— Ты должна быть покорной! — произносит мужчина и щелкает ремнем, как плёткой. — Ты пока ещё моя жена.

Брюнет. Мощный, как скала. Пресс кубиками. Раздет по пояс. Ткань брюк в определенном месте натянута так, будто сейчас лопнет. Но особенно сильно пугают его вытянутые вертикально зрачки.

Монстр.

Он взглядом пригвождает меня к месту, лишая воли и возможности сопротивляться. А затем бросается, словно дикий зверь, и разрывает платье. Прямо на мне.

Тончайший шёлк жалобно трещит, а пуговицы разлетаются в стороны мелкими брызгами.

Разворачивает спиной к себе и грубо толкает вперед, заставляя опереться на высокую кровать.

Жесткое покрывало царапает нежную кожу. Бездушный паркет холодит голые колени.

Мужчина действует как настоящий маньяк. Как ненасытный зверь. Он даже не удосуживается снять с меня панталоны. Разрывает их также, как и платье.

Его горячая ладонь с силой приземляется на мои вторые девяносто. Удар обжигает.

Вскрикиваю, но мужчину это распаляет ещё больше.

Бесцеремонно сжимает меня.

Берет жадно, как будто ему это принадлежит по праву. Снова и снова.

Доминирует. Заставляет покоряться.

А закончив, отстраняется и оставляет лишь холод между нами.

— Собирайся, — произносит ледяным тоном.

Словно между нами ничего и не было. Как будто он выплеснул весь свой жар, и теперь его место заняла стужа.

— Я нашел свою истинную, — произносит, будто рубит острым мечом. — Она ждёт ребенка. Мой наследник должен родиться в законном браке. Узы брачного браслета можно разрушить только единственным способом. Поэтому на рассвете тебя казнят.

Лежу и боюсь даже дышать. Что вообще здесь происходит? Какого брачного браслета?

Нет, я подозревала, что среди мужчин существуют, так сказать, любители дам постарше.

Но всему должен быть разумный предел!

Осторожно из-под ресниц смотрю на внезапного любителя чужих бабушек.

В его движении скользит что-то неуловимо пугающее.

Он хладнокровно надевает штаны и застегивает рубашку. Будто между нами ничего сейчас и не было.

— Ты всё равно не забеременеешь, — хлестко произносит он. — Ты уже старая.

Да, я уже на пенсии. Что есть, то есть. Какая беременность в таком возрасте? Но фраза всё равно звучит грубо и неприятно.

С сомнениями смотрю на мужчину. Как он не спеша застегивает запонки. Молодой совсем. На вид от силы лет тридцать пять.

И странный. Потому что в здравом уме накачанные красавчики на старушек всё-таки не набрасываются. Только если на очень богатых.

Ведь не из-за двушки в хрущевке и моей дачи-клячи он так старался? Тем более на них уже завещание лежит. На дочь и сына.

Мужчина бросает на меня равнодушный взгляд, и мне становится неуютно.

Тут же вспоминаю, что лежу без одежды!

Подтягиваю покрывало, чтобы прикрыться.

Стоп. А почему я нахожусь в незнакомой комнате? С этим мужчиной.

Поначалу казалось, что всё это сон. Но все ощущения буквально кричат, что не сплю.

Смотрю на свои руки — кожа юная, словно мне восемнадцать-двадцать лет.

Ощупываю талию — тонкая и звонкая.

Скашиваю взгляд вбок, туда, где краем глаза заметила зеркало.

И невольно вытаращиваю глаза.

— Алеана, мой ребенок должен родиться в законном браке, — жёстко говорит мужчина.

Его голос заставляет вздрогнуть.

— Я нашел свою истинную пару. Она беременна. Я должен жениться на ней. А ты — пустоцвет. За столько лет брака ты так и не понесла. Мне нужен наследник. И всему народу драконов.

Кусочки мозаики собираются в цельную картину.

Дорого и богато обставленная комната. Непонятные слова про драконов и казнь. Истинная, которая ждёт ребенка. И имя, которым он меня назвал. Алеана. Точно также звали...

Вздрагиваю.

И всё вспоминаю.

— Ты казнишь её? — Сесилия наивно заглядывает в глаза Владыке драконов. — Ведь твой ребенок должен родиться в законном браке.

Она оглаживает свой пока ещё плоский живот.

Взгляд ее робкий, а голос тихий и нежный.

Не то, что у Алеаны — жены.

— Подумаю, — отрывисто бросает Даркейн.

— Ты должен думать о своем народе и ребенке, — вкладчиво уговаривает. — Драконы могут не принять наследника-бастарда. К тому же, вдруг твоя жена захочет навредить нашему ребенку.

У драконов не бывает разводов, как у обычных магов или людей. Брачная метка возникает один раз и на всю жизнь. Она связывает души.

И есть только один способ от нее избавиться.

— Мда, — говорю себе под нос и переворачиваю страницу.

Сижу на диване, читаю книгу, которую мне на днях дали в библиотеке.

Именно дали! Не сама выбрала.

Иногда хожу туда, чтобы сэкономить. На пенсию ведь особо не разгуляешься. А я читаю много и быстро.

Правда, в этот раз вместо знакомой библиотекарши там был какой-то старик.

Не видела его раньше.

— Берите вот это! — с готовностью подсунул мне книжку с брутальным брюнетом на обложке и озорно подмигнул. — Эта книга изменит вашу жизнь!

Ну, на изменение жизни не претендую. Мне бы скоротать вечерок.

А обложек таких я давно перестала стесняться. Каждый имеет право на безобидный досуг!

Жена дракона в книге описана настоящей злодейкой. Истеричная. Избалованная. Нетерпимая.

Но самое ужасное, что она так и не родила наследника... А ведь ее брали замуж только ради этого!

Потом на границе произошел прорыв темных сил, и мужу пришлось уехать.

А когда он возвращался, то, остановившись в одной давно забытой деревушке, встретил свою истинную пару. Которая, как и полагается, сразу понесла.

Я всё понимаю. Владыке нужен законный сын. Но куда теперь денут жену? В монастырь?

В нетерпении переворачиваю страницу, чтобы узнать, что там будет дальше.

И вижу, что текст перечеркнут, а во весь разворот красуется надпись: "Алла Петровна, ты должна выжить и изменить сюжет!"

Красным маркером. Ярким, как кровь.

Пытаюсь понять, какой вандал мог испортить книгу. А ещё — откуда неизвестному вредителю известно мое имя и отчество.

Но книга вдруг резко вырывается из моих рук и летит на пол.

В месте, где она падает, тут же начинает закручиваться воронка. Меня тащит в нее со страшной силой, как в черную дыру.

И выплёвывает в дорого обставленной комнате. Прямо на кровать с тяжёлым бархатным балдахином.

Пока обалдело таращусь по сторонам, дверь в комнату резко распахивается. Входит брюнет. И набрасывается на меня как голодный зверь.

Прежде, чем уйти, мужчина бросает на меня ещё один взгляд. Дикий. Необузданный.

Так смотрит зверь, который жаждет поймать свою добычу. Кажется, дракон готов снова броситься на меня. И повторить всё, что сделал до этого.

Но он вместо этого яростно сцепляет зубы и выходит, хлопая дверью.

А я подхватываю покрывало, заворачиваюсь в него и на негнущихся ногах подхожу ближе к зеркалу. Издалека черты лица было не так хорошо видно. Думала, что показалось.

В отражении вижу саму себя, какой была примерно лет в двадцать.

Такое впечатление, что пока я летела через воронку, меня в дороге незаметно покормили молодильными яблоками.

А заодно и улучшили.

Потому что из зеркала смотрит более яркая версия меня.

Кожа чистая, волосы густые и длинные. Фигура, как в рекламе нижнего белья.

И вот эту красотку дракон обозвал старой?! Внутри поднимается волна справедливого возмущения.

А он ведь не только обозвал. Это чудовище ещё и собирается меня... казнить.

Руки дрожат. То ли от страха, то ли после того, что со мной сделал дракон.

Лихорадочно вспоминаю сюжет книги. Какая там судьба у Алеаны?

Надо было читать внимательнее!

О жене дракона в сюжете говорилось мало.

Злодейка, которая одним своим существованием мешает счастью "золушки и принца". То есть, главной героини Сесилии и Владыки драконов.

Алеана описывалась как старая аристократка, которая тут же невзлюбила любовницу своего мужа.

Да уж. Интересно, почему это невзлюбила, вредина такая!

Что обычно должно происходить со злодейками, чтобы герои достигли счастья?

Всё внутри затопляет обидой и чувством несправедливости. И страхом за свою жизнь.

Не верю, что Алеана была плохой!

Дверь открывается, и в комнату входит стайка горничных. Они несут платье. Розово-поросячьего цвета. С рюшами и цветами, как на торте.

А заодно перешептываются, переглядываются. И даже подхихикивают.

Это уже ни в какие ворота. Я пока еще законная жена их Владыки! Живая!

Что за неуважение?

— Говорите громче! — строго повышаю голос. — Я тоже хочу послушать.

Девушки испуганно затихают и синхронно приседают в книксене.

— Леди, — произносит та, что стоит вререди. — Ваш супруг распорядился, чтобы мы помогли вам одеться перед каз...

Они замолкают.

— Договаривайте!

— Владыка велел вам спуститься в гостиную.

Также завернутая в покрывало подхожу к шкафу и открываю створки.

У жены-злодейки должно быть что-то более приличное в гардеробе, чем поросячий зефир.

И оно есть — простое темно-зеленое скромное платье.

— Я оденусь и спущусь сама, — говорю служанкам. — Уходите. Этот розовый ужас тоже унесите.

Не хочу, чтобы меня трогали чьи-то чужие руки. Не хочу надевать то, что неприятно.

Но горничным мои слова, похоже, по барабану. Они стоят и нагло смотрят мне в лицо. Разве что в носу при этом не ковыряют.

Какая из Алеаны злодейка, если её не слушаются даже собственные служанки?! Может, в книге что-то напутано?

Как при написании учебников истории, так и здесь. Сюжет слеплен так, как это выгодно одной из сторон. Победившей стороне.

Чувствую злость и обиду. Они поднимаются внутри, словно жар.

Я попала в чью-то чужую книжку. Как отсюда выбраться — неизвестно. Муж завел любовницу и собирается казнить, как Генрих Анну Болейн.

А вишенкой на торте ещё и эти наглые горничные.

— А ну прочь отсюда! — рявкаю на них.

Девушки вмиг пугаются и бросаются к дверям. Другое дело.

Хорошо, что мы наконец-то разобрались, кто здесь главный.

Только почему у меня покалывают кончики пальцев?

А в следующий момент пугаюсь и сама. И сбрасываю с плеч покрывало, которое внезапно загорелось.

В страхе бросаю покрывало на пол. Топчу его ногами, чтобы потушить огонь.

Про то, что у Алеаны есть какая-то магия, в книге не было ни слова! Да и я ничего специально не делала, чтобы вызвать пламя.

Самое непонятное — на мне не остаётся никаких ожогов. Но это и к лучшему.

Достаю из шкафа скромное зелёное платье, надеваю и самостоятельно застегиваю. Расправляю не слишком пышные юбки.

Собираю волосы, которые растрепались, в строгий тугой пучок. Чтобы ничто не напоминало о том, что со мной только что делал неадекватный муж-дракон.

Мои руки начинают подрагивать. Обхватываю себя, чтобы успокоиться.

Ещё бы и запах его с себя смыть.

Снова смотрю на себя в зеркало.

Не знаю, кто меня сюда отправил и зачем. Сделали пешкой в чужих играх.

У меня большое желание сбежать отсюда.

Но смогу ли?

Мой муж не просто рядовой дракон. Он Владыка. Чувствую — найдет, где угодно. И казнит, как запланировал.

Да ему любой желающий принесет на блюдечке голову сбежавшей жены по первому же указу.

Это ловушка.

Ему нужна свобода, чтобы жениться.

"Узы брачного браслета можно разрушить только одним способом".

Внимательно рассматриваю свои запястья. На них нет никаких украшений. Ни браслетов, ни колец — ничего.

"Брачная метка возникает один раз".

Что такое метка? Татуировка или что-то ещё? Пока одевалась, я достаточно прыгала голая перед зеркалом. Уж татуировку на теле точно заметила бы. Ведь не на пятой же точке мне эту брачную метку проштамповали.

"Она связывает души".

Тело Алеаны — словно помолодевшая версия меня самой. И весь этот книжный мир кажется слишком реальным.

А где её душа?

У меня — моя собственная.

И никаких клятв никаким драконам я ни разу своей жизни не давала.

Уверенно распахиваю двери своей комнаты.

Растерянные служанки жмутся по углам. Не стали далеко убегать. Видимо, Владыку они всё-таки боятся больше, чем меня. И до последнего создают видимость того, что выполняют его приказ.

— Ведите меня к мужу, — холодно приказываю им.

Он сидит в кресле спиной ко мне, а рядом с ним стоит юная и нежная, как фиалка, девушка.

Она замечает меня раньше, чем муж. Смотрит мне прямо в глаза. Нахально и торжествующе.

Красивая, этого не отнять. Один бюст чего стоит. Это вам не просто Сесилия. А целая СИСИлия.

Вся обвешана тяжелым золотом, как новый русский в девяностые.

Острый укол обиды — это ведь муж Алеаны её так обвесил.

Но всё гораздо хуже. Он прижимается ухом к её животу.

Нехотя поворачивается ко мне. Окидывает недовольным взглядом.

— Алеана, почему ты оделась, как нищенка?

— А для чего мне наряжаться?

Смотрю Владыке прямо в глаза и напрочь игнорирую его истинную. Как бы гордо она ни выпячивала вперёд свой плоский живот.

Каким образом брачная метка вообще появилась у Алеаны, если она не истинная для дракона? В результате брачного ритуала?

Зачем дракон взял в жены неистинную? Нашел бы свою истинную пару сначала. Хоть поискал бы! Она вон, оказывается, не слишком далеко находилась. Глядишь, и не пришлось бы никого казнить.

А то такое впечатление, что и вовсе её не искал. Так, нечаянно подвернулась, эта приблудная истинная.

Мужчины, конечно, любят обвинять женщин в отсутствии логики. Но сами и не такое выкомаривают.

— У меня что, сегодня праздник? — усмехаюсь дракону в лицо. — Неужели день казни принято отмечать как день рождения?

Владыка встаёт с кресла. Смотрит на меня тяжёлым взглядом.

Его зрачки вертикально сужаются.

— Ты всё ещё моя жена, — произносит стальным тоном. — Ты должна слушаться!

— Я никому ничего не должна.

Говорю и как бы невзначай демонстрирую запястья обеих рук.

Да, я рискую. Очень сильно.

Понятия не имею, как должны выглядеть эти дурацкие брачные браслеты.

Но судя по тому, как меняется лицо Владыки — всё делаю правильно.

— Где твои брачные метки?! — его голос обрушивается громовым раскатом.

Были да сплыли. Слава всем богам.

— Ну, ты же нашел свою истинную, — невозмутимо отвечаю ему. — Может, это магическим образом отменяет узы брака?

Дракон хватает меня за руку. Его ладони горячие, как огонь. Резко сдвигает вверх рукав моего платья. Смотрит шокировано, будто не верит своим глазам.

— Как такое возможно? — грозно спрашивает.

— Ну что, дорогой? — деловито интересуюсь у него. — Мы свободны друг от друга. Можешь жениться на ком хочешь. Я так понимаю, необходимость в казни отпала?

— Отпала... - тихо повторяет он.

На мгновение мне кажется, что в его голосе слышится нотка облегчения. Маленькая и почти не заметная.

— Но как? — спрашивает.

— Да понятно же, как! — не выдерживает любовница. — Эта злодейка специально что-то намагичила, чтобы обмануть тебя, любимый! Может, натерлась каким-то зельем, скрывающим метку. Ты должен казнить её как можно скорее!

— Сесилия! — грозно рявкает дракон на неё.

Ого, а я думала, он с ней только сюсюкать умеет.

Истинная тут же заливается слезами. Даже это у нее выглядит красиво. Жалобно всхлипывает. Глядит глазами потерянного оленёнка. Они наполняются слезами, и на мгновение даже мне ее хочется пожалеть. Никаких красных пятен на лице, никакого шмыганья носом. Всё красиво, как в кино.

— Я её боюсь. Она так недобро взглянула на мой живот, когда вошла! Ты должен что-то сделать, пока она не навредила твоему наследнику!

— Не плачь, — смягчается дракон и обнимает эту "актрису" за плечи. — Тебе нельзя волноваться. Это действительно может повредить наследнику.

Бесстрастно взираю на сцену семейной идиллии.

Интересно, обнимал ли он когда-нибудь Алеану? Вот так — мягко, нежно, заботливо, как сейчас обнимает истинную.

Или для жены у него всегда была припасена только дежурная плеточка? Точнее, ремень, которым он щёлкал, когда ворвался в спальню?

— Отведите мою истинную в приготовленные для нее покои, — бросает горничным.

— Но...

— Ты устала. Надо отдохнуть. Не перечь и не серди меня своим непослушанием, — говорит ласково, но настойчиво.

И передает ее служанкам.

Любопытные девки никуда не уходили. До этого момента они и не получали прямого приказа уйти, их никто не выгонял. Так и стояли здесь, внимательно наблюдали и ловили каждое слово.

При драконе им хватило такта и ума не перешептываться и никак себя не проявлять. Это только рядом со мной они наглели.

Не удивлюсь, если потом будут сплетничать по закуткам и со смаком обсасывать всё, что увидели.

Но так даже лучше. Владыка убедился в отсутствии брачной метки при свидетелях. И, вероятно, достаточно болтливых.

— Теперь ты, — произносит он, когда мы остаёмся наедине.

Окидывает меня тяжёлым взглядом. Затем отодвигает свой рукав. Внимательно рассматривает запястье. Там тоже никаких признаков метки.

Руки у него сильные и мощные. Такими можно подковы гнуть. Неудивительно, что в спальне я так и не смогла вырваться из его хватки.

От нечаянного воспоминания к щекам приливает кровь.

— Как ты объяснишь то, что брачные метки исчезли?

Его тон звучит так, словно дракон меня в чем-то обвиняет. Да он радоваться должен, что свободен! Что ему ещё надо?

— Не знаю, — развожу руками.

Я и правда не знаю. У меня были только догадки.

— Может, это магия истинности освободила нас от уз брака? — аккуратно подсказываю наиболее правдоподобную версию.

О том, что я — попаданка, говорить точно не стоит. Чувствую, что не проникнется. И точно казнит.

— Возможно, дело действительно в истинности, — произносит дракон.

Смотрит на меня каким-то странным взглядом.

— Алеана, я сохраняю твою жизнь, казнь отменяется, — роняет он. — Мне необходимо жениться на истинной. Наследник должен родиться в законном браке. А ты — пустоцвет. Ты не родила за столько лет брака и уже старая.

Спасибо большое за "комплименты". Можно ещё десять раз их повторить, чтобы точно запомнила.

Но я молчу. Держу язык за зубами. Пусть говорит, что хочет. Главное, что я жива. И, надеюсь, скоро буду абсолютно свободна.

Моя главная цель на данный момент — оказаться как можно дальше от этого змеиного гнезда.

Живой и здоровой.

— Но, надеюсь, ты понимаешь, что замуж тебе больше выходить нельзя, — продолжает дракон. — Все выходы в свет также отныне запрещены. Я не хочу, чтобы ты выставила меня на посмешище и опорочила моё имя.

— Да, да, конечно, — скромно и послушно отвечаю дракону.

Хотя внутри всё клокочет от возмущения. Вот же козлина!

Сам, значит, будучи в законном браке, бессовестно обрюхатил какую-то шалашовку. А честной и порядочной жене запрещает второй раз замуж выходить?

Боится что ли, что она получит шанс сравнить его с другими? И сравнение будет не в его пользу.

И в свет нельзя?

Мне этот его "свет", конечно, нужен как рыбе зонтик. Местный этикет я всё равно так быстро не выучу. Да и не хочется спалиться перед теми, кто хорошо знал Алеану.

Но сам факт!

С какого дубу рухнуло это чешуйчатое чудовище?

Да, он — Владыка. Он может приказывать своим подданным. Но я, между прочим, не его собственность!

Сцепляю зубы, чтобы нечаянно не выдать того, что не следует. Меня очень сильно злит эта ужасная несправедливость. Но не надо показывать. Чтобы не спугнуть свой хрупкий шанс выбраться отсюда.

— Алеана, почему ты так тяжело дышишь? — вдруг обеспокоенно спрашивает дракон. — Ты хорошо себя чувствуешь?

Для той, кого сегодня собирались казнить, я чувствую себя просто превосходно.

Что ещё за приступ заботливости?

Дракон делает шаг ко мне, берет за подбородок, внимательно и даже как-то жадно всматривается в моё лицо.

— Алеана... - хрипло произносит.

Его зрачки сужаются и вытягиваются в узкие вертикальные щели. Радужка вокруг них загорается опасным зелёным огнём.

Его ноздри трепещут, словно у голодного хищника, который почуял долгожданную добычу.

Прямо как тогда, когда он набросился на меня в спальне.

— Нет, нет, — ловко выворачиваюсь из его хватки и отскакиваю на безопасное расстояние. — Я чувствую себя просто замечательно. Не надо переживать.

— Хорошо, — в голосе слышится рык, словно дракон еле сдерживается. — Тогда иди и собери свои вещи. Сегодня же ты отправляешься в монастырь.

В общем-то, монастырь это даже неплохо. Особенно, по сравнению с казнью.

Но самое главное — убраться подальше из драконьего замка. От всяких кровожадных истинных и набрасывающихся драконов.

И как можно скорее.

Пока добрая олениха не уговорила своего жениха решить вопрос развода более кардинально.

И пока сам дракон не передумал отпускать.

Как-то очень пугающе он смотрит мне в след, когда я чуть не бегом припускаю назад к себе в комнату.

В небольшой дорожный саквояж летит всё подряд. Платья, которые выглядят попроще и поудобнее на вид. Несколько скромных комплектов нательного белья. Пузырьки, как я предполагаю, с каким-то мыльно-рыльными принадлежностями.

На туалетном столике у окна стоит резная шкатулка. Рука сама тянется к ней. Открываю и любуюсь на аккуратные драгоценности Алеаны.

Шкатулка маленькая. Украшений в ней гораздо меньше, чем было одномоментно надето на истинной.

Я заберу эту шкатулку. Не хочу, чтобы скромное золото Алеаны растащили горничные. Или ещё хуже — отдали его новой жене Владыки.

— Какое жарко́е, вы шутите что ли?! — внезапно слышится под окнами истошный вопль. — Я магическое животное!

Распахиваю створки окна и высовываюсь наружу.

Поначалу никаких животных не вижу. Ни говорящих, ни обычных.

Мне казалось, что вопль был прямо под окнами. То ли слух у меня теперь такой хороший, то ли просто кричали очень громко.

Бряк! Бамс! — внезапно раздаётся где-то за углом.

Из кого тут собираются приготовить жаркое? Из зайчика?

Из-за поворота выруливает козел. Настоящий. С острыми изогнутыми рогами.

Шерсть на его боках выглядит грязной и свалявшейся, а в бороде репьи.

— Ироды проклятые! — вопит он и направляется к воротам.

Видимо, ему каким-то образом удалось вырваться. Петляет он, кстати, не хуже зайца.

За ним с топотом бегут несколько раскрасневшихся слуг.

Один из мужиков, набрасывает на козла верёвку, как лассо, но тот в последний момент виляет в сторону.

К сожалению, в тупик.

— Разумных существ нельзя есть! — истошно кричит козел, которого загнали в угол и направляет рога на своих мучителей.

Ловлю себя на том, что отчаянно "болею" за него.

— У нас приказ! Истинная пара Владыки требует жаркое из говорящего животного!

Убежать у козлика так и не получается. Силы слишком не равны.

Его опутывают веревками и несут в замок.

— А ну, развяжите! — рявкаю и не узнаю свой голос, настолько он громкий и злой. — Немедленно.

Козлик замечает меня и жалобно стонет:

— Пожалуйста, помогите мне-е-е!

Мужики поднимают головы и удивлённо смотрят на меня.

— Леди, — недоумевает один из них. — Вас что, пока ещё не казнили?

Ну, это уже вообще! Вот так наглость!

Не знаю, какая из Алеаны была злодейка. Но слуги в этом замке совсем распоясались. Все.

Ощущаю тот же самый приступ гнева, что возник у меня при выборе платья.

— А ну отпустили этого козла! Быстро!

— Мы не можем, — мнутся мужики. — Мы и так его с трудом нашли и поймали. Истинная Владыки желает...

Опять эта истинная. Как же меня злит любое упоминание о ней!

Перед глазами словно падает красная пелена, а в груди поднимается огонь возмущения.

— Если вы сейчас же не отпустите козла, эта истинная получит жаркое из вас самих!

— Да-да, леди Алеана, — вдруг испуганно и послушно блеют слуги.

Их руки немного дрожат, когда они развязывают свою добычу.

Едва получив свободу, козел пулей устремляется в приоткрытые ворота.

А я с удивлением смотрю на подоконник. На нем остаются продольные следы от когтей. Моих когтей — серых, металлических. Загнутых и острых.

Они украшают мои пальцы, как чудовищный маникюр.

Огненного "шоу" в этот раз не было. Но ведь чего-то эти мужики испугались?

Бросаюсь к зеркалу, подозревая худшее.

С ужасом смотрю, как серебристая чешуя медленно вновь становится обычной кожей. Как радужка моих глаз перестает светиться золотым блеском, а зрачок принимает нормальную форму.

Кошмар какой. Алеана — мутант.

Интересно, её муж знал об этом?

Судя по испуганным лицам слуг, их королева до этого момента не выкидывала подобных фокусов.

Хлопаю себя по щекам, чтобы поскорее успокоиться и стать обычным человеком. А потом подхватываю свой нехитрый саквояж и выскакиваю из комнаты.

Нечего задерживаться в этом замке. Надо тикать отсюда, пока эти дурацкие прислужники не успели растрепать, что бывшая жена Владыки теперь немного видоизменяется.

Дракон меня отпустил, а больше мне ни у кого отпрашиваться и не нужно.

Когда спускаюсь по лестнице, мой слух, который теперь почему-то стал нечеловечески чутким, улавливает чью-то приглушенную фразу:

— Она не должна доехать до монастыря. А если доедет, то держи вот это.

Произносит женщина, но на нежный голосок Сесилии не похоже. Слишком грубый и скрипучий. Откуда именно он идёт — тоже не понятно.

Ну нафиг такие развлечения!

Что-то мне уже не хочется ехать ни в какой монастырь. Пожалуй, надо сваливать отсюда поскорее.

На дракона мне начхать. Сам развел здесь клубок змей и ещё непонятно что. Слуги совсем одурели от безнаказанности.

Вот пусть сам расхлёбывает и наводит порядок.

Стараюсь не шуметь, спускаюсь в холл замка. Ещё немного — и я покину его. До долгожданной свободы остаются считанные шаги.

— Алеана! — позади меня раздаётся хриплый голос дракона.

Вздрагиваю. И опускаю глаза в пол.

— Да, Владыка? — спрашиваю максимально скромно, хотя внутри всю потряхивает от раздражения.

Лично вышел проводить. Какие почести бывшей жене.

— Почему ты не переоделась в нормальное платье? Где твой багаж?

— Вот он, — недоумеваю и демонстрирую саквояж.

Что он вообще хочет от меня? Почему никак не отпустит?

— Это всё? — хмурится. — Алеана, ты это делаешь назло, чтобы опозорить меня?

— В смысле? — не понимаю.

— Жена Владыки не должна выглядеть как бродяжка. Вернись и соберись нормально.

Он тянется, чтобы забрать мой саквояж.

Тут уже не выдерживаю. И так слишком долго терпела.

Вскидываю голову, и мне всё равно, что он может увидеть в моих глазах.

— Во-первых, — строго чеканю каждое слово. — Я больше тебе не жена. Во-вторых, еду в монастырь, а не на бальный сезон. Зачем мне там лишнее барахло? И в-третьих, я и сама могу решить, какие трусы мне взять с собой. Следите, пожалуйста, за своей истинной, Владыка.

Даркейн

Алеана словно ядовитая лоза под моей кожей. Её шипы нещадно жалят, будто хотят о чем-то напомнить.

Но о чем именно?

Она так и не подарила мне наследника. И не подарит никогда.

Драконы вырождаются. Всё больше драконорожденных не имеют крыльев. Их драконы так и не просыпаются. Магия моего народа утекает, как песок сквозь пальцы.

Наши женщины стали бескрылыми уже несколько поколений назад.

Но они не были бесплодны.

Родить дракону ребенка может либо драконица, либо истинная.

Я никогда не надеялся встретить истинную. Слишком уж это казалось несбыточно. Истинная пара — большая редкость. Лишь некоторые удостаиваются этого дара богов. Но легенды гласят, что ребенок от истинной обязательно будет крылатым и великим драконом.

Брак с Алеаной когда-то был отличным политическим союзом, полным надежд. Но теперь стал тяжёлым грузом.

Клан её отца утратил былую мощь и угас вместе с его главой. Его земли пришли в запустение.

А драконица оказалась не только бескрылой. Ее магии не хватило даже на то, чтобы забеременеть.

Да, мне нужен ребенок. Глупо отказываться от дарованного шанса продолжить род.

Я мог бы взять истинную в замок в качестве фаворитки. Мне не хотелось казнить жену. Что-то внутри буквально противилось этому решению.

Но другого выхода нет. Слишком велика ответственность перед моим народом.

Драконы чтят традиции больше жизни. Они не примут бастарда.

Даже если это ребенок от истинной, он должен появиться в законном браке. Только тогда он сможет стать новым Владыкой.

Я зашёл в покои жены, чтобы объясниться в последний раз. Утешить.

Сказать ей, что это необходимость, что она ни в чем не виновата.

Это единственный способ разорвать заключённый брак — отпустить её душу к звёздам.

Мы так и не поговорили.

Внутренний зверь словно обезумел. Он начал метаться, как в клетке. Рычал и рвался наружу. Требовал эту самку здесь и сейчас.

Наверное, чувствовал, что её скоро не станет.

Но Алеана не родила и уже не родит. А у нас с драконом теперь есть истинная.

Я очень рад тому, что магия истинной связи каким-то образом сама стёрла старые брачные метки. Что есть шанс сохранить жизнь Алеаны. Но как подумаю, что к моей бывшей жене прикоснется кто-то другой...

Драконы не отдают свои сокровища.

Никому.

Ничьи лапы не должны коснуться её тела.

Её место в монастыре. Его стены защитят от опасностей и сплетен.

Я лично распорядился подготовить карету и вышел проводить Алеану.

Но не ожидал, что она соберётся так быстро. И уж точно не думал, что жена Владыки позволит себе красться по холлу замка и то и дело оглядываться по сторонам, словно мелкий воришка.

Она так изменилась за время моего отсутствия. Была унылой и холодной, как рыба. Но теперь ещё хуже — стала дерзкой и непочтительной.

Сесилия права — Алеана, если дать ей волю и власть, может стать настоящей злодейкой.

А уж эта фраза насчёт нижнего белья...

Едва удерживаю себя от того, чтобы полыхнуть огнем и сжечь всё вокруг.

Хватаю негодяйку за предплечье, чтобы не успела от меня улизнуть.

Её лицо оказывается рядом с моим. Большие глаза смотрят испуганно, но прямо.

Даже не подумала опустить взгляд, гордячка!

— Ты всё ещё моя подданная, а я — твой Владыка, — произношу четко и с расстановкой, но только небо знает, чего мне стоит это показное спокойствие. — И ты будешь делать всё, что я тебе прикажу.

Алеана

Он смотрит на меня так, словно еле сдерживается.

Кажется, я всё-таки перегнула палку. Хотела же делать вид, что послушная овечка! Но овца из меня не получается, хоть тресни.

— Езжай, — вдруг произносит дракон стальным тоном. — Езжай прямо сейчас. Иначе я за себя не ручаюсь.

Меня и в обычном состоянии не надо долго упрашивать. К тому же взгляд дракона в этот момент становится таким, что придаёт дополнительное ускорение.

Владыка выглядит так, будто хочет меня растерзать здесь и сейчас!

Глаза чуть не светятся, зрачки снова стали щелкой. На руках блестит черная чешуя. Ноздри раздуваются и из них идёт настоящий темный дым.

Жуткое зрелище.

Неужели это я его так довела? По лицу видно — готов превратиться. И, скорее всего, съесть. На радость Сесилии.

Никому даже травить не придется.

Ох, зря я вылезла тут со своими трусами. Надо быть тише воды, ниже травы.

— Ну, до свидания, — скромно говорю ему на прощание и аккуратно высвобождаю руку из горячей хватки.

И выскакиваю за двери.

Около замка стоит темная карета. Рядом с ней крутится кучер. Что-то подправляет в сбруе лошадей.

Не для меня ли подали этот экипаж?

А что, если этого кучера подкупили неизвестные злоумышленники? И он кокнет меня в ближайшем лесочке?

Я никому не могу доверять.

Игнорирую кучера и как ни в чем не бывало пешком направляюсь в сторону ворот замка. В которые недавно выскочил свободолюбивый козлик.

Как-нибудь разберусь, куда и на чем мне отправиться и добраться. Главное, подальше от этого серпентария.

— Ты куда?! — мой затылок опаляет горячий воздух.

Даркейн догоняет меня за несколько шагов.

— Ваше Величество, — лебезит и пресмыкается перепуганный кучер. — Я не виноват, леди сама...

— Я не виню тебя, — великодушно кивает ему дракон. — Доставь леди Алеану в монастырь Белого Пламени.

Он лично и практически насильно запихивает меня в карету. Я и пикнуть не успеваю.

Внезапно на мои колени падает тяжёлый кошель.

Открываю рот, чтобы возмутиться, что мне не нужны подачки. Но наталкиваюсь на взбешённый взгляд.

— Это тебе на первое время, — рявкает Владыка. — Также отправлю несколько воинов. И пару служанок. Они соберут твои оставшиеся вещи, возьмут их с собой и поедут следом.

Дверь кареты захлопывается, словно крышка мышеловки.

Первый мой порыв — размахнуться и запустить тяжёлым мешочком прямо в спину наглого дракона.

Но вовремя передумываю.

Во-первых, это же деньги. Не следует ими разбрасываться. Они имеют свойство пригодиться в нужный момент.

Во-вторых, тяжеленький мешочек очень приятно оттягивает руку. Настоящий антистресс.

А в-третьих, не надо лишний раз злить Владыку. А то вон какой он вспыльчивый. Не стоит нарываться на его гнев.

Карета — это не автомобиль. Скорость у нее гораздо ниже. Сейчас отъедем немного за ворота, открою дверку и выпрыгну.

Естественно, я не собираюсь ехать ни в какой монастырь. Кучеру тоже не доверяю, он может быть подкуплен. И служанки мне не нужны.

Я и сама могу сориентироваться. С деньгами будет проще купить что-то необходимое.

Цок-цок-цок — неспеша стучат копыта лошадей. Едем медленно, ведь, по идее, нас еще должны догнать сопровождающие. Смотрю в окно на замок. Владыка провожает карету хмурым взглядом.

Он по-своему позаботился о бывшей жене. Появилась возможность развестись — не стал казнить. Денег в дорогу дал и хочет отправить сопровождение, чтобы никто не напал в дороге.

В каком бы он бешенстве ни был, а мой отъезд всё же проконтролировал.

Конечно, не стоит забывать, что он изменял законной жене, а потом собирался её казнить.

Задергиваю шторку, открываю свой скромный саквояж и бережно убираю в него мешочек. Кладу рядом со шкатулкой.

На мгновение ловлю внутри себя проблеск какой-то нездоровой любви к драгоценностям. Но это чувство проходит, стоит только закрыть саквояж.

Осторожно выглядываю в окошко. Мы как раз сворачиваем в рощу и покидаем пределы видимости. Замок скрывается за поворотом. По бокам дороги густая поросль. Если выпрыгнуть прямо сейчас, то моё отсутствие не обнаружат ещё какое-то время.

Самое время незаметно свинтить из кареты.

Внезапно кучер щелкает кнутом. Лошади пускаются вскачь. Что за?..

Карета собирает все кочки, а я болтаюсь внутри, как шарик в погремушке.

Крепко прижимаю к себе саквояж, кое-как исхитряюсь и толкаю дверку. Но ничего не выходит. Заклинило что ли?

Карета делает ещё один резкий поворот, и я сваливаюсь на сиденье. Подбираю платье и пытаюсь вышибить дверь ногами.

По стенам кареты пробегает магическая волна.

С ужасом понимаю — меня замуровали.

Может, это Владыка сам постарался — заботливо задраил выход, чтобы я нечаянно не выпала? Но вдруг бы мне понадобилось в кустики?!

Возможно, драконы делают свои дела прямо в полете, как голуби. Вот их и не волнуют проблемы простых людей. Но я-то в платье и внутри кареты!

Но нет, скорее всего это враги Алеаны подкупили кучера. Он замуровал меня. И теперь везёт неизвестно куда!

Сейчас бы очень пригодились когти и огненная магия, чтобы проломить себе выход на свободу.

Но у меня никак не получается. Не могу настроиться.

Может быть, всё зависит от эмоций?

Оба раза, когда у меня проявлялись огонь и когти, я чувствовала гнев. Но сейчас, в этой болтанке, не выходит сосредоточиться.

Карета подскакивает на ухабе в очередной раз и словно проваливается в яму.

В очень глубокую. Летит в неё буквально камнем. Так резко, что меня подбрасывает вверх к потолку.

То, что карету сбросили с обрыва, догадываюсь, когда она с всплеском ударяется о воду. В мелкие щели тут же начинает просачиваться вода.

От меня избавились, как от жены царя Салтана из сказки Пушкина.

По-любому, это был план той скрипучей "Бабарихи".

В карету медленно, но верно набирается холодная вода. Моё платье намокает и становится очень тяжёлым.

Я зла. Очень зла. На всех. На "Бабариху", на кучера, на истинную, на Владыку. На того библиотекаря, который подсунул мне эту книжонку! Но больше всего я зла на саму себя. Потеряла бдительность и дала себя поймать.

В темноте кареты я не сразу понимаю, почему она внезапно становится такой тесной. С чего это на мне трещит намокшая ткань платья. И по какой причине никак не могу взяться за свой саквояж.

Он мне нужен! Там деньги!

Но вместо рук у меня...крылья. Большие, серебристые, кожистые.

В последний момент каким-то образом исхитряюсь и хватаю саквояж зубами.

Распрямляюсь. Карета лопается по швам и разламывается вокруг меня, как яичная скорлупа.

Барахтаюсь в воде, словно мокрая собака. Или нет. Мокрая ящерица. Очень большая. Крылатая.

Ну и ну. Я, похоже, дракон.

Самый настоящий.

Это одновременно и хорошо, и не очень.

Я жива — это прекрасно.

Но как снова стать человеком?!

Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

Сначала надо выбраться на сушу.

Взлететь из воды не выходит. Но зато я теперь такая большая, что просто иду по дну, высунув из воды голову.

Карета упала с утеса. Вон с того. Мне повезло, что она на скорости пролетела немного вперёд и свалилась в море, а не на те острые камни, что лежат сразу под обрывом.

Держу курс именно туда. Во мне кипит желание поквитаться с обидчиком. Надеюсь, он ещё там.

Шум бушующей воды заглушает мои шаги. Но мой собственный слух обостряется до предела.

— Цып-цып-цып, — слышу голос кучера.

— Я тебе не "цыпа"! — возмущается кто-то знакомый.

— Иди сюда, козлик, кис-кис-кис.

Выхожу на берег. Острые камни впиваются в мои лапы, но это можно потерпеть. Вытягиваю шею и осторожно заглядываю за край утеса.

Первым бросается в глаза обалдевшее лицо кучера. Он смотрит прямо на меня и медленно бледнеет.

Второе, что я вижу, когда фокусируюсь — козлиная попа с коротким хвостиком.

Перед самым моим носом.

Кучер загнал козла на край утеса, и тому больше некуда бежать. Бедное магическое животное выставило вперед своё единственное оружие — рога. Но шансов у него мало.

Как бы выловить негодяя и допросить?! Мне надо выяснить, кто заказчик этого преступления.

Кучер смотрит на меня ещё пару секунд и пускается наутёк.

— Что, испугался моих рогов, мерзавец? — торжествующе кричит козел. — Так тебе!

Блин, он же сейчас сбежит.

Хлопаю крыльями, чтобы взлететь и взобраться на утес, но безрезультатно.

"Стой, скотина!" — пытаюсь крикнуть кучеру вслед, но рот занят саквояжем. Единственное, что получается — только грозное "р-р-р!"

Козёл оборачивается и в ужасе смотрит на меня.

— Мамочки, — тихо блеет он и падает в обморок.

— Тьфу! — выплевываю саквояж на траву рядом с обморочным козлом.

Хочу дыхнуть огнем вслед кучеру-преступнику, но из пасти идёт только дым, от которого у самой начинают слезиться глаза.

Кучер ускоряет ходу и скрывается в лесу.

— Кхе-кхе, — давлюсь дымом.

Где вообще огонь? Я же дракон!

Может, это из-за того, что вылезла из воды?

Ладно, пусть козел и без сознания, но хоть живой. Потом его откачаем.

А вот то, что кучер теперь знает, что я жива, а ещё трансформировалась — это совсем нехорошо.

Надо его догнать и остановить.

Неловко пытаюсь вскарабкаться на утес, но не получается. Мое новое тело слушается очень плохо. Оно ощущается непривычно для меня.

Драконы вроде бы летают. Как же они это делают?!

Отчаянно бью крыльями и чувствую себя большой неуклюжей курицей.

Ну, правильно. Ведь куры — это наиболее близкие родственники динозавров. А значит — и драконов.

Кое-как всё-таки умудряюсь взлететь и запрыгнуть на край утеса, с которого упала карета.

И устремляюсь вперёд, чтобы поймать кучера.

Бегу огромными шагами в сторону леса. Преступник не должен был уйти слишком далеко. Но напрасно рыскаю и тыкаюсь мордой между деревьями. Его и след простыл.

Прислушиваюсь, но разве что-то разберешь в незнакомых звуках лесной чащи.

Понуро возвращаюсь обратно.

Надо забрать вещи и козла.

Нельзя его здесь оставлять. А то к этому бедолаге у всех подряд проснулся какой-то нездоровый интерес.

А ещё неплохо бы снова стать человеком.

Быть большим и неуязвимым драконом, конечно, здорово.

Но не хотелось бы навечно остаться в таком состоянии.

Обнаруживаю, что откачивать магическое животное уже не надо.

Козлик сам пришел в себя. Видит меня, спотыкается и прячется за саквояж. Больше некуда.

Если честно, к козлу у меня тоже есть несколько вопросов.

Как он тут так вовремя оказался?

Есть, конечно, вероятность того, что он, когда покинул замок, отправился прятаться именно к этому обрыву.

Но я очень не люблю подозрительные совпадения.

— Козлик, ты живой? — спрашиваю его для начала.

Голос мой звучит раскатисто и нечеловечески хрипло.

Козел аж приседает.

Понятно, почему Владыка так разговаривает. Тут немудрено и вовсе охрипнуть. После таких дымовых шоу горло вовсю саднит.

— Не ешьте ме-ме-меня, пожалуйста, — блеет бедное парнокопытное.

— Не бойся, не буду. Магических животных есть нельзя. Я же не кровожадная истинная Владыки, к которой тебя тащили.

— Леди Алеана? — неверяще спрашивает козел и даже высовывает голову из-за саквояжа. — Это правда вы?

— Ага, — киваю ему.

С досадой смотрю на лес, где скрылся кучер. Донесет ведь своим хозяевам, скотина.

Но как его теперь искать? Как иголку в стоге сена. Принюхаться не могу — ноздри забиты копотью.

Остаётся только спалить к собакам весь этот лесочек, вплоть до замка Владыки?

Но вдруг в лесу в это время шатаются какие-нибудь невинные грибники? А если там играют дети? Уж не говорю о живых существах вроде птичек и зайчиков, которые его могут населять. Да и растения жалко.

— Леди Алеана, — козел смотрит на меня во все глаза. — Вы драконица!

— Да знаю, — отмахиваюсь от него.

— Нет, вы не понимаете, — настойчиво повторяет он. — Вы — крылатая драконица!

— И что?

Ну да, вот они крылья. Кожистые. Качественные. Блестят. Смотрятся дорого-богато.

Непонятно только, как на них правильно летать. У птиц-то это врождённый рефлекс. А у драконов? Я на утес-то еле залезла.

— У драконов женщины не превращаются! — стоит на своем козёл.

— Как это "не превращаются"?

Я же превратилась. Не так уж это было и трудно. Магия словно сама лезла из меня наружу.

Тяжелее принять психологически.

Но я попала в другой мир, в тело девушки, на которую устраивают покушение.

На контрасте с этим, превращение в дракона — не самое страшное.

— Только мужчины имеют проявленную вторую ипостась! У женского пола она не просыпается! — растолковывает козёл.

Ну и дела. Алеана и правда мутант.

Теперь кучер донесет об этом моим врагам — тем, кто заказал этот "несчастный случай" с каретой.

На защиту от Владыки надежды мало. У него есть истинная. А я ему уже никто.

Хорошо, если только в монастырь спихнет. А не на ингредиенты отдаст. Или опыты.

— Леди Алеана, вам надо бежать, — козёл решительно трясет бородой. — Точнее, лететь. В вышине никто не поймет, мальчик вы или девочка. Так будет быстрее и безопаснее. А главное, бесплатно.

— И куда ты предлагаешь лететь?

Мне Владыка четко обозначил — в его владениях я его личная подданная. И обязана подчиняться.

Может, отправиться в другую страну? Интересно, есть ли в этом мире другие государства? А если есть — как там обстоят дела с визовым режимом? Дадут ли бывшей жене Владыки статус беженца?

— Так у вас же есть собственные земли, — удивляется козёл. — Вы что, забыли?

— Какие ещё земли?

— Владения Серебряных. Горы и несколько прилегающих долин. Независимые территории клана. После того, как не стало вашего отца — они лично ваши. Других наследников у него не было. Только одна дочь — вы.

Ого. В целом, логично. Это истинную Владыка подобрал на какой-то помойке. А в нормальные жены он просто не мог взять бесприданницу.

Его брак должен был иметь определенные цели. Более важные, чем желание левой пятки.

— Владыка Даркейн затем и женился на вас, чтобы заключить соглашение с вашим отцом — главой клана Серебряных и владельцем тех земель, — авторитетно заявляет козёл и подтверждает мои догадки. — Правда, после того, как не стало Серебряного Острокрыла (так вашего отца называли в народе), его земли остались без главы и приходят в упадок. Даркейну было некогда ими заниматься, он уезжал на войну. Оставшиеся жители, кто не покинул их, прозябают в нищете.

— Послушай-ка, козлик, — стараюсь, чтобы мой голос звучал не слишком пугающе, — а откуда ты так много знаешь? Про отца моего и всё остальное.

— Это всё открытая информация. Про драконов много пишут в газетах!

Ладно, он действительно вроде бы не называл ничего особенного. Про Земных монархов тоже есть достаточно информации в открытых источниках — кто на ком женился, кто что унаследовал.

Если тема драконов вызывает интерес у народа, о них будут писать.

Но я не готова сдаться так сразу.

Как-то не привыкла я сходу доверять незнакомым козлам.

— А здесь как смог оказаться настолько вовремя? Признавайся — ты следил за каретой?

Козел даже фыркает. Настолько его возмущают мои подозрения.

— Да эта карета неслась, как ненормальная! Чуть не сбила! Только я собирался перекусить мягкой травкой, как меня напугал жуткий грохот, — жалуется он. — Это просто какой-то кошмар! Еле успел отпрыгнуть в придорожные кусты! А потом меня заметил тот страшный мужик и погнался за мной! И гнал до самого обрыва.

— Разве он в это время не управлял лошадьми?

— Нет! Карета неслась сама!

Почему-то в моем воображении кучер направлял карету к склону, а в последний момент спрыгивал. Но, видимо, все было не так.

Вряд ли бы он стал так рисковать собственной шкурой. Скорее всего, он спрыгнул на медленном ходу и отсоединил лошадей.

А потом придал нам с каретой скорости.

Я же ничего толком не видела, пока болталась внутри.

До этого момента я даже не думала о судьбе бедных лошадок, которые должны были пойти ко дну вместе с каретой. Но чётко помню — когда я превратилась в дракона и выбралась из своей намагиченной "ловушки", рядом со мной плавали только обломки деревяшек.

Теперь понимаю, почему меня внутри так сильно бросало из стороны в сторону. Как лягушонку в коробчонке.

Карета летела вперёд к обрыву самостоятельно. Ей управляли дистанционно с помощью магии.

А может, и не управляли. Просто придали направление.

И, скорее всего, замуровал меня в ней вовсе не Владыка.

Это покушение.

— А что ты делал рядом с замком Владыки? Тогда, в первый раз, когда тебя собирались пустить на жаркое. Что там вынюхивал?

— Ничего я не вынюхивал! — искренне оскорбляется козёл. — Я вообще к за́мкам близко не подхожу. И никого не трогаю. Меня изловили на дороге! Изверги.

Он стоит возле меня, такой маленький и несчастный.

Мы с ним сидим на утесе, как две неприкаянные скотинки. Одна большая, другой — поменьше.

На нас обоих открыта охота. Наши враги готовы на всё.

Не знаю, зачем новоявленной истинной нужен этот говорящий козёл. То ли нечаянно подслушал что-то секретное, то ли понадобился для какого-нибудь ужасного ритуала.

Видимо, она заприметила его по пути, когда они с Владыкой возвращались в замок.

— Ладно, — миролюбиво говорю козлику. — Нечего нам с тобой тут задерживаться. Только мне бы как-то назад в человека превратиться...

— Зачем? — удивляется он. — Драконом-то вас труднее укокошить. Да и в виде леди вам придется очень долго добираться туда. На крыльях быстрее. Глядишь, уже к утру будем на месте. Земли Серебряных не принадлежат Владыке. Это если бы он вас казнил или в монахини постриг — тогда бы унаследовал их и стал полноправным владельцем. А так нет, фигушки.

Да. Владыка больше не муж Алеаны и отношения к её имуществу теперь не имеет. И не будет иметь.

Мне не надо искать другую страну. У меня есть своя. Пусть даже маленькая, зато я там буду сама себе хозяйка.

Тем более, бывший муж Алеаны даже не соизволил как-то помочь её людям справиться с нищетой. Ему не нужны эти территории.

Но какой юридически подкованный козёл!

— Откуда ты так хорошо разбираешься во всем? — удивляюсь.

На этот раз уже без подозрений. Пора мне наконец принять то, что я оказалась в фантастическом книжном мире.

Магия, драконы, интриги. Даже я сама теперь с хвостом и крыльями.

Козел, который всего лишь читает газеты и разбирается в вопросах наследования, на фоне этого всего выглядит вполне нормально.

Ничего необычного. Может, здесь все козлы такие.

— Я раньше жил у одного старого профессора. Он преподавал в академии магии. А потом этого профессора не стало, — козел очень грустно вздыхает. — В общем, из академии меня выгнали. Теперь я хожу брожу по свету. Один одинешенек.

По его мохнатой мордочке катится скупая слеза. Мне становится очень жалко его. Я бы обняла козлика, чтобы утешить.

Но в виде дракона это сделать не могу, не хочу ему невольно навредить. Так что только неловко переминаюсь с лапы на лапу.

— Ну, нечего сидеть тут и ждать, когда этот кучер сбегает за подмогой, и нас поймают недруги! — козел преувеличенно бордо встряхивается и деловито подталкивает ко мне саквояж.

Задирает голову и смотрит на мою спину, потом на лапы с когтями. В конце концов задумчиво останавливает взгляд на пасти.

— Надо решить, как вы меня понесете, леди, — говорит мне. — Чтобы не выронить ненароком по дороге, — и тихо добавляет, — и нечаянно не съесть.

Он возлагает на меня такие надежды. Конечно же, я заберу его с собой. Во-первых, чтобы спасти. А во-вторых, грамотный помощник ещё никому не помешал.

Но есть проблема.

— Я не умею летать, — признаюсь ему.

— Да что там уметь-то, — удивляется козлик. — Все умеют. Если получается у других, то получится у вас.

— Может, драконы-девочки не летают, — продолжаю сомневаться.

— Современные драконицы вообще даже не превращаются! — поучительно говорит он. — Но вы-то превратились. В предыдущих поколениях леди летали, и ещё как! Быстрее мужчин! Так что вперёд! Это навык — как плавание у людей. Надо научиться один раз и на всю жизнь.

Надо так надо. Тем более это наш главный шанс на спасение.

Послушно хлопаю крыльями и подпрыгиваю на месте.

Но взлететь не выходит.

— Не так, — останавливает меня. — Вы же когда-нибудь видели, как взлетают птицы? С места в прыжке подняться могут только птички мелкого размера. Крупным же обязательно нужно начальное ускорение, чтобы поймать поток воздуха. Поэтому вам надо либо пробежать, либо прыгнуть с большой высоты. Смотрите — разбегаетесь хорошенько, расправляете крылья и ловите поток воздуха.

Он даже демонстрирует мне, что делать. Только вместо крыльев хлопает ушами.

Ладно. Попробуем.

Разбегаюсь, как он показал, раскрываю свои огромные крылья. Поток ветра сам подхватывает меня.

Я лечу.

Меня охватывает чувство свободы. Прикрываю глаза и парю. Взмахиваю крыльями и поднимаюсь выше. Меняю направление, при этом помогаю себе хвостом, как рулем.

Как чудесен мир сверху. Поля выглядят как лоскутное одеяло. Кроны деревьев — как пушистая перина.

Нафиг Владыку и его истинную, кучера, монастырь и всё остальное. Я улечу в свои земли. И меня там никто не достанет.

Ветер бьёт в лицо и шумит в ушах. Делаю круг над берегом и морем и захожу на второй.

И замечаю, что козлик стоит на краю обрыва и что-то мне панически кричит. Точнее, блеет. Что именно — никак не разобрать.

Заметила у него такую особенность — от страха или волнения он часто начинает блеять и заикаться.

Спускаюсь ниже. И вижу, что на том месте, где я оставила моего помощника, творится что-то неладное.

Из леса к нему ползут по земле темные тени. Они извиваются, словно ядовитые змеи. Или гигантские щупальца хищного осьминога.

Подбираются всё ближе и ближе. Берут в кольцо, отрезают путь.

У меня окончательно отпадает всякое желание путешествовать на своих двоих.

Ну уж нет! Я — дракон! И так просто не отдам своё каким-то теням!

Подлетаю и аккуратно подхватываю козла одной лапой, а саквояж — другой.

И взмываю ввысь.

Козлик что-то отчаянно вопит. А я вижу, как щупальца приходят в бешенство. Они мечутся по траве, словно хотят поймать сбежавшую добычу. Кишат, как клубок змей. Разрастаются и сливаются в одну большую черную тень. Но вверх за нами подняться не могут.

— На запад! — сквозь шум ветра разбираю то, что кричит козел.

Осторожно, но крепко держу свою "добычу" и беру курс в сторону закатного солнца.

Даркейн

Провожаю взглядом карету с Алеаной.

Но кто бы знал, что стоит за моим показным спокойствием!

Вторая ипостась рвется наружу. Хочет схватить эту поганку, затащить в спальню и наказать, как следует.

Наказывать до самого утра.

За дерзость, за непослушание.

За то, что она стала такой притягательной именно тогда, когда я встретил истинную!

Зверь требует, чтобы Алеана стонала подо мной, как это было сегодня утром. Чтобы она покорялась мне снова и снова.

Признала хозяином.

Драконы не отдают свои сокровища. Никогда.

Хотя Алеана больше мне не жена, но должна навечно остаться моей. Если я узнаю, что другой мужчина дотрагивался до неё, то оторву ему голову.

Наверное, действительно было бы лучше казнить её, чем испытывать эти муки.

Через несколько дней нужно проверить её в монастыре. Как добралась, как устроилась. Настоять на том, чтобы постриглась в монахини. И лично убедиться в этом.

Так я буду уверен, что её не сможет коснуться никто другой. И я сам.

У меня теперь есть истинная пара. Я не должен поддаваться опасным соблазнам.

Алеана сейчас для меня — очень большой соблазн. Порочная запретная страсть. Старая пыльная драгоценность, которую мне пришлось вытащить из своей сокровищницы и выбросить из жизни.

Поэтому мой дракон так себя ведёт. Он не желает отдавать то, что ему когда-то принадлежало.

Приструняю его. У нас с ним теперь есть истинная пара. Настоящий дар небес.

Сегодня я пытался услышать нашего ребенка. Прикладывал ухо к животу истинной. Но магия не отозвалась.

Видимо, срок пока ещё слишком маленький.

Это будет сильный дракон, я в этом уверен. В истинных парах, согласно легендам, магия течет особенным образом.

Долгожданный наследник. Продолжение моего рода. Моя кровь.

Я и мои верные драконы уничтожили темные силы, которые пытались прорваться в наш мир.

За это небеса послали мне истинную и наследника.

Вроде бы всё должно пойти своим чередом.

Но почему так пусто на душе, когда я смотрю на то, как удаляется карета с бывшей женой?

— Любимый? — рядом звучит нежный голосок Сесилии.

Её прохладная ладошка невесомо касается моей руки.

— Я велел тебе отдыхать в твоей комнате! — мой голос звучит несколько грубо.

Это всё из-за недавних мыслей об Алеане. Кстати, надо скорее распорядиться и отправить за ней охрану и служанок с вещами. Эта мерзавка назло не взяла с собой никаких вещей. Специально это сделала, чтобы все думали, что я выпнул её из замка, как бездомную собачонку. Не дождется!

На глаза моей истинной наворачиваются слезинки. Становится стыдно, что я расстроил это невинное создание.

— Прости меня, — притягиваю её к себе. — Но тебе действительно надо отдохнуть. Ты должна думать о нашем ребенке.

— Твой малыш хочет кушать, — моя истинная капризно надувает губки.

Впрочем, у нее это выходит очень мило. Мой дракон мигом забывает Алеану и просто тает рядом с нашей истинной парой.

— Чего же желает наш малыш? — моя рука сама скользит к её животу.

— Ну, он же маленький дракон. Ему требуется мясо. А твои слуги до сих пор не подали мне жаркое, о котором я их просила! Иди и накажи их, пожалуйста! Ведь беременным нельзя отказывать.

Алеана

Этот козел — просто находка. Как говорится, не только ценный мех. А ещё и несколько килограммов незаменимых знаний.

Стараюсь не взлетать слишком высоко, чтобы мой необычный спутник не замёрз в облаках.

Как настоящий навигатор, он подсказывает мне, куда лететь. Показывает, где можно устроить небольшую передышку. В каком озере глотнуть чистой воды.

Мои крылья снова и снова разрезают воздух. Потоки ветра закручиваются и шумят. Но слух дракона помогает вовремя расслышать все подсказки козлика.

— Пролетаем границу Серебряных земель! — громко сообщает он.

Внизу под нами расстилается равнина. А ближе к горизонту начинается горная гряда.

— Ты уверен? — уточняю.

— Уверен! — кричит в ответ. — У моего профессора на стене висела карта! Я помню эти приметные горы! Нам туда! Серебряный замок должен быть в той стороне!

Лечу достаточно низко. Мне интересно рассмотреть свои владения. От острого драконьего взгляда не укрываются и заброшенные деревеньки этого маленького королевства.

Сердце сжимается при виде разрушенных домиков и жалких лачужек.

Здесь всё ещё живут люди.

Но как только они видят мою большую тень на земле, сразу в страхе прячутся. Почему они боятся дракона? Я думала, что в этом мире драконы — защитники.

Какая-то женщина работает в поле неподалеку от деревни. Рядом с ней играет чумазый малыш.

Женщина пропалывает сорняки и не сразу замечает меня. Но когда моя тень накрывает её, вздрагивает и в панике бросается к ребенку. Хватает его на руки. Но укрыться им негде. Испуганная мать замирает, прижимая к себе сына.

— Мама! Мама! — слышу, как звонко и радостно кричит малыш. — Он же селебьяный! Селебьяный!

Что же тут такое произошло? Кто их так запугал?

Без отца Алеаны земли осиротели. Но я не дам в обиду моих людей!

Но есть ещё кое-что.

— Как мне доказать, что я полноправная наследница этих территорий? — спрашиваю у моего грамотного козла. — С юридической точки зрения. Чтобы уже никто чужой не смел претендовать на то, что принадлежало моему отцу.

— У каждого клана драконов есть свой родовой камень, — кричит он мне. — Я, конечно, не знаю этого точно, но где-то в вашем замке тоже должен быть такой артефакт. Вам надо будет найти его и окропить своей кровью! Таким образом вы примете наследство и обязуетесь его защищать. Всё остальное доделает магия!

— Вообще-то, это должен был сделать муж наследницы, когда Серебряного Острокрыла не стало, — вполголоса добавляет козлик, но ветер в долине стал тише, и теперь я прекрасно улавливаю каждое его слово, — надеюсь, что у нее хватит на это сил.

Меня очень беспокоит, смогу ли я снова стать человеком. Как вернуть назад свою привычную ипостась?

Быть большой и сильной драконицей, конечно, неплохо. Но я привыкла к тому, что я человек.

Верю в то, что умный козлик подробно объяснит мне и подскажет, что делать.

В одну из наших остановок я спросила его имя. И очень удивилась ответу.

— Альбус, — сказал козел и тут же исправился. — Но вы называйте меня Алик. Это домашнее имя для близких и друзей.

В ответ я попросила его обращаться ко мне на "ты". Без всяких "леди" и титулов.

Наверное, это профессор дал ему такое имя. Ведь "альбус" означает "белый". А козлик хоть и запылился из-за своих скитаний, но видно, что шерсть у него светлая. Если его отмыть, то вполне вероятно, что он окажется белоснежным.

Чем ближе мы к серебряному замку, тем труднее становится взмахивать крыльями. Лечу всё ниже и ниже. Уже буквально в нескольких метрах от земли.

Почему на меня накатывает такая невероятная усталость?

Сказывается долгий перелет? Израсходовались силы?

— Ох! — из горла непроизвольно вырывается стон.

Козел и саквояж выскальзывают из моих лап. Настолько становится тяжело и неудобно. Не получается удержать их, как я ни пытаюсь.

Хорошо, что летим не высоко!

На последнем усилии пролетаю чуть вперёд, чтобы не раздавить моего товарища своей огромной тушей. И падаю ничком в высокую траву. Больно ударяюсь о землю животом и грудной клеткой.

— Леди, вы в порядке? Вам нужна помощь? — рядом звучит обеспокоенный мужской голос.

Еле поднимаю голову. И встречаюсь взглядом с мужчиной.

Нет, это не оборванный крестьянин, которых я видела, когда летела. Судя по дорогой одежде — богатый аристократ.

Моложе тридцати, высокий и стройный. Его длинные светлые волосы аккуратно зачесаны назад и забраны в низкий хвост.

Он смущается и поспешно отворачивается. И начинает зачем-то торопливо расстёгивать свой камзол.

Леди? Как он так сходу понял, что я девочка, а не мальчик? Даже не усомнился. А ведь обычно дамы не превращаются.

Рассмотрел на драконе половые признаки? Но я по-прежнему лежу на животе.

Гляжу на свои руки. И вытаращиваю глаза. Ладони снова человеческие.

Видимо, магия потратилась и нечем стало поддерживать массивную ипостась. Поэтому я и козлика не удержала.

Хорошо хоть успели почти добраться до места!

И тут кровь застывает в жилах. Потому что понимаю ещё кое-что.

Платье, которое было на мне, порвалось, когда я превращалась.

Его обрывки остались далеко. Где-то во владениях Владыки.

И сейчас я лежу на земле в виде человека. Голая. Перед чужим мужчиной.

Саквояж со сменной одеждой упал где-то позади, сходу не отыщешь. Да и для поиска придется предварительно попрыгать по этому лугу в костюме нудиста.

Солнышко ласково начинает пригревать мою пятую точку. Копна длинных волос разметалась вокруг, когда я падала.

Внезапно меня накрывает тяжёлая ткань. Чувствую приятный запах мужского одеколона.

— Леди, простите мне эту вольность, — вновь произносит незнакомец. — Поверьте, я отвернулся и не смотрю на вас. Как вы себя чувствуете? Помочь вам подняться?

Какой вежливый юноша. А ещё опрятный, чистенький, причесанный. Глаз радуется, когда смотришь на такого.

Обращается уважительно, помогает мне встать. При этом старательно отводит взгляд в сторону, чтобы невольно не смутить меня.

Очень предупредительный молодой человек. Не то, что нынешняя молодежь, которая постоянно сидит в телефонах, и даже место в автобусе не всегда уступает.

И уж точно он просто небо и земля по сравнению с Владыкой Даркейном.

— Леди, вы не ушиблись? — спрашивает приятным тенором.

— Да нет, не сильно, — отвечаю ему.

Ещё раз окидываю парня взглядом, и у меня начинают закрадываться сомнения. По словам козла, земли Серебряных в упадке. Да я и сама видела, в какой нищете прозябают мои подданные, на которых Владыка (будь он неладен) просто начхал.

Конечно, у него есть уважительная причина — он всё это время был в военном походе. Но всё равно я на него очень зла.

Но назревает резонный вопрос — откуда же в моих обедневших владениях взялся этот дорого одетый холеный красавчик? Вряд ли он коренной житель.

Нет, скорее всего, это чужак.

— Молодой человек, а вы, собственно, кто? — интересуюсь.

Запахиваю его камзол, как халат. Парень довольно высокий, так что его одежда мне почти до колен. Шелковая подкладка ласково и нежно скользит по обнажённому телу.

Незнакомец смотрит вниз и останавливает взгляд на моих голых щиколотках. И с шумом втягивает воздух.

Голубые глаза блондина вспыхивают ярко-синим светом, а зрачок вытягивается вертикально.

Его ноздри начинают как-то подозрительно подергиваться. Прямо как у Владыки, когда тот оказывался слишком близко ко мне.

На всякий случай делаю шаг назад.

— Вы случайно не дракон? — уточняю у него.

Но мой вопрос пропадает без ответа.

— Богиня! — восклицает парень и хватает меня за талию.

Прижимает к себе и тянется, чтобы поцеловать.

Вот вам и воспитанный молодой человек. А на деле — очередной маньяк, наподобие Даркейна.

Похоже, что единственный нормальный мужик, который мне встретился в этом мире — это козёл. Магическое животное. Доброе, умное и начитанное.

Блондин сжимает меня в объятиях.

С ужасом чувствую подозрительную твердость между его ног.

— Отпусти меня! Немедленно! — вырываюсь с удвоенной силой, пытаюсь лягаться и отпихнуть его.

Но безрезультатно.

— Ай! — внезапно мой новый знакомый вскрикивает и подпрыгивает на месте.

Его глаза вмиг перестают светиться сапфировым светом, а рука рефлекторно дёргается, чтобы прикрыть тылы.

Пару мгновений он тяжело дышит, словно пытается прийти в себя.

С ужасом смотрит мне в глаза.

— Простите меня, я не... - лепечет.

И подпрыгивает снова.

Это его окончательно приводит в чувство. Он нехорошо прищуривается и резко разворачивается. В его ладонях загорается синий пульсар.

— Не бойтесь, леди, сейчас я уничтожу это порождение тьмы! — выкрикивает он и загораживает меня своей спиной.

Какое ещё порождение тьмы? Недоуменно выглядываю сбоку.

И вижу моего козла.

Тот стоит грязный и облепленный ветками. С рогами наизготовку.

— Ме-е-е! — угрожающе блеет он.

— Не смей! — повисаю у блондина на руке, в которой тот держит пульсар.

— Но леди, — возмущается он. — Я должен спасти вас от ужасного чудовища!

— Это не чудовище! Это ма...

— Ме-е-е! — предупреждающе блеет козел.

Точно! Фраза о том, что Алик — магическое неприкосновенное животное застывает на моих губах. Нельзя никому говорить об этом! Особенно подозрительным незнакомцам. Уже был нехороший прецедент, когда всякие изверги хотели поймать его и пустить на жаркое.

Умный козлик сделал выводы из этого печального опыта. И теперь предпочитает не демонстрировать чужаку, что умеет разговаривать.

Надо хранить этот секрет ради его безопасности!

Встаю между блондином и козлом, загораживаю собой.

— Это не чудовище! Это маленький беленький козлик! — заканчиваю свою фразу. — Туши свой пульсар немедленно!

— Он не беленький, — с сомнениями произносит парень. — Леди, посмотрите в его взгляде читается ярость тьмы.

Смотрю на козла сверху вниз. Во взгляде Алика читается только фраза: "За что нам всё это?"

Он больше не лезет бодаться. Видимо, его единственной целью было отвлечь мужчину и тем самым помочь мне освободиться.

Кстати, надо бы скорее отделаться от этого дракона, пока он снова не одурел и не полез ко мне.

Ненормальный!

То, что передо мной дракон, нет никаких сомнений. Я, конечно, вблизи видела только Владыку и себя в зеркале. Но эти вытянутые зрачки ни с чем не перепутаю.

Замок серебряных совсем близко. На горизонте видны его стены и шпили.

Меня ждёт родовой камень. Чувствую — надо принять наследство. И сделать это как можно скорее.

Не знаю, почему я так внезапно превратилась в человека и не долетела. Как будто моя магия в один момент просто взяла и иссякла.

Очень раздражает, что блондин нас задерживает. Не нужен мне его пиджак. Обошлась бы.

Я и голая могла спокойно найти свой саквояж, чтобы взять сменное платье.

Козла мне что ли стесняться? Он вон и сам всё время спокойно без штанов ходит.

Нечего чужакам шарить в Серебряных владениях. И хватать их хозяйку. А также угрожать ее рогатому другу.

— Молодой человек, — говорю достаточно жёстко, — потушите свою магию. Вы сейчас угрожаете моему личному питомцу.

— Это ваш питомец? — парень вытаращивает глаза, но пульсар всё же гасит.

— Да. Если с него упадет хоть одна шерстинка, то я за себя не ручаюсь. А теперь скажите-ка мне, кто вы такой и что делаете на Серебряных землях?

Парень то и дело рассыпается в извинениях.

Не желая тратить время и ждать, пока он разродится более-менее внятным объяснением, делаю знак козлу и мы идём туда, где упал саквояж.

Земли вокруг замка Серебряных поросли бурьяном. Да таким, что не каждая бензиновая косилка справится. Не то, что простая ручная коса.

Некоторые участки к тому же оказываются немного заболочены.

Поэтому козел и пришел спасать меня в таком грязном виде. И не сразу появился, хотя и упал неподалеку. Пока пробрался через все это бездорожье.

Саквояж ему было не во что взять, не в зубы же. Тяжеловат. Так что он оставил его на месте. Но ничего, я сама дойду и подберу.

Единственный плюс в такой местности — при падении мой товарищ совсем не пострадал. Но я всё-таки успела максимально снизить высоту.

Блондинистый дракон плетется за нами. И чего привязался?

Несколько раз порывается подхватить меня на руки, когда спотыкаюсь. Но я теперь бдительно слежу за ним и стараюсь близко не подпускать.

Нет уж, нечего меня трогать.

Из его сбивчивых объяснений мало что становится понятно. Что-то наподобие "вылетел на прогулку, заблудился, превратился, чтобы спросить дорогу у местных жителей, и увидел, что в траве лежит невероятная незнакомка".

Ага, ещё к тому же голая. Искал медь, а нашел золото, как говорится.

— Что же за прогулка такая, по чужим территориям? — сварливо интересуюсь, пока с трудом выуживаю свой багаж.

Дракон оттесняет меня и лёгким движением руки выдергивает саквояж из грязи. Немного брезгливо осматривает, но его внешний вид не комментирует.

— Почему по чужим территориям? — удивляется. — Это ничейные земли.

Ничейные?! Внутри меня поднимается волна возмущения. Но стараюсь не показывать это раньше времени. Сначала надо узнать больше информации.

Мне очень не нравится, что кто-то так запросто может выгуливаться около моего замка.

А ещё он не озвучивает, что видел меня в испостаси драконицы. Это тоже беспокоит.

Не заметил?

Но как можно не заметить здоровенного серебряного дракона?

Может, он подумал, что это кто-то другой? Всё-таки девушки не оборачиваются. Не хотелось бы акцентировать ненужное внимание на моей второй ипостаси.

Мало ли, вдруг он решил, что это, к примеру, был какой-то другой дракон. Который теперь бродит где-то в этих высоких травах.

А я просто так, лежала себе там на солнышке, загорала. Ждала, когда меня найдет этот прекрасный рыцарь.

На глаз прикидываю расстояние до серебряного замка. Километра три точно будет. По ровной дороге я бы добежала за полчасика. На крыльях могла бы долететь — минут за пять.

Пробираться по бурьяну в человеческом облике с багажом и козлом придется точно не меньше часа.

Дополнительный спутник в виде этого дракона начинает тяготить. Не хочу показывать ему, что направляюсь именно в замок.

— Ну, пока, — говорю. — Скоро вечер. Вам уже, наверное, пора домой.

— Нет, не пора, — вдруг жёстко произносит он.

Это что ещё за такое? Тоже мне нашелся властелинчик! Не слишком ли много их развелось? То владыка, то этот.

И все какие-то озабоченные.

Блондину до Даркейна, конечно, как до Луны. По степени неадекватности моего бывшего мужа никому не удастся переплюнуть.

Но от Владыки, в отличие от этого синеглазого дракона, исходила настоящая внутренняя мощь. Неподдельная чистая сила.

То, что заставляло инстинктивно бояться его.

Блондин перед Даркейном как котенок перед тигром. А всё туда же — мяукает про какие-то права.

Я избежала казни. Не попала в монастырь. Справилась с покушением на мою жизнь. Сама стала драконом и сутки летела до своих земель. Ещё и говорящего козла с собой прихватила.

Ради чего? Чтобы в решающий момент на моем пути встал какой-то молокосос?! Который без спроса шныряет на моих землях и обзывает их ничейными.

Потихоньку начинаю закипать.

— По древней традиции драконов и по праву сильного я заявляю свои права на найденную мной самку, — торжественно провозглашает наглец. — То есть, на тебя.

Краем глаза вижу, как у козла отпадает челюсть.

Ну это уже совсем. Даже не посчитал нужным хотя бы поинтересоваться моим именем.

Больше всего меня почему-то взбешивает слово "самка". Оно и становится последней каплей.

Передо мной словно падает красная пелена гнева.

Размахиваюсь и отвешиваю наглецу пощечину.

Драконьей лапой, в которую внезапно превращается моя рука.

Хлоп — блондин падает как подкошенный. Вот тебе и "право сильного".

Чвык — удивленно отзывается мелкое болотце, которое не ожидало такую необычную добычу.

— Ик! — икает от неожиданности козёл.

Блондин валяется без сознания. Будто я огрела его тяжёлым бидоном.

Со смесью удивления и ужаса смотрю на свою лапу. Когти, как у хорошего медведя. Только серебряные. А ещё жёсткая металлическая чешуя.

Парень лежит и не двигается. Надеюсь, он в порядке. Хоть я и разозлилась, но не собиралась причинить ему вред. Тем более серьезный и непоправимый.

Мне надо было его остановить. Но не такой ценой.

Опускаюсь рядом, чтобы проверить, дышит ли он. Бьётся ли его сердце. Хочу расстегнуть на нем белоснежную шелковую рубашку.

Точнее, уже не совсем белоснежную, а в болотной жиже.

Но сделать это оказывается непросто — обе мои руки стали лапами. Как бы не расцарапать.

— Да живой он, — недовольно блеет козел. — Это же дракон, что ему сделается?

Но все равно наклоняется и прислушивается к дыханию.

— Ты его просто оглушила, — выносит вердикт. — Поваляется немножко и очнётся. Не бойся, не замёрзнет. Здесь тепло. Да и дракон это, а не какая-нибудь нежная болонка.

Его сварливый тон звучит в точности, как у моего давно покойного дедушки. Что-то в нем успокаивает и помогает настроиться. Делаю несколько медленных вдохов. Когти уменьшаются и втягиваются назад, чешуя тает и словно впитывается в кожу.

— Отвернись, пожалуйста, — прошу козлика.

Скидываю с себя чужой камзол, который мне уже основательно надоел, и надеваю одно из простых и наиболее удобных запасных платьев. Обуваюсь в ботиночки на низком каблуке.

У Алеаны в шкафах была и нарядная одежда. Я сама предпочла собрать только то, что считала нужным. Потому что рассчитывала, что свой багаж придется носить самой. Ведь тогда ещё не знала, что смогу стать большой и сильной драконицей.

Подтягиваю парня за подмышки и укладываю на твердое сухое место. Несмотря ни на что, его надо оставить в безопасности. Чтобы не переживать за чужую жизнь.

Хотя козлик Алик и ворчит, что дракону ничего не сделается, я камзолом накрываю юного любителя заявлять права на "самок".

— Пойдем быстрее к замку, — торопит меня козлик. — Пока этот обалдуй не очнулся и не начал нас преследовать. Тебе надо скорее принять своё наследство. Надеюсь, на него не успел наложить лапу никакой другой дракон.

Он подталкивает меня, заставляет поднять саквояж. И делает несколько нетерпеливых шагов в сторону замка.

— А они могут наложить лапу? — у меня из головы никак не выходит фраза про "ничейные земли".

— Конечно, могут! Я более чем уверен, что этот хлыщ неспроста здесь ошивался. И не удивлюсь, если не только он один. Вполне вероятно, что драконы из разных кланов периодически кружат здесь, как стервятники.

— Кружат, как стервятники?!

Вспоминаю, как местные жители реагировали на мой полёт. Как они в испуге прятались в свои лачуги. И как звонко и радостно кричал малыш: "Он селебьяный!"

Руки непроизвольно сжимаются в кулаки.

— Чужие драконы считали мои земли бесхозными и разоряли их, — не спрашиваю, а утверждаю. — Они обижали мой народ.

— Боюсь, что не только это, — вздыхает козёл. — Возможно, они ждут, когда защита камня окончательно ослабнет, и он признает своим хозяином первого, кто сможет его подчинить.

— Что?!

Мы с Аликом идем в сторону шпилей замка, которые видны вдали. Шагаем настолько быстро, насколько позволяет местность.

— Родовой камень — это особый артефакт, — рассказывает мне козел. — Он не только даёт власть над землями клана. Ты ведь понимаешь, что власть это не просто корона на голове? Власть — это большая ответственность за тех, кто тебе подчиняется.

Глава клана должен постоянно подпитывать родовой камень силой и магией. А камень в свою очередь действует так, что создаёт в определенном радиусе оптимальные условия для жителей.

Он как бы распределяет вложенную в него магию на всех. Почва становится плодороднее, леса гуще, урожаи богаче. Инфекции обходят стороной. Люди и животные быстрее выздоравливают и дольше живут.

Чем сильнее владелец, тем больше магии он может вложить без вреда для себя. И тем лучше будет процветать его край.

Но, конечно, не все драконы достаточно сильны, чтобы поддерживать баланс на своих землях. Ты, возможно, знаешь, что в замке Владыки есть особый камень рода черных драконов. Он позволяет подпитывать силой территории всех присягнувших кланов. Как думаешь, почему Серебряные не оказались под властью Владыки?

Догадываюсь. Они могли существовать автономно. Без чужой силы. Очевидно, предки Серебряного Острокрыла и сами были достаточно могущественны. Но у него родилась только одна бескрылая дочь...

Поэтому он и отдал её замуж за Владыку Даркейна. В надежде, что наследие в будущем окажется в хороших руках.

До слез обидно за Острокрыла и его дочь Алеану.

Незаметно смахиваю слезинки, чтобы козлик не видел их.

— Я предполагаю, что Острокрыл до последнего подпитывал этот камень. Возможно, что даже в ущерб себе, — рассуждает козёл, пока мы продираемся через очередные кусты. — Всё-таки твой отец был уже достаточно стар. Даже по драконьим меркам. Ты у него поздний ребенок.

И сейчас, скорее всего, сила, которую он в последний раз влил в камень перед своей гибелью, уже начала выдыхаться. Поэтому здесь и появляются чужие драконы. Ждут.

— Получается, этот блондин хотел забрать мои земли, чтобы заботиться о них? Может, не так уж он и виноват? Он же не знал, что хозяйка уже спешит домой.

— Не факт, — козел трясет своей бородой. — Через подобные камни можно как подпитать земли, так и иссушить их. Выкачать из них всю жизненную силу без остатка и усилить свою личную магию.

Я была бы рада отрастить драконьи ноги, взвалить козла на закорки и быстро добежать до замка.

Или хотя бы превратиться в дракона и долететь привычным способом.

Получилось же у меня каким-то образом вызвать чешуйчатую лапу.

Но специально, как ни пытаюсь, ничего не выходит.

Меня очень сильно беспокоят слова козла о том, что моё наследство может кто-то присвоить. То и дело мой взгляд устремляется вверх, чтобы проверить, не кружат ли над моим замком драконы-стервятники.

Надеюсь, тот блондин не успеет слишком рано очнуться.

Нет, я не желаю ему зла. Даже несмотря на его наглость.

Но не уверена, что смогу при необходимости так же удачно вырубить его во второй раз.

Мы с козлом торопимся изо всех сил. Настолько, насколько позволяет заросшая местность. Хорошо, что я упала недалеко от замка. Добежать можно примерно за час.

Когда перед нами показываются ворота, у меня вырывается непроизвольный вздох. Добрались.

Пробираемся к ним через колючие кусты ежевики.

— Заперто!

— Конечно же, заперто, — блеет запыхавшийся козёл. — И хорошо! Иначе бы там уже был проходной двор! Давай открывать. В тебе же серебряная кровь. Замок просто обязан впустить нас.

Мой помощник внимательно осматривает тяжелые двери. Даже обнюхивает их, где достаёт по росту.

На них не видно ни замочка, ни скважины для ключа. Просто два огромных массивных дубовых полотна. Абсолютно ровных.

Такой высоты и ширины, что в открытые створки запросто влетит дракон в своей звериной ипостаси.

— Магическая защита вашего рода всё ещё действует, — констатирует Альбус. — К счастью.

— Но как нам самим попасть внутрь?

— Не знаю, — отвечает козёл. — Я ведь не изучал особенности конкретных драконьих родов и их замков. Интересовался только общими аспектами вашей магии. На досуге в качестве лёгкого чтения.

Нормальное такое лёгкое чтение про магию на крови. Особенно, для домашнего животного.

Не знаю, что там был за профессор, который приучил своего питомца к подобной литературе.

Но сейчас я ему благодарна. Потому что он воспитал не козла, а ходячую энциклопедию.

"Кровь, магия крови", — крутится у меня в голове.

Подбираю с земли камешек поострее. Примеряюсь и резко провожу по мизинцу. По всей ладони не рискую. Вдруг будет долго заживать. Да и не хотелось бы занести инфекцию.

Алые капли выступают на нежной коже. Вовсе не серебряные.

Не знаю, правильно ли делаю или нет, но в голову мне не приходит ничего более логичного. Провожу пальцем и оставляю небольшой след крови на деревянном полотне ворот.

Прикладываю руку. Замок кажется живым.

Как будто чувствую, что где-то внутри него бьётся сердце.

— Впусти нас, — шепчу.

На небо набегает тучка, но мы не обращаем на нее внимание.

Сначала ничего не происходит, но потом в глубине ворот что-то щелкает. Налегаю, чтобы сдвинуть их. Тяжёлые.

— А, ну ты и сама всё знаешь, — успокаивается козёл. — Ты ведь дочь Острокрыла. И жила здесь, — он упирается рогами в одну из створок и пытается помочь мне сдвинуть ее. — Петли что ли заржавели? Ну ничего, сейчас как-нибудь зайдём, найдем камень и сделаем все дела. И из нас больше никто никогда не посмеет сделать жаркое.

На словах про жаркое меня внезапно опаляет горячим воздухом.

Оглядываюсь и вижу то, что заставляет меня активнее толкать застрявшую дверь.

Над нами парит огромный синий дракон.

И не просто парит. От недавних кустиков ежевики остался только пепел.

Вот сволочь! Это были МОИ кусты!

Не на ту напал!

Никто не смет покушаться на то, что принадлежит мне!

На мои земли, на замок! На мою свободу! И на моего козла!

Злость придает силы, а сама я как будто становлюсь больше. Перед собой снова вижу не изящные руки бывшей королевы, а чешуйчатые лапы серебряной драконицы.

Опять полуоборот? Очень вовремя.

Налегаю на ворота со всей силы, и они мне всё-таки поддаются. Ржавые петли скрипят, как несмазанная телега.

Козёл что-то отчаянно блеет где-то внизу, но в щель, которая появляется между створками, ныряет достаточно оперативно.

Меня опаляет ещё один поток жара. Синий дракон кружит надо мной, как хищная птица.

Ах ты, скотина крылатая! Портишь мои территории своим прикуривателем!

В моей груди поднимается жар негодования. И я с наслаждением выпускаю его прямо в обалдевшего обидчика.

Кажется, я снова обратилась в дракона целиком. Надо учиться это контролировать.

Потому что теперь у меня минус ещё одно платье. А взяла с собой я их далеко не бесконечное количество.

Во что одеваться-то потом, когда они закончатся?

Внезапно ворота раскрываются полностью. Пролетаю вперёд и шлепаюсь на живот. Невольно демонстрирую синему дракону хвост и большую чешуйчатую попу.

— Ползи, ползи вперёд! — кричит козел откуда-то сбоку. — Скорее!

Один большой рывок, и я в просторном каменном холле. Который по размеру как раз подходит даже более крупному, чем я, дракону.

Козел подпрыгивает и бодает рычаг на стене. Ворота захлопываются прямо перед носом незваного гостя.

— Юху! — кричит мой рогатый друг. — Успели!

Фух.

С облегчением выдыхаю облачко лёгкого дыма.

Теперь надо найти родовой камень.

Но сначала превратиться в человека.

Может, козлик знает и подскажет, как именно нужно сосредоточиться. Если я сделала это один раз, то сделаю ещё. Я уверена.

— Ну, пойдем, будешь принимать наследство, — гордо произносит мой спутник. — А отпрыск сапфирового клана пусть кусает локти! Право сильного заявил, тоже мне! Хоть бы сначала прочитал про него в книжках. Дурачина.

— А что это за право такое?

— Древняя брачная традиция драконов. Если заявил — то должен жениться. Хочешь того или нет. Но если у драконицы есть другие претенденты из числа проявленных драконов, то придется сразиться с ними. И тогда женится сильнейший.

— А если драконица вообще замуж не желает? — спрашиваю и прислушиваюсь, не ломится ли в двери этот так называемый жених.

— Не знаю, обычно они просто ждут, кто победит, и выбирают лучшего, — задумчиво произносит козел. — Ладно, хватит болтать, пора делать дело. Превращаться в человека и искать камень. Где там твой саквояж с платьями?

И тут я понимаю ещё кое-что. Мы так торопились закрыться от незванного гостя, что забыли саквояж. Он остался снаружи. Со всеми вещами и деньгами, которые мне дал Владыка.

Главное, что мы оторвались от преследователя. Потом заберу саквояж, когда улетит этот сапфировый придурок. В замке должна быть одежда. Найду, во что завернуться.

Если же он решит покуситься на женские платья и мои деньги — это будет вообще дно.

Бам-бам-бам — раздается стук в ворота. Заставляет встрепенуться и забеспокоиться.

— Не проберется внутрь? — спрашиваю у козла.

— Не знаю, не должен, — отвечает тот. — Жаль, слабовато ты его огрела. Слишком быстро оклемался. Едва успели.

— Алик, подскажи, а как мне превратиться обратно в человека?

— Ждать, когда израсходуется резерв магии и его не будет хватать на поддержку второй ипостаси. Таким способом, кстати, обычно назад превращаются дети и подростки, которые пока ещё не умеют контролировать процесс, — призадумывается козел. — Либо попытаться помедитировать. В нашей академии был специальный предмет для драконов, где они обучались правильной медитации. Но мой профессор вел другую дисциплину. Поэтому мне не известна правильная техника. Но, может быть, у твоего отца осталась библиотека, и в ней найдется какой-нибудь учебник...

А может и не найдется.

Понятно, придется пока побыть в чешуйчатой ипостаси. Медитировать мне некогда.

— Не переживай, — успокаивает меня козлик. — Навечно драконом ты не останешься. Ещё неизвестно, сколько силы придется влить в камень. Может, резерв как раз и израсходуется.

Замок серебряных оказывается невероятно огромный и до жути пустой. Размерами он явно рассчитан не только на людей, как замок Владыки, но и на драконов.

Мы идем и заглядываем во все двери. Эхо наших шагов и голосов разносится по просторным коридорам.

Сапфировый наглец действительно не смог проникнуть внутрь замка. Хоть это радует.

А вот камня нигде нет.

— Жаль, что ты не помнишь, где ваш родовой артефакт, — сокрушается мой товарищ. — Уж сделать бы дело поскорее и не переживать, что сюда кто-то прорвётся.

Я действительно очень волнуюсь. И не только потому, что в ворота до сих пор скребётся незваный гость. На что только он надеется? Что его впустят?

Где-то в глубине души зреет смутное предчувствие. Похожее на ощущение приближающейся грозы.

Тени вокруг как будто стали немного гуще. И появляется ощущение, словно кто-то из них наблюдает за нами.

Козлик ничего не замечает. Только устало плетется за мной.

Наверное, у меня просто паранойя.

Доходим до одного из залов. Здесь светлее за счёт огромных панорамных окон. Пусть и мутных от пыли.

Но первое, что бросается в глаза — это дракон.

Точнее, каменная статуя дракона. В натуральную величину. Она стоит в середине. Её крылья распахнуты, а в лапах она держит огромный серебряный шар.

Может быть, это и есть наш родовой камень? Или статуя просто украшение интерьера?

Есть только один способ проверить. Хуже не станет.

Ранка на мизинце полностью затянулась при обороте, но я острым когтем сковыриваю одну из чешуек на лапе.

Больно.

Но камень нужно напитать кровью. Прикладываю лапу к серебряному шару.

Даркейн

— Что значит, она не доехала до монастыря?!

Начальник стражников, которых я на рассвете отправил вслед за Алеаной, опускает голову.

Я собирался отправить отряд сразу, чтобы сопроводить карету. Но... забыл.

Дракон совсем одурел. Он ластился к истинной, словно собачонка, и очень хотел сначала выполнить все её желания.

Я пытался приструнить его, но не смог.

Очень плохо, когда звериная сущность берет верх над человеческой. Человек должен контролировать дракона. А не наоборот.

Уже некоторое время у меня с этим...проблемы.

Никто не должен знать о них.

Никто не должен догадаться, что происходит с их Владыкой.

Темные силы побеждены. Мой народ в безопасности. Мне нужно продержаться хотя бы до появления наследника. И передать ему свою силу.

Истинная связь. Это дар. Но в моей ситуации он больше похож на проклятье.

Дракон виляет хвостом и умоляет выполнить всё, что нужно истинной.

Может, на него так влияет ее беременность? И после рождения наследника я снова верну контроль над ипостасью?

У драконов моего рода слишком большая сила. Поэтому мы и оказались способны напитывать чужие кланы, делиться с ними магией.

Чем сильнее внутренний дракон, тем больше магический резерв.

Но никто из моих предков не сталкивался с утратой контроля.

Или они не афишировали это?

Пока что я не чувствую магию маленького дракончика. Но может, в случае истинности она проявляется именно так?

Всё во мне сейчас перекрывает только одно — беременным нельзя отказывать.

Повара в кухне ужасно перепугались, когда я спустился к ним. И клятвенно заверили, что моя истинная обязательно получит то жаркое, которое желает.

Затем всё было как в тумане. Помню только нежные руки Сесилии, которые обвивали меня и её сладкие дурманящие поцелуи.

— Это точно жаркое из говорящего зверя?! — слышится сквозь сон требовательный голосок.

— Да, да, ваша светлость, — дрожит голос служанки.

Но что-то не даёт мне подняться, увлекает обратно в сон.

Всю ночь мне снится прекрасный серебряный дракон. Он легко взмахивает крыльями и летит в небесах, а по земле вслед за ним ползут черные тени.

Даркейн

Просыпаюсь на рассвете и сразу же вспоминаю о том, что надо отправить стражников вслед за бывшей женой. Монастырь не так далеко. Она уже должна доехать.

Но не доехала. Стражники и служанки возвращаются ни с чем.

Я готов рвать и метать.

Эта поганка всё сделала по-своему.

Неужели она подкупила кучера и сбежала?

Не к месту вспоминается ночной сон.

— Ваше Величество, — стражник опускает голову. — Я должен доложить вам ещё кое о чем. Рыбаки на рассвете обнаружили в море обломки кареты с гербом вашего рода.

— Что?!

— Дорогой, — откуда ни возьмись рядом возникает Сесилия. — Нам надо скорее готовиться к свадьбе.

— Иди в свою комнату! — срываюсь на невесту.

Почему она всё время лезет под руку! И всегда невовремя!

— Но твой ребенок должен родиться в браке, — начинает плакать она.

Но мне в этот раз не стыдно. Сегодня эти её слезы вызывают только злость и раздражение.

Алеана себе такого не позволяла. А теперь из-за меня с ней произошла беда.

— Ты будущая жена Владыки или размазня?! — рявкаю на истинную. — Научись брать себя в руки! Срок беременности драконом почти год! Я успею на тебе жениться!

Пусть плачет. Если учитывать, что слезы и так льются из нее почти непрерывно, ребенку пара лишний слезинок вряд ли повредит.

Я должен лично разобраться в том, что случилось с Алеаной.

Нет, не из-за чувств к бывшей жене.

Не только из-за них.

Это мои земли. А она — моя подданная. А я клялся оберегать всех моих людей.

Алеана

— Ну, зато ты теперь снова человек, — козел сдирает ближайшую портьеру и тащит её в зубах, чтобы укрыть меня.

При этом старательно отводит взгляд, чтобы не смущать.

Да, этот серебряный шар действительно камень рода. Не зря мы его нашли на самом парадном месте — в большом зале, в лапах статуи.

Видно, что Острокрыл гордился семейным артефактом власти. Не прятал его по подвалам. И почему-то был спокоен за сохранность.

Камень изголодался. Он буквально пил из меня магию. Резко и много. Но жизненные силы не тронул.

Я стояла и даже руку не могла оторвать от него.

Именно руку, не лапу. Так быстро трансформировалась.

Из-за резкого опустошения резерва кружится голова. В какой-то момент обнаруживаю, что артефакт "отпустил" меня, и я сижу на полу возле лап каменного дракона.

Артефакт вовсю искрится серебром.

Кутаюсь в портьеру, которую заботливо притащил козёл, и осматриваюсь.

Первое, что бросается в глаза — окна в большом зале сияют чистотой. В них льется свет солнца и падает на натертый до блеска паркет.

— От серебряного камня словно прошла волна магии, — козёл аж вытаращивает глаза. — И после всё стало такое чистое и новое! Вряд ли, конечно, хватило на весь замок. Надо посмотреть. Всё-таки ваш артефакт давно никто не заряжал. Но ничего, восстановишь резерв, добавишь в него ещё магии.

Мне не верится. Камень и правда напитался моей силой и заработал!

А ещё я поняла, как можно легко и быстро превращаться назад в человека, если вдруг нечаянно стала драконицей. Просто сливать все излишки магии в родовой камень.

И землям моим польза, и мне не ждать, когда истратится резерв и не наматывать круги на крыльях.

Мне не терпится посмотреть, преобразились ли мои владения.

Поднимаюсь на ноги. Меня пока ещё немного шатает.

Верный козлик подставляет спину. Одной рукой опираюсь на него, а другой придерживаю портьеру, в которую завернулась, как в плащ.

— Самое главное, что камень принял твою кровь и магию, — возбужденно говорит козёл. — Теперь никто не покусится на твое наследство!

А ещё я могу выйти и забрать свой саквояж с оставшимися платьями.

Да, в замке должны остаться наряды матери Алеаны. Или её собственные со времён девичества.

Но драконьи инстинкты требуют забрать мои вещи и золото домой. И как можно скорее. Срочно. У меня всё внутри буквально зудит и чешется от мысли, что сапфировый захватит мои "сокровища".

Какой-то незакрытый драконий гештальт.

А ещё чувствую — новой хозяйке Серебряного замка нельзя прятаться за высокими дверями.

Теперь я полноправная владелица.

Как же защищать свой народ от наглых чужих драконов, если сама буду сидеть и трястись, словно заячий хвост?

Так, голова вроде перестала кружиться. Запахиваюсь в портьеру и иду уже знакомой дорогой.

Интересно, синий дракон ещё там?

— Эй, куда ты? — волнуется козел.

— За платьями, — киваю ему.

Замок пока не успел преобразиться целиком. Обновилась лишь та его часть, что была ближе всего к камню.

Той порции моей силы хватило только на определенный радиус действия.

— Ничего, — цокает позади меня козел. — Потихоньку всё приведем в порядок.

Он с самого начала не в восторге от моей идеи открыть ворота и выйти навстречу сапфировому юнцу. Но вздыхает и идёт следом. Не хочет отпускать одну.

Альбус не понимает главного — мне надоело бояться.

Когда удирала от преследователя — волновалась вовсе не за себя и за свою честь. А за то, что какой-то чужой дракон может добежать раньше меня и захапать моё имущество.

Но теперь об этом можно не переживать.

Иду и ласкового провожу рукой по замшелым стенам МОЕГО замка. Сколько здесь света и воздуха!

Темные тени, которые чудились по углам, отступили. Замок словно раскрылся, а силовой купол над ним заметно посветлел.

Пока мы искали камень, я не всматривалась. Он мне казался обычной тусклой покатой крышей.

Но теперь, когда прохожу открытые пространства, то вижу его легкий магический свет.

Понятно, каким образом замок никого не пускал внутрь.

— Может, сначала поищешь что-то поприличнее в сундуках? — предлагает козлик.

— Долго искать эти сундуки, саквояж точно уведут, пока я их ищу, — отмахиваюсь. — К тому же сапфировый уже видел меня голой. А сейчас я завернута в хорошую непрозрачную ткань. Даже лодыжки прикрыты, на которые он в прошлый раз позарился.

— Лодыжки для драконов-мужчин самое завлекательное, — пыхтит позади козёл. — Науке пока что неизвестно, почему. Есть предположения, что вид этой части тела будил древние инстинкты первобытных ящеров.

Надо связать себе носки. А лучше гольфы. Чтобы не будить ничьи первобытные инстинкты.

Несмотря на всю свою смелость, ворота замка я настежь не распахиваю. Приоткрываю чуть-чуть и выглядываю наружу.

Синего дракона не видно. Это радует. Наверное, понял, что ему тут нечего делать, и решил улететь.

Надо отдать ему должное — мой багаж он не стибрил. Саквояж стоит на месте там, где я его оставила.

Смело открываю ворота, выхожу и беру его.

Но мой слух улавливает какое-то шевеление в ближайшей рощице. Неужели засада?

Прислушиваюсь.

— Это не господин Острокрыл, — тихо говорит мужской голос. — Кто сказал, что видел именно его? Это какая-то девушка.

— Но мы видели серебряного дракона! — звучат наперебой мальчишеские голоса.

— А я видела синего.

— Почему она вышла из замка?

— Это же мисс Алеана! — звонко произносит кто-то. — Мисс Алеана вернулась!

— Не мисс, а миссис! Мисс Алеана замужем за Владыкой!

— Какая разница, главное, что это она, а не чужак!

— Но мы видели Острокрыла!

Видимо, это мои подданные. Они не испугались и добрались до замка.

— Не бойтесь меня! — громко произношу в сторону рощи. — Можете выйти ко мне. Я правда мисс Алеана. Я стала серебряным драконом. Настоящим. И вернулась к вам. Насовсем.

Мои люди боятся чужих драконов.

Зелёных, жёлтых, красных — всяких. Наглые морды всех мастей летали над моими землями и обижали жителей.

Сначала, когда отца только не стало — они не появлялись. Может быть, остерегались Владыку Даркейна, который по логике должен был вскоре принять под своё крыло серебряный предел.

Но Владыка не спешил. А Алеана не могла принять наследство чисто физически. Она же не была проявленным драконом. От нее никто и не ждал этого. Женщины не превращаются. Крох магии, которой они обладают, будет недостаточно, чтобы напитать родовые камни. У них попросту нет нужного резерва.

Хоть и небольшие, но некогда богатые и цветущие серебряные земли без подпитки магией стали потихоньку запустевать. Крупных торговых городов и армии здесь не было. Жители традиционно занимались сельским хозяйством.

И долгое время сами своими силами пытались бороться, с чем могли.

Что было им подвластно — подлатать свои дома, засеять поля и дальше заниматься хозяйством.

А вот против стихий и чужаков, от которых их раньше защищал Острокрыл, они были бессильны.

С запада наступали болота. На южной части, где была основная часть полей, наоборот воцарилась засуха.

На севере с горы сошел огромный обвал. Хорошо, что никто не пострадал. Тот обвал каким-то чудом прошел мимо подгорной деревни.

Возможно, Острокрыл напоследок каким-то образом точечно защитил поселки, влив побольше магии именно в них.

Но я пока не умею настраивать камень, как делал он. Моя магия идёт только по радиусу.

Надо действительно поискать в замке библиотеку, чтобы в первую очередь помочь деревням и посевам.

А с незащищённой горами восточной стороны прилетали драконы.

Они стали появляться не сразу. Поначалу изредка один-два кружили над осиротевшими владениями. Как бы невзначай.

Присматривались.

А потом, видя бездействие Владыки, окончательно осмелели.

Стали шастать, как к себе домой. Вынюхивать под стенами замка.

В сам замок им было не пробраться. Пока камень не выдохся, его магия никого не пускала внутрь.

Но по-хозяйски примеряться к "ничейным" землям им никто не мешал.

Были и те, кто опустился до мародерства.

Поэтому жители и боятся драконов. Они не ждут от них ничего хорошего.

Свою первую аудиенцию с подданными провожу прямо во дворе замка. Пыль в нем я как раз удачно протёрла своим брюхом, когда пыталась скрыться от сапфирового.

Быстренько одеваюсь за ближайшей постройкой, где меня не видно. Хорошо, что синий благородно не стал тырить мой "чемодан". Хоть могу поговорить со своими людьми не в портьере, а в привычной одежде.

Пусть я одета в скромное мятое платье, они смотрят на меня с надеждой.

Приняв наследство, я обязалась их защищать.

И я готова это делать.

На данный момент наши самые основные проблемы — засуха над посевами и соседские офигевшие драконы.

— Альбус, — киваю козлу. — Нужно найти информацию, как вызвать дождь над полями.

А вот как отогнать драконов, надо ещё придумать. Может, в следующее спонтанное превращение первым делом полетать над землями? Показать всем, что серебряный клан восстановил свои права, и другим здесь больше нечего ловить?

Купол над двором замка накрывает огромная тень.

Очередной наглый дракон!

Крестьяне инстинктивно бросаются прятаться кто куда.

Мои руки сами сжимаются в кулаки от гнева.

Широким шагом иду к воротам.

Выхожу наружу и громко кричу:

— Кто посмел нарушить границы моих земель?! Я Алеана, дочь Острокрыла! Я здесь хозяйка!

Но дракона и след простыл. Зато перед воротами лежит свиток.

Козел высовывается в приоткрытую щель и обнюхивает его, как хорошая собака.

— Вроде ядами и зельями не пахнет, — заключает он.

Поднимаю свиток и разворачиваю его. И понимаю, что совершенно не умею читать на незнакомом языке.

Козел сует мордочку в свиток. И вчитывается в вязь чужого почерка.

— Они совсем одурели?! — гневно кричит он.

— Что там написано? — спрашиваю его. — Меня не учили читать, — оправдываюсь.

— Тебя не готовили в преемницы, — понимающе произносит он. — Но придется научиться. Потому что эти драконы вконец ополоумели. Слушай, — зачитывает вслух, — "Глава Рубинового клана шлёт сердечные поздравления новой хозяйке Серебряного предела. И предлагает свою руку и сердце. Отказ неприемлем. В случае отказа ваши земли и вы будете взяты силой".

— Рубиновый клан? Мы же встречали только сапфирового. Как они так быстро...

— По-любому, здесь от всех кланов кто-нибудь отирался и нес вахту. Чтобы сцапать наш замок первыми. И Серебряную драконицу в небе им было сложно не заметить.

Думаю, о разводе Владыки тоже уже знают все. Такое громкое событие происходит не каждый день.

— Это всё очень плохо. Но есть и положительный момент. Сапфировый заявил на тебя право сильного. Есть вероятность, что они передерутся друг с другом. А мы в это время спокойно сделаем свои дела и приготовимся к осаде.

— Как же неудобно делать это копытами! — жалуется козел.

Но кроме него больше некому написать ответ Рубиновому жениху.

Я не умею писать на местном языке. И крестьяне у меня тоже оказались неграмотные. Никого из людей не попросить. Вот и приходится это делать козлу, как единственному, кто владеет письменной речью.

Обязательно надо открыть здесь школу. Можно сделать это прямо на территории замка. Выделить несколько помещений. Все равно пустуют. А учить всех будет козлик.

Неграмотность среди моих подданных необходимо ликвидировать.

Алик с трудом зажимает перо между передних копыт и выводит крупные печатные буквы.

— "Я не могу выйти замуж", — медленно диктую ему.

Перья, чернила и свитки мы с ним нашли в библиотеке моего отца.

И огромное множество книг.

Всё здесь покрыто пылью — радиус моей магии сюда пока не дотянулся.

Я пробовала ещё раз подпитать камень. И поняла, что лучше это делать в виде дракона, когда накопится избыток магии.

Нам с Аликом предстоит найти в книгах информацию по точечному воздействию родовых камней.

Посевам необходим срочный дождь.

Кстати, именно козел посоветовал написать ответ Рубиновому клану.

— Надо известить их о "праве сильного" и настроить на борьбу с Сапфировыми, — подсказал он.

Вот теперь и пишет, сидя на своем хвосте.

А я придерживаю перед ним свиток, который мы расстелили на полу. Чтобы тот не свернулся, пока сохнут чернила.

— Может, напишем покороче, без лишних словесных кружев? — предлагаю.

— Да тут так и получится. Видишь, какие кривые буквы у меня выходят? Я совсем разучился писать, — сетует он.

Наверное, в академии он почаще практиковался.

Почерк у него и правда не ахти. Но не страшно. Главное, донести информацию.

— Я могла бы просто к ним слетать и сказать обо всем лично, — предлагаю ещё один вариант.

— Несолидно, это во-первых, — вздыхает козёл. — А во-вторых, я очень боюсь, что они решат удержать тебя силой. Нет уж, пролетишь над рубиновым замком, сбросишь послание. И домой. Как они к нам, так и мы к ним.

— А как я найду их замок?

— Вместе полетим, я довольно хорошо помню карту.

Алик кое-как дописывает послание.

В ящике стола находим печать Острокрыла, и плюхаем её на свиток, чтобы заверить его. Для пущей важности.

Козёл остаётся в библиотеке, чтобы поискать информацию насчёт камня.

А на меня внезапно накатывает чувство голода.

— Пойду поищу кладовую с провизией, как думаешь, должна здесь быть такая?

— Наверное, да, — задумывается козел. — бывают же продукты, которые можно хранить годами. Поищи. Может, по запаху учуешь? И мне заодно прихвати какой-нибудь травки.

Дракон — магическое существо. Большой резерв магии давал достаточно энергии, питал человеческое тело. Он позволял забыть о голоде.

Но я потратила магию. Сначала это было незаметно, но теперь ощущается.

Без энергии я не смогу обернуться в дракона, чтобы отнести свиток. И камень не смогу напитать.

Замок просторный. Он явно рассчитан на проживание большого количества людей. Скорее всего, раньше в нем было много слуг.

Брожу по коридорам и лестницам. Заглядываю во все двери. В поисках кладовой спускаюсь в подвальное помещение и нахожу просторную купальню. Прямо из стены льется вода. Как родник.

Пью из него горстями.

Кладовую так и не получается найти. Надо хоть травы Алику нарвать. А то он теперь тоже проголодался. Но в замке она не растет.

Только за воротами.

Прежде, чем выйти, сначала прислушиваюсь. Никого не слышно. Крестьяне уже ушли далеко. Летающих драконов тоже не видать.

Открываю двери и выскальзываю наружу.

О, ежевика. Я про нее совсем забыла. Синий дракон спалил не все её кусты. Их здесь много.

Пробую сначала одну ягодку. Вдруг иномирные ягоды ядовитые. Но нет, всё в порядке.

— Леди, простите меня, — раздаётся за спиной.

Замираю над кустом.

Поворачиваю голову и вижу уже знакомого блондина.

— Ты все ещё здесь? — распрямляюсь и бросаю на него ледяной взгляд.

— Я не хотел напугать вас или обидеть, — грустно произносит он.

— Ты пытался захватить и спалить мои владения!

— Простите меня. Это мой дракон чуть не сошел с ума.

Как удобно всё валить на дракона.

— Требую покинуть мои земли. Немедленно, — чеканю каждое слово. — Я запрещаю пересекать мои границы.

— Но я ваш жених, мисс Алеана, — печально произносит он, почему-то рассматривая мой живот. — Я заявил право сильного. И теперь магия велит мне быть возле вас.

— Как тебя зовут хоть?

— Эдриан Сапфировый.

Надо намекнуть ему про соперников. Пусть слетает и сразится. Хоть делом будет занят и перестанет слоняться по моим кустам.

Потому что я пока не представляю, как его выдворить. Грубой силы у меня нет.

Но вроде не нападает. Стоит передо мной весь перепачканный в болотной жиже. Смотрит своими синими глазами и вздыхает то и дело.

Чего он такой нерадостный? В прошлую встречу был поактивнее.

— У меня вас, женихов, вагон и тележка, — говорю ему. — Вот, рубиновые уже успели посвататься.

— Все трое? — вытаращивает глаза.

Трое? Может, там три брата? В свитке был вроде бы только один.

— На всякий случай лети сразись со всеми, — советую блондину. — Право сильного надо же отрабатывать.

— Это кто-то из них отец вашего ребенка? — внезапно спрашивает он.

Даркейн

Интриганка!

Она инсценировала свою гибель! А сама сбежала. Очевидно, с любовником. На берегу много следов лап дракона. Как будто тот некоторое время топтался на месте, прежде, чем улететь.

Запах уже выдохся, а следы остались.

Не слишком большие, это говорит о том, что дракон не слишком крупный. Как будто кто-то из молодняка.

Руки сами сжимаются в кулаки.

Неизвестно, было ли это её спонтанным решением или давно проработанным планом. Зачем тогда она притворялась, что ждёт меня с войны?

Если она это спланировала и просто дожидалась подходящего момента — не проще ли было сбежать раньше, пока я был далеко?

Нет, не проще. Её держала метка. А тут так всё удачно совпало.

Для неё и того, с кем она закрутила

роман в моё отсутствие.

Лживая тварь!

Но почему так больно представлять, как её обнимает другой мужчина?

В голову приходит картина — чужой молодой дракон проводит ладонью по молочно-белой нежной коже моей обнаженной бывшей жены.

Кучера не допросить — он словно канул в воду. Неизвестно, был ли он в сговоре с Алеаной или стал невинной жертвой ее фаворита.

Рыбаки обнаружили обломки кареты. Это та самая карета, в которой Алеана должна была отправиться в монастырь.

Сейчас несколько ныряльщиков прочесывают дно.

Как бы я ни был зол и какие бы версии мне не подкидывало сошедшее с ума воображение, но нужно исключить все версии.

Это действительно могло быть покушение. Возможно, кто-то решил бросить мне вызов, убив бывшую жену Владыки недалеко от замка.

Из-за долгого отсутствия наследника ещё до войны я начал ощущать определенные настроения в кланах.

А теперь, когда моя истинная беременна — может произойти что угодно.

Как же я корю себя за то, что забыл отправить охрану сразу вслед за Алеаной!

Неужели старый вожак действительно потерял хватку...

Сесилия права. Надо срочно жениться на ней.

Но сначала разобраться, что случилось с Алеаной.

— Владыка, — приближается и произносит начальник стражи, — ныряльщики ничего не обнаружили. На морском дне нет ни вашей супруги, ни кучера.

Киваю.

— Что дал опрос местных жителей?

Начальник стражи мнется. Это дурной знак. Обычно ему это не свойственно.

— Что они видели?! — спрашиваю с нажимом.

— Дракона. Его видели крестьяне нескольких ближних деревень. Кого успели опросить мои люди.

— Какого цвета был тот дракон?

— Показания разнятся. Называли разные цвета, от красного до белого. Клановую принадлежность не определить. Но все утверждают — он летел высоко на фоне солнца и что-то нес в лапах. По очертаниям — вроде бы горную козу.

В этой местности не водится горных коз. Не остаётся никаких сомнений. Тот дракон нес Алеану.

Скриплю зубами от ярости.

— Имею смелость предположить похищение, — рапортует начальник стражи.

Похищение или тайный план бывшей жены — не имеет значения.

Кто-то покусился на мою собственность. На моих землях. Дракон внутри меня рычит и требует немедленно лететь и вернуть то, что ему когда-то принадлежало.

Дорогие друзья, вот и завершается первая часть наших приключений. Мы с Алеаной приглашаем вас в продолжение! И готовим сюрприз! ПРОДОЛЖЕНИЕ истории Алеаны РАЗВОД С ВЛАДЫКОЙ ДРАКОНОВ. САМА СЕБЕ ХОЗЯЙКА книга 2 Телеграм канал Ники Астры Группа ВКонтакте Ники Астры указаны в профиле