Глава 1.

Голова раскалывалась. И каждый удар напольных часов отдавался в ней нестерпимой болью.

Бам! Аврора, кто просил тебя пить то вино? Ты же не переносишь алкоголя!

Бам! Но я не могла поступить иначе! Все ждали от меня тоста в честь почетного гостя!

Бам! Думаешь, ты ограничилась одним бокалом?

Бам! Я не помню! Я вообще не помню ничего после тоста за долголетие доктора Авгуса!

Бам! Как раз это и называется непереносимостью алкоголя.

Бам! Неужели я потом еще пила?

Бам! А ты как думаешь? Этот привкус соленых огурцов с марципанами в сливочном соусе не просто так появился у тебя во рту.

Бам! Нехорошо смеяться над пострадавшими!

Бам! Да уж, над убогими не смеются.

Я собиралась ответить своему внутреннему голосу какой-нибудь ехидной фразочкой, но вдруг поняла, что насчитала во время нашего разговора целых девять «бам»! Девять? Уже девять утра? У меня же занятие через четверть часа! Если я опять опоздаю, ректор Рапидио будет в ярости. Вернее, наоборот. Рапидио будет счастлив. Три опоздания за семестр — отличный повод, чтобы спровадить меня из Первой Академии Теоретической Магии. Наш дорогой ректор мечтает об этом с того самого дня, как папенька, надавив на все рычаги, связи и мозоли, убедил Императора, что Академия Теоретической Магии — лучшее место для моих выдающихся способностей.

Спорить с Императором Рапидио не посмел. Не посмела и я. Да и кто я вообще такая, чтобы противиться воле венценосного шестиюродного дядюшки? С ним даже папенька никогда не спорит, хотя и ходит в военных советниках уже не первый десяток лет. Может, как раз потому, что не спорит.

И расстроить папеньку бесславным возвращением домой я никак не могу. Да и возвращаться в родовое поместье мне совершенно не хочется. Я со вздохом покосилась на висящую напротив кровати картину с изображением Торес Холла. Нет, сейчас ее, конечно, не было видно, темно же, но я и так знала, что там изображено. В конце концов, я сама ее нарисовала. Любимый дом. Тишина, широкий замковый ров, колючая проволока по периметру и стены в три метра толщиной. Мое счастливое детство! И горькая юность.

В итоге папенька согласился с тем, что мне нужно вести «нормальную» жизнь. К тому же, боюсь, он все еще надеется, что я выйду замуж. Да, Грейтнис дыра, но найти жениха поближе к столице шансов нет. Там у меня скверная репутация, а до этого захолустья слухи еще не докатились. Хотя это всего лишь дело времени. Но отцовская любовь слепа.

Вот и мучаюсь в проклятой Первой Академии Теоретической Магии. Как и весь Грейтнис, она страдает от утраченного величия и провинциальных комплексов. Когда-то и город, и это старейшее в Империи учебное заведение действительно были среди лучших, но то время безнадежно ушло. Грейтнис превратился в захудалую провинцию, а Академия «первая» теперь только по названию. О ней за пределами города никто и не вспоминает.

Теоретическая магия! Кому в наше время нужна теоретическая магия? В Империи ценятся прикладные направления, а наука ради науки — вчерашний день. Но ректор Рапидио не хочет прислушиваться к голосу разума. Он большой поклонник традиций и закостенелый ретроград. Что, учитывая его весьма почтенный возраст, неудивительно. Рапидио только в ректорском кресле сидит уже лет сто. Застыл в прошлом веке, словно муха в янтаре, вместе со своей Академией.

И угораздило же меня тут оказаться. Ладно, сейчас не время ныть и жалеть себя! Сейчас время вскочить с кровати, как ошпаренной, и мчаться на занятие.

И почему только Исидор меня не разбудил? Где его привычное: «Доброе утро, леди Аврора, пора вставать»?

С трудом разлепив глаза, я забыла про проштрафившегося дворецкого.

В темноте плотно зашторенной комнаты я с восхищением наблюдала за своей коллекцией ядовитых болотных светлячков, парящих над кроватью. Семь разноцветных огоньков. Красный, оранжевый, желтый и дальше по спектру. Эти волшебно-красивые существа отличаются скверным нравом и смертоносными укусами, так что моя коллекция является уникальной. Никому во всей Империи не пришло в голову разделить мое увлечение. Сейчас, после восхода, светлячки безопасны, они ядовиты только ночью. Так что надо будет загнать их в банку до заката.

И как мне вообще пришло в голову их выпустить? Алкоголь — это зло. В чистом виде.

С сожалением оторвав взгляд от великолепного и завораживающего зрелища, я заставила себя покинуть кровать. Встать с первого раза не получилось, пришлось перекатиться через край и шлепнуться на коврик, но в данной ситуации даже это следует считать победой.

— Воды! — прошелестела я пересохшими губами.

Надежды на то, что Исидор услышит мои мольбы, не было никакой. Давай, Аврора, ты вполне можешь справиться с одеждой самостоятельно. С прической вряд ли, надо ставить перед собой реальные цели, но вот нащупать в темноте наряд и туфли вполне реально. Даже вставать первое время не придется. Мысль о том, как меня будет мутить в вертикальном положении, сама по себе вызывала тошноту.

Можно, конечно, зажечь свечи, но, во-первых, у меня не очень хорошо с магией огня. Вернее, наоборот — очень хорошо. Как-то в ранней юности я попыталась растопить камин простеньким заклинанием и спалила к чертовой матери родовой замок. Столб огня тушили потом пару дней. Ничего страшного, у папеньки таких замков две дюжины, а все наши слуги нечувствительны к огню, но кажется, именно с того момента родитель и стал подыскивать мне место жительства подальше от собственного имущества и столицы Империи.

А во-вторых — огонь привлечет моих светлячков, и они могут обжечься. Так что обойдусь без свечей. Тем более что брюки, мантию и рубашку я уже нашла. И настроение сразу ухудшилось, хотя казалось бы — ну куда еще? Рубашка затрещала по швам, с трудом вместив мои прелести.

Это все булочки с корицей. Исидор всего неделю назад нашел какую-то лавочку с потрясающей выпечкой, а я уже не влезаю в униформу! Я и раньше недолюбливала уродливые синевато-баклажановые мантии, обязательные в Академии, а теперь мои чувства переросли в настоящую ненависть. А ведь еще имеется шапочка с кисточкой. Ее я надеваю только на торжественные мероприятия, но и этого достаточно, чтобы получить комплекс неполноценности на всю оставшуюся жизнь. У Первой Академии, видите ли, традиции! Рапидио, как и любой провинциал, просто помешан на былом величии своей малой родины в целом и альма-матер в частности.

«Наша Академия была и навсегда останется первым высшим учебным заведением в Империи, и мы обязаны бережно хранить ее традиции и научное наследие!» — любит повторять Рапидио на каждом торжественном мероприятии, скромно умалчивая, что двери столичного университета распахнулись всего неделей позже. Ну да, технически Академия Грейтниса открылась на семь дней раньше. Но это было несколько веков назад! С тех пор синевато-баклажановый оттенок тысячу раз вышел из моды!

Ну за что мне все это? Одно радует: к этой кошмарной мантии подходят мои любимые фиолетовые туфли.

Светлячки слетелись ко мне и теперь кружили, создавая причудливые узоры. Может, ну ее, эту Теорию магических следов? Но нет, нельзя. Хотя на данный момент Рапидио и нет в Академии, пропустить занятие я не рискну. А что сегодня за тема? Надо было хоть как-то подготовиться.

Я нащупала банку.

Давайте, мои крошки, все сюда. Светлячки — они доверчивые. Небольшой огонек внутри банки, и все семеро в ловушке. Вот как можно быть такими смертоносными и такими наивными при этом?

Я наспех застегнула мантию, натянула сапоги и рванула к двери. А удача, похоже, не просто взяла выходной, а уволилась без рекомендаций и отработок. Споткнувшись обо что-то в темноте, я растянулась во весь рост и набила себе о комод шишку. Можно подумать, моей голове и без этого было мало!

Вываливаясь из спальни в гостиную, я клялась себе, что больше никогда никакого алкоголя. Аврора, пьянству — бой! Запомни это. А лучше прикажи Исидору следить за твоей трезвостью, потому что память у тебя ни к черту. А на Исидора можно положиться…

Последняя мысль неожиданно вошла в явное и непримиримое противоречие с реальностью. Потому что на часах десять минут десятого, я опаздываю на занятие, а мой верный, надежный и безупречный дворецкий спокойно спит на диванчике, даже не разувшись! Обычно Исидор ночует в своей комнате, которая примыкает к моей гостиной, но, похоже, и он вчера злоупотребил алкоголем.

Моему возмущению не было предела! Как он может? Я тут из сил выбиваюсь, а он? Спокойно спит?

Признаю, я немного погорячилась. Следовало вести себя сдержаннее. Все-таки Исидор много лет служит мне верой и правдой, и я искренне его люблю, но поймите — десять минут десятого! А у меня на голове страусиное гнездо! Я вложила в крик все свое отчаяние и негодование:

— Подъем! Вставай! Немедленно вставай! Вставай! Вставай! Вставай!

На кофейном столике лопнули чашки. Зазвенела хрустальная люстра. Пожарная сигнализация не включилась. Это немного сбило с толку. Дома в таких случаях она всегда срабатывала.

Но это неважно. Исидор проснулся, вскочил на ноги и выпалил:

— Доброе утро, леди Аврора!

— Что, мне пора вставать? — ехидно осведомилась я.

Исидор огляделся, мгновенно сориентировавшись в ситуации, и низко склонился, извиняясь.

— Виноват, — его и так обычно бледное лицо стало еще белее, — я вчера перебрал с вином.

Ну хоть не я одна страдаю от похмелья. Хоть что-то приятное.

— Ну и к тому же сегодня я в любом случае не осмелился бы войти в вашу спальню, — забормотал Исидор, а между его белесыми бровями пролегла глубокая морщинка, которой я раньше никогда не замечала.

Может, это возраст, все-таки Исидор уже перешагнул тридцатилетний рубеж, а может — преждевременные морщины начали появляться у моего дворецкого из-за сложностей профессионального характера. Мне стало стыдно. Как ни крути, а в сегодняшней ситуации я виновата сама. И с чего мне только взбрело на пьяную голову выпустить болотных светлячков?

— Я не сержусь, — вздохнула я.

Исидор поднял на меня полные благодарности глаза. Что-то еще мелькнуло в его взгляде. Грусть? Досада? Похмельный синдром? Времени разгадывать ребусы не было.

— Можешь что-нибудь сделать с моей прической? — безо всякой надежды спросила я.

Волосы по обыкновению торчали во все стороны — мне ни разу в жизни не удалось самостоятельно их уложить. Исидор тоже поначалу не справлялся, но быстро наловчился пользоваться каким-то заклинанием из арсенала флотских магов. В результате моя прическа всегда выглядела опрятно, а развязать узлы из кос можно было только при помощи того же Исидора. Положа руку на сердце, нужно признать, что он все-таки отличный дворецкий и во многих случаях просто незаменим.

Я понимаю, что мне полагалось бы иметь горничную женского пола, и папенька приложил немало усилий, чтобы таковой меня обеспечить. Даже взвинтил жалование в десять раз по сравнению с обычной платой, но ни одна девушка не смогла задержаться рядом со мной дольше, чем на месяц. Исидор продержался уже шесть лет. И мы неплохо ладим. Так что я, конечно, закрою глаза на его сегодняшний промах. С кем не бывает.

А Исидор тем временем колдовал над моей прической. То, что волосы сами по себе шевелятся у меня на голове, не особо беспокоило, я давно привыкла.

— Готово! — сообщил Исидор, оглядывая меня и поправляя мне манжет. — А где ваши очки?

— Не знаю, где-то на комоде, — проворчала я.

Я плоховато вижу без очков, но они мне категорически не идут. Так что выбор очевиден — очки я надеваю только в крайнем случае.

— Минуту, леди Аврора, я сейчас принесу. — Тон Исидора стал привычно-сдержанным, а движения стремительными и четкими.

— Нет! — успела рявкнуть я за секунду до того, как дворецкий коснулся ручки двери в мою спальню.

Банку со светлячками я не спрятала, она так и осталась на комоде. Не стоит Исидору о них знать.

Исидор замер. Морщинка между его бровями стала еще глубже.

— Позже. Я опаздываю.

Даже врать не пришлось — большая стрелка часов почти доползла до пятнадцати.

— Не входи пока в мою спальню!

— Как прикажете, леди Аврора.

В голосе Исидора послышалось… недовольство? Да что это с ним?

Я полностью доверяю своему дворецкому. И точно знаю — если я запретила, дверь он не откроет. Но болотные светлячки — самые смертоносные существа во всей Империи. Так что я переплела пальцы, напрягла память и с выражением произнесла заклятье Ста двадцати замков. Энергетические барьеры с лязгом захлопнулись, превратив мою спальню в непреступную твердыню. Теперь туда не только Исидор, но и все императорские гвардейцы вместе взятые проникнуть не смогут. Ха-ха. Про гвардейцев это я так, к слову. По правде говоря, никто никогда и не стремился попасть в мои покои. Ну, кроме Исидора, да и тот — за очками.

— Я утратил ваше доверие, леди Аврора? — сорвавшимся голосом спросил Исидор.

Ну вот! Я так и знала, что он разобидится. Надо было, конечно, задержаться и успокоить дворецкого, но я банально струсила. Что я ему скажу? Держать болотных светлячков в жилых помещениях запрещено. Исидор вынужден будет сообщить о моей коллекции папеньке. И все. Здравствуй, дезинсекция!

Так что я сбежала, не пожалев энергии на заклинание мгновенной телепортации. Потом придумаю что-нибудь правдоподобное. И вообще — я на занятие опаздываю.

На пороге аудитории триста тридцать три я оказалась вовремя. Ты это видишь, Рапидио? Никакие жизненные перипетии и неприятности не помешают Авроре Торес прибыть на занятие к назначенному часу! Не дождешься!

Я расправила ненавистную убогую мантию, которую уже почти два года ношу в стенах этого убогого учебного заведения, и обреченно шагнула в убогий класс. Три пары Теории следов магии! Аж зубы сводит. Тем более что я ни черта в этом предмете не смыслю. Хорошо хоть мне не нужно сдавать по нему экзамен.

За преподавательской кафедрой стоял какой-то незнакомый старикашка. С реденькой бородкой, седой, в блеклой и помятой синеватой мантии.

Растерявшись в первый момент, я буркнула «простите» и вышла в коридор. Так. Аудитория триста тридцать три, девять пятнадцать, понедельник — Теория следов магии. Мне точно сюда. Да и группа моя вон сидит, глаза б ее не видели.

Я снова вошла в класс и уставилась на неизвестного преподавателя, который молча уткнулся в свои записи. Как раз тот случай, когда зря я не прихватила очки.

Но этого типчика в Академии я точно никогда не видела. Рапидио нанял кого-то в разгар учебного года? Или этот субъект приехал с представителем Медакадемии, которого мы вчера чествовали? Я напрягла память, но увы. Алкоголь стер из моей памяти весь вчерашний банкет. Доктора Авгуса Равгуса, ректора Медицинской Академии, я припоминаю — импозантный красавец в черном одеянии. Такая большая ворона. А вот этого наглеца идентифицировать не удалось.

— Простите, здесь сейчас будет занятие по Теории следов, — обратилась я к преподавателю.

Старик поднял на меня выцветшие глаза. Что-то с ним явно не так.

— Непременно будет, — проскрипел он, демонстрируя отсутствие нескольких зубов, — обещаю начать интересную и познавательную лекцию, как только вы перестанете мешать моему занятию.

Чего? Он что, собрался вести это занятие?

— Это мой класс! — взревела я.

Не то чтоб мне хоть немного хотелось читать лекцию, но сам факт того, что меня заменили на какого-то полоумного беззубого старика, даже не удосужившись предупредить, жутко разозлил. Наглый старикан покачал головой. Как-то странно покачал, под непривычным углом.

— Немедленно освободите мое место! — с напором добавила я.

Когда я добавляю что-нибудь с напором, дребезжат стекла. Особенно если я срываюсь на визг. Студенты потихоньку сползли под парты, но наблюдали с интересом. Теперь придется в любом случае отбить кафедру. Я не могу проиграть какому-то самозванцу на глазах у своих учеников. Хотя до поединка, может, и не дойдет, мои интонации произвели на старикана нужное воздействие.

— Вы ошибаетесь, Теория следов магии — это мой предмет. Я веду его в Академии уже тридцать лет, — примирительно заявил он.

Я бы заметила. Если бы мой предмет вел какой-то другой преподаватель, я бы это обязательно заметила. Я, конечно, рассеянная, но не настолько. Однако старик говорил очень уверенно.

Я в замешательстве оглянулась на студентов. И только теперь мне бросилось в глаза, что их в аудитории гораздо больше, чем обычно — класс практически забит под завязку, а ведь у меня сегодня всего две группы, а не потоковая лекция. Знакомые лица третьекурсников мелькали то там, то тут. Но незнакомых оказалось гораздо больше. И в них тоже что-то было неправильно. Что-то общее со странностью профессора, стоящего за моей кафедрой. Что-то неестественное.

Знакомый студент с первой парты вытаращил глаза и прошелестел губами, пытаясь что-то мне сказать. Родной мой, сейчас не до пантомимы. У меня украли три пары! Если бы их отменили — я бы искренне порадовалась, но вот так… ни слова не говоря, молча отдать мой предмет какому-то непонятному субъекту — ну уж нет!

— Пойдите прочь с моей кафедры, уважаемый! — процедила я сквозь зубы.

— Э нет, милочка, — нагло усмехнулся старик, — я отсюда только на кладбище!

Студент под первой партой снова попытался привлечь мое внимание, но я отмахнулась от него, сконцентрировавшись на похитителе лекций.

— На кладбище, говорите? Это можно устроить.

Такие вот фирменные фразы Торесов мне совершенно не даются. Угрожающая ухмылка смотрится на моем розовощеком округлом лице совершенно неуместно. Длинные ресницы и огромные синие глаза портят весь эффект.

И наглый захватчик кафедры, естественно, не испугался.

Ладно. Фирменные заклятья Торесов даются мне куда лучше. Лучше всех остальных Торесов вместе взятых, я бы сказала.

Из-под парт послышались щелчки запечатляющих заклинаний. Ну и ладно, мне есть что показать.

Но стать звездой дня в этом уездном захолустье мне не удалось.

— Архимагистр Торес, прошу вас немедленно пройти в преподавательскую, — раздался за моей спиной голос магистра Эрикса.

Преподаватель Теории боевых заклинаний практически бросился между мной и стариком. Обычно сдержанный и холодный, Тоблас Эрикс тяжело дышал. Его седые кудри прилипли к вспотевшему лбу. Бежал он сюда, что ли?

— Я не могу, у меня занятие, — неуверенно произнесла я.

— Ничего, ничего, магистр Галаас проведет эту лекцию, — заверил Эрикс.

Он мне подмигивает или у него нервный тик? Магистр Эрикс за свою насыщенную жизнь успел побывать в законном браке семь раз, и жизнь его ничему не научила. В смысле, после семи разводов он продолжает оказывать знаки внимания всем преподавательницам Академии, кроме своих бывших жен. Но я в первый же день в Академии случайно ударила его заклятьем Электрического шока, после чего Эрикс утратил ко мне романтический интерес. Так что эти подмигивания — явно не флирт. А чего же он тогда от меня хочет?

— Пойдемте, Аврора, пойдемте. — Эрикс буквально вытащил меня из аудитории, а в спину принеслось скрипучее:

— Архимагистр? В столь юном возрасте? Я впечатлен!

Ага-ага. О том, что научную степень мне за огромные деньги приобрел папенька, не судачат разве что только золотые рыбки в аквариуме ректора. Да и то лишь потому, что немые. Но я на такие мелочи внимания не обращаю. Клянусь, кусок штукатурки над головой магистра Галааса отвалился сам по себе.

— Никакой магии, леди Аврора, прошу вас! — нервно пробормотал Эрикс, до боли сжав мой локоть.

— Ладно, ладно. Магистру Галаасу ничего не угрожает. Откуда он вообще взялся? Приехал вчера с доктором Авгусом Равгусом? — попыталась я прояснить ситуацию.

— Нет, Авгус приехал один. И к счастью, имеет привычку спать до полудня. А Галаас — наш бывший преподаватель, вас как раз взяли ему на смену. — Магистр тащил меня по пустому коридору.

Из аудиторий доносились обрывки лекций и взрывы лабораторных занятий.

— А почему Галаас ушел? И почему вдруг вернулся?

Честно говоря, второй вопрос занимал меня куда сильнее.

Эрикс набрал в легкие побольше воздуха и выдал:

— Магистр Галаас перестал вести занятия, потому что умер. А почему он вернулся, я и сам очень хотел бы знать!

Точно! Вот из-за чего Галаас показался мне странным! Он призрак. Были бы у меня очки, я бы это сразу поняла.

— Но теперь я веду Теорию следов, — возмутилась я.

Эрикс что-то нечленораздельно, но, похоже, нецензурно крякнул и, резко остановившись, заглянул мне в глаза.

— Архимагистр Торес, вы, возможно, не заметили, но у нас в Академии нашествие мертвецов.

— Ну почему, заметила, — немного покривила душой я, — мне сразу показалось, что студентов в моем классе больше, чем обычно.

А магистра прорвало:

— Торес, у нас полная Академия призраков и мертвецов! По самым оптимистичным подсчетам, около трех сотен! И это как раз в тот момент, когда ректор Рапидио в столице, а мы принимаем ректора Медакадемии!

— Несколько не вовремя, — согласилась я, — три сотни, вы говорите? Очень многочисленное нашествие, и откуда их столько набралось?

Эрикс несколько раз моргнул. Это точно тик.

— У нас тут по соседству старинное кладбище!

А, ну да. Половина окон преподавательского корпуса на него выходит.

— Магистр Роуз уже поставила барьер, но кто знает, что оттуда успело выползти. Впечатление такое, что поднялись все. Кто сохранил физическую оболочку — в форме мертвяков, кто нет — восстал призраком.

Наш разговор прервали. В конце коридора показалась группа взволнованных преподавательниц.

— Пойдемте, Торес. Нужно обсудить план действий.

В преподавательской было людно и шумно. Эта выскочка, магистр Селин Роуз, решила, что в отсутствие ректора она тут за главную, и принялась всех строить. Ну что за провинциальная самоуверенность? У самой ни происхождения, ни титулов, ни званий, а изображает из себя фам фаталь. И злоупотребляет парфюмом с запахом розы, мне в ее присутствии всегда хочется чихать.

В общем, Селин Роуз тут звезда местного масштаба. Метит в проректоры и из кожи вон лезет, чтобы казаться стильной и современной. Ха-ха-ха. Хотя стоит признать, что фигура и личико у нее ничего. Но и ничего особенного. В столице с такими данными ее считали бы посредственностью. Но Грейтнис — другое дело. И что самое обидное, весь наш курятник ее слушается. Как только магистр заговорила, гам в преподавательской сразу затих.

— Прошу всех сохранять спокойствие. Мы столкнулись с действиями неизвестного могущественного некроманта, который по неизвестным причинам и с неизвестной же целью поднял более трех сотен мертвецов и призраков из старого кладбища, что располагается рядом с территорией Академии. Мертвецы, к счастью, неагрессивны и не представляют опасности для студентов и горожан, — четко рапортовала Селин.

— Пока не представляют, — перебил ее Эрикс, — они находятся под контролем поднявшего их некроманта, а его цели, как вы правильно заметили, магистр, нам пока не ясны.

— Нужно вызвать императорскую стражу! — послышался чей-то полуистерический голос.

Селин поморщилась. Для разнообразия вот тут я была с ней совершенно согласна. Выносить сор из избы — последнее дело.

— Нам вполне по силам взять ситуацию под контроль и без посторонней помощи, — заявила магистр, — нужно только действовать быстро и четко. До полудня все мертвецы и призраки должны быть упокоены.

А, понятно, Роуз хочет выслужиться перед Рапидио. Ну и еще, возможно, беспокоится о репутации Академии. Тут я ее понимаю. Не хватало еще, чтобы ректор Авгус Равгус потом расписывал в столице, как мертвецы мешали ему читать специальную лекцию, ради которой он сюда прибыл.

— Прошу всех разбиться на пары! Я разделила территорию Академии на квадраты. Магистр Эрикс снабдит вас специальным заклятьем по упокоению поднятых, а затем я сообщу каждой паре, в каком квадрате она будет работать. Других заклинаний прошу не произносить, мы не знаем, какой эффект это может дать при наложении на чары некроманта, — вещала Селин, — помните, мы должны справиться до полудня, это сейчас первоочередная задача!

Я с неприязнью наблюдала, как все встают по двое, выслушивают наставления Эрикса и послушными овцами подходят к Селин. А мне, кстати, пары не хватило. И что? Я вне игры?

— А может быть, получится прибить всех одним заклинанием? Полагаю, у меня достаточно сил для этого, — предложила я.

В преподавательской стало очень тихо.

— Архимагистр Торес, мы нисколько не сомневаемся в ваших силах, — осторожно и очень нервно начал Эрикс.

— Но как бы не прибило действительно всех, — ехидно вставила Селин.

Вот нахалка! Этого я стерпеть не могла!

— Скажите, Селин, а кто назначил вас тут главной? — вкрадчиво поинтересовалась я.

— Ректор Рапидио, — не моргнув глазом заявила эта наглая девица.

Вот урод. Нет, я совершенно не рвалась командовать этой отарой, но почему мне, шестиюродной внучатой племяннице Императора, ничего даже и не предложили? Я, само собой, вежливо отказалась бы, но это если бы моим мнением поинтересовались. А так придется лезть в бутылку.

— А не кажется ли вам, что в чрезвычайной ситуации руководство Академией должно перейти к самому могущественному из присутствующих магов? — Я слегка повысила голос, но не настолько, чтобы затряслась люстра.

Про свою, хоть и дальнюю, но все же принадлежность к императорскому роду и титулы я упоминать не стала. Я скромная.

— Архимагистр Торес, никто не ставит под сомнение вашу магическую мощь. И как только ректор Рапидио подтвердит, что и ваша квалификация не подвергается сомнению, ведь именно по этому поводу он и отбыл в столицу, — ослепительно улыбнулась Селин, — уверена, именно вы и станете его постоянным заместителем.

Рапидио отправился проверять мою архимагистерскую диссертацию? И мне опять ничего не сказали? Я заскрежетала зубами. Кулаки сами сжались. Люстра все-таки жалобно зазвенела. Улыбка исчезла со смазливого лица Селин. Эта нахалка наконец поняла, что позволила себе лишнего. Киса, ты нарвалась.

Преподаватели вжались в стены, с трудом сдерживаясь, чтобы не попрятаться под столы, как недавно студенты в аудитории.

Эрикс уже отработанным движением бросился между мной и Селин. А он, оказывается, рисковый малый, этот Тоблас Эрикс. Ха. У меня в голове мелькнула интересная мысль. А не станет ли магистр Селин восьмой миссис Эрикс? Или показалось?

— Дамы, сейчас крайне неподходящее время для ссор и споров! — нервно воскликнул магистр Теории боевых заклинаний.

Ну, конечно, он прав. Я заставила себя сделать глубокий вдох и разжать кулаки.

— Архимагистр, прошу вас взять на себя самое сложное задание.

Эрикс так искренне это произнес, что я повелась и кивнула.

— Прошу вас проанализировать ситуацию и высказать предположение о личности некроманта, — сказал этот хитрец, — специалисту с вашей высочайшей квалификацией это не составит труда.

Признаться, я слегка опешила и не сразу сообразила, что попала в ловушку. Меня же попросту убрали со сцены, да еще и осчастливили совершенно невыполнимым заданием. Где я — и где квалификация? Но отпираться было уже поздно.

Весь преподавательский состав смотрел на меня с насмешками. Или мне это только кажется?

— Думаю, я сама займусь поиском некроманта, — фыркнула Селин.

Ага, как же! Понимание, что и это тоже ловушка, пришло слишком поздно.

— Не утруждайтесь, — процедила я, — я справлюсь.

— С удовольствием посмотрю на результаты, — ехидненько покивала эта нахалка.

«Посмотришь, посмотришь, — думала я про себя, яростно топая по коридорам Академии, — я тебе покажу. Я вам всем покажу, на что способна Аврора Торес!»

И у меня даже был план.

Я дожевывала остывшие сырники в самом скверном настроении. По стенам расползались живописные трещины, из-под вилки то и дело вылетали искры. Ну ладно, я еще понимаю Селин, но Картафогс? А ведь еще есть Трилла Сондерс и Ванесса Кар! А для беготни по лесу за проклятущим единорогом подхожу, значит, только я?

Исидор мялся в дальнем углу за диваном, опасливо поглядывая вокруг и время от времени скрепляя стены заклинаниями. Покинуть убежище его заставила только необходимость налить мне кофе.

— Вас что-то огорчило, леди Аврора? — спросил дворецкий, подавая мне чашку. — Не стоит беспокоиться о заклинании Сонных Пут, оно требует значительных энергетических ресурсов, но совершенно простое в исполнении.

— Даже я справлюсь, да? — хотелось плеваться ядом.

— Может быть, теория и не ваш конек, но в магической мощи вам нет равных. — Исидор сел напротив и протянул мне бумажку. — Я записал для вас заклинание.

— А почему печатными буквами? Вот ты не поверишь, но я знаю и письменные! — возмутилась я.

Обида выплеснулась через край. Мне тридцать четыре года, у меня уже морщины, а я все еще могу ловить единорогов и заклинания мне пишут печатными буквами!

— Я не настолько тупая! — громыхнула я, сопроводив свои слова раскатом грома.

Это случайно вышло.

На лице Исидора не дрогнул ни один мускул. Он смотрел на меня своим ясным и честным взглядом.

— Я никогда не считал вас глупой женщиной. Вынужденное затворничество в Торес Холле и сложная структура магического дара слегка повлияли на ваши социальные навыки, но я ни секунды не сомневаюсь в вашем уме.

— Неужели? А это что? — Я потрясла перед носом дворецкого листочком с печатными каракулями.

— У меня крайне неразборчивый подчерк. Важные вещи я всегда записываю именно так.

— Да?

Мне стало стыдно. Я уже второй раз срываюсь на Исидора.

— Зря ты не считаешь меня глупой женщиной, — вздохнула я и развернула бумажку с заклинанием, — что тут у нас?

Хорошо хоть буквы оказались довольно крупными. А то без очков я бы, пожалуй, и не прочитала.

— Хевелдо сонмиус алярдо…

Вот тут лицо Исидора все-таки дрогнуло. Если точнее, вытянулось от ужаса.

— Не вслух, прошу вас! — почти выкрикнул дворецкий. — Мы же сейчас превратимся в сонное царство!

Я захлопала глазами. Опасения Исидора были вполне оправданы. Мне всегда было трудно соизмерять свои силы. А с заклинанием восемнадцатого уровня это особенно сложно.

— А как тогда я должна буду произнести заклинание в лесу? — спросила я.

— В лесу мы позаботимся о том, чтобы в радиусе километра от вас и единорога никого не было. Животных и птиц я потом разбужу, — успокоил меня Исидор.

— А букашек? — вспомнились мои светлячки, которых мы с Исидором выпустили в лесном болоте пару месяцев назад.

— И букашек тоже, — пообещал дворецкий, — и я подготовил для вас более удобную обувь и необходимое снаряжение.

— Ладно. Пойдем тогда. Раньше начнем, раньше закончим. — Я отодвинула тарелку.

Сырники остались недоеденными. Мы выдвинулись на охоту.

Полковник Лигер ждал нас у входа в лес. Ну, так я называю то место, куда ведет заросшая с обеих сторон травой дорожка от ворот Академии. Баронет был не один. И дело вовсе не в дюжине таких же стражников и паре егерей, лениво греющихся на солнце, на них мне плевать. Чуть поодаль от основной группы, прислонившись к стволу ясеня и элегантно сдвинув набок берет с вороньим крылом, красовался доктор Авгус. Может, конечно, это был не ясень, а какой-нибудь бук, я плохо разбираюсь в деревьях, но вот по поводу Авгуса Равгуса сомнений никаких. Я заволновалась. Зачем он тут? Неужели ради меня?

Я так разнервничалась, что даже пропустила приветствие полковника Лигера. Хорошо хоть Исидор начал разговор вместо меня.

— Господин полковник, мы хотели бы попросить, чтобы гвардейцы обеспечили отсутствие людей в радиусе километра от того места, которое егеря выберут для приманки, — обратился он к Лигеру.

— Это еще зачем?

— Леди Торес желает сделать охоту максимально безопасной для окружающих, мы ведь не хотим ненужных жертв? Гвардейцам тоже не стоит приближаться к приманке.

Я слушала разговор вполуха, остановившись в паре метров от беседующих мужчин. Мне нужно было одновременно делать вид, что я интересуюсь Лигером и не интересуюсь Авгусом, и получалось у меня не очень хорошо. Может, все-таки будет уместно повернуться и помахать доктору? Это ведь не слишком навязчиво? Мы же знакомы и сегодня ужинаем вместе. Или не стоит? За этими терзаниями я совершенно проморгала момент, когда беседа Исидора и Лигера свернула с нормального русла и сорвалась в крутое пике. Слух резанула фраза Лигера:

— И почему я должен выслушивать какого-то лакея? Может, правда, ты не только функции слуги выполняешь.

Понятно, что Исидор для меня гораздо больше, чем просто дворецкий, но как Лигер об этом догадался? Я бросила свои душевные терзания и переключила внимание на полковника.

— Недаром ведь ректор Рапидио сомневался, что архимагистр подойдет для охоты на единорога, — на губах Лигера заиграла какая-то мерзкая ухмылочка.

А я снова начала закипать от злости. Вот еще один недоумок решил обсудить мои магические способности! Я уже собиралась поставить зарвавшегося баронета на место, как вдруг Исидор выкинул совершенно не свойственный ему номер.

— Полагаю, полковник, мы сможем разрешить возникшие у вас сомнения на дуэли, — процедил он сквозь зубы.

Эээ… Дуэль с полковником гвардии — это очень плохая идея. И что на Исидора нашло? Я не успевала ни за собственными мыслями, ни за ссорой, которая все набирала обороты.

— Ты правда считаешь, что можешь вызвать на дуэль дворянина? — оскалился Лигер.

— Вряд ли, — обернулась я и внезапно обнаружила доктора Авгуса Равгуса прямо за своей спиной, — а вот я, уверен, вполне могу позволить себе такое удовольствие.

Прищуренные глаза Авгуса сверкали хищным блеском. Исидор молча сжимал кулаки.

— Сегодня в шесть вечера вас устроит, баронет?

С Лигера сразу же слетел его уверенно-нагловатый вид. Но выхода у полковника теперь не было, его подчиненные с интересом наблюдали за интереснейшей сценой. Хотелось бы и мне понять суть происходящего.

— Извольте, граф Авгус. В шесть вечера, — принял вызов Лигер, — магия и оружие без ограничений.

Авгус сухо кивнул и повернулся ко мне.

— Я буду счастлив защитить вашу четь, Аврора, — произнес он с поклоном.

Чего? У меня глаза на лоб вылезли. Мою честь? И вот тут на меня снизошло озарение, и я поняла, что имел в виду этот негодяй Лигер. Ах ты ж упырь.

Я почувствовала, как мои губы расплываются в знаменитой торесовской усмешке. Кажется, у меня впервые в жизни получилось изобразить ее правильно, потому что Лигер весьма отчетливо побледнел. Авгус с Исидором тоже. Исидор дернулся ко мне, плетя какое-то заклинание. Хороший мой, ну вот куда ты прешь против Авроры Торес?

— Раз уж вы не пожелали прислушаться к моему дворецкому, повторю я: чтобы в радиусе километра от меня ни одной живой души. Своих стражников, если хотите, можете оставить, это уже их проблема, — очень вежливо произнесла я, — километр — это примерно вот столько.

Честно говоря, я понятия не имею, сколько это — километр. Так что просто шарахнула заклинанием Урагана как придется. И пока все в онемении осматривали последствия, гордо направилась в сторону леса. По-моему, то, что он теперь собой представлял, называется буреломом. А ведь Рапидио был прав: лес действительно очень хрупкая экосистема.

Странно, но все деревья попадали как-то ровненько, рядами, я бы даже сказала, аккуратно. Совсем на меня не похоже.

И только спустя десяток шагов я начала понимать, что натворила. Тут же могли быть звери и птицы! Они-то ни в чем не виноваты! Но на первый взгляд все обошлось. Минуту спустя Исидор нагнал меня и протянул руку, чтобы помочь перебраться через поваленный ствол.

— Очень впечатляет, — заметил он, — теперь-то уж точно гвардейцы позаботятся, чтобы вокруг вас во время охоты никого не было.

— Ты не знаешь, почему заклинание так сработало? — Я кивнула в сторону лежащих штабелями деревьев.

— Я позволил себе немного его подправить.

— Спасибо.

— Только на это моей смелости и хватило, — с горечью произнес Исидор.

Я неудачно отогнула ветку дерева, и та шлепнула меня по лицу.

— Ты сейчас вообще про что? — Хорошо, что мы с Исидором одни, можно сразу спрашивать все, что непонятно.

Исидор ответил не сразу.

— Мне следовало назвать свое имя и заставить Лигера принять вызов.

— Ерунда, — отмахнулась я, — оно того не стоило. Тем более что Авгус и так проучит этого урода.

— Да. Авгус. Весьма достойный поступок с его стороны. — Голос Исидора был совершенно лишен эмоций.

— Ну, я уверена, что доктор совершенно ничем не рискует. С его уровнем он легко размажет баронета, их магия в разных весовых категориях, — мне почему-то захотелось преуменьшить заслугу Авгуса Равгуса, хотя я и понимала, что он отлично показал себя.

— Егеря вряд ли теперь рискнут сунуться за нами, но я и сам смогу подыскать подходящее место для приманки, — сменил тему Исидор, и я была ему благодарна, — нам следует найти полянку либо лесное озеро. Желательно, с цветами.

— Лучше полянку. Боюсь, у озера меня комары сожрут.

— Не беспокойтесь, у меня есть репеллент. Ваша задача просто сидеть на поляне и ждать единорога. Я дам вам кристаллы магической соли, которые приманят животное. Это может занять несколько часов в зависимости от того, как далеко находится единорог.

— Ты взял мне термос с кофе?

— Да.

— А булочки?

— И булочки тоже. И плед. Когда единорог приблизится, протяните ему на вытянутой руке соль, и когда он позволит себя погладить, произнесите заклинание Сонных пут. Я буду в километре от вас и, если что-то пойдет не так, приду на помощь.

— Километр это тысяча метров?

— Да.

— Далеко. Мне спокойнее, когда ты рядом, — вздохнула я, неудачно перепрыгнув очередное препятствие.

Исидор, конечно, подхватил меня.

— Я всегда буду рядом, Аврора, — пообещал он, — тысяча метров — это ничто.

Исидор был совсем близко, я чувствовала его дыхание. Хотелось коснуться его губ, прижаться к нему и никогда не отпускать. Но нет. Нас ждет охота на проклятущего единорога.

Я зашагала дальше.

— И как вообще эта вымирающая скотина оказалась в лесу возле Академии? — спросила я.

— Единороги очень чувствительны к магии, — ответил Исидор.

Можно подумать, это что-то объясняет.

— И что?

— Ну, их иногда используют для поисков старых кладов, содержащих мощные магические артефакты. Конечно, единорог животное крайне дорогое и опасное, но если клад того стоит, могут найтись авантюристы, готовые и не на такие подвиги. Но это только мое предположение, — поделился дворецкий.

Ух ты. Клад!

— Обожаю старинные вещи!

— Я бы тоже не отказался от сундука с сокровищами, — рассмеялся Исидор. — Так, эта полянка вполне подходит.

Я огляделась. Ну так… Деревьев, конечно, поменьше, чем вокруг, но все равно, на мой взгляд, многовато. Один древний раздвоенный дуб можно оставить для антуража, остальное явно лишнее. И опять же, трава нескошенная, мошки, ежики.

Исидор расстелил мне плед, положил на него термос с кофе и два пакета — небольшой и совсем маленький.

— Это булочки с корицей, а тут магическая соль, от нее фонит природной магией на половину леса. Когда будете приманивать единорога, полностью разгибайте пальцы, а то может укусить. И не делайте резких движений. Пользоваться магией до произнесения заклинания Сонных пут тоже не стоит, от насекомых я вам оставляю репеллент. Вот веревка, она понадобится после, когда единорог уже уснет, но я к вам в этот момент уже присоединюсь, — инструктировал меня дворецкий, — листок с заклинанием у вас?

Я угрюмо покивала. Идея сидеть в лесу в километре от Исидора меня совершенно не вдохновляла. Надеюсь, это все-таки ненадолго.

— Я буду рядом, — еще раз пообещал Исидор.

Я с тоской провожала взглядом его исчезающую за деревьями фигуру. Столько всего разом навалилось. Сейчас попью кофе с булочками и подумаю обо всем.

Но нет. Магическая вымирающая скотина мне этого не позволила. Единорог приперся еще до того, как я успела открутить крышку термоса. По-моему, их красоту немного преувеличивают. Обычная среднестатистическая белая лошадь с серебряной гривой и магическим рогом. Рог, кстати, пульсировал магией. Говорят, ее разряд смертелен. Но единороги опасны не только в магическом, но и в физическом плане. Раны, нанесенные их рогами, способны запустить цепь мутирующих проклятий. Не представляю, как с таким набором характеристик эти животные смогли обрести популярность. Их рисуют на каждом втором гербе. На гербе Торесов, кстати, этих однорогих нет. Наш семейный символ, естественно, бык.

Единорог высунулся из кустов в нескольких метрах от меня и, склонив голову, рассматривал лежащий рядом со мной пакет. Прекрасная дева интересовала его явно меньше, чем излучающая природную магию соль.

Так, Аврора, соберись! Сделай все как надо и через час уже сможешь попить кофе в своей комнате без всей этой лесной экзотики.

Я схватила маленький пакетик с солью, высыпала несколько кристаллов себе на ладонь и протянула единорогу.

Цыпа-цыпа-цыпа.

Конь грациозно подошел ко мне, вальяжно склонил голову и лизнул соль. Ну хорошо, про обычную лошадь беру свои слова обратно. Что-то все-таки в них есть особенное.

Единорог быстро расправился с угощением. Сейчас главное — не спугнуть его. Переливающийся магией рог гипнотизировал. Я все еще продолжала протягивать животному правую ладонь с остатками магической соли, а левой осторожно достала листик с заклинанием.

Единорог поднял голову и посмотрел на меня. Почему-то заволновался. Я ему улыбнулась. Настолько широко, насколько смогла. Даже скулы свело. Единорог повел ушами. Продолжая улыбаться, я коснулась правой рукой морды единорога, поднесла к глазам листок, и тут это подлое копытное испустило жуткий вопль. Это, конечно, было ржание, но я явно услышала в нем истеричное «ааааааа!»

И пока я оторопело пыталась понять, что к чему, вымирающее магическое животное ломанулось сквозь кусты прочь от меня. Этого наш с Исидором план не предусматривал. Надо спросить дворецкого, что теперь делать. Исидор, кстати, не заставил себя ждать. Он примчался так быстро, что я не успела открутить крышку термоса.

— Что случилось? — выдохнул он, падая на колени рядом со мной.

— Единорог сбежал! — Я хотела было выразить свое возмущение более многословно, но ужас в глазах Исидора заставил меня замолчать.

Мой дворецкий теперь здорово походил на того единорога, разве что не пытался сбежать и сдерживал желание заорать.

— Что с вашим лицом, Аврора? — прошептал он.

— А что с ним? — Я коснулась пальцами левой руки своего лица и от неожиданности выронила термос.

Где мой нос? А губы?

— Оно пропало. Ваше лицо, — подтвердил мои догадки Исидор.

— У тебя есть зеркало? — взвизгнула я.

— Нет. И в любом случае оно вам сейчас ни к чему, — решительно заявил Исидор, — как это вышло? Побочный эффект заклинания? Попытайтесь вспомнить — вы как-то перепутали слова? Переставили их местами? Это важно! Хотя я не представляю, как заклинание Сонных пут в любом виде могло дать такие последствия!

Исидор уже практически взял себя в руки, и панические нотки прозвучали в его тираде всего пару раз.

— Я вообще не успела ничего произнести.

— Тогда единорог. В нем были какие-нибудь аномалии? Остатки чужеродной магии, следы проклятий?

— Единорог был как единорог. Обычный, — проворчала я, радуясь, что хотя бы рот и глаза на месте. Но кожа действительно стала гладкой-гладкой. Вот, оказывается, что такое эффект в триста процентов. Ха. Что примечательно, о морщинах я действительно забыла, в этом составители рецепта не обманули. А интересно, как я дышу без носа? Да и говорю я с плоскими губами тоже неплохо. — Дело, скорее всего, в омолаживающем креме.

— Вы воспользовались каким-то магическим косметическим средством? — с недоверием спросил Исидор.

— Да, вчера ночью. Это был крем от морщин. Вот, похоже, подействовал. Я, правда, рассчитывала на несколько иной результат. А нос и губы, думаю, не то чтобы совсем исчезли, они разгладились.

Исидор несколько раз моргнул, вероятно, пытаясь привыкнуть к моей новой внешности.

— Это поправимо, в таких средствах используют не особо сильную магию. Главное, знать состав. У кого вы купили мазь? — Дворецкий уже полностью успокоился, и к нему вернулись его привычные деловые интонации.

— Я ее сама сделала, — призналась я.

Исидор издал непонятный стон.

— Где вы взяли рецепт? — устало спросил он.

— Справочник по зельям, мазям и настойкам. Я его в библиотеке нашла, у них там, знаешь, есть каталог с карточками и…

— Я видел, — прервал меня Исидор, — давайте вернемся в Академию, леди Аврора.

Дворецкий поднялся и протянул мне руку.

Стоп. В Академию? Он вообще головой думает?

— Я не могу! — категорически заявила я. — Я никак не могу вернуться в таком виде и без единорога!

— Почему?

Какими же мужчины бывают недалекими.

— Потому что я потеряю лицо!

И вот тут Исидор вдруг согнулся пополам от беззвучного хохота, из его глаз брызнули слезы. Ах-ха-ха! Очень смешно. Да, согласна, в сложившейся ситуации это не самая лучшая формулировка, но не настолько же!

— Простите, леди Аврора, это нервное, — извинился он, отсмеявшись, — но я вынужден настаивать. Оставаться в лесу одной небезопасно!

С одной стороны, это, конечно, приятно, когда о тебе заботятся, но с другой — Исидор что, реально не понимает, что я не могу сейчас никому показаться на глаза?

Я уже собиралась было разразиться гневной и убедительной тирадой, когда вдалеке послышался шум. Голоса. И уже через секунду я разглядела среди деревьев черный плащ доктора Авгуса Равгуса. А вон и Лигер с остальными стражниками! Они наверняка тоже услышали рев впечатлительного единорога! И будут тут уже через пару минут! Нет! Ни за что!

В таких кризисных ситуациях решения я принимаю быстро. Не сказать, чтобы эффективно, но быстро. Так что я развернула не пригодившуюся мне бумажку с заклинанием и, прежде чем Исидор успел вмешаться, прочла заклятье. Хотя мне показалось, что вторую часть заклинания Исидор произнес вместе со мной. Но это мелочи. Главное, что все приближавшиеся к нам люди мирно попадали на землю, обездвиженные магическим сном.

— Не стоило, — вздохнул Исидор у меня за спиной.

Кстати, хорошо, что его заклятье не зацепило. Может быть, потому что я старалась направить энергию вперед, а он стоял позади.

— Я наглядно продемонстрировала, что мне в лесу ничего не угрожает? — спросила я.

— Весьма, — не стал спорить Исидор, — тогда план такой: вы остаетесь тут и никуда не отходите от этой полянки. Я быстро найду книгу и приготовлю антидот. С единорогом разберемся позже.

Я кивнула. Сейчас главное — вернуть нос и губы. Можно даже вместе с морщинами.

— Хорошо. Я надеюсь справиться за два-три часа. Пожалуйста, просто сидите тут! — Исидор огляделся и добавил: — Ну или в крайнем случае потом новый посадим.

— Что? — последнюю его фразу я не поняла.

— Ничего важного, леди Аврора. Пейте кофе.

Я снова проводила взглядом удаляющегося Исидора. И на этот раз мне все же удалось открыть термос. Отличный кофе.

И есть время обо всем подумать.

Я напрягла память. А о чем я собиралась размышлять? Ах да — о жестокости Императора, своих брачных перспективах, волшебных кладах, которые никто никогда не найдет, и о вселенской несправедливости в целом.

Вот сейчас попью кофе с булочкой и подумаю.

Но не вышло. Единорог вернулся.

— Зря приперся, соли больше нет! — честно сообщила ему я.

Единорог высунулся из порядком примятого куста и выразительно посмотрел на булочку в моей руке.

— Ты травоядное! — напомнила я ему.

Делиться не хотелось, но, пожалуй, все-таки стоит воспользоваться случаем и еще раз попытаться поймать единорога. Но не отдавать же ему целую булку. Я откусила половину, а остальное протянула животному.

— Держи. Очень вкусно.

Единорог сделал несколько шагов вперед. Ну вот, а говорили, их привлекают только красивые девы и магическая соль. Бла-бла-бла. Надо будет запатентовать булочки с корицей в качестве приманки для единорогов. Я осторожно достала уже опробованное заклинание и снова помнила единорога:

— Кис-кис-кис. Ну давай же, подойди ко мне на пару слов.

Единорог приблизился, и я даже успела положить руку на его величественную голову, уже представляя, как удивится Исидор, когда узнает, что я справилась с охотой сама, но не тут-то было. Подлая прожорливая скотина оказалась ловкой и хитрой! Единорог усыпил мою бдительность и, самым наглым образом выхватив булку, снова бросился наутек!

— Стоять! — заорала я.

Где там! Опасная рогатая часть единорога уже скрылась, а вот его филейная часть еще была видна. Знаешь что, дорогой? От Авроры Торес так просто не уйдешь. Первое заклинание Мгновенного ступора я израсходовала совершенно зря, не сразу сообразив, что на единорогов большая часть магии не действует. А вот заклятье Великого содрогания сработало, хотя я вспомнила его и не полностью. В любом случае, «да содрогнется твердь земная» я произнесла еще стоя на ногах, а вот «в силе чего-то там антхвирес вордтис» уже высоко в воздухе. В десятке метров от меня испуганно бил копытами пустоту ошалевший единорог.

— Стоять! — снова проорала ему я.

Подброшенный подземным толчком барсук парил между нами, что-то неодобрительно визжа.

К черту барсука.

Оценив расстояние между собой и единорогом, я, стремительно падая, выдала то, что умею лучше всего. Заклятье Малого взрыва. Взрывы мне вообще хорошо удаются. В этот раз не требовалось ничего разрушительного. Просто нужна была большая воронка, так что справилась я блестяще. Мы с единорогом плюхнулись в образовавшийся кратер.

Я поднялась на ноги первой. Ну, все отлично, тут метров семь глубина. Из такой ямы единорогу не выбраться. Он это тоже, видимо, понял, но сопротивления не оставил. Единорог вскочил и грозно наставил на меня свой смертоносный рог. Я так понимаю, меня больше не рассматривают как безобидную невинную деву.

Рог начал наливаться магической энергией. Ух ты. Вот, значит, как это происходит. За пару секунд концентрация энергии на кончике рога достигла пугающей величины. Единорог с вызовом посмотрел на меня исподлобья. Я знаю такой взгляд — это силовые игры. Любимое развлечение Торесов.

— Ты слопал мою булку. И из-за тебя я потеряла термос с кофе! — Я сделала решительный шаг в сторону животного. — И если ты меня убьешь, то сдохнешь тут от голода!

Последнее конечно, маловероятно, редкое вымирающее животное наверняка спасут экоактивисты вроде того же Рапидио, но копытному это знать необязательно.

— Так что просто дай мне усыпить тебя и скоро окажешься в каком-нибудь прекрасном заповеднике! — твердым голосом пообещала я, глядя единорогу прямо в глаза.

Убийственный рог пульсировал титанической мощью. Единорог смотрел на меня, не двигаясь и игнорируя мою ладонь у себя на шее. И я впервые в жизни без бумажки и ошибок произнесла заклинание сто восемнадцатого уровня.

Все прошло как по маслу. Сонные путы сработали, и животное грациозно рухнуло на землю.

Я вдруг почувствовала, что мои колени дрожат, и плюхнулась рядом. Слишком много высокоуровневых заклинаний за один раз. Странно. Раньше со мной такого не случалось. Старею.

Неподалеку виртуозно матерился барсук. Ну, мне показалось, что ничем иным его возмущенные возгласы быть не могут. Я перевела взгляд на зверька.

— Ну а ты чего тут забыл? — спросила я.

Барсук выразительно оглядел отвесные семиметровые стены нашей ямы. А, ну да. Об этом я не подумала. Можно, конечно, применить какую-нибудь левитацию, но сил не было. Может, это и к лучшему, от моей магии сплошные проблемы. Да и поднять единорога мне не удастся, он слишком устойчив к магии. Лучше посижу тут и подожду Исидора.

Барсук продолжал возмущаться, грызя какой-то найденный тут же орех.

Ладно, барсук ни в чем не виноват. И весит он не больше двадцати кило. Барсука я смогу поднять простейшим заклинанием. Что там у нас на этот случай имеется? Заклинание Парящего пера? Его даже дети знают. Я сконцентрировалась на барсуке и произнесла нужные слова.

Барсук не то что не взлетел, а даже и не пошевелился. Так.

Я попыталась снова. И снова. Ничего.

— Лети давай! — прикрикнула я, потеряв терпение.

Похоже, для барсука это стало последней каплей, потому что он нервно взвизгнул и швырнул в меня свой орех.

— Ау!

Орех ударил меня по лбу и откатился, подозрительно сверкнув на солнце зеленой искрой. Ух ты. Изумруд. Я подняла камень и осмотрела его. Замечательный бриолет. Может, мне начать собирать изумруды? Или лучше бриолеты? Изумрудов у папеньки полно. Хотя и бриолетов тоже. Я вздохнула. Нет, тут интересной коллекции не получится.

А откуда у барсука драгоценный камень? И, кстати, не один. Барсук как раз пытался разгрызть второй «орех». А на чем это он сидит? У меня дыхание перехватило.

— Ну-ка, кыш!

Я согнала барсука с небольшой шкатулки. Клад! Исидор был прав, кто-то искал тут клад. А единорог все время крутился вокруг полянки, потому что почуял в земле что-то магическое.

Ларчик, вероятно, открыл любопытный барсук, и теперь содержимое шкатулки сверкало в лучах летнего солнца. Камни, пара украшений и… он! Небольшой медальон в форме круга с начертанными с обеих сторон символами. Между двумя пластинами металла красовался фиолетовый янтарь. Камень такого цвета сам по себе большая ценность, а в этом еще и застыла капелька воды.

Я никогда в жизни не видела такого амулета, но сразу поняла, что это он. Любой маг сразу узнает такой защитный артефакт, ведь он подавляет действие магии. У меня аж ладони вспотели от волнения. Это такая редкость! Особый вид чар, подавляющий чужую магию. Поговаривают, такие артефакты делают как раз из янтаря со слезой единорога. В любом случае это очень дорогая и редкая штука! Класс! Вот это раритет, вот это я понимаю.

Я сунула амулет за пазуху, но сразу поняла, что это дурацкая идея. Исидор ведь сразу поймет, в чем дело, когда попытается меня вытащить из ямы, а его магия не сработает! Блин. А если кто-нибудь найдет меня раньше Исидора? Вряд ли землетрясение могло остаться незамеченным.

Я не могу себе позволить потерять такую классную штуку!

Ладно. Все просто. Надо только отбросить амулет достаточно далеко, чтобы он перестал на меня действовать. Метров на сто пятьдесят для надежности. Ничего сложного, с этим любой ребенок справится. Чтобы сплести пращу, мне понадобилось всего пять минут. Веревка для связывания единорога как раз идеально для этого подошла. Каменей для утяжеления амулета в нашей яме было хоть отбавляй, а лента из моей прически стала маячком. И бросок получился отличный. Вот почему, когда я, например, теряю нос, Исидор всегда рядом, а когда я такая молодец, из свидетелей только барсук? Но о чем это я? Все ведь как раз и затевалось, чтобы сохранить мою находку в тайне.

Я с сомнением посмотрела на ларец. Зачем он мне? Хотя… надо перепрятать. Если тот, кто искал клад, узнает, что шкатулку обнаружили, а амулета в нем не оказалось, я попаду под подозрение. Так что я собрала разлетевшиеся камни и сунула ларец подмышку.

Все сработало. Как только я оказалась вне зоны действия амулета, Парящее перо мне покорилось. Мы с барсуком вылетели из ямы как две ракеты. Меня даже немного замутило. И еще… я совершенно не разбираюсь в эмоциях животных, но, по-моему, убегая со всех ног в лес, барсук меня проклял.

Первым делом я сунула шкатулку в корни выжившего раздвоенного дуба и тщательно ее замаскировала. С этим все. Так, где артефакт? Даже с привязанной к нему красной лентой я искала амулет целую вечность. Дальнобойность моей пращи оказалась куда больше, чем я предполагала. Но мне все-таки удалось сунуть медальон в карман как раз перед тем, как на поляне начали появляться мои потенциальные спасители.

Исидор и Рапидио прибыли почти одновременно, хотя и с разных сторон. Они, видимо, телепортировались неподалеку от воронки.

— Вы в порядке, Аврора? — Исидор бросился ко мне и обхватил за плечи.

— Единорог выжил? — осведомился Рапидио.

— Да, — буркнула я в ответ им обоим.

— Вы куда-то падали? — Исидор озабоченно осматривал мою испорченную одежду и прическу.

— Вы вырыли ловушку и заманили туда единорога? — в голосе ректора послышалось удивление.

— Да.

— Леди Торес, вы живы? — на поляне показался доктор Авгус Равгус и вся гвардия Лигера с ним во главе.

— Почему единорог в яме? Что-то пошло не по плану? И откуда тут вообще этот кратер? — засыпал меня вопросами полковник.

А почему они так быстро проснулись?

— Позвольте осмотреть вас, Аврора. — Авгус двинулся ко мне, и тут я вспомнила о своей небольшой проблеме.

За всей этой суматохой я совершенно забыла про свое пропавшее лицо! Прикрылась руками. Ах, нет. Все в порядке. По крайней мере нос я чувствую. То ли амулет развеял чары, то ли само прошло.

Но расслабилась я рано. Авгус щелкнул пальцами, затем еще раз, а потом удивленно уставился на свою кисть. Похоже, ему не удалось какое-то заклинание. Ну ясное дело — он стоит слишком быстро к артефакту, защищающему от чар.

Я не успела придумать спасительный план, но меня выручили появившиеся на поляне Эрикс и Селин.

— Что, все выжили? Не верю! Торес, вы явно теряете хватку! — заявила эта нахальная выскочка.

— Единорог пойман! — осадила ее я.

— Да, нам повезло. Мы отделались всего лишь ураганом, землетрясением и дырой посреди леса, — съехидничала она.

— В любом случае, охоту следует признать успешной. Давайте попробуем вытащить единорога, положив его на что-нибудь, что сможем поднять при помощи левитации, — предложил Эрикс.

Идея была дельной, но крайне несвоевременной. Еще минута-две, и все поймут, что у них проблемы с магией.

Никаких нормальных мыслей мне в голову так и не пришло, поэтому я уцепилась за первую попавшуюся идею:

— Эрикс, а почему вы здесь? Вы же должны сейчас проводить мою консультацию!

— После взрыва я ее отменил. — Эрикс растерялся от моего напора и, ища поддержки, взглянул на Рапидио.

— Не беспокойтесь, Торес, я это согласовал. В сложившейся ситуации отмененная консультация — далеко не самая большая проблема, — сказал ректор.

— Я не могу бросить моих студентов! Я еще успею! — с этими словами я сорвалась с места. — Исидор, за мной!

— Осталось всего десять минут до конца пары! — крикнул мне вслед Рапидио.

— Аврора, остановитесь, у вас состояние аффекта! — донесся до меня голос доктора Авгуса.

— Нет, доктор, она всегда такая, — хмыкнула Селин Роуз.

— Не думаю, что мы сумеем остановить архимагистра без дальнейших значительных жертв и разрушений, — добавил Рапидио, — лес и так ужасно пострадал.

Плевать. Главное — унести артефакт метров на двести от них. Я мчалась так быстро, как только могла. Да и деревья все время мешали.

— Леди Аврора, мы бежим не в ту сторону, — сообщил Исидор, когда сумел меня догнать.

— Правда? — Я не рискнула останавливаться еще метров пятьдесят. — Ты уверен?

— Абсолютно. Академия в противоположной стороне. Если это, конечно, имеет значение, — тяжело дыша, проговорил Исидор.

По-моему, он что-то заподозрил. Хотя нет. Откуда? Просто показалось. Я пробежала еще с десяток метров и остановилась.

— Ладно. Где, ты говоришь, Академия?

Исидор согнулся, уперев руки в колени.

— Там, — он ткнул пальцем в сторону, откуда мы прибежали.

— Ну тогда пойдем. Только давай сделаем небольшой крюк, прогуляемся.

Дворецкий внимательно посмотрел на меня.

— Мне будет проще составить маршрут, если я буду хотя бы в общих чертах понимать, чего мы хотим добиться. Или избежать.

— Давай обойдем кратер стороной. Он вызывает у меня состояние аффекта, — убедительно врать у меня вообще плохо получается.

К счастью, Исидор не стал задавать дополнительных вопросов. Он всегда знает, когда нужно замолчать. И мы отправились наслаждаться лесной прогулкой.

— Вы просто отлично справились, очень впечатляет, — сказал Исидор пару минут спустя, когда мы немного перевели дух.

Я самодовольно улыбнулась.

— Но вам стоило дождаться меня.

Ну сейчас начнется. Очередная лекция на тему моей беспомощности и безалаберности.

— Ты слишком задержался! — перехватила я инициативу. — Что, не нашел книгу?

— Нашел. Но кто-то вырвал из нее нужную страницу, — извиняющимся тоном пробормотал Исидор.

— А, ну да. Я ее вырвала.

Исидор от неожиданности остановился.

— Почему же вы мне не сказали об этом?

Да, глупо получилось.

— Я об этом не подумала, — призналась я, — как-то не сопоставила. До Академии еще далеко? Я проголодалась.

— Можем телепортироваться туда. Потребуется много энергии, но в вашем состоянии это оправданно, — предложил Исидор.

Ага. С антимагическим амулетом за пазухой потребуется не просто много, а катастрофически много энергии.

— Давай все-таки пешком. Люблю природу, — взвыла я, больно ударившись об корягу, — вот почему тут отовсюду торчат какие-то палки?

— Это лес, леди Аврора. Давайте я пойду впереди.

— Еще долго?

— Пара километров. Может, все-таки телепортируемся?

— Нет! Я же сказала, что люблю этот чертов лес!

В общем, когда мы наконец дошагали до Академии, ног я уже совершенно не чувствовала. Пока принимала душ и любовалась своим морщинистым, но вполне человеческим лицом, Исидор принес обед. Рагу, грибной суп и пирожки к чаю.

Надо будет срочно перепрятать амулет, а то в Академии его быстро вычислят. Лучше унести артефакт куда-нибудь в сторону старого кладбища, а потом я подыщу место понадежнее. Надо только избавиться на часок от Исидора.

Я еще не успела об этом подумать, как дворецкий сам пришел мне на помощь:

— Леди Аврора, вы позволите мне отлучиться до семи часов? — спросил он, вежливо отклонив мое предложение присоединиться к чаепитию с пирожками. — Я хотел бы посмотреть на дуэль Лигера и Авгуса.

Точно. Совсем из головы вылетело.

— Конечно, иди. Будешь болеть за Авгуса? — усмехнулась я.

— Я бы предпочел, чтобы Лигер его убил, но тут мало шансов, — выдал вдруг Исидор. Причем настолько серьезно и зло, что я чуть не подавилась пирожком. — Шутка, — мило улыбнулся мне дворецкий.

Я и сама вроде поняла, что это шутка, но ни тон, ни взгляд Исидора с весельем не вязались.

— И за что же ты так с бедным доктором? — выдавила я.

— Умираю от зависти и ревности, — просто ответил Исидор, грустно глядя на меня, — это, кстати, снова была шутка.

— Да? — что-то мне никак в это не верилось.

— Ага. — Мужчина неопределенно взмахнул кистью. — Очень веселая шутка о страшных душевных терзаниях вашего верного слуги. А когда вы выйдете замуж за почтенного доктора Авгуса Равгуса, все станет еще смешнее. Я тогда, наверное, вообще повешусь. Хотя нет, ваш папенька меня за это непременно уволит. Так что буду ходить по раскаленным углям.

А? Я молча пялилась на Исидора, не находя никаких слов от удивления. Что происходит? Он никогда, никогда, никогда вообще так себя не вел! Конечно, хорошо, что Исидор наконец-то решил откровенно со мной поговорить, но это так на него не похоже!

— Ты уйдешь, если я приму предложение Авгуса? — Я думала, что точно знаю ответ, но оказалось — нет.

— Нет, Аврора, не уйду. Не смогу себе этого позволить. Я должен выполнить обещание, которое когда-то дал матери.

Понятно. Сестер надо пристроить. Мрак.

Исидор не смотрел на меня, задумчиво рисуя указательным пальцем на столе какой-то узор.

— И вам стоит серьезно отнестись к кандидатуре Авгуса Равгуса. Та затея со светлячками была эгоистичной выходкой с моей стороны. Титул Авгуса и его положение в обществе обеспечат вам достойную жизнь, на которую вы не сможете рассчитывать… — Мужчина споткнулся, подыскивая слова. — Ни в каком другом случае. Есть ситуации, в которых следует прислушиваться не к сердцу, а к разуму. Я буду искренне рад, если вы найдете свое счастье с Авгусом.

Ничего в мимике и голосе Исидора не намекало на счастье.

— Думаешь, я тебе поверю? — не удержалась я.

Исидор вскинул на меня удивленный взгляд. Его пальцы быстрее задвигались по столешнице, и я вдруг поняла, что происходит. Вот теперь я знаю, как выглядит заклинание Паутины лжи, когда оно не работает. Амулет от магического воздействия делал свое дело. Та-ак. Вот интересно, сколько раз Исидор проделывал со мной такой фокус-покус?

— Вы просто задумались, леди Аврора, и большая часть нашего разговора — лишь плод вашего воображения, — произнес Исидор, продолжая плести свою недействующую Паутину, — моя неудачная шутка навела вас на неверные выводы.

Исидор явно начал беспокоиться. Не знаю, правильно я поступила или нет, но объясняться с ним мне не хватило храбрости. Я фальшиво рассмеялась.

— Забавно, да. Подготовь, пожалуйста, мое вечернее платье и можешь идти смотреть дуэль. Как раз после и передашь Авгусу, что я жду его в «Порхающем мотыльке».

— Да, леди Аврора.

Я с тоской рассматривала в окно внутренний двор Академии. Студенты сновали туда-сюда, болтали, перекидывались шутками и заигрывали друг с другом. А я вот должна думать. Хотя думать, по большому счету, не о чем. Мы с Исидором не сможем быть парой. Разве что в том смысле, на который намекал Лигер. Мелькнула мысль — а почему бы и нет, но …

А возможность создать нормальную семью? А папенька? Нет. Исидор прав — Авгус Равгус отличный вариант в моем положении. И сегодня я приму его предложение.

А еще я должна отпустить Исидора. Не хочу, чтобы он по углям ходил. Хотя без его услуг мне придется вернуться к отшельническому образу жизни — и недели не пройдет, как что-нибудь взорву или подожгу. Ну и ладно. Благодаря ему я и так получила шесть лет веселья.

Мой взгляд задержался на картине, изображающей Торес Холл. Поместье в моем исполнении получилось кривоватым, но я списываю это на импрессионизм. Я ведь любила свой дом. Может, там мне будет не так уж и плохо?

Я поежилась, хотя вечер был теплым. Сердце, которое Исидор советовал не слушать, настойчиво твердило, что если он уедет, то прогулки по раскаленным углям достанутся мне.

— Исидор! — решительно позвала я.

Дворецкий появился спустя пару секунд.

— Что-нибудь еще, леди Аврора? Я как раз собирался уходить.

— Да, у меня небольшая просьба, — запнулась я, глядя на мужчину, ставшего за время нашего знакомства таким близким и родным. А ведь если подумать, он мой единственный друг. Поэтому я и должна его отпустить.

— Я потеряла в лесу термос.

— Завтра я куплю вам новый, — предложил Исидор.

— Нет. Может, ты попробуешь поискать старый?

Если Исидор и удивился, то виду не подал.

— Хорошо, леди Аврора. После дуэли схожу в лес, — просто кивнул он, не дав мне приступить к заготовленной сцене о непреодолимой любви к потерянному термосу.

— Спасибо. Мне кажется, я оставила его где-то около большого дуба возле кратера. Такой старый раздвоенный дуб, — принялась объяснять я.

— Я его помню. Вы оставили термос возле дуба до или после взрыва?

— Ну… — этот момент легенды я не продумала.

— Ладно, неважно. Я поищу.

— Только без фанатизма. Если не найдешь, действительно купим новый, — на всякий случай добавила я.

— Приятного вечера, леди Аврора. Мне пора.

Я проводила взглядом Исидора, пересекшего дворик. Мне, пожалуй, тоже пора бежать к кладбищу. Потом ведь еще готовиться к ужину.

Амулет я спрятала за могильной плитой какого-то Старха Н. Главное, не забыть это имя, а то потом буду долго обыскивать все плиты в округе.

Ноги ужасно болели после двух лесных прогулок подряд.

Но это ерунда по сравнению с тем, как болело сердце.

Я уныло плелась обратно в библиотеку. Надо взять какое-нибудь пособие из разряда «Инструкция по сборке высокоточных магических индикаторов для чайников». У входа в наш храм знаний было как-то людно. И чего студенты тут забыли? Учебники они вроде еще вчера получили, а до сессии далеко.

Я прикидывала, каким бы заклинанием разогнать преграждающую путь толпу, когда меня вдруг схватили за руку.

— Исидор?

Мой бывший дворецкий, а теперь аспирант Исидор Торн, выглядел слегка озадаченным, но все таким же привлекательным. Я внимательно вгляделась в его глаза, пытаясь определить влияние любовных чар. Левый глаз у Исидора немного дергался. Наверняка это оно!

— Зачем, леди Аврора? — зашептал мне на ухо Исидор, увлекая прочь от библиотеки. — Зачем вы превратили Червуса в жабу?

От черт. Опять. Бедолага Червус. Хотя сам виноват. Нечего вертеться у меня под ногами, когда я в расстроенных чувствах.

— Я не специально, — прошептала я, пытаясь разглядеть за спинами студентов библиотекаря в новом облике.

— Не нужно оборачиваться, Аврора, пойдемте скорее. — Исидор практически тащил меня на буксире вдоль коридора. — Вернитесь в свои комнаты, я все улажу.

— Ладно, — в таких случаях я с Исидором не спорю.

Не представляю, как он замнет инцидент с Червусом, но практика показала, что Исидору под силу и не такие чудеса.

— Что вам вообще понадобилось в библиотеке? — Исидор на секунду притормозил, взглянув мне в глаза.

— «Инструкция по сборке высокоточных магических индикаторов для чайников», — честно ответила я, не сразу поняв, что вопрос был о моем первом визите в библиотеку.

Исидор вообще остановился.

— Что? — прошептал он, и его левый глаз задергался быстрее.

Может, любовные чары тут и ни при чем.

— Мне нужен спектромаговизор.

— Зачем? — загнал меня в тупик Исидор, но тут же сам и спас ситуацию. — Для демонстрации студентам?

— Да. Точно. Для демонстрации, — закивала я, — хочу собрать.

— Не надо. Пожалуйста. Я сам его соберу. — Исидор снова поволок меня по коридору.

— Мне срочно.

— Дайте мне час.

Исидор открыл мне дверь в нашу гостиную.

— К двенадцати принесу ваш обед и спектромаговизор, — пообещал он, — пожалуйста, не пытайтесь самостоятельно ничего собирать. Еще с Червусом разобраться надо. И парту поймать.

— Обещаю, — легко согласилась я, — Исидор, ты просто чудо.

Мой бывший дворецкий улыбнулся своей сногсшибательной улыбкой и исчез.

Нет уж. Я не позволю какой-то лахудре украсть его у меня. Дианочка еще не знает, с кем связалась.

В общем, благодаря Исидору, три часа спустя я уже ждала Селин в склепе. Спектромаговизор красовался на каменной плите у меня за спиной.

Селин в облаке розового парфюма появилась почти вовремя.

— Собрала девайс? Отлично! — похвалила она меня, мельком взглянув на пирамидку с маятником и линзой. — Сейчас начнем. Но чует мое сердце, тут и сомневаться не в чем!

Магистр взмахом руки зажгла несколько шаров, которые повисли в воздухе. М-да. А без света в склепе было уютнее. Парадоксально, но факт. Прыгающие тени и проступившие очертания тесного помещения создали пугающий антураж. Ну да черт с ним.

Селин достала из кармана мантии завязанный узлом носовой платок. Света теперь было достаточно, чтобы рассмотреть на нем бурые пятна. В платке оказался локон седоватых волос. И как только ей это удалось?

Я немного волновалась, что миссию по эксплуатации прибора и анализу полученных данных возложат на меня, но зря. Селин не терпелось поскорее выяснить правду о коварной чародейке-соблазнительнице. Ничего не имею против. Мне и самой не терпелось.

Селин разместила платок с локоном под пирамидкой, покрутила линзу, чтобы поймать свет одного из шаров, и ловко качнула маятник. Я так понимаю, мы ждем, когда он стабилизируется. Точно.

Над платком появилось грязно-бордовое свечение.

— Есть, — глухо прокомментировала Селин, — мощная любовная магия.

У меня словно камень с души упал.

— И что будем делать? Расскажем Тобласу и Исидору? — предложила я.

— Ну ты что! — закатила глаза Селин. — Мужчина, находящийся под любовными чарами, глух и слеп во всем, что касается объекта его зачарованной любви. Ни Тоблас, ни Исидор не поверят в обвинения против Дианы.

— Тогда, может, скажем Рапидио? Или попробуем сами снять заклятье?

Ну надо же. Я выдвинула целых два плана.

— Да, Рапидио нужно сообщить обязательно. Но сначала, конечно, нужно расколдовать наших балбесов. — Селин деловито спрятала платок в карман.

— Ага. Хорошо. А как? — Мне совершенно не хотелось снова топать в библиотеку.

Ничем хорошим мои визиты туда не заканчиваются.

Магесса насмешливо взглянула на меня.

— Ну как. Самый простой способ — естественным образом, — усмехнулась она.

— Эээ… А поподробнее?

У меня появилось очень нехорошее предчувствие.

— Ты что, не слышала про поцелуй истинной любви? Он развеет все злые чары. — Селин была уже у выхода из склепа. — Но, правда, работает, только если любовь настоящая.

— Ага, — выдавила я.

— Да. Ну и зачарованный, возможно, будет сопротивляться, — вздохнула Роуз, махнув мне на прощанье рукой, — это ничего, с Тобласом я справлюсь.

Еще раз «ага». Я опустилась на каменную ступеньку, думая о том, что моя депрессия неожиданно сменилась стрессом. Надо было прихватить булочек с корицей.

Поцелуй истинной любви? Обалдеть можно! Нет, я не смогу. Может, все-таки сходить в библиотеку и поискать что-нибудь о зельях-антидотах или контрзаклинаниях? Там наверняка все не так уж сложно.

Ладно, Аврора, соберись! Спасти Исидора — твой долг. Он тебя ведь столько раз спасал!

Я решительно поднялась.

Исидор, я иду!

Мое второе за сутки появление в библиотеке было воспринято слегка зеленоватым библиотекарем Червусом весьма прохладно. За все четыре часа, что я провела в тщетных попытках справиться с каталогом и заказом книг из хранилища, он ни разу не вышел из начерченной на полу защитной пентаграммы и не выпустил из рук ружья. Нервный он какой-то.

Хотя я проявляла дружелюбие. И даже попыталась обратиться к нему за помощью в поисках чего-нибудь вроде «Пособия по снятию сложных любовных заклятий для чайников», но Червус в ответ только возмущенно квакнул. Ну вот тут он, может, и не специально.

Если коротко, я ничего не нашла и уже подумывала о том, чтобы слегка изменить наш с Селин план и сразу бежать к Рапидио. Пусть ректор сам расколдовывает Исидора, тот все-таки числится аспирантом нашей Академии. Но тут я увидела такое, что моя решимость сражаться с фальшивой любовью взлетела до небес.

В общем, я, сидя на широком подоконнике читального зала, в очередной раз разгребала свой заказ из хранилища книг, пытаясь понять, как я так напортачила с переписыванием каталожных номеров, что мне принесли «Искусство мазурки» в трех томах, «Путешествие в приграничные горы» и «Двадцать искушений леди Беатрис». Вот последнее, кстати, интересно, надо будет почитать.

И тут я увидела в окно Исидора и Дианочку. Исидор тащил парту, а эта блондинистая лахудра ему «помогала», вытирая лоб платочком и щебеча под руку. И почему Исидор не бежит он нее со всех ног? Нет, двухметровая парта за достойное оправдание не считается! Я покидала книги в тележку. Придется признать, что научный путь решения проблемы не для меня. Ждать в такой ситуации тоже нельзя.

Я решительно отправилась в свою комнату. Время ужина, а значит, Исидору придется оторваться от своей пассии и принести мне чего-нибудь поесть.

Исидор, я тебя спасу.

Пожалуй, стоит почистить зубы и найти вишневый блеск для губ.

Когда ничего не подозревающий, околдованный коварной аспиранткой Исидор вошел в гостиную с подносом в руках, я была в полной боевой готовности.

— Я принес вам спагетти с фрикадельками. Парту я тоже уже поймал, — сообщил мне Исидор.

— Да, я видела вас с мисс Гелт в окно, — не сдержалась я.

— В какое окно? Из актового зала? Или вы снова ходили в библиотеку? — нахмурился Исидор.

Но я-то поняла, что он просто пытается сменить тему.

— Диана Гелт проявляет к тебе подозрительный и нездоровый интерес, — не удалось мне скрыть раздражения.

— Она просто пытается завести тут друзей. Это нормально для новичка, — легкомысленно отмахнулся Исидор, раскладывая тарелки и приборы на столике.

Селин права. Пока он под чарами, мыслить трезво не может. Что ж. Я шагнула к Исидору. Он оказался между мной и столиком. И еще шаг вперед.

— Аврора, у вас все в порядке? — нервно спросил он.

Какой же он все-таки красивый. И я решилась. Обвила руками шею мужчины и, слегка привстав на цыпочки, поцеловала его прямо в губы. Я, правда, думала, что это будет короче, вышло как-то длинновато, но я в поцелуях не большой специалист.

Надо проверить результат. Я немного отстранилась, все еще обнимая оцепеневшего Исидора, и посмотрела ему в глаза. По-моему, он в шоке. Может, не подействовало? Или я опять что-то не то сделала? В панике я снова потянулась губами к его губам.

И вот тут Исидор наконец ожил. Потому что второй поцелуй оказался куда ярче. Я почувствовала, как Исидор обхватил меня за талию, крепко прижав к себе. Да, он однозначно расколдовался. С каждой секундой его поцелуи становились все горячее, а руки все смелее. Потом я вдруг поймала себя на том, что расстегиваю его рубашку. Ну, на всякий случай, чтобы уж точно не оставить любовным чарам никаких шансов. Да и вообще… Надо было раньше этим заняться. Для профилактики.

Примерно через час, лежа на кровати в объятиях Исидора, я поняла, что с охотой на единорогов в моей жизни покончено. Не то чтоб очень хотелось, но факт.

Исидор осторожно приподнялся на локте, не убирая руки из-под моей шеи.

— Аврора, мы сошли с ума, — шепнул он, касаясь губами моих волос, надежно скрепленных в морские узлы.

Как же приятно.

Но сначала дело. Нужно убедиться, что любовные чары столичной лахудры окончательно и бесповоротно сняты.

— Исидор, ты все еще считаешь Диану Гелт невинной овечкой? — строго спросила я.

— Что? — пораженно переспросил Исидор и почему-то заморгал.

— Она пыталась тебя соблазнить!

Исидор тихо рассмеялся.

— Нет. Я абсолютно уверен, что нет. Пойми, Диана просто пытается быть любезной и завести друзей на новом месте учебы. Если вы познакомитесь, я уверен, она тебе понравится.

Вот черт! Не подействовало! Исидор все еще под действием чар этой ведьмы!

Я вскочила с кровати. Надо бежать к Рапидио.

— Аврора, ты куда? — Исидор моментально оказался рядом со мной.

— Нужно кое-что обсудить с Рапидио. — Я не смогла быстро придумать, что бы такого соврать.

Исидор схватил меня за руку. Вроде и не грубо, но крепко.

— Ты ведь не собираешься вредить Диане Гелт? — спросил он.

Да, неслабо она его околдовала. Вот зараза! Ну она у меня попляшет. Но для начала нужно решить вопрос с невменяемым Исидором.

Так что я снова встала на цыпочки и поцеловала его. Во-первых, потому что хотелось. Ну и во-вторых, чтобы не заметил заклятье Магического обуха. В смысле, не сразу заметил.

Глядя на живописно лежащего у кровати Исидора, я отметила, что это уже второй мужчина, которого я вырубаю этим заклинанием в своей спальне. Немного странно. Надеюсь, это не станет тенденцией. Но как же он все-таки красив. Любоваться обнаженным Исидором можно вечно, но сейчас главное — вырвать его из цепких лап коварной соблазнительницы.

Я наспех оделась, набросила на Исидора одеяло, а на спальню — заклятие Ста двадцати замков и помчалась в кабинет ректора Рапидио. Его секретарша, мисс Мауст, посмотрела на меня сквозь очки.

— Ректор уже ушел, — проскрипела она.

— Но сейчас ведь только девять часов вечера! — не поверила я.

— Его рабочий день заканчивается в шесть, — резонно возразила Мауст.

Это, конечно, правда, но ведь Рапидио никогда не уходил из своего кабинета раньше десяти! Чем ему еще заниматься, как не работой? У него же ни семьи, ни личной жизни, ни… Ой.

— Мисс Мауст… — Я пододвинулась к секретарше настолько близко, насколько это позволяли приличия. — У меня срочное дело к Рапидио. Скажите, если я сейчас постучусь в его апартаменты, он ведь будет там один?

Мисс Мауст вздернула свой острый нос.

— Я не обсуждаю личную жизнь ректора, — строго сказала она и добавила, слегка понизив голос: — Но вообще-то я совершенно не одобряю связей с молодыми аспирантками.

А я-то как не одобряю!

Я в замешательстве замерла у приемной ректора. Что же делать? Наверняка эта предприимчивая особа уже и Рапидио околдовала! Надо посоветоваться с Селин. Я опять побежала по коридорам Академии. Так и похудеть недолго. Что за день?

Селин в ее апартаментах, как назло, не оказалось. «Вот куда она могла деться?» — размышляла я, уже безо всякой надежды стучась в дверь преподавательницы Теории природной магии. А, точно! Она же собиралась расколдовывать Эрикса. Может, Роуз все еще в апартаментах своего возлюбленного?

В противоположное крыло корпуса, где проживал магистр Эрикс, я шла медленно. Уместно ли будет заявиться к мужчине в такое время и поинтересоваться, не у него ли мисс Селин Роуз? Или, учитывая обстоятельства, ничего страшного?

Аврора, вот ты сейчас реально страдаешь из-за репутации Селин?

Я громко постучала в дверь. Магистр Эрикс открыл мне практически сразу. Я с облегчением отметила, что на нем все еще привычная синяя мантия. Обнаружить, что Тоблас Эрикс носит в домашней обстановке, ну, например, трико, мне совершенно не хотелось. А второй порадовавший меня фактор заключался в том, что я унюхала запах розы. Значит, Селин здесь.

— Архимагистр Торес? — Эрикс вопросительно поднял брови. — Чем обязан вашему визиту?

— Э-э-э… Тоблас, вы случайно не знаете, где магистр Селин? — Я решила все-таки не переть в лоб.

— Я видел ее в преподавательской после пятой пары. Что-то случилось? — любезно поинтересовался Эрикс.

Если бы не настойчивый запах духов, я бы ему точно поверила.

Что, у Селин тоже не получилось снять заклятие этой мерзкой охотницы за мужчинами? И Эрикс все еще под чарами Дианы? И что тогда с Селин? Мог ли Эрикс причинить ей вред, если почувствовал угрозу для коварной аспирантки? Нет! Тоблас не мог! Он не такой! Хотя, если вспомнить Теорию ментальных проклятий, то вполне может быть, что Селин в беде. Заклятия вроде любовного морока способны вызывать мощнейшие искажения личности.

Я застыла на пороге уже начавшего терять терпение магистра Теории боевых заклинаний. Нельзя уходить, не убедившись, что с Селин все в порядке.

— Тоблас, я знаю, что Роуз здесь. Мне нужно ее увидеть, — решительно заявила я, почти одновременно с тем, как Эрикс открыл рот, чтобы любезно попрощаться со мной.

— Леди Аврора, повторяю, вы ошибаетесь. — Губы мужчины расплылись в неприятной улыбке, совершенно ему не свойственной. — Селин тут нет.

— А можно я зайду к вам буквально на секунду? — сделав преувеличенно-неуклюжий шаг, я немного навалилась на Эрикса.

Учитывая нашу разницу в весе, шансов выстоять у магистра не было.

И вдруг я поняла, что передо мной сейчас вовсе не тот Тоблас Эрикс, которого я знала. Даже хуже. По навыкам и магическим способностям как раз именно тот — талантливейший и опытнейший специалист боевых заклинаний, пусть и в теории. А вот от моральных человеческих качеств магистра и следа не осталось. Потому что джентльмен не станет хватать даму Пальцами ледяного паралича. Ничего не имею против ледяного паралича как такового, но тыкать леди Пальцами под корсет — это непростительно!

Я взвыла, как изображенный на моем фамильном гербе бык. Первым пришло в голову заклятье Магического обуха. Кажется, я им в последнее время злоупотребляю. Надо бы выучить еще что-нибудь, чтобы разнообразить арсенал.

Несмотря на стремительно немеющий от ледяных пальцев бок, я все-таки сумела швырнуть заклинание. Эрикс сумел его отбить. Ничего себе у него реакция.

Я наскоро пробормотала все обрывки лечебных заклинаний, которые смогла вспомнить, чувствуя, что лед сковал левую сторону от бедра до плеча. Тоблас Эрикс насмешливо улыбнулся, и его губы зашептали новое заклинание. По первой фразе я узнала Безбрежный огонь. А разве это не запрещенная магия?

Если бы я была поумнее, я бы испугалась. Потому что заклинание такого уровня в исполнении мага с такими способностями — это смерть. К Безбрежному огню нет контрзаклинаний. Это чистая мощь стихии в первозданном виде. Произносящий заклинание маг на секунду становится элементалем огня, и всё в радиусе десяти метров обращается в пепел. Жуткая штука. Безбрежный огонь запретили после войны за Малые Острова, но талантливые маги им, конечно, время от времени пользуются. Уроды.

И самое смешное, что по форме это заклинание — не такое уж сложное. Его даже я приблизительно помнила. Ну почти. И не придумала ничего лучше, чем скороговоркой выпалить в ответ на магию Эрикса. Закончили мы с ним одновременно.

Я никогда в жизни не видела Безбрежный огонь в действии. Это как оказаться внутри доменной печи. Не то чтобы я как-то отчетливо представляла себе доменную печь с изнанки, но сравнение мне понравилось. Все вокруг стало оранжево-красным, дверь в комнаты Эрикса и часть стены растаяли, словно персиковое мороженое, а сам Тоблас на секунду загорелся ослепительной искрой. Вот насчет персикового мороженого я уверена, его я отлично себе представляю.

Я даже удивиться не успела, так быстро все закончилось. Бац, и все — Эрикс опять человек, сквозь дыру в стене отлично видно лежащую без сознания Роуз, паркет стоит домиком, лампочка выплавилась в потолок. Я успела отметить, что Селин все-таки жива, никто не стал бы укладывать труп на диван и укрывать пледом, но времени радоваться не было. Эрикс слишком опасный противник.

— Да как ты выжила? — изумленно воскликнул магистр боевой магии.

В этом проблема всех умных людей. Они задают вопросы и ищут на них ответы. А такие, как я, твердо знают: в любой непонятной ситуации лучший выбор — заклинание Магического обуха.

В этот раз сработало. Поверженный Эрикс рухнул к моим ногам, и я только сейчас заметила, что опалила носки туфель. Мои любимые фиолетовые туфли с вишневыми бантиками!

Несколько тяжелых минут я смотрела на черные пятна, покрывшие носки туфелек. Не знаю, какая там температура кипения у ярости, но сейчас она во мне бурлила и булькала.

Ты мне за это ответишь, Дианочка. Это вендетта.

Я затащила Эрикса в его комнату, на всякий случай проверила пульс Селин, заложила дверь и дыру в стене заклинанием Ста двадцати замков и набросила поверх Марево. Марево мне удалось не очень хорошо. По цвету оно здорово отличалось от остальной стены и слегка топорщилось. Хотя однажды папенька решил сэкономить и нанял для ремонта бригаду из приграничных земель, так у нас потом ползамка так выглядело. Сойдет. Паркет я просто втоптала в пол и немного на нем попрыгала.

Сейчас не до перфекционизма. Я должна спасти Академию. Я сейчас. Я уже иду.

Через два шага я поняла, что еще одного боя, а тем более боя с Рапидио, я сегодня не выдержу. Левая сторона тела онемела, и я тащилась, яростно размахивая висящей как плеть рукой и подволакивая ногу. Чертов Эрикс и его ледяные пальцы.

Еще через десяток шагов я поняла, что мой план по спасению Академии трещит по швам — я просто не дойду до второго корпуса, где обитает Рапидио. Вот что за дискриминация? Почему все мы, рядовые преподаватели, живем в одном здании, а ректору достался отдельный дом? На обострившемся чувстве вопиющей несправедливости я прошагала почти до конца коридора.

Но нет. Выйти во двор, а тем более пересечь его, у меня не получится. Я и до своей комнаты-то с трудом дотащусь. Кулаки сжались от ярости. Правый. Левая рука не слушалась совершенно. И почему только я так и не удосужилась выучить ни одного солидного исцеляющего заклинания? Потому что слишком верила в собственную неуязвимость, да еще в то, что Исидор всегда поможет. А вот оказалось, что не всегда. Мужчины вообще ненадежные существа. Даже лучшие из них. Стоило какой-то лахудре покрутить любовной магией, и все — Исидор вышел из строя. Так что, Аврора, либо выучи по паре заклинаний на все случаи жизни, либо хотя бы обзаведись хорошими артефактами. Те если и выходят из строя, то хоть можно вернуть по гарантии.

Кстати, об артефактах. У меня ведь есть один очень подходящий! Я сейчас не про летающий баян из моей коллекции проклятых музыкальных инструментов, хотя он тоже ничего. У меня же есть амулет от магического воздействия, который я отобрала у барсука в начале лета! Интересно, такой артефакт снимет воздействие ледяных пальцев? По идее, должен.

Воодушевившись, я бодро доковыляла до своих апартаментов. Полюбовалась на все еще не очнувшегося от Магического обуха Исидора, не сдержавшись, погладила его по щеке. Я скоро вернусь. Эта лахудра мне за все ответит.

Я открыла комод и достала шкатулку-контейнер. Надо выйти из комнаты и только потом открыть ларец, а не то мои чары тоже рассеются, и Исидор придет в себя. Мелькнула мысль, что это было бы неплохо, его помощь и советы мне очень пригодились бы, но я заупрямилась. Хватит полагаться на Исидора. Он не всегда будет рядом. Пора учиться решать проблемы самостоятельно. Это во-первых. А во-вторых, у меня руки чесались самой разобраться с Дианочкой. После всего, что она мне сделала! Так что, проявив предусмотрительность, я залезла на антресоли и достала Метеорологический гобой. Этот музыкальный инструмент обладал свойством портить погоду. Любые сыгранные на нем мелодии вызывали дождь. Кроме маршей. Марши вызывали грозы и снегопады. В обратную сторону гобой не работал. Я, правда, еще не разобралась, являлось ли это особенностью инструмента или следствием моих не слишком выдающихся музыкальных способностей. Но сейчас это неважно.

Грациозно переступив через Исидора, я выбралась в коридор. Чтобы ненароком не развеять морок возле комнат Тобласа Эрикса, дохромала до выхода из преподавательского корпуса и уже на улице надела медальон. Сработало, да. Онемение мгновенно прошло. Отлично.

Если архимагистр с гобоем и в опаленной мантии и вызывал у кого-нибудь вопросы, желающих их мне озвучить не нашлось.

Так что я без проблем дошла до дома ректора Рапидио. Наш любимый ректор обитал в небольшом особнячке с видом на местное кладбище. Сейчас во всем доме горели только три окна на первом этаже, и благодаря небрежному отношению Рапидио к шторам я сумела рассмотреть два силуэта за накрытым столом. Ну-ну. Я ускорила шаг, быстро приближаясь к крыльцу.

Насколько мне известно, почти весь второй этаж занимает личная библиотека Рапидио, но все равно личный особняк на территории Академии — это как-то слишком. Особенно для человека, призывающего отказаться от излишней роскоши и экономить на черновиках. Хотя, конечно, скромный домик Маркуса Рапидио не сравнить с хоромами, которыми обзаводятся ректоры столичных ВУЗов. Так что, пожалуй, грех жаловаться.

Я с трудом подавила желание выбить дверь ногой и дождалась, пока мне откроют. На пороге показался седой старик в ливрее — бессменный дворецкий Рапидио.

— Мне срочно нужно видеть ректора. Дело не терпит отлагательств, — безапелляционно заявила я, приготовившись встретить достойный отпор.

Но напрасно.

— Ректор Рапидио очень занят, пожалуйста, проходите, архимагистр, — произнес дворецкий, пропуская меня в дом.

Что-то в его ответе показалась мне нелогичным, но спорить было как-то глупо.

— Ректор ужинает, он не один, уверен, вы не помешаете. Подержать ваш гобой или он вам понадобится? Проходите, проходите, — буквально подталкивал меня в спину старик.

Ясно. Верный слуга совершенно не в восторге от новой пассии своего хозяина. Не в восторге настолько, что даже я кажусь вполне приемлемой альтернативой. Даже с гобоем.

— Герцогиня Аврора Торес, архимагистр, — анонсировал мое прибытие дворецкий, ловко обогнав меня перед самой залой.

И еще и дверь у меня за спиной захлопнул, чтобы я не сбежала. Ректор и аспирантка сидели за большим столом, но настолько близко, что их руки практически соприкасались. Ну и конечно — свечи, вино, приглушенная музыка, интимная обстановка. Ну фу.

— Аврора? — Выражение лица Маркуса Рапидио очень походило на то, что я чуть раньше видела у Эрикса.

А вот Дианочка выглядела искренне ошарашенной. Подождите, голубки, дайте я подойду поближе. Чтобы амулет наверняка подействовал.

— Ректор Рапидио, а не кажется ли вам, что свидания с аспиранткой — это грубое нарушение профессиональной этики? — вкрадчиво поинтересовалась я, бочком пробираясь к столу.

У них, кстати, стейки, лобстеры и суфле. А что, разве гигантские лобстеры — не вымирающий вид? Да, чары Дианочки явно затуманили Рапидио все мозги.

А я резко почувствовала, что пропустила ужин.

— Нет, ему так не кажется, — нагло оскалилась на мою реплику Гелт, демонстрируя идеальные белоснежные зубы.

— Полагаю, вы преувеличиваете, — неуверенно протянул Рапидио, и я впервые за всю историю нашего знакомства увидела ректора растерянным.

Оно и понятно: любовные чары рассеялись, и страдающий острой формой порядочности и педантичности Рапидио внезапно обнаружил себя на свидании с молоденькой аспиранткой, которая ему в дочери годится. Да еще и с вымирающим лобстером на столе.

Гелт бросила на ректора быстрый взгляд и что-то прошептала. Ну-ну, старайся. Как же забавно смотрится магия, когда она не работает.

— Что, любовная магия перестала действовать? — теперь настала моя очередь ослепительно улыбаться.

— Да как вы смеете обвинять меня в подобных вещах? — взвизгнула Дианочка.

Очень искренне и натурально. Она просто прирожденная актриса, что ее в науку-то понесло?

— Любовная магия — очень серьезное обвинение, и я уверен, что вы ошибаетесь, архимагистр, — промямлил Рапидио, но уверенности в его тоне стало еще меньше, чем раньше.

— Ничего я не ошибаюсь! — громыхнула я. — Но любовная магия — это фигня! Она еще пыталась увести у меня Исидора, и из-за нее я спалила туфли!

Обида мешала дышать.

— Исидора? Ты совсем спятила? — Диана вдруг подскочила ко мне, и я еще успела подумать, что играет она гениально.

Но дальше сдерживать эмоции было выше моих сил. Если бы не антимагический амулет, я бы уже превратила эту лгунью в пригоршню пепла. А так я просто ударила ее гобоем. Не зря же я его притащила, в этом план и заключался. И не то чтобы в этом была какая-то острая необходимость, но ведь ни в какой другой ситуации мне просто не дадут треснуть чем-нибудь эту лахудру по голове.

В принципе, гобой действует ничуть не хуже Магического обуха. Поверженная соперница пала к моим ногам в испорченных туфлях.

— Не стоило, — вздохнул Рапидио, но осуждения в его взгляде было не слишком много, — полагаю, любовная магия все же имела место, хотя доказательств у меня пока нет. Вы используете какой-то гаситель магии?

— Да, амулет. А доказательств предостаточно — мисс Гелт зачаровала Исидора и Тобласа, — выпалила я скороговоркой, чтобы не очень акцентировать внимание на амулете. Вдруг Рапидио о нем забудет? — А Эрикс под воздействием чар еще и напал на Селин Роуз. Мне пришлось вступить с ним в магический бой, он применил заклинание Безбрежного огня, теперь в левом крыле преподавательского корпуса дыра в стене, но я наложила Марево.

— Безбрежный огонь? Эрикс напал на Роуз? Она жива?

Мой план сработал. Про амулет Рапидио даже не поинтересовался.

— Жива. Я проверяла.

— А Эрикс?

— Тоже. Но Магический обух вырубил его часов на десять.

Я даже почувствовала неуместную гордость — вырубить магистра Теории боевых заклинаний — это вам не шутка. А Рапидио тем временем наклонился к мисс Гелт.

— У девушки потрясающие магические способности, раз ей удалось зачаровать и меня, и Эрикса, — задумчиво проговорил ректор.

А про мои выдающиеся магические способности вроде как и упоминать не стоит. Хотя вообще-то я всех спасла.

— Мне тут посидеть или сами справитесь с потрясающей аспиранткой? — проворчала я.

— Справлюсь, — выпрямился Рапидио, — я вполне могу выставить защиту, против которой чары мисс Гелт будут бессильны. Мне следовало бы раньше позаботиться об этом. Что ж, будет мне урок за самоуверенность.

Ну вот и хорошо, что Рапидио взял себя в руки. Что-то я подустала от роли героини без страха и упрека. И есть хочу.

— Благодарю вас, Аврора, дальше я сам все улажу. Пожалуйста, не выходите из своих комнат хотя бы до утра.

Последняя фраза ректора меня слегка покоробила. И это благодарность за мою отвагу и сообразительность? Хотя… да ну их всех. Пойду посмотрю на Исидора. Ох-ох-ох. Теперь ведь еще и с ним объясняться.

— Леди Торес, ваш гобой! Желаете взять зонтик? — Пожилой дворецкий появился из ниоткуда и открыл передо мной дверь.

Дождь пошел. Прям стеной.

— Да, возьму. Спасибо.

Зонтик пришелся очень кстати. Потому что, сделав несколько шагов к преподавательскому корпусу, я вдруг поняла, что не хочу возвращаться в свои апартаменты. Что я скажу Исидору? У меня впервые за весь день появилось время подумать, что я натворила.

Нет, о потерянной невинности я не сожалела. Мне тридцать пять. И моих крайне немногочисленных поклонников интересует мое приданое, а вовсе не моя честь. Проблема была в нас с Исидором. Как мы теперь будем жить дальше? Что я ему скажу? Конечно, вполне вероятно, что он сам все скажет за нас обоих, у него это гораздо лучше получается.

Но не могу.

Поэтому я и стояла под зонтиком посреди опустевшего двора. Стена дождя со всех сторон отгораживала меня от остального мира с его сложностями и предрассудками. Я, Аврора Торес, самый могущественный маг Империи, чувствовала себя маленькой запутавшейся и печальной девочкой. Так и буду тут стоять. Другого плана у меня нет.

Исидор появился под моим зонтом внезапно и бесшумно.

Так. Быстро он справился с Магическим обухом. А заклинание Ста двадцати замков? Или я забыла его повторно активировать после того, как забрала амулет и гобой? Исидор подошел ко мне слишком близко. Гораздо ближе, чем позволяют приличия. Впрочем, это, конечно, лицемерие.

— Все хорошо, Аврора. Ты думала, что меня околдовали, и пыталась снять чары. Я никогда не забуду этого вечера и никогда не напомню тебе о нем, — сказал Исидор.

Ну вот так просто. Как же легко он нашел нужные слова. Я кивнула. А что мне оставалось.

— Пойдем, не нужно тут мокнуть. Да и дождь какой-то странный.

Дождь странный, да. Исидор забрал у меня зонтик, чтобы нести над моей совершенно опустевшей головой. Не хочу ни о чем думать. Хочу горячих булочек с чаем и спать. И взять Исидора за руку. Но вот это не получится. Стоило нам ступить за порог преподавательского корпуса, как Исидор превратился в образцового дворецкого. Ну или секретаря, или кем он теперь у меня числится.

А вот булочки с чаем обнаружились на столе. Я с удовольствием опустилась на стул и взяла чашку. Исидор налил мне чаю. Вроде бы все как всегда. Вроде бы наш обычный совместный вечер. Словно и не было ничего. Это хорошо.

— Слушай, что я тебе сейчас расскажу! — Я немного расслабилась, и мне не терпелось поделиться с Исидором новостями. — Садись тоже.

Я подвинула ему тарелку с булочками.

Исидор смотрел на меня с мягкой улыбкой. Ну-ну. Вот он удивится!

— Ты действительно был зачарован. Диана Гелт пользуется сильной любовной магией.

Исидор помотал головой.

— Ерунда. Она ни за что не стала бы меня зачаровывать.

Вот упрямый баран! Следующие реплики мы выпалили одновременно.

— Она зачаровала Эрикса и Рапидио!

— Она моя сестра!

— Чтоооо? — Мы тоже произнесли это синхронно.

Сестра? Вот теперь мне пришло в голову, что между Исидором и Дианой действительно есть легкое сходство.

— Почему ты мне сразу не сказал? — задать вопрос я успела первой.

— Мы не афишируем наши семейные связи. Ни отец-мятежник, ни брат-дворецкий не укрепят положение Дианы в обществе.

Я с удивлением услышала в голосе Исидора раздражение.

— О таких родственниках лучше молчать. Я и сейчас сказал об этом, потому что могу вам доверять. Ведь могу?

Взгляд Исидора стал острым и напряженным.

— Ну конечно! — Мне даже стало обидно, что он посчитал нужным спросить.

Исидор тяжело вздохнул и словно стал лет на сто старше.

— Моя семья многое пережила, — отвел он глаза, — так что там с Рапидио и Эриксом?

Мой рассказ уместился в дюжину предложений. Исидор мрачнел с каждым словом.

— Так ты не знал, что Диана пользуется любовной магией? — Мне необходимо было это выяснить.

Исидор нервно пожал плечами.

— У нее мало шансов выйти замуж за достойного человека, — ушел он от прямого ответа.

— Ой, ладно! Она красивая, образованная, с мощными магическими способностями, почти как ты… — Я осеклась.

— Почти как я, — кивнул Исидор.

Да уж.

— Но все равно это не оправдание! — не сдалась я.

— Наверняка поступку Дианы есть объяснение, — тоже не сдался Исидор, — уверен, это связано с научной работой Дианы, что-то типа практического исследования. Она — выпускница Академии Менталистики, и магическое воздействие на эмоциональную сферу человека — ее специализация. Простите, леди Аврора, я должен поговорить с ректором и все уладить.

Исидор резко поднялся.

Исследование? Неужели он и вправду думает, что кто-то поверит в этот бред? Ну, предположим, сам Исидор очень хочет, чтобы это было правдой, но даже я понимаю, что научная работа Дианы по очаровыванию перспективных холостяков — редкостная чушь. Убедить Рапидио ему не удастся.

Или удастся? Я с нарастающим беспокойством следила за тем, как пальцы Исидора рисуют замысловатый узор. Опять Паутина лжи?

— Я могу отлучиться, леди Аврора? — снова спросил Исидор, не дождавшись моего ответа.

— Да. Конечно. Удачи тебе.

Я осталась одна. Булочек больше не хотелось. Пытаться расплести косы я даже не стала, вернула амулет в шкатулку, умылась и с трудом доползла до кровати. Натянула по уши одеяло, стараясь не думать о том, что совсем недавно была в этой постели не одна. И о том, что Исидор второй раз пытался использовать против меня Паутину лжи. И уж точно о том, что, может, и не второй.

Завтра будет новый день. Будет светло, и все станет понятным и простым. Исидор все уладит. Я ему верю, хотя он и не верит мне.

Я оказалась права.

Несмотря на полнейший хаос, которым ознаменовался предыдущий день, утро началось самым обычным образом.

— Доброе утро, леди Аврора, вам пора вставать.

Мне даже показалось, что вся эта муть с Дианой мне приснилась.

— У вас сегодня вторая пара с первокурсниками, потом окно и еще две пары с четвертым курсом. Я почистил вашу мантию и отнес туфли в ремонт, они не поддавались магической починке.

Нет, не приснилось. Мои любимые фиолетовые туфельки! Ясное дело, следы Безбрежного огня магией не скроешь.

— Наденете сегодня черные туфли?

Я заставила себя подняться и выйти в гостиную. Ну какие, к черту, туфли? Хотя это и любимая моя пара, есть куда более серьезная тема для разговора.

Исидор в идеально сидящей мантии и с совершенно безмятежным выражением лица сервировал мне завтрак.

— Что с Дианой? — спросила я напрямик.

— Все хорошо. Ей, правда, пришлось уехать, но мне удалось объяснить ректору Рапидио, что все произошедшее — трагический результат вышедшего из-под контроля научного исследования. Магистры Тоблас Эрикс и Роуз Селин в порядке, поврежденный фрагмент коридора я восстановил.

— Здорово. Я рада, что все уладилось. — Я поймала себя на том, что вру.

Ну или по крайней мере, сильно преувеличиваю. Тот факт, что Исидору удалось навешать Рапидио лапшу на уши в таком серьезном вопросе, как применение любовной магии, меня совершенно не радовал. Жуя омлет, я размышляла о двойных стандартах. Когда Исидор использовал свои таланты, чтобы уладить мои проблемы, я не считала это зазорным. А тут что-то разморализировалась. Сложно все это. Как любит повторять Рапидио, жизнь сложная штука. Уж точно не для моего ума.

Так что я бросила безнадежные попытки постичь суть бытия и отправилась вести пару у первокурсников. И только войдя в аудиторию и увидев их испуганные лица, вспомнила, что вчера провела контрольную. Блин. И куда я дела их работы? Да и Исидор не был в курсе моих методических новшеств. Раздумывая о возникшей проблеме, я медленно дошла до учительского стола, полюбовалась на серый дождь за окном, но никакого выхода из ситуации так и не придумала. И неужели я снова забыла конспект? Так и есть. Вернее, так и нет его. Конспекта. Что ж, придется пойти на крайние меры.

— За вчерашнюю контрольную у всех высший балл, — заявила я.

Лица студентов, что характерно, остались настороженно-испуганными. Быстро они меня раскусили.

— Сегодня делаете письменную работу над ошибками!

— Над какими? Вы же сказали, что у всех высший балл, — неуверенный голос прозвучал откуда-то с галерки.

Нашелся все-таки какой-то идиот. Но одногруппники его быстро вразумили. Студенты достали листочки и принялись активно писать. У меня есть целых полтора часа, чтобы предаваться меланхолии. Можно даже попробовать впасть депрессию. У меня для этого есть все основания: Исидор врет, причем не просто так, а с применением заклятья фиг знает какого уровня, он намерен никогда не напоминать мне о нашей совместной ночи и неизвестно еще, починят ли мои фиолетовые туфли. И дождь тут еще зарядил. Осенью это обычное явление, но сегодня все, как назло, сошлось.

Я уже довольно глубоко погрузилась в уныние, когда в дверь постучали — и на пороге аудитории возникла Роуз Селин. Вполне живая и здоровая. И, как обычно, благоухающая. Это порадовало. Обычно Селин не вызывала у меня положительных эмоций, но вчерашний день нас как-то сблизил.

— Архимагистр Торес, вас хочет видеть ректор, — сообщила Селин, — я заменю вас на паре.

У меня в груди екнуло. Неужели Паутина лжи не сработала?

— А чего Рапидио от меня хочет? — тихо поинтересовалась я, буквально вытолкав Селин в коридор.

— У него срочный вопрос научной тематики, — заявила магистр Роуз безо всякого ехидства или насмешки.

— Что?!

— Мы все под впечатлением от того, как ты справилась с Безбрежным огнем Тобласа. — Селин отступила на шаг, чтобы осмотреть меня с ног до головы. — Знаешь, Аврора, я начинаю понимать твою стратегию.

А я нет. К счастью, Селин решила развить тему.

— Эта твоя показная недалекость — не более чем позерство. Твой вызов обществу.

— А?!

Селин рассмеялась, покачав головой.

— Да и с Гелт ты отлично справилась. И хотя это был всего лишь научный эксперимент, я рада, что тебе удалось его остановить. Ладно, не буду тебя задерживать. Какую тему вы проходите с первокурсниками?

— Ну… мы тут работу над ошибками делаем. По вчерашней контрольной, — сообщила я.

— Третьего сентября? — Брови Селин поползли вверх.

— Это способная группа. Ну, мне действительно пора. — Я заторопилась по коридору, чувствуя, что непривычные туфли мне натирают.

И чего Рапидио от меня хочет? Я даже не уверена, что смогла правильно произнести то заклинание Безбрежного огня. Какого оно вообще уровня? Или оно надуровневое?

Ректор встретил меня очень радушно.

— Архимагистр, проходите! Садитесь! Хотите чаю? Кофе? Может, бокал вина?

— Нет, спасибо. Я недавно завтракала.

Меня трудно напугать, но блеск в глазах ректора и румянец на его обычно сероватых щеках вызывали серьезные опасения. Я вжалась в любезно принесенное для меня кресло, что с моими формами очень и очень непросто.

— Аврора, ваше контрзаклинание к Безбрежному огню — это прорыв в Теории защиты и отражения! — Ректор продолжал сверкать глазами и фонтанировать энтузиазмом.

— Это не то чтоб контрзаклинание, это то же самое заклинание Безбрежного огня, — поспешила объяснить я, — мы с Эриксом остались целы, потому что одновременно приобрели свойства элементалей огня.

— Вот именно! Это же абсолютно новый подход! Я бы даже сказал — смена парадигмы!

Я бы такого, конечно, не сказала. Я вообще стараюсь избегать непонятных слов.

— И главное, что такое открытие было сделано в стенах Первой Академии Теоретической Магии! Мы попадем на страницы всех важнейших научных журналов, а нас там не было уже несколько столетий! Мы поднимем интерес научного сообщества к теоретическим дисциплинам! Я чувствую, что для Академии наступает новая эпоха! — Ректор Рапидио так разошелся, что его лицо приобрело цвет его мантии. — Архимагистр Торес, думаю, вы даже можете рассчитывать на Большую премию в области Магических наук в этом году! Номинируют вас однозначно, так что готовьтесь.

Рапидио что, издевается? Я совершила научное открытие? Я, Аврора Торес?

— Но, конечно, для начала вам нужно написать статью. А лучше несколько, — немного взял себя в руки ректор, но все еще светился от счастья.

— У меня с научными статьями не очень, — попыталась протестовать я.

— Ничего, напишите в соавторстве, — многозначительно посоветовал Рапидио, — Аврора, вы обеспечили себе, а заодно и Первой Академии, место в истории магической науки!

Ясно. От статьи не отмазаться. Впихнуть Первую Академию в историю магической науки — давняя бредовая мечта Рапидио. Он теперь не отстанет.

— Исидор напишет, — вздохнула я, — в смысле, в соавторстве.

Рапидио поморщился.

— Игелторн. Странная семья, — покачал он головой, — я знаю, что вы покровительствуете молодому лорду, но чего только стоит выходка его сестры! Хотя Диана Гелт и сделала это в научных целях, я склонен считать ее подход неэтичным. Кстати, Аврора, я очень благодарен вам за своевременное вмешательство.

Я во все глаза следила за Рапидио. Такой могущественный маг и просто мудрый человек, а позволил навешать себе на уши длиннющую лапшу. Я начинаю понимать, почему Паутину лжи запретили. Жуткая штука.

— У Дианы и Исидора непростая судьба, — промямлила я.

— И все же, Аврора, будьте осторожны с Игелторнами.

Учитывая сложившуюся ситуацию, слышать такой совет из уст Рапидио было смешно.

— Диана Гелт продемонстрировала выдающиеся способности, боюсь, ее брат обладает не меньшим талантом.

— Я учту.

Сомнения вернулись. Я с трудом удержалась от того, чтобы не рассказать Маркусу Рапидио о Паутине лжи и истинных намерениях Дианы. Но все-таки промолчала. Исидор мой единственный друг. А теперь даже больше, чем друг.

И все же сомнения одолевали весь день. Может, все-таки есть принципы, которые нельзя нарушать?

Но когда вечером после двух пар у третьекурсников я ввалилась в свою гостиную, Исидор меня уже ждал. Как и ужин. И мои фиолетовые туфли. И даже стопка проверенных работ первокурсников. Знаете что? Плевать я хотела на все принципы.

— Исидор, тебе нужно срочно написать нашу совместную научную статью, — заявила я, даже не приступив к ужину. — Рапидио требует, чтобы мы прославили Первую Академию в веках и вернули ей статус научного центра, которого, у нее, положа руку на сердце, никогда и не было.

— Учитывая значимость вашего открытия, это будет несложно. — Исидор смотрел на меня как-то странно, будто впервые увидел. — Вы применили очень нестандартный подход.

Он серьезно?

— Я случайно! Я не хотела ничего открывать! Могла бы — закрыла бы обратно! — простонала я. — Теперь еще вот статьи писать придется. И отбиваться от Большой премии! Я — лауреат большой премии Магических наук! Представляешь?

Исидор очень старался сохранять серьезный вид. Мне даже стало досадно. У меня такие душевные метания, а он…

— Так что лучше не улыбайся, а садись за нашу статью, — хмуро бросила я и вдруг вспомнила, что Исидор больше не является моим дворецким. — Если хочешь, конечно, — быстро добавила я.

— Работа в соавторстве с лауреатом Большой премии станет головокружительным трамплином для моей карьеры. Это просто подарок судьбы, — успокоил меня Исидор.

Он всегда знает, что сказать. Да, плевать на принципы, точно плевать.

— Ну, если это поможет твоей карьере, то я рада, что вошла в историю науки, — пробурчала я.

Весь вечер мне казалось, что Исидор хочет о чем-то спросить, но никакого вопроса так и не прозвучало. Или я все придумала? Мысли тоже не давали мне покоя.

Принципы принципами, их действительно можно и забыть. Но это ведь еще не все. Какое-то смутное беспокойство жужжало мухой, отравляя отдых. Уже в постели я поняла, что не смогу уснуть. Надо хоть что-то сделать. Записать. Да. Записать свои опасения и спрятать. Чтобы только я могла их прочесть.

Я встала с кровати и сняла со стены свою картину с кривоватым изображением Торес Холла. Я с четырнадцати лет храню в ней запрещенные заклинания и откровенные дамские романы. Папенька так ни разу и не нашел.

Я села за стол, достала лист и ручку и вынула холст из рамы. Ха. А лист мне не понадобится. Он там и так уже есть. И когда я вложила в картину эту записку? У меня появилось нехорошее предчувствие.

Когда я разворачивала сложенный вчетверо листок, мои руки почти не дрожали.

Две даты и две записи, сделанные разными чернилами и в разное время. Первая еще в Торес Холле.

«Мне кажется, Исидор применил какое-то заклинание, чтобы убедить папеньку отпустить меня в Академию. Папенька ничего не заметил. Пишу это, потому что и я ведь тоже не замечу».

Так. Значит, я впервые заметила Паутину лжи еще шесть лет назад, но Исидор убедил меня забыть об этой мелочи. Забавно. Хотя вру. Ни черта это не забавно.

Вторая запись сделана уже тут, в Первой Академии, полтора года назад.

«Эта история с сестрой Исидора и любовной магией как-то слишком легко и быстро закончилась. Но я снова не хочу об этом думать. Я решила быть счастливой, а не правильной».

Выходит, Диана и раньше баловалась запретными чарами. И Исидор об этом знал.

Мне стало душно. Я подошла к окну и открыла его. Дождь, начавшийся накануне, все лил и лил.

Исидор несколько раз применял ко мне Паутину лжи. И я уже давно догадалась об этом. Но решила ничего не предпринимать. Я вспомнила, о чем думала тогда и что чувствовала. Не знаю, как у меня это получилось. Может, амулет снял и эти чары, и теперь, захотев все вспомнить, я вернула свою память.

Я несколько раз сознательно закрывала глаза на действия Исидора, потому что с ним мне гораздо лучше, чем без него. Это малодушие? Или непорядочность? Или любовь?

Я вернулась к столу и поставила на уже слегка измятом листке сегодняшнюю дату.

«Это опять случилось. Диана воспользовалась любовными чарами, а Исидор Паутиной лжи». Мне понадобилось несколько минут для того, чтобы решиться дописать еще одну фразу. «Завтра я буду считать, что не стоит помнить о такой мелочи».

Надеюсь, я не пожалею. Картина уже вернулась на стену, а я в постель, когда в комнату постучали.

— Входи.

Сердце забилось быстрее, когда Исидор остановился всего в шаге от моей кровати. Я не стала натягивать одеяло до подбородка, хотя пальцы предательски сжимали ткань.

— Аврора, я хотел спросить… — Исидор замялся.

Ага, значит, не показалось.

— Да? — мягко и ободряюще улыбнулась я.

Интересно же, что привело Исидора среди ночи в мою спальню.

— Ты ведь сняла с Рапидио любовные чары при помощи антимагического амулета? — спросил он неизвестно зачем.

— Да, — подтвердила я.

— И думала, что я тоже нахожусь под воздействием этих чар?

— Ну? — Я все еще не понимала, о чем мы говорим.

— Но расколдовывать меня ты решила другим способом? — выпалил Исидор и быстро прибавил: — Почему?

Ах, вот куда он клонит. Щеки Исидора пылали, глаза сияли, а уши багровели. Нет, хм, естественный путь снятия любовных чар с Исидора я выбрала не поэтому. А просто потому, что слишком поздно вспомнила про свой амулет. Я вообще не очень сообразительная. Но говорить Исидору я об этом не стала. Может, потому, что уже и не была так уверена. А может, потому, что уже через секунду мы опять целовались.

Каждое утро просыпаясь рядом с Исидором, я вспоминала о спрятанном в картине листке. И то, что я продолжала о нем помнить, доказывало, что я сделала правильный выбор.

ГЛАВА 4.

Я сидела в склепе Старха Н. и играла траурный марш. Это сама подходящая месту мелодия из всех, что мне удалось выучить. Я бы с удовольствием репетировала где-нибудь еще, но соседи по апартаментам еще два месяца назад настойчиво попросили меня прекратить музицировать, а с ростом популярности Первой Академии Теоретической Магии к нам набежала толпа студентов по обмену. Не знаю, в какой пропорции и на кого мы их там наменяли, но народу стало заметно больше. На гобое даже днем поиграть негде, не то что ночью.

В серебряном свете луны я полюбовалась на цветущую у края старого кладбища сакуру, мокнущую под бесконечным дождем. Когда ливни не прекратились к февралю, даже Рапидио вынужден был признать, что магическое вмешательство в безответственное поведение природы, увы, необходимо. Вся кафедра уже второй месяц пытается это вмешательство организовать. Только ничего у них не выйдет.

Я сбилась с нот и начала мелодию сначала. Если к марту не смогу снять проклятье, пойду за помощью к Рапидио. Он так обязан нам с Исидором, что за порчу климата в Грейтнисе можно рассчитывать отделаться легким выговором.

Да, в последнее время наш любимый ректор просто парит на крыльях счастья. У нас появились талантливые студенты, а ведь новый учебный год еще не начался. Боюсь, конкурс к нам взлетит в разы. Ну и плюс выделили денег на переоборудование классов, ремонт библиотеки и новую форму для преподавателей. Правда, на ее традиционный цвет это никак не повлияло.

Но это единственное мое огорчение. Нас с Исидором приняли гораздо лучше, чем мы ожидали. Нет, за спиной, конечно, шепчутся, и определенный холодок в общении с большинством жителей города тоже ощущается, но есть и те, кого определенно можно назвать друзьями. Селин и Тоблас, например. Ну и конечно — Рапидио. Не знаю, чего ему такого наговорил Исидор, но ректор явно нам покровительствует. А может, он ждет от нас новых открытий, которые еще больше упрочат репутацию Первой Академии в научном сообществе. Исидор на прошлой неделе в рекордные сроки удачно защитил магистерскую диссертацию, так что, думаю, надежды ректора он оправдает.

— Можно к вам присоединиться, Аврора?

Ну вот. Вспомнишь про ректора, а вот и он. На пороге склепа показалась фигура в фиолетовом дождевике. Их теперь выдают в комплекте с мантиями.

Я опустила гобой.

— Доброй ночи, ректор. Конечно, входите.

Можно подумать, это мой личный склеп.

— Размышляете о сложности жизни? — Рапидио аккуратно сложил дождевик и зажег несколько дополнительных светящихся шаров.

Вообще-то только о частном случае сложности музыкальных проклятий.

— Знаете, Рапидио, мне кажется, вы сильно ошибаетесь, — вздохнула я, — жизнь на самом деле очень простая штука. Это мы ее постоянно усложняем.

Рапидио как-то загадочно улыбнулся, и я впервые заметила, насколько он стар.

— Это очень мудрый взгляд на жизнь, леди Торес.

— Я вообще умнее, чем кажусь, — фыркнула я, но ректор, похоже, моей шутки не понял.

— Мне следовало давно догадаться, — кивнул он.

Неловко получилось.

— И по поводу магистра Игелторна я, похоже, тоже заблуждался.

Так. Что там Исидор опять такое затеял? Мы же договаривались — никаких больше Паутин! Но тут Рапидио сказал такое, что я вообще лишилась дара речи.

— Как вы наверняка знаете, я собираюсь оставить свой пост, и очень рад, что мне наконец удалось найти достойного приемника. Я уже написал в столицу письмо, выразив полную уверенность, что ректор Игелторн приведет Первую Академию к подлинному научному величию.

Рапидио рекомендовал назначить Исидора новым ректором? Я от радости чуть не подпрыгнула до потолка! Плевать, использовал Исидор Паутину или нет. Он это заслужил. С его умом и способностями Академия действительно станет Первой!

— Вы сделали правильный выбор, ректор Рапидио! Спасибо! — от всего сердца поблагодарила я.

— Будем надеяться, будем надеяться. Что ж, не буду больше мешать вашему искусству.

Вот теперь в словах ректора мне явно послышалась насмешка.

— И что это за напасть с погодой?

Я опять не осмелилась признаться, что знаю причину.

Рапидио пошуршал дождевиком, а я снова поднесла к губам гобой. В этот раз у меня получится сыграть все без помарок. Я уверена.

Но уже выходя из склепа, Рапидио махнул мне рукой и бросил на прощанье:

— Поздравляю с новой должностью, архимагистр Игелторн. Полагаю, одобрение вашей кандидатуры Императором — дело решенное.

А?! Так он это обо мне? Вы что, издеваетесь? Я ректор Академии? Да я ни одного заклинания, кроме Магического обуха, без бумажки правильно не произнесу! А про руководство преподавательским составом и студентами и говорить не стоит!

Хотя в остальном быть ректором — это весело. Можно не вести занятия. И вообще запереться в своем кабинете на весь семестр. И даже получить в свое распоряжение старенький, но двухэтажный особняк с видом на кладбище.

От переполняющих меня эмоций я изо всех сил дунула в гобой. Инструмент издал какой-то инфернальный визгливый звук.

Дождь резко закончился.

КОНЕЦ