Лис безнадежно опаздывал.

Я неторопливо подняла пузатый чугунный чайник, наклонила над миниатюрной чашкой. Из носика заструилась тоненькая струйка, но, увы, крохотное изделие неведомого китайского мастера наполнилось хорошо, если наполовину. Пришлось с грустью констатировать – чай закончился. Оно и немудрено, официант принес заказ сорок минут назад.

Поставила чайник обратно на столик и, подперев рукой голову, отвернулась к окну.

Из кафе открывался вид на уютный сквер. Летом он радовал пушистой зеленью, а сейчас деревья и кустарники, лавочки и садовые скульптуры укрылись нарядным пуховым платком. Снег был уже не первый, все-таки конец декабря, но до этого надолго на земле не задерживался и сразу таял. Теперь же зима, наконец, вступила в свои права.

Медленно кружась, падали снежинки. На детской площадке резвились ребятишки. Радовались свежему снегу, выходному дню, грядущим каникулам и новогодним праздникам.

Мне же было совсем не радостно.

Лис опаздывал почти на час…

Душу грыз червячок сомнения, которое все больше сменялось тревогой.

В который раз за прошедшее время, набрала номер парня. Ответ остался неизменным – из динамика донесся механический голос: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

Сообщения в мессенджере все также оставались непрочитанными, вернее они даже не дошли до адресата.

В беспокойстве прикусила губу. Вдруг с Су Хеном что-то случилось? Учитывая его характер, количество старых врагов, а теперь еще и работу на Инквизицию… могло произойти все что угодно! После той истории с драконом и похищением близнецов прошло всего два месяца. Мы же слишком расслабились – гуляли по паркам и старинным улочкам, ходили по ресторанам и музеям. Забыли, что у Лиса имелись враги помимо австрийского барона-дракона, да и в целом у Инквизиции недоброжелателей хватало.

Так и подмывало позвонить коллегам и попросить найти Су Хена, а то и самого Швецова лично поисками корейца озадачить. Но пока я держалась – убеждала себя, что Лис вот-вот должен появиться. Опасных заданий или работу под прикрытием в эти дни ему не поручали. К тому же, учитывая изворотливость и невероятные способности, Су Хен мог выйти невредимым практически из любой ситуации. Если противник оказывался ему не по силам, кумихо всегда мог удрать и затеряться в толпе.

Мне только не хватало прослыть истеричкой и паникершей, подняв по тревоге все московское отделение, из-за того что несколько десятков минут не могу связаться с парнем.

Ведь оставался и другой вариант. Он мог сбежать. От меня.

Сегодня был очень важный день. Мы собирались посмотреть съемную квартиру, а вечером поужинать с отцом – я планировала, наконец, познакомить двух самых дорогих для меня людей.

И вот теперь я не знала, чего больше боялась. Того, что с Лисом что-то случилось. Или что он испугался скорости развития наших взаимоотношений и скрылся в неизвестном направлении.

Впрочем, нет. Знала. И не верила, что он мог сбежать. Не после того, что было. Наверное…

В последние дни Су Хен пребывал в странно задумчивом настроении. Мы меньше проводили времени вместе, реже встречались – у него часто появлялись таинственные дела. Даже когда обсуждали грядущий переезд и выбор квартиры, он не проявлял энтузиазма и какого-то интереса. Я рассудила, что это потому, как предложенные варианты особо не впечатляли. Снять приличную квартиру за разумные деньги в центре Москвы – задача со звездочкой, то есть практически нереальная. Переезжать на окраину, далеко от отца и «Ленинки», от улиц и дворов, которые помнила с детства, мне не хотелось. А жить вместе с папой в маленькой квартире, бывшей дворницкой, представлялось затруднительным, да и Су Хен, когда я робко озвучила подобную идею, высказался решительно против.

Сам Лис все так же, как и два года назад, снимал студию в старом доме на Сивцевом Вражике. Квартира нуждалась в ремонте – шалила проводка, недавно прорвало трубу, со стен чуть ли не клоками свисали обои. Мебель была старше меня, но при этом антиквариатом не выглядела. Провести ночь-другую в таком месте вполне допустимо, но уютное гнездышко свить не получится, если, конечно, не делать ремонт и не менять полностью всю обстановку. Вот только вкладываться подобным образом в съемное жилище – глупо. К тому же, студия совсем крохотная. Даже моя квартира по сравнению с ней выглядела большой.

Решение снять общее жилище казалось логичным. Мне хотелось перемен и некоего закономерного развития отношений. Но что если я слишком поспешила, и Су Хен не разделял моего желания? Что если он не хотел оседать в России и планировал в скором времени вернуться на родину в Южную Корею?..

Чем сильнее опаздывал Лис, тем больше беспокойных мыслей роилось в голове. Проклятый червячок сомнения, той самой тревожной неуверенности, которую долгие годы пестовала тетушка Ада, никак не унимался и терзал душу.

Ладно, жду еще семь минут – как раз ровно час с назначенного времени пройдет, и бегу домой. В конце концов, ведьма я или кто? Пусть недоучка, но кое-что умею и поискать кумихо могу. Только для этого нужна карта и кристалл на цепочке… А уже потом по обстоятельствам. Может, и правда сообщу о пропаже в Инквизицию…

– Еще что-нибудь будете заказывать? – вырвал меня из размышлений голос официанта.

Вроде обратился ко мне сотрудник кафе достаточно любезно, но в его взгляде я уловила скрытое раздражение. Время обеденное, заведение популярное – у барной стойки скучали несколько человек в ожидании, когда освободятся столики, я же заказала всего один чайничек улуна.

– Спасибо, ничего не надо, – нашла в себе силы улыбнуться. – Принесите счет.

Я как раз расплатилась, когда, взвизгнув тормозами и подняв снежный ураган, у входа в кафе лихо затормозил черный мотоцикл.

Кумихо опять нарушил правила дорожного движения. Мне вообще казалось, Су Хен считал, что всякие законы и инструкции писаны не для него.

Учитывая запредельную скорость реакции, Лис не попадал в аварии, но нередко их провоцировал, опять-таки своими действиями он подавал дурной пример другим водителям.

С этим надо было что-то делать. Со всем этим что-то делать.

Между тем Ли Су Хен зашел в кафе. Одной рукой он прижимал к себе мотошлем. Я не могла не признать, выглядел Лис эффектно – высокий, худощавый, широкоплечий, с ног до головы затянутый в черную кожу. Темные волосы слегка взлохмачены, раскосые лисьи глаза лукаво горят, на губах застыла самодовольная усмешка.

На долю мгновения я даже залюбовалась парнем. А потом вынырнула из омута пагубного очарования.

– Алиса, пойдем. – Он протянул мне руку. – Я кое-что подготовил. Уверен, тебе понравится.

Все сомнения и тревоги обернулись злостью. Но прилюдные истерики закатывать я не любила, как и быть в центре внимания. На нас сейчас, кажется, смотрели все в кафе. Во всяком случае, все девушки точно глазели на моего парня.

Оттолкнув руку Су Хена, поднялась из-за стола. Сдернула с вешалки шарф, обмотала вокруг шеи, надела куртку. Двигалась резко, с трудом сдерживая клокочущую в душе ярость. Устремилась к выходу.

Стоило выйти на улицу, как ветер тут же бросил в лицо горсть снежинок. Я запахнула куртку и обернулась к парню.

– Алиса… – начал он.

– Здесь нельзя парковаться, – перебила я.

– Я спешил. – Он повесил шлем на руль мотоцикла.

– Значит, все-таки знал, что опаздываешь.

Кумихо отвел взгляд и что-то нечленораздельно пробормотал, я расслышала только много всяких «ащ».

– Это тротуар! А если бы ты кого-то сбил?

– Но ведь не сбил. Ни разу. Никакого.

Ну да, верно. Кумихо и его нечеловеческая скорость реакции. Последствия своих поступков он не учитывает и на чувства окружающих ему плевать.

– Почему ты раз за разом нарушаешь правила?..

– Хочешь сказать, преследуя слетевшего с катушек кровососа, я должен дорогу исключительно по пешеходному переходу на зеленый свет переходить? – с издевкой протянул Лис.

Умом я понимала, что вела себя не совсем адекватно, и не стоило так набрасываться на парня. Во всяком случае, не здесь и не сейчас. Но я слишком много нервных клеток сожгла за последние несколько десятков минут.

– Нет. Но и ты не на задании.

– Какая разница!

– Большая. Ты живешь среди людей. И должен жить по их законам и правилам, если нет крайней необходимости.

– Только я не человек.

– Сейчас ты напоминаешь мне одного дракона, который считал себя выше людей. Уж определись, хочешь ты быть человеком или чудовищем!.. – я прикусила язык, но было уже поздно, слова вылетели.

Лис вздрогнул и неуловимо изменился в лице – словно я его ударила.

– Прости, – прошептала. – Я не должна была…

Он на мгновение прикрыл глаза, а потом встретился со мной взглядом.

– Нет, ты права, – парень вздохнул и нежно провел пальцами по моему лицу, убрал выбившуюся из прически прядку за ухо. – Если я не хочу стать чудовищем, то должен вести себя, как человек. Спасибо, что напоминаешь, – Лис с грустью улыбнулся.

Я зажмурилась и отвернулась к витрине. Мы так и стояли у входа. За нашей перепалкой наблюдали любопытные посетители кафе, но я ощущала себя настолько несчастной, что мне было все равно.

– Ты злишься? – Су Хен осторожно обнял меня со спины.

– Я волновалась. Не знала уже, что и думать, – глухо отозвалась я.

– Да что со мной может случиться…

– Ты опоздал на целый час. Хотя бы позвонить мог? Предупредить?..

Он мягко развернул меня за плечи, а потом достал из кармана свой мобильник. Демонстративно нажал на кнопки. Дисплей не реагировал.

– Разрядился?

– Нет, просто сдох.

Во мне пробудился интерес. Я взяла телефон, покрутила в руках. Никаких вмятин или царапин не заметила.

– Как? Так внезапно?

– Да.

– Лис, что случилось? – я подняла на него взгляд.

– Скажем так, – лукаво улыбнулся он, – незапланированные побочные последствия сюрприза, который я тебе приготовил.

– Какого? – нахмурилась я.

– Не могу сказать, на то он и сюрприз, – подмигнул Лис, а затем неловко сказал: – Алиса… прости, что опоздал. Не рассчитал время. На подготовку ушло больше времени, чем планировал.

Я знала, что Лис не любил и не умел извиняться, и даже такие простые слова для него произнести было нелегко.

– Ладно, – вздохнула. – Встреча с риелтором назначена на три. Вроде еще успеваем.

Особого желания смотреть квартиру я не чувствовала. Мне хотелось закутаться с головой в теплый плюшевый плед и никого не видеть. Я все еще сердилась на Лиса и одновременно чувствовала вину перед ним.

– Отмени или перенеси.

– Эта квартира – хороший вариант. Лучший, что у нас есть. Уйдет ведь.

– Я так не думаю… – туманно отозвался он, а потом мягко добавил: – Алиса, если захочешь, а посмотрю с тобой квартиру завтра или в любой другой день. Больше никаких опозданий и отговорок. Обещаю.

– Как скажешь, – пожала плечами я.

В любом случае, если Су Хен не хотел смотреть квартиру, тащить его с собой глупо.

– Алиса… – я уловила напряжение в его голосе.

Сквозь метель в нашу сторону решительно направлялся человек в полицейской форме. Похоже, столь грубое нарушение правил дорожного движения не осталось незамеченным.

Лис дотронулся до руля и в тот же миг с мотоциклом произошли метаморфозы. Транспортное средство превратилось в металлическую скульптуру. Она весьма походила на реальный мотоцикл, но никто бы не подумал, чтобы эта конструкция может ездить. Облик парня тоже претерпел незначительные изменения, и теперь Су Хен уже не напоминал мотоциклиста.

Полицейский сбился с шага и остановился. Нахмурился, моргнул и потер глаза.

– Чертовщина какая-то. Привидится же, – пробормотал он, развернулся и направился прочь.

У меня мелькнула мысль, что неплохо бы проучить Ли Су Хена и заставить разбираться с полицией. Пусть его оштрафуют. Может, впредь станет осторожнее. Но, несмотря на то, что я злилась на парня, неприятностей ему не желала. К тому же, у меня имелись опасения, что его документы выдержат пристальную проверку, что все в порядке с мотоциклом, что Лис вообще законно находится в стране…

– Поможешь зафиксировать? – попросил он.

Кумихо умел создавать качественные иллюзии, но держались они только пока Лис контактировал с предметом или живым существом, а затем достаточно быстро развеивались.

– Хочешь бросить здесь мотоцикл? – спросила я.

– Заберу ночью. Когда меньше свидетелей будет. Да и не лучший транспорт для этой погоды. Ты и так уже замерзла.

И тут я поняла, что действительно порядком задубела. Эмоции начали остывать, а вместе с ними и температура тела. Я, наконец, застегнула куртку и опустила капюшон. Поморщилась, когда на голову упала пригоршня снега, что успела скопиться в капюшоне. Быстро прошептала заклинание, которое позволяло согреться, а заодно просушить одежду и волосы.

Затем переплела особым образом пальцы и щелкнула. Теперь иллюзия должна продержаться не меньше суток. Сегодня по «скульптуре» будут лазить окрестные ребятишки и фотографироваться случайные прохожие, и никто не заподозрит, что это настоящий мотоцикл. Разве что посетители и сотрудники кафе, которые видели эффектное появление Ли Су Хена, останутся в недоумении, как им могло такое привидеться и откуда вообще взялась скульптура, которой еще десять минут назад не было.

– У тебя получается все быстрее, – похвалил Лис.

Пожала плечами. Логично, я ведь не первый раз подобным образом фиксировала иллюзии кумихо. Можно сказать, за эти два месяца мы отладили взаимодействие.

Мы сели в такси, которое вызвал Су Хен.

Точный адрес я не знала, но судя по схеме, которая высвечивалась на навигаторе водителя, ехать предстояло не особо далеко. Впрочем, учитывая усугубившиеся за время снегопада столичные пробки, дорога должна занять немало времени. Вероятно, если бы Лис примчался к кафе не на мотоцикле, а на автомобиле, то опоздал бы не на час, а на все два.

Возможно, я несправедлива к Су Хену и слишком резко реагирую?..

Последние недели я старалась не обращать внимания на тревожные звоночки и отмахиваться от беспокойных мыслей, хотела насладиться романтичными отношениями. Но больше закрывать глаза на проблемы не получалась.

Мы слишком разные. Банально, я даже на заднем сидении автомобиля пристегивалась, а Лис и на переднем – нет. Я правильная, чопорная, занудливая. Да, уже не такая, как два года назад. Стала более смелой и менее категоричной, но все же натуру не исправишь. А Су Хен – необузданный ветер. Когда-то давно я пошутила, что Лиса дикие звери воспитывали. Но тогда и подумать не могла, как близко окажусь к истине.

Не только я должна принять сущность Лиса, но и он сам измениться. Иначе у нас ничего не получится.

Опять-таки не стоило забывать, что мы дети разных наций, культур. Мне интересно с Ли Су Хеном. Но встречаться с парнем из далекой азиатской страны – это одно, а жить вместе – совсем другое. И вопрос: где жить? Почему-то, как само собой разумеющееся, я рассудила, что мы должны обосноваться в России, в Москве. Но что если кореец считал иначе?.. Ведь одно дело задержаться в другой стране по делам, а совсем иное – осесть на длительный период времени, а то и на всю жизнь.

Я не готова бросить отца, интересную работу, друзей, любимый город и переехать вслед за парнем на другой конец света. Во всяком случае, сейчас. А значит, требовать аналогичного от Су Хена тоже не могу – это нечестно по отношению к нему.

Если мы настолько разные, то есть ли у наших отношений будущее? Не просто череда романтических свиданий и страстный роман, а общий дом, семья?..

Сегодня я всерьез испугалась, что Лис мог исчезнуть. И правда в том, что он действительно мог. Ветер в объятиях не удержишь.

Целых два года я грезила о парне со злыми лисьими глазами. Но нужны ли отношения, если они ни к чему не приведут? Не разобьет ли кумихо мне сердце снова?..

Если бы мне было восемнадцать-двадцать лет, наверное, я бы мыслила иначе. Но мне почти тридцать, и отсутствие опыта в отношениях лишь усугубляло ситуацию.

Такси остановилось перед знаменитой высоткой на Котельнической набережной.

Лис выскочил из машины и, прежде чем я успела отстегнуть ремень безопасности, распахнул дверь с моей стороны, галантно предложил руку.

– Позер, – проворчала я. Но в этот раз руку приняла, не стала отталкивать.

– И зачем мы здесь? – спросила, рассматривая громаду замка, шпиль которого терялся в снежной круговерти.

Я часто гуляла мимо этого здания, читала про него, как-то даже посещала легендарный кинотеатр «Иллюзион», расположенный на первом этаже одного из корпусов.

– Сюрприз, – лукаво стрельнув глазами, улыбнулся Лис.

Сердце пропустило удар, а потом забилось быстрее. Как и всякий раз, когда Су Хен так на меня смотрел.

– Здесь? – нарочито холодно поинтересовалась я.

– Да. Пойдем.

Держась за руки, мы подошли к массивным высоким дверям. Лис толкнул тяжелую створку, и мы оказались в огромном холле. Стены отделаны мрамором и украшены барельефами, на потолке мозаичное панно, светильники – явно наследие прошлого века. Если бы не знала, что это жилой дом, подумала бы, что мы очутились в музее.

Заметив нас, всполошился консьерж за стойкой, но Су Хен небрежно махнул каким-то документом, и пожилой усатый мужчина тут же потерял к нам всякий интерес.

В лифте Су Хен нажал кнопку двадцать четвертого этажа. Кабина плавно заскользила вверх.

– Кстати, ты ведь помнишь заклинания для нейтрализации злокозненных духов? – как бы невзначай спросил он.

– Стандартные. Но практики у меня почти не было.

– А высоты ведь не боишься?

– Вроде бы нет, – без особой уверенности ответила я.

Всю жизнь я прожила на втором этаже. Но книгохранилище «Ленинки», так называемой «первой московской высотки», насчитывало девятнадцать этажей, так что на работе забираться ввысь не раз приходилось. Особого дискомфорта я не чувствовала, наоборот, с удовольствием любовалась видами на Кремль и маковки церквей.

– К чему эти вопросы?

– Скоро увидишь, – загадочно отозвался Лис.

Когда мы вышли из лифта, парень уверенно пересек холл и направился к лестнице.

– Дальше пешком.

– А почему не на лифте?

Я запомнила, что на панели значились тридцать кнопок.

– Он дальше не идет.

– Почему? – удивилась я.

– Специфика здания. – Су Хен обернулся ко мне. – Если коротко, следующий этаж с лифтовым оборудованием, а на этажах выше нет электричества, так что они нежилые. Только внешняя подсветка здания идет.

– Как странно… – нахмурилась я. – Это сколько же здесь технических этажей?

– Восемь. Но так высоко нам не надо.

Мы поднялись на этаж, а дальше лестничный пролет перегораживала грубая металлическая решетка… и за ней все роскошное убранство дома разом заканчивалось. Поразительный контраст! Сквозь прутья решетки лестница выглядела грязной и обшарпанной, краска на стенах облупилась, на ступенях грязь и мелкий мусор. Словно эту часть здания не ремонтировали несколько десятков лет, и не убирали тоже. Электричества, похоже, действительно не было, ибо никаких светильников я не заметила, а следующая лестничная площадка терялась в темноте. Жутковатое место, однако.

Лис вытащил их кармана ключ, вставил в массивный висячий замок. Решетка с противным скрежетом распахнулась.

По спине пробежал мороз. Я нервно повела плечами и только собралась щелкнуть пальцами, чтобы зажечь светлячок, как Су Хен поймал меня за руку.

– Лучше пока без этого. Держись за меня. Ты же знаешь, я отлично вижу в темноте… – подмигнул он. – И оставь здесь мобильник. А то, как с моим случится.

– Подожди… – начала догадываться я. – Ты не случайно спрашивал про заклинания против злокозненных духов?

– От тебя ничего не утаишь, – сверкнул зубами Лис.

– Зачем мы здесь?

– Разве не работа Инквизиции усмирять всяких тварей, которые мешают жить простым людям?

– Вот и передал бы сведения в организацию. Они бы отправили дежурный отряд.

– Тогда сюрприза бы не получилось. Пойдем, ты должна сама все увидеть.

Устраивать сцену и возвращаться назад, проделав такой путь, было глупо. Я со вздохом скинула куртку, в кармане которой лежал телефон, и сняла шарф. Повесила одежду на перила.

Кумихо нежно взял меня за руку, и я покорно отправилась за ним.

Если бы в подобное место, в окружении всей этой таинственности, меня привел другой человек, то у меня возникли бы нехорошие подозрения. Но после всего случившегося я не могла не доверять Ли Су Хену. Вот только теперь чувствовала себя разочарованной. Последние минуты я терялась в догадках, зачем он пригласил меня в высотку на Котельнической набережной. Подозревала, что парень решил устроить романтическое свидание с видом на заснеженный город. Иных причин штурмовать знаменитый замок я не видела.

Действительность оказалась куда прозаичнее – от меня требовалось приструнить какого-то зарвавшегося духа. Хорошее свидание, ничего не скажешь!..

Пока мы поднимались по лестнице, немного света еще пробивалось с нижних этажей, но стоило оказаться в холле двадцать шестого этажа и стало совсем темно. Мне пришлось полностью положиться на внезапного поводыря.

– Что… известно про духа? – мой голос предательски дрогнул.

Настроение и так хуже некуда, а к тому же я ничего не видела, мне посоветовали воздержаться от применения магии, и где-то рядом обитал враждебный дух.

– Не любит электричество, выводит из строя любую электронику – неважно используют ее или нет. Огонь ему тоже не нравится. Ну и на магию нервно реагирует.

– Давно здесь обитает?

Мне показалось, что Су Хен пожал плечами. Через пару мгновений, видимо вспомнив, что я не могу его видеть, он произнес:

– Да кто его знает. Вроде давно. Подозреваю, еще во время строительства завелся… Я говорил со старожилами. По проекту лифтовое машинное отделение должно располагаться значительно выше, планировалось больше этажей делать жилыми, но так как электрические приборы не работали выше двадцать пятого этажа, проект пришлось пересмотреть.

Значит, сначала построили тридцатидвухэтажную высотку, а потом столкнулись с непредвиденной проблемой. Я представила величину скандала и масштаб работ, когда пришлось пересматривать схему использования здания. Все-таки высотку на Котельнической набережной можно смело назвать одним из самых известных сооружений эпохи. А тут такой конфуз…

– Ничего себе… – пробормотала я. – И никто не подсказал местным, что с этой проблемой стоит обратиться к Инквизиции?

– Тебе напомнить, что мы работаем на одну из самых секретных организаций? – усмехнулся парень. – Про инквизиторов мало кто знает, еще меньше верит, что они реально существуют, остальные же боятся и предпочитают не беспокоить организацию по пустякам.

– Тебе напомнить, что теперь ты тоже инквизитор? У тебя даже удостоверение есть, – не удержалась от шпильки я.

– Не напоминай, – фыркнул Лис. – До сих пор недоумеваю, как я во все это ввязался.

– Только не говори, что жалеешь? – в шутливой манере произнесла я.

– Нет, – со всей серьезностью отозвался он. – Что два года назад, что два месяца, что сейчас… – это был сознательный выбор.

Сердце глухо ударилось в груди, а потом застучало быстрее.

– Сейчас? – переспросила я.

– Пойдем, сама увидишь, – вновь ушел от ответа Лис и потянул меня за собой. – В общем, дом строили после второй мировой, а времена тогда были смутные, у инквизиторов хватало хлопот и помимо того, чтобы со всякими духами разбираться. Тем более что этот сидит тихо и ниже двадцать шестого не спускается.

Вторая мировая коснулась не только обычных людей, одаренные и сверхъестественные существа тоже принимали участия в тех драматических событиях. Некоторые сражались друг с другом, поддерживая одну из противоборствующих сторон, а другие преследовали собственные интересы и творили всевозможные бесчинства. Это были действительно темные времена, о события тех лет в Инквизиции вспоминать не любили.

– Жертвы были? В смысле здешний дух на людей нападал?

– Точно не в последние годы. Местные знают об опасности и на верхние этажи без особой надобности не суются. Вон, даже решетку поставили. Хотя есть легенда, что здесь умер какой-то электрик. А кто-то говорит, что это и есть призрак электрика. Как оно на самом деле, уже не узнаешь.

– Откуда ты вообще узнал про духа?

– Помнишь, я пару недель назад работал под прикрытием?

Кивнула.

– Мне пришлось притвориться гадалкой, жить в ее квартире. Которая, к слову, была в этом корпусе, только на пятом этаже.

Вновь кивнула. Что-то такое я припоминала. Инквизиция теперь привлекала к работе кумихо, когда требовалось принять облик другого человека… или нечеловека. Деталей операции я не знала. Но вроде Лис помог поймать одну из постоянных клиенток гадалки – некую ведунью, которая продавала приворотные зелья обычным людям. Потом парень еще ворчал, что ему двое суток пришлось «жить в теле» древней бабки и вообще он весь пропах старостью. Больше всего Су Хен не любил «влезать» в женскую шкуру, а тут еще пришлось безвылазно сидеть в доме старушки и пользоваться ее вещами. Надо ли говорить, что для Лиса это оказалось непростым испытанием?

– Ты же знаешь, я не могу не исследовать местность вокруг своего жилища, пусть даже оно и временное. Вот и нашел, – с некоторым самодовольством изрек Су Хен.

– Лис, а может, ну этого духа, а? – робко спросила я. – Вызовем наших.

– Не волнуйся. Мы и сами справимся.

В отличие от Су Хена, уверенности я совсем не чувствовала, ибо потусторонних тварей до сих пор опасалась и по своей воле в такое место не полезла бы. Тем более без подготовки! И вообще я библиотекарь, а не специалист по борьбе со злокозненными духами.

– Если тебе дух покоя не дает, почему сам не разобрался? Ты же можешь, я знаю. Твой веер идеальное оружие против подобных тварей!

Я хорошо помнила, как один росчерк красного веера отправлял жутких вонгви в небытие.

– Дух старый, высшего порядка, – терпеливо пояснил Лис. – Не обычный вонгви. Я ранил его, но… нужно заклинание, чтобы окончательно упокоить. А это, как понимаешь, мне не по силам.

– То есть он еще и в ярости?.. – еле слышно пробормотала.

Кумихо, конечно же, мои слова услышал:

– Не бойся, Алиса. Я прикрою, ты же знаешь.

Медленно кивнула. А что еще оставалось?.. Я знала, что могу рассчитывать на Су Хена, и он прикроет мне спину. Но все равно ситуация вырисовывалась ненормальная. Пообещала себе, что серьезно поговорю с парнем. Но лучше это делать, когда все закончится, и в другой обстановке, смотря глаза в глаза, а не в тревожной кромешной темноте.

Лис распахнул дверь, и я зажмурилась от яркого света. Через мгновение, проморгавшись, поняла, что свет не такой уж и яркий. Просто глаза привыкли к темноте, я уже и забыла, что на улице день.

Огромное помещение совершенно не использовалось и, кажется, осталось в первозданном после строительства виде. Бетонные потолок и пол, лишенные всякой отделки стены, даже строительный мусор остался – куски бетона и кирпича, прутья арматуры.

Меня, как магнитом, потянуло к огромному окну. Я сделала пару шагов, а затем спохватилась и остановилась, обернулась к парню. Он смотрел с меня довольной улыбкой.

– А можно?.. – указала в сторону окна, которое так и манило.

– Духа еще нужно выманить. На меня он тоже не сразу набросился.

С двадцать шестого этажа открывался потрясающий вид на город. Только теперь я воистину поняла значение фразы «захватило дух от восторга».

Из окна был виден весь центр. Башни и зубчатые стены Кремля, колокольня Ивана Великого и древние храмы, парк Зарядье, набережная Москва-реки и Яузы, мосты… а вдалеке виднелись колоссы Москва-Сити и очертания других знаменитых высоток. Книгохранилище «Ленинки» я тоже разглядела. Снегопад закончился, с неба падали лишь одинокие пушистые снежинки, делая вид по-настоящему сказочным…

Вдруг я почувствовала вибрацию пола, раздался зловещий грохот и скрежет металла по камню. Медленно обернулась. Сердце ухнуло в пятки и испуганно забилось. То, что я приняла за строительный мусор, стремительно собиралось в кучу, в которой формировался каменно-стальной монстр. Создание напоминало гигантского паука, разве что ног из прутьев арматуры оказалось больше восьми.

– Вееедьмааа!.. – проскрежетала тварь.

Между мной и монстром в боевой стойке замер Су Хен. В правой руке он сжимал красный боевой веер. Когда успел его выхватить из-за ременной петли за спиной, я не заметила.

– Надо было предупредить, что он такой! – воскликнула я.

– Он не был таким. Обычный бестелесный дух. Просто сильный, – быстро ответил Лис. Вокруг кумихо взметнулось пламя лисьих хвостов.

– Это не дух и не призрак. Это аномалия!

Я судорожно пыталась вспомнить подходящее заклинание. В голове, как назло, было пусто – только формула, которой можно упокоить обыкновенных призраков.

– Ащщ!.. – прошипел Су Хен, пятясь.

Переплела особым образом пальцы и выдохнула формулу. Железобетонная аномалия будто не заметила заклинание. Монстр атаковал со скоростью, которой никак нельзя было ожидать от столь громоздкого создания. Выставив передние ноги-прутья, словно копья, он бросился на Лиса.

– Беги!!! – закричал Су Хен. – Вызывай наших!

Кумихо прогнулся, уклоняясь от прутьев-ног, и ударил сложенным веером. И вновь никакого эффекта. Тогда Лис отшвырнул бесполезный веер и бросился на тварь. Вот только, я понимала, все бесполезно – клыки и когти кумихо не способны причинить вред монстру из камня и стали.

– Алиса, беги!

Он мог лишь попытаться задержать аномалию, выиграть для меня немного времени. Вот только я не могла сбежать и бросить парня одного. Да и ноги словно приросли к полу.

Нам обоим из ловушки не выбраться. Лису до прихода помощи не продержаться. Справиться с аномалией могла только я. Не зря же Швецов постоянно говорил, что я сильная ведьма. Пусть недоученная, но… за последние месяцы я узнала немало боевых заклинаний. Не хотела снова почувствовать себя слабой и уязвимой, даже если у меня есть девятихвостый защитник.

Либо мы справимся с напастью вместе. Либо вместе погибнем.

Закрыла глаза. Приказала себе отрешиться от схватки. Не видеть, не вздрагивать от страха, не переживать за Лиса. Принялась рыться в глубинах памяти, хладнокровно перебирая формулы энергетических конструкций.

Не то. Нет, не подойдет. Не это. Не поможет. Разве что оно…

Распахнула глаза.

– В сторону! – скомандовала я.

Лис послушался беспрекословно.

Железобетонная аномалия со всех прутьев-ног устремилась ко мне…

Быстрым речитативом начала произносить заклинание, удерживая в руках растущую ледяную сферу. А затем швырнула в тварь шар запредельного холода. В мгновение ока аномалию сковало льдом. Задние ноги-прутья подломились, и она рухнула на пол. Я ударила силовым молотом, обращая хрупкий, после экстремальной заморозки металл и камень в пыль. Пол под ногами задрожал, кажется, само здание пошатнулось. Следом я произнесла еще одно заклинание, которое должно было отправить сознание твари, если оно у нее действительно имелось, в потусторонний мир.

В трех шагах от меня в перекрытии зияла дыра. Я подошла к краю, заглянула вниз. Лифтовое машинное отделение тонким слоем покрывала строительная пыль вперемешку со льдом.

Все было кончено.

Тихонько выдохнула, изо рта вырвалось облачко пара. Температура вокруг упала явно ниже нуля. По помещению, словно перья, летали снежинки.

Меня начала бить дрожь. То ли от холода. То ли от нервного напряжения.

Надо бы произнести еще одно заклинание, чтобы согреться, но я даже на ногах держалась с трудом.

Лис обнял меня со спины, пристроил подбородок на плече.

– Прости, – шепнул он.

Вывернулась из его объятий. И откуда только силы взялись?

– Идиот. Придурок. О чем ты думал? Ты же мог погибнуть. Мы могли… – захлебываясь слезами, я била его по груди.

Он не пытался меня остановить или уклониться. А потом принялся нежно целовать щеки, губы, подборок, собирая губами слезинки.

– Прости, Лисенок. Я должен был подумать… Но так не хотел испортить сюрприз.

– Хороший сюрприз, ничего скажешь, – пробормотала я, отстраняясь.

Обхватила себя руками за плечи и отвернулась к окну.

– Прости, – повторил Лис. – Что-то слишком часто я стал просить у тебя прощение, – он усмехнулся. – Я увидел возможность. Уцепился за нее. Но не просчитал последствия.

– Как и всегда, – пробормотала я.

– Да, планирование – не сильная моя сторона.

– Определенно.

Потихоньку приходила в себя. Во мне зрело понимание, что несколько минут назад я больше испугалась не за себя, а за Су Хена.

– Ты не ранен? – спросила, тревожно вглядываясь в любимые черты. На щеке засохшая кровь, рукав кожаной куртки порван и брюки, кажется, тоже.

– Пара ссадин, – пожал плечами он. – Все уже зажило.

Да, кумихо живучий. А еще быстрый и ловкий, если бы не я, он бы не подставился под удар, сразу сбежал. Несколько минут назад Лис был готов умереть, но не подпустить аномалию ко мне.

На глаза снова навернулись слезы.

– Придурок… – прошептала я и отвернулась к окну.

Он накинул свою куртку мне на плечи, а затем вдруг спросил:

– Алиса, а ты бы хотела здесь жить?

– Здесь?.. В смысле, в этом доме?

– Да.

– Не думаю, что мы потянем, – сухо произнесла я.

В душе начинало подниматься раздражение, я не понимала к чему этот разговор. Если он так решил меня отвлечь, то дурная затея.

– Потянем. Я уже выкупил этот этаж.

– Как выкупил? – Резко обернулась к парню.

– У меня были кое-какие сбережения, – улыбнулся он.

– То есть все это твое? – Обвела рукой вокруг.

– Нет, – покачал головой Су Хен, – твое. Но, если тебе не нравится, можешь продать. Теперь, когда аномалии нет, цена вырастет.

– Подожди, что значит, я могу продать? – нахмурилась.

– Я оформил собственность на твое имя. Весь этаж принадлежит тебе. Конечно, лифт ходит только до двадцать четвертого, а в ремонт и обустройство жилища придется прилично вложиться, но…

– Лис, ты с ума сошел?!

– Определенно, с тех пор, как встретил тебя.

Я другими глазами взглянула на помещение. Да, это был технический заброшенный этаж, но его вполне можно превратить в просторное уютное жилище. Теперь стало понятно, почему Су Хен не хотел смотреть квартиры, почему ни один из предложенных вариантов у него не вызвал ни малейшего энтузиазма.

Он и правда сделал мне сюрприз.

– Так тебе нравится? – вскинул бровь он.

И я поняла, за напускной бравадой и наглостью скрывались неуверенность и страх, насколько эти чувства вообще свойственны Лису. Ему тоже было сложно решиться на такой шаг.

А еще он вовсе не был уверен, что мне понравится квартира. Но, одновременно, не мог отказать себе в том, чтобы сделать красивый жест. Он знал, если бы показал это место раньше, я нашла бы миллион причин его не покупать. Потому что, даже несмотря на аномалию, целый этаж стоил дорого, потому что чувствовала бы себя неловко.

– Да, – выдохнула я и ничуть не слукавила.

Мне нравилась просторная светлая квартира, нравился вид из окна и сам овеянный легендами дом. А еще этот поступок подчеркивал глубину чувств Су Хена и серьезность его намерений в отношении меня. Впрочем, разве иначе он бы охранял меня тайно два предыдущих года?

– Значит, ты решил остаться здесь? – поддавшись порыву, спросила я. – Не вернешься в Корею?

На миг в его глазах отразилось сомнение, а потом Лис уверенно произнес:

– Когда-нибудь, возможно… я покажу тебе Страну утренней свежести[1]. Но там у меня нет дома, а здесь теперь есть.

От его слов сделалось тепло на душе, и я поняла, что улыбаюсь. А затем, посерьезнев, сказала:

– Пообещай, что больше никогда не будешь делать таких сюрпризов.

Кумихо кивнул, потом покачал головой и развел руками.

– Ты ведь знаешь, я не могу этого пообещать.

Я беззвучно расхохоталась. Лис в своем репертуаре.

– Могу только гарантировать, что буду любить тебя, пока дышу. Буду защищать. Сделаю все, чтобы ты была счастлива.

– Лис… – выдохнула я, ошарашенная признанием. – Я тоже люблю тебя.

Все сомнения окончательно улетучились. Я хотела быть с этим ненормальным парнем, остальное значения не имело.

Он притянул меня к себе и нежно завладел губами. Легко подхватил и посадил меня на подоконник. Обжигая горячим дыханием, поцеловал мочку уха, шею… Его пальцы пробежали по спине, лаская.

Я затрепетала, задрожала от прикосновений. Холодно мне больше не было. Я таяла…

– Не здесь… – прошептала я.

Су Хен нехотя отстранился.

– Ко мне?.. – хрипло спросил он.

– Тогда опоздаем на ужин, – с сожалением, произнесла я.

– Ащщ… Еще и ужин. Совсем забыл.

– Постарайся понравиться моему папе, – улыбнулась я, поправляя блузку.

С чашкой ароматного чая в руках я замерла у двери.

Кухня у нас крохотная, всего четыре в небольшим квадратных метра, так что три человека за столом размещались с трудом. А сейчас на моем табурете вальяжно развалилась Василиса. Черная кошка ластилась к Су Хену, а он лениво поглаживал ее, почесывал за ушками. Я видела, как между пальцами Лиса и шкуркой фамильяра то и дело вспыхивали искорки – Васька довольно урчала, когда кумихо делился с ней с энергией.

Последние дни я ходила сама не своя – боялась, как папа примет моего экзотического парня. Все это время Степан Скворцов в отношении Су Хена был настроен весьма скептически. Конечно, он горел желанием познакомиться с ухажером дочери и радовался, что у меня завязались какие-то отношения, но сомневался в их нормальности – потому как Су Хен, по его представлению, на нормального парня не тянул. И это я еще не рассказала, как Лис подставил меня два года назад. Но видимо папе хватило и того, что он про парня узнал, чтобы сделать выводы.

– Ты ведь не простой человек, я прав? – прищурившись, спросил Степан Скворцов, когда с приветствиями и, так сказать, официальным знакомством было покончено.

– Не волнуйтесь, я смогу ее защитить.

Отец усмехнулся и покачал головой, а потом со всей серьезностью произнес:

– Главное, чтобы и ты ее не обидел.

Ли Су Хен выдержал его взгляд, а потом ответил:

– Я очень постараюсь.

Этим вечером Лис вновь меня удивил. Я не раз замечала, как наглый самоуверенный парень умело очаровывал и располагал к себе людей. Но почему-то думала, что с папой этот фокус не пройдет, вот только я ошибалась – Степан Скворцов тоже пал жертвой обаяния кумихо. А возможно, его подкупила искренность Су Хена и то, как мы друг на друга смотрели. Ну и дикарка-Василиса определенно свою лепту внесла – она сразу показала старому хозяину дома, что мой парень ей по нраву.

И вот уже второй час Ли Су Хен и Степан Скворцов сидели друг напротив друга за столом на крохотной кухне и говорили про жизнь. Одна тема сменяла другую, но, как ни странно, представители разных поколений и различных культур легко нашли общий язык.

За окном давно стемнело. Я в беседе особого участия не принимала, но с интересом прислушивалась, тихонько пила чай и улыбалась. На душе царило странное умиротворение. Наверное, так и ощущалось счастье?

Во мне зрела уверенность, что меня ждет замечательный новый год, притом не только праздник, а все недавние тревоги и сомнения теперь казались глупыми и надуманными.

Любовь – это тоже аномалия. Нередко отношения противоречат всякой логике, а люди жертвуют своим временем, увлечениями, принципами, чтобы быть вместе.

Пока мы живем в России. А потом видно будет. Жизнь длинная.

У нас все получится, пока мы любим, ценим и уважаем друг друга. Неважно, простые мы люди или нет – над отношениями нужно работать.

Да, просто не будет. Скучно, впрочем, тоже.

Примечание автора: Корею иначе называют Страной утренней свежести.