— Василиса, помоги мне тут! — окликает меня свекровь, едва я вхожу в их кухню в качестве гостя.

— Да, конечно, — подхватываю у нее из рук салатники.

— Ставь пока здесь на стол, сейчас еще зеленью украсим и понесем в столовую, — в привычной манере раздает она указания. — Все самой приходится делать. Ни на кого надежды нет. А я ведь просила тебя пораньше приехать и помочь мне!

— Так я ж вам написала, что у меня несваренье с самого утра, — у меня до сих пор руки подрагивают от того, как меня полоскало, сил нет. — Тошнит сильно.

— Может наконец-то беременная? — она окидывает меня придирчивым взглядом.

— Да нет. Тесты отрицательные, — расстроенно качаю головой. — Видимо просто отравилась.

— А жаль! — фыркает свекровь. — Вон, Олеська Ромику уже второго скоро родит. А ты даже на одного не способна оказалась.

— Ну при чем тут я? — до боли обидно. — Я ведь проверялась, у меня все в порядке. Здоровая.

— Хочешь сказать сын мой нездоров?! — шикает она на меня.

— Да нет же, конечно, Людмила Алексевна. Я же никого не виню в том, что не получается. Видимо еще просто время не пришло.

— А я вот виню! — злится мать моего мужа. — Женись Сава на достойной девушке, уже бы и для деток время давно пришло.

— Ну зачем вы так? — пытаюсь тормознуть ее хоть немного. Потому что меня действительно изморило мое отравление, а очередные разговоры о моей невозможности забеременеть окончательно добивают. — Сегодня ведь праздник. Давайте не будем ругаться. Вы же знаете, как я Саву люблю. Я все сделаю ради него. Все, что в моих силах.

Вот то ж. Настолько люблю мужа, что готова вытерпеть всех его родственников. Иначе уже ноги бы моей в этом доме не было. Но любимый настоял, что нам необходимо приобщаться к семейным праздникам. Мол вся семья в сборе и мы отставать не можем.

А для меня каждое такое «семейное» торжество, как пытка. Свекровь очень любит припоминать, что я не ровня ее сыну, и детей родить ему не могу. Свекр обычно просто игнорирует, будто я пустое место. А старший брат Савы и вовсе будто испытывает ко мне неприязнь личного характера. Возможно поэтому каждый раз, когда нам нужно ехать к родне мужа у меня начинает что-то болеть. Организм уже протестует против этого семейства. Но ради Савы я ведь действительно на многое согласна. Уж потерпеть один денек колкости его семейки справлюсь.

— Недостаточно делать только то, что в твоих силах, — свекровь воинственно подбоченивается. — Вы женаты третий год, а результата ноль. Так что пора бы уже чего посерьезней предпринять.

— Да мы уже обсуждаем с Савой альтернативы. Если и ЭКО ничего не даст, то усыновлять будем…

— Даже не думай! — отрезает свекровь. — Мой сын не будет растить чужого ребенка.

— Но это наше общее с Савой решение.

— Я все сказала! Если сама не можешь родить, значит суррогатную мать будем искать. А лучше вообще новую жену! — она стучит кулаком по столу, давая понять, что дальнейших переговоров она вести не намерена.

А мне вроде и есть что ей сказать, но меня как назло снова тошнить начинает. Глотаю воздух и слова сказать в свою защиту не могу.

Как же больно. Бесполезная жена. Не способная родить любимому. Выкинут как ненужную вещь на помойку.

Да нет же. Сава со мной так никогда не поступит. Он-то всегда на моей стороне. Иначе не женился бы на мне против воли своей семьи.

Голова кружится. И все тело дрожит, так что я и с места сдвинуться не могу, пытаясь пережить очередной рвотный позыв.

— Мам, это ты тут шумишь? — брат мужа входит в кухню в компании длинноногой девицы в красном платье-мини.

— Ой, Руслан, наконец-то ты приехал! — восторженно всплескивает руками свекровь. — Я так давно тебя не видела, сынок! А что за девушка с тобой такая красивая? — заискивает перед старшим сыном.

— Здрасти, я Римма, — девица хихикает по-дурацки. — Рус пригласил на ваше семейное торжество. Я так рада!

— И я очень рада, девонька, — улыбается свекровь. — Может наконец-то и Русланчик остепениться. Пора бы. Даже младший сынок женился уже. А старший все перебирает.

Вот как. Обидно вообще-то. Значит хихикающей девице она вон как рада, что уже сразу поженить их готова. А я ей как кость в горле.

Ловлю на себе привычно холодный взгляд Руслана, но даже приветствие выдавить не могу, борясь с тошнотой. Осталось только опозориться перед всем этим злобным семейством и дело с концом. Ниже падать будет некуда.

— Что с ней? — вместо приветствия Руслан кивает матери в мою сторону.

— Ой, Русик, да откуда я знаю, — отмахивается свекровь. — Как всегда симулирует, чтобы мне не помогать.

— Тебе разве нужна помощь? — резонно замечает он. — У тебя целый штат прислуги. Их и напрягай. Или ты нас женить так торопишься, чтобы наших баб себе в рабство взять?

— Ну ты скажешь тоже! — хихикает мама не менее по-дурацки, чем эта девица длинноногая.

Ну в принципе теперь хоть ясно, почему я не у дел. Наверно каждая мамаша мечтает найти для своего сыночки невесту по своему образу и подобию. А я на нее совсем не похожа.

— Рим, пойди-ка пригони бездельниц из столовой, — приказывает Рус своей девушке. — Им за что деньги платят, чтобы они там мебель изображали?

— Ну что ты, Руслан, пусть бы Вася сходила, — мама машет на меня рукой. — Римма ведь у нас впервые. Гостей не принято гонять по поручениям.

— Римма, иди, — давит Руслан, подтверждая мое о нем впечатление как о не очень сговорчивом человеке.

Видимо поэтому даже моя властная свекровь не властна над этим грубияном.

Девица убегает исполнять его приказ. А я жалею, что у меня не осталось ни повода, ни сил на то, чтобы тоже куда-нибудь сбежать от этих двоих.

— Василиса, а где собственно Сава? — мама смотрит на меня.

Но я все еще не могу справиться с собой:

— Он… — глотаю воздух, — к отцу…

— А вот и мой младшенький сыночек! — восклицает свекровь, перебивая меня на полуслове.

В кухню заходит Сава и меня кажется даже тошнить так сильно перестает, потому что рядом с ним меня не так сильно пугает его семейство.

Он как всегда вовремя. Мой спаситель.

— Вась, ну ты чего убежала-то? — говорит мне муж едва порог переступив. — Я думал с отцом сначала поздороваемся?

— Я м-маме помочь обещала, — выдавливаю еле слышно.

— О, Рус, и ты тут? — мрачнеет мой муж, переключаясь на брата. Жмет ему руку без особого энтузиазма.

Отношения у них не особо складываются. И я даже толком причин этого не знаю. Потому что Сава говорит, что это их мужские вопросы, которые меня не касаются. Но так как я вечно крайняя в этом семействе, то не удивлюсь, что и разлад между братьями случился из-за того, что меня не одобрили родственники. А Сава меня просто расстраивать не хочет, потому и не говорит, что за конфликт с братом. Но одного взгляда Руслана на меня достаточно, чтобы понять, что он очень даже меня не одобряет. До обидного поверхностно. Сам ведь и вовсе каких-то легкомысленных шаболд вечно таскает. Хотя он по-мужски красив, высокий, широкоплечий. Не зря же брат моего Савы. И далеко не глуп. Разве что характер ужасный: непрогибаемый и тяжелый. Возможно поэтому нормальные женщины с ним не уживаются. А только дурочки шлюховатые вроде этой Риммы.

К слову о ней:

— Я позвала прислугу! — влетает в кухню девица и увидев моего мужа резко тормозит: — Ой, Савик, ты уже здесь?

Муж кажется удивленным, хмурится:

— А ты зачем пришла? — бросает грубо.

— Меня Руслан пригласил на семейный ужин! — восторженно щебечет девица. — Сказал, ты будешь рад.

Сава бросает недовольный взгляд на брата, а тот хищно ухмыляется.

Я вообще не понимаю, что происходит. Но обстановка мне явно не нравится. Хотя мне всегда в их семье не комфортно. Но сейчас особенно.

Сава уже знаком с девушкой Руса? Когда успел? И почему он должен быть ей рад?

Муж оборачивается ко мне, будто наконец вспомнив о моем существовании:

— Ты уже познакомилась с моей женой? — обращается он к девушке.

— Ой, а я и не знала, что ты женат! — хихикает она, и в купе со своим ответом раздражает меня еще сильнее. Поворачивается ко мне и вроде дружелюбно протягивает свою наманикюренную ручку: — Ты меня извини, ты просто так одета, — окидывает меня неприязненным взглядом, — я если честно подумала, что ты из обслуги.

Ах ты ж… Сука!

Да я между прочим этот свитер-платье специально себе связала к праздникам. Сама фасон придумывала. Широкие рукава и плечики приспущенные. А эта мерзавка своими словами меня как минимум дважды растоптала! Мало мне свекрови? Ну с этой я хоть считаться не обязана:

— Ничего страшного, — натянуто улыбаюсь в ответ, возвращая ей брезгливый взгляд. — Из-за того как одета ты, я, признаться и вовсе решила, что ты из стриптиза, — смеюсь как мне кажется похоже на то, как хихикают эти две дамочки.

— Василиса! — одергивает меня свекровь, и кажется собирается меня даже отчитать.

Но ее прерывает раскатистый смех Руслана:

— Смешно, Васёк, — пожалуй впервые в жизни хвалит меня брат мужа. И это бесит еще сильнее. Особенно это его дурацкое обращение. — Скажи смешно, Сав? — хлопает брата по плечу.

Сава не отвечает, только окидывает Руслана негодующим взглядом. Очевидно он тоже не одобряет выбор брата. Но вступать с ним в полемику мудро не собирается.

Пусть девица очевидная невоспитанная хамка, с которой нам придется мириться на семейных торжествах, если Руслан все же решит на ней жениться. Но в остальном нам дела до нее нет. А уж связываться с непрошибаемым Русланом себе дороже.

— Все остывает, — прерывает напряженную тишину свекровь. — Давайте уже за стол садиться. Нас уже гости заждались.

— Отличный план, — потирает ладони Руслан. — Я голоден, как волк!

Он выходит из кухни, будто вовсе позабыв о своей девушке. Зато мама не забывает о своей новой потенциальной невестке:

— Пойдем, красавица, — увлекает ее за собой к выходу из кухни. — Я тебя остальной родне представлю. Там сестра моего мужа с семьей еще приехала, и…

Сава провожает свое семейство хмурым взглядом, а затем в ярости бьет кулаком по столу:

— Мудак конченный! — рявкает, вынуждая меня вздрогнуть.

— Сав, ты чего? — обнимаю его за руку.

— Вася… — будто только сейчас замечает, что я не ушла с остальными. — Да ничего. Просто мой брат как всегда в своем репертуаре. Надо ж было додуматься притащить эту шлюшку в родительский дом.

— Ну для него вроде даже не впервой, — пожимаю я плечами. — Но я не думала, что ты знаком с ней. Ты же вроде вообще с ним не общаешься.

— Мы случайно столкнулись, — отмахивается любимый. — Она мне сразу не понравилась.

— Сав, тебе не все ли равно с кем спит твой брат? — глажу его по плечу, стараясь успокоить его гнев.

— Верно, — соглашается наконец. — Мне все равно. Ты короче иди за стол, зай. Я в туалет отлучусь и присоединюсь.

Идти одной к этой стае пираний мне никак не хочется. Но и тащиться с мужем в туалет, это как-то уже перебор.

Киваю и молча бреду к столовой, где уже собралось все семейство. Признаться хочется просто сбежать из этого дома. Но я не могу бросить здесь Саву одного.

Пока я очень нехотя дохожу до столовой, Людмила Алексевна уже во всю руководит застольем, поднимает бокалы за своих прекрасных сыновей, которые собрались за ее праздничным столом. К слову ни одного из которых за самим столом не видать. Как и полуголой девицы.

Блин, так можно было не идти так сразу за стол? Чего тогда я как на плаху притащилась? Не хочу себе нервы трепать и продолжать терпеть подколки от свекрови.

Разворачиваюсь и возвращаюсь в холл, в котором серьезно настроена дождаться Саву. Но меня снова начинает тошнить и пока мне опять не стало хуже бегу к дальнему туалету. В ближайшем ведь Сава должен быть. Не хочу, чтобы он волновался о моем самочувствии, поэтому с самого утра стараюсь вида не подавать, что мне плохо.

Подбегаю, дергаю ручку.

Заперто.

Черт, и тут кто-то.

Слышу смех Риммы за дверью.

Она смеется в туалете? Как оригинально. Кажется я догадываюсь кто это ее так рассмешил.

— Так и знала, что ты за мной пойдешь, мой лев, — мурлычет она.

А у меня от одного ее голоса тошнота усиливается.

Они там зажимаются на унитазе что ли?

Ответом мне служит протяжный стон этой полуголой шлюшки, вгоняющий меня в краску. Хотя, смею предположить, сейчас она явно более голая, чем была до этого. Фу, какая мерзость.

Сава прав, у Руслана ничего святого нет. Притащить шлюху в дом родителей это еще ладно. Но еще и трахнуть ее посреди застолья. Какая пошлость.

Нужно уйти, пока со стыда не сгорела.

Шагаю за угол от туалета и врезаюсь в чью-то широченную грудь.

— Ой, простите, — поднимаю голову и непонимающе выдыхаю: — Руслан… А кто же тогда?…

— Быстрей кончай, сука, — слышу голос мужа из туалета и теряю дар речи. — Ты моя шлюха. И мой брат тебя не получит. Поняла меня?!

Она стонет. Так громко, что я хочу умереть лишь бы никогда больше не слышать этого.

И его голос я тоже слышу. Тяжелое дыхание. Даже сквозь закрытую дверь.

Больно мне.

Как же больно.

Стою в идиотском оцепенении, пытаясь понять что вообще происходит.

Мой любимый. Муж мой. Моя жизнь…

Тот ради которого я терплю издевки этой токсичной семейки. Тот ради которого допоздна спать не ложусь, пока он вкалывает в офисе.

Вкалывает… Как же…

Ха!

Теперь-то мне понятно, почему мой трудяга стал так много «работать».

Меня раздирает на части от обиды и злости.

Я ему завтраки свежие. Рубашечки отглаженные. А он в этих рубашечках… чтоб их!… по шлюхам таскается!

Скотина.

Боже… За что?! За что мне это?

За то, что я не смогла выполнить свою роль и родить ему ребенка?

И хорошо. Хорошо. Он не заслужил быть отцом.

Животное.

Боже, как больно…

У меня будто все тело ватное. Пошевелиться не могу. Но и продолжать слушать эту грязь нет сил. Хочется хотя бы в обморок упасть, а потом очнуться и чтобы все оказалось кошмаром…

Понимаю, что продолжаю в шоке таращиться на брата своего уже почти бывшего мужа.

А он лицо мое изучает, будто ему моя реакция интересна:

— И что будешь делать, Васёк? — насмешливо интересуется Руслан. — Сделаешь вид, что ничего не случилось и как прилежная отличница не станешь портить семейный праздник, м? А может разрыдаешься и сбежишь?

— Я-я… ч-что я должна делать? Он предал… — заикаюсь от каждого нового стона шлюхи. — А я… — из глаз брызжут слезы. — Н-не м-могу…

— Я понял, — цокает укоризненно.

Вытаскивает из кармана брюк ключ от машины, и вкладывает в мою дрожащую ладонь:

— В тачке меня жди, — приказывает, будто я одна из его многочисленных подчиненных. — Я тут сам разберусь.

Вздрагиваю снова от стона Риммы.

Руслан вдруг берет меня за запястья, поднимает мои руки и закрывает ими мои уши:

— Иди уже, мазохистка, — он подталкивает меня вглубь коридора, вынуждая убраться подальше от проклятого туалета.

Делаю шаг.

Еще один.

Ноги слушаются с трудом.

Сжимаю в пальцах спасительный ключ от машины. Мне бы только до нее добраться. Лишь бы никого не встретить по пути.

Хочу просто одна остаться.

Никого больше не видеть.

И рыдать.

Не представляю, как дальше жить. Я ведь всю свою дальнейшую жизнь с Савой распланировала. В ближайших планах детки. Если сами не сможем, значит ЭКО. Если и это не сработает, то рассмотрим усыновление. Ну или все же суррогатное материнство, как свекровь требует.

Больше не свекровь. Больше она не посмеет у меня ничего требовать. Больше я не ее нежеланная невестка. Неподходящая. Бесполезная. Бедная родственница.

Пошли все к черту. И мать его! И братец-гад! Усмехается он еще, вы поглядите! Между прочим это твою девку брат в туалете прет! Ты ее притащил!

Сволочи все!

Может они и вовсе все в сговоре? От меня дуры так избавиться решили?

Ну я вам этого так не оставлю...

Разворачиваюсь на пятках и возвращаюсь обратно к туалету.

Слышу грохот.

Заворачиваю за угол.

Ой.

Руслан дверь выбил.

И кажись уже пару зубов брату.

Ладно. По крайней мере теперь я могу быть уверена, что никакого сговора это семейство не замыслило против меня. Я просто самый обычный жалкий олень. С рогами. Ветвистыми такими.

Проглатываю свою боль и наспех стираю слезы с лица.

Я может и олень. Но не жалкий. Благородный я! А этому уроду я сейчас устрою…

— Руслан, пусти его! — приказываю звонко. Голос дрожит. — П-пожалуйста.

— Вася! — муж при виде меня даже находит силы удивляться.

— Я же сказал в машине ждать, — Руслан явно не доволен, что ему кто-то указывает, что делать. Да еще и не подчиняется его приказам.

Однако бросив на меня короткий взгляд полный привычной ненависти он прибивает Саву к стене, слегка придушивая гада локтем.

— Только быстро давай, — фыркает старший брат.

— Ты зачем здесь? — муж явно недоволен моим появлением.

— В туалет хотела, — выплевываю. — Тошнит меня. Весь день, знаешь ли. Теперь вот поняла почему.

— И почему? — тупит Сава.

— Из-за тебя козла! — кричу я. — Сволочь! Предатель! Как ты мог?!

— Да не ори ты! — требует муж. — Щас весь дом тут соберется. Ты просто все не так поняла!

— И что же я не так поняла, а?! — рявкаю, что есть сил. — Что тут можно понять, когда ты с этой шмарой заперся?!

— Да мы просто разговаривали…

— В туалете?! — рычу я, в ярости от его тупых отмазок.

— Ну у нас тема такая… деликатная, — продолжает врать ублюдок.

— Это я по вашим стонам поняла, мой дорогой! — цежу я, понимая, что зря пришла. Нужно было просто позволить Руслану продолжить выбивать все дерьмо из этой сволочи.

— Бля, ты все слышала? — с очевидным сожалением говорит муж-мудак.

— Больше, чем хотела, — сухо выдавливаю.

— Вась, я тебе щас все объясню, — говорит Сава, пытаясь оттолкнуть брата, но тот только сильнее наваливается на него, прижимая локтем горло брата из-за чего тот закашливается.

Хочу уйти.

— Да пусти ты! — бесится Сава. — Вась, стой! Да я же для тебя старался!

У меня аж ступор от такой наглости:

— Чего?! — поворачиваюсь к нему.

— Детей, — хрипит Савелий. — Детей…

— Да пусти ты его! — требую, желая послушать что еще за бред он там придумал.

Руслан раздраженно закатывает глаза, но позволяет брату сказать.

— Мы ведь хотим детей, зай? — выдавливает Сава, когда Рус слегка ослабляет хватку.

Я даже руки на груди складываю, готовясь к очередной очумительной истории:

— Допустим, — киваю, скептически поджимая губы.

— Ну так ты же сама предлагала чужого ребенка растить, — приипоминает он. — А мне мать не разрешит совсем чужого. Ты же ее знаешь. Вот я и придумал вариант, который устроит всех нас. Римма родит от меня, для тебя. И ты будешь растить! — он это с таким пылом выдает, будто не только что придумал и искренне верит, что это действительно должно его оправдать.

— Ха! — выдыхаю я сквозь боль. — Значит этот вариант всех устроит, говоришь? И шлюху твою, — киваю на притихшую в углу девку, явно очумевшую от «приветливого» вторжения Руслана. — И тебя устроит, мой дорогой. Может даже брата твоего. И мать вашу! А что насчет меня?! А?

— А что насчет тебя? — искренне удивляется урод. — Ты живешь как у Христа за пазухой. Я тебя считай из грязи в князь вывел. Одел, обул. Еще и ребенка сам добыл. Че тебе еще надо?

Я просто в шоке от такой наглости. Неужели он всегда таким был? Тогда почему я идиотка считала его адекватным?

— И правда, — поражено выдавливаю я, — чего мне еще надо?

— Васек, ну можно я ему еще разок вьебу, а? — даже Руслан не выдерживает непроходимой наглости своего брата.

— На здоровье, — слова даются с болью.

Разворачиваюсь и выхожу из чертового туалета.

В еще большем шоке, чем была до этого. Но зато куда более просветленная.

Если бы сразу ушла, не узнала бы, что мой муж не просто изменщик, а еще и конченный мудак.

Охренеть.

Как я могла быть настолько слепой.

Однако до спасительной входной двери я дойти так и не успеваю. Меня окликает голос:

— Василиса, твою мать!

— Долго вас еще ждать?! — сокрушается у меня за спиной мать предателя. — Гости в сборе, вся еда остывает! Совесть есть? В чем дело, Василиса?

— А вы спросите у своего сукиного сына, — даже не оборачиваясь выдавливаю я и хочу было выйти из дома. Но мне в спину летит:

— А ну стоять! — рявкает свекровь. — Это ты с кем так разговариваешь?!

Поворачиваюсь:

— Так с вами же, мама, — сухо цежу я. — Разве вы не расслышали? Могу повторить.

— Мерзавка… — выдыхает она поражено, ни разу за все время нашего знакомства не слышавшая от меня ни слова плохого в свой адрес, — ты что себе позволяешь?! — вопит свекровушка.

— Это что вы все себе позволяете? — отвечаю зло. — Решили, раз я сирота без родная, то об меня можно ноги вытирать?! Хамить! Изменять! Обвинять меня во всех смертных грехах?! Нет уж! — рявкаю. — Так и знайте! Я здоровая, между прочим. По всем показателям и анализам. А вот сынок ваш даже не удосужился в баночку спустить, чтобы его биоматериал проверили! Так вот он детей хотел, мамочка. Зато в шлюх спускать у него достаточно времени и энтузиазма! А раз вам как раз такие невестки нравятся, то теперь с ней и пробуйте внуков рожать! А с меня вашей поганой семейки довольно!

— Ты что несешь, неблагодарная?! — свекровь охает и театрально за сердце хватается.

Меня такая злость разбирает. Прямо хочет ударить кого-то. Но я ведь девочка приличная.

Как там Руслан сказал? Отличница. Очень точно подмечено.

Я глупая отличница, которая по жизни привыкла всем угождать. И которая возомнила себя Золушкой, которой посчастливилось встретить прекрасного принца.

Ага, щас.

Прекрасный принц превратился в тыкву прямо у меня на глазах. Вот так чудеса.

— Мама, что случилось?! — в холл выскакивает тот самый «прекрасный» со слегка примятым лицом, совершенно бесстыдно застегивая на ходу брюки.

Очевидно Рус отпустил его, только потому что услышал голос матери, иначе бы так и продолжил мудохать за свою девицу. И что они все в ней нашли?

А вот и она. Следом бежит за моим муженьком. Вы посмотрите какая преданность. А на вид шмара-шмарой. Не зря она мне сразу не понравилась.

Ну подумаешь ноги от ушей. И полуголая.

Я вообще-то тоже ничего. Просто не одеваюсь так развратно. Или не раздеваюсь.

Да и ростом я слегка не выдалась.

По сравнению с этой шваброй я просто пигалица мелкая. Зато у меня все свое. А у нее губы пельмехи, ресницы веники и патлы-пакли нарощенные.

И это ЧУДОвище должно мне ребенка рожать. Не смешите.

Вот теперь мне хоть стало ясно, что так рассмешило Руслана на кухне. Кажется он ее действительно где-то с панели снял. Приручить шлюху хотел. Да только, как говорится, сколько волка не корми…

Руслан выходит в холл последним из троицы. Бросает на меня очередной взгляд исподлобья.

— Мальчики! — вопит свекровь. — Вы только послушайте, что эта змея неблагодарная говорит! А ну теперь повторяй, как ты там сказала?! — велит мне.

— Сказала, чтобы вы у своего сукиного сына спросили, что произошло, — пожимаю я плечами, обуваясь в свои полусапожки.

— Сукиного… — она снова охает, хватаясь за сердце. — Это она меня…

— Вася, ты вообще?! — шипит на меня Сава, приобнимая «страдающую» мать за плечи. — Нахера ты перебарщиваешь? Ну поругались. С кем не бывает. Но как ты выруливать потом собралась, если родителей втягиваешь?

— А я не собираюсь ничего выруливать, — сухо говорю я.

Во мне будто что-то умерло, после того, как я узнала своего мужа «поближе».

— Вы поругались? — свекровь смотрит на младшего сына. — И это потому она так со мной?! Я к ней как к родной, а она… — драматично виски растирает. — Вот что говорится, жена познается в беде. И не прошла твоя Васька проверку на прочность! — грозит Саве пальцем. — А я говорила! Говорила! Гнать ее в шею!

— Вася, уйди уже, — жестко приказывает Рус, окончательно добивая меня.

А я вроде и собиралась. Но не хотела позорно сбегать, будто это я здесь преступник. Хотела с высоко поднятой головой.

Но Руслан убил.

Я-то успела подумать, что хотя бы этот грубиян на моей стороне в этой схватке. Совсем забыла, что он так-то тоже сукин сын.

Хватаю куртку, и выскакиваю из проклятого дома.

Слезы душат.

Ощущение, что я осталась одна против целого мира.

Хотя чего там ощущение? Оно ведь так и есть.

У меня ведь больше и нет никого толком.

Одна я. Совсем.

Запрыгиваю в машину Руслана. На водительское.

Завожу мотор и уезжаю подальше от этого чокнутого семейства.

Практически не вижу дороги из-за слез.

А еще эта дур-машина затонированна в хлам, что еще сильнее усложняет вождение неопытному водителю. И зачем такое делать? Солнце печет? Или стеснительный такой? Руслан-то. Ага.

Скорее всего баб просто прет в машине. Вот и закатывает стекла так, чтобы не видно снаружи было.

Фу, какая мерзость.

Мельком вспомнилось, что машина Савы тоже нехило затонирована. Свинья!

Все их семейство мерзкое. Отвратительные людишки.

И зачем я только так долго терпеть их пыталась?

Точно, из-за Савушки же. Козла!

Хватит, Вася! Забудь! Забудь!

Вычеркни из жизни. Порви и выбрось!

Тебе и до него неплохо жилось. И после справишься.

Одиноко правда было… Но лучше уж одной. Чем с этой семейкой Адамс.

А ведь я всегда боготворила день, когда встретила Саву. Считала это подарком судьбы. Хорош подарочек.

Я тогда официанткой работала…

Персонал ресторана позвали потестить новое меню, и мне так сильно понравилась паста, которая мне досталась, что я ее едва с языком не проглотила. Это было лучшее блюдо в моей жизни. О чем я так и сказала двум шефам, стоявшим напротив.

Рус в привычной ему манере мрачно кивнул. А Сава сказал, что если я соглашусь с ним поужинать, то он будет кормить меня этой пастой, пока я не порошу остановиться.

Конечно я согласилась. Бедная студентка не может себе позволить отказаться от халявной еды. К тому же если за нее надо просто сходить и… поесть.

Возможно Сава и рассчитывал на большее после ужина. Но я ясно дала понять, что не настолько бедная студентка, чтобы ноги раздвигать за еду.

Мы поужинали, он подбросил меня в общагу.

Все.

Но с того дня я и правда начала получать новую порцию пасты на обед вместо обычного меню для работников. Ну и знаки внимания от Савы, конечно.

Признаться я действительно сначала повелась на еду. Так что можно сказать сначала я влюбилась в его пасту, а потом уже в самого Саву. Очевидно стоило остановиться на пасте…

Правда когда мы поженились он больше не готовил для меня. Сколько я не уговаривала.

«Домашняя кухня — удел женщины» — так он говорил.

Очевидно мужской удел — трахать шлюх. Но об этом он мне к сожалению сразу не сказал.

Так я и стала Золушкой, с несчастливым финалом.

И это ведь была моя первая любовь и первая работа. А еще первый совместный ресторан этих двух братьев бессовестных.

Но из-за того, что против меня восстала вся семья, когда мы с Савой поженились, Руслан назло брату забросил дело и оно попросту развалилось.

У Руслана и без ресторана всегда была куча рабочих проектов. Он вроде как хотел помочь брату наладить свое дело. А я думаю, что он просто хотел отвадить брата от отцовского бизнеса, в котором Сава все время работал. И после развала ресторанного дела вернулся обратно управленцем в отцовскую компанию. На том пути братьев и разошлись.

А теперь и мои с ними.

Вот только… машину бы надо вернуть Руслану. Надеюсь он не объявит ее в угон. Должно же в нем быть хоть что-то человеческое.

Въезжаю в город и только сейчас осознаю, что у меня даже ключей от дома нет, чтобы вещи свои забрать.

Да чтоб вас!

Все у Савы остались.

Выходит мне даже некуда пойти.

Вою еще горше. А в душе такая тоска разверзается. Прям до кишечной колики. До изжоги.

Ну вот. Опять тошнить начинает. И живот крутит.

Блин-блинский! Все сегодня против меня!

Торможу у первого попавшегося заведения. Бросаю машину как попало, потому что парковать ее по всем правилась уже просто нет сил. У меня аж ладошки вспотели как сильно живот скрутило.

Вылезаю из высоченной машины и осматриваю вывеску заведения. Ночной клуб обычный. Других альтернатив со свободным входом в туалет поблизости все равно не наблюдается. Лишь бы впустили меня в этот клуб.

У дверей серьезные секьюрити. И как я собираюсь у них в туалет проситься?

Плевать. Что мне теперь, в машине дела свои делать?

Подхожу ближе:

— Здрасьте, — улыбаюсь натянуто, и стараюсь не шмыгать от слез. — А можно пройти? Мне только… в туалет…

— Документы для начала, — категорично отзывается один из амбалов.

— Ой, а у меня с собой ничего нет.

— Значит до свидания, — отмахивается пафосно. — Щас мы тебя пропустим, а потом штрафы будем платить за то что малолеток впускаем.

— Да никакая я не малолетка! — возмущаюсь я. Вот, говорю же, ростом не вышла. Поэтому меня и в серьез никто не воспринимает. — Я взрослая женщина! Мне двадцать два между прочим!

— Ох, ну да, женщина прям, — ухмыляется верзила. — Документы, девочка.

Клянусь, сил нет. Живот болит так, что я на стену лезть готова. А там в окно. Лишь бы до туалета добраться.

— Нет документов, — выдавливаю я. — С собой нет. Но мне очень надо войти.

— Не положено, — будто куда подальше послал меня.

— Ну пожалуйста, — я уже умолять готова.

— Чем докажешь, что совершеннолетняя? — вроде дает слабину амбал.

Срочно соображаю, чем я могу доказать свой возраст:

— Так я на машине приехала! — показываю ему брелок в руке. — За рулем. У меня и права есть.

— Покажи.

— Ну они не с собой! — взвываю я.

— Вот как добудешь, тогда и приходи…

— Вась, тормози, — одергивает его второй охранник. — Ты тачку-то видел?

Тот самый Вася с любопытством заглядывает мне за спину.

Нажимаю на брелке кнопку, чтобы фары моргнули в подтверждение, что машина вроде как моя. Мужики аж вздрагивают от удивления.

Раз простая человечность не срабатывает, то понты точно прокатят. А уж машина у Руслана действительно впечатляющая. Огромный внедорожник БМВ, какой-то там ограниченной серии. Мне Сава рассказывал, мол брат вообще зажрался. И что такая машина только у Руса и у какого-то там дубайского шейха.

Сейчас понимаю, как этот гаденыш завидовал брату, каждый раз на дерьмо исходился, когда у Руслана что-то новое появлялось. Видать и с этой девкой потому устоять не смог, и прямо в родительском доме ее оприходовал.

Как же? Этому идиоту нужно все, что есть у его брата.

Руслан купил дом, нам тоже надо. Сава идет на поклон к отцу и просит денег, хотя я и говорю, что нам вполне достаточно нашей уютной квартирки.

Руслан новое дело начал, Сава тоже бросается строить бизнес. Потому что «это любой дурак может», и вообще он как раз собирался этим делом заняться, вынашивал план, но Русу видимо отец сливает его идеи, а он их крадет.

Ага.

Ни одно его начинание не выжило. Тогда как у Руслана процветало все, за что он брался. Чертов Мидас.

Мы только плодили долг перед отцом. Мне было неловко. Но кто я такая, чтобы лезть в семейные дела.

А Сава твердо верит, что бизнес отца все равно однажды перейдет к нему, поэтому и не чешется разбираться с долгом.

Есть ощущение, что если наследником действительно станет Сава, то многолетние труды его отца пойдут прахом за считанные месяцы. И Сава с его матушкой останутся таки у разбитого корыта.

Один Руслан выплывет. Со своими шлюхами. И родней на иждивении. Потому что его дела не имеют отношения к наследству.

— Проходите, пожалуйста! — вдруг говорит секьюрити. — Туалет в конце зала. Еда и напитки для вас за счет заведения.

Вот даже как?

А понты и правда работают лучше, чем человечность. Значит еще и поесть удастся на халяву. Кажется я снова возвращаюсь к состоянию голодной студентки. Готовой душу продать за еду и крышу над головой.

Вот так Золушка в один миг осталась у разбитого корыта.

Больше не буду верить в сказки…

Закончив свои дела и умывшись от слез выхожу из туалета. Благо еще слишком рано, чтобы ночной клуб был битком, поэтому могу немного осмотреться.

Обычный такой ночной клуб. Может только слегка вычурный, будто для мажоров каких-то. Но с громкой музыкой и раздражающим мерцанием стробоскопов. И кажется это то, что мне сейчас нужно, чтобы унять болезненный тремор в груди. За грохотом музыки я даже почти собственных мыслей не слышу. А в этом бесящем свете не видно моего опухшего от слез лица. Вот и славно.

Первым делом иду к бару. Не могу я упустить возможность бесплатно поесть. Весь день ничего не ела, из-за того что плохо было. И у свекрови не успела к еде притронуться. А когда теперь удастся нормально поесть неизвестно, потому что у меня ни гроша за душой.

Телефон и ключи от дома все осталось у Савелия.

Да и нет у меня по сути ничего своего. Я же жена при муже. Иждивенка выходит.

Работать он мне не разрешал. Мол у селебрити так не принято, чтобы жена официанткой была. А я больше ничего толком не умею. В универе и то пришлось на заочку перевестись. Из-за этого обучение растянулось еще на год и я до сих пор его не закончила.

Теперь-то понимаю, Саве нужна была удобная жена-наседка, которая будет его обхаживать как мамочка, ну и детей рожать по маминому заказу. И мой универ ему, как и в целом мое саморазвитие как кость в горле были. Плевать он на мои мечты хотел. Даже странно, что взялся оплачивать универ, когда я слетела с бюджета, перейдя на заочку.

И как теперь буду платить за учебу?

Ну шью я и вяжу на заказ. Но это ведь копейки. И быстро на этом денег не заработать. А мне точно нужно где-то спать и что-то есть уже сегодня. Про оплату универа пока и думать боюсь.

Очевидно, надо брать себя в руки и первым делом срочно озадачиться поиском работы.

Хоть бы и в этом клубе.

Опыт официантки у меня есть. А у них тут судя по всему и кухня полноценная имеется. Думаю на первое время мне подойдет.

Лишь бы им требовался персонал. Не очень-то хочется бродить по городу среди ночи в поисках работы и ночлега.

Чувствую себя жалкой. Отвратительно.

Ну ничего. Я на ноги встану и еще покажу им всем!

— Здравствуйте! — кричу я бармену. — Мне на входе сказали, что еда и напитки за счет заведения! Можно мне чего-нибудь?

Бармен кивает:

— Берите меню, присаживайтесь за столик. Официант сейчас подойдет.

Ну по меньшей мере официанты у них тут даже в принципе водятся. А в этом деле обычно текучка знатная. Значит может и вакансии свободные найдутся.

— А можно мне еще менеджера? — продолжаю я. — Я насчет трудоустройства хотела поговорить.

Парень смеряет меня слегка удивленным взглядом и снова кивает:

— Конечно. Будет сделано, — он скрывается в своей подсобке.

А я беру меню и иду к дальнему столику в углу. Надеюсь там хоть немного потише. Хотя я готова перекрикивать музыку, лишь бы меня взяли на работу.

Усаживаюсь за стол и нехотя изучаю блюда на картинках.

Нужно поесть, Вася. Ясно, что аппетита особо нет. Но продолжать ходить голодной тоже не дело совсем.

Давай, ты справишься. Со всем. Всегда ведь справлялась.

Всхлипываю снова, чувствуя, как мой боевой настрой тает на глазах.

Останавливаюсь на страничке с пастами, заметив на картинке похожую на ту, что я раньше так любила.

Теперь же… тошнит от нее!

Чертов мерзавец! Да мне из-за него даже кусок в горло не лезет. Совсем не понимаю, как теперь жить дальше…

Прячу лицо в ладони и изо всех сил стараюсь сдержать новую порцию рыданий.

— Вы выбрали? — слышу женский голос над головой.

Поднимаю глаза:

— Еще нет. Простите, — мямлю устало. — Я просто… задумалась.

— Может я могла бы вам помочь определиться? — дружелюбно предлагает официантка. — Что предпочитаете? Рыбу? Мясо? Может веган-меню?

— Я предпочитаю успокоительное, — усмехаюсь я невесело.

— Договорись, сейчас что-нибудь найду, — кивает она услужливо. — Но рекомендую все же что-нибудь съесть.

— Выберете что-нибудь на свой вкус, — возвращаю девушке меню. — Только не пасту, пожалуйста.

— Как скажете, — улыбается. — Я могу забрать вашу верхнюю одежду?

— Ох, да! Конечно, — наспех раздеваюсь, почувствовав себя сейчас какой-то невоспитанной невежей.

Стоило бы сдать куртку в гардероб, но я так спешила в туалет, что не подумала даже.

Протягиваю свою куртку официантке, но не позволяю сразу забрать:

— Погодите, — торможу ее. — Честно, у меня нет денег. Так что если вы стараетесь ради чаевых, то лучше я сама отнесу ее в гардероб.

— Не волнуйтесь, я сделаю это бесплатно, — она действительно кажется очень милой и искренней.

Даже жалко ее. Очевидно она такая же наивная дурочка, как я.

Девушка уходит, оставляя меня наедине с суровой реальностью. Но я не успеваю предаться своим тяжелым мыслям, потому что передо мной вырастает фигуристая брюнетка:

— Здравствуйте, — деловито протягивает мне руку. — Я — Виолетта, и я менеджер этого заведения. Чем могу помочь?

— Здравствуйте, — киваю вежливо, поднимаясь со своего места и пожимая ее протянутую ладонь. — Меня зовут Василиса. И я очень извиняюсь за вторжение. У меня просто весьма затруднительная ситуация.

Она смеряет меня несколько высокомерным взглядом:

— Я вижу.

Плевать мне на то, что она там видит и почему так вызывающе смотрит. Главное найти средства для существования!

— Дело в том, — собираюсь с силами, — мне очень нужна работа. Я подумала, что может у вас есть что-то…

— Какая? — лениво спрашивает брюнетка.

— Что? — не совсем понимаю, что она подразумевает под этим вопросом.

— Работа тебе какого рода нужна, затруднительная ты наша?

— А! Да вообще любая! — заверяю ее я. — Я знаете ли неприхотливая. Никакого труда не боюсь. Есть опыт официантки, но могу и прибираться или на кухне помогать. А там может местечко освободиться и…

— Хорошо, выходи завтра, — вот так просто соглашается она. — Там разберемся, на что ты способна.

— С-спасибо, — удивленно выдавливаю я, сильно удивившись, как быстро мне удалось договориться.

На вид она та еще стерва. Но видимо впечатление бывает обманчивым.

Неужели же и на моей улице белая полоса бывает? Или это их всех так БМВ как у шейха впечатлила? Я бы наверно тоже удивилась, если бы дамочка на такой тачке пришла уборщицей устраиваться и есть на халяву.

Менеджер уходит, так же внезапно, как и пришла. И я мысленно поздравляю себя со своей первой маленькой победой: работа уже у меня в кармане. Еще и покормят сейчас. Вообще блеск.

Осталось только придумать, где переночевать.

Пожалуй на сегодня самое сложное задание, но мысли на этот счет имеются.

В конце концов клуб ведь ночной. Значит до закрытия меня отсюда никто не выгонит. И к моему счастью людей в зале становится все больше. Поэтому думаю смогу слиться с толпой и не привлекать лишнего внимания.

— Вот ваше успокоительное, — возникает передо мной официантка с какой-то зеленой жижей в бокале.

— Что это? — принимаю из ее рук стакан, внимательно его разглядывая. — Новопасит? Пахнет так…

— Да вы не нюхайте, пейте просто залпом, — она подталкивает ко мне стакан. — Поможет, я гарантирую.

Выпиваю. Кривлюсь:

— Фу. Что за бальзам такой гадкий?

— Обычный егермейстер, — пожимает она плечами. — Он знаете ли от всех болячек помогает. В особенности от разбитого сердца.

— Это так очевидно? — даже не отрицаю.

— Я просто сама совсем недавно через такое прошла. Как говорится, рыбак рыбака…

— Сочувствую, — выдавливаю я.

— И я вам.

— Со мной можно на ты, — спешу переключить тему, пока снова не расклеилась. — Я теперь вроде как работать у вас буду. Хотя еще толком не знаю кем.

— Тогда будем знакомы, — она протягивает мне руку и тепло улыбается. — Я Соня.

— Очень приятно, — жму ее пальцы. — А я Василиса. Можно просто Вася. И ты меня раскусила с первого взгляда. Пару часов назад мне разбили сердце.

— Всего пару часов прошло? — искренне удивляется она. — Да ты еще отлично держишься! Тебе точно нужно еще успокоительного и поесть! Я уже заказала. Садись и жди.

Она выглядит такой всполошенной, будто ей и правда не все равно на практически незнакомого человека. У меня аж в груди щемит от ее включенности.

Хотя я ведь такая же. Поэтому наверно и наивная такая. Думала, что уж самый близкий человек точно никогда не навредит.

Но эта Соня дарит надежду, что мир все еще не без добрых людей. Не сошелся свет клином на Саве. Я выживу без него. Справлюсь.

Зря только я мешала Руслану его бить. Надо было еще самой подбавить гаду!

Ох.

Кажется ликер на голодный желудок достаточно быстро работает. Не могу сказать, что я от него успокаиваюсь. Скорее просто моя боль трансформируется во что-то более сносное и яростное.

Нужно просто придумать, как я отомщу этому козлу и всей его семейке!

— Тебе есть куда пойти? — весьма проницательно интересуется Соня, опустив передо мной на стол новую порцию «успокоительного». — Если что, у меня тут поблизости небольшая квартира съемная. Там есть свободный диван.

— Признавайся, ты ясновидящая? — усмехаюсь я. — Фея? Человек-рентген? Ты же меня насквозь видишь.

— Не нужно быть ясновидящей, чтобы понять, что ты не похожа на человека, желающего просто так околачиваться в ночном клубе после того, как тебе разбили сердце, — пожимает она плечами. — Очевидно, что тебе просто идти некуда.

Я только вздыхаю болезненно и прячу взгляд, стесняясь своих слез.

Соня вдруг кладет руку мне на плечо и так понимающе его сжимает, что у меня щемит сердце от благодарности за ее поддержку:

— Эй, крепись, Вась. Скоро полегчает. Я тебе как специалист говорю, — она подталкивает ко мне стакан. — Сегодня тебе надо просто забыться. А мне поработать. Так что отдыхай. Как закончу пойдем домой.

— Спасибо, — гляжу на нее сквозь слезы. Она мне сейчас реально каким-то ангелом видится.

— Только имей в виду, — говорит она серьезно. — Гость только три дня. Потом аренда пополам.

— Ой, а у вас тут как с оплатой? Суточно? Недельно? — напрягаюсь я. — У меня же просто нет ни копейки. Не знаю, смогу ли через три дня выпросить.

— Да расслабься ты, — улыбается. — С этим в конце месяца если что разберемся. Просто имей в виду, я буду рада соседке. Одной как-то скучно живется. Но за свой счет я нас двоих не потяну.

— Да глупости! — отмахиваюсь я. — Конечно же поделим аренду! — заверяю я ее. — Как только мне первую зарплату дадут все оплачу. Я тебе так благодарна, Сонь. У меня ведь правда никого больше не осталось…

— Ладно тебе, еще из-за этого не плачь. Иначе то я тоже щас начну, — шмыгает носом. — А мне еще работать вообще-то, — она достает из фартука ручку с блокнотом, что-то пишет, вырывает листок и протягивает мне: — Вот мой номер на всякий случай. Так что не потеряемся. Все, я убежала работать. Народу уже дуром. Ты пей. И поесть сейчас принесут. Обязательно поешь, а-то развезет еще. Смотри, я тебя домой не понесу. Тут оставлю спать, — предупреждает строго. — И не вой тут в одиночку. Пойди вон лучше потанцуй. Помогает, гарантирую.

Клянусь. Я ее уже люблю.

Только больно за нее почему-то. Это же как одиноко ей должно быть, чтобы она вот так незнакомку к себе в дом приглашала?

Соня убегает работать. А я по ее завету выпиваю залпом приличную порцию «успокоительного» и кажется мне действительно становится спокойнее.

Меня даже тошнить перестает. И живот больше не крутит.

Чудеса прям.

Вот что эта, как ее… психосоматика с людьми творит. Видать меня настолько воротило от этого семейства, что у меня походу медвежья болезнь развилась. Но стоило слегка притупить мое нервное сознание, как меня тут же отпустили все хвори.

Кайф.

Когда ничего не болит.

Когда никому ничем не обязана.

Ни перед кем не нужно стелиться.

Никому угождать.

Я могу делать то, что хочу я! А не то, что мне говорит муж-самодур.

Теперь-то я все поняла…

Все его задержки на работе. Телефон всегда экраном вниз. Плохое настроение в моем обществе. Вечные придирки, мол я все делаю не так…

Да я даже готовить специально под него научилась. И есть то, что не люблю.

Я вот вообще-то рыбу и морепродукты обожаю. Но засранцу Саве оно все видели ли воняет!

Это от этого козла неверного за версту предательством прет. А я дура просто, раз сразу не поняла.

Ну не тот он человек. Не тот, который будет верность хранить! Обычный гуляка. В их семье такие похоже в чести. Что он, что братец его.

Но я-то наивная думала, что в сказку попала и мол ради меня эта крыса превратится в принца.

Ага! Разбежался, волосы назад!

Ух… Как же меня это бесит, аж до трясучки.

Так и не дождавшись обещанной Соней еды, поднимаюсь из-за столика и иду на танцпол. Раз уж меня все равно трясет, то хоть буду делать это под музыку. Тем более что Соня гарантировала, что это поможет забыться. А мне сейчас только этого и надо. Забыть эту сволочь бесстыжую и все его дикое семейство.

Народу в зале битком. Я никого не знаю и я вдруг осознаю как это классно, когда больше не нужно думать, что подумают люди.

Я ведь танцевать люблю.

Но Сава как-то увидел, как я пританцовываю на кухне во время готовки, и скривил такую мину, что мне больше не захотелось вообще при нем шевелиться.

Сейчас бы он точно был вне себя от того, что я посмела танцевать в каком-то клубе, где куча народу могут нелестно оценивать мои не самые лучшие танцевальные способности. И от этой мысли я только еще больше стараюсь.

Кажется даже в музыку не попадаю, настолько погруженная в свои мысли, что едва ли вообще слышу ее.

Тут жарко. И очень тесно. Меня будто сама толпа покачивает, расслабляя. Прям как волны.

На море обещал меня свозить, гад. Но сам все по командировкам сам мотался. Теперь-то я поняла, что это были за «командировки». Небось шлюх вроде Риммы на курорты вывозил. А на меня времени не хватало вечно. Козел!

Я вообще-то еще молодая девчонка. Да мне бы по дискотекам и свиданиям бегать. А я себя похоронила в быту этого мерзавца неблагодарного. Все его мамаше угодить пыталась.

Угодила!

Когда ушла.

И теперь нам всем будет лучше.

Лишь бы никогда больше не встретить их. Не хочу.

Только сейчас осознаю, что на моих бедрах лежат чьи-то наглые руки, а спину согревает тепло чужого тела.

Еще мне тут прилипалу какого-то подцепить не хватало! Довольно с меня отношений! Наотношенькалась!

В полнейшем возмущении резко разворачиваюсь в руках наглеца:

— Эй, руки! — рявкаю, но тут же осекаюсь. — Т-ты?..

— Попалась, — зло выдыхает Руслан, наклоняясь ближе к моему лицу. — Я ведь велел, ждать меня в машине. А не уезжать самой на моей тачке.

— П-прости, — выдавливаю я, совсем никак не ожидая встретить сейчас именно его.

Да и признаться, я его слегка побаиваюсь. Особенно когда он таааак близко.

Толпа еще напирает притирая меня до неловкого тесно к брату моего мужа, вынуждая меня упереться ладонями в его необъятные плечи.

А его руки почему-то до сих пор не отпускают мою талию.

— Я сейчас же в-верну тебе ключ, — мямлю, пытаясь вспомнить куда я его вообще сунула после того, как хвастанула перед охранниками на входе. — Пойдем к столику! Я сейчас же его найду… — порываюсь уйти, но Руслан не отпускает, прижимая меня еще ближе.

Вот же черт. Просто так он теперь меня точно не оставит:

— Я же уже извинилась! Чего еще ты хочешь от меня? — возмущаюсь ему в лицо. — Что? За угон меня теперь посадишь?!

— Сажать не буду, но компенсировать свое непослушание тебе придется, — он вроде говорит тихо, но я на удивление разбираю каждое его слово, и у меня мурашки по телу бегут от его угрожающего тона.

Он действительно пугает меня. Все в нем настораживает меня и вынуждает цепенеть как кролика перед удавом.

У него ведь даже запах какой-то дикий. С привкусом леса. Древесные нотки, мшистые и капельку хвойные. Я чувствую их везде, где появляется Руслан. И мой организм кажется привык воспринимать этот запах как опасность: всякий раз ладошки потеют и сердце колотится в его присутствии. Потому что появление Руслана никогда не несет для меня ничего хорошего. Высокомерие. Надменные взгляды. И уничижительные комплименты в мою сторону. А в лучшем случае полный игнор. В этом весь Руслан.

Но больше я не обязана с этим мириться и дрожать как лань беззащитная.

— Ясно! — фыркаю гордо. — От вашей семейки ничего другого я и не ожидала. Говори, сколько я должна, и на этом закончим. Сразу говорю прямо сейчас у меня нет денег, — предупреждаю на всякий случай. — Но я уже нашла работу. Поэтому как только заработаю отдам все до копейки! Мне от вашего змеиного царства ничего не надо!

— Вот как? Уже и работу нашла, — ухмыляется Руслан. — А я ведь тебя недооценивал, Васёк. Переживал, что ты даже до города не доедешь. В такую-то погоду. Но ты более чем справилась. Умница.

— Не волнуйся. Я даже не поцарапала твое корыто бесценное, — раздражаюсь я. — Забирай уже ключи и оставь меня в покое.

Однако Руслан явно не спешит меня отпускать. Смотрит привычно строго:

— Я рад, что ты в порядке, Вась, — говорит он так серьезно, будто действительно вовсе не о машине своей эксклюзивной беспокоился.

А обо мне.

Ага. Десять раз!

В из семействе принято только о самих себе заботится. И все человеческое им чуждо.

— Я не в порядке! — протестую просто ради протеста. — Не в порядке. И все благодаря твоему братцу! Ясно?! Так что оставь меня уже в покое!

— А как же компенсация, — он будто издевается. — Забыла?

— Ничего я не забыла! Говори уже сколько я должна за прокат твоей тачки? И уходи.

— Нисколько, глупая, — его снисходительная интонация дико бесит. — Мне не нужны твои деньги.

— А что тогда? — злюсь я.

— Пусть это будет… услуга, — говорит он, будто на ходу придумывает.

— Какая еще?

— Ты поужинаешь со мной, — ухмыляется гад.

— Чего? — удивляюсь я.

Он шутит? Зачем бы ему это?

— А, я поняла! — осеняет меня. — Решил так отомстить брату, да? Типа он твою девушку поимел, а ты в ответ надеешься его жену это… того… — краснею, чувствуя, что даже выпитый ликер не позволяет мне так откровенно предполагать столь абсурдные идеи. — Ничего не выйдет, Руслан! Даже не надейся! Это может вам с братцем без разницы с кем спать! А я до таких низостей никогда не опущусь!

— Ну и выдумщица, — цокает он укоризненно, будто маленького ребенка отчитывает. — Кажется ты выдаешь желаемое за действительное, — нагло заявляет он, вынуждая меня захлебнуться от злости. — Не хочу тебя огорчать, но меня интересует только ужин. Глупые девочки не в моем вкусе, знаешь ли.

Я буквально задыхаюсь от возмущения.

Как он так лихо стрелки перевел. Желаемое за действительное?! Типа это я с ним переспать хотела?! И мол я даже не достойна такого гада, как этот потаскун?

Да что он себе позволяет?!

— Говоришь, глупые девочки не нравятся? — рычу ему в лицо. — А по твоей девушке так и не скажешь! Просто видимо я не дотягиваю до ее уровня безмозглости, который вашему семейству так по душе!

— Она не моя девушка, — отрезает холодно, игнорируя все остальное.

— Ну теперь-то конечно! — фыркаю я. Но на всякий случай замолкаю.

Мало ли как сильно его эта ситуация разозлила. Может он и вовсе влюблен в эту шлюшку. Вон как взгляд изменился за последние пару часов. Каким-то тоскливым стал.

Неужели такие как эта Римма и правда нравятся мужикам настолько, что они головы теряют.

Ну ладно еще Сава, у него мозгов никогда и не было. Но Руслан, хоть и казался мне всегда пугающим мерзавцем, однако я совершенно точно молчаливо уважала его.

Он ведь практически с нуля построил целую империю, превосходящую по величине компанию отца. Мидас, превращающий все, к чему прикоснется в золото. Независимый. И надо признать чертовски красивый мужчина.

Но при этом всем в спутницы себе который раз выбирает каких-то пустышек силиконовых.

Как-то даже обидно за него.

— Где там твой столик? — Руслан наконец отпускает мою талию, и слегка впрессовывает танцующую толпу одной рукой, освобождая мне дорогу. — Пойдем.

Спешу подчиниться, желая как можно скорее избавиться от его общества. Однако оказавшись у стола понимаю, что ключа там нет.

Черт. Куда же я его девала?

На автопилоте поднимаю со стола стакан, до краев наполненный ликером, — видимо Соня решила налить мне побольше, чтобы не бегать постоянно. Хочу было выпить, но Руслан вдруг забирает его у меня из рук:

— Что это? — принюхивается и бросает на меня строгий взгляд. — С ума сошла? Ты хоть думаешь, что пьешь?

— Просто ликер, — пожимаю плечами. — А что, нельзя? — непонимающе хлопаю глазами.

— Ты еще спрашиваешь? — злится почему-то. — В твоем положении вообще здесь находиться нельзя. А ты еще и пить собралась. Совсем бестолковая?

Что еще за глупости? Почему это мне здесь быть нельзя? И пить? Ничего не понимаю.

А чем тогда интересно можно заниматься, когда вот так сердце разбивают? В подушку рыдать?!

Так я может и не против. Но у меня и подушки-то не осталось…

Всхлипываю шумно.

А он небось о репутации своей чокнутой семейки беспокоится. И плевать хотел, что мне нужно хоть как-то пережить боль, причиненную его братцем. Видимо пока я с этим козлом не разведусь, они все меня в покое не оставят.

А я назло делать хочу!

— Вообще, то чем я занимаюсь — не твое дело! — кричу ему в лицо, перекрикивая музыку, стараясь вложить максимум ненависти в свои слова. — Отдай сюда! — тянусь к стакану в его руке.

Но Руслан безразлично подносит его к губам и залпом выпивает все мое «успокоительное».

— Ну эй! — рявкаю я в бессильной ярости.

Он с грохотом опускает стакан на стол и довольно резко наклоняется ко мне так, что наши глаза оказываются на одном уровне:

— Со мной так разговаривать не стоит, Васёк. Я тебе не Сава, — угрожающе рокочет он мне в лицо. — А если еще хоть раз увижу, что ты пьешь, накажу. Поняла меня?

Боже. Как же он меня пугает.

Огромный. Взрослый. Непререкаемый.

У меня рядом с ним коленки подкашиваются. Особенно когда он таким угрожающим тоном разговаривает. Сама не знаю откуда смелости набралось пререкаться с ним. Должно быть это все ликер…

— П-поняла, — мямлю, слегка отстраняясь от его грозного лица.

Поняла я то, что он точно не увидит, как я пью. Поэтому надо поскорее его спровадить отсюда. А для этого нужно найти ключ.

Точно, куртка же!

— Я вспомнила! — спохватываюсь я. — Ключ от твоей машины у меня в куртке. Должен быть. Пойдем в гардероб!

Пытаюсь ворваться в толпу, чтобы протиснуться к выходу, но тщетно. Танцующая масса просто выплевывает меня обратно к столику как какую-то мелочь.

Вздыхаю раздраженно и поднимаю глаза на это хмурое изваяние. Руслан устало трет переносицу и шагает ко мне:

— Ну пойдем в гардероб, — он вдруг ловит мою руку и входит в толпу, увлекая меня за собой.

И вуаля! Люди будто чувствуют его негативную энергетику и буквально расступаются, уступая дорогу королю.

Семеню за ним, слегка спотыкаясь. Смотрю на свою руку в его огромной лапище. Так странно…

В раздражающем моргании страбоскопов эта картинка выглядит совершенно инородно. Будто рука не моя.

Но я чувствую как его грубая ладонь сжимает мои пальцы. На удивление осторожно. Для такой-то лапищи.

Очень странно.

Кажется я впервые прикасаюсь к нему. Вернее он ко мне. Он такой горячий…

— Ой, здрасьте! — щебечет молоденькая гардеробщица, отвлекая меня от неуместного созерцания чужих рук. — Вы сегодня рано! — она заискивающе улыбается Руслану.

Ох, ну конечно, он еще и завсегдатай ночных клубов, что его каждая девица знает. И почему я не удивлена?

— Дай мне куртку вот этой девчонки, — он тянет меня за руку, вытаскивая из-за своей широченной спины.

— Номерок? — хлопает на меня нарощенными ресничками девушка.

— А у меня нет, — мямлю, чувствуя, как язык слегка заплетается. — Мою куртку официантка Соня относила. Синяя такая. В смысле куртка. Официантка прекрасная, — бегаю глазами по крючкам за спиной у гардеробщицы. Зрение слегка расфокусируется, но я наконец нахожу что искала: — А вон она! В смысле куртка. Официантка-то работает. Она у вас знаете умница такая, — заверяю я девушку. — Ей премию надо! За доброту и человеколюбие! Таких как она в красную книгу уже пора вносить! И охранять. От козлов всяких!

Девица ехидно косится на Руслана. Он глаза закатывает:

— Дай ей уже куртку, — приказывает строго.

Девушка спешит угодить красивому мужику. И явно флиртуя улыбается ему на каждом шагу. Наконец сует мне в руки мою одежду.

— Не ведись ты на него, глупая! — грожу ей пальцем. — Такие как он и его братец ничего кроме разбитого сердца девушкам подарить не могут. Бабники ветреные! Фу! Направо и налево суют свои причиндалы и… — не успеваю договорить, как вдруг оказываюсь висящей вниз головой на плече Руслана. — Эй! Ты что делаешь?!

— Спасаю твою совесть и свою репутацию, — рявкает он зло, и выходит из клуба в ночной мороз.

Руслан роняет меня на заднее сиденье своего Гелика, будто вовсе и забыв про ту навороченную бэху, как у шейха, из-за которой и притащился за мной в клуб. Странно, он не собирается ее забирать?

Не слишком церемонясь, задвигает меня на сидении, и усаживается рядом:

— Коль, домой нас отвези, — хлопает по спинке водительского кресла.

— Какой домой?! — тут же возмущаюсь я. — Коля, отбой! — бастую. — Я в ваш гадюшник больше ни ногой, извольте! Так Саве и передайте!

— Я не собираюсь везти тебя к Саве, — рокочет Руслан, пока его водитель без лишних слов исполняет приказ хозяина и выезжает на дорогу.

— А к-куда? — перевожу напряженный взгляд на Руслана.

— Ко мне в квартиру, — холодно отвечает он. — Проспишься, в себя придешь, чтобы больше глупостей не делала, тогда отпущу.

— Вот еще! — фыркаю я. — Никуда я с тобой не поеду.

— Поздно, — отрезает он, безразлично отворачиваясь к окну. — Мы уже едем.

— Да с чего ты решил, что можешь распоряжаться мной, как всеми своими шлюхами? — раздражаюсь, и сама себе дивлюсь, откуда только смелости набралась так разговаривать с самим Русланом.

Раньше я в его присутствии и двух слов связать не могла. В глаза ему смотреть боялась. Как дикому зверю. А тут прям разошлась.

Видать все благодаря ликеру «чудодейственному».

Но чую завтра мне за это будет очень стыдно…

Однако этот высокомерный гад никак не реагирует на мои смелые вопросы и меня это заводит еще сильнее:

— Я в состоянии сама о себе позаботиться! — продолжаю протестовать. — Так что отпусти сейчас же, иначе я буду жаловаться в полицию, что меня удерживают силой.

— Жалуйся, — равнодушно бросает он, даже не удостоив меня взглядом.

Видать знает, мерзавец, что у меня даже телефона с собой нет.

— Руслан, — вздыхаю я раздраженно.

Он наконец поворачивается ко мне, но ничего не говорит. Просто смотрит. И в полумраке машины его взгляд кажется каким-то уставшим.

Кажется его это «происшествие» с нашими вторыми половинками тоже изрядно вымотало. Однако он почему-то решил отыграться именно на мне.

А может в нем и правда что-то человеческое проснулось? Ему стало меня жаль. И это он вроде так заботу проявить решил, о непутевой невестке?

Вряд ли конечно. Это совсем не в духе ледяного равнодушного Руслана. Но вполне вероятно он тоже изрядно пьян. И поэтому действует, так скажем, не совсем стандартно. Завтра проснется и отстанет от меня.

Но я-то уже сегодня хочу от него отвязаться. Поэтому принимаюсь терпеливо объяснять:

— У меня правда все схвачено, — вздыхаю болезненно. — Я уже договорилась о работе. И даже жилье найти успела. А еще меня там сейчас наверно ждет ужин на моем столике. Я между прочим голодная. А он остывает. Ну верни ты меня обратно, а? — смотрю на него жалобно.

Если же в нем действительно хоть капля человеколюбия проснулась, то может он смилостивится и отпустит меня.

— Поздно, Васёк, — цокает он, и кивает за окно. — Мы уже приехали.

Машина въезжает на подземный паркинг и тормозит у лифта.

— Пошли, — приказывает Руслан. — Будешь умницей, выспишься и уйдешь, куда ты там собиралась. Еще и покормлю бонусом, — обещает он. — А продолжишь артачиться, силком утащу и запру в своей берлоге, пока не перевоспитаешься.

— Хватит уже, — фыркаю я, нехотя вылезая из машины вслед за Русланом. — Навоспитывались уже все кому не лень в вашей семейке!

Он смотрит на меня сверху вниз, будто что-то сказать хочет. Однако молча разворачивается и идет к лифту.

Мелькает нетрезвая мысль бежать от этого самодура. Но гулять по ночному городу в мои планы никак не входит. Пешком идти по холоду в тот ночной клуб кажется не такой уж радужной перспективой. А больше мне податься все равно некуда.

Ладно. Пойду с ним. А завтра уже по светлому найду Соню и узнаю в силе ли наша договоренность насчет соседства. Еще и на работу завтра выходить.

Это хорошо. Я молодец.

Я боец и не унываю перед лицом предательства.

Или это все же ликер?

Вхожу в лифт вслед за Русланом и обиженно вжимаюсь в стеклянную стенку лифта, позади своего раздражающего «родственника».

Ненавижу все их чокнутое семейство. Руслана особенно.

Скольжу изучающим взглядом по его затылку к широченной спине. Он в одной рубашке. Как был в доме своих родителей.

Холодновато для такого прикида.

Так спешил свою машинку эксклюзивную от меня неопытной спасти?

Тоже мне. Ценность великая.

А как же душа?

Все их семейство только про деньги. Меня потому и возненавидели все, потому что я нищая оборванка на их взгляд.

Зато у меня сердце есть, в отличие от них всех.

Ну или было.

Разбили и растоптали.

Сволочи.

Ну я вам покажу. Я еще отомщу! Да так, чтобы вы все потом пожалели, что когда-то нищую оборванку обидели. Вот увидите.

Осталось только придумать план.

Стоп.

Кажется есть у меня одна идея…

— Что смотришь? Входи уже, — приказывает Руслан, придерживая передо мной дверь в свою квартиру. — Предупреждаю, сбежать не получится.

— Да я и не собираюсь, — пожимаю я плечами, и послушно вхожу в его элитную холостяцкую берлогу. — Ничего так квартирка, — говорю равнодушно, но эти шикарные апартаменты действительно впечатляют.

Теперь ясно, почему Саве так нужна была квартира в этом ЖК — ему нужно все, что есть у Руса. Хорошо отец ему хоть в тот раз отказал денег занять. Иначе бы пришлось мне канифолить подобные двести с лишним квадратов. Да еще и жить по соседству с этим снобом высокомерным — Русланом.

Как же хорошо, что все в их семье одинаково неприятные люди. Никого не жаль будет наказать.

Разуваюсь, заинтересованно озираясь по сторонам. А в голове зреет план мести. Осталось только дождаться, пока Руслан уснет…

— Куртку можешь здесь оставить и проходи, — руководит он. — Я сейчас найду тебе что-нибудь поесть.

— Не нужно, — отмахиваюсь я. — У меня пропал аппетит. Покажи какую комнату я могу занять и я пойду спать.

— Тебе надо поесть, — настаивает Руслан.

— Я сама решу, что мне надо, — твердо говорю я, выдерживая его тяжелый взгляд. — У меня нет ни сил, ни желания есть. Меня весь день тошнит и если ты попытаешься меня заставить, то велика вероятность, что остаток ночи я проведу над унитазом. Не самая радужная перспектива. Мне и без того уже на сегодня хватило стресса, не находишь?

Он таранит меня недовольным взглядом, но затем устало выдыхает:

— Ладно, — потирает переносицу. — Как хочешь. Если все же надумаешь поесть, можешь брать в холодильнике все, что найдешь. Твоя комната справа по коридору. Спокойной ночи.

К моему удивлению, Руслан уходит первым, оставляя меня наедине со своими мыслями.

На секунду у меня возникает ощущение, что я очень плохо знаю этого мужчину…

А что если он привез меня к себе из каких-то добрых побуждений?

Да ладно! Руслан-то. Это сильно вряд ли. Он даже к собственному брату ни разу не побуждался «по доброму». Так с чего бы ко мне?

Вхожу в комнату, на которую указал Руслан и наконец-то могу хоть на минутку спокойно выдохнуть.

Мне нужно просто пережить эту ночь. В прямом смысле этого слова «пережить». Потому что если Руслан поймает меня за моим актом мести, то скорее всего просто придушит меня.

Фух, как жарко. Это наверно от стресса. Или все еще ликер?

Стягиваю с себя вязаное платье и откидываю его на кровать. Оставаться в одном белье в квартире чужого мужика пожалуй странно. Поэтому открываю шкаф в поисках хоть какой-то одежды.

Пусто.

Очевидно комната гостевая и даже в ванной ничего нет, ни полотенец, ни халатов.

Вздрагиваю, когда раздается стук в дверь и тут же спешу открыть ее, пока бесцеремонный Руслан не вломился сам:

— Что? — выглядываю в щелку, пытаясь спрятать свое обнаженное тело за дверью.

— Я принес тебе кое-что, — он протягивает мне стопку полотенец, халат и даже какую-то одежду, судя по виду принадлежащую самому Руслану.

Бездумно протягиваю руки к стопке, принимая ее. Руслан тянет дверь на себя… и я оказываюсь почти голая перед братом своего мужа.

И этот бессовестный мужлан вовсе не спешит отводить взгляд. А на мне к слову полупрозрачный кружевной лифчик и минималистичные трусики-стринги. И чулки, чтоб их! Мужа хотела порадовать…

В итоге радовать его опередила другая.

А я теперь стою тут краснею.

— Может отвернешься уже? — выдавливаю я, стараясь хоть немного прикрыться стопкой одежды от его наглого взгляда.

— Зачем? — хрипит он. — Красиво ведь.

— Это красиво не для тебя! — цежу зло. — Закрой дверь сейчас же!

Вместо того, чтобы закрыть дверь и остаться за ней снаружи, он вдруг шагает мне навстречу и закрывает дверь у себя за спиной:

— Так нормально?

— Руслан… — выдыхаю я непонимающе. — Ты что делаешь?

— Я пока что еще ничего не делаю, Василёк, — отвечает тихо, не отрывая взгляда от моего тела.

Василёк?

Что еще за новости? Я же всегда для него была Васёк?

Чего это с ним?

Точно. Он ведь тоже пьян.

Это плохо.

— Р-руслан, выйди, пожалуйста, — почти шепчу я, сбитая с толку его поведением.

Пячусь назад.

Руслан будто отмирает. Поднимает взгляд мне в глаза:

— Ты боишься меня? — спрашивает хмурясь, будто правда не понимает.

Однако ответить ему мне неловко. Мне кажется я всегда боялась его. Но сейчас… я скорее в недоумении.

Почему он ведет себя так? Зачем вломился? Зачем вообще забрал меня из клуба?

Да, выходит я вовсе и не боюсь его сейчас. Скорее… мне интересно.

Должно быть это все еще ликер. От него я вообще чувствую себя странно.

— Прости, я не хотел напугать, — Руслан трет лоб, прикрывая глаза, будто через силу заставляя себя не смотреть на меня.

— А чего тогда хотел? — пользуясь тем, что он на меня не смотрит спешу напялить на себя первую попавшуюся шмотку — белую футболку Руслана, лежавшую наверху стопки.

— Хотел… — он убирает руку от лица и несколько секунд разглядывает меня, особенно концентрируясь на подоле своей майки, прикрывающем мои обнаженные бедра. — Хотел… хотел показать тебе, как пользоваться шторами. Они на электроприводе, — звучит так, будто он оправдывается.

И кажется я начинаю понимать, зачем он на самом деле пришел…

Видимо он тоже не против отомстить брату за то, что тот увел у него девушку.

Неужели рассчитывает развести меня на секс?

Меня от одной такой смелой мысли в жар бросает.

Да нет. Я ведь явно не в его вкусе.

С другой стороны, припоминая всех девушек Руслана, можно сделать вывод, что вкусы у него весьма разнообразные. Сегодня блондинка, завтра брюнетка. При таком раскладе ему ничего не стоит потерпеть и меня.

Уж ради того, чтобы насолить Саве, и не на такое можно пойти. С одной стороны я его даже понимаю. Сама ведь мстить собралась.

Однако мой план куда более гуманный и безопасный для нас обоих.

А он жесток.

Мне и в голову не пришло попытаться соблазнить брата моего неверного мужа. Зато для Руслана раз плюнуть наказать Саву столь низким способом.

И обо мне он конечно даже не подумал. Будто я кусок мяса.

— Шторы можешь оставить закрытыми. За одежду и полотенца спасибо, — говорю я тихо. — Если это все, то я бы хотела лечь спать.

— Ладно. Тебе если что-то еще понадобится, можешь разбудить меня, — хмурится он, будто уходить не хочет. — Если будет совсем плохо, я вызову врача. Ты не ешь и тебя тошнит, это может привести к обезвоживанию. Это не полезно для… — он кивает на край своей майки надетой на мне и трет затылок, будто испытывая неловкость. — Короче, зови. Мало ли…

Так странно. Ощущение, что этот высокомерный гризли чувствует вину передо мной. Разве он вообще на такое способен?

— Сп-пасибо. Но думаю я справлюсь.

Он наконец выходит из комнаты. А я спешу закрыть дверь на замок, и ложусь спиной на стену рядом, чувствуя, как сердце готово выскочить из груди от какого-то непонятного беспокойства.

Хотя казалось бы, все худшее уже случилось.

Или… я ошибаюсь?

Следующие пара часов мне дались непросто.

Оказывается наедине с собой мысли причиняют еще больше боли.

Признаться я бы сейчас предпочла даже общество циничного Руслана, нежели свое собственное. Но я ведь хочу чтобы он поскорее уснул. У меня будет всего один шанс воплотить свою месть. А потом я уйду из его дома. И больше такой возможности у меня не появится. Так что приходится слушать свои отвратительные мысли, пока я выжидаю, чтобы хозяин квартиры точно покрепче заснул.

Я плохая жена, да.

Недостойная такого мужа как Сава.

Родить ему не смогла.

Не гожусь в подметки всем этим моделькам, что Руслан вечно таскает на семейные сборища. Высокие фигуристые красотки на любой лад. А тут я — пигалица среднестатистическая.

Конечно Сава не мог не повестись на них. Ему ведь всегда нужно все, что есть у Руслана.

Зачем только на мне женился, вопрос?

Вряд ли потому, что меня хотел Руслан. Для него я с первой встречи была пустым местом. Он меня вообще не замечал. А ведь его я узнала даже раньше, чем мужа.

Поначалу я даже пыталась динамить Саву, не позволяя нашим отношениям продвигаться дальше пасты.

Да, вот такая я меркантильная мерзавка, которая просто хотела есть за счет этого подлеца. Вот на том и нужно было с ним остановится, а не идти дальше.

Но девчонки из ресторана верещали как мне повезло встретить своего «принца», и я кажется сама поверила, что он моя любовь.

Может я вовсе и не любила его? Тогда почему так больно от предательства?

Ну же, Вася! Хорош выть!

Это не любовь! Ты просто привыкла к этому козлу. И все.

Не его ты любила. А его пасту.

Нужно просто мысленно вернуться в то время и осознать, что любви нет.

Если на то пошло, мне ведь тогда вообще Руслан нравился…

Ой. Это я зря, конечно.

Не то, что стоит вспоминать, когда мне разбил сердце его брат. Ведь Рус и вовсе смотрел на меня, как на блоху. Он и сейчас на меня так смотрит.

А я растекалась как невнятное желе, при каждом его взгляде.

Глупость какая-то. И никакого отношения не имеет к тому, что я имею сейчас.

Разве что окажись моим мужем Руслан, мое сердце разбилось бы куда быстрее и ох уж насколько больнее…

Так, хватит! Фантазировать тут.

Пора наказать всех гадов бессовестных. Чтобы неповадно было разбивать сердца глупых девочек вроде меня.

Думаю, времени я выждала достаточно и Рус сейчас уже точно спит.

Иду к двери и тихонько открываю ее. Прислушиваюсь.

Во всей квартире тишина вроде.

Выхожу в коридор и крадусь к двери в соседнюю комнату, которая по моим прикидкам и есть спальня Руслана.

Когда берусь за ручку двери у меня уже потные ладошки от нервов. Однако чудодейственный ликер на голодный желудок все еще требует чтобы я не смела сдаваться.

Тихонечко приоткрываю дверь и замираю, снова прислушиваясь.

Тишина. Слышно только шумное сопение из глубины комнаты.

Кажись и правда спит уже. Но меня все равно трясет.

Так, спокойно!

В конце концов, он сам предложил разбудить его, если что-то нужно будет. Вот если попадусь, то так и буду оправдываться. Что мол захеровело мне, пришла за помощью.

Вхожу в комнату и крадусь к кровати.

Темно. Но вроде никакого движения не видно.

Значит пока все по плану идет.

Теперь нужно найти телефон Руслана и сделать пару сногсшибательных кадров для его братца. В конце концов не зря же я сегодня так вырядилась для муженька!

Обшариваю тумбочку рядом с кроватью. Ничего нет.

Блин, ну где же мобильник? Под подушкой может?

Смелее, Вася. Не дрейфь!

Он даже похрапывает немного. Значит достаточно крепко спит.

Лезу рукой под подушку и наконец нахожу ценный гаджет.

Открыть фотоаппарат на телефоне не составляет труда. А вот как я собираюсь отправить фотки, с заблокированного телефона этого я еще не предусмотрела.

Может удастся подобрать пароль?

Какие там могут быть варианты у эгоистичного бабника вроде Руслана? Девяносто, шестьдесят, девяносто? Или день рождения его величества? Ладно, что-нибудь придумаю. Для начала надо сделать пару снимков.

Осторожно откидываю с Руслана одеяло и стягиваю с себя его майку. В темноте все равно ничегошеньки не видать, поэтому мне даже не шибко стыдно сейчас.

Вот только придется использовать вспышку. И главное, чтобы она не разбудила Руслана. Страшно представить каким позором для меня это может закончится.

Влезаю на кровать, и, стараясь лишний раз не прикасаться к Руслану, укладываюсь рядом.

Камера готова. Вспышка.

Оцениваю результат.

Ерунда получилась. Даже не понятно, что это я. Да и далековато я легла, чтобы можно было подумать, что у нас что-то было.

Аккуратно подползаю поближе к Руслану, укладываю голову на его необъятное плечище. Ракурс беру повыше, слегка над нашими головами, чтобы было видно, что я в одном белье.

Закрываю глаза, типа сплю. И нажимаю на кнопку.

Вспышка.

Смотрю результат. Уже лучше. Поза правда не очень естественная. Зато лица видны хорошо. Мое белье тоже и… о боги…

Я даже в сторону дергаюсь от Руслана и едва не валюсь с кровати.

Он совершенно обнажен!

Прям вообще!

И это просто… ого… вау…

Я никогда ничего подобного не видела.

Огромный.

Он весь.

И в отдельных местах в частности.

В темноте ничего не видать. Зато под вспышкой…

Кажется они с братом разные гены унаследовали.

У него и правда такой большой… кхм… или это камера увеличивает?

Тфу, ты! Василиса! Сосредоточься на деле! У тебя последний шанс.

Теперь исполнить свою миссию стало еще страшнее. Но надо.

Пристраиваюсь так, чтобы поза выглядела естественно. Ракурс тот же. Глаза закрываю.

Вспышка.

Результат.

Член все еще огромный…

Боже, Вася!

Так! Белье видно. Поза естественная. Лица узнаваемы. Особенно этот фирменный гневный прищур Руслана.

Вот и славно.

Сейчас бы еще придумать как разблокировать телефон.

Вызываю экран с паролем, и ввожу первую пришедшую на ум комбинацию — день рождения Руслана. Замочек вверху экрана вдруг открывается.

Разблокирован? Вот так удача.

Отправлю сначала себе. А утром на трезвую уже буду решать насколько это вообще адекватная месть и стоит ли слать эти фотки Саве. Или просто послать его куда подальше без лишней помпы и забыть? Как говорится: говно не трожь — вонять не будет. Однако пока что я чувствую, что мне просто необходимо выпустить пар и иметь хоть какой-то козырь против этого гадкого семейства!

Нахожу телеграм и не успеваю даже начать искать свой контакт, как тут же вижу свою аватарку на весь экран.

О…

У Руслана и номер мой есть?

Почему открыт?

Хотел написать мне, но вспомнил, что у меня нет телефона с собой?

Удивленно смотрю на свое имя в чужом телефоне.

«Василёк».

Так странно.

Значит это он меня не с пьяну так назвал сегодня. Я у него так и записана в Телеге?

Почему?

Я признаться вообще удивлена, что у Руслана есть мой номер. Зачем? Он ведь никогда не писал мне. И не звонил.

Мелькает странная мысль, что он засыпал глядя на мою фотку. Еще и голый.

Я даже дышать чаще начинаю от сомнительных предположений, зачем бы он хотел смотреть на меня перед сном.

Ладно. Подумаю об этом позже.

Сейчас главное скинуть фотки и пожалуй валить поскорее из его дома. А-то я уже сама себя пугаю.

Наспех загружаю фотки в Телегу и не раздумывая нажимаю отправить.

У меня на телефоне ночной режим стоит. Так что даже если мой мобильник у Савы, то он не увидит оповещений. А значит у меня будет достаточно времени чтобы решить стоит ли показывать фото уже почти бывшему мужу или я протрезвею и решу просто вычеркнуть этого козла из своей жизни.

Прежде чем наконец уйти, хочу было удалить свои полуголые фотки с телефона Руслана. Выделяю все разом и уже подношу палец к кнопке «удалить», как вдруг слышу:

— А вот это ты зря, Василёк...

— О боже! — вздрагиваю, пытаюсь выскочить из кровати, но меня будто в тиски ловят горячие ручищи.

Телефон вылетает из моих пальцев и в следующую секунду я уже оказываюсь придавлена огромным мужским телом к кровати.

— Рус-слан… — выдавливаю в ужасе, чувствуя, как его горячий член вжимается в мое обнаженное бедро. — П-пусти…

— Это вряд ли, — хмыкает он, обжигая своим дыханием мою шею. — Ты ведь сама пришла в мою кровать. Как я могу отказаться от такой благодарности за мое гостеприимство?

— Я же вовсе не за тем пришла! — пищу я, в надежде воззвать к его здравому смыслу.

— Я понял. Ты пришла сфоткаться, — говорит он. — Но как-то не честно с твоей стороны, лишить меня столь ценных кадров. Не находишь?

— А тебе они зачем-м? — меня потряхивает, хотя в его горячих объятиях отнюдь не холодно. — Я сама отправлю их Саве утром и этого будет достаточно, чтобы наказать его. Или ты хочешь отправить их и Римме?

— Мне похуй на Саву. И на Римму тоже, если честно, — он шумно тянет носом мой запах, щекоча дыханием мое ухо. — Ты просто так редко аватарки меняешь. Что я заебался дрочить на одну и ту же фотку.

— Ч-что… — не дышу вообще.

— Ох, Василёк, зря ты пришла, — его дыхание какое-то пугающе рычащее.

У меня от него мурашки почему-то.

— Прос-сти… — выдыхаю едва слышно. — Я с-сейчас же уйду…

— Ну что ты. Это лишнее, — его шершавая ладонь стискивает мою талию. — Раз ты пришла отомстить неверному мужу, так давай отомстим ему по-взрослому. Чтобы было достойно его предательства. М?

Он мне что предлагает… секс? В смысле секс в качестве мести Саве?

Бред какой-то.

— Я н-не м-могу… т-так… — выдавливаю я.

— Как так? — его горячие губы вдруг прикасаются к моей шее, вызывая пугающе странные ощущения в теле.

Мне не противно. Вот что пугает.

Не знаю уж что тому виной. Ликер? Или моя давнишняя симпатия к Руслану, которую как мне казалось я давно похоронила под грудой других куда менее приятных чувств. Но к собственному стыду мне совершенно точно приятны его прикосновения.

— Я не шлюха, Руслан, — пытаюсь вразумить нас обоих. — Я не могу вот так заниматься этим без чувств.

Он приподнимается на локтях и я вижу его хмурый взгляд в лунном свете:

— Почему же без чувств? — вдруг спрашивает он.

Нет-нет… Он ведь не знает о том, что я когда-то была в него влюблена?! Еще этого не хватало до полного унижения!

— В с-смысле? — делаю вид, что не понимаю о чем он, в надежде что я и правда не правильно его поняла.

— Ну разве твоей ненависти к Саве недостаточно? — отвечает он к моему облегчению.

Слава богу он говорит вовсе не о тех чувствах.

— Это другое, — выдыхаю облегченно, насколько могу в текущих обстоятельствах.

— Так и знал, что ты сдрейфишь, — колет он мою гордость, нагло ухмыляясь. — Потому что ты слишком маленькая для таких взрослых поступков.

— Вовсе я не маленькая! — протестую зачем-то. — Мне уже двадцать два вообще-то, и хватит смотреть на меня свысока только из-за того, что тебе на десяток побольше. Это ничего не значит! Я вообще-то тоже взрослая самодостаточная личность.

— Так докажи это, — хрипит он. — Докажи, что ты больше не та девочка, которой все кому не лень помыкают, и которую нужно отстаивать перед всей семьей.

Что он говорит? Он отстаивал меня?

Если подумать… сегодня он очень вовремя оказался на кухне и не позволил своей матери руководить мною как прислугой. Но потом грубо выставил из дома.

Однако может он и это сделал, чтобы я просто больше не слушала нападок его семейства?

Зачем?

Он действительно все эти годы считал меня ребенком, который нуждается в защите?

Может я и правда вызываю такие ассоциации из-за мелкого роста и своей глупой наивности?

Может потому и Сава загулял от меня? Не воспринимал меня всерьез. Они все не воспринимали…

Всхлипываю.

Но я не ребенок! Я взрослая женщина! И я докажу это!

Подаюсь Руслану навстречу и ловлю его губы своими…

Он моментально отвечает мне, углубляя поцелуй. Делая его каким-то более интимным и как бы мне не хотелось признавать это «взрослым».

Сава же совсем иначе целует. Конечно тоже с языком, но как-то очень прерывисто и поверхностно.

Руслан же с каким-то будоражащим рычанием стискивает меня в своих медвежьих объятиях, и не позволяет продохнуть, ни на секунду не разрывая поцелуй.

Будто мы одно целое.

Три года назад я и мечтать о таком не смела. Он казался мне недостижимым божеством. Тогда как его брат был намного проще и проявлял неподдельный интерес ко мне.

Я сдалась ухаживаниям Савы. И сейчас жалею об этом. Очень сильно.

Лучше бы я и дальше безответно мечтала о лучшем. Чем согласилась на меньшее и в итоге проиграла.

С другой стороны… если бы я не была замужем за козлом-Савой, если бы он не изменил мне, каковы шансы, что я могла бы оказаться вот так в кровати Руслана?

Боже, как пошло, Вася…

Но да, мне было интересно, каково это быть с ним? Хоть раз. Как это оказаться на месте одной из его девиц? Так же легкомысленно стать его одноразовой.

— Отличный выбор, Василёк, — Руслан наконец отрывается от моих губ, позволяя дышать, и спускает поцелуй вниз от моего подбородка по шее. К груди. — Теперь вижу, что ты действительно выросла, малышка…

Прерывисто вдыхаю, чувствуя, как Руслан нетерпеливо надрывает на мне тонкие трусики.

— О боже-боже, — непроизвольно извиваюсь в его объятиях, когда мою нежную плоть обжигает его раскаленная. — Я не могу, Рус-слан! Не могу! — пищу в панике, кажется даже трезвея.

— Тише-тише, мой котенок, — Руслан сгребает меня в охапку, не оставляя шансов передумать. — Я не сделаю тебе больно.

— Ты слишком ог-громный, — дрожу я.

— А ты на удивление достаточно мокрая, зайка, — он вдруг подается бедрами ко мне навстречу и я невольно вцепляюсь пальцами в его плечищи, чувствуя, как он проникает в меня. — Ох, девочка… — хрипит он, — какая же ты тесная…

— Не говори… — шепчу я, пытаясь спрятать свое горящее от смущения лицо, — не говори такого.

— Ты очень красивая, — продолжает он смущать меня. — Охуенно красивая, Василёк…

Он должно быть всем своим женщинам подобное говорит. Я-то прекрасно знаю, что никакая ни красавица. Но это действительно работает. Эта иллюзия того, что я нравлюсь такому мужчине помогает мне расслабиться и принять его.

— Умница моя, — он зарывается пальцами в мои волосы, входя в меня на всю длину своего большого члена.

И одно то, что высокомерный Руслан одобряет меня, вынуждает меня думать, что я действительно делаю все правильно.

Утыкаюсь лицом в его небритую шею, когда Рус начинает ускоряться.

Пытаюсь подавить свое шумное дыхание. Губы кусаю. Мне ведь не должно быть хорошо. Я просто хочу отомстить мужу за измену. И все. Пусть знает, ублюдок, что его брат разглядел во мне женщину, достойную его внимания. А раз Саве нужно все, что берет Руслан пускай удавится говнюк, что меня больше никогда не получит.

Руслан будто назло делает резкий толчок. Так что я до боли прикусываю губу и от неожиданности приоткрываю рот.

Еще один толчок и с моих губ срывается пронзительный стон.

— Так-то лучше, — рычит он мне в губы. — И не смей со мной сдерживаться. Поняла меня?

— Да-ааа… — голос срывается от очередного толчка.

— Ох, девочка, — он затягивается запахом моих волос, — я ведь совсем иначе тебя представлял.

Руслан представлял меня…

— Ты оказалась в сотни раз лучше, — добивает он меня.

А еще его сумасшедшее дыхание в моих волосах. Влажное от пота мощное тело тесно вжимающее мое хрупкое в матрас. Руки, жадно изучающие мои изгибы…

— Тебе ведь хорошо со мной, Василёк? — хрипит Руслан мне в ухо.

А мне даже ответить стыдно.

Мне так хорошо, как никогда не было с мужем. И это дико смущает.

Я ведь и мысли никогда не допускала, что мне может быть настолько крышесносно. Да еще и с мужчиной не являющимся моим.

Я себя винила в том, что не научилась получать удовольствие в сексе. Думала, что я просто «не такая» и оргазм мне физиологически не положен. Даже статьи там всякие читала. Успокаивала себя, что я такая не одна и с этим нужно просто смириться. Но сейчас…

— Рус-слан… — стону его имя и взрываюсь от ощущений. — Боже, Руслан! — кусаю его шею.

Он отвечает мне хриплым рыком:

— Мне тоже хорошо, Василёк, — прерывисто говорит он, вколачиваясь в меня на всю длину своего члена. — Очень хорошо, девочка…

Просыпаюсь от боли в голове, будто меня вчера били. Или словно я изрядно напилась.

Точно. Я вчера пила…

Хотя делаю это очень нечасто.

Причины моего столь нестандартного поведения постепенно всплывают в голове.

Сава с этой шлюхой…

Как же хочется верить, что все это было обычным кошмаром.

Однако я открываю глаза. Шторы слегка завернуты, аккурат так, чтобы утреннее солнце не светило мне в глаза.

Чужая квартира.

Боже… Руслан!

Сажусь в кровати и тут же хватаюсь за голову.

Что я наделала?!

Повелась на его дурацкую провокацию как наивная идиотка! «Докажи, что ты взрослая»… Доказала, мать вашу! Ой, какая же я дура!

В комнате его нет. Видимо уже хвалится своему братцу, как легко развел его легковерную глупую жену.

Дура же…

Осматриваюсь по сторонам в поисках хоть какой-то одежды. На мне только лифчик и трусы. И те порванные.

Стыдобища…

Мое внимание привлекает вибрация на тумбочке.

Странно. Телефон его здесь. Значит не хвалится брату.

Как минимум пока что.

Телефон снова вибрирует, не отпуская мое внимание. И снова. И снова.

Кто же ему так настойчиво пишет с утра пораньше? Шлюхи его в очередь выстраиваются?!

Не могу справиться с собой, тянусь к телефону и беру его в руки.

Сообщение от Савы:

«Теперь доволен?»

И еще целая стопка смсок от него же:

«Из-за твоих тупых шуток я спалился перед всем семейством! Меня мать потом всю ночь допрашивала, о том, что у нас случилось».

Бедняжка!

Меня прям такая злость пробирает, был бы этот козел сейчас здесь, придушила бы!

Упрямо продолжаю читать:

«Нахуя ты притащил Римму? Ебал бы я ее и дальше в тихую и никто бы не узнал».

Значит Руслан знал о похождениях моего мужа, но даже виду не подал.

«Ты заебал таскать мои баб на семейные праздники. Отвечаю, женишься, я для тебя такую же хрень делать буду!» — это сообщение кажется пугающим.

Выходит Римма далеко не единственная. И все те шлюшки, которых приводил Руслан были не его, а моего мужа…

И они оба это знали и смеялись надо мной!

У них видимо игры такие. А я…

«Ладно, Рус, я сделаю по-твоему, ясно? — читаю еще одно сообщение. — Я разведусь с ней, как ты и хотел. Так что все, заканчивай свои дурацкие игры».

Речь обо мне.

Значит Руслан хотел, чтобы мы с Савой развелись? Он специально таскал других баб брату, чтобы тот избавился от меня.

А теперь…

Теперь еще и опорочил меня! Использовал! А я повелась как дура последняя!

Ну нет уж…

Не позволю втоптать меня еще сильнее.

Хватит с меня!!!

Выскакиваю из кровати, завернувшись в одеяло выхожу из комнаты Руслана и юркаю в свою, пока меня никто не увидел.

Мало ли какие еще подставы подготовил для меня этот мерзавец.

Наспех натягиваю свое платье-свитер. Снимаю разорванные трусы, без них даже немного комфортней чем в них.

Не выть! Не выть, Василиса! Все это потом. Сначала спаси остатки своей гордости!

Вздрагиваю, услышав, как дверь за моей спиной открывается.

— Уже проснулась? — голос Руслана кажется привычно напряженным. — Позавтракаем?

Да как он смеет вести себя так, будто ничего не произошло? Бдительность мою усыпить пытается?! А потом унизит еще сильнее? Вышвырнет как шавку бездомную?!

Не дождется, чтобы я еще хоть раз повелась!

Поворачиваюсь к нему и натягиваю улыбку, желая сейчас выглядеть максимально хладнокровно:

— Обойдусь, — выдавливаю, и чувствую как в лицо бросается жар, стоит оказаться к нему лицом к лицу.

Руслан как обычно хмурится:

— Ты со вчерашнего вечера не ела, Вась.

— Ну это ведь не твоя забота, — передергиваю плечами. — Свою миссию ты выполнил и теперь я пожалуй пойду.

— Куда? — Руслан стискивает огромные кулачищи.

Что, не нравится, что глупая малышка действует не по твоему плану и не желает быть униженной?

— Как же куда? — растягиваю губы в улыбке еще сильнее. — Строить свою счастливую жизнь без вашего семейства. Я благодарна, что ты помог мне отомстить Саве. Но на этом все.

— Вот как? — судя по тому, как у него на шее вздулись вены, он очень зол.

Конечно, никому не нравится быть использованным. Тем более такому высокомерному мерзавцу, как Руслан.

— Что ж… — у него даже челюсть подергивается от трудно сдерживаемого бешенства, — рад был помочь, Васёк.

Он шумно сглатывает, и отводит взгляд:

— Если будет нужна еще какая-то помощь, обращайся.

— Спасибо за предложение, — сухо выдавливаю я, — но я не нуждаюсь в помощи вашего семейства, Руслан. Я переспала с тобой назло твоему брату, не более. Дальше я как-нибудь сама.

— И к Саве не вернешься? — он снова таранит меня своим темным взглядом, щурится будто от боли.

— С чего бы мне к нему возвращаться?

— Ну вы ведь теперь выходит квиты.

— Руслан, — мой голос глохнет когда я произношу его имя. Сжимаю пальцы в кулак, собираясь с силами: — По-твоему я действительно идиотка?

— Вовсе нет. Но тебе в твоем положении явно нужна помощь. А ребенку отец.

Непонимающе смотрю на него. Какому еще нахрен ребенку?..

Хотя мне в общем-то уже плевать. Лишь бы уже поскорее убраться отсюда:

— Ты ошибаешься, — отвечаю я. — Ни в чьей помощи я совершенно не нуждаюсь и со всем справлюсь сама. А ты… — шагаю к нему, и вкладываю в его руку свои трусики, в лоскуты разорванные им самим этой ночью, — передай это пожалуйста своему брату и скажи, что с тобой я хотя бы кончила.

С этими словами обхожу застывшего угрожающей глыбой Руслана и спешу сбежать из его квартиры в надежде больше никогда с ним не встретиться.

Конец первой части