Летающие големы.

Для обороны особняка Каниони Брион Хейг отобрал двадцать шесть человек. И сразу было понятно, дяденьки серьёзные, младше тридцати никого не было. И ни одного мага, кроме самого Бриона Хейга.

Вооружены тонитрами — армейским огнестрелом. У каждого ещё имеется по мантону (пистоль). Некоторые вооружены сунитрами, оружием более точным и более дорогим — видимо меткие стрелки. Ещё имелись ластарды — что-то типа маленьких пушек, ствол длиной миллиметров четыреста, калибра… м-м, миллиметров сорок. Маг из такого может и с рук всадить, а вот обычно лучше сие изобретение сумрачного рутландского гения использовать со станка. Стреляет, говоря по-земному, картечью. Хорошая штука, Энтони сразу же увидел способ применения.

— Может я излишне перестраховываюсь, — говорил Кольер, выбираясь из фургона. — Но не хочется потом узнать, что противники готовы к нашей обороне.

— Энтони, лично я совершенно не против, что ты так озаботился моей безопасностью, — с иронией заметил Умберто Каниони.

Он следом за Кольером спустился по лесенке на землю из задней двери фургона. А приехали они все на отдалённую ферму за городом. Самое примечательное в этой ферме, что вокруг неё открытое пространство, а ферма находится на холме. И наблюдатели уже сидят на крышах и бдят на дороге, внимательно наблюдая за окрестностями.

Следом за отцом из фургона вышел Альберто.

— Я вообще думал, может вот на такой ферме и засесть, — произнёс Кольер. — Но тем самым, мы дадим возможность применять против нас самое тяжёлое оружие. А вспоминая притащенного голема…

— И больше людей задействовать можно, — добавил Альберто.

— Да, — согласился Кольер. — Если бы имелись пушки, штук пять, можно было бы попробовать сделать огневой мешок.

— Это как? — заинтересовался Умберто Каниони.

— Несколько пушек ставятся так, чтобы траектории выстрелов пересекались, — ответил вместо Энтони Брион Хейг, вышедший раньше всех и обернувшийся. — Также и стрелков размещают. Желательно, чтобы противник был ниже позиций стрелков. Чтобы добавить ручными бомбами. Так часто на Анджаби делают.

Говоря это, главным безопасник показал на дорогу, которая шла к ферме в гору.

— Но, к сожалению, пушек у нас нет, — подхватил Кольер. — А вот у противника, как раз, могут оказаться. Поэтому, лучше в городе. Там хотя бы настолько тяжёлое оружие не смогут притащить.

— А вот мы, как раз, настолько ограничены на своей территории не будем, — заметил Энтони. — Господин Хейг, начнём.

— Да, — кивнул тот и ушёл.

Умберто Каниони, прикурив сигариллу, смотрел на поле. Ферма явно не использовалась пару лет по прямому назначению. Поля заросли, но ещё не настолько, чтобы можно было спрятаться в растительности.

— Энтони, — произнёс Каниони-старший. — Ты бы смог подобраться сюда скрытно?

Альберто покосился на товарища.

— Да, без проблем, — ответил Кольер. — Собственно, чтобы люди понимали, с кем будут иметь дело — это одна из целей сегодняшнего мероприятия.

— Понятно, — Умберто Каниони затянулся.

Он был, как обычно, в чёрном костюме-тройке. Энтони в своей форме, а Альберто в сером дорожном костюме.

— Если честно, — усмехнулся глава. — Мы сами ещё не совсем понимаем, Энтони.

Умберто посмотрел на Кольера.

— Федерика и её подруги почему-то отказываются рассказывать, — произнёс Каниони-старший.

— Говоря откровенно, глава, — откликнулся Кольер. — Они толком ничего и не видели.

— А мы увидим? — с интересом спросил Умберто.

— В той степени, которая будет необходима, — уклончиво ответил Энтони.

С фермы прибежал десяток парней. С собой они принесли мешки набитые травой, привязанные к палкам.

Умберто Каниони на ответ Кольера хмыкнул.

Магия прекрасно передаётся по меди. По железу куда хуже. По серебру получше, чем по меди, а по золоту совсем хорошо. Собственно, поэтому этими металлами и были обозначены ранги магов.

Кожаные поверхности, наоборот, магию почти не передают, поэтому армейские доспехи «на повседнев» — это кожаные изделия, укреплённые железными пластинками, вставленные между слоями кожи, как в карман. Да-да, всё это сильно смахивает на обыкновенный (для Максима, конечно) бронежилет. Спинная часть и грудная соединены между собой сверху. В этом соединении имеется дырка для головы. Надеваешь, с боков ремешки утягиваешь. Ещё наручи, соединенные с налокотником. Наплечники. Поножи с наколенниками, набедренники. Железо не толстое, по факту это больше для того, чтобы при падениях себе что-нибудь не повредить. Из того, что Энтони слышал в лагере, пракааш-лезвия — это уже не чисто магия. Против них помогает, из того, что можно носить, пластины из корпусов самих же големов. А так надо железо, чуть не по сантиметру. Или «сэндвич», как у тяжей. Когда два слоя пластин, а между ними слой руббера. Да, того самого материала, из которого делают шины для колёс парокатов.

— Все сюда идём, — сказал Энтони.

Тут явно не новики, в строй ставить никого не нужно. Мужчина подошли, но никто не галдел. Спокойно ждали.

— Это источник магии, — констатировал очевидное Энтони, показав на аппарат.

Небольшой, полметра в длину и квадратный железный корпус, со стороной сантиметров двадцать. Внутри имеется чёрный кристалл. Его можно заменить, вся внутрянка вытаскивается через лючок с одного торца. С другого торца зажим для провода (один, это не электричество). Над тумблером индикатор.

— Провод соединен с жёлтым кристаллом, который установлен в бомбе, — продолжил Энтони. — Всё просто. Кристалл нагревается, порох взрывается.

Кольер щёлкнул тумблером. Две секунды. И в метрах в пятидесяти в поле грохнул взрыв. При этом, мишени-мешки оказались буквально иссечены и попадали на землю.

— Но это не просто бомба, — продолжил Кольер, снова щёлкнув тублером. — А направленного взрыва. Идёмте.

Энтони ещё провод выдернул. Технику безопасности Максиму Векшину с товарищами натурально вколачивали, Энтони сейчас всё проделал практически на автомате.

— Обратите внимание, — заговорил Энтони, когда они шли. — Никакого воздействия в сторону, противоположную взрыву. Все поражающие элементы улетели вперёд.

— Господин Кольер, — степенно произнёс один из бойцов. — Это какое-то новое армейское оружие?

— Я бы даже сказал экспериментальное, — ответил Энтони. — Оно даже на вооружении ещё не состоит. Его изобретатель перед вами.

«Ну, наконец-то толика личного пафоса!» — с удовлетворением заметил Младший.

Они подошли к месту взрыва. Бойцы тут же принялись изучать мишени.

— Ого, — произнёс один, увидев сколько шариков прилетело в мешок. — Вот это плотность.

— Примерно метров на тридцать, — заговорил Энтони. — В секторе… м-м…

«Градусов-то тут нет. Кажется. Ах, да, часы есть»

— Если взять двенадцать, как вектор от бомбы, то в секторе одиннадцати до часу — зона сплошного поражения на расстоянии тридцать — тридцать пять метров, — продолжил Энтони. — По высоте до трёх метров. Именно такими бомбами мы будем оборонять особняк.

— С такими штуками это будет полегче, — задумчиво заметил один из мужчин.

— На аванпост бы такую бомбу, — вздохнул другой. — Сколько бы парней выжило.

— Эти бомбы будут применять в Ноксе, — заметил Энтони. — Как раз, когда на стационарных оборонительных точках — это самое очевидное их использование.

«А ещё при засадах» — добавил Младший.

— А теперь я вам покажу, что будет, когда это применяется против мага, — Кольер показал в сторону места наблюдения. — А, соответственно, и големы могут подобное исполнить, у них тоже Щиты есть. Альберто.

— Ты уверен? — спросил тот.

Энтони усмехнулся.

— Конечно, — ответил он. — Последнее, что ты от меня увидишь — это необоснованный риск, тем более связанный с угрозой моей жизни.

Когда Альберто пришёл с остальными в место, где стоял маджифонс (источник магической энергии), отец крутил в руках одну из трёх изготовленных бомб. К которой не был ещё приделан брусок из смолы с поражающими элементами.

Изобретение Энтони состояло из толстой железной пластины размером тридцать на пятнадцать, к которой прикручиваются ножки. Ножки — это штыри, которые нужно втыкать в землю.

У пластины подогнуты края под прямым углом, примерно по сантиметру с каждой стороны. Далее в эту «чашку» закладывается заряд пороха, прямо в холщовом мешочке. А сверху железки или, как говорит Энтони, поражающие элементы. Но не россыпью. Небольшие, в данном случае, гайки, были предварительно залиты смолой. Получился брусок, точнее даже пластина застывшей смолы, толщиной в два сантиметра с железом внутри. Этот брусок без затей привязывается к пластине. Причём, привязывается перед установкой бомбы в место подрыва.

— Это товар, Альберто, — произнёс Каниони-старший, когда сын подошёл ближе. — Кстати, Энтони это тоже понимает.

— Мы будем это изготавливать? — спросил Альберто.

— Энтони сначала был против, — усмехнулся Умберто Каниони. — Цитирую: «не хотелось бы словить самому своё же изобретение». Но…

— Можно точно также словить и не своё, — закончил Альберто.

Каниони-старший кивнул.

— Эту бомбу я представлю королеве, — произнёс Умберто. — Когда она пройдёт испытания в Ноксе. Знаешь, что меня напрягает?

Альберто сделал вопросительное лицо.

— Энтони это сделал с первого раза, — продолжил Каниони-старший. — Как будто уже видел такое. И не просто видел, а использовал. Но если бы такое делали имперцы, и тем более у нас, я бы про это знал. Понимаешь — это отработанная конструкция. Я спросил, зачем нужны эти загибы? А Энтони сразу же ответил, что для формирования взрывной волны.

— Установил, — произнёс Брион Хейг, наблюдающий за Кольером. — Проверь тумблер.

Один из бойцов кивнул. Он стоял на колене около маджифонса.

— Выключен.

— Прикручивай провод.

— И способ подрыва, — продолжил Умберто Каниони. — Это тоже… явно отработано. А теперь представь, когда аванпосты будут окружены такими бомбами, которые взорвутся ровно тогда, когда надо. Стоять на аванпостах будет не опаснее, чем сидеть на базе.

— Готово, — доложил боец, прикрутивший провод.

— Ага, он тоже уже поставил Щит, — произнёс Хейг. — Подрывай.

Боец щёлкнул тумблером. Две секунды задержки и грохнул взрыв. Перед Энтони появилась почти полностью засвеченная голубыми вспышками плоскость Щита…

Никто в здравом уме не будет ставить мощный круговой Щит. Зачем? Атака почти всегда идёт с фронта или с какого-то одного направления. К тому же, такой Щит (круговой) и ставить умеют немногие, тем более мощный.

Разумеется, Энтони выдержал удар от своего же оружия. Но ударило по Щиту чувствительно. Когда идёт столь мощное воздействие, у мага будет ощущение сильного дискомфорта. Не боли, но сильно не хочется это испытывать повторно. Такое ощущение, что одновременно тошнит, пучит и, простите за подробности, будто за яйца ухватились и вниз тянут. Без шуток, внизу живота тянущее чувство, будто Чужого рожаешь.

А вот демонстрация возможностей Энтони Кольером бойцов явно впечатлила. Особенно после того, как они видели результаты первого применения бомбы. Когда Кольер вернулся к остальным, смотрели на него с уважением.

— Как видите, — произнёс Энтони. — Достаточно сильный маг после подрыва выживет. Но. Именно поэтому, в случае нападения именно магов, необходимо предусмотреть ещё одну бомбу — это первое. А второе, подрыв с флангов и тыла, если последнее будет безопасно для вас самих. Маги никогда не ставят избыточно прикрывающие Щиты — это зашито в привычку — всегда экономить археум. При установке бомб, их нужно маскировать, чтобы их не заметили сразу. Но чем-то лёгким, чтобы не мешало применению. Крайне желательно, чтобы маг установил Щит до подрыва, например, пострелять по нему. Тогда он и Щит поставит не столь мощный и не успеет его поменять. Вот это сейчас мы и будем отрабатывать. На мне. Готовьтесь. Господин Хейг, пока потренируйтесь с полчасика устанавливать и взрывать.

Для тренировки Энтони приготовил «хлопушки». Такие же металлические пластины, но с минимальным зарядом пороха и, естественно, без поражающих элементов.

— Слушай, а ты не сильно разогнался? — с сомнением произнёс Альберто, когда они отошли в сторонку. — А если в какой-то момент ты истощишься?

— Друг мой, — с прищуром ответил Энтони. — Первое и оно же главное. Истощить меня крайне непросто.

Альберто поднял брови.

— То, что ты тогда видел, — продолжил Кольер. — Скажем так, я стремился сбежать, потому что УЖЕ был в состоянии… В общем, был сильно не в форме. И прямое противостояние с несколькими огнестрелами не вытянул бы. Требовалась внезапность нападения. Теперь же я стремительно возвращаю прежние кондиции. Что и проверял на арене в Империи.

— О, кстати, — ухмыльнулся Альберто. — Что за ход в стиле дамского романа? Маски, инкогнито?

— Как будто ты бы так не хотел сделать, — иронично откликнулся Энтони. — Да, я потворствовал своим хотелкам и подростковым мечтам. Кроме того, на меня смотрели сразу три дамы. Чтобы устроить… То, что потом случилось, нужно было их сильно впечатлить.

— А-а-а, — протянул Альберто. — Значит, трое… Значит, сестричка и её… А вы, господин Кольер, надо отметить, крайне похотливая и очень хитрая сво…

— Но-но, попрошу без завистливых оскорблений, — усмехнулся Кольер. — Порадуемся на своём веку, дружище. Красавицы и кубки, счастливому клинку.

Альберто вздохнул.

— Надеюсь, наше с тобой путешествие в Империю будет не менее эпичным? — спросил он.

— А я надеюсь, что нет, — опасливо отметил Энтони. — В конце путешествия мне стало как-то совсем весело.

На поле раздался хлопок.

— Вот поэтому и нужно прикручивать провода только после установки! — заметил Брион Хейг.

— Обучение на практике, — заметил Энтони. — Доходчиво.

Альберто хмыкнул.

— Ты сегодня идёшь? — спросил он.

— А ты?

— Куда я денусь? — вздохнул Альберто. — У меня есть стойкое ощущение, что моя эскапада с отъездом в Рипон не принесла никакого результата. Как вернулся, Элиза словно флажки расставляет вокруг.

— Может, у неё появилась информация про Нокс? — предположил Энтони.

— Тогда, думаю, я бы уже заходил в храм, — с хмурым лицом ответил Альберто. — Элиза всё-таки не кандидат в принцессы. Лет слишком мало. А вот посчитать подходящей партией в этом случае может.

— Без твоего согласия, как мне кажется, завести тебя в храм будет сложновато? — с иронией спросил Энтони.

— А когда я стану сыном маркиза Нокс? — поморщился Альберто. — Думаешь, папаня будет долго думать? Сразу же… Слушай, мне надо на следующие выходные куда-то отвалить. А то опять меня заволокут на какой-нибудь приём или пикник.

— А там будут с гарантией отбивать всех возможных кандидаток, — оскалился Энтони.

— Ой, как будто к тебе пропускают! — фыркнул Альберто. — Хоть бы молчал, возле тебя вообще круговая оборона!

— А кто сказал, что мне это не нравится? — поднял брови Кольер. — Следующие выходные… Надо мне кое-что сделать. В тихом месте без лишних глаз, то есть здесь. И без Федерики… Хотя… Они уже достаточно знают.

— Гора с плеч, — заметил с облегчением Альберто. — Вот её было бы уболтать сложнее всего.

— Но ей придётся потерпеть одну… хм, даму.

— Бабник, — вздохнул Альберто.

— Впрочем, не одну, — продолжил Энтони. — Хочу и сестру с собой взять. Ей тоже надо знать.

— А что знать-то?

— На что я реально способен, — спокойно ответил Кольер. — Алиса… Это девушка, которую я готовлю себе в соратники, должна чётко понимать, с кем ей придётся работать. Тиан нужно знать, как будущему командиру базы. Тебе нужно увидеть, чтобы ты понимал, насколько ты должен сосредоточиться только на том действии, которое запланировано. Хейг… Ну, тут понятно. И ещё мне нужно познакомить сестру и твоего отца. Так что, Альберто, ты с полным основанием можешь сказать своей поклоннице, что у тебя важные дела компании.

— Соратница? — с некоторым удивлением спросил Каниони. — Ты уже себе помощников набираешь?

— Чтобы перевернуть мир — нужны точки опоры.

— Есть три способа проникновения на охраняемый объект, — говорил Энтони. — Первый — демонстративный. Это когда отвлекают внимание охраны атакой в лоб и пока все увлечены, проникают с другой стороны. Второй — скрытный. Когда вы даже не успеете понять, что вас убило.

— Господин… хм, Кольер, — заговорил один из мужчин.

Это Энтони сам разрешил более вольное к себе обращение. А вот тот, кто к нему обращался, молодой мужчина лет тридцати, явно хотел добавить воинское звание, но, понятно, не знал какое.

— Слушаю, — спокойно откликнулся Кольер.

— Во втором случае, что нам можно противопоставить? — спросил боец.

— Такой маг опасается быстрого обнаружения, — ответил Энтони. — Даже если достаточно силён. Иначе бы он не действовал так скрытно. Ваша задача в этом случае, как охраны, увидев убитых товарищей, расположиться так, чтобы к вам нельзя было свободно подойти.

Кольер несколько мгновений подумал.

— Вижу, люди вы достаточно опытные, смерти видели, — продолжил Энтони. — Во втором случае лично для каждого стоит задача выжить. Не забывайте, на подстраховке буду я. В этом случае вы выступите индикатором, что происходит скрытное проникновение. Стреляйте по любой тени, поднимайте шум — это единственный способ сохранить жизнь. Но, самое главное, для вас, это выжить. Такой бой — не для вас. Это моя и исключительно моя забота. Ваша задача — привлечь моё внимание.

— А какой третий способ, господин Кольер? — спросил Брион Хейг.

— Шпион, конечно, — ответил Кольер. — Врага попросту впустят. Предупреждаю, если таковые есть здесь. После такого шпиона убивают. Не может быть убьют, а точно. Потому что он контактировал, возможно, видел лица и так далее. Такого свидетеля не оставят в живых, просто чтобы самому выжить. Чтобы было предельно понятно, одного такого шпиона уже убили. Если у вас есть такой… хм, залёт, надо подойти к вашему командиру и доложить. Разумеется, после этого вас не похвалят. Но хотя бы жизнь можно сохранить.

Альберто, стоя рядом с отцом, слушал всё это.

— Иногда я спрашиваю себя, — произнёс парень. — Почему Энтони захотел именно с нами дела иметь? У него явно… достаточно опыта, чтобы самостоятельно неплохо устроиться.

— Вот именно, сын, — заметил Умберто Каниони. — У него достаточно опыта. И он знает, что даже хорошему профессионалу нужны инструменты. В следующие выходные он хочет сделать ещё один такой. Главная цель — это познакомить меня и его сестру. Всё остальное — блестящие подвески.

— Иногда мне очень… завидно, — вздохнул Альберто. — Так он, выходит, догадался, что это мы Тиан Кольер продвинули?

— На его месте разницы никакой, главное — что его сестра будет командиром базы. — Каниони старший затянулся, выпустил дым. — Альберто, кроме опыта нужно обладать вот таким складом ума. Уверяю тебя, Энтони даже не напрягает специально для этого мозг. Мой отец и ваш дед был таким же. Казалось, что он всё время ищет, как из банальных ситуаций вытащить себе дополнительную выгоду.

— А на самом деле? — спросил Альберто.

— На самом деле, он даже не задумывается, — ответил Умберто. — И таким не стать. Им уже надо быть. Предположу, что до сего момента Энтони эту свою особенность направлял на изучение магии. А теперь озадачился материальным обеспечением. К счастью для нас.

Отец и сын помолчали, смотря на Кольера. Он и бойцы отошли к «позициям». Энтони что-то пояснял, показывая рукой в сторону поля.

— Отец, — заговорил Альберто. — Я же правильно понял, те же Деллиры… Сейчас будут смотреть, сможем ли мы?

Умберто посмотрел на сына. Невесело усмехнулся.

— Да, — прямо ответил он. — Кстати, до этого момента можешь не переживать о женитьбе. А вот если всё получиться… Деллирам нужно будет нас привязывать.

— Я не хочу сказать, что Элиза какая-то… — Альберто вздохнул. — Но всё же не хотелось бы… так рано.

— Альберто, а после твоё внимание ещё надо будет заслужить, — спокойно заметил Умберто Каниони. — А сначала тебе нужно закончить обучение. Понял?

Альберто слегка улыбнулся. И кивнул.

Вечер. Особняк Каниони

На самом деле, не особо большая разница в том, как ждать. Максим Векшин бы проводил выходные, скорее всего, в запоях. А что ещё делать? Сидеть и нервничать, когда же всё начнётся? Чтобы в момент, когда надо действовать, ощутить полную неспособность к активным движениям?

Ну, а Энтони Кольер водит дам по всяким приёмам и пикникам. А после… Ну, сами понимаете. А потом возвращается в лагерь, где тоже для переживаний не остаётся времени и сил. В результате, приходят только здравые и дельные мысли. Что и является целью — отмести шелуху всяких рефлексий.

Энтони поправил брошь шейной ленты. Осклабился, смотря в зеркало на стильного молодого человека, явно только что… из Империи. Захотелось так.

— Да! — ответил парень на стук в дверь.

Причём, не из коридора, а из соседней комнаты. Мариан, как обычно, вошла неслышно. Реально неслышно, только шелест одежды иногда выдавал её присутствие.

— Господин, — девушка, подойдя, склонила голову.

Манеры королевства она уже успешно переняла. Мариан вообще очень упорная, даже упёртая. На ней сегодня типично мисрийский наряд. И… Энтони окинул свою ардуни довольным взглядом. Этот наряд ей очень идёт.

Первое, за что цепляется взгляд, это обувь. Что-то типа тапочек — обувь на плоской подошве без каблуков с острым носом, который (нос) был загнут кверху. Тапочки чёрные, украшены золотыми узорами. Особенно носы, они полностью золотые. Свободные бежевые штанишки из ткани, напоминающей шёлк. Длиной они до щиколоток. Потому что нужно показать украшения на этих самых щиколотках. Тонкие золотые цепочки с синими камешками.

Бело-бежевое платье-рубашка до бёдер (ну, не знает Энтони, как сия деталь гардероба правильно называется). На этом платье белые узоры-цветочки (или что это?) по бежевой основе. Рукава широкие, но опять такой длины, чтобы было видно украшения на запястьях. А их, украшений, много. Будто Мариан задалась целью сделать что-то типа утяжелителей для рук. Кстати, каждый браслет имеет отдельный смысл. Вон тот, массивный из золотых пластинок — знак главной ардуни (ну, а раз Мариан одна, то это так и есть). Тонкая цепочка с красным камнем: «Мой хозяин — боевой маг». Цепочка на правой руке из круглых серебряных и продолговатых золотых звеньев: «Мой хозяин может тебя купить». Это если дословно. А так просто обозначение богатого человека. Это как «боевой маг», по факту означает: «Не трогай эту ардуни — убью». И не трогай — это буквально, даже касаться нельзя, причём не только мужчинам.

Кстати, Мариан и лорум другой купила. Теперь он сплетён из нитей серебристого цвета, а имя владельца выгравировано на золотой пластинке.

Платье имеет разрез до живота на пуговицах. Три верхние пуговки расстёгнуты, но не для того, чтобы декольте сделать (давайте по-честному, Мариан даже Федерика сочувствует по этому поводу), а чтобы показать усех. Усех — это ожерелье полукругом или даже правильнее сказать воротником, шириной в ладонь спереди и постепенно сужающийся к шее. Состоит усех из бирюзовых, синих, красных бусин, золотых и серебряных цилиндриков, нанизанных на нить из буца (очень прочная верёвочка и цена у неё такая, будто она сплетена из платиновых нитей). Между прочим, Мариан этот усех надела впервые. А всё потому, что ей почему-то необходимо было самой его сделать. Видимо, опять какой-то смысл зашит. В усех и действие.

Усех

На плечах Мариан лёгкая полупрозрачная накидка, цветом в тон остальной одежде. Накидка эта выглядит, как паллы имперских дам. Такой же длины.

В ушах у девушки поблёскивают крупные золотые серьги-кольца. Волосы уложены и в них вплетены золотые нити. С причёски на лоб спускается подвеска, с синим крохотным камешком на конце цепочки (угадайте, из какого металла эта подвеска?).

Дорого ли всё это? Очень. Даже можно сказать безумно. Но. Понимаете, тут такие дела постоянно происходят, что можно не успеть порадоваться наличию денег. Опять же, Энтони весьма доставляло это ощущение довольного арабского шейха.

— Ты продолжаешь радовать мой взор, Мариан, — заявил Энтони.

— Я очень довольна этим, господин, — с кротким видом ответила девушка.

Вот на Федерике или каких-то других девушках из королевства или Империи всё это бы смотрелось бы грубовато. Но на Мариан, на её смуглой коже украшения органично вписываются в образ.

— И я вижу, что моя идея с тем, что ты будешь помощницей, — продолжил Кольер. — Тебе нравится. Да?

— Это так, — не стала отрицать Мариан. — Но…

— Но? — поднял брови парень.

— Я не уверена, что смогу стать…

Девушка на мгновение подняла взгляд и снова отвела взор.

— У тебя неплохой потенциал, — уверенно произнёс Энтони. — Это вполне возможно. К тому же, тебе не надо становиться прям магом.

— Господин?

— Понимаешь, — Энтони улыбнулся. — Магов, то есть бойцов, вокруг, думаю, будет немало. И да, ты можешь полноценно освоить свой дар. Но. Это займёт довольно длительное время.

— Я бы не хотела надолго покидать вас, — тут же вставила Мариан.

— Да дело не в этом, Мариан, — спокойно заметил Энтони. — А в том, что если бы… Как это, если по Маату было бы задумано, что ты должна стать серьёзным магом, это бы и произошло. Ничего в жизни не происходит просто так. Это моё убеждение.

— Я его искренне разделяю, — в тоне девушки проскочила ещё большая уверенность, чем у Энтони.

— И тогда зачем ты выучила два языка? — говорил Энтони. — Ну, и зачем тебе такая красивая внешность? Чтобы быть обычным магом-боевиком, одним из многих? Или ардуни, которая ублажает в постели своего господина? Тоже одной из многих возможных? Или радисой, которая умеет хорошо танцевать…

— Как и многие радисы, — закончила за парня Мариан. — Прошу простить.

— Явно же что-то иное задумано насчёт тебя, — задумчиво продолжил Энтони. — И если мы двинемся обычным путём, то этого не выясним. Вывод — надо действовать иначе. Поэтому, Мариан, я покажу тебе две формулы. Одна — это Щит. Вторая… Это даже не формула, а способ лучше использовать археум. Ты сможешь на короткое время очень серьёзно ускориться. Ну, и базовый курс фехтования, который, с учётом того, что ты обладаешь отличной гибкостью, полагаю, усвоится быстро. Вот что я думал насчёт тебя, Мариан.

— Я полностью готова следовать вашему плану, господин.

Энтони не выдержал, подошёл к девушке. Провёл пальцами по щеке. Как это у арабов? Нежной, словно лепесток розы. А потом Кольер поднял голову Мариан за подбородок. И несколько мгновений смотрел в её янтарные глаза.

— Только тогда человек делает что-то… серьёзное, — произнёс парень. — Когда желает это делать. Тебе придётся научиться и возражать мне, Мариан. Знаешь, почему?

Энтони провёл по волосам девушки.

— Потому что иногда от этого будет зависеть моя жизнь, — продолжил он. — Люди, бывает, подчиняются страстям. И одной из твоих главных обязанностей будет тормозить меня. Собственно, для этого и нужны помощники.

И Энтони опять придержал себя. Хотя поцелуй в этот момент прямо-таки напрашивался. Да, паранойя. Да, мужской шовинизм. Но ему не хотелось, чтобы Мариан оказалась в его постели потому, что так надо. Считайте это личным бзиком.

— Нам пора, моя ардуни, — с теплом и улыбкой произнёс парень, уловив в глазах девушки досаду.

А ещё будет полной тупостью, просто эпическим провалом, если настолько близкий человек, как помощница, окажется в твоей постели лишь по велению долга…

* * *

Ариана. Сад особняка Моубреев

Мероприятие было устроено в типично… хотелось сказать, английском, но тут правильнее веттинском саду. Именно Веттин имел больше английских черт в домах, садах и людях. Север, то есть Рутланд — это больше… Германия. Такое ощущение вынес Энтони из воспоминаний и личных ощущений. Хотя, англы это же и саксы.

Интересно то, что сколько Энтони не пытался выцепить типично английские черты поведения, например, превосходство над другими расами, выделить это не получалось. Какие-то не такие здесь были наглы. Возможно, это влияние имперской традиции? Рим-то уж точно было поликультурным образованием. Или это уже здешние нравы такие?

Вот классовое сознание здесь определённо существует. Чванство аристократии имеется во вполне зримых и ощущаемых величинах. К чести королевства, не в острой фазе… А ещё аристократия очень любит подтягивать в свои ряды магов. Это ожидаемо, ибо маги — это сила. Кроме того, маги — это офицеры в армии. В колониальных войсках подавляющая часть офицеров — маги. В материковом воинстве примерно пополам, но так на войска на материке, если говорить начистоту — это внутренние войска, в основном. Усиление для силовых служб. Ещё имеются отдельные пограничные войска.

Основная сила — это всё же колониальные войска. Там и боеготовность куда выше, по понятным причинам, и численность значительно больше. Это вполне логично, потому что охраняют, обороняют и захватывают основной ресурс для текущей цивилизации, Считайте, нефть, если переводить на земные реалии…

Но вернёмся к светским развлечениям аристократической молодёжи Арианы. Сад, разумеется, правильно сформирован. Трава подстрижена, кроны деревьев круглые, кусты сделаны зелёными стеночками. По традиции, сад несимметричен, типа это само всё так получилось.

В саду стоят белые навесы-шатры, которые служат крышами для столов со снедью, вином и прочим. Имеется большой шатёр (лучше всё же называть это навесом, ибо стенок-то не было), который служит бальным залом. Там сделан подиум небольшой высоты, с практически паркетным покрытием. Также имеются во множестве шезлонги, раскладные стулья. Несмотря на уже почти что ночное время, было весьма тепло, поэтому никаких накидок, дамы ходят в платьях. Федерика с подругами опять выбрали имперский стиль (никто же не думает, что некий паренёк по своей воле выбрал стиль одежды?), Мариан, как уже упоминалось, в экзотическом мисрийском наряде.

Альберто же Каниони, похоже, продолжают методично загонять. Сейчас Элиза, видимо, показывает ему, насколько красивой будет жизнь с ней. Говоря начистоту, сегодня девушка была на диво хороша. Платье из нежно-розового виссона, лёгкий макияж. Образ нежной, влюблённой… принцессы. И Альберто, несмотря на свои мысли, явно поддался очарованию. С лица сурового убеждённого холостяка не сходила улыбка.

Хитрая Федерика при этом ловко оттеняла Моубрей. Не затмевала, а именно оттеняла. Хищная красота имперских нарядов выгодно выделяла нежные нотки образа Элизы. А необычная одежда Мариан подавалась так, будто мисрийка была, как минимум, в свите Моубрей.

Кстати, и вот этот юноша из Империи (это Кольер про себя, если что), похоже, тоже был записан в приближённые принцессы. Энтони не протестовал и не пытался разрушить нарисованную картинку. Зачем? Это даже удобно.

А Федерика, судя по всему, устроила себе тренировочный приём, приближённый к боевому. И поэтому Энтони сегодня чаще остаётся один.

— Господин Кольер.

Голос женский, насмешливый. Молодой. Энтони, стоящий у стола и выбирающий вино, повернул голову.

— О, госпожа… м-м, простите, родового имени, признаться, я не помню.

— А я его и не говорила, — ответил Линди.

Да-да, та самая попутчитца с корабля из столицы в Ариану.

— Эшби, — добавила девушка, со слегка надменной улыбкой.

— Леди Эшби, — склонил голову Кольер…

И продолжил выбирать вино. Оказывается, даже вино из плодов увы может быть радикально разным, как по вкусу, так и по крепости. Ува может расти не только на юге, но и севернее, тогда делают более насыщенный по цвету и вкусу напиток. А вино из предгорий называют ледяным, ибо там его давят из замёрзших ягод. Получается очень светлый напиток и весьма сладкий.

— Вы здесь один, господин Кольер? — спросила Линди.

Энтони, взявший бокал, с некоторым удивлением посмотрел на собеседницу. Кто-то ещё не в курсе, с кем он ходит по местным тусовкам?

— Леди Эшби, — выдал тёплую улыбку Кольер. — Вы восхитительно выглядите. Впрочем, как и осталось в моей памяти.

Девушка хмыкнула. Она протянула руку в белой перчатке и тоже взяла бокал. Кстати, со светлым «ледяным» вином.

— И чем же, Энтони, вы сейчас занимаетесь? — спросила девушка. — Вы говорили, что едете в гости. Вашего друга рядом с Элизой Моубрей я видела.

«Типа, не знает Альберто? Или… Дама в свете пребывает еще немного?»

— Кстати, имперская мода? — с улыбкой произнесла Линди.

— Захотелось некоторого разнообразия, — усмехнулся Кольер. — А вы, леди? Мне кажется, я вас не видел в прошлые выходные.

Линди слегка нахмурилась.

— Я только вернулась в Ариану, — вздохнула она. — Обязательства перед родственниками.

— Прошу простить, но из моей памяти совершенно вылетело имя вашей подруги, — произнёс Энтони. — Вы же вдвоём тут?

— Нет, — девушка нахмурилась. — Кэти… В общем, она уже… Как бы это сказать. Решила свою судьбу.

— Похоже, судя по вашему тону, речь о замужестве?

— Не будем об этом, — с некоторым раздражением произнесла Линди. — Вы так и не ответили на вопрос, Энтони, чем вы сейчас заняты?

— Всем понемногу, — улыбнулся парень. — Устроил себе своего рода развлекательный тур. О, простите.

— Что? — Линди посмотрела на Энтони и, видя, что тот смотрит в сторону, повернулась туда же.

И недоумённо свела брови. Ибо увидела она Френсиса Дэстрея.

— Френсис! — громко произнёс Энтони. — А вы всё также предпочитаете делать во мне дырки?

Паренёк подошёл ближе. Поклонился.

— Леди Эшби, — произнёс он.

— Господин Дэстрей, — с лёгким удивлением произнесла Линди.

— Френсис, — продолжил Энтони. — Мне казалось, мы прояснили наши вопросы. Это не так?

— Не прояснили, — буркнул паренёк. — А отложили.

— Знаете, — хмыкнул Кольер. — Я уже начинаю опасаться… за свой, хм, тыл.

Линди на это сделала спокойную маску. Ага, похоже, ориентация сего юного мага не секрет от молодёжной тусовки.

— В каком смысле? — а вот Френсис, похоже, не уловил второго дна.

— Вина? — Энтони подал бокал.

Дэстрей его взял. Похоже, на автомате.

— У меня есть для вас одно предложение, Френсис, — произнёс Кольер. — Не хотите выслушать?

И жест в сторонку. При этом Энтони успел срисовать промелькнувшее удивление на лице Линди…

Френсис Дэстрей, отвесив поклон, стремительным шагом пошёл явно на выход. Алексия после этого двинулась к Энтони. Хоть она и не хозяйка сего вечера, но всё же Френсис её друг. Да, несмотря на разность в жизненных подходах, всё же у них, хоть и своеобразные, но дружеские отношения.

— Энтони, — заговорила девушка, подойдя к парню. — Надеюсь, вы остались в рамках?

Спрашивала Алексия с лёгкой иронией.

«Кстати, а что тут делает Линди Эшби?»

Кольер подошёл именно к ней. Они что, знакомы? Интересно, учитывая, что Линди учится в столице.

— Алексия, на что это ты намекаешь? — поднял бровь Кольер.

— В столице, иной раз, бывают довольно… оригинальные предпочтения, — подпустила ещё больше иронии в тон Алексия.

— Что же заставило думать такое про меня? — поинтересовался Энтони. — Я разве давал поводы?

— Но Френсис ушёл, причём… — Алексия сделала многозначительную паузу.

— Не надо ничего этакого придумывать, — вздохнул Кольер. — Я всего лишь пригласил его в учебный лагерь.

— В лагерь? — удивилась Гоуэр. — Серьёзно? Френсиса?

— А чему вы удивляетесь, Алексия? — осведомился Кольер. — Разве маги в нашей стране не могут выбрать стезю военного?

— Энтони, всё же, — Алексия забеспокоилась. — Френсис же не…

— Вот не нужно принимать решений за мужчину, Алексия, — спокойно ответил Энтони. — Френсис, может я вас удивлю, человек весьма целеустремлённый. Уверяю вас, Анджаби его не остановит.

— Энтони, я могу вас попросить, — Гоуэр нахмурилась. — Не увлекать Френсиса в ваши военные дела?

— Подожди, а ты что, военный? — изумилась Линди Эшби.

— Местами, — усмехнулся Кольер. — Алексия. Чисто… хм, академический интерес. А какой ты видела судьбу Френсиса Дэстрея?

— Точно не военного, он вообще же…

— Френсис желает знать, — спокойно, но твёрдо ответил Энтони. — И поверь, рано или поздно, он двинется в сторону Анджаби. Иного и быть не может. Путь познания никогда не бывает безопасным. Наверное, будет лучше, если при этом с ним рядом будут те, кому не безразлична его судьба?

Алексия нахмурилась.

— Давай, ты не будешь делать поспешные выводы, — добавил Кольер. — Сначала сама в градуате поучись. И почувствуй, что такое жажда знать больше. Вопросы у тебя отпадут сами. О, танцы. Леди Эшби, могу я пригласить вас?

— Хм, — Линди посмотрела на парня с сомнением.

— Клянусь, это ни к чему вас не обяжет, — заверил Энтони. — В этом всё без изменений.

— Хорошо, — слегка улыбнулась Эшби.

* * *

От такого никто не застрахован. Даже в самых лучших домах Арианы. Имеется в виду, что кто-то может перепить, хоть это и довольно сложно сделать там, где крепкие напитки не наливают. Но главное же — задать цель. По всей видимости, сей господин таковую цель имел. Или привёл себя в нужное состояние до посещения мероприятия, а здесь только добавил.

Очевидно, что этот парень, явно из каких-то городских и не сильно именитых аристократов, в дом Моубреев более приглашён не будет. Так себя вести нельзя. Перебрать может каждый, но вести себя нужно прилично в любом состоянии. А этот высокий и худой юноша сначала поскандалил со слугами (которые, очевидно, предложили гостю пройти до выхода и перестали наливать), потом отпустил пару сальных острот в сторону проходивших мимо дам. А потом узрев смуглую девушку в необычном наряде, решил, видимо, поинтересоваться, кто она такая.

Но в стремительно-петляющем подходе к мисрийке, юноша запутался в собственных ногах и рухнул на девушку. Почти рухнул. Вместо падения на Мариан, мальчишечка упал на Щит. Который поставил хозяин сей ардуни, а именно, Энтони Кольер. Жаждущий знакомства, столкнувшись с невидимой преградой, съехал на землю, замотал головой. А тут подскочили слуги Моубреев, человека увели. А к Энтони тут же подошла извиняться Элиза.

И всё, инцидент исчерпан. Кольер не в претензии, происшествие не омрачило вечера… Вот только Алексия хмурилась. Почему? Энтони поставил Щит. На расстоянии шагов в десять, но это ещё не всё. Он поставил его не перед собой. Вот это крайне интересно. Может другой маг, выпускник Директории не придал бы этому значения, но Алексия — племянница алтиора, специалиста по Щитам. Само собой девушка и сама в эту сторону имеет склонность и понимает больше, чем должна была вынести из базового курса.

Так вот. Алексия точно знала, что Щит не перед собой, тем более на таком расстоянии и с чётким ориентированием в пространстве поставить может только очень умелый маг, причём, скорее всего, глубоко изучавший Щиты.

Первым порывом Алексии было обратиться к тётушке. Но пока она ехала домой после приёма, то от этой идеи отказалась. Вивиан Варен, конечно, человек достаточно выдержанный, но может среагировать. Алексии же одного раза хватило, реакцию тётушки уже наблюдала. Поэтому, девушка насчёт Кольера решила у неё не спрашивать.

Но это интересно. Маг… Энтони, конечно, не стальной, это очевидно. Но серебро… И поставить такой сложный Щит? Причём, без подготовки, в ситуации, когда всё произошло неожиданно и быстро. Крайне любопытно.

Алексия даже забыла про то, что она хотела ещё раз поговорить с Энтони насчёт Френсиса. Девушка на пути в особняк, и уже находясь в своей комнате, всё пыталась прикинуть, что же нужно учесть, чтобы поставить Щит, который выдал Кольер. По всему выходило, что для постановки Плоского Щита, который сделал Энтони, нужно, уметь работать со Щитом, как минимум, на трёх этапах. Собственно, далее Алексия просто ещё не знала. Что нужно делать на четвёртом этапе. Это же прерогатива магов, как минимум, выпускников градуаты. То есть… Золотого ранга.

Стоя, уже под утро на балконе своей комнаты в городском особняке Варенов (Варен — девичья фамилия матери Алексии, Вивиан Варен — её тётка), Алексия, сощурившись, смотрела на светлеющий горизонт. Девушка вышла на воздух, чтобы выкурить успокаивающий сбор. Всё же поспать требовалось, а иного способа успокоить разогнавшийся мозг она не видела.

«А а с чего Федерика такая… Уверенная? Прямо-таки безаппеляционно? Что-то уже видела в исполнении Кольера?»

Алексия вспоминала поведение и слова самого Энтони. Например, его спокойствие при разговоре с тётушкой. Не говоря уж про уверенность парня насчёт обучения.

«И что-то Френсис прям какой-то настойчивый насчёт Кольера».

Увлекающаяся натура Дэстрея не была для Алексии секретом. И чем-то Энтони сильно заинтересовал Френсиса. Который так-то совершенно не рвался в армию, ибо ему хватило и Директории. Когда его, за похожесть на девчонку, постоянно пытались подмять под себя те парни, кто покрупнее и понаглее, а то и вовсе употребить в качестве именно женщины.

— Кто же ты такой, Энтони Кольер? — сощурившись, произнесла Алексия.

* * *

Дом Элен Драммон

Нахождение комнаты Элен на втором этаже дома было чрезвычайно выгодным положением помещения. К тому же, на втором этаже была только одна комната, поэтому и любили девушки «заседать» именно у Элен.

— Значит, тот пьяница не просто так упал на Мариан? — спросила Федерика.

— Его направили, — откликнулся Энтони.

Который, пардон за подробности, возлежал абсолютно обнажённым. Федерика же стояла у приоткрытого окна с папиросой. Которую взяла у Энтони.

— Я его знаю, — доложила Минди, которая сейчас открыла портсигар, лежавший на столе.

Портсигар, опять же, Энтони. И да, девы услаждали мужской взор показом своих прелестей. Пристрастились, хе-хе.

— Не подробно, но кое-что, — добавила Минди. — Имя рода — Румал. Имя, кажется, Шад.

— Раскрутим, — уверенно добавила Федерика.

— Только свободную информацию, — предупредил Энтони. — Если будет намёк на что-то существенное, докладывайте Альберто.

— Конечно, — усмехнулась Федерика.

— Я серьёзно, Рика, — добавил парень. — Не пытайтесь геройствовать.

— Зачем? — спокойно спросила девушка. — Для грубой силы у нас есть специально обученный человек.

— Ага, — хихикнула Минди, подходя к ней. — Сегодня, Энтони, ты удивил.

— Чем? Щитом? Никогда не видели, что ли? — недоумённо спросил Кольер.

— Подумали, Энтони, так, — Федерика подала подруге спички. — Мог Щитом. А мог и формулой боевой приложить. Рабыня, это всё же собственность. Когда, например, в твой дом кто-то по пьяни залезет, ты его что, увещевать будешь? Ты был в своём праве, принадлежность ардуни на её шее написана. Не хочешь проблем — не лезь к магу. Полез — не обессудь.

— Вот на этом, Рика, и пытались что-то сделать, — заметил Энтони. — Этому Шаду указали, что надо вытворить и с кем. А потом смотрели, какая будет реакция.

— Странно и глупо, — заметила Минди, прикурив. — Вряд ли бы ты устроил кровавое побоище. Скорее, этот слабый горлом нарвался бы на денежные проблемы, так?

— Скажем так, Минди, — ответил Энтони. — Я не готов подставлять своих женщин под руки посторонних хамов, пусть даже и за деньги. Или даже так — тем более за деньги.

— Но всё равно очень глупо, тут Мина права, — заметила Федерика. — Слуги Моубреев тоже, наверняка, заметили, кто и что. И сейчас всю компанию внесли в списки «неприглашаемых».

— А кто сказал, что действовали профи? — усмехнулся Энтони. — Ну, а тот, кто всё это затеял, я уверен, остался в тени. Вот его и надо вычислить. Или её. Скорее всего, их.

— А зачем? — с интересом спросила Федерика.

В этот момент комнату вошла Элен. Разумеется, без стука. И, даже не раздеваясь, прямо в домашнем сером платье, она прошла к кровати, своей кровати, надо заметить. Где и лежал Энтони. Федерика хмыкнула, когда подруга, как обычно, без лишних сотрясаний воздуха, принялась за употребление Энтони. Конкретно, Элен стала поднимать в боевое положение «инструмент наслаждения». Беседа, разумеется, на этом прервалась, ибо кровь у мужчины может быть только в одной голове…

… — Девушка, — иронично произнёс Энтони. — Не надо быть гением, чтобы понять твой мотив.

— И ты не против? — с некоторым беспокойством спросила Федерика.

Кольер улыбнулся.

— Против чего? — усмехнулся парень. — Что могу насыщенно и интересно проводить время с тремя юными и красивыми особами? Причём, одновременно? Федерика, говоря откровенно, а разве бывает иное? Какое прям открытие, что женщина пользуется… Хм, даже не так. Выбирает такого мужчину, чтобы наиболее полно удовлетворить свои желания. Понятно, что не всегда получается, но к этому же стремятся?

Федерика улыбнулась.

— Интересно, а мой братец также думает? — спросила она.

— Если ты про Элизу, — ответил Энтони. — То Альберто опасается насчёт неё. И не в отношении самой Элизы, разумеется.

— Ну, да, — хмыкнула Федерика. — Семейка там… та ещё. А ты, получается, Альберто подсказываешь?

— Рика, между мужчинами отношения строятся очень просто, — Энтони, сидящий на кровати, посмотрел на девушку, которая опять дымила у окна.

А позади Кольера лежала у стеночки заснувшая Элен, заботливо прикрытая одеялом. Всегда у неё так. Получила своё… и спать. Прямо-таки как вибратор используют бедного юношу.

— И как же? — с интересом спросила Минди.

Она сидела на стуле. В простыне, словно решила изобразить римскую… отставить, имперскую матрону.

— Если я начну советовать Альберто в таких делах, — ответил Энтони. — То, выходит, я выше рангом. Но тогда отношения из дружеских станут «подчинённый-командир». Чего мне бы не хотелось. Так что, дамы, нет. Мы обсуждаем вас, женщин, не без этого. И моим мнением Альберто интересуется. Но решения принимает сам и строго сам.

— А про нас он знает? — поинтересовалась Федерика.

— А для чего мне такое рассказывать? — недоумённо спросил Энтони. — Чтобы похвастаться, какой я мужик? Предпочитаю делами такое показывать. Но вы, девы, сами всё наглядно демонстрируете, только ребёнок несмышленый не сообразит.

— Ну, нам это надо, — спокойно ответила Федерика.

— Надо, так надо, — усмехнулся Энтони. — Вы, леди, делаете то, что хотите. Если же это начнёт мне мешать…

— То что? — тут же спросила Федерика.

Энтони улыбнулся.

— Да ничего, — ответил он. — На мою жизнь интересных людей хватит.

Федерика криво улыбнулась.

— Понятно, — произнесла она. — Что же… Это честно.

— Я вообще сторонник открытых отношений, — откликнулся Энтони. — Лжи и так достаточно, нет надобности её множить.

— Кстати, а зачем тебе, всё же, знать, кто в Ариане… скажем так, относится к Каниони столь негативно?

Энтони вздохнул. Хмыкнул.

— Потому что, Рика, — заговорил он. — Когда начнётся суета… И когда я закончу в особняке, прикрытия у этих людей не будет, понимаешь? И насчёт них потом некому будет предъявить. А их нельзя оставлять.

— То есть, они, ну…

— Не думай плохого, девушка, — насмешливо произнёс Энтони. — Не надо никого убивать. Достаточно лишить их ресурсов. Подвести под внимание ЭйСиЭс и так далее. В общем, организовать такие проблемы, чтобы они только за свою жизнь переживали.

— И не мешали нам, — покивала Федерика.

— Именно. Я же сказал, мне необходима база. Видишь ли, Федерика, мне понравилась обеспеченная жизнь. Вам, как я вижу, тоже?

Минди на это осклабилась. Федерика столь откровенную реакцию не показала, но тоже улыбнулась.

— И, конечно, банальный грабёж никто не отменял, — добавил Кольер. — Как говорится, идя на войну, готовься умереть.

А вот это Федерику удивило. Что тут скажешь… Хоть и не аристократка в цатом поколении, но всё же дева воспитанная в правильных традициях.

— В смысле…

— Именно, Рика, именно, — уверенно произнёс Энтони. — Я же сказал, надо лишить ресурсов. Ну, а мне эти ресурсы весьма пригодятся. Всё, как у людей. Или ты думаешь, если нас всех убьют, не пойдут грабить склады «Каниони ШипТранс»? В первую очередь.

Не надо заблуждаться насчёт людей и их цивилизованности. Максим Векшин мог бы в красках описать, что происходит, когда люди получают возможность безнаказанно грабить, убивать и насиловать. Даже страх смерти потом не останавливает дорвавшихся до этого людей. Хотя, уже не людей. Натуральное зверьё, пьяное от пролитой крови и вседозволенности.

— Всё будет весьма жёстко и неприглядно, девушки, — добавил Кольер. — Поэтому, когда наступит время, советую уехать из Арианы. Крайне рекомендую забрать с собой всех дорогих вам людей.

Минди аж рот приоткрыла. Федерика же стояла хмурой.

— Я бы на вашем месте обратился к главе, чтобы он выделил для этого корабль, — Энтони поднялся с кровати.

— Мы уедем в Суиндон, — произнесла Федерика.

— Или так, — Энтони потянулся. — Опять же, заметь, Рик. Я вам не приказываю. Рекомендую, а голова у вас своя. Приказываю я подчинённым…

Френсис Дэстрей из аристократов, но мелких. Дэстреи имеют небольшое землевладение на одну деревеньку недалеко от Арианы. И если говорить начистоту, то одарённость старшего сына стало для Дэстреев облегчением, ибо Френсис уехал в Директорию, то есть на полное обеспечение и, самое главное, за его учёбу не пришлось платить.

Дэстреи жили не в поместье, а в самой Ариане, потому как Герберт Дэстрей, отец Френсиса, служил чиновником в магистрате гавернора (губернатора) провинции. Поэтому, этим ранним утром Френсис отправился в учебный лагерь из отчего дома. И, разумеется, он собирался добираться на поезде, так как нанять извозчика на такое расстояние — это довольно опустошительное для его кошелька действие.

— Френсис, — матушка, провожавшая сына, вышла за дверь, но тут же вернулась. — А ты собираешься на вокзал ехать на парокате?

— Что? — удивился парень. — Нет. Здесь идти минут пятнадцать, зачем?

— У калитки парокат стоит, — сообщила Амилия Дэстрей.

— То есть? — Френсис, как был, в одном ботинке, поднялся и выглянул на улицу.

В конце дорожки, за калиткой из штакетника, действительно дожидался парокат. На месте извозчика зевал какой-то парень. Причём, вряд ли это был наёмный транспорт, аппарат был явно недешёвым. Блестел лаком и чернел шинами. И ещё красные спицы колёс. Стоял парокат так, что ошибка была невозможна. Извозчик подъехал именно к дому Дэстреев.

Френсис, нахмурившись, сел на лавочку. Надел второй ботинок.

— Братик! — младшая сестра, Гленда, выскочила в прихожую.

Она была в сером шерстяном домашнем платье. Несмотря на жаркое время года, ночью иногда в доме тянуло по полу. Дом был не самый новый, полы неплохо было бы перебрать.

— А ты теперь богатый, да? — блестя глазёнками, девочка подбежала к брату.

— Ты уже проснулась? — сказал первое, что пришло в голову Френсис.

— А ты потом меня покатаешь, Френки? Покатаешь?

— Эм, Гленди, — Френсис несколько смутился. — Это не мой. Я думаю…

— Это твоя подруга по Директории? — спросила матушка, с лёгкой хмуростью на лице.

— Нет, у нас с Алексией… — Френсис вздохнул. — Думаю, это другой человек…

Френсис прошёл к калитке. На траве сегодня лежала густая роса. Почему-то бросилось в глаза, что невысокий забор очень старый и лучше бы его обновить. Да и калитка… Френсис нахмурился.

«Да и сам дом».

Парень сдвинул засов, открыл калитку.

— Господин Дэстрей? — осведомился извозчик.

Совсем молодой. И приподнял котелок на голове.

— Да, это я, — ответил Френсис.

— Меня зовут Раян, господин, — произнёс парень. — Мне поручено доставить вас в учебный лагерь.

Френсис бросил на мать опасливый взгляд.

— Френки! — и Амилия Дэстрей оправдала ожидания.

Она тут же схватила сына за руку и затащила обратно во двор.

— Ты что, собираешься в армию? — голос женщины выдавал её смятение.

На лице тревога и волнение. Френсис прочистил горло.

— Мам, — твёрдо заговорил Френсис, посмотрев на матушку. — Рано или поздно мне пришлось бы туда пойти. А сейчас я нашёл… думаю, что нашёл вариант, как сделать это менее сложно. Видишь?

Парень показал на парокат…

* * *

Учебный лагерь колониальных войск

Около шести утра

Когда из домика возле ворот (простим штатскому незнание армейских названий), вышел офицер, Френсис не сразу распознал в нём того самого столичного франта, каковым он привык видеть Кольера. А между тем, этот подтянутый военный был именно он. Энтони Кольер, в зелёной форме, затянутый ремнями и с погонами на плечах, в сапогах. Форма на нём будто вырезана, как на статуе. Ничего не топорщилось.

Кольер подошёл к парокату, поздоровался с извозчиком.

— Вечером, часам к девяти, — ответил Кольер на вопрос Раяна. — Ты приедешь?

— Да, конечно, — кивнул извозчик. — Глава меня на весь день к вам отправил. Может, лучше я тут подожду?

— До вечера? — засомневался Кольер. — Не надо. В девять прибудешь.

— Всё понятно, господин Кольер, — кивнул извозчик.

— Вот, — Энтони достал из кармана купюру. — Купишь чего-нибудь пожевать пассажиру на обратную дорогу. Ну, и себе, чтобы ехать было нескучно. Тебе, кстати, про пятницу говорили? Тоже ты, в смысле, будешь?

— Да, тоже я, — ответил парень.

— Ну, и отлично тогда, — улыбнулся Кольер и посмотрел на Френсиса. — Господин Дэстрей.

Френсис, опомнившись, поднялся. И несколько неловко слез на землю, по пути едва не посчитав ступеньки задом.

— Добро пожаловать в учебный лагерь, Френсис, — улыбнулся Кольер.

— До вечера, господин Кольер, — сказал извозчик.

Энтони глянул на него, кивнул.

— Прошу, — пригласил Кольер, делая жест в сторону домика. — Как доехали?

— Хо… — в горле вдруг пересохло.

Френсис откашлялся.

— Всё хорошо, — произнёс он.

— Это замечательно.

Они дошли до домика. За их спинами проехал, пофыркивая, парокат. Кольер дошёл до двери, открыл её и прошёл первым. Френсис последовал за ним.

— Кольер! — остановил их возглас.

От другого военного, который сидел за стеклом окна, которое, почему-то, выходило в сквозной коридор. На стекле была надпись: «дежурный». Внизу в стекле имелся вырез.

— Не, ну ты совесть-то имей! — возмутился военный, в зелёной форме, но с тремя красными полосками на погонах (у Кольера жёлтые и две). — Это всё же воинская часть, а не твой особняк!

— Ты поучи ещё меня службу тащить! — Кольер хлопнул о небольшой подоконник под стеклом бумажкой и задвинул её под стекло. — Вот! Пропуск от начальника!

— А! Так сразу надо было предъявить, я тебе, что, рокки, меня тут проверять?

Военный нагнулся, взял бумажку, прочитал. Глянул пристально на Френсиса.

— Маг? — слегка удивился мужчина. — А вы теперь сами набираете пополнение что ли?

— Во-первых, это немножко не ваше дело, господин лейтенант, — ухмыльнулся Кольер. — А во-вторых, может, выпьем? Тоже с нами поедешь.

— Не-не-не! — тут же замотал головой офицер. — Нас и тут нормально кормят.

— Ты подумай, — вкрадчиво заметил Кольер. — Съездишь на Анджаби, денег поднимешь. От жены, детей отдохнёшь. А когда опасность рядом, женщины куда сговорчивее…

— Ай, иди уже, демон-обольститель! — воскликнул военный.

Кольер усмехнулся. И, забрав бумажку, проверенную офицером, отдал её Френсису.

— Это ваш пропуск на сегодня, — заметил Энтони.

Френсис взял бумажку, несколько неловко сунул её во внутренний карман кителя. Он, кстати, был в тёмно-синей форме градуаты. Да, в градуате так-то есть форма, просто обычно её надевают только по особым торжествам или когда представители высшей власти посещают. И это прям форма, то есть не пиджак, а китель. Светло-синяя рубашка с чёрной шейной лентой и «уставной» брошью в виде знака градуады. А именно, круглая с буквой «G». Штаны со стрелками, чёрные ботинки (девушки, кстати, тоже носят штаны, что в Директории, что градуате, что в армии. Ибо юбки тут очень длинные, да и вообще, девушки-маги, по факту, приравнены к военным).

Они прошли по коридору, вышли через другую дверь, покрашенную коричневой краской.

И оказались в несколько странном для Дэстрея месте. Прямо от дверей домика шла идеально чистая дорожка. С ослепительно белыми бордюрами. Трава, такое ощущение, нарисована, настолько ровно подстрижена.

«А он тут, прям как у себя дома» — скользнула мысль у Френсиса.

Кольер шёл уверенно, не оглядываясь по сторонам. Два молодых парня, тоже в форме, которые встретились им по пути, при виде Энтони остановились и вытянулись. Кольер в ответ приложил ладонь к виску.

Когда они проходили через перекрёсток, то Френсис увидел, как от одного из двухэтажных зданий отбегают длинной толпой люди в зелёной форме.

— Вы будете помогать местному целителю, Френсис, — заговорил Кольер и Дэстрей перевёл взгляд на него. — Если, конечно, согласитесь. Вот во время этой практики вы и узнаете многое из того, что вам интересно. В частности, и про меня.

— Я уже согласен, — твёрдо ответил Дэстрей.

— Ну, а я, Френсис, не первый год… хм, с людьми работаю, — произнёс Кольер. — Посему сегодня вы всё же уедете домой, переспите с полученными впечатлениями. И примете взвешенное решение. Нам сюда.

Они дошли до одноэтажного здания, на двери которого красовался всеми понимаемый символ — змея обвивающая посох.

После двери оказался коридор, почему-то очень ярко освещённый светильниками под потолком. Белые сверху стены, а на уровне плеча покрашенные в светло-зелёный цвет. Четыре двери, опять коричневые. Одна, слева-дальняя была открыта настежь.

— Мастер! — с теплом в голосе воскликнул Кольер, войдя в эту дверь. — А я вам тут помощника привёл!

Френсис, зайдя следом, увидел сидящего за столом мужчину лет от тридцати до сорока, в белом халате, поверх зеленой рубашки. При словах Кольера на его лице появилось вопросительное выражение.

— Любопытно, — произнёс мужчина, смотря на Френсиса.

И, естественно, глянув при этом на левую руку, где имелось серебряное кольцо.

— Стало быть, Энтони, — произнёс мужчина. — Этот юноша учится в градуате?

— И на нужной специальности, мастер, — ответил Кольер. — Френсис Дэстрей. Сей молодой маг весьма заинтересовался происходящими в лагере тренировками магов.

— Так-так, — целитель достал из ящика стола коробку с папиросами.

— Ну, и вообще Френсис — человек весьма любознательный, — добавил Энтони. — Желает практику получить. Ну, а далее видно будет.

— Всё ясно, — кивнул мужчина. — Что же… хм, Френсис. Давайте познакомимся с вами поближе. Энтони, вы идите. Беседа нам предстоит весьма специфическая.

— Конечно, мастер, — усмехнулся Кольер.

— Френсис, присаживайтесь, — предложил целитель. — Меня зовут Инграм Ламьен. Кстати, а кто у вас сейчас анатомию преподаёт? Я слышал, что мастер Робьер на покой собирался…

* * *

Чуть позже, после завтрака. Полоса препятствий

Энтони, стоя в доспехе и держа в левой руке шлем, докладывал о проведённой операции. Тиан Кольер слушала брата. И иногда хмыкала.

— Значит, ты нам целителя что ли отыскал? — уточнила она.

— Я бы не сказал, что прям целителя-целителя, — ответил Энтони. — Да и не понятно ещё, согласится ли этот парень. Но у него имеется необходимость год отслужить. Его, конечно, протащили в градуату, минуя службу. Но должок-то при этом наличествует. И его наличие Френсиса весьма напрягает.

— Если согласится, — произнесла Тиан. — Лично прослежу, чтобы этот парень во что-нибудь горячее не влетел. Целитель — это прям очень надо. Таких отправлять на аванпосты нельзя. Будет сидеть на базе. Гарантирую.

— Я в этом даже не сомневался, — усмехнулся Энтони. — Поэтому уже всё это ему и описал.

— Хорошо, — чуть сощурилась капитан. — Наличие целителя — это отличная заявка на успех.

— Но Френсис ещё не полноценный целитель, — заметил Энтони. — Только первый курс прошёл.

— Братец, главное, что таковой вообще есть! — уверенно заметила Тиан. — Лекарей-то найти — уже целая проблема. Ты давай, уговаривай. Можешь ему даже жалование двойное обещать. Мы сами скинемся, главное, чтобы согласился. Кстати, в каком смысле, только первый курс? Он что, может дальше учиться?

— Ага, — кивнул Энтони.

— Братец, мля, а ты чё тут стоишь, а? — кровожадно оскалилась Тиан. — Давай быстро к этому парню, ублажай, как хочешь, но чтобы он с нами поехал! Обещай денег, девок, что угодно!

— Сестра моя, а давайте всё же без крайностей, — усмехнулся Энтони. — И работа уже проведена. Его, кстати, не деньги и девки интересуют. А я, по большей части.

По лицу капитана Кольер пробежало изумление.

— Да ладно! Он чё, по мужикам?

Энтони аж крякнул.

— Нет, Тиан, хотя такие подозрения в его сторону были, — ответил он. — Френсис Дэстрей желает глубокого погружения в материал.

«Очень двусмысленное заявление!» — хихикнул Младший.

— Чего? — наморщила лоб женщина.

— Практика ему нужна, — пояснил Энтони. — Причём, как можно более интересная. В частности, он желает изучать мой археум. Вот я и сказал, что вскоре убываю на Анджаби и не могу предоставить себя для препарирования. После чего Френсис и выразил намерение отъехать туда, где я буду. Ну, а для этого нужно подготовку же пройти, с личным составом познакомиться и прочее. Вот поэтому он в лагере. А теперь…

Энтони хлопнул по нагруднику доспеха.

— Я намерен выполнить вашу просьбу, майор Кольер и полностью увлечь, — добавил парень. — Сегодня у мастера Ламьена помощник образовался. Надо бы обеспечить лазарет интересными пациентами.

— Вот оно что, — свела брови Тиан. — Ну, так вперёд, энсин. Какого хрена ты ещё не в носилках?

— Тиан, а ты знаешь, что такое профессиональная деформация? — иронично спросил Энтони.

— Ну, чё, погнали? — это подошла Алиса.

Тоже уже в доспехе, со шлемом под мышкой. А вместе с ней прибыли точно также экипированные Катрин Морвиль и Эда Кромвель.

— Энтони, если кто-то из вас на ногах останется, я сама меры приму, — посулила Тиан Кольер.

— Не волнуйтесь, господин кровожадный майор, — усмехнулся Энтони. — Мы работаем быстро, аккуратно и с гарантией. Готовьте эвакуационные команды.

* * *

Ближе к обеду. Лазарет

Френсис реально растерялся, когда теория столь быстро сменилась практикой. Для начала, Инграм Ламьен показал, как готовить инструменты и помещение для работы. А уже следующий комплект (инструменты и комнату) Френсис готовил сам. Далее, словно он уже реально поступил на службу, Инграм поставил внезапного помощника командовать тремя приданными лазарету парнями. Причём, не отвлечёнными мероприятиями заниматься, а готовиться к приёму.

И вот, собственно, перед самым обедом и началось. Сначала пришла девушка в форме, предупреждая о скором прибытии работы. А когда Ламьен с Френсисом вышли в коридор, в лазарет ввалились шестеро взмыленных парней (тоже в форме), которые тащили брезентовые носилки. На которых лежала рослая дама, причём без сознания.

Вот такие носилки

— Френсис, это ваша пациентка, — распорядился Ламьен. — Проведите пока подготовку. Туда.

Мастер указал на первую от входа дверь справа. Бойцы, под командованием энсина, кряхтя, затащили даму в помещение.

— Мастер, а у вас что, помощник образовался? — спросил этот самый энсин.

— Не у меня, Карвер, а у вас, — ответил Ламьен и посмотрел на Дэстрея. — Френсис, как я понял, с вами собирается отбыть.

— О! — энсин смерил Френсиса изучающим взглядом и протянул, даже скорее выбросил руку. — Карвер Хьюз!

— Френсис Дэстрей, — негромко ответил Френсис, отвечая на рукопожатие.

Напор собеседника его несколько смутил.

— Хрена себе, серебро⁈ — удивился Карвер, увидев кольцо. — Круто! Френсис, чё надо, сразу говори! Достанем, отберём, украдём!

(Карвер удивляется рангу, потому что Нокс — это даже не полноценная база. То есть, местечко опасное и туда целители-серебро очень вряд ли согласятся поехать).

— Карвер, не мешай работать, — мягко напомнил Ламьен.

— Ах, да, прощенья просим! Счас ещё одну притащат, кстати! А потом ещё двоих!

— Господин Кольер тоже?

— А как же! Сейчас тоже приволокём, он дам вперёд пропустил! — энсин сверкнул улыбкой.

Френсис, вспомнив, что он тут вообще-то работать должен, прошёл в процедурную. И несколько замешкался.

«Одежду снимать?»

Не то, чтобы он сильно смутился. Всё-таки уже не раз женщин раздевал и не только раздевал. В градуате вообще уже начали проводить занятия, когда попросту на людях показывали анатомию. Это чтобы будущие целители вырабатывали привычку к обнаженным пациентам. Просто… Эта дама… Большая. Рослая. И прямо сейчас она очнулась, осоловело глянула по сторонам.

— Вот же,.ля, — выдала женщина. — О…еть приколы, на.

Тут она узрела Френсиса.

— А ты, типа, тот целитель, да? — спросила дама.

— Да, — коротко ответил парень.

— Ну, вот, лечи, — скривилась женщина. — У меня, похоже, нога сломана. Правая.

— Нужно снять одежду, — сказал Френсис.

— Ага, надо, — вздохнула дама. — Только я тут тебе, не помощник, на. Хрена себе братик,.ля! Оу!

Это женщина попробовала пошевелиться. Её лицо скривилось, потом промелькнуло недоумённое удивление… и её глаза закатились. А у Френсиса при этом словно отключили смущение. Прям уверенность появилась. Он уже без всяких колебаний шагнул к обмякшей женщине, которая лежала на специальной кушетке, с непромокаемой обивкой. Френсис коснулся двумя пальцами правой руки шеи пациентки, погружая её в забытье.

— Владеешь сонной формулой, отлично, — раздался голос Ламьена. — Справишься сам?

— Да, мастер, — деловито ответил Френсис, не оборачиваясь. — Без проблем.

— Если что, я в соседней процедурной, — сказал Ламьен и действительно ушёл.

* * *

Вечер того же дня

Кольер прихрамывал на правую ногу. И это неудивительно, после второго за день посещения целителя. Повтор получился неожиданно (в смысле, это было не запланировано Энтони). Ловкий, сильный и внимательный маг попросту навернулся на полосе препятствий, причём так удачно, что приземлился ножкой на бревно, по которому и совершал пробежку. В результате, когда остальные новики увидели, что произошло с Кольером, двоих эвакуаторщиков пришлось заменять. Непривычны ещё вчерашние городские жители к виду торчащих костей. Вот деревенские, пусть и несколько побледнели, но всё же справились. Что ожидаемо, им же приходилось скотину резать.

Зато Френсис утолил своё любопытство и таки посмотрел археум Энтони, как надо, то есть после истощения. И теперь пребывает в задумчивости.

— Госпожа Неви права. Двойной археум… Это весьма необычно.

— И заметьте, Френсис, у вас право… хм, первой ночи, — усмехнулся Энтони.

— Э-э, первой ночи? — недоумённо переспросил Дэстрей.

— У вас эксклюзивное право на изучение, — пояснил Кольер. — Кстати, наверняка у целителей есть что-то типа дипломной работы?

— Это так, — кивнул Дэстрей.

— Вот, я готов выступить в качестве объекта исследования для таковой, — улыбнулся Кольер. — Я весь ваш в этом смысле.

— Вы же не хотите огласки…

— Потом это будет уже неважно, Френсис, — спокойно заметил Кольер. — Думаю, через два года про меня и так будет знать достаточное количество людей. Но повторю, изучать я доверю только вам.

— Но всё равно придётся обращаться к госпоже Неви…

— Естественно, — хмыкнул Кольер. — Но, согласитесь, обращаться к наставнику, изучая самому и помогать изучать — это две большие разницы.

Френсис пару мгновений думал, а потом кивнул.

— Теперь по контракту, — продолжил Энтони. — Буду с вами откровенен, Френсис. Если вы согласитесь на контракт — это вызовет негативную реакцию у ваших родных, а также у вашей подруги. Думаю, и в градуате это не вызовет восторженной поддержки.

— Полагаю, — холодно ответил Дэстрей. — Решения по моей судьбе и принимать надо мне?

— Я лицо заинтересованное, Френсис, — заметил Кольер. — Мне выгодно ваше согласие. Более того, от лица руководства компании «Каниони ШипТранс» я уполномочен сделать вам выгодное предложение. Семья Каниони гарантирует, что вам будут обеспечены хорошие условия прохождения службы, максимально комфортные из возможных. Также, если вы согласитесь заключить контракт, «Каниони ШипТранс» выплатит вам аванс, в размере месячного жалования стандартного контракта целителя, а это четыре золотых дхана. Если же вам необходима бо́льшая сумма вперёд…

— Достаточно и этого, — поспешно вставил Дэстрей.

— Также вы можете выбрать любой необходимый вам для работы инструмент, — добавил Энтони. — Уточню, что в Ноксе сейчас всё на довольно примитивном уровне, эту территорию только начали осваивать. Так что рекомендую не скромничать. По сути, вы и будете делать необходимую базу.

— Понятно, — кивнул Френсис. — Тогда я посоветуюсь с мастером Ламьеном и позже предоставлю список. А на какую, хотя примерно, сумму мне рассчитывать?

— Конечно, построить такой же центр, как в Тарквеноне — будет чересчур… м-м, претенциозно, — ответил Кольер. — Но ориентируйтесь на размер городской практики. Вплоть до артефактов, Френсис. Компания Каниони не желает терять подготовленных людей, как бойцов, так и специалистов, по причине плохой обеспеченности. Да, ещё. Если у вас есть знакомые, которых вы бы хотели привлечь, вам достаточно написать их имя. Условия для них будут тоже очень неплохие. Выгоднее, чем в других колониях, это я вам гарантирую.

— Вот как, — Френсис снова впал в задумчивость. — Хм. Мне надо тогда уточнить кое-что… Есть два человека, которые собирались заключить контракт. С одной я учился в Директории, она на год младше, другой в этом году выпустился из градуаты. Элли Уэйк живёт в Ариане. А вот Рубио Латмер собирался провести время перед службой в поместье родителей под Логенвором.

— Просто дайте координаты, Френсис, — ответил Кольер. — Мы всё сделаем в лучшем виде.

— Хорошо, — слегка улыбнулся Дэстрей. — Энтони. Иногда у меня возникает ощущение, будто… Ну, знаете, словно я не контракт собираюсь заключить, а в какой-то тайный орден вступаю.

— Френсис, — усмехнулся Кольер. — Просто вы имеете дело с деловыми людьми. Вам хотят обеспечить такой режим работы, чтобы вы наиболее полно проявили свои качества… И заработали для компании больше денег. В вашем случае, вы будете сохранять вложенные средства. Принцип разделения труда. Каждый должен делать именно то, что у него хорошо получается. И уверяю вас, после контракта про вас тоже не забудут. Опора на кадры — это практически девиз «Каниони ШипТранс». Например, когда вы уже будете сами преподавать в градуате, неужели вы не посоветуете парочке-другой своих учеников хорошее место для практики?

— Преподавать? — уже открыто усмехнулся Дэстрей. — Право слово, вы слишком хорошего обо мне мнения, Энтони.

— Как мне тут сказали на днях, — откликнулся Кольер. — Когда-то и Деллиры были лишь беглыми мятежниками из Империи. И да, не удивляйтесь заботе. Всё практично, если не сказать цинично. Глава Каниони просто очень желает привлечь вас.

Дэстрей хмыкнул.

— Как я и говорил, Френсис, — добавил Энтони. — Я с вами откровенен. Вот ваша выгода, вот наша. Всё прозрачно. Никаких подводных камней. И да, на ваши возможные исследования компания тоже готова выделять деньги…

* * *

Отправив Френсиса на парокате, Энтони вернулся в лагерь. Когда он прошёл через КПП обратно на территорию, его уже ждали. Одна капитан сверлила брата испытующим взором.

— Ну, и? — с прищуром спросила Тиан.

— Господин пока ещё капитан, я вообще-то только от целителей, — вздохнул Энтони. — Вам не кажется, что требовать от больного…

— А по… — к лицу болезного поднесли сжатый кулак.

— Боги, куда я попал, — поморщился парень. — Я, человек исключительно тонкого вкуса, ценитель…

— Ценитель, сейчас снова к целителям направлю!

— Сестра, да готовьте контракт, — устало ответил Энтони. — Френсис его бы и сегодня подписал, да я его уговорил не торопиться.

— И нахрена?

— Чтобы потом не было: «а я не понял», — ответил парень. — Зачем нужен целитель, который постоянно косить станет? Ну? Человека же надо мотивировать на доблестный труд во славу.

Тиан хмыкнула.

— И ещё надо пробить двух магов, — добавил Энтони. — Может, ещё и парочку лекарей подтянем. Всё? Я хороший брат?

Капитан Кольер усмехнулась.

— Ладно, годится, — произнесла она. — Пошли. Я тебе ужин приберегла.

— Вот за это большая вам благодарность! Я уже думал набег на продовольственный склад делать! Но сначала давай зайдём на узел связи. Телегу надо отправить…

* * *

Утро следующего дня.

Среда 30 июля

Около восьми утра

На вызов Энтони прибыл лично Альберто. Когда Кольер вышел из КПП, означенный господин зевал, стоя у пароката.

— И что же тебе понадобилось так срочно? — спросил Альберто, когда Энтони подошёл. — Что, какой-то из твоих внезапно потребовалось кольцо?

— Очень смешно, ха-ха, — Кольер, дойдя до пароката, ловким движением изъял из руки товарища дымящуюся сигариллу.

— Однако, — лениво отреагировал Альберто.

— Пару человек надо найти, — произнёс Энтони, затягиваясь добычей. — Одна дама живёт в Ариане. А вот парень под Логенвором.

— Хм, — удивился Альберто. — И на кой?

— Маги они, — ответил Энтони. — И рекомендованы Френсисом Дэстреем в качестве помощников. Смекаешь? Сможем найти кого-нибудь прокатиться до Логенвора?

— Пф, запросто, — сощурился Альберто. — А Дэстрей, значит…

Кольер сделал жест назад, в сторону КПП.

— Контракт сейчас подписывает, — ответил Энтони. — Уже полтора часа, как приехал. Всё в этом направлении в порядке. И наш целитель его хвалит, кстати.

— Ну, ты и… — Альберто покачал головой.

— Дело надо делать, дружище, — ответил Кольер. — Работу работать. Не люблю полагаться на случай, знаете ли.

Он достал из кармана бумажку, подал Альберто. На бумажке были написаны координаты упомянутых ранее людей.

— Ага, — Альберто прочитал, кивнул. — Сделаем. Кстати, что за людей Федерика пробивает?

— Да, последи там за ней, — произнёс Энтони. — А то увлекутся ещё в атаке. Это персонажи, которые того идиота на Мариан направили.

— А зачем? — не понял Альберто. — В смысле…

— Да знаю я, что и так можно всех выявить, — ответил Кольер. — Но, во-первых, делом заняты…

— Ага, ясно, — усмехнулся Альберто.

— А во-вторых, может что-то всё-таки и найдут, неизвестное ранее, — добавил Энтони. — Бывает, что женщины знают больше, чем ЭйСиЭс… Федерика же наверняка пойдет к Леман.

— Так-так! Слушай, а ты не слишком тут опутываешь? Свободные женщины в Ариане останутся?

— Не переживай, девушку у товарища я отбивать не стану, — усмехнулся Кольер. — Можешь за Элизу быть уверен.

— Спасибо вам, мой драгоценный друг!

* * *

На самом деле, даже неодарённые люди в этом мире могут использовать магию. Они же условно неодарённые. В сравнении с магами. Если быть точнее, археум неодарённых не может удерживать, а потом, соответственно, отдавать в тело достаточное количество магии.

Впрочем, на Земле происходило ровно то же самое. Те, кто выжили — это же люди, которые оказались способны принять магию. Ну, и последствия этого были. Насморк схватить можно (даже мага на сопли может пробить), а вот заболевания, вызывающие какие-то серьёзные изменения в организме вызывают реакцию археума, который «возвращает, как было» и не даёт развиться чему-то смертельному. ВИЧ, рак и прочие подобные вещи ушли в прошлое.

Ещё один эффект, люди сравнительно быстрее наращивают физические кондиции. Думается, если сравнить неодарённых Геи и обычных людей с домагической Земли, первые покажутся сплошь тренированными атлетами.

— Ну, что же, парни! — бодро произнёс Энтони. — Вы уже не те булочки, которые сюда приехали!

«Не булочки» же изображали инсталляцию «После битвы». По поляне около лагеря были живописно разбросаны тела, движения вялые, взоры бессмысленные. Марш-бросок прошёл успешно. Никого не потеряли, все добежали до финиша сами. Но пока это проделали без полной загрузки, то есть только доспех и личное оружие. Даже без огнестрела.

Что сейчас делал Энтони. Похвала от «монстра Кольера». Необходимый этап, воодушевление и так далее. Не только же прессовать людей нужно.

— Теперь с вами можно и за стены аванпоста выходить! — продолжал Кольер. — И с этого дня, воины, тренировки станут ещё тяжелее и разнообразнее! Но теперь у меня есть уверенность, что вы их выдержите!..

* * *

Четверг. После обеда

Учебный лагерь, стрельбище

Ну, и про что говорил Энтони. Тренировки становятся разнообразнее. Сегодня началась непосредственно огневая подготовка. До сего дня юноши усваивали правила обращения с оружием (не обошлось без рукоприкладства, но это как всегда), учились заряжать, проверять заряжено или нет, разряжать, менять кристаллы. Напомним, в огнестреле их два — чёрный и жёлтый. Непосредственно на этой неделе парней учили, собственно, производить выстрел. Сначала слегка нажимаешь, прижимая контактную пластину к медному колпачку, в который стерженёк из жёлтого кристалла вставлен, а потом, собственно, задвигаешь стерженёк в казённую часть, и происходит выстрел. Здесь казённая часть называется каморой.

По устройству. После того, как стерженёк кристалла заехал в камору, он фиксируется подпружиненным фиксатором. Это чтобы кристалл при выстреле не вылетел. Поэтому, для следующего выстрела требуется освободить фиксатор (он справа и сильно напоминает рукоять затвора), после чего нажимная скоба вернётся в исходное положение, вытаскивая через лапку медный колпачок с кристаллом.

Выдержка из правил обращения. Если стрелок забыл, заряжено у него оружие или нет, требуется взять шомпол и проверить это. На шомполе имеется специальная отметка. Если шомпол ушёл, как говориться, до самого дна, огнестрел не заряжен. Дошёл от отметки — заряжено. Не дошёл — зарядили два раза.

При заряжании оружия есть обязательное требование, чтобы пуля дошла до порохового заряда. То есть шомпол вошёл в ствол до указанной отметки. Если пуля не дошла, то последствия тоже могут быть печальными. Самое лёгкое — неточный выстрел или «недовыстрел». Пуля натурально вывалится из ствола, а не вылетит. А при большой удаче может и ствол разорвать.

Если не можешь пропихнуть шомпол до отметки — значит, оружие уже заряжено, и ты только что вогнал в ствол второй заряд. Значит, надо брать тонкую спицу и ковырять ею, вытаскивая вторую пулю. Разряжать выстрелом в этом случае строго запрещено.

В понедельник бойцы изучали устройство оружия на натуре, закрепляя полученную теорию. Во вторник и вчера бойцы стреляли вхолостую, то есть без пули. Сегодня же первые боевые стрельбы. Ну, и Энтони упал на хвост, дабы ознакомиться с местным огнестрелом.

При выстреле не происходит вспышки пороха у рожи, как на земных дульнозарядных ружьях. Что большой плюс, можно нормально целиться.

Прицельное приспособление тут простое. Мушка-шпенёк на конце ствола, на казённой части ствола — планка с кольцом. Планка располагается на бегунке. Бегунок фиксируется на выбранном месте шариком с пружиной. Сдвигаешь его вперёд — увеличиваешь прицельную дальность. Дистанции стрельбы в четыре стадии — пятьдесят метров (постоянное), сто, сто пятьдесят и двести.

У пистоля почти такое же устройство, только ствол короче. И планка на двадцать пять и пятьдесят метров.

Прицеливание производиться помещением шпенька мушки в центр кольца. Вот и вся теория.

— Господин энсин! — обратился лежащий на позиции рядом с Энтони боец. — У меня планка не сдвигается!

И, повернув ружьё, собственно, показывает планку… Не смотря даже, куда дулом тычет. Реакция у Кольера была мгновенной. Максиму Векшину правила обращения с оружием натурально вколачивали, а потом он сам также вбивал, так что Энтони даже не задумался, на рефлексе среагировал.

— Боец, твою мать! — рявкнул Энтони. — Куда ты оружие направляешь⁈

— Так там же…

— Вот именно, ты нихрена не видишь, что там! Положил, обратился и никак иначе!

— Так точно!

— Как нужно передавать заряженное оружие?..

…Отдача тут неслабая. Натурально лягается. Выстрелив, Энтони положил ружьё на мешок, поднял голову. И удовлетворённо хмыкнул. Мастерство не пропьёшь и даже сменой тела не собьёшь. По ростовой мишени он стрелять не стал — это уж совсем не спортивно. Да и расстояние для рокки, то есть тридцать метров. Для молодёжи важен факт, что во что-то попал. Ну, а Энтони себе просто камешек размером с кулак положил. Метрах на шестидесяти. В него и стрелял. И, что важно, таки попал. Впрочем, у магов есть преимущество. Прицел не особо «гуляет», ибо в руки же можно усиление подкинуть.

— Энсин Кольер! Стрельбу закончил! — доложил Энтони.

Оглядевшись, он поднялся. Подошёл к остальным офицерам.

— Ну, как? — Эда ухмылялась. — Вспомнил?

— Госпожа лейтенант, я так-то не особо с огнестрелом, — ответил Кольер. — Да и не стрелял уже давно. Так обходился.

Кромвель в ответ сощурилась.

(Обращаться к офицеру положено в мужском роде, даже к женщинам. Сейчас Энтони выдал намёк на старую, как мир, подначку. Насчёт места женщин).

В этот момент стали подниматься отстрелявшиеся бойцы. Оружие, как и положено, оставляли лежать. Потом, когда им выдадут именно их ружья, они будут их забирать с собой. И не раз проклянут этот светлый миг, когда получат именно свой огнестрел. Ружья же надо будет чистить, постоянно таскать с собой и сами стволы, и всю амуницию к ним.

— Следующие! — скомандовал Гэйр Отис.

Стрельбами руководили только опытные офицеры.

— Энтони, тот парень-целитель уже всё, с нами? — спросила Аделаида Ровелло.

Энтони, глядевший в этот момент на железные ростовые мишени (о попадании свидетельствует звук удара пули о мишень и это считается отличным результатом), покосился на капитана.

— И надеюсь, я потом об этом не пожалею, — негромко произнёс Кольер.

— Да нормально всё будет, — спокойно заметила Эда. — Чё мы, одного целителя не сбережём?

Кстати, Эда с Аделаидой стояли чуть в сторонке. Всё-таки они старше остальных, да и ВУС у них специфический. Забавно, что Энтони к ним подошёл. И сделал это не специально, как то само получилось.

— Он буйный, — слегка усмехнулся Кольер. — Может и на передовую рвануть. Молодой ещё.

— Слышь, старичок, — насмешливо заметила Аделаида. — Понятно, что на выход его не потащим, даже если он захочет.

— За ним неплохо бы и присмотреть, он, как я понял и сам способен, — вздохнул снова Энтони. — Как это… Тварь ли я дрожащая или право имею.

— Приглядим, если надо и привяжем, — Эда показала свой немаленький кулачок, типа «кувалда».

— Кого-нибудь пошустрее ещё внедрим, — пообещала Аделаида.

Бойцы снаряжали оружие. Движения их были пока ещё суетливыми, неуверенными. Подсумки с патронами висели криво. Энтони вспомнил, как обращались с тонитрами охранники Умберто Каниони. Небо и земля. Последние буквально в три движения заряд до упора в ствол загоняли.

А потом пришло ещё одно воспоминание. Точнее, картинки с Земли. Точно такая же молодёжь учиться обращаться с оружием. Падают магазины, орут сержанты. Кто-то затвор не вовремя дёрнул и ищет вылетевший патрон. Кто-то в позиции лёжа решает выставить, извините за прямоту, задницу. Длинные очереди или, наоборот, досада на лицах, когда оружие почему-то не стреляет.

А потом эти же парни (а если маги, то и девчонки), воюют с демонами. Застывшие навсегда лица. На них удивление, ярость, смирение… Лица, много лиц. Ещё вчера радовались жизни, строили планы. Любили…

Энтони вздохнул. Вот поэтому он и выбрал линию поведения, там выбрал, чтобы не сходиться ни с кем близко.

«Может и тут не надо было никого подтягивать».

Но человек — это существо стайное. Всё равно тянет в общество. И да, не просто так Энтони озаботился судьбой Френсиса Дэстрея. Маг, затачивающийся исключительно под целительство, очень нужен.

И это даже не какое-то специально выбранное направление. Просто была задана цель — создание сильной команды. Ну, а как ещё по миру бегать? Если в одного, тогда надо прямо сейчас исчезать из поля зрения знакомых.

Но надежда. Что здесь ему уготована не такая судьба…

Парни, по команде, легли на позиции.

— Стрельба по готовности!

* * *

Пятница, 1 августа, 1034 года

Энтони сидел на месте извозчика, а Раян, штатный водитель транспортного средства, расположился на непривычном для него месте. На сидении для господ.

— Конус надо тянуть плавно, господин, — говорил Раян. — Сначала можно побыстрее, но когда ощутите, что дрожь побежала, медленно и плавно, чтобы не дёрнуло.

— Ну, это только с опытом придёт, — ответил Энтони. — Ты бы сел. Сам понимаешь, извозчик из меня никакой.

— Ничего, господин Кольер, — улыбнулся Раян. — Все так начинали. Пара при трогании много не надо, если парокат пустой. Если гружёный, чуть поболе, но всё равно не шибко. Вот когда поедет, надо бы добавить. А на дороге уже и до конца можно, чтоб быстрее ехать.

— Что ж, давай начнём, — произнёс Кольер.

Он поёрзал на сидении. Добавил чуть пара. Схватился за рычаг конуса.

«Педали бы. С ними было бы полегче».

На земной-то машине он ездить умел. Хотя… Это умение точно в мышечную память записывается.

Парокату будто пинка отвесили. Дёрнуло так, что аж Раян ругнулся.

— Ага, понятно, — Энтони вернул рычаг конуса в исходное положение. — Ещё раз…

… Особенность пароката такова, что даже полный профан на нём уехать сможет. Паровой двигатель не глохнет и тянет с самых низов. Так что делаешь пара чуть-чуть и толчок получается несильный, даже если рычаг конуса просто на себя вытянуть, не плавно.

Руль здесь стоит вертикально, то есть рулевое колесо параллельно земле. Вот это не очень удобно. Но привыкаешь. А вот тормоза, считай, никакие. Надеяться на них не стоит. Впрочем, на таких скоростях парокат и без всяких тормозов остановится, сам. Вот сейчас они ехали со скоростью километров двадцать в час. Чуть быстрее бегущего человека.

Никаких передач тут нет. Имеется только реверс и он меняет направление вращения самого двигателя. Паровой-то машине без разницы, в какую сторону крутиться.

Дорога до города относительно ровная. Более-менее привыкнув, Энтони поддал пара. Но всё равно казалось, что они прям тащатся. Вот же какой фокус, тело-то из этого мира, но сознание не принимает эту скорость, как достаточную. Медленно, господа, очень медленно.

Кстати, сие касается не только скоростей транспорта. Мышление. Люди здесь более… хм, так сказать, плавные. Не спешат. С одной стороны — это хорошо, меньше суеты. С другой, на подъём народ куда неохотнее собирается. Оказывается, кстати, что его, Энтони Кольера, считают прям суетологом. Между тем, ничего же такого уж резкого он не делал. Но для местных это не так. Кольер стремителен и быстр, аки понос.

Взять того же Френсиса Дэстрея. Память подсказывает, что по местной привычке предложение ему надо было вкинуть ближе к концу лета. А до того подготовить, подвести к мысли. Окружение тако же приучить к тому, что Френсис отъедет на Анджаби. А то и вообще, уехать с Дэстреем в столицу, поговорить с Лесией Неви, дабы отпустила парня. Вот только нахрена всё это, ежели вот он, путь куда короче?

«О, яма».

Энтони схватился за рычаги. На левом рычаге, конуса, нажать на скобу фиксатора, отжать от себя, размыкая трансмиссию и двигатель, правый рычаг — тормоз, на себя. Можно не стесняться, тормоза, как уже говорилось, тут номинальные. Освободившейся левой рукой потом подрулить, объезжая яму.

«Всё-таки педали были бы куда удобнее».

— Неплохо, господин Кольер, — заметил Раян. — Вы уже прям освоились.

— Прямо ехать — умения-то немного надо, — усмехнулся Энтони.

И далее. На ходу конус можно прижимать быстро, парокат-то уже едет.

«Вот интересно. А можно ли сейчас Щит поставить?»

«Так может попробуем? — тут же предложил Младший. — Нет же никого».

Энтони покосился назад.

— Сейчас Щит появится, это я пробовать буду.

На лице Раяна отразилось удивление. А Энтони вытянул левую руку.

«Ага»

Щит послушно появился. Энтони сжал кулак, убирая его. А потом снова разжал ладонь. И поднял руку вверх.

«Круг Обнаружения?» — с интересом спросил Младший.

«Так точно»

* * *

Позже. Особняк семьи Каниони

Охранник с недоумением смотрел на заезжающий парокат. На месте извозчика сидел Энтони Кольер, с серьёзным сосредоточенным лицом. Охранник глянул на Раяна, который сидел в салоне. Парень в ответ развёл руками, показывая, что происходящее есть господская блажь.

Скрипнув тормозами, парокат остановился у крыльца. Энтони с облегчением выдохнул.

— Надо сказать, Раян, — произнёс он. — Ехать по городу — это то ещё испытание.

— Когда привыкаешь, нормально, — заметил парень.

— Ладно, — усмехнулся Кольер.

Он спрыгнул на землю. Самое сложное было, кстати, не подключать усиление. По крайней мере, сильно. Есть мнение, что органы управления пароката такого могли не пережить.

Из дверей особняка вышла молодая служанка, явно поджидая дорогого гостя. Энтони, отряхнув пыль с костюма, подошёл к девушке.

— Добрый вечер, Амели, — улыбнулся Кольер. — Как всегда, при виде вас, возникает невольная зависть к вашему мужу.

— Добрый, господин Кольер, — улыбнулась в ответ служанка. — Госпожа Федерика просила вас обождать в гостиной.

— Мне как обычно, Амели, — усмехнулся Энтони.

То, что его не провожают до гостиной — это признак того, что хозяева относятся доверительно. Почти, как к члену семьи. Растём.

В гостиной обнаружился Альберто. Почему-то хмурый. Энтони сел в соседнее с ним кресло.

— Вечер, — буркнул Альберто.

— И вам, и вам, — ответил Энтони. — Что за тяжкие думы омрачили ваше чело?

— Не поверишь, на дуэль вызвали, — процедил Альберто. — Причём, даже не потрудились создать причину. Просто прислали карточку.

— М-да, — покачал головой Энтони. — А думы-то тяжкие с чего?

— И замешали в это Элизу, — вздохнул Альберто. — Типа, из-за неё.

Каниони-младший отпил из квадратного стакана.

— Неужели, я выгляжу настолько… простым? — с неудовольствием произнёс Альберто.

— А-а, так тебя раздражает, что приняли за… м-м, не очень сообразительного? — с иронией спросил Энтони.

— А ты знаешь, чуть ранее могло и сработать, — вздохнул Каниони. — Вот и… Не так уж и сложно было, по всему, Мелиссе увлечь меня. Почему-то это бесит.

Он взял со столика коробку с папиросами.

— Слушай, просьба есть, — произнёс он. — У меня знакомая появилась. Магичка-эсс. Хочу её себе в помощницы определить.

— Одобряю, дружище! Я её знаю?

— Нет, она… — Альберто хмыкнул. — Мы с ней в Рипоне… познакомились.

— Так-так и это я, значит, бабник, да? — насмешливо произнёс Энтони. — А вы, значит, невинный цветочек?

Альберто усмехнулся.

— Когда приедет, глянешь её? — спросил он. — Ну, и подучишь вашему, магическому, если можно.

— Ну, сам понимаешь, — слегка сощурился Энтони. — Сие будет не бесплатно. На ужин с вашей избранницей я могу рассчитывать?

— Эй, давай без этого, да? — поморщился Альберто. — Хочется, чтобы Брида была моей помощницей, а не твоей… хм, да.

— Собственник, — упрекнул Энтони. — Для друга зажал…

— Эй, дружище! — возмутился Альберто. — У тебя тоже есть красивые женщины вокруг! Мне тоже можно попросить ужина с ними?

— И вот так всегда, — вздохнул Энтони. — Как в лагерь ехать — так вперёд, Энтони! Как с женщинами, всякие богатенькие типы отбивают.

— И кто же из нас тут богатенький тип, а? — фыркнул Альберто. — У меня вот ардуни нет и золотом я её не обвешиваю!

— Зависть, друг мой, это крайне разрушительное для личности чувство, — наставительно заметил Энтони.

* * *

Дворец Роз. Летняя резиденция королевы Гвендолин

Вечер

Цветы, которые тут были в изобилии, хоть и походили на розы, но таковыми не были. Но название, понятно, имеют такое же.

Упомянутое растение — это куст, но ветки толстые, крепкие. Словно низкие деревца, а не кусты. А бутоны огромные, с голову размером. И самых разных цветов, белые, красные, жёлтые, чёрные. Желто-зелёные, голубые. Других кустов тут не было, только розы. Из них же, естественно, сделаны стены в саду. Размера-то розочки могут быть и выше роста. Смотря на эту красоту, невольно ждёшь какого-то подвоха, типа запаха. Но аромат роз еле ощутимый и приятный.

Сегодня предполагалось участие в пикнике не только молодёжи, но и старшего поколения. И, кто знает, возможно, и королева почтит вниманием, всё же она прямо тут живёт.

В этот вечер Энтони Кольеру был выбран строгий чёрный костюм, брошь шейной ленты с синим камнем под цвет глаз (между прочим, брошка была специально куплена, подарок, типа). Брошь золотая, но «состарена», так что не сильно сверкает. Впрочем, в образ вписывается идеально, в чём никто и не сомневался.

Девушки сегодня в новых нарядах. И это смесь королевской и имперской моды. Подолы, например, длинные, но декольте довольно смелые (особенно у Элен завлекает, аж сердечко часто биться начинает и тяжесть какая-то внизу живота). И цвета, не яркие, но насыщенные. Синее у Элен, бордовое у Федерики и фиолетовое у Минди. Кстати, платья блестят, значит, из виссона. То есть дорогие они, эти платьишки.

Мариан опять в стиле Мисра, но, разумеется, наряд другой. В тот раз были мягкие светлые тона, в этот — зелёно-жёлтый колер. Но украшения оставили (Мариан их бы, наверное, и не сняла). Лорум только другой. Черный и на нём серебром имя хозяина. Не на табличке, а прямо буквы.

— Другого и не ожидалось, — это Федерика, которая шла под руку с Энтони, комментировала вызов брата на дуэль. — Там такие гении мысли, что удивительно, как они дожили до своих лет.

А шли они от ворот по аллее, вдоль которой были сделаны зелёные стены из кустов роз.

— К тому же, среди них точно имеется маг, — добавила Минди.

Она шла под левую руку.

— Видимо, расчёт был именно на это, — хмыкнула Федерика. — Я же говорю, гении.

— Ну, да, — усмехнулась Минди.

Это девушки про то, что с магом должен дуэлировать маг. Кандидатура, которая в этом случае бы приняла вызов, ровно одна. Вот, идёт с девушками под руку.

— С другой стороны, — произнесла Федерика. — Кольцо-то стальное. Может поэтому.

— Кстати, не лишено смысла, — заметил Энтони. — Возможно, им была поставлена задача выбить мага. Или разведать, на что я способен.

— Ну, так надо же напрячься, демоны их забери, — проворчала Федерика. — Хотя бы, я не знаю, оскорбить даму или что-то типа такого.

— Это Элизу что ли оскорбить? — хихикнула Минди. — Я представляю!

— Если меня хотели, так надо было вас, — заметил Энтони. — Это уже вполне было осуществимо.

— Ага, только сегодня их тут не будет, — фыркнула Федерика. — И чего добились? Я же говорю, гиганты мысли.

— Не факт, Рика, что не осталось кандидатов на выбывание, — заметил Кольер. — Так что аккуратнее.

— У нас есть Элен, — сощурилась Федерика. — Да мы и сами глаза дома не оставили.

Сам дворец открылся после поворота аллеи. Колонны, арочные окна. И удивительно небольшой по габаритам. Небольшой для пребывания двора королевы и её самой. Кстати, отчётливо прослеживаются имперские мотивы. В смысле, римская культура, нотки античной архитектуры.

Перед самим дворцом белеют шатры и навесы на обширной зелёной лужайке. Просторное место. Вон тот большой шатёр, наверняка опять для танцев, столы с явствами под навесами. А охраняли мероприятие люди в чёрном, что логично.

— О, Изабэль, — произнесла Федерика, глянув назад. — Зачастила она. Прошлым летом всего пару раз сходила.

— Ну, так есть причина, — заметил Энтони.

— Да, причина есть, — согласилась Федерика. — У нас тоже… имеется. Энтони.

— Внимательно вас слушаю, прекрасная леди, — откликнулся парень.

— Вы… — девушка вздохнула. — Скажи, что всё будет хорошо.

— Всё будет отлично, — не поведя бровью, крайне уверенным тоном произнёс парень. — И завтра вы увидите, почему.

— Хм, — Федерика слегка улыбнулась. — Мы что-то ещё не видели?

— Как бы это сказать… — Энтони сделал задумчивое лицо. — Примерно ничего, дамы.

— Вот как? — удивилась Рика.

— В самом деле? — заинтересовалась и Минди.

— Вы серьёзно полагаете, что я бы стал яростно сверкать в Империи? — насмешливо спросил Энтони. — Чтобы потом отбиваться от имперских агентов? Леди, без ложной скромности, в Империи был показан уровень… Который я показывал до сих пор и здесь. Так что, можете спокойно уезжать в Суиндон, а там готовьтесь награждать победителя.

— Господин, — заговорила Мариан.

Хорошо. Девушка уже сама первой говорит.

— Да, Мариан, — посмотрел Энтони на верную ардуни.

— Мне… м-м, тоже надо будет уехать? — спросила дева.

— Мариан, где место ардуни? — спокойно спросил Кольер.

— Я поняла, господин, — склонила голову Мариан. — И… Я рада.

Энтони улыбнулся.

— Знаешь, — через несколько шагов заговорила Федерика. — Мне как-то… Всё равно не по себе, когда думаю об этом.

— Завтра, я же говорю, убедитесь, что мои слова не пустое бахвальство.

* * *

В этот тёплый, но не душный, как накануне, летний вечер, по крытой колоннаде летнего дворца прогуливались трое. Её величество, королева Гвендолин, в белом платье из виссона. Это был тот самый, чисто мисрийский виссон, который при попадании на него солнечных лучей начинает сверкать, будто в ткань вплетены серебристые нити. Несмотря на возраст под пятый десяток, её величество всё ещё могла похвастаться прекрасной фигурой, что неудивительно, ибо королева, естественно, пользуется услугами лучших целителей. Что ещё больше заметно по лицу и главное шее её величества. На вид Гвендолин Деллир не дашь больше сорока.

Говоря про безбедную жизнь целителей, Инграм Ламьен имел в виду именно это. Маги-целители уровня серебра (это минимальный уровень, ниже это уже лекари) и выше редко уезжают на Анджаби именно по этой причине. У них хватает источников поступления денег уже на основании того, что множество не бедных женщин готовы платить серьёзные деньги за то, чтобы отодвинуть старость.

По правую руку от королевы (это важно, это этикет) шла в светло-сиреневом платье Франциска Сегрейв. Она замужем за Вирджилом Сегрейвом, главой рода и братом мужа королевы, Джефри Сегрейва. И да, до восхождения на престол Гвендолин Деллир носила имя рода «Сегрейв» (а до замужества вообще Кеппел). Сейчас, по традиции, только королева носит родовое имя Деллир и только его. Неважно, какая фамилия была до того, сейчас её величество считается главой династии и главной среди родственных родов Сегрейв, Моубрей, Харди, Гоуэр и Гросвенор (ранее это был один род — Деллир).

Франциска Сегрейв, до замужества Фицалан, была подругой королевы ещё со времён Академии. Арианской, конечно, академии. Девушки из графских и герцогских семей учатся либо в Арианской, либо в Тарквенонской Академии. Кстати, Кеппелы — это графы. А вот Фицаланы — герцоги. По происхождению именно Франциска выше. Впрочем, с уровня графов происхождение отслеживать перестают. Как бы сказал Энтони Кольер — это одно кубло.

Слева от Гвендолин Деллир шла Юнона Моубрей. Жена младшего брата королевы. Алистэйр Кеппел, как говорили злые языки, вышел замуж. Об этом говорит и то, что он вошёл в род Моубрей. И разница между женой и мужем почти пятнадцать лет, в сторону именно женщины, Юнона Моубрей старше Гвендолин Деллир. Но тут дела государственной важности сыграли свою роль, и пришлось Алистэйру жениться на Юноне Моубрей, потому что сестра на трон нацелилась.

— Кровь, конечно, надо обновлять, — говорила, как раз, Юнона Моубрей.

И опять же, в своём бежевом платье и с неплохой фигурой, не тянула дама на свои пятьдесят четыре года. Все женщины выглядели на сорок плюс-минус пару лет.

— Нельзя, чтобы аристократы замыкались в себе, — согласилась её величество. — Империя в своё время пришла к такому выводу через бунт. Нужно постоянно запускать молодых людей, которые сами поднимаются.

— Как мне кажется, с той стороны это может и понимают, — заметила Моубрей. — Но как-то не очень стремятся осуществлять.

— Поэтому, предки в мудрости своей и сделали систему двуединства, — заметила королева. — То, на что не хватает дальновидности у одной стороны, сделает другая. Конкретно, мы сделаем. И уже делаем. Младший Харди тому пример.

— Любовь, — усмехнулась Юнона Моубрей. — Что же, если не вредит делу, это весьма неплохое подспорье. Моя девочка, похоже, тоже испытывает к юному Каниони больше, чем думает.

— Флёр загадочности и приключений, всегда привлекает девочек, неважно, какого они возраста, — улыбнулась Гвендолин. — Так было и будет.

— Особенно, когда объект пользуется вниманием других женщин, — с иронией добавила Франциска Сегрейв.

— Юность, — улыбнулась королева. — И тем приятнее, когда нужен многим, а на первую роль вышла ты.

— Альберто Каниони, признаться, в последнее время меня несколько удивляет, — задумчиво произнесла Моубрей. — Я начинаю думать, что его поведение — это маска. И образ хулигана-бабника прикрывает неглупого человека.

На губах женщины появилась ностальгическая улыбка.

— Дети растут, — вздохнула она. — Мой младший уже заканчивает Директорию в следующем году.

— Поверь, это ещё лишь начало, — с иронией заметила королева.

— Риана так и отказывается уезжать из Рэдинга? — спросила Франциска. — Мне казалось, что сейчас она стала менее категоричной.

— Она приехала, чтобы… — Гвендолин поморщилась. — Не знаю, с чего, но она вбила себе в голову, что должна съездить на Сайленто. Поэтому, мне пришлось сказать ей про Нокс.

— Как бы мой Теодор не возжелал отправиться туда же, — с тревогой произнесла Франциска. — Они же с детства дружны с Рианой.

— А если эти двое поедут, — вздохнула снова Моубрей. — То практически гарантировано, что туда и Шелтон захочет.

Женщины повернули за угол. И оказались в той части галереи, которая выходила во двор. Где развлекалась молодёжь. Здесь же обнаружилась Вивиан Варен, которая, хмурясь, смотрела во двор.

— Вивиан, — с улыбкой произнесла Гвендолин. — Присматриваешь за племянницей?

Алтиор повернула голову, склонилась.

— Скорее, ваше величество, смотрю на то, как выросли дети, — ответила Вивиан.

— Надо же, сегодня ностальгия прямо-таки охватила высокие роды королевства, — усмехнулась королева.

Троица подошла в Варен. И все стали смотреть во двор.

— Смотрю, Теодор сегодня удивительно общителен, — заметила Гвендолин. — Обычно они, на пару с Шелтоном где-то в тени обретаются.

Теодор Сегрейв, среднего роста, широкоплечий парень, действительно, вопреки своему обыкновению, стоял в одной из компаний.

— И Шелтон там же, — с некоторым удивлением заметила Юнона Моубрей.

— Обратите внимание, также там и Алексия с Рианой, — вставила Вивиан Варен. — Но что лично мне стало любопытно, что в этой компании тон задаёт Энтони Кольер.

— Знакомое имя, — задумчиво заметила Франциска Сегрейв.

— Друг Альберто Каниони, — напомнила Моубрей. — Юноша, с очень сомнительной репутацией… Но, судя по тому, как на него реагируют, не лишён личного обаяния.

— А кроме этого, — добавила Варен. — Маг, не желающий учиться в градуате. Да-да.

Последнее она добавила в ответ на вопросительные взоры.

— Я лично беседовала с этим юношей, — продолжила алтиор. — Обаяние… Может быть. А ещё он дерзок и весьма самоуверен.

— Я вспомнила, — произнесла Юнона Моубрей. — Элиза рассказывала про этого парня. Он недавно ездил в Империю. Где, кстати, помог небезызвестной принцессе Катон.

— Помог? Чем именно? — уже деловито спросила королева.

— В точности я не вспомню, — ответила Моубрей. — Но есть факт, что ему за это подарили рабыню-танцовщицу.

— Подарок нетривиальный, — оценила Франциска Сегрейв. — За мелочи подобным не отдариваются.

— Кажется, помог после боя, — добавила Юнона Моубрей.

— Боя? Принцессе Катон? — удивилась королева. — Любопытно…

Она сделала жест. Вскоре к ним подошла молодая фрейлина.

— Сили, мы выйдем во двор, — произнесла Гвендолин. — Со мной должен поговорить…

Она посмотрела на Юнону Моубрей.

— Энтони Кольер, Сили, — ответила та. — Вон тот высокий молодой смазливый парень с длинными волосами. Стоит возле Алексии. Элиза тоже в этой компании, можно через неё.

— Я поняла, — фрейлина склонила голову.

А началось всё с претензии Алексии. Она решила высказать своё фи, что Энтони сманил Френсиса в армию. В ответ Кольер поинтересовался, где будет «проходить практику» сама Алексия. Чем озадачил деву.

Федерика с подругами опять крутились возле Элизы Моубрей. А та, естественно, занималась Альберто (который, кстати, сюда приехал именно с Элизой, интересно он в сторону отбегает). Мариан, как и положено, украшала собой господина… И привыкала к роли именно помощницы. Энтони выдал ей задание наблюдать за гостями, то есть тренироваться в том, чтобы отслеживать настроения и всё в таком духе. Например, отслеживать, когда что-то требуется передать Энтони или ему кому-то другому.

Потом к Энтони и Алексии подошёл Виктор Гросвенор. И он, кстати, выбор Френсиса одобрил. Алексия тут же заподозрила мужской заговор. И в качестве поддержки привлекла высокую худую девушку. Реально высокую, одного роста с Энтони, который и среди мужчин отличался ростом.

На левой руке этой леди имелось серебряное кольцо. Почему-то Энтони заметил, что у девушки длинные пальцы и при этом узкая ладонь. Высокими женщинами господина Кольера было не удивить, та же Эда Кромвель даже чуть выше Энтони. Но Эда и в теле была… скажем так, не субтильная. Валькирия. Эта юная леди — худенькая. И симпатичная. А ещё она чувствовала себя тут нормально. Даже привычно. То есть, какая-то непростая мадам.

И Алексия не того человека позвала на помощь. Риана (так звали деву), разобравшись, о чём речь, во-первых, тоже поддержала решение Френсиса Дэстрея. А во-вторых, весьма заинтересовалась тем, что тот поедет в Нокс.

— Да, я тоже туда собираюсь, — ответил Энтони на вопрос о его интересе. — Не сразу, думаю, ближе к зиме. Мне надо в столице дела кое-какие переделать. Плюс, хочу съездить к отцу в поместье. А потом да, в Нокс.

— Странно, — хмыкнула Риана. — В первый раз слышу, чтобы у кого-то был такой свободный контракт.

— О, у меня нет контракта, — слегка улыбнулся Энтони. — У меня есть связи.

— Его друг — Альберто Каниони, — подсказала Алексия. — Ну, и Федерика с ним пришла.

— Федерика? — непонимающе свела брови Риана.

— Ах да, это дочь Бьянки, — пояснила Алексия. — Теперь Рикарди.

— И как ты это всё запоминаешь? — вздохнула Риана. — В общем, родственница Альберто. Понятно. Значит, вы, Энтони, через Каниони решили зайти?

— Так точно, леди, — улыбнулся Кольер.

— О, служил? — тут же заинтересовалась Риана. — Где?

— Нет-нет, что вы, — затянул обычную волынку Энтони. — Я человек исключительно светский. В армию идти у меня нет никакого желания.

— А вот Риана… сколько ты уже в Рэдинге? — спросила Алексия.

— Полтора года, — ответила Риана. — Энтони, а что вы можете ещё сказать про Нокс?

«Хм. Снова на „вы“. В нас разочаровались?»

— Насколько мне известно, там лишь аванпост и небольшое поселение, — ответил Кольер. — Но в ближайшее время там развернут полноценную базу. И Френсис, Алексия, будет там главным целителем, так-то. А таких, знаете ли, в первые ряды не отправляют. С него будут пылинки сдувать и носить на руках.

Алексия поморщилась.

— О, там будет полноценный целитель? — деловито спросила Риана. — А откуда вы знаете, что будут базу разворачивать?

— Моя старшая сестра назначена там командиром, — ответил Энтони. — И как раз сейчас она и её офицеры готовятся в лагере.

— Здесь, в Ариане? — тут же спросила Риана.

— Я прямо оттуда и прибыл сюда, — ответил Энтони.

— В смысле…

— Он тренируется в лагере, Риана, — пояснила Алексия. — Вместе со всеми. И не слушай про светские дела. Я лично видела на его плечах погоны.

— Право слово, Алексия, — поморщился Энтони. — Наше близкое знакомство ещё не даёт вам право рассказывать обо мне всем окружающим.

— Не слушай его, — насмешливо повторила Алексия на вопросительный взгляд Рианы. — Это фигура речи, а не констатация факта.

Вернулся Виктор, который нёс два бокала. Второй для Алексии.

— Принцесса, — склонил голову Гросвенор.

Кланяясь Риане.

— Виктор, ты же знаешь, я этого не люблю, — поморщилась Риана. — Энтони, значит, в Нокс готовится команда в Арианском лагере?

— Принцесса? — поднял брови Кольер.

— Энтони, — вздохнула Алексия. — Перед тобой Риана Сегрейв, дочь её величества.

— Оу.

Энтони оценивающе окинул взглядом, как оказалось, принцессу.

— А наше королевство меня… всё больше радует, — произнёс Кольер.

— В каком смысле? — с лёгким подозрением спросила Риана Сегрейв.

— Если принцессы лично служат в армии, — Энтони покивал. — Значит, дела идут очень правильно. Итак, ваше высочество…

— Энтони, можно без титула? Тем более, что он лишь формальность.

— О, Риана, — Алексия взяла бокал у Виктора. — Уверяю тебя, этот… человек ещё не один раз напомнит тебе про твой титул.

— В смысле? — не поняла Риана.

— Кое-кто, — Алексия смерила Кольера насмешливым взглядом. — Сильно любит эпатировать окружающих.

— Это бессовестный навет на моё доброе имя! — тут же отреагировал Энтони. — И даже племянницам алтиора делать такое непозволительно!

— Понятно, — хмыкнула Риана. — Вернёмся к лагерю. Энтони. Я, скажем так, имею желание побывать в Ноксе.

— Я так понимаю, перевод для вас не проблема? — иронично спросил Энтони. — Добро пожаловать, Риана. Опытным офицерам место всегда найдётся. Кстати, какое у вас звание?

— Энсин, конечно, — спокойно ответила Риана. — А у вас, Энтони?

— Такое же… в смысле, временно я энсин, — ответил Кольер. — А вот моя любимая сестрёнка уже дошла до первой звезды.

(одна четырёхконечная звезда — майор. Первое звание с такими знаками отличия).

— А сколько ещё офицеров?

— Дайте-ка посчитать… — Энтони поднял очи к небу. — Пятеро выпускников Директорий, все энсины, естественно. Кстати, а вы знакомы с Эдой Кромвель, Аделаидой Ровелло?

— О-о! Они тут? — явно обрадовалась Риана.

— Тут, тут, все тут, только вас ждали, — усмехнулся Кольер. — Вот, значит, они двое. Моя сестра. Два лейтенанта из Мэлдона и четыре энсина оттуда же. И да, у нас собственный целитель. Алексия, видите, какая тёплая компания собирается?

Гоуэр вздохнула.

— Если что-то случится с Френсисом, Энтони, — сощурилась девушка. — Я спрошу лично с тебя.

— О, Теодор, — произнесла Риана. — Тедди! Иди сюда!

Кольер склонился к Алексии.

— А это кто? — негромко спросил он.

— Сын Франциски Сегрейв, жены главы рода Сегрейв и первой фаворитки королевы, — вполголоса ответила Гоуэр.

— Н-да, как-то я сегодня прямо-таки ворвался в правящие круги, — чуть скривился Энтони.

— А ничего что мы с Виктором тоже входим в такие семьи? — с иронией спросила Алексия.

— К вам я уже привык, — усмехнулся Энтони.

А к ним подошёл среднего роста и буквально квадратный парень.

— Тедди, ты спрашивал, куда я хочу, — произнесла Риана и сделала жест в сторону Кольера. — Вот, я собираюсь в Арианский лагерь. Там готовится команда в Нокс.

— Нокс, значит? — на Энтони остановился пристальный взгляд серых глаз. — А ещё есть место?

— Кто ж вам запретит, — криво усмехнулся Кольер. — Но места есть. На Анджаби, да ещё в новую колонию как-то леса рук желающих не наблюдается. Но чую я…

Парень посмотрел на Гоуэр.

— Ваши угрозы Алексия, несколько бледнеют, — продолжил Энтони. — Вот если с кем-то из… хм, этих что-то случится…

— Я полтора года провела в Рэдинге, — звякнула голосом Риана. — У меня несколько выходов на счету.

— А неплохо у вас получается, ваше высочество, — заметил Кольер. — Прям тянет выпрямиться во фрунт, а то и на колено припасть. Надеюсь, вы на Анджаби не пользуетесь своим статусом?

— Что? — Риана сверкнула глазами.

Алексия вздохнула.

— А ты, Энтони, я смотрю, всегда нарываешься, да? — спросила она. — Между прочим, моя тётушка хотела проверить, что ты там за Щиты ставить умеешь.

— Просим прощения, леди, — с иронией заметил Энтони. — Но если бы дошло… хм, до проверки, я бы не стал соревноваться с алтиором-защитником в установке Щитов. Согласись, применять нужно то, что у тебя отлично получается.

— И что же такого получается лично у вас, господин Кольер? — с холодом в тоне спросила Риана Сегрейв.

— Ну, ваше высочество, — усмехнулся Энтони. — Я скромный человек и не люблю перечислять свои достоинства. Да и это займёт продолжительное время. Впрочем, если вы согласитесь на один тур…

Кольер сделал жест в сторону шатра-зала.

— То кое-что мы успеем обсудить, — продолжил Кольер. — Как вам, например, тема экспериментального оружия? Которое будет испытываться, как раз, в Ноксе?

— Оружие? — сощурилась Риана.

— Небольшой аванс, — выдал Энтони лукавую улыбочку. — С его изобретателем вы прямо сейчас беседуете. Один тур?

Сегрейв хмыкнула.

— Один, господин Кольер, — ответила девушка. — И не дай боги, если вы сочли возможным использовать это, как повод.

— Как можно, леди, — выдал очередную улыбку Кольер из арсенала прежнего Энтони. — Настоящая причина — моё искреннее восхищение.

Он склонил голову.

— Позвольте вывести вас на тур, ваше высочество.

— Продолжай в том же духе, — посулила Сегрейв. — И узнаешь, почему в Рэдинге не рисковали меня так называть.

Риана вложила свою ладонь в протянутую к ней руку парня.

— А вы бывали в Империи, ваше высочество? — успела услышать Алексия, когда эти двое отходили.

— Кто этот парень? — спросил Теодор Сегрейв.

— Хороший вопрос, — ответил Виктор Гросвенор. — Лично я думаю, что Энтони Кольер — весьма беспокойная личность и при этом крайне разносторонне подготовлен. Полагаю… Алексия.

Виктор посмотрел на Гоуэр.

— Он действительно способен преподнести сюрпризы даже вашей тётушке, — добавил Гросвенор.

— Преподнести сюрпризы — не означает гарантированную победу, — усмехнулась Алексия.

Танцевать тут принято только парой, поэтому и музыка всегда плавная. Есть несколько танцев побыстрее, но и там нужна пара. И Энтони это всеми конечностями поддерживал. Абсолютно правильные традиции.

— Итак, господин Кольер, — произнесла с лёгкой насмешкой Риана.

Это из-за того, что она равного роста? В смысле, такой рост у девушек — это же этакий… м-м, в общем, весьма эпатирующий многих мужчин и поэтому неприятный для дам параметр. Ну, не любят парни, когда девушки в чём-то их превосходят, особенно в явных физических характеристиках. Но, право слово, леди, какие мелочи. Нас таким вообще не смутить. Это, наоборот, небольшая экзотика. И вообще, мы, хе-хе, выше этих глупых предрассудков.

— Итак, ваше… — Энтони споткнулся, увидев уже прям грозный взор девушки. — Леди Сегрейв.

— Ладно, здесь можно так, — сказала девушка.

— А на Анджаби вы такого не допускаете? — с интересом спросил Энтони.

— Не считаю правильным, — спокойно ответила Риана. — В армии есть устав, в котором прописано обращение. И звания «ваше высочество» я там не находила.

— К тому же, вольно или нет, — добавил Энтони. — Но люди будут, говоря ваш титул, вспоминать, кто вы. И стараться не создать себе проблем. Могу вас заверить, я создам.

Риана хмыкнула.

— А вы, значит, смелый? — с иронией спросила она.

— Отнюдь, леди, — ответил Энтони. — Я просто туп… хм, не понимаю нюансов. Или забываю про них. Вот, например, сейчас я вижу лишь красивую девушку. У которой есть пунктик, на который она забавно реагирует.

— Забавно? — сощурилась Риана. — Вас, значит, это веселит?

— А что, надо подобострастно выражать верноподданичество? — поднял брови Кольер. — Эм, простите. Меня заносит. Ничего не могу с собой поделать, но…

— Но?

— Вы же уже служили, — усмехнулся Энтони. — Разве там люди стесняются? Уверен, вас не единожды цепляли именно за высочество. Юмор. Он помогает в тяжёлых местах.

Теперь брови подняла девушка.

— Вы же говорили, что не были на Анджаби? — спросила Риана.

— Так и есть, это будет в первый раз, — подтвердил Кольер. — Но в мире хватает мест, где не менее… интересно, чем на Анджаби.

— Например?

— Позвольте оставить за собой немного тайны, Риана, — улыбнулся Энтони. — Кстати, мы хотели обсудить оружие. Не хотелось бы вас разочаровывать.

Они не спеша кружились. Совсем не спеша. Ну, так и не на конкурсе танцев же.

— Это новый вид бомбы, — продолжил Энтони.

— Ручная или запускается? — деловито уточнила девушка.

— Ставится, — ответил Энтони. — И её можно применить двумя способами. Либо управляемый взрыв, либо на растяжку поставить.

— Хм, а поподробнее? — заинтересовалась Сегрейв.

— Устройство простое. Пороховой заряд и металлические шарики, как поражающие элементы. Нюансы, как всегда, в деталях. Позвольте.

Энтони поднял левую руку.

— Толстостенная железная пластина, причём сделанная чашкой, — парень сделал из ладони означенную форму. — Когда порох взрывается, вся взрывная волна идёт вперёд. А перед порохом закрепляется пластинка из смолы. В смоле залиты те самые шарики. При взрыве смола, естественно, теряет свои свойства, и всё эти железяки летят в противника.

Энтони вернул руку на место.

— В пластине имеется отверстие под жёлтый кристалл, — продолжил он. — Я взял таковой прямо из тонитры. К кристаллу подведёна медная проволока. А с другой стороны она к маджифонсу прикручивается. Ну, и далее — нагрев и взрыв.

Риана несколько мгновений размышляла.

— Хм, любопытное изобретение, Энтони, — задумчиво произнесла девушка. — То есть, можно взорвать такую бомбу, когда это требуется?

— Верно, — кивнул Кольер. — И мы собираемся применить их в Ноксе, на аванпостах. Представьте, сидит дежурный, смотрит за округой. Големы подходят, а их железом накормили до отвала. Причём, ещё ДО боя.

— А растяжка? — полюбопытствовала Риана.

— Устройство такое же, — ответил Энтони. — Только применяется не маджифонс, как источник магии. А берём механизм, подобный таковому из тонитры, а то и прямо тот. Растягиваем поперёк направления движения тонкую прочную нитку. Супостат идёт, за ниточку тянет и замыкает цепь от черного к жёлтому кристаллу.

Риана опять задумалась. А потом пристально так глянула на Энтони.

— И с какой же целью, господин Кольер, вы это мне рассказываете? — с подозрением спросила она.

— Риана, оставьте подозрения, — с иронией заметил Кольер. — Пока Алексия вас не представила, я понятия не имел, кто вы. И если бы вы не выразили желание поехать в Нокс, то я бы ничего и не рассказал. И если вам будет спокойнее, я вас прошу, хотя бы какое-то время про это изобретение не распространяться. Оно требует проверки боевой эффективности.

Риана некоторое время молчала, не сводя глаз.

— Тогда зачем болтаете вы? — спросила девушка с изрядной иронией в тоне.

— О, я вас впечатляю, конечно, — усмехнулся Кольер. — Привлекаю внимание и всё в таком духе.

— И зачем? — с лёгким недоумением спросила Риана.

— По-моему, интерес, мужской интерес, очевиден, леди, — улыбнулся Энтони. — Я подумал, что будет странно говорить офицеру и боевому магу всякие банальности, типа описания её очарования, сладкие комплименты внешности и тем более заводить беседу про погоду. Я старый… хм, воин и не знаю слов любви. Но искренне желаю продолжить наше приятное общение.

— Федерика, — негромко произнесла Минди.

Та обернулась. А Минди кивком показала в сторону шатра для танцев. Федерика сощурилась, высматривая партнёршу Энтони.

— О, ясно, — хмыкнула Рика. — Он, как всегда. Видимо, общения с принцессой в Империи ему не хватило.

— Может, Энтони решил, что ему мало одной ардуни? — улыбнулась Минди.

— Или опять что-то задумал, интриган, — вздохнула Федерика. — Да, наверняка. Чтобы Энтони Кольер и просто так что-то делал? Не поверю.

— А может… — Минди склонилась к подруге. — Это самое? Ну, в сторону мягких поверхностей?

— Да можно ставки делать, что именно так, — фыркнула Рика. — Бабник. Но и других возможностей не упустит.

Теодор Сегрейв, внимательно разглядывавший необычно одетую и смуглую девушку, обратился к Виктору Гросвенору.

— А хозяин… М-м, это же рабыня, так?

Гросвенор глянул в сторону Мариан, кивнул.

— Хозяин этой ардуни Энтони Кольер, — подтвердил Виктор. — Честно говоря, мы уже привыкли, вот и не обращаем внимания. Но в первый раз это вызывало удивление.

— А откуда? — свёл брови Теодор.

— Из Империи, — ответил Виктор. — Оттуда её привёз Кольер.

— Добрый вечер, — негромкий голос.

— О, Шелтон, — усмехнулся Теодор. — И тебя вытащили?

— Да, — хмуро ответил невысокий худой парень. — Остался час с небольшим.

— Ты считаешь время? — улыбнулся Виктор Гросвенор.

— Это единственное сейчас занятие, которое я могу себе позволить, — вздохнул Шелтон Моубрей. — Лучше бы я учился где-нибудь в Суиндоне.

— Сейчас же лето, — усмехнулся Теодор. — Всё равно бы привлекли. Поверь, я знаю, о чём говорю. Я же учился в Картосе. И во время обучения подтягивали. Более того, иногда приходилось пропускать, так что Арианская Директория — это, наоборот, лучше.

— Кстати, ты же в этом году в градуату? — спросил Виктор.

— Да, к счастью, — кивнул Теодор. — Пусть я и пошёл на два года позже, но сейчас всё в норме.

— На самом деле, это в порядке допущения, — заметил Виктор. — Со мной в Директории учился парень старше на четыре года. Он, во-первых, позже пробудился, во-вторых, не сразу это заметили в его деревне. Только когда он начал уже и в сторону коз посматривать.

Парни, прекрасно знающие, что такое магический шторм и как во время него пробивает на секс, понимающе заухмылялись.

— А кто это танцует с Рианой? — спросил Шелтон. — О, добрый вечер, леди Гоуэр.

Шелтон подчёркнуто выразительно, строго по этикету, склонил голову в сторону вернувшейся девушки.

— Шелтон, уже два года прошло, ты всё ещё злишься? — улыбнулась девушка.

— Кстати, а что тогда между вами произошло? — тут же спросил Теодор.

— Это исключительно наше дело, Теодор, — выдала очаровательную улыбку Алексия.

— Как-то несколько затянулся у тебя год обязательной службы, Риана, — заметил Энтони. — Или ты просто не хочешь учиться дальше?

— Понимаешь, — задумчиво ответила девушка. — Учится… Да, надо. Но если честно пока я не испытываю острой необходимости. Возможно, я просто ещё не созрела для продолжения.

— Это нам знакомо, — усмехнулся Кольер.

Мелодия завершилась. Они остановились, парень склонил голову, в знак благодарности.

— А ты сколько учился, Энтони? — спросила Риана, когда они направились в обратную сторону.

— Нисколько.

— Это как? — нахмурилась девушка.

— Я не учился в градуате ни одного дня, Риана, — усмехнулся Энтони, показывая левую руку со стальным кольцом. — За что был не единожды нещадно критикован.

— Но… почему? — недоумённо спросила девушка.

— Что же, думаю, ты сможешь, хотя бы мои мотивы принять, — ответил Кольер. — Это я ещё в Директории понял… Мне скучно.

— Скучно? — удивилась Риана.

— Именно, — улыбнулся парень. — Мне хочется всего быстрее и больше. Чем быстрее и больше, тем лучше. А любое учебное заведение ориентируется хотя бы на среднего ученика. А обычно вообще на отстающих. Я размышлял так. Мне всё равно придётся учиться, по большей части, самому. Потому что наставники будут больше времени уделять другим, менее…. скажем так, не настолько увлечённым ученикам, как я. Так зачем же тогда соблюдать формальности? Чтобы надеть заветный серебряный перстень?

Риана не ответила, идя с задумчивым лицом. Они вернулись к тому месту и компании, откуда начали путешествие в мир музыки.

— Энтони, позволь представить, — заговорил Виктор. — Шелтон Моубрей. Младший брат Элизы. Последний курс Арианской Директории.

— Очень приятно, господин Моубрей.

— И мне, — добавил парень, обозванный Шелтоном.

Какой-то он не пышущий здоровьем. Белый, словно в темнице сидел. И там его, по всей видимости, плохо и нерегулярно кормили, раз он ещё и такой… изящно-утончённый.

«Хотя… Алиса бы на такого среагировала. А что, мелкий, смазливый. В её вкусе».

Конечно, господин Кольер не мелкий, но, без ложной скромности, выгодно отличается наружным благообразием. И да, теперь не обратит, затмим своим великолепием.

— Но хотя бы год? — заговорила тут Риана. — В самом начале, по крайней мере, дают основы. Как же без них?

— О, Риана, ты про градуату, не так ли? — усмехнулся Гросвенор. — Поверь, это бесполезно. Энтони в этом непробиваем.

— Но как же…

— Не стоит, Риана, — усмехнулась Алексия. — Сейчас он вывалит кучу доводов, почему тебе надо учиться, а ему нет. И не все они, господин Кольер, скромные!

— А я и не обещал, что буду себя принижать, леди Гоуэр, — ехидно откликнулся Энтони. — Здоровое самолюбие — это не порок, а преимущество.

— Но как вообще можно изучать формулы без основы? — Риана продолжала недоумевать.

— А разве нельзя самостоятельно постичь эти основы? — поднял бровь Энтони. — Для меня это не было проблемой. Вот давайте для примера что-нибудь.

— М-м… Да хотя бы отключение усиления, — предложила Риана.

— А как вы думаете, я тренировки прохожу в лагере, если этого делать не умею? — насмешливо спросил Энтони.

— А ты тренируешься в лагере? — Риана, похоже, запамятовала суть беседы до танца.

— Риана, бесполезно, уверяю тебя, — заметил Гросвенор. — У Энтони можно сказать своя философия в этом деле.

— Кстати, Энтони, а насколько ты изучил Щиты? — вкинула Алексия.

— С вашей тётушкой, Алексия, соревноваться не стану, — ответил с усмешкой Энтони. — Знаю на крепком среднем уровне. От этого иногда жизнь зависит, знаете ли.

— Для наглядности, — Алексия с чего-то притопила. — Например, как поставить Щит на расстоянии… м-м, пять метров?

— Перед собой? — уточнил Энтони.

— А ты что, умеешь не только перед собой? — изумилась Риана.

— Риана, очень странно слышать это от офицера, — улыбнулся Энтони. — Иногда возникает острая необходимость закрыть товарища, а не себя.

— И как сделать такой Щит? — вступил в разговор Шелтон Моубрей.

— Пять метров перед собой? — уточнил Кольер и после кивка парня, продолжил. — Расстояние между фокусом и самим Щитом задаётся в момент, когда сделана форма и положение Щита. В самом начале четвёртого этапа активации формулы. Я не знаю, как это у других, у меня это прямо и есть ощущение расстояния. Я чувствую стену, которая стоит на нужной мне дистанции. Очень, кстати, походит на ощущение дистанции у стрелка.

Повисла тишина.

— Четвёртый этап? — хриплым голосом спросил Виктор. — Это же третий курс, минимум.

— Я не делю магию на курсы, Виктор, — улыбнулся Энтони. — Я её просто использую, как считаю нужным.

— Так, минуту, — заговорила Риана. — А в смысле, сделаны формы и положение Щита?

— Это третий этап, — негромко произнесла Алексия.

Которая смотрела на Энтони… Словно в первый раз видела.

— Третий? — Риана глянула на Гоуэр.

— Второй — это мощность Щита, — негромко добавила Алексия.

— А также размер, — добавил Энтони. — Влияя на эти два параметра можно, либо поставить большой Щит, но обычный, либо маленький, но мощный. В градуате это что, не объясняют?

— Не на первом же курсе, — с недоумением произнесла Риана. — Это же специалитет.

Энтони кивнул.

— Что же, это правильно, — заметил он. — Первокурсникам такое вкидывать, действительно, преждевременно. Но и моё мнение остаётся неизменным. Лично мне градуата только бы помешала. Затормозила.

— Господин Кольер, а как вы изучали? — спросил Шелтон Моубрей. — Сами нанимали наставников?

— Поверьте, господин Моубрей, вам мой способ не подойдёт, — ответил Энтони.

— Почему? — с недоумением спросил паренёк.

— Потому что он связан со смертельной опасностью, — ответил Кольер. — Видите ли, если желаешь что-то быстро и много, то неизбежно приходится ставить свою жизнь. Не возможно ставить, а гарантировано. Сильно рисковать, серьёзно и осознанно. Причины и следствия. И если бы мне до всего сказали, через что придётся пройти, я бы ни за что не согласился, ибо часто это было чистой воды безумие. И тут второе утверждение. Блаженны те, кто не ведает. Риана, в градуате приводят примеры, когда маги решают изучить что-то самостоятельно, без контроля наставников?

— Приводят, — откликнулась девушка.

— Надо полагать, среди энтузиастов чрезвычайно большая смертность?

— Хм, выживших единицы.

— И, скорее всего, это инвалиды, которые сильно сожалеют… что выжили. Вот поэтому, Алексия, ваша тётушка так остро среагировала на мои слова, — добавил Энтони. — Всё правильно, нельзя так делать. Вы не сможете в должной мере оценить степень опасности, просто потому, что даже не поймёте, где именно она будет.

— А ты-то как сумел? — с некоторой досадой спросила Алексия.

— На гениев это не распространяется, очаровательная девушка, — выдал ослепительную улыбку мажора Энтони. — Что такое, Мариан?

— Господин, — ответила подошедшая ардуни. — Господин Альберто хотел с вами переговорить.

— Я понял, Мариан, — улыбнулся Кольер. — Прошу меня простить. И… ваше высочество, позже мы сможем продолжить нашу беседу?

На него посмотрели… задумчиво. И даже не среагировала на высочество.

— Приму молчание, как знак согласия, — усмехнулся Энтони. — Как начало следующего этапа, Риана, я могу ускорить прохождение бюрократических процедур перевода. Если быть точнее, слегка забежать вперёд официального оформления…

Альберто ожидал друга в присутствии своей дамы сердца. Что говорило о том, что будет происходить что-то приличное.

— Что, попался? — вот такой фразой встретил товарища Каниони.

И вот этот называется другом? Предать анафеме.

— А можно несколько подробнее? — попросил Энтони. — Хотелось бы, знаете ли, хоть какой-то конкретики. Перед тем, как я на дуэль вас вызову, господин Каниони.

— Ко мне только что подошла фрейлина её величества, — заметила Элиза. — С тобой хотят переговорить. Королева, само собой.

Энтони поднял брови.

— А чё так быстро-то? — выдал он первое, что пришло на ум. — Я ж ничего даже сделать не успел!

— Ну, друг мой, поверь, — ухмыльнулся Альберто. — В этих кругах вот такие правила.

— Что, потрогал, женись?

— Очень хорошее правило, Энтони, — одобрительно отозвалась Моубрей. — Но тебе не кажется, что ты… Как бы это помягче…

— Лицом не очень вышел, — подсказал верный друг.

— Вы хам, сударь, — вздохнул Кольер. — И мне неприятно стоять рядом с вами…

— В этом саду? — вкинул Альберто.

— На этой планете, — надменно задвинул Энтони. — Я потом вас буду сильно порицать.

— Ну, это, как обычно, — усмехнулся Каниони.

— Вы ничего не забыли? — ехидно напомнила Элиза.

— Оу, прошу простить, милостивая госпожа, — тут же склонил голову Кольер. — Все услышанные вами эпитеты никак не затрагивают вас. Уверен, вы сможете внушить этому портовому сквернослову элементарные правила приличия. Так-то он парень неплохой, просто попал под дурное влияние.

Элиза улыбнулась.

— Я про разговор, — произнесла девушка.

— Мне не впервые общаться с властными лицами, — ответил Энтони. — Правила простые. Побольше молчи — за умного сойдёшь. И ни в коем случае не принимать дары в виде рабынь. Бери деньгами.

Элиза покачала головой. Но улыбаясь.

— Всё же небольшой совет, Энтони, — произнесла девушка. — Её величество очень не любит… неискренности. Можно сказать — это пунктик. Она серьёзно разгневается, если потом выяснится, что ты в чём-то был нечестен. Лучше прямо сказать, что не хочешь отвечать или что-то не знаешь.

— Я вообще ничего не знаю, так что с этим проблем не будет, — ответил Кольер. — И моя судьба прозрачна, как горный ручей. Украл, выпил — в тюрьму.

— А последнее-то откуда? — удивился Альберто.

— К сожалению, друг мой, на своём пути мне приходилось общаться не только с красивыми дамами из высшего общества, — вздохнул Энтони.

— Элиза, что случилось? — к ним подошли Федерика и её… хм, сёстры по оружию.

Как будет «братва» на женский лад? Сестринство? Как-то не очень брутально звучит.

— С Энтони пожелала побеседовать её величество, — ответила Элиза.

«А у них уже довольно тёплые отношения» — заметил Энтони.

— Ага, — Федерика усмехнулась. — Попался, бабник?

— А вы, определённо, родственники, Альберто, — усмехнулся Кольер.

К удивлению Энтони, правила оказались таковы, что положено было не замечать, что к гостям присоединилась хозяйка дворца… и страны. Буквально. Все косились в сторону королевы и её окружения (а вышло с десяток женщин в красивых дорогих одеждах), атмосфера сразу стала подчёркнуто благопристойной, но никто не кинулся чествовать её величество. А королева со свитой заняли одну из беседок в саду. Стационарных, то есть которая была до этого вечера.

За Энтони пришли минут через двадцать (а он до этого уточнил у Элизы, а кто же из дам королева. Конечно, он и сам догадывался, портреты властвующих лиц висят в кабинетах у каждого должностного лица, но для уверенности). Отвести Кольера на эшафот, в смысле, на беседу, пришла симпатичная дама, по имени Сили. Родового имени леди не сообщила, но, было понятно по её виду и манере держаться, что оно, имя рода, очень уважаемое.

Бесед по пути леди Сили не вела, впрочем, идти было меньше минуты, ничего и не обсудишь. И вот Энтони стоит у входа в беседку. Так-то королеву (как и короля) надо чествовать на одном колене. Но это в тронном зале или хотя бы в личных покоях. Поэтому парень отвесил более глубокий поклон, когда не только шея, но и тело наклоняется.

— Ваше величество, — произнёс Энтони.

Само собой, с глубоким уважением в голосе.

— Господин Кольер, — тон королевы был приветливо-ироничным.

Даже можно сказать добрым. Королева сидела напротив входа в беседку. Круглую беседку. Соответственно, маленький столик посредине строения тоже был круглым, как и лавка вдоль решетчатых деревянных стенок. Сидящие кружком женщины оценивающе смотрели на юного… негодяя? Или наглеца? В каком он тут статусе? О, кстати, Вивиан Варен. Смотрит с прищуром.

— Составьте мне компанию, — произнесла королева. — Вы же не против небольшой прогулки, господин Кольер?

— С вами, ваше величество, — Энтони снова склонился. — Я пойду хоть на Анджаби, хоть в Империю.

— Хм, — королева слегка улыбнулась.

И посмотрела на Варен. Та сделала в ответ лицо: «я говорила».

— Так далеко мы сегодня не пойдём, господин Кольер, — с иронией заметила её величество.

«Старшой, — с подозрением произнёс Младший. — А ты что… Запал на королеву?»

«Да ты посмотри, какая женщина! Эх!»

«О-о! Однако. Я не осуждаю, но, босс. Как бы веса сильно разные».

«Как это мешает восхищаться? У настоящего рыцаря, между прочим, обязана быть в наличии дама сердца. То есть та, которой только восхищаются, а не спят с ней».

В это время её величество вышла из беседки. А вместе с ней Вивиан Варен и ещё одна дама. По виду, тоже очень знатная особа. А, впятером пойдём. Следом за тремя первыми ещё одна женщина вышла.

«Не, дамы тоже ничего себе. Но королева — это прям… Ух! И стать, и взгляд!».

«Неожиданные у вас предпочтения прорезались, босс!»

«Сам удивляюсь. Но факт».

— Господин Кольер? — с улыбкой спросила королева.

— Ой, простите, ваше величество, — Энтони, пойманный за практически неприкрытым разглядыванием, склонился. — Я это… Прошу извинить.

— Ничего… Энтони, — произнесла королева, с лукавым прищуром.

И пошла в сторону. Понятно, что Энтони поспешил последовать за её величеством. И вот же… незадача. Что-то с ногами приключилось… Не гнутся.

— Скажите, Энтони, что вы такое обсуждали там, в саду, — продолжила королева. — Что на вас остальные так смотрели?

— Эм, — Энтони взял себя в руки.

И прогнал в голове недавнюю беседу.

— В частности, ваше величество, — произнёс парень. — Мы обсуждали обучение.

Они свернули на аллею. Неширокую, с высокими зелёными стенками. Бутонов здесь не было видно, только зелень.

— Вот как? И что же конкретно?

— Кхм, необходимость обучения в принципе, ваше величество.

— Надеюсь, господин Кольер, — с холодком заметила идущая позади Вивиан Варен. — Вы не пропагандировали… свой подход?

— Строго наоборот, госпожа Варен, — ответил Энтони. — Я описывал всю опасность подобного мероприятия, на основе моего опыта. И особенно подчеркнул крайне высокую, даже можно сказать абсолютную смертность при неконтролируемых экспериментах. Я… м-м, исключение, только подтверждающее правило.

— Очень смелое утверждение, Энтони, — с иронией заметила королева. — Вы хотите сказать, что вы самостоятельно достигли какого-то серьёзного уровня?

— Серьёзного не достиг, ваше величество, — Кольер это сказал искренне. — Но, смею надеяться, стану вариантом.

— В каком смысле? — заинтересовалась королева.

— В любом изучении… чего угодно, наличие вариантов является очень хорошим подспорьем, — ответил Энтони. — Я собираюсь плотно сотрудничать с госпожой Неви по вопросу… м-м, себя. Магию и магов необходимо изучать. И, насколько я понял, госпожа Неви именно такой человек, который будет это делать.

— И что же по вашему поводу сказала Лесия? — спросила королева.

— Что мой уровень — это максимум второй курс градуаты, — ответил Энтони.

— Это неплохо для, хм, самоучки, — заметила её величество.

— А сейчас в учебном лагере, ваше величество, мы проводим эксперимент, — продолжил Кольер. — Основанный на трудах Стивена Винтера.

— В чём суть? — с любопытством спросила королева.

— Достижение наибольшего согласования археума и физического тела, — ответил Энтони. — Осенью я собираюсь с этими данными подойти к госпоже Неви.

— Сколько участвует? — заговорила снова Вивиан Варен.

«Алтиоры, действительно, имеют бо́льшую степень свободы. Или это у Варен такая привилегия?»

— Четверо, госпожа Варен, — почтительно ответил Энтони. — Выпускница Директории этого года, с хорошим потенциалом. Два лейтенанта, опытных офицера, с боевым опытом, маги-серебро. И я, который постигал магию… своим путём. Самое важное, что все сами на это согласились. Личное настойчивое желание — это основа успешного развития.

— Почему это так важно? — уточнила королева. — В смысле, маги же все желают развития, разве не так?

— Методика сопряжена с большим напряжением, ваше величество, — ответил Кольер. — Я бы даже сказал запредельным. Требуется именно… простите за сленг, жгучее желание. Конечно, за нами при этом наблюдает опытный целитель и не менее опытный инструктор.

— Что же, похвальная инициатива, Энтони, — резюмировала королева. — Желаю, чтобы вы ознакомили меня с её итогами.

— Безусловно, ваше величество, — склонил голову парень. — Могу я попросить… есть небольшая просьба.

— Хм, — королева посмотрела оценивающе. — Опишите.

— Стивен Винтер, — ответил Энтони. — Я не прошу, чтобы он непременно приехал. Но, скажем так, обратил внимание. Думаю, это его заинтересует. Всё же мы на его выкладки опирались.

— Это приемлемая просьба, Энтони, — спокойно ответила королева. — Вивиан, поговоришь?

— Не гарантирую, — откликнулась Варен. — Но скажу.

— Благодарю вас, госпожа Варен, — произнёс Кольер.

— А теперь, Энтони, — продолжила королева. — Я бы хотела побеседовать о вашей поездке в Империю. В частности, меня интересует эпизод с принцессой Катон.

— Да, ваше величество, — Энтони наморщил лоб, вытаскивая воспоминания. — Остальные события поездки были тривиальны и, полагаю, не стоят обсуждения ввиду их банальности. По поводу принцессы. В Аетерне мы посетили одно поместье, где показывали танцовщиц из Мисра. Туда же приехала и принцесса Катон со спутником…

Стоящий у ворот парень, почти мальчик, увидев приближающийся по улице парокат, стал сдвигать откатные ворота. Увидев это, двое мужиков, стоящие у склада, тоже взялись за воротины.

Парокат же, с двумя дамами в брючных костюмах и при этом без головных уборов, заехал на территорию склада компании «Каниони ШипТранс». Парень, откативший ворота, проводил прибывших взглядом.

Заехав внутрь помещения склада, парокат взял право и остановился.

— Зачем сюда? — с недоумением спросила Алиса Холтрейн.

На ней был тёмно-серый брючный костюм. Причём, с двубортным длинным пиджаком, явно не по последней моде. Да ещё и фасоном «под горло». Такие костюмы были популярны у магичек года три назад.

Сидящая рядом красивая дама зрелых лет, в темно-синем костюме, была спокойна. Пиджак у неё был расстёгнут, белая рубашка под ним имела не застёгнутые две верхние пуговицы. Довольно смелый, даже можно сказать эпатажный образ. Женщина сидела в углу сидения, так, чтобы можно было локти поставить на подушку сидения и на борт. И видом, и позой дама демонстрировала уверенность в себе.

— Всё в порядке, — произнесла Тиан Кольер.

Она смотрела сейчас на четыре грузовых пароката-фургона, которые стояли колонной в центральном проходе.

— Леди, — обернулся извозчик, молодой парень. — Вот, дальше вам на этом.

И показал в сторону фургонов. И его взгляд опять зацепился на расстёгнутую сверху рубашку женщины. Спохватившись, парень отвёл глаза.

— Ага, понятно, — кивнула Тиан Кольер. — Разгружаемся, Алиса.

— Шпионы, — проворчала девушка, вставая.

Сзади фургона имелась дверь К ней вела трёхступенчатая железная лесенка.

— Леди, прошу сюда, — мужчина, в деловом чёрном костюме, то есть явно не рабочий, пригласил дам, показывая на дверь первого в ряду грузового пароката.

Внутри фургоны были привычного вида для военного человека. Примерно такой же транспорт использовался и в армии, при перемещении организованной группы вооружённых лиц. На Анджаби, правда, вместо стенок — железные решётки. А сверху тент. И лавки тут с мягкой обивкой, а не привычные для боевого офицера деревяшки.

Тиан подавила командирскую привычку сесть у двери и прошла дальше. Устроилась в правом дальнем от двери углу. Алиса присела напротив.

— И нахрена такие пируэты, интересно? — спросила она, покосившись на дверь, которую только что закрыли.

— Очевидно, что не хотят показывать, кого везут, — откликнулась Кольер. — О, удобно.

Это женщина зацепила пальцем за ручку в стенке. А открылась пепельница. Этакий железный сектор. Тиан тут же достала папиросы из кармана пиджака.

— Ага, — сощурилась Кольер, увидев, что под самой крышей в стенках есть вентиляция.

Узкие окошки-щели. То есть, эти фургоны специально для перевозки людей сделаны. Причём, относительно недавно. Даже краской ещё попахивает. Да и пепельница девственно чистая. А пол при этом изрядно попользованный. Значит, до того тут возили грузы. Нет и характерных «тропинок» вдоль лавок. Когда возят по большей части людей, пол стирается именно так.

— Интересные тут дела происходят, — негромко произнесла капитан.

Она усмехнулась, смотря на мрачную попутчицу.

— Привыкай, — заметила Кольер, вытаскивая папиросу. — На таком транспорте придётся часто ездить.

Тиан постукала мундштуком папиросы по пачке. По лицу же Алисы пробежало удивление.

— На Анджаби? — уточнила она с недоверием.

— Не пешком же на аванпосты бегать, — ответила Тиан. — В подобных парокатах и ездят. В Мэлдоне на Стену заступает враз по пятьсот человек. По сотне на каждый сектор. Представь, такая толпа пешком двинет. От базы до Стены десятка. Колонной полдня идти. А ещё надо оружие волочь, личные вещи, сухпай, сбрую. Всё-таки не на пять минут заезжают, на неделю. Но в Ноксе, понятно, первое время будем пешком перемещаться. Там пока и некуда ездить. База прямо возле посёлка. Но аванпосты выносят иной раз и десять, и на двадцать километров. Смотря на каком расстоянии шахты.

Капитан прикурила. Затушила спичку пальцами, кинула её в пепельницу. Пыхнула папиросой, достала её изо рта, выпустила вверх дым.

— Значит, ты на год? — спросила Кольер.

По поводу того, почему Энтони захотел, чтобы и Алиса прибыла, они уже переговорили. Ещё в лагере. И девушка доложила о своём желании с братом Тиан Кольер потом дела продолжить.

— Да, — кивнула Алиса. — Командир. А как там, в градуате?

Тиан усмехнулась.

— В градуате? — произнесла она, сощурившись. — Как в сказке. Мягкие постели и вежливые люди. И постоянное чувство, что чего-то не хватает. Будто забыл что-то сделать.

— И что же?

— Посмотреть график по аванпостам, — усмехнулась капитан. — Понимаешь, ты попадаешь из места, где от тебя почти ничего не зависит, даже часто, хех, твоя жизнь, туда, где, наоборот, ничего не требуют… И ты никому не нужна. В первое время прям теряешься. Сначала да, пока по столице бегаешь, пока стаканы по забегаловкам собираешь, ещё нормально. А потом… Когда осознаёшь, что это не отпуск, что ты можешь вообще больше в армию не попасть, это выбивает из колеи.

— Но вы же…

— Так я и закончила только один курс, Алиса, — ответила Тиан. — И специализировалась сразу на боевика, то есть знала, что в армию вернусь. И, только сдала экзамен на серебро, сразу же и подписала контракт. Жизнь на гражданке не для меня. Поэтому и хорошо, что ты… вы с Энтони изначально не собираетесь лямку тянуть.

— Хорошо? — удивилась девушка.

— Да, не настроитесь на эту жизнь, как на единственно возможную, — ответила Кольер, сбивая пепел с папиросы. — Тут как, чем дольше ты там, тем больше военизируешься. Меня вот сейчас высади со службы, придётся же в деревню ехать. В городе… В общем, я ж в запой уйду на второй день. Всё не так, никакого порядка, куча идиотов. И при этом никого же не застроишь. Кого-нибудь приложишь, тут же секураторы прибегают.

Тиан улыбнулась, смотря на непонимающую Алису.

— Сама всё увидишь, — произнесла капитан. — После службы, даже года, очень трудно обратно в гражданку въезжать. А если уже до аннуала дотянула, то придётся себя натурально ломать.

Алиса нахмурилась, размышляя.

— А как тогда Энтони сумел? — спросила она, наконец.

— Энтони? — Тиан затянулась.

Несколько мгновений она размышляла, при этом смотря поверх головы собеседницы

— Может, это его блядство и есть методика, — сказала, наконец, капитан. — Кстати, он в лагерь вместе с вами приехал?

— Через пару недель после, — ответила Алиса. — Командир, а ему реально двадцать пять?

— Да, — ответила капитан. — Реально… А он один приехал?

— И по гражданке, — ответила девушка. — И когда он… Ну, не в форме, то прям аристократ. И не угадаешь, что служил.

— Да уж, — теперь нахмурилась капитан.

И повисло молчание. Кольер курила, смотря в потолок. А Холтрейн не знала, что говорить. Честно говоря, Алиса себя чувствовала не в своей тарелке. Оказывается, она так привыкла к форме, что обычная одежда кажется… Тут и там что-то трёт, туфли жмут. А ещё… трусы. Такое ощущение после армейских кальсон, будто прям голым задом на лавке сидишь. И это на ней ещё бабушкины панталоны, а не эти модные тряпочки. Которые стоят, как форма целиком.

Зафыркал под полом двигатель. Вскоре фургон поехал. И через некоторое время «в салоне» стало светлее. Выехали наружу.

Снаружи раздавались звуки. Их человек служивый, не спутает ни с чем. Немалое количество людей и при этом позвякивание. Грузятся бойцы, очевидно.

Отличие этого фургона от армейских образцов в том, что тут имелась дверь. Не надо было через борт перелезать. И вот минут через десять после остановки дверь открылась.

Три девчонки. Совсем молодые, едва восемнадцать. Первой зашла среднего роста и тощая (пардон за армейские повадки, стройная) девушка, в синем платье. Следом девчуня поменьше ростом, но пышка. Она была в зелёном платье. И последней зашла рослая деваха, у которой наверняка нет отбоя от желающих потрогать её выпуклости. На ней тёмно-коричневое дорожное платье.

Одежда, даже на неискушенный взгляд офицера колониальных войск, на этих девушках недешёвая. А Тиан, в отличие от Алисы, ещё и опыт имела.

(Не один Энтони в семье ураганил. Но если он просто хотел пристроиться к какой-нибудь богатой тётеньке, то Тиан пыталась на гражданке найти своё место).

— Добрый день! — озарилась улыбкой первая гостья.

— Добрый, — спокойно отозвалась Тиан.

А вот Алиса насупилась.

— Федерика! — представилась девушка, проходя.

Она, аккуратно подогнув подол, села рядом с Тиан Кольер. Её подруги устроились дальше на этой же лавке.

— Мидни, Элен, — представила Федерика остальных. — А вы же Тиан Кольер? Сестра Энтони?

Капитан с интересом глянула на новую знакомую.

— Ну, допустим, — произнесла Тиан.

— А моя мама — дочь Умберто Каниони! — доложила Федерика. — А вас?

Алиса, к которой сейчас обратились, нахмурилась.

— Алиса Холтрейн, — с неохотой ответила девушка.

И дамы встретились взглядами. В этот момент Тиан чётко поняла, сейчас в одном фургоне находятся две пассии братца. И, похоже, они это тоже поняли (или уже знали). Потому что Алиса распрямилась, расправила плечи… выпячивая то преимущество, которое у неё имелось. В ответ по лицу Федерики промелькнуло выражение превосходства… И она глянула в сторону рослой подруги. Зачем-то.

— Сам Энтони-то где? — спросила Тиан, прерывая этот невербальный поединок.

Федерика перевела взгляд на Кольер, улыбнулась.

— Он в другой фургон сел, — махнула рукой Федерика. — У них там какие-то очень важные темы. А вы, Алиса, вместе с Энтони? Служите?

«Ну, начинается» — вздохнула про себя Тиан.

Первый год службы, до градуаты, она провела в колонии Брэвор. А там в то время как-то очень много было магичек. Раза в два больше, чем парней (речь про офицеров). И вот на такие словесные разборки (а в увольнении и подпитии, не только вербальные) Тиан насмотрелась в избытке. А потом ещё в столице, во время учёбы в градуате…

— Да, служим, — спокойно ответила Алиса. — Вместе.

Само собой и эта толстый намёк кинула.

— Из Энтони совершенно невозможно вытянуть, как это происходит, — с милой улыбкой произнесла Федерика. — Он просто говорит, что всё нормально. Какой он в армии?

— Эм, — озадачилась Алиса, потом пожала плечами. — Да, как… Обычный.

Открылась снова дверь. Вошла ещё одна девушка. Небольшого роста и… смуглая. Очень смуглая, черты лица характерные. Мисрийка, очевидно. В сером дорожном платье.

«Рабыня, надо же» — Тиан рассмотрела на шее девушки рабский лорум. Предыдущие пассажирки никак не показали удивления, что такая необычная для этих мест дама с ними едет.

«Чего?» — это Тиан прочитала имя на лоруме.

«Antoniani Colier».

— Не поняла? — недоумённо спросила капитан.

— Что такое, госпожа Кольер? — поинтересовалась Федерика.

Алиса, заинтересовавшись, тоже стала рассматривать уже присевшую рядом с ней девушку.

— Да ну на… — изумлённо протянула Холтрейн.

— Вы не знали? — спросила Федерика, округлив глаза. — Мариан — ардуни Энтони.

— Что за… — процедила Тиан. — Откуда? Как?

— А, это когда мы в Империю ездили! — снова сверкнула улыбкой Федерика.

— Вот, значит, про что он, — негромко и задумчиво произнесла Алиса. — Ничего себе… имущество.

Мариан сидела, сложив руки на коленях. И не поднимая взгляда. Тиан Кольер же некоторое время, прищурившись, смотрела на лорум.

— Очень интересно, — процедила капитан. — Федерика, так? Что там про Империю?

Куда же после завтрака направлялся бодрый, подтянутый, крайне симпатичный и невероятно скромный почти офицер колониальных войск? На КПП. Требовалось встретить двух человек. Одного уже офицера. Одну. И второго без пяти минут энсина, если, конечно, он заднюю не даст.

Солнечный день, проснулись не в казарме, а на мягкой постельке, да ещё и в компании трёх дам. Это девчонки впечатлились устроенным на ферме представлением. Также они присутствовали при акте самовосхваления, когда Энтони выписывал чек на очень кругленькую сумму. Можно морщить нос, но когда мужчина силён, богат и щедр — это действует на дам, как афродизиак. Особенно, когда можно на этом мужике повисеть в процессе показа им своих достоинств, то есть продемонстрировать свои права на столь прекрасного самца. Ещё и верная ардуни, кстати, как-то иначе после этого этой покупки себя ведёт, видимо тот браслет… как его, аналаби, да. Похоже, эта штука несёт для Мариан какой-то глубокий и очень приятный смысл.

«Гы-гы-гы! О да! Глубоко и приятно!»

«Отставить пошлые мысли, поручик!»

В общем, чувствовал себя Энтони превосходно. Хотелось или крикнуть от распирающего чувства собственного великолепия, или сальто крутануть.

Парень бодро взбежал на крылечко КПП, рванул дверь.

— Желаю здравия! — Энтони завалил в дежурку.

Хлопнул о столешницу бумагой. Сидящий за столом лейтенант Оли Креспо вздохнул, взял документ.

— Ещё два мага? — спросил он.

Энтони, который присел на невысокий, в метр высотой подоконник, кивнул.

— Ты в королевстве магов-то оставишь? — поинтересовался Креспо.

Но как-то он без огонька. Унылый какой-то.

— А ты чего такой прибитый? — спросил Энтони.

— А-а! — махнул рукой лейтенант. — С женой поцапался.

— Ну, жена для того и нужна, чтобы с ней ругаться, — усмехнулся Кольер.

Оли взял пачку с папиросами.

— Я уже, мля, в душе не чаю, что этим бабам нужно, — процедил Креспо, вытащив папиросу и цапнув спички. — Всё не так. Всё неправильно. И, гадство, ещё и хрен подкатишь, ребёнок же.

Лейтенант прикурил. Бросил спички на стол, да так, словно хотел коробком столешницу пробить.

— Может, реально, завести… хех, помощницу? — мрачно произнёс он.

— А ты думаешь, с ней будет всегда праздник? — иронично спросил Энтони. — Первое время только. А потом то же самое. А если понравишься, так ещё и непременно жена узнает.

— А ты откуда знаешь? — покосился Креспо. — Ты и женатым успел побыть?

— Да ты чё, я с Вестой в натянутых отношениях, — усмехнулся Энтони. — У нас договор. Я ей не мешаю, она на меня наплевала. Главное, держать язык за зубами.

Креспо выдохнул дым.

— Может, в самом деле, с вами рвануть? Задолбало всё.

— Ну, дело твоё, — произнёс Энтони. — Мальчик большой, сам решишь. Только не поможет.

— Да? — покосился снова лейтенант.

— Башку отобьёшь — это почти с гарантией, — заметил Энтони. — Согласись, если ты начнёшь по ночам воевать, вряд ли это то, что требуется. Не говоря уж о…

Креспо скривился, согласно кивнул.

— Засада, — вздохнул он.

Снаружи донёсся звук чухания. То есть шум от работы двигателя самоката. Который становился всё громче.

— М-да, женщины, — вздохнул снова лейтенант. — И без них плохо, и с ними не сладко.

— Ну, когда без женщин хорошо, вот это плохо, — усмехнулся Энтони.

Креспо пару мгновений ловил смысл и согласно улыбнулся. А потом повернул голову в сторону окна, выходящего на площадку перед воротами.

— Нихрена себе, на чём нынче молодых возят, — удивлённо прокомментировал лейтанант.

Энтони приподнялся, тоже глянул. И вздохнул. Вообще не палятся отпрыски. Приехали на дорогущем парокате. Да ещё и с гербом на борту. А чего не с кортежем? Надо было охрану королевскую ещё взять.

— Или это не те? — произнёс лейтенант, переведя взгляд на собеседника.

— Те, — вздохнул Кольер. — Из семейств…

Он потыкал пальцем вверх. Креспо сделал понимающее лицо.

— Чё, деток на передержку сунули? — спросил он.

— Не, они прям служить будут, — ответил Энтони. — И на Анджаби поедут.

— Понятно, — хмыкнул Креспо. — Чё, изображать надо?

— Не, не рисуйся, эти без понтов, — ответил Энтони. — Видишь девушку? Уже больше года служит.

— В смысле, там? — удивился лейтенант.

— Ага, — кивнул Энтони. — Так что ей бравость показывать не надо. Ладно, пойду встречать. Так, доки я тебе отдал…

— Да, вот, — кивнул Креспо на лежащую перед ним бумагу от командира лагеря…

Риана Сегрейв, чуть прищурившись, смотрела на КПП. И вообще никаких отличий. Что лагерь в Суиндоне, куда она специально уехала, чтобы не было проблем по поводу фамилии (и это не помогло), что здесь.

— И тут мы на какое время? — спросил Теодор.

— Хм, дай подумать… — задумалась Риана. — Кольер говорил, что уже рокки завезли. Значит, на пару месяцев. Может на три.

Теодор вздохнул. Риана обернулась, кивнула извозчику, отпуская.

— Ещё есть время сдать назад, Тедди, — произнесла Риана. — Документы прибудут в среду.

— Не, я уже решил, — твёрдо произнёс Теодор. — Идём.

В этот момент из здания КПП вышел офицер. Энсин, судя по погонам и молодости.

— Ага, а вот и Кольер, — произнесла Риана.

— Кольер? — удивился Тедди. — А и точно. Он. Не узнать его в форме.

— Ты и меня не сразу распознал, — насмешливо заметила Риана.

Это правда. Теодор, когда Риана за ним приехала, не сразу понял, что вот эта офицер и есть принцесса. Думал, из лагеря за ним приехали.

Сам Тедди, конечно, был ещё в гражданском сером костюме.

— Добрый день, — поприветствовал Кольер, когда они подошли.

«Служит явно не первый день» — отметила себе Риана.

Хотя, конечно, очень странно видеть этого столичного франта в форме и при этом форма прекрасно сидела… Но с этим она и сама сталкивалась. Изумлялись знакомые, когда видели её по форме. А военные, когда лицезрели в платье, наоборот, удивлялись гражданскому облику.

«Кстати, как и у Кольера. Тут мы похожи».

И да, приветствие. Оно намеренно такое, обычное. Офицеры друг другу устав не прогоняют. По крайней мере, в примерно равных званиях.

— Прошу за мной, — Кольер кивнул в сторону двери.

Они вслед за Энтони зашли в здание. Прошли по коридору, и вышли уже на территории лагеря.

— Армия, — усмехнулась Риана, увидев привычную и милую любому офицеру картину полного порядка.

— Как доехали? — спросил Кольер.

— Доехали, — усмехнулась девушка. — Дело-то нехитрое. Не на Анджаби же.

Издалека донеслись хлопки выстрелов.

— Уже огнестрел осваивают? — деловито спросила Риана.

— Да, с той недели начали, — ответил Энтони. — Так, тебя не спрашиваю, необратимая милитаризация мозга уже ясно видна. Теодор. Ты-то как?

— Всё так же, — спокойно ответил Сегрейв.

— Тогда следуем к каптенармусу, — обозначил маршрут Кольер.

Позже. Полоса препятствий

Облачение себе Энтони выбрал очень похожее на таковое с турнира. Опять всё чёрное. Туника так и вообще прямо та. Вместо пиджака, правда, длиннополый камзол. Захотелось внести немного романтичности в образ.

— Почему-то у меня ощущение, — ехидно заметила Федерика. — Что я где-то такое уже видела. А у тебя, Минди?

— Ага, прям один в один, — хихикнула та.

Элен просто слегка улыбнулась. А вот четвёртая пассажирка купе первого класса смотрела с недоумением. Что ожидаемо, Мари Леман с ними в Империи не была.

Что тут происходит. Троица ушлых дамочек, как и планировалось, выехали из Арианы. Только не в Суиндон, а в Рипон (не обращайте внимания на маршрут поезда, так надо). Мари Леман выдвинулась вместе с ними, потому что, очевидно, её мать таким образом решила обезопасить дочь. Девушка всю дорогу до вокзала прижимала к себе небольшой саквояж и вообще выглядела тревожной. Только уже в вагоне слегка расслабилась.

В соседних купе этого же вагона ехали по пять бойцов. Конечно, лучше бы ещё и маги ехали, но Энтони решил довериться мнению Каниони. А именно, на железной дороге нападений не бывает. Сомнительное утверждение, как говориться, всё когда-то случается. Но Энтони успокаивало то, что цель всё же Умберто Каниони. Зачем брать заложников, если документ — вот он, у Каниони-старшего?

И да, тут ещё один момент для размышлений. Вот отберут право владения на Нокс. А как его будут легитимизировать? И вывод-то неприятный. У Крампов очень серьёзные покровители, которые заставят принять этот факт. Вопрос, почему тогда просто не аннулировали документ и не передали право владения? Видимо, тут есть какой-то нюанс, который нужно соблюсти.

Вообще, картинка рисуется странная и попахивающая. Во втором по величине городе королевства собираются устроить чуть не войсковую операцию. А спецслужбы даже не чешутся. Чудеса. Чудеса. Или никакого волшебства, а старая добрая борьба за власть. Тогда выходит, что Каниони и Крампы — это такие аватары двух сторон этой борьбы.

— Итак, леди, — заговорил Энтони. — Надеюсь, не нужно напоминать, что выходить из вагона не следует?

— Да-да-да, — вздохнула Федерика. — Иначе ты потом нас накажешь.

Вот умная же девочка. Но надо показать вредность. Энтони усмехнулся.

— Ведите себя хорошо, — произнёс парень. — А то мне хочется вас в Тарквеноне сводить на приём.

— Оу! — заинтересовалась Федерика. — Обещаешь?

— Вы как предпочитаете добираться до столицы? — спросил Энтони. — Также на поезде? Или на корабле?

— А может лучше снова в Империю? — подала голос Минди. — Мне там очень понравилось.

— И это прекрасно, леди, — усмехнулся Энтони. — Но представить вас надо в столице. В нашей.

— Поедем в Тарквенон, — тут же постановила Федерика.

— Отлично, я записал в свой ежедневник, — произнёс Энтони. — Ну, а сейчас мне надо уже сходить с этого поезда, дамы.

— Так ещё же не приехали на станцию? — удивилась Минди.

— Уверяю вас, мне ничего не грозит, — хмыкнул Кольер.

Он посмотрел на Мари Леман. Девушка за весь путь всего пару слов сказала.

— Мари, вашей маме ничего не надо передать? — спросил Энтони.

— О-о! — протянула Федерика. — Ясно!

— Нет, — а Мари продолжала волноваться.

Ну, это неудивительно. Вряд ли она каждую неделю из города так срочно уезжает, да ещё и с солидной суммой. А то, что в саквояже деньги, причём, скорее всего, золотыми дханами и соверенами… Или вообще сразу имперскими монетами, за это Энтони мог поклясться.

— Закройте за мной, — Кольер поднялся из удобного кресла.

Поздний вечер. Дом Анабелы Леман

Капитан Кольер ходила вдоль строя. Под её прищуренным пристальным взором новички начинали нервничать, осматривать себя, вытягиваться во фрунт. В общем, вели себя, как новобранцы.

— Миллер! Твою мать! — рыкнула капитан, остановившись напротив высокого, плечистого и при этом очень не худенького парня. — Что у тебя с формой⁈

— Господин капитан… — забубнил здоровяк.

— Холтрейн, какого хрена? Почему я вижу вот это?

— Вон, уже несут ему другой китель, — ответила Алиса.

К плацу, действительно, на рысях подбегал длинный парень.

— Миллер, ты что, вместо тарелки свою форму использовал? — ядовито осведомилась Кольер. — Какого демона я вижу меню твоего обеда?

— Упало просто… — пробубнил парень.

— Бабе своей это будешь говорить! Чудовище рукожопое.

Капитан двинула дальше. А Алиса, утянув стоящего рядом с ней Миллера назад, за строй, принялась приводить всё в порядок, подбадривая подчинённого к увеличению скорости переодевания, при помощи деревенско-портовой экспрессивной лексики.

Кстати, офицеры, уже побывавшие на Анджаби, вели себя более вольно, чем свежеприведённые к присяге командиры. Нет, за строем никто не курил, они прохаживались перед своими бойцами и туда капитан даже не пошла. А куцый строй разведки, в количестве трёх офицеров, как раз покуривали чуть в сторонке. И это всё была типичнейшая картина обычного воинского подразделения колониальных войск. Разведка имеет самые большие привилегии, как официальные, так и неписаные. Офицеры с опытом стоят выше первоходов и неважно, какие звания у последних. На Анджаби ещё можно увидеть такое, что опытные бойцы имеют привилегий больше, чем офицеры, но только надевшие погоны. Всё происходит так потому, что самым важным критерием для выстраивания отношений служит боевая эффективность. И насколько часто воин подвергается смертельной опасности. Это выше любого блата, срока службы и так далее.

— Пузо втянул! — Алиса поднесла к лицу Миллера кулак.

— Господин энсин, да как жешь дышать-то? — взмолился парень.

— Приказываю не дышать! — безаппеляционно ответила Холтрейн. — Вот закончиться всё и подышишь.

Кольер про себя усмехнулась, настолько недоумённо-жалостливое выражение появилось на лице Миллера. При этом парень внешне выглядел натуральным злодеем. Квадратный подбородок, черты лица грубые, рубленные. Тем страннее на этой роже прирождённого убийцы видеть брови домиком.

Кольер покосилась влево. На плац выходили местные бойцы, в синей форме. Выводил их Хаунд. Командир инструкторов считается замом командира лагеря. Сам Венциний Форс, естественно, будет встречать высокопоставленных гостей. Если они вообще приедут, конечно. Но это уже не их дело. У них приказ — привести вверенные им подразделения в парадно-торжественный вид и выйти на плац.

«Синих» было немного, чуть больше пяти десятков. Они стали выстраиваться справа (слева, относительно Кольер, которая стояла лицом к остальным) от строя «зелёных». И, к лёгкой зависти капитана, не в пример более организовано это делали.

Хаунд же, не спеша, дошёл до капитана Кольер.

— А вообще часто сюда кто-нибудь приезжает? — спросила Тиан у подошедшего Хаунда.

— Время от времени, — ответил тот. — Правда, на столь высоком уровне ещё не было. При мне, по крайней мере. Максимум наше руководство приезжало.

— А нам повезло, выходит, — усмехнулась Кольер. — И имперцев, и королеву увидим. Энтони говорил, что она даже красивее, чем на портретах.

Хаунд сначала поднял брови, потом хмыкнул.

— Ну, то, что вы какие-то хитросделанные я сегодня ещё раз убедился, — заметил инструктор.

— Это ты о чём? — не поняла Кольер.

— В вашу команду вытягивают группы из больших лагерей, — ответил инструктор. — Из Суиндона, Борнмута, Саутпорта.

«Это, наверное, влияние Каниони» — подумала Кольер. — Значит, всё-таки решилось. Отлично'.

Тиан Кольер использовала факт знакомства с главой «Каниони ШипТранс» по полной. Ей хотелось собрать действительно сильную команду. Это и для общего дела крайне полезно, и личные амбиции по пути реализовываются. И к её удивлению, Умберто Каниони сам предлагал варианты. Да не просто компромиссные, а часто наилучшие. Даже смелее, чем некоторые и так завышенные хотелки будущего командира базы. Тиан-то по привычке выкатывала всё, как говориться, в двойном размере, с расчётом на то, что обязательно срежут.

— Слушай, а офицеры-то тоже приедут? — спросила капитан.

— А вот этого не знаю, — ответил Хаунд и усмехнулся. — Но наблюдая за твоим братом, я по этому поводу не беспокоюсь. Вы и здесь скоро полный комплект наберёте.

— А кроме шуток? — нахмурилась Кольер. — На пять сотен полтора десятка, как ни крути, не растянешь.

— Я же говорю, тут не в курсе, — ответил инструктор. — Но вряд ли пришлют команды без офицеров. Это же бессмысленно.

— Для нас с тобой, да, — уточнила капитан. — А вот канцелярские могут решить иначе. А там я офицеров не найду, как не ищи. В шахтах их не добывают.

— Энтони же где-то находит, — ухмыльнулся Хаунд. — Может его и…

Мужчина осёкся. Тиан, видя проступившее на лице собеседника недоумение, обернулась. Несколько мгновений оба офицера молча смотрели. А увидели они белую линию на небе. Словно пар после локомотива.

— И что это такое? — негромко произнесла Кольер.

— Там вторая, — сказал Хаунд.

Действительно, чуть левее имелась ещё одна такая штука. Примечательно, что линии удлинялись. Причём в сторону поверхности. То есть, эти линии приближались к земле.

— Слушай, а эта хрень не в нашу ли сторону двигается? — с беспокойством спросила Тиан. — А?

— Хм, — Хаунд хмурился.

От стоящих в строю тоже донеслись удивлённые комментарии. Левая линия шла почти вертикально. А правая показывала вектор примерно в их направлении.

— Ой, не нравится это мне, — с каменным лицом заметила Кольер. — Так. Ада! В сбрую и на КПП!

Разведчики тут же, без малейшего промедления, рванули в сторону казарм.

— Видела подобное? — деловито спросил Хаунд.

— Нет, — коротко ответила Тиан.

Район Арианы, где находится особняк семьи Каниони, считается на самом деле деревней. Солтейр. Просто уже не понять, где заканчивается Ариана и начинается Солтейр.

От того района, где располагается особняк главы большой компании, ожидаешь и в соседях людей обеспеченных. Но особняк Каниони тут такой один. Место потому что непопулярное. Тут, видите ли, быдло-с вокруг. Богачи и аристократия предпочитают жить в правобережной части города, в старой части. Левобережная часть, где и расположен район Солтейр — это районы победнее, а ближе к порту вообще натуральные трущобы.

Рядом с особняком Каниони никакой живописности, ни леса, ни моря. Имеется только пожарный пруд (и он прямо рядом с особняком, гарантировано Каниони его для своих нужд выкопали). А так, за особняком, который стоял на окраине, простиралось открытое пространство. Метров через сто от стены особняка проходила дорога, до неё был просто луг. А за дорогой и далее до горизонта тянулись сельхозугодия.

По дороге, кстати, можно доехать до порта (что, видимо, и было главным критерием выбора места жительства). И да, район Солтейр — это, по факту, чуть не вотчина Каниони. Большинство жителей — это работники компании и их семьи. В переводе, не надо тут устраивать городские бои. Поэтому Энтони и отказался от идеи заминировать к дьяволу все подступы, удобные места концентрации и так далее. С другой стороны, про наблюдателей безопасникам компании вложили местные и, естественно, потом «не заметили», как некий персонаж из домов тела вытаскивает. Тут вообще любого чужака моментально срисовывают, местечко для тайного наблюдения гиблое.

Дома тут в основном двух-трёхэтажные и частная застройка. Вокруг особняка со стороны жилого массива имеется примерно тридцати-сорока метровая полоса, в которой разбит парк. И вот это уже нехорошо, получилась «зелёнка», весьма удобная для скрытного сосредоточения… И в этом месте Энтони с безопасниками уже вдоволь порезвились с БЭКами. Перекрёстная установка, огневые мешки, тыловые сюрпризы, растяжки и на проводах бомбы и прочие прелести. Ребята Хейга тоже выдумщики. Те же ловчие ямы — вещь примитивная, но рабочая.

Около десяти утра прибежали местные пацаны. На район прибыли чужие парокаты-фургоны. Также дети принесли вопрос от местных активистов, нужно ли помочь. Умберто Каниони лично попросил передать, чтобы люди ничего не предпринимали, сидели по домам, убрали с улиц детей и так далее. А из домов, ближайших к особняку, вообще чтобы все ушли. Цитата: «дома отстроить можно, людей не воскресишь». Вот так и нарабатывается авторитет настоящего… хех, правителя.

Ну, а Энтони сбегал глянуть на прибывших по их души убивцев.

— Жаль, что нельзя надолго отлучаться, — рассказывал Кольер главному безопаснику компании. — Да и вокруг мирняк. А то можно было устроить похохотать. Они прям открыто стоят, ничего не боятся.

— Потому и не боятся, — рассудительно заметил Брион Хейг.

— И там агенты, — добавил Энтони. — Я их ещё по тому дому запомнил. Не знаю, что творится в королевстве, но когда свои же спецслужбы руководят наёмниками — это уже как-то чересчур. Совсем пакостно. Надо будет потом тела отыскать, а идеально будет кого-то живым прихватить.

— Попробуем, — кивнул Хейг, конечно, понявший, для чего всё это нужно.

Торг. После будет очень сильный наезд на семью и компанию. Потому что нужно будет утопить все факты, спрятать участие спецов. Те, кто инициировали всё это, будут сильно волноваться за свои головы (именно так, за головы, слишком уж сильный залёт, после такого бесследно пропадают, а не в отставку уходят).

— Брион, напоминаю, не пытайтесь помогать мне с магами, — произнёс Энтони. — Лучше реально займитесь простыми бойцами. Чем больше пленников наберём, тем лучше.

Хейг в ответ молча кивнул, хотя слушал это уже далеко не в первый раз. Он сам руководитель и знает, что лучше сто раз сказать, чем потом сокрушаться, что кто-то чего-то не конца догнал или забыл.

— Не понял? — Энтони вдруг повернулся к дому.

— Что такое?

— Хм. Будто… Ну-ка, — Кольер сорвался с места.

Хейг только головой покачал, когда Энтони запрыгнул в окно второго этажа…

… — Полагал, что вы появитесь раньше, — произнёс Энтони с улыбкой. — Как-то вы совсем уж цинично к жизням соратников относитесь.

— Простых людей — миллионы, — ответил из-под капюшона маг. — Почему ты говоришь на литторал?

«Хм. Они что, считают, что я из Империи?».

— Потому что я из королевства, — ответил Энтони.

— Это ещё более невозможная ситуация, — возразил визави. — Но как угодно. У нас есть предложение.

— Вряд ли вы сможете заплатить мне больше, — иронично заметил Кольер.

Чел в капюшоне помолчал.

— Есть не только артефакты, — вновь заговорил он. — Имеется кое-что другое. Что может быть куда сильнее артефактов.

— Что, голем в Кармане? — насмешливо спросил Энтони. — Или пракааш-лезвия?

Собеседник помолчал.

— Не только, — произнёс он, наконец.

— Надеюсь, сегодня вы взяли это «не только» с собой? — ехидно поинтересовался Кольер. — Чтобы не получилось, как в прошлый раз. Здесь нет подземного хода.

Опять пауза. Маг снял капюшон с головы.

— Значит, это ты, — произнёс мужчина.

Кстати, абсолютно лысый, как коленка. В прошлый раз как-то это упустилось из виду. Впрочем, там темно было.

— Я, опять я, — хмыкнул Энтони. — Мир тесен, не так ли? Могу я узнать… Какое имя мне потом выбить на памятнике?

— Позволь совет, — произнёс имперец. — Никогда не предупреждай противника о своих намерениях.

— Позвольте вернуть любезность, — усмехнулся Кольер. — Советую вам думать сейчас о себе. С вашим уровнем фехтования и владения археумом, шансов на победу немного.

По лицу имперца пробежало выражение, словно у него в зубе стрельнуло.

— Крайне самоуверенное утверждение, — надменно процедил мужчина.

— Это лишь факт, не более того, — спокойно заметил Энтони. — Нацепить побрякушки — это не значит стать сильным магом…

Почему, когда только прошёл бой, когда ты только-только вынырнул из угара адреналина, злости, страха; всего этого коктейля — природа всегда выглядит, так контрастно, подчёркнуто красиво? За разрушенным особняком Каниони зеленеют луга под ярким чистым небом. Картинка прям на заставку Виндовс. Словно и не бушевала недавно жестокая схватка сильных магов.

Где был парк сейчас пейзаж, словно из Сталинграда. Перекрученные чёрные стволы, чудом сохранившиеся куски дорожек, воронки. И одна большая яма — результат самоуничтожения того лысого мага. Энергия взрыва почти полностью выпила резерв археума Энтони. Ещё бы, они с принцессой, считай, были возле эпицентра. Противник Кольера куда-то смылся. Что с его стороны крайне предусмотрительно, у Энтони было чёткое желание окончательно решить вопрос с ним. Теперь же… Маг-недоброжелатель, который умеет в скрыт. Крайне неприятный фактор жизнедеятельности. Но что уж теперь.

Добежав до особняка, Энтони увидел самостоятельно выбравшихся из-под обломков Альберто и его отца. Оказывается, они успели Щит поставить, и укрыться под ним. От сердца немного отлегло. Бойцы уже растаскивали остатки здания над подземным укрытием. В общем, взрыв не привёл к совсем уж негативным последствиям для людей. Здания, конечно, демонтировало качественно, но главное — люди.

И Энтони обратился к следующему по важности вопросу. А именно…

— И что это? — спросил Альберто, смотря в небо.

А там имелась чёрная точка. Сам Каниони-младший был в изрядно испачканной форме без знаков отличия. А что, самая правильная одежда для активно-агрессивных действий.

— Полагаю, это какой-то способ наблюдения, — ответил Энтони. — Механизм или что-то подобное.

— Голем? — слегка удивился Каниони-младший.

— Типа того, да, — кивнул Кольер. — И этот голем должен куда-то вернуться. И я очень хочу посмотреть, куда именно. А ещё больше интересно, к кому. Так что, дружище, придётся тебе накинуть дополнительный объект.

— Сделаем, — успокоил товарища Альберто.

Энтони бросил взгляд в небо.

— Ага, смещается, мне пора, — деловито произнёс он.

— Насчёт тебя, что говорить? — спросил Альберто.

— Как и договаривались, — с лёгким недоумением ответил Энтони. — С чего вопросы? Ничего ж не поменялось?

— Не, ну ты там с какой-то магичкой зажигал…

— Ай, господин Каниони, оставьте! — притворно возмутился Кольер. — Не надо по себе людей мерить!

— Да-да-да, — ухмыльнулся Альберто.

Её величество, королева Гвендолин

Три пароката-фургона синего цвета с государственными гербами белыми трафаретами на бортах, то есть это был транспорт секураторов, переваливаясь на ухабах, ехали по улице. Извозчик первого пароката, когда свернули на улицу, ведущую к бывшей гостинице, присвистнул.

— Шеф! — позвал он через открытое зарешеченное окно. — Не болтали! Даже я бы сказал, в другую сторону приврали!

В окошке появилось широкое мясистое лицо начальника отделения.

— Вот дерьмо, — процедил Филиас Пэджет.

— Выходит, вояки-то к месту, шеф, — задумчиво заметил извозчик.

— Рули давай, — хмуро бросил Пэджет.

Вскоре парокаты доехали до зоны разрушений. Скрип тормозов. Из первого фургона стали выходить секураторы. А из двух последних, споро и бодро, словно на пружинках, стали выбегать бойцы в колониальной форме.

— Глянем, Клайд, — сказала капитан Ровелло.

Лейтенант Брэгг в ответ кивнул, наблюдая за построением личного состава вдоль фургонов

Трое офицеров прошли мимо секураторов.

— Лейтенант, — обратилась к начальнику отделения района Токстет, почему-то молодая энсин.

Впрочем, Пэджет знал почему. У этой особы фамилия Сегрейв. Кстати, обратилась она по-армейски. Сами секураторы свои звания использовали редко. Среди правоохранителей есть традиция обращаться по должностям.

— Мы сейчас всё проверим, — продолжила энсин. — Потом вы.

— Понятно, — с некоторым неудовольствием ответил Пэджет.

— Однако, — донёсся возглас. — Тут что, тоже маги смахнулись?

— У кого там язык особо длинный⁈ — тут же рявкнула ещё одна девушка-энсин. — Снаряжай!

Бойцы поставили тонитры прикладами на землю и принялись приводить оружие в готовность к стрельбе.

—.ля, Миллер! Ну его нахрен! Бери щит! Твоими сосисками только големов давить!

— Дык дырка маленькая просто… — пробасил здоровенный детина.

Он спрятал в подсумок раздавленный патрон, затёр на земле просыпанный порох. А товарищи, разумеется, тут же ему предложили варианты, где может быть ещё «маленькая дырка». Естественно, в строго эротическом ключе.

— Отставить, на, ржач! — рявкнула та же энсин. — А то я ваши варианты к вам применю, юмористы хреновы!

Трясло, словно капитально замёрз. Натурально колотило. Последствия сильного истощения. Организм, не получая привычную подпитку магией, сигнализировал о том, что с ним происходит что-то сильно неправильное.

Услышав подъехавшие парокаты, Энтони выглянул из-за огрызка стены, возле которой сидел, прислонившись спиной. Зрение, кстати, тоже сейчас было так себе. Далеко всё расплывалось. Но зелёную колониальную форму рядом с синими фигурами секураторов Кольер разглядел.

— Уже лучше, — пробормотал парень.

Настроения бегать и воевать почему-то совершенно не было. Хотелось в тёплую постельку и чтобы одеялко подоткнули.

А рёбра, похоже, не просто ушиблены. Есть и сломанные, наверное, иначе почему глубоко дышать больно? Ещё Энтони время от времени, похоже, уносило в забытье, потому что иногда после моргания менялся угол падения теней. Когда непосредственная угроза отлегла, и организм расслабился, стало как-то совсем хреново.

Энтони нащупал камешек рядом и кинул его в сторону. Результат не заставил себя ждать. Вскоре послышался шорох осторожных шагов.

— Ох, ты ж, твою мать.

— Добрый вечер, Катрин, — прохрипел Кольер.

В поле зрения появилась лейтенант Морвиль. И она махнула рукой. Вскоре послышались ещё шаги по щебёнке.

— Чё тут? — грубоватый голос Эды.

А Энтони это слышалось прямо-таки песнями сирен. Сослуживцы, как много в этом слове, для сердца воинского…

— Во, Кольер. А ты тут каким боком?

Энтони сощурился, удерживая фокус на лицах.

— Стреляли, — усмехнулся парень. — Красавицы, мне бы как-то к целителям попасть.

— Это,.ля, ясно, как день, — покачала головой Кромвель.

Ещё шаги. Лёгкие, почти неслышные.

— Эда, давай за носилками, — распорядилась подошедшая Аделаида.

— Ага, — ответила Кромвель.

Катрин тоже отошла. А удалилась она бдить, это гарантировано. Разведка же. Они тупо стоять и всей толпой пялиться не будут.

— Ну? — Ада присела на корточки рядом. — И что же мне говорить?

— Ада, всем, кому нужно, я сам расскажу, — слегка оскалился Энтони, пытаясь улыбнуться. — Не настолько я… Эх, м-мать.

Парень скривился, когда вновь стрельнуло в ноге. Да так качественно, что аж до затылка.

— Тут уже никого… живых, — продолжил Кольер, переведя дух. — Но трупы, которые найдёте, надо собрать. И сразу к нам в лагерь.

— В лагерь? Поняла, — кивнула Ровелло.

— И вообще всё, что тут странного найдёте, тоже в лагерь, — продолжил Энтони. — А вы найдёте.

— Ага, значит, ты тоже развлекался? — хмыкнула Аделаида.

— Да уж, — поморщился парень. — Ох и подлые же, твари. Аккуратнее тут. Может ещё что-нибудь громко взрывающееся попасться. Увидите чёрный куб, не трогайте. Скорее всего — это бомба.

— Неплохо, — оценила Ада.

Послышались голоса.

— Ну, где он?

Алиса, родная душа!

— Твою-то! Кольер!

— Я тоже рад тебя видеть, Алиса.

— Миллер, шевели заготовками!!! — натурально зарычала Холтрейн.

Но всё-таки какая она бывает громкая…

Взрыв гостиницы произошёл на окраине. Особняк Каниони тоже находился не в центре. И поэтому большинство жителей Арианы эти события пропустили. Конечно, заметили, что в небе что-то странное происходит… Но вот потом началось действие, которое обывателей заинтересовало куда больше.

Около пяти вечера это началось. К домам аристократов начали подъезжать фургоны. Из них выбегали крепкие мужчины и врывались в особняки. Самый фокус был в том, что и жаловаться на это было некому. Часть фургонов вообще секураторы непосредственно сопровождали, что неудивительно, ибо чёрную форму гвардейцев королевы трудно было не узнать. Да и королевский герб на фургонах — две лозы оплетённые белой лентой с короной в центре; было сложно не заметить.

Также секураторы не проявляли никакого внимания к другим фургонам. Обычным с виду, но тоже с вооружёнными молодчиками внутри. Интересно было то, что в отличие от гвардейцев, этих мужчин часто узнавали. И это были те, кто работал в службах безопасностей трёх компаний: «Каниони ШипТранс», «Холланд Вектура Меритима» и «В. Т. Cargo». Последняя принадлежала семье Брилль.

Работающие в портах сегодня наблюдали не менее любопытное явление. Вскрывались склады. Они принадлежали «Тавр Целер» и компаниям, которые аффилированы с ней и ещё ряд складов. Тех, кто сопротивлялся, тут же утихомиривали, но без жестокости. То же самое происходило на железнодорожных складах, причём охрана компании «Шелли Рэйл Пас» этому демонстративно не препятствовала.

После того, как склады вскрывались, не происходило ничего яркого. Подходили работяги, подъезжали парокаты и спокойно, буднично вытряхивали склады.

Около девяти вечера к гостинице «Суон» — весьма престижному месту в районе Сефтон-парк, приехал парокат. Молодой парень облика приказчика средней руки шустро соскочил на землю и забежал в гостиницу. Он прошёл в обеденную зону на первом этаже. Это был настоящий аристократический салон — белая мебель, светлые стенные панели, золотой орнамент. Здесь часто обедали и проводили вечера люди с титулами. Но сегодня аристократам Арианы было явно не до салонов.

В зале сейчас находились главы трёх компаний: Умберто Каниони с сыном Альберто, Джэйна Холланд с дочерью Изабэль и Итай Брилль с сыном Дороном. То есть главы компаний с наследниками.

Посыльный передал небольшой конверт Альберто Каниони. Тот вскрыл конверт, из него выпал перстень. Вытащив и прочитав записку, Альберто поднял брови. Кивнув посыльному, он подошёл к отцу. Умберто стоял около окна.

Старший Каниони прочитал сообщение. Потом взял кольцо-печатку, которое передали вместе с запиской. Хмыкнул. И прошёл в середину зала, где сидела на диванчике Джэйна Холланд. А напротив, через стол, расположился в кресле Итай Брилль — сухощавый мужчина с узким костистым лицом. Бороды и усов старший Брилль не носил.

— У меня есть сообщение, — заговорил Умберто Каниони. — Было найдено тело Абнара Крампа.

Каниони-старший показал печатку.

— Он был тут? Ожидаемо, — заметила Джэйна Холланд. — Где?

— В гостинице на окраине Токстета, — ответил Каниони. — Кольцо снято с человека, который по описанию и есть Абнар Крамп. Также были найдены документы на его же имя. И Крамп был именно убит.

— Если есть тело, — проскрипел Итай Брилль. — То в чём проблема его опознать?

— Гостиницы больше не существует, — ответил Каниони. — Ещё неизвестно точно, что произошло, но она полностью разрушена.

— Как удобно, — сощурился Брилль. — Как же тогда кольцо появилось? И труп опознали?

— Человек, который опознавал — доверенное лицо, — ответил Умберто.

— Ваше лицо, — добавил Итай Брилль.

— Ему также доверяет королева, — заметил Каниони. — И там он находился по поручению.

Брилль пожевал губами, но ничего не добавил. А что тут говорить? Каниони каким-то образом пролезли к высшей власти. Брилли оказались, к счастью, в числе союзников… И ссориться с Каниони было бы неразумно. Тем более подвергать сомнению действия королевы.

— Интересно, почему Крамп был убит, — заговорила Джэйна Холланд. — Да, это для него был серьёзный удар, но не фатальный. Его основные активы остались, как и покровители. При этом наследников, могущих принять дела, нет. Старший сын — маг. Средний — повеса и мот.

— Как вариант, именно для этого, — заметил Умберто Каниони. — Поставить среднего вывеской. Или вообще обвинить старшего Крампа в измене и изъять активы в пользу государства.

— Читай, в пользу кого-то из окружения короля, — заметил Брилль, оттопырив верхнюю губу в гримасе презрения. — Но это даже хорошо.

— Да, в наших делах нужно разбираться, — согласился Каниони. — Конкурировать, руководя через наёмных управленцев не получится. Но пока активы повиснут в неопределённости. Итай, ты говорил про причал в Оэсе? Полагаю, именно сейчас его заходят продать.

Брилль сощурился.

— Мне нужно отдать распоряжения, — мужчина резво, словно молодой, поднялся с кресла.

Когда Брилль вышел, Джэйна Холланд достала портсигар.

— Умберто, — заговорила женщина. — Это уже не только дела. Сейчас мы обеими ногами влезаем в политику.

Каниони-старший, поддавшись желанию закурить, тоже достал из кармана массивный серебряный портсигар.

— Она бы нас всё равно коснулась, — ответил Умберто, открыв портсигар. — Вопрос стоял, в каком качестве мы зайдём в эту ситуацию.

Джэйна на это кивнула. Большего говорить, при Дороне Брилле она, само собой, не стала. А Дорон в это время подошёл к стоящему всё также у окна младшему Каниони.

— Альберто, — заговорил Дорон. — А ты, вижу, решил подвинуть братьев?

Каниони смерил Брилля снисходительным взглядом.

— А ты, полагаю, всю жизнь мечтал сводить баланс? — насмешливо спросил Альберто.

На это Дорон скривился. Общеизвестно, что обязанности наследника его тяготили. Статус ему нравился, работать не очень хотелось.

— Мне пока вполне хватит титула, — продолжил Альберто. — И без него было неплохо, но теперь будет особенно приятно.

Брилль-младший почему-то не захотел продолжать беседу и отошёл. Альберто же стоял, смотрел на улицу. Место «штаба», кстати, выбрано не случайно. Семья Каниони владеет тут долей. Но это-то многие знают. Между тем, место было выбрано демонстративно, специально в самом сердце аристократического района, чтобы особо резкие недовольные попытались сделать что-нибудь…

Для этого тут и находились те же охранники, которые отбивались в поместье, во главе с Брионом Хейгом.

— Альберто, — к младшему Каниони подошла Изабэль.

— Ты тоже хочешь упрекнуть меня в корысти? — иронично спросил Альберто.

— Нет, — ответила девушка. — Не думаю, что тебя прельщает руководство компанией.

— Несколько обидно прозвучало, — усмехнулся Альберто.

— Не потому, что не сможешь, — спокойно добавила девушка. — Поэтому, полагаю, в конце концов, ты и станешь главой.

— Интересная логика, — слегка удивился парень.

— Это не моё мнение. Но оно мне видится последовательным. Ты не будешь руководствоваться личными страстями, поэтому сможешь увидеть весь веер путей.

Альберто хмыкнул.

— Пока, Изабэль, я собираюсь именно удовлетворять свои страсти, — произнёс парень.

— И это тоже полностью укладывается в эту логику, — очаровательно улыбнулась девушка. — Хочу с тобой поужинать. На днях. Надо кое-что обсудить.

Альберто приподнял брови.

— С вами, леди, я готов поужинать немедленно, — ответил парень.

— Не думаю, что сегодня у нас хватит сил… на ужин, — иронично заметила девушка.

Дворец Роз. Кабинет королевы

Об этом сообщили ещё день назад. Но события в Ариане отодвинули все дела на задний план. Но теперь у секураторов порта больше не было причин откладывать посещение этого корабля — небольшого побитого жизнью парохода, стоящего в самом конце старого деревянного пирса.

Проблемы были видны ещё на подходе. Во-первых, безлюдье, но это ожидаемо. Второе, трап стоял неровно и швартов провисший. Ясно, что за пароходом никто не следил.

То, что здесь произошло что-то очень нехорошее, стало ясно, едва секураторы поднялись на борт. Запахи крови и разложения ощутились ещё на трапе. Последний ещё еле ощутимый, но он был.

Первый труп был найден прямо на палубе. Собственно, именно увидев его, люди стали сообщать секураторам.

— Что тут у нас? — присел рядом с трупом старший из трёх поднявшихся мужчин.

Молодой парень. На лице застыло выражение крайнего удивления. Он лежал на животе, повернув голову, щекой на палубе.

— Убит в спину, — произнёс старший секуратор. — Ага.

Присев, он поднял полу пиджака. На убитом был пояс. Имелось и оружие — короткий палаш. Рукоять потёртая.

— Кому понадобилось убивать каких-то рыбаков? — спросил самый молодой секуратор.

— Какие рыбаки? — откликнулся старший. — Ты видишь верёвки, сети? Запах рыбы чуешь?

— Можа кровью забило.

Третий мужчины на это насмешливо хмыкнул.

— Не рыбаки это, — спокойно произнёс старший. — То и странно. Почему и корабль, и трупы всё ещё тут.

Секуратор засучил левый рукав пиджака убитого. Потом то же самое проделал и с правым.

— Ливокопол, — процедил мужчина, увидев характерные синеватого цвета вены.

Он посмотрел на глаз (веки были открыты). Кивнул, увидев красные белки.

— Брок, за труповозкой иди, — произнёс старший, поднимаясь.

Самый молодой кивнул и направился к трапу.

— Думаете, в каютах хуже? — спросил третий секуратор, когда младший перешёл на пирс.

— Думаю? Вижу, — вздохнул старший. — Не хватало ещё потом за ним убирать. Идём.

Ещё два трупа в рубке. Старший осторожно прошёл внутрь. Один полулежал на лавке, прислонившись спиной к стене, как будто просто уснул. Второй на полу. И опять характерная одежда. Пиджаки, шляпы. Именно шляпы, а не картузы или кепки, то есть эти персонажи «форс» держат. Держали. Туфли. «Деловые» сапог не таскают. Это удел вилланов.

— Очень чисто сработано, — заметил старший. — Похоже, с кем-то серьёзным что-то не поделили.

Второй секуратор кивнул, соглашаясь. Следов борьбы нет. При этом и кровью не забрызгано.

Четвёртый труп лежал на ступенях, ведущих из рубки вниз. И опять тот же почерк. Быстрое, молниеносное убийство. Единственный точный удар в грудь.

— Ну, ясно, — процедил старший, увидев несколько клеток.

В таких возят рабов. Один раб, кстати, был.

— А вот этого… эту, — старший склонился к решётке. — Они сами, похоже, забили. Смотри.

— Поверю на слово, — отозвался второй.

Старший ещё некоторое время смотрел на мёртвую мисрийку. Очень смуглую и очень юную девушку, почти девочку. Что произошло, было очевидно, как день. Гематомы, характерная поза «клубок» для… проклятье, изнасилованных. Скорее всего, эти уроды даже не поняли, что убили свою пленницу. Наверняка всё это делали в угаре. В пьяном, и под ливоремом.

А потом секуратор обратил внимание, что в соседней клетке стоит железная тарелка. И следы крови на полу. Без тени отвращения секуратор коснулся пятен.

— Хм, недавно, — нахмурился он, потерев пальцы. — Похоже, они рабыню продали. Или обещали продать, а предоставить не смогли.

— А вот этого, похоже, пытали, — откликнулся второй из дальнего конца трюма.

Переборки, которые раньше ограничивали пространство кают, были убраны, пароход, когда-то бывший прогулочным судном, стал грузовым. Старший секуратор, заинтересовавшись, подошёл к товарищу. И увидел сидящего около борта здорового бородатого мужика, связанного. При этом мужик был без штанов и с отрезанным хозяйством. Которое ему ещё и в руку вложили.

Кроме этих повреждений, имелись травмы пальцев. Если проще, ногти вырывали. При этом по лицу не били. Чтоб не было сомнений, кто это?

— За рабыню наказали? — спросил секуратор помладше.

— Хм, — старший пошарил взглядом вокруг. — Слишком аккуратно. Деловые так бы не стали делать. Наоборот, всё бы кровищей залили. Что-то тут не то… Такое ощущение, что маг тут был.

— Маг? — удивился второй секуратор. — У деловых?

— У тех, чьи рабыни, — ответил старший.

— Ну… — второй секуратор задумался. — В принципе…

— Поменьше думай об этом, — посоветовал старший. — Давай, тут посмотри. Документы какие-нибудь. Я в рубке гляну…

Учебный лагерь колониальных войск

Медпункт