Тсс, никому ни слова! Иначе ничего не скажу! Начерти на руке красный крестик, трижды плюнь на него и поклянись самой страшной клятвой: «Снобе-фобе-тобе! Чтоб у меня бородавки на теле выросли, если я кому проболтаюсь!» Сделал? Теперь нагнись пониже, чтобы я смог прошептать на ухо. Еще ниже! Готов? Ну так слушай: «Сегодня я узнал то, во что трудно поверить: моя бабушка – пират!»

Артем стоял за штурвалом черного корабля. Бушприт в виде головы альбатроса возвышался над беснующимися водами океана – шторм продолжался уже два часа. Небо потемнело, сделалось тяжелым. Ветер трепал паруса, словно голодный пес – кусок мяса. Одно из полотнищ с оглушительным звуком лопнуло. Артем вздрогнул: показалось, что рядом разорвался снаряд. Судно задрожало всем корпусом, как в горячечном бреду. Волны швырнули корабль в сторону. Треуголку давно сдуло за борт, Артем остался в одной бандане. Рядом треснула мачта, едва не задев его. Корабль начал крениться на левый борт. Артем с трудом удержал штурвал. И в этот момент заметил огромную волну.

«Девятый вал», – подумал Артем и проснулся.

Он не сразу сообразил, где находится, с удивлением разглядывая небольшую комнату: обои с нарисованными кораблями, портрет рыжего пирата и будильник в виде механической рыбы-удильщика с изображением шестеренок на циферблате. Конец «удочки» светился в темноте, но сейчас уже начал гаснуть. Артем осмотрелся и вспомнил: он же у бабушки! Просто так получилось, что Артем совершенно об этом забыл.

Папину маму Артем до вчерашнего дня не видел – она жила на другом конце страны. Пару дней назад отец позвонил по телефону и долго о чем-то спорил с бабушкой. На следующее утро Артема разбудили пораньше и объявили, что они всей семьей летят в гости. Потом выяснилось, что это сюрприз не только для Артема, но и для бабы Яны, которая никого не ждала.

Бабушка оказалась точной копией папы и Артема: высокая, худая и нежно-рыжая, точно креветка. Ее уютный дом в окружении корабельных сосен стоял в коттеджном поселке. Рядом шумело море.

Вечером Артем накупался так, что свалился без задних ног – даже ужинать не стал.

А проснулся он от топота над головой: кто-то залез на чердак и весело там отплясывал. Да еще орал: «Свобода! Свобода!» Так что сон как рукой сняло. Артем выбрался из постели и пошел узнавать, в чем дело. В гардеробной комнате обнаружилась лестница – она спускалась из люка в потолке. Артем вскарабкался по ней на чердак. Пока лез, услышал песню:

Баба Яна повязала на голову бандану, в левом ухе болталась серьга. Она лихо танцевала в обнимку со скелетом, а белый попугай Флинт, который, как оказалось, тоже жил в доме, выкрикивал: «Браво! Давай жги!» И тут бабушка заметила Артема. Она резко остановилась, словно наткнулась на невидимую стену. Скелет выпал из рук, его голова откатилась в сторону. Флинт поперхнулся и замолк.

– Дырявая шлюпка! – выругалась бабушка. – Ты здесь?!

Артем растерялся: а где он должен быть?

– Почему не уехал с родителями? – продолжала баба Яна.

– А они уехали?! – Он не верил собственным ушам. Может, бабушка шутит?

– Я решила, что да. Их нет, чемодана тоже. – Она с ужасом смотрела на Артема. – Я поняла! Они специально оставили тебя, чтобы я никуда…

Она не договорила. Бросилась к лестнице, Флинт полетел за ней. Артем тоже спустился. Баба Яна схватила телефон:

– Не отвечают! Я так и думала! Вот же хитрая селедка!

Она с возмущением уставилась на Артема, словно он был замешан в исчезновении родителей.

– Я тут ни при чем! – на всякий случай сказал Артем.

Он тоже решил позвонить, но механический голос сообщил, что абонент находится вне действия сети. Родители бросили Артема.

Бабушка сидела, сжав голову руками. Артем шагал вокруг нее и строил предположения, что телефоны разрядились, что родители поехали в магазин и скоро вернутся.

– Я слишком хорошо знаю своего сына, – перебила внука баба Яна. – Хотя и не оценила степень его коварства… Подкинуть мне внука!

– Может, вернутся? – Артему не хотелось верить, что родители могли так поступить.

Бабушка лишь вздохнула.

– И что мне теперь делать? – спросила она саму себя. – Взять мальчика с собой невозможно. Если он пошел в Валерия…

Баба Яна взглянула на Артема.

– Все псу под хвост! – Она махнула рукой и отправилась на кухню готовить завтрак.

– Фиаско, фиаско! – согласился Флинт.

Артем ел омлет, пышный и нежный, и размышлял: почему родители повели себя так странно? Что скрывает бабушка? Та, кстати, куда-то уехала и оставила Артема одного. Если не считать попугая.

– Даже не вздумай! – предупредил Флинт, уставившись на него.

Но Артем твердо решил узнать, в чем дело, и отправился на чердак. Попугай полетел следом.

Люк был заперт, а допрыгнуть до него у Артема не получалось. Он уже хотел отказаться от задуманного, но заметил железную палку, стоящую в углу. Взял ее, зацепил крючком петлю в крышке люка и потянул вниз. Крышка открылась, оттуда выкатилась складная лестница.

– Грабеж! – завопил Флинт.

– Отстань, – отмахнулся от птицы Артем. – Мне же надо понять, что случилось. Лучше помоги.

Попугай замолчал и сел ему на плечо.

На чердаке обнаружилось множество сундуков: из коры липы, деревянный, обтянутый кожей, обитый железом… Артем открыл один и нашел на дне несколько монет.

– Пиастры, пиастры! – подтвердил Флинт.

Артем хмыкнул: наверняка поддельные. Не золото же! Он продолжил поиски. Большинство сундуков были пусты, но в одном лежал свиток, перевязанный бечевкой. Артем развязал узел: свиток оказался картой. Артем сел на пол и разложил карту перед собой. На потрескавшейся от времени бумаге был изображен остров. «Остров Пустых Надежд» – гласила надпись. Очертаниями остров походил на череп: вместо глазниц – озера; там, где провал носа, – глубокая впадина; сомкнутые челюсти – густой лес. На карте виднелись разные надписи, стрелки и несколько крестиков. Артем хотел разглядеть повнимательнее, но в любой момент могла вернуться бабушка. Поэтому он сделал несколько фотографий на смартфон, решив разобраться позже.

Артем сунул карту обратно и пошел к люку. Тут его внимание привлек блеск в углу. Артем повернул голову, чтобы получше рассмотреть, но по инерции сделал несколько шагов вперед и во что-то врезался. Раздался грохот, и Артем упал. Он чуть не заорал, заметив прямо перед собой скалящуюся челюсть, но потом вспомнил, что уже видел скелет – когда бабушка отплясывала. Артем поднялся, постаравшись не раздавить кости. Хоть и пластиковые, но кто знает.

– И зачем тебя только бабушка хранит? – проворчал Артем. – Так же поседеть можно.

– Кошмар! – согласился Флинт.

Попугай не пострадал, хотя Артем переживал, что придавил Флинта. Птица успела взлететь и теперь кружила над Артемом.

Артем поднял скелет и закрепил на нем отвалившийся череп.

– Так-то лучше!

Он хотел уже уходить, как вспомнил, что отвлекся на какой-то блеск. Вернулся и заметил на дальней стене чердака саблю. Аккуратно снял ее с крюка и рубанул несколько раз. Оружие со свистом разрезало воздух. Артем потрогал конец сабли – острый. Он восхищенно присвистнул: настоящее оружие. Вот бы ему такое! Но откуда у бабы Яны сабля? И куча сундуков с монетами? Сейчас Артем даже мог поверить, что они из чистого золота. Скелет… Он повернул голову: на письменном столе лежала трубка, рядом с ней компас. Артем повертел его: с толстым стеклом, круглый, с расходящимися от стекла лучами, напоминающий штурвал старинного корабля. Не хуже сабли. Артем неохотно положил компас обратно. Да-а-а, у бабушки на чердаке хранилось много любопытных вещей, жаль, что нельзя взять их с собой и поиграть. Например, в пиратов.

Артем представил себя за штурвалом корабля: на голове бандана, в ухе висит серьга, на левом боку болтается сабля. В зубах он сжимает трубку, а на плече сидит верный Флинт. Здо́рово бы было! А может?..

От предположения у Артема дух захватило.

Он кубарем скатился вниз и побежал во двор, туда как раз въезжала бабушкина машина.

Баба Яна вошла в дом, Артем плелся за ней.

– Я договорилась, поживешь в санатории, пока меня не будет, – заявила бабушка. – А там родители за тобой вернутся. Я им эсэмэску послала, а заодно в интернете сообщение оставила.

Она выгрузила тяжелые пакеты на стол и начала разбирать их. Артем молчал, собираясь с мыслями: какой санаторий? Куда это баба Яна надумала? Неужели?..

– Я с тобой лучше! Не надо меня никуда отправлять! – разволновался он.

– Ой, нет! – испугалась бабушка. – Ты еще маленький…

– Мне уже десять! – напомнил Артем.

– А мне за тебя перед твоими родителями отвечать. А вдруг тебя укачает в море?

До этого дня Артем терпеть не мог отлучаться из дома: ни в лагерь, ни в поход. Дай ему волю, он бы и с мамой и отцом никуда не ездил. Любимым занятием Артема было сидеть за книгой. А что? Безопасно и интересно. Друзья рассказывали о невероятных событиях, которые случались с ними летом, родители уговаривали отдохнуть без них – Артем отмахивался: его и дома неплохо кормят. Что он не видел в других местах? Их и по телевизору посмот-реть можно. Да и в захватывающие приключения, якобы случавшиеся с друзьями, он особо не верил.

Сейчас Артему почему-то хотелось реветь: родители исчезли, не сказав ни слова, теперь вот бабушка задумала его бросить. Сама, наверное, собирается в отпуск, раз про море упомянула.

– Только не плачь! – Бабушка растерялась. – Со мной ехать опасно.

– А куда ты поедешь? – насторожился Артем.

– Это страшная тайна! – Баба Яна даже руками замахала.

Она стала быстро запихивать продукты в холодильник, надеясь, что внук отстанет.

– Я могу поклясться, что никому не проболтаюсь, – взмолился Артем.

Но бабушка покачала головой. И тогда он выпалил:

– Знаю, ты собираешься на остров Пустых Надежд!

Баба Яна ойкнула и испуганно посмотрела на Артема.

– Вареная каракатица! Откуда ты узнал?.. – Она оборвала себя на полуслове. – Лазил на чердак? – догадалась бабушка.

Артем кивнул.

Баба Яна начала взволнованно ходить по кухне, всплескивая руками. Артем следовал за ней по пятам. Попугай летел за ним. Так что когда бабушка резко остановилась, Артем и Флинт едва не врезались в нее.

– Жаль, что Валерий ничего тебе не объяснил. Я ведь предупреждала его, что свой день рождения хочу отметить особо – устроить приключение, самое настоящее. В конце концов, я сорок лет бороздила море, так что имею право.

Артем услышал про приключение и больше не смог ни о чем думать.

– А мой родной сын решил, что я слишком стара для этого, – продолжала бабушка. – Привез тебя и подкинул мне, чтобы я отказалась от своего плана.

– Бабушка, возьми меня с собой! – попросил Артем. – Я тоже хочу море и приключение. И меня не укачивает!

– Валерия также не укачивало ни в машине, ни в самолете, ни на каруселях… Но стоило ему ступить на палубу, как начиналась морская болезнь. Мне приходилось договариваться с соседками, чтобы они сидели с ним. Так что нет! – Бабушка была непреклонна. – Я дам тебе ноутбук и книги – скучно в санатории не будет.

Артем сам себя не узнавал: весь день он уговаривал бабу Яну, обещая делать все, что она ни попросит. Но бабушка не сдалась.

На следующее утро они выехали из дома. Артем полночи крутился в кровати, придумывая причины, по которым баба Яна обязана взять его с собой. Но утром, взглянув на ее поджатые губы и нахмуренные брови, так и не решился начать спор заново. Бабушка дала ему плед, чтобы накрылся, – в машине работал кондиционер, – но Артем отказался: он не неженка! Флинт с удобством устроился на плече Артема и не захотел перебраться к бабе Яне. Похоже, попугай был на стороне Артема.

Примерно через час они добрались до небольшого города. Промчались по мостовой, миновав площадь с фонтаном в окружении домов с остроконечными крышами и окнами, в которых отражалось синее небо. Затем автомобиль свернул на дорогу, ведущую к морскому порту.

Артем издали заметил силуэты кранов, похожих на огромных жирафов, они разгружали рыболовецкие суда. Поодаль высились гигантские пассажирские паромы, за ними – прогулочные катера. Частные яхты стояли в самом конце порта. Артем с тоской глядел, как машина проносится мимо. Неужели бабушка не могла проехать другой дорогой?! Эх, прощай, приключение! Прощай, море! Дорога повернула от набережной и нырнула в сосновый бор.

Через полчаса автомобиль остановился возле больших железных ворот, на которых красовалась надпись: «Санаторий “Янтарный берег”». Артем сник: вот и всё, приехали. И совсем не туда, куда он мечтал. Ворота открылись, машина покатила дальше по грунтовой дорожке. Сосны, еще сосны, аккуратные клумбы с розами, скамейки и фонтан, напротив которого стояло голубое трехэтажное здание с белыми колоннами.

Дальше было совсем неинтересно. Какая-то тетенька заполнила с бабушкой бумаги, получила от нее деньги и повела Артема за собой, рассказывая по дороге о распорядке дня. Она громко цокала каб-луками, а он нехотя плелся следом. Тетенька свернула за угол, и Артем остановился: а что, если… Будь что будет! Он развернулся и бросился бежать обратно.

Артем выскочил из здания и замер: бабушка стоя-ла возле клумбы и что-то разглядывала в телефоне. Артем осторожно обогнул ее и по боковой аллее понесся к машине. Открыл заднюю дверцу, втиснулся между сиденьями и накрылся пледом.

– Караул! – вполголоса произнес Флинт.

Артем хотел сказать ему, чтобы не выдавал, но тут вернулась баба Яна, завела машину, и они снова поехали.

Попугай молчал, Артем тоже. Он затаился, молясь про себя, чтобы баба Яна его не обнаружила, а из санатория не позвонили. Но бабушка ни о чем не подозревала, она напевала себе под нос уже знакомую Артему мелодию. Вскоре машина остановилась, бабушка хлопнула дверью, достала из багажника вещи и куда-то ушла. Артем вылез из-под пледа и посмотрел в окно.

Оказалось, что машина стоит на стоянке, а бабушка направляется к яхте черного цвета. Артем аж присвистнул: в длину яхта была метров десять, в ширину около трех, обтекаемой формы и с рубкой в носовой части. По правому борту виднелась надпись «Черный альбатрос». Название как из его сна! Артем решил, что это добрый знак.

Он вылез из машины и побежал за бабушкой, прячась за припаркованные машины. Бабушка поднялась по трапу на яхту и крикнула кому-то:

– Я уже здесь! И даже отключила телефон, чтобы никто не мешал.

Артем понял: вот почему бабушке не позвонили из санатория! И вот что она делала со смартфоном, когда он крался мимо нее.

– Пора отправляться, – продолжила она.

Артем испугался: надо спешить, а то отчалят без него. Он шагнул на палубу, пригибаясь, чтобы его не заметили. Но зацепился ногой о свернутый канат и с грохотом упал.

– Тревога, тревога! – завопил Флинт, и баба Яна тотчас же увидела внука.

Пока она безмолвно разевала рот, словно выброшенная на берег рыбешка, откуда-то снизу появилась незнакомая женщина, примерно одного возраста с бабой Яной, маленькая и круглая. Женщина уставилась на Артема.

– Привет, Сандра, – поздоровалась бабушка. – А я не одна. Знакомься, мой внук Артем. Будет у нас вместо юнги.

Артем медленно поднялся и кивнул. Баба Сандра почему-то не обрадовалась этому известию. Наоборот, перевела взгляд с бабушки на Артема, словно не в силах поверить.

– Знаешь, – начала она, – я ведь тебя тоже не предупредила… – Она посторонилась. – Это моя внучка Ксюша. Упросила взять с собой.

Из-за ее спины вышла девчонка, тощая и высокая, светлые волосы собраны в хвост.

– Дохлая акула! – воскликнула бабушка. – Два юнги на корабле – плохая примета.

– Что же делать? – растерянно спросила баба Сандра.

– Что-нибудь придумаем, – ответила баба Яна.

Артем спустился за бабой Сандрой и Ксюшей, ему выделили каюту рядом с бабушкиной – по правому борту. Флинт сразу же устроился на специальной жердочке, подвешенной к потолку. Баба Сандра с внучкой заняли каюту напротив. Артем бросил рюкзак на пол, а сам уселся на койку. После слов бабушки в нем вновь зародилось опасение: вдруг его все же отправят в санаторий? И будет он там тосковать, вместо того чтобы участвовать в приключении. Нет уж! Пусть эту версту коломенскую на суше оставляют. В том же санатории, раз все оплачено. Артем ничем не хуже этой девчонки…

Долго расстраиваться не получилось. Дверь открылась, в щель просунулась Ксюшина голова.

– Чего сидишь? Поднимайся наверх. Сейчас отплывать будем.

Бабушка уже заняла место в рубке, она сидела за штурвалом. Баба Сандра сначала отшвартовала судно, затем вернулась в рубку и разместилась слева от подруги. Баба Яна пощелкала тумблерами, загудел мотор, и яхта плавно отодвинулась от берега.

Две подруги дружно запели:

Приключение началось!

Когда вышли в открытое море, яхта развила максимальную скорость. Ее носовая часть даже приподнялась над водой.

– Итак, ребята, по морским законам на корабле может быть только один салага, – объявила бабушка, – поэтому установим очередность: первые два дня юнгой будет Ксюша, а Артем отправится на камбуз помогать коку. Затем поменяетесь.

Артем повторил про себя: камбуз, кок… Понять бы еще, что это значит.

– На кухню помогать повару, – перевела баба Сандра. – Пока я замещаю кока, поэтому спускаемся, а Ксюша остается на подхвате у капитана.

Артем возмутился: он девчонка, что ли?! Почему это ему помогать повару, то есть коку, а не Ксюше?! Пусть она топает вместе со своей бабушкой на камбуз.

– Вот еще! – отказался он. – Это девчачья работа!

– Что?! – На него уставились три пары глаз: двух бабушек и Ксюшины. – Это еще почему?!

– Ну потому, что у вас это лучше получается, – замялся Артем, он не ожидал получить такой отпор.

– Хорошо, – вовсе не по-хорошему прищурилась Ксюша. – Тогда пари: кто первый взберется по веревочным лестницам – вантам – во-о-он до той перекладины на мачте, тот и будет юнгой.

– Пара пустяков! – Артем злорадно усмехнулся. – Да я тебя в два счета сделаю.

Баба Яна скомандовала, и они с Ксюшей наперегонки бросились к вантам. Ксюша начала быстро карабкаться по лестнице, а Артем отстал: ноги застревали в веревках, да и подтягиваться оказалось тяжело. Вскоре Ксюша сидела верхом на перекладине и болтала ногами, поглядывая свысока на Артема. Она ни слова не произнесла, но в ее взгляде Артем прочитал обидное: слабак!

– Раз проиграл, – баба Яна поджала губы и стала похожа на краба-отшельника, – то и не возникай. А не то за бунт на корабле выбросим тебя за борт на съедение акулам.

Камбуз размерами превосходил каюту. Здесь все блестело – и металлическая мойка, и плита, и стол со шкафчиками под ним. Возле стены стояли холодильник и морозильная камера. Баба Сандра прошла дальше в подсобное помещение, где хранились продукты.

– Твоя задача – почистить картошку на обед, – велела она оттуда.

Пришлось помучиться: то картошка оказывалась на полу, то овощерезка срезала слишком толстый слой кожуры. Потом Артем порезался, и пришлось обрабатывать рану и бинтовать палец. Говорил же он, что это не мужская работа – ничего не выходит! Зря его не послушали.

Затем Артем отбивал куски мяса, да так старательно, что они стали совсем тонкими. Баба Сандра его даже похвалила: мол, легче жарить будет. К часу дня он настолько проголодался, что готов был съесть слона. Да еще выбился из сил, и после обеда, вместо того чтобы посидеть на палубе, вернулся в каюту и заснул. Полшестого баба Сандра подняла его – нужно было готовить ужин.

Ксюша бойко бегала по палубе. Видимо, быть юнгой было намного легче, чем помощником кока. Так что когда в восемь вечера баба Яна ос-тановила яхту, зажгла сигнальные огни и объявила отбой, Артем добрался до каюты и рухнул на койку. Он даже не стал умываться и чистить зубы – заснул на ходу.

На следующее утро Артем был готов сожалеть, что отказался от санатория. Играл бы сейчас в компьютерную игру или читал книгу про пиратов. Потом бы родители за ним вернулись и забрали домой, а вместо отдыха и развлечений приходится трудиться целыми днями.

Артем злился на Ксюшу – сначала думал, что ей досталась легкая работенка, хотя, как позже выяснилось, зря – юнге тоже хватало, Артем убедился в этом через день, когда бабушка заставила его драить палубу, а еще чистить гальюн – так по-морскому назывался туалет.

– Радуйся, что яхта у нас небольшая, – отрезала баба Яна, когда Артем стал жаловаться. – Ничего, скоро привыкнешь.

Но сразу привыкнуть не удалось – Артем даже не слышал будильник, так что «удильщик» надрывался зря, исступленно моргая «удочкой».

Ксюша раздражала Артема. Бабушка то и дело нахваливала ее и ставила в пример. И полы-то она моет лучше, и на камбузе старается изо всех сил. Будто Артем не старается. А еще он полез в кладовку, и на него свалилась швабра! И Ксюша тут как тут – смотрит и смеется! Артема осенило: это она подстроила, точно. Ну ничего, он в долгу не останется.

Очень скоро план возмездия был готов.

Артем привязал веревку к палубному ограждению и принялся ждать. Вскоре показалась Ксюша, она несла ведро с картофельными очистками. Артем раз – и натянул веревку. Ксюша запнулась. Вед-ро полетело в одну сторону, Ксюша – в другую, картофельная кожура вывалилась на нее.

Ксюша вскочила и уставилась на Артема.

– Зачем ты это сделал?! – закричала она.

– Ты первая начала! – отрезал Артем. – Подстроила, чтобы на меня швабра свалилась.

– Это не я! Она сама.

– Так я тебе и поверил, – хмыкнул Артем. – А кто смеялся так, что слезы из глаз потекли? Не ты?

Наверное, они бы долго препирались, если бы на шум не прибежали обе бабушки и не заставили Артема с Ксюшей драить палубу.

Говорят, совместный труд сближает, но Артем с Ксюшей еще больше дулись друг на друга – каждый считал виноватым другого.

– Артем то, Артем сё, – ворчала себе под нос Ксюша, делая вид, что не замечает Артема. – И чего Сандра его все время хвалит?

Артем скорчил гримасу: вечно эта Ксюша всем недовольна, а еще свою бабушку называет так, будто та ей подружка. Неужели Ксюше непонятно, что он на самом деле лучший юнга из них двоих. Все делает правильно и с первого раза. Только баба Яна этого замечать не хочет. Вот Ксюша и распоясалась.

Артем отправился на камбуз – помочь бабе Сандре приготовить обед. Только открыл дверь, как сверху на него обрушился поток воды. То есть сначала вода, а потом ведро. Оно так больно стукнуло его по голове, что Артем невольно охнул. Перед глазами все закружилось, и он мешком осел на палубу.

Ксюша тут как тут. Прибежала и спрашивает:

– Ты как? С тобой все в порядке? Я палубу вымыла, собиралась воду за борт вылить, а ведро из рук выскользнуло.

Артем хотел ответить, чтобы она не суетилась, точно курица вокруг цыпленка, как перед глазами поплыли черные мошки, и он чуть не потерял сознание. Уже через минуту он очнулся в своей каюте, на шишке лежал пузырь со льдом.

– Что случилось? – над ним склонилась баба Яна. Вид у нее был испуганный.

– Поскользнулся.

Артем решил не выдавать Ксюшу. Бабушка покачала головой, но ничего не сказала. А Ксюша еле слышно прошептала:

– Спасибо.

В один из вечеров Артем заметил, что Ксюша тащит тяжелое ведро с водой – наступила ее очередь мыть палубу, – и неожиданно для себя вызвался помочь. Все же она девчонка, а они слабее мальчишек, хотя Ксюша и выше Артема на полголовы. Ксюша терла шваброй палубу, а Артем носил воду, вскоре они закончили уборку.

Ребята принесли чай с печеньем из камбуза и устроились на палубе.

– Устаешь? – спросил Артем.

– Угу, – кивнула Ксюша, – но уже полегче. А первые дни и спина болела, и ноги.

– У меня тоже, – подтвердил Артем. – Я даже пожалел, что в санатории не остался.

– А я целый год уговаривала Сандру взять меня с собой. Она мне часто рассказывала разные истории.

– Здо́рово! – позавидовал Артем. – Только пока ничего интересного не происходит. Я надеялся, что мы отправились за сокровищами – видел карту у бабушки и даже сфотографировал ее.

Он достал смартфон и показал Ксюше снимки.

– Остров Пустых Надежд, – прошептала она. – Звучит зловеще. У меня даже мурашки по коже.

– У меня тоже! Чего бы ты хотела?

– Я хотела бы, чтобы что-то удивительное произошло, – размечталась Ксюша.

– Ага, – кивнул Артем. – Опасности разные и страшненькое.

Они переглянулись: да, вдвоем на яхте совсем нескучно. Можно фантазировать и ждать приключений. Ребята настолько развеселились, что запели песню, которую сами же и сочинили:

Флинт подхватил слова и начал повторять: «Мы пираты – да-да-да!» А потом утащил печенье и быстро склевал его.

Через пять дней после отплытия бабушка пригласила всех в рубку.

– Скоро мы войдем в опасные воды, – сообщила она. – Поэтому займите места в креслах и пристегнитесь. Штурман, что у нас по курсу?

Баба Сандра развернула карту – это была другая, не та, что Артем нашел на чердаке.

– Яхта идет левым галсом, – начала баба Санд-ра, но бабушка ее прервала:

– Думаю, дети ничего не поняли из того, что ты сказала.

– Ветер дует в левый борт, яхту немного сносит в сторону, – поправилась Сандра. – Через пару часов при таком курсе мы будем на месте. Нам нужно вот сюда, – и она ткнула в какую-то точку на карте.

Артем и Ксюша проследили за ее движением и уставились на крестик, нацарапанный посреди узкого пролива. Ничего особенного, если не считать, что вокруг крестика пунктирной линией был обозначен треугольник.

Баба Яна тронула штурвал, и яхта продолжила путь. Внезапно Артем заметил движение в воде: обгоняя их, мимо неслись дельфины. Один из них серебряной стрелой взметнулся высоко вверх. Мальчик спохватился, достал смартфон и принялся снимать стаю на камеру.

– Странно, откуда здесь дельфины? – задумалась Ксюша. – Я думала, они только на юге водятся.

Артем пожал плечами: разве это важно? Жаль, что представление продолжалось недолго, вскоре дельфины потеряли интерес к яхте и уплыли.

Качка усилилась, волны росли в высоту, становились все выше, небо походило на дуршлаг, сквозь дыры которого просочились первые капли. Через несколько мгновений хлынул дождь, сквозь небо протянулась белая линия. Громыхнул гром, да такой оглушительный, что заложило уши. И тут же все небо исполосовали молнии.

Яхту качало из стороны в сторону, волны заливали палубу, но в рубке было сухо. Капитан и штурман всматривались в бортовой компьютер, ожесточенно споря между собой. Наконец обе бабушки пришли к единому выводу:

– Надо продержаться час.

– Артем, ты как? – спросила бабушка.

– Нормально, – ответил он.

Морская болезнь, от которой страдал папа, к Артему не пристала. А то сидел бы сейчас в обнимку с пакетом.

– Интересно, как там Флинт?! – перекрикивая бурю, спросил он.

– Что ему сделается? – Бабушка пожала плечами. – В каюте безопасно – иллюминатор я задраила. Да и Флинт привычный.

– А мы не утонем? – Ксюша побледнела, ее глаза сделались огромными.

– Якорь тебе в глотку! И не в таких переделках бывали! – Баба Сандра подмигнула внучке.

Между тем гроза продолжалась. Артем вздрагивал при каждом раскате грома, глаза ослепли от вспышек молний. Казалось, между небом и водой происходит сражение: Зевс борется с Посейдоном, бьет морского бога огненными стрелами. А Посейдон не сдается, пытается волнами дотянуться до Зевса.

– Они считают, что мне пора дома засесть! Черта с два! – с возмущением пожаловалась подруге баба Яна. – Не дождутся! Я лучше пойду ко дну вместе с этой посудиной, чем стану приличной старухой.

Артем заволновался: вдруг яхта перевернется? Зря мама с папой будут ждать его возвращения и гадать, что же случилось с ним и бабой Яной. Лучше бы он остался в санатории…

И тут бабушка завопила:

– Внимание! Всем приготовиться.

Яхта сильно накренилась на правый борт. Волны полностью накрывали ее. Артем пристегнулся, сжал ручки кресла и уперся ногами в палубу. Бабушка резко крутанула штурвал влево, двигатели надсадно заревели, и Артем заметил между двух огромных скал, похожих на чудовищ, нечто необычное – дыру в воздухе. Дыра жадно засасывала волны и ветер, будто огромный пылесос. Артем никогда не видел ничего подобного. А тут еще и скалы зашевелились – чудовища ожили. Ксюша взвизгнула, а Артем лишь молча тыкал пальцем в каменных исполинов, которые начали сходиться, чтобы расплющить судно.

Баба Яна, вместо того чтобы уклониться, вела яхту прямо на них. У Артема между лопаток выступил холодный пот. Он испугался: что она творит?! Они же погибнут! Но сказать ничего не мог: от страха лишился голоса.

– Воздуховорот! – объявила баба Яна. – Держитесь крепче!

Артему показалось, что яхта ни за что не пролезет между утесами, ее разобьет о камни. И изменить ничего нельзя: слишком поздно! Яхта дернула носом, а потом все смешалось. Их крутило, вертело, бросало то вперед, то назад, то вверх, то вниз. Артем старался не вылететь из кресла и не разжимал рук. Неожиданно все стихло. Он открыл глаза и увидел над собой высокую мачту и паруса.

Вокруг стоял неимоверный шум. Но Артем различил отдельные возгласы:

– Наконец-то!

– Устал ждать.

– Думал, мы так никуда и не отправимся.

Артем огляделся: он оказался на палубе черного клипера. Вокруг толпились странные люди, одетые кто во что горазд. Они громко кричали, затем как по команде замолчали. На капитанском мостике появилась бабушка. Вместо джинсов и клетчатой рубахи на ней теперь были черные кожаные штаны, коричневые ботфорты с отворотами, белая рубаха и камзол в цвет штанов. На широком красном поясе болталась сабля, такого же цвета бандана покрывала голову. В зубах бабушка держала трубку. На правом плече бабы Яны сидел Флинт. Артем быст-ро достал из кармана смартфон и сделал несколько снимков, пока баба Яна не заметила, – а то никто не поверит.

Бабушка подняла правую руку, и все закричали:

– Да здравствует капитан Янина Грозная! Ура, ура, ура!

Артем пытался сообразить, где он находится. Что это за люди? Почему они так странно приветствуют бабушку? Он отыскал глазами Ксюшу, та стояла с открытым ртом и вытаращенными глазами. Артем придвинулся к ней поближе.

– Ты что-нибудь понимаешь? – спросил он.

Ксюша отрицательно покачала головой:

– Сандра что-то говорила, но я думала, что она привирает.

– Приветствую всех, – громко сказала баба Яна. – Если кто сомневался, что плавание состоится, то пусть убирается ко всем чертям. У меня еще есть порох в пороховницах!

В ответ раздались восторженные крики.

– В этот раз нам предстоит опасный поход, – сообщила бабушка, и Артем насторожился.

По палубе прокатился тяжелый вздох.

– У нас на корабле два юнги. Вам известно, что это плохая примета, – продолжала бабушка. – Поэтому, если кто-то из вас пожелает сойти на берег, я удерживать не стану.

– Может, одного салагу выбросить за борт? – предложил кто-то.

– Якорь тебе в глотку, Бешеный Пес! – возмутилась баба Сандра. – Это наши внуки!

– Уже молчу, Сандра Огненная. – Артем разглядел говорившего: это был высокий плечистый дядька.

Дядька обладал не только собачьим прозвищем, но и соответствующей внешностью. Он походил на вечно печального бассет-хаунда: обвисшие щеки, мясистый нос, грустные глаза и большие уши.

Видимо, обеих бабушек на судне уважали. Но незаданный вопрос, как ребята очутились на клипере, оставался открытым. Пришлось дожидаться, когда все разойдутся по своим местам.

Бабушка позвала Ксюшу и Артема с собой в капитанскую каюту, которая располагалась на корме. Баба Яна открыла дверь, и Артем ахнул: он даже представить себе не мог такого богатства! Небольшое помещение было обито красным деревом, покрытым лаком. Возле иллюминатора стоял круглый стол, на нем лежала карта и уже знакомый Артему компас. Сбоку расположился секретер с кучей ящиков. На стенах висели картины и оружие, богато украшенное драгоценными камнями.

– Твое место в кубрике – с командой, – заявила бабушка Артему. – Ксюша, поскольку она девочка, будет жить с Сандрой в штурманской каюте – по соседству со мной. На корабле соблюдать дисциплину, ко мне обращаться не «бабушка», а «капитан». Понятно?

Артем и Ксюша нестройно ответили «да».

– Так точно, капитан! – послышалось сзади. В каюту вошла баба Сандра.

Артем задал мучивший его вопрос:

– Баба Яна, то есть капитан Янина Грозная, а как мы сюда попали? Что это за корабль?

– Да, – подхватила Ксюша, – и кто все эти люди?

Бабушка вынула изо рта трубку и бросила ее на стол.

– Этот пиратский клипер. Очень быстроходное судно. Его название вы уже видели – «Черный альбатрос». Все эти люди – матросы. Наша команда – одна из самых лучших.

– На абордаж! – заорал попугай, слетев с плеча бабушки на стол.

– Флинт врать не будет, – рассмеялась баба Сандра.

– Но как яхта стала клипером? – Артема распирало от любопытства.

Янина Грозная показала на карту:

– Помните, мы с Сандрой искали определенное место? Воздуховорот находится в так называемом Треугольнике Темпуса. Там происходят временные и пространственные искажения. Наша яхта превратилась в корабль. А матросы служили на клипере четыреста лет назад. Когда корабль переносится в южные воды, они возникают снова.

– Они что, призраки? – испуганно прошептала Ксюша.

– Они прокляты и застряли во времени, – пояснила бабушка. – Избавиться от проклятия им поможет лишь одно, когда все клады, спрятанные капитаном Синяя Рука, будут найдены.

– А их много?! Ну… кладов этих?

– Никто не знает. – Баба Сандра пожала плечами. – Тридцать девять штук мы уже нашли.

– Ладно, – завершила разговор Янина Грозная. – Поговорим потом, а сейчас отправляйтесь к моему помощнику. Надо вас одеть по-человечески. Сандра, проводи их.

Флинт увязался следом: вылетел из каюты и уселся на плечо к Артему.

Ребята шли по палубе и вертели головами. Клипер был построен, как коротко объяснила баба Сандра, из корабельных сосен. Снаружи дерево обшили медными пластинами, чтобы защитить корабль от жука-точильщика и нарастания ракушек. На палубу пошли доски из тиса, отшлифованные и покрытые воском. Но больше всего Артема впечатлили мачты. На клипере их было целых три: бизань-, фок- и грот-мачта. Артем даже повторил несколько раз про себя, чтобы запомнить названия. А баба Сандра сыпала морскими терминами так, что у него вскоре голова распухла от знаний – все не умещалось.

Они спустились на нижнюю палубу, где располагалась каюта помощника капитана. Баба Сандра долго стучала в дверь – помощник оказался туг на ухо.

– Это от взрыва пороховой бочки, – извинился он. – У меня барабанные перепонки тогда полопались.

Старый Джо походил на дерево, высушенное палящим солнцем и ветрами: сухой, среднего роста, с морщинистым, точно кора, лицом. Его седые волосы висели как пакля.

– Этим прекрасным молодым людям нужна не менее прекрасная одежда, – сказала Сандра. – Позаботься о юнгах, Старый Джо. А потом отведи на камбуз.

– Так точно, Сандра Огненная, будет сделано! – Старый Джо говорил так громко, что Артем испугался, как бы самому не оглохнуть.

Помощник капитана позвал ребят в кладовую.

Вся одежда была аккуратно разложена по сундукам. Старый Джо внимательно посмотрел на Артема и Ксюшу, прикидывая, какие размеры им нужны, затем достал сначала штаны, после несколько рубашек.

– Примерьте.

Артем облачился в темно-серые штаны из какого-то плотного материала, в тон им камзол и рубашку цвета незабудок. Вместо кроссовок натянул кожаные сапоги. Ксюше достался кос-тюм оливкового цвета. Артему стало смешно: переодевание больше походило на новогодний карнавал. Он так и не поверил до конца, что все по-настоящему. Джинсы и футболку Артем отнес в каюту.

Затем Старый Джо повел ребят на камбуз. Там было очень тесно: каменный очаг был устроен возле кормы, от него шел кирпичный дымоход. Стены были обиты железом, пол посыпан песком. Посреди камбуза стоял деревянный стол, рядом – чурбан для рубки мяса. Артем, засмотревшийся на огонь, не сразу заметил кока, который в углу чис-тил овощи.

– Привет, Одноногий! – поздоровался с поваром Старый Джо. – Привел тебе помощников. Если будешь ими недоволен, пусти их на жаркое.

– Тебе лишь бы шутки шутить. – Одноногий подошел поближе. Одна нога у него оказалась деревянной, что объясняло его прозвище. – Детей и мне на один зуб не хватит, команда меня просто прибьет за такой скудный ужин.

Ксюша несмело хихикнула, а сама покосилась на Артема: вдруг пираты не шутят? Но Флинт заорал:

– Саботаж!

– Да мы так, между собой болтаем, – оробел Старый Джо. – Просто к слову пришлось.

Старый Джо отправился восвояси, а Одноногий поручил ребятам чистить лук и морковь и шинковать капусту. Ксюша и Артем склонились над кастрюлей и рыдали в три ручья: лук уж очень щипал глаза. А порубить капусту никто из ребят не смог – Артем едва пальцы себе не отрезал, когда попытался.

– Идите лучше на палубу, – велел Одноногий. – А то случится с вами что, а мне отвечай.

Наверху пришлось уворачиваться от снующих по палубе матросов: бабушка скомандовала отплытие. Боцман просвистел в свисток, раздался дружный топот. Команда ринулась к вантам и по ним вскарабкалась на реи, чтобы расправить парусину. Ветер наполнил паруса, клипер задрожал всем корпусом, с шумом перевалился несколько раз с бока на бок и поплыл. К плеску воды добавилось шипение и удары волн о борт корабля.

Прошло несколько дней. За это время Артем с Ксюшей освоились на клипере. Они научились удерживать равновесие и ходили, широко расставив ноги, как настоящие моряки. Ребята даже лазили по вантам, наблюдая с высоты за морем. Однажды Артем заметил среди темных вод голубую полосу – точно кто вылил в море краску.

– Это течение Блюстрим, – пояснил Одноногий, который вылез на палубу. – Вода в нем теплее, чем воздух.

– Вот бы искупаться! – воскликнула Ксюша.

– Не советую. – Одноногий покачал головой. – Опасное место.

– Из-за акул? – догадался Артем.

– Из-за русалок.

Кок сплюнул, поправил костыль и заковылял обратно на камбуз. Артем с Ксюшей проводили его недоуменными взглядами.

К концу дня, когда солнце клонилось к горизонту, клипер замедлил ход и встал – спустили якорь. Ксюша куда-то убежала, наверное, к бабе Сандре. Бабушка была занята, а дежурство по кухне на сегодня закончилось. Поэтому Артем бездельничал: стоял на корме и задумчиво глядел на воду. Там протянулась золотисто-багровая дорожка – по такой только гулять, жаль, что это невозможно.

– Что ты там выискиваешь? – Бешеный Пес перегнулся за борт и посмотрел на воду.

– Ничего, – ответил Артем. – Просто красиво.

Бешеный Пес пожал плечами:

– Море как море. Пошли лучше в кубрик. Одноногий обещал байку рассказать. Про русалок.

– Одноногий говорил, что они здесь водятся, – вспомнил Артем.

– Это он над вами, салаги, шутит. – Бешеный Пес подмигнул: – Не всему надо верить, что говорит наш кок – он человек с особым чувством юмора. Так что не теряй время, ни одна сирена не явится, чтобы охмурить тебя.

– Ага, я попозже приду. – Артем никуда не торопился.

Бешеный Пес поспешил в матросскую каюту, а Артем задержался. Хотя опаздывать не стоило – кок рассказывал такие истории, что мороз по коже. Потом полночи ворочаешься в гамаке, а сон не идет – кажется, что к тебе тянутся руки оживших мертвецов. Страшно, но интересно. Артем еще раз бросил взгляд на море и уже собирался последовать совету Бешеного Пса – в южных широтах темнело стремительно, так, что через несколько минут наступала кромешная тьма, – но в это время за кормой раздался плеск.

Артем снова взглянул вниз, но разобрать, что там, не получилось.

«Наверное, рыба играет, – подумал он. – А может, даже акула!»

И тут раздался смех, будто кто рассыпал горсть хрустальных колокольчиков и теперь они перекликаются на разные голоса. У Артема мурашки по спине побежали.

– Ты куда-то торопишься? – донеслось из воды.

Артем перегнулся через ограждение и заметил в воде девушку. С длинными золотистыми волосами, огромными глазами фиалкового цвета.

– Ты как туда попала? – Он собрался позвать на помощь – ведь надо спасать упавшего за борт, а то утонет.

– Приплыла, – рассмеялась девушка, и у Артема возникло ощущение, будто его гладят по голове. – Вода знаешь какая теплая?

Артем позавидовал ей.

– А мне бабушка не разрешает купаться. Говорит: сделай это, Артем, сделай то. Весь день без продыху работаю, – пожаловался он.

– Ну так сейчас бабушки рядом нет, – улыбнулась девушка. – Не стой столбом, спускайся.

Артем собрался лезть вниз по веревочной лестнице. Он уже перекинул ногу за борт, как кто-то схватил его.

– Ты куда?! С ума сошел?! – Ксюша вцепилась в него, точно рак клешнями.

– Да отстань ты! – Артем попытался вырваться, но безуспешно. – Я поплавать хочу.

– Ночью? – Ксюша от удивления едва не разжала руки.

– Твое какое дело? – проворчал Артем. Он был раздосадован: его ждут, а Ксюша мешает. – И я не один.

Ксюша тоже перегнулась через борт, подсвечивая себе фонарем, второй рукой она по-прежнему крепко держала Артема.

– Что это?! – в Ксюшином голосе прозвучал такой ужас, что Артем тоже посмотрел вниз.

В море плескалось чудовище, туловище которого напоминало моржа. Лицом же оно смахивало на человека: маленькие глаза, плоский нос и тонкие губы, из-под которых торчали клыки. Вместо ног – ласты.

Одним движением Артем вернулся на палубу.

– Господи! Кто же это?

Ксюша догадалась первой. Она бросилась к рынде и забила в корабельный колокол:

– Опасность! Русалки!

Послышался топот ног – это матросы выскочили на палубу. Они осветили фонарями море и ахнули: вода кишела русалками. Русалки бросали кровожадные взгляды на пиратов и щелкали клыками.

А потом зазвучала тихая мелодия, и все замерли. Послышался тонкий голос, повеяло прохладой, и Артем почувствовал тоску по дому.

К голосу добавился плеск воды и шелест пальм. Хотелось лечь, закрыть глаза и качаться на волнах. Артем так и поступил: лег на палубу и задремал. А потом услышал вкрадчивый шепот:

– Иди к нам. Здесь так хорошо. Будь с нами. Мы утащим тебя на дно и станем рассказывать сказки до тех пор, пока твои кости не обглодают рыбы.

Он поднялся и направился к борту. В это время раздались выстрелы, и наваждение как рукой сняло. Палили Янина Грозная и Сандра Огненная.

– Якорь вам в глотку! – бранилась баба Санд-ра. – Утопиться надумали?!

Матросы очухались и быстро отбежали от края палубы.

– Что делать, капитан? – К бабушке подскочил боцман. – Боюсь, до утра мы не продержимся.

– Шевели щупальцами! Пусть все заткнут уши восковыми затычками, – скомандовала она. – Кроме Старого Джо – все равно он глухой. Да и на женщин русалочьи чары не действуют. Приготовиться к бою!

Русалки стали высоко выпрыгивать из воды. Одной удалось дотянуться до веревочной лестницы, спускавшейся с борта клипера, и теперь русалка поднималась, извиваясь всем телом. Ее примеру последовали остальные. К тому же музыка не прекращалась, и Артем ощущал действие гипноза даже сквозь затычки. Чтобы не поддаться ему, Артем начал петь: сперва негромко, затем во весь голос. Обычно на уроках пения Артема просили вести себя потише: мол, слуха у него нет. Но сейчас учительницы рядом не было, поэтому Артем не стеснялся. Под конец он выкрикивал сочиненную вместе с Ксюшей песенку изо всех сил:

Сначала одна русалка заткнула уши ладонями, сорвалась и полетела вниз, затем, с перекошенным лицом, сорвалась вторая. Вскоре море вокруг стало чистым. На радостях матросы дали Артему прозвище – Громоглас. Он очень обрадовался: его наконец приняли в команду.

Корабль держал курс к острову Пустых Надежд. Об этом все чаще говорили моряки, как и о сокровищах знаменитого пирата по прозвищу Синяя Рука. Оказывается, Синяя Рука часто грабил торговые суда и брал в плен пассажиров, за которых требовал выкуп. Однажды пират захватил шхуну, перевозившую несметные богатства. Там были жемчужные ожерелья, бриллиантовые диадемы, браслеты с гранатами и сапфирами, золотые фигурки неведомых животных. Синяя Рука разделил сокровища, попрятал их по сундукам и закопал на разных островах.

Но это еще не все! На клады пират наложил заклятие: кто найдет хоть один из сундуков, тот до скончания веков будет обязан искать остальные. Раньше капитаном «Черного альбатроса» был далекий предок Янины Грозной, это его портрет висел в доме бабушки. Прапрадедушка отговаривал команду, но матросы не послушались и решили начать поиски. Клад они откопали, но теперь были обязаны собрать все сокровища. Лишь капитан не подвергся проклятию, но он не бросил команду. С тех пор его потомки помогали морякам искать сундуки, зарытые Синей Рукой, так же, как и бабушка Артема.

Янина Грозная и Сандра Огненная в последнее время часто спорили из-за маршрута. Баба Сандра предлагала идти напрямую через пролив Капитана, бабушка хотела обогнуть гряду островов по широкой дуге. Мол, слишком плохое место этот пролив – там часто пропадают корабли.

– Снаряд дважды в одну воронку не падает, – доказывала баба Сандра. – Якорь мне в глотку!

– У нас два юнги! – возражала Янина Грозная. – Мы уже повстречались с русалками, хотя все считали, что это всего лишь выдумка.

– Бросим жребий? – предложила баба Сандра.

– Точно! – согласилась бабушка.

Они положили карты Таро в треуголку и протянули ее Флинту. Попугай покосился на шляпу сначала одним глазом, затем другим. Долго думал, а после вытащил карту: черную-пречерную, как квадрат Малевича. Две бабушки одновременно охнули:

– Черная метка!

Артем и Ксюша выяснили, что это очень плохая примета. Потому что это знак, оставленный смертью. В любом случае клипер и команду ждет гибель, а потому какой будет маршрут – неважно. Бабушка приказала смотровому глядеть в оба, и тот сразу снял повязку с правого глаза. Канонир проверил пушки, матросы подняли из трюма ядра, подготовили мушкетоны и порох. Все приготовились от-разить опасность.

Но до самого вечера ничего страшного не случилось. Капитан Янина Грозная собиралась скомандовать отбой, как море покрылось барашками волн. Посреди тридцатиградусной жары подул холодный ветер. У Артема мурашки забегали по спине, а волосы на голове зашевелились в ожидании чего-то ужасного. Мальчик сглотнул пару раз – в горле пересохло. Ему хотелось убежать на камбуз и выпить воды, а заодно спрятаться от надвигающегося кошмара, но он пересилил себя и лишь крепче сжал скалку, которую заранее одолжил у кока. Ксюша держала в руке сковороду.

Вдруг воды расступились, и со дна поднялся корабль. Его паруса были порваны, бушприт сломан, дерево посерело от старости, а на борту не было видно ни одного человека. Янина Грозная поднесла к глазам подзорную трубу и попыталась прочесть название корабля. Но часть букв осыпалась, поэтому ей удалось лишь разобрать: «…ет…ий …ол…ц». Между матросами возник спор: что это за судно?

– Пиратское! – убеждал товарищей Бешеный Пес. – Это люгер, пираты любят такой тип кораб-лей.

– Похоже, – согласился с ним Старый Джо, – и флаг у него самый что ни на есть подходящий – из тринадцати цветных полос. Чертова дюжина.

Артем всмотрелся: да, высоко на мачте болталась цветная тряпка, больше напоминающая лос-кутное одеяло, чем настоящий пиратский флаг. То ли дело на «Черном альбатросе» – все, как полагается. Флаг черный, на нем изображен череп и скрещенные кости – Веселый Роджер.

– Чертова дюжина, – объяснил Одноногий, – символ отчаянных головорезов. От них пощады не жди, они никого не берут в плен.

– Нам повезло, что у них на борту никого нет, – сказал Бешеный Пес.

– А разве одни пираты нападают на других? – удивился Артем.

– Когда дело касается сокровищ, ни в чем нельзя быть уверенным, – ответил Старый Джо.

Люгер начал движение. Ветер наполнил его паруса, дерево заскрипело на разные голоса, на правой корме стали вспыхивать одна за другой буквы: «Летучий голландец». Тишину прорезал чей-то крик: «Полундра! Спасайся кто может! Это корабль мертвецов».

Все забегали. Канонир бросился открывать щитки, за которыми пряталось орудие.

– Все на правый борт! – скомандовала Янина Грозная. – А вы что здесь делаете?! – прикрикнула она на Артема и Ксюшу. – Марш вниз, и носа не показывать!

Люгер медленно приближался, на его палубе по-прежнему не было ни души.

– Орудие к бою, – приказала Янина Грозная, канонир забил пушки ядрами и поджег фитиль. – Огонь!

Раздалось насколько залпов, но люгер продолжал движение, целый и невредимый. У Артема даже рот открылся от изумления. Он подтолкнул Ксюшу, и они переглянулись: что же будет дальше? Несмот-ря на распоряжение бабушки, ребята никуда не ушли, а спрятались, чтобы не попасться ей на глаза.

Когда корабли встали борт о борт, на люгере появился огромный мертвец: его кожа, похожая на пергамент, истлела, сквозь нее проступали кости. Там, где у человека располагается сердце, зияла огромная дыра. Глаза мертвеца горели голубым огнем.

– Это капитан «Летучего голландца», Ван Страатен! – ахнула Ксюша. – Сандра рассказывала, что он отдал сердце в обмен на бессмертие. С тех пор его корабль носится посреди океана и губит встречные суда.

За Ван Страатеном встали его головорезы. Со страшным криком «На абордаж!» они ринулись на палубу «Черного альбатроса». Завязалась схватка.

Биться с призраками оказалось трудно. Даже с отрубленной конечностью они не падали и не истекали кровью, а продолжали сражаться. Победить мертвеца, как выяснилось, можно было только одним способом: отрубить ему голову и выкинуть ее за борт. Тогда тело прыгало следом за головой в воду.

Одноногому приходилось сложно: на него напали сразу два мертвеца. Кок отбивался костылем, но его зажали в угол. Тогда Артем разбежался и подкатился под ноги одному из них, тот грохнулся и рассыпался на части. Ксюша в это время снесла сковородкой голову другому. Одноногий быстро побросал тела за борт, чтобы они не успели восстановиться. Артем тут же швырнул скалку в мертвеца, преследовавшего Старого Джо. Точный бросок – голова зомби отвалилась и, словно мячик, поскакала по палубе.

– Ты не знаешь, как их остановить? – крикнул Артем Ксюше.

– Надо капитана спросить или матросов, они должны знать.

Они отыскали Бешеного Пса. Тому было не до разговоров: его ранило в руку, и он наспех бинтовал рану оторванным от рубашки рукавом.

– Мне кажется, они должны бояться земли, – предположил он. – Вроде поверье такое есть, что неупокоенного мертвеца упокоит лишь земля.

– Где же ее взять?! – пригорюнился Артем. Кругом была вода.

– У меня есть, – вспомнила Ксюша. – Я же ботинки испачкала, когда мы с бабушкой до яхты добирались. Хотела их помыть, но забыла. А потом в тапочках по яхте бегала. Ботинки у меня в каюте лежат. Побежали?

Ребята помчались вниз. Всюду кипел бой, приходилось уворачиваться от ударов шпаг и сабель, несколько раз Артем проползал на четвереньках между сражающимися, чтобы не задели. В каюте Ксюша кинулась под койку и достала чемоданчик. На дне его в полиэтиленовом пакете лежали ботинки, на правом виднелся засохший ком грязи.

– Это я неудачно на глину наступила, – пояснила она.

Ксюша схватила ботинок, и ребята побежали на палубу.

Призраки одерживали победу, матросы «Черного альбатроса» отступали к трюму. Среди них многие были ранены. Даже у бабушки на правом плече виднелась кровь. Она отважно сражалась с Ван Страатеном, отрубая от него кусок за куском, но капитан «Летучего голландца» не чувствовал боли и продолжал наступать.

– Ах ты червивый корабельный сухарь! – ругалась бабушка, но мертвеца этим было не смутить.

– Эй ты, скелет на палочках! – крикнул Артем. – Видел бы ты себя – настоящее посмешище.

Ван Страатен взревел и кинулся на ребят. В этот миг Ксюша ловко запулила в капитана ботинком. Тот попал прямо в дыру, где должно было быть сердце. По лицу Ван Страатена пробежала дрожь, глаза от удивления чуть не выпали из глазниц. Капитан схватился за грудь, из-под его пальцев посыпался песок. Через мгновение Ван Страатен обратился в прах. Следом рассыпались и его пираты. «Летучий голландец» со стоном погрузился в море.

Дальнейшее плавание проходило без происшествий, если не считать участившиеся между матроса-ми разговоры, что капитан Янина Грозная подрастеряла свою удачу.

Пока команда залечивала раны, полученные в бою, Ксюша и Артем целыми днями носились по палубе, выполняя разные поручения. После случая с призраками Ксюша получила прозвище Меткая Рука, что очень ей льстило.

Как-то ближе к полудню Ксюша учила Артема вязать морские узлы. До этого она целый год тренировалась дома, а теперь ребята привязывали друг друга к мачте и соревновались, кто быстрее освободится.

Внезапно клипер замедлил ход и вскоре остановился.

– Внимание, экватор! – закричала Янина Грозная.

Моряки взревели дружное «ура!» и почему-то уставились на Артема и Ксюшу.

– Объявляю праздник Посейдона, – сказала бабушка.

Она нацепила на себя бороду и корону, которые ей приволок Старый Джо, взяла в руки трезубец, больше похожий на гарпун, и велела:

– Требую, чтобы мне, морскому богу Посейдону, принесли жертву.

Янина Грозная ткнула трезубцем в сторону Артема и Ксюши:

– А ну-ка, утопите этих салаг!

– Да, – поддержала подругу Сандра Огненная. – Якорь им в глотки!

Ребята попытались отвязаться и сбежать, но не успели: их подхватили на руки и понесли на правый борт. Оказывается, в воду уже спустили кусок парусины, так что в море образовался самодельный бассейн. Артема с Ксюшей прямо в одежде кинули вниз. Вода в «бассейне» была теплая-претеплая, ребята с удовольствием барахтались в ней. А потом Артем решил, что правильнее будет поплавать в открытом море, чтобы было чем перед знакомыми ребятами похвастаться.

С каждым гребком он удалялся от корабля все дальше и дальше: не зря несколько лет занимался в бассейне.

Ксюша крикнула вдогонку:

– Не увлекайся! Тут может быть опасно.

Но Артем решил: хватит, наслушался! Имеет он право немного развлечься? Море такое теплое и прозрачное, что видно почти до самого дна. Артем поглядел вниз: ух, как глубоко! Даже дух захватывает! Ну ничего, еще пара гребков – и он вернется.

На корабле поступок Артема никто не оценил. Все вдруг заволновались, а Ксюша что-то прокричала. Артем прислушался и различил:

– Акула!

Он осмотрелся и заметил косой треугольник – спинной плавник хищницы. Артем резко развернулся и поплыл в сторону клипера. Ему казалось, что в любой момент в ногу вцепятся острые зубы. А может, акула подплывет снизу и перекусит Артема пополам. Он молотил по воде руками и ногами, чтобы плыть быстрее, дыхание сбилось. Артему чудилось, что в легкие залили кипяток и скоро их разорвет на мелкие клочки.

– Поднажми! – Ксюша забралась на веревочную лестницу, свисавшую с борта. – Немного еще, ну!

Но силы оставили Артема. В боку закололо, сердце билось, как бешеное, воздуха не хватало.

Помощь пришла сверху: это прилетел Флинт и принялся клевать акулу, когда та поднималась на поверхность. Затем в воду упала веревка. Артем ухватился за нее, и его потащили, как на прицепе. Когда Артем поднялся в воздух, совсем рядом раздалось клацанье – акула выпрыгнула из воды и попыталась схватить его, но промахнулась. Через минуту Артема втащили на палубу.

Капитан Янина Грозная отвела внука в свою каюту и долго отчитывала. За непослушание, за излишнюю смелость, за неосторожность. Что ведет себя как ребенок! Даже Флинт отвернулся: мол, не хочу с тобой разговаривать. Бабушка сжимала зубами трубку так сильно, что казалось, еще немного – и перегрызет ее. Артему хотелось ввернуть что-то в духе: «Если бы я вел себя как ребенок, мы бы все давно умерли», но он молчал.

– Мокрым шкотом тебя за ногу! – кипятилась бабушка.

А потом вдруг расплакалась.

Сквозь всхлипывания Артем различил:

– Если бы ты погиб, что бы я сказала твоим родителям? И как мне потом с этим жить?

Артему стало стыдно, он подошел к бабушке и обнял ее.

Клипер неуклонно приближался к острову Пустых Надежд. Артем в последние дни избавился от камзола – было слишком жарко и влажно – и сапог. Помощник капитана, правда, ворчал, что для настоящего джентльмена удачи форс важнее удобства, но вскоре отстал, махнув на Артема рукой.

Оставался день пути, когда корабль зацепило левым крылом урагана.

Сначала усилился ветер и заволновалось море, волны начали набегать одна на другую, все сильнее ударяясь в борт корабля. Капитан Янина Грозная кусала губы: предвестники ей не нравились. Потом небо стало стремительно темнеть. Ударили первые капли, Артем им даже обрадовался – в этот день стояла совсем уж неимоверная жара, а кондиционеров на клипере не было. Но вскоре до Артема дошло: ничего хорошего ждать не приходится. Как бы не было шторма!

Рокот усилился, волны покрылись пеной, стали резкими и злыми. Небо налилось свинцовой тяжестью. Затем небосвод прорезала молния, за ней другая. Они были огромные и походили на фиолетовые трезубцы. К ним добавился гром. Приходилось кричать, чтобы услышать друг друга. Качка усилилась. Клипер кренило то на один борт, то на другой. Судно казалось бумажным корабликом, несомым бурным течением.

– Убрать паруса! – скомандовала Янина Грозная, и моряки бросились выполнять поручение.

Одноногий поднялся из камбуза и повязал вокруг пояса Артема и Ксюши веревки, которые закрепил на бизань-мачте.

– А то смоет вас в море, и поминай как звали, – пояснил он. – Все равно же не уйдете в трюм.

Бабушка боролась со штурвалом, пытаясь выровнять курс корабля.

– Артем, что вы здесь делаете? – заругалась она. – А если вас ветром унесет?

Он указал на веревки, но бабушка замотала головой.

– Идите в каюту. Здесь вы помочь не сможете.

– Давай я подержу штурвал, – предложил Артем. – У тебя рука ранена.

– Один не справишься.

– Мы вместе, – добавила Ксюша.

– Нет! – Капитан Янина Грозная была непреклонна.

Баба Сандра обняла ребят за плечи, чтобы увести вниз, но в этот момент порыв штормового ветра отбросил бабушку от руля, а в следующее мгновение штурвал закрутило, точно вертушку. Корабль потерял управление, но Ксюша и Артем бросились к штурвалу и успели удержать его.

– Ты как? – Баба Сандра кинулась к подруге. – Давай я провожу тебя в каюту.

Та с трудом ответила: она крепко ударилась и еле дышала.

– Вареная каракатица… Что-то я совсем сдала. Штурман, не бросай штурвал, – велела Янина Грозная.

– Мы справимся! – дружно отозвались ребята.

Сандра Огненная помогла подруге встать и поволокла на себе вниз, на помощь ей пришел боцман. Но баба Сандра велела ему остаться на палубе – сейчас была дорога каждая пара рук.

Артем с Ксюшей выровняли руль. Удерживать его было тяжело, клипер не слушался – он казался беспомощной игрушкой морских волн. Дождь хлес-тал как из ведра, словно с неба обрушился океан. Ветер сбивал с ног, но Артем привязал себя к штурвалу – он читал, что так делают, в приключенческих книгах – и не отпускал его, пока не вернулась баба Сандра. Она сменила ребят и отправила их к бабушке.

Раздался треск – центральная мачта сломалась ровно посередине, чудом никого не задев. Артем с Ксюшей переглянулись: они были на волоске от гибели.

Когда надежды почти не осталось, на двух уцелевших мачтах загорелись фиолетовые огни. Будто кто-то водрузил на мачты короны, которые потом рассыпались фейерверком. Казалось, корабль украсили новогодней иллюминацией.

– Огни святого Эльма! – воскликнул кто-то из матросов. – Нас ждет удача!

И правда, ураган начал стихать, клипер вышел из схватки целый, хоть и изрядно потрепанный.

На следующее утро Янина Грозная, отделавшая-ся ушибом спины, разглядела в подзорную трубу остров Пустых Надежд.

Капитан Янина Грозная привела клипер в лагуну. Подальше от берега бросили якорь, чтобы корабль не снесло на мель, и команда высадилась на сушу, оставив на судне часовых. Развели костер. Бешеный Пес подстрелил двух коз, которые паслись неподалеку. И вскоре Артем с удовольствием уминал жаркое. После ребята искупались на мелководье и полежали на белоснежном песке. Артему все время чудилось, что земля качается – такое бывает, когда долго едешь на поезде или в машине. Еще он заметил, что ходит вразвалочку, чтобы удержать равновесие. Видимо, от некоторых привычек трудно избавиться.

После обеда часть команды откололась от остальных и направилась вглубь острова.

– Что это они задумали? Якорь им в глотку! – Баба Сандра с тревогой наблюдала за моряками.

– Ничего хорошего. – Старый Джо и Одноногий тоже следили за своими товарищами. – Что-то они затевают. И Бешеный Пес, старый дурень, туда же.

Артем занервничал: что происходит? А Янина Грозная и Сандра Огненная обменялись понимающими взглядами, но вслух ничего не сказали.

Наконец из леса потянулась процессия. Возглавлял ее Бешеный Пес. Моряки выстроились вокруг костра, Бешеный Пес выступил вперед.

– Простите, капитан, – начал он, – ходят слухи, что вы потеряли свою удачу, а потому наша экспедиция обречена на провал.

– Кто это сказал? – Янина Грозная подбоченилась. – Пусть выйдет, я сама вырву его лживый язык.

Матросы потупились: никому не хотелось онеметь. Но Бешеный Пес не отступал.

– Мы все это видим: два юнги на корабле – такого в жизни не было. Настоящие русалки, хотя считалось, что это легенда. «Летучий голландец», – перечислял он. – И последнее – шторм. Сроду не было, чтобы плавание так отвратительно шло. Пора передать судно в надежные руки, капитан.

Бабушка расправила плечи, Артему даже показалось, что она помолодела.

– Хочешь сказать, что я никуда не годная дырявая шлюпка, так?!

Артем оробел: ой, сейчас бабушка задаст трепку этому смельчаку. Ой, что будет! Но Бешеный Пес даже не смутился:

– Я не хотел вас обидеть, Янина Грозная, но кораблю и команде нужен удачливый капитан.

– А иначе что? – нахмурилась бабушка.

– Иначе мы никогда не избавимся от проклятия. Еще раз извините, но нас это касается напрямую.

Повисла тишина.

– Ладно, – решилась бабушка. – Поступим так: я отыщу клад, и тогда считаем, что этого разговора не было.

– А если не найдете? – спросил Бешеный Пес.

– Такого никогда не было! – фыркнула Янина Грозная.

– Но если? – упорствовал Бешеный Пес.

– Тогда я сложу с себя звание капитана, – бабушка с трудом выговорила эти слова.

Артему хотелось прижаться к ней, чтобы она поняла, что не одинока. Что он рядом и готов прийти на помощь. Но он не решился: иначе все сочтут это подтверждением бабушкиной слабости.

После неприятного разговора команда разделилась: одна часть во главе с боцманом, Бешеным Псом и плотником осталась чинить потрепанный ураганом клипер и охотиться за добычей, другая – отправилась вглубь острова. Поисковую экспедицию возглавила бабушка. С собой она взяла Сандру Огненную, Старого Джо, Одноногого, пару матросов покрепче и Артема с Ксюшей. Янина Грозная достала ту самую карту, которую Артем видел на чердаке, и все внимательно изучили местонахождение сокровищ. На карте клад располагался ровно посередине между двух озер – глазниц черепа; озера носили название «Близнецы». Команда же «Черного альбатроса» высадилась на юге острова, неподалеку от леса, очертания которого походили на сомкнутые челюсти. Лес так и назывался – «Улыбка скелета».

Моряки выстроились цепочкой: впереди Янина Грозная, за ней один из матросов, потом Ксюша с Артемом и Одноногий, замыкали строй Старый Джо, второй матрос и Сандра Огненная. Лес напоминал джунгли: в нем было жарко и душно, точно в парилке. Кроны деревьев терялись в вышине, между ними протянулись лианы, по которым носились юркие обезьяны. Движение вперед затрудняли огромные папоротники. К тому же среди них было легко заблудиться.

Бабушка вскоре пропустила матросов вперед, чтобы они с помощью мачете прокладывали путь. Время от времени с деревьев вспархивала стайка разноцветных птичек, которых Артем поначалу принял за цветы, настолько они были яркие. С трудом, но команда пробиралась к заветной цели. Флинт летал над моряками, восторженно выкрикивая: «Отдать швартовы! Спустить шлюпки на воду!» Он наслаждался свободой.

Курс Янина Грозная сверяла по компасу и карте.

– Капитан, подождите, – вдруг остановил ее Старый Джо.

– В чем дело, дружище? – спросила Янина Грозная.

– Мне кажется, кто-то следует за нами, – сообщил он.

– Будет тебе, Джо, – рассмеялся Одноногий, – ты же глухой. Тебе просто мерещится.

– Специалист по сказкам у нас ты, – отрезал помощник капитана. – А мое чутье меня никогда не подводило. Пусть я глухой, зато живой. А ведь много наших ребят полегло тогда при взрыве пороховой бочки.

– Хорошо, – прервала спор бабушка. – Будем начеку.

Вскоре Артему тоже начало чудиться, что их преследуют. Лес затих. Умолкли птицы, деревья застыли, словно истуканы, прекратив шевелить ветвями. Тишина давила на плечи, так что хотелось свернуться в клубок и спрятаться под кустом, как мышка. Все чаще моряки оборачивались, проверяя: не подкрадывается ли кто? Они дергались от малейшего подозрительного шороха. Артем с трудом взял себя в руки: его так легко не пронять! Пусть другие боятся, а он не будет!

А потом вдруг послышались завывания:

У Артема заныл живот. Это был не голос человека, казалось, так может причитать семейное привидение на пороге разоренного дома. Артем никогда не слышал ничего подобного, но воображение у него было богатое благодаря книгам. Устрашился не он один: Янина Грозная и остальные обменялись встревоженными взглядами. Но все же бабушка выступила вперед и закричала:

– Чтоб тебе одними бычками в томате питаться! Я, капитан Янина Грозная, заявляю, что не отступлюсь от долга, завещанного моими предками. Сундук Синей Руки будет найден!

Ей ответило молчание.

Из джунглей вернулся Флинт, он спикировал на плечо бабушки и пожаловался: «Кошмар!» Артем был согласен с попугаем: он даже и не предполагал, что искать сокровища будет так опасно. Знал бы, сто раз подумал: ехать с бабушкой или нет.

Лагерь разбили на опушке леса, около родника. С помощью мачете нарубили веток и сделали навес. Те же ветви побросали на землю вместо подстилки. Один из матросов подстрелил птиц, похожих на фазанов, и команда зажарила их на ужин.

Когда стемнело, выставили часовых. Они должны были сменяться по часам. Артем думал, что не заснет – столько событий произошло, но едва голова коснулась земли, как его сморило.

Артему снилось, будто он находится на палубе, но это был не «Черный альбатрос». Сам корабль гораздо больше и представительнее. И мачт не три, а пять. И все залито синим: паруса, ванты, штурвал. И у мужчины, находящегося около руля, перчатка цвета индиго. Мужчина стоит спиной к Артему, но мальчик совершенно не хочет видеть лицо незнакомца. «Откажитесь, – говорит капитан Синяя Рука, а это он сам и есть. – С каждым разом искать мои клады все опаснее. Что вам дело до жадин, которые позарились на чужие сокровища?» Артем хочет ответить, что ни он, ни бабушка не отступятся – это дело чести, но просыпается.

Солнце уже встало – на макушки деревьев точно кто вылил позолоту, птицы трещали, рассказывая друг другу свежие сплетни. Баба Сандра варила кашу в котелке, и запах гречки расползался по округе.

После завтрака команда продолжила путь. Казалось, вчерашнее происшествие им померещилось. Мало ли, возможно, у них была массовая галлюцинация.

А вокруг было столько интересного! После джунг-лей они очутились в зарослях сахарного тростника. Баба Сандра даже срезала один, очистила и угос-тила Артема с Ксюшей. Артем жевал стебель, по подбородку стекал сладкий сок, и он слизывал его языком – до сегодняшнего дня Артем никогда не пробовал сахарный тростник.

Команда подошла к огромному ущелью. На карте оно было обозначено как «Последний приют флибустьера». Обходить его – значит потерять несколько дней. Зато можно миновать препятствие по навесному мосту, который протянулся над бездной. Бабушка осторожно шагнула на ступеньку, та выдержала.

– Давайте привяжемся друг к другу, – предложила Янина Грозная. – Если кто-то сорвется, другие его вытащат.

– Или вместе с ним загремят, – проворчал себе под нос Артем.

Он хотел отказаться: лучше здесь остаться, чем идти над пропастью, как канатоходец. От одного взгляда вниз кружится голова, а в животе ворочаются тяжелые камни. Нет уж, пусть лучше Артема считают трусом, чем он сделает хотя бы один шаг. Но произнести Артем ничего не успел – Ксюша замотала головой, ее глаза испуганно округлились:

– Я не пойду! – Она попятилась.

Неожиданно для самого себя Артем сказал:

– Не бойся – я буду держать тебя за руку.

Ксюша смутилась, но все же согласилась:

– Хорошо, только держи меня крепче.

Переправу возглавила Янина Грозная. Она продвигалась вперед медленно, хватаясь за канаты, служащие перилами. Каждый раз бабушка проверяла крепость дощечек, не сразу перенося на них вес тела. Артем вел Ксюшу, поэтому страх отступил: надо было заботиться о подруге да еще смотреть под ноги, чтобы не оступиться. Моряки медленно шли над пропастью, когда вновь послышалось завывание:

Артем вздрогнул. Ксюша от неожиданности вскрикнула, и дощечка под ней треснула. Ксюша разжала пальцы, выпуская руку Артема, и провалилась.

Артем ощутил сильный рывок, он сам едва не полетел следом за Ксюшей. В последний момент, когда грохнулся на колени, он успел уцепиться за канаты. Ксюша повисла на веревке, которую сзади удерживал Одноногий. Несмотря на костыли, кок ни в чем не уступал прочим. Вот и сейчас он начал тянуть веревку, поднимая Ксюшу. Артем медленно встал и стал помогать Одноногому, к нему присоединился один из матросов. Остальные не подходили, опасаясь, что мост не выдержит тяжести. Вскоре Ксюша стояла на мосту. Из ее глаз лились слезы, она не сразу смогла говорить. А когда произнесла несколько слов, чувствовалось, что язык плохо повинуется ей: она запиналась. Артем так разозлился на неизвестного, который испугал Ксюшу, что, когда тот вновь завел свою считалку, заорал:

– А ну-ка замолчи! Не то найду и ноги переломаю!

Наступила тишина. Потихоньку команда перебралась на другую сторону, но Ксюша еще долго дрожала от пережитого.

Оставшуюся часть пути прошли как по маслу. Их никто не преследовал. Неизвестный, видимо, струхнул из-за угроз Артема и больше не давал о себе знать. Команда добралась до озера. Старый Джо и Одноногий смастерили удочки и забросили их в воду, Артем с Ксюшей решили искупаться. Они долго ныряли и играли в догонялки, а затем грелись возле костра, пока запекалась рыба.

После перекуса отправились дальше. По расчетам выходило, что через пару часов они будут на месте.

Ксюша вырвалась вперед, ей хотелось быстрее всех добраться до клада, чтобы доказать, что она не слабачка, которая струсила из-за считалочки призрака. Даже ворчание Сандры ее не остановило.

Неожиданно раздался Ксюшин визг, и все бросились ей на выручку. Первым до Ксюши добрался Флинт. Он закружил над девочкой, выкрикивая: «Полундра! Отдать швартовы!» Оказалось, Ксюша наткнулась на скелет. Не на игрушечный, который хранился на бабушкином чердаке, а на самый настоящий. Конечно, Ксюша бесстрашно сражалась с мертвецами, которые служили на «Летучем голландце», но сейчас все произошло слишком внезапно.

– Говорят, – Янина Грозная подошла поближе, – что некоторые пираты убивали соратников, чтобы сохранить тайну клада. И оставляли труп без погребения, чтобы призрак охранял сокровища. Думаю, это один из несчастных.

– Якорь ему в глотку, этой Синей Руке! Надо бы похоронить моряка, – предложила Сандра Огненная.

Матросы кирками вырыли яму и сложили в нее кости. Ксюша украсила могилу цветами.

– Покойся с миром, – произнесла бабушка.

Ксюша смахнула с глаз слезинку. Артемом тоже овладела тоска – неправильно все это. Когда они тронулись дальше, Артему померещилось, что вдали прозвучал и растаял чей-то вздох.

Настроение было нерадостное. Старый Джо сурово молчал, Одноногий не рассказывал очередную байку, которыми потчевал всех во время путешествия. Бабушка тоже погрустнела. Артем задумался: их экспедиция была опасной. По счастливой случайности никто не пострадал. А ведь он мог погибнуть в бою с пиратами Ван Страатена, его едва не слопала акула и чуть не похитили русалки. Бабушка не зря за него беспокоилась и хотела оставить в санатории. И по родителям Артем успел соскучиться – как там они без него? Мама, наверное, места себе не находит, а папа ругает себя за то, что оставил сына с бабушкой.

И все же Артем не жалел, что отправился в плавание. Несмотря ни на что, ему было интересно: не так, как в фильме или в книге, а по-настоящему. И если баба Яна позовет Артема следующим летом с собой, он согласится. А если не позовет, найдет способ, как проникнуть на яхту. Он ни за что не откажется от приключения.

Место, где был спрятан клад, команда заметила сразу – на небольшой возвышенности росло дерево. На карте эта точка была обозначена как Тополиный холм. Дерево и впрямь напоминало тополь, только листья на нем были шире и толще. Матросы принялись работать кирками. Они копали и копали, но сундука не было. Янина Грозная сверилась с картой – все верно, только клад куда-то пропал.

Моряки растерянно столпились вокруг ямы. В ней легко мог поместиться бегемот – такой огромной она была.

– И что же теперь? – спросил Одноногий.

Янина Грозная пожала плечами – она не знала.

– Выходит, проклятие не снять? Раз мы не нашли сундук? – уточнил Старый Джо.

И вновь никто не ответил.

– Похоже, Бешеный Пес прав, – вполголоса произнесла бабушка. – Я подрастеряла свою удачу и недостойна оставаться капитаном.

Моряки сели на траву. Как вернуться назад, к команде? Что им сказать? И как быть дальше? Все думали об одном и том же. И вдруг Артема осенило: ведь призрак из считалочки и скелет могли быть одним и тем же человеком при жизни! А если попросить его?

Артем прочитал вслух:

И закричал:

– Эй, призрак! Мы похоронили твои кости. Ты должен знать, где зарыт сундук. Помоги нам!

Артем замер: получится или нет?! Прошла минута, вторая… Ничего не происходило. Он уже отчаялся, как мимо него пролетел желтый лист, тополиный.

– Бегом за ним, – позвал Артем.

– Ты что! Это же просто листок, – принялась отговаривать друга Ксюша.

– Который не падает, хотя ветра нет? – Артем махнул рукой и понесся за листком. Команде пришлось догонять его.

А лист летел и летел, удаляясь от Тополиного холма. Вот он добрался до ничем не примечательного места и упал. Артем огляделся: плоская равнина, немного поодаль – небольшая роща. Ничего особенного. И тут Артем заметил покрытый мхом валун, который наполовину врос в землю. На нем виднелась надпись: «Под камнем сим».

– Надо копать здесь, – твердо сказал он.

– Ты уверен? – спросила бабушка.

Артем кивнул:

– Тут же указано.

Вновь о землю застучали мотыги, но работа продолжалась недолго: вскоре послышался звон – кирка ударилась о крышку железного сундука. Через час клад достали. Матросы сбили замок, и Янина Грозная откинула крышку. Сверху лежал свиток, перевязанный веревкой. Капитан Янина Грозная сразу же убрала его в отворот рукава.

– Пиастры! – завопил Флинт.

Артем даже глаза прикрыл – от блеска. Здесь были ожерелья, усыпанные драгоценными камнями, бусы, браслеты, кинжалы в дорогих ножнах. Ксюша тоже не сдержала восхищенного вздоха.

– Можете взять свою долю, – разрешила Янина Грозная. – Остальное мы разделим на корабле по закону берегового братства.

Ксюша вытащила из сундука брошь, напоминающее перо жар-птицы, и запрыгала от восторга. Артему достался компас с корпусом из редкого черного золота. Все цифры и обозначения на нем были написаны серебряными буквами. На обратной стороне виднелось изображение перчатки.

– Губа не дура, – хмыкнул Одноногий. – Похоже, этот компас принадлежал Синей Руке. С его помощью отыскивать оставшиеся клады будет в разы легче – компас сам к ним приведет.

Затем сундук водрузили на самодельные носилки и потащили к кораблю. Обратная дорога заняла больше времени: решили не переносить сокровища через пропасть – мост мог не выдержать. Поэтому пошли кружным путем.

Их возвращение встретили восторженными криками: все решили, что к капитану Янине Грозной вернулась удача. Бешеный Пес и прочие попросили прощения:

– Не держите на нас зла, капитан.

Бабушка прижала Артема к себе и призналась:

– Это благодаря ему мы нашли клад. Сама бы я не справилась.

– Громогласа в капитаны! – выкрикнул кто-то из моряков, остальные его поддержали.

Артем смутился: как же так? Он слишком юн, чтобы быть капитаном. Да и бабушка… Он поглядел на нее: она казалась беззащитной и грустной. Ее лицо побелело, на нем еще сильнее проступили веснушки.

– Это неправильно! – вперед выступила Ксюша, и Артему на миг стало обидно: она в него не верит? Или просто завидует? Ну и ладно – ничего доказывать Артем не станет. Да и решил уже все для себя.

– Я не могу быть вашим капитаном, – отказался он. – У меня нет опыта. Зато я могу помогать Янине Грозной в следующем плавании.

Моряки согласились, что так будет лучше: опыт капитана и удача юнги.

Ксюша подошла к Артему, когда матросы начали переносить клад на клипер.

– Извини. Я знаю, что из тебя получится настоя-щий капитан, но пока ты не можешь им быть – это несправедливо по отношению к Янине Грозной. Она очень хорошая.

– Знаю, – кивнул Артем. – И ты прости, что я решил, что ты завидуешь мне. Как хорошо, что я отправился в приключение! Намного лучше, чем книжки читать. Дружба навсегда?

– Навсегда! – Ксюша пожала протянутую руку и улыбнулась, и Артем впервые заметил, что у нее на щеках ямочки.

После того как перетаскали все сокровища в трюм, устроили настоящий праздник: запалили большой костер и стали петь песни:

Янина Грозная вальсировала то со Старым Джо, то с Одноногим и даже с Бешеным Псом. Сандра Огненная также не сидела в стороне. Артем и Ксюша сначала смотрели на них, открыв рот, а потом Артем осмелел и пригласил Ксюшу. Это был очень запоминающийся праздник.

Утром команда села в лодки и вернулась на отремонтированный корабль. Артем с тоской поглядел назад: жаль, что все так быстро закончилось. Он сфотографировал остров: берег, усеянный белым песком, густой лес и далекие вершины гор, до которых они так и не добрались. Хорошо, что телефон был все время выключен, поэтому оставшейся зарядки хватило на снимки.

– Слушай, ты следующим летом поедешь на поиски клада? – задала вопрос Ксюша.

– Конечно! – воскликнул Артем. – Спрашиваешь! Я же обещал.

– Значит, встретимся? – обрадовалась Ксюша.

– Обязательно! А пока спишемся в интернете.

«Черный альбатрос» вышел из лагуны, попутный ветер наполнил паруса, моряки прокричали троекратное «ура!», и через мгновение ребята и две бабушки оказались на яхте – а клипер исчез. Впереди показался городской порт, который они покинули несколько недель назад.

– Вот и все, приключение завершилось, – с грустью произнесла баба Яна. – Дырявая шлюпка…

– Но ведь будут же еще, – с надеждой сказал Артем. – Не все сундуки найдены.

Бабушка обняла внука:

– Мы обязательно отправимся на поиски новых кладов!

Дома ждали родители. Папа взволнованно ходил по комнате, размахивая руками, а мама плакала.

– Как ты могла! – воскликнул папа, когда бабушка с Артемом появились во дворе. – Я доверил тебе самое ценное, что у меня есть, – сына, а ты уплыла вместе с ним, вместо того чтобы остаться дома.

– Я так и знала, что в этом и состоит твой коварный план! – обвинила его баба Яна. – Хорошо, что Артем не страдает от морской болезни, и у нас вышло самое настоящее приключение.

– И ты даже не скучал по своим книгам? – не поверил папа.

– Некогда было, – ответил Артем. – Ведь у нас были русалки, мертвецы и клад.

Папа сел на стул и схватился за голову.

Они еще долго препирались, пока мама тихо не произнесла:

– Я тоже хочу приключение. И меня совсем не укачивает.

Тогда папа вскочил и снова забегал по комнате.

– Вы все сговорились! Я не виноват, что меня тошнит от одного вида корабля. А качку я просто не переношу. Мне кажется, у меня очень редкий вид аллергии – морской.

– Даже странно. – Бабушка развела руками. – Столько поколений моряков в роду: и по моей линии, и по отцовской…

Папа насторожился:

– Кстати, ты никогда не рассказывала мне об отце. А каждый человек должен знать о своих корнях.

Бабушка смутилась:

– Это было минутное увлечение.

Они вновь заспорили. Перед тем как провалиться в дрему, Артем разобрал:

– Хорошо, договорились! Следующим летом отправляемся в экспедицию всей семьей. И я познакомлю тебя с твоим отцом.

Артем во сне слышал скрип снастей, свист парусов и чувствовал уютное покачивание волн. Вокруг звенели хрустальные колокольчики – это пели русалки. Потом в мелодию вкрался диссонанс, колокольчики зазвучали разрозненно и резко.

В дверях комнаты появилась огромная тень пирата. Его правая перчатка была выкрашена в синий цвет…

Ну что, поверил? Еще бы! Не зря я фотографировал карту, остров и пиратов. Только, как договорились, никому ни слова! Да, все это произошло на самом деле, клянусь компасом, доставшимся мне при поиске сокровищ. Это было предприятие, полное тайн и опасностей. Меня могла сожрать акула и утопить русалка. Нас едва не погубили призраки с «Летучего голландца». Кажется, столько страшного выпало на нашу долю, что можно было бы навсегда отказаться от приключений. Но больше всего на свете я хочу вновь отправиться на поиски клада. И обязательно сделаю это! И даже возьму тебя с собой, если ты готов вступить в мою команду.

Ромке не повезло! Наступило лето, а родители, как назло, решили поменять работу. И пусть бы кто-то один из них, а то сразу оба. Как сговорились! И ладно бы родители остались без отпуска, но тут еще бабушка надумала ехать к сестре в деревню. И теперь Ромка страдал над своей судьбой: прощай, Москва и дача, здравствуй, деревня! Напрасно он доказывал, что уже большой и может целыми днями сидеть в квартире один, сам обед разогреет и чайник вскипятит. Бабушка только ужасалась подобной самостоятельности, родители тоже почему-то считали, что в деревне лучше, чем в столице. А ведь там даже интернета нет! Но делать нечего: он взял несколько дисков любимых игр, приготовил ноутбук, игровую приставку и с тяжелым сердцем отправился на вокзал. Родители помогли им с бабушкой разместиться в вагоне, потом мама долго целовала своего Ромочку, а тот мужественно терпел нежности. Отец велел слушаться бабу Надю.

– В воду один не лезь! – наказала мама перед тем, как проводница призвала провожающих освободить вагон.

– Не буду, – буркнул Ромка, который так и не смирился со своей печальной участью. – Больно надо!

Паровоз загудел в трубу, колеса лязгнули, и перрон медленно поплыл мимо отъезжающих. Любимая Москва осталась в мареве жаркого июльского вечера.

Рано утром поезд прибыл в провинциальный городок. На привокзальной площади взяли частника и покатили в деревню. Ехать пришлось долго – больше часа. И Ромка задремал. А когда замелькали первые дома, баба Надя разбудила внука. Машина остановилась, чтобы пропустить стадо: по улице важно вышагивали коровы, за ними плелся сухонький мужичок неопределенного возраста. Вскоре подъехали к старому, но еще крепкому дому салатового цвета, баба Надя рассчиталась с водителем, поднялась на крыльцо и постучала. На стук через некоторое время вышла дородная пожилая женщина в очках, ее седые волосы были заплетены в тонкую косичку. Баба Надя всплеснула руками и бросилась к ней на шею – сестры расцеловались, потом наперебой застрекотали, словно сороки:

– Шурка, а ты совсем не изменилась! Привет, дорогая.

– Ой, я-то думала, вы попозжей будете. А что, поезд рано пришел?

– Да нет, – отвечала баба Надя, – вовремя, просто мы не на автобусе поехали, машину взяли.

Они еще некоторое время потолкались на крыльце, потом баба Шура спохватилась и пригласила их в дом.

– Какой большой стал, – ласково засюсюкала баба Шура, глядя на Ромку.

Баба Надя незаметно толкнула внука, и тот сухо поздоровался:

– Здравствуйте.

– Ну что, в гости надумал? А то я тебя лишь на карточках и видала.

– Я тоже. – Ромка был неразговорчив.

– Ну ничего. Пообвыкнешься, с мальчишками познакомишься… Тут к Федосье, – продолжила баба Шура, – внук приехал, уже с начала лета гос-тит. Хороший такой мальчик, вежливый. Завсегда поздоровается. Да и к Зинке, у которой молоко беру, два дня назад внучка из Питера привезли. Ничего такой пацанчик, спокойный. Зинка бахвалилась, что отличник.

«Больно надо, – думал Ромка, – дружить еще с этими ботаниками! Наверное, только и знают, что книги целый день читать».

Баба Шура наконец-то прекратила болтовню и побежала на кухню ставить чайник. После Ромка пил чай вприкуску с фруктовым сахаром и налегал на пироги с капустой, испеченные к их приезду бабой Шурой, которую он уже успел за глаза прозвать Шуша, потому что вся она была такая шуршащая, словно упаковочная бумага. Баба Надя разбирала сумки и болтала с сестрой. Начинался деревенский отдых, о котором Ромка совсем не мечтал.

Прошла пара дней, а он уже не находил себе мес-та от скуки. Интернета нет, нормального телевизора тоже, всего три канала постоянно передают какую-то скуку смертную, да еще радио шепелявит. Привезенные игры поднадоели, новых не предвиделось. А тут и бабушка с Шушей все подзуживают: сходил бы прогулялся. Вот только с кем идти? Бегал тут один лопоухий мальчишка младше Ромки, все в окна заглядывал, но не дружить же с такой мелочью? Звала бабушка и на речку, однако купаться не хотелось – вода-то, небось, холодная. Наверное, так и сидел бы Ромка за своим компьютером, скучал да обижался на всемирную несправедливость, если бы поздно ночью не случилась сильная гроза. Ветер пригибал березы к земле, полыхали молнии, гром гремел так, что стекла в окошках позвякивали. Но он спал без задних ног и ничего не слышал. К утру распогодилось: светило солнце, зеленела умытая трава, мычали коровы.

Ромка спустился из клети в избу.

– Зубы чистил? – окликнула внука баба Надя.

– Я на каникулах, – возразил он. – К тому же вечером чистил – они за ночь еще не испачкались.

– Ну и что! Все интеллигентные люди два раза в день зубы чистят. Вот у Зинки внучок… – поддержала бабушку Шуша.

Она что-то еще говорила про интеллигентного питерского внука бабы Зины, но Ромка слушал впол-уха, хотелось скорее включить ноутбук и поиграть.

– Так нету электричества. Вчера провода оборвало, будем ждать, пока починят, – сообщила Шуша.

Ромка едва не взвыл: батарея у компьютера села, когда он допоздна в кровати играл. Приставка еще вчера разрядилась, а на зарядку ее поставить он забыл.

– Елки! – вырвалось у него.

– Нечего кукситься, пошли за молоком сходим, – предложила баба Надя. – Заодно с бабы-Зининым внуком познакомишься.

– Не хочу я с ним знакомиться, – рассердился Ромка, – он из Питера! Они в Питере зубы и вечером, и утром чистят. А я не хочу быть питерским интеллигентом, я нормальный московский человек.

– Пошли уж, нормальный московский человек, – рассмеялась баба Надя.

Делать нечего, Ромка, ворча, отправился с ней. Ничего его в этот день не радовало: ни чистое небо, ни теплый ветерок, ни играющий возле соседнего дома выводок котят. В таком пасмурном настроении Ромка и пришел в дом к бабе Зине, у которой бабушка покупала молоко. Они вместе прошли в сени, там стоя-ли полные банки. Баба Надя взяла молоко, оставив взамен пустую баклажку и деньги, и собралась идти обратно. Но тут дверь отворилась, и на пороге появилась полусогнутая сухонькая старушка, хозяйка дома.

– Привет, Надь, – поздоровалась она. – А энто внучок твой?

– Мой, Зин, мой.

– Погодь, сейчас Лешку кликну.

Ромка заранее ощетинился, словно еж.

«Придет, – размышлял он, – такой очкарик весь. Отличник…»

Больше ничего плохого Ромка подумать не успел, потому что на зов прибежал двенадцатилетний пацан, всего на год старше Ромки, немного его повыше, с густыми русыми волосами и курносым, в мелкую веснушку носом. Вполне нормальный мальчишка, даже не скажешь, что из Питера. Они сдержанно поздоровались, и Леша предложил пойти погулять. Мальчишки вышли во двор. Ромка неспешно подошел к Леше и смерил его взглядом:

– Ну ты, ботаник!

– Я не ботаник.

Но Ромка продолжал задираться:

– Чем докажешь?

– А ты чем?

Ромка толкнул Лешу плечом.

– Я три года на карате ходил, – предупредил Леша.

– А я на тхэквондо.

– У меня и пояс есть, синий.

– По-одумаешь, у меня тоже есть, – похвастался Ромка, немного подумал и предложил: – Драться будем?

– Немного можно, – согласился Леша.

Мальчишки налетели друг на друга и повалились на траву. То Ромка заламывал Леше руки за спину и наваливался на него всем телом. То Леша делал захват за горло, так что Ромка и пошевелиться не мог. Силы были примерно одинаковы, так что борьба закончилась вничью. Они поднялись, и Ромка заметил:

– А здорово я тебя!

– Здорово, – подтвердил Леша.

– Ты тоже ничего, – признал нормальный московский человек.

– Куда пойдем? – спросил Леша.

– Не знаю, – пожал плечами Ромка, – я тут раньше не был.

– Давай к реке сбегаем. Там, наверное, воды – целое море. Слышал, какая гроза ночью была?

– Да ну, я спал.

Леша поразился:

– Ты даешь! У нас бабушка сразу побежала все железное в окно выбрасывать. Как тут уснешь!

– Зачем же выкидывать? – удивился Ромка.

– Так железо молнию притягивает, – пояснил Леша.

– А я не знал, надо будет бабе Наде сказать.

Мальчишки медленно отправились за деревню, где среди пологих склонов протекала небольшая речушка Региня.

– Ребята, подождите! – послышался сзади взволнованный крик. К ним несся тот самый ушас-тый мальчишка, который до этого нарезал круги вокруг Ромкиного дома. – Можно я с вами?

Ромка равнодушно отвернулся в сторону, ему совсем не хотелось знакомиться с этим пацаненком. Леша тоже не проявил энтузиазма.

– Мы на речку идем, – сообщил он. – Тебе туда, наверное, нельзя.

– Мне можно, – не согласился тот. – Я тут все знаю. Я и на речку часто бегаю, мальков ловлю, купаюсь еще. Меня Ваней зовут.

Пришлось знакомиться. Ванька, как оказалось, был всего на полгода младше Ромки, хотя и ниже ребят почти на целую голову. Смешной, густо усеянный веснушками, с торчащими ушами и постоянно улыбающийся. Леша и Ромка приняли его в компанию, и на речку они отправились уже втроем.

Леша оказался прав: еще вчера лениво тянущая свои воды Региня сегодня заметно поднялась и раздраженно бурлила.

– Да-а, – Ванька задумчиво почесал в затылке, – сейчас мальков не поймаешь.

– Может, еще куда пойдем? – спросил Леша. – А то тут не очень интересно.

Ванька напрягся, глаза его загорелись, и он приглушенным голосом предложил:

– А давайте в заброшенный дом сходим, в конце деревни.

– Да ну, – не согласился Ромка. – Что я там забыл?

– Там это… привидения, говорят. А еще клад зарыт.

– Что-то не хочется, – мотнул головой Леша. – Я, конечно, в привидения не верю, но, думаю, клада там тоже нет.

– Есть клад! Точно. Только его найти никто не может, а привидения днем не показываются, – не унимался Ванька. – Ну пойдемте.

Мальчишки не очень поверили в историю с привидениями и кладом, но на речке делать было нечего, и они отправились в путь.

До конца деревни добрались минут за десять. «Дом с привидениями» издалека казался вполне обычным. Краска на покосившихся стенах давно облупилась, ступеньки крыльца скрылись за высокой травой – словом, на первый взгляд, это был самый обыкновенный дом. Но стоило подойти ближе, как ощущение тайны сразу же охватило ребят. Словно они очутились на новогоднем вечере, когда не можешь уснуть в ожидании чудесного подарка под елкой. Приятели прильнули к окнам и попытались хоть что-нибудь рассмотреть.

– Не видно ничего, – сказал Леша, – паутина мешает. Может, пойдем обратно?

– Боишься? – вскинулся Ванька.

– Нет, просто там пыльно, наверное. Не хочется пачкаться, – попытался отговориться Леша.

– Да прям, – не поверил Ромка. – Боишься ты, Лешечка.

– Ничего я не боюсь.

– Тогда пошли. – Ромка ногой распахнул дверь и первым вошел в дом.

За ним последовал Ванька, а затем и Леша, осторожно озирающийся по сторонам.

– Ты головой так не верти, а то отвалится, – посоветовал ему Ромка.

– Я не верчу, мне просто интересно.

Под Ромкиной ногой скрипнула половица. Звук разрезал сгустившуюся тишину.

– Что это? – напрягся Леша.

– Пол скрипит, – нарочито грубым голосом, чтобы скрыть волнение, ответил Ромка.

– А-а…

Они осмотрелись: в сенях стояла почерневшая от времени лавка с пустыми ведрами, хромая этажерка со съехавшей стопкой журналов и занозистое коромысло. В конце коридора виднелась деревянная лестница, ведущая на чердак, слева – дверь в избу.

– Ну, идем? – поинтересовался у друзей Ромка.

В это мгновение налетевший ветер захлопнул входную дверь, и мальчишки оказались в полной темноте. Первым не выдержал Ванька. С тонким криком он бросился назад, нащупал выход и вылетел наружу. За ним устремились его новые друзья.

– Это же просто сквозняк, – опомнился Леша.

– Хочешь вернуться? – съехидничал Ромка.

– Да там ничего интересного нет, одна рухлядь какая-то.

– Нет, есть, – не согласился Ванька. – Там точно клад есть. А дверь привидения захлопнули, чтобы мы ничего найти не могли.

– Да ну его, этот клад. Больно надо, – и Ромка не спеша пошел прочь.

Мальчишки поплелись следом. Дом с его тайной остался позади.

Друзья отправились в огород к Ваньке, где росла сочная наливная малина. Вскоре пришла его бабушка с маленькой девочкой, оказавшейся сестрой Светкой. На вид девочке было лет пять. Светка сразу же напросилась остаться с мальчишками.

– Бабушка, – заканючил Ванька, – пусть она с тобой будет. Я поиграть хочу.

– Поиграйте и Светочку заодно возьмите, – не согласилась бабушка.

Пришлось брать с собой Ванькину сестру.

– Если не хотите со Светкой играть, можете домой идти, – великодушно предложил он друзьям.

– Да ладно, мы останемся. – Ромка решил проявить благородство.

Они стали играть в догонялки. Во́дой назначили Светку, которая бегала за ними со счастливым визгом. Пару раз мальчишки ей поддавались, и она просто умирала от восторга.

– Девчонка… Смешно! – заметил Ромка, когда Светка, схватив Лешу за ногу, никак не хотела от него отцепиться. В результате оба повалились на траву.

– А я люблю девчонок, – признался Ванька. – И они меня тоже.

– Да прям, – не поверил Ромка, – ты же веснушчатый.

– Ну и что! Я и с Симой целовался, и с Катей, и с Ксюшей, – перечислял Ванька.

Ромка по-прежнему сомневался:

– Не ври.

– Честно! – заверил Ванька. – Только девчонки все время между собой ругаются, кого из них я больше люблю. А мне они все нравятся.

– А я их терпеть не могу. Задавалы! – сморщился Ромка.

– Да ты им нравишься, наверное, – хитро улыбнулся Ванька. – У тебя глаза голубые, и ты блондин. Девчонки таких любят.

Но Ромка лишь мотнул головой:

– Я не блондин, просто выгорел.

– Все равно нравишься.

– Плевать.

– А я со всеми дружу, – влез в разговор Леша. Ему удалось отцепиться от Светки, и он поскорей подсел к приятелям. – И с мальчиками, и с девочками. А ты, Ванька, это… плейбой. Так называется человек, которому все девчонки нравятся.

– Он не плейбой, – заспорил Ромка, – он донжуан. Я тут с родителями кино смотрел. Там один мужик во всех влюблялся. А потом чмок-чмок-чмок…

Ромка выразительно вытянул губы и показал, как это проделывается.

– Влюбился в одну тетеньку, – продолжил он, – ее донна Анна звали, а она замужем была. Тогда Дон Жуан убил ее мужа, Командора, а сам хотел на этой тетеньке жениться. А тот Командор превратился в статую и убил этого Дон Жуана. Мне мама сказала, что такие дядьки, которые во всех влюбляются, донжуанами называются. Так что ты, Ванек, самый настоящий донжуан.

– Донжуан, – попробовал слово на вкус Леша, и оно ему понравилось. – Прикольно!

– Ага, прикольно, – в довольной улыбке расплылся Ванька. – Я такой, мне почти все девочки нравятся.

– Только трудно тебе потом жениться будет, – подколол приятеля Ромка. – Выбрать-то придется одну.

Когда вечером Ромка вернулся домой, оказалось, что свет уже давно дали. Но, как ни удивительно, его это совсем не обрадовало. Он уплетал горячую, с румяной корочкой пшенную кашу и думал, чем они с друзьями займутся завтра.

– Я тебе давно говорила, чтобы с мальчишками познакомился. – Баба Надя щедрой рукой подложила добавку.

– Угу. – Ромке совсем не хотелось признаваться в своей неправоте.

– Ничего ребята-то?

– Нормальные. – Ромка доел кашу и отправился играть в ноутбук.

На следующее утро он проснулся оттого, что его растолкала бабушка:

– Пришли к тебе. Вставай побыстрей.

Ромка, позевывая, спустился вниз и увидел Ваню с Лешей.

– Мы на речку идем. Давай с нами, – предложил Ванька.

– Сейчас, поем только, – нарочито строго ответил Ромка.

– У меня с собой пирожки есть, – сказал Леша, – и молоко бабушка дала, на речке и позавтракаем.

Региня уже заметно успокоилась и прогрелась. Мальчишки устроили пикник на заросшем высокой травой берегу. Потом стянули с себя одежду и полезли в воду. После купания пошли проводить Ваньку, бабушка поручила ему посидеть со Светкой, пока она сходит в соседнюю деревню в магазин. По дороге мальчишки увидели вчерашний выводок котят и кошку. Котята были маленькие, месяца полтора, не больше. Они забавно возились в траве, прыгая друг на друга. Малышей оказалось трое: один светло-рыжий с белым брюшком и мордочкой, второй пепельно-серый в черную полоску, а третий полностью черный.

– Хорошенькие. – Ромка погладил рыжего котенка.

– Ага, – согласился Леша, – мне бы такого. Я бы себе серенького взял.

– Я себе черного возьму, – решил Ванька, – когда уезжать буду. Мне родители все разрешают. Только надо будет тетю Таню спросить, это ее котята.

– Мне папа не разрешит, – вздохнул Ромка, – а я бы хотел. Они такие милые.

– Я своих родителей спрошу, может, мне тоже позволят. Мама говорила, что нам надо какое-нибудь животное завести, – добавил Леша, – а то я один в семье и заботиться ни о ком не умею. А родители не хотят, чтобы я эгоистом рос.

– Эгоистом? – спросил Ромка.

– Это тот, кто только себя любит.

– Надо запомнить, я своим тоже это слово скажу, – обрадовался Ромка.

Они еще немного повозились с котятами. Взволнованная мама-кошка внимательно наблюдала, чтобы мальчишки не обидели ее малышей. Но Ваньке надо было домой, и Леша с Ромой решили составить ему компанию.

Ванькина бабушка ходила в магазин целых два часа. За это время Светка измучила мальчишек. Она то требовала, чтобы с ней играли в прятки, то хотела есть, то пить, то просила почитать книжку.

– Ужасная у тебя сестра, – признался Ромка, когда вернувшаяся бабушка отпустила их на свободу.

– Это еще что! Когда я с ней один, мне еще не так достается. Вечно заставляет меня возить ее на спине, – пожаловался Ванька.

– А что? Давайте играть в всадников. Кто дольше других на спине прокатит? – предложил Леша.

И они начали развлекаться. Один подхватывал на закорки друга и тащил, пока сил хватало. Третий же камушками отмечал, кто сколько продержался. По подсчетам выходило, что побеждал Ромка.

– Это потому, что ты самый тяжелый, – насупился Ванька.

– Не потому. Просто я самый сильный. – Ромка согнул руку в локте и продемонстрировал бицепсы. Приятели уважительно пощупали мышцы и похвастались своими.

– По последнему разочку? – спросил Ванька.

И они еще немного поиграли.

И как-то так оказалось, что дорога вывела их к дому с привидениями. Ребята замерли: каждый понял, что хочет вновь заглянуть в эту избу. Тайна манила и отпугивала одновременно.

– Пойдем? – полуутвердительно спросил Ромка, и они зашли в дом, предусмотрительно подперев дверь камнем, чтоб не захлопнулась.

В избе ничего интересного не обнаружилось: развалившаяся прялка, несколько лежащих стопкой половиков, давнишняя мебель и печь с лежанкой.

– Клад обычно в потайных местах прячут, – с видом знатока заявил Ванька.

Мальчишки начали искать потайные места. Они заглядывали в печку, стучали по стенам в поисках пустот, ползали по полу, надеясь отыскать вход в подвал.

– Ничего тут нет, – разочарованно вздохнул Ромка.

– Ага, – согласился Леша, – пошли домой.

– Ребята, а чердак? – Похоже, Ванька решил искать до победного.

– Да ну его, – пожал плечами Ромка.

– Мы же первооткрыватели, – стоял на своем Ванька, – значит, должны и чердак исследовать.

Чердак был завален старыми досками и сеном – под потолок.

– У-у, ерунда какая. – Ромка с досады топнул.

– Да-а, клада здесь точно нет. – Леша сел прямо на пол.

– Можно тогда поиграть в горки, – предложил Ванька. – Забраться на самую верхушку сена, а потом скатиться. А еще можно в нем всякие ходы сделать, типа убежища.

Мальчишки сначала пару раз съехали с сена, а потом принялись рыться в соломе, прокладывая в ней туннели для будущего лабиринта.

– В центре сделаем тайную комнату, – командовал Ромка. – Это место будем только мы знать.

Они продолжили работать с удвоенным энтузиазмом.

– Пацаны, – послышался взволнованный голос Ваньки, – айда ко мне. Я тут что-то непонятное нашел.

Они по очереди ощупали неизвестный предмет.

– Не пойму, деревянный, что ли? Давайте его вытащим? – предложил Рома.

Мальчишки поднапряглись и выволокли на свободное пространство огромный сундук. Сколоченный из темного дерева, он был обит по бокам железом и расписан яркими птицами с пышными хвостами.

– Сокровища! – пискнул Ванька.

– Наверно, клад, – согласился Леша. – Надо крышку поднять.

Они ухватились за тяжелую крышку и открыли сундук. Никаких сокровищ внутри не было, на дне лежали предметы, даже отдаленно не напоминающие о несметных богатствах. Леша достал один из них:

– Дощечка какая-то.

– На плот похоже, игрушечный, – предположил Ванька.

– Дай посмотреть, – протянул руку Ромка.

И одновременно они дотронулись до дощечки. В тот же самый миг пол чердака провалился, и ребята оказались на огромном плоту, спускавшемся вниз по реке.

Ромка сначала не поверил собственным глазам, его друзья находились в таком же смятении.

– Пацаны, – закричал Ромка, – мы где?!

– На воде, – растерянно протянул Ванька.

– Это все ты виноват! Клад, клад! – не выдержал Леша.

Ванька лишь виновато повел плечами:

– Ребята, но я же не знал.

– Ага, не знал! Как мы теперь домой попадем? – Леша заплакал.

Ромка почувствовал, как тугой комок собирается в горле.

– А может, надо опять до плота дотронуться? – предположил Ванька.

Они попробовали, но ничего не вышло.

– Наверное, это квест, – выдвинул гипотезу Ромка, стараясь сохранять самообладание. – Надо что-то сделать… например, приплыть в какую-то точку, и тогда можно будет…

– Попасть на другой уровень, – мрачно продолжил Леша. – А я не хочу на другой уровень, я домой хочу.

– Да ладно дуться. Давайте лучше шалаш обследуем, – предложил Ванька.

На плоту стоял просторный шалаш из сухого тростника. Но это обстоятельство у двух других мальчиков энтузиазма не вызвало.

– Тебе надо, ты и лезь, – буркнул Ромка.

– И полезу, – обиделся Ванька.

Через некоторое время раздался его радостный возглас, а вслед за этим показался и сам Ванька:

– Пацаны, гляньте, тут и удочка есть, и ножик, и даже спички с котелком.

– И что?

– С голоду не помрем!

– Ага, – взъелся Ромка, – а наживка у тебя есть? Или ты думаешь, что рыба на голый крючок клюнет?

С этими словами он выхватил из рук Ваньки гибкое удилище и с ехидной ухмылкой закинул его в воду.

– Сейчас клюнет! – продолжал злорадствовать он. – Огро-омная такая рыбешка…

В этот же момент леска натянулась, и ее заметно повело в сторону. Ромка понял, что может свалиться в реку.

– Ребята, помогите! – успел крикнуть он.

Плот летел по реке с небывалой скоростью. Мальчишки крепко держали Ромку, а тот удилище.

– Бросай удочку, дурак! – надрывался Ванька.

– Сам дурак! Не брошу! – кричал в ответ нормальный московский человек.

Последовал рывок, Леша с Ванькой отпустили Ромку, чтобы не упасть самим, и тот свалился с плота. Леша в последний момент ухватил его за ногу. Вдвоем с Ванькой они еле втащили мокрого Ромку на плот.

– Ну я воды и нахлебался, – мотнул головой Ромка. Удочку он так и не выпустил из рук.

Наконец рыба устала, и приятели с трудом вытянули большую, килограммов на пять, рыбину. Она лежала на плоту и ежесекундно открывала рот. Чешуя ее переливалась всеми цветами радуги, глаза казались золотыми, а заостренный нос по форме напоминал меч.

– Круто, – обрадовался Ванька, – можно будет уху сварить.

– Надо бы узнать, вдруг она ядовитая? – засомневался Леша. – А то у нее окраска очень яркая. Я читал, что животные так предупреждают, чтобы их не ели.

– Да ну, ерунда какая, – проворчал Ромка. Ему неожиданно стало жалко рыбину. – Она неядовитая, а красивая.

– И вкусная, – добавил Ванька.

– Да что ты заладил? – оборвал его Ромка. – Вкусная, вкусная… У нее, может, дети есть, маленькие мальки, а ты только о еде и думаешь.

– Ну и что! – обиделся Ванька. – Сам, когда есть захочешь, запоешь как миленький.

– Не запою.

– Ладно, не ругайтесь, – примирительно сказал Леша, – мы можем к берегу причалить и ягоды насобирать.

И они общими усилиями столкнули добычу в воду.

– Эх, какой обед пропал, – только и вздохнул Ванька.

Ромка снял с себя одежду и хорошенько ее выжал. После приятели взяли лежавшие на плоту шесты и, отталкиваясь ими от дна, причалили к покатому берегу. Затем втащили плот, чтобы не унесло течением, и отправились на поиски еды.

Лес поражал странностью: деревья тут были гораздо выше обычного, их янтарные стволы устремлялись к небу. Листья и хвоя отливали изумрудом, словно морская вода. Пахло горным воздухом и весенней прохладой. Повсюду росли удивительные цветы, но приятелям слишком хотелось есть, поэтому им было не до окружающих красот. Они поискали ягоды, но ничего съедобного не нашли. Грибы им встречались, но никто не знал, какие съедобные, а какие и трогать нельзя.

– Надо было грибы внимательнее изучать, – ворчал Леша, – а то на картинках они одни, а в этом лесу совершенно другие. То зеленые, то сиреневые, то голубые в желтую крапинку. Вот вы такие грибы где-нибудь еще видели?

Ребята переглянулись и отрицательно замотали головой.

– Вот и я не видел. Съешь такой, и все – привет родителям.

Мальчишки вернулись на берег, сели рядом с плотом и принялись мечтать.

– Да-а, – грустно протянул Ванька, заглядывая в пустой котелок, – сейчас бы щец наваристых или макарон с сыром.

– А я бы от пельменей не отказался и от бутера с копченой колбасой, – добавил нормальный московский человек.

– Я бы пиццу съел, – облизнулся Леша.

Ванька расстроенно щелкнул ложкой по котелку и обомлел: прямо на его глазах посудина заполнилась свекольным борщом.

– Ребят, здесь еда!

После они по очереди черпали из котелка, каждый раз удивляясь:

– А у меня курица.

– Ого, а мне плов попался.

– Пицца, как я хотел!

Наевшись, мальчишки собрали сухой валежник и развели костер. В темнеющем небе искры походили на маленьких пляшущих человечков. Приятели разлеглись на траве.

– Прикольно получилось, – заметил Ромка, глядя на дым от костра.

– Ага, настоящая скатерть-самобранка, только в виде котелка, – заметил Леша.

– Все-то ты, Лешечка, знаешь, – прищурился Ромка, – а еще говорил, что не ботаник.

– Не ботаник, просто книжки читаю. У нас по литературе были русские народные сказки.

– У нас тоже были, – добавил Ванька. – Я читал про щуку, которая желания исполняла. А еще есть сказка про золотую рыбку.

– Пушкин написал, это даже я знаю, – отмахнулся Ромка.

– Так, может, это не котелок волшебный, а та рыбешка? Ты ее освободил, и она наши желания исполняет?

Мальчишки переглянулись и, взявшись за руки, загадали: «Хотим домой». В тот же миг берег исчез, а они вернулись на чердак заброшенного дома.

– Хорошее приключение было, – улыбнулся Ванька, – это лучше, чем клад.

– Ага, клево получилось! Как будто не по-настоящему, – признал Ромка. – Вот это сундучок!

– Эх, рассказать бы кому, да не поверят. Может, еще куда махнем? – предложил Ванька.

– Знать бы точно, что домой вернешься, тогда можно и махнуть, – согласился Леша.

– Хорошего понемножку, – подытожил Ромка. – Давайте сундук как следует спрячем, чтобы никто не нашел.

Мальчишки зарыли находку поглубже в сено и отправились по домам.

На следующее утро все снова встретились у Ромки. Баба Надя сперва накормила мальчишек густой рисовой кашей и только потом отпустила на улицу. Ребята высыпали во двор и после небольшого совещания отправились на речку.

– Не, а прикольно вчера получилось. – Ванька хитро улыбнулся. – Ромка такой: «Счас клюнет, счас клюнет», а тут рыбина ка-а-ак схватила крючок и Ромочку в воду утащила.

– Ага, – скривился Ромка, – у меня чуть сердце из груди не выскочило, думал – утону.

– Зато потом мы на плоту здорово неслись, я и не знал, что на нем можно такую скорость развить, – с умным видом заметил Леша.

– Да, целое приключение вышло! – Ванька даже подпрыгнул. – Ребят, а может, хоть одним глазком еще разок на сундук посмотрим?

– Не знаю. – По Леше было заметно, что желанием он не горит.

– А как мы назад вернемся? Вчера нам повезло, что та рыбина волшебная была, – поддержал его Ромка. – Жаль, что котелок с собой не забрали. Сейчас бы мороженого поесть…

– Может, он здесь бы и не сработал. – Леша потер лоб. – Волшебство только в сказках бывает.

– Ты еще скажи, что мы вчера в сказку попали, – насмешливо прищурился Ромка.

– А куда же? – Ванька поначалу даже растерялся. – Конечно, в сказку! Леха прав. Вы как хотите, а я пойду сундук проверю.

– Иди, никто тебя не держит, – повел плечом Ромка. – Сам потом своей бабушке будешь объяснять, куда пропал.

Ванька дернул головой и неспешно повернул назад. Старшие приятели остались на берегу.

– Ну и пусть топает, – проворчал Ромка, – донжуан несчастный. Я лучше купаться буду.

Леша недоверчиво посмотрел на речку:

– А вода разве не холодная?

– По мне – нормальная.

Ромка разделся до плавок и вошел в реку. Постоял немного, привыкая, и нырнул. Вода встретился тысячами холодных укусов, словно в ней притаилась стая голодных комаров. После нескольких гребков стало гораздо теплее.

– Иди, не бойся, – позвал он Лешу.

Тот нерешительно потоптался на берегу, после вошел в реку и долго стоял, не решаясь окунуться. Ромка не выдержал и окатил его водой. Леша в долгу не остался. Затем они плавали наперегонки и так увлеклись, что не сразу заметили, что Ванька вернулся и сидит на траве.

– Что, испугался? – съехидничал Ромка, прыгая, чтобы вода вылилась из ушей.

– Ничего я не испугался. Просто в дом попасть не смог – дверь не открывается, – объяс-нил тот.

Ромка не поверил:

– Да ладно…

– Сходи и проверь! – Ванька резко вскинул голову.

– Проверю, сейчас высохну только.

– Может, потом сходим? Завтра, например. – Похоже, Леше совсем не хотелось повторения вчерашних приключений.

– Не трусь, – ободрил его Ромка, – все путем будет. Убедимся, что сундук на месте, и вернемся. А то этот слабак и дверь открыть не смог.

– Сам ты слабак! – взъерепенился Ванька. – Сейчас как дам!

– Попробуй дай, – набычился Ромка.

Ванька не стал раздумывать и налетел на него. Ромка только насмехался в ответ:

– Драться не умеешь, совсем как девчонка, еле-еле.

Ванька на провокации не поддавался и пытался завалить обидчика, но удача от него отвернулась. Более сильный Ромка в очередной раз оттолкнул его, и Ванька сдался. Он сплюнул на землю и зашагал домой. Через некоторое время и двое приятелей ушли с берега.

Они отправились к Лешиной бабушке. Баба Зина поставила самовар и достала из буфета разноцветный фруктовый сахар. Мальчишки пили чай вприкуску, а заодно расспрашивали про заброшенный дом, в котором нашли удивительный сундук.

– Дом-то этот заброшенным стоял, еще когда я под стол пешком ходила, – вспоминала баба Зина. – А до этого, говорят, жила в нем бабушка одна с внучкой маленькой.

И старушка, и внучка ее были очень странные: и на городских не похожи, и на деревенских не смахивали. В округе говорили, что дети к ним любили ходить. Мол, чудеса там всякие показывали вроде движущихся картинок. А потом жилички пропали, будто век их в наших местах не бывало. А дом так и стоит пустой… уже вон крыша местами провалилась.

Ребята слушали баб-Зинино повествование как сказку. Потом Леша осторожно спросил:

– А если кто войдет в этот дом, то что?

– Да никто туда не войдет, – отмахнулась баба Зина. – Почитай все мы в детстве пытались пролезть туда… слухи-то о кладе ходили. Да не войти было: дверь не открывается, окна не разбиваются. Пацаны наши пытались через крышу попасть, так лестница падала. А сколько раз поджечь дом собирались! Все без толку. А ежели и пустит тебя дом, то лучше бы и не пускал: чертовщина там одна. Понял? – Она строго уставилась на Лешу: – Узнаю, что лазил туда, родителям пожалуюсь!

Леше совершенно не хотелось врать бабушке, но и правду говорить не хотелось тоже. Поэтому он неопределенно угукнул, вроде как пообещал, а на словах обнадеживать не стал.

Бабы-Зинин дом стоял на небольшом пригорке, поэтому вся деревня была как на ладони. Вниз от дома убегала пыльная дорога, постепенно распадаясь на узкие улочки. К ним прижимались крепкие деревенские дома с яркими палисадниками. Дальше, по берегам речки, виднелся молодой лес. Через речку перекинулся деревянный мост. За Региней лес становился выше, теснее и мрачнее.

– Интересно, а почему всю деревню забором не обнесут? – задумался Леша. – А то как-то ненадежно.

– Зачем забором? – не понял Ромка.

– Чтобы из леса кто не пришел, – пояснил прия-тель. – Волки там всякие или медведи…

– Скажешь тоже, – хмыкнул Ромка. – А машина как в деревню проедет?

– Ворота сделать: приехала – открыли, заехала – закрыли.

Ромка почесал затылок:

– Да ну! Это ж сколько досок надо на забор пус-тить, сколько денег потратить. И кто делать будет?

– Да это я так, – махнул рукой Леша. – Что делать будем?

– Пойдем к Ваньке. Скучно ему, наверное, одному.

Ванька, конечно, дулся на Ромку, но помириться хотелось сильнее. Скоро мальчишки уже обсуждали новости, услышанные от бабы Зины.

– Наверное, они благодаря сундуку в разные мес-та попадали, – предположил Ванька. – А думали, что картинки видят.

– Типа им экскурсию проводили, – хихикнул Ромка.

Приятели нашли, что это смешно, и тоже посмеялись.

– А мне моя бабушка про дом ничего не говорила, – добавил Ванька. – Вообще ничего не знает.

– Надо у своих спросить, – решил Ромка, у которого под боком была родная баба Надя и ее сестра Шуша.

– Ребят, ну может, сходим проверим? – просительно заныл Ванька. – Вот честное слово, дверь не открывалась.

Они решили проверить, можно ли попасть в дом, а до сундука решили даже не дотрагиваться. Но зачем-то захватили с собой коробок спичек, перочинный ножик и моток веревки.

– На всякий случай, это будет наш энзэ – неприкосновенный запас, – авторитетно заявил Ромка.

По дороге встретили стадо коров. Леша с Ромой посторонились, пропуская животных, а Ванька как ни в чем не бывало прошел сквозь стадо. Потом поинтересовался:

– Чудики, вы чего коров-то боитесь? Они же не кусаются!

– Это мы так, на всякий случай, – объяснил Леша, – вдруг на ногу наступят или еще чего.

– Или бодаться начнут, – вставил Ромка.

– Наши не бодаются. Пошли быстрее.

Мальчишки подбежали к дому. К Ванькиному изумлению, дверь открылась свободно.

– Наверное, поодиночке пускать не хочет, – предположил Леша. – Условие такое, чтобы ходили все вместе.

Они нерешительно потоптались на крыльце, потом Ромка махнул рукой, и друзья полезли на чердак.

– Только давайте что-нибудь простое выберем, – предложил Леша, – безобидное.

– А как выбирать? – пожал плечами Ромка.

– Посмотрим, что там есть.

Вещей в сундуке было немного: блестящий диск, засохший цветок, рапира, белое перышко, деревянная лошадка, игрушечные санки и алый лоскуток.

– О, платок! – Ванька достал красную тряпочку и помахал в воздухе.

Ромка подтолкнул локтем Лешу:

– Кто о чем, а Ванька о девчонках. С такими платочками девочки танцуют.

Он зажал в щепоти воображаемый лоскут, взмахнул им и закружился на месте. Потом добавил:

– Смешно!

– Или это флаг, – выдвинул гипотезу Леша.

– Ага, будем как на Олимпийских играх: там люди по стадиону с флагами бегают, я видел, – подхватил Ромка.

– С флажками легко, – словно невзначай заметил Ванька.

Они переглянулись и, не сговариваясь, одновременно дотронулись до лоскутка. Как и в прош-лый раз, пол провалился, и они очутились на темной лужайке, середина которой заросла кус-тарником. Мальчишки подошли ближе и заглянули внутрь. Там кустарник образовал спиральные загогулины.

– Странное какое-то место. Лабиринт, что ли? – удивился Леша.

– Девчонок тут точно нет, – съехидничал Ромка и подмигнул Ваньке.

– Ну и ладно, – вздохнул тот. – А что делать-то нам?

– Пройти, наверное, его надо. – Леша прошелся вдоль кустов. – Вот тут дырка небольшая, наверное, вход. А где-то там выйти можно. Пройдем лабиринт и домой, наверное, вернемся.

– Как-то это легко, – насторожился Ромка.

– С рыбой тоже легко было, – не согласился младший из друзей.

Леша запихнул ставший большим платок в карман и пролез в дырку, приятели следом. Тотчас же проход за ними затянулся, кустарник полез ввысь, и перед ребятами оказалась сплошная непролазная стена. Ветки плотно сомкнулись, не оставив ни малейшей щели.

– А кто-то говорил, что будет легко, – прошептал Леша.

Мальчишки оглянулись: там, где раньше был вход, появилась табличка, на которой огненно высветилась надпись: «Добро пожаловать в лабиринт. Чтобы его пройти, соблюдайте два условия: 1. двигайтесь все время вправо; 2. из двух расположенных рядом проходов выбирайте левый. Действуйте быстро и решительно. В центре лабиринта живет бык. Он очень злой и очень сильный. И хотя он плохо слышит и неважно чует, он прекрасно видит. И тоже ищет выход. Постарайтесь обогнать его, или останетесь тут навсегда! Напоминаем: бык очень злой». Надпись вспыхнула и погасла, мальчишки молча переглянулись. Затем Леша достал из кармана красную тряпку и внимательно осмотрел ее.

– Девчонки танцуют, платочками машут, – сплюнул Ромка, – а мы перед быком махать будем и от него же увертываться. Тьфу!

– Как тореадоры! – На Ваньку известие о быке подействовало самым удивительным образом: глаза его засверкали, и он словно стал выше ростом. – «Тореадор, смелее в бой!» – пропел он.

– Не тореадор, – поправил всезнающий Леша. – Тореадоры только дразнят быка, тряпкой перед ним машут. Она, кстати, мулета называется. А тот, кто быка убивает, тот матадор.

– Ну матадор! – восхищенно произнес Ванька. – Представляете, бык на тебя прет, ты перед ним платочком трясешь, а потом раз – и в самый последний момент вбок отступаешь, а это страшилище мимо тебя проносится.

– Можешь махать, когда бык появится, – великодушно разрешил Ромка, но Ванька почему-то мулету брать не захотел, и Леша снова спрятал тряпку в карман.

– Ребята, давайте быстрее, а то бык может нас обогнать, – напомнил он.

Словно в подтверждение его слов вдали раздался пробирающий до костей рев, и друзьям стало не по себе. Они посерьезнели и подобрались.

– Надо тряпку на лоскуты разорвать, будем их на ветки привязывать, где повернем. Чтобы потом знать, проходили мы здесь или нет, – предложил Леша.

– Я один мультик смотрел: там пацан клубок ниток в лабиринте разматывал, – подтвердил Ромка.

– Его Тесей звали. Бежим быстрее, – кивнул Леша, и они помчались.

Казалось, бессчетная вереница поворотов никогда не кончится. В мышцах ног поселилась усталость, дыхание сбилось, со лба капал противный пот.

– Все время направо, а из двух проходов тот, что левее, – как скороговорку, повторял Ванька. Его веснушчатое лицо раскраснелось, воздух с прерывистым свистом вырывался из легких.

– Давай скорее, – торопил Ромка.

– Не могу, у меня уши о воздух тормозятся.

– Чего? – удивился Ромка.

– Бегать и плавать легче тем, у кого все такое… обтекаемой формы. А у меня уши от головы во-о как отстают. Я быстрее не могу.

В стене показались два отверстия, мальчишки собирались забежать в левое, как было велено указателем. Но в этот миг услышали тяжелый рев гораздо ближе и от страха свернули в правый проем.

– Не туда бежим! Надо было в левую дырку, – крикнул Ромка.

– Некогда возвращаться, – ответил Леша, – я уже и лоскутки привязывать не успеваю. Кидаю просто.

И тут, как на беду, Ванька споткнулся и упал.

– Пацаны, я, кажется, ногу подвернул, – струхнул он.

– Некогда! – рявкнул Ромка, подхватывая его.

С другой стороны Ваньку подцепил Леша, и они побежали втроем. Ванька смешно подпрыгивал на здоровой ноге.

– Бросьте меня.

– Нечего из себя героя корчить, – разозлился Ромка, – а то схлопочешь.

Мальчишки мчались из последних сил, казалось, что за спинами слышится тяжелое дыхание разгоряченного погоней быка. Неожиданно в стене мелькнул небольшой лаз.

– Давай туда, – приказал Ромка.

Ванька испуганно вытаращил глаза:

– А вы?

– Мы дальше побежим – выход искать, потом за тобой вернемся, – объяснил Ромка. – Ленточку только привяжи.

Но Ваньке было страшно оставаться одному:

– А он меня не найдет?

– Нет, он тебя не заметит, – успокоил друга Леша. – Прячься, а мы побежали.

Ванька нырнул в лаз, а приятели помчались дальше.

– Черт, у меня уже в боку колет, – на ходу пожаловался Ромка.

– Не разговаривай, так кислород больше расходуется. Скоро второе дыхание открыться должно, – обнадежил Леша.

– Ерунда все это, – буркнул Ромка, но замолчал.

Коридор сделал виток, и они вернулись к тому проему, в который чуть раньше неправильно свернули.

– А ты уверен, что этот тот проем, а не предыду-щий? – поинтересовался Ромка, стараясь успокоить прерывистое дыхание.

– Ага, – кивнул Леша, – я здесь ленточку бросил. Вон она лежит. Повезло, что в тупик не уперлись.

– Быка что-то не слышно.

– Давай так, – предложил Леша. – Ты возвращайся и забирай Ваньку, потом бегите все время прямо, а не обратно, а я вас здесь караулить буду.

Ромка размял правый бок, стараясь унять неприятные ощущения:

– А если бык?

– Если бык, то я следом за тобой нырну, я не очень устал, да и бегаю я лучше. Он на меня отвлечется, а вас не заметит. Вы с Ванькой выскакивайте и бегите в следующий проход, а я потом за вами. Только пусть Ванька как хочет, но терпит.

– Помчали, – с этими словами Ромка отправился за Ванькой.

Леша стоял в лабиринте и настороженно вслушивался. Обступившая тишина пугала, уставшее сердце колотилось о грудную клетку, отдавая неприятным звоном в ушах, а легкие никак не могли надышаться. Совсем рядом раздалось приглушенное всхрапывание, Леша напрягся. Он бы с удовольствием побежал вперед, но тогда друзья, выбравшись из петли, могли натолкнуться на чудовище. Выход был один: если бык все же появится, броситься в боковое отверстие, где скрылся Ромка, и постараться обогнать быка так, чтобы зверь не увидел, что он спрячется в лазе, где отсиживался Ванька. А приятели к тому времени должны будут уже выскочить из петли. Только Леша подумал обо всем этом, как из-за поворота показался огромный бык: под иссиня-черной кожей перекатывались налитые мышцы, в маленьких глазах разгорался алый блеск, огромные рога пугали своей остротой.

«Подденет такими, и пискнуть не успеешь». – Леша сорвался с места.

Бык заметил его и взревел.

– Ребята, – крикнул Леша изо всех сил, – бегите! Бык уже здесь.

Он летел, не чувствуя земли под ногами. Бык не отставал. Лешу спасало только то, что туннель постоянно петлял и зверь не успевал набрать скорость.

Когда раздался крик старшего друга, Ромка с Ванькой были уже на полпути из петли. Лешины слова придали им сил, Ванька даже забыл про боль в ноге. Они свернули вправо к следующему лазу, краем глаза отметив, как взрыта здесь земля. Не снижая скорости, промчались дальше.

– Берем правее, из двух отверстий выбираем левое, – повторял на ходу Ванька.

Неожиданно перед ними очутился небольшой проем, и приятели, не тормозя, завернули в него. И оказались на небольшой лужайке, похожей на ту, что была перед входом в лабиринт.

– Все, выбрались, – выдохнул Ромка.

Ванька со стоном повалился на землю.

– Лешка, давай скорее. Тут выход! – изо всех сил заорал Ромка.

– Тише ты! – одернул его Ванька. – Бык услышит.

– Ну и что, он из лабиринта выйти не сможет.

– А если сможет?

– Тогда бы об этом тоже написано было.

Ромка в нетерпении решил вернуться в лабиринт, чтобы помочь Леше, но наткнулся на невидимое препятствие – обратно его не пропускали.

– Черт! – ругнулся он и вновь закричал: – Леш, мы тут. Совсем немного осталось.

Сначала было тихо, а после мальчишки услышали дикое, полное злости мычание. Ромка нервно обнял себя руками и начал раскачиваться из стороны в сторону, Ванька тихо заскулил от страха за друга.

Леше приходилось совсем туго. Расстояние между ним и зверем неуклонно сокращалось, а до выхода из петли было еще далеко. Он вспомнил про лаз, в котором прятался Ванька, и решил укрыться там. Поднажал, чтобы оторваться от чудовища, и стал напряженно всматриваться в стену. Как Ванька и обещал, он привязал красную ленточку рядом с лазом. Это позволило Леше сразу нырнуть в дыру и притаиться. К его ужасу, появившийся через мгновение бык остановился, с шумом втянул в себя воздух и начал хлестать хвостом по бокам.

«У него плохое обоняние», – мысленно успокаивал себя Леша. Он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, оставляя глубокие следы. Но боли Леша не чувствовал.

Бык постоял недолго, затем вновь сорвался в галоп. Леша досчитал до пяти, выжидая, пока чудовище скроется из виду, вылез и побежал в обратную сторону. Тогда он и услышал, как кричит Ромка и как мычит от ярости бык. Все это придало ему сил.

Он несся со всей мочи, усиленно работая ногами и руками. В висках стучали молотки, а уши заливало теплой волной. Он пытался сглотнуть, но пересох-шее горло это не позволило. Выход из петли уже показался, как краем глаза он увидел вылетевшего из-за поворота быка. Тот приближался с мощью скоростного поезда. Не сбиваясь ни на мгновение, Леша достал из кармана алый лоскуток и подбросил в воздух. Бык отвлекся на мулету и с яростью набросился на нее. Леша свернул и вскоре выскочил наружу. Следом за ним попытался вырваться и бык, но стена сомкнулась и запечатала проход. Бык со всего маху ударился о деревья, и ребята увидели, как на их глазах страшный зверь превратился в крупную лягушку оливкового цвета. Она издала громкий звук, похожий на мычание, и ускакала. Леша в изнеможении упал на землю. Приятели бросились его обнимать, и все трое перенеслись на чердак старого дома.

Потом они рассказывали, кто что чувствовал и как боялся. Ванька утверждал, что теперь совсем-совсем раздумал становиться и матадором, и тореа-дором, а к коровам ни на шаг не подойдет. Ромка вспоминал об открывшемся у него втором дыхании и о том, что раньше он думал, что Леша слишком осторожный. А теперь он точно знает, что все они молодцы и настоящие герои, но от сундука даже героям надо отдыхать, а то неизвестно, что в следующий раз будет. А Леша просто молчал и счастливо улыбался.

– Надо же, – удивлялся он, – это оказалась просто лягушка-бык, я про такую в энциклопедии читал, а мы-то боялись…

– Наверное, это колдовство такое, – подхватил Ромка, – чтобы мы лягушку за быка приняли.

– У страха глаза велики. – Леша оглядел прия-телей.

Потом протянул правую руку, и каждый из мальчишек накрыл ее сначала правой рукой, а затем левой.

– Навсегда? – спросил он.

– Навсегда! – подтвердили они.

Именно в этот день началась дружба нормального московского человека, питерского интеллигента и череповецкого донжуана.

Мальчишки решили, что с них хватит. Если случай с волшебной рыбой они вспоминали с удовольствием, то бык из лабиринта оставил у них неприятный осадок. Ни о каких новых приключениях они пока и думать не хотели.

– Айда за раками! – предложил на следующее утро Ванька.

И они махнули на речку. Ванька быстро объяснил, как вытаскивать раков из норок, и началась охота.

– Ой, вот ведь гад, так за палец хватанул.

– Это еще что, меня сильнее схватил, я и то не кричу.

– Да вы не так их берете, пацаны. Надо руку как бы сверху совать.

– Куда сверху? Нора и так узкая.

– Это ты просто лапы большие отрастил.

– Да не, у меня нормальные руки, это у тебя маленькие.

Потом ждали, пока закипит чугунок в печке у Ванькиной бабушки, а после с аппетитом уминали раковые шейки и клешни. После обеда играли со Светкой, метали дротики и напоследок устроили пикник. Предложил пойти на речку тот же Ванька. Набрать хворост, разжечь костер и запечь картошку.

– Еще хлеб можно пожарить и сосиски, – добавил Ромка.

Мальчишки разошлись по домам за провиантом, а в условленное время отправились на берег. Возле реки было на удивление тихо.

– Тут местечко одно есть, – поведал Ванька, – мы там с бабушкой иногда костер разводим. Кипятим воду ключевую, баба Федосья листиков разных наберет: ну, малины там, земляники, мяты. И завариваем чай. Вку-усно! Только немного пройти надо.

Река сделала поворот, и, спустившись к самой кромке воды, Рома и Леша увидели лодку, две низкие самодельные скамейки на краю кустарника и кострище. Оно было обнесено камнями, чтобы огонь не перекидывался на траву.

– А лодка чья? – поинтересовался Леша.

– Так, дяденьки одного. Он животным врачом работает. Ребят, надо хворост натаскать, – распорядился Ванька.

– Я знаю, что такое хворост, – сказал Леша, – это такие сухие веточки и прутики, которые под деревьями лежат.

С хворостом не повезло, на хороший костер его не хватило. Ромка, правда, приволок сухое деревце, но ни топора, ни даже ножика у мальчишек не было.

Ромка разочарованно вздохнул:

– Как быть, пацаны?

– Наверное, надо за топором сходить, – предложил Леша, – только мне бабушка точно не даст.

– Мне тоже, – кивнул Ванька.

В этот момент послышалось приглушенное фырканье, ребята выглянули из-за кустов и увидели мужчину на лошади.

– А-а, дядя Дима, – поздоровался Ванька, – а мы с ребятами костер хотим разжечь, только у нас топора нет.

Дядя Дима спешился, подошел и познакомился с Ромкой и Лешей.

– Коня дяди-Диминого Малыш зовут. А сам он животным врачом работает, – пояснил Ванька.

– Ветеринаром, – поправил друга Леша. – Эта профессия так называется.

Дядя Дима рассмеялся и потрепал его по волосам:

– Молодец! Отличник, наверное?

– Да не. – Леша смутился. – У меня две четверки: по русскому и рисованию.

– А остальные тройки, как у меня, – сказал Ромка, и все рассмеялись.

Дядя Дима показал друзьям топор – тот лежал в лодке, помог собрать валежник, велел ободрать мох с деревьев и острогать хворост, чтобы лучше горел.

В центр кострища поставили захваченное Ванькой небольшое ведро, донышком вверх. Под ведро положили картошку, сверху аккуратной пирамидкой разложили дощечки. В самом низу разместили сухой мох и хворост. Дядя Дима зажег спичку и, прикрывая от ветра, поднес к костру. Мох начал тлеть и загорелся. Потом огонь перекинулся на прутики, после занялись дощечки.

Костер потрескивал в тишине августовского вечера, мальчишки запекали сосиски с хлебом, а дядя Дима готовил рыболовную снасть.

– Дядь Дим, вы рыбу ловить будете? – спросил неугомонный Ванька.

Тот коротко ответил:

– Буду.

– А можно мы с вами? – решил напроситься Ванька.

Дядя Дима уточнил:

– А родители вас искать не будут?

– Не-е, – махнул рукой Ромка, – не будут. Они в Москве.

– Тогда возьму, часок порыбачим.

Затушили костер. Достали из кострища черный от жара картофель и, обжигаясь, принялись чис-тить. Внутри картошка была рассыпчатая, сладкая на вкус. Они присыпали ее солью и съели с хрустящими сосисками и хлебом. Затем дядя Дима столк-нул лодку на воду, и мальчишки по одному в нее забрались. Дядя Дима взмахнул веслами, и лодка поплыла по Регине.

Воздух над рекой понемногу густел, появились первые комары, послышались хлопки:

– Лешка, замри, он у тебя на спине сидит!

– Больно же! – охнул тот, когда Ромка со всего маху припечатал кровососа.

– Ого, кровавый! – ужаснулся Ванька, разглядывая пятно на Лешиной футболке.

Дядя Дима вырулил на середину реки и забросил удочку. Мальчишки напряженно вглядывались в водную гладь. Поплавок пошевелился – мелочь пробовала наживку.

– У нас один раз во-о-от такая рыбина клюнула, – похвастался Ванька. – Правда, пацаны?

Те кивнули, а дядя Дима усмехнулся:

– Тут, чтобы клюнула, мало, надо еще вытащить суметь. У меня неделю назад такой лещ сорвался, на пару килограммов.

– Не, у нас больше была. – Ванька широко развел руки в стороны. – Мы ее втроем еле вытащили. Здоровенная.

Развить свою мысль он не успел, потому что поплавок скрылся под водой.

– Подсекайте, – тоненько закричал Ванька, и дядя Дима вытащил вполне приличного окушка.

– Ого. Граммов двести будет, – удовлетворенно хмыкнул он.

Затем рыбалка пошла куда интереснее. Дядя Дима дал удочку мальчишкам, и вскоре они вытащили по рыбке: Леша – плотвичку, Ванька – красноперку, а Ромка – ершика, которого выпустил обратно в воду.

– Жалко, – пояснил он.

– Ну что, правим к берегу? – спросил дядя Дима. – Теперь есть с чем к кошке возвращаться.

– Дядя Дима – муж тети Тани, – пояснил Ванька, – у которой котята.

И тут же заклянчил:

– Дядя Дима, а можно мы с ребятами себе по котенку возьмем, когда уезжать будем?

– Забирайте, – разрешил тот, – у нас этого счастья каждое лето.

Лодка уткнулась в берег. Мальчишки выбрались из нее и собрались идти по домам. Дядя Дима предложил прокатить их на коне. Согласились все, кроме Леши.

– Я, наверное, не буду. А то лошадь и укусить может или лягнуть. Я читал, что так бывает.

– Не бойся, Малыш смирный, – успокоил его дядя Дима.

Мерин был коричневого окраса с белыми бабками, его черные хвост и грива лоснились, как шелковые.

– А я буду! – Ромка погладил коня.

С помощью дяди Димы он вскарабкался в седло и крепко обхватил Малыша за шею. Затем Ромку сменил Ванька, и лишь под самый конец решился и Леша. Ему казалось, что он скачет на диком жеребце, земля стремительно убегает из-под ног и нет ничего на свете, кроме него, верного коня и скорости. Леша даже головой тряхнул, чтобы избавиться от наваждения.

– Здорово, – выдохнул он, когда они пришли в деревню, – мне очень понравилось.

– Надумаешь покататься, заходи, – предложил дядя Дима.

На том и разошлись.

Ровно в девять вечера они собрались у бабы Зины. Каждый взял с собой из дома одеяло, подуш-ку и необходимую провизию. По приставной лестнице мальчишки залезли в клети. Внутри пахло душистым сеном, в окне отражался багряный закат. Они улеглись на набитые соломой матрасы и зажгли фонарик.

– Чего делать будем? – задал вопрос Ромка.

Ванька надкусил кислое зеленое яблоко и предложил:

– Может, страшилки будем рассказывать?

– Как-то не хочется, – отказался Леша. – Потом будет всякое мерещиться.

– Не бойся, мы же рядом, – ободрил его Ромка. – Кто начнет?

– Ребят, можно я? – вызвался Ванька.

Он приставил горящий фонарик к лицу и начал:

– Жил-был один пацан. И вот родилась у него сестра. Взрослые обрадовались – такая милая. И только брат заметил, что у нее красные глаза, а рот полон острых железных зубов.

Ванька открыл рот и пощелкал зубами для наглядности.

– Он говорил об этом взрослым, но никто ему не верил. Думали, что ревнует. И вот девочка росла, а вместе с ней и зубики росли. Смотрит пацан, а сестра-то его в кроватке вставать уже начала. Он подумал: «Начнет она ползать, и все – хана мне!» Пацан уже и по ночам плохо спал, боялся. И вот однажды ночью сестра из кроватки вылезла и поползла к нему. А глаза-то светятся, а зубы-то стучат, и громко так. Доползла она до него, и тут пацан ка-а-ак схватил ее, как достал из-под подушки плос-когубцы и все зубы ка-а-ак повыдергивал. И стала она нормальная, только раз в месяц, когда луна полная, у нее глаза светятся.

Ромка рассмеялся:

– Это ты про свою Светку, что ли? Она у тебя ужасная.

Мальчишки похихикали, потом фонарик взял Леша и заунывным голосом начал:

– В черном-пречерном космосе, на черной-пречерной планете, на черном-пречерном материке, в черной-пречерной стране, в черном-пречерном городе, на черной-пречерной улице, в черном-пречерном подъезде, на черном-пречерном этаже, в черной-пречерной квартире на черном-пречерном столе стоит черный-пречерный гроб. В черном-пречерном гробу лежит белый скелетик. Отдай мое сердце!

Последнюю фразу он прокричал и одновременно схватил Ромку за руку, но тот не испугался, а лишь ехидно заметил:

– Ужас, это ж язык устанет столько раз «черный-пречерный» повторять. Давай фонарик, моя очередь.

Он осветил лицо снизу и зловещим голосом заговорил:

– Однажды школьники решили вызвать матного гномика. Они все красной ручкой написали по матному слову на руке, а потом встали в круг. И вот одна девочка вышла в центр круга и выкрикнула матное слово. Я знаю одно матное слово, – отступил рассказчик, – оно на «с» начинается, а на «а» кончается.

– Вообще-то, – перебил Леша, – я тоже знаю это слово. Только оно не матное, а литературное, так самка собаки называется.

– И тут, – продолжил Ромка, – появился матный гномик. Он громко рассмеялся прямо в лицо девочке.

Ромка приблизил фонарь и воспроизвел смех гномика.

– А потом крикнул ей в лицо: «Умри, умри!» И когда девочка плыла на пароходе, тот затонул. Спаслись все, кроме девочки. Повезло им, которые спаслись!

– Ага, – подтвердил Ванька. – Я бы никогда не стал вызывать матного гномика. А то умрешь, как эта девчонка.

– Еще можно крестового короля вызвать, – с видом всезнайки сказал Леша. – Тогда он твое желание исполнит. Надо ровно в полночь порвать игральную карту на десять частей и выкинуть в окно. И желание загадать. Обязательно сбудется.

– Пацаны, а давайте пиковую даму вызовем? – предложил Ромка.

– Это как? – заинтересовался Леша.

– Надо взять зеркало, зажечь около него две свечи, а рядом воду поставить. Потом нарисовать на зеркале дверь и ступеньки, можно помадой. Пос-ле в дверь постучать и сказать три раза: «Пиковая дама, приходи». Когда дверь откроется, надо быст-ро ступеньки стереть.

– И?..

– Не знаю… – Ромка пожал плечами. – Наверное, что-нибудь спросить можно или желание загадать.

– Да ну, – не согласился Леша, – бабушка точно не разрешит гадать, да и помады у нее нет.

Но Ромка проявил настойчивость:

– Леш, может, все же спросишь бабу Зину? А то спать совсем не хочется.

Леша нехотя спустился вниз. Баба Зина, конечно, разворчалась, что внуку заняться нечем, и про свечи даже думать запретила: «У вас, вон, фонарик есть. Им и обойдетесь». Но зеркало с миской дала и даже помаду откуда-то достала, смущенно пояснив, что это одна из ее внучек забыла еще в прош-лом году.

Мальчишки прислонили небольшое зеркальце к стене, миску с водой поставили перед ним, фонарь – сбоку. Ромка помадой нарисовал дверь и лестницу.

– Пиковая дама, появись! Пиковая дама, по-явись! Пиковая дама, появись! – нестройными голосами трижды произнесли они призыв.

Сначала ничего не происходило. В зеркале отражались лишь освещенные лица друзей и вода в миске. Вдруг зеркальце покрылось рябью, нарисованная дверь еле слышно скрипнула и начала открываться.

– А-а-а, – завопили мальчишки.

Леша первым схватил миску и выплеснул воду на зеркальце, смыв рисунок.

– Я ж говорил! – возбужденно произнес Ромка. – Эх, надо было успеть желание загадать.

– Да ну, а если бы она выскочила? – несогласно затряс головой Леша.

– Очуметь, я даже глазам своим не поверил, – добавил Ванька.

Ромка нервно хихикнул:

– Кому рассказать, тоже не поверят!

Они долго не могли успокоиться, пока Леша не заявил:

– Я спать хочу.

Мальчишки легли на матрасы и постарались уснуть. Через некоторое время Ромка нарочито спокойным голосом произнес:

– Пацаны, я в туалет иду. Кто со мной?

Пошли все, потому что Ванька сказал, что один не останется. Уснули гадальщики далеко за полночь.

С утра моросил противный дождь. Небо словно разбухло и нависло над землей, земля превратилась в квашню и липла к ногам. Мальчишки уже второй день сидели по домам и маялись от безделья.

Наконец к обеду они собрались у Ромки.

– Ну и скукотища, – протянул тот.

– Ага, сейчас бы искупнуться или картошечки запечь, – подхватил Ванька.

– А я бы снова на дяди-Димином Малыше покатался, – размечтался Леша.

– Прям как цирковой наездник ты, Лешечка, – съехидничал Ромка. – Я таких в цирке видел. Они и стоя на лошадях скачут, и с седла свисают так, что руки по земле волочатся. Круто!

– С удовольствием бы прокатился и трюки какие-нибудь выполнил, – вздохнул Леша, – если бы умел.

– Вообще-то я ни на что не намекаю, но в сундуке лежала игрушечная лошадка, – как бы между прочим заметил Ванька.

– Надо подумать. – Ромка почесал в затылке. – У нас было два приключения. Так?

– Так.

– Одно совсем легкое, второе как бы страшное сначала, а потом нормальное оказалось. Так?

Мальчишки снова согласились.

– Я это к чему? Наверное, эти приключения на смелость, смекалку какую-то, а на самом деле они неопасные, – выдвинул гипотезу Ромка. – Вообще-то можно еще разок попробовать.

– А-а, ладно, все равно заняться нечем… все игры на компе надоели, – махнул рукой Леша, и они отправились в старый дом.

Тот встретил привычной тишиной и тайной. Мальчишки, нервно хихикая, забрались на чердак, пахнущий прелым сеном. Разворошили солому и достали сундук. Ромка провел по нему руками:

– Такой гладкий, словно его лаком покрыли.

– Открывай скорее, – попросил Ванька, – а то сердце из груди выскочит.

– Мне тоже страшно, – признался Леша, – и хорошо в то же время.

– Ладно, пацаны, поехали! – Ромка откинул крышку и достал деревянную лошадь-качалку.

Друзья одновременно дотронулись до игрушки и в следующее мгновение перенеслись на берег моря. Перед ними раскинулась бескрайняя гладь воды, волны мягко шлепались на белый песок и отступали, оставляя за собой влажный след. Позади виднелась пальмовая роща.

– Вот это да! – воскликнул Ванька. – Пацаны, живем!

– Здорово! – поддержал его Ромка. – Пошли купаться.

– Интересно, тут никаких рыб нет? – поинтересовался Леша. – В Египте совсем рядом с берегом плавают.

– Все ж таки осторожный ты, Леха, – заметил Ромка. – Не трусь, лезь в воду, не съедят.

Мальчишки скинули одежду и нырнули в изумрудную воду, теплую, как парное молоко.

Дно было усеяно мелкими перламутровыми камушками, а на поверхности росли необычайной красоты махровые кувшинки: розовые, фиолетовые, ярко-синие и золотые.

– Надо будет Светке набрать, – сказал Ванька, вынырнув с зажатыми в кулак камушками, – пусть потом бусы себе соберет.

– Ты, Вань, и сам собери, – посоветовал Ромка, – будешь потом девчонкам дарить.

– Точно! – обрадовался тот. – Спасибо за идею.

– Эх ты, донжуан, – рассмеялся Ромка.

Вдоволь накупавшись, они улеглись на песке в тени пальм, разглядывая собранные камни. Там были и синие в белую крапинку, и сиреневые с радужной полосой посередине, и серебристые, украшенные изображениями дубовых листьев. Ни один камушек не повторялся.

– Светка от счастья пищать будет. Хоть отстанет от меня. – Ванька был очень доволен.

– Надо еще мамам набрать, – предложил Леша, – им, мне кажется, тоже понравиться должно.

– Молодец, Леха! – Ромка хлопнул его по спине. – Как я сам не догадался?

– Жаль, что цветы не достоят. Я бы еще и цветов нарвал.

– Цветы-то ладно, – задумчиво протянул Ромка, – что-то есть хочется.

– Давайте посмотрим вокруг, тут могут расти кокосовые или финиковые пальмы.

Помимо кокосовых и финиковых пальм, на острове росли еще другие удивительные деревья. С высокими стволами, покрытыми глянцевыми чешуйками, с длинными резными листьями, как у папоротников, и золотистыми плодами. Эти плоды по форме напоминали коробочку, а по вкусу – сливочное мороженое с земляникой. Деревья сами нагибались, чтобы мальчишки могли сорвать угощение. А какое вкусное и освежающее молочко было в кокосах! Целый день пей – и не напьешься! Море, песок, фрукты… Что еще надо для хорошего отдыха?

– Жаль только, что лошадей здесь нет, – расстроился Леша.

– Даже странно, – подтвердил Ромка, – я-то думал, что придется диких мустангов объезжать. Я фильм смотрел, там был один мустангер. Он любого коня укротить мог. Ему потом голову отрезали. Или не ему? Не помню.

– Ладно, пойдемте снова купаться, – позвал Ванька.

Приятели неспешно отправились на берег и увидели, что возле кромки воды в прибрежных водорослях пасутся три морских конька: ослепительно-белый с шелковой гривой, иссиня-черный конек с коротким ежиком вместо гривы и ярко-рубиновый с серебристыми волосами.

– Ух ты, класс! – закричал Ромка. – Чур, мой черный.

Мальчишки разделились: Леша выбрал себе красного конька, а Ванька – белого. Они уселись на седла и схватились руками за шипы. Зверьки дружно заржали и помчались вскачь по волнам. Ветер свис-тел в ушах, брызги летели в лицо, дух захватывало от восторга. Друзья со временем осмелели и начали проявлять чудеса верховой езды. Они то держались одной рукой за шипы, то отпускали обе, приподнимались на стременах или ложились спиной на воду. Иногда коньки выпрыгивали из воды и с громким хлопком шлепались обратно. Наконец зверьки отплыли далеко от берега в заросли сине-зеленых водорослей.

Мальчишки решили нырнуть и посмотреть, что находится внизу. А там раскинулся настоящий подводный город. Его улицы терялись вдали. Высокие мраморные дома украшали колонны с затейливой резьбой, на огромных постаментах высились статуи богов. Стены зданий были расписаны диковинными изображениями полуптиц-полуженщин, единорогов с грифонами и одноглазых великанов. Густые лианы придавали городу заброшенный вид. Сверху в невесомости парили мосты, словно удерживаемые невидимыми ладонями. Вдали виднелась крепостная стена, сложенная из разноцветного булыжника.

– Обалдеть как красиво, – восхитился Ромка, когда друзья вынырнули. – Интересно, что это за город?

– Мне кажется, это Атлантида. Я читал в одной книжке, что был такой остров. Потом Зевс – это такой главный бог у древних греков – прогневался на жителей-атлантов и наслал потоп, – сказал Леша. – Жалко людей, которые погибли.

– Да ну, не погибли они, – не согласился Ромка. – Наверняка у них корабли были, они на них сели и спаслись.

– Ой, смотрите – девчонки, – перебил их Ванька.

И в самом деле прямо из воды показалось несколько девочек с длинными волосами. Их кожа была покрыта мелкой бронзовой чешуей.

– Мы не девчонки, – улыбнулась одна из них, взмахнув рыбьим хвостом, похожим на кусок вуали, – мы русалки. Живем в этом городе.

– А это правда Атлантида? – поинтересовался Леша.

– Не знаю, – ответила русалка, – мы называем его по-другому. Хотите сплавать с нами в пещеры?

– Мы под водой дышать не умеем, – улыбаясь во весь рот, сообщил Ванька. – А почему у вас волосы зеленые?

– А какие должны быть?

– Ну там белые или черные, рыжие или коричневые.

– У русалок зеленые волосы.

– А красиво вы их жемчугом украсили, мне нравится. – Ребята поняли, что Ваньку понесло.

– Ванька, перестань, а то по шее дам, – прошептал Ромка.

– Мы дадим вам специальные шлемы, в которых вы сможете дышать, – пообещала одна из русалок. – Меня зовут Маринэль.

Остальные тоже представились. Имена русалок показались мальчишкам знакомыми, только переделанными как бы на иностранный лад: Катриэль, Софиэль, Миленэль. Мальчишки надели шлемы, сели на коньков и отправились осматривать пещеры.

Вход в пещеры находился в основании огромной горы далеко за городом.

– Это древний вулкан, – пояснила Маринэль. – Когда-то давным-давно произошло извержение, поднялись высокие волны и город затонул.

– Точно, Атлантида, – кивнул Леша. – Вот бы ученые обрадовались.

Они спустились в черный проем и осмотрелись. Туннель уходил под гору, его освещали тысячи маленьких рачков, сияющих тусклым светом. Они ползали по стенам, и казалось, что это праздничная иллюминация.

Мальчишки долго плыли по туннелю вслед за русалками и наконец оказались в просторных пещерах, залитых проникающим через вершину вулкана светом. Подземные купола здесь соединялись между собой арками, сложенными из кристаллов морской соли. На стенах яркими красками были изображены мифические существа. Казалось, что нарисованные чудовища вот-вот оживут и сойдутся в последней схватке.

– Ух ты, аж мороз по коже, – прошептал Ромка.

– Ага, – в один голос согласились с ним Ванька и Леша.

Они перемещались по пещерам, надолго задерживаясь в каждой. Хрустальные стены со струящимся по ним фиолетовым огнем в одном подземелье сменялись кроваво-красными стенами с распускаю-щимися на них черными розами. Очередная пещера очаровывала поминутно меняющимися изображениями диковинных стран, следующая пугала своей необъятностью. Наконец ребята добрались до центрального помещения. Перед ними высилась остроконечная стела, теряющаяся далеко вверху. Обвив ее множеством колец, у основания лежал морской дракон.

– Как настоящий! – присвистнул Ванька.

– Вот это зверюга! – обомлел Ромка.

У дракона отсутствовали лапы, а вместо крыльев росли огромные плавники, на хребте топорщился костяной гребень. Сам дракон походил на гигантскую змею. Леша погладил дракона рукой. Неожиданно тот всколыхнулся, скидывая сонное оцепенение, и поднял голову. Леше стало не по себе, когда он разглядел в глазах дракона пробуждающуюся ярость. Через мгновение мальчишки и русалки неслись прочь из пещеры, сзади раздавался рев.

– Обалдеть, он живой! – поразился Ромка.

– Сбылось предсказание, – объявила на ходу младшая из русалок, Софиэль.

– А что за предсказание? – поинтересовался Леша. – Это я так, на всякий случай спрашиваю.

– Рука человека разбудит зверя, и город будет полностью разрушен, – объяснила Маринэль. – Давайте остановимся, дракон не сможет выбраться из горы.

Они притормозили.

– А как же он тогда уничтожит город, – спросил въедливый Леша, – если он вылезти не сможет?

– Он дракон, драконы выдыхают пламя. Пламя плавит магму, что под горой. Магма поднимается вверх и изливается через жерло вулкана, – растолковала русалка. – Она затопит весь город.

– Дракон тоже погибнет? – задал вопрос Ромка. – Жалко…

– Дракон не погибнет, он из огня. А вот наш красивый город пропадет.

Мальчишки спросили, чем можно помочь, чтобы спасти город. Оказалось, что надо всего лишь спеть песню. Но Ромка заартачился:

– Не буду я с девчонками в одной команде!

Но приятели уговорили его: спасти город гораздо важнее личной неприязни к девчонкам.

– Вулкан расколется, и зверь обретет свободу, – объяснила Маринэль.

– Давайте попробуем, – согласился Ромка. – Что петь будем?

Русалки дружно запели:

– Дурацкая песня, – не сдержался Ромка, – ну да ладно.

Они провели короткую репетицию и запели. Вели русалки со звонкими, словно хрустальные колокольчики, голосами, мальчишки смешно басили, иногда срываясь на писк.

Не успели они допеть, как раздался оглушительный треск, и гора развалилась. Хорошо, что мальчишки с русалками успели отплыть на безопасное расстояние. Из центра вулкана вырвалась молния – это сверкал всеми красками освобожденный дракон. Он стремительно поднялся вверх, а затем вернулся, подплыл к ребятам и, словно приглашая, махнул плавником. Они быстро вскарабкались к нему на спину.

Какие это были гонки! Ни один водный аттракцион с ними бы не сравнился. Дракон то устраивал американские горки, изгибаясь своим длинным телом, и мальчишки соскальзывали в воду, то сворачивался клубком, а затем стремительно распрямлялся. Побеждал тот, кто сумел удержаться. Русалки визжали от радости, да и мальчишки не скрывали своего восторга.

– Хорошо, что мы его освободили, – с чувством произнес Ромка.

– Да, классное приключение получилось, – согласился Леша.

Они накатались на драконе, затем устроили салки на морских коньках и совершенно без сил вернулись на берег. Русалки попрощались и уплыли.

– Хорошие тут девчонки, – со вздохом произнес Ванька. – Я бы во всех влюбился.

– Донжуан ты, Ваня, – рассмеялись его друзья, – пора и нам домой возвращаться.

– Здорово получилось. Я ведь раньше никогда на море не был, а тут так повезло! Надо только камни не забыть.

Мальчишки набили ими полные карманы, взялись за руки и… оказались на старом чердаке.

– Не, Ванька, ты мне объясни, что в этих девчонках может быть хорошего? – горячился Ромка. – Вот у нас Дашка Лапина знаешь как дерется? Сменкой по башке со всего размаху! А в сменке туфли во-о-от на таком каблучище! И главное – ни за что! Я просто мимо шел.

– Все равно, нехорошо с девчонками драться, – стоял на своем Ванька.

– А как тогда? – Ромка никак не мог успокоиться. – Она вообще слов не понимает! А учительнице говорит, что мы за ней бегаем. Дура! А тех девчонок, которые на мальчишек обзываются, мы в ответ тоже обзываем!

– Странные какие-то у вас девчонки в классе. – Леша поежился. – У нас вроде нормальные.

– А у нас красивые. – Ванька мечтательно закатил глаза.

– Не, я ни за что не женюсь! – заявил вдруг Ромка.

Ванька с Лешей с уважением покосились на него, но делать подобные заявления не стали. Спор сошел на нет.

Заканчивалась вторая неделя отдыха.

Каждое утро трое друзей отправлялись на берег Регини, загорали, купались и ловили раков. Совсем скоро им предстояло разъехаться: Ромке – в Москву, Леше – в Питер, а Ваньке – в Череповец. И эта мысль не давала им покоя.

– Вы это, пацаны, – Ромка хлопнул ладонью по траве, – мне потом по скайпу звоните. Я вас в свою игру возьму, будем некромантов мочить.

– Угу, – кивнул Ванька, – договорились! Правда, мне родители всего два часа разрешают за компьютером сидеть.

– А я не очень люблю в игры играть, – признался Леша, – мне больше нравится узнавать что-нибудь интересное.

– Ничего, я тебя приучу к играм. – Ромка засмеял-ся. Потом посерьезнел и добавил: – Пацаны, мы вот скоро разъедемся, а в сундуке еще всякие безделушки остались. Может, нам еще куда смотаться?

– Я бы полетал! – обрадовался Ванька. – Видели, в сундуке перышко было? Давайте до него дотронемся?

Спорить с Ванькой не стали и поспешили в старый дом.

Привычно скрипнула рассохшаяся дверь, в унисон ей отозвались потемневшие половицы, потом заворчала старая лестница, ведущая на чердак… Леша достал из сундука перо и крепко зажал его в руке, Рома и Леша дотронулись до него и через секунду упали на пышно взбитое облако.

– Пацаны, класс! – восторженно заорал Ромка. – Прямо как на батуте! Смотрите! – И он высоко подпрыгнул.

– Обалдеть! Я думал, облака типа из пара водяного состоят… – удивился всезнающий Леша.

– А-а, плевать! – отмахнулся Ромка. – Давайте прыгать с облака на облако?

– А мы не упадем? – Леша поежился.

– Не трусь, – подмигнул ему Ромка.

– Я тоже хочу прыгать, – поддержал его Ванька. Он разбежался и сиганул на соседнюю пуховую перину. – Прикольно! – крикнул он.

Мальчишки начали скакать по облакам.

– Сейчас, пацаны, будет смертельный номер! – заявил Ромка.

Он разбежался изо всех сил и попытался прыгнуть на облако, парившее по соседству. Но оно было слишком далеко, и Ромке не хватило совсем чуть-чуть, чтобы ухватиться за его край. Руки скользнули в предательскую пустоту, и он начал падать. Ваня и Леша замерли от ужаса.

Говорят, что в последние минуты существования все прожитое проносится перед глазами. Ничего этого Ромка не видел. Одна мысль не давала ему покоя: «Что я скажу маме?» Как будто он смог бы что-то сказать, упав с этой немыслимой высоты. И в тот самый миг, когда Ромка понял, что не будет больше Москвы и его самого больше не будет, не наступит ненавистное первое сентября, и мама не поцелует его как обычно перед школой, и смерть неоспорима как дважды два – четыре, огромная птица подхватила его на спину и взмыла вверх. Ромка не сразу осознал, что спасен. Он посмотрел вниз и увидел, что сидит на белоснежной птице с длинным пеликаньим клювом. Ромка крепко обхватил ее за шею и полетел к приятелям. Постепенно он пришел в себя и успокоился.

– Ты с ума сошел. – Ванька был возбужден. – Мы уже думали… всё. Типа конец тебе наступил, а сами теперь отсюда ни за что не выберемся.

– Я ж говорил, что осторожнее надо, – добавил Леша. – Разве так можно?

– Да знаю я, у меня в животе аж похолодело, руки до сих пор трясутся, – отмахнулся Ромка. – Давайте на птице полетаем немного и на землю спустимся. Только держитесь крепче, чтобы не свалиться.

Все трое уселись на Белокрылку, так уговорились называть птицу. Та парила над землей, и мальчишкам открывался чудесный вид на зеленую долину, по которой синей нитью протянулась река, на домики, похожие на грибочки, с черепичными крышами, из которых поднимался дымок, на бескрайние пастбища с овечьими стадами, сверху казавшимися клочками кудели.

– Здорово! – восторгался Леша. – Только ты, Ромка, больше не падай. А то у меня сердце чуть за тобой не выскочило.

– Не буду, – пообещал тот, – мне жить нравится.

Белокрылка лениво взмахнула крыльями и взмыла к острым, словно иглы, скалам, нависшим над землей. Она поднималась все выше и выше, воздух становился все холоднее, и друзьям стало тяжело дышать.

– Куда это она? – насторожился Ванька.

– Тпру! – Ромка попытался остановить птицу, но та продолжала подъем. – Вот ведь упрямая, – проворчал Ромка. – Кому я сказал, спускайся вниз!

Но Белокрылка устремилась к вершинам, не слушая понуканий. Вскоре она поднялась над горами, и у мальчишек вырвался возглас удивления: перед ними предстали воздушные замки. Они висели в пус-тоте, удерживаемые чудом. Их готические шпили терялись в вышине. Сложенные из молочного камня стены казались прозрачными, витражные окна сверкали всеми цветами радуги.

– Какая ты умница! – Ромка погладил птицу по голове. – Ты хотела их нам показать?

Белокрылка подлетела к ближайшему замку и опустилась на каменные ступени.

– Смотрите, ребята, – восхитился Ванька, – лестница прозрачная. Словно в воздухе висим.

– Мне что-то не очень хорошо, – испугался питерский интеллигент, – голова кружится.

– Лучше пойдем внутрь, – поспешно предложил Ромка, – а то я сегодня нападался, больше не хочу.

Замок поражал безмолвием. Высокие сводчатые потолки эхом отзывались на каждое слово. Внутри было сумрачно – из-за цветных окон.

– Пошли, что ли, может, что интересное увидим, – позвал Ромка.

Почти сразу им повезло – они попали в тронный зал. В самом его конце стоял трон с резными подлокотниками из красного дерева и высокой спинкой, увенчанной фигуркой дракона.

– Здорово! Чур я король! – завопил Ромка и бросился к креслу.

Потом разважничался и начал командовать:

– Эй, мой верный раб Ванек, целуй мне руку. А ты, Лешка, почисти ботинки.

Верные рабы с удовольствием делали вид, что целуют руку и чистят обувь. Затем король на троне сменился, и уже Ванька требовал, чтобы на него махали, а то слишком жарко. Леше же хотелось, чтобы приятели рассказывали, какой он умный, смелый и сильный. Всем понравилось быть королями. На-игравшись, продолжили осмотр. От стен дворца нес-ло холодом, казалось, будто сам лед превратился в камень.

– Смотрите, – позвал друзей Ванька, – если сильно прижаться к стене, то видно, что снаружи.

Они встали рядом. Сквозь кладку маячили зубцы высоких гор, перья облаков и пронзительной синевы небо.

– Типа мы в небоскребе живем, – хохотнул Ромка. – Америка б обзавидовалась. Побежали дальше. Кто последний, тот лох!

С этими словами он понесся по узкому извилис-тому коридору, освещаемому чадящими факелами. Леша и Ванька помчались за ним, стараясь догнать. В самом конце каменного тоннеля Ромка резко остановился: он обнаружил тяжелую деревянную дверь. Затем все вместе они толкнули ее и не смогли сдержать восторженный вздох: открывшаяся перед ними комната снизу доверху была завалена сокровищами. Нашлась там и золотая корона с огромными камнями, правда, на чью-то очень большую голову. Были и женские украшения: серьги с затейливыми под-весками, массивные браслеты, серебряные диадемы и длинные цепочки, бусы из мерцающих золотых огоньков, пояса, украшенные вышивкой. Глаз не хватало, чтобы осмотреть все это.

Ромка надел корону на шею, потому что она была ему велика, и показал язык:

– Ха-ха-ха, я башка в короне!

– А чего это ты себе корону взял? – Лешин голос странно изменился. Глаза сузились и с подозрением смотрели на приятеля. Ему показалось обидным, что Ромка выбрал себе самое лучшее.

– Ну хочешь, ты возьми! – Тот с недоумением пожал плечами.

– И браслеты отдай! Это не твое! – Леша набросился на Ваньку, который до этого в шутку изображал индийскую танцовщицу. Он понял, что не в силах делиться богатством, что оно должно принадлежать ему одному.

– Леш, ты чего? С дуба рухнул? – Ромка попытался все перевести в шутку.

– Мое золото! – Вместе с шипением из Лешкиного рта высунулся длинный змеиный язык. Его кожа стала медленно желтеть и покрываться чешуей. Как ни странно, приятели этих превращений не замечали.

– Да забирай его, ненормальный! Лучше бы на себя в зеркало посмотрел, на кого ты из-за этих цацек похож стал, аж перекосило всего! Мы на Бело-крылке сейчас в другой дворец улетим. Там тоже золота навалом. – Ромка со всей злости пнул корону и зашагал прочь.

За ним последовал и Ванька.

Леша старательно разложил наручные украшения и корону на полу, потом сел у двери, собираясь охранять несметные богатства. Он не замечал, как меняются его руки и ноги, покрывается чешуей тело, вытягивается лицо, превращаясь в жуткую морду дракона.

Двое мальчишек вскоре тоже расстались. Ромка не захотел делить дворец с Ванькой, ему вдруг показалась привлекательной мысль иметь собственные драгоценности. Ведь он чуть не погиб сегодня и даже поверил в саму эту возможность, так почему бы не сделать себе подарок.

– А то станешь таким же уродом, как Лешка, – произнес Ромка. – Лучше ты в своем замке будешь, а я в своем. У каждого и свои сокровища будут, и трон свой.

– Ром, может, лучше вместе? А то скучно будет.

– Плевать. Станет скучно, будем в гости на Белокрылке друг к другу летать.

Но никого из друзей в гости Ванька так и не дождался. Он слонялся по своему замку и никак не мог успокоиться – впервые мальчишки стали чужими. Однажды, когда одиночество стало совсем уж невыносимым, Ванька набрался храбрости, позвал Белокрылку и отправился на ней к друзь-ям.

– Ромка, – закричал он, подлетев к одному из окон. – Ромк! Давай полетаем! И домой ужас как хочется. Может, и Леху позовем?

Сначала ему ответила тишина, а затем раздался такой жуткий рык, что Ванька чуть не свалился с Белокрылки. Он устремился к Лешиному дворцу.

– Леш, Леш! – позвал Ванька. – Ромку какое-то чудовище, наверное, сожрало. Что делать будем?

Но и здесь история повторилась: вместо голоса приятеля он услышал ужасный рев.

Ванька вернулся к себе.

«Елки! – думал он. – Наверняка там какие-то страшилища завелись. И теперь они ко мне могут забраться, если летать умеют. Надо чем-то двери подпереть. А если они через окна ворвутся? Вот черт! Окна высоко… Надо спрятаться в такую комнатку, где окон нет. Точно, в сокровищницу! Там и дверь с засовом, и стены крепкие. Только еды в кладовой наберу, чтобы есть не хотелось. – Ванька отправился за провизией, как вдруг новая мысль посетила его: – А вдруг Ромка с Лехой живы и прячутся? Вдруг им помощь нужна!»

Ванька, конечно, боялся. Он не был героем, не занимался боксом или самбо, но не мог бросить друзей. Ему казалось, что не пойти за Ромкой и Лешей гораздо хуже смерти. Это то, с чем он не сможет жить дальше. Ведь они же друзья!

Ванька сел на Белокрылку и отправился в Ромкин дворец. Спешился у входа и незаметно пробрался в замок. Он прятался за углы, осторожно выглядывал и осматривался: нет ли поблизости опасности. Так прошел все залы и остановился у сокровищницы. Его смутил едкий запах, до-носившийся оттуда. Похоже, чудовище находилось именно там. Но там мог находиться и Ромка, он мог быть несчастным пленником. Ванька не колебался ни секунды. Он приоткрыл дверь, которая предательски скрипнула в последнюю секунду. Распластавшись на сокровищах, спал огромный черный дракон. Ему-то корона, найденная Ромкой в первом замке, была бы впору. Самого Ромки видно не было. Ванька хотел уже незаметно вернуться к себе (с Ромкиной судьбой ему все стало ясно, и теперь следовало лишь проверить, что случилось с Лешей), как зверь открыл глаза. Ванька словно прирос к полу.

– Что стоишь? – В шипении Ванька расслышал знакомые нотки. – Бери что хочешь. Может, тебе приглянулся щит? Смотри, у меня есть неплохой алмазный щит. Или хочешь взять кольчугу из гномьего железа? Зачем ты пришел, вор?

– Я не вор. – Ванька смело посмотрел дракону в глаза. – Я пришел за своим другом, который остался здесь. Где Ромка?

– Здесь никого нет, ты врешь.

Ванька с ужасом понял, что знакомые интонации, послышавшиеся ему в голосе чудовища, были как раз Ромкины.

– Ромка, это ты?!

– Здесь нет никакого Ромки! – взревел дракон. – Не выдумывай! Ты вор!

– Ты же сам на Леху обиделся, когда он корону у тебя отобрал! А теперь превратился в дракона! И Леха тоже дракон! – закричал Ванька.

– Убирайся, пока я не убил тебя, – голос зверя дрогнул. Видно было, что что-то в нем осталось от доброго мальчишки, каким был Ромка.

– Я не уйду без друга!

За стеной раздался трубный рев другого зверя, а потом стены опалило пламя. Молочный камень начал плавиться, как лед под жаркими лучами солнца.

– Все сокровища мои! – протрубил золотой дракон. Он в нетерпении парил возле замка.

– Так приди и попробуй взять их! – взревел его черный собрат. Он расправил крылья и выскользнул наружу через дыру в кладке.

Ванька побежал к выходу. Два громадных дракона сцепились в смертельной схватке. Они жгли друг друга огнем, и за их спинами плавились великолепные воздушные дворцы. Горел воздух, дышать становилось все труднее, а Ромка с Лешей ничего этого не замечали.

– Дураки! Что же вы делаете, дураки! – Ванька не выдержал и кинулся в самое пекло схватки. Такой маленький по сравнению с чудовищами, такой храбрый.

Казалось, время замедлилось. Ванька завороженно следил, как неторопливо, словно в покадровой киносъемке, пошел вправо хвост золотого дракона, чтобы проломить череп сородича. Как поднялась когтистая лапа черного, чтобы разорвать незащищенный живот противника.

– А-а-а! – кричал Ванька. – Прекратите!

И видимо, такое отважное и горячее сердце билось в его груди, что перед ним спасовал даже драконий огонь. В последний момент звери уклонились от столкновения.

– Ребят, что же вы! Посмотрите, в кого вы превратились. И зачем вам эти драгоценности? Жили без них тысячу лет и еще проживем! Давайте домой вернемся, – уговаривал друзей Ванька.

Драконы косили друг на друга налитыми кровью глазами.

– Ромка, ну Ромка, хочешь я тебе свою коллекцию роботов отдам? А тебе, Леха, все книжки. Только не деритесь, пожалуйста, – Ванькин голос дрогнул.

– А-а-а, плевать, – после затянувшегося молчания произнес черный дракон. – Ну их, эти сокровища!

Леша молчал дольше, но наконец и он согласился.

По телу драконов прошла волна, и перед Ванькой оказались его друзья. Вскоре они втроем сидели на Белокрылке.

– Здорово, что все закончилось! – радовался Ванька.

Ребята обнялись и в то же мгновение оказались на старом чердаке.

– Знаете, – потом признался Леша, – мне очень стыдно, что все так получилось. Как будто я узнал о себе такое, чего не хотел бы знать никогда.

– Я не лучше, – вздохнул Ромка. – Один Ванек у нас молодец!

– Это в одной сказке было, я читал, – вспомнил Леша. – Там если богатырь убивал дракона, то потом видел золото и сам становился драконом. Это все от жадности.

– Ага, дураки мы жадные, – согласился Ромка. – Помню, я лежал возле золота и думал только о нем. Боялся, что его украдут. Даже вспоминать противно!

– А все равно, – улыбнулся Ванька, – жалко, что никто из нас не догадался прихватить с собой что-нибудь из сокровищ.

Два дня Рома с Лешей не высовывали нос на улицу. Вроде они все обсудили и Ванька ни словом их не попрекнул, но все равно возникла какая-то неловкость, какая-то червоточина, не дававшая покоя. Ведь оказалось, что можно легко сцепиться с другом насмерть ради кучи железок! Пусть это золото, но не ценнее же оно жизни и чести, в конце концов. Ванька метался между приятелями, уговаривая пойти поиграть. Наконец решили встретиться на берегу Регини. Мальчишки набрали с собой пирожков, захватили молоко в термосе и отправились на речку.

– Как-то противно узнавать о себе такое. – Леша нахохлился. Он все еще переживал о случившемся.

– Лучше сейчас все выяснить, – твердо ответил Ванька, – пока можно исправить. И хорошо, что вы в жаб не превратились.

– Почему в жаб? – не понял Леша.

– Говорят, что когда человек жадничает, то его жаба давит. Прыгали бы по замкам две огромные жабы в пупырышках.

– Ага, мух бы ловили, – рассмеялся Ромка.

– И квакали, – добавил Леша. Он запрыгал и заквакал, изображая лягушку.

– Ну что, искупаемся? – Ванька первым побежал к воде.

Ромка с Лешей переглянулись и поплелись за ним. Однако уже через несколько минут воздух про-резали вопли воинственных команчей – жизнь налаживалась.

После друзья разлеглись на траве. Ромка смотрел на нежно-голубое небо сквозь колосья цветущей травы, на плывущие мимо облака, слушал неспешное журчание реки и шепот листьев. Было так хорошо и спокойно, что хотелось лежать вот так целый день. Приятелей охватило похожее чувство.

– Петушок или курочка? – Ромка сорвал стебелек, провел по метелке снизу вверх и спрятал руку за спину.

– Петушок! – хором отозвались Ванька с Лешей.

– Не-а, курочка. Хвостик коротенький.

Уже после обеда, разморенные солнышком, мальчишки болтали.

– Сейчас картошку запекать пойдем?

– Да ну, лень шевелиться, – признался Ромка. – Я лучше бы еще повалялся. Тут хотя бы тенек есть.

– Так искупаться ж можно. – Ваньку переполняла энергия.

– И вода, наверное, тоже нагрелась. Бр-р.

– Не, Ромк, – возразил Леша. – Вода все равно холоднее, чем воздух. И если долго купаться, то можно замерзнуть.

– И как тебя в школе терпят, Лешенька? – поддел друга Ромка. – Нельзя же быть таким умным!

– Так у нас все такие – я в лицее учусь, – вздохнул тот.

– Трудно тебе? – сочувственно спросил Ванька.

– Трудно. Хочется же быть умнее и лучше, а попробуй!

– А я зато лучше всех в классе в компьютерах разбираюсь! – похвастался Ромка. – У меня и по информатике одни пятерки, и по физкультуре. Я во всех соревнованиях от класса участвую.

Мальчишки обсудили учебу, но вскоре ничегонеделанье им надоело.

– Не, ребят, так скучно. Давайте куда-нибудь пойдем, – протянул Ванька.

– А куда? Жарко!

Ванька выжидательно смотрел на друзей.

Первым догадался Леша:

– Не, Вань, что-то устал я от этого сундука. Надо немного отдохнуть.

– А чего отдыхать? Скоро мы разъедемся – к школе готовиться.

– Ну и ладно, – поддержал Лешу Ромка, – на следующий год же приедем.

– Не знаю. Мне кажется, нужно всегда дело до конца доводить. Так папа говорит.

– Вот пусть твой папа и доводит, Ванек. Тебе легко говорить – не ты же в дракона превратился.

– Да, Вань, – согласился с Ромкой Леша, – вдруг мы снова в чудовищ превратимся?

Ваня посмотрел на приятелей и философски заметил:

– А ведь все равно пойдем. Уже хотели не ходить, да не вышло.

Так вскоре и случилось, хотя в тот день ребята сначала махнули на речку, потом запекли картошку, а поздно вечером покатались на дяди-Димином Малыше.

Как и предсказывал Ванька, в старый дом приятели вернулись. Пусть и не в тот вечер, а только через два дня, но ноги словно сами привели их на чердак.

Ребята открыли сундук. Диск, рапира, цветок и санки. Что же выбрать?

Первым нарушил молчание Ромка:

– Давайте диск возьмем. Мне кажется, это от игры диск.

– Ну можно и поиграть, – пожал плечами Ванька.

Леша тоже был не против. Они дотронулись до диска и перенеслись в незнакомое помещение. Длинный стол освещался галогенными лампами, на нем стояло три монитора, от которых тянулись провода. Часть проводов крепилась к шлемам, часть – к перчаткам и подобию сапог.

– Пацаны, класс! – возбужденно закричал Ромка. – Эту фигню надо на себя надеть, и так можно будет управлять своим персонажем. Как по-настоящему! Только, пацаны, предупреждаю, слушайтесь меня, – продолжил он. – Я на этих играх собаку съел. Если это командная игра, надо всем одновременно войти, чтобы вместе играть. Ну что, одеваемся?

Мальчишки натянули на себя экипировку и сели за стол. Ромка скомандовал включить компьютеры, приятели взялись за пульты управления и почувствовали, что проваливаются в очередную реальность. С одной стороны, они понимали, что все так же сидят за мониторами, а с другой – обнаружили себя в каменной пустыне. Где-то вдали виднелись поросшие лесом горы. Затем на небе высветилась надпись, и женский голос произнес: «Добро пожаловать в самую успешную онлайн-игру тридцати трех миров, в мир некроманта-вампира!»

– Круто! – выдохнул Ромка.

Голос продолжил: «Там, где небо сливается с морем, а земля покоится на спине огромной черепахи, в семье волшебников родился ребенок. С самого его рождения родители знали, что их сын – чародей небывалой силы. Ведь мальчик умел воскрешать мертвых! Да, сначала это были лишь увядшие цветы, муравьи и прочие букашки, но, подрастая, юный нек-романт научился возвращать к жизни мелких зверю-шек. Люди радовались: ведь скоро они смогут не боять-ся смерти и встретиться с ушедшими раньше. Но случилось непоправимое: черный лорд, повелитель темных сил, решил убрать молодого конкурента. Он наслал слуг-вампиров, чтоб они убили волшебника, но тому удалось выстоять. Однако после укусов вампиров волшебник сильно ослабел и потерял часть силы. Также он мучился приступами: все время приходилось сдерживать тягу к крови.

Помогите некроманту-вампиру обрести утраченное, избавьте его от отравленной вампирской сущности, пройдите все уровни игры!»

Надпись мигнула и погасла, голос стих.

– Да, и в самом деле круто, – подтвердил Ванька.

– А как надо пройти эти уровни? – спросил Леша.

– Сейчас, пацаны. – Ромка вытянул вперед руки и сделал какие-то пасы.

И он же, сидящий за столом, пультом выбрал меню и вошел в него.

– Так, – произнес Ромка, – у нас первый уровень. Вооружение: лазерные пистолеты. Ну, жить можно. Защита: кольчужная рубашка – так себе. Сила: уровень пехотинца – тьфу. Наша задача – пробиться в лес, где находится ключ от источника радуги. Это понятно. Противник: низшие вампиры, количество – десять экземпляров. В общем, ребята, – подытожил он, – для первого раза вполне. Друг от друга далеко не отходим, спины прикрываем. Думаю, тут и аптечка должна быть или какой-то артефакт для пополнения энергии. Начинаем?

Леша и Ванька кивнули, и игра стартовала.

Они увидели себя в металлических рубахах из мелких колец, прикрывавших туловище и плечи, в руках появилось оружие. Леша пощупал кольчугу, взвесил пистолет в руке и удивился: все было настоящее.

Небо заискрило мерцающими огнями: значит, появился враг. Друзья встали спина к спине и приготовили оружие. Их обступил туман.

– Осторожнее, вампиры как раз в туман превращаться могут. – Ромка был в своей стихии.

Какая-то тень метнулась к Леше. Тот замер, и его опередил Ромка, выстрелом сразивший неприятеля.

– Не спи, а то всю игру загубишь! – прикрикнул Ромка, и Леша включился. Уже в следующее мгновение он убил вампира, и тот развеялся белесой дымкой. И он же, сидящий за компьютерным столом, почувствовал отдачу в плече и услышал, как гудит лазерное оружие. Леша понимал, что находится в полной безопасности, но в то же время ощущал тяжесть кольчуги, чувствовал землю под ногами, слышал взволнованное дыхание Ваньки.

Вскоре с вампирами было покончено. Ребята пробились в лес, окружавший подножье горы, и нашли хрустальный ключ.

– Второй уровень, пацаны, читаем условия. Защита: панцирь – а-а-а, такая же ерунда, что и кольчужная рубашка. Вооружение то же, даже неинтересно. Силы прибавили: уровень конника. Противников больше будет, но отобьемся. Наша задача на несколько этапов – подняться по горному склону.

Игра совершила новый виток. Панцирь сменился различными видами кольчуги. Лазерные пистолеты превратились в тяжелые двуручные мечи с серебряной окантовкой, от них у ребят долго ныли руки; после – в световые мечи джедаев. Сила самих участников игры доросла до римского легионера. Продвинуться удалось чуть дальше основания горы, там мальчишки нашли пузырек для лечебного эликсира.

Но вскоре почувствовали усталость.

– Тут должно быть что-то типа восстановления сил, – нормальный московский человек зашарил по опциям меню. – Нашел!

Перед мальчишками появилась банка с непонятным напитком, который они немедленно выпили. После этого им полегчало.

– А дальше? – поинтересовался Леша.

– Новый этап, – ответил Ромка.

– И как долго? – уточнил Леша.

Ромка призадумался:

– Не знаю, мы играем с друзьями, пока не надоест. А в следующий раз просто заходим на сохраненный уровень.

Леша пожал плечами:

– Что-то не очень понятно, ну да ладно.

На очередном этапе тот же голос сообщил: «Поздравляю вас, вы перешли на сотый уровень. Вам присваивается статус магов первой степени. Теперь вам предстоит новая миссия – найти эликсир, способный восстановить силы некроманта-вампира. У вас есть ключ от источника. Дойдите до родника, с помощью ключа выпустите радугу и наберите лекарство в склянку. Будьте аккуратны – лекарства хватит всего лишь на одну дозу. Действуйте!»

Мальчишки получили тяжелые доспехи, покрытые белой эмалью.

– Здорово! – обрадовался Ромка. – Классная вещь! Здесь предусмотрена защита от прямого попадания. Так, посмотрим, что тут еще у нас…

Оказалось, что это зачатки магических способностей, боевой жезл и запас жизни на целых две смерти. На предыдущих уровнях про запас жизни ничего не говорилось.

– А что это означает – запас жизни? – подозрительно спросил Леша.

Опытный Ромка пояснил:

– То, что тебя два раза убить можно, а ты снова восстановишься.

Но приятель занудствовал:

– А если три раза убьют?

– Из игры вылетишь. Наверное, – не очень уверенно ответил Ромка.

– А как же мы вернемся, если я вылечу? – упорствовал Леша.

Ромка рубанул рукой воздух:

– Придется по новой этап проходить.

– Чего-то больно много этих уровней, – заныл Ванька, – я есть хочу.

– Сейчас чего-нибудь придумаем. – Ромка залез в меню и выбрал походный пакет боевого мага. – Приятного аппетита!

Вроде еда была виртуальная, но игроки почувствовали приятную тяжесть в животе.

– Ну что, поехали? – спросил Ромка, и битва закипела вновь.

На этот раз к упырям прибавились вервольфы – огромные оборотни с черной шерстью и горящими глазами. Они выпрыгивали прямо из-под земли. Один из них махнул лапой и оторвал Ванькиному персонажу голову. Тот почувствовал, словно по нему прошел электрический разряд, и на некоторое время потерял сознание. Очнулся в компьютерном зале и увидел над собой перепуганные лица друзей.

– Ванек, ты как? – участливо спросил Ромка.

– Голова гудит, так током шарахнуло.

– Мы отбились. Я, оказывается, зеленые шары выпускать могу. Они прямо на мелкие кусочки всех рвут. А Ромка молниями швыряется, – сообщил Леша. – А потом смотрим, ты все не встаешь. Игру на паузу поставили – и сюда.

– Ничего себе, запас две жизни называется, – пожаловался Ванька, ощупывая голову, – в третий раз если шарахнет, точно «пока» сказать не успеешь.

– Чего-то у них тут сурово. – Ромка задумался. – И аптечки никакой. Будем осторожнее.

Но осторожнее быть не получилось. В очередной схватке, когда к вурдалакам и оборотням прибавились зомби, из строя выбыл не только Ванька, но и сам Ромка. Когда они пришли в себя, разгорелся очередной диспут.

– Ты, Ванек, больше в битву не лезь, стой посередине, а мы тебя с Лехой прикроем.

– Вот еще! Что я, трус?

– А если в третий раз убьют насовсем? – подключился Леша.

Ванька замолчал, а потом спросил:

– А если Ромку еще раз убьют? Тогда потом ты, Леха, один драться будешь? А мы с Ромкой цветочками любоваться?

Спор зашел в тупик. В конце концов решили, что биться будут все вместе, а там как повезет.

И удача их не покинула. В этот раз полезли зомби. Их глазницы горели колдовским пламенем, плоть местами обнажилась, и стали видны почерневшие от времени кости. За ними – высшие вампиры, чудовища с черной кровью и двойным рядом клыков. Через упырей перепрыгивали жаждущие крови волколаки. Мальчишки держали жезлы наизготовку. В руках у Леши переливалась изумрудная сфера, от Ромки исходило сияние, а Ванька приготовил несколько магических кристаллов, которые разъедали тела недругов. Разгорелось сражение. Приятелям казалось, что оно никогда не закончится. Ромка в очередной раз послал разряд в ближайшего упыря, Леша отбился жезлом от оборотня, Ванька уничтожил кристаллами сразу трех зомби, но со всех сторон подступали новые и новые полчища. В какой-то момент ребятам показалось, что они не устоят, но они удержались и отбили атаку. Проход вперед был открыт. Мальчишки поднялись на середину горы и обнаружили огромный валун. На нем висела железная табличка: «Вставь ключ в камень и отопри источник радуг». Ромка вставил ключ в отверстие и повернул, камень сдвинулся, и из-под него вознеслись в небо тысячи, миллионы тысяч радуг. Все вокруг осветилось и заискрилось.

– Лех, доставай быстрее пузырек, – скомандовал Ромка.

Леша подставил склянку, та наполнилась светом. Вновь зазвучал голос: «Поздравляю, вы перешли на двухсотый уровень. Вам присваивается звание продвинутых магов. Ваша новая миссия – поиски лекарства от вампирской болезни. Удачи!»

– Эй, подождите, – воскликнул Ромка, – а что там с запасными жизнями? И аптечка в этой игре есть?

«Запасные жизни не пополняются. Аптечки в игре нет», – ответил голос.

– А если его, – Ромка указал на Ваньку, – снова убьют? Что будет?

«Запасных жизней у данного игрока не существует».

– Да-а-а, – протянул Ромка. – Чего делать будем, пацаны?

– Играть, – пожал плечами Ванька, – мы же иначе не сможем выйти из игры.

– Не нравится мне это, – насторожился Леша.

– Мне тоже не нравится.

– А куда деваться? – Ванька был настроен решительно.

Они облачились в тяжелые титановые доспехи с защитой высшего уровня, взяли в руки боевые топоры и приготовились к новому сражению. И оно не заставило себя ждать. В поддержку к старым врагам добавились орки и великаны. Друзья метали огненные шары, швырялись ледяными копья-ми, били плазменными огнеметами. Казалось, в очередной раз они успешно выйдут из битвы, но Ванька замешкался, и злобный орк метнул в него железный молот. Ванька упал на землю и уже не поднялся. Чудом отбившись, Ромка и Леша пытались привести его в чувство, звали, но Ванька не отзывался.

– Что делать будем? – Леша был напуган. Они только что остановили игру и вернулись в компьютерный центр.

Ванька, как и его персонаж, не подавал признаков жизни. Леша приложил голову к его груди и услы-шал мерный стук:

– Вроде жив.

– Или продолжить игру без Вани, или использовать эликсир, – ответил Ромка.

– Если мы используем снадобье, то придется все проходить заново?

– Не знаю. – Ромка был мрачен. – Может, вообще здесь зависнем.

– А если продолжать без Вани?

– Тоже не знаю. Ванек и после окончания иг-ры может не очнуться. Тут какие-то другие правила.

– Тогда надо его эликсиром напоить, – твердо сказал Леша.

Ромка помолчал мгновение и согласился. Вместе с Лешей они вернулись в игру и подошли к Ване. Ромка достал склянку и осторожно влил ее содержимое в рот друга. К великому облегчению старших мальчишек, Ваня открыл глаза.

– Ребята, вы чего? – удивился он. – Я что, умер?

– Угу.

– А как же вы меня оживили? – Ванька перевел взгляд и увидел пустой флакон в Ромкиной руке. – Как же мы вернемся теперь?

– А-а, плевать, – привычно ответил Ромка.

– Спасибо вам. – Ванька хотел сказать что-то еще, но не стал, а просто неловко попытался обнять ребят.

В тот же миг они перенеслись на знакомый чердак.

– Я думал, мы там точно останемся, – делился на следующий день своими впечатлениями Леша. – Игра какая-то бесконечная, задания постоянно добавляются, да еще и запас жизней маленький.

– Да-а, – подхватил Ромка, – и неясно, почему мы вернулись. Ведь миссию-то мы не выполнили.

– Может, не в ней дело было? – предположил Леша. – А в том, что мы Ваньку решили оживить? Мол, что для нас важнее – цель или человек?

Ромка пожал плечами и неохотно признал:

– Что-то ты загнул, Леха. Не очень понятно для меня.

– Все равно, спасибо вам, ребята, – в очередной раз поблагодарил их Ванька.

– И что, донжуан несчастный, – съехидничал Ромка, – пойдешь снова за приключениями?

– Пойду.

– Только не сегодня, меня сегодня бабушка обязала Шуше помогать – грядки полоть. – Ромка был недоволен. – Не мужская это работа.

– Бабушкам помогать надо, – не согласился Ванька, – они же старые, здоровье у них не очень.

– Да я знаю, только все равно не хочется.

– А мы с Лехой тебе поможем. Правда, Леш?

Тот был не против. Все вместе они отправились в огород, где их ждали баба Надя и баба Шуша. Мальчишкам выдали тяпки, развели по грядкам, показали, чего не трогать ни в коем разе, и работа закипела. Бабушки же сели на скамейку и принялись обсуждать что-то свое. Сначала Ромка хотел побыстрее разделаться с принудиловкой, потом прислушался к разговору и уже не мог оторваться.

– Надь, помнишь, Рябиниха у нас в конце деревни жила? – начала Шуша.

Баба Надя тотчас же откликнулась:

– Как не помнить! Конечно! До чего ж страшная была! Сама рябая, словно на ней черти горох молотили, а глаза стеклянные. Смотрит на тебя, аж внутри все холодеет. Говорили, что ведьма. Мать, помню, наказывала и близко к ее дому не подходить.

Баб Шура достала из кармана очередную конфету, развернула фантик и засунула ее за щеку. Потом возразила:

– Это тебе мать велела. А мы по вечерам бегали, через забор подглядывали. Дурные! Ты-то мелкая была, тебя с собой не брали. Собралась нас как-то целая компания, шесть человек. Проверим, думаем, точно ли она ведьма. Пробрались к ейному дому, в кустах засели. Хотели посмотреть, как она животным оборачивается. Ждем, значит. Уже петухи замолчали, люди по домам сидят, а нам, дуракам, интересно. Гармонист наш все подшучивал: мол, надо ей крест на шею набросить, весело ему. И вот уж надоело, решили расходиться. А откуда ни возьмись – свинья черная, ни у кого такой в деревне не было. И как набросится на нас! Мы от страху врассыпную, визжим, парни благим матом орут. А один парень, Колька, даже в канаву упал, доставали его. Потом смотрим – нет свиньи, как сквозь землю провалилась. Ну, мы быстро по домам и разбежались. А Колька после помер через месяц, на ровном месте шею сломал, не мучился.

– Что-то не припоминаю. – Похоже было, что баба Надя не очень-то и поверила.

Шуша обиделась:

– Как было, так и рассказываю. Я чего вспомнила: Рябиниха недавно померла. Неделю отходила. Уж за сто лет ей было, в чем только душа держалась, а никак с белым светом расстаться не могла. Зинка наша к ней ходила, велела мужикам крышу разобрать. Только тогда и преставилась.

Ромка слушал и не верил своим ушам: надо же, какие удивительные дела творились в деревне. Он о таком и не слышал в своей Москве. Ромка обернулся и увидел, что приятели тоже позабыли про работу и внимательно слушают бабушек. Шуша заметила, что стала объектом пристального внимания мальчишек, и спросила:

– Что, не слышали такого?

– Баб Шура, – Ванькины уши даже зашевелились от волнения, – а это правда?

Шуша мотнула головой:

– А ты думаешь! Ведьма, малец, и кошкой обернуться может, и собакой. Проберется такая кошка в чей-то хлев и присосется к корове. Та корова потом молока давать не будет.

– А оборотень и ведьма – это одно и то же? Они ведь оба в животных превращаться могут, – поинтересовался Ромка.

– Разное. – Шуша почувствовала себя в центре внимания и разошлась: – Оборотни обычно в волка или медведя перекидываются, ну в рысь могут. Про оборотней у нас так говорят: видишь, в пне нож торчит, не трогай! Не тобой он туда воткнут, не тебе и доставать. А ведьма в домашних животных перекидывается. А еще порчу наслать может или удачу скрасть.

– Как это? – Ванька хлопнул глазами, а Ромка с Лешей даже рты пооткрывали.

– А вот так, крадник называется. Может или здоровье украсть, или счастье.

– И что тогда?

– Тогда надо бабку искать, которая защиту поставить может. Вы бы лучше бабу Зину об этом поспрашивали, – намекнула она.

Приятели повернулись к Леше. Тот недоуменно пожал плечами.

– Баб, а можно мы к бабе Зине сбегаем? – спросил Ромка. – На минуточку.

– Да что с вами делать? – махнула рукой баба Надя. – Одна сказочница сказки выдумывает, а трое ей верят.

– Кто выдумывает? – начала возмущаться Шуша, но ребят уже и след простыл.

Через пару минут, запыхавшиеся, они уже были в Лешином доме. Баба Зина хлопотала на кухне.

– Ба, – окликнул ее Леша, – а это правда?

– Что правда? – не поняла баба Зина.

– Про ведьм – правда? И про крадник удачи?

Мальчишки выжидающе смотрели на нее.

– И кто энто вам рассказал?

– Баба Шура. – Леша кивком указал на Ромку, чтобы не осталось сомнений, какая конкретно баба Шура.

– Та еще выдумщица. – Баба Зина неодобрительно поджала губы.

Но Леша не поверил:

– А помнишь, ты как-то надо мной шептала, когда у меня голова болела? А потом все прошло.

– Это я над тобой молитвы читала, – объяснила бабушка.

– И?

– И не «и», – строго ответила баба Зина. – Марш отседова, нечего штаны по домам протирать. Делом займитесь. А с Шуркой я опосля поговорю.

Несолоно хлебавши друзья вышли из дома.

– Пошли обратно, – предложил Ромка, – может, еще чего услышим.

Они вернулись в огород. Шуша все так же сидела на лавке, баба Надя ушла смотреть новости.

– Баба Шура, а Лехина бабушка говорит, что это все выдумки, – нажаловался Ромка.

– Как же, выдумки! – хмыкнула Шуша. – Прос-то говорить не хочет.

– А вам не страшно было? – спросил он.

– А чего страшного? Испокон веку в деревнях ведьмы да колдуны водились. Главное – не ссориться с ними. Да и другие правила соблюдать.

– Какие правила? – Мальчишки подсели на скамейку.

Шуша обрадовалась благодарным слушателям и начала рассказывать:

– Если в лес вошел, дереву поклонись, угощение для лешего оставь, дозволения спроси. Иначе в лесу закружит, да там и останешься.

– А если начнет кружить, то всё? – испугался Ванька.

– Тогда надо одежду наизнанку вывернуть, дорога и покажется. У нас как-то девчонка пошла корову днем подоить да пропала. Мать ее искала, все дома обегала, к речке тоже – нет девки. Тогда она к Рябинихе пошла. Та из дома в поле вышла, что-то пошептала, потом вернулась и говорит: «Иди домой, девка твоя сама придет». И точно, к вечеру вернулась. Сказала, что, когда обратно шла, ее старичок седой окликнул. Она остановилась, а он подошел, за руку ее взял, а дальше она ничего и не помнит. Если бы не Рябиниха, так и не сыскали бы ее.

– Обалдеть! – выдохнул Ромка.

– Да уж, не то что твоя Москва! – Шуша подбоченилась. – У нас здесь раньше и русалки водились. Бабка моя сказывала, мужики одну как-то поймали да в бочку посадили.

– Да? – выдохнул Ванька. – А какая она?

Он словно забыл, что совсем недавно плавал в море с русалками. Но одно дело – другой мир, сказочный, там словно все понарошку, а другое – этот, настоящий.

– А такая, девка как девка. Только с хвостом да водоросли зеленые заместо волос.

– Баб Шура, а еще чего интересного у вас было?

У той новых историй был целый воз.

– Да вроде ничего. А нет… Была в соседнем селе одна история. Повадился к Васькиной вдове, сказывали, змей летать – уж очень она по мужу убивалась. А как выяснили-то: начали замечать, что через какое-то время от похорон она веселая стала. Вроде недавно на бабе лица не было, а тут аж светится. Да вот еще: как ночь, так у нее свет в окошке-то и горит. Соседи и начали караулить и увидели, как ночью в трубу змей влетает.

– Какой змей? – не понял Ромка. – Горыныч?

– Сам ты Горыныч! – рассердилась Шуша. – Обыкновенный, как уж, только из пламени. Они в окно смотрят, а там раз – за столом Васька покойный сидит. Как будто и не умирал. Соседи в избу-то входят, Васька с ними здоровается как ни в чем не бывало. А дядька Михай, человек бывалый, он взял и того Ваську перекрестил. И вместо Васьки появилось страшило: морда кривая, а вместо ног – копыта! Тут черт в трубу и вылетел, а вдова в обморок хлопнулась.

– Баб Шура, какие копыта? – спросил Ромка.

– Обыкновенные, козлиные. Какие еще у черта копыта могут быть? Недолго потом вдовушка пожила, усохла от тоски.

Мальчишки молча переглянулись. До этого они знали, что подобное может быть только в сказках, а никак не в двадцать первом веке, когда и интернет повсюду, и мобильная связь, и прочие гаджеты. А Шуша рассказывает так, словно на самом деле все это было.

– Чего задумались? – проворчала она. – Грядки-то не полоты.

Шуша неспешно поднялась и ушла в избу, но друзьям было не до грядок. Они собрались в кружок и принялись обсуждать услышанное. Ванька считал, что все это чистая правда. Ромка сомневался, потому что баба Надя назвала сестру выдумщицей. А Леша сказал, что даже если колдовство раньше и было, то сейчас его точно нет. Потому что люди в эти выдумки не верят. Но все равно мальчишки решили, что будут наблюдать за особенно подозрительными животными и людьми. На всякий случай.

Незаметно пролетели три недели Ромкиного пребывания в деревне. Скоро ему предстояло вернуться в Москву. К своему удивлению, Ромка понял, что домой совсем не стремится. Здесь у него появились настоящие друзья. От одной мысли о расставании он впервые в жизни испытал смутную тоску. Хотелось навсегда сохранить в памяти теплое лето с парным молоком и купанием в реке, ловлю раков, прогулки на дяди-Димином коне и возню с тети-Таниными котятами, которые так смешно охотились на мошкару. Ромка почувствовал, что еще немного, и его разорвет от обуревавших чувств. Когда он встретился с ребятами, то нарочито небрежно поинтересовался:

– Лех, ты когда уезжаешь?

– Семнадцатого, за мной папа приедет.

– И мы семнадцатого, – вздохнул Ромка, – на поезде. Придется ночью выезжать.

– А я еще неделю здесь буду, – сообщил Ванька, – меня родители перед самой школой забирают. Говорят, нечего летом в нашем Череповце делать.

Ромка вздохнул снова:

– Неужели мы больше никогда не увидимся? Просто разъедемся, и все?

– Почему все? Я каждое лето здесь бываю.

– И я могу попросить, чтобы родители меня сюда отправили, – сказал Леша. – Они только рады будут. А баба Зина особенно. Скучно ей здесь одной.

– Договорились! – обрадовался Ромка. – Я своим тоже скажу, что в деревню поеду.

Он почувствовал, как непривычная тяжесть спадает с сердца. Теперь можно было не бояться, что они разъедутся и потеряют друг друга.

А между тем в сундуке осталось целых три предмета.

С утра зарядил дождь, подул ветер, похолодало. Мальчишки достали ветровки, джинсы с кроссовками – одним словом, утеплились. На улице делать было нечего, по домам сидеть не хотелось, друзья решили пойти в заброшенный дом. Там они забрались на чердак и задумались: что выбрать? В сундуке оставались санки, рапира и цветок. Рапира навевала мысли о сражениях, а мальчишкам хватило впечатлений, когда они сражались с нечистью в онлайн-игре, цветок напоминал что-то девчачье и неинтересное. Оставались санки.

– Ну что, прокатимся с горочки? – тоном заговорщика поинтересовался Ромка.

– А не замерзнем? – осторожничал Леша.

– Я за одеждой сбегаю. – Ванька быстро унесся к себе.

Через пятнадцать минут он притащил три разномастных джемпера, штопаные шерстяные нос-ки и шапку-ушанку. В пакете лежал термос с чаем и три соломинки, чтобы пить всем одновременно, несколько бутербродов, складной нож и спички.

– Шапка только одна, – пояснил Ванька. – Зато нож со спичками удалось утащить, пока бабушка свитера искала.

Друзья разобрали одежду, совершили уже привычный ритуал и через секунду оказались в раскаленной пустыне. Здесь беспощадно жарило солнце и белый песок слепил глаза. Зато, как насмешка над их ожиданиями, рядом с ними стояли большие санки с удобной спинкой, мягким сиденьем и подставкой для ног.

– Это что? – изумился Ромка. – Ребят, вы чего-то понимаете?

Мальчишки недоуменно смотрели по сторонам.

– Нет, – первым признался Леша. – Ведь если санки, то, значит, мы на севере должны были оказаться.

– Вот и я не пойму.

– Может, эти санки специальные, чтобы по пес-ку кататься? – выдвинул версию Ванька.

Он залез в них и подергал за веревку. Санки не сдвинулись ни на сантиметр.

– Ну мы и попали! Даже воду не взяли, только чай, – растерялся Ромка, – и очки б солнечные не помешали, да и крем от солнца. Чего делать будем?

– Есть такие племена, которые живут в пустынях, – припомнил Леша, – они как-то добывают воду.

– Я знаю! – взбудораженно заявил Ванька. – Я передачу смотрел про выживание в пустыне. Надо найти такой склон, который повыше остальных. И с той стороны бархана, где ветер песок сдул, выкопать ямку. А еще надо по растениям ориентироваться, они могут на воду указать.

– Что-то я никаких тут растений не вижу, – заметил Ромка. – Пойдем воду искать?

Мальчишки на всякий случай отвязали от саней веревку и поплелись по песку, отыскивая дюну повыше. Солнце припекало. Первым спохватился Ванька:

– Пацаны, надо бы рот и нос закрыть, а то пес-ком надышимся.

– А чем закрывать? – резонно поинтересовался Ромка. – У нас ватно-марлевых повязок с собой нет. Мне родители делали такую, когда торфяники вокруг Москвы горели.

– У нас футболки есть, – сообразил Леша, – можно ими лицо замотать.

– Пока так обойдемся. Жарко! – пожаловался Ромка.

– Раздеваться нельзя! – забеспокоился Ванька. – В передаче говорили, что так организм меньше жидкости теряет. И солнечный ожог не получим. Надо просто идти обычным шагом, не спешить.

– Ноги жжет, до чего песок горячий.

– Давайте теплые носки натянем, – предложил Ванька. – Они папины, их можно прямо на обувь натянуть.

– Жарко будет. Хотя что так, что так – все равно плохо.

Они добрели до высокого бархана и остановились.

– И чего делать надо? – спросил Ромка. Его лицо раскраснелось, на лбу образовались влажные дорожки.

– Яму копать, там вода должна быть.

– Черт, припекает. – Ромка попробовал дотронуться до песка и теперь тряс обожженной рукой. Тогда он стянул пониже рукав рубашки и попросил Лешу завязать его узлом. Получилась своеобразная защита кистей рук. Дело пошло.

– Пацаны, тут песок прохладнее, – через некоторое время сказал Ванька.

Они сели на корточки и начали старательно отбрасывать песок в сторону. Яма постепенно увеличивалась в размерах.

– Уже влажный песок пошел, – первым заметил Леша.

Приятели удвоили усилия, и потихоньку яма стала заполняться водой.

– А как же из нее пить? – нервно хихикнул Ванька. – Как кошечка языком, что ли?

– Ванька, ты же у нас гений! – спохватился вдруг Ромка. – Ты же трубочки взял, вот через них и будем пить.

Мальчишки достали из пакета соломинки и опус-тились на колени. Вода показалась удивительно вкусной – пить бы и пить. Но яма быстро опустела, а новая вода набиралась медленно. На всякий случай яму прикрыли шапкой-ушанкой, чтобы влага не испарялась.

– Нам бы колодец найти, – вздохнул Ванька, – по телевизору говорили, что в пустынях колодцы бывают.

– А как их найти, там не говорили? – поинтересовался Леша.

– Говорили, что надо идти по караванной тропе, она всегда мимо колодцев проходит.

– Как бы теперь такую тропу найти? – Ромка почесал в затылке.

– Может, забраться на возвышение и посмот-реть вокруг? – предложил Ванька.

– Сейчас заберемся. Только сначала перекусим.

Бутербродов Ванька взял шесть штук: три с сыром и три с копченой колбасой. Приятели решили экономить и ограничиться половинкой бутерброда, хотя есть хотелось сильно. Они смаковали каждый кусок, подолгу держа его во рту.

– Мне баба Зина кашу рисовую предлагала, а я отказался, – расстроился Леша.

– Я позавтракал, но все равно уже проголодался: у меня организм растущий, – заявил Ромка.

Мальчишки запили скудный обед набежавшей в яму водой.

– Чай в термосе на вечер оставим, – решил Ромка, – хотя бы согреемся немного, раз здесь ночью холодно.

– Надо бы костер на ночь развести, спички-то я взял. – Ванька потряс коробком. – Тут, в пустыне, должны быть растения. Саксаул какой-то… или, может, высохший навоз найдем.

– Может, пока в песок зароемся? – предложил Ромка. – Там прохладнее. А дальше пойдем, когда не так жарко будет: и тропу поищем, и саксаул этот.

– Точно! – согласился Ваня. – А то спечемся на солнышке.

Они обмотали головы футболками и зарылись в песок. Через некоторое время Леша сказал:

– Я так в детстве на пляже любил папу закапывать. Он уснет, а я его засыплю. Смешно было.

– Ты поменьше, Леха, говори, а то воду потеряешь, – предупредил Ванька, и все замолчали.

Немного погодя солнце стало спускаться к земле, песок остыл. Приятели вылезли из укрытий.

– Давайте бутерброды доедим и дальше пойдем. – Настроения у Ромки не было. Совсем не о таком приключении он мечтал.

Они перекусили на скорую руку, выпили воду – ее хватило всего на несколько глотков – и начали собираться.

– Лучше брюки в носки заправить, чтобы скорпион какой не заполз, – заметил Ванька.

– Ага: курточку в брючки, брючки в носочки! Красавчик! – хихикнул Ромка и подтянул штаны до подмышек.

На время обстановка разрядилась.

– Сейчас бы еще воды, чтобы футболки намочить, – размечтался Ванька.

– И душ принять… Пошли уж, пока совсем не стемнело.

Мальчишки вскарабкались на дюну и осмотрелись. Вокруг раскинулись бесплодные цепи барханов. Серо-бежевые возвышенности сменялись ложбинами, склоны дюн были исчерчены волнистыми линиями. Местами виднелись засохшие растения.

– Дрова, – скептически поджал губы Леша. Он труднее всех переносил тяготы путешествия.

– Дороги чего-то не видно, – забеспокоился Ванька.

– Пошли дальше, – скомандовал Ромка.

– А смысл? Все равно не знаем, куда шагать. – Леша не скрывал разочарования.

– Будем идти, чтобы ветер в спину дул, все легче. А стоять на месте – вот тут точно смысла нет.

Приятели решили двигаться по гребням барханов, так виднее была окружающая местность. Постепенно воздух стал охлаждаться, в пустыне проснулась жизнь. Невдалеке пробежала серая ящерка, из песка вылез черный жук и пополз по своим делам, высоко в небе парила какая-то птица.

– А еще в пустыне оазисы бывают, – мечтательным голосом произнес Ванька. – Вот бы нам повезло.

– Не трави душу, – пробурчал Леша.

– Я просто так. – Ваньке хотелось ободрить друга, но он не знал как. – Хочешь чая глотнуть?

– Я потерплю, – упрямился тот.

Некоторое время шли молча. Неожиданно по пустыне пронесся протяжный стон. Он начался где-то далеко, приблизился к мальчишкам и унесся прочь.

– Что это? – испугался Леша, он с подозрением осмотрелся.

– Непонятно. – Ромке и Ваньке тоже было не по себе.

Они решили быть начеку. Вскоре приятели услышали нарастающий гул: словно кто-то теребил гитарную струну и одновременно стучал по барабану. Они остановились, шум стих.

– Что за ерунда? – насторожился Ромка.

Никаких версий не было. Мальчишки продолжили путь, и вновь задребезжала гитара, вернулся рокот барабана.

– Ребята, я догадался! Это поющие пески. Мы идем, вот они и гудят. – Ванька был счастлив.

Ромка с Лешей смущенно переглянулись: надо же, испугались сами себя. Мальчишки начали бегать по песку, извлекая из него разные звуки, – так здорово! И как-то оказались на едва заметной дороге.

– Это же караванный путь, – обрадовался Леша.

У них зародилась надежда. И настолько эта надежда была сильна, что мальчишки посмотрели вокруг совсем другими глазами. В свете угасающего дня пустыня окрасилась в различные оттенки красного, желтого, палевого. Невдалеке проползла шустрая змея, пробежал зверек с длинным хвостом, похожий на зайца, за ним прошмыгнула ушастая лиса на высоких ногах.

– Красиво здесь, – признал Леша.

– Угу, колодец бы еще найти.

– Найдем, я верю. – Ванькино лицо светилось от счастья. Ведь это он был проводником по бесплодным землям, он помогал друзьям как равный.

Путешественники пошли дальше. Через некоторое время пески смолкли, улегся и ветер, воздух словно замер. Исчезла редкая живность, мир погрузился в тишину.

– Странно как-то, – сказал Ромка. – Ты, Ванек, ничего не помнишь по этому поводу?

Тот пожал плечами и задумался, что-то вспоминая.

– Пустыни… Днем в пустыне стоит страшная жара, ночью холодно, осадки редкие, воды мало, надо опасаться зыбучих песков. Встанешь на них, и засосет, как в болоте. Или это не в пустыне зыбучие пески? А еще бывают песчаные бури, и тогда все замирает. Ребята, надо срочно укрытие искать!

– Нас теперь песком засыплет? – испугался Леша.

– Не засыплет! – успокоил его Ванька. – Прос-то надо глаза и нос закрыть. Нам бы какой-нибудь камень побольше найти, чтобы за ним от ветра спрятаться. Побежали!

Они уже не беспокоились о сохранении дыхания, а искали спасение. И нашли! Невдалеке виднелась каменная глыба.

– Сюда! – закричал Ромка, и они помчались со всех ног, потому что их настигала мрачная серая туча, воздух наполнился жужжанием миллионов рассерженных пчел. Надвигалась буря.

Мальчишки надели свитера, лица замотали футболками, сели рядом и стали ждать. Словно мелкий град застучал по ним, стараясь уколоть побольнее. Воздух угрожающе загудел, расплавился, превратившись в пыль. Стало нечем дышать, песок старался забить нос, залепить глаза. Казалось, стихийное бедствие не кончится никогда. Заметно похолодало, зубы начали выбивать дробь, и мальчишки еще теснее прижались друг к другу. «Я не один», – лишь это чувство дало каждому возможность пережить напасть. Постепенно буря улеглась. Мальчишки протерли покрасневшие глаза и встали, стараясь размяться.

– Пить хочется. – Леша облизал пересохшие губы. На его нижней губе появилась болезненная трещина.

Ванька достал термос, и они сделали по нескольку глотков.

Над пустыней поднимался рассвет.

– Давайте травы насобираем, хоть костер разведем, а то я замерз – сил нет, – предложил Леша.

Они начали собирать какие-то сухие пучки, стараясь держаться поближе к укрытию.

Леша поднял голову, чтобы размять затекшую шею, и остолбенел: вдали виднелась пальмовая роща и блестело зеркало большого озера.

– Ребята, оазис! – осипшим от волнения голосом объявил он.

– Не может быть! – ахнул Ванька.

– Хотя это может быть и мираж! – Леша задумался.

– Мираж? – переспросил нормальный московский человек.

– Такой обман зрения, нам на природоведении рассказывали, – объяснил Леша. – Когда видишь то, что на самом деле очень далеко от тебя находится. Надо костер развести, и если картинка не исчезнет, значит, это точно оазис.

Полчаса спустя костер весело трещал, взметая к небу золотые искры. Приятели подносили к нему руки, вытягивали ноги, стараясь согреться, а сами всматривались вдаль: не исчезнет ли озеро с пальмами? Оазис оставался на месте.

– Пошли потихоньку? – спросил Ромка.

В пакете к тому времени оставалось три половинки бутербродов и немного чая в термосе. А еще друзей не покидала надежда, что впереди они найдут свежую воду и фрукты. Ванька все уши прожужжал о финиковых пальмах, которые совершенно точно растут в таких местах. Им пришлось остановиться на дневной привал, искать воду и прятаться от жары, как в прошлый раз. Последние километры пути дались особенно тяжело: дышать стало тяжело, кружилась голова, перед глазами летали черные мошки. Живот сводило от голода, а за стакан воды, казалось, можно было отважиться на подвиг. Труднее всего было Леше. Он мешком упал на землю и прохрипел:

– Идите одни.

– Мы все вместе пойдем. – Ромка не на шутку разозлился. – Даже не мечтай, Лешечка, что мы тебя тут одного отдыхать оставим.

– Не могу больше.

– Сможешь, мы тебе поможем. Да, Ром? – вмешался Ванька.

– Я правда не могу.

– Тогда и мы тут останемся. – Ромка тоже уселся на песок.

– Ребят, вы идите, – просил Леша. – Я потом как-нибудь.

– Тогда и мы потом.

Леша зарыдал от собственного бессилия. Он вздрагивал всем телом и издавал странные горловые звуки, слез не было.

– Лех, ты поплачь, и пойдем. Ведь совсем немного осталось, – шепотом попросил Ванька и взял друга за руку.

Они посидели так некоторое время и пошли дальше. Лешины вещи понес Ромка.

К тому времени, как мальчишки добрались до оази-са, они изрядно устали, просолились потом, впитали в себя пыль и солнце. Кожа обветрилась, а руки стали шершавыми, но все это казалось ерундой. Прямо перед ними плескалась настоящая вода. Не сговарива-ясь, они бросились к ней, пили ее, поливали на голову, смывали с себя грязь и дорожную маету. Потом Ванька залез на пальму, предварительно привязав к поясу найденную палку, и сбил несколько связок фиников. Путешественники устроили настоящий пир. Голодные спазмы в желудках смолкли. На короткое время мальчишки получили передышку. Они легли в тень под деревья и бездумно смотрели ввысь.

– Надо бы веток для костра насобирать, – заметил Ванька.

– Пошли поищем. – Ромка неохотно поднялся. – Леха, отдыхай, мы вдвоем справимся.

Они нашли несколько сухих веток, сложили в одну кучу и стали дожидаться вечера. Вскоре начало стремительно темнеть, друзья развели огонь, надели на себя теплые свитера и молча смотрели на танцующее пламя.

– Даже не верится, что вокруг пустыня, а мы здесь одни на тысячи километров, – нарушил тишину Леша.

– Что дальше делать будем? – спросил Ванька.

– Не знаю, – признался Ромка. – Ни подсказок, ни заданий, ничего. Наверное, будем караван ждать.

– А чего есть будем? – забеспокоился Леша. – Финики? Пока они все не закончатся, а у нас кишки от сладости не слипнутся?

– Будем охотиться, – насупился Ромка. – К озеру наверняка животные пить приходят и птицы прилетают. Устроим засаду.

– А ты сможешь убить?

Ромка долго молчал, потом, почти не разжимая губ, ответил:

– Смогу. И ты, Леш, сможешь.

– Ты так говоришь, как будто это легко! Сам же тогда рыбу отпустил. Подумай – убить!

– Ребят, вы что? – попытался успокоить друзей Ванька.

– Не лезь! – оборвал его Ромка. – Знаю, что трудно, Леха, но мы жить будем, даже если придется охотиться на животных. Ты мясо ешь? Ешь! А откуда оно, по-твоему, взялось? Из коровы, из свиньи, курицы. Так что не хнычь, Лешенька, прорвемся.

Леша ничего не ответил, лишь со всей силы ударил кулаком по земле.

Ночевали рядом с костром на пальмовых листь-ях, насыпанных горкой, чтобы было не так жестко. Ванька, правда, предлагал сплести гамаки и спать на деревьях – для надежности, но все выдохлись.

– Нет в пустыне хищников, – категорически заявил Ромка, и скоро весь лагерь дрых непробудным сном.

Утром их разбудил галдеж слетевшихся к воде птиц, те шумно прыгали по берегу, отталкивая друг друга. Само озеро примостилось у подножия огромного бархана. Мальчишки отметили, что им повезло: если бы они шли с другой стороны, то могли оазис просто не заметить за высокой дюной. При свете солнца пески покрылись позолотой, словно земля впитала в себя солнечные лучи. И такое все вокруг было яркое и сверкающее, что у приятелей поднялось настроение. Позавтракав финиками, решили обследовать оазис, на что вчера не хватило сил. Разбрелись в разные стороны.

Пробираясь сквозь заросли молодых пальм, Леша обнаружил какое-то каменное сооружение.

– Ребята, я колодец нашел!

Остальные тут же примчались.

– Молодец, Леха, – обрадовался Ромка, – пригодится.

– Да ну, – скривился Ванька, – у нас озеро есть.

– А может, здесь какая-то особенная вода? – предположил Ромка. – Как бы ее попробовать?

Он нагнулся и прокричал: «О-го-го-го!» Снизу откликнулось эхо.

– Надо к ручке термоса веревку привязать и вниз опустить. Я сбегаю! – Леша унесся в лагерь.

Вскоре термос с водой пошел по кругу. Вода на вкус была необычной: холодная, слегка соленая и щиплющая нос.

– Минералка, – блаженно закатил глаза Ванька.

– Кто еще хочет? – Ромка потряс пустым сосудом.

– Я! – сказали все хором.

Ромка вновь опустил термос вниз, дождался, пока тот наполнится водой, и стал доставать, но что-то мешало. Ромка дернул посильнее и вытащил из колодца старый кувшин, который носиком зацепился за ручку термоса.

– Пацаны, что это?

– Не знаю, дай посмотреть. – Друзья склонились над находкой.

Кувшин позеленел от времени и покрылся тиной. Ромка подобрал с земли какой-то лист и протер им сосуд. Из него, как в восточных сказках, вырвался дым и обернулся мальчишкой примерно их лет. Пацаненок был смуглый, с черными волосами длиной до лопаток и тощий. Из одежды на нем имелась только набедренная повязка.

– Ничего себе! – выдохнул Ромка. – Ты кто?

Мальчишка поковырял землю пальцем ноги и представился:

– Джинн. Можете три желания загадать.

– Самый настоящий джинн?! – Ваньку эта новость тоже взбудоражила. – Я думал, такие только в сказках бывают.

А Леша просто засветился от счастья:

– Ребят, можно же домой вернуться!

– Так, домой мы можем и в третьем желании загадать, – рассудил Ромка. – Чего сначала пожелаем?

– Ребята, подождите, – подал голос Леша. Он внимательно разглядывал джинна. – Ты, наверное, есть хочешь?

Тот смутился.

– Конечно, хочет, по нему видно, – поддержал друга Ромка. – Вот мое первое желание: устроить здесь пир, чтобы и мороженое, и пирожные, и мясо, и картошка фри, и пицца, в общем – все.

Как по волшебству, перед ними расстелилась скатерть, а на ней чего только не было. Когда мальчишки наелись, а у джинна вырос живот, похожий на небольшой арбуз, они задумались о втором желании. Но снова вмешался Леша:

– Ребят, вы же слышали, что он для себя ничего загадать не может. Давайте вторым желанием возвращение домой загадаем, а третье ему отдадим.

Хотя и жалко было расставаться с мечтой о богатствах, но Лешино мнение сочли справедливым. Поэтому Ромка объявил:

– Второе желание у нас такое: мы хотим домой. А третье загадай для себя.

Джинн обрадовался:

– Я хочу учиться, а не сидеть в этом кувшине.

– Тогда исполняй! – сказал Ромка.

И через мгновение трое приятелей уже неслись на больших санках по ледяной горке. Дорога делала резкие повороты, ныряла отвесно вниз, взлетала на крутые пригорки и заворачивалась в тугую спираль. В самом конце мальчишки увидели огромный сугроб, куда и влетели на полном ходу. И в тот же миг вернулись в «дом с привидениями».

– Да-а, – подал голос Ромка, стряхивая снег с головы, – вот это приключение так приключение!

Остальные были с ним согласны.

– Жаль только, что забыли спросить джинна, как его зовут, – расстроился Леша. – Как-то невежливо получилось.

– Да нам не до того было. Как обрадовались, что домой можем вернуться, так обо всем и забыли, – попытался оправдаться Ванька.

Они спустились с чердака и отправились на берег Регини, чтобы обсудить свое необычное путешествие.

Потом-то мальчишки пожалели, что не попросили у джинна здоровья для родных и мира во всем мире, но, как ни крути, выбор был невелик: всего три желания, и все три загаданы правильно.

Они посокрушались по этому поводу, но недолго: ведь в сундуке осталось еще два предмета, а время отъезда Леши и Ромки неотвратимо приближалось. Хотя путешествия с каждым разом становились все сложнее и опаснее, но отказаться от них не было возможности. Как ни противились приятели, их словно магнитом тянуло на чердак заброшенного дома.

Обсуждая, что выбрать в следующий раз, Леша целый вечер распинался про трех мушкетеров, подвиги и дружбу, а также вечную борьбу с гвардейцами кардинала. И потому они заранее решили выбрать шпагу.

Приятели привычно поднялись на чердак заброшенного дома, достали шпагу из сундука и, крепко взявшись за руки, перенеслись в другой мир. Они очутились на узкой улице. Дома цвета асфальта тесно прижимались друг к другу, маленькие окна походили на крепостные бойницы, вместо стекол была вставлена слюда. Людей на улице не оказалось, но мальчишкам мерещилось, что за ними наблюдают: за окнами мелькали неясные тени.

Одежда на них сменилась: они были одеты в кожаные штаны, ботфорты, темно-серые рубашки и жилеты. За спиной у каждого висел заплечный мешок. Игрушечная шпага исчезла, вместо нее у каждого была теперь настоящая – узкая, украшенная замысловатым узором.

– Круто! – присвистнул Ванька.

– Точно как мушкетеры, – довольным голосом заявил Леша. Он весь подбоченился и вытянулся, как на военном смотре.

Они вышли на городскую площадь. Здесь небольшими группами прогуливались мальчишки в таких же, как у них, одеяниях.

– Смотри, – Ванька толкнул Лешу, – тоже мушкетеры, наверное.

– Пойдем к ним? – Леша нерешительно взглянул на Ромку, тот кивнул.

Их появлению обрадовались. Обступили, хлопали по плечам, рассматривали оружие.

– Вам надо к старшему, – сказал кто-то, – я вас отведу.

Вызвавшийся был мальчишкой лет девяти. Тонкий, вертлявый, постоянно улыбающийся, он вел себя несколько заносчиво.

– Я оруженосец нашего старшего, – объяснил он через некоторое время причину своей гордости.

– И как к тебе обращаться? – ухмыльнулся Ромка. – Господин оруженосец вашего старшего?

Мальчишка смутился:

– Меня зовут Арс вообще-то, без господина. У нас не принято так обращаться. А к старшему надо обращаться просто – мастер оружия.

– Он у вас оружие мастерит? Оружейник? – полюбопытствовал Леша.

– Нет, он у нас лучше всех владеет оружием. Сейчас сами узнаете.

Арс проводил их в каменный дом с химерами на фасаде. От этого здания веяло чем-то настолько зловещим, что невольно приятели перешли на шепот. Они миновали посты мушкетеров и приблизились к просторному залу, где проходило совещание. Некоторое время им пришлось ждать. Затем Арс позвал их и представил главному:

– Мастер оружия, у нас пополнение – пришли еще новички.

Мастером оказался парень лет семнадцати, у него только начали пробиваться усы. Мальчишки критически осмотрели его: среднего роста, поджарый, со светлым ежиком густых жестких волос. Казалось, что еще вчера он сам был обычным пацаном, а никак не мастером оружия.

– Марис, – представился парень.

Друзья назвали свои имена.

– Вы мушкетеры? Самые настоящие? А как этот город называется? А где король? – Из Ваньки вопросы выстреливали, как горошины из созревшего стручка.

Арс с Марисом удивленно переглянулись.

– Разве вы не знаете? А вы откуда?

Пришлось все рассказать: и о летнем отдыхе, и о странном сундуке, и о путешествиях. Их слушали внимательно, потом мастер оружия вздохнул:

– Счастливые вы. И родители у вас живы, и у самих детство беззаботное. Когда-то и в нашей стране было так же…

– А что случилось? – осторожно спросил Леша.

– Мы не мушкетеры, – начал Марис. – Не знаю, кто они такие, но надеюсь, что достойные люди. Наш город когда-то был самым замечательным: у нас были родители, бабушки и дедушки, мы были такими же, как и вы, – обычными детьми. Но однажды на центральной площади появилось зеркало.

Мастер оружия указал на закрытый покрывалом предмет в углу зала.

– Зеркало зла, – продолжил он. – В нем мы увидели мир демонов. Это были ужасные существа с зеленой кожей, покрытой грубыми наростами, с желтыми глазами и острыми зубами. Живот скручивало от страха при одном взгляде на них. Зеркало объявило, что является порталом в другой мир и если мы не хотим войны с существами, его населяющими, то должны отдать всех стариков. Старики перенесутся в зеркальный мир и станут жить там. Наши родители были против, ведь кто согласится отдать своих родных? Но старые люди не хотели войны, они тоже любили нас и добровольно ушли в мир зеркала.

– А в том мире хотя бы можно жить? – Рассказ мастера потряс Ромку.

– Никто не знает. – Марис вздохнул. – Зато существует легенда о заблудившихся в зеркалах. Что они бесконечно бродят по зеркальным лабиринтам, пытаясь отыскать дорогу домой, но видят лишь свое отражение. Затем пришла очередь наших родителей. Мы просили не бросать нас. Но они тоже любили нас и хотели спасти от войны с демонами. Затем ушла молодежь от восемнадцати лет. Месяц назад зеркало объявило, что пришел черед подростков. И мы решили, что будем сражаться. Пусть некоторые из нас еще дети, но лучше умереть как герои, чем исчезнуть бесследно. Ведь потом придется уходить в зеркальный мир и малышам.

Ромка обратил внимание, что мастер оружия пытается разговаривать как взрослый.

– Разбить его вы не пытались? – поинтересовался Леша.

Мастер оружия бросил взгляд на зеркало.

– Мы швыряли его в огонь, скидывали со стены, кидались в него камнями, но все напрасно.

– Как же вы будете сражаться с демонами? – Ванькины глаза разгорелись, а рука крепко стиснула эфес оружия.

Марис вытащил из ножен свою шпагу и со свис-том рассек воздух.

– Мы умеем драться. Наш народ всегда умел постоять за себя, а мальчиков обучали владеть оружием с четырех лет. Раньше я бы никогда не стал мастером в свои семнадцать, но теперь, став самым взрослым здесь, я должен взять на себя ответственность. А вы умеете пользоваться оружием?

– Нет, – признался Леша. – У нас есть шпаги, но мы до этого только понарошку с друзьями сражались. На игрушечных мечах.

– Можете взять несколько уроков. Арс проводит вас, – распорядился Марис. – Но дети до четырнадцати лет в сражении участвовать не будут, мы приняли такое решение. Хотя кто знает, как повернется бой. Но если решите остаться в стороне, никто вас не осудит – это не ваша война.

– Мы не останемся, – насупился Ромка, – что мы, трусы какие?

Приятели поддержали его.

Они вышли из дома с химерами и отправились с оруженосцем по городу. Город поражал неухоженностью. Теперь, после рассказа Мариса, заметно было, что здания обветшали: осыпались фасады, в стенах появились трещины. Большая часть мостовой была разобрана.

– Девчонки сказали, что будут камнями из катапульты стрелять, – пояснил Арс.

– Девочкам воевать нельзя, – воспротивился Ванька.

– Мальчикам тоже воевать нельзя, – вздохнул Леша, – но приходится. И вообще лучше никогда не воевать.

Ромка обратил внимание, что Леша как-то резко повзрослел, на его лице появилась озабоченность, не вяжущаяся с возрастом.

«Интересно, а как я выгляжу со стороны?» – задумался он.

– Я тоже буду участвовать, – прервал его размышления Арс. – Я очень хорошо на саблях дерусь.

– Тебе не разрешат, сам же слышал, что старший сказал. Да и если противник сильнее и взрослее, то это без толку, – заметил Леша, – он просто выбьет саблю из руки.

Оруженосец насупился, а потом выхватил оружие, прочертил в воздухе быструю восьмерку и крутанулся на каблуках:

– Все равно буду, все будем. Мы так решили и старших спрашивать не собираемся.

– А что будет с малышами, если вы погибнете?

– А что с ними будет, если мы уйдем в зеркальный мир? Нам приходится самим кормить животных, выращивать овощи и фрукты, заботиться о малышах. У нас даже четырехлетки уже помогают по хозяйству.

– Может, там жить и ничего? – робко предположил Ванька.

Арс ответил:

– Зеркало страшное. Даже Марис не может рядом с ним долго находиться. Думаешь, там хорошо?

– А зачем же мастер его у себя держит? – полюбопытствовал Леша.

– Чтобы знать, что затевают демоны. А они готовятся к войне.

Оруженосец немного помолчал, потом предложил:

– Пошли посмотрим, как девчонки госпиталь обустраивают.

В одном из зданий разместили больницу. Часть комнат была переделана под палаты: в них стояли кровати. Несколько девчонок разных возрастов наводили порядок: мыли полы, протирали пыль, заправляли белье. После оруженосец отвел друзей к учителю фехтования, совсем молодому пареньку – у него даже усы не росли.

– Надо же, еще совсем пацан, а уже учитель, – хмыкнул Ромка, – ему же лет четырнадцать, не больше.

– А что нам остается делать? – обиделся Арс. – Мы не хотели этого, но пришлось. Думаешь, легко жить без взрослых?

– Извини, – Ромке трудно было признать свою неправоту, – я что-то не то брякнул.

Воинов из приятелей не вышло. При первом же сильном ударе шпага вылетала из рук.

– Кисти рук слабые, реакция замедленная, – нахмурился учитель. – У нас даже девчонки лучше дерутся.

– Ну и что! Если бы нас с детства учили, мы бы тоже умели, – заметил уязвленный Леша.

– Будете каждый день ко мне приходить заниматься, а пока вас Арс к катапультам отведет, – решил учитель. – Стрелять из них вы не будете, но камни подносить сможете. Все ж таки пацаны крепкие, справитесь.

Мальчишки воспрянули духом. Конечно, подносить камни совсем не то, что участвовать в настоящей схватке, но зато они не останутся в стороне. Оруженосец отвел их к метательному орудию, оно вместе с другими располагалось на городской стене. По внешнему виду катапульта напоминала увеличенный арбалет на длинном деревянном основании; благодаря колесам ее легко можно было передвинуть на более удобную позицию. Командовала катапультой рыжеволосая, конопатая девчонка лет тринадцати. Она была выше Лехи на полголовы и гораздо шире в плечах. Девчонка окинула ребят снисходительным взглядом и скептически поджала губы:

– Что, Арс, свежее пополнение пришло? Вроде ничего бойцы, от ветра не падают. Главное, чтобы заряды вовремя подносили и не хныкали, если ушибутся.

– Не боись, не захнычем, – заверил ее Ромка.

Та откинула прядь с лица и усмехнулась:

– Боевой какой! Как зовут?

Друзья представились. Рыжую командиршу звали Зера. Арс объяснил ей, что мальчишки попали к ним из другого мира, поэтому никаким оружием не владеют.

– Тогда ладно. А то я решила, что ко мне каких-то малахольных прислали.

– А ты сама сильная, что ли? – не выдержал подтруниваний Ванька.

– Я дочь кузнеца, с детства отцу на кузне помога-ла. Меня с собой не равняй, я и взрослому мужику нос утру, – коротко объяснила Зера. – Можете с час погулять, потом возвращайтесь, будем припасы готовить.

– Арс, а можно мы в то зеркало посмотрим? А то мы никогда живых демонов не видели, – попросил Леша.

– А чего на них смотреть? Скоро и так насмот-ришься, – буркнул Арс, но все же отвел их в зал заседаний.

Мастер оружия не возражал:

– Глядите. Может, что нужное высмотрите.

Зеркало зла было в человеческий рост: строгая, без украшений, рама обрамляла помутневшее от времени стекло. В нем отражалась глубокая ночь, освещаемая лишь факелами. Приятели увидели невысокий помост, на нем – зловещего вида существа. Один их вид внушал ужас. В лапах демоны держали боевые топоры – мальчишки сражались подобными в виртуальной игре.

– Какие-то они не такие, – задумался Леша.

– Да они вообще не такие, страшные до безобразия, – поддержал его Ромка.

– Нет, это-то как раз понятно, мне другое неясно. Надо подумать.

Но ни до чего в ближайшие дни Леша не додумался. Все это время они ходили на занятия по фехтованию, помогали таскать булыжники на стену, один день дежурили по кухне, в общем, дел было так много, что вечером они просто падали от усталости.

Прошло несколько дней. Мальчишки спали в казарме вместе с другими, когда их разбудил сигнал тревоги.

– По местам, боевая готовность! – объявил дежурный.

Они быстро оделись и помчались на стену. Зера уже заняла свое место рядом с катапультой и напряженно вглядывалась вдаль. Из ниоткуда под стеной стали возникать демоны. Они строились в ряды, крепко сжимая оружие в чешуйчатых лапах. У городских ворот собрались защитники. В первых рядах стояли ровесники Мариса и несколько девчонок покрепче, сзади – мальчишки помладше. Оба войска готовились выступить друг против друга. Но сперва свое веское слово должны были сказать катапульты. Мастер оружия собрался отдать приказ «Огонь!», как сгустившуюся тишину разрезал чей-то вопль.

– Подождите! Подождите же! – кричал Леша.

– Елки зеленые, – ругнулась Зера, – он-то куда лезет?! Сейчас бы этих уродов из катапульты покрошили.

Леша слетел со стены и подбежал к Марису:

– Посмотрите: там же тоже дети. Они и рос-том не выше нас и строятся так же: впереди демоны покрупнее, сзади – помельче. А один, я видел, плакал.

Марис внимательно выслушал его и спросил:

– Что ты предлагаешь?

– Выслать к ним переговорщика с белым флагом. Так всегда делают.

– Хорошо, ты пойдешь к ним?

Леше, конечно, было страшно, но он понимал, что это единственный шанс остановить кровопролитие. Он взял белую простыню и вышел за ворота. Демоны ждали с видимым напряжением. Потом от них отделился главный и отправился навстречу.

– Вы меня понимаете? – звонким от волнения голосом спросил Леша.

– Да, страхолюдь, понимаю, – отозвался демон. Его голос скрежетал, словно консервная банка, которую трут о камень.

– Почему вы хотите напасть на нас?

– Потому что нам надоело все время бояться, что это сделаете вы: придете и уничтожите нас и наших младших. Мы и так отдали зеркалу своих взрослых, мы больше не хотим жить в страхе.

– Подождите, но зеркало сказало, что это вы убьете нас, если мы не отдадим ему своих взрослых, – возразил Леша, – а потом и подростков.

– Значит, нас всех обманули! – закричал демон. Его вопль поддержали собратья, они в гневе застучали рукоятками топоров о землю.

Леша на ватных ногах вернулся в город и все рассказал его жителям. Послышались возмущенные крики, все негодовали, что зеркало обмануло их. И страшно представить, что бы случилось, если бы не Леша: они бы поубивали друг друга. Все побросали оружие и вышли из города, демоны и люди старались выговориться, поделиться своими проб-лемами. В этот момент раздался резкий звон: это лопнуло зеркало зла. Видимо, оно не выдержало, когда вместо смерти и боли увидело сострадание друг к другу. В то же мгновение демоны перенеслись в свой мир, а ушедшие до этого в зеркальный мир вернулись к своим детям. Оказывается, зеркало приготовило особенную пытку для взрослых: они видели, как их дети готовятся к войне, знали, что портал готовит ловушку для всех, и ничего не могли поделать. Зеркало питалось их страхами и горем.

Леша стал народным героем. Наверное, каждый житель подошел к нему и сказал спасибо. Ванька и Ромка, как его сподвижники, удостоились не меньшей чести. Весь день они купались в обожании и были желанными гостями в каждом доме. Наконец они решили, что пора возвращаться обратно. Мальчишки взялись за руки и перенеслись домой.

На чердаке старого дома они обсудили, как легко поддаться панике. И как хорошо, когда находятся люди, желающие разобраться в ситуации.

Наступил четверг. В пятницу днем за Лешей приезжал отец, и в субботу они уезжали в свой торжест-венный Петербург. Ромка отправлялся в Москву ранним субботним утром. Баба Надя попросила дядю Диму, чтобы он отвез их на вокзал. Насчет котят мальчишки договорились с тетей Таней, что заберут их в день отъезда. Баба Надя, правда, была не в курсе, что с ними поедет еще одно живое существо, но Ромка даже не сомневался: бабушка, конечно, поохает и поахает, но примирится. А там и родителям деваться будет некуда.

А пока мальчишки вновь отправились к «дому с привидениями». В ящике остался засохший цветок – гербарий, как его называл Леша. Ромка достал цветок и посмотрел на свет:

– Пацаны, это ж ромашка!

– О-о, твой цветок, Ромка, – заметил Ванька. Он закатил глаза, сложил умильно руки и добавил: – Ромашка для Ромашки.

– Да ну тебя! – отмахнулся от него нормальный московский человек. Потом внимательно оглядел приятелей и спросил: – Ну что, поехали?

В тот же миг их руки сомкнулись. Цветок вылетел из Ромкиной ладони, поднялся в воздух и пропал. Исчез и сундук, растаяв в белесой дымке, ушел из-под ног пол, и мальчишки оказались на улице в своей же деревне. Старый дом стал меркнуть, как засбоившее кино. Вскоре на его месте остался лишь яблоневый сад.

– Пацаны, я не понял. Это всё? – Ромка растерянно обернулся. – Мы тут остались?

– Похоже, что да.

– Ой, ребята, соловьи поют. – Ванькины глаза округлились от удивления.

– Ну поют и поют… – Ромка не разделял Ванькиных восторгов.

– Так они же только весной и в начале лета поют. Вы послушайте!

Друзья прислушались: сначала раздался пронзительный посвист, затем он сменился на короткий треск, который перешел в виртуозную руладу.

– Ничего так, – заметил Ромка, – красиво.

После началась нежная песнь флейты, она вступила несмело, словно боясь соперничать с прекрасным пением соловья, потом набрала силу и зазвучала во всей своей красе.

– Иволга, – прошептал Ванька, – вот бы увидеть.

Словно по приказу, на дерево села небольшая птичка с ярко-желтой грудкой и черными крыльями.

– Она, ребята, смотрите!

Затем к ней подсела скромная птичка в буровато-коричневом оперении.

– А вот это соловей, – просвещал приятелей Ванька. – Глазам не верю!

Птиц все прибывало. Вскоре раздался чистый свист дрозда, затем добавилось высокое колено полевого жаворонка, сменившееся на задорную песню щегла, издали донеслось кукование кукушки.

– Сколько же у нас птиц! – Ромка был потрясен.

– Не, я, конечно, читал… – Леша так и не смог договорить, настолько его поглотила звучащая мелодия.

Деревня преобразилась, словно мальчишки увидели ее свежим взглядом. Дома сияли умытыми окнами, их стены будто только что покрасили яркой краской. Деревья шелестели изумрудной листвой. Рядом с созревающими яблоками и грушами распускались нежные белые и розовые цветки. Повторно зацвели вишни и сливы, черемуха и сирень, благоухал земляничным ароматом чубушник.

– Ничего не понимаю. – Ванька вертел головой. – Весна, что ли, наступила? Может, к реке сбегаем? Что там, посмотрим?

Они побежали. И оторопели: на лугу возле Регини гуляли все жители деревни. Неспешно прохаживал-ся пастух, одетый в новый, с иголочки, костюм, тут же паслись коровы, тихо позвякивая колокольчиками. Неподалеку щипал траву Малыш, изредка взмахивая густой гривой, чтобы прогнать надоедливую мошкару. На поляне был накрыт стол, на нем дымился важный самовар, лежали пироги с различными начинками, стояли банки с вкуснющим вареньем и липовым медом. К столу постоянно кто-то подходил и наливал себе чай, пахнущий земляничным, смородиновым и малиновым листом. Тут же с веселым криком носилась Светка.

– Где же вы бегаете? – Ромку окликнула бабушка. Он обернулся и обомлел.

Седые волосы бабы Нади стали такими, какими были в молодости, – темно-русыми, лицо разгладилось, а глаза сделались более яркими, будто их промыли от пыли.

– А что вы все тут делаете? – поинтересовался Ромка.

– Гуляем, птиц слушаем, природой любуемся. Посмотри, Ромик, как красиво здесь.

Среди спелого овса синели васильки с зубчатыми лепестками, стройными рядками поднимались колокольчики, как солдаты на параде, пышными облачками парили золотые шапки одуванчиков. Каждый цветок, каждая травинка смотрелась так, словно кто-то поднес к ним гигантскую лупу. Воздух настолько пропитался ароматом цветущих растений, что казалось – бери ложку и ешь его. Друзья налили себе чай, взяли по пирогу и уселись в густую траву.

– Обалдеть! – произнес Ванька. – Вот это приключение! Я даже не знал, что у нас так хорошо.

– Да, – согласились с ним друзья.

Некоторое время они молча уминали пироги.

– Вам понравилось? – за спинами мальчишек раздался звонкий голос.

Ромка обернулся и почувствовал, что сердце камнем упало вниз. Перед ним стояла девчонка примерно его лет, загорелая, с длинными распущенными волосами цвета льна и яркими васильковыми глазами. На ней был голубой сарафан, а в руках она держала ромашку, ту самую.

– А ты кто? – поинтересовался Ванька, который при виде симпатичной девочки сразу же начал усиленно улыбаться. Ромка же и губ разлепить не мог, язык будто присох к нёбу.

– Я берегиня, живу здесь. – Девчонка указала в сторону реки.

– А кто это, берегиня? – Ванька не сводил с нее глаз.

– Хранительница границ, – пояснила она. – Я хранительница этой деревни. Берегу ее, защищаю.

– Так это твой цветок, получается? – вступил в разговор Леша.

Ромка же все никак не мог избавиться от немоты.

– Да, мой.

– Баба Зина рассказывала, что в том доме жила старушка со своей внучкой. Это, значит, ты была?

– Ну, старушкой точно была не я. – Девчонка рассмеялась, и Ромка почувствовал, как временный паралич отпускает его. Стало возможно свободно дышать, и сердце уже не стучало в висках тяжелым молотом.

Леша смутился:

– В смысле, девочка – это была ты?!

– Да. – Берегиня посерьезнела. – Мы с моей бабушкой хотели показать людям красоту родного края. Они же ее не замечают, глаз замыливается, когда постоянно видишь одно и то же. Решили дать людям возможность побывать в разных краях, куда только унесет воображение. Чтобы потом они поняли, что лучше родины ничего нет.

– Баба Зина сказала, что вы потом куда-то пропали.

– Да. Детям нравилось, а взрослые нас боялись. Мы решили оставить в доме сундук с тем, чтобы его смог найти только человек добрый, нежадный, смелый, мечтательный и умеющий видеть красоту.

– Да не, мы не такие, – смутился Ванька, – мы обычные.

Девчонка улыбнулась:

– Мне лучше знать. Молодцы, что раскрыли тайну сундука.

– Тайна в том, что лучше своего дома нет? – догадался он.

Берегиня кивнула. Она казалась обычной девочкой, но была такой серьезной, такой не по годам взрослой.

– А бабушка твоя кто? – полюбопытствовал Леша и добавил: – Я просто так спрашиваю, не хочешь – не говори.

Девчонка обвела рукой реку, луг, деревню, лес, небо и ответила:

– Это всё. Мать сыра земля, как ее раньше называли. Наша кормилица и наша надежда на будущее. Если люди не прекратят загрязнять реки и воздух, вырубать леса, плохо будет ей, а без нее и людям.

– Так тебе сколько лет получается? – Ромка наконец-то смог выдавить из себя несколько слов.

– Мне всегда одиннадцать лет, это возраст весны, когда все зацветает и просыпается после зимы.

Ромка хотел спросить что-то еще, но покосился на стоящих рядом приятелей и не стал. Первым сообразил Леша:

– Вань, пойдем, надо переговорить.

– Да ну, – отмахнулся тот, – потом.

– Нет, сейчас. – Леше пришлось почти силой увести Ваньку.

– Ты чего? – возмутился тот, когда они отошли довольно далеко.

– Ничего! Не видишь, что ли?!

Ванька оглянулся на Ромку.

– Не может быть!

– Может, и поэтому не мешай ему, донжуан несчастный.

Ромка гулял с девчонкой по берегу, разговаривая о чем-то неважном и в то же время таком важном для себя: какого цвета небо, как много воды в речке, какое чудесное лето в этом году, что он идет в пятый класс. В ушах его стоял непрерывный гул, словно сердце набирало космическую скорость. А потом в ее руках вдруг оказался огромный букет ромашек, и она подходила к каждому жителю деревни и вручала цветок с наказом загадать самое сокровенное желание.

День истекал, как крупицы в песочных часах, девчонка попрощалась со всеми и напоследок сказала Ромке:

– Сбудется твое желание. – И пропала, будто никогда ее и не было.

– А чего ты загадал? – тут же влез Ванька.

– Ничего. – Ромке было тяжело, словно часть его потерялась этим замечательным августовским днем.

– А я точно знаю, что загадали дядя Дима и тетя Таня, – похвастался Ванька.

– И что? – спросил питерский интеллигент.

– Ребенка. А то они уже вон какие взрослые, а детей все нет.

– А ты что загадал?

– Чтобы в семье все хорошо было. Я вообще-то хотел сначала денег попросить, а потом передумал.

– Я здоровья своим пожелал, – сказал Леша. – Пусть они не болеют.

– А я не помню. – Ромка вздохнул. – Что-то загадал, а вот что? Вылетело из головы. Пошли по домам, что ли?

Ранним субботним утром нормальный московский человек ехал в машине дяди Димы. За пазухой у него дремал рыжий Портос. Ромка успел соскучиться по родителям и школьным друзьям, но знал, что с Лешей и Ванькой они теперь никогда не потеряются. И все же в его сердце поселилась непривычная тяжесть. Казалось, что прежняя безмятежность никогда к нему не вернется.

Наступило первое сентября.

Ромка пришел на школьный двор. Здание школы украсили воздушными шарами, первоклашки и будущие выпускницы нацепили на себя белые банты, все было как всегда в этот день. Его окликнула Елена Вячеславовна, учительница начальных классов:

– Рома, это ты?! Тебя не узнать. Какой же ты стал высокий, взрослый.

– А вы, Елена Вячеславовна, решили себе гномиков завести? – Ромка указал на столпившихся возле нее первоклассников.

– Когда-то и вы у меня такими были, Рома.

– Ну и выдумщица вы, Елена Вячеславовна. Пойду-ка я лучше, пока ваши гномы меня не затоптали, – сказал Ромка и отправился искать свой класс.

Поприветствовал мальчишек, сухо кивнул девчонкам, чтобы не задавались, познакомился с новой классной руководительницей и принялся ждать окончания линейки.

Первым уроком был классный час. Учительница говорила о расписании, о новых учителях, а Ромка задумчиво смотрел в окно. В конце урока в дверь постучали. Классная вышла и вернулась с незнакомой девочкой.

– Это Регина, она теперь будет учиться с вами.

Ромка смотрел и не верил собственным глазам: это была та самая девчонка, которую он видел в деревне! Она улыбнулась, откинула тяжелую косу за спину, посмотрела на Ромку ясными васильковыми глазами и сказала:

– Привет, Ромка!