Техасская война за независимость (1835-1836 гг.) и образование республики Техас

Был ли Техас аннексирован Соединёнными Штатами

Введение в проблему, или Что такое аннексия

Существует устойчивое мнение, что в 1845-м году Техас был аннексирован Соединёнными Штатами [20,21] вместе с другими территориями, ранее принадлежавшими Мексике (после американо-мексиканской войны к территории США были присоединены: Верхняя Калифорния и Новая Мексика - земли современных штатов Калифорния, Нью-Мексико, Аризона, Невада и Юта). Но по отношению к Техасу слово "аннексия" употребляется неправомерно. И для того, чтобы разобраться в вопросе, следует вспомнить, что такое "аннексия".

По современному политологическому определению аннексия (лат. annexio присоединение) - это насильственное и противоправное присоединение одним государством территории или части территории другого государства, а также пространства, находящегося в общем пользовании международного сообщества (Антарктида, дно Мирового океана за пределами национальной юрисдикции и пр.). По нормам современного международного права аннексия представляет собой грубое нарушение основных, признанных мировым сообществом, норм. Незаконность аннексии следует из принципиальных положений Устава ООН, согласно которому запрещается применение силы или угрозы силой "против территориальной неприкосновенности или политической независимости". Изменения государственной границы, считаются законными, если они осуществляются на основе равноправных и добровольных договоров между политически суверенными странами [14].

Похожие определения даются и в других словарях: Словарь иностранных слов, Комлев Н.Г., 2006; Большой словарь иностранных слов, Издательство ИДДК, 2007; Новый словарь иностранных слов, by EdwART, 2009 [9,12,13].

В словарях начала ХХ века указывается, что аннексия - это присоединение чего-либо (области, страны, края) "к другому государству, не основанное на формальном акте отречения владетеля присоединяемой области" [18]; "без формального отречения от власти прежнего правительства" [15].

В СЭС аннексия так же определяется как вид агрессии, захвата, насильственного удержания народа в границах другого государства [16].

Таким образом, аннексия - это именно насильственное присоединение, которое совершается одним государством против воли народа и правительства другого (присоединяемого) государства. Имело ли место насильственное присоединение в случае с Техасом, который по своей воле вошёл в состав США, будучи свободной республикой, признанной другими государствами? Исходя из определений аннексии - нет. Но поскольку устойчивое заблуждение на данный счёт имеет место как в отечественной, так и американской исторической науке, попробуем прояснить этот вопрос.

Часть I. Техас как арена столкновений европейских и американских интересов. Причины конфликта

Войны за независимость в советской исторической науке чаще всего рассматривается как нечто справедливое, как примеры борьбы против угнетения одного народа другим. Однако, техасская война за независимость 30-х годов XIX века является странным исключением из общего правила традиционного преподавания истории в нашей стране. Это важное для Техаса событие рассматривают либо в откровенно негативном ключе, обвиняя техасцев и американцев вообще в экспансии мексиканской территории, либо о техасской войне за независимость просто умалчивают.

Допустим, неприятие техасской войны за независимость исходит из того, что первоначально территория Техаса принадлежала Мексике. Но тогда нужно вспомнить, что территорию Техаса изначально населяли вовсе не мексиканцы, а индейцы. Мексиканцы прогнали индейцев, но об этом как-то никто не вспоминает. А вот то, что техасцы "прогнали" мексиканцев - это выводится во что-то неправильное. Я поясню, почему во втором случае пишу "прогнали" в кавычках.

На тот момент, когда Техас стали заселять американцы и европейцы (по приглашению испанских властей), сами же испанские власти выбили своё собственное немногочисленное население Техаса, обвинив его в измене (события 1810-1821 гг.) [7]. То есть, тем же американцам и европейцам не нужно было никого "прогонять", нужно было просто поселиться и освоить эту практически пустующую землю. Во время Техасской революции (1836 г.) техасцы не прогоняли из Техаса живущих там мексиканцев. Они воевали с регулярной армией Мексики за свои политические права и свободы. И часть мексиканцев, проживающих в Техасе, предпочла воевать на стороне техасцев.

Итак, Техас изначально принадлежал Мексике, но благодаря возникшим политическим и экономическим разногласиям вступил в вооружённый конфликт с Мексикой и отсоединился в самостоятельное государство. И тем не менее, техасская революция осуждается некоторой частью мировой общественности, а самостоятельности техасской республики не придают должного значения, или попросту забывают про то, что когда-то Техас был отдельной страной, не зависимой ни от Мексики, ни от США.

В чём же разница между получившими когда-то самостоятельность территориями, которые отсоединились от Израиля, и Техасом, который поступил аналогичным образом, когда отсоединился от Мексики и отстоял свою независимость? Эта разница - лишь в головах тех, кто трактует исторические факты в выгодном для себя свете. Для советской исторической науки признать, что "горячо любимая" благодаря восстанию Эмилиано Сапаты (лидер Мексиканской революции 1910 года против диктатуры Порфирио Диаса) Мексика сама явилась в роли угнетателя по отношению к Техасу, было совершенно неприемлемо. Ведь Техас воспринимался как часть США, то есть, капиталистической державы, противоположного полюса в борьбе двух мировых систем: капитализма и социализма. И сказать про Техас, что его революция была справедливой, не повернулся язык ни у одного советского историка. А мы на данный момент вынуждены удовлетворяться тем, что эти самые советские историки оставили нам в наследство.

Была ли техасская революция экспансией и на сколько действительно можно обвинять техасцев в том, что они захотели самостоятельности, вопрос исторически сложный. Чтобы разобраться в нём, необходимо прежде всего рассмотреть, что же явилось причинами войны Техаса против Мексики. А для лучшего понимания кратко охватить историю Техаса как самостоятельного государства в целом.

Что такое Техас

На данный момент Техас - самый южный штат США, второй по величине (после Аляски) и второй по численности населения (после Калифорнии).

Техас граничит на западе со штатом Нью-Мексико, штатами Луизиана и Арканзас на востоке, штатом Оклахома на Севере, Мексикой на юго-западе и Мексиканским заливом на юго-востоке.

Рельеф местности Техаса сильно изменяется: от нисходящей к побережью Мексиканского залива Примексиканской низменности на востоке и юге, до повышающихся на западе Плато Эдуардо (более 800 м. над уровнем моря) и Льяно-Эстакадо (до 1200 м. над уровнем моря) и отрогов Скалистых гор на крайнем западе (более 2600 метров над уровнем моря). На востоке и юге Техаса - саванны, сосново-дубовые леса и даже болота. Но большая часть центрального Техаса - это равнины, к западу переходящие в степи и пустыни. Здесь проходят две климатические зоны: субтропическая по побережью и континентальная в центре. Количество осадков так же разнится от 1000-1300 мм. на юго-востоке до 200-300мм. в более засушливых зонах.

По территории Техаса протекают пять крупных рек: Рио-Гранде (граница с Мексикой), Ред-Ривер, Тринити, Бразос и Колорадо. Множество мелких рек и притоков в центральной и западной части Техаса в наиболее жаркие месяцы полностью пересыхают.

По духу, по самобытности, по своей культуре и национальному самосознанию Техас отличается от всех остальных штатов Америки, поэтому можно сказать: Техас - это не совсем США. Это, скорее, государство в государстве, обособленное от всех остальных Штатов.

Историю Техаса обычно начинают с истории населявших эти места индейских племён: апачи, команчи, кайова, чероки и других. Европейский интерес к Техасу начинается с 1519 года, когда испанский мореплаватель Алонсо Альварес де Пинеда нанёс на карту прибрежную линию Мексиканского залива. В 1528 году испанский конкистадор Альвар Нуньес Кабеса де Вака потерпел крушение у берегов Техаса и исторически считается первым европейцем, вступившим на эту землю. Но несмотря на то, что де Вака стал активно организовывать торговлю с индейскими племенами, первое европейское поселение появилось на территории Техаса только в 1682-м году, приблизительно рядом с местом, где располагается современный город Эль-Пасо. На востоке, со стороны французской Луизианы, территорию Техаса первыми, с 1685 года, начали осваивать французы. В 1690-м году Алонсо де Леон перешёл Рио-Гранде со стороны Мексики и основал миссию Сан-Франциско-де-лос-Техас. На протяжении следующих нескольких лет испанцы организовали колонию в Накогдочес, недалеко от побережья Мексиканского залива, и несколько поселений вдоль Рио-Гранде.

Крупные предприятия испанцев на территории Северной и Центральной Америки касались в основном Мексики с её серебряными рудниками, которые принесли значительную часть доходов в испанскую казну. Так же испанцы частично осваивали Нью-Мексико, поскольку вели прибыльную торговлю через Санта-Фе. Испания стремилась всеми силами уберечь серебряные рудники Мексики и торговый путь в Санта-Фе от посягательств французских и британских колонистов. В 1716 году с этой целью была построена миссия на реке Сан-Антонио, как первый шаг по созданию буферной зоны на севере Мексики, по отношению к другим державам. Миссия Сан-Антонио-де-Валеро, позднее известная как Аламо, стала центром деревни Сан-Антонио-де-Бехар - будущего самого важного города испанского Техаса. Через несколько лет испанское правительство отправило в это место 55 поселенцев с Канарских островов для того, чтобы они основали колонию рядом с новой миссией.

Уже к концу XVIII века вся современная территория Техаса и Мексика являлись испанской колонией "Новая Испания". Однако, испанцы и мексиканцы не торопились заселять Техас и к началу XIX века на его территории было всего три крупных поселения, четыре миссии и чуть более десятка раскиданных по территории ранчо. Население испанского Техаса постепенно выросло примерно до 3500 человек (не считая индейцев), в основном мелких фермеров и скотоводов. Небольшие группы мирных индейцев поселились среди испанцев и породнились с ними. Но вне этих форпостов весь оставшийся штат Техас оставался царством кайова, апачей и их соперников - ещё более страшных команчей.

Для сравнения: население Мексики к 1793 году представляло из себя следующее: около 8000 европейцев, т. е. людей, родившихся в Старом Свете; около 700 000 креолов т.е. европейцев, родившихся в колонии; около 420 000 метисов и около 2,3 млн. индийцев. К 1800-му году одно только население Мехико (столица Мексики) составляло около 150 000 человек, то есть, почти в 43 раза больше, чем население всего Техаса [5].

Рассмотрим теперь, каковы же причины, по которым Техас заселили вовсе не испанцы, которым было так необходимо создать буферную зону, а американцы и европейцы.

* * *

Американский историк Алан C. Хаффинс и его коллега, профессор Роберт О'Нил утверждают, что история Техаса как 28-го штата США началась не в самом Техасе [1]. Корни присоединения Техаса к США с их точки зрения можно найти гораздо раньше, как результат столкновения трех европейских империй, которые стремились покорить Северную Америку. Начиная с 1500-х годов наиболее могущественные державы Европы начали исследовать и делать своими колониями обширные территории Северной Америки. Британцы благополучно укрепились на Восточном побережье и создали там вполне успешные колонии. Французам достался обширный участок от Миссисипи до Скалистых гор - территория, которую они назвали - Луизиана. Испанцы, в дополнение к их огромным владениям в Южной и Центральной Америке, заявил притязания на юго-запад, Орегон и Калифорнию.

Франция не уделяла большого внимания колонизации в Северной Америке, предпочитая использовать территорию как сырьевую базу для метрополии. В 1803-м году Наполеон Бонапарт совершил шаг, подвинувший Соединённые Штаты к мысли о присоединении территории Техаса к США. Нуждаясь в деньгах для своих многочисленных предприятий, Наполеон продал Луизиану Соединённым Штатам. Таким образом, американская граница подошла ещё ближе к Мексике. Испанское правительство было встревожено, так как президент США Томас Джефферсон заявил о желании купить и территорию Техаса, так как это позволяло США значительно расширить свои владения до Рио-Гранде и Мексиканского залива. Ведь обширная территория севернее Сан-Антонио, хотя формально и принадлежала Испании, фактически никем не была заселена помимо небольших и агрессивных индейских племён и точной границы между испанскими и американскими владениями не было. Испания пошла на переговоры и в 1806-м году было подписано соглашение о временной границе, а в 1819-м наконец окончательно был подписан взаимный договор о том, что граница будет пролегать по реке Сабин. Соединённые Штаты отказались от дальнейших претензий на Техас и взамен него купили территорию Флориды.

С 1810 года в Мексике местное население начало десятилетнюю освободительную войну против испанского владычества. В эту войну было вовлечено и население Техаса. Подавляя восстание, испанский генерал Хоакин де Арредондо проводил политику массовых казней, расстреливая всех, кто только подозревался в заговоре против Испании. И без того немногочисленное население Техаса оказалось практически уничтоженным руками испанских солдат и Техас снова опустел [7].

В 1821-м году "Новая Испания" добилась независимости от Испании старой и стала отдельным государством - Мексикой. И теперь уже как самостоятельное государство встала перед серьёзной проблемой в Техасе. Команчи и апачи по прежнему жили в центральной части Техаса и их политика массовых казней, проводимая ещё недавно испанским генералом, совершенно не коснулась. Они, как и прежде, совершали свои набеги на поселенцев. Помимо сложностей с индейцами не меньшую сложность создавали и американские контрабандисты, которые использовали опасный, но соблазнительный путь через Техас для провоза и сбыта нелегальных товаров. Ведь территория практически никем не охранялась и таможенные пошлины при определённой ловкости и смелости можно было не платить. А население Техаса благодаря испанским карательным мерам сократилось до минимума и не могло защитить даже себя, не то что Мексику.

Ещё в самом конце испанского владычества, когда практически почти всё испанское население Техаса было уничтожено, испанские власти оказались не в состоянии привлечь новых поселенцев и защитить свои латиноамериканские поселения Сан-Антонио-де-Бехар и Ларедо от враждебно настроенных племён индейцев-команчей. И тогда было решено заселить Техас англо-американскими колонистами. По плану испанских властей Мексики, колонисты должны были получить щедрые земельные льготы в обмен на принятие испанского гражданства и католической веры, а так же иметь желание тратить свои деньги и силы для развития и защиты страны.

Примерно за год до провозглашения независимости Мексики, в Сан-Антонио (один из основных городов Техаса) прибыл горнопромышленник Мозес Остин и получил от губернатора разрешение основать колонию, в которую переехали 300 американских семей. Для американских колонистов Техас был привлекателен прежде всего дешевизной земли (4 цента за акр неосвоенных земель, против $ 1,25 в Соединенных Штатах) [7]. Помимо этого, в Техасе могли найти убежище те, кто по разным причинам не смог обосноваться на территории США (например, сильно задолжали и скрывались от кредиторов), или у которых были иные проблемы с возвращением на родину.

Став независимой, Мексика подтвердила намерение предоставить территорию Техаса для заселения американскими колонистами. Мексиканские власти решили продолжить дело, начатое испанцами, потому что так же не видели иного способа заселить Техас и оградить себя от агрессивных индейских племён. Договор остался в силе. Англо-американским предпринимателям было отдано практически всё: управление колонии, приглашение и приём колонистов, организация милиции и защиты. Заметьте, техасцам с самого начала было привычно обеспечивать свою безопасность при помощи добровольческих отрядов (милиция, рейнджеры), а не регулярной армии, которая появилась в Техасе только к 1836-му году, когда он стал самостоятельной республикой. И то, изначально регулярная техасская армия Техаса была очень незначительная по численности. Эта особенность Техаса обуславливалась самим историческим ходом его формирования как провинции Мексики. Ведь провинции не полагается иметь своей собственной армии. Провинцию обязана защищать регулярная армия самого государства. Но Мексиканская армия защищать Техас не собиралась. Подразумевалось, что жители этой провинции сами станут решать проблемы своей защиты, в добровольном порядке, а заодно защитят и Мексику. И техасцы справились с возложенной на них задачей, создав уникальную для мировой истории добровольную организацию - техасских рейнджеров.

Вернёмся чуть назад. В 1822-м году американское правительство сделало очередную попытку выкупить у Мексики территорию Техаса вместе с некоторыми другими приграничными территориями. Мало заселённый ещё Техас продолжал привлекать внимание молодого государства США, потому что в нём видели дополнительную возможность упрочить своё положение на Североамериканском континенте. Однако, мексиканский император Агустин I не пожелал расставаться с территорией и в ответ издал закон о свободной колонизации, разрешив селиться на любых незанятых мексиканских территориях. Этот шаг вполне объясним: постоянно собирать налоги выгоднее, чем получить единомоментную компенсацию. Поэтому Мексике было выгоднее заселить Техас и начать получать с него налоги, чем продавать его.

Сын Мозеса Остина (человека, заключавшего договор с испанскими властями Мексики) Стивен Остин, продолжая дело своего отца, стал уполномоченным от мексиканского правительства по заселению пустых земель на территории Техаса. Он должен был привлечь переселенцев из США и Европы, которые получат землю, если, помимо прочих условий, согласятся стать мексиканскими гражданами, примут католическую религию и научатся говорить на испанском языке. За свою деятельность Стивен Остин был вознаграждён правительством Мексики землёй и военной властью над новой колонией. Благодаря стараниям Стивена Остина на территорию Техаса въехало ещё 200 семей. Вслед за ними, привлечённые дешевизной земли и новыми возможностями, поехали и другие колонизаторы. Техас быстро начали заселять американцы.

Император Мексики Августин I гарантировал охрану прав и некоторых привилегий техасских поселенцев, что прямо указывает на заинтересованность самого мексиканского правительства в заселении Техаса колонистами. Привилегии и льготы были достаточно существенными. Так, покупающий землю по без того очень низкой цене (2-3 доллара за минимальный участок в несколько акров, в зависимости от того, орошаем он или нет), арендатор должен был внести первый взнос за занимаемую им землю только через 6 лет, и далее, в течение 15-ти лет выплачивать деньги в рассрочку [11]. На таких условиях даже нищие мексиканцы могли бы позволить себе присоединиться к колонистам. Тем более, что нигде не значилось, что подобные льготы имеют только иностранцы. Льготы предоставлялись всем колонистам вообще. Однако, мексиканское население не спешило воспользоваться предоставленными льготами.

Некоторые историки делают акцент на то, что правительство США "самым возмутительным образом", путём давления на правительство Мексики, добилось льготных условий для колонистов в Техасе [10]. Однако, никто из них не указывает, в чём же заключалось это самое "давление". Вряд ли один Стивен Остин, действуя частным порядком, так напугал мексиканское правительство, что оно тут же предоставило льготные условия заселения территории Техаса. И ни в одном источнике не говорится о том, что американское правительство угрожало Мексике военными санкциями в том случае, если они не разрешат американским и европейским переселенцам переезжать в Техас.

На сам факт разрешения заселить территорию Техаса можно посмотреть и с точки зрения, отличной от привычных толкований. Мексиканское правительство, не имея возможности заселять Техас своими людьми (мексиканцы попросту не желали ехать в Техас), согласилось принимать иностранцев, при этом поставив условие, по которому колонисты могли быть только католиками, если хотели получить разрешение на приобретение земли. Правительство имеет право само выбирать себе поселенцев. Но можно сказать, что в данном случае со стороны Мексики имел место факт отсутствия веротерпимости. Подобный вопрос относится к категории морально-нравственных, чтобы судить о нём однозначно.

Заселение Техаса американскими колонистами в 1825-м году стимулировало президента США Джона Куинси Адамса и государственного секретаря США Генри Клея начать новые переговоры с Мексикой и вновь попытаться купить восточный Техас. По мнению некоторых историков, предпосылки вступления Техаса в состав США были созданы именно тем, что Техас с 1820-х годов стали заселять выходцы из Европы и США. И в Техасе, и в Штатах, было достаточно людей, которые считали, что рано или поздно Техас должен стать ещё одним штатом США. Техасцы и по крови, и по менталитету, и по деловым связям были гораздо ближе к своим американским соседям, чем к Мексике. К тому же, территория США в течение одной человеческой жизни распространилась от Восточного побережья до Скалистых гор и завершить свою территориальную экспансию Техасом многим казалось естественным процессом [7]. Но Мексика не собиралась продавать территорию своей провинции и США пришлось в очередной раз отступить.

Чтобы объяснить, почему же началась война между Техасом и Мексикой, иногда приводят факт, что в 1824-1825 годах мексиканское правительство приняло ряд запретов на ввоз рабов и под конец запретило рабство на территории Мексики, чем "ущемило" интересы техасцев. Однако рабство, которым советские историки склонны были объяснить многие события на североамериканском континенте, на самом деле имело куда меньше значения, чем принято ему придавать. По декрету мексиканского президента Висенте Герреро, принятому в 1829-м году, рабство полностью отменялось в Мексике, но действие данного декрета не распространялось на Техас. Иными словами, закон мог слегка обеспокоить техасцев, но вряд ли заставил бы их взяться за оружие. К тому же, в Техасе было незначительное количество плантаций, а следовательно - небольшое количество рабовладельцев и данный декрет, даже если бы его действие распространили на Техас, не мог бы сильно повлиять на экономику Техаса.

Нельзя полностью согласиться и с мнением, что заселение Техаса было спланированной акцией со стороны правительства США [10] с целью захвата этой территории. Ведь в результате конфликта с Мексикой, в котором победили техасцы, была образована самостоятельная республика Техас, получившая международный статус и признание наиболее значительных стран мира (за исключением самой Мексики). То есть, изначального у людей, которые заселяли Техас, не было чёткого плана присоединения Техаса к США.

В 1830-м году президент США Эндрю Джексон возобновил попытки выкупить восточные земли Техаса. Правительство Мексики в очередной раз отказалось от продажи Техаса. Благодаря колонистам этот край становился экономически выгодным для Мексики. Даже если первые шесть лет с колонистов ничего не брать (взять с них было ещё нечего, так как для налаживания производства сельхозпродукции с нуля нужно было время), то в последующее время в казну мексиканского государства должны были пойти налоги с освоенной техасцами территории.

К этому времени растущее население и растущая самостоятельность Техаса начинали вызывать беспокойство у мексиканцев. Ведь люди, живущие в Техасе, привычные с оружием в руках защищать свою жизнь, могли однажды стать угрозой самой Мексике. И временное правительство Мексики во главе с Санта-Анной (1829-1834) спешно запретило дальнейшую иммиграцию переселенцев из Штатов, а вместо этого стало поощрять переселенцев из Мексики и Европы и усилило своё военное присутствие в Техасе. Эти новые приоритеты были закреплены законом от 6 апреля 1830 года [11]. Переселение американцев в Техас это не остановило и вдоль границы с США на территории Техаса продолжали селиться люди, которые теперь уже считались нелегальными эмигрантами, но надеялись со временем получить официальный статус.

В 1833-м году техасскому представителю Стивену Остину в очередной раз удалось склонить мексиканское правительство к разрешению продолжать заселение Техаса иммигрантами из США, а так же получить для Техаса гарантии веротерпимости и разрешения употреблять английский язык в официальных документах. Однако, в 1834-м году в Мексике произошёл военный переворот и установилась диктатура генерала Санта-Анны.

Антонио Лопес де Санта-Анна (1794-1876) - мексиканский генерал, провозгласивший себя "Наполеоном Запада". 11 раз был президентом Мексики. Как говорит о данном правителе историк Джим Тук, Санта-Анна ратовал за демократию, против "тирании самозваного императора", но как только занял должность президента, взял всю власть в свои руки, отстранив от дел всех сторонников демократии и потребовал, чтобы его именовали "Ваша Светлость" [6]. В феврале 1836 года он руководил военными действиями в Техасе, а в апреле был разгромлен и взят в плен техасцами в короткой двадцатиминутной битве.

Действия Санта-Анны в качестве президента-генерала в значительной степени дестабилизировали обстановку между Техасом и Мексикой, поэтому можно сказать, что президент-генерал сделал для отсоединения Техаса гораздо больше, чем все американские предприниматели, президенты и государственные секретари вместе взятые. Санта-Анна отменил прежнюю конституцию. Он потребовал повышения налогов с англоязычного населения Техаса. Но, что было значительно хуже, Санта-Анна потребовал полного разоружения техасцев и запретил им впредь иметь какое-либо оружие, не уделив ни малейшего внимания присутствию на территории Техаса агрессивных племён индейцев и различных бандитов, как мексиканских, так и американских, нападавших на мирных фермеров и горожан. Бандиты и индейцы представляли из себя серьёзную угрозу, с которой невозможно было справиться голыми руками. Фактически, Санта-Анна своим указом отдал безоружных техасцев в руки врагов, от которых страдал не только Техас, но и сама Мексика. Но у Санта-Анны были свои желания: он хотел, чтобы Техас по-прежнему служил буфером между Мексикой и агрессивными индейскими племенами, но при этом чтобы в случае недовольства Техасцы не смогли оказать ему сопротивления. Так же Санта-Анна потребовал выдворения всех нелегальных иммигрантов, переселившихся из пограничных Техасу штатов США, и безвозмездной передачи их земель правительству Мексики.

Своими действиями Санта-Анна поставил техасцев в такие условия, что они оказались на грани бунта. Уже положившие много сил и жизней на освоение этих земель, техасцы не могли однозначно согласиться с тем, что таможенные пошлины усилены справедливо, что налоги с англоязычного населения должны взиматься в несколько раз больше, чем с живущих тут немногочисленных мексиканцев, или что они должны голыми руками воевать с вооруженными команчами. Мексиканские военные ограждать безоружных техасцев от индейцев и бандитов не собирались и находились на территории Техаса лишь для поддержания режима Санта-Анны.

Возник ряд столкновений, в которых на каждую попытку Мексики обеспечить выполнение новых условий стихийно возникал небольшой бунт или акт гражданского неповиновения. А на каждый акт гражданского неповиновения или бунт со стороны мексиканских властей условия для техасцев ещё более ужесточались. Раз от разу сломить сопротивление техасцев становилось всё труднее, события вышли из-под контроля и привели в 1836-м году к Техасской революции.

Вполне возможно, что если бы не категоричные меры, которые принял Санта-Анна против техасцев, Техас и по сей день мирно оставался бы провинцией Мексики. Но благодаря произволению "Наполеона Запада" события повернулись иначе.

Терпение техасцев исчерпалось. 2 октября 1835 года близ города Гонсалес произошло первое вооружённое столкновение техасцев с отрядом мексиканской кавалерии, положившее начало войне Техаса за независимость.

Казалось бы, 25 000 жителей Техаса не смогут долго противостоять более чем трёхмиллионному населению Мексики. Особенно если учесть, что Мексика, вопреки расхожему мнению, была страной достаточно богатой и могла содержать огромную армию. На протяжении всего колониального господства Мексика была крупнейшим поставщиком серебра в мире. Несмотря на то, что революция и война за независимость против Испании сильно пошатнули мексиканскую экономику, к 1836 году государственный доход составлял более 24 миллионов песо (включая серебряные рудники, добычу других полезных ископаемых и сельхозпродукцию) [5]. Техас к этому же моменту, с его 25-тысячным населением, основную массу которого составляли фермеры, противником Мексике объективно быть не мог.

Мне не удалось найти сведений о государственном доходе Техаса к 1836 году. Но известно, что к этому моменту на территории Техаса было всего несколько небольших городов и не имелось никакого производства или разработок полезных ископаемых. В дальнейшем правительство Техаса было вынуждено расплачиваться за помощь, оказанную со стороны США, не деньгами, а частями своей территории. Исходя из этого, можно предположить, что сведений о величине государственного дохода Техасской Республики на конец 1830-х годов просто нет, потому что нет и самих доходов.

Несмотря на тяжёлое положение, отсутствие средств и малую численность населения, Техасская Республика отстояла себя и просуществовала девять лет. Хотя и вынуждена была в конце 1845 года стать 28-м штатом США.

Использованная литература:

1. Alan C. Huffines. The Texas War of Independence 1835-1836. From Outbreak to the Alamo to San Jacinto // New York NY 10016, USA

2. Antonio Lуpez de Santa Anna // http://www.tamu.edu/ccbn/dewitt/santaanna.htm

3. Antonio Lopez de Santa Anna (1794-1876) // http://www.sanmiguelguide.com/antonio-lopez-santa-anna.htm

4. Antonio Lуpez de Santa Anna // http://www.tamu.edu/ccbn/dewitt/santaanna.htm

5. Jaime Rodriguez. La Crisis de Mexico en el siglo XIX // http://www.iih.unam.mx/moderna/ehmc/ehmc10/124.html

6. Jim Tuck. Antonio Lopez de Santa Anna (1794-1876) - Master of chutzpah // http://www.mexconnect.com/articles/254-antonio-lopez-de-santa-anna

7. Hard Road to Texas.Texas Annexation 1836-1845 // http://www.tsl.state.tx.us/exhibits/annexation/index.html

8. Mike Cox. Texas Ranger History: A Brief History of the Texas Rangers - Part I. // Texas Ranger Hall of Fame and Museum. 2003 // http://www.texasranger.org/history/SilverStars1.htm

9. Большой словарь иностранных слов. М., 2007

10. Бурова И.И., Силинский С.В. США. СПб., 2002

11. История США / Под ред. Н.Н. Болховитинова. Т. 1 (1607-1877). М., 1983

12. Комлев Н.Г. Словарь иностранных слов. М., 2006

13. Новый словарь иностранных слов // by EdwART, 2009

14. Политология: Словарь-справочник / М.А. Василик, М.С. Вершинин и др. М., 2000

15. Попов М. Полный словарь иностранных слов, вошедших в употребление в русском языке. 1907

16. СЭС. М., 1997

17. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. М., 2001

18. Чудинов А.Н. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. 1910

19. Шлезингер Артур М. Циклы американской истории. М., 1992

20. http://america-xix.org.ru/library/alentieva-mexican-war/

21. http://america-xix.org.ru/great-migration/texas/

Техасская война за независимость (1835-1836 гг.) и образование республики Техас

Битва при Гонсалесе 2 октября 1835 года

Предыстория

"Мексика - место смерти". Так озаглавил главу в своём исследовании американский историк Алан Хаффнис [1]. Смерть поджидала на этой земле от болезней, от рук индейцев-команчей, от устраиваемых одна за одной революций. Система испанской власти в Мексике была построена на следующем принципе: в Мексику должно прибывать минимальное количество испанцев, которые будут использовать труд местного населения, а результаты этого труда отправлять через океан, в Испанию. Подобная система и её последствия породили ряд серьёзных противоречий. В частности, то, что те испанцы, которые обосновывались жить в колонии (то есть, становились местными на американском континенте), практически лишались всех прав по сравнению с испанцами, которые приезжали в колонию лишь затем, чтобы от имени испанского правительства забрать налоги или продукцию и везти её в Испанию. Ещё меньше прав было у креолов - тех испанцев, которые рождались в колониях, а не в метрополии. Они могли быть крупными землевладельцами в Мексике, но в сравнении с испанцем старого света не имели никаких прав, не могли участвовать в управлении колонией, не могли занимать офицерские посты в армии. Подобное положение не устраивало население колоний и привело в начале XIX века к Революции. В результате десятилетней борьбы Мексика освободилась от власти Испании. Как сказал тот же Хаффнис, вышла из-под системы "этнической эксплуатации"[1].

Техас к началу XIX века был практически не заселён. В течении ста лет Испания пыталась колонизировать эту территорию (провинцию Тексас [1]), но каждый раз эти попытки не приводили ни к каким результатам. К 1820-му году здесь было только три поселения: Накогдочес, Сан-Антонио и Голиад, в которых в общей сложности проживало около 2 500 человек. Чтобы создать со стороны Мексики барьер на пути индейцев и получить наконец с этой земли хоть какую-то прибыль, испанские власти приняли решение привлечь колонистов из Соединённых Штатов. Американцы и сами были не прочь испытать судьбу в Техасе. Американец Мозес Остин начал переговоры с губернатором Новой Испании, чтобы получить разрешение на поселение в Сан-Антонио на постоянное жительство колонистов англо-саксонского происхождения. Когда было подано это прошение, Техас входил в состав Восточной провинции Новой Испании. С помощью своего старого знакомого, барона де Бастопа, губернатор Техаса Антонио Мария Мартинес направил прошение Мозеса Остина генералу Хоакину де Арредондо, который управлял вице-королевством от имени Испании. Незадолго до провозглашения независимости Мексики Арредондо одобрил это ходатайство. Оно вступило в силу с 17 января 1821 года [1],[4].

Возвращаясь домой, в Геркулануме (штат Миссури) Мозес Остин, человек преклонных лет, заболел воспалением лёгких и умер. На смертном одре он завещал своему сыну Стивену Остину продолжить начатое им дело [1],[4].

27 сентября 1821 года генерал Агустин де Итурбиде и его армия вошли в Мехико и этим закончилась десятилетняя мексиканская революция. Мексика провозгласила независимость от Испании и установила конституционную монархию во главе с самим генералом Итурбиде, объявившим себя императором Августином Первым [3]. И хотя Испания ещё до 28 декабря 1836 года (когда был подписан Мадридский договор) не признавала независимость Мексики, Мексиканская империя фактически освободилась от власти испанцев и отменила большую часть колониальных ограничений, действующих в стране.

Поскольку власть сменилась, переговоры о заселении Техаса лицами англо-саксонского происхождения возобновились уже с новым правительством Мексики. По поручению Августина I два представителя из Сан-Антонио, Хуан де Вераменди и Сегин встретились со Стивеном Фуллером Остином и ознакомили его с условиями колонизации Техаса: поселенцы должны быть хорошо воспитанные, законопослушные, принять подданство Мексики и перейти в католическую веру. Остин принял условия и 18 февраля 1823 года императорским указом его просьба была одобрена [1].

В 1823 году, благодаря восстанию в Веракрус под предводительством генерала Санта-Анны, Августин I сложил с себя императорскую власть, уступив полномочия Конгрессу. А с 1824 года в силу вступила новая Конституция Мексики. Конституция была либеральной, написанной по образцу конституции Соединённых Штатов. Техас не получил государственности (то есть, права быть самостоятельным штатом) в новой республике, как это было во время испанского владычества, а стал частью провинции Коауила [1]. Но в остальном у новых поселенцев было достаточно много свобод и льгот, чтобы беспрепятственно селиться на техасской земле.

Предприимчивые и энергичные переселенцы, стараниями Стивена Остина и собственным энтузиазмом, в относительно короткий срок стали бурно заселять Техас. Сложности их не пугали. Они пришли, чтобы обосноваться на земле, которая привлекала своей дешевизной и новыми возможностями и не собирались отступать. Историк Хаффнис пишет, что в отличие от мексиканцев, новые поселенцы из Штатов, привыкшие к конституции США, вели себя достаточно уверенно и сильно полагались на конституционные права, чем слегка пугали мексиканские власти, непривычные к подобной самостоятельности рядового населения [1]. Ни один историк не говорит, что между техасцами и мексиканцами возникали ссоры или разногласия. Колонисты прекрасно уживались друг с другом, потому что делить им было нечего. Они все находились в равных условиях и в равной степени подчинялись мексиканскому правительству и конституции.

За 10 лет энергичному Стивену Остину удалось сделать то, что не удавалось испанцам в течение века. Но количество англоязычного населения в Техасе начало настораживать мексиканские власти. Они не ожидали такого бурного прироста техасцев. Между Рио-Колорадо и Рио-Бразос уже к 1831 году было не меньше 20 000 населения - техасцев, что значительно превышало количество мексиканцев, проживающих на этой территории [1],[4],[6].

Как утверждает Хаффнис, мексиканцы не учли специфики формирования американской нации, очень сильно отличающейся от них самих [1]. Упорные в достижении цели, американцы привыкли бороться с трудностями, которые встают перед ними. Не исключено, что мексиканцы могли прийти к выводу, что если вдруг эти предприимчивые и смелые люди обернутся против них, справиться с ними будет чрезвычайно сложно. В 1828 году, в своём послании генералу Терану, президент Гвадалупе Виктория писал об этом: "...колонисты - люди другого сорта, более предприимчивые и образованные, чем мексиканские жители, но так же более хитрые и непокорные; среди этих иностранцев беглецы и честные чернорабочие, бродяги и преступники <...> Поступающий поток новых переселенцев был непрерывен и узнавали о них тогда, когда обнаруживалось, что они уже давно занимают землю" [1].

Мексиканское правительство заранее боялось бунта со стороны техасцев, хотя на это не было серьёзных оснований. Да, осознание своих прав было неотъемлемой частью американского менталитета [1]. Поскольку конституция Мексики 1824 года была разработана по образцу американской либеральной конституции, переселенцы уповали на то, что и на новом месте они будут иметь ту же свободу, которую имели в США. Американцы привыкли считать, что они могут по закону требовать защиты своих прав. Мексиканцы от американцев отличались тем, что гораздо меньше уповали на защиту первой либеральной конституции на территории Мексики. Во время испанского владычества местные жители Мексики имели очень мало прав и для них было привычнее не надеяться на закон, который до принятия конституции фактически всегда оказывался против них. Отсюда можно сделать вывод, что потенциально техасцы были более законопослушные, готовые добиваться каких-либо прав для себя не насильственными мерами, а апеллируя к правительству, от которого ожидали защиты своих прав. А мексиканцы, не привыкшие полагаться на защиту закона, более склонны были бунтовать с оружием в руках. Что можно проиллюстрировать следующим историческим фактом.

Когда в 1835 году Санта-Анна отменил конституцию 1824 года, первыми против него восстали именно мексиканцы, а не техасцы. Для подавления беспорядков Санта-Анна казнил в Закатекасе 2 500 мексиканских граждан [3]. А техасцы молча смотрели на события и, хотя так же были недовольны отменой конституции, за оружие не взялись, надеясь на мирное урегулирование конфликта.

Отличительной чертой техасцев можно назвать терпение. Поскольку они пришли по приглашению, заселять чужую землю, стали гражданами Мексики, они долгое время терпеливо сносили притеснения мексиканской власти, прежде чем действительно взбунтовались.

Тем не менее, мексиканцы опасались, что население Техаса и дальше будет бесконтрольно расти. Поэтому в 1828 году новый президент Мексики Гвадалупе Виктория приказал генералу Мануэлю де Мьер-и-Терану (Manuel de Mier у Teran) в Накогдочес укрепить границу между Техасом и США. Президент Мексики хотел, чтобы граница была взята под контроль мексиканской армией, поскольку считал неправильным доверить её охрану самим техасцам. В 1829 году генерал Теран (теперь он занимал пост командующего Восточных Внутренних областей) рекомендовал Анастасио Бустаменте - президенту-узурпатору, свергшему своего предшественника - разместить войска вдоль Рио-Нуэсес и увеличить гарнизоны вдоль реки Сабин (граница Техаса и штата Луизианы, США), "а также вербовку европейской и мексиканской колонистов" [1]. Эту меру он предложил, чтобы ограничить переселение из Соединённых Штатов. Бустаменте категорично истолковал рекомендацию и издал закон "от 6 апреля", который включал Статью IX "...въезд иностранцев [подразумевая колонистов из Соединённых Штатов. - Прим.: М.Г.] через Северную границу под любым предлогом запрещён"[1]. Как пишет Хаффнис: "Хотя Теран не рекомендовал столь категоричные меры, с этим указом юридически колонизация переселенцами с севера остановилась" [1].

Мексиканцами были предприняты спешные меры для того, чтобы обеспечить военное влияние Мексики в Техасе. Теран направил полковника Хосе де лас Пьедраса в Накогдочес. Полковнику Хуану Дэвису Брадбурну было поручено укрепить таможню в Анахуас. Полковник Доминго де Угартчеа должен был построить укрепления в Веласко. Полковник Франсиско Руис - аналогичные укрепления на реке Бразос. На Рио-Нечес и Рио-Лэвек так же были расположены гарнизоны. Всё это предпринималось ради того, чтобы в случае бунта техасцев его легко было бы подавить превосходящей военной силой [1],[6].

В 1829 году мексиканское правительство всё ещё надеялось заселить Техас мексиканцами. Для этого военные подразделения, направленные в Техас, были укомплектованы из преступников, которым тюремное заключение и другие наказания были заменены службой в армии, с условием: по окончании службы они должны поселиться на территории Техаса и перевезти туда же свои семьи из Мексики [1].

Солдаты-заключённые вели себя с англоязычным населением грубо. Получив власть, эти недавние преступники спешно подавляли любое недовольство или волнение в пределах колонии, могли схватить, бросить в тюрьму или избить любого гражданина Техаса [1]. Любая попытка выразить своё недовольство расценивалась как бунт и тот час подавлялась. Это не могло нравиться колонистам, но они практически были окружены мексиканскими военными, расположившимися по всей периферии колонии. Но техасцы продолжали терпеть.

Серьёзным переломным моментом для истории Техаса и Мексики оказалось вступление в исторические события человека, который чуть позднее объявил себя "Наполеоном Запада". В 1829 году Испания предприняла последнюю попытку вторжения военной силой на территорию Мексики, чтобы вернуть своё влияние в этой колонии. На этот раз против испанцев вышел герой битвы при Тампико - Антонио-Лопес де Санта-Анна Перес Де Леброн. Как пишет про него историк Алан Хаффнис, этот человек поднялся, чтобы защитить Мексику в сражении при Тампико, он влиял на судьбу Мексики в течение почти двух человеческих поколений, "приводя страну к краю крушения, спасая, а затем разрушая её снова" [2]. Санта-Анна изучил способы борьбы с восстаниями у Хоакина Аррендодо, в 1813-м году, переняв его практику массовых казней. И эту практику Санта-Анна широко применял на практике против восстаний как на территории Мексики, так и в Техасе.

В рассматриваемый период времени в Мексике главенствовали два подхода к государственности [1]. Один представляли централисты, которые стояли за единую власть Мексики и единые для всех законы, которые предписывало бы правительство для всех мексиканских провинций. Другую сторону представляли федералисты, которые считали, что каждая провинция должна иметь больше автономии и сама решать свои местные проблемы, не обращаясь по каждому поводу в Мехико. Санта-Анна не был ни централистом, ни федералистом и его взгляды как правило оставались на стороне того, кто побеждает. Тем не менее, когда в 1830-м году победил централист Анастасио Бустаменте, став временным президентом Мексики, Санта-Анна не поддержал его и объявил себя федералистом. Этим своим поступком Санта-Анна изначально вызвал симпатию со стороны Техасцев, всё ещё лелеявших надежду на сохранение своих прав и свобод.

В апреле того же 1830 года правительство Анастасио Бустаменте окончательно запретило легальную иммиграцию из Соединённых Штатов [1]. Все последние контракты американских импресарио были аннулированы, большое количество колонистов оказались на незаконном положении. Часть поселенцев вложило в своё новое место жительства в Техасе последние деньги, приезжая сюда в надежде, что смогут обосноваться на новом месте и окупить то, что затрачивают. Благодаря решению мексиканского правительства, эти люди лишались всего, что у них было, потому что никакие их вложения не возвращались.

Благодаря принятым мексиканским правительством мерам прирост техасского населения действительно прекратился, потому что мексиканцы и европейцы по прежнему не желали селиться в Техасе. Существовало только две маленькие колонии: в Сан-Патрисио и Рефугио, которые они занимали. Американцам же правительство Мексики отрезало возможность переселяться на территорию Техаса [1].

Чтобы поддержать новые законы, запрещающие иммиграцию из Штатов, правительство Бустаменте поставило на руководящие должности в Техасе двух англичан. Это были Джордж Фишер и Джон Дэвис Брэдберн. Несмотря на англосаксонское происхождение, оба были непопулярны среди техасцев, так как более лояльно относились к мексиканцам, чем к техасцам, выходцам из Штатов. Брэдберн имел чин полковника мексиканской армии. Он потребовал, чтобы все торговые суда, заходящие в Мексиканский залив, установили новые, более высокие налоги на перевозку грузов и почты, что само по себе ставило под угрозу морское ремесло и заработки корабельных команд. Поднимая цену за перевозки грузов, они рисковали остаться без работы [1],[4].

Колонисты проигнорировали требование Брэдберна. Поскольку он оказался неспособен мирным путём провести в жизнь новое правило, Брэдберн объявил военное положение и под предлогом использования незаконного рабского труда провёл конфискацию значительной части частной собственности техасцев, чтобы "добрать" недостающие налоги. Техасцы и тут стерпели. Хотя в их рядах были люди, которые открыто не одобряли действий Брэдберна, противостоять ему с оружием в руках никто не торопился. Пока сам Брэдберн не спровоцировал столкновение.

Весной 1832 года Брэдберн арестовал двух наиболее горячих противников нововведений - Уильями Трэвиса и Патрика С. Джека, которых поместил в местную тюрьму в Анахуэсе. Трэвис и Джек были радикальными сторонниками отделения Техаса от Мексики. Этим и объяснялся их арест. Заключение их под стражу послужило поводом к вооружённой стычке. Примерно 160 техасцев пришли к тюрьме и осадили её, требуя освобождения Трэвиса и Джека. В распоряжении Брэдберна было мало людей, к тому же колонисты задержали 16 его кавалеристов, пообещав выпустить их в обмен на свободу Трэвиса и Джека. Но Брэдберн надеялся на подкрепление, которое должно было подойти. Он приказал вывести арестантов из тюрьмы, положить на землю и приставить к их головам мушкеты. И приказал колонистам разойтись [1].

Трэвис, несмотря на своё опасное положение, пытался криками подбодрить своих соотечественников и призвать их всё равно нападать. Он готов был умереть. Наверняка Брэдберн понимал, что если он осуществит свою угрозу и убьёт заложников, ему более нечем будет сдержать разгневанных техасцев. Поэтому убивать заложников он не стал.

После непродолжительной перестрелки, в которой никто не погиб, колонисты вынуждены были всё-таки отступить. Техасцы отпустили 16 захваченных солдат. Выпускать Трэвиса и Джека Брэдберн не собирался, но и жизни их более не угрожал. Колонисты пытались перехватить артиллерию, идущую на помощь к Брэдберну, но их самих перехватил полковник мексиканской армии Доминго де Угартчея, пришедший из Веласко. Артиллерия к Брэдберну не прибыла, но и в руки техасцев не попала.

В этом же году сторонники федерализма во главе с Санта-Анной снова выступили против централистского правительства. Они ратовали за то, чтобы Мексика снова стала федеральным государством, в котором каждой отдельной провинции предоставлена значительная свобода и самостоятельность [1],[2]. Пока гарнизон Брэдберна дожидался своей артиллерии, большинство техасцев было уже на стороне Санта-Анны и ратовало за конституцию 1824 года и за то, чтобы Техас на таких условиях оставался частью Мексики. Брэдберн, оказавшись в невыгодном положении, выпустил заложников и увёл свой гарнизон на Рио-Гранде.

В этом же 1832 году колонисты организовали конвент, единственной повесткой дня которого было восстановление Техаса в правах отдельного штата. Техасцы желали сами решать свою судьбу, а не обращаться по каждому вопросу в Солтилло - столицу мексиканского штата Коауила, в состав которого входил Техас. Техасцы хотели, чтобы закон от 6 апреля был аннулирован, эмиграция из США разрешена и для колонистов вернулось трёхлетнее освобождение от таможенных пошлин. Колонисты выработали соглашение, которое решено было отправить на рассмотрение мексиканских властей. Представителем от Техаса был выбран Стивен Остин [1].

Остину потребовалось три месяца, чтобы добраться до столицы Мексики. 18 июля 1833 года он прибыл в Мехико. Стивен Остин уже не первый раз посещал столицу и успел изучить характер мексиканцев и то, как именно нужно с ними себя вести. Путём бесчисленных переговоров Стивену Остину удалось аннулировать многие положения закона от 6 апреля, но не удалось добиться самостоятельности для Техаса как отдельного штата Мексики. В этом важном пункте ему было категорически отказано.

На обратном пути, по прибытию в Солтилло, Стивен Остин был арестован как зачинщик восстания. Поводом послужило перехваченное мексиканцами письмо, которое он отправил из Мехико в Техас. В письме Остин советовал продолжать разрабатывать идею Техаса как отдельного штата, в расчёте на то, что в дальнейшем удастся добиться уступок в этом вопросе у правительства Мексики. Мексиканцы расценили это письмо как "призыв и объявление о намерениях" - "два первых шага к любой революции". Остина отправили обратно в Мехико и заключили в тюрьму за измену. Он был освобождён только через два года, в июле 1835. В тюрьме Стивена Остина содержали в очень плохих условиях. Он вернулся в Техас совершенно больным человеком[1],[4]. Но он был не только искалечен физически. Стивен Остин, это мирнейшее создание, этот человек, который всё время искал компромиссов, продолжая дело своего отца, вернулся из мексиканской тюрьмы чрезвычайно озлобленным. Он осудил Санта-Анну как "беспринципного кровавого монстра". Остин объявил, что "война - это наша единственная надежда. Не какие-то полумеры, а настоящая война"[1]. Таким образом, из человека, всегда стоящего за мирное урегулирование любых конфликтов, мексиканцы сделали себе врага, категорично призывающего к восстанию. Физические последствия заключения тоже сказались, и Стивен Остин умер примерно через год, в декабре 1836 года, в возрасте всего 43-х лет.

В 1834 году, в результате военного переворота, установилась диктатура президента-генерала Антонио Лопеса де Санта-Анны. По мнению историка Алана Хаффниса, Санта-Анна намеренно провёл несколько либеральных реформ и поддерживал идеи федерализма, чтобы ему легче было завоевать себе сторонников и оказаться у власти. Захватив власть, Санта-Анна уволил федералистского вице-президента, разогнал республиканский конгресс и государственное собрание штатов, призвал к спешной конфискации оружия у гражданских лиц и уволил всех членов кабинета министров Мексики. Ответом на его действия на территории Мексики вспыхнуло несколько восстаний. Наиболее серьёзные выступление против президента-генерала и его политики были в штатах Коауила и Закатекас. Первым делом Санта-Анна подавил восстание в Закатекасе, казнив 11 мая 1835 года 2 500 человек. Как считал президент-генерал, это было предупреждением всем, кто выступал против него. А уже 21 сентября войска Санта-Анны вторглись в пределы Техаса. Часть войск высадились в заливе Копано, около Голиада и двинулись вглубь Техасской территории. В октябре 1835 года военные силы контролировали территорию Техаса. Конституция 1824 года была окончательно отменена [1].

Опасаясь, что Техас так же может прийти в недовольство из-за отмены конституции 1824 года, Санта-Анна принял декрет по разоружению техасцев. По этому декрету на каждые пятьсот жителей должен был остаться один вооружённый солдат (для защиты от индейцев), а все остальные граждане Техаса должны были безоговорочно сдать всё оружие [9]. Такое решение Санта-Анны явилось главным основанием для недовольства техасцев, жизнь и безопасность которых на этой земле всегда зависели от их собственной способности себя защитить.

К началу 1835 года решением Санта-Анны вновь была открыта таможня в Анахуас (Anahuac), был распущен местный законодательный совет в Монклове (Monclova), Санта-Анна потребовал новых выплат с техасских колонистов. Техасцы оказались без своих представителей, которые были арестованы, без собственной местной власти, которая была распущена. Их заменил присланный Санта-Анной капитана Антонио Тенорио, в задачи которого было проследить за выплатами.

Одновременно с прочими событиями мексиканские солдаты под предводительством полковника Угартчеи, гарнизон которого стоял в Сан-Антонио, разоружали техасцев. Они врывались в дома, обыскивали и забирали всё оружие, какое находили. Любая группа людей на улице моментально разгонялась, тех, кто казался солдатам подозрительными, арестовывали на месте [1].

Мексиканские гарнизоны усилили свою компанию, чтобы пресечь контрабанду в Мексиканском заливе и собирать таможенные пошлины, а заодно захватили техасское судно "Марта", на котором прибыли вполне легальные поставки для колонистов. Кроме того, стало известно, что в Техас направляются ещё большие силы мексиканской армии. В ответ на это воинственно настроенная группа техасцев подожгла заказанный капитаном Тенорио в Анахуэсе для своих нужд груз ценной древесины. Но дальше конфликт не пошёл. Техасцы всё ещё не были готовы открыто выступить против мексиканской власти.

Битва при Гонсалесе

Столкновение у города Гонсалес (Gonzales) официально считается началом войны за независимость Техаса. Это сравнительно небольшое и почти бескровное сражение произошло 2 октября 1835 года [5],[7],[8].

Силы техасцев:

- полковник Джон Генри Моор;

- около 140 человек.

Силы мексиканцев:

- лейтенант Франсиско Кастаньеда;

- около 100 человек [7],[8].

Колонисты назвали город-столицу колонии - Гонсалес, в честь губернатора штата Коагуила - Рафаэля Гонсалеса, чтобы показать свою лояльность к республиканскому правительству Мексики [7]. В 1831 году Мексика, для защиты от нападений индейцев, подарила городу пушку. Колония в Техасе была про-правительственной и этим сильно отличалась от таких мест, как Сан-Фелипе или Анахуэс, в которых постоянно возникали волнения. Однако, разоружение техасцев и грубость, с которой действовали мексиканские солдаты, общаясь с местным населением, постепенно делали взаимоотношения техасцев и мексиканцев всё напряжённее.

В сентябре 1835 года солдаты избили городского шерифа, Джесси Маккоя, на основании того, что у него в руках был мушкет [7],[8]. Поводом для нападения послужило предписание о разоружении техасской милиции. Чуть позднее, выполняя то же предписание, полковник Доминго Угартчея приказал возвратить и пушку. Однако, на этот раз горожане отказались подчиниться приказу.

29 сентября для выполнения приказа через Рио-Гваделупе прибыл лейтенант Франсиско Кастанеда с отрядом солдат из Аламо, чтобы заодно с изъятием пушки укрепить военный гарнизон полковника Угартчеи. Однако, на берегу реки солдат ожидало неожиданное препятствие: 18 техасских добровольцев заранее увели все лодки и паром на противоположный берег, а перейти реку вброд в этом месте мексиканские военные не могли. Кастанеда потребовал вызвать к себе алькальда Гонсалеса - Эндрю Понтона, но ему ответили, что алькальд отсутствует и им нужно подождать. Кастанеда вынужден был отойти на 300 ярдов в сторону от брода и остановиться там лагерем. Он отправил гонца в Сан-Антонио, к полковнику Угартчее, чтобы запросить дальнейших инструкций. В это время алькальд Эндрю Понтон, который и не думал никуда уезжать, закопал пушку, за которой пришли мексиканцы, в своём персиковом саду. Техасцы разослали гонцов в другие части колонии с просьбой о помощи[7],[8].

Основанием, по которому техасцы не желали выдавать пушку, служило общее убеждение, что отбирая орудие, которое было выдано Гонсалесу для своей защиты конституционным правительством, мексиканцы попирают их права, закреплённые конституцией, которую отменил Санта-Анна. Разумеется, на закопанное в саду алькальда орудие не возлагали особых надежд, никто не хотел пускать его в бой против мексиканских солдат. В дело пошёл принцип и техасцы не собирались отступать. Для них выдача орудия была символическим актом. Их и так уже почти полностью разоружили. Одновременно с этим техасцы получили строгие инструкции от Стивена Остина и других выбранных руководителей: по возможности избегать военных действий и вступать в бой только в том случае, если это потребуется для защиты своей жизни.

1 октября Кастанеда со своим отрядом, так и не дождавшись алькальда, прошёл семь миль вверх по реке, чтобы найти брод. Но и техасцы не стали ожидать, когда на них нападут, перешли реку и сформировали защитный пикет на пути отряда Кастанеды.

2 октября, в туманное и пасмурное утро, техасские добровольцы укрепились на ферме Иезекиила Вильямса. Сюда же прибыл преподобный Уильям П. Смит, который произнёс пламенную речь:

"Соратники! Переходя все границы длинного списка всех ран и обид, которые обрушило на нас правительство Мексики, Санта-Анна посылает армию, чтобы обезоружить нас. Отдав пушку, мы можем сразу же отдать и всё прочее наше оружие и стать покорными вассалами самого ненормального и непостоянного правителя на земле. Но Техас бросит орудие? Сдаст своё стрелковое оружие? Нет, никогда! Никогда он не подчинится такому приказу! Соратники, причина по которой мы боремся, благородна и великолепна - наша свобода! Та же кровь, которая оживляла сердца наших предков, всё ещё течёт тёплыми потоками в наших венах. Прождав несколько дней нападения мексиканской армии, мы нападём на них сами. Некоторые из нас могут пасть в битве, но давайте убедимся, что падём мы лицом к нашему врагу.

Соратники! Давайте пойдём тихо, давайте будем повиноваться нашим командирам и объединимся, как один человек. Давайте не падать духом. Победа будет нашей! Мы перешли Рубикон, мы переносили оскорбления и издевательства Мексики, пока наша терпеливость не перестала быть достоинством. Наша единственная альтернатива - мы должны бороться! И мы будем бороться! В численном превосходстве нация, против которой мы боремся, является нашим начальником: но тем более благородна причина, по которой мы утверждаем, что сила Иеговы приведёт нас к победе, чтобы торжествовать над империей. За нами - наши домашние очаги, наши жёны, наши дети, наша страна, наше всё! От того, на сколько мы соберёмся с силами, мы сможем повлиять на судьбу колонии. Мы должны выдержать этот бой. Это поселит уверенность в умах наших соотечественников.

Соратники, пойдите со смелым сердцем и твёрдыми шагами, чтобы встретить врага и позволить каждой руке быть сильной, в то время, как души наши счастливы, потому что ангелы охраняют наш путь. Давайте пойдём в сражение со словами бессмертного Патрика Генри, <...> который воскликнул в своём патриотизме: "Дайте мне свободу, или дайте мне смерть!"" [10]

После такого воззвания, 2 октября, до рассвета, техасцы двинулись на мексиканских военных. Очень тихо, в полном молчании, они шли сквозь туман. С собой они везли пушку, которая была выкопана из земли персикового сада, поставлена на колёса от телеги, и из-за отсутствия снарядов начинена обрывками цепей и всяческим железным ломом. Вскоре техасская милиция наткнулась на мексиканские пикеты, но из-за густого тумана никакое сражение не было возможно. Поэтому враги разошлись, не сделав ни одного выстрела, и стали ждать рассвета.

В 6 утра техасцы начали перестрелку с мексиканскими солдатами. Мексиканцы ответили кавалерийской атакой и вынудили техасцев немного отступить. К этому времени туман рассеялся и встала реальная угроза настоящего сражения, которое не было нужно ни одной из сторон. Поэтому Кастанеда согласился на переговоры с техасцами. Было решено, что Кастанеда встретится с командиром техасцев на середине расстояния между засевшими друг против друга противниками.

Во время переговоров полковник Моор, командующий техасцами, объявил, что пушка им необходима для защиты конституционных прав, в то время, как Санта-Анна "сломал и растоптал" всю государственную федеральную конституцию Мексики. Кастанеда объяснил командиру техасцев, что он сам - за федерализм и за конституцию, но в данный момент в его задачу входит только забрать пушку. На что командир техасцев ответил, что если Кастанеда за конституцию - то должен присоединиться к ним и воевать против централистов. Но Кастанеда ответил, что, несмотря на личные пристрастия, он - прежде всего солдат и должен подчиняться приказам. На этом переговорщики и разошлись, так и не придя к взаимному согласию [7],[8],[10].

К этому времени две местные женщины, Сaра Сили Дьюитт и ее дочь Эвэлайн, сшили первый техасский флаг: на белом полотнище были изображены звезда, а под ней - пушка. Надпись под рисунком гласила: "Придите и возьмите это!"("Come and take it") [7],[8],[10]. Девиз этот должен был напоминать об ответе спартанского царя Леонидаса, данного им Дэриусу в Фермопилах: когда ему и его войнам предложили сдаться, он ответил - "Придите и возьмите их". Это первое боевое знамя Техаса открыто призывало противостоять тирании Санта-Анны.

Между техасцами и мексиканцами возникла новая спонтанная перестрелка, в которой был убит один мексиканец и один техасец не смог совладать со своей пугливой лошадью, упал и разбил нос. Не желая провоцировать более серьёзный бой, Кастанеда отступил и увёл своих людей обратно к Сан-Антонио [7],[8],[10].

Хотя потери были незначительными, битва при Госалесе показала окончательный разрыв между техасскими колонистами и правительством Мексики. С этого события официально считается, что война за независимость Техаса началась.

Список литературы

1. Alan C. Huffines. The Texas War of Independence 1835-1836. From Outbreak to the Alamo to San Jacinto // New York NY 10016, USA

2. Antonio Lуpez de Santa Anna // http://www.tamu.edu/ccbn/dewitt/santaanna.htm

3. Jaime Rodriguez. La Crisis de Mexico en el siglo XIX // http://www.iih.unam.mx/moderna/ehmc/ehmc10/124.html

4. Hard Road to Texas.Texas Annexation 1836-1845 // http://www.tsl.state.tx.us/exhibits/annexation/index.html

5. History of the 1835 Come And Take It Flag compiled by David C. Treibs // http://www.comeandtakeit.com/txhist.html

6. List of Texas Revolution battles // http://en.wikipedia.org/wiki/List_of_Texas_Revolution_battles

7. Stephen L. Hardin. The battle of Gonzales // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/GG/qeg3.html

8. Texas Revolution: Battle of Gonzales. By Kennedy Hickman, About.com Guide // http://militaryhistory.about.com/od/battleswars1800s/p/gonzales.htm

9. http://www.comeandtakeit.com/txhist.html

10. http://www.comeandtakeit.com/txhist.html

Техасская революция

Часть III. Голиадская Резня (Goliad Massacre) 1836 года

Вступление

В 1835 году мексиканский генерал Антонио Лопес де Санта-Анна путём военного переворота захватил власть в Мексике и отменил либеральную конституцию 1824 года, позволяющую отдельным штатам Мексики самостоятельно решать вопросы внутреннего управления. Часть штата Коагуила, носящая название Техас (в более правильном произношении - Тексас), которая к этому времени активно заселялась колонистами из США и Европы, была поставлена новым правителем Мексики в очень тяжёлые условия. По новым законам, с англоязычного населения Техаса требовались более высокие налоги, чем с мексиканцев; несмотря на постоянную угрозу нападения индейцев и бандитов, техасцам было запрещено носить оружие; даже самое незначительное решение на местном уровне должно было получать резолюцию в Мехико.

Техасцы предпринимали многочисленные попытки договориться с узурпатором мирным путём, но Санта-Анна любое предложение со стороны техасцев трактовал как попытку бунта, послы техасцев оказывались в тюрьмах, а ставленники Санта-Анны на местах усиливали давление на население Техаса, силой оружия подавляя любое недовольство. Подобное положение не могло продлиться долго, и в 1835 году техасцы, потеряв надежду на возвращение либеральной конституции, встали на борьбу за независимость Техаса. Техасская Революция началась в октябре 1835 года и закончилась победой техасцев в битве при Сан-Хасинто 21 апреля 1836 года.

С самого начала конфликта между Мексикой и Техасом, техасцы оказались в очень невыгодных для себя условиях. В малонаселённом Техасе к 1835 году проживало чуть больше 25 000 человек, считая женщин, стариков и детей. Население Мексики составляло больше трёх миллионов. Добровольческая армия Техаса на момент начала Техасской революции насчитывала не больше двух-трёх сотен человек, в то время как регулярная армия Санта-Анны насчитывала несколько тысяч профессиональных солдат[12]. В боях между техасцами и мексиканцами численный перевес всегда был на стороне Мексики. Так, двум с половиной тысячам солдат армии Санта-Анны, осаждающей форт Аламо (бывшая католическая миссия рядом с г. Сан-Антонио), 11 дней противостояло около двух сотен техасцев. Маленькие отряды техасцев в пятьдесят, а иногда и тридцать человек, пытались задержать почти тысячное войско мексиканского генерала Урреа на подступах к Голиаду (город в области Голиад, на реке Сан-Антонио, в 85 милях от г. Сан-Антонио). В подобной обстановке малейшая ошибка при ведении военных действий со стороны техасцев могла привести к трагическим последствиям, а самая маленькая победа в незначительной стычке давалась ценой неравной борьбы.

В рамках данной статьи будет рассмотрено событие, которое произошло в области Голиад в южном Техасе и было названо впоследствии "Голиадской Резнёй". В Техасской революции, по сути, нет незначительных эпизодов, но "Голиадскую Резню" можно смело выделить, как пример, сочетающий в себе героизм, трагедию, и фатальную ошибку Санта-Анны, подтолкнувшую Техас к скорой и решительной победе.

Кто знает, может быть, если бы не жестокость и безжалостность мексиканского правителя Антонио Лопеса де Санта-Анны, история сложилась бы по-другому, и Мексика не потеряла бы Техас. "Но Господь ожесточил сердце фараона, и он не послушал их, как и говорил Господь Моисею" (Исход 9:12). Санта-Анна отверг мирные предложения и просьбы, и сделал ставку на террор и уничтожение недовольных. Но, несмотря ни на что, двадцатипятитысячный Техас устоял против трёхмиллионной Мексики.

Голиад - важный стратегический пункт Техаса

Голиад (Goliad) - город в округе Голиад, южном Техасе, около реки Сан-Антонио, в 85 милях (137 км) к юго-востоку от города Сан-Антонио. Примерно с 1749 года в этом месте располагается испанская миссия "Нуестра Сеньора дель Эспириту Санто Суньига" (Mission Nuestra Señora del Espíritu Santo de Zúñiga), также известная как миссия Аранама (Aranama) или миссии Ла-Бахиа (La Bahia). В 1749 году на месте индейской деревни Aranama был возведён форт - Президио Ла Бахиа (Presidio La Bahía). Военный городок Ла Бахиа был перенесён с острова на реке Гваделупе к реке Сан-Антонио. Он расположился на юго-западном берегу. Поселение, которое сразу же стало образовываться вокруг военного городка, так же носило название Ла Бахиа. 4 февраля 1829 на конгрессе Коагуилы и Техаса городок Ла Бахиа дель Эспиритю Санто был признан полноправным городом, который позднее переименовали в Голиад. Новый муниципалитет должен был обеспечивать бесперебойность работы порта Копано, и начал конкурировать за прибыльную внутреннюю торговлю с мексиканским портом в Матаморосе. В Голиаде проживало множество перевозчиков, которые обеспечивали доставку грузов между внутренними рынками и морским портом. Часть из них занималась контрабандой и доставляла различные грузы в обход таможенных сборов.

Копано (исп.: El Cópano) был основными морскими воротами в заливе Арансас (Aransas), главным портом ввоза на реке Сан-Антонио, откуда начинался путь вглубь Техаса. Эти два пункта, Копано и Голиад, были ключом для контроля над Южным Техасом, то есть, по сути, над самой заселённой его частью. У Голиада было огромное стратегическое значение, так как этот город охранял линию поставки от побережья до основного города - Сан-Антонио, расположенного от побережья более чем на 200 миль вглубь страны[7].

После того, как в 1834 году Санта-Анна возглавил Мексику и начал движение за централизм (который он воспринимал как абсолютную власть центрального правительства с ним самим во главе), возникло противоречие между Солтилло и Монкловой (главные города мексиканского штата Коагуила (Coahuila), в который входил и Техас) [4]. Граждане Техаса и штата Коагуила были недовольны централистской политикой правительства Санта-Анны и хотели возвращения либеральной конституции 1824 года, как федералистского документа, ограничивающего власть центрального правительства и дающего больше простора для самоуправления. Для Техаса это было особенно актуально, потому что он всё ещё находился в процессе заселения, техасцы вынуждены были постоянно обороняться от агрессивных племён индейцев, и многие вопросы руководства требовалось решать в спешном порядке. Не имея статуса отдельного штата и разрешения на самоуправление, каждое решение требовалось направлять в Мексику и порой месяцами ожидать ответа, который заведомо давали люди, незнакомые со спецификой ситуации в Техасе. Однако Санта-Анна категорично подавлял любые движения за возвращение либеральной конституции[4].

Первую серьёзную операцию против сторонников федерализма Санта-Анна предпринял весной 1835 года, когда казнил две с половиной тысячи мексиканцев в городе Закатекас (Zacatecas). Тогда же Санта-Анна отправил своего шурина в Анахуас (Anahuac), чтобы тот вынудил население Анахуаса к повиновению центральному правительству.

В том же 1835 году Санта-Анны предпринял несколько важных военных операций для подавления восстания в Техасе. Среди операций, проведённых по указке Санта-Анны, наиболее важной было укрепление положения мексиканцев в Голиаде. Однако попытка удержать Голиад не увенчались успехом. Отряд техасских добровольцев, состоящий из 120-ти человек, под предводительством Филипа Димитта, захватил этот важный пункт. Генерал Стивен Ф. Остин распорядился, чтобы техасский гарнизон в Голиаде так и держался примерно ста человек, а остальные отправлялись на помощь в другие горячие точки. Техасцы понимали, что Санта-Анна сделает ещё одну попытку вернуть их к покорности, поэтому постарались подготовиться к новому нападению. Полковник Филип Димитт назначил своим преемником в Голиаде полковника Джеймса Фэннина, и оставил город и миссию на его попечение.

Ошибка Фэннина

Джеймс Уокер Фэннин (младший) (James W. Fannin, Jr.) (1804-1836), профессиональный военный, один из американских офицеров, участвовавших в Техасской революции. Фэннин родился в Джорджии. В 1819 году он поступил в военную академию США в Вест-Пойнте. В 1834 году Фэннин приехал в Техас с женой и двумя дочерьми и поселился в Веласко. Он активно боролся за независимость Техаса от Мексики, был участником битвы при Гонсалесе, произошедшей 2 октября 1835 года. Позднее Фэннин и Джеймс Боуи привели из Соединённых Штатов в Техас отряд, который отличился в битве при Консепсьоне. В январе 1836 года Фэннин был назначен агентом для сбора войска и средств для защиты республики, а ещё чуть позже Филип Димитт назначил полковника Фэннина командиром гарнизона в Голиаде.

Современниками Фэннин признавался как плохой командир. Привыкший к дисциплине в регулярной армии, Фэннин отвергал принцип выборности командиров среди техасских добровольцев. Необходимо отметить, что техасская армия с самого начала своего существования формировалась как добровольческое объединение. Всех командиров, от сержанта до генерала, техасцы выбирали сами, руководствуясь лишь авторитетом, боевыми и организаторскими способностями того или иного кандидата. Для Фэннина такой способ назначения военачальников был неприемлемым. Он считал, что необходимо образование, выслуга лет и утверждение кандидатуры вышестоящим командованием. Однако, правила, которые Фэннин усвоил в Вест-Пойнте, не подходили к специфике добровольческой армии Техаса.

Личные качества Фэннина, его высокомерие и честолюбие, тоже вызывали неуважение к нему со стороны подчинённых. Дж. Фергюсон, один из участников событий, писал в письме к своему брату: "Мне жаль, но я вынужден сказать, что большинству солдат не нравится [Фэннин], по какой причине я не знаю <...>. Не интересы страны на его сердце, а желание стать великим, без принятия надлежащих мер для достижения величия"[2]. Как оказалось впоследствии, опасения сослуживцев были не напрасными и Фэннин действительно совершил ряд роковых ошибок, которые привели его самого и починённых ему людей к гибели.

В начале 1836 года Антонио Лопес де Санта-Анна с пятитысячным войском начал новое вторжение вглубь территории Техаса, в сторону города Сан-Антонио. Одновременно с ним, мексиканский генерал Хосе Урреа повёл армию в 900 солдат через Матаморос в прибрежные части Техаса. Техасской армии, как таковой, в это время не существовало. Были лишь отдельные малочисленные отряды добровольцев, которые собирались по мере необходимости. Они не могли эффективно противостоять регулярной армии Мексики. 27 февраля генерал Урреа подошёл к городу Сан-Патрисио, где столкнулся с полусотней техасцев, возглавляемых Фрэнком Джонсоном. Силы были слишком неравны. Бой продлился недолго. Сам Джонсон и четверо его людей бежали, остальные были либо убиты, либо взяты в плен. Ещё несколько дней спустя солдаты генерала Урреа так же расправились с пятьюдесятью людьми Джеймса Гранта.

Справка: Хосе де Урреа (General Jose de Urrea) (1797-1849), мексиканский генерал. Военная карьера Хосе де Урреа началась в 1809 году, когда ему было 12 лет. Курсантом, Урреа принимал участие в компании Сан-Рафаэль Буэнависта 1809 года. В 1816 году Урреа получил звание лейтенанта. Участвовал в боях в Халиско и Мичоакан. В 1821 году он поддержал Агустина де Итурбиде, который стал первым императором Мексики. В 1829 году он сражался в Тампико вместе с Антонио Лопесом де Санта-Анной. С 1834 года Урреа - полковник. Сражался с команчами в Дуранго, где позднее был комендантом и губернатором. Участвовал в экспедиции в Техас в 1836 году, побывал в нескольких сражениях.

В 1839 году был схвачен и отправлен в тюрьму Перот за неоднократное участие в восстаниях и беспорядках на территории Мексики. Позднее был переведён в тюрьму в Дуранго, откуда был спасён партизанами и принял участие в очередном восстании. В 1842 году взял на себя исполнительную власть в Соноре (Мексика), в 1846 году воевал с США в американо-мексиканской войне. Умер в 1849 году[15].

Следующим городом на пути мексиканской армии генерала Урреа был Рефугио. Предупреждённые жители города начали эвакуацию. Для защиты беженцев техасский полковник Джеймс У. Фэннин отправил им навстречу два отряда из Голиада: 30 человек под командование Аарона Кинга, и 150 человек под командованием Уильяма Уорда. Эти два отряда должны были прикрыть отступление жителей и задержать мексиканскую армию. Но их постигла та же участь, что и отряд Фрэнка Джонсона - они были разбиты. Как бы храбро ни сражались техасцы, в открытом бою они не могли противостоять огромной, вооружённой пушками армии.

Между тем, критическая ситуация складывалась не только у Голиада. Генерал Санта-Анна со своим основным войском в 2 500 человек практически беспрепятственно продвигался маршем к крепости Аламо, расположенной у города Сан-Антонио. Уильям Барретт Трэвис, поставленный защищать Аламо, призывал Фэннина и его людей на помощь, понимая, что с гарнизоном чуть больше ста человек не сможет остановить Санта-Анну. Одновременно с призывом Трэвиса о помощи, Фэннину пришёл приказ от главнокомандующего техасской армией, Сэма Хьюстона: отступить к городу Виктория. Координация между отдельными частями техасской армии осуществлялась плохо, Фэннин долго решал, куда ему идти и какой приказ выполнять. Как утверждают исследователи, именно из-за нерешительности и промедления полковника Фэннина, обе миссии в итоге оказались невыполнимыми[9]. Фэннин вместе со своим отрядом, который к тому моменту состоял уже из 350-ти техасцев, начал отступать от Голиада только через пять дней. К этому времени силы генерала Урреа подошли слишком близко. Люди Фаннина оказались отрезаны от пути отступления и окружены в прерии, на открытом месте. Несмотря на то, что мексиканцы ввели в бой артиллерию, и от выстрелов их пушек негде было укрыться, техасцы сражались отчаянно. Урреа предпринял несколько атак, в результате которых было убито или ранено около 60-ти техасцев, и около 200 мексиканцев.

Отряд Фаннина был окружён, остался без воды и продовольствия. Урреа предложил техасцам сдаться, и 20 марта, утром, Фаннин поднял белый флаг, положившись на слово мексиканского генерала, который пообещал, что техасцам сохранят жизнь и будут обращаться с ними, как с военнопленными. Техасцы были препровождены обратно в Голиад.

Примечательно, что генерал Урреа прекрасно знал, что Санта-Анна выпустил закон, по которому любой человек, захваченный с оружием в руках, должен быть расстрелян на месте, как разбойник и мятежник. Тем не менее, даже зная непримиримость Санта-Анны, Урреа заверил на переговорах, что лично займётся этим делом и в течение восьми дней добудет помилование для пленных. Такому миротворческому рвению Урреа есть логическое объяснение. Мексиканский генерал понимал, что если техасцы продолжат сопротивление - погибнет ещё много мексиканских солдат. Поэтому, даже зная, что Санта-Анна не отменит своего категоричного приказа и потребует немедленной казни всех пленных, генерал пообещал сохранить жизни тем, кто сдастся. Чтобы окончательно усыпить бдительность техасцев, один из мексиканских эмиссаров, майор Хуан Хосе Хольсингер (Juan José Holsinger), ездил перед рядами техасцев, приветствуя их словами: "Ну, господа! Через восемь дней вы будете дома и свободны!"[11].

Может быть, сейчас такое поведение покажется наивным, но техасцы в тот момент поверили обещанию мексиканского офицера. Всего несколько месяцев назад, при взятии техасцами Голиада в 1835-м году, Димитт отпустил мексиканский гарнизон и всех офицеров, обеспечив им охрану и препроводив в Мексику. Такого же благородного отношения к пленным техасцы сейчас ожидали от мексиканцев.

22 марта на тех же условиях, что и Фаннин, сдались у Рефугио люди Уильяма Уорда и Амона Кинга, и около 80-ти человек батальона из Джорджии. Они так же были препровождены в Голиад и присоединились к людям полковника Фаннина.

Расстрел

Урреа, в соответствии со своим обещанием, написал доклад Санта-Анне, сообщив ему о том, что Фаннин и его люди являются военнопленными "в распоряжение верховного правительства Мексики", и рекомендовал помиловать их, но ничего не написал о данном техасцам обещании. После этого Урреа увёл часть гарнизона из Голиада, под предлогом помощи основным силам Санта-Анны. Он знал, что Санта-Анна не одобрит его снисходительное отношение к пленным техасцам, и самоустранился, оставив командовать Голиадом полковника Хосе Николас де ла Портилью.

Когда весть о том, что захваченные в плен техасцы не были расстреляны на месте, дошла до Санта-Анны, он пришёл в недовольство. Ссылаясь на принятый им закон, по которому каждый захваченный с оружием в руках техасец приравнивается к разбойнику, Санта-Анна отправил генералу Урреа предписание немедленно расстрелять пленных. Однако, Урреа один раз уже не выполнил принятый Санта-Анной закон, поэтому президент-генерал посчитал генерала ненадёжным палачом. Он отправил ещё один такой же приказ полковнику Хосе Николасу де ла Портилье.

Полковник получил распоряжение Санта-Анны 26 марта. В тот же день ему пришло послание от генерала Урреа, который распоряжался использовать заключённых как рабочую силу для восстановительных работ в городе. Подобное действие со стороны генерала Урреа исследователи рассматривают, как попытку снять с себя ответственность за расстрел. Получив ещё 25 марта ответ Санта-Анны, в котором тот требовал немедленной казни техасцев, Урреа временно утаил его от других офицеров, и отправил полковнику Портилье собственное распоряжение, противоречащее прямому приказу Санта-Анны. Однако Урреа не мог не знать, что Портилья одновременно с его приказом получит и прямой приказ главнокомандующего. Портилье придётся выбирать, кого ему слушаться: своего непосредственного начальника генерала Урреа, или главнокомандующего Санта-Анну. Ослушаться Санта-Анну Портилья не посмеет, и приказ о расстреле всё равно будет выполнен, но ответственность за убийство безоружных пленников будет уже на самом Санта-Анне и на полковнике Порилье, а не на генерале Урреа.

Некоторые исследователи голиадских событий говорят, что генерал Урреа увёл из Голиада большую часть гарнизона, и поэтому Портилья в любом случае не смог бы обеспечить охрану пленных на восстановительных работах[11]. Однако, с этим заявлением нельзя полностью согласиться. По логике, никто не стал бы выгонять сразу четыреста человек на эти самые работы. Правильнее бы было выводить их небольшими группами, а на группу в два-три десятка безоружных заключённых хватило бы десятка вооружённых охранников. К тому же, во время проведения расстрела Портилье хватило пехотинцев, чтобы окружить почти четыреста обречённых на смерть людей, и хватило конницы, чтобы отправить её добивать раненых. Таким образом, сам факт, что Урреа увёл своих людей из Голиада, не имел особого значения для участи голиадских заключённых.

Справка: Хосе Николас де ла Портилья (Jose Nicolas de la Portilla) (1808-1873). Подполковник в команде мексиканского генерала Хосе де Урреа. Родился в Халапа, Веракрус, в 1808 году. Противоречивые сведения об этом человеке и его роли в Голиадской резне до сих пор горячо обсуждаются историками[6].

Участвовал в битве при Сан-Хасинто, отступал вместе с остальной мексиканской армией. Позднее воевал в американо-мексиканскую войну. Во время французской интервенции, в 1856 году, будучи в звании бригадного генерала, перешёл на сторону французов. В 1867 году император Максимилиан назначил Портилью министром. После падения французского правительства, Портилья вернулся в Мексику, где и умер в 1873 году.

Полковник Портилья вёл дневник, по которому получалось, что некоторое время он держал указание Санта-Анны о расстреле втайне от своих подчинённых. Зачем он это делал - неизвестно, но возможно, он не хотел выполнять приказ, который расходился с его совестью. Вечером 26 марта Портилья получил сообщение от генерала Урреа, который уехал в Гуадалупе Викторию. В этом сообщении Урреа приказывал использовать заключённых в работах по ремонту города и обращаться с ними, как с военнопленным. "Какой жестокий контраст в этих противоположных инструкциях!" - написал в своём дневнике Портилья[6]. Однако, после бессонной ночи, он принял решение выполнить приказ Санта-Анны.

Портилья изолировал и сохранил жизни части заключённым из отряда Уильяма Парсонса Миллера, поскольку он был захвачен без оружия, и ещё части заключённых, которые могли быть использованы как рабочие и врачи. "Был большой контраст в чувствах офицеров и солдат", - записал Портилья[6]. А после проведения казни в дневнике появилась другая лаконичная запись: "Тишина"[6]. 27 марта, от девяти до десяти утра, уже после проведения казни, Портилья написал генералу Урреа в Викторию письмо, в котором выразил свою тоску и ужас от того, что стал палачом множества людей[6].

Роль Портильи в Голиадской Резне остаётся спорной. Его современник и соотечественник Хосе Энрике де ла Пенья осудил его как "слепого и готового на всё слуги", который пожелал показать "свое рвение"[6]. Санта-Анна лицемерно провозгласил, что Портилья "несет ответственность за жестокость и бесчеловечные порядки, перед нацией, всем миром, и Богом"[6], переложив, таким образом, на Портилью ответственность за собственные приказы и злодеяния. Историк Хьюберт Бэнкрофт, напротив, всю вину возложил на Санта-Анну, как на человека, который отдавал приказы. С точки зрения Бэнкрофта, нельзя обвинять в этом генерала Урреа, поскольку он рекомендовал пощадить техасцев, и так же нельзя обвинять Портилью, который вопреки приказу сохранил жизнь некоторому количеству людей[6].

Вернёмся к событиям 27 марта 1836 года, в Пальмовое (Вербное) Воскресенье по Григорианскому календарю. Около 6:00 утра заключённым в крепости техасцам приказали забрать свои вещи. Никто из пленных не подозревал, какая участь их ждёт. После недельного плена техасцы надеялись, что их, как и обещали, переведут в порт Копано, а оттуда отправят в Новый Орлеан. Люди радовались, некоторые даже пели. Несмотря на то, что массовые казни уже успели стать "визитной карточкой" командующего мексиканской армией Санта-Анны, техасцы верили, что враг сдержит слово и оставит им жизнь.

По свидетельствам современников, было туманное утро. Пленных разделили на три группы и повели в разные стороны, под усиленной охраной, которой командовали капитан Педро Балдерас, капитан Антонио Рамирес, и первый адъютант Агустин Алькерика. Одна группа техасцев в сопровождении выстроившихся по обе стороны мексиканцев выступила по дороге на Сан-Антонио, другая - на Викторию, и третья - в сторону Копано. Каждой группе была объявлена определённая причина, куда они следуют: одним было сказано, что они будут собирать дрова, другим - что им нужно будет пригнать большое стадо скота, третьим - что их ведут в порт Копано, чтобы отправить кораблём в Новый Орлеан. Даже безоружных, сдавшихся людей, мексиканцы боялись, поэтому не сказали правды о том, куда их ведут, чтобы не провоцировать сопротивление.

Каждую колонну заключённых охраняли две шеренги вооружённых мексиканских солдат. Когда техасцев отвели на полмили от форта, раздалась команда остановиться. Мексиканские солдаты перестроились в одну шеренгу и теперь все стояли по одну сторону от заключённых. По команде офицеров раздались выстрелы. Поняв, наконец, что происходит, некоторые пленники пытались бежать, но их догоняла и рубила саблями конница. Тех, кто не умирал от пуль сразу, мексиканские солдаты добивали дубинками и штыками.

Один из переживших резню людей, молодой немец по имени Х. фон Эренберг (H. Von Ehrenberg), написал позднее в своих воспоминаниях:

"Мексиканский командир приказал: "Встать на колени!" Никто не пошевелился. Немногие из нас понимали, что происходит, чтобы подчинится. Мексиканские солдаты, которые стояли в трех шагах от нас, подняли ружья и нацелили нам в грудь. И даже тогда нам не верилось, что они собираются расстрелять нас, ибо, если бы мы понимали это, мы бы уверенно ринулись вперед в нашем отчаянии, и несмотря на то, что мы были безоружными, некоторые из наших убийц встретили бы свою смерть в наших руках.

Звук второго залпа, с другого направления, чем первый раз, дошел до наших ушей, и за ним последовал крик, как будто те, в кого был направлен залп, не все сразу были убиты. Густое облако дыма потянулся к реке Сан-Антонио. Кровь моего лейтенанта брызнула на мою одежду, и вокруг меня лежали мои друзья, которые бились агонии. Я не видел ничего более. Невредимым, я вскочил и, скрытый густым дымом, побежал вдоль изгороди по направлению к реке, ориентируясь на шум воды.

Вопреки всему я ушёл. Река плескалась у моих ног, крики и вопли раздавались позади. "Техас навсегда!" И, не колеблясь ни секунды, я бросился в воду. Пули свистели вокруг меня, пока я плыл медленно, и устало на другую сторону, но ни одна не ранила меня. Пока происходила эта ужасная сцена в прерии, полковник Фаннин и его раненые товарищи были расстреляны и заколоты штыками в Голиаде. И только доктора Шаклфорда и несколько людей, имеющих отношение к медицине, пощадили, чтобы они могли лечить раненых мексиканцев"[22].

Первые две групп заключённых двигались по дороге вдоль реки. Из них удалось спастись 24-м техасцам. Рядом были заросли и пойма ручья, в которых беглецы сумели скрыться от преследователей. Третья группа шла по дороге Сан-Патрисио, и оказалась далеко от кромки леса. Спастись бегством в тумане удалось только четверым. По общим подсчётам, сделанным после расстрела, было убито не менее 342 человек. 28 человек смогли скрыться, и ещё 20 были избавлены от смерти как врачи, санитары, переводчики, или ремесленники. Большая часть спасённых обязана своими жизнями мексиканской женщине Франциске Алавез, прозванной "Ангелом Голиада", и её мужу, полковнику Телесфоро Алавезу (Telesforo Alavez). Зная от мужа о том, что техасцы должны быть казнены, сеньора Франчита под разными предлогами увела и скрыла несколько заключённых[16].

Вернувшись в форт, мексиканцы вынесли из часовни раненых, которые не могли идти сами. Положив раненых перед дверью часовни, мексиканские солдаты часть из них застрелили, а оставшихся закололи штыками. Последним в живых оставался командир техасцев, полковник Джеймс Фэннин. Поскольку он был ранен в ногу и не мог стоять, его вынесли из часовни и усадили на стул. Уже зная об участи своих людей, Фэннин просил мексиканцев о трёх вещах: чтобы его убили выстрелом в сердце, а не в голову, чтобы его личные вещи отправили его семье, и чтобы он был погребён по-христиански.

Полковник Фэннин был застрелен выстрелом в лицо, его вещи растащили мексиканцы, а тело было сожжено вместе с остальными и оставлено без погребения.

После резни была вырыта неглубокая траншея, и часть тел казнённых были свалены в неё и сожжены. Часть трупов так и осталась валяться на месте казни. Одежда с убитых была снята и женщинам поручено отстирать её от крови в реке, чтобы её могли использовать мексиканцы. Избавленные от расстрела заключённые, которых мексиканцы отправляли к реке с бочками за водой, свидетельствовали, что вода в реке становилась красной от крови их казнённых товарищей.

Тем, кто избежал казни, были розданы белые повязки, которые они обязаны были носить, чтобы иметь возможность спокойно передвигаться по территории вокруг форта. Если кто-то терял повязку, или если мексиканцам попадался в ближайшем районе человек без повязки, он рассматривался как бежавший с места казни и подлежал расстрелу на месте.

Около двух месяцев останки голиадских заключённых лежали под открытым небом, на корм стервятникам, койотам и собакам. Оставшиеся в живых свидетельствовали, что не могли спать, слыша по ночам, как животные терзают тела их товарищей.

Мексиканские солдаты реагировали на резню по-разному. Некоторые радовались и угрожали расправой тем заключённым, которым посчастливилось остаться в живых. Другие, в том числе и офицеры-мексиканцы, плакали вместе с оставшимися в живых техасцами и скорбели об учинённом зверстве. После того, как стало известно, что Санта-Анна проиграл в битве при Сан-Хасинто, мексиканские солдаты покинули форт и направились в Мексику. Их никто не преследовал, и им никто не мстил. Техасцам было достаточно того, что они уходят.

Удивительно, но во время Техасской революции не было случая, чтобы техасцы расстреливали пленных. Как правило, всех захваченных в бою врагов отпускали под честное слово. Бывало, что те мексиканцы, которых отпускали под честное слово, нарушали его и снова шли воевать против Техаса. Если их снова брали в плен - их снова отпускали. Единственный случай, который едва не стал исключением, произошёл сразу после битвы при Сан-Хасинто, когда в руки техасцев попался сам Антонио Лопес де Санта-Анна. Возбуждённые кратковременным боем, помнящие Аламо и Голиад, техасские волонтёры стали требовать расстрела жестокого правителя Мексики. Но Сэм Хюстон настоял на сохранении жизни мексиканского президента-генерала, страсти улеглись, и Санта-Анна, после подписания им безоговорочной капитуляции, был освобождён вместе с прочими пленными мексиканцами. После этого он нарушил своё слово и продолжил войну.

Были ли наивны техасцы, когда верили, что достаточно выдворить врага со своей территории, взяв с него слово больше не воевать? А может, были вероломны мексиканцы, которые давали слово - и тут же нарушали его. Достоверно судить об этом сейчас было бы сложно. Тем не менее, поведение техасцев может служить примером благородства и великодушия к врагам.

Погребение останков

Примерно через два месяца после событий Голиадской резни, к концу мая 1836 года, уже после победы техасцев под Сан-Хасинто и капитуляции Санта-Анны, техасский генерал Томас Дж. Раск, который сопровождал отступление мексиканских войск, прибыл в Голиад. Останки людей полковника Фаннина были найдены в частично присыпанной траншее, откуда некоторое количество костей было вырыто животными и разбросано по прерии. Часть останков было найдено на местах расстрела. Останки необходимо было предать погребению по христианскому обычаю, и генерал Раск издал приказ о проведении военных похорон:

"3 июня 1836, завтра утром, состоится общий парад армии, похороны - в 9 утра.

Шерман примет командование и проведёт шествие в следующем порядке:

1. артиллерия,

2. музыка,

3. команда майора Морхау,

4. 6 офицеров компании, 6 должностных лиц компании,

5. скорбящие: те из отряда Фаннина, которые спаслись и бежали, примут участие в процессии, как оплакивающие своих товарищей,

6. главнокомандующий и штаб,

7. медицинский персонал,

8. второй полк под командованием майора Уэллса,

9. первый полк под командованием полковника Саммервилла,

10. осуществляет регулирование... команда лейтенанта Милларда, майор По в нужную минуту должен отдать приказ произвести пушечный выстрел из форта...

Команда майора Морхау даст три выстрела холостыми патронами над могилой.

Подпись Томаса Дж. Раска, бригадного генерала"[17].

Справка: Томас Джефферсон Раск (Thomas J. Rusk) (1803-1857). Родился 5 декабря 1803 в Южной Каролине, изучал право и был принят в коллегию адвокатов под влиянием Джона С. Калхуна. В Техас из Джорджии Раск попал в 1832 году.

В 1835 году Раск организовал компанию добровольцев для оказания помощи Техасу в борьбе за независимость. Участвовал в битве при Сан-Хасинто. После обретения Техасом независимости, Раск был избран на второй съезд Республики, а затем провел несколько кампаний против индейцев на востоке Техаса. В 1846 году Раска и Сэма Хьюстона избрали первыми сенаторами от Техаса в Вашингтон, округ Колумбия. 29 июля 1857 года, после смерти жены, Раск покончил жизнь самоубийством. Похоронен на кладбище Оук-Гроув в Накогдочес[18,19,20].

Во время похорон генерал Раск произнёс краткую речь:

"Однополчане! В порядке справедливости мы в этот день призваны выплатить последней печальной долг уважения к останкам благородной и героической группы людей, которые, борясь за наши священные права, попали в безжалостные руки тирана. Их рыцарское поведение дает им право на сердечную признательность народа Техаса. Без каких-либо корыстных интересов к стране, они следовали лишь за тем чувством, которое ощущают все благородные сердца при одном упоминании о свободе. Они сплотились, отказались от легкости, мира и удобства их домов, оставив после себя все, что им было дорого - их матерей, сестёр, дочерей и жён. Они согласились терпеть усталость и лишения, и благородно встали между народом Техаса и легионами Санта-Анны. Не надеясь на помощь и поддержку других частей техасской армии, они сражались храбро с солдатами тирана, десять к одному. Окруженные в открытой прерии этим страшным врагом, отрезанные от снабжения и даже воды, они получили клятвенное обещание, что получат участь обычных военнопленных, если сдадутся. Они сдались и вернулись [в Голиад. - Прим. М.Г.], и за неделю испытали на себе всю бесчеловечность и варварство [со стороны мексиканцев. - Прим. М.Г.]. Их вывели из форта под предлогом различной работы, и до того, как началась стрельба из ружей и послышались крики умирающих, они не знали, какая судьба их ждёт. Некоторые делали попытку бежать, но большинство погибло под ударами сабель безжалостных кавалеристов...

Мы отдаём дань уважения вместе с их матерями, сестрами и женами, плачущими по их безвременной кончине. И мы должны смешивать наши слезы с их слезами, над частями костей, в которых многие матери могут увидеть своего сына, многие сестры - брата, и многие жены - своего любимого и ласкового мужа. Но у нас есть, что сказать им в утешение. Убийцы нашли свою смерть в прерии при Сан-Хасинто. Убийцы умирали, слыша клич, который стал для них ужасом: "Помни Ла Байя!". Многие нежные и ласковые женщины повторяют сейчас с заплаканными глазами: "Ла Байя". Но и тут у нас есть для них ещё утешение. Это то, что рыцарский подвиг погибших останется яркой страницей в нашей истории. Санта-Анна, этот жестокий убийца, издевался над героями, но в наших силах ответить ему. Да, он должен оставаться жив, чтобы острая боль пыткой разъедала его совесть. Он должен часто вспоминать Ла Баия. Имена тех, кого он убил, должны взлететь до самых высоких вершин славы, но его имя должно опуститься в глубину бесчестия и позора"[17].

После похорон братская могила долгое время оставалась без каких-либо опознавательных знаков. Только в 1858 году торговец из Голиада, Джордж фон Долен, распорядился насыпать груду камней на том месте, которое считалось могилой казнённых в Голиадской Резне. Мемориал был возведён лишь в апреле 1885 года, но не на месте захоронения останков, а в самом городе Голиад. В 1930 году организация голиадских бойскаутов нашла обугленные фрагменты костей, которые и до этого, время от времени, находились здесь на протяжении многих лет. Для жителей Голиада была организована экскурсия к месту захоронения. Это событие произошло в первый день нового 1932 года, и к нему удалось привлечь исследователей Техасского университета антропологии. Над вопросом подлинности захоронения работали историки Кларенс Р. Уортон и Харберт Девенпорт. В 1936 году в рамках празднования столетия Техаса, были выделены деньги на возведение памятника из розового гранита, который открылся 4 июня 1938 года[17].

Несмотря на то, что Голиад - крупный центр сельского хозяйства и нефтяной и газодобывающей промышленности, он больше известен как памятник Техасской Революции. На месте голиадских событий разбит парк, на территории военного городка расположен музей Республики Техас[4].

Заключительное слово

Событие, именуемое Голиадской Резнёй оказалось решающим эпизодом техасской революции. До этого момента долготерпеливые техасцы хотя и признавали Санта-Анну коварным и хитрым противником, но не отказывали ему в благородстве. Людям свойственно судить о других по себе, и возможно, техасцам, как и прочим современникам Санта-Анны, было трудно поверить, что он буквально воспримет опыт своего учителя, генерала Хоакина де Арредондо. Этот генерал во время Мексиканской войны за независимость (1810-1821 гг.), практически уничтожил испанское население Техаса, как потенциальных бунтарей, восстающих против власти метрополии. Чтобы заново заселить Техас, мексиканским властям пришлось приглашать иностранцев. Санта-Анна, действуя методами Арендодо, восстановил против себя население Техаса, и фактически сам подтолкнул людей к борьбе за независимость, которая закончилась победой Техасской революции. Не исключено, что если бы не Голиадская Резня, Техас и по сей день оставался бы штатом Мексики.

Голиадские события могли стать критическими для Техасской Революции. Когда Фэннин и его люди сдались в плен, техасская армия как таковая перестала существовать. Временное правительство Техаса было не в состоянии срочно набрать ещё одно ополчение, чтобы оказывать дальнейший отпор Санта-Анне. Техас сильно зависел от моральной и материальной поддержки Соединённых Штатов. Если бы Санта-Анна высадил людей Фаннина на пристани Нового Орлеана и оставил их там, тоскующих по дому, униженных, без гроша денег, и каждый из этих людей порассказал бы о том, насколько слабо и некомпетентно правительство Техаса, умалился бы престиж техасских революционеров. Нашлось бы гораздо меньше желающих оказать Техасу помощь. Но расстрел голиадских заключённых, вместе с падением Аламо и сожжением трупов, превратил казнённых в мучеников за благородное дело, а за правителем Мексики закрепил статус жестокого тирана. Действия Санта-Анны вызвали возмущение и гнев не только у народа Техаса и Соединенных Штатов, но даже у других стран, таких как Великобритания и Франция[11]. Новые добровольцы из самого Техаса, из США, и даже из стран Европы, спешили пополнить техасскую армию и защитить юную Республику Техас.

Источники:

1. Claudia Hazlewood. Cos, Martín Perfecto de // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/fco76

2. Clinton P. Hartmann. Fannin, James Walker, Jr. // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/ffa02

3. Craig H. Roell. Dimmitt, Philip // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/fdi19

4. Craig H. Roell. Goliad Campaign of 1835 // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/qdg01

5. Craig H. Roell. Linn, John Joseph // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/fli12

6. Craig H. Roell. Portilla, Jose Nicolas de la // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/fpo22

7. Goliad Campaign of 1835 (9 October 1835) // http://www.lsjunction.com/events/goliad35.htm

8. Goliad Campaign // http://www.sanjacinto-museum.org/The_Battle/Before_the_Battle/Goliad_Campaign/

9. Goliad Massacre // http://www.lsjunction.com/events/goliad_m.htm

10. Goliad Massacre // http://www.presidiolabahia.org/massacre.htm

11. Harbert Davenport and Craig H. Roell. Goliad Massacre // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/qeg02

12. Jaime Rodriguez. La Crisis de Mexico en el siglo XIX // http://www.iih.unam.mx/moderna/ehmc/ehmc10/124.html

13. James W. Fannin // http://www.lsjunction.com/people/fannin.htm

14. Lois Garver. Milam Ben // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/fmi03

15. Sheila M. Ohlendorf. Urrea, Jose de // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/fur02

16. The Angel Of Goliad // http://www.presidiolabahia.org/angel_of_goliad.htm

17. The Goliad Massacre // http://www.presidiolabahia.org/massacre.htm

18. Thomas J. Rusk // http://www.lsjunction.com/people/rusk.htm

19. Thomas J. Rusk // http://www.thomasjrusk.org/rusk.htm

20. Thomas Jefferson Rusk // http://www.tamu.edu/ccbn/dewitt/rusktj.htm

21. Thomas W. Cutrer. Collinsworth, George Morse // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/fco29

22. http://www.texasescapes.com/DEPARTMENTS/Guest_Columnists/Times_past/GoliadMassacre.htm

Франциска "Панчита" Алавез: Ангел Голиада

Среди множества имён, связанных с Техасской революцией, есть имя мексиканской женщины Франциски Алавез (Панчита - как ласково называли её те, кто её знал). Она не вставала на сторону революции, не защищала никого с оружием в руках, но она олицетворяла собой те качества, которые должны быть присущи женщине: милосердие, доброту и сострадание к ближним. И именно этими качествами она заслужила уважение и память благодарных техасцев. Она - единственная мексиканка, которой в Техасе поставили памятник.

Женщина в 19 веке мало вмешивалась в политику, военные действия и другие мужские дела. У неё были свои задачи: она своим присутствием улучшала мир, делала его чуточку добрее. Панчита Алавез - это всего один пример того, как в 19 веке женщина могла повлиять на ход событий. Но это очень показательный пример, потому что события, в которые вмешивалась Панчита Алавез, были очень трагическими.

Как это было

В первой половине 19 века на американском континенте происходило много значительных событий и кровопролитных битв. Это был период становления будущих государств, таких как США, Мексика, Канада. Но даже в то время события Техасской Революции своей жестокостью возмущали как Старый, так и Новый Свет.

Именно в это тяжёлое время молодая женщина по имени Франциска Алавез оказалась в Техасе. "Она была известна среди техасцев, как "Благородная красавица", и "Ангел Голиада". Сострадательная мексиканская леди, которую всегда будут помнить за ее добрые дела в те мрачные дни Техасской революции"[3], - так писал о ней один из её современников.

Техасская революция началась 17 октября 1835 года, с вооружённого конфликта в крошечной техасской деревушке Гонсалес, к востоку от города Сан-Антонио. Поначалу техасцам удалось взять верх и выдворить большую часть мексиканских солдат с территории Техаса. Но уже в марте 1836 года мексиканская армия Санта-Анны вторглась в Техас, чтобы покарать техасских мятежников. Именно в это время Франциска Алавез прибыла вместе с военными частями под предводительством генерала Урреа, сопровождая молодого мексиканского капитана Толука Телесфоро Алавеза. В мексиканской армии было принято, чтобы офицеров в походе сопровождали их жёны. Не всегда эти "жёны" были законными супругами. Так было и с Панчитой Алавез. По одной из версий, капитан Алавез женился по настоянию родителей на женщине, которую он не любил, Марии Августине де Посо, но вскоре влюбился в другую. Не имея возможности расторгнуть первый брак, он взял Панчиту в военный поход под видом законной супруги. Кем бы ни считалась Панчита, супругой, подругой или любовницей, но если бы она не появилась в Техасе вместе с капитаном Алавезом, судьбы многих техасцев сложились бы гораздо трагичнее.

10 марта, после нескольких сражений, мексиканский генерал Урреа остановил своё продвижение у Сан-Патрисио, к Западу от местечка под названием Корпус-Кристи. В задачу генерала входило подавить очаги сопротивления в южной части Техаса, но в этот момент Урреа нужно было позаботиться о том, чтобы похоронить убитых в стычках мексиканцев и техасцев. Патрули генерала Урреа продолжали обследовать территорию, поэтому он не имел возможности сразу отправить всех пленных в Матаморос. Но очень скоро посыльный от Санта-Анны доставил генералу Урреа приказ: всех пленных расстрелять.

Местный священник, отец Джон Томас Моллой, которые руководил погребением, узнав о приказе, вмешался и объявил, что не будет проводить Мессу, если генерал Урреа выполнит "варварский приказ". Одновременно с ним, за пленных вступилась сеньора Панчита Алавез. Некто Рувим Браун, техасец, который был взят в плен 2 марта в засаде на Агуа-Дульсе-Крик, и которого должны были расстрелять как человека, захваченного с оружием в руках, писал впоследствии, что его жизнь была спасена только благодаря вмешательству "священника и мексиканской леди по имени Альварес". Отчёт Брауна был опубликован в 1850 году в Техасском Альманахе, и вероятно, именно из-за его ошибки в написании фамилии, сеньору Панчиту до сих пор время от времени пишут как "Панчиту Альварес". [2]

За неделю, которую техасцы и их сторонники провели в заключении в крепости Голиад, к ним присоединялось всё больше захваченных генералом Урреа техасцев. Сюда же были приведены захваченные после ожесточённого боя люди американского полковника Джеймса Фэннина. Крепость превратилась во временную тюрьму, в которую мексиканцы приводили всё новых и новых пленников.

20 марта майор Уильям П. Миллер и 75 человек его батальона из Нашвилла, прибывшие на помощь Техасской революции, были взяты в плен, во время из выгрузки с судна в бухте Копано. Их тоже отправили в Голиад. Когда пленники прибыли на место, оказалось, что их руки были так зверски связаны, что верёвки и ремни отсекали кровообращение и причиняли сильную боль. Пленники провели долгое время на жаре, без воды. Увидев это, сеньора Панчита пришла в ужас и настояла на том, чтобы верёвки были сняты, и людям дали воду и накормили их. Миллер и его люди присоединились к захваченным в битве у ручья Колето людям Джеймса Фэннина. [4]

Если бы не вмешательство сеньоры Панчиты, голиадским заключённым пришлось бы очень туго. Все пленные сперва были согнаны в одно из помещений форта, известное как "Черная дыра Калькутты" (сейчас эту комнату показывают туристам, прибывающим в крепость) [2]. В небольшой комнате оказалось одновременно более четырехсот человек, вместе с ранеными и умирающими. Заключённые вынуждены были стоять вплотную друг к другу, не имея возможности сесть или просто пошевелиться. Даже если кто-то терял сознание - он не падал, потому что со всех сторон был стиснут телами своих товарищей. Узнав об этом, Панчита явилась к коменданту Портилье и потребовала, чтобы пленникам позволили разместиться во дворе, где было гораздо просторнее. Она же настояла на оказании помощи раненым, и её требования были удовлетворены.

27 март 1836 года всех заключённых должны были расстрелять по личному приказу Санта-Анны. Узнав об этом, Панчита под различными предлогами смогла отправить несколько человек к реке и скрыть их там, прежде чем кто-то успел вмешаться в её действия. Панчита так настойчиво заступалась за заключённых перед полковником Франсиско Гараем и комендантом Портильей, что они, с риском для своей карьеры, согласились пощадить двадцать человек: врачей, переводчиков и ремесленников. Не остановившись на этом, Панчита находила разные предлоги, под которыми уводила то одного, то двух пленных, и прятала их под парапетом крепости. Так ей удалось уберечь ещё двадцать техасцев. Уже из строя пленных, которых должны были вот-вот увести, Панчита вывела 15-летнего барабанщика Бенджамина Франклина Хьюза (родился в округе Джефферсон, штат Кентукки, 8 сентября 1820 года). Когда мексиканский караульный пытался возразить, Панчита заявила, что мальчик нужен ей для дела на несколько минут, и энергично увела его. Когда Хьюз узнал от неё, что все будут расстреляны, он пытался вернуться в строй, но Панчита заставила его остаться. Он выжил, став впоследствии почётным гражданином города Даллас, и именно он впервые назвал Панчиту - "Ангел Голиада". [2] На старости лет Хьюз написал заметки о своей юности и о событиях, которые видел. Они сохранились у Филипа К. Такера и впоследствии были переданы в библиотеку Техасского Университета. В этих заметках Хьюз писал:

"27 марта, в воскресенье утром, от президента, генерала Санта-Анны, пришёл приказ расстрелять всех нас. Мы были выведены [из крепости] и нам было сказано, чтобы мы поторопились строиться, чтобы получить места в лодке [которая, как им сказали, должна была отправиться в Новый Орлеан. Прим. М.Г.], и мы построились в линию, подпрыгивая от радости, что скоро будем дома. Мы были в самом начале, когда я увидел довольно много дам, стоящих там, где мы должны были пройти, и среди них две, которые впоследствии оказались леди генерала Урреа и молодая леди, жена капитана Альвареса. Они, вместе с маленькой девочкой десяти или одиннадцати лет, стояли рядом с полковником Хольсингером, который, казалось, надзирал за исполнением приговора. Когда мы вышли, молодая леди обратилась к старшей, жене генерала, и тогда старшая обратилась к полковнику, и [по его приказу] сержант или капрал подошел, вывел меня из рядов и поставил между двумя дамами с девочкой, а остальные ушли"[4].

Минут через пять Хьюзу стало понятно, почему его вывели из рядов. На небольшом расстоянии от крепости пленники были остановлены, мексиканские солдаты перешли все на одну сторону и открыли огонь. Хьюз сделал попытку побежать к своим товарищам, но мексиканские солдаты остановили его, угрожая штыками, и он вынужден был остаться. "Они [убивали] штыками всех, кто не погиб сразу, и даже тех, кто были убиты, кололи штыками, чтобы понять, что они мертвы, и такова была и судьба 332 бедняг, что за несколько часов до этого строили воздушные замки... Генерал Урреа был, кажется, временно отстранён от должности за не выполнение приказа генерала Санта-Анны, но полковник [Хольсингер], казалось, был доволен дамами, которые приняли во мне участие и был очень добр ко мне, и сказал, что он сделает все, что в его власти, для меня, и леди хотела, чтобы я был в их семье, и обращалась со мной, как мать". Через несколько дней Хьюз был отправлен с оставшимися в живых пленными в Мексику. Он пишет: "В то утро я видел слезы на их глазах, когда они целовали меня на прощанье"[4].

Панчита плакала, когда узнала, что был расстрелян сын одного из врачей, Джона Шакелфорда, и спрашивала, почему он не сказал ей, что у него здесь сын. Она сделала бы всё, чтобы спасти его. Шакелфорд позднее сбежал из плена и вернулся в Алабаму. Его рассказ о Голиадской Резне считается наиболее полным и точным.

Доктор Джек Шакелфорд в 1841 году сказал: "Я считаю, что нельзя не отметить здесь одну женщину, Панчиту Алавеско, жену капитана А. Она действительно была Ангелом милосердия - второй Покахонтас. Всё, что она могла сделать для нашего удобства, чтобы "влить масло в наши раны"- было ею сделано. Она и для людей майора Миллера тоже была посланником небес"[4].

После расстрела Панчита нашла раненого Уильяма Хантера, который получил пулю и удар штыком, но остался жив. Панчита своими руками оттащила его к реке, спрятала среди камышей, и перевязала его раны. Позднее мексиканские солдаты поймали семерых бежавших с места казни. Убив троих на месте, они четверых привели в крепость, где капитану Алавезу было поручено их расстрелять. Но Панчита бросилась перед заключёнными и заявила, что не сойдёт с места, если они не будут помилованы. Видя её рвение, к ней присоединилась ещё одна мексиканская женщина. Приказ о расстреле был отменён.

Меньше месяца прошло после Голиадской Резни, когда 21 апреля Санта-Анна потерпел поражение при Сан-Хасинто и сам попал в плен к тем людям, друзья и близкие которых были казнены по его приказу. Санта-Анна вернулся в Мексику в качестве президента, техасцы не опустились до мести ему. Однако его слава уже никогда не поднималась так высоко, как до событий Техасской революции. Может быть, памятуя милосердие техасцев, Санта-Анна спустя несколько лет, по просьбе своей умирающей жены, всё-таки освободил американских военнопленных, которые до этого момента так и томились в мексиканской тюрьме.

После поражения армии Санта-Анны при Сан-Хосинто, капитан Алавез в числе прочих офицеров участвовал в выводе мексиканских войск из Техаса. Панчита вернулась в Матаморос, где приняла деятельное участие в облегчении участи техасских заключённых, которые к этому моменту оставались в мексиканской тюрьме.

"После возвращения в Матаморос, она была неутомима в ее внимании к несчастным заключённым американцам. Потом она вернулась в Мехико с мужем, но там он оставил ее, и она вернулась в Матаморос без каких-либо средств для ее поддержки. Но она нашла много хороших друзей среди тех, кто слышал о ней и стал свидетелем чрезвычайных усилий в освобождении заключенных техасцев"[1].

Часть историков на этом и заканчивают повествование о Панчите Алавез. По их версии, она вернулась в столицу вместе с капитаном Алавезом, лишь для того, чтобы узнать, что у него есть другая жена, после чего капитан бросил её, и она вынуждена была вернуться в Матаморос, где и оставалась, помогая заключённым.

Убитые в Голиаде были оставлены без погребения, и только 3 июня 1836 года техасский генерал Раск, прибыв на место Голиадской Резни, организовал похороны останков в братской могиле, возле часовни в миссии Ла-Байя. Если бы не сострадание и решительная помощь Панчиты Алавез, жертв было бы гораздо больше.

Потомки Панчиты Алавез

В 1936 году были опубликованы записки Елены Заморы О'Ши (Elena Zamora O’Shea), которые поныне хранятся в государственном архиве Техаса. В 1902-м году Елена преподавала в школе Санта Гертруды на территории знаменитого в Южном Техасе ранчо Кинга. Капитан Ричард Кинг основал свое ранчо в 1853 году. Тогда он отправился в Мексику и уговорил целую деревню, более ста человек, переехать к нему на ранчо, в Техас. Елена О'Ши время от времени читал новости из испанских газет или переводила для детей рассказы о прежних временах. Однажды она пересказала историю о Голиадской Резне, и один из её слушателей, Матиас Альварес, спросил, когда она закончила: "Это всё, что они говорят про Голиад?" Она ответила: "Да". "Они не говорят, что кто-то помогал тем, кто пострадал там, или что некоторые из них были спасены?" - удивился престарелый слушатель. [2]

По просьбе Елены, Матиас рассказал, что его отец, Телесфоро Алавез, женился на девушке, которую выбрали его родители. Никакой любви к жене с его стороны не было, и через несколько лет он разошёлся с ней, но не мог получить одобрения церкви на расторжение брака. Франциска (Панчита) была его возлюбленной, и пошла вместе с ним на войну в качестве его жены. По возвращении из Техаса, они жили в Матаморосе, где Панчита родила двоих детей: Гваделупе и Матиаса. Техасский капитан Ричард Кинг, который знал Алавеза и его милосердную жену Панчиту, будучи в Матаморосе, обещал поддержку, если семья Алавеза (тогда уже полковника) будет в чём-то нуждаться.

Когда полковник Алавез умер, его дети перешли Рио-Гранде и стали работать на техасском ранчо Кортина (Cortina). К тому времени они стали официально называться фамилией Альварес. Гваделупе умер молодым, но Матиас прожил долгую жизнь, и продолжительное время работал грузчиком на ранчо и продавал овощи в Форт Браун. Вскоре он женился и завёл свою собственную семью. Капитан Кинг, посещая одно из своих ранчо в Южном Техасе, узнал, что полковник Алавез умер, и сразу же предложил Матиасу работу у себя. В 1884 году Матиас привёз свою многочисленную семью в штаб-квартиру капитана Кинга, в Санта-Гертруда (Santa Gertrudis) возле Кингсвилла (Kingsville), забрав с собой свою престарелую мать Панчиту. По семейным воспоминаниям, "она умерла на ранчо Кинга и там похоронена". Старый капитан Кинг и его жена, миссис Кинг, хорошо знали и уважали Панчиту. По их свидетельствам, она умерла в возрасте более 90 лет.

В Техасе Панчита оставила много потомков. У Матиаса было восемь детей (пять мальчиков и три девочки), многие из которых впоследствии стали известными людьми.

Одна из дочерей Матиаса, Мария, стала постоянной спутницей и помощницей мисс Клары Дрисколл, женщины, известной как "Спасительница Аламо". Крепость "Аламо", в которой произошла одна из значительных битв Техасской Революции, в 1836 году стояла на некотором расстоянии от тогда ещё маленького городка Сан-Антонио. К 1904 году руины этой крепости оказались почти в самом центре огромного города, и над ней нависла угроза уничтожения. Власти города решили снести крепость, чтобы освободить место под современные постройки. Клара Дрисколл внесла последние 25 000 долларов, чтобы набрать сумму в 75 000 долларов, необходимую для покупки "Аламо" и его сохранения как исторического памятника Техаса.

Среди потомков Панчиты Алавез - доктор Лауро Кавазос, президент Техасского технического университета, министр образования (1988-1990) при президентах Рейгане и Буше, - первый испанец, который служил в Кабинете министров США. В Южном Техасе и по сей день проживает много людей с фамилией Альварес, которые помнят свою бабушку Панчиту, Ангела Голиада.

Бюст Панчиты Алавез хранится в музее Ла-Байя. Памятник сеньоре Панчите стоит на месте Голиадской Резни.

Источники:

1. Harbert Davenport. The Angel of Goliad // http://www.tamu.edu/faculty/ccbn/dewitt/goliadangel.htm

2. Lee Paul. The Angel of Goliad // http://www.theoutlaws.com/people2.htm

3. Murray Montgomery. A high bred beauty... // http://www.texasescapes.com/MurrayMontgomeryLoneStarDiary/Angel-of-Goliad.htm

4. The Angel of Goliad // http://www.tamu.edu/faculty/ccbn/dewitt/goliadangel.htm

Республика Техас. Миерская экспедиция (The Mier Expedition, 1842) глазами свидетелей и участников

Вступление. Откуда взялась Техасская Республика

Миерская экспедиция - это всего один эпизод из девятилетней истории Техасской Республики. Прежде, чем говорить о её причинах и её значении, нужно вспомнить о том, что такое Республика Техас, как она складывалась и почему просуществовала так недолго.

Историю Техаса как американского государства условно можно начать с 1821 года, когда американец Мозес Остин прибыл в мексиканский городок Сан-Антонио-де-Бехар и получил разрешение от мексиканского правительства императора Августина I основать колонию из 300 американских семей. В то время Мексике (бывшей испанской колонии) принадлежало огромное количество земель в Центральной, Южной и Северной Америках, среди которых территория Техаса занимала не такое уж значительное место. Мексиканцы не особенно стремилась заселять именно эту свою территорию. Одной из причин такого пренебрежения Техасом были агрессивные Центральноамериканские индейцы. В начале XIX века Мексика вытеснила со своей территории на пустующие земли Техаса наиболее опасные племена - команчей, кайова и апачей, и опасалась их нападения на пограничные территории.

Тем не менее, незначительно заселённый и непривлекательный для самих мексиканцев, Техас притягивал к себе взгляды американских поселенцев. В 1822 году американское правительство во главе с президентом Джеймсом Монро предложило выкупить эту территорию у Мексики. Но мексиканский император Агустин I не захотел ничего продавать, зато позволил за очень умеренную плату и на льготных условиях заселять пустующие земли Техаса, с условием, что поселенцы примут мексиканское подданство и католическую веру. Мексике было выгоднее пустить сюда арендаторов и потом каждый год брать с них налоги, чем продать Техас и получить деньги только один раз. Кроме того, при помощи поселенцев Августин I надеялся создать буфер между враждебно настроенными индейцами и мексиканскими поселениями Ларедо и Сан-Антонио-де-Бехар. И новые переселенцы из Европы и Америки создали этот буфер.

Уже в 1823 году сын Мозеса Остина - Стивен Остин - опубликовал объявление, в котором призывались сильные, умеющие владеть оружием мужчины, для охраны и защиты фермерских поселений и городов от набегов команчей и бандитов. Так было положено начало специфическому формированию - техасским рейнджерам. В 1835 году это формирование было утверждено на официальном уровне. Исключительность техасских рейнджеров может исходить прежде всего из того, что в эту организацию с самого начала должны были идти только самые сознательные и самые лучшие люди. Им необходимо было за очень умеренную плату (а иногда и без оной) защищать своих соотечественников от опасностей, буквально закрывать собой, не ожидая особых наград и не выгадывая ничего для себя лично. Авантюрист, мечтающий о власти или о деньгах, на подобных условиях надолго бы в рейнджерах не задержался. И техасские рейнджеры стали уникальной организацией, единственной в своём роде не только для Америки, но и для всего мира. Их никогда не было много, но они всегда были лучшими из лучших.

История Техаса неотделима от истории техасских рейнджеров, потому что с самого начала эта организация принимала деятельное участие во всех основных событиях. И в Республике Техас, образованной в 1836 году, техасские рейнджеры остались главной действующей военной силой.

Но вернёмся чуть назад. Поначалу новое население Техаса прекрасно уживалось с Мексикой, платило свои налоги, осваивало земли и сдерживало индейцев. Но однажды техасцы восстали, освободились от владычества мексиканских правителей и образовали собственную Республику. Так в чём же была причина такого категоричного шага? Ведь Стивену Остину в 1833 году удалось даже добиться веротерпимости и разрешения использовать в официальных документах на территории Техаса английский язык (до этого момента все документы оформлялись только на испанском).

Причиной явилась политика нового правителя Мексики, Антонио Лопеса де Санта-Анны, который в 1834 году совершил военный переворот в Мексике и назначил себя военным диктатором. Отношение Санта-Анны к Техасу оказалось резко отличным от терпимого отношения императора Августина I.

Говоря о роли личности в истории, никак нельзя обойти молчанием известного генерала-президента Санта-Анну, 11 раз приходившего к власти в Мексике, претерпевшего бесчисленное количество ссылок и отставок, развязавшего огромное количество сражений и повлиявшего на всю историю Америки XIX века так сильно, что даже самые яростные его противники не могли не признать его заслуг и его значения. О Санта-Анне неизменно уважительно говорили и друзья, и враги, даже те, кого он притеснял более всего. Сам он именовал себя "Наполеоном Запада" и его биографы признают, что для этого у Санта-Анны были все основания [3]. Можно сказать, что если бы не категоричность Санта-Анны, Техасская Республика могла вообще так и не появиться. Техас ещё на многие годы мог оставаться провинцией Мексики.

Санта-Анна начал с того, что отменил все льготы, которые предоставили техасцам его предшественники. Но хуже было то, что он запретил техасцам носить оружие. Людям, которые вынуждены были постоянно защищать себя от тех же команчей, было запрещено иметь какое бы то ни было оружие вообще. Санта-Анна желал, чтобы техасцы по прежнему были буфером и сдерживали индейцев, но в случае чего не смогли бы поднять оружие на мексиканцев по причине отсутствия такового. Помимо прочего, техасцев с 1836 года сильно стеснили новыми налогами, которые стали в несколько раз выше, чем налоги с мексиканцев. Так же Санта-Анна потребовал выдворения всех незаконных иммигрантов, которые успели расселиться на пограничных территориях со стороны Штатов, с конфискацией их имущества и уже возделанной земли в казну Мексики. Никто не будет спорить, что частично требования Санта-Анны были понятны и даже законны. Мексика могла распоряжаться, позволить ли новым переселенцам стать полноправными гражданами Техаса или выдворить их со своей территории. Но вкупе все решения Санта-Анны оказались нестерпимыми для техасцев и они восстали, потребовав отсоединения Техаса от Мексики.

Первое столкновение произошло 2 октября 1835 года, близ города Гонсалес. У техасцев не было регулярной армии и воевали только добровольцы и техасские рейнджеры. Но они смогли противостоять регулярной армии мексиканцев в битве возле Консепсьона 28 октября 1835 года, захватили в декабре мексиканский город Сан-Антонио-де-Бехар, чуть позднее - маленький городок Голиад ближе к побережью.

Санта-Анна ответил на поднятую техасцами революцию военной силой, лично придя в Техас с огромной армией, осадил форт Аламо близ Сан-Антонио, уничтожил техасский гарнизон форта, а позднее устроил Голиадскую резню: вынудил сдаться в плен под обещание сохранения жизни около 400 человек восставших и, 27 марта 1836 года, расстрелял всех без исключения.

Терпение техасцев истощилось, они начали воевать всерьёз. Отряды техасских рейнджеров и ополченцев вышли навстречу Санта-Анне. После нескольких столкновений, 26 апреля 1836 года, в 18-минутной битве у Сан-Хасинто мексиканцы были разбиты, а Санта-Анна взят в плен. 14 мая 1836 года в городе Веласко Санта-Анну вынудили в обмен на свободу подписать договор, по которому Техас получал независимость. Так началась короткая и яркая история Техасской Республики.

Как независимая страна Техас был признан США, Францией и некоторыми другими государствами Европы, но не Мексикой.

Справка: 3 марта 1837 года президент США Эндрю Джексон назначил Элси Ла-Бранча как американского поверенного в Республику Техас, официально признав Техас как независимую республику [13]. 25 сентября 1839 года Франция официально признала Техас, назначив Альфонса Дюбуа де Салиньи в качестве поверенного. Французское посольство было построено в 1841 году и до сих пор стоит в г. Остин. Техасская Республика также получила дипломатическое признание и поддержку со стороны Бельгии и Нидерландов. Великобритания из-за дружественных отношений с Мексикой не признала Техас на официальном уровне, но принимала техасские грузы в своих портах. В Лондоне расположилось неофициальное Посольство Республики Техас, которое располагалось напротив ворот дворца Сент-Джеймс [37]

Мексиканское правительство Санта-Анны, который по договору был отпущен на свободу, со своей стороны не ратифицировало договор и Техас оставался на положении затяжного военного конфликта с Мексикой всё время своего свободного существования, вплоть до 1845 года, когда он добровольно вошёл в состав Соединённых Штатов. Этот шаг был продиктован необходимостью: техасское правительство президента Сэма Хьюстона понимало, что в одиночку республика Техас не сможет справиться с Мексикой. У Техаса было слишком мало населения и не было регулярной армии, чтобы эффективно бороться с Санта-Анной. Поэтому техасцы просили принять свою республику в состав США, что и было сделано при американском президенте Джеймсе Ноксе Полке, 29 декабря 1845 года.

Поскольку Техас - единственный из штатов, вошёл в состав США будучи равноправным, признанным государством, он и по сей день сохраняет за собой право поднимать свой флаг на одном уровне с государственным флагом США. Земля Техаса считается собственностью Техаса, а не федеральной собственностью. По договору, заключённому в 1845 году, Техас так же имел право по своему желанию выйти из состава Соединённых Штатов. Это право было утеряно после окончания гражданской войны 1861-1865 гг., вместе с поражением Юга. [21].

Предыстория экспедиции: битва у Саладо Крик, Доусонская резня

Миерская экспедиция (Республика Техас, 1842 год) достаточно противоречиво оценивается исследователями. С одной стороны, это драматическое событие в истории Техасской республики считается героическим и очень значительным. С другой - находятся исследователи, которые выставляют участников экспедиции кучкой авантюристов и преступников, которые действовали ради собственного обогащения и едва ли не "получили по заслугам".

Такая двойственность оценок вполне объяснима. Девять лет, с 1836 по 1845 год, Техас являлся самостоятельным государством, независимость которого признало мировое сообщество. И только правительство Мексики не желало признавать, что техасцы имеют право оставаться свободными. Всё время существования республики Техас Мексика стремилась вернуть его в состав своей империи. Кроме того, положение между Техасом и Мексикой усугублялось вопросом о спорной территории (обширная полоса земли, с Запада и Востока ограниченная реками Рио-Гранде и Нуэсес, а с юга на север протянувшаяся от Мексиканского залива до территории штата Арканзас). Фактически Мексика не стремилась заселить эту территорию, но тем не менее, она на неё претендовала.

У Техаса не хватало ни населения, ни ресурсов, чтобы вести масштабную войну против Мексики. Допустить развязывание войны в то время, когда страна к этому не готова, президент Техаса Сэм Хьюстон не мог. А Миерская экспедиция, вторгшаяся на территорию Мексики, могла быть расценена мексиканским правительством как провокация со стороны Техаса. Поэтому президент Хьюстон объявил членов Миерской экспедиции авантюристами, которые действовали на свой страх и риск, без ведома и согласия своих властей.

Поводом для отправки экспедиции на территорию Мексики послужило нападение армии мексиканского генерала Адриана Вула на Сан-Антонио (один из основных городов в центре Техаса) и захват заложников из числа горожан. Но основной причиной можно посчитать агрессивное поведение Мексики по отношению к Техасу в целом, за весь период существования Техасской Республики. Мексиканское правительство располагало достаточными ресурсами для военных действий, а главное, не собиралось прощать техасцам их войну за независимость 1836 года. Мексика готова была воевать столько, сколько потребуется, чтобы вынудить Техас сдаться.

9 января 1842 года мексиканский генерал и политический деятель Мариано Ариста выступил в мексиканском городе Монтеррее с речью. В ней он недвусмысленно указал, что техасцы могут даже не мечтать о своей независимости, потому что ничто не спасёт их от запланированного вторжения. Так же генерал предложил объявить амнистию всем тем, кто во время вторжения сохранит нейтралитет и не станет выступать на стороне "мятежных" техасцев [27].

Справка: Мариано Ариста (Mariano Arista) (1802-1855) - мексиканский генерал. В 1833 году за несоответствующие мексиканской политике взгляды был изгнан в Соединённые Штаты. Репатриирован и восстановлен в армии в 1836 году. Был членом Верховного военного Трибунала и Верховного военного суда, в 1839 году был сделан комендантом Тамаулипаса и командующим Северной мексиканской армии. После непродолжительного периода невоенной жизни был отозван в действующую армию незадолго до начала Американо-Мексиканской войны. Командовал армией Севера в боях за Пало-Альто и Ресака де-ла-Пальма в 1846 году. Потерпев поражение в обоих боях и подвергся резкой критике со стороны подчиненных. Оставив командование на своего заместителя Франциско Мексию, просил судить себя военно-полевым судом и был оправдан. В январе 1851 он был включён в мексиканский конгресс конституционного президента Мексики. Ушел в отставку в январе 1853 г., эмигрировал и умер близ Лиссабона, Португалия, 7 августа 1855 года [6].

5 марта этого же года войско под предводительством Рафаэля Васкеса форсировало Рио-Гранде, дошло маршем до Сан-Антонио и осадило город. Техасцы вынуждены были отступить и оставить город мексиканцам, потому что командир рейнджеров, охранявших город, Джон С. Хейс, оказался не в состоянии в короткий срок собрать для обороны достаточное количество вооружённых мужчин. Подкрепление из другой части Техаса - милиция под предводительством генерала Александра Сомервилла - прибыло в Сан-Антонио только 15 марта. Но ещё 9 марта мексиканцы оставили город, который успели основательно разграбить. Добровольческие силы техасцев остались для защиты, но поскольку противник убрался восвояси, 2 апреля защитники были распущены по домам.

Справка: Рафаэль Васкес (Rafael Vasquez) (1804-1854) - мексиканский генерал, родился в Мехико. Начал свою карьеру как капитан патриотов Хасиенда-де-де Мата Сьенега в феврале 1827 года. Бригадный генерал с 1839 года. 5 марта 1842 года Васкес оккупировал Сан-Антонио. Техасцы, не имея возможности удержать город, сдали его без боя. Принял капитуляцию Сан-Антонио, поднял мексиканский флаг, а также заявил, что с этого момента вступили в силу мексиканские законы. 7 марта ушёл обратно в Мексику. Его вторжение расценивается техасской стороной как грабёж или партизанская война, которая явилась одной из причин, приведших к событиям Миерской экспедиции. Васкес был комендантом Халиско с 1851 по 1852 год. Умер в Мехико 9 марта 1854 года. [17]).

Небольшие вылазки со стороны Мексики на Техас продолжались. А 11 сентября 1842 года мексиканский генерал Адриан Вул привёл к Сан-Антонио войско в 1200 мексиканцев, которые разграбили город и увели в плен 53 человека из числа мирных горожан. Несмотря на отсутствие поддержки со стороны президента Хьюстона, техасцы не собирались оставлять подобные рейды безнаказанными. В ответ на нападение Вула около 200 техасцев собрались на Сиболо Крик (Creek - ручей), выше Сегина и прошли до Саладо Крик в шести милях на северо-восток от Сан-Антонио, чтобы соединиться с другим отрядом техасцев - 57 человек под командованием Н.М. Доусона (Capt. Nicholas M. Dawson).

Справка: Адриан Вул (Adrian Woll) (1795-1875) - родился 2 декабря 1795 года в Сен-Жермен-ан-Ле, близ Парижа. Служил в армии Наполеона Бонапарта. После Реставрации Бурбонов уехал в Америку с письмами для генерала Уинфилда Скотта, в его штаб-квартиру в Балтиморе, штат Мэриленд. Скотт, видя в молодом человеке задатки хорошего военного, предложил Вулу принять участие в Мексиканской революции, указав на широкие возможности, которые могут открыться перед военным, если он примет участие в революционном движении против Испании. Вул был зачислен в штат генерала Франсиско Хавьер Мина в звании подполковника. После неудачного похода Мина, Вул присоединился к армии генерала Антонио Лопеса де Санта-Анны. Так и не вернувшись во Францию, принял мексиканское гражданство, женился. Участвовал во множестве военных действий и переворотов в Мексике. В 1836 году Вул был квартирмейстером армии генерала-президента Санта-Анны во время его вторжения в Техас. После капитуляции Санта-Анны был направлен в техасский лагерь в качестве эмиссара, якобы для изучения условий перемирия. На деле заданием Вула было выведать численность, вооружение и прочие средства противника. Но был разоблачён и задержан. Генерал Томас Дж. Раск, командир техасской армии, обеспечил Вулу безопасность и в скором времени Вул был отпущен. Отступил вместе с остальной мексиканской армии из Техаса.

После Техасской революции Вул играл незаметную роль в мексиканской политике. Во время короткой войны с Францией (1838-1839 гг.) он вышел в отставку, чтобы не воевать против своих соотечественников. После вывода французских войск вернулся под начало Санта-Анны. Летом 1842 года Вул получил приказ вторгнуться в Техас. Несмотря на сомнительные результаты столкновения с техасскими защитниками у Саладо-Крик, был встречен по возвращении в Мексику как победитель и получил в награду Почётный Крест. В феврале 1843 года Вул стал командующим армии Севера. 6 декабря 1844 года принял участие в восстании под руководством Хосе Хоакин Эррера и генералом Мариано Паредеса против Санта-Анны. Был арестован и заключен в тюрьму, но освобожден общим указом об амнистии 24 мая 1845 года. Участвовал в переговорах с Техасом в 1844 году, в Американо-Мексиканской войне в 1846 году. В 1860 году вернулся во Францию. Когда Наполеон III объявил войну Мексике, принял участие в военных действиях на стороне Франции. Поскольку после 1865 года Наполеон III принял решение вывести французские войска из Мексики, Вул решил более не возвращаться в эту страну.

Вул умер в Монтобане, к северу от Тулузы на юге Франции, в феврале 1875 года. [14; 16]

Командиром объединённых техасских сил был выбран полковник Мэтью Колдуэлл. Соотношение мексиканских и техасских людей было примерно восемь к одному. К тому же, силы мексиканцев стояли около Сан-Антонио, в выгодной позиции и нападать на них было чистым самоубийством. По мнению Колдуэлла следовало заманить основные силы мексиканцев в открытую прерию, где они потеряли бы часть своего преимущества. Для осуществления этого плана 18 сентября Колдуэлл послал команду рейнджеров под предводительством Хейса, чтобы они завязали с мексиканцами бой у Саладо Крик. В лагере техасцев на этот момент было всего 38 лошадей, пригодных для такой отчаянной вылазки. Техаские рейнджеры Джон С. Хейс и Бен МакКаллок вместе с шестью добровольцами выехали навстречу армии Вула, расположенной лагерем в миле от Аламо, и дразнили мексиканских кавалеристов, предлагая им поединок. Хейс предполагал, что им удастся раздразнить хотя бы человек 40-50. История умалчивает о том, как и чем конкретно дразнили рейнджеры мексиканцев. Не исключено, что в значительной степени на результат повлиял горячий нрав, доставшийся мексиканцам от их испанских предков. Так или иначе, но рейнджеры хорошо постарались, потому что не 30-40, как рассчитывал Хейс, а все 500 кавалеристов Вула дружно устремились в погоню за "обидчиками".

Справка: Мэтью Колдуэлл (Mathew Caldwell) (1798-1842) - родился в Кентукки на 8 марта 1798. В 1818 году со своей семьёй переехал в штат Миссури, а в 1831 году - в Техас. Один из подписавших Техасскую Декларацию Независимости в 1836 году. Возглавлял многие военные действия, в 1840 году был ранен, в 1841 году возглавил техасскую разведывательную компанию в Санта-Фе, был взят в плен и отправлен в тюрьму в Мексику. Вернувшись, возглавил в 1842 году операцию по защите Сан-Антонио от армии Адриана Вула, руководил операцией в Саладо-Крик. Был женат (предположительно дважды), имел минимум трёх детей (из тех, что известны). Умер в своём доме в Гонсалесе 28 декабря 1842 года. В 1930 году в Техасе, на кладбище Гонсалеса, установлен надгробный памятник.

Из за того, что у Колдуэлла тёмные волосы поседели пятнами до абсолютно белого цвета, он получил прозвище "Старая Краска" (Old Paint). Среди соотечественников Колдуэлл пользовался большим уважением, существует множество исследований, посвящённых его жизни и деяниям. [19]

Справка: Джон Хейс (John C. Hays; John "Coffee" Hays; "Captain Jack") - (1817-1883) - родился 28 января 1817 года в Тенесси, в многодетной семье. Когда ему было 15 лет, родители умерли. В 1836 году переехал в Техас и присоединился к техасской армии под командованием генерала Томаса Раска. Вскоре был назначен в техасские рейнджеры, вместе с которыми принял участие в ряде вооруженных конфликтов и событий, в том числе индийской и мексиканской войне. За храбрость в боях получил поощрение и выбран в депутаты. В 1840 году (в возрасте 23-х лет) достиг звания капитана. Во время своего командования в качестве капитана Хейс взял на себя ответственность за повышение качества набора людей в рейнджеры и организацию более жёсткой программы обучения для новичков. "Капитан Джек" описывается как человек, который выглядел очень стройным и смотрелся моложе своего возраста, с очень скромными манерами, скупой на слова. Хейсу отдают должное за придание рейнджерам сплочённости и дисциплины. Из тех, кем он командовал, вышли несколько знаменитых капитанов рейнджеров, таких как "Биг Фут" Уоллес, Бен и Генри МакКаллоки, Сэмюэль Уолкер и Роберт Аддисон Гиллеспи.

В 1848 году Хейс ушёл из рейнджеров и принял участие в Калифорнийской Золотой лихорадке, поселившись к 1850 году в округе Сан-Франциско, он был назначен шерифом и принял активное участие в политической жизни. Был одним из основателей города Окленд, Калифорния, и некоторое время - его мэром. Много сил посвятил развитию животноводства, банковского дела, а так же в сфере недвижимости и коммунальных услуг своего округа. Во время Гражданской войны 1861-1865 гг. занимал нейтральную позицию. В 1876 году он был избран делегатом на Национальном съезде Демократической партии. Скончался в Калифорнии 21 апреля 1883 года, похоронен на Кладбище Маунтин Вью в Окленде, штат Калифорния. Существует несколько памятников Хейсу. Один из них установлен 16 ноября 2001 на площади Хейс Каунти Кортхаус (Сан-Маркос, Техас). [15; 31]

Справка: Бен МакКаллок (Benjamin McCulloch) (1811-1862). Жизнь этого человека иногда называют легендой. "Мастер на все руки, который без лишних слов умеет делать то, что необходимо". Он был переселенцем, шахтёром, судебным исполнителем, рейнджером, землемером, истребителем индейцев, государственным деятелем и полководцем. Родился в Рутерфорд Каунти, штат Теннесси, 11 ноября 1811 года. Был хорошо знаком с другой известной личностью в истории Америки - Дейви Крокетом. Первоначально они планировали поездку в Техас для помощи техасцам в их борьбе за независимость. Но Крокет ушёл без него и к тому времени, когда МакКаллок смог попасть в Техас, Аламо уже пал и его друг погиб в числе защитников этого форта. МакКаллок стал капитаном техасских рейнджеров незадолго до того, как рейнджеры были вовлечены в один из самых тяжёлых боёв с племенем команчей, который начался 19 марта 1840 года, после убийства в спонтанно завязавшейся драке команчской "делегации мира" (началось это событие из-за отказал команчей выполнить договор и выдать всех белых пленников). Война с команчами, которая началась этим боем, продолжалась 40 лет. Во время Американо-Мексиканской войны рейнджеры МакКаллока служили в качестве разведчиков.

Во время Гражданской войны 1861-1865 гг. МакКаллок в качестве генерала собирал ополчение на защиту южных штатов Техас, Арканзас, Луизиана и индийской территории. 7 марта 1862 года, у Пи-Ридж, Миссури, во время затишья, в 2 часа дня, генерал МакКаллок выехал один на опушку леса, чтобы рассмотреть предполагаемое место боя и был убит выстрелом северного снайпера. [18]

После того, как мексиканские кавалеристы бросились в погоню за рейнджерами, к маленькому отряду присоединилось ещё 30 человек, которые до этого момента прятались в засаде вместе с МакКаллоком. Против предполагаемых сорока мексиканцев рейнджеры рассчитывали вступить в бой и справиться с задачей самостоятельно, но разворачиваться навстречу пятистам вооружённым пиками кавалеристам Хейс посчитал неразумным. Поэтому отдал приказ не останавливаться и отступать до занятых Колдуэллом позиций. Отряд рейнджеров поскакал через мескитовые заросли в сторону основных сил техасцев, которые располагались на открытом месте, в прерии, в пойме Саладо Крик.

Первые четыре мили рейнджеры опережали преследователей примерно на пол мили. Но лошади техасцев, измученные за последние месяцы, вскоре начали сдавать. Люди Хейса сбросили на землю шляпы, одеяла и плащи, чтобы хоть как-то облегчить нагрузку на животных, хотя это мало что давало.

Вскоре мексиканцы сделали попытку отрезать правый фланг Хейса, но МакКалок со своей частью отряда постоянно вклинивался между Хейсом и мексиканцами, заставлял отвлекаться на себя и нарушал их планы. Каждые пол мили МакКаллок и Хейс отсылали часть своих людей в разные стороны, чтобы под прикрытием зарослей они могли затеряться и спастись от преследователей. Но часть рейнджеров продолжала скакать впереди мексиканцев, подогревая их желание продолжать погоню. Когда вся процессия наконец достигла края леса, от техасского отряда перед мексиканцами осталось только два рейнджера: сам МакКаллок и один из его людей - Кред Тейлор (Creed Taylor). Последнюю милю погоня отставала от двух техасских рейнджеров всего на 150-200 ярдов (менее 180-ти метров). Мексиканские кавалеристы на полном скаку сделали по ним около двухсот выстрелов, но ни одна пуля не достигла цели.

Справка: Кред Тейлор (Creed Taylor) (1820-1906) - солдат и техасский рейнджер, родился 20 апреля 1820, в Алабаме, один из девяти детей Иосии и Люкер Тейлор. Принимал участие во множестве важных событий Техаса 19 века. В Техасской революции, в битве при Плам-Крик, боролся с команчами и принимал участие во многих битвах с индейцами, был техасским рейнджером под командованием капитана Джона Хейса. Когда мексиканская армия вторглась в 1842 году, Тейлор участвовал в битве при Саладо-Крик, где был тяжело ранен. В 1846 году подписал контракт с вооруженными силами Соединенных Штатов под командованием генерала Закари Тейлора (дальний родственник) и сражался во многих крупных сражениях войны с Мексикой. После 20 лет почти непрерывных боев, Тейлор был зачислен в армию конфедератов в 1864 году и служил с отличием под командованием полковника Джона Форда. Умер в Кимбл Каунти 26 декабря 1906, в почтенном возрасте 86 лет и был похоронен на Кладбище Ноксвилл к юго-востоку от Джунстона, штат Техас. [8].

Впереди мексиканцев уже поджидали двести человек полковника Колдуэлла, расположенные в русле ручья Саладо. И хотя вслед за кавалеристами сюда же передвигались и остальные солдаты Вула (пехота и артеллерия), техасцы были твёрдо намерены выиграть бой и разбить противника.

Один из участников боя, Руфус Бурлесон (Rufus C. Burleson), пишет:

"Их старый лидер полковник Колдуэлл говорил: "Ребята! Мы никогда не сдавались и если надо - все умрём в этом бою. И хотя их восемь к одному нашему, мы можем гнать их точно так же, как гнали в Сан-Хасинто! [одно из событий Техасской революции]" Он позвал Элдера Моррелла (Elder Z. N. Morrell), который в равной степени прекрасно владел и ружьём, и красноречием, чтобы поддержать бойцов. Старый герой громко воскликнул: "Ребята! Мы идём в очень трудный бой, но их пушки ничего не смогут с нами сделать, если мы не падём духом. Будьте хладнокровны. Не стреляйте, пока не можете различить белки их глаз. Снимайте каждого их человека, который носит офицерские знаки отличия - и мы сможем с Божьей помощью прогнать их!" Как раз в это время слышались пушечные выстрелы и снаряды срезали верхушки деревьев..." [20]

Участник событий, Джордж Лорд, в своих воспоминаниях приводит посвящённую этим событиям записку А.С. Миллера (A.S. Miller), которая является копией первого доклада командующего техасскими силами полковника Колдуэлла:

"17 сентября 1842 года, 7 вечера, в Саладо, на 2 мили выше старой переправы. Мы начали бой в 11 утра сегодня. Самый горячий момент наступил примерно в 1 час, ориентируясь по солнцу, когда противник отступил, забрав с земли своих раненых и убитых, которых было очень много. В нашей группе патриотов Техаса только 10 человек раненых и ни одного убитого. Враг окружает со всех сторон, но я не испытываю страха. Я буду держать эту позицию до прихода подкрепления и вижу, что условия очень для нас благоприятны. У нас примерно 1100 противников, но мы можем гнать их куда захотим, без всякой помощи. Но мы не имеем возможности удерживать пленных. Почему вы не пришли? Ура, Техас! Командующий силами, полковник Мэтью Колдуэлл" [25].

Через шесть часов боя у Саладо Крик со стороны техасцев погиб всего один человек. Подсчитать мексиканские потери сразу было трудно, но по свидетельствам очевидцев мексиканцы потеряли убитыми не менее 60 человек и около 200 получили ранения. В шесть часов вечера Вул пришёл к выводу, что продолжая бой, только теряет своих людей, и приказал трубить отступление. Собрав некоторое количество убитых, Вул отошёл со своими людьми обратно в Сан-Антонио. А 20 сентября армия Вула вынуждена была отправиться в обратный путь, к Мексике.

Техасцы не смогли бы продолжать сражаться, потому что люди были измотаны и их по прежнему было слишком мало. Но они выиграли поединок у Саладо Крик, после чего техасские снайперы три дня преследовали армию Вула. Они продолжали держать врага в напряжении и не давали передумать и развернуться обратно. Проводив мексиканцев до самой границы на Рио-Гранде, техасцы вернулись в Сан-Антонио.

Дж. Лорд пишет об этом пишет:

"В этот же день [19 сент. - Прим. М.Г.] мексиканское войско двинулось маршем к Рио-Гранде вместе с большим количество мексиканских граждан из Сан-Антонио. Два раза мы настигали их, но нам запретили вступать в бой, так как противник превосходил нас силой и подготовкой. Самое позорное из всего, что происходило в Техасе - команда была возвращена в Сан-Антонио и расформирована" [25].

В этих строчках - досада на то, что дело не было доведено до конца. Вполне вероятно, что на это действительно не было сил, но привыкшим сражаться за себя и за своих близких, техасцам трудно было отступить только потому, что они не в состоянии наказать врага и вернуть своих соотечественников из плена. Тем не менее, битва у Саладо Крик была выиграна техасцами, которые смогли противостоять значительно превосходящим силам противника.

Справка: Джордж Лорд (George Lord) (1816-1895) - родился в Шафран Уолдон, графства Эссекс, Англия, 21 апреля 1816 году. В июне 1834 Джордж Лорд переехал в Канаду, а два года спустя - в Новый Орлеан (США), где он работал в течение нескольких месяцев на пароходах Миссисипи. 27 декабря 1836 года он присоединился к компании в 75 добровольцев под предводительством капитана Лионе на службу в штат Техас. Был участником многих военных событий, участвовал в битве у Саладо Крик, а затем в Миерской экспедиции. Пережил плен и был освобождён 16 сентября 1844 года. После возвращения принял участие в Американо-Мексиканской войне, с началом Золотой лихорадки уехал в Калифорнию. Женился в 1849 году, в счастливом браке родилось 11 детей.

Через 3 года после отъезда в Калифорнию вернулся в Техас, участвовал в ополчении в Гражданской войне. 21 апреля 1893 года принял участие в совещании по делам ветеранов штата Техас. После банкета на этом событии рассказал о своём опыте в Миерской экспедиции. Ещё в 1881 году написал краткий отчёт об экспедиции, который переиздавался несколько раз уже после его смерти, в 1930-х годах. [9]

В другом эпизоде этой необъявленной войны техасцы потерпели гораздо больший урон. События происходили практически одновременно с битвой у Саладо Крик и вошли в историю под названием "Доусонская резня". [28]

Вот что пишет в своих воспоминаниях Джордж Лорд:

"11 сентября того же года [1842] Сан-Антонио был снова захвачен: этот рейд провёл мексиканский генерал Адриан Вул, который с 1200 мексиканскими мародерами разграбил город и захватил 53 человека. <...> В ту же ночь мы пошли к Саладо Крик, в пяти милях к востоку от Сан-Антонио и заняли намеченную позицию. Около 11 утра 17-го сентября мы подверглись нападению мексиканских сил, к которым присоединились так же мексиканские граждане Сан-Антонио, за исключением нескольких человек <...>. Бой продолжался до заката, численность мексиканцев сократилась на 60 убитых и некоторое количество раненых. Наши потери - один убитый, который погиб примерно в середине дня, и 9 раненых. Но когда бой закончился, стало известно о другой трагической стычке. Капитан Доусон с 50-ю своими людьми из Лагранжа, пытаясь присоединиться к нашей команде, был обнаружен и окружён мексиканцами. Команда Доусона нашла укрытие в мескитовой чаще и заняла круговую оборону. Но Мексиканцы обстреляли практически незащищённый отряд Доусона картечью. Доусон поднял белый флаг, но обстрел продолжался. 32 человека [в том числе и сам Доусон. Прим. М.Г.] оказались убиты, трое бежали, 15 сдались [были уведены в тюрьму Перот, под Мехико, в Мексике. Прим. М.Г.]..." [25]

Среди тех, кому удалось спастись, был капитан Вуд, которому удалось схватить голыми руками направленное на него копьё мексиканского кавалериста и выбросить противника из седла. Вскочив на мексиканскую лошадь, капитан Вуд смог уйти с поля боя.

Справка: Николас Мосби Доусон (Capt. Nicholas M. Dawson) (1808-1842) - герой Техасской революции, родился в Вулфорде, штат Кентукки. В 1834 году переехал в Техас. Участвовал в событиях Техасской революции, в битве при Сан-Хасинто, с 1840 года капитан милиции, защищал население от индейцев. Когда Адриан Вул вторгся в Техас, Доусон собрал добровольцев и вёл их на подкрепление к Колдуэллу. Был обнаружен и окружён мексиканцами и погиб в бою.

18 сентября 1848, его останки вместе с останками 35 других жертв битвы были захоронены вместе с жертвами Миерской экспедиции в склепе на холме у памятника в Лагранже. [5]

Собираясь в небольшие отряды, техасцы неоднократно ввязывались в бои с мексиканцами на территории Техасской республики и заставляли мексиканцев раз от разу отступать. Но это не решало проблемы в целом. Поэтому президент Техаса Сэм Хьюстон обратился к правительству США с просьбой о помощи в ведении войны против мексиканских захватчиков. Одновременно с этим генерал-адъютант Джеймс Дэвис был направлен в Корпус-Кристи (город-порт на побережье Мексиканского залива), чтобы собрать добровольцев и выиграть время для подготовки к вторжению в Мексику. На техасском конгрессе 27 июня 1842 года вопрос о том, что делать с мексиканскими нападениями, обсуждался горячо и Дэвис и его сторонники внесли предложение продать 10 миллионов гектар земли для финансирования компаний против мексиканских вторжений. Но президент Хьюстон совершенно неожиданно передумал, наложил вето (запрет) на этот проект и уволил Дэвиса. Позиция техасского президента объяснима: Хьюстон не без оснований считал, что Техас не должен развязывать войну, потому что не готов к ней. Но и альтернативу Хьюстон предложить не мог, поэтому колебался с принятием категоричных решений. Техас между тем оставался без защиты.

Мексиканцев своя собственная политика по отношению к Техасу вполне устраивала и они продолжали нападать. Положение становилось всё сложнее. Техасцы требовали возмездия и то и дело собирали добровольцев для ведения военных действий. И президент Хьюстон наконец, несмотря на свою осторожную политику, вынужден был уступить. Хотя он по прежнему не считал Техас готовым к войне, но ситуация со справедливо рвущимися в бой соотечественниками не могла уже оставаться бесконтрольной. Хьюстон прислал в качестве командующего добровольцами генерала Александра Сомервилла, при содействии которого и был разработан план компании по нападению на спорную территорию между реками Нуэсес и Рио-Гранде, которая превратилась благодаря всем последующим событиям в печально известную Миерскую экспедицию.

Справка: Сэм Хьюстон (Sam Houston) (2 марта 1793 - 26 июля 1863) - американский государственный деятель 19 века, политик и солдат. Родился в Тимбер-Ридж к северу от Лексингтона в округе Рокбридж, Вирджиния. Был ключевой фигурой в истории Техаса, первым и третьим президентом Республики Техас, сенатором в Техасе, после вступления республики в состав Соединенных Штатов - губернатор, несмотря на противоречивые оценки его деятельности, смог поднять республику Техас из упадочного состояния, вызванного освободительной войной и постоянными нападениями со стороны Мексики. не пожелал участвовать в Гражданской войне и ушёл в отставку. Умер в своём доме в Хантсвилле, штат Техас, до окончания войны. [24]

Справка: Александр Сомервилл (Alexander Somervell) (1796-1854) - родился в штате Мэриленд на 11 июня 1796. Переехал в Луизиану в 1817 году, был плантатором. В начале 1820-х переехал в штат Миссури в качестве купца. В 1833 году переехал в Техас и получил земли во второй колонии Стивена Остина. Занимался торговым бизнесом. В октябре 1835 вступил в число добровольцев, шедших из Гонзалеса в Бехар и был избран майором. Поступил в армию Техаса 12 марта 1836 года, 8 апреля был избран подполковником в первый полк добровольцев Техаса. Участвовал в битве при Сан-Хасинто и остался в армии до 7 июня 1836 года.

В январе 1840 был назначен комиссаром для проверки земельных управлений западу от Бразос. В 1842 году Сэм Хьюстон назначил его руководить экспедицией в Мексику. В том же году в качестве вознаграждения за свои услуги, он был назначен главным таможенным инспектором порта Калхун. Вероятно, занимал эту должность до 1844 года. Умер в феврале 1854 при загадочных обстоятельствах. Его тело было найдено привязанным к скамье в перевернутой лодке, в которой была найдена значительная сумма денег. [23]

Вот как пишет о подготовке к экспедиции очевидец и участник событий Дж. Лорд:

"Третье вторжение в нашу страну и зверства, которые его сопровождали, заново возбудили желание начать войну, но благодаря изобретательности президента Хьюстона эти желания были в значительной степени смягчены. Народ Техаса с тревогой и негодованием смотрел на бессмысленное пренебрежение, отказ вести войну и роспуск 100 добровольцев из Соединённых Штатов под предводительством генерала Дэвиса. Мексиканский генерал Вул 11 сентября вступил в округ Бехар и снова захватил много мирных граждан. Известие об этом достигло президента Хьюстона 16-го числа и вынудило издать пламенную прокламацию, благодаря которой в разных частях страны стали собираться добровольцы. <...> Президент назначил командующим генерала Сомервилла, который будучи бригадным генералом милиции, прибыл в Сан-Антонио в октябре месяце. Здесь генерал нашёл около 1200 вооружённых мужчин-добровольцев, которые организовали около восьми лагерей. И вместо того, чтобы собрать их в единый лагерь, Сомервилл остановился в городе и в течение двух недель пировал в кругу тех лиц, которые ещё недавно развлекали мексиканского генерала Вула. Из-за этого возникло сильное недовольство назначением именно генерала Сомервилла и примерно 500 человек вернулись в свои дома, сократив таким образом собранную армию до 700 человек..." [25]

Таким образом, несмотря на все препятствия и недовольство Сомервиллом, в Сан-Антонио собралось около 700 человек, готовых воевать и готовых принять участие в ответной военной компании с целью нападения на Мексику и освобождения пленных техасцев.

В этом месте стоило бы сделать остановку и обратиться к одному из существующих мнений о причинах провала экспедиции. Как уже было сказано, президент Хьюстон не считал Техас готовым к широкомасштабной войне против Мексики. Это действительно было так. Заселение Техаса продолжалось, ресурсы его были ограничены. В отличие от ресурсов Мексики, которая, окончательно освободившись от испанского владычества в 1821 году, к 1840-м годам представляла из себя достаточно развитую и милитаризированную страну во главе с президентом Антонио Лопесом де Санта-Анной.

Да, техасцы превосходили мексиканских солдат в умении вести бой, в отчаянности и желании защитить свою свободу. Большинство источников говорит о том, что в стычках между техасцами и мексиканскими солдатами техасцы порой брали верх над значительно превосходившими силами противника, теряя во много раз меньше людей. Так, в нападении на форт Аламо в 1836 году, гарнизон Аламо - около 200 человек - 11 дней сдерживал двухтысячное войско Санта-Анны. При этом форт Аламо, приспособленный для отражения набегов индейцев, был не рассчитан на то, чтобы вообще хоть сколько-нибудь противостоять артиллерии. По сути он представлял из себя слегка перестроенную и укреплённую католическую миссию. А войско Санта-Анны имело артиллерию и с самого первого дня пустило её в бой. В результате за 11 дней техасский гарнизон уничтожил около 700 мексиканцев и пал сам. Последних оставшихся в живых защитников расстреляли по приказу президента-генерала. Вполне вероятно, что в этом акте жестокой расправы над пленными сказалась досада Санта-Анны на то, что он так долго не мог взять маленький форт.

Справка: Антонио Лопес де Санта-Анна Перес де Леброн (Antonio Lopez de Santa Anna Perez de Lebron) (1794-1876) - мексиканский генерал, диктатор и президент. Вёл армию в бой в большем количестве боёв, чем наполеон Бонапарт и Джордж Вашингтон вместе взятые. 11 раз был президентом второй по величине (до 1836 года) страны мира. "Генерал Антонио Лопес де Санта-Анна умер в этом городе 20 июня. Он может быть осуждаем со стороны, но его блестящая карьера создавала важную часть истории Мексики и будущие историки будут отличать его по его заслугам. Санта-Анна пережил свою полезность и амбиции и умер в почтенном возрасте 82 лет. Мир его праху". (Некролог, Мехико, 1876).

Санта-Анна родился в Халапа, Вера-Крус, Мексика. Его семья принадлежала к среднему классу, креолам. Получил начальное образование, после чего занимался купеческими делами. В 1810 году поступил в курсантом в Фихо де Вера-Крус пехотный полк под командованием Хоакина де Арредондо. Воевал с индейцами и повстанцами. Как большинство офицеров-креолов в лагере роялистов, оставался лоялен к Испании и помогал бороться с мятежниками. Молодой офицер стал свидетелем ожесточенной борьбы с повстанцами и политики массовых расстрелов, которые практиковал Арредондо. Историки предполагают, что Санта-Анна действовал по образцу его политики и поведения при попытках подавить Техасскую революцию. Участвовал во множестве переворотов. В войне с Францией 1838 года потерял ногу, но это не мешало его дальнейшей карьере. Он приобрёл большое влияние на своих соотечественников. Был военным диктатором с 1841 года. В 1845 против него был поднят мятеж. Бежал на Кубу, откуда отозван в 1846 году, чтобы возглавить армию в Американо-Мексиканской войне. После войны в 1848 снова изгнан. Вернулся в 1853, назначен пожизненным президентом, с титулом Светлости. Но через два года снова изгнан. Несколько раз возвращался. В 1867 году возглавил очередной мятеж против правителя Максимилиана, был схвачен и приговорён к смерти, но помилован на том основании, что "уже впал в детство". Умер в безвестности, 20 июня 1876 года.

По мнению президента Техаса Сэма Хьюстона и многих других техасцев, Санта-Анна был одним из самых талантливых людей того века, с большим знанием человеческой природы. Присвоенный самому себе титул "Наполеон Запада" принадлежал Санта-Анне по праву. [3; 34; 35]

Но отдельные победы не решали проблему в целом и Техас по прежнему не в состоянии был оградить себя от нападений со стороны Мексики. Вернёмся к сентябрьским событиям 1842 года, когда генерал Александр Сомервелл собрал 700 техасских добровольцев для нападения на Мексику. По зафиксированным официальным показаниям современников тех событий, президент Хьюстон дал тайное задание генералу Сомервиллу: сделать так, чтобы экспедиция развалилась сама собой.

Из официальных показаний, сделанных очевидцем событий и скреплённых подписью официальных лиц:

"Штат Техас, округ Бехар. На 16-й день февраля 1881 года от Р.Х., свидетель лично предстал передо мной в соответствии с подписями и заверениями. Дж. Лорд, которого я лично знаю, будучи приведен мною к присяге, сказал, что около 5-го декабря 1842 года он был на западном берегу реки Нуесес в Техасе и услышал, как генерал Сомервилл сказал, что он получил приказ от президента Сэм Хьюстона распустить экспедицию как потенциально опасную. Что же делать? Полковник Кук ответил генералу: "мы не можем распустить эту экспедицию, люди будут недовольны, они намерены пересечь Рио-Гранде и вступить в борьбу с врагом, но мой совет: создавать как можно больше препятствий на пути экспедиции и пусть она развалится сама собой". Участниками разговора были генерал Сомервилл, Кук, Беннет, майор Говард и судья Хемфилл. Подпись: Джордж Лорд, один из Миерских заключенных. Присяжные подписали показания в моём присутствии, на 16-й день февраля 1842 года от Р.Х. [сейчас 1881-й год]. Подпись Эдварда Милса, нотариуса, Бехар Каунти, штат Техас" [25].

Депеша, полученная от президента Хьюстона, естественно, держалась в секрете от остальных членов экспедиции. Но сам генерал действовал согласно полученной инструкции. Для начала добровольцы под его предводительством совершила несколько налётов на пограничные города Ларедо и Герреро. Этому предшествовал сложный и никому не нужный марш, которые по инициативе генерала был предпринят и который скорее всего служил той же цели: заставить техасцев разойтись по домам.

Дж. Лорж пишет в своих показаниях:

"10 декабря 1842 года мы выступили всеми нашими силами (540 человек) к Мексике. Мы шли вниз по восточной стороне реки, против Герреро. Понадобилось пять дней, чтобы пройти этот марш. Этот запоздалый и зигзагообразный марш под предводительством генерала Сомервилла привёл врага в недоумение и они приняли его за хитрый военный маневр. Хотя оборванные штаны и боль в голенях у наших людей ясно сказали бы врагу о непростительной глупости и жестокости этой пустой траты времени. Если бы генерал Сомервилл быстро переправился через реку ещё у Ларедо и обрушился всеми силами на главную дорогу, с быстротой, подобающей случаю, были бы взяты все [мексиканские] города до Риносы и это создало бы такую панику в стране [Мексике], что вынудили бы врага эвакуировать Матаморос и отступить от Тампико..." [25].

Возвращаясь к событиям, поход двигался следующим образом: 25 ноября 1842 года поредевшая армия техасцев под предводительством генерала Сомервилла вышла из Сан-Антонио и уже 8 декабря захватила мексиканский город Ларедо. Далее армия проследовала на юг вдоль Рио-Гранде и захватила ещё один мексиканский город - Герреро. Мотивируя тем, что задача похода выполнена, что у них недостаточно сил (треть людей повернула домой уже после захвата Ларедо), что они исчерпали боезапас и не могут разворачивать дальнейшие военные действия с Мексикой, Сомервилл объявил о расформировании своей армии и предложил всем разойтись по домам. Однако, большая часть техасцев усмотрела в этом приказе предательство. Люди не считали, что захват двух мексиканских пограничных городов поможет справиться с дальнейшими нападениями мексиканцев на Техас. К тому же, поход не выполнил одну из своих миссии: не вернул пленных, захваченных армией Адриана Вула в Сан-Антонио. Поскольку в техасской армии существовал закон, по которому подчинённые сами могли выбирать себе командира, Сомервилл был отстранён и его место занял Фишер. Ведомые теперь уже Фишером, воспользовавшись лодками и плотами, техасцы отправились от города Герреро на другую сторону Рио-Гранде, в поход на мексиканский город Миер.

Справка: Фишер (William S. Fisher) (? -1845) - родился в Вирджинии. Семья переехала в Техас в 1834 году. 10 марта 1836, он вступил в армию штат Техас. Участвовал в битве при Сан-Хосинто. Назначен военным секретарём республики Техас. С 1837 - подполковник, командует пограничным полком. Воевал с команчами. В 1842 году присоединился к экспедиции Сомервилла, назначен капитаном. Во время нападения на Миер был тяжело ранен, уведёт в тюрьму Перот, освобожден в 1843, вернулся в Техас, где и умер в своем доме в городе Джексон в 1845 году. [7]

Переправа через Рио-Гранде. Художник: Чарльз Мак-Лафлин, один из участников Миерской экспедиции

Неудачный поход с точки зрения некоторых толкователей

В одном из исследований, описывающих Миерскую экспедицию, некто Гэри Андерсон повествует о том, что в ответ на требования пресечь попытки нападений со стороны Мексики президент Хьюстон послал "нерешительного генерала Сомервилла" командовать добровольцами. Гэри Андерсон представляет добровольцев по большей части как авантюристов и бедняков, которые по призыву "посыпались в Сан-Антонио" безлошадные, без обуви и нормального оружия, по большей части в поисках приключений. Некоторая часть этих авантюристов, как утверждает автор, были "откровенные уголовники" [1]. По мнению автора данного исследования, волонтёры занимались грабежами в Сан-Антонио, а вскорости часть их попросту разбежалась по домам.

Хотя он признаёт, что тем не менее добровольческая армия всё равно составила не менее 750 человек и 25 ноября генерал Сомервилл вынужден был повести их на юг. Гэри Андерсон пишет, что только небольшая часть добровольцев была честными фермерами. Основная же масса по его словам состояла из авантюристов, которыми верховодили такие люди, как капитан Уильям Фишер, который ранее участвовал в войне с индейцами, и Юэн Кэмерон, которого описывают, как огромного, очень сильного человека, ещё недавно предводительствующего бандой конокрадов в Голиаде (по другим источникам Юэн Кэмерон был рейнджером [29]). Под предводительством Кэмерона якобы была его собственная банда из 300-400 человек, которые в походе увидели возможность для новых краж и преступлений, но уже под благовидным предлогом защиты Техаса от мексиканских захватчиков. Фишер же в свою очередь по мнению Гэри Андерсона объявил, что тот, кто встанет под его руководство, будет в этом походе вознаграждён богатствами мексиканцев.

Гэри Андерсон в своём исследовании приводит якобы свидетельства очевидцев, но вот беда: он забыл хотя бы одного из этих очевидцев назвать по имени. Так что все они перед читателями предстают анонимами. Так вот, по словам этих анонимов "банда", едва сдерживаемая генералом Сомервиллом, разграбила Ларедо и изнасиловала множество мексиканских женщин. После чего некоторая часть техасцев разъехалась по домам, а Сомервилл конфисковал у оставшихся людей награбленного столько, что когда все пожитки уложили в кучу, она выросла до высоты солидного дома[1]. Это может говорить ещё и о том, что жизненный уровень у жителей Ларедо в 40-х годах XIX века, был достаточно высок.

Далее исследователь Гэри Андерсон повествует о том, что добравшись до города Герреро участники экспедиции, по тем же свидетельствам, награбили ещё больше, после чего наиболее отчаянные ушли на Миер под предводительством "самого развратного из офицеров" Уильяма Фишера[1]. Они были остановлены уже в Миере и "к счастью" для Гэри Андерсона, практически все были схвачены мексиканскими солдатами, пытались бежать, за что часть оставшихся в живых были казнены по приказу Санта-Анны.

Такова одна из версий происходивших в Миерской экспедиции событий. Весь Миерский поход выставляется по этой версии как авантюра, целью которой было личное обогащение, а не попытка освобождения пленных, которые были взяты мексиканцами в Сан-Антонио как заложники. Члены экспедиции выставляются автором бунтовщиками и головорезами, а их плен и мучения - заслуженной карой. Подобное толкование Миерской экспедиции можно объяснить: автор пытался "подыграть" президенту Хьюстону. Президент не видел возможности защитить республику при помощи военной силы и боялся, что Миерская экспедиция может спровоцировать Мексику на объявление войны. Признавая же, что Миерская экспедиция - это чья-то частная инициатива, проявленная низко нравственными авантюристами, можно было снять ответственность руководства Техаса за организацию вторжения на территорию Мексики.

Однако, помимо приведённого выше исследования Гэри Андерсона, сохранилось достаточно записей и воспоминаний тех людей, которые принимали непосредственное участие в Миерском походе. Сохранились даже наброски художника Чарльза Мак-Лафлина, одного из членов Миерской экспедиции, которые были сделаны им с натуры. Рисунки были опубликованы в 1845 году. Посмотрим, что же можно почерпнуть о событиях Миерской экспедиции со слов участников этих трагических событий.

Неудачный поход глазами участников

Существует мнение, что экспедиция отправилась на Миер не просто по личному произволению некоторой части людей, а с официального одобрения Сомервилла. По свидетельству Дж.Дж. Хамфриса, одного из оставшихся в живых узников Миера, такое одобрение было получено вместе с разрешением выбрать нового командира. В своих показаниях, принесённых под присягой, Хамфрис говорит:

"В это время в лагере у Рио-Гранде на техасской стороне, напротив мексиканского города Герреро, собрались участники экспедиции для обсуждения дальнейших действий. Вместе с капитаном Кэмероном обсуждалась возможность перейти Рио-Гранде с целью нападения на мексиканскую армию генерала Ампудиа и захвата мексиканских пленных с целью их дальнейшего обмена на заключённых из Сан-Антонио, которые были тогда в руках врага. У генерала Сомервилла просили разрешения для выполнения этого предприимчивого, но опасного задания. Капитан Грин, полковник Фишер и другие, а так же данный свидетель, дающий показания под присягой, подтверждают, что генерал ответил: "Я даю вам разрешение провести операцию и взять лодки, которые находятся в моём распоряжении, и я бы хотел идти с вами, но обстоятельства не позволяют мне этого сделать". Этот ответ был дан в моём присутствии в декабре 1842 года. Таким образом, мы пошли с согласия нашего командующего и взяли лодки по его разрешению, а не по собственной инициативе, вопреки приказу начальства" [25].

Не исключено, что разработанный план вторжения в Мексику был неправильным решением со стороны Фишера и его товарищей. К этому моменту люди уже были достаточно измучены, не имели резерва и буквально шли навстречу хорошо вооружённой мексиканской армии. Так по свидетельству ещё одного из участников экспедиции, Уильяма Александра Андерсона Уоллеса (в истории он более известен как "Биг-Фут" Уоллес), записанных его другом и биографом Джоном С. Дювалем, небольшая группа разведчиков - техасских рейнджеров под предводительством Генри МакКаллока - обнаружила, что в окрестностях города Миер стоят мексиканские войска, которые могли стать серьёзным препятствием на пути следования экспедиции. Но вопреки рекомендациям МакКаллока, Фишер принял решение всё-таки перейти реку [12].

Справка: Уильям Александр Андерсон "Биг-Фут" Уоллес (William Alexander Anderson "Bigfoot" Wallace) (3 апреля 1817, Лексингтон, Вирджиния - 7 января 1899, Остин, Техас) - техасский рейнджер и охотник. Отправился в Техас в 1836 году, чтобы отомстить за убитых во время Голиадской Резни двух своих братьев (родного и двоюродного). В 1842 году, при нападении на Техас армии Адриана Вула участвовал в обороне Техаса. Участвовал в битве при Саладо Крик. Потом в Миерской экспедиции. Оказался в числе выживших и отправленных в тюрьму Перот. Был освобождён одним из последних, в 1844 году. Помня о лишениях, которые перенёс в плену, сразу же по возвращении из плена вступил в отряд техасских рейнджеров под предводительством капитана Джона Хейса, в котором и служил в течение всей войны США с Мексикой.

Образ "Биг-Фута" Уоллеса использован Л. МакМертри в его романе "Переход смертников" ("Dead Man's Walk", 1995), где он дан под именем - Длинноногий Уэллейс. Судьба вымышленного персонажа более трагична: в отличие от своего прототипа он расстрелян мексиканцами. [30; 32; 36]

23 декабря Фишер и 300 его людей практически без боя вошли в мексиканский город Миер. Техасцы потребовали у властей города предоставить им пищу и оружие и местный алькальд пообещал доставить им всё необходимое. С тем техасцы отошли от Миера и стали ждать, расположившись лагерем. В это время в Миер прибыл большой отряд мексиканцев и 25 декабря между техасцами и мексиканцами завязался бой, который длился больше суток. Не имея пищи, воды и боеприпасов, техасцы потеряли около 30 человек убитыми и ранеными и к концу этих суток более 200 техасцев сдались, даже не подозревая, что нанесли мексиканский армии огромный ущерб. Со стороны мексиканцев погибло и было ранено не менее 800 человек и, вполне вероятно, если бы техасцы были в состоянии продержаться ещё некоторое время - они бы победили.

В одном из воспоминаний сражения описывается, что во время боя часть техасцев под предводительством Юэна Кэмерона укрепились на заднем дворе одного из домов и, когда закончились пули, некоторое время с успехом отбивались от значительно превосходящих их сил противника камнями, которые доставали из рыхлой кладки двора. По мере того, как заканчивались патроны, атаковать противника одними камнями начинали и другие техасцы.

Сохранился доклад мексиканского генерала Педро де Ампудия министру армии и флота Мексики о битве при Миере 29 декабря 1842 года. Вот несколько выдержек из этого документа:

"... Поскольку Миер был занят противником, мои войска сделали краткую остановку, чтобы поесть жареного мяса, поскольку прежде, чем выступать дальше, я разослал группы разведчиков, для установления, где находятся силы противника, чтобы решить, стоит ли мне оставаться здесь на ночь или двигаться дальше. Мои шпионы вернулись и уверили меня, что враги уже оставили город и отошли к своему лагерю на левом берегу Чапехо в 16 милях на северо-восток от города, забрав с собой мэра и шесть заложников, которых собирались удерживать, пока им не будет выдано то, что они требовали. Опираясь на этот доклад, я решил войти в город, что и сделал в 8 часов вечера, приказав молчать барабанщикам и трубачам и ничем не выдавать нашего присутствия. Войдя в город со своей кавалерией, остальные силы я отправил в качестве резерва на две мили восточнее, чтобы они укрылись за холмом. <...>

<...> Я приказал команде разведчиков начать стрельбу в 7 часов вечера, чтобы вынудить врага ответить и по вспышкам выстрелов определить направление продвижения противника. Умышленно я оставил в распоряжение противника несколько домов на окраине, а моя пехота расположилась на возвышенности, установив две пушки на въезде в город с той стороны, откуда начался бой.

Внезапной и стремительной атакой они [техасцы] пытались проникнуть в центр города, но стрельба с крыш и пушечные снаряди отбросили их обратно. Стены домов давали укрытие и перестрелка яростно началась с обоих сторон. Если бы не крепость и толщина стен, и прочные материалы, из которых построены дома, всё закончилось бы гораздо быстрее и стоило бы нам меньше жертв, по сравнению с теми, что нам пришлось принести на алтарь Отечества. В этот период моя кавалерия отрезала техасцам возможность отступать назад и прятаться по оврагам, заросшим ежевикой, откуда они могли нападать, пользуясь прикрытием темноты и дождя. Я так же придерживал резерв из ста пехотинцев со штыками, чтобы протянуть руку там, где возможно, будет в этом необходимость. Дождливым рассветом стрельба стала особенно яростной и заметив, что выстрелы противника вызывают большие потери среди моих храбрецов на крышах, а артиллеристы практически все внизу, я приказал катить пушки вокруг, с правой и левой стороны от противника, отправив на помощь 70 пехотинцев, и в то же время ещё 100 кавалеристов привязали коней и, воспользовавшись конструкцией заборов, напали на врага с тыла. Эта мера оказала своё воздействие и, как я и ожидал, фронтальный огонь противника стал ослабевать.

Другие орудия я отправил вместе с сапёрами, чтобы они пробили дыру в стене ратуши, за которой окопался противник. Однако, часть их [техасцев] осталась невредима и я перебросил с левого фланга кавалеристов, которые укрывались до этого в горах и которые напали с тыла. Зажатые со всех сторон, они [техасцы] понимали, что они будут пущены под нож по первому моему сигналу. Ради человечности и в доказательство великодушия мексиканского сердца, я поднял белый флаг и предложил им сдаться в течение пяти минут. Они потребовали, чтобы я приехал на переговоры с ними, что я готов был сделать, но мои люди удержали меня от этого шага, полковник Вега сделал это вместо меня и от моего имени предложил им в течение часа обдумать и сложить оружие к ногам моих бесстрашных солдат. В конце часа они покинули свои позиции, эти надменные завоеватели складывали свои винтовки, кинжалы и пистолеты на землю перед непокорённым и верными защитниками нашей великой нации, к которой мы по счастливой случайности принадлежим" [22].

К докладу прилагалась отдельная папка с подробным перечнем достоинств и услуг, оказанных в течение этой компании военнослужащими армии, вспомогательными силами, органами местной власти и гражданскими лицами с просьбой, чтобы они были вознаграждение в соответствии со своими заслугами. Так же в папку входили именные списки заключённых, перечень отобранного оружия, списки мёртвых и раненых, перечень потраченных боеприпасов и оригинал письма, переданного Уильямом Фишером в руки генерала после капитуляции.

Чарльз Мак-Лафлин. Битва в Миере

По результатам доклада и свидетельствам очевидцев событий складывается общее впечатление о том, что мексиканская армия, в десять раз превосходящая по численности отряд Фишера, вооружённая пушками, успевшая окружить техасцев и перекрыть им все возможные пути отступления, почти сутки не могла справиться с плохо вооружённым отрядом, который вынужден был защищаться на чужой территории, которую они, естественно, не знали так хорошо, как сами мексиканцы. При этом часть техасцев, исчерпав боезапас, вынуждена была вооружаться камнями. Тем не менее, именно мексиканский генерал вывешивает белый флаг и призывает к переговорам, потому что видит, что бессмысленно теряет людей. Есть свидетельство, что генерал Ампудия во время переговоров сказал техасцам о том, что их окружают тысячи мексиканских солдат и если они не сдадутся, в течение ближайших двух часов они будут все перебиты. Многие не поверили этому, но поскольку мексиканский генерал то и дело подтягивал к месту боя оставленные им заранее небольшие резервы, могло создаться впечатление, что мексиканцев действительно несколько тысяч. Поэтому техасцы предпочли сдаться. [20]

Можно предположить, что имей техасцы чуть больше патронов и продержись они ещё некоторое время - сдаваться в плен пришлось бы мексиканцам. Тем не менее, окружённые, обманутые информацией о приближающемся многотысячном войске и поставленные в безвыходное для себя положение, техасцы сдались.

Бой закончился и перед мексиканцами встал вопрос о том, как поступить с пленными врагами. Президент Техаса Сэм Хьюстон опасался перерастания данного инцидента в полномасштабную войну с Мексикой и объявил, что ничего не знает о инициативе Фишера и его людей, что этот поход следует рассматривать как личную инициативу кучки экстремистов. Это дало возможность мексиканской стороне рассматривали пленных техасцев как мятежников и разбойников и приговорить их всех к смерти. Но никто из мексиканских офицеров не взял на себя ответственность за расстрел. Весь отряд Фишера был отправлен под усиленным конвоем в Мехико. Раненого Фишера отделили от остальных, опасаясь его влияния на техасцев. Однако, среди пленников остался Юэн Кэмерон, который взял руководство на себя и подговорил товарищей на побег.

Попытка побега

После того, как техасцы сдались на уговоры генерала Ампудиа и сложили оружие, они были отправлены в долгий путь к тюрьме Перот, в сторону Мехико (столица Мексики). "Биг-Фут" Уоллес вспоминает: "Я никогда не забуду чувство унижения, когда мы были лишены всего нашего оружия и позорно уведены" [12]. На протяжении месяца, конвоируемые охраной, пленники шли пешком, через мексиканские города и селения. По большей части появление пленных техасцев заставляло население высыпать на улицу и забрасывать арестантов камнями и комьями грязи. Уоллес вспоминает, что был "очень горд", что они вызывают столько шума и ненависти. Хотя и отмечает, что находились мексиканцы, которые жалели пленников и выносили им лепёшки и питьё. Тем не менее, никто не собирался хорошо снабжать пленных мятежников, порой они оставались вовсе без еды. Проведя много вечеров впроголодь, под дождём, у скудных костров, люди решились на организацию побега [12].

Вечером 10 февраля 1843 года пленных под конвоем генерала Каналеса и его 800 солдат привели на Эль-Ранчо-Саладо, в 30 милях от г. Солтилло. Здесь у техасцев появился шанс. Юэн Кэмерон разработал план бегства. Безоружным техасцам нужно было миновать две двери из того помещения, в которое они были заперты. Ширина дверей была такова, что через первую не могли выйти одновременно два человека. Обычно караул был немногочислен, но, по свидетельствам участников событий, вероятно их кто-то предал[11]. Караул в тот день был увеличен в два раза.

Справка: Юэн Кэмерон (Ewen Cameron) (1811? -1843) - родился в Шотландии около 1811 года. Был назван в честь шотландского героя сэра Юэна Камерона из Локуэла (Lockhiel), лорда клана Камерон и убежденного сторонника короля Карла II. В Техас Юэн Кэмерон попал во время техасской революции, участвовал в военных действиях. 20 октября 1836 года записался в команду рейнджеров под командованием капитана Кларка Л. Оуэна. За свою службу получил в качестве премии 1 920 гектаров земли, которая впоследствии осталась его наследникам. Принял участие в Миерской экспедиции, возглавил неудачный побег из Солтилло, был расстрелян по личному распоряжению Санта-Анны. [29]

Поразительным в этой попытке освободиться было то, что к моменту побега пленники были уведены более чем на 250 миль вглубь Мексики. По некоторым источникам, более чем на 500 миль. Расхождение объяснимо: от Рио-Гранде до Солтилло около 250 миль по прямой, поэтому учитывая гористый рельеф местности, по дорогам процессия вполне могла прошагать 500 миль.

На чужой территории, безоружные, не знающие местности, в плохой одежде и без всякой подготовки, тем не менее, техасцы предприняли попытку освободиться. По свидетельству Джозеф Д. МакКатчена, одного из участников экспедиции, пленники готовы были заплатить жизнью за то, чтобы вырваться на свободу: "...хотя смерть в самых ужасных её формах и опасности подстерегали со всех сторон чтобы удержать нас от такого шага, большинство техасцев готово было освободиться и хотя бы минуту побыть свободными, хотя смерть могла последовать за этот поступок очень быстро" [11].

Готовясь к побегу, Кэмерон отдал категоричный приказ: по возможности никого из мексиканцев не убивать. Это было разумным решением, продиктованным не только человечностью, но и здравым смыслом. Чем больше они оставят после себя жертв, тем сильнее мексиканцам захочется их догнать.

Моментом для начала действий была выбрана раздача завтрака, утром, 11 февраля. В это время пленники выстраивались в очередь и подходили к двери, чтобы получить порцию лепёшек. Сигнал подал Кэмерон, когда настала его очередь оказаться ближе всего к часовым. Если следовать описаниям очевидцев, выкрикнув условленное слово, Кэмерон, человек большой физической силы, просто протянул руки и отбросил часовых в разные стороны, после чего кинулся к следующим дверям. В едином порыве, безоружные техасцы бросились за своим предводителем на мексиканцев и завязали рукопашный бой. Оказавшихся в самой гуще толпы мексиканских часовых связали и протолкнули вглубь помещения. Очень скоро техасцы остались хозяевами положения, а те мексиканцы, которые не были ими связаны, предпочли бежать. Несмотря на категоричную рукопашную схватку, с обеих сторон оказалось всего по пять убитых. Несколько человек получили ранения. Но главное - техасцы одержали верх.

Забрав лошадей, люди под предводительством Кэмерона в первые же 18 часов одолели более 70 миль. 12 декабря к югу от Солтилло они свернули с главной дороги в горы Сьерра-Мадре. Как отмечает в своих воспоминаниях Джозеф Д. МакКатчен, Кэмерон протестовал против такого решения. У них не было проводников, без которых вряд ли возможно было преодолеть незнакомую гористую местность. Но поскольку большинство считало, что идти через горы будет безопаснее и собьёт со следу возможную погоню, он вынужден был согласиться. Объясняя его поступок, мемуарист пишет, что Кэмерон вынужден был выбрать меньшее из двух зол: среди пленников было минимум два капитана, которые противостояли ему и готовились увести часть людей. Кэмерон не захотел, чтобы техасцы разбрелись по территории Мексики небольшими группами, которые мексиканцам окажется легче перебить. Чтобы не произошло разделения, он согласился, что им всем нужно идти через горы.

Сьерра-Мадре оказались непроходимым препятствием на пути беглецов. В этих горах почти не было воды. Люди пробирались вперёд небольшими группами, стараясь найти тропы и некоторая часть быстро потерялась. 15 декабря стало понятно, что проехать дальше на лошадях невозможно и животных нужно бросить. В это же время был обнаружен последний источник. Люди приняли решение забить лошадей, чтобы посушить и забрать с собой мясо и идти далее пешком.

Чарльз Мак-Лафлин. Забой лошадей в горах Сьерра-Мадре

Следующие семь или восемь суток люди пробирались по абсолютно засушливым местам, не имея ни капли жидкости. Отряд окончательно разбился на отдельные маленькие группы. Кому-то повезло найти съедобные кактусы, но по большей части здесь не было ни воды, ни растений. Несмотря на то, что у техасцев оставалась пища, они вскоре уже не в состоянии были есть из-за сильной жажды. Вода вскоре стала единственным, что ещё могли желать люди и к чему они могли стремиться. Многие поворачивали обратно. Окончательно ослабевшие и погибающие от жажды, они стали лёгкой добычей для своих преследователей. Часть техасцев были снова захвачены, часть сдались сами [2]. Самую большую группу во главе с Кэмероном мексиканцы обнаружили 25 февраля. Чуть позднее мексиканские солдаты отыскали почти всех, за исключением шестнадцати человек. Четверо из этих шестнадцати в конце концов вышли обратно сами. Остальные пропали без вести. Только три человека из всего отряда смогли добраться до Рио-Гранде и вернуться в Техас.

Второго марта всех найденных пленных сковали попарно и привели обратно в Солтилло.

Эпизод с чёрной и белой фасолью и расстрел

Президент Антонио Лопес Санта-Анна приказал губернатору, генералу Франциско Мексии (Francisco Mexia) расстрелять всех возвращённых после побега техасцев. Но этот благородный человек - губернатор Мексия - отказался выполнить столь бесчеловечный приказ, сказав: "Никто из этих людей не заслуживает смерти и если бы это было в моей власти - они уже были бы свободными" [11]. За этот свой ответ генерал был отстранён от должности, арестован и заменён полковником Доминго Хуэртой. По мнению одного из очевидцев (Джозефа Д. Маккатчена), генерал понёс "незаслуженное осуждение за то же самое, за что был бы высоко оценен в любой цивилизованной стране"[11].

Отказ генерала расстрелять всех заключённых техасцев дал необходимую отсрочку. Никого бы не удалось спасти, согласись Мексия выполнить распоряжение своего президента Санта-Анны. В образовавшуюся паузу генерал Вуди Томсон (военный министр Соединённых Штатов) обратился к министру Великобритании Дойлу с просьбой содействовать в облегчении участи членов Миерской экспедиции. Однако, Дойл сначала отказался вмешиваться в эту историю, мотивировав тем, что его правительство не может заступаться за техасцев, которых собственное правительство признало едва ли не разбойниками. Однако, президент Техаса Сэм Хьюстон подтвердил готовность вступиться за своих соотечественников, несмотря на то, что официально отказался вмешиваться в судьбу "авантюристов". Благодаря общим усилиям Томсона и Дойла было отправлено соответствующее письмо английскому посланнику в Мексике, содержащее просьбу склонить мексиканское правительство к милосердию в отношении пленных техасцев. Одновременно с этим французский посланник в Мексике так же сообщил Санта-Анне, что если техасцы будут расстреляны, его правительство порвёт отношения с Мексикой и отзовёт свой флот, который был передан в распоряжение Санта-Анны. Французы не желали оказывать поддержку нации, которая доходит до подобных "варварских актов, позорящих цивилизацию" [10]. С точки зрения Джозефа Д. Маккатчена, вмешательство французского посланника могло оказать решающее давление на Санта-Анну и сыграть роль куда более значимую, чем просьбы американского и техасского представителей. Тем не менее, общими усилиями трёх держав, расстрел заключённых был предотвращён. Но на этом дело не закончилось, Санта-Анна не собирался так просто прощать "мятежников" и нашёл способ наказать их, не вступая в конфликт с правительствами других стран.

Из воспоминаний Уильяма Престона Стаппа, одного из участников Миерской экспедиции:

"...[После возращения в Салтилло] несколько мексиканских офицеров вошло в наш огороженный загон, а одни из них держал в руках бумагу и позвал переводчика, прежде чем зачитать её содержимое на испанском языке, для собравшихся вокруг него заключённых. Поскольку до этого момента никто не выполнял распоряжения о том, что мы должны быть убиты в Солтилло, у некоторых возникла надежда, что может быть кто-то из нас будет помилован и отпущен на свободу. Мало того, некоторые более оптимистичные протиснулись вперёд и смотрели прямо на читавшего, в надежде, что у него в руках приказ о нашем освобождении. Кто сможет описать ощущение ужаса, который проник в каждое сердце, когда переводчик на ломаном и дрожащем языке объявил, что в качестве наказания от высшего правительства каждый десятый из нас будет расстрелян! Кто будет расстрелян - определится прямо сейчас, а выполнение приговора последует незамедлительно. Так неожиданно было это убийственное сообщение, так жестоко и бесчеловечно по своему характеру и так непристойно в своей поспешности довести дело до конца, что оцепенение пронизывало, казалось, всё собрание и не менее минуты никто не издал ни звука. Молчание прервал переводчик, который поспешил сообщить, что все мы были приговорены к смерти, но гуманное правительство было милостиво и потребовало только десятичного взыскания. Низкий стук наручников показал, что некоторые наиболее отчаянные попытались освободиться от оков, но на случай нашего "несогласия" всё было предусмотрено заранее, офицеры отступили, а из дверей и со стен ощетинились дула ружей, чтобы вынудить нас сохранить порядок. Мы были беспомощны, как связанные жертвы, положенные под нож, и не было никакой альтернативы, как только подчиниться" [10].

Далее У.П. Стапп описывает, что практически сразу во двор вывели дополнительный наряд солдат, потом была вынесена скамья и глиняный кувшин, в который поместили 174 зерна фасоли, по количеству заключённых. 17 фасолин было чёрного цвета и те, кто их вытащит, должны были быть расстреляны. Техасцев, скованных попарно, вызывали по списку тянуть жребий. Список начинался с Юэна Кэмерона и других техасских офицеров.

Чёрная фасоль была положена сверху, чтобы была возможность подвести под расстрел прежде всего офицеров, как потенциальных зачинщиков мятежа и побега. Но техасцы быстро спохватились и стали кричать тем, кто шёл по списку первыми, чтобы они брали фасоль из глубины, а не с поверхности [20].

Чарльз Мак-Лафлин. Эпизод с чёрной и белой фасолью

Поскольку список не соответствовал парам, некоторым заключённым приходилось вторично возвращаться к кувшину, чтобы соединённый с ними цепью товарищ мог разрешить вопрос своей жизни и смерти. По свидетельству Стаппа, техасцы вели себя мужественно, не пытаясь более бунтовать. Зато на некоторых мексиканских офицеров зрелище жребия подействовало очень сильно. Они отворачивались, чтобы не видеть того, что происходит. Некоторые, не таясь, плакали. Хотя некоторые, напротив, были настроены к техасцам достаточно агрессивно.

По воспоминаниям Чарльза М'Логлина (Charles M'Laughlin), участника Миерской экспедиции:

"Со свойственным ему хладнокровием Кэмерон сказал: "Ну, ребята, мы должны это сделать. Налетайте на неё!" С этими словами он сунул руку в кувшин и достал белую фасоль. Затем была очередь полковника Вин. Ф. Уилсона, который был прикован к нему. А затем капитан Райна и судья Гибсон, которые так же вытащили белую фасоль. Затем был капитан Истлэнт, который вытащил первую чёрную фасоль. Дальше пошли остальные. Все они доставали фасоль с мужественным достоинством и твёрдостью. Некоторые, более лёгкого характера, шутили над трагедией. Кто-то скажет: "Это лучший розыгрыш в моей жизни", другой: "Это самая лучшая игра, в которую я когда-либо играл" и тому подобные замечания..." [26].

"Роберт Бирд, который лежал на земле очень больной, и почти исчерпавший силы из-за перехода и страданий, подозвал своего брата Уильяма, который принёс ему воды и сказал: "Брат, если тебе достанется чёрная фасоль, я займу твоё место, я хочу умереть". Брат его, подавляя боль, сказал: "Нет, я сохраню своё собственное место. Я сильнее тебя и лучше умру, чем ты". Эти благородные юноши вскоре погибли оба, оборвав род и оставив в Техасе своих почтенных родителей." [10].

Когда фасоль была разобрана, мексиканцы составили новый список из имён тех, кто должен быть расстрелян. С них были сняты оковы и они были отделены от остальных заключённых. Им позволили написать письма родным, если таковые имелись. Некоторым из тех, кому повезло вытащить белую фасоль, было разрешено выйти на улицу и проститься с товарищами.

"Майор Кок, когда он достал роковую чёрную фасоль, поднял её между указательным и большим пальцем и с презрительной улыбкой сказал: "Видите, парни, я же говорил, что никогда в своей жизни не получал приз". И потом он сказал судье Гибсону: "Ну, судья, скажем своим друзьям, что мы умерли в благодати". Судья на это грустное расставание едва удержался от слёз. Но майор сказал ему: "Они всего лишь отняли у меня 40 лет", а потом сел и написал письмо Томпсону, посланнику Соединённых Штатов в Мексике и, зная, что его труп будет ограблен после его смерти, снял штаны и протянул их остающимся в живых товарищам, и умер в своём нижнем белье" [10].

Чарльз Мак-Лафлин. Расстрел семнадцати участников Миерской экспедиции

"Л. Джонс сказал переводчику: "Скажи, что офицеры смотрят на мужчин, которые не боятся умереть за свою страну". Капитан Истлэнд вел себя с патриотичным достоинством, он хотел, чтобы его страна не мстила за его смерть, но своей частью умолял никогда не опускать руки, потому что пока есть кому бороться, ее свобода безусловно должна быть обеспечена. <...> Джеймс Огден, со своей обычной невозмутимостью, улыбался своей судьбе и сказал: "Я готов". Молодой Роберт Харрис вёл себя в самым непоколебимым образом..." [10].

Этим же вечером, в сумерках, семнадцать обречённых на смерть людей были отведены к восточной стене, которая была выбрана местом для казни, и расстреляны. Им связывали руки, завязывали глаза и понуждали вставать на колени у стены, спиной к палачам. Большинство просило не завязывать себе глаз и стрелять в упор, но по каким-то личным мотивам мексиканцы не внимали этим просьбам и стреляли с расстояния, словно бы для того, чтобы продлить мучения обречённых. Пули разрывали и коверкали их тела, практически ни одного человека не убив сразу. Не исключено, что причиной такой жестокости было вовсе не желание помучить техасцев, а наоборот, нежелание мексиканцев стрелять, когда каждый из исполняющих приговор надеется, что не его пуля окажется роковой.

Про одного из техасцев, Генри Валинга (Henry Whaling), одного из лучших бойцов Кэмерона, мексиканцы сказали, что "этот человек имел сильнейшее сердце из всех, кого они когда-либо видели". Он совершенно спокойно отнёсся к тому, что вытащил чёрную фасоль, хладнокровно ел за двадцать минут до своей гибели. Во время расстрела в него попало 15 пуль, но он оставался жив, стискивая зубы и не показывая боли, словно бросал вызов своим убийцам. Одному из мексиканских офицеров пришлось подойти и добить его выстрелом в висок [10].

Те, кому посчастливилось вытащить при жеребьёвке белую фасоль, оставались во время расстрела запертыми. Их заставили сесть на пол и держали под прицелом, объявив, что первый кто пошевелится или заговорит, будет убит на месте, из опасения, что они попытаются вырваться и вмешаться к процесс казни. По свидетельству очевидцев, выстрелы и стоны умирающих были слышны через четырёхметровой высоты стену. Зрелище казни настолько потрясло самих мексиканцев, что некоторые солдаты, дежурившие на стене и наблюдавшие за расстрелом падали в обморок. Один из солдат упал со стены и только чудом был подхвачен стоящими внизу товарищами, которые не дали ему разбиться[10].

Юэну Кэмерону посчастливилось вытащить белую фасоль, но по настоянию Санта-Анны он был всё равно приговорён к смерти. Ночью, после расстрела остальных обречённых, прибыл гонец из столицы и Кэмерона вместе с переводчиком Альфредом Стерджисом Термондом увели в соседнее помещение, где ему было объявлено, что этим же утром он умрёт.

Он оставался под усиленной охраной и уже не имел возможности переговорить со своими людьми. На рассвете мексиканский конвой увёл оставшихся в живых техасцев, а через непродолжительное время Кэмерон был выведен и поставлен у стены. По его настоянию ему не стали завязывать глаза. По рассказу Термонда, который позднее присоединился к остальным техасцам, Кэмерон практически сам руководил своим расстрелом. "Разорвав свою охотничью рубашку на груди, он крикнул палачам: "Fuego" ("Огонь", исп.). Он был поражён восьмью пулями и умер сразу" [4; 20; 26; 27].

Чарльз Мак-Лафлин. Расстрел Юэна Кэмерона

Список казнённых членов Миерской экспедиции:

Major James D. Cocke

Major Robert Holmes Dunham

Captain William Mosby Eastland

John L. Cash

Edward E. Este

Robert Harris

Thomas L. Jones

Patrick Maher

James Masterson Ogden

J. Cristopher M. Roberts

William Rowan

James L. Shepherd

Joseph N. M. Thompson

James N. Torrey

James Turnbull

Henry Whaling

Martin Carroll Wing

Итак, на следующее утро оставшиеся в живых узники, по прежнему скованные попарно, были отправлены пешим ходом в Мехико. Выходя из форта, она вынуждены были пройти мимо истерзанных тел своих погибших товарищей, среди которых не было только Джеймса Л. Шеперда. Лишь через несколько месяцев стало известно, что с ним случилось. Во время побега из Солтилло двое техасцев, капитан Бустер и один из его людей, Тоопс, затерялись в горах и не были задержаны со всеми остальными. Им удалось добраться до Рио-Гранде, но на самой границе они были схвачены мексиканскими кавалеристами и приведены обратно в Салтилло. Здесь, от своих тюремщиков, они узнали, что Шеперд не был убит во время расстрела. Пули раздробили ему обе руки и разорвали щёку, он упал и ничем не отличался от мёртвых. Ночью, придя в себя, Шеперд ушёл от места казни. По одним сведениям он смог уйти в горы, но через несколько недель вынужден был вернуться, потому что не нашёл дороги. По другим - его приютили и оказали помощь какие-то мексиканцы. Так или иначе, но он был снова схвачен, опознан своими палачами, приведён в Солтилло и расстрелян на городской площади "под восторженные вопли толпы" [10; 11].

Оставшихся в живых техасцев с марта 1843 года использовали в качестве рабочей силы при ремонте дороги под Мехико. К сентябрю заключённые были возвращены в тюрьму Перот (каменная крепость к востоку от Мехико). За всё время пребывания техасских заключённых в Мексике отдельные группы их то и дело совершали попытки побега. Кому-то удалось перехитрить охрану при ремонте дороги, кому-то выкопать тоннель из тюрьмы Перот, но большинство беглецов были пойманы, потому что уйти из самой глубины Мексики оказалось слишком сложно. Многие умерли в плену от жестокого обращения, ран, болезней и голода. Время от времени некоторых заключённых освобождали по просьбам правительства Штатов или других держав, кое-кого удалось выкупить родственникам. 16 сентября 1844 были освобождены последние 104 оставшихся в живых участника Миерской экспедиции [1], по другому источнику 110 человек [2].

Чарльз Мак-Лафлин. Тюрьма Перот, Мехико. Побег восьми заключённых

В 1848 году останки миерских заключённых, расстрелянных по жребию в Солтилло, с разрешения властей Мексики, были возвращены в Техас и похоронены в склепе на холме в г. Лагранже. Позднее, в XX веке, на этом месте был возведён памятник.

Заключительное слово

История взаимоотношений Мексики и Техаса - это прежде всего история становления техасского народа. Образ жизни и менталитет техасцев изначально закладывался в специфике этого непохожего ни на один другой уголка Америки. И обязан он своим появлением именно Мексике.

Изгнав со своей территории наиболее агрессивные племена команчей, мексиканцы захотели иметь рядом с собой буфер, который оградит их от ответных вылазок индейцев. Этим буфером стал Техас, который был отдан на заселение всем желающим, лишь бы они его осваивали и ограждали собой Мексику. Поэтому воевать с индейцами техасцам было привычно с самого начала. Их для того и пустили на незаселённую территорию к северу между Мексиканским заливом и Ред-Ривер (Красной рекой).

С самого начала своего существования Техас развивался особенным путём. Люди, которые сюда приезжали, добровольно брали на себя бремя борьбы с врагом, который не знал жалости и был достаточно искусен, чтобы бороться с ним было очень тяжело. И почти с самого начала заселения Техаса здесь возникло специфическое охранное формирование - техасские рейнджеры - люди, которые брались за очень умеренную плату, а впоследствии иногда и без неё, защищать возникающие города, ранчо и их обитателей от набегов индейцев и бандитов.

Техас с успехом выполнял свою функцию буфера для Мексики. Но одновременно с этим он становился более самостоятельным, чем, возможно, хотелось мексиканскому правительству. Техасцев стали ущемлять в правах, пока наконец они не решились встать на защиту своей свободы. Причинами для конфликта между Мексикой и Техасом были экономические, политические и религиозные разногласия. Мексиканскому правительству Санта-Анны нужно было, чтобы техасцы платили как можно больше, а прав имели как можно меньше. Разумеется, это никому из техасцев не понравится. Поэтому в 1836 году в Техасе вспыхнула революция, которая быстро переросла в освободительную войну, в результате которой Техас получил свободу и стал самостоятельной республикой. Но подобное положение не могло устроить Мексику, которая до 1836 года оставалась второй по величине страной мира и не желала расставаться даже с небольшой своей частью.

Техасская республика на все годы своего существования оказалась обречена постоянно быть на грани войны с Мексикой. Техасский президент Сэм Хьюстон не мог допустить открытого военного конфликта, потому что воевать с прекрасно развитой, милитаризированной державой силами немногочисленных добровольцев и почти не имея средств было невозможно. А народ Техаса не мог смириться с тем, что правительство не предпринимают никаких ответных шагов на провокации со стороны Мексики, на нападения мексиканской армии, на грабёж и произвол, творимый мексиканскими генералами в Техасе.

В этой обстановке президенту Хьюстону пришлось искать компромисс, чтобы успокоить своих граждан и не спровоцировать войну, которую Техасу было вести не под силу. Нельзя обвинять президента Техаса в чересчур осторожном поведении. Мы не знаем, каковы бы были последствия, если бы Техас всё-таки ответил настоящим ударом на удары со стороны Мексики. Исторический опыт подсказывает, что только при помощи армии США, которая вступила в войну с Мексикой в 1846-1848 гг., Техас смог окончательно оградить себя от нападений южного соседа.

Тем не менее, чтобы успокоить справедливое негодование соотечественников, президент Хьюстон позволил отправиться экспедиции на спорную территорию и атаковать мексиканские города Ларедо и Герреро. Миерская экспедиция не могла не состояться. Возможно, если бы она была одобрена и запланирована более тщательно, она добилась бы поставленной цели, вернула захваченных в Техасе пленных и вынудила мексиканцев отступиться от своих агрессивных планов. Но началась бы масштабная война, результаты которой скорее всего были бы для Техаса плачевными.

Получается, что Техасу пришлось пожертвовать частью своих людей ради того, чтобы совершить бесполезный поход. Но бесполезен он или не бесполезен - вопрос неоднозначный. Однозначно только то, что он не мог не состояться.

При штурме миссии Аламо в 1836 году погибло около 200 её защитников, трупы которых Санта-Анна приказал обложить соломой и сжечь, чтобы не дать похоронить по христианским обычаям. В Голиадской резне были расстреляны около 400 пленных техасцев, которые сдались на обещание сохранить им жизнь. У республики Техас было достаточно оснований драться за себя и своих ближних, хотя бы за Аламо и Голиад. А главное - за тех своих соотечественников, которые ещё не убиты и которые нуждаются в защите. Это было привычно для техасцев, которые с самого начала только и делали, что защищались. Не ради того, чтобы как-то повредить Мексике, а ради того, чтобы не допустить нападений на себя. Привыкшие с самого начала сражаться, техасцы готовы были взяться за оружие в любой момент. И брались, когда возникала в этом необходимость.

Можно спорить на тему, действительно ли отправились в этот поход лучшие люди, или всего лишь кучка авантюристов. Можно ставить под сомнение доблесть и мужество техасцев, которые в очень тяжёлых для себя обстоятельствах сделали что смогли и пострадали, пытаясь вызволить своих соотечественников. Однозначно, что в Миерской экспедиции для Техаса была необходимость. К сожалению далеко не каждое предприятие, в котором есть необходимость, заканчивается успехом. Возможно, если бы у людей, участвующих в Миерском походе, не было стольких препятствий, в том числе и препятствий, чинимых со стороны правительства самого Техаса, то операция могла пройти успешно. Но поход закончился трагически.

Конечно, хотелось бы, чтобы люди под предводительством Фишера освободили заложников, которые находились в Мексике. Но они не смогли этого сделать. Они боролись, претерпели мучения, сами попали в плен. Часть из них погибла. А другая часть стала такими же заложниками, и правительству Техаса пришлось уже добиваться их освобождения. Но можно ли сказать однозначно, что их жертва была напрасной?

Экспедиция в очередной раз показала, что нельзя сдаваться. Вся история Техасской республики - это история борьбы. Если бы техасцы сдавались, то самой Техасской республики не было бы вовсе. И ответ на вопрос, нужна ли была Миерская экспедиция для Техаса, стоит монументом на холме в Лагранже, над местом захоронения останков тех, кто погиб при попытке защитить свою страну и своих ближних, потому что в памяти техасцев это трагическое событие вряд ли когда-нибудь потеряет свой героизм.

Источники:

1. A Revisionist Summary of the Mier Expedition, excerpted from The Conquest of Texas: Ethnic Cleansing in the Promised Land (Norman: University of Oklahoma Press, 1995) // http://www.shsu.edu/~his_rtc/MierText.htm

2. A Shared Experience's Historical Survey. The Second Texas-Mexican War: 1842 to 1844 // http://www.rice.edu/armadillo/Past/Book/Part2/1842-44.html

3. Antonio Lуpez de Santa Anna // http://www.tamu.edu/ccbn/dewitt/santaanna.htm

4. Brown D. The Battle of Salado Creek, the Dawson Expedition, and the Mier Expedition

5. Charles G. Davis. Nicholas Mosby Dawson // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/DD/fda53.html

6. David M. Vigness. Mariano Arista // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/AA/far4.html

7. David M. Vigness. William S. Fisher // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/FF/ffi24.html

8. In Search of Creed Taylor By Charles M. Yates // http://www.texianlegacy.com/taylor.html

9. F. G. Carnes, "George Lord, A Texan Prisoner," Frontier Times, July 1929. Memorial and Genealogical Record of Southwest Texas (Chicago: Goodspeed, 1894; rpt., Easley, South Carolina: Southern Historical Press, 1978)

10. From Journal of the Texian Expedition against Mier by Gen. Thomas J. Green 1845 (original spelling) // http://www.tamu.edu/ccbn/dewitt/miersalado.htm

11. From the Journal of Prisoner Joseph D. McCutchan October 1844 (unedited) // http://www.tamu.edu/ccbn/dewitt/miersalado.htm

12. John C. Duval. The Adventures of Big-Foot Wallace: The Texas Ranger and Hunter. (J.W. Burke & CO. 1870)

13. Joseph William Schmitz, Texan Statecraft, 1836–1845 (San Antonio: Naylor, 1941)

14. Joseph Milton Nance, trans. and ed., "Brigadier General Adrian Woll's Report of His Expedition into Texas in 1842," Southwestern Historical Quarterly 58 (April 1955)

15. History: John Coffee Hays And The Evolution Of War Fighting In The Wild West // http://www.theoutlaws.com/heroes2.htm

16. Hubert Howe Bancroft, History of Mexico (6 vols., San Francisco: A. L. Bancroft and the History Company, 1883–89)

17. Hubert Howe Bancroft, History of the North Mexican States and Texas (2 vols., San Francisco: History Company, 1886, 1889)

18. Lee Paul. Ben McCulloch // http://www.theoutlaws.com/heroes4.htm

19. Mathew Caldwell // http://www.tamu.edu/ccbn/dewitt/caldwellmathew.htm

20. Mier expedition who were executed at Salado, March 25 1843 // http://members.westnet.com.au/talltrees/MIER.HTM

21. Perry says Texas can leave the union if it wants to // http://blogs.chron.com/texaspolitics/archives/2009/04/perry_says_texa.html

22. Report by gen. Ptdro de ampudia concerning the battle of Mier to the secretary of war and navy, desember 29, 1842 // http://www.tamu.edu/ccbn/dewitt/miersalado.htm

23. Robert E. Cunningham. Alexander Somervell // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/SS/fso4.html

24. Sam Houston High-Stakes Poker // http://link.tsl.state.tx.us/exhibits/presidents/houston2/mrprez.html

25. The Mier Expedition by George Lord // http://www.tamu.edu/ccbn/dewitt/mierlord.htm

26. The Mier Expedition; The Battle of Salado Creek, the Dawson Expedition, and the Mier Expedition // http://www.tamu.edu/ccbn/dewitt/miersalado.htm

27. The Mier Expedition // http://www.shsu.edu/~his_rtc/MierText.htm

28. Thomas W. Cutrer. Dawson massacre // http://www.tsha.utexas.edu/handbook/online/articles/DD/qfd1.html

29. Thomas W. Cutrer. Ewen Cameron // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/CC/fca25.html

30. http://www.frontiertimesmagazine.com/0329.html

31. http://www.legendsofamerica.com/law-johnhays.html

32. http://www.legendsofamerica.com/we-bigfootwallace.html

33. http://members.westnet.com.au/talltrees/MIER.HTM

34. http://www.nndb.com/people/508/000097217/

35. http://www.sanmiguelguide.com/antonio-lopez-santa-anna.htm

36. http://www.thetracyfamilyhistory.net/Cn_58_Big_Foot.htm

37. http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/DD/mgd1.html

(Фотография из http://en.wikipedia.org/wiki/Leander_H._McNelly)

В начале 1870-х годов у вновь призванных на службу техасских рейнджеров капитаном был некто Леандер Харви МакНелли (1844-1877). Очень примечательная личность. Его родители переехали в Техас ради смены климата, когда он был ещё совсем юным, после того, как у него обнаружился туберкулёз лёгких.

Во время Гражданской войны Севера и Юга МакНелли воевал за Конфедерацию и прославился своим нестандартным подходом к военным операциям. Однажды ему дано было поручение взять городок Брашир Сити, штат Луизиана. В городке стоял гарнизон янки - около 800 человек. У МакНелли было всего 40 человек. Ночью он подвёл своих людей к городу и поручил пол ночи перекрикиваться, окликать невидимых (и несуществующих) полковников и тому подобное. В общем, произвести как можно больше шуму. На утро МакНелли въеахл в город со своими людьми, под конфедератским флагом, и потребовал безоговорочной капитуляции. Северяне были уверены, что вокруг города расположилось большое войско и сдались, после чего были взяты МакНелли и его отрядом в плен.

После войны, в 1874 году, МакНелли стал капитаном техасских рейнджеров. В период 1850-1870-х годов Техас сильно страдал от мексиканских банд угонщиков скота, которые терроризировали приграничные с Мексикой районы, да и вглубь Техаса заходили достаточно далеко, убивая всех, кто становился на их пути. А когда нужно было спрятаться и уйти от ответа, просто переходили Рио-Гранде (пограничная река) - и техасские представители власти их уже не смели преследовать. Бывали случаи, когда мексиканские бандиты на глазах у техасцев, на мексиканском берегу убивали захваченных заложников, пользуясь тем, что ехать за ними на мексиканскую сторону и вмешиваться в то, что они творят, техасцы не имели права.

Вершить правосудие на чужой территории было нельзя. Но МакНелли быстро прославился тем, что в течение одного 1875 года ликвидировал несколько крупных мексиканских банд. Он просто не останавливался, переходил границу со своими людьми и продолжал преследование до тех пор, пока не настигал преступников. И часто на месте расправлялся с оными. Конечно, мексиканцы очень сильно восставали против такого способа вершить правосудие, и МакНелли получал всяческие предупреждения и порицания от своего начальства за превышение своих полномочий. Но поскольку он реально мог оградить своих сограждан от бандитов, на превышение им власти предпочитали по возможности закрывать глаза.

(Репродукция с сайта http://www.texasranger.org/history/ )

В 1877 году (когда стараниями МакНелли и его людей мексиканцы "замирились" и перестали терроризировать пограничную зону) МакНелли всё-таки был отправлен в отставку "по состоянию здоровья". Многие этим были недовольны, многие считали, что его специально "услали" в отставку. Большинство банд он уже уничтожил, набеги на техасскую сторону прекратились, а за самим МакНелли была не слишком добрая слава человека, превышающего свою власть. Тем не менее, в равной степени отставка действительно могла быть именно из-за состояния здоровья. Помимо туберкулёза, МакНелли был несколько раз ранен, как во время войны, так и во время рейнджерской службы и последствия ран ухудшали его состояние. Он прожил в отставке всего несколько месяцев и умер 4 сентября 1877 года, в своём доме, в Техасе, оставив жену и двоих детей.

Вот вам и иллюстрация к тому, как осуществлялся закон на пограничной территории между Техасом и Мексикой. То есть, реально добиться выдачи мексиканского преступника для техасцев было практически невозможно. Если они могли договориться с конкретным представителем власти в Мексике - тот мог посодействовать, а если не могли - то оставалось либо смириться, либо действовать на свой страх и риск, как МакНелли.

Когда я читаю биографию МакНелли, у меня возникает чёткое ощущение того, что этого человек, зная, что проживёт недолго из-за своего туберкулёза, стремился насытить свою жизнь и успеть сделать как можно больше. Он завёл семью, детей, воевал за своё отечество и успешно защищал своих сограждан от бандитов. За свои 33 года он успел очень многого достичь и остаться в памяти потомков.

Кстати, по мотивам жизни МакНелли был снят фильм "Техасские рейнджеры" в 2001 году. Но он лишь слегка, чуть-чуть и довольно вяло отражает реальные события.

Источники:

http://www.tshaonline.org/handbook/...s/MM/fmcag.html

http://en.wikipedia.org/wiki/Leander_H._McNelly

http://www.sanjacinto-museum.org/He...g_Aids/McNelly/

http://www.texasranger.org/halloffame/McNelly_Leander.htm

Краткая справка: Дикий Запад - исторический период между 1865-1890 гг., в который происходило заселение западных территорий следующих современных штатов США: Северная и Южная Дакота, Монтана, Канзас, Вайоминг, Небраска и Техас. Эта территория по мере освоения постепенно расширялась на запад вплоть до Тихоокеанского побережья.

Благодаря вестернам Дикий Запад ассоциируется у нас с некой "территорией "крутых парней". Кинематографический Дикий Запад населяют безжалостные шерифы и бесстрашные бандиты, которые в равной степени живут по закону силы, устраивают яростные перестрелки и состязания в умении быстро доставать револьвер из кобуры. Все мы, наверное, смотрели не раз фильмы про "благородных индейцев" и жестоких белых угнетателей. Но настоящая история Дикого Запада - это не кинематографический вестерн. Это история простых (и не очень) мужчин и женщин, которые стремились заселить необжитые территории, пастухов, ковбоев, фермеров и земледельцев. Именно они, а не бандиты и шерифы, осваивали Дикий Запад. И именно им по праву должно принадлежать первое место в человеческой памяти.

Имя Чарли Гуднайта (Charlie Goodnight) мало кому известно в нашей стране. Однако, изучая историю Дикого Запада и в целом историю освоения Америки, невозможно обойти молчанием этого выдающегося техасца. Рейнджер, скотовод, селекционер, именем которого назван город и скотоводческий тракт, человек, проживший 93 года активной жизни, Чарли Гуднайт заслуживает внимания не только у себя на родине.

Знаменитый рейнджер и скотовод упоминается в большом количестве литературных произведений, о нём складывали легенды и сочиняли сказки. Именно его подвиги и его жизнь положены в основу множества американских фильмов, снятых за последние сто лет. В городе Гуднайт штата Техас бережно хранятся переписка и дневники Чарли Гуднайта. Для своих соотечественников Чарли Гуднайт - это олицетворение истинного духа Дикого Запада.

По мнению биографов Чарли Гуднайта, наиболее точное представление о жизни и характере этого человека можно получить, прочитав известный роман-вестерн Ларри МакМертри "Одинокий голубь" ("Lonesome Dove"). Некоторые характерные черты Чарли Гуднайта, его ближайшего друга и компаньона Оливера Ловинга и других людей из окружения знаменитого техасца, их совместные приключения и труды переданы в романе с почти биографической точностью. Благодаря созданной МакМертри достоверной исторической атмосфере, увлекательности основанного на документальных событиях сюжета, в 1986-м году (через год после своего выхода в свет) роман "Одинокий голубь" заслужил почётную Пулитцеровскую премию. В 1988-м году по этому роману была снята четырёх серийная телеверсия, до сих пор по праву считающаяся одним из лучших кинематографических вестернов.

Однако, обратимся к реальной биографии Чарли Гуднайта, его истинным приключениям и трудам.

Несколько слов о том, что такое - штат Техас

Говоря об освоении Дикого Запада, невозможно обойти вниманием штат Техас - один из самых достопримечательных штатов США.

На современном этапе Техас - второй по величине штат США (после Аляски) и второй же - по численности населения. Столица - город Остин. На западе Техас граничит со штатом Нью-Мексико, на востоке - с Луизианой и Арканзасом, на юго-западе граница штата проходит по реке Рио-Гранде (на другом берегу - уже Мексика), на юго-востоке побережье Техаса омывают воды Мексиканского залива. Восточная и южная часть Техаса - это достаточно живописная и плодородная Примексиканская низменность, которая к западу повышается, становится всё более засушливой и суровой и переходит в пустыни и плато Эдуардо и Льяно-Эстакадо. Последнее - наиболее коварный и грозный район Техаса времени освоения Дикого Запада. И совсем на крайнем Западе на территории Техаса начинаются отроги Скалистых гор. Высота их достигает 2665-ти метров. Для сравнения Эльбрус (самая высокая гора Европы и территории бывшей СССР) - 5642 метра - примерно в два раза выше. Высочайшие вершины Урала все гораздо ниже Скалистых гор. Например, самая высокая вершина уральского хребта - гора Народная (Приполярный Урал) - 1895 метров над уровнем моря.

Однако, большая часть Техаса - это равнины, покрытые кустарником, которые на востоке переходят в саванны и дубово-сосновые леса. А на крайнем юго-востоке попадаются даже болота.

Климат Техаса в общем считается благоприятным, если не считать значительного расхождения в количествах осадков (на востоке 1000-1200 мм. в год, на западе всего 200-300 мм. в год). Нередки здесь и смерчи, так называемые "Торнадо".

Этнический состав жителей Техаса очень разнообразен. Здесь живут потомки мексиканцев, испанцев, англичан, немцев, негров, ирландцев. Незначительное количество (всего 0,3 % - индейцы). Есть и русские эмигранты, даже выпускается русскоязычная газета "Наш Техас", которая выходит два раза в неделю на 44-х страницах и имеет электронный аналог в сети Интернет.

История освоения Техаса начинается примерно в 1628-м году, когда на его берег благодаря кораблекрушению попал испанский конкистадор Альвар Нуньес Кабеса де Вака. Он тут же начал налаживать торговые связи между племенами. Его инициатива была подхвачена другими испанцами и уже в 1682-м году они организовали здесь первое своё поселение (располагалось оно где-то рядом с современным Эль-Пасо). Восток Техаса между тем успешно осваивался французами. Хотя испанцы оказались проворнее и уже к концу XVIII века вся современная территория Техаса вместе с Мексикой принадлежала испанской Короне и получила название "Новая Испания".

В начале XIX века восток Техаса начали осваивать и переселенцы из США. В 1821 году Новая Испания добилась независимости от Испании "старой" и вошла в состав Мексики. Однако, и это продолжалось не слишком долго. Техасцы, возмущённые произволом мексиканских властей, пожелали отделиться в самостоятельное государство. По конституции, принятой в то время в Мексике, они имели на это право, но мексиканские власти не пожелали признавать "республику Техас" самостоятельной. В 1835 году началась война между населением Техаса и Мексикой, которая продолжалась с переменным успехом.

Техасцы отстаивали свои права достаточно категорично и уже в 1837-м году, несмотря на продолжающиеся со стороны Мексики рейды, республика Техас получила международное признание. Но война на этом не закончилась. И в 1845-м году Техас по своей инициативе, чтобы получить помощь от более крупного соседа, вошёл в состав США в качестве 28-го штата. Благодаря тому, что Техас ещё будучи самостоятельным имел международный статус, даже войдя в состав США Техас - единственный штат, который сохранил право поднимать свой национальный флаг на один уровень с государственным флагом США.

Американо-мексиканская война 1846-1848 гг. закончилась победой США и, хотя это не стабилизировало окончательно обстановку в приграничных районах, более Мексика крупномасштабных вылазок против Техаса не предпринимала (если не считать многочисленных нападений со стороны мексиканских бандитов во время Мексиканской революции 1910-1920-х годов).

Во время Гражданской войны в Америке Техас был на стороне Конфедерации (рабовладельческий Юг, который хотел отсоединиться от остальных США в качестве самостоятельного государства). Последняя битва этой войны произошла именно в Техасе 12 мая 1865 года, потому что техасская армия ещё не знала, что генерал Роберт Ли капитулировал 9 апреля того же года.

Молодые годы Чарльза Гуднайта

Чарльз Гуднайт, самый знаменитый скотовод и ранчер Дикого Запада, родился 5 марта 1836 года в Macoupin County, штат Иллинойс, к востоку от Сент-Луиса (штат Миссури), четвёртым ребёнком в семье Карла Гуднайта и Шарлотты Кольер. Могилу отца Чарли Гуднайта можно и сейчас найти на кладбище к югу от Банкер-Хилл (штат Иллинойс).

После смерти отца, в 1846-м году, Чарли Гуднайт вместе с матерью, отчимом и сводным братом Джоном Шеком переехал в штат Техас. При чём девятилетний Чарли проделал практически весь путь верхом на лошади, без седла. Ещё через несколько лет, в 1856-м году Чарли Гуднайт стал ковбоем. Вместе со своим сводным братом, он взялся ухаживать за скотом своего соседа, в качестве оплаты позволившего забирать им каждого четвёртого родившегося телёнка. За четыре года работы Чарли со своим братом скопили стадо в 180 голов. Одновременно с этим Чарли Гуднайт активно помогал местной милиции в деле отражения нападений индейцев-команчей, постоянно беспокоивших фермеров. Примерно через год Чарли Гуднайт вступил в ряды техасских рейнджеров.

Про техасских рейнджеров лучше всего выразился историк Вилбурн Кинг (Wilburn H. King), написавший: "Никакие весёлые тряпки, никакие дудки и барабаны, никакие духовые оркестры и шелковые знамена никогда не сопровождали техасских рейнджеров. Они просто тихо шли по следу и хорошо делали своё дело". (Цит. по: Кому упала на грудь серебряная звезда // http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-22211/ ) Это подразделение сделало для защиты переселенцев Техаса гораздо больше, чем регулярная армия. И в этом подразделении Чарли Гуднайт получил возможность проявить себя и в операциях, направленных против индейцев (в качестве разведчика и проводника), и в охране границ во время Гражданской войны (1861-1865 гг).

Известно, что Чарли Гуднайт участвовал в операции рейнджеров, в результате которой была захвачена в плен мать индейского вождя Квахана Паркера (Quanah Parker) - Синтия Энн Паркер (похищенная в 1836-м году команчами и ставшая женой одного из вождей). Благодаря этой операции техасцам удалось склонить вождя на переговоры. По мотивам этого эпизода из жизни Чарли Гуднайта Джоном Фордом в 1956-м году был снят вестерн "Искатели" ("The Searchers") с Джоном Уэйном в главной роли.

В начале Гражданской войны Чарли Гуднайт присоединился к армии конфедератов и большую часть времени провёл, охраняя границы, что в то время было занятием не менее сложным, чем бои с армией северян.

Примерно с 1865 года, после окончания Гражданской войны, в которой Юг проиграл, Чарли Гуднайт начал активно заниматься скотоводством. После четырёхлетней войны в Техасе оставалось много одичавшего крупного рогатого скота местной техасской породы Лонгхорн (Longhorn), которых предприимчивые скотоводы сбивали в стада и перегоняли для продажи на нужды американской армии. Уже в 1864 году Чарли Гуднайт собрал около себя рейнджеров, готовых после войны заняться скотоводством. Гуднайт хотел найти и освоить новые рынки для продажи скота, поскольку говядина (в отличие от свинины) была основной пищей, наиболее пользующейся спросом. По идее Чарли Гуднайта нужно было собирать скот не для продажи на местных рынках, а для его перегона в Нью-Мексико и Колорадо, где в говядине нуждались как армейские подразделения, так и многочисленные шахтёры. А рынка скота как такового ещё не было. И хотя прокладывание маршрутов через безводные участке Западного Техаса было делом опасным и трудным, Гуднайт за него взялся.

Путь Гуднайта-Ловинга (Goodnight-Loving-Trail). Друзья и соратники

В 1866-м году Чарли Гуднайт, объединившись со скотоводом Оливером Ловингом, погнал стадо на север, по тракту, который известен сейчас как Goodnight-Loving-Trail.

Оливер Ловинг (Oliver Loving) (4 декабря, 1812 - 25 сентября, 1867), знаменитый скотовод, солдат конфедерации, известный как религиозный человек, с семьёй и девятью детьми, был на 24 года старше Чарли Гуднайта, что не помешало им стать не только партнёрами, но и хорошими друзьями. В 1858-м году Ловинг провёл свой скот через индейские и незаселённые территории, через восточный Канзас и северо-запад штатов Миссури и Иллинойс. В 1859-м году предпринял попытку перейти из верховья Бразоса на север, к реке Арканзас, намереваясь спуститься вдоль течения вниз, на восток, но дошёл только до Пуэбло, где вынужден был зазимовать из-за погодных условий. Если посмотреть по карте, то это не такое большое расстояние в километрах (по прямой чуть более 200 км.) Но Оливер Ловинг шёл не по прямой, а по пересечённой местности, к тому же между верховьем Бразоса и рекой Арканзас располагается местность с недостаточным количеством воды и без каких-либо нахоженных дорог, что в условиях предгорий делает путь очень сложным. Однако, такой смелый и решительный человек, как Оливер Ловинг, не мог остановиться на первой же попытке найти новые дороги и новые рынки для продажи скота. Поэтому, когда Оливер Ловинг познакомился с не менее смелым и решительным Чарли Гуднайтом, они приняли решение пуститься в новую экспедицию уже объединёнными усилиями.

Сложность их предприятия заключалась в том, что нужно было двигаться через совершенно необжитые территории, на которых полагаться можно только на себя. Засушливые районы Техаса, на которых реки часто пересыхают полностью, часто возникают пыльные бури, а летом стоит сильная жара, так что почти не остаётся травы, мало приспособлены для перегона скота. Помимо погодных условий и отсутствия воды, в этих местах путешественники рискуют подвергаться постоянным нападениям бандитов, курсирующих приблизительно этим же путём (чтобы удобнее было скрываться от правосудия) и индейцев. А южные индейцы, такие как команчи, кайова и апачи - наиболее агрессивные племена на территории всей Северной Америки.

Путь, который наметили себе Гуднай и Ловинг, пролегал из Форта Белкнап (Fort Belknap) штат Техас на реке Пекос (Pecos) до Форта Самнер (Fort Sumner) в Нью-Мексико. В первом совместном переходе у них было 19 (по другим источникам - 18) ковбоев и 2000 голов скота. Несколько сотен голов было потеряно, но всё равно предприятие принесло существенную прибыль (около 12 000 долларов), а главное - проложило маршрут как для них самих, так и для тех кто впоследствии ходил по их следам. Прибыв в Нью-Мексико, они стали партнёрами со скотоводом Джоном Чизумом и заключили контракт на поставку скота для армии.

Первый совместный переход (Goodnight-Loving-Trail) проходил в очень тяжёлых условиях. О нём достаточно сохранилось свидетельств очевидцев и участников. Гуднайт и Ловинг объединили свои стада в 75-ти милях к западу от Форт-Уэрта, пересекли засушливые равнины Техаса и добрались до печально известной "Конской переправы" на реке Пекос. К тому времени коровы, обезумевшие от жажды, стали неуправляемыми и устремились к реке, давя друг друга. К этому моменту Гуднайт и Ловинг уже потеряли около трёхсот голов. На Пекосе они расстались с ещё сотней, потому что часть коров погибли под копытами, часть попали в водовороты на реке и в зыбучие пески на берегах.

Пекос - река всего 550 миль в длину. Холодная и чистая в Санта-Фе и в горах северо-центральной части Нью-Мексико, в восточной части она мутнеет и наполняется растворимыми щелочами и различными минералами, которые вымываются из извилистого берега. Она течёт с запада на юго-восток Техаса, где через живописный каньон впадает в Рио-Гранде. Пекос делит собой Льяно Эстакадо на более-менее приемлемый участок к востоку от бассейна и пустынный - на запад. В 1866 году Пекос служил границей с территорией агрессивных племён команчей и кайова. К тому же, нижний Пекос изобилует гнёздами гремучих змей (один из ковбоев Гуднайта во время поездки настрелял несколько десятков змей и собрал погремушки, чтобы привезти домой в качестве сувенира). Благодаря всем этим "прелестям" Пекос считался самым гиблым местом в Техасе. Именно про него говорили "Когда плохой человек умирает, он попадает либо в ад, либо на Пекос" (Цит. по: Jay W. Sharp. Goodnight on the Pecos // http://www.desertusa.com/mag04/july/goodnight.html).

Когда стадо приблизилось уже к границе с Нью-Мексико, пришлось бросить часть телят, потому что они не поспевали за своими матерями. Однако, команде Гуднайта удалось добраться с большей частью стада до форта Самнер, где они пришлись очень кстати, потому что и армия, и местные индейцы страдали от голода. Говядина, по утверждению исследователей, была продана по небывалой цене - восемь центов за фунт (видимо, в других местах она стоила гораздо дешевле). Довольные своей удачей, Гуднайт и Ловинг решают собирать стадо и гнать его дальше, в Колорадо, на поиски новых рынков сбыта.

Впоследствии Чарли Гуднайт и Оливер Ловинг предприняли ещё несколько переходов. На своём пути они постоянно сталкивались с трудностями. Команчи и кайова угоняли скот и лошадей. На этой же территории хозяйничали многие бандиты, такие как Уильям Бонни или Билли Кид. Каждый переход оставлял за собой могилы ковбоев. Но всё-таки путь Goodnight-Loving-Trail был налажен. Только полтора десятилетия спустя, оставив после себя множество легенд, сказок и басен, Goodnight-Loving-Trail стал приходить в запустение. В этот край пришли железные дороги, но подвиги тех, кто когда-то ходил по Goodnight-Loving-Trail, увековечены в ковбойских романах, песнях и книгах по истории. В настоящий момент в начале этого 2000-мильного пути из Техаса через Колорадо на север, в Вайоминг, стоит памятный знак.

Дорога Goodnight-Loving-Trail в какой-то мере может быть памятником всем ковбоям Дикого Запада. Портрет такого ковбоя сильно отличается от тех лихих парней, которые обычно изображаются в кинематографических вестернах. Настоящие ковбои, которые постепенно сделались брендом Дикого запада - это чаще всего неграмотные и обездоленные подростки. Они начинают трудиться на полях плантаций и фермах и рано узнают, что такое тяжёлая работа. Они быстро привыкают много часов проводить в седле, независимо от жары и пыли, от холодных ночей. Они учатся пренебрегать болью и травмами, как в равной степени учатся не обращать внимания на грубое поддразнивание более опытных и старших товарищей. Ковбои носят примерно одну и ту же одежду: шляпа Stetson, хлопковая рубашка, жилет, бандана, шерстяные брюки, чапсы (Chaps - кожанные чехлы, которые надевают поверх штанов), высокие сапоги. Они с одинаковым энтузиазмом гоняют стада диких Longhorn, устраивают пьяные драки, курят и поют песни. На перегонах они чувствуют тоску по родине, но возвращаясь, уже снова стремятся уйти на новый перегон.

По мнению писательницы-мемуаристки Булах Киркланд в ковбоях всегда присутствует некая детская невинность. Конечно, они вовсе необязательно невинны, но большую часть времени проводя вдали от городов, наедине с прерией и скотом, они остаются менее испорченными цивилизацией (Bulah Rust Kirkland, Phoenix, Arizona, "The Real Cowboy", The Trail Drivers of Texas // По материалам Jay W. Sharp. Goodnight on the Pecos // http://www.desertusa.com/mag04/july/goodnight.html)

Не менее известны как спутники покорителей Дикого Запада и Longhorn'ы, которые стали символом торговли. Один из быков этой породы по кличке "Old Blue" ("Синий старик") 10 лет водил стада Чарли Гуднайта, лучше людей изучил маршрут, уходил от индейских угонщиков скота, возвращался чтобы вести своё стадо и заслужил после своей смерти (последовавшей естественным путём) честь украсить своими рогами мемориальную доску в кабинете Чарли Гуднайта.

* * *

Совместная деятельность Гуднайта и Ловинга, к сожалению, не продлилась долго. В одном из переходов Оливер Ловинг и помощник Гуднайта "Однорукий" Билл Уилсон (WJ Wilson) отправились вперёд, чтобы разведать дорогу для стада (этот эпизод хорошо обыгран в "Одиноком голубе", где Август МакКрае и Пи Ай отправляются вперёд с разведкой и подвергаются нападению индейцев). Чарли Гуднайт взял с Ловинга и Вильсона обещание, что они будут двигаться только по ночам, чтобы не подвергать себя опасности нападения со стороны команчей. Однако Ловинг, человек бесстрашный и не терпящий промедлений, рисковал ехать и днём. На разведчиков напали индейцы и Ловинг с Вильсоном вынуждены были прятаться в углублении под берегом реки и несколько часов отражать их атаки. Наконец индейцы сказали, что готовы пойти на переговоры, но когда Ловинг встал, чтобы посмотреть, где они находятся, в него выстрелили и ранили в руку и бок.

Поскольку Ловинг был ранен, он отправил Вильсона за помощью. А сам остался отбиваться от команчей. Вильсон проплыл по реке, прицепившись к сплавляющемуся дереву, мимо индейцев и три дня шёл босиком навстречу стаду, которое вели Гуднайт и остальные ковбои. По воспоминаниям Вильсона, это было очень болезненное и трудное путешествие. Ночью его стали преследовать волки. Вильсон нёс палку, на которую опирался при ходьбе и которой надеялся отбиться от волков. Решив затаиться, Вильсон и лёг на дорогу, чтобы, когда волки подойдут ближе, самому напасть на них. Но видимо волки, почуяв решимость этого раздетого босого человека, вооружённого одной лишь палкой, сами отступили и к утру их уже не было. На третий день измученный переходом, Вильсон перешёл горы и нашёл подобие пещеры, в которой можно было укрыться от солнца. В этой пещерке изнеможенного, но живого, Вильсона нашли ковбои Гуднайта и он рассказал о том, что Ловинг ждёт их помощи.

Оставшийся один на один с индейцами Ловинг некоторое время успешно отбивался от них. Через некоторое время индейцы ослабили бдительность и ему удалось уйти. Ловинга подобрали мексиканские пастухи, которые доставили его в Форт-Самнер. Но к тому времени, когда прибыл Гуднайт, Оливер Ловинг был уже в очень плохом состоянии. Хотя рана в боку и затянулась, но в руке началась гангрена. Гуднайт настоял на том, чтобы врач ампутировал руку, но было уже поздно. Оливер Ловинг умер от заражения крови в возрасте 55-ти лет. Перед смертью он завещал другу отвезти своё тело к семье в Техас и похоронить там. Гуднайт сдержал обещание и эта 600-мильная поездка считается самой длинной похоронной процессией того времени.

Дружба с Оливером Ловингом была для Чарли Гуднайта очень значительным этапом в его жизни. Сам Гуднайт отзывался о Ловинге как о человеке величайшего мужества, человечности и целеустремлённости. Много лет в память о друге Чарли Гуднайт возил в кармане фотографию Оливера Ловинга.

После смерти Оливера Ловинга на много лет ближайшим другом и соратником Гуднайта стал чернокожий ковбой Боз Икард (Boze Ikard). Образ этого афро-американца послужил прототипом для ещё одного героя романа Ларри МакМертри "Одинокий голубь" - Дитца. И многие факты реальной личности Боза Икарда так же нашли своё место в романе.

Боз Икард работал на Гуднайта и Ловинга с 1866 года, остался верным соратником и в дальнейших делах Гуднайта. По мнению Чарли Гуднайта Боз Икард был человеком исключительной честности, верности и стойкости. Боз был для Гуднайта следопытом и проводником. Именно Икарда командировал Гуднайт в ближайший банк в Денвере, когда нужно было вложить туда очередные деньги. Гуднайт полагал, что никаким настоящим бандитам не придёт в голову, что у чернокожего могут оказаться большие деньги, а от мелких хулиганов Боз, обладавший большой физической силой, отобьётся без труда.

Боз Икард участвовал в трёх сражениях с команчами, никогда не уклонялся от работы и не нарушал приказы и, по мнению Гуднайта, был человеком, которому можно было доверять больше, чем кому бы то ни было вообще. Он умер в 1929-м году в возрасте 85-ти лет, немного раньше Гуднайта и последний установил на его могиле гранитную плиту, которая сохранилась до наших дней.

Деятельность Гуднайта

Ещё в достаточно юном возрасте Чарли Гуднайт получил достаточно навыков по уходу и разведению скота и заездке лошадей. В частности, он усвоил урок: удача в скотоводстве напрямую зависит от того, на сколько хорошо ты можешь контролировать доступ к воде. Поскольку коровам, которые выпивают не менее 30-ти литров в день, более всего на перегонах нужна эта самая вода, необходимо учитывать это, прокладывая дороги. Поэтому по указанию Гуднайта в Техасе строились водяные мельницы с удобными поилками для скота. Свои навыки и организационный талант Чарли Гуднайт использовал, когда в 1870-м году обосновался в Пуэбло (штат Колорадо), женился и создал своё ранчо, которое служило базой в конце перегона из Техаса. Поскольку Гуднайт сразу же занял выгодное место первопроходца на рынке мясного скота в Колорадо, он очень быстро стал одним из самых богатых скотоводов.

Далеко не все предприятия Гуднайта оканчивались успехом. Так, в 1873-м году, решив бороться против больших процентных ставок, которые банки объявляют за кредит, Гуднай решил стать банкиром для самого себя. Но, не имея должных навыков, он за год истощил свои собственные финансовые ресурсы. Чтобы снова встать на ноги, Гуднайт стал искать новые территории для своей деятельности.

Потерпев неудачу, Гуднайт возвратился в штат Техас, где объединился с новым инвестором - Джоном Г. Адэром - и скупил 24000 акров (97 124 554,1 м2) земли вокруг Каньона Паоло Дуро. Это позволило Гуднайту охватить своим влиянием весь регион. Здесь он положил начало новому скотоводческому предприятию - пожалуй, самому крупному в Техасе.

Чарли Гуднайт прославился ещё и тем, что скрещивал выносливую, но тощую породу техасского Longhorns с более продуктивной герефордской (Herefords) породой, получив в результате гибрид, в котором было больше мяса, чем в техасском лонгхорне. Кроме того, этот гибрид оставался более вынослив в условиях засухи и дорожных условиях, чем герефордская порода. Помимо этого Гуднайт скрещивал буйволов с коровами, получив устойчивый гибрид крупного рогатого скота.

100 000 голов скота и огромная территория, которую он контролировал, сделали Чарли Гуднайта настоящим Бароном скотоводов Техаса. Помимо этого Гуднайт много сил потратил на установление правосудия и порядка в Техасе, активно помогал прокладке телеграфа на всей территории штата, открыл колледж, стремясь помочь сельским техасским детям получить образование, которого сам был в детстве лишён. В конце жизни Гуднайт продал своё скотоводческое предприятие и жил на небольшом ранчо, окружённый заслуженной славой. Гуднайт пробовал себя как кинопродюсер, был инвестором некоторых предприятий на территории Мексики. Умер Чарли Гуднайт в городе, ещё при его жизни названном в его честь, в 1929 году в возрасте 93-х лет.

* * *

Из воспоминаний Дж. Шарпа:

"Однажды, когда я шел в колледж Goodnight (основана Чарли Гуднайтом в 1908 году в округе Армстронг, Техас, для сельских детей), мой дед рассказывал мне: "Мы смотрели в открытые окна нашего класса и увидели старого Чарли Гуднайта и несколько его ковбоев, которые подъехали с юга. Они приехали, чтобы напоить коней из специальной поилки, которая была устроена на мельнице справа за пределами школы. Гуднайт увидел, что поилка была сухая, что мельница не работала как полагается и не была включена для подачи воды в корыто.

Этот колледж основал Гуднайт для детей, живущих в сельской местности. Он же выплачивал зарплату учителям и его единственное условие было, чтобы работники школы следили за тем, чтобы мельницы исправно доставляли воду в поилки.

Гуднайт закричал через открытое окно в школу, обращаясь к учителю, безответственность и неосторожность которого привели к отсутствию воды: "Вы хороший учитель," - сказал Гуднайт. - Но вы ни чёрта не стоите как скотник". Ученики были свидетелями его короткого монолога. Это, конечно, было оскорблением. Гуднайт уехал, оставив униженного перед всем классом учителя. "Мы все получили возможность посмеяться из-за этого", - сказал мой дед, который и в детстве был гораздо лучший скотник, чем ученый" (Jay W. Sharp. Goodnight on the Pecos // http://www.desertusa.com/mag04/july/goodnight.html).

Использованные источники:

Наш Техас // http://www.ourtx.com

Charlie Goodnight biography // Learn about Charlie Goodnight, the greatest Cattle Baron of them all and his rise from cow hand to millionaire. - http://www.essortment.com/all/charlesgoodnigh_rcsn.htm

Charles Goodnight // http://www.pbs.org/weta/thewest/people/d_h/goodnight.htm

Diane Alden. The "Real" LonesomeDove // http://www.ejlanham.com/TheRealLonesomeDove.html

Jay W. Sharp. Goodnight on the Pecos // http://www.desertusa.com/mag04/july/goodnight.html

Джон Коффи Хейс. Калифорния. Фотография 1870-х годов

(Фото из открытых источников сети Internet)

Вступление

Имя Джона Хейса современному российскому человеку практически неизвестно. О подразделении техасских рейнджеров в русскоязычных источниках можно найти лишь общие сведения, зачастую противоречащие друг другу. Между тем, в XIX веке техасские рейнджеры, защищая Техас от набегов индейцев и бандитов, действовали гораздо эффективнее регулярной армии. За период с 1836 по 1848 год Джек Хейс сплотил организацию техасских рейнджеров, выработал моральный кодекс, разработал тактику и стратегию борьбы с правонарушителями. В Техасе Хейс до сих пор считается одним из самых известных и прославленных рейнджеров.

Биография Хейса тесно связана с периодом становления Техаса. Изучая жизнь знаменитого рейнджера, легче понять, что же это была за страна, в чём её особенности и чем она была так привлекательна для колонистов.

Слово Техас (Texas) в американском произношении звучит, как Тексэс ['teksəs]. Благодаря характерному флагу, Техас называют ещё "Штатом Одинокой Звезды". Это единственный штат, который до вхождения в состав США был самостоятельным государством, признанной основными мировыми державами. Республика Техас просуществовала 9 лет, с 1836 по 1845 год. Став 28-м по счёту штатом, Техас, вплоть до войны Севера и Юга, сохранял за собой право выхода из состава Союза, если будет на то воля его правительства и народа.

История республики Техас началась достаточно поздно по сравнению со многими другими государствами и городами. Например, российский город Санкт-Петербург был заложен в 1703 году, и к 1820-м годам, через сто с лишним лет, это была уже столица России, с её каменными набережными, неповторимой архитектурой и насыщенной событиями историей. А на американском континенте только в 1820-м году американец Мозес Остин получил от губернатора Новой Испании разрешение на поселение колонистов англо-саксонского происхождения на практически не освоенной ещё территории Техаса. К этому моменту земля Техаса входил в состав Восточной провинции Новой Испании. Из-за трудности заселения территории Техаса, правительство Мексики ещё в колониальный период приглашало сюда американских колонистов (подробнее об этом можно прочесть ЗДЕСЬ). А 27 сентября 1821 года Мексика победила Испанию в войне за независимость и объявила конституционную монархию во главе с бывшим генералом Итурбиде, императором Августином I.

Стивен Фуллер Остин, сын умершего от воспаления лёгких Мозеса Остина, возобновил переговоры и получил от Августина I повторное разрешение на заселение Техаса. Началось быстрое и полное опасностей становление будущей Техасской Республики. В 1823 году Августин I был свергнут генералом Санта-Анной и на его место пришло республиканское правительство во главе с Гваделупе Викторией, которое в свою очередь подтвердило разрешение на заселение Техаса американцами. Техас стал частью мексиканской провинции Коауила. Его новым жителям предстояло превратиться в заслон на пути враждебных индейских племён, с которыми более ста лет не могли справиться сами испанцы.

Итак, три независимых друг от друга правительства Мексики одобрили появление новых поселенцев на территории Техаса. Но предоставленный людям новый дом был полон опасностей. Агрессивные южные индейцы, которых мексиканцы предпочли вытеснить из Мексики на территорию Техаса - команчи, кайова, апачи - нападали на поселенцев, убивали людей и сжигали их дома. Не оставляли своим вниманием Техас бандиты и контрабандисты, как мексиканские, так и американские. Техасцы не только должны были защищать Мексику, но и сами нуждались в надёжной защите, способной противостоять и индейцам, и бандитам. Поэтому первые отряды добровольцев, которые впоследствии стали именоваться техасскими рейнджерами, появились в Техасе уже в 1823 году, по инициативе Стивена Остина, уполномоченного мексиканским правительством обеспечить заселение техасской территории. В своих объявлениях Стивен Остин приглашал крепких мужчин с оружием, для защиты территории от набегов индейцев и бандитов, а так же для объездки лошадей и помощи в работе со скотом на ранчо поселенцев. Впоследствии, благодаря агрессивности преступников и индейцев, рейнджерам стало некогда заниматься скотом и заездкой лошадей, зато расширились их обязанности по охране безопасности населения и техасских границ[3].

До 1830-х гг. подразделение техасских рейнджеров существовало неофициально. Рейнджеры собирались от случая к случаю, по мере необходимости, и практически были лишены государственного обеспечения, действуя на собственном энтузиазме. Иногда им платили фермеры, но чаще рейнджеры обходились сознанием необходимости своей работы, рисковали жизнью совершенно безвозмездно, потому, что кому-то нужно было брать оружие и отстаивать жизнь и благополучие себя и своих соотечественников. Энтузиазм техасцев не был удивителен: ведь на поселение приезжали люди целеустремлённые и смелые. Им известно было, что Техас полон опасностей и они не обольщались мечтами о мирной и спокойной жизни. Многие из них ехали в Техас именно потому, что хотели защищать эту новую страну от агрессии её врагов. Поэтому среди поселенцев находилось достаточно деятельных и решительных мужчин, готовых по первому зову собраться в отряд и отогнать индейцев, или бороться с очередной бандой. Примерно треть всего взрослого населения Техаса проходила через службу в отрядах рейнджеров. По окончании очередной операции рейнджеры расходились по своим домам, до тех пор, пока снова не возникала необходимость в защите мирных фермеров от очередной банды или индейского набега.

В 1835-м году численность населения в Техасе перевалило за 20 тыс. человек (для сравнения: население г. Пушкин Ленинградской области на 2010 год составляло 99,3 тыс. человек, т.е. в пять раз больше, чем население Техаса к 1835 году, а современный средний посёлок городского типа насчитывает около 10 тыс. человек, т.е., "пол-Техаса"). Стараниями американских поселенцев, пустующая провинция Мексики стала приобретать статус обжитой территории, и на законодательном уровне было принято решение о создании двух постоянных отрядов рейнджеров, в обязанности которых будет входить охрана границ и борьба с бандитскими и индейскими нападениями. Рейнджерам устанавливалась более-менее стабильная плата за службу, но они должны были сами закупать себе провизию, оружие и лошадей.

Создать подразделение рейнджеров, которое занималось бы только защитой мирных граждан и не расходилось по своим домам, едва уничтожена очередная банда, было не так просто. Как и прежде, рейнджеры собирались по мере необходимости и возвращались, едва закончив операцию по разгрому очередной банды, по своим фермам и ранчо. Этого было недостаточно, потому что при таком методе работы рейнджеры лишь реагировали на уже свершившиеся злодеяния и нападения на своих сограждан. Они не осуществляли то, что обозначается словом "профилактика", не обеспечивали постоянной охраны и не наносили упреждающих ударов. Положение изменилось лишь тогда, когда в Техасе появился человек по имени Джон Хейс, посвятивший всего себя созданию сплочённого, профессионального подразделения.

Джон Коффи Хейс (John Coffee Hays), легендарный "Капитан Джек" (Captain Yack) считается самым прославленным и уважаемым капитаном техасских рейнджеров за всё время существования этой организации. В 19-летнем возрасте он приехал в Техас из Теннесси, движимый идеей посвятить свою жизнь защите юной Техасской республики. В 23 года Хейс уже был капитаном, в 25 - майором, а в 31 - полковником[1]. Звания в Техасе не присваивались за выслугу лет, не покупались за деньги, а давались исключительно за личные заслуги. Поэтому можно понять, с каким уважением относились техасцы к Джону Хейсу и насколько высоко ценили то, что он делает для защиты Техаса. Под его руководством техасские рейнджеры стали главной силой по охране границ. Подвиги Джека Хейса благодарные техасцы помнят и по сей день. Его жизнь окружена легендами. Ему установлено несколько памятников. Его именем названо одно из графств Техаса. Любовь и уважение, которыми благодарные техасцы одаривали Джона Хейса, сделали его одной из самых популярных фигур своего времени.

* * *

Данная статья составлена на основе исследования Lee Paul "John Coffee Hays: Captain Yack". Ли Пауль с большой любовью повествует о Джоне Хейсе, приводит выдержки из воспоминаний его современников, свидетельства очевидцев событий. Несмотря на явную восторженность и пристрастность исследователя, опираясь на его работу и сопоставляя приведённые им факты с другими жизнеописаниями Джона Хейса, а так же дополняя его исследование сведениями из других источников, складывается достаточно развёрнутое представление о жизни и подвигах знаменитого техасского рейнджера.

Родословная. Детство

Семья Хейсов переселилась в Америку в начале в 1740-х годов, по инициативе прадеда Джона, которого тоже звали - Джон Хейс. Покинуть Ирландию Хейсам пришлось из-за сложной политической обстановки и голода (более подробно о Голодоморе 1740-1741 гг. можно прочитать здесь: М.В. Гуминенко. Голодомор в Ирландии в 1740-1741 гг.). Эмиграция в Америку виделось прадеду Джона Хейса единственным средством выжить и уберечь свою семью.

Освоение американского континента было в самом разгаре, и Хейсы приняли активное участие в важных событиях колониальной истории. Сын Джона Хейса (старшего), Роберт Хейс (дедушка капитана Джека), участвовал в Американской революции, служил в пехоте Северной Каролины и быстро дослужился до капитана. К 1785 году он получил в наследство поместье "Little Cedar Lick", в графстве Вилсон, Теннесси. Здесь же он встретил свою будущую супругу - Джейн Донелсон, дочь полковника Джона Донелсона. Полковник Донелсон был основателем города Нашвилл и одним из самых богатых и влиятельных людей в Соединённых Штатах. У него было шестеро детей. Его вторая дочь Рейчел вышла замуж за Эндрю Джексона, героя сражения в Новом Орлеане 1814 года и будущего седьмого президента Соединённых Штатов.

Роберт Хейс со временем стал очень богатым человеком. Он основал форт Хейсборо, который впоследствии стал небольшим городком Хейсборо (Haysboro), существующим и поныне. Роберт Хейс являлся так же одним из самых значительных владельцев собственности по первой оценке недвижимого имущества города Нашвилл.

В то время, когда Роберт Хейс дослужился до звания полковника, у его жены родился шестой ребёнок - Хармон Хейс (отец Капитана Джека). Он вырос достойным преемником своего отца и прославился тем, что служил в армии вместе с Сэмом Хьюстоном, будущим президентом республики Техас.

Хармон Хейс женился на Элизабет Кэдж, девушке из богатой семьи, переселившейся из Вирджинии в Нашвилл. После свадьбы он оставил военную службу и поселился в своём наследственном имении "Little Cedar Lick". Именно здесь, 28 января 1817 года, вторым ребёнком в семье Хармона Хейса, родился Джон Коффи Хейс (John Coffee Hays) - будущий легендарный "Капитан Джек". После него в семье Хармона Хейса родилось ещё пятеро детей[8].

У Джона было удивительное детство. Несколько лет он воспитывался в семье президента Эндрю Джексона.

Справка: Эндрю Джексон (Andrew Jackson) (1767 - 1845) - седьмой президент США. Основатель Демократической партии США. Родился в Ваксхо, Южная Каролина, в семье бедных ирландских эмигрантов. В детстве не получил никакого начального образования. Ещё будучи подростком, участвовал в Войне за независимость, в 13 лет побывал в плену у англичан. После войны занялся самообразованием, изучал право, затем был прокурором, судьёй, конгрессменом, сенатором. В чине генерал-майора участвовал в войне США с Англией 1812 года, в войне против индейцев Крик в 1814 году, против англичан в Новом Орлеане в январе 1815 года (потери британцев - более 2 000 человек, потери американцев - 6 убитых и 10 раненых). В 1818 году воевал с семинолами в испанской Флориде.

С 1832 года Эндрю Джексон - президент Соединённых Штатов.

Рейчел Донелсон Робардс Джексон (Rachel Donelson Robards Jackson) (1767 - 1828) жена президента Эндрю Джексона. Дважды была замужем. Из-за допущенной юридической ошибки, за второго мужа (Эндрю Джексона) Рейчел вышла, не разведясь окончательно с первым. Это вызвало скандал, которым пользовались во время предвыборных компаний политические противники Джексона, пытаясь доказать аморальность его брака с Рейчел. Однако, развод между Рейчел и её первым мужем был благополучно завершён и она вторично сочеталась браком с Эндрю Джексоном, узаконив таким образом своё положение. Но психологическое давление и преследование в прессе подорвало её здоровье. [26,27,31,34]

Так случилось, что в президентской семье Эндрю и Рейчел Джексонов не было собственных детей. Всё их внимание было отдано племянникам, которых они охотно брали на воспитание. Рейчел, будучи родной сестрой бабушки Джона Хейса, уговорила его родителей отдать ей на воспитание и Джона. Будущий капитан техасских рейнджеров рос и воспитывался на рассказах Рейчел Джексон о деяниях своих славных предков[1].

Счастливое детство Джона Хейса продолжалось недолго. Когда ему было 11 лет, случилось несчастье: 22 декабря 1828 года от сердечного приступа скончалась Рейчел Джексон. Президент Эндрю Джексон сильно горевал и долго не мог смириться с тем, что его жена умерла. Безвременная кончина супруги подействовала на него так удручающе, что он отказался от поста президента. Не менее сильно повлияла смерть тёти на юного Джона. Он боготворил Рейчел Джексон и тяжело переживал её потерю. Но те знания и воспитание, которые тётя Рейчел успела заложить в своего племянника, остались с ним до конца его дней.

После смерти Рейчел Джексон Джон Хейс вернулся в дом своих родителей.

Юность

Современники описывают юного Джека Хейса как красивого человека, с мягкой улыбкой и приятной, дружеской манерой общения, совершенно несоответствующей его безудержной, отчаянной храбрости. О внешности Хейса его биограф пишет так: "Он был невысоким, гибким юношей с прекрасной осанкой и широкими плечами. Светлая кожа и синие глаза контрастировали с тёмными, густыми и непокорными волосами, что выдавало в нем ирландско-шотландское происхождение. В совокупности внешние данные и приятный характер делали Джека Хейса одним из самых популярных парней в округе"[1].

Сохранилось несколько фотографий Джека Хейса, сделанных в более зрелом возрасте. По этим фотографиям можно сказать, что Хейс действительно обладал привлекательной, мужественной внешностью.

Джон Коффи Хейс

(Фото из открытых источников сети Internet)

Джек мечтал о военной карьере и хотел пойти учиться в Вест-Поинт (West Point - военная академия в США, образована в 1802 году), но в 1832 году, когда ему было 15 лет, умер его отец, а спустя несколько недель после смерти отца, умерла и мать. Уже на следующий день после её кончины, её брат, Роберт Кэдж, забрал к себе на воспитание двух самых младших детей - Сару и Роберта. Старший из детей Хармона Хейса - Уильям - был уже достаточно самостоятельным, чтобы самому планировать свою жизнь и содержать себя. 15-летний Джек собирался поступить по примеру Уильяма. Однако, его дядя, Роберт Кэдж, настойчиво звал его к себе, а младший брат, пятилетний Роберт, очень не хотел расставаться со старшим братом. Ради брата Джек согласился ехать к дяде.

Прибыв с племянниками в Миссисипи, дядя Роберт, движимый лучшими побуждениями, пытался заинтересовать Джека Хейса бизнесом. Для начала он предложил Джеку работу в своём магазине. Но Джек очень хотел попасть в Вест-Пойнт и стать военным. Занятие торговлей его не привлекало. Джек надеялся, что здесь, в Миссисипи, ему удастся освоить науку чтения следов и научиться другим премудростям походной жизни. Он сам подыскивал себе работу, чтобы отложить заработанные деньги на дальнейшую учёбу. Подрабатывал он и на местных ранчо, получая навыки в ковбойском ремесле и верховой езде.

В то время небольшие группы переселенцев продвигались на Запад, на ещё не занятые земли. Среди переселенцев были не только торговцы, фермеры и земельные спекулянты, но и отставные военные. Будучи общительным человеком, Джек легко сходился с людьми. Это помогало ему получать от армейских ветеранов необходимые ему теоретические знания о военном деле. Он учился ориентировке на местности, слушал рассказы об индейских территориях, получал навыки следопыта.

Примерно в это время, в возрасте 15-ти лет, Джек совершил первый поступок, который характеризовал его как храброго и решительного человека, способного не теряться в критической ситуации. Он и его друг Джордж Уорк наткнулись на охотников-индейцев из племени чокто, заходивших время от времени в штат Миссисипи. Индейцы тут же забыли про охоту и бросились вслед за случайно увиденными белыми. Мальчики попытались уйти от погони, но один из охотников подстрелил лошадь под Джорджем. Джек вернулся к другу, отдал ему свою лошадь и сказал, чтобы тот скакал вперёд. Сам Джек намеревался поймать кого-нибудь из индейцев своим лассо и отобрать у него лошадь для себя. Джордж никогда не оспаривал приказы своего друга, поэтому вскочил на лошадь Джека без возражений и повёл индейцев за собой, а Джек укрылся в ближайших скалах. Ему удалось сбросить одного индейца, увлечённого преследованием Джорджа Уорка, вскочить на его лошадь - и благополучно уйти от погони. Способность Джека Хейса не теряться в момент опасности и принимать правильные решения, служила ему хорошую службу, когда впоследствии он стал предводителем рейнджеров[1].

Через два года Джек ушёл от дяди, а к концу 1835 года он скопил достаточно денег, чтобы поступить в военную академию Дэвидсона в Нашвилле. Однако состояние здоровья помешало его обучению: первая же зима оказалась очень холодной, и Джек заболел, из-за чего долгое время не мог посещать академию. Чтобы поправить здоровье, он вынужден был вернуться на плантацию дяди Роберта в Миссисипи. В это время стали приходить первые тревожные вести из Техаса.

В Техас!

2 марта 1836 года Техас объявил себя независимой республикой. Пока девятнадцатилетний Джек Хейс поправлял своё здоровье в доме дяди, ему стало известно о событиях, которые не могли оставить его равнодушным. 6 марта пала крепость Аламо, атакованная почти трёхтысячной армией мексиканского президента-генерала Антонио Лопеза де Санта-Анны (1794-1876). А 27 марта в местечке Голиад по его же приказу были казнены около 400 пленных техасцев полковника Джеймса Фэннина. Маленькие отряды защитников Техаса отступали перед огромной мексиканской армией. Джек Хейс принял решение ехать на помощь техасским революционерам, но когда он наконец оправился от болезни - всё уже закончилось. Джек приехал в Техас после капитуляции генерала Санта-Анны, состоявшейся 21 апреля 1836 года при Сан-Хасинто. Тем не менее, Хейс присоединился к техасской армии под командованием генерала Томаса Дж. Раска (Thomas J. Rusk).

Служба Хейса началась с печальных обязанностей, которые выполняла техасская армия после победы. Генерал Раск прибыл со своими людьми на место Голиадской Резни, и занялся организацией похорон останков четырёхсот казнённых пол приказу Санта-Анны людей полковника Джеймса Фэннина. Обгорелые кости и растерзанные падальщиками части тел валялись разбросанные в прерии. Их нужно было собрать и предать земле по христианской традиции[7].

Рассказы о Голиадской Резне произвели на молодого Джека Хейса сильное впечатление. Он узнал, что 19-20 марта 1836 года люди Фэннина добровольно сдались в плен у местечка Голиад, поверив обещанию генерала Вула, одного из военачальников Санта-Анны, сохранить им жизнь. Однако уже через неделю они были выведены без предупреждения в поле и расстреляны мексиканскими солдатами по приказу мексиканского президента-генерала. Раненых мексиканцы добивали штыками. Тех, кто пытался бежать из-под огня - догоняли и рубили саблями кавалеристы. По окончании бойни все тела были раздеты, свалены в кучи и их пытались сжечь, но поскольку некогда было возводить настоящие костры - тела лишь обгорели, и остались валяться, чуть присыпанные землёй, на корм койотам и стервятникам. В равной степени впечатлённый и рассказами, и видом останков, которые были собраны по приказу генерала Раска, Джек укрепился в своём желании бороться за свободу Техаса[1]. Но с этим возникли определённые трудности.

Всё население Техаса после революции насчитывало около 30 000 жителей. По большей части это были фермеры, которые жили натуральным хозяйством[5]. На территории Техаса не было ни серебряных рудников, как в Мексике, ни золотых приисков, как позднее, в Калифорнии, поэтому средства для содержания армии были весьма ограниченными. По окончании военных действий новое техасское правительство во главе с Сэмом Хьюстоном приняло решение распустить большую часть армии. Тогда Джек Хейс обратился прямо к президенту Сэму Хьюстону и сказал, что хочет служить Техасу безвозмездно. Хьюстон, оценив его порыв, посоветовал молодому человеку присоединиться к техасским рейнджерам. Отрядом рейнджеров командовал тогда капитан Эрасмус Смит по прозвищу "Глухой" (Erasmus "Deaf" Smith). Его рейнджерам предстояло урегулировать отношения на границе с Техасской республикой, проследив за тем, чтобы ни индейцы, ни мексиканцы не тревожили мирных граждан.

Справка: Эрасмус Смит (1787-1837) - один из известных героев Техасской революции, имел врождённое нарушение слуха. Но, несмотря на этот недостаток, во время революции Смит был одним из самых надежных разведчиков Сэма Хьюстона. Современники отзывались о нём как о человеке немногословном, но обладающим завидным хладнокровием в минуты опасности[4].

Примерно за год до смерти капитана Смита, к концу 1836 года, организация техасских рейнджеров была признана официально. В декабре этого года Хейс стал рейнджером, подписав контракт на двенадцать месяцев, с оплатой - 30 долларов в месяц. Как рейнджер, Хейс был обязан за свой счёт приобрести лошадь и оружие. При этом первую попавшуюся лошадь или плохое оружие он купить не мог - и то и другое подвергалось тщательному осмотру Смита. Рейнджерам предстояло совершать длительные рейды по необжитым территориям, где никто не придёт к ним на помощь, кроме них самих. В их обязанности входило преследовать бандитов и не подпускать агрессивных индейцев к поселенцам. От выносливости лошади и безотказности винтовки и пистолетов рейнджера зависели как его жизнь, так и жизни его товарищей.

Правительство брало на себя обязательство снабжать рейнджеров боеприпасами и едой, но зачастую в долгих разведывательных экспедициях рейнджерам приходилось самим обеспечивать себя всем необходимым, добывая боеприпасы у врага, а пищу - где придётся[1].

В то время было только два относительно крупных поселения между обжитой, восточной частью Техаса и Рио-Гранде: это Виктория (Victoria) и Рефугио (Refugio). И оба они располагались более чем за 90 миль на юго-восток от города Сан-Антонио. На всей остальной территории между Сан-Антонио и мексиканской границей - рекой Рио-Гранде - можно было встретить только бандитов и индейцев и самыми жестокими и безжалостными из этих враждебных техасцам людей были индейцы-команчи.

Говоря о команчах, следует отметить, что на территорию Техаса они были вытеснены мексиканцами. Команчи вели себя настолько агрессивно, что мексиканцы хотели отгородиться от них каким-нибудь надёжным заслоном, например американскими поселенцами. Именно это было главной причиной, по которой ещё испанское правительство Мексики в начале 1820-х годов разрешило американцам селиться на территории пустующего Техаса[5].

Команчи продолжали оставаться серьёзной угрозой. Агрессивные воины, они лучше всех других индейских племён переняли у европейских переселенцев искусство верховой езды и обращения с завезёнными в Америку лошадьми. В результате команчи создали умелую лёгкую конницу, какой не было ни у одного другого племени. Конечно, кавалерию белых людей команчи не превосходили. У них не доставало сёдел, потому, что сами они не умели их делать и пользовались только теми, которые отнимали у белых поселенцев. Также команчи не занимались специальной военной подготовкой, и в сражениях брали верх только благодаря численному превосходству, внезапностью нападений и тем, что в подавляющем большинстве случаев их жертвами становилось мирное население. В стычки с регулярными войсками команчи старались не вступать[7].

С одинаковой жестокостью команчи расправлялись как с белыми, так и с индейцами других племён. Для попавшего в плен к команчам человека, не важно, белого, мексиканца или индейца, смерть означала - смерть под пытками[7].

Команчи быстро прогнали со своей территории других краснокожих, включая кикапу и большую часть апачей. Лишь одна небольшая группа апачей оставалась у реки Медина, под предводительством вождя по имени Липан (Lipan). Его племя приобрело известность как "апачи Липана" и они были заклятыми врагами команчей[1].

Мексика так же предъявляла свои права на территорию между реками Рио-Гранде и Нуэсес. Ширина этой полосы земли колебалась по мере изгибов рек от 50 до 150 миль. Эта область считалась нейтральной зоной, но и мексиканцы, и индейцы, и техасцы в равной степени претендовали на неё и считали своей.

Эрасмус Смит, к отряду которого присоединился Джек Хейс, привёл своих людей в Сан-Антонио. Здесь, в начале февраля 1837 года рейнджеры приняли участие в очередной погребальной церемонии: хоронили останки сожжённых по приказу Санта-Анны останков двухсот защитников крепости Аламо. Двадцатилетний Джек Хейс, который совсем недавно участвовал в другой погребальной церемонии, когда предавали земле останки погибших в Голиадской Резне, полностью осознал, наконец, что значит "быть техасцем"[1]. Это означало - в любую минуту быть готовым пожертвовать своей жизнью ради тех, кого ты взялся защищать, стоять до последнего, даже если враги во много раз превосходят числом, потому что помощи будет ждать неоткуда, а за твоей спиной - люди, которые верят тебе и надеются на твою защиту. Тебя все будут знать в лицо, или хотя бы по имени. Ты не можешь скрыться в толпе и стать "винтиком" в общей массе. В Техасе каждый человек на виду и это ко многому обязывает.

Экспедиция в Ларедо. Хейс и индейцы

Капитан Смит разместил своих людей лагерем к югу от города Сан-Антонио и предоставил им около месяца на отдых. Джек Хейс потратил время отдыха на изучение испанского языка, поскольку большинство жителей Сан-Антонио были мексиканцами, из числа тех, что перешёл на сторону республики Техас, и испанский был их родным языком.

Первая разведывательная операция, в которой участвовал рейнджер Джек Хейс, была предпринята в конце февраля-марте 1837 года. Целью этой вылазки был небольшой городок Ларедо, который располагался у реки Рио-Гранде и был единственным населённым пунктом на Западной границе Техасской республики. Территория города простиралась по обе стороны от реки, и по договору, заключённому после победы техасской революции, та часть города, которая располагалась на восточном берегу, принадлежала Техасу.

Рейнджерам предстояло разведать обстановку в Ларедо и одновременно напомнить тем, кто поселился в техасской части Ларедо, что они теперь живут в республике Техас, а не в Мексике. Для наглядности рейнджеры намеревались поднять на церковном шпиле города техасский флаг. Однако, к тому моменту, когда капитан Смит привёл свой отряд в Ларедо, оказалось, что в городе обосновался большой мексиканский гарнизон. Чтобы не спровоцировать вооружённое столкновение, рейнджеры не стали заходить в Ларедо и расположились лагерем в пяти милях к востоку от города. Но избежать конфликта это не помогло.

17 марта мексиканские драгуны окружили лагерь рейнджеров и напали на них. По счастью для техасцев, капитан Смит выбрал для своих людей место, удобное для обороны. В ожесточённой стычке мексиканцы потеряли 10 человек убитыми и 10 ранеными, и вынуждены были отступить обратно в город. Рейнджеры потеряли только двоих. Понимая, что в открытом бою маленький отряд не сможет противостоять большому гарнизону мексиканских солдат, Глухой Смит увёл своих людей обратно в Сан-Антонио.

Экспедиция Смита стала первым появлением рейнджеров западнее реки Нуэсес. Примерно с этого же времени начался новый конфликт Техаса с Мексикой, который продлился несколько лет. Есть мнение, что именно разведка рейнджеров спровоцировала начало этой затяжной конфронтации. Однако, те мексиканцы, которые были недовольны мирным договором с Техасской республикой, и без провокаций готовились развернуть военные действия против "мятежной провинции". Если бы рейнджеры капитана Смита не пришли в Ларедо, конфликт мог начаться по любому другому поводу, или даже без оного.

В походе к Ларедо Джек Хейс учился у капитана Смита тонкостям службы разведчика. Он так быстро осваивался в новой роли, и так умело доставлял нужные сведения, что заслужил поощрение: капитан Смит присвоил ему чин сержанта. Чуть позднее, к маю 1837 года, из-за нехватки денежных фондов, президент Хьюстон сократил численность армии до 500 человек, и охрана границы оказалась полностью в руках рейнджеров и местной милиции. Опытные люди, подобные капитану Смиту и Джеку Хейсу были очень необходимы. Но Смит (возможно, предвидя свою скорую кончину) передал Джека Хейса другому капитану - Генри Карнесу, и ушёл в отставку. Через несколько месяцев - 30 ноября 1837 года - он умер в своём доме, в Ричмонде, штат Техас[4].

Острая нехватка средств у техасского правительства приводила к тому, что рейнджерская служба оплачивалась крайне нерегулярно. У Джека Хейса, в отличие от многих других рейнджеров, не было своего ранчо или ещё какой-то статьи дохода. Поэтому он сочетал рейнджерскую службу с должностью геодезиста.

С 1838 года Хейс числился помощником земельного инспектора в районе, прилегающем к городу Сан-Антонио. Из-за частых нападений индейцев и бандитов, ездить по территории Техаса было очень опасно, и земельные инспектора всегда работали под охраной вооружённого эскорта. Джек Хейс совмещал сразу две работы: составлял планы местности, и охранял население от нападений. К этому времени Хейс уже прославился, как опытный и умелый рейнджер. Являясь представителем инспектора округа Бехар, он вместе с другими рейнджерами совершал пятидесяти- и шестидесятимильные патрулирования (напомним, что 1 миля - 1600 метров, таким образом, радиус охвата территории составлял около 100 км). Команчи, которые то и дело устраивали набеги на поселенцев, были крайне недовольны тем, что рейнджеры то и дело встают на их пути. Агрессивно настроенные краснокожие пользовались любой возможностью, чтобы напасть на Хейса и его людей.

В августе 1838 года отряд рейнджеров капитана Карнеса, состоящий из 20-ти человек, в числе которых был Хейс, отправился на разведку в область ручья Арройо-Секо (Arroyo Seco), на 75 миль западнее Сан-Антонио. Здесь на них напала большая группа воинственно настроенных команчей. В две или три атаки команчам удалось расстрелять практически всех рейнджерских лошадей, которых люди капитана Карнеса вынуждены были использовать, как укрытие. Во время этих атак Хейс изучал индейскую тактику ведения боя. Он заметил, что индейцы приближаются на всём скаку, делают выстрел и тут же, не сбавляя скорости, проносятся мимо, пока противник не успел произвести ответную атаку. Уйдя дальше, чем на расстояние выстрела, индейцы разворачиваются и атакуют снова, и делают так несколько раз, пока не ослабят противника. Всё время быстро перемещаясь, индейцы не дают противнику возможность прицельно стрелять. Они и сами не целятся, но когда люди, вокруг которых они начинают носиться, сбиваются в кучу, любой индейский выстрел может найти свою цель. Хейс пришёл к выводу, что подобная тактика хорошо подходит для ведения боя на открытой местности, и взял её на заметку.

В этот раз Джеку Хейсу удалось подстрелить вождя команчей. Оставшись без предводителя, краснокожие отступили к холмам. Но рейнджеры, хотя большинство их и осталось без лошадей, погнались следом.

Далеко опережая пеших преследователей, команчи успели подняться на холм и укрылись среди камней, обстреливая людей Карнеса из длинноствольных ружей. Из всех рейнджеров только у Бена Маккаллока (Ben McCulloch) была дальнобойная винтовка. Пары выстрелов из неё хватило, чтобы команчи поспешно отступили. Они предпочитали держаться на таком расстоянии, на котором вражеские пули не могли бы их достать. Рейнджеры рискнули подняться следом, но далеко уйти не удалось. Отступая, команчи ухитрились ранить одного из техасцев, и он попросил товарищей помочь ему спуститься вниз. Тогда капитан Карнес дал команду возвращаться к подножию скал.

Спустившись вниз, рейнджеры первым делом занялись пострадавшим, но когда на нём расстегнули одежду, пуля сама выпала на землю. На груди у человек был сильный кровоподтёк, но не было никакой раны. Видимо, пуля отскочила рикошетом от камней и на излёте ударила рейнджера. Он остался жив, и в этом происшествии отряд Хейса не потерял ни одного человека[1].

Впоследствии Хейс обучил своих людей боевой тактике команчей, и рейнджеры с успехом использовали её на практике, сражаясь не только с индейцами, но и с местными бандитами, и с регулярной мексиканской армией. Благодаря этой тактике и хорошей меткости стрельбы рейнджеры зачастую успешно атаковали противника, даже если находились в явном меньшинстве.

Наблюдательный и предприимчивый, Джек Хейс брал на вооружение лучшие приёмы врага. Очень скоро он стал настоящим знатоком по части войны с индейцами. Много полезного Хейс узнал благодаря своей дружбе с индейцами из племени Делавэр (Delaware) и верховным вождём техасских апачей - Липаном. Среди более мелких вождей апачей, подчинявшихся Липану, был вождь по имени Флэкко. Этот индеец суеверно считал, что Хейс обладает каким-то волшебством, которое позволяет ему проявлять чудеса храбрости. Он подружился с Джеком и часто сопровождал его в разведывательных рейдах. От Флэкко, и от самого вождя Липана, Джек Хейс узнал много сведений об индейцах, об их обычаях, способах ведения войны, различиях в тактике и стратегии у разных племён. Например, он узнал, что команчи были так называемыми "неогороженными" индейцами. Чаще всего они нападали на врага открыто, в то время как апачи предпочитали устраивать засады. Хейс узнал, что для команчей, которые предпринимают длительные переходы, совершенно не важно расстояние, если есть мескитовые заросли, деревья или скалы, которыми они пользуются для маскировки своего передвижения. Поэтому когда на пути у воинственно настроенных команчей есть, где прятаться, надо ожидать, что они могут уйти на несколько сотен миль от своих стойбищ и напасть на очень отдалённые поселения.

Общаясь со своими делавэрскими друзьями, Хейс на практике познакомился с непримиримостью, которая царила между ними и команчами. Поскольку команчи использовали любую возможность, чтобы угнать чужих лошадей, делавэр, отправляясь на охоту, оставляли лошадей в стойбищах и охотились пешком. Правда, эта предосторожность далеко не всегда помогала. Команчи зачастую нападали без какой-либо видимой причины, просто потому, что оказались рядом.

Однажды, во время охоты, Хейс и семнадцать его друзей делавэр разделились на пары, чтобы было удобнее выслеживать добычу. Но один индеец вскоре вернулся в лагерь, и сказал, что его напарник убит проезжающей мимо большой группой команчей. Делавэр тут же постановили, что должны преследовать убийц, пока те не ушли через Рио-Гранде в Мексику. То, что им придётся пешими гнаться за всадниками, их совершенно не смущало.

Делавэр побежали по следам команчей с такой быстротой, что Хейс утомился на первых же милях. Они бежали в течение двух суток, днём и ночью, делая лишь краткие остановки для того, чтобы поесть и выпить воды. Несмотря на то, что Джеку раньше не приходилось бегать на такие большие расстояния, он выдержал темп наравне с индейцами.

На рассвете третьего дня, на подходе к Рио-Гранде, они настигли команчей, чем сильно удивили и испугали их. Началась рукопашная схватка, в которой Джек Хейс дрался только ножом и томагавком. Несмотря на длительный пеший пробег, после которого у делавэр и их друга-рейнджера не было ни минуты на отдых, они одержали победу. Только часть команчей успела перейти реку и укрыться на мексиканской стороне[1].

Борьба в "Доме Совета". Рейд Бизоньего Горба

Город Сан-Антонио (англ. San Antonio), рядом с которым чаще всего устраивали свои лагеря рейнджеры, образовался на месте маленького военного поселения вокруг испанской миссии Сан-Антонио де Валеро (Mission San Antonio de Valero), официально существующей здесь с 1718 года. Изначально испанцы, владеющие Мексикой, имели намерение создать в этом месте укреплённый пункт, с помощью которого можно было бы контролировать незаконную торговлю со стороны французской Луизианы. Миссия Сан-Антонио долго оставалась самым крайним, восточным форпостом Мексики, а после Техасской революции город Сан-Антонио стал самым крайним, западным населённым пунктом республики Техас. От Сан-Антонио к западной границе ходили только рейнджеры, милиция и помощники инспекторов.

Рейнджеры играли очень важную роль в охране техасской границы и территории между реками Рио-Гранде, Бразос и Сан-Антонио: они осуществляли контроль за порядком между тремя враждующими сторонами: англоязычными поселенцами, мексиканцами и индейцами. Чаще всего небольшие группы разведчиков-рейнджеров не превышали 10-12 человек. Это были особенные люди. Немногим из них было больше 23-х лет, но враждебность той земли, на которой они жили, научила их быть жёсткими и категоричными, способными принимать быстрые решения и без колебаний вставать на пути опасности[1].

Отряд Хейса был самым сплочённым из групп техасских рейнджеров, и в этом была прежде всего его собственная заслуга. Про Хейса один из людей того времени писал так: "человек... на которого все смотрели с уважением, был изящный, худощавый, со строгим римским лицом, и выражением скромной простоты... и я помню чувство некоторого удивления от того, что на такого простого, лёгкого, добродушного на взгляд человека с таким большим уважением смотрели все эти выносливые, сильные мужчины. Тем не менее этот человек был прославленным Капитаном... Хейс был лидером и воодушевлял рейнджеров, которые выделялись среди молодёжи тем, что были более самоотверженными и храбрыми, чем многие люди, которые ещё фигурировали в истории этой границы"[1].

К лету 1839 года, вместе со своими людьми, Хейс прошёл разведывательным рейдом более семидесяти миль до каньона Увладе (Canyon de Uvalde). Индейцы постоянно встречались на его пути, но не нападали и не вступали в сражения. Казалось, что они изучают Хейса. На пути у рейнджеров попадались брошенные индейские деревни, и им удалось вернуть несколько украденных лошадей, но, ни в одно крупное сражение команчи так и не вступили, предпочитая уходить при появлении отряда рейнджеров Хейса. Было понятно, что одно присутствие капитана Джека заставляет краснокожих вести себя менее агрессивно. Но один Хейс не мог обеспечить охрану всей территории.

19 марта 1840 года, когда Хейс был на патрулировании к югу от города, в Сан-Антонио, состоялось сражение, которое вошло в историю как "Борьба в Доме Совета". Об этом историческом событии следует сказать немного подробнее, потому что оно хорошо характеризует отличие менталитета белых и индейцев.

"Борьба в Доме Совета" - конфликт, который произошёл между должностными лицами Республики Техас и делегацией индейцев команчи (условно считается, что делегация была мирная). Встреча проводилась с целью достичь бескровного урегулирования двухлетней войны с команчами. Несмотря на то, что команчи не претендовали на территорию города Сан-Антонио, или других близлежащих поселений, они постоянно устраивали набеги, угоняли скот и уводили в плен людей, в основном детей и женщин. Когда же белые давали индейцам отпор - они воспринимали это, как повод для новых нападений. Испанцы в своё время выгнали команчей с территории Мексики, как можно дальше от своих городов и поселений, но техасцы не следовали их примеру, и старались по возможности договориться с краснокожими мирным путём.

Мировоззрение белых людей радикально отличается от мировоззрения индейцев. По своему благородству белые люди и в то время верили, что с индейцами можно договориться. Но они не учитывали, что отношение к жизни и смерти у индейцев совсем не такое, как у белых. Техасцы, к примеру, считали, что места в малонаселённом штате вполне достаточно, чтобы не мешать друг другу. Индейцы же нападали независимо от того, мешал им кто-то, или нет. И это резкое отличие взглядов служило непреодолимым препятствием к пониманию между белыми и краснокожими.

По заранее заключённому соглашению, в качестве жеста доброй воли перед переговорами, команчам было предложено вернуть полтора десятка белых пленников (в руках техасцев к этому моменту не было ни единого индейского пленника). Команчи согласились, но привезли на встречу только одного мексиканского мальчика и 16-летнюю девочку, по имени Матильда Локхарт. Последняя провела у команчей в плену два года и была страшно изуродована пытками. Над ней множество раз совершали физическое насилие, а женщины-команчи периодически пытали её, сожгли нос до костей, ради того, чтобы заставить её кричать. Всё тело девушки было покрыто шрамами от ожогов.

Матильда Локхарт подтвердила, что в лагере команчей содержится ещё не менее 16-ти пленных белых людей. (По воспоминаниям Марии А. Меверик, несчастная так и не смогла оправиться от своего пребывания у индейцев и умерла 2 года спустя)[16].

Когда команчей спросили, где остальные пленные, индейцы начали торговаться и требовать себе в качестве выкупа большое количество нового оружия и прочих полезных с их точки зрения вещей. Тогда белые объявили, что поскольку команчи нарушают своё обещание, они будут задержаны в Сан-Антонио до тех пор, пока их соплеменники не вернут обещанных белых пленных. Команчам это не понравилось, и они напали на охрану помещения, не взирая даже на то, что на встрече присутствовали их собственные жёны.

В драке было убито некоторое количество команчей и белых, и ещё некоторое количество команчей было взято в плен. Их соплеменникам был отправлен ультиматум: они должны вернуть пленных белых людей, и тогда пленные команчи будут отпущены восвояси.

Команчи, оказавшись в руках белых, ожидали, что их всех убьют. Для индейца было непонятно, как можно отпустить уже схваченного врага. Но белые поселенцы исходили из своих законов ведения военных действий, поэтому команчей всего лишь подержали некоторое время взаперти, надеясь на то, что их соплеменники примут условия обмена. Через некоторое время стало понятно, что ждать доброй воли от команчей не имеет смысла. Участь 16-ти белых пленников, которые оставались в лагере команчей, оказалась трагичной: 13 из них, в том числе и 6-летняя сестра Матильды Локхарт, были жестоко замучены, едва соплеменники узнали о Борьбе в Доме Совета. Их жгли заживо, с их тел сдирали кожу и срезали куски мяса. Команчи старались до последнего оттянуть смерть, видимо, чтобы насладиться криками своих жертв. В живых оставили только троих детей, которые к этому моменту уже жили как команчи и стали частью племени. Но даже после того, как стало известно о столь ужасной участи пленных, техасцы не изменили своим представлениям о благородстве: пленных команчей не убили в ответ, а всего лишь перевели в лагерь Кук у реки Сан-Антонио. Позднее, некоторая часть их была отпущена, остальные ещё раньше благополучно сбежали сами.

Борьба в Доме Совета привела к многолетней войне между белым населением Техаса и команчами. Разница менталитета не позволяла этим двум группам людей договориться друг с другом[24,29].

После этого события команчи стали устраивать регулярные набеги на Сан-Антонио. Джек Хейс вынужден был постоянно набирать небольшие отряды добровольцев для преследования мародёров и убийц, и часто отсутствовал в городе. Однажды, когда его не было в Сан-Антонио, в город ворвался посланник индейцев. Он бросил вызов горожанам, предлагая выйти из города и сразиться с его воинами. Одиннадцать неопытных человек откликнулось на этот вызов, выехали из города, но тут же попали в засаду. В Сан-Антонио вернулись только трое. Они успели вовремя повернуть обратно. Остальные были убиты.

Набеги на Сан-Антонио совершались группами команчей, не превышающими несколько сотен человек. После того, как команчи затеяли резню в "Доме Совета", и сами потеряли несколько вождей, им понадобилось около полугода, чтобы собраться большими силами. Индейцам не хватало предводителя, который объединил бы их для масштабного нападения на белых соседей. Но такой предводитель нашёлся. Им стал вождь одного из команчских племён - Бизоний Горб. Ему удалось собрать больше тысячи команчей и кайова, и яростно ударить по Техасу, пройдя набегом до самого побережья и уничтожая всё, что попадётся на пути.

Через Викторию (Victoria) и Линнвилл (Linnville) команчи дошли до порта Лавака (Lavaca Bay) и залива, убивая поселенцев, забирая пленных, скот и пищу, и сжигая дома. Индейское воинство внушало такой ужас, что в Линнвилле большинство жителей при их приближении бросились в лодки и вышли в море, только так избежав смерти. Но команчи уничтожили всех, кто не успел уплыть, ограбили склады и сожгли город. Дальше идти было некуда, и команчи отступили обратно к Северу.

Пленниками команчей в основном становились женщины и дети, мужчин убивали сразу. Но добычей индейцы никогда сильно не дорожили, убивая тех, кто не может идти быстро. Обычно первыми уничтожались именно дети, как наиболее слабые. Вот маленькая картинка, которая иллюстрирует отношение команчей к жизни и смерти:

У одной из пленных женщин, захваченных Бизоньим Горбом, было два ребёнка. Младший сильно замедлял продвижение, и мать не могла быстро идти, неся его на руках. Тогда один из воинов команчи схватил ребёнка за ногу и размозжил ему голову о ближайшее дерево. А когда через некоторое время стал утомляться и другой ребёнок этой женщины - с ним покончили точно так же, оставив трупы на съедение стервятникам[1].

Некоторые современные исследователи полагают, что "индейцев нужно принимать такими, какие они есть", что жестокость и безжалостность тех же команчей - это всего лишь следствие их "особенного мировоззрения", и поэтому их нужно "понять", и не иметь к ним никаких претензий. Однако, нам следует попытаться понять и чувства белых людей, которые сталкивались с жестокостью индейцев, ради забавы подвергавших пыткам беззащитных женщин и детей, как это было с Матильдой Локхарт или её замученной насмерть шестилетней сестрой, или убивавших детей только потому, что они "становятся обузой". Было бы странно, если бы техасцы не давали отпор команчам, и позволяли им убивать себя, мотивируя это тем, что нужно снисходить к "особенности менталитета" краснокожих.

Как только весть о набеге Бизоньего Горба распространилась по Техасу, Хейс и его рейнджеры собрались в 27-ми милях к югу от Остина, в том месте, где расположен современный город Локхарт (Lockhart). 12 августа рейнджеры Хейса и добровольцы во главе с генерал-майором Феликсом Хьюстоном настигли индейцев и вынудили тех спешно отступить. Преследуя команчей, рейнджерам удалось уничтожить около сотни "солдат" Бизоньего Горба. Большинство белых пленников, к сожалению, было убито команчами в самом начале бегства. Рейнджеры нашли оставшуюся в живых женщину, в груди которой засела стрела, и команчи сочли пленницу мёртвой. Эта женщина выжила и рассказала рейнджерам о том, как убивали в Линвилле её мужа и других белых поселенцев, и как команчи поступали с пленниками во время своего бегства[1].

Индейцев удалось отогнать на северо-запад, к Льяно-Эстакадо. Как только стало понятно, что они не собираются поворачивать обратно, рейнджеры оставили преследование.

Джек Хейс становится капитаном

Несмотря на то, что Хейс считался одним из самых умелых и храбрых рейнджеров, он чаще всего ходил под началом других капитанов. Но после окончания компании против Бизоньего Горба 23-х летний Джек Хейс получил предложение от президента Техасской республики Мирабо Ламара создать свой собственный отряд рейнджеров. Капитан Хейс начал немедленно набирать людей, выдвинув очень высокие, хотя и логичные требования: кроме того, что рейнджеры должны смело вести себя в бою и метко стрелять, они обязаны быть добропорядочными людьми, покладистого характера. Хейс брал на работу только хороших всадников и потребовал, чтобы каждый из них имел широкое и удобное мексиканское седло, в котором можно проводить много часов во время долгих разведывательных рейдов. Кроме того, каждый претендент должен был иметь хорошую, выносливую лошадь. Джек Хейс сделал только одно исключение, для Биг-Фута Уоллеса (Big Foot Wallace), который явился на его зов верхом на муле. Но Уоллес был известен как человек, который давно и успешно сражается с индейцами, и поэтому Джек без возражений принял на службу и его, и его мула.

Рейнджеры носили широкополые шляпы, которые хорошо защищали от солнца, чапсы для защиты ног от колючих растений и кактусов, сапоги с высокими каблуками, чтобы легко было поймать стремя или упереться ногой в землю при необходимости. У каждого рейнджера было мексиканское лассо из сыромятной кожи и волосяная верёвка для того, чтобы привязывать лошадь. Вооружение состояло из одного или двух пистолетов, винтовки и удобного ножа. Большинство предпочитало нож Боуи. Позади седла крепились мексиканское одеяло и небольшие сумки, в которых рейнджеры везли личный запас боезарядов, соли, зерна, средства для зажигания огня и табак.

Люди Хейса вовсе не были необразованными фермерами или бродягами. Очевидцы вспоминают, что во время дружеских бесед у костра эти люди свободно рассуждали о поэтах и философах. Им не чужд был литературный слог, многие вели дневники и оставили после себя мемуары. Этому не следует удивляться, ведь в Техас переселялись люди, которые подобно самому Хейсу, в других штатах получили образование, и приходили на помощь своим техасским собратьям по зову сердца, оставаясь жить на техасской земле, которая становилась их второй родиной. И именно среди благородных и образованных людей чаще всего находились смельчаки, готовые рисковать собой ради спокойствия мирных граждан[1]. Они не ожидали наград и действовали бескорыстно, потому что жалование рейнджеров было маленьким и нерегулярным, а первая же вылазка могла закончиться фатально. При таких условиях, авантюрист, который гонится за материальной выгодой, или простой фермер, для которого важны только его личные коровы, в рейнджеры не шёл.

Обычной тактикой рейнджеров было взять след индейских мародёров и преследовать их, не отставая, как можно дольше. Только так можно было на некоторое время отбить у команчей охоту нападать снова. Примерно половина рейнджеров погибала каждый год в этих трудных походах и преследованиях, и им на смену приходили новые люди. Однако, капитан Хейс настолько умело руководил рейнджерами, что редко терял своих людей.

Метод Хейса был прост: он брал под свой контроль все белые поселения вдоль основных индейских путей и следил за ними, стараясь не пропустить, когда индейцы начнут собираться в набеги. Едва в каком-либо месте что-то казалось ему подозрительным или необычным - он отправлялся туда со своими людьми, чтобы не пропустить нападения. По большей части подобная тактика срабатывала, и индейцы не успевали нанести вред белому населению. Очень редко индейцам удавалось обмануть бдительность капитана Джека и его людей, но даже когда им удавалось это сделать, краснокожие всё равно не оставались безнаказанными. В конце 1840 года группа примерно в 200 команчей ускользнула от его наблюдения и угнала из Сан-Антонио больше стадо мулов и лошадей. К тому времени, когда посыльный из Сан-Антонио добрался с новостью до Хейса (тот со своими людьми нёс патрулирование), у индейцев было преимущество в двенадцать миль. Тем не менее, Хейс тут же отправился в погоню.

Настичь команчей удалось у острова Гваделупе (Guadalupe) на реке Нуэсес, где те остановились, чтобы напоить лошадей. Рейнжеры застали их врасплох, и, хотя были в явном меньшинстве, всё равно атаковали. Вождь индейцев старался поддержать своих людей, смело бросаясь в атаку, но был убит, после чего индейцы разбежались, а рейнджеры ещё некоторое время преследовали их, не давая повернуть назад или предпринять какие-то ответные действия. После этой смелой победы рейнджеров, индейцы стали называть Хейса "капитаном Яком". Вслед за индейцами так именовали Хейса мексиканские мародёры и бандиты. Бесстрашный капитан наводил такой ужас на преступников, что порой они называли его ещё и по-другому: "Дьявол Як"[1].

Сохранилось много свидетельств о противостоянии рейнджеров и индейцев на техасской земле. Подвиги Хейса занимают в этих свидетельствах значительное место. Он отдавал все свои силы на то, чтобы обезопасить мирных поселенцев, и чаще всего его действия несли упреждающих характер. Например, в том же 1840 году рейнджерам стало известно, что команчи разбили несколько военных лагерей на реке Нуэсес и её западных притоках, очень близко к Сан-Антонио и другим белым поселениям. Если краснокожие воины уходили так далеко от своих стойбищ, это всегда означало, что они готовятся к нападению. Чтобы не допустить этого, рейнджеры Хейса провели несколько месяцев в постоянных разъездах по близлежащей к военным стойбищам территории. Рейнджерам то и дело приходилось вступать в мелкие стычки с команчами, но прорваться к мирным поселениям техасцев краснокожие в тот раз не смогли.

Часто Джек Хейс сам лично ходил в разведку. Он отправлялся далеко в прерию, пешком, в одиночку, но ужас команчей перед этим невысоким, скромным на вид человеком, был так велик, что завидев его, они всякий раз отступали и даже не делали попыток напасть.

Через некоторое время команчи убедились, что рейнджеры не дадут им осуществить их планы, и отступили к истокам Бразоса.

Новая экспедиция в Ларедо

Не только индейцы угрожали спокойствию мирных жителей Техаса. Не меньшей проблемой были мексиканцы, которые считали территорию между реками Нуэсес и Рио-Гранде собственностью Мексики, а техасцев признавали за мятежников, проживающих здесь незаконно.

В начале 1841 года Джек Хейс решил проверить слухи о том, что мексиканцы собирают большое войско на берегу Рио-Гранде, чтобы напасть на Сан-Антонио. Джек Хейс к этому времени стал известной и популярной в Техасе фигурой. Он легко набрал группу проверенных и смелых людей, с которыми и отправился в очередной разведывательный рейд.

На техасской стороне Ларедо оказалось много мексиканских солдат, которые не прятались от глаз рейнджеров, но и не делали попыток напасть. Хейс и его люди проехали по городу, но жители Ларедо не пытались остановить их, или как-то выразить своё недовольство их присутствием: открыто давать повод для военных действий мексиканцы не собирались. Местное население предпочитало потакать разбойным нападениям бандитов, а потом укрывать их от рейнджеров. Чтобы показать жителям города, что безнаказанными их действия всё равно не останутся, Хейс распорядился, чтобы его люди угнали большое стадо мексиканских лошадей к разбитому рейнджерами лагерю в нескольких милях от города. Рейнджеры проделали это с лёгкостью, даже не побеспокоив хозяев скота. На следующий день Хейс возвратил весь скот и заявил, что техасцы не собираются грабить мирных граждан, как это делают мексиканцы. Он объяснил, что лошади были уведены "чтобы дать мексиканцам понять, что если бы мы хотели предпринять ответные меры на ограбления, в которых пострадали американцы, мы были бы полностью в состоянии это сделать"[1].

Предупреждение Хейса было проигнорировано. Через некоторое время, в середине марта, бандиты некоего Агэтона Хинона (Agaton Quinones) напали на двух торговцев около Ларедо и ограбили их. Хейс тут же отправился в погоню. У него было 25 человек: 12 рейнджеров и 13 добровольцев. Но бандитов поддержала мексиканская армия. Путь отряду рейнджеров преградили конные драгуны во главе с капитаном Гарсией. Мексиканцев было 35 человек. "Сдавайтесь или вы умрёте", - потребовал капитан Гарсия. Рейнджеры не сдались и завязался бой, в котором было убито 9 мексиканцев, и ещё двадцать пять взято в плен. Хейс применил тактику, которой он придерживался в борьбе с индейцами (внезапное нападение и быстрый отход), и это принесло ему очередной успех.

Капитан Гарсия, бросив своих людей, удрал в Ларедо, откуда навстречу Хейсу появился алькальд с белым флагом. У Хейса было только два требования: отдать в его руки грабителей и дать гарантию, что отныне все торговцы будут защищены. Когда его условия были приняты алькальдом, Хейс отпустил всех пленных.

Очарованная Скала

Учитывая сложную обстановку того времени и постоянные нападения краснокожих, кажется удивительным, что только дважды рейнджеры Хейса попали в засаду команчей. Первый раз это произошло в октябре 1841 года, когда команчам удалось узнать об их приближении и устроить западню в узком каньоне Bandera. Люди Хейса отбились и заставили врага отступить. Второй раз в индейскую засаду попал сам Хейс. И вот по какой причине это случилось.

Помимо рейнджерской службы, за которую платили мало и нерегулярно, Джек Хейс продолжал исполнять обязанности геодезиста. Однако, в 1841 году у него оказалось так много рейнджерской работы, что ему удалось представить только 4 земельных свидетельства. В один из тех редких случаев, когда Хейсу удалось совместить разведку рейнджера с изучением местности, ему пришлось в одиночку драться с отрядом команчей у так называемой Очарованной Скалы.

Эта скала представляет собой гору розового гранита примерно в три мили по окружности, с одной скошенной стороной, плоской вершиной, и неглубоким кратером. Прохладными ночами, особенно после жарких дней, скала издаёт странные, скрипящие звуки. Геологи приписали эти звуки остыванию и сокращению поверхности скалы в ночное время. Кроме того, лунными ночами можно наблюдать необычный, издалека видный блеск огромного камня, особенно заметный после дождя. Команчи считали, что оба эти явления - следствие какого-то волшебства и поэтому называли скалу Очарованной. Первым из европейцев её описал капитан Генри С. Браун, который случайно наткнулся на этот огромный валун, когда в 1829 году вёл группу добровольцев по следам совершающих набеги индейцев.

Находится Очарованная Скала примерно в девяти милях к западу от границы округа Ллано (Llano) и в восемнадцати милях на север от Фредериксберга (Fredericksburg, TX), то есть, на Северо-Запад от Сан-Антонио. Это - второе по величине естественное обнажение гранита в Соединенных Штатах, уступающее только огромному валуну Каменной Горы около Атланты, штат Джорджия.

Зная местоположение Очарованной Скалы, Джек Хейс посчитал, что ему необходимо подняться на её вершину, потому что с неё должен был открываться хороший обзор для исследования и составления плана окружающей местности. Во время очередного разведывательного рейда, когда отряд Хейса расположился на отдых у Яблоневого ручья (Crabapple), протекающего недалеко от нужного ему объекта, капитан Джек оставил людей в лагере, а сам вооружился винтовкой, двумя револьверами кольта и ножом, и направился к скале. Несколько минут спустя он уже достиг цели, но подошёл к скале с северной стороны, откуда она представляла собой почти отвесный утёс. Другие стороны были лишь чуть менее круты, но с близкого расстояния Хейс понял, что у этого утёса есть множество выбоин, которые простираются от основания до вершины. Используя эти выбоины как опору для рук и ног, Хейс легко добрался до вершины, осмотрел кратер и изучил с высоты все видимые ориентиры. Оставалось только спуститься со скалы и вернуться в лагерь. Но едва Хейс попытался это сделать, как тут же заметил индейцев, которые, как и он, используя выбоины в скале, поднимались навстречу, чтобы перехватить его. Хейс живо взобрался обратно на скалу и скатился в кратер, где спрятался между двумя нависающими уступами с северной стороны. Это было единственное укрытие, причём с севера нельзя было даже приподнять голову, потому, что это сразу подставило бы его под выстрелы. Проверяя оружие, Хейс обнаружил, что пока лазал по скале, потерял рожок с порохом. В его распоряжении оставалось всего 11 выстрелов: по пять из револьверов и один из ружья. Из-за потери рожка с порохом перезаряжать ружьё ему было нечем.

Едва Хейс успел укрыться, как над краем кратера показались головы индейцев. Они знали, с кем имеют дело, потому что обращались к нему на испанском языке, называя "Дьяволом Яком". Выкрикивая всякие оскорбительные слова и стреляя по укрытию рейнджера, индейцы надеялись выманить его из укрытия, но это им не удалось. Некоторые наиболее смелые команчи пытались подобраться к нему, но Хейс подстрелил пятерых, разрядив один из своих револьверов. За этим последовала пауза. Индейцы явно пытались оценить свои шансы. Обычно они предпочитали отступать, когда встречали серьёзное сопротивление. Но возможно, положение Джека Хейска показалось им достаточно безвыходным. Ему некуда было бежать, и он был совершенно один. Команчи не отступили.

Один из наиболее безрассудных воинов попытался прыжком достичь укрытия Хейса, но рейнджер подстрелил его из винтовки. Потом раздался боевой клич множества голосов и индейцы начали прыгать и скатываться в кратер, в то время как вслед за ними продолжали подниматься по склонам их товарищи. Хейс подстрелил ещё пятерых, разрядив всё своё оружие. А затем начался один из самых жестоких рукопашных боёв Джека Хейса. Его преимущество было в том, что индейцы не могли накинуться на него всем скопом сразу. Маленький кратер и выступы скалы вынуждали индейцев нападать по очереди. Хейсу удалось одолеть ещё троих с помощью ножа. Неизвестно, сколько бы он смог продержаться против всё прибывающих противников, но в этот момент нападающих всполошили крики техасцев. Сотня индейцев подняла своими боевыми кличами такой гвалт, что это невозможно было не услышать в лагере Хейса, и рейнджеры поспешили на помощь своему командиру. Им удалось отогнать команчей и спасти жизнь своего капитана[1].

Мексиканские генералы атакуют Техас. Битва у Саладо-Крик

К 1842 году мексиканский президент-генерал Санта-Анна накопил силы для нового нападения на Техас. Несмотря на то, что все крупнейшие страны мира признали независимую республику Техас, Мексика (как и Испания) не признавала её суверенитета. Санта-Анна намеревался наказать "мятежных техасцев" и вернуть их к покорности. В начале 1842 года по его приказу на Сан-Антонио двинулась экспедиция во главе с генералом Рафаэлем Васкезом. Почти тысячная армия Васкеза беспрепятственно миновала спорную территорию между реками Рио-Гранде и Бразос, подошла к Сан-Антонио и остановилась лагерем в двух милях от города. Генерал Васкез отправил жителям ультиматум с требованием немедленно сдаться. Напуганные люди покинули город. Задачей Хейса и его рейнджеров было сопровождать беглецов в безопасное место на западном берегу острова Гваделупе, напротив Сегина. Генерал Васкез оставался в Сан-Антонио два дня, разграбил город и ушёл обратно в Мексику с дюжиной гружёных добычей телег. Хейс с небольшой группой рейнджеров пытался преследовать его, но силы были слишком не равны, и возвратить награбленное не удалось. Вернувшись в Сан-Антонио, Хейс начал вербовать добровольцев и увеличил свой отряд до 150-ти человек, чтобы патрулировать местность между реками Сан-Антонио и Рио-Гранде.

В результате набега Васкеза город сильно обезлюдел. Только дюжина американских семей вернулись в свои дома. Остальные предпочли расселиться в других местах[11].

Шесть месяцев спустя, 10 сентября 1842 года, Санта-Анна отправил в Техас армию в 1300 человек во главе с генералом Адрианом Вулом[9]. Узнав о приближении огромной армии, Хейс отправил Натаниэля Маллона и Биг-Фута Уоллеса в Остин, за подкреплением. Одновременно с этим Хейс отправился с остальными людьми в разведку. Пока он отсутствовал, армия Вула вторично взяла Сан-Антонио. Хоть техасцы и привыкли воевать "не числом, а умением" [А.В. Суворов], отбить город отрядом в полторы сотни человек у тысячной армии даже для них было слишком сложно. Хейс ушёл к острову Гваделупе, в надежде созвать больше добровольцев и дождаться подкрепления из Остина.

17 сентября маленькая армия техасцев состояла уже из 210 человек (добровольцев и рейнджеров). Этого тоже было недостаточно, тем не менее, люди собрались у ручья Саладо (Саладо-Крик) в шести милях к северо-востоку от города, с твёрдым намерением дать отпор мексиканцам. Несколько дней спустя именно здесь состоялась решающая битва между мексиканской армией и техасскими добровольцами. Техасцами руководил полковник Мэтью Колдуэлл (Mathew Caldwell) по прозвищу Старая Краска (Old Paint), которое он получил за характерное седое пятно на волосах.

Во время сборов произошёл курьёзный случай. Один из рейнджеров Хейса, Кред Тейлор, пользуясь временным затишьем, спустился к ручью, чтобы выстирать свою рубашку. Берег ручья покрывали заросли дерева пекан, на которых к сентябрю уже вызрели сладкие и вкусные орехи пекан. Тейлор залез на дерево, чтобы собрать орехи, но был обстрелян неизвестными. Спрыгнув с дерева, Тейлор бегом вернулся в лагерь и доложил о засаде. Однако, "неизвестным врагом" оказался только что прибывший отряд ирландцев. Они приняли полуголую фигуру на дереве за мексиканского разведчика, но ни подстрелить рейнджера, ни взять его в плен, не смогли[1].

Итак, маленькая техасская армия собралась у Саладо-Крик. Положение техасцев было непростым. Против армии мексиканского генерала Вула в тысячу триста человек они могли выставить чуть более двухсот бойцов, считая всех прибывших добровольцев. К тому же, укрепившись у Сан-Антонио, мексиканцы занимали выгодную позицию и атаковать их было бы самоубийственным шагом. Полковник Колдуэлл дал рейнджерам задание: выманить часть мексиканцев на открытую прерию, где их численное преимущество не будет иметь большого значения. Он рассчитывал, что отделившуюся от основной армии группу наиболее нетерпеливых мексиканцев можно будет разбить в открытом бою даже небольшими силами.

18 сентября Джек Хейс и Бен МакКаллок вместе с шестью добровольцами выехали навстречу армии Вула, и принялись дразнить мексиканских кавалеристов, вызывая их на поединок. Хейс надеялся, что удастся спровоцировать хотя бы человек сорок-пятьдесят. Невдалеке, в мескитовых зарослях, пряталось подкрепление - ещё тридцать рейнджеров, готовых прийти на помощь. Но план сработал настолько хорошо, что вместо полусотни в погоню за "наглыми техасцами" сорвалась вся мексиканская конница в полтысячи всадников. Пришлось срочно отступить, не помышляя об открытом бое.

Против мексиканцев сыграла их горячность. Кавалеристы Вула смело ринулись за восемью техасцами сквозь мескитовую чащу, в которой пряталось подкрепление рейнджеров. Люди Хейса и МакКаллока, скрываясь среди деревьев, стреляли по мексиканцам так быстро, как только успевали перезаряжать оружие. В суматохе погони кавалеристы не успевали заметить, что происходит и откуда по ним ведут огонь. Они видели перед собой только маленькую группу в восемь наглецов, посмевших бросить им вызов. Но и от этой группы, пользуясь прикрытием деревьев, отделялся то один, то другой рейнджер, и исчезал с пути мексиканцев.

Когда поредевшая мексиканская конница прорвалась сквозь чащу на открытое место, перед ними осталось всего два рейнджера - сам МакКаллок и Кред Тейлор. Остальные рассеялись по зарослям. Смельчаков отделяло от мексиканцев не больше пятидесяти футов (15 метров). Это оказалось неодолимым соблазном для кавалеристов Вула. Они продолжали преследовать двух рейнджеров до тех пор, пока не угодили прямо в подготовленную для них ловушку у Саладо-Крик. Вслед за конницей сюда уже двинулась вся остальная армия генерала Вула, покинув свой хорошо защищённый лагерь у Сан-Антонио. Завязался бой[18].

Сражение у Саладо-Крик продолжалось шесть часов и оказалось кровопролитным для мексиканцев. Они потеряли больше полусотни человек убитыми и ещё около двухсот мексиканцев получили ранения. Рейнджеры, за счёт выгодной позиции, потеряли всего одного человека убитым и несколько десятков - ранеными. Техасцам удалось ослабить вражескую армию, и через несколько дней мексиканский генерал Вул предпочёл увести своих людей из Сан-Антонио. С ним вместе город покинуло много мексиканских семей, забрав полтысячи голов скота и всё, что только можно было увезти в своих повозках. Маленькая группа рейнджеров и добровольцев преследовала врага, не давая мексиканцам расслабиться или повернуть назад.

Когда армия генерала Вула устроила стоянку в шести милях от места современного Кастровилла (Castroville), рейнджеры Джек Хейс и Бен МакКаллок (брат Генри МакКаллока) решили разведать, что делается во вражеском лагере. Хорошо владея испанским языком, они обернулись в мексиканские пончо, беспрепятственно вошли в лагерь и узнали всё, что хотели. Но когда они уходили - их окликнул мексиканский часовой. Хейс ответил по-испански, и часовой не распознал в нём техасца, подпустив близко к себе. Хейс без труда захватил часового в плен и доставил к полковнику Колдуэллу, стоящему лагерем у реки Медина. Это смелое предприятие Хейса заставило генерала Вула назначить за его голову награду в 500 американских долларов[1].

Несмотря на малочисленность техасцев, Хейс надеялся, что им удастся напасть на врага до того, как мексиканская армия достигнет переправы на Рио-Гранде. Но полковник Колдуэлл и его добровольцы опасались артиллерийского огня, так как у армии Вула было достаточно пушек, чтобы прикрыть свой отход. Хейс предложил план по захвату артиллерии и призвал добровольцев, чтобы осуществить свою отчаянную задумку. 22 сентября он и его рейнджеры догнали мексиканцев. Благодаря рельефу местности и своей ловкости, рейнджеры обнаружили себя лишь на расстоянии примерно в 400 ярдов (360 метров) до пушек. Это было слишком близко для артиллеристов, быстро пристреляться им не удалось, и снаряды пролетали над головами техасцев. Хейсу и его рейнджерам удалось перестрелять канониров и подготовить дорогу для предполагаемого нападения людей полковника Колдуэлла, которые должны были идти сзади. Но Колдуэлл передумал и не повёл своих людей вслед за рейнджерами.

Поскольку никто не поддержал Хейса в его отчаянной вылазке, Вулу удалось овладеть ситуацией. Он отогнал рейнджеров и поместил между орудиями и основной армией мирные мексиканские семьи, лишив техасцев возможности нападать. У Хейса не было иного выбора, как отступить и прекратить преследование. У него на руках было пять раненых, но жертва оказалась напрасной и никому не нужной. На следующее утро, как зафиксировано в донесениях, Хейс "подавлял слёзы бессильного гнева"[1], когда майор Джеймс Мэйфилд, прибывший с сотней добровольцев, произнёс речь, в которой доказывал необходимость прекратить преследование армии Вула. Мексиканский генерал возвратился в Мексику без дальнейших препятствий. Позднее полковник мексиканской армии Дж. М. Каррэско говорил, что если бы техасцы помогли Хейсу в его действиях, армия мексиканцев лишилась бы артиллерии и была бы изгнана из Техаса, на долгое время запомнив урок.

Рейнджеры вернулись в Сан-Антонио. Здесь Хейса ждала депеша от президента Хьюстона, который сообщал, что Джону Коффи Хейсу присваивается звание майора. Депеша пролежала в ожидании с 14 сентября. Эти полторы недели оказались роковыми: если бы депеша вовремя попала в руки Джека Хейса, он получил бы большую власть и смог бы убедить Колдуэлла и Мэйфилда атаковать отступающего мексиканского генерала Вула. Но этого не произошло.

Хейс ведёт армию генерала Сомервелла на Мексику

Президент Хьюстон предписывал Хейсу встать во главе округа Бехар. Это был первый случай, когда в Техасе военный человек стоял во главе гражданского населения, но жители округа полностью поддержало выбор президента. Джек Хейс стал полномочным представителем округа Бехар, хотя и не перестал при этом быть рейнджером.

Население Техаса по-прежнему опасалось нападений со стороны Мексики. Новые переселенцы неохотно приходили в Техас, а в самом Техасе неохотно осваивали земли, прилегающие к спорной территории за рекой Нуэсес. Поэтому, два месяца спустя после нашествия мексиканской армии генерала Вула, в Техасе собрался невиданно большой для техасцев отряд добровольцев в 750 человек. С таким количеством людей можно было надеяться на успех похода, целью которого было перекрыть мексиканцам путь в Техас через Ларедо, и по возможности разбить и выдворить с территории Техаса ту часть мексиканской армии, которая всё ещё оставалась на техасской стороне Рио-Гранде.

Президент Хьюстон назначил командовать добровольцами генерала Александра Сомервелла. Хейса и его рейнджеров пригласили участвовать в походе в качестве проводников и разведчиков. На этот раз у Джека Хейса было шестьдесят рейнджеров и небольшая группа апачей Липана под предводительством вождя Флэкко, которому присвоили звание полковника и даже предусмотрели военную парадную униформу. Рейнджеры шли впереди армии Сомервелла. Но даже хороший проводник ничего не сможет сделать, если целью командира - во что бы то ни стало не дать армии выполнить намеченную задачу. А в данном случае случилось именно так[18].

Поход проходил неудачно с самого начала. Некоторые современники тех событий, в частности, один из участников похода, Джордж Лорд[21], высказывают в своих мемуарах мнение, что целью генерала Сомервелла были не столько военные действия против Мексики, сколько подавление воинственных настроений среди техасцев, которым на этот раз удалось собрать внушительную (по меркам Техаса) армию. Президент Хьюстон понимал, что нельзя провоцировать настоящую войну с Мексикой, и не исключено, что Сомервелл делал всё возможное, чтобы экспедиция оказалась обречённой на провал. Хотя о самом Александре Сомервелле современники говорят мало хорошего. В частности Дж. Лорд пишет, что изначально добровольцев было около 1 200 человек. Но вместо того, чтобы выступить из Сан-Антонио сразу, Сомервелл оставался в Сан-Антонио две недели, и всё время проводил в домах тех людей, которые ещё недавно принимали мексиканского генерала Вула. Благодаря этому, среди добровольцев возникло недовольство военачальником, и около 500 человек разошлись по домам, так и не дождавшись похода[21].

Оставшаяся часть добровольческой армии всё-таки вышла из Сан-Антонио и направилась в сторону Ларедо. Несмотря на рекомендации таких опытных людей, как Джек Хейс, Сомервелл ухитрился своими беспорядочными приказами заставить людей бродить по труднопроходимым местам, и напрасно терять время на сложных переправах, вместо того, чтобы идти там, где ему предлагали рейнджеры. Но, вопреки всем трудностям, на рассвете 8 декабря армия Сомервела была уже около Ларедо. Они опоздали на несколько часов. Мексиканские военные переправилась на западный берег Рио-Гранде и по распоряжению алькальда увели более тысячи лошадей и мулов, чтобы техасцы не смогли обеспечить ими свою армию. Зато Хейс и его рейнджеры наконец-то беспрепятственно подняли техасский флаг на церковном шпиле. Городок Ларедо хотя формально и находился на техасской стороне, так долго предоставлял кров мексиканским военным, партизанам и бандитам, что жители рассматривали свой город как часть Мексики. Поднятие техасского флага имело символический смысл, указывая людям на то, что всё-таки они живут на территории суверенной республики Техас.

Ополчение Сомервела остановились лагерем в трёх милях к югу от города. На следующее утро группа наиболее голодных и недисциплинированных добровольцев ушла в город и ограбила несколько мексиканских семей. Командирам техасцев пришлось спешно разбираться с мародёрами. И хотя большая часть награбленного была возвращена и жителям принесены извинения, некоторое количество кофе, мыла, сахара и муки техасцы успели растащить и припрятать, так что возвратить всё это уже не представлялось возможным.

Неясное положение техасской армии вносило разлад в её ряды. Никто точно не знал, будет ли продолжаться поход и вторгнутся ли они в Мексику, или Сомервелл уже передумал. Многие были недовольны тем, как генерал обращается с войсками. Он не назначал даты, когда экспедиция должна будет отправиться дальше, и неопределённость всего предприятия раздражала людей. Кроме того, Сомервелл почти всё время проводил в домах богатых мексиканцев, которые принимали его и устраивали в его честь обеды и ужины, а со своими техасцами был заносчив и груб. Как и чем питаются люди в техасском лагере - его тоже мало интересовало. Часть техасцев воспользовались предложением Сомервелла "недовольным разойтись по домам"[21], и покинули войско. Остальные через несколько дней всё-таки переправились на мексиканский берег. Но войско к тому времени стало на несколько сотен человек меньше.

Дальнейшие действия Сомервелла можно расценить лишь как провокацию и желание навредить своим же техасцам. Когда его поредевшая армия достигла поселения Герреро (Guerrero), примерно в 60 милях на Юг от места переправы, генерал потребовал у местного алькальда сто лошадей и провиант на пять дней для тысячи человек, после чего увёл своё воинство обратно на техасский берег. Хейса и его ответственных рейнджеров генерал оставил дожидаться ответа на мексиканской стороне. Когда на следующее утро генерал узнал, что никаких лошадей им не предоставили, и привезли только по 10 фунтов сахара и кофе, он разъярился и приказал Хейсу требовать с алькальда пять тысяч долларов. При этом Хейсу было приказано передать, что деньги мексиканцы должны выплатить за несоблюдение реквизиции и если алькальд не доставит просимое, то генерал Сомервел пришлёт 500 человек, которым отдаст город на разграбление. Напуганный угрозой, алькальд смог собрать только 400 долларов, которые и передал на следующее утро рейнджерам. Однако, Хейсу не нравилось, что они двое суток стоят рядом с городом, не предпринимая никаких конкретных действий. За два дня горожане могли отправить гонца за помощью, а под покровом ночи тайно разместить у себя до нескольких сотен мексиканских солдат. Кроме того, в городе было несколько тысяч своих собственных граждан, вполне способных держать в руках оружие. Предупреждённые о планах Сомервелла, они могли своими силами устроить техасцам засаду. Поэтому, забрав алькальда в качестве заложника, чтобы оградить своих людей от возможного нападения, Хейс со своими людьми возвратился через границу в Техас, ничего больше не требуя у мексиканцев.

Охотно прислушавшись к мнению Хейса о том, что город грабить не следует, и о том, что они уже достаточно промедлили и дальнейшие вылазки становятся опасны, генерал Сомервелл отпустил пленника и приказал всей армии возвращаться в Гонсалес. Хейс предложил вождю Флэкко, сопровождавшему рейнджеров, так же поворачивать назад. Флэкко, для которого присвоенное ему звание полковника было не более, чем приятным для самолюбия символом, приказы майора Хейса считал законом. Он не стал спорить. Чтобы как-то поощрить индейцев, Сомервелл разрешил Флэкко забрать со старого мексиканского ранчо близ Рио-Гранде столько лошадей, сколько он сможет увести, поскольку эти лошади были подспорьем для мексиканских бандитов, и по большей части являлись угнанными у техасцев. Без лошадей бандиты уже не смогли бы так легко нападать на техасцев. Флэкко охотно согласился и забрал около полусотни лошадей.

Поход не достиг своей цели, и техасцы были недовольны результатами, поэтому 300 человек из армии Сомервелла отказалось повиноваться его приказу и ушли вглубь Мексики, выбрав своим предводителем Уильяма С. Фишера. Этот поход получил печально известное именование Миерской экспедиции. Подробнее о ней можно прочитать здесь: Миерская экспедиция глазами свидетелей и участников

Практически все члены Миерской экспедиции попали в плен к мексиканцам, часть их была расстреляна, а часть умерла в плену от жестокого обращения и голода. Вернуться в Техас смогла только треть участников похода.

Исследователи не дают чёткого ответа на вопрос, почему Хейс не присоединился к Миерской экспедиции. Вероятнее всего, майор Хейс не посчитал возможным ослушаться приказа генерала, как это сделали Уильям Фишер и прочие участники Миерского похода. Хейс со своей независимой группой рейнджеров отправился в Сан-Антонио, избежав участи миерских заключённых.

За несколько миль от Сан-Антонио люди Хейса, к ужасу своему, наткнулись на убитого вождя Флэкко. Рейнджеры знали, что Флэкко взял себе в помощь двух мексиканцев и старого глухонемого вождя Липана, чтобы отогнать конфискованных лошадей. Но затаившиеся на его пути мексиканские бандиты убили его и угнали лошадей. Возвращать украденное на старое ранчо бандиты не стали, а вместо этого отвели лошадей как можно дальше от границы и продали. К сожалению, догнать их было немыслимо, потому что для этого нужно было самим уйти далеко вглубь враждебной страны. Таких полномочий у рейнджеров не было.

Джек и его рейнджеры чтили память вождя Флэкко, много раз помогавшего им и участвовавшего в их походах, поэтому они решили защищать племя Флэкко от других индейских племён, до тех пор, пока апачи Липана находится в подвластной им области[1].

Долго отдыхать после похода Сомервелла Хейсу не пришлось. Уже в январе 1843 года актом Техасского Конгресса ему было поручено набрать и обучить очередную группу рейнджеров. Справившись с этой задачей, Хейс с новым отрядом в пятнадцать человек отправился на трёхнедельную разведывательную поездку на Север от города. На обратном пути их ожидало трагикомическое происшествие. Около Сестринского ручья (Sister Creek) рейнджеры заметили на дереве диких пчёл и решили полакомиться мёдом. Но когда один из рейнджеров, Джон Коулман, влез на дерево, то он увидел всего в трёхстах ярдах от этого места 25 команчей, которые приготовились к нападению. Вместо мёда Коулман спрыгнул с дерева с докладом о засаде. Хейс тут же приказал атаковать, но оказалось, что за первым отрядом вдалеке стоят ещё две линии врага. Завязалась перестрелка, и, несмотря на то, что индейцы стреляли безостановочно, рейнджерам удалось устоять под натиском индейцев. Когда же им удалось застрелить вождя - команчи отступили[1].

В апреле текущего года президент Хьюстон объявил всю землю между Нуэсес и Рио-Гранде техасской, но мексиканцы были не намерены отдавать эту территорию. Президент Санта-Анна объявил "декретом", что будут казнены все "иностранцы, вторгшиеся в Мексику", подразумевая спорную территорию между двумя реками. Этот "декрет" совпал с тем моментом, когда Мексика пыталась мирно договориться с команчами, и последние воспользовались моментом, чтобы возобновить нападения на поселенцев спорной территории и уничтожать англоязычное население Техаса под предлогом того, что помогают мексиканцам. Хейс и его люди то и дело отбивали нападения индейцев и гонялись за бандитами знаменитого в то время Агэтона Хинона (Agaton Quinones). Этот мексиканец несколько раз удачно уходил от рейнджеров, но через некоторое время его совершенно случайно подстрелили проезжие торговцы. Не исключено, что Агэтон Хинон, раз за разом уходя от рейнджеров, уверился в своей безнаказанности и потерял бдительность. Так или иначе, но он действительно погиб от руки обычного коммивояжёра. Только после того, как рейнджеры смогли убедиться, что печально известный преступник убит, Хейс по просьбам своих людей предоставил им кратковременный отдых.

За голову Хейса всё ещё оставалась назначенная мексиканским генералом Вулом награда и поэтому время от времени находились смельчаки из числа индейцев и мексиканцев, которые пытались его подстрелить. Но это так никому и не удалось сделать.

В это же время, как отмечают биографы, Хейс познакомился с Сьюзен Кэльверт, дочерью Судьи Джеремии Х. Кэльверта, прибывшего в Техас из города Флоренции в Алабаме. Впоследствии эта девушка стала его женой[8].

Снова о Бизоньем Горбе и других команчах

В марте 1844 года вождь команчей Бизоний Горб и другие воины его племени приехали в город Сан-Антонио, ища соглашения и мира с белыми. И как обычно, белые с радостью приветствовали мирные намерения команчей, тут же простив резню, устроенную Бизоньим Горбом в конце лета 1840 года.

Чтобы поощрить инициативу краснокожих, решено было организовать родео прямо в прерии, рядом с городом. Сам Хейс и Бизоний Горб были распорядителями на этом родео, в котором приняли участие рейнджеры, индейцы и местные ранчеры-мексиканцы. Главные призы (украшенные револьверы и ножи) получили один из рейнджеров, команч и двое мексиканских ранчеров. Так же всем команчам были вручены различные подарки от города. Не удержались зрители и от того, чтобы заставить Хейса продемонстрировать своё мастерство. Он мог поднять на всём скаку с земли мелкую монету и так быстро умел на скаку перебрасывать своё тело с одного бока лошади на другой, чтобы уклоняться от стрел и пуль, как это не дано было делать никакому индейцу. Бизоний Горб уважал рейнджера Хейса и настоятельно потребовал с того, чтобы он женился и завёл потомство, чтобы продолжить род "Дьявола Яка". Он предложил Джеку назвать своего первенца "Бизоньим Горбом Младшим" и непременно сообщить ему, когда свершится это важное событие. Джек Хейс серьёзно пообещал Бизоньему Горбу, что так и сделает[1].

Возможно, наибольшего комплимента за своё умение вести борьбу с индейцами Хейс заслужил от одного из вождей команчей. Это случилось после столкновения в апреле 1844 года, которое индейский вождь, по его словам, "чудесно пережил". Джек взял тогда пятнадцать рейнджеров, чтобы исследовать следы индейцев в каньоне реки Нуэсес к западу от города. На второй день рейнджеры обнаружили очередное дерево с пчёлами. На этот раз Хейс, памятуя прошлую попытку добраться до мёда, предусмотрительно приказал не рассёдлывать лошадей и держать их наготове в укрытии. Сам рейнджеры залегли в высокой траве, а один из них, Ноа Черри, осторожно забрался на дерево, оглядывая каньон. Внезапно он тихо свистнул и воскликнул: "Иерусалим! Капитан, здесь прячется тьма индейцев!"[1] Хейс и остальные рейнджеры тут же были готовы к нападению и увидели, что в их сторону скачет не меньше двухсот индейцев. Рейнджеры и на этот раз остались без мёда.

Хейс приказал своим людям стоять на месте и целиться очень тщательно. Индейские войны были уже очень близко, когда он приказал открыть огонь. Узкий каньон сыграл на руку рейнджерам. Они стреляли метко. Убитые индлейцы и их кони падали, мешая тем, кто скакал сзади. Живым команчам пришлось смотреть, как бы не споткнуться. Стрелять по рейнджерам они уже не успевали. Как только последний команч проскакал мимо, Хейс крикнул своим людям: "За ними! Гоните их! Не давайте возвращаться!" Обычной индейской тактикой было провести атаку, промчаться мимо, потом развернуться и снова пойти в атаку. Но рейнджеры Хейса бросились вслед за команчами и погнали их, не давая ни поворачивать, ни вообще остановиться, буквально по пятам. Этим они ошеломили индейцев и заставили удирать. Люди Хейса были так близко и стреляли так метко, что команчи, не сопротивляясь, без оглядки бежали из каньона. Когда Джек наконец остановил своих людей, среди рейнджеров было несколько раненых, но ни одного убитого.

Некоторое время спустя, в Сан-Антонио, один из индейских вождей спрашивал у дружественного делавэра, кто руководил нападением рейнджеров в каньоне реки Нуэсес. Узнав, что это был "Дьявол Як", команч качал головой и говорил: "Я никогда не хочу бороться с ним снова. У каждого из его мужчин было так много выстрелов, как у меня пальцев на моих двух руках. Я потерял половину своих воинов в сражении, и многие другие умерли по пути, возвращаясь в мою страну на Реке Дьявола"[1].

Люди Хейса успешно сражались с воинственными группами индейцев вокруг Сан-Антонио. Одно из последних сражений Хейса с команчами состоялось перед самой войной с Мексикой. Сражение произошло в феврале 1846 года, у Пейнт Рок (Paint Rock). Это место располагалось недалеко от Очарованной скалы, и здесь команчи устраивали лагерные стоянки во время набегов. К этому времени Техас уже стал 45-м штатом США. Хейс некоторое время отсутствовал в Сан-Антонио. Он узнал, что американский генерал Закари Тейлор (Zachary Taylor) собирает добровольцев, чтобы усилить свою армию и идти походом на Рио-Гранде. Хейс со своими людьми отправился в Корпус-Кристи - небольшой торговый городок на побережье Мексиканского залива. Он предложил генералу использовать рейнджеров как разведчиков. Поначалу Тейлор категорично отказался, заявив, что у него есть свои разведчики. Но генерал не учёл, что рейнджеры знакомы с местностью гораздо лучше его солдат. Особенно наглядно Тейлор убедился в этом, когда потерял более полусотни человек из-за нападений мексиканских мародёров. Генерал быстро понял, что будет проще охранять свои собственные позиции и пути связи между отдельными боевыми единицами, если он воспользуется помощью рейнджеров.

Пока Хейс был в Корпус-Кристи, он узнал, что индейцы совершили очередной набег. Группа команчей, более полтысячи человек, напали на населённый пункт на юго-западе от Сан-Антонио. Разорив поселение, команчи угнали много скота и лошадей. Взяв сорок рейнджеров, Хейс вернулся в Сан-Антонио и отправился в погоню за краснокожими.

След команчей удалось обнаружить к югу от Очарованной скалы. Специфика прерии диктовала свои условия передвижения на большие расстояния. В засушливой центральной части Техаса отрядам приходилось двигаться так, чтобы расстояния от одного источника до другого не стало непосильным для людей и лошадей. От Очарованной Скалы на северо-запад, куда обычно отступали индейцы, ближайшим источником становилось маленькое озеро у скалы Пейнт Рок. Озеро, примерно 100 ярдов в ширину и 300 ярдов в длину (90 на 270 метров), протянулось с востока на запад. Скала Пейнт Рок располагалась в западной его оконечности. Озеро было удобным как для людей, так и для скота, который они гнали. Хейс решил, что команчи должны двигаться именно туда, и повёл своих людей к этому ориентиру напрямик через прерию, надеясь перехватить мародёров.

Через два дня рейнджеры достигли Пейнт Рок. Оказалось, что Хейс не ошибся в своих расчётах: ещё до рассвета, при свете луны, ему удалось обнаружить лагерь индейцев, который караулили несколько человек. Мародёров ещё не было, так как гружёные добычей и обременённые угнанным скотом, они двигались медленнее рейнджеров. Хейс принял решение устроить команчам засаду и напасть на них на подступах к лагерю. Рейнджеры укрылись в густой чаще на берегу.

Команчи появились с рассветом, но обнаружили для себя неприятный сюрприз: путь к их стоянке преграждал отряд рейнджеров. Индейцы немедленно сделали попытку их атаковать. Казалось бы, численное превосходство (несколько сотен индейцев против сорока рейнджеров) приведёт краснокожих к быстрой победе. Но рейнджеры действовали хладнокровно, отбивая атаку за атакой и не предпринимая пока попыток контратаковать. Так продолжалось целый день. Время от времени индейцы предпринимали новые попытки напасть на упрямый отряд, но каждый раз бывали отбиты и к ночи отошли в прерию, встав лагерем. Поскольку рейнджеры не пропустили их к озеру, они сильно страдали от жажды.

Следующим утром индейцы последовательно нападали четыре раза и почти пробились к укрытию рейнджеров в чаще, но снова вынуждены были отступить. Они пытались стрелять в рейнджеров с вершины Пейнт Рок, но их выстрелы не достигли цели. Точно так же, как и ответные выстрелы рейнджеров. В сумерках индейцы снова отступили.

На рассвете третьего дня индейцы напали с севера, сразу в нескольких местах атаковав чащу, в которой укрывались рейнджеры, чтобы вынудить тех разделиться. Понимая, что никто не подвозит рейнджерам новый боезапас, и патроны у них скорее всего на исходе, вождь команчей повёл своих воинов в решающее нападение в надежде разбить наконец противника. Но он совершил фатальную ошибку. Он так торопился поскорее расправиться с рейнджерами, что повернулся к своим войнам, крича им распоряжения, и демонстрируя свой щит вождя. В этот момент он был убит единственным метким выстрелом Хейса. Капитан Джек придерживался самой действенной тактики: уничтожать вождя как можно быстрее, потому что в отсутствии вождя индейцы быстро отступали. Хейс распорядился забрать тело вождя и не отдавать его индейцам, что привело тех в бешенство, и они решились на ещё одно нападение. Но потом отступили и рассеялись по прерии, потеряв больше ста человек. Они уехали настолько поспешно, что забыли предупредить своих караульных, охраняющих добычу. Это дало рейнджерам возможность застать оставшихся индейцев врасплох и вернуть всё награбленное. За всё сражение только один рейнджер получил ранение в руку, да одна из рейнджерских лошадей была убита[1].

Война с Мексикой. Поход американского генерала Закари Тейлора

Население Техаса быстро увеличивалось. В 1839 году в нём проживало около 45 000 человек[10], а к 1846 году эта цифра возросла до 140 тысяч[15, а так же: Antebellum Texas // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/npa01]. Однако, население Мексики к 1846 году составляло уже более семи миллионов человек. Во время Американо-Мексиканской войны Санта-Анна поставил под ружьё армию в 60 тысяч солдат[17]. То есть, две подобные армии составили бы почти всё население Техаса. Техас оставался слишком слабым, чтобы самостоятельно сражаться с Мексикой. И тогда на помощь техасцам пришли их северные соседи из Соединённых Штатов.

Возвратившись после погони за индейскими мародёрами в Сан-Антонио, Хейс узнал, что США готовится уже не просто к походу на пограничную реку, а к настоящей войне с Мексикой. Интересы американского президента Джеймса Полка распространялись дальше Техаса и выхода в Мексиканский залив. Соединённые Штаты претендовали на Калифорнию и ещё несколько мексиканских территорий. Но поводом для войны стал именно конфликт на территории Техаса.

Американский генерал Закари Тейлор расположился со своей небольшой армией на берегу Рио-Гранде, напротив мексиканского города Матаморос. Там он занимался вербовкой техасских добровольцев, Тейлору необходимо было укомплектовать четыре полка. База снабжения американцев располагалась в Пойнт Исабель (Point Isabel), на расстоянии двадцати пяти миль от места расположения его лагеря. Он взял два отряда рейнджеров Хейса во главе с Сэмюэлем Уолкером и Беном Маккаллоком, чтобы охранять пути и осуществлять связь.

Джек Хейс носил звание полковника подразделения, которое официально именовалось Первым Конно-Стрелковым Полком Техаса (First Regiment Texas Mounted Rifles), но более было известно под названием Техасских Рейнджеров Хейса. Сэмюэль Уолкер, близкий друг Джека с самого начала его рейнджерства, стал подполковником, Микаэль Чевейлла - майором. 22 июня 1846 года полк рейнджеров присоединился к армии Тейлора в Пойнт Исабель[1].

Рейнджеры выделялись среди других солдат своей экзотической внешностью. За исключением самого Хейса, который всегда был чисто выбрит, его рейнджеры носили бороды и усы, и делали всё, чтобы выглядеть как можно более агрессивно. Каждый был вооружён короткой винтовкой, револьверами Кольта и большим ножом Боуи. Сэмюэль Чемберлен, солдат-художник, участвовавший в Мексиканской войне, так описывает их: "... с их грубыми костюмами, бородатыми лицами, худощавыми и мускулистыми телами, дикими глазами и самодовольными манерами, они походили на преступников, которые беспокоят своим присутствием штат Одинокой Звезды"[1].

Юмористическое изображение рейнджера. неизвестный художник - современник событий

(Рисунок из открытых источников сети Internet)

Только сам бесстрашный Капитан Джек, по мнению современников, внешне не производил устрашающего впечатления. Джон В. Локхарт, ветеран Революции Техаса, будучи в Сан-Антонио после памятного сражения рейнджеров в каньоне реки Нуэсес, столкнулся с Джоном Хейсом в гостинице. Вот что он писал: "После того, как он зарегистрировался... я посмотрел в книгу, чтобы увидеть, что это за незнакомец. Вообразите моё удивление, когда я увидел имя Джона К. Хейса. Я подумал, что мои глаза меня обманывают. Мог ли этот невысокий, юный на вид, безбородый мальчик, быть настоящим Джеком Хейсом, знаменитым борцом с индейцами, которого восхваляли все техасцы? Этого не может быть, думал я, но скоро узнал, что он действительно был Джеком Хейсом. Зарегистрировавшись, он уехал из гостиницы по своим делам..."[1]

Генерал Тейлор полностью доверял рейнджерам, поэтому и поручил одному из капитанов, Бену МакКаллоку, найти лучший путь для вторжения в Монтеррей. МакКаллок быстро разузнал, что на запланированном пути через Линарес для огромной армии Тейлора мало водопоев. Он предложил генералу придерживаться рек Рио-Гранде и Сан-Хуан и двигаться в сторону Монтеррея дорогой, которая ведёт через Миер, Каммарго и Герральво, по краю гор Сьерра-Мадре. Хейс со своими людьми и половина полка генерала должны были пройти параллельным путём, на 130 миль западнее, по маршруту через Линарес, а потом присоединятся к основной армии. Тогда отдельные части армии не будут стеснены и всем хватит воды на длительный переход. Этот план оказался удачным для американцев.

Вступив на намеченный маршрут, Хейс первым делом послал вперёд требование к каждому алькальду поставить для армии Тейлора по 20 мулов. Поскольку имя Джека Хейса было слишком хорошо известно мексиканцам, и внушало уважение, алькальды не взялись противоречить, и предоставили требуемое число мулов.

После того, как часть армии отделилась от Тейлора и вместе с Хейсом ушла на Запад, путь им преградил полк мексиканских улан во главе с полковником армии Хуаном Нахерой. Хейс не нашёл ничего лучшего, как начать размахивать захваченной в бою саблей, и провоцировать Нахеру на поединок. Мексиканский полковник, которому совершенно не пристало поддаваться на подобные провокации и самому кидаться в бой, тут же принял вызов и бросился навстречу Хейсу со своей длинной саблей. Рейнджеры были потрясены выходкой своего командира, потому что как стрелок Хейс не знал себе равных, но фехтовать не умел совершенно. Когда противники подлетели друг к другу, Хейс уклонился от выпада, бросил саблю, выхватил свой кольт и выстрелил из-под шеи лошади, убив мексиканского полковника наповал. Помчавшись назад, Хейс выкрикнул: "Спешиться! Отойти от лошадей! Устройте им ад!" Сержант Бак Барри вспоминал, что мексиканцы, "как шершни", трижды промчались сквозь строй рейнджеров. Но рейнджеры прятались за лошадей, и подстрелили несколько десятков улан, потеряв всего одного своего человека[1]. Мексиканцам пришлось отступить. Конечно, действия Хейса мало претендуют на подвиг, он по сути заманил мексиканского офицера в ловушку с твёрдым намерением убить его. Тем не менее, этот поступок позволил рейнджерам справиться с превосходящим их по численности противником, и продолжить свой путь.

Узнав о том, что большая мексиканская армия идёт, чтобы защитить город Салтилло (Saltillo), Хейс устроил вдоль дороги этой армии засаду. Симулируя отступление, Бен Маккаллок по поручению Хейса расположил пять групп своих людей в укрытиях вдоль тракта. Техасцы сделали ставку на недисциплинированность мексиканской армии и горячность мексиканцев. Подпуская преследователей не далее чем на 10 ярдов (9 метров!) от себя, маленькие группы техасцев делали вид, что удирают, и отвлекли от основной армии мексиканцев больше тысячи солдат. Мексиканцы без команды, поддаваясь азарту, кидались преследовать врага, имитирующего бегство. Когда же, наконец, люди МакКаллока снова собрались в один отряд, оказалось, что мексиканские солдаты рассеялись по горам разрозненными группами и уже не представляют особой опасности. Основным силам американцев благодаря этой операции удалось пройти, не растрачивая боеприпасов. Генерал Уильям Уорт, следуя позади Хейса с двумя бригадами Второго подразделения, прокомментировал это так: "Красивый маневр!"[1]

Техасские рейнджеры Хейса и та часть американской армии, которая шла вслед за ними, без потерь подошли к Солтилло, но огромная мексиканская военная сила поджидала их впереди.

Подходы к городу Монтеррею охраняли два укреплённых холма, расположенные по обе стороны дороги, ведущей в город: холм Федерации и холм Независимости (Federation Hill and Independence Hill). Миновать это препятствие без боя было невозможно, и Джек Хейс предложил генералу Уорту атаковать холмы по-очереди. 21 сентября шесть групп рейнджеров и такое же количество групп от Пятого и Седьмого пехотных полков в три атаки взяли холм Федерации. На западном конце этого холма располагался форт Солдадо (Fort Soldado), в котором у мексиканцев хранился большой арсенал оружия. С боем взяв этот форт, американцы значительно ослабили мексиканскую армию. А уже на следующий день, 22 сентября 1846 года, Джек Хейс и Сэмюэль Уолкер, провели своих людей на штурм холма Независимости.

С холма Независимости открывался прямой путь к так называемому "Дворцу Епископа"(Bishop's Palace) - укреплённому зданию, которое охраняло проход вглубь города. Если бы американцам удалось добраться до Дворца Епископа, они практически вошли бы в Монтеррей, и участь города была бы решена не в пользу его хозяев. Понимая это, мексиканский генерал Ампудия, командующий обороной Монтеррея, распределил своих солдат так, что перекрыл все подходы к вершине холма, кроме одного. Практически без охраны остался крутой, почти отвесный склон в 800-футов (240 метров). По всей видимости, мексиканский генерал был уверен, что в этом месте никто не рискнёт штурмовать холм, настолько крут был подъём. Ампудия должен был подумать о том, что рейнджеры - отчаянный народ, который не раз показывал чудеса храбрости и безрассудства, а под примером рейнджеров и солдаты регулярных американских войск могут решиться на неожиданный маневр.

Как раз этот 800-футовый крутой склон и избрали рейнджеры, а пехотинцы последовали за ними. Благодаря неожиданности и храбрости американцев, маневр удалось провести почти без единого выстрела. Взобравшись на холм, американцы легко разбили мексиканские укрепления, атаковав с той стороны, откуда никто не ожидал нападения[1].

Уже к полудню артиллеристы генерала Уорта втянули свои пушки на холм Независимости и обстреляли Дворец Епископа практически в упор. Мексиканский генерал Ампудия отступил к центру города, оставив и холмы, и дворец в руках американцев.

23 сентября 1846 года, большой отряд пеших рейнджеров и 7-й и 8-й Пехотные полки генерала Уорта встретились в уличных боях с отступающей мексиканской армией. На Cemetery Plaza они попали под огонь мексиканских снайперов, которые укрывались на крышах домов. Снайперы хотели заставить отряды рейнджеров и американских солдат разделиться на отдельные группы, которые потом было бы проще разбить.

Наблюдая за боем, Генерал Уорт придумал, как можно избавиться от снайперов. По его плану, рейнджерам следовало подобраться к ближайшему дому, и заложить в одну из стен взрывчатку. Взорвав стену, рейнджеры должны были проникнуть через образовавшуюся брешь в дом и изнутри подобраться к снайперам. И повторить эту процедуру, переходя от дома к дому, столько раз, сколько потребуется, чтобы прекратить снайперский огонь. Рейнджеры справились с задачей, и через несколько часов мексиканские снайперы замолчали. Но сражение на улицах Монтеррея продолжалось. Лишь к десяти утра следующего дня удалось выманить врага на главную площадь, под винтовки американцев. Через несколько часов мексиканцы были принуждены капитулировать и генерал Ампудия поднял белый флаг.

Главнокомандующий американской армией, генерал Тейлор, остановил своё наступление, удовлетворившись взятием Монтеррея, объявил перемирие и разрешил мексиканцам отвести все уцелевшие войска к горам. Подобное решение возмутило и разочаровало рейнджеров и вызвало сердитую критику американского президента Джеймса Полка. Действия генерала Тейлора, по мнению президента, были лишь полумерой. Не было одержано полной победы и даже западные укрепления Монтеррея не были захвачены. Давая мексиканским войскам возможность уйти, Тейлор предоставлял им передышку, во время которой мексиканцы могли набраться сил, и контратаковать, чтобы вернуть себе утраченное.

Рейнджеры тоже считали, что Тейлор поступил неправильно. Техасцы уже несколько раз заключали перемирие с Санта-Анной и его генералами, но каждый раз мексиканцы нарушали своё слово и снова шли войной на Техас, нанося ещё больший ущерб. Техасцы теперь не верили в то, что переговорами с Мексикой можно достичь мира. Но Тейлор, которого современники характеризуют как миролюбивого человека, склонного искать компромисс, вопреки мнению президента, рейнджеров и офицеров своего штаба, всё равно принял решение закончить кампанию. Он объяснял это тем, что войска утомлены, и драться дальше - означало согласиться на слишком большие потери. Тейлор надеялся на то, что победа под Монтерреем показала мексиканцам серьёзные намерения США, и что согласие между двумя странами будет достигнуто путём последующих переговоров. Именно об этих своих ожиданиях генерал Закари Тейлор писал в письмах из Монтеррея[22].

Впоследствии решение Тейлора плохо повлияло на его собственную карьеру. В письме от 10 ноября 1846 года, которое он написал своему другу доктору Р.С. Вуду, Тейлор прямо говорит, что после победы в Монтеррее его пытаются отстранить от командования по политическим соображениям, чтобы пошатнуть его авторитет как кандидата на следующих президентских выборах[22]. Правильное или неправильное решение принял генерал Тейлор, объявив перемирие, но в тех же письмах можно найти его отчёты о том, что мексиканская армия отпускалась им с условием почти полного разоружения. Мексиканцы, правда, истолковали это условие по-своему. Они действительно оставили часть своего оружия и пушек, но не меньшее количество унесли с собой, и передышку использовали для того, чтобы через некоторое время вернуться с новыми силами, и продолжить военные действия. Но это уже следующий эпизод Американо-Мексиканской войны, о котором пойдёт речь впереди.

В походе Тейлора рейнджеры проявили себя как прекрасные войны и разведчики. Генерал Уорт выразил восхищение "выдающейся храбростью полковника Хейса и его людьми - благородными добровольцами... неутомимая, энергичная храбрость и безошибочные выстрелы Вашего полка, спасли нашу армию от поражения". Он назвал рейнджеров Хейса "лучшими лёгкими войсками в мире" и самого Хейса лучшим всадником из тех, кого ему приходилось видеть. Как выразился один из людей генерала Тейлора, "Хейс и его рейнджеры были не только глазами и ушами армии Тейлора, но и её правыми и левыми руками тоже"[1].

Новоорлеанская газета "Дельта" (Delta) позднее писала о Хейсе: "Там [на Западе. Прим. М.Г.] никогда не было командира, которого бы более боготворили его люди". Джек Хейс стал героем не только для Техаса, но и для всех Штатов[1].

В октябре 1846 года отдельные отряды Первого Конно-стрелкового Полка Техаса - рейнджеров Хейса - вернулись в Техас и разошлись по своим домам. Но война с Мексикой на этом не закончилась. В декабре 1846 года Джек Хейс был уполномочен вновь укомплектовать Конно-Стрелковый Полк. Прежде, чем это делать, Хейс обсудил положение организации рейнджеров с губернатором Ф.В. Харрисоном. Хейс хотел, чтобы в полк были зачислены только опытные бойцы, которые побывали в битвах при Сан-Хасинто, Миере или Монтеррее, но такие люди неохотно шли в добровольцы. Все эти люди так много времени провели в военных походах, что их собственные дела пришли в упадок, и их семьи очень нуждались в них. Это было не единственной сложностью. Пока большая часть рейнджеров боролась с мексиканской армией, осмелели индейцы. Они всё чаще устраивали набеги, и мирным техасским фермам. Поселениям тоже требовалась постоянная защита[1].

Чтобы узаконить рейнджеров как постоянную внутреннюю организацию Техаса, губернатор Харрисон составил письмо на имя президента Полка, предлагая назначить определенный срок службы для рейнджеров по примеру регулярной армии, и стабильную плату за службу. Джек Хейс отправился в Вашингтон, как личный представитель губернатора, чтобы обсудить поставленный вопрос с президентом и военным секретарём. Посредничество Хейса оказалось успешным. Распоряжением от 20 марта 1847 года устанавливался срок службы рейнджеров в один год, и жалование в 30 долларов в месяц.

Во время своего пребывания в Вашингтоне, Хейс встречался с Сэмюэлем Кольтом, который предложил ему первым оценить свой новый улучшенный шестизарядный револьвер, сделанный по заказу капитана рейнджеров Сэмюэля Уолкера. До этого времени у рейнджеров на вооружении был пятизарядный "Colt Paterson" образца 1836 года, калибра 0,36 дюйма (9 мм). Это был отличный для своего времени револьвер. Он первый в мире имел предохранитель и позволял вести беглый огонь, отстреливаясь от нескольких противников. Скорострельность "Патерсона" достигалась за счёт сменных барабанов, в комплекте к револьверу их шло два, и была возможность докупить ещё несколько. Изначально модель называлась в честь изобретателя конструкции, но в скором времени револьвер "Патерсон" получил название "Техас" - за свою популярность среди жителей этого штата. Однако, кольт "Патерсон" имел ряд существенных недостатков. И вот, ему на смену пришёл не менее знаменитый кольт "Уолкер" (подробнее о нём можно прочитать ЗДЕСЬ).

Кольт Уолкер - шестизарядный револьвер 44-го калибра общей длиной 15,5 дюймов (375 мм), весом 4,75 фунтов (около 2,5 кг.), с усовершенствованными ударно-спусковым механизмом и спусковой скобой[2,32]. Он получил название по имени заказчика крупной партии в тысячу кольтов улучшенной конструкции капитана техасских рейнджеров С. Уолкера. Это был первый кольт, изготовлявшийся из стандартных взаимозаменяемых деталей. Кроме того, его конструкция позволяла производить перезарядку прямо на скачущей лошади, в то время как его предшественник "Патерсон" перезаряжать на ходу было невозможно. Он разбирался для перезарядки в трёх местах и части легко было выронить и потерять в травах прерии[25,28,30].

Хейс договорился, что как только новым револьвером вооружатся рейнджеры Уолкера, он получит такие же для своих людей. А пока, вернувшись в Техас в конце апреля 1847 и воспользовавшись перерывом в войне с Мексикой, Джек Хейс наконец-то занялся своими личными делами и женился на Сьюзен Кэльверт. Ему уже исполнилось тридцать лет. Несколькими месяцами ранее он распорядился построить двухэтажный дом в Сан-Антонио, куда хотел поселиться с семьёй. Однако, никто не снимал с Хейса его обязанностей рейнджера, так что после свадьбы, вместо медового месяца, Хейс сделал все необходимые распоряжения по поводу своей земли на случай смерти, забрал своих людей и ушёл на Юг, чтобы присоединиться к армии Тейлора в новом походе на Мексику[8].

В середине августа, когда рейнджеры Хейса стояли лагерем в двадцати милях южнее Матамороса, каждый из них получил по два новых длинноствольных шестизарядных револьвера "Уолкер", о которых Хейс договаривался при встрече с полковником Кольтом.

К тому времени Джек Хейс был одним из самых известных военачальников Техаса, но не все знали его в лицо. Из-за его скромной внешности порой возникали комические ситуации. Например, однажды полковник 9-го пехотного полка прислал в палатку Хейса пол барреля виски, и ординарец Хейса решил поделиться этим виски с массачусетскими добровольцами генерала Калеба Кушинга. После того, как добровольцы получили своё виски, в палатке появился незнакомец. Он не относился ни к рейнджерам, ни к добровольцам Кушинга, но решил под шумок поживиться спиртным. Не обращая внимания на невысокого молодого человека в гражданской одежде, скромно сидящего в дальнем углу, незваный гость забрал бочонок с виски и вознамерился тихо уйти. Но молодой человек сказал из своего угла: "Положите на место, сэр". Уличённый в краже человек разразился проклятиями и угрозами в адрес "штатского", после чего вышел и позвал караульного, требуя, чтобы "наглеца-штатского" арестовали. Это услышал полковой врач рейнджеров, капитан Джон Форд. "Что?! Арестовать нашего полковника?! Посмотрел бы я, как вы это сделаете!" - заявил он. После того, как "гость" узнал, что он обругал и чуть не обворовал самого Джека Хейса, он испугался и решил, что теперь его точно предадут военно-полевому суду. Но этого не случилось и, подержав пару дней для порядка на гауптвахте, его отпустили, не предъявив никаких обвинений[1].

Хейс присоединяется к армии Уинфилда Скотта

В начале ноября 1847 года рейнджеры Хейса присоединились к войскам генерала Уинфилда Скотта. Служа эскортом генерал-майору Роберту Петтерсону, вместе с армией почти в 3 000 человек, они достигли Халапы (Мексика). Новоорлеанский корреспондент газеты Picayune отмечал тогда: "Присутствие полковника Хейса и его техасских рейнджеров действует как заклятие на негодяев"[1]. Это было очень кстати, потому что мексиканские власти требовали от населения, чтобы люди нападали на американцев при любой возможности. На данном этапе военных действий мексиканцы развернули масштабную партизанскую войну. Техасским рейнджерам пришлось не только обеспечивать связь между американскими войсками, но и преследовать партизан, отгоняя их в их горные убежища.

Участвовали рейнджеры и в военных операциях по освобождению пленных. Когда полковник Хейс и генерал Лейн узнали, что часть американских пленников находятся в Изюкар-де-Матаморо (Izucar de Matamoros), они приняли решение спасти этих людей, и разработали план совместных действий. Джек взял с собой сотню рейнджеров. Вместе с ними пошли люди лейтенанта Третьего артиллерийского полка Х.Б. Филда (H.B. Field) и луизианских драгун капитана Лоренцо Льюиса (Lorenzo Lewis).

Когда американцы были на подходе к Изюкару, пошёл сильный и холодный дождь, который заставил мексиканцев попрятаться и потерять бдительность, но не испугал рейнджеров и американских солдат. Объединённые силы незамеченными вошли в Изюкар, убрали часовых и спасли два десятка американцев. Посадив освобождённых пленников на мексиканских лошадей, рейнджеры двинулись в обратный путь в Пуэбло (где были расположены основные войска), прихватив в качестве трофеев часть мексиканской артиллерии и боеприпасов. Но пушки и тяжелогружёные повозки не могли двигаться быстро по горным дорогам. В самом узком месте прохода между горными хребтами вся процессия сильно растянулась, и отряд в двести мексиканских улан решил воспользоваться этим для нападения. Хейсу и его рейнджерам пришлось прикрывать отступление.

Хейс взял 35 человек, и напал на врага так неожиданно и яростно, что уланы обратились в бегство. Мексиканцы пытались уйти вверх, к перевалу, но рейнджеры преследовали их, не отставая. Во время этой гонки двое людей Хейса (Хендерсон Риджли и Уильям Уолпос) были убиты, а под капитаном Робертсом подстрелили лошадь. Рейнджеру пришлось остаться на дороге.

Когда рейнджеры почти настигли врага, со стороны перевала неожиданно показался ещё один отряд, в полтысячи улан. Техасцы к этому моменту успели расстрелять почти все патроны, и Хейс приказал отступить. Теперь уже уланы стремились настичь рейнджеров, но те успели забрать тела двух своих убитых и оставшегося без лошади капитана Робертса.

Хейс отступал последним, прикрывая отход своих людей. Он развернулся навстречу мексиканцам и застрелил двух улан, после чего поскакал вниз, за своими людьми. На протяжении всего пути Хейс снова и снова останавливался, поворачивался лицом к врагу и стрелял в улан, чем заставлял их нервничать. Мексиканцы сразу поняли, что ни один выстрел этого смельчака не уходит мимо цели. Первые ряды улан теперь скакали зигзагами, стремясь уклониться от пуль Хейса. Эти уклончивые маневры создавали хаос в рядах улан и тормозили погоню. Хейс методично повторял свои действия снова и снова, пока все его люди благополучно не ушли от мексиканцев по узкому перешейку между горами. Генерал Лейн сказал впоследствии об этом эпизоде: "Никогда ни один офицер не вёл себя более храбро, чем полковник Хейс в этом деле"[1].

Когда Хейс присоединился к своим людям, те успели перезарядить оружие и теперь рвались в бой, но мексиканцы не стали рисковать и отступили. Генерал мексиканской армии Хоакин Ри (Joaquin Rea) оказался здравомыслящим человеком, не склонным поддаваться эмоциям и преследовать врага любой ценой. Ри хотел сохранить как можно больше своих людей и присоединиться к основной мексиканской армии, которой предстояло ещё много сражений. Он прекратил преследование.

Спасательная операция удалась американцам почти без потерь. В этом эпизоде у рейнджеров было двое убитых и двое раненых, а мексиканцы (по официальным оценкам) потеряли около пятидесяти человек. Пленные вернулись к своим, а трофейные пушки и боеприпасы оказались очень кстати американской армии.

Несколько дней спустя рейнджеры были уже в городе Пуэбло, но отсюда они почти сразу отправились в Мехико, и 6 декабря 1847 года въехали в столицу, которая к этому моменту уже была занята американцами. Некоторые современники Хейса оставили свои воспоминания об этом событии. Так, капитан рейнджеров Джон Форд писал позднее: "Наш въезд в город Мехико произвёл сенсацию среди жителей. Всеми владело большое любопытство, чтобы увидеть своими глазами "Los Diablos Tejanos" - Дьяволов Техаса". Генерал Этан Аллен Хитчкок (Ethan Allen Hitchcock) тоже оставил свои впечатления о рейнджерах: "Рейнджеры Хейса приехали... Их внешность, о которой никогда невозможно забыть... Все виды плащей, пальто и головных уборов, но они сильные, атлетически сложенные товарищи. Мексиканцы ужасно боятся их"[1].

Рейнджеры оставались в столице Мексики около месяца, и едва ли хоть одну ночь не случалось стычек между ними и местными партизанами. Слушая ночь за ночью оружейную пальбу, генерал Скотт пришёл к выводу, что проблему с партизанами надо решать более радикальными методами, и отослал рейнджеров в разведку. 10 января 1848 года Хейс взял 65 человек рейнджеров и отправился на поиски лидера партизан, падре Селедонии де Жароты (Celedonia de Jarauta). Зная, что священник был в Сан-Хуан-Теотиуакан (San Juan Teotihuacan), рейнджеры Хейса заняли большое каменное здание на площади этого поселения.

У Жароты были свои осведомители в каждом населённом пункте, поэтому он быстро узнал о том, где остановились рейнджеры. Ночью падре Жарота привёл несколько сотен своих партизан, те пробрались на крыши домов, окружающих площадь, и обстреляли дом, в котором остановились рейнджеры. Несколько партизан попытались под прикрытием непрерывного огня проникнуть внутрь помещения, но капитан Эфраим Дэгджетт и несколько его людей открыли ответный огонь, не пустив врага в дом. Хейс отдал своим людям приказ контратаковать. Часть рейнджеров поднялись на крышу дома, другая часть, под прикрытием их выстрелов, выбрались на улицу и напала на мексиканцев. Падре Жарота был ранен и его люди отступили, потеряв пятнадцать человек убитыми и пятерых ранеными. Среди рейнджеров не было ни убитых, ни раненых. Преследуя отступающих партизан, рейнджеры меньше чем за тридцать часов прошли расстояние в 107 миль и разбили врага, несмотря на его численное превосходство. Однако, предводителю партизан удалось уйти.

В феврале 1848 года рейнджеры Хейса совместно с драгунами майора Полка снова пытались поймать неуловимого падре Жароту. На этот раз разведка сообщила, что он с новым отрядом прячется в горах к северо-востоку от Мехико и генерал Лейн потребовал, чтобы его деятельность была пресечена. Несколько раз американская армия пыталась настичь мятежного падре, но он пользовался поддержкой населения и каждый раз успевал ускользнуть. Наконец рейнджеры, пройдя быстрым маршем в Сегуальтеплан (Sequalteplan), неожиданно напали на партизан, когда те не были готовы к бою. Рейнджеры выиграли сражение, несмотря на то, что силы были примерно два к одному в пользу мексиканцев. Около 120 мексиканцев было убито, и только пятеро рейнджеров ранено. Жарота на этот раз сбежал заранее, бросив своих людей за несколько минут до прибытия техасцев. Однако, терпя поражение за поражением, этот неуловимый бандит потерял популярность среди мексиканцев, к нему уже не присоединялись новые люди, и он перестал быть опасен для американцев.

Хейс и Санта-Анна

18 января 1848 года Хейс с четырьмя отрядами рейнджеров был отправлен генералом Лейном для выяснения состояния дорог и наличия партизан в мексиканских штатах Пуэбла (Puebla) и Oaxaка (Oaxaca). Рейнджерам стало известно, что президент-генерал Санта-Анна может находиться в г. Теуакане (Tehuacan), штат Пуэбла.

На подходе к городу Хейса и его людей догнала богатая карета с дюжиной охранников. Опасаясь, что тот, кто едет в этой карете, может предупредить Санта-Анну об опасности, Хейс и его рейнджеры остановили её. У единственного пассажира была охранная грамота, выданная американцами, и генерал Лейн разрешил этому человеку проезд. Хейс был против такого решения, но вынужден был подчиниться генералу Лейну. Опасения Хейса оправдались: когда на следующий день войска вошли в город, мексиканского президента в нём уже не было. Санта-Анна был предупреждён, и ночью мудро сбежал из города, не дожидаясь подхода врагов.

Санта-Анна покинул город так поспешно, что оставил своё имущество: семнадцать упакованных ящиков одежды. Позднее генерал Лейн переслал большую часть захваченных вещей второй жене Санта Анны, Долорес де Тосте. Однако, несколько вещей Санта-Анны остались американцам в качестве военных трофеев. Одно пальто Санта-Анны было настолько тяжёлым из-за золотых шнурков и украшений, что потянуло на весах пятнадцать фунтов (6,8 кг). Другой жакет генерала Санта-Анны был настолько обильно украшен серебром, что впоследствии из этого серебра вылили больше десятка ложек. Декоративную трость с опорой из золота и рукояткой в форме орла, украшенной большим количеством алмазов, рубинов, сапфиров, и изумрудов, рейнджеры передали Хейсу, но он не нуждался в подобном украшении. Поэтому, как только майор Уильям Х. Полк оговорился, что эту трость можно было бы преподнести его брату, президенту Джеймсу Полку, Хейс тут же отдал её со словами: "Мне не нравится такое украшение. Передайте это президенту Полку и скажите, что это - подарок от техасцев"[1].

Экспедиция генерала Лейна продлилась 14 дней. За это время было пройдено около 500 миль. Учитывая 400 миль предыдущей экспедиции, люди преодолели в общей сложности около 900 миль за 35 дней. При этом между двумя экспедициями рейнджеры Хейса не отдыхали вместе со всеми в Мехико, а снова и снова выходили против партизан. Разумеется, рейнджеры очень устали. Тем не менее, отряд Хейса храбро сражался до самого конца войны.

Вторая война с Мексикой продлилась до марта 1848 года. Несмотря на успешное отступление Санта-Анны, который всеми силами избегал столкновения с техасскими рейнджерами, ему всё-таки довелось встретиться с Хейсом. Правда, это случилось уже после перемирия. К этому времени и мексиканская, и американская сторона дали проигравшему генералу разрешение уехать из страны. Но он принял его с большой неохотой, и всё время тянул с отъездом, видимо надеясь, что обстоятельства изменятся в его пользу. Чтобы не возникало новых конфликтов, американский полковник Джордж В. Хьюс, губернатор занятой Халапы, предоставил бывшему президенту Санта-Анне военный эскорт. 28 марта Хьюс с тремя отрядами добровольцев из Мэриленда встретил побежденного Генерала Санта Анну в Сан-Мигеле, где генералу принадлежало поместье. Был дан большой званый обед. Зная, что рейнджеры Хейса располагаются всего в четырёх милях от этого места, полковник Хьюс пригласил Джека Хейса на празднество.

Здесь стоит сказать несколько слов о личности мексиканского президента-генерала. Антонио Лопес де Санта-Анна, по мнению многих его современников, считался одновременно и героем и злодеем в своей стране. Его путь к власти нельзя назвать простым. Не имея никакого систематического образования, он в 16 лет прибавил себе возраста и поступил на военную службу. Его героем и учителем был генерал Хоакин де Арендодо, оставивший о себе кровавую славу усмирителя бунтов. В 1813 году Арендодо получил приказ испанского правительства перейти Рио-Гранде и подавить первое восстание жителей Техаса, в то время ещё полностью испанского. Мятежники в основном состояли из не обученных военному делу мексиканских крестьян, индейцев и небольшого количества англоязычных американцев. Для хорошо вооружённых войск мексиканской армии эти люди не могли быть противниками. Арендодо уничтожил практически всех, а 19-летний Санта-Анна получил первый наглядный урок "усмирения" мятежа. Будущий президент-генерал сделал из своих наблюдений за методами Арендодо два фатальных вывода: о том, что любой бунт техасцев нужно подавлять кровью, и о том, что техасцы не в состоянии бороться против регулярной армии. Впоследствии эти два вывода привели мексиконское правительство, возглавляемое Санта-Анной, к потере Техаса.

В войне против французской оккупации в 1838 году, когда французские войска блокировали важный порт в Вера-Крус, Санта-Анна добровольно возглавил войска, чтобы вести их против французов. Однако потерпел поражение и, захваченный врасплох, вынужден был бежать от захватчиков в одном нижнем белье. Не смутившись первоначальным поражением, Санта-Анна снова выступил против французов, и выбил их из гавани. В этом сражении он получил рану в левую ногу ниже колена, что привело к ампутации ноги. В Мексику Санта-Анна вернулся героем и вскоре стал президентом в первый раз. Он одиннадцать раз становился президентом, но в общей сложности пробыл на этой должности всего пять лет и восемь месяцев.

К началу Американо-Мексиканской войны Санта-Анна был президентом в девятый раз. За плечами у него было уже восемь отставок, когда сами мексиканцы низлагали его и отправляли в изгнание. В этот раз он был побеждён американским генералом Уинфилдом Скоттом, и предпринял попытку бежать из Мехико, чтобы не быть пойманным рейнджерами Хейса. К этому времени мексиканцы стали уже звать Санта-Анну: "Наш бессмертный Три Четверти", намекая на отсутствие ноги и постоянное возвращение к президентству несмотря на регулярные свержения. Его ждала очередная высылка из Мексики, но, по всей видимости, Санта-Анна и сам верил, что он "бессмертен" как президент, и не особенно волновался из-за очередного поражения.

Итак, в конце марта 1848 года на званом обеде в Сан-Мигеле, на который был приглашён и полковник Джек Хейс, Санта-Анна наслаждался изысканной пищей и вином, а главное, благоприятным впечатлением, которое, как он считал, производит на американцев. В толпе, окружающей место пиршества, стоял неприметный человек, без знаков отличия, скромно и просто одетый. Майор Джон Р. Кенли предложил этому молодому человеку представить его Санта-Анне и подвёл через толпу к президенту-генералу. Кенли рассказывал позднее: "Приостановка общей беседы, и ощущение тревоги, заметное среди мексиканских чиновников, действовали на меня болезненно. Санта-Анна пока ещё ел фрукты. Я сказал: "Генерал! Разрешите мне представить вам, - когда я произносил это, он повернул к нам своё высокомерное лицо, - Полковника Джека Хейса". Когда я объявил так, поведение и настроение Санта-Анны моментально изменилось и если бы заряженная бомба с горящим фитилём, шипя, упала на обеденный стол, она не вызвала бы большей реакции... Сеньор Санта-Анна сделался очень бледен... Полковник Хейс, джентльмен, каким он был, скромно поклонился и покинул комнату"[1].

4 апреля Санта-Анна покинул Мексику. Хейс был одним из его эскорта в Ла Антигуа (La Antiqua), где генерал сел на испанское судно, направляющееся в Венесуэлу. Конечно же, генерала Санта-Анну испугал не внешний вид Хейса, которого все описывали как человека скромной и совершенно не агрессивной наружности. Тем не менее, присутствие скромного техасского полковника заставило мексиканского президента-генерала Санта-Анну бледнеть и пугаться. Более того, немедленно после встречи с Хейсом Санта-Анна объявил, что он готов уехать из страны.

А внешность знаменитого полковника была действительно очень скромна. Например, лейтенант Альберт Бракетт оставил такое описание техасского рейнджера: "Я с трудом поверил, что этот худощавый красавец был самым известным техасским рейнджером. Джек был очень скромным... очень просто одет в короткую синюю куртку, чёрную кожаную шапочку, чёрные брюки и не было в нём ничего, что бы обозначало его принадлежность к какой-либо армии или то, что он имел какой-то ранг в ней. Лицо его было худым и сильно загорелым, и его тёмные волосы и тёмные глаза придавали оттенок меланхолии к его облику. Он не носил ни бороды, ни усов, и его небольшой рост - он был всего около 5 футов 8 дюймов (170 см.) - заставлял его походить скорее на юношу, чем на взрослого мужчину"[1].

Хейс покидает рейнджеров

Война закончилась, постепенно все американские войска были выведены с территории Мексики. Рейнджеры покидали чужую землю одними из последних. В Техасе Хейса и его людей встречали с большим почётом, им навстречу выехала делегация жителей Сан-Антонио. 20 мая 1848 года в их честь был дан большой праздник. Как писал корреспондент Новоорлеанской газеты: "звездой вечера была прекрасная леди полковника Хейса". А ещё месяц спустя Джон Коффи Хейс уволился из техасских рейнджеров.

Джек Хейс мотивировал свой уход "личными причинами". Накопилась усталость, хотелось побыть с семьёй. Но отдых получился недолгим. Почти сразу после ухода из рейнджеров, Хейс вернулся на службу геодезиста, и группа инвесторов из Сан-Антонио попросила его, чтобы он помог найти более короткий маршрут в Эль-Пасо. С разрешения властей Хейс организовал экспедицию, в котором должны были принять участие пограничные рейнджеры Техаса.

Покинув Сан-Антонио 27 августа 1848 года, Хейс добрался до лагеря рейнджеров на реке Льяно (Llano), около поселения Кастель (Castell) в центральной части Техаса. Отсюда он повёл объединённый отряд рейнджеров к ручью Команчей, а затем вдоль Джеймс Ривер (James River) и северной вилки реки Нуэсес, к Лас Морас (Las Moras) - притоку Рио-Гранде, и дальше на Запад, через протекающую по дну ущелья Реку Дьявола. 26 сентября рейнджеры достигли Пекоса, пройдя за месяц 418 миль[1].

К западу от Пекоса местность была абсолютно безжизненной. Здесь не было ни дичи, ни хорошей воды. К началу октября, как отметил один из участников похода, Сэмюэль Мэверик, они "ели мясо мустанга, которое было в большом спросе". Когда спустя девять дней они, наконец, они добрались до Сан-Карлоса, маленькой мексиканской деревушки на Рио-Гранде, они уже питались всем, что подвернётся под руку: "травой, мясом гремучих змей, скунсов и пантер". Неподалёку от Сан-Карлоса, в форту Литон люди Хейса наконец получили возможность купить необходимую им провизию. До Эль-Пасо оставалось всего 150 миль по знакомым дорогам, но приближалась зима, и Хейс принял решение возвращаться домой[1].

31 октября 1848 экспедиция покинула форт Литон и направилась на северо-восток, пройдя 150 миль обратно к Пекосу. Рейнджеры пришли к выводу, что они наметили вполне пригодную для круглогодичного использования дорогу. Достигнув истока Реки Дьявола, экспедиция разделилась на три группы. 28 человек пошло на восток, прямо к Сан-Антонио. Капитан Сэмюэль Хайсмит возглавил вторую группу, которая двинулась на северо-восток, к реке Кончо (Concho) в центральной части Техаса и собственному лагерю рейнджеров. Хейс взял третью группу из 13-ти человек, чтобы исследовать область реки Лас Морас на юго-востоке. Постепенно продвигаясь к дому, рейнджеры во главе с Хейсом отыскивали наиболее удобные для всадников тропы и заносили их на карту.

В общей сложности экспедиция Хейса прошла 1 303 мили за 106 дней. По оценке Хейса лучший маршрут из Сан-Антонио лежал на север в Сан-Сабу, затем через реки Кончо и Пекос, и на запад в Эль-Пасо. И это действительно оказалось самой лучшей дорогой. В настоящее время примерно по этому маршруту через Техас проходит шоссе 10-й автомагистрали (дорога, соединяющая штаты Калифорния, Аризона, Нью-Мексико, Техас, Луизиана, Миссисипи, Алабама и Флорида. Эта четвёртая по протяжённости в США магистраль длиной в 2460,34 мили (3959,53 км)[12,13,14].

В январе 1849 года Хейсу было предложено занять место губернатора Техаса, но он отказался даже рассматривать это предложение. Когда Конгресс создал министерство внутренних дел по индейским вопросам, Хейс некоторое время принимал участие в работе этого министерства, но активно вмешиваться в общественную жизнь Техаса всё-таки не стал. Он покинул Техас в июне 1849 года. Путешествовал вместе со своим хорошим другом майором Джоном Кэпертоном и сорока людьми, сопровождая отделение армейских инженеров и эскорт пехоты, строящих дорогу в Эль-Пасо. Пять недель Хейс провёл в лагере напротив Эль-Пасо, пытаясь найти общий язык с воинственными Апачами Хилы. Но под конец Хейс пришёл к выводу, что с этим племенем невозможно договориться и они никогда не примут спокойного образа жизни в резервации. Подозревая, что пройдут годы, прежде чем у федерального правительства появится по-настоящему жизнеспособная программа для решения проблем с апачами, Хейс отправился в г. Тусон, штат Аризона.

В это время в Тусоне находилась группа европейских эмигрантов. Воспользовавшись присутствием Хейса, эмигранты уговорили его провести их через страну апачей, в Калифорнию. Двигаясь новым маршрутом, через пустыню, Хейс провёл эмигрантов к реке Хила (приток р. Колорадо), и вдоль этой реки вывел на территорию штата Калифорния. 5 декабря 1848 экспедиция добралась до города Сан-Диего на берегу Тихого океана. В общей сложности эмигранты под предводительством Хейса прошли от Тусона до Сан-Диего более 500 км[1].

В начале января 1850 года Хейс перебрался в Сан-Франциско, куда он был приглашён для того, чтобы занять пост шерифа графства. Хейс занял этот пост 9 апреля, назначив своим помощником Джона Кэпертона. Калифорнийская золотая лихорадка привлекла в штат более 40 000 человек. Люди стекались прежде всего в Сан-Франциско. Большая часть этих людей была авантюристами, беглыми преступниками, отчаявшимися и отчаянными. В городе необходимо было поддерживать закон и порядок. Хейс принял на себя эту сложную задачу и собрал 200 добровольцев, из которых был сформирован "Комитет Бдительности Сан-Франциско". Первым делом члены Комитета поймали и повесили грабителя, похитившего сейф из городского банка. В дальнейшем Комитет действовал так же эффективно, отправляя особо опасных преступников на виселицу, а менее опасных - в тюрьму. Чтобы найти применение тем заключённым, которые не заслуживали виселицы, Хейс предложил использовать их на работе в каменоломнях, где добывался камень, которым мостили улицы города. Постепенно, стараниями Комитета, Сан-Франциско становился цивилизованным и благоустроенным городом[6]. Помимо правоохранительной деятельности, Хейс был и организатором первой пожарной охраны Сан-Франциско.

К сентябрю 1850 к Хейсу прибыли его жена Сьюзен и брат Роберт. Джек Хейс купил ранчо в 2 000 акров земли, в тридцати милях от города, на котором 25 августа 1852 года родился первый ребёнок четы Хейс. Его назвали Джоном Кэпертоном Хейсом, но памятуя обещание, данное Бизоньему Горбу, Джек Хейс присовокупил к имени первенца прозвище: "Бизоний Горб Младший". Когда всё ещё живой и здравствующий военный вождь команчей услышал об этом, он послал в подарок ребёнку золотой кубок и две золотые ложки. У четы Хейсов родилось впоследствии ещё пятеро детей, но, к сожалению, большинство их умерли во младенчестве, и только "Бизоний Горб Младший" и дочь Элизабет дожили до старости.

В 1852 году Хейс и его друг Джон Кэпертон сообща купили 10 квадратных лиг (приблизительно 179 квадратных километров) земли, которая состояла из двух покрытых дубовыми рощами полуостровов. Эта покупка сделала обоих очень богатыми людьми. На этом месте начал строиться будущий город Окленд, в числе основателей которого значится и Джек Хейс[6].

Проживая в Калифорнии, Хейс участвовал только в одной компании против краснокожих, когда на белых поселенцев напали индейцы племени Паюто. По некоторым сведениям, Хейс взялся помогать старому другу, капитану техасских рейнджеров Эдварду Стори. В компании участвовали добровольцы из Вирджинии, федеральные войска и рейнджеры Техаса. Хейс командовал объединёнными силами. 2 июня 1860 года состоялось жестокое рукопашное сражение, в результате которого вождь Виннемакка сбежал, его власть была уничтожена и армия смогла положить конец военным действиям.

В Калифорнии Джек Хейс вёл активную политическую и экономическую деятельность. Помимо своих обязанностей шерифа графства, он был одним из важных застройщиков и ранчеров Калифорнии. Благодаря его помощи развивалась сеть железных дорог, строились новые причалы, учреждались банки. Он был главным акционером в Оклендской газовой компании, основателем и директором национального банка Союза. Хейс был одним из основных лидеров Калифорнийской демократической партии и щедрым сторонником и попечителем академических учреждений в государстве. Во время Гражданской войны 1861-1865 гг. Хейс благодаря своему авторитету в значительной степени способствовал тому, что Калифорния так и не вступила в войну ни на чьей стороне[1].

После того, как ему исполнилось шестьдесят лет, Джек Хейс стал ощущать проблемы со здоровьем: сказывались напряжённая жизнь и старые травмы. В период с 1879 по 1883 год Хейс практически отошёл от всех дел. Он стал проводить зимы в Аризоне и Южной Калифорнии, ища облегчения от ревматизма и артрита. Понимая, что серьёзно болен, и скорее всего, долго не проживёт, Хейс перевёл почти всю свою собственность на имя жены и сына, оставив себе только 10 000 долларов на текущие расходы.

21 апреля 1883 года, в день празднования памяти битвы в Сан-Хасинто, которая принесла решающую победу в Техасской революции, Джек Хейс умер на своем ранчо в Пьемонте, Калифорния. Ему было шестьдесят шесть лет. При переносе его тела на кладбище Маунтин Вью, в Окленде, оклендская Конница служила ему эскортом и почетным караулом[1].

* * *

Джон Коффи Хейс прожил жизнь, полную удивительных приключений, драматических сражений, трудных походов и славных подвигов. Он участвовал во многих ключевых событиях, происходящих на Американском континенте. По свидетельствам его современников, он был добрым, заботливым и сострадательным человеком. Он никогда не проигрывал в боях. Его храбрость и бесстрашие сделали его легендой своего времени.

Тринадцать лет Хейс прослужил в техасских рейнджерах, пройдя путь от рядового до полковника. Покинув Техас, Хейс честно и добросовестно защищал закон и порядок в штате Калифорния. Благодарные сограждане не забывали его заслуг. Уже в 1848 году одно их графств Техаса было названо в его честь. И в Калифорнии, и в Техасе поставлено несколько памятников Джону Хейсу.

По мнению биографов Джона Коффи Хейса, он по праву является самым известным и прославленным из всех рейнджеров Техаса с самого начала существования этой организации.

Источники

1. Lee Paul. John Coffee Hays: Captain Yack // http://www.theoutlaws.com/heroes2.htm

2. 1847 Colt Walker // http://www.outdoorlife.com/node/1001308136

3. Alan C. Huffines. The Texas War of Independence 1835-1836. From Outbreak to the Alamo to San Jacinto // New York NY 10016, USA

4. Erastus "Deaf" Smith (1787-1837) // http://www.lsjunction.com/people/smith.htm

5. Jaime Rodriguez. La Crisis de Mexico en el siglo XIX // http://www.iih.unam.mx/moderna/ehmc/ehmc10/124.html

6. John Coffee "Jack" Hays // http://www.legendsofamerica.com/law-johnhays.html

7. John Coffee Hays And The Evolution Of War Fighting In The Wild West // http://feraljundi.com/2010/05/27/history-john-coffee-hays-and-the-evolution-of-war-fighting-in-the-wild-west/

8. John Coffee Hays. The San Francisco Bay Region" Vol. 3 page 32-36 by Bailey Millard. Published by The American Historical Society, Inc. 1924. // http://freepages.genealogy.rootsweb.ancestry.com/~npmelton/sfbhay.htm

9. Joseph Milton Nance, trans. and ed., "Brigadier General Adrian Woll's Report of His Expedition into Texas in 1842," Southwestern Historical Quarterly 58 (April 1955)

10. Hard Road to Texas.Texas Annexation 1836-1845 // http://www.tsl.state.tx.us/exhibits/annexation/index.html

11. Hubert Howe Bancroft, History of the North Mexican States and Texas (2 vols., San Francisco: History Company, 1886, 1889)

12. Interstate 10 // [url=http://www.interstate-guide.com/i-010.html;]http://www.interstate-guide.com/i-010.html;[/url]

13. Interstate 10 Highway // http://i10highway.com/

14. Main Routes of the Dwight D. Eisenhower National System Of Interstate and Defense Highways as of October 31, 2002 // http://www.fhwa.dot.gov/reports/routefinder/table1.htm

15. Marion Day Mullins. Republic of Texas: Poll Lists for 1846. - Genealogical Publishing Com, 1974.; Antebellum Texas // http://www.tshaonline.org/handbook/online/articles/npa01

16. Memoirs of Mary A. Maverick. San Antonio: Alamo Printing, 1921// http://openlibrary.org/books/OL7042222M/Memoirs_of_Mary_A._Maverick

17. Mexican-American War 1846-1848 // http://www.onwar.com/aced/nation/may/mexico/fmexicousa1846.htm

18. Mier expedition who were executed at Salado, March 25 1843 // http://members.westnet.com.au/talltrees/MIER.HTM

19. Republic of Texas Government // http://www.worldstatesmen.org/US_Texas.html

20. Republic of Texas // http://www.sonofthesouth.net/texas/

21. The Mier Expedition by George Lord // http://www.tamu.edu/ccbn/dewitt/mierlord.htm

22. Zachary Taylor Letters for the years 1846 thru 1849 // http://www.familytales.org/results.php?tla=zat

23. http://en.wikipedia.org/wiki/Colt_Walker

24. http://jack0204.tripod.com/gen/Heskew/council.htm

25. http://home.comcast.net/~dsmjd/tux/dsmjd/tech/dragoon.htm

26. http://millercenter.org/president/jackson

27. http://newjacksonianblog.blogspot.com/2010/08/jacksonianism-and-american-empire.html

28. http://www.articlesbase.com/history-articles/the-colt-paterson-revolver-and-the-winning-of-the-texas-west-3537590.html

29. http://www.forttours.com/pages/councilhouse.asp

30. http://www.hackman-adams.com/guns/ColtWalker.htm

31. http://www.u-s-history.com/pages/h154.html

32. http://www.uberti.com/firearms/walker.php/

33. http://freepages.genealogy.rootsweb.ancestry.com/~npmelton/sfbhay.htm

34. http://www.steamthing.com/2007/01/my_essay_on_and.html

Техасские города: Даллас - это не только город, в котором убили Кеннеди

На данный момент Даллас - третий по численности населения город штата Техас (девятый - в США). Расположен на реке Тринити. Город является крупнейшим экономическим центром штата.

Даллас составляет конурбацию "Даллас - Форт-Уэрт". Конурбация "Даллас - Форт-Уэрт" является 4-й по численности среди агломераций США (6,3 млн чел.). Агломерацию Даллас составляет вместе с городами: Арлингтон, Дунканвилл, Гарланд, Дентон, Ирвинг, Мескит и Плейно.

Городская агломерация (от лат. agglomero - присоединяю) - компактное скопление населённых пунктов городского типа, объединённых в единую динамическую систему с тесными производственными, транспортными и культурными связями.

Конурбация (от лат. con "вместе" и urbs "город") - городская агломерация полицентрического типа, имеющая в качестве ядер несколько более или менее одинаковых по размеру и значимости городов при отсутствии явно доминирующего центра.

Карта Техаса

Даллас, округ Даллас, штат Техас, США

Координаты: 32° 46′ 57″ с. ш. 96° 47′ 51″ з. д.

Основан в 1841 году, городом стал в 1856 году

Площадь - 997,1 квадратных километров

Высота центра - 131 м. над уровнем моря

Население к 2007 году - 1 240 499 человек

Даллас в XIX - начале XX века

Даллас был официально зарегистрирован как поселение городского типа в феврале 1856 года (окончательно стал считаться городом с 1871 года). Экономика Далласа на данный момент базируется прежде всего на банковском деле, торговле, телекоммуникациях, компьютерных технологиях, энергетике, здравоохранении и медицинских исследованиях и транспорте.

В восточной части Техаса Даллас быстро стал центром нефтеперерабатывающих заводов и хлопчатобумажной промышленности. На развитие города повлияло и то, что он оказался в центре пересечения многочисленных линий железных дорог. А с 1950-1960 годов, с появлением системы шоссейных дорог, Даллас стал своеобразным координатором движения, связывающим восток, запад, север и юг. Через Даллас проходят четыре основных общегосударственных шоссейных автомагистрали между штатами, и ещё одна автомагистраль делает петлю вокруг города. Аэропорт Даллас - восьмой по величине и загруженности международный аэропорт мира [7].

В последнем рейтинге от 14 сентября 2011 года, Даллас был оценен как альфа-город мира по глобализации, и является единственным городом в Южном, Центральном и Юго-Западном регионах США, который соответствует этому статусу. Помимо этого, Даллас занимает 14-е место в мировом рейтинге организаций по экономическому сотрудничеству и развитию.

Альфа-город , или глобальный город - это город, который является важным элементом мировой экономической системы. Обычно он имеет ключевое значение для больших регионов Земли и оказывает на них серьёзное политическое, экономическое или культурное влияние.

Поговорим немного о не такой уж длинной истории этого города. Он не является типичным для Техаса, и скорее похож на крупные города Востока и Севера США, что обусловлено спецификой его развития.

Территория будущего Далласа первоначально входила в состав французской колонии. После того, как в XVI веке северная граница Новой Испании была проведена по Красной Реке, территория Далласа, вместе с остальным штатом Техас, вошла в состав испанского вице-королевства Новая Испания.

Один из европейцев, который, вероятно, побывал на территории будущего Далласа в 1778 году, был некто Атанас де Мезьер - француз на службе у короля Испании. По непроверенным сведениям, он начал свой путь близ современного города Форт-Уэрт, откуда он проследовал по западной окраине территории на реке Бразос, возле нынешнего городка Вако. Затем он перешел на север в реке Ред Ривер. Он писал: "Стоит отметить, что от реки Бразос, на которой живут Tuacanas, и, пока не достигнешь реки, которая омывает деревню Taovayzes (на Ред Ривер), можно увидеть на правой стороне лес, который местные жители называют Великий Лесом. <...> Это очень плотный, но не очень широкий лес. Казалось бы, там даже самый неопытный найдёт прибежище в этом опасном регионе, и тем, кого мало и кому не хватает смелости, нетрудно перейти от одной деревни к другой. Де Мезьер". [4]

Биограф де Мезьера, некто Болтон, был убежден, что де Мезьер описал Восточной Путь через Строевой лес, и его маршрут должен был пересечь Западный рукав реки Тринити (река Троицы) между современным Форт-Уэртом и Арлингтоном.

Территория будущего Далласа оставалась под властью Испании до 1821 года, когда Мексика провозгласила свою независимость от Испании, и эта местность вместе со всем Техасом стала частью мексиканского штата Коауила. Республика Техас отделилась от Мексики в 1836 году и оставалась независимой страной в течение почти 10 лет.

В 1839 году торговый агент Джон Нили Брайан, который налаживал связи между индейцами и белыми поселенцами, первый отметил, что место будущего города Далласа недаром является пересечением множества индейских троп. В этом месте был самый удобный природный брод на ближайшие сотни километров вдоль широкой поймы реки Тринити. Проложенный Брайаном маршрут с севера на юг через этот брод стал особенно важным после присоединения Техаса к США в 1845 году.

Завершив своё исследование, Брайан вернулся в родной штат Арканзас. Примерно в это время был подписан договор о переселении всех индейцев из Северного Техаса на Запад. Когда Брайан вернулся в ноябре 1841 года, половины его клиентов-индейцев на старых местах не было. Тогда он решил, что вместо торгового поста, он создаст постоянное поселение, которое и основал в ноябре 1841 года. А уже в 1844 году некто Дж. П. Дюма разметил по 0,5 квадратных миль (1,3 кв. км) для кварталов и улиц будущего города.

В 1855 году группа европейских художников и музыкантов (французских, бельгийских и швейцарских), решила создать к Западу от Далласа собственное утопическое сообщество под названием "La Reunion" ("Воссоединение"). Но в 1857 году это предприятие благополучно рухнуло, и многие художники переехали в Даллас, образовав в городе арт-квартал, который существует и поныне.

2 февраля 1856 года, в ходе очередной сессии шестого Законодательного собрания Техаса, Даллас был официально признан городским поселением. Для него был принят городской устав. Первым мэром Далласа стал Сэмюэл Прайор. Вместе с ним были избраны городской констебль, казначей-рекордер, и шесть старейшин. К 1860 году население города достигло 678 человек, включая 97 афро-американцев. Помимо англоязычного населения здесь проживали бельгийцы, французы, немцы и швейцарцы. И к этому же, 1860 году, к городу с Юга подвели железную дорогу.

В июле 1860 года на главной площади Далласа вспыхнул пожар, уничтожив большую часть зданий в деловом районе города. Многие жители предполагали, что это - дело рук аболиционистов, которые подстрекали к поджогу местных рабов. В результате разбирательства трое рабов были повешены, а остальных администрация города предписала высечь. Какова была судьба подстрекателей-аболиционистов - история умалчивает.

В 1861 году, непосредственно накануне войны между Севером и Югом, население Далласа проголосовало за отделение от Штатов, в 741 голос против 237. В годы войны город активно помогал Конфедерации, но его месторасположение было далеко от мест сражений, и Даллас практически не получил никакого ущерба.

Период Реконструкции Юга принес в Даллас много проблем. 19 июня 1865 г. техасский рабы были освобождены, и многие афро-американцы, которым решительно некуда было податься, приехали в Даллас, поскольку город оставался относительно процветающим по сравнению с другими южными городами, в разной степени пострадавшими за годы войны. Вольноотпущенники селились по всему Далласу и вели себя по отношению к белому населению нагло, вызывающе, а часто и очень агрессивно, поскольку северное правительство и военные поддерживали чёрных. Белое население терпело недолго, и в 1868 году в Далласе появился Ку-клукс-клан, после чего страшно стало уже чёрным и их сторонникам.

Памятник Конфедерации

Несмотря на проблемы, связанные с Реконструкцией, послевоенный Даллас стал быстро развиваться. Во многом этому способствовали энергичные застройщики, такие как братья Уильям У. Росс и Эндрю Дж. Росс. Газета "Dallas Morning News" писала о них: "Уильям У. и Эндрю Дж. Росс были одними из ранних владельцев земли, которые приехали в Даллас в 1866 году. Один из них был ветеран гражданской войны, но оба они были фермерами и застройщиками". Проспект Росс в Далласе был назван в честь двух братьев и проходит примерно по середине той земли, которая им принадлежала. Однако, в 2009 году в совершенно другом, северном штате - штате Невада - некая группа протестантского духовенства вдруг предложила переименовать Росс Авеню в Далласе в честь идейного лидера Индии - Махатмы Ганди [2].

Карта Далласса, 1872 год.

Карта Далласса, 1892 год.

Уже с начала 1870-х годов основные железные дороги север-юг и восток-запад пересеклись в Далласе, тем самым положив начало развитию города как коммерческого центра. Это способствовало резкому приросту населения. Если в начале 1872 года здесь проживало 3 000 человек, то к сентябрю того же года жителей стало уже более 7 000 человек. Новые здания и предприятия, по отзывам современников, закладывались чуть ли не каждый день.

Центр Далласа, карта 1871 года

Перегон скота, 1890 год

Карта Далласа, 1905 год

В послевоенные годы Даллас стал "последним шансом" для людей, путешествующих в западном направлении. В Далласе они всё ещё могли одуматься и не ехать дальше, на неосвоенные и опасные земли Дикого Запада.

Рекламный лист железной дороги Миссури-Канзас-Техас, 1881 год

Начиная с 1870-х и примерно до 1920-х годов Даллас развивался из центра земледелия и скотоводства в самостоятельный промышленный город. Рост промышленности в Далласе отчасти стимулировался проблемами в сельскохозяйственных областях. Перевозить хлопок к побережью было невыгодно, и в Далласе стали появляться собственные перерабатывающие предприятия. Новые железные дороги и приток жителей помогли развитию хлопчатобумажной промышленности, и к середине 1890-х годов Даллас уже был крупным, преуспевающим городом.

Библиотека Карнеги в Далласе

Собор Святого Духа в Далласе

Даллас вошёл в XX век как город банков, страховых компаний, оптовой и розничной торговли и многочисленных предприятий. Он стал центром по торговле хлопком, зерном и скотом. В культурном отношении Даллас тоже лидировал среди городов Техаса. В нём открывались всё новые и новые театры, издавалось рекордное для Техаса количество книг. Лидировал город и по оптовой продаже спиртных напитков и наркотиков, что конечно же, культурным достижением назвать нельзя. Но впереди Даллас поджидало серьёзное испытание.

В 1908 году случилось наводнение на реке Тринити. В районе города река достигла глубины 52,6 футов (16,03 м) и разлилась на ширину 1,5 мили (2,4 км). Пять человек погибли, 4000 остались без крова и имущества. Ущерб был оценён в 2,5 млн. долл. После этого потопа городские власти начали искать способ управления опасной рекой. План защиты города был разработан неким Джорджем Кесслером ещё в 1911 году. Он предлагал построить дамбу, которая защищала бы город от наводнений на реке Тринити, но его проект проигнорировали, и частично привели в действие только в 1920-1930-х годах. По всей видимости, к тому времени ничего лучшего никому придумать не удалось. [6;8;9]

Наводнение на реке Тринити в 1908 году

Город Даллас уже на рубеже веков представлял собой многонациональное и многоязычное общество. К примеру, "Маленькая Мексика" - мексиканская община в Далласе, - начала образовываться с 1910 года. После поражения правительства Порфирио Диаса в Мексике и начала мексиканской революции (1910-1920), мексиканцы из всех слоев общества бежали в Техас. Многие уходили как можно дальше от границы с Мексикой, на северо-восток, в хорошо развитый город Даллас, в поисках работы на заводах, в сельском хозяйстве и на железных дорогах. Они начали селиться на месте квартала, который до этого населяли евреи, приехавшие сюда из Польши. Одновременно с этим заселением польские евреи стали покидать этот район. По всей видимости, они не хотели соседствовать с мексиканцами-католиками.

Вид Далласа в 1912 году

Хлопкообрабатывающая фабрика в Далласе

Хлопкообрабатывающая фабрика в Далласе

Хлопковые поля

В первой половине XX века Даллас быстро развивался. Он стал местом одиннадцатого регионального филиала Федерального Резервного Банка. В городе быстро развивалась сеть здравоохранения, в 1915 году открылся университет. Первая мировая война стимулировала развитие авиации, и в Далласе очень скоро появился полигон и учебный центр, а вскоре и первый муниципальный аэропорт Техаса.

В годы Великой Депрессии Даллас процветал. В 1930 году, всего в ста милях от города открыли большое месторождение нефти. Банки поспешно давали кредиты на разработку нефтяных месторождений, и Даллас быстро превратился в финансовый центр для всех нефтяных разработок Восточного Техаса. Нефтяной бум привлёк инвесторов и в градостроительство, потому что в Даллас приезжали новые люди, в надежде получить работу, или извлечь выгоду из добычи нефти, и всем этим людям нужно было где-то жить. Благодаря развитию нефтяной промышленности, город смог выдвинуть свою продовольственную программу, которая помогла многим, и последствия Великой Депрессии сказывались здесь не так остро, как в других местах США.

Во время Второй мировой войны Даллас стал центром производства техники для военных нужд. В 1942 году даласский завод Ford Motor был преобразован и выпускал только джипы и военные грузовики.

Даллас 1942 год, Элм-стрит ночью

В 1950-1960-х годах Даллас стал третьим по величине национальным центром США по развитию электронных технологий. Здесь, на базе компании "Texas Instruments", американский учёный Джек Килби изобрёл и запатентовал принцип интеграции, создав первый, ещё несовершенный микрочип, что стало прорывом в области электроники.

Преуспел Даллас и в области торговли. В 1957 году разработчики Трэммелл Гроу и Джон М. Стеммонс открыли гипермаркет товаров для дома, на Центральном рынке Далласа, и этот комплекс стал крупнейшим оптовым торговым комплексом в мире. Но Даллас данного временного промежутка гораздо более известен иным событием.

Место убийства Кеннеди

22 ноября 1963 года в центре Далласа, на Дили Плаза, был убит президент Джон Ф. Кеннеди. В честь этого печального события здание книгохранилища Техасского университета, из окна которого убийца Ли Харви Освальд выстрелил в Кеннеди, было отдано под исторический музей, рассказывающий о жизни и достижениях убитого президента.

Чем же был знаменит Джон Кеннеди, что его персоне уделяется так много внимания, а над его убийством скорбела вся Америка (во всяком случае, по утверждению официальных средств массовой информации).

Джон Фицджеральд "Джек" Кеннеди (29 мая 1917 года - 22 ноября 1963 года), был 35-м по счёту президентом Соединенных Штатов, и вступил в свою должность в 1961 году. Кеннеди считают вторым самым молодым президентом (после Теодора Рузвельта), и первым американцем, родившемся в 20-м веке и ставшим президентом. Известен Кеннеди и тем, что он был единственным президентом-католиком. Впрочем, сам Кеннеди не особо поддерживал католиков, и даже демонстративно подчёркивал это.

До вступление в должность президента США, в 1956 году, Кеннеди получил Пулитцеровскую премию (выдаётся за достижения в области литературы) за книгу "Profiles in Courage" ("Профили мужества") о восьми выдающихся американских сенаторах. По множеству отзывов, книга эта на самом деле написана не самим Кеннеди, а человеком по имени Тед Соренсен, который писал её для Кеннеди[1]. Несмотря на то, что книга после выхода сразу стала бестселлером, она неоднократно критиковалась за допущенные изменения в биографиях известных сенаторов, приписывание им достоинств и заслуг, которых они не имели, и искажение исторических фактов.

За время своего правления Кеннеди отличился в конфликте с Кубой. Этот инцидент вошёл в историю под названием "конфликт в заливе Свиней", и представлял собой военную операцию, которую начал подготавливать предшественник Кеннеди - президент Эйзенхауэр. Кеннеди не только одобрил предложенный план свержения коммунистического правительства Кубы с Фиделем Кастро во главе, но даже распорядился увеличить количество солдат вдвое, и приказал выдать им бульдозеры для подготовки аэродрома. Кастро с проблемой справился, часть американцев перебив, а часть захватив в плен, так что Кенеди вынужден был долго договариваться об их выкупе и возвращении обратно в Штаты.

Помимо операции на Кубе, Кеннеди отличился неудачными переговорами с лидером СССР Н. С. Хрущовым, в результате чего спровоцировал кубинский ракетный кризис (Карибский кризис). 13 дней, с 16 по 28 октября 1962 года, в опасной близости от США, на острове Куба, находились советские ракеты с ядерными боеголовками. Всё это время Кеннеди вёл дипломатические переговоры с Советским Союзом, настаивая на том, чтобы русские вывезли свои ракеты с Кубы. Сторонам удалось кое-как договориться, и советское руководство отдало приказ о демонтаже и вывозе ядерного оружия с острова.

Следующим известным деянием Кеннеди было вмешательство в дела Западного Берлина, которое подтолкнуло правительство Восточного Берлина на строительство Берлинской стены. События развивались следующим образом: Хрущов потребовал превратить Западный Берлин в демилитаризованную зону, но на это Кеннеди взял на себя инициативу рекомендовать наращивание военной мощи в Европе. Он объединился с союзниками по НАТО, объявив о своем решении добавить 3,25 млрд. долларов оборонного бюджета, и прислать более 200 000 человек дополнительных войск в Западный Берлин. Кеннеди подчеркнул в своём заявлении, что нападение на Западный Берлин со стороны Восточного Берлина будет рассматриваться, как нападение на США. Москва вместе с коммунистическим руководством Восточного Берлина не могла не отреагировать на такую инициативу. Восточная часть города была сначала отгорожена от Западной колючей проволокой, а потом спешно выстроена стена, которая была разрушена лишь в конце 1989 года. В период пребывания американских войск в Западном Берлине побеги из восточной части в западную были особенно массовыми. Близость основного противника СССР стимулировала немцев активно переходить на капиталистическую сторону города.

Кроме выше перечисленного, Кеннеди боролся за гражданские права негров, за равную с мужчинами заработную плату для женщин, попутно разрешив ФБР прослушивание телефонных частных разговоров. К тому же, своими проектами против дискриминации Кеннеди спровоцировал на Юге беспорядки, которые ознаменовались серией террористических актов со взрывами. Пострадало много невинных людей. Также Кеннеди поддержал начавшуюся при предыдущем президенте войну во Вьетнаме. Он отправил во Вьетнам первые регулярные подразделения вооружённых сил США ради того, чтобы "противостоять коммунистической угрозе".

Личная жизнь Джона Кеннеди была ничуть не менее беспорядочная, чем его общественные и политические дела. Отличительной чертой президента Кеннеди было то, что он имел отношения с большим количеством женщин, включая Мэрилин Монро, Гуниллу фон Пост, Джудит Кэмпбелл, Марлен Дитрих, и других. По официальной версии врачей, гормональные препараты, которые Кеннеди принимал, страдая болезнью Аддисона, имели побочный эффект "увеличения его мужественности". Именно поэтому ему не хватало одной единственной жены и он заводил романы со всеми знаменитостями, которые только оказывались поблизости.

Премьер-министр Великобритании Гарольд Макмиллан вспоминал как-то, что однажды Кеннеди сказал ему: "Я удивляюсь, как вы так спокойны, Гарольд? Если я не буду с женщиной в течение трех дней, я получаю страшные головные боли" [5]. Кеннеди полагался на то, что от нежелательных слухов его прикроет любящая и преданная команда, и его сторонники. Заодно Кеннеди надеялся, что дружеские отношения с представителями прессы помогут ему защититься от откровений по поводу его сексуальной жизни. В общем-то, так оно и было. Все знали о любовных похождениях президента, но никто не пытался раздуть из этого скандал.

Немаловажное значение в популярности Кеннеди имело его умение красиво говорить. Он увлечённо и с большим эмоциональным подъёмом говорил о том, что волновало всех, и этим создавал себе выгодный политический имидж. В своей первой президентской речи он сказал: "Не спрашивай, что твоя страна может сделать для тебя. Спроси, что ты можешь сделать для своей страны". Он обратился к народам мира, призывая объединиться для борьбы с "общими врагами человека: тиранией, бедностью, болезнями, и самой войной", хотя впоследствии прекрасно "боролся с войной" военными методами, которые в результате приводили к ещё худшей войне. Про свои идеи создания лучшего мира, он говорил: "Все это не будет завершено в первые сто дней, ни даже за первую тысячу дней, ни при жизни этой администрации, ни даже, возможно, всей нашей жизни на этой планете. Но давайте начнём"[3]. Заодно Кеннеди призвал соотечественников считать самих себя не гражданами Америки, а гражданами мира.

Кеннеди сильно вмешивался в политическую жизнь других стран во всех сторонах света: в Африке, в Европе, в Центральной и Южной Америке. Не добрался он только до Австралии, но возможно, только по причине её удалённости. Именно при Кеннеди появился так называемый "Корпус мира", который должен был "контролировать" дела в других странах.

Контраст между тем, к чему призывал Кеннеди, и тем, что происходило на самом деле, наводит на мысли о том, что этот человек умел создать себе имидж, пусть даже этот имидж и не соответствовал истинному положению вещей. Противостояние с СССР, несколько попыток убийства Фиделя Кастро (не только на Кубе, но и во время его пребывания в Южной Америке), конфликт между Западным и Восточным Берлином, усиление военного вмешательства во Вьетнаме - это не то, что можно назвать "мирной инициативой". Но для американцев Кеннеди был и остаётся "великим президентом", которого "застрелили подлые техасцы". Тот факт, что самого убийцу Кеннеди застрелил другой техасец, совершенно не произвёл впечатления, и после убийства Кеннеди Техас ненавидела вся Америка. По крайней мере, та её часть, которая находилась в состоянии обольщения своим президентом.

Нельзя сказать, что послужной список Кеннеди сильно отличается от любого подобного списка других президентов США. В чём-то Кеннеди был хорош, в чём-то недостаточно хорош, но зато он прекрасно владел тем, что сейчас называется - пиар. Речи президента Кеннеди, которые он произносил по всему миру, а особенно у себя в Штатах, создали вокруг него ореол настоящего борца за мир и демократию. Непонятным остаётся, почему Кеннеди был так популярен в СССР, но наверное, тому виной было его драматическое убийство. Если бы он мирно ушёл с поста по окончании президентского срока, о нём и сейчас говорили бы, как об "одном из..."

Кеннеди был убит 22 ноября 1963 года именно в Далласе, штат Техас, "прославив" таким образом этот город. В убийстве был обвинен марксист Ли Харви Освальд. Он, в свою очередь, был застрелен другим техасцем, Джеком Руби, через два дня после ареста. ФБР официально заключило, что Освальд был убийцей-одиночкой, но Палата представителей Соединенных Штатов и Специальный комитет по терроризму пришли к выводу, что эти выводы были ошибочными и что Кеннеди был убит, вероятно, в результате заговора. Правда, заговор этот не раскрыт до сих пор.

Последние секунды жизни президента Кеннеди, и его убийство на Дили Плаза были записаны неким кинолюбителем Авраамом Запрудером, его простенькой кинокамерой на 8 мм пленке. Вся запись длилась 26,6 секунд: до, во время и сразу после убийства. Этот знаменитый фильм и сейчас известен как "фильм Запрудера". Кадры из фильма Запрудера были опубликованы в журнале "Life" почти сразу после убийства. Отснятый материал был впервые показан на заседании суда в 1969 году, а на телевидении - в 1975 году. Согласно Книге Рекордов Гиннеса, арбитражный суд обязал правительство США выплатить 615 384 доллара за секунду фильма наследникам Запрудера, для предоставления фильма в Национальный архив. Полный фильм, который длится 26 секунд, был оценен соответственно в 16 миллионов долларов. Были другие записи и фото, но с большего расстояния, и не имеющие такой ценности, как короткий ролик самодеятельного оператора.

По официальным данным, Кеннеди получил две пули. Первая пробила ему шею навылет и тяжело ранила сидящего на переднем сидении губернатора Техаса Джона Конналли. Последний выжил только благодаря тому, что супруга уложила его грудью себе на колени, и таким образом перекрыла отверстие в его грудной клетке, через которое при вздохах в грудную полость набирался воздух, сжимая лёгкое. Вторая пуля снесла Кеннеди часть черепа, так что кровь и мозг вместе с фрагментами черепной коробки разлетелись по машине. Жаклин Кеннеди утверждала впоследствии, что на её руках после выстрела были частички его мозга. Кровью забрызгало салон машины и одежду всех находящихся там людей.

К тому моменту, когда президента доставили в госпиталь, он был ещё жив, то есть, его тело было ещё живо. Но он умер в ближайшие минуты.

Существует множество версий того, кто организовал убийство Кеннеди. Расследование исключило участие в подготовке убийства СССР, Кубу, а попутно и множество групп организованной преступности. Хотя версия того, что Кеннеди могла убить мафия, до сих пор пользуется популярностью. И это вполне объяснимо. По непроверенным сведениям, Кеннеди выиграл в президентской гонке 1961 года благодаря тому, что за него проголосовали профсоюзы, а профсоюзы - это как раз те организации, на которые мафия оказывала большое влияние, практически держа под своим контролем. Однако, после того, как Кеннеди пришёл к власти, он демонстративно отвернулся от своих тайных благодетелей. Будучи католиком (мафиози тоже по большей части католики), Кеннеди отворачивался от католичества и всячески подчёркивал, что вера для него не имеет значения. Кроме того, при Кеннеди в США прошла целая волна судебных процессов над представителями мафии, и при его поддержке подавляющее большинство процессов закончилось обвинительными приговорами. При таком положении было бы не удивительно, если бы мафия отомстила неблагодарному президенту, стимулировав некоего фанатика-марксиста на убийство, а потом подослав своего мафиози убрать этого фанатика-марксиста, пока он не наговорил лишнего. Во всяком случае, причастность Джека Руби (убийцы Освальда) к мафии ни у кого не оставляет сомнений. Спорят только о том, знал он, или не знал, что сам смертельно болен, и что рак лёгких сведёт его в могилу ещё до того, как он предстанет перед судом.

Есть и другие факты, которые говорят о том, что в США далеко не все "обожали президента".

Эта рекламная листовка была распространена 21 ноября 1963 года в Далласе, за день до убийства Джона Ф. Кеннеди

[Uncredited on original. Later investigation attributed it to Robert A. Surrey of Johnson Printing Co., Dallas, TX. (Не указаны в титрах на оригинал. Позже расследование объяснил это Роберт А. Джонсон Surrey Printing Co, Даллас, штат Техас.)]

Текст листовки:

This man is wanted for treasonous activities against the US:

1. Betraying the Constitution (which he swore to uphold):

He is turning the sovereignty of the U.S. over to the communist controlled United Nations.

He is betraying our friends (Cuba, Katanga, Portugal) and befriending our enemies (Russia, Yugoslavia, Poland).

2. He has been WRONG on innumerable issues affecting the security of the U.S. (United Nations-Berlin wall-Missle removal-Cuba-Wheat deals-Test Ban Treaty, etc.)

3. He has been lax in enforcing Communist Registration laws.

4. He has given support and encouragement to the Communist inspired racial riots.

5. He has illegally invaded a sovereign State with federal troops.

6. He has consistantly appointed Anti-Christians to Federal office:

Upholds the Supreme Court in its Anti-Christian rulings.

Aliens and known Communist abound in Federal offices.

7. He has been caught in fantastic LIES to the American people (including personal ones like his previous marraige and divorse).

Перевод:

Этот человек находится в розыске за изменническую деятельность против США:

1. Предательство Конституции (которую он поклялся защищать):

Он превращается суверенитет США в Коммунистический контроль Организации Объединенных Наций.

Он предал наших друзей (Куба, Катанга, Португалия) и дружит с нашими врагами (Россия, Югославия, Польша).

2. Он ошибался в бесчисленных вопросах, касающихся безопасности США (организация Объединенных Наций - Берлинская стена - удаление ракет - Куба - сделка-договор о прекращении ядерных испытаний, и т.д.)

3. Он был слабым в обеспечении соблюдения законов коммунистической регистрации.

4. Он дал поддержку и поощрение коммунистам, которые вдохновили расовые беспорядки.

5. Он незаконно вторгся в суверенное государство с федеральными войсками.

6. Он последовательно назначал анти-христиан в Федеральное бюро:

Поддерживает Верховный Суд в его антихристианских решениях.

Иностранцы и известные коммунисты изобилуют в Федеральном бюро.

7. Он был пойман в фантастической ЛЖИ американскому народу (в том числе и личной, о его предыдущем браке и расторжении).

Сама по себе листовка ни о чём не говорит, кроме одного: у Кеннеди было достаточно противников, и "вся страна" не стала бы рыдать над его кончиной, как это иногда преподносится СМИ.

Из всего, что можно узнать о деятельности Джона Кеннеди, как президента, можно сделать один вполне обоснованный вывод: только трагическая гибель сделала из него "героя-мученика", превратила в кумира многих американцев. Даже в СССР о Кеннеди говорили, как о "правильном президенте", которого застрелили за то, что он "был за мир". Хотя, до сих пор доподлинно неизвестно, по какой причине его убили, и видится очень мало вероятным, чтобы за его смертью не стояли никакие организации.

Даллас в конце ХХ - начале XXI века

Несмотря на трагические воспоминания об убийстве президента Джона Кеннеди, город Даллас второй половины XX века - это развитый мегаполис, который имел для Техаса большое экономическое значение. В конце 1970-х и в первой половине 1980-х годов в Далласе прошел строительный бум, который придал городу его современный облик. К 1980 году, когда нефтяная промышленность в основном переехала в Хьюстон, Даллас начал извлекать выгоду из растущего технологического бума, обусловленного развитием компьютерных технологий и телекоммуникационных отраслей. При этом, Даллас по-прежнему оставался центром банков и бизнеса. С середины 1980-х годов многие банки Далласа разорились во время сберегательных и кредитных кризисов, практически уничтожив экономику города. Но к 1990-м экономика города снова выправилась.

Как любой город, Даллас постоянно переживает то спады, то подъёмы, строит новые кварталы, открывает новые парки и театры. В общем, живёт, и достаточно бурно. В сентябре 2012 года город пережил два землетрясения, которые не сильно повлияли на общий ход жизни Далласа.

В настоящий момент это очень современный город. В центре Далласа есть несколько зданий, которые имеют более 700 футов (210 м) в высоту. Хотя в городе есть постройки, которые датируются концом XIX - началом XX века, большинство архитектуры - создания модернистской и постмодернистской эпохи. Даллас - это ещё и своеобразный эпицентр сырьевого рынка не только в Техасе, но и во всех Штатах. Здесь производятся основные сделки по продаже и покупке зерна и хлопка.

Здесь обитают все мыслимые религии, хотя наибольшее влияние имеют протестантские и католическая церкви. В Далласе расположена самая большая еврейская община Техаса. Имеются и три Восточные православные церкви. Можно встретить и мусульман, и буддистов, и индуистов. Имеются и атеисты, хотя в Техасе их не особенно уважают.

Обитает в современном Далласе и русскоязычная община, так называемое "Общество Большого Далласа" (подразумевается сообщество Даллас - Форт-Уорт). Общество составляют эмигранты из республик бывшего СССР, и насчитывается в нём более 70 000 человек. Есть в городе русскоязычные школы, магазины, и пр. Даллас стал постоянным местом проживания для известного певца Миши Шафутинского, а в пригороде Далласа - Гарланде, - располагается резиденция Армена Джигарханяна.

Вот такой гостеприимный город Даллас есть в штате Техас.

Гастон-Авеню, баптистская церковь, 1905 год

Здание Окружного Суда, 1909 год

Баптисиский университет в Далласе

Вид почтового отделения в Далласе

Резервы ВМС США в Далласе, 1964 год

Источники:

1. Did John F. Kennedy really write "Profiles in Courage?" // http://www.straightdope.com/columns/read/2478/did-john-f-kennedy-really-write-profiles-in-courage

2. Group seeks road to be named after Gandhi // http://www.wfaa.com/news/local/64546472.html

3. John F. Kennedy's Inaugural Address // http://en.wikisource.org/wiki/John_F._Kennedy's_Inaugural_Address

4. Herbert E. Bolton. Athanase de Mezieres and the Louisiana-Texas Frontier 1768-1780, Cleveland: Arthur H Clark Company, 1914.

5. Reeves, Richard (1993). President Kennedy: Profile of Power. New York: Simon & Schuster

6. The Kessler City Plan For Dallas: A Review of the Plan and Progress on its Accomplishment // http://texashistory.unt.edu/ark:/67531/metapth207135/

7. http://airspot.ru/articles/samie-bolshie-aeroporti-v-mire-2011

8. http://www.swf.usace.army.mil/Pubdata/PAO/dfe/pdfs/DF_TIMELINE_FINAL.pdf

9. http://www.trinityrivercorridor.com/pdfs/dallas-floodway-history-2.pdf

Прим.: Все изображения взяты из открытых источников сети Интернет, и находятся в категории общественного достояния.

Говоря о Техасе, невозможно обойти вниманием один сравнительно небольшой город, само месторасположение которого уже вызывает удивление. Стоит этот город на узком острове в Мексиканском заливе, открытый всем бурям и штормам, будто специально возведённый, чтобы собой закрывать материковую часть Техаса. Город этот участвовал в самых важных событиях техасской истории, в своё время был столицей Республики Техас, и стратегически важной морской базой, принадлежал и Мексике, и США. Дважды его смывала с лица земли стихия, но стоило ей отступить - город снова поднимался из руин.

История этого города насчитывает уже более ста восьмидесяти лет, а называется он - Галвестон.

Галвестон

США, штат Техас

Округ Галвестон

Координаты 29° 16′ 52″ с. ш., 94° 49′ 33″ з. д.

Основан в 1825 году, городом стал в 1839 году

Площадь 539.6 км2

Высота центра - 2 м. над уровнем моря

Население к 2005 году - 57 466 человек

Галвестон (англ. Galveston) - город в юго-восточной части штата Техас (США), на одноимённом острове у побережья Мексиканского залива. Остров Галвестон относится к типу барьерных островов, который состоит в основном из песка, более мелких грязевых отложений и большого количества гравия. Город находится примерно в 45 милях (72 км) к юго-востоку от города Хьюстон. Основной точкой доступа острова с материка является дамба, которая пересекает залив по северо-восточной стороне острова.

Карта Техаса

Остров Галвестон назван в честь испанского наместника Бернандо де Гальвез-и-Мадрида. Но до того, как он получил своё современное название, именовался он и по-другому.

Бернардо де Гальвес-и-Мадрида, граф Гальвеса

Испанский исследователь Кабеза де Вака и его команда потерпели кораблекрушение рядом с островом в ноябре 1528 года, назвав его "Исла-де-Малхадо" ("Остров Гибели"). Отсюда де Вака начал свой поход в Мексику. Позднее, испанский исследователь Хосе де Евиа во время своих патрулирований вдоль побережья Мексиканского залива в 1785 году, назвал остров Гальвес-город или Galveztown в честь Бернардо де Гальвес-и-Мадрида, графа Гальвеса.

Первое постоянное европейское поселение на острове был основано около 1816 г. пиратом Луи-Мишелем Аури в качестве базы для проведения операций в поддержку мексиканского восстания против Испании. В 1817 году Аури не вернулся из неудачного рейда против испанцев, и его место на острове занял другой пират - Жан Лафит. Лафит объявил Галвестон "пиратским государством", возведя самого себя в ранг "главы правительства". Он остался в Галвестоне до 1821 года, когда он и его подельники были вынуждены покинуть остров из-за стычки с военным флотом США.

В 1825 году Конгресс Мексики объявил о создании порта Галвестон, и в 1830 году здесь появились первые таможни.

В 1836, канадец Мишель Вранамор Менар и несколько его товарищей купили 4605 акров (18,64 квадратных км) земли за 50 000 долларов, чтобы основать город, который впоследствии станет современным городом Галвестон.

После Техасской революции 1836 года Галвестон стал на время столицей Республики Техас. Сюда в этом же году переехал временный президент Техаса Дэвид Дж. Бернет и его правительство.

В 1839 году город Галвестон принял Устав штата Техас и был включен в Конгрессе Республики Техас. Как растущий порт, город привлекал много новых жителей.

Во время войны Севера и Юга (1861-1865) Галвестон стал важным стратегическим местом на побережье Мексиканского залива. Битва за Галвестон состоялась 1 января 1863 года. Силы Конфедерации под командованием генерал-майора Джона Б. Магрудера атаковали и изгнали оккупационные войска Союза из города. Почти всё время морской блокады Галвестон оставался в руках южан, которые отчаянно защищали город.

Дом в Галвестоне, фото XIX века

Дом в Галвестоне, фото XIX века

Старая открытка, причал в Галвестоне

В конце 19-го века, в городе Галвестон проживало более 37 000 человек. Положение Галвестона как естественной гавани в заливе Галвестон Мексиканского залива сделали его центром торговли в Техасе, и одним из крупнейших хлопковых портов в стране, в конкуренции с портом Нового Орлеана. В этот золотой век истории Галвестона, город был сильно застроен. Первое почтовое отделение появилось здесь уже в 1836 году, первая военно-морская база - так же в 1836, первый склад хлопка - в 1842, первая церковно-приходская школа (впоследствии она переросла в академию) - в 1847, первая страховая компания - в 1854, первое газовое освещение появилось в Галвестоне в 1856 году, первый оперный театр - в 1870, первый детский дом - в 1876, первый телефон провели в 1878, а первое электрическое освещение появилось в 1883.

Вот три исторические карты города Галвестон:

1871 год

1885 год

Но золотой век Галвестона подходил к концу. Впереди город поджидали серьёзные испытания на прочность.

8 сентября 1900 года на остров обрушился разрушительный ураган. Это событие является рекордсменом среди стихийных бедствий в США, самым смертоносным из них. Город был полностью опустошен. По разным оценкам, погибло от 6 000 до 8 000 человек.

Но стоило стихии отступить, оставшиеся в живых жители потянулись обратно в город. Они расчистили город от завалов, восстановили часть старых строений и возвели новые. После урагана была построена дамба 10 миль (16 км) в длину, и 17 футов (5,2 м.) в высоту. Дамба должна была защищать город от бурь и наводнений. Команда инженеров под руководством Генри Мартина Роберта, разработала план, по которому следовало поднять большую часть существующего города на достаточную высоту позади дамбы, чтобы быть в уверенности, что при подобном бедствии городу удастся уцелеть.

Старая открытка, береговая дамба в Галвестоне

Несмотря на то, что значительная часть города была восстановлена, Галвестон уже никогда полностью не вернулся к прежнему уровню государственной важности и процветанию. Развитию Галвестона также препятствовало строительство нового Хьюстонского судоходного канала, благодаря которому порт Хьюстона стал напрямую конкурировать с естественной гаванью порта Галвестон. До этого времени Хьюстон, хоть и считался морским портом, уступал Галвестону, и большая часть торговых судов предпочитала пользоваться более удобной и близкой гаванью в заливе Галвестон.

Дом полковника Вальтера Грешама, на Бродвее, в Галвестоне

Кованые ворота одного из домом в Галвестоне

Пляжный отель в Галвестоне. Сгорел при пожаре 1898 года

Отдыхающие на пляже Галвестона

В 1920-е и 1930-е годы, город стал крупным туристическим центром. Под влиянием двух мафиози - Сэма и Росарио Масео, город использовал запрет спиртных напитков и азартных игр, для привлечения приезжих в подпольные увеселительные заведения. В сочетании с проституцией, которая процветала в городе со времен войны Севера и Юга, Галвестон стал известен как "Город Грехов в заливе".

Только после Второй мировой войны и расцвета знаменитого "города азартных игр" Лас-Вегаса галвестонская "индустрия" незаконных развлечений начала приходить в упадок. В 1957 году генеральный прокурор Техаса Уилсон и организация Техасский рейнджеров начали массированную кампанию рейдов для искоренения азартных игр и проституции в городе. Постепенно Галвестон стал туристским центром, в котором больше не было "подпольных" развлечений.

Начиная с 1957 года исторический фонд Галвестона начал свои усилия по сохранению исторических зданий. В 1960-е стали активно развиваться учреждения высшего образования в Галвестоне. Уже в 1962 году здесь появилось отделение Техасского медицинского университета, потом Техасская морская академия, много колледжей и других учебных заведений.

Новый ураган посетил Галвестон в 2005 году. По счастью, он был не таким разрушительным, чем его предшественник.

Ураган "Рита" (англ. Hurricane Rita) - считается самым мощным тропическим циклоном, из всех, наблюдавшихся в Мексиканском заливе. Сформировался ураган 17 сентября 2005 года недалеко от двух британских островов в Карибском море - Тёркс и Кайкос. Максимальной интенсивности ураган достиг 21 сентября. Скорость ветра на тот момент дошла до 180 миль в час (примерно 290 км в час, то есть, 80 метров в секунду). Минимальное зафиксированное давление составило 895 мбар. Урагану Рита была присвоена 5-я категория по шкале Саффира-Симпсона. По счастью, когда 24 сентября ураган вышел на побережье в районе южной границы штатов Техас и Луизиана, он успел ослабеть до 3-й категории. В этот же день ураган Рита быстро пошёл на убыль и потерял статус урагана и тропического шторма.

В Мексиканском заливе ураган разрушил буровые установки, обеспечивающие основную добычу нефти и газа, и таким образом нанёс значительный ущерб нефтедобыче Техаса. Погибло 120 человек, из которых 113 оказались техасцами. Однако, только 7 человек из этих 120-ти погибли непосредственно от урагана. Большая часть людей стали жертвами различных аварий при эвакуации, болезней и пищевого отравления. Общий ущерб, причинённый ураганом, составил 10 млрд долларов.

Но на этом бедствия Галвестона не закончились. Новая напасть явилась в образе урагана Айк (англ. Hurricane Ike).

Это случилось рано утром, 13 сентября 2008 года. На Галвестон обрушился ураган, которому была присвоена категория 2. Скорость ветра достигала 110 миль в час (более 170 км в час). По счастью, горожан удалось эвакуировать до того, как ураган достиг Галвестона. Большая часть строений, в том числе и исторический центр был разрушен и затоплен водой, а когда вода отступила - было понятно, что город придётся вторично отстраивать заново.

Автор фото - Jocelyn Augustino

Фото предоставлено U.S. Navy

Фото предоставлено U.S. Navy

Фото предоставлено U.S. Navy

До настоящего момента далеко не всё в Галвестоне удалось восстановить, но город снова живёт. Его жители не собираются бросать это место только потому, что вода или ветер могут в любой момент слизнуть их всех с лица земли. Чем так привлекает эта полоска суши тех, кто раз от раза возвращается сюда? Наверное, о том лучше спрашивать их самих...

Прим: В статье использованы фото, исторические карты и ретро-открытки из открытых источников сети Интернет, находящиеся в общественном достоянии.

Город Сан-Антонио официально признан городом в 1718 году, и является одним из трёх старейших городов Техаса. В течение долгого времени Сан-Антонио являлся крупнейшим городом штата. Он расположен на американском Юго-Западе, в южно-центральной части штата Техас, и является юго-западным углом региона техасских городов, известного как "Треугольник Техаса". Он находится на расстоянии около 75 миль к юго-западу от города Остин, 190 миль к западу от Хьюстона, и около 250 миль к юго-западу от Далласа.

Сан - Антонио, округ Бехар, Техас, США

Координаты: 29° 25′ 43″ с. ш. 98° 29′ 36″ з. д.

Основан в 1691 году как католическая миссия

412,1 квадратных миль (1,067.3 км 2)

Высота 650 футов (198 м) над уровнем моря

Население к 2005 году - 1 256 810 человек

Карта Техаса

В настоящий момент Сан-Антонио является седьмым по численности населения городом США и вторым в штате Техас.

История поселения Сан-Антонио начинается в 1536 году, когда Альвар Нуньес Кабеза де Вака потерпел кораблекрушение в Мексиканском заливе, после чего путешествовал по территории, которую позже назовут Техасом. Это было не слишком лёгкое, и не слишком приятное путешествие по незнакомой земле, тем более, что часть путешествия де Вака провёл в качестве пленника местных индейцев. Тем не менее, де Вака не только уцелел, но даже описал в своих путевых заметках реку, которая позднее была названа - Сан-Антонио.

В 1691 году группа испанских исследователей и миссионеров пришли к реке, к индейским поселениям, которые располагались на месте современного района La Villita. В день памяти святого Антония из Падуи (Италия), который празднуется 13 июня, они назвали место и реку, описанную ранее де Вакой - Сан-Антонио, в честь почитаемого ими святого.

В 1717 году испанский военный совет одобрил место поселения у реки Сан-Антонио для строительства военного форта. На место была отправлена экспедиция Доминго Рамона и торговца Сен-Дени из Луизианы. Так же испанский военный совет утвердил просьбу священника, отца Оливареса, основать на выбранном месте католическую миссию.

В следующем, 1718 году, под руководством Мартина-де-Аларкона, назначенного губернатора Техаса, был построен маленький форт, и десять солдат его гарнизона со своими семьями были признаны официально как начало нового поселения. Аларкон назвал форт Сан-Антонио-де-Бехар в честь герцога из Бехара, в Испании, брата вице-короля, который пал смертью храбрых, защищая Будапешт от Османской империи в 1686 году. В этом же году, Миссия Сан-Франциско де Солано, которая первоначально обосновалась на реке Рио-Гранде, была перенесена на реку Сан-Антонио, чтобы слиться с Миссией Сан-Антонио-де-Падуя. Отец Оливарес переименовал свою объединенную миссию в миссию Сан-Антонио-де Валеро. Форт, поселение и миссия составили муниципалитет имени Сан-Антонио-де-лос Льянос (на равнинах), с губернатором Аларконом во главе. Через год, в 1719 году, миссия Сан-Антонио переехала вторично, на более удобный восточный берег, рядом с церковью Святого Иосифа, которая цела и поныне.

В 1720 году в форту Сан-Антонио-де-Бехар уже было постоянное помещение для солдат, и к 1726 году здесь проживало уже 200 человек, в числе которых 45 военнослужащих и их семей. Но до этого, в 1724 году миссия Сан-Антонио была перенесена на третий и последний участок на площадь Аламо (Alamo Plaza). Это пришлось сделать из-за урагана и наводнения, случившегося на предыдущем месте из-за близости реки.

Этот период было построено несколько миссий у реки Сан-Антонио. Помимо Сан-Антонио-де-Валеро, были созданы ещё четыре: миссия Сан-Хосе в 1720 году, миссия Консепсьон, миссия Espada, и миссия San Juan Capistrano, которые переехали сюда в 1731 году.

Mission San Jose, from Robert N. Dennis collection

Alamo as Spanish Mission, by William Ludwell

Window. Mission San-Jose-de-Aguayo, by Doerr & Jacobson. Robert N. Dennis

История сохранила сведения о том, что в одиннадцать часов утра 9 марта 1731 года, шестнадцать испанских семей (56 человек), которые до этого были колонистами на Канарских островах, прибыли в Форт Сан-Антонио-де-Бехар в провинции Техас. Откуда взято такое точное время - историки умалчивают, но тем не менее, по королевскому указу короля Испании, эти семьи основали Ла Вилла-де-Сан-Фернандо, в котором обосновалось первое гражданское правительство в Техасе. Многие потомки этих первых поселенцев до сих пор живут в Сан-Антонио.

Будущий город Сан-Антонио рос, чтобы стать крупнейшим испанским поселением в Техасе. После провала испанской миссии к северу от города Сан-Антонио, он стал самой дальней северо-восточной точкой распространения испаноязычной культуры в этой части материка. Город был столицей испанской, а позднее мексиканской, провинции Техас. Из Сан-Антонио шла дорога к Накогдочес - небольшому американскому пограничному городу на востоке.

Впереди Техас ожидали самые серьёзные потрясения и значительные перемены, которые затронули и город Сан-Антонио. В начале XIX века началась борьба мексиканского населения с испанским правительством, во время которой испанский генерал Хоакин де Арендодо прошёл "огнём и мечом" по территории Техаса, уничтожив большую часть его населения. Техас опустел, к мексиканской границе тут же стали подбираться агрессивно настроенные индейцы команчи и апачи, которых до этого испанская армия прогнала на территорию Техаса, подальше от своих основных городов. Мексиканцы не особенно жаждали снова населять Техас, напуганные с одной стороны индейцами, а с другой - действиями своего же собственного правительства. Но после того, как в 1821 году Мексика завоевала независимость от Испании, новое мексиканское правительство стало приглашать на территорию Техаса англо-американских поселенцев. Посредством таких умелых импресарио, как Стивен Ф. Остин, Техас снова начал заселяться, и в районах к востоку и северо-востоку от Сан-Антонио появились фермы и поселения. Город Сан-Антонио пополнили новые жители.

В 1833 году к власти в Мексике пришёл печально известный генерал Антонио Лопес де Санта-Анна. Несмотря на обещание демократии, Санта-Анна первым делом отменил мексиканскую Конституцию 1824 года. Это вызвало массовые протесты в Мексике, но все протесты Санта-Анна безжалостно подавлял силой оружия. Истинный последователь и ученик Хоакина де Арендодо, Санта-Анна считал, что если он расстреляет как можно больше мексиканцев, тогда все недовольства исчезнут сами собой. Только в провинции Закатекас по приказу президента-генерала было казнено больше двух с половиной тысячи человек.

В Техасе к англоязычным поселенцам присоединились многие испаноязычные техасцы. Они требовали возвращения к Конституции 1824 года. В ряде сражений техасцам удалось одерживать верх над войсками Санта-Анны и заставить мексиканских военных отступить от Техаса. Под руководством Бена Милама, в декабре 1835 года, объединённые силы техасцев захватили город Сан-Антонио, изгнав последователей Санта-Анны во главе с генералом Мартином Перфекто-де-Косом. Это дало техасцам возможность получить контроль над всей провинцией Техас. Сегодня в Милам-парке Сан-Антонио можно видеть памятник Бену Миламу, а неподалёку от парка - сохранившийся дом генерала Коса. Но основные события техасской революции были ещё впереди.

Бенджамин Милам (единственное сохранившееся изображение)

Джим Боуи

Уильям Баррет Тревис, портрет работы Wiley Martin

Дэви Крокет

Антонио Лопез де Санта-Анна (портрет более позднего времени)

Подавив сопротивление в других регионах Мексики, весной 1836 года Санта-Анна повернул свою армию на Техас, и первым делом двинулся на Сан-Антонио, намереваясь отомстить за унизительное поражение генерала Коса. Лидер техасцев Сэм Хьюстон полагал, что Сан-Антонио не сможет устоять перед регулярной мексиканской армией, и призвал техасцев покинуть город. Однако, необходимо было задержать продвижение трёхтысячной мексиканской армии вглубь Техаса. Для этого небольшой отряд добровольцев под командованием Уильяма Баррета Тревиса и Джеймса Боуи, укрепился в пустующей миссии Аламо, в то время находящейся неподалёку от города. К Трэвису и Боуи присоединились отряд теннессийцев во главе с Дэви Крокеттом, а так же группа Хуана Сегина и его латиноамериканских добровольцев.

Генерал Сэм Хюстон

La Basitday. Map Alamo, 1836 (схема форта Аламо и города Сан-Антонио)

Битва при Аламо длилась с 23 февраля по 6 марта 1836 года. Стены маленького форта были предназначены для отражения нападений индейцев с их стрелами и томагавками, а не регулярной армии с пушками и ружьями. Защитников было меньше двухсот человек, против двух с половиной тысяч солдат Санта-Анны. Тем не менее, форт держался двенадцать дней, отражая атаку за атакой, пока Санта-Анна, выведенный из терпения, не бросил все свои силы на штурм.

Перед рассветом 6 марта, мексиканцы провели в три отдельные атаки. Третья, самая мощная атака была предпринята против слабо укреплённой северной стены. Мексиканцам наконец-то удалось прорваться внутрь форта. Защитники отступили к казармам и часовне и сражались до последнего человека. Мексиканцам пришлось брать помещение за помещением, прежде чем им удалось захватить форт. Горстка оставшихся в живых защитников была захвачена в плен. Их подвергли издевательствам и пыткам, кололи штыками, били прикладами, после чего расстреляли. Гибель этих мучеников за независимость Техаса вдохновила новый всплеск сопротивления режиму Санта-Анны, и крик "Помни Аламо" стал вдохновляющим девизом Техасской революции.

По приказу Санта-Анны останки защитников Аламо не были преданы земле, а чтобы это не посмел сделать никто из мирных жителей, трупы были сожжены. Президент-генерал хотел этим жестом сломить техасцев, но он добился совершенно обратного эффекта. Техасцы сопротивлялись ещё яростнее, и к ним присоединялись всё новые и новые люди как из самого Техаса, так и из соседних американских штатов.

Fallof the Alamo1904, by Robert Jenkins Onderdonk

Alamo, 1854

Interior Alamo, San-Antonio, Texas. Nic Tengg

The Alamo. Mission of San-Antonio, by A.V. Latourette

Техас победил, добившись независимости в битве при Сан-Хасинто 21 апреля 1836 года.

Хуан Сегин, который был одним из организаторов противодействия Санта-Анне в крепости Аламо, в роковые дни штурма не был в Сан-Антонио, поэтому остался жив. Но его заслуги перед революцией были настолько значительными, что после победы революции он был избран в Сенат Техаса. Позже Сегин был мэром города Сан-Антонио, но в 1842 году был вынужден покинуть этот пост под дулом пистолета, когда было обострение отношений между англоязычным испаноязычным населением города. Следующий испанец, Генри Сиснерос, займёт пост мэра Сан-Антонио только в 1981 году.

За время существования Техасской Республики (1836-1845) мексиканцы нападали на город Сан-Антонио несколько раз, но каждый раз отступали под натиском техасцев.

Город Сан-Антонио быстро разрастался, и крепость Аламо, которая в 1836 году располагалась в стороне от города, оказалась в историческом центре. К сожалению, не только в СССР имели обыкновение сносить исторические объекты. То же самое в начале XX века угрожало и маленькой крепости, когда-то прославленной её защитниками. Но в дело вступила ассоциация "Дочери Республики Техаса", территория форта была выкуплена за 75 тыс долларов, и объявлена мемориалом.

Alamo, 1920

Сейчас Аламо окружен множеством отелей и туристических достопримечательностей, и является самым известным ориентиром в Сан-Антонио, и самой посещаемой достопримечательностью в штате Техас. Ежегодно рядом с фортом Аламо организуется военно-историческая реконструкция, посвящённая различным событиям Техасской революции. Это мероприятие привлекает к себе тысячи зрителей не только из Техаса, но и из других штатов США.

В 1845 году Техас добровольно вошёл в состав США. Американо-Мексиканская война 1861-1865 гг. пошатнула благосостояние города Сан-Антонио, и в конце войны население города сократилось почти на две трети. В нём осталось около 800 жителей. Но постепенно город восстановился, и к 1860 году в нём проживало уже более 15 000 человек. Значительно пополнили город эмигранты из Германии. В южной части города появился целый район, который выстроили немецкие купцы.

После войны 1861-1865 гг. Сан-Антонио процветал как центр скотоводов. Существует мнение, что настоящий американский ковбой пошёл именно из Сан-Антонио, потому что именно здесь испанские и мексиканские конные скотоводы устраивали свои первые соревнования-родео и оттачивали технику работы со скотом. Основные тропы перегона крупного рогатого скота, в том числе знаменитый Путь Чисхолм, начинаются в Сан-Антонио.

Карта Сан-Антонио, 1873 год

Долгое время Сан-Антонио оставался своеобразной границей городов Техаса. Он стоял особняком от всего остального штата. Его месторасположение и слияние различных культур дали ему репутацию красивого и экзотического места. Но в 1877 г. первая железная дорога достигла Сан-Антонио, и город стал приобщаться к стилю жизни всего остального американского общества.

В начале 20-го века улицы города были расширены для проведения трамвайных путей и простора современного движения. В этом процессе многие исторические здания были, к сожалению, разрушены.

Как и многие муниципалитеты на американском юго-западе, Сан-Антонио испытывает устойчивый рост численности населения. За период с 1970 по 2005 год население его удвоилось, с 650 000 до 1,2 млн. человек. Здесь очень много белых, большая часть которых считает себя латиноамериканцами, совсем чуть-чуть негров и ещё меньше индейцев. Город процветает, и продолжает расти.

Ретро открытки

Military Plaza, San-Antonio, Texas

City-Hall, San-Antonio, Texas (1906), by Raphael Tuck and Sons

Hot Wells, San-Antonio, Texas, 1907

International and Great Northern Depot, San-Antonio, Texas, by Nic Tengg

Military dinner at St. Anthony, San-Antonio, Texas, 1913

Mission San-Franscisco-de-Espada, San-Antonio, Texas, 1907

Mission San-Jose, San-Antonio, Texas, 1907

San-Antonio, Texas. Carnegie Library

San-Antonio River from Mill Bridge, 1907

St. Anthony Hotel, San-Antonio, Texas, 1913

Sunset Depot, San-Antonio, Texas

Under six flags, Alamo, San-Antonio, Texas

United States Government Tower at Fort Sam Houston

US Post-Office, San-Antonio, Texas

Прим.: Все изображения взяты из открытых источников сети Интернет, и находятся в категории общественного достояния.