

Если на меня решили напасть, да к тому же обошли всю дворцовую стражу, значит, в кровати все равно не спрятаться. Даже наоборот: стоя можно хотя бы обратиться и заползти в любую подходящую по размерам нору, а тут лишь запутаюсь в простынях, став легкой добычей.

С такими мыслями я медленно, не отрывая глаз от окна, поднялась на ноги. Накинула поверх ночной рубашки шелковый халат, облизала пересохшие от волнения губы и начала медленно, крадучись спиной, отходить к выходу.

Стоило нащупать пальцами ручку двери, как изо рта непроизвольно вырвался вздох облегчения. Вот он, последний рывок, и я в безопасности.

Однако очень рано обрадовалась.

Ночной ветер колыхнул штору. Что-то сверкнуло в лунном свете, и мое плечо пронзила острая боль. По халату расползлось кровавое пятно. Из тела торчало красное оперение дротика.

— Ай! — вскрикнула я, резко вытащив инородный предмет, и тут же почувствовала, как от места укола по всему нутру начал распространяться нестерпимый жар.

На подоконник бесшумно приземлилась укутанная с ног до головы в черное мужская фигура. В панике я потянулась ко своей второй сущности, надеясь побыстрее сменить форму, но… ничего не вышло. Как стояла на месте, так и продолжила стоять.

Лишь сердце в груди забилось в три раза быстрее. Сделавшиеся ватными ноги подкосились, и я осела на пол. Фигура, видимо зная, что никакого сопротивления не будет, начала лениво приближаться. В руке сверкнуло лезвие длинного ножа. А я даже не могла открыть рот, чтобы позвать на помощь. Это было явное воздействие магии. Меня словно запечатали, как снаружи, так и изнутри.

Острие коснулось шеи. Я зажмурилась. К горлу подкатила тошнота, голова закружилась. Мысленно зашептала: «Забытые боги, пожалуйста, лишите меня сознания. Пусть это будет хотя бы не больно».

Додумать не успела. Внезапно распахнулась входная дверь, и помещение озарил яркий свет. Сорвавшись с места, он ударивший грудь нападавшего. Черная тень из проема бросилась прямо ко мне. Нож со звоном упал на каменный пол. Но удерживающая меня фигура оказалась немного быстрее: она бросилась обратно к окну и исчезла.

— Линн, за ним! — раздался в тишине хриплый голос моего мужа. Крепкие руки подхватили меня под спину и колени, подняли в воздух и прижали к твердой груди.

Как раз вовремя — я потеряла сознание. Очнулась, по ощущениям, довольно быстро и также в объятиях мужа, но интерьер сменился.

Оглядевшись, поняла, что нахожусь в Холодном дворце, в своих покоях. Рядом крутилась взволнованная до дрожи в руках Хельга.

— Милая, как ты? — в голосе Итана слышались панические нотки. — Все в порядке? Где-то болит?

Чтобы поскорее его успокоить, я погладила ладонью его щеку и указала пальцем на горло, давая понять, что не могу говорить.

— Лекаря сюда, сейчас же!

Уже через минуту передо мной стоял седовласый старик, носивший звание императорского лекаря. Лицо показалось знакомым. Кажется, именно он проводил обследование, выясняя, почему мы с мужем не можем иметь детей.

Ничего путного тогда не сказал, ведь мы оба оказались здоровы. Лишь посетовал, что, возможно, всему виной моё происхождение. Перевертыши редко сходились с обычными людьми, чаще — с себе подобными, а потому были не изучены. После этого по дворцу пошли неприятные сплетни. Благо, я за свою жизнь хлебнула немало трудностей, чтобы обращать на них внимание. Тем более что у меня был Итан.

— Что с ней? — злобно рыкнул он на исследовавшего моё плечо старика.

— Похоже, не обошлось без магического вмешательства, — испуганно ответил лекарь. — Острие дротика было смазано редким зельем, сваренным, помимо всего прочего, из костей перевертыша. Оно ненадолго приглушило вторую сущность её величества, но вскоре она будет в порядке. Ничего серьезного быть не должно.

— Не должно? — процедил Итан, не отрывая от старика убийственного взгляда. Пришлось сжать ему плечо, чтобы успокоить. Муж в таком состоянии плохо контролировал себя, а тут ещё беспокойство обо мне. — Проверь ещё раз. Глубже. Она до сих пор не может говорить. Если что-то случится, спущу с тебя живьем шкуру.

Старик затрясся, кивнул и снова склонился надо мной. Жар в теле успел схлынуть, но теперь от его легкого вмешательства меня снова начало наполнять тепло. На мгновение показалось, что глаза лекаря странно забегали. Но при более пристальном взгляде всё уже было в порядке. Я успокоилась.

— Ничего серьезного, ваше маг-императорское величество, — уже увереннее заверил старик. — Скоро голос вернется, потерпите немного.

— Можешь идти, — не стал задерживать его муж. — Все можете идти, оставьте нас наедине.

Повинуясь его громоподобному приказу, комната быстро опустела.

— С Фломус всё в порядке? — первым делом прошептала я, как только почувствовала, что голос начал потихоньку возвращаться.

Итан, продолжая укачивать меня на руках, медленно кивнул.

— На неё напали прямо за твоей дверью, — хрипло процедил он. — Ударили рукоятью меча по затылку. Она потеряла сознание, но уже пришла в себя. Лекарь сказал — небольшая травма головы. Ничего серьёзного. Лучше беспокойся о себе.

По холодному тону любимого голоса сразу стало ясно — муж зол, как раненый в лапу тигр. И не только на зачинщика нападения, но также на всех, кто не сумел организовать должную охрану. Чтобы хоть как-то его успокоить, я нежно погладила его ладонью по плечу и влажно чмокнула в колючую щеку.

— Пожалуйста, не наказывай её, — умоляюще протянула я шёпотом. — Тот, кто стоит за всем этим, обладает определённым влиянием при дворе и силой, раз имел смелость осуществить свои планы прямо под твоим носом. Линн поймал убийцу?

— Поймал, но всё зря, — ни капли не расслабившись, буркнул Итан, закопавшись лицом в мои волосы. — Мы не успели вытянуть из него ни слова. Ублюдок раскусил спрятанную во рту капсулу с ядом.

— Смертник? — удивлённо воскликнула я и тут же прижала ладонь ко рту.

Муж кивнул.

— Я решил закончить спектакль. Разгоню всех девиц, скажу, что смотрины отменяются, передумал…

— Нет, — твёрдо заявила я, схватившись за полы его мятого мундира. — Мы зашли так далеко, нельзя отступать.

— Кто-то из них решил от тебя избавиться, разве тебе не страшно? — нахмурился муж.

— Это точно не женская ревность, — отрицательно качнула я головой. — Посуди сам, кто из этих девиц смог бы нанять смертника? Если только Валашская принцесса. Но тогда она не стала бы рисковать и приходить к маг-императрице с просьбой повлиять на тебя, а сразу бы начала действовать. Нет, у того, кто находится за кулисами, планы намного глобальнее. Видимо, он толкает вперёд одну из участниц смотрин, а меня — рабыню — решил устранить, чтобы не стояла на пути.

Итан ненадолго задумался.

— Ты права, — наконец произнёс он мрачным голосом. — Я так волнуюсь за тебя, что не могу ясно мыслить.

Его признание застало меня врасплох. Глаза покраснели. Прижавшись к твердой груди, я шумно вздохнула.

— Милый, ты же слышал, что сказал лекарь? Со мной всё в порядке. Я не пострадала… — внезапно вспомнив кое-что, я резко подняла голову. — Постой…

Нападение было совершено на госпожу Дир Калис, а лечить пришлось маг-императрицу. Лекарь… он твой человек?

— Не было времени ждать, приказал привести первого попавшегося, — пожал плечами муж. — Кажется, он служит моей матери. Но ты не беспокойся, я уже отдал приказ незаметно вывезти его из дворца и отправить подальше от столицы. Даже если он решит вернуться, к тому времени мы найдем предателя. Не переживай.

Издав вздох облегчения, я снова уютно устроилась на его груди. Крепкие руки с любовью сжимали меня в медвежьих объятиях. Комната погрузилась в убаюкивающую тишину.

— Как ты так вовремя оказался в моих покоях? — наконец решилась задать я давно мучивший меня вопрос. Почему-то долго сомневалась, хочу ли знать ответ. Чувствовала, что не услышу ничего хорошего.

Итан ответил не сразу. Зарылся пятерней в мои волосы и долго массировал голову. Лишь через некоторое время лениво протянул:

— Это не первое нападение на тебя и даже не второе. Твоя охрана усилена втрое. Стражи каждый час отчитываются мне напрямую. В этот раз случилась задержка. Я почувствовал… волнение. И решил проверить сам.

Пропустив мимо ушей последнюю часть, я сосредоточилась на главном.

— Не первое нападение?

Он кивнул.

— Еще в самом начале, вместе с запиской, в которой угрожали твоему благополучию, они прислали мне черный ящик с прозрачным нефритовым браслетом, который я подарил тебе на годовщину нашей свадьбы. Я тогда впервые испугался. На мгновение даже решил расстаться с тобой на время поиска предателя.

— Почему передумал? — подняла я глаза и прикусила нижнюю губу.

— Понял, что никто не поверит. Слишком внезапно. К тому же, держась на расстоянии, не смог бы тебя защитить. Тогда и придумал весь этот маскарад с госпожой Дир Калис. Не нашел лучшего способа тебя спрятать.

Выходит, ему изначально не требовалась моя помощь. Он просто искал возможность сделать меня невидимой для заговорщиков. Вместо того, чтобы возмутиться, я почувствовала, как нутро затопила сладость, словно я объелась сахара.

— А другие нападения?

— На Холодный дворец. Дважды. Изображавшая маг-императрицу служанка была серьезно ранена. Я приказал Хельге молчать, чтобы тебя не пугать.

— Их поймали? Тоже смертники? — выпучила я глаза.

Муж не стал отрицать.

— Не найдя способа добраться до меня напрямую, они решили пойти в обход: устранить мою жену, а на ее место посадить своего человека.

Меня внезапно озарило. Подскочив, я хлопнула в ладоши.

— Но тут снова вмешалась я, правда уже в другом обличье. Вот и решили поскорее избавиться. Все сходится!

Итан нахмурился, немного обдумал мои слова и твердо кивнул. Уголки его губ приподнялись в жестокой ухмылке.

— Наконец-то у нас появилась зацепка. Выяснив, кого они прислали, мы распутаем весь клубок.

До самого рассвета я сладко нежилась в объятиях мужа. Не помню, когда в последний раз мне было так спокойно. Боясь отпустить даже на мгновение, прижималась всем телом, сквозь сон наслаждаясь исходящим от него обжигающим жаром. Ночь, к счастью, выдалась без сновидений. Рассвет еще не успел заняться, как я уже проснулась. Заворочалась в руках лежащего рядом мужчины. Даже удивилась, что, несмотря на вчерашние события, чувствовала себя бодрой и полной сил.

— Куда ты? — не открывая глаз, прохрипел мне на ухо Итан и крепко вцепился пальцами в мою талию, когда я попыталась сползти с кровати, чтобы направиться в ванную. — Еще так рано. Спи…

— Не рано, а в самый раз, — строго бросила я и принялась извиваться в его руках. — Во дворце Добродетели еще никто не проснулся, а значит, моего возвращения не заметят.

— Ты хочешь туда вернуться? — тут же подскочил муж и, подмяв меня под себя, навалился сверху. — Забыла, чем вчера все закончилось?

Морщинка между идеальными бровями углубилась. Красиво очерченные губы, которые мне так нравилось целовать, сжались в тонкую линию.

Итан явно не пришел в восторг от идеи и теперь пытался воздействовать на меня своим грозным видом. Даже добавил в голос властные нотки. Но, имея собственные аргументы, я сдаваться не собиралась, ведь в отличие от всех остальных страха перед могущественным магом-императором Сокрии не испытывала. Вот ни капельки.

— Хочешь все бросить на полпути? — запротестовала я, молотя кулаками по его стальному торсу. — Сегодня праздник Летнего урожая. Мы с твоей матерью, сестрой, Валашской принцессой и той девицей в маске едем в храм забытых богов. А что, если кто-то из них и есть засланная заговорщиками фигура? Вдруг она покажет свой истинный цвет? Я не могу этого пропустить.

— А я не могу рисковать тобой, — прорычал муж, крепко сцепив зубы. — Мой день расписан по минутам, мне не вырваться. А если с тобой там снова что-то случится?

Пытаясь его разжалобить, я капризно выпятила нижнюю губу.

— Я не такая глупая, чтобы снова угодить в одну и ту же ловушку. Буду все время начеку. Пошли со мной Фломус и Линна с усиленной охраной.

— Ты кое о чем забыла, змейка моя, — все никак не желал смягчаться Итан. — Тебя вчера отравили ядом, одним из составляющих которого были кости перевертыша. Тебе не кажется, что это не случайность и заказчик нападения в курсе твоей настоящей личности?

— Это исключено, — категорично замотала я головой. — Во-первых, о нашем плане знает всего пара-тройка доверенных людей, они не могли никому проболтаться. Во-вторых, я ни единым словом или делом себя не выдала. А в-третьих, как подозреваю, в деле явно — более или менее — замешана Валахия. Зная, кто я такая, Мирелла Стану ни за что не пришла бы к маг-императрице с просьбой устранить соперницу. Скорее всего, этот яд куплен на черном рынке, а значит, имеет широкий спектр возможностей. Все ингредиенты смешаны в одно, чтобы его можно было использовать как на простых людях, так и на перевертышах, смотря кто купит и для чего. Если не веришь, спроси у провидицы. Слепая карга знает все о ядах. Она точно подтвердит мои слова.

— Рисса, даже если ты права, я не собираюсь рисковать тобой, — твердо заявил Итан.

— Ну пожалуйста, — взмолилась я еще более жалобным голосом. Саму на слезу пробило. — Только сегодня, разреши мне поехать в храм.

В комнате воцарилась зловещая тишина, прерываемая лишь моим тяжелым от волнения дыханием. Внезапно Итан наклонился, впился коротким поцелуем в мои губы, затем отпрянул и резко вскочил с кровати.

— Дерзкая девчонка, когда ты уже научишься подчиняться мужу? — буркнул он, надевая через голову сорочку.

— Это значит «да»? — восторженно вскликнула я.

— Это значит, что ты — мелкая шантажистка, — не поддался Итан моему веселью. — Учти, я отправлю с тобой так много стражи, что даже в уборную без лишних глаз не сходишь. Потом не жалуйся.

Смешная угроза мужа заставила меня закатить глаза и насмешливо фыркнуть в ответ. Будто когда-то во дворце мне позволялось ступать за порог спальни без скрытого сопровождения. Уж за два года даже самая строптивая девица смогла бы привыкнуть. А я совсем не строптивая. Так, покапризничать самую малость иногда люблю.

Спорхнув с кровати, я повторила выходку мужа. Влетела в его объятия, чмокнула в твердые губы и, пока меня не схватили в охапку, отпрянула и принялась собираться.

Случайно задев свисающий со стула мужской мундир, я наклонилась, чтобы его приподнять, как вдруг увидела лежащий на полу толстый конверт. Взяла его в руку, взвесила. Не так уж тяжело, значит, внутри только бумага.

— Что это? — спросила я с подозрением и прочитала имя отправителя. — Хм, Григор Стану прислал тебе послание?

— Ага, — кивнул муж, возясь с завязками на сорочке. — Обещает золотые горы, приграничные земли, а также раскрыть тайну — кто стоит за заговором против империи. И все это за крошечную услугу.

— Дай угадаю, — зло скрипнула я зубами, бросая конверт на стол. — Сделать следующей маг-императрицей Сокрии его сестру?

— Змейка моя, ты что, злишься? — серьезно нахмурившись, медленно приблизился ко мне Итан.

— А я должна радоваться, когда у меня из-под носа пытаются увести мужа? — буркнула я, засадив кулаком в его каменный торс.

Мерзавец даже не поморщился. Лишь приподняв уголок идеальных губ, усмехнулся, заключив меня в клетку своих рук.

— Когда ты ревнуешь, то становишься просто невероятно хорошенькой, — промурлыкал он мне в ухо, овевая его хриплым дыханием. — Может, ну его, этот храм… Задержимся тут еще ненадолго?

— Итан! — шикнула я, косясь на входную дверь. — Сейчас же прекрати. Снаружи твоя стража, в любой момент кто-то войдет…

— С каких пор ты такая стеснительная? — удивился застигнутый врасплох муж, смешно хлопая глазами.

— С тех самых, как дворец заполнился чопорными девицами, метящими на мое место, — оттолкнув его, я поспешно отошла и принялась поправлять юбки. — Ты собираешься отвечать на щедрое предложение Валашского принца?

— Щедрое? — скривился Итан, словно у него резко разболелся зуб. — Я бы сказал — унизительное. Если бы мне были нужны их золото и земли, я бы пошел на них войной. А насчет личности заговорщиков — скоро и так узнаю. Все ловушки уже расставлены. Нам нужно только время.

Задать более конкретные вопросы я не успела. Раздался громкий стук. Снаружи прогремел зычный голос генерала правого крыла Сокрийской армии.

— Ваше маг-императорское величество, могу я войти?

— Входи, — с холодной мрачностью, после небольшой паузы, ответил Итан.

Дверь отворилась, и в мои покои медленно проскользнула Фломус. Горничная смотрела строго в пол, не поднимая головы. За её спиной маячили Хельга с Линном. Дверь со стуком захлопнулась, отрезав им обзор. Именно в этот момент Фломус бухнулась перед нами на колени.

— Ваше маг-императорское величество, ваше величество, прошу вас обоих меня наказать. Я не справилась со своими обязанностями и заслуживаю самого сурового приговора.

— Надо же, признаёшь, — зло сверкнул глазами муж. — Если бы я не появился вовремя и не успел спасти её величество от смерти, твоя голова вместе со всеми остальными, сейчас украшала бы главный зал.

Фломус заметно сжалась. Её лицо выражало страдание оступившегося человека. Обладая недюжинной силой, привыкаешь к тому, что противников у тебя нет. Теряешь бдительность. А получив ощутимый удар исподтишка, кажется, что земля под ногами пошатнулась. Вернуть веру в себя можно лишь осуществив месть. Именно это я и собиралась ей предложить.

Обозначившие конкретную цель люди — самые верные. На них без сомнений можно положиться. Именно таких подданых нам с Итаном очень не хватало.

Приблизившись к горничной, я протянула ей руку.

— Поднимись, — твердо произнесла и помогла ей встать на ноги. — Никто не будет тебя наказывать. Пусть это будет уроком: болезненным, но заученным наизусть. Против нашей страны действует хитрый враг. Помоги нам с его маг-императорским величеством его вычислить. Это и будет твоим прощением.

На глазах Фломус выступили слёзы благодарности.

— Ваше величество, почту за честь послужить стране… — дрожащим голосом произнесла она, снова собираясь упасть передо мной на колени.

Итан, всё ещё пребывая в раздражении, закатил глаза, отворачиваясь. Уколов его возмущённым взглядом, я поспешила ухватить горничную за рукав, не дав ей совершить намеченное.

— Нам уже пора во дворец Добродетели. Задержимся ещё ненадолго, и у всех возникнут ненужные вопросы. Поторопись.

— Как прикажете, ваше величество.

Я направилась к выходу, но у двери развернулась к мужу и послала ему воздушный поцелуй.

— Я буду в храме забытых богов. Не скучай.

Во дворец Добродетели мы с Фломус прокрались незамеченными. Кругом царила тишина. Мои соседки сладко спали. Впрочем, это и понятно: им не нужно было просыпаться ни свет ни заря ради поездки в храм.

Сегодня у них свободный день. Ни соревнований по поиску талантов, ни любования цветами. Дворец наполовину опустеет после отъезда Вдовствующей маг-императрицы и ее многочисленной свиты. Знай себе, гуляй под зимним солнышком, щелкай семечки и обсуждай с подружками последние сплетни.

А если совсем повезет, можно попасться на глаза самому маг-императору. Вдруг случится чудо, и он, увидев тебя, прозреет, решив, что именно такая беззаботная, нежная наложница ему и нужна.

Признаться, я им безумно завидовала. Мне подобное спокойствие могло только сниться, до тех самых пор, пока не поймают заговорщика.

— Ваше величество, — помогая мне переодеваться в дорожный наряд, заговорила Фломус, — вы такая худенькая, изящная. Кажется, ткнешь пальцем — и сломаетесь. Не удивительно, что местные девицы так обнаглели, что нанимают убийц. Может, вам заняться стрельбой из арбалета или фехтованием?

— Но тогда вместо этих мягких выпуклостей, — пошутила я, указав на прикрытую нежным шелком грудь, — у меня будут плоские мышцы. Его маг-императорскому величеству это вряд ли понравится.

Горничная нахмурилась, перевела взгляд на свою внушительную — предмет зависти половины императорских стражей — грудь и заметно покраснела.

— Простите, не подумала.

Мой беззвучный смех прервал громкий стук.

— Госпожа Дир Калис. Делегация ее величества Вдовствующей маг-императрицы уже покинула дворец. Оставшийся экипаж ожидает только вас.

— Простите, а Валашская принцесса и госпожа Замара тоже уже встали? — поинтересовалась я через дверь.

— Да, они и некоторые другие участницы смотрин отбыли вместе с ее величеством Вдовствующей маг-императрицей в одной карете. Вас тоже попросили не задерживаться.

Надо же… Поездка в храм была моей наградой за победу в конкурсе живописи. Ни вторых, ни третьих мест не предполагалось. Но в итоге меня оставили за бортом, а тех, кто меньше всего заслуживал, отправили в самой главной карете?

Не то чтобы я раньше этого не замечала, но до чего же лицемерная у меня свекровь.

К счастью, мне подобные почести были ни к чему. В храм я ехала с одной единственной целью — попытаться вычислить засланную врагами девицу.

Территория отдаленная. Охраняется не так надежно, как императорский дворец. Никакого диагравия, препятствующего использованию магии. А значит, больше простора для маневра. Будь я на их месте, ударила бы не задумываясь. Тем более о судьбе покойного убийцы им пока еще ничего не известно. Подозрений никаких…

Такого поворота событий я и ожидала, споря с Итаном по поводу этой поездки.

Колеса экипажа с глухим стуком перемалывали лежащие на земле мелкие камни. Я прижималась к холодному оконному стеклу, стараясь не смотреть вниз. Там, вдоль тонкой полоски дороги, зияла бездна — темная, как раскрытая пасть великана.

Именно в нее и пытался сбросить нас бивший в стенки экипажа морозный ветер.

Благо кучер попался умелый, ловко управляющий вожжами. Видимо, еще один приставленный мужем темный страж. Страшно представить, сколько еще их мне предстоит встретить. Зная Итана, он лучше сам останется без охраны, лишь бы я была в безопасности.

Наконец впереди показались высокие стены покрытых резьбой врат. За ними виднелось уходящее в небо здание с красной изогнутой крышей, наполовину скрытой то ли в тумане, то ли в облаках.

Перед вратами стояло несколько недавно прибывших карет. Самая изящная из них, позолоченная, принадлежала Глории. Она тоже пустовала. Ни кучеров, ни лошадей. Похоже, всех уже разместили внутри.

Разумеется, я не ошиблась. Стоило нам с Фломус войти в храм, как ошивавшийся у входа мелкий лысый мальчишка в сером балахоне звонким детским голосом заявил: «Мест нет». И только после моих слов о том, что я также часть делегации ее величества Вдовствующей маг-императрицы, он почесал свою лысую макушку, попросил подождать и побежал на поиски главного жреца.

Вернулись они не быстро. И не вдвоем. Возглавлял процессию пожилой мужчина в серых одеждах, такой же лысый, как мальчишка, но с длинной белой бородой, которую непрестанно теребил. За ним следом шли Валашская принцесса, прячущаяся за вуалью госпожа Замара, еще две знакомые только по внешности участницы смотрин и их многочисленные слуги.

Что поразительно, у всех были такие особенно обеспокоенные лица, будто не жалкая рабыня, а сама маг-императрица пожаловала.

— Рад видеть гостью храма забытых богов, — поклонился главный жрец и отошел в сторону, словно все происходящее в храме не имело к нему никакого отношения.

Удивиться я не успела, как за ним выступила другая фигура.

— Госпожа Дир Калис, — всплеснула руками Мирелла, окинув меня притворно-печальным взглядом, за которым читалось ничем не прикрытое равнодушие. — Как жаль, что вы вчера поздно легли спать. Иначе точно бы так сильно не опоздали.

— Похоже, все заранее знали точное время сборов, — медленно заметила я, слегка приподняв брови. — Обидно, что меня никто не предупредил.

— Слуги, несомненно, будут наказаны, — махнула рукой вампирша, словно мои слова были пролетевшим мимо нее комаром. — Но ничего не поделать. Свободных комнат не осталось. Вам придется вернуться во дворец.

Прежде чем я успела открыть рот и поинтересоваться, с чего бы мне, победительнице конкурса, наградой в котором было посещение храма и участие в ритуале, вдруг возвращаться из-за нехватки комнат, когда уступить может любая из присутствующих, как в разговор внезапно вмешалась госпожа Замара.

— Ваше высочество, — обратилась она к Валашской принцессе. — Все же это неправильно отсылать госпожу Дир Калис обратно. Благодаря ее таланту мы все сейчас здесь.

— Что же вы предлагаете, госпожа Замара? — насмешливо поинтересовалась у нее Мирелла. — Неужели уступите госпоже Дир Калис свое место?

— Именно это и собиралась предложить, — ответила ей не менее колко девица в вуали и перевела на меня вежливый взгляд. — Госпожа Дир Калис, вы можете остановиться в моих покоях.

Что значит «в моих»? Она уже чувствует себя хозяйкой? Предложение, разумеется, великодушное. Но с того места, где я стояла, попахивало душком.

— Я не смею, госпожа Замара… — покачала я головой. — Где же вы сами остановитесь?

— Ничего страшного. На время потеснюсь со своей горничной, — лица ее я не видела, но в голосе слышалась улыбка. Насколько искренняя — неизвестно. — Единственное, я обязана вас предупредить: выделенная мне комната находится в отдалении от остальных. Почти рядом с мужским крылом. Если вас это не пугает, я сейчас же съеду.

Все вокруг затаили дыхание.

— Не пугает, — после небольшой паузы все же произнесла я.

Покои и вправду располагались на отшибе. Нас с Фломус к ним проводил все тот же лысый мальчишка, заявивший об отсутствии мест. Не сразу, конечно, а после того как госпожа Замара переехала в комнату своей горничной. Все это время я ожидала на кухне, попивая травяной чай.

— Госпожа, — прошептала еле слышно Фломус, разглядывая полутемное, холодное помещение. Такое маленькое, что из всей мебели здесь помещались только узкая кровать и шкаф. Ни стула, ни стола, ни комода с зеркалом. — Что-то мне здесь не нравится. Ощущение, будто в воздухе витает непонятная напряженность. Такое предчувствие у меня обычно бывает на поле боя перед началом сражения, где моих солдат — ощутимое меньшинство.

— Мы и так на поле боя, — развела я руками. — К счастью, нам противостоят не самые порядочные люди, а значит, наверняка что-то задумали. Пока сделаем вид, что ничего не видим, не знаем и не скажем. Но как ударят — ответим. Главное не расслабляться, а держать ухо востро.

— Хорошо, — вздохнула она и угрюмо поплелась к моему саквояжу, собираясь разложить одежду по полкам.

— Не стоит, — покачала я головой.

— Но как же? — недоумевающе нахмурилась Фломус. — Скоро встреча с ее величеством Вдовствующей маг-императрицей. Вам нужно переодеться.

— В этой комнате мы надолго не задержимся. А на мое дорожное платье она не обратит никакого внимания. Келамия Дир Калис — никто, грязь под ногами. Хоть в пух и перья разрядись, ничего не изменится. У моей свекрови предметная слепота. Детально она видит только тех, кто ей по-настоящему интересен.

Несмотря на довольно холодный прием, я нисколько не пожалела, что не послушалась мужа и приехала. Храм забытых богов находился в уединенном месте, во впадине, со всех сторон окруженной высокими горами. Воздух здесь был холоднее, зато намного чище, чем в столице. Вдыхая полной грудью, я половину дня гуляла по ухоженному саду, разбитому во внутреннем дворе, где росла зимняя слива.

Свекровь на протяжении всего этого времени скрывалась в выделенных ей покоях, не подпуская к себе никого, кроме дочери и Валашской принцессы. Остальные приехавшие с ними девицы предпочли красоте сада посиделки с горячим чаем в зимнем павильоне, с которого открывались не менее прекрасные виды.

Меня они, разумеется, не приглашали. Да и больно надо. Предоставленная сама себе, я отлично проводила время, мысленно представляя, что нахожусь в небольшом отпуске.

После прогулки я села обедать в общем зале за отдельным столиком, который разделила со своей горничной. Глории накрыли где-то отдельно, опять же с ее маленькой свитой. Остальные девицы сидели вместе за соседним общим столом, изредка кидая в мою сторону насмешливые взгляды.

Мне, по большому счету, было плевать, а вот Фломус откровенно бесилась, бормоча про себя: «Недостойные! Знали бы вы, кто перед вами, валялись бы сейчас в ногах!».

Услышав ее слова, я едва удержалась от смеха. Пришлось сжать губы и шикнуть негромко, призывая горничную к молчанию.

— Но госпожа… как они смеют так издеваться над вами? Кривить лица, словно вы — ничто! — возмущенным шепотом пожаловалась Фломус. — Я немедленно доложу его маг-императорскому величеству. Ладно не позвали вас пить чай, но специально посадить своих слуг за общий стол, чтобы вам не хватило места…

— Не злись, — приложила я указательный палец к губам. — Наоборот, было бы странно, если бы они позвали меня к себе. Делить еду с жалкой рабыней ниже их достоинства. Разве не так в Сокрии воспитывают аристократов? Как Итан не пытается с этим бороться, вековые устои неизменны. К тому же они считают меня своей прямой соперницей за сердце маг-императора, у которой имеются реальные шансы стать фавориткой смотрин. На выходе получаем то, что сейчас имеем.

— Но вы победили в конкурсе, заняли первое место. Его маг-императорское величество оказывает вам знаки внимания…

— Какая разница? — развела я руками. — Все прекрасно видят, что Вдовствующая маг-императрица меня не признает. Но это и к лучшему. Пусть думают, что я — не умеющая постоять за себя наивная дурочка. Прекрасная маскировка, чтобы ловить на живца.

— Но госпожа…

— Иди сюда. Нам нужно согласовать план действий, — поманила я её к себе пальцем и, когда Фломус наклонилась, зашептала ей в ухо. — Всё поняла?

Горничная нахмурилась, но кивнула. Оставшееся время до конца обеда она больше не открывала рот. Голова задумчиво покачивалась, взгляд расфокусирован. Мыслями уже далеко. Не закончив есть, вскоре испарилась, оставив меня под присмотром целого выводка, прячущейся за каждым углом невидимой тёмной стражи.

Расправившись с пресным супом и небольшим кусочком фасолевого пирога, я отправилась в выделенную мне комнату, чтобы немного поспать. Ночь предстояло провести бодрствуя, а для этого нужно было накопить сил.

Разбудил меня едва слышный стук. Поднявшись и протерев руками глаза, я потянулась, разминая мышцы, медленно поднялась и неспешно направилась к двери. Уточнила, кто там, прежде чем открыть. Услышав голос Фломус, тут же ее впустила.

— Собирайтесь, ваше величество, — зашептала она, закрыв за собой дверь. — Всё готово, ждём только вашего приказа.

— Готово? Так быстро? — удивилась я.

— Быстро? — нахмурилась горничная. — Так уже полночь…

Вот это я поспала. Думала, часик, от силы — два. Но половину дня?

— Что насчёт вещей? — после небольшой паузы уточнила я.

— Всё перенесли.

— Отлично, пошли.

Стоило нам выйти в тёмный коридор, как с лестницы в сторону моих покоев прокралась приставленная Итаном охрана. Большинство тащили огромные сундуки, и только последние двое — находящееся без сознания тело.

Окинув его безразличным взглядом, я последовала за Фломус туда, где находилось гостевое крыло. Прошла покои, предназначенные моей свекрови. Охранявшие её двое воинов сидели на полу, мирно посапывая. То же самое делал ещё один, стороживший следующую комнату, принадлежащую маг-принцессе Айрин.

Перед третьей я остановилась. Фломус достала из кармана ключ, открыла замок и впустила меня внутрь. Мой сундук уже был открыт, вещи аккуратно разложены по полкам, кровать бережно заправлена.

Быстро переодевшись в ночную пижаму, я нырнула под одеяло. Горничная погасила одинокую масляную лампу. В комнате воцарилась предгрозовая тишина.

Разумеется, спать ни одна из нас не собиралась. Впереди, если верить моей интуиции — а она крайне редко меня подводила — грандиозное представление, которое ни в коем случае нельзя пропускать.

И вправду, прошло меньше часа, как ночную тишину прервал короткий крик, за ним послышался стук каблуков по полу. Все больше и больше людей неслись по коридору в нашу сторону.

— Неслыханно!

— Какой позор!

— Сотворить такое в храме, под носом у её величества!

Возмущенные голоса приближающихся становились всё громче и громче. Возникнув у моей кровати, Фломус накинула мне на плечи заранее приготовленную тёплую накидку и, встав за спиной, принялась завязывать маску.

— Ваше величество, как вы их так ловко раскусили? — зашептала она еле слышно. — Боюсь представить, что бы было, если бы не ваш план.

— Ничего страшного бы не случилось, — беспечно отмахнулась я. — Меня спасла бы приставленная его маг-императорским величеством стража. Да и действовали они топорно… Специально отсадили за обедом, чтобы подать приправленный снотворным чай. Им не повезло, что я сама выращивала дремотник и прекрасно знаю, как он пахнет. Вот только сон при его употреблении длится около суток. Если бы я его выпила и всё пошло по их плану, как бы они объяснили моё спящее состояние? Или решили, что это мелочи? Вроде как, своего всё равно бы добились…

— В этой схватке, ваше величество, — твердо заявила Фломус. — Я без сомнений поставила бы на вас. Так ловко обвести вокруг пальца заговорщиков.

Приятно, конечно, выслушивать комплименты, но одновременно хотелось посмотреть спектакль. Поднявшись с кровати, я обулась и заспешила к двери.

— Пойдём скорее, иначе пропустим все самое интересное.

В коридоре, у дверей в покои моей свекрови, собралась толпа. Двое охранявших её воинов успели проснуться и теперь протирали глаза, одновременно отгоняя подальше самых ретивых.

— Чья это была комната? — донесся до меня голос одной из горничных.

— Кажется, госпожи Дир Калис, — поспешно ответила ей вторая.

— Вот же вульгарная потаскушка, — фыркнула участвовавшая в смотринах незнакомая девица. — Где достоинство у этой жалкой рабыни, заниматься подобным в храме забытых богов?

Держась за их спинами, я оставалась невидимой. Меня никто не замечал, а потому болтали, не скрываясь. С ног до головы поливали цветистыми определениями, половину из которых я ни разу в жизни не слышала. Перемыли косточки так, что ещё долго можно не принимать ванную.

Наконец двери отворились, и нашим глазам предстала Глория. Пришлось прикусить кулак, чтобы не засмеяться в голос — так комично она сейчас выглядела. Длинная белая ночнушка делала мою свекровь похожей на старое привидение. Лицо без косметики злое, сонное. На голове смешной белый чепец.

— Что здесь происходит?

— Мама, кажется, что-то случилось в покоях госпожи Дир Калис, — вышла вперёд окружённая горничными Айрис. — Пойдём, посмотрим.

— Дир Калис? — нахмурилась свекровь. — Эта та рабыня?

— Она самая, — подтвердил кто-то в толпе.

— Если меня разбудили без причины, прикажу наказать её двадцатью палками.

Фыркнув, Глория взмахнула рукавами и возглавила шествие в мою бывшую комнату. Подмигнув Фломус, я пристроилась в самом хвосте и отправилась следом.

К сожалению, с того места, где я стояла, было видно лишь приоткрытую дверь. Хотелось протиснуться вперед, но в этом случае меня обязательно кто-то узнает. Тогда о сюрпризе в кульминационной части спектакля можно будет забыть. А это именно то, ради чего всё затевалось.

Благо, со мной была Фломус. Укрыв меня своим плащом, она накинула мне на голову капюшон, полностью скрыв спрятанное под шелковой маской лицо, и слегка подтолкнула вперед. Сама пошла следом, надежно защищая мою спину.

Первыми в мою бывшую комнату вошли личные горничные вдовствующей маг-императрицы. Раздался короткий вскрик, за ним послышались оханья и громкие шепотки.

— Ваше Величество, это… это картина не для ваших глаз, — запричитала первая выскочившая из комнаты девица. — Там… там… женщина и мужчина делят одну постель.

Лицо свекрови сравнялось цветом с её чепчиком. Ладони сжались в кулаки.

— У этой рабыни хватило смелости? — от едва сдерживаемой злости затрясся второй подбородок. — Да кем она себя возомнила? И что за смертник посягнул на то, что принадлежит маг-императору?

— Он одет в форму стража, — поспешила с ответом горничная. — Госпожа Дир Калис спит на его груди, ночная рубашка растрепана, на лице маска…

— Схватить обоих!

Свекровь ещё не закончила отдавать приказ, как дверь распахнулась, и в коридор выволокли двух спящих людей: неопрятного мужчину, от которого на расстоянии несло чем-то кислым — явно подобрали с улицы нищего оборванца, — и бледную девицу, с ног до головы укутанную в покрывало, чье лицо скрывала маска.

Их бросили на каменный пол, прямо в ноги вдовствующей маг-императрице. Болезненный удар подействовал только на последнюю, заставив ее открыть глаза и застонать.

— Госпожа Дир Калис, — с отвращением выплюнула Глория. — Вас застали в постели с посторонним мужчиной. И даже не во дворце, а в храме забытых богов. Меньшее, что за это грозит, — смертная казнь. Вам есть что сказать в своё оправдание?

Я хотела ещё немного потянуть, посмаковать реакцию собравшихся, но если сейчас вынесут приговор, будет сложно доказать свою непричастность. Итан, разумеется, не даст меня в обиду, но весь наш план пойдёт псу под хвост. Пришлось сбросить капюшон с головы и выйти вперёд.

— Простите, ваше величество. Я проснулась, услышала шум, вышла проверить… Кажется, кто-то назвал моё имя… Угрожал смертной казнью… — невинно захлопала я глазами. — Что здесь происходит?

— Госпожа Дир Калис? — раздался чей-то испуганный голос; толпа расступилась, оставив в центре лишь меня и открывшую от удивления рот Глорию.

— Как… как вы здесь?.. — заикаясь проблеяла свекровь, прежде чем повернуться к провинившейся паре и ткнуть в них пальцем. — Тогда кто это такие?

Я кивнула Фломус. Приблизившись к валявшейся на полу девице, моя горничная стащила с неё покрывало и сорвала маску. По утонченным плечам рассыпались огненно-красные волосы. Свекровь пошатнулась от шока. Айрин вскрикнула. Остальные застыли в изумлении.

— Валашская принцесса…

— Забытые боги, её репутации конец…

— В храме… делить постель с мужчиной…

Окончательно придя в себя, Мирелла закричала и резко поднялась. Окинула толпу ошалелым взглядом, подскочила ко все еще посапывающему мужчине и со всей силы пнула его по ногам.

— Вор… негодяй… мой брат спустит с тебя шкуру, — кричала она не своим голосом. — Как ты только посмел посягнуть на честь принцессы!

— Ваше высочество… ваше высочество… — выбежали из-за угла две взъерошенные горничные. — Простите нас, ваше высочество. Это всё наша вина. Кто-то нас оглушил и выволок в сад. Мы только очнулись и сразу к вам, но комната была пуста.

Успевшая отойти от потрясения свекровь вновь разразилась истерикой.

— Что за заговор здесь происходит?

Мирелла обвела толпу пристальным взглядом, пока не остановилась на мне. Тут же принялась тыкать пальцем.

— Это всё она, смрадная рабыня! Оглушила моих горничных, напоила меня снотворным, приволокла в свою комнату и уложила в кровать к мужчине! Стража, схватить её немедленно!

В коридоре находились только люди вдовствующей маг-императрицы. Разумеется, они не стали подчиняться посторонней. Обратили свои взгляды на непосредственное начальство, ожидая дальнейших указаний.

Я промокнула сухие глаза платочком и судорожно всхлипнула. Достаточно громко, чтобы быть услышанной всеми присутствующими в коридоре.

— Не слишком ли вы меня демонизируете, ваше высочество? Я всего лишь бедная рабыня. Откуда у меня столько смелости, чтобы пойти против принцессы соседнего государства? Зачем вы на меня клевещете? Потому что я здесь самая слабая?

— Но… но это твоя комната, — бросила она мне в лицо неоспоримый факт. — Как бы тогда я оказалась здесь?

— Но вы же сами попросили меня об обмене? Сказали, что любите спать в уединении, а выданные вам покои находятся в шумном месте. При мне раскладывали вещи. Они же у вас там… по полочкам.

— Ты… ты нагло врёшь! — задрожала от ярости вампирша и ещё больше побледнела.

— Вещи действительно разложены, — задумчиво протянула служанка свекрови.

— Выходит, она специально попросила об уединённой комнате, чтобы встретиться с любовником, — раздался чей-то громкий шёпот в толпе. — Но их застали…

Услышав страшные предположения, Мирелла прижала ладонь ко лбу и лишилась чувств. Ближайшая к ней горничная успела подхватить хозяйку на руки.

— Ваше высочество!

Устав от творившегося бардака, Глория громко топнула, призывая присутствующих к тишине.

— Всем разойтись по комнатам. Ритуал отменяется. Завтра с утра едем обратно во дворец.

— Ваше величество, а с ними что? — опасливо поинтересовался один из стражей, кивая на находящуюся без чувств парочку.

— Мерзавца в темницу, а принцессу… к лекарю!

Фломус кинула на меня удивленный взгляд, мол, «надо же, всё предугадали».

После приказа вдовствующей маг-императрицы все толпящиеся в коридоре девицы быстро разбрелись по комнатам. Слуги приступили к своим обязанностям, а стражи заняли посты.

Мы с Фломус тоже вернулись в покои, которые изначально принадлежали вампирской принцессе. Ей они все равно уже не понадобятся. Несмотря на явное расположение моей свекрови, теплого местечка в качестве наложницы маг-императора Мирелла лишилась окончательно.

Даже доказав с помощью лекаря, что ее девственность все еще при ней, сам факт обнаружения в постели с неизвестным мужчиной роняет пятно на ее репутацию. Какой бы благородной ни была невеста, род Кар Ланде ни за что такую не примет.

Не успела Фломус захлопнуть входную дверь за нашими спинами, как в проеме возникла темная фигура. Не узнав посетителя, я попятилась, поглаживая ладонью правое бедро. К нему под юбкой были пристегнуты ножны с подаренным Итаном кинжалом. Все прошлое лето он учил меня им пользоваться. Нельзя сказать, что получалось сносно, но азов я нахваталась. В случае опасности за себя постою.

— Ваше величество, — раздался в тишине приглушенный голос Линна. — Прошу вас переодеться в дорожное платье, надеть зимний плащ и идти за мной. Вас уже ждут.

Кто именно ждет, спрашивать было излишне. Жестом велев горничной оставить меня одну, я быстро оделась и собрала все нужные вещи, а ненужные оставила. В храме с ними все равно ничего не случится. Попрошу потом мужа отправить людей.

Саквояж я передала Фломус, замыкавшей наше небольшое шествие. Идущий впереди Линн был отлично знаком с каждым уголком храма. Темно — хоть глаз выколи. А он летел, не оглядываясь по сторонам, по лишь ему известному маршруту. Тормозил только, видя, что я отстаю.

Наконец, преодолев многочисленные коридоры, мы вышли на задний двор, где нас уже поджидал черный экипаж без опознавательных знаков. Фломус с Линном устроились на запятках. Я не успела поставить ногу на ступеньку, как из-за двери вынырнула крепкая мужская рука, скрытая черной перчаткой. Обхватив мое запястье, она втащила меня внутрь.

Приземлившись мужу на колени, я открыла рот, чтобы возмутиться. Кто же знал, что его так нагло возьмут в плен?

Властный, собственнический поцелуй едва не лишил меня чувств. Несмотря на холод снаружи, меня словно усадили в самый центр костра. Кости плавились, щеки горели. Грубая ладонь, под юбкой сжимающая бедро поверх ножен, невероятно обжигала.

На то, чтобы сопротивляться, не осталось никаких сил. В начале я еще пыталась слабо стучать кулаками по каменной груди. Однако быстро сдалась. Муж мастерски умел подгадывать момент. Ни одна наша схватка еще не заканчивалась моим выигрышем.

— Итан, — капризно протянула я, когда смогла освободиться на мгновение и вдохнуть живительный воздух. — Прекрати сейчас же. Кругом твои люди. Думаешь, они ничего не слышат?

— Но разве это не нормально — целовать жену? — жалобно протянул он, не выпуская меня из рук. — К тому же, ты едва не стала жертвой очередного заговора. Я волновался.

Если он надеялся, что я поверю его щенячьему взгляду, — очень зря. Этот мужчина никогда не пускал важные для него дела на самотек. Не успела я переступить порог храма, как здесь уже все было под его строгим контролем. Замыслы заговорщиков, какими бы изощренными они ни были, просто не имели шанса реализоваться.

Не приняла бы я мер, их принял бы Итан. Только действовал бы в разы жестче. И не потому, что он бессердечный. Просто мой муж — политическая машина, привыкшая выкорчевывать сорняки прямо с корнем.

Полезных людей он продвигает, бесполезных пешек — выкидывает. Даже случись ему полностью потерять память, он быстро вернется обратно на вершину, ведь власть для него — как дыхание.

Единственное исключение в этом правиле — мое внезапное появление в его жизни. Даже любовь для таких мужчин — это просто форма одержимости. Не каждая может справиться. Его маг-императорскому величеству повезло, что ему досталась такая нежная и покладистая жена.

И да, я не уставала ему об этом напоминать.

Удобно устроившись в объятиях Итана, я обиженно молчала, наслаждаясь съедающим мужа нетерпением. Оно чувствовалось в каждом движении, во взгляде, в выражении лица. Даже хитрая ухмылка не могла его скрыть.

Наконец он не выдержал.

— Змейка моя, можешь рассказать любимому супругу, почему ты выбрала именно ее?

— Кто тебе сказал, что ты «любимый»? — капризно фыркнула я. — Богатый. Возможно, красивый. С натяжкой — хорош в постели.

Вся моя показная серьезность быстро испарилась, когда его маг-императорское величество принялся нагло меня… щекотать. Едва успокоив его и отдышавшись, я поняла, что поза, в которой находилась, несколько изменилась. Теперь я лежала спиной на кожаном сиденье экипажа, а Итан нависал надо мной, почти касаясь губами моих губ.

— Хорошо, любимый! — тут же принялась заверять я его, опасаясь, как бы муж не распоясался. Все же мы не в личных покоях, а в движущемся экипаже, окруженном его людьми.

— Ты не ответила на мой вопрос, — усмехнулся он, снова усадив меня перед собой и крепко обняв.

— Почему выбрала на роль жертвы вампирскую принцессу? — я приподняла правую бровь. Жест в точности скопированный у него самого. — Ответ прост — потому что мне так захотелось. С ее появления в Сокрии эта девица всячески пыталась меня уязвить. Не важно, будь я маг-императрицей или рабыней. Строит козни, пытается манипулировать. В конце концов, метит на мое место, и твоя мать всячески ее поддерживает. Разве этого мало?

— Так это месть? — хмыкнул он, касаясь губами моего виска.

Я беспечно пожала плечами.

— Можно и так сказать. На тот момент я была не уверена, что она непричастна к заговору против меня. Решила убить двух зайцев за раз.

— Что же тебя переубедило?

— То, как вела себя госпожа Замара, — я обернулась и подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом. — Я не сразу увидела ее в толпе, она стояла в первых рядах. Лицо было скрыто шелковой маской, но выражение глаз… в них горело предвкушение. Она явно улыбалась. Однако стоило появиться Мирелле Стану, ее глаза испуганно округлились. Спектакль пошел не по сценарию, и эта девица не смогла скрыть удивления. Плохая актриса. Даже я играю лучше.

— Прости, что недооценивал твой артистизм, милая, — промурлыкал мне в ухо Итан. — Как только закончатся смотрины, велю министру культуры учинить премию за лучшую театральную игру. Первый приз без сомнений твой.

Пропустив мимо ушей его льстивые речи, я со всей серьезностью спросила:

— Кстати, ты знаешь, кто скрывается под маской этой госпожи Замары? Меня смущает, что ее фамилия походит на титул дядюшки Арлена.

Муж надменно закатил глаза. Мол, как я могу в нем сомневаться? Но получив кулаком по предплечью, медленно кивнул.

— Дождись окончания нашей поездки и скоро сама все узнаешь.

— Хочешь сказать, мы едем не во дворец? — нахмурилась я.

— Сделаем небольшой крюк.

Крюк, вопреки его словам, оказался изрядным. Экипаж остановился у знакомого пейзажа. Зеркальное озеро, обрамленное серебристыми узорами. Старый добрый Кайен. Он, и одновременно — не он.

Казалось, жизнь на этом клочке земли остановилась. Ни смеха, ни задорных мелодий. Рыночные ларьки пустовали. Людей нет. Пустые лодки вмерзли в воду у берега. И это ночью, в самый разгар веселья?

Признаться, я не восприняла всерьез слова маркизы Лебретт о том, что маг-император приказал закрыть Кайен. Но теперь факт очевиден. Мой муж слов на ветер не бросает. Даже неудобно, ведь я всему виной…

Подав мне руку, Итан вывел меня из экипажа и направился вслед за Линном. Темный страж молча провел нас к уютному на вид домику. Поднявшись на крыльцо, я остановилась. Изнутри доносились приглушенные всхлипывания.

Дверь со скрипом отворилась. В темном коридоре стояла на коленях связанная женщина. Во рту — кляп. Глаза заплаканные, с разводами от потекшей туши. Некогда казавшееся мне миловидным лицо сейчас полностью соответствовало ее возрасту.

Нахмурившись, я подняла на мужа недоумевающий взгляд.

— Маркиза Лебретт?

— Как вижу… — пожал плечами Итан, проходя вперёд, — сюрприз удался.

— Более чем, — протянула я, разглядывая бьющуюся в немой истерике женщину. — Хочешь сказать, за всем, что происходит, стоит она?

Муж выдвинул из-под стола кожаное кресло, удобно расположился в нём, взял меня за руку, усадил себе на колени и дал некоторое время, чтобы удобно устроиться на его широкой груди.

— Нет, моя милая, перед нами ещё не королева, но и не пешка. Я бы назвал маркизу Лебретт… ферзём. Непредсказуема и крайне опасна, да. Однако немного недотягивает в плане умственных способностей. Это же надо — оставить в живых свидетеля, да ещё держать его рядом с собой?

— О ком речь? — заинтересовалась я.

Муж лениво усмехнулся, около минуты разглядывая мычащую женщину, так и норовившую броситься ему в ноги и молить о пощаде. Но мешали удерживающие на месте верёвки и кляп.

— Помнишь историю с платком? — я кивнула. — Так вышло, что решивший подставить тебя мошенник умер.

— Умер? Но твоя матушка приказала дать ему всего пятьдесят палок. Внешне он выглядел крепким. Пострадал бы, конечно, но должен был выдержать.

— Должен был, — согласился Итан. — Если бы их было в точности пятьдесят. Но он получил значительно больше и скончался от ран прямо на месте.

Больше? Кто во дворце решил ослушаться приказа вдовствующей маг-императрицы?

Ответ пришёл быстро.

Тот, кто затеял этот самый заговор и нанял мошенника. Испугавшись разоблачения, стал действовать дерзко. В таком состоянии чаще всего и совершают ошибки.

— Ты исследовал труп? Нашёл подсказки? Или вышел на родню, знавшую о его делах?

— Ничего я, к сожалению, не нашёл, — с притворной печалью в голосе вздохнул мой муж. — Пришлось копать в другом направлении. Помнишь, помимо мошенника была ещё забравшая твой платок неизвестная служанка?

Я кивнула.

А ведь действительно, был ещё один свидетель. Но так как она исчезла из дворца, поиски заглохли. Неужели Итан её нашёл?

— Приказав Фломусу подменить платок в её кармане на поддельный, я велел одному из стражей не спускать с неё глаз. Поспешный арест вызвал бы подозрение заговорщиков. Решил потерпеть. Но девица почувствовала слежку и сумела скрыться в толпе. Однако страж имел отличную память и художественный талант. У нас появился её портрет, с которым по столице эти два дня расхаживали все военные чины — от рядовых до старших офицеров. Признаться, больших надежд не питал. Сам на месте заговорщиков первым делом избавился бы от бесполезной пешки. Но каково же было моё удивление, когда я узнал, что похожую девицу внезапно заметили в свите маркизы Лебретт.

— И это все доказательства? — нахмурилась я. — Вдруг она просто приняла её в штат слуг? С чего ты так уверен, что они связаны?

— Змейка моя, прекрати меня обижать, — капризно возмутился муж. — Разумеется, я до последнего не верил, что существует подобная глупость. Опустим тот факт, что она посягнула на честь моей драгоценной супруги — пусть и не знала, что это ты, — но держать при себе человека, во всём замешанного? — Он вдруг задумался. — Не слишком ли я загнул, назвав её ферзём?

— Опустим это, — устав ждать, принялась подгонять я мужа. — Ты всё проверил?

Итан кивнул.

— Допрос фальшивой служанки не продлился и десяти минут. Она сразу выложила, что её подослала её госпожа с целью подставить одну из будущих наложниц.

— И всё равно как-то странно… — нахмурившись, перевела я взгляд на успевшую растянуться на полу женщину. — Откуда госпоже Лебретт знать, кто скрывается под маской рабыни?

— Думаешь, она знала? — лукаво ухмыльнулся муж. — А я полагаю, здесь всё намного запутаннее. Но без тебя расспрашивать неинтересно. Вот и подготовил сюрприз.

Он поднял в воздух руку.

— Линн, кляп.

Выступивший из тени страж подошёл к маркизе, склонился над ней, вынул из-за пазухи короткий нож и срезал верёвку.

Тут же тишину сменил протяжный вой, словно из лесу вышла стая волков. Лишь выбившись из сил, маркиза замолчала и снова упала на пол.

— Ну же, маркиза, — сладко улыбнулась я, обнимая Итана за шею. — Сами расскажете все с самого начала? Или придется вас… пытать?

Кажется, мои слова заставили маркизу Лебретт впервые внимательно ко мне приглядеться. Передвигаясь на коленях, она приблизилась настолько, насколько позволил ей стоящий за её спиной Линн. Прошлась по мне внимательным взглядом. Сильно нахмуренные брови внезапно подскочили, спрятавшись в её растрёпанных волосах.

— Ва… ваше величество? — хрипло, совершенно не похоже на её мелодичный голос, спросила она.

Я опустила взгляд. Точно, на мне же одежда рабыни, а маску Итан снял в экипаже, чтобы удобнее было меня целовать.

— Ну вот, теперь вы знаете мой маленький секрет, — мило улыбнулась я. — Это может стоить вам жизни. Но если расскажете нам правду, его маг-императорское величество непременно смилостивится. Да, дорогой?

Красивые губы Итана скривила холодная усмешка.

— Как скажет моя маг-императрица.

Констанс Лебретт медленно переводила недоверчивый взгляд с маг-императора на меня и обратно, пока наконец не запрокинула голову, разразившись громким, сумасшедшим смехом. Таким резким, что я, не выдержав, поморщилась.

— Она… она… — задыхаясь, шептала маркиза, катаясь по полу. — Какой обман… И ведь не додумались.

— Продолжишь в том же духе — и потеряю терпение, — устав от её безумия, лениво заметил Итан.

Угроза подействовала. Женщина замолчала. Веселье из её глаз испарилось, сменившись нешуточным волнением, выражавшемся в каплях холодного пота на лбу.

— Ваше маг-императорское величество, я всё скажу, — склонила она голову так низко, что стукнулась о пол. — Только пощадите меня.

— Я подумаю, — небрежно махнул рукой муж. — А пока говори. С кем из тех девиц ты сговорилась?

— Девица? — удивлённо захлопала я глазами.

— Судя по её реакции на тебя, она имела дело с мелкой сошкой, — объяснил Итан. — Но, узнав её имя, выйдем на рыбку покрупнее.

— Я расскажу, — быстро закивала женщина. — Но прошу, имейте в виду, что все мои плохие помыслы были направлены на рабыню. Если бы я только знала, кто скрывается за её маской, в жизни бы не согласилась на сделку.

— Что за сделка? — нахмурилась я. — Говори…

— Всё началось после того, как его маг-императорское величество издал указ о закрытии «Кайена». Это детище всей моей жизни. Я думала, умру от горя. Обратилась к вам за помощью, ваше величество. А услышав отказ — очень сильно разозлилась. Нет, нет, я не собиралась мстить. Откуда у меня силы идти против императорской семьи? Это скорее беспомощность. Внутри всё бушевало от гнева. В этом состоянии меня и нашла… она — девушка в шёлковой маске, представившаяся госпожой Замарой. Я до сих пор не уверена, что это её настоящее имя.

Значит, госпожа Замара. С первой встречи она показалась мне странной. Уроженка Сокрии, но прячется под маской. Неужели она решила скрыть своё лицо, потому что мы встречались раньше и боялась, что ее разоблачат? Всё может быть…

— Что ей было от тебя нужно? — грубо бросил Итан.

— Она предложила мне сделку. Я помогаю ей избавиться от одной из участниц отбора — рабыни из Драконьей Орды. А она, в свою очередь, став маг-императорской наложницей, убеждает вас вновь открыть «Кайен». Я находилась в отчаянии, поэтому, разумеется, согласилась. Если бы знала, что это вы — ваше величество, даже слушать бы не стала, клянусь всеми забытыми богами.

Я кивнула, сделав вид, что поверила. Прекрасный шанс расположить злодейку к себе.

— Значит, это ты наняла того смертника, что ворвался в мои покои? — сделала я вывод.

Маркиза медленно кивнула.

— Те смертники — личная стража моего покойного мужа. Их немного, но все подчиняются мне.

— А история с платком?

— И с платком, — угрюмо выдохнула она. — И заговор против вас в храме. Госпожа Замара приказала мне втереться в доверие её высочества маг-принцессы и стать частью её свиты, чтобы пристальнее наблюдать за… вами. Клянусь, если бы я только знала, что меня используют…

— А своими людьми ты ей пользоваться не позволяла? — прищурился Итан.

— Отрядила парочку, но они так и не вернулись, — поспешно ответила маркиза.

— И не могли вернуться, они мертвы, — сообщил ей мой муж. Затем задумчиво продолжил: — Выходит, на маг-императрицу в холодном дворце напали по приказу госпожи Замары.

— Хотела расчистить место для себя? — предположила я. — Наложница для нее — слишком низко?

— Или действовала по велению человека, что за ней стоит, — пожал плечами Итан. — В любом случае, теперь мы знаем, откуда начинать поиски. Благодарю вас, маркиза.

— Вы… вы оставите меня в живых, ваше маг-императорское величество? — дрожащим от страха голосом спросила она. — Я же всё вам рассказала.

— Оставлю, — после небольшой паузы кивнул муж.

Но прежде чем я успела удивиться добросердечности, которой у него отродясь не бывало, добавил:

— Смертная казнь будет заменена пожизненной ссылкой на северную границу.

Резко поднявшись, Итан под жуткие завывания катающейся по полу женщины понёс меня на руках к выходу.

— Чего она ревёт? — негромко проворчал он мне в ухо. — Разве я только что не проявил крайнее милосердие, тем самым расчистив себе после смерти местечко на небесах?

Я, конечно, кивнула, выдавив из себя улыбку.

Ни к чему было озвучивать тот факт, что на северной границе круглый год царит лютая зима, выдержать которую с трудом могли даже саблезубые медведи — единственные её жители.

Полагаю, он и сам всё прекрасно знал. Просто решил пошутить.

Ночь я провела в Холодном дворце. Безумно хотелось уснуть в крепких и надежных объятиях Итана, но сама настояла оставить меня в одиночестве. Наш с ним дерзкий план вот-вот достигнет своей кульминации. Сейчас крайне важно не привлекать к себе внимания заговорщиков. Совершенно ни к чему лишние подозрения, ведь осталось потерпеть совсем немного.

С самого утра, стоило мне подняться и умыться, мои покои заполнили швеи из лучшего в столице ателье госпожи Боссе. Они носились по комнате, так и норовя больно кольнуть в меня иглами. Останавливал их только грозный взгляд стоящей на страже Фломус.

Вскоре перед зеркалом блистала выдающаяся красотка в прелестном алом платье с пышной юбкой. Шелк белых локонов струился по спине, спадая до самых ягодиц. Глаза ярко выделялись на белом, как снег, лице. Я, разумеется, и так была не уродина, но сегодня будто превратилась в сказочную фею.

Основной целью моего кардинального преображения был сегодняшний банкет в честь финала смотрин, на котором мой муж должен был официально провозгласить имя будущей маг-императорской наложницы. А мне, его скромной супруге, не только нужно сидеть рядом, но и держать лицо. Ни единой морщинкой не показывая ни ревности, ни раздражения.

Последней мне на голову прикрепили украшенную бриллиантами тиару. Пока я любовалась ею, в дверь постучали. Прибыли стражники во главе с Линном. Им было приказано сопроводить меня в Главный дворец.

— Все участницы смотрин собрались в бальном зале, ваше величество, — безэмоционально отрапортовал Линн. — Ее величество Вдовствующая маг-императрица, ее высочество маг-принцесса и другие члены императорской семьи уже заняли свои места. Его величество маг-император сказал, что без вас банкет не начнется. Прошу следовать за мной.

По распоряжению Итана мы прошли через пустынный зимний сад и вошли в Главный дворец через заднюю дверь. Он сам поджидал в коридоре. Только увидел, быстро приблизился и заключил в объятия. Стоило стражам стыдливо отвернуться, на мои губы обрушился томительно-сладостный поцелуй.

Благо из косметики на мне были только тени, подчеркивающий властный — тот самый, что я весь первый год замужества тренировала перед зеркалом — взгляд.

Однако, как бы не было приятно, время шло. К тому же зрители кругом… Пришлось замолотить кулаками по каменной груди. лишь тогда меня отпустили.

Нагло усмехнувшись, Итан подал мне руку и повел темными неизведанными коридорами в Главный зал. Уже на подступах слышалась громкая музыка и смех присутствующих. Но стоило глашатаю объявить появление императорской четы, как все смолкло, гости застыли.

Не удостоив взиравших на него с обожанием девиц ни единым взглядом, Итан повел меня к трону и усадил в кресло пониже, по левую сторону от себя. Справа уже сидела хмурящая брови свекровь.

— Какая наглость, — процедила она, стоило мне занять свое место. — Не успеваешь — оставайся в Холодном дворце. Гости не обязаны тебя ждать.

— Спасибо, матушка, за ваше беспокойство, — почтительно сложила я на коленях ладони. — К счастью, болезнь удалось вылечить, я уже поправилась.

Свекровь, осознав, что ее удар попал по мягкой вате, презрительно фыркнула и отвернулась. Я зацепилась взглядом за Итана. Он молчал, но в глубине его синих глаз полыхало опасное пламя.

Что-то грядет…

Мой взгляд заскользил по залу. Казалось, сегодня здесь — помимо участниц смотрин — собрался весь клан Кар Ланде. Даже младшие брат с сестрой моего мужа присутствовали. Маг-принц Уилл в компании сверстников крутился у обеденного стола. Маг-принцесса Айрин вместе с валашской принцессой стояли в сторонке и о чём-то оживлённо сплетничали.

Последняя вела себя непринуждённо, поглядывала на Итана и старалась привлечь к себе его внимание, заливаясь мелодичным смехом, чем невероятно меня бесила.

Какого лысого орка она делает на банкете?

Нет, дело даже не в ревности. Просто она напоминала мне главных героинь в романтических историях, которых, как ни топи, всё равно всплывают. Но если она главная героиня, то кто тогда я? Второстепенная злодейка? Даже если и так — плевать.

Не выдержав, я произнесла как бы про себя, но достаточно громко, чтобы услышали Итан и Глория:

— Как странно… Ходят слухи, что репутация валашской принцессы вчера сильно пострадала. Разве её не убрали из числа претенденток? Наверное, я всё не так поняла…

— Императорский лекарь осмотрел Миреллу. Её девственность не тронута, — поспешила замолвить словечко за свою фаворитку моя свекровь. — Несчастная девушка… Кто-то устроил против неё заговор. Я отправила личную стражу. Скоро должны появиться результаты расследования.

— Надо же, во дворце объявились злоумышленники, — с притворным испугом прижала я ладонь ко рту и подняла взволнованный взгляд на Итана. — Милый, прошу, срочно от них избавься, иначе как я смогу спать спокойно?

На лице мужа на мгновение мелькнула хитрая усмешка.

— Не волнуйся, моя змейка, сделаю всё возможное.

— Говорят… — задумчиво прикусила я губу. — Что принцессу обнаружили в одной постели со слугой мужского пола. Даже если девственность не тронута, это так компрометирующе. Если его маг-императорское величество выберет её, о нём пойдут нехорошие слухи. Матушка, вы так не думаете?

Не найдясь с ответом, Глория зло скрипнула зубами и окинула меня полным ненависти взглядом. Усмешка на губах Итана, заметившего её реакцию, стала холодной, как озерный лёд.

Наконец глашатай призвал всех к тишине. Пришла очередь маг-императора произносить речь и объявлять имя своей будущей наложницы. Когда мой муж медленно поднялся с трона, все присутствующие замерли, затаив дыхание. В зале воцарилась оглушающая тишина. Единственный звук исходил от летающего под потолком комара.

— Мои верные подданные, сегодняшний банкет — это не просто повод для веселья. Это также время решений, которые укрепят настоящее и будущее нашей страны. Как маг-императора Сокрии, мой долг — заботиться не только о границах государства, но и о благополучии и преемственности моего дома. Во дворец на смотрины прибыли дочери лучших родов континента. Я смотрел на их красоту, беседовал с ними, чтобы оценить их ум и благочестие, наблюдал за их манерами, чтобы удостовериться в их добродетели. После долгих раздумий моё сердце и мой разум пришли к согласию. Сегодня, с благословения забытых богов и ради укрепления рода Кар Ланде, я объявляю имя маг-императорской наложницы. Ею становится… прибывшая из Драконьей Орды госпожа Келамия Дир Калис.

По толпе пронёсся вздох изумления. Пара некрепких здоровьем девиц хлопнулась в обморок. Тёмная стража маг-императора обступила в центре зала одиноко стоявшую девушку в лёгком платье цвета индиго и с шёлковой маской на лице.

Заметив издалека, до чего бледная у бедняжки кожа, я украдкой ей подмигнула. Затем снова собралась и сделала максимально каменное лицо.

Пока гости гудели, будто рой взбесившихся пчел, я опустила голову, исподтишка изучая реакции самых подозрительных личностей.

Мирелла Стану не могла скрыть своего негодования. Сжимала зубы так сильно, что я на мгновение испугалась, как бы она не раскрошила себе челюсть. Стоящая рядом с ней Айрин смотрела прямо на окружённую стражей рабыню. Бородавка на её носу подрагивалась. Губы были брезгливо поджаты. Уилл с друзьями откровенно потешались. Дядюшка Арлен, один из немногих, смотрел на Итана с глуповатой улыбкой. То ли гениальный актёр, то ли выбор маг-императора он действительно одобрял?

Единственной, кого я не смогла обнаружить в толпе, была госпожа Замара. Впрочем, немудрено: людей на банкете было столько, что они едва помещались в зале. Да и отвлекли меня быстро.

Свекрови потребовалось несколько минут, чтобы переварить полученную информацию. С каждым мгновением её лицо становилось всё бледнее и бледнее. В конце концов она первая не выдержала:

— Итан, как это возможно? — процедила она так, что слышно было только нам с мужем. — Госпожа Дир Калис родилась рабыней, а значит, её ребенок не может наследовать трон.

— Матушка, — лениво усмехнулся Итан. — Разве не ты, уговаривая меня на эти смотрины, говорила: «Бери любую, что приглянется»? А теперь появились какие-то условия…

Осознав, что сына ей не переспорить, Глория фыркнула и повернулась ко мне:

— Кларисса, хоть ты его вразуми.

— Простите, матушка, но какая мне разница, с кем делить мужа? — беспечно пожала я плечами. — Принцесса или рабыня — все они для меня соперницы. Учитывая её происхождение, эта девица Дир Калис хоть не будет задирать нос.

— Дерзость! — хлопнула свекровь кулаком по подлокотнику кресла.

— Хватит, — резко и грубо прервал её агрессию Итан. — Я сделал выбор и менять его не собираюсь. Линн! — Из-за спины маг-императора появилась невидимая тень. — Прикажи отвести госпожу Дир Калис в её новые покои в Главном дворце. Те, что напротив моих. Здесь сейчас слишком шумно. Боюсь, как бы это не повлияло на её здоровье.

Повинуясь приказу, Линн тут же растворился в толпе, чтобы уже через мгновение появиться рядом с испуганной рабыней. Что-то шепнув ей на ухо, он отдал приказ окружавшим её стражам. Затем, возглавив их небольшой отряд, принялся расчищать путь к выходу.

Родня Итана провожала девицу задумчивыми взглядами. Явно презирали, но и одновременно прикидывали, какие преференции может принести дружба с ней. Соперницы по смотринам были более откровенны в своей зависти и ненависти. Даже я, человек по своей природе не слишком злопамятный, не смогла сдержать усмешки, наблюдая за их мрачными лицами.

Глория не стала терпеть пренебрежения со стороны сына. Подскочив, как ужаленная, она, игнорируя присутствующую в зале родню, бросилась к выходу. Муж, сославшись на срочные дела, наградил меня жарким — полным предвкушения — поцелуем в тыльную сторону ладони и исчез вслед за ней.

Сидеть в одиночестве мне быстро наскучило. Поднявшись, я спустилась в зал и принялась, словно невидимый призрак, прогуливаться среди гостей. Опальная маг-императрица. Брошенная и никому не нужная.

— Ваше величество, — внезапно раздался за спиной знакомый мелодичный голос. Обернувшись, я увидела прикрытое шелковой маской лицо госпожи Замары. Рядом с ней стояла её горничная и смотрела строго в пол. — Позвольте поздравить вас с окончанием смотрин. С сегодняшнего дня у вас появилась сестра.

— Благодарю, госпожа…

Я специально сделала паузу в ожидании, когда она представится. По имеющейся легенде, маг-императрице участницы смотрин были неизвестны. Вдруг она решила учинить проверку? Учитывая мои подозрения против неё, нужно было держать ухо востро.

— Ох, простите мне моё невежество, ваше величество, — поклонилась девица. — Моя фамилия — Замара.

— Вы, случайно, не родня герцогу Замара? — улыбнулась я.

— Не имею чести.

— Ну что ж, можете со мной пройтись, — кивнула я и пошла вперёд.

Девица пристроилась за моей спиной. Не слишком близко, но и недалеко. В самый раз, чтобы я могла слышать её голос.

— Что ваше величество думает о госпоже Дир Калис? — как бы между прочим поинтересовалась она.

— К сожалению, мы ещё не знакомы.

— Значит, вы тоже не видели её лица? — я отрицательно качнула головой. — Как необычно. А вдруг… она некрасива? Вам не интересна, ваше величество, эта новая фаворитка его маг-императорского величества? Я, наверное, сгорела бы от любопытства.

— Главное, чтобы нравилось моему мужу, — беспечно пожала я плечами и тут же милостиво добавила. — Но, естественно, я тоже не лишена желания знать, как выглядит моя новая сестра.

Госпожа Замара вдруг остановилась. Слегка коснулась моего предплечья, она понизила голос до едва слышимого шёпота:

— Я слышала… её отвели в покои напротив тех, что принадлежат его маг-императорскому величеству. У вас, конечно, имеется туда доступ. Не хотите прогуляться и посмотреть? Разумеется, я могу составить вам компанию. И в случае нашего обнаружения взять всю вину на себя.

Я подняла глаза к потолку, делая вид, что обдумываю её предложение. Затем нехотя кивнула:

— Слишком много людей может привлечь ненужное внимание, так что оставь свою горничную в зале.

— Будет исполнено, ваше величество.

Госпожа Замара слегка поклонилась и жестом велела следующей за ней девице исчезнуть. Та быстро и беспрекословно исполнила приказ.

Из главного зала мы вышли одна за другой. Я, велев страже оставаться на месте, гордо возглавляла это неспешное шествие. Госпожа Замара плелась следом, выдерживая почтительную дистанцию. Не знай я её истинного статуса, решила бы, что эта скромно одетая девица — простая горничная: шажочки мелкие, личико в маске смиренно опущено, вся её осанка кричала о покорности, приличествующей дворцовой прислуге.

Преодолев беломраморную лестницу и длинный, освещенный светильниками коридор, мы остановились напротив маг-императорских покоев, которые надёжно охраняли двое безжалостных на вид воинов, лично приставленных Линном. При моём появлении их статные фигуры мгновенно согнулись в почтительном поклоне.

— Приветствуем, ваше величество! — голоса прозвучали почти в унисон.

— Наложница Дир Калис внутри? — холодно поинтересовалась я.

— Она… говорит, что неважно себя чувствует и уже готовится ко сну, ваше величество, — несколько неуверенно ответил один из стражников.

— Отлично, — мои губы тронула едва заметная вежливая улыбка. — Мы с госпожой Замара не отнимем у неё много времени. Пропустите…

Судя по замешательству, отразившемуся на закалённых лицах стражников, мой приказ несколько разнился с тем, который отдал маг-император. Дать пройти — означало нарушить веление никого не пускать. Прямо отказать — как можно, ведь перед ними сама маг-императрица?

Затянувшуюся паузу прервала стоящая за моей спиной госпожа Замара. Выступив вперёд, девица окинула двух молодых мужчин хмурым взглядом.

— Как смеете вы колебаться, ослушиваясь прямого приказа её величества? Маг-императрица всего лишь желает оказать честь новой наложнице и лично поприветствовать её! — голос девушки зазвенел, как натянутая струна. — Или его маг-императорское величество отдал приказ не пускать сюда именно её?

— Нет! Конечно, нет! — испуганно замотали головами стражники и поспешно расступились.

Окинув обоих милостивым взглядом, я дёрнула за ручку и вошла.

Комната была мне знакомой. Я провела здесь несколько дней перед свадебной церемонией. За арочным окном рос развесистый клён. Не имея возможности входить ко мне ночью через дверь, Итан пробирался по нему.

Мягкая, устланная шелками постель была нетронута. Наложница Дир Калис стояла перед величественным трюмо, поправляя маску. Увидев в отражении нас с госпожой Замара, она испуганно ахнула, резко обернулась и прижала ладони к щекам.

— Ваше величество? — её голосок был тихим, слабым, больше напоминавшим испуганный писк попавшей в капкан мышки.

— Наложница Дир Калис, вас разве не учили, что при виде императрицы полагается кланяться? — голос госпожи Замара прозвучал как удар кнута, заставив девушку вздрогнуть.

— Д-да, конечно, простите, ваше величество!

Вся дрожа, наложница приблизилась к нам на расстояние вытянутой руки, судорожно ухватилась за полы своего длинного платья и склонилась в низком, поклоне.

И в этот миг вдруг всё завертелось.

Мои волосы подхватил внезапный поток воздуха. Тиара с головы сорвалась и полетела на пол. Мгновение — и из-за моей спины молнией метнулась чья-то рука, сжимая длинную серебряную шпильку, что ещё недавно скрепляла мою причёску, и всадила её в грудь несчастной наложницы.

Та издала короткий, обрывающийся вскрик, отшатнулась и, бездыханная, рухнула на ковёр; алое пятно быстро расползалось на её светлом платье.

Подскочившая к бывшей рабыне госпожа Замара с театральным воплем рухнула перед ней на колени, приложив дрожащие пальцы к её шее.

— Она… она не дышит! — закричала она так пронзительно, что, казалось, содрогнулся весь Главный дворец. — Кто-нибудь, на помощь! Наложница Дир Калис убита!

Двери с грохотом распахнулись. Внутрь ворвалась стража, а за ней, словно поджидая за углом, почти все участники банкета во главе с маг-принцессой Айрин.

— Что здесь, во имя всех забытых богов, произошло? — воскликнула она, в ужасе взирая на распростёртое на полу тело.

Госпожа Замара поднялась с колен, подбежала к ней и спряталась за спину. По её щекам текли слёзы, но в глазах, на мгновение, вспыхнуло истинное торжество.

Подняв дрожащий палец, она указала им прямо на меня.

— Произошло самое чудовищное предательство! — её голос громыхал, заполняя собой всю комнату. — Я видела это собственными глазами! Её величество маг-императрица вонзила шпильку в сердце беззащитной девушки! Не знаю, из ревности ли, а может, из зависти или страха! Она приказала мне молчать, но я не могу! Пусть вся страна знает правду! Я обвиняю её величество в самом подлом убийстве!

Не успела госпожа Замара закончить свою «обличительную» речь, как толпа зашумела. Не то что именитые гости — даже слуги отошли на несколько шагов, оставив меня стоять в одиночестве посреди комнаты. При этом они окидывали меня такими опасливыми взглядами, будто я — ее величество маг-императрица — вдруг обернулась кровожадным чудовищем, готовым кинуться на них и разорвать на куски.

— Неужели это правда?

— Конечно, правда! Кто бы стал без всяких причин бросаться обвинениями?

— Какой черной душой нужно обладать, чтобы совершить подобное!

Чем дольше я молчала, скользя глазами по присутствующим, тем более враждебными становились их обвинения. В конце концов не выдержала даже Айрин. Подняв руку, она ткнула в меня пальцем.

— Немедленно схватите ее и отведите в темницу! — обратилась она к охранявшим покои стражникам.

Но те подчинялись напрямую моему мужу и не смели сдвинуться с места без его прямого приказа. Осознав это, золовка так разозлилась, что перешла на визг.

— Плевать на ее статус! При дворе убийцам не место. Если не сделаете то, что вам велят, попрошу брата казнить вас вместе с ней!

— А вам не кажется, что ваши выводы слишком поспешны? — лениво протянула я, неосознанно подражая Итану.

В покоях мгновенно воцарилась оглушительная тишина.

— Ваше величество, что вы хотите этим сказать? — вышла вперед валашская принцесса. — Мы все всё видели своими глазами.

Несмотря на вчерашние злоключения, в глазах Миреллы на мгновение вспыхнул огонек триумфа. Разумеется: за один вечер избавиться от обеих главных соперниц! Одна убита, второй светит пожизненное заключение в темнице или казнь. Равных ей по статусу среди участниц смотрин не осталось.

Подумаешь, небольшое пятнышко на репутации. Если вдовствующая маг-императрица как следует подсуетится, никто об этом инциденте даже не вспомнит.

— Принцесса, вы своими глазами видели, как я убивала наложницу Дир Калис? — удивленно приподняла я брови. — А я вас не заметила. Где же вы прятались все это время? Неужели под кроватью?

Некоторые из гостей закашлялись, пытаясь приглушить смешки. Услышав их, Мирелла нахмурилась и заскрипела зубами.

— Разумеется, нет! Но госпожа Замара говорит…

— Для вас слово никому не известной госпожи Замары весит больше, чем слово маг-императрицы? — я сделала небольшую паузу. — Или вам просто выгодно ей верить?

— Что за глупые обвинения? — раздраженно фыркнула Мирелла. — Видно, что девушка не на шутку напугана. С чего бы ей нам врать?

Приподняв взгляд к потолку, я сделала вид, что задумалась.

— Госпожа Замара — одна из участниц смотрин. Может, она хотела занять место наложницы Дир Калис, вот и убила ее? А чтобы освободить себе дорогу к трону — свалила все на меня? Одним камнем двух птиц — так, кажется, говорят в Драконьей Орде? К нашей ситуации очень подходит.

— Полная чушь! — выкрикнула Айрин. — Рисса, не пытайся перекинуть вину на другого!

— Милая золовка, — сладко улыбнулась я ей. — Мы два года живем душа в душу. Разве я когда-то кого-то обижала? Как ты можешь верить наговорам незнакомых людей?

Упрямая маг-принцесса легко отмахнулась от моих слов.

— Любой здесь знает, что клевета на представителя императорского рода считается одним из самых тяжких преступлений. Мы все здесь не дураки, чтобы обвинять тебя без веских на то оснований. Госпожа Замара, — обратилась она ко все еще прячущейся за ее спиной девице, — у вас имеются доказательства?

— Есть, есть! — закивала та и указала пальцем на неподающее признаки жизни тело. — Шпилька. Она принадлежит ее величеству.

Все тут же проследили за ее взглядом.

— Точно, это она…

— Да-да, я видел ее на голове ее величества на банкете!

— Как можно отпираться после такого? Она виновата…

Ропот в толпе стал еще громче. В меня уже без колебаний тыкали пальцами. Кто-то из задних рядов даже проклял, обозвав «гнилостной душегубкой». Казалось, еще немного — и бросятся бы с кулаками. Стало вдруг не по себе.

Но внезапно по всему Главному дворцу прогремел грубый низкий голос:

— Довольно!

Как по команде, люди расступились. По образовавшемуся коридору прямо ко мне направилась знакомая мужская фигура. Однако, не став дожидаться, пока Итан приблизится, я первой бросилась в его объятия.

Меня поймали на полпути и крепко прижали к широкой груди. Уха коснулось теплое дыхание. Исходящий от любимого мужчины терпкий запах мгновенно развеял остатки тревоги. Именно в этот момент я поняла, что была напряжена до предела. И только с появлением мужа смогла, наконец, выдохнуть и расслабиться.

Его крепкие объятия — моя нерушимая крепость, стены которой не дрогнут под натиском ни одной проблемы. Всю свою жизнь я справлялась с тяготами самостоятельно, но за два года совместной жизни Итан меня окончательно избаловал.

Вот и сейчас вместо того чтобы выводить заговорщиков на чистую воду — маски все равно уже скинуты — я лениво жду, когда он появится и сам, без моего вмешательства, покарает виновных. Так, как только он это умеет — жестко и без сожалений.

Все присутствующие затаили дыхание, явно ожидая, кто первый осмелится рассказать маг-императору о злодеяниях его супруги. Тишина ожидаемо затянулась. Смельчаков, готовых нарушить гармонию в правящей семье, оказалось не так-то легко найти. Даже моя главная обвинительница — госпожа Замара — предпочла молча затаиться за спиной маг-принцессы Айрин.

Не знаю, надолго ли еще затянулась бы эта тягостная пауза, если бы не внезапное появление свекрови. Возникнув в проеме в окружении небольшой свиты, Вдовствующая маг-императрица смерила всех собравшихся хмурым взглядом. Ее глаза медленно скользили по комнате, пока не остановились на распростертом на холодном полу теле.

Судя по тому, как резко кровь отхлынула от ее лица, Глорию из списка подозреваемых можно было смело вычеркивать. Единственное, в чем она, пожалуй, виновата, — это неприязненное ко мне отношение. Но за это в Сокрии в темницу пока еще не садили.

— Что… что здесь произошло? — дрожащим от неподдельного ужаса голосом произнесла Вдовствующая маг-императрица и устремила растерянный взгляд на свою дочь.

Сорвавшись с места, Айрин разразилась театральными слезами и бросилась в объятия матери.

— Мама, это все она… — ткнула в меня пальцем золовка. — Рисса, ослепленная ревностью, убила наложницу Дир Калис, а теперь пытается избежать справедливого наказания. Но есть свидетель… она все видела!

Услышав ее слова, Итан наконец обратил внимание на безжизненное тело своей так и не состоявшейся наложницы. Правда, реакция у него была совсем не та, что ожидалась присутствующими. Вместо возмущения и приказа немедленно казнить виновную, он лишь слегка приподнял правую бровь. Затем опустил на меня взгляд и коснулся большим пальцем моей прикушенной губы. В его синих, как небо, глазах читалась искренняя забота.

— Змейка моя, сильно испугалась?

— Угу, — кивнула я и капризно надула губы.

— Не бойся, пока я рядом, никто не посмеет тебя обидеть.

Это теплое заверение обрушилось на гостей подобно удару молнии, заставив их замереть в немом шоке. Те, кто лишь мгновение назад осыпал меня проклятиями и гневными обвинениями, теперь походили на бледные привидения.

Дрожа от страха, они начали медленно отступать к выходу. Но хуже всех выглядела госпожа Замара. Казалось, почва уходит у нее из-под ног: даже маска на лице не могла скрыть охватившего ее леденящего ужаса.

Молчаливым взмахом руки Итан отдал приказ Линну запереть двери. Раздавшийся грохот тяжелых засовов вызвал испуганные вскрики. Заполнившая помещение стража, выставив копья и мечи, рассредоточилась по периметру, отрезав любую возможность к побегу.

В этой давящей тишине приказ, отданный командным голосом маг-императора, прозвучал как удар хлыста, заставив всех вздрогнуть.

— Вставай!

Глаза «мертвой» наложницы Дир Калис резко распахнулись, вызвав небывалый ажиотаж. Те, кто находился рядом, разразились паническими криками и бросились к запертым дверям, но стоящая начеку стража наставила на беглецов оружие.

Бывшая рабыня между тем приняла сидячее положение. Стряхнув с юбки пыль, она оперлась на предложенную Линном ладонь и поднялась во весь рост. Затем принялась медленно скользить нечитаемым взглядом по присутствующим, пока не остановилась на девице, забившейся в самую гущу толпы.

Продолжая пристально смотреть на нее, наложница стащила с себя маску. Гости, выпучив глаза, начали недоверчиво переглядываться. Под личиной бывшей рабыни Драконьей Орды пряталась личная горничная маг-императрицы.

Мне пришлось прижать ладонь ко рту, чтобы приглушить веселый смешок.

— Ваше маг-императорское величество, — возмущенно воскликнула Хельга и указала пальцем на госпожу Замара. — Я тоже готова дать показания. Это она пыталась меня убить, а затем обвинила во всем мою госпожу!

— Ты… ты жива! Всё было подстроено! — закричала резко посеревшая лицом госпожа Замара и, приложив запястье ко лбу, покачнулась, собираясь — то ли притворно, то ли взаправду — упасть в обморок.

Если бы не один из дядюшек Итана, невовремя оказавшийся на её пути, девица жестко приложилась бы о каменный пол. Но ей повезло: старик оказался совестливым и поймал «бедняжку». Правда, больше помогать не стал. Встряхнул, возвращая в сознание, и, убедившись, что она твердо держится на ногах, — отступил. Как и остальные гости — люди не глупые, понимают, что находиться рядом с этой опасной особой — себе дороже.

— Разумеется, всё было подстроено, — не стал отнекиваться Итан, с губ которого всё это время не сходила саркастическая усмешка. — Иначе как бы я узнал, что у меня во дворце развелось столько крыс?

— Итан, о чём ты говоришь? — гневно затрясла вторым подбородком свекровь. — Что за спектакль вы здесь устроили?

— Не стоит так нервничать, матушка. Я всё сейчас объясню, — продолжая прижимать меня к себе одной рукой, муж поднял вторую, и из его ладони в сторону Хельги взметнулся сноп искр. Мгновение — и кровавое пятно на её груди испарилось, как и небольшая дырка от шпильки. — Всего лишь иллюзия и заранее поставленный магический щит.

— Но… мы во дворце, — громким шёпотом пробормотала госпожа Замара. — Здесь всё из диагравия, а значит, никто не может использовать магию.

С губ Итана слетел приглушённый смешок.

— Наш глава гильдии магов часто повторяет, что нет такого правила, которое нельзя было бы нарушить. Что бы я был за маг-император, если бы не оставил себе лазейки?

— Итан, я всё ещё не понимаю, — снова вклинилась Глория. — Почему под маской рабыни из Драконьей Орды скрывается Хельга? Ты хотел взять в наложницы служанку своей жены?

— Что за безумная мысль пришла вам в голову, матушка? — брезгливо поморщился муж. — Я вообще не собирался брать никаких наложниц и изменять Риссе. Кроме моей змейки, мне в этом мире больше никто не нужен. А с помощью её горничной я всего лишь хотел выйти на заговорщиков, задавшихся целью пошатнуть власть в Сокрии…

Естественно, я не сомневалась в рассудительности Итана, но всё равно сдерживала дыхание, глубоко внутри опасаясь, как бы не прозвучала правда. Одно неосторожное слово о том, что именно я скрывалась под маской рабыни, — и репутация маг-императрицы рассыплется в прах.

Если мне могли простить ошибки, совершённые до восхождения на престол, то теперь я не могла позволить себе ни одной.

Между тем, заявление маг-императора взбудоражило всех присутствующих. Помещение наполнилось испуганными криками. Если бы не страх перед стражей, гости снова ринулись бы осаждать входную дверь.

— Какие ещё заговорщики? — не выдержала Айрин, зло уставившись на старшего брата. — Ты и нас с матушкой к ним причисляешь?

— Как я могу? — притворно ужаснулся муж. — Стоящий за всем кукловод довольно искусен в дворцовых интригах, так что я почти сразу списал вас с матушкой со счетов.

Борясь с приступом смеха, я украдкой стукнула его кулаком по пояснице. Что за несносный мужчина? Ни минуты без насмешки. Даже родную мать не щадит.

Хватка на моей талии усилилась. Бережно заправив выбившуюся из причёски прядь мне за ухо, Итан махнул рукой Линну. Тот молча кивнул и приблизился к госпоже Замара. Девица попыталась отпрыгнуть, вцепившись в шёлковую маску, но схватка была неравной. Легко скрутив ей руки, страж сорвал клочок ткани, явив нам всем… знакомое лицо.

— Алиса! — первой ахнула от удивления Айрин.

— Как… как это возможно? — выпучила глаза Глория.

Я, признаться, тоже сильно удивилась, не ожидая, что главной пешкой заговорщиков на смотринах окажется бывшая невеста Итана — Алиса Богун.

Сначала даже насторожилась, не увидев её в числе участниц. Такая любовь к маг-императору — и не использовать единственный шанс? На неё совсем не похоже. Даже Глории, что спала и видела, как бы свести их с Итаном, она ничего не сказала. К чему этот маскарад?

Череда навалившихся на меня проблем привела к тому, что её имя напрочь вылетело у меня из головы. Выходит, зря. Стоило лишь немного ковырнуть — нарыв бы сразу открылся.

— Госпожа Богун, какая встреча, — широко улыбнулся ей Итан.

В глазах — ни капли удивления, скорее даже намек на скуку. Выходит, он либо подозревал, либо всё знал заранее. Однако мне ничего не сказал. Гадкий тип!

Проглотив обиду, но дав себе слово, что, оставшись с мужем наедине, непременно вернусь к этому вопросу, я уставилась на Алису. Та, все еще удерживаемая Линном, разразилась горькими слезами. Нежное девичье личико выглядело так жалко.

Будь у Итана сердце, он бы точно не выдержал. А так… даже бровью не повел.

— Итан, я… я ни в чем не виновата. Я всего лишь хотела стать ближе к тебе. Это все она, Кларисса. Сговорилась со своей служанкой, и теперь меня оговаривает.

Какова нахалка! Даже в заведомо проигрышной ситуации пытается остаться невредимой, переложив вину на другого. А я еще прониклась ее слезами. Считала марионеткой, поддавшейся чужому влиянию.

Даже если это так, пусть горит в Мертвом мире!

— Значит, говорить правду вы не собираетесь? — с притворной печалью во взгляде лениво протянул маг-император. — И имя того, кто отдавал вам приказы, нам тоже не раскроете? Прискорбно… Линн, отведи госпожу Богун в темницу. Как всем известно, клевета на члена императорской семьи у нас карается смертной казнью. Но я сегодня не так кровожаден. Замените смертную казнь на сто плетей.

Услышав приказ, все присутствующие встрепенулись. И после этого его маг-императорское величество называет себя менее кровожадным, чем обычно? Крупный здоровый мужчина не выдерживает и пятидесяти ударов, умирая в нечеловеческих муках. А тут — сто! К тому же нежной девице. Разумеется, он не кровожадный, он — людоед, хищник, злодей.

— Итан, так нельзя, — прервала всеобщее роптание Вдовствующая маг-императрица. — Алиса — твоя дальняя родственница, к тому же — бывшая невеста…

— Матушка, невестой она была лишь в ваших мечтах. А родственные связи, какими бы близкими они ни были, не могут стоять выше закона. Линн, исполняй приказ!

— Нет-нет, — закричала Алиса и упала на колени. — Прошу, не трогайте меня, я все скажу. Я такая же жертва. Это он… это все — он.

Она подняла руку и ткнула пальцем в толпу. Та мгновенно расступилась, оставив в центре одного-единственного человека… дядюшку Арлена, герцога Замара. Все же не зря я обратила внимание на одинаковую фамилию.

— Алиса, что ты несешь? — вдруг грубо прорычал всегда милый и вежливый мужчина.

Напомаженные волосы встали дыбом. Гладкое для его возраста лицо исказили множественные морщины. Страшно смотреть.

— Дядюшка, не обманывайте, — во весь голос заревела «несчастная». — Это вы подговорили меня участвовать в смотринах. Вы приказали любой ценой расположить к себе Итана. И снова вы предложили объединиться с маркизой Лебретт, чтобы убрать рабыню и маг-императрицу с пути. Обещали мне, что я стану законной женой маг-императора и сяду на трон. Моя горничная слышала все наши разговоры, можете спросить ее!

— Ах ты, смрадная девка! — покраснел, как переспелый томат, герцог. — Как смеешь клеветать…

— А, по-моему, ее слова звучат очень правдоподобно, дядюшка Арлен, — перебил его Итан. Лицо моего мужа озаряла радостная улыбка, словно мы не заговорщиков на чистую воду выводим, а считаем, сколько золота с налогов пойдет в казну. — Вы же давно мечтаете избавиться от неугодного меня. Признавайтесь, для кого расчищали местечко? Даже с Валашскими принцами объединились, лишь бы пошатнуть мою власть. Пообещали им наш арсенал и земли на границе в обмен на помощь в моем смещении. В Валахии — борьба за трон. Кто бы в ней ни участвовал, ему требуется оружие. А где его взять? У ближайших соседей. Но что-то нужно дать взамен. Они и дали вам — убийц. Правда, те не выполнили задачу. Так и не смогли до меня добраться. Когда вы поняли, что план летит в орочью задницу, — дамы, простите за мой норлингский, — придумали устроить смотрины с целью подложить мне в постель свою пешку. Даже матушку мою уговорили. Я ничего не забыл? Отпираться бессмысленно: охранявший оружейный склад генерал Лизоль, испугавшись смерти, сдал вас с потрохами. Но одних его обвинений мне было мало, вот и пришлось потратить время, чтобы поймать вашу пешку на живца.

Оторвав голову от груди Итана, я нахмурилась.

Вот это аналитический склад ума! Надо же уметь так связать все ниточки и по полочкам разложить? Не будь этот мужчина моим мужем, я бы до дрожи в коленях его боялась.

Слова мужа ошеломили не только меня. Все гости, включая вдовствующую маг-императрицу, замерли в немом ступоре. В помещении воцарилась оглушающая тишина. На дядюшку Арлена, один вид которого прежде вызывал восхищение и трепет, теперь боялись взглянуть.

Еще мгновение назад человек, долгие годы стоявший на самой вершине, оступился и теперь со свистом летел вниз. Только попробуй протяни ему руку помощи — маг-император мигом причислит и тебя к бунтовщикам. Казнит одного или вместе с семьёй — тут уж как сам решит. Куда благоразумнее не вмешиваться.

Герцога Замара по молчаливому кивку Итана обступили стражи. Меч одного из них уперся в горло мужчины. По вискам дядюшки Арлена скатились капли пота.

Он шумно дышал, не решаясь открыть рот. Видимо, понимал, что выпутаться из аккуратно сплетенной племянником паутины уже не сможет. Выход один — сдать соучастников. Вряд ли его помилуют, но, может, не лишат головы?

Я буквально читала его мысли, глядя на бегающие по комнате глаза и сжатые в ладони кулаки. Наконец, приняв решение, герцог тяжело сглотнул.

— Уберите меч, я всё скажу, — произнес он бесцветным, как у дряхлого старика, голосом.

Итан кивнул, и страж убрал оружие обратно в ножны. Герцог облизал пересохшие губы.

— Вы правы во всем, ваше маг-императорское величество. Я действительно сговорился с Седьмым принцем Валахии — Григором Стану. Пообещал ему поддержку Сокрии и оружие. Но, кроме этого, он выдвинул еще одно условие: хотел, чтобы я устранил все «препятствия», — сделал он акцент на последнем слове и перевел на меня многозначительный взгляд. — Чтобы посадить на наш трон его сестру.

На этот раз все уставились на стоящую чуть в отдалении валашскую принцессу. Все это время она делала вид, что абсолютно ни при чём. Однако стоило всплыть ее имени, как безучастное лицо девицы вмиг переменилось, сделавшись злобным и полным ненависти.

— Как вы смеете? Я дочь князя Валахии!

Дядюшка Арлен, однако, не обратил на ее возмущение никакого внимания, продолжив свой рассказ.

— Все покушения на вас и вашу супругу, ваше маг-императорское величество, были организованы Валахией; я не принимал в них участия. Да и ее высочество принцессу, — он бросил брезгливый взгляд в сторону Миреллы, — не собирался продвигать.

— Конечно, не принимал. Ты, дядюшка, лишь смотрел со стороны, изредка подсказывая нашим врагам, куда лучше ударить, — усмехнулся Итан. — И принцесса на троне тебе была не нужна. Сложно ее контролировать: слишком импульсивная, служит интересам чужой страны… Лучше посадить своего человека. Тут твой взгляд и упал на госпожу Богун. Разве я не прав?

Герцогу оставалось лишь скрипеть зубами, мысленно проклиная коварный ум своего венценосного племянника. А вот Мирелла, услышав, что против нее плелись интриги, да еще и кем? — ближайшим союзником ее любимого братца, — разозлилась не на шутку и начала громко проклинать его до десятого колена.

Итану надоело слушать ее стенания, и он кивнул Линну. Тот передал сигнал другому стражу. Принцессу тоже окружили.

Глядишь, вскоре соберется такая компания, что воинов на всех не хватит.

— Как смеете? Вы не можете меня удерживать, я принцесса другой страны! Мой Пятый брат этого так не оставит! Валахия пойдет на Сокрию войной! Сейчас же выпустите меня!

Внезапно один из стоящих рядом с ней стражей стянул с лица черную маску.

— Пойдет войной, говоришь? Из-за тебя? Ну-ну, посмотрим.

Я удивленно захлопала глаза. Какого смрадного орка делает Космин Стану, Старший сын князя Валахии, среди людей Итана?

— Я обещал ему поддержку в возвращении трона, если он угомонит своих родственничков, — словно прочитав мои мысли, шепнул мне на ухо муж.

Вот же… лис. Все лазейки заткнул.

— Старший брат? — оправившись от шока, прохрипела Мирелла. — Что… что ты здесь делаешь?

Она испуганно сжалась и попыталась отойти подальше, но стражи не дали, заступив ей путь.

— Я понимаю, ты думала, что я давно мертв. К твоему сожалению, это не так. Григор очень старался, но у него не вышло, — Космин развернулся к Итану. — Ваше маг-императорское величество, прошу, не задерживайте мою сестру. Я сам с ней разберусь.

— Разумеется, — лениво кивнул ему Итан. — У меня нет никакого желания лезть в дела чужой семьи. А вот со своей придется разобраться, — его насмешливый взгляд метнулся к дядюшке Арлену, — и довольно серьезно. Чтобы неповадно было…

Ничем не завуалированная угроза в голосе племянника заставила герцога побледнеть. Его конечности мелко задрожали. Мгновение — и он уже на коленях.

— Итан, ты не можешь казнить членов собственной семьи! — воскликнул он, ударяясь в слезы.

— Дядюшка, мы с вами никогда не были близки. К чему этот спектакль?

— Со мной — да, но ты же не знаешь, для кого я все это делал? Кого хотел посадить на твое место? — продолжал утопать в горе мужчина. — Хочешь лишить жизни собственного младшего брата?

Уилл?

— Мама, о чем он говорит? — внезапно раздался за спинами людей дрожащий голос моего деверя. — Я… я ни при чём!

Не удивительно, но любопытно. Этот скверный тип мне никогда особо не нравился, но у него недостаточно смелости, чтобы выступать против Старшего брата.

Не имея возможности влиять на Итана, дядюшка решил посадить на трон марионетку Уилла. А тот, выходит, и рад стараться.

— Младший брат, — медленно протянул мой муж. — Значит, это ты вместе с дядюшкой рыл мне яму?

— Нет… нет, это не так! — закричал парень и в слезах упал на колени. — Я ни в чем не виноват. Мама, спаси меня!

— Итан, сейчас же прекрати! — взволнованно прижала ладони к груди Глория. — Уилл — твой младший брат!

— И это особенно обидно, — развел руками Итан. — Он пытался убить меня. И ладно бы — плевать. Но что злит больше всего — он посмел угрожать моей жене. Этого я никогда не смогу ему простить.

Последние слова муж буквально прорычал. Даже меня проняло.

— Для тебя что, жизнь этой… змеи важнее, чем мама, я и брат? — заскрипела зубами Айрин, вырываясь из объятий вдовствующей маг-императрицы. — Только о ней и думаешь! А мы? Уже не твоя семья? Это все из-за нее! — ткнула она в меня дрожащим пальцем. — Она во всем виновата!

Прежде чем кто-либо успел сориентироваться, моя золовка рванула ко мне и толкнула прямо в спину.

Удар несильный, да и муж крепко держал меня в объятиях. Но голова дернулась, перед глазами все поплыло, к горлу подкатила тошнота. Затем все резко оборвалось. Меня утянуло во тьму.

Сознание возвращалось медленно. Приходилось блуждать, как в густом тумане. Первое, что я ощутила, был знакомый аромат — немного пряный, с мускусными нотками. Значит, рядом Итан. Сердце тут же затопило теплом.

Губы дёрнулись в попытке улыбнуться, но не хватило сил.

— Ваше величество! — раздался неподалёку взволнованный голос Хельги. — Как вы себя чувствуете?

Сил на то, чтобы ответить, не было. Я кивнула.

— Наконец-то, — прозвучал прямо над ухом низкий голос моего мужа. Именно он дал мне сил открыть глаза.

Судя по интерьеру, мы находились в наших с Итаном общих покоях. Голова еще слегка кружилась, во рту стоял противный привкус. Но стоило слегка повернуться, как я утонула в глубине любимых синих глаз.

Брови маг-императора были нахмурены, губы сжаты в тонкую линию, во взгляде читалось сильное напряжение. Волосы взъерошены, пуговицы мундира расстёгнуты, рубашка под ним измята. Похоже, всё то время, что я находилась без сознания, муж не на шутку переживал.

За его спиной стояли Хельга и Фломус. Обе бледные. Но если первая кусала губы от волнения, вторая вела себя более сдержанно. Не тереби она пальцами подол длинной юбки, никто бы ни о чём не догадался. Настоящий генерал.

— Что… случилось? — прохрипела я, едва шевеля губами. — Айрин…

— Она толкнула тебя в спину, и ты потеряла сознание, — объяснил Итан, сжимая в руке мою ладонь. — Помнишь?

Прежде чем я успела ответить, отворилась входная дверь и внутрь вошёл Линн в сопровождении пожилого мужчины в длинной лекарской мантии. Раньше во дворце я его не видела.

— Ваше маг-императорское величество, лекарь Дорнан по вашему указанию прибыл, — коротко доложил страж и отошёл в сторону.

Приблизившись, старик испуганно огляделся. Затем глубоко поклонился.

— Приветствую ваше маг-императорское величество. Приветствую её величество…

Итан махнул рукой, разрешая ему подняться.

— Ни к чему формальности. Осмотрите мою жену.

Муж встал, освобождая место у кровати. Лекарь склонился надо мной, потрогал лоб, исследовал зрачки. Затем открыл свой саквояж и вытащил на свет свёрток с иглами. Макнул одну во флакон с фиолетовой жидкостью и уколол мне запястье.

Моя рука засветилась нежным золотистым сиянием. Обычное дело при воздействии диагностической магией, которой даже диагравий не мог помешать.

Я на миг прикрыла глаза, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло. А когда оно начало ослабевать, вновь открыла их и взглянула на лекаря.

Он стоял рядом, внимательно считывая идущие от меня импульсы. На его лице была странная смесь эмоций. То он недовольно хмурился, то загадочно шевелил губами, то удивлённо трогал лоб.

Признаться, под конец я даже испугалась. Что он там видит? Страшную смертельную болезнь? Если так, мне лучше не знать. Сколько отмерено забытыми богами — проживу без тревог.

— Ваше величество, мои поздравления! — наконец заговорил старик и почтительно склонил голову.

Итан нахмурился.

— С чем ты её поздравляешь? С обмороком? — судя по голосу, муж, как и я, почувствовал неладное и был на взводе.

— Нет-нет, ваше маг-императорское величество, как можно? — испуганно залепетал лекарь. — Маг-императрица… ждёт ребёнка. Вернее, двойню. Я вижу два маленьких рисовых зернышка…

Он продолжал что-то лепетать, но воздух в покоях застыл. Рука Итана сильно сжала мою ладонь, но я, казалось, ничего не почувствовала.

— Как… долго? — первым пришёл в себя муж.

— По моим подсчётам, что-то около месяца.

— Месяца? — выдохнула я.

— Разве ваше величество не чувствовало странных изменений в теле? Чрезмерную сонливость, излишнюю эмоциональность, головокружение, отсутствие женских недомоганий?

Я задумалась. А ведь действительно, всё из перечисленного имело место. Но я упорно списывала это на стресс последних напряжённых дней.

— Погодите, — вдруг вспомнила я. — Но меня недавно уже осматривал императорский лекарь. Почему он ничего не заметил?

Старик, похоже, испугался, что его талант поставлен под сомнение, и тут же принялся возмущаться.

— Ваше величество, диагностика ясно показывает, что вы в положении. Если тот лекарь этого не увидел, значит он… шарлатан!

Я перевела растерянный взгляд на мужа. В глазах Итана блеснул холодный металл. Медленно повернувшись к Линну, он отдал приказ:

— Найди его. Сейчас же.

Лекарь Дорнан ушел после того, как выписал мне лекарства для поддержания беременности. Фломус вызвалась его проводить. Муж хранил молчание, ни на секунду не выпуская из железной хватки мою ладонь. Внешне он был холоден, как обычно. Но в направленном на меня взгляде я ощущала бесконечную нежность и тепло.

Новость о беременности застала врасплох нас обоих. Прошло два года. Ни у Итана, ни у меня, казалось, не осталось ни единой надежды. Мы договорились, что есть друг у друга — и этого вполне достаточно. Но посланная Забытыми богами благодать ударила как молния с неба, заставив меня почувствовать себя птицей, у которой внезапно выросли крылья.

Линн вернулся довольно быстро. Я даже не успела доесть принесенный Хельгой куриный бульон, которым меня с ложки кормил Итан, как в покои втолкнули бледного, трясущегося старика в лекарской мантии.

Едва взглянув на маг-императора, тот упал на колени.

— Ваше маг-императорское величество, я ни в чем не виноват!

Итан бросил на него мимолетный взгляд и, снова зачерпнув в ложку супа, скормил его мне.

— А я разве в чем-то тебя обвинил? Вроде бы нет. Но, судя по реакции, ты точно что-то сделал. Линн, накажи его палками, пока не признается…

— Нет-нет-нет, — заплакал старик и принялся биться лбом о пол. — Я виноват… виноват. Я видел, что ее величество ждет двойню, но промолчал. Клянусь, не специально, мне приказали.

— Кто? — негромко поинтересовался муж, но в его голосе отчетливо слышалась смертельная опасность.

— В-вдовствующая маг-императрица!

Никто из нас двоих не удивился. Этот лекарь прислуживал Глории уже много лет, меня осматривал всего два раза. На чьей стороне его верность — ясно без лишних слов.

Однако старик, назвав имя зачинщика, на этом не остановился. Последующее его признание повергло меня в шок.

— Но о беременности она ничего не знает. Вдовствующая маг-императрица не хотела, чтобы ее величество родила наследника, и отдала приказ подмешивать в еду ее величества противозачаточный яд. Узнав о том, что ее величество в положении, я испугался, что не выполнил приказ и… промолчал.

У меня перехватило дыхание.

Выходит, дело не просто в утаивании беременности. Моя свекровь все это время меня травила? Вот же… тварь.

Итан опустил голову, но я успела заметить убийственный блеск в его глазах и крепко стиснутую челюсть. Предательство родной матери в силах пошатнуть даже самого сильного из мужчин. Не будь в покоях посторонних, я бы попыталась утешить мужа, зарывшись в его объятия. Но смогла лишь сжать его ладонь.

— Но… как тогда? — растерянно спросила я, невольно касаясь свободной рукой живота.

Старик судорожно выдохнул и покачал головой.

— Видимо, яд что-то нейтрализовало. Я… я использовал настой на мовве. Это совсем не опасно для вашего здоровья, ваше величество. Его действие могут подавить некоторые травы, используемые для лечения простуды. Вроде болотного мха, мышиной ловушки…

Услышав его последнюю фразу, стоявшая все это время в тени Хельга вдруг встрепенулась.

— Ваше величество, помните, в прошлом месяце вы слегка простудились, и я приготовила вам отвар по рецепту Слепой Карги? В нем как раз содержался болотный мох!

Не успела она договорить, как дверь с грохотом распахнулась, и в покои, миновав не смевшую ее сдерживать стражу, ворвалась сама Вдовствующая маг-императрица. Ее лицо было искажено гневом, волосы взъерошены, руки дрожали.

— Итан, как ты смеешь? Сейчас же прикажи выпустить Уилла из темницы! Он твой младший брат!

Муж медленно повернулся к ней. Эмоции уже были взяты под контроль. На губах играла хищная улыбка.

— Матушка, а вы легки на помине. Пришли первой нас поздравить?

Глория замерла, уставившись на стоящего на коленях испуганного лекаря. Она резко побледнела.

— Что… что здесь происходит?

— Я только что узнал радостную новость, — лениво протянул Итан. — Я скоро стану отцом. Правда, замечательно?

Свекрови потребовалось около минуты, чтобы прийти в себя.

— Д-действительно хорошая новость, — с трудом выдавила она.

— И не единственная, — отложив на тумбу тарелку с супом, поднялся с кровати ее сын. — Знаете, что еще я узнал? Оказывается, все эти два года кто-то исправно травил мою жену, чтобы не дать ей забеременеть. И этот человек — моя собственная мать.

— Ничего подобного! — отступив на шаг, воскликнула Глория. — Это все клевета!

— Не хотите признаваться, матушка? — беспечно пожал плечами Итан. — Что ж. Тогда я прикажу казнить Уилла. Немедленно.

— Не смей! — закричала свекровь. — Как ты можешь? Ради… ради нее?

— Ради нее, ради наших будущих детей, ради Сокрии, — не стал отрицать мой муж. — Это всего лишь казнь изменника. Кто выступит против?

Услышав его аргументы, женщина остановилась. Ее взгляд, полный ненависти, устремился на меня.

— Хорошо, ты прав, — наконец произнесла она безжизненным голосом. — Я действительно все это время травила твою жену. Не с целью ее убить. Просто не желала видеть ее отродье на императорском троне. Эта женщина — презренный перевертыш, дочь рабов и сама рабыня, самое низшее из созданий. Разве ты не видишь, Итан? Она околдовала тебя. Ты забыл про семейные узы. Оттолкнул от себя собственную мать, младших сестру и брата. В твоей голове только она одна.

В комнате воцарилась гнетущая тишина. Итан стоял прямо, изучая свекровь нечитаемым взглядом. Затем, словно что-то для себя решив, медленно кивнул.

— Я видел ваше отношение к моей женитьбе, — ледяным голосом произнес он. — Но по наивности думал, что в конце концов вы все смиритесь с моим выбором. Однако ситуация с каждым днем становилась все хуже. Я считал, что раз вы не трогаете мою жену напрямую, можно терпеть. Но вы приняли мое терпение за слабость. Пришла пора избавиться от ненужных вещей… Матушка, вы сегодня же покинете дворец. Линн позаботится о том, чтобы вы без проблем добрались до Картвеста. Это, конечно, далековато. Но говорят, на расстоянии родство ощущается острее. Вот и проверим.

Не то что Глория, даже я опешила, услышав его приказ. Картвест был крошечным, забытым богами городком на восточной границе. Климат сухой, вечные ветра. Для свекрови переехать туда жить — это как свалиться с Небес в Мертвый мир.

— Нет! Итан, ты не можешь! — пронзительно закричала она. Пришлось зажать ладонями уши.

— А кто мне запретит? — приподнял муж правую бровь.

— Где твоя почтительность? Я твоя родная мать! Если подниму шум, министры и народ взбунтуются против тебя!

Расплывшись в насмешливой улыбке, Итан приблизился к ней вплотную. Я видела, как в его глазах полыхает яростное пламя. Настоящий демон из Мертвого мира.

— Если поднимете шум — мне, конечно, придется прислушаться к мнению народа и оставить вас во дворце. Но вот вашим детям не повезет. Айрин я отдам за бродячего менестреля, без единой монеты в качестве приданого. А Уилла за предательство… казню. Публично. Вы этого хотите?

— Ты… ты не человек! Ты чудовище! — прошипела свекровь, трясясь от ужаса и бессильной злости.

— Яблоко от яблони, — усмехнувшись, парировал муж. — Ну что, матушка, выбирайте.

Глория с ненавистью скользнула взглядом от сына ко мне и обратно. Ее плечи обмякли.

— Хорошо. Я уеду. Но с условием: ты не тронешь ни Уилла, ни Айрин. А также пощадишь своего дядюшку Арлена — моего брата! И Алису!

— Пощадить главных заговорщиков? — откинув голову, весело рассмеялся Итан. — Я что, по-вашему, святой? Герцог Замара будет казнен при всем народе. А эта девица отправится в солдатский лагерь на севере. Как она там будет выживать — мне абсолютно все равно. А вы — собирайте вещи. Экипаж уже ждет.

Дверь за Вдовствующей маг-императрицей вскоре закрылась. Осознав, что, переступив черту, она потеряла любовь и доверие старшего сына, свекровь не стала больше спорить. Главное она получила — молчаливое обещание, что ее младшие дети останутся в живых.

Вслед за ней из покоев исчезла Хельга. Линн повел лекаря в темницу. Мы с Итаном остались вдвоем.

Вернувшись к постели, муж вновь опустился на край. Взял меня за руку и нежно коснулся губами тыльной стороны моей ладони.

— Прости, — устало сказал он.

— За что? — удивилась я.

— Ты два года их терпела. Ради меня. Я должен был сделать это раньше.

Потянувшись, я зарылась пальцам в его мягких волосах.

— Они — твоя семья. Будь я на твоем месте, поступила бы так же.

Муж поднял голову. В его глазах горел незнакомый мне, но согревающий огонь.

— Ты… — Он осторожно коснулся моего живота. — Вы — моя семья. Единственная.

8 месяцев спустя.

Долгожданная тишина. А все потому, что два вечно орущих свертка не у меня или у нянек, а на руках у расхаживающего по спальным покоям мужа. Он для детей — словно действенное успокоительное. Стоит приблизиться, как они перестают плакать и мгновенно засыпают.

Осознав это в первый же день после родов, я не могла не воспользоваться возможностью и велела Итану не отходить от них ни на шаг. Он исполнил все в точности, а потому выглядел сейчас не самым лучшим образом.

Дворец принимал гостей, поэтому кроме нас четверых присутствовали мой недавно вернувшийся из Валахии названый темный братец и его милая жена. А вот их очаровательный новорожденный сын и неугомонная старшая дочка, к сожалению, остались дома.

— Почему они такие красные и сморщенные? — заглянув под одеяльца, скривился Нокси и перевел пристальный взгляд на Итана. — Кар Ланде, у вас в императорской семье все такие страшные при рождении? Знал бы раньше — ни за что не отдал бы за тебя Риссу. Портишь нам род!

— Кайнокс Стирр, во-первых, говори тише, дети спят. А во-вторых, что ты несешь? — стукнув его по предплечью, прошипела Несса. — Все малыши рождаются красненькими и сморщенными. Вспомни какими были Эли и Дерек. Им всего два с половиной дня. Скоро все пройдет.

— Милая, как ты можешь наговаривать на наших детей? Они родились такими же красивыми, как и я.

Понимая, что спорить с этим мужчиной бесполезно, Несса, я и Итан дружно закатили глаза. В этом весь мой братец. Не успел вернуться домой после месячного отсутствия, как сразу явился во дворец. И все ради одного — похвастаться. Задание он, мол, выполнил быстро, и дети у него красивее… А попробуй возрази — останется от тебя горка мокрого пепла.

Однако сердиться на него было невозможно. Это же Нокс.

— У вас в Главном дворце как будто воздух стал чище, — оглядевшись, протянул брат. — Тишина, покой, птицы поют в саду. Устроили генеральную уборку?

— Ага, — усмехнулся Итан, бросив на меня хитрый взгляд. — Избавились от хлама.

Под «хламом» мой муж подразумевал масштабную перетряску кадров в министерствах, откуда вычистили всех поддерживающих заговорщиков людей. Дядюшка Арлен за несколько лет успел купить расположение многих из высокопоставленных служащих. Однако, испугавшись пыток, сдал всех подчистую. Итан никогда не прощал предателей. Участь их была до того жуткой, что я не стала вдаваться в подробности.

Герцога Замара, как муж и предупреждал свою матушку, очень быстро казнили. Алису отправили в солдатский лагерь на севере, где она вскоре сгинула в безвестности. Уилла лишили всех званий, отлучили от рода и послали служить в войска. Разумеется, пригрозив, что, если попробует сбежать, его будет ждать участь страшнее смерти. Айрин выдали замуж за бесполезного Норлингского герцога. В очереди на трон он значился под номером сорок пять. Какой-то дальний кузен короля. Получив богатое приданое, клятвенно пообещал Итану держать жену в ежовых рукавицах.

— Как прошла твоя поездка в Валахию? — заняв стул рядом с кроватью, негромко поинтересовался муж у Нокса.

— Наследный принц — не без моей помощи, разумеется — вчера надел на голову княжескую корону, — с демонстративным интересом изучая свои ногти, сообщил брат. — Соперников у него больше нет. Трагическая гибель от зубов стада обезумевших барсуков бывает заразна. Как оказалось, она может сразить тебя даже в собственной постели.

— А что с Миреллой? — задала я давно интересующий меня вопрос. После того как Космин увез ее из Сокрии, о принцессе не было ничего слышно.

Нокс поднял взгляд к потолку, будто вспоминая.

— А, та рыжая? Держали в темнице, пока не сошла с ума. Сейчас на попечении лекарей. О ней можно больше не переживать.

На мгновение меня посетила мысль, а не обошлось ли здесь без его вмешательства? Нокси хоть и редкостный мерзавец и злодей, но, когда дело касается семьи, не щадит никого. Узнав о том, через что мне пришлось из-за нее пройти, вполне мог лично подтолкнуть принцессу к краю.

Брат, словно не замечая направленных на него полных подозрения взглядов всех присутствующих, снова склонился над нашими с Итаном детьми.

— Надеюсь, маг-принца назвали в мою честь? — приподнял он правую бровь.

— Ага, — нисколько не смутившись вопроса, с ехидной ухмылкой ответил ему маг-император. — Лео. А девочку — Лидия.

Нокс театрально закатил глаза.

— Тогда никаких вам подарков на рождение.

— Нокс, прекрати издеваться, — нахмурилась Несса. — Мы здесь с важной новостью, а ты так себя ведешь…

— Ну ладно, — капризно протянул брат и тут же прижал девушку к себе.

— Что за новость? — округлила я глаза.

— Ты же знаешь, что Карнивор, родина твоих предков, находится на границе с Валахией? — начал он свой рассказ. Я кивнула. — Проезжая мимо, я решил одним глазком взглянуть на звериную территорию. Повстречал одного жуткого медведя. Клянусь, он чуть меня съел. Я не стал его сразу убивать. Так, применил кое-какое заклятие. Выяснилось, что он — глава небольшого клана, а его жена — пророчица. Что-то вроде нашей Слепой карги. Она-то и поведала мне одну интересную вещь. Оказывается, у перевертышей не бывает истинных меток. Со своей парой они образуют магическую «связь». Почувствовать ее нельзя, а вот увидеть — запросто.

Он расплылся в широкой улыбке, переводя многозначительный взгляд с Итана на меня и обратно. Муж не выдержал первым и кивнул.

— Действуй.

— Каер мори!

В ту же секунду в комнате произошла до того яркая вспышка, что даже дети заворочались. Благо, не проснулись. Затем все резко погрузилось во тьму. И только тонкая бестелесная цепочка, идущая от моего запястья к запястью мужа, продолжала излучать свет.

На мгновение воцарилась изумленная тишина. Ее прервал ворчливый голос брата.

— Лео, Лидия, я вам тоже кое-что принес — по серебряной ложке для обуви. Тетушка Несса ворчала, что у дядюшки нет никакого воображения, а ваша кузина Эли согласилась, что подарок чудесен. Ее вкусу я доверяю больше. Ай, Несса, больно же, я ничего такого не сказал, прекрати меня бить!

Вот и подошла к концу история Итана и Клариссы: а также весь цикл по этому миру.