— Как ты себя чувствуешь, Лайя? — настойчивей повторил куратор. В его голосе промелькнуло искреннее беспокойство.

Стоило прислушаться к себе и попытаться понять, что с моей магией. Попытка усилить ее в Священную ночь вышла мне боком. Но пока меня больше волновал вопрос, как теперь смотреть этому мужчине в глаза…

Ночью мы творили то, что между куратором и адепткой происходить не должно… И во всем виновата я!

Конечно, целовать меня начал Ихлас. Но именно я отчаянно цеплялась за мужчину, которому снесло крышу древней магией. Мы оба были не в себе, и я потеряла сознание раньше, чем все зашло слишком далеко. Но от этого все равно было мучительно стыдно.

— Лайя? — снова позвал куратор, и я все же повернулась.

А вот на его лице не было ни капли смущения. Ихлас заложил руки за голову и внимательно разглядывал меня, демонстрируя литые мышцы груди и пресса. Мой взгляд снова зацепился за медальон с пальмовой ветвью, но я нашла в себе силы выдавить:

— Что со мной было? Где мы?

— В родовом особняке Ихласов, — сообщил куратор. — В Старом Круге.

— Почему не в госпитале? — продолжила спрашивать я и поежилась, вспоминая ощущение давящей пустоты внутри.

Мой учитель сел на постели и напомнил:

— Ты пришла сюда сама. В таком состоянии, что тебе не помог бы никакой лекарь. Только я.

В памяти тут же всплыли бережные прикосновения темной силы. Значит, Ихлас подлатал меня и оставил здесь?

Куратор словно прочитал мои мысли и мрачно добавил:

— Темный свет буквально собрал по кусочкам средоточие твоей магии. Для стабилизации тебе нужно было остаться в Старом круге. Со мной. А теперь мне очень хотелось бы узнать, как ты дошла до такого состояния.

Я невольно подалась назад, благо ширина постели позволяла. Но врать ему язык не повернулся, и я призналась:

— Помните, вы добыли для меня рог скочирога? Я воспользовалась им, чтобы усилить свою магию. Но что-то пошло не так… — А затем не выдержала и разочарованно прошептала: — У меня ничего не вышло, да?

Ихлас покачал головой:

— Судя по тому, что ты выдержала соединение наших сил и осталась в живых — может быть, и вышло. — Тут в его голосе прорезалась злость. — Но того, кто рассказал тебе про этот способ, я прибью…

Я скрестила руки на груди и набычилась:

— А что мне было делать? Я не смогла вырастить дракона, и здесь меня тоже все считают слабачкой. А ваш способ учить меня слишком медленный.

Глаза куратора опасно сузились. Но сказал он совсем не то, чего я ожидала. Ихлас сделал над собой усилие и произнес:

— Хорошо, хорошо… Я виноват в том, что это случилось с тобой. И больше таких ошибок я допускать не буду. Но ты хоть понимаешь, что я почувствовал, когда увидел тебя на пороге своего дома с поврежденной “светлой тенью”?

Страх и беспокойство в его взгляде были такими искренними, что меня кольнула совесть. А в памяти снова всплыла нежность, с которой он латал мою магию, и прикосновения его губ.

Жжение на коже, чуть выше правого локтя, напомнило, что у нас есть еще одна проблема. Жгло именно там, где во сне мне мерещилась пальмовая ветвь… Нет, пожалуйста, только не это!

Но, может быть, на Юге это ничего не значит? Или значит что-нибудь другое?

— Что теперь будет? — обреченно спросила я, отворачиваясь.

— С тобой — ничего, — пояснил куратор, присаживаясь рядом на край кровати. Смотрел он как будто сквозь меня и прислушивался к ощущениям. — Но не пользуйся магией до тренировки. На этот раз будет лучше, если я помогу тебе пробудить силу.

— Я не про магию…

Дальше у меня закончились слова, а на лице Ихласа промелькнуло удивление. Затем он спохватился и терпеливо пояснил:

— Вчера между нами не произошло ничего, что осуждалось бы в Священную ночь. Все желания, которые вызывает близость древней силы, считаются… правильными.

— Удобно, — фыркнула я. — Видела вчера Пятого... в окружении фавориток.

Про Сайлав и Низору я благоразумно умолчала. Куратор нахмурился и серьезно заговорил:

— А вот Пятый может создать нам проблемы… И не только он. Никто не должен знать, что ты провела ночь в этом доме, Лайя. Договорились?

Я поспешно закивала. Ихлас поднялся и сообщил:

— Твоя наджи делилась силой с тобой, поэтому проснется чуть позже. Сейчас я перенесу тебя в комнату. Меня сегодня ждет Шестой…

Я послушно кивнула и начала поправлять рубашку. Куратор встал и набросил свою. Затем он передал мне сонную бабочку и подхватил на руки Сильвестра. Кот приоткрыл желтый глаз и проворчал:

— Что, на месте не сидится? Вы там вчера целоваться не закончили. Можно продолжить с того, на чем остановились, и не будить уставших наджи!

— Заткнись, — рыкнул Ихлас. — Нас ждет работа.

С этими словами он подошел ко мне и коснулся своего портального кольца.

Когда мы снова оказались в моей комнате, я вздохнула с облегчением. Под рукавом продолжало жечь. Я с нетерпением ждала момента, когда смогу остаться одна и заглянуть туда.

Но Ихлас почему-то не ушел, а сделал нечто совсем другое…

Куратор опустил кота на мою постель и приказал:

— Сильвестр, останешься здесь. Проследишь, чтобы Лайя не попала в беду. Кажется, у тебя это неплохо получается.

Тот выпучил желтые глаза и возмутился:

— Я твой наджи, а не нянька! Мы должны вместе сражаться против демонов.

— Сегодня меня ждет только сражение с бюрократией бок о бок с Рэйном, — мрачно проговорил Ихлас. — Останешься с Лайей и научишь бабочку уходить в тень, сил ей должно хватить.

— Не надо за мной следить, — поддержала я кота, устраивая бабочку рядом с ним. — Клянусь, я дальше столовой общежития не уйду! Даже во двор выходить не буду.

А вот раздеться и глянуть, что там у меня на руке, очень хотелось… Поэтому я сделала честные глаза и прикидывала, как бы поубедительнее отпираться. Но тут взгляд куратора упал на бутыль, которую я забыла убрать.

Он прошествовал к столу и подозрительно спросил:

— Это что?

— Средство для усиления магии… — с тяжелым вздохом призналась я.

— У Сэндисов, что ли, взяла? — продолжил расспрашивать Ихлас, поднимая бутыль и принюхиваясь к ее содержимому.

Я не стала пояснять, то это плата за проход, и кивнула. Только спросила:

— Дело в ней? Нельзя было пить этот настой? Я сделала всего глоток…

— Он тебя и спас, — мрачно сообщил куратор, отставляя бутыль. — Ну и предусмотрительность Сильвестра.

Я повернулась к коту и спросила:

— Ты следил за мной?

— Нет, — буркнул он, растягиваясь на постели возле Таран. — За Пятым. Тебя перекосило, когда Дан говорил о его фаворитках. Но я не сразу понял, для чего ты пришла к центру Круга, да еще и в одиночку.

— Я хотела стать сильнее…

— Нельзя просить силу у Круга в одиночку, — неожиданно серьезно произнес Ихласи сократил расстояние между нами. — Ты уже должна была понять, что сила привртаников — в единстве противоположностей. Для того чтобы твоя магия там смогла вырасти, она должна была слиться с моей после первого пика…

Тут я вспомнила, как быстро выросла моя сила перед тем, как наступила пустота. Ихлас мрачно разглядывал мое лицо. Ощущать его магию рядом сегодня было особенно приятно. Я вскинула голову и попыталась ощутить свою.

— Не надо, — предупредил он. — Оставь силу в покое. Дай восстановиться “светлой тени”. И я хочу, чтобы твою магию посмотрел кое-кто еще. А пока без глупостей, договорились?

Я кивнула, и куратор шагнул в сторону. После этого он коснулся своего кольца и отправился по своим делам. Только в этот момент я поняла, что пока мой учитель находился рядом, жжение погасло. Интересно, это действие его магии?

Я бросила Сильвестру:

— Отвернись, мне нужно переодеться.

Кот фыркнул и снова свернулся клубком, подтянув к себе бабочку. Меня этот вариант вполне устроил. Я подошла к шкафу и сбросила рубашку. Но на всякий случай встала так, чтобы правое плечо с кровати было не видно.

Жжение утихло, и я уже почти поверила, что ничего не найду. Тем сильнее я заволновалась, когда обнаружила на своей коже бледный оттиск пальмового листа… Хотелось застонать в голос, если не закричать, и я закусила губу.

Неужели у привратников тоже есть нечто, подобное выбору дракона? Мечта каждой девушки, легенда… Когда пару выбирают драконы. Истинная любовь, взаимное притяжение, которое невозможно преодолеть. Но Ихлас — мой куратор… Хуже и быть не могло!

Я поспешно натянула чистую рубашку и отправилась умываться.

По общежитию ползали полусонные адепты. Большинство всю ночь кутило, пусть и не в Старом Круге. За обедом половина столов не были заняты. Особенно порадовало отсутствие Ялины Мерет. Впрочем, ни Сайлава, ни Юлиана я не увидела. Как и Низору…

После обеда я все же вышла в залитый солнцем двор. Таран дремала у меня за пазухой, а Сильвестр чинно вышагивал рядом, мрачно зыркая на встречных адептов.

Я так и не поняла, откуда появилась Низора. Девушка подскочила ко мне, и тонкие пальцы сжались на расцарапанном предплечье.

Она дернула меня за руку и выпалила:

— Пойдем! Ты должна его остановить!

Тут я заметила, что на ресницах девушки дрожат слезы.

— Кого остановить? — озадаченно переспросила я, чувствуя растерянность.

В этот момент к нам подошел ее куратор. Старик Палван начал:

— Пойдем, девочка…

— Быстрее, — взмолилась Низора. — Он же его убьет!

Прежде чем я успела задать следующий вопрос, нас окружила магия перемещения. А когда она рассеялась, мы стояли во дворе одной из пристроек возле Шестых врат. Я быстро огляделась. И до меня, наконец, дошло, чего от меня хочет девушка.

Насчет “убьет” Низора, конечно, погорячилась. В нескольких шагах от меня стоял очень злой Ихлас, которого окружали всполохи темной силы. Эти всполохи стелились по траве, вдоль стены казармы и заставляли бледного потрепанного Сайлава вжиматься спиной в кирпич. Однако никаких видимых повреждений на теле парня не было. И я заключила, что цели у куратора исключительно воспитательные.

Значит, он сразу понял, кто дал мне ценный совет с рогом. А если вспомнить, что в предыдущую переделку я попала тоже благодаря парням… Неудивительно, что Ихлас решил устроить показательную порку. Вот только почему все смотрят на моего учителя с таким ужасом, будто он правда собирается убить несчастного?

Лишь один из мужчин, статный темноволосый привратник лет сорока пяти, мрачно произнес:

— Да-да, отделай его как следует, Непревзойденный. Может, перестанет не только глупости творить, но и заглядываться на девушек не своего круга.

— Отец, ну что ты говоришь! — всхлипнула Низора.

Палван сжал плечо своей подопечной и спокойно напомнил:

— Священная ночь, герцог Айен. Девочку нельзя ни в чем упрекать.

— Ее я ни в чем не обвиняю, — сухо бросил мужчина.

Я тут же вспомнила картину, которую видела в Старом Круге. Значит, Низора, пользуясь традициями, отдала свою невинность парню, которого род не одобряет… Какие тут страсти кипят! Но ужаса, с которым они смотрят на Ихласа, это не объясняло. Тот, конечно, был зол, и явно желал спустить пар. Но все же...

Незнакомая женщина с длинной косой хрипло попросила:

— Отпусти его, пожалуйста…

Я еще раз удивленно обозрела лица присутствующих, а затем подошла к своему учителю. Темная магия, которая вызывала всеобщий трепет, отодвинулась, позволяя мне оказаться за его спиной. Всполохи скользнули вдоль моего плеча, позволяя ощутить приятное тепло. И заодно напомнили о прошлой ночи.

— Да отпустите вы его, — попросила я. Но куратор даже не шевельнулся. Я позвала: — Господин Ихлас…

Но он даже бровью не повел, а темная магия продолжала угрожающе закручиваться перед Сайлавом. Низора снова всхлипнула. Тогда я потеряла терпение и возмутилась, хватая Ихласа за плечо:

— Дан! Хватит!

На пальцах вдруг сам собой вспыхнул белый холодный свет. Куратор резко обернулся и перехватил мое запястье.

— Я просил не пользоваться магией… — напомнил он, сворачивая свою силу.

— Это случайно, — пробормотала я.

Вместе с темными всполохами погасло и холодное сияние на моих пальцах. А еще я внезапно подумала, что испуганные взгляды привратников злят Ихласа не меньше, чем выходки Сайлава.

Палван уверенно подошел к нам и негромко произнес:

— Ты хотел, чтобы я посмотрел девочку, Дангатар. Давай сделаем это сейчас, пока я не увел свою ученицу на задание Шестого.

Лицо куратора стало холодным и отстраненным, а Сайлав молча сполз по стенке. Низора тут же бросилась к нему и крепко обняла. Ихлас кивнул старику:

— Хорошо. Идем.

Не оглядываясь, я шагала вслед за ним. В молчании мы прошли в госпиталь. Палван свернул в ближайшую дверь. Там он разогнал помощниц лекаря и махнул рукой, указывая мне на кушетку. Я быстро оглядела маленький светлый кабинет и послушно села. Старик остановился рядом и положил руку на мой лоб.

Осторожные прикосновения вызывали чувство легкой щекотки внутри. Сначала Палван ощупал мои виски, затем приложил пальцы к ключицам. После этого настал черед запястий. Все это время куратор внимательно наблюдал за мной.

Наконец, старик опустил руки и усмехнулся:

— Смелая девочка.

— Что с ней? — требовательно спросил Ихлас.

Палван неспешно проговорил:

— Не думал, что ты с кем-то можешь быть настолько деликатным, Дан. Все будет хорошо, но не сразу. Ей пока лучше не использовать магию и чаще наблюдать за твоей работой.

Я не выдержала и зашипела от досады. Не использовать магию! Никаких тренировок…

Палван словно прочитал мои мысли.

— Через пару недель “светлая тень” будет лучше прежней, — с усмешкой добавил он. — Тебе удалось стать сильнее. Но придется еще немного потерпеть.

— Мало этому дураку досталось, — мрачно процедил Ихлас.

— Побойся богов, — укорил его старик. — Ладно, мальчишка... Ты напугал Низору. Девочка этого ничем не заслужила.

— Кстати, почему они так боялись вас? — задумчиво протянула я. — Низора вела себя так, будто вы тут Сайлава убивали… Но это же бред!

— Большинство привратников думают, то я на самом деле могу навредить другим, — с деланным равнодушием пожал плечами Ихлас и отвернулся.

— Но… это же не так, — удивилась я.

Палван снова проговорил с укором:

— И ты поддерживаешь эти страхи, Дангатар. Ну, оставлю вас. Нам с Низорой нужно выполнить задание Шестого.

С этими словами старик ушел. Куратор отошел к окну, и в комнате повисло молчание. Сильвестр куда-то исчез — наверное, спрятался в тени своего хозяина. Таран забилась мне за пазуху и сладко задремала.

Я решилась нарушить тишину и негромко позвала:

— Гос… Куратор Ихлас…

Он тут же повернулся и саркастично произнес:

— А вот когда тебе нужна помощь или этому оболтусу, ты мое имя не забываешь.

— Не положено так обращаться к куратору, — уязвленно ответила я.

Сильвестр вынырнул откуда-то и вспрыгнул мне на колени с коротким смешком.

Да, после поцелуя переживать про неподобающее обращение уже нелепо… Поэтому я сделала над собой усилие и терпеливо повторила:

— Хорошо… Дан. Раз уж я здесь, может, буду наблюдать за твоей… вашей работой, как и рекомендовал господин Палван?

Но вместо ответа он подошел и вручил мне какой-то сверток. В нем оказался мой пиджак и фляжка с настоем.

— А рог? — спросила я.

— Ты и правда думаешь, что я его тебе верну? — возмущенно произнес куратор. — Да я готов догнать эту зверюгу и приставить его обратно! Моя работа сегодня наблюдения не требует. Сейчас ты отправишься в общежитие, а завтра посмотрим на твое поведение…

Вот же… вредина. Но спорить бесполезно.

Не слушая ничьих возражений, Ихлас перенес меня в академию. Вечер пришлось снова просидеть за книжками в компании Сильвестра. Кот недовольно ворчал и жаждал воссоединиться с хозяином. Но ни у одного из нас не было выбора.

Перед сном я столкнулась с дилеммой. Пижама в прошлый раз магии не понравилась. Надевать сорочку не хотелось. Но, поколебавшись, я все же выбрала ее. И забралась в кровать, питая слабую надежду, что свершившееся между мной и куратором положило конец снам.

Но не тут-то было. Стоило мне смежить веки, как я сразу оказалась в том самом сне. Правда, он немного изменился. Сытая и довольная темная магия лениво перемещалась по моему телу. А я вдруг поняла, что сегодня могу не только следить за движением силы. И подняла глаза, чтобы рассмотреть своего безмолвного наблюдателя, своего куратора.

Лучше бы я этого не делала…

Дан

Прежде чем отправиться в постель Дан, долго стоял под струями душа, переключив подающий артефакт на холод. Он никогда не любил ни Священные ночи, ни особняк, в котором проводил их. Впрочем, общество других привратников он любил еще меньше… И это было взаимно.

Для привратников близость всегда сопровождалась спонтанным слиянием магии. Объединить силу с обычной “тенью” Дан не мог, и это доставляло… определенные неудобства обеим сторонам. Так что высокородные девушки всегда сторонились его, несмотря на то, что в Священную ночь древняя магия кружила головы и стирала условности. Никто не хотел оказаться лицом к лицу с пугающей темной силой.

А те, кто был готов терпеть его общество ради каких-то благ и влияния, быстро начали вызывать отвращение. Все чаще Дан стал пропускать праздник, или проводил его в одиночестве, наедине с пустыми комнатами и своими воспоминаниями.

Но прошлая ночь оказалась совсем не такой, как обычно. Когда на пороге старого особняка появилась Лайя с поврежденной “светлой тенью”, он испытал настоящий страх. К счастью, сила девушки откликнулась на его воздействие. А Дан впервые ощутил на себе истинное влияние Старого Круга. Когда Лайя вцепилась в него и попросила о помощи, удержаться и не поцеловать ее стало невозможно.

А может быть, дело в том злосчастном дне, когда они отправились выбирать платье? И Лайя предстала перед ним не проблемной адепткой, а прекрасной юной леди?

Неизвестно, что случилось бы дальше. Но магия решила за них. Когда девушка обмякла в его руках, память подбросила самые неприятные воспоминания. Но довольно быстро дыхание ученицы выровнялось, и беспамятство перешло в глубокий сон.

Правда, спать пришлось в обнимку — большую часть ночи Дан продолжал очень осторожно переплетать силу с Лайей, чтобы залатать “светлую тень”. Магии на это потрачено было немерено, такую тонкую работу он не проделывал никогда. Остаток дня пришлось бегать по поручениям Шестого и обходится без наджи — Сильвестр остался беречь его ученицу. А затем еще и принять внезапную атаку на Врата вместе с Заидом-младшим.

Надо ли удивляться, что после душа у куратора хватило сил только на то, чтобы добрести до постели и заснуть, не сняв с бедер полотенце?

Сначала сон показался Дану таким же, как всегда. Лайя сидела перед ним в тонкой сорочке и разглядывала завитки темной магии на своей коже. Но если раньше это вызывало лишь удовлетворение, то сегодня куратор испытывал мучительное желание прикоснуться к девушке и повторить все то, что произошло в Священную ночь. А затем Лайя неожиданно подняла голову, и их взгляды встретились…

— Что? — мрачно спросила я, отступая на шаг.

Герцог Мерет окинул меня изучающим взглядом, а затем жесткие пальцы сжали мое запястье. Я дернулась, пытаясь вырваться, но безуспешно.

— Отпустите! — потребовала я, и он медленно разжал руку.

А затем с долей удивления произнес:

— Надо же, магия на месте и как будто выросла. — И что? — не без удовлетворения бросила я, растирая запястье.

— А говорят, будто Ихлас тебя вчера чуть не убил на тренировке.

Теперь Пятый придирчиво оглядывал меня с ног до головы, будто искал следы повреждений.

Я озадаченно посмотрела на своего родителя и елейно сообщила:

— У нас вчера тренировок не было, вы о чем?

Ихлас, конечно, вчера был в бешенстве, но “убивал” Сайлава… Интересно, это у Пятого такая плохая разведка, или кто-то специально исказил факты, докладывая ему о происшествии?

Герцог Мерет нахмурился, а затем сухо проговорил:

— Что ж, когда передумаешь, используй кольцо.

— Не передумаю, — отрезала я и попыталась обогнуть его.

Но этого мне снова не позволили. Пятый поймал меня за плечо и заглянул в глаза. После он тихо начал:

— Твоя мать была такой же гордой и упрямой, Лайя. И к чему это привело? Ее отвергли все, и ты осталась одна…

— Неправда, — возразила я. — У нее были друзья.

И одна из ее подруг засунула меня в эту академию… Но вслух я этого не сказала. Мерет продолжал говорить тихо и проникновенно:

— Вот только ты осталась одна, без единой монеты в кармане. И Дангатар Ихлас — опасный человек. Не хочу, чтобы ты пострадала от его магии. В память о Зейре я готов помочь тебе…

Я дернула плечом и процедила:

— Не смей произносить ее имя. Мне от тебя ничего не нужно.

На миг в глазах Пятого мелькнуло раздражение. Он выпрямился и опустил руки. А затем сухо произнес:

— Как знаешь.

С этими словами он развернулся и направился к входу в витражный зал. Я проводила его взглядом. И только после этого вдруг ощутила, что на меня тоже кто-то смотрит.

Оборачивалась я нарочито медленно. И обнаружила, что у колонны на другой стороне двора замерла Ялина. В ее глазах светилась жгучая ревность.

Как же, ее драгоценный отец посмел разговаривать со мной!

Я прошла мимо, нарочито глядя в сторону. Но девушка прошипела мне в спину:

— Ты еще пожалеешь о том, что посмела вернуться на Юг.

Тут я все же обернулась и сердито намекнула:

— Это ваша семейка никак не оставит меня в покое. Я не против, чтобы все, кто носит фамилию Мерет, держались от меня подальше.

С этими словами я отправилась на урок. В памяти снова всплыл разговор между отцом и дочерью, который я случайно подслушала. Ялина Мерет здесь не случайно. Но для чего же Пятому нужна я? И что ему может быть нужно в академии?

Версий у меня пока не было. Что здесь может сделать несовершеннолетняя девчонка? Правда, в отличие от меня, талантливая…

Заняться самоедством я не успела. Стоило мне перешагнуть порог учебного класса, как в нем на несколько мгновений воцарилась тишина. Я хотела прошествовать к своему месту, но заметила, что Низора смотрит на меня волком. Когда наши взгляды встретились, девушка в сердцах бросила:

— Сайлав из-за тебя едва не погиб!

Я опешила и, после короткой заминки, едко переспросила:

— Из-за меня? А может быть, из-за своей глупости? Он прекрасно умеет находить неприятности…

— До твоего появления с Непревзойденным он не сталкивался!

Я снова заметила в ее глазах промелькнувший страх и отмахнулась:

— Да ничего бы Ихлас ему не сделал. Так, потрепал в воспитательных целях. Он сильнейший привратник, а не демон какой-нибудь.

— Один из сильнейших, — поправил меня светловолосый парень по имени Габино. — Говорят, Пятый и Первый дадут ему фору.

— И он бывает таким же опасным, как демоны, — мрачно добавила Низора и отвернулась. — Это все знают.

Я неожиданно для себя поправила девушку:

— Все его не знают.

С этими словами я заняла свое место. Спорить со мной никто не стал.

Таран продержалась в “тени” до конца урока. На перемене довольная бабочка порхала вокруг меня. А я радовалась тому, что вредный историк больше не будет меня донимать.

Но, когда я вышла во двор после занятий, меня ждало разочарование. Вместо куратора меня ждал мрачный Сильвестр. Похоронным голосом кот заявил:

— Дан с Шестым зачищают район возле Врат, на территории демонов. Приказал нам оставаться здесь.

— Это нечестно, — проворчала я.

— Согласен, — поддакнул наджи. — Я должен помогать Дану, а вместо этого меня приставили нянькой к адептке.

— Я от этого тоже не в восторге…

В моем голосе проскользнуло раздражение. Но я взяла себя в руки и побрела в комнату. В конце концов, Ихлас никому из нас не оставил выбора.

Остаток дня пришлось снова провести за книжками. История надоела до зубовного скрежета. Но Гаэру так придирался ко мне на последнем уроке, что я жаждала утереть ему нос.

На этот раз перед сном я обреченно натянула пижаму. И вместо того, чтобы лечь в постель, отправилась в умывальную. Там я вяло поплескала себе водой в лицо и побрела обратно, оттягивая неизбежное. Какой финт выкинет магия сегодня?

Но когда я переступила порог своей комнаты, то обнаружила, что в ней кое-что изменилось. На моей кровати, опираясь на спинку, лежал Ихлас в свободной белой рубашке и темных брюках. Куратор листал конспект, над которым я только что страдала.

— Что вы здесь делаете? — прошипела я, поспешно запирая дверь.

Мой учитель отбросил тетрадь и заложил руки за голову. А затем сообщил, внимательно глядя на меня:

— Нужно проверить одну теорию…

— Какую еще теорию? — подозрительно спросила я.

— Тебе что-нибудь снилось в Священную ночь, Лайя? — ответил он вопросом на вопрос.

— Нет. А что?

В душу начало закрадываться нехорошее предчувствие, но я старательно его отгоняла. Ихлас победно заявил:

— Мне тоже. Возможно, во всем виновата древняя сила. Но есть у меня еще одна версия.

— Какая? — обреченно спросила я. Ответ мне явно не понравится…

— Возможно, снов не было, потому что мы провели эту ночь вместе, — с пугающей простотой сообщил куратор.

Я невольно шагнула назад, упираясь лопатками в дверь. Нет, он что, серьезно?!

Наверное, весь спектр противоречивых чувств был написан у меня на лице. Потому что Ихлас фыркнул и возмутился:

— За кого ты меня принимаешь?

С этими словами он скатился с моей постели. Оказалось, что на полу рядом с ней уже лежат тонкий матрас, подушка и одеяло. Куратор устроился там и буркнул:

— Ложись спать.

Тут я заметила, что оба наджи уже дремлют. Сильвестр свернулся клубком на стуле, а на его боку распласталась Таран. Бабочку присутствие мужчины никак не обеспокоило.

Поколебавшись, я все же медленно пересекла комнату и забралась в кровать. В голове в этот момент была только одна мысль. Если бы моя мама знала, в какой ситуации я сейчас оказалась, она бы восстала из гроба, чтобы вытрясти из меня дурь и напомнить все строгие драконьи правила.

Одно из них я нарушила в Священную ночь. Но тогда мы оба были не в себе… И это не отменяло того, что Ихлас — мой куратор. Нам нужно держаться друг от друга подальше. Даже несмотря на эту недодраконью недометку в виде пальмового листа.

Смириться с присутствием на моем теле этой штуки никак не получалось. Я питала глупую надежду, что она исчезнет. Или у привратников этот символ является чем-то вроде нашей метки адепта. Может быть, магический след означает лишь связь куратора и ученицы?

Но потом я вспоминала, после чего она появилась на моем теле…

Ихлас отвернулся и больше не шевелился. Я хлопком в ладоши погасила свет и сделала то же самое.

Мне казалось, я ни за что не усну в одной комнате со своим учителем. Ждала, что всю ночь буду терзаться стыдом и сомнениями. Но стоило моей голове коснуться подушки, как я провалилась в глубокий спокойный сон.

Обстановка небольшой гостиной была выдержана в темных тонах, но это лишь придавало уюта. Простой светлый костюм Заида-младшего контрастировал с темно-коричневым оттенком бархата, которым было обито кресло. Мальчишка царственно восседал на своем месте, но в его позе сохранялось какое-то напряжение. Будто хозяин Шестых врат в любой момент готов сорваться с места.

А вот его гость небрежно откинулся на спинку кресла и прихлебывал чай из белой фарфоровой кружки. Золотое шитье на темном костюме ясно говорило о богатстве, а металлическая вставка в виде чешуи — что перед нами воплощенный дракон.

Луди Тулун, посланник императора, собственной персоной! И что ему снова на Юге понадобилось? На Западе и Севере дел больше нет?

Посланник смерил меня удивленным взглядом и спросил:

— А она здесь зачем?

— Она со мной, — коротко пояснил Дан и опустился на диван, жестом приказывая мне сделать то же самое.

Пришлось устроиться рядом с куратором.

Шестой внезапно подался вперед и сжал мое запястье. Я вздрогнула, и он тут же выпустил мою руку.

— Уже неплохо, — удовлетворенно кивнул мальчишка.

Тулун втянул носом воздух и произнес:

— Смотрю, ты стала сильнее. И что-то еще в тебе изменилось…

Я затаила дыхание. Драконье чутье у посланника даст фору любому другому, это один из сильнейших… Неужели он почуял отметину на моем плече? И что делать, если да?!

— Отличная работа, — похвалил Шестой то ли меня, то ли Дана… Почему-то сегодня даже в мыслях было легче звать своего учителя по имени.

Я смущенно потупилась, стараясь не думать о том, как мы над этой силой “работали”.

Тут в комнату проскользнул молчаливый слуга, и нам тоже налили чай. После этого мужчина удалился. Я осторожно взяла фарфоровую кружку.

— Как учеба? — спросил Тулун. — Местные стадионы еще целы?

— Разумеется, — обиделась я.

Кажется, лишнего он пока не почуял… Или почуял, но не понял. И это было хорошо.

Таран выскользнула из-за моей спины и спланировала на стол. А Шестой заговорил, продолжая прерванный нашим появлением разговор:

— Отец не станет меня слушать, если мы не найдем доказательств. И они должны быть неопровержимыми. До этого нужно молчать, иначе спугнем паршивца. Возможно, у него есть сообщники.

Тулну задумчиво кивнул, а я пыталась осмыслить услышанное. Но при мне продолжать разговор не стали. Посланник оставил чашку и поднялся.

— Буду ждать от тебя весточки, Рэйнальдо, — мрачно сказал он на прощание и вышел за дверь. — Если вы не справитесь… Император спустит с нас шкуры. И это самое мягкое, что может случиться.

Когда дракон покинул комнату, я почувствовала, что Шестой внимательно разглядывает меня. А когда подняла глаза, увидела, как по его губам скользнула усмешка. Затем он вопросительно посмотрел на Дана.

— Пусто, — ответил тот на невысказанный вопрос. — Пока никаких зацепок. Есть задание, как я просил?

Шестой кивнул и указал на бумаги, которые лежали на краю стола.

— Специально оставили вам среднюю. Будь осторожен.

Куратор поднял бумаги и пробежал их глазами. После этого он спрятал листы за пазуху. Таран восторженно пропищала:

— Задание! Для нас есть задание!

После этого бабочка перелетела на плечо Дана. Тот неспешно встал, и мы распрощались с Шестым. Когда мы вышли во двор из двухэтажного здания, которое служило мальчишке канцелярией, я спросила:

— Вы думаете, демонам…

— Тише, — оборвал меня он. — Здесь мы говорить не будем. Сделай недовольное лицо и шагай за мной.

Его просьба меня удивила, но я старалась, как могла. В то же время куратор начинать тренировку совсем не торопился. Он дошел до Врат и несколько минут о чем-то равнодушно беседовал с одним из местных капитанов. Только после этого мы, наконец, отправились прочь вдоль хрустальной стены.

Когда ставка Шестого скрылась из вида, я спросила:

— Куда мы идем? Вы обещали тренировку.

— Нас ждет задание, и оно понравится тебе больше тренировки, — сообщил Дан.

После этого он резко остановился и повернулся ко мне. Я по инерции едва не уткнулась куратору в грудь. Того это ничуть не смутило. Он придержал меня за плечо, а затем коснулся портального кольца.

Магия перемещения перебросила нас к другому участку стены, так что пейзаж вокруг почти не изменился. Сильвестр выскользнул из тени хозяина и позвал:

— Эй, мелкая, лети наверх! Посмотрим, что с той стороны.

Таран уговаривать было не нужно. Бабочка взмыла вдоль стены, а Сильвестр одним гигантским прыжком, усиленным магией, оказался на вершине.

На этот раз серое пятно оказалось чуть больше, ладони в три-четыре.

— Снова подкоп? — догадалась я. — Попытка уничтожить стену?

Именно после бесславной попытки уничтожить нечто подобное я в прошлый раз оказалась в госпитале. Ихлас словно прочел мои мысли.

— Боишься? — ровным тоном спросил он.

Только в этот момент я заметила, что он все еще стоит совсем рядом. Я отчетливо чувствовала ореол темной магии вокруг него, и внутри послушно разгорался холодный белый свет.

— Значит, мы объединим магию? — жадно спросила я.

— Именно, — кивнул мой учитель. — На этот раз все должно пройти, как нужно. Если ты будешь соблюдать некоторые условия. Но сначала нам придется сделать кое-что еще.

После вердикта Палвана я настроилась пару недель провести без тренировок. И тем более не ждала, что Ихлас решится объединить со мной магию. Но только я воодушевилась его словами, оказалось, что сначала придется сначала заниматься чем-то другим.

— И что же еще нам придется сделать? — разочарованно спросила я.

Куратор вместо ответа сгреб меня в охапку и одним прыжком взлетел на вершину стены. Темная и теплая сила окружала нас и не спешила гаснуть. “Светлая тень” внутри меня тоже ощущалась невероятно отчетливо, и это принесло облегчение. Правда, магия подросла меньше, чем хотелось бы…

Сильвестр восседал на хрустальной поверхности и бдительно смотрел вдаль, Таран устроилась на пушистой макушке. Сколько бы кот ни говорил, что не желает за мной присматривать, а наджи за эти дни спелись. А, может быть, их объединило происшествие в старом круге?

Я повернула голову и оглядела бескрайние серые пески. В следующий миг рука на моей талии сжалась чуть крепче, и вместе со своим учителем я оказалась на чужой, обжигающе горячей земле.

— Магия в ногах, — напомнил Дан.

Сила подчинилась неожиданно легко, и жар перестал ощущаться через подошву ботинок. Отстраняться от куратора совсем не хотелось, да и он не спешил меня выпускать. Вместо этого Ихлас достал из кармана пузырек с серой жидкостью, одной рукой приоткрыл крышку и щедро плеснул ей вокруг нас.

— Вы же можете объединить магию со мной для невидимости, — упрекнула я, вскидывая голову.

— Для этого нужен более высокий уровень контроля над силой и тренировки, с первого раза не получится, — огорчил меня он, заглядывая в глаза.

Я вдруг осознала, что второй рукой куратор все еще прижимает меня к себе. И мне совсем, совсем не хотелось, чтобы меня выпускали из объятий. Сердце ускорило свой бег, а взгляд моего учителя на миг потемнел. Но он тут же мотнул головой, стряхивая наваждение. А затем вручил мне пузырек, из которого продолжал сочиться серый дым, и отступил на шаг.

— Что мы здесь делаем? — понизив голос, спросила я.

Горячие пески вызывали смутное чувство опасности.

— Будем считать, у нас увеселительная прогулка в сторону владений твоего отца. Только… по ту сторону границы.

Я удивленно воззрилась на куратора. Увеселительная? На вражеской территории? Но зачем?

— Интересные у вас понятия о развлечениях, — пробормотала я. — И что мы будем...

Тут я осеклась, потому что в паре шагов от нас увидела… нечто.

— Боишься? — вскинул бровь Дан.

Я в это время рассматривала черный провал возле стены, внутри которого мелькали рыжие всполохи. Будто в дыру кто-то высыпал угли. Я припомнила объяснения куратора и поняла, что передо мной вторая половина пятна. Именно с ней пыталась соединиться магия, которую мы видели с нашей стороны, то самое серое пятнышко.

Выходит, этой штукой они пытались прожечь защиту, созданную с помощью магии Заидов. Здесь след выглядел внушительнее, а от тягостной горячей ауры захотелось отшатнуться.

Поразмыслив, я честно ответила:

— Это место мне не нравится.

И не стала уточнять, что даже рядом с куратором отчего-то не чувствую себя в безопасности.

— Я пойду первым, не отставай, — приказал он, и мы двинулись вперед.

Под прикрытием серого облака мы скользили вдоль хрустальной стены, оставив позади пятно чужеродной магии. Несмотря на заклинание для отвода глаз, я чувствовала себя неуютно. Не оборачиваясь, Дан бросил:

— Не беспокойся. Это усиленное зелье с Севера, Луди поделился. Звуки тоже приглушает.

Легче не стало. Но я не жаловалась и продолжала шагать за своим учителем. Тот периодически останавливался, прислушивался, ощупывал стену. Или, наоборот, отходил от нее на несколько шагов. Наджи оставались все дальше. Чувствуя слабеющую связь с бабочкой, я тревожно оглянулась. В этот момент под ногой что-то отчетливо хрупнуло.

Я тут же остановилась и опустила глаза. Среди серых крупинок мелькнуло что-то золотое. Руки сами потянулись к находке.

Золотистый контур показался знакомым. Я наклонилась и, обжигаясь, раздвинула серый песок. Передо мной лежал сломанный пополам золотистый значок с рисунком в виде солна и луны. Подобные я видела у многих привратников. Его окружала странная темная аура, и под ним что-то чернело…

В этот момент рука куратора бесцеремонно обхватила меня поперек живота, и я оказалась прижата спиной к его груди.

— Осторожнее! — укоризненно произнес Дан. — Зачем сразу трогать?

Я возразила:

— Ничего подобного! Я же только посмотрела…

Вырываться не хотелось, и теперь я рассматривала свою находку под прикрытием темной силы своего учителя. Черные завитки поползли по песку, сдувая серые крупинки. Я, наконец, поняла, что вижу.

Под медальоном оказался черный трехпалый след размером с мужскую пятерню. Дан тихо ругнулся сквозь зубы и на миг прижал меня к себе еще крепче.

— Не шевелись, — попросил он после. — Дальше я сам.

— Что это за штука? — спросила я, продолжая разглядывать след. — Местная живность?

— Нет. Демонический посланник. И это очень странно.

Свободной рукой он вытащил что-то из кармана и бросил на песок. Я не сразу поняла, что это небольшой мешочек, в который темная магия с превеликой осторожностью сложила обломки значка.

— Значит, привратник сразился здесь с демоническим посланником? — продолжала расспрашивать я.

Дан убрал мешочек в карман, а затем темная сила начала вгрызаться в песок, выжигая след. Куратор отпустил меня и встал рядом. После этого он ответил:

— Нет. Я не чувствую следов сражения. Ты еще не знаешь, но когда мы убиваем демонов здесь, в пепельной пустыне, она надолго сохраняет тяжелую ауру. В этом месте боя не было. При этом посланники привечают только демонов, перемещаются между своим хозяином и адресатом. А еще они обучены избегать сражений и привратников.

— Но здесь привратник был, — полуутвердительно сказала я.

— Здесь был кто-то из кураторов, — мрачно пояснил Дан. — Это его знак отличия. К сожалению, я не могу понять, кому он принадлежал. Но, похоже, потеряли эту вещицу ночью.

Тут до меня начало доходить:

— Вы думаете… кто-то из кураторов помогает демонам? И мы нашли следы их встречи…

Он кивнул, и темная магия погасла. Повинуясь жесту своего учителя. я передала ему пузырек с зельем для отвода глаз, и тот закрутил крышку.

— Осмотримся, — решил Дан и снова сгреб меня в охапку.

Невероятный прыжок с применением магии вознес нас на вершину стены. Я снова устремила взгляд вдаль и заметила на горизонте облачко дыма.

— Что это? — спросила я, указывая на него куратору. — Поселение? Бой?

— Нет, — отмахнулся он. — Дымные скалы… Нам туда не нужно. Давай осмотримся с нашей стороны.

Я посмотрела на залитую солнцем степь, но не увидела ничего подозрительного. После этого еще один прыжок вернул нас на свою территорию. Куратор выпустил меня и прошелся вдоль стены.

А меня все больше тревожило, что мы ушли от своих наджи. Я оглянулась на запад, и Дан проговорил:

— Я позвал Сильвестра, они догонят нас.

После этого куратор замер, рассматривая хрустальное основание.

— Что-то нашли? — с надеждой спросила я.

И тут за моей спиной раздался незнакомый мужской голос:

— Да, хотелось бы знать, что вы оба здесь ищете.

Я вздрогнула и резко обернулась.

Передо мной стоял красивый сухопарый блондин лет сорока, с заостренными чертами лица. Длинные волосы разметались по плечам, контрастируя с темно-синим мундиром. Он холодно смотрел на меня. А рядом с незнакомцем стояла Ялина Мерет. В ее взгляде торжество смешивалось с презрением.

Откуда они взялись? Здесь только что было пусто!

Тут я заметила, что изящная рука Ялины лежит в широкой ладони мужчины, а вокруг них витает ореол странной силы… Да это же невидимость! Они соединили магию, поэтому я их не увидела. Правда, Низору и Сайлава я смогла заметить. Но эта парочка, похоже, сильнее.

Куратор Ялины выпустил ее ладонь и холодно спросил:

— Что ты здесь делаешь, Ихлас?

Тот мгновенно оказался рядом со мной и процедил:

— Я не обязан перед тобой отчитываться, Арджуманд.

Я удивленно покосилась на Дана. И вдруг осознала, что их взаимная неприязнь с Пятым — это еще цветочки. Мужчины сверлили друг друга взглядами, полными жгучей взаимной ненависти.

— Это территория Пятых врат, — напомнил Арджуманд. — Патрулировать эту часть стены — не твоя задача.

— Я веду практику, если ты не заметил, — парировал мой куратор.

Ялина надменно кривила губы, но на нее я не смотрела. Продолжала рассматривать учителя моей сестрицы. Что-то в этом Арджуманде было не так. Разум упорно цеплялся за какую-то деталь…

После слов Дана чужой куратор перевел взгляд на меня и скривился.

— Не похоже, что ты ее чему-то учишь, — с насмешкой произнес он. — Понимаю, да… Если выполнять свою работу как подобает, твоя новая игрушка слишком быстро сломается. Как и все, к чему ты прикасаешься.

В глазах Дана полыхнула ярость. Под его ногами начали закручиваться вихри темной и теплой силы. А по траве возле Арджуманда стелились светлые завитки. Ялина со смесью ужаса и отвращения взирала на магию Ихласа и холодный белый свет, который начал разгораться на моих пальцах.

Ее учитель явно был доволен тем, что ему удалось вывести Дана из себя. Этим двоим наверняка запрещено сражаться… Если они сцепятся, у моего куратора будут неприятности. Но чего тогда добивается Арджуманд?

Я еще раз скользнула взглядом по фигуре мужчины. И тут же осознала, что в его облике было не так. После этого я тут же двумя руками вцепилась в рукав Дана и начала ныть:

— Ну господин Ихлас! Моя наджи может попасть в неприятности, я должна скорее найти Таран!

К счастью, ненавистное обращение с “господином” и непривычный тон моего голоса отрезвили куратора. Он резко отвернулся от соперника и бросил:

— Идем.

С этими словами Дан пошел прочь, и я с радостью поспешила за ним, не удостоив прощанием сестрицу и ее учителя.

Какое-то время мы шагали в тишине. Я чувствовала, как внутри куратора клокочет злость и магия. Но вскоре темная сила начала утихать. В этот момент со стены спрыгнул Сильвестр, а Таран спланировала мне на плечо.

Кот посмотрел на меня и скорбно сообщил:

— Что ж, тебя стоило взять только ради того, чтобы ты удерживала его от глупостей.

— Помолчи, — отрезал Дан, подхватывая на руки своего наджи.

После этого он коснулся своего кольца, и мы тут же оказались во дворе перед Шестыми вратами.

Мне не терпелось обсудить все случившееся, но я терпеливо молчала, пока мы петляли среди казарм.

Шестой сегодня принимал нас в официальном кабинете. На столе перед мальчишкой громоздились кипы бумаг. Но как только за нами закрылась дверь, он сдвинул все в сторону и с интересом спросил:

— Что-то нашел?

— Неприятности, — мяукнул Сильвестр.

Дан ссадил его на пол и опустился в кресло. Я заняла второе. Куратор сухо отчитался о происшествии. И чем больше я его слушала, тем сильнее было мое удивление. Наконец, я не выдержала и спросила:

— Вы что, и правда не заметили?

Теперь и Дан, и Шестой удивленно смотрели на меня в ожидании продолжения.

Я победно сообщила:

— У Арджуманда не было значка куратора. — А затем не удержалась и добавила: — Вы с ним вели себя, как два бойцовых петуха. Иначе тоже обратили бы на это внимание…

Куратор мрачно посмотрел на меня, а Шестой расхохотался.

— Ну хоть кто-то решается тебя подкалывать, — произнес мальчишка, откидываясь на массивную спинку кресла. — Ее стоило взять в академию только ради этого.

Дан сухо ответил:

— Боюсь, слов Лайи будет недостаточно, чтобы правитель поверил нам.

— Но теперь мы знаем, под кого копать, — возразила я. Куратор тут же подался ко мне и категорично заявил:

— Ты в этом не участвуешь. Арджуманд опасная и жестокая скотина…

— Про тебя то же самое говорят, — иронично заметил Шестой.

— Рэйн! — сердито произнес Дан, оборачиваясь к мальчишке.

Но того взгляд куратора не смутил. Шестой спокойно пояснил:

— Привратники — Южный щит империи. Мы все должны служить в меру своих сил. Лайя твоя напарница, и ей не избежать этой участи.

— Сначала она должна стать сильнее, — упрямо повторил Дан.

— По-моему, она уже.

Мальчишку не смутил недовольный взгляд моего учителя, а я почувствовала толику удовлетворения. Хоть кто-то оценил мои старания…

— Иногда головой думает, — поддакнул из-под кресла Сильвестр.

— Живешь с ней до лета, — мрачно пообещал ему хозяин.

Я выпалила одновременно с котом:

— Не надо!

Шестой снова начал смеяться, и теперь на него укоризненно смотрела уже я. Отсмеявшись, Заид-младший снова посерьезнел.

— Это все очень плохо выглядит. Демоны все чаще приближаются к Шестым Вратам. Теперь придется еще внимательнее следить за территорией Пятых…

— Зачем они это делают? — нахмурившись, в очередной раз спросила я. — Сговариваются с демонами… разве это не противно самой природе привратников? А Пятый… почему он закрывает глаза на то, что творится на его территории? Какая ему в этом выгода?

Юный привратник вздохнул и терпеливо пояснил:

— Много лет Первые и Пятые врата боролись за звание лучших. Но в последние годы Шестые показывают лучший результат. Никто не хочет уступать первенство мальчишке, Лайя. Даже если он умен и сын правящего герцога. Им проще закрыть глаза и дождаться, когда я оступлюсь. Тогда мое место достанется кому-то из достойных стариков.

— И никто не будет попирать вековые устои договорами с мелкими демонами-контрабандистами, — снова подал голос Сильвестр.

Дан поднялся и заговорил:

— Арджуманд — давний сподвижник Пятого и лучший из кураторов. Никто не поверит в то, что он встречался с демоническим посланником. Нам нужно понять, то он замышляет. Но сначала придется доделать работу.

Тут я вспомнила, что мы примчались докладывать Шестому о происшествии, позабыв про пятна с двух сторон от стены. Меня ждало первое слияние после Старого Круга.

Эта мысль заставила меня тут же вскочить на ноги. Заид-младший только махнул рукой, отпуская нас.

Я поспешно вышла из здания вслед за своим учителем. От дверей он сразу переместил нас туда, где возле хрустальной стены нас поджидало серое пятно. Когда я увидела его, то вдруг спохватилась:

— Почему никто из нас не почувствовал присутствие Арджуманда и Ялины?

Казалось, этот вопрос удивил куратора. После короткой заминки он спросил:

— А почему ты считаешь, что мы должны были его почувствовать? Арджуманд достаточно силен, как и Ялина для своего возраста. Слияние магии всегда кратно увеличивает силу. Можно почуять маскировку только тех, кто слабее.

Настала моя очередь удивляться.

— Тогда… почему я смогла почувствовать Сайлава и Низору под этой маскировкой?

При упоминании о парне Дан помрачнел. Но все же ответил:

— Маскировка двух адептов несовершенна. Только с выпускниками будет работать градация по силе. Ты не увидишь тех, кто сильнее нас.

— То есть, увижу почти всех, — уточнила я. — А нас не увидит никто, правда?

Куратор дернул уголком губ и неохотно сообщил:

— Не совсем…

— Почему? — требовательно спросила я.

— Слишком большая разница между нашими уровнями силы. Кратное увеличение при слиянии лучше всего работает, когда пара сопоставима по магии. У нас…

Он неопределенно пожал плечами.

Его слова мне совсем не понравились, я испытала острое разочарование. И прошептала:

— Я никогда не смогу стать такой, как вы, да? Из-за того, что я полукровка?

Дан какое-то время молчал и смотрел на меня тяжелым взглядом. Я уже подумала, что меня не удостоят ответом. Но куратор выдал тем самым тоном, после которого не хотелось задавать вопросы:

— Нет. Получить такой уровень силы можно только в одном месте.

После этого он решительно развернул меня к пятну и оказался у меня за спиной.

Я оглядела нашу цель и вдохнул горячую ауру чужеродной магии. Дан шагнул чуть ближе и, склонившись к моему уху, спросил:

— Ты умеешь танцевать, Лайя?

— Танцевать? — озадаченно переспросила я. — Ну… да. Немного. В Академии Драконов устраивали праздники и танцы. А что?

Пальцы куратора сжали мой локоть, и он неспешно заговорил, заставляя меня поднять руку:

— Слияние — своего рода танец. Позволь “темному свету” вести. Не пытайся ничего сделать сама. Доверься мне, хорошо? Не пытаяся слиться магией без остатка.

Я кивнула, и теплая мужская ладонь скользнула от моего локтя к ладони, на ходу обрастая темными завитками силы. “Светлая тень” пробудилась, и мы переплели пальцы. Дан придвинулся ближе, и я с готовностью прижалась к нему спиной.

Возражений не последовало — мы оба были увлечены контролем объединенной магии. Я с восторгом наблюдала за тем, как Темная и теплая сила понемногу вытягивает холодное сияние из моих пальцев. Как они медленно и осторожно вливаются в серое пятно, и то понемногу начинает таять…

Темная магия манила, звала, предлагала “светлой тени” раствориться в ней. Но я все же держалась и позволяла вести себя, как в танце. У меня стало гораздо больше силы, пятно практически исчезло. Я чувствовала, как внутри разливается ликование.

Но на этот раз удержаться не вышло у Дана.

Темная сила сорвалась с цепи всего на несколько мгновений. Холодное сияние и теплая тьма стали одним. Вместо них наши сплетенные пальцы окружило серебристое облако. Меня захлестнуло ощущением непривычного могущества. Теперь эта магия не была только моей или только чужой. Она была нашей.

От этого невероятного чувства закружилась голова. И дальше делала глупости снова я. Дан спохватился и попытался мягко разорвать контакт. Но я не позволила этого куратору. Терять новое чувство совсем не хотелось, и остатки “светлой тени” растворились в “темном свете” до последней капли.

Сознание погасло вместе с магией, я даже не успела осознать, что натворила.

— Каких вопросов? — спросила я.

Дан бдительно огляделся и ответил:

— Позже. Сейчас нам нужно вернуться в академию. Палван предупредил лекаря, что ты здорова и можешь покинуть госпиталь.

Я посмотрела на больничную пижаму и скептически хмыкнула. Сильвестр категорично заявил:

— В комнате переоденешься. Идем.

Тут меня прошиб холодный пот. До меня вдруг дошло, что могла заметить помощница лекаря, которая переодевала меня… Этот рисунок в виде пальмы! Неужели спрашивать будут об этом?

— Идем, идем! — поторопила меня Таран.

Я снова подумала, что бабочка стала на удивление привязана к своему старшему товарищу. Но возражать не стала. Безропотно поднялась с постели и замерла рядом с Даном, обреченно глядя ему в глаза.

Тот не сказал ни слова, только молча коснулся кольца. Стоило нам оказаться в моей комнате, как желудок напомнил о себе. Куратор открыл рот, чтобы заговорить, но я жалобно протянула:

— Есть хочу… — Дан удивленно заморгал, а я решила закрепить успех и вздохнула: — В столовой, наверное, уже ничего не осталось. И все повара спят, не допросишься…

Поколебавшись, куратор оторопело произнес:

— Переодевайся. Попробую чего-нибудь раздобыть.

И — о, чудо! — он снова коснулся своего кольца и даже забрал с собой Сильвестра.

Пользуясь моментом, я стянула с себя больничную пижаму и оглядела плечо. Пальмовый лист чуть выше локтя никуда не исчез и оставался достаточно четким. Я не сдержалась и застонала. Наверняка медсестры доложили об этом Дану. Но, если у него есть вопросы, значение этого символа на моем теле никто не понял? Или…

Про другие варианты не хотелось даже думать. Я начала поспешно натягивать свою пижаму, когда Таран подала голос:

— Какая разница, узнал он или нет? Тебе же нравится Дан.

Я возмущенно посмотрела на свою наджи и выпалила:

— Ничего подобного!

Но прозвучало это настолько фальшиво, что я сама удивилась.

Бабочка перепорхнула на мою подушку, а я помчалась в умывальную. Большая часть адептов уже легли, поэтому я никого не встретила. На обратном пути я старательно обдумывала, как бы отложить разговор с куратором, но так ничего и не придумала.

Когда я проскользнула в свою комнату, то обнаружила, что мой учитель уже вернулся. Учебники были сдвинуты в сторону, и на столе стояла тарелка с уже знакомой едой. Жаренное на огне мясо, тонкие ломтики сладкого картофеля в панировке, лепешка с острой начинкой. Именно это мы ели в Священную ночь.

Я обескураженно спросила:

— Вы что, заставили бедного старика готовить ночью?

Следом просилось “ради меня”, но этого я сказать не решилась. Только смущенно перевела взгляд на Сильвестра, который намывал уши, растянувшись на моей подушке. И вдруг обнаружила, что рядом с кроватью лежит скатанный матрас.

В памяти тут же пронеслись картины прошлой ночи, которую Дан провел в моей комнате. Он что, серьезно собирается снова это сделать? Я на это не подписывалась!

— Лавка уже закрывалась, но для меня еда нашлась, — сообщил куратор.

Он сделал приглашающий жест, и я опустилась на стул, со смешанными чувствами разглядывая угощение. Желудок протестующе заурчал, намекая, что мясо полагается есть, а не смотреть на него.

Пока я нарочито неспешно жевала поздний ужин, Дан приготовил себе постель. Я украдкой наблюдала за ним. Куратор неспешно сбросил сюртук и расстегнул манжеты на рукавах рубашки. Когда его пальцы коснулись верхней пуговицы, я поспешно отвела взгляд. А потом и вовсе сбежала в умывальную снова, когда с едой было покончено.

Когда я вернулась, Дан лежал на матрасе в расстегнутой рубашке, закинув руки за голову, и внимательно наблюдал за мной. Памятуя о “паре вопросов”, дверь запирала я тоже медленно. А когда повернулась, не выдержала и спросила:

— Так что там за вопросы ко мне?

Куратор опустил ладонь на кошачью макушку и сообщил, почесывая наджи за ухом:

— Кажется, тебе хотели что-то отправить из Академии Драконов, но посылку завернули на таможне. Не знаешь, что именно?

Я постаралась сделать невинное лицо и как можно равнодушнее пожала плечами:

— Понятия не имею. Я ничего не жду. Может быть, это ошибка?

Ошибкой, наверное, было просить это у Энлэя… Не увидит Академия Привратников драконьих артефактов и не узнает драконьих шуток. Придется выкручиваться самой.

Дан смотрел на меня скептически. Но я испытывала даже толику облегчения — хотя бы о метке не упомянул.

Я поспешно забралась в постель и хлопком в ладоши погасила свет, пока куратор не вспомнил еще о чем-нибудь. Натянув одеяло до шеи, я пробормотала:

— Спокойной ночи.

Но в этот момент Дан позвал:

— Лайя…

Я повернулась и придвинулась к краю кровати. Мой учитель не шелохнулся и продолжал смотреть на меня в темноте. Тогда я пробормотала:

— Что?

— Что тебя беспокоит? — неожиданно спросил он. — Сейчас между нами не происходит ничего предосудительного. А о том, что я ночую в твоей комнате, никто не узнает…

Ответить я не успела. В этот момент в дверь постучали.

Дан тут же напрягся и прошептал:

— Ты кого-то ждешь?

— Нет, — также тихо ответила я.

И тут до меня дошло, что неизвестным могло понадобиться в моей комнате в такой час.

Я бросила взгляд на злополучное окно и обреченно призналась:

— Наверное, это кто-то из адептов. Будут проситься покинуть общежитие через мое окно… Там эти выступы, по которым так удобно спускаться.

Куратор мрачно спросил:

— И как часто твою комнату используют, как нелегальный выход?

— Время от времени… — уклончиво ответила я. Стук повторился, и я с надеждой предложила: — Может быть, сегодня вы будете ночевать у себя? А я разберусь с этой проблемой. Придется открыть дверь и выпроводить их. Иначе не отстанут.

— Нет, — отрезал Дан и щелкнул пальцами, зажигая ночник.

После этого куратор потянулся к карману сюртука, который висел на спинке моего стула, и достал знакомый серый пузырек.

— Разбирайся, — бросил он и откупорил крышку. А затем щедро плеснул серой жидкостью вокруг себя.

Она мгновенно превратилась в такой же серый дым, которым быстро заволокло фигуру моего учителя и матрас. Теперь я не могла его видеть и слышать. Как и ночные гости, которые уже настойчивей стучали в дверь. А вот куратор мог наблюдать бесплатное представление под названием “Лайя и ее проходной двор”.

Я наградила пустоту рядом с кроватью укоризненным взглядом и встала. Сунула ноги в тапочки, нарочито громко прошлепала к двери. Потом я повернула в замке ключ и уже набрала воздуха в грудь, чтобы как следует рявкнуть на незваных гостей. Но состав компании за порогом настолько впечатлил меня, что я поперхнулась.

Сайлав прижимал к себе тощего надувата с выпученными глазами. Морда зверя была перевязана платком. Юлиана вместе с ним не было, и это первое, что меня удивило. Низора смущенно переминалась с ноги на ногу рядом с парнем и держала кончик розового хвоста несчастного зверя. Но самым странным оказалось даже не то, что Сайлав где-то потерял своего приятеля и взял с собой девушку. За спинами этой парочки стояла Ялина Мерет.

Судя по лицу моей дражайшей сестрички, ее не предупредили, чьей помощью придется воспользоваться, чтобы покинуть академию в такой час. И теперь я с толикой удовольствия наблюдала за тем, как чувства на ее лице сменяют друг друга.

— Лайя… — отрепетировано взмолился Сайлав.

Но я категорично заявила:

— Нет!

И попыталась захлопнуть дверь перед его носом. Парень подставил ногу и тихо затараторил:

— Нам нужно выпустить надувата! Гаэру его собрался знакомому аптекарю сдать, на опыты! Утром вахтер его хватится, медлить нельзя!

Зверь в его руках жалобно пискнул. Поколебавшись, я отрезала:

— Пойдешь один.

— Э-э-э-э… Я не могу, — начал мяться Сайлав. — В одиночку мне не справиться, нужно отвлечь его сородичей, и Низора мне поможет.

Я вспомнила сцену, которую видела в одном из переулков Старого Круга и с иронией произнесла:

— Боюсь, если Низора с тобой еще одну ночь проведет, списывать глупости на местные традиции уже не выйдет.

Девушка возмущенно зашипела:

— Это не твое дело!

Сайлав бросил на нее предупреждающий взгляд и мягко начал:

— Мы не будем творить никаких глупостей, клянусь. Я что, похож на идиота? Отнесем надувата и провернем одно маленькое дельце. Одна нога здесь, другая там, ты даже заснуть не успеешь!

Я сжалилась и не стала никак комментировать фразу про идиота. Только бросила мрачный взгляд на Ялину, которая наблюдала за нашей перепалкой, сморщив носик. И постановила:

— Идете вдвоем.

Сайлав опасливо глянул себе за спину и залебезил:

— Без Ялины нам не обойтись. Я… не знаю, где колония надуватов! Они мигрировали на новое место. Во время практики сегодня Ялина как раз приметила их, запомнила расположение…

— Это возле стены на территории Пятых Врат? — скептически спросила я.

— Нет, здесь, неподалеку, — не понял сарказма парень.

Я не удержалась и протянула:

— Вот как? Странно. А я думала, Ялина практику возле Врат проходила. Во всяком случае, мы там встретились. Смотрю, вы везде успели.

— Это не твое дело, — раздраженно произнесла девушка. — Пропути нас!

— Вот еще, — фыркнула я. — Наверняка Низора попросила Сайлава, чтобы тот показал тебе выход из общежития. А ты ему взамен что-нибудь пообещала.

— Ничего подобного! — возразил парень так горячо, что я сразу поняла — именно так все и было.

Ялина стиснула зубы и пронзила меня злым взглядом. Но я в ответ только вскинула голову. А затем, пользуясь замешательством троицы, выхватила из рук Сайлава несчастного надувата. Зверь испуганно пискнул, когда я прижала его к себе.

— Никакого выхода, — твердо сказала я. — А с надуватом я сама разберусь.

После этого я с большим удовольствием захлопнула дверь перед носом адептов и повернула в замке ключ. За моей спиной раздалось деликатное покашливание. Только в этот момент я вспомнила, что в комнате была не одна…

Поворачивалась я нарочито медленно, втянув голову в плечи. Куратор в расстегнутой рубашке возвышался надо мной, скрестив руки на груди. Его лицо ничего не выражало. Я прижала к себе костлявое тело зверя и невольно зацепилась взглядом за кубики идеальных мышц на животе своего учителя.

Смущаться мне не полагалось — мужчины-драконы часто тренировались или медитировали без рубашек, это не считалось чем-то постыдным. Но когда я смотрела на Дана, то в голове сразу всплывали картины Священной ночи.

— И что ты собираешься с ним делать? — холодно спросил куратор, кивая на зверя в моих руках.

Я покосилась на мышехвостого надувата и неуверенно сообщила:

— Верну в эту… колонию.

— И ты, наверное, знаешь, где она находится? — с иронией спросил он. — Или, может быть, помнишь все о повадках этих зверей?

Ответа у меня не было, но в голову тут же пришла на удивление светлая мысль. О том, что источник этих ценных знаний стоит прямо передо мной.

Я оглядела своего учителя с ног до головы и с надеждой спросила:

— Вы же расскажете мне все это, верно?

Куратор помрачнел и дернул бровью. Тогда я заглянула ему в глаза и попросила:

— Пожалуйста, Дан…

Он скрипнул зубами. Я сжалась в ожидании отказа, но вместо этого у меня самым бесцеремонным образом отобрали несчастного надувата. Куратор подхватил зверя за шкирку и холодно приказал:

— Ложись спать. Выпущу сам.

— Только не отдавайте его обратно Гаэру…

— Сказал же, выпущу, — рыкнул Дан. — Спать!

Я покладисто легла в постель и натянула одеяло, а он подхватил сюртук и коснулся своего кольца. Таран перелетела на мою подушку и сложила крылышки. А я вдруг осознала, что бабочка была права. Пора признать это… Мне нравится мой новый куратор. Ужас!

С этой мыслью я почти мгновенно уснула.

Меня разбудило движение рядом. Кто-то с предельной осторожностью поправил мне одеяло. Я распахнула глаза и услышала сдавленный голос Дана:

— Выпустил я твоего зверя. Спи.

Я почувствовала смутную тревогу. Но в следующий миг пальцы осторожно коснулись моего лба. Это подействовало, как магия, и я снова провалилась в сон. А когда открыла глаза утром, несколько мгновений лежала, перебирая события прошлого дня.

Неожиданное желание сестрички покинуть академию ночью все больше волновало меня. Ялина что-то замышляет. Понять бы, что именно...

Поколебавшись, я повернулась и посмотрела на своего куратора. Дан еще спал. И тут меня ждал сюрприз, от которого сердце екнуло. Кажется, прошлой ночью куратору встретились не только сородичи надувата…

На этот раз куратор полностью снял рубашку. На его обнаженной груди я снова заметила медальон с пальмовой ветвью. А затем все мое внимание сосредоточилось на плече. Длинная рана до сих пор источала серую ауру и даже не была перевязана, а лишь прикрыта сложенным платком.

Выглядело это настолько нелепо, что я не удержалась и возмутилась вслух:

— Ты идиот, Дангатар Ихлас!

Он тут же вздрогнул и распахнул глаза. Да, такими словами его точно давно никто не будил. Особенно адептки… Лицо куратора на миг стало таким удивленным, что я едва не рассмеялась. Но в следующий миг он скривился от боли.

Я тут же оказалась на ногах и зашарила взглядом по комнате в поисках средств для перевязки. Но, разумеется, ничего подобного у меня не было.

— Успокойся, — бросил Дан и сел на постели. — Рана пустяковая.

Я вспомнила сдавленный голос, которым он говорил ночью, и возразила:

— Мне так не кажется. Ее нужно перевязать. И что с вами произошло?

Теперь я требовательно взирала на него сверху, скрестив руки на груди.

Куратор не удержался и поддел меня:

— Выполнил твою просьбу. Как видишь, с некоторым ущербом для здоровья.

— Это сделал надуват? — изумилась я.

— Нет, — мрачно ответил Дан. — На обратном пути меня ждала одна неприятная встреча, о которой придется доложить Жолону и Рэйну. С этими словами он поднялся, морщась от боли.

— Демоны? — догадалась я.

— Одна мерзкая разновидность, — процедил куратор. — Через пару суток полегчает, магией зацепило…

На миг я потеряла дар речи. А он подхватил свои вещи и добавил:

— Отправляйся на занятия.

Пока Дан скатывал матрас, я попыталась возразить:

— Могу перевязать…

— Сам справлюсь, — ответил он.

— Дан! — пустила в ход проверенный метод я.

Но на этот раз он не сработал, и куратор использовал портальное кольцо. Меня не утешило даже то, что на этот раз он забрал с собой Сильвестра.

В столовую я спускалась в самом дурном настроении, снедаемая тревогой. Таран деликатно молчала, сидя на моем плече. Я шла медленно и довольно тихо. Наверное, поэтому меня не заметили. До столовой оставался один поворот, когда до меня донеслись знакомые голоса.

— Прости, мы что-нибудь придумаем, — говорила Низора. В ее голосе было искреннее сочувствие.

— Поздно уже… — обреченно бросила Ялина. — Если бы я знала, что вам нужна помощь этой…

Я невольно замедлила шаг и затаилась, но это не помогло. Девушки двинулись по направлению к столовой и я не могла слышать, о чем они говорили.

За завтраком Ялина была мрачнее тучи. Я сделала вывод, что мое упрямство помешало ей сделать что-то очень важное. Учитывая, что ее куратор встречается с демоническим посланником, все это вызвало тревогу.

И рана куратора, и темные делишки Ялины продолжали беспокоить меня. Во двор академии я вышла, погруженная в свои мысли. Поэтому не сразу заметила, что вместо дверей учебного крыла толпа адептов несет меня в зал с витражной крышей.

Как назло, вокруг не было никого из знакомых, чтобы узнать, в чем дело. Я ждала, что нас снова ждет какое-то собрание. Но когда протолкалась через толпу, обнаружила, что все восхищенно таращатся на белую доску, закрепленную на одной из стен.

На ней были выведены фамилии. Рядом с каждой виднелось небольшое овальное пятно алого цвета. Пока я пыталась понять, что это, вперед вышла Ялина.

Все затаили дыхание. С гордо поднятой головой она прошествовала к доске и черным грифелем вывела свое имя. Затем девушка подхватила с подставки короткое острое лезвие и проколола палец. Когда она приложила его к белой поверхности, на миг буквы вспыхнули темной магией.

А я, наконец, заметила золотистую надпись сверху, которая гласила: “Список участников Ежегодного Турнира Академии Привратников Юга”.

Значит, открылась запись на участие в турнире... И моя талантливая сестричка подтвердила, что собирается подвергнуть свою жизнь опасности. Выйти в пепельную пустыню.

Внутри вспыхнуло глухое раздражение. Но в этот момент мое плечо сжали короткие толстые пальцы.

— Вот вы где, адептка Шен, — раздался торжествующий голос Гаэру.

Я развернулась, сбрасывая руку историка. И тот продолжил:

— Идемте, у меня есть для вас одно задание.

Я попыталась отвертеться.

— Мне нужно на урок. И не на ваш!

— Ничего, — злорадно улыбнулся он. — Декан Орус уполномочил меня выбрать помощников и забрать их с занятий. Вам трудовое воспитание точно не помешает. Сейчас заберем остальных, и я проведу вас к месту отработки…

Он развернулся и решительно потопал прочь. Черепаха ползла чуть впереди. Перед наджи и Гаэру расступались. А я шагала за ним, проклиная сестричку, благодаря которой у историка на меня зуб.

На противоположной стороне зала подпирали стенку Сайлав и Юлиан. Завидев нас, они тут же встали навытяжку. А затем к ним с недовольным лицом присоединилась… Ялина. Гаэру оглядел их, а затем с сочувствием обратился к девушке:

— Мне жаль, что вам придется в этом участвовать, юная леди. Но ректор Жолон был непреклонен. Не знаю, что наплел ему господин Ихлас…

Значит, Ялина тоже в рядах провинившихся благодаря моему куратору? Приятно, что она не смогла уйти от расплаты за свои ночные похождения. Но, кажется, нам придется работать вместе. И этого мне совсем не хотелось.

Похоже, это было взаимно. Ялина смотрела на меня волком.

Гаэру поманил нас за собой, и вслед за черепахой потопал к неприметной двери. Там наджи историка скрылся в его тени. А тот неспешно зашагал вниз по узкой, плохо освещенной лестнице. Сайлав и Юлиан замешкались, пропуская вперед нас с Ялиной. И теперь сестричка сверлила взглядом мой затылок. Остальные наджи не показывались, только Таран кружила рядом со мной, и голубой свет от ее крыльев разгонял полумрак.

После того как лестница закончилась, мы оказались в таком же полутемном и узком коридоре. Гаэру прогромыхал ключом и открыл ближайшую дверь. Затем он издевательски ухмыльнулся и сделал приглашающий жест.

На этот раз я не спешила идти первой и с интересом огляделась. Таран тоже скрылась, сливаясь со "светлой тенью". Коридор заворачивал по кругу, а в стене чуть дальше виднелись высокие створки с искусной резьбой. Там снова угадывались символы солнца и луны, серебро и позолота на них тускло поблескивали в свете магических фонарей. А еще впереди я уловила… какую-то странную магию.

"Светлая тень" внутри чутко всколыхнулась, и я подалась вперед. Но Гаэру поймал меня за плечо и бесцеремонно втолкнул в комнату.

— Там ничего интересного для тебя нет, — резко произнес он.

Я вырвалась из его хватки, но тут же запнулась и едва не упала. Юлиан помог мне устоять на ногах, а я со смесью ужаса и удивления осмотрела новое помещение.

Больше всего это напоминало разгромленный склад или алхимическую лабораторию. Часть комнаты занимали стеллажи, покрытые разноцветными пятнами, те же пятна усеивали пол и заходили на потолок. На столе в углу громоздились пыльные папки.

Гаэру начал объяснять:

— К турниру ректор велел привести в порядок все помещения в подвале…

— Разве турнир будет проходить здесь? — удивилась я.

Историк посмотрел на меня, как на дурочку, и раздраженно продолжил:

— По недосмотру предыдущего алхимика, тут бардак с прошлого года. Но зелья могут понадобится для спасения адептов, которые… переоценили свои силы. Ваша задача — навести порядок, все отмыть, расставить и разложить по каталогу. Документами займется Ялина, остальное сделаете вы трое.

Он выразительно махнул рукой в сторону ведер и тряпок, которые стояли возле стены. Я скрипнула зубами. Как и ожидалось, самая простая и чистая работа досталась сестрице… Ялина довольно улыбнулась, а Гаэру продолжил:

— Чтобы из лаборатории не высовывались, пока я не приду. И не вздумайте шастать по коридору. Там дальше защита, которая от дураков и мокрого места не оставит.

С этими словами он вышел и захлопнул дверь. А я задумчиво произнесла:

— И что же такого находится в этом коридоре?

Ялина фыркнула и отвернулась к столу. А Юлиан невозмутимо пояснил:

— Там особый рунный портал. Он перебрасывает пары, которые прошли маршрут, обратно в академию. Иногда приходится выручать отстающих, и порой вместе с ними просачиваются демоны. Поэтому тут держат лабораторию, а в соседней комнате особый лазарет.

Я кивнула, принимая к сведению его слова. Значит, я ощутила в коридоре магию портала?

— Интересно было бы на него посмотреть, — вслух проговорила я.

— Зрелище не для всех, — фыркнула Ялина. — Его видят только те, кто рискнул зайти на территорию пепельных демонов. А не слабачки вроде тебя, которые попадают в госпиталь после каждой тренировки.

Я повернулась к ней, но на моем пути неожиданно встал Сайлав.

— Давайте работать, — буркнул парень. — Иначе Гаэру заставит нас выучить от корки до корки все учебники, которые есть в библиотеке.

Только в этот момент я заметила, что старшекурсник сегодня выглядит непривычно тихим. Неужели куратор не только надувата вернул к сородичам, но и успел дать еще один нагоняй Сайлаву?

Спорить я не стала, и мы принялись за работу. Ялина пыталась сохранять надменное лицо, но пыль ей этого не позволяла. Время от времени она громко чихала, когда новое облачко взлетало с очередной стопки бумаг.

А вот убирать следы снадобий с пола и потолка оказалось той еще задачей. Приходилось использовать три вида нейтрализаторов и отчаянно тереть. Самое стойкое пятно было рядом со столом, за котором перебирала бумажки Ялина. Какое-то время она наблюдала за мной, а затем презрительно сказала:

— Говорю же, слабачка, с элементарными вещами справиться не можешь.

Меня порядком злила и необходимость выполнять поручение Гаэру, и компания вредной сестрицы, и дурацкое пятно. Так что я не выдержала и в тон ей ответила:

— Не можешь простить, что каждый раз, когда я оказываюсь в госпитале, он приходит ко мне?

В глазах девушки полыхнула злоба. Она взмахнула рукой, сбрасывая завиток холодной темной магии.

— Эй, так нельзя! — крикнул Сайлав.

Но я успела вспомнить уроки куратора и отразить атаку. Холодное белое сияние вспыхнуло на кончиках моих пальцев, и магия сестрицы рикошетом отлетела в один из стоящих рядом пузырьков. Тот лопнул, как спелый фрукт, и брызги синеватой жидкости упали на тыльную сторону моей ладони.

Кожу обожгло, я зашипела от боли. Сайлав выругался и тут же оказался рядом. Выудив из кармана платок, он накрыл мою стремительно краснеющую руку и приказал:

— Давай в лазарет. По лестнице и направо, вторая дверь.

Боль была такой, что я только сдавленно кивнула и выскочила за дверь, даже не взглянув на Ялину.

Вот только в коридоре я оказалась не одна. Перед запретной дверью кто-то стоял. И судя по тому, как этот человек вздрогнул, находиться здесь ему тоже было запрещено.

На мужчине была темно-синяя форма привратников. Сухопарый блондин резко обернулся, и я тут же узнала это лицо с заостренными чертами. Арджуманд! Что здесь делает куратор Ялины?

Тут я заметила вокруг запретной двери странное голубоватое свечение. Привратник быстро убрал правую руку в карман и резко спросил:

— Что ты тут делаешь?

Кожа на тульной стороне кисти продолжала гореть, но я нашла в себе силы и шагнула вперед. А затем прошипела:

— А вы? Магистр Гаэру сказал, что сюда запрещено ходить.

Арджуманд резко приблизился, вынуждая меня прижаться к стене.

— Это не твое дело, — тихо и угрожающе произнес он. — Лучше тебе скорее забыть о том, что ты меня видела, девочка.

Я ощутила его магию, светлую и горячую, и находиться рядом с ней было неприятно.

— Уйдите, — выдавила я, чувствуя нарастающее жжение на тыльной стороне ладони. — Мне нужно в лазарет.

Арджуманд скользнул взглядом по руке, на которой я придерживала платок. После этого он все-таки ушел, поправляя что-то в кармане. Выждав минуту, я оторвалась от стены и тоже зашагала вверх по лестнице.

За дверью, о которой говорил Сайлав, оказался короткий коридор с еще тремя дверьми. Одна из них была приоткрыта, и оттуда неслась сочная мужская ругань. Поразмыслив, именно к ней я и направилась.

Сначала я увидела лекаря, невысокого старика с короткими седыми усиками. Бранился именно он, попутно колдуя с какими-то склянками над плечом моего куратора. Дан с мрачным лицом восседал на кушетке перед ним. Даже сквозь нарастающую боль я почувствовала облегчение. Он все-таки дошел до лазарета!

Тут лекарь увидел меня и оборвал поток ругательств.

— Что случилось, юная леди? — любезно спросил он.

Дан поднял голову и тут же напрягся. От его внимательного взгляда стало немного не по себе, но я покорно сорвала платок, демонстрируя алые пятна на тыльной стороне кисти.

— Пролила какое-то снадобье, — обреченно сообщила я.

Куратор помрачнел еще сильнее и зло выдохнул:

— Кто?

Лекарь прищурился и верно истолковал ситуацию. Отставив склянки, он приказал:

— Не дергайся, пока я не помогу твоей ученице. А ты садись и давай руку.

Последние слова были обращены ко мне.

Я покорно опустилась на кушетку рядом с куратором.

— Кто это сделал? — повторил он.

Подмывало соврать, чтобы не впутывать его в ссору с Пятым, но я нехотя призналась:

— Ялина.

Лекарь подошел и начал деловито накладывать мою руку какую-то охлаждающую мазь. На лице Дана ходили желваки. За мазью последовали бинты. Когда старик закончил, я осторожно пошевелила пальцами.

— До бала заживет, — с улыбкой заверил меня лекарь.

А куратор встал и рыкнул:

— Идем.

— Куда? — возмутился старик. — С тобой я еще не закончил.

— Позже, — попытался отмахнуться Дан.

Но я хитро произнесла:

— Что-то мне все еще не хорошо. Можно здесь посидеть пару минут?

Куратору пришлось опуститься на кушетку и позволить лекарю закончить начатое. При мне тот не ругался. Но я видела по лицу, что ему очень хотелось. Кто же так сильно ранил моего учителя?

Наконец, мы покинули лазарет. Напоследок мне велели избегать контакта с водой, а Дану — отлежаться пару дней. Но и я, и лекарь хорошо понимали, что это назначение не будет исполнено. Поэтому оно было дано с некоторой безнадежностью.

За порогом куратор требовательно спросил:

— Что случилось? Когда ты успела сцепиться с Ялиной Мерет?

— Гаэру припахал к уборке лаборатории... — начала я.

— Идем, — оборвал меня Дан и развернулся к спуску в подвал.

Но я схватила его рукав и привстала на цыпочки, чтобы заговорщицки прошептать ему в ухо:

— Далась вам Ялина… У меня есть более интересные сведения.

Мой учитель бдительно огляделся, а затем втолкнул меня в какой-то закуток коридора. Места здесь было предательски мало, и я уперлась руками в грудь куратора, чтобы сохранить хоть какое-то расстояние между нами. От близости теплой и темной силы перехватило дыхание. “Светлая тень” встрепенулась внутри, чувствуя свою противоположность.

Больше всего хотелось оказаться поближе к “темному свету”, но я сдержалась и коротко пересказала свой разговор с Арджумандом. С каждым словом Дан мрачнел. На миг он, забывшись, положил руки мне на талию. Но быстро опомнился и выпустил меня.

— Говоришь, дверь в подвале… — протянул он. — Интересно, что там было нужно этому псу?

— Может, увеличить шансы на победу? — предположила я.

— Не в его стиле… Скорее, это связано с демонами. Плохо. Нужно доложить Шестому. — Он смерил меня взглядом и приказал: — Возвращайся на занятия. Убираться тебе больше нельзя.

Я кивнула, и куратор первым покинул нишу. Я немного постояла у стены, успокаивая и пустившееся вскачь сердце, и магию. А затем отправилась к спуску в подвал.

У двери я наткнулась на Гаэру, который как раз поднялся по лестнице.

— Где ты ходишь? — начал возмущаться историк.

Но я сунула ему под нос забинтованную руку и сообщила:

— Сказали повязку не мочить.

— Внимательней нужно быть с зельями, — презрительно бросил он.

— Обязательно, в следующий раз, — буркнула я. — Мне пора возвращаться на занятия.

И хотела уже развернуться и уйти. Но Гаэру остановил меня.

— Куда пошла? Тебя как раз вызывает декан Орус.

А этому что от меня надо?

С этой мыслью я покорно поплелась вслед за магистром в деканат.

Дан Ихлас

Рэйн-младший сегодня принимал просителей в своем “уличном” кабинете. Вокруг стола, где расположился юный сын правителя, нервно переминались с ноги на ногу местные крестьяне. В их взглядах читалось уважение. Дан привалился к кирпичной стене ближайшей казармы и, прищурившись, наблюдал за работой мальчишки.

Жжение в плече сменилось ломотой и онемением. Еще одна проблема… Но его главная проблема должна сейчас идти на урок. Сильвестр подпрыгнул, и куратор подхватил своего наджи здоровой рукой. Острые коготки вонзились в воротник рубашки, а затем кот пробормотал:

— Почему ты не сказал Лайе, где получил эту рану?

— Меньше знает, крепче спит, — бросил Дан.

— Она крепко спит, только когда ты рядом, — хихикнул кот. — Да и ты тоже.

Тут куратору следовало с ним согласиться. В комнате Лайи он засыпал почти мгновенно. Его не терзали мрачные сны о прошлом, а желание снова поцеловать свою ученицу получалось сдерживать. Магию внутри явно устраивал сон в одной комнате с избранницей. Во всяком случае, пока…

Предыдущий опыт со снами и пижамой показывал, что в любой момент это могло измениться. Оставалось надеяться, что если держать себя в руках, “темный свет” не будет чинить новых проблем. И не заставит куратора и адептку нарушить правила за пределами Старого Круга и Священной ночи.

Сильвестр подобрал пушистый хвост и добавил:

— По крайней мере, Лайя не попадает в неприятности, пока ты в ее комнате.

Дан рассеянно кивнул. Мысли снова крутились вокруг девушки. Она сегодня успела заработать алхимический ожог. Ялину Мерет очень хотелось поставить на место. Но пугать своей магией несовершеннолетних девиц было не в правилах Дана.

Рэйн бросил взгляд в сторону казарм и верно истолковал появление куратора. Через несколько минут он шлепнул последнюю печать и поднялся.

Привратники поняли друг друга с полуслова. Обменялись приветственными кивками и прошли в небольшую гостиную, где Шестой принимал Тулуна.

Дан опустился на диван и ссадил туда же Сильвестра. Сокрол-наджи Шестого восседал на спинке его кресла. Слуга подал чай, и куратор быстро доложил о том, где Лайя встретила Арджуманда.

Рэйн покачал головой:

— Судьба раз за разом сталкивает твою напарницу с Арджумандом. Что ему может быть нужно от рунного портала? Разве он сможет с его помощью навредить?

— Не знаю, — ответил Дан. — Но его интерес настораживает.

Мальчишка откинулся на спинку кресла и с досадой произнес:

— А у нас в этом году нет толковых боевых двоек с четвертого-пятого курса, кто рискнул бы принимать участие в турнире. Жаль, что Лайю не перевели сюда раньше. За полгода ты бы ее натаскал…

— Нет, даже не думай, — отрезал куратор, чувствуя, как внутри поднимается злость. — Для нее это смертельно опасно. У нас нет должного навыка работы в паре, а после каждой попытки объединения магии Лайя попадает в госпиталь.

Несмотря на юный возраст, Рэйн хорошо знал свой долг перед империей и Южным герцогством. Был готов сделать все, чтобы его выполнить, даже если для этого приходилось чем-то жертвовать… И Дан всегда принимал это. Но одна мысль о том, что рисковать будет Лайя, приводила его в бешенство.

Куратор поморщился, шевельнув больным плечом, и поймал цепкий взгляд мальчишки.

— Ранен? — сразу догадался Рэйн.

— Да, и это еще одна проблема, — нехотя сообщил Дан. — Вчера возвращался в комнату поздно, и не через дверь. Каково же было мое удивление, когда я обнаружил там один неприятный сюрприз. Взрывающиеся семена песчаного плосколиста, на последней стадии созревания. Похоже, их подбросили под дверь, минуя охранное заклинание.

Шестой протянул руку и погладил перья своего сокола.

— Интересно, — протянул он. — Это предупреждение, или расчет был на то, чтобы вывести тебя из игры?

— Возможно, и то и другое. Знать бы еще, это подарочек от декана Оруса или еще от кого? Я никому не говорил о ране, кроме лекаря, тот не болтлив. Пусть гадают, досталось мне или нет.

Рэйн задумчиво кивнул, а затем внезапно сменил тему.

— Я подумаю, кого бы приставить к Арджуманду и что делать с турниром, — решил мальчишка. — Сам понимаешь, отец в наши догадки не поверит. Но сначала придется выдержать один из светских раутов, которые ты так не любишь. До моего дня рождения считаные дни. Я жду, что ты представишь отцу и высшему свету Юга свою новую напарницу.

Дан кивнул, и в памяти тут же встал образ прекрасной девушки в бордовом платье. Он поднялся и сообщил:

— Хорошо, что ты напомнил про бал. Отправлюсь в Аллаил. К празднику мне нужно там кое-что забрать…

Таран выскользнула из моей тени и устроилась на плече. Историк неспешно шагал впереди своей утиной походкой. А я пыталась понять, чем заслужила внимание Оруса. Но в голову ничего не шло.

У кабинета декана Гаэру передал меня миловидной секретарше. Блондинка приоткрыла дверь и проворковала:

— Леди Шен явилась по вашему вызову.

После этого я снова оказалась в роскошном кабинете. Мастиф-наджи также дрых на кушетке возле окна. Декан Орус восседал за огромным письменным столом с затейливой резьбой. Завидев меня, он слащаво улыбнулся и кивнул. Я опустилась на один из массивных, обитых бархатом стульев и постаралась сделать невинное лицо.

Судя по взгляду декана, позвали меня не для того, чтобы ругать…

Подтверждая мои догадки, Орус начал:

— Ах, дорогая, как проходит твое обучение? Вижу, твоя магия подросла. Но мне докладывают, что вчера ты попала в госпиталь. Второй раз…

Он сделал многозначительную паузу. Я натянуто улыбнулась и хлопнула ресницами, надеясь, что выгляжу достаточно глупой. А затем сообщила:

— Ничего страшного, я была неосторожна. Куратор Ихлас не успел меня остановить.

Орус словно бы этого не услышал и продолжил:

— Герцог Мерет сегодня был здесь. Он искренне беспокоится о тебе. Дангатар — неопытный куратор, и он никого не слушает. Возможно, опыт других привратников помог бы тебе быстрее осваивать магию. Знаю, у вас сложные отношения с Пятым…

Я едва не поперхнулась. Папочка сообразил, что силой Дана меня не испугать, и теперь предлагает с магией помочь? Причем через посредника в виде декана, сам не пришел.

С большим трудом я затолкала поглубже рвущиеся с губ грубости, а затем отрезала:

— Нет. Только не он.

— Я могу подыскать тебе другого помощника, — снова заговорил Орус.

Но я с наивной улыбкой спросила:

— Разве меня может обучать привратник с другим типом магии? Куратор Ихлас тренирует меня очень хорошо…

А еще он хорошо целуется и проводит ночи в моей комнате. Но об этом Орусу точно знать не обязательно. Какое-то время декан распинался про бесценный опыт, которым обладает герцог Мерет. Но не встретил на моем лице понимания, и разговор увял. После этого я была отпущена на уроки. Напоследок Орус добавил:

— Если поймешь, что тебе нужна помощь, Лайя, обратись ко мне. Я готов решить любую твою проблему.

Заверив декана, что при случае обязательно воспользуюсь его щедрым предложением, я покинула кабинет. Когда мы отошли на достаточное расстояние от деканата, бабочка на моем плече прошептала:

— Не нравится мне этот тип.

— Да, — согласилась я. — Что же им нужно от меня?

Но ответ найти я пока не могла. И больше всего меня волновала рана куратора. А еще лекарь напомнил мне о том, что скоро меня ждет первый бал на Юге. И не в Академии, среди адептов. А — о, ужас! — во дворце Правящего герцога Юга. Я почти никого здесь не знаю и не привыкла находиться в столь высокородном обществе. Только возможность надеть потрясающее платье меня немного утешала.

— Подарок? — удивленно переспросила я, чувствуя, как сердце ускоряет свой бег.

В руках куратора появилась плоская шкатулка из темного дерева, на крышке которой была вырезана пальмовая ветвь. Когда Дан открыл ее, метка на руке чуть потеплела. И на мгновение я перестала дышать.

Я успела забыть про огненный опал, который отдала ему в Священную ночь. Круговерть событий начисто стерла этот момент у меня из памяти. Подарок Тынчтыка лежал на темном бархате, и теперь его обрамляли изящные линии золота. Вместе они составляли колье невероятной красоты. Камень словно сиял изнутри рыжим светом. К нему прилагались золотые сережки с крупинками того же опала.

Несколько мгновений я молчала, пытаясь найти хоть какие-то слова. Разум и совесть требовали отказаться, но куратор смотрел так, что язык не повернулся.

— Спасибо, — прошептала я и позволила ему застегнуть на моей шее невероятное украшение.

С серьгами я справилась сама. И только после этого заметила, что Таран устроилась на макушке Сильвестра. Оба выглядели очень довольными. Кот деловито произнес:

— А если спросят, откуда, всегда можно сослаться на какое-нибудь наследство от матери… Никто и понятия не имеет, что тебе от драконов должно было достаться.

Я кивнула и заметила, что Дан буквально поглощает меня взглядом. Отвернувшись к зеркалу, я начала:

— Если вы на балу будете на меня так смотреть…

— Там не буду, — неожиданно серьезно пообещал он. — Поэтому смотрю сейчас.

Таран перелетела ко мне на плечо и спросила:

— Нам нельзя будет показываться?

— Можно, — ответил ей Сильвестр, направляясь к хозяину. — На светских мероприятиях найдется место и для наджи.

— Только нужно быть осторожнее, — предупредил куратор. — Звери могут следить за кем-то по приказу хозяев и пытаться выведать секреты. Поэтому не сомневайся — все будут чопорно вежливы и не будут обсуждать ничего серьезнее природы и погоды.

Я поспешно кивнула и шагнула к нему. После этого Дан коснулся своего кольца для перемещения.

Когда вихри магии развеялись, я обнаружила, что мы стоим перед огромными воротами. Теплый свет магических фонарей бросал отсветы на доспехи стражи. Куратор предъявил приглашения, и один из слуг засеменил перед нами, провожая внутрь.

Я никогда не бывала во дворцах, и теперь с интересом оглядывалась. Мы пересекли двор и сад с какими-то незнакомыми растениями. После этого начались переходы и лестницы. Я ждала, что нас поведут в бальный зал, но сначала мы попали в очередной сад. Здесь слуга оставил нас. А я огляделась и не смогла сдержать восхищенный вздох.

Дворец возвышался на горе, и об этом я успела забыть. С одной стороны сад ограждала невысокая стена. А внизу как на ладони лежал город Аллаил. Желтые цепочки огней разрезали черную и четкую ночную тьму. В центре серебрилась река, которая делила столицу пополам. А на другом берегу, за ремесленными кварталами и рынком, сияла белая громада Академии Привратников.

До нас донеслись голоса и женский смех. Только после этого я обернулась и увидела за колоннами бальный зал. Вслед за куратором я шла мимо подстриженных кустов к ступеням, которые вели к этим колоннами. У них Дан остановился и произнес:

— Сначала я должен представить тебя Правителю.

Внутри оказалось просторное помещение, стены которого покрывала расписная плитка. Большая часть гостей уже прибыли. Пока я шагала вслед за куратором, на нас глазели. В спину летели шепотки. Я старалась не прислушиваться, но некоторые голоса настырно лезли в уши.

— Говорят, он ее два раза чуть не убил…

— Бедняжке так не повезло…

Таран и Сильвестр остались в саду. Оставалось надеяться, что кот присмотрит за своей боевой подругой.

Чета правителей восседала в креслах на возвышении. Оказалось, что и Шестой, и его старший брат были практически полной копией отца. Герцогу я бы дала лет сорок пять, а его старшему сыну — лет двадцать. Супруга правителя, чопорная леди в алом платье, с темными волосами, уложенными волосок к волоску, на меня даже не посмотрела. У их ног возлежали наджи — огромный лев и львица, которые выглядели не менее царственно.

Герцог удостоил меня внимательным взглядом.

— Лайя Шен из Восточного герцогства, моя ученица и напарница, — официально представил меня Дан.

Под взглядом Заида-старшего хотелось съежиться. Наконец, тот благосклонно кивнул и заявил:

— Жду, что ты воспитаешь себе достойную напарницу, Дангатар. Говорят, магия у нее слабовата. Но сейчас, когда нападения демонов участились, Югу очень нужна сильная боевая двойка.

Куратор дернул уголком губ, но возражать не стал, только поклонился. А я тут же вспомнила, как бесславно закончилось наше предыдущее слияние.

— Я приглядываю за ее обучением, — заверил отца Рэйн-младший.

Мальчишка, по случаю дня рождения затянутый в богато украшенный светлый костюм, выглядел невероятно довольным. Наверное, тем фактом, что наша уникальная парочка приписана к его Вратам. Они обменялись взглядами с Даном, и тот отвел меня в сторону. Возле одной из колонн куратор замер и шепнул:

— Я скоро вернусь. Похоже, у Рэйна есть ко мне дело. Развлекайся и думай, прежде чем что-то говорить.

С этими словами он направился в дальний угол зала. Мгновение спустя сокол-наджи сорвался со спинки кресла Шестого и направился в ту же сторону. На меня продолжали глазеть, и я обернулась, чтобы поискать закуски. А также уголок, чтобы спрятаться от любопытных взглядов.

Но прежде чем я дошла до стола, заиграла музыка. Меньше всего я ожидала, что кто-то из присутствующих пожелает пригласить меня на танец. Но, увы, это случилось.

А человека, который преградил мне путь, и вовсе бы век не видела…

Сегодня он был одет в синий парадный костюм. Но я сразу вспомнила эту короткую стрижку и длинный шрам, который начинался слева над верхней губой мужчины и заканчивался над правой бровью, словно перечеркивая его лицо. Старший советник дражайшего папочки, как там его зовут… Джуан Эльяр. Именно этого человека, по словам куратора, Пятый прочит мне в женихи.

Советник церемонно поклонился мне и протянул руку, приглашая на танец. Я посмотрела на протянутую ладонь, как на ядовитую змею, и доверительно сообщила:

— Знаете, я очень плохо танцую. Наверное, вам стоит подыскать себе кого-то… более умелого.

Но Эльяр не отступил. Со спокойной улыбкой он произнес:

— Я достаточно искушен в танцах, чтобы нивелировать ошибки леди. Можете быть спокойны.

Очень хотелось нагрубить. Но я чувствовала, что на нас смотрят, а Эльяр в этот момент не выглядел мерзавцем. Так что я все же неохотно протянула руку.

Хватка мужчины оказалось жесткой, и когда мы шагнули в круг танцующих пар, я почувствовала себя зажатой в тисках. Взгляд советника стал внимательным и хищным. От волнения сбивалось дыхание, я пыталась нарочно ошибаться, но моего кавалера это не смущало. Я бросала отчаянные взгляды по сторонам. Но, как назло, не видела никого знакомого.

Только заметила Ялину, которую кружил в танце старший сын правителя. После увидела Пятого. Его партнершей оказалась женщина с породистым, но совсем невыразительным лицом и равнодушными, блеклыми глазами. Мне показалось, что Мерет обменялся взглядами с Эльяром.

Я старательно запнулась и наступила советнику на ногу, но тот не дрогнул. И в ответ на извинения, которые я процедила сквозь зубы, только с улыбкой произнес:

— Вижу, вы и правда пошли характером в мать, юная леди. Но я вам не враг. Наоборот, я могу стать вашим спасением.

— В спасении не нуждаюсь, — отрезала я.

— Вы еще слишком юны, чтобы понять, что находитесь в опасности. Герцог Мерет печется о вас в память о Зейре, которую искренне любил.

Я только фыркнула в ответ на этот бред. И вспомнила вчерашний разговор с ректором. Интересно, что изменилось? Пятый больше не пытался давить на меня. В ход пошли уговоры и соратники… Не знаю, зачем я понадобилась отцу, но ставки в этой игре как будто выросли. Сильвестр намекал, что они хотят навредить Дану.

Тут меня посетила догадка, от которой начало мутить. Неужели… навредить они хотят моими руками? Или с моей помощью…

Сразу захотелось отодвинуться от этого типа, а лучше сбежать. Или хотя бы оттоптать ему все ноги. К счастью, музыка закончилась. Но Эльяр не ушел. Только поклонился мне и снова протянул руку:

— Подарите мне еще один танец? Мы не договорили…

Но прежде чем я успела придумать достаточно вежливый отказ или нагрубить, за моей спиной раздался голос куратора:

— Лайя обещала этот танец мне.

Я сдержала вздох облегчения и повернулась к Дану. Мои пальцы тут же оказались в его ладони, и ничего в этот момент не могло порадовать меня сильнее. Снова зазвучала музыка и, неловко кивнув Эльяру, я позволила куратору увлечь меня за собой.

Как только мы сделали первый шаг в танце, он спросил нахмурившись:

— Что произошло? Этот… обидел тебя чем-то?

Бешенство в его голосе пролилось бальзамом на душу.

— Нет, — пробормотала я в ответ. — Но танцевать с ним было ужасно неприятно.

В ответ Дан привлек меня к себе чуть ближе, и на миг я перестала дышать. В нем бурлила темная и теплая сила, моя прохладные пальцы лежали в такой же теплой мужской ладони. Я отстраненно подумала, что магия, которую здесь все считали опасной, была для меня лучшей в мире. Как и человек, которому она принадлежала.

Тут совести следовало проснуться и напомнить, что передо мной куратор. Но я затолкала все свое драконье воспитание поглубже и просто наслаждалась моментом. И Дан, кажется, тоже. Я ловила на себе его потемневший взгляд, от которого в памяти всплывали картины Священной ночи.

Кожа покрылась мурашками, хотелось, чтобы танец длился вечность. А когда музыка стихла, метка над правым локтем начала стремительно нагреваться. Дан нахмурился, словно что-то заметил. И я поспешно сказала:

— Меня зовет Таран. Вернусь через минуту.

Естественно, бабочка в этот момент беззаботно болтала с другими наджи. Но, пользуясь замешательством куратора, я скрылась в толпе и быстро проскользнула к колоннам. Затем сбежала по ступеням и по одной из дорожек направилась вглубь сада. Очень хотелось рассмотреть пятно на руке, но я побоялась трогать рукава. Поэтому просто забилась в самый дальний уголок возле стены и накрыла горячее место ладонью.

С чего она пробудилась? Из-за того, что я чувствовала к Дану? И что этой штуке нужно, чтобы успокоиться? Я не знала, что метка означала на Юге. Но сейчас явно самое неудачное время, чтобы явить ее остальным привратникам.

Прислонившись лбом к холодной стене, я закрыла глаза, мысленно стараясь усмирить магию на коже. Но в этот момент за спиной раздались шаги. Я затравленно обернулась и обнаружила, что ко мне приближается Дан.

Бежать было некуда. Мои лопатки упирались в стену. Куратор подошел ко мне вплотную и… наверное, ощутил метку. Его взгляд остановился на моей руке. И тут я поняла, что если привратникам известно об этой штуке, то точно не Дану. На его лице появилось непередаваемое изумление.

— Это… что? — озадаченно спросил он.

— Давайте поговорим об этом дома, — прошептала я.

Он хотел возразить, но я накрыла его губы пальцем и еще сильнее вжалась в стену. Потому что из-за кустов донеслись знакомые голоса.

— Сейчас не время и не место для таких разговоров, — говорил Пятый. — Здесь любопытных ушей…

Ему отвечал Арджуманд:

— Я обязан передать послание сейчас. Это касается наших планов на границе. Иначе… сами понимаете, что будет.

— Хорошо, — поколебавшись, ответил Мерет. — Зайдем подальше. Все еще увлечены танцами, а Рамаль говорит, что здесь нет других наджи.

Теперь шаги неумолимо приближались к нам. Кажется, сейчас здесь состоится очень важный разговор…

— Подслушать бы, — одними губами выдохнула я в ухо Дана.

Но и сама понимала, что тропинка скоро выведет их к тому месту, где мы стояли, и спрятаться здесь не получится. А мы еще так близко...

— Я не взял зелье для отвода глаз, — так же тихо и с досадой ответил куратор.

— Если бы мы могли объединить магию… — вздохнула я. — Они бы не смогли нас увидеть, верно?

В груди растекалась обреченность. Мерет и Арджуманд идут сюда, они могут заметить и нас, и метку. А еще мы ничего не узнаем о планах этих двоих. А куратор Ялины что-то замышляет вместе с демонами!

— Почему же я такая слабачка…

Я и не заметила, как произнесла это вслух. Пальцы Дана внезапно коснулись моей щеки. Он заглянул мне в глаза и шепнул:

— Есть у меня одна идея, что поможет нам объединить магию без последствий…

Я сразу поняла, что он имеет в в виду. Но куратор провел большим пальцем по моим губам, обозначая намерение. Мысль о сопротивлении даже не пришла мне в голову. Я молча вцепилась в плечи Дана, пробуждая магию. И тогда он наклонился и поцеловал меня.

Темная и теплая сила крепко переплелась с моей. Но на этот раз пьянило не всемогущество, которое принесло это слияние, а горячие губы куратора. И если в Священную ночь он словно каждым движением присваивал меня, то сегодня целовал так, будто мечтал это сделать по меньшей мере тысячу лет. Впивался в мои губы, как умирающий от жажды в кружку с водой, и решительно не желал выпускать.

А я только отчаянно прижималась к Дану, чувствуя, как с каждым движением внутри меня просыпается жар, и слабеют ноги. Куратор отстранился рывком и развернул меня. Теплая рука обхватила меня поперек живота, заставляя прижаться к нему спиной, и я почувствовала себя обделенной.

Пятый и Арджуманд уже стояли в паре шагов от нас и бдительно оглядывались. Серое марево объединенной магии надежно укрывало меня и куратора. Я чувствовала, что его сердце колотится также, как и мое. А еще Дан контролировал и направлял силу.

Тут я ощутила, что метка в виде пальмового листа уснула и больше не обжигает кожу. И что это было? Танец-то ей чем не понравился, что она пробудилась? Или магия хотела сказать нам: “Хватит ходить вокруг да около, целуйтесь уже”?

Только я успела подумать об этом, как Арджуманд заговорил:

— Он хочет скорее получить результат. Диверсии на Севере и Западе провалились. На Востоке тоже что-то идет не по плану. Юг должен оправдать его доверие и пробить брешь в обороне империи. Иначе… сами понимаете, что ждет Меретов.

— Знаю, — процедил Пятый, на миг стискивая кулаки. — Но этот щенок что-то подозревает и все время вертится вокруг нас. А девчонка уперлась и не понимает своей выгоды.

— И у Ялины пока ничего не вышло, — добавил Арджуманд.

Пятый мрачно кивнул. А затем проговорил:

— Что ж, послание ты мне доставил. Принято.

После этого Арджуманд как будто выдохнул и растер плечо. Я почувствовала, как напрягся за моей спиной Дан. Парочка начала молча удаляться. Когда они скрылись в кустах, я ощутила головокружение. Куратор тут же выпустил меня и разорвал магическую связь. Я обессиленно привалилась к стене. Дан обеспокоенно шепнул:

— Ты в порядке?

— Не очень, — пробормотала я. — Но падать в обморок пока не собираюсь. Что это было? Почему Арджуманд сообщил это в такое неподходящее время?

Поразмыслив, куратор неохотно сообщил:

— Похоже, это какой-то вид принуждения. Когда Пятый сказал “принято”, я ощутил на теле Арджуманда какую-то магию. Возможно, она и заставила его передать послание здесь и сейчас. Но самое плохое… Выходит, что Мерет с ним заодно. И над ними есть кто-то еще.

Я согласилась:

— Выходит, что так. И Арджуманд говорил про другие герцогства. Значит, это кто-то выше Пятого Привратника.

Дан мрачно кивнул.

— Да, это явно птичка очень высокого полета. Придется доложить Шестому и Луди. Но не сегодня. Не буду портить Рэйну праздник. Нам нужно вернуться на бал. Ты первая. Постарайся ни во что не ввязаться, пока я не догоню тебя. Постой в сторонке и отказывай всем.

Я кивнула, потирая висок. И добавила:

— Все равно танцевать не смогу. Так и скажу, что еле на ногах держусь.

Но до бального зала я добралась довольно быстро. Дан пошел в обход, чтобы никто не заподозрил нас… Ни в том, что мы подслушали разговор Мерета и Арджуманда, ни в том, что мы целовались. Можно было сколько угодно говорить себе, что исключительно ради благого дела. Но в душе я понимала, что это не так. И что дальше делать с чувствами, совершенно не ясно. И что делать с папочкой-интриганом?

Внутри дворца продолжались танцы. Я в точности исполнила то, что велел куратор. На еду смотреть не хотелось, поэтому я отправилась подпирать стенку в самый дальний и тихий уголок зала. Но он недолго оставался таковым.

Не прошло и минуты, как рядом появился тот, кого я сейчас меньше всего желала видеть. Герцог Ясин Мерет бесцеремонно сунул мне в руку бокал с полупрозрачной беловатой жидкостью и будничным тоном произнес:

— Плохо выглядишь. Пей.

— Что это? — с сомнением спросила я, разглядывая белую стружку, которая плавала в странном напитке.

— Что-то вроде сока одного из редких местных фруктов, — туманно пояснил Пятый. — Попробуй, тебе понравится.

Я задумчиво хмыкнула, но не сделала ни глотка. И, продолжая держать в руках бокал, спросила:

— С чего такая забота?

— Если скажу, что в память о твоей матери, не поверишь?

Я посмотрела на него с плохо скрываемым скепсисом. Неужели ради достижения своих целей герцог Мерет сейчас изобразит задушевный разговор с ненужной дочерью?

Но в этот момент за его спиной раздалось совсем не деликатное покашливание. Выбранный мной закуток окончательно перестал быть тихим местечком, а готовился стать плацдармом для семейных разборок. Яростно сверкая глазами, рядом с Пятым стояла Ялина.

Сестрица метнула на меня ненавидящий взгляд, но я только иронично улыбнулась в ответ. Пятый покосился на законную дочь, а затем снова повернулся ко мне.

— Отец… — начала Ялина. — Нам нужно поговорить.

— Поговорим дома, — холодно ответил он.

Ялина приблизилась и с презрением произнесла:

— Тебя мама ищет, а ты возишься с этой…

Но Мерет, сдерживая раздражение, повторил:

— Поговорим позже, Ялина. У меня дела, которые не касаются ни тебя, ни твою мать.

На миг мне даже стало ее жалко. А после я заметила, что Пятый внимательно смотрит то на мое лицо, то на бокал в моей руке, явно прикидывая, как заставить меня употребить меня странный напиток по назначению.

Я стиснула бокал в руке, соображая, как избавиться от дара папочки. И вместе с этим пробуждилась магия. Занятия Дана не прошли даром — контроль силы у меня улучшился. Но на этот раз холодный белый свет вспыхнул на моих пальцах совсем не вовремя. Стекло хрупнуло, вонзаясь в ладонь. Я зашипела и разжала руку. Раздался звон, осколки бокала, окрашенные алым, упали на пол. Беловатая жидкость с розовыми разводами растеклась по паркету.

— Дура! — хлестко произнес герцог, протягивая мне платок.

Но я лишь зажала порез и процедила:

— Мне ничего от вас не надо.

С этими словами я пошла прочь, гордо вскинув голову и стараясь сделать так, чтобы капли крови не упали на платье. Через несколько шагов я обернулась и увидела, что Пятый удаляется в противоположном направлении, оставив растерянную дочь стоять возле окровавленных осколков. Ялина присела, как будто что-то уронила, и тут же выпрямилась.

Наконец, я заметила Дана и поспешила к нему.

Куратор со мной не церемонился. Тут же вытащил платок и мрачно спросил, умело перевязывая мою руку:

— Что произошло?

— Пятый желал угостить меня какой-то местной диковинкой, — пояснила я. — Но я “случайно” разбила бокал.

— С-скотина, — процедил Дан, затягивая узел.

Он обвел взглядом зал, словно выискивал Мерета. Я поблагодарила и с искренней радостью произнесла:

— Ну вот, еще один повод не танцевать.

Куратор внезапно поскучнел и с показным равнодушием спросил:

— Со мной тоже не пойдешь?

Отказаться было выше моих сил. Чувствуя, что сердце пытается выпрыгнуть из груди, я протянула ему руку. Когда мы оказались в толпе танцующих, я вдруг вспомнила про метку на руке. Но та как будто получила свое, и два последующих танца я наслаждалась музыкой и близостью Дана почти без угрызений совести.

А когда он повел меня в сторону после очередного танца, поймала внимательный взгляд Пятого. Какой-то уж слишком внимательный. Я поспешно сцепила руки перед собой и украдкой посмотрела в его сторону. Дама с невыразительным лицом держалась возле Мерета, и я сделала вывод, что это его супруга.

Ялина в это время шепталась с Низорой у одной из колонн, и обе тоже поглядывали на меня. Правда, ее подружка смотрела в мою сторону как-то неуверенно.

Танцевать мне все-таки пришлось. На этот раз меня пригласил Шестой. Разница в росте играла не в его пользу, но Рэйн-младший оказался довольно приятной компанией. Он шутил и травил байки. За два танца я, кажется, узнала все сплетни двора.

Когда Шестой меня оставил, я огляделась в поисках Дана. Но куратор снова куда-то запропастился. И тут я услышала отчаянный мысленный призыв Таран. Кажется, моя наджи успела найти неприятности.

Я проскользнула мимо ряда колонн и сбежала по ступеням в сад. Далеко идти не пришлось. За первым же поворотом тропинки я заметила под кустами голубой проблеск и какое-то белесое пятно. Приблизившись, я обнаружила, что вокруг бабочки скачет небольшая песчаная лисица с большими ушами.

Да это же наджи Ялины! Она не причиняла вреда, но и не позволяла Таран взлететь. Завидев меня, лисица отступила и оскалилась. Бабочка поспешно взлетела мне на плечо.

— Пошла вон! — выпалила я.

— Ты пожалеешь о том, что вернулась на Юг, — прошипела лиса и скрылась в кустах.

Я погладила трепещущие крылья Таран и спросила:

— Где Сильвестр? Что ей было нужно?

— Следит за Рамалем, — пропищала она. — Я отвлекала эту... Правда, я молодец?

Больше ничего спросить я не успела. Мое внимание привлекло белое сияние за стеной, на другом конце города. Я вскинула голову и увидела, что одну из шести башен Академии охватил огромный язык белого пламени. Отсюда она казалась правой дальней. Я уже видела подобное в ночь, когда мы ловили скочирога… Тогда куратор сказал, что свет сообщает о нападении на Пятые врата. Значит, сейчас атакуют соседей, Четвертые или Шестые?

Словно в ответ на мои мысли Сильвестр вынырнул из кустов и мяукнул:

— Идем. Тебя ищет Дан. Пора возвращаться в общежитие.

— Демоны напали на Шестые врата? — догадалась я.

— Верно. Дан примет удар.

Кот развернулся и потрусил в сторону дворца. Я последовала за ним. Когда мы подошли к лестнице, Дан уже ждал нас. Он бросил короткий взгляд мне за спину и сказал:

— Мне нужно быть у Врат. Сейчас я отведу тебя в общежитие.

Я кивнула, чувствуя, как внутри все сжимается от тревоги. После этого я вдруг заметила, что в тени одной из колонн застыл Пятый. Он внимательно и жадно наблюдал за нами, ловил каждый жест.

От этого меня прошиб холодный пот. Мерет и во время танца смотрел в нашу сторону… Неужели он о чем-то начал догадываться?

Вслед за куратором я направилась к выходу из сада. В голове все это время вертелась одна мысль. Если Пятый поймет, что нас связывает с Даном, он обязательно использует это против него. Наверняка здесь тоже предусмотрено наказание за связь с адепткой.

На Востоке оно суровое — лишение всех титулов и званий. Затем ссылка на внутреннюю границу, где нарушителя ждала скучнейшая жизнь, недостойная дракона. Даже если нравы Юга не такие суровые, Мерет явно призовет на помощь все свои связи, чтобы убрать с дороги моего учителя.

Под эти невеселые размышления мы дошли до ворот и оказались за пределами дворца. Там куратор шагнул ко мне, одновременно касаясь кольца. На этот раз мы оказались не в моей комнате, а во дворе академии. Над нашими головами продолжала ослепительно сиять одна из башен, а от дверей общежития для преподавателей к нам уже спешил Палван.

Дан скользнул взглядом по моему плечу и приказал:

— Возвращайся в комнату. Завтра поговорим.

Я тут же вспомнила, что сегодня он почувствовал метку, и едва не застонала от досады. Придется объясняться с ним… Хорошо, что не сейчас. И хорошо, что она снова уснула.

Кураторы обменялись кивками и скрылись в вихрях портальной магии. А я побрела в комнату. Таран попыталась меня утешить:

— Дан и Сильвестр очень сильные. А праздник вышел потрясающий.

Она сорвалась с моего плеча и начала возбужденно порхать над головой.

Тут я вынуждена была согласиться. Сложно сказать, что потрясло меня больше — новый поцелуй или подслушанный разговор.

В общежитии уже царила тишина, я умылась и легла в постель. Я была в комнате одна, и только этот факт должен был способствовать крепкому, здоровому сну. Но сколько бы я ни пыталась уснуть, ничего не получалось. Один мужчина лишал меня покоя и своим присутствием, и своим отсутствием.

— Рядом с ним ты спишь, как младенец, — напомнила Таран со своей половины подушки.

Я ничего не стала отвечать. Только отвернулась и закрыла глаза, пытаясь отогнать лишние мысли. Но с ужасом поняла, что хочу есть. На празднике я не съела ни крошки, не попробовала никаких закусок. И теперь желудок напоминал, что во время слияния вместе с магией я потратила немало сил, и было бы неплохо их восполнить.

Отчаявшись уснуть, я встала. Набросила халат и побрела на кухню со слабой надеждой найти что-то съестное. В коридорах горели редкие фонари, а на лестнице я споткнулась и едва не пересчитала носом ступеньки. Тогда Таран полетела впереди, разгоняя темноту своими сияющими крыльями.

Стоило мне оказаться на первом этаже, как я увидела старых знакомых. Сайлав и Юлиан вытаращили глаза и попытались что-то спрятать за спиной. Я благоразумно не стала приглядываться, но на всякий случай подозрительно спросила:

— Что вы здесь делаете?

— Да так, ничего, — отмахнулся Сайлав. — А ты?

— Хочу раздобыть еду, — призналась я.

— Безнадежно, — покачал головой Юлиан. — Там сегодня Астрид кашеварит. Мимо нее в кладовку не пробраться. И за попытку она по головке не погладит.

— Как раз погладит, — возразил его приятель. — Сковородкой. Ну, мы пойдем. Доброй ночи, Лайя.

После этого парни быстро умчались вверх по лестнице. Я даже не успела расспросить их, кто такая эта Астрид. Имя какое-то странное, будто северное…

— Наверное, кухарка, — предположила Таран и поторопила меня: — Идем уже, тебе нужно поспать. Давай раздобудем ужин быстрее.

Я согласно кивнула и поспешила в сторону кухни, стараясь ступать тихо. В конце концов, у меня нет плохой репутации, как у этих оболтусов. Может, если сделать лицо пожалобнее, мне отжалеют бутерброд?

Из большой кухни и правда раздавались стук и бормотание. Я осторожно приоткрыла дверь и юркнула внутрь. И едва успела увернуться от здоровенной чугунной сковородки, которой махнули перед моим лицом. Я врезалась спиной в стену, и только после этого поняла, что грозная кухарка выглядит совсем не так, как я ожидала.

После слов парней в моей голове сложился образ пышнотелой женщины с суровым взором, тяжелой рукой и сковородкой наперевес. Нет, сковородка имелась, здоровенная и закопченная в бою с обедом и ужином для ненасытных адептов. Вот только держала ее хрупкая девочка, которой навскидку можно было дать лет пятнадцать.

Ее лицо оказалось таким породистым, что сразу было ясно — в предках потопталась аристократия. А снежно-белые волосы, собранные в тугой пучок, явно намекали, аристократия какого герцогства. Как там ее назвал Юлиан, Астрид? Имечко северное…

Юная кухарка смерила меня недоверчивым взглядом и спросила:

— Ты кто?

— Меня зовут Лайя, — ответила я. — А ты?

— Астрид, моя мама здесь главная по кухне, а я ей помогаю, — сообщила девочка и выразительно обвела сковородой помещение.

В полумраке слышался стук и шкворчание. Мои ноздри дразнили невероятно аппетитные запахи. Готовили здесь точно не кашу. Желудок протестующе заурчал, напоминая о цели моего прибытия.

Девочка смекнула:

— Пропустила ужин?

— Пропустила и потратила кучу магии, — пожаловалась я. И с надеждой добавила: — Может, у тебя найдется хотя бы бутерброд?

Астрид окинула меня скептическим взглядом и протянула:

— Лайя… Что-то я раньше тебя здесь не видела. И кто же твой куратор?

Репутация Дана была такой, что хвастаться ей не стоило. Но, поколебавшись, я все же сказала правду:

— Дангатар Ихлас.

Девочка изумленно округлила глаза.

— Так ты и есть та самая полукровка, новая ученица Непревзойденного?

Теперь в ее голосе звучал восторг.

— Ну да. А что? — Тут я вспомнила про ее белые волосы и заинтересованно спросила: — Ты тоже полукровка? Твой отец из стражей Севера и не признал тебя?

Астрид усмехнулась.

— Ну как сказать… Он признал, я ношу его фамилию, Ольсон. Только академия мне все равно не светит, магии стражей во мне хватает только на это.

Она снова махнула сковородкой в сторону широкого стола, и я, наконец, увидела источник стука. Пара ножей бодро кромсали овощи и мясо, подгоняемые легким белым ореолом силы.

— Так что я решила с матерью остаться, — продолжила девочка. — Готовить я люблю, да и погода на Юге поприятнее.

С этими словами она направилась к плите и поманила меня за собой.

Огромная сковорода заняла свое место на огне, а ножи перестали стучать. Астрид отправила нарезанное мясо и овощи в сковородку, а затем передо мной оказалась тарелка с аппетитной стопкой тонких блинчиков.

— Больше пока ничего нет, жаркому еще долго томиться на огне, — извиняющимся тоном сообщила девушка.

К блинчикам полагался мед и кружка чая, так что мне оставалось только благодарить ее. Таран в это время порхала по кухне.

— Какая у тебя красивая наджи, — восхитилась Астрид. После этого она заметила окровавленный платок на моей руке и нахмурилась: — Это что?

— Да так, — отмахнулась я. — Хотела разбить бокал магией, но не успела вовремя разжать руку.

Я не стала упоминать, что во всем виноват мой горе-папаша, и кем он является.

Девушка махнула рукой над кастрюлями, чтобы овощи и мясо начали сами перемешиваться. После этого она достала из какого-то шкафчика небольшую аптечку и споро обработала и нормально перевязала царапину. Мазь приятно холодила кожу.

— Спасибо, — пробормотала я, отправляя в рот блинчик другой рукой.

Астрид лишь благосклонно кивнула и добавила в кипящий суп какую-то приправу. Я оглядела кастрюли и сковородки на плите, а затем спросила:

— А почему ты все это готовишь ночью?

Девушка легкомысленно произнесла:

— Господин Палван зашел и попросил что-нибудь быстрое и посытнее… а потом я немножко увлеклась. Ну ничего, у нас есть холодный шкаф с магией, да и караульные на воротах завтракают рано.

Я еще раз пересчитала кастрюли и покачала головой. Ничего себе “увлеклась”! Потом я задумалась о том, куда отправились Палван и Дан. Сейчас они отражают нападение демонов, и куратор там совсем один. Палван наверняка работал в паре еще с кем-нибудь, кроме своей ученицы. А вот мой куратор тем же похвастаться не мог. От волнения аппетит пропал, и я решительно отодвинула от себя тарелку с блинами.

После этого я поблагодарила Астрид и отправилась к себе в комнату, пряча в карман окроваленный платок Дана. Когда мы вышли из кухни, Таран пропищала:

— Она хорошая, правда? И я ей понравилась!

— Хорошая, — согласилась я. — Даже жаль, что у нее слишком мало магии для поступления в академию. Впрочем, с такой внешностью она может найти себе хорошего мужа. Будем надеяться, что у Астрид все сложится хорошо, когда она вырастет… А нас больше не будут гонять с кухни сковородкой.

После блинов и теплого чая, несмотря на тревогу за куратора, я смогла заснуть.

Проснувшись утром, я обнаружила, что Дан так и не пришел ночевать. Комната от этого казалась непривычно пустой. Удивительно, еще прошлой ночью присутствие куратора меня совсем не радовало. А теперья многоге была готова отдать, чтобы он был рядом.

Я села на постели и задумалась. Мне ничего не снилось. Интересно, это значит, что Дан не спал всю ночь, или второй поцелуй отменил этот общий сон? Метка больше не напоминала о себе. Хотя вчера в душевой я украдкой разглядела ее и подумала, что линии стали немного четче.

От куратора не было никаких вестей, и я спускалась на завтрак в отвратительном настроении. Еда казалась совершенно безвкусной. Мысли прыгали от запретного поцелуя к темным делишкам Пятого и Арджуманда, взгляд рассеянно блуждал по столовой.

Сайлав и Юлиан переговаривались с таким видом, будто замыслили очередную бредовую выходку. Низора сидела за одним столом с Ялиной. Только сегодня моя сестричка выглядела невероятно довольной и, наоборот, утешала свою старшую подругу. А Низора была чем-то явно расстроена. Лиса, которая вчера гоняла Таран, вылизывала перья птицы — наджи Низоры.

Наверное, после моего ухода пятый обратил внимание на законную дочь и примирился с ней. Возможно, эта холодность тоже показная… Мерет — интриган, каких поискать.

После завтрака я вышла из общежития во двор и тут же выдохнула с облегчением. По белым плитам в мою сторону быстро шагал Дан. Я не сразу заметила, что куратор в бешенстве. Еще неожиданнее оказалось то, что смотрел он при этом только на меня. А вокруг него по белым плитам стелились ленты темной магии.

Я попятилась и уперлась спиной в одну из белых колонн. Куратор навис надо мной, окружая своей невероятно притягательной теплой силой. Затем он яростно процедил, глядя мне в глаза:

— С ума сошла? Зачем ты это сделала?!

— Сделала что? — непонимающе переспросила я. — О чем вы говорите?

Несколько мгновений Дан смотрел на меня, и чувства на его лице сменяли друг друга. Бессильная ярость и какое-то… отчаяние?

— Значит, не понимаешь… — прорычал он.

После этого куратор схватил меня за руку и потащил к дверям, ведущим в зал с витражным куполом.

Я чувствовала недоумение. И оно только усилилось, когда мы оказались под сводом, сложенными из разноцветного стекла. Дан развернул меня к стене, и теперь мы стояли перед белой доской, на которой были выведены имена участников турнира. Тут до меня, наконец дошло, почему он так зол.

Тонкими пляшущими буквами в конце списка было начертано: “Лайя Шен”. Рядом красовался слабый красноватый оттиск. Но я этого не делала!

Свистящим шепотом я повторила вслух:

— Я этого не делала… Это не мой почерк.

— Но кровь твоя, и магия тоже, — возразил куратор. — Для того, чтобы внести себя в список, имя, кровь и магия должны соответствовать друг другу.

Несколько мгновений я молча разглядывала тонкие кривые линии, а затем произнесла только одно слово:

— Ялина.

Дан продолжал бушевать.

— У Ялины магия развита не по годам, и она тренируется с начала учебного года, — резко произнес он. — Чем ты думала, когда решила состязаться с ней? Ты ввязалась в смертельно опасную игру…

Я повернулась к своему учителю и возразила:

— Ничего подобного! Я не собиралась в это ввязываться. Мне нет дела до Ялины Мерет! Но вчера на балу я расколола магией стакан с напитком, который мне дал Пятый. — Тут я выразительно подняла забинтованную ладонь. — На осколках осталась моя кровь. И мне показалось, будто позже Ялина подняла что-то с пола.

Теперь куратор задумчиво смотрел на доску.

— Линии тонкие… — протянул он. — На стекле остались и твоя кровь, и твоя магия. Думаешь, она вывела имя осколком бокала?

Я только развела руками.

— Другого объяснения у меня нет.

Теперь внутри тоже закипало бешенство. Так вот почему сегодня за завтраком эта девчонка выглядела такой довольной! Она втянула меня в опасное испытание. Решила показать отцу, что она сильнее. И вот о чем говорила ее наджи в саду. Вот о чем я "еще пожалею"…

Я заглянула в глаза куратору и нашла там отражение своей злости. Дан развернулся и бросил:

— Возвращайся в общежитие. Я попытаюсь поговорить с ректором Жолоном. Но дочь Пятого Привратника — не та, кого можно обвинить в подлоге. Чтобы доказать это, нужно нечто большее, чем твои слова.

С этими словами он направился прочь по одному из боковых коридоров. А я осталась стоять перед доской, разглядывая свое имя и пытаясь смириться с произошедшим.

Внезапно тишину зала прорезали знакомые голоса. Первый принадлежал Сайлаву.

— …что я чего-то стою! — пафосно заявил парень.

— Ты что, дурак? — со слезами в голосе крикнула Низора. — Не вздумай этого делать!

Я повернулась к выходу и обнаружила, что Сайлав стремительно направляется в мою сторону. Но на меня он даже не взглянул. Парень остановился перед доской и проткнул себе палец кусочком лезвия, который лежал тут же. А затем поднял грифель и решительно вывел на доске свое имя, одновременно оставляя рядом алый оттиск.

После этого он прочел предыдущую строчку и повернулся ко мне с обескураженным лицом. Низора перестала всхлипывать и теперь таращилась на меня с немым изумлением. Но именно она первой нашла слова. Закатив глаза, девушка возмутилась:

— У вас тут что, клуб самоубийц?

С этими словами она вылетела из зала, размазывая по лицу слезы.

— Что это с ней? — обескураженно пробормотала я.

Сайлав привалился к стене и молча сполз по ней, стремительно серея. Кажется, до парня начало доходить, что он сделал. Сайлав смахнул пот с висков и выдавил:

— Да… Низоре отец намекнул, чтобы после турнира ждала предложение руки и сердца. От кандидата, одобренного семьей, разумеется.

— А ты, значит, решил доказать, что и сам не промах, — догадалась я.

— Вроде того, — сообщил он. — Но Низора считает, что у меня нет шансов, и я всего лишь героически откину копыта среди Дымных скал.

Я посмотрела на лицо парня и осторожно спросила:

— А сам-то ты веришь в успех?

— Ну… — неуверенно протянул он. — У меня теперь нет выбора. Отменить запись на турнир нельзя. Таковы правила.

Я еще раз обреченно посмотрела на свое имя, выведенное на белой поверхности, чувствуя, как внутри снова закипает злость. А Сайлав спросил:

— Ты-то зачем в это ввязалась?

— Низачем, — буркнула я. — Меня “ввязали”.

Парен непонимающе посмотрел на меня, и пришлось пояснить:

— Я этого не делала. Кто-то вписал мое имя, используя мою кровь и магию.

Глаза парня стали круглыми как плошки. Помедлив, он спросил:

— И… ты догадываешься, кто мог такое провернуть?

— Не догадываюсь, — с досадой ответила я. — Знаю. Но доказательств у меня нет.

Сайлав поднялся на ноги и констатировал:

— Ну ты и влипла.

— Дан… Куратор Ихлас пошел к ректору, — неохотно произнесла я. — Может быть…

— Исключено, — покачал головой парень. — Запись нельзя отменить. Если нет доказательств, что кто-то сделал это за тебя, то…

Он развел руками, а я уныло кивнула. После Сайлав быстро огляделся и добавил:

— Пожалуй, я пойду. Непревзойденный наверняка вернется от ректора в отвратительном настроении. Попадаться ему под горячую руку не стоит, особенно мне.

Я проводила взглядом удаляющегося старшекурсника и медленно побрела к выходу вслед за ним. У дверей я спохватилась, что почти ничего не знаю о турнире. С самого начала мне дали понять, что это опасное мероприятие для лучших из адептов. И теперь на звание этого лучшего предстоит претендовать мне. Учитывая, что мы с Даном объединяли магию считаные разы… А если вспомнить, что без последствий мы объединяем ее только после поцелуя…

— Дан обязательно что-нибудь придумает, — попыталась утешить меня Таран.

Но это не помогало. Вместо того чтобы отправиться в комнату или выйти в город, я слонялась по двору, пока там не появился Дан.

Куратор быстрым шагом приблизился. Я с надеждой заглянула ему в глаза. Но по мрачному лицу своего учителя сразу поняла — ничего не вышло.

Дан молча коснулся своего кольца. Не успела я и глазом моргнуть, как мы уже стояли на знакомой утоптанной площадке, огороженной каменной стеной.

— Будем тренироваться, — похоронным голосом возвестил куратор и направился к люку, за которым хранился магический инвентарь.

Я направилась в противоположную сторону и прислонилась к нагретой каменной стене. А затем вдруг ощутила, что за ней что-то есть…

Ничего подобного я еще не встречала. Незнакомая сила одновременно напоминала мою магию или силу других привратников, и при этом была совершенно на них непохожа. Я чувствовала ее на самой границе сознания, но достаточно отчетливо. А еще я точно знала, что это не какой-то сгусток силы, а целая прорва магии. Было в ней нечто притягательное. То, что заставляло меня вжиматься в стену и трепетать внутри.

Пока я прислушивалась к непривычным ощущениям, Дан вернулся и замер в двух шагах от меня. После этого он напряженно спросил:

— Что с тобой?

Я подняла на него взгляд и прошептала:

— Там что-то есть. Такое… невероятное!

Куратор смерил меня недоверчивым взглядом и приблизился. Когда ладонь Дана уперлась в стену, между нами осталось слишком мало пространства. Я судорожно вздохнула. Но в этот момент откуда-то снизу подал голос Сильвестр.

— Почувствовала, что ли? — с такой же недоверчивой интонацией спросил кот.

— Возможно, это последствия… — неохотно проговорил его хозяин.

А я полюбопытствовала:

— Что за этой стеной?

Кажется, этот вопрос я уже задавала, и ответ мне не понравился. Куратор тут же поскучнел и ответил тем самым пустым голосом, после которого не хотелось больше ничего спрашивать:

— Уже ничего.

Может быть, мы стояли слишком близко. А, может быть, ночевки в одной комнате и поцелуи сделали меня смелее. На этот раз я не отступила и задала еще один вопрос:

— А что там было?

— Лайя, ты не хочешь этого знать, — с нажимом произнес Дан.

— Тогда что это за магия? — не отступала я. — Интересно же.

Тут он все же сдался и сухо проговорил:

— Стандартный родовой источник.

Я тут же догадалась.

— Там ваш дом.

— Был, — напомнил он. — И сейчас у нас тренировка. Ясно? Стараниями твоей сестрицы мы теперь участники Ежегодного Турнира. И мы все еще не можем полноценно объединить магию.

Тут я возразила:

— Но во дворце получилось…

— И ты сама знаешь, каким способом, — неожиданно мягко сказал куратор, поднимая руку. Его пальцы осторожно проскользили по моей щеке, заставляя нервно сглотнуть.

— Эй, не здесь, — подал голос Сильвестр.

Дан послушно отступил на шаг и сунул руки в карманы. Я заглянула в его потемневшие глаза. Куратор тряхнул головой, сбрасывая наваждение, и будничным тоном продолжил:

— В любом случае мы не сможем использовать этот способ среди Дымных скал. Там придется быть начеку. Рядом будут демоны и другие привратники.

— С демонами вы и в одиночку неплохо справляетесь… — задумчиво протянула я.

Во взгляде Дана снова промелькнуло бешенство. После этого он пояснил:

— Не все, что обитает в пепельной пустыне, можно уничтожить с помощью одного вида магии. Помнишь, как демоны пытаются уничтожить стену?

Я поспешно кивнула. Забудешь такое! После встречи с этой штукой я оба раза оказывалась в госпитале. Куратор заговорил снова:

— В пустыне есть и другие порождения демонической магии с подобными свойствами. К счастью, они не очень прыткие. Но на маршруте турнира их немало.

Я нашла в себе силы шагнуть в сторону от стены. Мимолетное ощущение странной магии пропало, а я опустилась на большой камень и спросила:

— Как проходит этот турнир? Я ничего о нем не знаю.

— О том, что будет в этом году, пока никто не знает, — сообщил Дан. — Окончательный план утверждает Правитель Юга. Во время состязания нужно добраться до самого сердца Дымных скал и выполнить задание правителя. Оттуда рунные порталы вернут нас в академию. Победитель будет один.

— Рунные порталы, вокруг которых крутился Арджуманд, — напомнила я. — А ведь это шанс. Если он планирует какую-то диверсию…

— То мне будет не до того, чтобы следить за его уловками, — оборвал куратор. — Я буду защищать тебя.

По его лицу пробежала тень. Сильвестр устроился на камне рядом со мной, а его хозяин продолжил:

— Я попытаюсь поговорить с герцогом Заидом, но думаю, это безнадежно. Приступим. Сегодня мы должны установить, насколько ты стала сильнее.

Эта идея мне понравилась. Правда, итог разочаровал.

Дан снова раскладывал передо мной наполненные магией камни в разном порядке. Мне предстояло разбивать уже круги на разной стадии формирования. Холодное сияние подчинялось легче, магии было больше. Как и сил для ее контроля.

К несчастью, утреннее происшествие выбило у меня почву из-под ног. Поэтому атаковала я из рук вон плохо. Раздражение Дана, которое тот старательно сдерживал, совсем не придавало мне энтузиазма.

А еще я все время думала о том, что находится за стеной. Оттуда никогда не доносилось ни звука. Куратор сказал, что там был его дом. И теперь мне еще больше хотелось узнать, что же случилось. Но я не питала иллюзий — мне ничего не расскажут. Разве что Сильвестр поддастся чарам своей крылатой подружки…

Наконец, мой учитель произнес:

— Достаточно на сегодня. Идем.

К этому моменту я уже мечтала пообедать. И с чувством облегчения приблизилась к нему. Дан коснулся своего кольца. Но тут меня ждало еще одно разочарование. Вместо вымощенной белой плиткой двора мы оказались в какой-то комнате.

Сначала я поняла, что она точно не моя. И только после этого заметила широкую кровать, окно, знакомые предметы обстановки. Это же дом в Старом Круге!

Я попятилась и хрипло спросила:

— Что мы тут делаем?

На душе царил полный сумбур.

Куратор неспешно прошел к кровати и с наслаждением вытянулся на ней, по привычке заложив руки за голову. После этого он выразительно посмотрел на мою правую руку и напомнил:

— На балу я заметил на твоем теле странную магию. Ты обещала дома рассказать, что это.

Я попыталась отпереться, чувствуя, как сердце стремительно падает куда-то в пятки.

— Мы не дома.

Хоть бы до вечера дотянуть…

— Ты не уточняла, чей это будет дом, — усмехнулся Дан.

Я с укором посмотрела на него и мысленно застонала. Как же я надеялась, что он забудет…

Молчание затянулось. Я смотрела в пол и пыталась подобрать слова. Таран возбужденно кружила по комнате, выдавая и мое волнение. Наконец, куратор напомнил:

— Ты обещала, что расскажешь. Здесь нас никто не услышит, в этот день слуги не приходят.

Это не прибавило мне смелости. Может быть, поэтому Дан приказал:

— Сильвестр, прогуляйтесь пока.

Кот успел свернуться клубком на подушке, поэтому недовольно приоткрыл один глаз.

— Ну какие же все стеснительные, — фыркнул он и потянулся.

После этого Сильвестр вспрыгнул на подоконник и позвал:

— Эй, мелкая. Пойдем, покажу тебе сад, пока наши голубки воркуют.

Таран не пришлось уговаривать. Бабочка с удовольствием выскользнула в окно вслед за своим пушистым приятелем, а куратор закрыл за ними створку. Я ждала, что он вернется в постель после этого. Но Дан подошел ко мне.

— Начнем сначала, — миролюбиво произнес он и положил руку мне на плечо.

Пальцы куратора скользнули к моему локтю и замерли напротив того места, где под рубашкой и форменным пиджаком скрывался пальмовый лист. После он неспешно заговорил:

— Вчера здесь была какая-то странная магия. Не могу избавиться от мысли, что она похожа на мою. Но это невозможно.

Тут я вскинула голову и внимательно посмотрела ему в глаза. Дан казался искренне озадаченным. Значит, ничего подобного на Юге и правда не существует? Я осторожно начала:

— Почему невозможно? Разве в этом странном сне ваша магия не находится на моем теле?

— Но это же сон… — возразил он и осекся.

И тут я догадалась, что не у одной меня здесь есть тайны.

— Вы узнали, что означают эти сны, — укоризненно констатировала я, сбрасывая ладонь куратора и скрещивая руки на груди.

Вот и шанс потянуть время… А то я даже не знала, в каких выражениях сообщить мужчине, что по драконьим законам он обязан на мне жениться. Правда, по другим драконьим законам его должны лишить всего за совращение адептки… Но, может, у привратников это не действует?

Дан отвел взгляд всего на миг. А затем предложил:

— Сначала ты рассказываешь про магию, потом я — про сны.

Я раздраженно зашипела. Почему первая всегда я?!

Отвечая на наши сомнения, на коже начало разгораться жжение. Кажется, магии надоело, что мы ходим вокруг да около. Куратор подобрался и сверлил взглядом рукав моего пиджака.

— Что там? — требовательно спросил он. — Это и правда… будто моя сила.

Я опустила руки и обреченно выдохнула:

— Ваш родовой знак. Пальмовая ветвь.

Дан задумчиво хмыкнул и спросил:

— И давно он у тебя?

— После Старого Круга… После слияния нашей магии.

О поцелуе я не упомянула, но в его глазах мелькнуло понимание.

— Ты знаешь, что это значит, — уверенно произнес куратор. — Я никогда не слышал ни о чем подобном здесь, на Юге.

Жжение не утихало. Я прикрыла глаза и начала издалека:

— У драконов родовые знаки на теле имеют большой смысл. Магические рисунки означают принадлежность к роду. Чем сильнее дракон, тем их больше… И не только. Перед началом обучения проводится ритуал, после которого каждый адепт носит специальную метку — родовой знак своего куратора.

— Думаешь, эта штука появилась по этой причине? — задумчиво произнес Дан.

Как мне хотелось ухватиться за эту версию! Но я нашла в себе силы сказать правду:

— Нет. Учитывая, когда она появилась… Есть еще один случай, когда на теле девушки появляется метка чужого рода. Это встречается все реже, и сейчас на Востоке есть только одна такая пара. Посланник императора и его супруга. У нас это зовется “выбором дракона”. Когда выбор делает не человек, а его зверь…

Объяснение вышло достаточно сумбурным, но куратор все понял. И принял его неожиданно легко. Чуть помедлив, он сообщил:

— Общий сон между обладателями “темного света” и “светлой тени” означает то же самое.

Настала моя очередь изумленно хлопать глазами. Правда, с принятием у меня было хуже. Новые сведения никак не желали укладываться в голове.

Дан медленно поднял руку и сжал мой подбородок. Не встретив сопротивления, он склонился и снова поцеловал меня. Сомнения и тревоги на какое-то время перестали существовать. Я обвила руками шею куратора, безропотно позволяя вжимать меня в сильное мужское тело. Настойчивый и жесткий поцелуй лишал меня какой-либо воли. Я могла только отвечать на него и впиваться руками в плечи Дана.

Когда мы нашли силы оторваться друг от друга, метка снова притихла. Я прислонилась щекой к его груди и пробормотала:

— Кажется, Пятый начал о чем-то догадываться. Если он узнает, то сможет использовать это против…

— Знаю, — ответил Дан. — Придется быть осторожнее. Никто не должен узнать о пальмовой ветви на твоем теле. Значение местные не поймут. Но догадаются, что это моя магия. Изыскания в библиотеке может привести их к ненужным выводам. И сначала мне придется вывести тебя с турнира в целости и сохранности.

Проблемы навалились с новой силой, и я вздохнула. В этот момент дверь комнаты скрипнула. Я инстинктивно отпрянула от куратора, тот нехотя разжал руки.

Но это оказался Сильвестр. Таран впорхнула в комнату следом за ним.

— Тебя ищет наджи Шестого, — сообщил кот. — Похоже, нужно срочно зачистить область возле Врат. Я сказал, что ты прибудешь немедленно.

Дан помрачнел и с сожалением произнес:

— Поговорим вечером. Возьми в библиотеке книги, где описана пепельная пустыня и твари, которые там обитают.

С этими словами он коснулся своего кольца и перенес нас во двор академии. Я поспешно поправила смятый пиджак. А куратор и кот исчезли в новом вихре магии. Таран опустилась на мое плечо и пропищала:

— У Дана такой интересный сад…

Я уныло кивнула. Но вместо того, чтобы идти в библиотеку, отправилась в комнату. Стоило мне перешагнуть порог общежития, как полноватый вахтер встрепенулся в своем кресле и воскликнул:

— Ах, леди Шен! Вам тут кое-что принесли…

Я ждала, что получу очередное письмо. И безмерно удивилась, когда мне вручили аккуратный ящичек, который еще хранил тепло магии.

— Только что доставили из Восточного герцогства, — сообщил вахтер и посетовал: — Магическая доставка через Скрестный хребет все дорожает и дорожает! Когда уже драконы что-нибудь новенькое изобретут для пересылки…

Я тут же вспомнила про свою просьбу к Энлэю. Неужели получилось?

Пытаясь скрыть нетерпение, я пожала плечами.

— Ой, эту доставку, кажется, кто-то из предков Реншу изобрел. У них давно сильных артефакторов не рождалось. Так что пересылка подешевеет явно не в этом поколении.

После этого я отправилась к себе. Стоило мне скрыться с глаз вахтера, как я вихрем пронеслась по общежитию и влетела в комнату.

Несмотря на предвкушение, я опустила посылку на кровать и задумалась о другом. Дела и наджи появились так некстати, что я толком не успела осознать произошедшее. Рядом с Даном хотелось наслаждаться его близостью, а не думать. Меня затопило запоздалое ликование. Внутри растекалось тепло, хотелось бесконечно вспоминать прикосновения куратора.

На этот раз он поцеловал меня сам. Не потому, что я могла распрощаться с магией. Не для того, чтобы подслушать важный разговор. А подтверждая и принимая выбор судьбы. Выбор магии.

Да и меня этот разговор заставил смириться с произошедшим. Кажется, я по уши влюблена в своего куратора. И, может быть, это не самая большая неприятность в моей жизни.

Мысли снова переметнулись к турниру. Ялина за завтраком была так довольна. Интересно, это расчетливая попытка избавиться от меня, пакость для Дана или отчаянный способ доказать отцу, что она лучше? Им с Арджумандом прочили победу. На ее фоне мои попытки совладать со “светлой тенью” нверняка будут выглядеть особенно жалкими…

От этой мысли настроение испортилось. И тогда я потянулась к посылке. Осторожно прикоснулась магией к крышке небольшого ящика, и тот открылся. Затаив дыхание, я стала разглядывать содержимое.

Энлэй постарался и замаскировал свой подарок. Сверху лежали какие-то приятные мелочи — атласные ленты, знакомые сладости, какие-то притирания в раноцветных баночках. Обычная посылка для девушки. Ну, захотелось привычных вещей, что такого?

Под этим богатством скрывался тонкий и плоский агат красного оттенка. Необычная огранка намекала, что это какой-то артефакт. Но магии я почти не чувствовала. Даже остатки драконьего чутья не проснулись.

Таран опустилась на мое плечо и предположила:

— Возможно, твой драконий дар угасает? “Светлая тень” выросла.

Я вспомнила странное чувство, которое испытала в Старом Круге и нехотя произнесла:

— Возможно. А еще я могла потерять остатки, когда пыталась получить силу с помощью рога. Дан спас “светлую тень”. Но на зачатки драконьей сущности он повлиять не мог.

Бабочка перепорхнула на край коробки, а я продолжила:

— Впрочем, драконья сущность во мне так и не проснулась. Я не получила крылья, так что… это был вопрос времени.

Таран подцепила листок желтоватой бумаги, на котором лежал камень, и возбужденно пропищала:

— Смотри, тут записка.

Я вытащила послание и пробежала глазами по листу. Энлэй вкратце пересказывал последние события в академии, поэтому чтением я увлеклась. И только в конце письма он сообщал, как пользоваться своим подарком. По моим губам скользнула улыбка. Достойная месть Гаэру, который постоянно усложняет жизнь адептам и придирается ко мне.

Осталось придумать, как ее осуществить. Но тут меня ждал печальный вывод. Мне обязательно понадобится помощь. Значит, нужно найти кого-то настолько отбитого, кто согласится в нужный день отвлечь историка. И у меня даже была пара подходящих кандидатов.

Я спрятала посылку в шкаф, закинула в рот конфету и отправилась вниз. Обед я пропустила, внутри теперь кипел азарт. Но сегодня большая часть адептов ушла в город. Так что я отправилась во двор без особой надежды встретить неразлучную парочку авантюристов с четвертого курса.

Но там меня ждала менее приятная встреча…

Дан Ихлас

На зачистке пришлось попотеть, но Дана это даже радовало. Вместе с темной силой внутри бурлили ярость и отчаяние. А еще — безумный страх потерять то единственное, что ему дала судьба. Единственную…

Низшие демоны затаились и устроили лежку в сером песке, неподалеку от врат. Приземистые, покрытые чешуей тела были такого же серого оттенка. Издалека не различить. Если бы эта толпа напала на Врата ночью, ауру паршивцев скрывал бы еще жар пепла. Отбивать атаку созвали бы весь гарнизон. Но днем для этого хватило пары сильнейших.

Шестой самолично спустился в пустыню, чтобы выжечь гнездо вместе с Даном. Когда прах последнего из демонов начал уносить ветер, мальчишка повернулся и полуутвердительно произнес:

— Ты сегодня не в себе.

— Я всю ночь провел на ногах, — парировал куратор, чувствуя, как внутри снова вспыхивают чувства, которые он с таким жаром выплескивал в битве.

Во взгляде Рэйна было сомнение, но он не стал задавать вопросы. А вместо этого с улыбкой похвалил:

— Отличная работа. С тобой удобнее сражаться бок о бок, чем с боевыми двойками. Мне не нужна пара, магия Заидов совершенна. Правда, мне интересно, что вырастет из твоей новой ученицы.

— Стараниями девчонки Мерета, может, и ничего, — процедил Дан в ответ, сжимая кулаки.

Мальчишка удивленно вскинул бровь и стряхнул серые крупинки с рукава простого светлого одеяния.

— Жажду подробностей. Что заставляет тебя так думать?

Темная магия начала стелиться лентами по горячему серому песку, и куратор ответил, почти не разжимая зубов:

— Ялина Мерет использовала кровь Лайи, чтобы записать ее на Ежегодный Турнир Академии. Я ходил к декану и ректору, но те развели руками. У меня нет доказательств. Теперь мы должны участвовать. А Лайя… совсем не готова.

— Но ее магия выросла, — возразил Рэйн. — Кроме того… Ты и сам понимаешь, что это удача. И твой шанс поймать Арджуманда за руку на горячем, если он и правда замыслил предательство на Турнире. И не только Арджуманда, но и, возможно, самого Мерета.

— Магия Лайи выросла недостаточно, — раздраженно ответил Дан. — Я не сын правителя, Рэйн…

Тут он все же осекся и не стал добавлять, что жизнь новой ученицы для него ценней всего на свете.

Шестой огляделся и хитро предложил:

— Инициация может усилить ее магию. Перед турниром будет еще одна Священная ночь.

Перед глазами куратора тут же пронеслись картины того, что случилось в Старом круге. Девичье тело в его руках, нежные прохладные губы. Затем недавний разговор и поцелуй. Можно не сомневаться, что на этот раз его ученица даже не будет против…

Но Дан тряхнул головой и напомнил:

— И это ей не поможет. Да, Лайя станет сильнее. Но у нее не останется времени, чтобы научиться пользоваться этой магией. Разница между уровнями силы все равно требует сноровки. Среди Дымных скал любая ошибка может стоить ей жизни.

Мальчишка развел руками:

— Что поделать, такова природа нашей магии. Чем ближе два привратника по силе, тем проще ей управлять. — Затем он вздохнул и с сожалением признался: — Я не смогу тебе помочь. Отец меня не послушает, если я попрошу отменить запись на турнир. Любой из других привратников мог бы молить его о снисхождении. Но для меня никаких поблажек не будет.

— Знаю, — бросил Дан. — И не жду этого от тебя.

После недолгого молчания мальчишка осторожно начал:

— Возможно, Пятый может спасти твою ученицу… Палван говорит, в прошлый раз Мерет назвал ее дочерью.

Куратор скривился, но не стал ничего говорить. Сильвестр промчался по песку, высоко поднимая лапы, и сообщил, замирая у ног хозяина:

— Все чисто.

Сокол спланировал на протянутую руку Шестого и вторил коту:

— Все чисто.

— Что ж, возвращаемся, — приказал Рэйн. — Ты свободен, Дан.

Куратор побрел к стене вслед за своим начальником, а затем в два прыжка, усиленных магией, преодолел хрустальную стену. Там он подхватил на руки Сильвестра и снова переместился. На этот раз в свое место для тренировок.

Кот соскользнул на землю и проворчал:

— Ты и так потратил много сил, да еще и ночь не спал. Стоит вернуться в академию. — С этими словами он вспрыгнул на валун и вытянулся на теплом камне. А затем добавил: — Идея Шестого не так уж плоха. Инициация…

— … не сделает Лайю равной мне, — возразил Дан, сбрасывая сюртук. — А на турнире ее может спасти только это.

Какое-то время Сильвестр молчал и разглядывал своего хозяина. После этого он бросил многозначительный взгляд на стену за своей спиной и проговорил:

— Допустим, один способ сделать ее равной тебе существует.

— Нет, — отрезал Дан. — Это слишком опасно. Я пойду по другому пути.

Лайя

Сначала я увидела Арджуманда. Он снисходительно взирал на свою ученицу, пока та тихо и оживленно что-то говорила. На лацкане его форменного сюртука снова красовался значок куратора. Значит, достал новый…

Ялина светилась от гордости. Я скрипнула зубами, чувствуя, как внутри просыпается злость. Как же хотелось стереть с ее лица это довольное выражение! Шанс сделать это появится только на турнире. Утереть нос этой талантливой зазнайке будет ох как непросто.

Таран спланировала на мое плечо, и я заметила, что у ног Ялины восседает ее наджи. Песчаная лисица с большими ушами гордо вскинула голову и выглядела такой же довольной собой, как и ее хозяйка. Тут я начала припоминать, как выглядит наджи Арджуманда… и ничего не вышло.

Кажется, ни в одну из наших коротких встреч рядом с ним не было духа-спутника. И почему-то теперь это казалось подозрительным. Вместо того чтобы пройти мимо, я остановилась в нескольких шагах от парочки своих недругов и придирчиво оглядела чужого куратора.

Арджуманд заметил меня и приблизился. А затем высокомерно произнес:

— Ялина рассказала, что в этом году ты решила состязаться нами за звание лучшей боевой двойки. Довольно самоуверенный ход.

Я едва не поперхнулась от такой наглости, а слащавая улыбка сестрицы окончательно вывела меня из себя. Остатки разума вышли со двора, и я фыркнула:

— Решила, и что? Дан… куратор Ихлас вас сильнее. Так что у нас есть все шансы оставить вас с носом.

Такого ответа от меня явно не ждали. Парочка на мгновение потеряла дар речи, а я мстительно продолжила:

— Кстати, не припомню, как выглядит ваш наджи? Вы его прячете? Или он настолько мелкого размера, что я его не заметила?

Судя по лицу Арджуманда, так его еще не оскорбляли. Но привратник быстро овладел собой и сухо произнес:

— Я редко показываю своего наджи, это верно. И лучше бы тебе никогда его не видеть, девочка. Если в твоей голове появятся действительно умные мысли, помни про кольцо, которое тебе дал отец.

С этими словами он развернулся и ушел, оставляя меня вместе с Ялиной. Сестричку перекосило от последней фразы собственного куратора. Как только Арджуманд скрылся за воротами, она прошипела:

— Ты никогда не станешь равной мне.

— Равной в подлости так уж точно, — фыркнула я и прошествовала мимо нее к входу в витражный зал.

Что-то с наджи ее куратора не чисто. Стоило бы расспросить Дана. Но сейчас нужно найти Сайлава и Юлиана. И поразмыслить о том, как стать сильнее… Правда, где искать парней, я даже представить не могла. В выходной парочку авантюристов могло понести куда угодно.

Я бросила взгляд на витражный купол, а затем остановилась перед доской. На ней не прибавилось имен. Наверное, записались уже все, кто хотел. Среди ровных строчек выделялось мое имя, написанное тоненькими кривыми буквами, а еще — запись Сайлава. Парень торопился, и буквы плясали. А палец он проткнул с таким усердием, что вместо аккуратного оттиска на доске расплылось алое пятно. На его фоне слабый розоватый след крови рядом с моим именем выглядел особенно жалко.

Тут позади меня раздались знакомые шаркающие шаги. Я повернулась и увидела, что ко мне приближается Гаэру. За его спиной с обреченными лицами шагали Сайлав и Юлиан, нагруженные тряпками и ведрами с водой.

Магистр встал посреди зала и победно огляделся. Затем небрежно кивнул на мое сдавленное приветствие и объявил парням:

— Отмоете стены и пол. И завтра жду вас на персональный зачет по нашествию Чирчитыка Шестого. Не сомневайтесь, я желаю услышать от вас имена всех его командиров и точки, в которых они пересекли стену. И конечно же, в каком порядке и чьи отряды отражали нашествие с нашей стороны.

Лица приятелей мрачнели с каждым его словом. Но затем настала моя очередь. Гаэру вспомнил обо мне.

— Вам, леди, тоже стоит проводить эти выходные за учебником, а не болтаться без дела, — сообщил он, бросая на меня недовольный взгляд. — Надеюсь, что вы уже закрыли все пробелы в своем образовании и напишете контрольную как подобает…

С этими словами он развернулся и царственно поплыл к выходу.

Как только за ним закрылась дверь, Сайлав бросил взгляд на свою фамилию в списке и с силой бросил тряпку в ведро. А затем пожаловался:

— Только этого мне сейчас и не хватало!

Юлиан макнул швабру в ведро и вторил ему:

— Еще и нашествие Чирчитыка… Там года не хватит, чтобы имена всех демонических командиров заполнить. И отличить, где нападал Углутык, а где Маглибыр или еще какой-нибудь Демон-его-возьми-тык…

Мне стало дурно от мысли, что в следующем году это придется учить уже мне. Но я быстро собралась и шагнула к парням. А затем свистящим шепотом проговорила:

— Поэтому я предлагаю совершить одну совершенно безобидную шалость и проучить Гаэру.

— Каким образом? — спросил Сайлав без энтузиазма.

— С помощью драконьего артефакта, разумеется, — едва слышно пояснила я. — Мне понадобится помощь, чтобы поместить его в кабинет истории. А дальше… все сделает драконья магия.

— Кабинет старика? — басовитым шепотом переспросил Юлиан, поднимаясь на ноги. — Сложная задача.

— Почему? — возразил ему друг. — Думаю, у меня есть идея. Но кому-то придется рискнуть. — Тут парень многозначительно посмотрел на меня. — А нам пронести в академию еще одну живность…

— А без четвероногих никак? — кисло спросила я.

Сайлав отжал тряпку и снисходительно усмехнулся:

— Про количество ног я ничего не говорил. Но если ты хочешь, чтобы Гаэру не вычислил твою шутку, тебе придется нам довериться.

Юлиан шикнул на нас и приложил палец к губам. В коридоре послышались осторожные шаги. Мы обменялись многозначительными взглядами. После этого я развернулась и решительно зашагала в сторону противоположного выхода, который вел на задний двор.

По пути я размышляла о том, что союз с парнями раз за разом приводит меня к неприятностям. Но на этот раз мы в одной лодке. Только благодаря артефакту Энлэя выйдет подшутить над Гаэру. Так что в интересах Сайлава сделать так, чтобы его план сработал.

Таран догнала меня и опустилась на плечо. Бабочка возбужденно прошептала:

— Может, тебе стоит попросить помощи Дана?

— Нет, — отрезала я и приказала: — Не вздумай рассказывать ему или Сильвестру! Дану ни к чему проблемы с Гаэру и деканом Орусом. Они его и так не любят…

Я спустилась с крыльца и побрела по небольшому саду, с которого открывался потрясающий вид на город. Но за первым же кустом обнаружила, что одно из лучших мест для обзора уже занято всхлипывающей Низорой. Наджи-птица сочувственно чирикала на плече у хозяйки. Радужные перья в хвосте обвисли, словно отражая тоску девушки.

Самым удивительным оказалось, что Низора не стала меня прогонять. Только покосилась в мою сторону и продолжила утирать слезы шелковым платком. Я остановилась рядом и несколько мгновений разглядывала великолепный дворец на другом конце города. Потом осторожно начала:

— Сайлав довольно находчивый парень. Вывернется.

И даже после этого однокурсница только покосилась на меня и обреченно сообщила:

— В Дымных скалах по-настоящему опасно. Раз в десятилетие кто-нибудь из адептов не возвращается. Сайлав не стал бы участвовать, если бы не это дурацкое обручение. И даже Ялина теперь считает меня глупой.

— Это почему? — удивилась я. — Она же вот только тебя утешала.

Девушка так мрачно посмотрела на меня, что я уже не ждала ответа. Но вечер откровений продолжался. Оглядевшись, Низора с тяжелым вздохом сообщила:

— Ялина узнала имя предполагаемого жениха. Мой отец не изверг какой-нибудь. Парень хорошего рода, с сильной магией, хорош собой. Выпустился в прошлом году и успел отличиться в бою у Первых Врат.

— Но тебе нравится Сайлав, — понимающе протянула я.

Она еще раз вздохнула и утерла слезы. А затем расправила платок и мрачно начала:

— Отца можно понять. Он поступает логично…

Я провела рукой по шершавому камню парапета и возразила:

— Но над чувствами не властвует логика.

Мои мысли в этот момент занимал Дан. Вот уж кого точно нельзя любить… Это вам даже не симпатичный, но безродный старшекурсник. Это мой собственный куратор. Мне нельзя даже смотреть в его сторону, не то что целоваться… Но не любить его просто невозможно.

В этот момент Низора удивленно спросила:

— Ты что, успела безнадежно влюбиться в кого-то из местных? Или твоя несчастная любовь осталась на Востоке?

Я попыталась отпереться:

— Ничего подобного!

Но, судя по внимательному взгляду девушки, сохранить невозмутимое лицо мне не удалось. А я была совсем не готова к тому, что внезапная откровенность работает в обе стороны. Нужно было срочно менять тему разговора. И я не придумала ничего лучше, чем напустить на себя скорбный вид и сообщить:

— Гаэру сказал, что на этой неделе будет контрольная по всему пройденному материалу.

Ход сработал. Низора схватилась за голову и ужаснулась:

— Что, уже?! — затем девушка опустила руки и поведала: — Этого стоило ожидать. Мой дед дружен с Гаэру. И наверняка попросил его завалить меня. Чтобы я не с парнями целовалась на переменах, а за книжками сидела.

— По-моему, его и просить не надо, — честно сказала я. — Гаэру только дай повод лишний раз помучить адептов.

К счастью, я сумела наступить на больную мозоль. Дальше мне оставалось только поддакивать и в нужный момент округлять глаза. Девушка начала с жаром вываливать на меня одну за другой истории о том, как историк маниакально заставлял адептов учить свой предмет. Вскоре я убедилась, что зуб на историка был у каждого адепта.

Наши наджи в это время затеяли игру в салочки над каменной стеной.

Я оказалась такой благодарной слушательницей, что мне пересказывали все байки академии до того момента, когда из-за кустов не вывернули Сайлав и Юлиан. Парни замерли, разглядывая высохший платок в руках Низоры. Затем Сайлав молча подошел к своей возлюбленной и протянул ей руку. Они переплели пальцы, и девушка склонила голову к нему на плечо, словно примиряясь с его решением.

Юлиан тихо проговорил:

— Помни о деле.

Его друг кивнул и повернулся ко мне.

— Что за артефакт? — спросил он. — Наджи следят, чтобы здесь не было лишних ушей.

Я выразительно посмотрела на его подругу. Но Сайлав только притянул Низору к себе и пообещал:

— Она будет молчать. В конце концов, всем интересно, как ты хочешь подшутить над Гаэру.

— Подшутить над Гаэру? — одними губами произнесла девушка, вытаращив глаза.

Поколебавшись, я шагнула к ним поближе и начала рассказывать, понизив голос:

— Приятель прислал мне один забавный и почти безобидный артефакт. Его называют Кристалл Огненного Зуда. Вызывает что-то вроде горячих мурашек, от которых человек еще и чешется… У него встроенный контур невидимости, так что найти его может лишь тот, кто устанавливал. Но есть маленькая деталь… Чтобы эта штука действовала только на Гаэру, нужен какой-то предмет с его магией.

Какое-то время возле стены царила тишина. Низора хмурилась. И она же заговорила первой.

— Даже если вы спрячете артефакт и его не найдут, в кабинете останутся следы вашей магии. Это слишком рискованно.

— Нет, — ответил Сайлав. — Именно поэтому я и пришел к тебе. Помнишь, ты надевала на зимний бал такую подвеску с голубым камушком?

— Опал с территории демонов? — удивилась Низора. — Отец мне его не даст сейчас.

— У меня есть опал с территории демонов, — сообщила я. — А зачем он тебе?

— Мы запустим в академию шысвирта, — победно возвестил Сайлав. — После этого никто уже не сможет найти здесь никаких следов.

Судя по вытаращенным глазам однокурсницы, при виде этой твари всем и правда станет не до нас. Но я не выдержала и пробормотала:

— А животные с нормальными названиями здесь бывают?

— У крестьян, — пробасил Юлиан. — А так, извини, рядом пепельная пустыня. Из-за нее у представителей местной природы особые свойства.

Сайлав перебил его:

— Покажи камень. Нужно понять, подойдет ли он, чтобы приманить и поймать шысвирта.

— А остальные по камню не догадаются, что я приманила этого вашего как-его-там? — с сомнением произнесла я.

— Да такие побрякушки у всех родовитых аристократов есть, — отмахнулся парень. — Сэндисов тогда первыми надо подозревать, старшая с таким не расстается. Подарок отца. Боевой трофей! Давай, показывай. Может, он еще и не подойдет.

Я согласилась и окликнула Таран. Бабочка опустилась мне на плечо, а птица Низоры скрылась в ее тени. Мы пересекли отмытый витражный зал, а потом и пустой двор.

Солнце начинало садиться, дело шло к ужину. Вслед за мной парни поднялись по лестнице и направились к комнате.

В какой-то момент они немного отстали. У двери я оказалась первой. Это меня и спасло. Я коснулась магией замка и шагнула в свое жилище… чтобы через мгновение выскочить обратно в коридор и захлопнуть дверь перед носом обескураженных парней.

— Ты чего? — удивился Сайлав.

Я повернулась к нему и натянула улыбку, лихорадочно соображая, как теперь отвадить моих помощников. Они ни в коем случае не должны увидеть того, кто беспробудно дрых в моей комнате…

Что он там делает сейчас? Еще же не ночь!

Низора вторила своему приятелю:

— Ты чего? Мы же за камнем пришли, забыла?

— Забыла… — покаялась я.

Можно забыть обо всем, когда на твоей кровати спит преподаватель! Но вслух я этого не сказала.

Троица изумленно вытаращила глаза. Пришлось извиняющимся тоном добавить:

— Забыла, что мне нужно сделать одно важное дело. Давайте разберемся с украшением после ужина.

— Но мы уже дошли, — пробасил Юлиан. — Вот твоя комната.

— Боюсь, камень я сейчас не смогу быстро найти, — попыталась выкрутиться я. — Там… такой беспорядок! Не хочу, чтобы вы его видели.

Сайлав немного подумал, а затем участливо поинтересовался:

— Ты не смогла выпустить надувата и теперь держишь его у себя в комнате, да?

— Ничего подобного! — искренне возмутилась я.

Может, и к лучшему, что мне никто не поверил. Юлиан возвестил:

— Если он раздулся до третьей стадии от голода и стресса, поможет только настойка из семян гребенщика.

— Не нужна мне никакая настойка!

О том, как несчастное животное выглядит, когда раздувается до третьей стадии, знать тоже совсем не хотелось. Но парни так понимающе переглянулись, что стало ясно — мои возражения только убедили их в этой версии.

А Низора вдруг хитро улыбнулась и елейно спросила:

— А, может быть, у ты прячешь там… человека? К тебе приехал возлюбленный из Восточного герцогства?

Я едва не поперхнулась от этого предположения. Девушка даже представить не могла, насколько была близка к истине. Но та превосходила все ее самые смелые ожидания. Бросив на Низору укоризненный взгляд, я продолжила отпираться:

— Бред! Никого там нет. Всего лишь нужна генеральная уборка…

Но судя по лицам товарищей, никто мне не верил. Все трое внимательно разглядывали меня, пытаясь выяснить правду.

К счастью, в этот момент из-под наших ног раздался недовольный голос:

— Что еще за столпотворение? У вас нет дел, что ли?

Я опустила взгляд и увидела Сильвестра. Кот многозначительно добавил:

— У тебя есть задание, Лайя. Почему ты все еще здесь?

— Вот, — поспешно кивнула я, чувствуя облегчение и мысленно восхваляя его мудрость. — Мне нужно спешить! Куратор Ихлас дал мне задание, а я о нем совершенно забыла!

— Если твоим приятелям нечем заняться, могу попросить Дана, чтобы он им тоже занятие нашел, — с иронией добавил Сильвестр.

Мои спутники начали стремительно бледнеть. А я виновато улыбнулась и поспешила вниз за котом. Когда мы оказались во дворе, я прислонилась к колонне и закрыла глаза. Но в следующий миг Сильвестр вспрыгнул ко мне на руки. Я подхватила кота. Он оказался неожиданно тяжелым, и я пробормотала:

— Кажется, кто-то слишком много ест.

— Кажется, кто-то слишком мало думает, — парировал он.

Я огляделась и спросила, понизив голос:

— Почему Дан спит в моей комнате в такой час?

— Умагичился, — буркнул Сильвестр, цепляясь когтями мне за плечо. — Говорил же ему… Дан всю ночь гонял демонов вместе с Шестым, потом зачистил местность днем. А еще на тренировку отправился. Так что теперь, наверное, проспит до утра.

— В моей комнате? — без энтузиазма спросила я.

— Боюсь, никто из нас не способен перетащить его в другое место, — фыркнул кот.

Тут стоило признать его правоту. Поразмыслив, я приказала:

— Тогда отправляйтесь в комнату вместе Таран и проследите, чтобы туда никто не вошел. А я буду делать вид, что мне дали ответственное поручение.

Делать вид пришлось до самого ужина. В столовой Сайлав и компания не стали ко мне подсаживаться. Зато я с удивлением и толикой удовлетворения отметила, что Низора сидела с парнями. А вокруг Ялины уже образовалась стайка новых подружек. Правда, выглядела девушка не очень довольной.

Я быстро закинула в себя еду и отправилась в комнату. Когда я вернулась, Дан все еще спал. Сильвестр восседал на моем стуле, а Таран бдительно летала возле окна. Куратор не пошевелился, пока я делала домашнее задание. И это вызывало тревогу. Но я помнила о потраченных им силах. Дело шло к ночи. Я отложила учебники и только после этого поняла, что Дан не принес себе постель и продолжал беззаботно дрыхнуть в моей. Какое-то время я стояла рядом и с сомнением глядела в лицо своего учителя. Но так и не нашла в себе сил разбудить его.

Я умылась и даже переоделась. И после этого обнаружила, что Сильвестр и Таран уже беззаботно спят на стуле. Нужно было разбудить Дана и заставить его принести матрас. Но чем больше я смотрела на своего учителя, тем меньше мне хотелось это делать. Так что в конце концов я обреченно погасила свет и попыталась пристроиться на краешке кровати, для двоих не предназначенной.

Но этого мне сделать не позволили. Только я завозилась рядом с Даном, как он, не просыпаясь, притянул меня к себе. В этот момент совести следовало проснуться, а мне — разбудить куратора. Но сегодня его объятия обладали какой-то сонной магией, не иначе. Глаза тут же начали закрываться. Я пристроила голову на плече Дана и провалилась в целомудренный сон.

Но у магии на этот счет в очередной раз оказались свои планы…

Мне снова снился сон с участием темной магии Дана. Но на этот раз она была не на моем теле, а повсюду. Темные завитки окружали меня, изредка касаясь кожи. Следом вспыхнула моя собственная магия. Холодного сияния было гораздо меньше, чем теплой тьмы, и во сне это казалось ужасно обидным. Настолько, что я сама не заметила, как наша магия слилась.

“Светлая тень” медленно и осторожно растворялась в завитках чужой силы, а я как завороженная наблюдала за этим, не пытаясь помешать. Пока не почувствовала странную слабость и не вспомнила, что соединять силу рискованно. Но в тот момент, когда сознание было готово соскользнуть во тьму, чужие обжигающе горячие губы выдернули меня из сна.

Дан целовал жадно и настойчиво, пока слабость не отпустила. Распахнув глаза, я обнаружила, что мы обнимались в моей постели, а за окном только занимался рассвет. Вокруг нас таял ореол объединенной силы.

— Зачем ты это сделала? — укоризненно выдохнул Дан.

Впрочем, он не отстранился, а его руки продолжали скользить по моему телу и не давали сосредоточиться на ответе. Прикосновения сквозь тонкий шелк пижамы будоражили. Поэтому я неопределённо шевельнула плечом и пробормотала:

— Случайно… Думала, это всего лишь сон.

Потом до меня дошло, что я не только попыталась объединить магию во сне. Словно прочитав мои мысли, куратор уточнил:

— Почему ты не разбудила меня?

При этом он не спешил выпускать меня из объятий. Я не смогла придумать никакого разумного оправдания и сказала правду:

— Жалко было будить. Сильвестр сказал, что ты устал…

От стула донеслось недовольное ворчание:

— И снова во всем виноваты наджи. Спите уже!

Дан резко сел, разжимая руки, а я разочарованно вздохнула. Затем отвернулась и пробурчала:

— Ну хорошо, хорошо. Я сделала глупость. И магия ясно показала, что спать в одной постели нам не стоит.

— Нет, — мрачно возразил Дан. — Магия как раз считала, что стоит, и не только спать… Но она не учитывает разницу нашей силы.

Я порадовалась, что успела отвернуться и в комнате еще было темно, поэтому куратор не мог видеть румянец на моих щеках.

От стула снова донесся ехидный голос:

— А вот если бы кто-то послушал меня и не устроил тренировку…

— Да, Лайя ни в чем не виновата… — сонно вторила Таран.

Я в это время закрыла глаза и попыталась сделать вид, что сплю. Дан больше ничего не говорил, но и не уходил. Так что я не выдержала и повернулась к нему.

Оказалось, куратор снова лег, и теперь, приподнявшись на локте, наблюдал за мной. А я уперлась плечом в его грудь. Отодвинуться мне не дали. Теплая ладонь легла на мой живот, и шевелиться сразу расхотелось.

Дан рассеянно проговорил:

— Как прошел день?

— Чего? — от неожиданности переспросила я.

— Как прошел день? Не беспокойся, я сейчас уйду, — пообещал он и не сдвинулся с места.

Я тут же вспомнила и про артефакт, и про план парней. Но рассказывать об этом не стоило. Горячая мужчкая ладонь не давала сосредоточиться. Так что я не нашла ничего лучше, чем заговорить про встречу во дворе.

— Видела Арджуманда, — доложила я. — Наверное, Ялина ему все рассказала. Оба такие довольные стояли.

Тема оказалась тоже неудачной. При упоминании об Арджуманде мой куратор напрягся. А я тут же вспомнила еще одну деталь и поспешно спросила:

— Кстати, что у него с наджи? Я поняла, что не видела наджи Арджуманда. Он его прячет?

— Вроде того, — кивнул Дан. — У него редкая разновидность — многоформный наджи. Сам по себе он довольно мал, но в бою может принимать разные формы, в зависимости от того, сколько магии ему передаст Арджуманд. Есть теория, что таким наджи надо чаще сливаться с магией хозяина, поэтому большую часть времени он его прячет.

— Значит, шутка про размер попала в яблочко… — протянула я.

А куратор укоризненно посмотрел на меня и покачал головой.

— Тебе не стоит цеплять Арджуманда. Он злопамятная и мстительная тварь.

Я нехотя кивнула и продолжила:

— Еще и про кольцо напомнил. То, которое мне Пятый дал.

Дан сухо произнес:

— Возможно, сейчас это лучший выход для тебя. Его, в отличие от Рэйна, правитель может послушать.

Я даже слов не нашла, только возмущенно засопела и попыталась отвернуться. Но стоило мне шевельнуться, куратор поднялся и приказал:

— Спи. Сильвестр, присмотришь за ней. Мне нужно сделать пару дел до завтрака.

С этими словами он подхватил сюртук и сапоги, а после коснулся своего кольца. Я натянула одеяло, но настроение уже испортилось. Таран опустилась на мою подушку, вслед за ней на кровать вспрыгнул Сильвестр. А я раздраженно прошипела:

— Надо уже выбросить это кольцо… В окно!

— Не вздумай, — лениво отозвался кот. — Может быть, ты сумеешь его использовать против Пятого. Дан беспокоится о тебе. Спи.

Поворочавшись, я все же смогла заснуть. Правда, встала в дурацком настроении. Завтрак в одиночестве не поднял мне настроения. Низора и парни в столовой отсутствовали, как и Ялина Мерет. Нужно было учить историю, но вместо этого я полдня болталась на заднем дворе академии. Пыталась придумать способ проучить не только историка, но и оставить с носом подлую сестрицу.

Дан не появлялся, Сильвестр таскался за мной и стенал, что должен быть рядом с хозяином, а его снова бросили. Единственное, что хоть немного утешало — на ночь куратор должен был вернуться в мою комнату. Так что перед ужином я вошла в общежитие уже в приподнятом настроении.

Вахтер посмотрел на меня поверх очков и заулыбался:

— А, это ты. Держи, тебе письмо принесли.

Я с удивлением приняла из его рук конверт с крупной печатью и спросила:

— Кто?

— От герцога Ясина Мерета, — любезно пояснил старик.

А этому что еще надо?!

Мне захотелось немедленно выбросить послание. Но снизу на меня укоризненно взирал Сильвестр. Поэтому я все же распечатала конверт и начала читать. Брови поползли вверх. Да уж, такого я не ждала…

Я дочитала письмо и медленно опустилась на стул, который стоял возле столика вахтера.

— Водички? — любезно спросил старик, протирая очки.

— Нет, спасибо, — поспешно ответила я, снова вскакивая на ноги. — Все в порядке, надо отнести письмо в комнату, а то на ужин опоздаю.

С этими словами я быстрым шагом направилась к лестнице. Когда мы оказались на своем этаже, Сильвестр полюбопытствовал:

— Что там?

— В комнате скажу, — обреченно пробормотала я, пытаясь переварить содержимое послания.

Кот укоризненно взгляднул на меня, но спорить не стал. Дождался, пока мы дойдем до моего жилища. Там я заперла дверь и задумчиво процитировала:

– “Приглашаю вас посетить бал в честь Третьего Закрытия Врат в родовом замке Мерет”. — И добавила: — Приглашение на две персоны.

После этого я раздраженно бросила конверт на стол.

Сильвестр запрыгнул на стул и понимающим тоном сказал:

— То есть тебя не просто вызывают на ковер, чтобы вразумить и сделать деловое предложение. А приглашают в дом Меретов. Сидеть за одним столом с супругой герцога и кровной сестрой, вводят в высший свет… Не такого Ялина ожидала от своей подлости.

Я покосилась на конверт и призналась:

— Не понимаю, что мне с этим делать.

— Посоветуешься с Даном, — зевнул кот, сворачиваясь клубком на стуле. — Топай на ужин.

Мне оставалось только последовать его совету и отправиться в столовую.

Стоило мне переступить порог, как я сразу приметила своих знакомых. Мрачная Низора восседала рядом с воодушевленным Сайлавом. Тот поманил меня к себе. Юлиан в это время сосредоточенно жевал. Ялины нигде не было видно. Я подхватила поднос с едой у раздаточного окошка и устроилась рядом с приятелями.

Сайлав шумно отхлебнул компот и негромко сообщил:

— Итак, я все придумал. Теперь у нас есть рабочий план. Собираемся после ужина на заднем дворе, все обсудим. Возьми учебник по истории!

— Это еще зачем? — удивилась я.

— Будем делать вид, что готовимся к контрольной, — пояснила Низора.

Оставалось только кивнуть.

За столом разговор не клеился, мои мысли витали далеко от академии. Теперь их занимал Пятый, который надумал пригласить меня в родовой замок. Да еще и не одну. Мне одновременно хотелось выбросить приглашение и посмотреть, что ему нужно на этот раз. Кроме того, в родовом замке Меретов могли оказаться подсказки к тому, что творилось на границе. Вот только смогу ли я их достать?

После ужина я сбегала за учебником по истории, а затем отправилась на задний двор. В этот час там было тихо. Все сидели по комнатам и готовились к учебе. Сайлав и его друзья ждали меня в самом дальнем закутке. Стоило мне нырнуть за куст к ним, как Низора с торжественным видом вытащила из кармана серый пузырек и щедро плеснула вокруг нас жидкостью.

Я с интересом оглядела завесу и спросила:

— Зелье для отвода глаз?

— Да, улучшенная версия, заглушает звуки, — похвасталась девушка. — С Севера пришла ограниченная партия, отец успел купить.

Сайлав взмахнул учебником, которые держал в руках, и объявил:

— Итак, я все придумал. Запускать шысвирта будем в следующий понедельник с утра. Наведем суету и сделаем свое дело, пока учителя заняты. Ловить придется в воскресенье, дольше его не скрыть. Выйдем в город порознь, а после обеда встретимся на лестнице и уйдем в степь. На закате поймаем тварь с помощью камня и уйдем.

— А камень не пострадает? — с сомнением спросила я.

— Нет, — мотнул головой парень. — Единственное, что шысвирт может сделать — утащить его к себе в сокровищницу. Если хочешь сберечь его, будем ловить усерднее.

— Драконы свои сокровища не отдают, — мрачно сообщила я. — Так что у него ничего не выйдет.

— Отлично, — кивнул Юлиан. — Перейдем к деталям…

Какое-то время мы обсуждали детали плана. После этого парни ушли. Самое удивительное, что после этого Низора предложила мне и вправду учить историю. Я так опешила, что согласилась, и до отбоя мы повторяли пройденное под светом магического фонаря. Вдвоем дело шло веселее, и в моей голове начали оседать нужные знания.

В комнату я возвращалась с робкой мыслью, что у меня начинают появляться друзья здесь. Но там мои мысли снова вернулись к письму. Сильвестр спал, свернувшись клубком на кровати. Таран, которая весь вечер провела, слившись со “светлой тенью”, выпорхнула из-за моей спины и опустилась на макушку кота.

— Вставай! — позвала она своего приятеля. А я подняла со стола письмо и снова начала перечитывать. Но тут меня обдало вихрями портальной магии.

Дан бросил на пол сверток со своей постелью и смерил меня задумчивым взглядом.

— Я думал, ты уже переоделась, — каким-то странным тоном проговорил он. И после этого заметил листок в моей руке. — Что это?

Вместо ответа я протянула ему послание. Хмурясь, куратор пробежал глазами по ровным строчкам. В комнате воцарилась тишина.

— Выбросим его? — неуверенно спросила я.

— Нет, — ответил Дан, складывая листок. — Думаю, мы поступим иначе.

Я вопросительно посмотрела на куратора, и он пояснил:

— Приглашение на двоих. Я могу пойти с тобой.

В памяти всплыли воспоминания о нашем танце на балу во дворце правителя, но я усилием воли отогнала их. А после скептически спросила:

— Вы не думаете, что Мерет этого и ждет? Он наблюдал за нами на балу и может о чем-то догадываться. Вероятно, на этом празднике нас будут поджидать какие-то неприятности.

— Ну, целоваться в доме Меретов нам явно не стоит, — с усмешкой согласился Дан, сокращая расстояние между нами. — Но я же твой куратор, и ревностно отношусь к этой миссии. Не могу отпустить тебя на такое мероприятие одну.

При этом он на меня так посмотрел… Куратор на ученицу смотреть так явно не должен.

Я отвела взгляд и подавила улыбку. Давно ли этот человек наотрез отказывался меня учить?

Дан продолжал:

— Так что удивления это не вызовет. Кроме того, мы можем попытаться выведать тайны Пятого.

— Думаю, на этот счет он подстрахуется, — вздохнула я. И призналась: — Но и у меня возникла такая мысль.

— Обязательно подстрахуется, — согласился куратор. — Но это шанс. И если не мы, то никто.

Возразить было нечего. Но я вспомнила кое-что еще и скривилась:

— Наверняка снова придется танцевать с этим… помощником его.

— Советником, — поправил меня Дан, мрачнея. — Да, Эльяр там явно будет. А еще мне интересно, будет ли с тобой танцевать сам герцог Ясин.

— Этого ему супруга и дочь не простят, — засомневалась я.

— Если бы его это волновало, ты бы не переступила порог этого дома, — возразил куратор. А затем проникновенно сказал: — Будь моя воля, к Меретам бы ты не пошла. Но их проделки угрожают не только всей империи, но и твоей безопасности на турнире. Нужно хотя бы попытаться узнать, что они замышляют. Кроме того… тебе и самой хочется там оказаться, верно?

Его глаза смотрели мне прямо в душу. Я отвернулась и процедила:

— Возможно… Наверное, мне бы хотелось оказаться гостьей этого дома. Это очень глупо, я знаю. Но... это приглашение приравнивает мой статус к остальным гостям.

Я стиснула кулаки. Кого я обманываю? Мой статус для них так и останется чуть выше плинтуса. Хотя…

Теплые пальцы Дана обхватили мои руки, заставляя разжать их. Я откинулась ему на грудь и задумчиво произнесла:

— Может быть, это мне только кажется… Но как будто после того разговора, который мы подслушали, отношение Пятого ко мне изменилось.

Я почувствовала, как куратор напрягся.

— Может быть, — безэмоционально сказал он, обнимая меня за плечи.

Какое-то время мы молчали. Шевелиться совершенно не хотелось, я наслаждалась объятиями Дана. Тут я вспомнила одну деталь и начала:

— Вот только… На празднике герцог пытался дать мне что-то в бокале. Не уверена, что в нем был только ваш странный напиток.

После короткой заминки Дан проговорил:

— Эту проблему я решу. Поговорю с Рэйном. — Он разжал руки и медленно отстранился. А затем продолжил: — Переодевайся. Скоро вернусь.

На этот раз мы легли порознь, и я даже испытала легкое сожаление, забираясь в кровать. Дан хлопком погасил свет, но на этот раз мне не удалось так быстро уснуть. Какое-то время я ворочалась в постели. Наконец, Сильвестр не выдержал и пришел ко мне под бок.

— Спи, — проворчал кот, устраиваясь на моей постели, а Таран внезапно слилась со “светлой тенью”. Может быть, поэтому я все же уснула.

Утром куратор умчался раньше, чем я успела открыть глаза. На уроках я была невнимательна. В голове пытались уместиться месть Гаэру, грядущий турнир и приглашение Мерета. Как назло, почти каждый преподаватель сегодня желал видеть у доски меня и только меня. Разошлись мы не слишком довольные друг другом, поэтому во двор я выходила одной из последних.

Большинство кураторов и адептов уже отправились на боевую практику. Дан ждал меня, прислонившись к одной из колонн, ближе к входу в зал с витражным куполом. Сильвестр бродил туда-сюда у его ног.

Приблизившись, я спросила:

— Куда мы сегодня? Будем тренироваться или на задание Шестого?

Куратор покачал головой:

— Ни то ни другое. Раз уж мы решили отправиться на бал к Меретам, нужно подготовиться. Сегодня у нас есть другое дело.

Я удивленно воззрилась на него. Какое еще дело?

Но Дан не пожелал объясниться, и вместо этого шагнул ко мне, касаясь портального кольца. Не успела я оглянуться, как мы уже стояли совсем в другом месте. Длинная, узкая улочка показалась мне смутно знакомой. Куратор поманил меня за собой.

Я бросила задумчивый взгляд на пальму, которая росла рядом и прикоснулась к шершавой коре. И только после этого догадалась, куда меня ведет Дан.

— Не надо, — попыталась запротестовать я. — У меня же все есть…

Тут на улице появились еще люди, поэтому куратор ограничился укоризненным взглядом и настойчиво произнес:

— Идем.

Я не стала спорить с ним на глазах у незнакомцев и зашагала следом. Но когда мы достаточно отдалились от любопытных ушей, догнала своего учителя и прошептала:

— У меня же есть бальное платье.

Дан выдал ответ, который больше пристал избалованной юной герцогине:

— Но ты его уже надевала.

— И что? — искренне удивилась я. — Ничего страшного, в Академии Драконов я на все праздники ходила в одном и том же платье, другого не было…

— Но на этом празднике ты должна затмить Ялину, — тоном, не терпящим возражений, постановил куратор.

Я снова попыталась возразить:

— Это будет выглядеть подозрительно…

Дан поймал меня за локоть и выразительно провел большим пальцем по тому месту, где под рукавом форменного пиджака скрывался знак в виде пальмового листа. После этого куратор многозначительно произнес:

— Моя ученица должна выглядеть соответственно. Если начнут спрашивать… Скажешь, что подруга из Академии Драконов прислала.

— Не было у меня там подруг, — пробормотала я.

— А жаль, — искренне проговорил Дан. — Ну скажи… что я тебе проспорил.

Я перестала отпираться, но отметила про себя, что выставить дарителем Энлэя он не предложил.

Мы остановились перед неприметной дверью ателье Биниссов, и разговор пришлось прервать. Там нас встретили, как самых дорогих гостей. Куратора усадили в кресло и подали чай, а меня проводили в соседнюю комнату. Я ждала и даже немного предвкушала, что мне снова выдадут готовое платье, и придется красоваться перед Даном. И, уже раздеваясь, вспомнила про еще одну деталь, о которой никто из нас не подумал.

Идея отправиться в дом Меретов мне сразу разонравилась еще сильнее. А вместе с балом отпадала необходимость в новом наряде. Но идти на попятный было поздно. Так что я с помощью Таран перетянула платком руку чуть выше локтя и приготовилась к примерке.

Но и тут меня ждал сюрприз. Вместо готовых платьев Дэниза принесла рулоны кружев и ткани. А еще альбом с набросками, из которых мне предстояло выбрать предполагаемый фасон. После этого портниха начала шуршать тканью и заворачивать меня в кружева и шелк разных цветов, чтобы подобрать оттенки. Куратору ничего на этот раз не показывали. А платье на рисунке мне уже так нравилось, что я мечтала узнать, каким же будет лицо Дана, когда он увидит его на мне.

Наконец, с примеркой было покончено, и я сбивчиво поблагодарила Дэнизу. Та потеребила родинку над верхней губой и с улыбкой произнесла:

— Пустое… Господину Ихласу мой муж и брат обязаны жизнями. Как и многие, кто живет рядом с границей. Мы все готовы ему отдать, лишь бы ему хорошо было. Непревзойденный сам потерял всю семью, что может быть страшнее? А рядом с вами, леди, он словно ожил.

Эти слова неожиданно согрели. Значит, Дану все-таки хорошо рядом со мной…

В приподнятом настроении я вышла к нему, и тут же вспомнила о проблеме. Когда мы вышли за порог, я прошептала:

— Надо поговорить?

Куратор кивнул:

— Сначала заскочим к Шестому, потом отправимся на задание.

Степь казалась мне гораздо более подходящим местом для приватного разговора, чем узкая улочка Аллаила, поэтому я кивнула. Мы дошли до пальмы, у которой начали свой путь, и Дан снова прикоснулся к своему кольцу для перемещения.

На этот раз мы оказались у одной из казарм возле Шестых врат. Вслед за куратором я прошествовала к зданию, в котором находилась канцелярия Заида-младшего. Вышколенный помощник провел нас к маленькой гостиной. Я перешагнула порог вслед за куратором и скрипнула зубами от досады. Помимо Рэйна-младшего здесь находился тот, кого я совсем не хотела видеть.

Луди Тулун снова восседал в кресле. Лицо его было мрачным. На столе перед посланником и Шестым стояли пустые чашки. Я помнила, как дракон внимательно разглядывал меня в прошлый раз. Больше всего мне хотелось позорно ретироваться, или хотя бы оказаться за спиной Дана. Но этого я позволить себе не могла. Поэтому оставалось только поклониться и выдавить из себя подобающее приветствие.

Шестой улыбнулся и махнул рукой.

— Присаживайтесь, герои-разведчики, — с усмешкой произнес он.

Я опустилась на диван рядом с Даном и потупила взгляд. Посланник тут же с иронией произнес:

— Как там Академия Юга, еще цела?

Тут я не выдержала и вскинула голову, чтобы смерить его возмущенным взглядом.

— Разумеется, — ответила я. — И она таковой и останется! Со стадионом у меня случайно вышло…

Дракон усмехнулся и продолжил серьезнее:

— Будем верить в лучшее. И все же… что-то в тебе изменилось.

При этом он скользнул задумчивым взглядом по моему правому плечу. Меня прошиб холодный пот, а Тулун повернулся к моему куратору и добавил:

— В тебе тоже что-то изменилось, Дан.

Я нервно вцепилась в мягкое сиденье дивана. Только бы он не догадался…

Дан и бровью не повел. Спокойно выдержал взгляд посланника и равнодушно пожал плечами.

— Например, что? — ровным тоном спросил куратор.

Тулун продолжал внимательно смотреть на него, а я старалась скрыть собственное смятение.

— Магия, — наконец, произнес дракон.

Моего учителя это не впечатлило.

— Разумеется, — терпеливо пояснил он. — Лайя стала сильнее, и я ускорил ее подготовку. Рэйн наверняка рассказал тебе, во что мы вляпались.

— Когда тебя учила Йонса, я не замечал ничего подобного, — продолжал гнуть свою линию посланник.

Тут мой куратор резко поскучнел и заговорил тем самым тоном, после которого расспросы обычно заканчивались:

— С тех пор моя магия выросла. Ты знаешь, какой ценой.

Тулун какое-то время продолжал внимательно смотреть на Дана. Но, в конце концов, отступился и повернулся ко мне. Пришлось смотреть ему в глаза и пытаться сделать невинное лицо. Наверное, получилось плохо, потому что на лице дракона отразилась внутренняя борьба.

Шестой попытался разрядить обстановку и легкомысленно произнес:

– “Темный свет” и “светлая тень” всегда кажутся чужеродными. Уникальная магия...

— Для вас, — сухо произнес Тулун. — Я повидал магию всех герцогств и помню предшественников Йонсы. Дракона я в тебе больше не чую...

Последние слова были обращены ко мне. Я тут же вспомнила ритуал в Старом круге и постаралась затолкать поглубже воспоминания о его последствиях. А затем пожала плечами.

— Наверное, остатки дара угасли. Учитывая, что я развиваю магию привратников, этого стоило ожидать.

Мой голос не дрогнул, но посланник продолжал задумчиво смотреть на меня. Он будто что-то взвешивал мысленно.

Заид-младший сделал еще одну попытку отвлечь его и заговорил:

— Я достал то, что ты просил, Дан. И господин Тулун привез вам полезности с Севера.

Дракон кивнул и протянул куратору мешочек, в котором звякнуло стекло.

— Усиленный отвод глаз, универсальное противоядие, нейтрализатор и еще какое-то новое снадобье. Не помню, какие у него свойства, прочтешь инструкцию.

С этими словами он поднялся и добавил:

— Рассчитываю на вас. Император каждый раз спрашивает меня о том, что происходит на Юге. Очень хочется принести ему хорошие вести.

После этого он наградил каждого из нас многозначительным взглядом и распрощался.

Когда за Тулуном закрылась дверь, я не выдержала и со вздохом облегчения откинулась на спинку дивана. И только после этого спохватилась, что за мной, хитро прищурившись, наблюдает Шестой. Я успела снова испугаться, но мальчишка извлек что-то из кармана и протянул это мне.

— Что это? — подозрительно спросила я, разглядывая очень простую маленькую брошь с черным треугольным камнем.

— Раритет, — вздохнул Заид-младший. — Приколешь на ворот или на рукав платья изнутри. Если в твоем бокале или тарелке будет магия, он станет холодным. Отцу не говорите только, что я давал вам эту штуку. Он меня разжалует до подметальщика…

— Ух ты! — искренне восхитилась я. — Даже не думала, что такое существует.

— Магия настолько сложная и редкая, что доступна только правящим семьям, — пояснил мальчишка. — Мне запрещено передавать его кому-либо. Поэтому я надеюсь на ваше молчание.

Я поспешно кивнула. Но забирать себе брошь не стала, а сунула ее в руки Дану. Так мне показалось надежнее.

— Спасибо, Рэйн, — поблагодарил куратор. — Мы сделаем все, чтобы оправдать твое доверие.

— Надеюсь на это, — снова хитро улыбнулся мальчишка и повелительно махнул рукой. — Пройдитесь вдоль границы с Пятым. До турнира осталось мало времени. Рассчитываю, что вы будете проводить его вместе и с пользой.

От этой двусмысленной фразы мне захотелось провалиться сквозь землю. Но Дан снова остался невозмутим и поднялся с дивана. Я встала вслед за ним и отвесила прощальный поклон.

На этот раз мы отправились на Запад пешком вдоль стены. Когда казармы остались далеко позади, я обеспокоенно спросила:

— Шестой что-то подозревает? И Тулун…

— Неважно, — отмахнулся Дан. — У них нет доказательств. Рэйн думает о герцогстве в первую очередь и желает усилить гарнизон уникальной боевой двойкой. Так что будем стараться. Кстати, о чем ты хотела поговорить?

Я огляделась и замедлила шаг. А затем прошептала:

— Метка. В тот раз после танца проснулась метка. Что, если это повторится на приеме у Меретов?

Дан задумался на миг, а затем проговорил:

— Что ж, это и правда может стать проблемой. Что-нибудь придумаем.

— В прошлый раз она успокоилась только после… поцелуя, — свистящим шепотом напомнила я. — В замке Меретов у нас такой возможности не будет. Но вы можете со мной не танцевать.

Внутри уже зрело разочарование. Куратор остановился и заглянул мне в глаза. После он серьезно произнес:

— Есть вещи, которые я не могу сделать. Даже ради того, чтобы разоблачить Арджуманда. — Сердце екнуло, и он добавил: — Что-нибудь придумаем.

— Например? — скептически спросила я.

— Ну… есть у меня одна мысль, — признался Дан.

Куратор остановился, и мне пришлось последовать его примеру. Теперь мы смотрели друг другу в глаза. Дан склонился ко мне и прошептал:

— Возможно, магия будет вести себя прилично, если я поцелую тебя до бала.

От этого шепота мурашки побежали по коже. Я торопливо огляделась и шепнула в ответ:

— Может быть, магии этого будет мало. У нее растущие аппетиты…

Судя по взгляду куратора, в этот момент он тоже вспомнил о том, чем закончилась наша случайная ночевка в одной постели. Сильвестр выскользнул из-под ног хозяина и проворчал:

— Вам нужно быть осторожнее… Ходите по грани. Я уверен, что Луди и Рэйн что-то поняли.

— Рэйну нужна боевая двойка, — повторил Дан. — Мальчишку больше всего интересует защита герцогства. Даже если он о чем-то догадывается, будет смотреть сквозь пальцы, пока это не создает проблем для обучения.

— Чего нельзя сказать о Тулуне, — вздохнула я. — На Востоке за совращение адептки вас бы отправили в самую глухую дыру на внутренней границе, лишили бы должности и всех титулов.

— Пятый бы тоже с удовольствием воспользовался шансом убрать тебя, — поддакнул кот.

Куратор скривился и приказал:

— Пора за работу, Лайя. Сегодня следы ищешь ты.

Я кивнула и осторожно пошла вперед, старательно прислушиваясь к ощущениям. Краем глаза я увидела, что Сильвестр топает в сторону. Что удивительно, Таран продолжала дремать, слившись со “светлой тенью”, и за своим приятелем не спешила. Неужели кот успел поругаться с моей настырной бабочкой? Я сделала мысленную зарубку расспросить ее вечером и сосредоточилась на задании.

В академию я вернулась только к ужину, совершенно вымотанной. Сначала мы патрулировали границу. Я лично отыскала и уничтожила несколько мелких камней, из которых могли образоваться круги вызова, и была этим необычайно горда. Но Дану оказалось мало успехов на этом поприще. После мы отправились на тренировочную площадку, где меня гоняли еще пару часов.

За ужином я поглощала еду с огромной скоростью, но в комнату все равно приползла уставшей. Несмотря на это, пришлось заниматься домашней работой. Удивительно, что Сильвестр уже дремал в моей комнате, и Таран поспешно распласталась на боку своего товарища. Эта идиллическая картина заставила меня сомневаться в своих выводах. Похоже, ничего не поколебало отношения двух наджи. Мало ли почему бабочка не захотела выходить днем?

Еще одним сюрпризом оказалось, что Дан не появился в комнате, когда настало время ложиться спать. Сильвестр на мой вопрос о хозяине широко зевнул и сообщил:

— Не жди его. Придет поздно.

— Снова демоны? — напряглась я.

— Нет, — буркнул кот. — Приобщается к знаниям.

— Но библиотека закрыта, — удивилась я.

Сильвестр снисходительно пояснил:

— Библиотека Дану без надобности. Йонса оставила ему свою. Там есть все, что можно найти о таких, как вы.

Тогда я догадалась:

— Дан хочет понять, как увеличить мою магию быстрее?

— Вроде того, — пробормотал наджи.

После этого он закрыл глаза. И мне ничего не оставалось, как тоже лечь спать.

Шысвирт больше всего напоминал хорька. Гибкое вытянутое тело, покрытое темной серой шерстью, маска на мордочке рыжеватого оттенка, рыжие чулки на лапках и длинный, тонкий хвост, скорее похожий на кошачий. А проблемой оказалось то, что зверь оказался не один.

Пара десятков его сородичей выскользнули из норок и теперь алые глазки-бусинки жадно смотрели на огненный опал в моей руке.

— Что делать будем? — басовитым шепотом спросил Юлиан.

Сайлав дернул плечом и прошептал в ответ:

— Ловить, раз пришли.

— Нам один нужен, — напомнила Низора.

— Одного и поймаем. Остальных прогоним, — решил Сайлав, но товарищи покосились на него скептически.

— Как? — трагическим голосом прошептала девушка. — Они нашей магии не боятся.

— Как получится.

Сайлав развел руками. Теперь мне ужасно хотелось высказать все, что я о нем думаю, но стало не до того. Шысвирты сорвались с места и лавиной понеслись на нас.

Надо отдать должное парням — за дело они взялись как следует. Магия и правда не причиняла вред зверькам, но заставила их притормозить, уворачиваясь от потоков холодной тени и горячего света. Суслик, кабан и птица отважно бросились наперерез шысвиртам.

Низора крикнула парням, указывая на самого мелкого и тощего зверя:

— Давайте этого!

Сайлав и Юлиан переглянулись и рванули к добыче. Больше я на них не смотрела, потому что местная живность добралась до меня.

Я прижала камень к груди, чтобы защитить его от шысвиртов. Но ближайший зверек прыгнул вперед и гибким телом обвил мою руку. Когти вонзились в рукав форменного пиджака, а острые зубы — в основание большого пальца. Я зашипела от боли, но ладонь не разжала.

Жертвовать подарком Дана ради поимки этой твари я не была готова и попыталась отодрать шысвирта от своей руки. Но к нему подоспела подмога. Второй зверь повис на другом запястье.

От безысходности я пробудила магию. Холодное белое сияние послушно оплело кончики моих пальцев и поползло дальше, к локтям. Здесь меня ждало удивительное открытие. Магии других адептов шустрые зверьки совсем не боялись. Но “светлая тень” вызывала у шысвиртов примерно те же чувства, что у моих товарищей — “темный свет” Дана.

Волна тварей испуганно отпрянула. Чтобы закрепить успех, я взмахнула прокушеной рукой, и бледные завитки поползли по траве.

Тут уже тварей как ветром сдуло. Возле холма наступила тишина. Низора и парни удивленно взирали на меня. Юлиан прижимал к себе мелкого тощего шысвирта. Тело зверька окутывала магическая сеть, под действием которой алые злые глазки неумолимо закрывались.

Девушка опомнилась первой. Подлетела ко мне и засуетилась, торопливо извлекая из карманов фляжку с водой и какой-то желтоватый порошок.

— Ну надо же, — удивленно пробормотала она. — Пригодилось, и не для Сайлава.

Через пару минут укусы были аккуратно промыты, присыпаны порошком и перевязаны чистыми бинтами. Я так удивилась заботе со стороны Низоры, что даже не сопротивлялась. Как только девушка закончила возиться с моими руками, Сайлав обреченно протянул:

— Что делать-то теперь?

— Ничего страшного, порезы неглубокие, — успокоила я.

— Он про пятна, — пояснил Юлиан.

Я оглядела свои руки, а затем подозрительно спросила:

— Какие еще пятна?

Поколебавшись, Сайлав ответил:

— Фиолетовые и светящиеся. Они позже появятся…

— Скорее всего, только на руках, — поспешно добавила Низора.

Несколько мгновений я осмысливала эту новость. Девушка попыталась меня утешить:

— Ничего страшного. Я помогу тебе замаскировать их. Главное, по темноте не ходи, иначе все поймут, кто запустил в академию шысвирта.

Я мысленно застонала и спросила уже вслух:

— И долго мне не ходить по темноте?

Юлиан пробасил, пристраивая поудобнее на руках уснувшего зверька:

— Это зависит от того, сколько слюны попало в рану. Может быть, три дня, а может, неделю или две…

— Прекрасно, — с иронией произнесла я. Но добавлять, что через неделю я приглашена на бал к Меретам, не стала. Только спросила: — Есть какой-нибудь способ ускорить процесс?

Но все лишь пожали плечами в ответ.

Пульсирующая боль в укусах понемногу сошла на нет, пока мы возвращались в общежитие. К тому времени, как мы достигли белых каменных стен, солнце уже село. Обратно пришлось лезть через мою комнату. Я разбудила Таран и отправила ее в облет, чтобы она открыла нам створку изнутри с помощью своей магии.

К счастью, в комнате царили темнота и тишина. Я боялась, что Дан отправит кота обратно, присматривать за мной. Но этого не случилось. Я едва сдержала вздох облегчения, когда лампа осветила немного смятую постель и пустой стул.

От Низоры не укрылось выражение моего лица. Девушка начала внимательно оглядывать комнату, всматриваясь в каждую складочку на одеяле.

— Ты чего? — спросил ее Сайлав.

Но девушка повернулась ко мне и хитро спросила:

— Время от времени прячешь здесь парня, да? Он прилетает из Академии Драконов на выходные?

— Что за бред! — поспешно возразила я.

— Я не заметила, чтобы ты симпатизировала кому-то из местных… — задумчиво протянула Низора.

Сайлав закатил глаза.

— Все бы вам о парнях думать. Идем, надо спрятать шысвирта до утра. Ты обещала, что поможешь Лайе скрыть пятна.

— Комната! — возразила ему подруга. — В Эльту ты тоже не верил, а она замуж вышла, и за кого!

Мой мрачный взгляд все же заставил друзей ретироваться. Парни утащили спящего зверя к себе. А Низора скоро вернулась с парой баночек. Сначала мне вручили ту, что покрупнее.

— Маскирующие притирания, под цвет кожи, — пояснила девушка. — Эти плотные — у бабули прихватила. Мои пятна не скроют.

Я откупорила крышку и понюхала состав. Низора забрала у меня баночку и поставила на стол. А затем откупорила вторую.

— Румяна, — пояснила она. — Самые стойкие, новинка сезона. От сердца отрываю. Намажешь пятна, если полезут. Скажешь, что аллергия там или еще что… — Может, они все-таки не появятся? — с затаенной надеждой спросила я.

Но девушка ответила мне таким взглядом, что стало ясно: надежды мало. Низора выслушала мою сбивчивую благодарность и ушла, повторив на прощание:

— Переполох начнется после завтрака, когда все пойдут на занятия. Будь на месте.

На этом мы распрощались. Я закрыла дверь и снова оглядела свои руки. О том, что скажет Дан, если пятна появятся, не хотелось даже думать.

Таран подлетела к моему плечу, чтобы снова слиться со “светлой тенью”. Но на этот раз я перехватила бабочку. Наджи устроилась на моих ладонях и озадаченно спросила:

— Что?

— Это мне и самой хотелось бы понять, — призналась я, вглядываясь в сияющие крылья. — С тобой что-то происходит. Ты стала вести себя иначе. Не участвовала в бою и меньше показываешься.

Я вопросительно смотрела на Таран, а та почему-то не спешила отвечать.

Какое-то время Таран размышляла над моим вопросом, а затем неопределенно повела крылышками.

— Не знаю, Лайя, — наконец, ответила бабочка. — "Светлая тень" меняется, рядом с ней мне так хорошо сейчас. Ты же справилась с шысвиртами сама, верно?

— Верно... — прошептала я, отпуская наджи. Таран снова слилась с магией, а я села на постель, озадаченная и встревоженная больше, чем раньше.

С моей наджи что-то происходит. Может быть, у нее закончились силы? Может быть, это из-за того, что я поздно научилась прятать ее? Из-за того, что я полукровка, из-за моей слабости или ритуала в старом круге? Тревога не отпускала, пока я открывала учебники и пыталась вникнуть в домашнюю работу на завтра.

До ночи пятна не проявились, а Таран все же устроилась на моей подушке. Это меня немного успокоило. Но спала я все равно плохо. Дан снова был на границе, с наджи происходило что-то непонятное. А утром меня ждала важна миссия — активировать артефакт Энлэя в кабинете Гаэру, пока вся академия гоняет шысвирта.

Ни ночью, ни утром куратор не появился, и я не знала, радоваться или печалиться. А вот чистая кожа на руках была лучшим подарком. Никаких пятен не появилось, и я начала питать слабую надежду, что "светлая тень" не только вызывала ужас у шысвиртов, но и уберегла меня от слюны, вызывающей пятнистость.

Но подарком Низоры я все-таки воспользовалась. Наверное, средство было предназначено для того, чтобы скрывать признаки старения у пожилых дам, и отлично маскировало всевозможные пятна и неровности. У меня на руках ничего не было, но я все-таки аккуратно нанесла крем до локтей и решила, что этого хватит.

Укусы все еще саднили, когда я шевелила пальцами. Но на магию это не влияло. Я убедилась, что "светлая тень" послушна мне, и еще раз перечитала инструкцию к артефакту, написанную Энлээем. После этого я разорвала ее на мелкие клочки и отправила в мусорное ведро вместе с письмами, где мы обсуждали подарок. Если Гаэру догадается, кто осчастливил его магической чесоткой, пусть попробует доказать!

Когда я пришла на завтрак, Низора и парни, как ни в чем не бывало восседали за одним из столов в центре зала. Лица у них были самые невинные. Ялина Мерет щебетала с парой новых подруг.

Когда я проходила мимо, девушка метнула на меня ненавидящий взгляд. В ответ я елейно улыбнулась. Похоже, сестричка уже в курсе, что в конце недели нас ждет совместный праздник. Выбранное платье грело душу, я с нетерпением ждала момента, когда смогу появиться в доме Меретов.

Точнее, больше всего мне хотелось покрасоваться перед куратором. Дан еще не видел платья и не знал, что я выбрала. С этой мыслью я опустилась за стол к Низоре и парням.

За завтраком никто из нас не проронил ни слова о деле. Девушка разливалась соловьем о какой-то ерунде, парни поддакивали, я отстраненно кивала. Таран снова дремала, слившись с магией. Интересно, Дан к обеду отоспится и поведет меня на тренировку, или нет? Мне очень хотелось увидеть куратора и расспросить его о том, что происходит с наджи.

После завтрака мы разделились. Парни растворились в толпе, а мы с Низорой у всех на виду пересекли двор. Стоило нам переступить порог академии, как в конце коридора послышался нарастающий шум и крики. Пока мои товарищи оборачивались и направлялись туда, я скользнула к стене. Низора последовала за мной. И как только коридор опустел, мы рванули в сторону лестницы. Там пришлось затаиться неподалеку от кабинета Гаэру.

Шум приближался, и вскоре я смогла наблюдать удивительное зрелище. Шысвирт несся вперед, перескакивая со стены коридора на потолок и обратно. Из-под лап зверя летели снопы искр, а в зубах он держал какой-то сверкающий камешек.

— Кольцо умыкнул, — одними губами прошептала Низора.

— Как? — едва слышно удивилась я.

Но девушка не ответила, потому что в коридоре возле кабинета историка стало слишком людно.

Вслед за несчастным существом неслась толпа преподавателей и адептов. Заслышав шум, Гаэру выглянул из кабинета.

— Держите его, магистр, — крикнул Орус. — авайте сонную сеть, пока он не разворовал камни из всей академии!

Похоже, угрозу, исходящую от зверька, историк воспринял всерьез. Он нырнул обратно за дверь и выскочил уже вооруженный сетью. Шысвирт на миг застыл, подергивая носом. А затем развернулся и помчался в обратную сторону, пытаясь уберечь свою добычу. Толпа, к которой присоединился Гаэру, поспешила за ним.

Когда шаги достаточно отдалились, мы с Низорой вышли из своего укрытия. Расчет Сайлава оказался верным. Историк так торопился выдворить зверя из академии, что не запер дверь в кабинет. Низора осталась снаружи, а я проскользнула через приоткрытую дверь. Теперь нужно было действовать быстро.

На то, чтобы активировать артефакт, ушли последние остатки драконьей магии. Сама не знаю, как ее пробудила. Использовать “светлую тень” было страшновато. Голубоватой ауры вокруг камня хватило ровно на то, чтобы провести над вещами Гаэру: ручкой, которую он только что держал, раскрытой ведомостью, стулом. После этого я торопливо прислонила артефакт к стене у самого плинтуса. Тот послушно слился с ней — не заметишь. Даже магическая аура словно исчезла.

Я придирчиво осмотрела место еще раз и выскочила из кабинета. Не верилось, что все прошло без сучка, без задоринки! Мы с Низорой помчались вниз. Теперь нужно было с самым невинным видом влиться в толпу, которая охотилась на шысвирта.

Зверь успел удрать в витражный зал. Мы с Низорой тихонько подошли и пристроились за спинами других адептов. К счастью, на нас никто не смотрел. Вскинув головы, толпа наблюдала за тем, как шысвирт носится по потолку, сложенному из разноцветного стекла. Потоки света и тьмы лились с ладоней преподавателей и пытались согнать зверя на пол. Высокий рыжебородый мужчина раздавал указания:

— Левее! Осторожно! Это витраж времен основания империи!

Я уже начала раздумывать, а не применить ли свою силу для сохранения раритета, но меня опередили.

Завитки темной и теплой магии покрыли купол, заставляя отпрянуть обычные свет и тьму. Шысвирт испуганно заверещал и помчался вниз. Но сила, которая внушала ужас не только ему, но и всем собравшимся, неумолимо гнала зверя в центр зала.

Толпа расступилась, и я увидела, как Дан с равнодушным лицом поднимает за шкирку с таким трудом пойманную тварь. Гаэру неприязненно посмотрел на него и набросил на шысвирта сонную сеть. Декан Орус тут же выхватил из слабеющих зубов перстень с крупным камнем. Рыжебородый мужчина вытер пот со лба и приказал:

— Верните его к сородичам! И выясните, как он сюда пробрался.

— Пробрался? — фыркнул Гаэру. — Уверен, это дело рук одного из адептов. И я обязательно узнаю, кого.

Он начал обводить ряды собравшихся тяжелым взглядом. Но мне на это было наплевать. Я придирчиво осматривала Дана. Вроде бы не ранен…

Колокол возвестил начало занятий, и декан спохватился:

— Возвращайтесь к учебе!

Адепты начали разворачиваться и шагать в обратном направлении. Я нашла взглядом Сайлава и Юлиана. Парни пробирались к выходу вдоль стены и старались вести себя как обычно. Я развернулась, чтобы вслед за Низорой отправиться в класс.

Но стоило мне сделать несколько шагов, как на моем локте сомкнулись жесткие пальцы. Горячее дыхание обожгло мое ухо, и я услышала шепот куратора:

— А теперь ты мне кое-что расскажешь…

Кажется, я снова вляпалась…

Я повернулась и состроила невинное лицо. Дан резко выдохнул — Правую руку в карман. Муштра на тренировках дала о себе знать. Я сначала выполнила приказ, а потом задумалась. В тот же миг рядом с нами остановился Гаэру. Историк подозрительно оглядел меня с ног до головы. Перебинтованная ладонь была в кармане, а повязку на запястье второй руки скрывал рукав пиджака. И даже невинное выражение лица было кстати! Так что магистр повернулся к моему куратору и доверительно начал — Господин Ихлас, прошу вас оказать содействие. — Какое? — равнодушно спросил Дан. Гаэру махнул рукой в мою сторону и пояснил — Юная леди не прилагает должного старания. Мы не можем выпускать адептов, которые не знают историю родного герцогства. Время идет, а леди Шен никак не может наверстать упущенное. А на прошлой неделе она отвратительно написала контрольную работу. Я стиснула кулаки и едва не зашипела от боли. Историк тем временем продолжал — Я вынужден назначить юной леди дополнительные часы для сдачи пропущенных тем. — Только если они не будут мешать тренировкам и заданиям Шестого, — холодно парировал куратор. — Лайя участвует в турнире. И ей придется постараться, чтобы вернуться от Дымных скал живой. Разумеется, в случае благополучного исхода леди придется подналечь на ваш предмет. Я возмущенно посмотрела на него. Гаэру тоже не был доволен. Но спорить не стал и вперевалочку направился прочь. Дан проводил историка раздраженным взглядом и повернулся ко мне. К этому моменту и зал, и коридор опустели. — Зачем ты это сделала? — спросил куратор. Я изобразила недоумение — Сделала что? Вместо ответа он бдительно огляделся и вытащил мою руку из кармана. После этого Дан встал так, чтобы загородить ее от света. И я с ужасом заметила под краем повязки слабое фиолетовое свечение, которое пробивалось даже сквозь притирания. Я поспешно сунула руку обратно в карман и уязвленно ответила — Так было нужно. Взгляд куратора стал укоризненным, и я шепнула — Прости. Он с досадой дернул плечом и проговорил — Тебе нужно как-то спрятать пятно и укусы. Гаэру и так зол на тебя...Я нахмурилась и процедила — Это взаимно. Гаэру подсунул мне самый сложный вариант на контрольной! И постоянно придирается ко мне! Дан помрачнел, но ничего не сказал. Порадовало, что он не пытался меня вразумить, а разделял мои чувства к настырному старику. — Схожу в комнату, закрашу пятна, — решила я. И с надеждой спросила: — Может быть, вы знаете способ избавиться от них поскорее? — Подумаю, — коротко ответил куратор и пошел прочь. На первый урок я опоздала. Пришлось метнуться в общежитие и попытаться закрасить фиолетовый оттенок румянами. Там меня ждал еще один неприятный сюрприз. Бледные фиолетовые пятна уже покрыли оба предплечья до локтя. Пока бледные...К счастью, румяна справились и скрыли фиолетовый оттенок. Правда, в темноте все равно было видно слабое свечение. Но пока большая часть была под одеждой. Это единственное, что утешало. Первой сегодня была словесность, и меня почти не ругали за опоздание. Но весь урок я сидела, как на иголках. У четвертого курса первой была история. Безумно хотелось узнать, что там происходит. Но придется довольствоваться рассказами Сайлава и Юлиана...Когда колокол возвестил об окончании занятий, адепты высыпали в коридоры. Четвертый курс я заметила сразу. Они толпой шли на следующий урок толпой и галдели. Сайлав и Юлиан были там. Завидев нас, парни переглянулись с Низорой, и девушка понятливо утащила меня в закуток под лестницей. Через минуту туда ввалились старшекурсники, икая и давясь смехом. Держась за живот, Сайлав поведал — Сработало! Все началось, когда Гаэру сел на стул. Сначала он хмурился, потом начал ерзать и меняться в лице! — И стоять у доски он тоже не смог! — с восторгом вторил ему Юлиан. — Чесотка и там не отступала! Тогда он начал вызывать всех адептов по очереди и заставлять садиться на его стул. Приятель пихнул его в бок и, хихикая, перебил — А помнишь, как он спросил Артеса, чешется у того что-нибудь или нет? — А вы бы видели, с каким лицом на стул садился Орус! Мы с Низорой тоже начали хихикать, представляя эту картину. Отсмеявшись, Сайлав подвел итог — Урок сорван, декан и ректор обыскали всех нас. Теперь алхимик проверяет класс на зелья. Но, кажется, безуспешно...Алхимическая проверка меня немного тревожила. Но еще два урока спустя по академии начали расползаться слухи. Причина неизвестного зуда, который атаковал исключительно Гаэру, так и не была обнаружена. Все уроки истории пришлось отменить. В академии не было свободных кабинетов для занятий, а перенести на послеобеденное время не вышло: тут взбунтовались кураторы, которым нужно было вести боевую практику у своих подопечных. После занятий я вышла во двор в прекрасном настроении. На этот раз Дан ждал меня у самой дальней колонны. Я прошла в дальний конец двора и замерла рядом с ним. Сильвестр появился возле ног куратора и язвительно произнес — Явилась, нарушительница спокойствия. Кот насмешливо посмотрел на меня снизу вверх, и я вспомнила про Таран, которая не показывалась все утро. Но задать вопрос не успела. Дан резко подался вперед и прошептал, глядя мне в глаза — Как думаешь, сколько времени понадобится Гаэру, чтобы связать утренний переполох с происшествием в своем кабинете? У меня не хватило совести врать и отпираться, поэтому я лишь скромно потупилась и вздохнула. Куратор продолжил — И как скоро он свяжет пятна на твоих руках с шысвиртом? — Они розовые, — возразила я, показывая ему ладони. Но обнаружила, что на тыльной стороне левой кисти вспыхнула парочка новых пятен, которые предательски отсвечивали фиолетовым. Я поспешно сунула руки в карманы, а Дан мотнул головой — Неважно. Гаэру все равно может догадаться. — И что же делать? — обреченно спросила я. Куратор выпрямился и кивнул. — Идем, — сухо проговорил он. — Попытаемся избавиться от последствий твоей глупости.

С этими словами куратор коснулся своего кольца. Когда вихри магии перемещения стихли, я удивленно моргнула. Мы стояли перед одной из казарм возле Шестых врат. Той, в которой находился госпиталь. Идти туда мне совсем не хотелось, но Дан буквально втолкнул меня в внутрь, а затем отворил самую первую дверь. Внутри оказалось тесновато. Кроме нас в небольшой комнате, предназначенной для осмотра больных, находились Шестой, Палван и Низора. Мальчишка восседал на кушетке, но больным не выглядел. На столике перед ним лежали бумаги. Моя однокурсница скромно притулилась за спиной своего учителя и на сына правителя старалась не смотреть. Я сунула руки в карманы, чтобы ничем не выдать своей неумеренной пятнистости. Куратор, похоже, не ожидал увидеть здесь посторонних. Он мрачно обозрел лица присутствующих и деликатно произнес — Эмер, у нас к тебе небольшое личное дело. Старик покладисто кивнул и с улыбкой велел Низоре — Подожди меня на улице. — Не надо, — обреченно протянула я. — Она и так знает. Дан удивленно поднял брови, а Шестой поинтересовался — Знает о чем? — Неважно, — буркнула я. Делиться с ним своими бедами хотелось меньше всего. Но мальчишка не отступил. — Мне тоже интересно, что ты натворила на этот раз. Я возмутилась — Почему сразу натворила?! Так, маленькая неприятность... Кажется, налегать надо было не на историю, а учебники по землеописанию за первый курс почитать... Может быть, там описано все местное зверье и его неожиданные магические свойства. — Показывай, — жестко приказал Шестой. Куратор мрачно попросил — Обещайте, что будете молчать. Старик и мальчишка согласно кивнули. После этого я вытянула вперед руки, на которых проступили новые светящиеся пятна. Глаза Низоры стали круглыми. Кажется, даже она не ожидала, что эффект будет таким красочным. Заид-младший бессовестно расхохотался, а Палван подавил улыбку. — В субботу Лайя приглашена на бал к Меретам, — вздохнул Дан. — Она не может предстать перед герцогом в таком виде. Слухи разойдутся моментально. Старик его успокоил — Ничего страшного, сейчас чего-нибудь придумаем. Заид-младший поднялся с кушетки со словами — Оставлю вас. — Потом он обратился к Низоре: — Нечего здесь прохлаждаться, пойдем. Найду тебе дело, пока твой куратор занят. Девушка не стала спорить и молча вышла следом за Шестым. Бумаги мальчишка забрал с собой. Палван в это время суетился у большого шкафа с лекарствами. — Снимай пиджак и закатывай рукава, — бросил он через плечо. Я села на кушетку и сделала, как он велел. Дан прислонился к стене и скрестил руки на груди. Он смотрел на мои ладони каким-то совершенно нечитаемым взглядом. Сильвестр выскользнул из тени и сел возле его ног. Тогда я спохватилась — Мне нужно еще вам кое-что рассказать! — Что еще случилось? — напрягся куратор. — С моей наджи что-то происходит, — сообщила я. — Таран все чаще сливается со "светлой тенью" и не выходит. Палван поставил на маленький столик пару баночек и прозрачную склянку с зеленоватой жидкостью. А затем попросил — Позови ее. Я мысленно обратилась к своей наджи. Бабочка послушно выпорхнула и опустилась на раскрытую ладонь старика. Какое-то время он водил рукой над сияющими крылышками. Я встревоженно наблюдала за ним. Наконец, Палван отпустил Таран, и она снова слилась с моей магией. А старик задумчиво произнес — Как будто с ней все в порядке. — Но раньше она так себя не вела, — возразила я. Пощипывая подбородок, он предположил — Возможно, дело в том, что ты много тренируешься. Наджи — это часть твоей магии. Ты пытаешься поднять уровень силы для турнира, и бабочке тоже нужно расти. Поэтому она и копит магию для скачка. — И что с этим делать? — спросила я, не пытаясь скрыть сомнение. — Ждать, — развел руками Палван. После этого он придвинул мне пузырек. — Выпей это. И снимай бинты. Пятна сойдут, когда заживут укусы. Дам тебе заживляющее и мазь, которая уберет свечение. За три-четыре дня кожа очистится, если будешь соблюдать мои рекомендации...Я интенсивно закивала и опрокинула в рот содержимое пузырька. На языке осталась вязкая горечь. Старик деловито промыл раны какой-то шипучей настойкой и наложил плотную желтоватую мазь. Потом он деловито обработал все пятна, количество которых меня совсем не радовало. Наконец, я поправила рукава рубашки и надела пиджак. Палван вручил мне лекарства, и я вышла из комнаты вслед за куратором. После мы отправились на тренировку. Когда нас окружили каменные стены тренировочного поля, Дан повернулся ко мне и спросил — Давно ты заметила странности у своей наджи? — Не очень, — ответила я и повернулась к Сильвестру. — А ты ничего не замечал? Кот фыркнул и растянулся на большом камне. — С мелкой все будет хорошо, — туманно ответил он, сворачиваясь клубком. — Готовится к турниру, и вам пора. Осталось не так много времени. Пройдет бал, а там и до Священной ночи недалеко. — А когда Священная ночь? — нахмурилась я, припоминая календарь праздников, который видела в библиотеке. — Перед турниром, — сообщил Дан, поворачиваясь. — Пробуждай магию. Очень осторожно попробуем слиться. Холодное белое сияние тут же оплело мои пальцы, пока куратор раскладывал вокруг нас камни покрупнее. Я ждала, что после этого он снова встанет у меня за спиной. Но Дан замер напротив и предупредил — Держи себя в руках. Мы должны научиться соединять магию без... Вспомогательных средств. Сначала нужно научиться создавать покров невидимости. Следующим этапом будет ускоренное перемещение и удары объединенной магией. До турнира нужно освоить хотя бы базу... Иначе я не знаю, как мы будем выбираться из Дымных скал. Я послушно кивнула и протянула ему руку. А затем робко начала — Ты каждый день уходишь в библиотеку... Нашел что-нибудь? Куратор тут же помрачнел. И, поколебавшись, ответил — Нет. Мне показалось, что он был не совсем честен. Но стало не до расспросов. Дан обхватил мои пальцы, струйка его теплой силы оплела холодное сияние, и я сосредоточилась на управлении магией. В академию я вернулась выжатая, как лимон, а Дан тут же ушел. Итогом тренировки недовольны были мы оба. Толкового слияния так и не вышло. Хотелось рухнуть на постель от усталости, но я собрала волю в кулак и побрела в столовую. Стоило мне устроиться за пустым столом, как рядом тут же плюхнулись Сайлав, Юлиан и Низора. Я вяло кивнула и зачерпнула жаркое из тарелки. Сайлав толкнул меня в бок и прошептал — Выше голову! Все получилось! Я слышал, как Гаэру требовал у алхимика, чтобы тот сварил желе распознавания. — Но магистр отболтался тем, что нет ингредиентов в нужном количестве, — подхватил Юлиан. — По-моему, он просто недолюбливает Гаэру и не хочет ему помогать. Так что с этой стороны проблем можно не ждать. Но даже эта весть меня не порадовала. Я лишь уныло кивнула. — Эй, мы принесли отличные новости, а ты не рада! — нахмурился Сайлав. Я только отмахнулась и сообщила — Меня сейчас порадует только какой-нибудь действенный способ поднять магию в Священную ночь. Без рогов скочирога и непонятных ритуалов. Парни озадаченно переглянулись, а я продолжила — Знаю, знаю. Такого нет. — Почему это? — искренне удивилась Низора. — Есть. Тот, которым воспользовалась я...Теперь уже я смотрела на нее озадаченно и ждала продолжения.

Девушка сделала выразительную паузу, и я поторопила:

— Какой способ?

Низора снисходительно посмотрела на меня и подалась вперед. А затем тихо произнесла:

— Если ты потеряешь невинность в Священную ночь, твоя магия вырастет.

Хорошо, что я не успела донести ложку до рта. Иначе бы точно поперхнулась.

Сайлав возразил:

— Не выйдет! Скачок силы провоцирует слияние магии. Она не может слиться ни с кем, кроме...

— Да, это проблема, — согласилась Низора. — Сливаться с этой магией...

Она передернула плечами, а я нашла в себе силы возмутиться:

— О чем вы говорите!

— В Священную ночь это не запрещено, — пробасил Юлиан. — Но сливаться с магией Непревзойденного рискованно. Ты уже не раз оказывалась между жизнью и смертью после слияния на тренировке, верно?

Тут мне возразить было нечего, и я только вздохнула. Не говорить же, что поцелуи как-то обращают процесс вспять...

Низора поддержала его:

— Если бы это было безопасно, Непревзойденный мог инициировать Лайю в ночь, когда ее перевели в Академию Юга. Кроме того, он давно не посещает Священные ночи, так что…

— Поверить не могу, что мы это серьезно обсуждаем, — пробормотала я.

Сайлав задумчиво проговорил:

— И одного скачка может быть недостаточно. Разница в уровне магии все равно останется значительной. Ихласа не зря зовут Непревзойденным! У тебя не останется времени, чтобы приспособиться и научиться управлять своей силой. Выходить на турнир в таком состоянии тоже рискованно.

А Низора заботливо спросила:

— Думаешь о своем парне с Востока?

Я хотела возразить, но вовремя прикусила язык и вздохнула. И, поколебавшись, сообщила:

— От ваших Священных ночей моих драконьих родственников удар бы хватил.

— Твоя жизнь им явно была бы дороже твоей невинности… — протянул Юлиан.

Я решительно отодвинула тарелку и малодушно произнесла:

— Пожалуй, пойду. Увидимся завтра.

С этими словами я встала и покинула столовую. На душе царил полный сумбур, и нужно было во что бы то ни стало скрыть его от товарищей. Я была настолько погружена в себя, что за первым же поворотом на кого-то налетела.

— Смотри под ноги, тут скользко! — предупредил знакомый девичий голос.

Я вскинула голову и обнаружила, что передо мной стоит Астрид. Белые волосы девочки также были собраны в пучок. Поверх невзрачного темного платья был надет кипенно-белый передник без единого пятнышка.

И такая же кристальная чистота царила в коридоре. Влажный пол сиял, тряпки сами по себе протирали сложный резной орнамент на стыке потолка и стен.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я.

— Мама попросила протереть лампы, — доверительно сообщила девочка. — Но я… увлеклась. А ты чего такая грустная?

Я с первой встречи испытывала к Астрид симпатию, чувствовала в ней родственную душу. Наверное, поэтому не стала врать, а со вздохом сообщила:

— Не могу придумать, как выжить на Ежегодном турнире Академии, на который меня записала одна… доброжелательница.

— Добра она тебе явно не желала, — покачала головой юная кухарка. — Но разве это не задача твоего куратора? Ты всего лишь адептка. Это он должен придумать, как вам выпутаться из этой ситуации без последствий.

— Он как будто придумал, но не делится, — вздохнула я.

— Всему свое время, — философски пожала плечами Астрид. А затем огляделась и добавила: — Подожди меня здесь.

Девочка скрылась за поворотом, и тряпки спланировали на пол. Пару минут спустя Астрид вернулась и вручила мне пакет.

— По лицу вижу, что к ужину ты не притронулась, — заявила она. — Я тут опробовала новый рецепт эклеров. Мама всегда говорит, что это лучшее средство от тоски. Не переживай, твой куратор обязательно что-нибудь придумает.

Я обескураженно поблагодарила девочку. Юная кухарка только подмигнула мне, подхватила тряпки и отправилась на кухню. А я продолжила свой путь.

В комнате я устроилась на постели с пакетом пирожных. Сначала я была уверена, что мне кусок в горло не полезет, и посмотрела на эклеры чисто из любопытства. Но, кажется, в еде Астрид тоже была какая-то магия. Выглядели пирожные так восхитительно, что я все же решилась попробовать.

Остаться равнодушной к нежнейшему заварному крему внутри я была неспособна. Потом я решила выбросить из головы все, что рассказали мне друзья, и нашла в себе силы сесть за домашнюю работу.

Будем решать проблемы по мере их поступления. Сначала меня ждал бал у Меретов…

Сначала пришлось заняться руками. Почти все пятна сошли, осталось одно, бледно-лиловое, на сгибе локтя. Я от души намазала остатками притираний не только его, но и четкий рисунок повыше. Пальмовую ветвь не удалось скрыть так хорошо. Но здесь я больше надеялась на рукава.

Платье выглядело намного лучше, чем на рисунке. На этот раз я выбрала глубокий зеленый, и Дэниза подобрала ткань в оттенках благородного изумруда. Верх платья представлял собой тонкий корсет, расшитый золотыми нитями. Узор напоминал лиственную вязь. Ткань идеально облегала фигуру, подчёркивая талию и оставляя открытыми плечи и ключицы.

Юбка струилась вниз водопадом лёгких слоёв: полупрозрачный шифон поверх мягкого атласа. Свободные рукава спускались до середины предплечья, надежно скрывая и пальмовую ветвь, и остатки фиолетовых пятен. От укусов шысвирта на руках осталась лишь пара коротких белых шрамов.

Я снова надела колье с огненным опалом и собрала волосы в замысловатый пучок, которые так любили драконицы. А затем начала придирчиво разглядывать свое отражение в зеркале.

В этом платье я казалась себе непривычно хрупкой. Таран, которая все это время восседала на спинке стула, воскликнула:

— Ты такая красивая, Лайя!

После этого она снова слилась со “светлой тенью”, и я печально вздохнула. Состояние бабочки продолжало меня тревожить несмотря на заверения Палвана, что с ней все в порядке. Но пришлось отвлечься от мрачных мыслей. Воздух задрожал, закручиваясь вихрями магии перемещения, и в комнату шагнул Дан.

Сегодня он был самой тьмой. Тот же черный костюм без единой белой нитки, даже рубашка того же цвета. Стоило куратору видеть меня, как его взгляд потемнел. Он и в прошлый раз буквально поглощал меня глазами, а теперь от того, как он смотрел, перехватывало дыхание.

Дан резко приблизился и сжал пальцами мой подбородок. Сердце гулко стучало в груди, но куратор не спешил продолжать.

— Идея затмить Ялину была не так уж хороша, — отстраненно пробормотал он, глядя мне в глаза.

— Почему? — напряглась я. — Тебе… не нравится это платье?

Пальцы на моем подбородке сжались чуть сильнее, и Дан искренне произнес:

— В этом платье ты настолько прекрасна, что я, кажется, растерзаю Эльяра, если он подойдет к тебе. Но придется сделать кое-что не слишком приятное…

Тут он, наконец, склонился к моим губам и впился в них жадным поцелуем. Я вспомнила, что нам нужно успокоить магию перед балом. Затем мысли улетучились. Нас окружила темная и теплая сила. Следом внутри меня начало разгораться холодное сияние.

Я отпустила магию на волю и позволила ей слиться с магией своего учителя. Теперь голову кружил не только поцелуй, но и ощущение всемогущества. Хотелось, чтобы этот миг никогда не заканчивался. Но Дан все же оторвался от моих губ и развеял “темный свет”.

Впрочем, из объятий он меня не выпустил. Я капризно напомнила:

— Нам танцевать целый вечер. Не думаю, что одного раза для нашей магии будет достаточно.

Куратор усмехнулся и провел пальцем по моим губам. А затем осторожно начал:

— Сначала выслушай меня. Помни, что на этот бал мы идем, чтобы выведать хоть что-то. И нам обоим… придется делать не слишком приятные вещи.

— Например? — пробормотала я, пряча лицо у него на груди.

— Мне — смотреть, как ты танцуешь с другими. Тебе… вероятно, побеседовать с глазу на глаз с Пятым привратником.

Я вскинула голову и попросила:

— Может, не надо?

— Думаю, он собирается сказать тебе нечто важное, — серьезно ответил Дан. — Помни про нашу миссию.

Пришлось кивнуть, хотя никакого желания говорить с горе-отцом я не испытывала. После этого куратор снова поцеловал меня, также горячо и страстно. Это немного примирило меня с действительностью. Оставалось надеяться, что магия этим тоже удовлетворится и не подбросит новых сюрпризов.

Дан выпустил меня из объятий и протянул крошечную брошь, которую ему дал Заид-младший. Я осторожно приколола ее к вороту платья изнутри, потом расправила подол. Куратор коснулся своего кольца, и мы оказались в месте, где я еще не была.

Родовое гнездо Меретов впечатляло своими размерами. Мы стояли перед воротами с массивной железной решеткой. Сейчас она была поднята, а стража подобралась при виде моего спутника. Я протянула капитану приглашение, и он шагнул в сторону, любезно позволяя нам пройти во двор.

— Выше голову, — шепнул Дан, когда мы проходили через каменную арку.

Я оперлась на его руку и постаралась выпрямиться. Мы пересекли освещенный огнями сад и оказались в коридорах замка. Пожилой слуга неспешно ковылял перед нами, показывая путь. Я успевала разглядывать интерьеры родового замка. Каждая вещь, каждый сантиметр стен и пола кричали о богатстве.

Наконец, старик распахнул двустворчатую дверь зала и гаркнул:

— Леди Лайя Шен и ее куратор господин Дангатар Ихлас по прозвищу Непревзойденный!

Теперь мы шагали по большому залу с расписными колоннами. Головы присутствующих все как одна поворачивались в нашу сторону. По их лицам я поняла, что Мерет не пожелал предупредить гостей, кого он позвал на этот праздник. А когда мы замерли перед креслами хозяев, заметила, что Пятый совершенно не удивлен. Значит, он рассчитывал, что я возьму с собой именно Дана. Плохо…

В кресле по соседству с Меретом восседала его жена в скучном сером платье. Лицо женщины осталось равнодушным. Рядом с супругом она выглядела не хозяйкой бала и верной спутницей герцога, а жалкой куклой со сломленной волей. Ялина стояла за спинкой отцовского кресла и сверлила меня взглядом, полным ненависти. Но я не успела насладиться триумфом и затылком почувствовала на себе еще один взгляд.

Было в этом взгляде нечто липкое и неприятное. Наверное, стоило обернуться и посмотреть его обладателю в глаза. Но мы уже стояли перед четой герцогов Мерет. И по какой-то неизвестной причине оборачиваться мне совсем не хотелось…

Пятый расположился в кресле, откинувшись на спинку и подперев голову рукой. Он какое-то время оценивающе разглядывал меня и, похоже, остался доволен увиденным.

С легкой улыбкой герцог произнес:

— Я рад приветствовать тебя в своем доме Лайя. Надеюсь, тебе здесь понравится. А вы, господин Ихлас, наслаждайтесь праздником. Сомневаюсь, что при моей жизни у вас появится еще один шанс попасть в этот дом.

Его губы скривились в усмешке. Дан равнодушно кивнул и потянул меня прочь. Тут я не выдержала и обернулась. Чужой неприятный взгляд тут же исчез. Я обвела взглядом толпу. На нас глазели слишком многие, чтобы найти того, чье внимание было таким неприятным.

— Что-то не так? — ровным тоном спросил куратор.

Поколебавшись, я мотнула головой и неуверенно пробормотала:

— Может быть, показалось.

Я надеялась, что скоро начнутся танцы, или мы с Даном сможем где-то скрыться от любопытных глаз. И меньше всего ждала, что за дальним рядом колонн обнаружатся длинные столы.

— Сначала торжественная речь герцога и танцы, потом ужин, — мрачно сообщил куратор.

— А если нас посадят отдельно? — забеспокоилась я.

— Значит, ты будешь предельно осторожной, — серьезно ответил Дан. — Скорее всего, именно таков план Мерета. Мне даже интересно, куда тебя посадят…

Разлучаться в этом змеюшнике мне совершенно не хотелось. Но если я начну цепляться за куратора, это тоже будет выглядеть подозрительно.

Тут мои размышления были прерваны. Рядом с нами остановилась довольно дряхлая старушка в вызывающем платье алого цвета. Она куталась в такой же алый шерстяной платок и опиралась на руку слуги.

Женщина подслеповато прищурилась и смерила меня взглядом. А затем прокудахтала:

— Кого-то ты мне напоминаешь… Дангатар, я прослушала фамилию твоей новой ученицы.

Куратор процедил:

— Лайя Шен. Вдовствующая герцогиня Мередит Дальгон. Ее семья издревле хранит внутренние границы.

— Шен… — задумчиво повторила старуха. — Не наша, что ли?

— Моя мать из драконов, — пояснила я. — Но у меня дар привратника.

— Редчайший дар привратника, “светлая тень”, — поправил Дан таким тоном, словно попытался заявить права на меня.

— Драконы? — продолжала герцогиня. — Помнится, лет двадцать назад крутилась тут одна девица с Востока. Охмурила Мерета. Ни до этого, ни после не видела, чтобы Ясин бегал за какой-нибудь юбкой. Но долг перед родом для него всегда был превыше. А девчонка-то оказалась с характером. Напоследок затопила его покои… Ясину тогда пришлось весь паркет в своем крыле менять.

Я жадно ловила каждое слово старухи. Но та больше не пожелала разговаривать, а только кивнула, и слуга повел ее к столу. До моих ушей начали долетать шепотки:

— … не скрывает грехи молодости.

— … привел в дом внебрачную дочь…

— … а выглядит аристократкой…

Только присутствие Дана заставило меня остаться на месте и сохранять спокойствие. Я заметила, что Ялина остановилась неподалеку. Сестрица явно выжидала момента, чтобы наговорить мне гадостей. Но куратор, на руку которого я по-прежнему опиралась, заставлял ее оставаться в стороне.

Мгновение спустя за ее спиной возник Арджуманд. Я почувствовал, что рядом напрягся Дан. Этих двоих нужно держать друг от друга подальше… Куратор Ялины сегодня был одет в коричневый парадный костюм. И чем больше я смотрела на Арджуманда, тем сильнее ощущуала беспокойство на границе сознания. Что-то с этим типом не так, но что?

Мне показлось, что над плечом чужого куратора мелькнула пара сияющих глаз. Но в этот момент трубы возвестили о начале праздника, и Пятый поднялся со своего места.

— Рад приветствовать всех в замке Меретов, — начал он. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы отпраздновать великие дела наших предков…

Звучный голос разносился по залу. Гости внимали ему с благоговением. Даже Ялина и Арджуманд потеряли интерес к нам и смотрели на Пятого. А я перестала ощущать нечто странное, да и наджи больше не пказывался.

Наконец, герцог договорил и хлопнул в ладоши, приказывая оркестру играть. После этого он спустился с возвышения и направился ко мне. Кажется, тянуть с разговором Мерет не намерен.

Я повернулась к Дану в надежде, что танец начнется раньше, чем хозяин замка дойдет до нас. Но в этот момент из толпы вынырнул Эльяр. И с достоинством поклонился мне, приглашая на танец.

Дан сжал мою руку чуть крепче и холодно заговорил:

— Лайя…

— … с удовольствием уделит время моему помощнику, — оборвал его Пятый, останавливаясь рядом. — Потому что нам с вами, господин Ихлас, нужно поговорить.

Сердце ухнуло вниз. Я ждала, что Мерет пожелает говорить со мной. Но по какой-то причине начать он решил с Дана…

Дангатар Ихлас

После панорамного вида в саду возле дворца правителя, удивить меня чем-то было сложно. Пока мы шагали по тропинке между подстриженными кустами, мне все меньше нравилась идея куда-то идти с Меретом. Я поневоле замедлила шаг, и это не осталось незамеченным.

Герцог повернулся ко мне и с толикой раздражения произнес:

— Я что, похож на идиота, который позвал тебя сюда, чтобы прикопать под кустом? Мы только поговорим, Лайя.

— Где мой куратор? — требовательно повторила я.

— Понятия не имею! — отозвался Мерет. — Но я рад, что сейчас он нам не мешает.

Мы продолжили путь, и теперь вместо того, чтобы разглядывать сад, я задумчиво смотрела в спину Пятому. Дан предупредил, что мне придется поговорить с ним. Возможно, специально отошел в сторону, чтобы предоставить Мерету такую возможность. А, может быть, нашел что-то важное… и лучше бы мне пока отвлечь горе-папашу.

Стоило мне об этом подумать, как мы оказались на небольшой, круглой полянке. Одинокий каменный фонарь освещал подстриженную траву и крупные цветы на ветках магнолий. Воздух был наполнен их ароматом.

Я огляделась и спросила с иронией:

— И что же вы хотели мне здесь показать? Кусты?

— Место, где мы встречались с твоей матерью, — пафосно произнес Мерет, но я только фыркнула.

После этого герцог встал напротив меня и какое-то время молчал, пристально разглядывая мое лицо.

— Мы пришли сюда, чтобы смотреть друг на друга? — саркастично спросила я.

— Нет, — мотнул головой герцог. — Но здесь я еще лучше вижу, насколько ты похожа на Зейру.

Не знаю, какой реакции он ждал. Но я скрестила руки на груди и предупредила:

— Если вы сейчас начнете убеждать меня, что любили мою мать и сожалеете о своем выборе, я буду долго смеяться.

Пятый усмехнулся, а затем ответил совершенно серьезно:

— Я любил твою мать, но не жалею о своем выборе. Не каждый может стать частью рода Мерет, как я уже говорил. Поколения моих предков увеличивали богатство и влияние. Я намерен и дальше продолжать их дело. Под моим началом род взойдет к новым вершинам могущества.

— Наполовину драконица из захудалого рода, конечно же, не пара вам, — сердито проговорила я, чувствуя, как внутри закипает злость.

Интересно, это могущество он хочет обрести, сговариваясь с демонами?

Герцог подался вперед и проговорил:

— Именно. Для того, чтобы стать частью рода, нужно приносить ему пользу. И, так уж вышло, что у тебя этот шанс есть.

— Какой еще шанс? — раздраженно спросила я.

— Стать частью рода Мерет. Но с одним условием. — Он шагнул вперед, нависая надо мной, и прошептал: — Помоги мне убрать с дороги своего куратора. И тогда я дам тебе свою фамилию.

Сердце забилось чаще. Сбывались мои худшие опасения. Сдерживая рвущееся изнутри негодование, я протянула:

— В каком смысле — убрать с дороги? И чем я могу здесь помочь? Вы, кажется, забыли, что его зовут Непревзойденным.

— Тебе нужно будет сделать только одно простое действие, — пояснил герцог. — Дальше мы справимся сами.

— Вы его отравить решили, что ли? — подозрительно спросила я.

Жесткие пальцы легли на мою щеку, и Мерет терпеливо заговорил:

— Нет. Ихласу всего лишь нужно оказаться в нужный момент в нужном месте… А тебе ему в этом помочь. После этого я признаю тебя своей дочерью. Ты получишь земли, достойное содержание, уважаемого супруга… Положение в обществе, которого всегда была лишена…

Его глаза горели, а в голосе звучала сила и власть. Этот человек и правда готов был дать мне то, о чем говорил. В обмен на… жизнь и здоровье Дана?

Чувствуя омерзение, я резко отшатнулась и отбросила его руку. А затем отвернулась и дрожащим голосом произнесла:

— А что думает об этом ваша законная дочь?

После короткой заминки герцог мягко произнес:

— Ялина… не оправдывает моих ожиданий. Она еще слишком слаба, чтобы иметь право голоса среди Меретов. Чтобы стать достойной частью рода, ей придется проглотить это.

На миг мне даже стало жаль даже противную сестру.

— Может, не так уж плохо, что вы от нас отказались, — сказала я вслух. — Мой ответ — нет.

Пятый напомнил:

— Твоя мать была такой же упрямой и прямолинейной, Лайя. И ничего не смогла тебе дать.

— Нет, — повторила я, разворачиваясь к тропке, по которой мы пришли сюда.

Но Мерет шагнул за мной и сжал мои плечи. От его шепота над ухом меня продрал мороз по коже.

— А может быть… — предположил он. — Тебе вскружил голову твой учитель?

Сердце ухнуло куда-то в пятки, но собрала остатки решимости, чтобы возмутиться:

— Да что вы такое говорите?! Это у вас тут… обитель сомнительной морали по праздникам! А у драконов это позор. Моя мать, наверное, только от ваших предположений в гробу перевернулась. Даже после смерти вы ей одни проблемы доставляете…

Но на это Пятый не повелся. Продолжая удерживать меня за плечи, он холодно проговорил:

— Прими решение до Священной ночи Лайя. Используй кольцо.

Больше я не стала слушать, а он — удерживать меня. Пальцы на моих плечах разжались, и я решительно направилась прочь, гордо вскинув голову. Сердце продолжало тревожно биться. Хотелось немедленно найти Дана и все ему рассказать. А еще лучше — оказаться в его объятиях, чтобы смыть с себя неприятный осадок на душе после разговора с Меретом

Впереди показались песочно-желтые колонны открытой галереи. У дерева неподалеку я заметила какие-то тени. Но не успела ускорить шаг, как случилось две вещи.

Сначала я узнала пару, которая там стояла. И после этого ощутила нечто странное. Точнее, почуяла, потому что внутри встрепенулись остатки драконьего чутья. Почуяла какую-то незнакомую… магию?

Зачатки драконьей сущности словно сжались в комок. Стоило порадоваться, ведь я давно не ощущала ее. Но тут я испытала непреодолимое желание приблизиться к источнику незнакомой силы. И, прежде чем поняла, что делаю, свернула с тропы и остановилась перед Арджумандом, который беседовал со своей ученицей.

Куратор держался за плечо, а Ялина… Меньше всего я ожидала увидеть страх в ее глазах. Но задумываться о странном поведении сестрицы пока было некогда. Драконье чутье всего на миг обострилось до предела, но я успела почувствовать… Источник странной магии находился там, на плече Арджуманда. И природа этой магии была такова, что даже зачаток драконьей сущности трубил об опасности.

Куратор отпустил плечо и повернулся ко мне. А я вдруг вспомнила, что уже видела у него этот жест. В дворцовом саду, когда мы с Даном подслушали ихс Меретом разговор.

— Что тебе нужно? — резко спросил Арджуманд.

Внутри меня все сжалось в комок, а сердце колотилось как бешеное. Но я натянула улыбку и легкомысленно произнесла:

— Ничего. Любуюсь садом. Герцог Мерет устроил мне довольно познавательную экскурсию.

Эти слова словно вывели Ялину из спячки. Она вздрогнула и метнула на меня взгляд, полный ярости. Ее куратор махнул рукой и приказал:

— Свободна.

Сестрица развернулась и ушла, не глядя на него. Оставаться наедине с Арджумандом я не желала и шагнула было за ней. Но в этот момент он поймал меня за локоть и шепнул:

— Если осмотр сада закончен, может быть, мы вернемся в зал и вы подарите мне один танец, леди Шен?

Эта притворная вежливость меня не обманула. И я ни за что не согласилась бы танцевать с ним. Если бы не магия, которую я ощутила на его плече совсем недавно. Может быть, драконье чутье проснется снова и подскажет мне что-нибудь еще? С этой мыслью я отозвалась:

— Что ж, давайте потанцуем.

Я оперлась на предложенную руку и позволила Арджуманду вести меня в замок. На его губах играла довольная улыбка. Знал бы он, что в этот момент я мысленно звала драконью сущность и пыталась выжать из нее хоть капельку магии. Но ничего не получалось — кажется, эта часть моего дара потратила все силы, чтобы указать на опасность. Или погасла окончательно. Правда, об этом совсем не хотелось думать…

Когда мы перешагнули порог бального зала, я тут же увидела Дана. Куратор стоял неподалеку от выхода в галерею, и на него откровенно вешались две привлекательные незнакомки в дорогих платьях — блондинка и рыжая. При этом лицо Дана оставалось холодным и равнодушным, хотя девушки из кожи вон лезли, чтобы привлечь его внимание.

Несмотря на это равнодушие, я испытала приступ жгучей ревности. Хотелось оттащить девиц от своего куратора. Будто специально, Арджуманд повел меня к центру зала так, чтобы пройти мимо Дана. Я пыталась сохранить невозмутимое лицо и ничем не выдать своих чувств.

Но Дану это удалось хуже, чем мне. Он резко поднял взгляд и заметил нас. В глазах куратора полыхнуло такое бешенство, что мне стало совестно. Я вспомнила ненависть, с которой эти двое всегда смотрели друг на друга. И теперь я шагаю рядом с врагом. Только бы Дан не натворил глупостей… Я отчаянно воззвала к своей наджи. Может быть, Таран сумеет образумить его?

Сжатый кулак Дана на миг окутала тьма. И теперь я могла удовлетворенно наблюдать, как меняются в лице девицы. Наверное, они действовали по приказу Пятого, потому что демонстрация магии не заставила их пойти на попятный. Но обе стремительно бледнели.

К счастью, бабочка спланировала на плечо куратора, и он смог взять себя в руки. Усилием воли он снова натянул на лицо холодное и равнодушное выражение. Танец начался, и мое внимание теперь снова было сосредоточено на Арджуманде. Я была напряжена в его руках, как струна. Но этому он не удивился.

Моя ладонь лежала на плече Арджуманда, и я изо всех сил пыталась ощутить хоть что-то. Поэтому я не сразу заметила, что он не пытался со мной заговорить, а поглядывал куда-то поверх моей головы.

Я на миг я оставила попытки что-то ощутить и оглянулась. Увиденное мне совсем не понравилось. Арджуманд смотрел на Дана, вокруг которого все еще увивались девицы. Он пригласил меня лишь для того, чтобы взбесить моего куратора?

Тут музыка стихла. Похоже, придется смириться, что больше я ничего не смогу почувствовать. Арджуманд с усмешкой поклонился мне и сообщил:

— Настало время ужина. Провожу вас к столу, леди. Я напряглась еще больше. Наверняка нас с Даном сейчас посадят отдельно, да и к напиткам есть вопросы. Но безропотно позволила Арджуманду вести меня туда, где за колоннами располагались уже накрытые столы.

И здесь Пятый снова сумел меня удивить…

Герцог Мерет уже восседал во главе стола. По правую руку от него бледной тенью застыла супруга. Место напротив нее, слева от герцога, занимала Ялина. Стул рядом с ней пустовал, и Арджуманд подвел меня именно к нему. Я затравленно огляделась и нашла глазами Дана. Его посадили достаточно далеко, чтобы куратор не участвовал в разговоре. С двух сторон от него расположились те же самые девицы. Внутри снова вспыхнула жгучая ревность, которую я постаралась ничем не выдать. Бледные лица красоток меня немного утешили. И то, что Таран не покидала плечо Дана, напоминая о нашей миссии. А еще она словно говорила "мое", и от этого я ощутила толику удовлетворения. Арджуманд отодвинул стул, и я с достоинством на него опустилась. Ялина в мою сторону даже не посмотрела, но всем своим видом выражала презрение. Мать девушки скользнула по мне безжизненным, невыразительным взглядом. Словно перед ней посадили не внебрачную дочь ее мужа, а неизвестную девушку. Но я не сомневалась, что каждый в этом зале уже знает, кто я и кем прихожусь герцогу. Арджуманд сел по другую руку от меня, и внутри вспыхнула слабая надежда. Может быть, я снова почувствую странную магию? Я постаралась придать лицу спокойное выражение и выпрямила спину. С удовлетворением отметила, что мое платье ничем не хуже, чем наряд Ялины и супруги Пятого. Благодаря Дану, я смотрелась среди них... Равной. Главное, помнить, что это всего лишь иллюзия. Судя по благосклонному взгляду Мерета, он был этим очень доволен. Я ждала, что напротив посадят Эльяра, чтобы окончательно добить меня и окружить верными людьми герцога. Но в этот момент слуга подвел к этому месту пожилую леди, которая разговаривала со мной в зале. Кажется, Дан назвал ее Мередит Дальгон. Старушка, кряхтя, опустилась на стул и хитро посмотрела на меня. По другую руку от нее устроился мрачный советник. Пока остальные гости рассаживались, вдовствующая герцогиня Дальгон обратилась к Мерету — Замаливаете грехи прошлого, герцог? Тот холодно произнес — Мне нечего стыдиться. — Разумеется, — кивнула старуха. — Таланта вашим девочкам не занимать. Она перевела взгляд с него на Ялину, а затем посмотрела на меня. Сестрица тихо фыркнула. Но разговор пришлось прервать, потому что Мерет поднялся и начал очередную торжественную речь. Учитывая, что он сговаривался с демонами, восхваление доблести предков из его уст звучало особенно мерзко. Наверное, поэтому я не сразу заметила, что в руках он сжимает бокал со странной беловатой жидкостью. Только после этого я обнаружила такой же бокал перед собой. Снова этот... сок местного фрукта. Его что, принято пить на это праздник? Я украдкой огляделась и поняла, что так и есть. Перед всеми гостями стояли одинаковые напитки. Наконец, Мерет возвестил — Так выпьем же за доблесть привратников прошлого! Я медленно сжала ножку бокала, и брошь на внутренней части воротника ожидаемо стала ледяной. Я улыбнулась Эльяру и поднесла бокал ко рту. Прохладное содержимое лишь коснулось моих плотно сжатых губ. Отставив бокал, я промокнула губы салфеткой и оглядела стол. Сейчас мне очень нужно было пробудить хоть каплю драконьей магии. Есть вероятность, что если зачаток сущности подкормить, он смилостивится и выдаст еще силы. В Академии Драконов мы всегда налегали на мясные закуски. Так что я поспешно сгребла на тарелку все мясное, до чего могла дотянуться, и начала это с аппетитом поглощать. К счастью, на еду брошь не реагировала, так что объедать Меретов можно было с чистой совестью. Я сделала вид, что про жидкость в бокале вообще не помню, а соседи по столу интересуют меня гораздо меньше, чем еда. Гости за столом тихо переговаривались, герцог благосклонно взирал на своих приспешников и молчал. Через несколько минут Ялина не выдержала и прошипела — Тебя в Академии не кормят, что ли? Проглотив очередной кусок мяса, я улыбнулась ей и ответила, немного покривив душой:- Там готовят хуже. Я отметила, как помрачнел Пятый. Он перевел взгляд с полного бокала на тарелку. Наверное, понял, что магическую дрянь стоило добавлять не туда...Тут старуха Дальгон любезно проговорила — Что-то вы совсем не пьете, милочка. Обычно девушки любят сладкое. — У меня другие вкусы, — пробормотала я, отправляя в рот острую колбасу. Вкусную, кстати...Вдовствующую герцогиню поддержал Эльяр — Наверное, вы просто не распробовали, леди. Больше ни в одном герцогстве такое не подают. Сделайте еще глоток — может быть, вам понравится больше. — Да, попробуйте еще, — поддержал его Арджуманд. — Чтобы почтить память предков как следует. На этот праздник обязательно нужно пить традиционные напитки. Это и стабилизации магии помогает. Теперь Арджуманд и Мерет во все глаза смотрели на меня. Проклиная их упрямство, я улыбнулась и снова поднесла бокал к плотно сжатым губам. Заметят ведь, что не пью...Пользуясь моментом, я снова воззвала к драконьей сущности. О, чудо — чутье проснулось всего на миг, но я собрала остатки силы и попыталась снова ощутить чужеродную магию. И у меня получилось, но я едва не задохнулась от удивления и с большим трудом удержалась от того, чтобы не сделать глоток. Жидкость потекла по подбородку и оросила лиф платья. Чужеродная магия показалась еще более отвратительной, чем в первый раз. Но самым удивительным оказалось то, что ее следы я ощутила не только на теле Арджуманда. На теле Мерета след был очень слабым. Самая большая часть разместилась на спине Ялины...Драконье чутье погасло, но порадоваться находке я не успела. Моя попытка воспользоваться остатками магии принесло не только ценные знания, но и последствия. Как только сила иссякла, мое сознание кануло в темноту.

Сначала я ощутила под собой достаточно твердый матрас, и только после этого в окружающую темноту ворвались голоса.

— Вы не имеете права удерживать ее здесь, — заявил Дан, едва сдерживая бешенство. — Она моя ученица и приписана к Шестым вратам. Я должен доставить ее в госпиталь.

— Она моя дочь, и наш семейный лекарь… — холодно начал Пятый.

— Она потеряла сознание после напитка на вашем празднике, — оборвал его мой куратор. — У меня нет повода доверять ни вам, ни вашему лекарю.

— А у герцога нет повода потакать вашим прихотям, — парировал Арджуманд.

Но тут я резко открыла глаза и села, прерывая их перепалку.

Комната оказалась совершенно незнакомой. Я скользнула взглядом по богатой обстановке и поняла, что мы все еще в замке Меретов. Дан мгновенно оказался рядом со мной. Спохватившись, он замер и нарочито медленно положил руку мне на лоб вместо того, чтобы сгрести меня в охапку.

— Как себя чувствуешь? — дрогнувшим голосом спросил он.

Я в это время прислушивалась к звенящей тишине внутри. Слабость накатывала волнами. Но я нарочито бодро заверила его:

— Прекрасно.

Мерет шагнул вперед и вкрадчиво заговорил:

— Лайя, тебе нужен уход. Мой лекарь скоро придет. Оставайся здесь.

В его глазах промелькнуло торжество. Кажется, в моем согласии папочка не сомневался… Неужели в бокале было что-то для помутнения рассудка? В здравом уме я бы на это не согласилась.

Я вяло улыбнулась ему, изображая сонливость, но затем твердо проговорила:

— Мне нужно вернуться в общежитие. Я… вспомнила, что там у меня есть одно дело.

Тут я украдкой оглядела себя и едва не вздохнула с облегчением. На мне все еще было платье. Значит, пока никто не заметил метку. И нужно удрать отсюда, прежде чем магия решит, что нам с Даном нужно повторить поцелуй.

Я встала и пошатнулась. Куратор придержал меня за плечи. Глаза Пятого опасно сузились. Я поправила прическу и чопорно произнесла:

— Господин куратор, проводите меня, пожалуйста, в общежитие.

Дан также официально подал мне руку. Мерет преградил нам путь и мягко заговорил:

— Это неразумно.

Я многозначительно посмотрела на него и с нажимом произнесла:

— Благодарю за невероятно содержательный праздник, господин Мерет. После него мне будет о чем подумать.

После короткой заминки он все-таки отступился и приказал слуге проводить нас к воротам. Я изо всех сил старалась побороть предательскую слабость и не виснуть на руке куратора.

Наконец, мы пересекли освещенный фонарями сад и вышли за ворота. Когда мы проходили под сводами массивной каменной арки, я снова ощутила неприятный взгляд. И на этот раз обернулась, чтобы узнать, кто так пристально наблюдал за мной.

Сначала я увидела знакомые светящиеся глазки. Кажется, именно они мелькали над плечом Арджуманда. Затем черная тень сорвалась с каменной стены и унеслась к дому. Тогда я догадалась:

— Это… наджи Арджуманда?

Дан потянул меня прочь от ворот и кивнул.

— Да. Чаще всего он принимает форму летучей мыши.

С этими словами куратор прикоснулся к портальному кольцу. Я не успела сказать, что хотела бы оказаться не в академии. Но когда вихри магии развеялись, мы снова стояли перед госпиталем у Шестых врат.

— Сначала тебя осмотрит Палван, — нетерпящим возражений тоном отчеканил куратор.

Я безропотно позволила ему завести меня в одну из пустующих палат, где с чувством выполненного долга растянулась на кровати. Слабость вернулась, хотелось лечь и проспать до утра. Но сначала нужно было доложить о своей находке.

— А мне и не нужно было в академию, — пояснила я. — Но прежде чем придет Палван, позови Шестого. Я узнала кое-что интересное и важное… Но будет лучше, если нас никто не услышит.

— Ты приняла какое-то зелье, — напомнил Дан. — Тебе нужно принять нейтрализатор.

Но я покачала головой.

— Нет, я ничего не пила, только вид сделала…

— Тогда почему ты потеряла сознание? — напряженно спросил куратор, пристально оглядывая меня с ног до головы.

Сбросив туфли, я понизила голос.

— Похоже, выжгла остатки драконьей сущности. Заработала частичное магическое истощение, но кое-что уловила…

Из тени Дана вышел Сильвестр. Кот вскочил на мою постель и растянулся у меня под боком. А затем проворчал хозяину:

— Иди уже, буди Рэйна. Покараулю твою напарницу.

Куратор согласно кивнул и вышел. Я погладила серую шерсть, и мне это безропотно позволили.

— Ты нас напугала, — сообщил кот. — Мерет, возможно, что-то заподозрил… А Дан едва не сцепился с Арджумандом. Таран слилась со “светлой тенью”, чтобы поддержать твои силы.

Я ощутила бабочку возле источника своей силы и кивнула. Удерживать глаза открытыми становилось все сложнее, несмотря на то, что мысли скакали, как бешеные белки.

К счастью, Дан вернулся быстро, и с ним был Шестой. Судя по мятой светлой рубашке, кое-как заправленной в брюки, куратор поднял мальчишку с постели. Но тот выглядел бодрым. Заид-младший опустился на стул рядом с моей кроватью и положил на край одеяла серый камушек. Такие артефакты я уже видела в Восточном герцогстве. Отвод глаз и глушение звуков.

Шестой потянулся, чтобы активировать камень, но я села и мотнула головой:

— Подождите. Я думаю, стоит позвать кое-кого еще.

— Кого? — напряженно спросил Дан.

— Господина Тулуна, — прошептала я.

Заид-младший все-таки активировал артефакт, а затем напомнил:

— На Востоке сейчас глубокая ночь. Конечно, у меня есть средства, чтобы вызвать посланника… Но его супруга этому не порадуется.

Я тут же вспомнила прекрасную драконицу, которую несколько раз видела на балах. Мейли Тулун всегда была само спокойствие. Но придется подумать и о приличиях...

Нас окружила серебристо-серая завеса, которая глушила звуки. Я обессиленно опустилась на подушку и пробормотала:

— Тогда вам придется пересказывать ему все без моего участия.

Сильвестр придвинулся ко мне теплым боком и поторопил:

— Не тяни. Быстрее расскажешь, быстрее Палван осмотрит тебя.

— Не нужен мне господин Палван, — пробормотала я. А затем открыла глаза и заговорила увереннее: — Пятый предлагал мне подставить Дана… куратора Ихласа. А когда я возвращалась из сада, увидела Арджуманда и Ялину. В тот раз, когда мы подслушали его разговор с герцогом в саду дворца, он растирал плечо.

— Да, я еще подумал, что у него там что-то есть, — кивнул куратор.

— Там и правда что-то есть, — сообщила я. — Когда я проходила мимо, проснулось мое драконье чутье. Я почувствовала на плече Арджуманда странную магию. А потом… Мне очень хотелось ощутить ее снова, понять, что это. Я собрала остатки сил за столом и смогла это сделать. Эта штука есть не только на теле Арджуманда. Пятый носит след слабее, а вот Ялина…

— Ялина? — удивленно переспросил Дан.

Шестой с иронией произнес:

— Девочка талантлива не по годам. Если четырнадцатилетний мальчишка может командовать Вратами, почему семнадцатилетняя девушка не может быть частью заговора?

Куратор нахмурился, но ничего не ответил. А Заид-младший повернулся ко мне и спросил:

— Что это была за сила?

— Понятия не имею, — призналась я, зябко обхватывая плечи руками. — Нечто… чужеродное настолько, насколько это вообще возможно. Не демоны. Проснулся зачаток драконьей сущности, чутье кричало об опасности. Но это не иргиты или призыватели, с которыми сражаются на Востоке.

Какое-то время в палате царила тишина. Затем Шестой начал рассуждать вслух:

— Ты почуяла это с помощью драконьей магии. И дело не в ее силе — Луди не раз бывал на приемах во дворце, встречался там с Пятым и его свитой. Но ничего не заметил, а он сильный дракон.

— Возможно, чужая магия появилась недавно, — предположил Дан.

— Или дело в стихии, — добавила я, прикрывая глаза. — Тулуны — драконы земли, а я пыталась вырастить водную драконицу. Но сейчас, наверное, выжгла зачатки сущности…

Немного помолчав, мальчишка с досадой произнес:

— Да, придется с утра доложить посланнику. И попросить Мэйли осмотреть тебя.

— Не надо, — поспешно отказалась я. — Не о чем беспокоиться.

Мысль, что такие высокопоставленные драконы могут оказаться рядом, только пугала. Особенно если вспомнить про пальмовую ветвь на моей руке. Впрочем, маловероятно, что супруга посланника снизойдет до отчисленной из академии.

Шестой коснулся камня, и серая завеса погасла. После этого он хитро посмотрел на Дана и с усмешкой произнес:

— Приказываю сопроводить эту девушку в постель. Утром я доложу о вашей находке Луди.

Я кивнула и протянула ему брошь, которая предупредила меня о враждебной магии в бокале. После этого Сильвестр метнулся под ноги к Дану. Я собиралась встать и попрощаться с Заидом- младшим, но куратор подхватил меня на руки и коснулся кольца.

Мгновение спустя мы уже стояли в моей комнате. Я обхватила руками шею Дана и укоризненно прошептала:

— Он же поймет…

— Рэйн? Ему плевать, — серьезно ответил куратор и поставил меня на ноги.

Я оказалась в его объятиях и пожаловалась:

— Мы даже не потанцевали.

— О чем тебя просил Мерет? — внезапно спросил он.

При этом Дан был так напряжен, что стало немного обидно.

— Подставить тебя, сказала де, — дрогнувшим голосом проговорила я. — В обмен на избавление от турнира. Просил решить до Священной ночи. Разумеется, я отказалась. И он не сообщил никаких подробностей. Но намекал на… Мне кажется, он догадывается.

Дан медленно провел пальцами по моей щеке и признал:

— Теперь придется быть осторожными. В академии много глаз и ушей… Часть из них сопровождает не в меру болтливый рот. Даже соглядатаи не нужны, хватит идиотов, подобных этому… Сайлаву.

Я не стала разубеждать его. Дан скользнул взглядом по комнате, покосился на окно, и только после этого быстро поцеловал меня.

— Ложись спать, — приказал он. — У меня есть еще одно дело. Сильвестр, останешься здесь.

Кот безропотно выскользнул из его тени. Пока он устраивался на моей постели, я тяжело вздохнула и отошла к шкафу, чтобы стянуть платье. Легла спать с тяжелым сердцем, но уснула мгновенно — усталость дала о себе знать.

К утру Дан так и не появился, и это меня встревожило. Внутри все еще царила странная звенящая пустота. За завтраком я только вяло ковырялась в еде, односложно отвечая на вопросы Низоры. Для девушки бал у Меретов был огромным событием. Скоро ее вопросы мне надоели, и я предпочла сбежать под выдуманным предлогом. Но вместо того, чтобы идти в комнату, я направилась в зал под витражным куполом.

Там я остановилась перед белой доской, на которой было начертано мое имя, и задумалась. Кое-что из того, что произошло вчера, не давало мне покоя. Страх в глазах Ялины, чужеродная магия…

Но додумать эту мысль я не успела. Тяжелая рука легла на мое плечо, а над ухом раздался знакомый голос:

— Ты-то мне и нужна.

Я повернулась и оказалась нос к носу с Луди Тулуном, посланником императора. На драконе был тот же коричневый наряд с чешуйками на плече.

— Идем, — властно произнес Тулун, — есть разговор.

Он выпустил меня и развернулся к выходу. Но тут я заметила, что из ближайшего прохода к нам вперевалочку направлялся Гаэру. Историк отвесил дракону почтительный поклон и заговорил:

— У меня есть к вам нижайшая просьба, господин посланник.

— Какая? — недовольно ответил тот.

Гаэру поспешно начал:

— Видите ли, в моем кабинете на прошлой неделе произошла… одна неприятность. И у меня есть основания полагать, что всему виной драконий артефакт. Не могли бы вы взглянуть на него? Боюсь, здесь нет специалистов, чтобы разобраться в этом. А ваша мудрость и сила известны.

— Драконий артефакт, говорите? — мрачно переспросил Тулун, покосившись на меня.

Вот теперь я попала…

Я невинно улыбнулась посланнику и сделала честные глаза. Гаэру недовольно посмотрел на меня и добавил:

— Кстати, единственная, кто мог сотворить нечто подобное, стоит за вашей спиной. Из одной академии ее отчислили. Должен сказать, что здесь она не стала лучше учиться и сразу же связалась с дурной компанией…

Тулун прохладно ответил:

— Что ж, давайте посмотрим на предполагаемый артефакт.

Тут я попыталась отступить к стене и сделать вид, что меня не существует, но он добавил:

— Лайя, следуй за нами.

Возразить я не посмела. Пришлось тащиться в учебное крыло и подниматься в кабинет истории.

Меня немного утешило то, как магистр заходил в кабинет. Открывал дверь с опаской, будто внутри его поджидает стая разъяренных демонов низшего звена. Но мы обнаружили там только пустые столы и пыль… Кажется, уборщицу сюда тоже не пускали — чтобы не стереть следы нарушителя, который установил артефакт. То есть, мои.

Стоило Гаэру замереть возле доски, как его лицо побагровело. Он начал переминаться с ноги на ногу и ерзать на месте.

— Ужасный зуд, — пожаловался он дракону. — Работает только на мне, все остальные ничего не чувствуют. Вот, я попробовал новое средство — обнаружитель с Севера! — тут он сунул под нос посланнику какой-то пузырек. — Это драконий артефакт, я уверен!

Тулун вскинул бровь, и Гаэру поспешно опустил руки. После историк залебезил:

— Наши алхимики не справились. Только вы можете спасти мои уроки и мое доброе имя, господин посланник. Взываю к вашей мудрости!

Дракон втянул носом воздух, и я поняла, что пропала. Наверное, артефакт прямо не указывал на меня. Но такой сильный дракон, как Тулун-младший, вполне мог почуять природу камня. Магию огненного рода Реншу…

Посланник повернулся к стене и замер, прислушиваясь к чему-то внутри. Затем он повернулся ко мне. Я съежилась под внимательными взглядами двух мужчину. Но никакая здравая отговорка, чтобы сбежать отсюда или доказать свою непричастность, не приходила в голову.

— Ну так что? — спросил Гаэру и украдкой почесал тыльную сторону ладони.

Дракон медленно произнес:

— Да, здесь и правда использован драконий артефакт. Но найти его и устранить мы не сможем. Видите ли, это один из старых артефактов рода Реншу, его раньше называли Кристалл Огненного Зуда. Найти его может лишь тот, кто его активировал.

Историк побагровел и указал на меня.

— Я уверен, что это она!

— Да, — продолжал рассуждать посланник. — Если бы этот артефакт установила леди Шен, ее прикосновение к стене могло бы указать нам на камень. Но, боюсь, тут возникает небольшая проблема…

— Какая? — нетерпеливо произнес Гаэру, угрожающе придвигаясь ко мне.

— Артефакт был активирован драконьей магией, — терпеливо пояснил Тулун. — А чутье подсказывает мне, что драконьей магии у леди больше нет.

Я едва сдержала вздох облегчения, но расслабляться было рано. Историк потребовал:

— Призови силу!

Холодный белый свет послушно вспыхнул на моих пальцах.

— Драконью! — приказал Гаэру.

— Другой нет, — развела руками я, надеясь, что он оставит меня в покое, или Тулун вмешается.

Но того, что сделал историк, не ждали ни я, ни дракон. Пухлые старческие пальцы стиснули мое запястье.

— И такая магия сойдет! — рявкнул Гаэру и прижал мою раскрытую ладонь к злополучной стене.

Белая вспышка ослепила меня, уши заложило от грохота. Нечто подобное со мной уже случалось…

Открывать глаза ужасно не хотелось. Я примерно представляла, что увижу. Однажды я уже использовала “светлую тень” возле драконьего артефакта. После этого стадион академии лишился целой секции сидений, а мы с Энлэем в наказание перемыли все лестницы в академии вручную. У меня мозоли от тряпки не сходили пару недель…

Но слитный вздох мужчин вокруг все-таки заставил меня поднять веки. А затем открыть рот, потому что картина, увиденная мной, превзошла все самые смелые ожидания.

Стены передо мной больше не было. Как и части соседней стены, с окном. А еще маленького кабинета, где Гаэру хранил подшивки газет, и крыши. Под моими ногами зияла дыра. Каменная пыль ровным слоем устилала колбы кабинета алхимии. Я вскинула голову и с ужасом рассмотрела вдали трещину, которая виднелась на витражном куполе.

Целый кусок здания развалился от того, что “светлую тень” закоротило с артефактом Реншу. Страшно представить, какое наказание ждет меня на этот раз… Друзья, завтра будет выходной.

Гаэру выпустил мою руку и отшатнулся от пропасти. Его лицо стремительно краснело от злости. Я стояла ни жива, ни мертва, и не могла вымолвить ни слова. На лицо Тулуна я старалась не смотреть. Что теперь будет?

В этот момент дверь отворилась и в кабинет вбежал декан Орус, а следом за ним — ректор. На миг оба застыли, пытаясь оценить масштаб проблемы. Орус дрожащей рукой провел по лысине, а ректор ущипнул рыжую бороду и выпалил:

— Что здесь произошло?!

Посланник обескураженно сообщил:

– “Светлую тень” закоротило с драконьим артефактом.

Тут Гаэру отмер и крикнул, указывая на меня:

— Это она устроила! Глупая девчонка! Из одной академии отчислили, а она никак не успокоится…

Я не успела выдавить из себя никаких оправданий. И вздрогнула от неожиданности, когда снова заговорил Тулун.

— А при чем здесь леди Шен? — ледяным голосом осведомился он. — Я предупредил вас, что найти артефакт можно только с помощью драконьей магии, которой эта адептка уже не обладает. Второй дар у полукровок чаще всего угасает, это естественный процесс.

Историк попытался возразить:

— Но я понятия не имел, что “светлая тень” может…

— И не дали шанса сообщить вам это, — продолжал дракон. — В нашей академии у леди Шен уже возникала... проблема подобного рода. Правда, магия привратников у нее была не развита, и мы обошлись несколько меньшими разрушениями.

Я смотрела на него во все глаза и не могла скрыть удивление. Луди Тулун, младший брат ректора Академии Драконов, посланник императора и прочие титулы, заступился за меня. Это что, сон?

Ректор в этот момент приблизился и вскинул голову, разглядывая дыру в крыше. А затем жалобно выдохнул:

— Витраж времен основания империи…

Тулун тоже поднял взгляд и добавил как будто невзначай:

— Да, говорят, одно из стекол в основании этого витража устанавливал сам император вместе с первым Правящим герцогом Юга. В год, когда они создали Стену…

Теперь Гаэру стремительно бледнел. Орус попытался поддержать его:

— Итак, вы сумели доказать, что артефакт использовала леди Шен…

Посланник бросил на него равнодушный взгляд и заявил:

— Леди всего лишь призвала “светлую тень” по приказу магистра. То, что артефакт закоротило, не указывает на ее вину. Этот вид магии привратников, очевидно, несовместим с артефактами, только и всего. И леди не собиралась трогать стену. Ваш преподаватель схватил ее за руку и заставил это сделать. Так что все разрушения на его совести.

Орус немного сник, но все же попытался выгородить Гаэру.

— Магистр сделал это по незнанию… — начал он.

Но Тулун больше не стал его слушать. Он повернулся к ректору и приказал:

— Разберитесь со своими подчиненными самостоятельно. Так уж вышло, что у меня есть дело к Ихласу. Поэтому я возьму на себя труд проводить леди Шен к ее куратору и доложить ему о происшествии. Надеюсь, расплата за витраж будет соответствующей. — После этого дракон обратился к Гаэру: — Боюсь, артефакт уничтожен, и мы уже ничего не узнаем о том, кто его установил, магистр. Но от чесотки вы теперь избавлены.

С этими словами он сжал мое плечо, и нас окружила портальная магия. Последним я увидела белое как мел лицо Гаэру.

Мгновения спустя мы уже стояли в незнакомой комнате. Обстановка была очень простой: шкаф, стол, и кровать под однотонным светлым балдахином, на которой беспробудно спал мой куратор. Расстилать постель он не стал и заснул на покрывале, сбросив рубашку и сапоги. Хорошо, что только рубашку…

Мой взгляд помимо воли скользнул по гладкому торсу к тонкому белому шраму на плече, который остался от последнего ранения. Только после этого я спохватилась, что Тулун стоит рядом и наблюдает за мной. А еще полагалось кое-что сказать.

— Спасибо, — выдавила я, потупившись.

— Что, этот наглый розыгрыш все-таки твоих рук дело? — мрачно спросил дракон.

Я на всякий случай попыталась отпереться и пробормотала:

— Э-э-э… Ничего подобного…

Тут Дан открыл глаза и сел на постели. Рассеянный взгляд сначала остановился на мне. Куратор придирчиво осмотрел меня и только после этого заговорил с Тулуном:

— Что произошло?

— Кажется, из-за твоей адептки вам придется перестраивать академию, — тут же поделился новостями дракон.

— Но вы же сами сказали ректору, что я не виновата! — возразила я.

И только после этого спохватилась, что спорить с посланником императора явно не стоило. Тулун с усмешкой ответил:

— Но разнесла половину академии “светлая тень” вместе с драконьим артефактом. Который, кстати, установила тоже ты, не отпирайся. Сделал бы соответствующее внушение тому, кто его тебе прислал, но у парня сейчас… некоторые проблемы.

— Какие? — забеспокоилась я.

— Долго рассказывать, — отмахнулся дракон и обратился к ничего не понимающемуДану: — Собирайся. Шестой передал мне слова твоей адептки. Хочу выслушать ее рассказ еще раз.

Куратор тут же оказался на ногах и потянулся за рубашкой. Я старалась лишний раз не смотреть на него. Мой учитель натянул сапоги, подхватил сюртук и встал рядом с драконом. А тот сразу же перенес нас к Шестым вратам.

— В саду правителя Арджуманд вел себя так, будто его ждет немедленная расплата, если он не сообщит вести Пятому сразу же, — напомнила я, повернувшись к Дану. Затем я обратилась к остальным: — А после встречи он растер плечо. В тот момент, когда я подошла к Ардужманду вчера, он тоже держался за плечо, а Ялина была испугана. Возможно, никто из них не может использовать эту магию… Думаю, она не помогает им, а только контролирует. Управляет.

Какое-то время в комнате царила тишина. Затем куратор недоверчиво произнес:

— Намекаешь, что эту троицу заставили сговориться с демонами?

Я вспомнила разговор с отцом и признала:

— Нет, Пятый явно бредит возвышением своего рода, так что мог пойти на это добровольно…

— Подведем итог, — перебил меня Заид-младший. — Ты считаешь, что где-то существует тип, который с помощью неизвестной магии контролирует Арджуманда и угрожает Ялине?

— И наводит шорох во всех герцогствах, — добавил Дан. — Арджуманд говорил о провалах на Севере и Западе, о каких-то сложностях на Востоке…

С каждым произнесенным словом лицо посланника становилось все мрачнее. Наконец, он протянул:

— Магия, на которую реагирует дракон водной стихии… Скорее всего, это что-то древнее. Придется срочно докладывать императору. И проверять Меретов.

Шестой поерзал в кресле и многозначительно произнес:

— Поймать бы Пятого за руку… Но если мы начнем ворошить это осиное гнездо сейчас, на главного не выйдем.

тулун задумчиво кивнул. А я вдруг попросила:

— Если ко мне больше нет вопросов, можно мне на улице подождать?

— Сильвестр пойдет с тобой, — приказал Дан, и кот выскользнул из-под его ног.

Посланник тоже милостиво кивнул:

— Иди. Главное, держись подальше от драконьих артефактов со своей бедовой магией.

— Здесь нет никаких артефактов, — уязвленно пробурчала я.

А Шестой хитро ухмыльнулся.

— Почему же? У меня есть небольшая личная коллекция. Ты свободна, Лайя. Но не уходи далеко, Дан должен тренировать тебя.

Я кивнула и вышла. Мне было о чем подумать…

Какое-то время я стояла в тени одной из казарм, разглядывая Стену. А затем отправилась прочь.

Сильвестр догнал меня и заворчал:

— Куда пошла? Тебе сказали ждать Дана.

— Они, наверное, долго будут обсуждать ситуацию, строить планы... — пояснила я. — А у меня появилась одна идея.

Кот хмыкнул, но расспрашивать не стал.

Свой первый день возле стены я запомнила хорошо. Но все равно удивилась, когда нужное место нашла с первого раза. Сначала я молча шагала на восток под палящим солнцем, а затем свернула в сторону. Когда на пути появилась знакомая скалистая гряда, у меня отлегло от сердца.

Круг, выложенный мелкими камушками, был частично присыпан песком. Я остановилась в задумчивости. Кажется, в тот раз Дан просто ударил магией в центр. Я огляделась, но другого способа вызвать хозяина круга не нашла. Пришлось призвать “светлую тень” и направить в центр круга холодное сияние.

Тынчтык вылетел из круга вызова, как ошпаренный.

— Ну за что, Непревзойденный? — верещал демон.

Но заметив меня, он тут же замолчал. Наверное, только в это момент до Тынчтыка дошло, что его покой потревожил не “темный свет”, а моя сила.

Демон поправил кожаный фартук и опустил тонкий хвост. А затем подобострастно поклонился, забавно качнув головой с двумя короткими рожками.

— Чем могу быть полезен прекраснейшей напарнице Непревзойденного? — залебезил он. — Новостей нет, еще рано.

— Меня не новости интересуют, — начала я, разглядывая серую кожу контрабандиста и глаза с оранжевой радужкой. — У меня есть к тебе одно… дело.

— Достать что-то в Пепельной пустыне? — понимающе спросил Тынчтык. — Жизнь положу, но добуду то, что желает несравненная.

От его услужливости мне было немного не по себе. Но я все же пояснила:

— Доставать ничего не нужно. Наоборот, нужно в пустыню кое-что пронести…

Глаза демона стали круглыми. Я призвала магию, чтобы выглядеть внушительнее, и начала объяснять ему свой план…

Договориться удалось не сразу. Кажется, финальным аргументом стал темный свет, который вспыхнул под лапами Сильвестра. После этого мы ударили по рукам, и Тынчтык вернулся на другую сторону Стены.

Обратно мы шли уже по прямой. На этот раз Сильвестр бежал впереди, указывая путь. Как только мы отошли от гряды, кот осторожно начал:

— Ты же понимаешь, что не сможешь использовать это на турнире. Тебе не засчитают победу.

— Я не собираюсь этого делать, — заверила я. — Так, подстраховка… на крайний случай.

— Будем надеяться, что он не настанет, — мрачно ответил кот. — Если Дан узнает, что я помог тебе провернуть такое, он меня убьет.

Когда впереди замаячили казармы у врат, я увидела куратора. Он не спешил надевать сюртук и держал его в руках.

Я остановилась в паре шагов и скользнула по подтянутой фигуре своего учителя. Безумно хотелось упасть в его объятия, и в глазах Дана промелькнуло то же желание прикоснуться друг к другу. Но вокруг было слишком много лишних глаз.

— Что решили? — спросила я.

— Луди отправился поднимать архивы Пурпурного города и думать, кого из драконов Воды заслать к Меретам, и под каким предлогом. Наше дело — тренироваться и выяснить, что Арджуманд и его подручные собираются устроить.

Я поспешно кивнула и позволила ему перенести нас к месту тренировок.

Несмотря на выходной, Дан выжал из меня все соки. Я мечтала упасть на постель и проспать до утра, но вместо этого куратор снова перенес нас к госпиталю.

— Хочу, чтобы тебя осмотрел Палван, — пояснил куратор. — Жди здесь.

С этими словами он ушел, а я осталась нервно переминаться с ноги на ногу. Но тут удача в очередной раз улыбнулась мне. Я увидела, что к госпиталю направляется знакомая фигура в простом светлом одеянии.

Шестой приблизился и спросил:

— Все в порядке?

— Да, — кивнула я. И добавила: — Можете уделить мне минуту? — Разумеется, — легко согласился мальчишка. — Дан просил что-то передать?

— Нет, — огорошила его я. — Хотела кое о чем вас попросить.

Палван на этот раз думал долго. Какое-то время старик смотрел куда-то сквозь меня, затем приложил пальцы к моим вискам. Я напряженно ждала его вердикта. Взгляд Дана остался непроницаемым, но я чувствовала, что он волнуется еще сильнее.

Наконец, Палван опустил руки и постановил:

— "Светлая тень" в полном порядке. Но следов второго дара я больше не чувствую. Вероятно, драконьей магии у тебя больше нет. — В его голосе прозвучали нотки сочувствия. После этого он добавил: — Возможно, тебе станет легче развивать дар привратников.

— Но это не поможет ей на турнире, — резче, чем следовало, произнес мой куратор.

Старик согласно прикрыл глаза, но попытался обнадежить.

— Будем надеяться, что и вам, и Сайлаву будет сопутствовать удача.

На этом мы распрощались. Дан первым вышел на улицу, и, как только я присоединилась к нему, тут же коснулся портального кольца.

Я ждала, что он перенесет меня сразу в комнату. Когда мы оказались на темном дворе, вымощенным белой плиткой, я испытала легкое разочарование. Несмотря на вечер воскресенья, здесь было довольно людно.

Дыру в крыше уже перекрывали крепкие балки, которые рабочие старательно укрепляли магией. Вокруг треснувшего купола суетились фигурки людей. У дверей витражного зала рыжебородый ректор Жолон беседовал с черноволосым крепышом, который держал в руках чертежи.

Мне тут же захотелось спрятаться за спиной своего куратора. Но я заметила, что он напряженно смотрит в небо.

Одна из башен горела белым. Я прищурилась и определила, что нападение у Первых врат. Значит, Дану не придется вмешиваться. И все же он бросил:

— Иди на ужин. У меня есть еще пара дел.

Я укоризненно вздохнула и поплелась к входу в общежитие для адептов. Оглянувшись у дверей, я заметила, что куратор беседует с ректором. Надеюсь, никакого наказания за содеянное мне и правда не полагалось...

Ужин был в разгаре, почти все адепты уже собрались в столовой и успели ополовинить тарелки. Стоило мне переступить порог, как в зале на несколько мгновений воцарилась гробовая тишина.

Я запоздало сообразила, что за день слух об утреннем происшествии должен был разойтись по академии. Страшно представить, какими бредовыми подробностями они обросли. Учитывая, что каждый раз, когда я попадала в госпиталь с истощением, Дана начинали обвинять чуть ли не в преднамеренном убийстве...

Пока я шла к раздаточному окошку, за моей спиной ползли шепотки. Я старалась не прислушиваться к тому бреду, который успел распространиться за время моего отсутствия. А когда опустилась за стол к друзьям, обнаружила, что на меня смотрят три пары горящих глаз.

Сайлав торопливо проглотил еду и восторженно произнес:

— Говорят, ты заставила Гаэру уйти в отставку.

Хорошо, что я не успела донести ложку до рта. В этой компании нужно сначала слушать, потом начинать есть.

— Не совсем, — обескураженно выдохнула я.

— Не совсем в отставку? — озадаченно переспросил парень. — Но моему куратору предложили место преподавателя истории!

Я вспомнила женщину с косой, которая упрашивала Дана пощадить своего ученика, и пояснила:

— Не совсем я. Гаэру пытался доказать, что артефакт с огненным зудом установила я. Но рядом оказался посланник императора, Луди Тулун. Именно он потребовал наказания для Гаэру.

Пришлось коротко пересказать все, что произошло утром. Адепты за соседними столами старательно делали вид, что не слушают наш разговор. Но по возбужденным перешептываниям стало ясно, что скоро я стану местной легендой. Благодаря моей шутке историк, который отравлял жизнь всей академии, покинул свой пост.

Повышенного внимания к своей персоне мне совсем не хотелось, поэтому я быстро проглотила ужин и отправилась в комнату. Там царила темнота и тишина. Дан не появился. Я раскрыла учебники, но мысли мои витали далеко.

Таран выпорхнула из-за моего плеча и спланировала на стол. Выглядела бабочка живой и здоровой, но я все больше скучала по ее прежнему живому и бойкому характеру.

— Все хорошо? — в очередной раз спросила я.

— Да, — ответила наджи. — Жаль, ты не можешь дать мне чуть побольше силы…

От этих слов у меня сердце сжалось.

— Тебе нужно больше силы? — переспросила я. — Для чего?

— Чтобы вырасти, — ответила бабочка. — Но для этого твоя магия тоже должна вырасти.

Поразмыслив, я задала еще один вопрос:

— А… если я стану сильнее, ты перестанешь все время сливаться со “светлой тенью”?

— Да, — качнула крылышками Таран. — Тогда мне это будет не нужно.

С этими словами она снова скользнула мне за плечо и слилась с магией. А я задумалась…

До турнира оставалось не так много времени. Пятый ждал, что я приду к нему за помощью. Дан тренировал меня изо всех сил, но этого явно мало. И для того, чтобы Таран стала вести себя, как прежде, снова нужна сильная магия. А способ мне подсказали только один…

Если Шестой выполнит нашу договоренность, то я смогу подстраховаться на крайний случай, но не стать достойной напарницей для Дана.

Внутри теплилась слабая надежда, что куратор нашел какой-нибудь другой способ, как ускорить процесс моего обучения, но не делится. Но каждый следующий день постепенно убеждал меня в обратном…

Низора тоже с каждым днем мрачнела, несмотря на то что Сайлав храбрился и развлекал свою подругу, как мог.

Остаток дня тянулся бесконечно. Встреча с Арджумандом утвердила меня в принятом решении. Но у этого решения была еще одна сторона, реакцию которой я не могла предсказать… Дан.

С наступлением заката в академии наступила тишина. Все отправились в город, веселиться на ночном рынке. Сайлав и Низора меня тоже уговаривали, но я отказалась, мотивируя это волнением и головной болью.

Сначала я бродила по своей комнате, перебирая в памяти воспоминания о прошлой Священной ночи. Очень хотелось снова пройтись по ярмарке с Даном, попробовать местные деликатесы, оказаться в его объятиях…

К последнему пришлось подготовиться. В душе я мылась с таким остервенением, словно от чистоты зависела моя жизнь. Затем нанесла на кожу ароматный крем, который берегла для особого случая. После я вернулась в комнату и распахнула один из ящиков, где лежали подарки Дэнизы. Кроме потрясающего кружевного комплекта в цвет первого платья, там хранился пеньюар глубокого винного цвета.

Я надела белье и набросила на плечи тонкий шелк, дрожащими пальцами завязала пояс. А затем долго и пристально изучала в зеркале непривычную и новую себя. Хотелось верить, что выгляжу я достаточно соблазнительно, и куратор не устоит. Метка в виде пальмовой ветви словно уловила мое настроение, и теперь под рукавом разливалось тепло.

Сначала я устроилась на постели, приподнявшись на локте. Но время шло, а куратор не спешил проверять, вернулась ли в комнату его бедовая ученица. Лежать мне быстро надоело, поэтому я встала и начала бродить по комнате.

Дело шло к полуночи, и ожидание становилось все более мучительным. От волнения пересохло в горле. Я еще раз заглянула в шкаф, и мне на глаза попалась бутыль со средством для усиления магии, которое мне вручили близнецы Сэндис.

Поразмыслив, я решила, что магия нужна мне настолько, что хуже точно не станет. Тем более, в прошлый раз Дан сказал, что зелье меня и спасло. Так что бутыль перекочевала на стол. Я до краев наполнила стакан розоватым напитком и опустилась на стул. Горьковато-фруктовый вкус приятно растекался по языку. Я сделала еще один глоток. И, конечно же, именно в этот момент вихри магии перемещения закружились в центре комнаты, пропуская Дана.

Куратор явно не ожидал увидеть подобную картину. Я восседала за столом в легкомысленном шелковом пеньюаре и глотала средство для повышения магии. Глаза Дана округлились, он застыл, не в силах вымолвить ни слова. Более бредовой встречи и представить нельзя. Кажется, попытка соблазнения безнадежно провалена…

Метка над локтем призывно обожгла кожу, словно хотела намекнуть, что пора прекратить маяться дурью и перейти к делу. Я залпом опустошила стакан и встала. Когда я шагнула к куратору, его взгляд потемнел, а кадык дернулся.

— Что ты делаешь? — хрипло спросил он.

Я подошла вплотную и прошептала:

— Мне нужно стать сильнее. И в Священную ночь… есть один способ, верно?

— Кто тебе рассказал? — требовательно проговорил Дан, продолжая неотрывно смотреть мне в глаза.

— Низора, — тихо призналась я. — Они с Сайлавом…

Но продолжать не стала. Вместо этого я положила руки ему на плечи и привстала на цыпочки, чтобы дотянуться до губ.

Сердце бешено колотилось в груди. Здесь на нас не действовала магия Старого круга, и я боялась, что Дан меня оттолкнет. Но его руки тут же обхватили мое лицо, и наши губы встретились. На этот раз он был непривычно осторожен. В каждом движении сплетались отчаяние и щемящая нежность.

Когда мы на миг оторвались друг от друга, я прошептала:

— Останемся здесь? Арджуманд велел мне приходить к воротам Старого круга. Думаю, в особняке тебя ждет ловушка.

Вместо ответа куратор разжал руки и отступил в сторону. Я почувствовала острое разочарование. Но тут настала моя очередь удивляться. Потому что Дан молча наполнил стакан розоватым снадобьем и залпом опустошил его.

— Ты же понимаешь, что инициация нас не спасет? — серьезно проговорил он, снова поворачиваясь ко мне. — Наш уровень магии все же останется слишком разным, и ты не успеешь научиться управлять своей силой.

Вопреки этому тону его взгляд продолжал жадно блуждать по моему телу, едва прикрытому шелком.

— Но это лучше, чем ничего, — возразила я.

На миг куратор закрыл глаза и резко выдохнул. Когда он открыл их снова, в его взгляде горела решимость. Неожиданно спокойным тоном он произнес:

— Для того чтобы утереть всем нос на турнире, ты должна стать равной мне, Лайя. А для этого нужно провести инициацию не здесь. И не в Старом круге. Но… тебе придется мне довериться. А мне — поверить в себя.

Его слова сбивали с толку, но я поспешно ответила:

— Согласна.

Дан снова шагнул ко мне и провел пальцами по моей щеке. А затем с горечью произнес:

— Если ты повторишь это через несколько минут, будь по-твоему. — После этого он наклонился к моим губам и добавил: — Но если ты откажешься, я пойму.

На этот раз поцелуй был ужасно коротким. Когда мы разомкнули губы, я почувствовала под ногами прохладную землю.

Вихри портальной магии развелись, в небе сияла полная луна. Я огляделась и, приглядевшись, узнала место. Мы стояли на тренировочной площадке, окруженной каменной стеной.

На миг я испугалась, что никакой романтики не планируется, и куратор решил излечить меня от глупостей ночной тренировкой. Но прежде чем я успела задать вопрос, Дан проговорил:

— Сегодня исполнится еще одно твое желание. Помнится, ты хотела узнать, что там?

Он кивнул на восточную стену, за которой я как-то смогла ощутить незнакомую силу. А затем он прижал меня к себе и одним прыжком взлетел на каменный парапет. И я, наконец, смогла рассмотреть, что же за этой стеной находится…

Оказывается, стена окружала не только нашу площадку для тренировок. Укромное место, в котором Дан гонял меня и в хвост, и в гриву, когда-то было частью двора огромного замка. Каменная ограда уходила вдаль. Я догадалась, что здесь находится дом куратора, еще в тот день, когда ощутила за стеной магию. Дан всегда неохотно говорил о прошлом. Его историю мне рассказывали другие люди. От него я слышала только недомолвки вроде "было" или "уже нет"... И теперь я смотрела вниз со стены и понимала, почему он говорил именно так. Когда-то здесь и правда было родовое гнездо Ихласов. Но сейчас его уже не было. Полная луна серебрила невысокие холмы и обломки каменных стен. От замка остался только фундамент и поросшие плющом плиты не больше полутора метров высотой. По спине бежал холодок, и виной этому была вовсе не южная ночь. Я прильнула всем телом к Дану, прижалась щекой к его груди. Он недоверчиво обнял меня. Наверное, ждал, что я пожелаю немедленно вернуться в общежитие или сразу в Восточное герцогство. Но я только спросила — Что здесь произошло? Куратор ответил тем же безжизненным голосом, которым всегда говорил о прошлом — Йонса перелопатила все древние хроники, чтобы сделать из меня сильнейшего из привратников. И обнаружила древний ритуал. Если его провести в родовом источнике, я должен был обрести могущество. И я... обрел. Но потерял сознание после ритуала и не удержал... — Йонса не удержала, — возмущенно перебила я. — Нет, она как раз удержала, — не согласился Дан. — Она вернула силу под мой контроль ценой своей жизни. Но перед этим поток магии вырвался и превратил здесь все в пыль. — Ты хочешь сделать то же самое, — догадалась я. — Не совсем, — поправил Дан. — Твой дар слабее, но сегодня Священная ночь, когда инициация дает скачок силы. — После этого он сжал мой подбородок и поятнул вверх, заставляя посмотреть ему в глаза: — Кроме того, мы предназначены друг другу. Ты — единственное, что у меня есть. Я люблю тебя больше жизни. Поэтому сегодня собираюсь превзойти свою наставницу. Мы вернемся оттуда вдвоем. После этого ты станешь равной мне. Если ты согласна поверить в меня на этот раз. Вместо ответа я потянулась к его губам. Обвила его шею руками, позволяя прижимать меня к себе еще крепче. И только после еще одного поцелуя шепнула — Я тоже люблю тебя. И на все согласна. Дан подхватил меня на руки, затем легким прыжком опустился на траву по ту сторону стены. Теперь он шагал среди обломков камня со мной на руках. Ветер шевелил травинки, холодил мои босые ступни. Наконец, мы остановились у крупного валуна в дальнем конце бывшего замкового двора. Всполохи "темного света" коснулись гладкого бока, и камень плавно отодвинулся, обнажая зияющий провал. Я ждала долгий спуск в подземелье, но лестничный пролет оказался всего один. На стенах вдоль достаточно широкой лестницы был вырезан невероятно изящный орнамент, в котором пальмовые листья сплетались с луной и солнцем. Мы оказались в квадратном зале с невысоким потолком. Пол со всех сторон плавно сходился к центру и напоминал воронку, по дну которой стелилась... Сначала мне показалось, что это жидкость двух цветов — молочно-белая и непроглядно-черная. Но затем я сообразила, что это магия. Единая магия привратников. Дан опустил меня на теплый пол и начал медленно и аккуратно раздевать. Я завороженно наблюдала за вращением силы внизу и не чувствовала ни капли смущения. Когда рубашка Дана полетела следом за пеньюаром и бельем, я спросила — Что это? Что... мне нужно делать? — Родовой источник. Изначальная магия, — пояснил он. — Говорят, что на Севере и Западе у каждого рода свои особенности магии, которые хранит источник. Про источники драконов я ничего не слышал. А для привратников изначальная сила едина. Но привечает лишь тех, кто родился в точке ее выхода. Род, которому принадлежит. Его объяснения совершенно не задержались в моей голове, потому что в этот момент Дан расправился со своей одеждой и снова подхватил меня на руки. А затем он пробудил "темный свет", и моя магия проснулась следом. На этот раз никто из нас не сдерживался. Темная и теплая сила сплеталась с холодным сиянием, растворяя его в себе... Или растворяясь в нем, и чувство всемогущества снова ударило в голову вместе с жаром. Несколько шагов, и мы оказались в странной жидкости, которая вблизи больше напоминала дым, но дарила то же чувство невесомости, что и вода. Прикосновения и поцелуи становились все горячей, и вмести с ними прибывала магия. Огромная волна силы поднималась изнутри, напоминая о происшествии в Старом круге. Но теперь рядом был "темный свет" Дана, и он не позволял "светлой тени" провалиться в бездну. В момент, когда волна магии достигла пика, я уже не помнила о возможности опасного исхода. Соединились не только наши тела и наша магия. Словно я всей своей сущностью в этот момент была частичкой Дана, и это было самое прекрасное чувство на свете. Из потока изначальной магии меня выносили как величайшую драгоценность. Дан шагал так осторожно, будто боялся, что я испарюсь, стоит ему сделать хоть одно неловкое движение. Я думала, что мы вернемся в мою комнату. И безмерно удивилась, когда куратор одной рукой подхватил одежду и перенес нас к себе. Правда, в одном комната преподавателя выгодно отличалась от комнаты адептки — здесь была ванная. Теплая вода помогла расслабиться окончательно, и после совместного душа мы мгновенно уснули в обнимку на той самой постели, из которой Дана вытаскивал Тулун, чтобы сообщить о сотворенной мной глупости. Как только я проснулась, сразу подумала о магии. Что с моей силой? Получилось или нет? Вторая была менее утешительной. Кажется, устраиваться в комнате Дана все же не стоило. Потому что разбудил меня чей-то внимательный взгляд.

Я резко открыла глаза и обнаружила, что моя голова покоится на груди Дана. Но, прежде чем я подняла взгляд на незваного гостя, увидела свое собственное плечо. Аккуратный оттиск в виде пальмовой ветви за эту ночь превратился в изящный рисунок, который начинался над локтем и заканчивался почти у шеи. В узоре, кроме пальмовых листьев, прослеживались мотивы луны и солнца.

А еще он так отчетливо разил магией Дана, словно самая настоящая брачная метка дракона. Чтобы все чуяли, кому я принадлежу и не смели позариться. Несмотря на отсутствие драконьей сущности, я чувствовала удовлетворение, которое смешивалось с тревогой. Скрыть такое невозможно…

В этот момент раздался тихий свист, и я вскинула голову. На спинке стула восседал сокол. Это же... наджи Шестого! Скрипнуло приоткрытое окно, а я мысленно застонала. И с тоской подумала, что мальчишка в этот момент наверняка снова смеялся.

Я дернулась, но вовремя вспомнила, что одежды на мне нет и она далековато. Дан приоткрыл один глаз и положил голову мне на затылок, заставляя снова лечь. А затем бросил укоризненный взгляд на сокола.

Тот невозмутимо проклекотал:

— Срочный вызов. Вас ждет господин посланник императора и Рэйн. Обоих.

С этими словами он взмахнул крыльями и вылетел в приоткрытое окно. Сильвестр выскользнул из-под кровати и вскочил на подоконник. Мягкая кошачья лапа водворила раму на место. После этого он фыркнул:

— Вставайте. Лайе еще нужно вернуться в комнату за одеждой. Не в пеньюаре же она пойдет на турнир.

— Турнир после обеда, — сухо напомнил Дан.

Несмотря на ворчание, я была уверена, что Сильвестр произошедшим доволен. Таран снова не спешила показываться, и я почувствовала укол беспокойства. Как моя наджи перенесла рост магии?

Кот словно прочитал мои мысли и добавил:

— Ни о чем не беспокойся. Ей нужно немного больше времени.

Он повернулся к окну и сел, свесив пушистый хвост с подоконника. Я сбросила одеяло. Пришлось спешно натягивать белье и пеньюар. После чего Дан перенес меня в комнату.

Несколько минут спустя он вернулся, тоже одетый в чистую одежду. Я в этот момент обреченно разглядывала себя в зеркало. Внешне я как будто не изменилась, только холодное сияние внутри ощущалось непривычно. А еще даже через рубашку и форменный пиджак я ощущала метку. И Луди Тулун ее обязательно почувствует…

Куратор встал за моей спиной. В его глазах плескалось ледяное спокойствие. Я робко попросила:

— Может, без меня сходишь?

Но он мотнул головой.

— Не нам с тобой игнорировать приказы такого уровня.

Тогда я нехотя развернулась к Дану. Он все же попытался меня утешить и поцеловал, страстно и горячо. Так, что я забыла обо всем. После этого куратор перенес меня к тому зданию, которое у Шестых врат считалось канцелярией Шестого.

Толпа расступилась, образовывая вокруг нас почти ровный круг, и затаила дыхание. Пятый вытянул руку и указал на Дана со словами — Я уверен, что в эту ночь господин Ихлас провел не только за пределами своего дома, но и вне Старого круга. И я могу это доказать! А, значит, он инициировал свою ученицу в здравом уме… — И с ее согласия, — перебил его Дан. — Разве можно говорить о добровольном согласии, когда на кону жизнь? — с презрением начал Мерет. — Вы воспользовались отчаянным положением девушки, чтобы удовлетворить свои низменные потребности! На какой-то миг мне показалось, что Дан его сейчас ударит. Я успела поймать рукав куратора и выпалить — Ничего подобного! Но меня никто не слушал. Пятый развернулся к правителю и продолжил — Ваше Светлейшество, я требую справедливости! Требую наказания для человека, который совратил невинную адептку, пользуясь своим положением! — Кто бы говорил! — запальчиво произнесла я. — Вокруг вас в священную ночь не меньше пяти… женщин крутится. Вы двадцать лет не интересовались даже фактом моего существования, а теперь смеете о моей невинности беспокоиться?!Мне хотелось и дальше изливать на Мерета все негодование, которое скопилось эти годы. Но тут меня самым бесцеремонным образом прервали. Сильвестр, которого я какое-то время не видела, вскочил мне на руки. Я подхватила кота и только после этого заметила, что он держит что-то в зубах. Толпа отпрянула в стороны, пропуская герцога Заида. Пока все благоговейно взирали на правителя Юга, Сильвестр затолкал что-то мне в карман пиджака и поерзал, устраиваясь поудобнее. Я прижала к себе кота и поклонилась. Дан стиснул мой локоть. Теперь он словно желал удержать меня от глупостей. Но в этом не было нужды. Правитель источал такую ауру силы и власти, что скандалить тут же расхотелось. Я удовлетворенно отметила, что Мерет тоже замолчал и отступил в сторону. Герцог Заид окинул меня внимательным взглядом, словно пытался оценить мою силу. Судя по всему, возросшую магию было не скрыть. По лицу правителя пробежала тень. После этого он возвестил — Ваши претензии справедливы, герцог Мерет. Разумеется, при наличии соответствующих доказательств. — Толпа загудела, и Заид-старший возвысил голос: — Однако, сначала нам придется соблюсти регламент Ежегодного Турнира. Откладывать состязание нельзя. После завершения всех мероприятий я лично разберу это дело. От его взгляда мне стало не по себе. Но еще меньше мне понравилось, как Пятый переглянулся с Арджумандом. Тот кивнул своему начальнику, будто принимая приказ. По губам Ялины скользнула противная ухмылка. Она попыталась просверлить меня уничижительным взглядом. Но стало не до нее. Правитель вернулся к дверям зала, и нам пришлось последовать за ним. Мы с Даном заняли свое место в рядах тех, кто собирался попытать счастья на турнире. Сильвестр спрыгнул с моих рук и устроился у ног Дана. Я нащупала в кармане то, что он принес, и удивленно посмотрела на кота. Кажется, это было кольцо. И я даже начала догадываться, какое именно. То, что дал мне Мерет. Надеюсь, эта безделушка и правда принесет нам какую-нибудь пользу. Тем временем правитель Юга коротко огласил правила. В это время слуга раздавал нам браслеты в виде простых серебряных цепочек с одинокими голубоватыми камнями. — Артефакты в браслете защищены от обнаружения демонами, но буду сохранять сведения о том, сколько и каких существ вам удалось уничтожить, — объяснял герцог Заид. — Ваша задача: добраться до самого сердца Дымных скал. Это уникальное место настолько пропитано разной магией, что там легко затеряться. Но браслет будет указывать вам путь к трофею, а затем — к скрытому порталу. Победит тот, кто сможет уничтожить больше всего демонов, найдет трофей и сможет вернуться в академию первым с помощью специального скрытого портала. После состязаний драконьего Фестиваля Тысячи Огней правила Ежегодного Турнира показались мне простыми донельзя. Но я понимала, что пройти его будет не легче… Ведь чем сильнее демон, тем сложнее его обмануть маскировкой привратников. А нужно пробраться незаметно через территорию, кишащую разъездами высших. А еще у меня не было навыков обращения с возросшей магией, моя наджи так и не показывалась, и я не была до конца уверена, что инициация в источнике рода Ихлас дала нужный эффект… Наконец, инструктаж был окончен, и мы с Даном прошли в витражный зал. Купол держали леса, но узор на полу был чист. Повинуясь указаниям правителя Юга, мы с Даном заняли место на одной из линий рисунка. После этого я снова увидела в действии родовую магию Заидов. Но на этот раз она не уничтожала демонов. Правитель наполнил силой рисунок на полу, и вихри портальной магий окружили нас. Я прижалась к куратору и зажмурилась. А когда открыла глаза, обнаружила, что вокруг нас простираются бесконечные ряды серых барханов. Привратников вокруг больше не было. Этот пейзаж сразу наполнил сердце тревогой и холодным предчувствием опасности— У всех равноудаленные от цели точки выхода, — напомнил Дан, переплетая пальцы с моими. От этого стало немного легче. Я неуверенно спросила — И какой у нас план? — Добраться до скал раньше всех и проследить за Арджумандом, — сообщил куратор. — Он явно собирается победить, но перед этим чем-то напакостить герцогству и всей империи. Нам придется опередить их, чтобы разобраться, как именно он будет это делать. А затем помешать. Я кивнула и, поколебавшись, начала — А можно будет сначала сделать кое-что еще?

Но прежде чем я продолжила, из-за ближайшего бархана выскользнула серая тень. К счастью, я не успела испугаться, а Дан — атаковать. Мы оба тут же узнали в демоне Тынчтыка. Он вскинул руки и залепетал — Не бей меня, Непревзойденный, у меня важная весть! Я хотел передать ее Шестому, но почуял тебя и твою прекрасную напарницу. Демон елейно улыбнулся и подмигнул мне. Надеюсь, это значило, что наш уговор в силе. Во всяком случае, Шестой заверил, что мою просьбу исполнил в точности… — К делу, — коротко приказал Дан. Тынчтык подался вперед и затараторил — Кажется, наши к чему-то готовятся, и произойти это должно сегодня ночью. Я взглянула на солнце, которое уже начало спускаться с неба, и спросила — Что именно должно произойти? Демон переплел пальцы и вздохнул. — Не знаю. Сведения очень секретные. Я даже это узнал чудом. Армия стоит в нашей столице, но к границам как будто не собирается. Не могу понять, что они затевают. Дан мрачно кивнул и приказал — Передай вести Шестому. Пусть будет наготове. Мы с Лайей продолжим путь к дымным скалам. — Пробирайтесь с северо-востока, — многозначительно напутствовал Тынчтык и снова подмигнул мне. Дан первым развернулся, чтобы уйти, а демон вдруг оказался рядом. Крохотный алый камушек перекочевал в мой карман, а затем контрабандист растворился среди серых барханов. Я догнала Дана у подножия ближайшего холма, стараясь делать вид, будто ничего не произошло. Куратор пробудил темную силу и протянул мне руку. Внутри меня тут же вспыхнуло холодное сияние. Мы переплели пальцы, а затем и магию. “Свет” и “тень” стали едины, и ровный серебристый покров окружил нас, скрывая от глаз врагов. Никакой слабости и головокружения больше не было. Казалось, что магии во мне ровно столько, сколько у Дана. Я не чувствовала никакого всемогущества, как будто мы делали что-то совершенно обыденное. Соединять магию было также легко, как дышать. Не верилось, что предосторожности больше не нужны… Теперь Дан вел меня вперед. Ноги утопали в крупинках серого пепла, я старательно вглядывалась в даль. Нужно было не только добраться до Дымных скал быстрее всех, но и уничтожать демонов. А новости, принесенные Тынчтыком, требовали поспешить. Стоило мне подумать о врагах, как из-за соседнего бархана показалась группа низших демонов. Они напоминали рогатых псов, покрытых серой кожей. Я потянулась за магией и на миг растерялась. Управлять таким количеством силы было для меня в новинку. Дан словно прочитал мои мысли. Он склонился к моему уху и шепнул — Тебе ничего не нужно делать, лишь довериться мне. От горячего дыхания по коже побежали мурашки. Это помогло расслабиться и отпустить магию. Дальше я могла только удовлетворенно наблюдать за тем, как Дан методично уничтожает вражеский отряд с помощью объединенной силы. Когда последний демон был повержен, он шепнул — Следующие — твои.

Стемнело быстро. Мы продвигались вперед со всей доступной скоростью. Сильвестр бежал впереди и разведывал путь. Нам встретилось еще несколько одиночных демонов среднего пошиба и пару стай псов. С низшими расправлялась я с помощью подсказок Дана. Вооруженный разъезд он уничтожил сам. То, как легко мне подчинялась магия, немного смущало. Но на мои сомнения Дан только улыбнулся и самодовольно произнес — Ты теперь одна из сильнейших привратников. Ничего, привыкнешь. Когда над нашими головами взошла луна, впереди выросла первая куча валунов, источающих дым. Дальше скалы становились выше, а дым заполнял узкие проходы между ними. Дан остановился у ближайшей и процедил — Сейчас будет одно из самых опасных мест. Здесь искажаются магические потоки. Я бы предпочел другой путь, но он слишком далеко. Придется снять покров невидимости, чтобы пройти. Не отходи от меня. И атакуй, не раздумывая, если увидишь что-то подозрительное. А Сильвестр добавил — Кажется, мы первые. Я пока не чую следов других привратников. Нужно затаиться и дождаться Арджуманда. Я поспешно кивнула, и Дан нехотя выпустил мою руку. Мы погасили магию и плечом к плечу шагнули вперед. Кот держался у наших ног. Я еще никогда не видела его таким серьезным и молчаливым, как в эту ночь. Плотное облако впереди напоминало не дым, а плотный серый туман. Я старалась держаться возле куратора и бдительно оглядывалась. В один момент тропка сузилась. Дан протолкнул меня вперед, придерживая за плечо. Я проскользнула между двух шершавых скал, и туман на миг развеялся. В тот же миг я увидела впереди пару привратников. Одного из них я тут же узнала. Это был Сайлав, и с ним было что-то не так…

Поза старшекурсника показалась мне какой-то неестественной. Он сидел на земле возле скалы, выгибаясь назад и вправо. Я шагнула вперед и поняла, что рядом с ним на коленях стоит его куратор. Дан стиснул мое плечо еще крепче, заставляя остановиться. Он был напряжен, и все же не пробудил магию. Наоборот, погасил ее, словно пытался скрыть малейшие следы нашего присутствия. Моя сила послушно гасла следом. Я оглянулась и увидела, что Дан внимательно разглядывает Сайлава и его напарницу. Те не обращали на нас внимания. На какой-то момент облако серого тумана скрыло их снова. Сильвестр принюхался и сообщил — Демонов не чувствую. Я с надеждой посмотрела на Дана. Тот дернул плечом и процедил — Приближаемся, но осторожно. Для того чтобы оказаться рядом, нам пришлось обогнуть пару валунов. Я прислушивалась к своим ощущениям, но внутри было пусто. Впрочем, доверять чувствам среди Дымных скал не стоило. Это я хорошо запомнила. Облако тумана снова ушло в сторону. Теперь мы оказались достаточно близко к Сайлаву и его напарнице. Я заметила, что тела обоих покрывают порезы. Они пришли первыми, каким-то чудом опередили нас. Но демоны знатно потрепали эту парочку. Стоило нам сделать еще шаг вперед, как я увидела причину странной позы Сайлава. Из камня вырастали два колючих побега, которые впивались в спину парня. Тот изогнулся в отчаянной попытке выбраться, но не мог шевельнуться. — Что это, Найле? — спросил Дан. Та вскинула голову и ответила — Не могу понять. Возможно, новая разработка демонов. Мы не почувствовали ее вовремя. Тут я заметила, что суслик-наджи старательно тер зубами стебель в месте, где не было колючек. Но тот не поддавался, несмотря на то, что зверек применил магию. Парень обреченно прохрипел — Оно держит крепко. Наша магия не помогла. Может быть, “светлая тень”...Ему стоило просить о спасении Дана, ведь его магия сильнее… Следом пришла мысль, что мы равны по магии, и парень не так уж и не прав, обращаясь ко мне. А затем я ударила. Игла холодного сияния вонзилась в стебель, заставляя наджи-суслика испуганно отпрянуть. Он слился с источником Сайлава. Я же продолжила вливать магию. Дан не препятствовал мне и бдительно оглядывался. Буквально через пару мгновений ветка начала поддаваться. Сначала она пошла мелкими трещинами, затем осыпалась пылью. Но мое торжество было недолгим. Как только последняя крупинка коснулась земли, серый туман сгустился и отшвырнул меня прочь. Рука Дана исчезла с моего плеча, послышалась его сдавленная ругань. Я ударилась спиной о скалу и зашипела от боли. На несколько мгновений я потеряла ориентацию в пространстве. А когда открыла глаза, то очень захотела снова зажмуриться. Туман превратил часть скал в каменное крошево, образуя ровную круглую площадку. Неизвестная магия рубиново-красного цвета крепко приковывала меня к скале, чуть дальше ворочался в таких же силках Дан. Его глаза яростно сверкали. Над Сильвестром переплетение рубиновых линий образовывало полусферу. Кот вздыбил шерсть и свернулся клубком. На другой стороне площадки магия приковывала Сайлава и его напарницу. Та была без сознания, ее голова безвольно свисала. А еще я не смогла призвать “светлую тень”. И это пугало больше всего. Никто из нас не почуял ловушки — рубиновая магия была какой-то иной природы. Одновременно похожая и непохожая на силу демонов. Я никогда не встречала ничего подобного, но почему-то была уверена, что в доме Меретов почувствовала нечто иное. — Ну вы и дураки, — раздался чуть в стороне дрожащий голос. Я повернула голову и увидела, что в проходе между двух скал стоит Ялина. Меня окатило липким страхом. Дан тоже схвачен, мы попались в ловушку… Но тут я заметила, что на лице моей сестры нет ни капли злорадства или удовлетворения. Она шагнула вперед, и в свете луны ее кожа показалась мне совершенно белой. — Что стоишь, помоги нам, — прохрипел Сайлав. А Дан зло выдохнул — Она против нас! — Я за Меретов, — ответила Ялина, но в ее голосе не было уверенности. Сейчас передо мной стояла испуганная несовершеннолетняя девушка, в которой не было и следа привычной надменности. Я невольно вспомнила, как она смотрела на своего куратора в саду. В этот момент Дан продолжил — Сейчас ты выступаешь на стороне демонов. Твой отец и Арджуманд — предатели! Что это за сила? С чем вы смешали магию демонов, чтобы получить это? — А ты умен, — раздался голос Арджуманда. Он вышел из-за скалы неподалеку от Дана с усмешкой на губах. Затем повернулся к Ялине и скупо похвалил — Умница. — После этого он обратился ко мне: — Какие же вы, честные люди, предсказуемые. Поймать вас на взаимовыручке проще простого… Сайлав перевел удивленный взгляд с Ялины на Арджуманда и выдавил — Вы и правда на стороне демонов? Тот повернулся к парню и фыркнул. — На стороне демонов? Что за бред! Я на стороне того, кто в состоянии дать еще больше власти и влияния и мне, и Меретам. Враг твоего врага — мой друг. Поэтому демоны — наши лучшие союзники. Стену создавал сам император, через нее не пробиться… Пришлось объединить две силы, чтобы создать это. Он указал на рубиновые силки. Сайлав обескураженно протянул — Куда уж больше-то… Разве есть кто-то выше, чем глава врат? Правитель разве что… Но Правящие семьи получили благословение императора. Арджуманд любезно пояснил — Порядок в империи может быть нарушен. И тогда Югу не понадобится ничье благословение. Дан все это время молчал и сверлил своего противника ненавидящим взглядом. Я ощущала какой-то частью своей сути, что он пробудил магию. Медленно и осторожно, так, чтобы Арджуманд ничего не заметил. К счастью, тот был увлечен Сайлавом. Парень с необычайно бледным и серьёзным лицом продолжил спрашивать — Разве такое возможно? Демонам не прорваться через стену. Портал переносит только привратников. — Я кое-что сделал, чтобы обойти это ограничение. Но за проход требуется определенная плата… — многозначительно улыбнулся Арджуманд. Я еще раз покосилась на Дана, который продолжал тонкой струйкой вливать куда-то “темный свет”. У меня пробудить магию снова не получилось. Я обвела взглядом площадку, пытаясь сообразить, чем помочь куратору и как нам избавиться от этой рубиновой дряни. Наверняка эта штука связана с той странной магией, которую я теперь не могу почувствовать. Но перо у меня за пазухой, и я не могу шевельнуть рукой… Сестрица продолжала стоять в паре шагов от меня и смотреть в землю. И тут меня озарило. Повинуясь порыву, я подалась вперед и негромко позвала — Ялина… — И, когда девушка повернулась ко мне, прошептала, заглядывая ей в глаза: — Что у тебя на спине?

Глаза сестрицы изумленно расширились.

— Откуда ты?.. — начала было она, но затем оборвала сама себя: — Неважно.

Арджуманд в этот момент повернулся к Дану и заявил:

— Эта магия сможет пробить магию императора… Но для того чтобы обойти магию рода Заидов, придется использовать вас.

Глянцевые рубиновые линии на наших телах вспыхнули, и я обратила внимание, что они расходятся в стороны и сливаются, образуя огромный круг. Круг?

Сайлав вытаращил глаза и пробормотал:

— Круг вызова…

— Верно, — кивнул Арджуманд. — И вы в нем — жертвы. Именно ваши несчастные жизни активируют его и помогут преодолеть силу правителей Юга, которая держит Стену.

На лице Дана вспыхнула холодная ярость, и я все еще не могла понять, что он делает. Арджуманда нужно было как-то отвлечь, и я бросила выразительный взгляд на Сайлава. Его наставница все еще была без сознания и ничем не могла нам помочь. Наверное, она потратила все силы, чтобы добраться сюда и освободить своего бедового ученика.

Парень кивнул и обвел площадку оценивающим взглядом. А затем набрал в грудь воздуха и заорал:

— Я здесь ни при чем! Я бесполезный, правда! Отпустите меня! Вас ждет кара от рода Заидов!

Арджуманд бросил на него презрительный взгляд… А Дан только этого и ждал. Серая тень метнулась к ближайшему проходу в скалах. Я, наконец, поняла, что все это время делал куратор. Он тонкой струйкой вливал свою магию в Сильвестра. Кот ужом проскользнул между рубиновых ветвей, обдирая шкуру, и понесся прочь, окруженный ореолом темной силы.

Арджуманд не смотрел в его сторону, но это не помогло. За миг до того, как Сильвестр успел скрыться между двух скал, сверху упала черная тень. Наверное, это была летучая мышь, только размером с некрупную собаку. Наджи Арджуманда! Кот вцепился зубами и когтями в кожистое крыло, но его противник стал раздуваться и расти в размерах, а затем отшвырнул Сильвестра прочь, как пушинку. И ударил вдогонку.

Из-за моего плеча вперед метнулся сгусток голубого света. Оправдывая свое имя, Таран бросилась в морду обидчика и закричала:

— Оставь его в покое!

На миг я испугалась за свою наджи. Рубиновая магия связывала меня по рукам и ногам, и некому было остановить отчаянную бабочку. Зубы гигантской летучей мыши клацнули в волоске от голубых крылышек, которые сегодня сияли необычайно ярко. Даже тельце Таран переполнял голубой свет.

“Беги, — отправила я мысленный приказ. — Лети за помощью!”

Но в тот же миг сообразила, что наджи Арджуманда тоже способен летать и в два счета догонит мою малышку. Наверное, Таран подумала о том же. Потому что вместо того, чтобы улететь, она приземлилась на скалу рядом с тем местом, где лежал без движения Сильвестр. А затем начала… расти.

Наджи Арджуманда в этот момент уже раздулся уже до размеров лошади. В считаные мгновения бабочка достигла той же величины, продолжая ослепительно сиять. А затем резко взмыла в небо. Летучая мышь рванула за ней.

Очень хотелось вскинуть голову и тревожно наблюдать за схваткой двух наджи. Но я усилием воли опустила взгляд. Внутри Дана я ощущала пульсацию магии. Он тоже не мог толком пользовать “темным светом”, но все-равно пытался разорвать путы.

Арджуманд изумленно наблюдал за тем, как Таран противостоит его наджи. Так вот для чего копила силу моя малышка! Чтобы стать такой же сильной и получить возможность менять размер. Надеюсь, в родовом источнике Ихласов она набрала магии до краев.

Только бы наблюдатели на стенах заметили Таран… Только бы Тынчтык предупредил Шестого и тот достучался до отца… Только бы они решили вмешаться…

Но пока мы могли рассчитывать только на себя. Пользуясь заминкой Арджуманда, я повернулась к Ялине и прошептала:

— Я могу помочь тебе избавиться от чужой магии.

Это было отчаянным блефом. Я могла только предполагать, что перо, которое дал мне дракон, сработает. Но девушка вздрогнула и впилась в меня взглядом.

— У меня кое-что есть для этого… — продолжила я.

К несчастью, на плечо сестрицы тут же легла рука ее куратора. Тот потащил Ялину за собой со словами:

— Хватит слушать этот бред. Идем, нужно встретить армию демонов. Скоро твой отец станет новым правителем Юга. А его незаконнорожденная дочь тоже послужит роду Меретов. Ее жизнь станет платой за проход, и огромное количество демонов проникнет в Аллаил.

Я зашипела сквозь зубы и огляделась. Сайлав достаточно бестолково бился в силках. Усилия Дана пока не принесли плодов, но он смотрел на своего врага убийственным взглядом и не прекращал попыток вырваться.

Внезапно я ощутила за спиной маленькое теплое тельце. Моей щеки коснулась шерсть и над ухом раздался шепот:

— Как ты хочешь помочь Ялине?

Я скосила глаза и увидела, что за моим плечом притаилась большеухая песчаная лисица. Наджи сестрицы смотрела на меня с надеждой.

— У меня за пазухой, — прошептала я. — Вытащи мешочек и открой.

Ялина оглянулась, а затем встала в проходе между скал и о чем-то заговорила с куратором. У меня мелькнула мысль, что все это может быть враньем. Я могла полагаться только на предположения Тулуна о природе этой магии. Но придется проверить его сейчас… если наджи поверит мне.

Лисица оперлась лапой о мое плечо и вытянула шею. Теплая шерсть щекотала кожу, пока наджи терзала мой воротник. Я смотрела на Дана и пыталась пробудить собственную магию. "Светлая тень" как будто начала отзываться на парную силу, но что-то все еще мешало мне пользоваться магией.

Арджуманд резко развернулся и снова пошел к нам. В этот момент песчаная лисица спрыгнула с моего плеча, сжимая в зубах черный мешочек. Ялина шла за куратором и наблюдала за своей наджи с отчаянием во взгляде.

— Что это? — нахмурился Арджуманд.

Лисица потянула за ленты, а затем вытряхнула на землю огненно-красное перо. Все удивленно уставились на него, а Дан подобрался. Я тоже подалась вперед.

Мгновение ничего не происходило. Я успела ощутить разочарование, а затем лицо Арджуманда исказилось от боли.

Ялина осела на землю, а из ее воротника появилась неизвестная магия. Тут я поняла, что чутье меня не обмануло… Эта сила не была рубиново-красной, как наши путы. Тонкие завитки нежно-лавандового оттенка сползли с плеч Ялины. Из воротника ее куратора выполз сгусток линий чуть поменьше. Потом незнакомая магия ринулась к перу.

Арджуманд покачнулся и пробормотал:

— Что… происходит?

Я со смешанными чувствами наблюдала за тем, как лавандовая магия окружает приманку. Но самым странным оказалось то, что при соприкосновении с пером они становились черными. Лавандовые завитки превращались в крохотные черные пятна. Тулун оказался прав, она пытается уничтожить перо!

Арджуманд шумно выдохнул, в его глазах светилось недоверие. Казалось, он никак не мог уложить в голове, что сила-поработитель покинула его тело. А затем одновременно произошли две вещи.

Первая оказалась неприятной. В расщелинах со всех сторон появились демоны. И тут же случилось то, чего никто из нас не ждал...

Лавандовая вязь превратилась в черные крапинки, но алое перо продолжало сиять. Силы этой странной магии не хватало, чтобы уничтожить его. Наверное, поэтому рубиновые линии, которые сковывали меня и остальных, начали менять цвет.

Сначала в них появились тонкие лавандовые нити. Затем чужая сила отделилась от наших пут, одним броском переместилась к приманке и тоже сосредоточилась вокруг пера. Рубиновые силки стали пронзительно коричневыми, а затем распались на отдельные камни, ничем не отличающиеся от тех, которые использовались для стандартных кругов вызова.

Я инстинктивно уничтожила пару ближайших глянцевых булыжников, не позволяя им сформировать круг, и Сайлав сделал то же самое.

Дан не медлил ни мгновения, но его цель была другой. Он тут же ударил магией Арджуманда. Тот успел собраться и выставить перед собой сгусток горячей силы, напоминающей маленькое солнце.

Я же с удивлением наблюдала, как лавандовые нити стали черными и заволокли перо. Яркая рыжая вспышка на миг ослепила меня. А когда я открыла глаза, то на земле больше ничего не было. Ни следа неизвестной магии, ни огненно-красного пера…

— Уничтожили друг друга… — обескураженно пробормотала я, поворачиваясь к сражающимся кураторам.

Больше думать о произошедшем было некогда. Я тут же оказалась возле Дана, и тот протянул мне руку. Наши пальцы переплелись, а на следующем вдохе — и магия. Серебристый покров невидимости окружил нас. Арджуманд ругнулся и отступил в сторону. После этого он требовательно протянул руку Ялине, сообразив, что в прятки можно играть вдвоем. А может быть, надеялся, что их пара сильнее, и он сможет увидеть нас.

Но вместо того, чтобы объединить магию с куратором, сестрица отшатнулась. Арджуманд на миг оторопел. И Дан успел этим воспользоваться. Слитный удар нашей объединенной силы впечатал предателя в скалу. А затем серебристая магия превратилась в путы, которые связали его по рукам и ногам. Глаза Арджуманда яростно сверкнули, но вырваться он не смог.

— Иди сюда, — требовательно процедил он, глядя на Ялину.

Но девушка сделала шаг назад… и внезапно протянула руку Сайлаву, который успел уложить свою бесчувственную наставницу на землю и накрыть собственным форменным пиджаком. Парень не колебался ни мгновения и схватился за ладонь Ялины.

В жизни эта парочка не любила друг друга, но перед лицом армии демонов, которая стремительно окружала нас, адепты объединили силу. От демонов их тоже скрыл покров, но мы с Даном видели сквозь него из-за превосходящей силы.

В этот момент Сильвестр вскочил на грудь связанного Арджуманда и выплюнул из пасти… бесчувственного наджи в форме летучей мыши, уже нормального размера. Тот мгновенно слился с магией хозяина, чтобы восстановить силы.

— Таран полетела за помощью, — сообщил кот, приставляя когти к горлу поверженного Арджуманда. — Но вам нужно как-то продержаться до ее прибытия. За этим я пригляжу.

Я испытала гордость за свою храбрую бабочку, которая отделала чужого наджи. Но количество демонов внушало ужас. Отгоняя зубастую собакоподобную тварь с серой кожей от своей наставницы, Сайлав попытался пошутить:

— Кажется, у нас камни на браслетах не выдержат этого количества и ничего не посчитают… А такой турнир мог бы войти в историю!

И тогда я вспомнила про свой запасной план.

— Дан, — прошептала я, позволяя ему отбросить первого демона с помощью нашей объединенной магии. — У меня есть идея, как задержать их.

Он притянул меня к себе и шепнул, продолжая управлять силой:

— Какая?

Вводить его в курс дела было некогда, и я сказала только самое важное:

— Мне нужна исключительно “светлая тень”. И тебе придется защищать меня, пока я не закончу.

Больше он не задал ни единого вопроса. Как-то сразу поверил и разжал пальцы. Покров невидимости растворился, и теперь только “темный свет” сдерживал первые ряды армии демонов. Но путы из нашей магии все еще сковывали поверженного врага. Я успела заметить, что их как-то поддерживает магия Сильвестра. Надолго ли ее хватит?

Я отогнала лишние мысли и сунула руку в карман. Затем вытащила крохотный алый камушек, который мне передал Тынчтык. Точнее, камушек, который демону по моей просьбе передал Шестой. Старый контрабандист долго смеялся над моей просьбой. Сказал, что его еще ни разу не просили пронести что-нибудь из Южного герцогства в Пепельную пустыню, а не наоборот.

Теперь на моей ладони лежал один из коллекции драконьих артефактов, которой обладал Шестой привратник. Заид-младший любезно согласился пожертвовать одним камушком и не рассказывать ничего Дану.

Я резко села и опустила камень на плотную серую землю. А затем от души наполнила его магией, позабыв, что у меня ее стало больше.

Грохот раздался такой, будто вся пустыня сотряслась до основания. Тут я и поняла, что перестаралась — силы покинули меня, и сознание скользнуло во тьму…

Я пришла в себя резко, и первая мысль была о товарищах. Что с Даном и остальными? Их не зацепило отдачей? Я совсем забыла о том, что стала одной из сильнейших привратников Юга за одну страстную ночь. Наверное, эффект вышел еще более впечатляющим, чем в кабинете Гаэру…

Затем я села и открыла глаза, пытаясь найти взглядом Дана. Но тут меня ждал сюрприз.

Вместо твердой земли подо мной оказалась мягкая кровать, а комната вокруг была совершенно незнакомой. За окном царила тьма, лампа на прикроватном столике освещала кремовый балдахин с золотыми кисточками и сдержанную, но достаточно богатую обстановку. Шкаф, комод, чайный столик с диваном и парой кресел. Везде оттенки коричневого с небольшими вкраплениями золота.

В одном из кресел, свернувшись в пушистый шар, беззаботно дрых Сильвестр. Таран распласталась на его боку. Форму академии на мне сменила кремовая шелковая сорочка с коротким рукавом, из-под которого выглядывала пальмовая ветвь. Но, самое главное, на постели рядом спал Дан.

Он приоткрыл глаза и вздохнул с облегчением. А после мягко, но настойчиво притянул меня к себе. Наши губы соединились, и на какое-то время мысли покинули мою голову. Горячая кожа под пальцами и близость любимого мужчины туманили разум. Но скоро беспокойство взялось за меня с новой силой. Сообразив, что опасность миновала, я заглянула Дану в глаза и прошептала:

— Что произошло? Я выжгла магию, да? Долго не приходила в себя?

— Три дня, — выдохнул он, крепко сжимая меня в объятиях. — Ты меня напугала. Но леди Мейли сказала, что с тобой все будет в порядке.

— Леди Мейли Тулун? — удивленно переспросила я.

— Мы в родовом замке Тулунов, — сообщил куратор.

— В драконьем дворце, — поправила я, еще раз с интересом оглядывая обстановку. — А… демоны? Турнир? Дымные скалы? Все живы?

Дан закинул одну руку за голову и протянул:

— Даже не знаю, как сказать…

Я тут же снова встревожилась:

— Что произошло?

— Дымных скал больше не существует, — сообщил Дан, поглаживая кончиками пальцев мою щеку. — Вместо них теперь озеро.

— Озеро? — удивленно переспросила я.

— Да. Кажется, этот артефакт создавал дракон стихии воды, — продолжил объяснять он. Теплые пальцы теперь скользили по моей шее, вызывая волну мурашек. — Потому что у тебя, как утверждает Луди, драконьей магии не осталось. Камень закоротило со “светлой тенью”. И ты была так щедра, что отдала всю свою силу до капли. Вместо скал образовалась гигантская воронка… А затем пошел дождь и заполнил ее.

Я не поверила своим ушам и снова тупо переспросила:

— Дождь?

— Кажется, такого явления природы демоны еще не видели, — развеселился Дан. — Остатки вражеской армии, которые стояли за скалами, удирали так, будто за ними гонятся силы всех четырех герцогств разом. Тынчтык вчера принес весть, что теперь это место считается проклятым. Его соплеменники боятся приближаться к нему.

Горячая ладонь скользнула вдоль моего позвоночника, и мне потребовалось усилие, чтобы удержать мысль. Ноя все же собралась и продолжила расспрашивать:

— А что с остальными? Кто выиграл Турнир?

— Ты уничтожила и трофей, и переход в подвалы академии, — любезно пояснил Дан. — Так что турнир сорван и для него нужно подыскивать новое место. И новые правила. Сайлав и Найле не пострадали. Ялина тоже…

Он снова потянул меня к себе, но я уперлась ладошкой в его грудь и строго произнесла:

— Ты не все рассказал. Арджуманд? Пятый? Что с ними?

Дан поморщился, но ответил:

— Они заключены под стражу. Арджуманд и твой отец содержатся в тюрьме рода Тулун. Благодаря кольцу, которое было у тебя в кармане, мы смогли быстро проникнуть в замок Меретов. Сильвестр вовремя подсуетился. Ялина в этом дворце, но она несвободна. Завтра Правитель Юга и Луди решат ее судьбу. И наверное, нашу, раз ты пришла в себя. Одно из правил мы все-таки нарушили.

— Ни о чем не жалею, — пробормотала я, устраивая голову на его плече. — Может быть, сделают скидку за спасение герцогства? Я, наверное, с такими новостями теперь до утра не усну…

Дан осторожно потянул вверх подол моей сорочки и намекнул:

— Мы можем найти более интересное занятие…

Как ни странно, мы оба все-таки выспались. “Более интересное занятие” сработало лучше любого снотворного. Когда я продрала глаза, солнце уже освещало комнату. Таран перепорхнула на мое плечо, и я с облегчением погладила сияющие крылья.

— Ты меня так напугала! — укорила я бабочку. — Но теперь ты настоящая героиня!

— Как я его, а? — с гордостью ответила она и похвасталась: — Господин посланник императора очень удивился, когда увидел, до какого размера я могу вырасти.

— Кто бы знал, что от такой мелочи будет такая польза, — проговорил Сильвестр, неспешно вылизывая лапу.

Дан потянулся и сообщил:

— После допросов Арджуманда ждет казнь или вечное заключение. Так что теперь ты не только одна из сильнейших привратников с уникальной магией, но и единственная с редким видом наджи.

Очень хотелось провести в постели весь день, но пришлось вставать. Завтрак подали в комнату. А когда с ним было покончено, пожилая служанка в темно-коричневом платье сообщила, что нас ждет господин Тулун.

Вместо формы мне подали зеленое платье с коротким рукавом, которое открывало красивый узор, напоминающий пальмовую ветвь. Дан смотрел так, что я не стала возражать и покорно надела предложенный наряд.

Из комнаты мы вышли рука об руку. Когда служанка оставила нас у одной из дверей, мое сердце забилось чаще. Дан ободряюще улыбнулся и распахнул дверь. Я первой шагнула в комнату и почтительно склонила голову. Наджи последовали за нами. Таран вернула свой обычный размер и восседала у меня на плече, Сильвестр держался возле ног Дана.

В просторном кабинете нас ждали двое. Мрачный Луди Тулун восседал за широким столом. Вдоль стен тянулись книжные полки. А одно из кресел для гостей занимал властный мужчина с черными волосами, стянутыми в хвост, так похожий на Шестого. Точнее, это Шестой был похож на своего отца, правителя Юга. На полу царственно возлежал огромный лев-наджи.

Взгляды мужчин были устремлены на меня, и от этого было немного не по себе. Дан чуть сильнее сжал мою ладонь и провел меня к креслу, а сам занял соседнее. Я заметила, что правитель задумчиво разглядывает метку, которая виднелась из-под рукава.

Герцог Заид обменялся взглядами с посланником. И тот пояснил:

— Я говорил об этом. Мейли осмотрела девушку и утверждает, что это не просто родовой символ Ихласов, а подобие метки, которая означает выбор дракона. Судьба предназначила их друг другу.

— Что ж, — философски ответил правитель, — тогда не будем с ней спорить. Вы хотели что-то спросить у леди, господин посланник?

Тулун кивнул и обратился ко мне:

— Перо. Ялина Мерет сказала, что оно исчезло. Но теперь я желаю услышать твою версию.

Пришлось в красках описать им все, что произошло среди дымных скал после того, как лисица вытащила перо из черного мешочка. Мужчины слушали меня молча, и с каждой минутой посланник мрачнел все сильнее.

После того как я закончила, он задумчиво протянул:

— Магия цвета лаванды…

— Ваши догадки оказались верны? — с нетерпением спросила я. — Вы теперь сможете найти того, кому подчинялся Арджуманд?

Дракон покачал головой:

— Подтвердились мои худшие предположения. Но концов нам пока не найти.

— Почему? — удивилась я. — Вы же схватили Пятого и Арджуманда.

— Когда мы взяли твоего отца, никакой неизвестной магии на нем уже не было, — пояснил Тулун. — Он утверждает, что передал ее Арджуманду и дочери, чтобы создать ловушку для вас. Но на личность своего хозяина ни один не может пролить свет.

— Возможно, следующие допросы и пара месяцев в темнице заставят их вспоминать короткие встречи с нанимателем лучше, — заметил герцог Заид, поглаживая макушку льва.

— Не думаю, — вздохнул дракон, откидываясь на спинку кресла. — Скорее, этот тип слишком умен, чтобы оставлять следы. Вероятно, скрывается он в Пурпурном городе, в самом сердце империи. Так что это больше не ваша забота.

— Там живут люди, которые владеют такой магией? — заинтересовалась я.

— Если бы, — раздраженно ответил Тулун. — Там уже тысячу лет никто не владеет этой магией. Единственная… единственный человек, кто владел ей, давно уже на том свете и не оставил наследников. Понятия не имею, откуда эта дрянь взялась снова. Но теперь мы будем начеку. А вам предстоит и дальше хранить южную границу Империи Четырех Сторон Света.

Тут заговорил правитель:

— Кстати, о границах… Благодаря вашей во всех смыслах подрывной деятельности в тылу врага, у нас тут освободилось место Пятого привратника. Так что за заслуги перед Южным герцогством присуждаю роду Ихлас герцогский титул. Также тебе отойдут все земли Меретов и Пятые Врата.

— Нет! — с ужасом выпалил Дан. — Ни за что! Ну какой из меня Пятый привратник?!

— Ты сильнейший, — напомнил ему герцог Заид.

Но Дан парировал:

— Я не умею уживаться с людьми!

Правитель кивнул на меня и припечатал:

— Поручишь это супруге. Раз уж ты лишил невинности свою напарницу вне Старого круга, имей совесть и женись. Тем более, Мейли говорит, вас связала судьба. Желательно сыграть свадьбу до осени, чтобы на четвертый курс она уже перешла как герцогиня Ихлас. И не торопитесь с наследниками — такой талант нужно хорошо обучать!

Я изумленно взирала на герцога Юга, не в силах вымолвить ни слова. Хотелось ущипнуть себя и убедиться, что это не сон. Дану дают титул и земли моего отца, Пятые Врата и… приказывают нам пожениться?

Он тут же схватил меня за руку и уверенно ответил:

— Да будет так.

Кажется, хотел он только жениться, но отказываться от остального было поздно…

Из кабинета я выходила на ватных ногах, чувствуя необычайную легкость в голове. Мое сердце пело, и я изо всех сил сжимала руку Дана, не веря своему счастью.

Я думала, что мы отправимся в комнату, но будущий супруг вывел меня в сад.

И каково же было мое удивление, когда на дорожке, ведущей к воротам, я увидела Ялину в сопровождении двух суровых воинов. Девушка в этот момент обернулась и заметила меня. На миг она застыла, а затем развернулась и зашагала к нам.

Я не знала, его ждать от сестрицы, и только крепче вцепилась в руку Дана. Ялина остановилась в шаге от нас и посмотрела на меня исподлобья. А затем буркнула:

— Спасибо. И прости.

С этими словами она резко отвернулась и снова догнала своих конвоиров.

— Куда это они? — пробормотала я, со смешанными чувствами глядя ей вслед.

— Ее отец — государственный преступник и лишен титула, — пожал плечами Дан. — Его земли отданы нам. Ялина призналась, что использовала твою кровь и след магии на осколке бокала, чтобы записать тебя на турнир. Вчера ее официально отчислили из Академии Привратников. А еще девчонка касалась той странной магии, так что у Тулунов свои планы на ее перевоспитание.

Я бросила еще один взгляд вслед сестре и произнесла:

— Что ж, будем надеяться, она тоже найдет свое счастье и не пойдет по стопам отца.

Дан кивнул, и мы вместе отправились бродить по дорожкам сада.

4 года спустя