Наши переводы выполнены в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно.

Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...

Некоторые мужчины считают, что имеют право распоряжаться женским телом. Они думают, что можно делать непристойные замечания, что мы должны чувствовать себя польщенными, когда они хвалят нашу грудь, а не наш ум. Если мы отвергаем их ухаживания, игнорируем их свист и не прыгаем с ними в постель после приглашения на дорогой ужин, они злятся.

Когда на женщину нападают, мужчины всегда сразу спрашивают: во что она была одета, сколько у нее было сексуальных партнеров, не соблазнила ли она его, насколько она была пьяна или под кайфом. По сути, они спрашивают, не сама ли она в этом виновата! Возможно она спровоцировала нападение, говорят они. Как она могла это допустить. Мы сосредоточены на том, чтобы научить женщин, как избежать изнасилования... вместо того, чтобы отучить мужчин от совершения насилия. Какой посыл это несет жертве насилия?

Если она подверглась насилию со стороны мужчины, она должна спросить себя, не стоило ли ей выпить поменьше. Может быть, ей стоило лучше следить за своим напитком, чтобы никто не смог что-то в него подсыпать. Может быть, мини-юбка была слишком короткой. Может быть, ей не стоило вести себя так кокетливо. Ведь именно это ей говорили всю жизнь: что женщина должна вести себя правильно, чтобы ее не изнасиловали. А мужчинам никто не говорит, что они обязаны не становиться чертовыми насильниками.

Поэтому, если женщина подвергается нападению, значит, она чем-то провинилась. Это обязательно EE вина. Переложив всю ответственность за предотвращение изнасилования на женщин, мы создали систему вины, систему, в которой преступники не несут ответственности за свои действия. Это и есть определение культуры изнасилования, и она должна прекратиться.

Пальцы Эмили летали по клавиатуре, движимые ее неиссякаемой яростью. Одного только чтения ежедневных комментариев в ее блоге и подкасте было достаточно, чтобы на всю жизнь запастись вдохновением для таких гневных постов. Точно так же, как и угрожающие твиты, которые поступали почти каждую минуту, и, что еще более пугающе, напечатанные и иногда даже написанные от руки письма. В них ей угрожали пытками, убийством и изнасилованием. И все это исходило от мужчин, которые хотели заставить ее замолчать.

Сегодня вечером у Эмили было свидание. Ее руки замерли над клавиатурой, пока она раздумывала, закончить ли ей последнюю запись в блоге или все-таки начать готовиться к вечеру... как морально, так и физически. Если бы она продолжила писать, то вряд ли была бы в настроении сидеть за ужином с каким-то парнем, смеяться над его глупыми шутками и делать вид, что впечатлена его карьерным ростом.

Она могла бы с таким же успехом отменить свидание и устроиться поудобнее в постели с вибратором и романом Энн Райс, но ей так хотелось мужского внимания. То, что ей иногда просто хотелось почувствовать в себе твердый член, было для нее самым большим позором, и когда она поддавалась этому желанию, она испытывала отвращение к себе. Не то чтобы Эмили никогда не переходила на другую сторону. Какое-то время все шло хорошо, но в конце концов она всегда возвращалась к мужчинам: грязным, волосатым, вонючим, злым, жестоким, высокомерным, похотливым мужикам. Она ненавидела то, как сильно она их любила.

Ее мобильный телефон завибрировал. Это было SMS от Билла, ее кавалера. Он писал, что опоздает в ресторан, потому что в компании у него еще не закончилась важная сделка на семизначную сумму.

Это очень крупный клиент. Если я заключу этот контракт, то мне гарантировано крупное повышение. Но я уже почти закончил. Может, встретимся в 19:30?

Эмили точно знала, что он намеренно выражается неопределенно, чтобы довести ее любопытство до предела. Он хотел дать ей возможность спросить о характере сделки и о том, чем он вообще занимается. Тогда он мог бы похвастаться своей зарплатой. Но ей просто не хотелось играть в такие игры. К тому же, о чем бы они тогда говорили за суши?

Хорошо. До 19:30 :)

Смайлики она обычно использовала только при флирте с парнями. Ее бывшая подруга Сандра, которую Эмили считала спокойной, доминирующей, ультрафеминисткой и лесбиянкой, была бы в шоке. Эмили еще помнила их последнюю ссору, перед тем как Сандра выбежала из дома и из ее жизни. Они только что вернулись с пятикилометрового благотворительного забега в поддержку исследования рака груди и были все еще мокрые от пота. Сандра была в светло-розовом спортивном бюстгальтере, который едва сдерживал ее огромную грудь. Эмили бросились в глаза ее твердые соски, проступающие сквозь ткань, и то, что ее розовые леггинсы были практически прозрачными. Еще на первом свидании Сандра дала ей понять, что любит одеваться сексуально и не принадлежит к числу молодых феминисток, которые отвергают секс. Тем не менее, некоторые из их самых ожесточенных ссор были связаны с часто вызывающей одеждой Сандры.

Сандра была спортивной, но при этом очень фигуристой. Как афроамериканка, ее иногда сравнивали с Сереной Уильямс, если бы та носила бюстгальтер второго размера. Даже в "нормальной" одежде по определению Эмили, которую она носила достаточно редко, она все равно выглядела слишком сексуально. Эмили была убеждена, что Сандра одевается так только для того, чтобы вывести ее из себя. Со временем Эмили перестала с ней спорить и вместо этого давала волю своим эмоциям в Интернете.

Они были дома всего несколько минут, когда Эмили открыла свой ноутбук, чтобы написать в блоге о всех мужчинах-бегунах, которые беззастенчиво пялились на женщин в обтягивающих шортах.

- Эм, я думаю, ты это себе напридумала. Мероприятие было неплохим. Ты будешь выглядеть сумасшедшей.

- Это потому, что ты никогда не замечаешь, когда мужчины смотрят на тебя как на секс-объект! Честно говоря, я думаю, что тебе это даже нравится. Во время всего забега твои сиськи почти выпали из спортивного бюстгальтера! Если ты сама так выставляешь себя напоказ, я не могу винить парней за то, что они на тебя глазеют.

Это было неправильно, и Эмили сразу это поняла. Она пожалела о каждом слове и внутренне вздрогнула, когда произнесла их.

- О, Эм, может, ты права. Может, это и есть причина, по которой меня изнасиловали в 14 лет, а? Наверное, я слишком много себя показывала? Во всяком случае, так сказал лучший друг моего отца, когда срывал с меня одежду и заставлял встать на колени. Кто может устоять перед девушкой с такими сиськами? Вы для этого и созданы.

Слезы текли по ее лицу, но она не выглядела грустной, скорее злой и отвращенной.

- Знаешь, Эм, для человека, который так много пишет в блоге о культуре изнасилования, ты чертовски хорошо умеешь выставлять женщин шлюхами, - сказала Сандра.

А потом она ушла. Это было два месяца назад.

С тех пор Эмили пошла только на два свидания с парнями, с которыми познакомилась через интернет-сайт знакомств. Оба были довольно милыми, и Эмили получила от них то, что хотела: немного утешения, чтобы пережить еще одну одинокую ночь. Но они не произвели на нее особого впечатления, и она сомневалась, что с Биллом будет иначе. Редко когда она интересовалась мужчиной дольше, чем на одну ночь. Тем не менее, Эмили не теряла надежды.

Выбор наряда всегда был для нее утомительным. Обычно Эмили любила носить джинсы и футболки, но иногда надевала белую майку и подтяжки, закатав штанины, и черные ботинки "Doc Martens" на толстой подошве. Черные волосы она зачесывала в кок в стиле 50-х годов, как у Джеймса Дина. Грудь у нее была маленькая и острая, руки и плечи - жилистые, но мускулистые. Она ненавидела свои пухлые губы, потому что толстые губы были в моде, и все, конечно, думали, что они наполнены ботоксом. Ее глаза были слегка миндалевидные и серые, что придавало ей кошачий вид. Эмили легко считалась мужчинами очень красивой, но ее внешность не была достаточно привлекательной для среднестатистического трансгендера.

С прической Эмили ничего поделать не могла, она была такой, какая была. Но в конце концов она все же решила надеть платье и нанести макияж, состоящий из серебристых теней для век, черной подводки и насыщенной винной помады, которая делала ее губы еще более полными. Эмили почти слышала голос своего первого школьного друга, для которого она была "сосудом для члена". Когда однажды ночью он хотел силой заставить ее обхватить губами его маленький розовый член, она попыталась раздавить ему яйца. В отместку он распространил слух, что она лесбиянка. Эмили было все равно, потому что благодаря этому слуху у нее всегда было достаточно "кисок".

Лицо Эмили выглядело изможденным, потому что в последнее время она плохо питалась и слишком часто ходила в спортзал. Ее психиатр считала, что она близка к спортивной анорексии, но тренировки были единственным, что помогало ей отвлечься. Когда она не ходила в спортзал, она лежала всю ночь без сна, размышляя, мучая себя и терзая себя. Она могла заснуть только после того, как полностью выматывала себя. При росте чуть менее 160 сантиметров она считала, что должна быть достаточно сильной, чтобы защитить себя. Она не доверяла мужчинам и не хотела быть беззащитной перед ними... никогда больше.

Эмили достала из шкафа облегающее черное платье с открытой спиной. У нее не было туфель на каблуках, но была пара черных сандалий на танкетке, которые делали ее на десять сантиметров выше. Она посмотрела на себя в зеркало и повернула голову, чтобы рассмотреть свое тело с разных сторон. Она удовлетворенно кивнула. Совершенно подходящая для траха, однозначно.

- Ладно, Билл. Только не разочаруй меня.

- Ты видел задницу этой телки? Надо ее зацепить.

Выходя из бара, Большой Майк поправлял растущую эрекцию, которая уже натянула джинсы, как палатку. Он похотливо посмотрел на пышную зрелую женщину, которая шла перед ними в сторону парковки. Майк был всего 170 см ростом, но прозвище "Большой Майк" он получил из-за того, что его лучшее достоинство было необычно длинным и толстым. Он был одарен, как пивная лошадь, и, к несчастью, столь же умен и образован. Сильный дерматит делал кожу его лица, бледную, как живот рыбы, похожей на лунный пейзаж. Его гигиена, соответствующая гигиене животного, еще больше снижала его шансы с женщинами, и он с удовольствием вымещал свою обиду на других, предпочтительно на представительницах слабого пола. Он откинул с лица густую гриву непослушных черных волос и посмотрел через темные очки "Ray Ban" на женщину с упругой круглой попкой, которая спотыкалась всего в нескольких метрах от него на парковке. Хотя было уже после полуночи, Майк носил солнцезащитные очки в любое время суток. Это была его визитная карточка.

- Да, и сиськи у нее еще отменные. Не надо мне рассказывать, что такая шлюха не согласится на групповуху. Уверен, это не ее первая и не последняя.

Тайни[1], самоанец с дредами до пояса, прозвище которого было довольно ироничным, учитывая его рост почти два метра и вес почти 160 килограммов, последовал за Большим Майком на парковку.

Лицо Тайни с ямочками казалось слишком милым для его массивного тела. Он был единственным трезвым в группе, но после трех тюремных сроков - также самым злобным. С 15 лет он провел много времени в государственных учреждениях за преступления, начиная от умышленного и тяжкого нанесения телесных повреждений и заканчивая... ну, да, сопоставимыми преступлениями.

Его старший брат Пауло, который был почти на десять сантиметров ниже и на добрых 50 килограммов легче, имел совершенно противоположный характер: он был начинающим гитаристом, писал любовные песни и днем работал в банке. Обычно он тусовался с Тайни, чтобы уберечь его от неприятностей. Это была его роль с детства, и столько же времени он проваливал ее. Каждый раз он неизбежно попадал в водоворот безумия, в который втягивали его остальные.

- Да ладно, ребята, оставьте еe в покое. Пойдем обратно и выпьем еще.

- Хватит уже вести себя как девчонка, Пауло, - сказал Большой Майк. - Почему ты всегда все портишь? В прошлый раз, с той азиаткой ты не так-то вел себя. Я даже не люблю азиатских телок, мы их специально для тебя подцепили! Так что не ной, раз мы наконец нашли ту, которая мне нравится. Тайни, можешь угомонить своего брата?

- Расслабься, Пауло. Тебе понравится. Тебе нужно расширить свой кругозор. Посмотри на задницу этой шлюхи! Бля, я бы лизнул ее, - сказал Стэн "Чувак" Дамиано, хлопнув Пауло по спине и подтолкнув его вперед.

Стэн весил добрых 100 килограммов тестостерона, стероидов и мании мужественности, которые распределялись на рост чуть менее 1.80 метра. Он хотел стать бойцом ММА, но, несмотря на четыре года постоянных разговоров, ни разу не ступил на ринг.

Тайни обнял Пауло за плечи и прошептал ему на ухо:

- Давай, братишка, будет весело. Как в школе. Помнишь, как мы тогда трахали всех девчонок?

Пауло, конечно, помнил. Он помнил, как они плакали и умоляли, как Тайни держал их, пока Майк и Стэн по очереди насиловали их... и как он сам, в конце концов, вынужден был сделать то же самое. Позже он всегда убеждал себя, что не хотел причинять им боль, что другие заставили его, и что на самом деле девочки тоже этого хотели.

Он больше никогда не сделает этого, сказал он себе, но каждый раз, когда он думал об их поступках, его брюки становились немного теснее.

- Посмотри на эту шлюху в ее коротких обтягивающих шортах и облегающей майке! Как ты думаешь, почему она так оделась? Ты же не хочешь сказать, что с таким телом и в таком наряде она пошла в бар не в поисках крепкого члена. Она этого хочет. Ты это знаешь, - сказал Тайни.

- Это настоящая мужская дружба, брат. В этом и есть смысл мальчишника! - сказал Стэн.

- Это не весело! Если друзья не могут получить удовольствия. Это не весело! Если друзья не могут получить удовольствия!, - пел Большой Майк своим хриплым, пьяным баритоном.

Остальные скоро подхватили... включая Пауло.

Только не снова.

Тина была сыта по горло придурками, которые приставали к ней каждый раз, когда она выходила из дома в даже слегка сексуальной одежде. Она терпеть не могла, что ей приходилось всегда носить с собой перцовый баллончик и электрошокер на случай, если какой-нибудь козел захочет ее пощупать.

- Эй, красотка!

- Извините, я не заинтересована. Спокойной ночи, ребята.

Четверо парней, которые на нее навалились, были не из худых. Трое из них были чертовски большими, но у таких парней обычно только большие рты. Тина приготовилась к неизбежному потоку оскорблений. Каждый раз, когда она отвергала таких придурков, раня их хрупкое самолюбие, они начинали: Самодовольная шлюха! - Высокомерная сука! - Лесбиянка! - Лизни пизду! - или их личного фаворита: Я все равно не хотел тебя, уродливая шлюха! Просто пытался быть с тобой милым.

Тина залезла в сумочку и достала перцовый баллончик, одновременно вытаскивая ключи от машины из кармана брюк. Она немного перебрала и проклинала себя за то, что не пошла в паб с другом Нейтом. Но она злилась на него за то, что он, скорее всего, изменял ей с той тощей шлюхой с завода, где он работал.

- Эй, если тебе делают комплимент, ты можешь хотя бы ответить. Остановись и поговори с нами.

О-о, вот и началось.

Они были уже ближе, гораздо ближе. Тина ускорила шаг, пытаясь добежать до своей машины. Она была всего в пятидесяти или шестидесяти метрах, но Тина понимала, что они догонят ее раньше. Лучше остаться здесь, на улице, на виду у всех, кто выходит из бара. На всякий случай, если дело зайдет слишком далеко.

- Ребята, я уверена, вы хорошие парни, но у меня есть молодой человек. Так что, как я уже сказала, я не заинтересована.

- A вот в этом ты ошибаешься, - сказал маленький парень в солнцезащисных очках, которого она на каблуках была выше как минимум на пять сантиметров.

Но с обеих сторон его окружали самоанцы, которые были настолько огромны, что закрывали ей вид на паб позади них и, вероятно, делали ее невидимой для всех посетителей паба. Рядом с ними стоял еще один качок с волосатой грудью, который едва мог ходить из-за своих мускулов.

Улыбка на его лице, когда он подошел к ней и она невольно сделала шаг назад, не предвещала ничего хорошего. Это был момент, когда он должен был обрушить на нее всевозможные ругательства. Вместо этого он улыбался, как будто только что услышал лучшую шутку в своей жизни. На самом деле, теперь все улыбались... и бежать было уже поздно.

Тина все еще держала в руке перцовый баллончик, но колебалась. На самом деле они еще ничего не сделали, а их было четверо против нее одной. Она не хотела вступать в драку, которую не могла выиграть. По крайней мере, пока был шанс успокоить ситуацию и, возможно, выпутаться из физической стычки.

- В чем я не права? - спросила она.

Тина на мгновение отвлекла взгляд от маленького парня в солнцезащитных очках и вытянула шею в сторону, чтобы заглянуть мимо огромного самоанца. Может, кто-то выходит из бара, и она сможет дать ему знак, чтобы он ей помог.

Массивный мужчина сделал небольшой шаг в сторону, чтобы заблокировать ей обзор.

Черт! Это нехорошо.

Второй самоанец был поменьше, с правильными чертами лица и нервными глазами. Он казался не таким вовлеченным в происходящее, как остальные, и выглядел так же напуганным, как и она. Тина попыталась установить с ним зрительный контакт, молча умоляя его отговорить друзей, пока те не наделали глупостей.

Но он отвернулся, уставился на бетонный пол и покачал головой, давая понять, что не поможет ей. Она осталась одна.

- Мы не хорошие парни, - ответил парень в очках.

Тина достала из сумки перцовый баллончик и нацелила его на массивного самоанца с дредами. Сначала всегда нужно вырубить самого крупного, так ей всегда говорил отец. Если нападет группа, она должна попытаться сначала вырубить самого крупного из нападавших... заставить их уважать ее, напугать их.

Она выпустила струю перцового баллончика, и крупный самоанец отскочил от нее, потерев глаза и закричав от боли.

- Аааааа! Грязная шлюха!

Она почувствовала удар только тогда, когда он пришелся ей в челюсть, и все на парковке наклонилось в сторону и закружилось.

Прежде чем ее охватила тьма, она еще успела заметить, что ее подняли, как мешок с бельем, и понесли прочь.

Когда Тина пришла в себя, она оказалась на заднем сиденье автомобиля, громкий звук двигателя которого гудел в ее ушах. "Маслкар". "Чарджер" или "Мустанг", может быть, старый "Импала". Она была зажата между огромным самоанцем и крепким волосатым итальянцем. Ее одежда висела лохмотьями, а руки этих типов были повсюду. Они лапали и щипали ее, проникали в ее самые интимные места.

- Пожалуйста, нет! Не делайте мне больно. Перестаньте! Пожалуйста!

Тина дрожала. Слезы текли по ее щекам. От удара челюсть болела и была онемевшей. Губа была опухшей, и она чувствовала вкус крови.

Мускулистый итальянец сжимал ее груди, как будто лепил из глины. Самоанец засунул руку в ее трусики и проник в нее двумя пальцами. Другой рукой он теребил свой короткий толстый член, похожий на пожарный гидрант.

Парень в солнцезащитных очках и самоанец с нервными глазами смотрели в зеркало заднего вида с нескрываемым вожделением, как ее насилуют ее чудовищные друзья.

- Уберите от меня руки!

Она потянулась вниз и вывернула запястье самоанца, чтобы вытащить его руку из трусиков и из себя.

Она не знала, сколько его пальцев было в ней, но чувствовала, будто ее трахает слон. Другая рука схватила ее за горло и перекрыла дыхание. Крепкий итальянец.

- Тебе не стоит так на меня наезжать. Мы можем немного развлечься, и ты даже сможешь получить удовольствие. Многие шлюхи мокнут, когда думают о групповухе с четырьмя парнями. Весь интернет завален этой херней. Такие маленькие шлюшки, как ты, буквально просят об этом. Они даже дают объявления, чтобы найти парней, которые будут трахать их стаей. Ты должна быть нам благодарна!

Водитель в солнцезащитных очках хихикнул.

- Помнишь, как мы ответили на одно из таких объявлений? Какой-то парень искал нескольких парней, которые бы оттрахали его жену. Подарок на годовщину свадьбы или что-то в этом роде. Но я не уверен, что он представлял себе то, что мы с ней сделали.

Теперь смеялся и крепкий самоанец.

- Ха-ха-ха! Парень был так взбешен!

- Точно, и он хотел нас остановить. Мы ему надрали задницу. И трахнули... бутылкой вина, - сказал итальянец.

- И ножкой от стула, и лампой! О Боже, там была кровь повсюду! Он все время кричал, как маленькая шлюшка. Я же ему сказал, чтобы он меня не трогал. Он должен был просто дать мне сделать свое дело, - сказал Тайни.

- Ты не должен пытаться трахать в задницу каждую шлюху, которую мы подцепили. До того, как ты начал долбить ее в задницу, все было хорошо.

Самоанец ухмыльнулся, как озорной ребенок, с ямочками и всем прочим.

- Эй, мне нравится то, что мне нравится.

Крепкий итальянец, все еще крепко сжимая ее за горло, притянул ее к себе, так что кончики их носов почти соприкасались. Его взгляд прожигал ее, как галогенные лампы.

- Как я уже сказал, это может быть незабываемая ночь. Конечно, ты можешь продолжать вести себя как высокомерная маленькая шлюшка, но тогда это может стать последней ночью в твоей жизни. Решать тебе.

Затем он сжал ее еще сильнее, пока Тина не увидела только пятна и не подумала, что снова потеряет сознание.

- Ну, ты будешь теперь сидеть с закрытым ртом и вести себя как хорошая маленькая шлюшка?

Тина, которая теперь не могла сдержать рыданий, ответила кивком. Рука на ее шее ослабла. Она задыхалась, и воздух жeг в сдавленной трахее.

- Ладно, сначала выключи воду. Своим рыданием ты ничего не добьешься. Потом можешь отсосать мне и Тайни, пока мы не кончим. Я бы на твоем месте так и сделал... Тогда мы не будем все четверо трахать твою пизду, а только мои два приятеля. К тому же, ты же только что слышала, что Тайни любит попки. Видишь его член? Наверное, не самый длинный, который ты видела, но зато толстый, как мой предплечье. Так что, если ты не хочешь, чтобы твою задницу растянули так, что в нее можно будет засунуть бейсбольный мяч, я бы на твоем месте уже начала с минета.

Тина посмотрела на опухший член огромного самоанца. Когда он дрочил, член почти исчезал в его руке, но даже толстая, мясистая рука Тайни не могла полностью обхватить его. Она не имела понятия, как взять всю эту штуку в рот, потому что он был толстый, как банка из-под напитка, к тому же ее горло все еще горело от удушения. Но мысль о том, что она почувствует это чудо природы в своей заднице, мотивировала ее попробовать.

- Ладно. Ладно, я сделаю.

Она наклонилась, раздвинула губы и открыла рот так широко, как только могла. Затем она внезапно почувствовала пальцы в своих волосах, которые оттянули их назад, вырвав несколько прядей.

- О нет, я - первый. На случай, если ты сломаешь челюсть или что-то в этом роде, пытаясь горлом трахнуть его монстра. Не хочу остаться с пустыми руками.

Он расстегнул джинсы и вытащил член среднего размера. В этом пенисе не было ничего необычного, но он выглядел злым и фиолетовым... и к тому же принадлежал незнакомцу, который только что похитил ее на парковке и угрожал смертью.

Он заставил голову Тины опуститься на его лоно. Его член вошел в ее рот, а затем все глубже и глубже в ее горло. Он прижал ее так сильно, что ее нос исчез в его густых черных лобковых волосах. Он все еще крепко держал ее за волосы и заставлял ее голову подниматься и опускаться, жестоко насилуя ее пищевод.

Тина не могла дышать. Она снова и снова давилась и сдерживала желчь, поднимавшуюся в горле. Слезы наполнили ее глаза, когда она отчаянно пыталась расслабиться и дышать носом.

Скоро все закончится. Просто делай, что они хотят, тогда они не тронут тебя.

Машина остановилась.

- Мы на месте! - сказал Большой Майк.

- Черт возьми! Я еще не закончил. Подождите, ублюдки.

- Твой член вообще стоит? Все эти стероиды не размягчают его? - дразнил его Большой Майк.

- Нет, если я буду их принимать дальше. Они делают мой член твердым, как сталь, а горло этой шлюхи узкое, как "киска".

- Поторопись! - сказал Тайни.

- Да пошел ты. Я не буду ждать! - сказал Большой Майк.

Скоро все закончится, - подумала Тина. - Тогда все будет хорошо.

Ее вытащили из машины, сорвали джинсы и разорвали трусики... и вдруг твердые, пульсирующие члены вонзились в ее анус и влагалище, а итальянец все еще прижимал ее голову к своему лону и вбивал свой член в ее горло. Тина уже не была уверена, что выживет.

Пока с подбородка Тины капала слюна и она боролась, чтобы не потерять сознание, ее разум на мгновение уплыл в более счастливое время и, безусловно, в более счастливое место. Она была в саду за домом вместе со своей мамой и папой. Ее мать сидела на коленях на подстилке для прополки сорняков и обрезала один из многочисленных кустов роз. Отец стоял напротив Тины, положив ногу на пластиковый футбольный мяч. Тине было девять лет.

- Готова?

Отец бросил ей мяч, и она отбила его, не останавливая. Он быстро вытянул длинные ноги и не дал мячу улететь в кусты роз за его спиной. В отличие от своей чрезмерно усердной дочери, он контролировал мяч, прежде чем отбить его обратно.

Пинать мячи по саду не было любимым занятием Тины, она больше любила типичные девчачьи вещи. Розовый был ее любимым цветом, она обожала куклы и косметику (хотя в этом возрасте ей почти не разрешали с ней экспериментировать) и любила наряжаться. Тем не менее, для нее было очень важно проводить время с отцом... мужчиной, которого теперь не было с ней. Рак убил его пять лет назад.

В этот момент, когда она задыхалась от члена, а ее задница и влагалище горели от боли, она задалась вопросом, скоро ли она снова будет с отцом? Зная, что отец рядом, ее тело наконец смогло расслабиться, несмотря на боль.

Эмили было очень трудно не полюбить Билла. То, что она сначала приняла за типичную мужскую попытку произвести на нее впечатление важностью своей работы и огромной зарплатой, оказалось настоящей страстью к своему делу. Билл работал фриланс-дизайнером и графическим дизайнером в индустрии компьютерных игр. Его компания, которую он основал вместе с несколькими друзьями из колледжа, теперь процветала и получила заказ от крупной киностудии на создание трех анимационных фильмов. Он говорил об этом с сияющим лицом и блестящими глазами.

- Хорошо, и как все это происходит?

- Ну, они присылают нам сценарий, проводят кастинг актеров и режиссера...

- В мультфильмах есть режиссеры?

- Конечно. Его видение определяет, что мы и актеры должны делать. Он решает, как будут выглядеть персонажи и декорации, под каким углом будет все рисоваться. Иногда приходится выбрасывать часы графической работы, потому что режиссеру просто не нравится.

- Это должно быть очень разочаровывающе.

Билл пожал плечами и улыбнулся.

Его улыбка была приятной, мягкой, теплой и искренней.

- Это часть работы. Каждый новый старт заставляет нас быть еще более креативными в следующий раз.

Он сделал глоток вина. "Шардоне". Тот факт, что он не заказал пиво, был еще одним плюсом в его пользу. Он протянул обе руки через стол, взял одну из ее рук, нежно погладил ее и осмотрел, как редкий драгоценный камень. Затем он посмотрел ей прямо в глаза. Его большие карие глаза были полны радости. Он снова посмотрел на свои руки и, казалось, заметил, как странно ласкать руку незнакомой женщины. Он быстро отпустил ее и снова положил руки на колени.

- Итак... э-э... чем ты занимаешься?

- Я - блогер. Веду блог о феминизме.

- Правда? Вау, это круто. В колледже я посещал много лекций по женским исследованиям. Мне это всегда казалось очень интересным, и я считаю себя феминистом.

- Правда?

- Абсолютно. Игровая индустрия - это настоящий патриархат. Большинство разработчиков игр - мужчины. То же самое и в руководстве. Администраторы? Все мужчины. И это не случайно. Женщин специально исключили. В нашей команде только одна женщина-инженер DevOps, и мне пришлось по-настоящему бороться за то, чтобы ее взяли, несмотря на то, что она более опытна, чем кто-либо другой в нашей маленькой компании гиков. Это действительно отвратительно. Она однажды пожаловалась, что все женщины в играх сексуализированы, у них большие сиськи и откровенная одежда, ну ты понимаешь, или даже хуже... Вспомни серию "Grand Theft Auto", где 99 процентов женских персонажей - это ничто иное, как полуголые шлюхи. Знаешь ли ты, что есть игра, в которой можно остановиться на тротуаре рядом с женским персонажем? Она садится в машину, едет с тобой в уединенное место и совершает сексуальные действия с твоим персонажем. Пока она это делает, твое здоровье восстанавливается, так что... Это не только негативное изображение женщины как таковой, но и прославление проституции. Когда эти персонажи заканчивают, они выходят из машины, а у твоего персонажа в кармане становится меньше денег. ли , что большинство игроков, которые так поступают, затем убивают женских персонажей? Они либо выходят из машины и забивают их до смерти, либо просто сбивают с ног. Какой посыл это несет?

Эмили только смотрела на него во время этой экскурсии. Он кашлянул и вернулся к теме.

- В любом случае, моя коллега пожаловалась на роль женщин в играх, после чего все мужчины в комнате набросились на нее. Они назвали ее "радикальной феминисткой" и "амазонкой социальной справедливости", - как будто это что-то плохое.

- Это название моего блога.

- Как это? Типа "Что-то плохое"?

- Нет, хотя это было бы довольно запоминающимся. Блог называется "Радикальная феминистка".

- Hе может быть! Это же здорово!

- Ты его читал?

Если бы он был читателем, это было бы почти слишком хорошо, чтобы быть правдой. К сожалению, такой милый парень, скорее всего, попал бы в ее список друзей.

- Нет. Никогда не слышал, но можешь быть уверена, что теперь я это исправлю.

Эмили вздохнула с облегчением. Билли не сказал ничего плохого, но для Эмили это была не новая ситуация. Это моглa быть просто чушь, чтобы затащить ее в постель, а завтра он будет гордо шагать в свой офис и придумывать новую шлюху для игры, взяв Эмили за образец: "Секс на первом свидании".

- Как, если позволишь спросить, зарабатывают деньги на блоге?

Эмили кивнула, делая глоток вина. Она тоже заказала бокал "Шардоне".

- На рекламе. Магазины одежды. Средства по уходу за волосами. Диетические компании. Косметика. Йога-студии. Всякое такое. Есть десятки компаний, которые заинтересованы в целевой аудитории моего блога... в основном одинокие женщины от 20 до 55 лет.

- Ты когда-нибудь была замужем?

Эмили посмотрела на него с насмешкой. Брак - это рабство.

- Я не из тех, кто создана для брака. А как у тебя?

Билл покачал головой, отвернулся, а затем посмотрел на нее слишком искренне.

- Я просто еще не встретил ту самую, - ответил он.

Он снова взял ее за руки и устремил взгляд на Эмили. Наверное, сейчас она должна была почувствовать себя "той самой" и изо всех сил стараться доказать ему это. Она изо всех сил пыталась сдержать смех, но в конце концов отвернулась и закашлялась в салфетку, чтобы не рассмеяться ему в лицо. Все это становилось скучным и предсказуемым. Билл ничем не отличался от других мужчин. Не было смысла зря затягивать это свидание.

- Ладно, Билл. Я встретилась с тобой сегодня вечером, потому что хочу секса. Билл, ты хочешь переспать со мной?

Он раскрыл рот и глаза. Медленно кивнул и выглядел так, будто не был уверен, что это был тест.

Она уже знала, как он будет думать: если мужчина ответит положительно, то она будет знать, что он хочет только секса и, следовательно, не тот тип мужчины, которого она ищет. Однако, если это не был тест, она восприняла бы отрицательный ответ как оскорбление и признак того, что у парня не хватает мужества.

- Хорошо. Тогда давай пропустим остальную болтовню и суши и пойдем ко мне домой. Ты не против, Билл?

- Э-э... к... конечно. Конечно.

- Хорошо, тогда иди заплати. Я буду в черном "Форде Бронко". Просто езжай за мной.

- Чувак, у нее задница чертовски узкая! - сказал огромный самоанец, агрессивно обрабатывая прямую кишку Тины, используя в качестве смазки не более чем слюну и ее собственную кровь.

Его толстый член жестоко разрывал ее прямую кишку.

Тина инстинктивно отдернула рот от пульсирующего члена Стэна, когда он случайно ослабил хватку на ее волосах. Она закричала во всю силу... от страха и боли. Ее крики были оглушительными даже для нее самой, но поблизости не было никого, кто мог бы их услышать.

Маленький белый парень в солнцезащитных очках лежал под ней и трахал ее вагину членом, который, хотя и не был таким толстым, как у самоанца, но зато был более чем в два раза длиннее. Он бил ее по внутренностям, как удар в живот. Она чувствовала, как ее органы смещаются под его толчками. Плоть между ее задним проходом и вагиной начала разрываться.

- Перестань! Перестань! Пожалуйста, перестань!

Тина барахталась и царапалась, но когда крепкий итальянец снова заткнул ей рот своим членом, она не осмелилась укусить. Страх сделал ее покорной. Она делала то, что от нее требовали, лизала и сосала, брала его скромный член так глубоко в горло, что у нее начался рвотный рефлекс. Если бы она смогла заставить его кончить, по крайней мере, эта часть пытки закончилась бы. Тогда она снова смогла бы дышать и кричать... может быть, на этот раз достаточно громко, чтобы кто-нибудь услышал и помог ей.

Поблизости она не заметила домов, скорее, они находились посреди обширных полей кукурузы и проса. Несколько миль назад они проехали мимо скотоводческой фермы, но фермерского дома она не видела.

Вдали светились огни нефтеперерабатывающего завода, но он был слишком далеко, чтобы кто-то мог услышать ее крики.

Она была одна и могла либо бороться, либо позволить изнасилованию продолжаться и надеяться, что это все, что эти парни хотели. Они были огромны, но у всех мужчин были уязвимые места.

- Аааааа! О, блядь! Я кончаю! Вот так, сука! Проглоти все! Тебе нравится, да?

Когда крепкий итальянец кончил густыми струями, рот Тины наполнился спермой, которая брызнула ей в горло, заставляя ее давиться и кашлять. Он прижал ее голову еще сильнее и засунул член еще глубже в ее горло, продолжая кончать. Тина не могла дышать. Она запаниковала.

Из-за боли от проникновения двух ненормально больших членов и рвотных позывов от пениса, продавливающего ее миндалины, Тина поняла, что о послушании не может быть и речи. Она не могла больше терпеть.

Итальянец вытащил свой уменьшившийся член из ее рта, и Тина изрыгнула отвратительную сперму насильника. Его грубый, злобный смех еще больше разжег огонь ярости Тины. Затем он поманил к себе меньшего самоанца с робким выражением лица.

- А теперь ты. Эта шлюха может сосать члены, как будто она для этого родилась!

Самоанец с нервным взглядом осторожно подошел к ней. Он все еще не мог смотреть ей в глаза. Затем он расстегнул штаны и вытащил свой твердый член, который был едва ли длиннее десяти сантиметров.

Тина покачала головой, когда он приблизился к ее лицу.

- Нет! Нет! Прошу!

Итальянец дал ей сильную пощечину, громкий хлопок которой эхом разнесся в тишине.

- Давай. Обещаю, это не займет много времени. Быстрее отсоси, и мы отпустим тебя.

- О, черт, я сейчас кончу!

Огромный самоанец крепко сжал бедра Тины своими мощными руками и стал толкать ее еще сильнее.

Тина потянулась назад и попыталась освободить бедра от его рук. Она чувствовала, будто ее разрывают пополам. Она стояла на четвереньках, маленький парень в солнцезащитных очках лежал под ней, а высокий самоанец на ней. Она вонзила ногти в лицо в очках и попыталась оторвать кусок его щеки.

- Ааааа! Сними с меня эту шлюху!

Затем она начала лягаться и нанесла несколько ударов в живот и пах самоанца. Когда он наклонился вперед, она с громким хлопком освободилась от его члена. Из ее ануса сразу же хлынула струя красно-коричневой жидкости, которая стекала по ее бедрам на парня в солнцезащитных очках, лежащего под ней.

- Блядь! Эта шлюха только что обосрала меня!

Массивный самоанец держался за раненные яички и отвалился в сторону, его эрекция ослабела, так и не достигнув кульминации.

Тина бросилась бежать и промчалась мимо меньшего самоанца, который стоял с разочарованным выражением лица и членом в руке. Итальянец, все еще с брюками на лодыжках, пытался одновременно подтянуть их и бежать, чтобы догнать Тину. Поскольку его координация оставляла желать лучшего, он упал лицом вниз, ударился подбородком о камень размером с кулак и прикусил язык.

Тина не оглянулась. Она мчалась по кукурузному полю так быстро, как только могли нести ее ноги, решив удалиться как можно дальше от своих четырех насильников, мчась к огням нефтеперерабатывающего завода.

- Не могу поверить, что эта шлюха ускользнула от вас! - крикнул Стэн своим трем друзьям.

- Она ударила меня по яйцам! Ты просто стоял и смотрел. Что ты там ноешь, Стэн? По крайней мере, ты кончил! - сказал Тайни, дуясь. - Она раздавила мне яйца, когда я уже почти кончил! Черт, я чуть не блеванул.

- Да? И что? Посмотри на мой гребаный подбородок! Я истекаю кровью, как зарезанная свинья!

- Нахуй твой подбородок, посмотри на мое лицо! Она чуть не выцарапала мне глаза! Эта шлюха пыталась съесть мое лицо!

Кровавые полосы тянулись от лба Большого Майка до левой щеки, где ногти женщины разорвали ему кожу. Царапины доходили даже до правого века. На самом деле он едва не лишился глаза. Укус на подбородке повредил кожу, но не коснулся мяса.

- А ты где был, Пауло? Она пробежала прямо мимо тебя, а ты и пальцем не пошевелил!

- Я... Это произошло так быстро. Я не успел среагировать.

- Чушь, тебе с самого начала не хотелось. Ты, ублюдок, дал ей уйти, - сказал Большой Майк, подойдя к Пауло вплотную.

- Отойди от моего брата, Майк.

- Ты же сам видел! Он ничего не сделал! Этот ублюдок просто пропустил ее мимо себя.

- Майк, я сказал, отойди от моего брата.

Майк сдался, поднял руки, повернулся и ударил кулаками по капоту машины.

- Хер с ним, с этим спором. Далеко она не убежала. В машину! - сказал он.

Когда остальные сели, он уже сидел за рулем и завел двигатель. Он направил машину с ревущим мотором в сторону кукурузного поля. С нажатой педалью газа машина пронеслась сквозь кукурузу, стебли которой отскакивали от лобового стекла. Майк беспокоился, что она может сломаться, но не сбавил скорость.

- Вот она, сука!, - крикнул Стэн, указывая на обнаженную фигуру в ярком свете фар.

Женщина закричала, свернула в сторону и побежала зигзагами по кустам кукурузы, чтобы уйти от преследователей. Каждый раз, когда она поворачивала, Майк делал то же самое. Она двигалась как квотербек, уклоняясь от защитников соперника, но она замедлялась, и ее финты становились предсказуемыми. Она попыталась пробежать мимо машины в противоположном направлении, но Майк предвидел это и направил машину на нее. Она ударилась о бампер и упала на капот.

- Черт, старик! Я думаю, ты ее убил! - закричал Стэн.

- Нет, еще нет.

Майк переключил коробку на "парковку" и вышел из машины. Женщина истекала кровью на капоте, а там, где ударилась головой, осталась большая вмятина. Она была еще жива, хотя и в полуобморочном состоянии, и одна из ее рук была согнута за спиной. Белая кость руки торчала из ее трицепса. Между губами пузырились кровавые пузырьки. Тем не менее, она все еще пыталась выбраться с машины и встать. Майк схватил ее, перевернул на спину, взобрался на капот и расставил ноги над ее грудной клеткой. Он бил ее снова и снова со всей силы, от чего ее голова подпрыгивала на капоте.

Ее разбитые, опухшие губы кровоточили, нос был сломан и полностью разбит. Ее глаза были лишь двумя щелями между набухшими гематомами. Из ушей текла кровь.

- Черт, теперь мы не сможем ее трахнуть, - сказал Тайни.

- Если тебе нравится трахать трупы, то можешь. Шлюха мертва. Давай убираться отсюда. Майк! Она мертва, чувак. Перестань, пока не поранил себя, - сказал Стэн.

Майк перестал бить женщину, когда наконец осознал, что она больше не шевелится, не стонет и не дышит. Он посмотрел на свои костяшки, которые были теперь в крови и опухшие. Его руки дрожали. Лицо и одежда Майка были в брызгах крови.

Он отпустил женщину, которая соскользнула с машины и с глухим стуком упала на землю.

- Мы хотели ее трахнуть, а не убить. Черт, Майк! Тебе всегда все должно закончиться дерьмом?

- Я бы не убил эту шлюху, если бы она не сбежала от твоего слабака брата.

- Я... я не давал ей уйти. Она была у вас.

- Да похуй. Не стоит ссориться из-за такой ерунды. Мы еще не закончили, а ночь еще длинна. Просто найдем другую шлюху для траха. Не проблема, - сказал Стэн. - И на этот раз ты будешь первым, Пауло.

- Как насчет этой ненавидящей мужчин феминистской шлюхи, которую мы хотели трахнуть? Ты же узнал ее адрес пару недель назад, да? Она же живет где-то поблизости? - спросил Тайни.

- Чувак, она живет примерно в 20 милях отсюда, - ответил Большой Майк.

Стэн пожал плечами.

- У нас еще есть планы на сегодня? Мы можем быть там через полчаса. У тебя есть адрес в телефоне?

Большой Майк кивнул.

- Я послал ей фото своего члена и на прошлой неделе письмо с фотографией, на которой куча мужиков кончают на лицо какой-то шлюхи, которая выглядит точно как она. Я написал ей, что она следующая.

- Ладно, давайте поехали!, - сказал Стэн. - Ты же уже подготовил и разогрел ее.

- Ладно. На хер все. Сегодня же мальчишник, черт возьми!

- Точно! Мальчишник! Внимание, шлюшки, мы едем!, - сказал Тайни.

Они снова сели в "Импалу".

- Давайте сначала где-нибудь остановимся и купим пива, - предложил Тайни.

- На хрен пиво. Давайте купим водку или виски, это будет еще лучше!

Пауло молча сел на пассажирское сиденье. Его мрачное предсказание о том, как пройдет вечер, было ясно читаемо по его подавленному выражению лица. Он задался вопросом, пустят ли его хотя бы в одну камеру с братом, когда их всех поймают и запрут. По крайней мере, Тайни не даст никому сделать его тюремной шлюхой. Единственная проблема заключалась в том, что Тайни заставит его смотреть, как он насилует других заключенных, а, зная своего брата, ему, скорее всего, придется участвовать.

- Слушайте, ребята, я очень устал. Давайте сегодня вечером отдохнем, - предложил Пауло.

- Черт, нет! Ты будешь участвовать, блядь, иначе тебя сегодня ночью изнасилуют, - пригрозил Майк.

До конца поездки Пауло не проронил ни слова.

Ванная была теплой и расслабляющей, идеальное завершение идеального вечера. Эмили по шею погрузилась в ванну, наполненную водой с ароматом лаванды и ромашки. Чтобы расслабить мышцы, она добавила несколько капель эвкалипта. В состоянии между сном и бодрствованием она дрейфовала в ванне. Уставшая, но довольная.

Ароматические свечи в ее крошечной ванной усиливали запах лаванды настолько, что он был едва терпимым. В соседней спальне через акустическую систему с объемным звуком ее iPod играл струнную музыку современного композитора, который сочетал рок, техно и хип-хоп с классическими скрипками. Эта смесь производила головокружительный эффект, и Эмили чувствовала себя как под ЛСД. Все ее чувства были одновременно обострены.

Билл оказался намного лучше, чем она ожидала. Ее оргазмы, а их было несколько, были трансцендентными, почти духовными. Стоило подумать о том, чтобы продолжить встречи с Биллом, хотя все началось с того, что он хотел трахнуть ее в миссионерской позе.

Эмили меньше всего нравилась эта поза, потому что она отдавала всю власть мужчине. Она предпочитала сидеть сверху и скакать на его эрекции, пока не была полностью удовлетворена. Она использовала его, пока он лежал без сил под ней. Мужчины обычно не жаловались на это. Они просто лежали и любовались видом женщины, которая делала всю работу. Эмили не думала о том, чтобы баловать их, она знала, чего хочет и как этого добиться, и брала ситуацию под свой контроль, чтобы получить желаемое.

Когда она только начала засыпать, зазвонил телефон. Она потянулась к мобильному, лежавшему на столешнице рядом с ванной, стараясь не намочить его.

Затем она подняла его, чтобы посмотреть, кто ей звонит в такое время. Сандра. Эмили вздохнула, испытывая одновременно радостное возбуждение и недоверие и подозрение. Почему она звонит мне сейчас, после нескольких недель? И почему так поздно вечером? Это заигрывание?

Она вытерла руки полотенцем, прежде чем ответить на звонок.

- Привет, Сандра.

- Э-э... Привет, Эм, это я.

- Я знаю, поэтому я и сказала "Привет, Сандра". Я обычно не так приветствую незнакомых людей. Почему ты звонишь?

- Эм, черт, ты не можешь хотя бы на минуту перестать защищаться и быть милой? Я просто подумала о тебе и решила позвонить. Никаких скрытых мотивов. Я просто скучаю по твоему голосу.

- Я очень хорошо снизила защиту, Сандра. Помнишь? А ты меня бросила. Так что не злись на меня, если я немного защищаюсь.

- Послушай, я не звонила, чтобы ссориться, Эм, я просто хотела узнать, как у тебя дела.

Эмили не знала, что ответить. Она прекрасно понимала, что разрушила их отношения. Иногда она просто была слишком резкой. Но все же: это была Сандра, которая решила уйти. Это была ее решение не принимать извинения Эмили, не перезванивать ей и не отвечать на ее письма. А еще был Билл.

Это была отличная ночь, но точно не начало отношений. В мире Эмили мужчины были только для секса, а не для любви. Она собиралась держать его рядом только для этого. А Сандру она любила, и эту любовь она не могла просто отрицать или отбросить. К тому же Билл, возможно, не переживет эту ночь.

- Хочешь зайти? - нарушила тишину Эмили.

- Правда? Сейчас?

- Да, сейчас.

- Я не поэтому позвонила. Я не хочу, чтобы ты думала, что мне нужен только секс.

- Мне все равно, почему ты позвонила, Сандра. Я тоже скучаю по тебе. И не усложняй ситуацию. Приезжай, но дай мне немного времени, чтобы прибраться. В квартире ужас.

В трубке послышался смешок.

- Уборка никогда не была твоей сильной стороной. Полчаса?

- Лучше час.

- Хорошо. До скорого.

- До скорого.

Разговор закончился, и у Эмили в животе затрепетали бабочки. Она чувствовала себя как девственница на выпускном балу. Она вытащила пробку из ванны и задула ближайшие свечи. Эмили предстояло много работы, чтобы скрыть следы присутствия мужчины в доме. Эту часть своей сексуальности она предпочитала держать в секрете - даже от женщины, которую любила.

Сандра вздохнула с облегчением, что Эмили просто не повесила трубку. С тех пор, как она набралась смелости позвонить, ее сердце не могло успокоиться и билось как сумасшедшее. Был пятничный вечер, и ее одиночество в конце концов заставило ее позвонить. Прошло два месяца с их последнего разговора, и с тех пор она думала об Эмили почти каждый день. Но что, если Эмили откажется ответить или, что еще хуже, возьмет трубку и скажет ей, чтобы она больше никогда не звонила? Дело в том, что это Сандра бросила Эмили. Если она позвонит ей сейчас и получит отказ, это может усугубить боль от потери Эмили.

Сандра покачала головой и рассмеялась над собой. Вот она сидит и размышляет о всех возможностях, ни одна из которых не реализовалась. Эмили не повесила трубку, а даже пригласила ее к себе, чего Сандра надеялась, но не ожидала. Она скорее представляла себе что-то вроде обмена мнениями о том, чем они обе занимались последние два месяца, а затем, возможно, приглашение на настоящий разговор в кафе или где-нибудь еще: на нейтральной территории, чтобы хотя бы восстановить их дружбу. На более интимные отношения, надеялась она, дело дойдет при следующей встрече.

Но нет, пришло прямое приглашение, и Эмили даже призналась, что тоже скучает. Разговор по телефону не мог пройти лучше, и все же сердце Сандры по-прежнему билось быстро и тяжело, потому что нервы заставляли кровь циркулировать в ее теле быстрее.

Сандра сидела на краю кровати. С момента расставания с Эмили никто другой не входил в ее спальню. Конечно, она приглашала других женщин в свой дом и с некоторыми из них немного целовалась на диване, но дальше нежных поцелуев и взаимных ласк через одежду дело не доходило. Девушки были милыми, но они не были Эмили, и чем дальше она с ними сближалась, тем яснее ей становилось, что она скучает по прикосновениям Эмили. Когда она осознала, что через час сможет снова насладиться этими прикосновениями, пусть даже в виде давно назревшего объятия, она снова улыбнулась. Это было началом восстановления их отношений... если только Эмили не пригласила ее к себе только потому, что...

Сандра покачала головой и приказала своему мозгу не строить догадок о том, что может произойти между ними. С восторгом она почувствует объятия Эмили и ласкающие ее язык. О, как ей хотелось бы услышать тихие стоны Эмили и ее сладострастные бормотания, когда она проведет одним или двумя пальцами по ее мокрой щели, прежде чем Эмили схватит ее за ягодицы обеими руками и притянет к себе. Она хотела бы смотреть, как Эмили смотрит на нее между ее раздвинутых ног, уткнувшись лицом в ее промежность, пока она ласкает языком ее возбужденный клитор и глубоко вводит в нее пальцы. Сандра заерзала на стуле и снова рассмеялась над собой.

- Хватит мучить себя, девочка. Шаг за шагом!

Она снова начала торопиться с выводами, ведь в конце концов она знала, что сегодня ночью может не быть даже объятий - хотя это казалось крайне маловероятным, учитывая, что во время их отношений они не могли оторвать друг от друга рук. Затем ей пришла в голову еще одна мысль: Эмили сказала, что скучает по Сандре, но не уточнила, в каком смысле. Что, если она просто скучала по разговорам с ней, как с подругой? Помимо всего этого секса, они часто хорошо разговаривали. Что, если она хотела этого только потому, что уже давно встретила другую женщину? Эмили была привлекательной женщиной. Сандра бросила ее, так что вполне возможно, что она просто хотела избавиться от части этой боли.

- Хватит мучить себя! - снова сказала себе Сандра.

Она слишком много думала о том, что могло бы случиться и что могло произойти с тех пор, как они расстались. Это не помогало успокоить ее неровное сердцебиение.

- Сегодня вечером, - сказала она, - сегодня вечером нужно делать только маленькие шажки. Один маленький шаг за другим. Не беги туда, как слон в посудную лавку, и не разбей все, прежде чем у тебя появится возможность залечить старые раны... - oна замолчала и несколько раз глубоко вздохнула. - Кроме того, тебе нужно наконец решить, что ты будешь надевать, - закончила она.

Учитывая то, что вызвало их последнюю ссору, это был важный вопрос. С одной стороны, она должна была одеться как обычно, чтобы показать, что она все та же. С другой стороны, она хотела вернуть Эмили и знала, что есть риск, что та расстроится из-за одного из ее обычных нарядов.

Сандра подошла к большому шкафу в углу комнаты.

Все эти необходимые решения.

Когда машина Сандры свернула на частную подъездную дорожку, фары осветили спальню Эмили. Та только что закончила убирать кровать и спрятала секс-игрушки, которыми она доводила Билла до восторга и ужаса. На первом свидании не многие женщины сразу бросают на стол страпон, особенно такого дизайна, какой предпочитала Эмили. Но когда они сразу же поменялись ролями, она сразу дала понять, что она здесь главная и будет делать то, что хочет.

Двигатель был выключен, а затем и фары. Через несколько секунд Сандра выйдет из машины и вскоре постучит в ее входную дверь - этим тихим, мягким стуком костяшками пальцев, от которого Эмили всегда дрожала от радостного ожидания.

- Типично для Сандры, - пробормотала Эмили, взглянув на цифровые часы, стоящие на тумбочке.

С момента звонка Сандры прошло всего 40 минут. Вот тебе и час. Но это было действительно типично для нее, потому что она почти всегда приходила рано - что редко бывает для женщины, как бы Эмили ни ненавидела соглашаться с этим клише: женщины всегда опаздывают. Но независимо от того, соглашалась она с этим или нет, были веские причины, по которым это клише даже попало на сайт в начале ее блога:

Быть женщиной - это тяжелый труд. Прежде чем отмахнуться от этого, как от самобичевания, прочитайте, пожалуйста, до конца, чтобы понять суть. Быть женщиной - это тяжелый труд, потому что мужчина просто надевает футболку и джинсы и выходит из дома, а женщина должна "привести себя в порядок". Нам приходится проводить настоящую военную операцию, чтобы все подготовить: себя, дом и (если есть) детей. У меня самой детей нет, но я говорю не только от своего имени, но и от имени всего женского населения.

Например, если мы хотим пойти вечером куда-нибудь, то обычно все происходит следующим образом: сначала нам нужно найти няню. Вечером мы должны покормить ребенка, подготовить его ко сну, уложить спать, дать няне необходимые инструкции, в том числе список телефонных номеров, который мы заранее подготовили. Между делом мы еще должны решить, что надеть, помыть голову, принять ванну, побрить ноги и надеть запланированный наряд. И все это, заметьте, в то время как мы уклоняемся от возможных приступов рвоты ребенка и следим за тем, чтобы все, что мы надеваем, было чистым. Когда мы почти готовы, приходит наш партнер и просит погладить ему рубашку, потому что мужчины, похоже, считают, что им не нужно переодеваться, пока они не будут абсолютно уверены, что женщина готова выйти из дома.

Запись в блоге продолжалась дальше...

Эмили запаниковала, потому что знала, что через несколько секунд в дверь постучат, и быстро подняла набитый спермой Билла презерватив, который они оставили рядом с цифровыми часами. Она схватила разорванную пластиковую упаковку и побежала в ванную, где завернула презерватив вместе с упаковкой в бумажную салфетку и засунула деликатный пакет на дно мусорного ведра рядом с унитазом. Чтобы Сандра ни в коем случае не обнаружила его, она накрыла мусор еще несколькими бумажными платочками, прежде чем закрыть крышку мусорного ведра. Затем она с удовлетворением вернулась в спальню.

Прикроватные тумбочки были вытерты, кровать застелена, на полу не было нижнего белья, секс-игрушки были чистые и убраны, стаканы в посудомоечной машине на первом этаже, и... кто-то постучал в дверь. Все выглядело нормально.

Улыбаясь и с трепещущим сердцем, Эмили вышла из комнаты и поспешила вниз по лестнице к входной двери, чтобы поприветствовать Сандру - несомненно, с красным лицом от беготни и от того, что ее чуть не застали с мужчиной. Она даже не хотела думать о реакции Сандры, если бы та позвонила немного раньше и услышала мужской голос.

В отличие от Эмили, Сандра не связывалась с мужчинами. Сандра всегда знала, что она лесбиянка, и, за исключением одного раза в колледже, когда она еще экспериментировала со своей сексуальностью, у нее никогда не было мужчины.

Она получала удовольствие исключительно от женщин: от их внешности, от прикосновений их нежной кожи, от их нежных поцелуев, от их ласковых прикосновений и от того, что они точно знали, куда нужно прикоснуться, чтобы возбудить женщину.

Еще один стук.

- Я иду! Иду! - крикнула Эмили, хватаясь за дверную цепочку.

Она отстегнула цепочку, отбросила ее в сторону, а затем повернула серебряный ключ в замке. Радостно улыбаясь, она открыла дверь.

- Шлюха!

Из ниоткуда сильный удар сбил ее с ног и на мгновение лишил сознания...

Тьма.

- Что за херня, старик? Ты чуть не оторвал ей голову! Посмотри на нее, у нее губы опухли и кровоточат. Ты же знаешь, что я ненавижу трахать шлюх с разбитым лицом, - сказал Тайни Большому Майку, следуя за другом в дом с потерявшей сознание женщиной.

- Заткнись и помоги мне ее занести.

Майк на самом деле не нуждался в помощи с Эмили, потому что он мог бы нести двух таких, как она, на расстояние в несколько метров, не уставая, но зачем ему было делать всю работу в одиночку? В конце концов, их было четверо.

- Если ты так за нее переживаешь, мог бы сам провести представление! - добавил Майк.

- Она вообще дышит? - спросил Тайни.

- Да, дышит, - Большой Майк даже не посмотрел, когда взял ее под руки и поднял с пола.

Нетерпеливый звук вырвался из горла Тайни, когда он схватил Эмили за лодыжки, но он не стал дальше вникать в дело. Ему было плевать на эту шлюху.

Для него она была всего лишь игрушкой, которой можно развлекаться, пока она не сломается. Он не хотел ломать ее до того, как настанет его очередь поиграть с ней, но когда дело касалось ее как личности, как человека, да, она была ему безразлична. Если она умрет от одного удара, то так тому и быть.

Жаль только время и бензин, потраченные на поездку сюда.

Пока они несли ее по коридору, Большой Майк приказал Пауло найти что-нибудь, чтобы связать ее. Сначала Пауло не реагировал, а только смотрел из двери.

- Что, черт возьми, с твоим братом? - спросил Большой Майк Тайни. - Он что, при рождении ударился головой или что? - затем он обратился прямо к Пауло: - Эй, гном! Ты меня слышишь, мудак? Иди, принеси что-нибудь, чем мы сможем связать эту шлюху, пока она не очнулась.

Тайни строго посмотрел на своего брата, и Пауло наконец это заметил.

Пауло вышел через переднюю дверь и пошел к их машине, не сказав ни слова. В багажнике лежала маленькая упаковка кабельных стяжек, которые они купили для таких ситуаций - ситуаций, которые, по его мнению, происходили слишком часто. Он знал, что это было неправильно, и знал, что в конечном итоге это приведет всех их к гибели. Но в то же время это было так чертовски захватывающе.

Когда он подошел к багажнику, его член затвердел от одной только мысли о том, что он кончит на эту женщину, пока она лежит перед ними беззащитная.

- Сюда, - сказал Большой Майк, проходя по коридору к ближайшей двери. Он вошел в комнату и кивнул в сторону кожаного дивана у противоположной стены. - Сюда. Давай... - сказал он Тайни, который все еще держал ноги женщины.

Оба мужчины бросили ее на диван.

- Посмотри на эту хату, - сказал Большой Майк, который был явно впечатлен спальней. - Я действительно выбрал не ту профессию, - добавил он, присвистнув.

Стэн стоял на другом конце комнаты рядом с сервантом, заставленным бутылками с алкоголем.

- Думаешь, они из настоящего золота? На ощупь точно настоящее! - по обеим сторонам стояли большие подсвечники с белыми свечами. Стэн взял один и поднес к свету. - Думаю, это настоящее золото.

- Надень перчатки, прежде чем трогать все это, - прошипел Большой Майк с дивана.

Пауло вернулся с пачкой стяжек из багажника "Импалы", и Стэн посмотрел на свои руки, как будто только что осознав, что он единственный не надел перчатки.

Его перчатки все еще были в заднем кармане его рваных джинсов. Он отмахнулся от замечания, пожав плечами.

- Какого черта все это? Мы все равно все это заберем.

- Она такая крошечная, - сказала Тайни, глядя на женщину без сознания. - Намного меньше, чем на фотографиях на ее сайте, - oн рассмеялся. - Представь, какая у нее узкая пизда, - взглянув на других мужчин, он добавил: - Эту шлюху я трахну первый. Последняя шлюха мне не доставила...

На другом конце комнаты Стэн начал смеяться.

- Ты уверен, что сможешь его поднять? Судя по тому, как ты ныл по дороге, последняя шлюха чуть не сломала твой тупой член.

- Даже с сломанным членом я все равно буду трахать лучше тебя, a еще и в морду тебе врежу, ублюдок.

Все рассмеялись.

- Я пойду осмотрюсь в остальной части этой берлоги, - продолжил Стэн, - и соберу вещи, которые мы заберем с собой, - затем он повернулся к Пауло. - Ты мне поможешь или наконец-то проявишь себя мужчиной и трахнешь эту красотку?

Пауло посмотрел на девушку и облизнул губы. Она не была азиаткой, которых он предпочитал, но была достаточно маленькой, чтобы казаться такой... И мысль проникнуть по самые яйца в ее узкую щель имела определенное очарование. В то же время он был осведомлен об иерархии в их группе. Сначала был Тайни, потом Большой Майк, и только после этого наступала его очередь. Поскольку Стэн уже кончил, он мог делать, что хотел. Это было особенно актуально сейчас, когда он больше интересовался ценными вещами в доме, которые можно было бы сбыть в одном из местных ломбардов.

Тайни решил за Пауло, не дав ему даже возможности ответить.

- Иди и помоги ему, братишка. Я разогрею эту шлюху для тебя, - oн засмеялся.

Пауло не стал спорить, а последовал за Стэном к двери гостиной.

- И надень чертовы перчатки, - крикнул Большой Майк Стэну, не отрывая взгляда от Эмили, чье глубокое дыхание он внимательно наблюдал.

Неважно, что они заберут с собой все, к чему прикасались, - лучше перестраховаться, чем потом жалеть. Тем более что он был уверен, что Стэн будет петь как канарейка, как только копы заберут его из-за одного отпечатка пальца в неподходящем месте.

- Да, все в порядке, они в машине, - ответил Стэн.

Большой Майк залез в задний карман и вытащил нож. Одно короткое нажатие на рычаг, и лезвие выскочило, сверкнув в свете. Он просунул руку под футболку Эмили и вонзил лезвие. Одним движением он полностью разорвал ее и обнажил ее сиськи.

- Соски как пули, - сказал он с ухмылкой. Он прижал лезвие к одному из ее сосков на секунду. - Один из них я заберу с собой домой, - объявил он.

- Пока нет, - Тайни отодвинул своего приятеля и схватил верхнюю часть спортивных штанов Эмили.

Сильным рывком он стянул их с нее и бросил через плечо. Под спортивными штанами она была также обнажена, как и под футболкой. Ее обнаженная "киска" с идеальными розовыми половыми губами и тонкой полоской лобковых волос была открыта перед ними.

Тайни ухмыльнулся, опустившись на колени, уткнувшись лицом между ее ног и вдыхая ее запах.

- Абсолютно божественно, - пробормотал он, отстраняясь. Он посмотрел на своего друга и улыбнулся от уха до уха. Прийти домой к этой маленькой шлюхе было хорошим решением. - Когда я с ней закончу, у нее будет повод ненавидеть мужчин.

Он рассмеялся.

Большой Майк бросил ему пакет с кабельными стяжками.

- Привяжи ей запястья к батарее.

Его подбородок все еще болел от падения. Он не хотел рисковать, что Эмили очнется и будет сопротивляться, как та шлюха.

Стэн наклонился в заднюю часть "Импалы" и начал рыться в упаковках от фаст-фуда на полу. Где-то там должны были быть его перчатки, он знал это, потому что никогда не вынимал их из машины, если не собирался делать что-то вроде этого. Они были там, где-то под упаковкой от гамбургера или конфет.

- Давайте, чертовы тряпки, где вы?

Он отбросил последнюю упаковку, но кроме коврика в машине ничего не было видно.

- Черт.

Разочарованный, он выпрямился. Их не было ни в багажнике, ни спереди, ни сзади. Не помогало ему и представление, как Пауло убирает все хорошее для себя в доме. Может, Пауло спрятал их где-нибудь, чтобы забрать позже. В этом парне было что-то, что не вызывало у него доверия. То, что он с неохотой согласился на секс, делало его подозрительным. Наверное, это его итальянская кровь постоянно шептала ему на ухо: Не доверяй мужчине, который не любит трахаться.

- К черту!

Когда Стэн вылез из машины, на подъездную дорожку свернул другой автомобиль. Он прикрыл глаза от яркого света фар, которые на мгновение ослепили его. Машина остановилась рядом с их машиной, и двигатель заглох. Стэн бросил взгляд на дом и надеялся, что Пауло тоже заметил фары и предупредил остальных. Может быть, Большой Майк или Тайни даже видели машину через окно. Это было бы еще лучше.

Стэн залез в задний карман и проклял себя, вспомнив, что оставил свой револьвер, стальной "Kольт" 45-го калибра, в бардачке. На долю секунды он подумал о том, чтобы взять оружие, но отбросил эту мысль.

Вместо этого он примерил свою воскресную улыбку и направился к второй машине, где открылась дверь пассажира.

- Привет, как дела? - поздоровался он.

Сандра вышла из машины в своем облегающем черном платье. Она выбрала свой обычный броский наряд, а не что-то более консервативное, что соответствовало бы вкусам Эмили.

Зачем ей притворяться кем-то, кем она не была? Так она рассудила. Если Эмили увидит ее в другой одежде и захочет возобновить отношения из-за этого мнимого изменения, она будет разочарована, как только Сандра вернется к своему любимому гардеробу.

Не ожидая здесь никого встретить, Сандра мрачно посмотрела на мужчину. Эмили наверняка упомянула бы, что будут еще гости, особенно гости, которые... Сандра поймала себя на том, что осуждает незнакомца. Гости, которые не входили в круг обычных друзей Эмили.

- Могу я вам помочь? - спросил все еще улыбающийся мужчина.

- Все в порядке, спасибо, - ответила Сандра с натянутой улыбкой. - Просто пришла навестить подругу.

Выражение лица незнакомца изменилось, как будто он думал, что ответить. Этого колебания было достаточно, чтобы Сандра почувствовала себя еще более неловко в присутствии этого мужчины.

- Ее нет, - сказал он. - Ей нужно было быстро кое-что сделать, вы понимаете. Нужно было кое-что купить в магазине, пока он не закрылся.

- А, понятно, - oна замерла на мгновение. - Простите, а вы кто?

- Я? Ремонтник. Она позвонила мне сегодня утром и попросила сделать кое-что. Но вы же знаете, как это бывает, я до сих пор не успел. Я позвонил ей и сказал, что могу прийти завтра утром, но она настояла, чтобы я пришел сейчас. Наверное, срочно, вот я и здесь.

- И она пошла в магазин?

- Да, перед закрытием. Она должна скоро вернуться. Вы можете подождать внутри, если хотите.

Сандра улыбнулась и сделала вид, что не обращает внимания.

- Нет, не нужно. Я могу зайти завтра. Я просто решила зайти неожиданно, а теперь, когда вы здесь, это не имеет смысла.

- В доме полный беспорядок.

Сандра знала, что что-то не так. Если этот мужчина действительно был ремонтником, почему он не был одет соответственно и не носил удостоверение? Его машина тоже не выглядела как машина человека, у которого свой бизнес. Кто бы он ни был и что бы он здесь ни делал, он нервировал Сандру.

- Не могли бы вы просто сказать Эмили, что Сандра была здесь и зайдет завтра?

Мужчина улыбнулся, но даже его улыбка была нелепой. Она больше подходила человеку, который только что кого-то обманул. Она не выражала искренней готовности помочь.

- Конечно, я так и сделаю, - вдруг он начал ощупывать карманы брюк. - А если вам понадобится кто-нибудь для ремонта или чего-нибудь еще... Черт, у меня закончились визитки.

- Да, ничего страшного. Если мне понадобится, я спрошу Эмили.

Снова эта улыбка.

- Хорошая идея. Она нас точно не забудет.

- Нас?

Впервые за время их разговора мужчина покраснел.

- Ну, я не работаю один, нас там еще несколько человек.

- А, понятно, - Сандра снова улыбнулась, натянуто. - Ну, было приятно познакомиться, удачи вам там!

- Спасибо.

Сандра села в машину, осознавая, что мужчина следит за каждым ее движением.

Она вставила ключ в замок зажигания и завела двигатель. Затем она еще раз бегло улыбнулась незнакомцу, прежде чем включить задний ход и выехать с подъездной аллеи. Машина на мгновение заглохла, но затем медленно тронулась.

На расстоянии Сандра увидела в зеркало заднего вида, как мужчина повернулся и побежал обратно в дом.

Скрежещущее чувство беспокойства скрутило ей желудок. После следующего поворота Сандра съехала направо.

Что-то было не так. В этом человеке все было не так: его внешность, его речь, даже его машина не подходила. Еще более подозрительным было то, что он сказал, что Эмили быстро пошла в магазин, прежде чем он закроется.

Она бы никогда не оставила незнакомца без присмотра в своем доме, потому что Эмили была помешана на том, что кто-то может рыться в ее вещах. Даже когда они жили вместе, некоторые комнаты были всегда заперты, и Сандра никогда не имела права в них входить. Но это была лишь одна из многих странностей Эмили. Сандру это раздражало, но не настолько, чтобы из-за этого начинать ссору.

Не выключая двигатель, она потянулась за сумочкой, которую положила на пассажирское сиденье. Она положила ее себе на колени и начала искать в ней мобильный телефон, чтобы позвонить в полицию. Не найдя его, она почувствовала тошноту, которая усилилась, когда она поняла, где он был: дома, подключенный к зарядному устройству.

Черт. Как можно быть такой дурой?

Она не могла оставить Эмили в руках этого подозрительного типа и его друзей. Сандра знала обо всех угрозах убийства и изнасилования, которые Эмили получала каждый день. Поэтому она начала заниматься джиу-джитсу и в шутку сказала, что может стать телохранителем Эмили.

Теперь, вероятно, выяснится, принесли ли ей пользу месяцы, проведенные на мате с парнями, которые были в два раза больше ее. Она не имела понятия, сколько его друзей было в доме и не был ли он там один. Она должна была выяснить, с чем именно она имеет дело.

Не волнуйся, Эм. Я еду.

Сандра обыскала машину в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия. В багажнике она нашла монтажный ломик. Это должно было сойти. Затем она вспомнила, что парень искал что-то в своей машине, когда она приехала. Возможно, он тоже искал оружие. Когда он подошел к ней, у него в руках ничего не было. Вполне возможно, что она помешала ему, и в машине все еще было одно или два оружия.

Или он уже нашел его и теперь вооружен.

Сандра колебалась, не вернуться ли ей на заправку, мимо которой она проехала шесть или семь миль назад. Оттуда она могла бы вызвать полицию. Однако заправка находилась почти в десяти минутах езды, и даже если полиция отнесется к ней серьезно, ей понадобится еще десять-пятнадцать минут, чтобы добраться до дома Эмили. По правде говоря, она не видела и не слышала ничего необычного. Скорее всего, они не придадут делу большого значения, и тогда может пройти полчаса или больше, прежде чем они наконец появится.

Почему, черт возьми, Эм решила переехать на край света?

Эмили очень нравилась эта деревенская жизнь. Она всегда говорила, что в деревне она может успокоиться и подумать. Она жила на лесном участке площадью в два акра, в паре миль от города. Но когда дело доходило до чрезвычайных ситуаций, она могла бы с таким же успехом жить посреди дикой природы. Ближайший сосед имел ранчо площадью в десять акров, примерно в полумиле от дороги. Сандра подумала, не постучать ли ей к нему, но она никогда раньше не встречала его, а люди здесь очень заботятся о своей собственности и частной жизни. Незнакомая черная женщина, которая просто так подъехала бы к подъездной дорожке, могла бы легко получить пулю. Кроме того, был один немаловажный нюанс в ее истории: у нее не было никаких доказательств того, что Эмили действительно в опасности. Это было просто предчувствие. По сути, ей не оставалось ничего другого, как самостоятельно разобраться в ситуации.

Сандра сменила высокие каблуки на кроссовки, которые всегда хранила в спортивной сумке. Одежда в сумке была потной и пахла запахом пота. С момента последней тренировки два дня назад она не стирала, но и не намеревалась выигрывать приз за гигиену.

Если дело действительно дойдет до драки, в спортивных шортах и майке будет гораздо легче, чем в коротком платье. Она выскользнула из платья, надела спортивный бюстгальтер и майку, схватила монтировку и, готовая к бою, побежала обратно к дому Эмили.

Боже, я пахну как хорек. Не удивлюсь, если они меня сразу почувствуют.

Мужчина на подъездной дорожке Эмили тоже не пахнул розами.

Пока Сандра бежала по короткой подъездной дорожке к дому Эмили, она успела придумать, как проникнуть в дом незаметно. Там был винный погреб, который обычно был закрыт на замок снаружи. Внутренняя дверь, ведущая в кухню, обычно была открыта. Если бы она смогла пробраться в погреб и оттуда тихонько подняться по лестнице на кухню, то смогла бы застать этого ублюдка и его друзей врасплох.

Если Эм еще не умерла.

При этой мысли глаза Сандры наполнились слезами, и она отказалась даже думать об этом.

Она резко вытерла слезы и крепче сжала монтировку. Она решила сначала проверить машину этого ублюдка. Сандра подошла к водительской двери с поднятой монтировкой, готовая разбить череп этого большого парня, если он затаился за машиной, готовый к атаке, или поджидает ее внутри.

Но машина была пуста. Сандра попробовала дверную ручку. Дверь была не заперта. Пол был завален пустыми пивными бутылками и упаковками из фаст-фуда, что в точности соответствовало ее представлению о том, как должна выглядеть машина такого мужчины. Она открыла бардачок. Ничего. Значит, ей придется обойтись тем инструментом, который был у нее под рукой.

Я иду, Эм, держись.

- Уберите свои грязные руки! Вы, неудачники, не можете найти себе женщину? Без изнасилования не можете? Что с вами? Разве женщины обращают внимание на таких слабаков, как вы, если ваши друзья не держат их для вас? Вы такие жалкие!

Эмили плюнула в покрытое оспинами лицо Большого Майка, на что тот ответил сильной пощечиной. Но ее и раньше били. Отец и старшие братья избивали ее почти каждый день. По сравнению с тем насилием, которое она пережила в детстве, этот парень бил как девчонка.

- Оооо, теперь ты наверное чувствуешь себя большим сильным мужчиной, да? Как здорово избивать беззащитную женщину, которая в два раза меньше тебя! Только так твой член становится твердым?

Маленький, злобный тип с длинными волосами и лицом, покрытым прыщами, поднял кулак и сделал шаг вперед, но его удержал массивный самоанец.

- Нет, Майк, не убивай ее. Расслабься. Может, ей просто нужен член в рот, чтобы она заткнулась, - сказал самоанец.

- О, вам лучше не верить, что что-то, что попадает в мой рот, выходит оттуда целым, - сказала Эмили вызывающе.

- Выйдет, если мы сначала выбьем тебе все зубы!, - ответил Майк.

- Ну, давай, крутой парень, если только так ты можешь заставить свою слабую, смешную пиписку заработать. Если тебе это нужно, чтобы почувствовать себя мужчиной, то давай, ударь меня, ты, гребаный слабак!

На этот раз пощечину ей дал самоанец. В голове замигали вспышки, и она почти потеряла сознание. Этот ублюдок бил как пневматический молоток. Ее губа сразу опухла, и она почувствовала вкус крови. Она хотела плюнуть самоанцу в лицо, но промахнулась и попала ему на рубашку.

- Иди на хуй, ты, подонок! Ты же просто мелкая шлюшка!

Эмили знала, что эти типы, скорее всего, убьют ее. Они не носили масок и, судя по всему, использовали свои настоящие имена.

Если бы они не собирались убить ее, им следовало бы лучше скрыть свою личность - если только они не были полными идиотами, что она не могла полностью исключить. Но если Эмили действительно придется умереть, она не будет умолять о пощаде. Она не даст им этого удовольствия. Если они изнасилуют ее, она будет все время кусать их, царапать и оскорблять. Она будет сопротивляться. Может, тогда они убьют ее быстрее. Но может, Сандра придет, прежде чем они с ней разберутся, услышит ее крики и борьбу и вызовет полицию. Она цеплялась за эту надежду, когда самоанец снова ударил ее. Эмили рассмеялась.

- Что здесь такого смешного?

- Таких ублюдков, как вы, я знаю всю свою жизнь. Вы все ненавидите женщин, потому что когда-то одна из них разбила вам сердце или потому что девушка, которая вам нравится, просто никогда не интересовалась вами. Я права? Вы видите женщин, у которых работа лучше, чем у вас, дома больше, машины красивее, женщин, которые не зависят от мужчин, чтобы заработать на жизнь, и тогда вы чувствуете себя потерянными, бесполезными и слабыми. Сильные женщины кажутся вам угрозой, и вы чувствуете себя неполноценными. Поэтому вы пытаетесь унизить их, обидеть и оскорбить, чтобы снова почувствовать себя мужчинами, а не маленькими, слабыми, бессильными мальчишками, которыми вы являетесь на самом деле. Но вы ничего не измените, вы просто кучка неудачников... сколько бы женщин вы ни обидели. Бессилие, которое вы чувствуете, когда видите женщин, которые более успешны, чем вы когда-либо будете, женщин, которые на несколько уровней выше вас, которых вы не можете достичь... Это болезненная правда, парни. Вот что я нахожу так чертовски забавным!

Эмили пристально посмотрела каждому из них прямо в глаза и заставила их отвести взгляд. Ее лицо было опухшим, губа кровоточила. В голове было такое ощущение, будто кто-то бьет молотком по церковной колокольне. Но сдаться... Нет, она никогда бы этого не сделала.

Все шло не так, как планировал Майк. Они уже избили ее как следует, но она все еще болтала всякую чушь, унижала их и ставила под сомнение их мужественность. Она не проявляла ни малейшего страха. Чем больше они ей причиняли боли, тем более вызывающей она становилась. Так не должно было быть, и это полностью сбило Майка с толку.

Ему было слишком стыдно достать свой член. Она так часто называла его слабаком, что он не хотел доставать его, чтобы подтвердить ее слова, но, честно говоря, ему все равно было трудно возбудиться в таких обстоятельствах, и его необычайно большой член уже не выглядел так впечатляюще, когда был сжатым, как сосиска для бургера.

- Ну, кто начнет? У кого хватит мужества, чтобы засунуть мне свой член в рот? - спросила Эмили, рыча как дикое животное, напоминая ей тем самым, что она сделает со всем, что окажется у нее между губами.

- Знаете что? У меня есть идея получше. Тайни, я знаю, что у нее не очень большая задница, но как насчет того, чтобы сделать ей новую дырку своим гидрантом?

- Чувак, у нее вообще нет задницы. Выглядит, как будто она забежала задним ходом в гильотину. Кроме того, я хотел уступить ее Пауло, он же любит таких худых шлюх. Когда я с ней закончу, он все равно в нее не влезет.

- Наверное, ты прав. Он же все равно первый, да? Он еще должен доказать нам, что у него хватит мужества на эту херню, после того как он упустил последнюю шлюху. Так где он? - спросил Майк.

- Ты послал его искать вещи, которые мы можем украсть, - сказал Стэн.

- Пауло! Пауло! Тащи сюда свою задницу!, - заорал Майк.

Что, черт возьми, я должен искать? Я же не гребаный вор.

Пауло, все более расстроенный, рылся в шкафах, книжных полках и ящиках. Он бродил из комнаты в комнату, небрежно ища что-нибудь, что стоило бы украсть. На стенах висели картины, которые выглядели как оригиналы, но он не знал художников и вообще не разбирался в искусстве, не говоря уже о том, где можно продать украденные картины. В комнате, которую он принял за главную спальню, он пытался решить, срывать ли с стены плоский телевизор или лучше продолжить поиски наличных денег и драгоценностей, вещей, которые можно было без проблем засунуть в карманы. В ванной он нашел стакан с мелочью и схватил его. Лучше, чем ничего.

Женщина, похоже, почти не носила украшений. На тумбочке лежала простая золотая цепочка с подвеской в форме сердца с бриллиантом в центре, но он сомневался, что она стоила больше пары сотен, $20 в ломбарде. На комоде лежала еще одна полупустая шкатулка с несколькими другими простыми украшениями, но Пауло не имел ни малейшего представления, как отличить бижутерию от чего-то действительно ценного. Он собрал все и сунул в карманы брюк.

Это просто идиотизм.

- Пауло! Иди сюда!

Это был голос Большого Майка. Пауло закатил глаза и вздохнул. С одной стороны, было облегчение, что ему не нужно больше искать добычу, но с другой - он беспокоился, почему Майк его зовет вниз. Он задался вопросом, не потерял ли Майк снова контроль и не лежит ли на первом этаже еще один труп, о котором им придется позаботиться.

Пауло вышел из спальни и повернул направо, но потом вспомнил, что лестница находится с другой стороны. Он уже собирался вернуться и спуститься вниз, когда заметил дверь, запертую на замок. Пауло задался вопросом, что же может быть за ней. Обычно люди не запирают ценные вещи на замок в комнатах, для этого есть сейфы. Двери можно выбить, поэтому запертые двери скорее служат для того, чтобы скрыть секреты от любопытных соседей. Но он не испытывал особого любопытства. Он только хотел, чтобы эта ночь закончилась, и он не оказался в наручниках. Когда он уже собирался уходить, услышал звук с другой стороны двери, похожий на скулеж животного. Он остановился и прислушался. Звук повторился. На этот раз он был почти человеческим, как мучительный стон человека, испытывающего сильную боль.

Пауло знал такие звуки, он слышал их раньше. Так звучал тот странный тип, который хотел посмотреть, как Пауло и его друзья вместе трахают его жену, после того как Тайни засунул ему в задницу ножку стула. После всего этого крика он лежал на полу с кровоточащим, вывернутым анусом и издавал мучительные стоны, которые теперь доносились из этой комнаты.

Пауло потянулся к замку. Это был обычный кодовый замок, такой, какой можно купить в любом строительном магазине. Кто-то прикрепил его к ремню, привинченному к дверной коробке и самой двери. Для дверной ручки тоже нужен был ключ. Но это не было чем-то, что нельзя было бы устранить несколькими хорошо направленными ударами ногой.

Может, там внутри у нее большая собака, которая чувствует себя одинокой или что-то в этом роде.

Затем он снова услышал стоны, и на этот раз они несомненно принадлежали человеку.

Может, это больной член семьи, ребенок или дедушка с бабушкой? Но зачем их запирать?

Может, этот человек сумасшедший, агрессивный или что-то в этом роде, и она предпочла запереть его, вместо того чтобы отправить в лечебницу? Когда Пауло был ребенком, его умственно отсталый дядя жил у его бабушки и дедушки на чердаке, но он думал, что сейчас такие вещи уже не делают. Для таких людей сегодня есть специальные учреждения.

- Пауло! Двигай задницей!

На этот раз его окликнул брат Тайни. Пауло оставил замок в покое и пошел к лестнице. На первых ступеньках ему показалось, что он слышит приглушенный, хриплый плач взрослого мужчины.

- Черт возьми, что ты так долго? Нашел что-нибудь интересное?

Пауло пожал плечами.

- В общем-то, нет, - oн поднял банку с мелочью. - Только это и дешевые украшения. Но в ее спальне есть плоский телевизор, он, наверное, чего-то стоит.

- Да, может быть, - согласился Майк. - Слушай, раз ты упустил последнюю шлюху, ты будешь первым, кто трахнет эту. Мы должны знать, что ты все еще на нашей стороне и не сошел с ума.

- У него никогда не было нервов, которые он мог бы растерять, - сказал Стэн, хихикая.

- Там, наверху, кто-то есть, - сообщил Пауло.

- Где? - спросил Стэн.

- Там комната с замком, но я слышал, что на другой стороне кто-то есть. Похоже, кто-то ранен или болен, или что-то в этом роде.

- Чушь собачья. Ты бы нас позвал, если бы нашел там кого-то. Ты просто тянешь время, - сказал Стэн.

Большой Майк подошел еще ближе к Пауло и уставился ему в глаза, как будто хотел прочитать его мысли.

- Ты просто несешь чушь или там действительно кто-то есть?

- Я не знаю. Я же сказал, что дверь заперта. Но я что-то слышал, это правда.

Майк повернулся к улыбающейся Эмили.

- Там кто-то есть?

Эмили засмеялась и покачала головой.

- Иди сам посмотри.

В машине не было оружия. Сандра задалась вопросом, почему она сразу решила, что у этого парня есть пистолет. Он просто показался ей таким типом. И если она была права, то сейчас он где-то в доме с Эмили, причем вооруженный. Единственное, что было у нее в запасе, - это эффект неожиданности.

У Сандры все еще были ключи от дома Эмили. Она решила обойти дом сзади и тихонько пробраться внутрь, надеясь, что никто ее не заметит. Если этот ублюдок был там со своими друзьями и держал Эмили в заложниках, ее единственный шанс был застать их врасплох.

Вокруг дома Эмили росли заросшие кусты и цветы, а между ними сорняки. В темноте будет нелегко пробраться через них, не произведя шума. Кроме того, ей нужно было держаться как можно ближе к стене, чтобы ее не заметили через окна. На каждом углу дома были установлены прожекторы, и Сандра была рада, что Эмили не последовала ее совету и не оборудовала их датчиками движения. Внезапный свет прожекторов сразу бы ее выдал. Теперь ей нужно было только прокрасться вдоль стены дома к задней двери, чтобы не попасть в свет. По дороге Сандре не оставалось ничего другого, как пройти через огород Эмили. Она тихо выругалась, наступив на большой помидор. Даже если Эмили была в беде и Сандра действительно смогла ее спасти, ее подруга все равно, скорее всего, будет говорить о помидоре, который она раздавила, пытаясь ее спасти. Она такая, что ничего не поделаешь.

Сандра дошла до задней двери и достала ключ. Лучше бы Эмили не поменяла замки, потому что это еще больше усложнило бы все. Наверняка Эмили не смазала петли ржавой алюминиевой двери, и Сандра могла только надеяться, что люди в доме не услышат резкий металлический скрип. Сандра открыла дверь на сантиметр, насколько осторожно смогла. Дверь немного скрипнула, но она старалась синхронизировать каждое движение с порывами ветра, чтобы в доме, надеюсь, посчитали, что это обычные стоны и скрипы старого дома. Она вставила ключ в замок и медленно и осторожно повернула ручку. На мгновение она запаниковала, представив, что в кухне стоит большой качок с пистолетом наперевес, готовый выстрелить ей в лицо, как только она откроет дверь достаточно широко. Но кухня была пуста и темна.

Из гостиной доносились голоса. Сандра различала разгневанный голос Эмили и характерный баритон массивного культуриста. Но она слышала еще двух человек, мужчин. Инстинкты Сандры не подвели, Эмили действительно была в беде. Она остановилась, чтобы взять из блока ножей мясницкий нож. В руке она все еще держала монтажный ломик, поэтому засунула нож за пояс, глубоко вздохнула и тихонько пошла в сторону гостиной.

- Идите наверх и посмотрите, что там за дерьмо у Пауло. Я обещаю, что не буду трахать эту шлюху без вас.

- Хорошо. Давай, Пауло. Тайни, ты тоже иди с нами, если там наверху действительно какой-то мужик и нам придется его прибить.

Хорошо, - подумала Сандра. - Похоже, остальные ушли. Если ей придется справиться только с одним, будет гораздо проще. Потом она сможет схватить Эмили, убежать с ней к машине и уехать на всех парах, пока остальные не вернутся на первый этаж.

Она надеялась, что сможет тихо убить мужчину в гостиной с помощью ножа и монтировки. Если ей это не удастся и начнется драка, вполне возможно, что остальные услышат и прибегут ему на помощь. Сандра многому научилась на курсах джиу-джитсу, но в ближнем бою она могла справиться только с одним противником, а не с несколькими одновременно. Несмотря на оружие, она не смогла бы защитить себя в комнате, полной мужчин. Если у них было огнестрельное оружие, они убили бы ее, прежде чем она успела бы подойти достаточно близко, чтобы ранить их. Сандра не в первый раз представляла, как врывается в комнату с ножом в руке и оказывается перед дулом заряженного пистолета. Ужасная мысль, которая, к милости Божьей, закончилась выстрелом. Эти опасения были настолько серьезны, что она остановилась и тщательно обдумала свой следующий шаг. Она могла бы попытаться прокрасться мимо двери, чтобы дойти до телефона, который стоял на маленьком столике рядом с входной дверью.

Сандра вспомнила свой короткий разговор по телефону.

- Я просто считаю, что это глупое место для телефона. У тебя же есть телефон в гостиной. Разве это не достаточно близко?, - сказала она Эмили.

- Мне просто неприятно приходить домой, слышать звонок телефона и бегать по всему дому, чтобы ответить. Гораздо удобнее, когда телефон находится прямо у двери, и я могу ответить, как только открою.

- Ты могла бы просто купить автоответчик.

- Мы что, в восьмидесятых живем? Кто сегодня использует автоответчик? - спросила Эмили.

- А кто еще использует стационарный телефон?

- Здесь нет связи для мобильных телефонов.

- Ладно, это действительно отстой, - ответила Сандра.

Это было еще мягко сказано.

Работающий мобильный телефон решил бы все ее проблемы. Она могла бы просто выскользнуть через заднюю дверь и в безопасности вызвать полицию. Но даже если бы у нее был работающий мобильный телефон, даже если бы она дошла до телефона в прихожей, была высокая вероятность, что Эмили и она будут мертвы, пока полиция доберется сюда. Она должна была бороться, чтобы спасти их обеих, это было точно. Но было бы неплохо, если бы полиция была уже в пути... Теперь, когда были конкретные доказательства того, что происходит что-то неладное, они бы давили на газ и мчались бы по ночной дороге с мигалками и сиренами. Если бы с Сандрой и Эмили что-нибудь случилось, эти ублюдки все равно оказались бы в тюрьме и не смогли бы больше никому навредить.

- Если ты отпустишь меня, я оставлю тебя в живых, - сказала Эмили из соседней комнаты.

Мужчина, стоявший рядом с ней, ответил на ее слова смехом.

- Твои друзья уже мертвы, они просто еще не знают об этом, - сказала она, - но ты еще можешь сбежать. Тебе нужно только перерезать стяжки и отпустить меня.

- Сука, заткнись, или я тебе помогу.

От мысли, что Эмили связана и беспомощно находится во власти нескольких насильников, Сандре стало тошно. Это был худший кошмар Эмили.

Все будет сложнее, чем просто вырубить мужчину и убежать из дома вместе с Эмили. Сначала ей нужно было освободить ее, что увеличивало вероятность быть пойманной остальными. Она снова посмотрела на телефон. Он был примерно в шести метрах от нее, что в этот момент казалось ей целым футбольным полем. Она пригнувшись прокралась по коридору и бросила быстрый взгляд в комнату, где держали Эмили.

Мужчина, которого Сандра видела у машины, стоял над Эмили с сжатыми кулаками. Если она будет слишком долго его дразнить, следующий удар будет наверняка. Эмили сидела на полу, голая, привязанная к батарее, с окровавленным лицом. Сандра чувствовала себя виноватой, что не пришла раньше. Может быть, она могла бы предотвратить все это.

Или я могла бы сейчас оказаться в той же ситуации...

Мужчина стоял спиной к двери. Это облегчит ей задачу, когда придет время подкрасться к нему. Но сначала нужно позвонить.

Она схватила телефон и осторожно сняла трубку. Сандра знала, что не сможет говорить, не будучи услышанной злоумышленником. Поэтому она просто хотела снять трубку и набрать номер, чтобы кто-нибудь пришел.

9 – Бип.

Блин.

Чертов телефон пищал при каждом нажатии кнопки. Сандра замерла и почувствовала, как сердце забилось в горле.

Он услышал?

1 - Бип.

Пауза.

- , мне парней, какая ты злобная сука, а? Вся эта мужненавистническая херня, которую ты выкладываешь в своих блогах. Такую херню читают только бабы, гребаные лесбиянки и домашние шлюхи, которых никто не хочет трахать. Надо было знать, что у тебя большой рот. Посмотрим, будешь ли ты так же болтать, когда мы тебя разорвем на куски.

- Наверное, нет. Я, наверное, буду слишком занята смехом.

- Какая же ты забавная шлюха.

Сандра услышала громкий хлопок и хрюканье, затем снова голос Эмили. Все так же вызывающий.

- Столько мускулов, а бьешь как девчонка.

1 – Бип.

Сандра прижала телефон к уху и ждала, когда ей ответит дружелюбный голос диспетчера, который спросит, что случилось. Она нахмурилась, потому что не слышала ничего, даже шума. Телефон был просто мертвым. Сандра потеряла мужество, представив, как мужчины перерезали телефонную линию, прежде чем проникнуть в дом.

Теперь они с Эмили были одни. Помощь не придет. И если она не будет действовать быстро, Эмили, скорее всего, убьют до рассвета.

Сандра повернулась к двери гостиной. Она слышала собственное сердце, которое билось в ушах, как барабан.

- Ты уверен, что не хочешь просто избежать траха с этой шлюхой? - спросил Тайни Пауло. - У этой шлюхи костлявая задница, как ты любишь.

Тайни уже давно не давала покоя одна мысль, которая иногда выходила на первый план: с возрастом он и его брат все больше отдалялись друг от друга. Все эти разговоры о том, что он хочет чего-то добиться в жизни. Может быть, Пауло считал себя лучше них? Если это так, Тайни без колебаний выбил бы это из него, несмотря на то, что он его брат.

Они стояли перед закрытой дверью и прислушивались. Но ничего не было слышно, ни звука, и теперь Пауло стоял так, как будто он все это придумал, чтобы оттянуть время и не делать то, что от него требовали. В этот момент Пауло казался немного защищающимся, как будто он действительно не хотел больше участвовать в их играх, хотя его внутренние демоны крепко держали его в своих тисках. Но сегодня он впервые не пощадил себя и придумал очевидную ложь, чтобы вытащить свою голову из петли.

- Ты думаешь, что ты лучше нас? В этом проблема? - Тайни, чья жестокая натура снова начала проявляться, повернулся к Пауло.

Майк, который также беспокоился о нежелании Пауло, последовал его примеру. Если он вдруг посчитал себя слишком хорошим для них, то мог бы признаться в своих грехах не тому человеку, и тогда все они оказались бы за решеткой на несколько десятилетий - или даже хуже. Беспокоящее отвращение Пауло уже становилось предметом обсуждения раньше, но Тайни всегда вставал на защиту старшего брата и уверял их, что тот ни в коем случае не предатель. Остальные и тогда не были в этом уверены, но из уважения к Тайни воздерживались от комментариев.

- Говорю тебе, что я что-то слышал! - настаивал Пауло. - Или ты спросишь у этой шлюхи, где ключ от двери, или я просто выбью ее. Я слышал, что кто-то есть по ту сторону.

Тайни снова посмотрел на дверь, которая была заперта слабым замком. По сравнению с состоянием остальной части дома, он действительно казался неуместным, но... Не задумываясь, он сильно пнул прочную деревянную дверь. Дверь раскололась вокруг замка и распахнулась. При этом она потянула за кусок лески, один конец которой был прикреплен к дверной ручке, а другой - зажат в петле вокруг спускового крючка двуствольного ружья, висевшего на уровне головы. Раздался выстрел, который эхом прокатился по всему дому и разорвал живот Тайни, обрызгав Пауло и Майка кровью и внутренностями. Несмотря на свой рост, Тайни свалился с ног и упал на спину, как мешок с картошкой.

На первом этаже Стэн отвернулся от Эмили. Все его внимание было приковано к выстрелу.

- Что, блядь, это было? - спросил он.

Она не сказала ни слова и просто лежала привязанная к батарее, но с такой ухмылкой на лице. Стэн снова повернулся к ней, в глазах страх. Он снова спросил:

- Что, блядь, это было? Кто еще в доме?

Эмили улыбнулась еще шире и прошептала:

- Этот дом полон людей, и вы все здесь умрете.

- Иди на хрен! - закричал он, прежде чем коротко и сухо ударить ее по правой щеке тыльной стороной ладони.

Он не заметил, что Сандра, вооруженная монтировкой и ножом, все ближе подходила к нему.

Тайни был мертв. Его глаза слепо уставились на высокий потолок. Кишки свисали из него, как тугие, переваренные макароны, а кровь хлестала густыми струями из разорванного живота.

Пауло рыдал, прижавшись к нему, и тряс брата в отчаянной попытке привести его в чувство. В некотором шоке Майк робко вошел в комнату. Оглядываясь по сторонам, он впервые за вечер снял солнцезащитные очки.

- Тайни! Тайни! - Пауло держал тело брата в руках и отчаянно пытался реанимировать его.

- Что, черт возьми...? - спросил Майк.

За дробовиком, который все еще дымил и висел на потолке вместе с сотнями освежителей воздуха, Майк обнаружил голого, изуродованного мужчину, прижавшегося к сырой кирпичной стене и сгорбившегося на полу.

Он сильно дрожал и явно находился в шоке. Кроме того, он потерял много крови, которая собралась под ним в большую лужу, глубиной не более трех сантиметров и размером примерно в три раза больше роста мужчины. Майк и не знал, что в человеке может быть столько крови.

Мужчина повернул голову к Майку и Пауло и попытался заговорить. Его сонные, бессмысленные глаза дернулись под веками, а затем снова закатились назад, и было видно только белки.

- П... Помогите... Помогите... - сказал мужчина.

Это были его последние слова, прежде чем его голова откинулась в сторону, а тело судорожно задергалось. Наконец, его дыхание прекратилось, и он замер. Его агония закончилась.

Как и у Тайни, глаза голого мужчины были неподвижны, а зрачки расширены. Его руки лежали ладонями вверх там, где они оказались после последнего вздоха.

Майк начал давиться, когда заметил член голого мужчины, который висел в кровавых лохмотьях в паху. Кожные лоскуты, которые уже не напоминали пенис, свисали в лужу застывшей крови под разрезанным мошонкой, из которой выглядывали маленькие розовые яички. Майк снова задыхался и на этот раз его вырвало на пол. Когда он блевал, на его вкусовых рецепторах остался отвратительный привкус горькой желчи.

- Что за черт?

Майк прижал руки ко рту, продолжая осматривать комнату. Вид мертвого мужчины, чьи гениталии выглядели так, будто они подружились с кухонным блендером, быстро утратил свое значение из-за запаха гниющего мяса, доносившегося из задней части комнаты. Там трупы в разной степени разложения были сложены как дрова на брезенте и гнили, что в некоторых случаях лишало их всякого сходства с человеком.

На некоторых из них росла плесень в виде темных пятен. Их тела были раздуты трупными жидкостями и газами. Некоторые трупы уже распались и выливали в сточную трубу в полу протухшую жидкость. Кто-то облил трупы щелочью, чтобы ускорить процесс разложения, кроме того, работал вытяжной вентилятор на полную мощность.

Все трупы были мужскими, и все они были голые. Один труп лежал растянутый рядом с вонючей кучей гниющего мяса. Его кожа уже была сине-серого цвета, но выглядела свежее, чем у других. Мертвец лежал на животе. Его задний проход был широко разорван, как будто его трахнули огромным количеством бритвенных лезвий.

Потрясенный и приведенный в ужас Майк, который впервые в своей взрослой жизни испытал страх смерти, сделал шаг назад и случайно наступил на что-то мягкое и влажное, что размазалось под его ботинком. Он посмотрел вниз и подпрыгнул, как будто пописал на электрический забор.

Под его ногой лежала половина отрезанного пениса, у которого явно был откушен кончик. Майк знал, что женщина все еще привязана к батарее, но все равно задрожал. Его тело охватило гнетущее чувство страха, которое, казалось, отягощало его разум и мышцы, парализуя его мысли и движения.

Майк начал дрожать всем телом, его мышцы стали слабыми и бесполезными. Возможно, эта сумасшедшая шлюха была привязана, была его пленницей. Тем не менее, Майк был твердо уверен, что на самом деле она контролировала ситуацию, и контролировала с самого начала. Это было как будто они попали в ловушку, размеры которой он только сейчас начинал понимать.

Пауло все еще стоял на коленях рядом с братом и, рыдая, пытался затолкнуть внутренности массивного самоанца обратно в него. Майк схватил его и поднял на ноги. Пауло вырвался и снова протянул руки к брату.

Майк схватил его еще раз, на этот раз более агрессивно.

- Мы должны убираться отсюда!

Стэн повернулся к Сандре с местью в глазах. Адреналин начал действовать и хлынул по его венам, как амфетамин. Он даже притупил боль от ножа, торчащего из его спины.

Сандра отступила, когда он сделал шаг к ней. Она держала монтировку над головой и была готова разбить ему череп, если он сделает еще один шаг... только один шаг.

- Грязная шлюха! - eго рот был полон темной крови, которая капала на пол.

Клинок явно задел что-то важное. Она надеялась, что это было достаточно важно, чтобы он упал на землю, прежде чем сможет подойти к ней еще ближе.

- Грязная шлюха! - повторил он.

Говоря, он шатался, стоя на грани обморока, и пытался вытащить нож из спины.

- Убей его! - крикнула Эмили, борясь с путами. - Ударь еще раз!

Сандра подумала, что она слишком громко кричит. Крепкий парень должен был упасть замертво, когда она вонзила ему нож в спину. По крайней мере, так всегда было в фильмах. Он не должен был стоять, а Эмили не должна была кричать. Все шло не так, как надо, и очень быстро.

Когда Стэн сделал еще один шаг вперед, Сандра ударила его монтировкой со всей силы. Инструмент с грохотом ударил его по голове, сломал челюсть и разбил зубы. Удар также разорвал десну, a кровь и слюна потекли из его рта длинными кроваво-красными струями. Прежде чем Сандра успела нанести еще один удар, он споткнулся и упал на пол. Она стояла над его телом с дрожащими руками, крепко сжимая монтировку, и ждала, не шевельнется ли он.

Но он не шевельнулся.

- Освободи меня, - сказала Эмили, которая все еще пыталась вырваться.

Сандра схватила нож в спине Стэна и вытащила его, прежде чем броситься к своей беспомощной подруге.

- Освободи меня!

- Тише! Я пытаюсь! Не кричи так громко, наверху их еще больше. Кто, черт возьми, эти типы? - спросила Сандра, работая над кабельными стяжками зазубренным лезвием ножа.

- Мертвы, они мертвы, - холодно ответила Эмили. - Они все в полном дерьме.

Когда нож перерезал последнюю стяжку, Эмили отошла от радиатора и сначала потерла свои раны на запястьях, а затем кровоточащий рот.

Сандра крепко обняла Эмили. Она была так рада, что, кроме нескольких порезов и ушибов, с ней ничего серьезного не случилось.

Эмили не ответила на объятие. Ее взгляд был прикован к двери, через которую исчезли остальные злоумышленники. Она надеялась, что выстрел из дробовика, который она услышала ранее, убил хотя бы одного из них. Ублюдок, с которым разобралась Сандра, тоже не скоро встанет, но это означало, что двое еще живы.

- Нам нужно уходить, - сказала Сандра, пытаясь оттащить ее к двери, прочь от этого кошмара.

Эмили стояла как вкопанная.

- Что ты делаешь? - спросила Сандра.

Вместо того чтобы ответить, Эмили вырвала из рук Сандры монтировку и бросилась к крепкому парню, который ударил ее и теперь лежал на полу, истекая кровью, мертвый или без сознания. Не говоря ни слова, она подняла инструмент высоко в воздух и с грохотом опустила его на затылок парня. Cнова... и снова... и снова... Его череп раскололся, a кровь и мозговая ткань хлынули на деревянный пол. Эмили продолжала бить, с каждым ударом обнажая все больше внутренней части черепа мужчины и разбрызгивая большую часть на себя, стены и потолок. Его голова потеряла форму, пока не превратилась в кровавое пюре из волос, кожи и мозговой ткани.

Сандра была шокирована этим всплеском насилия, но она ничего не сказала и не пыталась остановить Эмили. В конце концов, она не знала, что эти парни сделали с ее подругой, прежде чем она появилась здесь. Она считала, что эти животные заслужили всю боль, которую она могла им причинить.

- Нам действительно нужно уходить, - тихо сказала Сандра.

Эмили повернулась к ней, вся в крови.

- Я не уйду из своего дома, - сказала она, качая головой. - Эти ублюдки за это заплатят.

Сандра уже думала, стоит ли спорить с Эмили по этому поводу, но она знала свою бывшую любовницу достаточно хорошо, чтобы понять, что это бесполезно. Она вздохнула и покачала головой. Ни за что она не оставит Эмили одну, хотя каждая клеточка ее тела кричала, что это плохая идея. Что бы Эмили ни собиралась делать, Сандра была готова пойти с ней.

- Я не оставлю своего брата!

- Тайни - труп, чувак. Эта шлюха нас подставила, все это ловушка, ты что, не видишь? Она могла заминировать весь дом. Она - сумасшедшая убийца или что-то в этом роде. Посмотри! Посмотри на все эти трупы там! Нам нужно убираться отсюда, черт возьми!

На этот раз Пауло поднял глаза. С широко раскрытыми глазами он смотрел на гниющую гору мяса, которая занимала всю заднюю половину комнаты.

Его мысли замедлились, остановились, а затем полностью отключились, пока он пытался понять смысл того, что видел: формы человеческих рук, ног, гениталий и лиц в вонючей массе. Влажный холод проник под кожу и распространился от затылка до мошонки, которая сжалась до минимального размера.

- Что это? Ч... ч... что это, Майк? - голос Пауло был дрожащим шепотом.

- Трупы! Я же пытаюсь тебе сказать. Эта шлюха убила всех этих парней. И если мы не уберемся отсюда, мы будем следующими!

- Но... но она убила Тайни. Мы не можем позволить ей уйти! - Пауло снова посмотрел на кучу гниющего мяса. - Мы не можем позволить ей просто бросить его к остальным.

Майк быстро оглянулся через плечо, высунул голову из двери и проверил оба направления коридора.

- Ладно, мы вызовем копов, когда выберемся отсюда, и расскажем им, что видели.

- Да? Мы скажем им, что вломились в дом этой женщины, чтобы убить ее, а потом обнаружили, что она чертова серийная убийца? Тогда мы тоже окажемся в тюрьме!

- На такую херню, как эта, есть иммунитет. Или... или мы сообщим анонимно.

- Это мой брат. Они выяснят, кто он, и тогда найдут и нас.

- Черт, тогда я не знаю, что делать! Я знаю только, что ухожу отсюда как можно скорее. Ты со мной?

Пауло подумал о том, чтобы остаться, спуститься вниз и забить эту женщину до смерти. Но, несмотря на свою ярость, он не был уверен, что сможет это сделать. Может быть, если бы Майк тоже остался и сражался, а не убежал, как девчонка.

Когда дело шло о насилии, Пауло никогда не был сильным. Ему всегда нужны были Майк, Тайни и Стэн, чтобы разогреться и с неохотой броситься в драку. Но теперь Тайни был мертв, Майк был вне себя от страха, а Стэн все еще был с этой сумасшедшей внизу.

- А что со Стэном? Мы должны сказать ему, что мы нашли. Мы не можем просто оставить его здесь одного.

- А что, если он тоже мертв?

- Это ерунда. Она там внизу привязана, а Стэн вдвое больше ее. То, что она - серийная убийца, еще не значит, что у нее сверхспособности. Мы же не в каком-то дурацком фильме ужасов.

Пауло был далеко не так уверен, как показывал. Он никогда не думал, что Тайни может убить кто-то, но теперь его брат был мертв, и эта шлюха была в этом виновата. Тайни был гораздо более выносливым, чем Стэн с его мечтами о карьере в ММА.

- Ну, давай пойдем посмотрим. Мы все равно не выйдем отсюда, кроме как через первый этаж.

- Стэн?! - крикнул Майк, когда он и Пауло украдкой направились к лестнице.

- Подожди, - крикнул Пауло.

Он побежал обратно в комнату и схватил ружье, которое висело над дверью. Оно было еще теплым, и Пауло чувствовал себя виноватым за то, что держал в руках оружие, которым был убит его брат, но в то же время он считал справедливым застрелить суку, которая устроила эту ловушку. Он открыл ружье и заглянул внутрь. Оно было пусто, в каждом стволе был только один патрон. Теперь оба ствола были свободны, а их содержимое находилось в животе Тайни. Он бросил оружие на пол и в последний раз посмотрел на брата, вытирая слезу из глаза. Затем он побежал обратно в коридор к Майку.

- Хорошо, пойдем.

Эмили уже подкрадывалась к лестнице, подняв нож, как злодей в фильме ужасов. Сандра обыскивала тело мертвого мужчины в поисках оружия, которое, как она предполагала, было у него. Наконец, она нашла его в его поясе: большой "Kольт".

Это должно уравнять силы, - подумала Сандра. Затем она услышала крик Эмили.

- Я убью вас, грязные свиньи!

Сандра подбежала к лестнице и вскочила на две ступеньки за раз. Достигнув верхнего порога, она увидела Эмили с двумя мужчинами. Оба были в крови. Оба выглядели совершенно испуганными.

Эмили набросилась на них, размахивая ножом, как самурайским мечем.

Они отскочили в сторону и едва успели увернуться от ее атаки, но Эмили продолжала наступать на них, размахивая ножом и нанося удары в их сторону. Сандра направила на них револьвер.

- Слушай, мы просто хотим уйти отсюда, - сказал меньший мужчина, жирный белый с солнцезащитными очками и длинной прической в стиле хэви-метал.

Его лицо было бледным, в оспинах и свежих царапинах.

Но другой, красивый самоанец, всего на несколько сантиметров выше парня в очках, не выглядел так, будто хотел убежать. Сандра узнала в его глазах выражение ярости и обиды.

Он явно хотел драки.

- Эта шлюха убила Тайни!

Он бросился на Эмили и сбил ее с ног. Прежде чем он успел повалить ее на пол и почти сбросить с лестницы, она успела порезать ему лицо ножом. Они оба упали и начали бороться за нож.

Сандра не знала, что делать, и продолжала целиться из револьверa в мужчину в солнцезащитных очках.

- Не шевелись.

- Я просто хочу уйти, пожалуйста! Я ничего не сделал!

- Тогда какого черта ты здесь делаешь? Вы вломились в дом, связали мою подругу и избили ее до крови. Если ты сделаешь хоть шаг, я отстрелю тебе твои гребаные яйца! - сказала Сандра, которая теперь чувствовала себя все более уверенно.

Часть гнева, который она испытала, когда поняла, что Эмили в беде, теперь вернулась.

- Отпусти ее, или твой приятель будет изрешечен пулями! - крикнула Сандра самоанцу, который все еще пытался вырвать нож у Эмили, но, похоже, проигрывал.

Эмили схватила мужчину одной рукой за пах, сжала и скрутила его мужское достоинство, как будто хотела выкорчевать дерево.

- Аууууу! Черт! Отпусти!

Когда он отпустил нож, чтобы ослабить хватку Эмили на его яйцах, она ударила его головой, разбив ему нос, после чего он тяжело упал на задницу. Затем она пнула его по лицу, окончательно отправив в мир грез. Он упал на спину, а Эмили продолжала бить его.

- Эмили! Эмили! Эмили, хватит!

Эмили наконец перестала пинать потерявшего сознание самоанца и повернулась к Сандре с выражением лица, от которого у нее застыла кровь в жилах.

- Хватит? О нет, даже еще не начинала!

Она подошла к парню в солнцезащитных очках, который выглядел как фанат хэви-метала из восьмидесятых. На его лице были свежие царапины, а костяшки пальцев были в крови. Сандра предположила, что либо Эмили дралась с ним до ее прихода, либо этот ублюдок недавно напал на другую женщину.

Эмили сорвала с парня солнцезащитные очки, бросила их на пол и приставила острие ножа к его горлу.

- У нас вся ночь впереди. Правда, ребята?

- Ты убьешь нас так же хладнокровно, как всех остальных парней там? - спросил парень с прической в стиле хэви-метал, указывая на комнату в конце коридора.

Дверь была выбита, и там лежал огромный мужчина, у которого половина внутренностей вывалилась наружу и который продолжал истекать кровью из разорванного живота.

Большая часть крови уже вытекла из него и покрыла пол густой, свернувшейся красной лужей. Запах, исходящий из комнаты, напомнил Сандре о том времени, когда они нашли мертвую корову на поле за домом Эмили. Тело было покрыто личинками и выглядело так, будто его уже успели обглодать крысы и птицы. Запах вызвал у Сандры отвращение, и даже воспоминание об этом вызывало у нее тошноту.

Она медленно пошла к открытой двери, держа пистолет направленным на длинноволосого парня с шрамами от оспы. Эмили все еще прижимала острие ножа к его горлу.

- Это тот парень, который был с ними. Он угрожал изнасиловать меня - анально. Не входи туда, Сандра. Сандра! Не входи туда!

Но Сандра вошла. Она перешагнула через окровавленное тело массивного самоанца. Затем она закричала.

- О, Боже! Что это, Эмили? Что это, блядь?! Что ты наделала?

- Это были насильники. Женоненавистники. Гомофобы. Они получили то, что заслужили.

- Ты... ты просто убила их? Ты убила их и оставила здесь?

Эмили гордо и вызывающе подняла голову.

- Черт возьми, да, я сделала это. Я убила каждого из этих ублюдков. И каждый из них заслужил это.

- Но... но Эмили, ты... ты не можешь... ты не можешь просто так поступать. Ты не можешь просто так убивать людей!

Сандра не могла даже представить себе те зверства, которые она увидела в этой комнате.

Она не могла сопоставить женщину, которую любила, с человеком, который мог порубить на куски всех этих мужчин и просто оставить их лежать в комнате, всего в нескольких метрах от места, где они спали и любили друг друга. Когда она осознала, что, вероятно, по крайней мере половина этих трупов пролежала в этой комнате на протяжении всех их отношений с Эмили, она почувствовала, что теряет сознание.

- Нет, Эмили, нет. Это не может быть правдой, это не может быть правдой. Ты не могла этого сделать!

- Ах, нет? Тогда посмотри на меня! - сказала Эмили, вонзив нож в горло длинноволосому парню и разрезав ему горло от левого уха до кадыка.

В результате образовалась зияющая рана, похожая на вагину во время менструации.

Мужчина схватился за горло, чтобы остановить кровь, которая брызгала фонтаном из перерезанной сонной артерии. Когда он опустился на колени в этой позе, Эмили снова и снова вонзила в него нож. Он издавал громкие звуки удушья и бульканья, которые слышны, когда кричишь с перерезанной трахеей, полной собственной крови. Когда он упал на спину, Эмили навалилась на его грудь и начала пилить ему горло ножом, пока он слабо пытался оттолкнуть ее. Пока она рубила мужчине горло, выражение ее лица менялось от яростной злобы до дикой решимости.

Вскоре его хрипы и бульканье стали тише.

Сандра опустила руку с револьвером, потому что от мужчины с длинными волосами больше не исходила угроза. Эмили перерезала ему шейные позвонки, а затем буквально оторвала ему голову. Затем она встала и с презрением бросила голову к ее ногам.

Сандра задалась вопросом, были ли мужчины единственной угрозой ее безопасности?

- Сколько людей ты убила? Сколько трупов там лежит?

- Я не знаю. Какая разница?

- Это важно, Эм. Сколько?

- Примерно 13. С этими тремя - 16.

- О Боже, Эм! Как ты могла?

- Но, тот высокий не считается, потому что он попал в ловушку с ружьем. По сути, он сам себя убил. А ты прикончила того ублюдка на первом этаже.

- Эм, я просто защищала тебя! Я же не убийца, - сказала Сандра.

Эмили пожала плечами.

- Ну, теперь ты уже убийца.

- О, Боже. О, Боже, Эм. А что с тем парнем вон там? Он не умер, ты только ударила его и он потерял сознание.

- О, но скоро умрет. Для него я придумала кое-что особенное.

Сандра бросила револьвер на пол, подошла к Эмили с широко распростертыми руками и обняла ее. Она пыталась игнорировать тот факт, что Эмили все еще держала нож в руке, и когда Эмили ответила на объятие, она вздрогнула и почувствовала себя виноватой.

- Эм, нам не нужно его убивать. Мы можем просто отпустить его. Мы победили. Теперь остался только он.

- Сандра, они хотели меня изнасиловать. Они вломились в мой дом и хотели избить, изнасиловать и, скорее всего, убить.

- Но мы их остановили, Эм, ты и я. Мы вместе их остановили, и они больше никогда не причинят вреда женщине.

- Ты чертовски права. И что дальше, по-твоему? Что будет, если мы отпустим этого ублюдка? Он сразу же пойдет в полицию! Или это, или он снова проберется сюда ночью и застанет меня врасплох. А потом отомстит мне за то, что мы сделали с его друзьями. Ни за что. Мы никуда не отпустим этого мелкого насильника.

Сандра в очередной раз поняла, что спорить с Эмили бессмысленно. Если у нее когда-либо были сомнения в навязчивой идее своей подруги и бывшей любовницы, которая хотела заставить всех мужчин заплатить за грехи, совершенные против женщин, то теперь они были развеяны трупами в соседней комнате.

Теперь у Эмили в руках был мужчина, который действительно был виновен и во всех отношениях соответствовал образу жестоких насильников, ненавидящих женщин, какими она считала всех мужчин.

- Что ты с ним сделаешь?

- Помоги мне отнести его в спальню. Он же хотел меня трахнуть, да? Я устрою ему то, что ему еще ни разу в жизни не устраивали. Я оттрахаю его до смерти.

Сандра не имела ни малейшего представления, что это значит и что Эмили собирается сделать с этим типом, который ворвался в ее дом, чтобы изнасиловать и убить ее, но она была удивлена, почувствовав больше ревности, чем ужаса. Она схватила мужчину под мышки, а Эмили подняла его ноги.

Пауло несли. Он чувствовал, как его поднимают с пола. Он знал, что должен бороться, но не мог вспомнить, почему и против кого. Конечности были тяжелыми, а голова пульсировала, как будто ее использовали в качестве футбольного мяча. Он хотел снова заснуть, чтобы избавиться от боли. Затем его бросили на что-то мягкое, покрытое пластиком: кровать с латексными простынями. Латексные простыни! Теперь он чувствовал, как кто-то сковывает его запястья и лодыжки металлическими наручниками. В этот момент его инстинкт самосохранения стал сильнее желания заснуть, чтобы сбежать из ужасной ситуации, в которой он оказался. Но теперь было уже слишком поздно.

Когда Пауло открыл глаза, он был привязан к кровати, а над ним стояли две женщины. Высокая темнокожая баба держала револьвер, а худая - нож, весь в засохшей крови. Постепенно Пауло вспомнил, как застрелили его брата Тайни... и эту комнату с горой гниющих трупов.

- Отпустите меня! Помогите! Помогите! Майк! Где Майк?!

- Ты про того парня с длинными жирными волосами и лицом, как лунный пейзаж?

- Да. Что вы, шлюхи, с ним сделали?

Эмили, худая белая девчонка, держала в руках отрезанную голову, к которой прилипли длинные черные волосы, застывшие от крови. Она откинула волосы с лица, чтобы Пауло мог лучше разглядеть. Это был Майк.

- О, черт! Черт! Майк! Вы, шлюхи, убили его! Я вас убью! Клянусь, я разорву вас на куски!

Эмили дала ему пощечину, что сильно напугало его, потому что он не заметил, как она подошла.

- Иди на хуй, ты гребаная сумасшедшая шлюха!

Она била его снова и снова. Каждый удар был сильнее предыдущего.

- Перестань! Перестань меня бить, черт возьми!

На этот раз она ударила его кулаком. Боль взорвалась в его и без того сломанном носу, когда нервы между раздробленным хрящом и твердой костью были раздавлены. За этим ударом последовали еще три, которые выбили ему зубы и разбили губы.

- Ты наконец заткнешься? - спросила Эмили, на что Пауло покорно кивнул. - Вы же пришли сюда, чтобы изнасиловать меня, да?

- Мы просто дурачились. Мы просто немного развлеклись с тобой!

- Теперь нет больше причин мне лгать. Я все равно тебя убью. Ни один мужчина не вломится в мой дом, не будет угрожать мне и не уйдет живым. Ты видел трупы в задней комнате? Я знаю, что ты их видел. Ну, вот что бывает с теми, кто причиняет мне боль. Теперь остался только вопрос, получишь ли ты немного "киски", прежде чем я прикончу тебя, как твоих ублюдков-друзей. Если ты скажешь мне правду, я позволю тебе трахнуть меня, прежде чем убью. Если будешь врать, буду мучить тебя всю ночь!

- Что? Ты серьезно? Я могу тебя трахнуть?

Эмили кивнула.

- За это ты должен сказать правду.

Пауло посмотрел на темнокожую женщину с оружием. Она выглядела нервной, неуверенной, вообще совершенно разбитой. Он знал это выражение лица. Он знал это чувство. Она не была полностью согласна со всем этим, но и полностью против тоже не была. Она была разорвана между желанием увидеть, как он поплатится за свои поступки и замыслы, и желанием, чтобы этого не произошло.

- Пожалуйста, ты должна мне помочь! Не позволяй ей убить меня! Я ничего не сделал!

Пауло понял, что, несмотря на свою нерешительность, она не поможет ему. Ведь он тоже не помог ни одной из женщин, которых он, его брат и их друзья изнасиловали за эти годы.

Эмили снова ударила его по лицу, схватила его сломанный нос и сдавила его.

- Аууууу! Аууууу! Черт!

- Отвечай на мой вопрос, ублюдок!

- Что? Какой вопрос?

- Ты и твои друзья пришли сюда, чтобы изнасиловать меня, да?

- Да! Да, мы хотели тебя изнасиловать. Но это была не моя идея, я даже пытался их отговорить. Ты же слышала! Ты знаешь, что я не хотел. Это они, не я!

Эмили ткнула окровавленным ножом в грудь Пауло.

- Да, но ты бы им позволил, не так ли? Ты бы послушно участвовал, как хороший маленький солдат. Скажи мне, э... как тебя зовут?

- Пауло, меня зовут Пауло.

- Хорошо, Пауло. Скажи мне, Пауло, сколько девушек вы с твоими друзьями изнасиловали за последние годы?

- Я... я не знаю.

- О, я тебе не верю. Попробуй угадать.

- Я не помню, клянусь. Их было... довольно много.

- Да, я так и думала.

Эмили наклонилась к лицу Пауло и заговорила ему прямо в ухо.

- А сколько ты сам трахнул, Пауло?

- Я трахнул их всех, они заставили меня. У меня не было выбора.

Эмили покачала головой.

- У тебя всегда есть выбор, Пауло. Ты должен поступать по-своему. Будь мужчиной, Пауло, признайся. Ты трахал этих девушек, ты насиловал этих бедных, невинных женщин, потому что ты этого хотел. Твой член стал твердым, и ты хотел засунуть его куда-нибудь, где было узко и влажно. Тебе было все равно, хотели они этого или нет. Правда? Тебе было все равно, как они кричали, как умоляли тебя не делать им больно. Все, что имело значение, - это твой твердый член. А у твердого члена нет совести, верно?

Пауло начал плакать.

- Пожалуйста, я не хотел им делать больно.

- Тише! Да, ты хотел. Ты хотел этого. Ты специально делал им больно. Ты был готов на все, чтобы получить "киску". Теперь скажи мне еще что-нибудь, Пауло. И, Пауло... если ты будешь мне врать, я буду резать тебя. И начну между ног. Ты меня понял?

Пауло кивнул.

- Я не слышу тебя!

- Да! Да, я понял тебя, ты, сумасшедшая грязная шлюха!

- Хорошо. Пока это ясно нам обоим. Итак, Пауло, ты и твои друзья убили какую-нибудь из девочек после того, как изнасиловали ее?

Пауло знал, что ему конец. Он хотел солгать, но боялся того, что она с ним сделает, если решит, что он не говорит правду. К тому же он не знал, не выбила ли она признания из других с помощью пыток. Возможно, Майк солгал ей и поэтому теперь был на голову короче. Он снова обратился за помощью к чернокожей, но она смотрела на него решительно и ждала ответа так же нетерпеливо, как и ее сумасшедшая подруга.

- Пауло, я жду. Да или нет? Вы убили одну из этих женщин?

- Да, но это не я, клянусь. Майк убил ее, это он! Он переехал ее, а потом забил до смерти.

Пауло увидел, как черная женщина в ужасе задыхается и отступает. Затем он заметил гнев в ее глазах и понял, что теперь исчезла и последняя капля надежды, что она могла бы ему помочь.

- А вы бы меня тоже убили, Пауло? Ты и твои друзья хотели трахнуть меня, а потом убить в моем собственном доме? Пауло, лучше будь честен. До сих пор ты говорил мне правду, и я это ценю. Я же обещала тебе, что ты сможешь трахнуть меня, если скажешь правду. Я говорила серьезно. Если ты ответишь мне честно, я сяду на твой член и сделаю тебе так, как тебе еще никто не делал. Но клянусь тебе, лучше не ври мне. Тебе действительно лучше этого не делать.

Пауло не мог сдержать рыданий. Он знал, что его жизнь закончилась. Его брат был мертв. Майк был мертв, и Стэн, вероятно, тоже. Теперь настала его очередь. Он не хотел умирать, но если это должно было случиться, то пусть это будет побыстрее.

Пауло не хотел закончить как трупы, которые он видел в этой комнате: замученные и изуродованные, с выколотыми глазами, отрезанными ушами, отрубленными конечностями, изрубленными членами. Он даже не подумал о том, что они были живы. Лучше быстро умереть, чем пройти через такое. Кроме того, если она действительно собиралась сначала позволить ему трахнуть себя, то это была бы не такая уж плохая смерть.

- Д... да. Мы... мы бы тебя убили.

- Хороший мальчик, Пауло. Хорошо. Я рада, что ты сказал мне правду. Подожди здесь.

- Эм, ты же не серьезно хочешь трахаться с этим типом?

Коварная улыбка Эмили говорила о бездне ее безумия и психотической ненависти еще яснее, чем груда трупов на другой стороне коридора. Пауло не был уверен, что означал этот взгляд, но он заставил замолчать чернокожую, которая теперь снова казалась напуганной.

- Просто доверься мне, - сказала Эмили, уходя в ванную и оставляя Пауло наедине с чернокожей.

Пауло боролся с путами и разодрал запястья до крови, пытаясь сорвать наручники, которые, как и кровать, были сделаны из стали. Возможно, Тайни смог бы их сломать. Когда Тайни регулярно тренировался, он поднимал на скамье значительно больше 200 килограммов. Пауло же никогда не был сильным человеком. Голова все еще разрывалась от боли, в ней бушевал дикий вихрь, и каждая колющая боль в виске или прямо за глазами ощущалась как удар молнии.

- Эй, ты все еще можешь отпустить меня. Я обещаю, что никому ничего не скажу. Ты меня больше никогда не увидишь, клянусь Богом.

То, как мрачно она теперь на него смотрела, подтверждало его предыдущее предположение, что своим признанием он лишился всякой возможности получить от нее помощь.

- Ты - грязный насильник и убийца. Ты заслужил все, что с тобой будет, - сказала женщина.

Она отвернулась от него, уставилась на закрытую дверь ванной и стала ждать возвращения подруги.

Когда она вернулась в комнату, она была полностью обнажена, и, несмотря на ошеломляющий страх, Пауло почувствовал, как его мужское начало пробудилось. Тело Эмили было стройным и упругим. Она медленно подошла к нему. Маленькая грудь, узкие бедра, маленькая попка, подтянутые руки и ноги. Она выглядела как спортсменка. Все важные места были выбриты, и в руке она держала маленький флакончик смазки "Astroglide".

- Эм, ты серьезно? Ты же не можешь трахаться с этим типом!

Черная девушка смирилась с мыслью о том, что она убьет его. Но сначала трахнуть его, по-видимому, было для нее слишком. Для нее самым большим злодеянием было то, что ее подруга будет трахаться с Пауло, а не то, что она отпилила голову Майку прямо на ее глазах. И, судя по всему, не другие жертвы, которых Эмили убила, изуродовала и оставила гнить.

- Она мне обещала! - сказал Пауло, еще более возбужденный от мысли о том, как черная с круглыми аппетитными ягодицами, которые так нравились Тайни, будет с ужасом смотреть, как он кончает в ее маленькую подружку-лесбиянку.

В своем воображении Пауло почти смог превратить это в победу для себя и парней. Конечно, она убила их всех, но они пришли сюда, чтобы трахнуть ее, что особенно касалось Пауло, и теперь, несмотря ни на что, он получит именно это.

Эмили расстегнула брюки Пауло. Он приподнял бедра, чтобы она могла легче снять с него джинсы, а затем стянуть боксеры до щиколоток. Его твердый член выскочил из трусов, как фигурка из коробки.

- Ну, ты же не такой уж и нетерпеливый парень, - пошутила Эмили.

- Эм, это действительно ненормально.

Пауло застонал и сделал все, что в его силах, чтобы не кончить сразу, когда Эмили брызнула немного "Astroglide" на ладонь и почти нежно смазала его член.

- Оооо, как хорошо, - сказал Пауло.

- Ты готов? - спросила Эмили.

- О, да!

Все еще лаская его член, Эмили оседлала его бедра и опустилась на его пульсирующий член.

- Я не могу на это смотреть!, - сказала черная девушка и повернулась, чтобы уйти.

Она остановилась в дверях, когда Пауло начал кричать.

Ему казалось, что ее тело внутри состоит из игл, нет, из рыболовных крючков, которые рвут его член, пока она скачет на нем, вверх и вниз, как на жеребце. Пауло вспомнил все трупы в соседней комнате и их изуродованные, изрубленные на куски члены. Он задался вопросом, есть ли у ее "киски" зубы. Была ли она какой-то мутантом с "киской", пожирающей члены?

- Ааааааааа! Слезай с меня, черт возьми! Слезай с меня!

Но Эмили только смеялась, продолжая скакать на нем, а крючки внутри нее впивались в его крайнюю плоть и с каждым толчком вырывали из его члена еще кусочек мяса. Кровь текла из его разорванного члена и собиралась под его задницей и бедрами.

- Аааааа! Перестань! Перестань! Аааааа!

- Это то, чего ты хотел, ублюдок? Ты же хотел меня трахнуть, да? Ну как? Какие ощущения? - Эмили ласкала клитор одной рукой и мастурбировала как сумасшедшая, а другой щипала соски.

- О, Боже, Эм! О, Боже! - кричала черная.

- Я кончаю! Оооо, да, я кончаю!

- О, нет! Это отвратительно!

Пауло уже охрип от криков. Боль была настолько сильной, что он несколько раз терял сознание, но Эмили каждый раз приводила его в чувство, ударяя по его избитому лицу.

- Не смей отключаться. Я с тобой еще не закончила!

Эмили слезла с его изуродованного члена и, скользя вниз, оторвала кусок. То, что осталось, выглядело как использованная игрушка для собаки, полная разрывов, порезов и зияющих дыр. Крайняя плоть и вся головка члена исчезли. Его член был содран, как будто внутри нее была терка для сыра.

- О, Боже! Что ты наделала?! Что ты со мной сделала?!

Эмили засунула руку в свою "киску" и вытащила что-то, похожее на жесткий пластиковый презерватив, внутри которого были крючки и бритвы, а также кровавые кусочки разорванной мужественности Пауло.

- Это устройство для защиты от изнасилования, которое производят в Южной Африке, где изнасилования - настоящая эпидемия. Я купила его, как только узнала о нем. Замечательная маленькая штучка. Онa сделанa по образцу тампона, чтобы его было легче ввести, и состоит из твердого цилиндрического пластикового сердечника, внутри которого находятся направленные внутрь крючки и шипы, которые ранят пенис насильника. Обычно устройство впивается в пенис и может быть удалено только хирургическим путем, но я немного модифицировала его: пока я напрягаю мышцы тазового дна, оно остается внутри, пока я сама не вытащу его. Результат ты только что видел: пенис разрывается на куски.

- О, мне кажется, меня тошнит, - сказала черная женщина, прежде чем рвота выплеснулась на ковер.

- Ты - сумасшедшая шлюха! Ты - гребаная психованная шлюха! - кричал Пауло, рыдая над потерей своего члена.

- Ты так со всеми делала, Эм? Ты со всеми так трахалась? - спросила черная, все еще склонившись вперед и держась за живот, как будто в любой момент могла снова блевануть.

- Сандра, ты что, ревнуешь?

Сандра бросила на нее косой взгляд.

- Просто... зачем тебе с ними трахаться?

- Они хотели меня изнасиловать, поэтому я дала им то, что они хотели.

- Но почему ты их просто не убила? Зачем ты мучила их этим... этим... этим... Эми, ты кончила, тебе это понравилось! Я все видела!

Эмили посмотрела на Сандру, прищурив глаза.

- Что ты сказала?

- Я имею в виду, что, возможно, ты не настоящая лесбиянка. По крайней мере, не такая, какой ты себя представляешь, какой ты притворяешься. Возможно, ты отвергаешь тот факт, что на самом деле тебе нравится трахаться с мужчинами, и именно поэтому ты их так ненавидишь. Потому что они дают тебе чувства, которые ты не хочешь испытывать. Может быть, ты наказываешь их только потому, что это единственный способ удовлетворить одновременно свои сексуальные желания и свою феминистскую философию.

- Иди на хер! Откуда у тебя такая херня?

- Тебе нужна помощь, Эм. С тобой что-то не так.

- Только потому, что я убила кучу насильников и женоненавистников? Я бы сказала, что это было совершенно нормально. По-моему, все женщины, которые не защищаются, а просто лежат и позволяют с собой все делать, - вот в чем настоящая проблема!

- Теперь ты винишь жертв?

- Я этого не говорила. Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. Ты перекручиваешь мои слова. Я просто говорю, что если бы мужчины знали, на что мы, женщины, способны, если бы они боялись нас, а не считали легкой добычей, как этот мудак и его друзья, то они бы дважды подумали, прежде чем напасть на нас. Может, тогда не было бы нужды в презервативах против изнасилования.

- Да, может быть, но этого не произойдет, если мир узнает, что ты наделала. Ты только сделала себя ярким примером для всех сексистских мудаков в мире, чтобы они могли дискредитировать феминисток как кучку злых лесбиянок, ненавидящих мужчин. Все, что ты написала, все твои лекции, все дебаты и подкасты можно будет смело отбросить как бред психопатки. Твой случай будут анализировать психиатры, и их вывод будет таким же, как и мой: ты убила всех этих мужчин, потому что не могла смириться с тем, что испытывала к ним сексуальное влечение. Они выяснят, что тебя в детстве насиловали, и тогда они скажут: Видите? Вот почему она ненавидит мужчин. Не из-за сексуальных домогательств на рабочем месте, стеклянных потолков, неравной оплаты труда или культуры насилия и жестокого обращения, существующей в нашем обществе. А потому, что ты сумасшедшая.

- Заткнись! Заткнись! Просто заткнись!

Эмили подняла нож, который положила рядом с кроватью, и сделала шаг к Сандре, которая, в свою очередь, подняла револьвер, который все еще держала в руке.

Эмили бросила нож и подняла руки.

- Ты хочешь меня застрелить, Сандра? Хочешь сдать меня полиции?

Сандра покачала головой.

- Я люблю тебя, Эм. И я уже говорила тебе: если мир узнает, что ты наделала, это будет смертельным ударом для феминизма. Это разрушит всю нашу работу, всю твою работу. Я не могу этого допустить.

Сандра направила пистолет на Пауло...

- Нет! Нет! Не делай этого! Прошу, не делай!

...и нажала на курок.