В Таллахасси выдалась необычайно прохладная ночь, но он этого даже не чувствовал. Он притаился за толстым стволом старого дуба и напряженно всматривался в окна женского общежития. Во вспотевшую ладонь через вязаную перчатку впивались неровности деревянного полена, которое он подобрал по дороге от бара к кампусу. Когда-то эта ветка шелестела листвой, провозглашая цветение жизни, а теперь ей суждено было стать страшным орудием мучительной смерти. Из общежития доносились голоса девушек и звонкий смех. Это приводило его в невероятное возбуждение. Он тяжело дышал, губы пересохли, он был весь как натянутая струна, по телу пробегала дрожь, как при сильной лихорадке. Он пережил столько всего за последнее время и теперь чувствовал, что остались считаные минуты, когда он даст выход этому накопившемуся в нем адскому напряжению и ярости.

Всего несколько часов назад эти высокомерные девицы отказывались с ним танцевать на дискотеке в шумном баре, сторонились его, будто прокаженного. Их можно понять, он сильно сдал – тюрьма, голод, бродяжничество и случайные заработки не оставили и следа от его былой привлекательности. А ведь еще пару лет назад девушки слетались на него, словно мотыльки, стоило только улыбнуться и заговорить с ними. Ничего. Очень скоро любая из них, кого он только пожелает, чью дверь он соизволит открыть, станет его персональной куклой, и он сможет воплотить с ней все свои фантазии, какие только придут ему в голову. Очень скоро они будут полностью в его власти.

Кажется, все стихло. Дверь в общежитие перестала хлопать, и в ночной тиши был слышен только шелест листвы над его головой. Настало время выпустить наружу всех своих демонов. Он больше не может удерживать их в себе. Словно дикий зверь, он едва слышно подкрался к двери. Он знал, что кодовый замок на ней сломан. Стоило лишь чуть посильнее дернуть за ручку, и дверь отворилась, впустив в обитель беззаботной молодости и цветущей, яркой, радостной жизни страшную, бессмысленную, жестокую и беспощадную смерть в облике человека, чье имя вошло в список самых кровавых убийц XX столетия.

В ночь с 14 на 15 января 1978 года беглый серийный убийца Теодор Роберт Банди ворвался в женское общежитие Кай-Омега и напал на четырех девушек, спящих в своих комнатах. Двоих из них – Лизу Леви и Маргарет Боумен – он убил, двоих – Кэти Кляйнер и Карен Энн Чендлер избил до полусмерти. После этого, в восьми кварталах от общежития, Банди проник в жилой дом и напал на студентку Университета Флориды Шерил Томас, которая чудом выжила после нанесенных ей жестоких побоев. Так серийный убийца Теодор Роберт Банди завершал свой кровавый путь. Последним его преступлением стало убийство несовершеннолетней Кимберли Лич, которое он совершил 9 февраля 1978 года – через три недели после кровавой январской ночи в кампусе.

Штат Флорида стал последним, где успел поорудовать Банди после того, как несколькими неделями ранее сбежал из тюрьмы в Юте, где он находился под арестом, будучи обвиняемым в похищении и нападении на женщину, а также подозреваемым в убийствах в разных штатах. Во Флориде он мог бы сколько угодно жить под чужим именем, притворяясь нормальным, законопослушным человеком, но его желание убивать было сильнее его воли, сильнее разума и чувства самосохранения.

В 2021 году я познакомилась с Кевином Салливаном, автором шести книг о Теде Банди и, наверное, самым увлеченным его исследователем. Мне удалось обсудить с ним феномен Банди, и мы сошлись во мнении о том, что постичь темную сущность этой одиозной фигуры не представляется возможным. Трудно представить, как в одном человеке могли уживаться столь разные личности – умный, харизматичный, общительный и социально правильный молодой мужчина, покоряющий своим обаянием всех, кто встречался ему на пути, и жестокий, абсолютно асоциальный маргинал, не способный контролировать свои безумные импульсы. Как ему удавалось столько лет ничем себя не выдавать и казаться одним из самых лучших представителей американского общества? Это и есть феномен Теда Банди, его непостижимая тайна, которая сгорела вместе с ним на электрическом стуле 24 января 1989 года.

В своем последнем интервью Джеймсу Добсону, которое Тед Банди давал накануне смертной казни, он так описывал свое детство: «Я вырос в чудесном доме с двумя преданными и любящими родителями, нас было пятеро братьев и сестер. Родители посвящали нам свою жизнь. Мы регулярно ходили в церковь. Мои родители были христианами, они не пили, не курили, не играли в азартные игры, в нашем доме не было места физическому насилию или дракам. Это, конечно, была не идеальная семья, как в комедии «Предоставь это Биверу». Идеальных семей не бывает. Но это была хорошая, крепкая, христианская семья»[14]. Банди всегда был категорически против того, чтобы в его безумии винили его родных. Я бы даже сказала, он решительно не хотел, чтобы его безумие упрощали и сводили к детским травмам. Это лишало его уникальности, которой он мог пожертвовать только ради большой выгоды. И в этом последнем, насквозь лживом интервью, он, по-прежнему отвергая версию с детскими травмами, объясняет свое безумие еще более тривиальными причинами. Он пытается ухватиться за последнюю соломинку. Дело в том, что доктор Джеймс Добсон в то время рьяно боролся с пропагандой порнографии и насилия в американском обществе, поэтому бо́льшую часть интервью Банди красноречиво убеждал своего достопочтенного собеседника, что преступником его сделало слишком раннее знакомство с порнофильмами. Это, очевидно, куда более упрощенная версия, чем детские травмы. Но она давала Банди надежду, что доктор Добсон, столь влиятельный в общественных кругах, заступиться за него, и смертную казнь в очередной раз перенесут или и вовсе отменят. Поражает тот факт, что красноречие Банди было настолько убедительным, что его версии с порнофильмами, искалечившими его психику, и в «чудесность» его семьи поверили очень многие, в том числе и известные исследователи его биографии.

Даже поверхностный анализ биографии Теда Банди позволяет увидеть, что в его детстве с «идеальной» семейной историей было более чем достаточно предпосылок для формирования ранних дезадаптивных схем и болезненно искаженного восприятия реальности.

Теодор Роберт Банди (при рождении Коуэлл) родился 24 ноября 1946 года в Берлингтоне, штат Вермонт. Имя его отца неизвестно, а его мать Элеонора Луиз Коуэлл некоторое время выдавала себя за сестру Теда. Нелицеприятную правду он узнал, уже достигнув пубертатного возраста, и это стало для него, по воспоминаниям его друзей, серьезным ударом.

Первые годы жизни, до переезда в Такому, Тед жил в доме Коуэллов, с дедушкой и бабушкой. Его дед Сэмюэль Коуэлл, которого он какое-то время считал своим отцом, был человеком агрессивным и вспыльчивым. Он часто поднимал руку на домочадцев и животных, был очень резок и груб с женщинами. Бабушка Теда – Элеонора Коуэлл – периодически лечилась от тяжелой депрессии и страдала агорафобией (боязнью толпы).

Многие биографы приводят интересный эпизод из жизни маленького Теда, когда он в возрасте трех лет обложил ножами свою спящую пятнадцатилетнюю тетю Джулию. Этот инцидент связывают с первыми проявлениями склонности Теда к насилию и убийству. Однако думается, что эта история с ножами может быть связана не с желанием маленького Теда убить свою тетю, а с попыткой повторить какую-то бытовую сцену, которая, возможно, очень сильно его впечатлила. Например, такое мог бы сделать ребенок, ставший свидетелем того, как на кого-то из женщин в семье замахиваются ножом, вызывая у жертвы ярко выраженную реакцию ужаса. Чуткая психика ребенка могла связать нож и женщину и уловить волнение в семье во время и после инцидента. А после этого впечатленный увиденным ребенок просто попытался воспроизвести момент, так отчетливо врезавшийся ему в память. Безусловно, это всего лишь предположение, но что бы ни стояло за этим эпизодом, он в любом случае свидетельствует о том, что в доме Коуэллов, где рос Банди, далеко не все было гладко.

Когда в жизни матери Теда появился Джонни Калпеппер Банди, ставший отчимом Теда и давший ему свою фамилию, мальчик столкнулся с неприятной необходимостью делить свою мать еще с кем-то. Этот дискомфорт усилился, когда у Теда родились братья и сестры. Наличие стольких законных претендентов на внимание матери, обостряло его болезненное чувство, которое, как известно из воспоминаний очевидцев, Тед испытывал из-за своего статуса незаконнорожденного.

Таким образом, даже поверхностный взгляд на детство Банди позволяет увидеть, что в его жизни присутствовали такие глубоко травмирующие психику ребенка события, как отсутствие родного отца, резкая смена роли значимого близкого с сестры на мать, жестокое обращение дедушки с домочадцами и животными, свидетелем которого был Тед, появление отчима, братьев и сестер, отнявших у него внимание матери, ощущение своей отверженности из-за незаконнорожденности. Этих травм вполне достаточно для развития ранних дезадаптивных схем, таких как социальная отчужденность, деффективность / стыдливость, величие / грандиозность, ожидание жестокого обращения, покинутость / нестабильность, несформированная идентичность и негативизм / пессимизм.

Взрослая жизнь Банди внешне не отличалась от жизни законопослушного населения Америки, причем лучших его представителей. Молодой, обаятельный Тед получил образование в престижных вузах страны – гуманитарном колледже Пьюджет-Саунд, Вашингтонском университете, Калифорнийском университете.

Он получил диплом психолога, изучал китайский язык, а также посещал юридическую школу, планируя затем поступать на юридический факультет Университета Юта. Правда, юридическое образование он так и не получил – по небезызвестным обстоятельствам, ему пришлось преждевременно перейти с теории на практику, самостоятельно защищая себя в суде.

Банди активно интересовался политикой. В качестве волонтера он работал в сиэтлском офисе президентской кампании Нельсона Рокфеллера. Позднее Тед стал поддерживать губернатора Вашингтона Дэниэла Дж. Эванса, добывая для него ценную информацию, которую получал о его оппонентах, из-за чего был у Эванса на хорошем счету. Вероятно, Банди мечтал о карьере политика.

Многие считают злым юмором Теда Банди то, что он какое-то время работал в центре телефонной психологической помощи, оказывая поддержку в том числе женщинам, пострадавшим от насилия. Он даже написал инструкцию о том, как женщины должны защищаться от насильников, которую потом публиковали в самых разных источниках не из-за ценности содержащихся в ней советов, а из-за беспрецедентной циничности серийного убийцы, который ее написал. Однако, зная особенности психики серийных убийц, можно предположить, что работа психологом и эта инструкция не были злобной насмешкой Банди над обществом, которое он разрушал своими преступлениями. Это вполне могло быть явным признаком двойственности его натуры, его внутреннего разрыва между иллюзорным миром, в котором он представал как выросший в идеальной семье, молодой, подающий большие надежды американец, и страшной реальностью социопата, в которой он жил на самом деле. Тот случай, когда из-за нарушенной идентичности человека его больные фантазии стали реальностью, а обычная жизнь превратилась в иллюзию.

Что касается личной жизни Теда Банди, то здесь тоже все казалось вполне обычным. Отношения с девушками из хороших семей, встречи и расставания. Ничего необычного, кроме некоторой инфантильности, которую подмечали его избранницы и странного поведения в интимной жизни, где Тед предпочитал доминировать и иногда бывал груб.

Жизнь в семье Коуэллов, где за ширмой благочестивости и добропорядочности царили насилие, ложь и психические расстройства, научила Теда тщательно скрывать свою сущность.

Теодор Банди совершал свои преступления в период с 31 августа 1961 до 9 февраля 1978 года. Данные о дате первого убийства разнятся, и если говорить об официально доказанной информации, то отсчет его жертв начинается с 31 января 1974 года. Независимо от точности даты начала своих злодеяний, закончил свой кровавый путь Банди вполне логично – смертным приговором в 1978 году и его последующим исполнением.

Теодор Роберт Банди был казнен на электрическом стуле 24 января 1989 года[15].

Никто не знает, сколько девушек убил Тед Банди. Количество его жертв варьирует от 36 до 100. А некоторые даже дерзают замахнуться на число 361. Все из-за брошенного им на одном из допросов высказывания, когда ему сообщили, что он подозревается в 36 убийствах, а он ответил: «Добавьте к этому еще единицу и получите верное число». Трудно понять, что имел в виду убийца – 37, 136, или… 361.

Тед Банди нападал на девушек в женских студенческих общежитиях, а также похищал их из людных мест, пользуясь своим обаянием. Многие девушки сами охотно вступали с ним в диалог, доверчиво шли за ним и садились в его машину.

Своих жертв Банди жестоко избивал, подвергал сексуальному насилию, мучил и душил. После убийства неоднократно возвращался в места, где оставлял мертвые тела, и совершал с ними акты некрофилии, воплощавшие его извращенные фантазии, подсмотренные в порнографических фильмах. Ему нравилось ощущение полного обладания женщинами.

При нападении он часто использовал тяжелые предметы (дубинку, лом, арматуру), чтобы оглушать жертву и наносить тяжелые удары, и веревку, чтобы связывать и обездвиживать.

При нападениях на кампусы надевал на голову нейлоновый чулок, за что его и прозвали «Нейлоновый убийца».

Тед был осужден за три убийства первой степени, три покушения на убийство и кражи со взломом. Незадолго до смертной казни, видимо, рассчитывая отсрочить исполнение приговора, Банди сознался еще в 28 убийствах, его признания были записаны на диктофон.

Имеются достоверные данные о следующих жертвах Банди:

1974 год

Вашингтон и Орегон

1. Карен Спаркс, 18 лет. Выжила.

2. Линда Энн Хили, 21 год. Выжила.

3. Донна Гейл Мэнсон, 19 лет.

4. Сьюзан Илейн Ренкорт, 18 лет.

5. Роберта Кэтлин Паркс, 22 года.

6. Бренда Кэрол Болл, 22 года.

7. Джорджанна Хокинс, 18 лет.

8. Дженис Энн Отт, 23 года.

9. Денис Мэри Насланд, 19 лет.

Юта, Колорадо и Айдахо

10. Нэнси Уилкокс, 16 лет.

11. Мелисса Энн Смит, 17 лет.

12. Лора Энн Эйм, 17 лет.

13. Кэрол ДаРонч, 18 лет. Выжила.

14. Дебра Кент, 17 лет.

1975 год

15. Карин Кэмпбелл, 23 года.

16. Джули Каннингэм, 26 лет.

17. Денис Оливерсон, 25 лет.

18. Линетт Калвер, 12 лет.

19. Сьюзан Кертис, 15 лет.

1978 год

Флорида

20. Маргарет Боумен, 21 год.

21. Лиза Леви, 20 лет.

22. Карен Чандлер, 21 год. Выжила.

23. Кэти Кляйнер, 21 год. Выжила.

24. Шерил Томас, 21 год. Выжила.

25. Кимберли Дайан Лич, 12 лет.

Еще около пятнадцати девушек стали жертвами преступлений, совершенными свойственным Теду Банди modus operandi, однако его причастность к этим преступлениям доказана не была[16].

Довольно часто в разных источниках можно прочитать о том, что Тед Банди начал убивать, потому что его бросила девушка Дайан Эдвардс. Якобы она зачесывала волосы на прямой пробор, как большинство жертв Теда, и, убивая девушек, он мстил за попранные чувства. Однако эта версия вряд ли сможет выдержать критику более искушенного исследователя биографии Банди. Во-первых, потому что в расставании Теда с Дайан не было никакой драмы. Это было обычное бытовое расставание. Тем более, что Тед вряд ли был способен на глубокие чувства. Как и большинство психопатов, он был лишен эмпатии и чувства глубокой привязанности и сочувствия по отношению к другим людям, о чем неоднократно заявлял сам: «Я не знаю, что заставляет людей искать друзей. Я не знаю, что влечет людей друг к другу. Мне не знакомы основанные на лжи социальные взаимоотношения»[17]. Во-вторых, потому что волосы на прямой пробор в Америке того времени носила каждая вторая девушка, так как эта прическа считалась модной. В-третьих, потому что склонность к садизму у Банди проявлялась еще в раннем возрасте (эпизоды зоосадизма). И в-четвертых, потому что эпизод расставания с Дайаной Эдвардс меркнет на фоне детских травм, которые сформировали образ мышления и мировосприятия Банди.

Если сопоставить травмирующие факторы детства Теда Банди с характером его преступлений, то можно выявить некоторые хорошо прослеживаемые взаимосвязи. И, думается, они далеко не случайны.

Жертвами Банди были в основном молодые девушки из благополучных семей. Он убивал их с особой жестокостью, впадая в неистовую ярость в момент совершения преступления. После пыток и убийства он успокаивался и часто по-своему ухаживал за мертвыми телами, возвращаясь на место преступления, лаская их, расчесывая им волосы, лежа рядом с ними, как с поломанными куклами. Он воплощал с ними фантазии, подсмотренные в порнофильмах, и отчаянно наслаждался тем, что они полностью принадлежат ему, что их не надо ни с кем делить.

Образ, который каждый раз становился мощнейшим триггером для Теда Банди, запускающим в нем самые неуправляемые, самые разрушительные реакции, – молодая, улыбчивая девушка, опрятная, начитанная, из благополучной семьи, с большим светлым будущим. У нее впереди колледж, рождение детей, замужество, карьера. Чей же образ мог всплывать в его подсознании, на кого мог так яростно злиться Банди, что ему хотелось уничтожить, забить свою жертву до смерти, а потом взять ее под свой полный контроль, овладеть ею полностью, чтобы она больше никогда никому не могла принадлежать?

Вспомним, что мать Банди Элеонора Луиза Коуэлл была родом из, по американским меркам, благополучной семьи. Она родила Теда в 22 года вне брака, от неизвестного мужчины. Ее поступок стал позором для семьи Коуэллов, а для Теда – глубочайшей болью всей его жизни, его незаконнорожденность, ощущение отщепенчества и отверженности в большой семье с неродным отцом. Родная мать стыдилась его появления на свет и называла себя его сестрой, она лгала ему, а потом променяла его на замужество с недалеким фермером, которому в браке родила трех счастливых законнорожденных детей. А Тед всю жизнь вынужден был бороться за ее внимание, отвоевывать его у других. Вероятно, он мечтал научиться подчинять ее себе так, как делал его дед своими жестокими замашками, полагая, что тогда мать полностью была бы его и никто больше не смел бы претендовать на ее внимание и любовь.

Не этот ли образ он ненавидел и любил одновременно? Не этот ли образ он видел в каждой молодой, благополучной девушке, которая будила в нем одновременно и ярость, и желание владеть ею полностью?

Получается отчетливо прослеживаемая эмоциональная связка (то, что в психоанализе назвали бы «аффективный комплекс»): молодая девушка из благополучной семьи – образ матери, согрешившей в юности – незаконнорожденность Теда – боль, которую он из-за этого испытывал на протяжении детства и юности (покинутость / нестабильность, социальная отчужденность). Тед Банди не хотел капитулировать перед этой болью, его первичным импульсом было «бей» (никаких «замри» и «беги»), и он наносил удар по первопричине своих страданий – молодой девушке, напоминавшей ему об оступившейся матери. Он делал это со звериной яростью. Он убивал свою боль. А потом наслаждался ощущением полного обладания убитой женщиной, компенсируя, тем самым, нехватку внимания матери, которая посвящала свою жизнь не только ему, но и его отчиму и другим своим детям.

Социокультурная среда Америки 60–70-х годов лишь подливала масла в огонь. Всюду была пропаганда насилия и свободного секса, на каждом углу стояли киоски с фильмами для взрослых.

Помимо этого, война во Вьетнаме наложила свой отпечаток на общественно-нравственные устои, принеся в семьи вместе с синдромом комбатанта психические болезни, насилие и жестокость.

Все эти факторы в совокупности с присущими Теду с самого детства застреваемостью в негативных эмоциях, чрезмерной демонстративностью и нестабильностью эмоциональных состояний, породили убийственный микс и привели к необратимым и страшным последствиям.

Если перенести историю Теда на предложенную мной модель формирования ранних дезадаптивных схем и соответствующих им деструктивных стратегий поведения, складывающихся в цикл насилия, то это будет выглядеть так, как представлено на рисунке ниже.

Рис. 5. Модель формирования тяги к совершению преступлений у Теодора Банди.

Учитывая все факты биографии Банди и особенности его личности и поведения, можно предположить, что с молодыми женщинами он убивал свой детский кошмар незаконнорожденности, поставившей непроходимую стену между ним и обществом, невыносимую боль борьбы за вечно ускользающую от него мать и зависти к своим братьям и сестрам – ведь его мать была так счастлива, когда родила их, а его рождение было позором всей семьи и фактом, который всем хотелось скрыть. Дезадаптивной стратегии бороться со своей болью через насилие он мог научиться в доме Коуэллов, где провел много времени, пока его мать не вышла замуж и не покинула родительский дом. Ведь не без оснований можно предполагать, что ярая религиозность семьи Коуэлл, их радение за высокую мораль и нравственность были только ширмой, за которой скрывались лишенные сочувствия отношения между близкими людьми в доме, где мать принуждали называть себя сестрой своего сына, где дедушка поднимал руку на домочадцев, а бабушка страдала от депрессии и агорафобии. Я полагаю, что именно у Коуэллов Тед научился ставить ширму добропорядочности и высокой нравственности, скрывая садизм и жестокость, которые стали неотъемлемой частью его больного сознания.

Не нужно даже упоминать, что в детстве маленький Тед мучил беззащитных животных, разрывая пополам полевых мышей. Это классика жанра, первые страшные звонки психики о том, что ребенок учится справляться с внутренним напряжением, причиняя боль другим. Потом он заберет эту практику во взрослую жизнь, только его жертвами станут люди. И чем выше будет его напряжение, чем сильнее переживаемый стресс, тем масштабнее будет его жестокость. Так, после длительного накапливания напряжения в тюрьме и двух побегов, он яростно расправился сразу с четырьмя девушками общежития Кай-Омега, двух из которых убил, и еще с одной девушкой в нескольких кварталах от кампуса. Заколдованный круг насилия, по которому он двигался, требовал этой разрядки, и никто не мог его остановить.

После оглашения Банди смертного приговора, судья Эдвард Коварт неожиданно для всех вдруг обратился к нему с очень личной и глубоко прочувствованной речью: «Позаботьтесь о своей душе, юноша. Я говорю это совершенно искренне – позаботьтесь о своей душе! Здесь в зале суда перед нами развернулась настоящая трагедия, когда все мы наблюдали на вашем личном примере бессмысленно растоптанную человечность. Вы умный молодой человек, вы могли бы стать блестящим юристом, и я был бы рад работать с вами, но вы выбрали совсем другой путь. Я не испытываю к вам ни малейшей враждебности, я хочу, чтобы вы это знали. Позаботьтесь о своей душе»[18].

Мог ли Тед Банди противостоять своим разрушительным импульсам, взять их под контроль, не выпускать наружу? Ведь его воля была достаточно сильной, чтобы изображать представителя лучшей молодежи Америки. Он так искусно носил маску законопослушного, обаятельного, перспективного парня. Он вызвал симпатию даже у судьи, не говоря уже о сотнях девушек, не отлипающих от экранов телевизора, наблюдающих за судебным процессом Теда Банди, влюбленных в него, наотрез оказывающихся верить в его виновность.

В этом и заключается феномен Банди, отличающий его от других подобных ему убийц – его воля была достаточно сильной, чтобы так долго и мастерски носить маску перспективного американца, но слишком слабой, чтобы он мог противостоять своим жутким влечениям.

Стоит отметить, что преподаватели учебных заведений, в которых учился Тед, хвалили его за незаурядные способности и предрекали ему блестящее будущее. Способности у него были действительно выдающиеся, и он ими искусно пользовался, правда, не в профессиональном и личностном росте, а при совершении двух виртуозно спланированных дерзких побегов из тюрьмы, а затем на блестящей защите самого себя в суде.

Кто знает, как сложилась бы его жизнь, если бы безумие не взяло верх, и его фантазии не стали реальностью. Если бы его еще в детстве, при первых симптомах странного поведения, отвели к психиатру за получением необходимой помощи. Возможно, мы услышали бы о Теодоре Банди совсем в другом ключе – как о знаменитом политике или юристе.

Впрочем, история, как мы знаем, не терпит сослагательного наклонения, и фактом остаются только десятки отнятых им молодых жизней и бессмысленность жизни самого Банди, оборвавшейся на электрическом стуле.

31 августа 1985 года в Лос-Анджелесе было жарко и солнечно. Из автовокзала Грейхаунд вышел молодой, высокий мужчина мексиканской наружности и направился в сторону винного магазина. На прилавках рядом чередой стеклянных бутылок, наполненных алкоголем на любой вкус, на самом виду была выложена свежая пресса. Мексиканец бросил взгляд на фотографию на первой полосе и оцепенел от ужаса. Его дыхание участилось, на лбу выступил холодный пот. В следующее мгновение он сорвался с места и стремительно побежал к автобусной остановке. Он был словно дикий зверь, который почувствовал, что охотники у него на хвосте, и вот-вот тугое лассо затянется на его шее.

Мексиканец прыгнул в автобус в последнюю секунду перед закрытием дверей. Этот автобус довезет его до восточного Лос-Анджелеса, где живет его брат. Он вжался в сидение, как будто это могло сделать его невидимым, и, тяжело дыша, начал озираться по сторонам. Внезапно его окатил ледяной холод – мужчина, стоявший у дверей, уставился на него в упор. Его глаза округлились, а рука потянулась к кнопке «Стоп». Автобус резко остановился, и мужчина бросился в телефонную будку. Еще несколько человек смотрели на мексиканца, разинув рот. Послышался ропот: «Это он! Это тот парень из газеты». Мексиканец дождался, когда автобус откроет двери, и стремительно вылетел из него. Он побежал по жарким, пыльным улицам к автостраде «Ай-5», будто герой фильма «Матрица», уворачиваясь от несущихся машин, перебежал все полосы и устремился на северо-восток города. На одной из улочек Индианы он заметил красный кадиллак. Он не раз угонял машины, для него это было как дважды два, но только не в этот раз. Ему наперерез выбежал громила. Он явно был владельцем авто, и с ним лучше не связываться. Мексиканец побежал дальше. Сердце бешено стучало, отдаваясь в ушах, на языке проступил отчетливый вкус железа. Он выбился из сил. Но останавливаться нельзя. На Хаббарт-Стрит мексиканец увидел темноволосую молодую женщину, открывающую свою машину.

– Отдай ключи! Живо, а то убью! – рявкнул он.

Женщина взглянула на него, вздрогнула и отшатнулась. Она тоже его узнала. В этот момент, на голову мексиканца обрушился удар. Он не сразу понял, что это было, но, отбежав на несколько шагов, увидел мужчину с железной трубой в руках. Тот гнался за ним и кричал «Стой!». Шансов было мало. Мужчина с трубой стремительно приближался. Еще мгновение, и на голову мексиканца снова обрушился тяжелый удар. По лицу потекли струйки крови. Мексиканец не чувствовал боли. Он все еще пытался убежать, но, настигнутый следующим ударом, упал на землю. На его голову и по всему телу сыпались удары. Разъяренные жители района колошматили его что есть мочи.

Вдруг он услышал, как мужчина с трубой сказал своей жене принести ружье: «Надо прикончить эту мразь, пока не приехала полиция!» Слова мужчины не напугали его. Ему было уже все равно. Он смертельно устал. Он обмяк и больше не сопротивлялся. Послышался шум полицейской сирены. Кажется, он еще будет жить. В первый раз он был рад копам. Еще через пару мгновений молодой, рослый полицейский скомандовал ему: «Встать!» Мексиканец подчинился. На его запястьях звонко щелкнули наручники.

Так поймали одного из самых известных и жестоких серийных убийц XX века – Ричарда Рамиреса. Это был еще один серийный убийца, который в ходе судебного процесса, благодаря своей эффектной внешности, покорил сердца многих американок. Только в отличие от Теодора Банди, Рамирес не скрывал свою зловещую суть. Он открыто заявлял: «Я есть Зло!» – и демонстрировал телекамерам ладонь с пентаграммой.

Ричард Рамирес родился 29 февраля 1960 года в Эль-Пасо, штат Техас, США, и, в отличие от Теда Банди, был законнорожденным и рос в полной семье. Но подход к воспитанию детей в ней был весьма специфичный. Глава семьи, Хулиан Рамирес, бывший полицейский, а позже работник железной дороги, склонный к внезапным приступам гнева, избивал жену и наказывал детей за любую провинность. Это были жестокие, изощренные наказания, несоизмеримые с тяжестью проступка. Так, например, за плохое поведение маленького Ричарда привязывали на ночь к кресту могилы на кладбище, а за простые детские шалости отец избивал его, как взрослого, равного себе мужчину. Мать Ричарда, Мерседес Рамирес, работница сапожной фабрики, была тихой, безропотной женщиной, она боялась мужа и никогда не заступалась за сына.

Чтобы быть подальше от вспыльчивого и жестокого отца, Ричард подолгу жил у своей старшей сестры Рут. Есть информация, что ее муж, Роберто, страдающий от тяжелой наркотической зависимости, пристрастил Ричарда к наркотикам и познакомил с оккультизмом и поклонением Сатане.

Также Ричард много времени проводил в доме своего двоюродного брата Мигеля Рамиреса, который в то время только вернулся с войны во Вьетнаме. Мигель показывал мальчику фотографии, где были запечатлены ужасы войны, и много рассказывал об убийствах и пытках. Эти кровавые фотографии и жестокие истории глубоко отпечатались в сознании ребенка.

Когда Ричарду было 13 лет, Мигель на его глазах застрелил свою жену.

Как говорится о Ричарде Рамиресе в фильме «Ночной охотник» от Netflix, снятом в 2020 году – «практически все, что может испортить ребенка, у него в жизни было»[19].

Такие условия жизни привели маленького Ричарда на улицу. Он много бродяжничал, с малых лет воровал, за что славился в округе как «воришка Ричи», употреблял наркотики.

Повзрослев, Рамирес не стал изменять своим привычкам. Он отточил до совершенства навыки воровства и угона машин, стал промышлять и крупными грабежами. Это приносило ему гораздо больше дохода, чем добытые законным путем случайные подработки.

В 1977 году Рамиреса арестовали за попытку нападения на девушку в отеле, в котором он работал носильщиком, но дело не дошло до суда. В 1982 году его снова арестовали и в этот раз приговорили к наказанию в виде пятидесятидневного заключения. Выйдя на свободу, Рамирес решил переехать в Лос-Анджелес. Там он продолжил жить за счет грабежей и краж, его наркозависимость усугубилась. Он слушал тяжелую музыку AC/DC, Judas Priest и Billy Idol. Одной из его любимых песен была АС/DC – Night Prowler, что в переводе означает «Ночной бродяга». Вероятно, поэтому ему так понравилось, что его впоследствии назвали созвучно с этой песней – Night Stalker («Ночной охотник»). К этому времени Рамирес также стал всерьез увлекаться оккультизмом и провозгласил себя слугой Сатаны.

С апреля 1984 по конец августа 1985 года Ричард Рамирес совершал нападения и убийства жителей Лос-Анджелеса и Сан-Франциско.

31 августа 1985 года он был арестован.

Суд длился 4 года, и приговор прозвучал лишь в ноябре 1989 года – Ричард Рамирес был приговорен к смертной казни в газовой камере.

Однако из-за различных промедлений и нестыковок по некоторым формальностям, смертную казнь откладывали целых 23 года. В итоге, Ричард Рамирес умер своей смертью – от печеночной недостаточности, в возрасте 53 лет. Произошло это 7 июня 2013 года.

Что касается личной жизни, то Ричард Рамирес не имел серьезных отношений с девушками на свободе. Зато в тюрьме, обретя авторитет и славу у группы безумных девушек-фанаток, он женился на одной из своих преданных поклонниц Дорин Лаой.

Это произошло 3 октября 1996 года в тюрьме Сан-Квентин, спустя почти 10 лет их длительной переписки и общения. Существует мнение, что именно Дорин Лаой спасла Рамиреса от смертной казни, к которой он был приговорен, публично заявив, что покончит с собой в тот день, когда казнят Ричарда.

Преступления Ричарда Рамиреса первое время непросто было свести в одну серию. Он использовал разные способы совершения преступлений, рандомно выбирал жертв, не придерживаясь какой-то определенной типологии, то убивал, то оставлял в живых. Если бы не след от кроссовок редкого 46 размера, то, возможно, прошло бы гораздо больше времени, прежде чем полиция поняла бы, что им нужно искать серийного убийцу.

Чаще всего он проникал в дома в спальных районах Лос-Анджелеса. Обычно это были дома желтого или светло-желтого цвета. Возможно, такое предпочтение было не случайным, и стены такого цвета вызывали у Рамиреса какие-то ассоциации.

Жертвами Рамиреса становились дети (как мальчики, так и девочки), молодые и пожилые женщины и семейные пары. Он кружил по районам города на взятом в аренду или краденом автомобиле под музыку AC/DC и выбирал дом, в который заберется, чтобы убить, изнасиловать и ограбить.

Не было никакого единства в способах совершения убийства: он мог забить до смерти молотком или другими тяжелыми предметами, зарезать ножом, застрелить из пистолета, задушить.

Во время совершения своих кровавых преступлений Рамирес чувствовал себя вполне комфортно, мог задержаться после убийства, залезть в холодильник, безмятежно поесть, оставив объедки на столе.

Он полагал, что совершает свои преступления во имя Сатаны. Считал себя воплощением зла, о чем часто говорил в своих интервью.

Ниже приведен далеко не полный список пострадавших от рук Ричарда Рамиреса:

1984 год

1. Мей Люнг, 9 лет. Причастность Рамиреса к убийству доказана только в 2009 году по проведенному тесту ДНК.

2. Дженни Винков, 79 лет.

1985 год

Март

3. Мария Эрнандес, 22 года. Выжила.

4. Дэйл Оказаки, 34 года.

5. Тсай-Лиан Ю, 30 лет.

6. Винсент Заззара, 64 года.

7. Маскин Заззара, 44 года.

8. Анастасия Хронас, 6 лет. Выжила.;

Май

9. Уильям Дои, 65 лет.

10. Лиллиан Дой, 56 лет. Выжила.

11. Мейбл Бэлл, 83 года.

12. Флоренс Лэнг, 81 год. Выжила.

Июнь

13. Патти Хиггинс, 32 года.

Июль

14. Мэри Луиза Кэннон, 77 лет.

15. Джойс Люсиль Нельсон, 61 год.

16. Уитни Бэннет, 17 лет. Выжила.

17. Максон Кнайдинг, 68 лет.

18. Лела Кнайдинг, 66 лет.

19. Чейнаронг Хованант, 32 года.

Август

20. Элиас Абоват, 35 лет.

21. Кристофер Петерсон, 38 лет. Выжил.

22. Вирджиния Петерсон, 27 лет. Выжила.

23. Питер Пэн, 66 лет.

24. Барбара Пэн, 62 года. Выжила.

25. Билл Карнс, 30 лет. Выжил.

26. Инес Эриксон, 29 лет. Выжила[20].

Детство Ричарда Рамиреса похоже на кровавый фильм ужасов. Вспышки ярости его отца, при которых он самого себя мог избить молотком по голове, не говоря уже о своих близких. Ночи, проведенные на кладбище, прикованным к могильному кресту. Ужасы войны во Вьетнаме, с которыми познакомил маленького Ричи его двоюродный брат Мигель. Убийство Мигелем своей жены на глазах у мальчика, так что даже брызги крови запачкали его лицо.

На фоне такого богатого на психологические травмы детства у Ричарда Рамиреса могли развиться следующие дезадаптивные схемы:

1. Схема покинутости и нестабильности. Не найдя в родном доме ощущения стабильности и безопасности, маленький Ричи предпочитал кочевать по чужим домам и проводить время на улице. Он ни с кем не сближался, у него не было друзей. Одинокий бродяга-воришка. Таким он и вырос. Он предпочитал одиночество и избегал близких отношений, употреблял наркотики, пил алкоголь.

2. Схема недоверия и ожидания жестокого обращения. Вспышки ярости отца, жестокие сцены насилия, которые он наблюдал, приучили маленького Ричи ожидать удара в любой момент. Взрослый Рамирес предпочитал не ждать удара, а наносить его первым. Причем без разбора. Его мишенью стало американское, законопослушное общество. Он грабил, убивал и насиловал. Он провозгласил себя слугой Сатаны, надеясь на его защиту, уверовав, что именно Сатана правит миром, раз дела обстоят так, как он видел в детстве. Он верил, что зло не тронет его, если он сам будет его воплощением.

3. Схема социальной отчужденности. В отличие от Банди, Рамирес не пытался изображать из себя примерного гражданина. Он не утруждал себя этим. Ему нравилось быть «Ночным охотником», отбросом общества, которое ему не нравилось, которое не дало ему ничего хорошего, которого, в конце концов, он сам сторонился и опасался, потому что вырос в асоциальной среде. Преступники со схемой социальной отчужденности часто испытывают дискомфорт от контактов с другими людьми, особенно с теми, кто является законопослушным представителем общества – общественно адаптированными, благополучными людьми. Рамирес казался другим людям странным, он не умел выстроить адекватный диалог и сторонился общения.

4. Схема привилегированности / грандиозности. «Я есть Зло», – так провозглашал Рамирес, наделяя себя сверхспособностями. Он действительно считал себя избранником Сатаны, который дал ему полномочия совершать злодеяния. Эта убежденность помогала выживать в мире, который с самого детства был к нему очень жесток.

5. Схема негативизма / пессимизма. «Мы все умрем», – так любил говорить Ричард Рамирес. Мир он видел исключительно в черном цвете и не ожидал ничего хорошего. Тяжелые наркотики давали ему возможность на время забыться, но они лишь усугубляли масштаб катастрофы и необратимости его морального разложения.

Рис. 6. Модель формирования тяги к совершению преступлений у Ричарда Рамиреса.

Помимо всего прочего, Ричард Рамирес в ранние годы до подросткового возраста был подвержен эпилептическим припадкам. Несмотря на то, что припадки закончились, Рамиресу на протяжении всей жизни были свойственны некоторые психологические проявления, характерные для эпилептиков. Например, состояния дисфории (болезненно-пониженное настроение, состояние мрачной озлобленности), нервного возбуждения, бессонницы, тяги к бесцельному шатанию по улицам – все это классические элементы эпилептической ауры. Поэтому это заболевание нельзя исключать из общей структуры формирования личности убийцы.

Как и у большинства серийных убийц, у Рамиреса напрочь отсутствовали эмпатия и способность сопереживать другим людям. Мир и людей он воспринимал лишь как объекты удовлетворения своих сиюминутных, примитивных, подчас звериных желаний. При этом, как и Банди, он не был лишен демонстративности, – являлся на суд, наряженный под звезду Голливуда, в темных очках и с густой шевелюрой. Он эффектно махал своим фанаткам, демонстрировал на камеру пентаграмму, изображенную на ладони, и упивался своим звездным часом. Парадоксально, но именно в тот момент, когда Рамиреса изолировали от общества, ему вдруг удалось стать частью этого общества, быть центром внимания и интереса. Он даже умудрился создать семью, находясь за решеткой, в то время как на свободе он ни разу не сблизился ни с одной девушкой. Внимание общества заставило Рамиреса выйти из своего мрака, и ему это явно понравилось.

Детские травмы Ричарда Рамиреса были настолько глубокими, что трудно даже представить, насколько длительной должна была бы быть терапия по перестройке его ранних дезадаптивных схем и возможно ли было бы вообще как-то изменить его тотально искаженные, леденящие душу представления о мире.

В переполненном зале суда воцарилась тишина. Изнуренные длительным судебным процессом участники заседания, раздавленные скорбью, пережитым ужасом и бессильным гневом родственники жертв устремили все внимание на сохраняющего полное спокойствие судью, который обращался к стоящему за решеткой у микрофона обритому наголо человеку в нелепой спортивной рубашке с символикой Олимпиады-80:

– Мы вас внимательно два часа слушали, я вас ни разу не прервал. Я вам ставлю конкретный вопрос, и вы на него, не торопясь, спокойно, конкретно отвечаете, не уходя в сторону, не повторяясь. Понятно, да?

Человек за решеткой вздохнул, поджал губы и едва заметно кивнул, прикрыв глаза. Судья продолжил:

– Сколько всего вы совершили убийств людей?

Человек за решеткой явно волновался, он помотал головой, промычал что-то невнятное себе под нос, как будто подбирая подходящие слова. Он боялся дать промах, сказать лишнее, но все же, через силу выдавливая слова, произнес:

– Точно… это… Я не хочу так, чтобы не ошибиться… Я думаю, 55, наверное.

– 55 человек, – повторил судья.

По залу заседаний пронесся гул. Кажется, никто не ожидал, что жертв окажется так много.

– Убийца, проклятый убийца. Отдайте его нам! – полетели отчаянные крики почерневших от горя людей, близкие которых были жестоко убиты этим нелепым, неказистым человеком.

55 очень жестоко отнятых жизней. Сотни искалеченных судеб.

Это фрагмент суда над Андреем Чикатило – прогремевшим на весь мир серийным убийцей, орудовавшим в СССР с 1978 по 1990 год. Трудно было найти человека более жестокого и кровожадного, чем Чикатило. Его хитрость и изворотливость, умение носить маску добропорядочного гражданина долгое время позволяли ему уходить от правосудия.

Расследование дела «Убийцы из лесополосы» было поистине трагичным. Из-за допущенных в ходе следствия ошибок за совершенное Чикатило убийство в 1983 году расстреляли невиновного человека – Александра Кравченко. Он был реабилитирован посмертно.

Кровавое наследие Андрея Чикатило получило освещение во множестве сюжетов – передачах, фильмах, сериалах, снятых как в нашей стране, так и за рубежом. Интерес к этой одиозной фигуре не утихает и по сей день.

Биография Андрея Чикатило окутана самыми разными мифами. Здесь я постараюсь опустить факты, которые не имеют доказательств и не могут быть признаны достоверными.

Андрей Чикатило родился 16 октября 1936 года в поселке Яблочное, Сумской области, Украинской ССР в семье коллективизированных колхозных работников Романа и Анны Чикатило. 30-е годы были годами нужды и голода, которые стали следствием дезорганизации сельского хозяйства в период коллективизации, поэтому семье Чикатило приходилось буквально выживать, и уделять достаточно времени родившемуся ребенку возможности не было.

В 1941 году отца Андрея Чикатило призвали на фронт, а поселок Яблочное был захвачен нацистскими оккупантами. В течение последующих трех лет Яблочное несколько раз переходило от нацистов к советской власти и обратно. На его территории велись бои, и маленький Чикатило неоднократно становился свидетелем бомбежек, расстрелов, перевозки мертвых, обезображенных тел.

Мать Чикатило была строга с ним, часто наказывала. Особенно жесткими были наказания за то, что маленький Чикатило, который до 12 лет страдал от энуреза, мочился в постель. Энурез, скорее всего, был спровоцирован гидроцефалией головного мозга, диагностированной у Чикатило в раннем детстве.

Роман Чикатило во время боев попал в плен к немцам, где провел несколько лет, и был освобожден лишь в 1945 году. Он вернулся домой больным человеком и почти сразу был репрессирован и отправился в сталинские лагеря, где впоследствии скончался.

Таким образом, Андрей Чикатило рос без отца, как и многие дети военных лет.

Гидроцефалия и энурез оказали влияние на поведение маленького Чикатило. Он был неуверенным в себе, застенчивым, очень рассеянным и неловким ребенком. Кроме того, у него были проблемы со зрением, так что он вынужден был носить очки. Из-за всего этого в школе он подвергался жестоким насмешкам со стороны одноклассников.

Получив обидное прозвище «Очкарик», Чикатило до 30 лет отказывался носить очки, из-за чего был еще более неуклюжим. По мере взросления у него начали проявляться также проблемы в сексуальной сфере, вплоть до полной импотенции. Поэтому насмешки над ним его сверстников продолжались и приносили Чикотило очень много неприятных, тяжелых переживаний.

В сфере образования и карьеры Чикатило везло больше. После школы он поступил в областной техникум связи. Затем отслужил в армии, после чего поступил на филологический факультет Ростовского университета.

Его рвение в общественной работе и интерес к политике, которую он рьяно изучал с ранних лет, привели к тому, что в 1959 году ему предложили вступить в коммунистическую партию, хотя на тот момент ему было всего двадцать три города, и для члена партии он был слишком молод.

Казалось бы, удача улыбнулась Чикатило и в личной жизни. В 1962 году он познакомился с подругой сестры Феодосией Одначевой, и уже в 1963 году они поженились. Несмотря на проблемы в сексуальной сфере, которые так и продолжали мучить Чикатило, в 1965 году у супругов родилась дочь Людмила, а в 1969 году – сын Юрий. В эти годы Чикатило заочно учился в Университете марксизма-ленинизма при Ростовском государственном педагогическом институте, который окончил в 1970 году. Эти успехи стали впоследствии фундаментом ширмы добропорядочного гражданина Советского Союза, за которой убийца прятался долгие годы до своего ареста.

С августа 1970 года Чикатило занялся педагогической деятельностью, став завучем и учителем литературы и русского языка в школе-интернате № 32 города Новошахтинска. В тот период уже начали проявляться его преступные наклонности по отношению к ученикам. О домогательствах к школьникам стало известно руководству школы, и, чтобы не поднимать скандал, ему предложили уволиться по собственному желанию.

В 1978 году, после нескольких неудачных попыток устроиться на работу, Чикатило переехал с женой и детьми в Шахты, где был принят на работу воспитателем в ГПТУ № 33. Здесь он тоже прославился своими домогательствами к воспитанникам, проживающим в общежитии при учебном заведении. За его извращенные наклонности ученики стали дразнить и высмеивать его.

В том же году Чикатило тайно от жены купил небольшой дом в окрестностях Шахт, чтобы использовать его для встреч с проститутками. С этого времени началась двойная жизнь Андрея Чикатило – добропорядочного семейного гражданина, убежденного члена коммунистической партии и садиста с сексуальными извращениями, ведущего свой кровавый отчет до 55 жертв.

В марте 1981 года Чикатило получил должность старшего инженера в отдел снабжения и сбыта производственного объединения «Ростовнеруд» в Шахтах. Его работа предполагала командировки, которыми он пользовался в том числе для поиска жертв и совершения своих преступлений.

В январе 1985 года Чикатило снова переезжает. На этот раз в Новочеркасск, где устраивается на Новочеркасский электровозостроительный завод на должность инженера. Чуть позже его повышают до начальника отдела металлов.

Последнюю в своей жизни должность Чикатило получает в 1990 году – старший инженер отдела внешней кооперации Ростовского электровозоремонтного завода. Там он трудится вплоть до своего ареста[21].

Коллеги и знакомые Чикатило отзывались о нем, как о человеке чудаковатом, со странным чувством юмора и склонным к сутяжничеству. Он писал огромное количество жалоб в разные инстанции и по разному поводу, сетуя, что у него обостренное чувство справедливости. Склонность к сутяжничеству проявилась в нем и в ходе судебного процесса. Он писал десятки жалоб, апелляций и ходатайств вплоть до своего расстрела.

По документам, период совершения убийств Чикатило фиксируется с июня 1982 по ноябрь 1990 года. Верховный суд за недоказанностью исключил из вменяемых Чикатило преступлений убийство девятилетней девочки в декабре 1978 года, хотя он сам сознался в содеянном.

Совершение жестоких убийств Чикатило совмещал с жизнью законопослушного гражданина, занимающего уважаемую должность, имеющего три высших образования.

Расследование преступлений, совершенных Чикатило, длилось больше десяти лет. Было допущено множество процессуальных ошибок вплоть до расстрела невиновного человека, была проявлена преступная халатность и дезорганизованность. Однако это не отменяет героизма некоторых следователей (Исса Костоев, Амурхан Яндиев) и обычных оперативных сотрудников, которые самоотверженно проявили себя в ходе расследования этого дела. А также блестящей работы психиатра А. О. Бухановского, который составил психологический портрет убийцы и помог в организации его допроса.

Андрея Чикатило арестовали 20 ноября 1990 года. Суд над убийцей длился с 14 апреля по 14 октября 1992 года. Это было тяжелое испытание для родных и близких погибших, которые в ходе суда слышали все, что убийца-садист вытворял с их близкими. Люди теряли сознания прямо в зале суда.

Хотя Чикатило изо всех сил старался изображать сумасшедшего, психолого-психиатрическая экспертиза признала его вменяемым и не обнаружила каких-либо психических заболеваний, которые могли бы смягчить наказание.

Когда судья огласил смертный приговор, зал аплодировал стоя.

Приговор привели в исполнение 14 февраля 1994 года. Чикатило до последнего надеялся, что его не расстреляют, и даже в момент, когда его вели на расстрел, не понимал происходящего, поэтому сохранял спокойствие.

Ростовский областной суд зачитал приговор Чикатило за 52 совершенных убийства. Верховный суд после пересмотра дела не нашел достаточных доказательств по 9 из этих убийств, оставив в деле лишь 43 доказанных эпизода. Сам Чикатило на суде объявил о 55 жертвах.

Количество убитых людей и жестокость, с которой Чикатило совершал свои преступления, сделали этого серийного убийцу печально известным по всему миру. От его преступлений кровь стынет в жилах, а личность преступника вызывает отвращение и ужас.

Жертвами Чикатило становились люди разного пола и возраста (от 7 до 45 лет), и выбор зависел не от конкретного типажа человека, а от хитроумного расчета убийцы – он выбирал тех, кто не окажет ему серьезного сопротивления.

Он охотился на своих жертв на вокзалах и просто на улице. Сначала он оценивал жертву, пытался определить сферу ее интересов и увлечений, затем подходил и заводил разговор, пытаясь заинтересовать собеседника и заманить его в укромное место (чаще всего в лесополосу).

На его кровавом пути есть несколько заметных перерывов. Один – с сентября 1984 по июль 1985 года связан с его первым арестом, когда его задержали оперативники за подозрительное поведение на пригородном вокзале Ростова-на-Дону. Тогда не было произведено должной проверки, и Чикатило был отпущен. Эта ситуация почти на год отпугнула его от совершения убийств. Второй перерыв приходится практически на весь 1986 год, когда была объявлена операция «Лесополоса». Чикатило был сильно напуган усилением надзора и затаился на время. Оба перерыва, вызванные внешними обстоятельствами, свидетельствуют о том, что Чикатило, когда ему это было необходимо, вполне мог себя контролировать и удерживать от совершения убийств. Это аргумент в копилку к спорам о его вменяемости.

Ниже приведен список жертв Андрея Чикатило. Несмотря на то, что Верховным судом были признаны доказанными не все эпизоды, я приведу этот перечень в изначальном его виде (по жертвам из обвинительного заключения):

1978 год

1. Елена Закотнова, 9 лет.

1981 год

2. Лариса Ткаченко, 17 лет.

1982 год

3. Любовь Бирюк, 13 лет.

4. Любовь Волобуева, 14 лет.

5. Олег Пожидаев, 9 лет;

6. Ольга Куприна, 16 лет.

7. Ирина Корабельникова, 19 лет.

8. Сергей Кузьмин, 15 лет.

9. Ольга Стальмаченок, 10 лет.

1983 год

10. Лора (Лаура) Саркисян, 15 лет.

11. Ирина Дуненкова, 13 лет.

12. Людмила Кушуба, 24 года.

13. Игорь Гудков, 7 лет.

14. Валентина Чучулина, 22 года.

15. Неопознанная женщина, 18–25 лет.

16. Вера Шевкун, 19 лет.

17. Сергей Марков, 14 лет.

1984 год

18. Наталья Шалапинина, 17 лет.

19. Марта Рябенко, 45 лет.

20. Дмитрий Пташников, 10 лет.

21. Татьяна Петросян, 32 года.

22. Светлана Петросян, 11 лет.

23. Елена Бакулина, 22 года.

24. Дмитрий Илларионов, 13 лет.

25. Анна Лемешева, 19 лет.

26. Светлана Цана, 20 лет.

27. Наталья Голосовская, 16 лет.

28. Людмила Алексеева, 17 лет.

29. Неопознанная женщина, 20–25 лет.

30. Акмараль Сейдалиева, 12 лет.

31. Александр Чепель, 11 лет.

32. Ирина Лучинская, 24 года.

1985 год

33. Наталья Похлистова, 18 лет.

34. Ирина (Инесса) Гуляева, 18 лет.

1987 год

35. Олег Макаренков, 13 лет.

36. Иван Биловецкий, 12 лет.

37. Юрий Терешонок, 16 лет.

1988 год

38. Неопознанная женщина, 18–25 лет.

39. Алексей Воронко, 9 лет.

40. Евгений Муратов, 15 лет.

1989 год

41. Татьяна Рыжова, 16 лет.

42. Александр Дьяконов, 8 лет.

43. Алексей Моисеев, 10 лет.

44. Елена Варга, 19 лет.

45. Алексей Хоботов, 10 лет.

1990 год

46. Андрей Кравченко, 11 лет.

47. Ярослав Макаров, 10 лет.

48. Любовь Зуева, 31 год.

49. Виктор Петров, 13 лет.

50. Иван Фомин, 11 лет.

51. Вадим Громов, 16 лет.

52. Виктор Тищенко, 16 лет.

53. Светлана Коростик, 22 года[22].

В формировании личности серийного убийцы Андрея Чикатило участвовал целый комплекс факторов. Голод, ужасы войны со смертями, насилием, каннибализмом и другими страшными эпизодами, свидетелем которых был маленький Чикатило, – все это реалии того времени, на которых тем не менее выросло целое поколение сильных духом, трудолюбивых, честных и добропорядочных людей, потому что в противовес страшным картинам войны были примеры подвигов, героизма и терпения, культивируемые советским обществом. Советское послевоенное общество опиралось на идеалы и ценности, которые позволяли людям верить в лучшее и не сломаться.

Однако особенности взаимоотношений в семье Чикатило, гидроцефалия, энурез, плохое зрение, рассеянность, травля со стороны одноклассников, а позднее еще и проблемы в сексуальной сфере, неудачи с противоположным полом и продолжающиеся насмешки сверстников, положили основу глубокой травматизации личности и формированию ранних дезадаптивных схем, активация которых привела к катастрофе национального масштаба.

Кошмаром Чикатило на протяжении всех лет его жизни были глумящиеся над ним сверстники, высмеивающие сначала его рассеянность, неуклюжесть и плохое зрение, а затем его половое бессилие. У него не было определенного типажа жертв, он мстил всему обществу. Он хотел лишить их того, чего не было у него – зрения (выкалывал жертвам глаза), половой состоятельности (отрезал жертвам гениталии). Он с детства мечтал отрезать язык у своих обидчиков (и воплощал свои садистские фантазии, откусывая и отрезая языки у своих жертв). Он забирал у ни в чем не повинных, случайно попавшихся ему людей то, что плохо функционировало у него самого, что являлось предметом насмешек в его адрес на протяжении всей его жизни, и чем ему так хотелось обладать.

До сих пор не угасают споры о состоянии психического здоровья Чикатило. Без должной и длительной диагностики определить психическое заболевание и степень его развития очень сложно.

Что касается ранних дезадаптивных схем, то в поведении Чикатило и по характеру травмирующих событий, известных из его биографии, можно предположить развитие у него следующих схем:

1. Схема дефективности / стыдливости. Наиболее сильно развитая схема Чикатило. Его заболевания, послужившие почвой для преследующих его всю жизнь насмешек, заставляли его чувствовать себя ущербным. Особенно остро он переживал половую дисфункцию. При совершении преступлений он отбирал у жертв то, что плохо функционировало у него самого – глаза, половые органы. Он имитировал половой акт с жертвой при помощи клинка ножа, тем самым возвращая себе ощущение полноценности. Он наслаждался моментом, когда обездвиженные, искалеченные, лишенные зрения и языка жертвы не могли насмехаться над ним, он упивался властью и доминированием и больше не чувствовал своей дефективности. В лице жертвы он уничтожал то, что мучило его, то, чего он стыдился, из-за чего считал себя неполноценным. После совершения убийства он ликовал и радовался, танцуя по лесу и разбрасывая клочья одежды жертвы. В эти моменты он переставал чувствовать себя ничтожным.

2. Схема социальной отчужденности. Вторая по силе схема Чикатило. Подвергаясь язвительным насмешкам одноклассников, он чувствовал, как мир отверг его еще в школе. На протяжении всей жизни Чикатило воспринимал мир враждебно. Об этом свидетельствует огромное количество жалоб, которые он писал в разные инстанции, будто бы все на свете было против него.

3. Схема привилегированности / грандиозности. Несмотря на осознание своей дефективности, Чикатило явно считал себя особенным и всегда, даже на суде, требовал к себе особенного отношения. С ним обязаны были возиться. Эту схему подкрепляло то, что долгое время он выходил сухим из воды, что в конце концов вселило в него уверенность, что он преступный гений, которого никто никогда не поймает. Схема сформировалась, возможно, с тех пор, как он начал на фоне своей дефективности чувствовать одновременно интеллектуальное превосходство над своими сверстниками. У него было три высших образования, которыми он очень гордился. Он полагал, что сумеет обмануть даже суд и избежит наказания, но глубоко ошибался.

4. Схема покинутости / нестабильности. Была развита отсутствием в его детстве теплого, ласкового обращения со стороны значимых взрослых. Суровая военная реальность, отсутствие рядом отца, мать, которая строго наказывала его за недержание мочи – все это наложило свой отпечаток на формирование личности, лишенной способности любить и сочувствовать другим.

5. Схема недоверия / ожидания жестокого обращения. В обычной жизни Чикатило был неуклюжим, забитым человеком. Коллеги его недолюбливали и сторонились, смеялись над ним практически ему в лицо. Он привык к такому обращению и не ждал от людей ничего хорошего. Он компенсировал чувство собственной беспомощности нападениями на более слабых и их истязанием.

6. Схема негативизма / пессимизма. Неизменная схема людей, страдающих от какой-либо зависимости, в том числе всех серийных убийц. Она особенно остро ощущалась Чикатило в моменты нарастания внутреннего напряжения накануне очередного убийства. Это были периоды депрессивного, дисфоричного состояния, когда он был напряжен и мрачен.

Как и многие другие серийные убийцы, Чикатило описывал свое состояние перед совершением преступления как невыносимое напряжение. Он говорил, что, убивая людей, он «разряжал свою психику». После совершения убийства, напряжение уходило, и он мог несколько дней проспать. Классический круг насилия в действии.

Рис. 7. Модель формирования тяги к совершению преступлений у Андрея Чикатило.

На вопрос, что могло бы предотвратить превращение Андрея Чикатило в жестокого серийного убийцу, ответить довольно сложно. Вероятно, это должна была быть своевременно начатая комплексная терапия группой специалистов – врачей и психотерапевтов, которые помогли бы Чикатило адаптироваться к его соматическим и психическим заболеваниям и решить психологические проблемы, связанные с полученными травмами и сформировавшимися устойчивыми дезадаптивными схемами. Это была бы длительная и сложная терапия, перестраивающая фундаментальные основы его личности и в корне меняющая его мировоззрение.

Казалось бы, он уже взрослый парень, но итоговая аттестационная работа за третий курс заставила его хорошенько понервничать, так что даже захотелось закурить.

Брукс Браун едва дождался большой перемены, чтобы сбегать за сигаретами в магазинчик на примыкающей к школьной аллее Пирс-Стрит.

Пересекая по диагонали парковку, Брукс еще издали увидел своих бывших друзей Эрика и Дилана. Эрик впереди, а Дилан как всегда чуть позади. У обоих через плечо были перекинуты увесистые спортивные сумки.

«Куда это они собрались? Эти двое и спорт – понятия несочетаемые, особенно Дилан», – подумал про себя Брукс и усмехнулся.

Он вспомнил, как раньше дружил с обоими, как они вместе пришли на первый курс этой школы. Как дурачились и выкидывали всякие идиотские приколы. С ними было весело. Они не похожи на других. Жаль, что Эрик оказался таким придурком.

Воспоминания унесли Брукса в тот злополучный день, когда однажды утром он проспал и почти на полчаса опоздал к Эрику, которого каждое утро подхватывал по дороге в школу.

– Ты время видел вообще? – рявкнул Эрик. Не то чтобы этот парень сильно торопился в школу, но он всегда впадал в неистовую ярость, когда что-то нарушало установленный им порядок вещей.

По дороге в школу Эрик не унимался, обкладывая Брукса последними словами, обвиняя его в неуважении, скотском отношении, безответственности и неумении дружить.

В конце концов Брукс не выдержал, резко нажал на тормоза так, что Эрик чуть не разбил нос о торпеду, и высказал своему приятелю все, что он думает о его поведении:

– Знаешь-ка что, дружище, я ведь тебя возить не нанимался. Ты ни разу мне даже не предложил оплатить топливо, а ведешь себя так, будто я тебе по гроб жизни обязан. Проваливай из машины и ищи себе другого таксиста!

Эрик в ярости вылетел из машины и со всей силы ударил кулаком по лобовому стеклу. Стекло треснуло, а Брукс надавил на газ и рванул вперед, едва не зацепив Эрика бампером.

С этих пор между друзьями началась война. Эрик всячески глумился над Бруксом, подкладывал петарды на подоконник его дома, царапал его машину, записывал про него издевательские видео. Родители Брукса даже ездили беседовать с Харрисами по поводу поведения их сына.

Но несмотря на все это, Брукс временами скучал по взбалмошному Эрику и чудаковатому Дилану. Он даже переживал, что они не явились сегодня на аттестационную работу, ведь у них из-за этого будут серьезные проблемы.

– Здорова, Брукс! – крикнул Эрик.

– Привет, парни, – ответил Брукс.

Эрик и Дилан подошли к нему совсем близко, и Брукс старался понять по форме сумок, что же такое они там тащат. В этот момент его впервые кольнуло неприятное предчувствие.

Эрик перехватил его взгляд и пристально посмотрел на Брукса. Нужно было как-то разрядить обстановку.

– Вы чего контрольную прогуляли? В курсе вообще, что у вас из-за этого будут большие проблемы с итоговой аттестацией? – попытался отчитать приятелей Брукс.

– А это все теперь уже неважно, – ответил Эрик. Дилан при этом странно усмехнулся.

Тревожное предчувствие Брукса усилилось. И Эрик снова это заметил. От него вообще было сложно что-либо утаить.

– Ты лучше иди домой, Брукс. Ты мне теперь нравишься, – голос Эрика звучал глухо и страшно. Брукс не знал, что задумали парни, но у него от этой фразы пробежал по коже мороз.

Эрик и Дилан медленно шли по направлению к школе.

Брукс еще какое-то время смотрел им вслед, а потом продолжил свой маршрут. Он уже поворачивал на Пирс-Стрит, когда до него со стороны школы донеслись странные звуки, похожие на выстрелы.

Примерно так началась одна из самых кровавых страниц в истории массовых расстрелов.

Нападение на школу «Колумбайн» двумя учениками Эриком Харрисом и Диланом Клиболдом. Массовая культура сделала этих стрелков по-настоящему популярными.

Их историю освещали в многочисленных фильмах и книгах. Была даже разработана компьютерная игра с героями, в точности списанными со стрелков «Колумбайна».

Такая популяризация массового расстрела привела, к сожалению, к очень трагичным последствиям. У Эрика и Дилана появились подражатели, некоторым из которых удалось реализовать свой страшный план подражания кумирам.

Преступная беспечность и отсутствие цензуры СМИ никогда не проходят бесследно.

20 апреля 1999 года два ученика старших классов Эрик Харрис и Дилан Клиболд совершили тщательно спланированное вооруженное нападение на школу «Колумбайн» в округе Джефферсон, штат Колорадо, убили 13 человек, ранили 23 человек, после чего застрелились сами.

Предварительно заложив взрывчатое вещество в поле за 800 метров от школы, чтобы его детонация отвлекла полицию, Эрик и Дилан припарковали свои машины на школьной стоянке. На часах было 11:10. Взяв увесистые спортивные сумки с подготовленными к детонации взрывчатыми веществами, они направились в школьную столовую, где в это время начинался обед.

Там преступники оставили сумки и вернулись к машинам, рассчитывая, что сдетонировавшие бомбы заставят учеников выбежать из школы, и они смогут начать расстреливать их прямо на выходе. Бомбы должны были взорваться в 11:17, однако этого не произошло, поэтому Эрик и Харрис направились к главному входу здания, поднялись по ступеням, достали оружие и в 11:19 открыли стрельбу. Далее они двигались по территории школы, хаотично расстреливая находившихся в поле их зрения людей. В 11:22 к школе уже подъехала полиция, один из офицеров выстрелами в сторону Харриса отвлек того от раненого ученика, который, улучив момент, смог убежать в безопасное место. В 11:29 убийцы вошли в библиотеку, где прятались ученики школы. Примечательно, что одним из выкриков Эрика Харриса было: «Всем спортсменам встать! Парни в белых кепках наши!» несколько позже мы вернемся к этому выкрику. Нападавшие пробыли в библиотеке всего 6 минут – до 11:36, но именно там они убили и ранили бо́льшую часть людей.

Далее эйфория преступников стала угасать. Они бесцельно бродили по этажу мимо кабинетов, делали выстрелы в пустоту, пинали брошенные кем-то в панике рюкзаки. В 11:44 они вернулись в столовую, где еще раз безуспешно попытались привести в действие бомбы. Только после того как Клиболд бросил к одной из бомб горящий коктейль Молотова, взрывчатый газ частично сдетонировал, и в столовой выбило стекла. Затем парни снова поднялись на верхний этаж, и снова бесцельно бродили там, требуя, чтобы ученики вышли из своих укрытий.

В период с 12:02 до 12:08 из окон библиотеки Эрик и Дилан стреляли в спасателей, оказывающих помощь пострадавшим возле школы, но полиция открыла по нападавшим ответный огонь. Точное время, когда Эрик Харрис и Дилан Клиболд совершили самоубийства, неизвестно, но можно предположить, что произошло это, скорее всего, в 12:08, так как с этого времени из школы больше не было слышно выстрелов. Общее время нападения составило 49 минут[25].

В ходе вооруженного нападения Эрика Харриса и Дилана Клиболда на школу «Колумбайн» были убиты 13 человек, ранены 23 человека. Сами нападавшие покончили жизнь самоубийством, выстрелив себе в голову.

1. Рэйчел Скотт, 17 лет.

2. Ричард Кастальдо, 17 лет. Выжил.

3. Дэниел Рорбоф, 15 лет.

4. Шон Грейвс, 15 лет. Выжил.

5. Лэнс Кирклин, 16 лет. Выжил.

6. Майкл Джонсон, 15 лет. Выжил.

7. Марк Тейлор, 16 лет. Выжил.

8. Анна-Мария Хокхальтер, 17 лет. Выжила.

9. Николас Фосс, 18 лет. Выжил.

10. Брайан Андерсон, 16 лет. Выжил.

11. Патти Нильсон, 35 лет. Выжила.

12. Стефани Мансон, 16 лет. Выжила.

13. Дэйв Сандерс, 47 лет.

14. Эван Тодд, 15 лет. Выжил.

15. Кайл Веласкес, 16 лет.

16. Патрик Айрленд, 17 лет. Выжил.

17. Дэниел Стиплетон, 17 лет. Выжил.

18. Макай Холл, 18 лет. Выжил.

19. Стивен Курнов, 14 лет.

20. Кейси Руджсеггер, 17 лет. Выжила.

21. Кесси Бернал, 17 лет.

22. Айсайа Шоэльс, 18 лет.

23. Мэттью Кетчер, 16 лет.

24. Лиза Кройтц, 18 лет. Выжила.

25. Валин Шнур, 18 лет. Выжила.

26. Марк Кинтген, 17 лет. Выжил.

27. Лорен Тоунсенд, 18 лет.

28. Николь Ноулен, 16 лет. Выжила.

29. Джон Томлин, 16 лет.

30. Келли Флеминг, 16 лет.

31. Жанна Парк, 18 лет. Выжила.

32. Дэниел Маузер, 15 лет.

33. Дженифер Дойл, 17 лет. Выжила.

34. Остин Юбэнкс, 17 лет. Выжил.

35. Кори ДеПутер, 17 лет.

36. Адам Килер, 16 лет. Выжил.

Нападавшие (самоубийство)

37. Эрик Харрис, 18 лет.

38. Дилан Клиболд, 17 лет[26].

Все свидетели произошедшей трагедии получили глубокие психологические травмы.

И Эрик Харрис, и Дилан Клиболд выросли в полных и, на первый взгляд, благополучных семьях. В их семьях не было отмечено насилия или агрессии, их родители – социально адаптированные, законопослушные люди. Однако подростки не в один день проснулись и пошли убивать. Насколько открытыми и эмпатийными были отношения в их семьях, если на протяжении нескольких лет родители не замечали, что их сыновья откровенно пропагандируют смерть, испытывают нездоровую тягу к оружию, приобретают целый арсенал, устраивают взрывы на улицах, травлю своих сверстников, пишут странные истории, имитируют суицид, снимают пугающие видео? Были ли в этих семьях тепло, отзывчивость, доверие, принятие? Или в отношениях были какие-то помехи, мешающие близким людям видеть и слышать друг друга? Повышенная тревожность, зацикленность на каких-то внешних обстоятельствах, уход в работу, чрезмерная забота о материальном благополучии или отношениях друг с другом, – что мешало этим людям заметить странности в поведении собственных детей? Речь не идет о том, что родители Эрика и Дилана должны чувствовать свою вину. Никто не хочет их клеймить. Речь идет лишь о том, что в семьях не обязательно должно быть явное насилие или неблагополучие, чтобы ребенок чувствовал себя непонятым, отвергнутым, отчужденным. Достаточно отсутствия теплых, отзывчивых, эмпатийных отношений. Достаточно внутренней глухоты к ребенку и отсутствия времени на его воспитание, или, напротив, душащей тревожной гиперопеки, чтобы он почувствовал себя оторванным от людей, отверженным, нестабильным, чтобы он замкнулся в собственном закрытом ото всех мире и начал привыкать к тотальному одиночеству.

Определить эту грань между заботливым и гиперопекающим, принимающим и равнодушным, обеспечивающим материальные блага и отстраненным, ушедшим в работу родителем сложно, но ребенок чувствует ее очень хорошо. И лакмусовой бумажкой этих граней становится поведение ребенка.

В психологии массовых убийц огромную роль играют и психофизиологические факторы. Помимо проблем с грудной клеткой, которые заставляли его комплексовать перед сверстниками, особенно физически хорошо развитыми спортсменами (им-то и был адресован выкрик про белые кепки во время расстрела в библиотеке), у Эрика были явные психические проблемы, связанные с неконтролируемыми вспышками агрессии, у него также наблюдались психические реакции, которые свойственны людям с расстройствами аутистического спектра, – например, он впадал в неистовую ярость, буквально в истерику, когда из-за каких-то обстоятельств менялся привычный для него ход событий. У Дилана также наблюдались аутистические черты, такие как замкнутость, обращенность внутрь себя, отстраненность, тревожность, эксцентричность жестов, мимики, движений. У обоих был высокий интеллект. Оба были компьютерными гениями, что говорит об особенностях строения головного мозга. У обоих напрочь отсутствовала эмпатия и способность сопереживать другим людям. У обоих были суицидальные наклонности.

У обоих были специфические особенности характера: застреваемость, демонстративность, вспыльчивость и мания величия («Я Бог!») Эрика и тревожность, интровертированность, пессимизм и некоторая конформность (подражательность, ведомость) Дилана. Эти двое будто нашли друг друга. Совпали удивительным образом нервностями краев своих характеров. И вышел тот редкий случай, когда массовые убийцы объединили свои усилия, ведь обычно они действуют в одиночку.

Не последнюю роль сыграли и социокультурные факторы. 1990-е годы Америке ознаменованы началом бума компьютерных игр-стрелялок, а также это было время расцвета кровавых боевиков и фильмов ужасов. Крутые парни в играх и фильмах убивают людей из автоматов направо и налево, и ими восхищаются все вокруг. Чем не пример для подражания для тех, кто всегда комплексовал перед другими, а в глубине души хотел признания и восхищения?

Ранними дезадаптивными схемами Эрика Харриса были:

● Схема социальной отчужденности, сформировавшаяся на почве частых переездов, физического дефекта в виде ввалившейся грудной клетки, а также ввиду психолого-характерологических особенностей, мешающих ему выстраивать длительные отношения с другими людьми (мстительность, агрессивность).

● Схема дефективности / стыдливости, развившаяся, возможно, на почве физиологического дефекта, из-за которого Эрик сильно переживал.

● Схема привилегированности / грандиозности. У Эрика эта схема была основной, проявлялась в болезненной тяге к доминированию, заявлениях по типу: «Я Бог», социопатических поступках.

● Схема негативизма / пессимизма, проявляющаяся в видении мира исключительно в черном свете.

Дезадаптивными схемами Дилана Клиболда были:

● Схема социальной отчужденности – ввиду психолого-характерологических особенностей (стеснительности и замкнутости).

● Схема дефективности / стыдливости, развившаяся на почве сложностей выстраивания взаимоотношений со сверстниками, проявляющаяся из-за обостренного чувства различия с другими людьми.

● Схема величия / грандиозности (но развитая в меньшей степени, чем у Эрика), сформировавшаяся на почве компенсации схемы дефективности / стыдливости, неумения выстраивать отношения со сверстниками и интеллектуального превосходства над большинством сверстников.

● Схема покинутости / нестабильности, сформировавшаяся, возможно, на почве специфики семейных отношений, проявлявшаяся в том, что он сложно сходился с людьми, но сильно привязывался к тем, с кем удавалось сблизиться (слепо следовал за своим другом Эриком, старался ему понравится похожими взглядами на мир).

● Схема негативизма / пессимизма, развитая на почве навязчивого сосредоточения на отрицательных аспектах жизни (часто бывает при повышенной тревожности или требовательности кого-то из родителей). У Дилана проявлялась в нерешительности, тревожности, фокусировании на исключительно мрачных аспектах жизни.

Рис. 8. Модель формирования навязчивой идеи о массовом убийстве и суициде у Эрика Харриса.

Рис. 9. Модель формирования навязчивой идеи о массовом убийстве и суициде у Дилана Клиболда.

Удивительно, как Эрик Харрис и Дилан Клиболд нашли друг друга. Как это ни странно, они совпадали именно своими несовпадениями. Жаждущий власти и доминирования Эрик и конформный, следующий за авторитетом друга и боящийся быть отвергнутым Дилан. Эрик ненавидел общество за то, что оно заставляло его подчиняться социальным правилам, поэтому он хотел убить как можно больше людей – он наносил удар по предмету своей ненависти. Дилан боялся общества, потому что чувствовал себя ущербно на фоне других. Это несоответствие причиняло ему боль. Он боялся критики и насмешек сверстников, боялся быть жалким, никчемным и потерять любовь и признание тех, кто был значим для него. Общество было его кошмаром. Эрик был его авторитетом, признание которого он боялся потерять. Поэтому Дилан пошел на этот шаг, – он наносил удар по своему страху и не желал терять единственного друга.

Если бы родители Эрика и Дилана вовремя заметили, что с их детьми что-то не так, признали бы существование этих проблем и необходимость срочной психолого-психиатрической помощи их детям, возможно, мир узнал бы этих двоих как компьютерных гениев, разработчиков известного на весь мир приложения или создателей передовой техники, а не как массовых стрелков «Колумбайна».

20 декабря 2011 года в эфире радио «Анархия» диджей Джон Зерзан принимал звонки от слушателей, которые рассказывали ему разные жутковатые истории с криминальным сюжетом, в основном о том, как технический прогресс истребляет человечество. Джону казалось это забавным – приводить разные примеры того, как людей губит то, что они сами же изобрели. Эти истории находили своего благодарного слушателя и имели большой успех.

Очередной звонок поступил от юноши, который представился Грегом. Джон воодушевляюще поприветствовал его:

– Привет, Грег! Как твои дела?

– Дела нормально. Я большой поклонник твоей передачи, – голос на том конце провода слега дрожал, вероятно, парень волновался. Не каждый день ведь выпадает возможность звучать в эфире любимого радио.

– Спасибо, дружище! О чем хочешь нам рассказать?

– Ну, мне крайне неловко поднимать такую старую историю, но я не нашел ничего более подходящего под сегодняшнюю тему, поэтому решил все-таки рассказать про шимпанзе Трэвиса. Помните его?

– Что-то не припоминаю.

– Ну, был такой очень одомашненный шимпанзе, который жил в загородном доме в Стэмфорде, штат Коннектикут.

– Серьезно?

– Он с малых лет рос в семье людей. И его растили как человеческого ребенка, и когда ему исполнилось четырнадцать лет, что соответствует двадцатилетнему возрасту человека, он уже умел принимать ванну, спал в человеческой кровати, сам одевался и даже чистил зубы электрической зубной щеткой.

Речь парня лилась рекой. Он буквально тараторил на одном дыхании. Джон едва мог вставить слово, а ведь ему как диджею нужно было обязательно участвовать в эфирном разговоре:

– Вот это да! А когда это было?

– В начале 2009 года, – тут Грег немного замялся. Видимо, ему все еще было неловко, что он вспомнил такую старую историю.

– Ну и что же было дальше? – подбодрил его Джон.

– Он ел за столом, как человек, обожал человеческую еду, особенно мороженое, умел пользоваться пультом телевизора, смотрел бейсбол и даже листал картинки в интернете.

– Ахаха! – удалось Джону вставить смешок.

Речь парня звучала слегка витиевато, как-то по-книжному гладко, не так, как обычно звучит свободная болтовня.

– Ну, и само собой разумеется, Трэвис страдал от лишнего веса, весил под двести фунтов, хотя едва ли должен был бы достигать ста.

– Оу!

– И он принимал ксанакс.

– Невероятно!

– Я не нашел информации, почему он его принимал, но поразителен тот факт, что ему вообще давали эти таблетки. Думаю, что Трэвис по интеллектуальному развитию вполне мог соответствовать уровню умственно отсталого ребенка.

– Хм! – только и успел вставить Джон.

– И вот однажды в феврале 2009 года Трэвис вдруг стал очень взволнованным. В какой-то момент он схватил ключи от машины, вышел на улицу и стал бегать от машины к машине, нажимая кнопку на ключах, чтобы по звуку определить, где стоит нужная. Очевидно, он хотел куда-то уехать. Он вел себя очень агрессивно, поэтому его хозяйка позвонила своей подруге, чтобы та приехала и помогла ей его поймать. Но как только она появилась, Трэвис тут же напал на нее. Его хозяйка даже пыталась пырнуть его ножом, чтобы спасти подругу, но это не помогло. Она потом рассказывала, что в тот момент Трэвис так посмотрел на нее, будто спрашивал: «Зачем ты это сделала со мной, мама?!», что лишний раз подтверждает, что отношения у них были реально, как у матери и ребенка.

– Хм!

– После этого она позвонила в полицию, и когда к дому подъехала полицейская машина, Трэвис выскочил и попытался ее открыть. Он снес зеркало бокового вида и приблизился к водительской двери прежде, чем полицейский успел в него выстрелить. Раненый Трэвис скрылся в своей игровой комнате и умер там от потери крови. А раненая им подруга хозяйки была едва жива, когда приехала скорая.

– Хм! – уже немного напряженно воскликнул Джон. Парня было не остановить, его речь в эфире слишком затягивалась.

Грег как будто уловил это напряжение. Он издал нервный смешок и сказал:

– Может быть, эта история и не очень подходит для сегодняшней темы, но я рассказал ее, потому что потом хозяйку шимпанзе все обвиняли в том, что она воспитывала его как человека, забыв о том, что это дикий зверь. Все говорили, что она должна была понимать, что обезьяна не должна жить в цивилизации, она должна жить в дикой природе.

– Ну да.

– Но дальше этой критики они не идут, как будто думают, что, если бы это был человек, а не шимпанзе, то ничего плохого не могло бы случиться.

– Да, действительно, – Джон отчаянно пытался придумать, как закончить монолог этого парня.

– Меня так привлекла история Трэвиса, потому что, на мой взгляд, она поднимает проблему воспитания детей.

– Так и есть.

– Цивилизация – это ведь не просто что-то отдельное от нас. Каждый новорожденный ребенок – человеческий ребенок – рождается в состоянии, подобном шимпанзе, и цивилизованным он становится только потому, что ему долгие годы навязывают правила, которые он должен принять. И я уверен, что каждый из нас когда-нибудь задумывался о том, что все эти условности выглядят очень неестественно, но, когда мы видим шимпанзе в роли человеческого ребенка, мы можем переключить свое внимание на нестандартность самой ситуации, что животное ведет себя, как человек. И вот нам уже легко сказать, что что-то не так с ситуацией только потому, что это шимпанзе, а не человек. Но, по сути, ведь нет никакой разницы! Трэвис вовсе не был чудовищем. Он не просто притворялся, что он цивилизованный, он таким и был. Он смог интегрироваться в общество, хоть и был шимпанзе. Его хозяйка часто возила его с собой на работу, где он знакомился с самыми разными людьми и со всеми ладил. А если бы он был монстром, то вряд ли люди, которые его знали, вспоминали бы о нем, как о милом ребенке. Было всего пара случаев, когда он проявил агрессию, но их слишком долго рассказывать. Поэтому я скажу только, что, не считая этих случаев, он долгое время вел себя как человеческий детеныш, и абсолютно несправедливо на фоне этого звучат заявления о том, что его агрессия была связана только с тем, что он шимпанзе. Люди не хотят признаваться в том, что и человек тоже мог бы так себя повести, хотя именно такой вывод напрашивается в этой истории. Глупо этого не признавать.

Речь парня становилась все более быстрой и непрерывной. Он явно был увлечен этой темой.

– Да уж, – только и успел промолвить Джон.

– А ведь это именно цивилизация и превратила его в чудовище. Она подействовала на него так же, как действует на людей. Он был очень болен во всех смыслах этого слова и, чтобы не чувствовать свою боль, вынужден был втыкать в эти видео, бейсбол, фотографии. Он даже начал принимать успокоительные. Он был раздавлен.

– Мда.

– И он напал на людей, не потому что был агрессивным диким шимпанзе. А ведь именно так нам преподносили его поступок. Просто перед нападением он отчаянно хотел, чтобы его хозяйка увезла его куда-нибудь подальше от этой привычной жизни. Я думаю, что-то стало последней каплей, какая-нибудь мелочь, когда он понял, что больше не может этого терпеть, не может выносить такую жизнь. Он хотел сбежать от этой жизни, изменив свое окружение, и не мог придумать лучшего способа, как это сделать, кроме того, как заставить свою хозяйку отвезти его куда-нибудь.

– Ага.

– И когда приехала подруга хозяйки, он понял, что она хочет помешать ему уехать, и не мог смириться с тем, что ему придется остаться в этом надоевшем месте, поэтому стал нападать на всех, кто мог бы помешать им с хозяйкой уехать. И считать его нападение просто бессмысленным насилием и импульсивностью шимпанзе, а не отчаянием и болью человека, – это попытка выдать желаемое за действительное, закрыть глаза на то, что происходит на самом деле.

– Возможно.

– Его нападение похоже на те истории об актах человеческого насилия, о которых вы рассказываете каждую неделю…

Джон понял, что диалог надо сворачивать. Он стал активно прерывать речь не на шутку разошедшегося парня:

– Ага-ага.

Но парень не унимался:

– Которые совершают люди, чьи поступки не понять основной массе населения.

– Нет.

– Нападение этого шимпанзе сходно расстрелу людей подростком в каком-нибудь торговом центре…

Джон отчаянно хотел заставить парня замолчать. Мало того, что эфир затянулся, так еще и начинало пахнуть призывами к насилию.

– И… – парень, кажется, набрал побольше воздуха, чтобы выдать очередную тираду, но Джон не мог больше этого позволить:

– Спасибо, Грег. Отличная история.

– Странно, что вы ее не рассказывали в вашем эфире, ведь она так подходит под тематику, хотя, может, это только я вижу связи там, где их, на самом деле, нет, но…

– Я просто не слышал эту историю раньше. Может, уезжал куда-нибудь, когда это произошло. Спасибо тебе, парень.

– Спасибо. До свидания.

– Береги себя. А нам надо двигаться дальше.

Джон выдохнул. Что-то было в этом парне такое – в его голосе, манере говорить, в этой жутковатой истории и его размышлениях на эту тему, – что неприятно и тревожно отзывалось в душе. Хотелось поскорее избавиться от этого. Забыть этот звонок и этот эфир…[29]

Таким был звонок Адама Лэнзы в декабре 2011 года на американское радио «Анархия» за год до того, как он расстреляет детей и воспитателей в начальной школе «Сэнди-Хук».

Эта история потрясла мир количеством жертв и тем, как много среди жертв было малолетних детей. Что касается самого стрелка, то его личность – это практически классический набор характеристик массового убийцы. Здесь и аутистическое расстройство, и книжность речи, и гениальность, и оторванность от мира, и высокий интеллект, и «компьютерный» мозг. Но обо всем по порядку.

14 декабря 2012 года двадцатилетний Адам Лэнза, одетый в черное обмундирование, жилет и перчатки, вооруженный полуавтоматическим карабином, двумя пистолетами и дробовиком, напал на начальную школу «Сэнди-Хук» в Ньютауне, штат Коннектикут.

Перед выездом из дома Адам четырьмя выстрелами в голову убил свою мать, Нэнси Лэнза, которая спала в своей кровати и, скорее всего, даже не успела проснуться.

Затем Адам загрузил свою боевую амуницию в автомобиль, принадлежавший его матери, и направился в школу «Сэнди-Хук», в которой в тот день находились порядка 570 человек.

В 9:30 утра Адам подъехал к школе и припарковался в 20 метрах от главного входа. С собой из машины он взял только два пистолета и карабин, а винтовку оставил (некоторые в связи с этим предполагают, что после школы он планировал отправиться куда-то еще, чтобы продолжить расстрел, для чего и припас винтовку).

В 9:35 Лэнза подошел к дверям главного входа и дернул за ручку, но к этому времени дверь была уже заблокирована автоматическим замком, который срабатывал после 9:30.

Чтобы проникнуть в школу, убийца разбил стекла витражных окон, совершив несколько выстрелов по ним.

Расстрел людей начался с первых секунд проникновения в школу. Первыми погибли выбежавшие на шум директор школы Дон Хокспранг и штатный психолог Мэри Шерлак. Заместитель директора школы Натали Хэммонд, тоже решившая проверить, что происходит, вышла в коридор из кабинета, где проходило собрание школьной администрации, и получила несколько ранений в руку и ногу. Однако ей удалось скрыться от убийцы в одной из классных комнат. Истекая кровью, Натали позвонила 911 и сообщила о случившемся.

Нападению Адама Лэнзы подверглись два класса, располагавшихся неподалеку от главного входа. Убийца решил не идти вглубь школы и хаотично двигался, переходя из класса в класс, заглядывая в кабинеты и по нескольку раз возвращаясь в уже расстрелянные классы.

Учителя пытались спрятать учеников в уборные комнаты и тумбочки. Молниеносная реакция учителя Кэйтлин Ройг, чей класс находился, в непосредственной близости от главного входа, буквально в эпицентре нападения, помогла ей спасти 14 учеников, с которыми она заперлась в уборной комнате, предварительно выключив в классе свет. Чтобы поместиться в тесном помещении, нескольким ученикам пришлось встать на унитаз. Лэнза, вероятно, подумал, что раз в классе нет света, то там никого нет, и не стал заходить внутрь.

Нападение на «Сэнди-Хук» длилось порядка 10-ти минут. Примерно в 09:45 убийца прекратил стрельбу. Услышав звуки полицейских сирен, он вернулся в одну из классных комнат, в которой до этого расстрелял учеников, и среди окровавленных мертвых тел покончил с собой, выстрелив себе в голову[30].

В течение 10-ти минут нападения Адама Лэнзы на школу «Сэнди-Хук» погибло 6 взрослых и 20 детей в возрасте 6–7 лет.

Источники приводят следующий список погибших:

1. Дон Хокспранг, 47 лет.

2. Мэри Шерлак, 56 лет.

3. Лорен Руссо, 30 лет.

4. Виктория Сото, 27 лет.

5. Рэйчел Дэвино, 29 лет.

6. Энн Мари Мерфи, 52 года.

7. Дэниэл Барден, 7 лет.

8. Шарлотт Бэйкон, 6 лет.

9. Джозефин Гэй, 7 лет.

10. Чейс Ковальски, 7 лет.

11. Джесси Льюис, 6 лет.

12. Грейс МакДоннел, 6 лет.

13. Ана Маркес-Грин, 6 лет.

14. Джеймс Маттиоли, 6 лет.

15. Эмили Паркер, 6 лет.

16. Джек Пинто, 6 лет.

17. Ноа Познер, 6 лет.

18. Кэролайн Превиди, 6 лет.

19. Джессика Рикос, 6 лет.

20. Авиелл Ричман, 6 лет.

21. Мэделин Сюй, 6 лет.

22. Элисон Уайатт, 6 лет.

23. Бенджамин Уилер, 6 лет.

24. Кэтрин Хаббард, 6 лет.

25. Дилан Хокли, 6 лет.

26. Оливия Энгел, 6 лет.

27. Адам Лэнза, 20 лет, нападавший.

Хотя Лэнза старался не оставлять раненых, стреляя в каждого человека по несколько раз, тем не менее 40-летней Натали Хэммонд удалось скрыться от преступника после полученных ранений, и она осталась жива[31].

До нападения на школу Адам убил свою 52-летнюю мать.

В общей сложности от рук Адама Лэнзы пострадало 28 человек, 27 из которых были убиты.

Адам Лэнза родился 22 апреля 1992 года в Кингстоне, штат Нью-Йорк. Его отец, Питер Лэнза, занимал высокую должность в крупной американской корпорации, а мать, Нэнси Лэнза, была учительницей. Адам был вторым ребенком в семье. У него был брат Райан, который был старше его на шесть лет.

Имеется информация, что новорожденный Адам пережил апноэ, его дыхание остановилось, но ребенка реанимировали в больнице.

На этом проблемы Адама со здоровьем не закончились. В возрасте трех лет у него стали наблюдаться странности в поведении. Он отставал в развитии от сверстников в области социального взаимодействия. С посторонними людьми он мог общаться только с помощью своей матери, которая буквально пересказывала ему то, что ему говорят посторонние, и только тогда он реагировал. Помимо этого, у него наблюдались отсутствие выразительности речи и трудности с артикуляцией.

В 1995 году Адам пошел в начальную школу «Нью Хэмпшир» в Кингстоне. Он обучался по специализированной программе, которая предполагала посещение школы лишь несколько раз в неделю, трудотерапию и работу с лингвистом и логопедом для развития артикуляции и речевых навыков.

С апреля 1997 года в поведении Адама начали отмечаться новые тревожные симптомы. Он избегал любых прикосновений и тактильных контактов с другими людьми, сочинял свой собственный язык, его движения часто были монотонными, повторяющимися. Он мог внезапно забиться в истерике. Временами он сидел, смотрел в одну точку и бил себя по голове.

В мае 1997 года в истории болезни Адама впервые было упомянуто расстройство аутистического спектра. В это время мальчик продолжал обучаться по индивидуальной программе с упором на развитие речевых навыков.

В 1998 году отец Адама получил новую должность и вся семья переехала в район Сэнди-Хук в Ньютауне, штат Коннектикут.

С осени 1998 года Адам начал посещать начальную школу «Сэнди-Хук». У него по-прежнему наблюдались проблемы с речью и артикуляцией, но он показывал хорошие результаты по чтению и проявлял выдающиеся способности в математике.

20 апреля 1999 года произошла трагедия с массовым расстрелом в школе «Колумбайн». Спустя 10 лет Адам будет активно изучать информацию об этом событии и участвовать в форумах на тему «Колумбайна».

Родители Адама пытались социализировать сына. Устраивали детские праздники, куда приглашали одноклассников Адама. Но это, скорее, расстраивало мальчика и уж точно не приносило ему никакого удовольствия.

Осенью 1999 года Адам закончил обучаться по индивидуальной программе, но при этом он продолжал посещать занятия по развитию речевых навыков. У него также остались проблемы с мелкой моторикой, но в целом ребенок вел себя спокойно, стал более разговорчивым, у него наблюдалось повышенное внимание к мелким деталям.

Осенью 2000 года Адам перешел в третий класс школы «Сэнди-Хук». Его характеризовали как тихого, необщительного мальчика. Однако в учебе он показывал хорошие результаты, соблюдал правила поведения в школе и даже помогал одноклассникам.

К осени 2001 года у Адама наблюдались значительные улучшения в артикуляции, и он перестал посещать занятия по обучению речевым навыкам. При этом его речь так и осталась невыразительной, хотя слова он произносил правильно.

В 2002 году родители Адама развелись. Питер переехал из их дома в Ньютауне, продолжая материально обеспечивать Нэнси, Райна и Адама.

В том же году у Адама появился единственный друг, с которым они катались на велосипедах, ходили друг к другу в гости и, помимо всех этих обычных мальчишеских занятий, вместе начали писать книгу под названием «Бабушкина большая книга». Удивительно, что содержание этой книги не насторожило ни учителей, ни родителей, ведь там описывались сцены насилия и каннибализма. У соавтора книги, друга Адама, позднее было диагностировано психическое заболевание, и он был помещен в психиатрический стационар.

В 2003 году Адам вместе со своими одноклассниками перешел в среднюю школу «Рид». В этот период странности в поведении Адама продолжались. В частности, он по многу раз мог мыть руки, так что у него даже начинала шелушиться кожа, имел определенные предпочтения в еде и одежде, не переносил нарушения привычного, заведенного им порядка вещей, избегал зрительного контакта и прикосновений. Однако в средней школе он проявлял себя как способный ученик, послушный, ладящий со сверстниками, хотя и с трудом идущий на контакт.

В апреле 2005 года Адам перешел в школу «Святой розы в Лиме». В этой школе учителя Адама начали отмечать его странную склонность описывать насилие и агрессию в своих сочинениях. Это тревожило их. Возможно, обеспокоенность учителей стала причиной, по которой Адама забрали из этой школы, и мальчик какое-то время обучался дома.

Адам становился все более замкнутым, очень мало спал, плохо ел. После медицинского обследования ему рекомендовали обратиться к психиатру. В результате у Адама были диагностированы синдром Аспергера и обсессивно-компульсивное расстройство. Ему рекомендовали курс лечения в специализированном центре, однако мать не дала согласие на лечение и дальнейшее обследование Адама и написала расписку, что незамедлительно обратиться к врачу, если ее сын почувствует себя хуже.

Позднее, в октябре 2005 года, один из лечащих врачей Адама рекомендовал ему домашнее обучение вместо посещения школы, что, по мнению многих исследователей, и с ними трудно не согласиться, было большой ошибкой. Ведь для людей с аутистическими расстройствами очень важно обучаться социализации.

С этого времени Адам перешел на домашнее обучение и практически перестал выходить из дома.

Только осенью 2006 года мальчик начал снова посещать школу, сочетая школьные занятия с обучением на дому. Его брат в это время поступил в университет и уехал учиться. Адам и Нэнси остались вдвоем.

В этот период симптоматика синдрома Аспергера продолжала проявляться в поведении Адама. Например, он отказывался браться за ручку дверей, чтобы ее открыть, и ждал, пока кто-нибудь ему не откроет, по-прежнему имел странные предпочтения в еде, строгий, определенный им порядок вещей, а также избегал любых контактов и не смотрел людям в глаза.

Адам продолжал наблюдаться у психиатра.

С декабря 2007 года отмечался повышенный интерес подростка к новостям о массовых расстрелах. Он изучал информацию на эту тему, корректировал статьи в Википедии.

К осени 2008 года Адам почти полностью перешел на домашнее обучение.

2 сентября 2008 Адам Лэнза начал обучение в Западном Университете Коннектикута. Он изучал моделирование компьютерных данных и проектирование баз данных, философию этики и историю Америки.

В октябре 2008 года был последний визит Адама к психиатру. После этого ни одного визита к психиатру зафиксировано не было.

После окончания высшей школы в 2010 году Адам никуда не поступил и не работал. Однажды он обмолвился, что хотел бы пойти в вооруженные силы, чем удивил своих родителей. Но позже он забыл про эту идею.

На протяжении 2010–2012 годов Адам много времени проводил за компьютером, он увлеченно изучал все, что связано с оружием и атаками массовых убийц. В этот же период Нэнси активно пополняла свой арсенал оружия, которое зачем-то коллекционировала. Ее не смущал интерес сына к оружию, и она никак не ограничивала его доступ к своей странной коллекции.

В декабре 2011 года состоялся знаменитый звонок Адама на радио «Анархия», где он рассказал историю о шимпанзе Трэвисе.

На протяжении 2012 года Адам по-прежнему много времени проводил на форумах и сайтах, посвященных массовым убийствам, он все меньше общался с отцом, почти не выходил из своей комнаты.

10 декабря 2012 года Нэнси уехала в Англию и оставила Адама одного дома на несколько дней, вернувшись вечером 13 декабря.

14 декабря 2012 года Адам утром застрелил свою мать, устроил массовый расстрел в школе «Сэнди-Хук», убив 26 человек, и покончил с собой, выстрелив в голову из пистолета[32].

Казалось бы, объяснение поступка Адама Лэнзы лежит на поверхности. У него есть официально поставленные диагнозы психических расстройств, таких как аутизм, синдром Аспергера, обсессивно-компульсивное расстройство, со всей вытекающей из них симптоматикой. Сами эти болезни предполагают формирование устойчивой схемы тотальной социальной отчужденности. Но стоит ли быть столь скорыми на суждения? А что если взглянуть чуть глубже и попытаться понять, могли ли быть какие-то иные предпосылки к развитию и прогрессированию этих заболеваний, помимо сугубо психофизиологических факторов, основанных на особенностях строения и функционирования отделов головного мозга Адама Лэнзы?

Очевидно, немало вопросов вызывают отношения в семье Адама. Даже не столько развод Питера и Нэнси, сколько их способы взаимодействия друг с другом и с детьми. Оба, и Питер, и Нэнси, в какой-то момент как будто перестали реагировать на то, что происходило с их сыном. С 2008 года не было ни одного визита к психиатру. На самом деле, довольно частое явление своеобразной анозогнозии родителей, когда им очень сложно признать, что их ребенок болен психически и реально нуждается в психиатрической помощи. Помимо этого, тревожность и депрессивность Нэнси, ее нездоровая тяга к коллекционированию оружия и вечные опасения, что это оружие когда-нибудь пригодится для защиты от нападения. При этом она предоставляла абсолютно свободный доступ к этому оружию сыну, страдающему от психических расстройств и проявляющему чрезмерный интерес к массовым расстрелам, убийству, насилию, о чем свидетельствуют его рассказы и рисунки, о которых Нэнси прекрасно знала. У матери Адама была, действительно, нездоровая тяга к оружию. Вполне возможно, этот безудержный интерес к пистолетам, карабинам и винтовкам свидетельствовал о подсознательном враждебном отношении Нэнси к миру, страхе перед этим миром, которые передались и ее сыну.

В контексте вышесказанного можно предположить, что Адам Лэнза рос в атмосфере тревожности, депрессии, подавленной агрессии, проявляющейся в больном интересе к оружию, разлада между матерью и отцом. Это была абсолютно нездоровая атмосфера, которая не могла не оказать воздействия на его психику.

Синдром Аспергера вполне успешно лечится. Есть реально выдающиеся и даже гениальные личности, у которых в подростковом возрасте было диагностировано это заболевание (например, Илон Маск). Основной курс лечения при синдроме Аспергера сфокусирован на помощи пациенту в социализации. А что сделала Нэнси? Она перевела Адама на домашнее обучение. Практически позволила ему запереться в доме, чтобы болезнь прогрессировала. С 2008 года она и вовсе перестала водить Адама к психиатру. Она сама развила в своем ребенке дезадаптивное представление о том, что от мира необходимо прятаться и против него необходимо вооружаться. Что Адам и сделал, подкрепив свое искаженное представление о мире культивируемыми образами стрелков «Колумбайна» и прочими подобными «героями». По сути, в этом расстреле детей в «Сэнди-Хук» Адам транслировал свои представления о мире, которое перенял от единственного самого близкого для него человека – своей матери.

В моей психологической практике мне доводилось общаться с подростками с диагностированным синдромом Аспергера. Даже страшно представить ту боль, которую они испытывают от соприкосновения с миром, от необходимости выходить из дома и общаться с людьми. Но при правильном курсе лечения в конце концов они приобретают навыки адаптации в социуме, что позволяет им чувствовать себя комфортно, выбирать профессии с учетом своих особенностей и быть вполне счастливыми и даже успешными людьми. Но когда это представление о мире, как о чем-то враждебном и ужасном, подкрепляется значимым взрослым, призванным быть для ребенка истиной в последней инстанции, это может обернуться реальной трагедией, что и произошло в случае Адама Лэнзы.

В отличие от стрелков «Колумбайна», которые испытывали каждый в своей степени ненависть к миру, страх перед ним, желание превосходства, доминирования и компенсации своего чувства неполноценности, Адам Лэнза переживал всепоглощающий тотальный ужас перед внешним миром, ему не нужно было кому-то что-то доказывать, над кем-то доминировать, чего-то стыдиться или что-то компенсировать, ему просто хотелось уничтожить то, что доставляло ему такую сильную боль и вселяло такой леденящий ужас, и он увидел, как это можно воплотить в сюжетах о массовых нападениях, и сделал это.

Рис. 10. Модель формирования навязчивой идеи о массовом убийстве и суициде у Адама Лэнзы.

Можно ли было предотвратить эту трагедию? Вероятно, можно. Если бы всеядные СМИ перестали публично культивировать массовых стрелков и насилие, если бы родители Адама признали болезнь сына, если бы вовремя организовали оказание ему необходимой медицинской и психологической помощи, если бы способствовали развитию у Адама позитивного отношения к миру и обществу, развивали его навыки взаимодействия с другими людьми, а не запирали дома, давая ему иллюзию заботы и защиты, вместо реальной помощи, если бы они справились прежде всего со своими психологическими проблемами, чтобы быть надежной опорой для своего ребенка и развивать в нем функциональные представления о мире. Но, к сожалению, история не терпит сослагательного наклонения. И жизни убитых людей никто не вернет.

В магазине оружия редко бывают толпы народа, вот и в этот раз магазин был почти пустой. Все продавцы в упор уставились на молодого парня, сосредоточенно рассматривающего короткоствольное ружье Hatsan. Казалось, его абсолютно не смущало, что все смотрят на него. Он как будто слился с этим ружьем, будто оно стало его продолжением, его неотъемлемой частью.

– Рекомендую тебе посмотреть двустволку. Он больше подходит для начинающих. С короткостволкой первое время может быть сложновато, – со знанием дела посоветовал продавец.

– Я беру Hatsan, – спокойно и уверенно ответил парень.

– А с какой целью покупаешь?

– В армию собираюсь. Пристреляться хочу. Подготовиться, – отчеканил парень, будто заранее готовил ответ.

– Чехол, ремень для оружия смотреть будешь? – продавец почему-то испытывал какое-то неприятное чувство, ведь от странного покупателя как будто веяло каким-то мертвым холодом. «Надо будет в Росгвардию позвонить и узнать, не липа ли его лицензия…» – промелькнуло у него в голове.

Парень на мгновение задумался, потом ответил:

– Нет. Только ружье.

– Тогда 19 500, – продавец не хотел продавать ружье этому странному парню, хотя все документы были в порядке и оснований отказывать не было. Однако он все же попытался отговорить его от покупки. – Ну, смотри, тяжело тебе с ним будет, заряжать неудобно, отдача сильная.

– Разберусь, – уверенно ответил парень, забрал коробку с ружьем и вышел из магазина.

Так «Керченский стрелок» Владислав Росляков абсолютно легально приобрел ружье в магазине «Оружейник» и всего через месяц практически полностью воспроизвел в своем колледже трагические события школы «Колумбайн»: взрывчатка в столовой, точная копия одежды и обмундирования Эрика Харриса, самоубийство выстрелом в голову в библиотеке. Правда, по количеству жертв и причиненных разрушений ученик превзошел своего учителя.

Эта трагедия, унесшая 21 жизнь, стала страшной, кровавой страницей в истории уютного прибрежного города Керчь и еще одним повисшим в воздухе укором в адрес культивирующих массовые расстрелы СМИ.

17 октября в 10:00 утра Владислав Росляков вошел в Керченский политехнический колледж. Молодой человек отправился в туалет на втором этаже и провел там около часа, готовясь к нападению. Там он на время оставил ружье и боеприпасы.

Затем он спустился на первый этаж, попытался заблокировать двери запасного выхода при помощи замка, который принес с собой, но осуществлению этого плана помешали неисправные дверные петли, в которые Росляков не смог протолкнуть замок. Двери остались открытыми.

В 11:37 Росляков зашел в столовую и оставил там рюкзак с самодельными взрывными устройствами, после чего направился в туалет, где оставил оружие, чтобы экипироваться для нападения.

В 11:44 в столовой прогремел взрыв мощностью один килограмм в тротиловом эквиваленте. Люди в страхе стали разбегаться. Росляков начал стрелять им в спины прямо из окна туалета.

Через несколько минут после взрыва Росляков покинул помещение туалета и около 5 минут ходил по второму этажу, стреляя во всех попадавшихся ему на пути людей.

Затем по лестнице он спустился на первый этаж, бросил в коридор самодельную гранату, которая не взорвалась, а лишь задымилась.

Далее Росляков отправился в компьютерный класс, где бессмысленно стрелял в мониторы. После этого он выстрелом взломал двери библиотеки, которая в тот день была закрыта из-за отъезда библиотекаря на диспансеризацию.

Именно в библиотеке в районе 12:00 убийца выстрелом в голову закончил собственную жизнь, повторяя судьбу своего кумира Эрика Харриса[33].

Количество пострадавших от взрыва и стрельбы в колледже составило 67 человек, 21 человек погиб, сам преступник застрелился.

Ниже приведен список погибших:

1. Бакланова Анастасия Вячеславовна, 26 лет.

2. Бакланова Светлана Юрьевна, 57 лет.

3. Кудрявцева Лариса Борисовна, 62 года.

4. Моисеенко Александр Владимирович, 46 лет.

5. Устенко Людмила Александровна, 65 лет.

6. Болдина Ксения Александровна, 17 лет.

7. Вердибоженко Владислав Евгеньевич, 15 лет.

8. Демчук Виктория Витальевна, 16 лет.

9. Джураев Руден Ришатович, 16 лет.

10. Журавлева Анна Александровна, 19 лет.

11. Карымов Роман Валерьевич, 21 год.

12. Керова Алина Сергеевна, 16 лет.

13. Лавринович Алексей Витальевич, 19 лет.

14. Лазарев Владислав Витальевич, 19 лет.

15. Лысенко Руслан Валерьевич, 17 лет.

16. Перепелкин Егор Андреевич, 19 лет.

17. Пипенко Данил Игоревич, 16 лет.

18. Степаненко Сергей Александрович, 15 лет.

19. Флоренский Никита Данилович, 16 лет.

20. Чегерест Дарья Александровна, 16 лет.

21. Ольга Николаевна Грищенко, 61 год (получила множество ранений и скончалась в больнице спустя 9 месяцев после трагедии).

22. Росляков Владислав Игоревич, 18 лет. Нападавший.

Многие раненые провели в больницах не один месяц. Некоторые навсегда остались инвалидами[34].

Владислав Росляков родился 2 мая 2000 года в городе Керчь. Его родители Игорь и Галина Росляковы развелись, когда Владислав был еще меленьким. Развод, скорее всего, был связан с алкогольной зависимостью отца и частыми конфликтами в семье. По некоторым данным Игорь поднимал на жену руку. Галина работала санитаркой в онкологическом центре. Она была рьяной последовательницей запрещенной секты «Свидетелей Иеговы».

В съемной однокомнатной квартире, где Галина проживала с сыном Владом, царила атмосфера запретов и тотального контроля. Маленького Рослякова водили на затяжные и утомительные собрания секты, праздники, и многие земные радости были под запретом. Со школьных лет Росляков проявлял большой интерес к оружию и с жадным любопытством изучал информацию о серийных и массовых убийцах. Особенно его впечатлила история о стрельбе в школе «Колумбайн». Когда в 16 лет у Владислава появился компьютер, он буквально штудировал сайты и форумы, посвященные массовым расстрелам.

У Рослякова не было друзей. Он не стремился к общению. Был молчаливым и замкнутым. Его отец вспоминал, что в детстве мальчик жестоко обращался с животными.

После окончания школы в 2015 году Росляков поступил в Керченский политехнический колледж на обучение по специальности «Монтаж, наладка и эксплуатация электрооборудования промышленных и гражданских зданий». Особых способностей он не проявлял, но заметно хорошо разбирался в технике, компьютерных программах и оружии. Он часто говорил о ненависти к колледжу и к миру в целом. Однажды даже заявил, что хотел бы устроить «бойню».

8 сентября 2018 года Владислав Росляков приобрел ружье в оружейном магазине, а 13 октября 2018 года купил к нему 150 патронов. Сохранилась видеозапись этой покупки. На ней подросток выглядит уверенно и невозмутимо.

Накануне расстрела Росляков сжег свои личные вещи, в том числе сим-карту, фотографии, которые забрал незадолго до этого у своей бабушки, якобы, чтобы переснять, и Библию.

17 октября в районе полудня, после продолжавшейся около пятнадцати минут бойни, Владислав Росляков покончил с собой, выстрелив себе в голову, полностью сымитировав суицид Эрика Харриса и Дилана Клиболда[35].

Владислав Росляков не писал никаких манифестов, не записывал видео- или аудио-заявления о своем отношении к миру, как делают многие массовые убийцы, склонные к демонстративности. Его послание миру поместилось в одном слове «Ненависть», написанном черным шрифтом на белой футболке, которую он надел, когда шел убивать. Это слово коротко и емко передает всю суть его взаимоотношений с миром.

В отличие от Эрика Харриса, на футболке которого так же черным по белому было написано «Естественный отбор», и которого Росляков так фанатично копировал, он не мнил себя Богом, определяющим порядок естественного отбора во Вселенной. Харрис хотел доминировать и уничтожать, упиваясь своей властью. Росляков не пытался доминировать над миром, он просто его ненавидел. Он бил по объекту своей ненависти, который причинял ему боль. И единственное, чего он хотел – это чтобы этого мира не было.

Безусловно, доминирующей дезадаптивной схемой Владислава Рослякова была схема социального отчуждения, проявлявшаяся в тотальном разрыве с обществом, ненависти к миру и жизни в целом. В более слабой степени, но тоже отчетливо в его поведении прослеживаются схемы величия / грандиозности, деффективности / стыдливости, покинутости / нестабильности, несформированной идентичности, а также схема ожидания жестокого обращения. Все эти схемы развивались на почве дисфункциональных отношений в родительской семье, физического насилия со стороны отца, алкоголизма и несостоятельности отца, взаимоотношений с матерью, чья психика была подавлена идеологией запрещенной секты, атмосферы нестабильности, жестких ограничений и неблагополучия, в которой вырос Росляков.

О наличии у Рослякова каких-либо психических заболеваний или органических заболеваний головного мозга информации нет. Однако известно о таких особенностях его поведения, как замкнутость, отчужденность, преобладание состояния дисфории (озлобленности), зоосадизм. Эти особенности являются признаками психических расстройств и глубокой травматизации психики в раннем детстве.

Стоит отметить, что так же, как у многих других массовых убийц, у Рослякова было развито техническое мышление – он хорошо разбирался в технике, оружии, компьютерных программах, и так же, как у других убийц, у него почти полностью отсутствовал эмоциональный интеллект, способность сочувствовать другим людям, понимать их эмоции и настроение. Это указывает на определенные особенности головного мозга, а также является характерными признаками людей с расстройствами аутистического спектра.

Рис. 11. Модель формирования навязчивой идеи о массовом убийстве и суициде у Владислава Рослякова.

К характерологическим особенностям Рослякова можно отнести застреваемость в негативных мыслях и эмоциях, возбудимость, озлобленность, жестокость. Полное копирование поведения и внешности своего кумира Эрика Харриса говорит о некоторой конформности Рослякова, несформированности его представлений о себе и своем месте в мире.

К сожалению, ни один из родителей Рослякова не был в состоянии вовремя заметить развитие у него патологических тенденций в психическом развитии и предпринять действия для оказания ему психолого-психиатрической помощи. Для преодоления ненависти к человечеству и навязчивых мыслей об уничтожении мира, Владиславу Рослякову потребовалась бы длительная терапия, направленная на перестройку ранних дезадаптивных схем его личности, а также на перенаправление накопившейся агрессии в конструктивное русло (спорт, достижения в профессии).