Original title: Dream Volley 4. La grande occasione

by Annalisa Strada and Myriam Sylla

Cover by Alessia Trunfio

Graphic concept by Benedetta Baraldi

Text by Annalisa Strada published in arrangement with Grandi & Associati, Milano

© 2024 Editrice Il Castoro Srl viale Andrea Doria 7, 20124 Milano www.editriceilcastoro.it info@editriceilcastoro.it

© Золоева Л. В., перевод на русский язык, 2025

© Оформление. ООО «Издательство АЗБУКА», 2025 «Махаон»^®

Ребята вышли из школы, выстроившись журавлиным клином, и стали протискиваться между школьниками, которые не спешили возвращаться домой.

Толпу рассекала Виктория, набирая обороты и ни с кем не разговаривая. Она всё не могла успокоиться после контрольной по технологии. Задание было простое: начертить и раскрасить несложный геометрический рисунок, мозаичную текстуру которого она могла бы передать безупречно. Если бы Рада всё не испортила: она направилась к мусорной корзине, чтобы очистить точилку для карандашей, и толкнула Викторию локтем. Рада клялась и божилась, что она не специально, но ей никто не поверил. А на работе Виктории остался след чёрного маркера, похожий на трещину, уродующую античную фреску.

Учительница по технологии успела вмешаться раньше, чем девочки вступили в перепалку, и пообещала, что при выставлении оценок учтёт эту неприятность, но этого оказалось недостаточно, чтобы утешить Викторию, и она даже после последнего урока продолжала злиться на весь мир.

За ней, мирно переговариваясь, шли Элиза и Маби. А следом Катерина и Маттео, которые весело смеялись над тем, что рассказывал Алекс. Подбежавшая к ним Адель во что бы то ни стало хотела узнать, над чем они смеются, учитывая, что у неё выдался на редкость скучный день.

Никто из ребят не обратил внимания на небольшую группу младшеклассников, к которой они стремительно приближались. У детей закончились уроки, и они ждали, когда из школы выйдут ученики старших классов. Стоявшие чуть поодаль родители то и дело поглядывали на часы, явно с нетерпением ожидая момента, когда можно будет наконец отвести своих чад домой.

Детей в группе было пятеро, а верховодила ими маленькая девочка с кудрявыми волосами, перехваченными ободком с большими кошачьими ушками.

Она, встав на цыпочки, махала рукой и подпрыгивала от нетерпения, чтобы привлечь к себе внимание, но не решалась подойти ближе. Первой её заметила Катерина.

– Смотри, какая хорошенькая! – сказала она, повернувшись к Адель и показывая на кудрявую девочку.

– Они, наверное, ждут кого-то, – вставила Элиза, отвлёкшись от разговора с Маби.

– Может, это младшая сестра кого-то из старшеклассников? – предположила Маби, едва посмотрев на девочку. – Хотя я её никогда раньше не видела.

Девочка поняла, что говорят о ней, и щёки у неё заалели, как спелые вишни. Резко подавшись вперёд, она улыбнулась во весь рот, обнажив небольшой просвет на месте двух выпавших передних зубов. Потом достала из кармана школьного фартука четырёхцветную ручку в придачу к листку бумаги, который держала в руке, и спросила, так и не решившись приблизиться:

– Вы можете дать нам автограф?

– Кто именно? – поинтересовалась Элиза, увидев, что листок бумаги направлен прямо на неё, хотя вопрос, казалось, был адресован им всем.

Размахивая бумагой и ручкой, девочка развела в стороны руки, словно хотела охватить всю группу:

– Вы!

– Да кто мы? – искренне не понимала Элиза.

И тут в разговор вмешался мальчик, который казался самым застенчивым в группе:

– Команда «Мечта»!

Элиза от удивления прикрыла рот рукой и замерла с застывшим на лице выражением счастья. Поэтому отвечать пришлось Катерине.

– А вы что, знаете команду «Мечта»? – спросила она.

Мальчик кивнул и добавил с видом знатока:

– Вы выиграли у «Фарфары»!

Тем временем Катерина взяла Элизу за локоть и слегка подтолкнула её вперёд, чтобы она решилась наконец первой порадовать маленьких поклонников.

– Я тоже хочу играть в волейбол! – выпалила девочка, у которой были такие же косички, как у капитана «Мечты».

Мальчик с царапиной на подбородке поднял руку, как делал в классе, когда хотел ответить на вопрос, и сказал:

– А я на плавание хожу.

– Я играю в футбол, но болею за вас! – прокричала ещё одна светловолосая девочка, прыгая на месте, как взбесившийся мяч.

Адель крепко обняла её, подняв вверх, и девочка залилась счастливым смехом.

– Какие славные! – воскликнула Виктория, забыв, что сердится.

А светловолосая девочка, снова оказавшись на земле, спросила с серьёзным видом:

– Так вы дадите нам автограф?!

Адель только рассмеялась в ответ.

– Элиза! Давай ты начнёшь! – решила за всех Катерина.

– Наш первый автограф! – сказала капитан, осторожно взяв в руки четырёхцветную ручку, как будто это была динамитная шашка, которая вот-вот взорвётся.

Пока Элиза выводила на листе бумаги своё имя, к ним подошла одна из мам.

– Можно я вас сфотографирую? – спросила она, доставая смартфон.

Маби обняла Адель и уже начала позировать, но им помешала Виктория.

– Что вы будете делать с фотографией? В смысле, куда вы её выложите? – поинтересовалась она, с подозрением глядя на телефон.

– Молодец, правильно делаешь, что спрашиваешь. Как же вы мне нравитесь! – со спокойной улыбкой ответила женщина и поспешила заверить: – Обещаю, я не буду выкладывать её в соцсетях. Это просто для нас, на память. Мы вообще не публикуем фотографии наших детей.

Девочки из команды «Мечта», сияя от радости, позировали перед смартфоном, а Маттео и Алекс отошли в сторону и наслаждались зрелищем издалека.

– Жаль только, что мы не в полном составе… – вздохнула Элиза.

Сделав снимок, женщина убрала смартфон и подмигнула команде:

– А мы вас снова сфотографируем, когда вы в следующий раз будете играть дома. Мы придём на вас посмотреть!

Дети радостно побежали к родителям, размахивая автографами, как трофеями.

Ребята тоже собрались уходить, но тут Катерина открыла рюкзак и начала копаться в нём в поисках телефона.

– Подождите! Мне надо написать Этторе про эту историю… и я ещё не сообщила ему, как прошла контрольная!

Все остановились, и Виктория, к которой вернулось её обычное хорошее настроение, не удержалась и поддела подругу:

– А, ну да, ты же ведёшь для него хронику событий минута в минуту!

– Да куда он подевался? – ворчала Катерина, роясь в книгах и тетрадях.

Забавно, что именно она не могла теперь ни минуты прожить без телефона, хотя ещё совсем недавно специально оставляла его дома за ненадобностью.

– Когда вы снова с ним встречаетесь? – спросила Элиза.

В отличие от Маби и Виктории, капитан ещё не видела Этторе, но так много о нём слышала, что ей не терпелось с ним познакомиться.

– Мы ещё не договорились, – ответила Катерина, продолжая копаться в своих вещах, как будто у неё был не рюкзак, а бездонный колодец.

У Виктории урчало в животе от голода, и она очень спешила домой, но не могла не задать свой обычный вопрос:

– Как там мой котёнок? – В ответ на недоумённый взгляд подруги девочка поспешила уточнить: – Нет, ну это же я нашла котят, поэтому они всегда будут моими! В каком-то смысле.

– С котёнком всё замечательно! – заверила её Катерина, найдя наконец то, что искала.

Она включила телефон, ввела ПИН-код – и на неё тут же посыпался шквал гудков, оповещающих о потоке входящих сообщений.

– Вот Этторе даёт, а! – воскликнул Маттео. – Он всегда тебе столько пишет?!

Катерина с озадаченным лицом просматривала пришедшие сообщения.

– Мне пишут люди, с которыми я уже сто лет не общаюсь… – пробормотала она. – Даже девочки, с которыми я когда-то ходила на балет.

Катерина подняла брови, потом нахмурилась и попросила своих друзей тоже включить телефоны.

Алекс отреагировал первым:

– Я уже включил… но мне никто не пишет.

Маттео единственный из всех даже пальцем не пошевелил.

– Я устроил себе диджитал-детокс и просто счастлив. Включаю телефон только дома и только для того, чтобы написать Виктории, – сказал он и с нежностью посмотрел на девушку.

Она молча подмигнула ему в ответ. С тех пор как ребята начали встречаться, нерд Маттео всячески пытался убедить Викторию в том, что, если она научится хотя бы иногда выпускать телефон из рук, её жизнь станет намного лучше. Но девушка отчаянно сопротивлялась. И уж точно не собиралась переходить на цифровое воздержание прямо сейчас. Её большой палец уже прокручивал список чатов, забитых уведомлениями.

– Ой, о нас написали в «Здесь и сейчас»! – воскликнула Элиза. – Для тех, у кого не было в руках смартфона, она пояснила, сияя от счастья, в которое сама не могла поверить: – У них целый отчёт вышел о нашем матче. Они мне ссылку прислали.

Подруги подошли к ней ближе, чтобы вместе прочитать статью:

Девочки, крепко обняв друг друга, снова и снова пробегали глазами статью. Стоявшие рядом Алекс и Маттео пытались отыскать новость в своих телефонах. Друзья не проронили ни слова, но было видно, что они очень гордятся своими одноклассницами.

Отчёт о мачте сопровождал фоторепортаж. Снимки получились слегка зернистыми, но кадры были весьма удачные.

– С ума сойти… – выдохнула Элиза, прикусив губу. – А я даже не заметила, что нас фотографируют!

Девочек отвлёк от чтения громкий гудок автомобиля. В нескольких шагах от них остановилась мама Катерины, и из окна машины уже высовывал голову Плавт, большая мареммо-абруццкая овчарка.

– Я думала, что опаздываю на обед, а вы идёте ещё позже меня!

– Мама! О нас в газетах пишут! – закричала Катерина, размахивая телефоном.

– И по телевизору показывают! – ответила мама Катерины и рассмеялась, глядя на растерянные лица девочек. – Вас упомянули в спортивных новостях на местном канале. Я пришлю вам ссылку!

Теперь все заспешили домой, чтобы поделиться с родными новостями, которые градом сыпались со всех сторон последние десять минут.

Мама Катерины нарезала фенхель. Белые полоски оседали на разделочной доске мягким облаком.

Элиза и Пьетро уже сидели за накрытым столом и соревновались, кто быстрее съест хлебную палочку, глядя друг другу в глаза и смеясь как дети. Наблюдавший за ними Плавт яростно колотил хвостом по полу в ожидании очередного печенья в форме косточки. По мнению пса, он заслужил угощение, потому что вёл себя как очень хороший мальчик.

Катерина, войдя на кухню с крошечным котёнком на руках, огляделась по сторонам, повела носом и вздохнула:

– Опять фенхель?! – Она сначала закатила глаза к потолку, а потом, тщетно поискав взглядом поддержку у Пьетро, повернулась к маме: – Когда ты постоянно готовила, был полный кошмар. Но теперь ты вообще не включаешь плиту, и это тоже полный кошмар. Хоть бы пасту сварила… А что дальше будет? Такими темпами мы скоро дойдём до того, что будем лазить по соседским деревьям в поисках чего-нибудь съедобного…

Пиццоккеро жалобно замяукал, присоединяясь к упрёкам Катерины.

– Я добавлю вкусные специи, – пыталась защититься мама.

Плавт залаял, требуя свою долю ласки, но в этот момент скрипнула дверь, и на кухню с дымящимся подносом в руках вошёл Энрико, папа Катерины.

– Я тут у себя в мастерской блинчики испёк! Боюсь, у меня зелёная поросль на голове заколосится, если я съем ещё хоть одну тарелку фенхеля. И потом я подумал, что нашим спортсменкам нужно что-то посолиднее сырых овощей.

Комната наполнилась не только запахом, перед которым невозможно было устоять. Недовольные комментарии мамы утонули в шуме сдвигаемых к столу стульев.

Когда все расселись, папа снял с себя рабочий халат, который надевал, реставрируя мебель в подвале дома, и тоже подсел к столу. Он любил поболтать с детьми, и ему нравилось быть в курсе событий их жизни, поэтому он тут же повернулся к Элизе и спросил:

– Значит, после статьи о команде и после репортажа по телевизору следующая новость будет о том, что капитан переходит в другую команду?

– А нельзя было как-то поделикатней задать этот вопрос? – упрекнула его жена. – Какой ты всё-таки невежливый!

– Не волнуйтесь, – успокоила её Элиза, – в этом вопросе нет ничего плохого.

Отец Катерины повторил вопрос:

– Ты вправду уходишь в другую команду?

– Пап, да позволь же ей сказать! Слово не даёшь произнести, – немного резко вмешался Пьетро.

– Ох, в нашей семье всем бы надо научиться не перебивать друг друга, – вздохнула мама Катерины и подмигнула мужу.

Элиза рассмеялась, чтобы разрядить обстановку.

– После матча с «Фарфарой» менеджер одной известной команды сказал, что они заинтересованы в возможном сотрудничестве, и я начала ездить к ним на просмотры.

– Да ладно, не скромничай, – светясь от счастья, сказал Пьетро, подбадривая Элизу, и добавил, обращаясь ко всей семье: – Она так хорошо играет, что её хотят взять в основной состав. А они, между прочим, профессионалы!

Элиза тряхнула косичками, тихо звякнув розовым бисером, вплетённым в них.

– Не преувеличивай! Эта команда играет на более высоком уровне, и от меня требуется большая самоотдача. Я уже несколько раз тренировалась с ними. Там и в самом деле очень серьёзные игроки… и даже суровые немного. Но… я довольна. Правда, сильно волнуюсь.

– Ты большая умница, – подбодрила её Катерина. – Мы все очень гордимся тобой. У нас было всего две тренировки без тебя, а мы уже очень соскучились. Но нам не терпится поболеть за тебя на твоей первой игре.

– Это будет нескоро… – сказала Элиза, посмотрев на подругу сияющими глазами. – Меня пока не взяли в команду. Это просто просмотры…

– А что за команда? – спросил папа Катерины, раскладывая блины по тарелкам.

– «Сеттемани», они играют в третьем дивизионе, – с радостью поделилась Элиза. – У них долгая история, они знаменитая команда. Но, к сожалению, до их базы отсюда больше тридцати километров…

– А они сильно отличаются от «Мечты»? – спросила мама Катерины, предлагая фенхель, от которого все дружно отказывались.

– Они намного чаще тренируются, и тренировки более напряжённые. Их тренер, Джованна, просто не знает жалости. После первого просмотра я рухнула без сил.

– А как тебе другие игроки? – спросил Пьетро, водя пальцем по краю пустой тарелки.

– В «Мечте» играют необыкновенные девочки, но и в «Сеттемани» тоже народ серьёзный. Они все настроены очень решительно. С одной стороны, играют, потому что им это нравится и потому что они получают удовольствие, но, с другой стороны, видно, что они рассуждают как профессионалы. Вкладывают в игру столько энергии, что для сомнений просто нет времени. Это совсем другой уровень.

– Но тебе там хорошо, да? – спросил папа Катерины, всё это время внимательно слушавший Элизу.

– Конечно, – без колебаний ответила капитан, – но иногда я думаю, что в такой команде можно остаться, только если ты действительно убеждён, что хочешь играть, иначе можно возненавидеть волейбол.

– Но тебе ведь это не грозит, да? – спросила мама Катерины, не скрывая тревоги за судьбу Элизы.

– Пока нет. Но бывают моменты, когда… как бы это сказать…

– Моменты, когда надо остановиться и подумать, – уточнил Энрико.

– Да! Точно! – подтвердила девочка.

Катерина погладила Пиццоккеро, который ответил на её ласку тихим мурлыканьем.

– Когда ты так говоришь о тренировках, я их представляю, как в мультфильмах, знаешь? – попыталась развеять напряжение Катерина.

Элиза улыбнулась.

– Я понимаю, что вы все мечтаете о моём прекрасном будущем, но это волейбол совершенно другого уровня, – призналась она. – Я же тебе говорила, да? Меня даже записали к нутрициологу и психологу!

– Понятно, – сказал папа Катерины, снова подкладывая всем блины, – скажем так, у тебя есть все шансы стать великой волейболисткой, но для этого ты должна выложиться на все сто. А сейчас ешь, иначе тебе не выстоять на следующей тренировке!

Но мама Катерины ещё не готова была закончить разговор.

– А как же школа?

– Мама уже обо всём позаботилась, – ответила Элиза, пожав плечами, – она отнесла в секретариат документы, необходимые для того, чтобы меня записали к ученикам, занимающимся профессиональным спортом. Похоже, мне разрешат пропускать занятия. Я сейчас очень стараюсь не отстать, но уже понимаю, что это невозможно.

Элизу бы продолжили засыпать вопросами, если бы котёнок не начал мяукать, как сирена, не давая никому и слова сказать.

– Он голодный, а его корм остался у меня в комнате! – обрадовалась Катерина и, подмигнув Элизе, добавила: – Давай доедай и беги, иначе этот допрос не закончится никогда!

– О, с тех пор как у нас появился новый спонсор, Эмма стала просто королевой! – прошептала Адель на ухо Джорджии.

Новым спонсором команды «Мечта» была Патриция Бонелли. Она владела салоном красоты в центре города и сейчас открывала целую сеть таких же салонов в других местах. Уход за кожей, волосами, ногтями… Патриция ничего не упускала из виду.

И тренер «Мечты» Эмма действительно немного изменилась. Раньше она была просто красивой женщиной, излучавшей решительность и целеустремленность, но в последнее время она явно стала уделять особое внимание сочетанию цветов в одежде и укладке волос.

Чечилия, входившая в спортзал вслед за Аделью и Джорджией, присоединилась к их разговору.

– Ух ты, точно, – сказала она так, будто до этого момента не замечала в Эмме никаких перемен. – Потом помолчала и добавила со вздохом: – Значит, действительно можно быть одновременно спортивной и элегантной. Типа как спортсменки на Олимпиаде. Похоже, Патриция права, когда говорит, что человек бывает красивым, когда чувствует себя красивым.

Тренер «Мечты» услышала только последние слова, но ей этого было достаточно. Она улыбнулась и, подмигнув девочкам, громко объявила:

– Так, все ко мне! Подойдите, пожалуйста, поближе, мне надо сказать вам что-то очень важное.

Когда члены команды собрались вокруг тренера, она начала с похвалы:

– Вы провели отличный матч против «Фарфары». Вы не просто победили, вы одолели сильного соперника.

– А ты знаешь, что у нас уже просят автографы?! – не сдержалась Виктория.

– Это были семилетние дети, – уточнила Катерина, – но это было прекрасно.

– А статью в газете видела?! – вставила Адель.

– Конечно, – ответила Эмма. – И спортивные новости по телевизору… Вы всё это заслужили. Мы с вами движемся в правильном направлении, и нам надо продолжать в том же духе.

Тренер дала своим спортсменкам время насладиться счастьем и добавила:

– А для этого нужны внимание и концентрация.

– Подавай, лети… – начала Виктория.

– …забивай! – подхватили остальные.

Эмма дождалась, когда под высоким потолком спортзала стихнет громкое эхо. Потом кашлянула и продолжила:

– Мы уже не раз говорили, что Элиза может уйти из команды. Она пожинает плоды своих трудов и таланта…

Слова Эммы вызвали улыбку на лицах девочек.

– Я только удивляюсь, как она всё успевает! – вполголоса прокомментировала Адель.

– Элиза была нашим капитаном, – продолжила Эмма, – и она превосходно справлялась с этой ролью. И я думаю, вы уже поняли, что нам предстоит…

Тренер посмотрела на своих игроков ободряющим взглядом, но в ответ увидела лишь вопросительные выражения на лицах.

– Тренировка? – неуверенно спросила Маби.

Тренер покачала головой.

– Не только… нам нужно назначить нового капитана, – спокойно сказала женщина и тут же раскрыла свои карты: – И мне кажется, у нас есть два замечательных кандидата: Маби и Катерина.

По спортзалу прокатилось несколько раз повторённое «О-о-о-!». Девочки быстро оглядывались друг на друга. Те, кто стоял ближе всех к Маби и Катерине, подняли руки, чтобы хлопнуть их по ладоням.

Маби вспыхнула, и её молочно-белая кожа покрылась красными пятнами, как всегда бывало, когда она очень сильно волновалась. А Катерина всё смотрела по сторонам, как будто надеялась, что в команде появился кто-то ещё с таким же именем. Две кандидатки стояли бок о бок, но инстинктивно отступили на шаг.

Так как все молчали, Эмма решила пояснить свои слова:

– Маби состоит в команде намного дольше Катерины, и капитаном должна была стать она. Но я и в Катерине вижу большой потенциал. И убеждена, что эта роль должна достаться тому, кто справится с ней наилучшим образом, и сделает это, проявив свои лучшие качества. Поэтому, прежде чем принять окончательное решение, я понаблюдаю за обеими.

– Мне кажется, я не совсем поняла… Что они должны теперь делать? – выразила всеобщее недоумение Виктория.

– Ничего. Им просто нужно быть самими собой, – ответила тренер и наконец обратилась напрямую к двум претенденткам: – Ведите себя настолько естественно, насколько сможете. Я просто буду наблюдать. Как часто бывает в жизни, время покажет.

Не то чтобы команда не поняла слова Эммы – они её не удовлетворили. Было видно, что игроки, и особенно Маби с Катериной, предпочли бы узнать решение тренера сразу. От незамедлительного ответа всем стало бы легче.

– И сколько времени это займёт, примерно? – осмелилась спросить Адель.

Эмма подняла руки к небу, показывая, что она не знает.

– Надо научиться ждать. Некоторые решения должны сами созреть…

Катерина и Маби переглянулись так, будто между ними что-то сломалось, но они быстро оправились. Одновременно подошли друг к другу и обнялись, как настоящие спортсменки и настоящие подруги. Но Виктория, которая знала Катерину лучше всех, заметила, что подруге это далось нелегко.

А потом началась тренировка. Девочки размялись, пробежав несколько кругов, затем расставили оборудование для прыжков. Они прыгали так, словно от этого зависело будущее планеты, и, даже не сделав обычного перерыва, перешли к ведению мяча. Маби и Катерина делали всё, чтобы не оказаться в паре, но было видно, что они следят друг за другом.

– Поживём – увидим, – подвела итог Адель и дала пять Джорджии.

Звонок, оповестивший о неумолимом окончании перемены, прозвенел минуты две назад, но Катерина всё ещё сидела в туалете за закрытой дверью с телефоном в руке.

Если бы её застал кто-нибудь из учителей или персонала, у неё были бы большие неприятности. Но ей очень нужны были ещё пара минут. Она яростно строчила сообщения и с нетерпением ждала ответы. Сообщения отправлялись на телефон Этторе, который тоже заперся в школьном туалете под угрозой двойного наказания: от школы и от родителей, если, конечно, они узнают.

Катерина никогда бы не сделала ничего подобного, если бы не чрезвычайные обстоятельства, в которых только Этторе мог найти нужные слова. Когда она познакомилась с ним на онлайн-занятиях по астрономии и начала чатиться, она и подумать не могла, что этот мальчик станет таким важным человеком в её жизни. И вот теперь она сидит и дрожит от нетерпения в ожидании его ответов.

Резкий стук в дверь не дал Катерине прочитать ответ. Она выключила смартфон трясущимися от чувства вины руками.

За стуком последовал чуть приглушённый голос Виктории:

– Выходи! Там проф уже думает, что тебе плохо стало!

– Иду… – фыркнула Катерина, потеряв терпение.

Она открыла дверь и направилась в класс, семеня рядом с подругой.

Девочки шли молча.

Катерина погрузилась в свои мысли, а Виктория искала своё отражение в окнах коридора, поправляя непослушные волосы.

– Ты как? – раздался у них за спинами знакомый голос. – Мы уже начали волноваться.

Катерина обернулась и увидела Маби, которая приближалась к ним по коридору с двумя рулонами скотча в руках. Очевидно, в классе понадобилось что-то прикрепить к доске.

– У меня закружилась голова, – солгала Катерина. – Мне просто надо было немного побыть в тишине.

Стоявшая рядом Виктория бросила на подругу неодобрительный взгляд, потом открыла рот, но тут же закрыла, так ничего и не сказав, и просто покачала головой.

Перед входом в класс Катерина и Маби одновременно взялись за ручку двери. Раньше они бы рассмеялись и открыли дверь вместе. Но теперь девочки вцепились в ручку, обхватив ладони друг друга, как на соревнованиях по армрестлингу. Это длилось всего одно мгновение, потом Катерина резко опустила руку.

– Прости, – тихо сказала она, пропуская Маби вперёд.

Но, когда её соперница входила в класс, Катерина с трудом сдерживала раздражение. Шедшая за ними Виктория не могла поверить в то, что она только что увидела.

Учитель математики Профумати раздавал контрольные в своей обычной манере – он клал листы с заданиями исписанной стороной вниз, чтобы никто не видел оценку соседа по парте.

– Оценка не показатель того, что вы хороший человек или прилежный ученик, – любил повторять Профумати. – Оценка говорит лишь о том, насколько хорошо вы усвоили данную тему и даёт представление о том, как нужно готовиться к контрольной. Вы можете сами сказать друг другу ваши оценки, если захотите. Я здесь не для того, чтобы составлять рейтинги.

Это была прекрасная, но совершенно ненужная речь. Все всё равно тут же сообщили, какие у кого результаты.

Катерина быстро перевернула свой листок. Восьмёрка. Без плюсов и без минусов. Хороший технический результат. В определённых обстоятельствах – просто отличный. Но не для Катерины. И не сегодня. Она надеялась на десятку, была готова согласиться на девятку, но восьмёрка её разочаровала. Пробежав глазами задания в поисках ошибок, она очень разозлилась на себя, когда поняла, что два раза ошиблась в элементарных вычислениях. И оба раза при решении задач на умножение. Бред! Как будто она не знала таблицу умножения на восемь… Опять эта цифра, как нарочно. Катерине стало очень обидно. У неё даже глаза защипало от слёз. Вот ещё из-за оценок она не плакала в классе!

– Пссст, – тихо прошипела Катерина, чтобы привлечь внимание Маттео.

Он повернулся и, уверенный в том, что она хочет знать его оценку, шепнул:

– Девять с половиной.

Катерина, проигнорировав эту ценную информацию, тихо спросила:

– У Маби какая оценка?

– Девять, – как ни в чём ни бывало шепнул Маттео. – А у тебя?

– Восемь, – пробубнила Катерина, стиснув зубы и уже с трудом сдерживая слёзы.

И без того трагичная ситуация грозила стать ещё трагичней. Что и произошло практически в следующее мгновение.

В класс ворвалась уборщица Кандида, как всегда резкая и импульсивная, и зычным голосом спросила:

– Все сдали квитанции об оплате похода в театр?

– Да, – ответила Маби, которой было поручено собрать документы.

– Это неправда, – вставила Катерина. – Алекс ещё не сдал.

Услышав своё имя, Алекс даже подпрыгнул.

– Я же сказал, что мама принесёт квитанцию в кабинет секретаря! – объяснил он, не осознавая, что в него чуть не угодили стрелы, которые девочки нацелили друг в друга.

Кандида, вытянув руку, подошла к Маби, схватила папку, которую ей протягивала девочка, и вышла так же стремительно, как вошла, похожая на торнадо, налетевшее на поле пшеницы.

На минуту показалось, что в классе воцарилось спокойствие, но это было не так.

Катерина чувствовала, что внутри её растёт что-то такое, чего она никогда за собой не знала. Что-то вроде неловкости, от которой ей было неуютно в собственных мыслях. Это чувство напоминало злость, но оно ощущалось острее и его труднее было излить.

– Видела, Маби маникюр сделала? – быстро зашептала Катерина, повернувшись к Виктории. – Как она собирается играть с такими когтями? Они слишком длинные. Мало ей было почти сломанного пальца…

Лучшая подруга отреагировала не так, как надеялась Катерина. Виктория взяла её за руку, посмотрела ей в глаза и очень строго ответила:

– Может, хватит уже?!

Катерина приняла удар и, покраснев, отдёрнула руку. Но Виктория, как выяснилось, не закончила.

– Ты заходишь слишком далеко, – зашептала она. – Я понимаю, что тебе нравится дух соперничества, но ты перебарщиваешь. Ты, кажется, сильно боишься, что не станешь капитаном, и со стороны это выглядит не очень.

– Во-первых, меня никогда не волновало то, как я выгляжу со стороны, – попыталась защититься Катерина.

Виктория приподняла бровь.

– А во-вторых, – продолжила Катерина, – я не сказала и не сделала ничего такого, чего я бы не говорила и не делала раньше.

– Я тебя не узнаю… – выдохнула Виктория, закатив глаза.

Катерина обиделась и перешла в нападение:

– Может, ты просто смотришь на меня другими глазами?

– А может, хватит уже всем мешать?! – перебила их Рада.

Похоже, капитан «Марсова поля», их вечного волейбольного соперника, всё слышала и смеялась себе под нос. А может, она просто в своём стиле отчитала их и призвала к порядку, как будто была учительницей и имела на это полное право.

– Давай всё-таки проф будет решать, кто тут кому мешает! – резко ответила Виктория.

– Перестаньте уже обсуждать свои оценки, – оборвал всех троих Профумати. – Если у вас есть вопросы, подойдёте ко мне после урока. И закончим на этом. У нас сегодня новая тема.

– Всё лучше, чем сходить с ума, – сказала Виктория, пристально глядя на Катерину.

День, который и так начался для Катерины неудачно, продолжил лететь вперёд, как гоночный автомобиль без тормозов на крутом спуске.

Класс перемещался в художественную мастерскую в необычной тишине.

– Вы сегодня просто великолепны! – не скрывая удивления воскликнула Сакрофано, сопровождавшая их учительница по ИЗО. – Если бы вы всегда себя так вели, мы могли бы организовывать экскурсии хоть три раза в месяц!

Кажется, её услышал только Алекс.

– Хорошо бы! – отозвался он, но его никто не поддержал, даже верный друг Маттео.

В мастерской вокруг больших столов грудились стеллажи с темперными красками, маркерами, цветными карандашами, акварельными тубами, связками кисточек и рулонами цветного картона. Повсюду стояли старые, законченные работы и коробки с загадочным содержимым. Теоретически здесь можно было рассаживаться, как кому хочется, но кое-кто в классе так привязался к своему месту, что не отказался бы от него ни за что на свете.

Рада, как обычно, растолкала всех локтями и устроилась в самом центре комнаты. Рядом с ней примостился Алекс, протиснувшись между одноклассниками. Он отвоевал место по соседству с Радой во время их бурного романа и не собирался сдавать свои позиции. Мало того, он уже несколько дней заметно сокращал дистанцию, отделявшую его от Рады.

– Ты опять к ней подкатываешь?! – спросил Маттео, заметивший манёвры друга.

– Больно надо! – ответил Алекс с наигранным равнодушием.

И своим ответом только подтвердил догадку друга. Маттео никому ничего не сказал, даже Виктории. Но сам с любопытством наблюдал краем глаза за развитием ситуации.

Рада между тем открыла свою сумку, театральным жестом достала из неё большой альбом для рисования и разложила на столе несколько листов бумаги, изрисованных карандашом и красками.

Их тут же заметила Сакрофано и, решив, что Рада сделала какое-то дополнительное задание, спросила полным надежды голосом:

– Можно взглянуть?

– Конечно, – громко ответила Рада, стараясь привлечь всеобщее внимание.

Убедившись, что достигла своей цели, она начала вещать тоном проповедника, дав волю своему обычному высокомерию.

– Проф, вы ведь знаете, что я играю в волейбол.

– Да, знаю.

– Так вот, – Рада сделала эффектную паузу и застрочила дальше, как будто декламировала хорошо отрепетированную речь. – В следующем матче нам предстоит встреча с сильной командой. Но я бы назвала её скорее сложной командой. Потому что они выступают очень неровно: один день проявляют всё своё мастерство, а другой играют так, будто никогда раньше не видели ни мяча, ни сетки.

Элиза и другие девочки из команды «Мечта» сразу поняли, к чему клонит Рада. Они перестали раскладывать краски и кисточки, чтобы послушать, что она скажет дальше. Тишина была почти идеальной, но Рада всё равно повысила голос, боясь, что кто-то не услышит её слов:

– Моей команде «Марсово поле» предстоит сыграть с этими… как их… с «Фарфарой». От одного названия уже смешно.

Виктория первой из команды «Мечта» снова обрела дар речи.

– Мы выиграли у «Фарфары». Об этом даже говорили в газетах и на телевидении, – сказала она и быстро уточнила: – Ну в смысле в местных газетах и на местном канале.

Рада не удостоила её ответом. Помахав рукой и слегка пожав плечами, она снова повернулась к учительнице с разъяснениями:

– Так, а о чём я говорила? Ах да, «Фарфара» играет очень неровно и в последнее время выглядит совсем не так агрессивно, как раньше. Но я думаю, нам предстоит непростой матч, потому что они захотят отыграться за низкие результаты в последних играх.

Маби бросила на стол набор для черчения, готовясь к контратаке, но Элиза неодобрительно покачала головой, и этого жеста оказалось достаточно, чтобы остудить пыл всех членов команды, включая Катерину. Если Маби сдержалась, ей тоже стоило бы проявить терпение.

Рада ехидно улыбнулась.

– Хорошо, а это-то что такое? – спросила Сакрофано, указывая на большие листы бумаги, которые Рада разложила на столе.

Непонятно, почему она проявляла к ним такой неподдельный интерес. Всё-таки учителя в большинстве своём – сплошная загадка.

– Я зарисовала волейбольное поле. Его размер составляет восемнадцать на девять метров, я, разумеется, выполнила рисунок в соответствующем масштабе. Вот здесь трёхметровая линия, а это линия сетки…

– Понятно, – разочарованно буркнула Сакрофано.

– На площадке есть две зоны, – с воодушевлением продолжила Рада, не обратив внимания, – одна под сеткой, а другая в глубине, так вот я разделила их на три сектора, и в итоге получилось шесть мест, которые контролируются игроками…

– Я кое-что знаю о волейболе, – вставила учительница, явно давая понять, что пора закрыть тему.

И класс, похоже, был с ней полностью согласен. Но Рада нисколько не растерялась, наоборот, казалось, она очень хотела объяснить Сакрофано суть игры.

– Я обозначила каждую позицию другим цветом и…

– Но зачем ты сделала так много рисунков? – снова перебила её Сакрофано.

– Это наши схемы игры, – ответила Рада, теряя терпение. – «Марсово поле» играет на левой стороне, а «Фарфара» – на правой. Я отметила схемы, которые они используют чаще всего, и на их основе разработала гипотезы относительно нашей тактики.

И тут Рада стала собирать листы бумаги, как будто расхотела, чтобы учительница продолжала вникать в суть.

– Простите, но эти схемы надо показывать в определённом порядке…

В голосе девочки слышалась неуверенность. И на этот раз она не притворялась. Она действительно сомневалась, стоит ли продолжать объяснения.

– Понимаете, многие мои одноклассницы играют в волейбол, и почти все в команде «Мечта». Если я покажу свою работу, они могут скопировать нашу тактику… Учитывая, что собственных идей у них немного…

Ядовитая шутка Рады вызвала в классе шёпот и смешки. Многие украдкой посматривали на девочек из команды «Мечта», ожидая ответной реакции. Катерина прикусила язык, изо всех сил стараясь лишить их этого удовольствия, а Рада быстро стёрла с лица лёгкую улыбку. Было видно, что она довольна переполохом, который вызвали её слова.

– Я делаю эту работу, потому что я капитан и мне приходится о многом думать… – добавила Рада, явно удовлетворённая достигнутым эффектом.

Маби и Катерина обменялись быстрыми взглядами. В глазах Маби читались нежность и понимание, которые обожгли Катерину, как языки пламени. Она притворилась, что ищет что-то в своём пенале, чувствуя вину за то, что сама она оказалась не способна на такой жест.

А Раду уже было не остановить.

– Понимаете, волейбол – это не просто игра, это ещё и философия.

И тут Сакрофано наконец решила, что пора положить конец устроенному Радой спектаклю.

– Ну что ж, спасибо, что удовлетворила моё любопытство. А теперь…

Но учительница и не подозревала, какой хаос она посеяла, дав слово Раде.

Девочка и не думала останавливаться.

– Спасибо вам, проф, что проявили любопытство, – перебила она. – Вы ведь знаете, что я всегда и во всём люблю точность…

– Молодец, молодец… Но «Мечта» тоже умеет играть! – вставил Алекс, который всё это время разрывался между желанием защитить своих подруг и польстить Раде.

Он бы ни за что в этом не признался, но ему не хватало тех ощущений, которые он испытывал в тот короткий период, что они были вместе. Когда-то он был из тех мальчиков, что нравятся учителям – пунктуальный, аккуратный и прилежный, а не «тем самым Алексом», которого теперь считают первым подозреваемым во всех бедах.

– Это всё ерунда какая-то, – сказал вдруг Маттео, усмирив друга взглядом. – Всё то же самое можно сделать при помощи самой простенькой программы, которая работала бы даже на старом мобильном.

– Ну так и сделай. Только для «Мечты», – не скрывая раздражения, сказала Виктория. – Если это так просто, мог бы и раньше помочь!

– Ты же меня никогда не просила об этом, – растерянно ответил Маттео. – Откуда мне было знать, что вам может понадобиться что-то такое?

– Давайте поговорим об этом позже, – предложила Элиза, чтобы разрядить обстановку.

– Я сделаю, если вам правда нужно, – не унимался Маттео.

– Хорошо, – повторила Элиза, делая ударение на каждом слоге. – Мы поговорим об этом позже. Я думаю, это всем будет интересно.

– Мне нет, – вставила Рада, явно задетая за живое. – У меня есть мои рисунки. Я в итоге, может, даже покажу их вам. Глядишь, и вы чему-нибудь научитесь.

Катерина не выдержала. Это был не тот день, когда она могла стерпеть ещё и эту сцену.

– Положение «Мечты» в турнирной таблице лучше, чем у «Марсова поля». Это факт, – прошипела она. – Мы на первом месте, а вы на втором.

Рада только этого и ждала.

– Вы опережаете нас всего на два очка, – парировала она. – Мы легко вас догоним, победив «Фарфару». Ставки, кстати, уже принимаются.

– Вы просто невыносимы! – взорвалась Сакрофано. – Вы похожи на потерявших разум фанатов. Это спорт. Это всего лишь игра. Зачем так заводиться? Просто думайте о том, чтобы хорошо играть и получать удовольствие!

Класс продолжал гудеть, и Сакрофано окончательно потеряла терпение:

– Живо все приступайте к работе, иначе я отправлю вас обратно с двойкой по поведению!

Может, на девочек сильно подействовало то, что произошло на уроке, может, под влиянием разговоров после урока, а может просто потому, что они и раньше подумывали об этом, так или иначе, игроки «Мечты» решили пойти на матч между «Марсовым полем» и «Фарфарой».

Сначала они планировали явиться всей командой, но потом выяснилось, что это невозможно. У Элизы была тренировка с «Сеттемани», у Джорджии – матч младшего брата, а Чечилию пригласила на день рождения их общая знакомая.

В итоге группа болельщиц значительно сократилась.

– Может, так даже лучше, – сказала капитан. – В полном составе мы бы выглядели слишком воинственно. А так вы просто проявите настоящий спортивный дух.

Возражений не последовало. Они пойдут на матч и будут аплодировать всем удачным моментам игры, не болея ни за одну из команд.

Узнав о решении девочек, Эмма сначала засыпала их множеством сложных рекомендаций, а потом обобщила всё в одном до смешного простом наставлении:

– Держитесь вместе и ведите себя хорошо.

– Ты не пойдёшь? – недоумённо спросила Виктория.

– Нет, и я очень сожалею об этом, – ответила Эмма и, решив похвалить тренера «Марсова поля», с которым у неё были хорошие отношения, добавила: – Я знаю, что их тренер проделал отличную работу, так что идите и учитесь.

Девочки договорились встретиться в субботу в здании спортивного клуба, которому принадлежала команда «Марсово поле». Это место выгодно отличалось от спартанского городского спорткомплекса, где тренировалась «Мечта».

Команда решила отнестись к матчу как к приятному досугу и убедила Катерину, что это самый подходящий момент пригласить наконец Этторе. Девушка пошла ждать его одна в небольшой парк, очень похожий на тот, где они встретились в первый раз. Выбирая, что надеть, она больше часа общалась сначала с Викторией, а потом с Элизой, Маби и Адель. Катерина получила кучу разных советов и три раза переоделась, прежде чем выбрать свои обычные джинсы и толстовку. Всю дорогу до парка сердце у неё в груди колотилось, как будто она переборщила с кофе.

Этторе примчался на встречу и, едва увидев Катерину, широко раскрыл объятия. Девушка крепко обняла его в ответ. Ей стало тепло и спокойно, а когда Этторе поцеловал её в висок, у неё в голове осталась только одна мысль: хочу стоять так целую вечность. Но им, к сожалению, нужно было торопиться, матч уже начинался. Взявшись за руки, они переплели пальцы и не отпускали друг друга, пока не подсели к друзьям.

Адель пришла в сопровождении Алекса, который тут же заявил, что на этой «сходке парочками» они как раз парой не являлись. Но он говорил это с таким пылом, что все поняли его слова с точностью до наоборот, и поэтому Адель пришлось настаивать:

– Вы же не думаете на полном серьёзе, что у меня может быть что-то с типом вроде Алекса?!

При этом девушка так сильно покраснела, что её тоже заподозрили в лукавстве. Их странное поведение заметил даже Маттео.

– Раз ты идёшь на матч с Адель, больше никогда не говори со мной о Раде, договорились? – предупредил он Алекса.

Друг кивнул, но, как всегда, никто не мог знать наверняка, о чём он при этом думал.

Маттео сел радом с Викторией, а Маби оказалась по соседству с Пьетро, братом Катерины, который пришёл смотреть матч, потому что пообещал Элизе рассказать о своих впечатлениях. Маби бы предпочла, чтобы рядом с ней был Карло. Чёрт побери, разве он не говорил, что хочет быть её парнем? Дважды чёрт побери, разве он не был сводным братом Рады? И ещё раз чёрт побери, почему он только сегодня утром сказал ей, что останется дома и будет заниматься? Маби старалась не думать об этом, но у неё было такое чувство, будто где-то внутри кто-то тонким когтем царапает ей сердце.

Все места на трибунах были заняты. Родители волейболисток «Марсова поля» принесли с собой барабаны и подняли невероятный шум. Болельщики «Фарфары» вели себя ровно так же, как на матче у себя дома. Музыкальные кричалки и мелодичные припевы создавали впечатление слаженного и хорошо организованного многоголосного хора. Если бы у Катерины и её друзей был выбор, они бы сели на трибуне, предназначенной для болельщиков «Фарфары», но Рада и её команда восприняли бы это как оскорбление, поэтому все остались сидеть, где сидели – в первых рядах в нейтральной зоне.

– Ну что, когда начало-то? – нетерпеливо спросил Алекс.

– Прямо сейчас! – ответила Маби, указывая головой на двери.

Выход команд на поле вызвал волну самых разных звуков и шквал аплодисментов.

Игроки «Марсова поля» вошли с видом хозяев, размахивая поднятыми руками, уверенные в себе и полные решимости. Волейболистки обменялись носками, каждая из них надела один оранжевый носок и один чёрный, и это яркое мелькание ног производило должный эффект. Тренер команды Амлето был, как всегда, спокоен и держался несколько отстранённо.

Выход команды «Фарфара» в сопровождении четырёх чирлидерш был просто ошеломляющим.

– Они это у нас подсмотрели! – вскрикнула Виктория.

– Вот это да! – выдохнула Катерина.

– Я бы сказала, они это у нас украли! – смеясь, добавила Адель.

– Очень круто! – вырвалось у Маби, которая казалась счастливее всех в команде.

Когда «Мечта» готовилась к выездному матчу с «Фарфарой», их спонсор Патриция предложила включить в стартовый состав трёх чирлидерш. Девочкам эта идея сначала не понравилась, но в итоге всё получилось как нельзя лучше. И теперь им было приятно видеть, что они своим выходом вдохновили соперниц.

Судья пригласил игроков поприветствовать друг друга, и волейболистки дисциплинированно обменялись хлопками по раскрытым ладоням.

– Они, кажется, готовы поколотить друг друга, – заметил Алекс, но дама, сидевшая в ряду перед ним, повернулась и попросила его вести себя тише.

– Отличное начало, – добавил Маттео, стараясь говорить так, чтобы дама его не услышала.

Раздался свисток судьи, и игра началась.

«Фарфара» была на подаче.

– Они будут стараться, – вслух размышлял Этторе. – Эта не та команда, которая может позволить себе два поражения подряд.

– Представляешь, я не знаю, за кого мне болеть! – сказала Катерина, крепче сжав его руку. – Но оставаться беспристрастной тоже не могу!

– Пусть победит сильнейший, – подытожила Виктория, хотя в душе ощущала то же самое, что и подруга, и знала, что это чувство распространяется на всех, даже на тех, у кого не получилось прийти на матч.

В первом сете «Марсово поле» быстро вырвалось вперёд. Связующая проявила исключительную точность в передачах, позволив Раде забить несколько мячей. Доигровщица тоже била мощно и точно, набирая решающие очки. Несмотря на неоднократные попытки «Фарфары» ответить хорошо организованными контратаками, на площадке ведущая роль была у капитана «Марсова поля» – спортсменка создавала непробиваемые блоки и проводила стремительные атаки.

Игра была в самом разгаре. Свисток судьи всё чаще предупреждал команды о нарушениях. Игроки то и дело задерживали мяч при ударе и заступали на сторону противника. С каждым свистком напряжение росло. Трибуны гудели.

Внезапно Рада попросила тайм-аут и направилась к судье. Болельщики «Марсова поля» перестали бить в барабаны. Арбитр велел Раде остановиться в двух шагах от судейской вышки, и капитану пришлось повысить голос, так что первые ряды зрителей, включая игроков «Мечты», могли отчётливо слышать её слова.

– Прошу прощения от имени команды за последний заступ за переднюю линию. И приношу наши извинения «Фарфаре». Обещаем играть аккуратнее.

Недоверие, появившееся было на лице судьи, исчезло, и он громко ответил капитану:

– Хорошо, но, если это повторится ещё раз, последуют удаления.

Неожиданная выходка Рады снизила общую напряжённость, но не убавила волю игроков к победе. Первый сет закончился со счётом 25:18 в пользу «Марсова поля».

Во втором сете «Фарфара» решительно перехватила инициативу. Их связующая начала действовать хитрее, распределяя мячи так, чтобы были задействованы фланги для боковых атак, что поставило волейболисток «Марсова поля» в затруднительное положение. «Фарфара» набирала очки удар за ударом, и сет закончился убедительной победой 25:20 в их пользу. Общий счёт в матче сравнялся.

Игра продолжалась в том же духе. Команды выиграли ещё по одному сету и готовились к тай-брейку.

И тут Виктория и Маби не выдержали. Они вскочили со своих мест и закричали изо всех сил:

– Девочки, вперёд!

– Давайте! – подхватили Катерина и Адель.

– Эй, вы разве не хотели быть беспристрастными? – поддразнил их Пьетро.

– Так мы ж за всех болеем! – ответила Виктория, скорчив смешную рожицу.

Маттео и Алекс рассмеялись и, присоединившись к нестройному хору, болели за всех до тех пор, пока судья свистком не возобновил игру.

«Фарфара» стартовала с мощного нападения, ещё не успев растратить энтузиазм и энергию, полученные от только что выигранного четвёртого сета. Их связующая продолжила мастерски дирижировать игрой, по-разному проводя атаки и держа оборону «Марсова поля» под постоянным давлением. Рада и её команда не собирались сдаваться, но усталость и напряжение начинали брать своё. Несмотря на несколько гениальных решений доигровщицы и центрального нападающего, девочкам было трудно сохранять стойкость, необходимую для того, чтобы отражать натиск соперниц. В итоге при счёте 14:12 капитан «Фарфары» забила решающее очко и принесла своей команде победу непревзойдённым ударом, вызвавшим ликование на трибунах.

– Надо признать, – начала Маби, стараясь перекричать шум, – команда «Марсово поле» провела великолепный матч. И Рада как капитан намного лучше, чем я себе представляла.

– Да, – подхватила Катерина, – полностью с тобой согласна…

Повторный свисток судьи призвал зрителей к тишине.

Завладев всеобщим вниманием, арбитр объявил:

– Матч окончен. Команда «Фарфара» победила в гостевом матче, но мне приятно поблагодарить команду «Марсово поле» за честную игру.

Возможно, он добавил что-то ещё, но его слова утонули во всеобщем ликовании, охватившем болельщиков обеих команд. Включая команду «Мечта».

В спортзале было очень жарко. Игроки «Мечты» обливались потом, как никогда раньше. Дело было не только в перегретом воздухе, но и в усилиях, которые прикладывали девочки.

Такой тренировки у них ещё не было.

Эмма не сводила с них глаз и время от времени делала жесты, будто разговаривала сама с собой, комментируя усердие своих игроков.

– Элиза бы нами гордилась! – выдохнула Адель и остановилась, схватившись за левый бок.

Джорджия с повязкой на голове, защищавшей глаза от пота, ответила, с трудом переводя дыхание:

– Но… она… ведь ещё… придёт, да? Она обещала!

Эмма подтвердила её слова кивком, но было видно, что тренер не хочет, чтобы девочки тратили время на разговоры.

– Разделитесь на две группы, – громко сказала она. – Поиграем немного.

– Это будет решающая игра? – спросила Маби.

Все в команде поняли, что она имеет в виду.

– Любая игра решающая, – твёрдо, но вежливо ответила Эмма. – И знаешь, что самое прекрасное? Что мы часто этого не осознаём. Так что, давай, играй и ни о чём не думай.

Катерина даже закусила губу, чтобы не сболтнуть лишнего.

– Маби и Катерина будут в разных командах? – спросила Адель.

– Я сейчас всех вас распределю, – заверила её Эмма.

Тренер не сказала ни «да», ни «нет», но девочки поняли, что пришло время выбирать, кому суждено стать новым капитаном. И Эмма косвенно подтвердила это, распределяя игроков по группам. Катерина оказалась в одной команде, а Маби – в другой.

Одна команда надела жёлтые нагрудники, другая – зелёные.

Перед началом игры девочки, как обычно, обменивались хлопками по ладоням. Оказавшись перед Маби, Катерина подняла распахнутые ладони обеих рук, но потом неожиданно обняла подругу. В решающий момент она вдруг забыла о терзавших её мыслях и почувствовала покой и умиротворение. Прижав к себе Маби, Катерина зарылась лицом в её синие волосы и прошептала:

– Прости, я вела себя отвратительно.

Маби скорчила смешную рожицу и прошептала в ответ:

– Если бы мы обе не хотели победить, мы бы не играли в волейбол. Я люблю тебя, что бы ни случилось. – Они разомкнули объятия и пожали друг другу руки. – Пусть победит лучшая, – отчеканила Катерина.

– Тогда мы обе победим, – сказала Маби, но потом поправилась. – Нет, знаешь, ты права. Пусть победит лучшая!

И они разошлись, каждая на свою половину поля.

Команда в жёлтых нагрудниках начала игру с большим напором. Катерина, которая чувствовала себя всё более уверенно в дриблинге, передавала точные подачи Мадалине, и та атаковала мощно и точно. Команда зелёных держала удар. Маби делала всё, чтобы грамотно руководить игрой, а Джорджия сосредоточенно принимала мячи. После серии интенсивных обменов ударами произошёл первый спорный эпизод. Отбивая мощную атаку жёлтых, Маби коснулась сетки. Тренер, не сомневаясь ни секунды, присудила очко команде в жёлтой форме, чем вызвала бурю негодования на другой половине поля.

Напряжение нарастало с каждой новой секундой сета. Задетые за живое игроки в зелёных нагрудниках ускорили темп игры. Адель сделала серию победных подач, которые поставили соперниц в затруднительное положение. Но Виктория, которая в тот день была в отличной форме, сумела удержать в игре несколько очень трудных мячей, позволив своей команде сохранить позиции. При счёте 18:17 произошёл второй спорный момент. Маби попробовала провести диагональную атаку, но заступила на поле противника. Эмма свистком зафиксировала фол и присудила очко команде жёлтых.

Команды продолжили борьбу так, словно играли в финале самого важного турнира в их жизни. Катерина никогда прежде не чувствовала себя такой сосредоточенной. А Маби явно нервничала. В итоге благодаря подаче Сары победу в сете одержала команда жёлтых. Её мяч приземлился у самого края площадки, и игра закончилась со счётом 26:24.

Это был один из самых напряжённых матчей за всю историю команды.

В какой-то момент Виктория попросила заменить её.

– Это не игра! Мы как будто камни друг в друга метаем на площади!

Эмма отрицательно покачала головой:

– Вообще-то именно так и нужно играть. Желательно всегда. До последнего вздоха.

В итоге, когда команда, возглавляемая Катериной, выиграла и второй сет, время, отпущенное на тренировку, давно истекло.

Мокрые от пота девочки ждали, собравшись вокруг тренера. Они больше не могли терпеть неопределённость и не собирались уходить в раздевалку, не узнав решения Эммы.

Она прекрасно знала, что ей пора объявить свой вердикт, и спокойно начала:

– Вы все отлично играли. И выложились намного больше, чем на матчах турнира! – Беспокойство нарастало, но тренер сохраняла спокойствие. – Ваше нетерпение сейчас – это ягодки по сравнению с тем, как вам придётся научиться ждать и контролировать себя и во время игры, и в жизни…

– Ну пожалуйста! – взмолилась Адель, и за её словами последовал недовольный ропот команды.

Эмма прикусила губу, чтобы не улыбнуться.

– Хорошо, хорошо! Новым капитаном команды будет…

Все затаили дыхание, и тренер наконец объявила:

– Катерина.

Катерина осталась стоять на месте, как будто ничего не слышала. Ей понадобилась пара мгновений, чтобы прийти в себя и подпрыгнуть, подняв руки вверх и глядя в потолок.

– Даааааааа…

Остальные члены команды захлопали в ладоши и бросились к ней с криками:

– Ура!

С места не сдвинулась только Маби. Она смахнула слёзы, сделала глубокий вдох и наклонилась вперёд, как будто ей нечем было дышать. Но, когда через мгновение она снова выпрямилась, у неё было совсем другое выражение лица. Более спокойное. Катерина подбежала, чтобы обнять её, но Маби выставила вперёд руку, словно просила подождать. Она закрыла глаза и проглотила ком, застрявший в горле, прежде чем смогла привести свои мысли и слова в порядок:

– Я очень хотела быть капитаном, но Катерина проявила больше хладнокровия, я знаю. И я хочу поблагодарить тренера, потому что за эти дни я поняла, что мне нужно научиться лучше контролировать свои эмоции.

Эмма кивнула и обняла Маби за плечи:

– Ты прекрасная волейболистка, и ты это знаешь.

Все, включая Катерину, зааплодировали Маби. Новый капитан повернулась к подруге и начала скандировать:

– Подавай, лети…

Последовавшее за этими словами «Забиваааааай!» было самым убедительным из всех, когда-либо раздававшихся под высоким потолком спортзала.

Катерина не могла дождаться момента, когда она напишет Этторе о том, что произошло на тренировке. Давая пять и обмениваясь объятиями с девочками, вновь назначенный капитан медленно перемещалась в сторону раздевалки. Она бормотала что-то в ответ на поздравления, а мысленно уже продумывала сообщение сначала для Этторе, потом для мамы, потом для папы и… Но ей пришлось смириться с тем, что в тот день Вселенная решила научить её терпению. И донести до капитана и до всей команды, что терпение – добродетель сильных. С сообщениями Катерине пришлось подождать.

Потому что в спортзал вошла, как всегда бодрая, Патриция Бонелли в необычно строгом однотонном платье цвета глицинии. Она явилась как раз вовремя, чтобы застать всю команду в сборе.

– Простите, простите! Я знаю, что у вас была изнурительная тренировка… – начала она и кивнула Эмме, так что все сразу поняли, что тренер и спонсор успели поговорить по телефону. – Но я проходила мимо и подумала, что сегодня, кажется, звёзды так сошлись, что на нашу команду просто сыпятся новости одна за другой.

Девочки насторожились. Патриция была способна на очень необычные сюрпризы. Игроки собрали остатки энергии, чтобы выдержать предстоящий разговор с честью.

– Прежде всего мои самые искренние поздравления нашему новому капитану. Катерина, подойди, дай тебя обнять!

Девочка улыбнулась и двинулась навстречу энергичному спонсору, в первый раз подумав о том, что её новая должность предусматривала обязанности, к которым она была совершенно не готова.

Патриция поцеловала Катерину в одну щёку и потрепала по другой, как делают пожилые двоюродные бабушки. И продолжила, театральным жестом поднеся руку ко лбу:

– Мне очень грустно. – Патриция говорила с большим чувством, хотя оно резко контрастировало с весёлым выражением её лица. – Но что-то мне подсказывает, что вы не разделите мою грусть…

– Слушай, Патриция, у нас и так был очень напряжённый день! – взмолилась Виктория. – Можешь, пожалуйста, просто сказать, что происходит!

– Нам придётся попрощаться с тремя чирлидершами! – выпалила спонсор на одном дыхании. – Они заключили контракт с театральной компанией, которая поставила какой-то мюзикл, и уезжают на гастроли. По-моему, это настоящая трагедия. Но, может быть, для вас…

Многие в команде прыснули от смеха. Эмма с трудом сдерживалась, глядя на лица девочек, но из уважения к Патриции подавила смешок и закашлялась, как будто чем-то подавилась.

– Знаешь, должна тебе признаться, мы не слишком об этом сожалеем, – сказала Маби и добавила, повернувшись к Катерине. – Думаю, я могу сказать это от имени всей команды, хоть я и не капитан, да?

– Да ладно тебе! – ответила Катерина, слегка толкнув подругу в бок.

Маби дала ей пять и продолжила:

– Но «Фарфаре» очень понравилась твоя идея. И теперь они выходят на поле в сопровождении группы поддержки.

Патриция сложила руки на груди, как будто была тронута новостью.

– Мне уже сказали об этом. Я просто счастлива. И уже отправила поздравительное письмо спортсменкам «Фарфары». О прекрасных вещах надо не только думать, о них надо говорить или, лучше, писать, потому что написанное, как говорится, пером…

Словно подзарядившись энергией, спонсор достала пачку флаеров из сумки, висевшей у неё через плечо, и застрочила:

– Я оставлю вам несколько купонов на скидку в моём салоне. И не забывайте, что я также всегда рада видеть ваши семьи. Так, а теперь выбросьте из ваших мыслей всё лишнее и слушайте меня внимательно, потому что я поговорила с одним моим приятелем, и он сказал, что готов предоставить мне большую скидку на новую партию спортивной формы. Я закажу ему футболки с вашими именами…

– У каждой будет футболка с именем?

– Правда?

– Невероятно!

Новость вызвала у команды такой энтузиазм, будто им сообщили о продлении школьных каникул. Девочки даже забыли, что ещё несколько минут назад валились с ног от усталости.

Патриция была на седьмом небе от счастья.

– Я знала, что вы обрадуетесь этому не меньше меня… Но самое главное ещё впереди!

– Не мучай нас! – потребовала Адель, которая, как и все остальные, уже видела своё имя, написанное заглавными буквами на спине.

Глядя на счастливые лица своих игроков, Эмма не выдержала и вставила:

– Надписи на майках – это, конечно, отличная новость, но сейчас вас ждёт настоящая сенсация!

– Точно! – подхватила Патриция, и по тому, как она начала говорить, стало ясно, что они с тренером подготовили и прекрасно разыграли эту сцену. – Дело в том, что на ваших новых футболках будут написаны не только ваши имена, но и ещё какое-нибудь слово, которое вы должны выбрать сами.

Девочки дружно зашумели, но Виктории удалось перекричать общий гул.

– Слово? Какое слово? – спросила она озадаченно. – Мы прямо сейчас должны решить?

– Вам надо будет подобрать слово, которое что-то говорит о вас или многое для вас значит. Для вас сегодняшних или для вас будущих… – пояснила Патриция с сияющим лицом. – Я не знаю, например, «мужество», «радость»… «красота»! У вас будет время подумать. Скажем, пару дней, не больше, иначе мы рискуем упустить скидку.

И тут Катерину охватило смутное сомнение, и она как хороший капитан решилась задать главный вопрос, точнее, два:

– А логотип салона будет на груди или на спине? И какого он будет размера?

Патриция не хотела заострять на этом внимание, и в итоге сделала неопределённый жест на уровне груди, показывая, каким примерно будет логотип. Девочкам это явно показалось странным.

– Знаешь, давай лучше они пойдут переодеваться, а то мне сейчас начнут звонить их родители и выяснять, что случилось, – попыталась сгладить возникшую неловкость Эмма.

Патриция поджала губы и закатила глаза, как будто старалась вспомнить что-то очень важное, и наконец призналась:

– Я бы вообще никогда не уходила из спортзала… Вам может показаться, что я вечно путаюсь у вас под ногами, но, понимаете, если ты когда-нибудь играл в волейбол, ты остаёшься волейболистом навсегда!

Девочки одна за другой дали спонсору пять и ушли в раздевалку. На площадке осталась только Эмма, решившая проводить Патрицию до выхода.

– Как тебе удалось начать новую жизнь, после того как ты перестала играть? – спросила тренер, отчасти для того, чтобы заполнить неловкую паузу, отчасти – чтобы удовлетворить своё любопытство.

– Это было нелегко, – призналась Патриция. – Я долго думала, что ещё может придать смысл моему существованию, пока не поняла, что я могу помогать людям чувствовать себя увереннее. Поэтому для меня салон красоты – это не просто бизнес, который, по всеобщему мнению, приносит кучу денег. Придать смысл тому, что ты делаешь, непросто, и, если это удаётся, считай, тебе повезло. Вот мне повезло! И мне повезло вдвойне, что я нашла такую команду.

Эмма положила руку Патриции на плечо, прижалась щекой к её щеке и тихо сказала:

– Спасибо.

Элиза уже должна была прийти, но её нигде не было видно.

До звонка на урок оставались считаные минуты. Надо было спешить, иначе на следующий день пришлось бы нести в школу объяснительную записку, что означало как минимум ссору с родителями.

Алекс хотел войти в класс последним. На него иногда находило такое. Хотелось быть первым с конца.

Пропуская всех мимо, он вытягивал шею, озираясь по сторонам и высматривая Элизу. Но увидел только, как мимо парковки по улице на полной скорости пронёсся автомобиль.

Алексу пришлось смириться с предпоследним местом. Он подошёл к своему классу и, растолкав нескольких одноклассников, протиснулся к друзьям, стоявшим у входа. К счастью, было раннее утро, и всем было лень ссориться.

– Э, – сказал Алекс, вклиниваясь между Викторией и Катериной так, чтобы его могли слышать Маттео и Маби, – мне показалось, что я сейчас видел Элизу в машине с матерью. По-моему, она плакала.

– Да ладно! Ты её с кем-то перепутал, – отозвалась Виктория.

– Слушайте, – начала Катерина, – я тут вспомнила: вчера вечером у Элизы и моего брата был очень долгий телефонный разговор. Ну, в смысле они вечно часами говорят по телефону, но вчера Пьетро прям заперся в своей комнате, а когда вышел, был чернее тучи.

– И ты его ни о чём не спросила?! – удивился Маттео.

– Нет, ну мы-то спрашивали, но он молчал, – оправдывалась Катерина.

– Неужели они расстались?! – встревожился Алекс.

– Исключено, – успокоила его Катерина. – Я уверена, что такой прилипала, как мой брат, никогда не бросит Элизу, да и она бы вряд ли так поступила. В любом случае это всё, что я знаю.

– Будем надеяться, что с ней не произошло ничего серьёзного… – подытожила Маби.

Друзья мысленно согласились, хотя всем хотелось чего-то большего, чем просто надежды.

К ним незаметно подошла Рада, тихая, как ящерица, греющаяся на солнце, и немедленно вмешалась в разговор:

– Если бы с Элизой случилось что-нибудь действительно серьёзное, она бы обязательно рассказала об этом своим лучшим подругам.

В голосе Рады было столько спокойствия и понимания, что казалось, будто она и вправду совершенно искренне говорит то, что думает, а не пытается отпускать шутки с двойным или тройным смыслом.

– А что это мы сегодня такие милые? – спросила Катерина у Виктории.

Но ответила ей Рада:

– Просто я знаю, каково это быть примадонной…

Это прозвучало настолько высокомерно и в то же время настолько смешно, что не рассмеялся бы только глухой.

– Элиза, наверное, забыла нас предупредить, что придёт ко второму уроку, – поспешил закрыть тему Маттео.

Такое случалось и раньше. В последнее время Элиза часто уходила до окончания занятий или даже отсутствовала несколько дней подряд. Тренировки в «Сеттемани» отнимали у неё слишком много времени и сил. Правда, она всегда предупреждала заранее и обязательно просила прислать домашнее задание, не забывать конспектировать для неё лекции и по возможности звонить и рассказывать, как прошёл день. «И поподробнее, пожалуйста, мне вас очень не хватает», – говорила она. Но в тот день Элиза никого не предупредила. И это уже само по себе было странно. Даже если забыть о том, что в последние дни она казалась какой-то запыхавшейся.

Элиза не пришла ни на второй урок, ни на третий, ни на четвёртый. Никто не мог понять, почему она не сказала, что заболела, была занята или пропускала школу по какой-то другой причине. И теперь сомнение одного перерастало в вопрос другого и беспокойство одной переходило в тревогу третьей. В итоге все были напуганы, хотя и не понимали почему.

– Это уже просто бред какой-то, – не выдержала Виктория.

Сунув руку под парту, она достала из кармана телефон и включила его, нарушив все школьные правила и проявив наглость, которой позавидовали бы многие. Виктория быстро нашла чат команды «Мечта» и отправила Элизе сообщение: «У нас сегодня ни тренировок, ни домашки. Идём в парк на пикник в 16:30?»

Ответ пришёл почти сразу: «Отличная идея! До скорого». И следом целая вереница сердечек.

Когда на перемене команда прочитала недолгую переписку и показала её Алексу и Маттео, всеобщее беспокойство сменилось любопытством. Похоже, у Элизы были какие-то новости.

Погода стояла прекрасная, температура идеально подходила для пикника, а день можно было смело отнести в разряд «большой редкости», потому что его вторая половина оказалась ничем не занятой.

В парке гуляли старушки, которых тащили за собой маленькие собачки. По дорожкам бегали супертренированные спортсмены, даже не потевшие, и запыхавшиеся любители, которые осмелились выйти на пробежку после многих лет сидения на диване. Горки и качели облюбовали дети, а кое-где на скамейках или в тени под деревьями сидели с книгами ребята постарше.

Виктория и Катерина пришли вместе. Каждая принесла с собой плед и пакет с едой, чтобы поделиться с остальными.

Виктория воспользовалась тем, что они с подругой оказались с глазу на глаз, и могли поговорить наедине. Вопрос уже давно вертелся у неё на языке:

– И как тебе в роли капитана?

Катерине, видно, тоже не терпелось поговорить об этом, потому что она сразу оживилась:

– Честно говоря, я думала, всё будет по-другому. В смысле мне очень нравится быть капитаном, но иногда я чувствую себя планетой, которая не может удержать свои спутники на орбите.

– Это как? Я не поняла.

– Я думала, что капитан должен выкладываться на площадке по полной и помогать другим членам команды проявить себя. Мне казалось, я смогу так… Но потом поняла, что пару раз дала плохие советы, например когда предложила Адель больше играть ногами, и она потянула мышцу…

– Это же просто совпадение! – перебила её Виктория. – Ты всего лишь капитан, а не божество, в руках которого жизни людей.

– Я не это хотела сказать, – стала оправдываться Катерина, явно немного задетая.

– Ммм… Ладно, продолжай, я тебя слушаю.

– А ещё я пару раз давала советы по схеме игры, но меня никто не послушал…

– Да ладно тебе, мы и Элизу не всегда слушались, – снова перебила Виктория. – Ты капитан, потому что ты хорошо играешь, и тренер доверяет тебе. Но она и нам тоже доверяет. И мы не можем всегда тебя слушаться, правильно? В конце концов, есть же ещё Эмма. Она, кстати, каждый раз даёт очень точные подсказки, скажи?

– Ты, наверное, права, – ответила Катерина, ненадолго задумавшись. – Знаешь, я очень горжусь ролью, которая мне досталась. И я хочу, чтобы она мне нравилась всё время, пока я буду капитаном!

– Вот это правильно, – подытожила Виктория. – По-моему, это очень хороший настрой!

Адель и Джорджия пришли одновременно с Маби и Мадалиной. Каждая с небольшим рюкзаком на плечах. Мадалина единственная из всех надела бейсболку с очень большим козырьком и держала в руках солнцезащитный крем. Её молочно-белая кожа требовала особого ухода. Тем, кто подшучивал над ней, а такие встречались ей постоянно, она говорила: «Кожа – это всегда проблема. В смысле проблема тех, кто отпускает по этому поводу комментарии. Я не понимаю, почему все всегда так заботятся о коже других людей! Если бы каждый с таким же энтузиазмом заботился о своей, мы все были бы здоровее и выглядели бы лучше».

– А Элиза где? – спросила Джорджия.

– Она только что написала в группе, что выходит из дома, – ответила Катерина.

Они расположились под огромным ливанским кедром – самым большим деревом в парке, приветливо раскинувшим свои ветви просторным тёмно-зелёным сводом, обещавшим спасение даже в самые жаркие дни.

Все в парке любили это место, и девочкам повезло, что оно оказалось незанятым.

Адель одолжила у Мадалины немного солнцезащитного крема и легла на спину, мечтательно глядя на сплетавшиеся над ней ветки.

– Когда мне было семь лет, мои родители устроили мне день рождения под этим деревом. Я чувствовала себя королевой. У меня было красивое платье с юбкой из тюля и полосатые шерстяные колготки. Я разорвала их в клочья, когда лезла наверх… – Адель помолчала, задумавшись, и продолжила: – Вон туда, на самые высокие ветки. Мама даже собиралась вызвать пожарных, чтобы спустили меня на землю! Она до сих пор мне это припоминает, когда хочет намекнуть, что в семье не без урода.

– Ой, а я это помню! – воскликнула Катерина так, будто вытащила воспоминание из глубокой тьмы своего прошлого.

– Да кто ж этого не помнит, – отозвалась Мадалина. – Это же в январе было. И ты залезла вон на ту ветку, – продолжала она, указывая куда-то наверх. – Ты позвала на день рождения меня и Элизу, хотя мы учились в разных классах. И она одна смогла добраться до тебя. Мы пытались сбить вас, бросаясь снизу снежками… Так-то, если подумать, это и вправду было не очень разумно!

– А меня с вами не было, – плаксивым голосом сказала Виктория. – У меня был тонзиллит, и я лежала дома с температурой. И умирала от зависти. Об этой снежной вечеринке говорили ещё несколько недель.

Девочки помолчали, как умеют молчать только очень близкие люди.

В ветвях кедра раздался крик птицы, поднявший в воздух целую стаю воробьёв.

– Почему Элизы так долго нет? – спросила Джорджия, посмотрев на часы.

– Она придёт… – заверила Катерина и добавила: – Могу только передать слова брата. Он заявил, что ему нечего мне сказать, что у них всё хорошо и что Элиза моя подруга и сама расскажет мне всё что захочет.

Слова Пьетро только подогрели всеобщее любопытство. Девочкам надо было как-то убить время, и Маби предложила один хорошо знакомый ей способ:

– Может, поедим чего-нибудь?

– Бездонная бочка… – с улыбкой начала Катерина.

– Даже странно, что ты раньше этого не предложила, – подхватила Джорджия.

– Ничего не могу с собой поделать, – попыталась оправдаться Маби. – Будь моя воля, я бы вообще всегда ела. Чем я сейчас и займусь.

– У тебя, видно, метаболизм шестилетнего ребёнка, – со вздохом сказала Адель и надкусила яблоко, пока Катерина и Виктория раздавали сэндвичи и печенье, приготовленные отцом Катерины.

Маби активно двигала челюстями, когда вдруг увидела нечто, от чего замерла на месте. Потом с трудом проглотила застрявший в горле кусок и выдавила из себя, почти не пошевелив губами:

– Вы тоже видите это?

Все повернулись в ту сторону, куда смотрела Маби.

В это и вправду трудно было поверить.

К ним приближались Элиза и Рада. За ними не спеша шли Алекс и Маттео.

Девочки невольно подтянулись. А Маби даже отложила сэндвич, как будто у неё вдруг пропал аппетит.

Элиза упала на плед рядом с Катериной, а Рада расстелила на траве хорошо выглаженное покрывало, от которого пахло кондиционером для белья. Сев на него с грацией балерины, она достала из сумки протеиновый батончик и фляжку с соком. Девочки из команды «Мечта» готовы были поспорить, что Рада приготовила сок сама, перед тем как выйти из дома.

– Тебе привет от Карло, – как бы между прочим сказала Рада, повернувшись с Маби.

– Мы с ним созванивались сегодня, – ответила Маби, даже не пытаясь казаться вежливой.

В её истории со сводным братом Рады были взлёты и падения, как будто они катались на американских горках, спроектированных инженером-недоучкой, но это были одни из самых счастливых моментов в жизни девушки.

Виктория не хотела, чтобы Рада завладела всеобщим вниманием, и решила сменить тему:

– Элиза, мы вообще-то беспокоились о тебе… Не приходишь в школу и даже не предупреждаешь. Это что-то новенькое.

Элиза стала серьёзной, плотно сжала губы и нервно повела плечами. Девочки редко видели её в таком состоянии, и им сразу стало понятно, что у Элизы что-то не так.

– Сегодня утром я ездила на встречу с менеджером «Сеттемани»…

Девочки постепенно переваривали то, что Элиза рассказала им дальше. События, происходившие в её жизни, были слишком далеки от их размеренных будней.

– Он сказал, что готов взять меня в команду и что это просто удивительно. Он столько раз повторил слово «удивительно», что мне сначала даже стало неловко от всех этих комплиментов, но потом я поняла, в чём дело. Просто я оказалась одной из самых молодых волейболисток, с которыми их команда когда-либо подписывала контракт. Ну, понятно, что мне пришлось явиться на встречу с мамой и папой. Как несовершеннолетняя, я не могу принимать решения самостоятельно, без ведома родителей.

– Что-то мне подсказывает, что нас ждут плохие новости… – нервно вставила Маби.

Элиза сделала рукой жест, означавший, что новости были так себе: не слишком хорошие, но и не слишком плохие.

– Вы ведь знаете, что я всегда мечтала играть в профессиональной команде. Это означало бы сделать волейбол делом всей моей жизни.

– Это потрясающе, – подбодрила Элизу Виктория и жестами обеих рук подсказала ей рассказывать побыстрее.

– Но в этом-то и проблема, – продолжила Элиза, начав терзать одну из своих косичек, которая в итоге расплелась. – Подписать контракт – значит отказаться от всего остального в жизни. Мне пришлось бы тренироваться каждый день, пропускать школу ещё чаще, чем теперь, а моя личная жизнь оказалась бы под ковриком для ног, вместе с прошлогодними сухими листьями.

– Ты отказалась?! – ахнула Катерина.

– Я сказала, что мне надо подумать… – поправила её Элиза. – В смысле мне бы хотелось продолжить тренироваться в «Сеттемани», чтобы у меня был ещё один шанс в ближайшие годы.

– Только не говори, что ты сделала это ради моего брата?

– Ой, слушай, я устала об этом говорить. Сначала с мамой, потом с психологом «Сеттемани». Я делаю это ради себя. Да, чтобы продолжать встречаться с Пьетро, но не только. Чтобы продолжать нормально ходить в школу и, может быть, дальше выбрать лицей, который мне понравится. Чтобы продолжать проводить время с вами и ложиться спать, не думая о том, что я ошиблась, выбрав то, что меня с одной стороны очень привлекает, а с другой – страшно пугает. Теперь мне спокойно. Менеджер команды понял меня и сказал, что всё в порядке и что мы поговорим об этом в другой раз.

– Вот это да… – задумчиво произнесла Маби.

– Так об этом вы вчера так долго говорили с Пьетро? – спросила Катерина.

– Да. Мне трудно было решиться. Просто, когда всё кажется таким радужным, ты невольно думаешь, что всё чудесно и замечательно, и сложно бывает признать, что это не так. Но уверяю вас, что теперь мне намного лучше. У меня спокойно на душе… ну, почти.

– Точно? – спросила Виктория.

Элиза кивнула.

Алекс, сидевший рядом с Маттео и до этого момента слушавший не перебивая, наконец подал голос:

– Ты уверена, что тебе так лучше? Просто сегодня утром я видел тебя в машине, когда вы проезжали мимо, и ты плакала!

– Нет, – с улыбкой сказала Элиза. – Может, я высмаркивалась… Но я точно не плакала. Я бы не стала от вас это скрывать!

– Я сразу поняла, что ты, как всегда, драматизируешь, – поддразнила друга Виктория.

– Он вечно всё преувеличивает! – сварливо заметила Рада.

С тех пор как они расстались, она не упускала возможности лишний раз уколоть Алекса.

– Рада, а что ты, собственно, здесь делаешь? – буркнул Маттео, решив, что ему пора вступиться за друга.

Рада уже повернула голову и собиралась ответить, полузакрыв глаза, как будто глядя на Маттео сверху вниз. Но Элиза оказалась быстрее:

– Это я её пригласила. У Рады сегодня утром тоже была встреча с менеджером «Сеттемани».

– С ней тоже хотели подписать контракт?! – ужаснулась Адель, не скрывая ни удивления, ни разочарования.

– Да, со мной тоже! – со снисходительной улыбкой ответила Рада. – Но я полностью согласна с Элизой. Мы с ней очень много говорили об этом.

– Поэтому я и решила пригласить Раду на пикник. Вы же мне сами говорили, что она хороший капитан!

Рада даже подпрыгнула от неожиданного комплимента, но быстро взяла себя в руки и посмотрела на всех с удовлетворённым видом.

Виктория попыталась отвлечь от неё всеобщее внимание, снова обратившись к Элизе:

– Так ты возвращаешься в «Мечту»?!

– Если вы этого хотите… – кокетливо протянула Элиза и тут же добавила: – Конечно, я возвращаюсь к вам!

Подруги возликовали так, будто находились на трибунах стадиона во время матча.

Первой перестала радоваться Катерина.

– Я так думаю, ты вернёшься в качестве капитана… – сказала она, изо всех сил стараясь произнести эти слова без вопросительной интонации.

– Надо будет поговорить об этом с Эммой. Я-то всегда готова, ты же знаешь. Но решать будет Эмма, я думаю. Хочешь, мы сначала обсудим это между собой? – предложила Элиза с миролюбивой улыбкой.

– Да, давай подумаем об этом позже, – ответила Катерина.

Ей совершенно не хотелось говорить об этом сейчас, потому что она вот так сходу даже не знала, что на это сказать.

Мадалина воспользовалась наступившей тишиной, чтобы раздать всем оставшуюся еду.

– Честно говоря, – начал Маттео, возвращая всех к теме, которую они всегда избегали, – Рада, ты, когда играешь в волейбол, ведёшь себя намного лучше, чем когда сидишь на уроках… Или разговариваешь с Алексом!

Алекс невольно покраснел. Пока Рада пожимала плечами и долго не решалась ответить, приняв тот отстранённый вид, который всегда сводил его с ума, он всё переводил глаза с неё на Адель, явно недовольную сложившейся ситуацией. Рада или Адель, Адель или Рада. Алексу вдруг захотелось, чтобы у него было два сердца и две параллельные жизни. Тогда ему не пришлось бы выбирать… Но он прекрасно понимал, что так не бывает.

Рада сделала вид, что не заметила его смущения. Она спокойно надкусила батончик, который всё это время держала развёрнутым в руке, и сказала:

– Иногда мне кажется, что вы считаете меня соперницей не только на волейбольной площадке. И я прекрасно знаю, что некоторые мои манеры действуют вам на нервы… но, если бы мы все здесь были идеальными, – Рада сделала паузу, выразительно посмотрев на Алекса, и продолжила: – мир был бы совсем другим.

С королевским спокойствием отпив из фляжки, она закончила свою речь совершенно неожиданно:

– Может быть, когда-нибудь мы научимся быть одной командой.

– Было бы здорово, – отозвалась Элиза.

Элиза пришла на тренировку последней. Волейболистки команды «Мечта» встретили её так, как, наверное, встречали римских полководцев, возвращавшихся из долгих военных походов в далёкие страны. Девочки столпились вокруг неё с поднятыми руками, готовые дать пять, и кричали наперебой:

– Ты вернулась!

– Ура!

– Ты снова с нами!

Элизе от такого приёма стало тепло, как в объятиях большой дружной семьи. Радость команды была для неё как глубокий вздох облегчения. Она поняла, что опасность потеряться в этом мире миновала, и просто сказала:

– Спасибо, девочки! Я скучала по вам!

А уже через мгновение казалось, что она не покидала команду ни на секунду.

Девочки приступили к тренировке с удвоенной энергией. Ещё и потому, что их подзаряжала неожиданная новость. Из-за того, что с турнира сняли команду, которую за какие-то два дня бросили сначала спонсоры, а потом и тренер, в следующем туре «Мечте» предстояло сыграть ответный матч против «Марсова поля». И вдобавок к этому Эмма перед началом тренировки объявила:

– Если покажете всё, на что вы способны, у меня для вас будет подарок!

Команда терялась в догадках о том, что такого могла подарить им тренер. Это точно не могли быть футболки. Вряд ли они были готовы, и потом, многие девочки ещё не выбрали слово, которое должно быть написано рядом с их именами. Что ещё? Какая-нибудь новая идея от спонсора? Что-то, что поможет им в предстоящем матче? Ничто так не помогает сосредоточиться, как желание что-то узнать. Дриблинги, подачи, нижние и верхние передачи, прыжки… Девочки себя не щадили. Если Эмма ничего им не предлагала, они сами находили решение. Катерина старалась координировать тестируемые командой атаки, но время от времени останавливалась и знаками просила, чтобы дальше действовала Маби. Это был благородный жест, показывающий, насколько хорошо они могли заменить друг друга в случае необходимости. А Элиза была… Элизой – надёжной, сильной, уверенной в себе и вдохновляющей всех. Было приятно снова чувствовать себя такой сплочённой командой.

Эмме даже не пришлось прибегать к свистку, чтобы собрать вокруг себя команду по окончании тренировки.

– Давайте-ка присядем, – пригласила девочек тренер и сама села на пол, скрестив ноги.

Она усаживала команду так только для важных заявлений.

Элизе не терпелось узнать новости так же, как всем остальным игрокам, и она села рядом с Катериной, прямо напротив тренера.

– Учитывая многочисленные изменения, которые мы пережили в последнее время, – начала Эмма, – и учитывая, что в середине недели у нас будут выходные в связи с праздником в честь святого покровителя нашего города, я подумала, что «Мечте» пойдут на пользу небольшие сборы.

Одни от радости подняли вверх обе руки, другие стали толкать друг друга в бок локтями, а третьи, сомневаясь в том, что правильно поняли слова тренера, растерянно оглядывались по сторонам. В числе последних была Виктория.

– Что ты имеешь в виду под сборами?

– Я имею в виду сборы. Как у любой другой команды, – терпеливо пояснила Эмма. – Мы уедем из города и полтора дня побудем одни, вдали от всего и всех.

– Каникулы, короче говоря, – подытожила Виктория.

– Интенсивные занятия спортом и концентрация, – поправила её тренер.

– Я никогда не была на сборах, – разволновалась Адель. – Что там будет?

– Мы будем много тренироваться, и я научу вас медитации, – ответила Эмма.

Набравшись смелости, Катерина крепко сжала одной рукой руку Элизы, сидевшей справа от неё, а другой – руку Маби, устроившейся слева.

– У нас будет возможность поговорить о том, кто из нас троих будет капитаном? – громко спросила она. – Ну, в смысле вернётся ли этот титул Элизе?

– Конечно, спасибо, что напомнила. Мы обязательно обсудим это на сборах в спокойной обстановке.

Три подруги спокойно кивнули в ответ.

– А куда мы поедем?! – спросила Джорджия.

– Увидите, – подмигнула Эмма.

– А если родители не разрешат нам ехать? – забеспокоилась Маби.

– Вы за кого меня принимаете?! – воскликнула тренер, рассмеявшись и хлопнув себя по коленке. – Я уже спросила мнение ваших родителей в групповом чате. И все, абсолютно все, согласились!

– Даже мои? – вытаращила глаза Адель.

– Я же говорю все, – спокойно ответила Эмма.

– А сколько это стоит? – спросила Джорджия, в очередной раз переводя разговор в более практичное русло.

– Нисколько. Вы потом поймёте почему.

Эмма как будто нарочно подогревала их интерес, вызывая самые разные предположения.

– Нам, наверное, придётся работать, – высказала свою гипотезу Адель, с подозрением глядя на тренера. – Ну там, конюшни чистить, огород вспахать?

Эмма рассмеялась, но тут же снова стала серьёзной.

– У вас не будет на это времени. Вы будете очень много тренироваться!

– Это точно не надувательство? – спросила Адель, продолжая строить догадки.

– Ещё один вопрос – и останешься дома! – с улыбкой пригрозила ей тренер.

– Молчу, молчу!

Адель рассмеялась и упала на Маби, которая упала на Катерину, которая рухнула на пол, утянув за собой Элизу и вызвав дружный смех команды.

Им всем было всё равно, надувательство это или нет. Они были так счастливы, что не могли дождаться, когда начнутся сборы.

Катерина вошла на кухню с Пиццоккеро на руках. Она теперь перемещалась по дому только с котёнком. Или несла его на руках, или котёнок сам шёл за ней следом. Как будто они стали планетой и спутником.

Мама, опершись о столешницу, открывала пакет с салатом.

– Раньше ты хотя бы мыла и чистила овощи… Совсем сдаёшь позиции!

Марианна скомкала обёртку и бросила её в ведро для сбора пластика.

– Я так устала готовить, что мне даже не хочется на кухню заходить, – ответила она и тут же поспешила успокоить дочь. – Салат для меня. Вам папа приготовил ужин. Внизу, в мастерской. Не знаю, чем там сильнее пахнет – луком или краской?

– Умеешь ты испортить аппетит! – проворчала Катерина, представив, как её отец прыскает на сковороду средство для жуков-точильщиков.

К счастью, Энрико готовил так же хорошо, как реставрировал мебель.

– Но я вообще не ужинать пришла. Мне Эмма написала.

– Тренер? – спросила мама.

– Она самая, – подтвердила Катерина, не в силах представить, о какой другой Эмме она могла говорить.

– Что пишет?

– Она прислала список вещей, которые надо взять с собой на сборы, – ответила Катерина, пролистывая экран телефона.

– И?.. – нетерпеливо вставила Марианна с вопросительной интонацией.

– Вот слушай! – начала перечислять Катерина. – Все вещи должны уместиться в рюкзак весом не более десяти килограммов. Почему?

Марианна молчала, и Катерина решила продолжить:

– Смену нижнего белья… ну, это само собой.

Марианна взяла одной рукой несколько листьев салата и поднесла их ко рту, другой рукой сделав дочери знак продолжать. И Катерина вернулась к списку:

– Спортивная одежда на два дня и походные ботинки. Мы что, в поход пойдём?!

– Похоже на то. Давай читай дальше.

– Ветровка, постельное бельё, полотенце и/или банный халат, тапочки для душа, предметы гигиены, пижама. Фляжку для воды. Головной убор для защиты от солнца. Солнцезащитный крем. На море мы едем, что ли?

Мама просто покачала головой и снова жестом попросила дочь читать дальше.

Катерина медленно накалялась.

– Никаких сладостей. Представляешь?! А вот, блокнот и ручка! Это я вообще не понимаю…

– Ну а что такого? – вставила Марианна.

– И никаких телефонов! – окончательно вспылив, воскликнула Катерина.

– Ты только не кипятись!

– Никаких планшетов и других электронных устройств, в том числе встроенных в часы. Никаких наушников и т. п.!

Марианна доела листья салата и начала есть яблоко.

– Ну, это-то как раз понятно, – прокомментировала она.

– Понятно, да?! А как я буду с Этторе общаться?!

Марианна сделала глубокий вздох и немного раздражённо ответила:

– Но это же всего тридцать шесть часов…

– Это очень много, – плаксивым голосом сказала Катерина.

Марианна вдруг стала серьёзной. Она застыла, перестав жевать и не донеся яблоко до рта.

– Слушай, всё же поправимо.

– Как? – в голосе Катерины появилась надежда.

– Оставайся дома.

– Ты шутишь?!

– Я совершенно серьёзно.

Катерина задумалась и, решив, что ей надо зайти с другого конца, предприняла попытку фланговой атаки:

– А если вам здесь что-нибудь понадобится, как я об этом узнаю?

– Мы позвоним Эмме, – не задумываясь, ответила мама.

– Ага, она, значит, берёт с собой телефон!

Катерине очень хотелось топнуть ногой или, по крайней мере, выпустить пар в хорошей словесной перепалке.

– Она взрослая, – парировала Марианна, стараясь не заразиться нервозностью дочери.

Катерина сделала глубокий вздох, чтобы успокоиться, и снова вернулась к сообщению тренера:

– Она прислала название места, куда нам надо ехать.

– Я знаю. Она нам его в группу тоже скинула.

– Не так уж и далеко…

– Полчаса на машине.

Для Катерины тридцать минут на машине казались короткой поездкой, а короткая поездка означала, что они будут совсем рядом с домом.

– Я не так себе это представляла, – сказала она, сморщив нос.

– Но ты же ещё ничего не видела!

– Встречаемся завтра в 14:00 на парковке спорткомплекса, – зачитала Катерина последний пункт из сообщения Эммы.

– Я знаю.

– Раз ты так обо всём осведомлена, может, ты ещё знаешь, кто нас повезёт?

– Амлето.

– Амлето?! – воскликнула Катерина, вытаращив глаза.

– Да, они арендовали микроавтобус, и подходящие права есть только у него, – объяснила мама, выбрасывая огрызок основательно объеденного яблока.

– И он там останется? С нами? С Эммой? – всё ещё не могла поверить Катерина.

– Я не знаю, – спокойно ответила Марианна, – и не понимаю, какая тебе разница.

Катерина с котом на руках направилась обратно в свою комнату, проворчав:

– Взрослым всё можно. А для нас кругом сплошные запреты!

Выходя из кухни, она столкнулась с отцом.

– Катерина, похоже, в курсе? – спросил Энрико у жены.

– Да, и она не станет портить себе поездку.

– Я вас слышу! – крикнула Катерина, поднимаясь в комнату.

Родители улыбнулись, и Марианна громко добавила:

– Ей будет весело.

Микроавтобус, на котором они приехали, отправился в обратный путь.

Прежде чем сесть за руль, Амлето очень нежно простился с Эммой, обняв её и поцеловав в щёку. Девочки с любопытством и подозрением следили за каждым его жестом. Как-никак он был тренером команды, с которой им предстояло сыграть уже на следующей неделе!

Когда микроавтобус скрылся за первым поворотом, они тоже тронулись в путь по грунтовой дороге.

Первые несколько метров девочки прошли очень быстро, забрасывая Эмму вопросами и комментариями.

– Это что, коттедж?

– Или шале?

– Никогда здесь не была!

– Как тут красиво!

– Только немного прохладно…

– А мне уже жарко!

– Пить хочется.

– Может, остановимся – воды попьём?

– Сколько туда идти, интересно?

– Нам ещё долго?

Эмма, возглавлявшая небольшую колонну, терпеливо слушала девочек и потом ответила всем сразу:

– Если вы не будете разговаривать, идти будет легче.

Остаток пути команда прошла, не проронив ни слова.

Они довольно быстро подошли к деревянным воротам, запертым на замок. На входе висело белое сердце из эмалированного металла с надписью «Дом». Но чтобы увидеть этот дом, им пришлось ещё какое-то время идти через луг.

– Как красиво! – не скрывая восторга, выдохнула Виктория.

– Чей это дом? – спросила Элиза.

Они стояли перед невысоким, массивным зданием. Первый этаж был выложен из камня, второй был из тёмного дерева. Двускатную крышу покрывали сланцевые плиты.

– Это дом моего прадедушки, – сказала Эмма с блаженной улыбкой на лице. – Когда я была маленькой, мы проводили здесь все праздники и каникулы. Нас было двенадцать двоюродных братьев и сестёр, и мы каждый год весь август жили здесь.

Она открыла большим ключом крепкую деревянную дверь.

Внутри было свежо и пахло чистотой. Видно, кто-то совсем недавно навёл в доме порядок.

– Так, кто там у нас выиграл последнее соревнование по дриблингу?

– Я! – обрадовалась Джорджия.

– Тогда выбирай себе место. Здесь четыре спальни и шестнадцать кроватей. Я буду спать одна, а вы можете размещаться как хотите. – Эмма посмотрела на часы. – У вас полчаса, чтобы застелить постели и разобрать рюкзаки. Я буду ждать вас на лугу за домом. Форма одежды спортивная.

Дом прадедушки Эммы уже лет пятнадцать не видел столько людей одновременно, и в его стенах давненько не было так шумно и весело. Через тридцать минут кровати были заправлены. Всё немного затянулось из-за того, что девочки с энтузиазмом откликнулись на предложение Виктории:

– А давайте все обменяемся простынями? Так у каждой из нас будет две простыни разного цвета!

На разбор рюкзаков времени у них совсем не осталось. В команде все знали, что Эмма не терпит опозданий. И на луг за домом девочки явились ровно через полчаса.

Тренер выглядела ещё спокойнее, чем обычно. Было видно, что в зелёной свежести гор она чувствовала себя как дома. И была очень немногословна, как человек, живущий в гармонии с самим собой и с миром.

– Нас ждёт долгая прогулка по горам. Наполняйте свои уши, глаза, лёгкие и сердца. И… постарайтесь говорить как можно меньше.

Девочки изо всех сил старались идти молча. Давалось им это нелегко. Спустя почти час, когда они всё ещё шли по лесу, Мадалина осмелилась высказать всеобщее недоумение:

– И вот это поможет нам победить «Марсово поле»?

– Это тренирует тело и проясняет ум, – тихо объяснила Эмма. – Старайся почувствовать себя частью окружающего мира.

– Но это точно поможет победить? – настаивала Адель.

– Посмотрим, – сказала Эмма, оглядываясь на слушавшие их горы.

Команда шла молча, выстроившись в колонну. Она двигалась по уступу, который тянулся вдоль стены светлых скал слева и глубокого тесного ущелья справа. Гравий на узкой тропинке выскальзывал из-под ног, стоило им сделать неверный шаг.

Катерина заворожённо смотрела по сторонам. Пейзаж вокруг неё постоянно менялся. У шале всё выглядело как на старой открытке. Первый участок пути пролегал через луга. Потом они оказались в густом лесу и шли под сенью ветвей, иногда перепрыгивая через небольшие ручьи, тихо журчавшие по гладким камням. Время от времени поток набегал на камень побольше и заворачивался вокруг него вихрем или стекал шумным водопадом. А потом, поднявшись выше, они пришли туда, где всё вокруг стало суровым, нагим, колючим, и казалось опасным.

Небо над ними было тёмно-синим. Над их головами кружила хищная птица, то поднимаясь, то опускаясь в воздушных потоках.

– Это канюк, – сказала Эмма.

И вновь воцарилась тишина. Поначалу хранить безмолвие было нелегко, а теперь выходило как-то само собой. В сердца девочек проникали звуки гор, а ветер уносил хруст гальки и сухих веток, скрипевших у них под ногами.

Катерину тревожила и завораживала пропасть по правую руку от неё. Ей было страшно, и в то же время очень хотелось заглянуть за уступ, увидеть крутые голые скалы или поросший кустарниками обрыв, почувствовать запахи, поднимавшиеся из ущелья. Оно казалось не очень глубоким, может, несколько метров, но дрожь от головокружения нашёптывала девочке держаться подальше от края.

Катерина разрывалась между страхом и любопытством, но на всякий случай прижалась ближе к скале слева, прислонившись к ней ладонью.

Девушка была полностью поглощена своими мыслями и новыми ощущениями, как вдруг почувствовала, что одна её нога повисла в пустоте.

Из её горла непроизвольно вырвался страшный крик.

Она уже падала в пропасть, и от волны ужаса, захлестнувшей её, у неё похолодело в животе.

Прежде чем Катерина успела опомниться, её схватили две сильные руки. Маби, которая шла впереди, повернулась с грацией стрекозы и железной хваткой сжала ей запястье. Элиза, шедшая сзади, молниеносно вцепилась в другую руку девушки.

Катерина пришла в себя, поняв, что обеими ногами твёрдо стоит на земле и её надёжно держат четыре дружественных руки.

– Как я испугалась! – едва слышно пробормотала она.

Стоявшая во главе колонны Эмма вздохнула с облегчением.

– Молодцы! Я, конечно, совсем не так себе это представляла, но вы только что продемонстрировали, что такое команда. Единый организм, который действует синхронно и в обычных, и в непредвиденных ситуациях.

Эмма помолчала, переводя дух, и добавила:

– И смотрите, пожалуйста, под ноги. Я вам это повторяю с тех пор, как мы тронулись в путь!

– Ты это имела в виду, когда говорила об интенсивных занятиях спортом? – послышался хриплый от испуга голос Виктории.

Эмма приподняла уголок рта в полуулыбке и нестрого пригрозила:

– Это только разминка!

Ужин был давно съеден. Мышцы ныли от усталости.

У девочек не было никакого желания тратить остаток сил на разговоры. Они сидели на лугу перед домом, кутаясь в толстовки, чтобы защититься от дувшего с гор пронизывающего ветра, но даже не думали встать и вернуться в дом.

Вскоре пришла Эмма с чем-то похожим на большой металлический таз.

– Вот я так и знала, что нам придётся убираться… – простонала Адель.

– Какая уборка! Это жаровня, – спокойно возразила тренер.

– Мы разожжём огонь! – первой догадалась Маби.

Одной мысли о костре было достаточно, чтобы создать идеальную атмосферу для разговоров.

В свете заходящего солнца Эмма несколькими умелыми движениями приготовила всё необходимое. Девочки принесли из дровяного сарая небольшое бревно и охапку сухих веток. Огонь быстро разгорался. Жёлтые и оранжевые языки пламени ярко поднимались к темнеющему безоблачному небу. Треск костра соперничал с жужжанием ночных насекомых.

– Как красиво, – пробормотала Чечилия.

– Волшебно, – прошептала Адель.

– Сразу захотелось делиться секретами, – вполголоса сказала Джорджия.

– Придёт время и для этого, – заверила её Эмма. – Но сначала нам надо поговорить о том, что на кое-кого из вас давит, как каменная плита. Да, Катерина?

– Да, пожалуйста, – кивнула девочка.

– Когда я говорила, что «Мечте» нужен новый капитан, я думала, что Элиза больше не вернётся в команду. Я не могла себе представить, что произойдёт потом, хотя я полностью разделяю её выбор.

Элиза и тренер улыбнулись друг другу, и Эмма продолжила:

– Поэтому, назначив Катерину капитаном, я была уверена, что это надолго. Но теперь к нам вернулась Элиза и на деле доказала, что она – тот спортсмен, который может стать образцом для любой команды. В общем, моим волевым решением, Элиза снова назначается капитаном «Мечты».

Тренер не задавала вопросов, но взгляд, которым она посмотрела на Катерину, был явно вопросительным, и девочка это поняла. Она проглотила ком, застрявший в горле, потёрла руки о джинсы и кашлянула, прочищая горло:

– Я согласна с тобой, Эмма. Мне было… тяжело в этой роли. Честно говоря, я, конечно, была польщена, но я рада, что нашим капитаном снова стала Элиза. И я благодарю вас всех за этот опыт!

Прежде чем девочки начали обниматься и шлёпать друг дружку по ладоням, Элиза успела взять слово.

– Я знаю только одно, – сказала она, переводя взгляд с Эммы на Катерину и обратно. – Каждой из нас в эти дни представился свой шанс, и мы его использовали.

Тренер первой захлопала в ладоши, но, когда эхо стихло среди деревьев застывшего неподалёку леса, она почувствовала необходимость поделиться с командой своими мыслями:

– В вас есть честолюбие. В вас двоих и в Маби, которая выложилась по полной и заслужила похвалу за то, что так достойно выдержала соперничество с Катериной. Вы честолюбивы и можете этим гордиться. Честолюбие будет толкать вас вперёд, может, не туда, куда вы думаете прийти, но всё же.

Тренер помолчала, сплетя пальцы рук и положив их на колени.

– Всегда давайте волю своему честолюбию и показывайте, на что вы способны. Вы уже доказали, что умеете это делать. Не дайте этому чувству обратиться в гордыню. И гоните подальше зависть и обиды… От них ещё никому не было пользы! – заключила Эмма со смехом, заражая им всех остальных.

Остаток вечера они и в самом деле провели, рассказывая секреты. Как бывает только с очень близкими людьми, которые полностью доверяют друг другу. И будут доверять всегда.

Полтора дня пролетели незаметно. Как подытожила Элиза: «Тридцать шесть часов в календаре – мгновение ока, по моим ощущениям».

– Я даже не заметила отсутствие телефона, – задумчиво произнесла Джорджия.

Катерина не могла сказать то же самое, потому что у неё часто возникало желание поделиться с Этторе красотой, которую она видела вокруг, и яркими впечатлениями от неожиданных открытий. Например, она никогда не думала, что сможет закрыть глаза, ни о чём не думать и мгновенно не заснуть. Снова открыв глаза, почувствовать себя так, будто только что выпила чашку кофе и обрела ясность мыслей и невероятную бодрость во всём теле. Первый опыт медитации удался на славу. Пожалуй, она могла бы объяснить Этторе, как у неё это получилось. Катерина сказала об этом Элизе и тут же спросила:

– Это вообще нормально, что я хочу всё ему рассказывать?

– Если это ненормально, то нас таких уже двое, – ответила подруга, пожав плечами.

– Трое, – вставила Виктория. – Я записала всё, чем хочу поделиться с Маттео…

– Вы прям как в клубе разбитых сердец, – прокомментировала Маби, которая вдруг поняла, что ей не терпится увидеть Карло, хотя за время сборов она ни разу о нём не вспомнила.

Кто знает, случилось ли бы с ним то же самое, поменяйся они ролями? Маби подумала, как всё было бы проще, если бы кожа была прозрачной и можно было бы легко прочитать мысли другого человека и почувствовать биение его сердца. Но потом тряхнула головой, гоня от себя странные идеи… Скорее всего, знать о людях абсолютно всё было бы просто ужасно! Она решительным движением рук закрыла рюкзак и объявила себе и всем остальным:

– Я чувствую себя готовой. Убеждена, что мы победим «Марсово поле».

– Можешь повторить это громче, – одобрила Адель.

Она одна догадалась прихватить из дома подушку и одна-единственная засыпала как убитая, едва ложась в постель. Можно было поспорить, что на следующих сборах подушек будет намного больше.

Дорога домой оказалась быстрой и гладкой.

Команда «Мечта» воспользовалась этим, чтобы перенести на бумагу слова для новых футболок, обещанных Патрицией.

Записать их чёрным по белому вызвалась Чечилия, выводившая своим круглым, чётким почерком:

Элиза: Решимость.

Мадалина: Вперёд.

Катерина: Честолюбие.

Джорджия: Равновесие.

Маби: Упорство.

Чечилия: Единство.

Адель: Сила.

Виктория: Радость.

Потом Амлето, сидевший за рулём микроавтобуса, запустил плейлист с расслабляющей музыкой, которая всех немного убаюкала. Эмма сидела рядом с ним, и трудно было не заметить, как часто соприкасались их руки.

– Я вот не помню… – тихо начала Джорджия. – Разве эти двое не говорили, что они дальние родственники? Или я ошибаюсь?

– Они так говорят, чтобы никто не задавал лишних вопросов, – зашептала сидевшая впереди Катерина. – Сама подумай, каково это дружить тренерам соперничающих команд…

– Это я понимаю, – пробормотала Виктория. – Но что значит «дружить»? В каком смысле?

– Э, если им так нравится, какое нам до этого дело? – слегка повысила голос Элиза.

– Нам есть до этого дело, потому что… – Катерина помолчала, пытаясь придумать какой-нибудь разумный ответ. – Потому что Эмма немножко наша!

– Все мы немножко чьи-то, – заключила Элиза и пошла по салону собирать хлопки по ладони.

До начала матча между командами «Марсово поле» и «Мечта» оставались считаные минуты. Трибуны, поделённые между двумя группами очень активных болельщиков, волновались и гудели от предвкушения. С одной стороны размахивали флагами, пели ритмичные кричалки и били в барабаны фанаты «Марсова поля». В этой части зала повсюду красовались баннеры с надписью: «Вперёд, Марсиане! Мы покорим небо!» – и то и дело раздавался дружный хор: «Это мы, это мы, воины Марса – это мы!» На противоположной стороне трибун было не менее оживлённо. Болельщики команды «Мечта» во всю свистели и дули в дудки. Дети, попросившие у девочек автографы, не могли усидеть на месте. На красочных баннерах были написаны слоганы команды: «Кто мечтает, тот побеждает!» и «Воплоти наши мечты, “Мечта!”».

Когда игроки вышли на поле, атмосфера накалилась до предела. Рада решительно подбадривала товарищей по команде. Элиза делала то же самое.

На одно мгновение взгляды двух капитанов встретились.

Нетрудно было догадаться, о чём они думали. В глазах обеих светились не только решимость и желание победить, но и взаимное уважение и признание. Возможно, Рада никогда не перестанет поддразнивать Элизу и других девочек из команды «Мечта», но теперь оба капитана знали, что на поле побеждает спорт. И с достоинством поприветствовали друг друга кивком головы.

Времени оставалось не так много.

– Девочки, – сказала Элиза, обращаясь к команде. – Мы команда «Мечта», мы мечтаем, мы летаем, и… мы побеждаем!

– Вместе с нашим капитаном! – в тон ей ответила Катерина.

Когда команда встала в круг, чтобы прокричать свой девиз, им на мгновение показалось, что они снова собрались у костра в горах. Они были едины, они были сильны и вместе были готовы ко всему.

Обе команды заняли свои позиции на площадке.

Под нарастающие овации зрителей арбитр поднёс свисток к губам. Над трибунами повисла тишина, полная надежд и адреналина. И матч начался…

Привет! Это Мириам.

Волейбол – это моя мечта и моя работа. Я начала играть, когда мне было двенадцать лет, и с тех пор не прекращала. Волейбол делает меня счастливой. Надеюсь, тебе понравилась книга. И я подумала, что, может, ты захочешь больше узнать обо мне. Или, если ты тоже играешь в волейбол, тебе могут пригодиться мои советы. Так что я решила написать что-то вроде послесловия. Надеюсь, мои слова окажутся полезны тебе не только на поле, но и в повседневной жизни.

Я очень хорошо понимаю Элизу. Стать частью профессиональной команды – большая удача, но это нелегко. Понятно, что твоя жизнь полностью меняется. Ты отрываешься от семьи, тебе приходится со многими вещами справляться самостоятельно. Меняется твой привычный ритм – школа, дом, тренировки. Когда мне предстояло сделать этот выбор, у меня тоже были сомнения. Но в конце концов желание двигаться дальше и следовать за своей мечтой оказалось сильнее. Когда я об этом вспоминаю, всё кажется невероятным! Так что нет ничего удивительного в том, что Элиза сомневается и в итоге приходит к выводу, что ей пока рано. Я тоже отказывалась от первых предложений и ждала, когда почувствую, что готова.

Это серьёзное испытание, потому что ты приходишь туда, где все давно дружат, а ты – новенькая. Ещё может так случиться, что тебе придётся бороться за роль, которую давно играет кто-то другой. Вполне возможно, что вначале ты столкнёшься с препятствиями и новые товарищи не всегда будут милыми. А если у них амбициозные родители, которые позволяют себе лишнего, тогда будет труднее.

Мой совет: выкладывайся по полной и иди своей дорогой. Летай высоко! Не опускайся до мелочей. Когда-то надо мной смеялись из-за коротких носков. Я и сейчас их ношу, просто мне в них лучше, чем в длинных! И не забывай, что везде можно встретить хороших людей и новых друзей.

Наблюдать за игрой других команд очень полезно, и девочки из «Мечты» правильно сделали, что пошли на матч «Марсова поля» и «Фарфары». Мне ещё нравится смотреть, как играют мужские команды. Это отличный способ изучить соперника или хорошего игрока. Наблюдение за другими немного напоминает тренировку, потому что мы следим не только головой, но и телом, наши руки и ноги мысленно «выполняют» те же движения. Это не мои фантазии, это зеркальные нейроны! Если не веришь, почитай о них в интернете!

Должна признаться, что раньше судьи мне не нравились. Когда я начинала играть, была не самой спокойной девочкой на свете и один раз даже нагрубила арбитру! Никогда не забуду, что произошло потом. Мой отец повёл меня к нему после матча просить прощения. Больше я арбитрам не дерзила. Помни, что они – такие же люди и тоже могут ошибаться, но они всегда заслуживают уважения. Если чувствуешь, что начинаешь злиться и терять самообладание, сделай глубокий вдох и сосредоточься на игре.

Никогда не угадаешь, что мне нужно, чтобы чувствовать себя по-настоящему хорошо во время выездных матчей или на сборах. Всего три вещи: пижама, подушка и… шапочка для волос! Она немного похожа на чепчик какой-нибудь древней старушки, хотя Аннализа утверждает, что я в ней напоминаю волка, переодетого бабушкой… Не знаю, не знаю!

Пару лет я везде возила с собой игрушечного львёнка. Мне его подарила одна маленькая девочка, и это было настоящее сокровище. А сейчас у меня есть брелок в форме буквы «М». Это тоже подарок, который я получила на одном из матчей. Когда я играю, я вставляю в него кольцо моего парня. Короче говоря, у каждого из нас свои талисманы, и со временем мы их меняем. Главное, чтобы тебе с ними было хорошо!

♦ Единение: постарайся наладить прочную связь со своими товарищами по команде. Помни, что вы – группа людей, которых объединяют общая страсть и общая цель.

♦ Честность: всегда играй честно! Но я уверена, что ты это и без меня давно знаешь.

♦ Уважение: ко всем членам команды и к тренеру. Без уважения между вами никогда не возникнет доверие. Да, и конечно, не забывай про уважение к судьям, соперникам и болельщикам!

♦ Вера в себя: осознание того, что вы – сильная команда, помогает справляться даже с самыми сложными испытаниями. Ты молодец, вы все в команде молодцы, вместе вы сила, и вы это знаете!

Одна из самых титулованных детских писательниц в Италии. Среди её успешных произведений серия книг «Средняя школа» и «101 совет тем, кто идёт в среднюю школу». Многие из её более чем восьмидесяти произведений удостоились премий и наград, в том числе она получила премию «Гиганте делле Ланге», премию Арпино, премию Андерсена за роман «Тонкая розовая линия», премию «Банкареллино» и премию «Ченто» за роман «Я, Эмануэла».

С 2015 года ведущая спортсменка национальной сборной Италии по волейболу, долгое время была капитаном сборной, нападающая в команде «Веро Воллей», Милан, и одна из сильнейших волейболисток в мире.

В коллекции её наград – три победы в национальном первенстве Италии, а в составе сборной – золото чемпионата Европы 2020 года, золото волейбольной Лиги наций 2022 года, бронза чемпионата мира 2022 года и золото Олимпиады 2024 года в Париже. Энергичная, блестящая и щедрая спортсменка, яркий пример силы и спортивного мастерства для девочек и мальчиков по всему миру.