Книга «Ради Флага над Рейхстагом» является не только третьим произведением члена Союза писателей Вячеслава Бавидова, но также представляет собой его первое детское издание.

Неслучайно флаг над Рейхстагом является символом Великой Победы.

В повествовании автор раскрывает большое количество тем, среди которых: дружба народов Советского Союза, подвиг Красной Армии в борьбе с фашизмом во время Великой Отечественной Войны, истинные человеческие ценности, такие как любовь к Родине, преданность, уважение к истории своей страны, которыми должен быть наделен любой подросток.

Эта книга понравится как подросткам, так и их родителям, ведь истинные ценности непобедимы.

© Вячеслав Бавидов, текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Вечная память великому подвигу Красной Армии и советского народа в Победе над нацистской Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов

– Олег, Ира, собирайтесь! – кричала мама из соседней комнаты.

Брат и сестра в это время играли в новую игру на приставке. Они сидели на полу в окружении подушек и, в азарте сжимая в руках джойстики, не отрываясь, смотрели в экран огромного телевизора, где персонажи били очередные рекорды.

– Олег, Ира, вы меня слышите? – снова крикнула мама.

– Да, да, мам. Слышим, – автоматически ответили дети, и фраза эта была настолько заучена ими, что проговаривалась без какого-либо смысла. – Ещё минутку.

Это была та самая «минутка», которая могла растянуться на час, а то и более.

– Я же вам уже двадцать раз сказала – собирайтесь живо! Из-за вас опоздаем на прабабушкин юбилей! – Сразу было понятно, что мама в курсе этой самой «минутки».

– Мам, ну нам одеться – одна минута. Дай доиграть. Тут чуть-чуть осталось.

В эту секунду телевизор выключился. Дети резко обернулись, и их сердитые лица быстро превратились в испуганные.

У отца в руке был пульт, тот самый, которым он только что так грубо оборвал их увлекательное путешествие по виртуальному миру.

– Собирайтесь. Мама уже не раз вам сказала, а я повторять не буду. – Это был спокойный, но в то же время очень требовательный тон, которому не внять было очень рискованно.

Если маму ещё можно было ослушаться, то папу уже нет, поэтому дети послушно побросали джойстики и разбежались по комнатам, чтобы переодеться к 95‐му дню рождения их прабабушки.

– У вас пять минут, жду в гостиной. – Тон отца был страшнее, чем если бы он кричал и ругался, поэтому через четыре минуты дети уже сидели в гостиной, одетые в ту одежду, которую им заранее приготовила мама.

– Чего нам туда ехать, 95 лет, – ныла Ира брату.

– Да, согласен, – тихо поддерживал брат сестру, – скукотища.

– Ага, сидеть с этими стариками, которых она пригласит в гости.

– Им тоже под сто лет.

– Будут говорить…

– Да о чём бы ни говорили, всё равно скука, – ответила сестра.

– Ну а что делать? Надо ехать, нас одних дома не оставят…

– Готовы? – послышался голос отца из прихожей.

– Да, – одновременно крикнули дети.

– Идите, спускайтесь и выходите на улицу, мы с мамой сейчас вас догоним, – сказал отец, накидывая на себя плащ.

Дети прошмыгнули между родителями, выбежали из квартиры. Весеннее солнце припекало неожиданно сильно. Они так редко выходили на улицу просто погулять, что на секунду удивились этим непривычным, почти летним лучам солнца.

Ира и Олег стояли у подъезда, переминаясь с ноги на ногу и с любопытством разглядывая всё вокруг: дома, деревья, припаркованные автомобили. Их родители бо́льшую часть времени проводили на работе, а потому ребята сами находили, чем занять свободное время.

В виртуальном мире им жилось комфортнее: минимум ответственности за свои действия, аватар и никнейм, которые можно выбрать на своё усмотрение, возможность не соответствовать чужим ожиданиям.

Олег и Ира были близнецами, при этом совершенно не похожими друг на друга. У них было всё: родители баловали и опекали их, даже несмотря на строгость отца.

Олег был одет в белый спортивный костюм, на Ире был точно такой же, но красный.

Дети продолжали рассматривать всё вокруг: людей, проходящих мимо, деревья, на которых уже начали распускаться почки. В какой-то момент мимо пробежала кошка. В общем, непривычная реальная жизнь шла своим чередом.

– Олег, у тебя телефон с собой? – спросила вдруг Ира брата.

– Да…

– Блин, ну и когда уже мне подарят новый телефон, хожу с этим доисторическим, маминым. Мне кажется, она с ним сама ещё в школу ходила.

– Не доисторический, а кнопочный, – засмеялся Олег. – Я же раньше тоже с таким ходил, пока мне не купили смартфон. – Вытащив из кармана свой модный гаджет и поддразнивая, он показал его сестре.

– Не надо хвастаться, – нахмурившись, отвернулась в сторону Ира. – Мне тоже скоро купят, и он будет лучше, чем твой.

– Да, конечно, – рассмеялся брат. – Опять разобьёшь его, как предыдущий.

– Я не нарочно: я записывала рилсы – и он выскользнул из руки прям на асфальт.

– Рилсы, сторисы, ты только это и знаешь…

– А ты со своими танчиками не лучше меня.

– Вот они, – послышался голос мамы. – Ну что, поехали?

– Наконец-то, – закатил глаза Олег.

– Давайте пойдём в машину, а то нас уже заждались.

– Пап, а когда у меня будет новый телефон? – вдруг резко спросила Ира по дороге к машине.

– Вот когда будешь хорошие оценки из школы приносить и слушать старших, вот тогда, может быть…

– Ну папочка, пожалуйста, – слезливо-умоляюще пробубнила Ира. – У всех в классе уже телефоны последних моделей, а я всё хожу с этим, из прошлого века. Он как калькулятор, – выжимала она из себя слезу, дабы разжалобить родителей.

– Ладно, не хнычь. Я уже его купил. Думал, позже подарю тебе, – рукой поглаживая дочь по голове, заботливо ответил отец.

– Ура! – радостно закричала девочка на всю улицу.

– Хитрюга, – тихо произнес Олег.

– А где он, дай посмотрю… Дома? – не могла угомониться Ира.

– Нет…

– А где? – удивилась она, увидев, что в руках у папы ничего нет. – Может, в машине? – не угасала в ней надежда.

– Нет. Курьер привезёт его завтра, – ответил спокойно отец.

– Почему завтра?

Отец посмотрел на дочь вопросительно.

– Я не понимаю, почему нужно ждать какого-то курьера. Он что, не может быстрее мне его привезти? – уже более аккуратно попыталась изложить свою мысль девочка.

– О чём ты? – спросила мать, надеясь, что её вопрос заставит дочь задуматься о том, что она говорит.

– Папа же уже оплатил его…

– Да.

– Вот как? Если уже оплатил, почему надо ждать?

– Ну, видимо, у него такой график доставки. Пошли к машине, – сказал грустно папа, желая закончить разговор, чтобы не разочаровываться в дочери.

Они сели в машину. Ехали недолго, всё это время Олег играл в какие-то «танчики» на телефоне, а Ира сидела с недовольным лицом и без интереса смотрела на быстро мелькающий за окном пейзаж, сжимая в руке свой «калькулятор».

– Дай мне тоже поиграть, – требовательно попросила она, дергая брата за белый рукав.

– Приедет твой телефон – будешь играть в свои игры. Отстань и не трогай меня, – отвечал Олег.

– Папа, папа… – не унималась Ира.

– Да, дочь, – не отрывая взгляд от дороги, ответил отец.

– Курьер точно завтра приедет?

– Да, я же сказал тебе.

– А можно мы оформим срочную доставку, пусть привезёт сегодня вечером.

– Нет, если привезут завтра, значит, ты будешь ждать до завтра, – строго сказал отец, которому всё больше начинал надоедать этот разговор.

С переднего сиденья мама буквально пару секунд сурово смотрела на дочь, но Ира сразу поняла, что надо замолчать, и дальше семья ехала в полной тишине.

По дороге купили букет маков – прабабушка почему-то очень их любила – и огромный торт «Наполеон». Она всю жизнь пекла к праздникам именно его, но годы брали своё, и в последнее время за сладким заезжали в пекарню. Изящно упакованный подарок родители купили заранее.

Спустя десять минут машина остановилась у кирпичной пятиэтажки в старом районе города. Ира выскочила на улицу, потому что даже полчаса в машине её утомляли.

– Ну, пойдёмте уже, – кричала она на родителей и брата, желая просто поменять обстановку.

– Так, цветы тебе, Олег. – Мама протянула букет сыну.

– Почему ему букет? – бунтовала Ира.

– …Ира, а ты вручишь подарок, – не реагируя на нытье дочери, продолжала мама.

– А что тут? – не дождавшись ответа, Ира начала ковырять упаковку.

– Ира, сейчас испортишь! Дай сюда! – рассердилась мать. – Это настоящий оренбургский пуховый платок, бабуля давно хотела такой.

– Не, я это не понесу, – ответила дочь и вернула пакет с подарком обратно матери.

Они вошли в подъезд: Олег с цветами, папа с тортом, мама с подарком. Ира шла налегке.

На пятом этаже дети согнулись пополам, пытаясь отдышаться.

– Уф… Почему нельзя сделать лифт? В каком веке мы живём? – пробормотал Олег, запыхавшись.

– Полностью согласна, – недовольно ответила сестра.

– Вы не об этом думайте, – сказала мама, – а о том, что ваша прабабушка много лет сама и без всяких лифтов поднимается на пятый этаж и ничего, хорошо себя чувствует. А вы, как рыбы, ловите воздух ртом, – подшутила она над детьми и позвонила в звонок одной из квартир на этаже.

Дверь открыла прабабушка Зоя.

– Ой, внучата приехали, забегайте, – радостно приветствовала она и, поцеловав их в макушки, жестом пригласила в квартиру.

Седые волосы были аккуратно собраны в пучок, нарядная блузка с кружевами и элегантная юбка по колено, поверх всего – накрахмаленный фартук, настолько чистый, что казалось, будто прабабушка и не готовила вовсе, хотя все знали, что она была гостеприимной хозяйкой, а её праздничные столы просто ломились от угощений и вкусностей.

Дети и их родители прошли в квартиру, вручили цветы и подарок и направились в сторону гостиной.

– Олежик, ты чего такой хмурый? – полюбопытствовала прабабушка.

– Ничего, просто пока до твоего этажа доберёшься, уже ничего не хочется, – недовольно сказал Олег.

Не обращая внимания на настроение правнука, прабабушка Зоя провела гостей в гостиную, в центре которой находился большой стол.

В углу комнаты стоял старый шифоньер. Среди посуды и хрусталя, которые никогда не использовались, в белой рамке стояла свадебная фотография Зои с прадедушкой. На приоткрытой двери шифоньера висел на вешалке парадный китель, украшенный военными орденами и медалями. Прабабушка много рассказывала, за какие заслуги ей вручили ту или иную награду, но дети не помнили точно: им, как всегда, это было неинтересно.

За столом сидели друзья прабабушки – соседи, бывшие коллеги, молодые и постарше, из разных периодов Зоиной жизни.

– Садитесь и накладывайте поесть, наверняка проголодались с дороги, – заботливо беспокоилась бабушка.

Все расселись, а гости с радостью советовали прибывшим гостям отведать самое вкусное на их взгляд: кто-то салаты, кто-то рыбу или мясо, кто-то пирожки. В итоге складывалось устойчивое мнение, что вся еда была вкусной. Прабабушка Зоя стояла возле гостей и довольным тоном приговаривала: «Накладываем, не стесняемся, все свои». Вся еда на столе была разложена в красивые сервировочные блюда, в которых выглядела ещё аппетитнее.

Взрослые за столом рассказывали интересные истории из жизни, вспоминали много радостного и просто любопытного из жизни Зои, но для Иры с Олегом это были унылые рассказы, которые были им совершенно неинтересны. Особенно скучно становилось, когда гости переходили на обсуждение политики, истории и каких-то совсем незнакомых и неинтересных тем, типа Берлинской стены, Варшавского блока, развала какого-то Союза. Для детей предметы этих разговоров были такими же древними, как картинки из учебников истории, в то время как большинство историй для прабабушки Зои являлись событиями из её жизни.

Такой же нудной казалась ребятам история о том, откуда у прабабушки Зои появился шрам во всю ладонь на правой руке – в самом начале рассказа они переключали внимание на игры, так ни разу её и не дослушав до конца.

– Дай мне свой телефон, я в твои «танчики» поиграю, – шёпотом попросила сестра Олега, который тихонько под столом передал Ире свой гаджет, а та, предусмотрительно убрав звук и опустив руки на колени, наклонила голову и занялась чем-то, как она думала, более интересным, нажав кнопку на экране смартфона «начать игру». Брат то и дело искоса посматривал, чтобы сестра не побила его новый рекорд, с большим трудом установленный утром.

– Дети, вы поели? Идите на диван. – Родители Олега и Иры предложили им выйти из-за стола и играть в игры, не выказывая своим поведением неуважение к другим гостям.

Дети расположились на диване, по очереди то выигрывая, то проигрывая в игре и передавая телефон друг другу. Примерно через час и это занятие им наскучило, и, не понимая, чем можно ещё себя занять, они стали сидеть и слушать разговоры старших.

Вдруг у мамы зазвонил телефон. Ответив на вызов, она вышла в коридор поговорить, нервно шагая взад-вперёд. Изредка останавливаясь и одновременно наматывая на указательный палец левой руки локон золотистых волос, она что-то с интересом обсуждала. Судя по её виду, это было очень важное дело. Спустя какое-то время она вернулась с радостной для детей новостью: «Нам пора идти». Ира и Олег оживились.

– И куда это вы собрались? – расстроенно спросила прабабушка.

– Прости, – отводя глаза, продолжала мама, – баба Зоя, моя дорогая, прости… Мне нужно… Нам нужно на работу… Там кое-что очень срочное случилось.

– Нам? – поинтересовался папа.

– Да, сказали, чтоб ты тоже приехал.

– Что ж такого срочного?.. – негодовала бабушка Зоя.

– Мы быстро, туда и обратно, – уже встав из-за стола, торопился папа, примерно догадываясь, о какой срочности говорит его супруга.

– Ты не обидишься? – тихо спросила мама, подойдя к своей бабушке и заботливо приобняв её за плечи.

– Нет, конечно, это же работа. Поезжайте. – И, вздохнув, бабушка Зоя освободила от тяжкого чувства вины своих сбегающих гостей.

– А можно мы с вами? – закричали дети. – Можно с вами на работу?

– Нет, – тихо сказал папа.

– Ну па-а-ап, ну пожалуйста – заныла Ира.

– Зачем? Побудьте здесь, мы вас вечером заберем.

– Нет, нет, нет, пожалуйста, заберите нас с собой на работу!

– В последний раз, когда мы там были, вы очень плохо себя вели. Ждите нас тут.

– Мы обещаем, что будем сидеть и ждать вас там, где скажете, – согласные на всё, дети кричали в унисон, лишь бы сбежать с самого скучного праздника в их жизни.

– Обещаете себя нормально вести?

– Да, мы будем хорошо себя вести, обещаем!

– Ладно, поехали, – согласился отец, и дети прошмыгнули мимо родителей в коридор.

– А попрощаться? – строго сказала мама детям.

– Баб Зоя, пока! – помахали дети прабабушке.

– С днём рождения! – сказала мама и поцеловала бабушку Зою в щёку, а папа – по-военному, благородным кивком выразил почтение, и они с детьми поторопились к выходу.

– Если рано освободитесь – заезжайте, – заботливо и безнадежно прокричала бабушка Зоя вслед бегущим вниз по лестнице родственникам.

Отец вёл машину уверенно и быстро, и буквально через полчаса они уже были рядом с научноисследовательским институтом.

– Дети, – остановившись перед входом, строго сказала мама, – ничего не трогать и не нажимать! Вести себя тихо! Оставим вас в соседнем кабинете, сидите там и ведите себя нормально, а не как в прошлый раз!

– Хорошо!

– Обещаете? – будто не зря засомневалась мама в их ответе.

– Да-да, – более бодрым тоном для успокоения мамы сказали ребята.

Они торопливо зашли в здание, охранник, узнав посетителей, пропустил их.

– Мы сегодня с детьми, – на всякий случай сказал отец охраннику, а тот кивнул в ответ.

Дети любили приходить к родителям на работу. Это казалось чем-то из новой жизни, из будущего. Здесь были роботы, которых так любил Олег, и футуристический интерьер, который так завораживал Иру. Этот институт создавал новейшие продукты в атомной отрасли.

– Пап, папа, а у вас же есть роботы? – спросил аккуратно Олег, будто не зная, какой ответ услышит.

– Конечно, есть, – ответил папа и нажал кнопку лифта.

– Андроиды, прям как человек? – не мог угомониться Олег.

– Ну, пока не настолько совершенные, но есть. Мы над ними работаем.

– Ух ты, вот бы посмотреть. А когда можно будет?

– Я тебе обязательно скажу, когда можно будет на них посмотреть.

– А сейчас? – понадеявшись на чудо, спросил мальчик.

– Сейчас пока нельзя, – сухо сказал отец.

Двери лифта открылись, и они зашли внутрь. Ира замерла на месте и, задрав голову вверх, с интересом разглядывала футуристический дизайн внутренней части здания, жадно поглощая взглядом каждый сантиметр.

– Ира, – с улыбкой сказала мама, – мы ждём тебя.

Девочка, резко оторвав взгляд от архитектурного творения, быстро забежала в стеклянный лифт, который начал поднимать их на последний этаж. С каждой секундой им все больше открывался красивейший вид на технологический кластер – инновационный район города, со своими научными центрами, жилыми домами, общественными пространствами, магазинами и даже небольшой церквушкой.

– Дети, выходим тихо, по коридорам не бегаем, – послышался строгий голос отца. Повернувшись, ребята увидели, что дверь лифта уже открыта, и они даже не заметили этого, восхищаясь видами вокруг.

– Пап, – обиженно произнес Олег, – я и в тот раз не бегал, это Ира.

Сестра, нахмурив брови, смотрела на него, слегка стиснув зубы.

– Ира, – обратился папа к дочери, когда семья выходила из лифта.

– Да, пап, – обиженно на слова брата ответила Ира, зная о том, что отец никогда её не поругает, – я всё поняла, – заранее ответила она на незаданный вопрос.

– Так, я вас посажу вот в этот кабинет, и никуда не выходите, – сурово сказал отец. – Дорогая, а ты иди и скажи, что я сейчас подойду, – сказал он жене.

Буквально через десять-пятнадцать метров ярко освещённого коридора, пройдя мимо нескольких стеклянных, наполовину матированных дверей, дети дошли до ничем не отличающейся от остальных двери, которая автоматически, с шипящим звуком из фантастических фильмов, открылась перед ними.

Внутри находилась переговорная комната с большим столом и двумя десятками стульев вокруг него и огромной плазменной панелью на стене.

– Заходите, садитесь. – Отец провёл детей внутрь, включив телевизор на первом попавшемся канале, положил пульт на стол и сказал, как всегда, на всякий случай: – Чай, кофе и вода вон там на столе. Пожалуйста, ничего не трогайте, тихо, спокойно сидите, договорились?

– Договорились, – сказала Ира, а Олег уже смотрел в свой телефон, жадно разглядывая что-то на экране.

– Олег, – сказал папа.

– Что? – ответил сын.

– Чем ты займёшься?

– Буду читать в интернете про атомные бомбы, – съязвил сын.

– Хорошо, я вернусь и проверю.

– Пап, ну я пошутил.

– А я – нет, – сказал отец и скрылся за дверью.

Но вот как только папа ушёл, Ира поняла, что ей и здесь скучно.

– Что ты там смотришь? – спросила она у брата, который не обращал на неё внимания. – Тебе тоже скучно? – настаивала Ира.

– Да, здесь тоже невесело, лучше б мы остались дома и играли в игры.

– Да, тем более я там почти прошла до уровня, до которого никогда не доходила.

Они просидели так почти полтора часа, время тянулось медленно и уныло. Ноги ребят уже были закинуты на соседние стулья, в полулежачем положении брат с сестрой грустно смотрели на открывающийся из окон городской пейзаж.

– Надоело, – сказал Олег и, скинув ноги на пол, встал и направился к двери.

– Они сказали сидеть тут.

– И что? А мне скучно. Я уже четыре раза перечитал всё про атомные бомбы в интернете, наизусть всё выучил. Тебе не скучно? Тогда сиди, я хочу найти роботов.

– Каких роботов? Никуда не ходи, – настаивала Ира. – Мы же обещали папе.

– Это ты обещала папе сидеть тут, а я ничего не обещал. Пойду поищу роботов.

– Ладно тебе, Олег. Остановись, – крикнула Ира брату, который уже выходил из двери переговорной комнаты в коридор.

Девочка, вскочив, побежала за ним и, выглянув осторожно в коридор, увидела, что Олег зашёл в соседнее помещение. Ира забежала вслед за ним, и дверь за ними автоматически закрылась. Внутри была огромная лаборатория, что-то жужжало, на многочисленных огромных экранах бежали бесконечные цифры. Где-то что-то подсвечивалось, откуда-то сильно поддувал ветер, стоял стеклянный морозильник, в котором что-то было заморожено. На отдельном столе работала центрифуга, в ней раскручивалась какая-то жидкость. Почему-то никого из людей не было, всё было очень странно.

– Ну вот тебе и роботы, – с издевкой в голосе сказала брату Ира.

– Где?

– Ну вот, видишь? Всё это управляется роботами. Ты что, не понимаешь?

– Да я имел в виду других роботов, андроидов. Ну, похожих на людей, – расстроился Олег.

– Папа же сказал, что нет таких.

– Я же не совсем дурак. Может быть, он просто не стал мне говорить, чтоб я их не искал. Где-то же они точно есть.

– Может, но уж точно не там, куда могут попасть дети, – умничала сестра.

– Пойду, – сказал Олег и направился к выходу.

– Куда ты собрался? – попыталась остановить его Ира.

– Поищем в соседних кабинетах.

– Олег, не надо. Давай вернёмся.

– Нет. Ты идёшь со мной или возвращайся, сиди там и молча смотри в окно, – сказал строго мальчик и снова выбежал в коридор. Ира бросилась за ним, но увидела, что брат зашёл в следующий кабинет. Забегая спешно за ним, Ира чуть не влетела ему в спину, но Олег даже не обратил на это внимания. Он стоял, как заворожённый, раскрыв рот, и смотрел на что-то впереди себя.

– Ну и что ты встал у входа, как статуя? Я чуть не врезалась в тебя. – Но, повернув голову по направлению взгляда брата, Ира сама замерла от изумления.

Перед ними стояла огромная арка, она подсвечивалась синим светом и как-то странно гудела. Это было настолько удивительно, что дети замерли и смотрели не отрываясь.

– Тихо, – прошептал Олег и показал пальцем на арку, не замечая, что сестра уже неотрывно смотрит на неё.

– Ага, – ответила Ира, разинув рот.

Рядом с аркой стоял какой-то терминал с кнопками и двумя экранами. На первом светились буквы «ВОВ: д. Старолюбовка», а на втором – «3×24».

Посередине заманчиво горела и периодически моргала фиолетовая кнопка.

– Блин, а что если нажать? – озвучила Ира самый глупый вопрос, который можно было задать в этой ситуации.

– Ты уверена? – испугано спросил брат.

– Ну интересно же, что будет.

– Ир, даже мне страшно её нажимать.

– А давай попробуем. Ну страшно, но руку же нам за это не отрубят.

– Не отрубят, – согласился мальчик. – Ну, давай попробуем, – сказал Олег.

– Давай, – сказала Ира и быстро нажала на кнопку.

Тут же вокруг всё загудело, и в арке как будто что-то закрутилось. Синий цвет стал ещё более ярким, а внутри арки появилась какая-то жидкая субстанция, в итоге образовав что-то вроде зеркального прохода.

– Ух ты, вот это уже интересно, – сказала сестра, подойдя поближе к этой жидкой стене.

– Только руками не трогай! – испуганно вскрикнул Олег, подойдя сзади к сестре.

– Да ладно тебе. Что может случиться? – Ира ткнула пальцем в зеркальную стену, и по поверхности кругами, от центра к краям, побежали серебристые волны.

– Какая красота! – сказал Олег.

Ира медленно засунула руку по локоть.

Олег стоял за ней и уже не дышал со страху.

– Ну, и ничего страшного, видишь? – смело сказала Ира и через пару секунд вытащила руку обратно целой и невредимой.

– Что там? – вдруг еле слышно произнес Олег.

– Не знаю, но там тепло.

– О, а вдруг там роботы? – пробормотал Олег, мягко отодвинул сестру, подошёл вплотную к жидким вратам и, недолго посмотрев в них, медленно окунул лицо в эту жидкую стену.

– Вот ты дурак, – испугалась девочка и, схватив брата за толстовку, резко его вытащила. – Совсем мозгом не пользуешься со своими роботами.

– Ого, – улыбаясь, произнес Олег.

– Что «ого»? Что там? – ругаясь на брата, заинтересовалась Ира.

– Это какой-то проход.

– Куда?

– Куда-то. Я не понял.

– Что ты там увидел?

– Поле и лес. А там и правда тепло, солнце светит, жарко.

– Дай теперь я посмотрю, – предложила сестра.

– Не надо туда заходить, – пытался удержать её Олег.

– Я быстро, на минутку. Ничего не случится, – сказала Ира.

– Ну да, руку же нам не отрубят, – ироничным тоном произнёс Олег.

– Да, – улыбнулась сестра и, схватив за руку брата, резким шагом прошла сквозь зеркальную стену, затащив за собой Олега.

Тот, не успев среагировать, в мгновение оказался с сестрой на весеннем поле.

Дети остановились и стали оглядываться по сторонам. Они оказались на склоне холма. Вдали был лес, а с другой стороны виднелись крыши домиков. Ярко светило солнце.

– Вот это да, – с удивлением жадно рассматривал все вокруг Олег.

– Посмотри, какие красивые цветы, – радовалась Ира. – А давай соберём домой букет?

– Не надо ничего, пойдём обратно, пожалуйста, – уговаривал сестру брат.

– Давай быстро соберём букет и потом пойдём, – настаивала Ира.

Олег развернулся и увидел, что зеркальный портал всё ещё стоит, но самой синей арки не видно.

– Хорошо, давай быстрее.

Пока сестра собирала цветы, Олег внимательно разглядывал всё вокруг: поле находилось на склоне холма, который был просто усыпан цветами, справа начинался лес, слева был небольшой обрыв, за ним текла река и уходила далеко вперёд, вниз, к подножью холма, где расположилась деревня, и сквозь кроны деревьев виднелись крыши домов.

Цветов было много, но Ира почему-то старалась выбирать только маки. Стебли с маленькими, ещё не раскрывшимися бутончиками Ира бережно срывала один за другим и вот уже почти набрала букет, как вдруг дети услышали небольшой всплеск со стороны зеркального портала, а обернувшись, в ужасе обнаружили, что его нет и проход закрылся.

– Это что такое? – испуганно сказала Ира, опустив букет.

– Я говорил тебе, пошли. Что теперь делать? Где мы? Букет ей надо собрать! – запаниковал Олег.

– Ну, я маме хотела… И правда, где мы? Что теперь делать? – осознав всю серьёзность ситуации, испугалась Ира.

– Купили бы дома, заказали бы доставку цветов, каких хочешь – тюльпаны, розы, гладиолусы и любые другие. Зачем надо тут собирать? – ругался Олег, не понимая, что делать.

– Это ты можешь заказывать доставку, у тебя с телефона можно, а у меня не телефон, а калькулятор.

– Какая же ты! Что нам теперь делать?

– Не знаю, давай маме позвоним.

– Точно, – обрадовался Олег и полез в карман, в поисках своего навороченного телефона, чтобы позвонить маме. – Ой.

– Что «ой»? – спросила Ира.

– Я телефон оставил там…

– Как там?

– Ну, на столе, в той скучной переговорной…

– Какой же ты…

– Ладно, не начинай. Я же не нарочно…

– Не нарочно он. И что теперь нам делать? – ждала ответа на свой вопрос сестра.

– Ну, давай с твоего позвоним, – предложил брат.

– С «калькулятора»? – грозно спросила она.

– Ну да, – с улыбкой ответил Олег, пожимая плечами. – Других вариантов нет.

– Конечно, нет, – доставая из кармана своё средство связи прошлого века, бубнила Ира. – Нет сети, – вдруг сказала она, с ужасом глядя на экран.

– Почему? – удивился брат.

– Не знаю.

– И как быть?

– Давай подождём, может, портал скоро откроется? – предложила хоть какой-то вариант Ира.

– А если он никогда не откроется?

– Конечно, откроется. Мама с папой будут нас искать и поймут, где мы…

– Как они поймут? Может, ты записку оставила? Надо у людей спросить…

– «У людей спросить», а вдруг на маньяка нарвёмся?

– А вдруг нет?

– Вот именно, что вдруг, – начал успокаиваться Олег. – Пойдём в сторону деревни, найдём людей, хоть спросим, где мы находимся, или попросим телефон, чтобы позвонить.

– Как-то это звучит не очень убедительно, – со страхом в голосе сказала Ира. – А другого плана у тебя нет?

– Ты давай, не бойся. Мы разберёмся, – смело ответил брат и направился вниз по склону холма в сторону ближайших деревенских домов. А сестра, бережно прижав букет свежих маков к груди, пошла за Олегом, думая о том, что всё сложится хорошо и добрые люди помогут им попасть обратно домой.

Спускаясь по склону холма, дети с удивлением разглядывали всё вокруг, им было в новинку остаться один на один с природой. Казалось, что так долго они не были на улице за всю свою жизнь. Вскоре их красивые спортивные костюмы и модные кроссовки окрасились в зелёный цвет, пропитавшись соком травы, что очень сильно их раздражало.

– Ну вот, совершенно новый костюм. И что делать? Что я теперь маме скажу? – возмущалась Ира.

– Скажешь, что в поле гуляла, – засмеялся брат.

– И правда, – с иронией в голосе ответила сестра. – Наконец-то я поняла.

– И что ты поняла? – улыбаясь, поинтересовался Олег.

– Я поняла, что у тебя и правда нет мозгов.

– А что ты сразу про мозги? Я вот тоже иду и думаю, что родителям сказать. Мы же и вправду в поле идём, – засмеялся Олег.

– А тебе лишь бы посмеяться. Мы в каком-то поле вдруг оказались, а ты ржёшь! Пойдём быстрее, вон уже солнце садится, – указывая пальцем на чуть касающийся горизонта солнечный диск, сказала Ира.

Шаг они прибавили, но до деревни удалось добраться, лишь когда уже стемнело.

Ребята шли по улицам, с обеих сторон которых стояли огороженные заборами деревенские домики. Во дворах были видны грядки, на них что-то росло. Было понятно, что кто-то бережно ухаживает за этими посадками, вокруг которых росли плодовые деревья.

– Что мы ищем? – вдруг спросила Ира, бодро шагая и размахивая букетом из маков.

– Ты к чему спрашиваешь? – ответил Олег, который, осматриваясь по сторонам, шёл впереди.

– Мы уже несколько домов прошли, а людей нет. Как мы их найдём? И уже стало достаточно прохладно.

– Смотри, где в окне какого-нибудь дома будет гореть свет, туда и зайдём, – быстро ответил брат, но пока ни в одном доме не было светящегося окна.

Тьма стояла хоть глаз выколи, не было ни одного уличного фонаря.

– Что это за место такое тёмное? – вдруг сказал Олег.

– Ну, что это за место? Деревня. Какой тут свет может быть? Мне кажется, что в это время тут уже все спят. Ау! Люди, где вы? – кричала Ира. – Ау! Есть тут кто живой?

– Хватит орать.

– А что такого?

– Ты же сама говорила, вдруг маньяка встретим…

– Да хоть маньяка. Пускай хоть кто-нибудь отзовётся с рабочим телефоном. Нам позвонить маме надо, чтоб забрали нас отсюда. Я хочу домой, – капризничала Ира. – Да вообще, мне завтра надо быть дома, мне телефон новый курьер привезёт. А мы? Вот куда мы с тобой попали? Что это такое? – уже на грани истерики, разводя руками, сказала Ира.

– Э, сейчас узнаем, – сказал Олег. – Дай свой телефон.

– «Калькулятор», – уже не контролируя своё поведение, дерзила Ира.

– Да, его, – не обращая внимания на слова сестры, ответил брат.

– Ну, на. Держи, – протянула она ему свой телефон.

Олег включил фонарик, освещая всё максимум на полметра вокруг себя, и дети стали видеть хотя бы дорогу.

– Люди! – кричала Ира. – Куда мы попали?

– Ира, прекрати, – со страхом в голосе прошипел Олег.

– Люди! – не успокаивалась Ира.

– Эй, – вдруг кто-то шёпотом позвал их, но этот шёпот был намного страшнее, чем если бы кто-то внезапно на них набросился.

Олег замер в ужасе, а Ира вздрогнула и посмотрела в сторону внезапного шума.

– Эй, вы, – ещё раз послышалось из-за забора.

– Кто там? – не двигаясь, спросил Олег, собрав оставшуюся смелость, чтобы его голос звучал как можно спокойнее и строже.

За забором, в кустах, кто-то прятался.

– Не орите, – тихо произнёс голос.

– Почему «не орите»? – шёпотом сказал Олег.

– Вы кто такие? Откуда?

– Откуда? А ты лучше скажи, где мы находимся? – смело спросила Ира.

– В Старолюбовке.

– Что такое Старолюбовка?

– Деревня наша – Старолюбовка. Уйдите с дороги, идите сюда. Не дай Бог вас увидят.

– Кто увидит?

– Вы что? С луны свалились? Тихо идите сюда, пойдём в дом.

– Да щас мы пойдём, конечно! Откуда я знаю, кто ты? – разозлился Олег.

– Я Тимур, – внезапно выйдя из-за кустов, сказал незнакомец.

Олег посветил на него фонариком. Незнакомец оказался парнем примерно на два-три года старше, в каких-то старых и рваных одеждах, грязный – лицо было измазано сажей, а руки запачканы землей.

– Ой, – испугалась Ира, но в тот же момент вспомнила, что её-то костюм тоже не совсем чистый. «Видимо, такое бывает, если живёшь не в городе», – подумала она. – А кого мы должны бояться? – спросила Ира.

– Странные вы. Неужели ничего не понимаете? Идём в дом. Я ничего вам не сделаю, в доме уж лучше, чем на улице в ночи.

И как только Тимур это произнёс, где-то вдали послышался волчий вой.

У Олега глаза чуть не вывались из орбит от ужаса.

– Ира, пошли быстрее в дом! Там уже разберёмся! Скорее всего, у него есть телефон, какой-никакой, но маме позвонить, наверное, сгодится.

– Ладно, – сказала послушно Ира. – Тем более, что уже стало невыносимо холодно.

– Но если что, то сразу бежим, хорошо? – спросил тихо Олег сестру.

И ребята, схватившись за руки, подошли к деревянному забору.

– А как мы его перелезем? – спросила Ира, глядя на забор, который был чуть выше её головы.

– Мы подпрыгнем, подтянемся и перелезем. Если не сможешь, я тебя подсажу, – ответил Олег.

– А зачем перелезать? – тихо спросил Тимур. – Справа от вас калитка.

– А, да… Ну да, калитка, точно. Про калитку-то я не подумала, – ответила Ира.

Найдя не без помощи освещения Олега калитку и со скрипом отворив её, дети оказались во дворе.

– Бежим в дом, – тихо сказал новый знакомый.

Привычно пригнувшись и ловко огибая деревья и кусты, Тимур побежал в сторону дома. Брат с сестрой тоже почему-то пригнулись и тихонечко побежали за ним.

– Да, и эту штуку, которая светит, погаси, – вдруг сказал парень.

Олег выключил фонарик, не останавливаясь. Он следовал за сестрой, которая, пригнувшись, бежала за Тимуром.

Обежав дом, ребята оказались на заднем дворе, у запертой покрытой плесенью двери. Тимур открыл её и быстро побежал вниз по ступенькам крутой лестницы.

– Быстрей сюда, – громким шёпотом сказал он, одновременно махая рукой, зазывая близнецов поскорее спуститься.

– Страшно, – сказала Ира.

– Да, – ответил Олег.

– Это был не вопрос. Я просто сказала, что мне страшно.

– …

– А тебе не страшно. Спускайся первый.

– Почему это я первый?

– Ну, только потому, что ты мальчик, вот и спускайся.

– Ладно, – пробормотал Олег и тихо начал спускаться по ступенькам в сырой и тёмный подвал, прямиком в объятия неизвестности.

Ира аккуратно спускалась следом за Олегом. Ступеньки были старые, какие-то прогнили и громко скрипели, какие-то были сломаны. Было видно, что дом давно требует ремонта. Снизу тянуло сыростью и каким-то затхлым запахом. Оказавшись внизу, Тимур отворил близнецам дверь, скрипевшую чуть меньше, чем калитка.

– Заходите, – всё ещё тихо, но уже с подкупающей заботой в голосе сказал он.

Внутри была кромешная тьма, и только где-то в углу, еле видное, дрожало пламя.

– Аккуратно идите. Не споткнитесь, – сказал Тимур.

Олег, сделав первый шаг, понял, что у него что-то под ногами – то ли бревно, то ли доска, то ли что-то ещё. Пробираясь вперёд, он даже придумал собственную игру – «Что у меня под ногами?» Что там было, оставалось только угадывать, рассмотреть в темноте было невозможно.

Подойдя поближе к источнику света, Олег понял, что это был небольшой огонёк в странной стеклянной колбе. Возле неё сидела девочка лет четырнадцати и грела руки.

– Ты согрелась? – заботливо спросил Тимур у неё.

– Вроде да, – сказала она, а Тимур взял её за руки, но они всё ещё были ледяные. – Ну да, уже лучше. Держи руки около лампы. Только осторожно, не обожгись, – сказал парень.

«Странно, – подумала Ира, – девочка, а одета в какие-то бабушкины одежды, прям винтаж». «…какая интересная одежда на этой девочке, – подумала Зоя, – особенно кармашки на кофте».

Ира с Олегом уже начали потихоньку привыкать к тому, что, скорее всего, им тут нечего бояться, и даже, может быть, это самое безопасное место, которое здесь есть.

– А у вас есть телефон? – смело спросила Ира.

– Что? – удивлённо спросил Тимур.

– Телефон есть у вас? А то мне надо маме позвонить.

– Маме позвонить?.. – переспросил парень. – Телефон… Телефона нет, он был на станции, на почте, но уже как пару месяцев не работает. Зато есть банка тушёнки и хлеб, один кусок. Мы хотели съесть его вдвоём, а тут вы орёте на всю улицу. Вот теперь будем делить на четверых.

– Мы не очень голодные, – сказал Олег больше из-за того, что ему было страшно есть чужую еду. «Вдруг там яд», – подумал он.

– Ребята, садитесь к нашему маленькому костру, – указывая на лампу, пригласил за стол гостей Тимур. – Вместе будем есть.

Вокруг стола было несколько стульев и какой-то старенький диванчик, на котором сидела девочка, укутанная в разные одеяла в безнадежной попытке согреться.

– Привет, – сказала она. – Меня зовут Зоя. А вас как?

– Я Ира, а он Олег, – ответила сестра. – Можно я к тебе сяду?

– Конечно, – ответила Зоя. – Какой у тебя красивый букет.

– Маки, на холме нарвала, – ответила Ира, сев рядом с девочкой, а Олег присел на один из стульев.

– Да, там много красивых цветов, но маки самые красивые.

– Согласна, – улыбнулась Ира.

– На холме? – удивился Тимур.

– Да, – насторожилась Ира.

– То есть вы пришли с той стороны холма? – логично предположил он.

– Да, – соврал Олег.

– А где наши?

– Какие «наши»? – удивился Олег.

– Там за холмом должны быть наши. Мы их ждём.

– Да, скоро будут, – быстро ответила Ира и добавила: – А как она горит? Так интересно, – срочно задала она новую тему для разговора, указывая пальцем на светящуюся стеклянную колбу.

– Как горит? Да ведь там же керосин, – рассмеялся Тимур и достал нож. Ребята замерли от испуга. «А вот и маньяк», – промелькнуло у Иры в голове, а Олег в этот момент сжал кулаки. Но Тимур ловко воткнул нож в консервную банку и быстрыми движениями разрезал крышку, достал большую столовую ложку и легко воткнул её в тушёнку.

Из кармана он достал белый платок, в который было что-то бережно завёрнуто, положил его на стол и аккуратно раскрыл – внутри оказался кусок чёрного хлеба. Переглянувшись с удивлением и нахмурив брови, ребята решили промолчать, чтобы понять, что вообще здесь происходит. Разрезав кусок хлеба на четыре равные части и отложив нож в сторону, Тимур протянул банку с ложкой Ире.

– Ты первая, – с гордостью сказал он.

– Ой, нет, я не голодная. Спасибо, – от неожиданности ответила она.

– Да ладно тебе. Не стесняйся, ешь. Ты гостья… А вы, кстати…

– Мы брат и сестра, – быстро сказала Ира, отодвигая от себя банку с едой.

– Ты не будешь? – спросила Зоя у Иры.

– Нет.

– Можно я поем, пожалуйста?

– Сначала едят гости, – указывая на Олега и Иру, строго сказал Тимур.

– Нет, нет, нет, пожалуйста. Девушки первые, – сказал Олег, лишь бы не есть эту банку неизвестных ему деликатесов.

Зоя схватила банку и, вытащив ложку, с аппетитом начала есть содержимое. Дети смотрели на всё это и не могли поверить своим глазам.

– Я никак не пойму, Тимур, – спросил Олег, – а где мы находимся?

– Я же сказал – деревня Старолюбовка…

– А почему здесь всё такое… ну, странное?

– Почему странное? Нормальное, – пожал плечами Тимур.

– Вот эта лампа, в которой керосин… Почему вы живёте в подвале в темноте, без телефона и интернета? Едите какие-то консервы… Здесь что, какая-то секта?

– Что ещё за секта? Что такое «секта»?

– Ты что, в двадцать первом веке не знаешь, что такое секта? Да ладно! – рассмеялся Олег.

– В каком?! В двадцать первом? Я не знаю, что там в этом двадцать первом будет…

– Что значит «будет»? – Олег похолодел.

– Да что с вами такое?

– Какой-какой сейчас год? – спросила Ира тихо.

– Нет, ну вы точно странные. Сейчас май, а какой именно год, не важно. Для нас главное, что мы боремся с фашистами.

В подвале стало тихо.

– Вот это да, – собравшись с мыслями, сказал Олег сестре. – Это была машина времени! На экране было написано «ВОВ: д. Старолюбовка»…

– И что это значит? – спросила Ира.

– «ВОВ» – это Великая Отечественная война. Мы путешественники во времени, – гордым шёпотом сказал он сестре.

– И как мы домой попадём? – прошептала в ответ Ира. – Путешественник.

– Не знаю. Я помню, что там ещё была цифра «3×24». Может, это значит дату? А какое сегодня число? – спросил у Тимура Олег.

– Восьмое… – уже ничему не удивляясь, ответил парень.

– Точнее, восьмое мая, – ответила Зоя, облизывая ложку. – У меня, кстати, сегодня день рождения.

– Да? Поздравляю, – сказала Ира и протянула Зое букет маков, понимая, что он скоро завянет и его всё равно придётся выбросить.

– Ой, спасибо! – обрадовалась девочка. – А я-то уж подумала, что останусь совсем без поздравлений сегодня.

– Весёлый у тебя день рождения, – улыбнувшись, пытался пошутить Олег, но Тимур посмотрел на него строго, и улыбка резко сползла с лица мальчика. – Ну, мы, наверное, пойдём… – сказал Олег.

– Куда вы собрались-то на ночь глядя?

– Никуда, – ответил Олег, – найдём телефон.

– Хорошо, но пойдёте и поищете утром. Я вас ночью не отпущу никуда, а то мало ли к кому попадёте.

– А к кому мы можем попасть? Ну да, я слышал, что там волки воют у вас, но они, наверное, в лесу, далеко, а в лес мы точно не пойдём.

– Волки – это не самое страшное…

– А кто?

– Это могут быть или немцы, а то и, глядишь, того хуже.

– Ой, тихо, Тимур, – насторожилась Зоя, у которой в одной руке был букет, а в другой ложка. – Я не могу о них слышать.

– А чего она так боится-то немцев? – удивлённо спросила Ира. – Почему они плохие?

– Да что с вами? Они же напали на нашу страну!

– Напали немцы, – повторил Олег. Он не мог вспомнить, почему они это сделали, и решил промолчать. – Ну ладно, немцы напали, а кто хуже немцев и волков?

– Страшные люди. Бандеровцы. Они расстреляли всех в соседней деревне, и говорят, что к нам в Старолюбовку пошли. Вот мы все и попрятались по домам, а кто-то побежал за помощью к солдатам. Может быть, подоспеют к нам, как раз со стороны того поля, где вы цветов нарвали.

– Название-то какое странное, – задумалась Ира. – Это из какой страны? Бандеровцы… Это что значит?

– Это значит, что у них предводитель есть, Бандера зовут, – по-взрослому серьезно сказал Тимур.

– А! Секта, – радостно сказал Олег.

– Не знаю я, секта, не секта, но лучше бы им на глаза не попадаться.

– Ладно, ты нас прямо напугал, – сказал Олег Тимуру. – Тогда уж мы останемся у тебя до утра.

– Конечно, оставайтесь, – радостно сказала Зоя и уткнулась в букет своим маленьким курносым носиком. Вдохнув полной грудью аромат маков – как же они вкусно пахнут! – и медленно закрыв глаза, она представила себе что-то приятное и сказала: – Спасибо.

Зоя прижала букет к лицу, словно родного человека. Казалось, что ей наконец-то стало тепло.

– Спасибо, – сказал Тимур.

– Ну, ладно, – сказал Олег. – Дайте, я попробую эту вашу еду.

– Пожалуйста, – сказала Зоя, протягивая банку, в которой оставалось больше половины странной серой массы.

Олег взял банку, вытащил ложку с небольшим количеством еды и резко положил в рот, закрыв глаза. Это была холодная желеобразная масса.

– М-м-м, как вкусно, – убеждая себя в этом, сказал Олег, но в ту же секунду удивленно осознал, что это и правда было вкусно. – А что здесь? – спросил он, тыкая ложкой в банку.

– Что здесь может быть? – ответил Тимур. – Тушёнка же. Мясо!

– Вкусно? А дай я тоже попробую, – сказала Ира и, вырвав банку из рук брата, принялась с аппетитом кушать. Но она увлеклась настолько, что только под конец своей трапезы осознала, что Тимур не ел.

– Ой, Тимур, я почти всё съела, – сказала, она. – Тут осталась почти одна ложка.

– Ничего, кушай. Самое главное, чтобы вы были сыты, – сказал мальчик.

Странно, он и Олег были почти одногодками – разница в возрасте была небольшая, но Тимур почему-то размышлял как более взрослый человек.

– Тимур, прости, это тебе, – протягивая ему банку, сказал Ира. – Я наелась.

– Нет уж, давай, доедай, – беспокоился за девочку он.

– Нет-нет, – настаивала она и поставила банку с ложкой внутри перед Тимуром.

Голодными глазами он посмотрел на эту банку:

– Ты точно наелась?

– Точно, – сказала Ира, заметив его взгляд.

Тимур тихо взял банку и ложку и с аппетитом доел тушёнку, прикусывая своим кусочком хлеба.

– Ты можешь съесть мой кусок хлеба, – сказала Зоя.

– Нет, хлеб надо есть обязательно…

– Я съела больше тебя тушёнки. Пожалуйста, возьми мой кусок.

– Ладно, – сказал Тимур.

– И мой тоже, – сказала Ира.

– Мой тоже, – сказал Олег.

– Вы точно не будете есть? – спросил Тимур.

– Точно-точно, не будем, – одновременно ответили любители тушёнки.

Тимур доел остатки, кусочками хлеба собрал мясо, чтобы ничего не пропало зря, отставил посуду в сторону и сказал:

– Ну, вот и поужинали, а теперь пора спать.

Зоя взяла керосинку и аккуратно поставила её на ящик в углу. Там же стояла маленькая иконка, и еле тлеющее пламя керосинки отбрасывало тусклый свет на женский образ с младенцем в руках. Девочка помнила, как молилась, поставив лампу перед иконой, её мама, а ещё раньше – мамина мама. Смысла молитв Зоя не понимала и не знала слов, но от взгляда на икону ей всегда становилось легче и теплее на душе, а самое странное – ей всегда становилось спокойнее, складывалось ощущение, будто кто-то её оберегает от какой-то беды.

После этого Зоя с Ирой «валетом» уместились на диване, своё место на полу для ночлега Тимур уступил Олегу, а сам остался дежурить на всю ночь.

– Подъём! – кричал Тимур радостно, однако его голос так резко пронизывал сладкий сон Олега, что радости мальчик не испытывал. – Встаём, встаём, уже утро! – бодро продолжал он.

Олег, лёжа на спине, нехотя потянулся. Где-то вдали настойчиво кукарекал петух, оповещая о том, что начался новый день, и этот непривычный для мальчика звук не предвещал ничего хорошего.

Он лежал с закрытыми глазами и очень хотел, чтобы всё это оказалось сном, самым страшным его кошмаром. Олег мысленно просил о том, чтобы, как только открыл глаза, он оказался у себя дома, в своей тёплой кровати и в безопасности.

Он даже согласился бы на то, чтобы голос Тимура и крик петуха были какими-то слуховыми галлюцинациями, лишь бы быть дома. Однако, открыв глаза, Олег увидел над собой деревянный потолок с полупрогнившими балками, на которых белыми рисунками извивалась плесень, а из двух маленьких окошек под потолком с трудом пробивался дневной свет.

– Олег. Вставай, надо помочь, – сказал Тимур строго.

После этих слов Олег грустно присел на своей ночной кровати, которая состояла из грязного матраца, старой, почти плоской подушки и какого-то тяжёлого пальто, которое заменило ему одеяло. Вспомнив про сестру, он быстро взглянул на диван, где та спала, в надежде увидеть её, но там никого не было.

– А где девчонки? – спросил Олег аккуратно у Тимура, который резво сервировал стол для завтрака: четыре сырых яйца, пара кусков хлеба и…

– Смотри, что я нашёл, – с улыбкой сказал Тимур, доставая из-за пазухи маленькую баночку малинового варенья. – Живём – у нас теперь есть варенье!

Он был настолько рад, что Олег пытался осознать, в чём же ценность этого варенья, но ему это никак не удавалось, и, бросив это занятие, мальчик спросил ещё раз:

– Где девочки? – Он сказал уже более громко и с тревогой в голосе.

– Да что ты заладил: «Где девочки? Где девочки?» – хмуро повторил Тимур, бережно разглядывая баночку варенья. – Умываются они на улице, ты давай тоже вставай, иди к ним.

Олег еле-еле встал на ноги. Тело ныло от боли, особенно спина. Он рукой потер самое больное место, справа от позвоночника.

– Чего это ты? – спросил Тимур.

– Спина болит от твоей жёсткой «кровати», – съязвил Олег.

– Ладно тебе прикидываться. Можно подумать, ты до этого спал на пуховых перинах, – засмеялся Тимур.

– Да, – неискренне засмеялся Олег, – можно подумать. – И он направился в сторону выхода.

Мальчик заметил, что на полу разбросано много ненужных вещей. Конечно, так и должно быть в любом подвале: где-то в углу валялись брёвна, где-то – стопка газет, в самом дальнем углу был свален разный хлам. Казалось, что тут давно следовало навести порядок, но, видимо, хозяевам дома было не до этого.

Олег двинулся к выходу, всё ещё перескакивая через препятствия, но на этот раз тусклый свет из двух маленьких окошек помогал ему разглядеть, куда поставить ногу, чтобы не расшибиться.

– Выйдешь и сразу налево, – крикнул Тимур вслед.

– Ага, – ответил небрежно Олег.

Открыв скрипучую дверь и поднявшись по старым ступенькам, он вышел во двор. Никогда мальчик так не был рад утреннему свету: солнце припекало, деревья уже почти полностью зазеленели.

Он ещё раз потянулся, запрокинув голову, посмотрел на небо. Оно было синее-синее, такого цвета у Олега была любимая футболка дома, и от этих мыслей ему снова стало грустно.

– Олег, – тихо прошептал кто-то.

Обернувшись на голос, Олег увидел девчонок, которые стояли около полной бочки и умывались, аккуратно набирая в ладони воду.

Он был удивлён, что его сестра умывается из бочки, да так легко, будто делала это всю свою жизнь. Подойдя поближе, Олег спросил:

– А что вы делаете? – имея в виду, что должен же быть какой-то кран, должна быть раковина, зубная щётка и паста, но ничего этого не было.

– Умываемся, не видишь? – ответила Ира, зачерпнув очередную порцию воды в ладони, с удовольствием омывая лицо. Радости её не было предела.

– Ира, и как ты… так…

– Не знаю. Я проснулась и решила, что буду воспринимать это как весёлый квест, поэтому чувствую себя прекрасно, что и тебе рекомендую.

«Квест, – подумал Олег. – Ну, квест так квест», – согласился он и, подойдя к бочке и зачерпнув воду в ладони, тоже начал умываться.

Ему причудилось, что вода была какая-то странная, непривычная, будто живая. И когда Олег умылся ею, ему показалось, что он набрался какой-то невероятной силы.

– Ну всё, пойдёмте завтракать. Тимур уже, наверное, нас ждёт, – сказала Зоя, и ребята тихо, не издавая лишнего шума, друг за другом спустились в подвал.

Когда все уселись за стол, на котором лежали четыре яйца, хлеб и варенье, Тимур с радостью крикнул:

– Ну что? Давайте садиться за стол кушать.

– Давайте, – сказал Ира.

– Да, что Бог послал, – сказала Зоя.

– Наверное, – сказал Олег.

Тимур и Зоя взяли каждый по яйцу и с верхней части аккуратно сняли скорлупу, проделав небольшие дырочки, и с аппетитом выпили содержимое.

От увиденного у Олега начались приступы тошноты.

– Они сырые?

– Конечно, сырые, – ответил Тимур.

– Интересно, – сказала Ира и поступила точно так же, немножко наморщившись, но всего лишь от того, что это были непривычные ощущения. Затем сказала: – Это было вкусно! – и, пихнув брата локтем в бок, подбодрила его: – Давай, смелее!

Повторив за ребятами и выпив яйцо, Олег сказал, облизывая губы:

– Не так уж это и страшно. И даже вкусно.

– Странные вы, ребята, – сказала Зоя. – Можно подумать, вы никогда сырые яйца не пили.

– Конечно пили, – соврал Олег, – и очень много раз. Только последний раз делали это очень давно, – продолжал он врать, чтобы не вызвать ненужных расспросов.

– Да. В наше время курица – это кормилица. Благодаря яйцам можно оставаться сытым, – грустно сказала Зоя и, взяв один из двух кусочков хлеба, разделила пополам, одну часть протянула Ире и сказала: – А давай теперь сверху варенье нальём? Это самое вкусное, что есть на свете.

Взяв баночку малинового варенья, аккуратно, чтобы не уронить ни капли, девочка тонким слоем нанесла его на кусочек чёрного хлеба Ире, а потом себе, и с наслаждением съела, закрыв глаза. Затем аккуратно закрыла баночку и подвинула её в сторону Олега и Тимура.

– Где ты нашёл эту банку? – спросила она.

– У соседей взял. Там никого нет, дом пустой. Потом, когда всё закончится, я им обязательно верну.

– Ой, спасибо Тимур. Это очень вкусно, – ещё раз повторила Зоя.

Ира откусила кусочек и пыталась хоть на секунду понять то счастье, которое испытывает её новая подруга. Но кроме того, что это был обычный хлеб с вареньем, она ничего не чувствовала, однако сделала вид, что ей так же вкусно, как и Зое.

Тимур разделил второй кусок на две части, так же полил их драгоценным вареньем, один протянул Олегу, второй взял сам, и ребята насладились самой вкусной едой на свете. В этот момент простой зачерствелый хлеб с вареньем был для них изысканнейшим десертом – от удовольствия сводило скулы.

Ребята ещё долго сидели за столом и смеялись над историями, которые рассказывали Тимур и Зоя. В эти минуты они забыли обо всех трудностях, которые у них были: Зоя с Тимуром забыли о том, что надо подумать о еде на ужин, а Олег с Ирой уже и не переживали, как им поскорее вернуться домой.

В этой весёлой компании они потеряли счёт времени, но их покой нарушил неожиданный крик.

– Помогите! – вдруг раздался слабый крик со стороны улицы. – Помогите!

Это был крик явно нуждающегося в помощи человека. Складывалось впечатление, что кто-то вложил в этот возглас свои последние жизненные силы.

– Сидим тихо, – прошептал Тимур. – Это может быть ловушка.

– Помогите! – опять закричал человек. – Есть кто живой? – пытался дозваться он хоть до кого-нибудь.

Ребята молча сидели за столом. Тимур был насторожен, Зою сковал страх, Олег еле сдерживал любопытство, а Ира – жалость.

Вдруг послышался грохот и стон, и тихое хриплое «Помогите!» вырвалось, будто в последний раз.

Ира вскочила и побежала к двери.

– Стой! – кричал Тимур.

– Куда ты? – закричал Олег.

Зоя смотрела на всё это в ужасе.

Скрипнув дверью и резво перескакивая через скрипучие ступеньки, Ира оказалась на улице. Никого вокруг. Обежав дом, она искала глазами хоть кого-то, как вдруг заметила, что калитка открыта и около неё в паре метров между деревьями лежал человек в какой-то странной, очень пыльной одежде.

Ира подбежала к нему. В руках он сжимал картонный тубус.

– Дяденька, дяденька! – трясла она его за плечо. – Дяденька!

Это был мужчина 30–35 лет. На левом рукаве его одежды расплывалось большое красное пятно.

– Кровь! – замерла в ужасе Ира.

Мужчина открыл глаза. В этот момент к ним подбежал Тимур. У него в руках была ракетница – единственное оружие, которое хоть как-то могло их защитить в сложную минуту.

– Что ты делаешь? – вскрикнул Тимур, увидев Иру, наклонившуюся над бездыханным телом.

– Ему плохо, мы должны помочь! – ответила она.

Тимур обратил внимание на лежачего мужчину, а точнее, на его форму – это был солдат Красной Армии.

– Откуда ты? Как тебя зовут? – спросил он.

Зоя с Олегом подбежали на крики Тимура, а солдат, будто покорившись его требованиям, оглядел ребят и тихо сказал:

– Я Ваня… Они гонятся за мной. Ни в коем случае не допустите, чтобы это попало им в руки, иначе конец всему. – Он протянул Тимуру тубус, который до этого закрывал своим телом.

– Что это? – спросил Тимур. – Дядя Ваня… Что это?

– Передай это нашим. Любыми путями передай…

– А как? Где они? – спросил Тимур.

– Они придут со дня на день из-за холма, – тихо сказал Ваня.

Это были его последние слова. Солдат закрыл глаза, и казалось, что на лице его появилась улыбка – улыбка облегчения.

– Он умер? – в ужасе спросила Ира.

– Да, – ответил Тимур, убрав ракетницу и прижав тубус к груди. – Значит, я был прав, они придут из-за холма.

– Как умер? – Ира с Олегом никогда раньше не видели мёртвых людей. Но они не испугались, они были в шоке от происходящего.

– И что теперь? – спросила растерянно Зоя.

– То есть умер? – переспросил Олег.

– Я же сказал уже, да.

– Он мёртвый? – Олег с Ирой не могли в это поверить.

– Вы что? Вы не видели мёртвых людей? – удивился Тимур.

– Видели… – тихо соврал Олег. – Так что нам теперь делать? – повторил он вопрос Зои, чтобы сменить тему разговора.

Тимур стал рассматривать тубус, на котором было написано «Совершенно секретно».

– Я не знаю, что это, но это надо передать нашим. Если он так сказал, значит, это что-то важное.

– С чего ты взял, что это что-то серьёзное? – спросила Ира. – Давай откроем и посмотрим, что там лежит.

– Ты не видишь, что написано «Совершенно секретно»? – строго сказал Тимур. – Значит, там важная тайна, и мы не будем открывать, это не для наших глаз! Мы должны это передать, и точка! Наш солдат за это жизнь отдал.

– Хорошо. А где эти наши? А куда нам идти? Что последнее он сказал? – спросил Олег, понимая, что за это время они толком и не поняли, как вернуться домой. Идею квеста, который на глазах приобретал уже совсем другой оборот, он принял достаточно быстро.

– Он сказал, что они должны прийти вон оттуда, из-за холма, – сказал Тимур и кивнул в ту сторону, где вчера собирала цветы Ира. – Надо собираться и идти туда. Здесь оставаться опасно, – подумав, продолжил Тимур.

– Но мы же всего лишь дети, – сказала Ира. – Что мы можем сделать?

– Мы уже давно не дети, – ответила Зоя. – И мы должны бороться со злом. Если ты, я, Тимур, Олег – каждый сделает хоть что-то, внесём хоть какую-нибудь лепту в нашу победу, тогда они точно проиграют.

Тимур и Зоя стояли рядом и смотрели на тубус, не понимая, что там. Но они точно знали, что им делать. А Олег с Ирой слишком боялись остаться одни, поэтому им ничего не оставалось, кроме как последовать за новыми товарищами. «Пускай этот квест становится страшным, но он когда-нибудь закончится, как все квесты», – думали они.

Тимур тихо поднялся с тубусом в руках и, опустив голову, сказал:

– Конечно, ты права, Зоя. Они идут. Они идут к нам. И мы должны дать отпор.

– Какой ещё отпор вы собрались давать? О чём ты говоришь? Если это такие страшные люди, как вы рассказывали, – залепетала со страха Ира, – то надо просто бежать.

– Бежать? – одновременно спросили Зоя и Тимур.

– Да, бежать, – настаивала она.

– И куда же?

– Бежать куда-нибудь совершенно в другую сторону от них.

– Почему же нам надо куда-то бежать? – спросила Зоя. – И куда мы вообще должны бежать? Ведь это наш дом, наша деревня. Мы не собираемся просто так им всё это уступать.

– А что тут такого? Что именно вы не хотите уступать? – спросила нервно Ира, показывая рукой на всё вокруг, одновременно обесценивая всё своим жестом.

– Это всё наша земля, Родина! – пыталась продолжить разговор Зоя. – Олег, а ты что скажешь?

– Может, Ира права? Они же нас убьют, – сказал Олег.

– Пусть лучше убьют и сделают это на нашей земле, чем мы будем вечно от них прятаться, – ответил Тимур.

Иру с Олегом охватил ужас. Они посмотрели на лежащего дядю Ваню, на секунду представили себя на его месте и в этот же момент очень сильно пожалели, что включили ту самую арку с зеркальным проходом. Делать было нечего: они не знали, как вернуться домой. Всё, что у них было, – этот дом, этот подвал, эти двое сумасшедших ребят, которые готовы были умереть за эту землю. Но куда им было идти?

– Тимур, что ты предлагаешь? – спросила Зоя. – С этим мы вчетвером не справимся.

– Это понятно, нам нужна подмога, – ответил задумчиво он.

– Какая ещё подмога? – спросил растерянно Олег, отвлекаясь от той мысли, что он скоро будет лежать так же, как и дядя Ваня.

– Подмога из соседних деревень, – сказал Тимур. – Наши соседи, они нам помогут. Мы всегда друг другу приходим на помощь.

– А где находятся эти соседи? – спросила Ира, у которой уже появилась маленькая надежда на то, что она всё-таки вернётся когда-нибудь домой живой и невредимой, но для этого надо было дать этот странный «отпор».

– Один сосед на севере, другой – на западе, ещё двое – на юге и на юго-востоке.

– И как нам теперь быть? – смело спросил Олег.

– Мы разделимся, – сказал Тимур. – Насколько я понимаю, у нас ещё есть время. Пока они не дошли до нашего дома, мы успеем добраться до соседей и привести подмогу. Одни мы не справимся.

– Ну, хорошо, давайте попробуем, – сказала Ира, глядя испуганно на Олега, который вообще не планировал никакого путешествия по незнакомым местам.

– Зоя, я пойду на север, а ты иди на запад. Вы оставайтесь в доме, – обратился Тимур к близнецам, – ждите, когда мы вернемся. Зоя, придётся поторопиться, потому что потом надо будет идти на юг и на юго-восток.

– Хорошо, – ответила она.

– Нет уж, подождите, – сказал Олег. – Так не пойдёт. Я пойду тоже. Куда надо идти?

– Куда ты собрался? – закричала Ира. – Оставайся здесь, и будем ждать их.

– А смысл тут сидеть? Вдруг эти фашисты придут раньше, и что мы с тобой будем делать?

Сестра с ужасом смотрела на брата. Она никогда его таким не видела: смелым, уверенным и самоотверженным.

– Ира, надо собраться. Мы должны им помочь.

– «Им»? – спросила Зоя. – Может быть, не «им», а «нам»? Ведь нам всем нужна помощь.

– Нам всем, – поправил себя Олег.

– Ладно, тогда иди на юг, – сказал Тимур Олегу.

– Я с тобой, – закричала Ира, – я тут одна не останусь.

– Хорошо, – сказал Олег. – Тогда мы вдвоём пойдём на юг, – выдал свой вердикт брат. – Как мы поймём? Что это соседи? Куда идти?

– От нашего дома идут три дороги, которые ведут к каждой деревне. Но когда пойдёте на юг, там будет развилка. Держитесь правой стороны.

– А почему мы должны держаться правой стороны? – спросила Ира.

– Ну, потому что если вы пойдёте налево, то это юго-восток, а если направо – дойдёте до южной деревни.

– Поняла, – грустно ответила Ира, соглашаясь на это странное путешествие.

– Раз всем всё понятно, выдвигаемся ночью, – закончил беседу Тимур.

Через пару часов стемнело. Зоя взяла свою керосинку, чтобы хоть как-то видеть дорогу. У близнецов был телефон с фонариком, а Тимур, спрятав тубус в надёжное место в подвале, прихватил с собой ракетницу с единственным патроном, хотя он не очень себе представлял, в какой именно момент она может ему понадобиться.

– Ну что, все готовы? – спросил Тимур, глядя на близнецов, которые всё ещё были в ужасе. – Самое главное – придите с подмогой, не задерживайтесь. Если вы опоздаете или придёте без помощи, тогда мы точно потерпим поражение, а так у нас есть шанс победить врага, ну или хотя бы продержаться, пока не придут наши.

– Хорошо, – твердо сказал Олег.

Ребята разошлись в разные стороны.

Зоя, подходя к калитке, аккуратно накрыла дядю Ваню большим отрезом ткани, спустя несколько минут шла по тропинке через поле, где была заботливо высажена пшеница. Она шла в надежде, что всё получится. Она очень верила в это и мысленно просила, чтобы ей помогли, но кого она просила, не понимала, и почему-то глядела в чёрное ночное небо, усыпанное многочисленными звёздами.

Тимур шёл через густой хвойный лес к северу, в темноте цепляясь одеждой за ветки, неуверенно ставя ногу на тропу. Ему было страшно, он боялся, что ничего не выйдет. Он не мог себе этого позволить, потому что это было единственное, что могло бы спасти их, – дать отпор врагу. Но больше мальчик боялся потерять Зою и этих двух странных близнецов. Тимур не мог позволить им погибнуть, а тем более Зое. Она была единственным близким человеком в его одинокой жизни. Она заставляла Тимура испытывать такие чувства, о которых он никак не мог ей рассказать.

Ира с Олегом шли по дороге, освещая тусклым светом фонарика на телефоне дорогу, благо заряда батарейки ещё хватало. Дойдя до реки, они перешли деревянный мост, где каждый шаг сопровождался скрипом, и попали в берёзовую рощу, по которой шли, не понимая, куда должны прийти, что должны увидеть и где должны оказаться, пока не добрались до той самой развилки.

– Вот она, развилка, – радостно сказала Ира, осознавая, что они на правильном пути. – Так, нам направо, пойдём, Олежик. – Ира повернула направо и медленным шагом пошла дальше.

– Подожди, – сказал Олег.

– Чего ждать-то? – спросила Ира. – Не бойся, тут вроде всё хорошо, дорога идёт в гору.

– Я не боюсь… – начал Олег. – Он сказал, что надо быстро вернуться, Ира.

– Да, поэтому пошли быстрее, по дороге поговорим.

– Я понимаю, что я, наверное, поступлю сейчас неправильно, но ты видела, насколько они отважные. – Олег стоял на месте как вкопанный и продолжал говорить то, что с трудом ему давалось.

– Кто? – подойдя к брату ближе, задала глупый вопрос Ира, но лишь для того, чтобы посветить на него фонариком и, может быть, понять по выражению лица брата, что именно он дальше будет говорить.

– Зоя с Тимуром. Мы… Мы должны быть такие же, как они.

– Какие такие же, как они? – начинала злиться сестра. – Они здесь выросли, они всё знают. Это их жизнь, не наша. У нас она совершенно другая. Мне привезут новый телефон, – кричала она, – а не этот калькулятор. – Ира трясла кулаком, держа светящийся гаджет.

– Ира. Дело не в этом, дело не в телефонах… Ты понимаешь, что это всё серьезно? Мы можем никогда не вернуться домой. Теперь это наша жизнь, – грустно пытался объяснить сестре свою мысль Олег.

– Это не наша жизнь. Мы вернёмся домой! – кричала Ира на брата.

– Ира. Сейчас надо им помочь. Нам помочь, – поправил сам себя Олег.

– Да мы помогаем. Идём за какой-то подмогой – слово-то какое странное. И я не знаю, кто это. Что ты хочешь? Как ещё им помочь?

– Ира, ты идёшь направо, а я иду налево…

– Ты чего это решил? Я одна не пойду.

– Ира, мне надо пойти на юго-восток. Чем больше людей, тем вероятнее, что мы спасемся.

– Нет, – заплакала Ира, – нет, я не пойду одна и тебя не отпущу. Мы вернёмся домой, к маме и папе. Мы обязательно вернёмся туда. Не может быть так, это же неправильно. – И, упав на колени, она заплакала. – Я не могу и тебя потерять.

Олег подошёл к сестре, присел на корточки, крепко обнял её и поцеловал в голову.

– Ира, ты просто иди по тропинке, свети своим калькулятором, дойди до той деревни и приведи подмогу. А там посмотрим, хорошо? Я обещаю тебе, что потом мы обязательно разберёмся, как попасть домой.

– Хорошо… – вытирая слезы, ответила девочка.

– Не обижайся на меня, но так будет лучше для нас для всех.

– Я понимаю, что так будет лучше для всех, но боюсь за тебя. Как я буду дальше жить, если с тобой что-то случится? Что я скажу родителям?

– Вот когда встретимся с ними, тогда и посмотрим, что им скажем, но сейчас мы не с ними.

– Хорошо, я всё поняла, – грустно ответила Ира.

Они крепко обнялись и встали.

– Обещай, что всё будет хорошо, – глядя в глаза брату в поисках надежды на счастливое будущее, попросила Ира.

– Обещаю…

Девочка вытерла слезы, сделала несмело первые шаги по правой стороне развилки, оглянулась на прощание и, улыбнувшись брату, увереннее двинулась в гору.

Когда свет от фонарика сестры окончательно пропал во мраке, Олег отправился на юго-восток по песчаной тропинке.

Тимур вышел из лесной чаши на опушку уже к утру. На ней располагались три небольших домика, будто из какой-то сказочной страны – с разноцветными крышами и белоснежными створками.

Утреннее солнце припекало, ветер приносил нежный аромат северного моря. Закрыв глаза, Тимур вдохнул свежий воздух и, перед тем как выдохнуть, с улыбкой на несколько секунд задержал его в себе.

Высокий брюнет с серыми глазами – Тимур поймал себя на мысли, что лёгкий бриз создавал ощущение счастья.

Спустя время Тимур подошел к одному из домов. Зайдя в дверь и оказавшись в просторной прихожей, он услышал знакомый нежный голос:

– Вот это сюрприз, Тимурчик. Какими судьбами?

Зоя торопливо направлялась в сторону соседней деревни. Пару часов назад стало совсем светло. Девочка торопливо погасила керосинку и заботливо спрятала её у тропинки в кустах дикой малины.

Она прошла много засеянных свёклой, капустой, пшеницей и морковью полей. Проходя мимо, Зоя вспомнила, что у неё ещё осталось немного продуктов, чтобы сварить вкусный борщ. Она дала себе слово, что как только вернётся домой, то обязательно его приготовит.

Две толстые русые косы при ходьбе болтались влевовправо за спиной Зои. Ярко-синего цвета глаза слипались и предательски выдавали бессонную ночь. Она была в длинном синем хлопковом платье, подол которого уже запылился. Благодаря первым солнечным лучам на курносом носу девочки проглядывались мелкие веснушки.

Оставалось пройти буквально час-полтора, и Зоя уже была бы у цели, как вдруг она услышала тихий голос из кустов малины слева:

– Зойка!

Ира пробиралась по тропинке, которая шла в гору, проклиная всё на свете. Она верно, но медленно шла к своей цели. Она знала, что должна завершить свой квест не только ради брата, но и ради того, чтобы вернуться домой из этого совершенно не воодушевляющего её места.

Длинные, по плечи, светлые волосы раздувались на сильном горном ветру, и от её красивой прически не осталось и следа. Ветер задувал между гор так сильно, что Ире невозможно было открыть большие серые глаза, чтобы рассмотреть дорогу.

Однако в какой-то момент она оказалась в ущелье, где внизу был расположен горный аул. Вокруг него возвышались скалы, между двумя из них текла горная река, которая неожиданно превращалась в водопад, а потом как ни в чём не бывало опять тихо текла по ущелью.

Голод отнимал у Иры последние силы, но рядом ничего съедобного девочка не нашла.

Она увидела вдали тонкую струю дыма, поднимающуюся к небу. Складывалось впечатление, будто та неподвижна.

Рядом с костром, под деревом, в тени, кто-то лежал и видел, наверно, уже не первый сон. «Я так понимаю, это и есть сосед. Наверное, и еда там есть», – подумала Ира и без раздумий двинулась вперёд.

Олег шёл по полупесчаной степной тропе. Короткие русые волосы предательски позволяли солнцу припекать голову, а глаза цвета морской волны были полны степной пыли, залетевшей в них из-за ветра. Жара уже не оставляла сил, за глоток воды Олег готов был отдать даже свои любимые кроссовки.

Но он понимал, что должен выполнить свою часть миссии. Перед его глазами то и дело всплывала картина разговора Зои и Тимура о своём доме и земле. Олега настолько воодушевили их слова, что он не смог остаться в стороне. Проходя мимо огромного количества кустарников, он увидел, как где-то вдали гордо виднелись три саксаула.

Вдруг он услышал тихое блеянье. Справа от себя Олег увидел небольшую отару овец, мирно пасущихся на зелёном лугу. Вокруг них бегала собака, периодически лая на них, чем явно давала понять овцам, где пастись, и не позволяла им разбрестись в разные стороны.

Собака, учуяв незнакомца, бросилась к нему навстречу. Она так быстро бежала, что Олег не мог понять, то ли собака ему очень рада, то ли, наоборот, берёт разгон, чтобы напасть.

Чабан, заметив странное поведение собаки, начал что-то кричать ей, и та резко остановилась. В этот момент у Олега потемнело в глазах.

– Тимурчик проснулся, – сказала гостеприимная хозяйка Тимуру, который только что открыл глаза. – Первый раз такое в моей жизни, чтоб ко мне пришёл гость и сразу же уснул на моей софе, – продолжила она, одновременно накрывая на стол.

– Герда, прости, я просто плохо спал этой ночью…

– Плохо спал? Судя по тому, когда ты пришёл ко мне, ты вообще не спал. Так что же случилось?

– А с чего ты взяла, что что-то случилось?

– Тимурчик, я хоть и нордическая блондинка, но ты помнишь, что я не глупая, – обиженно сказала Герда. – Рассказывай, что произошло? – продолжала она, закончив накрывать на стол.

Тимур хотел было начать разговор, но не знал, как подступиться, и обратил внимание, что Герда, отодвинув стул от стола, жестом пригласила его сесть.

– Ты это всё сделала для меня? – тихо спросил он.

– Да, садись уже, а то время обедать, а у меня ещё много дел, – с холодом в голосе сказала Герда. – Всю ночь шёл ко мне, наверное, проголодался.

– Спасибо, Герда. Ты всегда обо мне заботишься.

Тимура долго уговаривать не надо было. Он вскочил с софы и через пару секунд сидел за столом, на котором аппетитно расположились эстонский картулипорс, литовские цеппелины, латышская скабапутра и его любимые шпроты в масле.

Герда скромно улыбнулась, поправила свои янтарные бусы, которые то и дело запутывались в её белых волосах, и присоединилась за трапезой к Тимуру.

Зоя проснулась. Оглядевшись, она поняла, что лежит в шалаше, по которому было видно, что он построен на скорую руку из кустарника. Девочка сначала не поняла, где находится, но потом вспомнила, как шла по тропинке, как вдруг её неожиданно кто-то окликнул из кустов: «А… Да… Это же был сосед, Алесь».

Зоя протерла глаза, привстала, протиснулась через узкий выход временного жилища и, выйдя из зарослей малины, заметила невдалеке сидящего на траве соседа, который что-то очень аппетитно ел.

Она подошла поближе и увидела, что перед ним был пенёк, на котором аккуратно разложены кусочки нарезанного украинского сала, варёная белорусская картошка и молдавская плацинда.

– Алесь, привет.

– О, привет Зойка, – ответил сосед.

– Ты почему здесь сидишь, а не дома? – спросила она.

– Нет больше у меня дома, Зойка. Я шёл к вам, чтобы найти защиту, – ответил Алесь, нервно поправляя свой оселедец, который беспомощно развивался на ветру.

– Почему? А что случилось? Чем тебе помочь? – судорожно спрашивала девушка.

– Не знаю… – грустно ответил Алесь. – Там фашисты. Они жгут все наши деревни, одну за одной, вот и дошли до моей, – и по его розовой щеке предательски прокатилась слеза.

– Как фашисты? – удивилась Зоя. – Они что, у тебя?

– Да, я же говорю…

– А ты случайно не знаешь, куда они направляются?

– Не знаю. Я побежал к вам, больше мне бежать некуда. А ты что здесь делаешь?

– Да я шла к тебе за помощью, – тихо ответила Зоя, понимая, насколько сейчас это неуместно.

– За помощью? Ты? Ко мне? А я к тебе иду, – улыбнулся Алесь.

– Да, – улыбнулась в ответ Зоя. – Что ж делать теперь?

– Садись, покушаем, – безнадежно сказал сосед. – Потом видно будет.

Зоя села напротив Алеся, с удовольствием ела картошку с салом и заедала плациндой.

– Эй, красавица, – услышала сквозь сон Ира. – Эй, просыпайся. Я так ничего и не понял, что ты говорила про соседа. Потом ты просто уснула сидя.

Ира лежала на траве, заботливо накрытая синим одеялом, а под головой была мягкая зелёная подушка.

– Ой, извините, – сказала смущенно она, быстро вскочив с места. – Как я здесь оказалась?

– Я ж говорю, ты что-то рассказывала и уснула сидя. Мне пришлось тебя положить спать.

– И долго я проспала? – обеспокоено спросила она.

– Не переживай, всего пару часов прошло.

– Понимаете, мне просто надо…

– Подожди, – перебил её сосед. – Как тебя зовут?

– Меня? Ира…

– Очень приятно, а я Тенгиз.

– Взаимно, Тенгиз. Я из соседней деревни… – продолжала тараторить Ира.

– Да подожди ты. Куда ты торопишься? Смотри, – сказал он и указал девочке на покрывало, бережно расстеленное на траве в тени абрикосового дерева.

На покрывале стояла тарелка, на которой аккуратно были разложены армянский лаваш, азербайджанский помидор и маленький кусок грузинского сыра.

– Садись, покушаем, – предложил Тенгиз.

– Как вкусно всё выглядит, – сказала Ира с горящими глазами. – Это всё для меня?

– Конечно, – гордо ответил он, подкручивая усы.

– А почему? – насторожилась девочка.

– Как почему? Обижаешь. Ты же моя гостья. Я должен тебя сначала накормить, а потом уже будем разговаривать, – с гордостью сказал Тенгиз, поправляя чуху.

Ира не стала спорить. Она, конечно, уже не обращала внимания на мучающий её голод, но это было очень заманчивое предложение. Девочка села на покрывало, Тенгиз тоже сел и, сняв арахчи, положил её рядом.

– Приятного аппетита, гостья Ира, – гордо сказал он.

– Спасибо, – ответила она, наслаждаясь едой.

Олег открыл глаза. Его разбудил лай собаки. Мальчик лежал в каком-то тёмном, прохладном месте. Он не помнил, что с ним было. Единственное, что всплывало перед глазами, – это отара овец, собака и пастух на лошади, но это было неважно. Олега больше беспокоило, где он находится.

Оглядевшись, он увидел, что справа от него есть узкая вертикальная щель, из которой пробивался лучик света.

Мальчик резко встал и понял, что всё ещё чувствует слабость, потому что в кромешной темноте вертикальный лучик света начал мутнеть и качаться. Олег, машинально схватившись руками по сторонам, нащупал что-то непонятное, похожее на толстые прутья, и, держась за них, направился к свету. С трудом добравшись до цели, он руками раздвинул ткань, которая не давала проникать свету внутрь. Олег сделал шаг вперёд и оказался за пределами юрты, но в эту же секунду его ослепил яркий свет. Инстинктивно прикрыв рукой глаза, что уже не помогало, он вышел наружу и почувствовал знакомое ощущение жгучего солнца.

Вокруг блеяли овцы, лаяли собаки, ржали лошади. Кто-то в унисон топоту копыт дерзко посвистывал, будто этим хотел показать своё превосходство над кем-то.

Когда боль от яркого света прошла, Олег медленно и осторожно открыл глаза и увидел вокруг бескрайнюю степь, на которой паслась отара овец и бегала та самая собака, и чабана, который скакал на лошади, посвистывая на стадо, чтобы собрать их в одну кучу, яростно размахивая арканом над головой.

Через минуту пастух заметил, что Олег уже проснулся, и сразу поскакал к нему, резко остановив лошадь в полуметре от мальчика. От копыт поднялась пыль.

Чабан, резво перекинув правую ногу через лошадь, спрыгнул на землю. Голова и лицо его были закрыты черным куском ткани, которая завязывалась на затылке так, что видны были только раскосые глаза.

– Здравствуйте, – сказал Олег, не зная, с чего начать разговор. – Я Олег.

Чабан медленно обошёл мальчика вокруг и, внимательно его разглядев, кивнул в сторону и пошёл за юрту, показывая, что и ему надо идти следом. Олег послушно пошёл за чабаном, обошёл юрту. В её тени тихонечко тлели угли, над которыми висел какой-то чугунный котелок, прикрытый крышкой. Из него торчала большая ложка. Рядом стояла бутылка, наполненная белой жидкостью.

Жестом чабан показал, что Олег может присесть на маленькую подушку около невысокого стола.

– А, спасибо, – ответил Олег и разместился на подушке, а чабан сел на вторую и достал из-под столика две плоские тарелочки, снял крышку с котелка и начал накладывать что-то в тарелку. Это был плов.

Олег почувствовал его запах – невероятное буйство разнообразных ароматов. Чабан же протянул мальчику полную тарелку плова. Олег схватил её обеими руками и поставил тарелку на стол в предвкушении момента, когда можно будет насладиться её содержимым.

Чабан наполнил пловом вторую тарелку, поставил её перед собой на стол, достал из-под стола две пиалы и налил в них что-то белое из бутылки.

Олег схватил пиалу, поднял её и сказал:

– За знакомство? Я Олег.

Чабан посмотрел на него своими раскосыми глазами, одним движением руки снял ткань, которая закрывала его лицо, и из-под платка выпали четыре чёрные косы. Это была красивая луноликая девушка, ненамного старше него, с тёмно-карими, скорее чёрными газами.

Олег в замешательстве и от удивления не мог пошевелиться. Он не мог поверить, что такая хрупкая девушка минуту назад управляла целым стадом. Но что больше всего его поразило – у неё в ушах были большие круглые серьги.

– Ну, что ж, Олег, я Динара, – ответила она и подняла в ответ пиалу с кумысом.

Отпив глоток, Динара предложила всё ещё восторженному Олегу:

– Давай покушаем, Олег?

– Да, – ответил он. – Судя по аромату – это вкусный плов.

– Не просто плов, – ответила Динара, – а среднеазиатский плов.

Олег осмотрелся и так и не понял, где брать ложку или хотя бы вилку, как в ту же секунду увидел, что Динара аккуратно пальцами взяла из тарелки немного плова и положила в рот.

Олег повторил за ней. Было непонятно, то ли плов такой безумно вкусный, то ли его просто принято есть руками. Он даже не помнил, когда последний раз ел руками, но это было незабываемое ощущение.

– Ну что, Тимурчик, рассказывай, – сказала Герда, когда трапеза была закончена.

– Понимаешь, Герда, на мой дом вот-вот должны напасть фашисты, – ответил Тимур, – и мне нужна твоя помощь. Один я вряд ли смогу отразить их атаку.

– Я думала, ты мне поможешь, – сказала Зоя Алесю.

– Я специально пришла за тобой, сражаться вместе, – сказала Ира Тенгизу.

– Потому что я уверен, что все вместе мы сможем одолеть их, – убеждённо сказал Олег Динаре.

– Тимурчик, да, ты прав. Я бы тебе помогла. А если мы не справимся и проиграем фашистам? Они потом придут в мою деревню и не оставят от неё и следа. Поэтому пойми меня тоже, я должна думать о себе. Прости, дорогой, – неожиданно ответила Герда.

– Да, Зоя, конечно. Мы единственные остались друг у друга. Я буду биться до последнего вздоха рядом с тобой, – гордо ответил Алесь и спешно стал заворачивать еду в узелок.

– И поверь мне, моя дорогая, мы победим их всех. – Тенгиз стоял, указывая пальцем вверх, говорил настолько от души, будто произносил тост. – Не останется ни одного врага, и мы будем долго жить все в мире.

– Мы прямо сейчас идём? – спросила Динара Олега. – Да, надо дойти к вечеру. Вот только соберу немного еды в дорогу, – проговорила она.

Уже начинало темнеть, и Тимур грустно шёл один обратно. Он думал о том, как сейчас скажет всем, что вернулся ни с чем. Ему уже было очень стыдно перед близнецами и Зоей.

Зоя с Алесем шли обратной дорогой, луна освещала им путь. Проходя мимо знакомых полей, конечно же, Зоя не забыла про свою керосиновую лампу в кустах. Недалеко от неё Алесь нашёл крепкую длинную палку. Зоя, радостная и довольная, шла домой.

Ира с Тенгизом, пробираясь сквозь скалы, всю дорогу слушала интересные истории из его жизни. Где были сложные спуски, он всегда подавал ей руку и вёл себя как настоящий мужчина, который оберегает женщину. А короткий кинжал за поясом только подчёркивал его мужественность.

Динара с Олегом шли по пустынной ночной тропе. Он был восхищён этой прекрасной девушкой и исподтишка любовался ею. Взгляд цеплялся за четыре косы и круглые кольца-серьги, но больше всего мальчика восхищал аркан, перекинутый через её плечо, который Динара взяла с собой, чтобы биться с врагом. Её взгляд был устремлен вперёд, и шла она молча, будто настраивалась на предстоящую битву.

Первыми в дом пришли Зоя с Алесем. Они спустились в подвал, она вытащила немного овощей, которые хранила в прохладном месте для важного случая, по её мнению, как раз наступившего. Они быстро начали нарезать продукты к борщу. Как же давно они его не ели – наваристый вкусный русский борщ.

Зоя нашла кастрюлю, и ребята раскалили угли.

Они поставили на угли кастрюлю с водой, постепенно добавили ингредиенты, а через какое-то время борщ уже был готов.

– Ура! – радостно шёпотом сказала Зоя. – Наконец-то.

– А теперь давай тушить угли, – сказал Алесь.

– Ну подожди, – сказала Зоя. – Он остынет, пока остальные придут, пусть потомится.

– Да, – сказал Алесь, – пойдём в дом, и ты мне хоть расскажешь, кто такие эти остальные.

Спустя несколько минут они, спустившись по скрипучей лестнице, вошли в дверь подвала, и внутри Зоя рассказала Алесю про близнецов, упавших с Луны.

Ступени заскрипели, в подвале повисла тишина, и друзей охватил страх. Алесь схватился за свою палкупосох и был уже готов отразить атаку врага.

Дверь открылась, и на пороге показались Ира с Тенгизом. Зоя очень обрадовалась, что Ира справилась с поставленной миссией.

– А где Олег? – с тревогой в голосе спросила она. – Вы же вместе уходили.

– Потом расскажу, всё хорошо, – ответила Ира. – Познакомьтесь, это Тенгиз.

– Тенгиз, привет, – радостно сказала Зоя и обняла его за шею.

– Зоя, привет, привет. Как ты? Сколько лет, сколько зим! – ответил он, и тоже обнял Зою.

– Так вы знакомы? – удивилась Ира.

– Конечно, это же мои дорогие и самые родные люди, – ответил Тенгиз. – Зоя, а ты всё такая же красивая, и с каждым годом всё краше и краше становишься.

– Ладно тебе, Тенгиз, ты всегда был щедр на комплименты.

– Брат, привет, – обнял потом Тенгиз Алеся.

– Привет, Тенгиз, давно не виделись, – обрадовался Алесь.

– В гости совсем не приезжаешь. Почему? – спросил Тенгиз.

– Приеду, – вздохнул Алесь, – обещаю.

Настораживающий скрип ступенек опять повторился. Друзья замерли в ожидании.

На пороге появились Олег, Тимур и Динара.

– А мы с Тимуром случайно встретились у калитки, – опережая незаданный вопрос, радостно сказал Олег. – Знакомьтесь, это…

– Динара! – закричала Зоя и бросилась ей навстречу. Они крепко обнялись. – Знакомься, это Ира.

– Привет, – сказала Ира, а Динара с подозрением кивнула ей в ответ.

– Олежик, ты в порядке? – подбежала Ира к брату.

– Да, а ты как?

– Я тоже.

Близнецы крепко обнялись, и оба подумали о том, насколько они дороги друг другу. Ира почувствовала, как какой-то невидимый груз свалился с груди. Только сейчас она поняла, насколько на самом деле любит брата.

– А остальных ты знаешь, – продолжала Зоя.

– Да. Очень хорошо всех остальных знаю, – сказала Динара, искоса осмотрев присутствующих.

– Всё такая же недоверчивая и осталась, – сказал Алесь.

– Да, я не привыкла верить людям на слово, а ему почему-то поверила, – ответила Динара, посмотрев на Олега. – Сама не пойму почему, может, из-за его наивности.

– Наивности? – нахмурилась Ира.

– Ну ладно тебе. Давайте за стол садитесь. Алесь, принеси борщ и возьми полотенце, вон лежит, а то обожжёшься, – сменила тему Зоя.

– Хорошо, – ответил тот и побежал за кастрюлей. – А ты почему один? Где Герда?

– Она не пришла, – грустно сказал Тимур.

Повисло молчание. Никто такого не ожидал от неё. Герда всегда была добра к друзьям.

– Она мне никогда не нравилась, хоть и живёт неподалеку, – сказал вдруг Алесь, держа горячую кастрюлю борща, завернутую в полотенце.

– Ладно, не расстраивайся, – пыталась всех успокоить Зоя. – Все в сборе, давайте поедим.

Зоя разложила алюминиевые тарелки и вилки. Алесь поставил кастрюлю, замотанную в полотенце, на стол. Тимур, взяв половник, резко открыл горячую крышку.

– Вот это аромат. Давайте тарелки!

– Подожди, – сказал Алесь и выложил картошку, сало и плацинду из своего узелка на стол.

– Алесь, какой ты молодец, – сказал Тенгиз и выложил из торбы, которую взял с собой в дорогу, сыр, лаваш, помидоры и что-то, завернутое в ткань.

– Олег, мы же тоже с тобой что-то брали, – тихо сказала Динара своему попутчику.

– Да.

И, развязав узелок, Олег поставил на стол котелок с пловом, который они так и не доели.

– Вот это да, – сказала Зоя.

– Прям стол «Дружбы народов», – сказал Тимур и начал всем по очереди наполнять тарелки борщом.

Как только ребята приступили к трапезе, опять послышался скрип ступенек. Тенгиз схватился за кинжал, Алесь – за посох, Динара – за свой аркан, Тимур – за ракетницу, а близнецы стояли как вкопанные. Вроде больше никого не ждали, а тут опять этот ужасающий скрип ступеней.

Дверь резко распахнулась. На пороге стояла Герда в лёгком платье, а на груди было колье с большим куском янтаря.

– Ну что… Не ждали? – громко сказала она.

Все очень обрадовались, но, правда, непонятно, чему именно: то ли тому, что это была Герда, то ли тому, что это не были фашисты. Но все одновременно ринулись из-за стола обнимать и целовать её.

Один Тимур стоял в стороне, и Герда по его губам прочитала: «Спасибо», на что только улыбнулась.

– Ладно, хватит меня обнимать. Не ждали ведь, уже и гадостей, небось, про меня наговорили.

– Нет, Герда, мы все были уверены, что ты передумаешь, – сказал гордо Алесь.

– Да, особенно ты, – съехидничала Динара.

– Ну, хватит, – сказал Тенгиз, – садись за стол.

– Ого, какой у вас стол накрыт, – сказала радостно Герда.

– Садись, – сказала Зоя, взяв алюминиевую тарелку для борща, которую через несколько секунд Тимур уже наполнял самым вкусным на свете супом.

– Я вам тоже принесла вкусненького, – сказала Герда и достала две баночки масляных шпрот.

– Вот, Герда, какая ты молодец, – радостно сказал Тенгиз. – Вот только рыбы не хватало. Как же ты вовремя пришла.

– Ты что, меня рад видеть только ради рыбы? – напрашивалась на комплимент Герда.

– Нет, конечно, я тебя рад видеть в любое время года, моя ты золотая, – улыбнулся Тенгиз.

Герда села за стол. Ребята долго и дружно разговаривали, а Олег с Ирой наблюдали, сидя за столом, за ними.

Близнецам было удивительно видеть своих ровесников, но таких разных: Динара, которая управляла целой отарой овец и смело скакала на лошади, без лишних разговоров, молча пошла помогать соседям-друзьям; Тенгиз, смелый и добрый друг, настоящий мужчина; Алесь, который потерял всё, но всё равно пришёл на помощь к друзьям. И Герда, которая всё же не смогла остаться в стороне, когда друг был в беде. Но самыми удивительными для них были Тимур и Зоя, ради которых эти люди пришли сюда. Глядя на них всех, близнецы перестали бояться. Они были уверены, что, когда бы ни пришли фашисты, им дадут достойный отпор.

– Тимур, – вдруг неожиданно обратилась Герда, – скажи, пожалуйста, может быть, ты нам назовёшь точную причину, зачем именно мы все вместе должны бороться с врагом.

– Понимаешь… – сказал Тимур, и все молча посмотрели на него. – Нет никакой точной причины.

– Я знаю тебя слишком хорошо. Скажи мне правду, – настаивала Герда. – Скажи нам всем правду. Мы всё равно будем рядом с тобой бороться плечом к плечу. Нам просто надо знать правду.

– Да, мы хотели бы знать, – сказал Тенгиз, который до этого момента и не думал, что есть ещё правда.

– Ладно, – сказал Тимур. Он медленно встал, подошёл к самому дальнему углу в подвале, там из вороха старой одежды вытащил тубус и поставил его на стол. – Вот. Вчера из-за этого тубуса в нашем саду погиб солдат Красной Армии. Здесь что-то, что мы должны передать нашим, и оно не должно попасть в руки врага.

– А почему ты просто не спрятался с этим тубусом? – спросила Герда.

– Дело в том, что я не знаю, куда идти, потому что, куда бы я ни пошёл, они все равно будут меня искать.

– Тогда отдай нашим, – предложила Динара.

– Я так и хочу. Солдат сказал, что они должны прийти с того холма со дня на день, но это тоже не точно. Я не могу так рисковать.

– Это понятно, – сказал Алесь.

– Давайте его вскроем, – предложила Динара.

– Нет, не надо. А вдруг там что-то важное, – испугался Тимур.

– Мы просто вскроем, посмотрим. Мы же должны понимать, что там, – настаивала Динара.

– Зачем? – резко ответил Тимур, немного привстав с места.

– А затем, что я хоть немного должна понимать, ради чего пришла сюда умирать, – с криком вскочила с места Динара.

– Да, давайте вскроем, – сказала Ира. – Я думаю, что это будет честно по отношению ко всем.

– Ладно, – согласился Тимур, и ребята в спешке убрали остатки еды со стола.

Тимур открыл тубус. Внутри лежал свернутый ватман. Он его аккуратно достал и развернул на столе. Ребята увидели, что там были какие-то чертежи. Они ничего не понимали, что там нарисовано и что написано.

– Ну, это какая-то ерунда, – сказала Герда. – И ради неё мы так рискуем? Может быть, мы просто отдадим это фашистам и останемся в живых?

– Нет, – сказал Тимур. – Я же тебе сказал, что ради этого наш солдат отдал свою жизнь. Это точно что-то важное.

– Но мы ведь даже не знаем, что это, – продолжала Герда.

– Согласен, мы не знаем, – сказал Тенгиз, – но солдат ведь погиб.

– Да, верно подмечено, – поддержал друга Алесь, – и написано на тубусе «Совершенно секретно».

– Всё равно я считаю, что не стоит ради этого биться с фашистами, – грустно сказала Динара. – Это не стоит наших жизней.

– Это стоит десятки жизней, – вдруг сказал Олег, и ужас явно отражался на его лице.

– Это почему же? – спросила недоверчиво Герда. – Я так и не могу понять, кто эти двое? Откуда они взялись?

– Герда, остановись, – резко сказал Тимур. – Олег, что это?

Олег не знал, как объяснить, глядя на чертеж атомной бомбы. Его охватывал ужас при мысли о том, что случится, если это достанется врагу.

– Здесь просто… Как вам объяснить? – начал Олег. – Здесь нарисованы такие технологии, я немножко разбираюсь…

– В чём ты разбираешься? – спросила Динара.

– Ну, я разбираюсь немножко… Здесь такая технология нарисована, которая, возможно… Она будет построена.

– С чего ты взял? – спросил Алесь.

– Ну, вот смотрите, в углу схемы написано «Возможная реализация проекта, ориентировочно через пять лет». И подпись: «Кур… Курча…» Не пойму, тут размазано.

– Курчатов, – сказал Тимур.

– Точно, Курчатов, – тихо произнес Олег.

– Олег, это… – начала спрашивать Ира у брата.

– Атомная бомба, – закончил он.

– Ты уверен?

– Да, я же обещал папе про них прочитать. Там была такая, только не схема, а рисунок.

– Какая «такая»? – спросил Алесь.

– Неважно какая, – ответила Ира. – Важно только одно, что это ни в коем случае не должно достаться вашим врагам.

– Нашим врагам, – поправил её Олег.

– Да, нашим врагам… – исправилась сестра.

– Ну, если вкратце, – сказала Ира, – это будущее нашей страны, и…

– Раз так, я согласна, – сказала Динара. – Эти схемы не должны попасть врагу. Я всё же не могу понять, почему я слушаю этих странных близнецов, но у меня стойкое ощущение, что они правы.

– Но с другой стороны, если мы им не отдадим чертежи, они всё равно будут пытаться постоянно на нас напасть и завладеть нашим будущим, – сказала Герда.

– Пока безопасность нашего будущего в наших руках – это значит, что мы сами управляем им, – сказал Тимур.

– Ладно, давайте уберем это и будем защищать любой ценой, – сказал Тенгиз.

Ребята согласились, свернули схему и отдали Тимуру, а он опять надежно её спрятал в ворохе вещей.

Спустя какое-то время ребята легли спать, каждый думал о будущем, а Зоя с надеждой на хороший исход с заботой поставила керосинку к любимой иконе.

– Есть тут кто-нибудь живой? – послышался со стороны улицы женский голос.

Все резко подскочили от неожиданного голоса и молча посмотрели друг на друга.

– Всем сидеть тихо, – сказал Тимур. Он резко посмотрел на Иру и прошипел: – Не смей.

– Ау, люди. Есть кто-то живой? – повторил бархатный голос, совершенно не предвещавший ничего страшного.

Зоя и Олег тоже смотрели на Иру, настаивая взглядом на том, чтобы она не издавала ни звука.

Олег не хотел видеть ещё один труп, а Зоя мало верила в то, что им повезёт второй раз.

– Ау! Люди! – кричал дружелюбный женский голос.

Ира резко сорвалась с места и побежала к лестнице. Тимур попытался её схватить за толстовку, но не успел. Быстро поднявшись по ступенькам во двор, девочка побежала в сторону калитки и через пару секунд уже бежала с криком: «Да, да, мы здесь!»

По дороге шли две грузные женщины.

– Ну наконец-то! – радостно закричала одна.

– Идём, зовём, а в деревне ни души, – запыхавшись, ответила вторая. – Много вас тут? – спросила она.

– Да, – сказал Ира, радуясь, что наконец-то «наши» пришли и теперь можно отдать им тубус.

– Ну, хорошо, что мы вас встретили, – подходя к калитке, сказали женщины.

В этот момент к калитке подбежали Тимур, Зоя и Олег.

– Вы одни здесь? Взрослых нет? – спросила одна.

– Они в доме, сейчас выйдут, – соврал Тимур, заметив её взгляд.

– Ну хорошо, – ответила одна из женщин, обратив внимание на лежащего мёртвого солдата, и переглянулась с другой.

– А кто это лежит у вас тут?

– Ой, так это солдат…

– А у него ничего с собой не было? – спросили женщины.

– Он принес…

– Ира, – крикнул Тимур, – замолчи!

– А что случилось? – наивно ответила Ира.

– Отдай его нам, – настойчиво сказала женщина.

– Что именно? – спросила Ира.

– Тубус, что у него был.

– А откуда вы знаете? – спросила дрожащим голосом Ира медленно надвигающуюся на неё женщину.

– Зачем? Это же не ваше, – ответил Тимур, и вторая женщина медленно направилась в его сторону.

Ира почувствовала, как в воздухе повисла опасность, и ребята потихоньку начали отступать от «милых» женщин вглубь сада.

– Тебе это не надо, это взрослые вещи.

– А мы и есть взрослые, – ответила Зоя.

– Я смотрю, вы тут все смелые ребята, – сказала вторая «милая» женщина.

Вдруг одна из них рывком набросилась на Тимура и повалила его на землю.

Она хрипела, брызгала слюной, глаза будто горели красным.

– Кто вы такие? – кричала она. – С чего вы взяли, что можете нас победить? – Она пыталась задушить Тимура своими толстыми пальцами, которые железной хваткой сомкнулись на его шее.

– Бегите! – закричал хриплым голосом ребятам Тимур. – Бегите отсюда!

– Нет! – кричала Зоя, пытаясь оторвать женщину от Тимура.

– Что вы делаете? – кричала Ира. – Мы же свои!

– Ира, ты как всегда… – тихо сказал Олег. – Это точно не «свои».

– Но они же говорят на нашем языке.

– Это ещё ничего не значит.

Олег хотел помочь Зое оттащить тётку, как вдруг вторая женщина бросилась в сторону Олега с Ирой. Ужас от неожиданной ситуации, развивавшейся стремительно, охватил их, и ребята стали пятиться вглубь сада.

В этот момент Зоя успела сделать подножку направлявшейся к ним женщине, и та с грохотом упала на землю, но уже через секунду вскочила и сначала на четвереньках, а потом уже на ногах, хромая, попыталась добраться до близнецов.

В полуметре от них в лоб грузной женщине прилетело что-то тяжёлое, и она без сознания рухнула на землю, а рядом с ней упало колье Герды с огромным камнем.

– Ну что, ребята, испугались? – спросила подошедшая на помощь Герда.

В этот момент Динара закинула аркан на шею той, что придавила Тимура, и со всей силы стала оттаскивать её в сторону. В какой-то момент полуторацентнерная тётка ослабила хватку, и Зоя смогла вытащить Тимура из-под неё, а Динара продолжала оттаскивать эту громилу, которая через мгновение потеряла сознание, в сторону.

В этот момент из дома выбежали Тенгиз и Алесь.

– Самое главное, вовремя, – ехидно сказала Герда друзьям.

– Ну ладно тебе. Мы спешили, как могли.

– Это ты её так? – спросил Тенгиз у Герды, указывая на вторую лежащую без сознания женщину, рядом с которой было янтарное колье.

– Здорово, да? – улыбаясь, спросила Герда, подбирая с земли кулон на цепочке.

– Ты всегда меня поражала смелостью, – восхищенно сказал Тенгиз.

– Ладно, хватит тебе разбрасываться комплиментами, – отрезала Герда.

– Зоя, – тихо сказал Тимур.

– Да, с тобой все хорошо? – откликнулась Зоя.

Остальные ребята подбежали к Тимуру.

– Вроде живой – уже хорошо. Нам надо идти…

– Куда? – спросила Герда.

– За холм. Беги, пока есть силы, – ответил он, уже понемногу приходя в себя после тяжеловесной борьбы. – Это единственный выход. Есть шанс, что там наши. Зоя, принеси ракетницу и тубус.

– Хорошо, – ответила девочка и побежала в подвал, а Тенгиз с Алесем помогли Тимуру встать на ноги.

– Зачем нам бежать? – спросила Динара. – Мы сейчас их свяжем верёвкой, и они будут для нас безопасны.

– Если они пришли сюда, значит, остальные идут следом и скоро будут тут, – хриплым, но уже более уверенным голосом ответил Тимур.

Олег и Ира переглянулись.

Динара и Герда выглянули за калитку и, не обнаружив ничего страшного, махнув рукой друзьям, вышли на дорогу. Алесь и Тенгиз, всё ещё поддерживая Тимура, который с каждым шагом шёл всё более уверенно, вышли за девушками.

Близнецы на всякий случай оглядели улицу и только потом вышли следом за друзьями. В этот момент Зоя догнала их с ракетницей и тубусом в руках и спросила:

– Готовы? Идём?

Вдруг где-то позади они услышали вопли на немецком языке.

– Бежим, – вдруг запаниковала Ира, – бежим!

Все помчались по дороге в сторону холма. Тимур тоже не отставал, а близнецы бежали первые – уж дорогу к холму они хорошо знали.

– Поворачивайте налево, – сказал Тимур, – в переулок. Нам надо уйти с дороги.

И они резко завернули за поворот.

В этот момент вдалеке показались бегущие по дороге с автоматами наперевес фашисты. Они, заглядывая через заборы в каждый двор, искали что-то.

– Sie sind dorthin gerannt – sie haben das Rohr! [1]– вдруг крикнула одна из очнувшихся грузных женщин на чистом немецком языке. Она появилась из-за калитки, указывая рукой в переулок, в который завернули ребята.

Немцы ускорили шаг и рванули за ними.

– Wir brauchen sie lebend – kein Schießen! [2]– крикнула она им вслед.

Ребята бежали со всех ног, но вражеские голоса были всё ближе.

Тимур остановился, глядя друзьям вслед, потом обернулся в ожидании противников.

– Тимур! – крикнула Зоя, которая, оглянувшись, заметила друга в ожидании неравного боя.

– Зоя, бегите! – крикнул Тимур.

– Я не брошу тебя, – со слезами на глазах ответила она и уже готова была вернуться.

Все остановились, только близнецы пробежали ещё пару метров.

– Зоя, дело не во мне. Спаси нас всех!

– Нет! – крикнула она.

– Бегите, – сказал Алесь, – я останусь с ним.

– Мы их задержим, – крикнул Тенгиз.

Втроём они стояли на своей «тропе войны», а фашисты мчались к ним. Не дожидаясь их приближения, ребята ринулись в бой: Тимур сжал крепко кулаки, у Алеся был посох в руках, а Тенгиз достал свой кинжал.

Близнецы и девушки бежали некоторое время с уверенностью, что фашисты отстали, пока не услышали позади себя приближающиеся немецкие вопли.

– Нет, – тихо сказала Зоя, и её глаза налились слезами. – Где ребята?

– Не хнычь, беги дальше, – подбадривала её Герда.

– Но…

– Без «но». Вперёд. Назад уже нельзя, – сказала Динара.

Близнецы ощутили страх от одной только мысли, что эта волна фашистов просто поглотила в атаке Тимура, Алеся и Тенгиза.

– Зоя, нам не убежать, – сказала Герда. – Рано или поздно они все равно нас догонят.

– Что ты предлагаешь? Сдаться? – спросила Зоя.

– Я? Сдаться? НИКОГДА! – смело сказала она. – Я приму бой.

– Нет, не надо, – кричала Зоя.

– А может, попробуем убежать? – спросила Ира.

– Да, – тихо сказал Олег.

– Зоя, забери с собой этих близнецов. Тут от них мало толку, а про схему они знают больше, чем мы. Может, ещё пригодятся, – предложила Герда.

– Да, точно. Ира, Олег, бегите с Зоей на холм, а мы тут повоюем, – сказала Динара и с улыбкой посмотрела на Герду.

– Но как так? – со страхом спросила Ира.

– Хорошо, – ответил Олег, – не переживайте. Мы доставим тубус по назначению.

– Бегите направо, а мы их заманим налево, – сказала Герда, раскручивая свой булыжник на цепи с боку правой рукой, – чтобы они подумали, что вы тоже туда побежали.

– Да. Это даст фору, пока они поймут, где именно вы находитесь, – сказала Динара, раскручивая над головой аркан.

– Вперёд! – крикнул Олег. – Зоя, бежим.

– Я не могу, – ответила она, – я не могу всех потерять.

– Зоя, бежим, – сказала Ира, глядя на идущих по дороге навстречу врагам девушкам.

Зоя с горечью подумала: «Видимо, так и должно быть» – и помчалась за близнецами в сторону холма.

Через десять минут они втроём уже скрылись за поворотом и шли по направлению к холму, как вдруг до них донесся крик Герды:

– Динара!

Зоя хотела вернуться, но близнецы схватили её за руки и потащили дальше на холм.

Для мая трава на холме была очень густая и высокая. Добравшись до середины пути, ребята остановились передохнуть.

– Ложитесь в траву, чтобы вас не было видно. Ни в коем случае не оглядывайтесь, – скомандовала Зоя.

Какое-то время все трое лежали молча, пытаясь отдышаться и восстановить силы.

Близнецы понимали, что всё происходящее – это далеко не квест, и здесь не позовёшь администратора, чтобы всё остановить. Им было страшно.

Зоя лежала, вцепившись в тубус, и слёзы тихо текли по её щекам.

– Дети! Идите сюда. Возвращайтесь, отдайте нам тубус, или вашим друзьям плохо будет, – послышались крики со стороны деревни.

– Лежим тихо, – сказала, сжимая зубы, Зоя.

– Эй, где вы? Идите по-хорошему.

– Не двигаться, – повторила Зоя, и было непонятно, кому она говорит, близнецам или себе.

– Если вы не вернётесь, мы отрубим руку вашему товарищу!

Олег с Ирой переглянулись.

– Руку отрубят, – в ужасе тихо сказала Ира.

– Вы слышите? – не успокаивались враги.

Зоя осторожно приподняла голову над травой и увидела человек пятнадцать. Среди них стояли люди в немецкой форме. Все они были около их дома. Дома, в котором она утром так спокойно проснулась, в котором оставила такой красивый букет маков, керосинку с иконой, где жил Тимур и осталось всё дорогое сердцу, что уже нельзя было забрать и спасти.

– Ну, смотрите. Сами виноваты! – закричала одна из грузных женщин уже далеко не бархатным голосом.

Ира лежала лицом в землю, касаясь её губами. Она не понимала, как можно переживать такое в их возрасте, хотя этот последний день она уже не чувствовала себя ребёнком.

Было чувство, будто она за это время повзрослела на десять лет. Олег лежал рядом, смотрел на сестру и думал о том же. Им было очень страшно и очень хотелось домой. Больше всего хотелось домой. Ира вдруг вспомнила, что сегодня должны привезти телефон, её новый телефон, и мысль об этом показалось ей совсем далекой.

Вдруг они услышали звонкий, полный силы и мужества голос Тимура, где-то очень далеко.

Резко стали надвигаться тучи, настолько плотно, что голубое небо полностью затянуло и среди белого дня наступила страшная тьма.

Друзья подпевали Тимуру. Зоя сжала ладонь в кулак, поднялась во весь рост и тоже запела в унисон с друзьями.

– Зоя, ложись, – испугались близнецы, – нам надо дальше, на верх холма.

Но Зоя их не слышала, она пела, и в её голосе звучала отвага.

Она увидела поющего Тимура, привязанного к столбу, а бандеровцы и фашисты подкидывали дрова к его ногам и подливали на них керосин, смеясь над тем, как он пел, будто это что-то изменит. Для них это было очередным развлечением. Тенгиз, Герда, Алесь и Динара стояли на коленях недалеко от Тимура с завязанными за спиной руками и громко подпевали Тимуру.

В этот момент ударила молния, через секунду – вторая. Тут же полил ливень, который моментально замочил брёвна под ногами Тимура. Складывалось впечатление, будто сама природа встаёт против врагов.

На улицы деревни из всех домов вышли жители, которые всё это время в страхе прятались в своих домах, и, громко подпевая, поддерживали Тимура. Враги испуганно схватились за оружие и направили в их сторону, но никто не остановился. Все шли по направлению к фашистам, потому что знали, что только в единстве их сила. Они готовы были отдать свои жизни за смелого парня, за свои семьи, за свою Родину. Враги были настолько перепуганы, что даже оружие не давало им уверенности в том, что они победят эту толпу, которую сверху поливал проливной дождь.

– Они сейчас могут их всех расстрелять, – забеспокоилась Зоя. – Они же их убьют, как в соседней деревне у Алеся.

Выхватив ракетницу, она направила её в небо.

– Да ты с ума сошла? Они же к нам придут сейчас, – закричали близнецы.

Выстрелив, Зоя стояла неподвижно на фоне озарившегося красным неба, под дождём. В одной руке под мышкой был тубус, а в другой – ракетница.

Фашисты обернулись и увидели на холме Зою. Бегло говоря что-то на своём языке, они помчались в её сторону.

Было скользко, те самые грузные женщины тоже старались не отставать от своих покровителей. Бросив деревню, они уже не думали ни о Тимуре, ни о её жителях. Им нужен был тубус.

Зоя обернулась и увидела, как Олег и Ира стремительно поднимались по холму. Она посмотрела на вершину холма, и на секунду ей привиделся силуэт женщины, так похожий на тот, на иконе, рядом с которой она ставила на ночь керосинку.

Протерев глаза, Зоя опять посмотрела на вершину холма, но там уже никого не было, и девочка из последних сил стала быстро подниматься за ребятами. «Нам хотя бы туда добраться, – думала она, – а вниз по ту сторону уже будет проще».

Выбившиеся из сил близнецы уже приближались к вершине, примерно к тому месту, где Ира собирала вчера цветы. Сил уже не было, но они продолжали остервенело карабкаться, как будто там, на вершине холма, их ожидало спасение.

Пули свистели над их головами, фашисты пытались подстрелить хоть одного из них. Одна из пуль попала в плечо Олегу. Это была резкая и одновременно жгучая боль, которая отдавалась во всём теле. Олег остановился и схватился за плечо.

– Олег! – закричала Ира. – Олег, не умирай! – испугалась она и подползла к брату.

– Вроде не должен, попали в плечо.

– Откуда ты знаешь? – нервничала сестра.

– В кино видел, что от этого не умирают, – ухмыльнулся он.

Вдруг близнецы услышали сзади крик и, обернувшись, увидели, что один из фашистов догнал Зою и пытался вырвать тубус из её рук, но она отчаянно сопротивлялась.

В какой-то момент мужчина просто устал с ней бороться и достал нож, замахнулся на Зою и ударил её. Лезвие вошло в ладонь, которой девочка пыталась защититься.

Она закричала.

Близнецы посмотрели друг на друга и, будто поняв всё без слов, схватились за руки и скатились на спинах по склону. Земля после дождя была сырая, а трава скользкая, и на полной скорости ребята ногами врезались в фашиста, который долго ещё летел вниз, как с ледяной горки, сбив по дороге пару своих сослуживцев.

Олег и Ира схватили Зою под руки и потащили наверх. Она, и глазом не моргнув, вытащила нож из руки и, втыкая его в землю, пыталась ползти, а Ира поддерживала одной рукой её, а другой брата, пытаясь не дать им соскользнуть вслед за врагом.

Спустя пару минут ребята оказались на вершине и, остановившись на секунду, посмотрели, как фашисты, поскальзываясь, ползут по холму.

Но идти стало легче. Они были на вершине, а со склона в другую сторону спускаться всегда проще.

В эту секунду за ними что-то зарычало, ребята обернулись и увидели, как сзади по холму поднимаются танки, на которых были нарисованы красные флаги.

– Ого! Танки, как в моей игре… – удивлённо сказал Олег.

– Наши, – с облегчением сказала Зоя.

– Наши? – спросили Ира с Олегом.

– Да. Видите флаги? Это наша Красная Армия.

– Красные флаги? С каких это пор наши…

– Я не знаю, кто вы, но спасибо вам большое, – сказала Зоя, крепко прижимая к себе тубус раненой рукой, из-за которой он был весь измазан кровью. – Вы спасли нас, вы спасли всех…

В этот момент вдруг рядом с ребятами появилась зеркальная арка и начала засасывать близнецов внутрь. Они пытались противиться: то ли испугались, то ли не хотели уже возвращаться. Они сами так и не разобрались, хотя и понимали, что им туда и надо, в зеркальную арку, но всё равно пытались остаться.

Зоя с тубусом в окровавленной руке, сидя на мокрой земле, сквозь весь этот шум тихо прошептала близнецам:

– Спасибо.

Они улыбнулись ей в ответ, и арка тут же забрала обоих.

Ребята оказались в лаборатории, в той самой, откуда попали через арку в деревню к Зое и Тимуру. Одежда на близнецах была чистая, они сидели на теплом полу, в теплой комнате, от ранения Олега не осталось и следа.

Зеркальные ворота закрылись, и на табло заморгала цифра 3×24.

– Двадцать четыре, – сказал Олег.

– Что двадцать четыре? – спросила сестра.

– Три раза по 24. Мы там были три дня… трое суток… Видимо, система автоматическая, и нас занесло обратно.

– То есть? Мы там были и вернулись… Когда? В какое время мы вернулись?

– Не знаю…

– Олег, Ира? – вдруг послышалось в коридоре. – Просил же их сидеть спокойно и никуда не лазить.

Это были самые долгожданные для ребят голоса. Выбежав в коридор, близнецы увидели своих родителей, которые заглядывали в двери, пытаясь отыскать детей.

– Мама, папа!

Близнецы подбежали к ним и крепко обняли.

– Как мы рады вас видеть, мы так соскучились!

– Вот сейчас не надо, ладно, «рады нас видеть», «соскучились». Наказания вам не избежать, – сказала, сердясь, мама.

– Ну и ладно, – тихо сказала Ира, обнимая её.

– А вы где были?

– Да были в какой-то комнате, да какая разница! Простите, мы больше так не будем. Можем мы пойти домой? – устало предложил Олег.

– Вообще-то да, уже пора идти домой. Мы вас поэтому-то и искали.

Спускаясь в космическом лифте, ребята молчали и смотрели друг на друга. Они не могли понять, что это было. Правда или им это показалось? Неужели прошло три раза по 24 часа? Или всего несколько минут?

Они приехали домой и легли спать, но уснуть не смогли и всю ночь говорили о произошедшем, тихо-тихо, чтобы не разбудить родителей.

И как только рассвело, ребята, тихо собравшись, поехали к прабабушке. Как ни странно, Ира даже и не вспомнила про доставку нового смартфона. Доехав до дома прабабушки Зои, близнецы забежали в подъезд и с легкостью, почти бегом, поднялись на пятый этаж, будто это не они вчера еле-еле ползли наверх. Подойдя к двери, они увидели, что она приоткрыта, будто их ждали. Близнецы прошли в гостиную и увидели, что прабабушка, как всегда элегантно одетая и аккуратно причесанная, сидит за столом, на котором стоит та самая икона, около неё горит тихим пламенем лампада, а рядом – тарелка с тремя кусочками чёрного хлеба, политыми малиновым вареньем. Рядом с тарелкой стояла ваза с букетом маков, вчерашних, уже раскрывшихся, которые источали нежный аромат.

В руках у прабабушки был старенький тубус, тот самый, на котором было написано «Совершенно секретно», измазанный коричневыми, запёкшимися пятнами Зоиной крови.

Ира подошла к прабабушке, взяла её за руку и обратила внимание, что через всю ладонь идёт большой шрам.

– Не переживай, всё быстро зажило, – сказала прабабушка.

Ошарашенный Олег сделал шаг вперёд и спросил:

– Бабуль… а Тимур?

– Тимур, – улыбнулась прабабушка. – Тимур ваш прадедушка, мы поженились вскоре после окончания войны, – и взглянула на свою свадебную фотографию, которая стояла за стеклом в шифоньере.

Близнецы смотрели на знакомую фотографию с совершенно другими эмоциями и мыслями, для них это была уже не просто фотография.

– С Тимуром мы вместе прожили долгую и счастливую жизнь, но, к сожалению, он покинул нас незадолго до вашего рождения. Мы всё долго гадали с ним, с какой луны вы свалились? Вот оно, оказывается, как бывает. Я боялась, что вы не вспомните меня или я вас больше никогда не увижу, – заплакала, улыбаясь сквозь слезы, бабушка.

Близнецы обняли её.

– А почему тубус всё ещё у тебя? – спросил Олег.

– То, что было внутри, я отдала танкистам. В тот же день, когда вы улетели «на Луну», – улыбнулась она. – А сам тубус я попросила оставить себе, на память, – и она погладила правнуков по голове.

– А как там Алесь, Тенгиз, Герда и Динара? – спросили одновременно близнецы.

– Всё хорошо, мы ещё много лет близко дружили, как одна большая семья. И мы часто ездили с Тимуром к ним в гости, много лет подряд.

В этот момент со стороны улицы заиграла песня «День Победы».

– Девятое мая – самый важный день для всей страны, – сказала бабушка Зоя. – День Победы над фашистами.

Она встала, взяла близнецов за руки и вывела их на балкон, откуда открывался вид на Центральную площадь города. На площади шёл Парад Победы, и на большом экране показывали кадры победного 1945 года, когда Красная Армия разгромила фашистские войска. Огромный баннер с изображением штурмового флага 150-го ордена Кутузова II степени Идрицкой стрелковой дивизии, водружённого 1 мая 1945 года на крыше Рейхстага в городе Берлине, олицетворяющего Победу Красной Армии над фашистскими захватчиками. По дороге ехала военная техника и шли герои, герои сегодняшних дней, которые борются за счастливое будущее нашей Великой Родины.

– Берегите вашу Родину. Это самое ценное, что есть в нашей жизни. Такой огромной прекрасной страны нет больше нигде, и нигде вы не найдёте таких добрых и отзывчивых людей. Страна наша уникальна, а уникальна она своим народом, историей и культурой, но самое главное – это наше будущее, это вы, сильное и смелое поколение.

Они побежали туда, тубус у них! (нем.)

Они нужны нам живыми, не стрелять! (нем.)