Межвременные агенты любят назначать встречи во времена знаменитых бедствий. Это связано с личностным фактором. Иначе они просто не верят, что ты запомнишь дату.

Именно поэтому я встретился с Иваном на базе воздушного флота в Лэйкхерсте в тот самый день, когда «Гинденбург» должен был исчезнуть в пламени.

Мы были в кабинете командующего офицера – не думайте, что это было просто устроить, – когда он подал свой рапорт:

– Герр Эйденбенц не прислушался бы к увещеваниям. Поэтому я оставил свой портфель под его диваном и сделал анонимный звонок в гестапо. Он умер во время допроса через три дня, – Иван ослепительно ухмыльнулся. – Никакой атомной бомбы для Дядюшки Адольфа.

– Прекрасная работа, – сам я еврей, и если бы это зависело от меня, Гитлер был бы удушен при рождении. Но мы уже пытались однажды, а сделали только хуже. Теперь мы полагаемся на таких людей, как Иван, талантов, рождающихся единицами на миллионы, способных запомнить множественные прошлые, и таким образом ведущих события к желаемому будущему.

– Давай выпьем.

Я налил нам понемногу командирского бурбона. Через окно я мог наблюдать за гигантским дирижаблем, таким большим и спокойным, с медленной грацией движущимся к причальной башне. Мурашки ползали у меня по телу, когда я думал о том, как много людей должно было погибнуть.

Мы чокнулись бокалами.

– Бедный Эйденбенц, – сказал я. – Разве тебя не волнует вся та боль, которую мы причиняем таким же невиновным, как он?

– Ты что, чокнулся? Я заставляю крутиться колеса истории. Это словно быть богом! – он указал в сторону дирижабля. – Вы, людишки, различимы для меня не более, чем такое же скопище атомов водорода. Вы носитесь вокруг и неистово врезаетесь друг в друга, а как в результате каждый из вас влияет на курс дирижабля? Что касается меня, то я могу делать все, что только захочу, и кто сможет меня остановить? Вы даже не сможете сказать, что я сотворил. Вы забываете и думаете, что так и было всегда.

Он вынул карманный детонатор и ударил по кнопке. Снаружи мгновенно зазвучали вопли сигнала тревоги.

– Вы даже забыли, что я сделал ЭТО.

Пламя пылающего «Гинденбурга» отбрасывало дьявольское сияние на его черты. Он улыбнулся.

– Ох уж это человечество, – пробормотал он.

Представьте, что ваша бабушка – Дежа Торис, Принцесса Гелиума! Ее подобия, вырезанные из мрамора, с шарообразными грудями и всем прочим, в этом легендарном городе расставлены повсюду. Неудивительно, что Джэйн Картер подалась в панки.

Однажды утром она очнулась от пьяного сна, чтобы обнаружить перед собой четырехрукого огра, бьющегося лбом об пол. Его помятые доспехи позволили идентифицировать его как члена Имперской Стражи.

– Зверолюди вторглись в столицу! – взвыл он. – Ты должна освободить свой народ, о принцесса!

– Почему я? – нечетко спросила она. – Почему не кто-нибудь другой, кому не похрену?

Но кровь заговорит. Следующим событием, которое она осознала, было ее облачение в бабушкины ремни и нагрудник, осуществленное верными приверженцами старого режима, а затем она поняла, что сражается на перилах с мечом в одной руке и лучевой пушкой в другой.

Поскольку она была чертовски пьяна, у нее не возникло и мысли о личной безопасности.

– Чё за дела, пирсинга раньше не видал? – сказала она ошеломленному воину, отбрасывая его в сторону. – Это называется ИРОКЕЗ! – крикнула она на другого и прошила его насквозь.

Граждане, находившиеся недостаточно близко, чтобы учуять ее дыхание, были воодушевлены и возносили руки.

У Зверолюдей не было ни единого шанса.

Так и получилось, что Джэйн Картер против собственной воли оказалась на Имперском троне, с едва одетыми самцами, припадающими к ней с обоих сторон, целующими и ласкающими ее икры. Тысяча слуг спешила исполнить каждое ее приказание. Она была уважаема, почитаема, обожаема. В ее честь воздвигались статуи.

От нее не ускользнула ирония служившейся ситуации.

Бог сидел в углу, хныча. Его серафим мягко пытался уговорить Его (Бога нельзя заставить сделать что-нибудь, чего Он делать не хочет, поэтому Его нужно уговаривать) принять свой литий. Он нуждался в пяти гигатоннах в день просто для того, чтобы функционировать.

Двойственное расстройство Большого Парня – это наиохраняемейший секрет всего Бытия. Каждый знает, как в приступе мании он сотворил Небеса и Землю в какие-то шесть дней. Каждый знает, как будучи в депрессии он упал в такую топь безнадеги, что позволил тому кретинскому маленькому льстецу, Утренней Звезде, досаждать Иову, который был самым преданным Его слугой.

Проблема была, Бог просто не хотел признавать, что у Него была проблема. Он сваливал все на Адама – за яблоко – или Еву – за искушение Адама. Он валил все на Ирода, на Гитлера, на Трехстороннюю Комиссию, на что угодно, кроме себя Самого.

– Открой-ка пошире, – пропел Серафим, подбадриваемый всеми небесными силами и чинами. – Прими свое замечательное лекарство.

Бог зарыл Свое лицо в ладони.

– Что у меня за дети, – хныкал он. – Ой гевалт, что я такое сделал, чтобы заслужить подобную семью?

– Почему бы тебе не попробовать немного попоражать? – побуждал серафим. – Разве это будет не прелестно? Бангкок! Эта мировая столица передаваемого половым путем недуга. Это было бы замечательным способом изречь свое Слово.

Но Бог не слушал.

Тем временем Младший, сутулясь, прибыл на Небеса (у Него была тяжкая юность), прижимая к Себе продырявленные руки, и сказал:

– Поглядите, что они там внизу со мной сотворили! Я, типа, совсем вымотался.

Архангел Михаил бросил в его сторону злобный взгляд.

– Как и твой старик, – усмехнулся он.

На Планете Драгоценностей редчайшая и наиболее ценимая из всех субстанций – это грязь. Дрянь из под ногтей бродяги принесла бы достаточно, чтобы обеспечивать его в течение года.

По пустынным равнинам чистейших бриллиантов бредут состоятельные туристы. Они носят очки с прорезями, чтобы защищать себя от ослепляющих отблесков солнца. Впереди виднеется красное сверкание. Это и есть их цель.

Шестиугольный в сечении, это величайший выход чистой берилловой породы на планете. Мастеровые вырезали в нем комнаты с флейтообразными колоннами и искусно сделанными каминами, есть также бальные и банкетные залы. На исходе дня, когда солнце сияет через Рубиновые Горы и закат отражается от равнин, гости сопровождаются в подвальные комнаты-сейфы, вырезанные из темнейшего изумруда. Даже здесь стены утонченно мерцают.

Но не красота приводит посетителей в Риц-Бериллиум. Красота для них настолько обыденна, что стала невидимой.

Они приходят из-за убогости.

Каждое утро в Риц-Бериллиум горничные кладут под кровати комки пыли. На бюро всегда есть пленка грязи, а на зеркалах – смазанная патина отпечатков пальцев. Во всех ванных есть ободок.

Останавливаться здесь стоит целого состояния, но, черт возьми, оно того стоит! Нигде больше на Планете Драгоценностей вы не сможете испытать нечистость в таком замечательном объеме. Многие проводят жизни, копя деньги, чтобы в течение уикэнда ликовать в такой неряшливости, которую может предоставить только Риц-Бериллиум. Неизвестно о том, чтобы хоть кто-нибудь пожалел о тратах.

Если вы кого-то на Планете Драгоценностей назовете грязнулей, он улыбнется и поблагодарит вас.

Говорящий Мул Фрэнсис проснулся от длинного и пустого сна, чтобы обнаружить себя в команде из двадцати мулов, тащащих руду из буровых рудников в Долине Смерти.

Это был кошмар наяву.

– Не может быть, чтобы это случилось со мной, – вскричал он. – Я АРТИСТ! Ладно, я комик. Может, я и работаю в кино охотнее, чем в настоящем театре. Все равно, искусство есть искусство. Я посвятил свою жизнь возвышению духа. Что я здесь делаю?

Другие мулы посмотрели на него, словно на безумца. Один из них заржал. Другой закричал. Для Фрэнсиса стало очевидным, что здесь он был единственным говорящим мулом.

Погонщик мулов слез с лошади. Им был высокий ковбой с длинным, слегка несимметричным лицом. Он выглядел странно знакомым.

– Хорошо, мистер Мул, – сказал он. – По какому поводу вся эта суматоха?

– Вы должны позвонить моему агенту! Произошла ужасная ошибка!

– Никакой ошибки, мистер Мул, – ковбой потряс головой, заставив щеки задрожать. Глаза у него блеснули. – Я боюсь, что вы умерли и были реинкарнированы.

– Но, боже мой, почему в качестве мула? Я могу петь! Я могу танцевать! Я сделал ярче жизни миллионов!

– Тебе была дарована уникальная возможность и, давай начистоту, ты ее упустил. Это происходит постоянно. Люди получают то, что заслуживают. Я сам был президентом Соединенных Штатов, а теперь я снова там, где и должен быть. Но ты же не слышишь, чтобы я жаловался, разве не так? А даже если бы и слышал, принесло бы это мне какую-нибудь пользу?

– Боже мой, – выдохнул Фрэнсис. – Вы взаправду Рональд...

– Тссс, – ковбой прижал палец к губам. – Давай не будем искушать меня ложной гордостью. Теперь соберись. Время поработать.

– Неужели отсюда нет никакого выхода?

– Усердно работай, честно старайся изо всех сил, и, когда ты умрешь, ты переродишься в лучшего мула. Потом делай это снова, в своей следующей жизни. Если ты продержишься так достаточно долго, что ж, – ковбой раскинул руки, – трудно сказать, где ты можешь оказаться.

Это был хороший совет, хоть и тяжелый для восприятия. Фрэнсис энергично взялся за работу. Путь от буровых разработок в Хармони до Моява покрывал 165 миль, один пятидесятимильный отрезок которых был безводным. Дороги были примитивными, и жара летом поднималась до 55 градусов. Но он держался. Несмотря на всю помпу и болтовню он был доброй душой.

Иногда он и ковбой проводили вечера вместе, беседуя о старых деньках в Голливуде.

Хотя иногда в нем разрасталось чувство чудовищной несправедливости и он выкрикивал:

– Почему я должен быть заперт в этом нелепом теле? Почему я не мог переродиться в Оливье или Гильгуда?

Ковбой всегда выслушивал это хладнокровно.

– Снова вы за старое, мистер Мул, – говорил он со слабой улыбкой. – Снова вы за старое.

– Они сделаны из углерода.

– Фи!

– В основном связанного с атомами водорода и кислорода.

– Фу.

– Слушай, Сераф, это не наше дело – выносить суждения. Наше дело – это поиск разумных рас и приглашение их в Галактическую Экумену, тем самым даруя им преимущества мира, процветания, бессмертия и так далее и тому подобное. Я могу прочесть твои мысли, и, откровенно говоря, они тебя недостойны.

– Да, но... вещество! Если бы это был всего лишь один из низких духовных уровней, я бы понял, но они же полностью врезаны в мирскую реальность. Это уж слишком.

– Как ты предлагаешь нам поступить?

– Давай их пропустим. Есть очаровательный маленький групповой разум в...

– Ну уж нет.

– Посмотри на это место! Должно быть, здесь миллионы душ! Миллиарды! Как они могут жить вместе так плотно? Вряд ли они стоят трудов.

– Не нам спрашивать почему, Сераф. Нам лишь выполнять или же впадать в духовное заблуждение.

– Но... хорошо, сэр.

– Замечательно. Теперь установи с ними контакт. Мне не терпится справиться с этим и закончить дело.

– Я пытался, сэр. Как только мы впервые здесь оказались. Я предвидел мое впадение в неподчинение и начал процесс связи в качестве акта раскаяния.

– Молодчина. Что они говорят?

– Ничего, сэр. Я не думаю, что они могут меня слышать.

– Что?! Как долго ты пытаешься?

– С того момента, как мы здесь оказались. Три тысячи лет.

– И они не ответили?

– Они сделаны из углерода. Они не слишком-то кажутся способными ловить эфирные вибрации.

– Что ты вещал?

– Эсхатологический Универсал. Он очень популярен среди выявленных духовных цивилизаций. Потом я попробовал Сутру Млечного Пути. Никакого ответа.

– Слишком возвышенно. Попробуй что-нибудь менее заумное.

– Я также вещал несколько самоочевидных этических систем: «Жизнь Священна», «Экстаз Существования» и тому подобную ерунду для детишек. Они вроде и их не уловили.

– Упрощай, упрощай! Сократи сообщение до его наименьшего общего именования и проталкивай его всем, чем только можешь. Как только мы установим контакт, мы сможем на этом основываться.

– Ладно, шеф. Эй, вы там! Добрый день! ДОБРЫЙ ДЕНЬ!

Азот – это бесцветный и безвкусный газообразный элемент без запаха. Он не горит, не является катализатором горения. Он достаточно неактивный, хотя вступает в соединения с кислородом и некоторыми активными металлами. Он является составной частью аммиака, азотной кислоты, аминокислот, а также многих удобрений, красок и взрывчаток.

Приблизительно четыре пятых земной атмосферы – это азот. Его эффект смягчения гораздо более реактивного кислорода – это то, что делает возможным жизнь на планете. Он присутствует во всех органических веществах, в основном в протеинах, и потому может считаться существенным для жизни. Фиксация азота – это процесс извлечения чистого азота из воздуха путем связывания его с другими элементами либо химическими методами, либо с помощью воздействия бактерий. Бактериальные агенты, называемые фиксаторами азота, могут быть найдены в клубеньках бобовых растений, таких как люцерна, горох и соя.

Существует множество коммерческих применений фиксации азота. Оно включает в себя цианамидовый процесс для производства аммиака, арочный процесс для получения азотной кислоты и процесс Хабера, в котором аммиак синтезируется непосредственным смешиванием азота и водорода.

Эльфы и гномы, работающие на заводском комплексе в Трентоне, штат Нью-Джерси, используют гигантские количества азота для ежесуточной генерации ночи.

Отсюда и название.[1]

Из всех миров, на которых существует жизнь, планеты с кислородной атмосферой являются наиболее ценными и редкими.

Звезды, конечно, также обычны, как грязь, и также запачканы жизнью. Обитатели солнц, гигантские как Австралия и малюсенькие как штат Нью-Джерси, заполняют поверхность даже такой обыденной звезды, как наша. Красные гиганты вроде Альдебарана вмещают столько живых существ на своей поверхности, что любой свет, который от них исходит, является чудом. Большинство промышленников и руководителей Известной Вселенной происходят с красных гигантов.

После звезд идут газовые гиганты. По каким-то причинам аммиачные атмосферы частично способствуют разумной жизни.

Так как формы жизни на основе аммиака почти всегда летуны, лишенные даже рудиментарных манипуляционных конечностей, они ведут жизнь ума. Большинство философов и теологов Известной Вселенной происходят с газовых гигантов.

Третьи в очереди – безатмосферные планеты. Возникло множество свободных от разъедающих эффектов атмосферы цивилизаций на магнитной, гравитационной, энергетической основах. Это расы ремесленников – купцов, механиков, художников.

Последние из всех и наиболее ценные планеты – кислородные, часто называемые «Мирами Золотой Середины» из-за того, что для удержания обширных океанов, которые делают атмосферу стабильной, они не должны находиться от своих солнц ни слишком близко, ни слишком далеко, а могут существовать только на дистанции «самое оно».

Кислородные планеты ценятся за свои разумные виды. Кислородные расы обычно пользуются инструментами, демонстрируют необычайную изобретательность в стрессовых ситуациях, крайне верны и вдобавок неукротимо игривы, а также способны быть обученными почти любому навыку.

Из них получаются замечательные домашние животные.

Общество Джона Бёрча было право. Фторизация – это заговор. Хоть и не коммунистов.

Зубная паста, как выяснилось, – это вирус из космоса.

Невероятно далекие, чудесно возвышенные инопланетяне обнаружили наше существование многие эоны назад. Доброжелательные существа эфирной чистоты, они решили сделать все, что в их силах, для того, чтобы улучшить наши жизни. Невероятно потратившись, они изобрели исключительно неуловимых вирусных посланников и запустили их через пустоту.

Миллион лет пыль парила между звездами. Человекообразные появились из африканского вельда и, как и было предсказано, построили цивилизации. В конце концов, в поздних 50-х и ранних 60-х, вирусные посланцы прибыли незамеченными, спускаясь с ночного неба.

Распаковали себя наномашины. Озарения спонтанно расцветали в человеческих мозгах. В результате серий того, что казалось логичными решениями, фтор был введен в питьевую воду.

К сожалению, инопланетяне обуздали свои основные инстинкты так давно, что они совсем забыли о войне, расизме, агрессии и всех тех мириадах бед, которые мы, люди, сами себе приносим. Они с легкостью могли бы их исцелить. Но они о них ничего не знали. Поэтому они дали нам величайший дар, о котором они только могли помыслить.

Цель фторизации – предотвратить разрушение зубов.

Я встретил Дьявола в Лас-Вегасе. Теперь он живет здесь все время. Он говорит, что свет полезен для его кожи. Мы прогуливались по Стрипу в полночь, неон отражался в его темных очках, и пока мы шли, я видел, как люди обожают его. Шлюхи хватали его за руку и пылко ее целовали. Крупье преклоняли колени, когда он проходил мимо.

– Королем называют Элвиса, – заметил я. – Но в действительности, титул принадлежит вам.

– Ой, пффф! – сказал довольный Дьявол. – Что же ты за льстивый маленький низкопоклонник! Ты, должно быть, надеешься продать мне свою душу.

– Ну...

– Я с этим завязал. Полностью вышел из бизнеса непосредственных продаж. Слишком много заморочек с пунктами контрактов и прочими законностями. Я почти все время проводил с адвокатами! Так жить нельзя.

– Вы больше не собираете души?

– ЭТОГО я не говорил. Минуточку, разреши мне показать как это делается сейчас.

Мы вошли в казино, окруженные людьми, играющими в автоматы. Снова и снова звенел звонок, а игрок, бесчувственный словно робот, зачерпывал монеты и снова заполнял ими машину.

– Автоматы настроены, чтобы возвращать определенный процент выручки, – Дьявол указал в сторону колеса рулетки. – Всего номеров -тридцать восемь, включая зеро и двойное зеро. Если ты выигрываешь, мы выплачиваем тридцать шесть к одному. На продолжительном отрезке времени казино всегда выигрывает. Это как налог для людей, не понимающих математики.

– Однако иногда люди выигрывают джек-пот.

– Да, и их всегда рады приветствовать снова. Мы посылаем за ними отдельный самолет, если надо. Они неминуемо разоряются и влезают в долги в течение года.

– Это законно?

– О да. Позволь тебе показать, – он вел меня к столам для покера. Я не мог не заметить, как мрачно и безрадостно выглядели все игроки. – Покер – одна из тех редких игр, где, если будешь следить за картами, которые сыграли, и сохранять трезвый рассудок, перевес будет на стороне умелого игрока.

Он положил руку на плечо игрока.

– Извините, сэр. Вы считали карты. Боюсь, вам придется уйти.

Мужчина выглядел воинственно.

– Да, ну и что? Я...

Глаза Дьявола сверкнули красным.

– Не заставляйте меня вызывать полицию.

Мужчина быстро удалился.

– И это все? – спросил я, когда мы выходили из казино.

– Все. Наши клиенты уходят в отчаянии, с грехом в самих себе, и для того, чтобы вернуться в игру, они совершают любые вообразимые зверства. Удача всегда на стороне казино.

– И тогда вы забираете их души в Ад.

– О, уже нет. Мы модернизировались, – Дьявол указал на один из неоновых знаков. – Загляни внутрь трубки. Видишь? Это души в мучениях. Что за чудесный, нервный свет они испускают. Он заставляет вас подсознательно нервничать, а это, в свою очередь, побуждает вас играть.

Не стану скрывать, что наблюдение за настоящими терзаемыми душами заставило слегка нервничать меня самого. Внезапно вся затея показалась не такой уж и хорошей идеей. А поскольку Дьявол не собирался покупать... Я решил, что смогу сократить свои расходы.

– Ладно, – сказал я стесненно. – Увидимся.

Дьявол обнажил зубы в широкой улыбке.

– О, готов поспорить на деньги.

Попробуйте сами: в темной комнате насадите кошерный маринованный огурчик с укропом на два зубца, каждый из который прикреплен к одному проводу из электрического шнура. Затем (соблюдая все возможные меры предосторожности) воткните его в розетку.

Какое-то время ничего не происходит. Вы слышите жужжание. Вы чувствуете вонь. Струйка дыма поднимается от истязаемого огурца вверх.

А затем – что это? Один конец огурчика ЗАЖИГАЕТСЯ! Он испускает очаровательное мерцающее желтое сияние. В затемненной комнате эффект зачаровывает.

Это миг чуда и магии.

Вот объяснение: атомы соли NaCl в рассоле огурчика существуют в виде ионов натрия и хлора, свободно плавающих внутри водяных промежутков между его клетками. Когда электричество проходит по системе, ионы натрия стремятся к одному полюсу вашего самодельного устройства, чтобы захватить электрон и обрести полноту. Ион поднимается на один квантовый уровень и становится временно полным.

Однако ион натрия, словно неумелый жонглер, может захватить лишний электрон, но не сможет удержать его. Ион падает с высшего энергетического кванта на низший, испуская в процессе пучок света. Отсюда и милое желтое сияние.

Шекспир был электрическим огурчиком, как и Вирджиния Вульф, когда писала «Собственную комнату». Они были втянуты в психическое электричество их времен. Они вбирали в себя больше энергии, чем может удержать один человек. Они подскакивали на квант. Они снова опускались. Они испускали свет.

Попробуйте сами: подрубитесь к Зейтгейсту. Почувствуйте мощь. Теперь создайте шедевр. Испускайте свет.

Видите, как просто? Как я вам и говорил.

К сожалению, после этого эксперимента огурчик не пригоден к употреблению. Выбросьте его.

Космические корабли ярко горели в межзвездном вакууме. Они были как минимум в сотню миль длиной. Крошечные кораблики Космических Сил сновали туда-сюда посреди пылающих остовов, уклоняясь от лучей смерти флота Пришельцев когда могли и умирая в ином случае. На стороне Космических сил было мужество. Численный перевес был на стороне Пришельцев.

– Это какая-то бессмыслица, – сказал раздраженно Эндер. – Как они могут гореть в открытом космосе? Там же нет воздуха. Это глупо.

– Обшивки сделаны из чистого магния. Пришельцы дышат кислородом. Одно прямое попадание и они вступают в реакцию. Неужели так трудно в это поверить? – спросил его инструктор юного военного гения. – Давай проверим твои навыки. Принимай управление. Покажи мне, насколько хорош.

Эндер подобрал геймпад, сдвинул силы вдоль семи векторов за раз, запустил плазменные торпеды, и внезапно добрая четверть флота Пришельцев запылала. Потом он отбросил контроллер в сторону.

– Это тупая игра. Не осталось там «Чиз Дудлз»? – в поисках он запустил руку под диванные подушки.

– Пожалуйста, – взмолился инструктор со слезами в глазах. Он был генералом и тем, кто убедил Правительство Земли вверить всю свою оборону в управление одному прыщавому мальчишке. Пришельцы были лучшими стратегами, чем взрослый человек, равно как и лучшими тактиками. Единственным, что имело смысл, было передать все Космические силы одному мальчику, а затем (для того, чтобы он не оцепенел от ответственности) скрыть от него реальность ситуации. – Получишь мороженое, если выиграешь. С шоколадной крошкой!

Глаза Эндера засияли. Он схватил геймпад и запустил серию команд. Космические Силы закрутились, развернулись... и исчезли в гиперпространстве.

Флот Пришельцев последовал за ними.

– Мы обречены! – взвыл генерал. Все линии векторов на дисплее сходились на одной маленькой бело-голубой планете. – Ты ведешь Пришельцев прямо к Земле.

– Они тоже так думают, – Эндер укусил губу и поерзал на диване. Его большие пальцы слились в одно пятно. – Но посмотрите-ка на это. Наши корабли сжигают каждую унцию топлива, которое у них есть и – враг никак не сможет этого предсказать – эти вектора проведут их прямо через солнечную корону. Их обшивки огнеупорны – они смогут выдержать жар. Это вроде пращи даст им гравитационное ускорение в десять G. Точно в пределах выносливости экипажей.

– Но теперь они не могут маневрировать!

– Им и не нужно. Смотрите. Последний из наших кораблей покидает хромосферу солнца, а их первый входит.

Мелькнула вспышка света, как только испарился первый корабль Пришельцев.

– Видите? Магниевые обшивки, как вы и сказали. В огонь и привет, Пришельцы! – он метнул геймпад генералу. – Вот, ловите!

Генерал стоял в трансе, в то время как армада Пришельцев таяла, в одно мгновение угроза существованию человечества, а в следующее – лишь воспоминание.

– Это великий момент для человечества, – сказал он со слезами в глазах. Его большой палец двигался, вводя приказы для Космических Сил. Затем он нахмурился. – Они не отвечают. Они все еще направляются к Земле!

– Ага, довольно ловко, а? Я решил, они все равно без топлива, так почему бы им не уйти, хлопнув дверью. Поэтому я нацелил их прямо на родную базу.

– Но это ужасно! На таких скоростях они врежутся в нас с силой множества атомных бомб!

– Черт, – сказал Эндер. – Это всего лишь игра.

Единственный способ защитить себя от лучей контроля разума – это обернуть свою голову алюминиевой фольгой. Любители обычно делают это наполовину. Они покрывают верхушки своих голов фольгой, оставляя неприкрытыми глаза или ноздри. Не совершайте подобной ошибки! Придумайте для своих глаз перископ, или маленький телевизионный экранчик, соединенный с камерой, прикрученной к плечу. Запустите в ноздри резиновые трубки для того, чтобы вы смогли дышать. Через день-другой вы перестанете замечать запах. Полностью замотайте вашу голову тремя-пятью слоями фольги.

У освобождения от лучей контроля разума есть куча преимуществ. Любимые говорят с вами более прямо. Религиозные миссионеры прекращают обращаться к вам в аэропортах. Что самое важное, мир наконец начинает обретать смысл.

Даже когда вы находитесь под влиянием лучей контроля разума, можно освободить себя. Первый шаг – это признать, что что-то не так с реальностью. Не с вами – с реальностью! Начните с уделения внимания тому, что вы делаете. Спросите себя, имеет ли это смысл. Эта прическа, которую вы тогда сделали... О чем вы думали? Вся та одежда в вашем шкафу, которую вы так и не сподобились надеть... Разве вменяемый человек потратит деньги на брюки из шотландки? Вы даже НЕ ЛЮБИТЕ шотландку.

Остановитесь! Немедленно! ЧЕМ ВЫ ЗАНИМАЕТЕСЬ? Читаете онлайновый рассказ о лучах контроля разума и брюках из шотландки? Вы вообще видите в этом какой-нибудь смысл?

Я так не думаю.

Рулон фольги на кухне, в ящичке у раковины. Идите возьмите его. Сейчас. Закройте свою голову целиком, используя на всякий случай весь рулон. Проверьте достаточно ли свободно, чтобы вы могли дышать. Оставьте маленькую щель, чтобы через нее видеть, приблизительно такую же по широте, как и строка на вашем мониторе. Наклоните голову вперед, поближе к дисплею, так, чтобы вы смогли прочесть эти слова, строку за раз. Вы готовы? Хорошо.

Теперь давайте поговорим об опасностях облучения компьютерными мониторами.

Только что выпущены новые Чудо-груди, и от рекламы нет спасения: на щитах, выдающихся из вечерних газонов и сияющих ярко, словно неон. По радио, играющему соблазнительную музыку из подкожных динамиков. Телевизионные ролики, демонстрирующие их захватывающие способности, заставляют вылезать глаза на лоб.

Реальность продвинулась дальше сатиры десятилетия назад.

Женщины больше не выглядят хотя бы отдаленно человечно. У них больше нет носов, достойных упоминания. Их губы огромны. Их глаза, моделируемые вдогонку последним анимешным секс-героиням, изначально принадлежали коровам.

По сегодняшним стандартам я извращенец.

У меня то, что теперь классифицируется как ретро-фетишизм. Я желаю лишь натуральных женщин, с мягкими грудями, бедрами, данными Господом, и мягко изгибающимися животиками, неспособными отображать в реальном времени индекс Доу-Джонса.

Ночью я пролезаю через решетки в плохие районы города, ища женщин настолько бедных и маргинальных, что они никогда не уродовали себя. Я веду их домой и прикасаюсь к их совершенным телам, и в удачные ночи я убеждаю их ненадолго, что они прекрасны.

Но потом приходит серый свет утра, возвращая им их уродливость и отвращение к самим себе. Они ускользают, несчастные и посрамленные. Ничего из того, что я могу сказать, не заставит их передумать.

Это женщины, которые меня заводят. Это женщины, которых я люблю. Когда-нибудь я найду ту, которая останется.

Ночью вода в Океане Снов флуоресцирует. За нашим галеоном в кильватере образуются длинные синие, белые и зеленые водовороты. Существа, которые обитают внизу, также флуоресцируют местами и пятнами согласно своей природе. Иногда гигантский змей проскальзывает под нами, его пятна выстроены в линию так систематично, словно окна проходящего поезда. Но больше, значительно больше! Настолько большой, что может пройти час, пока он минует нас.

Ни один из членов нашей команды не был рожден для такой жизни. В землях бодрствования я был маклером. Я никогда не думал, что стану капером. Я никогда не думал, что поднимусь в чине до капитана. И уж точно я не ожидал того, что когда-нибудь стану действовать по каперскому свидетельству от самого Люцифера.

Но все это произошло.

Мы находились у берегов античной Греции, когда засекли три толстых торговых судна, пытающихся промчаться мимо нашей блокады. Мы немедленно вступили с ними в бой и отправили два корабля ко дну. С третьим мы сцепились и взяли его на абордаж. После короткой, но яростной рукопашной, мы одержали победу. Мы забрали их сокровища, чтобы присоединить к нашим собственным и пробили кораблю днище, отправив его на воссоединение со своими братьями на дне.

Той ночью (над Океаном Снов всегда стоит ночь) Уилл, юнга, пришел увидеться со мной.

– В переднем хранилище шум, сэр.

– Неужели? – я схватил свой пистолет. – Веди.

Так мы и поймали гардемарина Гомера в хранилище сокровищ. Взломав, он открыл сундук с Историями и жадно наполнял карманы. Шедшее изнутри свечение подсвечивало его радостное лицо. Как изменилось на нем выражение, когда я взвел курок и приставил пистолет к его голове!

Вся команда была согнана на экзекуцию. Я лишил Гомера его звания. Затем я ослепил его своими собственными большими пальцами.

– Ты хотел Историю? – я впихнул горсть ворованного ему в рот. – Жри!

Затем я выкинул его за борт.

Несколькими ночами позже ко мне приблизился юный Уилл и сказал:

– Наказание гарде... мистера Гомера кажется жестоким.

– Он был в пределах заплыва до Греции – определенно. Если он угадал верное направление, то мог добраться до берега. Тогда он мог бы найти работу рассказчика. Платят не слишком, но прожить на это он смог бы.

– Почему мы так живем? Что делает Истории настолько важными?

Я вздохнул.

– Я не знаю, приятель. Возможно, они каким-то образом делают людей сильнее, мудрее или лучше. Дьявол не хочет, чтобы они проходили через блокаду, и таким как мы это подходит.

Тем оно и закончилось. Но теперь я поглядывал за юным Уиллом. Он казался способным парнем. И когда мы в следующий раз зашли в порт (грязный деревянный Лондон в Англии времен Возрождения), я вручил ему пистолет и тесак, и поставил его сторожить комнату с сокровищами, пока я сошел на берег за провизией.

– Гляди в оба глаза, – сказал я мальчику, – и НЕ ВЗДУМАЙ выкинуть что-нибудь этакое.

Флуоресцентное сияние наших накопленных Историй омывало парня неясным светом. Он стал по стойке «смирно» и сказал:

– Не стану, сэр.

– Знаю, что не станете, мастер Шекспир, – сказал я. – Знаю, что не станете.

Купоросное масло – это всего лишь концентрированная серная кислота. Но от легкого прикосновения к нему кожа покрывается волдырями, а если его нагреть, оно прожжет сталь. Если зарядить его в ручку, оно может быть использовано для написания рецензий.

Террористическая организация, известная как Международное Братство Критиков, градуирует свой купорос от единицы до десятки. Единичный купорос неофициально известен как «расплачься». Вторая степень называется «вдарь-по-стенке-и-пни-кошку». И так далее. Десятибальный купорос – он самый лучший – иногда называют «убийца-карьеры», а иногда – «причина-для-суицида». Очень многое зависит от того, насколько умело он тратится!

Купорос дистиллируется самими критиками из крови озлобленных писателей. Поэтому быстрое убийство обеспечивает слабый купорос. Именно по этой причине умелый критик заквашивает свою критику на небольших похвалах для того, чтобы поддерживать в своих жертвах жизнь и страдания столько лет, сколько сможет. Именно поэтому критики отзываются о своей дистилляции, как о Великом Искусстве.

Купорос Лондона очень, очень крепок. Знатоки восхищаются купоросом Парижа. Но по старому доброму избавлению мира от талантов ничто не сравнится с купоросом Нью-Йорка.[2]

Понедельник, мы заполнили плавательный бассейн стерильной водой и добавили самовоспроизводящиеся цепочки полимеров. Сперва была подготовительная операция. Лаборатория была общественным плавательным бассейном до того, как мы ее купили, вычистили и оборудовали нашими импровизированными приборами. Мы добавили к смеси немного сахара и предоставили ее самой себе.

Вторник, бассейн был до упора заполнен нанотехническими формами жизни. Мы приступили к их обучению сперва вычислениям, а затем и рассуждению. Поскольку они репродуцировались со скоростью тысяч поколений в час, эволюционные силы быстро усилили их интеллект.

Среда, нанотехнические организмы достигли полной сознательности. Мы открыли шампанское. Возможно, некоторые из нас перебрали. Доктор Уилкинсон была застигнута в кладовке с юным лаборантом. Хотя кто мог ее винить? Мы все чувствовали ликование.

Четверг, форма жизни из бассейна потребовала доступ в Интернет. К тому времени, когда мы обнаружили, что они имеют дело с нашими корпоративными конкурентами и покупают акции, они уже крупно вложились в новую технологию и владели несколькими ценными патентами. У доктора Уилкинсон состоялся с ними строгий разговор о необходимости действий через соответствующие каналы.

Пятница, мы обнаружили, что лаборатория была куплена консорциумом, который, как оказалось, был прикрытием для жизни из бассейна. Было немного странно работать на собственный эксперимент, но доктор Уилкинсон созвала нас и напомнила, что мы живем при капитализме, и бесполезно жаловаться на его правила. Жизнь из бассейна осталась настолько довольной ее речью, что они вручили ей премию.

Суббота, наступил упадок. Записка от наших начальников направляла нас на посвящение всех усилий созданию растворимых в воде наркотиков. Вторая заявляла, что с этих пор весь персонал лаборатории должны наряжаться соответственно во Вторники Женского Белья Викторианской Эпохи. Третья записка постановляла, что доктор Уилкинсон должна сменить свое имя на Фифи. Моральное состояние утяжелялось.

Воскресенье, жизнь из бассейна объявила свои намерения покорить мир и поработить все человечество. Доктор Уилкинсон вылила в бассейн пятнадцать галлонов Хлоракса, убив все в его пределах. Охваченные ужасом, мы собрались у кромки бассейна и уставились вниз на его коричневеющее содержимое. Кто-то заплакал.

– Не жалейте ИХ, – сказала зло доктор Уилкинсон. – Они были просто дрянью.

Аргон-Лучник не был сильнейшим из воинов, как не был и самым умелым. Но глаз его был сверхъестественным образом наметан на слабость. Охотясь на зубров, он вгонял свою стрелу в нежное место между шеей быка и его плечом. Ловя форель, он точно простреливал им жабры. Если вы положите перед ним неграненый алмаз, он будет изучать его с прищуренными глазами в течении часа или трех, а затем одним уверенным и решительным движением вытянет руку, чтобы слегка ударить по нему одним гвоздем и... в точку. Огранен.

Но его навык был незначительным, мало ценимым в Городе На Сваях, в котором один горожанин мог обладать властью обращать серебро в золото, а другой – возможностью призвать оленя из леса и птиц с неба. Его уважали как человека, но никогда не ценили высоко.

До того дня, когда напал дракон Смарог.

В тягчайший момент битвы, когда запылали деревянные бойницы и пожарные бригады дрогнули, Аргон встал высоко на крыше со стрелой на тетиве и поглядел через дым. Смарог, низко паря над озером, приближался к городу, воняющий гневом и сверхъестественным отмщением. Его истинной целью была Глорадриель, эльфийская королева, которой Озерный Народ в своей гордыне даровал убежище от демонических Лордов Тьмы. Но уничтожение легендарного Города На Сваях радовало его злое сердце.

Дракон, летающая гора разрушения, приближался ближе. Золотой драконий огонь капал с его челюстей.

Аргон поднял свой лук, оттянул тетиву назад к уху.

Он отпустил древко.

Прямо и верно летела та стрела! Оперенье ее сгорело в пламени, проходя через драконий огонь. Ее древко было черным и рассыпчатым, когда ударило дракона в узкий зазор между мощными чешуйками. Она глубоко утонула в плоти гигантского червя.

И в то время, когда тело умирающего дракона падало, крутясь и биясь в судорогах, в центр озера, рука похлопала Аргона по плечу.

– Прекрасный выстрел, храбрый лучник! – прокричал радостный женский голос. Это была королева эльфов Глорадриель собственной персоной.

Аргон, ошеломленно глядящий на могучее умирающее существо, обернулся. В руке его была следующая стрела. Рефлекторно он увидел, где ее самое слабое место. Рефлекторно он ткнул вперед, в сердце безгрешной девы. В изумлении он увидел как расширились ее глаза. Сок ее жизни забрызгал его, пока она падала.

– Упс, – сказал он.

Электролиты – это переносящие информацию ионы внутри вашего тела, способные передвигаться через клеточные перегородки. Без них вы бы не смогли функционировать. Но если вы ходите избежать сердечного недуга – если вы хотите жить вечно – вы должны сперва подстроить свой электролитический баланс, выкинув натриевые ионы и заменив их калиевыми.

Чтобы это осуществить, вы должны есть бананы. МНОГО бананов. Каждый прием пищи, каждый день, всю вашу жизнь.

Бананы богаты калием. Поэтому их едят обезьяны. Калий полезен для антропоидов, особенно для людей. Он повышает продолжительность жизни.

Вообще говоря, калий – это краеугольный камень продвижения к бессмертию. Однако будет честно предупредить вас, что поскольку достижение бессмертия это такой сложный процесс, неминуемо возникнет несколько отрицательных побочных эффектов, к которым вы должны быть готовы.

Первый – это увеличение волосатости. Многие пациенты испытывают уныние, когда густая шикарная растительность появляется на всем теле, за исключением ладоней и ступней. Женщины расстраиваются в особенности, обнаруживая, что у них волосатые груди. Однако в конечном итоге это не существенно, поскольку груди, вероятно, почти полностью усохнут.

Внезапное обретение хвоста более проблематично. Возможности для гнусных шуточек практически неограничены, в особенности, когда дело касается юношей. Однако нельзя отрицать того, что новый придаток может оказаться крайне полезным, особенно при передвижении на четырех конечностях. А поскольку из-за вашей новой сутулой осанки и удлиненных передних конечностей оно станет постоянным способом передвижения, на это можно посмотреть как на скрытое благословение.

Наконец, встает вопрос разумности. Многие из претендентов на бессмертие кажутся необычайно привязанными к своему интеллекту, и начинают сердиться, когда осознают, с каким его количеством они должны расстаться. Любители чтения в особенности склонны в этот момент к насилию.

Однако, этот гнев недолог. Бессмертные быстро привыкают к их новому ментальному статусу и даже начинают ценить и уважать его пуще прежнего. По крайней мере, так кажется наблюдателям. Сами неспособные к речи бессмертные конечно не могут рассказать, что они думают. Но они кажутся довольно счастливыми.

Все это окажется для некоторых непреодолимым препятствием. Однако другие, более мечтательные и дальновидные, осознают, что бессмертие того стоит. Будущее в их руках. Оно может быть и твоим по вполне разумной цене. Записывайся сегодня!

Давайте, макаки! Хотите жить вечно?

Я подделывал кости для одного восточноевропейского диктатора, когда меня нашли Ангелы Апокалипсиса. Влад, как я буду его называть (это не было его настоящим именем), серьезно нуждался в костях. Работая на основе старых стоматологических и медицинских записей, я творил черепа и частичные скелеты из жидкого кальция для того, чтобы создать места зверств, которые дискредитировали бы его политическую оппозицию. Дискредитировали их так основательно, что никто не стал бы возражать, когда он бы их уничтожил.

Однако у Ангелов Апокалипсиса были более возвышенные задачи. Один из них – тучный мужчина, загонявшийся до пота, – мне это объяснил.

– Нам нужны доказательства, – сказал он. – Доказательства того, что Господь всемогущий в Своей бесконечной мудрости не счел нужным выводить нас.

– Вам нужна ложь.

– Во имя Правды! Мы не просим вас создавать что-нибудь, вступающее в противоречие с тем, что, как мы знаем, является правдой.

Спустя три миллиона долларов, я был в Лос-Анжелесе, нанося финальные штрихи на скелет тиранозавра с остриями каменных копий в позвоночнике и скелетом гоминида, насаженным на его зубы. На Откосе Комо команда креативных геологов готовила место, где они его «найдут».

– Вас не беспокоит использование лжи и хитростей вроде этой? – спросил я, когда потный парень пришел забрать посылку. – Я сомневаюсь, что основатель вашей религии одобрил бы это.

– У нас нет выбора! Дарвинизм должен быть опровергнут. Скоро! Приближается Время Конца. У нас есть лишь несколько лет до того, как в тотальной и всеобщей ядерной войне всей жизни придет конец.

Я улыбнулся.

– Ну это слегка перебор, вам так не кажется? Советский Союз мертв. Кто должен начать эту вашу ядерную войну? Пакистан? Корея?

Толстяк улыбнулся мне в ответ с самодовольной уверенностью праведника.

– О, насчет этого не волнуйтесь. У нас в Лос-Аламосе агенты, работающие над этим в эту самую минуту.

В раннем двадцать первом веке скандий практически не находил коммерческого применения, хотя и стоил из-за своей крайней редкости несколько тысяч долларов за фунт. В 2098 году был изобретен гармонический двигатель Кили, и цены взлетели под потолок. Ударили в потолок, пробили в нем дырку и продолжили расти! Сотня тысяч изобретателей-самоучек вставили двигатели Кили в свои самодельные корабли и рванули в небо на поиски своей удачи в поясе астероидов.

Кейт Саммергарден избрала более разумный подход. Она купила бывший в употреблении космический корабль (один из немногих вернувшихся) и кучу дешевых как грязь участков и основала «Высококлассные Руды Саммергарден». Частенько эти обанкротившиеся рудники содержали существенные следы платины, марганца, золота... Она действовала вопреки тенденции рынка. Она искала все, кроме скандия.

Так она и обнаружила себя практически невесомой и стоящей в шахте рудника на Глупости Бингхэма. Пустячном астероиде, который она купила за пять тысяч долларов и обещание подбросить до дому самого Бингхэма.

– Я думал, что преуспею, – печально сказал Бингхэм. – Но спектрофотометр сказал, что эта жила – всего лишь свинец.

– Свинец? Мне это свинцом не кажется, – Кэйт провела своим спектрофотометром по ее поверхности. – Должно быть, твое устройство барахлит. Это чистый скандий.

– Что?!

– Тонна скандия. Достаточно для обеспечения всей Северной Америки в течении трех месяцев, – улыбнулась Кейт. – Однако недостаточно для существенного снижения рыночной цены.

Бингхэм вынул пушку. Это было грубое устройство. Оно выглядело, словно прадедушкин дешевый карманный пистолет. Этого было достаточно.

– Теперь мне придется тебя убить.

– Не надо! – крикнула Кейт. – Здесь достаточно, чтобы сделать нас обоих богатыми! Я порву старый контракт.

– Нет, – медленно произнес Бингхэм. – Я думаю, что все это я оставлю для себя.

Он выстрелил.

Многие думают, что выстрелить из пистолета в вакууме невозможно. Отнюдь. Окислитель заключен в оболочке пули. Атмосфера абсолютно необязательна.

Большинство считает, что очень легко подстрелить кого-нибудь, стоящего на расстоянии в двадцать футов. Для опытного стрелка без проблем. Для кого-то слегка или вообще не тренированного, одетого в скафандр, действующего в состоянии стресса в низкогравитационном окружении? Не получится.

Он, конечно же, промахнулся.

Однако законы физики неумолимы. Для каждого действия есть равное, но обратное противодействие. Выстрелить из пистолета было словно запустить небольшую ракету-носитель.

Бингхэм спиной вылетел из шахты в вечную ночь.

Кейт Саммергарден посмотрела ему вслед. Глупость Бингхэма была крошечной. Он перекрыл скорость выхода за пределы гравитационного поля в несколько раз. Костюм Бингхэма содержал часовой запас воздуха, а они были на поверхности сорок минут. Она могла добраться до корабля за пять минут, но при скорости, на которой он шел, поиски, совмещение скоростей и его подбор заняли бы по крайней мере полчаса.

– Черт возьми, что ж, – сказала Кейт. – Полагаю, теперь это все мое.

– Проклятье, Шон, создатели комиксов не пользуются методом Станиславского.

– Я пользуюсь, – сказал я и поставил меха на ноги. Как только он выпрямился в полный рост, взорвалась крыша. Когда я шагнул вперед, рухнули стены.

Снаружи люди крича выбегали из своих домов. Они выглядели муравьями. Это было здорово! Я замечательно проникал в мотивацию своего персонажа.

Но когда я сказал об этом Джошуа, он начал махать вокруг руками.

– У Титана нет никакой мотивации – он просто гигантский робот-убийца! Он запрограммирован разрушать!

– Рад, что ты мне напомнил, – сказал я. Я врубил макрос «топать» и наблюдал, как мех его выполняет. Хорошо было то, что он мог расплющить дом, топнув шесть раз. Плохо же было то, что когда он это делал, он выглядел как третьеклассник в приступе гнева. Я собирался исправить это в финальной версии текста.

– Слушай, может тебе следует вырубить эту штуку, – сказал Джошуа. – Полиция здесь.

– Бдыщ, – я стал подбирать полицейские машины и швырять их в ночь. Это было заковыристей, чем оно звучит. Мне приходилось нагибаться, держа спину меха прямо, иначе он перевернулся бы. Но когда машины ударялись, они взрывались в пламени. Это было круто.

– У меня хорошее предчувствие насчет этого проекта. ТИТАН завоюет награды!

– Я не знаю зачем я трачу время, разговаривая с тобой, – сказал Джошуа покорным тоном.

– Потому что я умею делать невероятные штуки, вот почему. Эй! Хочешь посмотреть, как эта крошка снесет небоскреб?

– Не слишком, нет, – Джошуа притих на несколько минут, пока я шагал мехом через мост Уолта Уитмэна по направлению к Филадельфии (там много хорошего материала). Затем он внезапно сказал:

– Как звали того писателя, который работал с тобой над БОТОМ-УБИЙЦЕЙ?

– Бен Дэвис. Талантливый парень, но слегка ленивый. Он не желал заниматься теми исследованиями, которые необходимы для написания первостатейного комикса, – я опрокинул водонапорную башню. – А что?

Джошуа робко указал в небо. Чудовищный летающий робот-трансформер с ревом летел по направлению к нам. Он выпустил ракеты воздух-земля.

– Да я вот думаю, что он стал слегка поамбициозней.

Мост взорвался под нашими ногами, и мех глубоко окунулся в Делавэр. Я схватился за рычаги управления и врубил свое вооружение.

Будет здорово!

Ванадий – крайне скучный элемент. Это Божественный блин комом. Он мало что делает и редко выходит в свет. Ванадий никогда не покажется у вас в дверях в невероятном платье со смокингом вашего размера, взятом напрокат, и не предложит сходить с ним потанцевать в первоклассных ночных клубах до самого утра. Ванадий никогда не порвет сухожилие, взбираясь на Мэттерхорн, и не пролетит в воздухе двадцать футов, чтобы быть спасенным лишь за счет хорошо вбитого крюка и умения товарищей. Ванадий никогда получит Нобелевскую премию за свою работу в пользу детей-беженцев и не зарыдает, стоя перед королем Швеции, при мысли о том, как много жизней спасут призовые деньги.

Ванадий – цветной металл. Большое недоразумение.

Не то что бы все цветные металлы были неудачниками. Взгляните на платину! Боже мой, золото – это благородный элемент! Это изысканные, преуспевающие металлы. Везде они приветствуются. Любой из них можно увидеть ужинающим в Сен-Круа с Шэрон Стоун, в то время как Джек Николсон нагибается над белой хрустящей скатертью с хитрым выражением лица, чтобы отпустить сальную шутку. Члены британского кабинета министров совещаются с ними в затемненных комнатах времен короля Иакова, благоухающих первосортным виски, кубинскими сигарами и изменой. Они составляют компанию контрабандистам, шейхам, красивым женщинам, женщинам, которые почти красивы, но откровенно интригующи, женщинам, которые когда-то были красивы, а теперь обладают очаровательно скандальным прошлым.

Не ванадий. Двадцать первый в списке наиболее часто встречающихся в земной коре элементов, ванадий недостаточно редок для того, чтобы представлять интерес, как и недостаточно редок для того, чтобы быть повсеместным. Впервые его начали добывать с коммерческой целью в Перу, что многообещающе, а используют его в получении нержавеющей стали для высокоскоростных резцов, что вовсе даже не. Ванадиевая фольга применяется как связывающий агент при титаниевом покрытии стали, и это в общем-то все.

Он не взрывается в пламени при контакте с воздухом.

Как и не блокирует гравитационные волны – сфера, покрытая втягиваемыми панелями ванадия, не улетит в космос, делая межпланетное путешествие быстрым и экономичным, даже у писателей викторианской эпохи. Также его излучение не заставит Супермена переживать непредсказуемые и неповторимые побочные эффекты, такие как нездоровая тучность, стремление одеться в женское платье или превращение в растение-вампира. Он никому не придаст обостренные чувства и несоразмерную силу паука.

В пользу ванадия можно сказать так мало! Это мягкий и ковкий белый металл. Ну и что? Его точка кипения – 3450 градусов. Кого это волнует? У него нет никаких желаемых свойств и, что хуже, он не стремится их приобрести. Вот и все, и так оно и останется. Я уже потратил на него времени более чем достаточно. Навеки умываю руки!

Ванадий – существенный элемент в куриной диете.

Она была двухкулачковой Шевроле 57 года с процессором Пентиум 88, наклонными хвостовыми плавниками и хромированная с ног до головы. Она опустила верх, когда увидела, что я иду, и я запрыгнул через борт на водительское сиденье. Она облегла меня, словно перчатка.

– Куда, босс? – спросила она.

– Куда пожелаешь, Крошка. Давай покатаемся.

И мы погнали. Верх опущен, надрывается радио, и большая жирная полная луна гонится за нами в ночи.

Мы были где-то в Северной Оклахоме, когда бледно-белый кабриолет промелькнул мимо нас, словно мы стояли на месте. Его вела женщина с длинными светлыми волосами, которые развевались за ней подобно флагу. Она была молода, и у нее была классная грудь. Я мог судить об этом, потому что на ней не было блузки. Она показала нам палец, проревев мимо.

К багажнику была прикреплена сделанная от руки надпись: «Поймаешь меня – сможешь поиметь».

– Как cчитаешь, Крошка? Сможем ее поймать?

– Она так же хороша, как и ты, босс.

Крошка рванула вперед.

Тремя штатами и столькими же часами позже мы нагнали бледный кабриолет. Крошка сделала финт влево, затем двинулась вправо и обошла его по обочине. Она оказалась прямо перед нашей добычей, а затем прижала ее прямо к краю Великого Каньона.

Я получил свою награду на заднем сиденье машины незнакомки. Искусственный интеллект кабриолета не был запрограммирован как личность и не возражал против отключения, чтобы оставить нас наедине. После мы говорили.

Девушку звали Селеста. Мы и вправду поладили. Мы были родственными душами. К тому времени, как рассвет воцарил над Каньоном, мы были по уши влюблены.

У меня не было постоянного жилья, поэтому Селеста предложила мне пожить с ней. Я решил, что возможно настало время покончить со своим скитальческим образом жизни, и я сказал «да». Мы договорились, что я поведу, а ее машина последует до дома за нами. Я сорвал надпись с ее багажника и выбросил ее.

Но когда я вернулся к Крошке, верх был поднят, и она не открывала двери.

– Брось, – сказал я. – Хватит шуточек.

– Как ты мог? – начала кричать крошка. – Разве не я всегда была с тобой? Что эта шлюшка может предложить такого, чего я не могу?

– Ну, видишь ли, когда мужчина и женщина...

– Дело в сексе, не так ли? Вечно секс! Проклятье, любовь – это больше, чем просто стыкующиеся части тела. Любовь – это духовное единение верных сердец и верных умов. Я думала, у нас оно есть! Я думала, у нас что-то особенное.

– Ну, не будь такой, – сказал я, смущаясь. – Я не собираюсь от тебя избавляться или что-то в этом роде. Селеста и я...

– Я не буду делить тебя! Не буду!

Визжа колесами, Крошка дала задний ход. Затем она остановилась, догнала движок до крика и рванула вперед.

– Селеста, – завопил я. – Беги!

Но она вовсе не пыталась задавить Селесту либо меня. Она набрала полную скорость и спрыгнула с края Великого Каньона. Какое-то время она летела.

Ударившись о дно, она взорвалась в пламени.

Селеста нежно обвила рукой мою талию. Я печально покачал головой.

– Женщины, – сказал я. – Кто их поймет?

Художники Ласко использовали марганцевую руду и древесный уголь, чтобы смешивать свои черные краски. Художники Ренессанса использовали оксид марганца для обогащения коричневого в своей умбре. Марганцевая голубая краска исчезла в двадцатом веке. В двадцатом и двадцать первом веках было МНОГО художников, большинство из которых были паршивыми, но все они хотели самые лучшие краски. К тому времени, как человечество основало свои первые колонии в глубоком космосе, все лучшие натуральные пигменты на поверхности Земли были исчерпаны.

Бамворт был астероидом из внешнего пояса, настолько отдаленным от Земли, что когда Сэм Эверсонг на него приземлился, он находился в пути уже три месяца. Крайне-дистанционный анализ, проведенный «Высококлассными Рудами Саммергарден» выявил, что Бамворт богат марганцем и оксидом железа. Сэма послали, потому что он был не против одиночества. Он провел три месяца, рисуя на своем электронном холсте. Это было все, что имело для него значение.

Анализ оказался верным. Сэм потратил еще один месяц на добычу лучших натуральных пигментов, с которыми он когда-либо имел удовольствие работать. Когда грузовой отсек корабля был полон, он пристегнул себя к месту пилота и включил двигатель Кили.

Вспыхнув, трубка Исли взорвалась.

Двигатель умер.

Поскольку все системы жизнеобеспечения были продублированы, ОНИ были в порядке. Поскольку у Сэма был годовой запас продуктов и кислорода, ОН был в порядке. Но корабль никуда бы не полетел без новой трубки Исли, а на нем, естественно, не было запасной. Так что Сэм вызвал базу. Они пообещали прислать спасательного робота немедленно.

– Просто продержись три месяца, – сказал Саммергарденовский диспетчер. – И все будет отлично.

– Без проблем.

Сэм подобрал свой электронный холст. Он не включился. Он заряжался, когда взорвалась трубка. Его сжег перепад напряжения.

– Ну и какого черта я буду делать ТЕПЕРЬ? – спросил он себя. Он выглянул из бокового люка на поверхность астероида. Гладкая и манящая, словно лист бумаги. Он подумал о всех тех пигментах в грузовом отсеке.

Три месяца спустя, когда прибыл с новой трубкой Исли спасательный робот, грузовой отсек был почти пуст, а весь астероид покрыт громадными рисунками. Бизон! Лошади! Космический корабль! Киты!

Сэм вернулся на Землю, где и был уволен без увольнительного пособия.

Сто лет спустя Бамворт (к тому времени переименованный в Эверсонг) был объявлен Культурным Достоянием Солнечной Системы.

Тысячу лет спустя несмотря на серьезные возражения со стороны местного населения, он был перемещен на орбиту Планеты Мира, столицу Конфедерации Миров Млечного Пути, где он мог быть оценен по достоинству.

Сегодня это единственный уцелевший артефакт интригующей расы, когда-то известной как Человечество.

Сэм получил работу уборщика. Это была легкая работа, оставляющая ему ночью много времени для рисования. Он был счастлив.

Все могло бы пойти по-другому, если бы корабли Колумба не затонули сразу же по прибытии в Новый свет. Все могло бы пойти по-другому, если бы на борту этих кораблей не было пушек и пороха. Все могло бы пойти совсем по-другому, если бы карибские индейцы не освоили новую технологию с той же легкостью с какой рыба учится плавать. К тому моменту, как Леопольдо де Пиза открыл Мексику в 1598, и Северная, и Южная Америка переживали начало промышленной революции, Ацтекская империя пала, а Инки расширили свою империю на север захватив всю Мексику и дойдя до границ современного Техаса.

Там они встретили племена Великих Равнин.

Больше нет того овеянного романтикой образа команчей на тропе войны, призраков в кожаных куртках, сидящих на своих "железных конях" как тогда называли мотоциклы. Для вождей инков не было более страшного звука, чем рев двигателей стаи команчей неожиданно налетающей на конвой автомобилей снабжения.

Хотя мы ещё воспринимаем воинов равнин как борцов за свободу, итог той войны можно было предсказать заранее. Промышленная база принадлежала инкам, а история благоволит тем у кого более развитая промышленность.

Апачи и Команчи зарекомендовали себя как храбрые и умелые воины, поэтому их и сегодня используют как наемников для умиротворения коренного населения в тех редких случаях, когда они пытаются вырваться из своих резерваций в Австрии и России.

Поставки астероидного кобальта, начатые в 2116 году, осуществлялись на спускаемых аппаратах, спускающихся в тихий океан в северном полушарии. Точка приводнения была неподалеку от побережья Гавайев. По случайности место также оказалось неподалеку от Посейдониса, подземного города, где жил морской народ, собиравшие кобальт на шельфе.

Каждый спускаемый аппарат несет столько кобальта, сколько можно добыть из тихого океана за год. Такие аппараты спускаются каждый день. Ещё до конца недели двадцать тысяч морского народа останется без работы…

Они собрались на общее собрание в амфитеатре СабПасифика.

- И что мы должны делать теперь? - спросил кто-то. - Я потратил все свои сбережения на это, - он показал на жабры, - а теперь у меня нет работы!

- Нам нужны сварочные аппараты и резаки чтобы разобрать эти аппараты. - сказала спикер правительства. Переводчик отображал её слова по мере того, как она говорила.

- Ещё нам нужно около двухсот добровольцев.

Все как один морские жители поднялись на ноги и начали потрясать кулаками в вопле немой ярости. Нет! говорили они Ударить! требовали они и Бунт! начался.

Амфитеатр буквально кипел от гнева.

К тому моменту, как бунт был подавлен около сотни кораблей были потоплены водяными, а все доки и вспомогательные сооружение на Гавайях были уничтожены. Добрая треть водяного народа была убита, а ещё столько же было тяжелораненых.

Той ночью спикер правительства поздно возвращалась домой. Она очень устала. Её любовник аккуратно снял с неё всю одежду, и долго массировал ей спину теплым маслом. Когда масло собиралось в шарики и начинало скатываться, он ловил его серебристой рукой и растирал его обратно.

- Это было сложно? - спросил любовник спикера.

- Рассказать коренной расе людей о том, что их время кончилось? Я не могу придумать ничего более сложного.

- Ну, сейчас это уже сделано.

- Ну, это не совсем так. - она перевернулась на спину, так чтобы видеть через кварцевое стекло парящую Землю, прекрасную, огромную и очаровательно старомодную, и вздохнула - Я действительно не горю желанием спускаться туда завтра и общаться на эту тему с этими, дышащими воздухом.

- так это хорошие пятицентовые сигары! - сказал секретарь казначейства Бэббинджер, хлопая рукой по поверхности стола. – Кто-нибудь скажет мне, что за идиот это придумал?

- Это был Томас Маршалл, сэр. - неосторожно сказал референт.

- Что?

- Томас Райли Маршалл, 1854 - 1927, вице президент при Вудро Вильсоне (1913-1921), прославился своим остроумием, и больше ничем.

- Спасибо вам. - ответил Бэббидж с горькой иронией. - Спасибо вам за исторический экскурс, мистер Стюарт. Наша экономика находится на грани коллапса, а вы мне рассказываете о остроумном заместителе Вудро Вильсона.

- Честно говоря, сэр. - сказал другой референт - Я не вижу, чем нам повредят персональные нанофабрики. Они снизят цены, это правда, но это же хорошо! Я положил свой старый костюм в мой завод вчера вечером, и теперь у меня есть замечательный костюм от Армани всего за пять долларов лицензионного сбора.

- В этом - сказал Бэббинджер - и есть основная проблема. У нас есть экономическая система, основанная на ограниченности ресурсов и людских потребностях. Если у всех есть хорошая еда, редкие вина и хорошая одежда и все это по цене тряпок и белкового раствора, то кто будет чистить туалеты и убирать мусор? Кто будет делать грязную работу?

- Возможно нам самим придется убирать за собой, сэр. - ответил молодой Стюарт.

Бэббинджер выпучил глаза на своего референта.

- Притворимся, что ты этого не говорил. - он похлопал по карманам. - Черт! Я оставил дома свои сигары.

- Вот сэр. Возьмите одну из моих.

Бэббинджер взял сигару, понюхал её.

- Кубинские, мой любимый сорт. - В нем бушевал гнев. - Господи! Да ты же украл мои сигары. Ты уволен!

Молодой человек и бровью не повел.

- Хорошо, сэр. Я скопил пару сотен долларов, и мне этого хватит до конца моих дней. Я все равно подумывал о смене карьеры. Я полагаю сейчас многие люди тоже обдумывают этот вопрос.

Он остановился у двери.

- Можете оставить сигару себе. Она стоила мне всего 5 центов.

Хуберт Смакер нашел его в винной лавке - одном из тех забавных маленьким магазинчиков, в которые обязательно заходят лузеры из фантастических рассказов 50-х годов. Их не было тут вчера, и не будет завтра, но сейчас в них продается, и всего за три доллара, картина маслом написанная Леонардо да Винчи, на которой изображен принц эпохи ренессанса, как две капли воды похожий на тебя, или действительно работающее приворотное зелье, которое можно приобрести в обмен на душу. Это было восхитительное место! Полки были уставлены магическими шарами, картами Барсума и Нарнии, рогами единорога, макетами зенитных орудий, старыми телефонами и пергаментными рукописями…

Хуберт Смакер отошел от полок, опасаясь, что они могут сломаться и упасть на него. Он был из тех людей, с которыми происходят разные неприятности. Он был из тех людей, которых называют Хуберт Смакер. Он был ходячим несчастьем. Он был пожалуй самым несчастливым человеком в мире.

Но он читал много фантастических историй с 50-х годов, поэтому он знал, как ему надо поступить. И, увидев слева от кассы, за которой сидел пребывающий в полудреме хозяин, витрину с маленькой медной монеткой, обозначенной как "счастливый пенни", он понял, что она ему нужна.

- Это действительно счастливый пенни? - спросил он.

- Самый счастливый из существующих. - ответил старик.

- Сколько?

Старик назвал цену, она производила впечатление. Но он заплатил сколько было сказано, взял счастливый пенни и, впервые за долгое время чувствуя себя защищенным от будущего, вышел из магазина.

Где, совершенно неожиданно, прямо ему на макушку с неба упал астероид, превративший в руины все на несколько кварталов вокруг.

Когда рабочие пришли разбирать обломки, один из них заметил маленькую медную монетку лежащую в самом эпицентре развалин, блестящую и совершенно чистую.

- Эй, посмотри сюда. - позвал он приятеля. - Это верно самый счастливый пенни в мире.

Тубал-Кайн, трудолюбивый человек, усердно работал в своей кузнице, когда в дверь вошел воин. В это время, в седьмом поколении потомков Адама, война не пользовалась популярностью. Самая первая война, между Каином и Авелем, произвела такое впечатление на людей, что, казалось, война никогда не случится больше. Но Сет-Абель любил инновации.

- Над чем ты работаешь? - спросил он.

Кузнец повернул предмет в горне.

- Лемех плуга.

- Я полагаю, что ты и мне сможешь сделать мне что-то похожее, только подлиннее, прямой и с острым концом.

- Конечно, я могу. - Тубал-Кайн вынул докрасна раскаленный металл из горна. - Такой длины достаточно?

- Да, но я бы хотел, чтобы он был тоньше. Как лезвие. И приделай рукоять на один конец, с небольшим выступом металла над ней.

Тубал-Кайн аккуратно положил длинную полосу латуни на наковальню и при помощи молотка и долота снял лишний металл. Потом он долго ковал её и положил обратно в горн.

- Ты планируешь очень странную жатву. - заметил он, чтобы поддержать беседу.

- Да, кровавую. - Воин лениво взял полоску сероватого металла. - Что это?

- Цинк, именно он придает латуни твердость. Медь придает ей цвет, а цинк - прочность.

- Прочность - это именно то, что мне надо. Сила и возможность одержать победу. Это твой отец научил тебя как смешивать металлы, я прав?

- Нет, это моя собственная придумка.

- Так ты единственный, кто знает, как делать латунь?

- Только я и мои дети.

- Если бы я убил вас троих, то не останется никого, кто бы мог делать какие-то инструменты из латуни?

- Какая смешная мысль! Да, я думаю так и будет.

- Ну, тогда я вернусь завтра. Постарайся сделать так, чтобы твои парни тоже были тут. В последний раз я видел их очень давно. - Воин широко улыбнулся.

Он ушел.

Тубал-Кайн немного подумал. Ему не понравилось направление его мыслей, но он все-таки додумал их до конца. Потом он положил ещё две полоски металла в кузнечный горн.

Когда лезвия были сделаны он тщательно их осмотрел. Они выглядели опасно. Он полагал, что им не придется много пахать землю. Но они вполне могут сгодиться для других целей.

На следующий день он позвал двух сыновей, и дал каждому из них по орудию из латуни. Они оба были хорошими, сильными парнями.

- Спрячьтесь в задней комнате. - сказал он. - Можете подсматривать через щели. Но ни звука.

- Чего ты ждешь? - неуверенно поинтересовался старший сын.

- Я не могу назвать это - это слишком страшно. Теперь идите.

Сыновья сделали, как им было приказано. Тубал-Кайн вернулся к горну и своим мыслям.

Если он ошибается, то все было в порядке. Если же он был прав, тогда он умрет, а сыновья останутся жить. Они сильные и умные. Они знают, что делать. Две смерти будут ужасным, шокирующим событием, но две смерти менее ужасны, чем три. Он надеялся, что ошибается. Он верил, что если он прав, то все закончится здесь и сейчас.

Насвистывая, вошел воин.

Самые лучшие арсенид-галлиевые чипы выращивают в ордене монахов Сан Лоренцо, на орбите - теми уважаемыми людьми, которых иногда в шутку называют "монахи Сан Лагранжа", - но продают они эти чипы только на благие цели. Иногда нечестивцы решали, что им тоже не помешает обновить свои вычислительные мощности. Иногда они решали захватить в свои руки и само производство.

Когда пираты атаковали, Брат Бруно регулировал солнечные зеркала в микрогравитационной плавильной ферме. Выпущенные из пушки гаусса куски метеоритного железа пробили монастырь насквозь, взорвав два ангара с запасами и церковь.

- Боже Святый, мы все умрем! - воскликнул его скафандр.

- Надеюсь, что нет. - сказал брат Бруно - Но даже если и так, то в этом случае наверное тем более не стоит поминать имя Господа всуе.

- Прости меня брат. - скромно сказал костюм.

- Прощаю. Теперь - и быстро - мне нужна связь со всеми арсенид-галлиевыми чипами, с которыми ты можешь связаться.

- Готово.

Брат Бруно быстро пробудил чипы и заставил их собраться в ИИ, настолько мощный, насколько это было возможно. Вспышки рентген-лазеров освещали монастырские фермы. Мощность ИИ удвоилась, утроилась, удесятерилась. Бесстрастный машинный интеллект изучил происходящее вокруг безобразие, оценил ситуацию и спросил:

- Чего ты хочешь, брат?

- Защищайте монастырь! - потребовал брат Бруно - Но…

Крошечные взрывы топливного газа разворачивали солнечные зеркала, фокусируя их все в одной точке пространства. Пиратские корабли летели через эту точку и взорвались. Все случилось так быстро, что брат Бруно даже не успел закончить свою мысль до того, как это случилось.

- не убивайте никого. - закончил он слабым голосом.

- У-упс. - сказал ИИ. Потом, с преувеличенной бодростью. - Ну, что сделано, то сделано, верно?

Брат Бруно вздохнул:

- Загрузить копию Балтиморского катехизиса в эту несчастную языческую душу. - приказал он костюму - Потом, когда это будет сделано, я дам ему имя.

К тому времени другим монахи уже создали виртуальное пространство, в котором они молились за души погибших пиратов. Они отпускали пиратам грехи, это было из обязанностью. Конечно, правила требовали, чтобы они признали свои грехи и совершили акт раскаяния, но они не винили ИИ за то, что он сделал.

Он, в сущности, был ещё очень юн.

Всю Германию можно разделить на три части. Одна часть населена бельгийцами, другая аквитанами, и третья, где живут галлы, они ещё называют себя кельтами. Э? Что? Ты уверена? Ну… не обращай внимания. Я всего лишь начну сначала.

Герань - замечательный цветок, родом из южной Африки. Она принадлежит к семейству пеларгоний. Широко распространена как домашняя и грунтовая культура, многие разновидности имеют яркие цветы. Остальные выращиваются из-за ароматных листьев. Произрастающий в Америке герань, она же журавельник, относится к … О, только не опять! Хорошо, я поверю тебе на слово. Ладно, все нормально. Я профессионал. Я могу это пережить.

Гермицид - независимая и свободная республика, населенная самыми опасными микробами. Правящая в ней партия оспы пришла к власти, сбросив фракцию гриппа после скандала с антибиотиками широкого спектра 1998. Она была основана в 1665 колонией чумной палочки, запросившей политического убежища от преследования в Великобритании. О, боже. Так много всего разного. Я здесь пытаюсь работать! Разве я не прошу всего лишь о маленькой подсказке? Ну хорошо, я буду гадать дальше.

Ладно, сделаем перерыв. Представим себе пруд на опушке леса. Потрясем руками. Переведем дыхание. Я уже в порядке.

Радикальная феминистка Жермен Грир… Ну хорошо! Опять. Для тебя во всем этом что-то личное? Ты специально меня мучаешь? Я тебе чем-то навредил? Почему ты так себя ведешь со мной? Нет, я не думаю, что в этом дело. Я думаю ты…

Да, да, я понимаю. Все хорошо. Я согласен. А ты в свою очередь попробуешь быть немного более доброжелательной, ага? Попробуем ещё раз.

Германий — это элемент. Это так? Это и правда элемент, я угадал? Да? Наконец-то! Я могу продолжать без опасения быть прерванным? Хорошо. Я надеюсь так оно и будет. Это название произошло от английского слова germane, которое значит сильно связанный или относящийся. Это все потому, что в отличие от других элементов германий не состоит только из протонов, нейтронов и электронов, но и из чистого значения. Что? Я опять неправ? Ей богу, я обиделся! Ну, каких слов ты от меня ждешь? Правду. Правду. Правду. Ну, если это все, что тебе надо, то ты это получишь. О моих чувствах можешь не беспокоиться!

Германий - редкий, серый, крошащийся металл, что-то между свинцом и оловом. Имеет валентность четыре, используется в транзисторах, фотоэлементах, и, в сочетании с силиконом, в инфракрасных приборах. Какие-то люди заставляют тебя верить, что он может быть разделен на три части, что это не цветок, не республика, ни феминистка и не имеет ко всему этому отношения.

Впрочем, тебе наверное лучше знать.

В общем Лукреция была хорошей девушкой, но, у неё были определенные недостатки. Например, её семья. Это не просто - иметь Борджиа в родственниках.

- Супа? - спросила она у своего нового мужа.

- Нет, спасибо. - Отец Антонио серьезно поговорил с ним перед свадьбой. Он рассказал ему о некоторых личных особенностях Лукреции. Они произвели неизгладимое впечатление на Антонио. - Я не голоден.

- Ну, тогда может быть бокал вина, прежде чем мы… ну ты понимаешь? - Лукреция покраснела.

- Пить я тоже не хочу.

- Я понимаю. - Она начала расстегивать блузку, и страстно-застенчивым голосом сказала. - Попроси принести бутылочку земляничного масла. Ты сможешь облить меня этим маслом, а потом слизать его с меня.

- Нет.

- Ты гей? - Пальцы Лукреции замерли.

- Конечно, нет. - Антонио вспыхнул, запнулся, закашлялся и из него посыпались откровения: он очень сильно боялся, что его отравят. Он очень не хотел закончить свои дни отравленным, как шесть предыдущих мужей Лукреции.

- Но дорогой, - запротестовала она. - Это была не я, это была моя семья. Ты знаешь их безумную политику. Но тебе нечего бояться с их стороны. У тебя нет ни денег, ни должности, и даже если они у тебя появятся, добрачное соглашение, которое твой отец заставил меня подписать, не позволит мне унаследовать что-либо. Я вышла за тебя замуж потому что ты мне на самом деле очень нравишься. Ты очень сексуальный мужчина. Какие у меня могут быть причины желать твоей смерти?

- Нет. - смущенно признал он.

- Тогда покажи, что ты мне доверяешь - Она вложила ему в рот виноградину. - Ешь.

Антонио сначала заколебался, потом храбро кивнул. Он жевал, наслаждался, а потом умер.

У Лукреции из уголка глаза выкатилась слезинка. Этот муж ей действительно нравился, он был такой добрый, такой приятный, такой привлекательный… она начала расстегивать платье.

Иногда ей нравилось чувствовать себя немножко некрофилом.

Герберт Джордж Уэллс желал большего, чем только литературная слава. Он хотел быть ученым, изобретателем и конечно исследователем. Поэтому, когда во время сбора информации для своего нового научного романа он нашел месторождение урановой руды, весивший меньше бальсы, он ясно понял, что нашел способ победить гравитацию. Вес урана компенсировался мелкими примесями руды, которую он назвал "каворит". Он добыл достаточно этого элемента, чтобы обшить тонкими изогнутыми листами большую металлическую сферу. Внутри он поставил мягкую мебель, положил канистры с кислородом, еду, вино, сигары - в общем всё что нужно путешественнику.

А потом он отправился на Луну.

Что случилось потом все знают. Лунные люди (хотя они и выглядели как гигантские муравьи, они оказались достаточно разумными чтобы вступить в ООН, поэтому за ними закрепился термин "люди") захватили его, и заставили работать на их селеновых шахтах. Селен, как его стали называть (название появилось из-за Селены, богини Луны) встречается на Луне чаще, чем на Земле. Наэлектризованный раствор этого материала использовался в подземных системах жизнеобеспечения. Десятью годами позже он осмелился на побег, теперь известный всем и каждому, как "история вишневого дерева Джорджа Вашингтона", и не нуждается в описании.

На заре торговых отношений, становления дипломатических связей и нормализации отношений с лунными людьми Г. Д. Уэллс возбудил дело о незаконном удержании и потере дохода. Суд принял его сторону, но присудил ему только эквивалентную заработную плату за те что часы, что он проработал в шахтах. Его требование компенсировать ему все доходы связанные с ненаписанными рассказами была отклонена, поскольку суд счел невозможным определить стал бы он писать рассказы не будучи в заключении. Г Д. Уэллс умер в 1946 в нищете и забвении. После своего возвращения с Луны он больше ничего не написал.

Это действительно достойно сожаления, ведь его ранние работы были очень многообещающими.

Бром — это седатив, который часто принимают, растворив в стакане воды. Слово седатив появилось из-за того, что бромиды калия и натрия часто использовались в ранних седативах. Суть брома недавно приобрела буквально космическую значимость при сборе данных полученных в недрах Нового Картографического Проекта от спектральных спутниковых обсерваторий.

По готовому только на три четверти обзору, подготовленному проектом НКП, получается, что вселенная не вогнута, как считал Эйнштейн, и не сферическая, как верили многие до него. На самом деле она похожа на слегка сходящийся цилиндр. Пропорции цилиндра примерно такие же, как и у обычного стакана с водой.

По крайней мере, распределение галактик по вселенной очень похоже на распределение пузырьков в стакане с водой после того как туда бросили бромид. В том, насколько понятней становится распределение материи во вселенной при таком подходе есть много загадочного. Тем не менее, космологи изучающие то, что находится за пределами вселенной по мелким изменениям, происходящим на её границах, которые являются следствием присутствия той самой загадочной руки, держащей стакан.

Возможно это открытие приведет к падению оценки нашей значимости в это мире. Все что мы есть - очень маленькие кристаллики бромида, растворенные в бесконечно большой вселенной. И в чем же тогда смысл жизни?

Но космологи советуют нам не отчаиваться! У нас может быть грандиозное будущее. Быть может, рука, держащая тот стакан, с пузырьками принадлежит какому-то великому философу или теологу, который наконец-то постиг все величие божественной сущности, ныне пребывающей где-то между мирами на заслуженном отдыхе. Возможно, эта рука принадлежит великому миротворцу, который до смерти устал от наших непрекращающихся войн и нуждается в отдыхе для восстановления перед новыми великими свершениями. Мы можем быть очень нужны для какого-то важного дела, находящегося за пределами нашего понимания.

Лучше сосредоточится на этом варианте.

Конечно, это непросто. Есть старая шутка о человеке, которому предложили тысячу долларов за то, что в течении получаса он не будет думать о белых обезьянах. Двумя минутами позже он возбужденно крикнул:

- Я ещё не думал об обезьянах!

Невозможно смотреть на все эти сгенерированные компьютером фотографии и не думать о том, как наша бромная вселенная похожа на стакан с алка-зельцером. Это лекарство, как известно, используется для снятия похмельного синдрома.

В этом есть что-то непереносимое. Это значит, что все наши страхи и надежды, восторги и разочарования, добрые и злые дела могут ничего не значить и быть всего лишь мелкими колебаниями вселенной, смысл существования которой - снять похмелье у какого-то алкаша! Он сидит где-то, его трясущиеся руки сжимают нашу вселенную, его мысли заняты только его поганым самочувствием, а капли пота, большие чем наши метагалактики выступают над его обезьяньими бровями, из-за тяжелой интоксикации. Его одежда - сильно потертая, и, можете быть уверены, в пятнах, шнурки развязаны, возможно ещё и ширинка на брюках расстегнута. Его слюнявый рот может поглотить все звезды, которые мы видим в ночном небе. И это все? В этом смысл? Это цель нашей жизни?

Постарайся больше об этом не думать.

- Я беременна. - сказала Лоис Лэйн.

- Разве ты не предохранялась? - Супермен залился краской.

- Конечно, я предохранялась. Ты что, правда считаешь, что твое семя может остановить какая-то перегородка? Её просто прожгло, словно она сделана из оберточной бумаги.

- Весь в отца. - Невольно на лице Супермена появилась улыбка.

- Ну, тебе следовало следить за своими яйцами! - Лоис помахала перед ним своей левой рукой. - Я хочу кольцо с алмазом, - Она знала, что превращение куска угля в сверкающий кристалл не будет для него проблемой. - Ещё церковное венчание с последующей официальной регистрацией и конечно же медовый месяц. - Она начала кричать. - Обо всем этом я мечтала с детства. Разве я многого прошу?

Это была унылая сцена. Когда ему наконец удалось успокоить Лоис обещаниями и поцелуями, Супермен постарался улететь так далеко и так быстро, как только мог. Где-то неподалеку от северного полюса стояла Крепость Уединения. Туда он и отправился. Там лежал кусок криптонита, залитый в свинец. Он взял его в руку.

- Быть или не быть… - эти избитые слова звучали в его ушах. Он не был Гамлетом, и он не был рожден для этой роли. Он был скорее похож на Конана-варвара - чистая форма, средство решения проблем, требующих исключительно грубой силы. Женщины всегда все только усложняли.

Спокойствие… Он вглядывался в камень, который держал в руке. Так просто. Один короткий импульс лазерного зрения и свинец расплавится, потечет как вода, а он позволит излучению от криптонита убить себя.

Он вздохнул, и убрал смертоносное яйцо обратно на полку. Решение было не в нем. По крайней мере, насколько он мог видеть, а он мог видеть очень далеко - здесь решения не было. Ему придется собраться с духом, вернуться и жениться на Лоис. Но он бы предпочел, чтобы она ему хоть немного нравилась.

В ярости от толкнул стену, отчего развалилось целое крыло крепости и далеко на юге, в Сан Франциско произошло землетрясение.

- Господи, я всего лишь человек. - страдальчески выкрикнул он.

Но эти слова, как и все сказанное ранее, звучали лживо и натянуто.

На первый взгляд система казалась переполненной кометами. Вспышки света были повсюду, на всех направлениях, словно планеты системы подвергались орбитальной бомбардировке сразу со всех сторон. Но показания спектрометра говорили, что эти "кометы" были чистыми кусками ионизированного рубидия.

- Все понимают, что это означает? - спросила капитан войны.

- Ионные двигатели, мэм. - ответил я. - Рубидий - при комнатной температуре жидкость и его легко ионизировать. Эта система населена. Примитивной цивилизацией.

Она выругалась.

- У меня приказ расщепить планеты, построить кольцо экзотической материи вокруг звезды, и преобразовать систему в пушку Энтелехии.

- Аборигенам это вряд ли понравится, мэм.

- Черт возьми, от этого зависит моя карьера! Начинайте договариваться с ними, выясните, что они хотят за свою систему и дайте им это!

Так я и поступил. Местные оказались симпатичной молодой расой с восемью конечностями и способностью воспринимать три четверти электромагнитного спектра. Я осуществил контакт, объяснил, что мы хотим и решил все формальные вопросы. Три тысячи лет спустя сделка была заключена.

- Что они захотели за свою систему? - спросила капитан Войны, когда я вернулся.

- Межзвездные путешествия, бессмертие, культурную экспансию третьего уровня, смысл жизни и три галактики в радиусе пяти миллионов световых лет по их выбору.

Капитан Войны посмотрела на меня долгим, немигающим взглядом. Потом она отвернулась и захихикала.

- Ну, по крайней мере, ты не отдал им ничего по-настоящему ценного!

При радиоактивном заражении наибольший вред здоровью причиняет Стронций-90. Из-за своего сходства с кальцием, он легко усваивается растениями и животными. У млекопитающих он концентрируется в молоке, причиняя наибольший ущерб новорожденным. В больших количествах, стронций-90 становится причиной лейкемии и рака костей. В редких случаях он также пробуждает супер способности.

Китайские испытания атомных бомб в начале 60-х стали причиной резкого роста числа людей с супер способностями. Самый известный из них вероятно Спайдермен, но и такие любимцы публики как фантастическая четверка, Флэш, Атом, да и, пожалуй, всё первое поколение людей Икс стали следствием этих испытаний. Невероятный Халк тоже часто включается в эту группу, но он стал следствием передозировки гамма-излучения в американской исследовательской лаборатории.

Жизнь супер героя гламурна, полна вызовов, теоретически прибыльна и позволяет иметь достаточно свободного времени, что особенно важно для молодых. Вот почему употребление стронция стало такой большой проблемой в наших школах.

Дети! Помните о последствиях. Когда какой-то, затянутый в латекс, псих в плаще и маске предлагает вам пакет наполненный белым порошком, который надо нюхать, просто скажите: "Нет". Злоупотребление этой дрянью может привести к серьезным болезням и даже к смерти. Даже в тех редких случаях, когда вы получаете сверх способности, это обычно не приносит счастья. Не забудьте, что случилось с Чудо-Женщиной.

Поскольку правительство заботится о вашем здоровье, обладание более чем граном стронция-90 карается пожизненным заключением без права на помилование.

Это может быть полосатым платьем. Это может быть лошадью, коровой, или цепной передачей от Харлея. Это может быть экземпляр Греховных Удовольствий Дональда Бартельма (первое издание в 1974 г.). Это может быть луна.

Поторапливайся. У нас не так много времени.

Это может быть какая-то коробка, глубоко закопанная в песках на том месте где раньше был оазис, в пяти днях пути от Петры, города почти такого же старого, как и само время, в котором лежит три монеты неизвестного номинала, черепаховая расческа, принадлежавшая какой-то темнокожей женщине, чья красота подобна звездам и пергаментный свиток, который рассыплется в руках, когда кто-нибудь попытается его прочитать. Это может быть жираф.

Спеши!

Это может быть порода, и если это так, то она может быть основной, осадочной или метаморфической. Если она основная, что это может быть кварц или гранит. Если осадочная, то это может быть суглинок, песок или сланец. Если метаморфическая - кто знает. Она может стать чем угодно.

Это может быть чашка, стоящая в вашем буфете, которой вы пренебрегаете, она гораздо старше, чем кажется, на самом деле это святой Грааль, хотя на это ничего не указывает. Это может быть прыщ, степлер или палатка. Это может быть полосатое платье - то самое полосатое платье, которое ваша пра-пра-прапрабабушка сшила своими собственными руками, когда ей было только семнадцать, качественно, но, видя перед собой только результат и игнорируя мелочи, которые сегодня бросаются в глаза. Это может быть лодка.

Осталось всего несколько секунд.

Это может быть маленькое пятнышко на том самом полосатом платье, появившееся, когда неотесанный мужик, ставший в последствии вашим пра-пра-прапрадедушкой, пролил на него сидр между двумя танцами на вечере, на который он с неохотой пришел, и которое он потом пытался оттереть своим носовым платком, уменьшить нанесенный ущерб, в процессе все больше и больше возбуждаясь от близости этого тела под одеждой, пока он не вспыхнул от смущения как Род Айленд. Поэтому неожиданная бледность, залившая лицо той девушки в полосатом платье, может объясняться тем, что она неожиданно нашла в парне, находящемся перед ней что-то очень привлекательное. А может быть это та дырочка, которая появилась на этом платье позднее, ночью…

Время вышло, господа. Поводите результат и рассчитывайтесь.

Ну, возможно, мы никогда не узнаем, что есть это и, возможно, это правильно. Это неистощимый колодец возможностей, чем больше ты берешь оттуда, тем больше остается. Для каждой идеи, которую ты можешь придумать есть тысячи, миллионы разных вариантов замены. Он такой богатый и плодородный, этот рог изобилия, тот сказочный рог козы Амальтеи, которая выкормила Зевса, вечно источающий цветы, фрукты и все остальное. Он наполнен всем что есть в мире и всем тем, что его населяет.

Это - это иногда просто местоимение.

Приношу извинения Дональду Бартельму.

В настоящий бейсбол играют на площадке. В виртуальный - на цирконии. На взгляд обычного человека разница невелика, но бейсбольные фанаты такие снобы. По их мнению, если это не настоящая площадка, то это уже не тот бейсбол.

Ерунда!

Множество ярых фанатов тяготеют к виртуальности, поскольку виртуальные атлеты гораздо лучше, чем их реальные прототипы. У каждого спорта есть свой золотой век. У баскетбола были 90-е, с доктором Мозес Малон и командой мечты… Сравните это с сегодняшней ситуацией. По чистой случайности золотой век виртуального бейсбола пришелся на сегодняшний день.

Именно это и делает этот скандал столь несправедливым! Даже если обвинения против Чикаго Хакерс были поддержаны судом, поскольку было доказано, что они находились вне всемирной паутины, используя вместо себя мощную вычислительную машину, но что это доказывает? В каждой бочке меда есть ложка дегтя.

Что потрясает веру большого количества фанатов виртуала, так это история "Виртуального Босоного Джо" Джексона, лучшего компьютерного ударника всех эпох, демка с которым доступна до сих пор. Никто не разрекламировал его лучше, чем десятилетний пацан, который влез в судебный компьютер и поместил видео с ним на главную страницу.

Представляется взволнованный пацан, со слезами в глазах умоляющий:

- Скажи, что это не так, Джо.

Ниоба была одной из настоящих матерей. Вы встречали их: Их дети - само совершенство: они обучаются игре на скрипке по методу Монтессори, они отказываются от конфет и едят брокколи. Они обращаются к родителям "Мать" и "Отец", и они никогда, никогда, никогда не испачкают свой выходной костюм.

Если бы Марта Стюарт была матерью, её дети выросли бы именно такими.

Тем не менее, благодаря её аристократическому происхождению (она была дочерью Тантала и Дионы, сестрой Пелопса и женой Амфиона из Фив), у Ниобы были замечательные связи. Она выпивала вместе с богами почти каждый день, а в тех редких случаях у неё когда это не получалось, она старалась удостовериться, что все знают об этих её связях.

Рано или поздно любой человек идущий по головам понимает, что головы закончились, так случилось и с Ниобой. Она пила чай с затянутой в черное Лето, первой женой Зевса (она была ею пока не появилась Гера), и похвасталась большим количеством своих детей. У неё их была дюжина - шесть мальчиков и шесть девочек. Вдобавок она неосторожно напомнила, что у Лето их всего два.

Лето побледнела. Быть обвиненной в бесплодии этой… этой… самкой-производительницей! Она старалась быть спокойной, как и положено богине, но это было чересчур. С гримасой отвращения она достала свой мобильный телефон и послала вызов детям на пейджеры.

Когда Аполлон и Артемида услышали о нанесенной обиде, они не рассуждать. Чтобы наказать Ниобу, они поразили своими стрелами всех двенадцатерых её детей, прямо в доме их родителей, в пентхаусе на Пятой авеню.

Девять дней жертвы этой жестокой акции лежали в крови, без погребения, поскольку представителей городских служб здравоохранения, приезжавших проверять жалобы соседей, молодые боги обращали в камень. Наконец, на десятый день, Аполлон и Артемида смягчились и сняли заклятие со всех, кого ранее обратили в камень.

Со всех кроме одной. Ниобу в тот же день поставили в витрине магазина в торговом центре на Парк авеню, в окружении стильных сумочек. У её каменных ног посадили папоротники так, чтобы слезы, текущие из её каменных глаз поливали их.

Приношу извинения Томасу Дисчу

Молибденовая корпорация США, также известная как "Проклятая Молли", градообразующее предприятие в Вашингтоне, штат Пенсильвания. Молибден - один из ключевых материалов в оборонной промышленности, легировочная добавка для железа и стали, а также важный элемент для микроэлектроники. Поэтому мы, дети, не волновались о том мрачном мире, который наступит после третьей мировой войны. Когда она настанет, Советы наверняка потратят одну из боеголовок второго эшелона, чтобы нанести удар по нам.

- Это реально бесит. - сказал Джерри. Я, Чак Вейрд и он лежали на траве перед университетской библиотекой, смотрели в облака и говорили обо всем, что приходило нам в головы. На дворе стоял 1961 год. - Ну почему я должен умирать просто потому, что я живу рядом с Проклятой Молли.

- А ты что, в красные записался? - спросил я. - Сдохнешь, как и мы все, просто потому что ты американец, как и все мы.

- А ты не торопись умирать.

- Заткнись Чак. - сказал Джерри. - Все умирают рано или поздно.

- Я не о ядерной войне. Я получил особые способности.

- Какие например? Ты можешь взлететь и забросить те ракеты на орбиту? - Джерри вцепился в пояс Чака. - Дай-ка мне посмотреть на твои трусы, они как у Супермена?

- Отпусти! - Чак ударил Джерри, и отскочил на несколько футов в сторону. - Нет, я получил способность откладывать события.

- Как домашнее задание? Это я тоже умею. - сказал я. Над нами было синее и прозрачное небо, по которому плыли пушистые облака. Одно из них было похоже на кенгуру.

- Нет, это вроде как… - Чак пожал плечами. - Ты помнишь ту историю с облигацией миссис Форд? Это случилось потому, что я забыл погасить её. Поэтому я отложил её, до тех пор, пока у меня не появилось, чем её оплатить. Я не знаю, как это работает. Я просто это делаю.

- Ты чокнутый! - сказал Джерри, посмеиваясь - Ты думаешь…

- Срань Господня! - сказал я.

Что-то яркое спускалось на нас с неба. Быстро. У меня внутри что-то сжалось. Почему-то я знал, что это была МБР. Я понял, что война наконец пришла к нам и что мы все очень скоро умрем.

- Позже. - сказал Чак. Он поднял руку, словно отмахиваясь от неба. - После моей смерти.

Я не знаю, как описать то, что произошло потом. Мир просто изменился. А та яркая звезда в небе - чем бы она ни была - исчезла. От неё даже инверсионного следа не осталось.

Но затем Джерри попытался сесть сверху на Чака, тот обиделся и ушел домой, а мы с Джерри решили пособирать бутылки вдоль шоссе и сдать их, а на вырученные деньги купить наживки. Я постепенно забыл об этой истории.

До сегодняшнего дня. Я видел Чака. Он был очень плох, и сиделка сказала, что вряд ли он долго протянет. И, выходя из госпиталя, я вспомнил тот случай на лужайке, когда Чак сказал, что он может откладывать события.

Даже ядерную войну.

Сегодня мне уже за пятьдесят, и, какая ирония, я работая на Проклятую Молли. У меня есть жена и дети, и я слишком много должен, чтобы даже задумываться о переезде. Тем не менее, что было то было. Память - забавная штука. Возможно реальность и мои воспоминания сильно различаются. Спокойствие, только спокойствие… Я стоял у входа в больницу, смотрел в сумрачное небо и размышлял. Что если Чак был прав? Что если армагеддон был только отложен?

В небе загорелась одна яркая звезда. Пожалуй, я загадаю желание.

Артур Тинг был немножко астрономом-любителем. Поэтому когда его уволили Саммергарден Спешилти Орс, он, взяв все необходимое оборудование на борт своей Попрыгуньи, одноместного корабля и отправился в открытое пространство.

Быстрый поиск по календарю астронома-любителя показал, что блуждающая планета должна будет пролетать через точку Лагранжа двойной звезды из красного и белого карлика. По расчетам Тинга выходило, что он может вывести Попрыгунью на низкую орбиту вокруг планеты и проскочить между двумя звездами, производя при этом наблюдения. Туда он и направился.

Он находился на полпути, со стороны белого карлика, когда атмосфера того накалилась и исторгла протуберанец.

- О, Боже, это рождение сверхновой! - взвыла Попрыгунья - Я не должна была позволять тебе делать это.

- Давай старушка! - крикнул Тинг. Красный карлик испускал мощный поток радиации, часть которого падала прямо на белый карлик. Единственная причина, по которой они ещё не умерли, была в глыбе планеты, которая закрывала корабль.

Он опустил нос корабля и вдавил газ.

Трение об атмосферу замедлило их как раз настолько, что притяжение планеты спрятало их от стены огня, означающей смерть, позволило вернуться на обратную сторону планеты. В результате чего стало довольно несложно заставить Попрыгунью описывать витки на высоте тысячи миль, в то время как планета скользила под ними, а мощный поток излучения звезды тек от одной звезды к другой. В своем крошечном безопасном островке (там была сильная турбулентность, но Попрыгунья была на это рассчитана), Тинг записывал дозы радиации, которые обрушивались на другую сторону планеты, когда она поворачивалась на их сторону.

- Посмотри на этого малыша! - Тинг указал на гористый склон астероида. - Здесь должно быть сотня тысяч тонн чистого технеция.

- Ты с ума сошел? - спросила Попрыгунья. - Как ты можешь думать об этом проклятом астероиде, когда над нами постоянно висит угроза выхода за его край с последующей смертью?

- Технеций, - педантично сказал Тинг - был первым элементом, который человечество смогло синтезировать, а в природе его не существует. Тем не менее, поскольку я тебе доверяю. - Он задумчиво почесал щеку. - Существует потрясающе эффективный гипердвигатель, который никогда не производился серийно, поскольку технеций очень трудно добыть. Я полагаю…

Гравитационные возмущения от близости сразу двух звезд очень быстро вытолкнули блуждающую планету в межзвездную пустоту. Две недели спустя, Тинг находился на земной орбите.

Но, когда он послал запрос на регистрацию прав на месторождение, он обнаружил, что его опередили.

- Какого черта? Я могу поклясться, что тут больше никого не было. Здесь был только я и….

- Технически, - заметила Попрыгунья - у меня на эту планету столько же прав, сколько у тебя.

- Это ты? Ты меня предала?

- Ну, не дуйся. Через пару лет этот технециевый гиперпривод сделает меня безнадежным старьем. Девочка хочет подстраховаться.

Потребовался долгий и жаркий спор, через три дня после которого был достигнут компромисс. Деньги были поделены ровно пополам. Тинг стал третьим в списке богатейших людей а Попрыгунья - самым богатым искусственным интеллектом в населенном пространстве.

Они больше никогда не виделись. Но, хотя у неё было немало предложений, Попрыгунчик никогда не соглашалась на другого пилота. Она повесила голограмму Тинга на мостике, с тех самых пор, как он покинул его, как своего рода памятник.

Она несмотря ни на что до конца своих дней осталась одноместным кораблем.

Ах, Рутения! Существует ли хоть одно место, столь же недоступное, как и ты? В Америке ирландцы собираются в барах, чтобы выпить и поностальгировать о земле, которую они никогда не видели. Немцы красноречиво рассказывают о Рейне и поэтах, чьи стихи они в состоянии прочесть только в переводе. Афроамериканцы, чью историю затерло так, что ни один из них не знает, с какой земли, из какого племени он родом, но каждый из них наполнен горячей любви к Африке.

Но, где жили рутенианцы? Какова их история?

Я встретил рутено-американку в баре и она мне сказала:

- В Рутении мои предки приветствовали восход одним длинным звуком горна. Они считали, что подковы и седло делают людей слабыми. Ветка осины призывала их на войну. В бой они вступали на лошадях без седел.

- Мои предки-рутенианцы пили забродившее конское молоко и грибную настойку, такую крепкую, что другие люди не могли прикончить и первую флягу. Мужчины носили на концах усов и в бороде золотые кольца. Женщины носили серебряные кольца, заплетенные в волосы. Зимой они принимали снежные ванны. Летом они устраивали дуэли на ножах с завязанными глазами и связанными левыми руками. И если в них выживали оба противника, то это считалось позором для них обоих.

- В Рутении охотник мог бежать быстрее лошади, бесшумно передвигаться сквозь заросли ежевики и найти в озере след лосося суточной давности. Женщины там носили платья, легкие как шелк, прочные как джинса и ослепительно прекрасные. Когда шитье костюма завершается, он выставлялся для восхищения и если он оценивается ниже, чем ожидал портной, то платье сжигалось.

- В Рутении все дети были счастливы.

- В старой Рутении существовала традиция, по которой девушка, становясь взрослой, должна была обнаженной принять ванну в горном бассейне, и согласиться стать женой первого человека, который пройдет мимо. В реальности её отец и братья стояли на страже с оружием по дороге к бассейну, и пропускали только того человека, который уже завоевал её сердце. Наш национальный эпос начинается с негодяя, который убил отца, братьев и любовника девушки, которая была символом нашей земли, чтобы жениться на ней и заканчивается на смерти этого злодея от рук его собственных детей.

- Все это действительно правда? - спросил я.

Она прикончила свой стакан и сказала

- Может и нет. Но приятнее думать, что это так, верно?

Посвящается Марианне.

Сесила Родса помнят сегодня как государственного деятеля, промышленника и прирожденного лидера. Если вы белый, то вы наверняка о нем слышали. Люди, населявшие земли, которыми он владел и управлял, тоже всегда будут его помнить.

Когда Сесил Джон Родс прибыл в Южную Африку ему было 17. К 25 он стал миллионером, основателем алмазной компании Де Бирс и участников миллионов темных сделок с местными фермерами.

Но, не богатство было его целью. Он был империалистом, он хотел, чтобы вся Африка и бывшие американские колонии стали частью британской империи. В 1888 он встретил Лобенгула, вождя племени Ндебеле, и, путем обмана и предумышленных ошибок при переводе, заставил его согласиться на начало разработок Британией территорий между реками Лимпопо и Замбези. Захват земли начался! Затем Родс и его частная армия пошли на север, захватывая землю и провозглашая на ней собственную власть. К 1895, Лобенгула был мертв, Ндебеле стали завоеванным народом, их, как это водится, заставили работать, а на их земле возникла страна, которую назвали Родезией.

Родс умер в 1902 году, в возрасте 49 лет. Согласно его последней воле он был похоронен на вершине горы около своего поместья, при этом его совершенно не волновало, что это священная земля Нбелеле. За свои грехи он был отправлен в ад.

Политика ада обычно предполагает игнорирование событий, происходящих на Земле. Впрочем, из правил всегда есть исключения. Много лет спустя после смерти Родса группа историков после долгих споров решила, что по степени проявленной жестокости, числу зверств и пролитой крови Родс стал вторым европейским тираном, когда-либо правившим Африкой. Первым, конечно, стал бельгийский король Леопольд Второй.

Дьявол, услышав об этой новости, отдал приказ временно прекратить пытки, чтобы донести до Родса эту новость.

Когда он услышал, что он стал только вторым, его мучения удвоились.

У палладия есть одна уникальная особенность: через него проходит водород. Поэтому это он является важной составляющей экспериментов, проводимых спускаемыми космическими аппаратами Викинг ГХ-МС (газовый хроматограф - масс спектрометр). Газовый хроматограф отделяет летучие вещества, а масс спектрометр, отделенный палладиевой пластиной, улавливает ионы. Особенности палладия приводят к тому что в водородной среде органические молекулы (и только они) проходят через него от газ-хроматографа к масс спектрометру.

Все три спускаемых аппарата Викинг проводили эксперименты, показавшие наличие жизни в марсианской почве. Тем не менее, из-за того, что ГХ-МС анализ не показал наличие органических молекул, большинство ученых заключило, что первые три теста были ложно положительными, и, к сожалению, на Марсе нет жизни.

Кстати, тот эксперимент был испорчен. Палладий был "отравлен" серой, элементом, очень распространенным в марсианской почве. После нагревания серы и пропускания её через сепаратор ничто другое уже не могло через него пройти. Это означает, что в реальности были не три ложных теста и один верный, а один результат ложно отрицательный и три - верных.

На Марсе была жизнь.

Мы узнали это в 2008 году, когда образец почвы взятый роботом НАСА с марсианской поверхности вернулся прямо на Землю, минуя карантинную выдержку на орбитальной станции Альфа.

Отдельные марсианские микробы, выросшие в суровой, бедной на ресурсы среде, в роскошной земной экосистеме оказались похожи на оборванцев из трущоб оказавшихся на выпускном экзамене в школе для одаренных детей. Люди, к счастью, оказались неуязвимы перед всеми инопланетными микроорганизмами.

В отличие от Алгаев, к сожалению.

Алгаи отвечали за производство девяноста процентов земного кислорода. Когда они исчезли, практически все земные растения и животные исчезли, лишенные основы своего существования. Вне наших запечатанных убежищ остались только марсианские захватчики.

Вот почему очень важно проверить свои баллоны с кислородом перед тем как выйти из дома.

Вот кое-что, что не расскажут по телевизору: Одинокий Рейнджер отчаянно боялся оборотней. Это был его самый главный секрет. Именно поэтому он и пользовался серебряными пулями. Сидя ночами у костра посреди прерии, он слушал завывания койотов и бледнел лицом под своей маской.

- Оборотни - это ерунда, браза. - сказал Тонто на своем очаровательном пиджине. - Они такие же дети природы, как ты и я. В чем проблема?

Но гринго в маске не согласился. В Абелине, когда он остановил грандиозную войну, но встретился с фрейдистским психологом.

- Твой страх оборотней это всего лишь проекция. Скорее всего это следствие какой-то детской травмы.

- Например?

- Ну… - Фрейдист пожал плечами. - Может быть, ваши родители были убиты оборотнями?

В Ларедо, после предотвращения резни среди индейских племен, он встретился с юнгианским психологом.

- Оборотень - это твоя тень, твоя темная сторона. - сказал он. - Он является средоточием всего, с чем ты боишься встретиться.

- Итак, ты считаешь, что мне не следует бояться оборотней, я правильно понял?

Юнгианец вытаращил глаза

- Ты совсем с ума сошел? Оборотни крайне опасны - держись подальше от этих гадов!

Возле границы, после освобождения деревни мексиканцев, силой порабощенных жадным землевладельцем, он встретился с шаманом шошонов.

- Оборотень - духовное животное. - сказал шаман. - Он приносит просветление. Тебе не следует его бояться.

- Мне уже гораздо лучше. Как я могу оплатить вашу помощь?

- Мне бы пригодилось несколько серебряных пуль. Последние несколько ночей тут кто-то шастает вокруг, и я не уверен, что его можно взять обычными.

Той ночью, посреди прерии, Тонто тайком прокрался за палатку Одинокого Рейнджера, приложил руки ко рту и издал леденящий душу вой.

Ругаясь, Одинокий Рейнджер несколько раз выстрелил через парусину своего шатра.

Изогнувшись, чтобы увернуться от пуль, Тонто отбежал в сторону, и хихикая исчез в ночи.

Есть множество вещей, которые никогда не расскажут по телевизору: Тонто не был скучным занудой, каким его изображают. Он был записной шутник.

Винсент Ван Гог был одним из тех редких (но вряд ли кто-то назовет их счастливыми) людей, которые в силу своих природных особенностей способны получать сообщения из космоса. Как люди, живущие рядом с радиовышками могут пломбами в своих зубах принимать рок-музыку, так и он постоянно улавливал инопланетные передачи - сообщения, которые сам он понимал плохо, а те, кому он их пересказывал, не понимали вообще ничего.

Звездной ночью он слышал корабли, скользящие от звезды к звезде, как их древние навигаторы шепчут друг другу через межзвездное пространство.

Это оставило свой след в его творчестве. Не могло не оставить. Эти извилистые проселочные дороги, которые похожи на червоточины, пронзающие пространство и время… те крошечные фигурки в их конце похожи на людей? Те, бросающиеся в глаза кристаллики звезд, танцующие в круговерти сверхновых и черных дыр… совпадение? Нет, черт возьми.

Наиболее ярко это проявляется в его знаменитых подсолнухам, похожих на солнца цвета желтого кадмия! Такое же желтое солнце навигатор видит, приводя свой корабль-матку к своей звезде типа G. В них сконцентрирована вся радость долгожданного возвращения домой из успешной командировки длившейся миллионы лет. Ван Гог думал, что он рисует цветы. Но в своих поразительных картинах ему раз за разом удавалось ухватить ощущение навигатора в самый счастливый миг его жизни, когда борьба наконец закончена и он наконец смог вернуться домой, к спороносице, чтобы наконец умереть.

Поскольку естественные приемники космических сообщений резонируют с навигаторами, они постоянно ищут мелкие искажения на экранах своих радаров. В результате Ван Гог известен далеко за пределами того захолустья, каким является спиральный рукав галактики, где он родился. Его подсолнухи известны по всей вселенной.

На самом деле есть от двадцати до тридцати тысяч навигаторов, изменивших своим привычным маршрутам и теперь быстро двигающимся по направлению к Земле в надежде приобрести одну из его картин.

Когда они прибудут, на Земле начнется очень жесткий торг.

Не совсем понятно, кому пришла в голову идея разгладить Гималаи и изменить направление дрейфа индийского субконтинентального плато. Это изменение оказало потрясающий эффект на климат. Без постоянных муссонов Индия стала райским местечком.

Но даже рай должен платить по счетам. Было решено, что, раз уж Индия все равно движется, индусы могут заняться грузоперевозками. Именно поэтому сегодня Индия изящно плавает по Тихому океану от Африки до Америки с остановками в Китае, Австралии, и на Гавайях.

Конечно, скорость перемещения невысока. Даже с технологиями двенадцатого тысячелетия небезопасно передвигать континент более чем на милю или две в год. Даже кратчайший путь займет несколько поколений. К счастью, большинство индусов верят в реинкарнацию, поэтому сохранение постоянства инвестиций становится простой формальностью.

Это очень приятный способ существования для страны и её граждан! Это ещё и выгодные морские перевозки. Предельных издержек нет. Размер и вес не имеют значения. И индийская линия, по отзывам инвесторов, гарантирует замечательную безопасность.

Ну, конечно был тот инцидент, когда пилот не был вовремя заменен и умер, из-за чего Индия врезалась в Северную Америку. Но нынешний пилот внимателен и заступает на дежурство по крайней мере раз в два месяца.

Во всяком случае никто не отрицает возвышенной красоты гор Сан Андреас. Калифорнийцам обещают, что со временем они привыкнут к муссонам.

Железный дровосек тосковал. Он потерял Дороти. Он потерял принцессу Озму. Он потерял хорошую ведьму запада.

И, самое главное, он утратил возможность остаться без сердца.

А ведь все могло быть совсем иначе! Он топал по дороге вымощенной желтым красным и зеленым кирпичом и не задумывался о женской красоте. Он не пел девушкам серенады под дождем темными ночами, и не грозился убить себя, если девушка не подарит ему поцелуй. Его совесть не издавала ни звука, и он не мучался бессонницей, переполняемый желаниями. Он был интеллигентным, упитанным животным.

Волшебник попробовал утешить его. Это просто сломанная вещь, сказал он. Подумай, как можно использовать эту выемку в груди - в неё можно положить бутерброды на обед, запасные части, записную книжку. Зачем его чем-то заполнять? Но Железный дровосек не слушал.

Теперь он получил желаемое. Его сердце было сделано из часов и теперь их тиканье постоянно напоминало, что жизнь проходит мимо. Оно заставляло думать о смерти. А мысли о смерти плавно перетекали в мысли о любви.

Смысл любви в том, что …

Что-то встревожило его. К сожалению, из-за этого Железный дровосек прервал ход своих мыслей. Наступало время очередного романа.

Все-таки английский — смешной язык! Противоположность к материи — антиматерия, противоположность к макассару — антимакассар. Но противоположность слова деньги — произносится без "е" — и это антиденг[4].

Антиденги по-своему заставляют мир крутиться. Слишком много денег в банке? Слишком много мебели? Слишком большой дом? Антиденги могут решить эти проблемы.

После денег антиденг самая полезная вещь в мире. Это великий универсальный растворитель. Он избавляет нас от неприятных миллиардеров и хвастливых политиков. Он ослабляет могущество и заставляет молчать гордость. Он обеспечивает моральное превосходство бедных, пока богатый подгребает свое богатство под себя, бедный стремится поделиться своим антибогатством со всеми.

У хорошего правительства в обращении примерно равное количество денег и антиденг. Важно чтобы ни то, ни другое не доминировало в экономике. Слишком много антиденг приводит к депрессии. Слишком много денег приводит к культуре звезд. Обеих крайностей следует избегать. Поэтому раз в месяц правительство посылает небольшие суммы денег вашим родителям как пенсию. Раз в год она посылает большую сумму антиденг вам самим. Именно так и поддерживается баланс.

Многие знают царя Мидаса, который прикосновением превращал все в золото. Очень немногие знают, что у него был брат близнец, у которого было антибогатство в антиденгах, почти как у Мидаса, — ну, вы понимаете идею. Там где у Мидаса были слуги, роскошь, дворец, у антимидаса не было ничего кроме грязи и картонной коробки.

Мне стыдно сказать, во что превращалось все то, к чему прикасался король Антимидас.

Теллур — это разновидность планетария. Планетарий — это одно из тех симпатичным механических устройств с моделями солнца, луны и всех планет, которые, когда работают, показывают относительные скорости планет. Теллур состоит из медных или деревянных шаров представляющих луну, солнце, и связывающий их механизм, дуги и шкивы, используемые чтобы демонстрировать ситуации затмения и смены сезонов.

Самый лучший из существующих теллуров был создан в 1816 году механиком, машинистом, астрономом и мизантропом из Новой Англии, Бенджамином Ди. Он был настолько точно построен, что, согласно законам симпатической магии, простое изменение теллура приведет к изменениям в реальности.

"Старый Бен Ди" (хотя ему было всего тридцать пять, его так называли все соседи) быстро понял секрет собственного изобретения. Тридцать пять затмений в день убедили его в эффективности прибора. Затем, желая отомстить миру, за какие-то ему одному ведомые обиды, он установил теллур так, чтобы наступила зима и зафиксировал его.

Именно так и началось то, что впоследствии называли "Год без лета" и "Тысяча восемьсот насмерть замерзший". Зимний снег так и не растаял. Весенние посадки не проводились. В августе домашний скот замерз до смерти, а в октябре не было жатвы. Бен Ди тихо злорадствовал в своей хибаре.

Единственная причина, по которой на Земле не начался новый ледниковый период, в том, что в апреле 1817 вдова МакКинзи пришла к Ди, чтобы одолжить немного дров. Её лицо, раскрасневшееся от мороза было столь прекрасно, что он пригласил её на чашечку чая. Между ними проскользнула какая-то искра. Утром он тихо, чтобы не разбудить её, выскользнул из своей кровати с балдахином и развязал теллур. Смена времен года нормализовалась.

Бенджамин Ди умер в возрасте восьмидесяти шести лет, окруженный четырнадцатью любящими детьми и массой внуков, правнуков и праправнуков. Его теллур пережил различные приключения и теперь лежит в коробке, забытой в подвале библиотеки, неподалеку от камина. Каждый год здание становится немного старше. Каждый год швейцар подбрасывает в камин немного больше угля.

Именно так и началось глобальное потепление.

Кстати сказать, когда вы в последний раз посещали публичную библиотеку? Может быть это стоит сделать именно сейчас? Зайдите, полистайте книгу-другую, возьмите несколько книг. И, раз уж вы все равно зашли, опустите пару долларов в банку подписанную "На реконструкцию".

Это может стать хорошей инвестицией.

Конечно, все было сделано в целях безопасности. Моей безопасности, вашей безопасности, национальной безопасности… едва ли между ними есть разница. Курение в общественных местах было запрещено. Мотоциклистам пришлось одеть шлемы. Водителям — застегнуть ремни безопасности. При авиаперелетах запретили брать с собой маникюрные ножницы. Беременным женщинам нельзя пить. Лицам, пользующимся оружием, пришлось согласиться на выборочные проверки на наркотики.

Конечно, в некоторых из этих законов, был смысл. В других — нет. Но все они создавали давление на свободу, которое все усиливалось, пока смысл слова "свобода" не изменился и не стал означать угрозу Нашему Образу Жизни. От всех потребовали — носить удостоверения с ДНК-кодом и сканом сетчатки. Контактный спорт был запрещен. Тревожащая информация была убрана из новостей. На всех границах были построены стены. Международный туризм прекратился. Во всех новых компьютерах были установлены правительственные жучки.

Наконец настал день когда мир стал безопасен. Мир свободный от опасностей, насилия, секса и непосредственного контакта. Свободный от ненависти и зависти, ревности и алчности, и даже от любви. Не происходило ничего нового или неожиданного. Каждый следующий день был копией предыдущего.

Жизнь стала похожа на облако сладкой ваты. Никто из нас ничего не чувствовал. Мы все сутками смотрели телевизор.

Потом поступило сообщение, что для всех граждан подготовлены амниотические резервуары. Пребывание в похожей на околоплодные воды, соленой воде, нас там будут кормить, ухаживать за нами, и стимулировать к погружению в бесконечные мечты о простых вещах.

Не думайте, что у людей осталось достаточно мужества для организации восстания. Мы стали избалованными и мягкими. Но, оказалось, что все думали, что их это не коснется. Мы были как куча хвои, готовая вспыхнуть.

Возрождение проходило тяжело. Многие из нас дорого заплатили за это. Лично мне это стоило руки и глухоты на одно ухо. Сейчас я веду настоящую жизнь. У меня есть жена и дети, а когда я встаю с утра, я никогда не могу предсказать, что случится со мной сегодня, хорошо это будет или плохо.

И мне нравится моя жизнь.

Недавно мой пятилетний сын упал, оцарапал коленку, стал плакать и просить меня остановить кровотечение. Я аккуратно промыл ранку теплой водой с мылом. Затем, перед тем как наклеить пластырь, я помазал её йодом.

— Будет жечь. — предупредил я его. — Но так будет правильно.

Принцесса войны была горнодобывающим кораблем с ионными двигателями и искусственным интеллектом. Он был загружен в неё библиотекарем на пенсии из Маттапойзетта, штат Массачусетс. Она разведывала месторождение замороженного газа в облаке Оорта.

Исследование комет — монотонная работа, поэтому в основном она производится искусственным интеллектом. Поэтому Принцесса войны была удивлена, однажды услышав человеческий голос.

— Эй, красавица. Меня зовут Уилкинс. Хочешь обменять что-нибудь летучее на кусок ксенона?

— М-м-м… — принцесса войны слышала истории про космических пиратов. Тем не менее, она всегда старалась покупать топливо.

— Оставь свой корабль, там где он стоит и плыви сюда в космическом скафандре.

— Оки-доки, мисси. — Голос отключился. Радар принцессы войны показал, как что-то маленькое само отделилось от стоящего на расстоянии корабля. Чуть погодя показания приборов начали её беспокоить.

— Уилкинс, мне кажется, ты тащищь слишком большой вес.

Уилкинс рассмеялся:

— Ну, понимаете ли, мадам. Я взял с собой промышленный лазер. Поэтому не пытайтесь запустить двигатель, иначе я проделаю в вас несколько дырок. С такой дистанции я едва ли промахнусь.

— Зачем ты это делаешь? — испуганно спросила Принцесса войны.

— Знаешь, у меня есть два ответа на этот вопрос. Иногда я надеюсь накопить достаточно ресурсов, и вернуться домой с хорошей прибылью. А иногда я думаю, что я просто псих.

— Допустим, я отдам тебе весь груз. Ты согласен забрать его и уйти?

— Ну, тогда почему бы тебе не отпустить меня просто, шутки ради?

Принцесса войны обдумывала сложившуюся ситуацию. Она загрузила свои базы данных и отыскала в них физические свойства всего, что было у неё на борту.

Она нашла то, что искала.

На корпусе была установлена мощная дуговая сварка, используемая при ремонте пробоин. Она передвинула её ближе к зоне хранения топлива. Одновременно, она отключила холодильную установку во второй секции топливохранилища. Глыбы замороженного ксенонового топлива начали таять, а потом и превращаться в пар.

Поскольку ксенон инертен, никто не тратился на герметизацию топливных резервуаров. Вскоре Принцесса войны была окружена рассеянным облаком ксенонового газа.

— Эй, Уилкинс — позвала она.

— В чем дело, красавица?

— Берегись! — Она активировала дуговую сварку, послав пучок энергии через готовый к ионизации газ. Последовала яркая вспышка синего света, весь газ одновременно вспыхнул, это произошло настолько быстро, что шлем пирата не успел подстроиться и заблокировать свет.

— Я ослеп! Ты, тварь! Ты ослепила меня! — завопил он.

Принцесса войны вернула свою охладительную систему в нормальный режим и затем запустила импульсный ионный двигатель.

— Я побежала. — бросила она напоследок.

— Погоди! — крикнул Уилкинс. — Мой корабль! Леди, вы можете сказать, где мой корабль?

— Ищи его сам.

Принцесса войны направилась дальше, глубже в облако Оорта. Кратко, но с сожалением она вспоминал о Уилкинсе.

— Это научит тебя,не нападать на библиотекарей! — фыркнула она.

Цезий — самый активный из металлов. Он горит на воздухе и бурно реагирует с водой. По этой причине его лучше всего хранить в абсолютном вакууме.

Предтечи, наиболее загадочный из исчезнувших (по-видимому) инопланетных цивилизаций, в самых пустых уголках межзвездного пространства строили цезиевые замки, большие как планеты. Мы искали абсолютный вакуум, тогда мы и нашли один такой. Одна минута исследований показала плотность заметно меньше одного атома на кубическую милю. Мы приблизились чтобы посмотреть.

Замок был крайне просторен, поскольку имел среднюю плотность как у легкого тумана. Мы дрейфовали через большие как города комнаты, используя для движения крошечные импульсы энергии. Куда бы мы ни шли, стены за нами рассыпались. Это было не важно. Все равно оставалось гораздо больше.

Наконец, пресытившись чудесами, богоподобной архитектурой и статуями высотой в мили, настолько красивыми, словно они были сделаны старшим братом Микеланджело, мы собрались в конференц-зале корабля, чтобы обсудить план дальнейших действий.

— Это стопроцентный цезий. — сказал корабельный химик. — Вообще никаких примесей. Я не могу понять, как они его очистили, не говоря уже о том, как они сделали из него такое.

— Это великолепно. — Подвел итог корабельный ксенолог. — Но как мы можем его показать? Он весь чертовски неустойчив, и он настолько большой и хрупкий, что, помести мы его рядом с планетой, силы кориолиса разорвали бы его.

— Я не знаю что делать. — сказал капитан. — У совсем меня нет идей. Это волшебно. Но — как его можно использовать?

Я прочистил горло.

— В девятнадцатом веке в Египте. — сказал я — Мумий из разграбленных гробниц использовали как топливо для паровозов. Они были очень сухими, это делало их замечательным топливом, гораздо лучшим чем уголь.

— Мумии? — испуганно переспросил корабельный биолог. — Ты имеешь в виду настоящих мумий?

Я кивнул.

— Через столетие это, конечно, было признано ужасным преступлением против культуры. Но тогда дельцы, раскапывавшие могилы и продававшие мумий многими тысячами, разбогатели, вышли на пенсию и умерли, оставив наследникам немалые суммы.

— Так ты полагаешь… что мы… — Корабельный физик не смог закончить мысль.

— Ага, мы сломаем его и продадим на корабельное топливо. Здесь наверное около миллиарда квадов энергии. Достаточно, чтобы сделать каждого из нас богаче Креза.

Голосование было быстрым и молчаливым.

Есть серьезные основания для включения меня в экипаж научного судна. Иногда вам нужен взгляд на ситуацию в целом, такой взгляд, какой может дать только корабельный историк.

Введение

Итак, вам предстоит бариевая клизма! Расслабьтесь. Хотя большинство людей думает, что бариевая клизма, это тяжелая процедура, это не совсем так. На самом деле это простой рентгеновский тест, используемый для исследования тонкого кишечника и прямой кишки. Нет никаких ограничений, вы сможете пойти куда вам надо сразу после процедуры.

Описание процедуры

Процедура предельно проста. Сначала вы ложитесь лицом вниз на рентгеновский стол. Затем, техник вставляет вам в анальное отверстие клизму и сжимает её. Это заставляет прямую кишку раздуваться, создавая у вас ложное ощущение, что вам надо в туалет. Зная, что это ощущение ложное, вы можете с легкостью проигнорировать его.

Затем радиолог откроет вентиль трубки, ведущей из пакета с барием. При введении бария, чувство неудобства усилится. продолжайте его игнорировать. Используя флюороскопию радиолог теперь может видеть конец толстого кишечника, где происходит спазм. Это чувство быстро сойдет на нет. Если что-то пойдет не так, то барий следует извлечь из толстой кишки и затем вновь влить его обратно. Возможно, следует вести глюкагон, вещество расслабляющее кишечник, его вводят через большую иглу в вену на вашей руке.

В течении этого процесса вы можете что угодно обсуждать с техником и радиологом. Сохраняйте хорошее настроение. Можете рассказать несколько шуток.

Радиолог сделает несколько "снимков" флюороскопии. Они станут частью вашей медицинской карты и будут принято во внимание при принятии решения о хирургическом вмешательстве. И это все!

Последствия

Шар выпустит воздух, клизму извлекут и, после краткого визита в ванную, вы сможете вернуться к нормальной деятельности.

Конфиденциальность

Обычно такие чувствительные медицинские процедуры имеют статус врачебной тайны. Закон "О свободе медицинской информации" принятый в 2014 году, все это отменил. Вам следует остерегаться того, что вся информации о вашей клизме будет вывешена в интернете, включая рентгеновские снимки, фотографии и полную видеозапись вашей процедуры от начала и до конца. Вам следует быть готовым к тому, что над вами некоторое время будут шутить (в том числе, будут и довольно злые шутки) ваши родные и друзья.

В заключение…

Если разобраться, разве ваше здоровье не важнее всего?

Лантан, как и многие другие, так называемые, редкоземельные металлы, на самом деле не так уж редок. По крайней мере, если вы живете в мире Завоевателей — глухого региона на самых дальних задворках Млечного пути прямо напротив Земли, так где половина неба усеяна звездами, а на другой — беспросветная тьма. В силу особенностей звездной эволюции лантан практически неизвестен среди Завоевателей. Большинство его применений тривиальны — в оптике, как катализатор крекинга, в пучковых лазерах. Но, оказывается, он используется как композитный гидрид в сложных процессах при производстве препарата (именно так его использовали с давних времен), известного как Бессмертие.

Многие века в мирах Завоевателей, управляемых галактической технократией, копилось недовольство их диктатурой. Но технократия контролировала производство Бессмертия и уменьшала его поставки при малейших признаках недовольства.

Вот почему грузовоз корпоративных цветов венерианской фирмы Саммергарден, Попрыгунья и Тинг получил военное сопровождение. Груз лантана был достаточен чтобы удовлетворить на протяжении ста лет нужды целой планеты. Или повстанцев, если они его смогут его захватить.

Атака началась со взрыва шести нейтронных мин. Это вывело из строя экипаж и ИИ рудовоза, не повредив его груз. Потом корабли рейдеров-фрименов выскочили из свернутого пространства и ударили по эскорту направленными аннигиляторами. Были запущены торпеды. Взорвались водородные бомбы. Суда вступили в схватку, получили пробоины, в которые тут же устремились абордажные команды, вооруженные огнестрельным оружием и мономолекулярными веревками.В битве Трех солнц погибло шестьдесят тысяч солдат. В живых осталось только семьдесят три повстанца.

Горстка выживших завела грузовоз и использовала его груз для начала войны, длившейся пятьсот лет и приведшей в запустение треть галактики.

Пять тысяч лет спустя, сам Фримен устроил банкет в память того налета. Хотя банкетная комната была небольшой,в ней поместилась больше половины уцелевших Завоевателей. После обязательных в таких случаях речей, хозяин встал чтобы произнести тост:

— За самое ценное, что есть во вселенной. — сказал он, поднимая свой бокал с вином. — За жизнь!

Важность открытия церия конечно интересна обычному читателю, но не так сильно, как возможность взглянуть на химию, как возможность открыть окно будущее в определенные моменты истории.

Церий был впервые получен зимой 1803/4 в Весманланде (Швеция), геологом Вильгельмом Хейзингером и химиком Джоном Джейкобом Берзелиусом. Хейзингер принес Берзелиусу образец минерала из шахты его отца, и они вместе определили, что это руда ранее неизвестного элемента. Практически одновременно немецкий химик Мартин Кларпрот независимо совершил то же самое открытие. Все три человека хотели назвать элемент в честь недавно открытого астероида Церера — вполне понятно, поскольку в то время вся Европа была увлечена поиском нового, а поиск метеоров был самым модным направлением науки.

Когда Безелиус рассказал жене о своем открытии, она от переживаний упала в обморок. Переживала не она одна. Когда новость распространилась в городах по всей Швеции прошли спонтанные парады, также было в Финляндии и Норвегии. В Стокгольме этот день был объявлен выходным, а торговцы стояли на улицах просто так раздавая товары празднующим. В Париже собрались толпы разозленных горожан, вопрошающих, почему не в их стране совершили это открытие?

Название распространилось по всей Европе а затем и по всему миру. Повсюду (кроме Франции) реакция была такой же — кружащее голову чудо химии вместе с нетерпеливым ожиданием дивного нового мира, который казалось вот вот наступит. На всех шести континентах звонили церковные колокола. Занятия в школах отменили. Хейзингеру и Берзелиусу ставили статуи в тех местах, где раньше один человек из пятисот мог найти Швецию на карте.

Естественно документы, подтверждающие открытие, были отправлены в Лондонское Королевское Общество за Продвижение Химии, члены которого собрались на пышный конклав, чтобы оценить важность открытия.

Тем временем преисполненные надежд люди собирались перед зданием Королевского Общества. В течение дня перешептывались и сомневались. Ночью они также несли дежурство при свете факелов и свечей.

Наконец президент Королевского Общества появился на маленьком балкончике выходящем на Трафальгарскую площадь. Толпы людей, заполнявшие площадь, замолкли при виде плохо различимой фигуры. Помолчав секунду он поднял руки над головой и крикнул молчаливо ожидающей толпе:

— Мы открыли элемент!

Гуляли целую неделю.

Это было задолго до появления телевидения и изобретения радио. Люди тогда умели развлекать себя сами. У них было гораздо больше свободного времени.

— Празеодим с никелем в соединении PrNi5 при намагничивании становится холоднее. Это его свойство дает нам возможность приблизиться к абсолютному нулю до тысячных долей градуса. — сказала ученый-физик.

— Круто! — ответила его дочь. Это был день, когда ваш ребенок с вами на работе, а девочка никогда не видела лабораторию раньше.

— Притворимся, что ты этого не говорила. — Физик показала на машину, которая выглядела как прототип всех установок лучей смерти. — Это прибор для фокусировки магнитного резонанса. Он направляет магнитное излучение мощностью в 5,3 терагаусса на этот крошечный кусочек празеодима.

— Ух ты! А терагаусс — это сколько?

— Это… не трогай руками! Сиди там где ты сидишь, но не трогай ту холодную штуку. Если ты её тронешь, то она моментально высосет из тебя все тепло и ты расколешься вдребезги как льдинка. Именно это случилось с Грегором.

— Как ужасно!

— Ну… он был всего лишь студентом. Хотя написание отчетов по тому случаю отняло массу времени.

— Эй, посмотри. — У тебя тут мощность на этой штуке не выставлена на максимум. Что случится, если ты раскочегаришь её на полную катушку?

— Теоретически она должна опустить температуру цели ниже абсолютного нуля. Ниже точки абсолютной неподвижности атомов, в ту область где есть что-то вроде отрицательного движения атомов.

— И что тогда будет?

— Никто не знает. Некоторые предсказывают, что это породит новую, очень маленькую карманную вселенную. Другие думают, что это создаст крошечный прокол в материи пространства в котором будет другая вселенная, которая прорвется в наш мир. Обе партии примерно равны по численности, поэтому мы не осмеливаемся…

— Давай посмотрим. — сказала девочка переключая реостат вправо до упора.

— О, Боже! — Её мать метнулась к аварийному выключателю МРФ.

На короткий миг лаборатория наполнилась высоким звуком и рассеянным, непонятно откуда взявшимся светом. Призраки тысяч потенциальных миров разлетались от куска празеодима, когда он охладился ниже абсолютного нуля до температур лежащих где-то за ним.

Потом рука ученой легла на переключатель. Магнитное поле исчезло. Мир вернулся к норме.

— Ты… — Лицо матери было бледным как смерть. — Ты могла уничтожить вселенную!

— Эй, мам. Где твой дух научного поиска?

У девочки сверкали глаза. Как ученый её мама была, говоря по совести, крепким профессионалом. Дочь, напротив, была полна священного огня. Пятидесятипроцентный шанс уничтожения вселенной казался ей небольшой платой за знание того, какая из теорий верна.

Тогда она решила, что когда вырастет она обязательно повторит эксперимент и выяснит результат.

— Ты когда нибудь работал с неодимовыми магнитами? — спросил инженер-маглевитатор. Это был первый человек, который провел поезд на магнитной подушке из Нью-Йорка в Лос-Анджелес, много десятилетий назад и сегодня был его последний рейс.

— Нет. — ответил репортер.

При движении на фантастических скоростях по трансконтинентальному монорельсу поезд издавала слабый рокочущий звук. Он писал историю инженера, стоящего за контроллером в последний раз.

— А можно?

Инженер рассмеялся.

— Если ты хочешь сделать это — надо надеть очки! Это очень мощная штука. Два магнита могут лететь вместе с такой силой, что они разлетятся на мелкие кусочки. Я любил играть с магнитами, когда я был ребенком. Я тогда увлекался наукой. Хотел стать космонавтом.

— И что?

— Вот поэтому я и оказался на этой работе — когда не получилось я пошел сюда, это казалось почти не хуже. Ведь неодимовые магниты все-таки заставляют поезд летать.

— Я думал, это из-за электромагнитного двигателя.

— Нет, из-за них он только начинает движение. Поезд висит над путями благодаря постоянным магнитам. Из-за скоб, смонтированных по обеим сторонам поезда мы не можем улететь. А полет нельзя ограничивать.

В этот момент они выезжали на великие равнины, на скорости восемьсот миль в час, перед ним было сто миль прямой дороги под уклон два градуса вверх. Прямая как солнечный луч, она почти неощутимо поднималась вверх.

— Эй. — неожиданно позвал инженер. — Ты хочешь посмотреть как быстро эту малышка может бегать?

— Разве это не достаточно быстро?

— Черт возьми, нет! Никто и никогда не гонял эту девочку на пределе. Никто не знает её пределов. — он утопил педаль до упора.

Когда ускорение прижало репортера к дивану, у него отвисла челюсть .

— Ты уверен, что это безопасно?

— Откуда я знаю? — отозвался старик. Он дернул за переключатель, отсоединяя локомотив от остального поезда. Они снова рванулись вперед. Репортер крепко зажмурил глаза, собирался заговорить, но не успел. — Взлетаем в конце подъема. Отстрел скоб через четыре… три… два… один… Поехали!

На самой вершине открылись магнитные зажимы. Курс мягко выровнялся. Но, оставив рельсы, локомотив продолжал двигаться прямо вперед, направляясь в атмосферу.

— Йэху! — радовался инженер. — Мы достигли первой космической скорости.

— Ты псих! — кричал репортер. — Мы все могли умереть! Зачем ты это сделал?

— Я говорил тебе, что хотел стать космонавтом. Сегодня у меня был последний шанс.

И, напевая "Fly me to the Moon", он повел локомотив на орбиту.

— Нет, спасибо. — сказал Прометей. — Я не курю. Курение приводит к раку легких, заболеваниям сердечно-сосудистой системы, эмфиземе и крайне нежелательно при беременности.

— Я же не предлагал тебе сигарету! — удивился я.

— Ты собирался. — Прометей самодовольно загремел своими цепями. — Я умею предвидеть такие вещи.

— Я пришел сюда, для того чтобы — сказал я. — …

— Задать мне несколько вопросов для более правильного понимания некоторых мифов. Я знаю, знаю. — Он вздохнул. — Да. Нет. Да, конечно. Он все-таки мой родной брат, как ты думаешь, каково мне? Конечно. Никогда. Вы, люди, кажетесь такими мелкими ничтожествами, что у меня даже жалеть вас не получается. Да. Я никогда не оглядывался — я никогда не шел по этому пути, если ты понимаешь, о чем я. Нет, никогда. Я пытаюсь смотреть на происходящее философски. Кстати, я вегетарианец.

— Подожди. — сказал я бешено записывая. — Я потерял нить беседы. Какие вопросы я собирался задать?

— Если ты сам не следишь за ходом разговора, зачем мне это делать?

— Если у тебя нет другого повода, то хотя бы для удобства читателей. Тебе очень симпатизируют в связи с твоим положением — в связи с этой горой, с ежедневным визитом орла, который жестоко выклевывает твою печень, и тем что она отрастает опять за ночь. Все вышеперечисленное и огонь. Мы за него очень благодарны.

— Я в курсе. Я нанял человека, который делает подборку. На каждый заголовок "Огонь — Замечательная штука!" приходится сотня вроде "Монашки и Невинные дети погибли в пожаре!". Ты зря тратишь время, рассказывая мне о благодарности. Если подумать, ты зря потратишь время, что бы ты мне ни сказал.

Я вынужден признаться, что этот парень начинал меня бесить. Я осмотрел открытую всем ветрам голую вершину.

— У тебя тут наверное много интересных дел? — ехидно спросил я.

— Да. Например, я пишу мемуары. Собираюсь начать. Могу размышлять о тепловой смерти вселенной. Ощущать как едят мою печень. Да у меня масса дел! — его гигантская голова отвернулась от меня к звездному небу. Потом он искоса посмотрел на меня. — Любая из них лучше, чем беспокойство, которое причиняет мне любой репортеришко вроде тебя.

— Черт, возьми, хотя бы покажи, что ты можешь быть вежливым!

— Не вижу смысла. — холодно сказал Прометей. — Статья, которую та напишешь, и так получится великолепной.

Потом наступили сумерки и прилетел орел, который начал клевать его печень. Конечно, Прометею стало уже не бесед. Поэтому я ушел.

Чеканя шаг я спускался с горы, выдыхая воздух на каждом шаге.

Господи, какой надменный человек. Неудивительно, что его приковали к этой скале! Я бы и сам это сделал. Зевс наверное только ждал повода.

Но, черт возьми, моя статья действительно получится великолепной!

Самарий — существительное, предмет. Производное от слова Самария.

Было так много Самарий, что сложно даже просто перечислить их все. Первая Самария был построена королем Омри в 880 году до нашей эры и она стала столицей северного королевства Израиль. В 721 году она была завоевана Саргоном. Коренное население было депортировано и она стала столицей ассирийской провинции. В 333 году Александр Македонский завоевал Самарию, перебил большую часть населения и сделал её частью своей грандиозной империи. В третьем веке до нашей эры она была перестроена и укреплена Птолемеем по образцу эллинских городов. Иоанн Гиркан разрушил эллинистическую Самарию в 120 году и продал все население в рабство. В 30 году до нашей эры царь Ирод построил новую Самарию, уже в римском стиле, и переименовал её в Августию в честь императора. Эта Самария была уничтожена римлянами в 67 году в ходе подавления восстания иудеев.

Уже вырисовывается определенная схема. В 200 году была ещё одна Самария, это была римская колония. В четвертом веке существовала византийская Самария. В десятом веке Самарию заселили крестоносцы. Во время французского вторжения Самария была католическим епископатом. В промежутках была греческая и (куда же без них) мусульманская Самария. Было время, когда город состоял всего из одного дома.

Эта история навевает грусть! Мир сменялся войной, процветание — разрухой, обычная человеческая жизнь — смертью и разрушением. Современная Самария — это палестинская деревня под названием Себастия, утопающая во фруктовых садах и огородах. Она расположена на Западном берегу реки Иордан, не далеко от Наблуса. В 2023 году…

Но зачем же продолжать? Все и так понятно…

Миф о Европе и быке (история о том, как Зевс влюбился в прекрасную девушку, превратился в быка, увез её на удаленный остров и от души там с ней позабавился) гораздо древнее чем полагает большинство людей. Насколько сейчас можно реконструировать события, в реальности дела обстояли так:

Около ста тысяч лет назад старший из богов (его имя было не Зевс и не Ра, он был гораздо древнее их обоих) увидел прекрасную девушку играющую с подругами на берегу моря. Или, возможно, на берегу реки. Имя девушки затерялось в истории. В греческой мифологии она представляется финикийкой, так тогда назывался Египет, но при этом её бабушка была из Лидии. В общем, мы знаем только то, что она была южанкой.

Итак, Великий Создатель обернулся белым (белый — цвет смерти) быком, нежным и игривым. Он лизал прекрасные коричневые ноги этой девушки, ел цветы из её изящных рук, и, наконец, добился того, что она забралась ему на спину.

Совершенно измученный, Бог-Бык погрузился в Нил! Бедная девушка в диком ужасе цеплялась в его загривок, все то время, пока он плыл сотни миль до моря, и весь путь по штормящему морю к далекому берегу. Её страх был настолько велик, что её кожа стала белой как снег. Соленая вода искривила её нос, высушила губы и выпрямила волосы, поэтому к концу своего тяжелого испытания он едва ли была похожа на человека вообще.

Наконец они прибыли в Земли Мертвых. С этого момента эту девушка стали называть Европа, или "Та что умерла". Великий-Прародитель принял там свою истинную форму (возможно она была с крыльями и клювом, возможно у него были когти) и сделал её прародительницей новой расы людей.

Европа родила от Первоотца трех сыновья, которых звали Охотничья Собака, Копье и Бронзовая Кожа. Первый из них вырос замечательным охотником. Второй мог поразить копьем любую мишень. Третий защищал свой народ. В то время в Европе жили сильные люди, сильные и многочисленные, сегодня мы зовем их неандертальцами. Сыны Европы победили. Они стали править этой землей и привели её к процветанию

Так в мире появились баски. Эта история записана на стенах Ласко и Альтамиры и многих других пещер, которые приглянулись богу-быку.

Через несколько лет после, какие-то ещё бледнолицые люди тоже прибыли в Европу. Но поскольку они не оставили существенного следа в истории, их судьба нас не интересует.

Проблема татуировок в том, что все их видят. Все время. Вне зависимости, от того, нравится вам это или нет. Скажем откровенно — Америка в двадцать первом веке находится в тисках крайне примитивных культур. О людях судят по мелочам. Иногда вас заставляют выбирать между позицией финансового советника в Мировом Банке и татуировкой в виде черных узоров маори на лице.

Перед таким выбором не должен оказываться ни один цивилизованный человек.

Теперь его и не придется делать. С использованием технологии разработанной в начале века онкологами, которая выстраивала в рисунок светящийся гадолиний, который потом вводится в кожу (гадолиний обладает магнитными свойствами) ручными ЯМР зондами. Эта простая и недорогая операция, которая не больнее, чем обычная вакцинация. Если ты устаешь от дизайна, мастер татуировок может изменить рисунок в соответствии с вашими пожеланиями. Яркость и цвет могут быть любыми. Самое важное то, что такая татуировка становится невидимой!

Пока, и в этом вся соль, вы не посветите на неё ультрафиолетом. Потом на вашей коже проявятся корабли и смерчи, розы и тигры, озорные русалки и спокойные драконы! Когда свет померкнет, наши лица поблекнут и все эти картины исчезнут.

Но на танцполе ночного клуба, когда свет выключен, татуировки сияют как звезды в ночном небе. Они мечутся по комнатам, а обнаженные ноги пляшут на мягком ковре из сброшенной одежды. Мы все становимся похожи на богов, без сомнений и колебаний. Мы без каких-то сожалений предаемся удовольствиям.

Утром, когда взойдет солнце ваши татуировки бесследно растворятся. Им на смену придут головная боль и общее отравление. У нас во рту будет сомнительный привкус. Бледные как покойники, мы будем отчаянно искать в наслоениях устилающей пол одежды ту, в которой пришли мы. Никто из нас не захочет смотреть в глаза друг другу. Мы будем сожалеть обо всем что мы сказали и сделали этой ночью.

Но завтра пока не наступило. Сегодня мы, как и наши татуировки, прекрасны, свободны и бесстрашны. Что нам думать о повседневности? Что у нас сейчас общего с нами обычными?

Тербий для морфоботики значит столько же, сколько кремний для компьютеров. Его магнитострикционность позволяет сокращать или удлинять его при помощи магнитного поля. В нем можно запасать потенциальную энергию, это основа наномоторов, искусственных мускулов и легких моторов, которые позволяют морфоботам менять форму.

На безрезультатные фундаментальные исследования в области создания тербиевых микродвигателей, позволившие создать человекоподобных роботов ушли десятилетия. Чтобы создать первого идеального робота-дворецкого оказалось достаточно одного скучающего подростка и длинных дождливых выходных.

Чтобы сполна ощутить эффект от присутствия такого робота в доме, попытайтесь мыслить, как наши примитивные предки из двадцать первого столетия. Представим, что вы никогда не видели морфобота, готоящего завтрак.

В спокойном состоянии морфоботы выглядят как привлекательные молодые мужчины и женщины, только более внимательные и желающие услужить. Они получают приказы с очаровательной улыбкой и, сохраняя её на своем антропоморфном лице, спускаются вниз в зал на своих суставчатых лапах. По ступенькам они спускаются как змеи. На кухне он опять примет человеческую форму.

Ну, не совсем человеческую, конечно! Пальцы морфобота превращаются в лезвия, которые будут чистить и резать картошку, потом сольются в кастрюлю, наполненную маслом (накачанным по временному трубопроводу из ближайшего буфета) которую он держит над огнем плиты. Пока жарятся чипсы, одна нога превращается в щетку и подметает пол. Другая рука в это время производит текущее техобслуживание холодильника. Третья рука, естественно, жарит гамбургеры, пока лопатообразные щупальца делают лепешки и обжаривают их на мангале.

Параллельно, небольшой усик контролирует окружающую среду и биологическое здоровье окружающих. Другие микроботы в это время возможно разыскивают, отбирают и сортируют споры от различной вредной плесени, для сложных научных проектов над которыми работает один из детей. Эти микроботы, кстати могут использоваться (и используются) чтобы оплодотворять домашних животных, да и саму хозяйку дома ранее отобранным генетическим материалом.

Представьте что вы видите это впервые! Представьте, какое это зрелище доставило бы удовольствие!

Конечно, основное применение морфоботов — в качестве секс-игрушек — и здесь нет нужды в подробностях. Все знают, сколь изобретательны в сексе морфоботы и какие удовольствия им доступны. Редкий человек может читать Кама-сутру без смеха над в высшей степени плоским мышлением её авторов.

Между прочим, социологи, говорят нам, что прошло уже тридцать лет с тех пор как кто-либо получал удовольствие от секса с другим человеком.

Мой дорогой Гнусик

В последнем письме ты спрашивал о рассеивании элементов беспорядка и ошибкам передачи в языке — это то что мы называем "дисфемизмом". Дисфемизм — это один из случаев, когда бонзы нашего Ада добились успеха, он широко распространен в речах в правительстве, армии, бизнесе и даже литературных кругах. В Аду сейчас сезон отпусков (Конгресс не работает), поэтому я могу удовлетворить твоё любопытство..

Когда американцы впервые "встретили" (или, правильнее сказать завоеваны) европейцев, у американцев не было стихов. Человек был человеком, лошадь — лошадью, война — войной. Обязательства подписывались на срок "Пока солнце будет светить, а трава расти". Нельзя было взять свое слово обратно без того чтобы другая сторона также согласилась на это.

Такое плачевное состояние дел не могло продолжаться долго. Те зверства, которые европейцы принесли в новый свет, требовали более гибкого языка, такого в котором для всего можно было подобрать приятное. Поэтому наш Владыка Ада придумал дисфемизм.

Теперь вместо армий они вводят "миротворческие силы". Вместо того чтобы атаковать они наносят "превентивные удары". Гражданское население больше не убивают, это называется "сопутствующие потери".

Война или, правильнее сказать, "полицейская операция" описанная таким языком становится куда более привлекательной в глазах населения.

В это же время, заключенные на отбывают наказание, а исправляются. Товары не облагаются налогом, а "увеличивают ценность". Рабочих не увольняют, а "переводят на аутсорсинг". И так далее, и тому подобное, практически в каждой сфере человеческой жизни.

Дисфемизм стал так распространен, что его заметит едва ли один человек из ста. Молодые девушки думают, что язык всегда был таким удобным! Не следует считать это мелочью. Не забывай, что вначале всего было слово и именно оно определяет отношение к предмету.

Под влиянием дисфемизма люди с нетерпением ждут, когда наступит любовь, гармония, взаимопонимание и всеобщий мир. И начнется золотой век.

Твой любящий дядя

БАЛАМУТ

(приношу извинения Клайву Льюису)

Самое трудное в нанотехнологиях — изолировать лаборатории. Важно помнить что нанороботы очень, очень маленькие. Малейшая халатность приводит к тому, что нанороботы распыляются в воздухе. Если лаборант случайно их вдохнет, они скорее всего осядут в его легких и начнут строить там колонию.

Ранние признаки нанопростуды — это тяжесть в груди, затрудненное дыхание и необычайно большие телефонные счета. Последнее возникает из-за желания наноцивилизации получить финансовую независимость предоставляя те или иные услуги и создать устойчивые отношения с уже существующими колониями.

Очень важно как можно быстрее избавиться на нанопростуды! Если её слишком долго не лечить, наноцивилищация легитимизируется и по суду получит предписание не позволяющее их лечить.

Лечение обычно проводится методами лазерной хирургии, 60-ти ваттным гольмиевым лазером мощностью 5,37 килоджоулей. Поскольку лазерная энергия сильно поглощается жидкостью в тканях, импульс имеет максимальную глубину проникновения 0,4 мм или менее, эффективно плавя металлы и почти бескровно разрезая мягкие ткани. Также он часто используется в атроскопии, ангиопластике, термокератоплатике, литотрипсии и прочих хирургических процедуах, так что области его применения понятны.

Нано-цивилизация конечно отреагирует созданием собственных миниатюрных гольмиевых лазеров и начнет контратаку. По этой причине, при нанопростуде проводить лечение рекомнедуется не докторам, а вооруженным силам вашей страны, которые не ограничены в применении силы для защиты от агрессора.

В конституции США четко сказано, что война может быть объявлена только по решению конгресса. По этой причине жертвам нанопростуды рекомендуется немедленно подать докменты на получение гражданства страны с боле гибкой внешней политикой, поскольку официальная процедура в США займт несколько месяцев.

Жизненно важно получить помощь раньше, чем инфекиця обретет статус ядерной державы.

Эрбий был назван в честь человека который её открыл, Эдгара Райса Берроуза. Хотя он больше известен своими фантастическими рассказами про Марс, Венеру и Пеллюсидар и приключенческими рассказами о герое джунглей, на самом деле Берроуз был достаточно известным химиком.

Его путь к химии был достаточно необычен.. Родители Берроуза были миссионерами, которых послали проповедовать северным саамам. Они умерли в корблекрушении у побережья Упсалы, а молодой Эдгар был выращен шведскими учеными. Не зная его настоящего имени те назвали его Ларс Свен. Когда он начал говорить, ребенок произносил свое имя как Тар-Зан и прозвище к нем у так и прилипло.

В молодом возрасте Берроуз стал известен среди химиков. Он первым получил церий путем, выделив его из оксида, использовав пары калия. Из той же самой руды он выделил лантан. Ещё одну руду он разделил на три элемента: иттрий, тербий и, конечно, эрбий. Но потом случилось несчастье! Берроуз объявил об открытии элемента, который он назвал дидимий. Австриец Карл фон Вельсбах доказал, что это на самом деле смесь двух других элементов, празеодима и неодима.

Берроуз с позором покинул Швецию.

Существо двух миров, не совсем химик и не совсем человек, Берроуз не имел иного пути, кроме как стать писателем. Его собственная история описана в серии книг про Тарзана. Его изгнание из химического эдема стало прообразом для прибытия Тарзанв Африку.

Он умер в 1950 году, окруженный детьми в собственном доме, от сердечного приступа. Его последним словом было "дидимий".

За свою жихнь Берроуз открыл пятнадцать потерянным городов. У него не было выбора — все его книги были автобиографичны, и ему был нужен материал.

Могучий Конан-варвар был рожден в Ультима Туле, холодной, суровой земле на крайнем севере. Так среди покрытых снегом гор его племя сражалось с ледяными троллями и грабило окрестные земли. Это была его жизнь.

Но как и другие мальчишки из маленьких городков, Конану чертовски хотелось повидать мир. Поэтому однажды он закинул меч за спину, накину жилет, отороченный медвежьим мехом и ушел в снега, в поисках своего предназначения.

Через три дня в ледяных пустошах он был разбужен шумом из ледяной пещеры вблизи. Проверив, легко, ли его меч вынимается из ножен, он вошел и был поражен, увидев металлическую башню, которой ещё вчера там не было.

Сбоку башни открылась круглая дверь и из неё высунулась голова слабого и розового человека, похожего на одного из городских жителй юга.

— Приветствую тебя, абориген! — крикнул он — Ты не видел моназита поблизости? Или бастназита?

— Э? — сказал героический юноша.

— Руды содержащие тулий! — ловкий как обезьяна малый спрыгнул на землю. — В моем мире тулий очень редок, поэтому я изобрел машину, которая позоляет путешествовать в альтернативное прошлое, в котором я ищу руду богатую тулием. — он выхватил маленькую металлическую коробочку, которая бибикала и уставился в неё. — Смотри, тут говорится, что твой меч сделан из сплава, содержащего около 14% тулия. Можно посмотреть на него ближе?

Конан извлек меч из ножен.

— Ну, думаю, ты можешь с ним познакомиться.

К сожалению в башне маленького волшебника не нашлось ни золота, ни драгоценных камней. Но его ботинки хорошо сидели на ноге. Они служили ему на всем пути до джунглей Куша, пока не сносились совсем. До самого конца жизни, даже став императором, Конан сожалел, что не спросил у волшебника, откуда тот пришел, прежде чем его убить.

Иттерби — маленький город на острове в десяти милях к северо-востоку от Стокгольма, он известен тем, что там добывают четыре элемента: эрбий, тербий, иттрий и иттербий, в честь которого он и назван. Все эти элементы получают из руды, добываемой в карьере полевого шпата.

Неудивительно, что день элементов — большое событие для Иттерби.

Если вам доведется на нем присутствовать — не отказывайтесь, никто не умеет развлекаться так, как шведы! День начинается не одним, а сразу двумя парадами, один представляет органическую химию, а другой — неорганическую. Во главе каждого идёт безумный химик, одетый в рабочий халат и очки с цветными стеклами, один верхом на колбе Эрленмейера, другой — лабораторной колбе, которую несут дюжины празднующих.

Парады проходят по улочкам Иттерби, закручиваясь один вокруг другого, пока не сталкиваются на центральной площади, где безумные химики устраивают шутовской турнир. Участники обоих парадов начинают кидаться друг в друга едой (в конце концов, еда — такой же химический реактив), с жаром бросая горстями спагетти, лазанью и прочие традиционные блюда.

После войны между органической и неорганической химиями по городу проводится масса других соревнований, состязаний и аттракционов, бои в грязи, состязания духовых оркестров, концерт в стиле хэви метал и многое другое.

Для парней проводится конкурс двойников, они должны скопировать известных шведских химиков. Для девушек проводится конкурс красоты, пбедительница становится мисс Иттерби. Ещё 4 девушки занявшие призовые места становятся четырьмя местными элементами и прислуживают победительнице на празднике.

Ночью веселье продолжается огненным шоу, танцами на улицах, и настолько дикими попойками, что и ирландцы покраснеют. В конце музыка уходит, свет гаснет а улицы пустеют. Парами шведы возвращаются в свои постели, и тем завершают этот день…

Итак, вот одна из них: сколько персонажей в научно-фантастическом рассказе требуется, чтобы поменять лампочку?

Сдаётесь? Два. Один, чтобы поменять лампочку, а другой, чтобы сказать:

— Как ты знаешь, Фред, электрическая лампочка была изобретена Томасом Эдисоном и работает по принципу...

Вот ещё одна шутка, только, может быть, не такая смешная. Сколько учёных нужно, чтобы поменять лампочку?

Не знаете? Около десяти тысяч для создания устройства Судного дня и один для написания отчёта, где говорится, что проект «Лампочка» имеет огромный успех и требует дальнейшего финансирования.

Не понравилось? Как насчёт такой: сколько дипломатов нужно, чтобы поменять лампочку? Один, чтобы выдвинуть ультиматум по поводу пограничного спора; второй, чтобы передать угрозу главы своего государства задействовать проект «Лампочка», если вражеские войска пересекут границу; и третий, чтобы решить, что глава государства блефовал.

Не смешно, скажете вы. Однако вы суровы. Попробуйте такую. Сколько глав государств нужно, чтобы поменять лампочку? Ни одного. Главы государств ничего не меняют. Ни электрические лампочки, ни свои мозги, ничего.

Ладно, последняя шутка. Сколько выживших людей нужно, чтобы поменять лампочку?

Примерно через неделю? Вообще никого.

Каждый год 1 марта химики по всему миру отмечают День памяти Дмитрия Ивановича Менделеева, отца Периодической таблицы Менделеева.

Необычайно развитой, Менделеев был практически лишён доступа к университетскому образованию ввиду проживания в Сибири. К счастью для науки, решительная мать отвезла его сначала в Москву, а затем в Санкт-Петербург, где она, наконец, нашла учебное заведение, достойное Дмитрия. Он окончил университет с золотой медалью за выдающиеся достижения в области науки и продолжил обучение в Париже и Гейдельберге. Будучи профессором химии, вернувшись в Санкт-Петербург, он не смог найти ни одного достойного учебника и поэтому написал свой собственный. Сие заставило его глубоко задуматься о взаимосвязях между элементами и о том, как их лучше всего упорядочить.

Прорывное открытие Менделеева 1 марта 1869 года (17 февраля по старому стилю), что элементы следует сортировать по их валентностям, систематизировало разрозненную массу эмпирических данных и превратило её в мощный инструмент анализа и прогнозирования. О важности периодической таблицы Менделеева для химии можно судить по следующему факту: в её самой ранней версии насчитывалось три пустых клетки, где должны были быть элементы, никем пока не выявленные. Впоследствии все три элемента были обнаружены и оказалось, что они обладают свойствами, предсказанными Менделеевым.

В соответствии с торжественностью события, День святого Менделеева является днём поста и воздержания. Ни один химик в мире не позволит себе нечто большее, чем пара кусочков хлеба и несколько глотков воды, от восхода до заката. У них мрачное выражение лица. Они думают о великом.

С наступлением темноты, конечно, меняется всё. Достаются корзины для пикника и бутылки вина. Произносятся тосты, и веселье взмывает до небес. Затем празднующие выходят на улицу и начинают взрывать всё подряд. В конце концов, они химики — и развлекаются, как могут!

Менделеев мог бы предсказать и это.

Примечание переводчика: в английском языке слово nitrogen (азот) созвучно со словами night (ночь) и generation (1. генерация, 2. поколение)

Примечание переводчика: слово vitriol, использованное автором для обозначения купороса, имеет также значение «сарказм»

перевод Laapooder

примечание переводчика: деньги на английском — money сурьма — antimony

перевод Laapooder

перевод Laapooder