— Кха-кха! — я поперхнулась слюной.

Сидящий рядом громила в куртке поднял и опустил руку, смущённо потупившись.

Вздрогнув, я вынуждено натянула вежливую улыбку и перевела взгляд в зал: танцпол в районе Тобо был забит до отказа. Громкая электронная музыка отбивала ритм, пищалки хрипели, басы заставляли дрожать всё в помещении. Мой клиент и я — хостес этого клуба — сидели в небольшом алькове на полукруглом диванчике из кричаще красного латекса и молча дожидались окончания нашего свидания.

Угрюмый парень непонятного возраста в куртке, которую напрочь отказывался снимать, сверлил взглядом полупустой стакан, стоящий на столике.

Из необычного — у моего регулярного клиента, оставляющего щедрые чаевые, рассечена губа слева в углу рта, а справа под глазом виднеется шрам. Похож на царапину, которая не проходит уже год. Уже ровно год этот парень заглядывает ко мне в хост-клуб: приходит раз в неделю, сидит рядом, пьёт и молчит.

Любая попытка разговорить его заканчивалась неудачей, поэтому сегодня я даже не пыталась ничего сделать. Уставилась на экран, где танцевала в окружении неоновых огней ЭмДжи — звезда межгалактического Анинета. Она уже умерла, но её голографическая модель, созданная программой, продолжала маячить на экранах любых информационных устройств, наверняка зарабатывая немаленькие деньги правообладателям из продюсерской фирмы «МаЁс».

Весёлая музыка струилась по залу — толпа двигалась в такт: кто-то подпрыгивал на месте от удовольствия или из-за адреналина, попробуй разбери. А я в который раз припомнила слова Брюменза о моей бесполезности.

Это был наш последний разговор, прежде чем меня вышвырнули из его компании. И ладно бы проблема была только в этом. В сети расползлись слухи, будто это я причастна к смерти ЭмДжи.

Нетизены, жители просторов анимированной сети, быстро сделали выводы и принялись восстанавливать справедливость в их понимании. Меня преследовали долго, упорно, методично. Я много раз переезжала, не могла найти постоянное место работы. Влезла в долги, чтобы сделать пластическую операцию, а точнее две. И вот теперь я здесь, на отшибе жизни, ещё пока неузнанная никем, что меня полностью устраивало. Лишь один момент не давал мне покоя — сталкер, который сидел рядом со мной.

Будто мысли мои прочтя, плечистый парень шевельнулся, и я вздрогнула, прогоняя прочь неприятные мысли. Он открыл было рот, что-то сказать, — посмотрела в его сторону в предвкушении.

Что?

Что он сейчас скажет?

Спросит про моё сходство с ЭмДжи? Неужели я по-прежнему похожа?

Прогнала страх поскорее и заставила себя выглядеть дружелюбно, ведь это моя работа. Старший увидит — уволит без объяснений!

Тем временем гость снова закрыл рот. На вид моему клиенту было лет двадцать пять. Может, больше. Во всяком случае до тридцати точно.

Неожиданно потух свет.

Я почувствовала руки на моих плечах. Ох! Сжалась в комок, но тотчас услышала:

— Пробки выбило, наверное. Сейчас включат. Не бойся.

Удивительно, я впервые услышала его голос: низкий, вибрирующий, приятный…

Нет, нельзя так думать. Он лишь клиент.

Повела плечами, как бы намекая, что не нужно меня трогать. Он убрал руки и оказался прав, кстати. Свет быстро включили.

Но тут меня ждало неприятное открытие — я заметила Старшего. Он смотрел в мою сторону немигающим взором поверх хамелеоновых очков. Окуляры переливались разными цветами и интересно играли под действием софитов, но у меня они лишь вызывали неприятную реакцию, потому что я частенько видела их в его руках, когда опускала взгляд во время очередной выволочки. Да, я неуклюжая. А всему виной операция, которую я вынужденно пережила.

Я поджала губы поспешила затолкать подальше призраки прошлого, которые приносили только боль в сухом остатке. Нельзя. Потому что очень страшно вспоминать. Руки этой свиньи Брюменза особенно!

Воспоминания быстро развеялись, едва я увидела, как мой молчаливый клиент собрался уходить.

Вот же...

Я должна ему улыбнуться и проводить. Подскочила на ноги и снова грохнулась прямо на пол — боль пробежалась по мышцам до самых плеч.

— Ай! — тихонько взвыла я.

— Флор! — крикнул Старший, якобы улыбаясь. Вот только его строгий взгляд не предвещал мне ничего хорошего. — Живо ко мне в кабинет!

В горле пересохло. Я облизала губы, слыша краем уха, как диджей электронным голосом говорит извинения, мол, вечеринка окончена. Моя, видимо, тоже. Во всех смыслах.

Тёплые руки неожиданно приобняли за талию и помогли мне встать.

— Проблемы? — спросил тот самый клиент.

Да уж. По моему внешнему виду так и не скажешь? Я — ходячая проблема, куда ни глянь: худая, невысокая, немного смазливая. Мне было уже двадцать шесть, но профессию я получить не успела, потому что, едва выиграв первые кастинги, воспылала надеждой взобраться наверх, стать звездой экстра-класса.

Ага. Мечтать не вредно. Точнее, не так. Вредно и даже очень — испытано на себе.

Моя задумчивость была воспринята по-своему, клиент убрал руки, угрюмо ссутулился и потопал на выход. А я так и не успела его поблагодарить. Стояла и дрожала, как пёрышко на ветру. Эх. И когда же я перестану бояться каждого шороха? Когда я наконец приду в норму и перестану ожидать нападения чокнутых фанатов ЭмДжи из каждого угла? Из каждого экрана, каждого сетройства?

— Флория! — подгонял меня Старший. — Подойди.

Вдох-выдох, и я отправилась навстречу своему увольнению. Почему-то была уверена в этом на все сто. Я будто чувствовала, что долго здесь не задержусь и жила в ожидании, когда же меня вышвырнут на улицу.

Осталось только собрать волю в кулак и терпеливо выслушать все претензии, чтобы наконец отправиться восвояси в третьем часу ночи, чуть раньше положенного. Хоть в чём-то повезло, смогу поспать подольше.

Я приободрилась этой мыслью и наконец улыбнулась, пропуская вперёд очередного посетителя, спешащего на выход. Жаль, не могу так же взять и просто уйти. Нет. Мне надо ещё получить расчёт, а поэтому буду терпеть и молчаливо слушать.

Небольшая каморка старшего по залу вмещала пульт слежения, один стул и бойлер с водой. Вот и всё. Остальное место, считай, было отведено под залы хост-клуба.

Гардеробные хостес тоже, кстати, пространством не изобиловали и располагались на нулевом этаже. Ряды шкафчиков и скамейка посередине — роскошь, отведённая одновременно для мужчин и женщин. Как хочешь, так и крутись. А мне с моими проблемными коленями — настоящее мучение. Первое время я пробовала переодеваться здесь, как и все, но после двух дней забила и стала ходить в рабочих нарядах домой, просто надевала поверх серебристого боди-комбинезона куртку, майку, штаны или шорты, по погоде.

— Ты.

Начало выволочки было многообещающим. Как правило, Старший долго сверлил взглядом, но я быстро привыкла к этому и не поднимала глаз в его присутствии, чтобы лишний раз не нервничать.

— Ты думаешь головой хоть иногда?

Очередное привычное обвинение. Пока ничего нового, а значит, не больно. Молчу и киваю или мотаю головой в знак отрицания. Не даю лишнего повода прицепиться и развить тему.

В принципе, может быть, пронесёт? Не уволят?

Послышался громкий вздох, и линейный руководитель нашего зала приступил, образно говоря, к поеданию моего мозга ложечкой, потому что дальше опять начались беспочвенные обвинения и моральный прессинг.

— Ведёшь себя как королева!

Откуда он берёт подобное — мне совершенно не понятно. Почему? Не в первый раз меня уже обвиняют в этом, но за что? Я более замкнутая и молчаливая, чем остальные?

— Свет выключили, потом опять включили. Я же специально посмотрел в твою сторону, а ты взяла и оттолкнула от себя клиента. Зачем? Неужели он такой урод? Да многие хостес мечтают заполучить себе такого щедрого постоянного клиента. Знаешь, сколько он уже спустил денег на встречи с тобой? Посчитай-ка, а?

Я пожала плечами. Никого я не завлекала. Никого. А его и подавно. Огромный, молчаливый, угрюмый. Он меня пугал почти до заикания. Но сказать об этом, конечно же, нельзя. Вылечу отсюда, как воздух из нагнетателя.

— Не молчи, ответь!

Отрицательно помотала головой.

— Да ладно, ты его оттолкнула! Этот бедняга год набирался смелости, чтобы к тебе прикоснуться. А ты его, считай, прогнала. Всё, дорогуша. Ты мне уже в печёнках сидишь. Я держал тебя чисто из-за него и стабильного дохода от ещё нескольких клиентов. Но больше не вижу смысла, потому что такое ни один гик не вытерпит и возненавидит тебя до яростного приступа, слышишь?

— Что… нет же… — попыталась оправдаться я. Да и какой из него гик? Быть не может? Но мысли в голове сталкивались и язык словно узлом завязался. Что мне ему ответить? Как оправдаться?

— Неуклюжесть твоя, опять же.

Старший быстро клацал пальцами по проекции кнопок на панели.

— Вот, смотри сама. Раз, два, три… Дальше двадцать пятого падения за неделю я уже считать не стал. Настроил бота. И знаешь, был крайне удивлён, узнав количество твоих падений: пятьдесят два раза. Пятьдесят два!

Я перешла на шёпот, едва начальник начал повышать голос:

— Это всё операция, я при трудоустройстве указывала в анкете.

Поскорее бы уже он меня уволил и отпустил. Хоть и будет потом сложно искать работу, но сейчас я мечтала лишь об одном — выйти отсюда наконец.

— Ты могла бы получить шикарные премиальные. Эх…

— Но ведь нам не положено предоставлять, скажем так, интимные услуги клиентам. В правилах прописано.

Не знаю, чем думала, когда возражала, потому что его следующие слова произвели на меня неизгладимое впечатление о его и без того паскудной личности.

— Задача хостес — делать клиентов довольными, слышишь меня? «Довольными» и «удовольствие» — слова однокоренные. Читай между строк, дорогуша. Законом, конечно, запрещено легализовать подобный вид заработка. Но ты представляешь, какой это куш, чтобы оставлять его без присмотра?

Немного помолчав, он махнул рукой и пригвоздил:

— На полный расчёт при увольнении не надейся. Я подбил циферки за всю разбитую посуду, пропущенные смены и прочие штрафы, максимум тебе заплатят за половину недели. Всё, иди. Завтра можешь не приходить. Твой мастер-пароль от служебного выхода перестанет действовать через час, так что не задерживайся и живей собирай манатки. Всё, свали. Сил моих больше нет терпеть твою нерасторопность, надменность и непроходимую тупость. Это же надо, иметь такую высокую самооценку при подобных недостатках?

Да где высокая?!

Я подняла взгляд и прикусила губу до боли, чтобы не высказать ему всё, что думаю о нём. Наверняка, он этого и добивается — лишь бы оштрафовать в очередной раз.

Нет. В этот раз я тоже стерплю. Не впервой. Спешно обернулась и ухватилась за ручку двери. Колени больно укололо — плевать. Сейчас не до них.

На всё плевать! Лишь бы поскорее покинуть этот гадюшник!

— На твоём месте я бы снял корону и поискал себе папика, чтобы жить припеваючи.

Тебя не спросила! Генератор советов хренов. Послать бы его в червоточину, чтобы сразу и с концами расщепило на атомы. И не слышать этот противный, гнусавый, притворно дружелюбный голос. Хуже всего, когда слышишь оскорбления вежливым тоном. В голове случается настоящий диссонанс. Помню, после первого разноса закидывалась обезболивающим, потому что мир перед глазами плыл, до дома не дойти.

Этот раз я перенесла даже более стоически, без лишних нервов. Вот если бы можно было послать его по точному адресу, высказать всё прямо в лицо, — было бы вообще замечательно. Но за неимением этого, обычно дома я лупила ракеткой по виртуальному мячу, играя в киберсквош.

Жаль, у меня сейчас нет денег на абонемент игрового аккаунта — приходилось экономить и не шиковать. Да и откуда взять время на игры? Выспаться бы да наесться до отвала. Ведь даже после калорийной вроде бы еды голод возвращается слишком быстро.

Призадумалась, вспоминая, когда последний раз заказывала белковую сыворотку и витаминный премикс. Каких-то двести лет тому назад подобное подмешивали животным в еду в виде разных подкормок. Но с недавних пор выпустили линейку продукции и для людей. Наверняка, намекали тем самым, что мы — самые настоящие животные.

С другой стороны, очень сытно и удобно. Вот только даже эти пищевые добавки из-за бешеного спроса быстро подорожали. Ладно, прорвёмся. Если мне заплатят за половину недели — на питание точно хватит. Вот на оплату коммуналки и аренды…

Так, не время заниматься глупостями — рефлексировать на ровном месте. Выкинула из головы лишние мысли и пошла собирать вещи. У меня меньше часа, чтобы покинуть здание. Это сейчас самое главное.

Моё возвращение домой по тёмным улицам купольного города «Хадо-29» в этот раз было непривычным. Колени ныли сильнее обычного. Верхняя иллюминация — проекция небосвода — неприятно сверкала до рези в глазах, лучше бы вообще отключили. Иначе не понимаю, зачем создавать ложный эффект открытой местности? Ради людей с клаустрофобией? Таких смельчаков пойди найди в купольных городах.

Вздохнула.

Старший не соврал, мне заплатили только за три с половиной дня и добавили туда чаевые, оставленные странным поклонником в куртке. Поёжилась и огляделась по сторонам, таращась на серые коробки из бетона, пластика и стекла — минимум красоты, максимум функциональности. Казалось бы, в этом районе обеспеченных людей (окраине богатого квартала) было что-то от захолустья. Мусорные контейнеры такие же. В богатых домах для отходов в здании были предусмотрены помещения с вытяжками, а тут зелёные баки стояли сбоку от проезжей части.

Гул от верхней скоростной трассы и нескольких эстакад, ведущих к ней, отвлёк моё внимание на себя. Я зазевалась — подняла голову и споткнулась в очередной раз.

— Ай… — взвыла тихонько, теряя равновесие. Поэтому вынужденно ухватилась за мусорный бак, рядом с которым шла. Поморщилась от отвращения.

Надо было выйти из клуба через парадный вход, там улица поприличнее. Но так быстрее до станции маглева.

Оттряхнула руки и встала ровнее. А заодно помянула Брюменза неласковыми словами. Никогда не перестану ненавидеть того, кто меня изуродовал и обрёк на вечные страдания из-за больных коленей. Ненавижу. Хоть и не должна, сама виновата. Но что было с меня взять? Молодая. Неопытная. Откуда мне было знать, что жизнь совершит подобные кульбиты? Я же была ослеплена жаждой успеха.

Мусоровоз вырулил из-за угла позади меня, и я услышала свист.

— О!..

— Кто тут у нас?

Двое мужчин в серой робе сошли с плоской подножки позади контейнера и ускорились в мою сторону.

— Эй, Вифт, тормози. Мы тут задержимся.

Я обомлела от страха, глядя на этих уродов, которые уставились на меня плотоядно, а один даже язык высунул.

— Что? Убегать не будешь?

— Погляди-ка, в чём она? Для нас вырядилась, а?

Я только сейчас поняла, что не успела переодеться, точнее, накинуть поверх бодика рубашку и натянуть шорты. Разговор со Старшим выбил из колеи.

— Эй! Чего молчишь? Немая? — первый урод, высокая шпала, сильнее высунул язык изо рта и начал кривляться. — Крошка, ты нас ждала, да?

— Кончай трепаться, хватай и зажми ей рот, пока она вой не подняла, — приказывал другой мусорщик.

А я не могла с места сдвинуться. Ноги стали ватными. Сердце в груди бешено колотилось, аж голова закружилась.

— Эй, смотри. Она сейчас в обморок шлёпнется! — ухмыльнулся языкатый первый.

Было бы всё так просто! Но вместо этого осела на пол, собралась в комочек и зажала уши руками, надеясь, что от меня просто отстанут.

«Пожалуйста, идите мимо!» — взмолилась я, зажмурившись. Если закричу —точно ударят.

— Прошу, не троньте, — взмолилась я. — Я больная, вам же хуже будет.

— Больная? — брезгливо переспросил первый.

— Не слушай её, — раскусил меня второй мусорщик, — она врёт. Её бы из купольного города вышвырнули, будь она больная. Заразных тут не держат. Проверки проходит каждый из жителей.

— А, ну да…

Несколько секунд ничего не происходило и я уже отчаянно понадеялась, что меня не тронут. Но вот один из них схватил меня за плечо и толкнул на мусорный бак.

— А-а-а-а! — крикнула я.

Резкая боль обожгла — я ударилась спиной о мусорку.

— Эй, вы!

Из-за угла показался прохожий. Попыталась позвать на помощь, но громкая оплеуха оглушила и сбила с ног. Я упала — в ушах зазвенело, а в глазах замелькала чёрная рябь. Солоноватый вкус крови почуялся во рту, и зубы справа сильно заныли. Я замерла в ожидании нового удара, прикрыв руками голову.

Резкие звуки. Стоны. Шум. И всё это прямо рядом со мной!

Но вопреки ожиданиям новых ударов не последовало. Поэтому, немного осмелев, попыталась сфокусировать взгляд. Пульсация в висках сильно мешала. Мир будто плыл перед глазами, а голова кружилась.

Секунда.

Другая.

Третья…

Как вдруг всё стихло, и я услышала:

— Если бы не она, я бы вас урыл на месте! В бетоне закатал!

Подняла голову и обомлела. Мой спаситель в дутой куртке скрутил первого и отправил его прямо в мусорный бак, тот, что с открытой крышкой. Второй полетел следом лицом вперёд. А я… смущённо уставилась на лужи крови на тротуаре.

Рвота подступила к горлу, и я не выдержала, опустошила желудок прямо под ноги моему спасителю.

Ой, нет…

— Простите… — попросила я.

— Сидите здесь и не высовывайтесь до тех пор, пока мы не уедем. Ясно?!

Резкая интонация незнакомца вызвала дрожь по телу. Ощущение узнавания наконец пришло в моё сознание. Неужели это он? Тот самый поклонник?

— Ты как?

Да, это был он. Мой сегодняшний клиент из хостклуба присел на корточки рядом. Его угрюмый вид по-прежнему пугал, ничего не могла с собой поделать. Мне были неясны его мотивы, но во всяком случае он меня спас.

Ответить не успела, а он аккуратно собрал меня в охапку и поднял на руки.

— Извини, пожалуйста, и потерпи меня немного. Я скоро тебя отпущу.

Страх теперь уже перед ним всколыхнулся с новой силой. Куда он меня несёт и что ему нужно? Почему водитель мусоровоза остался в кабине? Что происходит?

— Куда мы? — через боль спросила я.

А в ответ тишина. Сомнение отразилось на его лице — он поджал губы.

— Я бы мог подвезти тебя домой.

И тогда он узнает, где я живу?

Нет! Нельзя!

В висках кольнуло — сознание помутилось. Нельзя сейчас волноваться, нельзя!

— Молчишь? Боишься меня, да?

Черная рябь опять, и дыхание сбилось. Что сказать? Что?

Его последующие слова добивали остатки моего сознания:

— Не хочешь к себе домой, можем поехать ко мне, чтобы…

Мутная картинка перед глазами окончательно померкла, и я отрубилась. Одна лишь мысль пролетела в голове напоследок: «Так он правда озабоченный гик?», ускоряя сердцебиение до критической отметки.

Разные звуки то и дело проникали в мой мозг, но мне совершенно не хотелось просыпаться. Чудилось, будто я сплю у себя дома, а соседка снизу опять включила песни ЭмДжи, чтобы меня позлить.

Знаю их наизусть и даже умею играть на Ви-пульте большую часть из её хитов. Но кому до этого какое дело? Я уже давно покинула продюсерскую компанию и должна была поскорее очистить голову от ненужных знаний и воспоминаний. Особенно встречу перед увольнением.

Поморщилась от отвращения, стараясь прогнать подальше фривольные сцены.

Неужели эти воспоминания будут преследовать меня всю оставшуюся жизнь? Как бы так аккуратно стукнуться головой, чтобы заработать частичную амнезию? Частенько о таком мечтала после посещения Анинета и прочтения комментариев о себе и ЭмДжи.

Хейтеры не скупились на эпитеты и обвинения, будто я обидела их лично. Лично пришла и плюнула каждому в лицо, настолько едкие были высказывания.

Но вот звуки стихли и в ноздри ударил резкий спиртуозный запах.

— Эй, — услышала я тихое.

Щеку защипало, и я изумлённо открыла глаза. Первым делом заметила чужую руку. Нет. Лапищу!

Открыла и закрыла рот, не решаясь сказать какую-нибудь банальность. Молча уставилась на парня. Или всё же мужчину? Он сидел прямо предо мной на корточках. А я была на диване и хлопала глазами, абсолютно не понимая, как тут очутилась и кто он.

— Ты…

— Я не знаю, где ты живёшь, — оправдался он, — поэтому привёз тебя к себе.

Отложив ватный диск в сторону, он протянул мне пластиковую длинную и круглую в основании штуковину. Тяжёлую. Два металлических штырька выглядывали с одного краю.

— Парализатор, — пояснил парень, — чтобы тебе было спокойнее… Если сочтёшь необходимым, можешь шарахнуть меня им. Но я тебя не трону, обещаю.

Глубокий вдох и короткий кивок. Дёргаться всё равно уже нет смысла, но его поведение немного успокоило, хоть и было по-прежнему боязно находиться рядом. Один его удар в голову, и меня можно сдавать на утилизацию в ближайший крематорий.

— Молчишь?

— А ты? — спросила я. — Почему ты молчал столько времени? Год? Зачем ты ходил ко мне?

Меня прорвало. Возможно, всему виной парализатор у меня в руке? Да, не скрою, он вселял некоторую уверенность. Возможно, зря.

— Прости, но я пока не могу тебе сказать. Не хочу пугать ещё больше.

Парень виновато отвёл взгляд. Ага. Значит, всё-таки его помыслы нечисты? С другой стороны, а у кого они чисты? Я получала деньги и даже чаевые. Не мне жаловаться. Да, он молчал, но я и сама не сильно старалась, лишь пару раз пыталась его разговорить, а потом сдалась.

— Однако теперь, когда мы на твоей территории, ты можешь рассказать о себе хоть что-то?

— Я Джимми Бойд. Зови меня Джим.

— Флория или просто Фло, — представилась я, не сразу припомнив своё новое имя по документам.

Сколько их уже было? Пять? Шесть? Со счету сбилась.

Кивок и он опустил взгляд к моим коленям, где за серебристыми рабочими наколенниками скрывался ужас моей прежней жизни.

— Позволишь?

Джим взялся за один и аккуратно его отстегнул, так и не дождавшись моего ответа, будто заранее получил согласие. Или вопрос — дань вежливости? В любом случае возражать было слишком поздно. Я поджала губы, глядя на синие отёки и безобразные шрамы. Пощупала языком зубы во рту — все на месте. Да и щека вроде бы целая, как и губы.

— Так и знал, — поделился мыслями Бойд. — У тебя центр тяжести смещён и поэтому ты падаешь, да?

Нет, точно не буду рассказывать. Иначе он быстро найдёт взаимосвязь между мной и ЭмДжи. Пластическая операция хоть и сделала мне другое лицо, но внешнее сходство по-прежнему сохранялось. Отдалённое, но есть.

— Я нанесу мазь.

Немного помедлив, Джим встал на ноги и прошёл к встроенным в стену шкафчикам, а я огляделась по сторонам и чуть в голос не присвистнула. Площадь одной только гостиной комнаты была метров тридцать-тридцать пять. Солидно. Я ютилась на двадцати двух квадратах. А тут наверняка ещё и спальня есть, и вон дверь в ванную тоже по другую сторону.

— Мы где?

— В Агио, — охотно ответил Бойд.

— Правительственный квартал?

Теперь я присмотрелась к моему спасителю ещё более тщательно. Высокий, широкоплечий. Он сейчас был без куртки, а черная майка плотно облегала и подчёркивала контуры мощных мышц спины, грудной клетки, торса. Да мешковатые штаны, в которых он неоднократно приходил ко мне в клуб, я уже видела не один раз.

— Нашёл.

Выудив из шкафа мазь, Бойд медленно вернулся ко мне. Показалось ли, но он немного прихрамывал. Снова уселся рядом с диваном и протянул мне тюбик. Взяла его чисто машинально.

— Смотри.

Джим зачем-то расстегнул штанину снизу и продемонстрировал мне биомеханический протез левой ноги.

А…

Так вот откуда познания про центр тяжести и прочее?

Не сказать, что я прониклась к нему тёплыми чувствами от одного осознания, будто наши проблемы схожи. Нет. Но его общество перестало быть дискомфортным точно. Во всяком случае, он не будет смотреть на меня с издёвкой за мою неуклюжесть. Это и подкупало.

— Сама нанесёшь или помочь?

Джим кивнул на мазь в моей руке. Я опомнилась и вернула ему тюбик.

Зачем? Неясно. Вообще, чувствовала себя не в своей тарелке.

— А мои вещи?..

— Они там, в прихожей.

Мой постоянный клиент из клуба указал рукой себе за спину. После, открыв колпачок, он выдавил мазь прямо на кожу колена и аккуратными медленными движениями начал её размазывать. Я с неподдельным удовольствием откинулась назад, на спинку, чувствуя приятную прохладу под его пальцами. Ноющая боль, которая меня никогда не отпускала, немного притупилась. Мышцы расслабились, и я совсем обмякла.

— Очень безграмотная работа, — проворчал Джимми, едва снял другой наколенник. — Тебе меняли коленные чашечки?

— Я была дурой, сама виновата.

Признание вырвалось против воли. Испуганно напряглась и замолчала. Нельзя рассказывать! Он не сознался в том, что ему нужно? Ведь нет? А вдруг он фанат ЭмДжи?

— Скажи, зачем ты меня спас?

— А разве нужен повод?

— Только серьёзно! — запротестовала я. — Ты же не собираешься никуда меня продавать?

Пальцы Бойда дрогнули и надавили на синяк. Я ойкнула.

— Я же сказал, шарахни меня парализатором, если не доверяешь и боишься. Там режим выставлен как раз для моей комплекции. Три секунды, и я в полном отрубе. Пять секунд, и меня откачают только в реанимации. Больше — сама знаешь, что будет. Остановка сердца.

Поняв, какую грозную штуку держу в руках, с отвращением отпихнула её подальше.

— Я просто очень устала от подстав, и мне хочется хоть кому-то верить.

Он немного помолчал. А его последующие слова вызвали тёплое ощущение в груди. Что это? Доверие? Надежда? Неясно.

— Я тебя и пальцем не трону в понятном смысле.

— То есть твоя помощь бескорыстна?

— Нет, не буду врать.

Зато честно.

— Но ты не причинишь мне вреда?

И снова это молчание! Его реакция на мои слова чуть не ввергла меня в пучину отчаянья. А Бойд сильно смутился и отвёл взгляд.

— Сознательно и намеренно я не причиню тебе вреда. Но Флория, ты должна понимать, я могу не рассчитать силу. Вдруг произойдёт что-то непредвиденное? Я не могу давать заведомо ложное обещание. Однако у меня нет ни малейшего желания намеренно причинить тебе вред.

От сердца отлегло. Так вот почему он молчал? Слишком ответственно подошёл к вопросу? Или же есть что-то ещё? Строить догадки не стала. Пока что услышанного было достаточно, чтобы перевести дух.

Стоило только-только расслабиться, как его слова вновь заставили напрячься.

— Ты голодна? Или хочешь вначале помыться?

— Вначале? — насторожилась я. — А что будет после?

— Не понял.

Бойд посмотрел на меня долгим и чересчур серьёзным взглядом, будто не сразу догадался о причине моей обеспокоенности.

— Я не буду к тебе приставать, если ты об этом. Умею держать себя в руках, не переживай.

Вдруг стало стыдно за излишнюю подозрительность. Но что мне ещё оставалось? Он принёс меня сюда. Что-то же ему нужно от меня?

— Если хочешь поспать, я постелю тебе в спальне, а сам лягу на диване.

Но почему он не предложил отвезти меня домой? Этот вариант даже не рассматривается?

— Я здесь в заложниках?

Громкий вздох, и Бойд потянулся к парализатору, снова вложил его мне прямо в руку.

— Мы в Агио, и сейчас раннее утро, скоро начнутся пробки, а ты даже не ела. И после лежания на бетонке у мусорки мне показалось, что ты захочешь помыться, а затем поесть.

Всё. Контрольный в голову. Я виновата, слишком подозрительно себя веду. Но я не могла иначе, после всего, что со мной случилось. Слишком много проблем, слишком много нервов потрачено.

— Я бы предложил тебе выпить, но ты опять можешь расценить это как домогательство, поэтому, если хочешь, я найду тебе одежду и пойду прогуляюсь, дам тебе время, ну, помыться. Еда будет на столе.

— Ой, нет, не надо!

Вначале взяла его за руку, но затем отдёрнула ладонь, вспоминая о мусорном баке, и скривилась от отвращения.

— Да, я не красавец.

Он неправильно расценил моё поведение. Мысленно ругнулась, прежде чем извиниться:

— Руки грязные! Как вспомню про мусорку, так рвота подступает к горлу…

И правда, желудок мой отозвался тупой болью. Бойд, не думая, подхватил меня на руки и спешно отнёс в ванную к раковине, где меня и вырвало в очередной раз за сегодня.

Включила воду и смыла за собой всё, что выплюнула.

— Спасибо, — сдавленно поблагодарила я. Самое большее, на что была способна. — Не уходи из квартиры, не надо. Я тебя не боюсь. Во всяком случае сейчас.

— Хорошо.

Отпустив мою талию, которую придерживал, пока меня рвало, он прочистил горло и вышел в гостиную.

— Принесу чистую одежду, или у тебя есть с собой в рюкзаке?

— Нет, там только рубашка, шорты и так, по мелочи, — ответила ему.

— Тогда сейчас.

Он отправился в спальню, а я прикрыла дверь, залезла в ванный модуль — матовая пластиковая дверка автоматически заехала в пазы.

Всё, можно наконец раздеться и смыть с себя всю эту грязь. Не хватало мне заразиться чем-нибудь и вылететь отсюда. Ведь все жители купольных городов раз в год проходят биотестирование, замеряющее уровень заражения организма различными вирусами и патогенными бактериями. Мне с моей историей — больными ногами и несколькими пластическими операциями, оставившими швы и прочее, о нормальной жизни вовсе можно не мечтать. Ещё одна причина, почему я забралась именно сюда и любыми способами старалась зацепиться за это место.

Мне нельзя уезжать. Дальше будет только хуже. За полтора года моего здесь пребывания я успела обрасти небольшим количеством пожитков, не только вещами первой необходимости. Если меня вышвырнут отсюда, придётся забрать только то, что сумею унести в руках. А могут не допустить обратно в квартиру, запрут в карантине до процедуры депортации.

Страх всколыхнулся с новой силой, и я, не думая ни о чём другом, выдавила гелеобразный состав на ладони и принялась активно им растираться. За те десять минут, что я баловала себя горячими струями, напрочь позабыла обо всём и почувствовала небывалое облегчение, едва смыла завивающий состав для волос. Честно говоря, кожа от него зудела, но для имиджа куколки терпела. Я по часу в день стояла у зеркала, прихорашиваясь. То единственное, что осталось со мной: моя красота. Внешняя. О внутренней говорить не приходилось. Ведь чувствовала себя паршивее некуда. Жизнь снова рушилась, едва я привыкла к некоторой стабильности. Бац, увольнение. Неизвестность пугала до дрожи в поджилках, а неловкость перед Джимми добивала остатки самообладания. Главное, чтобы он не оказался одним из толпы тех чокнутых фанатов ЭмДжи, которые рьяно выслеживали меня, особенно первое время. Никак было от них не скрыться. Никак.

Узнав мой домашний адрес, они в каком-то своём чатике или форуме быстро доносили весть до нужных людей, и те уже приходили ко мне под дверь и делали разные гадости. А некоторые даже поджидали меня в тёмных переулках. Бегать я не могла. Но на моё счастье, меня оба раза спасали прохожие.

Я покачала головой, прогоняя прочь нерадостные мысли.

В ванной царила тишина. Белый пластик, стилизованный под кафель, выглядел чистым, почти новым. Да и в целом отделка квартиры Бойда сообщала, что у него точно есть деньги.

И что?

Что мне с этого? Я подошла к висящим на вешалке майке и рубашке. Оказывается, пока я мылась, Бойд молча зашёл, оставил вещи и вышел. Надо бы его поблагодарить, что ли? Вот только хватит ли ему простого «спасибо»?

Ох! Как же сложно понять ситуацию, в которой я очутилась. Как мне себя вести с ним? Он спокойный, угрюмый, сам почти никогда не начинает разговор, только отвечает на прямые вопросы. Зато старается быть честным и не юлит. Но про цель моего здесь пребывания вряд ли расскажет.

А вдруг он как-то связан с компанией ЭмДжи? Они наконец поняли, как со мной напортачили, и хотят выплатить мне моральную компенсацию?

Ага. Сто раз!

Вздох вырвался непроизвольно. Нет, быть этого не может. Они порвали со мной все связи и перестали отвечать на звонки. Я в одночасье попала в игнор-лист. А электронное письмо красноречиво поясняло мне, какие штрафные санкции они применят, если я начну искать справедливости в масс-медиа.

Натянула майку длиной до колена и накинула поверх мягкую рубашку. Слабый свежий аромат почуялся от ткани. Очень приятный. Улыбка против воли показалась на моих губах. Кем бы ни был Джимми, до сих пор он проявлял заботу обо мне и это немало так подкупало.

Вышла из ванной и оказалась в тишине. В квартире ни звука. И хозяин помещения нигде не наблюдался. Неужели он ушёл?

Сильно его смутила? Или у него появились дела? А может, он в спальне?

Переться туда — не было никакого желания, поэтому просто позвала:

— Джим?

Ни ответа, ни привета.

Хм.

Прихрамывая, подошла к дивану и устроилась поудобнее. Взгляд невольно зацепился за парализатор, который остался лежать на прежнем месте, где я его оставила. Неприятные мысли вновь посетили. А вдруг он сейчас кого-то приведёт? Вдруг это подстава?

Крупная дрожь сотрясла моё тело, но я заставила себя угомониться. Он бы не стал оставлять столь грозное оружие! Он бы забрал его с собой или спрятал. Нет. Он бы не стал подставляться!

Или…

Нерадостный вывод напрашивался сам собой. А если парализатор разряжен или выключен? Вдруг у него вынут аккумулятор и эта дубинка ничего особо опасного из себя не представляет? Разве что по голове долбануть, но в силе и ловкости мне с ним не тягаться.

Прикусила губу и импульсивно нажала на кнопку. Раздался еле слышный щелчок. Синяя искра показалась между штырьками. Испугалась и отбросила от себя грозное оружие. Не хватало ещё саму себя шарахнуть. Дура! А если бы изоляция была нарушена? Я бы могла умереть… Пальцы бы сжало спазмом, и так до самого конца.

Вздохнула, припоминая уроки соседа-электрика, который научил меня нескольким примитивным вещам: как открывать щиток, где что менять и что делать, как обесточить устройство, прежде чем лезть к аккумулятору. Не знаю, что бы делала без его помощи. Жаль, он остался там, в моей прошлой жизни, от которой я убежала.

Тихие шорохи за дверью заставили насторожиться. Бросила взгляд на парализатор и ничего не успела сделать, дверь открылась, и на пороге показался он. Джимми Бойд. В руках он нёс несколько коробок.

— Вышел к постамату, — оправдался зачем-то. — Вот, волосы сушить и ещё комплект белья. И еду купил.

— А… — На большее я была не способна.

Очередной удар по самообладанию не прошёл даром. Стало немного больно от разочарования. Зачем, спрашивается, надумывала себе всякого? Острая необходимость попросить у него прощения заставила произнести это вслух:

— Извини.

— Пустяки, — отмахнулся он, сутулясь. Взгляд отвёл, будто ему было неприятно смотреть в мою сторону.

Ох, точно ведь. Он видит шрамы.

— Да, уродство, — поддакнула я, — но приходится с этим жить.

Бойд изумлённо на меня посмотрел. Обида промелькнула в его взгляде или мне показалось?

— Колени, — я опустила взгляд, — изуродованы.

— А…

Подождите, неужели он подумал, что я это о нём?

— Ох! Бойд, я… — Смущение затопило всё моё сознание. Воздух будто закончился. Я попросту не знала, что сказать! Невероятным усилием взяла себя в руки: — Не подумай ничего плохого. Меньше всего я бы хотела тебя обидеть!

— Брось, — он усмехнулся, — лучше запахнись поплотнее, чтобы не заболеть.

Подойдя ко мне, Джим протянул коробки, две из трёх.

— Место подключения в сеть есть возле тумбы в спальне. А я пока еду разогрею.

Прикусила губу. Спорить не хотелось, как и напрягать ноющие ноги лишним расстоянием. Но пришлось терпеть и молча подчиниться, чтобы не усугублять неловкое положение. Не думаю, что вправе просить ещё хоть о чём-то. И без того нагло пользуюсь его помощью.

«Клиент не всегда знает, что он хочет. И ваша задача — дать ему максимальный спектр эмоций для выбора», — наставления Старшего из хост-клуба, которые он любил повторять из раза в раз, наконец стали понятными. Он завуалированно предлагал нам заняться торговлей собственным телом, не прибегая к прямым формулировкам.

Фыркнула и усмехнулась.

— Что-то не так?

За моей спиной показался Бойд. Напугал! Поэтому споткнулась на ровном месте, входя в комнату. Повезло, он удержал. Вот только сразу же, как я встала ровнее, руки убрал.

— Ничего, просто припомнила последнюю выволочку при увольнении.

Обернулась и признательно ему улыбнулась. В этот раз я не совершала такой оплошности, морально не отстранялась после физического контакта.

— За что?

— Я тебя якобы оттолкнула.

Хоть и было немного неловко, подняла взгляд и встретила молчаливое внимание.

— А ты правда так сделала?

Зачем ему было это знать? Вздохнула и честно призналась:

— Мне просто дискомфортны любые прикосновения, сразу столько плохих воспоминаний. — А немного помолчав, добавила: — Ничего не могу с собой поделать.

— Хочешь сказать, дело не во мне?

Щёки запылали от смущения, и я всё-таки кивнула, хоть была не до конца уверена в этом. Я была ни в чём не уверена. Тем более, когда он стоял так близко, будто нависал надо мной.

— Получается, тебя незаконно уволили? — пришёл к выводу Джим, переводя тему. — Тебе помочь разобраться?

Он стоял близко, не касался. Но даже так я чувствовала его пристальное внимание к моей маленькой персоне.

— Зачем тебе это?

— Если тебе нужна помощь, я помогу.

Его слова совсем не вязались с моим пониманием мира. Почему он это делает, в чём его корыстный интерес? Хочет, чтобы я была ему обязана, а затем — что?

— Какая твоя выгода? — перефразировала в надежде услышать конкретику.

Бойд вздохнул и сделал шаг назад.

— Извини. Я знаю, людям со мной некомфортно.

Схватила его за рукав и заставила остановиться.

— Не переводи тему, пожалуйста! Скажи, что тебе от меня нужно? Почему ты хочешь мне помочь?

— Что? Думаешь, я тебе помогаю, чтобы сформировать моральную привязанность? Всё для того, чтобы ты чувствовала себя обязанной, так?

Спорить было бесполезно. Ведь я действительно так считала.

— Да…

Он отдёрнул руку, развернулся ко мне спиной и бросил, не оборачиваясь:

— Ты вправе думать как хочешь. Я никак не влияю на твои решения. Еда на втором кухонном модуле, разогретая.

Точно ведь обиделся.

Почесала затылок и с неудовольствием отвернулась тоже. Просить прощения опять? Поверит ли? Нет, уже смысла нет. Всё уже сказано. Возможно, Старший был в чём-то прав? Я не умела правильно вести себя с клиентами. Не вешалась на них, не поощряла мужское самолюбие. Вела себя как ледышка, за это и получила, да?

Что ж. Прикрыла дверь и оглянулась по сторонам. Съёмочного оборудования было не видать, поэтому спокойно надела купленное бельё — бесшовный спортивный комплект, будто для тренировок. Очень удобно, кстати. Наверное, он очень дорогой, а при покупке в постамате так и вообще процентов на тридцать дороже обычной цены. А вот если исхитриться и найти скидочные купоны, тогда можно было бы купить вполовину дешевле.

Снова я вернулась к мысли — у этого парня точно есть деньги или он просто не умеет экономить? Проще относится к жизни? Эх, мне бы научиться…

Уселась на кровати и подключила воздушную плойку: горячие струи высушивали волосы, зажатые как в щипцах. Глянула марку — не самая дорогая модель, но и не самая простая. Где-то середнячок. Этикетки с магнитными ценниками он предусмотрительно снял, наверняка чтобы я не подумала, будто он ждёт возврата денег.

Стоп. А если он попросит?

Будет очень неловко, потому что у меня осталось только на питание. Протянуть бы до следующего трудоустройства. Да и хозяйка квартиры скоро опять начнёт поторапливать с оплатой. Завтра срок окончания авансового платежа.

Громкая трель неожиданно нарушила уютную тишину, а чуть позже раздался и стук в дверь.

— Да!

Джим вошёл в спальню и протянул рюкзак. Молча. Приязненно улыбнулась в благодарность за то, что не заставлял меня скакать через всю квартиру за сетройством.

Не думая, достала сетру и ответила на вызов, глядя на проекцию недовольной молоденькой женщины. Её буйная шевелюра в этот раз была окрашена под перламутровую фуксию. Я натянуто улыбнулась и начала первая:

— Я помню об оплате! Завтра переведу за остальную часть месяца, честно!

— Вообще-то я звоню тебе сообщить, что у тебя скопилась задолженность за коммуналку. Инженер известил меня, что показания счётчиков сбоили, сегодня сделали новую поверку и перерасчёт. Ты должна мне триста сорок две тысячи кредитов и пятьсот пять лю. Это помимо квартплаты, ясно?

— Но откуда же столько?

— А ты головой в следующий раз думай, прежде чем наматывать столько. В темноте ей не спится, ха! Тоже мне, цаца. Всё, у меня дела, завтра жду оплату.

Неуверенно угукнула, пряча слёзы. Связь прервалась, а я только сейчас заметила, что Джим никуда не уходил. Устало села на кровать, рюкзак пристроила на полу, а потрёпанную сетру — на тумбе.

— Предложение о помощи остаётся в силе, — тихонько проронил Джим.

Я обхватила руками голову и откинулась назад, поджала колени и собралась в позу эмбриона. Не знаю почему, но так было легче всего переживать очередной эмоциональный кризис, который обещался нагрянуть вот-вот.

— У меня нет денег. Мне заплатили только за половину недели, этого едва хватит на питание. Не знаю, что ты потребуешь взамен, но надеюсь, не продажу органов? Потому что много не выручишь, поверь. После стольких операций и курсов антибиотиков и антидепрессантов я удивляюсь, что по-прежнему ещё жива.

— Ты просто голодная, — сделал выводы он. — Если хочешь, принесу тебе сюда.

— Я не хочу. Ничего не хочу.

— Ляжешь спать с пустым желудком, проснёшься совсем разбитая… — не отставал Джим. — Принесу сюда, поковыряйся хоть вилкой. Вдруг аппетит появится при виде еды? А как проснёшься, мы что-нибудь придумаем.

— Мы?

Это слово резануло слух не хуже громкой музыки в тишине.

— Я имел в виду, что могу помочь. Мы с тобой поговорим и придумаем как.

Бойд прочистил горло и вышел из комнаты, не дожидаясь очередного вопроса с моей стороны. Глупости! Вот он, шанс выплыть на поверхность, а не утонуть. Почему бы не ухватиться за него?

Да потому что! Я не знала, что именно буду должна отдать взамен. Своё тело? Или ему нужны ещё и чувства? Прислушалась к внутреннему «я» и поняла очевидное: Джимми вполне красивый, да, угрюмый, но ко мне он добр. Знать бы заранее, какие у него тараканы в голове, прежде чем принимать решение.

Точно! А ведь я могу проверить его, но нужно ли? Спровоцировать?

Прикусив губу, сделала вид, что щупаю живот, а сама приподняла майку так, чтобы был виден краешек нижнего белья.

Джим вернулся в комнату и поставил поднос на тумбу, как ни в чём не бывало. Но нет, он точно заметил, потому что открыл ставни модульного шкафа и достал оттуда тонкое одеяло.

— Оно чистое, — заверил меня Бойд, прежде чем укрыть по самые плечи.

Чуть не прослезилась от настолько приятной заботы. Давно я не получала ничего подобного, да и в целом по пальцам можно перечесть тех, кто хоть немного думал обо мне, а не о выгоде от наших отношений.

— Спасибо.

— Для меня лучшая благодарность — это твой здоровый вид. Покушай.

Вначале я почувствовала небывалую благодарность к моему спасителю, но затем пришла она, подозрительность. Слова «твой здоровый вид» прозвучали в голове многократно, учащая сердцебиение. А вдруг точно органы? И как он сказал? «Мы что-нибудь придумаем?» Точно ведь будет сделка. Хоть бы это просто реклама, промоушен и прочая лабуда. Но может оказаться и взрослый контент для Анинета. Я слышала, извращенцы много денег отваливают за ВИП-доступ в Вирты эротического содержания.

Кажется, теперь начинаю понимать его резоны. И покупка белья, и плойка для волос — всё это укладывается в общую картину. По окончанию якобы «спасения» он предъявит мне чек? Заставит отработать?

Выходит так. Я ему неинтересна, он хочет заработать в Виртах с моей помощью…

Тошнота вновь подступила к горлу, и я подхватила ближайшую тарелку. Гадство. Нельзя сейчас нервничать и тем более нельзя показывать ему, что я обо всём догадалась. А ведь как он интересно играл? Парализатор, мол, пять секунд и меня не откачают. Ага. Он же знал, что я его не шарахну. А сейчас наверняка уже убрал эту штуковину.

Судорожно вздохнула, вытирая губы. Надо быть осторожной и не показывать свою подозрительность, потому что его поведение наверняка изменится, когда он поймёт, что я не буду паинькой, а попытаюсь сбежать.

Джим пришёл и со скорбной миной забрал тарелку.

— Я бы сама…

— Принесу новое, посмотрю, что есть другое. Или ты плохо себя чувствуешь, всё-таки отвести в больницу?

— Нет, не нужно, — отмахнулась я, будто дело пустяковое. А саму аж трясло. Он и за это потом чек предъявит? Чем больше я потрачу его денег, тем лучше?

Но Бойд прав в одном — мне нужно поесть, чтобы были силы сопротивляться и по возможности сбежать. Как хорошо, что не внесла новый аванс. Видимо, придётся снова переехать, потому что Джим с лёгкостью сможет разнюхать мой адрес в хост-клубе, где я в анкетах указывала прописку. Пару сотен туда, пару сотен сюда, и у него будет моя анкета на руках. Проходила такое, знаю.

Я кое-как заставила себя поесть овощной микс — дорогую органическую еду — и запила белковым коктейлем. Осилила только треть стакана. На большее меня не хватило. Сонливость взяла верх. И я, сняв рубашку, залезла под одеяло, укрываясь по самый нос.

Пускай он что-то от меня хочет, но передышка была необходима мне как воздух, поэтому я провалилась в сон, не думая ни о чем. Будто завтра не наступит никогда. А если наступит, то это будет какое-нибудь другое «завтра», доброе и счастливое, такое, о котором приходится лишь мечтать в самых сладких снах.

Трель сетры заставила недовольно разлепить веки. У меня игнор-лист с полсотни номеров и антиспам стоит. Так кто же такой мудрый сумел обойти грамотно настроенный фаервол? Или это из хостклуба решили меня достать штрафами?

Включила дисплей и первым делом не поверила тому, что увидела. Сосчитала количество ноликов и снова закрыла глаза. Открыла и снова перепроверила цифры в сообщении о зачислении средств на мой лицевой счёт.

Триста пятьдесят тысяч кредитов?!

Источник — «106-хостклуб в районе Тобо». Заглянула в описание перевода и прочла несколько скупых строчек. Перерасчёт остаточной задолженности в исполнение трудового договора, номер такой-то.

В этот самый миг послышался шум в гостиной. Пиликнула дверь и кто-то тихо вошёл. Бойд вернулся?

Так он уходил?..

Тотчас припомнились его слова: «Поспи, как встанешь, мы подумаем…». Так это он разобрался с клубом? Пока я спала?

Нет. Наверное, просто совпадение.

Мотнула головой и отложила сетру подальше, подобрала колени к подбородку и обняла руками. Выходит, я отрицаю очевидное, потому что уже придумала годное оправдание его действиям? А вдруг он действительно просто хочет мне помочь, а я заочно обвиняю его в гнусности?

Вкрадчивый стук в дверь послышался в следующий миг.

— Я услышал шорохи, — его голос звучал за дверью.

— Да, я уже встала.

Он заглянул мельком, кивнул своим мыслям или просто поздоровался, и ушёл. Щёлкнул замок на двери в ванную комнату и послышались звуки льющейся воды. Моется?

Спросить у него, куда он уходил, или не стоит? Вдруг деньги — действительно совпадение, и я зря ослабляю бдительность?

Дерьмо! Ничего не знаю и не понимаю!

Откинула одеяло и хотела встать, но не смогла. Только шевельнулась и тихонько взвыла от боли, прострелившей левую ногу до самой пятки. Иногда совсем забываю про колени и про то, что нельзя резко двигаться.

Джим вдруг выключил воду и я услышала, как он открыл дверь, идёт ко мне.

— Что случилось?

Неужели он услышал?

— Я…

Растерянно опустила взгляд, смущённо краснея. Он стоял сейчас в одном полотенце, обёрнутым вокруг талии, скажем так. А его литая фигура произвела на меня настолько неизгладимое впечатление, что я не сразу нашлась с ответом. Поняв причину моего смущения, Джим отошёл в сторону, скрываясь из поля зрения.

— Прости, я подумал, у тебя проблемы.

— Но как ты услышал?

— Короб вентиляции на эти две комнаты один. Справа наверху посмотри, из душевой кабины всё слышно.

— А… Нет, всё хорошо, просто колено стрельнуло, — поспешила заверить я. И тихонько добавила, выжала из себя: — Так это ты, да? Деньги пришли из хостклуба.

— Ничего особенного я не сделал. Пришёл и тыкнул пальцем в договор, тебе сделали перерасчёт.

— Угу, спасибо.

Скривилась. И это всё что я могу? Всё?

Аккуратно поднялась на ноги, желая выйти из комнаты, чтобы поблагодарить хотя бы глядя в лицо. Но звуки его шагов подсказали — вернулся в ванную комнату. Момент упущен.

Ксо!

Поругала себя и собственные глупые мысли. Немного. А заодно запретила нервничать по пустякам и заочно обвинять Бойда в том, чего он не совершал. Накинула его рубашку на плечи и вышла из комнаты, примеряясь, где бы приложить свои силы, чтобы хоть немного ему отплатить. Уборка — отпадает сразу. В квартире было почти идеально чисто, если не считать несколько вещей, будто лежащих не на своих местах. Видно, что хозяин — собранный аккуратист-минималист. Ничего лишнего, но практично и даже уютно. Стоящий в середине большой гостиной диван притягивал взгляд. Кухонные модули в числе шести штук: три шкафчика снизу, три сверху над столешницей подсказывали — он не фанат готовки. Скорее всего, заказывает на дом и просто разогревает.

Тогда решено. Приготовлю ему что-нибудь.

Подумать не значит сделать. Сейчас я остро поняла, так и есть. Выбирать не приходилось. Органической еды у него было немного, я сварила фетучини и заправила готовым соусом, выбрав несколько вкусов в тюбиках. А мясные фрикадельки пришлось выковыривать из готовых боксов, которыми был наполнен холодильник. Красиво, съедобно, но не то, что я хотела. Поэтому стояла и расстроенно взирала на тарелку. Готовка — это то, в чём у меня были хоть какие-то таланты. Нет, конечно, раньше я ещё и отлично танцевала. Но это раньше…

Вздохнула, припоминая прежние времена. Зачем я связалась с этой компанией? Зачем?..

Щелчок щеколды, и дверь ванной открылась. Джим изумлённо застыл на пороге. До того он вытирал голову маленьким полотенцем, а сейчас пялился на меня, как на нечто не из этого мира.

— Ты проголодалась? — опомнился он. — Сказала бы, я бы тебе разогрел.

— Не нужно, это тебе, а я…

Только сейчас поняла, что тоже хочу есть.

— Пойду умоюсь, — закончила фразу и улыбнулась. — Это в благодарность за помощь. Малость, конечно, но что сумела сделать из найденных продуктов.

— Я не умею готовить, поэтому беру боксы, — смущённо оправдался Бойд.

А я укорила себя за ошибку. Будто упрекала его.

Как назло, взгляд мой притягивало мокрое пятно на его мутно-зелёной майке. Она так и липла к телу. Видать, он спешил одеться и выйти. Переживал за меня? Или что я тут устрою потоп или пожар?

Подошла и встала сбоку, а он смотрит на меня и молчит.

— Умыться, — тихонько ответила я на его вопросительный взгляд.

— А, да.

Бойд уступил мне дорогу. Я угукнула в знак согласия. Дверь я закрывать не стала, мы не окончили разговор, вдруг он пожелает спросить про ингредиенты и прочее. Удивительно, но принадлежностей на полочке над раковиной явно прибавилось с прошлого раза.

Как же это всё странно. Неужели он думает, я останусь у него жить? Набрала воду в ладони и плеснула в лицо.

Не мечтай, он просто безотказный. А когда ему надоест, то попрёт меня отсюда абсолютно точно. Тонко намекнёт, мол, пора бы уже валить. Было так с одним бойфрендом — повторять не хотелось. Поэтому умываюсь, кушаю и еду к себе домой.

— Спасибо, конечно, но не стоило так тратиться на меня, — договорила я вполоборота.

Джим не ответил, выудил вилку из ящика и взял тарелку. Прошёл на диван и сел молча, будто я ничего не сказала.

— Я говорю, не стоило…

— Пустяки, — оборвал меня он.

Понятно, не считает важным. Это мне неудобно, поэтому я решила успокоить свою совесть подобными речами. Ладно, он молчит и я помолчу.

Быстренько закончила умывание и вышла из комнаты. Бросила взгляд мельком в его сторону, намереваясь вернуться в спальню, чтобы собрать вещи. Смотрю, а он сидит на диване, держит вилку зубцами вверх и к еде не притронулся.

— Ты первая, — удивил он. Повернул голову и кивнул, мол, зовет сесть рядом.

Голодный спазм в животе мотивировал не хуже денег. Устроилась подле него и переняла тарелку.

— Я немножко.

— Не переживай, по пути домой я заскочил перекусить.

— А…

Понятно теперь, отказываться неудобно. Аппетита не было, поэтому не ел?

Я утолила первый голод и передала тарелку назад, чтобы он не подумал, будто я наглая.

Но вот что странно, взяв вилку после меня, он не побрезговал и буквально проглотил всё что осталось. Перекусил? Ну-ну.

Хотя такой аппетит не должен удивлять с его комплекцией.

Покончив с трапезой, он отнёс и пристроил посуду в моечный шкафчик, а я лениво сидела и пялилась в стену.

— Было вкусно, спасибо.

Его слова вывели меня из задумчивости. Я лишь улыбнулась — это не такое уж событие, чтобы нахваливать меня любимую.

— Я лягу посплю… — намекнул Бойд, но я не сразу его поняла.

Только когда он подошёл и достал из нижнего встроенного в диван ящика одеяло и подушку, я его наконец поняла. Мешаю ему.

— Ой!

Я подскочила на ноги и охнула, звёздочки пролетели перед глазами.

Больно…

— Извини. — Джим подхватил меня и помог вновь устроиться на диван. — Я лягу позади, а ты посиди, пока не пройдёт.

— А разве тебе хватит места?

Он аккуратно улёгся на бок. Между нами даже оставалось расстояние, но я все равно придвинулась вперед, чтобы ему было просторнее.

— Давай помогу укрыться, — предложила я. Но он всё сделал сам и снова молча. Только показалось, словно его что-то обидело. Или это он из-за моих ног скривился?

Не знаю. Во всяком случае, не прошло и минуты, как Джим тихонько засопел.

Пользуясь случаем, я немного его поразглядывала. Широкие брови, нос с небольшой горбинкой. Розовый шрам на лице под глазом и в уголке рассечённой губы не портил его внешней привлекательности, однако парень явно комплексовал. Мог бы сделать операцию и решить этот вопрос за неделю реабилитации. С его деньгами, думаю, это не проблема. Вопрос лишь в принципах, да? Или он просто этого не осознаёт? Не видит потребности?

Сильно задумавшись, я расслабилась и с удовольствием погладила его по волосам. Причёска у него интересная, снизу короткая, а сверху волосы длиннее и кое-где вьются на концах.

Показалось, будто Бойд затаил дыхание.

Ой. Я его разбудила?

Смущённо убрала руку и закрыла ладонями лицо. Что я творю? Потрогала колени. Такое ощущение, что синяк стал больше и почернел. Искусственная хрящевая ткань плохо прижилась и вена частенько кровоточит. Врач, которого я посещала последний раз, развел руками и передал совет от ИИ по ампутации до бедра и установке протезов. Денег это стоит немерено, не говоря об эстетизме. Но и мучиться как сейчас — тоже ничего хорошего.

Вздохнула и почувствовала вдруг, что сонливость накатывает волнами. Мерное дыхание Бойда убаюкивало. Или я до того не выспалась? Да, скорее всего, ведь меня подняла сетра и сообщение о зачислении денег на счёт. Куда там спать дальше после такого?

Примерилась взглядом. В принципе, есть место и для меня. Отбросила прочь все сомнения и тоже прилегла, аккуратно потянув одеяло на себя. Заложила руку под голову. Посплю часок, а там встану раньше него, он и не заметит, заодно и колени ныть перестанут.

Больше мыслей у меня в голове не поместилось, я попросту уснула.

Спецмашина утилизаторов выруливала по эстакаде к закрытому объекту-17ZE — немаркированному на навигационной карте. Бронированные ворота широкими ставнями сложились вверх, пропуская «мусорщиков» в большое бетонное здание.

Джим Бойд первым вышел из машины, напичканной следящей аппаратурой. Поднявшись по лестнице к лифтовому подъемнику слева от паркинга секции Е, он предоставил сканеру плечо, где был вживлён идентификационный чип. Далее дело стало за сетчаткой глаза и сканированием лицевого контура.

— Доступ получен, — ответил электронный голос.

Дверь лифта открылась, и утилизатор вошёл один согласно внутренним правилам. Другие работники объекта-17ZE распределились по остальным шести лифтам и проходили аналогичную процедуру аутентификации.

На дисплее отразился «-8 этаж», когда кабина остановилась. Джим вышел и на полуавтомате побрёл на своё рабочее место. Небольшая кабинка в крупном офисе, отведённом для службы безопасности купольного города, была в полном его распоряжении. Аналитический центр, куда стекалась вся информация по всем жителям «Хадо-29», находился за бронированной стенкой, а его штатные работники несли службу посменно.

Джим Бойд входил в другое подразделение — он был «выездным» утилизатором. Тем, кому доставалась вся грязная работа, начиная от уборки мест преступлений до преследования и задержания, а иногда и устранения «нежелательных явлений», как было принято в стенах этого здания называть преступников. Чаще всего здесь можно было услышать слово «инцидент», нежели «происшествие», «убийство» и прочее. Информация преподносилась максимально обезличенно, с соблюдением всех инструкций, и только рабочие станции хранили в себе все детали текущего дела, над которым работал конкретный сотрудник объекта-17ZE. Указания и задачи поступали из Аналитического центра.

В этот раз Бойд пришёл на работу вне плана, за что тотчас получил запрос на дисплее:

«Цель внепланового визита?»

«Переработка и перенос отгульных часов на другой день», — ввёл пояснение Джим. Краем зрения он заметил небольшую коробку на тумбе справа от рабочего стола. На дисплее рабочей станции, включённой в автономную проводную сеть, отразилась зелёная галочка. Ответ принят без возражений. Джимми Бойд был одним из лучших устранителей и всегда ответственно относился к работе, если не считать некоторый инцидент, запятнавший его безупречную репутацию.

Повернувшись к пластиковой коробке, Джим заметил надпись: «Не благодари». Ощущение дежавю всплыло в памяти, когда он открыл крышку. Внутри лежал аккуратно снятый электронный счётчик.

Быстро смекнув что к чему, утилизатор обернулся к шкафчику — встроенному уничтожителю, и скинул туда тонкий намёк на чужое вмешательство в чужую жизнь, затем дождался, когда шумный аппарат превратит пластиково-металлическое изделие в горстку пыли, которую можно будет передать на дальнейшую переработку. А одному умнику сегодня предстоял серьёзный разговор.

Джим перевёл задумчивый взгляд на дисплей и график задач. Времени было предостаточно, а в качестве напарников ему рекомендовало троих. Удалив их из списка, Бойд отправил запрос Гриберу Сторгсу на соучастие в инциденте. Согласие пришло почти мгновенно. Система мягко напомнила об имевшем место конфликте между этими двумя сотрудниками, повлёкшем арест Джимми Бойда. Но он проигнорировал это сообщение и завершил сессию. Выключил станцию.

Как вдруг знакомый голос прозвучал издалека:

— Ты почему на работу вышел? Неужели сбежал?

— Не здесь, — тихо ответил Бойд, встав в полный рост. Его голова сейчас возвышалась над кабинкой. Взгляды приятелей встретились. Грибер тотчас умолк и продолжил свой путь мимо кабинок к лифту.

Коллега-напарник не отставал, а когда до системы сканирования оставались считанные метры, скомандовал:

— Идём на пожарку. Хочу размяться.

Пожав плечами, Сторгс неохотно согласился, пройдя вслед за Бойдом к пожарной лестнице — единственное место в здании, где на «-8» этаже не было камер и датчиков.

Едва оба вышли — дверь за ними закрылась — Джим пригвоздил Грибера локтём к стене и зло выдохнул:

— Ты совсем рехнулся? Лезешь не в своё дело, так ещё и издеваешься?

— Я же помочь хотел, — виновато бросил он. — А коробка, ну, шутка неудачная, не злись.

— А если кто-то узнает про твои делишки? И меня приплетут, и её. Зачем ты это сделал? Кто тебя просил?

Торжествующая ухмылка отразилась на лице Сторгса, когда он без обиняков признался:

— Но оно ведь стоило того, да? Не зря на тебя дисциплинарщики косо смотрят, м?

— Не было ничего, — буркнул Бойд, убрав руку. — Я как знал, что это подстава.

Грибер громко вздохнул и опустился на лестницу, придерживаясь за перила:

— И сколько ты ещё планировал к ней таскаться? Сколько ещё планировал спустить на этот клуб, м?

— Не твоё дело.

— Тоже мне, секрет, — фыркнул Грибер. — Да после того прощального корпоратива все в отделе знают про твоё увлечение. Как думаешь, сколько ещё парней ходило к ней в гости?

Бойд сжал кулаки.

— А я тебе отвечу — трое. И всех она отшивала. Но только ты увёз её домой.

Острый взгляд в сторону Грибера, и тот сработал на опережение, выставил ногу, предчувствуя пинок.

— Не злись, я тут не при делах.

— Мусорщики — не твоих рук дело, скажешь?

— Нет, они сами! Это ж релоканты из других городов, отрабатывают проступки. Думаешь, там одни паиньки?

— Так ты следил за нами? — заключил Бойд.

— Только по камерам глянул и всё, больше ничего, — честно признался Грибер. — Не вру, можешь проверить меня по системе.

— Не беспокойся, проверю.

Оба утилизатора ненадолго замолчали. Но Сторгс не выдержал и вновь взялся за старое:

— Слушай, неужели она не была признательна за спасение? Я-то думал, у тебя всё на мази. Или что там у вас? Истерила?

— Прекрати.

Схватив коллегу за серую робу, Бойд рывком поднял его на ноги и указал на дверь:

— Идём работать.

Но уже перед выходом остановился и тихонько пригрозил:

— Если продолжишь вмешиваться, то я припомню адресок твоей бывшей жены и расскажу ей информацию о реальном состоянии твоих счетов, чтобы она охватила кусок пожирнее.

Усмехнувшись, Грибер белозубо улыбнулся:

— Люблю, когда ты злишься. Сразу столько узнаю о себе нового.

— Ага, оборжёшься.

Не сказав больше ни слова, Бойд открыл дверь пожарной лестницы и отправился на задание, отмеченное в его рабочем графике.

Мне снились тёплые объятья, такие, из-за которых совсем не хотелось просыпаться. А нужно было. Наверное поэтому приятное сновидение изменилось на промозглый холод и опустошение, неясные силуэты, боль и горечь.

Открыла глаза — в горле стоял крик ужаса. Мне снова и снова снился тот вечер, когда меня опоили. А уже на следующий день я попала в игнор-лист.

Вздрогнула, лёжа под одеялом. Позыв внизу живота подсказывал: лёгкое возбуждение имело место быть. Но кто или что послужили тому причиной?

Посмотрела на подушку, зажатую коленями. Зачем я так сделала и откуда она взялась?

Я сейчас лежала на диване, укрытая одеялом, под которым ещё недавно спал Бойд. И вообще, где он сам?

— Джим?

Тишина в ответ подсказала, что я осталась одна в его квартире. Первоначальное облегчение быстро сменилось замешательством. Что мне делать здесь одной? И куда он делся? Опять уехал? На работу? Или снова в мой клуб?

Неясно.

Потянулась и стыдливо убрала подушку. В любом случае, в таком положении коленям было приятно и я почти не чувствовала боли. Жирные пятна на ткани подсказали: кремом испачкала, уж наверняка. Поэтому стянула наволочку, желая постирать.

— Скукота.

Система «Умный дом», запрограммированная на голос хозяина, как ни странно, откликнулась и на меня.

— Включаю Анинет. Что предпочтёте?

— Новости Киберпоп-индустрии, — на автомате ответила я.

Частенько вводила подобный запрос в поисковике, желая понять, плавает ли на поверхности прежняя повестка об ЭмДжи? Или обо мне наконец забыли?

Тотчас ЗД-проектор отобразил перед диваном объёмную картинку — студию звукозаписи и интервью со знаменитым режиссёром, конкурентом компании «МаЁс». Я много могла рассказать о них из того, что неизвестно прессе и Анинету, но вряд ли кто-то меня послушает и тем более пользы никакой, только вред. Причём мне одной. Поэтому молчала в тряпочку и смотрела на них со стороны. Это уже стало своеобразной зависимостью. Я ощущала себя частью этого общества, хотя оно меня пережевало и выплюнуло. Но я всё равно из раза в раз слушала информацию об этой компании, будто что-то искала, не отдавая себе отчёта, зачем и почему. Просто привычка, просто желание чувствовать себя частью чего-то грандиозного.

Жажда славы и одобрения двигала мной, когда я принимала решение калечить свои ноги. А всему виной рост ЭмДжи, она была ниже меня на семь миллиметров.

Нецензурных слов не хватит, чтобы выразить моё мнение о тех людях, которые вынудили сделать это. Я до последнего сомневалась. Но…

Вздохнула.

Не буду перекладывать ответственность, я тоже виновата, вовремя не остановилась, не проверила послужной список врачебного центра. Риск был высок, и никто из нормальных лицензионных центров не взялся сделать настолько абсурдную операцию, необходимую, чтобы успокоить страхи продюсера. Боялся он, что обман раскроется из-за моего роста.

Насмешка судьбы. Обман всё равно раскрылся. Но они чистенькими вышли из воды. И как только смогли?

Горькая правда маячила перед глазами — они использовали меня как жупел для общества Анинета. Применили теорию направленной агрессии на практике. Теперь-то, время спустя я смогла понять, что со мной сотворили. Но до сих пор не нашла ответа на один-единственный вопрос: «Почему?»

Почему именно я?

Любая громкая новость подошла бы для отвлечения внимания. Но никто не потрудился прикрыть меня, затмить в новостных лентах. Наоборот, создавалось такое ощущение, будто ажиотаж искусственно раздували. Делали разные вбросы, в том числе с помощью «анонимных источников в компании ЭмДжи».

Моральные уроды.

Сжала кулаки и попросила:

— Включи эффект аквариума, экзотических рыбок и расслабляющие звуки моря.

— Сделано, — ответила Система.

Я облегчённо выдохнула и переключилась на другие воспоминания. Мотив недавней услышанной песенки так и рвался наружу — я тихонько подпевала собственным мыслям, когда прибиралась за собой и отправляла в стирку наволочку. Некоторое время спустя я вернулась в комнату. Сложила одеяло и подушку, спрятав их в нижний ящик дивана.

Мимо проплыла маленькая краснопёрка. Ткнула её пальчиком, проектор среагировал, рыбка недовольно махнула хвостом и отплыла. Послышался булькающий звук. Всегда нравилось играть с рыбами в подобном «аквариуме». Если хлопну, они все отправятся врассыпную, будто хищник приплыл, и столько булькающих звуков кругом! Весело и расслабляет.

Главное, переключает мозги.

Кстати об этом. Сушняк напал неожиданно, пришлось искать баночную воду. Не знаю, что у него с фильтрами, но пить простую воду из-под крана — опасно для жизни. Это я давно для себя уяснила.

Я полазила по кухонным модулям и ничего кроме газировки не нашла. Заочно извинилась перед хозяином и вскрыла одну. Стыдливо глотнула один раз, другой. Интересно, а Система отправит Бойду оповещение, что его гостья хозяйничает тут в квартире, как у себя дома, м?

Надо будет сразу, как придёт, извиниться за самоуправство. Да и вообще, пора бы уже собираться.

Вздох вырвался непроизвольно. И правда, что я творю? Наглею тут, по модулям чужим заглядываю. Пару минут спустя я медленно вернулась в спальню, экономя силы. Взяла сетру и первым делом, пока не забыла, перевела хозяйке квартиры долг по коммуналке. Думаю, увидев такую сумму на счету, она согласится немного отсрочить платёж за аренду?

Так!

Время!

Посмотрела на часы и поняла, что не успела закончить с делами до следующего дождика. Ровно по таймеру два раза в день на сорок минут в «Хадо-29» включают программу «Дождь». Тонны воды, смешанные с хлором и бором, обрушаются на улицы: убивает бактерии и гасит остаточную радиацию, наработанную термоядерными реакторами унимаглевов. Ничего критичного, показатели вредности окружающей среды даже ниже, чем на поверхностях жарких планет. Но есть и огромный минус: в городах, подобных этому, люди живут чётко по расписанию, нарушать которое — опасно для жизни. Можно задохнуться хлором от испарений после «Дождя», или же заблудиться и провалиться в сточный канал, или, если не успеешь укрыться до начала плановой очистки, твоё тело найдут в шлюзовых отверстиях с помощью следящих датчиков. Это всё же лучше, чем долго и мучительно умирать от неизвестной болезни после укуса какого-нибудь инопланетного вредителя-насекомого. Нередки были в новостных выпусках разных систем вспышки эпидемий, вызванные возбудителями природного происхождения. Недавно читала про раскопки и вскрытие древнего саркофага. Эпидемиологи затрубили об опасности, едва показатели на следящем оборудовании зашкалили. Но было уже поздно, герметичность крышки была нарушена, а древняя бактериальная среда просочилась в этот мир. Так что застряли археологи в карантине на несколько месяцев: повезло, все живы остались и относительно здоровы. Только отделались кожными высыпаниями и шрамами после выздоровления.

Ладно, собрала вещи и села на диван, дожидаться окончания дождя. Уйти сразу после него или всё же дождаться владельца квартиры и поблагодарить? Этот вопрос штурмовал мою голову, когда я расслабленно смотрела вслед очередной полосатой рыбки, проплывающей перед глазами. Шум прибоя ласкал слух, а желудок настоятельно напомнил: ничего, кроме газировки, я не употребляла в пищу и пора бы его наполнить чем-то более подходящим.

Входная дверь пиликнула, когда на часах отразилось время «16:49». Почти полтора часа я ничем не занималась и сидела, будто в алькове, с этим молчуном. Поначалу было сложно ничего не делать целый час, но потом я быстро привыкла, и иногда даже часы сверяла, ждала, когда мне выпадет следующая возможность посидеть спокойно, чтобы ноги отдохнули.

— Уходишь?

Одно слово хозяина квартиры, и я встрепенулась, схватилась за рюкзак.

— А, да! — воскликнула я. Проектор, как назло, продолжал показывать рыбок. — Система, выключи картинку и звук.

Рыбки исчезли, и я смущённо посмотрела на Бойда.

— Ничего, что я взяла твою газировку? Одну банку, не больше. Хотелось пить.

— Без проблем.

Он спустил с плеча рюкзак и принялся разуваться.

— Тогда я пойду.

Пальцы Джимми застыли, и он поднял на меня вопросительный взгляд.

— Тебя подвезти?

— Нет-нет, что ты! — зачастила я.

А внутри всё сжалось от жалости к себе. Какая же я всё-таки трусиха. Несмотря на то, сколько он для меня сделал, я не хотела вести его к себе домой. Да и будет ли у меня этот дом, тот ещё вопрос.

Пожав плечами, Бойд кивнул в сторону кухонных модулей:

— Ты ела? Может, перекусишь вначале?

Почему мне кажется, что он меня отговаривает? Намекает, ходит вокруг да около, но прямо не скажет. Будто сам ещё не осознаёт, что не хочет меня отпускать.

Или я надумываю?

В горле вдруг пересохло. Я кашлянула и помотала головой.

— Нет, я по пути что-нибудь перехвачу. Спасибо за перерасчёт из клуба, теперь мне хватит, наверное…

Но тут я замялась, не люблю врать. Ничего мне не хватит, но ему об этом знать необязательно.

Встала с дивана и подошла к двери. Мелкая дрожь пробежала по телу, едва я почувствовала на себе его тяжёлый взгляд. Он о чём-то думал. Сидел в прихожей на тумбе и молчал.

— Увидимся, — бросила я по привычке. Словно мы с ним прощались в хостклубе. А в ответ:

— Угу. Ты же знаешь, что этого не будет. Прощай, Флория.

Его тихие слова вывернули мою душу наизнанку. Я не хотела уходить и не могла остаться! Но что я буду здесь делать? Стану его комнатной зверушкой? Подружкой? Любовницей? Кем? Сказал бы он, что ему от меня нужно, мне было бы проще принять решение. Однако он и не просил меня остаться.

Я ненадолго замерла, вцепившись в ручку двери.

Тишина. С его стороны ни звука.

Вышла из квартиры, прошла несколько метров до поворота, завернула на лестницу и разревелась непонятно зачем. Почему я ревела? Он ведь ничего плохого мне не сделал, а на душе было так гадко!

Неожиданно внизу, на лестнице, прямо подо мной послышались шорохи, которые сильно меня напугали. Я неосознанно, прихрамывая из-за спешки, вернулась обратно к квартире Бойда. Мне вдруг захотелось спрятаться где-нибудь. Не знаю, зачем и почему, но там у него было спокойно и я чувствовала себя под защитой.

Не успела поднять руку и нажать кнопку, дверь открылась и Джим воззрился на меня изумлённо, стоя на пороге.

— Зайдёшь?

Одно его слово, и я шмыгнула внутрь, желая поскорее скрыться от страшных шорохов на лестнице. Не знаю, когда смогу отделаться от боязни преследования, но факт оставался фактом. Нервы мои натянулись в тугой узел. Едва Бойд закрыл дверь, я уселась на полу и закрыла глаза, уравновешивая дыхание.

— Ты плакала? — Он опустился прямо предо мной, но не касался, смотрел внимательно. — Колени?

Вымученно помотала головой. Что ему сказать? Как ответить?

Будто поняв мои сомнения, Джим допытываться не стал, сменил тему:

— Если позволишь, я усажу тебя на диван.

Коротко кивнула. А он сделал ровно то, о чём спросил. Взял меня на руки…

Как же мне хотелось, чтобы он меня не отпускал. Хотелось посидеть с ним вот так и ни о чём не думать. Поэтому вцепилась в его шею и не отпускала даже тогда, когда он пристроил меня на подушки. Изловчился, но всё-таки сумел сделать это аккуратно.

— Флория?

Понимаю, что должна отпустить, но руки меня не слушали.

— Дай мне пять минут, — попросила я.

Прикоснулась щекой к его плечу под серой робой утилизаторов, благо чистой, и только сейчас до меня дошло. Неужели это всё спланировано?

— Так ты мусорщик?

— Я утилизатор. Не мусорщик. Они — другая служба.

— А есть разница? — не спешила в этот раз подозревать, просто запретила себе, потому что не хотела раниться ещё больше. Мне было необходимо верить хоть кому-то. И кажется, я наконец нашла этого человека.

— На самом деле огромная, но деталей раскрывать не могу.

— Ты их не знал? — позволила себе вопрос. Интересно, поймёт ли он, о чём я спрашиваю?

— Нет, не знал. — Его прямой ответ обнадёжил. — Но я должен тебе признаться. Я частенько тайком провожал тебя домой из хостклуба, следил издалека, чтобы с тобой ничего не случилось. Не более. Поверь, я не подглядывал и ничего у тебя не воровал, в квартире у тебя не был. Я не из таких.

Тяжелый вздох облегчения вырвался у меня из груди. Наконец он начал говорить…

— Спасибо.

Одно моё слово и Джим немного осмелел, погладил меня по волосам. Так трепетно и нежно, щемяще, приятно до слёз, но в этот раз счастливых.

— Скажешь, что тебя напугало? Тебя преследуют?

Какая-то пара вопросов, и он попал в самое больное место. Я усмехнулась, отчётливо понимая, что слишком остро реагирую на любую тему в принципе. Но лучше уж так, чем расслабиться и получить пером под ребро.

— Ничего особенного, просто фобия. Сейчас пройдёт.

Нехотя отпустила его и отстранилась. Сразу вдруг стало так холодно и зябко. Поэтому неосознанно придвинулась к нему — ноги наши соприкоснулись. Бойд посмотрел на меня вопрошающе, мол, что я делаю?

— Скажи, я тебе нравлюсь?

Ксо! Неужели я ждала, что он просто и прямо признается, если год ко мне ходил и молчал?!

Он резко встал и прошёл к кухонному модулю.

— Ты голодна?

Опять сменил тему? Я горько усмехнулась, прежде чем признать очевидное, прямые вопросы с ним не пройдут.

— Почему ты молчал?

— Ты вздрагивала каждый раз, едва я открывал рот, чтобы поговорить. — Он пожал плечами, не оборачиваясь, а руками держал верхний модуль, будто боялся, что тот упадёт. Неужели нервничал?

— Да, я была напугана. Меня многое пугает. Но не ты, точнее не совсем ты.

Как же ему объяснить, не раскрывая слишком много об «МаЁс» и ЭмДжи?

— Я боялась последствий. Если ты окажешься одним из тех, кто меня преследует, мне с тобой не справиться. В этом была причина.

— Так тебя травят, я прав?

Бойд обернулся и взгляд его был серьёзным, зрачки расширены — не видно радужки. Его карие глаза сейчас походили на чёрные точки. Он злился?

— Прошу, только скажи, что это не ты... Что у тебя нет ко мне злого умысла…

— Вопросом на вопрос не отвечают, — недовольно выдохнул он. — Но это правда, у меня нет злого умысла.

Настала моя очередь. Я выдохнула и нехотя призналась:

— Да, я очень боюсь тех, кто меня травит в Анинете. Но большего раскрыть не могу.

Бойд кивнул и опустил взгляд.

— Я собирался опять пойти поработать, раз ты ушла, но если ты останешься, то и я тоже. Или тебя всё-таки отвезти? Хочешь домой?

— Хочу домой, но… — я потупила взгляд, раздумывая над каждым своим словом, — но меня скоро оттуда выпрут, потому что нет денег на аванс для оплаты следующего месяца. Есть только на питание.

— Ясно. — Он вновь обернулся ко мне спиной, прежде чем продолжить: — Можешь пожить у меня, пока не заработаешь достаточно. Я не против. И денег с тебя не потребую, как и всяческих отработок. Не надумывай себе лишнего.

Вот так, в несколько предложений ответил сразу на всё, что меня волновало. Или почти всё.

— И тебе ничего не надо?

— Ничего.

— Только здесь одна спальня… — Я почувствовала невероятное смущение. Но и облегчение тоже. — Тогда я размещусь на диване?

— Нет. У меня гибкий график работы, я буду тебя беспокоить своими похождениями через комнату, будить. Лучше я в зале, а ты в спальне. Там сможешь закрыться, будет тебе уединение.

Слишком заманчивое предложение, чтобы быть правдой. Слишком. Но любая моя подозрительность уже разбивалась о его железобетонные аргументы, поэтому сейчас решила ему поверить и больше не задавать вопросов. Тем более я всё чаще ловила себя на мысли, что была бы не прочь, если бы моё уединение было нарушено им. Только им.

Характерный позыв внизу живота подсказал — я совсем рехнулась! Испытывать влечение к хозяину квартиры только из-за его доброты ко мне? Или это от нервов? Хотелось разрядки?

Глупости какие.

Опустила взгляд и посмотрела на бодик, мятый после стирки, который пришлось надеть, потому что вещей с собой на работу я не прихватила.

— Ой, а как же моё добро? Хозяйка выставит комнату…

— Я могу съездить и забрать твои вещи. У меня на нулевом этаже снят гаражный бокс. А не хватит моего, арендуем ещё один. Объявления видел.

— Разве это удобно?

А Бойд словно опять меня не услышал, непонятно на что ответил:

— Хочешь поехать со мной?

Я признательно кивнула и тотчас передумала.

— Наверное, с моими коленями я буду тебе только мешать.

— Можем согласовать всё по видеосвязи — ты мне расскажешь, где твоё имущество и что нужно забрать.

Рациональность его мышления поражала. Оставалось только согласиться и с радостью принять помощь. Неужели после стольких неудач я наконец встретила стоящего человека, которому можно доверять?

— Угу…

По-видимому, так и есть.

Два часа спустя я уже с удовольствием переодевалась и натягивала любимые гольфы, чтобы ноги не мёрзли. Накладно по стирке и деньгам, конечно, но это то немногое, моё. Привычка, от которой не могла и не хотела отказываться.

Я намеренно не закрывала дверь, провоцировала Бойда, но за всё время так и не заметила, чтобы он бросил в мою сторону хотя бы косой взгляд. Да и что он там не видел? Бодик мой — крайне откровенный наряд, мало оставлял места для фантазии. А будучи в нижнем спортивном белье, я была, считай, одета.

— Ничего не забыли? — спросил он, не оборачиваясь. Сидел на диване и смотрел выпуск местных новостей. В основном о плановой погоде под куполом и прочем.

— Вроде бы, — я рассеяно посмотрела на вещи в пластиковых контейнерах. — Вещи первой необходимости есть, уже хорошо. А!

Джим всё-таки обернулся.

— Теперь можно продать плойку, выручишь назад деньги, которые потратил.

Я ему улыбнулась, но он меня не понял, поэтому пришлось уточнить:

— Ту, что ты купил.

— Не проблема, пусть будет на замену твоей, когда сломается. Это подарок.

Сказав такое, он умолк: поджал губы и отвернулся.

— Какая-то проблема? – уточнила я.

— Нет, не подарок. В общем, ты права, я продам, позже, как время будет.

Вот это новости? У него финансовые трудности? Или есть планы, копит деньги? Меня кольнула совесть, и я зарубила себе на носу, обязательно отплатить ему за доброту. Нужно только найти новую работу, желательно удалённую. Но вот с этим как раз напряжёнка, конкурс на место большой и поэтому работодатели чаще всего усложняют процедуры найма. Могут себе это позволить в нынешней конъюнктуре.

— Обидел? — его вопрос застал меня врасплох. Я подняла взгляд и не сразу поняла, о чём он спрашивает.

— Нет, что ты! — воскликнула я. — Думаю лишь, где найти работу.

Джим кивнул.

И почему мне показалось, что он огорчился? Нахмурился.

— Не спеши, — последнее, что он сказал, прежде чем скрыться из виду — улёгся на диван. Похоже, устал, а я тут со своими вопросами и проблемами. Энтузиазм зашкалил, и я не смогла усидеть на месте. Аккуратно вышла, делая вид, будто ищу какую-то вещь. А сама глянула в его сторону, глаза закрыл. Спать будет?

— Что-то ещё?

Ух! Напугал!

— Может, и я смогу для тебя что-то сделать? Хочешь, переведу деньги на питание. Или будем раздельно покупать, и я займу полку в холодильнике?

— Как пожелаешь.

Вот тебе и ответ. Он повернулся на бок, заложив руку за голову. Не замёрзнет так?

Припомнила, что убирала подушку и одеяло в диванный ящик. Так. Быстро достану, отдам и уйду к себе.

Увы, быстро не получилось. Колено кольнуло и я запнулась, позабыв о том, что нога теперь короче. Полетела вперёд, но мне повезло, я вцепилась в спинку дивана. Бойд открыл глаза, смотрит на меня.

— Помочь?

— Я… хотела достать тебе одеяло.

Краска стыда окрасила мои щёки. Совсем никудышная из меня женщина, ничего не могу сделать нормально. Ни-че-го. Одна смазливая мордашка, и та не моя.

— Посмотрим что-нибудь? — Джим сел и похлопал ладонью рядом. — Я выспался, просто заняться нечем.

— А, если так, то давай.

Он встал и прошёл к кухонным модулям.

— Газировка, закуски, будешь?

— Нет, спасибо, слежу за фигурой. Иначе заплыву, и будет совсем катастрофа.

Джим пожал плечами, мол, ничего в этом не смыслит, взял себе банку и коробочку со сладостями. Я сглотнула сухим горлом.

— А есть баночная вода?

Перекус был на скорую руку, пока разбирала вещи, отвлеклась на пять минут, и сейчас меня снова мучила жажда.

— Да. Но в холодильнике. Я в модулях держу только газировку.

Не дожидаясь, когда я попрошу, он достал и протянул мне бутылку.

— Комнатная температура? — удивилась я.

— На каждой полке свой контроль температуры. Регулируется индукционным полем под давлением или как-то так. Изобара-изотерма.

— Ясно, — сделала вид, что поняла его слова.

Бойд улыбнулся.

— У газировки алюминий содержащая упаковка, её нельзя там хранить, иначе движок сломается.

— Это я знаю, почему — не задумывалась.

Он сел рядом, а я наконец утолила жажду с таким удовольствием, сама от себя не ожидала. Сосед будто замер, украдкой поглядывал в мою сторону.

— Ты хотела пить? А почему молчала?

— Мне было неудобно просить тебя, а сама я не нашла ничего, кроме газировки.

Я пожала плечами на его манер.

— Спрашивай охотно и не смущайся. Я не кусаюсь и тем более уже сказал, что денег не возьму.

— Кстати, об этом, — закрыла бутылку пробкой и повернулась к нему, — можно, я переведу тебе деньги, те, что у меня есть? Мне правда неудобно стеснять тебя забесплатно. Чувствую себя гадко.

Казалось бы, я включила обаяние на максимум, а он не спешил соглашаться:

— А как я буду себя чувствовать, если возьму деньги у той, кто так остро в них нуждается?

— Тогда, — не сдавалась я, — позволь мне хотя бы готовить тебе еду и прибираться, ставить стирку и прочее.

— По мере сил делай что хочешь.

После этих слов в комнате воцарилась тишина. Но никакого дискомфорта. Мне было приятно сидеть рядом с ним и ни о чём не думать. Слушать, как тихонько работает бытовое оборудование.

Джим опомнился первым.

— Что будем смотреть?

Опять мне выбирать? Нет уж. Хочу узнать, что ему нравится. Хочу больше узнать о его вкусах, о его прошлом.

— Твоя очередь.

Он усмехнулся и включил программу из мира животных, про диких тропических рыб разных планет.

Хитрый. Наверняка опять подстроился под мои интересы!

Спустя полчаса бесцельного залипания на красивые виды лазурных океанов и морей я наконец опомнилась:

— Тебе это точно интересно?

Потянулась рукой к бутылке, а нечаянно задела его коленку. Теплая волна разбежалась по телу столь неожиданно — я изумлённо уставилась на свою руку. Джим молчал. Видимо, ждал, когда я опомнюсь.

Убрала руку и нащупала подрагивающими пальцами бутылку.

— Ты можешь меня не бояться, Флория.

— Я… я и не боюсь.

Голос мой предательски дрожал. Но не от страха, точнее страха, но другого свойства. Острое, неутолимое желание обнять Бойда — вот что меня испугало. Только-только устаканив свою жизнь, я снова искала приключений на свою голову? Нет! Чувства точно всё осложнят! Но…

Как же хотелось его теплоты, объятий?

Я мотнула головой, прогоняя непрошенные развратные образы.

— А голос дрожит.

— Дело в другом.

И снова я поспешила с ответом!

— Смущение, — подсказал Джим нейтральный вариант.

— Да, оно самое.

Сделала над собой усилие и уравновесила сердечный ритм. Одна только мысль об антидепрессантах вызвала рвотный спазм, и я поспешила глотнуть воды, слишком поспешила. Поперхнулась и закашлялась. Бойд и в этот раз мне помог, но как-то растерянно и испуганно похлопал меня по спине.

— Не больно? — спросил он зачем-то.

— Нет, спасибо.

Сосед облегчённо выдохнул.

— Меньше всего на свете я… — он оборвал мысль, не договорил.

— Ты так добр ко мне! Чем я могу тебе отплатить?

Опасная, шальная мысль воспользоваться ситуацией бередила душу и добавляла мотивации к действиям. Вновь взяла его за коленку, но теперь уже обеими руками. Делала вид, будто опираюсь, чтобы сесть поудобнее.

— Флория, не надо.

Какие-то несколько слов, а внутри у меня всё похолодело. Ему противно моё общество? Или он настолько смущён, что не допускает мысли о нашей близости? Или…

Я убрала руки и села ровнее. Как вдруг одна невероятная, но вполне логичная мысль будто озарила и ослепила одновременно.

— Ты женат?

— Нет, — поспешность его ответа обнадёживала.

— В отношениях?

— Это тоже нет.

— Но тогда в чём причина?

— Флория, не надо, пожалуйста.

Мне вдруг стало тесно с ним на одном диване, и я подскочила на ноги — скривилась от боли, но всё же, стиснув зубы, отправилась в спальню. Надо привести мысли в порядок и больше никогда не возвращаться к этой теме. Никогда. Скорее всего, я просто ему не нравлюсь. Или не в том смысле, как женщина? А как вещь?

Припомнила слова Старшего, мол, я оттолкнула гика. И послала бывшему начальству несколько неприличных эпитетов, мысленно. Лишь бы он оказался неправ. Лишь бы здесь крылась другая причина, нежели я себе надумала.

Ладно, займусь пока вещами. Сил и возможностей переезжать куда-то ещё у меня попросту нет, а значит, надо смириться и научиться жить в новой реальности. На новом месте с новым соседом по имени Джимми Бойд.

Неоновая вывеска хостклуба над парадным входом светила ярко, озаряя окрестности широкой улицы. Три ступеньки вниз, ведущие вглубь здания, оканчивались металлическим мостиком — решёткой. Это была часть коллекторной системы купольного города, необходимой для водоотведения во время очистных мероприятий, названных не иначе чем просто «Дождь». В широком канале сейчас лежал мелкий мусор, просочившийся сквозь решётку, и его судьба никого не интересовала. Что нельзя было сказать об одной уволенной сотруднице, участь которой оказалась интересна сразу стольким личностям.

Запасной выход в «106-хостклуб в районе Тобо» располагался в тёмном переулке, где даже в полуденное время не хватало освещения из-за плотности застройки ближайших зданий. Иное освещение, экономии ради, включалось только в экстренных случаях для нужд эвакуации.

Старший сотрудник первого зала, задержавшись в очередной раз, вышел из здания, ни о чём не подозревая. Его встретили сразу двое — оперативно вырубили ударом в шею и, подхватив за ноги-руки, оттащили к месту, где был готов упаковочный контейнер.

Одетые в форму службы доставки, они резво взяли ящик и отнесли продолговатую коробку под холодильное оборудование к грузовому унимаглеву, закинули его в кузов, и уже полчаса спустя толпа людей в противовирусных респираторах и затенённых очках встречала «гостя» со всем радушием.

— Ты! — Нейлоновая чёрная куртка скрипнула в цепком захвате одного громилы, когда тот схватил сотрудника хостклуба и принялся трясти, отвешивая оплеухи.

— Ч-чем могу быть?.. — непривычный к подобному вниманию житель «Хадо-29», изумлённо раскрыл глаза. Обычно его одолевали «поклонники» хостес, но те не позволяли себе рукоприкладство, не говоря уже о похищении.

— Говори, куда делась Флория?

— Флория? — изумился сотрудник. Его зализанная чёлка отливала фиолетовым, недолго. Громила схватил его за волосы и дёрнул вверх, заставляя встать на носочки. — Да, Флория. Что это за душнила её стерёг, а? Гик? Поклонник? Говори!

— Мне откуда знать! — взвизгнул Старший. — Он п-приходил к ней раз в неделю по пятницам! Всё что я знаю!

— Не кричи, иначе заткну так — зубов не досчитаешься.

— Двинь ему пару раз, сразу всё вспомнит, — посоветовал один из встречающих «груз». — Этот гад упаковал меня в мусорный бак, за мной должок.

— Я-я могу поискать информацию с камер, — предложил Старший. — О-он был недавно.

— Выходит? Френд? Любовник?

Старший пожал плечами.

— Не похоже, — ответил другой из толпы. — Судя по их недолгому разговору, она его боится. Скорее это сталкер. — Собрав слюну во рту, он смачно сплюнул на бетонку. — Не успели с ней разобраться. Он нас опередил.

— А ты? — громила переключил внимание на очевидца. — Говори, какие у неё адреса?

— Её анкета е-есть у м-меня в кабинете.

Работник заикался от страха, чем невероятно нервировал окружившую его толпу.

— У нас уже есть ваши анкеты, — вклинилась в разговор третья участница, худая, высокая. Рыжие волосы собраны в высокий хвост позади. — Я взломала ваш сервер данных. Всё, что указано там — старьё. Она съехала. Вещи забрала служба утилизации. Машину их видела по камерам.

— Так может, она уже того? Если утилизаторы приезжали?

Пожав плечами, женщина ссутулилась.

— Он как запаковал наших, грамотно скрылся от слежки в белых пятнах, в правительственном квартале. Там глушилки одна на одной. И камеры с тройным шифрованием. Из облака не взломать.

— Слух, а может, этот ссыкун её вызовет? Мол, предложит вернуться на работу?

— И что вы предлагаете? Отпустить его, после всего, что он услышал? — хакерша фыркнула. — Сразу видно пустоголовых.

— Да погоди ты, — молчавшая до сих пор личность поднялась со стула, стоящего у стены. Низкая, смазливая, белокурая красавица хищно улыбнулась. — Пусть он её отсюда вызовет, ты главное, сделай трассировку вызова, чтобы не отследили точку звонка.

— Это я могу, — хакерша кивнула. — Но удобное ли время?

— Да нам хоть определить её расположение. Отправь вызов, а затем отследи за пакетным протоколом. К какой ретрансляторной вышке её сетройство подключится. Там и будем искать в радиусе, м?

— Хорошая мысль.

— Но… — вот только Старший не спешил участвовать во всём вышесказанном. — Мне обещали кучу проблем, если я ещё раз побеспокою Флорию.

— У тебя будут проблемы, если ты не сделаешь, как мы тебя просим, — девушка угрожающе оскалилась. — Правда ведь, Шиззи?

— Ага!

Громила демонстративно хрустнул пальцами, стиснутыми в кулаки. Старший сглотнул, впервые в жизни принимая столь сложное решение.

Разбор собственных вещей быстро меня утомил, тем более в процессе складывания контейнеров во встроенный вещевой модуль, шириной во всю стену от пола до потолка и глубиной метра в полтора, я нашла в дальнем углу небольшую коробочку и лежащие на ней снимки. Три снимка, если точнее выразиться, на которых была я. Ничего особенного при моей профессии, если бы не одно «но». Первый снимок, старый, был сделан ещё до пластических операций.

А вот это уже попахивало обманом или какой-то подставой. Вот только мне отчаянно не хотелось верить, будто Бойд затаил на меня обиду, или у него имеется злой умысел. Не может же он так искусно играть? Просто не верю в это.

Но, конечно, следовало бы узнать, откуда он достал такую древность обо мне и почему не рассказал, что знал меня ранее? Или же он имеет доступ к секретным данным? Нет, скорее другое. Подключение к Даркнет? Защищённая сеть, где взломщики сливают разную информацию за деньги, в том числе и новую персональную информацию обо мне?

Скорее всего, так и есть.

Я больно прикусила губу и заставила себя собраться. Что сделано, то сделано. Сейчас надо решать, как быть дальше. Ведь вечно полагаться на благосклонность настолько странного индивида я не смогу. Вдруг разозлю его чем-то, и всё, плакали мои надежды на стабильное будущее или хотя бы его иллюзию.

А вообще, неплохо бы проверить этот момент. Почему он не хочет нашей близости, хотя по виду и не скажешь? Скорее, наоборот. Мне кажется, он очень сильно себя сдерживает. Но что будет, когда его терпению придёт конец?

Неясно.

Но надо проверить. Так и поступила — быстро разделась до нижнего белья и залезла под одеяло. Глянула на сетру — никаких вызовов — положила её на тумбу, к остальным вещам. Выровняла дыхание и для виду поворочалась с бока на бок.

Затихла. Интересно, поверит ли в мою игру?

Видимо, поверил.

Не прошло и десяти минут, как он без стука вошёл в намеренно приоткрытую дверь. Сел на корточки рядом с кроватью и долго молчал. Смотрел на меня и о чём-то думал. Возьмёт сетру? Проверит звонки, банковский счёт?

Но нет. Джима интересовало другое.

Его пальцы нежно скользнули по моему лицу — он явно думал, что я сплю. А я… совсем недавно закрыла глаза и принялась ждать его прихода. Что же он сделает?

Ничего.

Он не сделал ничего. Вновь встал и собрался уходить.

— Стой, — окликнула его я, но он не остановился. Вздрогнул и вышел из комнаты. Неловкость снова воцарилась между нами. И всё-таки я должна уехать. Иначе ни ему, ни мне не будет покоя.

Но как это сделать? Половина моих вещей сейчас в гаражном боксе. Другая приспособлена в шкафу.

Как вдруг сетра тренькнула один раз, другой, отвлекая всё внимание на себя. Посмотрела на экран. Звонок Старшего? Что ещё ему надо? Ошиблись с перерасчётом и попросят вернуть деньги?

Не хочу брать трубку. Но вдруг действительно что-то важное?

Показалось ли, но шум за дверью подсказал, Джим далеко не ушёл. Не знаю зачем, но я нажала кнопку — приняла вызов.

— Фло, ты на связи? — послышалось из динамика. Голос Старшего звучал нервно, в то время как он пытался быть дружелюбным. Странная смесь, обычно он не церемонился, а начинал сразу с наездов.

— Что вам нужно?

— Тут такое дело, твои поклонники меня замучили вопросами, не хочешь вернуться, а? Можем договориться о…

Договорить он не успел, вызов оборвался. А на экране отразилось сообщение о разрыве соединения по техническим причинам — отказ связи. Нет сигнала.

Здесь? Нет связи?

Бойд стоял в дверях комнаты и угрюмо смотрел на мою руку, туда, где ещё недавно светилась маленькая проекция звонка.

— Правительственный квартал, глушилки, могут быть перебои.

Он специально пришёл, чтобы оправдаться? Или это его рук дело?

— А ты?

— Что?

— Ты ни при чём? — Я уставилась с намёком на картинку сброшенного вызова.

Удивительно дело, но Джим юлить не стал, ответил честно:

— Твой начальник обещал больше тебя не беспокоить, когда я пригрозил ему проблемами.

— Зачем?

— Он неприлично отзывался о твоих талантах и открыто хамил. Но я держал себя в руках, честно.

— Ты не хочешь меня отпускать обратно в хостклуб, поэтому сбросил вызов глушилкой сигнала?

— Это попахивает подставой, — Джим пожал плечами, — если хочешь, могу помочь с поиском работы. Любой, только скажи. Но в этот хостклуб больше ходить не советую. Сама понимаешь, там тебя не ценят и только треплют нервы, занижают самооценку.

В этом он прав, конечно. Но то, как он манипулировал мной, вызывало озноб по телу и оцепенение. Неужели я вляпалась в очередной раз?

— Джим.

Он поднял на меня взгляд.

— Совсем недавно ты погладил меня по щеке.

— Я убрал прядь с лица, думал, она тебя разбудит, когда достанет до носа.

И снова логичное оправдание, но меня интересовало другое. Нравлюсь ли я ему как женщина, и откуда у него те самые снимки? Немного посомневавшись, решила узнать правду:

— Ты делал мои фотографии?

— Я скачал их из сети. Сам я тебя не фотографировал. — Кивок в сторону встроенного шкафа.

Очередное «Зачем?» так и рвалось наружу, но он признаться наперёд:

— Когда мы с приятелями пришли в ваш клуб, я сразу обратил на тебя внимание. Не знаю чем, но ты меня зацепила. Весь остаток вечера я только и делал, что смотрел в твою сторону. А ещё я заметил, как ты потирала колени, и стал приглядываться. Один раз споткнулась, другой. Краткая гримаса боли. Почему? Ты меня сильно заинтересовала. Но опять же, я не вмешивался в твою жизнь, а лишь наблюдал со стороны. Не позволял себе лишнего, поверь. Или эти фото — уже перебор?

Его взгляд, полный боли и надежды, выворачивал душу наизнанку. Неужели я так ему понравилась, что он пожелал узнать обо мне все? Очень хотел, но боялся пересечь черту?

— Что ты знаешь?

Вот оно, Бойд отвёл взгляд и не ответил.

— Копался и читал обо мне в Даркнете?

И снова молчание.

— Там было фото до пластических операций.

— Да, я знаю.

И всё? Всё, что он мне скажет? Я ведь меняла имена. Как он вышел на старую версию моей подноготной?

Но он лишь переменил тему:

— Я пришёл сказать, вот тут есть кнопка на двери, чтобы запереться. Ты же меня провоцировала, не так ли? Проверяешь, как я поступлю?

Да уж, он видит меня насквозь.

— У тебя был шанс и не один, так почему ты им не воспользовался? — выпалила вслух всё, что думала.

— Я не животное, Флория. И прекрасно всё понимаю. Я не достоин твоей привязанности. Ты сейчас в уязвимом состоянии. Кем я буду, если воспользуюсь этим?

Непонятно почему, но ответ Джима меня успокоил. Мне стали чуть более понятны его резоны, и схлынула очередная волна подозрительности, готовая накрыть с головой.

— Подойди, пожалуйста.

Невероятно теплые чувства к этому человеку поднялись из глубин моего сознания. Мне захотелось его обнять. Очень. Так сильно, что я готова была сама выскользнуть из-под одеяла и догнать его, если начнёт убегать.

— Мне не нужна жалость.

Его слова напомнили мне о собственных проблемах. Он такой же, как я. Страдает самоуничижением.

— Джим… — Я распахнула объятья и требовательно уставилась на него. — Пожалуйста.

Но он стоял и не двигался с места.

— Ты очень добра, но я вынужден отказаться.

Вот же упрямец!

Не успела я выскользнуть из-под одеяла, как вдруг увидела, — он закрывает дверь с той стороны.

— Ты что, меня запрёшь? — изумлённо крикнула я. В ответ дверь немного приоткрылась и в щель я услышала:

— Нет, просто ты должна остыть. Мне кажется, ты надумала себе много лишнего.

Что именно лишнее? То, что я хотела его обнять? Или то, что не прочь разделить с ним постель?

Кстати, об этом. Я и в самом деле уже чувствовала влечение к нему, вполне реальное. А он играет в благородного рыцаря, так, получается?

— Если ты не откроешь дверь и не подойдёшь, я уеду! — крикнула без всякой надежды на реакцию с его стороны. А оказалось, попала в яблочко.

Ручка двери дрогнула, когда Бойд снова показался в дверном проёме.

— Фло, я не железный.

— А я не каменная, — парировала я, — и мне хочется ответить тебе взаимностью, так в чём проблема?

Он снова отвёл взгляд.

— Боишься, что тебе будет мало того, что я могу предложить? Кто сказал, что я предлагаю лишь объятья?

Реакция на мои слова выдала его с потрохами. Он желал меня. В его глазах промелькнуло жгучее возбуждение. И моё тело отозвалось на его чувства приятным томлением.

— Пожалуйста, подойди… Иначе я сама приду к тебе, а я почти раздета.

— Флория… — сразу столько эмоций прозвучало в его голосе. Всего не разобрать.

— Джим?

Я вновь распахнула объятья. Секунда, другая. Он стоял, опустив взгляд.

Ну всё!

Выскользнула из-под одеяла и скривилась от тягучей боли в ногах, шагнула шаг, другой. А вот на третьем споткнулась, и он меня поймал.

— Что ты делаешь, а? — Бойд подхватил меня на руки и, показалось, втянул носом воздух, вдохнув аромат моих волос, — невероятно возбуждающее действие — мне так понравилось ощущать себя центром его маленькой Вселенной. Но этого было мало, хотелось большего, чем просто восторженное отношение.

Пользуясь нашей близостью, прильнула к нему, обняв за шею. А когда он опустил меня на кровать, вцепилась мёртвой хваткой, заставляя устроиться рядом.

— Не уходи, Джим.

— Ты ничего обо мне не знаешь…

— Расскажи, — пожала плечами я, — разве это проблема?

— Не могу.

— Расскажи, что можешь? Но главное, позволь мне это. — Я взяла его лицо в ладони и попыталась поцеловать, но он извернулся и всё-таки выскользнул. Сел на полу и сцепил руки в замок.

— Мне нельзя, Флория. Пожалуйста, пойми.

— Нет.

Я отказывалась верить, что он это серьёзно? Неужели пари или ток-шоу — год воздержания? Какая там очередная глупость мешала нам получить полноценное удовольствие?

Джим попытался встать, но я расставила ноги по обе стороны от него и руками взяла его за плечи.

— Объясни. Хотя бы объясни, что это значит?

Быстрый взгляд вниз и недвусмысленный намёк — его возбуждение — добавило уверенности в себе.

— Ещё рано, Флор.

Вздохнула и огладила рукой его литые мышцы предплечья, повела вверх к шее. Никогда в жизни и ни с кем я так в открытую не флиртовала. Но иначе сон в ближайшие двадцать четыре часа вряд ли мне светит. Изведусь вопросом: «Почему нет?».

— Расскажи.

— Ты ещё не успела меня узнать, но всё равно настаиваешь? Если дело в чувстве благодарности за помощь, то не надо. Мне нельзя злоупотреблять положением. Всё на самом деле очень серьёзно. Сложно объяснить.

Вместо ответа придвинулась к нему и заставила посмотреть прямо в глаза.

— Неужели ты думаешь, я хочу поцеловать тебя только из чувства благодарности? — Я медленно приблизила лицо, завороженно глядя на его губы. — Посмотри на меня, Джим. Я в открытую заявляю, нет, требую от тебя, давай сделаем это и будь что будет. Но ты мне отказываешь и выдумываешь всякие небылицы. Как мне себя чувствовать после этого? А как ты себя будешь чувствовать? Неужели спокойно ляжешь спать?

Он хотел что-то сказать, приоткрыл губы, чем я и воспользовалась. Отправилась на штурм непреступной крепости с искренним желанием победить и заставить его капитулировать.

Нельзя, понимаешь ли! Более глупой отговорки и услышать невозможно в этой связи.

Меж тем его губы оказались очень мягкими, а жаркое дыхание охотно встретило мой порыв. Бурный ответ Бойда приятно удивил, пальцами скользнула ему по спине, медленно сползая с кровати прямо ему на колени. Он охотно придержал меня за талию, помогая устроиться поудобнее. Будто и не было всех этих слов и отговорок, будто не было никакого «нельзя», обнял меня, устраивая руку в основании шеи. Другая бесстыдно блуждала по моему телу.

Я выдохнула ему прямо в губы от удовольствия, а он открыл глаза и, опомнившись, отвернулся, разрывая контакт.

— Что?..

Казалось, вот-вот случится то, о чём я его просила, но он вдруг застыл. Мышцы его окаменели. Напряжение чувствовалось отчётливо.

— Флория…

— Джим, в самом деле, почему ты себя мучаешь и меня заодно?

Будучи в одном нижнем белье, я неприлично прижималась к нему всем телом и ощущала его возбуждение — штаны характерно топорщились между ног. Я недовольно поёрзала, строя дорожку из поцелуев по его щеке.

— Скажи, дело во мне? Я слишком напираю? Ты ожидал другого?

Ещё немного и я голову себе сломаю от догадок, штурмующих моё воспалённое сознание.

— Я утилизатор.

— И что? А я безработная.

Бойд усмехнулся.

— Мало кто знает, но мы не мусорщики, мы другая служба. Скорее, мы как охрана города, но не только. В общем, в этой связи у нас есть доступ к секретной информации.

Сказав такое, он повернул голову, и я могла вблизи рассмотреть его глаза. Красивые карие, обрамлённые пушистыми ресницами.

— И что дальше?

Неосознанный порыв — подняла руку и погладила пальцем его шрам, аккуратно, еле касаясь. А затем приподнялась и поцеловала рядышком. Мне отчётливо захотелось выпытать из него всю правду, даже если ради этого придётся вести себя столь неприлично, льнуть к нему, подобно фенрианской пиявке.

— Регламенты, — выдохнул он сквозь стиснутые зубы. — У нас очень жёсткие требования и правила для работников.

Я моргнула один раз, другой, чувствуя некоторое отупение.

— Вам нельзя заниматься любовью?

Бойд отрицательно помотал головой и нехотя пояснил:

— Можно, но есть условия.

— Если нужно подписать какую-то бумажку о неразглашении, только скажи… — на опережение предложила я.

Слабая улыбка тронула его губы. Казалось, надежда зажглась в его взгляде.

— Скажи мне, каковы условия, и я сделаю всё от меня зависящее, чтобы их выполнить, м?

Джим облегчённо выдохнул и прижал меня сильнее, прежде чем признаться:

— Нам запрещено принуждать к близости под страхом увольнения и последующего ареста. Согласно регламенту отношения должны развиваться естественным путём — основная проблема, которая мешает нашим ребятам даже завести временных любовниц. А всему виной пункт «2.2.5.1».

Не стала разочаровываться раньше времени, ведь он не предлагал мне роль любовницы. Он вообще ничего не предлагал, и это я, можно сказать, добивалась его близости. Но что же это за тиранские условия, которые мешали ему жить полноценной жизнью?

Будто мысли мои прочтя, Джим продолжил:

— Тестирование.

— И всё? — я не верила своим ушам.

— Больше сотни каверзных вопросов. У тебя будут спрашивать такие подробности, о которых я, честно признаюсь, даже боюсь заикаться.

— Допустим, я привыкла к анкетированию и за свою жизнь многое пережила, — неужели он думает, что откровенные вопросы — это проблема для меня?

— Хуже другое, — продолжал Бойд, — если проверяющие из Дисциплинарной комиссии найдут хотя бы намёк на принуждение и манипуляцию с моей стороны, меня могут упечь за решётку и лишить права на восстановление гражданских прав.

А вот теперь меня проняло и случилось полное осознание всей серьёзности ситуации. Он боится, что я могу его подставить даже неумышленно? Нет, я же не буду говорить глупости и не стану клеветать? И вообще:

— Если знаешь, какие задают вопросы, я могу заучить и ответить, как надо…

— Нельзя.

Джим отвёл взгляд и попытался отстраниться, но я его не отпускала, мне не хотелось верить, будто нет никаких вариантов.

— И что? На этом всё? Ты мне не доверяешь? Боишься — я тебя подставлю?

Он помотал головой.

— Каждый раз, стоит нам заняться понятным делом, ты должна будешь терпеть визит дисциплинарщиков и проходить тестирование. Это ужасно выматывает. И знаешь, у нас на работе нет ни одного женатого. Трое разведены.

— Подожди, так и к женатым парам тоже приходят?

— Нет, там тестирование раз в год, первые три года. Но ни один из наших не выдержал весь срок.

— А я выдержу! — бравурно ответила я вначале, а после осознала, на что подписываюсь. — Ой, то есть…

Бойд усмехнулся.

— Вот видишь, ты вряд ли выдержишь и первое тестирование. Тем более, я не хочу тебя обременять. Но знаешь, ты не обязана мне ничего возвращать, всё, что я для тебя делаю, — искренне и от всей души.

— То есть, ты отказываешь мне? — сделала вывод я. — Сдаёшься?

Слёзы навернулись на глаза, когда я осознала своё невезение.

— Неужели какая-то подпись на электронном документе тебя остановит?

Я шмыгала носом, прижавшись щекой к его плечу. Бойд погладил меня по спине так трепетно и нежно, щемяще приятно.

— Ты разве согласишься выйти за меня замуж?

Джим вселил в меня надежду, что это не конец. Что у наших отношений может быть закономерное развитие.

— Только если ты этого хочешь, — внутренне скривилась я из-за циничности формулировки, — то есть, мне тоже не хочется тебя ни к чему принуждать, понимаешь? Вдруг ты делаешь это из-за жалости?

Что я несу? Что? Я? Несу?!

— Ни в коем случае, Флория. Я буду самым счастливым человеком, если у нас с тобой всё получится.

— Тогда, — я подняла полный надежды взгляд, — осталось только заполнить форму заявки на бракосочетание?

Молчаливый кивок, и я не выдержала, поймала его губы требовательным поцелуем. Никогда ранее не позволяла себе подобное вульгарное поведение, но почему-то именно с ним я чувствовала, что могу себя вести свободно. И мне это нравилось. Мне нравилось то, как он меня обнимал и мило сопротивлялся более настойчивым ласкам.

— Форма заявки, — напомнил он, неохотно отстраняясь, — Флория, прошу. Формальность надо соблюсти, чтобы не пришлось врать на тестировании.

Я разочаровано выдохнула и кивнула.

— Заполни первый, буду после тебя.

Бойд улыбнулся по-мальчишески счастливой улыбкой. Сердце в груди затрепетало от одного только вида его лица.

Моргнула один раз, другой и запретила себе надумывать и заочно идеализировать человека передо мной. Как он выразился, я в уязвимом положении. Но даже если так, нисколько не жалела о принятом спонтанном решении. Ни секунды. Даже подумав чуть подольше, не видела в этом абсолютно никакой проблемы.

Он достал из кармана своё сетройство и принялся сноровисто вызывать различные окна управленческих ресурсов.

— У меня нет денег, — сказала я прямо. — Совсем. Имущества тоже никакого, сам понимаешь.

Бойд поднял на меня встревоженный взгляд, когда оторвался от проекции экрана сетры.

— Передумала?

— Не-а, просто дразню тебя, — улыбнулась ему я.

— Можно я не буду говорить тебе про мои финансы, чтобы не создавать трудности при тестировании? Позже я тебе обо всём расскажу.

— Долги?

Я поздравила себя с очередным циничным вопросом.

— Нет, долгов у меня нет.

Больше допытываться не стала, чтобы не оскорбить излишней подозрительностью. Раз пообещал поведать позже, значит, так и сделает.

— Хорошо, где я должна заполнять свои реквизиты?

— Вот здесь.

Он протянул ко мне новомодную модель, блестящую, чёрную. Запретила себе завидовать, однако совесть кольнула за подозрительность. Долги? У него? Наверняка сказала невероятную глупость.

Между тем я ввела собственные данные и с неудовольствием заметила, как Джим куда-то намылился. Приподнял меня и усадил обратно на кровать.

— Мне нельзя влиять на твой выбор, — пояснил он. — В идеале лучше оставить тебя одну, принять решение.

— Подожди, но это же формальность. — Я разочарованно смотрела ему вслед. — Тут только кнопку нажать.

— Дай мне немного времени выйти. Пойду, прогуляюсь до постамата. Тебе что-нибудь нужно?

— Стой! — мне так не хотелось, чтобы он уходил. Без него в квартире становилось пусто и одиноко. Но раз надо, значит, придётся его отпустить. — Только пообещай, что по возвращению больше не будешь придумывать никаких оправданий? Что не откажешь мне в близости…

Последнее предложение произнесла еле слышно, смущённо потупившись, но он меня прекрасно услышал.

— Обещаю, Флория. Куплю тебе вкусное пирожное, и мы отпразднуем.

Что ж. Я поставила ещё одну галочку в пользу правильного выбора и дождалась, когда он уйдёт. Просмотрела его данные. Ему двадцать восемь. На два года старше меня. Есть образование и пометка об обязательной службе в космофлоте Терры.

В целом всё прилично и ничего подозрительного не нашла, кроме того, что он беспризорник. Графы о родителях не заполнены. Но у меня не лучше. Я знала только маму, которая отдала меня в интернат, когда не смогла больше тянуть лямку финансового бремени за наше совместное благосостояние. Информацию об отцовстве мне не раскрыли даже в департаменте.

Ладно. Не время сомневаться. Я нажала кнопку и затаила дыхание. Недолгое ожидание согласования, которое длилось около минуты, и я увидела зелёную галочку на проекции.

Вот так просто?

А как же проверки?

Нет, наверняка ещё придёт запрос или уведомление?

Да, моя сетра пиликнула поздравлением. Департамент гражданской политики в конце предупреждал о необходимости встать на учёт на случай беременности.

Прикусила губу. Беременности? Смешно! После всех операций и, как следствие, медикаментозного лечения не уверена, что смогу зачать. Но им об этом неизвестно, я думаю. Шаблон ответа был заготовлен на все случаи жизни, и решение о согласовании наверняка принимала Система города, а не человек. Так что я выдохнула и расслабилась, опустила взгляд — унылый вид спортивного нижнего белья не впечатлял. Может быть, Бойд столь ненавязчивым способом дал мне время переодеться?

Задумчиво уставилась на боксы, виднеющиеся в приоткрытых створках шкафа, и попыталась припомнить, куда я убрала парочку интересных комплектов? Кажется, был один, но…

Вздрогнула.

В тот день парень выставил меня из квартиры, и я его не распаковала. Забрала ли с собой, не знаю.

И вообще, не будет ли плохой приметой? А вдруг и в этот раз, если надену, случится нечто неординарное?

Была не была. Кружева там красивые, а ткани почти нет. Запылала энтузиазмом принарядиться и сильно увлеклась.

Три комплекта успела сменить, пока не устала ждать. Обиженно натянула халат и любимые гольфы. Чулки — слишком много чести для того, кто так долго где-то пропадает.

Неужели подстава? Или причина в том, что я надела тот самый комплект? Прошла в зал, села на диван и поудобнее устроила поднывающие ноги. Крем, конечно, давал эффект, но только когда я совсем не двигалась.

Хотела уже снова запустить океанических рыбок голосом, как вдруг входной замок пиликнул, и хозяин квартиры вернулся, пряча взгляд.

— Ты долго, — упрекнула я.

Не хотела наезжать! Но мне некуда было деть разочарование, и я сильно нервничала, покусывая губы от ожидания неизвестно чего. Так что оправдание у меня имелось.

— Постамат сломался, пришлось ходить к другому, — Бойд с лёгкостью оправдался, а меня кольнула совесть. Беглый взгляд в мою сторону, и он разулся, снял куртку, приспособив коробочку с пирожным на тумбе.

Сейчас ещё предложит покушать вначале, мысленно предугадывала я.

— Ты голодна?

Я усмехнулась.

— Неужели я настолько худая?

Он непонимающе посмотрел на меня, а я махнула рукой, мол, не важно, и похлопала по сидению рядом.

— Согласование прошло успешно, — как бы невзначай произнесла я. И попала в цель, Бойд застыл, переваривая информацию. — Сетра в спальне на тумбе, если хочешь убедиться…

— Поверю на слово. — Он пожал плечами, переводя тему: — Пирожное?

— А ты?

— Я не люблю сладкое.

Вот оно! Он мне соврал?

— Ага, а в шкафу много сладких газировок.

Очередной взгляд в мою сторону заставил меня вспыхнуть. Веду себя как стерва, допытываюсь, а я лишь хочу, чтобы он наконец подошёл ко мне!

— Я это сказал на автомате, чтобы ты могла без смущения поесть пирожное, — оправдался Бойд.

Вздохнула, смущённо опуская взгляд.

— Не нужно пирожного. Просто ты обещал, а я, пока ждала, вся извелась.

И на глаза чуть слёзы не навернулись. Неизвестность пугала, паническая атака случилась на ровном месте. Мерзкое ощущение — будто тело стало, как надутый шарик. Противное. Так ещё и звон в ушах, аж уши закладывало.

— Флория? — позвал меня Бойд. — Что случилось?

— Глупость какая, зачем я только надела этот комплект? — говорила я сама с собой. — Зря только разнервничалась из-за него.

Джим подошёл и сел на полу рядом. Дивана ему мало? Заметив это, я взяла его за руки и потянула на себя.

— Почему ты вечно садишься на пол? Это я у тебя гостья…

— Датчики движения в полу, — оправдался он, — они передают сигнал. В общем, своеобразный вариант слежки. Я так делаю, чтобы дисциплинарщики не прикопались.

— Так ты поэтому держал дистанцию?

Наконец начала догадываться я.

— А звук тоже пишется?

Бойд отрицательно помотал головой.

— Подожди, но мы же уже женаты. Полчаса или больше. Почему опять дистанция?

— А ты разве готова?

Вопросом на вопрос не отвечают! Придвинулась к нему и как в тот раз спустилась к нему на колени. Обняла за шею.

— Ты обещал.

Джим нежно провел рукой по моей спине, прежде чем обхватить за талию и усадить обратно на диван.

— Да ты дрожишь вся. Боишься меня, как я могу?

Он встал и намылился к выходу.

— Я боюсь обмана! — выпалила я и отвернулась от него. Так и захотелось поджать ноги, зная, что будет больно коленям. — Когда ты ушёл, я только и делала, что примеряла комплекты нижнего белья, не зная, что тебе нравится…

— Флория… — Джим взял в руки коробку с пирожным и обернулся. — Знаешь, почему я не спешил возвращаться?

Так дело не в постамате? Дело во мне? Я его разочаровала? Была неизбывной мечтой, а стоило присмотреться поближе — обычная девушка и нервные расстройства в придачу?

— Я боялся вернуться, а тебя в квартире нет. Глупость внеочередная, но мысли витали самые разные, будто я чокнулся и придумал себе всякого. Поэтому, пожалуйста, пусть всё идёт своим чередом, не надо рвать душу, выжимать, стараться угодить… — Немного помолчав, он добавил: — Просто потому, что это кажется логичным и правильным. Ты сильно нервничаешь, я тоже.

Подняла на него полный надежды взгляд и спросила лишь одно:

— Так я тебе нравлюсь?

— До умопомрачения.

Его простой и честный ответ заставил успокоиться и унял дрожь. Время перестало на меня давить, и я вновь стала собой, расслабилась и обмякла, привалившись к спинке дивана.

Заметив перемены в моём поведении, Джим кивнул и продолжил путь до кухонных модулей. Занимался какими-то своими приготовлениями, а я в открытую на него пялилась, изучала мощные контуры его мышц. Он не был надутым качком, но само строение его тела было внушительным. Не знаю, зачем, но я призналась:

— Я разнервничалась из-за суеверия. Несколько лет назад я купила комплект нижнего белья и пришла домой, а френд объявил, что ему надоело моё общество на его квадратных метрах и я должна съехать.

Джим облизал ложку, которой перекладывал пирожное на тарелку, прежде чем обернуться.

— Меньше всего на свете мне бы хотелось, чтобы ты нервничала. Если попросишь, я куплю тебе другой комплект.

Как у него всё просто. И как же до ужаса приятно смотреть на его спокойное выражение лица. Кажется, он — то, чего мне всегда не хватало. Островок спокойствия в этом сумасшедшем мире.

Я протянула руки к нему из-за неосознанного желания обнять, а он подумал, будто я прошу передать ему пирожное. Подошёл и вручил мне тарелку.

— Ой, а ложка...

— Дай сюда, — отобрала ложку, которую он облизывал не так давно, и попробовала кусочек шоколадного бисквита и кофейно-фруктового крема. Вкусно, но хуже, чем его поцелуи. Поэтому охотно вернула ложку назад, приговаривая: — Теперь твоя очередь.

Муж вскинул брови.

— Доедай уже эту пироженку, и приступим к основному блюду.

Он усмехнулся. А я молча прильнула к его руке, напитываясь его жизненной энергией и спокойствием. Показалось ли, но по его телу пробежала дрожь. Посмотрела на скорость поедания бисквита на тарелке и поняла — не показалось. Он ускорился и уже несколько секунд спустя объявил:

— Я схожу помоюсь, тебе воды подать?

И правда, даже после одного приторно-сладкого кусочка во рту стало кисло, я признательно кивнула, отчётливо понимая, долго он бегать от меня не сможет. Наоборот, так даже гораздо интереснее.

Молодая светловолосая девушка нарезала круги возле серверной аппаратуры, устроенной в верхних шлюзовых помещениях, полностью безлюдных. В эту часть города допускались только бионики, иными словами, роботы в оболочке, похожей на человеческую кожу. Искусственное бежевое напыление с эффектом мелкой пористой текстуры делало их трудноотличимыми от живых людей, чем и пользовались злоумышленники, пробираясь сюда тайком.

— Без вариантов. — Хакерша подняла руки и сцепила их на затылке. Потянулась, сидя в кресле. — Всё, что смогла вытащить дешифрованием сетевого пакета, это точку на карте, где застрял мой эксплойт. Ретрансляционная вышка на краю правительственного квартала.

— Агио огромен! — зло выдохнула красотка, останавливаясь возле стола. — Как ты мне предлагаешь её искать?

— Во всяком случае, ты узнала, что она жива и здорова, а не в плену того гика. — Шиззи вмешался в разговор, выглядывая из будки. В руках он держал овальный контейнер под биорастворы. — Держи свой ингибитор. Время ещё есть.

— Есть, нет, — девушка пожала плечами, — нет у меня никакого времени! Я бы уже давно сделала операцию, если бы кое-кто сделал свою работу как следует!

— В любом случае, — хакерша застучала пальцами по поверхности стола, активируя проекции кнопок, — если хочешь, могу подыскать альтернативу на всякий случай, если её достать не удастся.

— Это должна быть именно она! Она виновата во всём!

Шиззи и рыжая работница некоторого подполья переглянулись. Заметив это, злоумышленница быстро угомонилась и придала лицу спокойное выражение.

— Найди. Но ничего пока не предпринимать. Правительственный квартал большой, но точек общепита, постаматов и торговых центров там немного. Давайте прошерстим? Запусти шпионскую программку узнавания лиц по камерам, где есть доступ, вдруг засветится?

— Хочешь, чтобы мои люди ножками прочесали Агио? — недовольно уточнил Шиззи. — Не слишком ли дорого тебе обойдётся?

— Оно того стоит, — заказчица пожала плечами, оборачиваясь к громиле, чтобы перенять у него тюбик с ингибитором. — А что с тем хлюпиком?

— Смыли в сточном канале.

— Хорошо. Думаю, безопасники не скоро его хватятся.

— И всё равно, пора бросать это место. — Хакерша подняла взгляд и посмотрела на промышленные аварийные краны, устроенные специально на случай прорыва труб и экстренной необходимости подъёма, поворота и иных манипуляций с тяжестями. Она поправила респираторную маску и только затем добавила громко: — Вдруг меня отследили в ответ? Тем более мне здесь не нравится. Слишком сыро. А мои серверные «детки» стоят очень больших денег, чтобы тратить их ресурс столь безалаберным способом.

— Надо найти укромное местечко в Агио, — предложила решение заказчица. — Туда и переедем. Заодно и до цели быстрее доберёмся, если опять сигнал запеленгует. Пробовали прозвон?

— Сигнал не проходит. Скорее всего, у неё стоит полный игнор на входящие кроме нескольких номеров.

— Так позвоните ещё раз? Сетра хлюпика же осталась?

— Нет связи, — хакерша закатила глаза к потолку, — кто-то врубил глушилку.

Заказчица куснула губу и замолчала. Не этого она ожидала, столько времени выслеживая Флорию. Хитрая и наученная горьким опытом, жертва травли часто переезжала и умело заметала следы. Мало где следила и почти не светилась. Поэтому и достать её было крайне сложно. А пытаться мусолить в инфополе старую тему — лишь тратить деньги на рекламу, она уже давно перестала реагировать на хейт и будто не читала новости вовсе.

— Ой! — злоумышленницу озарило. — А вдруг она проявит себя, если мы вновь запустим сенсацию? Объявим, будто убийца ЭмДжи скрывается в правительственном квартале купольного города «Хадо-29»?

Но никто из подчинённых не выказал должного энтузиазма.

— Тема давно уже утратила актуальность, её вину не доказали, и народ отвлёкся на новых айдолов.

— Это я понимаю, — отмахнулась заказчица, — но Флория наверняка среагирует, не так ли? Для неё это как незаживающая рана, тронь и будет больно. Главное, чтобы она увидела. А потому надо весь рекламный бюджет пустить экономично, только на Агио и только в «Хадо-29», м?

— Но может случиться и другое, — не согласился Шиззи. — Она поймёт, что мы её выследили, и снова скроется.

— А тут мы её и поймаем. Из города ведут несколько магистралей, одна связана с Рекреационным куполом госпиталя. И ещё три в другие биоконтуры.

— Не забывай космостанции.

— Билет на перелёт дорогой, и чаще всего покупать надо заранее, за месяц-два. Она не будет ждать так долго. Она точно не выдержит и засветится. Я её знаю.

Открыв крышку, девушка отодвинула ткань на плече и пристроила насадку баллона с раствором ингибитора в трубочку, выведенную наружу специально для подобных инъекций. Закрыв глаза, она уравновесила сердечный ритм и ненадолго застыла, чувствуя лёгкое головокружение.

— Сделала бы это сидя, — проворчала хакерша, — свалишься ещё?

— Найдите её и поскорее, — сквозь зубы процедила заказчица. — И тогда получите премиальные. И мы с вами наконец распрощаемся.

Шиззи и хакерша снова переглянулись, но злоумышленница этого уже не увидела. Она стискивала зубы, переживая очередную процедуру, продлевающую ей жизнь.

Устав ждать, когда же мой новоиспечённый супруг выйдет из ванной комнаты, я отважилась заглянуть к нему первая, рискуя раз и навсегда поставить на себя клеймо нетерпеливой озабоченной дурочки.

Но это было выше моих сил. Он словно испытывал мои нервы на прочность и совершенно не желал показываться в спальне. Скрывался, что ли? Воду уже давно выключил. Что он там делает?

Поскреблась тихонько.

— Да, сейчас открою.

Его терпеливый невозмутимый тон быстро привёл меня в чувства. А едва дверь приоткрылась, то я была готова простить ему всё, на что уже успела заочно обидеться. Литые формы его тела предстали моему жадному взору.

— Я…

— Ты хочешь в туалет? — придумал за меня оправдание обладатель внушительной мускулатуры.

— Ой, нет! — выпалила я, заливаясь краской стыда. Он, видимо, подумал, будто всему вина — совмещённый санузел и нужды моего тела. Хотя в чём-то он был прав, нужды у меня действительно имелись, но немного иные.

Я усмехнулась собственным мыслям — Джим вопросительно приподнял брови.

— Ты от меня прячешься? — выпалила я на опережение, пока он снова не предложил новое логичное оправдание.

Джим обернулся к зеркалу с улыбкой и взял в руки сухую лазерную бритву. А я поздравила себя с очередным ошибочным суждением.

— Обычно я бреюсь перед походом в клуб, но вчерашний день был немного суматошный, я мало успел. Поэтому сейчас вот компенсирую, чтобы не сбиваться с ритма. Заждалась?

И почему мне кажется, что он каждый раз заранее придумывает оправдание? Узкое полотенце, обернутое вокруг талии и бёдер, мало что скрывало, но мне вдруг захотелось сорвать его и бросить на пол. Шагнула вперёд, вот только в последний момент передумала. Не знаю, как он расценит моё поведение.

Эх, была не была.

Взялась за узел собственного халата и развязала поясок, развела ткань в стороны и позволила ей соскользнуть на пол.

— Теперь мы квиты.

Джим застыл с бритвой в руках. Уловила его, скажем так, голодный взгляд, прежде чем он опомнился. Усмехнулся и продолжил начатое.

— И правда, лучше куплю тебе другой комплект. — Его низкий сильный голос вызывал во мне душевный трепет, а тёплый влюблённый взгляд запускал дрожь по телу от макушки до самых пят.

— Почему?

Я смущённо осмотрела себя в отражении зеркала над раковиной. Ранее мне казалось, фигура у меня вполне привлекательная. Худоба на экране выглядела эстетично, грудь в меру развитая, или ему не нравится ткань? Может быть, выбрать другой фасон?

— Ты купила его не для меня.

А… так вот о чём он подумал. Подошла и обняла мужа со спины, дождавшись, когда он поставит насадку бритвы в гнездо для подзарядки.

— Но одела-то для тебя. Тем более я его даже не распаковала в тот раз.

Легонько коснулась губами его спины. Гладкая кожа была такой тёплой и ещё немного влажной. Слизала языком маленькую капельку.

— Флория, — Джим взялся руками за раковину и наклонился вперёд, — ты точно этого хочешь? — И не дожидаясь ответа спешно добавил: — Назад дороги уже не будет.

— Так и знала, что ты от меня прячешься.

Теперь уже я созрела окончательно, взялась за полотенце и ослабила узел, позволяя махровой ткани опасть вниз.

— Ответь, пожалуйста, — серьёзно попросил он. Раковина тихонько скрипнула.

— Конечно, хочу!

А ведь не собиралась повышать голос, хотела спокойно и рассудительно отвечать, так же спокойно, как и он. Но… Ах, в дыру всё! Нащупала застёжку лифа и дрожащими пальцами его расстегнула.

— До умопомрачения? — спросила я с подозрением. — А по-моему, вовсе я тебе неинтересна, если ты не спешишь ко мне в спальню! Как можно столько терпеть?

Прильнула к нему — Джим вздрогнул, на теле выступила гусиная кожа. Но мне было не стыдно, он сам виноват, обманывал меня и заставлял ждать столько времени!

— Я боюсь задеть тебя локтем. Позволь, пожалуйста, обернуться?

— Только если ты не станешь меня укутывать, а наконец приступишь к тому, что пообещал, — выставила условие я. Нет, откровенное требование!

Он наконец сдался.

— Согласен.

Охотно шагнула назад, с трепетом ожидая, что же сделает Джимми, как изменится его лицо, когда он меня увидит? Но он не смотрел, повернулся и взгляд вверх.

— Посмотри на меня…

— Тут слишком мало места, Фло, позволь отнести тебя в спальню.

Что ж, ладно, подняла руки, чтобы ухватить его за шею. Он охотно меня поднял и прижал к себе, стиснув в объятьях, чем я и воспользовалась, приникнув поцелуем к его губам. Джим склонил голову. В этот раз он не противился, как бы потакал моим требованиям. В пору горько вздохнуть, потому что я на самом деле чувствовала, будто сама добиваюсь его близости, а не наоборот.

— Спальня… — намекнула я.

Супруг опомнился, едва услышал меня. Кивнул. Несколько мучительных моментов разделяли нас от бурной ночи, проведённой в кровати, так мне казалось вначале. Однако реальность превзошла все мои ожидания. Хоть и пришлось признать некоторые ошибки.

Медленно. Всё было очень и очень медленно. Буквально выводило меня из себя! Но я держалась молодцом.

Джим аккуратно уложил меня на кровать и не спешил громоздиться следом, нависать сверху, нет. Он сел на край и смотрел на меня будто на экспонат под стеклом.

— Позволишь?

— Да! — охотно ответила ему, но услышала упрёк:

— Ты даже не знаешь, что я прошу?

— А ты знаешь, что я хочу. Но не спешишь мне этого дать, мучаешь меня.

Горькая усмешка отразилась на его губах, когда он провёл пальцем вдоль моей шеи, спустился дальше к ложбинке груди, к пупку и ниже. Я с удовольствием закрыла глаза, выгибаясь дугой.

— Замедлись и не нервничай, Флория. У нас с тобой ещё впереди много времени, а ты живёшь так, будто завтра не наступит…

— А вдруг я права? Вдруг оно не наступит? Для меня во всяком случае.

Жалость к себе, к собственным горестям и переживаниям комом застряла в горле. Глаза увлажнились.

— Мне нужно немного времени осознать, что это реальность, а не моя мечта, — честно признался он, не забывая при этом блуждать по моему телу указательным пальцем. Вот он соскользнул вниз пупка, но повел к бедру.

— У тебя три минуты на осознание, — поставила ультиматум я, — а после наступит моя очередь, идёт?

— Удивительное рядом, — с усмешкой выдохнул муж, — даже в самых смелых мечтах я не ждал, что ты будешь меня соблазнять и тем более проявишь инициативу.

Раз он обнажил мне свои чувства, сочла необходимым честно признаться:

— Я ведь тоже очень боюсь.

— Что я сделаю тебе больно?

Помотала головой.

— Что я тебя разочарую... Как ты правильно заметил, я сильно спешу. Но у меня есть оправдание: рядом с тобой я чувствую острое желание, жгучее неудовлетворение до кожного зуда. Настолько мне хочется поскорее начать, чтобы получить хотя бы временную разрядку.

Уж если после такого он не пойдёт мне навстречу, даже не знаю, что ещё предпринять? Потребовать развода?

Нет, вряд ли, но…

Додумать мне не довелось. Ладонь Джима накрыла маленький треугольник кружевной ткани. Эти были мои трусики. Почему были? Он их порвал.

— Никогда больше не надевай этот комплект, — серьёзно попросил Джим. — Не хочу нервничать сам и не хочу, чтобы ты мучилась из-за всяких суеверий.

Я согласно кивнула, подстраиваясь под такт массирующих движений его пальцев.

— А ты обещай больше не рвать моё нижнее бельё, — ворчливо ответила я.

Только и услышала тихий смешок — всё моё внимание сейчас было сконцентрировано на другом. На ощущениях внизу живота.

— Три минуты прошли? — спросил он о чём-то. Не сразу сообразив, я лишь кивнула в надежде, что он не прекратит свои ласки.

Приподнялась на локте и опустилась чуть ниже, мне захотелось вдруг устроиться поудобнее. Но Джим зачем-то встал и полез в подкроватные ящики.

— М?..

Я растеряно наблюдала за тем, как он преспокойно ищет что-то среди стопок постельного белья.

— Подушки, — пояснил Джим, доставая наружу небольшие стёганные квадратные подушки, которые он тотчас свернул рулонами. — Устроим твои колени поудобнее.

Чуть в голос не взвыла от разочарования и вместе с тем львиной доли умиления. Устраивая мои ноги на кровати, он сейчас мне напоминал врача, настолько внимательно и самозабвенно занимался столь незначительным (для меня) занятием, хотя его внимание и забота глубоко тронули, но и изрядно смущали. Он боялся, что моим коленям будет больно, едва мы начнём двигаться? Или…

— Ой, — опомнившись, я убрала ногу, едва он взялся за гольф, — можно их не снимать?

Молчаливое внимание было мне ответом. Интимный полумрак квартиры помогал бороться со смущением и меньше нервничать. Но один нюанс всё же стоит учесть.

— Из-за плохого кровообращения у меня часто мёрзнут ноги, — оправдалась я. — Можно, я не буду снимать гольфы?

Кивнув, Бойд аккуратно поправил вязаную ткань, подтянул чуть выше колена и осторожно погладил голую кожу бедра, продолжая эту сладостную пытку. Но уже через несколько мгновений к его пальцам присоединились губы, когда он аккуратно устроился на матрасе.

Ощутив на себе гладкость его щеки и сладость поцелуев, я задохнулась от удовольствия, когда Бойд приступил к более активным действиям, запуская по моему телу электрические разряды. Острое удовольствие заставило меня вздрогнуть.

— Джим, — позвала я тихонько — голос мой ослаб. Пребывая на грани сознания, я тем не менее нашла в себе силы потребовать: — Я не заслужила подобного обращения, пожалуйста, не…

Отвлёкшись от меня, он с тревогой уточнил:

— Тебе не нравится?

— Нет, всё замечательно, но… — я пыталась собраться с мыслями, получив маленькую передышку. — А как же ты? Ты тоже должен получать удовольствие…

Я тонко намекнула, что готова ко всему, но он не спешил меня понимать.

— Проблема в том, что я не нашёл защиту моего размера, — выдохнул он с изрядной толикой разочарования. Но вот он посмотрел на меня с надеждой, прежде чем уточнить:

— Ты принимаешь препараты?

— Нет, я стараюсь сейчас меньше пить всякую химию, — ответила я без задней мысли.

Однако, когда до меня дошло, призывно придвинулась к нему со словами:

— Но это не проблема. Медкарта у меня чистая, если ты переживаешь. А по поводу беременности, — не хотела, но непроизвольно потупила взгляд, — врач мне сказал, шансы родить у меня ничтожно малы. После пройденных курсов антибиотиков и прочего…

Я прикусила губу, потому что было больно об этом вспоминать.

— Понял.

Кивнул Джим. Казалось, в его поведении что-то изменилось, ушла та невероятная медлительность и осторожность. Он склонился ко мне, строя поцелуйную дорожку теперь уже от пупка и выше.

— Но знай, что бы ни случилось в будущем, я буду рад любому раскладу и поддержу твоё решение, Флория.

— Спасибо.

Одно слово. Банальное, простое, но со столькими смыслами — не передать, не выразить, не рассказать. Обняла Джима за плечи, с удовольствием дожидаясь, когда же он приступит к основному блюду. Под конец не выдержала и сама спустилась ниже, приноравливаясь бёдрами.

Долгожданный миг, приятное давление между ног, и он начал поступательные ритмичные движения — дикое блаженство, жгучий жар, неутолимое желание — и это только на старте...

— Джим, — выдохнула я от переполняющих меня чувств. Немного опомнившись, на опережение попросила: — Только не останавливайся!

Муж охотно меня послушал, ускоряя ритм.

— Пообещай сказать мне, если будет больно.

Его просьба совершенно не вязалась с происходящим.

— Ещё… — только и выдохнула я в ответ.

Но Джим, наоборот, остановился, доводя до моего сведения серьёзным тоном:

— Мне это важно, Флория.

— А мне важно, чтобы ты не останавливался, — жалобно простонала я, но тотчас сдалась, добавляя: — Обещаю.

И снова очередной барьер будто был сметён между нами. Ритм его движений ускорился. И уже несколько минут спустя я отчётливо ощутила накатывающую волну экстаза, близость бурной разрядки.

— Я почти, — выдохнула ему в плечо и лизнула кожу следом.

Напрягла ноги, чувствуя характерные пульсации, и улетела вместе с ним от сладостных конвульсий, долгожданного завершения и приятного чувства наполненности. А главное, ощущение целостности, которое сложно объяснить.

Жаль только, Джим молчал, но и я тоже не знала, что сказать. Боязнь разочарования постепенно улетучилась, уступая место пониманию правильности. Я ни секунды не сожалела о произошедшем, и сейчас приобнимала супруга и поглаживала руками. Он явно ждал моё мнение о произошедшем, но не решался спросить.

— Все было шикарно, — похвалила его я. Поймала его взгляд и заметила лёгкое замешательство.

Доля секунды, и он попытался встать, но я не отпустила. Удержала за руку.

— Что не так?

Джим промолчал. А меня задело. Вот это перепад настроений… Как вдруг догадка озарила! Неужели… он разочарован, что всё произошло так быстро?

— Тебе было мало?

Скупой кивок, прежде чем он повернулся ко мне лицом и попытался выжать из себя вежливую улыбку. Огромное облегчение затопило мою душу, всю до основания.

— Мне тоже было мало, — весело ответила ему я. — И кто сказал, что на сегодня это всё? Я питаю определённые надежды, что мы повторим.

Удивлённо вскинув брови, Джим посмотрел на меня внимательно. Я бы даже сказала предельно внимательно.

— Ты точно этого хочешь?

— Сейчас я хочу помыться, сам понимаешь, но…

Вылезла из-под него и собралась соскользнуть на пол, однако это оказалось непосильной задачей. Муж сгрёб меня в охапку и поднял на руки.

— Я отнесу.

С удовольствием прильнула к нему, обняв за шею, и снова поцеловала, но теперь уже вдоль ключицы — провела языком, будто пыталась слизать его запах. Больше всего на свете, помимо его интересной причёски, мне нравился его аромат. Мужской, мускусный и немного свежий. Надо узнать, чем он пользуется. Обычно у любых средств сильный резкий запах из-за ароматизаторов, но только не у Джима.

К слову сказать, в ванной комнате мы застряли надолго. Время будто перестало существовать. Я охотно отвечала на ласку Бойда, бесконечное число поцелуев, объятья. Гладила его, прижималась всем телом, пробовала на вкус капельки воды на его коже. А он, такой сильный, высокий и внушительный, действовал медленно, осторожно, чем иногда выводил меня из себя. Но это, наверное, потому что я сама сильно спешила. Пришлось привыкать к новой реальности, в которой мне не нужно было убегать, и был тот, кто мог меня защитить. Наверное… Во всяком случае его искреннее участие создало во мне подобную иллюзию, а как будет на самом деле — время покажет. Но сейчас полученная приятная передышка была как нельзя кстати.

Устав ждать от жизни подарков, одни тычки, я насколько отвыкла от позитивных эмоций, что для меня сегодняшний день, вечер, ночь, стали поистине самым сокровенным воспоминанием за всю прожитую жизнь. Даже пройдя отбор в «МаЁс», я так не радовалась. Или всему виной слова продюсера, опустившие с небес на землю, мол, нужно будет обязательно «отработать»? Что же это, в сущности, означало, я узнала не сразу.

Резкое желание сбежать, спрятаться в углу и закрыть уши руками возникло само собой, и я собралась в комок. Джим застыл с лейкой в руке.

— Больно? — спросил он.

До тех пор он мылил мне волосы, охотно вызвавшись на помощь.

— Воспоминания, — выдохнула я, поняв с облегчением, что всё уже в прошлом.

— Мм-м?

— Брюменз, свинья, каждый раз как его вспоминаю, паника накатывает и тошнота подступает к горлу. Надо просто перетерпеть.

Взгляд Джима потемнел, а я поспешила заверить, боясь расспросов:

— Всё уже позади. Не стоит даже переживать.

Кивок и он развивать тему не стал, а лишь уточнил:

— Смываем?

— Ага.

Немного помолчав, Бойд нехотя предупредил:

— На тестировании могут поднять эту тему. Ты справишься?

Лёгкое чувство страха всколыхнулось в груди, но тотчас опало, едва я заметила его виноватый взгляд. Он так переживал за меня?

— Сколько ты знаешь обо мне?

— Сухая информация, без деталей и эмоциональных оценок. — Джим пожал плечами.

Так и знала, что у него был доступ к моему полному досье. Но теперь уже это меня не пугало. Получив возможность высказаться, я решила воспользоваться ситуацией и выжала из себя:

— Меня опоили и пытались использовать перед увольнением. Но мне отчасти повезло, мой слабый желудок меня спас. Меня стошнило ему прямо на диван, а потом и в коридоре. Воспоминания смутные, но вроде бы я осталась цела, если не считать пары синяков, потому что падала и ударилась плечом, пока меня тащили по коридору.

Я скривилась, прогоняя прочь из головы жуткие воспоминания. Кошмарное месиво, комок негативных эмоций, который сидел во мне до сих пор.

— Они тебя шантажировали, чтобы ты молчала?

Кивнула в ответ.

Больше вопросов Джим не задавал, включил воду погорячее и помог мне смыть средство для волос, а после, укутав большим пушистым полотенцем, обнял и поцеловал в лоб, успокаивая:

— Забудь об этом.

— А ты? Тебе не противно?

— Я разберусь.

Не знаю, что бы это значило, но я попросту побоялась уточнять, чтобы не разочаровываться лишний раз. Главное, чтобы ничего не изменилось между нами. Чтобы не было проблем. У меня их и без того хватало.

Сонливость накатила неожиданно, едва он устроил меня на кровати.

— Флория, потерпи немного, — позвал меня Джим, заставляя открыть глаза. — Надо высушить волосы, чтобы ты не заболела.

— А… да…

Зевнула, прежде чем потянуться за плойкой. Бойд украдкой поглядывал в мою сторону, пока одевался, а мне было так хорошо от одного его вида, что я, не скрывая своего интереса, просто беззастенчиво его разглядывала. Как вдруг, встав на одну ногу, он привлёк моё внимание к протезу.

— Скажи, а как это случилось?

Чудовищный вопрос!

— Ничего особенного, — отмахнулся Джим. — На ночь такое не рассказывают.

Прикусила губу до боли и резко проснулась. Да, он прав. Не надо было этого говорить.

— Если кратко, то это цена ошибки. Я, будучи курсантом, попал в охотничий капкан, когда мы прочёсывали леса дикарей. Нас отправили на практику на одну из ресурсных планет.

— Извини.

Надев штаны, Бойд повернулся ко мне с улыбкой. Наверняка старался заверить, будто я его не задела.

— Это не первый мой протез. Я уже свыкся и наконец подогнал его под свой рост. А до тех пор тоже часто спотыкался из-за нарушенного баланса. Тот случай, когда каждый миллиметр имеет значение.

На том мы закончили наш разговор, и я принялась сушить голову и завивать кудри, два в одном.

— Третья камера! — кричал продюсер в микрофон. — Третья камера, вперёд!

Его круглое мясистое лицо стало совсем красным от натуги.

— Брю, — позвал его помощник. — Вот здесь, в пересъёмке пятьдесят шестого кадра, должна быть перчатка. А певичка щеголяет перед камерой новым маникюром.

Лысый низкий мужчина в латексном костюме цвета фуксии повернул голову к помощнику, демонстрируя розовые татуировки на висках.

— Стоп! — рявкнул он, едва до него дошло сказанное. — Уберите её из зала. Где костюмеры?!

— Мы ей говорили, — в кабинке продюсера на пороге показались сразу двое в робах съёмочной команды. — Она сказала, что руки потеют в латексе, боится сыпи.

Брюменз мстительно устроился на крупный план красивой девушки в кожаных ассиметричных шортах, тканевых ботфортах-чулках, бежевом топе и дутой короткой куртке нараспашку.

— Ни мордашки, ни фигуры, — фыркнул он.

— Что будем делать?

— Уберите её с площадки, пусть нейронка сама дальше дорисует. Из этой куклы всё равно больше не выжмешь.

— Эй, алё? — послышалось в кадре, едва музыку выключили. Певица застыла с недовольной миной на лице, её идеальное каре покачнулось, крупные серебристые серёжки, свисающие гроздями, тихонько зазвенели. — Всё? Закругляемся?

Включив микрофон, продюсер слащаво протянул:

— Да, звёздочка моя, ты молодец!

И тотчас добавил помощнику — худощавому молодому мужчине в классическом костюме, позабыв выключить микрофон.

— Что за идиотка, а?

— Кто, Я?! — оскорблённо взвизгнула певица в кадре.

— Нет-нет, звёздочка моя, не ты. А костюмерша, конечно же.

Но молодому дарованию было достаточно. Оскорблённо вздёрнув носиком, она тыкнула пальцем прямо в камеру:

— Я всё расскажу моему папе. Он вас закроет по щелчку пальца. Ха! Идиотка? Да мой IQ по системе Тирха более 300! Больше всех вас взятых!

— Нет-нет, я же сказал, это костюмерша виновата, ты не надела перчатку. А мы переснимали.

— Смотрите! — кричала звезда, наивно округлив глаза. — Видите пятнышко? От ваших костюмов, кремов и блёсток у меня дерматит!

Она подсунула запястье в одну из стоящих рядом камер.

— Это может быть аллергия, — задумчиво заключил помощник.

Но даже этого было достаточно для начала новой истерики.

— Аллергия? — сокрушённо выдохнула певица. — А дерматит, по-вашему, не аллергия?

Продюсер скривился и пожал плечами. Отвечать не спешил. Выключив микрофон, на этот раз проверил полное отсутствие звукового сигнала на съёмочную площадку, прежде чем приказать:

— Делайте что хотите, стелитесь ей в ноги, но она должна уйти отсюда довольная.

Махнув костюмершам, он приказал им покинуть помещение, те неохотно подчинились. А едва дверь за ними закрылась, Брюменз разразился настоящей забористой тирадой, руганью на разных языках.

— Год! Мне осталось год терпеть эту дуру и обхаживать её отца, прокурора. Он обещал содействие, если та история снова всплывёт.

— А почему вы не решите вопрос иначе? — помощник был в курсе некоторых дел, а в этот раз осмелился спросить прямо.

— Ты думаешь, я не пытался? Хотел подстроить несчастный случай, дважды. Но мне вечно кто-то мешал.

— Неудивительно, при такой хайповой волне. Её в покое не оставляли. Столько свидетелей рядом.

— Был бы это я, было бы проще управлять. Но кто-то извне пользовался нашей репутацией и делал разные вбросы, я уже устал объяснять репортёрам, что мы ни при чём.

— Так почему и в этот раз не свалить вину?

Смерив помощника убийственным взглядом, Брюменз причмокнул губами, борясь с едкой кислотной отрыжкой.

— Ты возьмёшь на себя вину в домогательствах, м?

— Я говорю про якобы несчастный случай, — помощник усмехнулся. — За ней по-прежнему гоняется та, неугомонная, так пусть она её и достанет.

— Нельзя! — взвизгнул продюсер. — Если она до неё доберётся, то я буду следующим.

Наконец они добрались до темы, которая так интересовала работника «МаЁс». Втиравшись в доверие, он без проблем разведал детали старого нашумевшего дела со смертью ЭмДжи. И теперь перед его носом маячила сенсация, за которую ему могут неплохо заплатить. Но при условии, что Брю расколется, чего он делать совершенно не спешил.

Сделав над собой усилие, помощник спросил, будто о мелочи:

— Почему?

Но начальство лишь недовольно скривилось:

— Скользкий ты тип, Финри. Доверять тебе — себя не уважать. Но как хорошо, что я крайне самокритичен.

Развеселившись, Брюменз принялся кликать по аппаратуре. Выключал оборудование.

— Всё, дальше графисты пусть работают. Запросят сверхурочные — шли их смело ко мне. Лишних бюджетов у нас нет, не захотят работать, найду других, тебе ясно?

Кивнув с досадой, помощник продолжил наблюдать за тем, как крупная денежная премия уплывает у него прямо из-под носа.

Что ж, у него оставался ещё один вариант. Найти сталкершу и узнать подробности уже у неё. Почему после неудачницы стажёрки Оизель она пожелает достать именно Брюменза? Но эта задача казалась Финри ещё более сложной, ведь Ои скрылась и о её местонахождении не было известно никому из репортёров, даже самых прожжённых, с разными уровнями доступа в Даркнете. Одна надежда на форумы фанатов в Анинете. Может быть, кто-то сольёт инфу, если увидит похожую девушку?

Может быть.

Вот уж не ожидала, что после произошедшего между нами Бойд снова замкнётся и отправится спать в зал.

Но так и произошло!

Я с удивлением и лёгкой досадой наблюдала, как он одевается и выходит из спальни. Конечно, мне хотелось его окликнуть, но я не знала наверняка, куда он направляется. Может быть, у него иные нужды. Но нет. Скрипнула обивка дивана, послышались характерные звуки — он доставал одеяло и подушку из ящика.

— Джи-и-им, — тихонько позвала я. Не хотела создавать дискомфорт, пугать его криком. Но это уже перебор. Как я могу спать на кровати, когда хозяин квартиры устроился в зале?

Ноль реакции.

— Джим? — попытала счастье во второй раз.

— Флория, ты устала, ложись спать.

Это намёк, мол, это он устал и хочет спать? Или чересчур обо мне печётся?

Что ж, делать нечего. Узнаю наверняка.

Схватила подушку и отправилась к нему. Если он на диване, то и я.

Подошла, села и пристроила подушку, не обращая внимание на удивлённую реакцию супруга.

— Я тоже буду спать тут.

Понимаю, должны быть разумные пределы, и ему наверняка хотелось личного пространства, или он просто привык спать один, как я?

Но…

Но мы же всё-таки супруги. Только поженились. Неужели нельзя попробовать совместно делить кровать? Как это будет выглядеть в будущем?

Иначе между нами словно вырастет стена. Поэтому я легла и назло залезла к нему под одеяло, придвинулась поближе, будучи в одной его майке без нижнего белья. Злорадная мысль посетила, едва я почувствовала его реакцию на моё поведение.

— Флория… — выдохнул Джим мне прямо в макушку. Показалось ли, но он меня будто поцеловал. Или подбородком еле коснулся?

— Да? — невинно уточнила я.

Подняла такой наивный-наивный взгляд. Жаль, темно, он меня не увидит. Но может, почувствует?

Ага.

А ещё руку запустит мне под майку.

— Ты зря сюда пришла, — шепнул он с хрипотцой в голосе.

— Джим? — на этот раз я хотела спросить, что он делает? Его пальцы блуждали по моему телу, и это мягко сказано. Он меня возбуждал самым бессовестным образом. Но, конечно же, я была только «за».

Ещё бы я возражала? Шикарный мужчина — удобный диван.

— Фло, я теряюсь в догадках… — начал Бойд. — Ты совершенно ничего мне не запрещаешь. Не выставляешь границы допустимого. Как мне себя вести?

После этих слов его ласки стали более требовательными. Джим часто задышал, прижимаясь ко мне ближе, оказалось, есть куда. Низ живота опалило жаром, едва я подумала о дальнейшем развитии событий, но он вдруг прекратил со словами:

— Теперь понимаешь, почему я лёг на диване?

— Не останавливайся, — тихонько потребовала я, чем немало его удивила: Бойд вздрогнул. — Граница допустимого? — усмехнулась я. — Да ты топчешься на пороге и будто дразнишь меня каждый раз, медлишь, нерешительно действуешь, спрашиваешь обо всём. Это, конечно, мило. Но я же чувствую, что ты себя сдерживаешь, ограничиваешь, если не во всём, то во многом. Не надо так, Джим. Я готова на большее. Только попроси. Да в пекло! Не проси, делай! Делай, Джим!

— Ты зря говоришь о таком. Ты же не знаешь о моём аппетите? Я боюсь, как бы не натворил чего. Боюсь, что перегну палку и быстро тебе надоем чересчур похотливым поведением.

— Похотливым поведением? — изумилась в ответ. — Да это я к тебе в ванную вломилась. Я сняла с тебя полотенце, требовала, ставила ультиматумы. Это мне надо быть посдержаннее, не находишь?

Бойд усмехнулся. Горько так. Словно в нём сидела боль, застарелая, глубокая.

— Мои прошлые отношения закончились судебным разбирательством.

Я промолчала, слушая дальше, не перебивала. А он понял это по-своему.

— Вот видишь, теперь и ты начнёшь во мне сомневаться.

— Не начну! — осознание случилось со мной крайне не вовремя. — Я просто ждала продолжение. Хочу услышать всё, прежде чем сделать какие-то выводы. Ты же расскажешь?

Прежде чем продолжить изливать душу, Джим стиснул меня в объятьях. Его тело сотрясала мелкая дрожь.

— Ты замёрз? — удивилась я. — Или так неприятно? Если надо, я пойму, не буду расспрашивать.

— Я разбил ей нос, — выдохнул он. — Чудовищная нелепость. Она… она… — муж не мог подобрать слова. — Поскользнулась рядом со мной. Я пытался поймать, резко обернулся и её нос встретился с моим локтем. Судебное разбирательство прекратили, до уголовщины не дошло. Мы заключили сделку. Я оплатил ей пластическую операцию, а она в отместку запросила судебный запрет на преследование. Громко кричала, обвиняла меня в насилии.

— Так вот почему ты боялся оборачиваться? — пришла к выводу я. Но этого было мало. Медленно его поцеловала, прям так, через майку, туда, где билось его сердце. Обняла, погладила по спине. — Но как хорошо, что вы разбежались. Ведь теперь у меня есть шанс построить своё будущее с таким шикарным мужчиной, как считаешь?

— Так ты мне веришь?

— Честно? — не хотела затягивать с ответом театральными паузами, но вышло само собой. — Я даже не представляю себе ситуацию, когда бы ты намеренно причинил мне вред. Ты носишь меня на руках. Чуткий, добрый. Заботишься обо мне, переживаешь по всяким мелочам. Твои действия говорят сами за себя.

— А вдруг…

— Джим, — перебила я. — Ты нарываешься на комплименты или пытаешься меня разубедить?

Муж усмехнулся. А его рука наконец снова пришла в движение.

— Но ты же собралась спать, — с сожалением заключил он, не позволяя себе опускаться ниже поясницы.

— Я бы с радостью, только если ты пойдёшь со мной в кровать.

— Я буду приставать…

— Не напугал.

Послышался громкий вздох.

— Видится мне, я тебя быстро разозлю своей неуместной похотью, и ты меня пошлёшь.

— Или удовлетворю твои потребности и усну сытая и довольная в объятьях шикарного мужчины. — Нарисовала в уме образ возможного будущего и тихонько восхитилась перспективе. — Вот было бы здорово уснуть в обнимку.

— Взамен обещай мне кое-что, — поставил мне условие Джим.

— Вся внимание.

— Если будет невмоготу или если я тебя разозлю, не бойся сказать мне в открытую. Я умею соблюдать личные границы. Пожалуйста, не держи на меня зла и не обижайся. Дай мне шанс исправиться.

— Ты слишком самокритичен.

Я вздохнула, отчётливо понимая, что и сама такая. Но его случай гораздо хуже моего. Возможная причина: неудачный опыт прошлых отношений или замкнутый характер.

— Но и ты тоже скажи мне, если я сильно буду напирать. Ты мне очень нравишься, Джим. И иногда мне хочется услышать твой голос, а ты молчишь… хочется увидеть твою реакцию, а ты отводишь взгляд, поэтому я намеренно тебя провоцирую, веду себя стервозно и требовательно. Я не такая на самом деле. Я просто не знаю, как иначе проявлять заботу о тебе, мне ничего не остаётся, кроме как тормошить тебя иногда и переступать личные границы. — А немного помолчав, наконец осознала. — Ой, и правда! Я же могла дать тебе просто лечь спать и не устраивать разбор полётов, извини…

— Я устроился на диване от безысходности. Ты зевала, а мне так и хотелось продолжить то, что мы делали в ванной.

Довольная улыбка растянулась на моих устах сама собой. Какой же он милый.

— Идём, посмотрим, насколько меня хватит, м?

Я аккуратно вывернулась из его объятий и встала с дивана, но тотчас чуть на пол не упала. Левая нога подогнулась!

Повезло — Джим меня поймал!

— Упс, — я.

— Уф, — он. — Нет, пожалуй, попробуем лечь спать.

Видать, сильно перепугался. Раньше времени его не разубеждала, радуясь уже тому, что он идёт со мной в спальню. А там посмотрим, как получится.

Спать мы легли ещё не скоро, и снова мне пришлось его тормошить. Но в итоге бурная разрядка того стоила. Радостное состояние на душе вызывало непроизвольную улыбку.

Объятья Бойда были тёплыми и приятными, а его забота вызывала умиление. Он снова уложил подушку у меня между коленями и пояснил, будто так суставы отдыхают. Часть нагрузки перенаправляется на крестец. Но я его уже не слушала. Дремала, чувствуя, как он устраивается позади меня. Намеренно легла на его половину — муж понял мой манёвр и артачиться не стал. Обнял и аккуратно подвинул вперёд, чтобы выиграть немного места.

Хотела наутро вознаградить его поцелуем, но, к сожалению, проснулась я одна. Джим ушёл на работу.

Эх…

Вздох вырвался непроизвольно, потому что одиночество вернулось. Но на этот раз оно на меня не давило; ощущение, будто есть на свете человек, которому ты не безразлична, — неповторимое, непередаваемое, чудесное.

Что ж, умоюсь и первым делом посмотрю, что можно приготовить ему из вкусного, а заодно подумаю над маленьким подарком. Точно! Закажу другой комплект нижнего белья. Деньги, которые у меня оставались, последние. Но так хотелось его порадовать, что я осмелилась в этот раз действовать безрассудно, полагаясь на зарождающиеся внутри меня тёплые чувства.

Затолкала все доводы «против» подальше и с улыбкой выбралась из-под одеяла. Отличное настроение — хорошая штука, сразу и день светлее кажется, и тело легче, и ощущения более глубокие, объёмные.

Невероятно. Давно я не чувствовала себя так здорово. Восприятие действительности поменялось — страх быть застигнутой фанатами ЭмДжи никуда не ушёл, но сильно притупился, а с сердца свалился огромный валун, едва мы поговорили с Бойдом по душам. Как хорошо, когда есть кому рассказать о своих проблемах.

Раньше я этого даже не осознавала.

* * *

Джим Бойд, пройдя все положенные процедуры аутентификации, приблизился к рабочей кабинке и с неудовольствием отметил — его уже ждали. Трое из Дисциплинарного отдела стояли у входа в строгих позах, неулыбчивые.

— Согласно протоколу ты должен был доложить об изменении семейного реестра.

— Согласно протоколу подобную информацию не положено спрашивать в коридоре, — спокойно ответил Бойд. — Я был в отгуле. Пришёл на работу и первым делом планировал заполнить подробный отчёт об изменении состава семьи. Я знаю свои права и обязанности.

Трое переглянулись и один из них кивнул и тогда самый рослый и плечистый вышел вперёд и тихонько шепнул:

— Ей тоже нос расквасишь?

Бойд стерпел нападки, прекрасно понимая, что всё дело в проверке на стрессоустойчивость.

— То был несчастный случай, я применю все правила предосторожности, чтобы подобное не повторилось. И если вы не возражаете, я бы заполнил отчёт согласно протоколу. — Он не хотел реагировать, но всё-таки выделил последнее слово, добавив недовольный взгляд в конце.

— С женой ты тоже так разговариваешь? — усмехнулся другой сотрудник. Но ответ Бойда им услышать не довелось.

— А что тут у вас такое? — Сторгс, только выйдя из лифта, тотчас решил присоединиться к разговору, увидев столпотворение возле кабинки коллеги. — Нужна моя помощь?

Нахально-наивный взгляд всегда ему удачно удавался. Коротко стриженный блондин, он сильно выделялся из толпы других утилизаторов, чем вызывал непроизвольное недовольство руководства, но согласно правилам и протоколу имел все основания для занятия должности. Безупречная служба в космофлоте Терры, отличные показатели, уровень IQ по системе Тирха выше пятисот единиц.

— Зайди к нам после отчёта, — строго приказал один из троицы и с удовольствием добавил: — Думаешь, как твоя жена отнесётся к тестированию? И вообще, пройдёт ли?

— Узнаем.

Джим пожал плечами. Терпение его было далеко до предельной отметки. Школа жизни научила его принимать удары стойко, не подставляя спину.

Улыбка заиграла на моих устах, когда я услышала пиликающий звук. Вышла из ванной комнаты, где крутилась у зеркала, примерив новый доставленный к двери комплект кружевного белья. Иными словами, ткань и ограняющая по краям цепочка из маленьких белых стразиков.

Скандально, провокационно, но настроение поднимало до небес. Давно я не позволяла себе тратить деньги на подобные безделушки. Почему так? Потому что одна-две стирки и металл вокруг камешков окислится. Считай, можно выбрасывать. И всё равно отогнала мысли подальше и подняла взгляд на встречающего меня Бойда. Его крайний испуг передался и мне. Ведь позади него стояли ещё люди.

Он открыл было рот, но я поняла без слов! Скрылась в ванной и схватила его халат, в котором тотчас утонула, запахиваясь и завязывая пояс. Пальцы дрожали, сердце гулко колотилось в груди.

Что происходит?!

— Флория? — вкрадчиво позвал меня муж, стоящий по ту сторону двери. — Тебя хотят видеть сотрудники Дисциплинарного отдела.

Так и хотелось упрекнуть его, неужели нельзя было предупредить? Но что-то мне подсказывало, если бы мог, он бы это сделал. Не думаю, что Джим намеренно способен причинить мне вред.

Набрала холодной воды в ладони и умылась, прогоняя подальше краску стыда. Хорошо, что он такой плечистый и люди позади него ничего не увидели. Вот только мой внешний вид и сейчас был далёк от идеала. Сделала над собой усилие, умылась, намочила волосы и провела руками по плечам, создавая мокрые локоны. Пусть думают, что застали меня в неудобное время.

— Флория?

— Иду! — крикнула я, отчётливо понимая, что пугаться уже поздно. Я ведь ему пообещала, мол, всё будет хорошо и я его не подведу. Вот и буду вести себя максимально правдоподобно.

Вдох. Выдох. Подумала о сценических навыках и уроках, которые получила, будучи стажёркой «МаЁс», прошедшей кастинг.

Открыла дверь и с улыбкой встретила угрюмую троицу, не считая моего собственного мужа. С их присутствием в довольно просторной комнате пространство словно улетучилось. Один взгляд на эти постные рожи и настроение моё упало ниже уровня Акнайской впадины, но улыбка не стёрлась с лица.

Видно было, никому не нравилось то, что должно произойти далее. Однако некие глупые правила заставляли их сделать это.

Что ж, подыграю и спасу нашу будущую семейную жизнь. Без вариантов.

Бойд действовал быстро и решительно, спасибо ему, достал складные стулья, расправил и поставил их рядом со столешницей кухонного модуля, отчётливо понимая, что мне придётся заполнять кучу всяких бумажек. Один из них — шатен средних лет проницательным острым взглядом — смотрел мне прямо в глаза. А заодно держал в руках папку с твёрдой пластиковой обложкой. Чёрной.

— Флория Эд-ро, если не ошибаюсь.

— Да, по документам так и есть, — согласно кивнула я. Хорошо хоть, от волнения не забыла собственное полное имя. Потому что новую фамилию вообще редко когда произносила.

— А не по документам? — прицепился тот самый дисциплинарщик.

— Не по документам, для друзей и знакомых Фло или Флория.

— Но и Оизель тоже? — продемонстрировал он знания моего прошлого.

— Нет, я уже давно забыла про это имя, — отмахнулась я, не обращая внимания. Хотел вывести меня из себя? Не дождётся.

Бегло вскользь осмотрела остальных двух сотрудников Дисциплинарного отдела, и поняла, что они здесь за компанию. Сидят и молчат. Бойд же зачем-то встал ко мне спиной у стены и уткнулся взглядом в потолок, словно арестант.

— Что происходит?

— Он пожелал присутствовать при вашем разговоре, — пояснил шатен, — таковы правила. Джимми Бойд, при наличии вашего согласия, может оставаться в допросной комнате, в данном случае в собственной квартире только при одном условии — ни словами, ни действиями он не должен воздействовать на ваше решение. Так вот, позвольте спросить: вы согласны с тем фактом, что он услышит все ваши ответы на вопросы? Замечу сразу, часть тестирования будет проходить в устной форме, часть в письменной.

— Хорошо.

— С чем конкретно вы соглашаетесь? С проведением тестирования или присутствием Бойда в квартире во время этого?

— Со всем. Я согласна, чтобы он был в квартире и ему необязательно стоять в углу. Можно, он хотя бы сядет на стул?

— Я постою, — возразил Бойд.

Настаивать не стала, лишь пожала плечами, мол, не возражаю.

— И всё-таки я обязан вас предупредить заранее, я буду поднимать неприятные темы, в том числе про ваши прошлые интимные связи. Вы уверены, что не против его общества?

Хитро. Прогоню его сейчас, и он никогда не поверит, что у меня нет от него секретов или же скелетов в шкафу.

— Я согласна с его присутствием при допросе. Ой, то есть при тестировании.

Едко улыбнулась сотруднику, на что он ответил не без удовольствия в голосе:

— Вы зря огрызаетесь, в моей власти сделать так, чтобы его упекли за решётку.

— Скажите мне вот что, — я не повелась на этот блеф, — стоит ли мне вести аудиозапись нашего разговора? Просто так, на случай, если я пожелаю привлечь адвоката для выяснения всех тонкостей, положенных при подобном тестировании?

Бойд попробовал обернуться, чтобы что-то сказать, но шатен его опередил:

— Вернись на место, я не буду превышать полномочия.

— Очень на это надеюсь. — Джим сжал кулаки.

— Чтоб вы знали, — выдохнул сотрудник Дисциплинарного отдела, — именно я подписывал ему характеристику при повторном приёме на работу после увольнения из-за тюремного срока.

Так Джим был за решёткой?

Присмирев, я неосознанно погладила рукой по голове, стараясь удержать собственные мысли. Наверняка была веская причина. Его работа сопряжена с риском. Мог где-то оступиться. Точно! Спокойно, Флория. Не ведись на провокацию.

— Вижу, вы не знали о его судимости? — кивнул шатен. — В любом случае, от тестирования уже поздно отказываться. Так вы готовы?

— Да, я готова, — ответила твёрдо, во всяком случае голос не дрожал.

— Что ж, приступим.

Сидящий рядом сотрудник придал лицу подобающий случаю вид и будто с привычным официозом демонстративно раскрыл папку, затем вынул оттуда тонкую стопочку пластиковых листов, а заодно протянул стилус.

— Вам нужно отмечать те варианты ответов, которые вы считаете правильными.

Заглянула в первые несколько вопросов и волосы на моей голове зашевелились. Опрос при гинекологическом сканировании — такие мелочи по сравнению с тем, на что предстояло ответить мне.

— С вашего позволения, я выпью воды.

Я встала и прошла к холодильнику, достала банку, откупорила и опрокинула в себя треть, ибо во рту пересохло.

— Зачем, скажите мне на милость, вашим сотрудникам знать периоды моей овуляции? Я и сама не в курсе этого.

— Отвечайте, как считаете нужным, — безразлично ответил шатен. А в его глазах цвета мокрого камня промелькнула злорадная искорка. Вот жук. Он ведь точно получает удовольствие от этого!

Что ж, ладно. Плотно закрыла бутылку и взяла с собой, медленно прошла к стулу и даже ни разу не споткнулась. Боль в коленях вмиг забылась, едва перед глазами замаячила другая более существенная проблема.

Неужели незнание собственного менструального цикла может как-то навредить Бойду? Этого же просто не может быть! Ведь не может?

Будто заметив мои сомнения, один из сотрудников из группы поддержки сжалился и пояснил:

— Тестирование допускает погрешности и неправильные ответы по части незнания собственной физиологии.

— Дэйв! — недовольно осадил его шатен.

Точно забавляется.

Что ж, не буду ему подыгрывать. Села на стул, устроила бутылку воды подальше на столе и перехватила стилус покрепче. Принялась заполнять информацию о моём идентификаторе, прочие данные, поставила подпись.

А когда перешла к вопросам, напрягла память, стараясь максимально правдиво указать всё, что знала о собственных показателях здоровья, так скажем. Да так увлеклась, что попросту позабыла где нахожусь.

— Если позволите, — отвлёк меня шатен, — нельзя просто наставить «да» или «нет», некоторые вопросы действительно могут упечь вашего супруга за решётку.

— Вы сейчас осуществляете давление на меня? Или нервируете Бойда? Он же ничего не видит. Я внимательно читаю вопросы.

— А мне показалось, отвечаете наобум.

Так и хотелось наградить его нелестным эпитетом, но я промолчала. Впереди ещё устное тестирование, так что надо поберечь силы, как физические, так и моральные.

Продолжила заполнять листки, внимательно вчитываясь в каждый из вопросов. Буквально, пересматривала по нескольку раз, стараясь не пропускать каверзные формулировки с двойным отрицанием и прочим. Иной раз было так, вначале идёт вопрос: «Не принуждал ли ваш партнёр к близости?» А за ним ещё один: «Принуждал ли ваш партнёр к интимным связям?»

Последние вопросы из пятидесяти дались мне особенно тяжело, потому что они повторялись, но с небольшим перефразированием.

— Ужас, ну и галиматья, — выдохнула я, заканчивая. И тотчас устремила взор в сторону супруга:

— Вроде бы всё.

— Вы не должны спрашивать или отчитываться ему! — Шатен неодобрительно покачал головой. — Иначе я буду вынужден отметить вашу зависимость от его мнения.

— Я посмотрела в сторону Джима, потому что он всё это время стоял на ногах. Как видите, у него протез, и я переживаю за любимого.

Последнее слово вылетело против воли, но я не жалела об этом.

— Так вы утверждаете, что ваши отношения строятся на взаимной любви? — переняв листики, шатен достал другую стопочку вопросов и забрал у меня стилус.

— С моей стороны, возможно. Если теплые чувства, сопереживание, желание быть как можно ближе к нему и проявлять заботу — это любовь.

Выдохнула. Не знаю, откуда во мне взялись силы, так лаконично выражать мысль? Обычно я была более скована и нерешительна, но сейчас, глядя на то, через что приходится пройти Джиму, я ощущала лишь возмущение и желание его защитить.

— У меня имеется информация, будто вы долгое время принимали антидепрессанты. Не считаете ли вы, что ваше желание «любить» Бойда основано на том, что вы видите в нём опору?

— А разве это ненормально, видеть опору в любимом человеке?

— Когда это лишь часть вашего личного мира — нормально. Но когда партнёр становится всем вашим миром, а вы для него лишь частью, то эти отношения обречены на провал. У вас имеются все признаки эмоциональной нестабильности. Резкие перепады настроений позволяют диагностировать у вас депрессию, а в таком состоянии человек способен подавлять потребности личности и плыть по течению. Он хватается за любой спасательный круг, за любую протянутую руку.

— Ну уж нет! — выдохнула я. Может быть, зря повысила голос, но я отчётливо понимала, к чему он клонит. — Джим — не просто спасательный круг. Он замечательный мужчина, добрый, отзывчивый, умный и красивый.

Сидящий рядом поперхнулся.

— Вы вот мне красивым совершенно не кажетесь, — усмехнулась я. — Он — да. Он красив и внешне, и внутренне.

— Хотите мне доказать, что полностью растворились в нём всего лишь за сутки оформленных отношений?

— Я не растворилась в нём, — запротестовала я, — а влюбилась. Почему вы намеренно уводите разговор к крайностям? Я самодостаточная личность, да, временно уволенная, сейчас испытываю финансовые трудности, но я планирую устроиться на работу.

— А у меня имеется информация, что вы последние деньги спустили на покупку в магазине интим товаров.

— Я купила красивый комплект нижнего белья.

— Вы тратите последние деньги, чтобы сделать подарок «любимому»? А как же ваша собственная финансовая независимость? Или вы считаете, что ваша жизнь теперь удалась? Вы знаете о его благосостоянии, не так ли?

— Нет, я ничего не знаю о его деньгах.

Теперь стало понятно, почему Бойд не распространялся о финансовом положении. Чтобы не осложнять мне прохождение тестирования.

— И вообще, я сделала подарок не ему, а себе. Я купила комплект нижнего белья для себя самой, чтобы порадовать вначале себя, а затем уже моего супруга, который будет снимать трусики и лифчик.

Последние слова выдавила через силу, демонстрируя феноменальную, несвойственную самоуверенность. Уж если меня сочли забитой и неуравновешенной, то самое время их в этом разубедить.

— Что ещё вас интересует? Какой у него размер? Предохраняемся ли мы? Кхм, у него о-очень большой. Я просто в восторге, вы не поверите. И нет, мы не предохраняемся. Ах да. Могу рассказать в каких позах мы это делали, нужно? Или достаточно уже того, что я письменно на это ответила?

— Так вы планируете завести ребёнка?

И снова удар под дых.

— Если природа так решит. — Я пожала плечами. — Но мои медицинские показания…

— Какие именно?

— Не важно, — отмахнулась я.

Но он, будто пиранья, почуял кровь и начал развивать неудобную тему.

— Так. Думаю, теперь самое время поговорить о вашем прошлом. Вы отметили в тесте, что к вам ранее применялось противоправные действия интимного характера, но указали рядом, что это не Бойд. А кто?

Сделала глубокий вдох и выдох. Посмотрела по сторонам, чувствуя лёгкий звон в ушах. Пора доставать и эту правду, раз уж отважилась откровенничать по полной. Сама виновата. Вляпалась.

— Предварительно я должна взять с вас обещание, что вся информация будет конфиденциальной и не будет использована ни в каких целях, кроме тестирования.

Шатен кивнул, остальные тоже. И тогда я нехотя призналась:

— Продюсер из компании «МаЁс» и его люди.

Мне было плохо, тошнота подступала к горлу от одного только воспоминания. Но я выжимала из себя, понимая, что лучше сама расскажу, чем он наводящими вопросами выжмет ту же информацию.

— Я прошла кастинг, не подозревая о том, куда меня готовят. Изначально я планировала попробовать себя в Шоу-бизнесе, потому что мой бойфренд бросил меня и унизил, мол, пора бы мне съезжать, так как ему поступило предложение о съёмках в сериале. Сказал, что ему будет не до меня, когда он переедет в апартаменты продюсерской фирмы.

И снова вдох и выдох, прежде чем продолжить.

— Но в «МаЁс» я быстро поняла, что попала в крайне токсичную среду, вот только останавливаться было уже поздно. Меня продвигали наверх, выделяли из толпы. А позже я узнала: всё дело в моя конституции тела и внешних данных. Я почти идеально подходила для создания дубликата всеми известной звезды из Анинета — ЭмДжи, у неё оказались сильные проблемы со здоровьем, что мешало ей в полной мере зарабатывать деньги на турне. Но был один изъян, который не устраивал руководство — мой рост. Семь миллиметров. Я была выше её на семь миллиметров. Для придирчивых фанатов существенный недостаток. Во всяком случае, меня в этом убедили, заставив сделать нелегальную операцию на коленях и суставах. Квалифицированные специалисты отказались заниматься подобным: намеренно меня уродовать, поэтому в «МаЁс» нашли одного кустарного специалиста, привезли в тайную частную клинику и провели неудачную операцию, после которой остались не только уродливые шрамы, но и иные более серьёзные последствия. Я постоянно теряю равновесие. Меняя рост, нужно было рассчитать размер стопы и прочие данные, чтобы сохранить баланс тела, но это не было сделано. И моя карьера покатилась по наклонной. Но даже так, в самом конце сотрудничества с этой компанией, когда меня привезли в главный офис-высотку, я и не подозревала, что меня ждёт нечто более ужасное.

Посмотрела на Бойда и с грустью заметила, как он сжимает кулаки.

— Меня пытались использовать в пентхаусе Брюменза. Этот жирный боров сидел на диване и скалился, разглагольствуя, мол, ты не умеешь создавать тренды, поэтому смирись и будь посредственностью. Не выжимай из себя, иначе плохо кончишь. А если хочешь остаться в «МаЁс», то все вложенные деньги нужно «отработать» понятным образом.

Закончив отвечать, я прикрыла лицо ладонью, стараясь справиться с накатывающими слезами. В комнате царила ужасающая тишина, мне вдруг стало слишком зябко — я повела плечами. Помотала головой, прогоняя непрошенную жалость к себе.

— Но мне повезло, мой желудок меня спас. — Я горько усмехнулась. — Меня вырвало. Много раз. О, было крайне интересно смотреть, как этот свинья багровеет и морщится от отвращения ко мне, когда я в очередной раз разливаю содержимое моего желудка на его блестящем полу. Красота…

— И после такого вы утверждаете, что эмоционально стабильны? — дисциплинарщик по-прежнему гнул свою линию. После всего рассказанного, ещё противнее стало, ведь я ему душу раскрыла, а он лишь отмахнулся. Будто и не сочувствовал вовсе.

— Это было давно.

— Но лечение вы не проходили?

— Когда бы? Я всё время работала и моталась по городам, скрывалась от обозлённых фанатов ЭмДжи. Кто-то постоянно подбрасывал в инфополе Анинета разную дезинформацию. Меня дважды пытались убить. А вы говорите про реабилитацию?

На этот раз дисциплинарщика проняло — он замолчал. Или нет? Всё же после недолгой заминки он вновь заговорил:

— Получается, несмотря на весь пережитый опыт, вы решили довериться Бойду? Вы знаете, что у него имеется судимость, а прошлые отношения окончились судебным разбирательством? Вам не кажется, что выбор был неудачен?

— Я ни о чём не жалею! Мне нравится Джим, очень нравится. Про судимость, наверное, он сам мне расскажет, когда будет готов. Про прошлые отношения я уже знаю.

— И, конечно, он сказал, что это несчастный случай? Вы же знаете, никто не хочет считать себя плохим и будет искать оправдание любому, даже самому зверскому поступку.

— Поверьте, вы ищете зверские поступки не в том месте. Он заботится обо мне, носит меня на руках. Пылинки сдувает почти в буквальном смысле. Любой девушке было бы приятно получать столько заботы и внимания от любимого человека.

— И вас не смущает, что это могут быть токсичные отношения?

— О чём вы? — Я вздохнула, глядя на то, как он что-то чёркает стилусом у себя в записях. — Ещё раз скажу, чтобы вы поняли, я его люблю, ни к чему он меня не принуждал, у нас замечательные отношения, что вам ещё нужно знать?

— Последнее, — обрадовал меня сотрудник, имени которого я даже не знала.

Да и буду честна — не хотела знать вовсе. Оказалось, не зря. Вынув из кармана визитницу, он достал оттуда маленький прямоугольник. Прям какой-то раритет. Давно подобное не видела. Только в старых-старых фильмах.

— Вот мои контактные данные.

— Зачем? — удивилась я. Даже не глянула на неё вовсе.

— Чтобы было куда обратиться на случай непредвиденной ситуации. Если вдруг Бойд выйдет из себя и будет представлять угрозу вашей безопасности.

— С какой стати ему выходить из себя?

— Вы знали, что он подрался с собственным другом, за что и угодил за решётку?

— Нет. Я этого не знала, но наверняка тому есть причины.

Теперь я уже пошла на принцип. Чем больше напирал этот человек, тем меньше мне хотелось ему верить. Вот совсем.

— А своей бывшей девушке он разбил нос.

— И она отсудила у него деньги на пластическую операцию, в накладе не осталась.

Я пожала плечами.

— Вы точно не хотите иметь подстраховку на случай бытового конфликта? — изумился сотрудник Дисциплинарного отдела. А я прямо ему призналась:

— Очень умно с вашей стороны давать мне эту карточку демонстративно, будто назло. Возьму — значит, покажу своё недоверие к собственному мужу. Это будет точить и его, и меня. Как думаете, кто выиграет, если мы из-за этого расстанемся?

— Кто?

— Вы.

Теперь уже настала его очередь изумляться.

— А что? Удобно. Неженатые сотрудники — минимум проблем Дисциплинарному отделу.

— Вы же знаете, что это не так, — не согласился индивид, сидящий рядом. — Мы беспокоимся о вашей безопасности. Бойд имеет доступ к большому объёму информации и различным рычагам давления на вас, как на личность.

— Эти рычаги есть у вас, и вы их демонстративно использовали, — я кивнула. — А ещё, сделали это без всякого такта. И если бы вас действительно волновала моя личность, то вы хотя бы посочувствовали мне на том моменте, когда я рассказывала про Брюменза. А сейчас вы лишь демонстрируете полное безразличие к моей судьбе, действуете словно по инструкции. Профдеформация, я полагаю.

Поняв, что со мной спорить бесполезно, дисциплинарщик наконец угомонился. Забрал обратно свою визитку, спрятал её в карман и принялся собирать папку.

— И прошу вас, не мешайте нам жить. Проявите хоть немного чистосердечия.

Смутившись, он наконец проворчал:

— Знали бы вы, с чем я сталкивался за всю свою жизнь, так бы не говорили.

— Так расскажите, — сказала я. — Неужели Бойд так плох, что вы его всячески топили в нашем разговоре?

Увы, момент был упущен. Сотрудник Дисциплинарного отдела снова надел маску безразличия и скупо ответил:

— У меня нет полномочий разглашать персональную информацию.

Допытываться нет смысла. Молча наблюдала за тем, как они собираются и уходят. Сидела и заторможено взирала на них, чувствуя, будто страх накатывает волнами.

Неприятные мысли, мол, я напортачила, медленно догоняли.

Джим вызвался проводить коллег и плотно закрыл дверь, прежде чем долго о чём-то спорить с тем самым дисциплинарщиком. Видела по камере, жаль, не умею читать по губам. Когда же он наконец вернулся, то я даже не покинула наблюдательный пост, сидела на тумбе у входа и смотрела в мониторчик дверной системы контроля доступа.

— Я напортачила?

Спросила сразу же, едва наши взгляды встретились. Джим был угрюмее обычного.

— Нет.

Его скупой ответ мало что мне сообщал. Протянула руки, хотела его обнять, но он прошёл мимо и сел на диван, с удовольствием откинулся назад и вытянул ноги. И правда, он устал!

— Будешь кушать? — в надежде спросила я.

Но он промолчал. Снова вздохнул.

— Джим…

— Извини. — Одно его слово и я вспылила:

— За что?! Неужели ты сейчас мне скажешь выметаться отсюда, а?

Ох, дерьмо!

Обняла голову руками и теперь уже настала моя очередь извиняться:

— Прости… я… старалась как могла. Да, я немного разозлилась. Но неужели я создала тебе проблемы?

— Почему ты не взяла визитку? — спросил он. — Это стандартная процедура. Я взял её вместо тебя.

— Но зачем?

— Им положено дать тебе шанс настучать на меня, если я начну на тебя давить. Всё согласно протоколу.

— То есть в этом проблема? — Прошла к нему и аккуратно опустилась рядом. — Я же не подставила тебя под арест, нет ведь?

— Нет, Флория.

Казалось бы, ответил. А в голосе столько грусти. И сидит весь такой напряжённый. Аж сердце кровью обливается. Прильнула к его руке, а он, наоборот, отодвинулся.

— Что такое? — оскорбилась я. Этот его жест очень не понравился.

— Фло, выслушай, пожалуйста, — попросил он. — Не хочу, чтобы между нами были недомолвки.

Кивнула, запрещая себе расстраиваться раньше времени. Джим взъерошил волосы и откинулся назад, устремляя взор в потолок.

— У меня есть друг, точнее сказать близкий приятель, Грибер Сторгс. Ещё когда он был женат, возникла одна проблема. У его супруги появился навязчивый поклонник. Он безбашенный сынок одного влиятельного человека города. Мог себе многое позволить и позволял. Преследовал Эмити упорно. Мы с Грибером мозг сломали, как же его взять. Придумали схему. Я был на задержании. Хотел его урыть за то, что он сделал. Поймал его на воровстве нижнего белья, но тот упал в ноги и стал молить об аресте. Я не мог применять силу, потому что преступник не сопротивлялся.

Пока Бойд говорил, я замерла, будто забыла, как дышать, слушала внимательно и не перебивала. Душа у меня болела от услышанных подробностей, но я молчала.

— Его арестовали, посадили на три года. И то, пришлось много копать, чтобы пришить к делу побольше подробностей. Но даже это не спасло Эмити от последующего преследования. Этот подонок где-то достал сетру и продолжил изводить супругу Грибера настойчивыми звонками, залез в Анинет и там публиковал всяческий якобы компромат, пользуясь качественными подделками.

Кивнула, понимая отчётливо, через что прошла супруга Сторгса. Я прочувствовала на себе подобное уж точно.

— Мы придумали новый план. Я должен был достать его за решёткой, потому что отец выхлопотал ему помилование и тот должен был выйти спустя полгода отведённого срока в купольной колонии «Хадо-4», буквально, на соседнем континенте. Туда маглев ходит прямым рейсом раз в квартал. Так вот, я подрался с Грибером и мешал моему задержанию, поэтому мне дали два месяца срока за хулиганство. Я попал в «Хадо-4», но даже не знаю, к счастью ли, в общем, я не успел. Сокамерник пырнул преследователя Эмити в день моего прибытия.

— И он…

— Скончался, потому что помощь не подоспела вовремя. Ушлый уголовник уложил жертву на шконарь лицом к стене и прикрыл рану подушкой.

Бойд закрыл глаза. Неосознанно потянулась к нему и поцеловала в плечо, сокрытое серой робой утилизаторов.

— Форма грязная, Фло. Я не просто так отсаживаюсь.

Вначале вытерла губы, а затем бравурно покачала головой:

— Ну и что?

— Не хочу, чтобы ты заболела. Подожди, я немного отдохну и пойду мыться. Переоденусь.

Выдохнула от облегчения, а на глаза чуть слёзы не навернулись.

— Я ведь уже успела надумать себе всякого.

Вовремя припомнила про купленное нижнее бельё, развязала поясок и распахнула халат, демонстрируя подарок.

— Твой фронт работ на сегодня! — усмехнулась я, глядя на лёгкое удивление супруга.

— Флория, пожалуйста…

Насупилась и недовольно выдохнула:

— Ты опять возводишь баррикады? Что на этот раз в качестве оправдания?

— Ты должна восстановиться, Флория.

— Глупости, — отмахнулась я, продолжая стаскивать с себя халат. — Рядом с тобой я чувствую себя лучше. Я чувствую, будто становлюсь полноценной.

— И это лишь свидетельствует о том, что дисциплинарщики правы. Ты сильно привязываешься ко мне, потому что ищешь во мне опору. Едва ты восстановишь личность, твой интерес ко мне улетучится.

Уж лучше бы он меня ударил, и то было бы не так больно!

— Ты им веришь? — спросила я в надежде, что он скажет «нет». Но услышала я лишь неопределённое:

— Не знаю.

— Прекрати! — приказала я. Раздражение и обида накатили — не отбиться. — Не надумывай себе всякий глупости, ладно? И вообще, ты собирался мыться? Идём. Я тоже… хочу потереть тебе спинку.

— Флория…

— Я весь день изнывала от желания поскорее увидеть тебя, чтобы заняться понятным делом. Купила вот это, чтобы порадовать. А ты мне рассказываешь, будто я тебя разлюблю? Да с какой стати мне это делать?

Джим смущённо потупился, не ответил, поэтому я продолжила доставать его из скорлупы:

— Ты мне нравишься, очень. Да, у меня все признаки депрессии, но это не значит, что я тебя разлюблю, едва сумею решить все свои проблемы. Мне же хочется стать сильной, чтобы поддерживать тебя, Джим. Помогать тебе. Кстати, я приготовила ужин. Но ты припозднился, пришлось убрать в холодильник.

Вот за что себя уважаю, так это за умелый перевод темы. Едва услышав про еду, Джим заметно приободрился.

— Я зверски голоден, — признался он.

Пожалела его нервы и натянула обратно халат, запахнулась и аккуратно поднялась со словами:

— Сиди, сейчас разогрею.

— Ноги и правда гудят…

Улыбнулась своим мыслям. И всё-таки он остался прежним, и дисциплинарщики не сумели промыть ему мозги, не смогли заронить в голову плохие, уничтожающие отношения мысли. Впрочем, как и мне. О том, что они именно это и пытались сделать, — сомнений не было никаких.

Вопреки моим планам, в ванную Джим ушёл сам, едва с удовольствием навернул две тарелки моей стряпни. После чего отправил меня отдыхать. Настоятельно рекомендовал больше не напрягаться.

Понятное дело, ему хотелось побыть одному. Но мне очень важно было понять, всё ли осталось прежним? Или я зря раньше времени понадеялась, что подобное тестирование пройдёт для нас бесследно.

Самой было противно оттого, что я призналась про Брюменза, но делать уже нечего. Сказанного не воротишь.

Под эти мысли я и легла в кровать — натянула одеяло по самый нос. Настроение вдруг упало ниже некуда, а одиночество снова закралось внутрь и точило с разных сторон, расшатывая психику.

Казалось бы, всё было здорово. Жизнь во мне била ключом. Настроение, ощущения, всё было на высоте. Проснувшись поздним утром, я первым делом приняла душ и затем уже занялась внешним видом. Высушила волосы, немного накрасилась. Не для выхода — себя порадовать.

Сетра села — пришлось её заряжать. Совсем о ней забыла. Оно и неудивительно, если бы Бойд не сообщил перед уходом о каких-то деньгах, я бы о ней и не вспоминала. До обеда точно.

Выждав немного, чтобы зарядить хоть пару процентов, вызвала экран и тотчас увидела новое денежное перечисление — Джим перевёл деньги на мой счёт, чтобы я могла купить продукты и всякие «мелочи», как он мягко выразился, которых мне недостаёт в квартире. Сумма была такая, что этими мелочами можно уставить полки в каждой комнате в три ряда.

А если серьёзно, я смущённо отсчитывая количество нулей. Снова и снова включала проекцию экрана сетры и смотрела на деньги. Три моих месячных заработка. Ошибка? Он залез в овердрафт при переводе?

Подождите, если у него есть деньги, как он выразился «на мелочи», тогда почему он не сделал пластическую операцию и не исправил шрам? Почему он продолжает работать утилизатором?

Или это всё, что у него есть?

Транжирить в любом случае не буду. Лишь выбрала белковую сыворотку и витаминный премикс, которые давно хотела купить, чтобы насыщение наступало быстрее. Хорошая помощь при похудении. Или в моём случае для того, чтобы просто не набрать вес. При моём росте любые лишние килограммы будут выглядеть чудовищно, не говоря о том, что это лишняя нагрузка на колени.

Расслабилась.

Вот то слово, которым можно было описать моё нынешнее моральное состояние. Я слишком расслабилась и вообразила себе, будто внешний мир перестал быть жестоким и чудовищным местом. Будто всё уже позади и я наконец оказалась в безопасности. Но как бы не так!

Реальность снова отвесила отрезвляющую оплеуху. Наотмашь. Со всей силы. Лишая настроения, жизненных сил, всего!

Наивно полагая, будто история с ЭмДжи уже давно в прошлом, я осмелела вновь заглянуть в Анинет, чтобы проверить топовые новости о селебрити галактического масштаба. Сильно не искала. А так, думала проверить ситуацию о нынешних музыкальных трендах по верхам. Свайпнула по изображению сетры и выбрала приложение с иконкой «AN», спрятанное в самом конце меню. Ничего особенного вроде бы, но буквально на третьем переходе я увидела это. Рекламный пост — новость из фанатских форумов: «Копия ЭмДжи скрывается в купольном городе “Хадо 29” в районе Агио, сбор всех желающих возле станции маглева…».

Подождите, что это за рекламный пост? Преследование? Но кого? Меня? Обо мне речь? Типа я скрываюсь в Агио?! Каким образом он прошёл модерацию, но главное, как они меня нашли?!

Я невменяемо уставилась на экран сетры и в ужасе отпрянула назад по дивану. Спина упёрлась в подушку, колени заныли, а моё сетройство залилось неприятной трелью. Звонил Старший из хостклуба. Снова он? Эй! Джим вроде бы говорил, что он пропал? Или я путаю?

Не помню!

Дрожащими пальцами я кое-как сбросила вызов и полезла в меню добавить его в игнор-лист. В любом случае, у меня с ним больше нет никаких дел!

Так, Флория. Успокойся. Это какая-то ошибка. Это я себе напридумывала, скорее всего там было другое слово, просто похожее! Мало ли фанатских сходок на фотосессии и прочее? Тем более что рекламный робот учитывает геолокацию при показе рекламы, а значит, это какая-то фанатская сходка звезды местного масштаба.

Припомнив введённый запрос, я усомнилась в собственной правоте. Посмотреть ещё раз? Но реклама уже исчезла и вместо неё теперь в окне маячит картинка витаминного премикса. И правда, я же недавно заказала. Доставка в ближайший постамат в три часа.

Оформить доставку? До двери?

Страх стянул внутренности тугим узлом. А вдруг доставщик из числа фанатов? Вдруг моя сетра давно отслеживается? Я где-то подхватила вирус? Как меня вообще нашли?

Нет. Нашли не меня. Это всё чушь.

Сделала глубокий вдох. В любом случае дождусь Джима и узнаю у него, как быть. И как жаль, что у меня нет его номера, чтобы с ним связаться…

Подождите. Перевод! Там же будет номер для обратной связи? У него же не стоит инкогнито? Я же увидела подпись, от кого.

Не помню.

Открыла банковское приложение и просмотрела информацию о переводе. Обезличен. Дополнительной информации никакой. Только номер счёта для возврата перевода.

— Плохо, — сказала я вслух.

— Вам плохо? — среагировала Система умного дома. — Вызвать капсулу реанимации?

— Нет, — отмахнулась я и тотчас призадумалась. — Как я могу связаться с хозяином квартиры?

— Вы хотите вызвать Джимми Б?

— Да, я хочу с ним связаться.

Система немного помолчала, прежде чем ответить:

— Запрос на связь отправлен хозяину квартиры, вам поступит звонок на сетру в ближайшее время.

— Ближайшее?

— Как только получатель сообщения окажется в зоне доступа сигнала и прочтёт, он вам перезвонит.

— Но как он поймёт, куда звонить? — спросила я. Вот только ИИ ответил мне заглушкой:

— Мне об этом неизвестно, ожидайте.

Что ж, хоть какая-то возможность с ним связаться есть.

Немного успокоившись этим фактом, я ещё раз осмыслила увиденное и пришла к выводу, что это просто стресс. Нервное напряжение. Но откуда оно взялось? Я обозналась? Слишком острая незаживающая моральная рана, да?

Задумчиво посмотрела на сетру и полезла искать новую позицию для доставки — антидепрессанты. В любом случае Джим свяжется со мной и тогда я ему всё объясню. Как бы неудобно ни было признаваться в подобном, но врать не стану точно. Он должен знать всё о моём душевном состоянии. Чтобы это не стало для него сюрпризом в критический момент. Ведь пока я паниковала, жуткое желание — бежать, бежать подальше! — штурмовало мою голову и до сих пор сидело на окраине сознания.

Но куда я убегу? Вещи в гараже. Деньги…

Ох! Зря Джим перевёл сразу такую сумму!

Я прикусила губу, борясь с неосознанным желанием поискать билет на соседнюю планету тоже купольного типа, желательно.

Мотнула головой и убрала сетру подальше.

Забудь эти глупости, Флория. Забудь…

Новый день. Новые эмоции. Работа старая и уже не такая привычная, как было ранее. Джимми Бойд из последних сил заставлял себя покинуть спящую супругу, так сильно ему не хотелось оставлять её одну. Но должностные обязанности никто не отменял, и пускай у него имелись некоторые накопления на чёрный день, но если он хотел построить крепкую семью, то перво-наперво следует решить вопрос с коленями Фло. Расширенная страховка покрывала до восьмидесяти процентов затрат дорогостоящих операций, но даже с учётом этого, оставшаяся пятая часть от общей суммы была существенной для его заработной платы. Ему не хватало немного. Так же следовало всегда помнить — нужна подушка безопасности, деньги не должны быть последними. Ведь после операции ей предстоит долгая реабилитация. А ему желательно быть с ней рядом, а не пропадать на работе всё время, поэтому брать сверхурочную работу возможности больше не выпадет.

Увы, такова цена семейного человека. Приходилось чем-то жертвовать — желанием побыть с родными, или же заработать деньги и поднять семейное благосостояние. Сейчас Джим понял отчётливо — так и есть на самом деле.

Неприятное чувство тоски захлестнуло, едва он прибыл на рабочее место. Срочное оповещение — явиться на внеочередное собрание — встретило его мигающим сообщением.

Нехорошие предчувствия упрочились, едва он заметил помятый вид Йорна. Фича было не видать.

— Привет-привет, — поздоровался здоровяк. В этот раз он не применял локтевой захват и не портил причёску Джимбо, как любил. Сейчас обоим было не до улыбок.

— Я тут из полей вернулся, — начал он без предисловий, едва в совещательной комнате собрался прежний набор сотрудников сразу двух конформаций. — Короче говоря, имеется информация, что сегодня будет внеочередная тайная поставка секретного ингредиента для «Клепчиз». Может быть, утка, а может быть правда. Надо это оперативно проверить. Поэтому времени в обрез. Фич остался наблюдать. А я вырвался сюда, чтобы успеть к началу рабочего дня. Так что с этого момента, девочки мои, забудьте о рабочем распорядке. Нам придётся работать посменно, в том числе сверхурочно.

Недовольные шёпотки зазвучали с разных сторон.

Бойд стиснул кулаки, но промолчал.

Как же не вовремя подвернулась работа. И без того плохое настроение взяло старт на затяжной спуск к самому дну, туда, откуда Джим давненько себя не доставал. Потеряв часть ноги до середины икроножной мышцы, он на долгое и долгое время впал в депрессию. И, если бы не Экса, мог закончить свою жизнь довольно плачевно. Умная взрослая женщина, перевидавшая многое на своём веку, не только поставила его на ноги, но и заново привила любовь к жизни и научила полезным привычкам, позволяющим не распалять энергию в пустоту.

Однако сейчас он отчётливо ощущал: уровень мотивации — выполнять данную работу — крайне низок. Вот только причину подобного настроения он, увы, найти не мог.

— Мне нужно уведомить семью, что я уеду «в поля» на неопределённый срок.

— Такое не разглашается, — Йорн посмотрел прямо. — Но ты можешь попросить своего товарища, чтобы он передал ей, что тебя некоторое время не будет. Всё что могу тебе позволить.

Рыжий пожал плечами и добавил:

— Жаль, что ты её заранее не предупредил.

— Ясно.

Бойд кивнул. Тотальная секретность не позволяет даже малейшую утечку. Иначе под удар попадёт будущее всех сотрудников из команды.

Отметив в уме передать просьбу Сторгсу присмотреть за Флорией, Джим принялся слушать дальше о деталях предстоящей операции.

— Варианта два, — продолжал пояснять Йорн, — или секретный ингредиент приедет, или нам придётся тайно штурмовать здание завода в этот же день. По сути у нас будет один лишь шанс: попытаться опередить решение управленцев завода в случае дискредитации информации. Временной лаг на скорость передачи информации в соседнюю конформацию, где и обитает руководство, как вы понимаете, значительный. Но это если, конечно, у них нет доступа к ретрансляторам на орбите. Так что вариант таков, если информатора раскроют и это дойдёт до руководства, то нам придётся остановить операцию на неопределённый срок, а тем временем разработчик «Клепчиз» успеет придумать новую схему сокрытия улик. В том числе перенести производство в другой город. Выбрать местность поспокойнее, так сказать. Туда, где наша юрисдикция не позволит их достать.

— Но почему они изначально не сделали так? — спросил один из коллег Бойда.

— Соотношение цены и качества, — ответил Йорн. — Как вам известно, транспортные расходы — одна из существенных составляющих цены. Если начать производить товар где-то за пределами рынков сбыта, то требуется много вложений на транспортировку и хранение без всяких гарантий на окупаемость. А когда товар уже набрал популярность, то повышение цены в пределах чувствительного коридора может пройти совершенно незаметно для основного потребителя.

— Как итог, времени в обрез, — пришёл к выводу Бойд.

Он пытался понять, хочет ли, чтобы вылазка прошла успешно, или же, наоборот, операция была отложена, потому что в обоих случаях доступ к расширенной информации о «МаЁс» в рамках этой миссии будет для него закрыт.

Одна надежда останется на лояльность Йорна и Фича, чьё положение может резко пошатнуться, если дело окажется провальным. Нет, положение пошатнётся у всех в этой комнате.

Поэтому, стиснув зубы, ему пришлось взять себя в руки.

— Мне надо выйти. — Попросил Бойд, припомнив о разрешении сообщить Сторгсу некоторую информацию, чтобы предупредить Флорию.

Скупой кивок Йорна — большего не потребовалось, Джим быстро встал и устремился к двери, не теряя времени зря.

— Едой и всем необходимым мы вас обеспечим, но сильно не обольща… — последнее, что он услышал, закрывая за собой дверь.

Это утро в закрытом объекте-17ZE было самым бурным за всё время существования отдела безопасности купольного города. Перед выездом оперативной машины сотрудники Дисциплинарного отдела экстренно остановили миссию и арестовали Джимми Бойда без объяснения причин. И только Грибер Сторгс знал причину. Догадывался. Потому что успел проверить состояние счёта Флории, сделал это скорее по привычке, всегда поступал так во время слежки за очередным объектом по работе, — заметил крупное списание со счёта девушки, проверил — куда. Осмыслил и замер с открытым ртом.

Пять минут назад Джим попросил его о подстраховке, присмотреть за Флорией, и оказался чудовищно прав.

Она купила билет на пассажирский лайнер, идущий на другую планету из соседней системы, и тоже к городу купольного типа. Считанные секунды на принятие решения — и Сторгс тотчас открыл панель отгулов, зафиксировал, что покидает работу «по собственному».

Немедля ни секунды, он схватил поясную сумку и ринулся к лифту.

— Фаген дот! — ругнулся утилизатор, поняв, что Джиму точно прилетит обвинение в нарушении внутренних протоколов и даже окружающих зацепит, если Грибер не успеет снять Флорию с рейса. Или хотя бы попробует с ней поговорить. Убедить не делать глупостей.

И вообще, что между этими двумя такое произошло, раз она вздумала при первой же возможности, получив денежное перечисление, покинуть город?

Экстравагантный поступок, ничего не скажешь!

Однако ему тотчас припомнился разговор об опасной активности вокруг этой малышки. А по меркам роста и веса Джимми, она и впрямь была низенькой и щуплой. Более того проблем накопила, связавшись с «МаЁс», бесчисленное множество.

Успокоившись только тогда, когда его без проблем выпустило на собственной машине из подземного паркинга секретного здания, Грибер спешно въехал на эстакаду, ведущую к главной магистрали до пассажирского космопорта.

Грузовые терминалы были оборудованы в другой части города, в противоположной стороне, и гораздо дальше от Агио, чем лайнерские.

Прикинув в уме, где можно срезать, он пошёл на нарушение десятка два правил, но это его не останавливало. Грибер Сторгс перевёл машину в экстренный режим и принял ручное управление.

По-хорошему, надо влезть в систему и поставить запрет на вылет одному конкретному пассажиру, но эта функция доступна только сотрудникам Аналитического отдела, а уровень доступа утилизаторов не позволит сделать это легальным способом. Однако, если нужно будет, у Сторгса имелись некоторые возможности, прибегать к которым — гарантированно получить арест. Но если потребуется, в этот раз он сам подставится вместо того, чтобы подставлять друга, как в той истории с Эмити. В этот раз он не остановится и сделает всё, чтобы помочь Джимми. Ведь приятель заслужил нормальную семейную жизнь, хотя бы он.

Лишь бы Флория улетала не из-за Бойда, а по другой причине, например, боязни преследования тех самых мусорщиков.

Скользнув взглядом по виднеющимся издалека стеклянным коридорам под высокоскоростные лифты, Сторгс ругнулся в который раз и вдавил кнопку управления мощностями двигателя, ускоряясь.

Машина на полной скорости вылетела из поворота и чудом не стала причиной аварии, чиркнула о борта красного унимаглева.

Сторгс даже внимание не обратил, однако владелица транспортного средства изумлённо открыла рот, проведя губной помадой по щеке. Её машина ехала на автопилоте, и система не была предусмотрена для маневрирования в экстренном случае, подобном этому. Размеренная езда потока была нарушена чёрной спортивной «Дивити» не самой новой модели.

Сама Флория сейчас нервно покусывала губы и озиралась по сторонам, стоя в вагоне маглева, несущего её прямиком к пассажирскому терминалу. Нервное напряжение достигло своего апогея, кепка была натянута по самый нос. Девушка предпочла не видеть окружающую её действительность. Страх, животный, необузданный, штурмовал её сознание, не позволяя мыслить здраво.

Мучившее её рекламное объявление после пяти раз изменилось на иной намёк: «Мы тебя нашли». И пускай это название музыкального альбома одного из исполнителей, но она поняла всё без лишних слов. Она. Всё. Поняла. Жизнь в очередной раз показала ей райское место и поставила подножку, захлопнув дверь в счастливое будущее прямо перед самым носом.

Джим.

Сердце пропустило удар. Душа рвалась на части между желанием уехать и вернуться назад. Как она объяснит ему настолько подлый поступок? Поймёт ли он величину её страха, толкнувший на подобное безрассудство? То, что это было именно оно, она понимала задним умом, но ничего не могла с собой поделать, страх смерти гнездился в ней давно. А если учесть недавнюю попытку-покушение, Фло осознала, что зря не придала внимания этому эпизоду. Она всё поняла. Нападение мусорщиков возле хостклуба — не было случайностью. Но стоит ли верить Джиму, который никак не выходил на связь даже после пяти настойчивых попыток связаться с ним через Систему умного дома. Безрезультатно. Просьба будто никуда не уходила или не доходила до адресата, или он был сейчас действительно недоступен?

Этого она не знала наверняка.

Не знала, но очень хотела бы знать. Вот только в который раз окинула взглядом вагон и обнаружила, что кто-то идёт через шлюзовые двери. Двое, странные, разглядывающие всех до единого, шли по соседнему вагону.

Её пасут? Вычислили?

Едва послышался протяжный звон, означающий долгожданную остановку, она поспешила к выходу. До терминала было близко, но лучше она вначале спрячется и пересядет на другой транспорт, поплутает немного, чтобы сбить со следа. Она уже так делала, много раз, когда замечала за собой хвост. А лучше пройти до следующей ветки, добраться бы до эскалаторов и ноги наконец отдохнут.

Колени жутко ныли. Но она не обращала на это никакого внимания. Она отчётливо понимала: сейчас ей надо сбежать от проблемы, чтобы уже затем можно было бы связаться с Бойдом и всё ему объяснить. Как строились их отношения на расстоянии, она не знала, небольшая надежда на то, что он её поймёт и как-то поможет, возможно, даже приедет или, лучше всего, найдёт преследователей, теплилась в ней, но рассчитывать на это, означало — надеяться на невероятное.

Надеяться-то можно, как, например, на способ разбогатеть, выиграв в лотерею. Но рано или поздно происходит неизбежное столкновение с реальностью, из-за чего у неё частенько возникали проблемы с нервной системой. Нет, уж лучше попросту ни на что не надеяться, чтобы потом больно не разочаровываться, как уже случалось и не раз.

Поправив рюкзак, Флория осторожно выскользнула из вагона. Волосы перед побегом она туго завязала и скрутила жгутом, чтобы спрятать под кепкой. Умение не выделяться из толпы не раз спасало ей жизнь. Одна лишь прихрамывающая походка выдавала в ней ту, кого искали фанаты ЭмДжи. Они откуда-то знали про операцию на колени, хотя этот факт был засекречен, как и случай с домогательствами Брюменза.

Но откуда они знали об этом?

Очередной вброс от сотрудников компании «МаЁс»? Флория не могла утверждать со всей уверенностью, но что ещё ей оставалось в качестве оправдания подобных утечек? Взлом серверов компании?

В нынешнюю информационную эпоху уже ничему не удивляешься.

Поправив рюкзак в очередной раз, она поспешила спрятаться за рекламной колонной, разные картинки уезжали в пол, создавая эффект прозрачной трубы в те моменты, когда новое изображение падало сверху маленькими мелькающими частями.

Эффектно, красиво и привлекало внимание. Этого Флория и не учла, услышав, как её кто-то окрикивает. Смазливый блондин в форме мусорщиков бежал к ней, будто от этого зависела вся его жизнь.

Обомлев от страха, девушка приняла единственно-возможное решение, уйти от него она не сможет, ноги не позволят. Маглева, в который можно заскочить, уже нет, он закрыл двери и уехал пару секунд назад. Звать на помощь? Бесполезно. Стражей-биоников по близости она не видела, а простые граждане «Хадо-29» скорее всего достанут сетры и начнут снимать репортаж с места события. Хотя несколько раз её кто-то выручал. Но это, скорее всего, было исключением нежели правилом. Спустив рюкзак с плеча, она быстро открыла внешний карман и достала оттуда парализатор. Вовремя, мужчина был уже близко.

— Не подходи! — вскричала Флория, глядя на него широко распахнутыми глазами. — Не приближайся! Пять секунд, и ты труп!

— Флория, это я. — Мужчина остановился на достаточном расстоянии и сделал примирительный знак руками. — Сторгс, коллега Джимми. Тоже утилизатор, если ты понимаешь, о чём я. Тебе же хоть немного рассказали о нас во время тестирования, не так ли?

Сильно смутившись от неожиданной встречи, она, однако, не спешила терять бдительность. Рука с оружием была наготове. Девушка держала её близко к телу, не вытягивала, чтобы не было возможности выбить парализатор на пол.

— Не понимаю, о чём ты.

— Флория, скажи, почему ты уезжаешь? Джим сделал тебе что-то плохое? Он тебя обидел?

Вкрадчивая добрая интонация голоса блондина в серой робе вызывала внутри неё самый настоящий дискомфорт. Нервное напряжение достигло своего апогея. Бегая взглядом по сторонам, она заметила, как другие люди остановились и достали сетры, начали снимать.

— Давай тише, — попросила Флория, пряча лицо за козырьком кепки. На нас все смотрят.

Кивнув, Сторгс не двигался с места.

— Джим сейчас занят, он не мог сам за тобой приехать, попросил меня. У нас в здании работает глушилка радиосигналов, есть только проводная связь, понимаешь?

— Но почему тогда он не ответил? Я отправляла запрос через Систему умного дома, — уточнила Флория дрожащим голосом. — М-меня преследуют. Всё те же люди. Они однажды уже вскрыли мою квартиру и перевернули всё вверх дном, оставили нецензурную надпись на стене. Я… я боюсь возвращаться в квартиру. Очень боюсь, понимаешь?

— Что конкретно случилось? Дверь пытались взламывать? Почему ты в таком состоянии?

— Реклама…

Не зная, почему откровенничает, она решила довериться ещё одному человеку кроме Джимми Бойда. Слишком складно его приятель вещал, и слишком хотелось ему поверить. Очень хотелось помощи, нежели подставы. Но она не могла себе этого позволить, пока не была уверена в достоверности его слов.

— А что с Эмити?

Флория припомнила очередной факт из личной жизни настоящего Грибера Сторгса, о чём и уточнила.

— В разводе, — сухо ответил он. — Так Бойд рассказал, как выручал меня и мою бывшую жену от преследователя?

Сторгс прошёлся пятернёй по волосам, чем вызвал невольный страх девушки.

— Флория, я не опасен и не хочу тебя пугать, но мне нужно, чтобы ты не уезжала. Бойда сняли с миссии, скорее всего уже арестовали и сейчас наверняка допрашивают.

Внутренности сжало болевым спазмом, но она нашла в себе силы тихонько уточнить:

— За что?

— Они подозревают его в насилии по отношению к тебе. Понимаешь, первым делом, получив деньги от Джима, ты заказала билет на рейс в другую систему. И случилось это после недавнего тестирования. Наверняка начальник в ярости.

— Я… я… — залепетала Флория. Рука её дрогнула и парализатор чудом не вывалился на пол. — Ох…

— Всё ещё можно исправить. Поехали вместе, я отвезу тебя к нам на работу, ты дашь показания и оправдаешь его перед Дисциплинарным отделом. Иначе вся его карьера, вся его жизнь будет перечёркнута, Флория.

А немного помолчав, он со вздохом добавил:

— Я и сам немало рисковал, нарушал правила вождения, чтобы тебя перехватить.

— Но как же преследователи?

— Мы — элитные сотрудники службы безопасности, неужели ты думаешь, я не смогу справиться с какими-то отморозками?

Оглянувшись по сторонам, она теперь уже в полной мере осознала, какую глупость совершила. Паническое нервное состояние медленно отступало, уступая место слабому головокружению.

— Мне нехорошо.

— Идём, сядем в машину и я всё расскажу тебе из того, что вообще знаю о моём приятеле, и чем могу поделиться, не нарушая протоколов. Кстати, а ты знала, что он потерял ногу, когда их отряд отправили на практику. Он тогда был курсантом космофлота.

Всё. Нервное напряжение ушло окончательно и наступило время мук совести. Как же сильно она напортачила! Теперь действительно только один путь — исправить ситуацию.

— Хорошо.

Убрав парализатор обратно в рюкзак, она протянула руку Сторгсу. Он не сразу понял зачем, однако два хромых шажка в его сторону и осознание пришло само собой.

— На руки брать не буду, Джим заревнует, если увидит, — иронизировал утилизатор, предлагая девушке руку в качестве опоры.

— Скорее бы его увидеть.

На том разговор прервался, пока они шли к чёрному «Дивити», оставленному на обочине прямо у главного входа к станции космопорта.

Допросная камера Дисциплинарного отдела объекта-17ZE — чёрное помещение, зашитое в звукопоглощающий пластик, сегодня не пустовало.

Бойд сидел на стуле, пристёгнутый наручниками к массивной цепи, торчащей из самого пола, руки его были заведены за спину, голова опущена так, будто он спал. На самом деле он закрыл глаза от боли душевной и думал лишь о том, что же сделал не так? Почему Флория сбежала, если дисциплинарщики не врут. Почему она так с ним поступила? Неужели действительно из-за нападения мусорщиков, как он пытался себя убедить? Не из-за него? А вдруг он действительно виноват? Сильно напирал или зря признался в обмане? Этим обидел, напугал? Она не сказала ничего, а наутро сбежала из-за этого?

Громкий шлепок по столу вернул его к реальности.

— Ещё раз спрашиваю. Почему на следующий день после тестирования ваша супруга получила от вас крупный денежный перевод? Это были платные интимные отношения, и вы ввели нас в заблуждение?

— Нет, ничего подобного, — тихо ответил Бойд.

— Тогда как вы объясните тот факт, что она купила билет и намеревается уехать в соседнюю систему?

— Я не знаю, — ответил арестованный Джим. Он был растерян, ему было больно осознавать, что всё это происходит на самом деле, но помимо этого у него имелись навыки правильного поведения в стрессовой ситуации. — Два дня назад на неё напали возле хостклуба. Я уже отвечал об этом на допросе. Тогда я не придал должного значения подобному происшествию, посчитав, что это случайность.

— Получается, вы хотите сказать, что вы здесь ни при чём? И подобное поведение — норма?

Дисциплинарщик сощурился.

— Она призналась вам в любви, а на следующий день предприняла попытку сбежать? Это нормально?

Едкая ухмылка исказила его рот. И без того неприятное лицо приобрело абсолютно отвратительное выражение.

— Вы запугали её. Заставили сказать так, как нужно было вам! Не зря же ваша бывшая партнёрша обзывала вас чудовищем?

— Это была случайность, — тихо отвечал Бойд. — Я не хотел ломать ей нос. Она натолкнулась на мой локоть, когда падала. Моя вина в том, что я резко развернулся.

Но сотрудник Дисциплинарного отдела ему не поверил. Снова шлёпнул ладонью по столу.

— Ложь!

— Нет, я не вру. Я оплатил пластическую операцию и выплатил ей компенсацию. Согласился с её условиями для мирного урегулирования спора.

— Ещё бы, когда на кону стояла карьера и безбедное будущее. Любой бы на вашем месте поступил бы так, если бы вляпался в подобную историю.

Джим на этот раз промолчал, потому что в словах стоящего рядом сотрудника не было вопроса. Значит, ему нет необходимости отвечать на беспочвенный упрёк.

— А мне видится, что Флория сбежала именно от вас. Она вас боится! Вас!

— Нет, этого не может быть…

— Ещё как может. Особенно, если учесть её прошлое и присовокупить тот факт, что она — рождена вне брака, при не самых благоприятных обстоятельствах.

Подняв взгляд в немом изумлении, Бойд попался на провокацию, позволил выбить себя из колеи.

— Что? Неужели рыская по Даркнету в поисках информации о Флории Эд-Ро, в прошлом Оизель, не удалось узнать о её матери?

— Я…

— Нам известно так же, что ваш приятель, Грибер Сторгс, занимался незаконной деятельностью, он подменил счётчики в квартире Флории. Поэтому в тот день, когда вы якобы спасли бедняжку, она получила звонок от хозяйки помещения. Ей вменили огромный долг по коммунальным услугам. Неплохая манипуляция. Интересный ход. Опять же, выключенный свет в Тобо и ваши руки неслучайно оказались на плечах потерпевшей. Вы предприняли попытку соблазнения, но она вас отвергла!

Бойд опустил взгляд, не отвечая на провокацию, а сам мысленно поздравил себя с чудовищной ошибкой, совершенной совместными усилиями. Не нужно было ему преследовать Флорию. Приходить к ней в клуб, в надежде, что она прикипит, обратит на него внимание, да хотя бы просто поговорит с ним дружелюбно, как делала это с другими клиентами. Но она молчала. Предприняв вначале несколько попыток его разговорить, она замолчала и всё оставшееся время просто сидела рядом. Но ему и этого было достаточно. Он видел, как ей было сложно двигаться из-за больных коленей, поэтому, даже если было больно, морально сложно сидеть рядом и сдерживать себя, он делал это. Приходил к ней регулярно и смотрел, с каким наслаждением она отдыхает. Эта бесподобная эмоция на её лице — он держал её в памяти, как настоящее сокровище. Но сейчас, когда Фло побывала в его объятьях, призналась в любви, Джим отчётливо понимал, что уже не сможет быть без неё. В чём и признался. Наверняка этим он её и оттолкнул. Но быть может, она одумается? Может быть, не уедет?

Надежда теплилась в его сознании, разум отказывался верить в происходящее, а в противовес тому страх — больше никогда не увидеть Флорию — точил и догрызал остатки самообладания.

Замкнувшись в себе, Джим уже не слушал очередные обвинения в свой адрес и ничего не отвечал. Он лишь молча пялился в одну точку, непонятно на что рассчитывая.

Громкая ругань стояла в однокомнатной квартире на окраине Агио.

— Кто это?! — рыкнула хакерша, пытаясь вычислить перехватчика Флории по немногим имеющимся данным. — Почему он не светится ни по одной из баз персональной информации?

— То есть как? — Шиззи стоял позади её кресла и заглядывал в основной экран.

Пальцы девушки быстро скользили по столу. Подсветка якобы клавиш попеременно мигала, обозначая нажатие.

— Вот так. Его параметры никак не найти. Накладные части тела? Так это давно уже фиксится системой распознавания.

Оба оглянулись назад, туда, где на кушетке лежала заказчица. Приняв препараты, она спала непробудным сном. И хорошо, что так. Иначе очередная истерика случилась бы непременно.

— А наши двое, почему стояли столбом и смотрели на это представление?

— Так по сети кадры разлетелись, они не рискнули вмешиваться. Сразу десять точек съёмки, такое быстро не затрёшь даже ты.

— Тц! — цыкнула хакерша. — Я-то, может, и затёрла бы. Но вот же она, рукой подать, почему не схватили? Почему не взяли? Плевать на съёмку.

Шиззи стиснул пальцы и совершенно случайно отколол пластиковый сетчатый кусочек кресла.

— Думай, что говоришь. Мои люди поступили правильно. Иначе нам на хвост села бы служба безопасности. Мы зря, что ли, следы так активно заметаем?

— Заметаем? — выдохнула хакерша. — Да у вас уже на хвосте кто-то есть. Датчики показали, что на водный шлюз приходили.

— Ну-ка, есть изображение? Может, она, — кивок за спину, — кого-то наняла помимо нас?

— Или реально безопасники, — фыркнула рыжая. — Вот, всё что есть.

Оба уставились на мужчину в респираторной маске, капюшоне и костюме мусорщиков. Второй был без средств индивидуальной защиты.

— Слушай, — в один голос сказали оба.

— А что, если… — добавила хакерша, выставляя рядом вырезанную картинку из недавней видеозаписи. — Это он?

— Кто из?

— Да второй — это бионик, видно же по дёрганой походке и зависанию, смотри. Да и он без респиратора. Старая модель. Подобная морда у каждого третьего из здешних.

— Почему-то я таких не видел.

— А ты почаще выходи к мусорным контейнерам, — фыркнула хакерша.

— Так он мусорщик? — отмахнулся Шиззи. — Но что он забыл вначале на шлюзе, а потом и Флорию перехватил.

— Поклонник?

Программистка, получив новую задачу, принялась искать подобную биометрику по видео из хостклупа. Запустила несколькими строчками кода новый анализ.

— О, это надолго. Людей много. А интервал для проверки варьируется от месяца до двух. Массив данных слишком большой.

— Брось. Зря не трать ресурсы. Мои люди сумели записать номер «Дивити». Но я уже глянул, в Даркнете такого номера нет.

— Так он нелегал? Преступное сообщество? — предположила рыжая. — Поискать связь с «МаЁс»? Может, толстяк заказал её?

— Плохо дело. Если это он, то девочке конец.

Хакерша кивнула.

— Ладно, я тогда поищу по базам биолабораторий, вдруг найду другой подходящий экземплярчик.

— Ага.

Шиззи по-прежнему сжимал в руке кусок пластика. Стиснув зубы, он оглянулся к заказчице и вновь поймал себя на мысли, что пора бы уже заканчивать эти барахтанья без оплаты. Или пусть вносит вторую часть денежных средств на счёт, или дальше сама пусть развлекается. Никакого уговора ловить беглянку по системам нескольких конформаций не было. Прыткая Флория немало проблем создала, петляя и заметая следы. Но он — Шизо Зи — ответственный исполнитель, правая рука главы преступного синдиката «Зипер», ещё никогда не бросал задание наполовину. В этот раз он решил вмешаться лично и взял с собой рукастую Ло, чтобы наконец закрыть вопрос, подвешенный на стадии поиска уже больше двух лет. А заодно выполнить собственную миссию.

— Знаешь, ты права, — пришёл он к выводу, что пора уже заканчивать. — Пошлю-ка я нашего человека зачистить водный шлюз. Давай немного пошумим, чтобы уж наверняка привлечь внимание безопасников. И если этот белобрысый из их числа, то посмотрим, что они предпримут. Наверняка Флория вновь запаникует.

— Хочешь устроить громкую шумиху? — ухмыльнулась хакерша. — Давненько я не видела тебя в таком настроении.

— Да… эта тварь порядком помотала нам нервишки, хочу отыграться. Энергии хоть отбавляй, девать некуда. Пойду, прогуляюсь, да разукрашу кого-нибудь в лиловый цвет.

Рыжая хохотнула:

— Нет уж, шеф, мы в Агио. Вон, манекен висит, на него сбей всю спесь. И будет. Иначе выйдут на квартиру моментом.

— Ладно, — зло бросил бугай, скидывая кусок пластика на пол, туда, где и без того валялось много мусора от съестных контейнеров, тюбики с ингибиторами, пустые банки с водой, упаковки «Клепчиз» и прочее.

По другую сторону допросной, через стену находилось сразу трое — Йорн один из них.

— Вы мне сорвали миссию только ради предположения о домогательствах, неподкреплённые доказательствами? — зло бросил приятель Бойда. Как бы ни хотелось посодействовать освобождению друга, но сейчас он старался сохранять нейтралитет и не терять рассудок. А настроение было таким — хотелось начистить рожи стоящим перед ним тупорылым надменным офисным клеркам, которые совсем от рук отбились и почувствовали свою власть над всеми в купольном городе, чем и пользовались столь охотно.

Инструкции у них.

Мрази.

Громко хлопнув обеими руками по столу, где располагалась панель управления датчиками в допросной комнате, в том числе микрофоном, Йорн отвлёк внимание на себя. Безопасники вздрогнули и втянули шеи. Придя в себя, рыжий гигант сделал вид, будто улыбается. Но штатный сотрудник объекта-17ZE бросил неприязненный взгляд в его сторону и нехотя проговорил:

— Я позволил вам зайти сюда только из-за особых полномочий от руководства, но сейчас вы мешаете следствию.

— Какие ваши доказательства?

— Его супруга сбежала от него на следующий день после тестирования.

— Есть её показания? Она пыталась связаться с вами? Поступила жалоба? Был экстренный вызов?

Сидящие за пультом переглянулись. Правый встал и поправил очки, прежде чем ответить:

— Я лично принимал тестирование. И она отказалась взять карточку с экстренным номером. Так что у нас есть все основания полагать, он её запугал, поэтому она сочла необходимым первым делом сбежать из юрисдикции «Хадо-29». Коллеги соседней системы предупреждены, она купила билет на «Аюм-3». Её там встретят и возьмут показания. Мы решили не мешать её перелёту.

— Как удобно, а до тех пор у вас будет время, чтобы выбить признательные показания из Бойда? Месяц на перелёт. Ничего себе решение, — негодовал Йорн, загибая пальцы. — Солидно работаете!

— А вы, я хотел бы спросить, заодно с ним? Вы пытаетесь давить на нас? — Дисциплинарщик указал пальцем в сторону опытного вояки по кличке Живот, сокращённое от слова «животное». Едва добряк Йорн выходил из себя, мало не было никому. Своим-чужим, всем. Именно поэтому он чаще был невозмутим, но только не сейчас.

Его так и подмывало сломать протянутый палец, к слову, которым указывали ему прямо в живот.

Подвигав губами, Йорн вернул мысли на место.

— Вы возьмёте на себя ответственность, если вина Бойда не будет доказана? У меня теперь, в сущности, имеется достойное оправдание провала миссии перед вышестоящим руководством наших конформаций.

Вот оно. Дисциплинарщик скривился от страха, ненадолго, но слабое место было найдено. Боязнь выговора, штраф и занесение нелестной характеристики в личное дело — то, на что можно надавить.

Не успев развить мысль как следует, Йорн был вынужден отвлечься. В дверном проёме нарисовался тот, кого он ожидал видеть меньше всего.

— Вот ты… где, — бросил Фич. На его плече висел рюкзак, под завязку набитый аппаратурой, местами торчащей наружу. Лёгкие его раздувались мехами, видно было, он до сих пор не мог отдышаться после пробежки. — Есть… дело. Надо… срочно переговорить.

Обычно выносливый, он с лёгкостью преодолевал большие дистанции бегом, но сейчас выглядел выжатым, словно после изнурительного марш-броска в разгрузке.

— Ты что здесь забыл? А как же слежка? — не удержался Йорн от вопроса. Но тотчас глянул на дисциплинарщиков и махнул рукой: — Идём в совещалку, как раз объясню, почему нас задержали.

— Да ладно, здесь продолжим, тут и разъёмы для подключения в сеть имеются и управленческий пульт, вон, вижу. Оп. А что это у вас на экране такое?

Пройдя внутрь, он усмехнулся.

— О… Опять? За что на этот раз прессуют нашего Бойда? Это же он, да?

Встав рядом с Йорном, приятель перевёл дыхание, приглядываясь к картинке.

— Превышение должностных?

— У вас имеется какая-то информация? — встрепенулся дисциплинарщик, сидящий за пультом. Второй из этого же отдела палец убрал и тоже предпринял попытку сесть, но Фич оказался проворнее.

— С вашего позволения, — проронил он с усмешкой. — Мне надо отдышаться. Иди, погуляй приятель.

— Я?

— Гуляй, — убедительно приказал Йорн. Голоса он не повышал, однако интонация возражений не допускала. — И друга своего прихвати. Бойда выпускать мы не планируем. Пошепчемся немного из-за миссии провальной и всё.

Фыркнув, оба сотрудника Дисциплинарного отдела вначале переглянулись, прежде чем уступить. Едва за ними закрылась дверь, Йорн сел рядом, а Фич затараторил:

— Нас хотели подставить. Хорошо, что вы не доехали. В наше гнёздышко нагрянула охрана завода, устроили облаву. Наверняка, они думали, что это конкуренты шпионят, пытаясь выведать секретную формулу. Ху-ух.

— Погоди, так мы ж туда навезли всякого добра, вдруг поймут, что это не конкуренты?

— Не поймут, — ухмыльнулся Фич. — Всё, что могло нас спалить — уже в рюкзаке. Тяжёлый, блин. А воздух тут сухой, не для пробежек. Не знаю, как они все это терпят?

Йорн облегчённо вздохнул и потрепал приятеля по плечу.

— Выходит, Бойд спас миссию?

— Так что с ним не так опять? — лысый кивнул на экран. — Что он натворил?

— Девочка сбежала от нашего мальчика. Купила билет на Аюм, как получила от него денежный перевод.

— И что? Вдруг у неё там родственники, работа, планы?

— Нету. Её проверяли по полной. Она же первый круг, семья. Протоколы, правила, инструкции. К тому же не взяла экстренный номер. А эти крысы не стали её ловить и просить дать показания, хотели потянуть время и допросить Бойда, вдруг он возьмёт вину на себя, если хорошенько прессануть.

— Да уж, теперь понятно, почему он просил меня о переводе, — вздохнул Фич. Он тотчас вытянул рюкзак из-за спины и принялся его разбирать, чтобы достать любимую панель с программатором.

— Что ты хочешь сделать?

— Да так, пройдусь по сетке, посмотрю, вдруг найду причину? — пожал плечами Фич. — Сам-то что думаешь?

— Бойд признался на допросе, будто на Флорию нападали мусорщики несколько дней назад возле хостклуба, где она работала.

— Так, уже что-то. Преследование? И он не обратил внимание? Или пытался проверять и на этом его взяли?

— Нет, не на этом. В сущности, обвинение у них рассыплется без признания хоть одной из сторон. Вот и давят на больные точки. Припоминают старые истории.

На том разговор ненадолго прервался, пока опытный разведчик подключал принесённую аппаратуру.

— Год назад или около того он пытался перевестись, — проворчал Фич между делом, — но потом вдруг заглох. Наверное, повстречал эту вашу Флорию. А я всегда говорил, от женщин одни проблемы.

— Это ты про Эксу? — усмехнулся Йорн. Оба разделили улыбку, припоминая былые времена. — Услышит тебя, шею намылит.

— И ладно. Она меня тут не достанет.

— Ха! Будто возвращаться не планируешь, — широкоплечий коллега указал ему на протезы сразу трёх фаланг пальцев. — Всё равно когда-нибудь заглянешь. И тогда она тебя примет с радушием.

— Да… в чём, а в этом она мастер. Хоть и выносит мозг своим ворчанием.

Немного помолчав, гигант решил вернуться к прежней теме:

— Так что? Утка, говоришь? Информатор нас сдаст?

— Информатор сдаст Решалу из Зиперов, но не нас. Я ж не собой представлялся, ну, в самом деле.

— И как долго ты планируешь ещё паразитировать на репутации подставной личины? — хмыкнул Йорн. — Когда-нибудь начальству надоест прикрывать твои миссии для синдиката. И что тогда будешь делать? Вскроешься и арестуешь тех, кого уже вычислил?

— Нет уж, я доберусь до их главаря. Дело принципа.

— Ага, ну-ну. Давай, удачи.

Завершив приготовления, Фич посмотрел на картинку одного из подключённых плазменных экранов к собственной планшетке.

Как раз в этот самый миг в комнату вернулись дисциплинарщики и по лицам было видно, что-то не так. Белые, как мел, они пораскрыли рты.

— Вы! Вы! Что вы?!

— Не визжи, как девочка. — Йорн встал и закрыл собой приятеля. — Он подключился в сеть, чтобы поискать информацию о Флории и сделать за вас вашу работу, так ведь?

В ответ послышалось неопределённое от приятеля:

— Ага.

Шагнув внутрь, один из дисциплинарщиков зло процедил:

— А толку-то искать. Флория прибыла на объект. Сторгс её притащил и провёл по пожарке под своим доступом. Его сейчас задержали, а её проводят в другую допросную.

Не думая, гигант схватил одного и другого за серые костюмы и заставил встать на носочки.

— Что вы сказали? Зачем в допросную? Живо проводите её к Бойду. Пусть объяснит всё, заодно и он послушает, за что его тут прессуют, а?

— «Протокол-1937» применение силы к сотруднику…

Фич усмехнулся, комментируя:

— О, дорогие мои, силу он применил к вашей одежде, вас самих он ещё не тронул. Поверьте, когда это произойдёт, будет поздно прикрываться инструкциями. Ему будет выговор, вам — полгода реабилитации, если не больше.

Опустив дисциплинарщиков обратно на пол, гигант натянуто улыбнулся и дружелюбно похлопал одного из них по плечу.

— Калеки, ой, то есть коллеги, проводите меня к камере, куда посадили Флорию?

Но этого и не потребовалось. В приоткрытую дверь тотчас послышалось громкое:

— Где Джим? Проводите меня к нему! И куда вы увели Сторгса? Что происходит!

— О, вот и она.

Подвинув хлюпиков с прохода, друг Бойда охотно вышел в коридор и преградил дорогу целому конвою.

— Спасибо ребята, мы дальше сами разберёмся.

Утилизаторы переглянулись, не решаясь нарушить инструкции, но и вставшее на их пути препятствие не позволяло исполнить должностные обязанности полностью.

— Вам нужно проводить даму в камеру? Тогда пожалуйте сюда, — миролюбиво приказал Йорн.

— А вы?

— Я друг Бойда, — гигант подмигнул испуганной девушке и подметил в уме тот факт, что она сильно прихрамывает.

— Всё-всё, свободны. Оставляйте её, она свидетель по нашему делу. Подробности вам знать необязательно.

— Но…

— Мы из соседней конформации, ваше начальство наделило нас достаточным руководящими полномочиями. Вернитесь на рабочие места и уточните сами.

Пожав плечами, двое уступили, развернулись и отправились обратно по коридору, ещё двое остались стоять.

— Секунду, — попросил Йорн, возвращаясь обратно к пульту управления. — Дружище, открой допросную. Флорию я перехватил.

— Сейчас, — охотно согласился приятель, игнорируя ненавистные взгляды дисциплинарщиков. Они попросту стояли рядом со стулом, демонстративно скрестив руки, будто не участвовали в самоуправстве.

— Вы нарушаете инструкции!

— Да, и что? Накажи меня за это, — предложил Йорн. — Точнее, хотя бы попробуй. Ведь я не Бойд. Терпения у меня меньше в разы.

Открыв и закрыв рот, сотрудник объекта-17ZE заткнулся и отошёл к стене.

— Готово, — отчитался Фич.

— Молодчина.

Хлопнув в ладоши, гигант вернулся в коридор, чтобы раздать новые ЦУ.

Мне нужно было дать показания и освободить Джимми. Я понимала это отчётливо, но боязнь очередного предательства то и дело сменялось надеждой — решить хоть одну проблему, возникшую по моей вине. И так по замкнутому кругу. Эти и многие другие мысли штурмовали мою голову, едва Сторгс привёл меня на секретный объект.

Ноги отстёгивались, копчик ныл, спина почти не гнулась, а тело было словно надутый шарик. Кровь сильнее зазвенела в ушах, едва приятеля Бойда арестовали и увели. Но он успел бросить мне вслед, мол, всё будет хорошо, чем немного успокоил.

Двери — герметичные, серые, сливались со стенами, полом и потолком. Унылое пространство было того же цвета, что и формы людей, меня окружающих. Точнее четверо из сопровождения. Куда меня вели и зачем — неясно. Надеюсь, к мужу. Но уверенности в этом не было никакой.

Страх в очередной раз перевесил, и я возмущённо крикнула на весь коридор. Тотчас наружу в единственную приоткрытую дверь выглянул рыжий бородач. Страшно. Было страшно до одури, но я в следующий миг услышала:

— Я друг Бойда.

Выдохнула от облегчения и с сожалением поискала стул в пустом коридоре. Увы. Об этом можно лишь мечтать. Другое — хорошо. На сердце отлегло, а воздух вернулся в лёгкие. Сложно было воспринимать информацию, которая последовала дальше. Но одно я поняла точно, меня сейчас проводят к Джиму. А если припомнить о том, что его арестовали дисциплинарщики, то почему этот рыжий сказал, что он друг? Или он из тех, кто его освобождает, отстаивает его интересы? Юрист?

Опомнилась и заметила, как он снова скрылся в помещении. Следом сквозь приоткрытую дверь послышался громкий хлопок. Вернулась к реальности и шире открыла глаза.

Что? А куда делись ещё двое из сопровождения?

Нет, это неважно, потому что рыжий гигант прошёл к соседней двери и открыл соседнее помещение. А там…

— Джим! — неосознанно вырвалось, едва я узнала силуэт мужа, сидящего внутри на стуле. Свет, бьющий сверху узкой полосой, выхватывал только его голову и колени. Пригляделась и заметила, что его руки были заведены за спину. Глаза закрыты.

Но вот он услышал мой голос и наконец обратил на меня внимание.

— Флория?

Я медленно устремилась к нему, прихрамывая, боролась со слезами. Покусывала губы. Сняла кепку и сбросила вниз рюкзак. Джим смотрел на меня так, будто не узнавал. Подскочил на ноги, но снова плюхнулся на стул, потому что короткая цепь за его спиной, к которой наверняка были пристёгнуты наручники, не позволила встать в полный рост.

— Что вы сделали?! — изумилась я. — За что вы так?!

Шаг к нему, ещё шаг, ещё и ещё. Джим снова попытался встать и снова сел на стул.

— Флория!

— Откуда она здесь? — раздражающий злой голос прозвучал сбоку, но я внимание не обратила. До любимого оставались считанные метры, и я отчаянно боролась с желанием преодолеть их бегом, а не шагом. Нельзя, иначе точно упаду!

— Отойди в сторонку и смотри внимательно на результат собственной работы.

Рыжий бородач шел по пятам, не мешал. Однако стоило мне запнуться, он придержал за талию и локоть.

— Помоги ей, прошу, — шепнул Бойд неясно кому.

Тотчас меня подхватили на руки, будто пушинку, и за считанные секунды я оказалась на коленях мужа. Слёзы брызнули из глаз, я обняла его и дала волю эмоциям. Нос захлюпал, а я отчаянно боролась с желанием громко разреветься, но вместо этого попыталась объясниться:

— Паразиты, как они могли! Я же… не из-за тебя, я же… просто испугалась. Фанаты ЭмДжи, они меня нашли, нашли, — уткнулась лицом в его плечо, — я запаниковала, а тебя нет. И связаться не смогла. Кучу запросов отправила и ничего… ничего!

— Флория…

— Прошу! Не вини меня, я не хотела. Я не знала! Я…

— Фло…

— Кх-кхм, — резкий голос за спиной напомнил о том, что мы не одни. Но мне было плевать. Едва признавшись в одном, поспешила добавить:

— Я хотела сбежать первой и связаться с тобой, надеялась, что ты приедешь ко мне, Джим, пожалуйста, поверь! Ты очень важен для меня, я люблю тебя, очень люблю. — Поцеловала его в плечо, но тотчас вспомнила то, что ему это не нравится. Подтянулась и запечатлела поцелуй там, где на шее билась его жилка. Мускусный запах, его запах почуялся отчётливо. Я закрыла глаза и потёрлась щекой о его гладкую кожу. Удовольствие теплой волной заструилось по венам.

— Джим…

— Флория, это моя вина, — услышала я сдавленное, — надо было серьёзнее отнести к твоим страхам и тому нападению у клуба.

— Нет… не-ет! Ты не виноват!

— Кх-кхм! Вы! — снова обратил на себя внимание несносный мужик с короткой стрижкой. Мазнула взглядом туда, где он стоял. Я узнала его, был на тестировании. Но волновало меня другое, я с надеждой повернулась к рыжему бородачу и моляще попросила:

— Вы можете снять наручники с моего мужа? Ведь так? Пожалуйста…

— О, этого будет мало, — рыжий усмехнулся, поглядывая на негодующего работника секретного объекта. Я так понимаю, это есть дисциплинарщик, который арестовал Бойда?

— Флория, послушай, пожалуйста, — отвлёк меня Джим. — Я остался в этом городе только потому, что встретил тебя. Иначе я бы уже давно уехал. И если ты пожелаешь — ткни пальцем в карту, я последую за тобой. Но только не бросай меня больше. Я ведь успел надумать себе всякого, будто где-то перегнул. Будто обидел тебя, Фло…

Словами не выразить эмоции, испытанные в этот миг, стыд, злость на себя саму, нежность к любимому человеку и недовольство, что он пристёгнут к полу.

— Флория, пожалуйста, пообещай.

— Никуда, — заверила я, повторяя поцелуй, — никуда больше я без тебя не уеду, но прошу, дай возможность с тобой связаться.

— Обязательно.

— Всё? Наговорились? — раздражённый мужик подошёл вплотную, протянул ко мне руку непонятно зачем, но рыжий его остановил. Неласково схватил за запястье и стиснул так, что обладатель «счастливой» конечности покраснел и позеленел одновременно.

— Инструкция номер… — начал было он.

— Ты сорвал мне миссию из-за собственной некомпетентности. И это я мягко выразился! А теперь, когда у тебя есть опровержение вины, я не понимаю, почему ты ещё здесь? Вали и увольняйся. Линяй на край обжитых систем, иначе последствия, которые я тебе организую, будут похлеще того, что вы с коллегами сотворили с Бойдом.

— Я действовал по протоколу!

— Ни один протокол не позволяет производить арест без доказательства вины, — осадил его рыжий гигант. Тот попытался вырвать руку — безрезультатно.

— Я… лишь веду допрос, арестовывал его наш руководитель.

— О! Уже так, да?

— Йорн, — позвал его Бойд. — Важно другое. Нужно найти тех, кто её напугал. Что случилось, Флория, можешь… рассказать?

— Не хочу, — запротестовала я. — Для начала пусть снимут наручники, сердце кровью обливается, глядя на тебя в них.

— Ты её слышал? — подгонял рыжий нерадивого работника секретного объекта. Тот наконец одумался и поспешил обойти стул, чтобы снять наручники с моего мужа. Стоило Бойду освободить руки, он тотчас стиснул меня так трепетно, щемяще приятно. Чуть в голос не разревелась, запрещая себе хныкать, но в этот раз от переполняющего счастья и облегчения.

Я причинила ему много проблем, а теперь всё что могла, это внятно рассказать о случившемся. Но как это сделать, если мысли в голове сталкивались, едва я пыталась заговорить. Сразу столько эмоций, столько воспоминаний. Столько всего…

— Идёмте, — друг Бойда кивнул себе за спину, туда, где виднелась чёрная глянцевая поверхность во всю стену. — Там Фич развернул собственный пульт, уже ищет информацию о недавнем нападении. Поговорим в соседней комнате.

— «МаЁс», — подсказал Бойд. — Может, это они?

Мне только и оставалось изумлённо округлить глаза из-за осознания, что, кажется, я на самом деле выиграла в лотерею. Несмелая надежда — решить проблемы с преследованием — затрепетала внутри и окрылила. Но главное, жизнь снова заиграла яркими красками, несмотря на скудную обстановку, нас окружающую. Безотчётный страх и паника помахали ручкой на прощание, а хорошее настроение замаячило на горизонте. Позволила себе несмелую улыбку, боясь спугнуть удачу. Удивительно, но факт.

— Дорогие мои подписчики! — вела стрим блогерша Анинета, будучи в гламурном голубом наряде. Перетянутая высоким поясом грудь грозилась вот-вот выпрыгнуть наружу из пластикового лифа коротенького платьишка. — Сейчас вы видите бедняжку в чёрной кепке, которую преследует маньяк в костюме мусорщика! Кстати, а как зовут этого красавчика? Бландишка в моём вкусе. Займись он мной, я бы так не сопротивлялась! Да? Правда же, Зизи?

— Угу.

— Эй, что с твоим ответом? Почему так угрюмо! Веселей! — Девушка на видео закатила глазки и надула розовые губки.

— Санни, мы стримим.

— Рофл! — хохотнула блогерша. На её лице появилась милая гримаса, словно её застукали в неподобающем виде. Рот соблазнительно вытянулся в маленькую букву «о». — Дорогие мои нетизены, скажите же, оператор чилит, да? Напишите в комментариях, понравился ли вам его ответ? В общем, пальцы вверх, пальцы вниз, активнее ставьте лайки, чтобы я чаще выходила в эфир, всех вас люблю!

Воздушный поцелуй, отправленный оператору и зрителям, оставил слабый розовый след на ладони.

Секунда, и рыжая красотка, ярко размалёванная под куклу, обернулась к происходящему за её спиной. Послышался громкий вздох, и она фыркнула, но тотчас обернулась и приторно слащаво произнесла:

— Пока-пока!

А прежде чем видео прекратилось, кровожадные слова звезды добавили огонька в комментариях, а стриму популярности:

— Неужели все? Никаких побоев и кровищи? Мирно разойдутся?

— Я всё ещё снимаю…

— Выключи!

Наше возвращение в квартиру случилось гораздо позже, чем мы рассчитывали, но это всё-таки произошло. Дело в том, что Бойда перехватили у лифта и вручили документы о дисциплинарном слушании, которое должно пройти завтра. А сегодня у него официальный отгул в связи с неправомерным задержанием.

Я нервно покусывала губы, но Джим меня заверил: скорее всего будет решаться вопрос о размере компенсационной выплаты за моральные издержки. А если отстранение, то он уже давно планировал перевестись, но в последний момент передумал, потому что встретил меня в том клубе.

Словами не передать, как я была ему благодарна за то, что он меня не бросил. Не махнул рукой на свои чувства и продолжил медленно, шажок за шажком, добиваться своего. Да уж. Счастье было так близко, только руку протяни. Но я оказалась настолько заморочена финансовыми проблемами, что попросту не смогла разглядеть тот шанс, который судьба настойчиво подсовывала мне раз в неделю вместе с его приходом в клуб.

Едва дверь пиликнула, сообщая о запирании, я наконец очнулась и с удовольствием обмякла. Джим поднял меня на руки, в этот раз я не протестовала. Обняла его за шею и построила дорожку поцелуев до его подбородка.

— Флория, — в очередной раз произнёс муж.

Только сейчас я поняла, что моё новое имя не вызывает раздражения, а наоборот, нравится. Главное, чтобы его произносил именно он.

— Я тебя люблю, — ответила я на опережение. — И очень хочу, чтобы в наших отношениях всё осталось по-прежнему, прошу.

— Знаешь, я ведь мечтаю не только о занятиях в постели, а о дружной семье. Поэтому, пожалуйста, не искушай меня…

— Почему?

Вцепилась в него крепко, на случай если он опустит меня на диван, как и собирался. Не получилось. Пришлось садиться самому и усаживать меня на колени.

— Почему нет, Джим? Ты хочешь сказать, что у нас не будет интима только потому, что так нужно для семейного счастья?

Муж мне не ответил. Молчал, наверняка обдумывал мои слова.

— Я должен был серьёзно отнестись к твоим страхам. Я должен был оставить инструкции на случай ЧП, я многое должен был сделать, но не сделал, потому что сильно отвлёкся на удовлетворение плотских желаний. Я…

— Пожалуйста, — взмолилась я. Потянулась вверх и немного приподнялась, чтобы посмотреть ему прямо в глаза. — Только не надо винить себя. Мне больно из-за этого. И единственное, чего я бы хотела прямо сейчас — забыть о своей ошибке, понимаешь? Забыться и снова парить на облаках.

Попробовала его поцеловать, но он отстранился, взял меня за плечи и отодвинул.

— Флория, ты не представляешь, насколько сложно мне сдерживаться. Ты думаешь, одна этого хочешь? Я год фантазировал на твой счёт, год видел тебя в разных позах и мечтал урвать кусочек счастья, твой добрый взгляд, улыбку, о поцелуях вообще молчу. Но сейчас не время всему этому, понимаешь? Я же сорвусь и пропущу удар, а у тебя на хвосте сидят отпетые преступники. Я лишь не хочу рисковать будущим из-за сиюминутного удовольствия. И сейчас, если позволишь, я бы сходил помыться.

Он ссадил меня на диван. Аккуратно. Но мне вдруг стало зябко и неприятно. Мне хотелось обратно в его объятья, чувствовать защиту его рук, но вместо этого я была вынуждена наблюдать, как он уходит в ванную.

— Не согласна! — В конечном итоге нервы сдали, и я отправилась вслед за ним. — Я тоже хочу в ванную. И если уж на то пошло, давай договариваться, а не только играть по твоим правилам.

Джим изумлённо посмотрел на меня, едва я бесцеремонно распахнула дверь. Единственное, о чём пожалела, что не подождала немного, пока он полностью разденется. Иначе бы могла наблюдать не только кубики его пресса и мощные мышцы грудной клетки сквозь расстёгнутую до пояса форму, но и всё его тренированное тело целиком.

Лёгкое оцепенение быстро прошло, едва я заметила взгляд Бойда. Он не злился, хоть и следовало — я вероломно нарушала его личные границы. Нет, он смотрел на меня так, будто я самая желанная на свете, и тем сложнее было устоять от очередной провокации. Я тоже начала раздеваться. Технично, чтобы он не успел меня отговорить.

— Флория…

— Я в душ, — пожала плечами и сделала вид, будто имею на это полное право. Нагло, знаю. Но я не позволю ему закрыться в раковину и в очередной раз отгородиться от меня из-за внутренних установок и правил.

Бойд вздохнул и собрался на выход со словами:

— Тогда ты первая.

Дождалась, когда он подойдёт и преградила ему путь.

— А почему не вместе?

— Ты же знаешь, что это невозможно.

— Мы можем попробовать? — состряпала наивный-наивный взгляд. А руки мои тем временем нырнули в вырез его расстёгнутой формы. — Ты такой подтянутый, так и хочется потрогать.

— Фло…

— В самом деле, что плохого в том, чтобы заняться любовью, м?

Джим промолчал. Стоял и пожирал меня взглядом, а я продолжила упорствовать.

— Всего разочек… или ты устал?

Нет, он не устал, как оказалось, или это было второе дыхание, не суть. Потому что в следующий миг он поднял меня на руки, и я вздрогнула от холода кафеля, едва оказалась прижата спиной к стене. Жаркий поцелуй случился в следующий миг, настолько приятный — я простонала от удовольствия и охотно ответила.

Пальцы мои блуждали по его спине, выписывали причудливые узоры, в то время как Бойд углубил поцелуй, демонстрируя мне силу собственного возбуждения.

Увы, длилось моё счастье недолго. Насилу оторвавшись, он вдруг пошёл на попятную.

— Извини, я сейчас приду в норму.

— Ну уж нет! — обняла его лицо ладонями и сама захватила губами его губы, ненадолго, пока он не опомнился. — Одного раза будет мало. Минимум три, а лучше пять.

Бойд усмехнулся, прежде чем спустить меня вниз.

— Меня безумно радует твой настрой, но это нереально.

— Боишься, что тебя не хватит настолько?

— Времени не хватит в сутках, а не меня.

— Мы можем попробовать? — Я посмотрела на него с надеждой. — В противном случае, боюсь, начну себя точить и думать, будто одна виновата.

Вздохнула, припоминая, как сильно напортачила. Сама всё испортила.

— Вчера всё было так хорошо...

Хорошее настроение вмиг улетучилось, едва я ушла в себя, припоминая недавний приступ паники. По телу пробежала крупная дрожь и боль в коленях напомнила о себе.

— Согласен, — сдался Бойд. Наверняка заметил перепад моего настроения. — Пять раз не гарантирую, конечно, но я бы очень хотел, чтобы ты думала обо мне не только в этом ключе. Обещай прислушиваться к тому, что я говорю, Флория.

Закрыла глаза и с удовольствием прильнула к нему, прежде чем со всей серьёзностью в голосе ответила:

— Обещаю.

И конечно, куда же без излюбленного «но».

— Но и ты пообещал пять раз. Исполняешь ты — исполняю я, договорились?

Очаровательная улыбка украсила его лицо, когда он склонился ко мне для продолжения начатого поцелуя. Бедные мои ноги, бедная спина. Сейчас я о них совершенно забыла, но после они точно дадут о себе знать. Однако это будет после. После того, как я получу желаемое.

Северный водный шлюз в это время стал объектом пристального интереса сразу нескольких служб. Недовольный Йорн смотрел в оптику, будучи на дальнем расстоянии. Ждал вылазку Зиперов.

— Говорю тебе, дохлый номер, — посетовал Фич в эфире.

Он занял другую позицию, устанавливая ловушки на возможном пути отступления преступников. Парализующие сети тонкого токопроводящего волокна не видны взору до тех пор, пока не наткнёшься на одну такую и не прочувствуешь на себе краткий электрический разряд, сбивающий с ног за доли секунды.

— А мне кажется, появятся, — вместо приятеля ответил Сторгс, напросившийся на совместное выполнение миссии. Он сидел в транспорте, так как не имел никакого разрешения на оперативную деятельность в этом районе. Будучи отстранённым от работы до дисциплинарного слушания, Грибер и без того понимал, что дни его работы утилизатором «Хадо-29» сочтены.

После той истории с преследователем Эмити он был несказанно удивлён уже тому факту, что его не тронули по какой-либо причине. Могли найти повод, чтобы уволить, но они этого не сделали. И причины ему были неясны. Зато сейчас, глядя на отношение вышестоящего руководства к Бойду, понимание пришло само собой. Фокус внимания мстителя переместился на его приятеля. И это нужно учесть во время слушанья, о чём Сторгс и поделился с сотрудниками из службы безопасности соседней конформации. Тёплое местечко ему не обещали, но в качестве нештатного сотрудника для заработка принять могли в любой момент. И это его отчасти радовало. Перспективы дальнейшего карьерного роста были маленькими, но они были, в отличие от неясной позиции руководства «Хадо-29».

— А Бойд сейчас наверняка дрыхнет в кроватке, — проворчал Фич. — Хорошо ему.

— Прекрати, — осадил его Йорн. — Ему всегда доставалось за всех, как самому результативному. Он никогда не бежал от ответственности и часто брал вину сокурсников на себя. Пусть отдохнёт, он это заслужил.

— Кто ж спорит, просто жалуюсь на жизнь, — выдохнул Фич, завершая работу в нижних помещениях шлюза. — Опять же, маска эта запотевает. Почему не могут поставить сюда вытяжки, м?

— Для кого? Бионикам пары тяжёлых металлов не страшны, а вот людям смертельны и вызывают паралич. Так что терпи, раз вызвался. Могли бы оставить всё на безопасников «Хадо-29».

— Слушай, а что, если они заодно? — добавил идею Сторгс. Только сейчас у него в голове стала складываться картина происходящего. — Слишком уж вольготно они себя ведут. Может быть, это заказ вышестоящих?

— Твоё счастье, канал шифрованный и не прослушивается.

— Я не при исполнении. И тем более не говорю ничего секретного, — проворчал Грибер. — Но и исключать этот вариант не могу. Помните тот случай с преследователем Эмити. Он сын…

— Знаем мы, — прервал его Йорн. — Мы уже кое-что обмозговали. Так что на дисциплинарке будет весело, я уверен. Найдут на кого вину свалить и подтасуют немножко. Ставки ставишь, Фич?

— На что?

— На карту с ЭмДжи.

— А это интересно, — выдохнул тот, протирая очки у респираторной маски. — Ладно, давай позже сценарий составим. Что там у вас?

— Пока тихо.

Йорн переместил взгляд к небольшому плоскому чемоданчику, напичканному следящей электроникой. Приёмник сигнала разных датчиков и программатор выводили на экран графическую информацию, отражая в деталях карту местности.

Но вот наконец на экране отразились две новые точки.

— Есть движение.

Прикинув в уме, Йорн выругался.

— Они идут с восточной стороны. Там нет жилого сектора. Промзона и тоннель до коммуникаций сразу нескольких районов. Ветка канализации и шахты под силовые электрокабели.

— Если их цель — Флория, они бы поселились где-нибудь в Агио на отшибе, чтобы проще было её искать и отправлять группу захвата, — предположил Сторгс. — Её сетру прозванивали. Последний как раз в тот день, когда она купила билет.

— И при этом сигнал исходил из постамата в Тобо, того, что рядом с хостклубом.

— Проброс, уж наверняка.

Фич вздохнул.

— Неглупые нам попались соперники.

— Другие бы давно уже сели за такие делишки, — покачал головой Йорн, продолжая следить. — Скоро выйдут в зону твоей видимости, Гриб. Гляди в оба. Бионики или люди?

— Есть.

Тотчас в эфире возникла тишина, а точки на экране остановились и исчезли.

— Что там у вас? — спросил Йорн, чувствуя, впереди их ждёт какой-то подвох.

— Бионики сложились вдвое и растянулись на полу. Скорее всего нас или безопасников засекли. Это была проверка, — поделился мнением Сторгс. — Что делаем, уходим?

— Нет, ждём. Если это отвлечение, то где должен быть основной удар?

— Неужели они нашли квартиру Джимбо? — тихонько спросил Фич, но тотчас ругнулся громко и многосложно. — Эпидерсия! Канал взломали!

Немного помолчав, он резко спросил:

— Кто ты и что тебе нужно?

В абсолютной тишине прозвучал тихий каркающий звук, прежде чем связь всех троих прервалась. Была включена глушилка сигналов. Рёв полицейской сирены прозвучал секунду спустя. Аналитический отдел пошёл на крайние меры, устроил полную зачистку территории, в надежде поймать хоть кого-то из злоумышленников.

— Фаген дот! — выдохнул Сторгс, сидя в машине. Потому что кроме отстранения, ему наверняка вручат штраф за нарушение ночного режима.

Йорн ругнулся многосложно и принялся собирать оборудование обратно в рюкзак. Забрать расставленные по пути отхода датчики будет уже некогда. Оставалось понадеяться, что Фичу удастся уйти самому. Иначе их полномочия могут урезать, если не найдут достаточных оснований для слежки за режимным объектом.

Надо было последовать совету Бойда и отправиться спать. Зря они его не послушали. Теперь все трое были в этом уверены, но только не два часа назад, когда кровь кипела в жилах, толкая на очередное безрассудство.

* * *

Ночной клуб в Тобо был полон народу. Громкая музыка звучала всюду. Громила мял в руке эластичный мячик и яростным взглядом прожигал толпу, а другой свободной рукой с удовольствием пощипывал за зад грудастую блондинку, сидящую у него на коленях.

Его сетра тотчас сверкнула сообщением. В неожиданно наступившей тишине послышался громкий шлепок.

— Давай, гуляй, — прогнал он девицу. Та обиженно надула губки и покинула небольшой альков, в котором сидел Шиззи.

Дождавшись, когда она оставит его одного, он открыл сообщение.

«Провал. Паук вызывает».

Один из местных главарей преступного синдиката сжал губы, а на его скулах заиграли желваки. В вороте кожаной жилетки, натянутой на голый торс, показался след от татуировки во всю спину — его гордость. Таласийский паук — самый смертельный из всей живности дикого «Таласи». Космофлот давно прекратил экспедиции на эту смертоносную ресурсную планету, признав своё поражение в борьбе с дикарями и живностью этой планеты. И только редкие экземпляры с поверхности по-прежнему находятся в генетических биолабораториях.

Выбравшись на улицу, преступник взглядом нашёл мультисистему распознавания лиц и подмигнул сообщнице. Показалось ли, но на круглой защитной поверхности тотчас отразился смайлик.

Шиззи хмыкнул, в который раз удивляясь талантам рыжей Бестии в его подчинении, прошёл к припаркованной «Див02», новой модели.

Обтекаемый кузов блестел в свете ночных огней города. Угольно-серая усеянная перламутровой серебристой крошкой машина сейчас казалась чёрной. Шизо с удовольствием провёл рукой по этой красотке, прежде чем нажать кнопку открытия двери. Он тянул время, пытаясь сообразить, чем грозит ему встреча с главарём. Тем более Шиззи не знал, пройдёт ли она в очном формате. Ведь Паук — личность скрытая и даже ему до сих пор не было известно, как он выглядит на самом деле. Одно он знал точно. Голос. Его голос он узнает из тысячи. Сиплый, с хрипотцой. Так говорят смертельно-больные перед тем, как отойти в мир иной, но он был жив и, судя по всему, здоров, потому что управлял преступным синдикатом твёрдой рукой.

Деньги текли рекой, а новые идеи и заказы поступали ежедневно по разным каналам.

Наконец Шизо Зи сел в машину и завёл термоядерный двигатель унимаглева. Машина приподнялась над бетонной поверхностью. Чем удобны купольные города — один сплошной трек. Под каждым домом, под каждой дорогой — магнитная подложка, поверхность, изобилующая токопроводящими жилами, создающими магнитное поле, необходимое для беспрепятственной езды подобных машин.

Новое сообщение пришло следом:

«Паук ждёт».

Шиззи хмыкнул и рванул с места, демонстрируя свою покорность. От него требовалось немного. Добраться до ближайшего постамата, мигнувшего красным светом, и ждать дальнейших инструкций. Анонимное сообщение отразится на дисплее при совершении покупки распространённой кукурузной закуски «Клепчиз». Почему именно так — он не задавался вопросом, зато было известно точно, что всем Зиперам строго-настрого запрещено есть эту отраву. Им нельзя, а вот о клиентах, сидящих на хвосте уже который год, — в инструкциях главаря ни слова. Чем Зи и пользовался, принося с собой очередную пачку.

В этот раз, прежде чем найти требуемое, ему пришлось немного покружить по городу и забраться в самый удалённый уголок захолустного района, следуя по знакам, оставляемым взломанной системой городской подсветки.

Темнота переулка не предвещала ничего хорошего, но Шизо проследовал туда без страха. Предварительно выключив сетру, он вышел из машины. Постамат не был виден с его места, но знаки он распознал безошибочно.

Ему сюда.

Пройдя немного вперёд, громила заметил стоящее в темноте высокое серое авто утилизаторов. Грузовик был отдалённо похож на машину мусорщиков, у этого не было механизма прессования отходов в брикеты — задняя часть машины прямая и в ней виднелась широкая дверь без остекления. Пожав плечами, Шиззи толкнул её на себя и вошёл внутрь. Он никогда не боялся подобных встреч и даже, наоборот, мечтал наконец встретиться с преступным гением, который помог им подняться на межгалактический уровень.

Но, вопреки ожиданию, внутри не было никого. Светился один лишь монитор следящей аппаратуры, встроенной в стену высокого унимаглева. Ошибки быть не могло, это настоящая машина безопасников, а не её имитация.

— Сядь, — приказал Паук шелестящим тихим голосом. — Я должен знать о ваших планах. И почему вы поднимаете такой шум на моей территории?

Шиззи охотно подчинился и спрятал безумную улыбочку подальше, вмиг став серьёзным.

— Мы лишь хотели зачистить шлюз от хвоста, — он устремил свой взор туда, где в темноте наверняка находилось лицо Паука, однако свет горящей вверху лампы выхватывал лишь лежащие на столе руки. Кожа их была бледная, почти белая. В который раз Шизо пришло на ум, что это не настоящие руки, а хорошо исполненные части тела бионика. Скорее всего, и голос мог быть создан или видоизменён с помощью сложной программы звуковой модуляции.

— Вы создали круги на воде и спугнули рыбку. Я долго планировал зачистку моего поля, но теперь мне придётся сильнее подставляться, чтобы прикрыть вашу деятельность. Ещё одна ошибка — и ты выбываешь. Усёк?

— Да.

Один из главарей Зиперов — так называемая «правая рука Паука» — впервые за долго время потупил взгляд и сделал над собой усилие, выглядеть соответствующе.

— Только не надо дешёвых сцен, — фыркнул босс. — Для меня вы все — взаимозаменяемые детали единого механизма. Уберу тебя, на твоё место встанет другой.

Шизо Зи кивнул, отчётливо понимая, что надо спешить с поиском местоположения Паука, иначе вся многолетняя работа пойдёт прахом. Всё, во что он был втянут, будет сделано зря. Вообще всё.

— Чем мы так помешали и как можем это исправить? — попытался он вытянуть немного информации. Сильно рисковал, но босс и рад был поделиться:

— Я не зря заставляю покупать «Клепчиз», но не употреблять. Вы поднимаете продажи одному интересному мне продукту. Так вот из соседней конформации прибыло две крысы, которые унюхали запрещённые вещества. Мы производим их в большом количестве, но вместо утилизации — продаём под видом закуски. А ты. Ты. — Подняв руку, шеф указал пальцем в объектив съемочного устройства. — Твоей задачей будет — сопровождение этих крыс, когда их выдворят из города. Главное, убедись, что они уехали.

— Но как это произойдёт, мы разве сможем их подставить? И вообще, кто они? И что нам конкретно сделать?

— Слишком много вопросов, — шеф явно гневался, но отвечал по существу. — Это Йорн Хайовел и Фитичи Жови, два сотрудника службы безопасности из соседней конформации. Они прибыли в «Хадо-29» на тайную миссию. На первую ловушку они не попались, но неожиданно встряли в новую историю. Кстати, будет для тебя работёнка — зачистить поле от подставных личностей.

Страх на долю секунды промелькнул во взгляде Шизо, но он тотчас совладал с эмоциями.

— Что? Неужели знаешь, о ком пойдёт речь?

— Я догадывался, что нас кто-то пасёт. Но пока не вычислил — кто.

Громила пожал плечами и состряпал злую гримасу.

— Кличка «Решала», он закинул удочку, получил дезу, передал дальше, а Фич и Йорн прибыли к заводу ловить тайную поставку. Но их накрыть не успели. Кое-кто вмешался в наши планы.

— Не понимаю.

— Вы! — рявкнул Паук. — Вы помешали, когда начали преследовать эту недопевичку. Кстати, как дела с нашей дохлячкой? Она ещё держится? И когда вы наконец доделаете её заказ?

— Мы не смогли взять Флорию, потому что она получила денежный перевод от неизвестного источника и попыталась улететь. А дохлячка утверждала, будто у неё нет денег на подобное.

— Да уж, а своих мозгов у вас не имеется? Бестия тебе на что в напарницы приставлена? Используй её по полной. Пусть составит план и загонит наконец эту вашу трейни в ловушку. Что же до источника? Запоминай. Джимми Бойд — её новый заступник, он же супруг по документам. Короче, просто так он её не отпустит. Это мания, я проверял. Мужик сталкерил за ней целый год. Будет землю рыть и искать, если девушка исчезнет. Так что убрать придётся и его. Но есть огромная проблема.

— Какая?

Преступнику снова пришлось строить грозную гримасу, чтобы не ухудшить и без того шаткое положение. Будучи курсантом в космофлоте, он неплохо знал этого «Джимбо». Подобных его комплекции на потоке было всего пятеро. И все они неплохо друг с другом общались. Теперь видится ему — зря.

— Ты меня слышишь?

— Да.

— Он связан с одним давним делом, информация о котором не должна всплыть, поэтому и убрать его надо осторожно, без свидетелей, лучше всего состряпать несчастный случай. Устроить аварию или что-то в этом роде.

— Сложно. Ведь Флория нам нужна живой. А если он будет всюду кататься с ней, то — не вариант.

— Включи фантазию. Не можешь ты, привлеки Бестию.

— Понял.

— Итого, список целей… — начал было преступный гений, но ненадолго умолк. — Так, перво-наперво надо вычислить и устранить Решалу, его судьба мне неинтересна, но никакой экзотики, следы тоже хорошо замести. Мне не нужно лишнее внимание. А ещё, хорошо бы вычислить того, кто слил местоположение завода. Но думаю, это он и есть.

— Вычислить того, кто слил местоположение завода «Клепчиз»? — прикинул в уме Шиззи.

— Да, — сухо ответил босс. — Это никак не связано с вашей трейни, но ситуация ещё может выстрелить в СМИ, если пойдёт огласка. ЭмДжи — наш амбассадор для раскрутки бренда. И если ситуация начнёт выходить из-под контроля, то я лучше потеряю клиентку, чем новый бизнес, ты меня понял? Суммы не сопоставимы.

— Ясно.

Громила кивнул, поджав губы. Голова его пухла от новых ЦУ, но иначе, чем на память, сохранять информацию было нельзя.

— Теперь по поводу Бойда. Его может прикрывать Грибер Сторгс. Он тоже связан со старой историей, и ему тоже нужно устроить несчастный случай. Но Бойда вперёд. А лучше, если наша Бестия сможет показать класс, собрать их вместе и уже тогда закрыть вопрос об аккуратном двойном устранении.

— Угу.

Шизо Зи заиграл желваками, явно понимая, что упускает нить разговора. Одна надежда на подчинённую, которая всё умело разложит по полочкам. Она старательно вытягивала из него обрывочную информацию и находила недостающие части у себя в Сети.

— Флория — опционально. Кстати, если Джимми Бойд и Грибер Сторгс — всё-таки уедут из нашего города, не преследуйте. Важно только разделить их с трейни и забрать девицу себе для трансплантологии, всё ясно?

— Да, но Бойд может начать поиски, сам же сказал?

— Разделить — подстроить измену, поссорить, как угодно. Мне ли вас учить?

Преступник пожал плечами, переваривая информацию.

— В общих чертах понял. Важно, чтобы Джимми Бойд и Грибер Сторгс уехали из города — не преследовать их, только если с ними будет Флория?

Шеф постучал пальцем по столу, прежде чем продолжить:

— Да, в общих чертах. Но устранить будет вернее.

Очередной кивок, и Шиззи не удержался потёр лоб. Слишком много целей в одну встречу. Обычно шеф не был настолько взволнован. Сейчас он словно был вне себя от ярости. Опять же, впервые за долгое время Шизо Зи слышал, как он кричит. А значит, дело наконец идёт к завершению. Главное, не спугнуть удачу.

— Кстати, — припомнил громила вдруг. — Что делать, если их нет в системе? Как искать биометрию?

— Тот, кто упаковал ваших мусорщиков — Бойд. Другой — блондин — искал вас на шлюзе и засветился сегодня на множестве камер возле терминала космостанции, это он помешал поймать трейни.

— Понял.

Из всего сказанного громила понял ещё одно. Шеф сказал «наш» город. И в целом, все задачи вели к тому, чтобы очистить «Хадо-29» от ненужных личностей. А значит, Паук точно где-то здесь. Наверняка, прибыл контролировать производство этого нового продукта.

Шиззи вздохнул, отчётливо понимая, что несмотря на умозаключения, круг возможных личностей слишком велик. Однозначно идентифицировать Паука пока что не представляется возможным. А значит, жизнь самого Шизо всё ещё под угрозой. Не говоря уже о том, что он откуда-то знал имена тех, кого даже Бестия не смогла найти в Сети. А это наводило на определённые мысли. Паук использовал инсайдера или сам лично занимал некую должность в системе и имел определённый уровень доступа к закрытой информации. Осталось только понять, какую конкретно.

— Итого: Решала, Джимми Бойд, Грибер Сторгс. А этих двоих — Йорн Хайовел и Фитичи Жови — сопроводить и удостовериться, что улетели.

— И трейни Оизель?

— Я уже сказал, опционально. Мне ваша возня за такую сумму порядком надоела. А если клиентка вообще сдохнет в процессе, тоже неинтересно. Я терплю всю эту ситуацию только потому, что она мне идею подкинула.

Махнув рукой, мол, завершает разговор, Паук резко умолк, и картинка исчезла следом. Пара секунд и монитор погас вместе с пультом управления. Будь у подчинённого с собой следящие устройства — шеф понял бы сразу и заказал устранение уже его, Шизо Зи. Последний искренне сожалел, что нельзя отследить сигнал и попробовать наконец вычислить местоположение преступного гения. Или всё же…

Со своим условием я сама же и не справилась. Едва мы перешли от прелюдии к действиям, на меня напала зевота — не отбиться. Бойд с усмешкой отпустил меня спать, а сам остался заниматься своими делами в ванной.

Подозреваю, всё дело в щетине и прочих нуждах. Я особо не задумывалась, каких именно. Сонливость сморила с ужасающей скоростью, едва я залезла под одеяло и пристроила голову на подушку, мозг отрубился напрочь. Будто в одночасье потушили свет.

Вот только пиликающий звук входной двери заставил меня резко проснуться. По ощущениям прошло несколько минут, а на деле оказалось больше. Гораздо больше. В открытую дверь спальни я заметила входящего в квартиру Джимми Бойда. Он был в штанах и куртке, в которых обычно посещал хостклуб, и первым делом отстегнул от пояса кобуру с табельным оружием.

— Проснулась? — спросил муж.

Моргнула и кивнула.

— Выходил к постамату, — оправдался он, протягивая ко мне другую руку. А там я заметила две узкие продолговатые коробочки.

— Твой заказ — белковый коктейль и витаминный премикс, ты вчера утром не забрала. Сегодня истекает срок — забрать.

Ох! Фаген…

— Спасибо, — поблагодарила и смущённо потупилась, припоминая, как вчера навела шороху. — Извини, проблем вам добавила…

— Надеюсь, ты не против, я забрал деньги за просроченный билет. Вернули только половину — регистрации на рейс не было, и твоё место перепродали с дисконтом.

— Понимаю.

Но вообще неясно, откуда он всё знает? У него есть доступ к моим счетам?

А, точно ведь…

— Флория, я знал про твои долги перед кредиторами за пластическую операцию, тебе скоро вносить новый платёж, поэтому перевёл тебе так много. Не хотел, чтобы ты просила у меня денег.

Изумлению моему не было предела.

— Долги? Я же закрыла. В прошлом месяце все погасила!

Джим покачал головой.

— Увы, проценты продолжают капать. У меня есть номер счёта, если хочешь, я закрою?

И тут до меня дошло.

— Месяц… Ах! Ксо! Так вот как они меня нашли?! Я в последний раз переводила оплату с лицевого счёта! Дура! Дура! Вот это я дала маху!

Бойд посмотрел на меня изумлённо. А я обняла голову руками и сжала посильнее, чтобы мозг не выпрыгнул.

— Я же так радовалась, что наконец закрою долг! Поспешила, не стала обезличивать перевод, чтобы не платить проценты за промежуточный переброс на кошелёк. Там ещё и дробить надо было, иначе суммы транзакций на анонимном счету ограничены.

Джим подошёл к тумбе и первым делом убрал оружие в выдвижной модуль, а витаминный премикс и белковый коктейль поставил наверх.

— То есть, они тебя выследили по банковскому переводу?

— Выходит, что так.

Я уронила лицо в ладони.

— Не плачь, — тихонько попросил любимый, приобнимая за плечи. — Это не самая большая проблема, поверь.

— Не самая? — Подняла к нему полный надежды взгляд. Что я там искала, неясно, но его внешнее спокойствие передалось и мне. Паника отступила, и я выдохнула с облегчением. — Да, перво-наперво надо решить вопрос с вашей дисциплинарной комиссией. Ты про это?

— Скорее всего нам снова придётся переехать. Но не сразу. Позже.

Он сказал тихонько и смотрит так внимательно, словно ловит каждую мою эмоцию.

— Ладно, а в чём проблема?

На долю секунды я заметила некоторую странность в его поведении. Не передать. Тревога? Злость? Что это было? Источник света — слабая иллюминация потолка в зале — реакция на приход хозяина в ночное время — не позволяла разглядеть его лицо как следует.

— Ты же понимаешь, что пять раз это нереально.

— А…

Я усмехнулась.

— Это была шутка. Я тебя провоцировала.

Джим поджал губы. Обиделся, что я ему соврала?

— Да нет же, я с радостью, но это вовсе не обязательно. Я не хотела, чтобы ты от меня отгораживался и закрывался, пойми.

Он вздохнул, а у меня на душе стало так гадко. Прошлась ногтями по коже, желая избавиться от этого противного ощущения.

— Флория. Ты принимаешь что-нибудь?

— Я?

Мягко говоря, подобного вопроса я не ожидала.

— Успокоительные, антидепрессанты?

Сделала глубокий вдох.

— Нет, Джим. Я же уже отвечала. Не принимаю.

— Ты искала вчера утром и накидала всякого в корзину, но не оплатила. Если нужно…

— Ох, нет, нет, я лучше без них обойдусь, — я пожала плечами и отодвинулась. Безотчётное желание — держаться подальше от таблеток. — У всех этих препаратов есть огромный минус, эффект временный. Пока пьёшь — настроение в норме, жизнь начинает налаживаться, но после курса наступает очень неприятный откат. И хоть на стену лезь, никто не сможет поднять настроение. Никто и ничто. Во всяком случае, до некоторых пор было именно так.

Я это вслух сказала?

Страх всколыхнулся внутри, едва я подумала, что могла его разочаровать. Но он поспешил меня заверить в обратном:

— Я знаю, Флория, — и обнял так тепло и нежно, чудом не расплакалась, — как они действуют. Почему, ты думаешь, я застрял в этой дыре? Отдалился ото всех, от друзей и коллег. Перевёлся после выпуска в первое попавшееся место, где пригодились мои навыки. Довёл свою жизнь до автоматизма. В общем-то так проще. Жить по привычке. Но вместе с тем я совсем позабыл о том, как радоваться элементарным вещам. Ещё один минус — не сразу, но через некоторое время, я всё же начал понимать, что мне чего-то не хватает.

— Отношений?

— Да, общения, дружбы, отношений. Я начал это понимать только тогда, когда всё разрушил. Уехал, перечеркнул часть моей жизни. И тогда я попытался завести семью в первый раз.

Я кивнула. Понимаю — о чём он, судебное разбирательство с его бывшей наверняка надолго отбило желание вступать в новые отношения.

— К тому моменту, к сожалению, я уже успел побывать в ещё одной некрасивой истории, из-за которой получил статью. Моя бывшая, наверное, так и не смирилась с мыслью, что живёт с уголовником, и её можно отчасти понять, — взгляд в мою сторону. — Преследователь Эмити, помнишь, я рассказывал?

Молча слушала и не перебивала.

— Его отец — большая шишка. И он живёт в этом здании на самом верху.

Я вопросительно посмотрела на Бойда.

— Думаешь, это с его подачи тебя попытаются уволить?

— Уверен, он в этом замешан. По этой причине я и пытался перевестись около года назад, но на прощальной вечеринке, перед отъездом, увидел тебя. Пришлось всё отменять. Поэтому я даже не знаю, правда ли Йорн сможет меня принять обратно после подобных кульбитов.

— И что ты будешь делать? — его очередной внимательный взгляд и я всё поняла, быстро исправилась: — Что мы будем делать?

Джим погладил меня по голове и поцеловал в висок, прежде чем честно признаться:

— В этот раз мы бежать не будем.

Вздрогнула, едва поняла, на что он намекает.

— То есть, ты предлагаешь остаться?

— Да, здесь будет проще с ними разобраться перед отъездом.

— Но как же полномочия? Если тебя лишат должности на дисциплинарной комиссии, то что нам делать? — Моё плохое настроение снова замаячило на горизонте.

— Постоянно убегать не удастся, Флория. Сейчас есть шанс закрыть вопрос раз и навсегда, пока Йорн и Фич рядом. Позже уже может так не повезти.

— Но ты же сказал, у тебя были приятели и друзья? Они из космофлота, военные?

Как же мне не хотелось сталкиваться с проблемой лицом к лицу, потому что было очень страшно осознать невозможность что-то изменить.

— Ты сильная, — приободрил меня Джим. — Главное, верь в это. — А немного помолчав, добавил: — И в меня тоже, пожалуйста, верь. Я тебя не брошу. На этот раз, когда я наконец почувствовал вкус к жизни, я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы мы с тобой были счастливы. Только прошу тебя, не убегай…

Что ему на это ответить? Он ведь знал, что я без него никуда. Тогда зачем опять убеждает? Боится, что я снова запаникую?

— Хорошо. Но я уже обещала, Джим.

Вдохнула аромат его одеколона. Он по-прежнему был в куртке. Не хватало только моего серебристого бодика. Как было бы здорово, если бы я раньше Бойда узнала поближе.

— Флория…

— Да?

— Я рассказал это потому, что мне надо быть собранным.

— Понимаю.

— Хоть ты и шутила про пять раз, я бы хотел, чтобы между нами не было недосказанности.

— Мне очень нравятся твои объятья, нравится спать рядом с тобой, прижиматься к тебе всем телом, чувствовать твоё тепло, и если для этого надо, чтобы ты был сыт, то мне без разницы, сколько у нас с тобой будет раз.

Я попробовала выразить мысль как можно более лаконично.

Судорожный вдох и выдох, и Бойд запрокинул мою голову так, чтобы наши губы встретились друг с другом. Чудесный миг чувственной ласки вознёс меня высоко над землёй, с огромным удовольствием прильнула к нему всем телом, будучи в одной майке — его безразмерной, но такой удобной.

Джим навис надо мной, будто собирался уложить на спину, упёрся руками в кровать, но, увы, сделал это лишь для того, чтобы отстраниться.

— Ложись спать, я сейчас.

И почему мне кажется, что он снова дождётся, когда я засну? Память услужливо напомнила — рядом с нами могут быть те самые люди, которые искали меня на станции.

Он будет стеречь?

— А ты когда спать?

— Я на диване.

Бойд встал и собрался уходить, но я его остановила.

— Подожди, но оружие здесь… — указала на тумбочку.

— Кстати об этом, — Джим достал из кармана тюбик антидепрессантов. — Флория, прости, что я вижу необходимость в этом. Сейчас мне нужно, чтобы твоё настроение было стабильным. Я не хочу ничего ломать в тебе, но, если тебе понадобится себя защитить, я хочу, чтобы рука твоя не дрогнула. Пожалуйста…

— Ты понимаешь, что они вызывают сильную сонливость и заторможенность? — не согласилась я. — Честно, Джим, я справлюсь. Но мне лучше без них. Я уверена, рука не дрогнет.

Закрыла ладонями глаза и прогнала подальше картинки недавнего нападения, когда я только и могла — осесть на пол и молить о пощаде. Жалко, как же жалко я себя повела. И как хорошо, что он не настаивал на своём. Иначе бы точно сдалась и подчинилась его воле.

Нет, таблетки я точно пить не буду. Всё моё нутро уверенно отвергало эту потребность. Значит, поверю самой себе. Осталось только надеяться, что я окажусь права.

Джим молча покинул комнату. А я снова попыталась уснуть, но одной в кровати было так холодно и неуютно, что я осмелилась на очередное сумасбродство. Взяла оружие из тумбы, подхватила одеяло, и, не обращая внимание на вопросительно-настороженный взгляд, устроилась рядом с ним на диване, предварительно вручив обратно оружие.

Устроила голову у мужа на коленях и только тогда смогла спокойно закрыть глаза. Любимый погладил меня по волосам, медленно, аккуратно, чудовищно приятно.

— Словно жидкое серебро.

— Крашенные. В чём не могу себе изменить — поменять цвет. Он мне очень нравится. Такой же, как у ЭмДжи.

Бойд тихонько вздохнул, припоминая.

— Я никак не могу взять в толк, зачем было поступать так глупо.

Раскрыла глаза от изумления. Неужели он меня упрекает? Да, я осознавала, что сильно ошиблась, но из его уст слышать упрёк — больно и даже очень.

Заметив мою реакцию, Джим замер и поспешил оправдаться:

— Это я про Брю. Он привёз тебя к себе и приставал, не боялся, что его обвинят в домогательствах?

Успокоила сердечный ритм и судорожно вздохнула. Слишком остро реагирую. Слишком.

— Мне вообще сложно понять логику их действий. Зачем было уродовать мои колени в подпольной медицинской лаборатории? Чтобы потом выкинуть, как мусор?

Показалось ли, но Джим будто замер.

— А ты помнишь, где находилась эта лаборатория?

Очередная неожиданность, но скорее приятная, чем наоборот. Любое участие в моей проблеме вызывало во мне бурный отклик.

— Я записала точное расположение, но много времени прошло. Там уже может ничего не быть.

— В любом случае неплохо бы проверить. Другое волнует. Ты рассказала сотрудникам ДО про колени, приставания, но они никак не среагировали. Новых заявок на расследование не было.

— Дело в том, что я попросила о конфиденциальности…

— Правила, помнишь? — отмахнулся Джим. — Согласно пунктам протокола все безопасники обязаны докладывать обо всех правонарушениях, о которых узнали, стали свидетелями и далее по списку. Это высший приоритет для любого из нашей службы.

— Иными словами, они проигнорировали мои слова?

— Или были в курсе.

Немного помолчав, Джим предпринял попытку встать с места.

— Я ненадолго.

— Ты куда?

— В квартире действует глушилка, свою сетру я не использую — прослушка. Твою тем более. Пойду, прогуляюсь до постамата.

Пожала плечами, понимая, что мне сложно понять ход его мыслей, но я ему верю.

— Не переживай. Тут недалеко. Оружие будет в тумбе. Дай мне двадцать минут. Я скоро вернусь.

— Это так важно?

— Очень важно. Это может многое открыть, если догадка моя верна.

Так и хотелось напроситься вместе с ним, но я точно буду обузой.

А будто мысли мои прочтя, пару секунд спустя Джим предложил вдруг:

— Или, знаешь — что? Одевайся, скатаемся вначале к Сторгсу, а затем и к Йорну на квартиру заскочим.

— Заскочим?

— На машине.

А… вот теперь я спокойна, ведь колени ныли после вчерашнего. И тот факт, что он не оставляет меня одну дома, безумно нравился. Я не буду одна лежать и нервничать, реагируя на каждый шорох. Нет уж. Лучше видеть всё своими глазами.

— Одеваешься? — как можно мягче спросил Бойд. Опомнилась и поднялась с дивана. Вот бы ещё ходить много не пришлось, было бы совсем отлично. Но не мне жаловаться в этой связи. Точно не мне.

Выслушав сбивчивый рассказ босса, Бестия пришла к неутешительному выводу, о чём и спросила тихонько, озираясь по сторонам:

— Ты разыскиваешь Паука?

Крепкая мужская рука тотчас схватила её за плечо и сильно сжала.

— Следи за языком.

— Ты думаешь, я не знаю? — хмыкнула рыжая. — Я тоже нездешняя.

Сверкнув очами, она предложила начальству уединиться, а заодно переговорить приватно. Лежащая на кушетке клиентка при полной отключке — доверия не внушала, остальные «работники» преступного синдиката сейчас были отправлены на новое задание — сбор информации о Флории, чьё местоположение было вновь потеряно после того, как она села в чёрную блестящую «Дивити» старой модели.

Операция на шлюзе оказалась провальной. Бестия вовремя отозвала Зипера, взломав шифрованный канал связи. Из услышанного было ясно мало до тех пор, пока Шиззи не прибыл с новыми ЦУ.

Хакерша лениво встала из-за стола и грациозной кошкой потянулась, будто устала работать. Шиззи шлёпнул её по заднице и сопроводил сальным взглядом, прежде чем отправиться следом. Но, когда закрыл дверь, услышал громкий щелчок. Парализатор упирался ему в оголённое плечо.

— И?

— Ты зачем руки распускаешь? — зло процедила Бестия. — Я сказала, о чём подумала. Разве ты не ищешь Паука?

— Смотря, что ты собираешься предпринять в этой связи.

— Ничего, — она пожала плечами. — В конечном итоге, мы заменяемые части, не так ли? Тебе тоже угрожали расправой, если не справишься?

Шизо Зи кивнул, стоя на месте. Ведь от этой таласийской хищной поганки можно ждать что угодно. Не укусит, так обдаст ядовитым споровым облаком.

— Я тоже его ищу, — её тихий ответ порадовал босса.

— С какой целью?

— А вот это уже большой вопрос. Ты первый. Я после, — усмехнулась хакерша.

— Нет, я не намерен играть в игры.

— Ты правда собираешься убить приятеля, который тебя спас?

— Он меня не спасал, — отрицательно помотал головой Шиззи, — нет, он вызвался первым, только и всего.

— Тебя прикрыли во время рейда в охотничьи леса. А ты? Что ты сделал, взял и отчислился через год.

— Откуда ты узнала столько обо мне? Я же замёл следы.

— Оттуда же, я тоже там была.

— На Таласи?

— Нет, я курсом младше. Но в общем-то ты можешь догадаться, что я тебя узнала.

— Фаген дот!

— А ещё, эта твоя татуировка, ты не думал её свести?

— У нас все Зиперы бьют себе этого паука.

— Но ты был первый, кто начал эту моду, — хмыкнула Бестия. — Думаешь, Паук тебя ещё не раскусил? Или ты сыграл на его «эго»? Подхалимаж?

Шиззи горько усмехнулся, прежде чем обнажить настоящего себя — прошёл вглубь комнаты и сел прямо на полу.

— Уверен, он из другой конформации, откуда ему знать обо мне? Тем более, меня стёрли из баз, прежде чем закидывать. Я даже не доучился, загремел по статье. Но спасибо начальнице, вытащила меня оттуда. И ты уверена, что мы сейчас не под прослушкой?

— Первым делом я зачистила территорию, когда мы сюда заехали, всё под контролем.

— Так и думал.

Зи кивнул и с облегчением откинулся назад на стену, закрыл глаза, прежде чем спросить:

— Ты из какого?

— АО, «Аюм-3».

— Миссия?

— Незаконная трансплантология, — тихонько ответила она. — Меня привлекли из Аналитического отдела купольного города.

— А я под руководством гранд-адмирала Эксанды Д’оверской. Конформация Эндо-Хоро.

— Конкретнее?

— Военная база, у нас своя юрисдикция, гражданские не имеют власти.

Рыжая хакерша кивнула.

— Мне надо найти Флорию, чтобы взять у неё показания по делу о медлабораториях. Или, на крайний случай, разговорить нашу клиентку, пока она не отошла в мир иной.

— Что будем делать?

— Спускать на тормозах не вариант, — поморщилась хакерша. — Мне надо узнать местоположение сети лабораторий, нужны показания, Фло нужна мне живой. Наша клиентка максимум что может — это загреметь в тюряжку сама и утащить за собой нескольких из «МаЁс». А мне надо раскрыть подполье, где производят сложные операции. Есть подозрение, что Паук тоже провёл операцию и стал другим человеком.

— Но как такое возможно?

— Найдём Флорию, узнаешь. Клиентка сама всё расскажет, я уверена. Жаль только, мне не достать Паука. Он во всю пользуется полномочиями.

— Тоже думаешь, что он здесь?

— Трассировка сигнала показывает проблемные участки сети. «Хадо-29» в этом плане — настоящее сито. Решето.

— А если по-простому.

— Кто-то намеренно взломал систему безопасности города и пользуется ею для маскировки сигналов.

— Или не взломал, — подкинул идейку Шиззи. — Мне всё больше кажется, что он отсюда, из легальных структур. И, кстати, почему нужно организовать несчастный случай Бойду, про какую историю речь?

Бестия ненадолго призадумалась.

— Его нет в системе. Ничего и никого по имени Джимми Бойд, даже тёзки все как будто испарились. По Сторгсу та же ситуация.

— Сдаётся мне, в этом кроется разгадка. Надо выяснить, чего так боится Паук?

— А ещё он боится огласки по делу ЭмДжи.

Оба переглянулись, прежде чем прислушаться. В квартире стояла гнетущая тишина.

— Тайно выйти на связь с объектом?

— Получится ли? Паук может проследить.

— А если сделать вид на покушение? Это же твоя задача.

— Но для начала его надо найти.

— Его или её? Как ты сказал, он сталкерил за Флорией год, а теперь она его жена.

— В голове не укладывается. За ним толпы девчонок бегало, а он отнекивался.

— То же мне, история, — усмехнулась Бестия. — Не толпы, а несколько. Тем более, он всегда был закрытый. Зато ты частенько с кем-то гулял.

Шиззи вздохнул.

— До отчисления.

Секунда на сентиментальные воспоминания, две на осознание ситуации, и он вмиг стал серьёзным.

— Короче, ищем Решалу и делаем вид, будто по-прежнему занимаемся Флорией. Паук не дал ничего кроме имён, а этого мало, надо дождаться новых ЦУ, если сами не найдём.

— Я-то могу поискать… у меня до сих пор есть информация о взломанном канале связи. Может, они ещё его не закрыли?

— Делай. Посмотрим, что нам это даст. Но только осторожно.

Бестия прошла к двери, собираясь выйти наружу, как раз в этот самый миг в квартире раздались громкие шорохи.

— Встала? — озвучил общую мысль Шиззи.

Хакерша молча кивнула, растрепала волосы, расстегнула ширинку и провела рукой по губам, чтобы добавить красноты. Уловив её мысль, приятель сделал то же самое. Только помимо прочего расстегнул ещё и внушительную поясную бляшку.

Наполовину бионик, наполовину человек шагал по капитанскому мостику космической военной базы, переделанной под академию космофлота конформации Эндо-Хоро. Искусственные ноги и руки крепились к «обрубку» туловища, как сама себя называла Эксанда Д’Оверская.

— Гран-адмирал, — в дверях появился старпом при полном параде. — Вас вызывают на Совет.

Наставница Экса, будучи в потной майке и потёртых штанах, глянула на себя в отражении большого иллюминатора, рядом с которым стояла.

— Не хочу.

— Адмирал… — поняв, что прямо зайти не получится, подчинённый вновь попытался достучаться до командующей военной базой. — Вас вызывают по делу о незаконной трансплантологии.

— Вот знаешь же ты, как привлечь моё внимание. — Экса обернулась и с удовольствием добавила: — Как хорошо, что мы с тобой одинаковой комплекции — раздевайся.

— Что?

— Я надену твой костюм.

Молодой старший помощник адмирала в немом изумлении принялся исполнять приказание. Ему было достаточно уже того, что он приведёт на Совет начальницу, что и требовалось.

— А я тоже буду там присутствовать?

— Нет, дорогуша, ты будешь стоять здесь и ждать связи с моим человеком. А я быстро сгоняю на Совет и вернусь.

— Какие указания передать?

— Скажи, что мы выдвигаемся к ним. Я планирую включить варп-движки космической военной базы и совершить трансгрессионный прыжок в соседнюю конформацию. Мои выпускники на задании, а я одна здесь изнываю от любопытства.

— Что?..

— Да так, мысли вслух. — Она скривила губы, посечённые шрамами. Уродливое лицо, впрочем, сохраняло прежние красивые черты. Живой, ясный взгляд ярко голубых глаз привлекал всё внимание, оставляя за скобками ужасный вид великой военной. Побывав на том свете, она вернулась назад для того, чтобы шокировать своим жизнерадостным поведением всех, кого знала и ещё только намеревалась узнать.

Казалось, у неё было дело для всех и каждого. Подчинённых она помнила поимённо и не отказывала себе в удовольствии придумывать экстравагантные прозвища, как она сама объясняла, для простоты запоминания.

Раздевшись до невыразительного нижнего белья, Экса с ехидной улыбкой наблюдала жеманство старпома, будто наслаждалась чужим смущением.

— Ты мне неинтересен и не мечтай, — хохотнула она. — Как видишь, я обрубок человека. У меня нет детородного органа. Так что, давай, снимай костюм и посиди здесь тихо. Я быстро.

— Могу узнать, почему вы ходите в таком наряде? — позволил себе вольность подчинённый.

— Можешь, — согласилась Экса.

Она замолчала, забрав штаны у бедняги.

— М-м?

— Сколько раз говорила, мычат коровы в загонах, а вы должны говорить иначе.

— Разрешите узнать?

— Разрешаю. Узнавай. Сам.

Экса усмехнулась, застёгивая сложные клепки рубашки искусственными механическими пальцами.

— Давайте, я, — сжалился старпом, поняв, как сложно ей это даётся.

— Мне проще орудовать насадкой–скальпелем, чем разбираться с одеждой. Поэтому и ношу то, что удобно накинуть. А так как подобной одежды у меня мало, одни официальные костюмы, вот и затаскала в край.

— Так вы только скажите, мы закажем вам гардероб.

— Нет уж, я вас знаю, за все мои шутки отыграетесь на мне всякими гадкими надписями на спине.

Обнажив настоящие чувства, она и не ожидала услышать в ответ целую балладу.

— Да мы! Мы никогда! Мы же все вас очень… уважаем! — поняв, что наговорил много сгоряча, старпом совладал с лицом и смущённо опустил взгляд к голому торсу и нижнему белью.

— Зачёт по физподготовке кубиками сдаёшь? — пошутила адмирал, продолжая забавляться из-за сложившейся ситуации.

— Никак нет.

— А мог бы.

Хохотнув в голос, Экса протянула руку, помогая подчинённому надеть на неё китель.

— Скажи лучше, есть ли ко мне кто на замену протезов? Или все боятся, что я буду ворчать?

— Никак нет, все ждут окончания исследования по синтетическим костям.

— Да, знаю. И всему виной кража технологий. Учёного похитили прямо у нас из-под носа, мистера Волкова вытащили с военной базы. Мне приходится теперь его заменять. Но даже моих знаний и навыков маловато, чтобы закрыть брешь в исследовании. Я попросту не знаю, как ускорить процесс синтеза. А получать в год по чайной ложке — это ничто. Мы, конечно, выращиваем ксенонуклеиновую кислоту в реакторе, но скорость воспроизведения человеческой кости в лабораторных условиях не сопоставима с человеческой жизнью. Максимум палец или два.

— В таком случае, мне кажется, на Совете могут сообщить нужную информацию. Например, где сейчас скрывают учёного?

— Если бы было так просто, — устало выдохнула гранд-адмирал. Взгляд её потускнел на долю секунды, но она тотчас присвистнула, кривя губами.

— А ногти на ногах ты не стрижёшь?

— Э…

Пользуясь отвлечением полураздетого старпома, Эксанда Д’Оверская резво развернулась и в считанные мгновения очутилась в дверях. Щёлкающие звуки протезов уже давно были привычными, она не обращала на них внимание. Волновало в данный момент другое. Будут ли на Совете шутить по поводу понижения звания — до старшего помощника, судя по нашивкам новенькой чужой формы.

«Думаю, двое точно не промолчат», — прикинула она в уме, чему и улыбнулась. Отчётливо понимая, если бы не юмор — её жизнь стала бы совсем невыносимой. И окружающие её люди без проблем понимали причину такого поведения и не обижались на временами крайне жёсткие высказывания, но несмотря на то, за ней укоренилось заслуженное прозвище — Оторва. Сама же Эксанда говорила о себе не без издёвки — Обрубок. Потому что в её понимании это была жестокая, но необходимая правда, о которой никому нельзя было забывать. А ей тем более, особенно в периоды обострения острых фантомных болей.

Дверь открылась перед её носом бесшумно, когда она прибыла на место. Помня о нежелании участвовать в долгих изнурительных разговорах, подключение к Совету велось из ближайшей шифрованной точки доступа, чтобы не утруждать военную. По сути, её зрению открылась небольшая комната единичного узла связи.

— Плохие новости, — слово взял гранд-маршал космофлота. — Преступное подполье зашевелилось. Сворачивают операционные. Скорее всего произошла утечка.

«Или они просто переезжают, — подумала военная. — Для тех, кто так активно вербовал гражданских и перекупал специалистов на бирже труда в открытую — сворачивать псевдо-лицензионную деятельность из-за утечки — слишком большие потери. Если только информация, которая может всплыть, раскроет много интересного».

— Думаете, учёного нашли?

— Ага, по частям, — усмехнулся сидящий справа от гранд-маршала. — А вы у нас теперь старпом?

— Да вот, мельчаю день ото дня, — Экса с интересом оглядела аксельбанты на белом кителе. — Красота, согласитесь? Не смогла удержаться, себе такую захотела.

— Эксанда! — рявкнул гранд-маршал. — Мы на Совете, а не на чаепитии.

— Да уж лучше второе, чем первое, пользы было бы больше, — проворчала военная. — Говорите, зачем я вам понадобилась? Конкретика. Иначе мой старпом зря получил урон по самолюбию, вы же понимаете.

Устало вздохнув, военный — седовласый старик — подвигал кустистыми бровями, прежде чем признаться:

— Мы вынуждены обратиться к твоему источнику. Помнится, ты забросила к Зиперам одного уголовника.

Пропустив мимо ушей последнее слово, Эксанда поняла одно. Лимиты терпения у военных исчерпаны.

— Что произошло?

— Мы боимся, как бы учёного не убили. Он уже давно в плену и о нём нет вестей.

— А мне кажется, он трудится, не покладая рук, просто сейчас результаты его деятельности достаются тому, кто этого не заслуживает.

— Откуда такая уверенность?

— Чутьё.

Эксанда пожала плечами и не стала раскрывать источник информации.

— В конечном счёте не только у меня есть люди среди Зиперов. Как думаете, не пора ли вмешаться наконец и провести зачистку в парочке купольных городов, где предположительно может скрываться их главарь?

— И как ты себе это представляешь? Если у него есть подобная технология, что ему стоит — сменить ДНК?

— Многое стоит. Урон для иммунной системы после пересадки колоссальный, и без восстановительной терапии он никуда не денется даже из одного стерильного помещения. Допускаю, для системы он станет другим человеком, но по щелчку пальца такое не делается. Он на долгие годы станет овощем и по одному уже этому критерию можно найти его среди миллионного населения города. А ещё можно провести сегментное сканирование трафика, чтобы вычислить наконец откуда он раздаёт команды. Но вы же не хотите задействовать все ваши возможности из-за боязни провала, не так ли? Головы полетят, если даже после такого Паука не найдут.

— Не в бровь, а в глаз, — гранд-маршал кивнул, — твои предложения?

— Я жду связи с информатором, который купит окно на орбитальном ускорителе сигнала, чтобы передать сообщение из соседней конформации. А ещё лучше, включу варп-двигатели космической военной станции и совершу трансгрессивный прыжок к планете Хадо якобы для вербовки новых молодых курсантов по программе обмена. В этой связи, раз уж вы все здесь, мне нужно будет ваше согласование данного решения.

— То есть, ты решила взять на себя ответственность?

Экса криво усмехнулась, демонстрируя идеально ровный ряд белоснежных искусственных зубов.

— Так точно!

Кивки последовали с разных сторон. На нынешнем собрании присутствовало пятеро из девяти участников узкого состава совета и все они выказали единогласное согласие.

Вспомнив субординацию, Эксанда Д’оверская отдала честь, но только для того, чтобы покинуть наконец собрание, которое ровным счётом не принесло ей никакой пользы. Первый раз, когда она, яростно пылая, проделала подобный трюк, думала, её вышвырнут из космофлота и лишат званий и выслуги лет. Но этого, как ни странно, не произошло, потому что эффективность её решений признавали все без исключений. Один лишь скверный характер мешал ей продвинуться дальше, но она и не рвалась никуда. Полученное звание — результат многолетнего труда и огромная ответственность. Время от времени она много взваливала на себя, как например сейчас, отчётливо понимая, что цель собрания — найти ответственного за провал, который маячил на горизонте.

Стиснув зубы, она ускорилась обратно в капитанскую рубку, туда, где преданный солдат должен был принять сообщение информатора. Она искренне надеялась успеть, но время сыграло с ней злую шутку. Сообщения в этот условный календарный день так и не последовало.

Хоть Сторгс и жил недалеко от нас, в том же Агио (заметила точку на карте), но мы намеренно петляли по району. Вопросов я не задавала. Сидела и отдыхала, глядя на то, как Джим ловко управляет машиной в ручном режиме.

— Ты спать не хочешь? — спросила его я.

— В сон клонит? — муж неправильно меня понял. — Не стесняйся, говори, если что не так.

— Я за тебя переживаю, — смущённо перевела взгляд в окно. Смотреть в его сторону сейчас было крайне опасно. Мне так и хотелось погладить его. Обнять, поцеловать.

— Спасибо, конечно. Но я могу сутки не спать, без проблем.

— Угу.

На этом наш разговор был окончен, и я вновь замолчала, разглядывая разные вывески между бетонными коробками, настоящим калейдоскопом маячащие перед глазами.

— Скоро следующий дождь по режиму города. Надо успеть заехать на паркинг, иначе дом закроется и нас не пустит никуда.

— Понимаю.

— Ах, чёрт. Улицу перекрыли. Думал, срежу здесь.

— Подожди, но зачем мы столько петляли?

— Я не хотел попадаться на камеры перекрёстков. Преступники будут их проверять в первую очередь.

— Мне кажется, проверять будет программа, и там сложно угадать на какую камеру попадёшься, главное, прикрыть лицо, чтобы затруднить сканирование. Но это мало помогает, конечно.

— А как ты запутывала следы?

— Пластическая операция и накладные части лица. Но это не спасает от человеческого фактора. Если камеру и ИИ можно обмануть, то человека сложнее. Смуглая кожа, косметика, — устало выдохнула я, припоминая приёмчики. — Фингал под глазом, грязные разводы, тёмный тональник, парики, ты, наверняка, видел целый ящик всего этого барахла. Да, на себе много не утащишь. Но есть служба доставки, я успела наработать целую схему, как перевозить мои вещи через разные транспортные фирмы, не оставляя персональных данных.

— Мне лучше об этом не рассказывай.

Я усмехнулась.

— Понимаю, но ты зря переживаешь, вещи проходят сканирование и проверку. Ничего нелегального. Я же лишь обезличила конечного получателя, а не отправителя.

— Ясно.

— Что будем делать?

— Едем к Йорну, еще минута и мы на месте.

Заметить не успела, а Джим в очередной раз свернул в новый переулок и подъехал к домофону. Опустил окно и протянул руку наружу.

Не видела, что он там делал, но в следующий миг массивные жалюзи начали свой подъём, открывая нам въезд в подземный паркинг.

— Но почему именно Сторгс?

— У него есть незарегистрированная сетра, с которой он делает разные звонки, когда надо. По сути, я хотел связаться с Йорном анонимно, чтобы они проверили информацию перед дисциплинаркой. Но раз не судьба, поехал напрямую.

Я кивнула.

— Вся информация о медицинском центре, где мне делали операцию, у меня сохранена в облаке. Нужен будет доступ в сеть и немного времени на обработку.

— А облако в этой конформации хоть?

— Неа. «МаЁс» из Эндо-Хоро, меня возили на соседний континент от того места, где у них штаб-квартира. Арендована целая высотка. Там всё: и квартиры для персонала, и съёмочные залы, и пентхаус Брюменза.

— Далековато ты забралась.

— Вообще, думала ещё дальше, но денег не хватило, пришлось осесть здесь.

Джим кивнул, а заодно крутнул руль, выбирая гостевое парковочное место.

— Доступ мне ещё не перекрыт, но система считала мое появление в этом доме, так что можно уже не скрываться.

— Надеюсь, у тебя не будет проблем из-за этого?

— Нет, не будет. Давай быстренько заглянем к Йорну и отправимся досыпать остаток ночи.

— Это если получится, — усмехнулась я. Что-то мне подсказывало, впереди нас ждала бессонная ночь. Ведь в облаке у меня имелось много разной информации, которую я собирала за всё время моей травли. Несколько раз даже порывалась отправить её в правоохранительные органы, но что-то меня останавливало. Возможно, понимание того, что я морально не готова к этому. Я боялась неизвестности, которая ждала меня после подобного действия. Предугадать дальнейшее развитие событий было крайне сложно, если вообще возможно, это и отталкивало от подобного решения.

— Ноги устали? — любимый обогнул авто и встал рядом со мной. Заметила в расстёгнутой куртке кобуру с оружием.

— Нет, просто задумалась.

Я улыбнулась Бойду и отправилась вместе с ним к лифту.

По ощущениям — никого. Абсолютная тишина окружала нас, и пять относительно новых моделей унимаглевов стояли по правую сторону. Подняла взгляд и заметила напряжение Джима. Он старался не выдавать своей нервозности, но она была.

Ускорилась, чтобы поскорее очутиться в лифте. Нажала кнопку — та не среагировала. Джим протёр рукавом панель, прежде чем набрать код.

— Здесь иная система, — пояснил он. — У нас, утилизаторов, есть беспрепятственный доступ в любое здание, надо только знать код. Но и ответственность за несанкционированные действия большая.

— Арест?

— Да, штрафы, арест, увольнение. Или всё вместе взятое.

— А сейчас тоже?

— Нет, я приехал к коллегам по приглашению, а не для слежки. Такое разрешается.

Выдохнула от облегчения. Не хотелось мне стать новым поводом для очередной проблемы. Лифтовая дверь, на удивление, открылась быстро. Вошли внутрь и только тогда Джим позволил себе некоторую расслабленность.

— Мне почему-то кажется, что камеры нас ведут, — поделился мнением Бойд.

— Как ты можешь это понять?

— Блики на защитном стекле, они почти незаметны. Мало кто знает. Но система съёмки в триста шестьдесят градусов — огромная роскошь по трафику и объёму памяти для хранения информации. Но чтобы преступники не знали, какая именно система съёмки стоит, парные камеры или вообще одна со вращением, их накрывают защитным псевдо-зеркальным стеклом. Но и оно не стопроцентно скрывает внутренности устройства. Камера должна снимать через защитную поверхность в хорошем разрешении. А ИИ обрабатывать сигнал.

— А…

Вот теперь до меня стало доходить, почему некоторые камеры на меня будто не реагировали. Наверное, съёмка велась другой стороны переулка в данный момент.

Лифт остановился, и мы вышли в коридор на две стороны от лифта.

— Ты знаешь, куда идти?

— Йорн успел сообщить, пока ты рассказывала Фичу про ЭмДжи. Я припомнила тот недолгий разговор, перед тем как мы покинули объект-17ZE.

— Как думаешь, они помогли Сторгсу, его отпустили?

— Вот сейчас и узнаем.

Бойд кивнул вправо. Поспешила в этом направлении, муж шёл рядом и придерживал меня за руку, на случай если я споткнусь.

Искренним удивлением для меня было — на подходе к квартире нас уже встречали. Дверь открылась на опережение.

Сторгс подмигнул мне, пропуская внутрь.

Я старалась ничему не удивляться, но выходило плохо. Пару раз чуть не споткнулась. Блондин пытался меня придержать, но муж и сам справился, недовольно ворча:

— Руки.

— Да-да, дружище.

Большего они себе не позволили, пока дверь за нами не закрылась и мы не очутились в полупустой квартире, тут и там заставленной всяческой аппаратурой. Давненько я не видела подобное количество кабелей, раскиданных на полу тут и там и даже висящих над головами, почти под потолком.

— У вас тут целое логовище.

— Трассировку сигнала проводим. Ловим хакера, который влез в наше общение. Он же, гад, не отключился. До сих пор сидит в канале, будто ничего не боится.

Бойд нахмурился.

— Мы по другому поводу. Мне нужен анонимный доступ в сеть, чтобы проверить информацию о «МаЁс» и подпольном медцентре.

— Не уверена, что он именно подпольный, здание, я бы сказала, промышленное на территории завода. Но многого увидеть не удалось, зато координаты запомнила.

— М-м?

Фич отвлёкся и повернул голову к нам. Он сидел и пожёвывал какую-то жёлтую палочку, похожую на твёрдый сыр, однако, точнее определились не возьмусь.

— Дай ей доступ. — Йорн вышел из тёмной комнаты, протирая глаза ладонью.

— Ой, мы вас разбудили…

— Не переживай, мы можем не спать сутками.

Я оглянулась на Бойда и поняла, что они действительно друзья и приятели по работе, даже говорят одинаково.

— Тренировки, — оправдался муж. — Нормативы космофлота сдают только те, кто может сохранять ясность мышления после сорока восьми часов без сна.

— Ага, был у нас один рекорд… — начал Фич, но поймал острый взгляд сразу нескольких коллег и спешно умолк.

— Его принято не вспоминать, — за него договорил Бойд.

— Это тот, кого ты прикрыл на Таласи? — уточнил Сторгс.

— Ага, но тем обиднее для Джимбо, он отчислился через год. Непонятный, нервный, но с Бойдом нормально ладил вроде.

— Ничего особого, — повёл плечами Бойд. Я смотрела на остальных округлыми глазами, не понимая ничего о сказанном.

— Так, ладно.

Фич махнул мне подойти. Охотно отправилась вперёд и чуть не упала, запнувшись за кабель. Джим и здесь подстраховал.

— Спасибо…

Смущение наверняка окрасило моё лицо в пунцовый цвет до самой шеи.

— Слушай, а покажи её Эксанде, она уж точно сможет починить её колени, а? — предложил Йорн, задумчиво глядя в мою сторону. — У неё же там импланты, вместо костей?

— У меня там ужас что на самом деле, — отмахнулась я, понимая отчётливо — ещё не готова говорить на эту тему. Слишком больно, потому что поднимает из глубин подсознания настоящее болото эмоций, в котором сложно не захлебнуться.

— Ладно, об этом вы уж как-нибудь сами, я не лезу.

— Вот именно, — проворчал Бойд. — Я даже эту тему обходил по краю, а ты, как всегда, мочишь прямо в лоб.

Рыжий гигант весело усмехнулся.

— О, скажи спасибо, шею тебе не намылил, что бросил нас сегодня и ушёл спать.

— Я что-то пропустил? — любимый пожал плечами.

— Мы караулили северный водный шлюз, расставили датчики, Фич только-только закончил ловушку на путях отступления и в наш канал вклинился хакер, слушал нас недолго, но работал качественно. Замаскировался под техпроцесс, да?

— Ага, — поддакнул коллега, сидящий за аппаратурой. Устроилась рядом с ним на пустом стуле и переняла управление клавиатурой.

— Что в итоге?

— Зона подавления сигнала была увеличена, нас глухануло, и началась облава. Мы дали дёру, казалось, вот-вот накроют, но в конце всё-таки не стали преследовать и отпустили нас. Думаю, завтра, то есть уже сегодня, на дисциплинарке объявят о нашем выдворении. Чует моё сердце, нас изначально не хотели допускать к расследованию.

— И не говори, — отозвался Фич. — Всё с самого начала странно. Тот факт, что они позволили Бойду заняться секретным делом, приняв во внимание его неидеальное прошлое. А вместе с тем сделали всё, чтобы мы завалили миссию.

Приятели переглянулись.

— Извини, но это правда. Сдаётся мне, под тебя долго и упорно копали и использовали любой подходящий повод, чтобы арестовать второй раз.

— Вообще-то, — вклинился в разговор Сторгс, — целью должен быть именно я. Это из-за меня Джим попал в переплёт.

— Так кто отец этого ушлёпка-преследователя, напомните-ка? — попросил вдруг рыжий. — Не он ли заправляет здесь всем?

— Он голосующий респондент, — нехотя признался блондин. — Когда система ИИ города не может принять решение, его голос — решающий. Он стоит над структурами всех служб «Хадо-29».

— И он так легко перенёс смерть сына в камере и не стал мстить настоящему убийце? Но почему-то направил всю агрессию на вас с Джимом?

— Это из-за нас его сын попал за решётку, — пожал плечами Сторгс. — Думаю, он именно так видит причину его смерти. Будто, это мы его подставили под арест.

Я тем временем немного зазевалась, глядя на светящийся перед глазами экран. Вводила аккаунт облака, ожидая, когда следующее окно авторизации загрузится.

— У-у вас есть сканер сетчатки?

— А, есть-есть, где-то тут был. — Фич отвлёкся и полез в очередной рюкзак, стоящий подле его стула.

Воспользовавшись небольшой заминкой в разговоре, я выразила своё мнение:

— Почему вы думаете, отец не отомстил тому уголовнику? Он ещё жив? Может быть, несчастный случай?

Сторгс и Бойд переглянулись, прежде чем последний нехотя ответил:

— Дело замяли и тело сыночка быстро утилизировали.

— Всё указывает на то, что его отец был замешан в якобы «смерти», — выразил общее мнение Йорн. — Ты уверен, что преследователь Эмити не щеголяет на свободе с другим именем?

— Кстати, об этом, — блондин прошёл ко мне и кивнул в сторону монитора. — Не можешь проверить, кто проводит слежку за моей бывшей супругой? Она недавно связывалась со мной на повышенных тонах и грозила судебным иском, если я не перестану заниматься слежкой. Она искренне уверена, что это я.

— А на самом деле?

— Точно нет, — сухо ответил Грибер. — Я умный мальчик. Согласовал развод и забыл о её существовании, но она думает, будто нет. Странно.

— Хочет денег? — предположил Йорн.

Наши взгляды с Бойдом встретились и мне это не понравилось. Неужели он так же будет думать обо мне, если мы вдруг расстанемся? Как же захотелось во всеуслышание заверить — я точно так не поступлю! Но вслух не сказала ничего, сильно смутилась и вернулась к прежнему занятию. Как раз сервер наконец ответил. И вообще, я не планирую с ним расставаться. Даже и мысли такой не допускаю.

Я вдруг замерла.

Фыркнула, прогоняя прочь глупые мысли. Нет, у нас точно нет поводов для расставания. Нет ни малейшего повода для ревности. Я ему доверяю, он мне — тоже.

Завершила авторизацию проверкой биометрии и впервые за долгое время открыла моё файловое хранилище.

— Фи-и-у, — присвистнул сидящий рядом. — Ты точно не безопасник? Структурированная иерархия папок. Красиво, я бы даже сказал, эстетично и правильно. Ты сама додумалась год ставить вперёд?

— Нет, где-то увидела, вот и переняла.

Я пожала плечами.

— Итак, что мы тут можем увидеть?

— «Хузан», планета Занью, — выплюнула я два ненавистных мне названия.

— Так, знаю. А «МаЁс» сидят в купольном городе… — Фич пощёлкал пальцами.

— Эндо-Хоро, планета Занью, город «Бонно-2», — ответила я заученной фразой.

Заметить не успела, все трое очутились за моей спиной. Джим положил руки мне на плечи — этот хозяйский жест вселил в меня надежду, что всё хорошо. Очень надеюсь, любимый не станет надумывать себе всякого в связи с тем, что прозвучит дальше.

Сидящий рядом коллега Бойда перенял управление и стал ловко открывать текстовые и графические файлы.

— Вот, координаты. — Я указала пальцем.

Не прошло и десяти секунд, как мы все дружно разглядывали карту местности и конкретную точку, сохранённую мной в облаке.

— И правда, здание ныне заброшенного завода, — выдохнул Йорн. — Они оборудовали одно из помещений цеха под операционные?

— Боковой вход, — припомнила я. Вздрогнула. Джим это почувствовал, но промолчал, только его большой палец поглаживающим движением прошёлся по моей коже. Очень и очень приятное ощущение быстро успокоило и привело в чувства.

— Что мы конкретно ищем? — уточнил Сторгс.

— Взаимосвязь между Зиперами и людьми из дисциплинарного отдела, ­— честно признался Бойд. — Никто из них не среагировал на слова Флории о правонарушении Брюменза. Никто ничего не зафиксировал в системе после рассказа о коленях.

— Откуда им знать, что операция незаконна?

— Они знали такие подробности из моей жизни, к которым даже я не имела доступ.

Подняла голову и поймала взгляд Джима.

— Про мою мать.

Он отвёл взгляд со вздохом. На его щеках заиграли желваки.

— Извини, я заставил тебя пройти через всё это.

— Так-так, отставить телячьи нежности, — осадил нас рыжий гигант. — Тогда чем нам может помочь местоположение завода, где проводили операцию?

— Завод… — повторил Сторгс, — говорите, вас изначально не хотели пускать на завод «Клепчиз»? Совпадение?

Фич обернулся к Йорну и оба уставились на меня.

— Где конкретно на всей территории завода находилась лаборатория, можешь ткнуть пальцем?

Смущённо пожала плечами и пригляделась к карте.

— Вид сверху — сложно воспринять, есть ли виды с торца основного здания, я бы указала.

Фич помотал головой.

— От основных ворот направо, вдоль длинного здания цеха. В углу территории будут два здания. Вход был боковой у здания с красной крышей, слева.

Не знаю, чем им поможет эта информация. Но это всё, что могла вспомнить, закрывая глаза. День, вопреки всяческому желанию, крупными отрывками отпечатался в памяти.

— Ещё один момент интересует, — добавил Джим, — как думаете, почему Флорию оставили в живых, если от неё не скрывали местоположение лаборатории?

— Возможно, до неё просто не сумели добраться?

— Две неудачные попытки — слишком слабо для Зиперов, если это заказ от Брюменза.

— Может, она нужна им живой?

— Для каких целей? — поинтересовался Фич.

Я поёжилась, но слушала внимательно. Понимала, они занимаются анализом полученной информации. Но мне от этого не легче. Грусть и усталость вдруг накатили. А ещё сонливость наконец дала о себе знать.

— Флория, иди-ка приляг. Мы дальше сами, — предложил муж, будто почувствовал моё состояние. Наверное, я стала клевать носом.

— Ага…

Сопротивляться не было сил, поэтому я охотно поднялась и позволила мужу увести меня в комнату, туда, где ещё недавно спал Йорн. А там стояло сразу две кровати по обе стороны от двери. В сущности, комната была пуста, если не считать сумки и контейнеры на полу.

— Не весть что, но лучшее пока предложить не могу.

— И так отлично. — Я улыбнулась Джиму, не предполагая, что это будет моя последняя искренняя улыбка на довольно долгое время.

* * *

В подставной квартире Зиперов вновь воцарилась тишина, едва истеричная особа в очередной раз приняла ингибитор и отправилась спать после нескольких часов бодрствования и посещения различных страниц в Анинете.

— Плохие новости, — шепнула рыжая Бестия. — Тема ЭмДжи всплыла.

— У нас?

— В Эндо-Хоро. Кто-то мутит воду. Но это не мы.

— Паук? — тихонько спросил Шиззи.

Хакерша отрицательно помотала головой.

— Новостей — выше крыши. Не могу показать, но я тихонько следила за клиенткой. Дела плохи, если она психанёт, то нас раскроют.

— Что там с каналом связи?

Рыжая сделала знак замолчать и за ним второй — пора уматывать. Третий — раскрытие легенды.

— Думаешь, это она?

Кивок за спину. Шиззи внимательно воззрился на хакершу, а она сделала очередной неопределённый ответ, мол, неясно.

— Но смотри сюда.

Она показала на карте новые чёрные круги, означающие включенные мобильные глушилки сигналов.

— Нас обкладывают с разных сторон, скоро начнётся штурм.

— Берём клиентку с собой?

— Нет, зачем она нам?

— Ты права.

Знак пальцами, доведённый до автоматизма во время обучения в космофлоте, и рыжая ответила так же. Значение было ясно обоим. Уматываем.

Цыкнув от досады, Шиззи принялся соображать. Враг моего врага — мой друг. Тем более, если это давно знакомые личности.

— К ним? — один простой вопрос и кивок с её стороны решил назревающее уточнение, мол, зачем она оставила открытым канал связи с Йорном и Фичем.

Оглянувшись по сторонам, Шиззи метнулся к сумке и подхватил складную дубинку и оружие — крупный бластер, лежащий рядом.

— Неа, на камеры с таким лучше не попадать, — фыркула Бестия. — Я, конечно, прикрою, но могу и не успеть. Вой поднимется, едва сканер заметит несанкционированное оружие.

Шизо Зи кивнул и нехотя отложил бластер.

Больше тянуть было нельзя. Хакерша вооружилась несколькими сетрами и портативным пультом слежения. Выйдя из квартиры, она указала в сторону камер.

— На нашем пути я отключила аппаратуру, но надо быть осторожными, по коридору нас могут легко вычислить.

— Далеко нам?

— Недалеко, я давно определила расположение, откуда они нас пытаются искать, — хмыкнула Бестия. — Но учти, скоро дождь по режиму, надо двигаться от паркинга к паркингу, чтобы не застрять на улице, иначе смоет в каналы. Тонны воды, сам понимаешь…

— Ага.

За поворотом послышался тихий шорох.

Действуя на опережение, Шиззи развернул дубинку и нырнул туда, где его встретил вооружённый утилизатор. Подкат, удар. И плечистый спец сложился вдвое. Вырубающий удар по затылку, и он растянулся на полу без сознания.

— И не жалко тебе их? — спросила приятельница, выглядывая из-за угла.

— Они — враги. Сейчас — да, остальное излишне. Идём.

— Можем срезать, впереди засада.

— Лестница?

— Нет, по крыше на другое здание перепрыгнем, пошли наверх.

Шиззи повернул голову на новый звук. Пригнулся и подхватил чужое оружие, выстрел и встречающий соперник выронил оружие. Простреленная рука повисла плетью.

— Тц-тц, не надо, — тихо попросил Зипер.

Но тот не послушал. Попытался полезть за спину другой рукой. Выстрел и вместо этого утилизатор в маске повалился на пол, мыча от боли — простреленная нога подогнулась.

Бестия недовольно выдохнула:

— Идём!

— Ладно.

Отступая спиной, Шиззи следил за каждым движением безопасника и был готов защищаться. Но этого не потребовалось. Нырнув во вскрытую пустую двухэтажную квартиру, они пробрались наверх и вышли на другой уровень здания.

— Где мы прокололись? — спросил Зи, едва удалось немного оторваться.

— Не отвлекай! — рявкнула Бестия. Она бежала впереди и внимательно следила за точками на карте. — Это безопасники. У них целый массив данных для анализа. Там, на шлюзе, наш отозванный человек мог привести хвост.

— Или Паук нас сдал.

— Думаешь, всё дело в слухах? Он же этого опасался? Решил зачистить точку чужими руками?

Очередной щелчок, и дверь лестничной секции открылась, индикатор замка загорелся зелёным.

— На лифте было бы удобнее.

— Я к нему и иду. Только к аварийному, который нельзя отключить извне, иначе нас там и запрут.

Зипер промолчал, вверяя свою жизнь специалисту.

— Ладно, я не захотел и дальше подчиняться, но ты почему раскрылась?

— В лифте отвечу.

Очередной лестничный пролёт, очередная дверь и снова пробежка до квартиры.

— В стене, давай, это фальшивка.

Пнув ногой по направлению указывающего пальца, и Шиззи отчётливо понял, что это если не картон, то близко к тому.

— Зачем такое?

— Экстренные выходы подсвечиваются радиометками в случае пожара или землетрясения. Меньше слов.

— Но лифтами нельзя пользоваться… — начал было Шиззи.

— Это пневматическое устройство. Здесь нет электричества. Механика. Давай, шевелись!

В подтверждение её слов дверь пришлось открывать изрядным усилием, а не кнопкой. Внутри были рычажки. Нажав один, Бестия прильнула к приятелю и вдавила его в стену, защищая от удара головой о стену из-за рывка.

— Нагнетённый воздух вытолкнет нас наверх. А может и отправить вниз. Понимаешь?

— Но в случае пожара может произойти взрыв.

— Насос откачает воздух, если температура в шахте станет близка к критической. Проектировщики не дураки.

— Ты тоже молодец, — похвалил её Зипер.

— Ладно, а теперь ответ на твой вопрос. — Хакерша взяла в руки сетру и набрала длинный список команд, подключаясь к сохранённому каналу связи. — Братишка, ты где? Это рыжая Бестия, приём.

Шиззи многое видел за свою жизнь, но подобного исхода никак не ожидал.

Помощник Брюменза грустно глядел перед собой, вспоминая недавнюю выволочку от шеф-редактора после краткой видеосвязи. Информация об Оизель всплыла и не только на фанатских форумах, Ои снова забралась в топ новостей Анинета!

Видеосъёмка одной из «кровожадных» влогерш завирусилась и добралась до верха новостных лент, а там и новый информационный вброс от дочки прокурора «Бонно-2». Та самая несостоявшаяся певица ещё совсем недавно гневно сверкала глазками на съёмках третьесортного клипа, когда Брюменз назвал её идиоткой. А теперь уже перебралась своим прекрасным личиком и точёным тельцем в новостные репортажи. Высоко поднялась за считанные дни. Действительно уровень IQ под стать. С этим утверждением спорить не приходилось.

Финри со вздохом припомнил, что это именно он указал на отсутствие латексной перчатки у певички в кадре. Промолчи он тогда, может быть, сейчас ему было бы проще выполнять свою работу? Ведь именно Наола добавила информации об обнаруженной в просторах интернета копии ЭмДжи. Дочка прокурора рассказала, что это и есть та самая трейни Оизель, которая провела несколько пластических операций. До тех пор нетизены лишь строили разные догадки на сей счёт, обновляя счётчик тегов, связанных с этой темой.

«У меня имеется достоверная информация об оплате пластической операции», — девушка с красивой причёской, ровным каре, улыбнулась камере. Финри вздрогнул, отводя взгляд от новостного экрана. Она его преследует, что ли?

Будто в подтверждении этой мысли рядом с ним уселась девушка, как две капли воды похожая на гостью новостей с экрана. Её любимые серебряные серёжки покачнулись в ушах.

— Привет-привет, — пропела она мелодичным голосом.

Помощник Брюменза вздрогнул. Немой вопрос читался в его взгляде:

— Не смотри на меня так, я уже сказала, мой уровень IQ более трехсот. Неужели ты думаешь, у меня есть острая необходимость строить свою карьеру в шоу-бизнесе?

— При условии, что твой отец — Главный прокурор «Бонно-2», — точно нет.

Девушка хохотнула.

— Ты всегда мне нравился своей смышлёностью. Идём, подкину тебе работёнку.

— Что?

— Думаешь, я не знаю, на кого ты работаешь на самом деле?

Она поправила дутую куртку и потянула застёжку вниз, обнажая виду молодого мужчины соблазнительное декольте узкого коктейльного платья.

— Идём, сделаем вид, будто желаем уединиться. А когда окажемся у меня в машине, я тебе всё объясню.

— Я так понимаю, выбора у меня нет? — Финри посмотрел по сторонам. — Никого из знакомых, кто мог бы сдать его Брюмензу, но это ещё ничего не значило. Камеры в углах лобби отеля никто не выключал.

— Тебя прикроют, идём. Не бойся.

Пожав плечами, Финри в этот раз решил довериться интуиции. Во всяком случае, работа на Брю уже под большим вопросом, особенно, если его в скором времени утопят поднятой шумихой вокруг ЭмДжи и её копии.

Никаких доказательств вины Оизель так и не было представлено. И в этой связи всё больше нетизенов задавалось вопросом, а для чего было поступать так опрометчиво и губить репутацию молодой трейни, втянутой в самый настоящий киборпоп-скандал? И куда эта стажёрка из «МаЁс» подевалась в итоге? Что с ней стало? Множество и множество разных тегов поднялось в топ запросов вновь и плавало на поверхности новостных лент.

А Финри и дочь главного прокурора купольного города «Бонно-2» медленно прошли к тёмной тонированной машине, чтобы продолжить разговор в совершенно иных обстоятельствах.

Наола приобняла якобы любовника и запечатлела на его губах страстный поцелуй, прежде чем толкнуть его на заднее сиденье и забраться следом.

Внутри же их обоих ждало нечто совсем иное — очная встреча с тем, кто так жаждал видеть помощника Брюменза.

Главный прокурор — седовласый жилистый мужчина в строгом чёрном костюме — сидел на боковом сиденье удобного многоместного авто и сверлил недовольным взглядом дочь и её ухажёра.

— Незачем было вести себя с ним настолько фамильярно.

— Это же Брю, похотливый боров. Якобы влечение между нами он поймёт и примет без вопросов. Остальное — вызовет у него множество подозрений.

— Ладно, не суть, — отмахнулся отец, переводя тему разговора к главному. — Ты втиснулся на работу в «МаЁс», желая получить сенсацию для крупного новостного агентства. А нам с дочерью нужно знать кое-что иное.

— М-м?

— Моя дипломная работа, — Наола перехватила инициативу в разговоре, пользуясь небольшой паузой, — теневые схемы легализации преступных доходов.

— Иными словами, вы копаете под Брюменза и хотите достать таблицу бенефициаров его фирмы?

— Да будет тебе известно, — начал было главный прокурор, но снова умолк, кивнул дочери продолжить.

— Отец официально не может разглашать эту информацию. А я могу. Короче. «МаЁс» — прибыльная компания, в чью кормушку стекаются различные переводы со всех конформаций. Разные: мелкие и крупные, средние, разбитые на несколько траншей. Но никакой регулярности, во всяком случае аудиторы не могут найти нарушения даже при помощи ИИ. Однако из нескольких нелегальных источников к нам попала информация о том, что эта фирма тесно связана с одним преступным синдикатом.

— Мне кажется, я знаю, как вам помочь.

Финри посветлел лицом, едва увидел возможность решить наконец одним махом полученную головоломку. — Брюменз сильно опасается одну сталкершу, которая гоняется за Оизель, точнее, если слухи в сети не врут, теперь уже за Флорией Эд-ро.

— Что нам это даст?

— Он, если я правильно понимаю, обращался к вам с просьбой о защите в уголовном деле, которое может против него возбудить эта стажёрка. Речь о домогательствах.

— Нет конкретики. Он клянчил одолжение. У тебя есть доказательства против него?

— У сталкерши наверняка имеются, а если она получала их из чужих рук, нужно только поискать, кто сделал для неё копии видео с домогательствами к Оизель.

— Получается, ты предлагаешь шантаж?

— Я предлагаю для начала арестовать по мелкому делу, а затем уже на допросе сломать и выяснить информацию об отмывании денег, предложить ему сделку. Или я не знаю. Как вы поступаете в подобных случаях?

Главный прокурор кисло скривился:

— Мне кажется, кое-кто пересмотрел сериалы. Мы работаем по другой схеме.

— Но идея хороша, — не согласилась дочь. — Это всё же лучше, чем просто ждать, когда он сам оступится. Я ничего не сумела выяснить, пока делала вид, будто снимаюсь в клипах для Анинета. Персонал упорно молчит, а доступа у меня немного, чтобы поискать в личных данных.

— В «МаЁс» ничего нет, я уже рылся. Сумел найти переписку об Оизель, но и там не густо. Однако есть одна большая проблема, — продолжил мысль Финри, — Та самая стажёрка сейчас находится в «Хадо-29», конформация Эндо-Хадо.

— Нет уж, — главный прокурор нахмурился, — моей юрисдикции недостаточно, чтобы лезть туда со своими запросами.

А его дочь загорелась новой идеей:

— Тогда давайте попробуем выяснить что-нибудь на месте. Запустим слух в сети, будто есть информация о его домогательствах, и пусть Брюменз паникует, ожидая ареста.

— В этот раз я не смогу прикрыть тебя от встречного обвинения в клевете.

— Он не станет этого делать, в противном случае я затребую для него прохождение полиграфного сканирования во время допроса в присутствии присяжных. И уж если тема домогательств не выгорит, можно добавить вопрос об отмывании денег.

— Или можно устроить ему свидание, — вслух фантазировал Финри, а опомнившись, добавил: — То есть, это может быть не ваша дочь. Любая другая стажёрка, снабжённая датчиками прикосновений. Мне кажется, Брю не пройдёт мимо, будучи в нервном состоянии.

— Хорошо. Тогда действуем по схеме.

Главный прокурор окину многозначительным взглядом обоих.

Безликий кабинет встречал четвёрку сотрудников службы безопасности унылой серостью. Начальство, в лице строгого аналитика из АО объекта-17ZE, гневалось. Лицо взрослого мужчины высокого и худого телосложения, было испещрено морщинами. Маска ненависти перетекла в крайнее пренебрежение ситуацией. Карие глаза внимательно следили за каждым из четвёрки. Пятеро вооружённых утилизаторов из числа сопровождения мялись на входе, потому что согласно инструкции они не получили дозволение войти.

— Свободны, — отпустил их руководитель Аналитического отдела. А дождавшись, когда дверь закроется, вызвал проекцию и зачитал итоговый документ:

— Джимми Бойд, уволен без выслуги лет за инцидент…

— Так, — Йорн хлопнул рукой по столу, останавливая, — мы читать умеем. Сторгс и Бойд уволены. Как удобно? А что с дисциплинарщиками, которые превысили должностные инструкции?

Начальник объекта-17ZE окинул рыжего громилу холодным взглядом, а на его устах заиграла пренебрежительная улыбка:

— Они уже арестованы. Сотрудник Дисциплинарного отдела превысил свои полномочия.

— Вы разве не задавались вопросом, зачем ему это нужно было? — безразлично уточнил Фич. Он флегматично взирал перед собой, попирая спиной стену. — Личный интерес или запрос сверху, м?

— Нам доподлинно известно, что первое.

Начальник Аналитического отдела кивнул и привел проекцию в движение, демонстрируя видеозапись чужого жилого помещения.

— Как видите, он был помешан на всеми известной галактической звезде Анинета.

— ЭмДжи? — с улыбкой уточнил Йорн.

Тотчас они с Фичем переглянулись.

— Жаль, деньги поставить не успел на этот вариант, — проворчал тот. — А кроме банальности имеются иные подтверждения? У него тогда должен быть аккаунт на фанатском форуме. Фанатское ID, а его возраст позволяет предположить, он мог застать звезду ещё при жизни и хоть раз посетить её концерты.

— Нам достаточно уже того, что вам представлено.

Рыжий гигант перенял эстафету:

— Халтура, сотворённая на коленке. Что дальше? Устраните его, как и сына голосующего респондента, чтобы молчал, не так ли? Прибегните к помощи Зиперов? Или наймёте посредника?

— Вы превышаете свои полномочия! — вознегодовал начальник.

Бойд прошёл вперёд и навис всем своим ростом над руководителем АО.

— Машина, из которой Паук общался с главарём одной из банд Зиперов, принадлежит вашему отделу, мистер Бринс. Не удивлюсь, если у вас прямая связь с ним.

Не ожидая подобного самоуправства, руководитель протянул руку и попытался вызвать подмогу, но был остановлен стремительным движением его противника. Джимми схватил его руку жёстким хватом.

— Как вы сами отметили, я отстранён и пребываю здесь, в качестве гражданского лица. Но с сегодняшнего дня я, довожу до вашего сведения, переведён в отдел под начальство Йорна Хайовела, поэтому иммунитет на арест распространяется и на меня. Встаньте.

— Нет, — воспротивился руководитель, пылая лицом от негодования. Подобного самоуправства даже он не ожидал. — Вы не выберетесь из города живыми, если со мной что-то случится! — процедил он сквозь зубы. Надменное презрение сменилось плохо сдерживаемой яростью.

— С вами ничего плохого не случится, — спокойно заверил Бойд, — а нам лишь нужен доступ к орбитальному ускорителю, чтобы связаться с гранд-адмиралом, Эксандой Д’Оверской. Уверен, вам не составит труда, предоставить нам подобный доступ добровольно?

Отдёрнув руку, Бринс другой рукой полез в ящик с оружием, но тут Сторгс совершил рывок и очутился с другой стороны стола, сидя на столешнице. Ногой он оттолкнул руководителя АО подальше. Опередил Бойда.

— Не думаю, что нужно поднимать шум, мистер Бринс. Зря вы не оставили охрану в кабинете, не так ли?

— Да что вы себе?..

Растерянность промелькнула во взгляде сотрудника объекта-17ZE.

— Нам нечего терять, мистер Бринс. Как вы сказали, нам не выбраться из города живыми. Паук наверняка отдал приказ о нашем устранении, не так ли? И ещё до того, как мы попытаемся улететь, с нами случится несчастный случай.

Фич подошёл к столу и перенял управление информационной проекцией в свои руки.

— Например будет запущена программа «Дождь», не так ли? — он указал на засекреченный электронный документ, подписанный респондентом.

— А Бесси молодец, предугадала подобный исход, — хмыкнул Йорн, стоя у двери.

— Что же вы так халатно относитесь к информации? — пожурил его Сторгс. — Неужели вы не думали, что мы поступим столь нагло?

— Вы не выйдите из этого кабинета живыми!

— Нам и не нужно. Мы сейчас решим всё здесь и сейчас, — поделился сведениями Бойд. — Хватит позировать на столе, Сторгс, запускайте связь.

— Надеюсь, наставница по-прежнему ждёт звонка, как заверил нас приятель, — проворчал лысый, настраивая доступ к выделенному каналу связи для Бестии. — Меня слышно?

Женский голос громко зазвучал в комнате:

— Да, более чем.

— В… — попытался что-то сказать мистер Бринс, но широкая ручища Бойда закрыла ему рот.

— Лучше помолчите, если не хотите ни в чём сознаваться.

Руководитель Аналитического отдела изумлённо выпучился, не в силах противостоять утилизатору, который ещё недавно был в его подчинении.

— Так. Вызов в соседнюю конформацию пошёл. Главное, чтобы адмирал приняла запрос. Иначе следующего доступа придётся ждать минимум час. На всякий случай я могу вас прикрыть во время отхода, нужно? — предложила хакерша.

— Подожди, — уточнил Сторгс, — но здесь же глушилка, как вы настроили связь?

— Мы отключили её прямо из этого кабинета. Мистер Бринс, демонстрируя нам секретные данные о задержании дисциплинарщика, не успел закрыть сессию собственной авторизации.

— Именно, — поддакнула Бестия. — Но есть неприятная новость. Аналитический отдел наверняка поднимет панику, почуяв неладное.

Картинка вызова сигнала вдруг сменилась и на плоской проекции рабочего места отразилось недовольное лицо Эксанды.

— С какой-такой радости… — начала было она, но быстро оценила ситуацию, заметив действующие лица по другую сторону экрана. — О, я слушаю.

— Нужно военное вмешательство в «Хадо-29». Есть несколько подозреваемых в преступном сговоре с Зиперами. В том числе голосующий респондент. Его нигде не видно уже более десяти месяцев. Мы предполагаем, это и есть нужный нам клиент.

— Вы нашли Паука? — спросила Экса, кивая в сторону скрученного Бойдом мужчины. — Это он?

— Это мистер Бринс, руководитель Аналитического отдела. И он очень зол, — усмехнулся Йорн. — А мы рассчитываем на вашу помощь в разрешении ситуации. Ведь он угрожал нам расправой, как только мы выйдем из кабинета.

Помолчав пару секунд, Эксанда Д'Оверская скупо кивнула и прервала связь.

— Она опять в своей майке и штанах? — проворчал Фич. — Неужели так и не купила новый наряд?

— Мне кажется, или вы не о том говорите? — в разговор вмешалась хакерша. — У вас скоро будут гости.

— Подождут. Они не рискнут штурмовать кабинет, пока в наших руках заложник.

— Или просто пустят усыпляющий газ, — предположила она.

— Так мы и это предусмотрели.

Мужчины ухмыльнулись и достали из внутренних карманов респираторы, но раньше времени надевать не стали. Делать этого попросту не пришлось. Минуты не прошло, на пульт управления в кабинет руководителя АО пришёл новый вызов.

— Эйн Стам, арк-маршал конформации Эндо-Хадо, — представился военный по форме. — Город окружён по протоколу военного захвата. Службам безопасности города приказано бездействовать. Ваши жизни вне опасности, только оставьте в покое мистера Бринса, им займутся компетентные органы. Военная часть из «Хадо-7» поднята по тревоге. Есть ли у вас координаты местоположения респондента?

— Нет, — ответил Бойд, — но завод «Клепчиз» требует вашего пристального внимания. Несмотря на включенную глушилку сигнала, информация Оператора электросетей подсказывает, что уровень энергопотребления указывает на подозрительную активность. На территории завода скорее всего находится крупный медицинский термоядерный реактор.

— Получается, там может быть секретный заложник? — Арк-маршал напряжённо взирал на всех присутствующих, дожидаясь ответа.

— Этой информации у нас нет, но есть предположение, по старой схеме в первую очередь искать надо в пристройках и побочных, относительно новых помещениях завода.

Военный кивнул, прерывая связь.

Мистер Бринс неожиданно обмяк, закрыл глаза и облегчённо выдохнул. Джим убрал руку, поняв, что сейчас последует признание:

— Он держит мистера Волкова в тайной лаборатории на территории завода «Клепчиз», этот учёный и придумал смертельную формулу, вызывающую разные болезни из-за целого коктейля небезопасных ароматизаторов. Его заставили это сделать. Помещение оборудовано вакууматором. Он умрёт от кислородного голодания, если Паук этого пожелает.

— Значит, надо просто лишить преступника связи? — предложила решение Бесси. — Где он находится?

— Я могу лишь дать координаты высотки, — нехотя ответил мистер Бринс. — Твой дом, кстати, — кивок в сторону Бойда. Тот громко ругнулся, прежде чем называть адрес хакерше.

— Помню, у тебя в квартире есть глушилка, да? Отлично! — поделилась она, продолжая комментировать свою работу. — Попробую-ка увеличить радиус и организовать сильные радиопомехи, но если у него есть выделенный канал проводной связи, то ничего не гарантирую, — после этих слов она замолчала.

А Йорн поинтересовался:

— Если вы знали, где он скрывается, зачем подчинялись?

— Он убил сына голосующего респондента, а позже и его самого, когда занял его место. Как он это сделал, нам неизвестно, мы опоздали. Система его приняла. Но я знаю точно, все люди «Хадо-29» под угрозой. Мы все под колпаком. И даже я сейчас сильно рискую.

— Прослушка кабинета? — уточнил Фич, озираясь по сторонам, чтобы понять, где может прятаться устройство слежки, кроме пульта управления, который он уже проверил.

Руководитель отрицательно помотал головой.

— Датчики, встроенные в стены, имеют внутренние резервные аккумуляторы, на случай непредвиденных отключений электроэнергии. Но они же и являются источником опасности. Пожары. Паук может подловить кого угодно, запереть в помещении и поджечь, сидя в кресле в своей квартирке. А если начнётся военный штурм города, он попросту включит режим «Дождь» и тонны воды обрушатся на улицы без всякого предупреждения.

В следующую секунду красным светом загорелся замок кабинета мистера Бринса. А он устало произнёс:

— О чём я и предупреждал…

Я невменяемо смотрела на восставшую из мёртвых ЭмДжи и не могла понять, как такое возможно?

Исхудавшая, замученная, но по неясной мне причине невероятно довольная, она ходила предо мной, когда я, закованная в браслеты, сидела на полу той самой квартиры Йорна и не могла говорить. Рот мой был заклеен специальной лентой. Облава вооружённых людей случилась совершенно неожиданно. Я только и подскочила с кровати. А минуту спустя ещё двое неизвестных мне личностей оказались на коленях. Рыжая девушка и крупный плечистый мужик с разбитой губой, все мы сейчас сидели на полу, а сразу трое направляли на нас оружие. Приглядевшись внимательно, я поняла, что это всё же преступники. На них не было формы утилизаторов.

— Деньги, влияние, успех? Ты думаешь, их получают те, кто талантливее остальных? Ха! Их получают те, кто больше хочет!

ЭмДжи гневно сверкала глазками, расхаживая предо мной. Её истеричный смех зазвучал с разных сторон.

— Хочет! Вот недооценённое слово, про которое многие забывают. Как такая мямля, как ты, могла занять моё место? Да это же смешно! Случайный пассажир, который прибыл на чужую станцию. С какой стати мне делить с тобой мой сценический псевдоним? Я лучше заберу твоё тело, твой костный мозг и стану новой ЭмДжи, а если Брюменз откажется перезапускать рекламную компанию в Анинете, засужу его за домогательства. Мои люди успели снять во всех подробностях тот вечер в его пентхаусе, когда тебя тошнило. Но сроки уголовного дела, которое могут на него повесить, истекают через год, так что мне нужно успеть пройти операцию по пересадке, получить твоё ДНК и стать новой Флорией по документам. И, возможно, подать на него в суд за домогательства, если он откажется меня финансировать. Одно из двух. Но в любом случае я в плюсе, а ты в минусе. Потому что ты будешь к тому моменту уже мертва.

Она захохотала громче прежнего, а я помотала головой, пытаясь понять, может быть, это сон? Как они на нас вышли? Почему она жива? Что происходит?

— Как мы вас обнаружили, хочешь спросить? И как я поняла, что эти двое — предатели? Ха! Вы — идиоты, думали, что я сплю? А мне оставалось лишь изображать глупенькую истеричку и скрытно передать сигнал другим Зиперам о том, что вы двое — подставные личности. Этого плечистого дебила обмануть было проще простого, но только не его рыжую подругу. Вы думаете, я тупая, поведусь на ваше театральное представление и расстёгнутые ширинки? Фу, гадость, меня чуть не стошнило!

— М-м! — бугай дёрнулся и тотчас заслужил удар прикладом прямо в бровь. Кровь засочилась по его лицу.

— Ой, вот только не надо мне ваших глупых оправданий. Сейчас мы дождёмся, когда Паук выключит режим «Дождь» и после этого мы дружно отправимся наконец в операционную, где я стану другим человеком, а вас двоих запрут в камере рефрижератора. Как думаешь, почему доказательства моей смерти так и не представили? Ситуация складывается как нельзя лучше. Твоя попытка побега подняла новую волну в Анинете. Мне осталось только стать тобой и засудить Брюменза. А может и стать ЭмДжи, надеюсь только твои почки тоже приживутся. Иначе будет сложно в таких условиях искать нового донора. Будучи запертой в коробке для реабилитации…

Не успела она договорить, едкий дым проник в квартиру, стелясь по полу, непонятно откуда. ЭмДжи закашлялась, а её охранники опасливо переглянулись.

— Что стоите! Идите, гляньте, что там такое?

Двое тотчас метнулись в коридор, один остался сторожить нас. Этого было достаточно, чтобы рыжая и бугай совместно бросились обезвреживать вооружённого преступника. Раздался выстрел, громкий визг. А за ними ещё два.

Я испуганно зажмурилась, чувствуя сильное головокружение. Снова выстрел, и мужчина произнёс:

— Мертва?

— Ага, — поддакнула рыжая, — я открыла глаза, глядя на растянувшуюся на полу ЭмДжи. Под её телом растекалась кровавая лужа.

— Так, сейчас, включу радиометку, найдём пожарный лифт и спустимся на паркинг и поищем машину.

— Тушить не будем? — спросил её приятель в кожаной жилетке. Чёрная татуировка выглядывала наружу, невольно привлекая моё внимание.

— Ой, Флория на полу! Возьми её на руки и давай выбираться. Тушить нет смысла, это пожар внутристенного оборудования, неясно какого именно. Надо эвакуироваться. Система дома обесточит контур и выгорит лишь несколько помещений.

— Уверена?

— Да. Большую опасность представляет угарный газ, — ответила ему рыжая приятельница. — Подними ты её уже, наглотается — не откачаем! Бойд с нас спросит!

Тотчас мужик аккуратно поднял меня на руки.

— Сюда, — командовала девушка, указывая на стену, подсвеченную пожарным значком, — покажи мне ещё раз силу твоих ног.

— Надоела! Я тебе — что? Раб?

— Сочтёмся.

В следующий миг стало не до разговоров, дыма стало больше — голова моя закружилась, а сознание помутилось, когда я вновь потеряла сознание, но в этот раз от нехватки воздуха.

Два дня спустя

Я открыла глаза в больничной палате, подключенная к аппарату для искусственной вентиляции лёгких. Глаза защипало от слёз. Непривычный сухой воздух создал спазм в горле.

— Очнулась?

Джим, сидящий рядом с моей кроватью, встрепенулся. Подняла руки и первым делом охотно сняла маску.

Боль плескалась в его взгляде, а я не сумела скрыть обиды за столь странное поведение накануне всех этих событий. Он говорил, что я в безопасности, что он меня защитит, а в итоге?

Нет, он не всесилен. Как я могу упрекать его?

Перевела взгляд на вход в палату и обомлела от вида спешащего ко странного бионика в затасканных шмотках. Но я ошиблась, это был человек. Женщина с протезами всех конечностей и даже части туловища, судя по всему.

— Эксанда Д’Оверская, врач-протезист, по совместительству гранд-адмирал космофлота Эндо-Хоро, к вашим услугам. Но пиетет излишен, можно просто Экса.

В ответ я кивнула, глядя на то, как она аккуратно освобождает меня от капельницы.

— Я осмотрела твои колени, пока ты была в бессознательном состоянии. В общем, у меня хорошие новости.

Она перевела странный взгляд на Бойда, он пожал плечами.

— Может, не сейчас? Флории нужно вначале прийти в себя.

— В любом случае, мистера Волкова мы нашли и нам нужны подопытные для программы замены протезов на искусственные кости. Он успел улучшить формулу. Так что процесс синтеза ускорен в разы! Не представляешь, как я рада услышать эти новости, но, вижу, вам надо поговорить?

Она привстала и последний раз взглянула на меня проницательным взглядом, а ему сказала:

— Успокоительные ей дать не смогу, пока нельзя, так что поосторожнее там.

Джим кивнул, а я опустила взгляд вниз. Думала, причина в том, что с моим телом что-то не так. Но вроде ноги на месте, руки — тоже. Подвигала кончиками пальцев всех конечностей и сосредоточено посмотрела в потолок. Работают.

— Я обещал тебя защищать, но в итоге это сделал другой человек, извини. Из-за меня ты подверглась угрозе.

— Всё уже прошло, — успокоила я. — И при чём здесь ты? Это же за мной гонялась ЭмДжи.

Я замолчала, припоминая её распластанный на полу труп. Бойд вздохнул.

— Прости, я на тебя накричал тогда.

Пожала плечами, а в уголках глаз показались непрошенные слёзы. Он — последний человек, от которого я ждала настолько неласкового обращения. Казалось, пелена первой влюблённости спала, оставив после себя неприятную пустоту на сердце.

Странные ощущения. Очень странные. Я смотрела на него и чувствовала, будто злюсь. Но за что? И почему?

— Флория, — Джим опустил взгляд и стиснул кулаки, — помнишь, ты сказала, что тебе нравятся мои тёплые объятья?

Кивнула. Бессмысленно отрицать очевидное.

— Так вот, — он продолжил ещё тише, — твоё желание вполне объяснимо. Ты хотела защиты и видела во мне заступника.

Я изумлённо уставилась на него. Неужели он меня сейчас бросит? Неужели я снова сплю?!

— Мне кажется, это не любовь.

Всего несколько слов, а меня будто в грудь ударило со всей силы.

— Да как ты можешь! — вспылила я, широко раскрыв глаза от изумления. А в голове роились мысли, одна — хуже другой. — Скажи прямо! Тебе не нужна жена-калека с неуравновешенной психикой, я пойму. Всё дело в том, что я бесполезная, да? В том, что со мной много мороки? Я обуза? А теперь… Теперь, когда ты снова в кругу друзей, зачем я тебе такая, да?..

Повернулась к нему спиной и пожелала зажать уши ладонями, чтобы не слышать последующие оправдания.

— Флория, я обещал тебя защитить, но не справился с этой задачей. Но ещё хуже то, что я боюсь. Я боюсь, что ты назовёшь меня чудовищем, едва я опять покажу тебе свой характер. Я же… не идеальный и не такой молчаливо-спокойный, как ты думаешь. Я сильно сдерживал себя в твоём присутствии. А едва повысил на тебя голос — сильно обидел. Сколько времени пройдёт до тех пор, как это повторится?

— Подумаешь? — всхлипнула я. — Для меня это просто было неожиданностью. Ничего же плохого ты не сделал. Но знаешь, не ищи оправдания, лучше просто уйди. Прошу…

Зажала нос руками, чтобы не хлюпал. Слезы скатились по переносице и виску к подушке. Я негромко шмыгнула, пытаясь совладать с эмоциями. Нельзя, нельзя, нельзя! Я не должна раскисать!

За моей спиной послышались тихие шорохи. Заметить не успела, а он уже ушёл, оставляя меня с целым ворохом гадких мыслей. Фаген дот!.. Ксо, ксо!..

Сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Но мысли по-прежнему возвращались к теме отношений.

Размечталась, Флория!

Сказка закончилась, едва начавшись. И вот я снова одна против целого мира, и конца и края моим неприятностям не видно. Или это так только кажется? Что же там произошло и где мои спасители? Где я вообще?

Эти вопросы заставили мысленно собраться и попробовать встать с кровати. Неприятная слабость мне этого не позволила. Я устало повалилась обратно на кровать, дожидаясь, когда обо мне хоть кто-то вспомнит, иначе даже не знаю, где здесь справлять нужду. Кстати, голод напомнил о себе тотчас, едва я посмотрела на дверь.

Не прошло и минуты — в комнату вошла медсестра приятной наружности и приветливо мне улыбнулась.

— Вы, наверное, голодны? Но нам вначале нужно собрать анализы, прежде чем вас покормят. А туалет — третья дверь справа по коридору, если нужны костыли, только скажите, или могу принести судно.

— Где я?

— Медицинский сектор космической военной базы космофлота. Мы прибыли в вашу конформацию вовремя. «Хадо-29» к настоящему моменту уже зачищен. Преступная деятельность респондента пресечена.

— А ЭмДжи?

Девушка непонимающе на меня уставилась.

— Видимо, на самом деле мертва, — ответила я, умолкая.

Вздрогнула, осознав наконец, что всё встало на свои места. Но почему же мне так гадко от этих мыслей? Наверное, потому что Бойд ушёл и не стал настаивать, чтобы остаться? Он не извинился? Не возражал, а просто ушёл. Но за что извиняться-то? Ему нужно было явиться на дисциплинарную комиссию. А меня бы туда, на секретный объект к безопасникам, повторно не пустили бы, так? Или я неправа?

Он думал, я вне опасности?

Или расчёт был на то, что те двое меня защитят?

— Флория Эд-ро? — медсестра обратила на себя моё внимание. — Я заполняю данные. Скажите, а вы правда та самая Оизель?

Я испуганно посмотрела на медсестру, а она поспешила заверить:

— Не бойтесь, я никому ничего не скажу. Просто в Анинете столько о вас информации ходит. Брюменза арестовали за домогательства. Все ищут теперь вас и пытаются понять, что же тогда произошло?

— Вот и мне понять бы, — проворчала я, кивая на поднос и всякие формочки и упаковки, лежащие стройными рядами. — Анализы, да?

На том разговор наш был окончен, и я протянула руку, иными словами приступила к делу, ожидая с нетерпением, когда же смогу хорошенько поесть.

* * *

Час спустя

Джимми Бойд сидел на кровати собственной каюты и упорно пытался уснуть, чтобы прогнать прочь острую душевную боль, стянувшую внутренности тугим узлом.

Несмотря на долгое время бодрствования, он никак не мог сомкнуть глаз. Время, проведённое без сна, уже давно перевалило за сутки, а противное саднящее чувство разочарования никак не отпускало.

Что он должен был сделать? Как поступить? Сумеет ли Флория разобраться в своих чувствах, если его не будет рядом? Сможет ли понять, любит ли она его на самом деле?

Джим усмехнулся, прогоняя прочь всякую надежду быть правильно понятым. Он давно уже привык, чем больше он молчит, тем лучше к нему относятся окружающие. Чем меньше он показывает собственные чувства и слабости, тем легче жить. И тем меньшее число людей могут задеть его за живое.

Сможет ли он забыть Флорию, чья искренняя улыбка никак не шла у него из головы?

Едва она высказала ему всё как на духу, он отчётливо понял, как же они на самом деле далеки друг от друга. Какие разные цели преследуют. Ей нужна лишь защита и стабильность, а ему любовь и взаимопонимание.

Раньше он был бы согласен и на меньшее, желая ухватить хоть крохотный кусочек счастья, но только не сейчас, когда проснулся его аппетит к жизни. И дело не в друзьях, ни в Йорне и Фиче, ни в привычной обстановке военной космической станции, в которой он оказался вновь. С каждой минутой, проведённой вместе с Флорией, он отчётливо понимал, что ему мало одних лишь плотских отношений, а на большее рассчитывать, увы, не приходилось. Её депрессия прогрессировала. Перепад настроений становился угрожающе частым. Что будет, если он послужит причиной ухудшения её психического состояния? Что будет, если отношения с ним станут для неё клеткой, удушающей, невыносимой? Первое время в их семье будет царить идиллия, основанная на постельных утехах, а что дальше?

— Эй, — бесконечный поток мыслей в его голове был прерван явлением одной крайне проницательной особы, — страдалец наш, почему ты оставил супругу одну, м? Прячешься, да?

— Не понял?

— Иди, стелись в ноги и уговаривай Флорию не думать об аборте.

Немое изумление было ей ответом.

— Она сдала анализы, я ей рассказала… Думала, обрадуется, а там целый потоп. Даже не знаю, как остановить её истерику. Ты слышишь меня?

Но Джим уже не слушал, он пулей вылетел из каюты и на предельных скоростях поспешил вернуться в палату к Флории. Неужели такое возможно? Неужели он заслужил второй шанс? Вот она, возможность приобрести долгожданное семейное счастье?

Взмыленный, взволнованный он прибыл несколько минут спустя к нужной палате, но заходить не спешил. Помедлил, прислушиваясь. Внутри тишина. Ни звука.

Никого?

Робко приоткрыв дверь, он заметил лежащий на кровати силуэт. Войдя внутрь, он поспешил обозначить своё присутствие и позвал тихонько:

— Флория?

— Что? Тебе тоже уже рассказали? — его супруга не оборачивалась. Голос её звучал тихо. Она не ревела и даже не всхлипывала, неужели Экса подшутила над ним? Но даже если так, он был не в обиде. При любом раскладе он бы пожелал увидеть Флорию и узнать всё от неё.

— Не переживай, даже если решу оставить, не буду выжимать из тебя финансы. Как-нибудь попробую сама вытянуть.

— Мы всё ещё муж и жена, — напомнил Бойд, медленно подойдя к кровати.

— Надолго ли? — голос Флории дрогнул.

— Я люблю тебя, — прибегнул он к последнему и единственному аргументу, который у него был. — Я очень сильно люблю тебя и боюсь, что это не взаимно, Флория.

Сев на пол рядом с кроватью, Джим тихонько попросил:

— Пожалуйста, повернись, а?

Она подчинилась, демонстрируя ему своё красное, зарёванное лицо.

— За что ты так со мной? — спросила его любимая, едва их взгляды встретились. — За что? Почему не веришь мне? Разве я тебе врала хоть раз? Я же сказала, что люблю. Призналась в этом на тестировании. И потом много раз говорила, а ты? Как мне ещё тебе доказать, что мои чувства к тебе тоже серьёзны? Да, ты целый год ходил ко мне в хостклуб. Да, я боялась тебя вначале. Но я тогда всего и всех боялась, заметь. А теперь, когда ты узнал, что я в положении, наконец созрел и снова поменял свою точку зрения? Надолго ли? Или завтра тебе опять вступит, и ты снова пожелаешь проверить отношения, м?

Склонив голову, он тихо признался:

— Я виноват, прости.

— В чём? В чём виноват?..

— Не учёл, что ЭмДжи свяжется с Пауком и пожелает тебя захватить. Я… а если бы рикошетом попало в тебя, а не в неё? Я так виноват, я тебя обманул. Чувствую себя куском дерьма и боюсь, что ты меня разлюбишь. Мне нет оправдания, я струсил. Я просто жалок.

— Джим…

Флория опустила ноги на пол, потянулась вперёд руками и приобняла мужа, с удовольствием вдыхая его терпкий мускусный запах.

— Когда я говорила про объятья, поверь, это не только защита. Ты тогда хотел быть собранным, а я попыталась придумать хорошее оправдание моего импульсивного требования. Неужели я так сильно промазала со смыслом? Едва ты ушёл, я почувствовала одиночество и захотела снова тебя увидеть, это ли не любовь?

— А если ты пожелаешь строить карьеру?

— То в первую очередь я посоветуюсь с тобой, и мы вместе решим этот вопрос. — Флория сильнее стиснула такого любимого дорогого сердцу человека, охотно чувствуя ответную реакцию. — Всё тебе готова простить, но только не упрёки, будто я тебя не люблю. Так что запомни, если будешь повышать голос, даже не смей касаться этой темы.

— Не буду.

— Что конкретно?

— Больше не буду повышать голос и тем более упрекать в чём-либо.

Немного помолчав, она громко вздохнула.

— Но операцию на колени теперь точно делать нельзя. Беременность не позволит.

— Значит, я попрошу Эксу провести операцию позже.

— Возможно ли? Ведь им нужен подопытный…

— При необходимости я могу тебя заменить. А затем, когда ты уже сможешь, настанет твой черёд.

— Но что, если я потеряю ноги? Вдруг будут осложнения?

Подняв к любимой просящий взгляд, Бойд предложил новое решение:

— Во всяком случае, прежде чем предполагать вслепую, нам нужно вначале переговорить с Эксандой, ты согласна?

Флория кивнула, с удовольствием подставляя губы трепетному, щемяще нежному поцелую.

Они оба и не предполагали, что были не одни. Весь мир перестал для них существовать, а медсестра смущённо закрыла дверь, не решаясь вмешиваться в чужие отношения в столь неподходящий момент.

— Конформация Эндо-Хадо. Военная база космофлота. Гранд-адмирал Эксанда Д’Оверская, — представлял свою начальницу старпом. На этот раз ему позволили поучаствовать в общем собрании высших военных чинов.

— Мистер Волков вернулся к исследованиям и это похвально, — кивнул ей гранд-маршал, переводя взгляд на молодого помощника. — Так это с его плеча был тот костюм в прошлый раз? Специально отбирала кадры, чтобы одинаковой комплекции? — Однако опомнившись, высшее руководство продолжило сухо: — Мы ждём отчёта о проделанной работе. Были задействованы разные военные подразделения.

— Ничего секретного. Вам уже, наверное, отчитались. С нашей стороны из пострадавших — трое военных, ранены, но их жизням ничего не угрожает. Ситуация под контролем. Они первыми штурмовали водный шлюз и отключали режим «Дождь» экстренной командой на внутреннем программаторе. Пришлось подогнать линкоры, уничтожить внешние турели.

— Паук?

— Найден, устранён.

— Точнее?

— Им оказался перспективный выпускник космофлота, который один из первых проходил практику на Таласи. По непонятным нам причинам, сразу после выпуска он отчислился и ушёл в тень. У него было много разных предложений о найме на работу, но он предпочёл имитировать собственную смерть, и занялся преступной деятельностью.

— Иными словами, он знал систему изнутри, потому что вышел из наших рядов? — пришёл к выводу гранд-маршал.

— Его досье уже отправлено вам вместе с полным пакетом документов. Важно другое. Около двух лет назад он перебазировался в «Хадо-29» для того, чтобы осесть в этом городе, потому что именно здесь имелась нужная ему инфраструктура. Мы получили информацию — прошлое местонахождение его штаб-квартиры был город «Хузан», планета Заню в Эндо-Хоро. Заброшенный завод и медлаборатория, как и здесь. Почерк одинаков.

— Иными словами, он крышевал бизнес нелегальной трансплантологии?

— Он создал схему легализации преступных доходов и основал компанию «МаЁс», поставил туда своего человека. Амбициозного сподвижника, Брюменза. Тот, как мог, делал вид, будто занимается продюсерской деятельностью. Но к сожалению или счастью, мне сложно понять, один из его проектов неожиданно выстрелил на весь Анинет. Тогда-то Брюменз и вышел из-под контроля Паука. Посчитал себя самостоятельным игроком, однако услугами Зиперов продолжал пользоваться, и доходы отмывать — тоже.

Переведя дыхание, Эксанда уселась на стул без спинки, установленный перед узлом связи, и передала слово своему помощнику:

— Давай дальше ты.

— Фирма стала чересчур известная и это мало понравилось мистеру Пауку. Некоторое время спустя он раздумывал над устранением ЭмДжи, чтобы проучить партнёра. Но она сама всех опередила. Скажем так, заболела. У неё начались сильные проблемы по ЖКТ. Потребовалась пересадка почек. Первая операция прошла неудачно, и поэтому для неё начали искать замену. Девушка по имени Оизель должна была стать точной копией звезды и по программе немного поубавить её популярность. Но сама ЭмДжи не смирилась с такой участью, быть заменённой, и придумала схему, как устранить конкурентку. Для начала она убедила Брюменза: рост — не подходит, затем, когда было решено провести операцию на коленях у трейни, сговорилась с врачом-подпольщиком из Зиперов, чтобы тот испортил девушке ноги.

— Да-да, — поддакнула Эксанда. — Давай дальше к сути, затем ЭмДжи инсценировала свою смерть, но лишь для того, чтобы повесить вину на Оизель, а сама ушла в тень, дожидаться, когда же трейни морально уничтожат. Довольно хитрая личность, я вам скажу. Она подставила Брюменза под удар дважды: один раз, когда от его имени подбрасывала непроверенную информацию и всяческие слухи, второй раз, когда он повёлся на смазливое личико девушки и домогался её. Получается, пересадив себе чужой костный мозг, ЭмДжи, по сути, поменяла бы ДНК и в системах купольных городов стала бы совсем другим человеком. Так она и планировала поступить, а заодно шантажом выбить денег из Брюменза. Но эту идею держала в секрете даже от Зиперов, потому что знала — продюсер из «МаЁс» тесно связан с Пауком.

— При чём здесь оказался мистер Волков? — уточнил один из генералов, устав слушать рассказ про совершенно другую тему, нежели рассчитывал.

— У него были нужные преступникам компетенции. Узнав о планах ЭмДжи — стать другим человеком благодаря операции по пересадке костного мозга, он взял подобное решение проблемы на вооружение и провёл то же самое над собой и голосующим респондентом «Хадо-29». Но вначале Паук устранил его сына, который слишком сильно привлекал внимание. Джимми Бойд и Грибер Сторгс посадили преследователя Эмити за решётку, а там до него добрались люди Зиперов. Убрав ненужного свидетеля, который мог раскрыть его личность, Паук провёл операцию и заперся в Агио на последнем этаже высотки, откуда и вёл свою преступную деятельность. Организовал похищение Волкова и устроил ему медлабораторию. Насколько мне известно, пересадка костного мозга вызвала побочные проблемы со стороны иммунной системы и главарю синдиката понадобились новый искусственный скелет. Помимо этого, Паук приказал учёному разработать рабочую формулу для некоторых отходов термоядерного синтеза. Так и получилась формула арена, вызывающая зависимость со стороны иммунной системы. Большое энергопотребление завода надо было чем-то оправдывать, поэтому был налажен выпуск продукции, причём крайне успешной.

— Так получается, «Клепчиз» — детище нашего учёного, мистера Волкова?

— Его держали в заложниках.

— В смысле, держали оружие у виска? Нет ли необходимости проверить его лояльность космофлоту?

— Вакууматор, — оправдала коллегу Эксанда. — Из помещения лаборатории откачивали кислород, если учёный отказывался сотрудничать. Он начинал постепенно задыхаться. И подобная пытка могла длиться очень и очень долго.

— Понятно. Обстоятельства оправдывают, по-вашему?

— А что? Лучше ему было задохнуться? — огрызнулась Экса. — Не ваше ли упущение? Не мы ли ошиблись и плохо организовали его защиту?

— Оставим прения для следующих собраний, — вмешался гранд-маршал. — В целом ситуация ясна. Хочу дополнительно узнать лишь про вероломный случай с начальником Аналитического отдела «Хадо-29».

— Обычный поступок, — не согласилась Экса. — Йорн Хайовел и Фитичи Жови были при исполнении. Джимми Бойд и Грибер Сторгс перешли в их подчинение. В нынешних обстоятельствах решение всей четвёрки было признано эффективным и полностью оправдано вышестоящим руководством из «Аюм-3».

— А уголовник? — спросил гранд-маршал.

— Как вам известно, я не могу принять его в военные структуры, но и бросать обратно в камеру тоже нет ни малейшего желания. Его таланты могут быть использованы иным способом. Ему был предложен приемлемый, на мой взгляд, вариант.

— Какой?

— Тайная подпольная деятельность. После устранения Паука и закрытия фирмы финансового прикрытия «МаЁс» на местах осталась большая промышленная инфраструктура, которая может быть перехвачена другими преступными синдикатами. Он займётся этим вопросом, как спящий агент.

— Как видите, — генералы переглянулись, — невозможное возможно. Что ж, Эксанда, могу с честью сообщить о присвоении вам нового звания…

— Прошу! — перебила она. — Нет уж, оставьте мне прежнее звание, я к нему привыкла. А китель всё равно не ношу.

Мужчины переглянулись, разделив скупую улыбку, словно ожидали подобный ответ.

— Однако будет у меня одна просьба в этой связи. Я хочу лично продолжить военные экспедиции на Таласи. Это будет для меня достойной наградой.

Гранд-маршал недовольно поджал губы, а сидящий справа не смолчал:

— Половину тела там оставила, так решила отомстить тем, кто это с тобой сотворил?

— Нет уж, — отмахнулась военная в очередной раз, — исключительно в научных целях. Есть там образцы смертоносных пауков. Мне нужна их ДНК для научных исследований. Я в процессе разработки универсального антидота.

— Разве в террариуме на орбите не разводят эту гадость?

— Нет.

— Тогда не вижу причин вам отказывать, — сдался гранд-маршал, но для порядка оглядел присутствующих, инициируя внутреннее голосование. Кивки последовали с разных сторон.

— Что ж, решено. Совет даёт вам своё согласие. Но перед началом экспедиций нужно будет уточнить детали.

На том встреча высоких военных чинов космофлота была окончена и Экса ехидно скривила губы, когда экран погас.

— А разве таласийских пауков нет на орбитальной научной станции? — изумился старпом. — Вы же недавно делали уточняющий запрос и вам пришло подтверждение.

— О, я жду с нетерпением реакции генералов, когда они об этом узнают. Может быть, тогда с меня наконец снимут лишнюю звёздочку на пагонах и перестанут заставлять присутствовать на советах?

Старпом округлил глаза, но начальница поспешила его заверить:

— Успокойся, ничего страшного не произойдёт. Позлятся немного и остынут. Я их знаю. Будем считать, мы квиты за то, что они попытались свалить на меня ответственность.

Хмыкнув собственным мыслям, военная поспешила покинуть комнату, чтобы отправиться назад к своим пациентам.

* * *

Два месяца спустя

«Розовая свинка похищена и доставлена на поверхность Т. под видом экспедиции. С любовью, Зи», — прочитав краткую шифрограмму из стегоконтейнера, Эксанда улыбнулась собственным мыслям, прежде чем уничтожить сообщение.

Пять лет спустя

— Мама! — встречала меня с порога маленькая дочурка. Ей было четыре с небольшим. Каштановые кудри — папин цвет волос. Но глаза точно, как у меня. Стиснула её и подняла на руки, кряхтя.

— Ох, какая же ты уже тяжёлая!

Джим тоже вышел встречать. Умильная картина, мной стильные вещи на его внушительной фигуре смотрелись невероятно соблазняюще. Вязаный свитер в крупную сетку и узкие штаны, которые он надевал теперь уже без проблем, едва Эксанда починила ему ногу. Как и мои колени, кстати.

— Еда готова, или ты вначале в ванную?

Перехватив Энни себе на руки, он наклонился ниже и целомудренно чмокнул меня в щёку.

— О, а можно всё и сразу? — многозначительно посмотрела на мужа, а он не сразу понял намёка. А когда это произошло, достал из кармана сетру и посмотрел время.

— Няня придёт только к восьми. Но если хочешь, я наберу ванну и принесу ужин на подносе.

— Только если задержишься, — тихонько шепнула ему на ухо.

— Секлеты, да?

Дочь недовольно сморщила свой красивый носик.

— Не могу! Ты у меня такая очаровашка, — я погладила её по голове.

Хорошо, что Джим не стал говорить всякие банальности, а лишь посмотрел на меня многозначительно улыбчивым взглядом.

— Я тоже тебя люблю, — ответила ему на немое утверждение.

Джим хмыкнул и кивнул, мол, я угадала.

— Ещё немного и я возомню себя экстрасенсом, — огладила его руку до самого плеча и приобняла любимых сбоку. — Я жутко голодна и очень надеюсь получить сегодня дополнительную порцию позитива.

— Иди в ванную, я скоро приду.

— Да? — Я изумлённо изогнула брови.

— Грибер и Эмити и их сынишка приглашали Энни в гости, помнится…

— О! Как хорошо, что твои друзья поселились рядом!

— Выше на этаж?

— Главное, что не над нами, — усмехнулась я, припоминая, что бываю очень громкой. Особенно, когда репетирую очередную роль. Неожиданная известность встретила меня после всего, когда я этого совсем не ожидала. И даже, наоборот, побаивалась. Но именно в этот раз у меня за спиной была надёжная стена в лице Джимми Бойда. А он, что бы ни говорил о своём характере, стал для меня настоящим источником спокойствия, столь необходимым в подобном роде деятельности.

— Ванна ждёт, — мягко подгонял меня муж. Опомнилась и признательно ему улыбнулась. И уже на входе в комнату обернулась, чтобы напутствовать: — Напомни друзьям, чтобы не давали Энни много сладкого.

Ответ любимых услышать не довелось, я закрыла дверь и первым делом принялась снимать макияж, чтобы дать коже отдохнуть. Нашла взглядом нужные средства и приступила к делу.

После умывания я сноровисто разделась и включила воду, чтобы набрать ванну. К слову, в подобном провокационном виде меня и застал муж. Честно признаюсь, на это и рассчитывала, потому что жгучее желание читалось в его голодном взгляде.

— Нечестно играешь, — проворчал он. — Ты же знаешь, как убойно на меня действует твой внешний вид?

— Оу, — я с удовольствием опустила взгляд к его штанам и поняла, в чём проблема. — Я совсем не подумала об этом.

— Больше никогда их не надену. Это сущее мучение.

Усмехнулась и, грациозно двигаясь, приблизилась к любимому, который первым делом разбирался с мудрёной ширинкой.

— Давай, помогу.

— О, можно я просто их порву?

Ответить мне не довелось. В следующий миг раздался громкий треск.

— Никак не привыкну к тому, что ты любишь уничтожать мои подарки.

— Было всего пару раз, — проворчал муж, стаскивая с себя оранжевые кричаще яркие штаны.

— Свитер тоже сними нормально, а? — взмолилась я, едва Джим подхватил меня на руки.

— Как-нибудь позже, — отмахнулся супруг.

— Мм-м, — я прильнула к его губам, позабыв обо всём на свете.

И в самом деле, время дорого! Позабыв о таком досадном моменте, что он частично одет, Бойд увлёк меня в ванную, набранную всего лишь на треть. В итоге невезучий свитер мокрой тряпкой полетел на пол, едва муж наконец стянул его после нашего первого раза, быстрого и бешенного, а впереди ждало уже более медленное и не менее приятное продолжение…