Маленький саблезубый кролик медленно выполз из убежища, настороженно поводя мордочкой. Снаружи уже начинало холодать, а ему еще следовало подготовиться к холодной зиме и пополнить припасы. Удостоверившись, что поблизости не наблюдается злобных лисоволков и прочих голодных хищников, жаждущих полакомиться его вкусным мясом, он попрыгал к ближайшему кусту диких ягод, спеша полакомиться и набить ими защечные мешки.

Вжу-у-у-ух! Сильный ураган сбил пискнувшего от страха кролика с лапок и протащил его по земле, вываляв в грязи и опавших листьях.

Я мчался, не разбирая дороги, с такой безумной скоростью, что наверняка преодолел звуковой барьер, снося по пути кустарники, холмики и зазевавшихся мелких грызунов, не успевших убраться с дороги. Вот еще один попал в воздушную струю и закувыркался в грязи. Его возмущенный писк, которым он явно пожелал мне удачи, стих в отдалении уже через секунду.

— А ты… быстрый! — прожужжала Гурри, выруливая из-за очередного пролеска. — Но я… быстрее! Если бы…

Не слушая ее, прыгнул на деревья, поскакав по ним как взбесившийся Тарзан, срезая путь через чащу. Упрямой робофемке пришлось заткнуться и в темпе найти объезд неожиданного препятствия, чтобы не упустить меня из виду.

«Какого хрена она за мной поперлась⁈ — раздраженно думал я, перемахивая с ветки на ветку. — Ясно дал же понять, что не буду ее Хозяином или Пилотом! Мало мне своих проблем⁈»

Быстрая перемотка времени на пятнадцать минут назад. Сцена: Избранный возвращается с успешно выполненной миссии по знакомству с главой тайного клана Куноичи…

— Ты молодец, мой мальчик! Но отложим поздравления и почести на потом! В Темном лесу пробудилось невероятное Зло! Только ты можешь справиться с ним! — произнес старик, встретивший парня в дверях додзе.

— Когда отправляться⁈ — спросил тот, стиснув зубы.

— Прямо сейчас, Ричард! Оно уже у стен Академии! На счету каждая минута!..

Избранный развернулся, не обращая внимания на девушку-киборга, мгновенно принявшую гуманоидную форму.

— Я с тобой! — вскрикнула она, бросаясь к нему. — Ведь мне можно, Мастер?

— Тц! — сплюнул Джигур. — Я тебя не держу. Вот согласится ли Ричард — это другой вопрос.

— Нет! — ответил он, даже не размышляя. — Я справлюсь сам.

— Ха! Не думал ни секунды, потомок! — ухмыльнулся дед. — Не передумаешь? Ты ведь знаешь, что мог бы стать ее Пилотом. А это шанс завладеть огромной силой?..

Он заложил руки за спину и серьезно посмотрел на меня.

— Чем больше сила — тем больше ответственность, — бросил, не оборачиваясь, старик. — На мне и без того висит гора долгов. Стать ее Хозяином и привлечь внимание трех межпланетных цивилизаций⁈ Оно мне надо⁈

— Так и мне хватает своих проблем, — огрызнулся парень.

— Понятно, — секунду подумав, ответил Джигур. — Погоди. У меня есть для тебя подарок за успешно оконченное обучение.

Он скрылся в коттедже, но через пару минут появился снова, неся в руках длинный сверток, перевязанный шелковой красной веревочкой.

— Вот! — торжественно сказал он, развязывая подарок. — Дарю тебе Хранительницу крови! Береги ее, и она ответит тем же.

Тряпки, скрывающие таинственный предмет, упали на пол, и в мощных руках деда остался невероятно длинный меч в черных ножнах. Одной рукой Джигур провел по ножнам, а второй медленно вытащил рукоять. Избранному показалось, клинок запел, радуясь солнечным лучам, падающим на лезвие необычного красноватого оттенка. Но он ошибся — это был не меч, но катана превосходного качества. То есть, имелось в виду — не просто грубо выкованная полоса плохого металла, именуемая «мечом», которой орудовали все пехотинцы и стражники, но удобная, сбалансированная сталь, изготовленная неизвестным кузнецом-мастером, возможно, даже владевшим рунной магией, так как по лезвию с невероятно острой режущей кромкой шла перевязь загадочных знаков, не поддававшихся даже его внутреннему переводчику. Вдоволь налюбовавшись ею, старик взмахнул оружием, слушая, как поет металл. Ничего удивительного в том, что с ней тоже могла быть связана какая-то тайна или пророчество.

— Опять дрыхнет! — вдруг рыкнул старик. — Ну, прощай, старый друг. Послужи же моему потомку!

Он вложил клинок в ножны и передал мне. В какой-то момент Ричу показалось, что руки Джигура дрогнули. Приняв катану, он повесил ее за перевязь на спину и поблагодарил наставника.

Попрощавшись, он махнул старику и с места рванул в сторону подъемника. Только пыль медленно оседала на том месте, где он только что стоял.

— Мастер! Как мне поступить? — надрывно вскрикнула киборг. — Я не могу просто так сидеть здесь и ждать развязки!

— Ха! — улыбнулся тот. — Поступай так, как велит тебе твое сердце! Или то, что у тебя вместо него!

— Но он же отказался, — пробормотала девушка.

— И что? — ухмыльнулся Джигур. — Сегодня отказался, завтра согласился. Прояви настойчивость! Будь собой! Не упускай шанс!

Подмигнув ей, он скрылся во внутреннем дворе. Девушка взглянула последний раз на додзе, свернулась в мотоцикл и помчалась вслед за парнем…

— Не буду спрашивать у тебя причин, по которым ты проигнорировала мой отказ, — произнес я, запуская лифт. Гурри как раз пыталась войти в управляемый занос на огромной скорости, чтобы успеть на подъемник. — Но раз ввязалась в это, будь так добра, выполняй мои приказы! Иначе, можешь смело ехать обратно. — Добавил, хватая ее за ручку руля и отшвыривая к ограждению. Дурочка полностью потеряла управление и едва не вылетела за пределы площадки лифта.

— Я поняла! — пискнула та, превращаясь в человека. — Будет исполнено, хозя…

— Я тебе не хозяин! — прорычал в ответ. — Зови по имени!

— Принято, Ричард! — тихонько ответила та. — Кстати, моя модель обладает универсальными боевыми и защитными навыками! В бою я могу, как атаковать сильных врагов, так и служить прикрытием для слабых союзников! Можешь на меня положиться!

Трансформерша выкинула вперед руки с поднятыми вверх большими пальцами в жесте одобрения, но ожидаемого восхищения так и не дождалась.

— Да-да, — пробормотал я, напряженно размышляя о своем. Что за зло ждет меня у стен Академии? Неужели, у Порченных нашелся предводитель? Или появился Страж?

Размышляя, даже пропустил момент, когда механизм лифта остановился. Лишь тяжелый удар днища площадки об пол привел меня в чувство.

— Держись позади! — бросил киборгу, срываясь с места. — У меня нет времени представлять тебя стражникам.

— Да и не надо! — ответила та, стартуя следом. — Дженни с Митчеллом наверняка рассказывали обо мне. Не думаю, что кто-то сильно удивится!

Не обращая на нее внимания, бросился вниз по склону. Тренированное тело прекрасно справлялось с резкими перегрузками, позволяя мне троекратно увеличить скорость, мощность и дальность прыжков. Даже без усиления тела и активации ярости я по всем параметрам в несколько раз превосходил обычного человека.

«Интересно, я вообще человек?» отрешенно подумал, спрыгивая с последнего дерева. Передо мной расстилалась степь, за которой стояла Академия. С этой стороны ничего не говорило об угрозе, но я уже здесь ощущал некое давление. Что-то мрачное и зловещее витало где-то там впереди. Но одновременно с тяжелой аурой неизвестного Зла, ощутил великое множество легких веселых, порхающих словно бабочки, жизней, обитавших внутри академии. Все они находились под угрозой фатального уничтожения, избежать которой вряд ли могли без постороннего вмешательства.

А я был тем, кто мог им помочь. Самое главное, искренне желал защитить слабых во имя справедливости! Значит, все еще человек, пусть и с нечеловеческой силой. Осознав это, улыбнулся и прибавил ходу. Сзади, рыча двигателями, меня нагоняла Гурри.

— Прыгай на меня! — прожужжала она, поравнявшись. — На прямой я буду быстрее!

Не снижая скорости, подпрыгнул, мягко приземлившись на ее кожаное сиденье. Мотоцикл подо мной слегка вздрогнул, а когда я сжал в руках ручки руля, сквозь шум мотора мне послышался сладострастный вздох.

— Что бы ты ни говорил, а я все равно чувствую в тебе силу настоящего Пилота! — проскрежетала она. — Держись!

Приборы на панели засветились желтым, мотоцикл, весело рыча, слегка приподнялся на заднее колесо и рванул с таким ускорением, что мне волей-неволей пришлось вцепиться в руль. Пригнувшись практически вплотную к приборной панели, я не мог даже приподнять голову — скорость Гурри наверняка преодолела звуковой барьер!

До стены Академии мы домчались в считанные секунды, но я, взяв на себя управление, развернул мотоцикл в объезд. Киборг не препятствовала моему решению. Обогнув стены с запада, мы резко вынырнули к главному входу, где нас явно никто не ждал.

Ужасное зрелище предстало нашим взглядам! Пространство перед основными воротами и далее до самого Темного леса буквально заполонили разнообразные мутанты, высокоуровневые монстры и ужасные создания, которых я никогда ранее не встречал! Всех их роднило одно — их головы или то, что им ее заменяло, были заключены в своеобразный кристаллический шлем темно-зеленого цвета. Казалось, мы стоим на краю зловещего неспокойного моря.

У ворот шла основная потасовка. Митчелл с остальными стражниками отчаянно оборонял Академию от передних сил противника. Судя по всему, сражение шло уже несколько часов, если не больше. До сих пор защитникам «везло», так как большинство монстров тупо стояло на месте, словно в ожидании чьих-то приказов, в то время как совсем небольшая их часть атаковала стены.

Хотя, «атаковало» будет сказано слишком сильно. Монстры тупо перли вперед, стремясь, скорее всего, просто проломить массой ворота, не обращая при этом внимания на потери. Только считанные единицы обращали внимание на вооруженных людей. Но количество чудовищ не убывало. Как только какой-нибудь маг кастовал заклинание, проделывающее целую просеку в рядах нападающих, как она тут же заполнялась свежими силами.

На острие атаки, естественно, был Митчелл, который передвигался уже далеко не так шустро, каким я его запомнил на ринге. Судя по всему, парень был измотан до предела и держался на честном слове.

Все это я охватил взглядом, тщательно взвесил в голове информацию и, не сбавляя скорости, направил транспорт прямо в самую гущу противника.

— Гурри! — заорал, стараясь перекричать рев монстров. — Нам не победить их всех! Мы завязнем. Надо найти босса, который ими управляет!

— Поняла! Направь меня!

— Если б я еще знал, где он, — пробормотал я сквозь зубы. — Хотя… Есть один вариант.

Моя чувствительность к чужим аурам значительно улучшилась, но точное направление все еще определялось плохо. К тому же огромное количество врагов сбивало любой поиск. Но тут со стороны Темного леса на нас пошел такой плотный поток зловещего давления, что не заметить его было сложно. Но и монстры, которые почти окружили нас, пришли в движение, стремясь добраться и уничтожить нас.

Резко вывернув в сторону руль, чем вызвал удивленный вскрик настроившейся на сражение Гурри, я направил байк в сторону леса. Со стороны монстров раздался смешанный вой ярости и злобы, при виде ускользающей добычи. Они потянулись за нами, но по причине того, что мешали друг другу, быстро безнадежно отстали.

— Ты уверен, что мы на правильном пути, Ричард? — прозвенела киборг. — Академия ведь сзади со всеми этими чудовищами…

— Доверься мне, — пробормотал, направляя мотоцикл в глубину чащи. Спасибо монстрам, протоптавшим для нас огромные просеки в ранее непроходимой чащобе. Мне даже не приходилось напрягаться, чтобы сфокусироваться на направлении. Все тропы вели из одного и того же места, откуда на нас был направлен этот чужой и совершенно безразличный взгляд. С каждой секундой мы становились все ближе и ближе к эпицентру.

— Рич, — прожужжала киборг. — Я регистрирую неизвестные сигналы прямо по курсу! Будь настороже! Чем бы оно ни было, похоже, мы застанем это врасплох.

Бросив взгляд на окружающую обстановку, я заметил на деревьях странные кристаллические наросты, похожие на «шлемы» монстров. Когда мы проезжали мимо них, они слабо мигали, будто отмечая нас, как сенсорная сигнализация вторженцев. Слабые догадки о предстоящем враге забрезжили в голове…

— Согласен, — процедил, готовясь к неизбежному бою. — Постарайся не умереть! Понятия не имею, как воскрешать машины, а мастерских тут нет.

Гурри не успела ответить, как деревья кончились, и мы на полном ходу вылетели на огромную поляну. Первое, что бросилось в глаза — водная гладь реки с покачивающимися на ней айсбергами зеленоватого оттенка, кристаллическая галька, щедро рассыпанная вокруг и огромные кристаллы величиной с неплохой коттедж, образующие гигантскую хрустальную крепость.

Байк, едва коснувшись земли, резко затормозил и пошел юзом, не в силах выровняться на скользком покрытии. Через секунду мы налетели на один из кристаллов и разлетелись в разные стороны от сильного удара. Гурри, взвизгнув, остановилась у самой кромки воды, а мой полет прекратил другой кристалл, приняв мою тушку в свои твердокаменные объятия.

— Сам пришел! — вдруг раздался громовой голос. Основная масса кристаллов раздвинулась, выпуская на свет…

Прежде чем мы познакомимся с таинственным противником Ричарда, вам стоит узнать о том, что случилось несколькими днями ранее с забытым триффидом, который преспокойно себе жил и развивался в темном лесу.

Бывший чахлый кустик всего за пару дней усиленного питания на гоблинах превратился в интересный симбиоз деревца и кристалла. Стоило ему достигнуть определенной точки развития, как подпрограмма подстегнула его любопытство, заставив заняться исследованием окружающего мира. Так как нормально передвигаться он пока не мог, то решил заняться изучением своего влияния на гоблинах и прочих полуразумных чудовищах, до каких только мог дотянуться.

Всего за пару дней триффид прочно обосновался у излучины реки, превратив убежище в неприступную крепость. Некоторые хищники на свой страх и риск пробовали вступать в бой с нарушителем границ, но терпели сокрушительно поражение. Таким образом, вскоре все монстры обходили стороной непонятный кустарник, дотронуться до которого означало медленную и мучительную смерть.

Гоблины давали инопланетянину приток постоянной вкусной и полезной пищи, обеспечивая жизненной энергией и питательными веществами, столь необходимыми растущему организму. Когда же возникла необходимость расширяться, то они стали и первыми подопытными в экспериментах.

Разумеется, все премудрости триффиду пришлось изучать самостоятельно. Его умные создатели позаботились о том, чтобы их детищу была свойственна жажда познания и снабдили его всеми необходимыми для того инструментами. Так как ног у кустарника не было, то он незамедлительно принял другое решение.

Колония гоблинов, служившая ему пропитанием, давно была под его личным контролем. Полуразумные карлики даже не задумывались, почему их лагерь каждый день становится меньше на одну особь, так как с рождаемостью их самок не было никаких проблем. Триффид всегда выжидал удобный момент, похищая отбившегося от остальных тогда, когда никто не мог заметить пропажи и поднять тревоги. Напротив, гоблины радовались тому, что на них перестали нападать прочие хищники. А наличие в этом месте источника пресной воды, ягод и съедобных корней так и вовсе стало для них раем.

Очередного пленника кристаллический инопланетянин не убил сразу, в отличие от предыдущих, а попытался исследовать на предмет соединения с его жалким разумом. Конечно, первые эксперименты пошли комом, гоблины быстро умирали или становились овощами при попытке насильственного вторжения в их головной мозг, но уже на четвертом номере начался прогресс, а на десятом триффид ощутил слабый отклик.

Еще через пару жертв он установил первый контакт, если таковой процесс можно было им назвать. Скорее это походило на допрос первой степени «хозяин-пленник». Инопланетянин «задавал» вопросы, а ничтожный мозг гоблина «отвечал» в той мере, в какой были способны его ганглии. Полуразумная раса, все-таки. Тем не менее, кристаллический кустарник был невероятно рад и тем успехам. Таким образом, он выяснил многое об окружающем мире, хоть и с той стороны, как его видели гоблины.

Следующим шагом для него стало установление контроля над отдельными особями. Это у него вышло практически сразу. Полуразумные расы не имели никакой ментальной защиты, поэтому установив в их черепе часть кристалла, служащего передатчиком, триффид стал практически полновесным хозяином тела жертвы. Для инопланетянина оказалось нетрудным делом контролировать сначала пять, потом десять, а вскоре и всю колонию карликов, в том числе и их предводителя, отличавшегося от остальных чуть более серьезным телосложением.

В более развитых гоблинских лагерях появлялись и короли, и его подчиненные, и стражи короля, такие как повстречались Ричарду, но в этой ничего такого не было, что дало триффиду неограниченную власть над племенем. Но этого ему было мало, так как он хотел как следует изучить не только Темный лес, но и все, что было за его пределами. Карлики, ведомые его волей, принимавшие ее за свою собственную, обошли весь лес и немного вышли за его пределы. Разумеется, они не могли не столкнуться с другими более развитыми монстрами и самым главным из них — человеком.

Потерпев поражение от первого же встреченного случайного наемника, триффид немедленно заинтересовался первым встреченным разумным существом, но нападать в открытую не решился. Зато ему помог случай. В лес забрела небольшая группа крестьян в поисках полезных трав. Инопланетянин рискнул похитить одного, но, к его сожалению, напарники сразу же заметили пропажу и кинулись вслед за утаскиваемым лианой бесчувственным телом. Разумном растению пришлось отпустить жертву. Крестьяне, подхватив незадачливого соплеменника, скрылись из виду.

Люди, жившие вокруг, стали осторожнее, но и кристаллид не спал, выжидая удобные для похищения моменты. Неизвестно сколько бы еще длилась их холодная война, но терпение двуногих лопнуло раньше. Собрав небольшой, но хорошо вооруженный отряд, они вышли «прополоть надоевшие сорняки».

В ходе скоротечной битвы обе стороны понесли изрядные потери. Люди бежали, потеряв ранеными и убитыми половину отряда, но и инопланетянин лишился половины кустов и лиан, на отращивание которых у него ушел весь день и около трети племени гоблинов. Закончив с регенерацией, триффид, не теряя попусту времени, принялся зомбировать всех животных, хищников и мутантов Темного леса, стараясь опередить вторичное нападение двуногих, в коих теперь видел источник первостепенной опасности. За остаток дня и последующую ночь он сумел собрать невероятное количество войск, которые и повел в наступление.

Первое, что он увидел глазами чудовищ, были стены величественной цитадели. Сделав вывод, что внутри и находился центр управления двуногих, он отдал приказ на атаку.

К его сожалению, ментальные способности были еще крайне неразвиты и слабы. Держать на поводке сразу столько монстров было для триффида невероятно сложным делом, причем высокоуровневые имели неплохую ментальную защиту и постоянно выходили из-под контроля. Поэтому лишь малая часть монстров двинулась в атаку, пока инопланетянин отчаянно сдерживал волнующуюся массу остальных, не давая им разбежаться.

К его удивлению, защитники крепости легко справились с первой и последующими волнами монстров. Ему оставалось лишь надеяться на то, что силы двуногих иссякнут раньше, чем кончатся его подопечные, иначе пришлось бы использовать план экстренного побега и все начинать сначала. Но когда уже казалось, что его победа близка, из-за стен вылетело подкрепление осаждаемым в виде странно рычащего механизма, разметавшего небольшую группу контролируемых чудовищ.

Но вместо того, чтобы помочь своим, непонятный блистающий на солнце предмет, вдруг рванулся в лес, прямо навстречу мысленному потоку сознания триффида, словно ясно его видел. Перепугавшись, тот перенаправил атаку на вторженца, но скорость монстров значительно ему уступала, и вскоре он оставил их далеко позади, с каждой секундой приближаясь к убежищу инопланетянина. Времени на побег уже не оставалось, поэтому кристаллид поспешно перенаправил всю жизненную энергию в боевой режим, прекрасно помня о том, как едва не лишился жизни в первую атаку этих странных двуногих. Удачно подгадав момент, когда механизм наткнулся на камень и распался на две части, триффид вылетел наружу в специальном экзоскелете, стараясь как можно быстрее уничтожить захватчика и вернуться к атаке на цитадель…

Едва я вскочил на ноги, как немедленно был атакован непонятным существом. Автоматически отразив атаку катаной, зазвеневшей от невероятно мощного удара и отскочил в сторону. Чудовище тоже, не зевая, двойным сальто отлетело в противоположную и молча уставилось на меня.

Оно напоминало грубо вырезанную бесполую скульптуру. На месте глаз ярко горело зеленым два огонька, а из ротовой щели вдруг донесся хриплый скрип, в котором я с трудом разобрал следующие слова:

— Сам… пришел… двуногий захватчик! Убью тебя, всех вас… Убью и уничтожу всех!

— Мы не сможем договориться? — без особой надежды переспросил его. Вместо ответа чудовище странно загудело, а его аура значительно увеличилась. Было ясно, что оно или готовит сильнейшую атаку, собираясь расправиться со мной одним ударом, или просто копит энергию. Я тоже активировал ярость, внимательно следя за существом. В следующий миг оно исчезло, чтобы прыгнуть на меня сверху и раздавить! Вот только я был наготове, отпрыгнув в сторону.

Избежав внезапного удара, некоторое время отбивался катаной, но повелся на обманку, в результате которой лезвие, жалобно звякнув, отлетело далеко в сторону. Существо не давало мне ни доли секунды времени на передышку, атакуя без перерыва, и я тоже немного озверел, с криком рванувшись в ближний бой! Некоторое время мы яростно махали конечностями, пробивая обманными ударами блоки друг друга, и задевая корпус противника. Несколько раз я врезал этой твари прямыми в живот, но и она достала меня пару раз в голову и грудь. Слегка подпрыгнув, влепил ему с ноги в тело, но одновременно с этим получил прямой в голову!

Разлетевшись в разные стороны, увидел, как существо смыкает обе руки вместе, а в окружности ладоней разгорается зеленый свет. Не желая отступать, повторил жест, заорав во все горло:

— Пушка истинного Света!!!

Два луча, зеленый и ослепляющий желтый врезались друг в друга в центре площадки, взрывая и разрушая все вокруг! Казалось, сама земля застонала при столкновении двух невероятных сил! Через пару секунд яростного шторма мы одновременно отпрыгнули в стороны, и, понимая всю бесполезность дальних атак, вновь сошлись в ближнем бою. Краем глаза увидел летящий в меня со стороны предмет и подхватил катану, подброшенную Гурри.

— Прыгай! — закричала она, лихо дрифтуя рядом.

Почувствовав под ногами приятное тепло ее кожаного сидения, направил байк прямо на существо. Из передней части робота вырвалась череда светлых огоньков, мгновенно достигнувших цели!

Но если они и причинили вред, то на статуе это никак не сказалось. Она лишь раздраженно отмахнулась от них, потратив на это пару секунд.

— Продолжай стрелять! — выкрикнул я. — Не дай ему сосредоточиться!

Газанув, прыгнул в воздух, чтобы обрушиться на тварь сверху. Дезориентированное существо слепо отмахивалось кристаллическими лапами, а когда, глянуло вверх, было слишком поздно! Катана вновь запела, когда я изо всех сил рубанул клинком по голове противника! На землю упали две ровные половинки того, что только что было нашим врагом.

Не успел я подняться с колен, как «двери» крепости отворились вновь, выпуская наружу еще одну копию предыдущего чудовища, за тем различием, что этот был раза в полтора выше и мощнее.

— Уничтожу! — прогрохотала тварь. — Уничтожу всех! Испепелю двуногих!

— Да ты издеваешься! — задыхаясь от злости, произнес я, аккуратно положив катану на землю. — Здесь и сейчас я, паладин Света, остановлю тебя во имя Справедливости! Ты будешь собирать выбитые зубы сломанными руками! Печать крови — третий шаг!

Горячая волна адреналина прокатилась по моему телу! Я застонал от наслаждения переполняющей меня силы!

«Тридцать секунд!» — подумал, скидывая вдруг ставшую невероятно тесной рубашку. — Потом я буду как выжатый лимон! Все или ничего!"

Эта секретная техника позволяла активировать все ресурсы организма, делая меня воистину сверхчеловеком не хуже пресловутого Джигура. Но так как я не был истинным Драконом, то длительное ее использование могло просто убить меня. Полминуты — все, что мне было сейчас доступно.

Рыча, сжал руки в кулаки так, что они заскрипели от перенапряжения, рванулся вперед, чувствуя, как ноги с каждым шагом погружаются по щиколотку в землю. Противник тоже не дремал, размахнувшись для удара. До столкновения оставалась доля секунды…

«Все ресурсы ушли на изготовление первой куклы», — печально думал триффид, наблюдая за разрушением голема. «Делать нечего, придется идти в бой самому».

Стены крепости потекли, выстраивая вокруг него непробиваемый слой экзоскелета.

«Если я выживу, придется начинать все с самого начала», — грустно подумал инопланетянин. «Чертовы двуногие! Все из-за вас! Зачем вы полезли ко мне⁈»

Отдав приказ на саморазрушение крепости, он вылез наружу, глядя на противника сверху вниз, и проскрежетал:

— Уничтожу!..

Понимая, что второго шанса не будет, что за моей спиной все живое, нуждающееся в защите, что больше некому будет встать на спасение мира, я вложил в этот удар всего себя без остатка! Один стук сердца и в два кулака мы столкнулись на площадке, где решалась судьба всех рас!

Тысячную долю секунды мне казалось, что существо выдержит удар и сотрет меня с лица земли, а потом займется и всеми остальными. Но через макросекунду раздался оглушительный треск и мой кулак в кристаллические щепки разнес его лапищу и, не останавливаясь, прошел как нож сквозь масло через всю его тушу, расплавляя все на своем пути! Выдохнув, я поспешно вышел из боевого режима, чувствуя, как страшная, невиданная сила покидает мое тело и завис над горкой кристаллов, оставшихся от твари.

Подрулила киборг, на ходу принимая гуманоидную форму и кидаясь поддержать меня.

— Сп-пасибо, — пробормотал я, чувствуя, что практически не стою на ногах. — Спасибо Гурри! Без тебя я бы не справился!

— Так ты позволишь мне сопровождать тебя в странствиях? — кокетливо произнесла та, хотя в голосе явно чувствовалось напряжение. Но ответить я не успел.

Горка кристаллов угрожающе зашевелилась, но не успели мы отреагировать должным образом, как она осыпалась, открывая нашим ошеломленным глазам небольшое существо ростом в полметра, напоминающее пресловутого Грута.

— Мы сражались… вот с ЭТИМ⁈ — пораженно вскрикнула трансформерша.

Оглядевшись по сторонам, существо остановило на мне свой взгляд, радостно запищало и засеменило в нашу сторону, на ходу протягивая коротенькие ручки-лианы.

— Какого х*я⁈ — заорал я в бешенстве. — Кто бы ты ни был, как ты смеешь вот так бежать, после всего, что натворил⁈

Существо остановилось, забавно поднеся палец ко рту, и попыталось что-то сказать. Выходило у него это с трудом, словно он впервые пробовал общаться ртом.

— Ты… пробудил… семя! — проскрипело существо. — Доказал… Силу! Подчиняюсь… Владей… безраздельно!

Закончив непривычную для него речь, одуванчик-переросток уставился на меня ничего не выражающим взглядом зеленых глаз без зрачков.

— Так… погоди, погоди, — выдохнул, пытаясь не совладать с собой и не размазать по земле этого маленького бесящего меня уродца. — Ты и есть Семя⁈ Тот мелкий осколок кристалла, который мне впарила Штайнер?

Существо мелко закивало.

— Семя… Да… Было утеряно… Рос самостоятельно… Процесс не завершен… — проскрипело оно. — Требуется идентификация… Слияние…

— Не понял, что еще от меня требуется? — растерянно произнес я.

Одуванчик вытащил стебель, требовательно помахав им в воздухе. Я протянул руку. Тот, дотронувшись до меня лианой, вдруг уколол палец и всосал выступившую капельку крови.

— Идентификация завершена… Первая фаза завершена, — проскрипел росток. — Начало второй фазы… Приступаю…

Одуванчик внезапно покрылся какой-то слизью, которая через секунду затвердела и превратилась в зеленоватую чешую, а потом и в кристаллическую налезь. Спустя минуту перед нами лежал небольшой кусок непрозрачного кристалла. Я попробовал пихнуть его ногой, но ничего не произошло.

— Нет, оставить его тут мы, конечно, не можем, — подумал вслух. — Мало ли что может произойти. Гурри, можешь его поднять?

— С легкостью! — ответила та, отращивая щупальце, которым и подхватила кристалл, прочно упаковав его на хвосте байка. — Что теперь?

— Да хрен его знает! — честно ответил я. — Столько всего произошло, что я и сам не знаю, куда податься! Давай сначала к Академии, а там разберемся.

На обратном пути нам попадались монстры, прячущиеся подальше в лес при нашем приближении. Судя по всему, без контроля Семени, они вернулись к прежней деятельности, оставив Академию в покое. Выехав на поле, мы увидели подтверждение своим словам. Все чудовища разбежались, а перед воротами медики заботились о раненых. Туда я и направил свой разумный мотоцикл. Меня встретил опирающийся на меч Митчелл.

— Твоих рук дело? — вместо приветствия спросил он, кивая на пустое поле.

— Моих, — не стал отрицать очевидный факт. — Тяжело было?

— Спрашиваешь! — усмехнулся тот. — Еще бы! Я уж думал, тут мне и придет конец, как они все вдруг разбежались, а другие тупо стали нападать друг на друга. Что это вообще было и стоил ли ждать нового нападения? Академия сто лет стояла спокойно и тут — на тебе!

— Нет, больше нападения не будет, я убил их лидера, — ответил, не став рассказывать правду. А зачем? Главное, что теперь все будет спокойно.

— Познакомился со Стариком? — ехидно спросил Митч. — Он тоже швырнул тебя в тот сарай?

Он спрашивал легко, даже слегка издевательски, но я чувствовал скрытое напряжение в его голосе.

— Да, — еле нашел в себе силы ответить. Перед глазами вставали ужасные картины воспоминаний. Монстры, откусывающие мне руки и ноги… — Это было действительно страшное время. Но я выдержал его до конца!

— Ты⁈ Выдержал⁈ — командир стражи даже отшатнулся в ужасе. — Сколько он тебя там мариновал⁈

— Целый год. Мне некуда было отступать, Митч, — посмотрев ему в глаза, ответил я. — Кто если не я защитил бы слабых?

Тот опустил голову и глухо произнес:

— Твоя правда, Рич. А я… Я…

— Не продолжай, — сказал, положив ему руку на плечо. — Любой другой человек там сошел с ума за месяц. Ты же выдержал полгода! Это уже подвиг. А я всего лишь очередной избранный. Как насчет спаррринга? — улыбнулся, переводя тему.

— Обязательно! — воскликнул тот. — Вот только подлечусь чуток.

Попрощавшись с ним, проехал внутрь Академии. Вести о чудесном спасении уже разошлись, и студенты шумно приветствовали меня. Доехав до центрального здания, строго-настрого приказал Гурри изображать из себя просто мотоцикл и пошел наверх в офис директора. Мне предстояло многое с ним обсудить.

В кабинете старого директора все осталось точно также, как и в день моего ухода в поисках старого отшельника: пирамиды книг, сваленных в беспорядке по всему помещению, стол директора у окна и невозмутимая секретарша, сосредоточенно выписывающая что-то в углу. Увидев меня, она приветливо улыбнулась и вновь углубилась в бумаги.

— Проходите сюда, юноша! — послышалось от окна.

Доложившись Остапу о произошедшем, не особенно углубляясь в подробности, я хотел было уже уйти, как вдруг тот остановил меня.

— И чем же вы, Ричард, намерены теперь заниматься? — спросил тот внезапно.

— Думал, вернуться к отшельнику и закончить обучение, — несколько растерянно ответил я.

— С этим вы еще успеете! — ответил Остап. — Тем более, у вас свободный график. Но я бы посоветовал вам обратить внимание на лекции, тем более скоро начнутся практические занятия по изучению и начертанию рун. А вы, насколько я успел понять — полный профан в магии, не считая вашу специализированную стихию Света.

— Это еще почему? — заартачился я. — Вообще-то, раньше я владел всеми стихиями! Это только у вас на этой проклятой земле у меня отняли способность нормально колдовать! Да и то, я потихоньку наверстываю упущенное.

Вместо ответа Остап тихонько вздохнул и позвал секретаршу. Найсэзз, не говоря ни слова, подняла палочку и что-то произнесла.

— Пойдемте, юноша, — сказал директор, направляясь к стенному шкафу. Открыв его двери, он… зашел внутрь и поманил меня за собой. Удивившись, я все же последовал его совету… и оказался в совершенно другом месте!

Вокруг нас расстилалась безжизненная песчаная пустыня. Только позади меня одиноко стояла деревянная дверь шкафа.

— Это место для тренировок, похожее на то, в какое вас запихнул Джигур, — усмехнулся Остап. Я невольно дернулся, непроизвольно ища взглядом монстров. — Нет-нет, успокойтесь! Здесь никого нет, кроме нас с вами! Я привел вас сюда для того, чтобы показать вам, насколько вы слабы в колдовстве. Ну же. Покажите вашу сильнейшую магию. Только не Свет. Любую другую.

Я улыбнулся. За год, проведенный в том адском месте, я развил свои стихии почти до среднего уровня. Направив руку в случайном направлении, выкрикнул:

— Огнешар! Сосулька! Воздушное лезвие! Щит!

Из руки в том направлении моментально улетели фаербол, величиной с надувной мяч для игр на пляже, сосулька, размером с хорошее копье и почти невидимые глазу воздушные лезвия. Также меня окружил радужный щит.

— Прекрасно! Просто отлично! — обрадовался директор, глядя на мои умения. — Но мало! Да, я в курсе, что вы можете колдовать усилием мысли, потому не напрягайтесь. А можете создать огненную стену или призвать дождь? А соединить несколько стихий в одно заклинание? Например, закрутить огненный тайфун, способный метать куски скал и замораживать все на своем пути?

Я ошалело посмотрел на разошедшегося старика.

— Я так и думал! — усмехнулся он. — А все-таки, попробуйте. Уверен, вас ждет небольшое открытие!

Ну, он загнул! Я до такого не додумался! Как он там сказал? «Огненный тайфун с примесью земли и заморозки?» То есть, смешать в одно заклинание четыре различных стихии⁈ Это вообще возможно⁈

Но Остап ждал, и я выставил обе руки, целясь в небольшой холмик впереди себя, представляя желаемое и мысленно командуя:

«Тайфун! Огонь! Заморозка! Земля!»

Сначала все было неплохо. Передо мной возник небольшой смерч. Пламя, вырвавшееся из руки, влилось в него и растеклось по стенам. С заморозкой дело кое-как прошло удачно, хотя смерч стал напоминать, готовую вот-вот взорваться бомбу, а когда я добавил куски камней, тайфун с негромким хлопком развалился, швыряя во все стороны горячие и холодные камни, пополам с песком. Увернувшись, вспомнил про директора и со страхом обернулся в его сторону. Но старик оказался готов к такому, заранее защитив себя щитом.

— Теперь тебе ясно, что я имел в виду, юный Избранный? — произнес он, откровенно потешаясь. — Одной силой не победишь истинное Зло, а с магией у вас напряг, как я погляжу. Или думаешь закидать армию Темного лорда фаерболами?

— Минуту! — напрягся я. — Откуда вы знаете о Темном Лорде, и вообще, причем тут я⁈

— Ох, длинный мой язык, — вздохнул старик, ухмыляясь. — Да я просто сложил ситуацию в стране, кое-какие слухи и покопался в древних книгах. Тебя же сначала закинули на материк Зверолюдей?

Я молча открыл рот, дивясь его проницательности.

— Значит, так оно и есть. История повторяется! — снова вздохнул старик. — Ричард, знаешь ли ты историю предыдущего призванного Избранного? Того, кого называли «Аватаром»?

— Немногое, — осторожно ответил я. — Он вроде победил зло ценой гибели друзей и исчез…

— В целом так и есть, — ответил Остап. — Только никуда я не исчезал. Боги просто предпочли от меня избавиться, заперев меня в стенах Академии. Да, Ричард, «Аватар» — это я.

— А-а-а… Э-э-э, — только и смог выдавить. — Но ведь это было так давно!

— У меня есть свои секреты продления жизни, — развел руками старик. — Да и остались спрятанные козыри в рукаве. В любом случае, твои похождения не остались тайной для меня.

Усевшись на песок, напряженно вспоминал все, что мне когда-либо говорили про моего предшественника.

— Эх, попался бы ты мне раньше! Стольких ненужных смертей можно было бы избежать! — вздохнул я. — Вот сейчас я даже и не знаю, что у тебя спросить. Ну, хотя бы, что ты можешь рассказать о Вознесенных? Да, а как так вышло, что ты сидишь здесь в крепости, а не в другом месте?

Старик присел рядом.

— Гляжу на тебя и вспоминаю свою молодость, Ричард, — вздохнул он. — Девушки, битвы, вечное противостояние Добра и Зла… Вознесенные? Да что о них говорить? Это — просто герои прошлого, большинство из них принимали по типу «сила есть, ума не надо». То ли дело те, кто повыше…

Пересев ближе, он слегка хлопнул меня по плечу:

— Пойми. Игра вечна. Как бы ты ни был недоволен, она не закончится. Существуют лишь небольшие перерывы между Ходами. На земле они могут длиться неопределенное количество времени, прежде чем другая сторона сделает Ход. Баланс должен соблюдаться. Бывает, что Хаос перевешивает раунд. Тогда вселенную накрывает Тьма. Но уже в следующем раунде Добро превозмогает. Тогда мир очищается от приспешников Хаоса! Эта Игра ведется с момента сотворения Мироздания! Что бы мы ни делали, она не прекратится!

— А если мы ничего не будем делать? — переспросил я. — Что, если я вот сейчас все брошу и стану обычным парнем?

— Естественно, что твой антагонист, Темный лорд, захватит мир и Хаос победит в этом раунде, — ответил Аватар. — Но ведь ты не бросишь?

— Нет, конечно. А почему ты здесь?

— Своеобразный договор, — поднимаясь, прокряхтел Аватар. — Я не лезу в дела мира, а они забывают обо мне. Да мне самому хотелось жить в уединенном месте. Друзей отправили домой, про меня постепенно забыли. Так я и остался директором Академии. Но, возвращаясь к насущным делам, скажи, чему научил тебя Омникус?

Я открыл рот. И закрыл. Ну, конечно! Наверняка, он с ним знаком! Да и с остальными долгожительницами.

Я рассказал ему все, чему меня обучил ангелид.

— Мало, очень мало, — проворчал Аватар. — А темный ждать не будет. Тебе срочно надо освоить хотя бы азы магии! Нельзя колдовать только за счет подсознания, а уж тем более противостоять опытному волшебнику, каковым является Темный! Уж он-то в отличие от тебя уже давно практикуется в магии!

— Конечно! — проворчал я. — Его-то никто не швыряет с одного материка на другой! Сидит себе и колдует.

— Потому и тебе следует быть активнее, тем более кровь Дракона дает тебе преимущество! Вот выучишь магию, победишь его и тогда можешь жить со своими кошкобабами еще хоть тыщу лет на материке зверолюдей. Думаю, в следующий Ход призовут другого, уважая твои прошлые заслуги.

— Погоди, я не ослышался? Как это тыщу лет? — удивился я.

— А Джигур тебе не рассказывал? — изумился в свою очередь старик. — Ах да… Этот старый засранец… В общем, носители, сумевшие пробудить в себе его кровь, становятся такими же долгожителями, как и он сам. Они не подвержены болезням, но ничем не отличаются от обычных людей. То есть, вас можно убить также легко, как и всех остальных. Ну, конкретно тебя уже значительно труднее.

Я сидел на песке не в силах поверить услышанному. Что же это получается? Я практически бессмертен? Если меня не убьют, то могу прожить тысячу лет? Смогу увидеть весь мир? Побывать там, где бы ни смог из-за короткой продолжительности своего существования⁈ Круто!

— Теперь ступай, Ричард. С завтрашнего дня приступай к изучению лекций магического мастерства наравне с остальными студентами. Тебе предстоит нелегкий путь учения…

Уже выходя из здания, увидел, как немаленькая толпа студентов плотно обступила Гурри, преображенную в гуманоидную форму. Отчаянно жестикулируя, киборг красочно описывала нашу с триффидом битву, не скупясь на выражения и эпитеты:

— И тут голем ка-а-ак прыгнет! А Ричард ему — бац! Бац! В рыло и под дых! А он ка-а-ак…

— Пошли! — сказал, хлопая по металлическому плечу, вынырнув за ее спиной. — Потом договоришь.

— Это же он! Древний Герой! Ричард! — покатились шепотки. Кстати, заметил, что кроме новичков никто особенно не был поражен видом роботессы. Значит, она здесь уже бывала.

Перестроившись в форму байка, она подрулила ко мне. Кристалл был на прежнем месте. «Что же мне с тобой теперь делать?» думал, стартуя к общежитию.

Избавившись от зевак, подкатили к тайному входу, который открылся почти сразу — очевидно, Штайнер уже поджидала нас.

— Ого! — произнесла, шагая за мной, Гурри, неся на спине кристалл. — Я и не знала, что под Академией скрывается… такое…

— Ты еще много чего не видела, — сообщил ей, быстро шагая по коридору. А сам в это время размышлял, что же делать дальше. По идее, у меня есть около четырех месяцев безделья до следующей весны. В холодное время года обе стороны накапливают силы. Как он сказал, сейчас мы в примерно равном положении: прибыв почти одновременно со мной в этот мир, темный начал усиливать себя, не обращая внимания на происходящее вокруг. А я в это время очищал материк зверолюдей. Таким образом, сейчас у него есть огромная колдовская мощь и место, в котором он потихоньку концентрирует численность армий.

У меня же, напротив, за спиной бесчисленное множество преданных друзей, практически целая раса, готовая встать стеной против сил Зла, но сам по себе я крайне слаб, как лидер и колдун. Убьют меня, сражение можно считать проигранным. А чтобы такого не произошло, мне нужно как следует укрепить собственное тело и изучить магию за отпущенный срок.

— Блять, никогда не любил учиться, — пробормотал тихонько, вступая в рубку управления, где нас уже ждала Штайнер.

Там мы задержались ненадолго. Сдав отчет, я вернул кристалл на место, а сама офицер обещала проделать тесты, по итогам которых станет ясно, что с ним делать дальше. Покинув ее, мы вернулись к общаге.

После сражения с отбившимся от рук кристаллом дни потекли также размеренно, как и раньше. Я ежедневно отсиживал зад на лекциях, заучивая и конспектируя основы магии наравне со всеми и не задирая нос. По выходным выбирался вместе с Гурри в додзе Джигура, благо начавшиеся заморозки никак не отразились на ее проходимости. Несмотря на все мои отказы принять над ней шефство, киборг упрямо держалась рядом со мной, отказываться вернуться к старику насовсем. В конце концов, я плюнул. Будущее покажет, может я был и неправ насчет нее. Но пока брать на себя лишнюю ответственность не желал.

Для дальнейшего роста кристалла его пришлось просто посадить в землю и иногда поливать, как обычное семечко. Большего Штайнер добиться не смогла от инопланетной технологии. Пожав плечами, закинули семя в котлован клуба Диксов, слегка прикопали, да так и оставили. Уже через пару дней из почвы показались зеленые ростки с примесью зеленых камней. Надеюсь, это не станет инопланетной экспансией всей планеты, как в command and conquer? Навещая его, я легонько дотрагивался до листиков, чувствуя некий отклик, но дальше этого дело не шло. Диксовцы сообща принялись заботиться о саженце, приготовив ему теплицу на зиму.

После моего возвращения клуб стал дико популярен. В частности, у молодых студенток, плотно оккупировавших вход. Внутрь допускали далеко не всех. Тем не менее, Елизавета, основатель Слонов, Сега, девушка, которую я спас от Воинов в кафе, моя «хозяйка» Элина тоже изредка забегала проверить, все ли в порядке. К слову, девушка стала суперпопулярной, особенно после победы над монстрами. Я не препятствовал ей наслаждаться славой. В конце концов, каждый имеет на это право. Гурри также тусовалась на заднем дворе клуба.

Ночевал я все также у Шино, нежась в ее мягких объятиях. А наутро каждого буднего дня начиналось все то же самое: зубриловка начертаний рун, нудные лекции и толпы приставучих студенток на переменках. Даже Кукирхе, рыжая грудастая стерва, заинтересовалась мной, но до встреч наедине пока не доходило.

Также приструнил местных зарвавшихся ублюдков-мажоров, как следует отмутузив местных заводил. Оба негодяя уже были не раз пойманы на горячем, но им все спускали с рук благодаря связям и деньгам. Но не в этот раз.

Казалось, все шло своим чередом. Увильнув через черный ход от толпы поклонниц, я шел вокруг здания в кафе, прокручивая в голове порядок начертания формул, как вдруг услышал детский придушенный вскрик и тихий плач в одном из тупичков между углами здания.

Уже догадываясь, кого там увижу, аккуратно заглянул в переулок. Так и есть. Несколько парней с печатью порока на лицах издевались над служанками-зверолюдками. Две девушка, одна из которых сидела, плача, на коленях, а другой один из парней заламывал лапки, принуждая облокотиться на стену, пока другой поспешно расстегивал штаны.

Ублюдков было пятеро. Двое вели себя непринужденно, строя из себя главарей, еще двое на подхвате угрожали девушкам, и пятый стоял на стреме. Меня он, естественно, не заметил. Также, ни о чем не подозревая, он и улетел в страну снов от тычка в сонную артерию — бесшумно и мгновенно.

…Вервольф вытер слюнку, непроизвольно вытекшую с уголка рта. Сегодня ему попалась на редкость сочная самка этих животных! Он уже представлял, как будет избивать ее роскошное тело после того, как насытит свою похоть.

— Постарайся не калечить этих животных! — донесся до него голос Длиннорукого.

— Че сказал? — окрысился он. — Защитник выискался?

— Защитник? — удивился тот, гладя непомерно длинными руками мягкие ушки сидящей перед ним на коленях зверодевушки. Он вдруг схватил ее за волосы и потащил вверх, не скрывая удовольствия от болезненного выражения на ее лице. — О, поверь, я беспокоюсь только о нашей безопасности!

— Чушь! — пробормотал Вервольф. — Мой папенька один из соучредителей Академии! Я могу делать здесь все, что захочу…

Внезапно чья-то фигура заслонила единственный проход, заслонив солнечный свет.

— Джошуа, в чем дело? — лениво спросил Длиннорукий, поворачиваясь к проходу. — Ты кого-то уви…?..

Его рука вдруг разжалась, а сам он шагнул назад, онемев от смертельного ужаса.

Тень, заслонившая солнце, оскалилась, показывая ужасные клыки:

— Вам пи***ц, ублюдки! — раздался ужасный рык…

Да, они пытались защищаться. Но вся их хваленая магия низкого уровня не стоила ни гроша против драконьего иммунитета. А посещали бы лекции — узнали бы как можно противостоять Драконам! Например, я был слаб против Заморозки. Нет, она бы не повредила мне, но даже Дракон ничего смог бы сделать, будучи вмороженным в глыбу льда. Или Слепота. Конечно, эффект кратковременный, но им бы с лихвой хватило времени сбежать. А то, что они пытались использовать… Пф-ф-ф! Фаерболы, сосульки, разбивавшиеся о мою кожу.

Зато я как следует выместил на них все накопившуюся злость за обиды кошкодевушек! Шино многое мне рассказала об этой парочке…

— Нет, не убивай меня! — стонал обоссавшийся от ужаса Вервольф, забившись в угол, глядя расширенными глазами на избиение друга. Левой я держал его за обе длинные руки высоко над землей, а правой ломал кости, стараясь не убить мажора.

— Ты будешь собирать выбитые зубы сломанными руками, — прошипел в лицо хрипящему ублюдку, отшвыривая его в сторону, и развернулся к последнему. Тот уже достиг последней стадии испуга, судя по коричневым штанам и мерзкому запаху. Вот только это не могло меня остановить…

… — Возвращайтесь к себе и ничего не бойтесь, — провожая всхлипывающих девушек, говорил я. Хорошо, что эти подонки не успели претворить в жизнь свои планы. А теперь вряд ли когда-либо смогут.

— Можете жаловаться кому угодно, — бросил, не оборачиваясь в темноту тупика. — Но молите своих богов, чтобы мне больше не пришлось с вами встретиться.

История наделала много шуму. Перебинтованных засранцев с треском вышибли из Академии, но директор только вздыхал, слушая мой рассказ.

— Я давно закрывал глаза на их проделки, — сказал он, когда я закончил. — Но теперь Академии придется искать новый источник финансирования…

— Проделки⁈ — вскипел я. — Эти гады насиловали девушек! Пусть и зверолюдей, но как ты, Аватар, мог допустить подобное у себя под носом⁈

Тот еще больше осунулся.

— Не буду оправдываться перед тобой, Ричард. Ты прав. Но когда больше пятидесяти лет пребываешь на посту директора, становишься мягче…

Он поднял голову. Его взгляд посуровел.

— А К Хаосу все! Пусть приходят мстить, кто пожелает! Я покажу, что в моих жилах все еще течет кровь Сильнейшего Героя Великой Войны!

— Уже лучше! — улыбнулся я. — Но давай предоставим разборки мне. Не стоит директору Академии влезать в такие дела. А насчет финансирования… Есть у меня пара идей.

Тем же вечером я навестил Штайнер.

— Мне нужен сонар, — приступил сразу к делу. — Наверняка в распоряжении корабля есть такой. Меня интересуют залежи полезных ископаемых поблизости, драгоценные руды и прочие полезные штуки, находящиеся под землей.

— Сонар у нас, конечно, есть, — призадумалась та. — Но, сам понимаешь, для его работы, требуется немалая мощность. Вот как найдешь мне источник питания — так и приходи…

— Не торопись! — сказал я, вытаскивая из кармана пригоршню разноцветных шариков. — Держи. Думаю, этого хватит как на сонар, так и на многие другие нужды.

— Что это? — недоверчиво разглядывая сферы, спросила голограмма.

— Энергетические камни высокоуровневых чудовищ, которые я добыл во время своего заточения в свернутом пространстве, — криво усмехнулся я.

Действительно, в тушах этих тварей мне попадались непонятные сферы. Я собирал их от нечего делать, а показав их Джигуру, узнал, что они весьма ценны и содержат невероятную энергию. Поместив их в чашу тестировщика, подождал несколько минут, пока Штайнер проводила обследование.

— Невероятно! — выдохнула та, наконец. — Да это концентрированная космическая энергия! Как тебе удалось? Откуда… А в прочем неважно! Этой энергии хватит, чтобы пробудить… Хотя нет… Зачем? Еще рано…

— Эй, так что насчет сонара⁈ — перебил замечтавшуюся офицершу.

— Да! Да-да, сейчас включу.

Передо мной развернулась карта окрестностей Академии. Теперь в гораздо большем варианте, нежели раньше, когда мы искали потерянное семя.

— А можешь на весь материк?

— Попробую на максимально удаленное расстояние, но многого не жди. Для этого мне надо запускать дроны, а это требует пробуждения подсистем и многого…

— Нет, тогда не надо, оставь как есть.

Карта еще чуть увеличилась.

— Все, это максимум, — вдохнула Штайнер.

— Отлично. А теперь поставь метки там, где замечены залежи полезных ископаемых и вообще все, что найдешь.

Сонар замигал, и буквально через пару секунд карта запестрела различными отметками: красными, зелеными, синими, белыми, даже золотыми!

— А теперь рассказывай.

— Перед вами карта Академии и близлежащих земель, — произнесла голограмма, показывая полупрозрачной указкой на карту. — Серая зона — Темный лес, голубая — вода. Зеленая — поля.

— Погоди, вода⁈ Я не видел поблизости никакой воды! — вклинился я.

— Немудрено, так как ближайшее к нам море находится как раз за Темным лесом. В него как раз впадает вот эта речка. Далее, красные отметки — руды железных металлов, зеленые — малахит, изумруды и полудрагоценные камни, синие — кристаллы иридия, белые — залежи серебра, а золотые — соответственно, золото.

Я задумался, вглядываясь в маркеры. Для моего плана немаловажное значение имело расстояние от Академии до предполагаемой цели, но и содержание полезных ископаемых тоже играло немаловажную роль.

— Ханна, как местное население добывает руду? — осведомился у голограммы.

— Да никак, — ответствовала та. — Поиск, постройка шахт и последующая добыча сопряжена с огромными трудозатратами, риском и потерей рабочих из-за частых обвалов, нападений хищников и прочих проблем. В основном, люди или торгуют с гномами, или же копают не слишком глубоко, выбирая места поближе к населенным пунктам.

— То есть, — продолжил за нее. — Если мы тут организуем поиск и добычу полезных ископаемых в шахте, выстроенной по всем правилам безопасности, то Академии больше не придется зависеть от внешних источников дохода?

— Верно мыслишь, Ричард! — поддержала меня Штайнер. — Даже больше — Академия сама станет сверхдоходным источником для торговцев. Рудные материалы нужны всегда и везде! Согласно моим разведданным, гномы безбожно задирают цены, заставляя людей постоянно искать другие способы добыть редкие материалы. Когда станет известно, что Академия владеет несколькими оборудованными шахтами, со всей страны сюда пойдут торговые караваны! Вопрос только в том, как ты собираешься их копать?

— В этом мне поможешь ты, Ханна! — улыбнулся я.

— Я⁈ Но как⁈ — удивилась она.

— Я заметил в ангаре несколько строительных роботов, — подмигнул ей.

— Ну… да, но они ведь обесточены! — растерянно произнесла Штайнер. — А те сферы, которые ты мне дал раньше, я уже пустила в расход…

— Не страшно, у меня еще есть, — отмахнулся я, не обращая внимания на ее возмущенные вопли. — Лучше скажи, что вот эти золотые отметки делают там, где на карте вода? Подводные месторождения золота?

— Нет, не думаю, — после небольшой паузы ответила та. — Судя по геометрически правильно расположенной форме… И точечным пометкам… Да, думаю, это затонувшие сокровища!

— Ого! — оживился, представив себе затопленные галеоны, набитые золотом. — Это очень кстати!

— Вот только на моем корабле нет амфибий и роботов-ныряльщиков, — ответила офицер.

— Нестрашно! — ухмыльнулся я. — Ведь есть же челноки для коротких вылетов в открытый космос?

— Да… есть, но зачем? — переспросила Штайнер. — Ты же не будешь их активировать? Там дело не только в запуске, но и в топливе. Потребуется просто прорва энергии…

— Это уже не твои проблемы, — сказал я. — Пригласи сюда Гурри. Хватит ей прохлаждаться…

Через полчаса мы с киборгом стояли в полутемном ангаре посреди различных бездействующих агрегатов, роботов и прочих челноков.

— Значит, ты хочешь, чтобы она скопировала наши устройства для последующего самостоятельного использования? — уточнила офицер. — Вообще-то это против правил, но в нынешней ситуации я пойду тебе навстречу.

— Ши-и-икарно! — выдохнула Гурри, оглядывая арсенал базы. — А сколько мне можно скопировать?

— Да хоть всех, — махнула рукой голограмма. — Только не повреди! Это собственность корабля… А. хотя кому оно надо…

Роботесса уже облепила ближайшего робота, служившего, судя по всему, для дальних вылетов в космос, хотя, кто знает его предназначение?..

— Гениально! Офигенно! — раздавался голос Гурри из внутренностей робота. — Чей светлый ум придумывал столь простые и одновременно невероятно сложные пути решений?

— Это надолго, — зевнула Шатйнер. — Иди Рич, я дам знать, когда она закончит. Заодно подготовлю строительных подрядчиков для постройки шахт.

Отдав ей еще несколько энергетических сфер, вышел на поверхность. Конечно, я мог бы воспользоваться своей долей сокровищ, притыренных старым фермером, но не думаю, что их бы надолго хватило. К тому же, Академии требовался постоянный источник дохода. Да и перспективы, описанные Штайнер, как нельзя лучше подходили для Остапа и его хозяйства. А мой геройский патронаж обеспечит как внешнюю, так и внутреннюю безопасность.

Интересно, а можно ли будет как-нибудь приспособить к этому делу триффида, когда подрастет? Если его ментальные характеристики увеличатся еще больше, то Темный лес перестанет быть темным. Что бы ни говорили экологи о балансе, но мы с ним на пару вычистим всех монстров, сделав его безопасной зоной! И пусть только сунется какая-нибудь тварь!

До вечера было еще далеко, а делать было нечего. От нечего делать я решил навестить ферму. Штайнер снабдила меня коротковолновым двусторонним передатчиком на всякий случай. Связавшись с ней, уведомил об отбытии и попросил держать в курсе событий. По словам офицера, Гурри обследовала едва ли одну десятую ангара и, судя по всему, пробудет там еще долго. Забежав к Аватару, рассказал ему свой план, получил одобрение и улыбку секретарши, живо представившей свое прекрасное будущее в свете разворачивающихся событий. Да, если все получится согласно моим задумкам, Академия практически станет новой столицей. Тут уже все зависело от самого Остапа.

Теперь расстояние до Фермы меня не пугало. Напротив, я срезал дорогу через границу Темного леса, надеясь на стычку с какими-нибудь Порченными или монстрами. Но, как назло, тварей поблизости не наблюдалось. Но стоило мне только подойти к забору Фермы, как блеснувшая на солнце черная молния сбила меня с ног, прижимая к земле!

Конечно, с нынешним уровнем тренировок я мог сто раз увернуться, а то и подмять под себя противника, будь это монстр или реальный враг, но я почувствовал ее задолго до прыжка.

Пару секунд я отбивался от заигрываний адской гончей, пока не почувствовал, как нажим ее ласковых «объятий» усилился. Да и пламя из глаз стало мощнее.

— Баффи, успокойся, — проговорил, пытаясь перехватить мелькающие в воздухе лапы. — Тише, девочка! Хо-рош!

Куда там! Проще было бы оттолкнуть бульдозер! Слегка напрягшись, мне все же удалось перехватить ее лапки, а еще чуть усилив нажим, и кувыркнуть ее на спину с недоуменным взвизгиванием. Так, ощущая жар ее горячего тела, держал ее целую минуту, прежде чем удивленная гончая поняла, что брыкаться бесполезно.

— Хозяин! — рыкнула она, принюхавшись. — Вас так долго не было! От вас странно пахнет! Древней кровью… Силой… И чем-то непонятным. Вроде растениями, но не растениями. Не здешним, а чужим!

— Умная девочка! — потрепав ее по голове, произнес я. — Ты все такая же. Как у вас дел…

Баффи вдруг резко обхватила меня задними лапками, заставляя рухнуть в ее объятия.

— Хозяин! — рыкнула она, проводя влажным языком по моей щеке. — Я соскучилась! Когда мы уже будем делать детей⁈ Вот мой прежний хозяин постоянно делал детей!

— То-то ты от него сбежала! — хмыкнул я, наслаждаясь ее обжигающим теплом. Честное слово, лежать на этой девушке было все равно, что на просыпающемся вулкане! Плюс этот зовущий аромат готовой к случке гончей…

— Он постоянно бил и унижал меня, — со вздохом призналась та. — Но Ричард совсем не такой! Ричард — добрый и хороший! Мне так хочется обнять вас, Хозяин! Так хочется стать вашей! Прямо сейчас и сил терпеть совсем нет!

— Но не здесь же, — прошипел, с трудом выпутываясь из ее захвата. — А если нас кто-нибудь увидит? Да и неохота мне на голой земле!

— Да никто не увидит! — отчаянно прорычала Баффи, пытаясь удержать ускользающую добычу. — Зомбина сидит в подвалах с книжками, а рогатые заняты делами!

Мне все же удалось подняться. Но девушка вдруг… заскулила, по-человечески всхлипывая. Я даже присел, не ожидая от нее такого поведения. Адская гончая и… плачет?

— Вы все добры ко мне! — проскулила она, закрывая лицо лапками. — Никто и никогда не был так добр ко мне! Как же, ужасный повелитель Бездны, Бафомет должна быть страшной и злой! Но мне приятна забота рогатых девчонок! А ты… Ты, хозяин… совсем меня не замечаешь!

Присев перед ней, ласково погладил по голове гончую. В самом деле, почему бы и нет?

— Баффи, помнится, ты мне как-то хотела рассказать про ваши традиции. Как в вашем племени происходят встречи самцов и самочек?

У той мгновенно высохли слезы и из глаз пыхнули языки пламени:

— Х-хозяин! Ты хочешь сказать?!. Хозяин желает стать личным кобелем для Баффи⁈

— Ну-у-у… — замялся я. Уж очень подозрительно это прозвучало. Но увидел широко распахнутые глаза гончей, наполненные таким ожиданием, все же решил согласиться. — Да.

Переждав взрыв бурных восторгов, остановил ее, носящуюся вокруг меня кругами, и спросил:

— А теперь, рассказывай подробно, что это значит и сколько драконов мне надо убить?

Гончая вылупилась на меня так, будто увидела впервые.

— Не-е-ет, драконов мы точно трогать не будем, — протянула она. — Личная связь — это признание друг друга, соглашение, уважение мощи и сил того, кто будет твоим личным кобелем…

— Или сукой?

— Или самкой, — поправила Баффи. — Там, откуда я родом, связь практикуется до сих пор. Но меньше слов — больше дела! За мной!

Она подпрыгнула на месте, в воздухе заработав лапами и рванула прочь от Фермы в направлении Темного леса.

— А куда мы бежим? — легко догоняя ее, спросил на бегу. Гончая с подозрением взглянула на меня и бросила:

— К моему логову!

И как следует, поднажала, очевидно, проверяя меня на выносливость. Хе-хе, ну, посмотрим, кто кого!

Гончая передвигалась огромными скачками, за раз покрывавшими метров двадцать-тридцать и оставлявшими после себя выжженное пятно! Но и я был не лыком шит, моментально преодолевая то же самое расстояние. У меня было даже искушение дернуть ее за хвост, но я вовремя удержался. Подскочив к лесу, Баффи ожидаемо снизила скорость, чтобы не врезаться в плотную стену деревьев. А я просто вскочил на ветки и помчался по ним, перескакивая с ветки на ветки, точно, как Тарзан или ниндзя.

— Так нечестно! — раздался сзади раздраженный рык. — Спускайся, или я так не буду!

— Ладно, ладно, — прокричал, спрыгивая на землю. Гончая тут же поравнялась со мной, полыхая языками пламени из глаз, и помчалась дальше.

Бежать стало чуть труднее. Но лишь самую малость. Стволы деревьев не представляли большой угрозы. Больше всего мне стоило опасаться корней, коряг и прочих незаметных глазу проблем, зацепившись за которые я бы не отделался обычным переломом. В этом случае гончей было гораздо проще, благодаря природному чутью, острому зрению и мощным задним лапам, мало отличающихся от собачьих. Уникальное строение ее тела позволяло ей с легкостью мчаться по пересеченной местности, в то время как мне приходилось за доли секунды крайне аккуратно выбирать себе дорогу.

Тем не менее, я ухитрился бежать с ней наравне, а когда впереди засиял солнечный свет, пробивавшийся через стволы деревьев-великанов, вылетел, не тормозя, обогнав взвывшую от ярости Баффи… и плюхнулся в ледяную воду реки! Хорошо, что река была хоть и широкая, но неглубокая. А низкую температуру воды я быстро перестал замечать.

Разозленная гончая ходила вдоль края берега, пуская целые столбы огня из глаз, но в воду не лезла.

— Что дальше? — крикнул ей. — Я победил? Мы теперь связаны?

— Пхе! — фыркнула Баффи. — Наивная лысая обезьяна! Это был просто забег! Настоящее испытание еще даже не начиналось! Посмотри налево.

Над водой возвышался небольшой утес, в котором я разглядел зев пещеры.

— Это и есть мое логово, — сказала гончая. — А теперь слушай цель испытания. Сейчас мы разделимся и пойдем в разные стороны искать монстров. Тебе нужно найти, убить и принести доказательство к моему логову.

— Выигрывает тот, чей монстр будет сильнее? — перебил ее.

— Истинно так! — согласно рыкнула Бафомет. — По правилам нам нельзя помогать друг другу, но если ты поймешь, что не в силах совладать, то не стесняйся и зови меня. Конечно, Испытание будет провалено, но также будет лучше, чем потерять жизнь⁈ Начали!

И тут же скрылась в северном направлении. Почесав голову, я выбрался из реки и, ежась от холода, побежал трусцой в южном.

Солнце было еще высоко. Я не мог точно сказать, сколько прошло времени, может около часа, когда я наткнулся на первого более-менее значимого кандидата в жертву.

Передо мной мирно жевал травку костяной носорог. Черт его знает, может он назывался по-другому, но по сути — та же самая корова, защищенная броней и вооруженная острыми шипами и длинным рогом. Если не насадит, то наколет или задавит. Она мне пару раз попадалась в том свернутом подпространстве и тактику я успел выучить более чем досконально.

Выбрав удачную позицию, стал кидаться в нее камнями, пока не обратил на себя внимание. Правильно расценив во мне угрозу, носорог кинулся в смертоносную атаку, стремясь нанизать меня на рог, как жука. Но я уже один раз попался на его удочку, пожертвовав шмат мяса и два литра крови точно такому засранцу, чтобы делать его соплеменнику щедрый подарок еще раз. Вовремя отскочив в сторону, ударил катаной по ногам животного. Та прошла сквозь слой костяной брони как нож сквозь масло! Я почти не ощутил сопротивления! Носорог утробно замычал, лишившись ног, падая и кувыркаясь по инерции. Не давая ему прийти в себя, подбежал и парой взмахов отделил голову от тела.

— А ты чудо, как хороша! — сказал, любовно осматривая катану. В прошлом бою у меня не было времени оценить это оружие. — Эх, была бы ты у меня в том аду…

Критическим взором осмотрев добычу пришел к выводу, что стоит поискать добычу покрупнее. Наверняка Баффи уже дерется с каким-нибудь сверхмонстром, желая превзойти меня! Не забыв вытащить энергосферу из тела монстра, двинулся дальше.

Положение осложняло то, что в связи с недавней массовой битвой у Академии, большинство гигантов разбежалось куда дальше привычных мест обитания. Да, стало безопаснее, но мне от этого сейчас было не легче. Да и заморозки ощущались гораздо сильнее. Мне еще пару раз попались средние чудовища, которых я даже трогать не стал, желая испытать удачу побольше.

И мне повезло! Перепрыгнув через очередную насыпь, увидел недалеко преспокойно дрыхнущего высокоуровнего Ящера-переростка. Поблагодарив Госпожу Удачу за столь проявленное ко мне великодушие, не теряя времени, подкрался к сверхмонстру, точным ударом катаны, снося ему голову. Так он все равно вскочил и замахал вслепую длинными лапами, как курица, которой отрубили голову, а она все равно побежала по двору.

Ящер был копией небольшого тираннозавра за тем исключением, что его передние лапы не уступали задним по ловкости, силе и размеру. Не знай я об этой его посмертной особенности, и пришла бы мне мгновенная смерть. Но пару раз уже видел, как более сильный монстр перегрызает ему шею и расслабляется, в то время как Ящер и не думал так просто сдаваться. Нет, он, конечно, уже был мертв, хоть его тело еще так и не считало, но лучше не лезть под лапы, а спокойно переждать в укрытии, что я и сделал. Вскоре грохот упавшего тела возвестил о моей скоропостижной победе. Вырезав из тела сферу, когти и пару чешуек, нагрузился по полной и двинулся в обратный путь, всерьез задумавшись о безразмерном инвентаре.

Нет, серьезно! Должен же быть у нормального искателя приключений инвентарь! Я согласен даже на ограниченный запас, лишь бы можно было бы хранить любые вещи без обязанности таскать этот груз на спине. Не то, чтобы мне было слишком тяжело, но все же… Я хочу инвентарь!

Спустя еще час вывалил содержимое рюкзака на ровную каменную площадку утеса и огляделся. Вечерело, а Бафомет все еще не появлялась. Пользуясь случаем, осмотрел пещеру. Разумеется, там был бардак, валялся мусор, кости животных и… Ого! Целая гора энергосфер! Сколько же надо было завалить монстров? Интересно, как давно здесь обитает Баффи? Судя по количеству шаров, можно сказать, что не меньше года. А то и больше. Бедняга. Неудивительно, что она так одичала.

Но в остальном пещера была довольно уютной. Я быстро навел порядок, вымел мусор, собрал раскатившиеся по полу сферы в аккуратную пирамидку, настелил свежей травы и веток на ложе, создав подобие почти домашнего уюта и принялся ждать. Но даже удобно устроившись на пледике, не мог расслабиться. Что-то гнало меня на поиски Баффи.

— Не могла же она пострадать⁈ — всерьез забеспокоился ее длительным отсутствием. — Она невероятно сильная! Да и нет поблизости таких монстров, которые…

Не договорив, схватил катану, рюкзак и помчался по следам гончей, благо даже такому профану как я было нетрудно их обнаружить. Тем более, они подсвечивались багровым в режиме поиска ауры.

Я вспомнил того невероятного гризли, победить которого мне помогла удача и кровь Дракона. Что если и гончей попался подобный противник, способный не просто противостоять, но даже победить ее⁈

Вскоре наткнулся на парочку загрызенных говноплюев, потом на мертвого носорога чуть поменьше моего, странную помесь слона с гиеной, естественно тоже мертвого.

«Не могла остановиться? — напряженно думал, проскакивая мимо очередного брошенного трупа монстра. — Понимаю, все эти слишком малы для тебя».

Долгое время следы вели из стороны в сторону, словно гончая металась по лесу в поисках дичи, как вдруг повели резко в сторону и прямо. «Значит, кого-то учуяла!» — подумал, ускоряясь. Расстояние между вдавленными во влажную землю отпечатками становилось все больше и больше — Бафомет, ведомая запахом монстра с каждым скачком сокращала дистанцию до желанной добычи. Деревья внезапно расступились, и я выскочил на огромную поляну, пораженный открывшимся зрелищем!

Да, Баффи нашла свою цель. Это был здоровенный Раммус — бронированное животное с зачатками разума. Взрослая особь могла вырасти на три-четыре метра в высоту. Мало того, что эти твари были трудно уязвимы для физического оружия, та они еще и редко бродили поодиночке. Благодаря стайному инстинкту они были той еще головной болью охотников и рудокопов, так как водились, в основном, у горных кряжей, предпочитая их пещеры лесным полянам.

Их было трое. Здоровенные особи, защищенные шипастыми панцирями спереди и непробиваемой чешуей спереди. Бафомет я увидел почти сразу. Она скакала между ними подобно огненной молнии, умудряясь уворачиваться от размашистых и с виду неуклюжих движений гигантов. Единственное, к чему этот вид чудовищ был крайне восприимчив, оставалось колдовство стихии Воздуха или Воды. Лезвия, сотканные с помощью этого вида магии, легко резали их панцири, способные выдержать удар осадного орудия.

Вот только магия гончей не причиняла им ни малейшего вреда, а мощные удары лапами отскакивали от брони, заставляя тварей лишь слегка отшатываться. Эти безумные скачки не могли продолжаться вечно. От Баффи уже во все стороны летела слюна и кровавый пот. Должно быть, эти твари в край загоняли ее, а отступить ей мешала собственная гордость.

— Баффи! Назад! Назад! Забей на испытание! — изо всех сил заорал я.

Но если гончая и услышала меня, то не подала виду. А твари между тем готовили коронную атаку. Я лишь раз видел ее исполнение и потом благодарил всех богов, что не был ее целью. Словно по сигналу две твари встали точно по бокам загоняемой в ловушку гончей, а третья отошла чуть назад, набирая место для будущего разгона.

Времени было в обрез! Изо всех сил рванул в сторону гончей, на ходу активируя все мыслимые режимы ярости. Как раз в этот момент оба загонщика одновременно ударили передними лапами, вооруженными метровым когтями, способными разрезать гранитную скалу, по отчаянно вертящейся гончей. Это была их стандартная тактика: если не ранить, то хотя бы оглушить жертву, чтобы коронная атака третьего наверняка размазала ее по земле.

Бафомет попалась! Увернувшись от первых двух ударов, она еле-еле смогла отклонить третий, чтобы встретить четвертый удар прямо на грудь!

— А-а-а-а!!! — закричала она от ужасной боли, падая на землю.

Третий монстр одновременно с атакой сородичей, помчался прямо на нее, на ходу сворачиваясь в шипастый шар, грозящий вот-вот прокатиться многотонной массой по раненой гончей!..

Время замерло…

Быстрее!

Удар по земле! Шипы выбили каменную крошку из гранитного кряжа! До столкновения осталась пара секунд!

Быстрее!

Баффи замерла, увидев несущуюся на нее неотвратимую смерть.

«Значит, все закончится здесь и сейчас⁈ — отрешенно подумала она. — Прости, Хозяин! Надо было тебя послушать…»

Еще быстрее!!!

Тело кричало от переполняющей его мощи. Кровь Дракона бурлила в моих жилах как раскаленная магма. Тридцать секунд! Тридцать секунд Силы, способной свергнуть самих Богов! Более чем достаточно!

Быстре-е-е-е-е-е!!!!!! Баффи! Я иду!!!

Бабах!

Вжу-у-у-ух!

С жутким грохотом шипастый шар прокатился между монстров, поднимая тучу пыли и песка. Когда она рассеялась, чудовища с недоумением посмотрели на пустое пространство там, где должен был лежать обезображенный раздавленный труп гончей…

Аккуратно положив стонущую девушку в безопасном месте за деревьями, я вымолвил лишь одно слово:

— ЛЕЖАТЬ!

И исчез в стремительном прыжке, помчавшись обратно к монстрам, зная, что они так просто не отстанут…

Налитое силой и огненной энергией красивое тело Принцессы Бездны, Признанной владыки Бездны второго круга Бафомета пело от счастья и грядущего восторга от предстоящего Испытания. Она мчалась по лесу, разыскивая жертву, при виде которой ее будущий муж проникся уважением и восхищением силой Охотницы, но, как назло, попадалась всякая мелочь, недостойная ее внимания. Как ни странно, но долго отсутствующий Ричард вернулся совсем другим. Исходящий от него аромат Силы, Крови и Мужества опьянял ее, заставляя учащенно биться сердечко, а шерстка внизу живота намокла так быстро, словно она нашла…

Стоп! Баффи так резко затормозила, что даже не сразу остановилась, оставляя борозды на земле от когтей.

— А что если… — тихонько пробормотала она вслух, — что, если Ричард и есть тот самый предсказанный ей Оракулом? Избавитель, приходящий ей в снах? Тот, кому суждено… Нет-нет-нет-нет! Хотя… Почему нет⁈ Почему нет?!! Я только за!..

Встряхнув головой, гончая отбросила лишние мысли и вновь устремилась на поиски. Она не являлась любительницей долгих размышлений, предпочитая действовать, а не строить планы. Если Матерь-Бездна решила наконец подарить ей толику счастья, то так тому и быть. Предыдущие Хозяева не оправдали ее надежд. Сколько их было? Десять? Сто? Она давно потеряла им счет. Все хотели одного и того же — добиться с ее помощью неограниченной власти, не думая о желаниях самой гончей.

Но Ричард… Он был… другим. Он стал Первым, кто повел себя с ней на равных. Более того, он принял на себя обязанности Первого, кто согласился на испытание! Более того, смог серьезно ее удивить, когда не отстал в лесу! И даже сумел опередить ее! Ее — повелительницу второго Круга Бафомета! Осознание этого одновременно злило и радовало гончую, впервые в ее бесконечной жизни вызывая самые противоречивые чувства…

Заметив добычу, превосходящую все ожидания Бафомет радостно рванула в их сторону, ни на секунду не усомнившись в своих возможностях, хоть никогда раньше и не видела этот тип монстров. Еще бы! Как смеют эти низшие твари противостоять ей! Повелительнице Бездны второго круга, самой Бафомете — саме⁈ Они обречены на поражение!..

Вот только монстрам было срать на ее происхождение. Они увидели в ней лишь легкую добычу. Осознание этого пришло в небольшую голову Баффи не сразу, но отступать было поздно, да и гордость не позволяла ей отступить с позором с поля боя.

Но стоило ей услышать предупреждающий окрик Хозяина, как жажда выпендриться зажглась в ней с новой силой, а еще через пару секунд она лежала на земле, оглушенная с переломанными лапками и ждала скорой смерти…

А потом произошло нечто. Она и сама не поняла, как очутилась в безопасном месте, а нависший над ней самец, так мало походивший на ее прежнего Хозяина, уронил всего лишь одно слово, приковавшее ее к земле даже против воли!

Она лежала, забыв про боль и переломанные конечности, впервые в жизни замерев от щенячьего восторга, наблюдая за схваткой, и молила Праматерь:

«Пожалуйста! Дай ему сил! В Бездну испытание, только верни его живым и здоровым!»…

Двадцать секунд! Хранительница Крови — не подведи!

Катана едва слышно… запела песню без слов. Ее музыка приятно обволакивала, помогала сконцентрироваться на бегу. Я вдруг увидел ауру врагов в новом для себя цвете — бурые пятна с желтыми вкраплениями на шее, коротких толстых ногах и узеньких глазках.

«Должно быть, слабые места монстров! Интересно, какие ты еще скрываешь тайны⁈» думал, запрыгивая на первого монстра, пробегая прямо по его вытянутой лапе, и коротким взмахом катаны вскрывая ему горло. Металл практически не почувствовал сопротивления, с хирургической точностью проделав длинный разрез, из которого тут же забила тугая струя крови.

Пятнадцать! Первое чудовище еще стояло на месте, не понимая, что уже умерло, а я уже прыгал на второго, подрубая ему сухожилия. Десять! Третий еще заносил лапы для удара, когда я воткнул катану в сочленение панциря и чешуи и рванул лезвие вверх, распарывая кожу и кости, располовинивая Раммуса на части. Пять! Финальный телепорт в сторону упавшего второго и эффектное падение с небес с отсечением головы…

Два… Один… Выход из боевого режима!

Остановился, чувствуя дрожь в коленях. От меня шел пар, едва не переходящий в дым. Одежда частично тлела, не выдержав трения о воздух. Разбираться с лутом банально не было сил. Но расслабляться было еще рано.

Доковыляв до раненой Баффи, смотрящей на меня с восторгом и ужасом, рухнул рядом, возложив на нее руки в последнем рывке, и пробормотал:

— Исцеление!

И отрубился…

…Пробуждение было довольно приятным. Моя голова лежала на чем-то мягком и пушистом, а нежные лапки гладили лоб. Открыв глаза, увидел перед собой растянутую до ушей улыбку Баффи.

— Сколько… — попытался прохрипеть я. Горло зверски саднило, а во рту было сухо, как будто мне насыпали раскаленного песка. Понятливая гончая тут же поднесла к губам мою фляжку. Напившись, повторил:

— Сколько времени я тут валяюсь?

— Полчаса, не больше, — тут же ответила Баффи, усиленно колотя по земле хвостом. — Когда ты потерял сознание и упал, то твое тело засветилось тем же странным светом и тут же погасло.

Я мысленно улыбнулся. Светлена не забывает чинить «повреждения».

«Не перенапрягайся так!» — прилетел отклик.

Поблагодарив стихию, сладко потянулся, чувствуя, как напрягаются натруженные мышцы и встал. Баффи тут же, радуясь, запрыгала вокруг.

— Ты почему не послушалась моего приказа? — спросил беззлобно девушку. — Я же видел, что услышала меня.

Та тут же понурилась и, поскуливая, ткнулась в ноги, глядя на меня снизу вверх преданными щенячьими глазами.

— Ну да, конечно, как можно сердиться на такую милашку? — вздохнул я. — Пошли разделывать добычу.

Мы на удивление быстро справились с тушами. После пары попыток Баффи нашла слабое место возле шеи, где панцири постепенно соединялись с чешуей, защищающей переднюю часть монстров. Благодаря этому, она стала ловко выдергивать чудовищ из брони. У Раммусов оказалось очень мягкое и нежное мясо. Панцирь прекрасно защищал их внутренности от повреждений. Недаром суп из черепах считается деликатесом!

Через час мясницких работ мы с гончей стояли у горы свежего мяса. Я не преувеличиваю! Реально — гора высотой около четырех метров и еще столько же в ширину. Навскидку — несколько тонн! И это мы еще лучшие куски вырезали! А сколько добра можно было срезать с панцирей…

— Знаешь, Баффи, — задумчиво сказал я. — Нам столько в жизни не съесть.

Та не ответила, капая слюной на вырезку.

— Но, думаю, выход есть. Не пропадать же добру, — продолжил я, копаясь в рюкзаке, на самом дне которого нашел передатчик.

— Алло, Штайнер, прием.

— Ричард? Слышу ясно и четко.

— Ты можешь запеленговать мои координаты?

— С точностью до метра.

— Тогда действуй и высылай по ним Гурри. Очень желательно, чтобы она взяла с собой Митча. Я тут завалил пару высокоуровневых монстров. Не хотелось бы терять столько хорошего мяса и ресурсов.

— Принято! М-м-м, далековато вас занесло! Гурри как раз закончила исследование ангара. Думаю, она доберется до вас быстрее, чем вы думаете! — из динамика донесся ехидный смешок.

Буквально через двадцать минут из-за леса молнией вылетел небольшой истребитель, зависший прямо над нами. Он был обтекаемой формы, а из брюха торчали хищные стволы, внимательно обшаривающие окрестности. Они явно служили для ведения прицельного огня. Это и была Гурри в своем новом облике.

Убедившись в отсутствии угрозы, она приземлилась перед нами. Люк сверху открылся и по выросшему боковому трапу скатился Митчелл. Молча взглянув на нас, он с зеленым лицом и негнущихся ногах прошел мимо к ближайшему кусту, где принялся с некрасивыми звуками блевать.

— Прости, — покаянно сказала ему вслед, принимая гуманоидную форму, киборг. — Я забыла, что ваши организмы плохо переносят болтанку. Да я сама еще не летала.

Я невольно посочувствовал бывшему пилоту, которому пришлось принять на себя первый полет робота. Даже мне пришлось бы туго, не го— Этоворя уже о том, кто никогда не летал.

Я вытащил более-менее чистую тряпочку из рюкзака и предложил парню. Кивнув, тот привел себя в порядок и повернулся, замерев от изумления.

— Мать твою, Ричард! — заорал он, показывая на лежащее перед нами богатство. — Что это?

— Это — мои трофеи, — ответил скромно я. — Решил пожертвовать их Академии.

— Да тут… тут, — задохнулся парень. Замолчав, он обошел кругом гору пованивающего мяса, попинал куски развороченных панцирей и вернулся к нам с расширенными глазами.

— Это же сверхмонстры! — крикнул он. — Да чтобы завалить одного такого нужна целая армия! Как тебе это удалось⁈ Впрочем… не говори.

Он задумался, бросая взгляды на поверженных распотрошенных чудовищ.

— Да тут мяса хватит, чтобы кормить всех желающих Академии в течение месяца! — прикинул он. — Вопрос, как теперь это все доставить обратно… Рич! Сможешь покараулить это богатство еще часок? Гурри, как бы мне ни было отвратительно, но придется полетать на тебе еще чуток.

Голубая молния унесла парня обратно. Бравый командир задумал быстро снарядить пару караваном вкупе с охраной, дабы безопасно перевезти столь ценные продукты. Заодно я намекнул ему на грядущие изменения в связи с разработкой шахт. Глаза Митчелла загорелись, когда он представил себе будущие изменения в унылой размеренной жизни Академии.

Менее чем через полтора часа на горизонте показались отчаянно скачущие всадники и первые телеги. Митчелл постарался на славу, пригнав немало телег, позаимствованных, скорее всего, у местных. Да и среди возниц и рабочих было немало незнакомых мне людей. Все без исключения были поражены размерам поверженных чудовищ, но благодаря понуканиям командира быстро взялись за работу, перенося мясо и разрезая его на более мелкие части, а также собирательством лута с несъедобных частей. Сферы, естественно, я забрал себе. Их размер был аномально огромен — примерно со страусиное яйцо. Митч был в шоке, когда увидел одно из них. По его словам, продав одно из них, я мог бы выручить кучу денег. Но мне они требовались для подзарядки рудокопных комбайнов.

Оставив караванщиков, мы с Баффи двинулись в обратный путь к логову, захватив с собой немного мяса на шашлык. Гончая шла непривычно медленно, держась чуть сзади. Я не донимал ее расспросами. Скорее всего, девушке было непривычно осознать то, что она, правительница Бездны, не справилась с какими-то монстрами и приняла помощь обыкновенного человека, пусть и обладающего удивительной силой.

— А как мы узнаем, кто победил в Испытании? — не удержался от подколки, когда мы молча прошли большую часть пути. Баффи посмотрела на меня тяжелым, не предвещавшим ничего хорошего, взглядом… и ничего не сказала! Только глубоко вздохнула. Наконец, впереди, раздалось журчание речки. Раздвинув последние кусты, мы вышли на лужайку, где Баффи жила все то время, пока не встретилась со мной.

— Да ты еще и тут отличился! — не выдержала она, увидев разложенные на утесе мои трофеи: когти, зубы, и прочие части тел огромного ящера. — Кому, блять, могли принадлежать такие зубы? Ты убил лесного Бога⁈

Я лишь улыбнулся в ответ.

— Можно и так сказать. Мне попался здоровый ящер, чуть побольше, чем твои приятели, которые едва тебя не раскатали в блин. Хорошо, что он был один.

— Ладно! Ладно, ладно, я поняла! — с вызовом воскликнула девушка. — Ты победил! Признаю! Более того, ты не просто победил, но и спас мою жизнь! Жизнь Владыки второго круга Бездны! Ты по праву завоевал не только место истинного Хозяина, но и стал первым, кого я могу за всю свою жизнь назвать своим Альфой! И поверь, это дорогого стоит!

Высказавшись, она прыгнула в пещеру, стараясь скрыть мило покрасневшую мордашку. Стоило ей только скрыться в глубине, как раздался новый крик:

— Мое логово! Ты… Ты… Ты навел тут удивительный порядок! Да я в жизни не видела такой чистоты! Рич…

Она внезапно выпрыгнула наружу и обхватила меня лапками, наконец, дав волю эмоциям.

— Ри-и-и-ича-а-ард! — скуля и подвывая, всхлипывала девушка. — Я-а-а.… я никогда-а не жила в таком порядке и чистоте! Меня-я-я всегда держали за оружие, заставляя жить в грязи и дерьме! Я-а-а-а…

Я обнял Баффи и наклонился к ее лицу, затыкая своим ртом поток ее долго сдерживаемых слов. Девушка, широко раскрыв глаза, сначала не могла поверить происходящему, а затем жадно вцепилась в меня, отвечая на поцелуй. Я ощутил, как она сперва тихонько, а потом, усиливая нажим, попыталась увлечь меня в пещеру.

— Э, нет, погоди! — с трудом отлепившись от нее, сказал я. — Сначала гигиенические процедуры!

— Какие еще процедуры⁈ — тяжело вздыхая от распираемой ее похоти, произнесла гончая. — Я хочу тебя! Хочу немедленно, здесь и сейчас! Сколько можно тянуть⁈ Возьми меня, Альфа!

— С удовольствием! — отозвался я, прикидывая свои возможности. Вот только сначала искупаю тебя!

Выпалив эту фразу, схватил девушку за шкирку и перебросил через бедро, швыряя ее вниз, прямо в ледяную воду реки.

— А-а-а-а-у-у-у-у… — раЗдался дикий вой ужаса в Темном лесу. Услышав его, монстры в страхе бежали куда глаза глядят, помня о живущей в этих краях ужасной гончей.

Бултых!

Не теряя ни секунды, освободился от одежды и в одних шортах прыгнул вслед за ней, сжимая в руке кусок мыла. Мне стоило больших трудов попросить о нем Митча не вызывая подозрений у Баффи. Теперь я собирался выложиться на полную, но привести девушку в порядок.

Гончей было плевать на температуру воды, но она просто не ожидала такого предательства от того, кому так сильно доверилась. Вынырнув и отплевавшись, она вдруг увидела прямо перед собой странно улыбающегося Ричарда, прячущего за спиной одну руку.

— Что там у тебя? — с подозрением спросила гончая, забыв про недавнюю обиду. — Неужели ты воспользовался моим состоянием, а теперь… О! Я поняла! У тебя там нож! Ты хочешь убить меня, чтобы всем хвастать, что одержал победу над самой повелительницей… Кхм. Что это?..

— Это мыло! Балда! Обыкновенное мыло! — ответил я, подходя к опешившей девушке. — А теперь, будь хорошей девочкой и постой спо-кой-но! Спокойно, блять, ***! Мать твою, я кому сказал! Плохая девочка! Место! А-а-а! Сука, больно же! Ну все… Ай! Боевой режим! Активация крови! Я тебя все равно вымою пусть и за тридцать секунд!..

Вопли ярости и ужасные крики разносились далеко за пределы лужайки, пугая немногочисленных обитателей Темного леса, а взбаламученная мыльная вода еще долго не могла успокоиться…

В это время где-то далеко от Академии в чертогах зиккурата Темного лорда шла нешуточная чистка…

Приближенные Повелителя забились в самые темные уголки замка, стараясь не попадаться на глаза своему господину.

— Да как же это?.. Как это возможно? — рычал Костяндр, меряя шагами зал. — Шантей! Сколько можно⁈ Шантей! Где ты⁈

— Я здесь, мой повелитель! — донесся чей-то сладострастный голос откуда-то сверху. — Вы звали меня?

— Да, звал! — пиная взвизгнувшую зазевавшуюся суккубу, ответил тот. — Шантей, скажи мне, почему все мои планы по умерщвлению этого пи***ра, Избранного Светлых богов рушатся⁈ Сколько я уже потратил на него слуг и ресурсов⁈

Он рухнул на трон, шаря вокруг злобным взглядом. К нему тут же подбежала одна из бывших пленных эльфиек, которым Темный лорд ради прихоти выжег мозги, превратив в свои секс-игрушки. Протянув Костяндру розги, она повернулась к нему своим пышным задом, исполосованном шрамами, и засунула в рот пальчики, предвкушая удовольствие через боль.

Лорд тут же воспользовался предложением, как следует перетянув хлыстом ее оголенный тыл, оставив на нем красную полосу, чем вызвал болезненно страстный полустон-полувопль эльфийки.

— Повелитель! — вновь донесся с потолка шипящий голос. — В который раз прошу вашего позволения на самостоятельную вылазку в стан врага! Поверьте, я вас не разочарую!

— Да верю я, Шантей! — ворчливо отозвался Костяндр, отбрасывая измочаленный кнут в сторону. К распростертой на ковре перед ним эльфийке уже спешили ее сподвижницы с тряпками наготове. Они тут же замельтешили, стараясь быстрее оттереть кровь и выделения соплеменницы, виляя перед господином соблазнительными попками, но Костяндру уже было не до них. Задрав голову, он уставился прямо в лицо той, что спрашивала его разрешения.

— Ты понимаешь, что мне не на кого тут больше положиться⁈ — проворчал он. — Шивер как с катушек съехала, родив ублюдка от этого Светлого! Не подпускает ни к себе, ни к нему! Хорошо, хоть мелкий растет быстрее, чем я предполагал. Остальные тоже ни на что не годны! Уйдешь, а если что с тобой случится? Кто станет во главе моих армий⁈

— Не беспокойтесь, мой повелитель! — прошелестел тот же голос. — Как бы ни был силен этот Ричард, ему не уйти от моих чар и острого жала! А действие моего яда вы видели своими глазами.

— Хорошо! — проворчал Костяндр, до хруста сжимая резные подлокотники трона. — Хорошо! Иди! Иди и уничтожь его! Если выполнишь обещанное, можешь просить у меня любую награду!

— Не «если», а «когда», повелитель! — донеслось затихающее шипение. — Клянусь честью, вы не пожалеете!..

Когда Темный лорд вновь поднял голову, взглянув на темноту бездонного потолка, там уже никого не было. Лишь паутина блестела там, куда доставал свет факелов…

— Шантей, — глухо произнес Костяндр, — если и у тебя не получится, то придется мне самому разобраться. Пусть и наперекор воле богов…

На мне места живого не было, когда я вылез из воды. Но специально не активировал лечение, чтобы этой мохнатой твари, которая выпрыгнула следом, стало стыдно. Гончая, как ни в чем ни бывало, встала на четыре лапы и принялась мотать всем телом и головой, как настоящая собака, разбрасывая капли воды во все стороны. На меня в том числе. Потом она уселась по-собачьи на задницу и принялась себя обнюхивать. Потом с задумчивым выражением на морде… То есть, я хотел сказать, на лице, задрала заднюю лапу и дотронулась длинными когтями до уха. Так и замерла.

Вот это гибкость! Я бы так не смог со всеми своими тренировками!

— Не чешется! — медленно произнесла девушка, опуская лапу и дотрагиваясь руками до своей роскошной гривы. Собрав длинные волосы в хвост, она поднесла его к носу и шумно вдохнула аромат травяного мыла, оставшийся после насильственной мойки.

— М-м-м! Как пахнет! Ого, они даже блестят! — умилилась гончая, взмахивая длинными волосами, как в рекламе шампуня. И не обращая на меня внимания, умчалась в пещеру. Вот тебе и вся благодарность.

Все еще не задействуя исцеление, поднялся на утес, намеренно прихрамывая и морщась, и уселся перед заранее припасенными ветками для костра. Прошла минута, другая. Баффи вертелась в глубине пещеры, полностью забыв обо мне.

— Кхе-кхе!

Ноль реакции!

— Кхе-кхам-кха!.. Кхе-кхе! Р-р-р-р! Баффи! Ко мне!

— А⁈ Что⁈

Девушка стремительно выскочила ко мне, едва не сшибив с ног, настороженно вынюхивая опасность, но ничего не обнаружив, успокоилась и повернулась в мою сторону.

— Ри-ич, в чем дело? Я тут пытаюсь понять, в чем дело, а ты отвлекаешь по пустякам. Ух, да ты ранен! Кто⁈ Кто посмел обидеть моего хозяина⁈ — зарычала она, заметив мою окровавленную грудь.

— Вообще-то это твоих рук дело, — заметил, скрестив руки. И ты до сих пор не извинилась, не говоря уже о простой благодарности!

— Упс…

— Упс⁈ — вскипел я. — Это все, чего я дождался после того, как спас тебя от смерти и вытерпел час пыток в реке⁈

— Не сердись, Рич, — торопливо забормотала гончая, ластясь ко мне. — Вот, ложись сюда, я сейчас сбегаю за подорожником. Он все раны лечит! И готовкой займусь! Лучше меня никто не готовит жареное мясо! Отдыхай, я мигом!

И исчезла, прежде чем я успел и слово сказать. Мгновенная реакция и дозвуковая скорость в действии. Хмыкнув, я растянулся на мягком ложе, но стоило мне только прикрыть глаза, как Баффи уже примчалась обратно, принеся целую гору целебных листиков. Не желая ее разочаровывать, прилепил их на места царапин и укусов, предварительно сполоснув водичкой. Та, удовлетворившись результатом, повернулась ко мне задом и легла на локти перед ветками для костра, выпятив свою выпуклую попку с задранным хвостом. Вряд ли она сделала это специально, так как наверняка совершенно не имела опыта в соблазнении с ее собачьими мозгами, но так наблюдать было даже приятнее. Девушка принялась складывать пирамидку внутри своеобразного мангала, выложенного из грубых камней. Закончив, она просто дыхнула искрами на щепки. Те вмиг занялись огнем.

— Ого, ты еще и огнедышащая! — не удержался я. Девушка повернула голову и улыбнулась:

— Только тогда, когда мне это нужно.

И занялась готовкой. У нее на удивление ловко получалось резать мясо когтями, остроту которых я проверил на собственной шкуре. Кстати, надо бы полечиться, пока она занята. Гончая, тем временем, насаживала кусочки мяса на длинные деревянные веточки необычного серого цвета. Должно быть, какой-то вид трудновоспламеняемой древесины.

— Ох, ты уже в порядке! — шустро проверив мое самочувствие, весело сказала Баффи. — Скоро все будет готово!

В уголках ее глаз при этом вспыхивало загадочное пламя. В принципе, я понимал, к чему все идет и сам с нетерпением ожидал начала действия. Но сначала — замечательный ужин из нашего трофея!

Мясо действительно получилось выше всяких похвал. Последний раз я также вкусно ел, наверное, еще у кошкодевушек. Почему-то шашлык лучше всего получается у зверолюдей. Скорее всего, это передается генетически из поколения в поколение.

Гончая ела на удивление мало, периодически бросая на меня странные задумчивые взгляды. Наконец, с едой было покончено. Девушка тут же придвинулась ко мне, но я успел схватит ее за уши.

— А-а-а-у-у-у, — проскулила она. — Рич, какого хрена⁈ Я мало вытерпела⁈ Или ты придумал новую пытку?

— Что-то вроде, — пробормотал я. — Очищение!

Голубоватая волна пробежала сверху вниз по телу гончей. Из густой шерсти хвоста и волос на землю с легким треском осыпались трупики насекомых и клещей.

— Где ты их прятала? — ехидно спросил я. — Вроде только что вылезла из реки.

— А они мне не мешали, — недоуменно произнесла та, потянувшись. — Ой, как приятно ста-а-ало! Рич, а теперь нам ничего не мешает начать делать детей⁈

— Теперь точно нет, — ответил, садясь на ложе и наблюдая за ней.

Но вместо того, чтобы наброситься на меня, как я того ожидал, Баффи встала передо мной и слегка дернула за цепочку, свисающую с ее металлического лифчика.

— Последнее, что от тебя требуется, — произнесла она, глядя на меня сверху вниз, — снять с меня это долбанные ограничители…

— Что снять? — переспросил я, привставая и дергая шутки ради за цепь. Едва я до нее дотронулся, как раздался хрустальный звон разбившегося бокала, гранитные чашечки, поддерживающие ее огромную грудь, потрескались и осыпались на землю! Причем каждый кусочек упал с таким грохотом, выбивая осколки из, казалось бы, каменного пола, что я аж челюсть выронил от изумления!

От всей фигуры Баффи при этом так сильно повеяло сокрушительной силой, призывным теплом и мощью, как я никогда не ощущал ранее, как будто и в самом деле…

— Поверить не могу! — раздался изумленный голос гончей. — Тебе удалось! Ты и в самом деле тот, о ком предсказывал мне Оракул! ТЫ СНЯЛ ОГРАНИЧИТЕЛИ!!!

Не теряя ни минуты Бафомет прыгнула на меня, буквально пригвоздив к ложу. Мы слились в страстных объятиях, одновременно пытаясь взять верх друг над другом. Гончей удалось сдернуть с меня оставшееся белье, но я стащил с нее кожаные трусы, заменявшие ей броню, при этом перевернув на спину.

Девушка была чересчур активна для предварительных ласок и постоянно, рыча, старалась освободиться от моих рук, поэтому я не стал рисковать и просто схватился рукой за ее промежность.

— Р-р-р-р-р-роу⁈ — удивленно рыкнула девица, выгибая спину. — Р-р-р-р-ра-а-а-а! — Когда внутрь ее сокровенного места проник сначала один мой палец, а почти вслед за ним и второй. Я усиленно принялся терзать ее клитор и все, до чего только мог дотянуться пальцами, а через минуту отправил погостить внутрь и третий палец. Баффи уже не рычала и хрипела, высекая искры из гранитного пола. Как еще держалось ложе при такой активности оставалось для меня загадкой. Наконец, девушка не выдержала и закричала нечеловеческим голосом, кончая с такой силой, что я едва успел отодвинуться в сторону.

— Ра-а-а-ау-у-у-у-у! — огласил ее вопль тишину ночного леса.

Отдышавшись, девушка без всякого перехода опрокинула меня на спину и, с восхищением оценив размер, уселась сверху, точно попав в мишень!

— О-о-ох, наконец-то! — рыкнула она, с ходу наращивая темп. — О да! Достойный член! О-ох! Давай же! Покажи мне силу и мощь Избранного Бездной!

Не слушая ее бредни, я усиленно работал, стараясь поддержать авторитет, с таким трудом заработанный. Когда девушка снова вздрогнула, в очередной раз испытывая новый оргазм, я скинул ее на ложе, утверждая позицию сверху.

Но Баффи тут же перекрутилась, слегка привставая и занимая коленно-локтевую позицию «по-собачьи», очевидно, одну из ее любимейших. Я не стал отказываться. Сдвинув ее не в меру активный хвост в сторону, схватился за пышные бедра и кинул собачке палку. А потом еще одну. И еще.

— Апорт!

К концу соревнования гончая уже униженно скулила, полностью признавая мой авторитет, но стоически терпела все мои приказы. Когда все закончилось, она высунула язык, часто-часто дыша, точно, как собака, пробежавшая несколько километров, пока я блаженно вытягивался рядом на едва уцелевшем ложе…

Наутро мы с Баффи вернулись к ферме. Гончая радостно скакала по окрестностям, наслаждаясь новообретенной мощью. Как я успел выяснить, ее первый хозяин, кто бы он ни был, заковал ее в эти ограничители, сдерживающие ее истинную мощь. Теперь же девушка искренне радовалась тому, что можешь на полную пользоваться всеми силами своего тела.

— Эх, попались бы мне сейчас эти Раммусы, — хвалилась она, — порвала бы их как Тузик грелку

Поглядывая на нее, вынужден был признать, что она и в самом деле могла это сделать. Веками сдерживаемая необузданная мощь прорвалась наружу, благодаря моим прикосновениям. К чему это могло привести, оставалось только догадываться. Я нечаянно пробудил одного из правителей самой Бездны, что бы это ни значило. Радовало одно — теперь моих приказов Бафомет слушалась беспрекословно. Даже более того, она практически угадывала мои мысли, несмотря на то что телепатией точно не владела. По обрывкам роняемых ею слов понял, что связь Хозяина была чем-то куда более мощным, нежели обычный контракт. Но большего девушка и сама не знала. Все, что знал ее куцый умишко, она мне поведала. Что поделать — Баффи всегда руководствовалась в первую очередь инстинктами, а не голосом разума.

— Оракул говорила то же самое, — виновато поделилась воспоминаниями. — Что я слишком плохо воспринимаю информацию или как-то так. В конце концов, она велела мне запомнить главное — как только я найду Избранного хозяина, моя жизнь, как и жизни всех вокруг, изменятся навсегда! Но решение буду принимать не я, а мой Хозяин, то есть ты.

«В общем-то, ничего нового, — размышлял, мчась в сторону Фермы. — Опять на меня повесили крутую херотень, за которую потом, соответственно, спросят отдельно».

У самого забора я отпустил Баффи мотаться по округе, строго-настрого наказав держаться подальше от неприятностей в виде любых хумансов. Насчет всего остального мог быть спокоен. Открыв калитку, вошел, и был приятно удивлен изменениями.

Дом старого фермера, а теперь и мой, был немного перестроен и сиял новыми красками. Слева от него я увидел новые постройки. Казалось, строительство вот-вот завершилось. Не входя внутрь, обогнул угол фермы и окинул взором пшеничные поля. Здесь все было по-прежнему. Я сразу увидел овечку, кормящую кур, и зомбину, вольготно раскинувшуюся в тени дерева с книжкой. Хм, раз девушки так спокойно разгуливают, стало быть, все рабочие давно убрались.

И в самом деле, никакого строительного мусора поблизости не наблюдалось. Значит, я прибыл как раз к концу обновления Фермы.

— О! Ричард! — помахала рукой Лия. Закончив с кормежкой пернатых, она поспешно выбежала из курятника, приветствуя меня. Йоко лишь подняла голову, убедиться, что со мной все в порядке и лениво махнув рукой, вновь углубилась в чтение. Ну да, зомбина отличалась редкостным хладнокровием, не считая нашей первой встречи. Я жив, стою на обеих ногах, значит, все в порядке.

— А где Фрейя? — покрутив головой, спросил овечку.

— Хозяйка в новом сарае доит скотину… и себя, — после некоторой заминки выдала Лия и подняла голову, с вызовом посмотрев мне в глаза. — Фермер… Рич… Ты не мог бы помочь мне подготовиться к зиме? Мне нужно подстричься…

Не сомневаюсь, что наша история лечения стала началом своеобразных соревнований между подругами. Вероятно, Лия тоже была бы не против, прося приласкать и ее тоже… под благовидным предлогом.

— Пойду навещу ее, — ответил овечке. — А потом помогу тебе.

Вспыхнувшая девушка поклонилась и умчалась в курятник, а я двинулся по направлению к новому сараю. Рабочие постарались на славу — здание получилось едва ли меньше самого дома, а то и побольше. Открыв дверь, я прошел внутрь, разглядывая инвентарь и животных. Надо отдать должное Фрейе — из нее получилась толковая управляющая. Стойла были заполнены коровами, свиньями и прочими незнакомыми мне животными, о предназначении которых я мог только догадываться, так как никогда не видел подобных. Из глубины сарая неслись странные механические звуки, напомнившие мне о насосной станции, мычание и слабые стоны.

Подойдя ближе, улыбнулся и постарался ступать как можно тише, подкрадываясь к занятой хозяйке. Коровка стояла посреди пустого стойла, схватившись за невысокий поручень, и доила саму себя. К соскам ее огромной груди был присоединен доильный аппарат. Фрейя низко склонилась, ритмично мыча и постанывая в такт работы доилки. Ее личико заметно покраснело, а кожа была покрыта потом. Одета она была в холщовый рабочий халат, который висел на одном честном слове на ее поясе.

Подкравшись сзади, я одним ловким движением застегнул ремни, прибитые к поручню к ее запястьям, приковывая таким образом, коровку к стойлу. Впрочем, она ничего на заметила, увлеченная процессом. Лишь когда я сдернул халат, она встрепенулась, пискнув и пытаясь автоматически прикрыться руками.

А ручки-то связаны!

— К-к-кто там⁈ — пытаясь повернуться, пропищала коровка. — Не трогайте меня, прошу! Берите, все, что пожелаете, только не трогайте меня!

— А это хорошая идея! — ответил я, пытаясь не засмеяться, глядя на ее упругую попку. — Пожалуй, я возьму то, что хочу!

— Ричард⁈ — пискнула Фрейя. — Рич, это правда ты⁈ Ой, не смотри! Мне так стыдно!

— Было бы чего стыдиться, — ответил я, дотрагиваясь до ее бархатной кожи. Девушка слегка дернулась, махнув длинным хвостиком, но при этом, глубоко вздохнув, словно именно этого и ждала. Наверняка, искусственная дойка стимулировала в ней сексуальное влечение, так как по внутренней стороне бедер девушки уже стекала липкая влага.

— У тебя замечательное тело, Фрейя, — добавил, развязывая ремень. Глядя на покачивающуюся в истоме девушку, трудно было удержаться от приглашения. Да и не собирался.

Приблизившись вплотную, сжал ладонями пухлые булочки коровки. Девушка охнула и покорно опустила голову, даже не собираясь что-либо отрицать. Напротив, она словно невзначай пошире расставила ножки, по которым побежали новые капельки ее любовных соков. Девушка и без того уже была на взводе, поэтому я не стал заниматься нежностями, а просто и без затей подтянул к себе эту очаровательную попку и резко вставил.

— О-о-о, да-а-а! — вскрикнула коровка. — Это именно то, что меня сейчас было надо! Твой большой и толстый член, Фермер! Долби меня, мой бык! Возьми-и эту коро-о-овку! Му-у-у!

Не отвечая распаленной коровке, упорно трудился над ее телом. Ладони скользили по ее влажной коже, поэтому я припер ее к стене стойла. Девушка уже несколько раз кончила и почти висела на поручне, совершенно выбившись из сил. В какой-то момент ворота сарая скрипнули, но мы настолько увлеклись, что не обратили внимания.

Когда, казалось, момент окончания этой бесподобной дойки был уже совсем близок, из-под нижней калитки стойла выскочила рогатая головка овечки.

— Что-то ты сегодня расшумелась, подруга, — произнесла она. И тут ее глаза встретились с моими, — Ой бл**! Ричард!!!

Возникла небольшая неловкая пауза. Огромные глаза овечки растерянно перебегали с опущенной головы коровки на мое лицо. Сделав правильный вывод, рогатая ехидна смущенно улыбнулась и исчезла, напоследок одарив меня многообещающим взглядом.

Когда ворота скрипнул еще разок, я вздохнул и хлопнул коровку по мясистой попке.

— Продолжим?..

…Выйдя из сарая, я сразу же позвал овечку:

— Лия-а-а-а-а!

Тут же раздался топот копыт. Из-за угла дома выскочила бешено несущаяся овца. Слегка подпрыгнув, она эффектно затормозила, остановившись прямо передо мной.

— Здесьповашемуприказуприбылавашефермерскоекомандирство! — выпалила она на одном дыхании, поедая меня глазами. Сердиться на такое было попросту невозможно. Да и особо не за что.

— Помоги Фрейе! — указав рукой за спину, слегка покраснев, приказал я. — Потом возвращайся.

Овечка, не задавая лишних вопросов, умотала в сарай. Меня хватило только на то, что расстегнуть ремешки и уложить полубесчувственную коровку на сено, где она и лежала, сейчас медленно приходя в себя после чересчур активной дойки.

Лия справилась довольно быстро. Выскочив из сарая, она подбежала ко мне и отрапортовала:

— Фрейя уже в норме. Как только она закончит с делами, то сразу будет готова.

— Вольно! — скомандовал, глядя сверху вниз в преданные глаза рогатой. Та тут же выдохнула. — Помнится, ты просила меня о какой-то услуге?

— Да-да! Фермер, прошу! — шагнув еще ближе, прошептала Лия. — Мне требуется помощь, о которой я не могу просить никого кроме вас!..

Буквально затащив меня в старый сарайчик, где девушки жили изначально, она ринулась к ящику с инструментами, в котором принялась отчаянно рыться.

— Ай! Бл*! — ругнулась девушка, засовывая пальчик в ротик. Очевидно, порезалась об второпях. — Ага! Вот он!

С торжествующим видом овечка вытащила странный предмет, внешне напоминающий продолговатый брусок металла или небольшой слиток серебра. Передав его мне, она уставилась на меня с непонятным ожиданием.

— Что это? — спросил, заодно вылечивая порез на ее пальце. — Артефакт?

— Точно, Рич! — кивнула та. — Это старый кромсатель Джонатана. Правда, он им очень давно не пользовался, поэтому даже не знаю, работает ли он вообще. Ну-у, я не специалист по этим штуковинам. Будь так любезен, проверь его, а?

— Кромсатель, говоришь? — пробормотал, вертя в руках непонятную штуковину. — А что он должен кромсать? Ай!

Один из краев артефакта был невероятно острый. Вероятно, об него овечка и порезалась. Автоматически залечивая ранку, я представил себе, как веду этим камушком по плоской поверхности и вдруг…

— Джонатан использовал его, чтобы состригать с меня излишки шерсти, — смущаясь, сказала Лия. — Зима на пороге, а я до сих пор в старой шубке хожу. Садовыми ножницами не очень удобно постригаться, а просить Фрейю я не хочу, после того как она едва не отрезала мне пальцы!

Повертев в руках артефактный бритвенный станок, нашел небольшую выпуклость, типа кнопки. Разумеется, я не стал сомневаться, а просто нажал на нее. Камень тихо завибрировал и зажужжал, но практически сразу стих, словно батарейка сдохла.

— Так я и думала, — огорчилась девушка. — Мана кончилась. Что же делать?..

Не отвечая ей, продолжил исследование штуковины. Попытка влить ману напрямую в прибор успехом не увенчалась, значит, где-то было зарядное устройство! Лишь после тщательного осмотра, заметил на нижней части, противоположной режущей кромке, пару царапин, будто артефакт куда-то неаккуратно вставляли. Осталось только найти его.

— Лия, где Джонатан хранил все инструменты? Ты не видел, где он брал этот артефакт? Может, он стоял у него в доме?

— А? Нет-нет, — отрицательно покачала головой девушка. — Все здесь. Я где-то видела, секунду.

Нырнув снова в ящик, она выудила еще более странный предмет, напоминающий большое яйцо с выемкой посредине, точно совпадающее по форме с «кромсателем». Уже взяв в руки устройство, ощутил слабый отклик маны, находившейся внутри него. А вставив в него «бритву», услышал слабый щелчок фиксации, а на боку «яйца» загорелись деления, вероятно, обозначающие степень зарядки и остаток маны самого устройства. Как и ожидалось, оба значения стремились к нулю. Тогда я попробовал вручную осторожно влить ману в зарядку. Как ни странно, но эта попытка увенчалась успехом, и колонка заполнения устройства маной быстро наполнилась до предела. Послышалось равномерное гудение, а стрелка, показывающая уровень зарядки постепенно стала подниматься вверх.

— Если я правильно понимаю, нам надо дождаться, когда вот эта стрелка доползет вот до сюда, — показал любопытной овечке, внимательно следившей за моими манипуляциями. — Как она остановится — позови меня, а я пока навещу Йоко.

Зомбина лежала все там же, увлеченно читая книгу. Но стоило мне приблизиться, как она тут же поприветствовала меня. А ведь я подходил с подветренной стороны и старался как можно меньше производить шума!

— Привет, Хозяин! — произнесла она, не отрываясь от книги. — Что нового?

Даже беглого взгляда хватило, чтобы осознать, насколько похорошела зомбина. Она и в прошлый раз отличалась куда более лучшим телом, нежели обычно, а сейчас вообще была почти неотличима от обычного человека, за исключением шрамов и швов по всему телу, от которых даже святое исцеление не помогло избавиться.

— Это я хотел спросить, — ответил вопросом на вопрос. — Что тут произошло за время моего отсутствия?

— В общем, все, как и было запланировано, — ответила та. — Рабочие перестроили дом, сараи, коровники, курятник и прочие постройки. Я не показывалась им на глаза, а в подвал они не лезли. Конечно, парочка из них попыталась ночью скоммуниздить то, что плохо лежит, но после того, как я вмешалась, они благополучно передумали.

— Они хоть живы-то остались? — усмехнулся, представляя ужас рабочих, увидевших ночью Йоко с горящими глазами.

— За кого ты меня принимаешь? — слегка обиженно ответила та. — Просто немного попугала. Зато про Ферму теперь идут слухи, что она проклята и на ней есть привидения. Сам понимаешь, это только отпугнет любопытных.

— А ты, я смотрю, похорошела? — сказал, проведя рукой по ее гладкой спине. Девушка лежала на животе в коротких шортах и топике. Что самое замечательное, — от нее больше не воняло гниением. Напротив, шел слабый аромат лаванды.

— Вам нравится? — оживилась Йоко. — Я нашла старый манускрипт, провела ряд опытов и привела это тело в еще больший порядок, чем оно было раньше. А ванны из масел лаванды позволяют мне приятно пахнуть. Даже Баффи больше не отворачивается, когда мы рядом.

— Да, теперь ты гораздо лучше выглядишь, чем раньше! — воодушевленно сказал я, присев на корточки и продолжая гладить ее спинку. — Кожа такая прохладная, но приятная на ощупь. И…

Йоко неловко повернулась, и я ухватился за ее ягодицы, прикрытые легкой тканью. Жамк-жамк! Прежде чем она среагировала, я успел, как следует помять ее попку. А вполне ничего!

— Вам нравится? — бледнея, спросила девушка, пряча глаза. — Я уж думала, это тело не привлекает ничей взор…

— Ну и зря! — ответил я. — Ты очень привлекательная молодая девушка. Думаю, тело подстраивается под твой дух и скоро станет еще красивее! Надо только…

— Рича-а-ард! Ферме-е-е-ер! — донеслось из сарайчика.

— Договорим позже! — вставая, сказал я. — Дела зовут. Надо постричь одну овцу…

Зомбина долго глядела вслед Хозяину, а когда тот исчез в дверях, невольно дотронулась до странно зудящего места между ногами. Странное, давно забытое ощущение будоражило ее голову.

«Может, мы с ним…? Ой, что я несу! Я живой труп, а он — хуманс!»

Снова уткнувшись в книгу, Йоко попыталась сосредоточиться, но те мысли упорно возвращались. А к ним еще добавились сладострастные стоны, которые понеслись из сарайчика…

Когда я зашел внутрь, не забыв на всякий случай запереть за собой дверь, овечка в нетерпении приплясывала у зарядки артефакта. Стрелка показывала самый максимум. Отсоединив его, попробовал нажить кнопку. Прибор тут же завибрировал, весело жужжа.

— Итак Лия, пора сменить шубку. Ты готова?

— Да-да! — весело заскакала передо мной девушка. — Хочу-хочу!

— Только стой спокойно, а то порежу, — предупредил, включая прибор.

Сначала все было в порядке. Прибор справлялся на удивление прекрасно, оставляя за собой полосу гладкой белой кожи. Управившись с руками, шеей и спиной, я остановился в легкой задумчивости, размышляя, как быть дальше с ее остальными частями тела. Лия старалась не вертеться, но периодически шумно вздыхала, особенно, когда я ненароком касался ее нежных мест. А я ведь еще даже не начинал брить грудь или попу…

— Слушай, что-то мне не хочется… — показывая на ее небольшой бюст, сказал овечке.

— Нет-нет, не прекращай! — вскрикнула она. — Все будет хорошо. Я не буду вертеться, обещаю!

— Хорошо, — ответил я, касаясь артефактом области над ее грудью. Водя им, заметил, как девушка постепенно распалялась, хоть и отчаянно пыталась сдерживаться.

— О да… — донесся до меня ее едва слышный шепот. — Да-а-а, как хорошо… Брей меня, мой Фермер! Побрей бля… Нах** бля всю меня побрей! Да бля!

Я решил не церемониться, а просто приподнял рукой одну из сисек, быстро скашивая всю шерсть, пока Лия еще могла себя контролировать, но при этом задел торчащий сосок. Овечка вскрикнула и до крови закусила губу.

— Кажется, ты говорила, что не будешь вертеться! — саркастично заметил, когда девушка порывисто подалась ко мне. Хорошо. Я успел выключить бритву.

— Н-нет-нет! — пискнула та. — Я п-просто дурачусь. Просто дурачусь! В-вот и в-все! Все в порядке! Давай, продолжай!

В пару взмахов я доделал работу спереди и повернул девушку аппетитным задком к себе. Лия понятливо приняла коленно-локтевую позицию и раздвинула ножки, чтобы не доставлять мне неудобств. Оставалась самая важная часть работы. Я включил артефакт и повел прибор по ее попке сверху вниз, приближаясь к запретному местечку…

— О да, бля! — тяжело выдохнула овечка, теряя концентрацию, стоило только лезвиям артефакта коснуться ее кожи. Она явственно пошатнулась, но вовремя удержалась на месте. — Брей мою жопу, сучка! Да-а-а-а, оголи меня полностью. Хочу стать голенькой овечкой! Да-а-а буду голой, бля, овцой! Да-а-а, гладь мою голую жопу! Да, бля!

— Так, я прекращаю! — выключив прибор, сказал я с угрозой в голосе.

— Т-т-ты чего⁈ — воскликнула Лия, приходя в себя. — В чем дело?

— Нет, так дело не пойдет! Я прекращаю! — ответил, пытаясь солгать самому себе, что меня не заводит эта ситуация. — Мне не по себе!

— Нельзя останавливаться на половине! — заламывая руки, вскрикнула девушка. — Посмотри, на кого я похожа.

— Да плевать!..

— Ты мой Фермер или кто⁈ Нельзя меня полубритой оставлять! Давай Рич, не будь слюнтяем!

— Ах так! — поворачивая ее голову вперед, сказал я, в очередной раз развязывая пояс. — Сама напросилась.

— Расслабься, — прохрипела та, запрокидывая голову. — Все будет путем. Ладно?

И я включил оба прибора. Первый повел по влажным бедрам, сбривая намокшую шерсть, а второй держал наготове, ожидая момента…

— О бля… О боже, да бля! В п***ду все сбрей! О да, у меня п***ц как намокло там, бля! Просто мощный водопад Вы*би меня ею нах*! Выбрей жопу! Выбрей везде! — запищала овечка, падая красным лицом в сено. — Выстригай все в п***ду у самой дырки! Засунь мне ее в зад, быстрее! Засунь немедленно! — заверещала овечка, упираясь в меня практически сбритой попкой. — Сбрей мне зад, давай!!!..

Резко выключив первый прибор, я тут же включил на полную мощность второй, послушно исполнив пожелание Лии. До бедной овечки даже не сразу дошло, что стрижка плавно переросла в секс, до того она увлеклась процессом. Лишь, после того как ее сотряс первый оргазм, она повалилась на пол, не выдержав напряжения в тоненьких ручках, а перевернувшись, увидела перед собой второй артефакт.

— Ричард! — слабо произнесла она. — Это же не стрижка, а совокупление!

— Давно это у тебя? — поинтересовался, пользуясь моментом и смахивая огрехи шерсти.

— Давно… что? — удивилась овечка, восстанавливая сбившееся дыхание.

— У тебя с головой проблемы! — вздохнул, переворачивая ее на животик и добривая остатки. — Это началось с Джонатана?

— Придурок! — не согласилась Лия, краснея еще больше. — Нельзя такое девушкам говорить. Я думала, мы друзья! Н-но да, ты прав. Хотя это началось у меня еще раньше. Предыдущий хозяин тоже пользовал меня одновременно с наказанием розгами. Однажды я поняла, что с нетерпением жду его посещения и наказания через боль. А стоило только Джонатану начать стрижку, как я моментально теряла самоконтроль. Как и случилось сейчас…

— Понятно, — выключая артефакт, ответил я. — Что же, тогда попробуем привести тебя в порядок… Или хотя бы займемся славным сексом…

Лия оказалась хорошей ученицей, хотя ей постоянно клинило башню, когда я прижимал ее к полу, пользуясь силой. Следовало хорошенько поработать над ее сдвинутой психикой, вот только я так и не нашел никого, кто бы мне помог с магией разума. Даже Джигур отказался помогать с этим, явно что-то недоговаривая.

Закончив со «стрижкой», вышел из сарая, отметив, что солнце уже высоко, а мне чертовски хочется жрать. Фрейя как раз заканчивала накрывать на стол. Будто прочитав мои мысли, она подняла голову и приветливо помахала мне:

— Обед готов!

За забором что-то грохнуло и на лужайке, распугав куриц, приземлилась Баффи с высунутым до колен языком. Но, прежде чем она рванула к столу, раздался мой повелительный окрик:

— Лицо и лапы вымой сначала!

Подняв уши и закрыв рот, Бафомет недоуменно воззрилась на меня, но, поняв, что спорить бесполезно, поплелась к рукомойнику. Зомбина уже устраивалась на краешке скамьи. Еда ей не требовалась, но она не пропускала посиделки. Из сарая показалась овечка. Смущенно прикрываясь ладошками, она просеменила к оставленному коровкой рабочему халату, который поспешно и напялила на голое тело.

— Ого, какая ты красивая, Лия! — восхитилась Фрейя, увидев подошедшую овечку. — Я так давно не видела тебя без твоей шерстки! Кстати, где она? Надо будет заново набить подушки.

— В сарае, — вяло показала лапкой та. — Я сложила ее в кучу. На большее просто не хватило сил…

Коровка усиленно делала вид, что ничего особенного не произошло ни в новом сарае, ни в старом. Но тут в разговор влезла Баффи:

— А Ричард теперь мой Избранный Хозяин! — бухнула она, усаживаясь. — И мы с ним всю ночь делали детей!..

Бедная Фрейя все-таки подавилась и закашлялась. Невозмутимая Йоко лишь приподняла бровь, пока стучала ее по спине. Овечка густо покраснела и спрятала голову в ладонях. Только я, как ни в чем ни бывало, продолжал кушать замечательный супчик. Оглядев стол взором победительницы, гордая гончая пересела поближе ко мне со своей тарелкой, дабы никто не усомнился в правдивости ее слов.

— Как интересно, — ровным тоном сказала зомбина. — И кто же у вас теперь главный в семье?

— Разумеется… — начала было Баффи, задирая подбородок.

— Лапу! — произнес скучающим тоном, отставляя руку в ее сторону ладонью вверх.

Та тут же бросила ложку, кидаясь обеими лапками на мою руку, высовывая язык и отчаянно молотя хвостом. Йоко фыркнула и вернулась к книге. Я заметил, что она не притронулась к еде, да и зачем она зомби?

— Я рад, что у вас все в порядке, — произнес по окончании обеда. — Теперь вы одна большая семья. К сожалению, не могу остаться с вами навсегда — вы же знаете, мое предназначение не позволяет такого счастья. Но обещаю никогда не забывать вас, где бы ни оказался. Фрейя, Лия, Йоко, Баффи — вы все одинаково значимы для меня!

— Фермер? — с тревогой спросила коровка. — Не значит ли это, что в скором времени вы собираетесь нас покинуть? Ведь зима на дворе? Сейчас крайне опасно искать приключений!

— Если бы я сам еще их искал, моя дорогая Фрейя, — грустно усмехнулся, глядя на ее личико. — Обычно они сами находят меня, и приходится все бросать и мчаться неизвестно куда.

— Куда бы вы не пошли, мастер, — выступила вперед зомбина. — Моя задача сопровождать вас…

— Нет, Йоко, — отрицательно мотнул головой. — Мой тебе приказ — защищать ферму. Здесь находятся дорогие мне девушки, и ты в том числе. Я не хочу вернуться сюда однажды и застать все разоренным от рук бандитов или лап монстров. Я могу на тебя положиться?

— Безусловно, мастер! — поклонилась та. — Но как же Баффи? Разве ее одной будет недостаточно?

— А ты думаешь, я смогу ей приказать остаться здесь? — вопросом на вопрос ответил я. — Посмотри на нее.

Действительно, осознав, что речь идет о ней, гончая бухнулась на колени и глядела на меня умильной собачьей мордашкой, распахнув огромные преданные глаза.

— Да, — вздохнула зомбина. — Еще как понимаю. У вас ведь есть план, мастер?

— Еще бы! Поверь, очень скоро все изменится! Верь мне!

— Я верю, мастер! — кивнула та. — Ферма будет под надежной защитой!

Заручившись ее поддержкой, я мог ни о чем более не волноваться. Простившись с девушками, вернулся в Академию, сопровождаемый Баффи. Единственное, чего мне удалось от нее добиться — вести себя хотя бы чуть-чуть по-человечески. Не спрашивайте, каких трудов мне это стоило. Главное — я взял с нее клятву не трогать людей, а остальное меня не волновало.

Впрочем, цивилизация ей быстро наскучила. За один час исследовав всю прилегающую территорию, она, не сказав ни слова, легко перемахнула через высоченный забор и скрылась из виду. Впрочем, за нее я мог вообще не беспокоиться.

Заглянув к Штайнер, поделился сферами, взятыми с Раммусов. Так решилась проблема подзарядки роботов-рудокопов, которые тотчас были отправлены скрытным путем на самые богатые месторождения. Гурри уже гарцевала у выхода, еле сдерживаясь от желания поскорее отправиться на золотые прииски. Не видя причины задерживаться, приказал ей перестроиться в форму мотоцикла. Как только она была готова, оседлал горячий байк, и мы рванули в сторону гор. Когда стены скрылись в отдалении, Гурри перестроилась в шестиногого паука-шагохода, а я занялся изучением подробной географической карты, составленной Штайнер по моей просьбе.

Сам материк имел форму летучей мыши с очень большими крыльями. Выходило так, что Академия находилась в долине, со всех сторон окруженная Темным лесом, полным монстром и тайн, на самом западном краю материка. Эльфийское королевство напротив, было на восточном краю. Центр человеческих поселений так и был обозначен «Центр» и находился, соответственно, посредине карты.

Ниже городов хумансов находились разрозненные шахты и подземные города гномов. Ну, разумеется, множество темных пятен, помеченных вопросительными и восклицательными знаками. Как пояснила Штайнер, это были неизученные области, или зоны абсолютного зла, из которых никто не возвращался. Даже ее поисково-разведывательные дроны.

Также по краям континента находились отдельные поселения прочих малочисленных рас, ведущих уединенный образ жизни. Меня они пока интересовали мало.

Мы же направлялись через Темный лес прямо к горному хребту, за которым находился мировой Океан. Именно в нем находилось наибольшее количество золотых отметок, указывающих на нереальное количество золотого запаса. Но ничто не лежит просто так. Было отчетливо видно, как голограмма офицера вздрагивает от страха перед тем, что могло скрываться в глубине темных вод.

— Сначала стреляй, потом смотри в кого! — рекомендовала она, прощаясь. — В такие места не суется даже подводный народ, в этом я уверена. Все, что там может находиться — глубоководные монстры… и Нечто.

Горы как-то быстро кончились. Да и представляли собой они не величественный хребет со снежными шапками, а скорее сопки — небольшие холмы, покрытые вечнозелеными полями. Миновав последнюю гору, мы остановились у обрыва, в самом низу которого плескались воды какого-то безымянного моря, выходившего в Мировой Океан.

Я стоял рядом с перестраивающейся в космический грузовой челнок Гурри. Честно скажу — меня пробирала дрожь, стоило мне только взглянуть вниз, в черные бездонные воды. А лезть надо было! Именно в этой области находилось больше всего таинственных отметок с золотыми маркерами. Пока я предавался размышлениям, киборг превратилась в странную помесь небольшой подводной лодки с крыльями и хищными раструбами спереди. Интересно, как ЭТО могло летать в безвоздушном космическом пространстве? Но не мне судить.

— Я готова Рич! — прозвучал искаженный голос Гурри.

В тот же момент сзади открылся небольшой люк, через который и я проследовал внутрь. Судя по всему, роботесса решила не полностью копировать внутреннее убранство, оставив только одно-единственное кресло для пилота и панель управления. Впрочем, она в любой момент могла вырастить из своего тела все желаемое. Может, в самом деле, стать ее Пилотом? Какая безграничная мощь!

— Слыш, Гурри? — спросил, усаживаясь за пульт. Стоило мне коснуться панели, как по оживающим экранам пробежали голубоватые молнии, перескакивая на мои руки. Слегка покалывало, как статистическое электричество. Зато я вдруг осознал, как именно управлять челноком. Это было немного странно, но приятно.

— Как происходит слияние тебя и твоего Хозяина? Что ему надо для этого сделать?

— Т-ты решился⁈ — вздохнула та, не веря услышанному. По всему остову челнока пробежала явственная дрожь. — Ты хочешь стать Пилотом⁈

— Не спеши! — проворчал я. — Пока и сам не знаю. Как-то не хочется принимать на себя лишний груз ответственности. Мало мне своих нерешенных проблем. Хотя, признаю, твоя помощь была бы неоценима… Подумать надо! Ты пока расскажи, как происходит испытание Пилота?

— Я-я сама толком не знаю! — а киборг явственно повеселела! Ее не смутил даже мой отрицательный ответ. — Данные находятся в зашифрованном даже от меня кристалле памяти. Прочесть их может лишь тот, кто решил стать кандидатом в Пилоты!

— Значит, разберемся позже, — ответил, рассматривая панель и развлекаясь с увеличением\уменьшением экранов. Какие технологии! Я мог, даже не касаясь рукой панели, взглядом приближать любые цели, а следовавшие за мановением руки прицелы тут же наводились на нужную точку. Чертовски, здорово!

— А пока займемся самым необходимым. Надеюсь, ты уже изучала новые возможности?

— О! Еще бы! Ты не представляешь, Ричард, насколько они превосходят все то, что я знала! Технологии Древних…

— Тогда ныряем! — перебил ее, вклиниваясь в безудержный монолог восхищенной роботессы.

Заткнувшись, та, не издавая ни звука, приподнялась над землей и плавно подлетела к самому краю обрыва. Я ровным счетом ничего не почувствовал! Настолько бесшумно все происходило! Если бы не менявшийся вид на экранах, решил бы, что она еще прогревает моторы.

Челнок завис над самым краем и внезапно нырнул вниз, в бушующие темные воды! Но не успел я испугаться, как Гурри выровнялась и притормозила, переводя свободное падение в контролируемый полет. Я практически пропустил момент, когда обтекаемое тело челнока коснулось воды и погрузилось во тьму. Правда почти сразу Гурри включила что-то вроде сонара, только куда круче! Пространство на экранах осветилось голубоватым светом, и обступавшая нас тьма пропала, словно челнок стал источником невероятно мощного света!

— Гурри, а мы случайно не светимся? — осведомился тревожным тоном. — Как бы это не стало для нас угрозой внизу?..

— Нет, Ричи, не волнуйся, — «улыбнулась» та. — Эта технология изготовлена совсем на другом уровне и вообще-то использовалась для обнаружения любых объектов в космосе. Проще говоря, мы видим всех, а нас не видит никто. Для монстров и прочих тварей мы представляем собой плавающий кусок металла. Необычно, но как источник пищи точно не заинтересуем.

— Это радует! — улыбнулся в ответ, принимаясь разглядывать окружающую нас обстановку. Кстати, интересно, смогу ли я связаться с водными духами и русалками отсюда? Но тут же сам себе и ответил — скорее всего, нет, так как закрывающий купол дебила Тираниила закрывает не только сушу, но и воду. Как я не мог позвать никого из них впервые при попадании на этот материк, так не смогу и отсюда. Для этого нам надо было пересечь экранирующий щит Системы, про которую я уже успел благополучно забыть, избавившись от ее назойливых напоминаний.

Кстати, интересно, как выглядит с точки зрения Системы Гурри? Как там это делалось?

Прищурившись, вызвал характеристики челнока. М-м-м, ну примерно такое я и ожидал. Сплошные вопросительные знаки. Убрав мешающие окошки, забросил их в дальний угол сознания. Не хватало еще мне превращать мое фентези приключение в литературное рпг.

Мы спускались все ниже и ниже, следуя маршруту, заданному Гурри. Та прекрасно ориентировалась на местности даже в толще воды. На экранах было видно, как мимо нас проплывают стаи небольших рыбок, но вскоре исчезли и они.

Мы на удивление быстро достигли дна, но Гурри объяснила это тем, что мы находились слишком близко к берегу, да и мигающие золотые отметки находились еще далеко от нашего местоположения. Зависнув над песчаной поверхностью, мы стали неторопливо продвигаться к желанным богатствам. На случай внезапного нападения у нас имелся разнообразный арсенал: от лучевых пушек и ракет, несущих в себе минизаряд со сверткой пространства «в себя», до аннигиляторов и вакуумных излучателей антиматерии.

Как все это работает, я представлял слабо, но судя по уверенным рассказам киборга, даже на самого ужасного монстра нам хватит самого простенького вооружения, так как один выстрел аннигилятора может случайно испарить четверть запаса воды Мирового Океана. Что и говорить, а пострелять предки умели и любили, если снабдили таким оружием обыкновенный космический транспортник. Боеприпасы, разумеется, были практически бесконечными, так как их формирование происходило в том самом «ядре», которое являлось сердцевиной Гурри и источником всех ее таинственных трансформаций.

Я же наслаждался открывающимися видами, веками, скрывавшимися от посторонних глаз. Даже невооруженным взглядом были видны покрытые тысячелетним илом странные руины, которые поглотили воды моря. Когда-то тут был целый город, а то и страна, которая опустилась на дно океана, вероятно, из-за какого-нибудь катаклизма. Среди них сновала самая разнообразная живность: от крабов и хищных мурен, до небольших спрутов и других невиданных созданий.

Как и предупреждала киборг, на нас никто не обращал внимания, поэтому я легко мог рассмотреть что угодно, не опасаясь бегства местной фауны. Дно постепенно опускалось ниже и ниже. Гурри специально для меня вырастила датчик погружения, но я практически не смотрел на него, так как корпус челнока был рассчитан и не такое давление. Я вообще ничего не чувствовал.

Постепенно руины остались позади, а мы увидели перед собой расщелины, прорезавшие песчаное дно. Судя по датчикам, первый из маркеров находился именно внутри нее. Гурри, не задумавшись ни на миг, нырнула внутрь, освещая все на своем пути. Довольно быстро мы достигли дна и этой расщелины. Мигание первого маркера вело нас вдоль нее к югу. Вскоре перед нашими глазами предстал огромный зев затопленной пещеры. Приблизив изображение, убедился в своих подозрениях — она была рукотворной! Кое-где еще были видны искусственные колонны и барельефы. Смущало одно — сам вход. Он был огромен! Наш транспортник был как муха перед открытой дверью! Зачем⁈ Зачем и для кого строили такой огромный вход⁈

— Ричард, я регистрирую странный сигнал, идущий откуда-то изнутри пещеры, — произнесла киборг.

— Что странного? — поинтересовался я. — Монстр? Хаос? Опасность?

— Н-не понимаю, — не сразу откликнулась та. — я никогда раньше не видела ничего подобного! Скажу одно — эта штука огромна! Но оно… спит? Или находится в состоянии анабиоза? Непонятно…

— Ясно, — подытожил я. — Продвигаемся с максимальной осторожностью! Не хватало нам еще пробудить древнее существо. Не думаю, что оно будет разбираться хорошие мы или плохие.

Согласившись, киборг отключила все внешние системы, направленные на поиск и обнаружение противника, оставив только сонар. Тьма подступила ближе, оставляя нас в состоянии полуслепых котят, и скорость, соответственно, упала в разы.

— Гурри, запоминай на всякий случай маршрут. Не дай боги, нам придется удирать отсюда. Не хотелось бы соскребать себя со стены, если ты промахнешься мимо поворота.

— Сделано! — откликнулась та.

Впрочем, пока можно было этого не опасаться. Мы медленно плыли по искусственным ангарам, превышающими размерами все виденное мной ранее. Нам оставалось только удивляться и строить самые разнообразные предположения для каких целей служило это помещение ранее.

— Может, отсюда стартовали звездолеты? — робко внесла свой вклад роботесса. — По размерам вполне подходит.

Наконец, мы достигли перекрестка. Проход слева резко сужался до нормальных размеров, а правый оставался прежним. Маркер звал нас направо, но, послушав интуицию, я направил недоумевающую Гурри налево. Немного попетляв, мы выплыли в небольшое помещение, когда-то служившее, судя по всему, центром управления всей базой. Да, скорее всего эта пещера была огромной военной базой — уж слишком прямые и по-военному простые были ее коридоры и редко встречавшиеся по пути отделы. А может и лабораторией.

Одну из стен заменяла огромная смотровая щель, через которую наш челнок мог спокойно проплыть. Маркер показывал, что сокровище лежит по ту сторону. Вот только что-то мешало мне направить киборга внутрь. Какое-то тяжелое предчувствие. А интуиции я всегда верил.

— Гурри. Проверь эту пещеру, — вымолвил я медленно. — Только потихоньку и о-о-очень аккуратно!

Та послушно включила системы обнаружения. Тьма раздвинулась, медленно приоткрывая нам… склад. Да, в ангаре напротив стояло дохренища различных ящиков и проржавевших контейнеров. Некоторые прохудились настолько, что блеск золота было видно даже отсюда!

Но все не могло быть слишком просто. Что-то было там дальше, в глубине непроглядного мрака. Я чувствовал это, несмотря на полное отсутствие видимой угрозы.

«Это нечто не просто так там сидит! — вдруг дошло до меня. — Эта тварь или что бы это ни было охраняет золото! Веками на страже богатств и до сих пор живо или сохраняет боеспособность!»

Но отступать сейчас означало признаться в малодушии и бессилии, да и киборг горела желанием проверить свои возможности. Интуиция лишь слабо подвякивала, как бы предупреждая меня о возможной опасности, но сильную тревогу не поднимала, оставляя решение за мной.

— Гурри, давай потихоньку на ту сторону, — решился все-таки пересечь невидимую границу. — Но не забывай про максимальную осторожность! Нам нужно найти площадку и собрать как можно больше драгоценного груза, который находится в тех ящиках.

Челнок послушно двинулся внутрь огромного ангара на самой медленной скорости, на какую только был способен. Вскоре мы зависли прямо над ржавыми контейнерами. Ощущение чужого присутствия стало еще сильнее, но прямой опасности все также не было.

Транспортник опустился ниже, зависнув почти над самым дном, и выпустил из тела щупальца, которые сноровисто принялись перетаскивать ящики и содержимое контейнеров в пространство позади кабины пилота. Они работали с такой скоростью, что я мог лишь уловить отблески драгоценностей и золотых слитков. Судя по всему, мы проникли в суперсекретное и суперохраняемое хранилище Древних. Что-то вроде золотого запаса страны.

Вычистив одну площадку буквально за пятнадцать минут, Гурри двинулась дальше. И еще дальше. И еще, пока не ход челнока ощутимо не замедлился.

— Ты не перегружена? — осведомился, шаря глазами по стене тьмы, окружавшей нас, сжимая в руках штурвал. Я в любую секунду мог выпустить весь боезапас по неизвестному противнику, но неведомый страж все еще мирно спал или находился в отключке.

— Нет, что ты! — изумрудных смех киборга прокатился по кабинке. — Я могу поднять груз вчетверо превосходящий тот, что могла ранее! Эти технологии Древних — просто чудо!

— Тогда продолжаем.

Стальная леди послушно проплыла к последнему захоронению богатств, находившихся на границе света и тьмы, за которой и скрывалось Оно. Удивительно, но способность Гурри не могла пробиться через пелену мрака, словно что-то мешало ее способностям или даже блокировало их.

Щупальца вновь принялись метаться по контейнерам, стараясь быстрее рассортировать сокровища. Но когда, казалось, все было закончено, случилось то, о чем я до сих пор вспоминаю с ужасом.

Один из ящиков заржавел настолько, что отказался открываться напрочь. Тогда щупальца киборга обхватили и поволокли к открытому люку. Но то ли Гурри усилила давление, то ли ящик сам по себе доживал последние часы, но остов контейнера не выдержал и рассыпался прямо у самого транспортника! Содержимое тут же устремилось к металлическому полу ангара. Щупальца заметались, пытаясь выловить груз до того, как он коснется земли, но тщетно! Несколько слитков с глухим стуком упали на пол.

И в тот же момент мрак с другой стороны подлодки исчез, а интуиция завопила так, что мне показалось, моя голова сейчас взорвется! Из темноты на нас смотрел огромный желтый глаз с вертикальным зрачком. Огромный желтый глаз, рядом с которым мы почувствовали себя букашкой!

— Гурри-и-и-и-и, — прошептал, не в силах пошевелиться, глядя в немигающий глаз, подернутый пленкой. — Ме-е-едленно-о, ме-е-едленно-о включай заднюю и потихо-о-о-онечку отползай!

Киборг, не ответив мне, послушно принялась ползти в сторону комнаты управления. Не тут-то было! Что-то с огромной скоростью пронеслось позади нас, обрушив свод пещеры и замертво запечатав смотровую щель, через которую мы и проникли в сокровищницу!

— Гурри! Срочно ищи выход! — заорал я, налегая на штурвал. Подлодка послушно свернула в сторону. В маскировке более не было необходимости, поэтому киборг врубила на максимум все поисковые системы. Экран просто взорвался предупреждающими отметками, а до меня дошло, в чем было дело и почему мы не видели безмолвного охранника…

Пелена тьмы, скрывавшая от нас противоположную стену с вероятным местонахождением противника, и была стражем! Это его голову мы приняли за стену темноты! Теперь он медленно поворачивался к нам, задевая стены хранилища. Пещера тряслась, а кое-где потолок начал оседать, грозя похоронить нас глубоко внутри пещеры.

— Есть! — воскликнула Гурри, беря на себя управление и ныряя влево. Действительно, на склад вел и основной путь, через который не пошли изначально.

— Гони! — крикнул, боясь взглянуть на экран заднего вида. Судя по вибрации воды, твари очень не понравилось наше вторжение. Меня тут же вжало в кресло — с такой скоростью челнок прыгнул вперед! Мы буквально за несколько секунд преодолели пространство, отделявшее нас от выхода, и выпрыгнули наружу, как резиновый мячик, устремившись вверх из расщелины и еще дальше.

Вот только тварь не отставала. Стоило нам только достичь мирного песчаного дна, как экраны, показывающие руины, остающиеся за нами, затопила непроглядная тьма. Гурри поднажала еще сильнее, и транспортник за пару секунд оказался достаточно далеко от загадочного монстра. Когда пространство на экранах очистилось, мы рискнули развернуться. Оказалось, охранник никуда не делся. Напротив, он только-только закончил выползать из расщелины, а теперь ВЕСЬ оказался перед нами.

Помните, я говорил об огромном входе в пещеру. Забудьте. То, что лежало перед нами, напоминало громадного морского змея, похожего на того, которого я сразил в аномальном подпространстве Джигура. Вот только его размеры ужасали и потрясали одновременно…

Представьте рядом кобру и божью коровку. Тогда вы примерно поймете размер этого змея. Мало того, тварь точно знала, кто ее потревожил, так как повертев по сторонам огромной вытянутой головой, нацелилась на нас одним глазом.

В тот же момент я почувствовал, как мой мозг затопила волна леденящего невыразимого ужаса! В следующий миг осознал, что лежу на полу кабины, сжавшись в позу эмбриона, пока Гурри отчаянно пытается до меня достучаться. Гребаная змея еще и телепат оказывается! Причем, она еще даже не пыталась меня достать, а просто просканировала наш челнок!

— Гурри! — прохрипел я, пытаясь поднять и затянуть себя в кресло. — Что у нас есть из вооружения, чтобы быстро уничтожить этого гада? Ни в коем случае нельзя выпускать его на свободу! Надо стереть его с лица земли… то есть воды, пока он еще просыпается!

— Как насчет кваркового дезинтегратора? — прозвучал металлический голос киборга. Судя по всему, ей тоже досталось, хоть робофемка и была практически невосприимчива к мыслесвязи.

— Давай, заряжай на полную! — выдохнул, хватаясь за штурвал и наводя перекрестия на огромную тушу. Собственно, и наводиться не надо было — монстр занимал ВСЕ экраны!

— Штайнер настоятельно рекомендовала использовать это оружие только в самом крайнем случае, — вздохнула роботесса, пока внутри челнока что-то происходило. — Но, думаю, это и есть тот самый крайний случай. Орудие готово!

— ОГОНЬ! — заорал я, давя на гашетку. — Огонь!!! Уничтожь эту тварюгу!

Змей, будто что-то почувствовав, а, наверное, так оно и было, рванул к нам, предчувствуя наши действия, но транспортник уже задрожал, выстреливая…

Чем именно, я так и не понял. От корабля в сторону громадины протянулись белые лучи, которые достигнув цели, в мгновение ока заключили всю его тушу в белую оболочку, не оставив ни шанса на побег. Целую секунду змей яростно бился, пытаясь сбросить «вторую кожу», взбаламучивая все вокруг и поднимая тонны песка, но в следующее мгновение экран залила беззвучная яркая вспышка, а змей просто… исчез.

Но исчез, как оказалось, не только он, а все занимаемое им пространство, в которое тут же хлынула вода! Киборг отчаянно боролась с внезапно возникшим течением, пока море восстанавливало возникшую дыру. Мимо нас пролетали изумленные киты и прочая живность, пока, наконец, море не восстановилось после необычной атаки.

Когда муть улеглась, о недавнем присутствии загадочного монстра напоминал лишь новый пейзаж. Расщелины больше не было. Таинственное хранилище оказалось погребено глубоко под землей.

— Ну и ну! — выдохнул я, вытирая обильный пот. — Если такие удавы будут в каждой пещере, то ну его нахрен, такие поиски сокровищ! Гурри! Возвращаемся! Надо передохнуть и разгрузиться!

— Слушаюсь! — немедленно ответила та, беря курс в сторону берега…

Только когда мы выбрались на сушу, страшное напряжение стало понемногу отпускать нас. Даже киборг была настроена крайне эмоционально, вываливая на меня поток бессвязных фраз, мыслей и вопросов.

— Значит, в твоей базе данных нет никаких упоминаний об этом существе? — растекшись по креслу, спросил ее я. — Может, Джигур что-то рассказывал?

— В том-то все и дело, что нет! — горячо воскликнула она. — Вообще ничего. Эта тварь настолько древняя, что не сохранилось никакой информации!

— Может, Штайнер что-то знает? — всерьез задумался я. — Не хотелось бы пробудить еще одно такое при последующих раскопках. Ладно. Отдохнули, а теперь побежали назад.

Обратный путь мы проделали молча. На разговор не тянуло совершенно. Из головы все не шло осознание полного бессилия перед абсолютным злой и Тьмой, захлестнувшими мой разум в момент сканирования. Я был слаб как младенец. Что толку от тренированного тела, навыков убийств и смертоносного оружия перед теми, кто может обезоружить и парализовать одним взглядом⁈

«Мне срочно нужен учитель магии разума!», — напряженно размышлял я.

Наконец, впереди, показались ворота Академии. Выйдя из челнока, постучался и объяснил внешний вид Гурри стражникам, которые тут же нас пропустили. Прямой связи с Аватаром у меня не было, потому пришлось сперва звонить Штайнер, которая уже связалась с директором, описав ситуацию. Получив разрешение, проследовали к отдаленному неиспользовавшемуся складу, разумеется, закрытому на огромный амбарный замок. Пришлось мчаться к Шино и тащить ее с собой. Впрочем, девушка не была против, так как из-за наступления холодов кафе было перенесено внутрь крепости, а персонала там хватало с избытком.

У кошки глаза на лоб полезли, когда транспортник принялся перегружать древние ящики, покрытые илом и ракушками внутрь помещения. От них все еще несло морем, а сквозь треснутую обшивку явственно виделся блеск золота.

— О-откуда это богатство⁈ — прошептала кошечка, присев на табуретку. Не в силах сдвинуться с места, она смотрела, как Гурри забивает склад. Несколько ящиков все же треснуло, и драгоценный груз, звеня, рассыпался по полу.

— Со дна морского, — ухмыльнулся я. — Честное слово! Все это — затонувшие сокровища. Поверь, никто не будет заявлять на них права. Был, впрочем, один змей, но он уже никому ничего не расскажет.

Закончив с выкладкой, Гурри приняла человеческий облик, и мы втроем занялись сортировкой и примерным подсчетом. Вскоре подошел Остап, Митчелл и даже Найсэзз. Да и смысл был скрывать от них эту правду? Я давно охладел к золоту, особенно, после того, как понял, что кошки готовы на все ради меня и без оного. На этом материке, к сожалению, мой авторитет еще не поднялся столь высоко, но мне это и не было нужно. В приоритетах для меня сейчас было обеспечить Академии независимость от финансирования папок Центра, убедиться, что дела на Ферме идут хорошо, и разобраться с источником ангельской пыли. Откуда идет эта зараза, я до сих пор не знал, но все говорило о том, что тут замешаны сельские с ближайших деревень. Откуда-то ведь студенты доставали наркоту?..

После первого примерного подсчета выяснилось, что я стал примерно на одну планку с Императором подгорного королевства гномов. Проще говоря, Найсэзз даже навскидку затруднялась оценить принесенные нами ценности.

Наибольшее количество ящиков содержало золотые, серебряные слитки, а также немного из неизвестного мне белого металла. Прочие были под завязку набиты монетами, безделушками и драгоценными камнями.

— Остап, — отведя в сторону Аватара, сказал я. Директор попросил называть его старым привычным именем. — Остап, я передаю все это богатство в твои руки. Решай сам, как использовать эти ресурсы, чтобы возвысить Академию и увеличить ее влияние. Мало будет — мы достанем еще. Кроме того, машины Штайнер уже копают месторождения полезных ископаемых. Все, о чем я могу тебя попросить, когда исчезну — позаботься о том, что бы никто не причинял вреда зверолюдям в мое отсутствие, а также иногда проверяй Ферму.

Аватар молча кивнул, благодарно хлопнув меня по плечу. Лишних слов тут не требовалось — мы прекрасно понимали друг друга.

— Митч, — обратился к командиру стражников. — Бери отсюда все, что пожелаешь на военные нужды. Подними зарплату подчиненным, закупись высококачественным оружием. В общем, ты и сам лучше меня разберешься.

— Ричард, ты… — запнулся тот. — Как я могу, ведь…?

— Забей, поморщился в ответ. — Поверь, скоро здесь будет жарче, чем в столице! Лучше набери побольше народу и готовься к грядущим изменениям!

Митч посерьезнел, потом подошел к ближайшему ящику с безделушками и вытащил жемчужное ожерелье. Повернувшись ко мне, он спросил:

— А можно я подарю его Дженни?

— Конечно! — подмигнул ему я. — Да за это она тебе что угодно сделает!

Митч слабо улыбнулся и отошел в сторону, спрятав в колье в мешок. А я решил последовать его примеру, подошел к тому же ящику и достал еще несколько подарков, которые решил подарить всем тем девушкам, с которым мне повезло здесь близко познакомиться. Захватив еще с собой немного монет, вышел наружу, махнув Гурри.

Как оказалось, Штайнер тоже ничего не знала о гигантском морском змее.

— Могу только предположить, — задумалась она. — В мое время ходили легенды о вечно спящем воплощении Хаоса на одной из планет Императора. Конечно, это не более чем красивая легенда…

Как в ней говорится, раньше в нашей Вселенной существовало четыре воплощения Истинного зла, которые помогали Хаосу проникать в самые дальние уголки миров. Воплощение Воздуха — дракон Эйргард, Земли — Грогард, Воды — Вотгард и магии — Меггард.

Дракон Земли в незапамятные времена был сражен рыцарем-паладином Сварогом, от которого остались лишь записи в нашей библиотеке. Это произошло более пяти тысяч лет назад, считая с сегодняшнего дня.

Дракон Воздуха пал от клинка самого Императора в продолжительной битве при Йоркшире на планете Саб Зеро. Там в вечной мерзлоте до сих пор покоятся его останки. Император в назидание врагам приколотил его огромный череп над входом в дворец.

Вероятно, что сегодня вы встретили воплощение Воды — древнего дракона Вотгарда. В легендах говорится о том, что один его взгляд мог повергать в бегство целое войско, а вид его был таков, что люди сходили с ума от ужаса.

— В целом, все сходится, — кивнул я. — Эта тварь была дьявольски огромна, а ее телепатия могла убивать на месте. Нам еще повезло, что он зацепил нас самым краешком.

— Тогда могу вас поздравить! — воскликнула Штайнер. — Вы только что вошли в историю, как убийцы третьего воплощения Хаоса!

— Но осталось еще четвертое? — напомнил ей. — Дракон Магии? Надеюсь, он-то не спит где-то на этой планете?

— Никто не знает, — вздохнула Штайнер. — Но, согласно статистике, все они были раскиданы по различным мирам. Вероятно, последнее воплощение находится где-то далеко отсюда. Но пока оно живо, Вселенная всегда будет находиться под угрозой.

— Это уже не мое дело, — открестился я. — Мы и этого встретили случайно! Я не нанимался в охотники на воплощения Хаоса! Вообще, кто знает, что могло бы произойти, если бы мы не использовали самое мощное оружие. Думаю, он бы не дал нам шанса на вторую атаку.

— Никто из нас не знает, что готовят нам боги, — усмехнулась голограмма. — В любом случае, Вселенная благодарна тебе за избавление от этого паразита! Поверь, она найдет, чем отплатить тебе!

— Лучшей благодарностью для меня было бы возвращение к кошкам, с последующим игнором моей персоны со стороны кого бы то ни было, — проворчал я.

Попрощавшись с офицершей и оставив киборга заниматься исследованиями корабельного арсенала, я решил вплотную заняться ангельской отравой. Для этого вооружился по максимуму и навестил Митча. Парень все еще не до конца осознал, что может позволить себе то, о чем раньше и мечтать не мог. Собственно, я застал его в тот момент, когда он, затащив Дженни в укромный уголок, мялся перед ней, пытаясь вывести на откровенный разговор. Получалось это у него на редкость отвратительно:

— Д-джен-ни…

Поверить не могу! Командир стражи краснеет и заикается, словно школьник! Солдатка стояла перед ним, глядя на своего командира с легким отвращением и недоумением, словно догадывалась о каких-либо непристойностях.

— Дженни… я вот подумал… не могли бы мы… как нибудь… И вот, знаешь…

— Митчелл, что с тобой? — спросила та, подходя вплотную. — Ты болен?

— Да нет же! — сбившись с мысли, ответил тот. — Я… я хотел узнать… Как у тебя с работой… в эт-то воскресенье⁈

— Какая работа? — с тревогой произнесла Дженни, поднимая брови. — Ты же сам меня в наряд поставил на две недели вперед⁈

— Да к черту наряды! — внезапно разозлился Митчел, доставая из кармана колье и буквально швыряя его ей в лицо. — Вот! Это тебе! Пошли на свидание!!!

Это было сказано чертовски громко, но отступать было поздно. На лице солдатки пробежала целая гамма чувств: от изумления до восхищения, когда она разглядела, что именно ей всунул в руки командир. Митч снова смутился, но стойко выдержал испытание, не опустив взгляд. Мужик!

— Это… Это же безумно дорого, Митч! — прошептала Дженни, вертя в руках жемчуг. — Да на эту побрякушку можно купить герцогство! Откуда оно у тебя?

— Так как насчет свидания? — повторил тот, пропуская мимо ушей ее вопросы.

— Да, да! Конечно! — улыбнулась солдатка и внезапно порывисто обняла командира, награждая парня затяжным поцелуем.

Я скромно дождался, когда они оторвутся друг от друга и кашлянул, подходя ближе. Ребята тут же отскочил в разные стороны, отчаянно делая вид, что оказались тут случайно, но я только рассмеялся.

— Да ладно вам! Я уже полчаса тут стою! Митч! — показав тому большой палец. — Красавчик! Мое уважение! Дженни! — Слегка склонив голову. — Не упусти парня, по которому сохнет вся женская часть Академии!

— Т-ты все видел⁈ — не в силах поверить услышанному, прохрипел парень. Девушка, отчаянно краснея, спрятала лицо в ладонях.

— Видел и слышал! — подтвердил, хлопая его по плечу. — Совет вам, да любовь и крепких деток! Но ты мне нужен по другому вопросу. Дженни, я заберу его на минуту.

Отойдя в сторону, напомнил ему про ситуацию с ангельской пылью. На этот раз он серьезно выслушал все мои подозрения касательно местного населения и кивнул:

— Я бы и сам прошерстил все деревни, но не могу — служба! А отправить некого. Каждый человек на счету! Сколько раз просил прислать подкрепления с Центра — бесполезно.

— Я пойду один. Все еще хочешь проверить меня в спарринге?

Митч невольно схватился за левое бедро. После схватки с монстрами нога медленно заживала, но парень отказывался от исцеления, напирая на авторитет перед воинами. Понимаю его.

— Пожалуй, отложим до следующего раза, — смущенно улыбнулся он. — Я не в лучшей форме, а если ты смог выдержать год у Джигура, то с легкостью завалишь меня. Пожалуй, я снимаю с себя всю ответственность за твой уход. Но… Ты ведь не подведешь меня?

— Пф-ф-ф! — только фыркнул в ответ. Пожелал ему удачи и вернулся к директору. Доложив ему о ситуации, обошел всех, кто мог обо мне беспокоиться, заглянул к Диксам, где ребята уже занимались перестройкой клуба после его частичного разрушения, и накинул им десяток монет.

После чего с чистой совестью пошел к воротам, у которых меня ждала Гурри. Сначала хотел оставить ее в Академии, а потом подумал — какого черта? Да пусть идет рядом. Только надо что-то придумать с ее человеческой формой…

— Скажи, железяка, — произнес, когда мы вышли за стены. — Ты не могла бы стать более похожей на хуманса?

— Я плохо выгляжу? — с легкой обидой произнесла та, становясь в позу обиженки.

— На мой взгляд — просто великолепно, но неискушенным местным тебя будет сложно принять. Ты ведь в курсе, что это разведывательная операция?

Девушка шествовала рядом в своей слегка гротескной гуманоидной форме. Нет, с виду она напоминала человека, но вблизи было отчетливо видно ее искусственную природу: неестественно выпирающие конечности, огромные плечи, покатая голова, напоминающая по форме шлем, да и все остальное. Ее скорее можно было выдать за голема, вот только я не хотел светиться перед местными в качестве мага. Создание искусственного защитника далеко не всем колдунам под силу, а уж наделение его разумом и острым языком, и вовсе из ряда вон.

— Что мне тогда делать? — загрустила киборг, уставившись на меня взглядом кота из Шрека. Понятно. Со мной она успела хлебнуть столько всего, сколько не видела со времен добровольно-принудительного заключения. Но стоит мне сказать всего одно слово, и она молча подчинится и останется в Академии, а ведь я не просто так направляюсь в деревню! Она это знает, но благоразумно не напрашивается, надеясь на мой ум. Фу-у-ух… А вообще, идея есть…

— Что ты знаешь о человеческой анатомии? — сказал я, сворачивая к Темному лесу и жестом приказывая обрадованной рободевке следовать за собой…

Еще через час из лесу вышла странная парочка: молодой парень недорогой кожаной броне с неровно остриженными красными волосами, мечом странной формы, перекинутым за спину на перевязи, и молодая наемница в неполном рыцарском доспехе «а-ля бронелифчик восемьдесят восьмого уровня». Ее длинные золотистые волосы развевались на легком ветру, а открытый плоский живот, руки и ноги, казалось, безразличны к тому, что на улице было около нуля. Из вооружения у нее был небольшой полуторник и щит.

— Еще раз повторяю, Гурина, запомни. Мы — наемники из Пограничья. Ищем легкого заработка. И вообще, твое дело — молчать, я — главный в нашей группе. Никого без нужды не убивать, но защитить честь и достоинство разрешаю в пределах разумного.

— Я поняла, Ричмонд! — немедленно ответила девушка, пытавшаяся устоять на тонких ногах посреди полузамерзшей грязи. — Только что значит «защита чести и достоинства в пределах разумного»?

— Ну, смотри, например, заходим мы в кабак. Какой-нибудь алкаш хватает тебя за задницу и пытается тебя склеить. Что ты будешь делать?

— А… а что надо делать, Ричмонд?

… Вот как ей объяснить?

Спустя еще час краткого курса социальных отношений в современном обществе мы, наконец, выдвинулись к ближайшей деревеньке.

Теперь я понимаю, каково это — работать скульптором. Аццки тяжело и муторно! Целый час я «лепил» из Гурри человека, стараясь ничего не забыть и максимально приблизить ее к общепринятым стандартам. При этом нельзя было забывать про женскую логику и пожелания самой киборгини. Хорошо хоть не пришлось ваять ей полноценный интимный орган, так как у нее там все было практически таким же, как у людей. Но общая осанка, непомерно длинные уши и яркая привлекательность делали ее скорее эльфийкой, нежели девушкой хумансов. В общем, мы договорились на Хульвийке. Ребенку от связи хуманса и эльфийки. Броню лепили также, основываясь на личных предпочтениях и моих воспоминаниях. Изменив имена и придумав несложные легенды, мы зашагали по проселочной дороге.

— Да блять, сколько раз мне еще надо это сказать? Ставь ногу от бедра! Женщины хумансов и эльвов ходят, качая задницей! — шипел я, показывая на себе. — Вот! Вот так! А ты идешь как матрос по причалу! Ставь ногу! Жопой верти! Вбей это себе в программу, мать твою! Во-о-от! Другое дело! — удовлетворенно, произнес я, глядя, на тугие ягодицы, покачивающиеся из стороны в стороны. Даже ощутил шевеление в штанах. Ну еще бы! Я сам лепил эту модель, которая получилась на удивление реалистичной.

Домики деревни приближались. На первый взгляд ничего сверхъестественного не было: несколько десятков грубо изготовленных деревянных избушек, пара зданий массивнее и побольше, очевидно, дом старосты и местный кабак. Во дворах мычали коровы, да кричало прочее местное домашнее зверье. Чуть поодаль от деревни стояла кузница, из дымохода которой даже сейчас шла небольшая струйка дыма. Вот и вся деревня. М-да, я ожидал большего. Хотя, чего ждать от самой обыкновенной сельской бедноты?

— Гурри, включай модель поведения наемницы.

Та тут же обернулась, заложила руки за голову, отчего ее грудь поднялась еще выше, едва не выскакивая из бронелифчика, и дразняще высунула язычок.

— Нет! Не шлюхи, а наемницы! — проворчал, понимая, что девушка шутит. Та рассмеялась и сменила позу на более обычную, но, думаю, от ее взгляда не ускользнул мой стояк, как только ни пытался я его скрыть.

Шагая по главной дороге, мы вошли в деревню. Окидывая взглядом достопримечательности, я одновременно пытался вычленить максимум информации из всего, что только мог увидеть. Но и с первого, и со второго взгляда деревня оставалась тем, чем и являлась — самым обычным бедноватым поселением. Из странностей, пожалуй, была кучка разномастных наемников, расположившихся возле одного из больших домов. К ним мы и направились.

Вояки, занятые своими делами, не обратили на нас почти никакого внимания. Конечно, фигура Гурри не прошла мимо их внимания, но парни определенно знали толк в оружии и не стали испытывать судьбу. Поднявшись по кривым ступенькам, толкнул отчаянно заскрипевшую дверь, и мы зашли внутрь полутемного помещения.

В нос сразу ударил букет запахов кухни, пива, людского пота и оружейной смазки. Зал был небольшим, но достаточно просторным. Несколько столиков с какими-то подозрительными личностями, пара алкашей, лежащих на барной стойке, угрюмый детина, облокотившийся на нее, по всей видимости, хозяин заведения. За ним виднелась полуоткрытая дверь, из которой доносились вполне приятные ароматы жареного мяса.

К моему удивлению, это оказался не просто кабак, но и что-то вроде гильдии, так как в углу было небольшое зарешеченное окошечко, за которым сидела дородная бабища. Возле окна стояла доска объявлений, рассчитанных, как на грамотных, так и на бестолковых. То есть, на листке было задание, его краткое описание и цена. А для тех, кто не умеет читать (а среди обычного населения таких было полно), был и грубый рисунок с небольшой картой и ценой.

Народу было немного, поэтому мы прошли к свободному столику у стены и расположились за ним. При нашем появлении шум слегка стих, но, убедившись, что мы не несем никакой угрозы, разговоры возобновились снова.

— Пить? Есть? — подошла к нашему столу типичная селянка неопределяемого возраста с тусклыми от усталости глазами. — Ночевать?

— Что есть и почем? — осведомился, заглядывая похотливыми глазами в ее огромный вырез. Как женщина эта бесформенная девушка, не следившая за фигурой, меня не привлекала, но стоило держать марку. Хотя, это могло слегка насторожить тех, кто озадачился вопросом, почему этот наемник заглядывается на официанток, имея под ругой такую сексапильную красотку? Но, опять-таки, кто знает этих остроухих? Вдруг, они за ночь любви просят сто золотых?

По крайней мере, я надеялся, что все так и подумают. Но не учел того, что мне рассказывали эльфы, из-за чего кое-что и произошло.

— Жареное мясо с картофелем — пятьдесят медяков, — принялась было перечислять девица. Но, заметив шевеление позади, перебил ее:

— Дорогуша, давайте нам полный обед на двоих, мне пива, а девушке воды.

Официантка, кивнув, отошла, обогнув колоритную парочку, направлявшуюся к нам.

Из-за ближайшего стола поднялось двое: с виду это были типичные представители гопоты и беззакония. Заросшие, бородатые наемники, с мечами и кинжалами отвратительного качества и держащиеся так, будто они двое являлись королями этой деревни.

— Слыш, малец, — прогнусавил один, воняя гнилыми зубами. — Ты ведь впервые в наших краях? То-то я тебя раньше не видел. Как насчет налога в профсоюз наемников?

Другой стоял рядом, недобро кося заплывшей от неумеренного потребления алкоголя харей на Гурри, точнее на ее формы, выпрыгивающие из тесного бронелифчика.

Я напрягся. Явно что-то было не так. Нет, в поведении парней я не уловил фальши, но все-таки, сама ситуация была какой-то абсурдной. Или эти алкаши пропили последние мозги, чтобы угрожать вооруженным незнакомцам, или за ними стоит кто-то еще…

— Чего молчишь, болезный? — прошепелявил второй, опираясь на наш скрипнувший столик. — Денег нету? Так мы натурой возьмем. Рабыня твоя?

«Вот оно что! — догадался я. — Гопники решили лёгких денег срубить с лоха, который водит дружбу с эльфами!»

Одновременно с этим, я, наконец, вычислил главаря. Хмурый детина сидел за дальним столиком, внимательно наблюдая за нами. Он почти не притрагивался к выпивке, готовый в любую минуту прийти на выручку своим подчиненным. Эх, не хотелось мне начинать знакомство с преступным миром с мордобоя, но, по-видимому, все к тому шло. Справиться с идиотами не составило бы никаких проблем, но моя задача состояла совсем в другом.

— Эй! Я вообще-то свободная Хульвийка! — вошла в роль киборг. — Не имеете права!

Два дебила заржали в один голос, привлекая внимание остальных клиентов заведения. Даже хозяин прищурился, ожидая продолжения шоу. Ну, если сам владелец не возражает против драки…

— Хульфийка! — произнес, наконец, первый. — Ты че? Головой стукнулась? Покажи клеймо, сучка!

Второй, принимая мое молчание за согласие, решительно протянул свою грязную лапу, собираясь схватить мою спутницу. Зря, конечно.

Бдыщ!

Тело незадачливого алкаша со свистом пролетело через весь зал, ломая и круша по пути столы, пока не врезалось в дубовую стойку хозяина. В зале воцарилась такая тишина, что слышно было, как на пол капает пролитое пиво.

Гурри, не вставая и даже не меня позы, вдарила тому ногой прямо в живот, глянув при этом на меня. Я ответил ей легким одобрительным кивком. Девушка уже получила мое специальное разрешение на самостоятельное разрешение подобных инцидентов с одним условием — никого не убивать.

Впрочем, судя по неестественно вывернутым конечностям наемника, ближайшие полгода ходить он будет исключительно под себя, если выживет.

— Вы че, суки, совсем обор… — начал было второй, поворачиваясь к нам и ме-е-е-едленн-но потянувшись к мечу. Слишком медленно. Пользуясь тем, что он все еще опирался на столик, пнул его в колено так, что он, вскрикнув, упал на него челюстью, лишаясь последних зубов. Потом все же встал и, взяв его за шкирку, швырнул к товарищу. Полет получился не такой эффектный, как у первого, но тоже достаточно мощно. Остальные должны были призадуматься, прежде чем повторять их ошибки.

Вот только поведение главаря мне нравилось все меньше и меньше. Увидев, что стало с его подчиненными, он еще больше нахмурился… И отвернулся, словно и не при делах вовсе.

Остальные клиенты заведения тоже занялись своими делами, словно и не было никакого происшествия. Очевидно, подобное было тут не в новинку. Официантки быстро подняли раскиданные столы и стулья и убрали разбитую посуду, а хозяин вышвырнул неудачников на улицу, предварительно обчистив их мешочки «в счет уплаты за причиненные убытки». Наша официантка принесла обед, оказавшийся на удивление вкусным. Поев и заплатив, мы осмотрели доску объявлений, на которой не нашлось ничего интересного, и вышли наружу. Я до последнего чувствовал на себе тяжелый взгляд предводителя идиотов, валявшихся недалеко от крыльца. Тот, который достался мне, уже пришел в чувство и занимался тем, что пытался пробудить товарища. Проходя мимо них, услышал злобное бормотание в свой адрес, но стоило мне повернуть голову, как тот тут же принял вид занятого человека.

Дальнейший наш путь лежал к кузнице. Заходить в дом старосты с вопросами насчет наркоты было бесполезно и глупо. Что он нам мог сказать? Что в его селе торгуют запрещенными веществами, за которые без разговоров рубят голову или вешают? Да и откуда вообще в мирной деревеньке такие торговцы?

Шагая к кузнице, я все равно чувствовал спиной пристальные взгляды соглядатаев. Да и пусть себе смотрят. Ничего предосудительного мы пока не сделали.

Несмотря на то, что двери были широко распахнуты, внутри все равно было невероятно жарко. Нас встретила невысокая, плотно сбитая девушка с короткими рыжими волосами, чем-то напомнившая мне Леону, зверокузнеца, только была гораздо ниже.

— Господа! — весело поприветствовав нас, девушка вышла наружу, вытирая со лба струящийся пот. Она была одета в стеганый фартук на голое тело, который практически не скрывал ее бюст третьего размера, но, похоже, совершенно не стеснялась. Или кузнец настолько привыкла к вниманию чужаков, или совсем не имела комплексов.

— Чего изволите? — продолжила девушка, жестами привлекая наше внимание к выставочным на продажу образцам. — У нас есть великолепное оружие, артефакты, броня.

Повертев головой, девица понизила тон и пробормотала:

— А если у вас водятся денежки, то можно обговорить и нанесение эльфийских рун…

— Весьма славно! — произнес я, оглядывая клинки из низкокачественной стали. Впрочем, несмотря на плохое сырье было видно, что ковали их старательно, вытачивая каждый сантиметр. — Очень даже неплохо. Трудитесь, несмотря на заморозки?

— А как же! — улыбнулась труженица, разминая плечи. — Нам погода не страшна, пока есть заказы. Так вы выбрали что-нибудь?

— С ума сойти, — сказал, не обращая внимания на ее слова. — другие кузницы уже закрылись. Хорошо, что… — сделал небольшую паузу, смотря прямо в глаза рыженькой, — на Дерибасовской хорошая погода!..

— Да к черту разговоры о погоде! — взорвалась девица. — Если не будете ничего покупать, то чего голову морочите? Сколько можно вам твер…

Она вдруг резко заткнулась, глядя на меня вытаращенными глазами.

— Вы… вы… вы? — наконец, вымолвила она. — Вы… те самые?

Я молчал, помня наставления Штайнер. «Если отзыва не будет, или фраза будет искажена, ничего не говорите, просто покиньте место встречи».

— Ой, подождите! Подождите ради Единого! Никуда не уходите! — завизжала девушка, ныряя в кузницу. Переглянувшись с Гурри, пожал плечами. Отзыва не было, но кузнец, несомненно, узнала пароль.

Внутри домика раздался шум, потом хлопнула дверь, и из-под навеса неторопливо вышел, опираясь на посох, старый-старый дед, которому под руку поддерживала девушка, нашептывающая ему что-то на ухо.

— … Те самые… пароль! Дед! Да очнись ты! — не стерпев, заорала она ему на ухо.

Тот неожиданно острым и внимательным взглядом бывалого бойца посмотрел на меня, потом на Гурри и перевел взгляд на девчонку.

— Не соблаговолите ли, господа, повторить ту фразу, которую внучке давеча сказали? — произнес он густым басом. — Понимаю, предки завещали непреложное исполнение, да время камень точит. Многое забылось.

— На Дерибасовской хорошая погода! — терпеливо повторил я, делая скидку на пролетевшие года. Действительно, многое можно было понять.

— Дожил! — повеселев, улыбнулся старик. — Дожил-таки! Будет чем порадовать предков на том свете! Ну, — обратившись к рыжей, спросил он. — Чего молчишь? Ответствуй, как завещано предками! Отвечай, как на духу!

На ту было больно смотреть. Я невольно улыбнулся, понимая в чем дело. Девица, опустив голову, мялась, что-то еле слышно бормоча.

— Громче! Громче же, етить твою мать! — не выдержал старик.

— Я.… я забыла, — кусая губы, пробормотала та.

Тресь! Удар старика столь быстр, что я даже проследить не успел, несмотря на то, что ожидал его! Да кто он такой⁈ Девчонка пролетела через дорогу и влипла в стену противоположного дома, застонав от боли. Но, несмотря на столь страшный удар, все же быстро поднялась, постанывая и держа на весу неестественно вывернутую левую руку.

— Да как ты смеешь предавать наследие предков⁈ — побелел от ярости дед. — А ну бегом в ризницу и носу три дня не высовывать! Простите господа! Единым прошу у вас прощения. Молодежь! — сверкнув глазами в сторону всхлипывающей девушки, произнес он. — Вот речь, предками даденная. «На Брайтон-бич опять идут дожди!» — нараспев вымолвил он. — Все наши ресурсы в вашем распоряжении господа!

— Принято! — ответил я, преграждая дорогу девчонке. Та, недоуменно взглянула на меня, пытаясь обойти. — Прежде всего, попрошу вас простить внучку. Она уже поняла свою вину.

— Ваше слово — закон для нас! — нехотя рыкнул тот, поворачиваясь к той. — Благодари господ, дурочка! Воистину небеса благоволят тебе! Если у вас будут вопросы, господа, то я буду внутри. Лиона давно заведует хозяйством и знает все, что вас заинтересует. Прошу вас обращаться к ней по любым вопросам!

Закончив, он медленно прошаркал внутрь, хотя я прекрасно видел в нем скрытую силу, способную потягаться даже с Джигуром. Интересная личность!

Девушка, тем временем, пыталась с помощью инструментов разорвать кусок ткани, очевидно, чтобы перетянуть сломанную руку.

— Лиона? — позвал ее. Девчушка тут же обернулась.

— Простите! Простите меня! — поспешно кланяясь, зачастила она. — Легенда о том, что Небесных духи рано или поздно придут к нам, передавалась от отца к дочери, но на меня столько всего свалилось, когда мама и папа…

Она резко замолчала, зажимая кусок ткани на столе и пытаясь отрезать ее ножом. Одной рукой это получалось плохо, а судя по всему, у бедняжки и ребра были сломаны.

— Дай-ка помогу, — протянул к ней руку, но та замотала головой.

— У вас есть исцеляющие зелья? Нет, что вы! Не надо, они слишком дорогие! Я попозже схожу в Церковь. Пусть там дорого, но работа нужнее. А дедушку не вините, он слишком вспыльчив, если дело касается традиций. Я привыкла…

Не слушая ее, дотронулся до ее голой здоровой руки.

— Максимальное исцеление!

Сзади вздохнула Гурри, впервые наблюдая за чудом лечения, а в заднюю дверь вбежал старик, забыв о собственной немощи.

— Святые небеса! — воскликнул он, не веря собственным глазам. — Значит, слухи не врали! Вы действительно Древний Герой! А я-то старый маразматик не верил до последнего!

Слепящая сфера плавно опустилась и исчезла. Я не боялся привлечь чье-либо внимание, так как в кузнице постоянно вспыхивал свет от пламени открытой печки. Девушка открыла глаза.

— Дедушка? В чем дело? Моя рука⁈ Как это возможно⁈ И грудь не болит! — изумлялась девушка. Старик же склонился передо мной.

— Моя семья в вашем распоряжении сир! — повторил он. — Теперь я вижу, что был неправ, подозревая вас. Легенды не врали. Явился истинный Герой, который избавит эти земли от Зла.

— А вот тут давай-ка поподробнее, — перебил я его. — Мне как раз нужны информация о Зле, поселившемся в этих краях, а лучше, если ты назовешь мне конкретно того, кто за этим стоит, или хотя бы назовешь имена и как их найти…

Покинув оружейника, мы двинулись в церковь. К сожалению, старик и его внучка почти ничего не знали, хотя и всеми силами пытались пойти навстречу. Да, согласно их словам вот уже несколько лет ангельская пыль свободно гуляла по деревням, порча молодежь и даже людей постарше. Никто не мог связать исчезновение людей и распространителей ангельской пыли — монахов в темных рясах, появлявшихся тогда, когда их никто не ждал, продававших наркоту и снова исчезавших неизвестно как и где. Пришлось продолжить расследование своими силами. Кто знает, сколько бы нам еще пришлось потратить времени впустую, но тут нам помог случай.

У самой церкви мы столкнулись с главарем той самой шайки недоумков. Причем встреча не была случайной. Небритое чадо ждало именно нас.

— Эй вы! — донесся до нас его окрик, когда мы подошли к крыльцу церкви. Над дверью висел странный, невиданной мною раньше символ: крест, на верхнем конце которого была круглая сфера, а на нижнем — странная клякса. Насколько я помнил по рассказам кошек, раньше у хумансов был самый обыкновенный крест. Знак выглядел сравнительно новым, в то время как само здание выглядело таким же обветшалым, как и прочие домики селян.

— Вы двое!

Обернувшись, мы «заметили» хмурого здоровяка, который тогда пялился на нас в таверне. На самом деле он давно уже попался нам на глаза, «ведя» нас практически от самой кузницы. Гурри вопросительно посмотрела на меня, но я отрицательно мотнул головой. Типа, ждем и смотрим на ситуацию.

Парень выглядел достаточно мощно и угрожающе, хотя был одет также скупо, как и его подчиненные. Сам по себе он не производил особого впечатления: лысый, со шрамами, на поясе короткий меч из плохого металла, шипастый кнут с другого бока, пара метательных ножей. Вот и весь арсенал. Небогато. Конечно, сам по себе он тоже мог представлять угрозу, но уж точно не для нас. Да и видел он на что мы способны. Так чего же ему надо?..

Догнав нас, он слегка отдышался, попробовал улыбнуться, что больше вышло похожим на оскал и спросил:

— Вам работа нужна?..

Оказалось, Тимон, как звали этого парня, на самом деле был главой небольшого отряда, промышлявшего в этих краях. К сожалению, последнее время дела не ладились. Монстры стали агрессивнее, мелочь повывелась, а в связи с последними нападениями Порченных и военным положением в Академии иссяк последний ручеек торговли. Неудивительно, что его парни совсем отбились от рук, перейдя на открытый разбой и грабеж. Остальные наемники давно подались в лучшие края, но Тимон все еще надеялся на перемены.

— Такое дело! — торопился он, видя, что меня его вступление мало заинтересовало. — Я вижу, ты — парень опытный и сильный. И рабыня твоя тоже кой-чего умеет…

— Я не рабыня! — возмутилась Гурри.

Парень ошеломленно взглянул сначала на нее, а потом на меня.

— Действительно, — согласился, кивнув. — Гуррина имеет такие же права, как и я. Она — свободная Хульвийка.

— Простите, — пробормотал тот. — Сложно поверить в это, ведь в этих краях редко встретишь эльфа, если только не раба. Сударыня, вас не затруднит показать левое плечо?

Гурри удивленно приподняла щиток брони, показав голую чистую кожу.

— Внатуре! — удивился еще больше Тимон. — Всех эльфийских рабынь клеймят именно там, а у вас и следа от сведения нет! Вообще никакого!

— Поэтому, будь любезен, Тимон, обращайся с госпожой Гурианой также, как и со мной.

— Вот, значит, в чем дело… — начал рассказывать парень. Чем больше он говорил, тем больше я убеждался в том, что мы напали на истинный след…

Если верить Тимону, то пару дней назад к нему подошел один из монахов, которые постоянно находились при полуразваленной церквушке, и предложил, в общем-то, простую сделку — встретить караван, идущий из центра и проводить в деревню. По словам святоши, караван подвергся внезапной атаке монстров, и большая часть охраны оказалась перебита, а впереди пролегал немалый и опасный путь.

— Плевое дельце-то, — рокотал здоровяк, прикидываясь ягненком. — Делов-то — добраться до места и привести груз. Оплата — сдельная, монахи платят щедро. Если Единый расщедрится на удачу, и приведем караван в целости — сулят двойной оклад. Ну, что скажете? Вас двое, да я с ребятами. Может еще кого из местных пошукаем? А?

Мне даже не нужно было читать его ауру, чтобы проверить искренность слов. Даже неискушенной Гурри было ясно, что парень чего-то недоговаривает, особенно, когда разговор коснулся оплаты. Ежу понятно, что парень собирается или обмануть нас, выплатив вдвое меньше обещанного, или вообще кинуть. Угрожающего в его ауре я не почувствовал, поэтому не думал, что от него можно ожидать ножа в спину. Но держаться настороже все же стоило.

Но больше всего остального меня заинтересовал сам работодатель. Судя по реакции Тимона, ему было не впервой видеть подобные караваны, значит, к священникам частенько приходят таинственные грузы. Вряд ли это продукты питания или что-то нужное для службы. Деревня хоть и полунищая, но голодающих не видно, да еще и с Академией умудряются торговать. Следовательно, в тех караванах святошам приходит что-то другое, может даже ангельская пыль. Как бы мне не хотелось вновь связываться с богами и их последователями, но, похоже, без моего вмешательства тут не обойтись.

Договорившись на оплате, мы забили стрелку через пару часов на окраине деревни и разошлись. В церковь теперь идти смысла не было, даже напротив, не стоило светиться там лишний раз.

Побродив по деревне, вернулись в полупустую таверну, где без приключений досидели до намеченного срока и вышли за деревню. Там нас уже дожидалась шайка Тимона в полном сборе: он сам и еще пять человек, одетых по последнему писку моды. Как ни странно, в нестройные ряды бандитских рож затесалось одно женское лицо. Из-за спин наемников выглядывала невысокая мулаточка в зеленом плаще. Миловидное, хоть и немного опухшее личико, тоненький стан, небольшая грудь, длинные острые уши… Стоп, что⁈ Эльфийка⁈ Эльфийка в шайке Тимона⁈ Как такое возможно⁈ Да еще и темнокожая⁈

— Прибыли! — слегка облегченно вздохнул здоровяк. — Я уж, грешным делом, решил, что передумали. Пришлось бы за перемогой в Ковылки идти. Ну, бум знамы. Парни! — повысив голос, сказал он. — Эти ребята будут нам помогать с грузом. Э-э-э, как тебя величать, напомни, а то я подзабыл. Ри…

— Ричмонд! — опередил его я. — А это Гурина, свободная хульвийка! — сделав ударение, на слове «свободная», произнес я.

Среди шайки пошли шепотки, прекратившиеся с криком главаря:

— Молчать! Ребят, а боевые имена у вас есть, шоб в бою сподручнее было? Вот я, например, Пумба, это Зуб, — вытолкнув вперед мрачного типа, в котором я тут же узнал своего недавнего противника. — По твоей милости он недавно потерял передний зуб, потому, хочу переименовать его в Беззубку. Ха-ха-ха! — расхохотался главный. — Шучу, да не парься ты, толкнув того в бок, добавил он. — Дальше, Кратос, Линк, Соник, Луиджи.

— Тогда зовите меня Стрела! — влезла Гурри. Но, как я и думал, на ее слова практически никто не обратил внимания, за исключением Тимона и девушки. Ее затюканное личико слегка осветилось любопытством, но тут же снова приняло безразлично-испуганный вид. На каком она у них положении? Впрочем, наверняка на ролях рабыни или слуги, если главарь ее даже не представил.

— А меня — Шаман, — ответил я.

Тимон сразу сделал стойку.

— Магичить умеешь⁈

— Немного, — «признался», вытянув руку. — Огнешар!

Зажигая рукой самый маленький фаербол, который только смог. Но даже это вызвало восхищенные вздохи. Тимон смотрел на него, не веря своим глазам.

— Вот теперь я не сомневаюсь в успехе! — от души хлопнув меня по плечу, крякнул он. За один миг я резко взлетел в его глазах, думаю, даже выше членов его банды.

— Это все твои? — поинтересовался я.

— Почти, — усмехнулся тот. — Тайсон лечится у знахаря. Очень шибко его приложила твоя раб… подруга. Она тоже магичка?

— Нет, — ответил, прежде чем Гурри открыла рот. — Просто много тренировалась. Но

Этот ответ всех устроил. Проверив снаряжение, наша сборная по охране труда выдвинулась в путь. Как оказалось, из всей шайки только двое владели метательными ножами и стреляли из луков. Беззубка и Линк. Кратос, Луиджи и сам Пумба были обычными пехотинцами, предпочитающими ближний бой всему остальному. И лишь один Соник носил на поясе короткие кинжалы, подобно типичному роге (Rogue — распространенное название разбойника\ассасина из игр). Магией не владел никто. Почти никто.

— Как удачно, что с нами маг! — не переставал восхищаться Тимон. — Теперь есть хоть какая-то поддержка! А то у этих дуболомов ничего кроме мясорубки не выходит!

— Босс! Еще же Хилка есть! — вклинился в его бесконечный монолог кто-то из подчиненных, кажется Шило.

Мы шагали по проселочной дороге, пролегавшей между полей. Темный лес остался позади. Как сказал Тимон, впереди нас ждали еще две деревни до того момента, как мы вступим в Дикие земли. Вот там уже надо было быть максимально бдительным. А пока что все шли, даже не глядя по сторонам. Впрочем, я полагался на сонар Гурри, которая обещала предупредить нас в случае непредвиденной опасности.

— Хилка? А… ну да, — почесал голову предводитель. Кстати, во время похода мы с Гурри также подчинялись ему, как и все остальные, хотя он благоразумно не давил, помня, с кем имеет дело. — Да, думаю, надо вам ее показать. Хилка! — заорал он, обернувшись.

Тут же послышался топот маленьких ножек, и из хвоста процессии примчалась остроухая мулатка. Мы уже успели понять, что она явно не стоит наравне с остальными членами шайки. Даже сейчас маленькая девушка несла тяжелый рюкзак. Дальнейшие слова Тимона окончательно все прояснили:

— Хилка, моя личная рабыня! — делая упор на слове «личная», произнес главарь. — Владеет магией исцеления. Не шибко, конечно, но, если тяжело ранят, сможет подлатать так, чтобы дотянуть до церковников.

Я с удивлением посмотрел на низенькую девушку. Под моим взглядом она еще больше смутилась, склонив голову. Лямка тяжелого рюкзака сдвинулась, и мы отчетливо увидели на ее левом плече грубое клеймо рабыни: круг с буквой «Р» внутри.

— Пришлось потратиться на чары Власти, зато теперь я уверен, что эта дрянь от меня не сбежит! — хохотнул Тимон. — Поначалу она пыталась сопротивляться, но быстро поняла, кто ее хозяин.

Мне до жути захотелось прирезать его здесь и сейчас, но миссия была важнее. Чтобы хоть как-то облегчить страдания мулатки, я спросил у главаря:

— Вот эта слабая рабыня умеет лечить раны? Разве сила лечения не зависит от ее физических данных? Насколько я знаю, эльфы берут силу от природы. Может, стоит разгрузить ее немного, чтобы у нее было больше энергии?

— В этом есть смысл… — задумался тот. — Эй, парни! Перекиньте себе вещи из мешка Хилки. Мы же не хотим истечь кровью на поле боя⁈

Не желая выделяться, тоже взяли себе несколько припасов из ее рюкзака. Тимон, вспомнив про обязанности лидера, ушел вперед, оставив нас наедине с рабыней. Тогда я попросил Гурри немного ускориться и поболтать с бойцами, дабы отвлечь на себя их внимание. В нынешнем облике у киборга это вышло без особых проблем. Мужики и так пускали слюну на ее роскошное полуобнаженное тело, но помня о неудачном знакомстве одного из них с ногой этой красотки, предусмотрительно держали дистанцию.

— Как твое имя, лесное дитя? — спросил полушепотом, слегка приотстав и поравнявшись с эльфийкой. Девушка дернулась, испугавшись, но подняв на меня свои огромные зеленые глаза, робко улыбнулась.

— Хилланиэль, уважаемый волшебник, — тихонько пробормотала она. — Спасибо вам за помощь с рюкзаком.

— Не стоит благодарности, — улыбнулся я. Все же было приятно слышать эти слова. — Расскажи лучше, как тебя угораздило попасть в лапы этим мерзавцам? Ведь королевство эльфов находится на другой стороне континента?

Мулатка шмыгнула носом, но тут же взяла себя в руки. Может, я поторопился. Называя ее ребенком? Хоть на вид ей было не больше четырнадцати, но кто их знает этих остроухих?

— Мое племя живет… жило на другой стороне Вечнозеленого леса. Все началось так внезапно, — начала рассказывать Хилланиэль. — Мы всегда жили мирно с людьми, торговали, обменивались припасами. Наш дети играли вместе, а молодежь встречалась друг с другом. Но буквально за неделю все изменилось. Сначала это были просто слухи, — сбиваясь с шага, говорила эльфийка. — Никто не придавал значения тому, что происходит в стране, ведь мы жили достаточно далеко от столицы. До нас доходили лишь разрозненные сведения. Казалось, беспокоиться не о чем. И вдруг, в один день все изменилось. Прискакали люди местного барона, которые раз-два в неделю навещали наши деревни, торгуя и выпивая с нами. Но вместо того, чтобы как обычно заняться делами, они без предупреждения атаковали нас! Нашу деревню сожгли, сопротивляющихся безжалостно перебили, а всех остальных распродали в рабство. Вот уже пару лет я перехожу от одного хозяина к другому. Благодаря целительным навыкам со мной обращались лучше, чем с другими. Вот, пожалуй, и вся моя история.

— А те люди, — осторожно начал я, — которые напали на вас. В них было что-то необычное?

— Да! — резко вскинув голову, с жаром ответила девушка, посмотрев мне прямо в глаза. — Да, господин! Я до сих пор не могу разобраться, в чем дело! Ведь все эти воины, напавшие на нас… Я знала каждого в лицо! А в день атаки они были как звери! Они почти не говорили, только кричали от ярости! Только сам барон, который управлял нападением, был спокоен, но его лица я не видела, так как он был в закрытом шлеме.

— Скажи, а не видела ли ты монахов в тот день?

— Как же не видела, — горько усмехнулась ты. — Они иногда приезжали вместе с конницей. С нами, эльфами, они почти не общались, но активно продавали селянам хумансов свои товары. Да и потом я часто видела их в разных частях страны, пока судьба не закинула меня сюда.

— Он тебя не сильно обижает? — кивнув на Тимона, осведомился я. Хилланиэль только вздохнула и покачала головой.

— Гораздо меньше, чем могло быть, спасибо моему неразвитому телу, — показала она на себя. — Я давно перешла возраст зрелости, но по каким-то причинам выгляжу не старше ребенка. Благодаря навыкам целителя меня чаще покупали и перепродавали наемники. У Тимона я уже месяцев пять. Мне повезло, что ему по душе взрослые женщины с большими формами, хотя пару раз мне пришлось исполнять свои, — она невольно передернула плечами, — обязанности рабыни.

Так я и думал. Девочка на самом деле оказалась зрелой эльфийкой, что особо не меняло сути. Нельзя было оставлять ее в руках наемников.

— Клеймо точно магическое?

— Точнее некуда, — горько усмехнулась Хилланиэль. — У большинства прежних хозяев не хватало денег на обновление чар Власти и им приходилось следить за рабами. Кто-то сажал нас в клетки, кто-то просто связывал. Но Тимон каким-то образом сумел договориться с чаровником. Я- то дура не поверила и в первую же ночь попыталась бежать. Эх, мне бы только до Леса добраться… Но, когда я сделала шагов сто, мне стало так плохо! Начала кашлять кровью, зверски заболело плечо. Если бы я продолжила идти, наверное, там бы и кончилась. Хорошо, хватило ума вернуться. Тимон даже не заметил мою жалкую попытку сбежать, а мне пришлось смириться со своей участью.

Выслушав словоохотливую эльфийку, задумался о дальнейших планах. С одной стороны, следовало сначала разобраться с грузом и таинственными монахами, прежде чем влезать в разборки с наемниками. С другой, я не мог просто оставить Хилланиэль в руках главаря, прикидывающимся добрым и заботливым хозяином.

Но если до сих пор девушка была жива и здорова, то может потерпеть еще немного, в то время как расползающаяся зараза с душком Хаоса завоевывала новые и новые территории.

Вообще, если я правильно понял, ангельская пыль была не обычным наркотиком. То, что злоупотреблявшие ею люди постепенно превращались в Порченных, уже было яснее ясного. Но благодаря рассказу эльфийки и некоторым другим воспоминаниям, я сделал вывод, что наркоманов можно контролировать.

— Скажи, Хилланиэль, — намеренно обращаясь к остроухой полным именем, отчего она буквально расцветала, — люди, напавшие на вас, так и оставались дикарями или потом вернулись в чувство?

— Трудно сказать, — склонив голову набок, задумалась девушка. — Точно могу сказать, что к вечеру того злополучного дня, люди барона стали спокойнее. Нас кормили и выпускали по нужде, хотя все равно кричали и наказывали, но уже не с такой дикой яростью, как днем. А потом приехали работорговцы и больше я их не видела.

— Постой, работорговцы приехали в тот же день? — удивился я. — Не слишком ли быстро?

— Мне это тогда тоже показалось странным, — нахмурилась Хилланиэль. — Уже потом мы поняли, что все было спланировано заранее, но повлиять, ни на что не могли. А самое странное, что всем руководили эти таинственные монахи…

Опять монахи. Снова упоминаются эти чертовы монахи! Жаль, что при Академии не было церкви, хотя, может оно и к лучшему. Стало быть, зараза распространяется через них, а сами они выступают не только в качестве продавцов, но и контроллеров? Как же это проверить?..

… Вскоре мы дошли до второй деревни, в которой практически не задержались. В отличие от предыдущей в ней не было церкви и кабака. Только неказистые домишки с орущей скотиной. Через пару часов дошли до третьей, где нас встретил один из черных монахов. Он перекинулся парой слов с Тимоном, и наш отряд двинулся дальше. Несмотря на солнечный день, за все время их разговора мне так и не удалось разглядеть лица его собеседника. Длинный капюшон свисал практически до самого носа монаха, закрывая глаза. А учитывая, что тот постоянно наклонял голову, рассмотреть что-либо не представлялось возможным.

Тем не менее, получив последние инструкции, мы бодро двинулись дальше. Примерно часа через три непрерывного марша, когда мы оказались на берегу пробегавший мимо речки, Тимон скомандовал первый привал. Мы держались слегка в стороне от остальных, но никто и не возражал, понимая, что мы временные союзники. Хилланиэль тут же принялась готовить обед для своего хозяина, остальные тоже полезли в рюкзаки за припасами.

— Гуррина, — пробормотал я, соблюдая разумную конспирацию. — Сбегай в кустики.

— Зачем? — не поняла та.

— Затем, — раздраженно ответил я. — За весь поход не то, чтобы не вспотела, но даже пописать не отошла ни разу!

Та, хлопнув себя по лбу, приглушенно выругалась и встала.

— Захвати с собой остроухую, — посоветовал. — Только не забывай про имитацию!

Гурри согласилась и тут же подошла к эльфийке. Та с благодарностью приняла ее предложение, не забыв отпроситься у Тимона. Тот, не обращая внимания, махнул рукой, добавив про ограниченное время стоянки, и девицы скрылись в кустах.

Наблюдая исподтишка за остальными членами отряда, заметил, что двое из них, Кратос и Луиджи, перекусив, достали кисеты и принялись втягивать носом их содержимое, чтобы потом отвалиться в расслабоне. Вряд ли парни наслаждались ароматическими травами или табаком. Наверняка, в ход шла та же наркота, источник которой я и разыскивал. На одержимых парни не смахивали, но вряд ли я доверю им защищать мою спину во время боя. Да и вообще следовало присматривать за обоими, особенно в критических ситуациях. Надеюсь, управимся до темноты. Через полчаса Тимон скомандовал подъем. Собравшись, двинулись дальше. Поля вскоре кончились, и дорога запетляла между холмов, потом повела нас в небольшую чащу и, наконец, убежала в глубину леса.

Остановив отряд на границе, отделявшей нас от неизвестных опасностей, таящихся в глубинах непролазной чащи, предводитель приказал перепроверить снаряжение и быть в состоянии полной боеготовности. Может он и выглядел недалеким, но боевой опыт успешно заменял ему ум. Так, аккуратно ступая и проверяя любой шорох, мы постепенно прошли весь путь, пока дорога вновь не вывела нас в степь.

— Пронесло! — облегченно выдохнул Тимон, оглядываясь назад. — Надеюсь, на обратном пути будет также.

— Разве там было опасно? — удивилась Гурри. — Вполне безобидный лес. Я ничего не почувствовала.

С подозрением глянув на нее, главарь все же счел нужным пояснить.

— Этот лес — самое дерьмовое место! Тут постоянно ходят монстры, которые нападают на караван. Может, они сочли нашу группу малозначимой, потому не напали? В любом случае, на обратном пути удвоим бдительность.

Еще через пару часов ходьбы мы, наконец, достигли точки назначения. У излучины реки нас встретил изрядно потрепанный караван, сопровождаемый всего парой легкораненых наемников. Они наотрез отказались пойти с нами до ближайшей деревни, решив вернуться обратно безопасным путем. Как оказалось, командир каравана на свой страх и риск повел груз наиболее короткой дорогой, за что поплатился собственной жизнью, а также жизнями охранников. Этим двоим вообще повезло, что находились во главе каравана и успели вывести его из опасной зоны. Монстры не преследовали их, удовлетворившись павшими.

Тимон не настаивал. Проверив груз, он принял его у выживших, и мы двинулись своей дорогой, а те — своей. Телег, которые тащили мощные животные, похожие на буйволов, было все три. Разумеется, обшаривать их нам было категорически запрещено, но меня интересовал сам заказчик. То, что где-то внутри груза лежит наркотик, я даже не сомневался.

Доведя караван до границы леса, Тимон еще раз приказал усилить боеготовность, после чего мы вновь вступили под сень деревьев-великанов. Но в этот раз удача нам не сопутствовала. А может быть, Тимон был прав, и на мелкие отряды монстры не обращают внимания? В любом случае, не пройдя и трехсот метров, Гурри остановилась и выпалила:

— Внимание! Рядом монстры!

Надо отдать наемникам должное, — они тут же рассредоточились вокруг телег, занимая наиболее выигрышные места, ничего не переспрашивая и не уточняя.

— Где⁈ Можешь поконкретнее⁈ — закричал Тимон, яростно сверкая глазами в безуспешных попытках вычленить угрозу из окружающих нас кустов.

Но киборг лишь озадаченно вертела головой, регистрируя лишь одной ей видимые сигналы. Я предусмотрительно зашел ей за спину, помня о ее непробиваемой обшивке, которую не смог поцарапать даже хвост Вотгарда.

— Движение! Сигнал четкий! Расстояние — двадцать метров!

— Они рядом, — произнес я, также чуя ауры Чужих. — Мы что-то упустили!

— Нихрена мы не упустили! — прорычал Тимон, вращая огромным молотом.

— Они близко! Прямо перед нами! — закричала киборг, глядя на пустую дорогу. — Двадцать метров! Восемнадцать и приближаются!

— Где⁈ Где они⁈ Я ничего не вижу! — закричал один из наемников. — Тут никого нет!

— Они уже внутри периметра⁈ — непонимающе оглянулся другой.

— Семнадцать метров!..

— Ричмо-онд! — потянула меня за рукав Хилланиэль. Взглянув на нее, поразился бледности ее лица. Девушка ЧУВСТВОВАЛА монстров, причем ЧУЯЛА куда круче меня!

— Отря-а-ад! Мечи наголо! То-о-овсь!

— Пятнадцать метров!..

— Ричмо-о-нд! — тянула меня за руку упрямая эльфа. — Иде-ем, сюда-а-а!

Девушка пыталась утащить меня за телегу. Поддавшись ее напору, я крикнул напарнице:

— Я буду за телегой, Гурри! Хилла, веди!

— Хаос! Какой мощный сигнал! — сжимая голову ладошками, выкрикнула та.

— Ричмонд! Что у вас, отвечайте! — заорал, не оборачиваясь, Тимон, занятый поисками тварей. Я не ответил.

— Двенадцать метров! Одиннадцать! Десять!

— Они рядом! — истерично проговорил Линк, растерянно водя оголенным мечом.

— Девять!

— Отряд! В затяжной не вступать! Колоть короткими! — зычно крикнул Тимон.

— Восемь метров… Семь… Шесть, — растерянно произнесла Гурри, поворачиваясь ко мне. В ее глазах я увидел полнейшее непонимание ситуации.

— Странно, — проворчал Зуб, поворачиваясь к девушке. — Может, твоя магия сломалась?

— Я вижу то, что есть! — слегка обиженно ответила та.

— Ты неправильно смотришь! — сорвался главарь. Даже отсюда было видно, как он отчаянно потеет от страха.

— Пять метров! Четыре! Какого Хаоса⁈ — вскричала киборг.

Вместо ответа, я поднял голову, стараясь рассмотреть верхушки деревьев. Кто-то из наемников, проследив за моим взглядом, запрыгнул на телегу, а с нее легко взобрался на нижние ветви ближайшего лесного великана… Чтобы свалиться оттуда с криком ужаса:

— Они здесь! Стреляйте, стреляйте!

И сам принялся метать куда-то вверх ножи.

И тут наемники начали умирать.

Белесые полупрозрачные тени посыпались сверху как горох. В свете заходящего солнца сверкнули лезвия когтей, оборвавшие сразу две жизни. Безголовое тело беззубого наемника упало в одну сторону, а его голова, кувыркаясь, полетела в другую. Пал Линк, пронзенный острыми когтями странных чудовищ.

— Назад! К телегам! — проревел главарь, вращая молотом. — Там они нас не достанут!

Мы прижались к обозу, заняв круговую оборону. И тут я впервые увидел, на что способна киборг. Нам крайне повезло, что она оказалась в наших рядах. Гурри вылетела вперед, врубаясь в кучу опешивших монстров, увлекая их за собой.

— Какого…? — только и смог вымолвить ошалевший Тимон, глядя на кучу малу из щелкающих жвал, когтей и зубов. Роботессы практически не было видно под слоем наседавших на нее чудовищ.

— Быстрее! Это наш шанс свалить отсюда! — заорал я, понукая испуганных вьючных животных. — Но! Пошла!

Главарь, справившись с изумлением, отдал приказ на отступление. Караван тронулся, набирая ход, а тела товарищей так и остались позади, как и Гурри, отчаянно дерущаяся с тварями.

— Сколько времени она продержится? — белыми от ужаса губами произнес Кратос. — Никогда не видел ничего подобного! Она же просто героиня!

— Девочка просто развлекается, — проворчал я, кидая взгляд на ее полубезумное улыбающееся лицо. Разумеется, когти и зубы монстров не оставляли даже царапины на ее обшивке, что еще больше бесило их, а вот каждый удар ее меча или даже кулака вышибал дух из любого монстра, сунувшегося достаточно близко.

— Быстрее! Быстрее! — поторапливал нас Тимон. — Да не допустит пресвятая Матерь, чтобы монстры вспомнили про нас!

И как сглазил! Ветви деревьев снова зашелестели и явили на свет еще десяток отвратительных существ.

— Не сбавлять ход! — закричал Тимон. — Отбиваемся на ходу!

Нам дико повезло, что основная часть чудовищ сагрилась на Гурри, а то бы всех нас мгновенно положили бы. Но даже десяток этих существ доставили нам немало проблем. Прежде всего, они обладали неприятным природным камуфляжем, скрывающим их на фоне листвы. Даже при ярком свете солнца их очертания расплывались, делая их похожими на дрожащее марево облачка пара. Плюс ко всем, они обладали завидной реакцией и скоростью. Напрыгивая на нас, они пытались вонзить в жертву длинные когти и выдернуть ее из строя, чтобы утащить в кусты. Кратос пал первым. Неосторожно открывшись, он подставился под нырок одного из монстров и, отчаянно вереща, вылетел из наших рядов, как пробка из бутылки. Тимон сделал было шаг в его сторону, но крик тут же сменился на предсмертный хрип, оборвавшийся в ту же секунду. Монстры не собирались зря тратить время на допрос и пытки. Но смерть товарища дала нам полминуты передышки.

Так, отбиваясь от тварей, мы постепенно продвигались к выходу из леса. Когда деревья, наконец, расступились, Луиджи, усатый широкоплечий парень радостно ахнул и обернулся, на миг потеряв бдительность. К сожалению, монстрам с лихвой хватило этого мгновения, чтобы ударить его в спину. Когда его предсмертный крик стих, мы выскочили из леса и осмотрелись.

Как назло, Гурри все еще не было видно, а оставшиеся монстры все равно преследовали нас, несмотря на конец охотничьих угодий.

— Мы… не можем… привести их в деревню! — тяжело дыша, пробормотал Тимон, ударом молота отшвыривая зазевавшуюся тварь. — Надо что-то придумать…

— Я задержу их. Уходите.

Вперед вышел последний член отряда. Тот самый рога, Соник, парень с двумя длинными кинжалами.

— Есть кому и что передать? — спросил его как ни в чем ни бывало главарь.

— Нет, босс, — улыбнулся парень, сбрасывая остатки изрезанной кожаной брони. В глаза сразу бросились колотые и резаные раны, покрывавшие его тело. — У меня никого не осталось, да и сам я уже не жилец. Хоть послужу напоследок, как полагается.

— Я с ним! — вышел вперед. — Все равно мне еще за подругой идти.

Вот тут Тимон уже насупился, но все же нехотя кивнул.

— Постарайся выжить. Оба постарайтесь! — рявкнул он, стегая буйволов. — Успехов, братья! Хилка держись, — бросил дрожащей эльфийке, сжавшейся в телеге.

Телеги скрылись за поворотом, а мы вышли навстречу тварям, сжимая мечи. Их было около десятка, нас всего двое, но монстры только скрежетали жвалами и не лезли, подталкивая друг друга. Бросив взгляд на парня, увидел, что он едва держится от усталости и нехватки крови, но подлечить его не было ни времени, ни возможности.

Они напали разом. Кинулись словно по команде, толкая и мешая друг другу. Вот только в этот раз я был готов.

До этого момента я был уверен в том, что могу справиться своими силами, даже без активации печатей. Смерть наемников — не тот случай, чтобы бесшабашно тратить последний козырь. Тем более, их жизни мало что значили для меня.

Но сейчас выбирать было не из чего. Пан или пропал.

«Активация!»

Все вокруг замедлилось. А точнее, я ускорился настолько, что видел, как падает роса с пожухших листьев. Очертания тварей неожиданно приобрели четкость и резкий контраст. Теперь я смог как следует их рассмотреть. Они напоминали вставших на задние лапы тараканов, только с длинным хвостом, заканчивающимся костяным шипом и острыми лезвиями на лапах.

Катана запела, стоило мне вытащить ее из ножен. В ее звоне мне послышалась укоризна, типа «чего так долго не давал мне напиться вражеской крови?» Взмах, другой, третий… Я практически не ощущал сопротивления, шинкуя как капусту тварей на своем пути, пробиваясь через весь их строй.

Двадцать секунд!

Быстрее! Еще быстрее!

Осталось шесть. Стук сердца, собственное тяжелое дыхание…

Еще быстрее!

Десять секунд!

Осталось три!

Пять секунд!

Решительный последний взмах и запечатывание ярости.

— Это как? — слабо раздался позади меня голос Соника. — А… понятно. Я должен был догадаться…

Парень, опираясь на кинжалы, медленно оседал на землю. Из его ран хлестала кровь.

— Ты… и есть… Тот самый герой… — прохрипел он, заваливаясь на бок. — Как жаль… что мы не встретились… раньше.

Его глаза закрылись, и он выпустил клинки из рук, теряя сознание.

Подойдя к нему, нащупал нитевидный пульс, вздохнул и активировал исцеление, задав кое-какой расчет.

— Кто же ты такой, — задал вопрос в пустоту, глядя на свечение охватившее тело. Поднимаясь, зацепился взглядом за странное тату на предплечье парня — треугольник в солнечном круге. Интересно…

— Где тебя носило? — проворчал, встречая Гурри. — Нет, пойдем другим путем.

Сделав небольшой крюк от того места, где мирно отсыпался Соник, настоящее имя которого, я так и не узнал, мы побежали к деревне. Но, примерно на полпути, увидели никем не охраняемый караван, стоящий прямо посреди дороги.

— О, нет! — вымолвил я, предчувствуя нехорошее.

В крайней телеге лежал окровавленный Тимон с лицом землистого цвета. Хилланиэль хлопотала вокруг него, но помочь ничем не могла. Увидев нас, он слабо улыбнулся, попытался приподняться, но снова рухнул на настил.

— Они… все-таки достали меня, — прохрипел он, выплевывая кровавые сгустки. — Один из них прятался под тентом. Вот почему… кха-а-а… скотина неслась… Я отбился… Но он достал меня.

— Молчи! — сказал, борясь с желанием вылечить его и послать миссию ко всем чертям или ничего не делать. — Молчи, мы доведем тебя до деревни. Там наверняка есть лекарь!

Вместо ответа Тимон неожиданно сильно схватил меня за руку.

— Оставь! Даже Хилке не под силу затянуть мои раны! А ты знаешь, ведь я хотел избавиться от вас обоих! — сказал он неожиданно ясным голосом. — Монахи пообещали гору золота, если не будет свидетелей. А вот в итоге как все повернулось… Кха-кха…

Он снова закашлялся и из его рта хлынула кровь.

— Ричмонд… В Ковылках… найди третий дом от кабака. Передай это тамошней крестьянке, — промолвил он, вытаскивая из-за пазухи увесистый мешочек и передавая его мне. — Это все, что мне удалось собрать. Ты сделаешь это? Сделаешь⁈ — вцепившись в меня как клещ, требовательно спросил он.

— Будь уверен! — кивнул я, принимая мешочек.

— Почему-то я тебе верю, — усмехнулся он, откидываясь на телегу. — Жаль Соника. Он был, как и ты темной лошадкой, но никогда не врал… Простите меня все… Единый, я иду…

Похоронив Тимона возле дороги, мы отправились дальше. На душе было тяжко и противно. Я мог вылечить парня, но это поставило бы крест на миссии. Да и после его слов мне сразу как-то расхотелось его исцелять. Но осадок все равно остался…

Остановившись перед входом во вторую деревню, мы стали лагерем на короткий военный совет. В последнем селе нас уже ждали нетерпеливые монахи, и нам следовало подготовиться к встрече. Тимона, как и всех остальных из его шайки, больше не было, поэтому оставалось полагаться только на себя. Услав Гурри за едой в слабое подобие трактира, я присел перед понурой темнокожей эльфийкой.

— Что думаешь делать дальше, Хилланиэль? — спросил, прокачивая возможные варианты. Скорее всего, податься девушке некуда, поэтому можно было пристроить ее как на ферму, так и в Академию. Да хоть в подмастерья в кузню. Нет. Все-таки, Ферма — самое идеальное для нее место.

— Я… я не знаю, — пробормотала та, поднимая на меня мокрые глаза. — Рабыня, потерявшая хозяина — лакомый кусочек для любого, кто может повторно наложить на нее чары власти. Я не могу отказаться или попросить более лучшей участи, так как клеймо никуда не делось. Видишь?

Хилка обнажила плечо, на коричневой коже которого четко выделялся знак раба.

— Стоит мне только появиться в деревне, как любой наемник возьмет меня в оборот, — всхлипнула она. — Тем более, многие видели мои способности. Тимону не раз предлагали перекупить меня разные мутные личности. А есть и такие, кто любит рабынь… моего типажа. Плюс ко всему, я — эльфийка. Существо вне закона хумансов. Сам понимаешь, за мою жизнь никто и монетки не даст.

— Ну, это дело легко поправить, — пожал плечами и возлагая длань на плечо недоумевающей девушки. — Да пребудет с тобой великое очищение эльфийских богов!

Плечо засияло мягким серебристым светом и быстро потухло. Убрав руку, я с удовольствием показал ошалевшей Хилке ровную мягкую кожу без малейших следов клейма.

— Э-э-э… — только и произнесла она. — Э-э-э⁈ Э-э-э-э-э!!!

И свалилась в обморок.

Пользуясь моментом, кастанул на ней максимальное исцеление, избавляя бедняжку от некрасивых шрамов на шейке и других несимпатичных царапин и отметин, оставшихся от прежних хозяев. Сфера Света достаточно высоко подняла девушку, что могло означать действительно сильные повреждения. Странно, а с виду она выглядела здоровой…

Под самый конец действия примчалась довольная Гурри, притащившая довольно неплохую еду — шмат жареного мяса с картошкой, молоко в горшке и мытые овощи. Впрочем, я велел ей не жадничать с оплатой.

Хилка тем временем пришла в себя. Не переставая дивиться на исчезновение клейма, обнаружила девственно чистую кожу и на всех остальных местах, где раньше были некрасивые шрамы. Приподняв искоса бровь, отвернулась и задрала курточку, ахая от восторга и радости.

— Ваших рук дело, господин маг⁈ — восторженно вопросила она, вдоволь нарадовавшись. — Как⁈ Как я могу вам отплатить⁈

— Зови меня Рич и давай уже не будем об этом, — смутился я, не в силах выносить ее щенячий взгляд. — Мало что ли я исцелил эльфиек в Королевстве.

— Значит, Хозя… Тимон был прав, что вы и есть тот самый Герой⁈ — тихо переспросила девушка. — О боги!

Внезапно, упав на колени, она проползла ко мне, пытаясь обнять меня за пятки.

— Э-э-э, ты чего? — удивился, автоматически отползая. Гурри недовольно зашипела, так как я ногами залез на скатерть с едой. — Полегче, Хилла. Не стоит, не надо так бурно…

— Герой! Возьмите меня с собой! — яростно зашептала та, поднимая голову, смотря на меня огненным взглядом. — Мне больше некуда идти, Герой. Ну, возьмите меня! Клянусь, я буду делать все, что вам захочется! Я могу готовить, охотиться, ловить рыбу, шить, убирать, мыть, сражаться, если на то будет причина! Еще могу исцелять слабые раны, помните? О! Да вы же ранены…

Схватившись за мою правую руку, где на самом деле виднелась засохшая кровь от пары царапин, девушка нараспев произнесла короткое заклинание, больше смахивающую на молитву лесным Духам. Но какой был эффект!

Немногим раньше нам уже пришлось лицезреть навыки исцеления этой милой девчушки. Когда один разбойников решил по своей глупости погладить буйволовидную тварь из каравана, то познакомился с ее острыми зубами, едва не отхватившими ему полруки. Хилланиэль тогда полчаса сидела над раненым, напевая заклинание, а из-под ее рук исходил слабый зеленоватый свет. Но в итоге она справилась. На коже парня остался лишь шрам.

А сейчас из-под ладошек Хилки ударил такой буйная зеленая вспышка! В воздухе резко запахло хвоей и шишками. Я невольно попробовал отдернуть руку, но та словно приросла к кистям целительнице, пребывавшей в не менее шоковом состоянии.

Через полминуты свет стал гаснуть, а я ощутил, что снова могу двигать рукой. Царапины исчезли, покрывшись странным зеленоватым налетом, от которого пахло… все теми же шишками.

— Надеюсь, в дриаду не превращусь, — сказал, осмотрев налет. Но глянув на девушку, увидел, что та пребывает в некоей прострации.

— Высшая магия… — бормотала она. — Жреческий ритуал… Без надлежащей молитвы…

— Эй, э-э-эй! — попробовав достучаться до эльфийки, постучал ей по лбу. — В чем дело, Хилланиэль.

Та, подняв на меня совершенно квадратные глаза, медленно произнесла:

— Я только что исполнила сложнейшую целительную магию Святых Духов Леса без ритуала и подготовки.

— Ну и что? — не понял я. — По мне — обычное исцеление, только пахнет елкой.

— Ну и что⁈ — взвизгнула та. — Да во всей нашей деревне такое мог только старый жрец Оябун-сама, который всю жизнь отдал на служение Богам! И то, он копил манну полгода, чтобы один раз такое сотворить! А я… А у меня манны еще — хоть залейся!..

Она внезапно заткнулась, глядя на собственные руки.

— А может ли быть…? Ведь это вы! Вы, господин Герой излечили меня⁈ Значит, по вашей вине у меня прорезался Дар! Вы несете полную ответственность! Примите ее, если вы мужчина! — наступала на меня девушка.

Пытаясь отодвинуться под ее напором, я все-таки уронил пару мисок, в которые Гурри нарезала овощи, чем вызвал ее очередное недовольное шипение. Есть киборгу, само собой, было не нужно, но обесценивать ее труд не стоило.

— Так, а ну-ка стой, — урезонил остроухую. — Какая еще ответственность? Какой Дар? Да, я тебя вылечил Светом, но при чем туту Дар, а тем более моя персона?

Девушка уселась поудобнее и принялась за долгий и нудный рассказ, попутно перекусывая, чем киборг послал. Если опустить лишние детали, постоянные упоминания лесных божков, красочные эпитеты и прочую шелуху, то выходило вот что.

Хилка родилась в Роду Целителей, из-за чего и стала обладать способностью к исцелению. К сожалению, секреты пробуждения Дара была утеряна, поэтому эльфам пришлось передавать от матери к дочери наработки, самостоятельно спасенные во время долгих войн и переездов. Свет моего исцеления, очевидно, пробудил в ней дремлющую силу, активировав максимальный уровень способности, благодаря чему, девушка стала магом-целителем не хуже меня. Конечно, многое еще надо было изучить и разобрать, но одно было ясно наверняка — стоит кому-либо узнать о ее Даре и за ней начнется така-а-а-ая охота!

Вот теперь это темнокожее чудо с мозгом тридцатилетней эльфийки и телом четырнадцатилетнего ребенка сидело, уминало печенку с картошкой и глядело на меня с полной уверенностью, что я, как активатор ее таинственного Дара, должен взять на себя все ее проблемы.

С одной стороны, иметь под боком неплохого целителя, способного о себе позаботиться, весьма недурственно. Но, с другой стороны, зачем она мне, если я сам по себе — та еще машина скорой помощи? Нет, предложение, конечно, интересное, но, пожалуй, откажусь. Будь у тебя сиськи на пять размеров больше и попка побольше, можно было бы подумать.

— С собой я тебя таскать не могу, уж извини, — сказал, глядя в ее наполняющиеся влагой глаза. — Но не спеши плакать. Есть одно замечательное место, где тебя примут в семью и защитят. Вот только прямо сейчас я не могу тебя туда отправить. Сначала нам с Гуррианой надо кое-что доделать, но потом, обещаю, я тебя туда доставлю.

Наскоро перекусив и составив план действий, мы отправились в точку назначения, в которой нас уже заждались монахи. Миссия вступала в завершающую фазу.

Как ни странно, но в Ковылках нас никто не встречал. Эта ситуация меня так взбесила, что я готов был сжечь весь груз на месте, но Гурри вовремя подала здравую идею о том, что, монахи, вероятно, уже и не надеялись на его благополучное возвращение. Заглянув к приветливым оружейникам, мы впихнули им эльфийку, предупредив не высовывать носа на улицу до самого нашего возвращения.

Девушку все более чем устроило. Окруженная теплом и заботой, которых давно уже не ожидала встретить среди людей, она с удовольствием приняла гостеприимство семьи оружейников. Рыжая обещала, как следует приглядеть за эльфийкой, поэтому, убедившись, что Хилке ничего не угрожает, с легким сердцем отправился на встречу с подозрительными заказчиками. Момент истины, то, ради чего все было задумано, приближался с каждой секундой. Причина появления в Академии и ее окрестностях ангельской пыли и Порченных. Я уже не сомневался в том, что все эти люди — результат злоупотребления наркотиком, о чем ясно говорил несчастный случай, произошедший в клубе Диксов. Эх, бедный Деррик… Кто бы мог подумать… Но я отомщу за твою смерть и смерти многих других!..

Тягловые животные, представлявшие собой помесь буйволов и коней, натужно тянули тяжелогруженые телеги. Разумеется, мы заранее внимательно проверили груз настолько, насколько это представлялось возможным. Две телеги из трех были доверху нагружены продуктами, одеждой, древесиной и строительными материалами, но третья… Под старательно завязанным покрывалом оказались запечатанные коробки, содержимое которых осталось для нас тайной. Благодаря сканеру киборга мы узнали одно: внутри находится сыпучий груз. Что именно — оставалось только догадываться. Может, тот самый наркотик, а может, золотой песок, лекарственные порошки или еще что. Может, мы зря гоним на монахов, и они представляют собой обычный культ, не имеющий ничего против людей? А Порченные и происходящее в Академии — есть результат других злобных сил?

В любом случае, нам пока ничего не оставалось кроме как следовать своему маршруту. Телеги скрипели, колеся между домами деревни. Церковь стояла на отшибе села, поэтому нам пришлось проехать через всю деревню. Проезжая мимо очередного домишки, вспомнил о просьбе Тимона и быстро пересчитал взглядом халупы. Так и есть, мы находились как раз напротив того самого хозяйства.

— Жди здесь, — бросил робофемке, спрыгивая с телеги. Точно, тот самый дом. В отличие от остальных полуразвалившихся одноэтажных строений, в нем чувствовалась работящая трудолюбивая мужская рука: вместо чердака присутствовала настоящая мансарда, забор был недавно выправлен, а сбоку от домика стоял новенький сарай, из которого доносилось мычание коров. Да и сам дом производил куда лучшее впечатление, нежели даже дом старосты. По-видимому, здесь Тимон жил или наведывался, судя по его последним словам.

На мой стук послышался топот маленьких ножек и детские возгласы. Дверь торопливо распахнулась, и навстречу мне выскочила миловидная, хоть и несколько плотная, черноволосая крестьянка.

— Ты все-таки пришел! Тим…

Радостный крик замер на ее губах, когда она увидела перед собой совсем не того, кого ожидала увидеть. Она быстро схватила за руку выскочившую вперед девочку лет восьми.

— А где дядя Тимон? — спросила пигалица, недоуменно глядя на меня. — Вы его друг? Он придет? Дядя Тимон такой хороший! Он всегда дарит мне леденцы!

Она замахала ручками и я, вздрогнув, увидел, что левый рукав ее распашонки пуст.

— Алия! Бегом внутрь! — скомандовала женщина, придавая той легкого толчка в спину для ускорения. — Простите, господин, я приняла вас за другого. Вы что-то хотели? Дом старосты дальше по дороге, а трактир там же…

Вместо ответа протянул ей мешочек. Женщина недоумевающее приняла его, развязав и высыпав на ладонь содержимое. На широкую огрубевшую от ежедневного труда ладонь выкатились разнокалиберные самоцветы. Камни красиво сверкали, переливаясь на солнце всеми цветами радуги.

— Что это? — вздрогнув от неожиданности, спросила крестьянка. — Это передал Тим? Мне? Но почему не сам? Что с ним?..

Я молчал, стараясь не смотреть ей в глаза. Женщина задрожала сильнее, роняя камни в придорожную пыль.

— Он… он погиб? Так ведь? — прошептала она, шагнув мне навстречу и вцепившись в воротник куртки. — Погиб⁈ Я знала! Я чувствовала! Говорила ему остановиться! Почему? Почему?!! Почему он продолжал рисковать жизнью⁈ Ведь у него было все! Была семья! Была я⁈

Я молчал не в силах ответить. Да и никакие слова бы не помогли бы сейчас.

— В последние минуты он думал только о вас, — проскрипел я. — К сожалению, мы не смогли его спасти. Он погиб как герой. Гордитесь им. Мы похоронили его у дороги недалеко отсюда.

В проеме двери снова показалась искалеченная девочка, удивленная моим приходом. Я хотел было шагнуть внутрь и исцелить ее, но кое-как сдержал этот порыв.

«Одумайся, Ричард! — сказал сам себе. — По всему селу тут же разнесется слух о чудесном исцелении, и миссия будет провалена! Вернемся сюда позже!»

Скрепя сердце, повернулся и на не гнущихся ногах вернулся к каравану. За спиной раздался плач одинокой крестьянки, в один день потерявшей любимого и кормильца. Но сейчас я не мог ей ничем помочь. Мы и без того шли с огромным опозданием.

Как ни странно, но у церкви нас ждали. Сутулый монах, чьего лица все также не было видно, плохо скрывая нетерпение, торопливо приблизился к нам. Не обратив внимания на поредевший состав охраны, он чуть ли не вприпрыжку добежал до последней телеги с тщательно привязанным грузом. Обнаружив, что все цело, запечатано и соответствует его ожиданиям, облегченно выдохнул и повернулся к нам, впервые за все время заметив, что охранников каравана всего двое.

— А-а-а, где здоровяк? — протянул монах таким низким и густым голосом, словно говорил из склепа. — Где все его подручные? Вас же должно было быть больше?

— Все, кто выжил после нападения монстров в Темном лесу, — ответил я после недолгого молчания. — Охранники, передавшие нам караван, проследовать в деревню отказались, а остальные стали пищей для чудовищ. Нам удалось спастись. Тимон истек кровью и умер недалеко от второго села. Можете проверить — его могила хорошо видна с дороги.

— Тимон? — недоуменно переспросил монах. — А, тот крепыш, с которым я говорил. Что же, такова ваша работа. Вот обещанная плата. Поздравляю вас! Вы сможете разделить между собой долю павших!

С этими словами он протянул нам увесистый мешочек, который вытащил из складок рясы. Дернув за тесемки, я убедился в том, что обманывать нас, в отличие от того же Тимона, монахи не собирались. Он был наполнен полновесными золотыми самородками разной величины и огранки.

— Золото настоящее, — продолжил монах. — Ваша задача выполнена, наемники.

Потеряв к нам всякий интерес, он взял под уздцы ведущего буйвола, направляя его в стойло рядом с церковью. Из дверей самого здания уже выходили другие служители, собираясь приступить к перетаскиванию грузов. А нам стоило отступить и придумать способ проникнуть в церковь другим путем, чтобы выяснить…

— Постойте, господа! — донеслось нам в спину. — У меня есть к вам еще одно… интересное предложение, от которого вы не сможете отказаться…

Не торопясь поворачиваться, я переглянулся с Гурри, подмигнув ей, и как бы нехотя взглянул на давешнего монаха. Все также скрывая лицо, он прогудел:

— Если вы согласитесь на наше предложение, то награда, полученная вами за предыдущее задание, покажется вам мелочью! Но обсудить его с вами я не в силах. Только сама мать-настоятельница сможет ввести вас в курс дела. Согласны?

Чего тут думать? Возможность сама плыла нам в руки! Конечно, согласны!

— Интересно, — протянул я. — Нам снова надо будет вести караван и рисковать своими жизнями?

— О, нет! — готов поклясться, что по его лицу, скрытому капюшоном, проскользнула ехидная улыбочка. — Насколько мне известно, дело простое и одноразовое. Но требует вмешательства посторонних. Не дело служителей церкви влезать в мирскую жизнь.

Согласившись, мы двинулись к церкви, но монах внезапно преградил нам путь.

— Простите великодушно, господа, — произнес он. — Но женщинам, не достигшим просветления, запрещен вход в святая святых. Такова воля Единого!

Пожав плечами, кивнул Гурри, и зашел в храм, на всякий случай, готовясь к неожиданной атаке. Но все было тихо. Внутри самой церкви было слегка сумрачно. Свет проникал через стеклянные витражи, тускло освещая внутренне убранство, лавки, кельи и небольшую исповедальню. Монах приглашающе приподнял одну из занавесок, приглашая меня внутрь одной из кабинок.

Присев внутри на небольшую табуретку, я принялся ждать. Через пару минут в соседней раздался странный шорох, напоминающий легкий цокот каблучков по полу. Или что-то еще до боли знакомое, но стоило мне напрячься, чтобы вспомнить этот звук, как через мелкую сетку, разделявшую исповедальни, донесся женский чарующий голос.

— Приветствую тебя в нашей скромной обители, наемник, — пропел нежный голосок, который можно было сравнить с речью Минеты, верховной богини Света. — Не сочти за грубость, но правилами нашей церкви нам приходится общаться так, ибо запрещено служительницам…

— Понимаю, святая мать, — немного грубо перебил ее. Мне можно, я же — грубый солдафон-наемник. Надо соответствовать образу. — Переходите к делу.

— Как тебя зовут, парень?

— Это важно? Ну, Ричмонд…

Мне послышался легкий смешок, который я счел за игру шального разума.

— Ричмонд, нам нужно, чтобы ты кое-кого убил, — ангельским голоском пропела мать-настоятельница. — Поможешь ли ты святому делу? Избавишь ли мир и нас от злобной твари?

Вот это номер! Служители церкви заказывают… убийство! Рассказать кому… Хотя, к кому им еще обращаться?

— Кто цель?

— Сразу к делу? — промурлыкала таинственная незнакомка. В слабых очертаниях за сеткой мне померещилась куда большая фигура, нежели могла принадлежать обычной женщине. Она нечеловек? Или просто хорошо кушает? — Тот, от кого мы хотим избавиться… Этот хуманс далеко не обычен… Но у нас есть оружие против него…

Голос завораживал, успокаивал, заставляя все мои чувства довериться, открыться, хотя я не чувствовал никакой зловредной магии.

— Так кто же он?

— Герой, — без обиняков заявила мать-настоятельница и тут же продолжила. — Древний герой, лишенный магии и сил. Тебе надо просто незаметно подкрасться к нему и прикончить. Мы дадим тебе заколдованное оружие…

— Герой⁈ — непритворно удивился я. — Но как я…

— О, не беспокойся! — рассмеялась незнакомка. — Он слаб и почти ничем не отличается от обычного человека! Тебе стоит лишь поцарапать его нашим… подарком, и он мгновенно умрет. Ты же получишь наше… благословение и заслуженную награду.

— Какую награду? — переспросил, стараясь напустить как можно больше эмоций жадности в голос.

— О, не волнуйся, — протянула мать-настоятельница. — Церковь никогда не забывает тех, кто послужил во благо. Скажем, мы выдадим тебе золота в три раза больше, чем ты получил сейчас.

— В пять! — решив поторговаться, перебил я.

— Зачем тебе столько золота? — непритворно удивилась она. — Собираешься купить себе дом в Центре?

— Хочу дворянское звание и гарем!

— Ха-ха-ха! Будь, по-твоему, малыш! — рассмеялась женщина. — Значит, договорились? Мой служитель выдаст тебе все необходимое. А теперь, будь любезен, оставайся на месте, пока я не покину тебя.

Что-то зашевелилось с той стороны сетки, но ее непрозрачность не давала мне, ни малейшего шанса оценить фигуру настоятельницы. Тогда я пошел на хитрость и заглянул в щелочку занавески. Но снаружи стоял монах, полностью заслонивший мне обзор своей тушей. Вновь раздался тот странный звук, но почти вслед за ним монах отдернул занавеску и пригласил меня на выход.

У самых дверей он остановился, нежно и медленно вытаскивая из робы резную шкатулку из неизвестного материала, на которой были выгравированы незнакомые руны. Но стоило мне только бросить на них взгляд, как голова пошла кругом, а внутри черепа зазвучали незнакомые голоса. Священнослужитель откинул крышку и моим глазам предстал необычный кинжал с рукояткой, инкрустированной самоцветами. Его лезвие было необычайного сиреневого цвета. Казалось, по нему пробегает странная дымка.

— Вот оно, оружие против Героя! — с благоговением произнес монах. — Стоит лишь задеть его лезвием и яд мгновенно растечется по его телу! Тебе даже не надо ждать его скорой и мучительной смерти!

— Но как же мне достать доказательство? Или вы поверите мне на слово?

— О, поверь, у нас есть свои способы! — хихикнул тот, закрывая шкатулку и заворачивая ее в ткань. — Но учти! Не вздумай нас обмануть и скрыться! Месть церкви будет страшна! Ты нигде не укроешься от ее гнева!

Я кивнул.

— Не открывай шкатулку до тех пор, пока не появится однозначный шанс! — наставлял меня монах. — Клинок заколдован! Ему нужно как можно меньше появляться при свете Луны или Солнца! Только когда ты будешь уверен в ударе! Не медли!

Потом монах описал мою собственную внешность, включая длинную рыжую гриву. Судя по всему, они еще не знали о том, что я постригся. Хорошо, что Гурри надоумила меня слегка подкорректировать маскировку, когда я работал над ее телом. Другой цвет волос, немного измененное лицо и голос — и вот я уже среднестатистический наемник.

Расставшись с таинственными служителями церкви, я отвел Гурри в кабак, где подробно обсудил с ней предстоящее дело. Упускать такую возможность было категорически нельзя! Выясняется, что не только я веду охоту за наркоторговцами, но и сама церковь желает избавиться от Героя! Вероятно, они еще не знают, кто противостоит им на самом деле, видя во мне просто препятствие для свободной торговли. Нам же лучше. В принципе, план оставался тем же — проникнуть в логово, перебить по максимуму вражин, обрубить поток наркоты, а впоследствии заняться ее источником, находящимся где-то в Центре.

Правда, у меня из головы не шел таинственный цокот матери-настоятельницы, но я отмахнулся от него, думая о более насущных делах. Как, например, организовать собственное убийство, собрать доказательство и не спалиться, а потом и проникнуть в саму организацию. Не могу же я убить сам себя!

Выбора не оставалось и мне пришлось сворачиваться и окольными путями возвращаться в Академию. Гурри постоянно сканировала местность на предмет «хвоста», но ничего не обнаружила. Должно быть, монахи не сомневались в моей «преданности», а может, у них были свои методы, кто знает. В любом случае, нам удалось без приключений добраться до места и нырнуть в рубку Штайнер…

— Да я могу помочь вам, — задумалась офицер, выслушав мою просьбу. — Хотя то, что вы просите, выходит за рамки, но, думаю, это вполне выполнимо. Когда акция?

— Завтра! — ответил, поглаживая шкатулку…

… На следующий день я лично, не доверяя никому, отправился на Ферму проверить моих подопечных. Прежде чем приступать к такой опасной миссии следовало проверить все пути отступления и безопасность подчиненных. Темный лес был хорошо подчищен стараниями Баффи, поэтому я не ожидал никакой угрозы с той стороны. Но стоило мне только поравняться с ближайшей опушкой, как из-за деревьев с невероятной скоростью вылетела размытая тень! Блеснула сталь и что-то толкнуло меня в бок! Мир покачнулся и я, не веря своим глазам, уставился на рукоять кинжала, торчащего из моей груди! Кровь, отказываясь останавливаться, хлестала из раны, регенерация не работала, солнечный свет тускнел с каждой секундой… Последнее, что я увидел, прежде чем потерять сознание, была расплывчатая тень убийцы, склонившегося надо мной. На его губах мелькнула довольная улыбка. И тут я узнал его! Это был…

Свет окончательно померк. Меня убили…

— Он точно мертв?

— Мертвее не бывает!

— Здорово! Кто бы мог подумать, что будет так легко⁈

— Хватит болтать! Пошли!..

— Приветствую тебя, брат! Мы уже получили подтверждение! Обещанная награда ждет тебя! — монах, чьего лица в полутьме кабака было не разобрать из-за низко свисающего капюшона рясы, медленно положил увесистый мешочек на деревянную поверхность столика.

— Пхе! Как два пальца! — усмехнулся чернявый наемник неопределенной наружности. Судя по его внешности, мать парня не пропускала ни одного члена мимо своей юбки. Торчащие уши, бегающие глазки и пара шрамов завершали картину. — Если б знал, что будет так легко, попросил бы больше. Эй! Где остальное⁈ — вскрикнул он, дернув за тесемки и глянув на содержимое. — Провести меня решили⁈ — сузив глаза, пробормотал он. Его рука медленно потянулась к плечу, за которым висел странный длинный меч.

— Погоди, брат! — прогудел, невольно отшатываясь, монах. — Действительно, здесь далеко не все! Но остальное тебе хотела бы вручить мать-настоятельница лично за успешное выполнение задания! Кого только мы не отправляли, а справился лишь ты! Гордись выпавшей тебе честью!

— Сдалась мне ваша честь! — проворчал наемник. — Отдайте золото, и я забуду, как вас звать! Ладно, я понял. Где мне искать вашу мать?

Монах кивнул и встал из-за стола, приглашая за собой. Наемник, пряча мешочек, последовал за ним. Выйдя на улицу, парень бросил взгляд на деревья, обступившие деревеньку, и легкая улыбка пробежала по его губам. Деревья тихонько прошумели листвой, вслед уходящему наемнику, несмотря на малейшее отсутствие ветерка.

— Твой путь завершается здесь, брат, — едва заметно хихикнув, пробормотал монах, указывая рукой на двери церкви. — Мать-настоятельница внутри и ждет тебя с наградой. Иди же!

Наемник, проверив, легко ли выходит клинок из ножен, толкнул двери и вошел внутрь. Стоило створкам сомкнуться за ним, как монах суетливо пробежал вокруг церкви, ныряя в неприметную подвальную дверку…

Парень оказался внутри того же зала, в котором уже был ранее, только в полном одиночестве. Побродив по пустому помещению, он поднял руки и спросил раздраженно:

— Ну? Где эта мать-перемать⁈ Где моя награда⁈

В тот же миг прошелестели занавески, скрывающие проход в служебные комнаты, и раздался странный цокот, словно сухие льдинки посыпались на пол. Или кто-то застучал острыми каблучками по деревянному полу. Шторки раздвинулись, являя оторопевшему парню невероятно красивую женщину! Пышные длинные огненно-рыжие волосы оплетали головку настоятельницы и спускались ниже, до самого пола. Строгое платье не могло скрыть выдающегося бюста, туго натянувшего черную ткань. Девушка вздохнула и, заложив руки за голову, потянулась, нарочито поддразнивая парня, отчего соски ее и без того высокой и упругой груди практически проткнули тонкий шелк. Лифчика мать-настоятельница точно не носила. Наполовину высунувшись из-за занавесок, она протянула руки в сторону парня.

— Подойди, герой, избавивший нас от прислужника Зла! — пропела девушка, кланяясь наемнику и протягивая ему мешочек, превышающий по размерам тот, что ему дал в кабаке монах, примерно в три раза. — Подойди и возьми же заслуженную награду!

— А ты ничего, детка! — усмехнулся парень. — Я готов даже взять половину обещанного, если ты согласишься доплатить остальной натурой!

Подойдя ближе, он протянул руку, желая забрать обещанное, но мать-настоятельница не выпускала награду из цепких рук.

— Если тебе интересно мое тело, герой, — добавила она сладким голоском, — то, думаю, мы можем пойти на это. Церковь сейчас очень нуждается в золоте, а ты парень видный. Думаю, если никто не узнает, то мы можем уединиться… ненадолго.

Недолго думая, наемник шагнул ближе, хватая охнувшую девушку за талию и впиваясь жадными губами в торчащий сосок, прямо через тонкую ткань. Мать-настоятельница слабо простонала, отступая назад и увлекая за собой парня. Если бы тот смотрел на нее в этот момент, то обнаружил, что прекрасно личико исказилось гримасой злобной радости льва, обнаружившего оленя в своем логове.

— Ты зверолюдка, что ли? — спросил парень, нащупав шерсть на выпуклой заднице девушки. Он попробовал было отстраниться от нее, но та, проявив необычайную силищу, крепко сжимала его в объятиях.

— Почти, — прохрипела та, сбрасывая маскировку и впиваясь острыми зубами в незащищенную шею наемника. Из последних сил парень попробовал вытащить меч, но почувствовал невероятную слабость. Его вдруг со страшной силой потянуло в сон. Когда его голова упала на плечо женщины, та довольно расхохоталась. Не выпуская парня, она повернула голову и произнесла приказным тоном:

— Приступаем ко второй фазе плана! Немедленно!

Безмолвные фигуры в рясах тут же засуетились, хватая какие-то ящики и унося в подвал. Один из них взял горящий на стене факел и бросил в основное помещение церкви. Заранее пропитанные огнеопасным составом лавки, шторы и прочая мебель тут же вспыхнула ярким пламенем. Вскоре из небольших окошек строения вырывался яростный огонь. С криками стали сбегаться крестьяне, безуспешно пытавшиеся потушить пожар. На их счастье, в кабаке третий день не просыхал один из преподавателей Академии. Правда, когда его привели в чувство, притащили и указали на пожар, гореть практически ничему не осталось. Полутрезвый маг все же смог вызвать проливной дождь, загасивший остатки пламени. Разобрав завалы сгоревшей церквушки, крестьяне не нашли ни одного трупа. Таинственным образом исчезли все священнослужители. Пожав плечами, местные разошлись, чтобы потом под покровом ночи стащить уцелевшие канделябры и подсвечники. Никого не интересовала судьба, как самих монахов, так и наемника…

…Голоса… голоса вокруг. Странные, но знакомые… Я будто снова вернулся…

— Милы-ы-ы-ый! Встава-а-ай! Вставай же! Сколько можно спать⁈

Я широко распахнул глаза, не веря собственным ушам. Первое, что бросилось в глаза — огромная женская грудь, облаченная в газовый шелк! Переведя взгляд чуть выше, увидел… огромные кошачьи ушки! А лицо… Не может быть!

— Рич, ты так на меня смотришь, будто первый раз увидел! — рассмеялась Сонна, поглаживая лапками мою щеку. — Вставай, мы все тебя уже заждались! Пойдем же.

Сонна? Я в Ричардбурге⁈ Но как⁈ Последнее, что я помню… Стоп, почему я ничего не помню? Все как в тумане…

— Милый! Вот почему я говорила тебе меньше пить вчера! — недовольно пробурчала кошка, вставая с кровати. — Пошли, я хочу тебя кое с кем познакомить!

Точно! Я же вчера надрался как свинья по поводу… Какому поводу? А, неважно! Главное, я дома! Дома вместе со своими любимыми кошками! Все остальное мне только приснилось! Никуда я не попадал! Не было никакого портала в подвале заброшенного дота! Не было рабства, татуировок, обучения в аномальной зоне Джигура!.. но почему вдруг так заболела спина, где мне во сне набили татау?..

— Папа! Папа! — раздались детские крики из коридора. А, потом разберусь. Сначала обниму всех, кто меня ждет…

— Иду, родные мои! — закричал я, вскакивая с кровати, но был сбит обратно, метнувшейся ко мне тенью, в которой я тут же признал…

— Йоруичи! — ошеломленно промолвил я, глядя на улыбающуюся темнокожую кошкодевушку. — Что с тобой? Неужели ты…

— Тс-с-с-с! — прижав пальчик к губам, прошептала та, наклоняясь ближе. — Не кричи, а то эти, — мотнув головой в сторону двери, добавила она, — услышат!

— Нет, погоди, — прошептал я, пытаясь остановить ее. Куда там! Мастер скрытых убийств уже вовсю боролась с застежками пояса, и предвкушающе высунула язычок. — Сюда же могут войти! Что тогда… М-м-м-м? О-о-о, ладно, не останавливайся…

Скучающий темный лорд сидел в кабинете, составляя планы по захвату ближайших земель.

— Чертова зима! — стукнул он кулаком по столу. — Два месяца маяться, пока тепло не придет! Еще эти бумажки! Как же не хватает нормальных компов! Хотя бы сраный калькулятор подогнали, суки!

Он неоднократно просил у своих божеств технологии если не будущего, то хотя бы своего старого мира, но каждый раз получал отказ. «Запрещено тратить очки Игры на сущую ерунду!» — отвечали Духи, как бы Темный не пытался им доказать, что это многократно усилило бы его мощь. Вот и приходилось ему и его подопечным по старинке исписывать гору бумаг и пользоваться деревянными счетами.

Внезапно в коридоре послышался усиливающийся топот, раздались голоса: два грубых, в которых Костяндр узнал охранников, и более тонкий, женственный. «Опять какой-то бабе неймется! — подумал темный с раздражением. — Сказал же — гнать в шею!» Махнув рукой, он пробормотал короткое заклинание, и перед ним образовался туманный круг, в котором он увидел нечеткое и расплывчатое изображение творящегося в коридоре. Магическое окно наблюдения имело двусторонний эффект — его тоже увидели.

— Господин! Господин! — закричала краснокожая суккубка, одетая по обычаю племени в одни ремешки, потрясая хрустальным шаром дальней связи. — Срочное донесение! Генералиссимус Шантей де ла Вера просит аудиенции! У нее хорошие новости!

— Хорошие новости — это всегда приятно! — улыбнулся Костяндр. — Пропустить! — развеивая окно, добавил он стражам.

Развалившись в кресле, он уже не обращал внимания на вбежавшую суккубу, торопливо настраивающую сферу магосвязи, которая между делом усиленно крутила перед ним практически обнаженной попкой. Что поделать — Темный лорд мало кому доверял из большинства слуг, несмотря на то что все они были ярыми приверженцами Хаоса. Каждый вступивший в воинство получал клеймо или печать Повиновения, в зависимости от пола и расы. Предводитель становился абсолютным господином для всех, в том числе и единственным для женского пола. Вот и для этой краснокожей вертихвостки он оставался тем самым самцом, ради которого она была готова на все, как и все остальные самки находящиеся в Зиккурате.

Но Костяндр не обращал никакого внимания на все ее старания. Настройка дальней магосвязи — дело довольно долгое и хлопотное. Устремив взгляд в потолок, он вспоминал ранние этапы подготовки и отбора лучших воинов своей непобедимой армии. Конечно, не все было гладко, как ему хотелось. Люди вступали охотно. Искатели приключений, банды разбойников, беглые солдаты, преступники, крестьяне, даже бывшие герои, изгнанные за чрезмерную жестокость или ищущие денег, власти и славы. Но со звероморфами и полуразумными расами дело обстояло совсем иначе.

В отличие от людей такие чувства как преданность, верность долгу и взаимопомощь у прочих рас были развиты не в пример сильнее. Если люди могли запросто воткнуть нож в спину ближнему из чувства мести, зависти или просто за деньги, то зверолюди и подумать не могли о таком предательстве. Верность, любовь, самоотверженность у них были в крови. Может быть, великие Предки постарались, выращивая лучшие качества друзей человека в будущих поколениях, а может, они появились сами по себе, кто знает. Конечно, среди них тоже находились предатели, ренегаты, перебежчики и прочее отребье, желающее лучшей доли. Но это были сущие крохи по сравнению с теми же желающими вступить в армию из числа людей, не считая полуразумных монстров и созданий, изначально преданных Хаосу.

Но все же находились такие существа, которых Костяндр не просто приблизил к себе, но даже не ставил рабскую метку. Эти полулюди не раз доказывали ему свою верность. Каждый из них имел свою армию, слепо подчинявшуюся командиру. Всего их было четыре. Но существовал еще генералиссимус — неординарная личность, которую побаивался сам Темный лорд. Во власти этого метаморфа находились не только все армии, но и практически весь континент. Он подчинялся лишь самому Костяндру, безоговорочно принимая его приказы. И имя тому главнокомандующему было — Шантей де ла Вера.

Темный довольно усмехнулся, вспоминая, скольким пришлось пожертвовать, чтобы переманить несговорчивое существо на свою сторону. Но в итоге, оно согласилось, а впоследствии полностью приняло его сторону, став незаменимой личностью во всех внутренних, а потом и внешних делах лорда.

— Если бы она только знала!.. — пробормотал темный.

— Вы что-то сказали господин? — переспросила суккуба, невзначай принимая наиболее соблазнительную позу.

— Нет, шевелись, давай! — рявкнул тот. Демоница, испуганно пискнув, принялась еще быстрее шевелить ручками. Наконец, связь была установлена…

Сначала сфера оставалась темной, словно связь так и не заработала, но через пару мгновений лорд понял, что она просто показывает неосвещенную часть глубокой пещеры. Изображение мягко покачивалось, словно кто-то намеренно тряс сферу-передатчик с той стороны. Внезапно экран развернулся, и лорд увидел поблескивающие в неверном свете факелов белые нити паутины. Словно снежное покрывало они переплетались между собой, полностью перекрывая стены и потолок танственной пещеры. Но не это привлекло внимание лорда, а коконы. Огромные пушистые оболочки, висящие под самым потолком. Некоторые слегка подергивались, означая угасающую жизнь своих носителей.

— Приветствую Повелитель! — произнес невидимый женский голосок. — Ваше приказание… — трагическая пауза, — выполнено!

Костяндр облегченно выдохнул, разражаясь победным воплем.

— Разрешите, я покажу вам кое-кого! — продолжила его собеседница и, не дожидаясь согласия, приподняла сферу выше. Темный невольно подался вперед, чуть ли не вжимаясь в туманное изображение, пытаясь лучше разглядеть очертания полутемной пещеры. Вдруг прямо перед ним возник кокон, отличавшийся от других более свежими нитями оболочки.

— Минутку, — пропыхтела Шантей. — Я закреплю сферу. Во-о-от, вот так! Узрите, Повелитель!

Изображение мигнуло и осталось неподвижным, словно невидимый оператор закрепил видеокамеру на штативе. В центре картины висел тот самый кокон. А снизу появилась прелестное лицо… матери-настоятельницы.

— Один момент, господин, — пробормотала она, поднимаясь. — Сейчас я срежу нити.

Лицо немного отдалилось, как если бы девушка немного отошла назад и Костяндр вместе с наблюдавшей суккубкой увидели, как бывшая мать-настоятельница появляется на экране зрительной связи. Полностью. Дотянувшись до верхней части кокона, она ловким и почти незаметным глазу движением рассекла несколько нитей, являя жадным взорам лорда и его слуги лицо обыкновенного ничем не примечательного парня.

Ох, и удивился бы наемник, если бы вдруг пришел в сознание! Но откуда ему было знать, что он стал жертвой первой воительницы непобедимой армии, Шантей де ла Веры, неуязвимого мага и воина, генералиссимуса Темного лорда⁈ А если бы он увидел ее истинный облик, то, вероятно, там же в пещере и сошел бы с ума, не выдержав тяжкого зрелища.

Очаровательное лицо, пухлые красные, словно созданные для поцелуев губы, огромные фиолетовые глаза, безумно привлекательное тело с манящей упругой грудью… и огромная паучья туша, снабженная шестью мощными лапами, снабженными острейшими когтями, способными пробить насквозь адамантиевую броню! Да, Шантей принадлежала к удивительному и практически вымершему роду Рахнер… как ошибочно полагали она и сам Костяндр. На самом деле, ее вид благополучно жил и развивался на материке зверолюдей… Но откуда им было это знать, если сам темный лорд уничтожил последних ее соплеменников, выдав их смерть за убийство от рук Избранного. Приняв его слова за правду, одержимая местью Шантей и перешла на его сторону. Теперь в ее жизни осталось место лишь дикой злобе, направленной в сторону сил Света и их сторонников. Надо ли говорить о том, что сильнее всех она ненавидела того, кто вообще был не причастен? Теперь ее план близился к завершению. Осталось лишь подчистить следы…

— Что это за хрен? — удивился Костяндр, глядя на лицо молодого парня. — Ты кого поймала, Шанти?

Несмотря на то, что наемник висел вниз головой, лорду было отчетливо видно его лицо. Надо отметить, оно не производило ровным счетом никакого впечатления. Типичная харя деревенского увальня: нос картошкой, пара шрамов, толстые мясистые губы и покатый лоб. Короткая стрижка «под горшок» завершала картину. Парень находился без сознания, но иногда что-то мычал, пуская слюнки.

— Вы не поверите, господин! — донесся чарующий голос рахнеры. — Но этот парень некто иной как сам Избранный!

— Да ла-а-адно! — закричал Костяндр, вскакивая с кресла. — Ну-ка, покажи его поближе!

Паучиха покорно отошла в сторону, поднеся кокон ближе к сфере. Но даже так Темный не ощутил никакого удовольствия, глядя на лицо того, кого так долго преследовал и пытался уничтожить. Напротив, Костяндр почувствовал странную пустоту где-то глубоко внутри себя.

— И вот этому уроду давали бабы, причем бесплатно? — слегка удивился он. — Что же, — устало промолвил он. — Пришло твое время, чертов ублюдок. Много же ты попортил мне крови. Кончай с ним, Шантей и возвращайся. У нас еще много дел.

Махнув рукой суккубе в знак завершения сеанса, лорд откинулся на спинку кресла, пытаясь понять, что является причиной пустоты в его сердце, но спустя пару минут махнул рукой, так и не доискавшись причины. Главная задача была выполнена, а остальное могло и подождать.

— Эй ты, как там тебя? — позвав суккубу, спросил он.

— Мигна, повелитель! — радостно отозвалась та, кидаясь в его ноги в надежде получить желаемое.

— Да, Мигна. Передай приказ на кухню готовиться к большому банкету в честь победы. Как только вернется Шанти, приступаем. А теперь, пошла вон!

Суккуба, прекрасно зная вспыльчивый характер Костяндра, не осмелилась перечить, хватая оборудования и стремглав кидаясь восвояси.

— Стой! — зов лорда настиг ее у самых дверей. — э-э-э, Мигна, точно. Зайди в лабораторию и узнай, что с сыном Шивер. И немедленно возвращайся ко мне. И захвати пару эльфиек помоложе!

Радостная суккуба помчалась по коридору, окрыленная просьбой Повелителя, а Костяндр все пытался глубоко вздохнуть. Несмотря на столь невероятную удачу, что-то все еще давило ему на грудь… Некое тяжелое предчувствие…

— Да, дорогой! Возьми меня! — тяжело дышала Йоруичи, наклоняясь ближе ко мне. Ее грудь колыхалась прямо перед моим носом, пока блудливые ручки развязывали пояс. Но, когда казалось, вот-вот начнется самое интересное, все вокруг потонуло в странном розовом тумане… До меня стали доноситься сначала глухие, но нарастающие звуки сражения, боевые кличи и стоны боли. Постепенно я стал различать голоса, оказавшимися очень знакомыми. Туман постепенно рассеивался и вскоре я обнаружил, что нахожусь в какой-то пещере, а попробовав пошевелиться, с ужасом осознал, что крепко связан.

— Тащи, тащи его, Тиема! Быстрее, мы не выстоим! — кричал кто-то тонким голосом. Сразу вслед за этим раздался ужасный грохот одновременно с воплем какого-то разъяренного монстра. Кто-то схватил меня и, постанывая, потащил как мешок с зерном. Перед собой я видел только потолок пещеры и отсветы колдовских вспышек от идущего сражения.

«Тиема… Тиема… Да это же девчонка-куноичи, которая меня тренировала! — озарило меня. — Значит, они все здесь и ведут бой… Но с кем⁈»

Но при малейшей попытке напрячь мозг, голова начинала так сильно болеть, что я быстро оставил попытки что-либо вспомнить. Караван… церковь… Получение заказа на собственное убийство… Что же было потом?

— Тц-ц-ц-ц! Как больно! — пробормотал я, стукаясь головой об очередной камень.

— Рич! Ты пришел в себя! Наконец-то!

Передо мной появилось знакомое лицо.

— Масяна? Что ты тут делаешь? — удивился, глядя на ниндзю. — Что вообще происходит⁈ Как вы тут…

— Это ты мне объясни, что происходит⁈ — вцепившись, девушка затрясла меня как Тузик грелку. — Как ты мог попасть в такую простую ловушку?!! Посмотри, к чему это привело! Да мы же сейчас все умре-е-ем!

— Заткнись и развяжи меня! — прервал начинающуюся истерику. Девушка ошеломленно утихла и тут же рассмеялась.

— Вот теперь я узнаю своего любимого ученика! — прижав одну руку к низу живота, она продолжила. — А как насчет небольшой любовной игры, пока наставница занята?

Ее глаза слегка засветились долго сдерживаемым похотливым безумием.

— Да-а-а, думаю, это неплохая идея, — облизнулась спятившая на сексе девушка, приближаясь ко мне с совершенно очевидными намерениями, забыв про окружающее. Но стоило ей сделать еще один шаг, как на ее голову опустилась дубинка.

Дзынь!

— …!..!

— Да, да, поняла! — проворчала Масяна. — Че-ерт, как с тобой скучно! Ладно, красавчик, будешь должен!

После удара подруги она пришла в себя и, выхватив нож, приблизилась ко мне, парой быстрых ударов разрезая путы. Странно, но я был не связан, а скорее склеен целиком в каком-то мешке.

Выбравшись, я попробовал встать, но острый приступ боли и тошноты скрутил меня пополам. Я едва успел отвернуться в стороны, выплескивая содержимое своего желудка. Чуток оклемавшись, вытер рукавом лицо.

— Расскажи, что происходит? — еще раз попросил девушку, потирая голову. Дьявол! Стоило только попробовать напрячь голову, как череп взорвался фейерверком!

— Походу, ты сильнее ударился головой, чем я думала, — сочувственно поглядев на меня, сказала Масяна.

— …!

— Да, да, подруга. Мы следили за тобой, Рич. Практически все время. Ты стал… чересчур важной фигурой, знаешь ли, — улыбнулась девушка. — Твои махинации с золотой пылью тоже не прошли мимо нашего взгляда, хотя ты все-таки идиот!

— Это еще почему? — недоуменно переспросил я, приближаясь к Тиеме. Девушка прижимала обе руки к жилетке на животе, на которой медленно проступало кровавое пятно. Скомандовав исцеление, я вопросительно глянул на Масяну, но та отрицательно покачала головой.

— Я не ранена. А идиот ты потому…

Ба-бах!

В этот момент в направлении, откуда меня тащили, раздался новый взрыв.

— Позже договорим! — бросила девушка, выпрямляясь. — Приходи в себя и помогай, иначе всем кабздец! Наставница держится из последних сил! Она не чета правой руке Темного лорда!

— Наставница… Темный лорд?!. — пораженно переспросил я, но Масяны уже и след простыл. Ниндзя телепортировалась на место сражения. Подождав, пока самая молчаливая из их команды придет в себя, я вместе с ней пошел в сторону сражения.

Идти было тяжело. Меня качало, несмотря на саморегенерацию. Скорее всего, я был отравлен, так как давно уже попробовал себя излечить. Если уж даже Свет не мог привести меня в норму, то это означает, что я столкнулся с чем-то новым, до сих пор неизвестным мне. Но что бы это могло быть? Проклятие? Сила Хаоса? Вроде бы я уже давно соединил их с одном заклинании лечения… Боли я не ощущал, только сильное головокружение и потерю ориентации в пространстве.

Впрочем, с каждым шагом мне становилось все легче и легче. Только любая попытка вспомнить произошедшее, взрывала мою бедную голову.

— Рич. Будь крайне осторожен! — вдруг произнесла шепотом Тиеме.

Ого! Если уж эта тихоня выдала такую длинную фразу, стало быть, действительно происходит нечто невероятное. Что же там творится в глубине пещеры, если девушки потерпели поражение, а сама леди Савано противостоит этому злу из последних сил? И самое интересное, готов ли я встретиться и противостоять ему?

Остановившись, я попробовал ударить тень, проверил скорость реакций и рефлексы. Все еще немного подтормаживал, но самочувствие было не в пример лучше, нежели раньше. Значит, мой организм с помощью самолечения все же успешно борется с отравой. Вот только времени ждать нет совершенно. Придется воевать с тем, что имеем.

Длинный извилистый коридор внезапно кончился, открывая моему взору слабо освещенный гигантский зал явно искусственного происхождения, грубо вырезанный в толще земли. С потолка свисали странные слабо подергивающиеся мешки, а в центре пещеры шел эпичный бой!

Из-за огромного количества вспышек от используемых заклинаний и бомб я поначалу не разобрал фигуры воюющих, но вскоре увидел прислонившуюся к стене Масяну, распростертую на земле недалеко от нас Хатико и опирающуюся на шест Томоре. Судя по всему, девушки использовали все средства, что могли, дойдя до предела, но потерпели сокрушительное поражение. А еще дальше в пылевом облаке я увидел очертания сисястой кошки, наставницы ассасинок, самой леди Савано. Ее противника пока что видно не было.

Предводительница девушек была в крайне печальном состоянии! Половина хвоста отсутствовала, словно срезанная чем-то острым, все тело покрывали порезы и ожоги, костюм держался на честном слове. Сама кошка тяжело дышала, но постоянно перемещалась по полю боя, замирая лишь на короткие секунды, чтобы кастануть очередное заклинание или швырнуть нож или бомбу куда-то в темноту.

— Р-рич, — слабо донеслось справа. Повернувшись, я увидел, как Томоре жалобно протягивает ко мне руку. — П-помоги!

Но стоило мне дернуться к ней, как ассасинка отрицательно покачала головой:

— Не м-мне! П-помоги лед-ди Саван-но!

И рухнула на землю. В тот же самый миг мимо меня с визгом пролетело тело кошки. Метнувшись, я подхватил ее на руки, гася силу инерции.

— Ричард! — улыбнулась мне Савано. — Ты очнулся! Теперь… Кха-кха!

Она поперхнулась, выкашливая кровавые сгустки.

— Молчи! — предупредил я, готовясь исцелить ее, но она перехватила мои руки.

— Потом! Нельзя терять ни секунды или мы все…

— Гра-а-а-а-а-а! — раздался дикий рев из глубины пещеры. От неожиданности, я отскочил к самому выходу, не выпуская наставницу из рук.

— Или нам конец, — спокойно договорила девушка.

— Избра-а-анный! — раздался изнутри пещеры вопль раненого монстра. — Отдайте мне его! Где он⁈

Где-то впереди посыпались камни, словно огромная туша протискивалась через узкий проход, но поднявшееся пылевое облако блокировало все попытки разглядеть врага. Внезапно, огромная черная тень вылетела из завесы, с грохотом приземляясь посреди зала. Уставившись на меня, она прорычала:

— Наконец-то! Сам пришел! Пришло время закончить задание лорда!..

А я все смотрел, не в силах оторвать взгляд от огромной Рахнеры. Огромное паучье тело, покрытое ворсистой шерстью, длинные лапы, снабженные смертоносными острыми когтями. Я почувствовал, как моя старая фобия зашевелилась, пытаясь выползти наружу из глубоко похороненного подсознания, и перевел взгляд выше, пытаясь сохранить остатки смелости. Но когда я увидел это прекрасное обнаженное тело, длинные, хоть и подпаленные красные волосы, и очаровательное лицо матери-настоятельницы… Стоп⁈ Матери-настоятельницы⁈..

Голова словно взорвалась под напором хлынувших воспоминаний. Я невольно выпустил тело Савано из рук и упал на колени, пытаясь не дать своей голове треснуть напополам, застонав от дикой боли. Перед мысленным взором проносились все мои действия от того момента, когда я принял заказ на собственное убийство…

Получив задание, я, недолго думая, отправился к Штайнер просить помощи. Если кто и мог мне помочь с моим планом, так только она. Конечно, мне пришлось порядком повозиться, уговаривая несговорчивую красавицу, но в итоге, пообещав вплотную заняться поисками нулевого элемента, смог добиться ее согласия. Спустя сутки под чутким руководством Гурри из Академии вышел мой клон, на производство которого ушло не менее пяти энергетических монстросфер. Двойник обладал моей внешностью и памятью за последние несколько дней, не считая самого плана действий. Признаюсь, было дико странно и некомфортно вонзать проклятый клинок в его тело. Все равно, что убивать самого себя. Но все прошло безупречно. Оставив тело, я двинулся к заказчикам за обещанной наградой, не ожидая никакого подвоха.

Да и что могло пойти не так? В момент исполнения задания я чувствовал чужие ауры в леске неподалеку. Очевидно, за мной все-таки следили. Но не зря же я заблаговременно изменил свой облик⁈

Ведомый этими аргументами, я безбоязненно вступил в церковь, не столько ожидая награды, сколько желая увидеть лицо той, что организовала поток наркоты в данном районе. А потом… потом появилась она, девушка невероятной красоты… Помню, я обнял ее, а дальше все потонуло в розовом тумане…

… — Очнулся, малыш? — издевательски заорала бывшая мать-настоятельница, смотря на меня с высоты своего роста. — Как тебе мой токсин? Должно быть, это было нелегко. Головная боль? Тошнота? Галлюцинации? — расхохоталась рахнера, а потом без всякого перехода прыгнула на меня, нацелившись острыми когтями на мою тушку. — А теперь — умри!

Вот только меня уже не было на месте. Подхватив Савано, я портировался к стене и бережно опустил наставницу девчонок, пока паучиха яростно месила лапами площадку, на которой я только что стоял.

— Будь осторожен! — сверкая глазами, проговорила та. — Это крайне опасный противник!

Кивнул в ответ, запуская максимальное исцеление. К сожалению, помочь девчонкам я пока не мог. Все, что мне оставалось — увести нашего врага подальше и разобраться самостоятельно.

— Я здесь, красотка! — крикнул, обращая на себя внимание, убегая вглубь пещеры. — Давай разберемся как паук и хуманс! Где же мой тапок?

Зарычав от злости, та одним прыжком сократила разделявшее нас расстояние, превращая пол в каменную крошку. Я едва успел среагировать на ее внезапную атаку, отскочив и перекатившись в сторону! А ведь она пока даже не использовала магию!

— Убью! Убью, убью, убью! — заверещала паучиха, разворачиваясь и прыгая в новую атаку. Должно быть, она настолько потеряла голову при виде меня, что совсем забыла про боевую магию. Что же, тем лучше для меня и хуже для нее.

— Кровь дракона! Усиление! Третий гир! — пробормотал я, активируя все, на что был способен.

Описывать дальнейшее нет необходимости. В течение тридцати секунд я прыгал, скакал и бегал по залу, уворачиваясь от смертельных ударов Шантей, пока мой внутренний счетчик неумолимо отсчитывал секунды. Несколько раз мне удалось достать катаной зазнавшуюся противницу, оставив на ее крупе пару длинных отметин, но ожидаемых результатов это не принесло. Паучиха лишь стала осмотрительней целиться и защищаться. А потом она вспомнила, что владеет магией.

Первый же ее фаербол угодил мне прямо в грудь, отбрасывая в противоположную стену. Особого вреда он мне не причинил, так все еще действовала печать крови и драконья антимагия, которую я также максимально вкачал, но сам удар о стенку меня приложил неплохо. Зато в бой включилась Савано, успевшая прийти в себя. Несмотря на то, что исцеление забирало немало сил пациента, дамочка бросилась в атаку так, словно ничего и не произошло. Я мог только позавидовать ее пределу выносливости.

Совместными усилиями нам удалось загнать рахнеру в угол, но Шантей, издав очередной вопль ярости, решилась на что-то совсем несусветное!

— Боги Хаоса! Вверяю вам себя! Прошу, дайте силы! — закричала она, подняв кверху руки и передние жвалы. — Умоляю, дайте мне мощи прикончить Избранного!

В пещере ощутимо потемнело. Нам и без того было тяжело сражаться в едва освещаемом зале, а тут еще и какая-то потусторонняя темнота навалилась. Внезапно, она рассеялась, и мы увидели, как Шантей с безумным хохотом… отрезает себе паучью часть тела!

— Осторожнее, Рич, — пробормотала кошка, невольно отодвигаясь. — Я чую присутствие одного из темных духов! Она одержима им!

Бывшая мать-настоятельница легко вспрыгнула на землю. Теперь она больше походила на человека, только вместо ног у нее были передние жвалы, оканчивающиеся невероятно острыми когтями. Глухо рассмеявшись, она… вдруг исчезла из виду!

— Осторожнее! — вскрикнула Савано, сбивая меня с ног.

В том месте, где я только что стоял, на стене появились три параллельные борозды, словно кто-то только что пытался пропороть меня лапой! Но как⁈ Я даже не успел поймать ее взглядом! Насколько она стала быстрее⁈

— Рич, нет времени, — глухо произнесла кошка, — я передам тебе свою силу. Не подведи!

С этими словами она вонзила в мою грудь когти! Я заорал от боли, но одновременно с этим увидел и почувствовал, как чужая энергия побежала от девушки в мое тело! Неведомая энергия забурлила в моих венах, и я понял, что снова могу использовать усиление крови!

— Я не подведу, — ответил, подхватывая ослабевшую Савано.

— Победи ее и я признаю твою силу, — прошептала она, прежде чем отключиться. Улыбнувшись, я положил ее на пол и встал, разминая шею.

Все это время рахнера не нападала, стоя напротив нас на другой стороне зала. Сейчас она больше напоминала марионетку, нежели живое существо. Ее конечности безвольно дергались, а голова была наклонена в сторону. Тем не менее, глаза смотрели на меня с нескрываемой яростью и дикой злобой.

— Убью, порежу, выпотрошу! — провещала она потусторонним голосом. — Отомщу, наконец-то отомщу!

— Постой, — озадаченно переспросил я. — За кого ты хочешь мне мстить? Я не трогал твой народ…

Вместо ответа она с воплем ярости кинулась на меня. Время разговоров закончилось, не успев начаться.

Но сейчас я был готов. В мгновение ока, активировав усиления, рванул ей навстречу занося катану. Мы сшиблись в центре, осыпая друг друга физическими и магическими атаками, не приносящими друг другу существенного вреда, и вновь отпрыгнули к противоположным стенам.

«Все решит один-единственный удар!» — осознал я, накапливая мощь. Паучиха, очевидно, решила тоже самое, концентрируя всю свою мощь. Призвав на помощь всю свою силу и умения, я рванул ей навстречу в тот же миг, когда она сделала первый шаг!

Не добегая друг до друга нескольких шагов, мы одновременно подпрыгнули. Я занес катану, она приготовила когти для нанесения смертельного удара…

Лязг! Дзынь!

Яркая вспышка залила пещеру. Мы приземлились по разные стороны друг от друга. Я встряхнул катану, сбрасывая с нее крупные капли крови, со скрежетом медленно засовывая ее в ножны на спине.

— Во имя Света! — произнес, не глядя за спину. Там раздался короткий стон и шум упавшего тела. В тот же момент из тела Шантей вылетело темное облачко, рассеявшееся под потолком пещеры.

Я подошел к ее залитому кровью телу. Шантей лежала на спине, устремив глаза в потолок.

— Как… почему… кха-кха! — произнесла она, кашляя кровью. — Я была богом… Я была так… близко… Боги! Я должна отомстить! Мама, папа, сестренка! Простите меня…

— Верь или нет, но ты меня с кем-то спутала, — сказал, бессильно падая рядом. — Не я цель твоей мести. Напротив, на другом материке я спас целое племя рахнер. А тут ты первая, кого я встретил из твоего народа.

— Ты лжешь! — глаза Шантей налились кровью. — Я ощущала ауру Светлых на пепелище родных! Сам лорд был свидетелем смертоубийства моих родных!

— И не вмешался? — усмехнулся я, не скрывая сарказма. — И ты поверила ему? Темному лорду? Тому, кто наиболее заинтересован в твоей преданности?

— Нет… — прошептала та, задумываясь… — Он не мог так… кха-кха… поступить! Я столько для него сделала! Я… я убивала ради него… Я… Он…

— У меня нет причин вредить как тебе, так и всем остальным, — пожав плечами, ответил я. — Все, что я хочу — покончить со злом и вернуться на свой материк к семье. А там, видно будет. Ладно, — добавил, поднимаясь, — Мне больше нечего тебе сказать.

Отойдя на пару шагов, остановился, одолеваемый различными мыслями.

— А к черту! — в сердцах выпалил, разворачиваясь и подбегая к потерявшей сознание противнице, под которой уже собралась кровавая лужа неплохих размеров.

— Максимальное исцеление!

— Нет, что ты делаешь⁈ — закричала пришедшая в себя Савано. — Ты с ума сошел⁈ Ты обрекаешь нас всех на гибель!

Слепящая сфера подняла тело девушки, излечивая ее и медленно опуская на землю. Она так и осталась в человекоподобной форме, но теперь на спине и ниже не было тех огромных ран, которые она нанесла себе, избавляясь от паучьей туши. Она открыла глаза, недоуменно уставившись на меня.

— В чем… дело? — сказала она, ощупывая себя и не веря самой себе. — Я же… умерла? Нет… Ты вылечил меня⁈ Но как⁈ Зачем⁈

— Я сказал, что нам нет причин сражаться, — пожал плечами. — Я не убивал твоих родных, потому и вылечил. Какой я Избранный, если буду убивать невиновных?

— Но ведь я твой враг⁈ — изумленно произнесла та. — Я всю жизнь посвятила тому, чтобы найти и убить тебя…

— Решай сама, — устало ответил я, падая на землю и закрывая глаза. — Я так устал. Хочешь убить — не медли…

Перед закрытыми глазами пронеслась вся моя глупая жизнь. На что я надеялся, излечивая смертельного врага, а потом вверяя свою жизнь в ее руки? Хрен его знает. Интуиция сказала так сделать, а я привык ей верить. Секунда, другая… Но я все еще оставался жив. Рискнув приоткрыть глаза, я недоуменно уставился на нависшую надо мной девушку. Судя по ее лицу, она отчаянно боролась с эмоциями, захлестывающими ее разум.

— Хорошо! — заорала она, отскакивая. — Ладно! Да будет так! Я проведу собственное расследование! Но горе будет тому, кто действительно виноват в смерти моих родных! И если это был ты…

— Да, да, — проворчал я, поднимаясь. — Я слышал. Ты предашь меня мучительной смерти через Сну-сну. А теперь, если ты не торопишься, то подожди пару минут. Мне надо провести небольшой ритуал.

Шантей недоуменно наблюдала за тем, как я, кряхтя, черчу найденным куском красного камня круг на земле и вырисовываю странные символы.

— Что это? — спросила кошка, держась на почтительном отдалении от паучихи, но я лишь раздраженно отмахнулся от нее. Наконец, подготовка была закончена.

— Ты, — проворчал я, указывая рахнере пальцем на центр круга. — Вставай сюда.

— Что это⁈ Зачем⁈ Ты хочешь принести меня в жертву своим богам⁈ — вскричала та, отскакивая на добрых два метра в сторону. — Я поняла! Это и был твой коварный план для…

— Заткнись! — заорал я, теряя терпение. — Да! Я, блять, тратил силы, чтобы потом принести в жертву! У тебя морковка вместо мозгов⁈ Это ритуал по восстановлению твоей сущности, балда! Вставай в круг уже мать твою! Весь твой народ на другом материке уже прошел через него!

— Ритуал Предков⁈ — благоговейно произнесла та, отлипая от стены и послушно семеня на указанное место. — Но ведь он был утерян! Как?!.

— Утерян, но не до конца, — проворчал я, вспоминая заклинание. Собственно, он мне было и не нужно. Подняв руки, я заорал, надеясь, что все делаю правильно. На другом материке я много раз проводил Ритуал, но кто знает, как он мог пройти тут?

— Восстановление! Метаморфизация!

Яркий свет залил помещение, высветив все вокруг. Спустя некоторое время вспышка погасла. В центре круга осталась лежать скрюченная фигурка рахнеры.

— Что с ней? — опасливо спросила кошка, наблюдавшая со стороны Ритуал.

Не отвечая ей, я прошелся по остальным девушкам, пришедшим в себя, но благоразумно не вмешивающимся в происходящее. Они были крайне истощены, поэтому я залечил только самые сильные раны, чтобы у них остались силы на обратный путь. Тем временем, Шантей начала приходить в себя.

— Что со мной? — растерянно произнесла она, оглядывая себя со всех сторон. — Ты превратил меня в хуманса⁈

Теперь ее тело стало полностью человеческим, избавленным от уродских шрамов и острых ножей вместо ног. Сглотнув, я отвернулся, чтобы не соблазнить чересчур вызывающим видом. Красота девушки передалась и на ее остальную нижнюю часть.

— Это твоя первая форма, — произнес я. — Но тебе еще предстоит овладеть другими двумя. Сосредоточься и представь себя в своем обычно облике.

К чести Шантей, та не стала задавать вопросов и спорить, а сразу закрыла глаза, концентрируя силу ауры. Хлоп! И перед нами появилась целая и невредимая рахнера! Савано с девушками прижались к стенам, ожидая чего угодно, только не дружественного отношения, но паучихе было совсем не до них.

— Я вернулась! Вернулась! — вскрикнула она, вертясь на одном месте. Через пару минут она вспомнила о нас и быстро повернулась, настороженно приподнимая передние жвалы. Но, увидев, что мы все также ничего не предпринимаем, облегченно выдохнула. Подняв руки к голове, она замерла на пару секунд… Пуф! И из легкой дымки, всегда появлявшейся на месте превращения, к нам снова вышла полуобнаженная красотка.

— А-а-а, какая третья форма? — тихонько осведомилась Шантей, словно ожидая, что я грубо откажу ей. На свой вид она не обращала никакого внимания.

— Попробуй запрыгнуть на стену или потолок так, как если бы ты была пауком, — пожав плечами, посоветовал я. — Только обратно не превращайся, а проделай все в этой форме.

Вновь даже не попытавшись спорить, Шантей повернулась к стене, на которой поблескивали нити ее паутины и резко, даже не задумавшись, скакнула на стену! Появившиеся из ее спины лапы мертвой хваткой схватились за паутину и шероховатую поверхность стены.

— Здорово! Восхитилась та, принимаясь с невероятной скоростью бегать по нитям и потолку. Следуя за ней взглядом, я увидел те шевелящиеся мешки и вспомнил про коконы.

Паучиху не пришлось долго уговаривать. Она перерезала пару нитей, и, придерживая основной держащий канат, медленно опустила связку жертв на пол. Внутри оказались крестьяне, наемники и даже пара студентов, которые, как объяснила рахнера, «попались под горячую руку». Все без исключения были мужчинами, пребывающими в галлюциногенном сне.

Вид Шантей питался самой обыкновенной человеческой едой, поэтому в крови хумансов не было необходимости. Конечно, при желании паучиха могла перекачать себе их жизненную энергию, но в основном, она держала жертв «для развлечения», как она это объяснила, немного покраснев при этом. Как именно она их использовала, я предпочел не вызнавать.

Приведя ослабленных долгой спячкой людей в чувство, я отправил девушек с ними на выход, оставшись с Савано и Шантей наедине.

— И что же теперь? — произнесла кошка, не спуская глаз с веселящейся рахнеры. Та, в свою очередь, пребывала в своеобразной эйфории, меняя формы и скача по паутине. Я не беспокоился, так как неоднократно это уже наблюдал. Через некоторое время паукообразные успокаивались сами.

Так и произошло. Наскакавшись, Шантей спрыгнула к нам, принимая гуманоидную форму. Савано, гневно фыркнув, бросила в нее запасной плащ, в который, слегка недоумевая, но все же завернулась.

— Да ничего, — ответил наставнице, стараясь не смотреть на огромные дыры в ее порвавшемся сетчатом костюме. — Думаю, Шантей будет какое-то время не до нас, ведь так?

— Именно! — хмуро подтвердила та. — Я проведу свое собственное расследование. Если ты прав, то меня все это время обманывали! Но если ты лжешь… Хотя, я не представляю, зачем нужно было меня в таком случае усиливать? Все равно, мне нужно самой все выяснить.

— Темный думает, что я мертв?

— Да, — последовал быстрый ответ. — И я буду поддерживать его в этом заблуждении, пока не узнаю правду. Если ты прав, то…

— Не вздумай нападать на него в одиночку! — перебил я ее. — Если я прав, то он является ведущей фигурой, которую темные силы просто так не отдадут! Лучше вернись к нам.

— Ты примешь меня после всего, что я сотворила? — пораженно уставилась на меня рахнера. Савано тоже вылупилась на меня так, словно я превратился в гремучую змею.

— Почему нет? — пожал плечами. — Я тебе не враг, давно сказал же. Захочешь присоединиться к нам, я возражать не буду. Только сам не знаю, где буду находиться…

— Я принимаю твое приглашение… — медленно произнесла Шантей, с места прыгая на стену. — Не беспокойся, у меня есть свои способы найти тебя…

Ее голос затих высоко под потолком. Вскоре мы перестали чувствовать ее ауру и посмотрели друг на друга.

— Ну-с! — я ожидающе потер ладони друг о друга. — Пришло время возблагодарить меня заслуженной наградой, леди Савано!

Кошка оторопело посмотрела на меня, не веря услышанному.

— Э-э-э, — произнесла она медленно, почему-то пятясь. — Я признаю твою силу, паладин, но не имеешь ли ты в виду…?

— Ага, — кивнул я, осклабившись, — что имею, то и введу!

— Нет, нет, герой, погодите, — замежевалась Савано. — Давайте приведем себя в порядок, примем ванну, подлечим раны…

Девушки, пришедшие в себя, согласно кивали и подвякивали, держась за бока. Я также соглашался с ее доводами, приближаясь к отступающей кошке, попутно максимально излечивая травмированных ассасинок. Убедившись, что обошел всех, продолжил наступление на смущенную предводительницу, лепетавшую что-то про горячий прием моей персоны в деревне со всеми почестями. Девчонки, придя в себя, уловили, что пахнет жареным, и незаметно свинтили на выход. Кошка предприняла последнюю попытку удержать меня от непредвиденной ситуации:

— Герой, — сладко улыбнувшись, произнесла кошка. — Принимая во внимание немного необычную обстановку, я готова даже пойти вам навстречу, сняв напряжение… самым простым и быстрым способом…

Сказав это, она повела плечиками, из-за чего ее огромная грудь в изорванном костюме заколыхалась как буи во время шторма, и попыталась опуститься на колени. Вот только я уже был слишком близко, чтобы ограничиться только минетом.

Не знаю, что послужило причиной такого буйства похоти в моем организме. Может — последствия яда Шантей, может — чересчур мощный выплеск Силы за короткий промежуток времени… Кто знает. В любом случае, ждать до того момента, когда мы окажемся наедине в горячих источниках ее деревни я точно не дожидался.

Рывком преодолев разделявшее нас расстояние, я подхватил охнувшую кошку на руки, впиваясь ртом в ее мягкие сладкие губы. Даже сейчас я почувствовал сильный запах ее травяного шампуня, исходившего от длинных волос. Савано, сдавшись на милость победителя, немного расслабилась, позволив мне вжаться в округлости ее тренированного тела. Впрочем, она заранее все поняла, иначе свинтила бы телепортом из пещеры, что ей не стоило ровным счетом никакого усилия.

Несколько секунд мы исступленно целовались, усиленно пытаясь перехватить языковой контроль во рту соперника, пока я не почувствовал, как ее шаловливые пальчики развязывают пояс и проникают еще ниже. Девушка и сама была совсем не против небольшой передышки после невероятного сражения, отнявшего все ее силы. Я рванул сетку костюма, отчего ее освобожденная грудь, наконец, выскочила на свободу, а ткань разошлась в стороны так сильно, что я почувствовал ладонями ее голый животик.

— Эй, — вскрикнула Савано, разрывая поцелуй. — Это, между прочим, дорогой и редкий материал!

Не отвечая ей, я, едва не рыча от возбуждения, порвал и отбросил в стороны остатки костюма, оставляя кошку совершенно обнаженной и сорвал шмотки с себя, заодно едва не порвав и их. Кошка, негромко рассмеявшись, повернулась ко мне попкой, приняв невероятно эротичную позу.

— Будь нежнее, герой, — задрав пушистый хвост, прошептала она. — У меня так давно не было столь энерг… Мя-я-я-яв! Пш-ш-ш-ш-ш-ш! А-а-а-а-а-а-ах! Да бл**! Я же просила… А, ***! ***! Да, сильнее! Сильнее, мать твою! Сделай меня твоей! О, святой Дух и Праматерь!..

Какие там нежности⁈ Стоило мне скинуть трусы и увидеть перед собой ее аппетитную попку, как я, взяв прицел на упреждение, протаранил ее замаскированный кустиками лючок своим ста пятидесяти двухмиллиметровым орудием! Конечно, кошке сперва это не понравилось. Яростно мяукая и шипя, она попыталась скинуть меня, да куда там. Через пару секунд она ослабила сопротивление, а еще чуть позже вошла во вкус, принявшись костерить меня и всех своих святых на все лады, требуя еще больше усилий. Хотя, думаю, стоило бы мне применить чуть больше мощи, и я бы порвал ей там все напрочь. Когда Савано, задрожав всем телом, буквально повисла на мне, зацепившись когтями за стену, я слегка приостановился, давая ей прийти в себя, и перевернул жертву сексуальной голодовки лицом к себе, вновь подхватывая ее на руки. В этот раз девушка сама обняла меня лапками, раздвигая бедра и касаясь меня мокрой киской для лучшей стимуляции. Конечно, мне оно не требовалось, но было приятно осознавать, что даже такая неприступная очаровательная предводительница пала перед моим напором.

Краем уха уловил тихие шепотки и восхищенные вздохи, доносящиеся из темного коридора. Даже уловил отпечатки трех до жути знакомых аур, но прогонять не стал. Пусть смотрят. Сильнее всех выделялась духовная энергия Масяны. Она словно стояла прямо за спиной, чуть ли не дыша мне в затылок и капая слюной, хотя я точно знал, что ее нет в зале.

Савано тем временем, не дожидаясь моих действий, с помощью ласковых ладошек пристыковалась самостоятельно, направляя раскаленный ствол в свой не менее горячий шлюз, ахнув и обвисая на моих руках. Предводительница была далеко не пушинкой, поэтому мне пришлось даже незаметно скастовать усиление, после чего процесс пошел куда легче…

Из пещеры, спрятанной в Темном лесу, еще долго доносились странные и страшные звуки, пугавшие окрестных монстров. Смущенная и красная Тиема, которую девушки оставили охранять недавних жертв паучьего яда, только разводила руками, в ответ на их беспокойство. Через пару часов наружу вышли остальные взмокшие девушки, а через некоторое время показалась их предводительница, закутанная в запасной плащ, и сам герой, избавивший всех от невероятной опасности…

Забегая немного вперед, расскажем о том, что произошло в зиккурате Темного лорда. Как вы помните, Костяндр пребывал в полной уверенности, что Избранный убит, а его правая рука должна вот-вот появиться и принять награду за выполненную миссию. Все сбивались с ног, вычищая пылинки и разнося яства к накрытым праздничным столам. Банкет был почти готов, не хватало лишь виновницы, которая должна была появиться с минуты на минуту.

Вот только Шантей уже давно проникла в крепость, скрыв свое присутствие. В данный момент она тщательно обыскивала архивы и личные вещи лорда. Ее паутина пронизывала все сто этажей здания насквозь. Таким образом, она всегда была в курсе происходящего на любом этаже и легко избегала нежелательного обнаружения.

Как ни странно, но в замке лорда имелся штат специально обученной прислуги, занимавшейся еженедельными отчетами. Это были или пленные, обладавшие грамотностью, или самые умные гоблины. Зачем это нужно было повелителю, никто не знал, но теперь это послужило против него самого. Пользуясь тем, что вся прислуга была занята на банкете, паучиха полностью закопалась в записи, по крупицам восстанавливая прошлое. Ее интересовал один-единственный день, когда все ее племя подверглось безжалостному истреблению…

— Где же наша дорогая Шантей⁈ — в который раз вопрошал Костяндр, осматривая зал, набитый разнообразной нечистью. Кроме его верных сторонников в числе людей, здесь находились и разумные монстры, подчинившиеся его власти, демоны и суккубы, изначально стоящие на стороне Хаоса и прочие прихвостни, а также многочисленные рабы и прислуга.

— Кто-нибудь принесите сферу связи, — наконец, распорядился он, устав ждать. Одна из суккубочек тут же метнулась к выходу, но стоило ей только взяться за ручку двери, как мощнейший удар буквально снес половинку ворот, припечатывая бедную демоницу к полу!

— Ло-о-о-о-орд! — донеслось из темноты дверного проема. — Я убью тебя-а-а-а-а-а!

Громадная туша паучихи тут же вылетела вперед, приземляясь точно посреди зала прямо на накрытый стол. Оторопешая челядь с криками ужаса прыснула в стороны. Сам лорд, не задавая лишних вопросов, осознал, что дело пахнет керосином и щучкой нырнул за спины сподвижников, пытаясь пробиться к выходу.

— В чем дело, Шантей⁈ — заорал он, одновременно плетя заклинание сна. — Что случилось⁈

Сам он, конечно, догадывался о перемене ее настроения, кляня себя за то, что забыл уничтожить записи. Теперь из лучшего союзника рахнера стала его злейшим врагом. А уж на что она была способна, он знал лучше всех. И все-таки ему нужно было подтверждение.

— Ты убил мое племя-а-а-а! — зашипела та, полосуя клинковидными когтями всех, до кого только могла дотянуться. — Ты обманывал все! Все это время ты пользовался мной! Убью-у-у-у!

— Остановить ее! — приказал Костяндр. — Любыми способами! Вызвать элитную стражу! Вперед!

Все, кто присутствовал в зале, не посмели ослушаться прямого приказа лорда, всей массой кинувшись на паучиху. Кроме людей и обычных монстров в зале также присутствовали и генералы его армии и другие офицеры, по силе не уступавшие Шантей, и даже превосходившие ее. Как назло, отсутствовали его первые сильнейшие подданые — три человеческие самки, принявшие власть и силу из его рук. Любая из них в одиночку легко смогла бы осадить взбесившуюся рахнеру. Но Лорд отослал их всех на укрепление дальних рубежей. А остальным мешал размер зала и юркая паучиха, постоянно исчезавшая из поля зрения на потолке и беспрестанно бомбардировавшая их враждебной магией.

Но они сделали свое дело — Костяндру удалось ускользнуть. Неудавшийся банкет проходил на одном из самых верхних этажей, поэтому лорд скрылся в самом глубоком подвале. Даже Шантей не удалось бы сюда пробиться. Тем не менее, к нему некоторое время поступали доклады о буйстве, происходившем наверху. Конечно, в конце концов, прибыла элитная стража, которым удалось ранить и изгнать паучиху. Хмурый лорд приказал полностью вычистить остатки паутины и навесить массу охранных рун. Он отдавал себе отчет в том, что теперь у него появился еще один злейший враг, способный как на тайное проникновение, так и на открытый штурм. И это было еще не все.

Через пару часов он заливал тоску дорогим и редким вином, когда перед ним внезапно появился дух-проводник. Закашлявшись от неожиданности, Костяндр выругался, но ничего не стал предпринимать. Духи постоянно его так пугали. Этот тоже не обратил никакого внимания на реакцию темного, с ходу приступив к перемыванию его косточек.

Сначала он отругал его за утерю ценного союзника, на которого у самих духов были планы, а также новую головную боль в лице рахнеры. А потом дух добавил проблем:

— Мало нам боевого паука, который хочет мстить тебе несмотря ни на что, так ты еще и Избранного упустил!

— К.…как упустил?!! — вскричал Костяндр. — Я же собственными глазами видел…

И тут он замер, пораженный внезапной догадкой. Конечно! Он же не видел трупа Избранного! Только его живое тело, находившееся под воздействием яда рахнеры! Значит, ему удалось не только вырваться из ее ловушки, но и переманить на свою сторону?!!

Опустившись на кресло, он замычал от ощущения полной беспомощности. На какое-то время он даже серьезно думал все бросить и пойти путешествовать.

— А вот это брось! — серьезно сказал ему дух. — Не для того мы тратили бездну ресурсов, чтобы ты опускал руки! Не все потеряно, хоть мы и потратили все Ходы и возможности для опережения врага. Хоть сейчас мы и можем лишь ждать и копить силы, но наш день еще придет! Теперь же слушай наше повеление…

Дух еще долго распекал темного, вещая ему о будущем, но в черством сердце того уже зародилась слабая неуверенность в том, что он прав…

Доведя крестьян и наемников до селений, я последний раз поговорил с девушками, наперебой приглашавшими меня посетить их деревню «для обучения секретным техникам». Особенно активной была Масяна, что оставалось неудивительным после нашего с Савано двухчасового марафона. Сама предводительница старалась не показывать виду, но я почти все время нес ее на руках, так как у самой девушки отказывали ножки.

Но я отказался от лестного приглашения, чем несказанно огорчил девушек. Пришлось пояснить, что меня ждут с результатами в Академии, ведь я не на прогулку выходил, а на серьезное дело. В целом, можно было сказать, что я справился. В пещере был обнаружен огромный склад наркоты, охраняемый всего двумя монахами, оказавшимися обычными людьми. Конечно, я сжег и их, и сам склад без малейшего сожаления. Приток наркотика был перекрыт тем, что курировала его непосредственно сама Шантей через сеть караванов, прикрываясь новой религией. Поэтому, теперь можно было не опасаться появления новых Порченных и жертв ангельской пыли.

Попрощавшись с ниндзя, я вернулся в Академию, где меня от радости чуть не задавила своим телом бешенная робофемка, потерявшая будущего пилота на радаре в момент похищения. Как оказалось, она была на подхвате, ведя и контролируя меня до того момента, как я угодил в лапы Шантей. Но потом мой сигнал резко пропал с ее сонара и девушка, не теряя маскировку, влилась в число крестьян, пытавшихся потушить церковь. Когда же поиски не увенчались успехом, Гурри перерыла все вокруг, но так и не нашла никаких зацепок. Пришлось ей ни с чем вернуться в Академию, где она до последнего ждала и надеялась на мое возвращение.

Кое-как с применением силы, крепкого слова и пару ударов по бронированному кожуху шлема оторвав от себя несостоявшуюся машину-убийцу, пробился на прием к директору.

— Значит, канал поставок ангельской пыли перекрыт и нам больше ничего не угрожает? — недоверчиво переспросил он, поглаживая бороду. — Не то, чтобы я не доверял твоим словам, но как тебе удалось справиться с этим?

— Долгая история, — отмахнулся я. — В целом, мы отрубили одну из голов гидре, терроризировавшей окрестности. Поставок дьявольского порошка больше не будет. Теперь, думаю, нас никто не потревожит.

— Я в свою очередь выслал официальный отчет по тем двум охальникам, которых ты покалечил, — сказал Остап. — Можно не бояться преследования со стороны их родственников, так как они сами станут изгоями в собственных семьях. Все-таки быть изгнанным из нашей Академии — не пустой звук для Древних Семей. Но тебе стоит опасаться мести со стороны самих ублюдков.

— Пхе, — отмахнулся я. — Подумаешь, прибавилось ненавидящих меня уродов.

— Тут ты прав, — повеселел Аватар. — Помню, за мной в молодости половина континента охотилась, когда я девушку у эльфийского принца увел… Хотя, я отвлекся. Не мне тебя предупреждать об осторожности, если не дай бог тебя занесет ближе к королевским угодьям.

— Кстати, Остап, — вспомнив об одной вещи, сказал я. — Проведи мне краткую лекцию о географии этого континента. Кто где правит и какие, где порядки?

Тот с удовольствием приступил к выполнению поставленной задачи, красочно и подробно описывая материк. Как оказалось, согласно мифологии Древних, сам мир, куда меня перенесло, назывался Рубидон, континент зверолюдей — Фурритика, а тот, на котором я сейчас находился — Гайон. Что означали все эти названия старик затруднялся ответить, оправдываясь тем, что сам является гостем в этой Вселенной. Был еще континент с никому неизвестными гигантскими насекомыми, но что там происходило — опять-таки никому не было известно.

— Почти никому, — поправил сам себя Остап. — Мне удалось договориться с ними о помощи. Как оказалось, их представители есть даже на этом материке. По крайней мере, были. В войне их помощь была просто неоценима. Скорее всего, мы бы тупо проиграли, если бы не они. Но что случилось потом — никто не знает. Кстати, материк Скайлидов хумансы называют Фрейольрд. Опять, почему такое название — никто не знает.

Я задумался. Кошкодевушки мне ничего не говорили о названиях. Они просто называли окружающий их континент — «земля», без каких-либо уточнений. А насчет окружающего мира также говорили «тот континент», «этот континент». С чем это связано, я тогда не задумывался, а вот теперь стало интересно. Означает ли это умышленные действия, направленные против их памяти, или им было просто пофигу? Поставив себе зарубку на этот счет, продолжил внимательно слушать директора.

— Гайон является густонаселенным материком, — рассказывал тот. — Если, по последним сведениям, на Фурритике преобладают зверорасы, то на этом Эльфы, Хумансы, Гномы, мелкие колонии зверолюдей, несколько десятков полуразумных рас и огромное количество неразумных монстров. До войны население людей было объединено централизованной властью императора, но вскоре после в связи с вводом Системы и прочих изменений целые регионы остались без связи и поддержки Центра. Поэтому, нынешняя власть на материке хоть и подчиняется на словах Императору, но на деле каждый королек, граф или барон безраздельно властвует над своими землями, нападая на всех, кто не является его вассалом. Сам понимаешь, добиться повиновения от тех, кто находится за лесами и болотами невероятно сложно. Тем более, в нынешней обстановке. Дьяволово семя, этот Тираниил, чтоб ему пусто было! — внезапно выругался он, потрясая кулаком. — И так хреново жили, а он еще хуже дел натворил.

— Гляжу, ты тоже с ним пересекался, — усмехнулся я.

— Было дело, — кивнул Аватар. — Постой, что значит «ты тоже»?

— Да я ему в рыло дал, — ухмыльнулся я…

Остап в изумлении упал на стул, вытаращив глаза. Пришлось рассказывать… Он внимательно слушал, потом долго переваривал информацию, но в итоге долго думал, но так ничего и не спросил. Напротив, перевел тему:

— Согласно данным, которые я получил от надежных друзей из центра, в плане финансирования мы теперь можем рассчитывать только на самих себя, — немного грустно сказал Аватар. — Золота, которое ты нам одолжил, конечно, хватит на первое время…

— Не продолжай, — прервал его я. — Поверь, уже через месяц Академия станет второй столицей континента. Думаю, сам Император захочет навестить вас, когда вести о богатствах достигнут его ушей. Работы в шахтах уже ведутся. Лучше готовь планы по приему караванов.

— Ты напоминаешь мне одного из моих старых сослуживцев, — внезапно поделился тот с улыбкой. — Сокко тоже был… активным и смелым… Ну, хватит ворошить прошлое. Займусь делом.

— Что мне делать теперь? — спросил, надеясь на очередное задание.

— Теперь? — присаживаясь за стол, удивленно переспросил старик. — Как я и говорил — тебе надо восполнить пробелы в знаниях, наверстать упущенное…

— О, не-е-ет, — простонал я. — Только не снова в школу…

— Путь к знаниям тернист, но результаты превосходят ожидания, — строго ответил тот. — Я тебя больше не задерживаю… ученик…

Все вернулось в норму. Студенты перестали ныкаться по углам, чтобы употребить наркоту, так как все ее запасы были истреблены, а новой не поступало. Я стал снова посещать лекции, внимательно мотая на ус технические и теоретические премудрости, попутно отбиваясь от «шикарных» предложений войти в состав той или иной Семьи на различных правах: от охранника чада, решившего вдруг получить Древнего Героя на правах телохранителя, до мужа и любовника Родов поплоше, стремящихся урвать свой кусок в королевской кормушке. Элина-нулина, о которой я совсем забыл, купалась в лучах славы. Девушка зазвездилась настолько что и сама забыла, благодаря кому вознеслась на вершину Олимпа, хотя все равно вела себя не в пример лучше и добрее по отношению к угнетенным кошкодевушкам. Августа Кукирхе, та самая рыжая сисястая стерва, буквально объявила на меня охоту, стремясь попробовать на вкус семя Героя. Не то, чтобы я был против, но мне пока было совсем не до развлечений.

Впрочем, через несколько дней наступила полновесная зима, которая в буквальном смысле заморозила практически любую жизнедеятельность. С первых дней ударили сильные заморозки, на удивление старожилов, ворчащих, что такой ядреной зимы не было со времен Войны. Кто-то находил в этом влияние колдовства, кто-то — пробуждение Древних сил. А как по мне — в этом не было ничего сверхъестественного. По крайней мере, ничего зловещего в окружающем мире не ощущалось. Монстры также забились поглубже, а о приверженцах Хаоса не было слышно вообще ничего. Боги так и не выходили со мной на связь, да я и не особо пытался. Но Аватар снова меня удивил. Вызвав на очередное собрание, он с пафосным видом рассказал, что ему явился один из покровительствующих Духов. Он поведал, что Избранному не стоит беспокоиться о преследовании со стороны Темного лорда как минимум до весны. Прежде чем исчезнуть, Дух добавил с усмешкой, что наша недавняя союзница навела изрядного шороху в крепости Темного, что также добавило ему хлопот.

Вспомнив бой с Шантей, согласно кивнул. Мне даже стало чуточку жаль моего давнего врага, которого я до сих не видел. Все же, чем объяснить его поведение? Парень не видел и не знает меня лично, а старается уничтожить так, словно я каждый день бужу его на работу? Скорее всего, его подталкивает к этому Хаос, но тогда почему Светлые силы не напоминают мне о том же самом? Нет, конечно, мне было дано задание от Системы Тираниила. Что-то вроде «уничтожить крепость Темного лорда и его самого» или «Избавить мир от Зла», но после того, как я взломал ее саму, а создателя крепко приложил кулаком, она больше не напоминала мне о себе.

Митчелл, узнав про мою операцию с ангельской пылью, быстро собрал спецотряд и провел молниеносный рейд во всем ближайшим селениям, безжалостно обрубая еще не опомнившихся служителей церкви. К сожалению, он сумел захватит лишь троих из почти целого десятка, так как остальные успели отравить себя при захвате. Это оказались обыкновенные фанатики, отличавшиеся от приверженцев Хаоса лишь тем, что молились на новую религию, а не на саму сущность Зла. Но принцип был один и тот же. Поняв, что на помощь никто не придет, эта троица сбросила маскировку, перестав вести себя как священнослужители. Хаосом от них разило за версту, но никакими сверхъестественными способностями они не обладали.

— Если так обстоит дело с новой религией, то нам надо быть максимально осторожными! — сказал на общем собрании Митчелл. — Скорее всего, эта гадость расползлась по всей стране, а может даже, и сам Император под ее контролем…

Пленных пока не убивали, решим исследовать. Все-таки это была редкая возможность разузнать побольше о враге…

Я исправно посещал все лекции, как бы скучно мне ни было, но не сказал бы, что они сильно мне помогали. Большая часть занятий была посвящена истории, нормам поведения, этикету, и прочим бесполезным для меня вещам. Лишь практические занятия и теория магии хоть как-то могли развеять скуку, но их было так мало! Но по истечении первого месяца зимы стало веселее…

Все началось с очередного практического занятия под руководством самой Найсэзз. Девушка понятно и просто объясняла материал в отличие от заумных речей некоторых других учителей, не стесняясь использовать студентов в качестве мишеней и подопытных. Конечно, без особого вреда их здоровью, но задевая честь и достоинство. Учащиеся скрипели зубами, но терпели, так как понимали, что находятся далеко от отчего дома, где любое их желание тотчас же исполнялось.

В начале нового урока что-то пошло не так как обычно. Секретарша Остапа решила закрепить у молодых балбесов мастерство начертания руны ментальной иллюзии, которое она показала на прошлом уроке. Магией разума никто не владел, но некоторые слабые заклинания находились в доступности магов. Данное заклинание просто проецировало на стену то, о чем в данный момент думал маг. На прошлом уроке волшебница продемонстрировала заклятье, оставившее у меня довольно жалкое впечатление: серно-белые лошадки несколько секунд скакали на блеклой невыразительной лужайке.

Войдя в класс, девушка с ходу начала обучение:

— Класс, сегодня мы повторим прошлое заклинание иллюзии. Давайте вспомним рисунок!

Так уж случилось, что я случайно всмотрелся в картинку, которую рисовала в воздухе молодая сексапильная преподавательница, и решил вмешаться.

— Уважаемая мисс Найсэзз, я заметил небольшую неточность в написании руны… — произнес, вставая со своего места.

— Мисс Магдалина Найсэзз! Будьте любезны, называть преподавателя полностью, уважаемый Ричард-древний-герой! — съязвила та, взмахом руки приглашая меня на подиум . — Будьте так добры показать вашему магистру, в чем же она ошиблась? Кстати, давно что-то я вас не вызывала…

Девушку можно было понять. Новость о том, что ее бессовестно использовали, чтобы получить доступ к вратам Академии, стала для нее тяжелым ударом. Конечно же мне пришлось загладить свою вину, причем несколько раз, что сделало ее слегка лояльнее. Но иногда она хорошенько отыгрывалась, демонстрируя на мне некоторые особо вредные заклинания. Драконья антимагическая кровь позволяла противостоять разным боевым заклятьям… Но не могла полностью убрать побочные эффекты. Например, я три дня чесался от ее грязевых атак. Ни одна ванна не помогала, пока Найсэзз не сжалилась и не отменила самообновляющееся действие заклинания.

Вот и в этот раз она явно не собиралась выслушивать мои претензии. Но несмотря на это я был готов пожертвовать собой, ибо очень напрягал данный начертательный рисунок. Для справки, большинство заклинаний мага требовали не только произнесения заклинания, но и магический жезл, привязанный к пользователю. Люди не отличались сильными способностями к колдовству, поэтому запитанные магией артефакты и посохи помогали им аккумулировать мощь и превращать их в понятные и заранее заготовленные заклинания. Проще говоря, то, что мне удавалось сделать с помощью подсознания, волшебникам давалось нелегко и требовало мощной подготовки, усиленного жезла, базы знаний, природного дара и предрасположенности к той или иной стихии. Да, жизнь колдуна хумансов не была легкой, а учеба так и того — просто адской. И это учитывая остальные науки, которые преподавали в Академии. А еще — э-ти-кет, от которого голова просто шла кругом!

Мне уже не раз попадались неточности и искажения в начертании рун, магических колец и даже переводов надписей с древнего языка. Мало того, что сами старатели кое-как владели грамотностью, так и сами тексты Древних почти никогда не говорили напрямую с потомками, зашифровывая любую информацию. Конечно, нельзя отрицать, что без усилий искателей магия бы вымерла полностью, оставшись только в виде шаманизма или знахарства, но это не меняло сути дела.

Вот и сейчас, даже моим не самым гениальным умом, я понимал, что в диаграмме рун, которые начертала Найсэзз, явно что-то не так. Выйдя на каменный помост, где магесса на практике показывала волшбу, я рукой попробовал изменить некоторые символы, руководствуясь скорее подсознанием, нежели разумом. Поменяв несколько знаков, переставив знаки и буквы там, где я думал, я отошел в сторону, поклонившись учительнице.

— Надеюсь, вы не взорвете нас как в прошлый раз! — произнесла та, с опаской рассматривая измененный рисунок. Я покраснел, вспоминая тот урок. Тогда я сделал все как надо, а магесса ставила руну фаербола. С измененным рисунком, появился огненный шар размером с корову, который волшебница от удивления не смогла удержать и выстрелила им в стену аудитории. Обошлось без жертв, но даже сейчас комната продолжала находиться в ремонте. Заклинание, естественно, переписали и скрыли от глаз довольных студентов. Конечно, многие выпросили у меня потом формулу.

Волшебница поднесла палочку к рунному начертанию, висящему в воздухе в виде туманных знаков, будто созданных умелым курильщиком, и произнесла заклинание ментальной иллюзии. Класс ахнул как один человек. Девушки даже вскочили с места, уставившись на яркое цветное изображение, появившееся на стене. На зеленом лугу гарцевали мустанги. Передаваемое изображение было настолько четким, что казалось, они сейчас проскачут по аудитории! По помещению пронеслась волна запахов свежего сена, сочной травы и разгоряченных лошадиных тел.

— Не только картина, но даже запахи! — потрясенно произнесла Найсэзз, невольно переводя на меня ошеломленный взгляд. Ох, зря она это сделала! Нельзя забывать о том, что заклинание передавало то, о чем думает его создатель!

На горизонте показался необычный конь, который на полном скаку приближался к стаду, увеличиваясь в размерах с каждой секундой. Вскоре все увидели, что человеческая его часть до боли напоминает меня. Кроме того, на его крупе сидела полуобнаженная девушка, опять-таки сильно смахивающая на преподавательницу. Доскакав до стада, кентавр ссадил с себя всадницу и встал на дыбы, нескромно демонстрируя мощный торс… и огромный напряженный агрегат, стоявший в полной боевой готовности! Девушка смущенно прикрыла взор, хотя все видели, что она притворяется, и скользнула к его задним копытам…

— Ри-и-ича-а-ард! — раздался звенящий от напряжения голос Найсэзз. — Как это выключить? Прекрати немедленно! Это приказ!

— Да если бы я знал! — посмеиваясь, ответил я. — И вообще, не мешайте просмотру! Лучше поп-корн продавайте!

Все же, несмотря на недовольство студентов, заклинание пришлось развеять. Можно не говорить о том, что оно разошлось по всей Академии, предоставив молодежи просмотр разнообразных фильмов по ночам. Разумеется, среди них преобладала порнушка. Главное, чтобы мысли передающего не сбегали с основной темы. Говорят, даже сам директор прельстился этим заклинанием! Жизнь студентов налаживалась!

Эх, если бы все шло так, как нам хочется! Казалось бы, что может случиться, если твой заклятый враг ослаблен, на дворе такая лютая зима, что нос высунуть невозможно, а ты сам обладаешь смертоносными навыками и невероятной регенерацией⁈ Оказывается, может. Всегда может произойти некая случайность, которая не просто переворачивает все с ног на голову, но даже угрожает твоей собственной жизни, несмотря на все ухищрения и подготовку.

Вот и сейчас мою полузадушенную тушку держал на весу в вытянутой руке скалящийся напомаженный засранец нетрадиционной ориентации… А как же все хорошо шло…

— Рич у нас какая-то проблема в одной из шахт, — такими словами меня встретила Штайнер, когда я примчался по срочному вызову в ее убежище. — Бот-майнер не отвечает на запросы более двух часов.

— Может, сигналы не проходят? — замялся я, не представляя уровень техники, который офицер предоставила в наше пользование. Судя по ее ироничному взгляду, такое невозможно в принципе. — Понятно, значит, снова мне ехать к черту на кулички? Что он там откопал? Есть хоть какое-то описание?

— Посмотри, — взмахом руки та включила один из мерцающих экранов. Тот показал грубо вырубленную в толще земли пещеру, хорошо освещенную фарами самого бота. Некоторое время тот спокойно ехал вперед, обтачивая неровные углы в проходе.

— Похоже, что не он выкопал шахту? — спросил, не отрывая взгляда от изображения.

— Да, — последовал четкий ответ. — Прибыв на место, бот доложил, что на месте залежей природных ископаемых присутствует старая пещера, вероятно, искусственного происхождения. Ее он и начал терраформировать. Завалы, хлипкие потолки, вероятные ловушки — все это бот убирает самостоятельно, следуя заданной программе…

С экрана вдруг послышался посторонний шум. Камера резко развернулась, цепляя обвалившуюся стену слева. Я успел зацепить взглядом странное помещение, похожее на усыпальницу, ряд древних гробов, как изображение погасло.

— Все, — резюмировала Штайнер. — На этом доклад бота заканчивается. На запросы не отвечает. Может, выслать другого?

— Погоди, — поднимая руку, ответил я. — Зачем терять технику? Зови Гурри. Выезжаем. Или вылетаем. Надо сами проверить…

Холодно. Боже как холодно. Какой черт меня дернул вылезать из теплой Академии и лететь черт знает куда, чтобы проверить шахту⁈ Ну, откопал он там гробницу, может батарейка сдохла⁈ А вылезать из теплой кабины веселящейся кибердевушки еще стремнее!

Тем не менее, мы уже стояли возле входа. Гурри, разумеется, холод был нипочем. А мне даже с магическим подогревом задницы было фигово! Но отступать было поздно. Проинструктировав по максимуму девушку, я оставил ее на страже, а сам пошел в шахту. Тут же вспыхнули скрытые лапмы, установленные ботом.

«А неплохо техника работает у них!» — с восхищением глядя вокруг, подумал я. В самом деле, практически не было заметно, что тут когда-то велись работы. Ровные стены, свет, отсутствие мусора. А вот и лифт. Ну не лифт, но вполне практичный свежеустановленный подъемник. Стоило мне встать на него, как он бесшумно пошел вниз. Если бы не пролетающие мимо отметки глубины, я бы не поверил, что он вообще движется!

И если верить докладам, то раньше это была искусственная пещера? Кто же прокопал столь глубокую шахту? Отметки показывали минус двести метров, когда лифт достиг дна. Да что могло случиться на такой глубине⁈

И снова длинный пустой коридор, изгибающийся из стороны в сторону. Должно быть, бот решил не идти по прямому, а следовать по проложенному ранее пути. А вот и его останки… Ого! Такое ощущение, будто его расплющили одним ударом гигантского молота!

Взвыла сиреной интуиция, автоматически активировалась кровь и остальные усиления, но было слишком поздно! Перед глазами мелькнула какая-то тень, и кто-то схватил меня за горло, высоко поднимая над землей!

Какая страшная силища! Перед глазами все потемнело от нехватки кислорода, несмотря на всевозможные усиления! Внезапно хватка разжалась, и я грохнулся на землю, кашляя и пытаясь вдохнуть живительного кислорода.

— Ого! — вдруг произнес чей-то веселый голос. — Да ты же человек! Самый настоящий вкусный человек с горячей кровью! Братья, отец! Смотрите, кого я поймал! Симпатичный паренек! Чур, я первый его пью по праву поймавшего!

Я оторопело смотрел на стоящее передо мной существо. С виду это был самый обыкновенный хуманс, но серая кожа, выпирающие клыки, красные глаза и бьющая в нос трупная вонь свидетельствовали явнее явного — это чудовище если когда-то и было человеком, то слишком давно.

— В-вампир? — прохрипел я, пытаясь залечить горло.

— Ого! Куколка понимает нас, братья! — восхитился тот, склоняясь надо мной. В глаза бросилось его необычное лицо со свеженаведенным, как у опытной проститутки, марафетом. — Спой еще, красавчик, и я выпью тебя медленно…

— Оставь мне, противный! — донесся дребезжащий голос из усыпальницы. — Мне надо восстановить силы!

— Не-е-ет, папенька! — скорчил гримасу стоящий передо мной вампир. — Он мой и только мой! Не дам!

Он вновь исчез из моего поля зрения, хватая меня за горло как Тузик грелку. Мир крутнулся и остановился. Вампир стоял внутри усыпальницы, показав мне внутреннее убранство помещения, куда случайно разрушил вход добытчик руды.

Помещение покрывали руны, которые я никак не мог перевести. Они были везде: на полу и потолке, густо усыпая стены, набегая на гробы… Гробы. Четыре здоровых саркофага. Крышка одного из них валялась на полу, разбитая на несколько кусочков. Очевидно, там и спал тот, который собирался осушить меня досуха. Крышка второго задрожала, и вдруг вылетела, словно изнутри ударили молотом! Перевернувшись в воздухе, она ударилась о стену и разбилась.

— Сы-ы-ын! — донесся утробный голос изнутри того гроба. — Вспомни, кто дал тебе вторую жизнь! Не заставляй меня прибегать к насилию!

Одновременно с его последними словами вылетели крышки двух других саркофагов. Не успели они упасть на пол, как наружу выскочили копии того монстра, который держал меня за горло. Один вампир — беда, а три — смерть.

— Какой красавчик! — вдруг облизнулся один из них. — Морелло, отпусти его, давай сначала повеселимся?

— Да, — вторил ему другой. — Выпить всегда успеем. Я тысячу лет не вставлял.

— Да как вы смеете⁈ — возмутился первый. — Я его поймал, значит, его задница принадлежит мне! Можете пока друг дружку трахнуть!

— Чертовы леммингарцы! — донеслось их последнего гроба. — Как подло было с их стороны запечатать нас здесь своими рунами!

Когтистая высохшая рука с трудом зацепилась за край четвертого саркофага, вытаскивая наружу… невероятно худого высохшего старика, впрочем, почти ничем не отличавшегося от предыдущих. Только в его взгляде, брошенном на сыновей, читалась какая-то давняя грусть и тоска.

Тем временем, тот вампир, который поймал меня, вовсю отбивался от наседавших братьев. Удивительно, но он значительно превосходил их в силе и ловкости, хотя и бил их… ладошками, визжа и отпрыгивая от них, как нашкодившая девчонка.

— Брат! — выдохшись, сказал один из них, отходя в сторону. — Неужели ты успел выпить еще кого-то?

— Да, — поддержал его второй, делая очередную безуспешную попытку дотянуться до меня. — Как ты можешь так жадничать, противный! Второго хочешь выпить⁈

— Ну-у-у, — замялся тот. — Я когда проснулся, увидел перед собой чудо-машину… А когда сломал ее, случайно нашел вкусный шарик. Я его проглотил с голодухи, и мне стало чуть лучше! Ня-ня!..

Значит, монстр вытащил энергетическую сферу из шахтера и съел ее? Это много объясняет. Вот только почему они себя ведут так странно? Очень сильно напоминает одного кошкомага, который пытался меня соблазнить…

— Хватит игр! — вампир вновь вздернул меня над полом, отпрыгивая от братьев. — Сначала я утолю жажду, потом поиграю с ним!

Тварь нечеловечески широко распахнула пасть, показывая белоснежные острые клыки, с которых капала слюна.

«Неужели, это мой конец?» — отрешенно подумал я, хрипя и пытаясь вывернуться из стальной хватки, но вслух закричал то, что сам от себя не ожидал:

— Это же некультурно! Вы как из пещеры вылезли! Кто же так делает! Где ваша этика⁈

Реакция вампиров превзошла все ожидания! Все трое замерли, забыв, как дышать, если вообще дышали. Тот, что меня держал, так и застыл, капая слюной на пол.

— Че? — переспросил он тонким голосом. Ну и ну, неужели я попал в больное место? Я решил ковать железо пока горячо!

— Как вы могли подумать, что вас разбудили случайно⁈ — заверещал, пытаясь вдохнуть чуть больше воздуха. — Меня прислали делегатом, дабы поприветствовать несравненное семейство…

— Бондюэль, — ошеломленно поддакнул один из братьев.

— Семейство Бондюэль! — продолжил я. — А вы — посла жрать! Кто так делает⁈ Что о вас наверху подумают⁈ А мы-то надеялись, что вы соответствуете своей легендарной славе! Вы так популярны!

— Славе⁈ Популярны⁈ — оживленно загалдели вампиры.

— Конечно! Скорее бегите наверх! — ответил я, поражаясь собственной наглости. — Угощение уже приготовлено!..

Не успел я договорить, как шлепнулся на пол. В усыпальнице стало тихо, лишь пыль оседала там, где только что стояли три брата. Но не успел я пошевелиться, как раздался сухой старческий смех.

«Отец семейства!» — с ужасом подумал, оборачиваясь в сторону последнего гроба. Но наполовину вылезший старик смеялся, сидя на крышке собственного гроба.

— Спасибо, молодой человек, — произнес он, отсмеявшись. — Мои сыновья… Да, кто бы мог подумать, что создание приведет к необратимым последствиям в их разуме. По силе и скорости они превосходят все мыслимые пределы, что едва не стало вырождением всех разумных рас… Сколько же прошло тысячелетий? Впрочем, уже не важно. Но с этой силой они стали извращенными мужелюбами… О сколько бесплодных попыток было брошено на преодоление этого извращения! Впрочем, как я и сказал, не суть важно. Сейчас они раскусят твой обман, вернутся и ты пожалеешь, что не выбрал быструю смерть…

— Они не вернутся, — устало ответил я, прикидывая свои шансы на смертельный бой с этим прародителем вампиром. Возможно, он сейчас слаб и у меня есть шансы?..

Старик легко выпрыгнул из саркофага, отбрасывая в сторону полутонную бетонную крышку, словно и не заметив ее.

«Ага, ослаб, — саркастично усмехнулся я. — Да он, похоже, сильнее всех троих сыновей вместе взятых!»

— Что ты сказал⁈ — изумленно произнес вампир, подходя ближе, но останавливаясь в полуметре передо мной. — Не вернутся⁈ Почему⁈

— Я же не последний идиот, чтобы лезть в заброшенную шахту без подготовки, — ответил, следя за его руками. Старик заметно нервничал, но не атаковал. — Выход охраняют мои союзники, которые уже с ними расправились. Разве вы не чувствуете, что ауры ваших сыновей уже исчезли?

Вампир прикрыл глаза и сосредоточился. Но стоило мне только напрячься, как он широко распахнул глаза… из которых побежали слезы.

«Пи**да мне!» — приняв это, я успокоился.

Но старый вампир вдруг отступил на пару шагов, рассмеялся и произнес:

— Как⁈ Как тебе человеческое существо удалось то, что не получалось у меня на протяжении половины тысячелетия⁈ Как ты смог исправить мои ошибки менее чем за пару секунд⁈ Человек ли ты вообще?

Его лицо вдруг оказалось прямо перед моим, а сухие руки схватили многострадальное горло, без особого усилия поднимая над землей. Красные глаза цепко осматривали меня, пока он вертел меня на весу как курочку гриль. Затем вдруг резко отпустил и отступил назад.

— Древний герой, — сказал, словно плюнул вампир. — Точнее, его перерождение. Да еще и паладин. Я должен был догадаться. Плюс что-то еще. Ладно. В знак моего благоволения за избавление от бракованного семейства, я не буду тебя выпивать. Но жажда моя велика. Ее следует утолить как можно быстрее. Ты ведь не хочешь, чтобы такой демон как я, угрожавший человечеству тысячи лет назад, вновь вырвался на свободу?

Я отчаянно закивал головой.

— Внимай мне, смертный! Перед тобой стоит Древний Повелитель Срединных земель и сильнейший из всех когда-либо существовавших Верховных лидеров, Брюсальф Уиллисон! Когда я был помоложе, мое имя гремело на всем континенте, повергая в страх и ужас все разумные расы… Но потом мне наскучила власть. Я удалился в свой замок и принялся искать других развлечений. Одним из них стало создание потомков. Так на свет и появились… мои неудачные сыновья, — вздохнул вампир.

Теперь иди и приведи мне жертву, — повелел Брюсальф. — Да, и не вздумай со мной играть. В отличие от моих неудавшихся сыновей, я обладаю разумом и силой, которые тебе и не снились. Ступай.

Не переставая кивать, я выбрался из усыпальницы, все еще не веря в собственное спасение. На горле еще чувствовались ледяная хватка пальцев старого вампира. Ладно, сначала выберемся наверх. Интересно, как Гурри удалось справиться сразу с тремя отбросами вампирского рода?

Лифт быстро доставил меня на верхний этаж. Чуть ли не бегом я выскочил наружу, угодив в стальные объятия киборга.

— Рич, Рич! Я не хотела! — заполошно заорала она, стоило мне только освободиться. — И, вообще, это была не я!

— Так, стоп. Рассказывай по порядку, — рыкнул я.

Как оказалось, оставленная без дела роботесса недолго маялась бездельем. Усилив охранный периметр, она занялась приведением в порядок входа. Заставив все светильниками, она «по чистой случайности», как уверяла робофемка, включила их на ультрафиолет, дабы продезинфицировать коридор. Более того, она «случайно» врубила их на максимум, пытаясь закончить до моего возвращения.

Согласно ее сбивчивому рассказу, внезапно из пещеры вылетело три воющих тени, которые буквально столкнулись с ультрафиолетовым излучением… и рассыпались в пыль. Теперь посреди выхода лежали три одинаковых кучки пепла в разноцветных остатках одежды — все, что осталось от неудачного наследия вампиров…

Пока мы летели обратно, Я рассказал Гурри все, что случилось внизу. Та, разумеется, тут же предложила силовой вариант решения проблемы, но я не решился на акцию. Что-то подсказывало мне, что сперва надо было посоветоваться с опытными людьми.

Оказалось, что интуиция была права. Джигур, выслушав мою историю, сильно задумался, потом дал мне артефакт дальней связи, строго наказав не спорить с вампиром, и отослал к Аватару. Но директор Академии ничем не смог мне помочь, за исключением полного согласия со стариком.

— Раз эта тварь настолько древняя, трудно подумать, какой силой она может обладать, — произнес Остап. — Предлагаю пока последовать его требования и лишний раз не перечить. У тебя на примете есть подходящие жертвы?

— Не поверишь, — ухмыльнулся я. — Черкани бумажку командиру охраны…

Навестив Митчелла и кратко обрисовав ему ситуацию, попросил у него пленных. На удивление тот даже не взглянул на разрешение, сразу отведя меня в камеру.

— Забирай! — показав на пленных монахов, сказал командир. — Все равно на днях собирался их казнить, а так не хотелось марать руки. Пусть лучше напоследок послужат благому делу, пусть даже в отвратительном жертвоприношении.

Дальше было проще. Свистнув Гурри, мы погрузили сопротивляющихся связанных пленников в грузовой отсек и доставили на место. Митчелл помог перетащить их на площадку лифта, и остался ждать наверху.

— Не обманул! — поприветствовал меня старый вампир, встречая меня внизу. — Хм, от этого мяса несет Хаосом… Вкусняшка!

Что-то мелькнуло, и пленники исчезли вместе с вампиром в усыпальнице. Не решившись мешать трапезе, я решил подождать у лифта. Но не успел присесть, как старик снова оказался возле меня.

С ним произошла разительная перемена. Он словно помолодел, сбросил как минимум полсотни лет! Передо мной стоял крепкий мускулистый мужчина лет сорока-пятидесяти с небольшой бородкой и острым взглядом красных глаз.

— Благодарю, паладин, — пророкотал он густым голосом. — Пусть мы находимся по разные стороны, но ты сослужил мне хорошую службу. Не поверишь, но я тоже когда-то был последователем сил Света… Эх, хорошее было времечко. Но, теперь о мирских делах. Поверь, я не стану угрозой этому миру и вряд ли ты когда-либо услышишь обо мне. Мое время прошло. Теперь я лишь былая тень моего величия. Пожалуй, найду место, в котором буду займусь философией и…

Я протянул ему артефакт связи, выданный мне Джигуром, и активировал его.

— Брюсыч? — на изображении появилась заинтересованная харя старика. — Брюсыч, это ты?

— Жига⁈ Не может быть! — заорал вампир, бросаясь вплотную к сфере. — Как это возможно? Где ты⁈

— Ричард, спасибо за помощь, — найдя меня взглядом, сказал Джигур. — Но дальше разговор будет касаться только нас двоих. Возвращайся и ни о чем не беспокойся.

Брюсальф аккуратно взял сферу из моих рук и тепло попрощался со мной, а я вернулся на поверхность.

Так закончилась самая странная и самая страшная глава, выжить в которой мне удалось по чистой случайности.

После такого жуткого происшествия я ушел в кратковременный запой, полностью забив на учебу. Поведав Шино в двух словах о проблеме… Нет, даже не так. О ПРОБЛЕМЕ, которую откопал наш добытчик (шахту временно забросили), выпросил у кошки весьма качественный алкоголь, припрятанный ею в стародавние времена. По мозгам он давал неплохо, а большего мне и не надо было. Таинственный кристалл, который мы посеяли в вырытом под бассейн котловане Диксов, все еще не подавал никаких признаков жизни. А через неделю в Академию пришел первый караван.

Даже не так — КАРАВАНИЩЕ! Около пяти десятков тяжелогруженых телег, запряженных неизменными якобуйволами. Директор лично вышел встретить предводителя, оказавшегося его личным давним знакомым.

— Показывай, Остап, что тут у тебя произошло такого, что ты заставил пойти меня на столь необдуманный риск? — произнес тучный мужчина с умными глазами, кутавшийся в шубу. На дворе все-таки было примерно минус десять. — Я нехило потратился, собирая все, что можно выгодно продать и снес все ману, которую копил десять лет на массовый телепорт всего каравана.

Я, заинтересовавшись, подошел поближе. Что еще за массовый телепорт?

— Вот наш Древний герой как раз тебе все и расскажет, — выкрутился Аватар, хватая меня за руку и представляя другу. — Ричард — это мой давний приятель, Аарон. Введи его в курс дела, а я вынужден вас оставить по неотложным делам.

Аарон оказался довольно приятным собеседником. Вытянув из меня всю информацию насчет предстоящих изменений, он стремительно что-то подсчитал в уме, улыбнулся и сказал, протягивая руку, словно для рукопожатия:

— Двадцать пять процентов!

— Э, нет, любезный! — с ходу отметая все переговоры, связанные с математикой, не согласился я. — Договариваться будете с нашим общим знакомым. Идея и исполнение мои, но непосредственным руководством является именно он.

Аарон несколько увял, представляя себе торги со старым другом, но тут же снова расцвел, вспоминая про груз. Но, прежде чем попрощаться с ним, я все выяснил про таинственный телепорт.

— О, это заклинание доступное лишь архимагам, — пояснил торговец. — За умеренную плату тот активировал портал, который перенес нас поближе к Академии, миновав наиболее опасные участки страны. Ману, правда, пришлось потратить свою, но кому до нее есть дело, когда тут такое разворачивается⁈ Да, вам, монсеньор, я даю скидку, как особому хумансу! Пользуйтесь ею смело!

На том мы с ним и расстались. Рабочие, прибывшие с караваном, поспешно возводили палатки и лавки прямо посреди лужайки, некогда служившей для питания студентов. Глядя на прыгающих с ноги на ногу плохонько одетых девушек из прислуг, я крепко задумался, можно ли как-то облегчить их страдания. Так и обморожение получить недолго. И тут меня осенило.

Нырнув в тайный проход, разыскал Штайнер, рассказал свою идею и был приятно обрадован тем, что все вполне выполнимо. Единственное, что огорчало — быстрый расход энергетических сфер.

— У меня их осталось немного, Рич, плюс майнеры тоже потребляют немало энергии, — зевая, произнесла голограмма. — Не смотри на меня так! В первую очередь я проецирую ВЕСЬ корабль. Недостаток энергии для него сравним с усталостью и сонливостью. Неудивительно, что мое тело испытывает схожие чувство, несмотря на то что пребывает в анабиозе.

Интересно. Я и забыл, что она отвечает за весь корабль. Тем не менее, пообещав достать еще сфер, был вознагражден улыбкой и согласием на мой план. Получив на руки устройство, похожее на небольшую параболическую антенну, поспешно выскочил наружу и помчался обратно на луг.

Аарона не было, но мое внимание привлекла одна горластая распорядительница, которая ехала с ним в одной телеге. Попросив ее собрать вокруг фонтана всех остальных, я полез устанавливать антенну. Когда я закончил, вокруг уже собралась немаленькая толпа. Среди торговцев, рабочих и прислуги я заметил студентов и даже некоторых преподавателей, в том числе Найсэзз и Джилл. Кстати, надо бы найти время и проведать их, как будет время.

— Внимание всем! — выкрикнул, привлекая к себе внимание. Когда все успокоились, продолжил. — Вот этот магический артефакт был дарован мне Предками! Он будет защищать вас от непогоды и холода! Не вздумайте спереть его или изучать, так как без моей магии он не будет работать!

Спрыгнув с фонтана, прошептал тихонько:

— Штайнер, готово! — а вслух закричал. — Да будет Свет!

В тот же миг от антенны в небо ударил золотистый луч, который по достижении определенной точки засиял и принялся растекаться сферой, охватившей всю Академию до самых стен. Одновременно с этим стало ощутимо припекать, словно внезапно наступило лето. Я первый сбросил шубу. Моему примеру последовали другие. Народ оживился, посыпалась похвала и слова благодарности. Люди победнее облегченно вздыхали. Краем глаза я уловил движение в мою сторону — то подходили ко мне незнакомые личности во главе с Аароном и той самой распорядительницей.

— Благодетель! — с чувством проревел хозяин каравана. — Я уж думал, придется мерзнуть в душной палатке и задыхаться от печного смрада! Я уже дал вам скидку, но вы первый и единственный человек, которому я разрешаю брать все что угодно беспл… за полцены в своем караване!..

— Аарон! — ударив того локтем, проворчала та женщина.

— Угх, — скривился тот. — Прошу прощения, Ричард. Мы тут с жинкой посоветовались и решили, что всего лишь пятнадцать процентов…

— Аарон!!!

— Ай! — взвыл тот, скача на одной ноге. — Да! Да, хорошо! Бесплатно Герою! Все бесплатно! А теперь оставь меня женщина! Мне надо залить горе…

Они удалились, смеясь, а я пошел рассматривать вещи, которые наиболее расторопные торговцы уже раскладывали на свежесобранных прилавках. На продажу было выставлено все от продуктов питания, которые ели глазами поварихи Академии, до драгоценностей, на которые уже облизывались некоторые студентки. Я, не торопясь шел вдоль палаток, кивая сыпавшимся на меня благодарностям за обогрев, и приценивался к тем или иным товарам, как вдруг увидел странную фигуру, закутанную в монашескую рясу, одиноко стоящую у прилавка с драгоценностями. Подойдя ближе, заметил кончик рыжего хвоста, случайно выбившегося из-под полы, и улыбнулся. Надо же кого занесло!

— Приветствую вас, Леди Савано! — негромко произнес, неслышно подкрадываясь сзади. Разумеется, ауру я тоже скрыл. Девушка вздрогнула, но она не зря носила звание предводительницы куноичи, так как моментально взяла себя в руки.

— Р-ричард? — произнесла она мягким голосом. — Вот уж не думала, что меня удастся когда-либо застать врасплох! А ты растешь! Может, когда-нибудь из тебя получится настоящий ассасин!

— А что это вы тут делали, госпожа? — прошептал, становясь рядом и запуская руки ей под рясу. — Ого!

Кроме поясов и ремешков с кучей оружия на кошке больше ничего не было.

— Благодаря тебе и твоему таинственному артефакту мне не придется тратить ману на обогрев тела, — улыбнулась Савано, слегка прижимаясь ко мне в ответ на ласки. — Составишь мне компанию?

— А что ты тут вообще делаешь? Только не говори, что случайно проходила мимо.

— Ну что ты, Рич! — рассмеялась та. — Разумеется, мы постоянно контролируем окрестности! А уж пропустить столь редкое событие, как приход такого огромного каравана, я и вовсе не могла! Тем более с такими прелестными…

Она резко замолчала, со вздохом бросив последний взгляд на выставленное колье с золотым дельфинчиком, и отвернулась.

— Неужели у клана нет накоплений, которые ты могла бы потратить в свое удовольствие? — потрясенно спросил я. — Мне казалось, с такими способностями, как у вас, вы должны просто купаться в золоте…

— Увы, Ричард, — со стыдом призналась кошка. — Управление целой деревней — далеко не бесплатное занятие. Последние полвека нам вообще не везло. Мы тратим куда больше на наше существование, нежели зарабатываем. Если бы не случайные заработки, да наследство предков, наш клан давно бы распался! Старейшины спят и видят, как подсидеть меня, несмотря на то что их волнует только власть! Старые уроды! — выругалась девушка. — А то, что я единолично слежу за хозяйством, закупаю продукты питания, одежду и даю взятки Центру, чтобы те не преследовали нас — это никого не волнует!

— Вас преследует Центр? — изумился я. — Почему?

— Есть за что, — мрачно ответила кошка. — В недалеком прошлом клан брал любые заказы, в том числе и совсем дурно пахнущие с заказными убийствами высокопоставленных лиц. Тогда у власти был один из старейшин, которого я с удовольствием отправила на тот свет! Но зла клану он успел натворить немало. До сих пор расхлебываем. Половина золотого запаса ежемесячно уходит на молчание тех, кто в курсе нашего темного прошлого.

— Вас шантажируют⁈ — удивился я, незаметно делая знак торговцу драгоценностями. — А почему бы и их тоже не того?

— Было такое искушение, — нехотя призналась предводительница куноичи. — Но, если начнется новая серия убийств, все сразу поймут, откуда ветер дует, и нас точно накроют. Пока что Император нас терпит, так как его дочь…

Кошка вдруг заткнулась, словно ляпнув лишнего, но я уже сам догадался.

— Тиема? Хатико?

— Что? — не поняла та. — А! О, нет, нет, нет! — засмеялась девушка. — Никто из моих учениц не является дочерью Императора! О боже, нет! Дело в другом. Когда я была помоложе, то случайно спасла его дочку от нападения разбойников, поставив себя и клан в неудобное положение. С одной стороны, нам следует скрываться от глаз прочих хумансов, но нельзя было упускать такую возможность воздействия на самого Императора! Впрочем, все, чего мне удалось тогда добиться, так это небольшого иммунитета. Не думаю, что Император сейчас вообще про нас помнит.

Пока она рассказывала, я успел обменять один из драгоценных камней, которые таскал в кармане, на то самое колье. А стоило только девушке закончить, как я встал перед ней и защелкнул цепочку на ее шее, не скидывая капюшона рясы.

— Что это? — не веря своим глазам прошептала девушка, в один момент теряя всю свою важность и становясь обыкновенной девушкой, увидевшей перед собой драгоценную побрякушку, на которую полчаса облизывалась. — Это… мне? Мне⁈ Серьезно⁈ Спасибо Рич!

Забыв про маскировку и инкогнито, кошка, счастливо визжа, прыгнула на меня. На наше счастье, мы как раз стояли между двумя большими палатками. Прыжок кошки не свалил меня с ног, но по инерции я ввалился в узкий проход, где она и повисла на моей шее, бурно благодаря за подарок. Нарадовавшись, Савано влепила мне поцелуй и принялась вертеть в руках ожерелье.

— Ричи, — протянула ассасинка. — Оно же безумно дорогое! Мне нечем тебе отплатить за него…

— Не хитри! — поправил ее. — Ты прекрасно знаешь, как именно можешь отблагодарить и наверняка уже продумала план действий.

Вместо ответа глаза кошки затуманились, она отпустила колье и мягко обняла меня, буквально засасывая ртом мой язык. Мурлыча, она прижалась ко мне мягким телом и потерлась настолько эротично, что я почувствовал, как вот-вот потеряю контроль и трахну ее прямо за палаткой.

Но в ее планы это не входило. Девушка, почувствовав живой отклик снизу, быстро отлипла от меня, отошла на пару шагов и сложила руки на груди.

— Буду ждать тебя на горячих источниках, мой благодетель, — произнесла она томным голоском. Но, прежде чем она успела улизнуть, я спросил:

— А остальные где? Девчонки тоже здесь?

— Мои ученицы? — удивилась девушка. — О нет, они тренируются. Ты бы хотел их увидеть? Меня одной тебе недостаточно?

И она рассмеялась, наблюдая за тем, как я пытаюсь найти ответ.

— Не напрягайся, Ричи. Не стоит искать оправдание. Веди себя естественно! Я не против того, чтобы ты развлек и моих девочек, тем более, они и сами бы того хотели.

— Насчет Масяны не сомневаюсь, — сказал я. — Но ты уверена, что остальные…?

Кошка расхохоталась так сильно, что едва не покатилась по земле.

— Дорогой, — отсмеявшись, произнесла она. — Масяна — самая нетерпеливая из моих учениц. Ты будешь сильно удивлен тому, как себя проявят остальные. Постарайся не разочаровать их долгим ожиданием…

Произнеся эти слова, она резко нырнула за палатку. Я не спешил идти за ней, догадываясь о том, что ее там уже не будет. Стопудово она уже находилась в пути домой, желая рассмотреть подарок наедине с самой собой.

Так и оказалось. Выйдя на торговую площадь, увидел только торговцев и немногочисленных студентов, приценивающихся к товарам. Побродив еще немного, приметил для себя несколько нужных лавочек, поболтал с торговцами и пошел искать Гурри.

В принципе, долго бродить не пришлось. Роботесса постоянно зависала в ангаре спящего корабля, тестируя агрегаты и знакомясь с совершенным оборудованием и военной техникой прошлого. Выслушав меня, она с радостью согласилась помочь с поиском редких высокоуровневых монстров с целью добычи энергетических сфер. Получив у Штайнер примерные координаты их местоположения и миниатюрные устройства голосовой связи, мы вылетели на охоту.

— Рич, ты не передумал… ну… насчет моего предложения? — робко спросила она после минуты ровного полета над вершинами деревьев. Я тяжело вздохнул, глядя на снежные верхушки лесных гигантов. Хочешь не хочешь, а надо принимать решение.

— Прежде чем я озвучу, согласен или нет, — произнес, отметив некоторую дрожь ее корпуса. — Давай пройдемся по всем плюсам и минусам, которые получу, взяв над тобой шефство. Итак, поехали. Сначала минусы. Во-первых, за мной начнется охота как минимум трех цивилизаций, желающих завладеть моей личностью в качестве пилота уникального прототипа, коим ты являешься. Так?

— Не совсем, — пискнула та. — Никто не сможет силой заставить тебя сотрудничать с ними. Также шантажом, хитростью или другими видами принуждения. Если я сочту, что моего пилота заставляют идти наперекор его воле, то просто откажусь выполнять его команды. Все соперники прекрасно это понимают. Но они могут прибегнуть к другим методам, таким как: гипноз, ментальный контроль, соблазнение богатствами и прочими благами, которые ты себе только можешь представить…

— Понятно, — после паузы сказал я. — Не такой уж это и минус. Я предполагал, что на меня объявят охоту, но ошибался. Хотя, сражаться с магами и охотниками за разумом тоже ничего хорошего.

— Насколько мне известно, таковых очень мало во всей Вселенной. Существа, обладающие такими способностями, находятся вне закона и постоянно преследуются пиратами, наемниками и прочими, желающими получить их для собственного пользования. То есть, шанс нападения на тебя космических пиратов с менталистом на борту равен примерно ноль целых одной десятитысячной процента!

— Но шанс все-таки есть, — уныло ответил я. — Ладно, что там, во-вторых? Появятся ли у меня дополнительные обязанности, как у владельца элитной техники? Нужно будет постоянно менять тебе масло, заправлять девяносто второй и покупать аккумуляторы? Я же на ТТХ разорюсь!

— Нет-нет, что ты! — рассмеялась та. — Напротив, я в состоянии позаботиться о себе сама! Да, иногда тебе нужно будет позаботиться обо мне, но совсем нечасто! Подпрограмма не дает мне ясной картины, но точно знаю, что после слияния возможности ядра откроются мне полностью! Сейчас я пользуюсь едва ли одной десятой его мощности, потому и приходится иногда просить помощи у посторонних.

— То есть, с этой стороны подвоха не будет? — повеселел я. — Мне как-то совсем не улыбалось проводить свободное время в гараже. Ну и напоследок. Можешь ли ты быть уверена, что в момент активации…

— Слияния!

— Хорошо, в момент слияния не произойдет ли чего-либо из ряда вон выходящего? Например, не появится ли божество, которое прикажет мне исполнить последнюю волю и не взять Вселенную под свой контроль? Или помочь одной из соперничающих цивилизаций? Или еще что-то в таком духе?

— Не уверена, — после долгого молчания откликнулась киборг. — Даже наоборот, что-то подобное мелькает в моей программе. Но сигнал закодирован и мне не хватает прав доступа, чтобы обойти защиту. Но в одном я могу быть уверена точно — никто и ничто не сможет заставить тебя действовать против своей воли. Даже если сама Вселенная прикажет тебе уничтожить мир, ты волен будешь ее ослушаться, и она ничего тебе не сможет противопоставить. В этом я уверена.

— Ну ты хватила! — рассмеялся я. — Целая Вселенная. Хорошо, переходим к плюсам. В целом, я стану пилотом боевой совершенной разумной машины, способной как стереть с лица половину всего мира, так и служить созиданию добра и порядка?

— В целом — да, — согласилась Гурри. — Не считая некоторых ограничений и условностей, ты прав.

— Ладно, тогда… Я согласен! — вымолвил, откидываясь на кресло. — Слышишь Гурри? Я согласен стать твоим пилотом! Что мне надо сде…

Мир залила ярчайшая вспышка света…

…Я находился в странном месте. Вокруг меня расстилалась пустота, залитая теплым светом, а глянув вниз, осознал, что стою на тонкой водной поверхности бездонного пропасти. Дернувшись от неожиданности, упал на задницу, инстинктивно взмахивая руками в готовности плыть, как вдруг понял, что не собираюсь тонуть. Словно прочная невидимая пленка отделяла меня от участи быть поглощенным бездонной пропастью.

Сзади кто-то рассмеялся. Резко вскочив и обернувшись, я мгновенно принял боевую стойку, готовясь защищаться, но увидел перед собой только странную незнакомку. Она словно бы состояла из жидкого металла. Серебристая, но довольно привлекательная фигура, выглядела точно так же, как Нерида, дух воды, с которой я имел достаточно близкое знакомство. Но если водяная тщательно воссоздавала свое искусственное тело, трудясь над каждой его черточкой, то эта девушка как будто была одета в обтягивающий комбинезон, скрывающий вторичные половые признаки. Тем не менее, ее точеная фигурка привлекала именно искусственной совершенностью, каковой не могло быть у настоящей женщины.

— Ты кто? — не снижая бдительность, спросил я настороженно. По виду цельнометаллической девушки нельзя было сказать, что она готовится атаковать, но бдительность снижать все равно не стоило.

— Ричард? — недоуменно переспросила та. — Ты меня не узнал⁈ Это же я — Гурриана!

— Гурри⁈

Серьезно⁈ Вот эта леди из расплавленного металла — та самая мозговыносящая железка⁈ Как это возможно⁈

— Если это ты, то, как объяснишь происходящее? Что с нами случилось? И вообще, где мы?

— Если честно, я и сама не знаю, — склонив голову набок, ответила та. — Я впервые в подобном месте, хотя что-то мне подсказывает — опасаться нечего.

— А… ну, если что-то подсказывает, то я спокоен, — проворчал, намекая на то, что меня такой ответ мало устраивает. Девушка, стоящая напротив, рассмеялась, смело делая шаг вперед.

— Да, это точно мой Ричард! — произнесла она. — Хорошо, если следовать логике, то последнее, что я помню, после того как ты дал согласие на слияние, был некий открывшийся мне фрагмент подпрограммы. К сожалению, я не успела его проанализировать до того, как оказалась здесь в этом… обличии, — проведя руками по отливающим серебром бокам, добавила киборг. — Но, думаю, происходящее с нами было задумано моими творцами. Вероятно, так и происходит слияние.

— Хорошо, — нетерпеливо поторопил ее я. — Дальше-то, что делать будем? Как отсюда выбираться?

Вместо ответа девушка робкими шажками подкралась еще ближе, нерешительно протягивая руки.

— Рич, как ты ко мне относишься? — спросила она тихо. — Мне показалось, наше знакомство как-то не слишком задалось… Но с тобой меня устроит и отношение «хозяин-слуга»! — быстро и горячо протараторила она, глядя на расползающуюся по моей харе ухмылку.

— Ну… Действительно, сначала ты показалась мне довольно недалекой и заторможенной, — улыбнулся я, касаясь ее металлических ладошек. На ощупь они действительно напоминали металл, только были прохладными, как сталь древнего меча. — Но потом я разглядел твою самоотверженность и преданность общему делу. Поверь, за дни, проведенные с тобой, ты стала для меня нечто большим, чем просто друг и напарник. Окажись мы в окружении, я бы доверил тебе прикрывать мою спину! А это — поверь, возможность, которую я доверю далеко не многим!

Гурри улыбнулась и сделала еще один робкий шажок мне навстречу, оказавшись почти вплотную.

— Для слияния этого недостаточно, мой будущий Пилот, — прошелестел ее голосок. Только сейчас я понял. Что она говорит, не раскрывая рта. Впрочем, как и я сам. Мы общались телепатически. — Насколько ты готов открыться, чтобы принять мои чувства? Мою душу? Мой потенциал?

Она смотрела мне прямо в глаза своими зеркальными бездонными зрачками. Казалось, она заглядывает мне прямо в душу, пытаясь отыскать там сомнения и несогласие со своими словами. Но даже если мы были связаны телепатически, она вряд ли бы смогла отыскать внутри моего разума нечто похожее. Нет, я не закрывался от ее мыслей. Просто антипатия если и имелась к ней, то давно растворилась под напором ее прямого дружелюбия и полудетского обаяния.

— Я давно не ребенок! — вдруг немного капризно произнесла Гурри, порывисто обнимая мою шею. — Признай это и отнесись ко мне как к равной себе!

— Взросление — это не только равноценные отношения, милая, — слабо улыбнулся я. — Я-то готов стать Пилотом, но готова ли ты к этому? Может быть, твое время еще не наступило?

— Я ждала этого момента столько, сколько себя помню, — тихо ответила та. — Мое предназначение состоит в том, чтобы почувствовать Хозяина, способного справиться с мощью Ядра и удержать ее в руках. Как только я увидела тебя, Ричард, то сразу поняла, что ты и есть тот единственный, кому это под силу! А наши последующие с тобой действия только укрепили эту веру!

— Ладно, — обнимая девушку за талию, кивнул я. — Давай тогда перейдём к Слиянию. Кстати, как это происходит? У меня, конечно, есть одна идея… Но, как бы это мягче выразиться… Я не вижу в твоем новом теле приспособлений для данного, кхм, слияния…

Вместо ответа киборг улыбнулась и потянулась ко мне губами. Поддавшись внутреннему порыву, крепко сжал ее стальное тело в объятиях и дотронулся ртом до ее прохладных металлических губ…

Вспышка слепящего света! Неведомая сила вырвала Гурри из моих рук, мягко оттолкнув меня на небольшое расстояние. Объятое золотистой аурой металлическое тело девушки приподнялось на небольшую высоту над поверхностью водонепроницаемой пленки. В тот же момент я почувствовал, как та же сила приподнимает и меня, и обнаружил, что свечусь, словно новогодняя елка той же позолотой. Еще одна вспышка и нас обоих закрутило вокруг оси! Свечение пробежало по моему телу, приятным теплом щекоча кожу. Глядя на металлическую фигурку напротив, видел, что точно такой же свет окутывает и ее тело. Что-то сверкнуло, и вся моя одежда исчезла! Точнее, она изменилась на черный обтягивающий комбинезон, напоминающий космический костюм, подаренный мне одной синекожей инопланетянкой. Только он больше походил на форму футуристичного бэтмена. Мало того, что визуально комбез выглядел довольно прочным, так на обратной стороне локтей, коленях, кулаках, плечах торчали шипы, а на уязвимых местах тела топорщились пластинки, очевидно, встроенные в чудную ткань.

Таинственное мерцание не оставило меня без защиты головы. На мгновение мир вокруг померк, но тут же вновь стал виден. Перед глазами появились странные круги, перекрестия, деления, замельтешили странные символы на незнакомом языке и побежали бегущие строки. То ли благодаря встроенному переводчику, то ли система костюма сама залезла мне в голову, знакомясь с новым пользователем, но буквы вдруг сами собой превратились в знакомые, а символы стали просты и понятны.

— Приветствую вас, новый Пилот! — вдруг прозвучал в голове незнакомый мужской голос. — Система обучения Пилотирования объектом «Гандам Виктория поколение плюс» готова приступить к инструктированию. Вы готовы?

— Минуточку! — перебил я мысленный голос. — Это запись или я имею честь общаться с кем-то большим?

— Нет, это не запись, — ответил с нотками удивления тот же автоответчик. — С вами говорит один из создателей прототипа Икэдзоель Такахирони, высший эльф небесной ветви. Впрочем, это не важно. В ядре сохранена лишь часть моей памяти и остаточная личность, которая поможет вам, как новому пилоту, принять управление и стать новой надеждой вымирающего человечества…

— Минутку! — вклинился я, поглядывая на кружащуюся в воздухе поблескивающую фигурку Гурри. В отличие от меня, с ней происходили куда мощные изменения. Вся ее поверхность тела вспучивалась и колебалась, словно кипя изнутри. При этом не было похоже, что девушка при этом испытывала какой-то дискомфорт. — Вы упомянули, что человечество вымирает, но ведь прототип был найден на отдаленной планете в заброшенном комплексе! И насколько я успел понять, люди не вымирают! Да, в прошлом войны почти подчистую выкосили население, но сейчас настолько глобальных проблем нет!

Личность создателя, недолго помолчав, все же ответила:

— У меня нет данных по такой… невероятной информации, новый Пилот. В моих полномочиях есть лишь возможность вести тебя в курс происходящего, обучить управлению… и пожелать успехов в грядущих свершениях! Одно то, что прототип выбрала тебя, уже напрямую свидетельствует о том, что наши старания не прошли зря, ведь каждый из нас вложил лучшую частичку себя в ее личность! Надеюсь, вы, потомки, будете достойны наших надежд… Но приступим же к обучению! Ты готов?..

— Да! — ответил я, глядя на кружащуюся в воздухе трансформершу, принимающие различные облики. В ту же секунду голос принялся объяснять те или иные параметры управления, рассказывать характеристики прицеливания и отдачу мысленных команд. Вскоре процесс обучения завершился, создатель попрощался со мной, напомнив, что его личность запечатана в Ядре, а, следовательно, с ним всегда можно связаться для решения важных вопросов, и я вновь почувствовал под ногами твердую поверхность. Напротив меня уже стояла все та же поблескивающая металлом Гурри. Вот только теперь я знал, как мне повезло.

В общем, принцип управления был максимально упрощен. Все приказы отдавались мысленно и исполнялись в мгновение ока. Теперь киборг могла принять любую форму, которую мне всего лишь надо было представить мысленно, и доработать ее согласно своим нуждам. При желании она могла даже стать мне защитно-атакующим доспехом, вырастив внутри миникабину. Понимаю, почему три цивилизации отчаянно боролись за обладание этим технологическим совершенством.

Энергию на все эти чудеса, боеприпасы и прочие нужды давало Ядро, являющееся последним достижением технореволюции прошлого. Сам Икэдзоель Такахирони признавался, что при создании Ядра использовались найденные инопланетные технологии Первых. Так они называли вероятных Создателей всего сущего. Оно было как бесконечным источником энергии прототипа, так и невероятно ценным артефактом, который следовало любой ценой защищать от попыток кражи и использования его в злых целях. Впрочем, подобное было практически невозможно, так как даже сама Гурри не знала способа вытащить Ядро из своего тела.

Улыбнувшись друг другу, мы протянули руки, скрещивая пальцы, и одновременно воскликнули:

— Слияние!

Ярчайшая вспышка затмила мир вокруг…

Моргнув, я осознал себя в кабине летящего транспортника. Если бы не черный комбез и слегка изменившийся интерфейс управления, то подумал бы, что мне все приснилось.

— Приветствую мой любимый Пилот! — раздался веселый голос Гурри. Лишь спустя пару секунд до меня дошло, что она вновь общается со мной телепатически. — Как это здорово! Я чувствую, что могу взлететь выше звезд! Могу… могу проделывать невероятные вещи! Прикажи мне, Ричард! Я жду! Прикажи мне что-то особенное!

Я даже почувствовал, как завибрировал от возбуждения ее корпус.

— Хм, а почему бы и нет, — ответил ей, улыбнувшись. — А давай-ка…

И представил нас, взлетающих по параболе в небольшом звездолете футуристичного вида в атмосферу и еще дальше к самим звездам!

«Принято!» — донесся отклик, и легкая дрожь пробежала по транспортнику, меняя внутренний интерфейс и кабину. Спустя короткий миг я оказался в кабине типичного истребителя перехватчика. В руки ткнулся удобный штурвал, потянув на себя который, ощутил, как инерция вжимает меня в кресло. Перед глазами возникло чистое небо со странными радужными переливами далеко вверху. Взревел двигатель, звездолет с невероятной скоростью рванул вверх! Но до меня вдруг дошла запоздалая мысль, чем именно является эта непонятная радуга в небе!

— Отставить взлет! — рявкнул я, налегая на штурвал. — Мы врежемся!

Но мысленное соединение с киборгом подействовало куда раньше, чем я произнес последнее слово. Даже не пытаясь удивляться и возражать, трансформерша безропотно изменила курс, подчиняясь моим командам, и послушно снизила скорость. Лишь когда корабль принял горизонтальное положение, летя параллельно земле, я позволил себе выдохнуть и расслабиться на кресле.

— Видишь ли, — отвечая на невысказанный вопрос Гурри, произнес я, — этот континент полностью закрыт от внешнего мира. Один полоумный бог проводит тут эксперименты. Если бы мы продолжили взлет, то непременно разбились бы о невидимую стену, подобно бедным горгульям, попытавшимся перелететь с одного материка на другой. Не отчаивайся, мы еще обязательно взлетим выше звезд… Только немного позже, обещаю…

— Я верю тебе, мой Пилот! — серебряными колокольчиками прозвучало в ответ. — Теперь твое слово, твой приказ, твое пожелание — закон для меня! Кстати, я регистрирую четкий сигнал к северу от нас! Похоже, мы нашли первую цель…

Надо ли рассказывать о том, что в нашем нынешнем облике охота на высокоуровневых монстров превратилась в безжалостное истребление? Думаю, не стоит. Если только похвастаться… В общем, на подлете к логову чудовищ, я десантировался почти с любой высоты, выманивая сонных монстриков наружу, где их уже ждала Гурри с лазерами и плазмометами наготове. Ее удивительное оружие пробивало любую броню так же легко, как копье бумагу. Перестроив себя в воздухоплавательный дирижабль-керриер, она самостоятельно загружала в грузовой отсек огромные многотонные туши для последующей их транспортировки в Академию. Мой костюм, кстати, выдерживал огромные нагрузки и поддерживал желаемую температуру тела.

Когда мы первый раз сгрузили их на засыпанный снегом плац военного городка, у Митчелла и всех остальных присутствующих глаза на лоб полезли. Разумеется, энергетические сферы мы вырезали заранее, складируя их в отдельный отсек. Еще через пару полетов командир взмолился, давя на жалость. Его можно было понять — тренировочный стадион был практически завален тушами чудовищ. Тогда я предложил свои услуги торговцам, радостно принявшим нашу почти безвозмездную помощь. Но и те сдались уже на второй ходке. Тогда мы продолжили выискивать самых огромных чудовищ, вырезая только сферы, пока полностью не обезопасили окрестности Академии на несколько десятков километров вокруг. Мелкие монстры, конечно, остались, но особой опасности для обученного отряда они уже не представляли.

После тяжелого трудового дня мы, наконец, добрались до пораженной Штайнер, перед которой вывалили буквально целую пирамиду сфер, каждая из которых была в состоянии дать энергии среднему боту-майнеру на годы бесперебойной работы вперед. Слов благодарности у офицера корабля так и не нашлось. Она так и стояла, беззвучно пялясь на гору сфер, когда мы тихонько оставили ее. Интересно, на что она потратит такую прорву энергии? У меня были идеи, но я решил не мешать девушке наслаждаться властью.

— Куда теперь напарник? — спросила меня Гурри.

— Есть у меня одна идея, — ухмыльнулся я. — Но сначала надо кое-что проверить и заручиться поддержкой…

Покинув гостеприимную кабину транспортника, велел девушке не отсвечивать и принять гуманоидную форму. К моему удивлению, та превратилась в ту же самую девушку, которую я видел в подпространстве слияния. Но теперь хитрая робофемка постаралась над своим обликом, значительно улучшив некоторые выпуклости и спрятав их под облегающим синим комбинезоном. Оценив мой удивленно-одобряющий взгляд, она улыбнулась в ответ и добавила:

— Я пройдусь до кристаллида, проверю его состояние. Если буду нужна, просто позови!

И ушла, грациозно покачивая бедрами. И когда только научилась? Проводив ее взглядом, невольно подумал о том, возможен ли секс с ней в ее нынешнем состоянии, и не будет ли это считаться за извращение?

«Не вижу препятствий. Думаю, ничего страшного в этом нет! — тут же пришел мысленный отклик. — И с моей точки зрения, ничего противоестественного в этом нет. Ты… ты мне очень нравишься, Ричард, и я была бы только за…»

Чертыхнувшись, шуточно велел не лезть в мою голову, тут же получил моментальное согласие и ощущение полного обрыва связи. Вот и подумай — обиделась она или безоговорочно исполнила приказ?

В любом случае, сейчас у меня была другая задача. Метнувшись на рынок, где большинство торговцев и рабочих занималось распилкой и дележкой монстрячьих туш, нашел тех, кто мне был нужен, посвятив их в свой маленький план. Заручившись согласием, отсыпал каждому золотишка, невзирая на отказы, и вернулся к общаге, где и связался с Гурри. Когда я рассказал ей о задуманном, девушка слегка смутилась, но даже не подумала возражать, с восторгом принимая свою роль. Удостоверившись в том, что грядущему плану ничего не мешает, мы взяли курс на горячие источники тайного клана…

Деревня, скрытая в листве, или как-там-ее встретила нас не слишком приветливо. Прошлый раз Савано провела меня к своему жилищу прямо через главную стену, как будто, и не заметив ее. В тот раз мне пришлось постараться, перепрыгивая ее. Но нельзя же, так постоянно делать! Потому мы пошли к главному входу в селение.

Ворота оказались закрыты наглухо, а на стук и крики никто не отвечал целых пять минут, что для клана убийц и ассасинов было более чем странно.

Наконец, раздался скрип, но вместо отворенных врат или хотя бы калитки, мы с Гурри дождались лишь небольшого зацензуренного мелкой сеткой окошечка, в котором просвечивалась чья-то харя.

— Чего надо? — прошамкал старческий голос. — Пошли вон отсюда, пока собак не спустил! Ишь, распустились тут, ходят, всякие, стучатся! Не клан, а проходной двор!

— Слыш, старче! — закипая, произнес я. — Не буди во мне зверя! Поверь, мой кролик мягкий и пушистый, но может отлюбить до смерти! Или ты немедленно откроешь дверь, или я разнесу всю вашу деревню и скажу, что так и было, когда пришел!

— Ладно, ладно, — проворчал тот же старик. — Вас пришлых много, а я тут один.

Калитка бесшумно отворилась, как бы приглашая нас пройти. Мы, наконец, смогли, как следует, разглядеть таинственного привратника. Это был невероятно древний дед. Казалось, дунуть на него, и свалится. Вот только я отлично видел ярко-красную ауру хитрого воина, скрывающегося под маской старого пня. По-видимому, у него притворство уже вошло в привычку.

— Говоришь, пришлых много? — зацепился за главную мысль. — Неужели кто-то еще приперся в столь отдаленное место?

— Охо-хо, — пробурчал «дед». — Наследники Поднебесного клана приперлись долги выбивать, будь они не ладны! Какого их принесло именно сейчас, когда мы бедны как церковные мыши?..

При названии клана нежданных гостей меня как молнией ударило! Поднебесные! Точно также назывался клан, в котором проводили безумные чудовищные эксперименты над детьми зверолюдей на Фуритике! Они и на этом континенте живут? Немыслимо! Впрочем, почему нет? Помнится, Сонна рассказывала, что до войны все расы сосуществовали вместе и расстояние не играло существенной роли. Но если так, то, выходит, Савано принимает участие в злодействах⁈ Не прощу!!!

Ярость застилала глаза. Мне даже не требовалось продумывать формулу активации. Казалось, еще миг и я взорвусь…

— В чем дело, Рич? — робко спросила меня Гурри, невольно отступив на пару шажков. — Ты так изменился…

Оглянувшись, я увидел, как старик подобрался, приготовившись к нешуточному сражению, а киборг смотрит на меня недоуменным взглядом. Опомнившись, отпустил Силу, что вызвало небольшой всплеск. От меня как будто во все стороны рванул невидимый ветер.

— Охо-хо, — проворчал дед, склоняясь под порывом невидимой мощи. — Вижу, не врала предводительница, когда рассказывала про потомка Джигура. Надо же! Своими глазами довелось увидеть Героя!

Он внезапно схватил меня жилистой рукой за плечо. В его глазах блеснули слезы.

— Малой, — вдруг произнес он ясным голосом. — Я… нет, не только я. Все живое надеется на твое Пробуждение! Мы так долго этого ждали! Не дай Злу захватить этот мир! Мне осталось недолго, но наш орден выставит все силы в финальном сражении!

— Не придуряйся, — строго ответил я. — Не такой уж ты и старый. А за помощь — спасибо!

— Раскусил? — ухмыльнулся тот. — Тогда могу сбросить личину!

Гурри охнула. Даже я вздрогнул, когда старик друг исчез, а вместо него появился здоровенный громила, испещренный шрамами так густо, словно его с детства держали в клетке с тиграми. Казалось, на нем просто не осталось и клочка целой кожи! Кроме этого, на его плечах была шкура волка, а остальная одежда также была грубо сшита из шкур других монстров. Левый глаз был закрыт повязкой, а на обеих руках не хватало нескольких пальцев

— Гур Скалогрыз к вашим услугам, леди и господин Герой! — низко поклонился он. — Добро пожаловать в нашу скромную обитель! Надеюсь, наше «гостеприимство» придется вам по вкусу!

— Где сейчас Савано? Что вообще происходит в деревне? Где все? — спросил я, не обращая внимания на его тон.

— В связи с визитом Поднебесных, большинство местных было отослано по мелким делам, так как в противном случае непременно произошел конфликт! — оскалился Гур. — Видите ли, наши и их методы «воспитания» молодежи во многом не совпадают. Впрочем, по вашей реакции понятно, что вы кое-что знаете об их учителях?

— Приходилось сталкиваться, — хмуро ответил я. — Как с учениками, так и с исполнителями. Они как-то пытались меня убить. Правда, очень далеко отсюда.

— Тогда вы понимаете нашу неприязнь, — вздохнул Скалогрыз. — К сожалению, мы сильно зависим от них, так как в прошлом заняли довольно крупную сумму, а вовремя отдать не смогли. Семя хаоса! — выругался он. — Эти ублюдки знают, что мы у них на крючке и постоянно хвастают этим! В прошлое наше посещение нам с трудом удалось разойтись мирно, но в этот раз они прямо заявили, что не уйдут без возврата хотя бы части долга! Причем намекнули, что готовы взять…

Тут он резко замолчал, но под моим пристальным взглядом нехотя выдавил:

— Живым товаром. Детьми. Ученицами. Даже самой леди Савано!

— Что⁈ — вновь закипел я, чувствуя, как накатывает глухая и кровавая ярость. — Да как они…

Внезапно мой торс сзади обняла подкравшаяся Гурри.

— Спокойно, Ричи, — произнесла она. — Сохрани свой гнев до личной встречи.

Нехотя отпуская злобу, я тихо осведомился у привратника:

— Где они заседают?

— Видите вон тот скальный массив? — ухмыльнулся громила. — В его толще мы и проводим встречи. Как раз на тот случай, если что-то пойдет не так. Толстые стены пещер выдержат любые сотрясения, и деревня останется неповрежденной.

— Как умно! — оскалился я. — Гур. У меня к тебе будет просьба…

… — Почему так долго⁈ Леди Савано⁈ Мы уже час ждем результатов! — развязно бросил вальяжно развалившийся на подушках полноватый мужчина средних лет в дорогом расписном халате. — Кажется, мы уже озвучили наши условия? Если у вас нет материальных ценностей, мы вполне согласны забрать долг… иными способами. Вы ведь меня понимаете? Ха-ха-ха…

«Ха-ха-ха, у тебя нет выбора, сисястая кошка! — весело думал Сракаши Пукаши, один из старейшин клана Поднебесных, наблюдая за грациозной фигурой предводительницы, разливавшей сакэ в пиалы. — Уже этим вечером пустим по кругу все твои дырки! Ты будешь умолять меня о пощаде до тех пор, пока не потеряешь сознание!»

Прихвостни, сидевшие рядом, зашевелились, уловив настроение босса. Сидевший ближе остальных, племянник старейшины, молодой дегенерат, Спермий Токсикозий, от которого пленным и купленным для экспериментов детям приходилось тяжелее всего, осклабился, пуская слюну. Он также как и дядя уже представлял себе, как будет елозить по испачканному и мятому телу Савано. После старейшины, естественно. Несмотря на недоразвитость, он прекрасно ориентировался в иерархии, правильно расставляя приоритеты, за что и нравился старейшинам, закрывавшим глаза на его «игры» с жертвами, угодившими в его похотливые лапы. К сожалению, в родном клане последнее время был недобор «материала», особенно молодых зверодевушек. А те, что к ним попадали, не отличались здоровьем и выносливостью, загибаясь уже после двух-трех ночей дьявольских экспериментов, изнасилований и мучительных опытов.

Но теперь, глядя на предводительницу клана-должника и ее бесподобных учениц, полных сил и жизненной энергии, прислуживающих им, оба выродка заранее предвкушали удовольствие, пожирая похотливыми взглядами молодых участниц встречи. Самое страшное, что и первая и вторая стороны знали о том, что выхода у должников нет. Но если Поднебесники откровенно наслаждались беспомощностью девушек, то ассасинки сходили с ума от навязанных им обязательств…

«… Что же делать⁈ Что же придумать⁈» — одна и та же мысль билась в головах всех присутствующих в зале молодых девушек, как у леди Савано, так и у ее воспитанниц. Несмотря на тяжелые думы, они ласково и обаятельно улыбались «гостям», стараясь не замечать их тяжелых раздевающих взглядов и уворачиваться от липких рук.

'Молодой еще ничего, но отдаться старому козлу? Бе-е-е! — размышляла Масяна, с тоской вспоминая красавчика, которого обучала тайным техникам на пустыре у разрушенного храма. А как он раздолбил киску их мастеру в той пещере⁈ Масяна тогда кончила аж два раза только от наблюдения за их сексуальными игрищами. Впрочем, не она одна. Во взглядах, которыми обменивались воспитанницы, все было понятно без слов. Но как и было сказано ранее — выхода из этой ситуации не было.

«Конечно, можно просто убить их! — яростно думала Савано, и ее рука непроизвольно тянулась к заныканным на теле сюрикенам. — Но это только создаст нам новые проблемы! Нас просто раздавят! Говорят, их услугами пользуются даже привилегированные члены светского общества! Конечно, это непроверенная информация, но даже по самым старым данным мы значительно проигрываем им в мощи. Даже если мы займем глухую оборону, то нас тупо возьмут измором! Вся деревня будет истреблена! Нет, рисковать ими я не могу! Придется подчиниться… Боже, не могу даже думать об этом! Ричард! Спаси меня! Избавь нас от позорной участи! Я согласна на все! Умоляю!..»

Внезапно со стороны входа раздался шум и чья-то тяжелая поступь. Кто-то приближался. Глаза всех присутствующих невольно обратились к занавеске, скрывающей вход.

— В чем дело? — скривился Сракаши. — Я же сказал никому не мешать! Вы желаете пробл…?

Занавеска резко отдернулась, сдвинутая сильной рукой новоприбывшего, затыкая недовольство поднебесника. Крик радости замер на губах девушек. Молодой парень, от которого во все стороны исходила давящая аура ярости, вошел внутрь и нехорошо улыбнулся, уставившись на «гостей». Савано почувствовала, как с ее плеч упала целая гора. Боги услышали их молитву и прислали поддержку. Теперь она была уверена, что все сложится наилучшим образом.

— Уважаемые господа! — обратилась она к членам другого клана. — Позвольте представить нашего неожиданного гостя. Это — Ричард Светоносный, Древний герой и мой будущий наследник клана!

Парень лишь бросил на нее подозрительный взгляд, но так ничего и не произнес, продолжая злобно скалиться и буравить взглядом Сракаши. Назревала буря…

Нет, несмотря на всю мою ненависть к этим уёбкам, я не стал устраивать побоище внутри выдолбленной внутри горы пещеры, хоть меня к этому и старательно подталкивал Гур. Конечно, было невероятно трудно сдержать ярость при виде холеных жирных ублюдков, привыкших смотреть на всех остальных, как на мусор и бессловесные предметы, но напади я сейчас на них — непременно подставил бы под удар весь клан Савано. Это не значило, что я простил мерзавцев. О, нет! Месть должна свершиться! Даже не месть, а тотальное уничтожение всего Поднебесного клана! Хотя бы на Гайоне, материке, принадлежащем людям, эльфам и гномам. Эх, надеюсь, мои кошкодевушки на Фурритике самостоятельно справились с этой угрозой? Помнится, Джанна обещала им медленную и мучительную смерть…

В любом случае, сейчас я не мог сдержать злобную ухмылку, предвкушая, как собственными руками раздавлю этих выродков, недостойных не то, чтобы трогать, но даже смотреть похотливым взглядом на тех, кто мне дорог! «Гости» явно почувствовали себя неуютно, но пока что ничего не предпринимали, надеясь на неприкосновенность и многочисленную охрану.

— Приветствую вас, уважаемые! — произнес, добавив в голос как можно больше яда. — Действительно, с некоторых пор я обучаюсь техникам клана под руководством несравненной леди Савано. Правда, — слегка замялся, бросив быстрый взгляд на невозмутимую кошку, — не знал, что она выбрала мою кандидатуру на место следующего главы. Но, тем не менее, госпожа предводительница еще молода и не собирается покидать свой пост.

— К чему нам это знать? — угрюмо спросил толстяк, сидевший впереди всех. — Мы пришли получить долг. Не думайте, что можете угрожать нам…

— О, нет, нет, нет! — отчаянно замотал я головой в знак отрицания. — Что вы! Как вы вообще могли подумать, что я вам угрожаю⁈ Напротив, я так сильно обрадовался вашему визиту, что бросил все дела и сразу же направился сюда! Могу ли узнать у вас сумму всего оставшегося долга с процентами?

— У вас все равно нет таких денег! — вскинулся молодой парень, вытирая рукавом бегущую струйку слюны. — Че вы нам мозги ебете⁈ Отдавайте ваших дев…

Бац! По знаку толстяка один из молчаливых воинов, стоявших позади, съездил по затылку юнца тупым концом копья. Тот безмолвно рухнул лицом вниз, и охранники поспешно оттащили его в противоположный конец зала.

— Прошу простить нам поведение моего племянника, — сухо прошлепал жирными губами жирдяй. — Но юноша прав. Насколько нам известно, клан леди Савано не имеет средств на уплату долга. Однако, как вам должно быть уже известно, мы уполномочены провести мирные переговоры на сбор хотя бы половины суммы от имеющейся на данный день задолженности…

Как же меня вымораживали сухие официальные слова этого жадного гада! Они живо напоминали мне бесстрастную речь политиков и чиновников моего старого мира, разворовывающих миллионы денег, направленных на помощь населению. Любой гражданин, вступая во взрослую жизнь, так или иначе связывал себя обязательствами с теми или иными организациями, чтобы хоть получить шанс хоть как-то выжить. Банки, кредитные кооперативы, мафиозные структуры, административные офисы, предлагающие процент от страховки и прочие, прочие, прочие. Все они жаждали одного: выдоить как можно больше денег с каждого, кто имел несчастье воспользоваться их лживыми обещаниями, удваивая, а то и утраивая проценты за каждый день задолженности по кредиту и связывая несчастных по рукам и ногам…

Вот и в этом случае все было ясно как день. Меня не интересовала ситуация, произошедшая с девушками в далеком прошлом. Мало ли на что им могли потребоваться деньги. Но я был уверен в том, что нынешний долг превосходил старый в несколько раз. Для этого мне стоило только бросить взгляд на самодовольную ухмылку толстого старейшины. Он даже не скрывал этого факта. В его взгляде явно читалось следующее: «Куда ты лезешь, сопляк⁈ Да будь ты хоть богоизбранным, мы заберем свое, и ты не сможешь и не посмеешь нам помешать!..»

— Все-таки, будьте любезны, озвучьте всю сумму, пожалуйста! — загоняя тлеющую ярость как можно глубже, улыбнулся я, кланяясь.

Старейшина недоверчиво взглянул на меня и пригасил ухмылку. Не глядя, протянул руку назад, в которую один из подбежавших охранников вложил свиток. Растянув его, Сракаши медленно прочитал по слогам:

— Мы, нижеподписавшиеся властители Поднебесного клана, вручаем старейшинам Клана Скрытого в тенях запрошенную ими сумму в золотых монетах и слитках, а также драгоценных камнях общей стоимостью равной пяти тысячам монет в золоте…

Я мысленно присвистнул. Пять тысяч голды! На какие такие расходы клану в прошлом понадобилась такая сногсшибательная сумма⁈ Да на нее как минимум можно было отгрохать Академию не хуже той, которой управляет Остап! Честно говоря, я даже не мог вообразить себе операцию, которая могла затребовать столько денег! Для этого надо было как минимум знать поток расходов и доходов, понимать математику и уметь пользоваться всеми остальными знаниями, отличающими бухгалтера от сантехника. К своему стыду, я не мог похвастаться этим, так как был законченным гуманитарием…

— … Итого на сегодняшний день долг клана Скрытых в тенях составляет тридцать тысяч золотых монет! — тем временем продолжал читать толстяк. Я где стоял, там и сел. — Такова сумма за тридцать лет с учетом просроченных ежегодных платежей, процентов и морального ущерба, который понес Поднебесный клан. С прискорбием сообщаем, что не намерены больше отсрочивать клану Скрытых в Тенях задолженность, но готовы пойти на уступки, о которых вам уполномочен сообщить один из нас. Нижеподписавшиеся старейшины…

Толстяк поднял голову, уставившись на нас с нескрываемым торжеством. Я даже не стал просить свиток, так как это бы ничего не дало. Он бы не стал нам врать и завышать сумму. Но тридцать тысяч золотом?!! Серьезно⁈ Да на это можно город отгрохать! Чертовы ростовщики! Может и в самом деле напасть на них здесь и сейчас⁈ решить все проблемы одним быстрым движением? А что потом? Собирать манатки и бежать куда глаза глядят или развязывать очередную бессмысленную войну на истощение? Я не был уверен, что смогу потягаться с целым кланом в одиночку. По крайней мере, не в открытом бою и не сейчас. С другой стороны, с поддержкой в виде Гурри я мог бы легко разнести половину материка и не заметить этого. Но нет. Ублюдкти не заслуживают быстрой смерти, к тому же в ходе аннигиляции могли пострадать невинные, которых могли держать в плену эти сволочи. А в том, что они будут ими прикрываться в случае опасности, я даже не сомневался, вспомнив рабские печати крови на животике Йоруичи. Нет, время для карательной спецоперации еще не настало…

Переглянувшись с Савано, прочел в ее глазах то же самое скрытое желание убивать и безысходную тоску. Да, мы могли бы выиграть время, завалив послов вместе с охраной. Вот только наверняка пославшие их предусмотрели такой исход, обезопасив себя…

— Если вы обдумываете способ нашего убийства, — бросив на меня высокомерный, но слишком равнодушный взгляд, спесиво произнес толстяк, — то желаю вас предупредить, что на нас наложено заклятие, благодаря которому в нашем клане тотчас узнают об этом и поднимут войска! Менее чем через пару часов ваша деревня будет стерта с лица земли за нарушение договора и убийство мирных послов. Простите за мои речи, мы все еще готовы принять мирный исход переговоров.

По жирным губам ублюдка вновь скользнула гаденькая улыбочка, стоило ему только взглянуть на девушек. Мысленно я пообещал ему лично медленную и мучительную смерть, а сам глубоко вздохнул и ответил:

— Уважаемые послы! Мы готовы выплатить вам всю просроченную задолженность и закрыть ипотек… Тьфу, закрыть долг клана!

— Да, мы понимаем, — кивнув, ответил тот. — Сумма слишком велика, поэтому мы с радостью принимаем… Что-о-о-о?!!

Выкатив глаза из орбит, толстяк, задыхаясь, уставился на меня как на привидение.

— Мне… кх-кх-х… послышалось⁈ — прохрипел он. — Вы только что сказали, что готовы выплатить всю сумму⁈ Тридцать тысяч золотом? Это… Это невозможно! Вы врете! Вы насмехаетесь надо мной и нашим кланом!

— Тридцать тысяч золотом! — невозмутимо ответил я, кивнув. — Монетами, слитками и драгоценными камнями. Ваши шпионы ошиблись. Клан располагает такой суммой…

За моей спиной раздался звон разбитой посуды. Я даже не обернулся, сохраняя хладнокровный и невозмутимый вид. Скорее всего, у кого-то из девчонок сдали нервы, а может, и у самой предводительницы. Понимаю их.

— … И готов ее вам передать, — продолжил, глядя прямо в глаза жирному ублюдку. Что, сволочь, не ожидал такого ответа⁈ То ли еще будет!

В принципе я располагал и гораздо большей суммой. Найсэзз лишь примерно подсчитала сумму тех сокровищ, которые мы с Гурри добыли в забытом хранилище Древних на дне океана. По самым скромным прикидкам там было несколько сотен тысяч золотом, если не больше, притом не считая украшений и драгоценных камней. Но на перевозку требовалось время, которое мне и требовалось выбить в этих переговорах.

Но, к моему удивлению, дальнейшие переговоры прошли без особых проблем. Очевидно, старейшина был настолько поражен непредвиденной ситуацией, что великодушно согласился подождать до вечера. Судя по бросаемым на меня недоверчивым взглядам, он не до конца поверил в возврат задолженности, но и не отрицал ее полностью…

— Ричард! — зашипела на меня Савано, стоило только нам препроводить «гостей» в уютный домик на окраине деревни. — Что ты несешь⁈ Откуда у тебя такие огромные деньги⁈ Что ты задумал⁈

— А я знала! Я знала! — запрыгала вокруг нас Масяна. — Я верила, что Ричи нас вытащит из беды! Говорила же. Надо было сразу пригласить его, мастер! Рич! — обратилась ко мне девушка, старательно облизывая язычком верхнюю губу и оттягивая пальцем ткань, обнажая верхнюю часть упругой груди. — Если ты вытащишь нас из этой задницы, то я буду давать тебе, где бы и когда бы ты этого ни захотел!..

— Если… если все получится, моя благодарность тебе не будет знать границ, парень, — еле слышно пробормотала красная как рак Хатико, отталкивая озабоченную подругу.

— А ты не так-то прост, красавчик! — хмыкнула Томоре. — Признаться, я уже думала, кого валить первым, если хозяйка подаст знак. А ведь все к тому шло, не так ли, Тиема?

— …!..!..! — поддержала ее молчаливая подруга, прячась за спину более активной напарницы.

— А ну, цыц! — шикнула на них кошка, схватившись за голову. — Ричи, умоляю, посвяти нас в свой план! Если ты все же решился потянуть время с их последующей ликвидацией послов, то нам срочно нужно эвакуировать поселение! Святые духи! Куда нам бежать? Столько сил вложено…

— А ну все заткнулись! — рявкнул я. В один момент стало так тихо, что было слышно, как во дворе стучит колодезный журавль. — Я не собираюсь отказываться от своих слов! Я выплачу им весь долг! А потом у нас состоится ОЧЕНЬ ВАЖНЫЙ РАЗГОВОР! — прорычал в лицо ошеломленной кошке.

Та лишь жалобно выкатила глазки, как кот из Шрека, принимая настолько умильное выражение, что я лишь махнул рукой, поворачиваясь к Гурри. Та лишь кивнула в знак того, что уже обо всем позаботилась.

— Вылетаем немедленно, — устало вздохнул я. — Леди Савано. Вам придется составить нам компанию. Нам предстоит конфиденциальный разговор с одним стареньким, но очень озабоченным директором одной академии. Если вам важна ваша деревня, то вы должны будете произвести на него максимально благоприятное впечатление…

Гурри за считанные минуты доставила нас до цели. Попросив кошку подождать снаружи, первым забежал к директору, вкратце обрисовав ему ситуацию. Как я и думал, Аватар даже не подумал спорить. Напротив, он попытался всучить мне сумму гораздо больше запрошенной. Тогда я поведал ему о предводительнице тайного клана, ожидающей его согласия в будущих «переговорах». Как и ожидалось, озабоченный старикашка сильно оживился. А стоило Савано зайти в зал, так и совсем потерялся, увидев ее в официальном ципао с разрезами на бедрах почти до самого пупка. Разумеется, хитроумная кошка как следует поиграла с ним, прежде чем «выдоить» нужную сумму, даже не подозревая о том, что я уже обо всем договорился. Но и директор сумел выторговать себе пару приятных условий. Одним из них был месячный абонемент в горячем источнике Савано со спецобслуживанием.

Перегрузив сундуки с золотом в грузовой отсек киборга, метнулись обратно в деревню клана. Савано, несмотря на высокое положение и авторитет, восторженно ахала, глядя в обзорное стекло с высоты птичьего полета. Сгрузив драгоценный груз, перетащили его в пещеру и пригласили «гостей»…

Надо было видеть их реакцию! И старейшина, и его племянник-идиот, и даже охрана вылупились на открытые сундуки, забитые драгоценными камнями, золотыми монетами и слитками так, словно узрели Чудо Господне!

Вообще, их реакцию понять можно. Вдруг откуда ни возьмись, появился в рот еб… Кхм, у должников появилась куча золота! Бьюсь об заклад, они и думать забыли про девушек. Наверняка, при возвращении их будут встречать как благодетелей клана, а статус Сракаши взлетит выше звезд… Вот только не дам как ему, так и всем остальным долго наслаждаться головокружительным успехом!

— Че вылупились⁈ — пришел в себя старейшина, заорав на охрану. — Забирайте долг! Живо!

— Не торопитесь, уважаемый, — мягко перебил его я. — Сначала давайте подпишем договор о том, что долг перед вами закрыт и обе стороны не имеют друг к другу претензий.

— А сумма… — заикнулся было тот, посмотрев жадным взглядом на золото.

— Ну что вы! — улыбнулся я. — Тут же невооруженным взглядом видно, что она превышает сумму задолженности. Это мой вам скромный дар за труды. Прошу безвозмездно принять его!

— А с вами приятно иметь дело! — осклабился толстяк, махая охранникам. Те с натугой принялись перетаскивать тяжеленные ящики.

Спустя час препирательств с бумагами было закончено и мы, наконец, распрощались с «гостями». Разумеется, Гурри успела прикрепить пару микроскопических маяков к днищам сундуков. Теперь оставалось только набраться терпения и ждать.

— Сколько им понадобится времени, чтобы добраться до своих? — спрашиваю у предводительницы, когда мы уставшие, но жутко довольные возвращаемся к ней домой.

— По заснеженным тропам, да еще и с тяжелым грузом? — задумывается та на мгновение. — Не меньше недели! А то и больше! Дней восемь-десять при условии ненападения на них крупных монстров. Впрочем, сейчас большинство из них спят, а прочих вы успели извести. Восемь дней в лучшем случае… А зачем тебе это знать?

Внезапно глаза кошки вспыхивают огнем священной ярости.

— Ты ведь надумал их убить, верно, Рич? — спрашивает она, резко останавливаясь. Остальные девчонки тоже тормозят, с надеждой глядя мне в глаза.

— Есть такое, — киваю с некоторым запозданием. — Вот только не хотелось мне вмешивать вас в это дело. А если кто-то узнает…

— Вот только не вздумай лезть в это дело в одиночку! Это крайне опасная затея! — вскрикивает Хатико, опережая даже своего мастера. Савано, открыв рот, с удивлением смотрит на свою воспитанницу, но согласно кивает.

— Ты мне еще должен. Забыл? — хихикает Масяна. — я тебя так просто не отпущу!

— В самом деле! — поддерживает подругу Томоре. — Без меня тебе не выбить всю дурь из тамошних бойцов. Поверь, многие из них не уступят в уровнях подготовки нашему мастеру!

— …! — кивает Тиема.

— Это правда, — вздыхает кошка. — Клан Поднебесных не чурается запретных техник и любых способов увеличить силу своих бойцов. Ходили слухи, что они открыли тайну кровавых печатей, полностью подчиняющих себе любого…

— К сожалению, это не слухи, — мрачно отвечаю я. — В любом случае, предлагаю обсудить это позже, благо времени у нас хватает.

— В любом случае, даже не думай нас останавливать! — повторяет Савано, хватая меня за руку. С другой стороны, в меня тут вцепляется Масяна, которая начинает играть в гляделки со своим учителем, не собираясь уступать ей мою тушку. Так, в плотном окружении мы и добираемся до имения Савано. Но на этом проблемы не закончились. Вернее, не совсем проблемы, а так, пара нерешенных вопросов. Нас уже ждали.

— Позвольте спросить, управляющая, — сразу взял за рога один и древних стариков, сидящих на лавочке возле особняка Савано. — С каких это пор мы не только принимаем чужестранника в наш тайный клан, но и публично объявляем его Наследником⁈ Это неслыханно!

— Должно быть, вы еще не слышали последние новости, уважаемый Оноре-доно, — голосом полным сарказма произнесла кошка. — Иначе бы вы сейчас валялись в пыли, посыпая голову песком!

— Это еще почему? — нахмурился тот, окидывая меня подозрительным взглядом.

— Перед вами стоит единственный и неповторимый Древний Герой! — пафосно воскликнула Савано. — Более того, он только что выплатил всю нашу задолженность клану Поднебесных!

Всех трех старейшин как громом ударило. Они только раззявили рты, как рыбы, выброшенные на берег, но не могли вымолвить и слова. Наконец, возглавляющих их Оноре кое-как пришел в себя.

— Но ведь это громадная сумма! — воскликнул он. — Это невозможно! К-как… Да кто он такой⁈

— Зовите меня Ричард, — улыбнулся я. — Прошу, позаботьтесь обо мне.

Засмеявшись, девчонки увлекли меня внутрь двора, оставив за спинами ошеломленных и раздавленных старейшин. Видно было, что им понравилось уязвить тех, перед кем вечно приходилось гнуть спину. Я не стал вмешиваться.

Савано тут же, покрикивая на девчонок, умчалась на кухню, оставив молчаливую скромницу Тиему присматривать за мной и готовить стол. Развалившись на удобном ложе, я поглядывал на ладную фигурку девушки, гадая, как бы к ней подкатить. Другой шанс мне бы представился нескоро, так как Тиема — была самой скромной воспитанницей из всех.

— Ты так ловко двигаешься! — восхищенно произнес я. — У тебя в роду есть эльфийские корни?

Девушка, стоящая спиной ко мне, вдруг замерла в напряженной позе, не донеся до столика чайный сервиз.

— Наверное, не стоило мне этого говорить, — смутился, вставая с места. — Эльфов сейчас нигде не любят. Тебе, наверное, тяжело пришлось?

Поставив поднос и повернувшись, девушка кивнула, глядя на меня огромными серыми глазами. С виду она была совсем не похожа на остроухих, но ее выдавала нечеловеческая грациозность и ловкость, присущая лесному народу. Я подошел ближе, осторожно беря ее за сухие горячие ладошки.

— Для меня это не имеет значения, Тиема, — улыбнувшись как можно доброжелательнее, сказал я. Спугнуть эту девушку можно было проще простого. На той единственной тренировке, она постоянно избегала меня, выдерживая максимально возможное расстояние. Как я понял позже, она не питала ко мне никаких негативных чувств, а просто дистанцировалась подальше от всех незнакомых людей. По обрывкам слов, бросаемых Савано, понял, что у девушки было довольно несчастливое детство.

— Если позволишь стать твоим другом, то я бы хотел сделать тебе сюрприз, — прошептал заговорщицким тоном, наблюдая за тем, как и без того немаленькие глаза ниндзя превращаются в два огромных блюдца. Ее можно было понять. Вряд ли девушка была избалована подарками. Тем лучше. Она отчаянно закивала и даже приоткрыла ротик, собираясь что-то сказать… Но в дверной проем влетела Масяна, повисая на мне как галстук. На самом интересном месте! Тиема тут же скользнула в сторону, но по ее заинтересованно взгляду понял, что самая трудная часть осталась позади. Теперь оставалось уговорить остальных.

Снять с себя озабоченную Масяну, вцепившуюся как клещ, оказалось довольно непростым делом. Лишь с появлением остальных она неохотно слезла, заняв место возле меня. Кушанья куноичи оказались простыми, но приготовленными с душой и любовью. Закончив с ними, мы перешли к обсуждению планов мести Поднебесным.

Как оказалось, деревня ассасинок уже давно подвергалась недвусмысленным предложениям с их стороны, а последнее время даже угрожающим намекам. Сегодняшний визит должен был положить точку в отношениях, окончательно развалив руководство клана, насильственным путем присоединив их к покоренным и прогнувшимся родам. Согласие отдаться в грязные руки похотливых старейшин лишь чуть отсрочило бы это.

— Ричард, я бы хотела по всем правилам принести тебе клятву оммажа, — торжественно произнесла кошка. — Сегодня ты не просто спас нас всех от позора и нищеты, но также защитил честь и гордое имя наших предков! Такой поступок достоин высшей награды!

Я серьезно кивнул. Выстроившись напротив меня, девушки в унисон произнесли слова клятвы, поклонившись до самого пола. К сожалению, столбов света с духами тут не появилось, но я был уверен, что Боги услышали их обещание.

— Теперь давайте подумаем над планом мести! — довольно оскалилась кошка. Я лишь вздохнул. Впрочем, зачем мне их останавливать? Девушки вполне способны за себя постоять. Нет. Это я скромничаю. Каждая их них в ярости подобна разбушевавшейся неудержимой стихии. Мне ли не знать. Отказываться от такой поддержки было бы просто глупо.

Мы просидели до глубокой ночи над картами поместий Поднебесных, распределяя силы, пути вторжения и отступления, распределяя роли, помечая первоочередные цели и задумывая способы их устранения, и прочее, прочее, прочее. Лишь когда Тиема, зевая, едва не вывихнула себе челюсти, Савано удивленно подняла голову:

— Ничего себе, как мы засиделись! Так, всем на боковую! Рич? Ты к себе или… останешься?

Перехватив брошенный на меня тоскливо-жадный взгляд Масяны, улыбнулся и ответил кошке:

— Останусь, конечно.

По лицу предводительницы скользнула понимающая улыбка, но вслух она только принялась разгонять девчонок по комнатам. Те слабо ворчали, но не возражали. Савано повела меня на самый верх донжона, показав гостевые покои. Когда она заканчивала с экскурсией, то, решив проверить свои подозрения, заключил ее в свои объятия, делая вид, что вот-вот завалю в постельку.

Но, как я и думал, кошка хоть и обмякла сначала, прижавшись ко мне всем телом, но потом словно о чем-то вспомнив, напряглась и нехотя высвободилась.

— Не торопись, Рич, — произнесла она загадочно томным голосом. — Сегодня у тебя будет особенная ночь.

И ушла, махнув на прощание своим пышным хвостом, напомнив искупаться в горячих источниках перед сном, если у меня на то будет желание. Я был бы не против расслабиться и смыть с себя накопившуюся грязь и пот. День был довольно не легкий…

Сначала я мысленно связался с вечно бодрствующей Гурри, вкратце рассказав ей будущие планы, заручившись ее поддержкой и велев не беспокоиться по пустякам. Цельнометаллическая девушка неумело попыталась намекнуть на «выход из френдзоны» и повышение «уровня отношений», но я попросил ее не торопиться, оставив мне время на раздумья. Отключившись, попытался аккуратно взвесить все «за» и «против» сближения с киборгом, но не нашел в себе никакого предубеждения, кроме возможной биологической несовместимости. Но, подумав, все же отбросил эту мысль, так как наверняка создатели все предусмотрели, да и сама Гурри прекрасно знает биологическое строение человека и может моментально подстроиться под любые запросы.

Хм! Под любые вопросы⁈ Я ухмыльнулся, отпустив воображение на полную, представив, что могу творить с той, чья форма может изменяться по любому моему запросу! Почти как с Лулу, слаймом-найденышем, оставшейся на Фурритике, только еще лучше! Придя в себя, обнаружил, что валяюсь на кровати уже немало времени. А ведь еще хотел искупаться!

Несмотря на то, что на дворе было начало второго месяца зимы, во дворе Савано было довольно тепло. Отчасти так было благодаря самим источникам, отчасти из-за обогревающих артефактов. Впрочем, я все равно мог в любой момент легким усилием воли вызвать биокостюм, который в доли секунды мог покрыть все мое тело, как вторая кожа, защитив от непогоды и любых внешних воздействий.

Но я отозвал его еще в комнате, просто накинув гостевой халат. Прошествовав вниз, с удивлением обнаружил, что в доме почти никого не осталось. Или же девушки скрыли ауры, так как я никого не чувствовал поблизости. Конечно, до них мне было как до луны, но я должен был учуять хотя бы отголосок их присутствия. Значит, они сделали это намеренно. Хмыкнув, я продолжил свой путь к источникам.

Густые клубы пара скрывали поверхность небольшого пруда, но внутри явно кто-то уже плескался. У меня был только один вариант, кто это мог быть.

Обнажившись, медленно и бесшумно двинулся в сторону плеска. Через пару шагов различил тихие, почти шепчущие звуки женского пения. Невидимая певичка приятным, но тихим голоском исполняла что-то вроде благодарственной молитвы на эльфийский манер. Ее голос наполнял теплом, радостью… и совсем не был похож на хрипловатое контральто Масяны!

Когда я сделал еще один шаг, клубы пара, наконец-то раздвинулись окончательно, моему взору предстала тонкая девичья фигурка… Тиемы! Я точно был уверен, что это ее обнаженная спинка, так как остальные девушки превосходили ее телосложением и некоторыми другими признаками, которыми женщины отличались от мужчин.

Девушка все еще не замечала меня, стоя попкой ко мне. Она смотрела на полную луну в небе, к которой с мольбой протягивала ручки, и напевала странную незнакомую мелодию. Я с удовольствием слушал ее, наслаждаясь нежными переливами ее впервые услышанного голоса. Почему только девушка стесняется разговаривать?

Капли воды стекали с ее длинных серебристых волос, пробегали по спинке и скатывались по выпуклым полушариям, выступающим из воды. Очевидно, девушка стояла на возвышении, так как мне было по пояс.

Тиема протянула последнюю ноту и затихла, спрятав лицо в ладошках. Тогда я сделал еще один небольшой шажок и опустил руку ей на плечо…

— ***!!!

С диким кошачьим мявом и нецензурным воплем та выпрыгнула из воды на добрых полтора метра! Но, благодаря выучке и навыкам, извернулась в воздухе, готовая бить неизвестную цель насмерть.

— …!

К артерии на моем горле прижался остро заточенный кунай. Я замер, стараясь не дышать, пока девушка приходила в себя.

— …!

— Да, да, это было необдуманно! — согласился я, медленно отводя от себя ее руку со смертоносным оружием.

— …!

— Нет, я не подглядывал! — возмутился, глядя на ее возмущенную мордашку. — Мне понравилось пение. А даже если и подглядывал⁈ Разве неприятно знать, что ты нравишься другим?

— Только если это ты, Ричард! — вдруг прошептала та, смотря мне прямо в глаза.

Слов здесь больше не требовалось. Я привлек к себе слегка напряженную девушку и поцеловал, стараясь действовать максимально нежно. Савано упоминала, что молчание воспитанницы обусловлено ее тяжелыми психологическими травмами, полученным в детстве и отрочестве. Особенно сильно ассасинка не доверяла мужчинам, от которых вытерпела столько, сколько и представить невозможно.

— Шлюха! Потаскуха! Предательница! Как ты могла⁈ Собственная дочь! Как ты могла⁈

Каждый вопль сопровождался звуком удара и всхлипом, вырывавшимся из груди молодой женщины. Стоявший над ней громадный мужчина с седой бородой брызгал слюной, крича на нее и непрерывно избивая. Наконец, устав, он выпрямился и бросил последнюю фразу:

— Убирайся! Ты мне больше не дочь! Иди к своему длинноухому ублюдку!

Девушка не посмела прекословить отцу, так как отлично знала его тяжелый характер. Быстро собрав скудные вещи, она схватила трехлетнюю дочурку и бегом покинула родную деревню, в которой и прошла ее скучная жизнь.

Молодому загулявшему эльфийскому торговцу не стоило никаких трудов вскружить голову молодой дурочке из ближайшего села, чтобы воспользоваться ее сочным телом, а наутро исчезнуть без следа, оставив на память родовой медальон, подаренный ему матушкой. В побрякушке парень никогда не видел никакой ценности, не собираясь возвращаться в родные леса. Ему понравилось жить среди необразованных хумансов. Но для девушки та ночь не прошла даром. Через девять месяцев у той на свет появилась очаровательная дочурка. Вот только семейство, жившее впроголодь, совсем не обрадовалось еще одному голодному рту. А когда через несколько лет девушка случайно встретила «осчастливившего» ее торговца и с криком бросилась тому на грудь, отец, ветеран Войны и ярый ненавистник племени остроухих, вовсе съехал с катушек. Не стоит упоминать о том, что эльф сделал вид, что незнаком с девушкой и по-быстрому свинтил с той деревушки, закинув ее в черный список непосещаемых.

Одинокой матери удалось добраться до одного из больших городов хумансов. Но дальнейшая ее жизнь не задалась. Вкалывая на двух тяжелых работах, она с трудом могла кормить себя и растущую дочку, но на ее воспитание и защиту у матери совсем не оставалось ни сил, ни времени. Полукровка слишком рано узнала суровую реальность городской жизни. Девочке еще повезло, что эльфийская кровь не отразилась на ее внешности. Жизни отпрысков человека и эльфа можно было только посочувствовать.

Постепенно тяжелая работа, болезни и скудная еда окончательно подкосили здоровье матери Тиемы, и вскоре та осталась совершенно одна. Девушка была вынуждена воровать, идти на мелкие преступления, а немного повзрослев, торговать собственным телом ради пары монет. Детская проституция была обычным делом в бедных трущобах и на нее всегда находились желающие. Разумеется, тот, кто платил и заказывал, мог сделать с малюткой все, что ему бы только заблагорассудилось и никто бы слова против не сказал в защиту подростка.

Долго так продолжаться не могло. Тиема и сама чувствовала, что скоро последует за матерью. Редко кто из трущобных сироток доживал хотя бы до двадцати, если только не присоединялся к какой-либо банде. Но Тиема никого не интересовала даже в качестве подстилки, так как напоминала скелетик, обтянутый кожей.

И все же ей дико, нереально повезло! Торговец, обманом купивший ее тело за пару монет, собирался бросить ее на съедение вечно голодным монстрам. Но когда будущий обед дожидался своей участи в клетке, за головой работорговца пришла наемная убийца…

…Выполнив миссию, Савано мельком взглянула на клетки и остановила взгляд на сморщенном детском трупике в одной из них. Подойдя, она вздохнула с сожалением. Сколько она уже видела подобных замученных детей? Кошка давно потеряла счет. Она протянула руку к замку, и тут трупик вздохнул и открыл глаза…

… Тиема была так предана своему мастеру, что, не раздумывая бросилась бы жерло раскаленного вулкана, стоило бы кошке только подмигнуть. Она ничего не требовала и не просила. Никогда. Все, что ей было нужно — похвала и ласковое слово своей преподавательницы. Савано дорожила ею настолько, насколько это было возможно. Вероятно, их отношения давно перешли на уровень матери и дочки, но они боялись себе в этом признаться. Единственное, чего не могла выносить полукровка — присутствия рядом с собой мужчин.

Но наступил день, когда мастер приказала ей встретить и передать знания некоему парню, ученику ее давнего знакомого. По лицу Савано невозможно было понять, нравится ли ей данный приказ или нет, но девушка как никто другой чувствовала, что мастер не желает отпускать воспитанницу. Не желая подвести ее, Тиема решила во что бы то ни стало отработать миссию на максимум.

Парень, на удивление, оказался милым и тактичным, держа дистанцию и соблюдая приличия. Он не только исцелил ее от последствий тяжелого удара, но и отказался от награды телом, хотя, мастер потребовала беспрекословного выполнения этой части задания! К концу занятия Тиема даже почувствовала нечто вроде нежелания уходить. Она даже нарушила собственное правило, поблагодарив парня вслух на прощание. Удивляясь самой себе, Тиема вернулась в додзе, доложив мастеру о частичном выполнении задания. Но от опытных глаз кошки не укрылось некоторое смущение девушки…

Все последующие встречи Тиемы с Ричардом укрепляли ее хорошее мнение о нем. А когда он спас всех от позорной участи, ждущих их в клане Поднебесных, девушка окончательно уверилась, что герой послан им судьбой. И эта сцена вечером… Кто бы мог подумать, что он сам подойдет и предложит ей… Вот только Она так и не поняла, к чему он ее подталкивал, но была не против узнать подробнее…

Когда все разбрелись по особняку, Тиема решила смыть с себя все накопившиеся тревоги и волнения, а заодно вознести хвалу Селемине, приняв ванну в горячих источниках. Она привыкла в одно и тоже время забиваться в дальний угол бассейна и тихонько молиться. Но в этот раз она даже и не подозревала, что ее пение было оценено тем самым парнем, который так глубоко запал ей в душу…

Напряженная, нервничающая куноичи вздрагивала от каждого моего прикосновения, несмотря на то что я старался быть максимально нежным. Нет, даже не так. Осознание того, что Тиема в долю секунды может превратиться в смертоносную убийцу, если что-то пойдет не так, заставляло меня дотрагиваться до нее так же осторожно, как неопытному саперу обезвреживать бомбу террористов. Впрочем, девушка сама понимала, что основная причина кроется в ней и первой пошла в наступление.

Вот она стоит напротив меня на расстоянии метра, стеснительно прикрывая грудь и низ живота, а в следующий момент делает «шаг», оказываясь прямо передо мной, и влажными ладошками обнимает мою шею, запрокидывая голову. Ее ротик слегка приоткрывается, а большие глаза, доставшиеся ей от отца, наоборот прикрываются от смущения. Влажными пухлыми губками она легонько клюет мои щеки, находит рот и жадно впивается в него, как путник, заблудившийся в пустыне, припадает к найденному источнику воды.

Пока девушка постигает искусство поцелуя, которому я по мере своих скромных сил пытаюсь ей передать, мои руки скользят по ее едва созревшему телу, исследуя каждый уголок, которого раньше не касались мужские руки. А если и касались, то против воли хозяйки. Тиема дрожит от волнения и возбуждения, но не сбавляет натиск, позволяя мне сначала мягко, а потом и сильнее сжать ее небольшую, но такую упругую грудь с острыми восставшими сосками. Она начинает постанывать, пока ее язык переплетается с моим, а коготки впиваются в спину самца, играющего с ее эрогенными зонами. Наконец, наступает момент, когда она сама ласково берет мою руку и прижимает ее к низу животу, давая, так сказать, полное разрешение и одобрение следующих боевых действий.

Мне нравится ее решимость, но я не забываю, с кем имею дело. В конце концов, Тиема — не только куноичи, в совершенстве овладевшая секретными техниками скрытых убийств, но и девочка, у которой отняли не только детство, но и семью, родителей, собственный дом и все, в чем нуждается любой ребенок — ласку, любовь, защиту…

Я мягко отнимаю ладонь, не торопясь идти в атаку и вновь обнимаю девушку, не переставая шептать ей на ушко, какая она красивая, умная и способная, как вдруг, ощущаю на своих щеках… ее слезы.

— Спасибо… спасибо, Ричард! — прошептала девушка, негромко всхлипывая. — Никто и никогда… прежде… не говорил мне этого. Я… Я…

Поцелуем затыкаю ее ротик, прежде чем, куноичи, не подумав, произнесла бы слова, после которых нам обоим пришлось бы неловко чуть позже, и нелегко в будущем. Немного грубо хватаю пискнувшую от удивления Тиему за бедра, приподнимая ее и усаживая на край бассейна. Эта малышка такая хрупкая, что напомнила мне Томоки, кошачью разведчицу, самую первую неко, с которой мне удалось сблизиться. Конечно, ассасинка не обладала очарованием кошки, но смешение человеческой и эльфийской крови в ее генах придавало ей удивительное обаяние.

Она смотрит на меня сверху вниз бездонными глазами, слабо догадываясь о том, что моих планах на ее тело, и я вижу невысказанный вопрос в ее глазах. Судя по всему, девушка никогда в жизни не знала мужской ласки. Да и кто бы стал относиться к бездомной сиротке в городских трущобах так, как следует относиться к девушке? Все видели в ней только средство для достижения своих целей и мясную дырку для удовлетворения извращенной похоти.

Потому, не торопясь, но и не затягивая, ласкаю ее бедра, одновременно массируя пальцами места, от которых ей становится хорошо, тепло и приятно. Она, постанывая от удовольствия, запрокидывает голову, позволяя мне потихоньку закинуть ее ножки себе на плечи и принять более удобную позу. Таким образом, перед моим лицом оказывается низ ее плоского животика и маленькая раковина, напрочь лишенная растительности.

Что-то еще привлекает мое внимание, но я не успеваю разобраться, как чувствую нарастающее напряжение в мышцах ее бедер — Тиема нервничает, чувствуя смущение, перерастающее в дискомфорт. Потому отбрасываю в стороны все вопросы, и двигаюсь ближе, касаясь губами ее пресса.

Куноичи снова расслабляется, а я постепенно продвигаюсь опытным путем проверенного плана ниже и ниже, и, пока девушка не опомнилась, впиваюсь ртом в ее промежность точно так же, как она недавно кусала мои губы.

Тиема еле слышно пищит и пытается вывернуться, попутно решая удавить меня силовым захватом мускулистым бедер, но я не зря готовился, усиливая шею и руки, а заодно крепко ухватив ее за попку. Несколько секунд напряженной, но бесшумной борьбы и малышка сдается, ощутив, наконец, что я не собираюсь ее съесть. Хотя, я именно это и собирался сделать, настолько вкусной оказалась запретная конфетка!

Еще через несколько минут, двор горячих источников наполняется протяжными стонами, сладострастными вскриками и даже матерными междометиями, которые я никак не ожидал услышать из уст вечно молчаливой скромницы. Тиема, наконец, полностью расслабилась, отпустив на волю инстинкты и отдавшись удовольствию. А кончив во второй раз, схватила меня за волосы, прижавшись к лицу острыми сосочками, и не отпускала до тех пор, пока я послушно не вылез из воды, увлекаемый ее нежными ладошками на землю.

Неопытная, но решительная куноичи решила и мне доставить удовольствие, с места в карьер, попытавшись с ходу обуздать меня. Вот только и не такие обламывались!

Поразившись виду боеголовки, замерив с помощью пальцев нужную длину, сравнила полученные результаты, и в конце концов, покорно вздохнула, передав мне всю полноту власти, растянувшись на спине рядом.

С улыбкой наблюдая за ее действиями, дождался своей очереди и плавно принялся за дело. Спешить все же не стоило, хотя сам уже едва сдерживался. Но моя тактика принесла свои плоды — ниндзя полностью расслабилась, доверяя мне. Она не была девственницей, но последний раз был с мужчиной очень давно. Отсюда и вся ее скованность. Тем более, что удовольствия как такового она практически никогда не получала.

То ли дело сейчас. На милом личике Тиемы можно было легко прочесть все ее эмоции, тем более, она не считала нужным их скрывать. Я не стал больше тянуть, посчитав, что девушка достаточно подготовилась к самому вкусному процессу.

Широко разведя в стороны ее длинные тонкие ножки, медленно, но неотвратимо принялся за дело, стараясь не сделать малышке больно. Но лишь слегка отпустив самоконтроль, тут же уткнулся в естественную преграду — размеры внутреннего магазина Тиемы все же уступали длине боеголовки, которую я пытался полностью запихнуть внутрь. Куноичи слегка пискнула, но лишь сильнее обхватила меня ладошками, впиваясь когтями в спину. Какая настойчивая ниндзя попалась! Впрочем, я только рад.

Прижимая к себе постанывающую девушку, активнее работаю телом, попутно шепча ей на ушко разные ничего не значащие ласковые слова и гладя руками все, до чего могу дотянуться. Тиема уже даже не стонет — она смешивает слезы счастья с блаженными охами, даже не пытаясь успеть за мной. По ее худенькому тельцу пробегают волны наслаждения. Но до настоящего оргазма еще нескоро.

Я не тороплю процесс, лишь контролируя собственное удовольствие. Неохота заканчивать раньше времени, хотя девушка совсем не против. Она уже пару раз шептала мне «сделать ее своей и заполнить своим семенем», но я лишь улыбаюсь и целую ее горячий ротик.

Наконец, тело куноичи изгибается в истоме, она сама издает практически неслышный крик на ультразвуке, выводя окрестных монстров из зимней спячки, и через несколько секунд в изнеможении падает на траву, глядя на меня вытаращенными глазами.

— ?!.?!. — вопрошает она, не произнося ни слова.

— Это был оргазм, — усмехаюсь, прикусывая ее левый сосок. — нет, не волнуйся. Тебя никто не слышал… Наверное…

От моей чуйки не укрылись две ауры в разных концах двора. Эти две вертихвостки уже давно следили за нами, но благоразумно ожидали окончания шоу. Думаю, покажись они сейчас, и заработали бы в лице Тиемы непримиримого врага. А Масяне и Томоре этого бы очень не хотелось.

«Интересно, а где же кошка и Хатико?» — слегка обеспокоенно подумал я, приподнимаясь и угрожающе целясь сорока пятимиллиметровым калибром в куноичи. Но в этот раз понятливая полукровка решает добавить разнообразия и кувыркается на животик, смешно выпячивая попку. Но смех тут же пропадает, как только она сама нащупывает шаловливыми пальчиками боезаряд и сама же вставляет его. Я чувствую, что мне вот-вот сорвет резьбу и полетят тогда клочки по закоулочкам, а йогурт по горячей плите, поэтому сжимаю упругие ягодицы девушки и принимаю серией серьезных чпоков раздалбливать ее нутро.

Ох, какая у Тиемы шикарная попка! Грудь, конечно, в значительной степени уступает практически всем остальным напарницам, за исключением Хатико, но вот эта упругая, колышущаяся, влажная от пота и воды задница будто создана для моих рук! Пальцы словно утонули в ее коже, хотя жира в ней ни грамма, а ощущение тепла и удовольствия, идущее от нее, напрочь отключает мои центры самоконтроля!

Отпустив на волю инстинкты, я вошел почти до самого конца, игнорируя болезненно-томные вскрики девушки и. наконец-то, выстрелил накопительным зарядом, заполняя до пределов ее камеру! Тело девушки задрожало одновременно с этим, принося ей долгожданный, но далеко не последний за эту ночь оргазм…

Лишь на рассвете я оторвался от манящего тела Тиемы. Хоть она и не обладала столько привлекательной внешностью, как, например, Шино или Савано, но, тем не менее, с такой страстью отзывалась на все мои ласки, мешая слезы счастья с благодарными поцелуями, что мне до последнего не хотелось отпускать ее. Но даже у такой выносливой и тренированной куноичи имелись свои пределы. После очередного оргазма девушка просто уснула, распластавшись на траве. Поднявшись, подхватил ее невесомое тельце на руки, попутно подлечив ссадины и внутренние ранки от чересчур большого калибра, и отнес в гостевой зал, где и оставил отсыпаться. Накрывая хульвийку теплым одеялом, присмотрелся к еле заметному узору внизу ее живота, тускло поблескивающим в свете ночника. Этот рисунок мне был знаком, хоть и немного отличался от увиденных. Что же, у меня будет несколько вопросов к девочке, когда она проснется и придет в себя. А пока я хотел только одного — как следует выспаться…

Не тут-то было! Возле моей комнаты меня уже ждали. Конечно, я еще снизу почуял ауру этой похотливой бесстыдницы, но даже не подумал отступать. В конце концов, Избранный я или хрен собачий⁈ А девушка заслужила и имеет полное право на меня, как и любая другая в этом здании…

Но в коридоре никого не было.

«Показалось?»

Протянув руку к двери, отдернул ее, так как словно из-под земли передо мной выросла самая опытная из всех воспитанниц.

— Даже не думай! — хлопнув меня по руке, сурово произнесла дерзкая девчонка. — Ни за что не прощу тебе! Вместо того, чтобы принять благоволение и постучаться в мою комнату, ты решил трахнуть эту… эту… м-м-м-мгх!

Не желая вступать в спор, который заведомо бы проиграл, просто обнимаю Масяну и целую ее горячие губы. Девушка тут же обхватывает меня с такой силой, что я всерьез опасаюсь за пару сломанных ребер. Одной рукой пытаюсь нащупать ручку двери, но девушка вдруг отклеивается от меня и горячо шепчет:

— Нет, не здесь! Иди за мной!

Держа меня за руку, она мчится по коридору и в самом его конце открывает неприметную дверку. Мы оказываемся в небольшой, но уютной комнатке с кроватью, занимающей большую часть помещения. Я озадаченно смотрю на девушку, но стоит мне открыть рот, как она идет на опережение:

— Я лично вычерчивала руны в этой комнате! Она полностью защищена от чужих ушей и взглядов! Даже хозяйка не сможет нам помешать!

Говоря это, она поспешно стягивала с себя одежду, расстегивая многочисленные застежки и крючки.

— Не стой столбом! — прошипела, поворачиваясь ко мне спиной — помоги! Там, у шеи!

Я смотрю и вижу зацепившийся за воротничок крючок, которым озабоченная куноичи второпях зацепилась за нежную ткань сетки. Стоило мне только снять его, как та быстро развернулась, рывком стягивая с себя сетчатую блузку и облегающие штанишки, оставшись передо мной практически обнаженной. Лишь узкие полоски ткани перетягивали ее грудь и низ живота.

Шагнув вплотную, Масяна, чуть ли не рыча от возбуждения, стащила с меня халат и присела на корточки, изумленно уставившись на мой рабочий орган.

— М-мамочки! — не веря глазам, восхитилась куноичи. — Что же с ним будет, когда он встанет⁈

— Думаю, ты скоро узнаешь, — усмехнулся, чувствуя прилив новых сил. Воспитанница клана, не дожидаясь окончания восстановления, обхватила его ладошками и с ходу накинулась жадным ртом, как будто желая откусить кусок побольше.

Знаете, как это бывает, когда идешь с другом за бургерами, и он просит «откусить кусочек»? Вот примерно так разинув рот, Масяна и попыталась ухватить как можно больше. Впрочем, не попыталась, а решительно атаковала все еще не до конца вставшее орудие.

Медовая куноичи — это вам не шубу в трусы заправлять! В какой-то момент мне показалось, что она сейчас еще немного приоткроет рот и засосет меня полностью! А я и не против! Она так легко и непринужденно исполняла минет, что я и сам не заметил, как быстро восстановился под ее ласками. Одной рукой девушка ласкала мою промежность, а другую давно запустила себе между ног, активно шликая киску. Случайно кинув туда взгляд, с ужасом и восторгом обнаружил, как девушка буквально заливает пол своими соками! Настолько сильно она хотела секса!

Но стоило мне ощутить приближение оргазма, как дьяволица, причмокнув, выпустила мое орудие изо рта и поспешно стащила последние остатки одежды.

— Не торопись, еще успеешь! — подмигнув мне, девушка падает на кровать, одновременно запрокидывая ноги мне на плечи. Разгоряченный ее ласками, я с ходу вгоняю обслюнявленный посох в ее лавовую шахту. Ее лоно оказывается таким влажным, что с легким чпоком я насаживаю курочку на вертел до самого конца, чем вызываю не только изумленный всхлип, но и протяжный вопль яростного оргазма!

Да! Представьте себе, Масяна, медовая куноичи, самая опытная из всех воспитанниц Савано, практически ее правая рука, кончила только от того, что я со всей дури вставил! Как это возможно⁈

— Н-не остан-навлив-вайся! — прохрипела та, стоило ей лишь чуть прийти в себя. — Прошу! Покажи мне всю свою силу!

— И не думал! — ухмыльнулся, начиная раздалбливать ее сочную киску…

Масяна отличалась от Тиемы не только статью, характером и манерой поведения. Она также была просто сдвинута на теме секса, изучая все, что с ним было связано. Отчасти это можно было объяснить побочными эффектами запретных техник, отчасти, неудовлетворенностью самой девушки, так как в самом клане практически не осталось полноценных мужчин. А те, кто еще как-то мог, бегали от ассасинки как от огня, не в силах сдерживать ее бешеную натуру.

Все это мне поведала Савано, попросив «как следует» позаботься о своей воспитаннице. Ее уже давно тревожила психика девушки. Она даже собиралась отправить ее на тайную миссию в Академию под видом переведенной студентки, чтобы дать девушке немного отдыха. Все, что ее останавливало — участь бедных студентов, которых демоническая Масяна высосала бы досуха, как самая настоящая суккуба.

И это были не шутки! Девушка кидалась на меня раз за разом как дикая голодная тигрица! Даже получая один оргазм за другим, она не успокаивалась, явно собираясь меня тут и прикончить. Она оказалась просто ненасытной, опередив в похоти даже озабоченных заек! Хотя… Вспоминая Катарину, я все еще не мог отдать первое место кому-то из них. Крольчиха тоже была той еще помешанной на сексе сучкой, как и все ее соплеменницы.

В общем, через пару часов беспрестанных скачек, я всерьез задумался о снятии Кровавой печати. Масяна все также со всей страстью отдавалась и хотела еще, а я уже был без сил. И наступил момент, когда я все же активировал Драконью кровь.

Но произошло что-то странное. Должно быть, эта способность пробудилась под влиянием секса или еще почему. Я так и не понял. В общем, сила Крови не ударила в меня резко, делая на короткий срок сверхчеловеком, а стала поступать «по капле», придавая мне новых сил с каждой порцией. Примерно через пять минуточек действие «адреналина» прекратилось, но я чувствовал себя как огурчик, с новыми силами устремившись в сексуальную битву. Как и не было полночи, проведенной с Тиемой! Масяна вмиг уловила перемену в моем состоянии, но ничего не стала переспрашивать, лишь произнесла, поймав момент:

— А ты неплох, ученик! Вижу, пришло время мне полностью открыть свои силы! Снятие печати! Усиление! Высвобождение энергии!

На пару секунд меня словно невидимым прессом придавило. Первая ученица, ловко перевернув меня на спину, оседлала меня, но все еще не торопилась приступать к действиям. От нее во все стороны била столь сильная аура, что я и примерно не мог оценить всю ее силу! Волосы девушки развевались, словно под сильным ветром. И вдруг, я увидел, как из головы Масяны быстро растут и вытягиваются небольшие рожки, за спиной также распахиваются крылышки, а по бокам хлещет тонкий черных хвостик! Кожа девушки также приобрела красноватый оттенок.

— Ты первый, кто узнал о моей небольшой тайне, — томно прошептала измененная Масяна. — Я наполовину демоница-суккуб. Только в отличие от них не питаюсь жизненной энергией мужчин, но, как ты заметил, сильно завишу от секса. Мне порой башку напрочь сносит! Прошу, удовлетвори меня полностью! Мне так этого не хватает! Сделай меня своей женщиной!..

Следующие несколько часов прошли в каком-то тумане. Нет, Масяна не использовала магию, и сам я сохранял здравый рассудок, но ее бешеный темперамент и моя бесконечная выносливость не позволяли нам и минуты отдохнуть друг от друга. Я вообще не понимал, куда девается мой йогурт, ведь каждый раз наполнял ее по самую маковку! А вот же! Каждый последующий раз все заливалось по новой до самой крышки, словно организм куноичи мгновенно перерабатывал семя в биотопливо. Лишь когда яркие лучи солнца, бьющие из окошка, добрались до кровати, Масяна с блаженной улыбкой отлепилась от меня и упала на кровать. Ее рожки, крылышки и хвостик мгновенно исчезли, втянувшись обратно, а кожа приобрела нормальный цвет.

— Какое… странное… кхр-р-р-р… чувство, — просипела она, устремляя взгляд в потолок. — Я чувствую себя… удовлетворенной… и такой… сытой!

Глаза куноичи закатились, и она мгновенно вырубилась. Моя выносливость тоже начала сбоить, но я из последних сил оделся, вышел из ее комнаты, плотно притворив за собой дверь, и без приключений добрался до своих покоев. Едва голова коснулась подушки, как все вокруг перестало иметь для меня какой-либо смысл, и я уснул…

Поспать удалось всего пару часов, до того момента, когда в деревне забили в гонг, призывающий жителей отложить дела и пообедать. Спустившись на первый этаж, был тут же перехвачен бдительной Томоре, проводившей меня в гостевой зал, где Тиема уже накрывала на стол. Увидев меня, хульвийка покраснела как вареный рак, пискнула что-то нечленораздельное и скрылась в кухне, из которой были слышны звон посуды и негромкое пение Масяны.

Ранний обед или поздний завтрак прошел в щебете счастливой суккубы. Согласно традициям и гостям, и хозяевам требовалось присутствовать за столом, но Савано и Хатико отсутствовали. Как пояснила Томоре, прошлым вечером хозяйке пришлось срочно отбыть по неизвестной причине в соседний дружественный нам клан, взяв Хатико в сопровождение, напоследок наказав заботиться обо мне и выполнять все пожелания вплоть до ее возвращения.

Тиема ела быстро и молча, стараясь не встречаться со мной взглядом. Каждый раз, когда это происходило, она вспыхивала как лампочка и низко наклоняла голову. От нее чуть дымок не шел. Масяна, напротив, старалась прислуживать мне за столом, подсовывая вкусняшки, чтобы лишний раз иметь возможность дотронуться до моих рук. Присматриваясь к ней, не заметил никаких признаков похотливой озабоченной куноичи, что всю ночь выжимала меня досуха. Наоборот, сейчас она выглядела как заботливая девушка, для которой было счастьем просто смотреть как мужчина поглощает изготовленную ею пищу.

А вот Томоре решительно не понимала обстановки, царящей в гостевой комнате. Она удивленно пялилась на красную Тиему и вытаращивала глаза на Масяну каждый раз, когда та, весело напевая что-то под нос, кружила по комнате. Ну, насколько Савано успела меня посвятить в тонкости ее характера, Томоре не отличалась остротой ума и многогранностью души. Она была прямой и простодушной девушкой, но горе было тому, кто ее обидел! В жилах девушки текла кровь таинственных северных народов, наделивших ее способностью в определенные моменты впадать в священную ярость битвы. Не обращая внимания на раны, берсеркша могла попросту нашинковать врага, многократно превосходящего ее числом. Благодаря усиленным тренировкам куноичи научилась немного контролировать ярость, но до полного самоконтроля ей было еще ой как далеко.

После обеда я выловил Масяну, занимавшуюся уборкой, и отвел в сторону, предложив той закупить нормальных продуктов. От меня не укрылся тот факт, что обстановка в доме была довольно бедной, а кушаньями довольно простыми, как ни старались девушки этого скрыть. Вытащив из кармана биокостюма мешочек, набитый серебряными и золотыми монетами, дал его недоумевающей девушке.

— Это подарок, — объяснил, впихивая ей чуть ли не насильно кошель. — Ни в чем не отказывай. Накупи всего самого лучшего! А сдачу оставь себе.

Куноичи ошеломленно уставилась на мешочек, который я сунул ей в руки, развязала тесемки и уставилась пораженным взглядом на его содержимое.

— Ничего-о-о себе! — протянула она, не отрывая взгляда от монет. — Да здесь же столько, сколько весь клан зарабатывает за два месяца! Нет, за три! — восхитилась, проведя легкую ревизию содержимого. Потом перевела на меня восторженный взгляд и вдруг слегка наклонилась вперед, пальчиком дотронувшись до моего подбородка.

— Ара-ара, Ричи! Ты стал совсем взрослым! — хихикнула она, становясь при этом совершенно неотличимой от опытной замужней дамы, свысока, но с ласковым одобрением и сексуальным подтекстом одинокой вдовы, посматривающей на племянника своего сына. — Ара-ара! Ты далеко не тот мальчишка, каким был в первые минуты нашего с тобой знакомства!

И, наклонившись еще ближе, прошептала:

— А что ты вытворял со мной ночью, вообще, выше всяких похвал. Я как вспомню, у меня ноги подкашиваются! Чмок!

Поцеловав меня в щеку, она выпрямилась, улыбнулась… и исчезла! Исчезла так, как умеет только она одна. Даже Савано не под силу такое! Я лишь почувствовал отголосок ее ауры где-то за деревней, — девушка отчаянно торопилась на ярмарку.

Во всем здании оставались лишь две воспитанницы: Тиема и Томоре. Сначала я нашел первую, убиравшую второй этаж. Девушка, покраснев, попыталась спрятаться, но я выловил ее и подробно объяснил, что, ни о чем не жалею, что все было замечательно и все в таком же духе. Когда девица повеселела, рассказал о Масяне и напомнил про сюрприз. Но намекнул, что расскажу о нем тогда, когда все соберутся вместе. Затем оставил заинтригованную ассасинку и отправился искать Томоре.

Мрачная дева-берсерк нашлась в подвальном помещении додзе. Там был оборудован тренировочный зал. Собственно, еще спускаясь на первый этаж, я услышал, как она выбивает пыль из манекенов. Открыв дверь в додзе, замер, пораженный необычайным зрелищем.

Томоре, увлеченная боем, практически летала из одного конца зала в другой, едва касаясь ногами пола, с невероятной силой вбивая кулаки в металлические мишени и забитые наглухо бочки, наполненные водой, изображающие врагов. Деревянные тренажеры давно бы рассыпались в щепки, но стальные еще держались. Хотя, посматривая на ужасные отметины, остающиеся на бочонках после ее ударов, заметил, что жить им осталось недолго.

Так и произошло. После очередного рывка девушка с отчаянным рыком ударила в мишень, изображающую лицо на бочке. Та, жалобно скрипнув, не выдержала и взорвалась, разлетевшись на мелкие осколки, окатив и стены, и саму берсеркшу волной холодной воды. Та постояла с пару секунд, ошеломленно глядя на происходящее, и выдала:

— Савано меня прикончит!

После чего вдруг запрыгала по рингу, отчаянно визжа и тряся ушибленной об бочку конечностью. Обратная сторона ее невероятной силы — во время ярости ее организм не обращал внимания на повреждения, но, когда кураж пропадал, ранения никуда не девались, с удесятеренной силой давая о себе знать.

— Стой! Стой, кому говорят! Бешеная! — кричу я, подбегая к ней. Томоре, заметив меня, тут же останавливается, бережно держа на весу поврежденную руку. Та распухает прямо на глазах. Костеря на все лады безумную девчонку, тут же активирую лечение, глядя не на заживающую конечность, а на мокрый топик воительницы. Если дома девушки расхаживали в халатиках и кимоно, то тренировались исключительно в боевых костюмах, придерживаясь своего особенного стиля. Томоре была одета в ту же самую форму, в каковой впервые со мной встретилась: ультракороткий обтягивающий топик, юбочка и колготки в крупную сетку. Интересно, почему девушки просто помешаны на сетке? Здоровая грудь берсеркши не просто выделялась сквозь ткань, а скорее сам топик прилип к ней как вторая кожа, обрисовывая каждую выпуклость.

Заметив мой взгляд, девица, что-то ворчливо буркнув, отворачивается. Здрасте, это благодарность?

— В чем дело? — непонимающе спрашиваю я. — Ты всем так говоришь спасибо?

— Не в том дело, Рич, — отвечает та. — Спасибо, конечно, большое спасибо за руку! Они быстро проходят, но все равно спасибо!

— Что-то я сомневаюсь, что после такого удара она бы просто прошла, — говорю я. — Там походу был закрытый перелом! Ну, да ладно. Так в чем дело?

Вместо ответа она обреченно машет в сторону скамеек у стенки. Мы садимся, проходит пару минут, прежде чем воительница собирается с духом и, наконец, девица выпаливает одним предложением свое недовольство. Из длинной трескучей болтовни я выхватываю главное — оказывается, куноичи крайне недовольна тем, что я игнорирую ее, как девушку, в то время как остальные уже получили свое, а она, видите ли, ходит нецелованная!

Я задумываюсь. Обычные ухаживания тут не помогут. Томоре — крайне простая и прямая дева, но одновременно, не привыкшая к долгим размышлениям. Раз — и заряжает в нос, если теряется в мыслях. И тут ко мне приходит гениальная мысль! Что же, если отбросить в сторону ненужные комплименты, остается один способ раскрутить эту неприступную крепость…

Мы с полминуты молчим. Я оцениваю и прикидываю предстоящий диалог, берсеркша шмыгает носом, ожидая неизвестно чего. Тогда начинаю:

— Знаешь, Томоре… Я думаю, ты единственная, кому я могу открыть тайну клана Поднебесных…

Девушка стремительно поворачивается ко мне. В ее вспыхнувших глазах откровенно читаю загоревшуюся ярость. Угадал!

— Только прошу, сохраняй спокойствие до самого конца! — пафосным тоном говорю девчонке. Томоре захлопывает ротик, не успевая вывалить на меня кучу вопросов. Выдержки ей все же не занимать.

— Видишь ли, я сталкивался с ними на Фуритике, — рассказываю простодушной слушательнице. — Уже тогда моя персона в значительной степени заинтересовала их. С той поры я беспрестанно отражал их попытки убить или похитить меня. А когда я встретился со старейшинами Поднебесных в вашем клане, то понял, что они ни на минуту не прекращали охоту за мной. Точнее, их интересует лишь одна часть моего тела. Ради нее они пойдут на все!

Бесхитростная куноичи широко раскрывает рот, не смея перечить мне. Более внимательного слушателя я не видел уже очень давно. Наверное, с тех пор, как рассказал русалкам сказку про Аленький цветочек. Помнится, они тогда вырвали с корнем все близлежащие клумбы, безуспешно пытаясь отыскать цветик-семицветик. Надеюсь, дальше все пройдет так же гладко…

— Что же это за часть тела? — пищит девушка, когда я намеренно делаю паузу. Я вздыхаю, и поворачиваюсь корпусом к ней, обхватывая за плечи и смотря ей прямо в глаза.

— Сможешь ли ты сохранить эту тайну? Сможешь ли всю жизнь молчать? Молчать до самого уничтожения всего их проклятого клана? — спрашиваю, уже зная ответ.

Глаза Томоре вновь вспыхивают адским пламенем и это не метафора. Я вижу отблески пламени в ее зрачках. Из горла рвется дикое рычание, но она невероятным усилием воли загоняет ярость глубже.

— Да… Да! Я сохраню твою тайну, Ричард! — отвечает она голосом, в котором я слышу рычание дикого тигра. — Прошу! Посвяти меня! Что это⁈

На секунду мне становится страшно от того, что я собираюсь провернуть, но отступать некуда.

— Та часть тела, за которой охотятся все сильнейшие наемники и воины клана Поднебесных… То, расстаться с чем равносильно смерти… Это мой член, Томоре!

Девушка вытаращивает глаза. Она ожидала совсем не такой ответ. Скорее всего, она хотела услышать что-то вроде: «Мои глаза!», «Моя рука!» Но такой ответ станнит ее, заставляя шевелить мозгами, к чему она не совсем привыкла.

Я же кую железо, не отходя от кассы, пока горячо:

— Поверь! Они не остановятся ни перед чем, лишь бы заполучить его, ибо в нем кроется великая сила! Но решение есть!

— И… и что же делать? — вопрошает она. В ее глазах вижу совершенную пустоту. Клиент дозрел. Можно приступать к главному. Приподнимаюсь, и становлюсь перед ней на колени, глядя на нее снизу вверх бесхитростным взглядом кота из Шрека:

— Есть только один выход! — восклицаю с самым убитым видом. — Позволь… позволь спрятать мой член… позволь спрятать его в тебе⁈

Томоре отшатывается, раскрывая глаза еще больше и роняя челюсть на пол.

— Т-ты серьезно? — кричит она, но в ее глазах вижу неуверенность. Черт, да она почти сломана, осталось немножко дожать!

— Как никогда! — киваю с таким видом, словно на всей Земле не осталось больше ни одного человека, которому я бы доверился. — Если у нас все получится, то наемники Поднебесных потеряют след и не смогут застать нас врасплох! А потом мы перебьем их всех!

Говоря это, я придвигаюсь ближе к куноичи, начиная стягивать с нее мокрую юбку. Томоре безропотно подчиняется, приподнимая попку и глядя на меня офигевшим коровьим взглядом. Мне кажется, что девушка сейчас скажет: «Му-у-у, ну-у-у раз надо, значит надо!» Но та лишь стыдливо прикрывает руками промежность, которая скрыта лишь узкой полоской влажной ткани. Трусики, к сожалению, здесь еще не ввели в моду. Эх, интересно, что сейчас происходит на Фуритике, где наверняка идет бум на нижнее белье?..

— Но… ведь… как это? — заикаясь, из последних сил пытается противостоять мне куноичи. — Это точно поможет?

— А то! — воодушевленный неожиданным успехом, тороплюсь поскорее раздеть девицу. Кто бы мог подумать, что все будет так легко? Та же Хатико подняла бы визг, Тиема бы просто воткнула кунай мне в живот, а Масяна отдалась бы без излишних слов! Но Томоре — особый разговор! Как и говорила Савано — девушка не отличалась умом и сообразительностью, а ее доверчивость не раз поворачивалась к ней плохой стороной. Но в этот раз я хоть и собираюсь воспользоваться ее простодушием, но делаю это не только для себя, но и для нее тоже. Кто ж виноват в том, что Томоре всех предыдущих немногочисленных ухажеров отправляла в нокаут?

— А это не больно? — вдруг спрашивает девушка. Я едва на захожусь в приступе кашля, пытаясь сдержать смех. И это спрашивает безумный берсерк, ломающий руки об бочки с водой? Стоп! Она что? Девственница⁈ С такой привлекательной внешностью⁈

— Самую малость, — отвечаю ей. — Но разве ты не готова пойти на столь ничтожную жертву ради всеобщего блага? Нет, я пойму, если ты против… — добавляю, демонстративно убирая руки с топика.

— Нет-нет! — тут же вскрикивает Томоре, самостоятельно стаскивая с себя мокрый верх. Сразу ей это не удается сделать, так как спелые дыньки блокируют прилипшую ткань. Помучившись пару секунд, девушка с рычанием просто разрывает бедный топик и отбрасывает обрывки в стороны. Я невольно сглатываю, представляя себя на месте топика, но опустив взгляд, тут же забываю обо всем, смотря на ее молодую упругую грудь с вызывающе торчащими острыми сосками.

В отличие от Савано и Тиемы, чей возраст довольно сложно определить благодаря их нечеловеческому происхождению, Томоре от силы лет девятнадцать-двадцать. Она и не скрывает своей неопытности, явно стесняясь моего жадного взгляда, но стараясь как можно лучше соответствовать возложенным на нее «ожиданиям». Я поднимаюсь, бережно и аккуратно подхватывая девушку на руки, попутно успокаивая ее, шепча на ухо комплименты и фразы по типу: «Все будет хорошо!» «Ты — лучший кандидат!» и прочие, благодаря которым чувствую, как куноичи буквально тает на моих руках, наконец-то, немного расслабляясь.

Аккуратно, словно пушинку, кладу ее на маты, расстеленные в углу додзе, и приказываю биокостюму исчезнуть. Томоре с восторгом и ужасом смотрит на мой восставший ствол и наивным детским голоском спрашивает:

— А как мы будет его прятать? И где?..

Я прикрываю ладонью лицо и смотрю на нее сквозь пальцы. Мне даже стыдно пользоваться такой невероятной простушкой. Но, переведя взгляд ниже, быстро меняю точку зрения и отвечаю:

— Не беспокойся, у тебя, как и у всех других девушек, есть хранилище, в котором без труда можно спрятать мой член. Но только твое достойно сможет выдержать его размер! — поспешно добавляю, как только Томоре открывает ротик.

Опускаюсь ниже и развязываю ленту, скрывающую запретную пещерку. Куноичи вертится, шумно вздыхает, но старается сохранять хладнокровие. С каждой секундой у нее получается все хуже и хуже, потому я говорю:

— Сейчас мне надо будет провести ритуал, в ходе которого окончательно станет ясно, подходишь ли ты в качестве Хранительницы. Прошу тебя сохранять спокойствие.

Девушка кивает, стиснув зубы, а я развожу в стороны ее мускулистые ножки и касаюсь губами низа ее напряженного животика. Томоре шумно выдыхает как кит, но лишь вцепляется когтями в маты, дозволяя мне действовать дальше.

Не теряя времени, спускаюсь ниже, вдыхая тяжелый, но приятный аромат ее распаленного молодого тела, и глажу девственный рощи, медленно опуская пальцы ниже и ниже, пока не касаюсь края бутончика.

Ниндзя, наконец-то, вскрикивает и инстинктивно пытается сжать бедра, но поздно! Я беру ситуацию под свой языковой контроль, помогая себе руками. «Ритуал» проходит медленно и тяжело, так как мне приходится не только бороться с «претенденткой», но и стараться не причинить боль ее же неосторожными движениями. Куноичи вдруг вспоминает о предложенной ей роли, а может, просто мой язык, наконец, довел до нее удовольствие «ритуала», но она расслабляется и даже начинает слегка подмахивать попкой в такт моим движениям.

Через несколько минут плодотворной работы, Томоре вскрикивает и омывает пещерку любовными соками, что доказывает успешность проведенного «ритуала». Довольный, поднимаюсь выше, глядя сверху вниз на ее разгоряченное моими ласками тело, и говорю пафосным тоном:

— Настал самый ответственный момент! Предварительный анализ показал, что твое тело как нельзя лучше подходит для хранения в нем члена Героя! Готова ли ты, дева?

— Г-готова! — пищит Томоре. Ее грудь от частых вздохов вздымается вверх-вниз, как волны прилива. Я смотрю на нее и понимаю, что медлить больше нельзя.

— Тогда прими его благословение! Прими и храни с честью! — восклицаю я, раздвигая пошире бедра наивной девушки и нежно, но неотвратимо пряча жезл Героя в запретную пещерку. Будущая Хранительница ощутимо вздрагивает, когда легкая преграда рушится под моим напором, на глазах выступают слезы, но она, сцепив зубы, не издает даже писка, стоически решив перетерпеть неприятную часть. Я также стараюсь побыстрее избавить ее от боли, незаметно кастуя мини-исцеление. Девушка быстро понимает, что на смену неприятным ощущениям пришли совсем другие, широко раскрывает глаза и начинает постанывать, царапая не маты, а мою спину.

Еще спустя пару минут, она, уже совершенно забыв о цели «ритуала», активно бьется в моих объятиях, стонет и шепчет мне на ухо пошлости, вскрикивает и бурно кончает прямо на маты. Я не сдаюсь, решив контролировать себя до того момента, пока из ее памяти полностью не сотрется моя вступительная речь, а наслаждение не смоет цель «ритуала». По крайней мере, по глазам Томоре уже ясно, что если она и поверила в мою сказку, то готова будет повторять ее всякий раз, когда захочется. Но я хочу быть полностью в этом уверенным, поэтому вытаскиваю жезл, за которым охотятся не только Поднебесные, но и все девушки, кому удалось его почувствовать внутри себя.

Ассасинка слегка недоуменно смотрит на меня. По ее глазам вижу, что она хочет продолжать, потому молча кувыркаю ее на спину, без лишних слов погружая жезл еще глубже в хранилище. Томоре заходится в крике, но послушно выгибает спинку, стучась грудями о маты. Ее тело дрожит, спина вспотела так сильно, что мои руки скользят, а промежность выделяет соки как Ниагарский водопад. Она кончает в очередной раз и в бессилии падает руками на маты, но я продолжаю поддерживать ее шикарные бедра, обещая их хозяйке продолжение за продолжением…

Спустя неопределенное количество, ложусь рядом с распластавшейся куноичи. Девушка, заправленная под самую крышку, дышит, как выброшенный на сушу кит, но стоически молчит. Я поворачиваюсь и впервые за все время нахожу ртом ее губы. Она робко отвечает на поцелуй, а потом находит в себе силы обнять меня и с нарастающей жадностью кинуться во все тяжкие, постигая новую тайну. Оторвавшись друг от друга, мы вновь легли рядом. На моих губах вертятся глупые слова об успешном завершении ритуала, но, думаю, Томоре не последняя дурочка и сама обо всем догадалась. Тем не менее, вот она переворачивается на живот, и сама облокачивается на меня своей роскошной грудью, слегка царапая острыми коготками мой живот.

— «Ритуал» прошел успешно? — спрашивает она. В ее голосе я слышу неприкрытую усмешку, но не издевку. Так и есть. Когда она догадалась — неясно. Может, в процессе «анализа», может, позже. Главное, что она не держит зла за этот маленький обман.

— Тебе ведь понравилось? — ухожу от ответа, не желая стать тем, на ком Томоре выместит гнев. Но девушка лишь вновь тянется ртом к мои губам, обнимая шею.

— Спрашиваешь! — выдыхает она, растягиваясь рядом. — Это было лучшее за все время, сколько я себя помню! А ты хитрец! — шутливо толкает в бок кулачком. — Но ведь верно поступил! У меня какой-то мандраж наступает, стоит кому-то начать ухаживать за мной! Я сначала бью, а потом жалею, что не согласилась! «Ритуал» просто спас меня!

Она внезапно смеется, запрокидывая голову.

— А я ведь сначала поверила! Поднебесные! Охота на героя! Часть тела — член! Гениально! А я ведь всегда питала к ним злобу! У-у-у, как вспомню, как этот старик пытался меня зажать в коридоре! Деньги предлагал, падла! Хотелось его размазать по стене прямо там, но хозяйка строго-настрого запретила…

Мы лежим рядом еще долго, потом Томоре решает порадовать меня ласками, о которых услышала от Масяны. Она старательно и прилежно исполняет, но приходится ее многому учить и — ай! Держать зубы подальше от моей нежной плоти! Бл*! Потом я вымещаю на ней злость, в результате чего девушка валится на маты почти без чувств. Я накрываю ее халатиком, висящим неподалеку, развешиваю мокрую одежду куноичи на гвоздики и ухожу наверх, размышляя, как подкатить к последней нетронутой воспитаннице… Чувствую, придется поднапрячься. Хатико — та еще неприступная девушка, если верить словам Савано…

К вечеру появляется Савано вместе с Хатико. По виду девушек видно, что они довольны своей прогулкой, чем бы она ни являлась. Не лезу не в свое дело. Надо будет — посвятят. Не расскажут — не обижусь. Почти вслед за ними с легким хлопком у входа додзе материализуется Масяна, с огромным тюком в обнимку. Увидев ее, задумываюсь, не нарушает ли она фокусами с телепортацией основных природных законов, потом вспоминаю, в каком волшебном мире живу, и обреченно машу рукой. Что бы ни происходило здесь, все можно объяснить одним простым словом — магия!

Помогаю ей затащить огромный мешок на кухню, где уже вовсю орудует Хатико. У бедной девушки начинается приступ заикания, когда Масяна вываливает на стол лучшее, что смогла закупить у торговцев. Глядя на все это богатство, не сомневаюсь, что куноичи загоняла бедных торгашей до полусмерти, оставив у них большую часть золота. Приходится звать на помощь остальных. Разумеется, у всех, даже у Савано глаза на лоб лезут от увиденного, но времени до ужина остается не так много, поэтому приходится отложить расспросы на потом, а пока заняться готовкой и распределением припасов. Холодильника у девушек нет, но в наличии огромный подпол, в котором дают холод пара полусдохших артефактов. Кошка, с которой мы проводим ревизию, смущенно опускает глаза, когда я расспрашиваю ее о положении в деревне, зарядке артефактов и прочих удобствах. Как и ожидалось, последние годы их клан балансирует на грани нищеты, так как его популярность при дворе Императора сильно снизилась. С чем это связано, Савано понятия не имеет, но количество заказаов упало до невероятных значений. Если к этому прибавить постоянные угрозы шантажом Поднебесников, а земледелием среди местных практически никто не занимался, то даже мне становится понятно, в какой жопе находились финансы клана. Даже если бы они смогли откупиться от растущего долга, то все равно через полгода-год в лучшем случае, присоединились бы к шантажистам в качестве подчиненного клана.

Тогда настоятельно выбиваю из нее информацию обо всех артефактах, старейшинах и селянах, пытаясь придумать выход из положения. Кошка нехотя делится информацией, из которой я вижу только один выход. Нет два. Нет, даже три!

— Не все так уж и плохо, — говорю воодушевленной кошке. — От Поднебесных мы откупились, стало быть, сейчас вам никто не угрожает. Одной глобальной проблемой меньше. Значит, первый вариант выхода из экономического тупика — это моя вам материальная помощь. Разумеется небезвозмездная. Если мы выберем этот путь, я заручусь всевозможной поддержкой вашего клана, чтобы в случае непредвиденных обстоятельств мог рассчитывать на вашу поддержку.

— Но Рич? — ласково спрашивает Савано. — Разве тебе мало моего обещания, как главы клана? Мы и так уже всем тебе обязаны. Разве бросим тебя в трудную минуту?

— Кхм, — развожу руками. — Тогда просто добавлю субсидий на ваше благополучное развитие. Отсюда вытекает второй вариант. Вам просто необходимо переквалифицировать хотя бы половину местных под мирное развитие сельской промышленности. Проще говоря, заняться собирательством, земледелием, охотой… То есть, зажить обычной жизнью. Я не указываю вам, что делать. Можете оставить все как есть, или под прикрытием мирной жизни все также учить лучших тайным техникам. Но без перемен вы не проживете и года даже с моей помощью.

Кошка печалится, но согласно кивает головой.

— Я… я думала над таким вариантом. Много думала. Чувствую, нам надо будет принять его на ближайшем собрании. Ох, шуму будет…

— Но есть еще и третий вариант, который, думаю, понравится вам больше остальных, — добавляю, видя в полутьме подвала, как запылали огнем глаза хозяйки. — Мы ведь планируем нападение на Поднебесных? Я не желаю оставлять в живых никого, кто будет причастен к дьявольским экспериментам и насилию, но наверняка у них накопилось немало богатств и ресурсов, которые мы заберем себе по праву сильного. Мне они не нужны, а вот вам ой как понадобятся. Заодно можно будет выбить информацию о происходящем в стране. Вам ведь интересно, почему вам перестали поступать заказы? Думаю, тут не обошлось без их влияния.

— Рич! Ты лучший! — заявляет кошка, обнимая и целуя меня. После затяжных объятий, я все же добавляю.

— Но заняться перестройкой деревни все равно придется.

Радость Савано слегка тускнеет, но она согласно кивает.

— Понимаю. Но это лучше, чем уговаривать старейшин начинать все с нуля. Посмотрим, как они запоют, когда мы вернемся с головами Поднебесных и сундуками с золотом!

— Не говори: «Гоп!», — остужаю кошку. — Сначала надо как следует подготовиться…

— Кстати, — шепчет мне Савано, махая пушистым хвостом, что может выражать у нее самые разные чувства — от возбуждения, до ярости. — Я заметила, ты уже подкатил шары к моим девочкам? Всех успел?

— За исключением Хатико, — соглашаюсь, не видя в этом ничего особенного. В конце концов, хозяйка сама настаивала на этом. Так и есть — кошка заливисто смеется и добавляет:

— Тогда не забудь приласкать и Хатико. Только будь с ней… понежнее…

Пока кошка заканчивает ревизию, я заряжаю на максимум все артефакты собственной маной и иду обходить деревню, стараясь постучаться в каждый дом, познакомиться со всеми и помочь по мере моих скромных сил. До ужина еще далеко, но время летит совсем незаметно. Все уже знают о моей роли в клане, и проявляют если не радость, то хотя бы гостеприимство, а не прячутся, как в прошлый раз.

В основном, население деревни немногочисленно и представляет собой обычных людей среднего и старшего возраста. Молодых и детей очень мало. Хватает покалеченных в боевыми столкновениях с монстрами и охраной целей. Я стараюсь помочь всем, тратя ману на исцеление и зарядку артефактов. Магов в клане почти нет, а тем, что есть, по их собственным словам приходится долго копить энергию на поддержание основных ресурсов клана. Само собой на всех их не хватает. В глазах людей за много лет полунищенского существования впервые загорается неприкрытая радость и счастье. А после пары брошенных мной фраз, что в недалеком будущем все изменится к лучшему, меня и вовсе благословляют.

Кстати, по услышанным обрывкам фраз, понимаю, что к Савано в деревне относятся куда лучше, чем к старейшинам, от которых давно нет толка. Думаю, на первом же собрании, когда мы вернемся с вылазки, власть сменится окончательно и бесповоротно. Кошка перестанет быть главой на словах и станет абсолютным правителем клана. Тем же, кто осмелится ей противостоять, можно будет только посочувствовать.

Выйдя из очередного домишки, обнаруживаю перед собой… Хатико. Из ее сбивчивых слов становится понятно, что ту послала за мной кошка, чтоб пригласить на ужин. Только сейчас понимаю, что солнце давно скрылось за горизонтом, и наступила ночь. Впрочем, я все равно закончил обход, потому соглашаюсь и хватаю вздрогнувшую девушку за руку, чтобы она не сбежала раньше времени.

Судя по вытаращенным глазам Хатико, красным пятнам на личике и стучащим зубам, для нее в новинку подобные ухаживания, тем более, когда в спину доносятся одобряющие возгласы селян. А я тем временем вспоминал все, что мне рассказывала Савано про эту девушку. В принципе, ее история ничем особенным не отличалась от многих других. Детство Хатико прошло в нищете. Неизвестно, что произошло бы с девочкой, если бы не сердобольный монах, который подобрал ее и отдал в ближайший монастырь. Но из огня девочка лишь попала в полымя — данное убежище облюбовал изгнанный из центра за прелюбодеяния и растления малолетних, бывший священник. До Хатико его грязные руки не успели дотянуться, так как на монастырь напал тот самый клан, в котором и начала жить и тренироваться девочка. Особых успехов она не достигла, но все же смогла хорошо вырасти, превзойдя многих сверстниц…

А теперь она еле шла, с трудом передвигая ноги и не понимая, как себя вести, ибо никогда не представляла себе такой ситуации. Конечно, хозяйка, еще отправляя ее на первую встречу с Ричардом, успела подготовить ее к возможной сдаче, но девушка до последнего надеялась, что ей удастся выкрутиться. Но парень сам отказался от насилия над ее телом, а теперь просто идет рядом, держа ее за руку! От одной мысли об этом у нее подкашивались ноги, а внизу живота становилось так горячо, что Хатико невольно смотрела вниз — не начались ли у нее те самые дни? Но нет, кровавых пятен не проступало, а неведомое чувство отчаянно продолжало жечь ей промежность…

А я шел и думал совсем не о симпатичной девушке, которая тихо как мышка кралась рядом. Я размышлял о том, что мне необходима база. Своя укрепленная крепость, защищенная магией и крепкими стенами. Мне нужна армия союзников, если я собираюсь противостоять Злу в лице темного лорда. Как мне поведала Шантей, рахнера, близко державшаяся к лорду, у того был свой Зиккурат, спрятанный глубоко в лесах материка. В отличие от меня темный постоянно укреплял его, начинял ловушками, собирал армию, готовясь к завоеванию сперва материка, а потом и всего мира! А что я мог противопоставить ему? Да ничего! Мои кошки остались на Фурритике, и как до них добраться я не имею ни малейшего понятия. А тут я ровным счетом ничего не добился. Да даже если за меня встанут эльфы, кому они смогут угрожать? Они и себя-то защитить не могут! Конечно, есть Гурри с ее невероятной мощью инопланетного оружия, но что, если темный найдет способ защититься и от нее? Тогда я буду беззащитен. Меня просто задавят числом, не помогут все мои навыки и приобретенная сила…

Размышляя подобным образом, не заметил, как мы добрались до места назначения, где нас встретила слегка разочарованная Савано. Обменявшись с воспитанницей непонятными мне взглядами, она пригласила меня к столу.

В этот раз девушки расстарались на славу, накрыв стол всевозможными блюдами. Они наперебой старались опередить друг друга, предлагая мне те или иные яства. Наконец, ужин закончился. Мы еще немного поболтали, обсуждая планы на будущее, и разошлись по комнатам.

Я лежу в кровати, пытаясь придумать хитрый план по вызову Тираниила для того, чтобы его головой пробить накрывающую материк сферу, чтобы доплыть до Фуритики к кошкам, как вдруг кто-то решает меня потревожить. Дверь в комнату резко открывается, внутрь с писком буквально залетает кто-то из девчонок, очевидно, ускоренная хорошим пинком, и дверь также быстро захлопывается. В комнате темно, так как я уже выключил ночник, и мне не видно лица нежданной гостьи. Я могу лишь догадываться о ее личности.

Она одета в белую ночнушку, которую я смутно различаю в темноте. Чуть постояв на месте, девушка все же собирается с духом и…

Чуть ранее.

— Я тебя не для того отправила за Ричардом, чтобы ты просто погуляла с ним по улице! Какого хера ты не затащила его в какой-нибудь пустой дом, чтобы хорошенько не потрахаться⁈

— Я.…я…

— Разве не знаешь, что я не о себе забочусь⁈ Ты уже достигла потолка, как и все остальные! Лишь часть истинного героя, тем более обладающего наследием Дракона сможет помочь тебе превзойти предел! И ты смеешь упускать такой шанс и не подчиняться моим приказам⁈ Ш-ш-ш!

— Мастер! Простите меня! Я не хотела…

— Ты еще и не хотела⁈.. Так. Девочки. Хватайте ее. Приступаем к плану «Б»…

— Хатико, если ты так и собираешься там стоять, то прикрой окно, а то прохладно, — открыто прикалываюсь над смущенной девушкой.

Та автоматически дергается в сторону окна, понимает по моему хихиканью, что я шучу, и кидается на меня с кулачками:

— Ах ты, идиот! Дурак! Как ты посмел!

Мгновенно перехватываю инициативу, ловя ее в прыжке прямо перед собой. Куноичи, осознав, что попалась на простейший развод, пищит и пытается освободиться, но я сильнее. Держу ее до тех пор, пока она не обмякает, покоряясь неизбежному. Тогда сажусь на кровати и ставлю ее рядом, отпуская и включая ночник.

Хатико прекрасна, стоя передо мной в полупрозрачной накидке с распущенными волосами. Хотя ее грудь не отличается хорошим размером, но тело, закаленное тренировками, привлекает грацией и дышит молодостью. Судя по смущенному трепыханию крошки, она вполне может оказаться девственницей. Савано упоминала, что в клан Хатико попала совсем юной, и в отличие от подруг почти не проявляла интереса к парням. Так что, может статься, я стану ее первым. Но торопиться не стоит.

— Хозяйка настояла? — спрашиваю, догадываясь об истинных намерениях кошки. Да тут и гением быть не надо. Савно заботится об усилении воспитанниц. Ежу понятно, что драконья кровь и семя героя если не придадут сил самим ученицам, то даст возможность родить крепкого сильного ребенка.

Куноичи молча кивает. Я протягиваю руку, но девушку пробивает сильная дрожь. Вздыхаю и начинаю долгий разговор, в котором спокойно и терпеливо рассказываю ей о том, что не имею привычек насиловать красивых девушек, если они сами того не хотят. Постепенно увлекаюсь и перехожу на описание Фурритики. Незаметно для самой себя Хатико начинает задавать вопросы, потом садится рядом. Ее глаза широко раскрываются, когда я описываю ей удивительный мир зверолюдей, полный любви и взаимопонимания, их повседневную жизнь и быт. Как за просмотром увлекательного фильма она постепенно теряет всякий страх, подсаживаясь ближе, и почти не реагируя на мои руки, ласково приобнимающие ее за плечи и талию. Наконец, настает момент, когда лица оказываются так близко, я вижу собственное отражение в ее глазах.

Как ни странно, но девушка первой целует меня, видимо вспомнив наставления хозяйки и собрав волю в кулачок. Я отвечаю, стараясь не спугнуть естественный порыв девушки, поглаживая плечи и спину Хатико. Постепенно куноичи смелеет, придвигаясь ближе и даже самостоятельно обнимая меня. Постепенно мы освобождаемся от одежды и переходим к горизонтальному положению. Девушка все больше и больше раскрепощается, пока, наконец, внезапно и быстро не становится женщиной, разумеется, не без моей помощи. Я дарю ей удовольствие, но не собираюсь продлевать его дольше положенного. В конце концов — Хатико хоть и симпатичная девушка, но не в моем вкусе. Она плоская, угловатая и больше смахивает на пацанку, нежели на девушку. Взяться не за что, пожмякать тоже, плюс ко всему ничего не умеет, хотя и старается.

Доведя дело до финальной стадии, даю куноичи отдышаться и выпроваживаю восвояси. За дверью раздаются восторженные шепотки, но мне уже нет до этого никакого дела. Стащив с кровати запачканную кровью простынку, падаю на подушку и вырубаюсь до самого утра.

Наутро мы все вновь видимся за завтраком. Наступает третий день после отъезда «гостей». Кошка торжественно говорит, что пришло время заняться непосредственной подготовкой плана по вторжению и внезапной атаке Поднебесных. Но я полагаю иначе:

— Сегодня я приглашаю вас на прогулку вместе со мной. Мы пойдем закупаться, говорю я, глядя на недоумевающие мордашки. — Цель свидания я не буду вам рассказывать. Это будет сюрприз!

— С-свидание⁈ — заикаясь, спрашивает Хатико.

— С-сюрприз? — поддерживает ее Томоре.

— Вместе? — это Масяна.

— …?!! — понятно кто.

— Вы слышали Рича? Собирайтесь немедленно! — приказывает кошка. Девушки разбегаются, а она начинает выпытывать подробности. Но я непреклонен. Покинув девушек своим ходом, добрался до Академии, где занялся подготовкой и прочими делами.

Через пару часов я встречаю их в назначенном месте. Ученицы все как одна скрыты темными накидками, как и их мастер. Негодуя, срываю маскхалаты, под которыми вижу боевую форму и кучу оружия. А чего я ожидал? Для этих девушек слово «прогулка» означает «заказ на задание». Вызываю по мыслесвязи Гурри, которая прилетает в форме самолета и приносит обыкновенную одежду, забирая все найденное оружие.

Ждем еще полчаса, пока все переоденутся, после чего, наконец, выступаем к торговым ларькам. Девушки нервничают, оставшись без средств самообороны, но видя вокруг лишь одиноких студентов и торговцев, постепенно успокаиваются. А я веду всех пятерых к приглянувшейся мне палатке модной женской одежды…

Глаза девчонок разбегаются в разные стороны, когда они заходят внутрь. Сначала несмело, но они начинают разглядывать, примерять, спрашивать моего мнения и мнения подруг, ссориться и тут же мириться, а когда узнают, что «все оплачено», — визжат от радости и бегут за ширму примерять обновки. В том числе и Савано, которая в данный момент ничем не отличается от своих учениц.

Я заранее договорился с хозяйкой этой палатки, и со многими другими, поэтому спокойно сижу на табуретке, ожидая показа мод. Наконец, гордо помахивая пушистым хвостом и длинной косой, выходит Савано. На ней — длинное облегающее вечернее платье с вырезами в нужных местах, выгодно подчеркивающее ее фигуру. Длинные разрезы по бокам открывают даже больше положенного, кажется, будто она специально шагает таким образом, чтобы вызвать у меня эрекцию. Получив похвалу, она исчезает за ширмой, и выходит Масяна.

В отличие от хозяйки, девушка гордится тем, что не имеет комплексов, потому примерила ультракороткий топ и миниюбку. На ней скорее ничего нет, чем что-то есть. Куноичи довольно улыбается, когда видит мою реакцию и скрывается за занавеской… Показ мод затягивается надолго. Наконец, наступает момент, когда мы выходим из лавки, ограбив ее на большую часть товара. Хотя, скорее, ограбили меня, так как разошедшиеся девчонки взяли куда больше той суммы, на которую я рассчитывал. Мне не жалко денег, просто не было с собой. Но торговка доверяет мне и отпускает, заранее благодаря и благословляя столь удачного покупателя. Мы же идем к мастеру ювелирных дел, где через пару часов я расстаюсь еще с парой мешочков золотых монет.

Лавка женских товаров, косметика, духи, шампуни… Даже оружейная палатка! Лишь когда мы все чувствуем зверский голод, то заканчиваем с безудержной тратой. Загружаем в Гурри огромные мешки и летим в деревню, где девушки предаются веселью, прерываясь на еду и благодарности. Одно удовольствие видеть улыбки на их лицах. Они никогда не могли себе позволить подобного, а теперь буквально купаются в обновках. Думаю, эта ночка будет веселой. Если бы я только мог представить, насколько…

Весь остаток дня до глубокого вечера дом Савано напоминал встревоженный улей. Девушки, позабыв обо всем, даже о том, чтобы приготовить мне, любимому что-нибудь на ужин, оккупировали зеркала, хвастаясь друг перед другом обновками. Не все, конечно. Тиема и Хатико до сих пор не могли прийти в себя, тупо перебирая бусы и украшения, не в силах поверить, что они теперь принадлежат им. Они даже помыслить не могли, что когда-либо смогут надеть на себя такие драгоценности. Масяна и Томоре были более привычны к подобным вещицам, а про хозяйку и говорить нечего.

В общем, мне пришлось искать еду самостоятельно, благо сам же и складировал продукты в подвале. Наскоро приготовив ужин себе и девушкам, приготовил стол и пошел отдирать их от зеркал.

За ужином девушки шептались, как-то странно на меня поглядывая. Я же просто ел, думая над тем, что завтра нужно будет приступать к вторжению, потому не обращал внимания на царившую за столом обстановку. Плюс ко всему мне нужна была влиятельная поддержка в грядущей борьбе со злом в лице Темного лорда, плацдарм, где я смог бы закрепиться, куча ресурсов… Ох… Ох*ительно просто!

— Я, пожалуй, пойду, — сославшись на усталость, говорю девушкам. — Вы тоже идите спать, завтра будет нелегкий день.

— Да-да, дорогой, — отмявкивается за всех Савано. — Иди, тебе нужно поспать. А мы еще поболтаем немного…

Она хитренько улыбается, но я не обращаю на это внимания, поднимаясь наверх. Быстро споласкиваюсь и ныряю в теплую постельку. На дворе уже ночь, но стоит мне лишь задремать, как я чувствую теплые прикосновения, слышу тихий смех и шепотки, а сразу несколько ладошек касаются моих ног и пока еще спящего бойца.

— Э-э-э, вы чего задумали?.. — бормочу я сквозь дремоту, но тут сильная рука отбрасывает одеяло и на мою несчастную тушку бросается сразу пять голодных хищниц. Точнее, три. Две оставшиеся нерешительно топчутся позади, и только после предупреждающего кошачьего шипения забираются на огромную кровать.

— Вы серьезно м-м-м-м? — пытаюсь взять ситуацию под свой контроль, но кто-то запечатывает мой рот жаркими губами, другие ложатся на грудь, и еще кто-то уже пробует пробудить требовательным ртом сонного сержанта. Тогда я покоряюсь неизбежному. Но вдруг все прекращается. Кто-то включает ночник, и я вижу перед собой пять довольных улыбающихся мордашек. Из одежды на девушках только украшения и бусы.

— Ты столько сделал для нас, Ричард! — торжественно говорит Савано.

— Ты — самый настоящий Герой, который спас нас от поругания, позора и полного пи**деца! — поддерживает ее Масяна.

— У нас ничего такого никогда не было, но ты подарил нам не только надежду, но и все эти драгоценности! — пищит Хатико.

— Нам нечем тебя отблагодарить, поэтому мы решили хотя бы так вот, — заявляет Томоре.

— …! Это наше общее решение! Мы сами хотим! — выпаливает Тиема. Даже ее подруги смотрят на нее с удивлением, поражаясь ее многословности.

— И не вздумай сбежать! — припечатывает Савано, взмахом руки вырубая свет…

А потом вся эта банда наваливается на меня, лишая воли, зрения и власти над собственным телом, тиская, целуя, ставя засосы на всех доступных участках кожи, конкурируя друг с другом за право быть следующей в очереди, вообще не считаясь с моим мнением.

И все же, даже тренированные куноичи не могли тягаться со страстью озабоченных крольчих с другого материка. Та ночь в сауне стала для меня настоящим испытанием на предел выносливости и психики. И я могу сказать, что выдержал его, несмотря на то что отключился на половине, продолжая любить заек практически на автомате.

Действие, которое происходит прямо сейчас — весело, приятно, здорово… Но не дотягивает и на одну десятую, уступая той разгульной оргии, которую устроили похотливые зайки. Уже через полтора часа куноичи стали сдуваться, уступать и выдыхаться. А еще через час никто из них не мог и пошевелиться, чтобы помочь мне закончить. Пришлось сцапать слабо мяукающую кошку за хвост и тащить ближе к себе, чтобы выплеснуть остатки сил в ее дрожащую от перенапряжения киску.

С удовлетворением оглядев поле боя, взял одну и подушек и устроился досыпать на софе, так как на кровати не осталось места. Так прошла ночь…

Естественно, когда я проснулся, в комнате уже никого не было, кровать была аккуратно застелена, а я заботливо прикрыт одеялом. Ничто в спальне не напоминало о ночном сражении. Тем не менее, за завтраком, когда все собрались, лицо каждой девушки светилось радостью, стоило мне только встретиться с кем-нибудь глазами.

Но делу время, а потехе час. Так и нам пришло время выступать в решающую битву против клана Поднебесных. Согласно расчетам Савано, парламентеры должны были вот-вот вернуться в родное селение, поэтому мы тщательно готовимся к нападению.

Я-то ладно, мне надо лишь связаться с Гурри и запросить прилет, а вот куноичи старательно готовят снаряжение, наносят яды на лезвия кинжалов, бережно упаковывают бомбы и прячут на теле метательные ножи. Наконец, настает момент, которого мы все так долго ждали. Прощаться с нами приходит вся деревня, желающая нам успехов и благословляя на дорожку. Киборг трансформируется в нечто вроде автобуса с крыльями только без окон, в задний отсек которого мы закидываем снарягу, а сами пакуемся в салон, заходя по услужливо поданной ей лесенке.

— Как странно, — изрекает Масяна, — находится внутри тебя, Гурри.

Та смеется, подрагивая корпусом, выращивая удобные пассажирские кресла и пару пилотных — мне и Савано. Передо мной вырастает штурвал, а кошка с любопытством осматривается, предусмотрительно ничего не трогая. Убедившись, что все уселись и пристегнулись, Гурри бесшумно взлетает и берет курс на восток — именно оттуда она принимает сигнал маяков, установленных в сундуках с золотишком. Пейзаж под нами довольно однообразный — заснеженный лес, поэтому я сосредотачиваюсь на предстоящей атаке, снова и снова перепроверяя боеготовность каждого из нас. Хотя это излишне. Девушки пышут ненавистью к Поднебесным. Не собираясь щадить никого из них.

— Я пару раз была в их деревне, — говорит Савано. — женщин и детей у них почти нет, поэтому не стоит беспокоиться о невинных. Таковых там просто нет. Впрочем, вы все увидите сами, господин. Мне хватило пары посещений, чтобы убедиться в том, что жалеть внутри деревни не стоит никого. Вообще никого.

Я не сомневаюсь в этом. Мне хватило того, что рассказала Йоруичи. Девушка подробно делилась переживаниями детства, в которых она была даже не рабыней. Она была вещью. Предметом, который можно было сломать, а потом починить. Или выкинуть. Если подобное практикуется и здесь, живым не уйдет никто.

Вскоре перед нами раскинулись богатые поля, в которых кошка узнала земли клана. Гурри включила маскировку и пошла на самом малом ходу, избегая обнаружения. Наконец, впереди, выросли деревянные сторожевые вышки клана.

Да, размерами деревня напоминала малый Ричардбург! Гурри зависла точно над ее центром, оставаясь невидимой для посторонних глаз.

— Вон там, там и там находятся бараки для экспериментов над пленными, — тыкает пальчиком Савано. Девушки внимательно следят и запоминают все, что она говорит. — Выше находятся жилые здания и дома старейшин. Вон там — казармы наемников и охраны. А вот и наши…

— Вижу! — произношу металлическим от ярости голосом.

У главного входа суетятся люди. Рабы таскают поклажу, пока «гости» показывают сундуки с золотом тем, кто их встречает. Похоже, мы прибыли в тот момент, когда караван с золотом как раз вернулся домой. Тем лучше. Сзади кто-то вскрикивает. Я слышу скрип собственных зубов. Один из вернувшихся, со всего размаху бьет ногой одного из рабов только за то, что тот оказался у него на пути. Гурри увеличивает изображение, и мы видим злобно ухмыляющегося Спермия и окровавленную девушку, почти девочку, пытающуюся встать с холодной земли.

— Ублюдки! Мерзавцы! — шепчет Томоре. Я вижу, как на ее лице нет ни кровинки, и хватаю девушку-берсерка за плечо. Рано. Надо дождаться ночи. Она понимает и немного успокаивается. Глядя на ее лицо, отчетливо понимаю, что селение будет выжжено дотла. Подобная ярость кипит в сердце каждого из нас…

Деревня гуляет допоздна. Мы наблюдаем за тем, как рабов загоняют в бараки и запирают там. Власть клана разбредается по жилым домам. Кого-то из них, упившихся до бесчувствия, уносят на руках личные слуги. Наступает черед отдыха военных и охраны, и мы видим, что они не отстают от тех, кому служат в желании набухаться и устроить дебош. Через пару часов на ногах остаются только несколько человек, которым выпала тяжкая доля нести караул. Но еще через десяток минут замечаем, что то один, то другой из них тишком слезает с вышки, чтобы незаметно стырить бурдюк с вином и подняться с ним обратно. Понятно, что некому следить за ними — все командиры лежат вповалку прямо на земле. Сейчас рабам бы вырваться из заточения, и наша помощь бы не понадобилась, но Савано серьезна как никогда.

— Маги, — шепчет она, хотя в салоне киборга можно кричать.

Из одного дома выходит пошатывающийся старик, который идет к кустам справить нужду. С презрением глянув на валяющуюся стражу, он что-то цедит сквозь зубы и разводит руками. Сиреневое сияние окутывает всю деревню, мигает и накрывает селение полупрозрачным щитом. Старик довольно усмехается и уходит в дом. Неизвестно, что дает это заклинание. Может просто поднимает шум, а может, испепеляет в пепел нарушителей. Не позавидуешь тем, кто остался снаружи

Вот только мы уже внутри. Гурри давно села на уютной полянке неподалеку от жилых зданий. Мы никому не мешаем, ведем наблюдение, дожидаясь удобного момента, поэтому колдовство мага проходит мимо нас, не реагируя на посторонних.

Наконец, этот миг приходит.

— Поехали! — командую страшным голосом. Никаких слов больше не требуется. Все знают свои роли и обязанности. Девушки мгновенно исчезают, телепортируясь к самым опасным местам, в которых может быть поднята тревога или оказано сопротивление. Я иду мимо спящих стражников, между которыми скачет тень смерти в виде предводительницы клана ассасинов, которая забирает жизни охранников легким взмахом кинжала. Караульные пали первыми, поэтому тревогу уже не поднимет никто. Встав перед первым бараком, я оглядываюсь назад, чтобы убедиться в зачистке местности и сбиваю замок. Захожу в темное помещение и пускаю небольшой шарик света внутрь сарая. В нос сразу бьет вонь крови, нечистот и гниения. Доносятся всхлипы, женский и детский плач, мольбы, звон цепей. Окидываю взглядом помещение, полное копошащихся людей и существ других рас, закованных в кандалы по отдельности и друг к другу, чувствуя, как рвется наружу недавний ужин!

Ноги подкашиваются от ужаса, и я невольно опираюсь на стену, чтобы позорно не свалиться в обморок, ибо зрелище, которое предстало передо мной, кого угодно сведет с ума! Барак забит людьми и полулюдьми без скидок на возраст и пол. Несчастным приходится испражняться в углу клетей, насколько достает их цепь. А некоторые ослабли настолько, что даже не могут встать. Я пытаюсь произнести хоть слово, но в горле пересохло от шока. Ковыляя, иду между ними, пытаясь справиться с ужасом, как вдруг чувствую на своем плече твердую лапку Савано.

— Рич. Приди в себя! — говорит она. — Им всем нужна твоя помощь. Я займусь остальными.

Ее лапка исчезает, а я чувствую, как во мне кипит и бушует такая ярость, какой я не испытывал очень давно. Но беру себя в руки, встаю посреди пленников и объявляю им, что все кончено, все спасены, а их прежние хозяева убиты. Стоит мне только закончить, как из толпы пленных вылетает зверодевушка с пустым взглядом. Она сжимает в руке какой-то заостренный предмет, которым целится мне в лицо, а на ее голом животике ярко горит знакомая мне руна. Я готов к этому, быстро уходя с линии атаки и перехватывая девушку, одновременно кастуя на ней очищение. Под изумленные вскрики пленных, ее тут же охватывает сфера истинного Света, поднимающая ее в воздух.

— Еще есть кто с печатью Крови? — спрашиваю несчастных.

Вперед выходит, точнее, выползает другая девушка. Эльфийка. Она пытается что-то сказать, но ее лицо искажается приступом боли. В отличие от прежней, она прикована к стене, но на животе также горит печать. Побегаю к ней, перерубая цепь и активируя исцеление. Когда девушка зависает в воздухе, иду к остальным, касанием ладони даруя исцеление от ран, и взмахом катаны Джигура избавляя от цепей.

— Вы можете выйти наружу, но не расходитесь! — кричу, перекрывая гул радостных голосов. — Еще не со всеми разобрались!

Вылетаю наружу, стараясь отдышаться. Свежий воздух кажется нектаром после спертой вони барака. Меня тихонько окликает одна из девушек, показывая на другие бараки. Приходиться взять себя в руки и еще несколько раз повторить процесс освобождения, исцеления и избавления от кровавых печатей…

Когда я выхожу из последнего барака, то падаю на колени. Меня долго рвет кровью. Саморегенерация мгновенно излечивает физические повреждения организма, но не в силах излечить психические. А то, что я увидел внутри этих сараев, повредило мою душу навсегда.

Придя в себя, встаю, опираясь на девушек, и ковыляю к тем, кого удалось схватить живыми и связать. Только сейчас, оглядываясь назад, понимаю, что нападать в одиночку на клан было бы полнейшим безумием. Нам повезло, что все перепились, а мы хорошо подготовились. Но даже так кто-то из девушек хромает, а Томоре баюкает руку на перевязи. Даже Савано старается повернуться ко мне боком, чтобы я не увидел окровавленную повязку, наспех замотанную на ее боку. Протягиваю руку и вылечиваю всех, несмотря на отговорки. Мне это ничего не стоит ровным счетом ничего.

А потом смотрю на пленных старейшин, главнокомандующих и понимаю, что если меня не остановить, то превращусь в такого же убийцу, как они, пытая и наслаждаясь криками каждого из них. Глаза девушек горят желтым огнем легкого безумия, когда они смотрят на протрезвевших пленников. Удалось повязать почти всех, за исключением немногочисленных магов и пары оказавших сопротивление военачальников. К сожалению, девушкам пришлось убить тех слуг, кто действовал по воле Печати, так как обездвижить их не получалось. Среди пленных замечаю избитых до неузнаваемости Спермия и Сракаши.

— Убейте их! — устало говорю, махая рукой, и отворачиваюсь. Сзади раздаются дикие вскрики и мычание. Куноичи, не торопясь, обнажают оружие, желая насладиться каждой секундой грядущих пыток, как вдруг:

— Пощады! Пощады, господин! — кричит один из них. — Пощады и я расскажу вам секрет Силы, как противостоять Темному лорду!

Я резко поворачиваюсь, прожигая взглядом лицо того, кто сказал эту фразу. Это седой старик, лицо которого искажено ужасом.

— Он — маг, господин, — мрачно сказала Масяна. — Не позволяйте ему взять над вами контроль!

— Маг огня! Огня! — вопит тот. — Господин, я не владею магией разума.

Масяна рывком поднимает его, и я смотрю в его узенькие хитрые глаза. Даже сейчас в предсмертном положении этот старый пройдоха хочет выторговать для себя какие-то благоприятные условия. По крайней мере, надеюсь на это, спрятав за спиной катану.

— Говори! — бросаю ему надежду, как кость голодной собаке. Тот вцепляется в нее со всей силы, но заодно пытается выторговать для себя поблажку:

— Я скажу! Скажу, только развяжите и уведите подальше отсюда, — изрекает старик. Его голос уже не дрожит. В нем чувствуется облегчение, и даже превосходство. Тогда я неуловимым взмахом катаны, отрубаю ему пальцы на левой руке. Он визжит как свинья и падает обратно, более не удерживаемый ниндзей. Я пережидаю его вопли и склоняюсь над ним. Наверное, у меня очень страшное лицо, так как он мгновенно замолкает и лишь тихонько скулит.

— Ты не понял меня, мразь, — еле сдерживаясь, шепчу, глядя в глаза, чувствуя, как дрожат от злобы руки. — Ты умрешь в любом случае. Но ты можешь отдать концы быстро. А можешь насладиться медленной смертью друзей, прежде чем занять их место. Очень медленной смертью! — повторяю, белея от едва сдерживаемой ярости.

Меня хватает за плечи кошка и еще кто-то. Лишь поднявшись, понимаю, что сжимаю в руках катану, хотя помню, как отряхнув ее, вложил в ножны. Вот это меня понесло.

Старик мгновенно раскалывается, подробно рассказывая о том, как ему недавно было видение о страшном воине, желающем обрести Силу. Он не придал тогда значения знаку богов, но сейчас, узрев меня воочию, жаждет передать все до последнего. Согласно словам духа, тот воин сможет обрести силу у орка-шамана, живущего в глубине Темнобыльского леса! Когда маг замолкает, я киваю Савано, и та мгновенно обрывает его жизнь взмахов кинжала.

— Запомните это ублюдки! — шипит она оставшимся в живых пленникам. — Вы будете завидовать ему и умолять меня о быстрой смерти!

Дальнейшее меня не интересует. Я направляюсь к бывшим рабам, сгрудившимся возле сараев. Хатико и Тиема уже организуют раздачу одеял из разграбленного склада Поднебесных, пытаюсь по мере сил приготовить на скорую руку хоть какую-то еду, чтобы накормить хотя бы детей. Увидев их, чувствую, как слезы наворачиваются на глаза. Тогда я поднимаю руки, и кричу в небо:

— Это и есть твой замысел Тираниил⁈ Это и было в твоих планах⁈

Но мне нет ответа, лишь кто-то мягко трогает меня за плечо. Это Томоре.

— Рич, мы нашли лабораторию, — говорит она, борясь с переполняющей ее яростью и подступающей тошнотой. — Это… Это ужасно!

— Живые остались? — спрашиваю, уже зная, что услышу в ответ. Девушка отрицательно мотает головой, но по ее виду понимаю, что тамошние «ученые» помирали очень долго и мучительно.

— Тогда сожгите ее!

Девушка мгновенно исчезает, а через пару минут земля под ногами вздрагивает, словно кто-то рванул пару пачек динамита в шахте…

До самого рассвета я сижу на полянке совершенно один. Девушки, закончив пытать и умерщвлять пленных властителей клана Поднебесных, перетащили все тела в одну кучу и подожгли. Ветер несет сладковатый запах в сторону, а я тупо пялюсь в никуда. Перед глазами все еще встают ужасные картины увиденного в бараках. Кто б мог подумать, что люди способны на подобное⁈ Я даже не хочу знать, что было в лаборатории.

Кто-то трогает меня волосы. Поднимаю глаза и вижу перед собой девочку, одну из спасенных. Она одета и накормлена, но ее детское личико все еще несет на себе печать страшного прошлого. Тем не менее, она протягивает мне яблоко и улыбается. Принимая его, я встряхиваюсь, поднимаюсь и беру малышку на руки, спускаясь к остальным. Меня окружают бывшие пленники. Никто ничего не говорит, но у всех в глазах, как у каждого из них желание отдать жизнь за своего спасителя, ибо они видели вещи куда хуже смерти. Люди, эльфы, зверорасы, ушастые и хвостатые. Их так много, что я поражаюсь наглости Поднебесных, сумевших захватить столько существ и держать их под контролем. Кстати, о самих мучителях. Их клан перестал существовать. Из найденных документов узнаю, что мы уничтожили их центр, главное селение, где находилось руководство. Вырезав всех военачальников, мы лишили гидру главной головы. На материке, конечно, остались еще их силы, но они разобщены и малочисленны, а, значит, не представляют такой опасности, как раньше.

Девушки трудились всю ночь, грабя имущество клана, но не перетащили и половины того, что накопили Поднебесные за века существования. Утомленные в край, они отдыхали в одном из домов. Со мной осталась только Тиема.

— Шла бы и ты отдохнуть, — советую ей, но девушка отрицательно качает головой. Тогда я выхожу к освобожденным с речью.

Сначала я молчу, не знаю, что и сказать, а потом просто говорю правду. Правду о том, что мы целенаправленно пришли уничтожить Поднебесных. Что мы не знали о пленных, но никак не ожидали увидеть здесь такое огромное их количество. Что мы совершенно не представляем, что делать дальше, так как не можем предоставить убежище всем желающим. Потом смотрю на гору награбленного и добавляю:

— Каждый из вас может взять, что угодно их этой кучи и вернуться к родным! Если вам некуда возвращаться, то можете остаться прямо тут чтобы переждать зиму. Не думаю, что вас будут беспокоить призраки невинно убитых!

На лицах взрослых впервые появляются улыбки. Приободрившись, продолжаю:

— Если же у вас нет никакого желания оставаться здесь, но и податься некуда, то можем предложить вам присоединиться к клану, из которого мы прибыли!

Бывшие рабы оживляются, а я кидаю взгляд на Тиему. Девушка критически смотрит на меня и крутит пальчиком у виска, одновременно кивая на дом, в котором спит Савано. Понятно, что она хочет сказать, но меня уже понесло.

— Переход займет несколько дней и будет не из легких, но это лучшее, что я могу вам предложить! Только хочу предупредить, что и там придется начинать с нуля. Тамошние жители не обучены земледелию, поэтому вам придется поднимать хозяйство самим! Поэтому рекомендую запастись деньгами и необходимыми вещами здесь.

Меня внимательно выслушивают, после чего бывшие пленники начинают разделяться на несколько групп. Кто-то хочет вернуться к родному племени, кто-то остаться и налаживать хозяйство здесь, на пепелище Поднебесников, благо тут богатые земли. Но кто-то изъявляет желание отправиться с нами. И таких немало!

Глядя на это, Тиема вздыхает и отправляется будить Савано. Через минуту передо мной прямо из воздуха материализуется кошка, которая с ходу начинает орать и брызгаться слюной. Пережидаю вспышку гнева и обнимаю ее, сжимая так сильно, что девушка вскрикивает от неожиданности.

— Прости меня, — шепчу ей на ухо, чувствуя, как слабеют ее лапки. — Прости, ибо не могу я бросить их. Какой я герой после этого⁈ Да и предупредил я всех о трудностях. Кто тебе деревню будет поднимать? Кто знает о проблемах посевов, когда поливать, когда удобрять? Когда снимать урожай? А тут — посмотри. Посмотри! Они все — опытные земледельцы, которым некуда идти! От тебя всего-то требуется приютить их, выделить пустующие дома и взять над ними шефство! Они и так благодарны нам до конца жизни! Вот на кого тебе стоит опираться при выборах главы! Они же и вытащат вас из задницы! А золота хватит на всех!

Внезапно чувствую, как кошка всхлипывает, а по моим щекам катятся ее слезы.

— Ричард! — шепчет Савано. — Ты снова помогаешь нам! А я-то дура решила… навоображала себе…

Остальные события развиваются быстрее, чем можно было бы предположить. Те, кто решил немедленно покинуть место, в котором они провели немало времени под пытками и дьявольскими экспериментами, подходят ко мне, выражая благодарность в надежде когда-нибудь еще увидеться. Они наперебой приглашают меня в свое племя, а потом идут к куче добра, где берут себе все, что им приглянется. Награбленного столько, что куча почти не уменьшается. Никто не контролирует бывших пленных, но они и сами берут лишь необходимое, несмотря на попытки девушек впихнуть им побольше. Также семейные берут повозки, которых в клане насчитывается не так уж и мало. Но вскоре за ворота уходит последняя семейная пара эльфов и мы остаемся с теми, кто решил остаться и налаживать хозяйство на свой лад.

Мы предупреждаем их, что возможен приезд разных темных личностей, таких как других Поднебесников и прочих малоприятных типов, на что мне с улыбочкой отвечают, что встретят их с всевозможным теплом и распростертыми объятиями. Охотно верю, вспоминая с какой ненавистью рабы смотрели на своих еще живых пленных хозяев. Кое-кто уже освобождает дома от малейшего напоминания о прошлых хозяевах, попросту вынося их вещи в общую кучу награбленного. Другие разбирают инструменты. Дело находится каждому.

Тогда и мы готовимся к переходу, помогая тем, кто решил ехать с нами. Часть добра мы перекидываем в телеги переселенцев, часть загружаем в отсек Гурри. Как бы ни растягивалась киборг, но взять всех с собой она не может. Да и есть вещи, которые бы просто не поместились в ее нутро.

Тем не менее, мы решаем поступить самым логичным образом: первым рейсом роботесса перевезет наиболее хрупкие вещи и детей, которых оказывается, не так уж и мало, а также Савано, которая должна будет заняться подготовкой к приему всех остальных. В это время все остальные выдвинутся в обратный путь на телегах. Как только Гурри выгрузит все, то сразу метнется снова нам навстречу за новым грузом. И так до тех пор летать туда-сюда до тех пор, пока не заберет нас всех, если к тому времени мы не достигнем точки назначения своим ходом. Хотя это маловероятно. Сюда мы летели часа два, а караван шел четверо суток. Конечно, с Гурри все будет гораздо быстрее.

Пока все заняты делом, я размышляю над последними словами старого колдуна. Значит, боги снова решили вмешаться в мою судьбу? Действительно было бы глупо надеяться на то, что они забыли про меня. Вопрос только в том, чья сторона на этот раз сделала ход, явив видение магу? Если Светлые, то почему не связались со мной напрямую? А если темные, то какие они плетут ингриги? Да и судя по тем слухам, которые нам были известны, Темный лорд далеко не в том состоянии, чтобы вновь пускаться во все тяжкие, лишь бы досадить мне. Значит, будем надеяться на «помощь» Светлых, что бы это ни значило…

Мы справляемся даже быстрее, чем я предполагал. Уже к вечеру мы грузим в отсек Гурри последнюю повозку и забираемся сами. Я, Тиема и Хатико оказываемся в тесной камере вместе с последней из семей, избравших путь возрождения клана Савано. На вид это обычные зверолюди-трудяги рода Крола, но мне буквально не дает прохода их единственная дочь, напоминающая сестру Катарины — такая же бойкая и прямая в обращении. Это была половозрелая зайка с хорошей грудью, подпрыгивающей каждый раз, как девушка подпрыгивала от переполняющей ее энергии, стремясь выполнить то, или иное поручение родителей.

Мне показалось, что семейная пара была чересчур молода для такой великовозрастной дочери, но интересоваться их положением, не было времени. Зайка постоянно пыталась оказаться ко мне поближе, не обращая внимания на ревнующих куноичи. Впрочем, мне были приятны ее робкие неумелые попытки обратить на себя внимание, тем более, сама девушка отличалась красотой, присущей роду Крола. Я даже подумывал встретиться с ней после того, как все успокоится, но все пошло совсем не по моему запланированному сценарию.

Во-первых, стоило нам только ощутить под ногами твердую землю, как появившаяся словно из-под земли Масяна потащила меня на внеочередное собрание, на котором, как оказалось, старейшины изо всех сил пытались удержать в руках ускользающую власть, призвав Савано к ответу за все нововведения. Удивительно, но даже у них нашлись сторонники! Казалось бы, кто будет держаться за старые порядки, при которых вся деревня отошла бы Поднебесным…

— Мало того, что секретность клана оказалась под угрозой, вы, леди Савано, назвали наследником чужестранца, так еще и неизвестно откуда привели сюда целые семьи! Да знаете, сколько было сил потрачено нашими предками, чтобы веками хранить инкогнито! — надрывался один из сторонников старейшин под их хмурым взглядом…

Собрание проходило на главной площади деревни. По одну сторону на лавочках сидели старейшины вместе с малочисленными, но влиятельными сторонниками, по другую сторону расположились Савано с превосходящими силами местных жителей попроще. Незаметно пробившись к ней, спрашиваю, касаясь губами пушистого ушка:

— Они уже знают, что мы уничтожили Поднебесных?

— Нет, это наш козырь! — не оборачиваясь, отвечает кошка. — Я вытащу его тогда, когда они меньше всего будут этого ожидать. Видишь ли, у меня есть подозрения…

— Что некоторые из них работают на Поднебесных? — подхватываю я. Куноичи дергает ушками и лупит меня хвостом.

— Можешь хоть иногда дать мне высказаться первой⁈ — недовольно шипит она, но я слышу нотки сарказма в ее голосе. — Да, так и есть. Уверена, придется кое-кому подрезать сегодня крылышки!

Глажу ее хвостик и отхожу назад, теряясь в толпе. Собрание не затягивается надолго. Один за другим высказываются сторонники Старейшин, голосуя против воли Савано, напирая на древний порядок и традиции клана. Потом выходят представители кошки, подробно рассказывая, к чему привело хранение старых порядков, описывая общий упадок, нищету и голодание большинства населения. Если выход хранителей традиций в своем большинстве сопровождался молчанием и редкими хлопками мрачных стариков, то каждое выступление, каждое слово старост вызывало яростные овации и свист населения.

Савано яростно мотает хвостом, явно находясь на пике холодной ярости. Замечаю, как по ее знаку небольшую полянку, на которой сидят старейшины, начинают окружать девушки и местные охранники, все еще подчиняющиеся ей. Грядет переворот и нельзя сказать, что я ему не рад. Наконец, сама кошка берет слово, выходя в центр площади.

— Сегодня мы все услышали мнение обеих сторон! — кричит она хорошо поставленным голосом. Ее слова долетают до всех, даже до тех, кто стоит на сторожевых вышках. Воины несут службу, не отвлекаясь на такие мелочи, но я отчетливо вижу, как они сжимают копья и мечи до побелевших костяшек, мысленно представляя себе всю ситуацию.

— Я уважаю слово Старейшин, ведь именно благодаря ним выросла наша деревня! — рассказывает куноичи. — Я всегда читала и уважала закон! Слово старейшин всегда означало для меня справедливость и порядок!

Кошка вздыхает и поворачивается к старикам и их сторонникам, прожигая их тяжелым ненавидящим взглядом.

— Так и было вплоть до того момента, когда я случайно узнала, что вы, старейшины, сами перестали чтить закон и порядок, предавшись порокам, разврату и продавшись за золото нашим врагам! — говорит она, яростно махая хвостом.

— Поклеп! Клевета! Ложь! — кричат, вскакивая с мест, сторонники традиций. Их не так уж и мало. Около десятка. Это видные тучные мужчины и женщины. В отличие от жителей деревни на их лицах не заметно ни голода, ни лишений. Напротив, они неплохо одеты, а кое на ком даже видны дорогие украшения. Но одновременно с этим я замечаю, как понурились сами старейшины. Скорее всего, они уже заметили сжимающееся кольцо воинов вокруг, и все поняли раньше их недальновидных товарищей.

— Чем докажешь, Савано⁈ — выступает вперед один из мужчин. Он даже не соблюдает простейшие правила уважения, «тыкая» предводительнице. Должно быть, на «высшем уровне» все уже решено. Скорее всего, Савано уже отстранили от руководства, выставив на место главы деревни… да хотя бы его кандидатуру.

— Шелдон! Ублюдок! — вставая со своего места, рычит Гур Скалогрыз, скидывая маскировку. — Ты все же дождался возможности узурпировать власть⁈ Сколько тебя ни гнали ссаными тряпками, все равно нашел лазейку⁈ Сволочь! Предупреждаю, если твоя поганая харя появится на посту леди Савано, — убью собственными руками!

Он выпрыгивает на площадь, все больше и больше напоминая разъяренного медведя. Шелдон, тот самый пухлый мужик, визжит точно недорезанная свинка и пытается затеряться в толпе своих. Савано качает головой и просит Гура соблюдать спокойствие, но по ее лицу скользит мимолетная улыбка — девушка рада поддержке.

— У меня только один вопрос уважаемым старейшинам и их сторонникам, — изрекает кошка, когда налаживается подобие порядка. — Знаете ли вы, где я отсутствовала все это время со своими ученицами и где набрала добровольцев, согласившихся восстановить нашу деревню?

Воцаряется угрюмое молчание. Местные удивленно ждут развязки, в то время как в стане противников тихонько шепчутся.

— Да какая разница, где вы были⁈ — наконец, не выдерживает один из партии хранителей традиций. — Как вы объясните упадок благосостояния клана во время своего правления⁈ Ведь именно в этот период достаток снизился до минимальных значений! Посмотрите на горожан! Это ведь вы довели их до такого состояния!

Разъяренная кошка скрипит зубами с такой силой, что даже мне слышно этот звук. Чтобы поддержать ее, выпрыгиваю из толпы и ободряюще глажу по голове, становясь рядом. Савано мгновенно успокаивается, но на ее собеседника это не оказывает никакого воздействия. Напротив, он расходится пуще прежнего:

— А! Вот и тот чужеземец, которого леди Савано во всеуслышание объявила своим наследником! — нехорошо улыбаясь говорит он. — В то время как наши ученики проливают пот и кровь с раннего детства, следуя идеалам клана, вы, леди Савано, приводите в нашу спрятанную деревню чужака, которого обучаете потаенным техникам. Более того, — толстяк делает паузу, обводя нас и селян взглядом, не предвещающим ничего хорошего, — прошел слух, что вы разделили с ним ложе! Позор! Глава тайного клана спит с чужестранцем!

Сзади нас раздаются шепотки, но сильно не распространяются, так как местные более-менее в курсе того, чем я успел помочь деревне. Кроме того, среди них много тех, кого исцелил от старых ран и помог по хозяйству. Один я за сутки сделал куда больше, чем старейшины за годы.

Зато старейшины оживляются, углядев в этом серьезное нарушение традиций, а, возможно, шанс на спасение своих задниц.

— Ах ты су*… — начинаю я, но ощущаю прикосновение мягкой лапки Савано. Кошка делает шаг вперед и улыбается всему совету старейшин. Хотя это скорее напоминает акулий оскал.

— Как я и думала, вы занимаетесь чем угодно, только не заботой о населении! — произносит кошка. Я замечаю, как при этом напрягаются воины, окружившие Совет. Должно быть, Савано произнесла кодовую фразу или подала другой невидимый знак, предупредив о начале переворота. — Вы даже не знаете последних событий! А ведь именно благодаря этому чужеземцу наш клан смог выплатить долг Поднебесным!

— Мы знаем об этом, — впервые за все время произносит один из стариков. — И мы готовы признать его одним из нас. Но это не снимает с вас вины за остальные деяния, леди Савано. Как вы можете объяснить?..

— Кроме того! — не дослушав, перебивает его кошка. — Думаю, вам стоит узнать, где мы все это время отсутствовали и откуда привезли столько богатств и новых членов клана. Я и мои ученицы, а также Ричард (показав на меня лапкой) навестили клан Поднебесных… и вырезали его под корень! Они все уничтожены!

Ее слова звучат как гром в ясном небе. Все члены Совета как один таращат глаза, пробивая пол челюстями. Как только проходит первый шок, сторонники старейшин начинают вскакивать с мест, крича на Савано, осыпая ее оскорблениями и обвинениями, не замечая, как все ближе подходят окружившие их воины.

— Это ложь! — орет какой-то толстяк. — Я хорошо знаю Сракаши! Он бы никогда…

— Чертова кошка! Как ты смеешь, проклятая зверолюдка! — кричит какая-то женщина, усыпанная драгоценностями, как новогодняя елка. — у них такая охрана, что…

— У Поднебесных сил столько, что они, не задумываясь, сотрут нас в порошок! — добавляет другой. — Мы обязаны подчиниться им и…

Наконец, Савано щелкает пальцами и за какую-то долю секунды у горла каждого из члена Совета оказывается острый клинок. Старики даже не думают сопротивляться, в отличие от более молодых членов, еще не осознавших свою участь. Но воины и ученицы Савано и не думают шутить, будучи очень серьезно настроенными на выполнении поставленной им задачи. На глазах всего населения наиболее шумным и сопротивляющимся задержанию заряжают кулаками в бок, а кое-кому даже на месте вскрывают горло. Думаю, кошка заранее распределила их судьбы, решая, кому жить при аресте, а кому нет. Глядя на ее хищно раздувающиеся ноздри, сверкающие глаза и хлещущий по бокам хвост, соглашаюсь сам с собой.

Рано или поздно до всех доходит, что все изменилось. Низложенные члены Совета стоят на коленях в унизительных позах. Несмотря на это, каждого из них тщательно обшаривают, не забывая о том, кем являются арестованные. Все-таки каждый из них не только соплеменник, но и ассасин, хоть и в далеком прошлом.

Но опасения оказываются беспочвенными. Практически ни у кого из них не оказывается при себе оружия. Холеные зажравшиеся лица выражают животный ужас. Некоторые еще не до конца верят в происходящее, бормоча под нос угрозы. Даже сама Савано удивлена той легкости, с какой происходит переворот. Отведя меня в сторону, она говорит:

— Честно говоря, я надеялась на хоть какое-то сопротивление, чтобы в бою избавиться от наиболее опасных. Теперь придется давить в камерах.

— От них столько вреда? — удивляюсь в ответ. — Может, не стоит всех пускать в расход? Как насчет изгнания?

— Посмотри на них, — вздыхает кошка. — Они давно забыли про честь и достоинство, променяв их на блага и деньги, продавшись Поднебесным. Теперь, когда их лишат всего, они станут только еще опаснее. Изгнание для подобных — не выход. Нет, Ричард, извини, но я сама займусь их дальнейшей участью.

Согласно киваю, не испытывая ни малейшего сочувствия к мразям, и ободряюще глажу кошку промеж ушей. Через полминуты она выходит в центр площади, куда воины уже вывели всех арестованных. Возле каждого стоит воин с обнаженным мечом. Савано зачитывает обширный список прегрешений члена совета и в конце концов спрашивает у местных, что делать дальше с виновниками. Ответ следует немедленно — толпа требует крови. Кошка кивает охранникам и те мгновенно рубят осужденным головы или лишают их жизни другим, не менее действенным способом. Толпа ревет, славя предводительницу, пока кровь бывших членов Совета заливает площадь. Остальных старейшин уже увели. Должно быть, с ними кошка сумеет найти общий язык и договориться.

— Теперь, — берет слово Савано. — Мы построим новую деревню! Пусть пролитая сегодня кровь станет последней! Мы возродимся как новое общество!..

Она еще долго говорит, успокаивая селян и обещая им новую жизнь, но мне это уже неинтересно. Убедившись, что мое присутствие здесь больше не требуется, пытаюсь вернуться к обустройству новеньких, но меня перехватывает Масяна с просьбой заняться зарядкой артефактов для тех, кто уже переселился в пустующие дома. Все оставшееся время до позднего вечера бегаю из одной хатки в другую, по максимуму заряжая артефакты, отвечающие за холод в подземном холодильнике, тепло в доме и сараях и светильники, заодно ближе знакомясь с теми, кто решил выручить местное население. Большинство из них — обыкновенные хумансы, но хватает и зверолюдей, решивших, наконец, избавиться от притеснения со стороны остальных рас, начав новую жизнь в этой деревне. У некоторых есть молодые, но уже весьма привлекательные дочери, поглядывающие на меня с вполне определенным интересом. А в одном доме я подвергаюсь недвусмысленной атаке молодой ушастой вдовы, растящей еще совсем маленькую дочь-тигренка. Разумеется, я не упрямлюсь, строя из себя недотрогу, по-быстрому решая ее проблему, заодно помогая себе снять напряжение, пока дочка спит в другой комнате. Выходя из домика, машу очаровательной тигрице, обещая заглядывать, как только будет время.

Только ближе к ночи оказываюсь у последнего домика, куда поселили тех кроликов, с которыми я летел в последнем рейсе. Расправляюсь с их артефактами, обхожу дом, стараясь ничего не упустить. Излишне будет говорить о том, что Софина, молодая привлекательная крольчишка, неотступно сопровождает меня по пятам, стараясь хоть как-то помочь и лишний раз обратить на себя внимание. Ей это легко удается, так как девушка обладает всеми ярков выраженными признаками своего рода — гибким мускулистым телом, серебряными, даже белыми длинными волосами, парой мощных ушей и пушистым хвостиком чуть ниже спины. Если сравнивать Софину с Катариной или той же Джанной, то, несомненно, девушка проиграла бы им в размерах достоинств и общей женственности. Но ей это простительно, так как она еще очень молода и привлекательна именно свежестью и чарующей кавайностью. Плюс ко всему, Софина практически не стесняется своего тела, не задумываясь, ныряя под кровать, когда я прошу ее поискать там закатившийся артефакт, выставляя свою упругую попку. Я бы давно мог завалить ее прямо там, в спальне, пока ее родители вышли в сарай навести порядок и разобраться с инвентарем. Думаю, они специально так поступили, дав нам время познакомиться поближе. Но что-то до сих пор меня удерживает от этого шага, словно интуиция пытается меня о чем-то предупредить. Я не могу понять, в чем дело. С одной стороны я не чувствую никакой опасности, исходящей от этой зайки, а с другой, стоит мне только протянуть к ней руку, чтобы стиснуть ее зовущее горячее тело, как внутри меня слабо тренькает некий звоночек, как бы предупреждая: «Не лезь, подожди, разберись!»

Таким образом, я выхожу с разочарованной зайкой на улицу, прощаюсь с ее удивленными родителями, не ожидавшими столь скорого ухода, и пытаюсь выйти на улицу… Не тут-то было! Софина буквально повисает на руке, практически умоляя взять ее с собой, ибо она боится впервые ночевать в незнакомом месте. Пожимаю плечами, не видя в этом ничего особенного и поднимаю глаза на родителей. Ну, те только рады, естественно.

Савано с девушками слегка удивлены неожиданному визиту гостьи, но не более. Все крайне вымотаны, потому мы быстро едим и расходимся по комнатам. Я ловлю странный взгляд кошки, но не придаю ему значения. Может, ревнует? Зайка, естественно, напрашивается ночевать со мной. Хе-хе, кто бы сомневался! Зайка первой принимает душ и выходит красная, завернутая в полотенце. Потом иду я. Когда выхожу, разумеется, она уже лежит на кровати, пряча лицо под одеялом. Только уши торчат. Ложусь с другой стороны и поворачиваюсь к милой крольчихе. От ее молодого распаренного тела идет такой приятный зовущий аромат. Софина вдруг отбрасывает одеяло и прыгает на меня сверху. Ого! Кто бы мог подумать, она прячет под одеждой такие большие сиськи⁈ А этот странная красная руна на ее животике придает ей особый шарс! Стоп, что⁈ Руна⁈

— Умри! — рычит зайка, обеими лапками занося обоюдоострый кинжал над моей голой грудью. И тут же, не теряя ни секунды, со всей силы наносит удар…

… — Мама! Мама!

— Дочка, Софи! Не-е-ет! Дочка! Пустите меня! Пустите!

— Ма-а-а-ама!..

Софину, как и бесчисленное множество других детей, работорговцы безжалостно разлучили со своими родителями, продавая и тех и других тем, кто больше заплатит. Красивые и вечномолодые зверодевушки пользовались огромным успехом у дворян, успешных торговцев и прочих, кто мог позволить себе служанку или рабыню. Детей покупали другие. Большинство таких людей предпочитало устраивать сделки чужими руками, не желая светиться даже перед соплеменниками, ибо их деяния были настолько ужасны, что не приветствовались даже собственной расой.

Работорговцам и пиратам было плевать на товар. За звонкую монету они могли продать кого угодно кому угодно, ни на секунду не задумываясь о морали своих действий. Впрочем, в пираты шли последние опустившиеся на самое дно люди, которые могли продать собственную мать.

Таким образом, в числе прочих Софина попала к Поднебесным. Описывать ее детство нет особой нужды, так как ничем хорошим оно не отличалось. Выживать девочке помогали врожденные ментальные навыки, благодаря которым она вызывала у мучителей некоторые послабления.

Но долго так продолжаться не могло. В одну из кошмарных ночей, навсегда изменивших ее жизнь, вместо обычных полубезумных ученых в детский барак пришел незнакомый старый маг. Он с ходу определил наиболее способных детей, без труда отбил слабую ментальную атаку девочки и определил ее в одну из групп, на которых испытывали магию крови.

Софине повезло — она выжила, цепляясь зубами и когтями за осколки жизни, обещая медленную и мучительную смерть мучителям. Найти родителей она давно уже и не мечтала, так как не понаслышке знала, во что превращаются молодые девушки через год после продажи. А ее мама была как раз такой — красивой, пышущей силой и здоровьем крольчихой. Зайка пошла в нее, вскоре став личной игрушкой старого мага и его прихвостней.

Она практически потеряла волю к жизни, когда в одну ночь весь клан Поднебесных был безжалостно вырезан. В момент нападения колдун что-то почувствовал и, направив на нее жезл, активировал заклинание защиты. Но, прежде чем он смог договорить заклинание, нападающие оглушили его, заткнули рот и надежно связали. А саму зайку вывели во двор, где ничего не понимающая, ошеломленная Софина присоединилась к таким же освобожденным рабам.

К сожалению, не до конца активированная печать заставляла ее скрывать присутствие и выжидать удобного момента, чтобы «защитить» мага, даже несмотря на его смерть. Заложенная в печать программа, карая зайку мучительными болями за непослушание, заставила ее втереться в доверие молодой семейной паре и найти способ убить предводителя атаковавших. Наметив себе цель, девушка сделала все от нее зависящее, чтобы оказаться к нему поближе. Ей нравился парень, но, боясь повторения скручивающих ее тело болевых судорог, она делала все, что ей велела кровавая печать. Наконец, настал момент, которого она так долго ждала. Занеся над головой кинжал, она выкрикнула: «Умри!» и нанесла один-единственный удар, после которого должно было наступить забвение и облегчение…

Словно во сне я вижу, как острое лезвие падает на мою грудь! Сердце бешено стучит, но я не в силах помешать удару. Сознание все еще не понимает происходящего, принимая все за полусон и плохую шутку, но я практически уже чувствую, как сталь до самой рукоятки вонзается в мою грудь, необратимо разрывая кожу и внутренние органы. Конечно, не факт, что я помру от такого, но будет ужасно больно!

Дзынь! Почти в ту же секунду, как зайка пытается нанести удар, что-то сверкает в воздухе, выбивая кинжал из ее лап, а горло перехватывает почти неразличимая в воздухе удавка. Софина хрипит, мгновенно забывая о моей персоне. Все, что ее в данный момент интересует — глоток живительного воздуха, но тень за ее спиной туго натягивает струну, ногами отбивая тянущиеся к шее руки.

Одновременно с этим кто-то сбрасывает с меня несостоявшуюся убийцу и тщательно проверяет мое тело.

— Он чист! — кричит одна из теней напряженным голосом. Я узнаю Масяну. Что же, черт возьми, происходит⁈ — Хатико, давай!

Кто-то включает свет, и я вижу всех пятерых девушек в боевой форме со злыми напряженными лицами удерживающих Софину. Зайка уже совсем не такая милая и сексуальная. Она хрипит и рычит, дико вращая глазами, а мускулы на ее теле вздулись так страшно, что четыре тренированных куноичи с трудом справляются с ней. Хатико торопливо что-то произносит и распыляет какой-то порошок в воздухе, после которого синеющая на глазах крольчиха ревет как дикий зверь, и в невероятном усилии рвет удавку!

— Держите крепче! — орет Савано и добавляет, обращаясь ко мне. — Ричард! Приди в себя! Печать! Печать на животе!

Только после ее слов я понимаю, что на Софине горит ярким пламенем кровавая руна! Кажется, что низ ее живота объят пламенем! Спрыгивая с кровати, поспешно подбегаю к девушкам, касаясь рукой голой груди зайчихи:

— Максимальное исцеление!

Прежде чем сфера Истинного света выхватывает из наших рук визжащую зайчиху, успеваю заметить, что рисунок печати на ее теле отличается от всех прежде виденных мной невероятным мастерством и талантом художника, рисовавшего руну. Все прорисовано так тщательно, что видна малейшая деталь, а сама печать напоминает шедевр какого-то очень талантливого мастера. Через секунду рисунок скрывается в пелене слепящего света, зайка замолкает, а ее тело поднимается высоко под потолок, где начинает неспешно вращаться по оси.

Мы молча ждем завершения процесса. Как только тело бесчувственной зайки опускается на пол, девушки мгновенно связывают ее и обнажают оружие. Я не противоречу им, так как только что видел, на что она способна. Печать исчезла. Нам отчетливо виден ее плоский животик. Хатико продолжает распылять странный порошок.

— Маг разума? — только и спрашиваю девушек. Масяна и Хатико одновременно кивают, а Савано добавляет:

— Она сумела взять под контроль тебя, но и всех, с кем имела контакт. Без всякого сомнения, это очень сильный маг разума, потому мы и израсходовали пыль Шаттурана, очень редкий артефакт, который причиняет магам мысли сильную боль и временную неспособность держать жертву под контролем. Вопрос в том, как сильно она поддалась действию руны. Возможно, что она работала на Поднебесных, а печать усиливала ее возможности. Но лучше не рисковать.

Согласно киваю, и мы вместе ждем пробуждения зайки. Наконец, она приходит в себя. Девушка обводит нас непонимающим взором, но не пытается дергаться или сопротивляться.

— К-кто вы? — непонимающе спрашивает она, обводя взглядом девушек и тут встречается глазами со мной. Зайка вздрагивает, пытается отползти, но осознает, что крепко связана. Она мелко дрожит и вдруг понимает, что с ее телом что-то не так. Тогда она приподнимает голову насколько это возможно и смотрит на собственный животик. После чего снова отключается.

— Развяжите ее, — командую опешившим девушкам.

Савано смотрит на меня как на идиота, но делает знак ученицам. Ее авторитет непререкаем — пара быстрых взмахов и путы спадают с крольчихи, исчезая в карманах девушек. Но куноичи все еще держат оружие наготове, несмотря на превосходство в силе и исчезнувшую кровавую печать. Их можно понять — регенерации у них нет, и им дорога каждая капля крови.

Софина, наконец, приходит в себя. Она предусмотрительно не дергается, так как понимает, что окружают ее отнюдь не друзья, но видно, что зайку все равно переполняют эмоции.

— Ты же хуманс! — вдруг произносит она. — Почему ты помог мне? Почему ты помог всем остальным? Какая тебе от этого выгода⁈ Ты же всего лишь один из этих проклятых хумансов! Ты такой же уебок, как и все остальные! Чтобы вы все подохли! Чтоб…

Крольчиху затрясло как лихорадке, а из глаз ручьем полились слезы. Я вздыхаю:

— Отпустите ее.

А когда девушки нерешительно разжимают стальную хватку и отодвигаются, добавляю:

— Благодарю за помощь, но сейчас оставьте нас одних.

— Ричард, ты… — начинает Савано, но я поднимаю на нее усталые глаза.

— Пожалуйста.

Девушки исчезают. Выходит и кошка. Впрочем, я все равно уверен, что они наблюдают за нами. Ну и пусть.

Зайка уже не истерила, а тихо всхлипывала, закрыв лицо лапками. Тогда я просто сажусь рядом и обнимаю, не обращая внимания на слабые попытки той освободиться. А потом вкратце рассказываю Софине свою историю. Сначала та не верит, но в моем повествовании уж слишком много подробностей, о которых обычных хуманс с этого материка просто не может знать. Вскоре она совсем затихает, уткнувшись мне в плечо.

После окончания рассказы мы сидим вот так, баюкая друг друга, довольно долго. А когда я начинаю вырубаться, пригрев на груди мягкую теплую зайку, та вдруг говорит:

— Значит, легенды не врали. Ты и есть тот самый…?

— Да, — киваю в ответ. — Вот только надо было меня сначала сюда закинуть, а не на Фуритику. Сколько можно было бы спасти жизней!

— Ты не виноват, — горячо возразила зайка. — Главное, что мой народ жив и здравствует! Ты, итак, уже сделал то, что не удавалось никому с окончания Войны!

— Что думаешь делать дальше? — спрашиваю, гладя Софину промеж ушей. У нее там шерстка плавно переходит в волосы. Это приятно и мне, и ей. Девушка чуть ли не мурлычет, но задумывается над вопросом.

— Я… я не знаю. Мне некуда возвращаться. Я даже не знаю, живы ли мои родители и где они могут находиться… Хотя, кого я обманываю? Они наверняка уже давно мертвы…

— Тогда оставайся тут, в деревне, — говорю ей. — Прибейся обратно к той парочке. Ты же вроде как ментальный маг?

— Немножко, — грустно улыбнулась Софина. — У меня слабые способности, их хватает максимум на слабый контроль двух существ или закладку ложных воспоминаний. Только не слишком глубоко.

— Ты им, значит, мозги запудрила, тем двоим, и прибилась как дочь?

Зайка невесело кивает.

— Ну и возвращайся к ним, только расскажи правду. Не думаю, что они откажутся от тебя. И живи новой жизнью, — отвечаю, задумываясь совсем не о Софине. Где же находится этот шаман, черти б его драли, который может мне помочь?

— О! Я знаю где! — оживляется зайка. Я недоуменно смотрю на нее. Неужели я вслух это сказал?

— Извините, — краснеет крольчиха, опуская уши. — Оно само получилось. Вы были открыты, ну я… подслушала ваши мысли. В общем, я знаю, где искать того лесного знахаря, о котором вам говорил мой хозяин… Бывший хозяин.

Да что же это такое⁈ То Джигур ко мне в голову забирается, то теперь эта зайка! Такое ощущение, что мой разум — открытая книга для тех, кто хоть немного знаком с магией разума! Но одно дело — старый опытный дракон, и совсем другое — молоденькая сексуальная крольчиха! Кстати, сиськи у нее все-таки отпадные!..

— Спасибо, — краснеет девушка, неловко прикрывая обнаженную грудь. — И-извините еще раз…

Я смотрю на нее новым незамутненным взглядом, вспоминая, когда последний раз обнимал настоящую зайку. Получается, что очень давно. Софина вдруг придвигается ближе и сжимает меня в объятиях. Щекоча губами ухо, она шепчет:

— Если желаете, я бы могла…

Я практически теряю над собой контроль от ее молодого горячего и столь желанного тела, но шорох из-за двери заставляет меня вспомнить о произошедшем. Вздыхая, отодвигаюсь, гляжу с превеликим сожалением на обольстительницу и говорю:

— Возможность уже упущена. Думаю, надо перенести это на потом, а то девушки могут подумать, что ты вновь воспользовалась своими силами.

— Понимаю, — кивает девушка. — Но если вы когда-нибудь…

Спозаранку утром мы выдвигаемся в новую экспедицию. Собственно, это не полноценное путешествие, а, скорее, разведывательный полет. Со мной летит Софина и пара незанятых девчонок. Наша задача — разыскать неведомого колдуна, выяснить, что от меня хотят боги, и вернуться обратно. Я бы не тратил времени на все это, но все мои попытки выхода в Астрал, чтобы связаться хоть с кем-нибудь, то ли блокируются на высшем уровне, то ли выводят мой дух в какой-то тупик. Поэтому пришлось поступиться гордостью и временем, и пойти на поводу покойного мага.

Мы берем с собой провизию на случай задержки, Масяна и Тиема как обычно вооружены до зубов. Зайка одета в простое тканое платье, а мне можно не беспокоиться — биокостюм работает согласно моим мысленным приказам. Конечно, я тоже беру с собой катану и готовлюсь ко всему. Мало ли что может нас ожидать?

Как ни странно, шамана мы находим достаточно быстро. Локаторы Софины работают как компас. Она ни разу не сбивается с курса. Внизу среди верхушек вечнозеленых гигантов вдруг появляется небольшая полянка. Гурри садится, мы осторожно выходим, занимая оборону, но периметр чист.

Перед нами — небольшая землянка, вырытая под корнем давно рухнувшего дуба-гиганта. Несмотря на холод, возле нее на бревне сидит странный старик, расу и возраст которого я затрудняюсь определить. Он смахивает на зверолюда, но одновременно, может быть и орком. Закутанный в шкуры животных и монстров дед, спокойно мешает какое-то варево в котелке над небольшим костерком, игнорируя наше прибытие, но стоит приблизиться, как он тут же вещает густым басом:

— Ты прибыл. Пророчество начинает сбываться!

— Опять какие-то пророчества, — морщусь я. — Как же они задолбали. Опять мне лезть в какую-то задницу, чтобы доказать всем, что древние не ошибались?

— Ты прав, — отвечает старик. — Кто мы такие, чтобы оспаривать слова Первых? Как было завещано Малькомом Безумным, то сбудется, что бы ни произошло.

Он встает, внезапно оказываясь выше и шире меня по крайней мере в полтора раза, оказываясь полуорком-полуогром. Старик невероятно стар, но судя по ауре может тягаться силой даже с Джигуром.

— С этой ящерицей-переростком? — вдруг говорит шаман. — Он еще жив? Мало я ему тогда напинал. Эх, были времена…

Я уже не удивляюсь тому, что шаман читает меня как открытую книгу. Да, конечно, лезьте мне в голову, чего уж там.

— Хуманс! Твое неведение завершается здесь, — вдруг ревет шаман. — Ты получишь то, что заслуживаешь! С какой целью ты прибыл на этот материк?

— Если бы я еще сам прибыл! — зверею я. — Кто бы меня спрашивал, когда запихивал в портал!

— Не по своей воле? — удивляется тот. — странно, в записках Безрукого ничего такого не было… Но пропустим. Все же у тебя есть какая-то цель пребывания здесь?

— Есть, конечно, — отвечаю я.

Перед глазами пронеслись картины прошлого, Сонна, потерявшая память, нападение пиратов, их признания, вырванные под пытками, рабство, впервые увиденное мной в Пограничных землях и ужасные рассказы слуг, рабы, спасенные в клане Поднебесных…

— Блага цель твоя, избранный, — бормочет шаман. — Но путь тяжел, тернист и опасен. Но для того мне и было видение. Пойдем со старым Бруталом… Пришло время…

— Куда⁈Зачем⁈ — вскидываются мои охранницы. Но шаман, как будто не замечая их, движется в землянку. Рассвирепевшая Масяна прыгает в спину шамана… и промахивается.

Не понял. Старик словно бы не заметил ее, но сдвигается в сторону с такой невероятной скоростью, что я едва успеваю уследить за ним взглядом! Позорно брякнувшаяся на землю куноичи лишь открывает рот, когда Брутал оборачивается и строго смотрит на нее сверху вниз.

— Не тебе, девочка, тягаться со стариком, — произносит он медленно и переводит взгляд на меня. — Ты идешь, Избранный или тебе пинка дать для ускорения?..

Мы заходим в уютное убежище. Внутри оказывается гораздо просторнее, чем я ожидал. Старик усаживает меня на циновку и без лишних слов сует в руки пиалу, в которой плещется странная бурая жидкость с подозрительным запахом.

— Что это? — спрашиваю шамана. — Учти, если отравишь меня, я буду призраком тебя мучить, пока копыта не откинешь!

— Это снадобье поможет твоему духу встретиться с богами, — равнодушно отвечает шаман. — Может статься, что они потребуют от тебя чего-то за свои советы. Мало кто из Высших помогает за просто так.

— Мне ли не знать, — бурчу в ответ. — Я еще ни разу не видел духа, которому бы от меня ничего не было нужно. То Червоточину уничтожь, то русалку спаси, то вылечи всех! Хоть бы кто пришел и сказал — Ричард! Мне от тебя ничего не надо! Вот тебе сила и кошкодевушки! Советы будут напоследок?

Старик уселся передо мной, внимательно глядя мне в глаза. Я подношу пиалу к губам и залпом глотаю жидкость. Странно, а неплохой вкус! Будто квас…

— Не верь тому, что кажется — шепчет шаман. — Будь внимателен! Если погибнешь там, погибнешь и здесь! Успехов, брат мой!

Перед глазами все завертелось. Кажется, я упал на пол… Все погрузилось в темноту…

Вспышка! Грохот! Яростные крики незнакомых людей вокруг! Рядом кто-то тоненько пищит, завывая от ужаса и боли! Я не понимаю, что происходит! Где я? Как я тут оказался? И тут — это где?

Это пещера. Точно пещера. Я и остальные с кем-то сражаемся. У меня в руках какая-то палка, а еще я чувствую себя крайне неестественно… Передо мной вдруг как из-под земли вырастает незнакомец. С виду — обычный наемник. Молодой парень лет двадцати, одетый в легкую кожаную броню. Он весь в крови. Паренек что-то кричит мне, но я не могу разобрать ни слова, словно меня контузило. Внезапно позади него вырастает какая-то огромная тень… и отрывает пацану голову. Раздается чей-то отчаянный вопль, и я вдруг понимаю, что он идет из моего рта. Тело само поднимает руки с зажатой в них палкой, и мои губы произносят незнакомое заклинание на эльфийском. Прежде чем заклинание заканчивается и в страшную тень устремляется огненный шар, я с тоской понимаю, что не управляю этим телом, а лишь являюсь «гостем»…

Зато чувствую боль! Кто-то лупит меня… нас по голове… Я теряю сознание, которое сменяется короткими проблесками. Вот, кто-то тащит мое тело в одну сторону, что-то крича. Вспышка. Я лежу, а вокруг грохот не то взрывов, не то обвала. Вспышка… Меня тащат за ноги странные зеленые карлики… Вспышка…

Все снова погружается во тьму, которая вскоре сменяется слепящим светом. Когда он рассеивается, я вижу перед собой…

— Мать твою! Рейлган! Вот кого-кого, а тебя я меньше всего ожидал увидеть, — говорю стоящему передо мной гиганту в силовой броне и тут замечаю, что он не один. За его спиной стоят другие: Селемине, Минета, Легат и прочие. Я замечаю даже Тираниила и Кето. Странно… Что происходит? И почему у всех такой странный потерянный вид?

— Жаль, что мы видимся в таких обстоятельствах, Ричард, — наконец произносит Мент, не поднимая головы. — Надеюсь, ты простишь нас… когда-нибудь за то, чему мы должны тебя подвергнуть. Это лишь во имя всеобщего блага.

— О чем ты? — начиная подозревать худшее, спрашиваю я. — Чему подвергнуть? Вы же говорили, у меня есть время⁈

Гигант смотрит на меня в упор. Его глаза горят истинным пламенем.

— Запомни, Рич, — наконец, изрекает он. — Во что бы то ни стало, спаси Его! Он должен выжить!

— Да кто «Он»? — теряя терпение, ору я. — вы че все с ума посходили⁈

Но свет тускнеет. Когда Тьма практически захватывает меня, слышу далекое:

— Ты узнаешь Его! Не подведи Рич! Будущее зависит только от тебя!..

«Сука! Сволочи! — кричу я мысленно, приходя в себя. — О да, блять! Конечно же!»

Я связан и подвешен за руки в каком-то подвале. Нет, даже в пещере. Мне больно, и нестерпимо хочется в туалет по-маленькому. Хотя хочется так сильно, что мало не покажется. Но что-то еще мне кажется дико странным и неестественным.

В пещере нет факелов, но достаточно освещения от странных светящихся кристаллов. Опустив взгляд ниже, внезапно утыкаюсь в странные подушки, которых раньше не было.

— Что за херня? — спрашиваю сам себя и поспешно затыкаюсь. Нет! Это просто не может быть! Голос тонкий и пронзительный! Он просто не может принадлежать мне! А эти… подушки! Это же сиськи!!!

Поспешно оглядев себя насколько это было возможно, кричу матом, поминая всех богов:

— А-а-а-а-а-а-а!!!

Я нахожусь в теле бабы. Вероятно, той самой, в тело которой загремел, выпив странную жидкость… За-ме-ча-тель-но! И что дальше⁈ Мне дико хочется ссать!

Внезапно раздается скрип. Подняв голову, вижу, как из небольшой дверки, расположенной в противоположной стене, в пещеру входят три зеленых карлика… Мать твою! Гоблины!

Злобно хихикая, они приближаются, вонючие, противные… и с огромными детородными органами наперевес! Да ладно⁈ Только не говорите мне…

— Пора вста-ава-а-ать! Ба-арт! Вставай! Да сколько можно спать⁈

Солнечный зайчик пробежался по деревянному полу, запрыгнул на кровать и принялся топтаться пол лицу самого обыкновенного парнишки, которому сегодня исполнялось шестнадцать весен. Юноша поморщился, но все равно не открыл глаза — ему снился замечательный сон. Самый лучший из всех за всю его коротенькую жизнь! Сновидение, в котором к каждому подростку деревни приходило таинственное мудрое божество, дарующее тому его будущую профессию…

Барт не знал, что у изголовья его кровати уже столпилась вся его немногочисленная семья. Если мать открыто тревожилась, то отец с виду был весел и беспечен, хотя тоже переживал, но не подавал виду. Сегодня решалась судьба их отпрыска…

… Обычные бессвязные сны вдруг сменились яркой и точной картинкой. Барту даже показалось, что он проснулся и очутился неизвестно где. Он стоял в бескрайней пустыне из синего песка, но разглядеть окрестности ему так и не удалось. Вдруг откуда ни возьмись перед ним появилось слепящее золотое облако. Только увидев его, паренек сразу понял, что его ждет.

— Ты достиг зрелости, сын мой! — донесся сильный мужской голос из сверкающего сгустка тумана. — Нарекаю тебя — Барт — почтальон! Носи с гордость сие звание и не посрами народ байлов!..

Барт так и проснулся, улыбаясь до ушей. Он даже не заметил стоящих рядом с ним родителей.

— Как ты вырос, мой мальчик, я и не заметила! — воскликнула мать, глядя на счастливое лицо сына. — Тебе явились боги? Ведь явились⁈

— Я вижу, предки даровали тебе профессию, сопляк! — шутливо потрепав Барта за кудри, проревел басом отец. — Не томи, поделись уже! Какой путь тебе определила великая Жива? Защитник? Коневод? Может быть, даже строитель?

«Запомни, отрок! Не рассказывай незнакомцам свою профессию! Они могут воспользоваться тобой, а потом обмануть! Доверяй только тем, в ком полностью уверен!» — вспомнились Барту наставления божества. Но, родителям рассказать наверняка можно, ведь они растили его столько, сколько он себя помнит!

— Мама, папа! Я — почтальон! — гордо произнес он, садясь на ложе из шкур. Мать тихонько ахнула, приседая на неказистую табуретку, а глава семейства задумался. Побродив по жилищу, он взглянул на небо, на котором звезды уже уступали место яркому солнцу, и что-то негромко пробормотал. Барт уловил только последнюю часть — «…пророчества не избежать». Причем тут его должность и пророчество, новоиспеченный почтальон так и не понял.

— Это — хорошая профессия! — наконец выдал глава. — Но ведь и опасная! Ведь тебе надо будет выходить с поручениями за Круги!

— Ах! — вскрикнула мать. — Потерять еще и Барта! Неужели небесам было мало Кринга?

Отец угрюмо промолчал, а Барт, ничего не понимая, завертел головой. Да, в небольшом, но центральном селении байлов почтальон считался за престижную и несложную профессию, но связанную с некоторой опасностью. За пределами Кругов — водяных рвов и толстых каменных стен находились и другие селения, нуждавшихся в поддержке. Караваны ходили нечасто, атаки чудовищ никто не отменял, а гонцы очень часто пропадали с концами. Однако лишний риск только привлекал охотников за приключениями, которым так завидовал Барт! Увы, но до возраста зрелости ему, как и всем остальным подросткам, было запрещено покидать родную деревню. А ведь если бы он получил обычную профессию, то навсегда бы так и остался в деревне, без возможности выйти за стены!

Но быть почтальоном… О-о-о, Эта профессия была почетна и высокооплачиваема! Кроме того, гонцы имели неограниченный доступ к услугам Икон, несравненных воительницах, ежедневно рискующих собственной жизнью ради редких ресурсов и технологий древних. Тренированные, бесподобные в своей несравненной красоте и грации, амазонки жили подобно мотылькам, — порхали и радовали глаз, но также мгновенно сгорали. Выжить в рейдах могли лишь те, чей организм мог выдержать колдовское снадобье, способное на несколько минут удесятерить физическую и магическую силу. Но оно же преждевременно старило организм. Мало кто из Икон мог похвастать тем, что принял снадобье более десяти раз и остался в живых.

Тем не менее, попасть в отряд амазонок считалось за высшую честь, заслужить которую было далеко не всем под силу. Несмотря на это, с каждым караваном прибывали новые и новые девушки, с детства, мечтавшие о вступлении в орден Иконостаси. Сестринство принимало всех, даже самых неспособных, ибо прием снадобья менял каждую воспитанницу.

Принимая во внимания скоротечную жизнь на службе ордена, служительницы ордена не отказывали себе ни в каких удовольствиях. По негласной договоренности вожди племен и глава Икон снисходительно смотрели на баловство подчиненных, наказывая только особо провинившихся. Собственно, какие могли быть удовольствия в небольшой деревне? Выпивка, кураж, танцы и ночь с наиболее понравившимся парнем. А уж отдавались красавицы с особым пылом — ведь следующий день мог стать для них последним. Да и зелье, которые они принимали для ускорения метаболизма, сильно сокращало их жизненный путь, превращая красавиц в старух за несколько приемов. Потому для каждой амазонки было честью отдать жизнь за сестру, нежели влачить убогое существование изможденной воительницы.

Против когтей, шипов и зубов лесных монстров, которых предки оставили в назидание потомкам, не помогала никакая броня. Байлы давно поняли, что ключом к их выживанию является только скорость вне кругов и крепкие каменные стены. А также против Нечисти отлично помогала вода. Поэтому, деревню окружали не только высоченные стены, построенные еще прадедушками Барта и его поколением, но глубокие рвы, наполненные проточной водой. Самое интересное, что селяне не раз замечали, как монстры приходят на водопой утолить жажду, но опасались входить в воду, словно та была для них смертельно опасной.

Обряд посвящения проходил как обычно на главной площади. Когда официальная часть закончилась, старейшина деревни подозвал к себе новоявленного гонца, на груди которого красовалась деревянная бляха с выбитыми на ней символами, и торжественно произнес:

— Сегодня ты стал мужчиной, Барт! Далеко не каждый удостаивался чести стать почтальоном. Носи же это звание с гордостью!

— Так, когда же я заслужу первое задание? — быстро спросил паренек. Ему не, терпелось поскорее покинуть опостылевшую деревню.

— У меня есть для тебя миссия, — немного помолчав, ответил ему вождь. — Но сначала зайди к кузнецу Вотычу и получи комплект вооружения. Потом к Пантелею, что трактир держит за провиантом на дорогу…

— Он же меня со двора погонит, — засомневался парень.

— А на что ты Знак получил? — напомнил старейшина молодому гонцу. — Уже не погонит. И вообще, забудь, Барт, обо всем, что было раньше. Теперь ты — единственный почтальон нашего гордого клана байлов! Это не просто почет и уважение, но громадная ответственность! Выполняя задание, помни, что от тебя зависят судьбы других!

— Я не подведу! — восторженно выдохнул юноша.

— То-то же! — улыбнулся вождь. — Когда получишь провиант и снаряжение, зайди ко мне еще раз. Выберем для тебя то оружие, которое наиболее тебе подходит. И вот еще что. Добеги до шамана Либича, узнай у него, что ждет тебя в пути. Дай Жива, чтобы он предсказал тебе легкий путь! А теперь — иди!

На удивление парня, никто из уважаемых серьезных людей, к котором он пришел, не только не гнал его со двора, но и приглашал в дом, как будто и не было недавних проказ и проделок Барта. Он словно переродился. С ним общались также уважительно, как с себе подобными, и даже приглашали на чашу кваса. Пареньку стоило больших трудов найти более-менее правдивую отговорку. Ему не терпелось как можно скорее завершить подготовку и приступить к заданию. Получив у кузнеца стандартный кожаный доспех, защищающий носителя от колюще-режущих ударов и не стесняющий движения, а у кабатчика удобный и вместительный рюкзак с сушеным мясом и прочими продуктами, он выбежал на окраину деревни, где жил шаман.

Судя по виду Либича, он был явно не в духе. Дойдя до его хижины, вокруг которой были развешаны странные тотемы и шкурки животных, Барт хотел даже потихоньку смыться, когда увидел, как тот сидит на пеньке и ворчит. Уж больно недовольным выглядел старый колдун. Но стоило ему только развернуться и сделать шаг, как он был остановлен грозным окриком шамана.

— Куды собрался юный падаван⁈ Сюда хади, шоб я мог разглядеть нового кандидата для самопожертвования!

Пришлось Барту вернуться и предстать перед стариком. Хотя, назвать его немощным дедом было бы ошибкой. Несмотря на то, даже отец почтальона помнил Либича древним стариком, колдун мог запросто поспорить физической силой с любым силачом деревни. Его никто не снабжал припасами, за исключением ритуальных подношений и платой за услуги. Тем не менее, все знали, что шаман мог при желании сам выйти за пределы Кругов и вернуться с добычей. Даже среди зрелых милф и отвоевавших свое Икон ходили слухи о невероятной мужской силе Либича.

Правда это или вымысел, Барт не знал, а спрашивать напрямую поостерегся, так как не был полным идиотом. Потому он немедленно послушался приказа шамана. Все равно ему следовало выпросить предсказание.

— Слабый, жалкий, тощий, костлявый, — бормотал под нос дед, бросая на новоявленного почтальона оценивающие взгляды. — То ли дело твой брат… Как его… Кринг? Кровь с молоком! В плечах косая сажень! Мог лошадку приподнять! И куда его засунули? В караванщики! Долбанные духи!..

— Но брат же, погиб? — осмелился вставить слово Барт.

— Чушь! — рыкнул старик. — Вы видели его кости? Его тело? Нет! Кровь на разграбленном караване, да медальон твоего брата⁈ И вы сразу ударились в плач, что твоего брата сожрала Нечисть!

— Но почему он просто не сказал всем, что…? — переспрашивает Барт, как вдруг стремительная и нежданная мысль проскакивает у него в мозгу. Такая яркая и такая опасная, что парень невольно обрывает сам себя, забывая закрыть рот.

— Во-о-о-о-от! — довольно смеется шаман. — И до тебя дошло! Значит, ты не настолько жалкий, каким я тебя увидел с первого взгляда. Это обнадеживает.

— Кринг! Ведь его назначили водить караваны! — восклицает Барт. — Если бы он пришел на собрание и отрекся… Или попросил бы переназначения…

— Именно! — потряс перед носом парня указательным пальцем Либич. — Никто бы его не послушал! Где взять еще такого караванщика? Потому и…

Он замолчал, давая Барту самостоятельно все обдумать и прийти к выводу. Но тот уже все понял. Его брат, Кринг, всегда отличался нездоровым стремлением покинуть деревню. Как он обрадовался, когда ему выпала должность караванщика! Ведь это означало то, что он всегда будет в движении! Всегда будет посещать новые и новые места…

Но что-то пошло не так. После первой же поездки его брат выглядел усталым и подавленным. «Наша жизнь — это обман!» — сказал он брату, но на остальные вопросы не отвечал. А через месяц пришло известие о нападении монстров на его караван и смерти брата…

Значит, Кринг инсценировал собственную смерть⁈ Но зачем⁈ Как он мог все бросить ради…

— Ради исследования мира, — ответил сам себе Барт. Шаман засмеялся.

— Ладно, парень. Ты не настолько безнадежен, как твой брат, хоть и пожиже. Ты же за предсказанием пришел? Оно уже готово. В общем, приступай к заданию, путь твой будет легок и приятен. Благословение богини над твоей головой и дорога с горы будет крутой. Ну, все, кыш отседова. Иди, мне надо отдохнуть…

— Это же неправда? — спросил, не двигаясь с места парень. — Зачем вы меня обманываете⁈ Ваши предсказания никогда не бывают такими… хорошими. Вон, птичница Мария пришла к вам спросить, когда высаживать птенцов куросойки? Вы ей сказали, что можно будет, как только третий гром прозвучит, но никак не раньше. Или она лишится половины всего…

— Глупая сисястая дура! — выругался шаман. — Я же совсем не так ей говорил! Она до сих пор злится? Вот идиотка! А ты… Тебе так сильно хочется услышать ответы? — сказал он, внезапно сгорбившись и не смотря в сторону парня. — Пойдем в дом. То, что ты услышишь, не предназначается для посторонних ушей…

Барт со стесненным сердцем шел к дому старосты. Предостерегающие слова Либича запали глубоко в его душу. Напрямую шаман не угрожал ему, обходясь туманными загадками, но общий смысл божественного послания сводился к тому, что будущем Барту угрожает какая-то неведомая опасность. Какая конкретно колдун так и не объяснил, но это наверняка было связано с его профессией. Уже выходя из хижины шамана, Барт почувствовал на плече его руку. Обернувшись, он увидел глаза Либича, совсем не похожие на стариковские. Они сверкали внутренней Силой!

— Запомни, гонец! — добавил на прощание старик. — Боги возложили на твои плечи великую миссию! От тебя зависит не только судьба всей деревни, но и возможно всего мира!

— Но как⁈ — воскликнул Барт. — Почему я? Что я могу? У меня и Дара-то нет!

Это была правда. Дар проявлялся не у многих, но все-таки в деревне байлов он был примерно у каждого четвертого. Кузнец, например, мог без огня плавить железо. Птичница Мария создавала воду, правда в ограниченном количестве. Даже отец Барта мог временно становиться невидимым, что сделало его лучшим добытчиком клана. Но у его сына, как и у многих других, Дар отсутствовал полностью. В том не было никакой беды или позора. Местные видели в том просто дополнительную ответственность, ведь кроме основной профессии отмеченному Даром приходилось брать на себя все то, чем он мог помочь деревне. Та же Мария, например, раз в неделю обновляла круги и обходила дома, даруя соплеменникам запас свежей воды.

Но старый шаман лишь развел руками, намекая на то, что деяния Духов не поддаются объяснениям и вернулся в хижину, оставив новоиспеченного почтальона наедине с его сомнениями и думами. Когда тот добрался до старосты, было уже время обеда.

— Молодец! Со всеми поручениями справился, — одобрил вождь, придирчиво осматривая все выданное почтальону. — Так. Полдень уже. Негоже приступать к заданию так поздно. Иди-ка ты домой, покушай, да проведай трактирщика. Чувствует мое сердце, у него для тебя есть подарок. А как проснешься — сразу ко мне!

Барт поплелся домой. У него из головы не выходили слова шамана. Он наскоро перекусил, практически не чувствуя вкуса и также уныло направился в трактир.

«Опасность, смерть, мир… — угрюмо размышлял паренек. — Не так я представлял себе приключения! Совсем не так! Где длинноухие девы с огромными арбузами и булками, как у тетки Маланьи, но при этом тонким станом, как у Елены⁈ Почему шаман ни слова не сказал о том прекрасном, что меня ждет за Кругами⁈»

Барт толкнул дверь, не обращая внимания на то, что при его появлении в шумном трактире стало необычайно тихо, и зашагал к стойке Пантелея.

— Староста сказал, что у тебя есть для меня что-то важное, — буркнул он, не поднимая глаз на трактирщика. — Давай…

— О, новый почтальон! — пророкотал Пантелей, нависая над парнем. — Какая честь видеть тебя в моем заведении парень! Конечно же, у меня есть для тебя подарок. Он прямо за твоей спиной!

— В смысле…? — начал было Барт, оборачиваясь и роняя челюсть от неожиданности. Перед ним стояли, нагло улыбаясь…

— Новый почтальон⁈ Серьезно⁈

— Здесь⁈ Сейчас⁈

— Вот это удача!

— А какой он? Симпатичный?

— Ой хоть бы не такой жирный, как строитель, которого выбрала богиня позавчера!

— Ой, дево-оньки!..

— Так! Ну-ка, соберитесь! — прикрикнула на ораву молодых Икон древняя как мир, повидавшая многое Смотрительница Ордена. — Завтра многим из вас придется сопровождать его в длительном путешествии до Орлейна! Поэтому… — старуха мечтательно посмотрела на столпившихся перед ней девушек, — только от вас зависит, кого из вас он выберет на смотринах завтра! Так, что постарайтесь как следует этой ночью! Вперед, вперед, вперед, мои цыплятки!

Когда толпа оживленно гомонящих девушек выбежала наружу, направляясь к единственному в тих местах увеселительному заведению, Смотрительница тяжело и горестно вздохнула. «Снова готовить панихиду, — грустно подумала она. — Опять провожать на смерть молодых!» Она прошла в келью, где принялась пересчитывать баночки снадобий и провианта. Ей предстояло, как следует подготовить молодых к смертельному путешествию. Они должны были быть готовы отдать жизнь за почтальона. Такова их судьба. К этому их готовили всю жизнь.

Барт, вытаращив глаза и уронив челюсть на грязный, залитый пивом дощатый пол трактира, смотрел на окруживших его молодых очаровательных девушек, одежду которых состояла из легкого кольчужного лифчика, крупноячеистой металлической сетки и куска кожаной ткани, обернутой вокруг бедер. На поясах некоторых болтались короткие кривые ятаганы или кинжалы, но большинство не носило никакого оружия. Загорелые мускулистые красавицы придвинулись еще ближе.

— Какой красавчик!

— Чур, он мой!

— Вот еще! Я первая его увидела!

— А может вместе?..

— Так! А ну, охолонь! — вмешался трактирщик. — Парень едва-едва вкус взрослой жизни почувствовал! Аль, обычаи забыли? Сначала — испытание Силы!

— Испытание! Испытание! — заголосили девушки, расступаясь. Они выстроились стройными рядами таким образом, что единственный проход вел к богато украшенному столу посреди заведения. Он был заставлен не только яствами, но и кувшинами, из которых юноша даже находясь у стойки чувствовали сильный аромат браги и самогона.

— Сегодня твой день, почтальон! — проревел сзади Пантелей. Хоть Барт и не видел его, но ощутил, что тот улыбается. — Иди же и ни в чем себе сегодня не отказывай! Не посрами честь своего отца!

Парень ощутил легкий толчок трактирщика и, улыбнувшись, сделал первый шаг к столу. Девушки радостно заорали, потрясая руками. Тогда Барт осознал, что не стоит терять времени.

— Спасибо за подарок, — прошептал он, садясь за стол…

Дальнейшее слилось в реве поздравлений, океане алкоголя, жарких объятиях Икон, горячих поцелуях, невероятных обещаниях… Уже затемно накачанный брагой Барт обнаружил, что его практически под руки тащат на второй этаж трактира, где находилась святая святых — единственная комната Пантелея, которую тот сдавал особо важным гостям. Сил на споры и отговорки уже не оставалось, поэтому отрок покорился судьбе, тем более сила была на стороне взбудораженных алкоголем и похотью сестер Ордена…

Барт не был девственником. Подростки клана Байлов вообще рано познавали радость секса. Но то, что ему показали Иконы стало для него не просто открытием, но превзошло все его ожидания. Недосказанные слухи и сплетни о запретных знаниях Икон внезапно стали реальностью. Несмотря на переизбыток алкоголя, парень все же многое запомнил из того, на что отвадились в ту ночь девушки. А каждая из них стремилась превзойти других, чтобы сильнее понравиться новоиспеченному почтальону. Парень тоже старался выложиться на максимум. До самого утра не стихали сладострастные стоны…

На то у девушек были свои причины. Каждая из них знала свою дальнейшую судьбу. Каждый глоток снадобья отнимал у воительниц часть ее жизни, превращая в древних старух раньше положенного срока. Куда лучше было бы быстро погибнуть в бою, защищая друзей и подруг, чем влачить жалкое существование. Потому и желали они сопровождать парня в его миссиях. Все лучше, чем ожидать неизвестно чего в стенах Ордена. Чем скорее будет возможность выполнить поставленную задачу — тем лучше! А после смерти, как известно, душа каждой сестры присоединялась к остальным ушедшим ранее в Фулгалле за пиршественным столом, где им прислуживают мускулистые озабоченные самцы с неприкрытыми жезлами!..

… — Как⁈ Как все это произошло⁈ — плача от боли и страха, причитал раненый Барт, убегая все дальше и дальше в неизвестные глубины подземелья. Где-то позади кричали от ярости воительницы, поклявшиеся защищать юного гонца до последней капли крови и ревели монстры. Но возвращаться, чтобы помочь им — означало обречь и себя и их на бесславную гибель, не оправдав ожиданий тех, кто возложил на него эту миссию и верящих в него Икон. Несмотря на то, что выход остался где-то позади, парень все бежал и бежал в темноту, надеясь на удачу и чудо. Когда его обступила кромешная тьма, он уловил где-то впереди шум какой — то возни. Осторожно ступая, нащупал что-то плоское и деревянное, напоминающее… дверь? Ручки не нашлось, а возня и стоны за стеной стали чуть громче. Тогда Барт попробовал толкнуть дверку, но оступился и упал на нее всем весом. Калитка неожиданно легко подалась, а ошеломленный паренек покатился кубарем в помещение. С его появлением в комнате воцарилась абсолютная тишина, а пока глаза паренька привыкали к полумраку пещеры, раздался голос:

— Ты припоздал пацан, но выбрать не приходится. Помоги мне!

…Мало мне было того счастья, что я оказался в чужом теле какой-то слабой бабы, так мне еще «повезло» угодить в плен гоблинам! Кроме того, эти мелкие зеленые карлики прямо сейчас собираются воспользоваться моим бедственным положением и, судя по их возбужденной боеготовности, просить их сжалиться бесполезно.

Впрочем, в любом случае мои интересы не совпадают с их желаниями. Договариваться бесполезно — умом эти коротышки не обладают. Но даже если бы они понимали человеческую речь, то все равно бы все делали по-своему. Гоблины. Из всех полуразумных рас — эта наиболее отвратительная, мерзкая. Несмотря на то, что у этих карликов даже есть иерархия в виде шаманов, вождей, хобгоблинов и даже королей, эти ужасные существа все равно не идут ни на какой контакт с прочими расами, расценивая их только в качестве еды и инкубаторов.

Я не знал, остались ли у меня умения и магия, а проверять — нет времени. Но учитывая прошлый опыт, не думаю, что меня заблаговременно снабдили всем необходимым. Рейлган, сука! Мог бы и предупредить! Гоблины подходили все ближе, видя во мне беспомощную жертву. Что же, пусть и дальше так думают!

Хоть карликов и ведет к моей беззащитной тушке инстинкт размножения, это не мешает им гнусно хихикать и наяривать лапами свои детородные органы, оценивая мои прелести… то есть сиськи той бабы, в тело которой я угодил. Интересно, а что стало с ее настоящей личностью? Но времени размышлять над этим, уже не оставалось. Первый карлик уже тянет ко мне лапы. Я напрягаюсь, но тут перед уродцами возникает небольшая проблема.

Самый рослый из них едва достает мне до пояса. Он некоторое время прыгает, смешно стукаясь возбужденным членом об мои коленки, едва не визжа от злости. Они добрых пару минут скачут вокруг меня, расталкивая друг друга. Когда я начинаю подумывать о небольшой подсказке бедолагам, ибо не мог им противостоять до тех пор, пока меня хотя бы не сняли бы с крюка. Все, что мне оставалось, — отпихивать карликов ногами до тех пор, пока самый расторопный из них не визжит, указывая вверх.

«Наконец-то», — облегченно вздыхаю я, собираясь с силами, которых в этом дрянном теле было крайне мало. Не знаю, чем занималась прежняя владелица этого тела, но физическим упражнениям она уделяла совсем мало времени. Еще бы! С такими-то сисяндрами! Действовать придется наверняка, полагаться на случай никак нельзя, тем более, проверять магические силы. Гоблины — хоть и полуразумны, но не конченные идиоты. Кое-чему они все же научились. Вот и сейчас двое из них с визгом ищут способ меня спустить, а второй, вооружившись коротким самодельным копьем с каменным наконечником, не сводит с меня своих маленьких глаз. На его харе я отчетливо вижу похоть с недоумением. Ах да, я же веду себя не так, как, по их мнению, должна вести себя самка хумансов, попавшая в их лапы!

— Спасите! Помогите! — как можно визгливее кричу, стараясь придать голосу больше страха и надежды, что вот-вот ворвется отряд спасения. — Кто-нибудь! Спасите! Насилуют!

Недоумение на вытянутой морде самого сообразительного из гоблинов сразу же меняется на удовлетворенное. Мразям по сердцу жалобные стоны и мольбы о помощи.

Тем временем, двое других, наконец, справляются с механизмом лебедки. Странно, кто же подвесил к потолку тело этой бабенки, предварительно ею не воспользовавшись? Вряд ли это был кто-то из иерархии гоблинов. Любой из них поддался бы инстинктам, будь то шаман или король, не важно. Значит, кроме этих зеленокожих уродцев здесь есть и другие, более опасные монстры, обладающие куда более развитым разумом.

Но время размышлений прошло. Пришла пора действовать! Руки у меня остаются связанными, но ноги неизвестный похититель оставил свободными. Впрочем, кто бы он ни был, а оставлять оглушенную девушку гоблинам на расправу, то еще злодеяние! Два гоблина с усилием принимаются крутить ржавый ворот механизма, пока третий, подпрыгивая от нетерпения, пытается стащить с меня порванное платье, не дожидаясь конца спуска.

Наконец, я ощущаю босыми ногами ледяной пол пещеры. Как раз в этот момент то ли не выдерживает механизм, то ли гоблины перестарались, но проржавевшее устройство, жалобно скрипнув последний раз, ломается, и я хлопаюсь наземь, пребольно стукнувшись задницей. Гоблины тут же кидаются на меня, забыв про очередь и мешая друг другу. Каждый хочет вставить первым.

Но я и не сплю, подыскивая подходящий момент. Второго шанса у меня бы попросту не будет. Не забывая жалобно попискивать и делать вид, что пытаюсь сопротивляться, сжимаю бедрами голову самого шустрого, в то время как двое других рвали на мне одежду, не обращая внимания на удушение товарища. У этой бабенки оказываются на удивление сильные и накачанные ноги, благодаря чему я быстро справляюсь с поставленной задачей.

Гоблин отключается достаточно быстро, и тогда я решаю атаковать открыто, попытавшись отбиться сцепленными в замок руками от остальных. Это оказалось роковой ошибкой!

Кто бы мог подумать, что эти мелкие карлики будут настолько сильными? Впрочем, нет… Это я, не рассчитав сил, накидываюсь на гоблинов, забыв про чужое тело. Мне повезло, что они побросали у входа свои самодельные копья и ножи. Мне удается лишь слегка ошеломить одного из них, стукнув по черепушке, да подмять под себя сиськами второго. Кажется, тот даже не понимает в чем дело, вцепившись в них когтями и пуская слюни от удовольствия. Зато стукнутый разгневался не на шутку, заорав и укусив меня за плечо.

— Больно же, сука-а-а! — кричу я, пытаясь скинуть с себя кусачую тварь. Гоблин оказывается тяжелым до ужаса. Кроме того, я чувствую, как стремительно теряю силы. Еще немного, и меня можно будет брать голыми руками! Перед глазами мелькает голая шея уродца и я, почти теряя сознание от отвращения, впиваюсь в его беззащитное горло зубами!

Гоблин пищит и пытается вырваться, но я треплю его глотку, чувствуя на губах противный вкус его крови до тех пор, пока не понимаю, что держу в зубах мертвеца. Лишь тогда с отвращением отплевываюсь и с ужасом вспоминаю про третьего. Но тот давно в отключке. Во время сопротивления ему пришлось несладко, будучи придавленным двойным грузом. Или, наоборот, помер счастливым?

Внезапно дверка распахивается и что-то залетает внутрь. Я пытаюсь приподняться, но сил не осталось совсем, к тому же на мне лежит тело мертвяка. Дьявол! Если это еще гоблин, то мне песец!

Куча на полу принимает человеческие очертания и озадаченно вертит головой. Хуманс! Аллилуйя! Вроде какой-то паренек…

— Ты опоздал, пацан, но выбирать не приходится, — говорю, чувствуя, что еще немного и залью всю пещеру. — Помоги мне! Быстрее!

Тот все еще крутит головой, не понимая, откуда идет мой голос.

— Да тут я! — говорю ему нетерпеливо.

Наконец, чувствую, как тяжесть, мешающая мне вздохнуть, исчезает с моей огромной груди.

— В-вы кто? — впервые доносится до меня дрожащий голос «спасителя». Надтреснутый ломающийся басок подростка. Нет-нет-нет! Только не говорите мне, что придется еще и тащить за собой на выход какого-то новичка⁈ Впрочем, потом, все потом!!!

Кидаюсь к противоположной стене, где стоят какие-то ящики, торопливо путаясь в порванных складках платья или одежды, пытаюсь найти привычный краник, ругаюсь матом и сажусь на корточки, пытаясь вспомнить все, что знаю о женской анатомии. Долго напрягаться не приходиться. Организм, казалось, только и ждал привычной позы. Ударило как из брандспойта, я даже расслабиться не успел.

Че-е-ерт! Как же это непривычно, неловко… Да и обидно, чего уж там говорить! Стоило богам только захотеть — и на тебе! Мою душу пинком вышибли из любимого тела, переселив в чужое, да еще и женское! Стремно-то как! И сразу же подвергли испытаниям в виде гоблинов, а теперь еще и мочеиспускания, когда рядом сопит этот парень. Кстати о нем…

— Эй-эй! Стой, где стоишь! Не видишь, что ли? Дама занята женскими делами! Чего лезешь? — гавкаю на парня. В полутьме его силуэт был плохо различим. Я скорее почувствовал, нежели увидел его приближение.

— Я это… Ну, может вам помочь надо? — тусклым голосом переспрашивает парень.

— Себе помоги! Все, что мне надо — это пару минут! — кричу в ответ, стараясь заглушить шум падающего водопада. Думаю, до паренька доходит общий смысл, так как он, нерешительно потоптавшись, отходит к противоположной стене. Наконец, жидкость внутри меня иссякает. Долбаная сука, в тело которой я попал! Неужели надо было так напиваться перед тем, как… кстати, что вообще произошло? Поправив подол, выпрямляюсь, благодаря моду за то, что до сих пор не придумала трусов, хотя, с другой стороны, чувствую себя слегка неудобно. На мне была какая-то повязка, скрывающая естество, но ее сорвали гоблины. А вязать новую я не хочу. Посверкаю голой щелкой.

Паренек, тем временем, безжалостно добивает гоблинов. Я даже не думаю мешать ему. В пещере так мало света, что мы едва различаем друг друга. Я и с гоблинами дрался практически вслепую. Мы садимся друг напротив друга и принимаемся знакомиться, а я попутно пытаюсь выжать из неожиданного союзника максимум информации. К сожалению, он мало чем может помочь.

— Значит, тебя зовут Барт, — задумываюсь я. — Ты из племени байлов, тебя вчера назначили на должность гонца и…

— Почтальона! — резко поправляет меня паренек. — Эта должность куда весомее обычного гонца!

— Почтальона, — поправляюсь я, стараясь не рассмеяться. Хорошо, что в полутьме ему не видно выражения моего лица. Печкин, мать его! Велосипеда не хватает! — Ты отправился на задание и на полпути столкнулся с монстрами…

— Это была бойня, — говорит Барт, слегка покачиваясь из стороны в сторону. — Чудовища мгновенно убили трех Сестер из шести, несмотря на отчаянное сопротивление! Они преследовали нас до самого данжа, как будто специально загоняя в него. Последняя оставшаяся в живых… кажется, ее звали Расиэль, пожертвовала своей жизнью, чтобы спасти меня от смерти. Я бежал, истекая кровью по темным туннелям, слыша за спиной ее предсмертные крики…

— И влетел именно в эту комнату, — подытоживаю я. — Стоп. Ты сказал «данж»? Что это значит?

— Ты… Вы не знаете? — силясь разглядеть мое лицо в полутьме, переспрашивает парень. — Странны дела твои, Жива… Данж — это огромное подземелье, наполненное Нечистью и сокровищами. Странно, что вы этого не знаете. Ведь попасть внутрь можно только по собственному желанию. Разве вы ничего не помните? Кстати, вы не представились…

— Я не… Ай, бля! — проведя рукой по голове, убрав в сторону длинную пушистую гриву волос, нащупываю огромную шишку. — Похоже, меня так сильно ударили по голове, что отшибли память! Черт, больно-то как!

— Давайте помогу! — взметывается с пола парень, но сам сдавленно охает. Он хватает рюкзак, в котором начинает судорожно рыться, наверное, в поисках медицинских припасов. А я пробую, наконец, освоиться с телом. А вдруг, моя магия перенеслась вместе со мной⁈

Хрен там плавал. Если предыдущая владелица и владела магией, то только на обычном уровне с произнесением заклинаний. А я даже ее стихию не знаю! И тут меня озаряет идея. Напрягаюсь, но по какой-то причине ничего не получается. Тогда обращаюсь к пацану.

— Барт! — окликаю его. — Можешь посмотреть мои характеристики?

Тот немедленно оборачивается, молчит несколько секунд и ошеломленно отвечает:

— Странное дело! Вот сейчас, когда вы меня спросили. Я вдруг понял, что не вижу ни ваш, ни мой уровень! Вообще ничего не вижу! Может, это особенность этого данжа?

— Хреново, раз так, — отвечаю ему. — думала узнать хотя бы свою стихию…

— Совсем ничего не помните? — бормочет паренек. — Нашел!

Он достает из мешка небольшой сверток, из которого вытаскивает и раскладывает перед собой на земле различные склянки и тряпицы, бормоча себе что-то под нос. Уши этого тела оказываются на удивление чуткими, улавливая каждый звук. Заподозрив неладное, поднимаю руки и неслышно рычу от злости. Я, походу, эльфийка! Эльфийка с огромными сиськами, страдающая амнезией! Что может быть лучше⁈

— … Отравление, боли в желудке, переломы, — шепчет под нос Барт. — Переломы… Ага, вот!

Он торжествующе поднимает одну из баночек, задирает куртку и капает что-то себе на бок. Присмотревшись, вижу там небольшую резаную рану, затягивающуюся буквально на глазах.

— Ого! — забыв о своих невзгодах, говорю я. — Вот это снадобье! Никогда раньше не видел ничего подобного!

— Кровь Живы! — пафосно отвечает паренек. — Мне его шаман наш дал. Жаль, совсем немного осталось. Много потратил на…

Он внезапно замолкает, очевидно, вспомним про погибших охранницах. Интересно, что это за Иконы, о которых он говорил с таким уважением? Должно быть, какие-то суперкрутые воительницы? Интересно, и на что надеялись боги, запихивая меня в это тело, если спасовали даже те амазонки? Ладно, будем разбираться с проблемами, когда они покажутся, а пока…

— Эй, что это ты делаешь? — с подозрением спрашиваю пацаненка, который обходит и тянет руки к моей многострадальной черепушке.

— Так это… полечить хотел, — мямлит он, хотя я явственно слышу в его словах кое-что совсем другое. Нет, не думаю, что Барт хочет напасть, но похоже. Ему приглянулось это тело… Блять, я же так и не рассказал главного!

— Ты это, постой… — говорю я.

— Не дергайся! — в его голосе вдруг звучат железные нотки. Я чувствую, как на голову падают горячие капли, и его ладошки начинают втирать жидкость в волосы. — Немного пощиплет, — добавляет он.

Пощиплет⁈ Я изо всех сил стискиваю зубы, чтобы не заорать от боли! Должно быть, Барт понимает это, так как спешит закончить с лечением. Через пару секунд боль стихает, паренек отходит, и я больше не нахожу шишку!

— Долго отсидеться тут не получится, — с сожалением говорит парень. — Рано или поздно нас найдут те, кто уничтожил мой отряд. Думаю, надо найти безопасную зону?

— Такие существуют? — изумляюсь я.

— Конечно, — отвечает тот. — На каждом этаже данжена такие есть. Я вообще думал, что эта комната она и есть, но ошибся. Хотя пробежал почти весь этаж… Наверное. Так ты… вы согласны, если я буду сопровождать вас?

— Как бы ни сильна была женщина, ей не стыдно воспользоваться мужчиной, — отвечаю я, решив пока умолчать о том, что я парень в женском теле. Кто знает, может быть, так будет лучше для всех. — Зови меня Ричаэль.

— Для меня будет честью стать вашим кавалером, несравненная Ричаэль! — кланяется паренек.

— Ты смотри! А ты довольно воспитан для своего возраста! — ухмыляюсь я. — Пошли, а по дороге я расскажу тебе несколько правил, которые ты будешь беспрекословно соблюдать, если хочешь остаться в моей компании. Первое правило — держать свои грязные руки в карманах подальше от моей задницы! Не для тебя цвели эти булочки, кролик!

— Да я и не думал, — заикается было тот, сортируя бутылочки. Но я улавливаю в его голосе такие оттенки, о которых раньше и не подозревал. Вот почему эльфийки так легко идут навстречу! Они прекрасно чувствуют собеседника по разговору и поведению! Это стоит запомнить.

От Барта словно идет волна ароматов ауры, которую даже не нужно напрягаться чтобы прочитать. Он боится будущего, надеется на лучшее и… вот кобель! Хочет помацать мое тело! Ну уж нет, обломись! Вот как выполню миссию, вернусь обратно, тогда забавляйся с его предыдущей владелицей. Надеюсь, все так и будет.

Мы осторожно покидаем комнату. Коридор также слабо освещен, но теперь мы хотя бы можем более-менее осмотреть друг друга. Барт оказывается типичным подростком четырнадцати-шестнадцати лет, ничем особо не примечательным. На боку короткий кинжал, одет в легкую и уже подранную кожаную броню. Короткие черные волосы, упрямый горделивый взгляд, в котором сейчас бегают искры страха. Тем не менее, парень держится прямо, стараясь не упасть в грязь лицом перед спасенной дамой, которая надеется на его помощь. Это я про себя если что. Рассмотреть себя у меня не выходит, но судя по восхищенному лицу парня, я — та еще сногсшибательная красотка.

— Глазам не верю! — вдруг выдает Барт, оглядываясь по сторонам. — Мы в двух шагах от безопасной зоны! Да-да, вон там, видишь⁈

Он машет рукой в сторону, и даже я замечаю совсем рядом голубоватое марево, висящее в воздухе. Барт быстро шагает и, даже не задумавшись, входит в сиреневый туман.

— Иди сюда! — машет он изнутри. — Не бойся! Тут нас никто не тронет!

Я подхожу ближе, поднимая руку и дотрагиваясь до границы тумана. Странное чувство тепла и уюта обволакивает меня, когда я дотрагиваюсь до него. Тогда я захожу внутрь. Яркий свет слепит меня…

Когда сияние ослабевает, я вижу перед собой не своды пещеры, а бревенчатые стены, словно меня вдруг перенесло в жилой дом. На стенах странного убежища ярким ровным пламенем горят бездымные факелы. У одной стены стоят обеденные столики. У другой — несколько опрятно застеленных кроватей. Поодаль стоят ящики и корзины, скорее всего с запасами еды, питья и прочих необходимых в пути припасами. Барт уже активно копается в них.

— Не стесняйся, — кричит он, не оборачиваясь. — После нашего ухода зона все равно исчезнет, чтобы вновь появиться для следующих искателей в другом месте. Все, что мы возьмем, снова будет лежать в сундуках!

— Интересно, — говорю я, подходя ближе и наклоняясь над ближайшим ящиком, благо гибкость этого тела позволяет не сгибать колени. Он доверху набит продуктами, а у меня такое чувство, что хозяйка этого тела не ела три дня. Слева доносится странный звук, словно кто-то подавился слюной. Смотрю в сторону паренька, стоящего на коленях перед очередным открытым сундуком. В лучших традициях аниме из его носа течет тоненькая струйка крови, а глаза вытаращены как у некотянок в моменты сильного изумления. Тогда я опускаю глаза вниз и вижу свою шикарную грудь, практически вывалившуюся из тех тряпок, которые все еще отдаленно напоминали платье…

…Барт долго не мог прийти в себя после того, что увидел в темнице гоблинов. Хоть ему и не повезло прийти на помощь пленной красавице немного раньше, чтобы собственноручно расправиться с тварями, тем не менее, она была благодарна ему и за то немногое, что он для нее сделал. Сначала он не понял, с кем имеет дело, хотя один ее голос чего стоил! Но стоило приключенцам только выйти в коридор, как парень вовсю прикипел глазами к телу спасенной красавицы! Даже в неверном свете кристаллов он сумел разглядеть ее тонкий стан, широкие бедра и.… и… Эти огромные сись…!

Он едва не заорал от неожиданности, когда увидел эти огромные шары! Таких не было ни у одной Иконы! Напротив, те туго перевязывали грудь, чтобы она не мешала им в бою, а в те редкие моменты, когда он уединялся с некоторыми из них в телеге каравана, девушки почти не раздевались, готовые в любой момент выскочить и дать отпор неожиданной опасности. Исключением можно назвать ту единственную ночь, когда он был окружен обнаженными красотками. Но из-за употребленного алкоголя и общего потрясения, он плохо помнил то, что тогда происходило. Он так сильно увлекся сортировкой припасов, что, повернувшись к спутнице, был потрясен до глубины своей полудетской души видом огромных загорелых полушарий, покачивающихся в такт движений девушки. А подняв взор выше, увидел ее широко распахнутые в удивлении глаза.

«Мне конец!» — была его последняя мысль, перед тем как девушка, поджав губы, замахнулась, чтобы размазать по стене его извращенную тушку. Он, как и все остальные подростки мужского пола, прекрасно знал, что бывает с теми, кто был пойман на «горячем» во время подглядывания за девушками в бане или душе. Как правило, им отбивали все, что было можно, но не желание подглядывать дальше. Несмотря на то, что большинство девчонок и сами были не против предаться запретному удовольствию с молодыми парнями, несмотря на табу старших, подглядывание считалось «извращением». Вот и сейчас, Барт, зажмурившись, ожидал удара и мысленно готовил уничижительную речь…

— У тебя кровь из носа идет, — говорю, протягивая тряпицу зажмурившемуся в страхе пареньку. Бедняга. Должно быть, с девушками у него не складывалось, раз он так напрягся от простого созерцания моих сисек. Ну сиськи и сиськи, подумаешь! Хотя, конечно, великоваты. Как она только с ними справлялась⁈

Барт медленно открывает глаза и, словно не веря происходящему, берется сначала за лицо, как будто пытаясь найти след от удара, и лишь потом осторожно принимает платок, до последнего ожидая подвоха. Я вздыхаю. Скоро придется рассказать всю правду, какой бы тяжкой она не была для паренька.

— У меня к тебе есть серьезный разговор, — говорю, демонстративно заправляя вывалившиеся арбузы обратно в ткань. — Но он обождет. Давай сначала разберемся с едой. Я так голодна, что слона съем.

Умышленно говорю от женского имени, не желая раньше времени смущать паренька. Тот быстро приходит в себя, принимаясь с удвоенной энергией разбирать припасы. Я выставляю на стол то, чем мы можем сразу подкрепиться. Не знаю, кто проектировал продукты безопасной зоны, но тут находится все необходимое для быстрого перекуса, даже приправы. Накрыв на стол, спрашиваю у Барта, имеется ли тут душ или хотя бы тазик для помывки?

Паренек молча машет рукой в сторону дальней стены, не отнимая окровавленный платочек от носа. Мне так и охота его поддразнить, но понимаю, что потом будет только хуже. Подхожу к стене и вижу ранее не замеченную мной неприметную дверку под цвет стены. Внутри оказывается небольшая душевая, дырка в полу, большое зеркало из некачественного материала в полный рост сбоку, и небольшая деревянная же ванная. Техника на грани фантастики — душ нажимного действия. Проще говоря, сидя в ванне приходится крутить ручку, чтобы шла вода, а в душе — топать ногой по педали.

Но это мелочи. Главное — вода идет чистая и теплая, а рядом на полочке стоит десяток стеклянных бутылочек без этикеток, аккуратно заткнутые пробками. Перенюхав несколько из них, понимаю, что это обычные травяные шампуньки. Запираюсь изнутри, чтобы полностью исключить «случайности» и только тогда становлюсь перед огромным зеркалом. Мое отражение пусть и идет «волнами» в мутном стекле, но все же дает возможность полностью осмотреть тело, в котором мне «повезло» очутиться.

Итак, первое впечатление от увиденного — неизвестная хозяйка, типичный представитель расы лесных эльфов. Причем, один из лучших образцов, так называемый «мясомолочная эльфийка». Загорелая кожа на открытых участках тела, огромные миндалевидные глаза, вытянутые ушки, длинные, хоть и спутанные, и грязные, но поразительно длинные волосы цвета спелой пшеницы. Пухлые красные губы, которые таки охота кусать до крови. Шикарное тело… Да-а-а, понятно, почему у паренька кровь пошла носом! Будь я парнем, сам себя бы трахнул! Первое, что бросается в глаза, стоит опустить взор чуть ниже — огромные арбузы с ярко-красными, почти черными налитыми сосками. Причем грудь таинственным образом не свисает, а будто плывет по воздуху, словно накачанная гелием. Я даже попробовал приподнять их. Нет, тяжесть чувствуется, словно я пытаюсь поднять настоящие арбузы, но стоит мне отпустить их, как они снова покачиваются, маня взор. Причем, я почти не чувствую веса! Или же у дамы стальной позвоночник…

А вот физическими тренировками предыдущая хозяйка тела себя не утруждала. На животике отчетливо выделяются небольшие складочки. Впрочем, такие только нравятся парням, уставшим от твердокаменных прессов стальных амазонок. Внизу живота также вижу небольшой золотистый кустик. Непроизвольно вздыхаю, вспоминая прежнего себя. Интересно, а что сейчас с моим настоящим телом? И вообще, я сейчас в настоящем времени или боги закинули меня в будущее? Прошлое? А если действие происходит сейчас, как шаман объяснит спутницам мое бездыханное тело? Гурри же его испепелит!..

Ну его, к черту! Сам должен о себе позаботиться, если будет необходимость! Я же кручу ручку и запираю ее стопором, желая немного отмокнуть в ванной и забираюсь в душевую. Долго и с наслаждением тру себя мочалкой, с наслаждением смывая с себя грязь и засохшие слюни гоблинов. Только с третьего раза вода, убегающая в сток, идет более-менее чистая. Лишь тогда я забираюсь в наполнившуюся ванную и прикрываю глаза. Огромные подушки не хотят тонуть, плавно покачиваясь передо мной на поверхности воды, словно и в самом деле наполнены воздухом.

Но расслабиться мне не удается. Стоит только расслабиться, как в дверь нерешительно скребут. Зачем тихонько стучат.

— Да, Барт? — спрашиваю со вздохом. — В чем дело? Нам уже пора?

— Нет-нет! — взвизгивает тот, словно щенок. — Здесь можно находиться сколько угодно! Просто… такое дело… Мне надо… В туалет! Вот!..

— О, прости, — отвечаю, приподнимаясь над краем ванны. — Сейчас!

Вылезать страсть как неохота! Скорее ради прикола, нежели по наитию, протягиваю кулачок в направлении двери и произношу:

— Во имя эльфийских богов! Откройся!

И резко разжимаю пальцы, улыбаясь собственной шутке. Хочешь — не хочешь, а придется вылезать…

Из ладони словно бы что-то вылетело! Краем глаза замечаю, как что-то промелькнуло, ударилось об дверь, и засов, словно сам собой выскочил из петли!

Я обескуражено опускаюсь обратно в ванную, дверка скрипит и чей-то длинный нос медленно проникает в комнату.

— Отвернись! — командую хитрожопому юнцу. — Делай свои дела и марш на выход!

Тот послушно поворачивается спиной и боком-боком двигается к указанной дырке в полу.

— А наружу нельзя было выйти? — насмешливо спрашиваю, но тут же получаю ответ:

— Нет, стоит лишь хоть одному выйти наружу, как зона пропадает. Проверено.

— Вот оно че, — бормочу я. — Ладно, чего застыл⁈ Давай в темпе!

Паренек мнется, чувствуя спиной мой огненный взгляд, шерудит руками, вздыхает и, наконец, решается пропищать следующее:

— Не получается…

— Чего-о-о⁈ — изумляюсь я, аж привставая с ванны. — Ты сюда зачем шел⁈ Может, мне еще помочь тебе? Подержать и погладить твою пипиську?

— А можно⁈ — в восторге выдыхает паренек, принимая мой сарказм за чистую монету. Я сползаю в воду, поражаясь такому простодушию.

Паренек не унимается. Приходится с использованием более подходящих матерных слов подробно объяснить ему ситуацию, вследствие чего он обижается и, насупившись, приступает к действию.

Но стоит только струе ударить в дырку сортира, как за дверью раздается странный шум падения чего-то тяжелого и раздается болезненный стон. Я тут же вылетаю из ванны, на ходу хватая полотенце и черпак в качестве оружия, а Барт тащит из ножен кинжал, с которым, похоже, никогда не расстается. Мы обмениваемся серьезными взглядами — сейчас не до шуток, и распахиваем дверь, вламываясь в главную комнату.

Несмотря на то, что помещение выглядит как полноценная изба, дальняя от нас стена — фальшивая. По словам парня, через к нам может войти любой приключенец, как и выйти. Но при выходе безопасная зона исчезает насовсем. Сейчас у той стены на полу лежит чье-то неподвижное тело, под которым набегает кровавая лужа.

Не сговариваясь, мы бросаемся к нему, все еще держа оружие наготове. Я аккуратно и осторожно переворачиваю незнакомца. А вдруг это ловушка⁈ Но нет, все становится ясно, стоит только взглянуть на вторженца Это красивый блондин с окровавленным лицом. Он одет в странную броню, по которой то и дело пробегают таинственные отблески. Наверное, зачарованная. Впрочем, ему она не сильно помогла — тут и там виднеются дыры, из которых толчками выплескивается кровь. Судя по всему, парень из последних сил добирался до безопасной зоны.

— Я за зельем! — кричит Барт, кидаясь к сундукам. — Тут были исцеляющие, я видел! Сейчас, сейчас!

Раненый вдруг протяжно стонет и приоткрывает глаза. Я стягиваю латную перчатку с его руки и пробую разными способами и заклинаниями использовать магию исцеления. Бесполезно! Вдруг, чувствую, как воин хватает меня за руку и сжимает ее так сильно, что я вскрикиваю от боли!

— Ам-мандаэль! — кряхтит воин, смотря на меня с такой бешеной ненавистью в глазах, что я невольно отшатываюсь. — П-пред-дательница! Весь отряд…

Он кашляет кровью и теряет сознание. Чувствую за плечом дыхание Барта. Паренек недоуменно смотрит на меня, но в его глазах явственно вижу новые зарождающиеся чувства. Презрение, отвращение, испуг, недоверие…

— Не стой! — кричу ему. — Зелье! Зелье давай!

Подросток встряхивает головой, кидается к нам и протягивает банку, внутри которой плещется красная жидкость. Я поднимаю голову раненого как раз в том момент, когда он снова приходит в себя.

— К-кара, Грег, Солиан-нель, Джером… П-простит-те м-меня, — бормочет он, не обращая на нас внимания. Перехватываю его голову, и Барт насильно засовывает ему горлышко в рот, заставляя проглотить зелье. Тот делает несколько глотков, как вдруг его рвет сине-желтой слизью пополам с кровью.

— Он отравлен! — кричит Барт. — Н-но у меня противоядия! Что делать⁈

Но, прежде чем я успеваю ответить, воин, лежащий на полу, вновь приподнимается, бросая на меня взор, полный ярости и злобы.

— Мелинда! Богиня моя! — кричит он весело и звонко, словно и не находится при смерти. — Призываю тебя в свидетели! Молю! Покарай отступницу Амандаэль! Награди предателя мучительной смертью! Передаю себя в качестве…

Он заходится в кашле и падает на пол. А через несколько секунд перестает дышать. Слышу шорох и краем глаза вижу, как Барт потихоньку отодвигается в сторону. Вздыхаю.

— Давай завернем его во что-нибудь, а потом серьезно поговорим, — показываю Барту на ворох тканей. Тот тут же вскакивает. Я вижу на его лице кучу вопросов и явное недоверие. Потому добавляю:

— Обещаю, что отвечу на все вопросы. Только сначала помоги с этим парнем.

Паренек берет себя в руки, и некоторое время мы тратим на то, чтобы запаковать труп в ковер. Замывать кровь необязательно, так как зона все равно все обновит. Я успеваю найти новые одежды, в которые с трудом запихиваю объемные сиськи. К сожалению, моего размера тут нет, как и нижнего белья. Пришлось довольствоваться чистыми тканями и более-менее подходящими платьями. Также нахожу неплохой плащ из непромокаемой ткани.

Наконец, мы садимся за общий стол. Барт держит руки на поясе, рядом с кинжалами. Он тоже приоделся, заменив разбитую броню на новую, хоть и низкого качества. Все же лучше, чем ничего. Броня павшего воина для него оказалась слишком велика, но парень позаимствовал у него запасной кинжал, которым воин, очевидно, совсем не пользовался. Собственно, при нем совсем не было оружия, кроме этого клинка, рукоять которого богато украшена. Паренек сказал, что он, скорее всего, фамильный. Даже если от него не будет толка, его можно будет выгодно продать или вернуть родственникам.

Я ограничиваюсь длинным крепким посохом, так как качество вооружения, находящегося в одном-единственном сундуке с оружием, оставляет желать лучшего. Точнее, там одна рухлядь, которая выдержит максимум пару ударов, прежде чем рассыпаться на составляющие. Лучше уж прочная палка с камнем на конце, чем полуржавый меч.

Некоторое время мы утоляем голод. Я сам не замечаю, как сметаю все, до чего только дотягиваются мои руки. Надо же было так оголодать! Все проваливается словно у меня в желудке черная дыра…

— А-ман-да-эль Ве-ли-ко-леп-на-я, — вдруг слышу голос парня. Он будто читает по складам. — Свет-лый Эльф. Класс — жри-ца. Под-клас-сы: маг, за-щит-ник, це-ли-тель. У-ро-вень — двад-цать о-дин…

Я давлюсь яблоком, кашляю и выплеваю кусок прямо на стол.

— Где⁈ — кричу на него. — Как ты это уз?!.

И затыкаюсь, так как прямо над ошеломленным парнем прямо из воздуха появляются разноцветные полоски, его мини-портрет и слова. Читаю:

— Барт. Сын Гайла. Хуманс из селения байлов. Класс — скрытень. Подклассы: вор, теневик, извращенец…

— Чего-о-о⁈ — ревет как раненый медвежонок Барт. — Какой еще извращенец⁈ За что⁈

Не обращая на него внимания, продолжаю зачитывать колонку слов:

— Уровень — третий. Активные умения: широкий удар, вход в тень, бегство… мда-а-а-а. Негусто.

В глаза кидается медленно заполняющаяся синяя полоска, под заполненной красной. Мана! Ну конечно! Вот в чем причина! Чтобы окончательно убедиться, поднимаю голову, но ничего не видно, кроме потолка. Бью себя по лбу и прикрываю глаза, сосредотачиваясь. Тут же в поле зрения слева возникает знакомое меню с обозначениями, которое я удалил, будучи Ричардом, обойдя ограничения Системы, став своеобразным «читером». Но находясь в этом теле, мне такое не светит, поэтому придется играть по правилам. Смотрю на свою полоску маны. Так и есть! Она заполнилась едва-едва на четверть.

— Мы не могли видеть характеристики друг друга из-за того, что у нас полностью кончилась мана, — говорю напарнику. — Теперь все будет по-другому.

— Целитель… — шепчет Барт. — Ты же целитель! — внезапно выкрикивает он. — Ты же могла его вылечить! Почему⁈ Почему ты дала ему умереть⁈

Наклоняю голову, чувствуя дикий стыд. Не умею я парень лечить по-другому. Привык надеяться на силу Света. А ведь мы проходили заклинания первой помощи в Академии! Что мне стоило их запомнить⁈

Парень затыкается, когда я поднимаю голову. Чувствую, как слезы бегут по моим щекам.

— Я не мог, Барт, — говорю прямо. — Не мог потому, что я совсем не Аманданиэль. Меня зовут Ричард…

Конечно, он не верит. Да кто бы поверил на его месте молодой сексапильной эльфийке с ВОТ ТАКИМИ сиськами⁈ Естественно, паренек обижается и думает, что я просто хочу таким образом избежать лишнего внимания и ответственности.

— Смотри, — говорю хриплым голосом, устав от долгого спора. — Представь хотя бы на минуту, что я говорю правду, и в этом прекрасном теле находится личность мужика. Представил?

— Ну? — нехотя бурчит тот.

— Стал бы мужик заниматься всей той ерундой, которой так увлечены девушки? А? Ты меня видел с помадой, духами и косметикой?

— Что такое косметика? — спрашивает Барт.

— Забей, — отвечаю со вздохом.

Вдруг парень оживляется, ехидно улыбаясь. Видимо, придумал способ меня проверить. Ну-ну, интересно, что ему пришло в голову?

— Если ты парень, как ты говоришь, в теле девушки, — начинает Барт, слегка наклоняясь вперед, — то тебе не составит никакого труда, обнажиться! Показать мне сокрытое! Или ты стесняешь…?

— Пф-ф-ф-ф!

И скидываю с плеч лямки платья, бесцеремонно вываливая на стол свое богатство. Барт тут же заходится в кашле, не отрывая взгляда от огромных подушек с красными ниппелями. Мне на мгновение становится неловко, особенно, при мысли о том, что прежняя личность эльфийки может быть никуда не делась. Сидит сейчас запертая где-то глубоко внутри, сгорая от стыда из-за моих действий, пока я тут развлекаюсь. Извини, Амандаэль, но не по моей воле я в твоем теле. Придется потерпеть. Мне с этим пареньком еще долго придется возиться, и не хотелось бы, проснуться ночью с его членом внутри себя.

Барт постепенно берет себя в руки, хотя из носа снова течет тоненькая кровавая струйка.

— А потрогать можно? — спрашивает он. — Я все еще не верю, что ты мужик.

Не, ну каков наглец! Весь в меня!

— Трогай, — разрешаю величественным жестом. — Теперь понимаешь, что никакая эльфийка бы не согласилась… Ай, мать твою, больно!

Пальцы Барта впиваются в мягкие подушки с такой силой, что буквально тонут в них. Паренек перегибается через стол таким образом, что я вижу лишь его курчавую макушку.

— Больно тебе говорят! — ору я, отвешивая парню подзатыльник. Никакого эффекта! Не понял⁈ Бью еще пару раз, чувствуя, как мои сиськи форменным образом рвутся на части! Когда и это не возымело эффекта, перестаю стесняться и хватаю полупустой кувшин с квасом, который разбиваю о его голову!

Паренек с рычанием нехотя отпускает меня и отшатывается, устремляя на меня дикий взгляд ярко-красных глаз. Я вижу, как ногти на его пальцах удлиняются, превращаясь в натуральные когти, а на теле вылезает черная шерсть. Оборотень?

— Что ты еще, мать твою, такое⁈ — говорю, выпрыгивая из-за стола и становясь в боевую стойку, поудобнее перехватывая посох. А ну-ка! Оценка! А, конечно. Многочисленные знаки вопросов. Как интересно…

Барт, если это все еще был он, напал почти сразу, не дожидаясь завершения трансформации. Честно говоря, шансов у меня было не много. Выбрав удачный момент, я просто со всей силы трахнул его палкой по башке!

Хрясь!

Оборотень упал на пол, потеряв сознание. Повезло мне, что он накинулся сразу, не дожидаясь окончания превращения. Судя по всему, череп паренька еще не приобрел толщину вервольфа. Осторожно обойдя поверженного, я тыкнул палкой его бездыханное тело. Тот вдруг пошевелился, но только по той причине, что стал обратно превращаться в человека. Через несколько секунд передо мной лежал прежний Барт.

— О-о-ой! Что произошло? Где я? — застонал тот, приподнимаясь с пола. — О-о-ой, голова! Как больно! Амандаэль… То есть, Ричард? Почему я на полу?

— Ты ничего не помнишь? — все еще держась на удалении с посохом наготове, переспросил я его.

— Ты обещал дать мне потрогать сиськи, — улыбнулся несмело паренек. — А потом… Темнота, ничего не помню. Словно… какой-то тяжелый кошмар… Все в красном тумане…

— Ты — оборотень! — припечатываю парня. А чего его жалеть? Он мне не брат, не родственник. Пусть сразу все знает.

— Об-боротень? — заикается тот с перепугу. — Но меня не кусала Нечисть! Только ранили в бою!

— Без понятия, что с тобой произошло, — пожимаю плечами, опуская посох. Похоже, сейчас парень не представляет опасности. Но теперь придется держаться настороже. — Похоже, реакция произошла в тот момент, как только ты коснулся моей груди. Думаю, у тебя появилась еще одна причина избегать моего тела.

— Это несправедливо! — надувается парень. — Я только-только получил профессию, успел влипнуть в неприятности, потерял весь отряд, так теперь еще вынужден сопровождать потерявшуюся эльфийку, в теле которой личность парня! Мало того, мне еще и дотронуться до нее нельзя, чтобы не превратиться в оборотня!

— Именно так! — усмехаюсь я. — Не плачь! У тебя еще будет немало девушек! Давай только выберемся отсюда…

Еще полчаса мы убили на то, чтобы ознакомиться с нашими навыками. С моими навыками точнее, так как у Барта был низкий уровень и почти никаких активных умений, в то время как у меня их была гора. Боевые заклинания, бьющие по одиночным и массовым целям, усиляющие и ослабляющие, и даже лечащие. К сожалению, каждое требовало массу времени на подготовку, знание фразы, активирующей магию и, конечно же, запас маны. А уж ее они жрали немерено! Все это и многое другое я узнал, изучив, как следует, собственные меню характеристик. Восстановить ману по-быстрому в бою можно было, выпив бутылочку с соответствующей маркировкой или сидя на заднице подальше от сражения. «Медитация» — так называлось одно из моих пассивных умений. Времени проверять — не хватает, стены безопасной зоны постепенно истаивают. Барт говорит, что ее лимит истечет с минуты на минуты. Поэтому, похватав самое необходимое, мы покидаем гостеприимное убежище. Стоит только мне перейти через воздушную стену, как с легким хлопком зона исчезает, оставляя нас с Бартом в пустынном коридоре.

— Куда теперь? — спрашиваю попутчика. Тот машет в противоположном направлении.

— Назад дороги нет, — говорит он. — Я потерял весь свой отряд, как, вероятно, и ты. На выходе нас будут ждать монстры, а может что и похуже. Остается искать другой вход, случайный портал или…

— Или?

— Или остается зачистить данж полностью, — пожимает плечами паренек. — Тогда все монстры исчезнут, а мы сможем перенестись в ближайший город. Это, кстати, не многоуровневый данж, как я понимаю. В нем от силы этажей десять. Хотя наши шансы все равно невелики…

— Выбора нет, — отвечаю ему. — Где искать проход на следующий этаж?

— По идее, безопасная зона должна появляться в самом конце этажа, — задумавшись, отвечает Барт. — Чтобы приключенцы восстановили силы, припасы и перешли на следующий уровень. Обычно перед этим надо победить босса этажа, но я не уверен, что он есть на первом… Я так мало знаю про данжи…

— Если босса нет, то давай искать переход…

Через пару десятков шагов коридор неожиданно сворачивает за угол, заканчиваясь спуском с грубо вырезанными ступеньками. Рядом торчит деревянный указатель, на котором коряво выведено «Втарой уравинь!»

— Значит, нам сюда! — торжествующе говорит паренек. Но, прежде чем мы подходим к лестнице, он поворачивается ко мне и заявляет:

— Уважаемая Амандаэль… то есть, уважаемый сэр Ричард. Перед нами лежит данж, полный опасностей и страшных чудовищ. Если честно, я совсем не уверен в том, что мы достигнем хотя бы четвертого этажа, но обещаю приложить максимум усилий!..

— Да-да, — ворчу я, не желая разочаровывать паренька раньше времени. — Я тоже горю, значит, желанием. Только в отличие от тебя намерен, во что бы то ни стало найти отсюда выход.

Как только Барт заканчивает свою пламенную речь, мы спускаемся на второй этаж. Тут гораздо светлее и просторнее, нежели на первом. Но и монстры, гуляющие там и сям, выглядят покруче гоблинов.

— Тен-так-ли-вый со-саль-щик, — потея от напряжения, читает по складам паренек надпись над одним из них, предусмотрительно не подходя слишком близко. — Фу, мерзость какая! Кто придумывает таких отвратительных монстров⁈

Чудовище и в самом деле выглядит как клубок спутанных шевелящихся щупалец. На площади перед нами их около десятка. Они хаотично движутся, сталкиваясь со стенами, и друг с другом. Нас спасает только то, что эти клубочки незрячие. Вообще, нам бы надо по возможности избегать сражений. Барт слишком малоопытен, а я маг, которому требуется масса времени на подготовку сильных заклинаний. Из быстрых у меня только мелочь, типа щита, да пары воздушных лезвий. Конечно, я могу отмахаться посохом в крайнем случае, но много ли сможет выдержать слабые женские ручки мясомолочной эльфийки?

Но, прежде чем я успеваю выстроить тактическую базу, Барт, выхватывает оба клинка, издает боевой клич и врубается в первый же попавшийся клубок. В смелости ему не откажешь, а вот в благоразумии…

Сосальщик тут же оправдывает свое название, распрямляя все свои тентакли, которыми хватает неосторожного парня и приподнимает в воздухе. Зато тем самым он обнажает сердцевину, выглядящую как…

Да ладно!

Да, как бы это ни было странно, удивительно и шокирующее, но ядро тентаклиевого сосальщика выглядит как женский половой орган! Единственным отличием от оригинала являются ряды острых зубов, которыми усеяны внутренние стороны мерзко хлюпающих губ.

Пока я дивился фантазии разработчиков, монстр полностью обездвижил паренька, и стал подтаскивать его ближе к зубастой вульве. Барт, разумеется, отчаянно заверещал. Почему-то ему не хотелось погрузиться в желанную для всех мужиков дырку, пусть и с зубками.

Прочитав недлинное витиеватое заклинание, я взмахиваю посохом, целясь в монстра. Воздушное лезвие тут же перерубает большую часть тентаклей и срезает верхнюю часть чудовища. Барт тут же высвобождается из хватки ослабевших щупалец и, грязно ругаясь, отходит в мою сторону.

Я настороженно оглядываюсь, но никто из прочих клубков не заметил нашей скоропостижной схватки. Тогда я залепляю пареньку хороший подзатыльник и читаю ему длинную лекцию о том, кого слушать, и что делать для того, чтобы выйти из сражения победителем, а не неудачником, испачканным слизью монстра.

Барт хмуро кивает. Надеюсь, до него хоть немного доходят мои слова. Для проверки показываю ему на следующий клубок и приказываю атаковать. Парень замирает на месте.

— Молоток! — одобряюще говорю ему. — Вот, получи щит и баф на скорость.

Кастую ему усиление, одновременно поясняя нехитрую тактику предстоящего боя. Неопытный разбойник бросается в бой. Далеко не с первой попытки и даже не со второго монстра ему удается выработать слаженную тактику. Ко мне вопросов нет — я вовремя кастую бафы, лезвиями режу монстров на кусочки, следя за тем, чтобы не задеть союзника, пока вооруженный кинжалами напарник провоцирует сосальщиков, вызывая на себя их агрессию. Вот только ему сильно не хватает ловкости. Мне постоянно приходится спасать его от хватки скользких тентаклей, а пару раз даже вытаскивать из жадной причмокивающей пасти, так похожей на… Да, на оно самое.

Самое меньшее чем через час, мы усталые, но довольные садимся регенить ману и здоровья на краю площадки, усыпанной трупами чудовищ. Барт немедленно бросается рассматривать свои характеристики и тут же радостно восклицает:

— Ого! Мне дали три уровня! Можно выбрать новые приемы, и навыки!

— Не торопись, — устало одергиваю парня. — Сейчас поедим, восстановим силы и вплотную займемся тобой. Ты пока подумай, готов ли всю жизнь быть разбойником? Может, тебе по душе другой класс? На десятом уровне, вроде доступна смена специализации…

— Откуда ты столько знаешь? — поражается подросток.

— У меня была возможность изучить Систему, — туманно отвечаю, доставая припасы. — Давай, ешь.

Хорошо, хоть монстры не возрождаются. Вообще, я заметил, что они вели себя как тупые боты, не способные к самообучению. Даже у диких зверей есть инстинкт самосохранения, в то время как эти твари бросались на Барта, не смотря на гибель товарищей и явный перевес сил не в их пользу. Ни один не подумал о побеге или запросе подкрепления. Если так пойдет и дальше, то нам, можно сказать, крупно повезло. Вот только опыт интуиция подсказывали мне, что дальше будет во много раз тяжелее.

Я ем, не чувствуя отвратительного вкуса несоленого сушеного мяса. Мне будут нужны силы, потому приходится есть. Попутно внимательно рассматриваю свои чуточку возросшие характеристики. Судя по всему, Амандаэль, бывшая хозяйка этого роскошного тела, никогда не пыталась стать самостоятельной, распределяя все свободные очки таким образом, чтобы в бою полагаться на помощь товарищей. У нее даже рукопашный бой развит всего на единицу! С другой стороны, при должной защите эта дамочка превращается в стеклянную гаубицу! При полном наборе бафов, усилений и подготовленных заклинаниях, я могу рассеять довольно большой отряд гоблинов или пару десятков особей покрепче. Единственный минус, который не позволяет мне этого сделать — острая нехватка маны. Потому я докладываю большую часть полученных очков в волшебство, получая почти половину того запаса маны, который у меня был изначально! Плюсом идет ускоренное восстановление магии и перезарядка активных навыков. Оставшиеся очки вкладываю в ближний бой, ибо надеяться только на Барта было бы глупо. Эх, если бы у меня была возможность перераспределить все очки и умения заново… Увы! Насколько я знал, такое было возможно только у специальных жрецов… Ладно, теперь займемся напарником.

Тот беспрекословно открывает мне доступ к своим данным. Герой получил за сражение целых три уровня и пару десятков очков. Не знаю, кто выбирал ему класс разбойника, но парню он явно не подходит. Скорее, ему подошел бы защитник, страж или берсерк, о чем я ему и рассказываю во всех подробностях, делая упор на его тактику боя и особенностях классов. Барт живо заинтересовывается навыком «ярость берсерка», а еще через пару минут спит и видит себя в гуще сражения с окровавленными клинками и пеной у рта. Я не возражаю. В конце концов — выбор личного класса — дело каждого. Но сначала ему нужно до этого дорасти…

— А-а-а-а, убей ее, Барт! Убей немедленно!

— Я пытаюсь! Пытаюсь!

— Да какой кретин придумал, фух-фух, таких извращенных созданий⁈

— Иди ко мне моя крошка! Моя сладкая! Моя дорогая! Посмотри, какие штуки у меня на тебя заточены!

— УБЕЙ ЕЕ, БАРТ!

Как ни странно, но мы довольно быстро прошли второй этаж, дивясь на извращенный ум того, кто создавал противостоящих нам монстров. Если на первом этаже это были обыкновенные, хоть и озабоченные гоблины, то тут кроме тентаклиевых влагалищ с зубами, мы перебили тучу фаллосов на ножках, плюющихся ядом и чем-то вроде клея. Задниц, наваливающихся по три-четыре особи зараз на бедного Барта, в попытках задушить весом и многие другие ожившие фантазии озабоченного ублюдочного ума.

Когда, казалось, монстры остались позади, нам повстречался босс уровня. Сначала мы даже приняли его… ее за очередного потерявшегося приключенца. Он… она… оно сидело к нам спиной, не обращая никакого внимания на нас и горько плача. Разумеется, бравый воин Барт тут же кинулся ей на помощь, не обращая внимания на мои слабые уговоры сначала подумать. Но мне сильно досталось от последних бегающих фаллосов. Отдирая от себя клей вместе с кусками одежды, я проклинал богов, запихнувших меня в это неудобное слабое тело, пока паренек бежал спасать очередную потеряшку.

Так я думал. А в следующий момент катился к стене в обнимку с незадачливым разбойником. Где-то на заднем плане отчаянно голосила разбуженная Ведьма. Вскочив на ноги, я с изумлением и ужасом уставился на очередной шедевр извращенного создателя данжа.

Несмотря на вполне человеческую внешность и размеры, босс этажа имел гипертрофированные мужские причиндалы, огромную женскую грудь, свисавшую почти до пояса и кошмарного вида длинные когти. Такая фута-девушка, мечта извращенца. Более того, вокруг нее левитировали вибраторы самого разнообразного калибра. Сосредоточившись, увидел длинную красную полоску над монстром и надпись, гласящую:

«Джейсона, фута-экстремалка. Босс второго этажа».

Тут Джейсона заметила меня, облизнулась и произнесла:

— Сладенькая, молочная эльфиечка! Вкусная, сахарная, мягкая! Смотри, что я для тебя приготовила!

Схватив на лету один из фаллосов, она погрузила его в рот почти полностью и медленно вытащила обслюнявленное орудие наружу. Это было одновременно пугающе и эротично. И тут достоинство Джейсоны приняло угрожающую стойку, а сама она прекратила валять дурака, кинувшись в атаку…

— Ты понимаешь… Что так долго… Не может продолжаться⁈

— Еще бы! У меня… почти не осталось маны! Есть идеи⁈

— Какие⁈ На мне места живого нет!

— Да как ты смеешь⁈ Тебя просто бьют! А ты глянь… Что она со мной сделала!..

… Она загнала нас в угол. Вот уже битый час мы бегали по кругу в небольшом зале вокруг колонн сталактитов. Джейсона легко набирала скорость, но с реакцией у нее был полных швах — босс уровня умудрялась промахиваться даже в упор. Только это обстоятельство до сих пор спасало Барта от смертоносных когтей, а меня от не менее пугающих летучих фаллосов.

Тем не менее, несколько раз нам все же сильно досталось. По неизвестной причине основной целью монстра был именно я. Барт отгребал лишь тогда, когда оказывался на пути бегущей Джейсон или пытался ей противостоять. А меня чудовище несколько раз огрело фаллоимитаторами, умудрившись задеть особо чувствительные места. Впрочем, очевидно, в этом и заключалась ее специализация.

Так мы и бегали около часа друг за другом вокруг колонн, пытаясь то оторваться от преследовательницы, то наоборот догнать ее, чтобы запульнуть воздушное лезвие или попытаться ударить кинжалами. Долго так не могло продолжаться. Наши силы, манна и выносливость были на исходе, в то время как босс, похоже, вообще не обладал такими параметрами.

— Иди ко мне моя сладкая, сахарная, красивая! — вновь прозвучал издевательский голос Джейсоны. — Зачем ты убегаешь?

— Ну все, с меня хватит! — вскипел я, тормозя и поворачиваясь к бегущему боссу. — Умирать, так с музыкой!

Это было роковой ошибкой! Джейсона и в самом деле не собиралась меня убивать. Быстро. Не обращая внимания на мои слабенькие удары, она сбила меня с ног и зависла сверху, вытащив огромный длинный язык. Капая слюной, обжигающей открытые участки тела не хуже кислоты, она принялась водить им по телу, проникая глубже и глубже под одежду. Фаллосы, летающие вокруг, вдруг выстроились в очередь между моих ног.

— Барт! — отчаянно взвыл я. — Помоги!

Но в ответ мне отозвалась… тишина, нарушаемая причмокиванием монстра. Ушел⁈ Бросил⁈..

Но нет! Я напрасно подумал, что паренек, воспользовавшись случаем, решил выбираться один. Как оказалось, тот не терял зря времени. Пока монстр развлекался с моей тушкой, он в скрытности прокрался ему за спину и, собрав последние силы и ману, с воплем прыгнул ему за спину, вонзая оба клинка в шею.

«Критический удар! Критическое ранение! Паралич! Яд! Испуг!»

Отвлекшись на вспыхнувшие надписи, я и не заметил, как хватка Джейсоны резко ослабла. Только когда та, пошатываясь, встала в полный рост, вслепую махая ужасными когтями, осознал себя свободным. Вскочив, поспешно отбежал подальше, срывая с себя обслюнявленное платье, которое жгло кожу.

— Кислота! — бросил ничего не понимающему Барту. Тот открыл рот, но вдруг раздался ужасающий вопль раненого зверя. Повернувшись к боссу, мы увидели, как Джейсона, запрокинув голову, кричит изо всех сил, а ее полоска здоровья зеленеет на глазах.

— Вторая фаза, — обреченно произнес Барт, опуская руки. — Нам пи*да!

Действительно, как только босс перестал орать, то уставился на нас ярко-красными глазами, полыхавшими яростным пламенем. Теперь вокруг него летали не фаллосы, но острые клинки, правда, в той же форме.

— А я хотела по-хорошему… — начала было она пафосную речь, как вдруг раздался дикий грохот и один из сталактитов, висевших на потолке это удивительной пещеры, откололся и с огромной скоростью упал прямо на босса, пригвоздив ее к полу! Тот дико заверещал и задергался, но огромная масса сталактита не позволяла ему не то, чтобы выбраться, но даже пошевелиться!

— Быстрее, Аманд… Ричард! — закричал Барт. — Мы должны добить его!

Действительно, скорость падения здоровья Джейсоны замедлялась с каждой секундой. Подхватив посох, я рванул вслед за бегущим парнем. Окружив визжащего босса, мы принялись методично долбить его, стараясь избегать длинных когтей. Происходящее уже мало напоминало честный бой. Скорее, унылый гринд — методично, равномерно мы приближали здоровье босса к нулю. Наконец, когда у него осталось все ничего, я вскинул посох над головой и заорал:

— Да умри же, тварь!

Бум!

Посох с силой опустился на голову уже не визжащего, а стонущего босса!..

Крак!

… И переломился надвое, не выдержав многократных ударов!

Хлоп!

С легким хлопком тело Джейсоны исчезло, оставив вместо себя целую кучу различных предметов. В тот же момент позади нас раздалось легкое дребезжание, и комната осветилась знакомым светом.

— Зона! — заорал Барт. — Мы прошли!

Он помчался было к зеленой стене, но был тут же остановлен моим окриком.

— Куда⁈ А лут собирать кто будет?

В общем, с босса нападало не так уж и много полноценных вещей. В основном, это были баночки-скляночки с неизвестным содержимым, подписанные, типа: «Желчь Джейсоны», «Слюна Джейсоны» и прочее. Единственным полезным артефактом для меня стал неплохой жезл, изготовленный из прочного металла, а парень взял себе кольцо на ловкость. Собрав остальные баночки, мы двинулись в безопасную зону.

Мылись, готовились и отдыхали молча. Не хотелось это признавать, но мы прекрасно понимали, что не готовы двигать дальше. Встреча с монстрами третьего этажа означала для нас верную смерть.

— Может, вернемся? — неуверенно предложил парень, сортируя баночки.

Я промолчал, сидя на одной из лежанок и кутаясь в одеяло. На душе было мерзко. От осознания собственного бессилия хотелось выть и биться головой об стену. На что надеялись эти тупорылые боги, запихивая меня в это слабое, мясистое тело⁈ Что я буду соблазнять монстров, пока Барт будет тыкать им клинками в спину⁈ Он же не какой-то суперпаладин или воин восьмидесятого уровня! Нам на втором этаже досталось прилично! А если бы не странное землетрясение, отколовшее сталактит, нас бы тут вообще не стояло! Продолжать поход — все равно, что броситься голой грудью на копье!

И отступить сейчас мы тоже не можем. Если монстры не возродились, то пробившись через два этажа без отдыха в безопасных зонах, мы попадем в засаду поджидающих нас монстров, которые играючи расправились с куда более прокачанными и умелыми бойцами. Так какая разница, куда идти?

— Нам нельзя назад. Сам знаешь, — глухо отвечаю парню. — Только вперед. Будем надеяться на чудо.

Забегая вперед, скажу, что чудо произошло. Уж не знаю, услышали ли нас боги, или все шло согласно их задуманному сценарию… А может, вмешалась сама судьба… Но, обо все по порядку.

Сначала мы, как следует, выспались, вымылись, подкрепились и ограбили безопасную зону на все, что только могли унести с собой. К нашему удивлению, припасы, продукты питания, одежда и прочие вещи, заботливо разложенные в сундуках, на порядок отличались от тех, что были в предыдущей версии зоны. Барт лишь покачал головой. Пришлось довольствоваться идеей о том, что чем глубже, тем лучше качество предметов, находящихся в зоне безопасности. Я выбрал себе не только удобный плащ с пристегивающейся легкой кольчужной сеткой, но и захватил с собой пояс, на котором удобно крепились баночки маны, метательные ножи и дымовые хлопушки. Последние были последней нашей надеждой. Возможно, нам бы удалось сбежать из боя, используя дымовухи. Вот только куда бежать? Обратно на второй этаж?

Барт сначала хотел нарядиться в латный доспех, отчего мне его удалось с большим трудом отговорить. С одной стороны, я понимал парня — ему хотелось увеличить свой предел защиты. Вот только с другой стороны он терял свой классовый навык — ловкость и скрытность, становясь легкой мишенью для монстров.

— Докачаешься до десятого уровня — тогда и бери себе класс воина, паладина или стража, — сказал я ему. — А пока и думать забудь о доспехах. Сожрут. Вон, возьми лучше вон тот поддоспешник…

Зона за нашими спинами тихо хлопнула и исчезла. Я сразу ощутил себя изгнанником, выкинутым из родного дома. Пусть ненадолго, но внутри нее было тихо, уютно и спокойно. Но отступать было некуда и мы осторожно двинулись по коридору, который вывел нас к спуску на третий этаж. Это был уже не грубо вырезанный в скале проход, но уже нормальная лестница, пусть и из каменных полуразрушенных временем плит. На указателе, кстати, уже было меньше ошибок:

«Третей уровен»

Следующий этаж был еще шире предыдущего и гораздо лучше освещен. Такое ощущение, что свет проникает через дыры в потолке, хотя это было невозможно в принципе. Зато и монстры имеют запас здоровья раза в два выше, чем у их собратьев этажом выше. Но, судя по их названиям, внешнему виду, умениям и поведению, больная фантазия разработчика здесь разгулялась не на шутку.

— Длин-но-стой-кий кен-тавр, — читает Барт, с ужасом глядя на обыкновенного кентавра-самца. От разумной обычной особи его отличает полное отсутствие одежды, красные зрачки и бесцельное блуждание по зеленому лугу. Ах, да! Еще огромный хер, которым тот задевает о передние копыта. И огромное количество самцов на небольшую зеленую лужайку. Гротескные мускулистые парни с лошадиными торсами весело скачут, рычат и молотят друг друга руками и стояками

— Т-твою мать, — шепчет Барт. — Как с ними сражаться? Они же меня просто растопчут, а потом… лишат девственности!

Я на секунду задумываюсь, о какой девственности он говорит, но понимаю, что нахрапом этих парней не возьмешь. Даже если нам удастся выманивать их поодиночке, любой из них задаст нам жару. Но выбора нет. Пройти мимо кентавров мы не можем. Пусть луг и достаточно большой, но он хорошо освещен. Укрытий тоже нет. Стоит заметить одному — поднимется все стадо. Но отступать некуда.

Я начинаю готовить бафы, как вдруг замечаю небольшую щель в стене недалеко от себя.

— А ну-ка, Барт! — говорю напарнику. — Подсоби.

Сую в щель посох, а парень помогает мне клинками. Внезапно часть стены так шустро со скрежетом отъезжает в сторону, что мы с грохотом вваливаемся друг на друга в полутемное помещение. Я, конечно же, сверху. Помня о том, что произошло с Бартом в момент соприкосновения его рук с моими сиськами, предусмотрительно вскакиваю первым и пытаюсь осмотреться.

В глубине зала кто-то молча тяжело дышит. Слышится звон цепей и металла. Кроме этого, странно пахнет чет-то давно забытым и домашним, но я не могу вспомнить чем именно. Барт, ворча и ругаясь приподнимается с пола и держа оружие наготове осматривается по сторонам. К сожалению, единственный источник света находится за нашими спинами, поэтому мы толком ничего не видим. Лишь чувствуем впереди у стены очертания какой-то здоровенной шевелящейся туши.

— Что будем делать? — шепотом спрашивает меня напарник. Пожимаю плечами, пытаясь одновременно уследить и за таинственной угрозой, прячущейся в темноте, и за ржущими тварями, прыгающими на лугу.

Но кентавры не обращают на нас никакого внимания, несмотря на весь тот шум, который мы наделали при падении. Должно быть, все, что происходит за пределами места обитания, их не колышет. Значит, можно спокойно разобраться с тем, что до сих пор прячется в тени.

Киваю ему, приподнимаю руку, привлекая к себе его внимание, и показываю на противоположную стену. Понятливый паренек бесшумно шагает в темноту, практически сливаясь с тенями, а я бочком-бочком иду по другой, держа наготове жезл. Нечто впереди снова шумно вздыхает, ворочается, звенят цепи и что-то еще, а запах становится чуть сильнее. Я делаю еще пару осторожных шагов, как вдруг раздается сиплый и усталый женский голос:

— Да кто так крадется, двуногие⁈ Вас слышно за переход! Покажитесь уже! Пришли, наконец, оборвать мои страдания? Так чего ждете⁈ Сделайте это быстрее!

Я, не дыша замираю на месте, пытаясь собрать мозги в кучу, а с противоположной стороны раздается любопытствующий голос Барта:

— Мы не за тобой пришли. Ты вообще кто?

— Как не за мной? — растерялся голос. — Выйдите на свет, поговорим, как разумные существа.

Я не вижу напарника, но пожимаю плечами и выхожу в центр комнаты, зная, что тот сейчас делает то же самое. Мы стоим плечом к плечу, не зная, что будет дальше. После непродолжительной паузы тот же голос произносит со вздохом:

— Ребенок хумансов и эльфийка-маг. Потрясающе. И как вас сюда занесло?

— Да кто ты такой… такая? — не выдерживаю я.

— В левом углу факелы, — со странной интонацией отвечают мне. — Разве ты не колдунья? Что же ты за маг, если не знаешь простейших заклинаний?

Барт стрелой бежит в угол, в котором находит вполне целый факел. Пока он занимается его розжигом, я проверяю монстров. Но нет, они все также скачут на лугу.

— Готово! — восклицает напарник, поднимая над головой источник света. Тьма отступает в углы, а мы пораженно смотрим на ту, что стоит перед нами, одновременно вскрикиваем от ужаса и отскакиваем к выходу.

Это тоже кентавр. Копия тех, что находятся позади нас. Только это гигант, превышающий тех размерами раза в два, закованный в латы. Он лежит на боку, опутанный цепями словно паутиной. Доспехи полностью закрывают его торс и человеческую часть, а голову венчает шлем, напоминающий огромное металлическое ведро с дырками для глаз. На его вершине когда-то была эмблема, изображавшая некую птицу с распахнутыми крыльями. Сейчас она погнута и искривлена.

— Чего шугаетесь? — удивляется он. Или она? — Кентавров никогда не видели?

— Видели, — бурчит Барт. — Вон на лугу как раз целое стадо. Ты, скорее всего, из их числа. Недаром тебя тут приковали. Аманд… Рич! Может, ну его? Пойдем дальше?

— Эй-эй! — забеспокоилась монстромадам. — Вы не можете меня тут оставить! Освободите меня! Пожалуйста!

Прищурившись, пытаюсь осмотреть незнакомку на предмет данных, но теряю неудачу. Знаки вопроса, помехи… Словно кто-то специально блокирует мои жалкие попытки увидеть характеристики. Судя по озадаченному взгляду Барта, тот тоже ничего не смог рассмотреть.

Если я до сих пор сомневался, то теперь твердо решил выйти из комнаты. Одно дело понятные монстры на лугу, но совсем другое — неизвестный монстр, прикованный непонятно почему к стене, способный раздавить нас одной левой. Кивнув обрадованному Барту, повернулся к выходу…

— Нет! Вы не можете так поступить со мной! Пожалуйста! Молю вас! — за спиной послышались рыдания и всхлипы. — Умоляю, лучше добейте! Не оставляйте меня ему! Только не ему, прошу! Лучше убейте!

— Стоп! — произнес я, разворачиваясь. — О ком ты говоришь? что еще за «он» такой⁈

— Не знаю, — запаниковала та. — Я не знаю, клянусь! Он страшный. Вроде бы хуманс, но как бы и нет! Он сама Тьма! Ужас! Когда вижу его, то чувствую, как подкашиваются копыта! Он черен как истинный Хаос, а во все стороны расползаются щупальца Тьмы! Он издевается надо мной, и кормит отбросами!

— Как давно он был здесь? — перебиваю словоохотливую кобылу. На ум сразу приходят мысли, о той сволочи, которая притащила тело Аманды в ту пещеру и подвесила к потолку. Ни один из гоблинов не пошел бы на это. Да и судя по их поведению, они случайно на меня натолкнулись.

— Я.… я не знаю точно, — мнется кентавр. — Здесь не понять, когда день сменяется ночью… Примерно трое суток назад он был здесь… Возможно. Так вы поможете мне?

Вздыхаю и смотрю на друга. Тот пожимает плечами, отходя к стене и оставляя решение за мной. В любом случае нам не выбраться отсюда без поддержки. Даже не пройти мимо гарцующих на лугу тварей, не говоря уже о том, чтобы вернуться обратно.

— Барт! — говорю напарнику. — Поищи ключ.

— Зачем⁈ — недоуменно гудит башня из железа. — Вон в углу механизм. На него все затянуто… Эх, была бы я в своей силе, давно бы освободилась сама…

— Сомневаюсь, — качает головой Барт, подойдя ближе и осматривая цепи. — Они зачарованы. Видите, как блестят?

Я осматриваю ворот механизма. Странное дело, он выглядит так, словно проржавел насквозь, но цепи, идущие от него, натянуты со страшной силой. Но стоит мне коснуться рукоятки, как он скрипит… и рассыпается в пыль!

Цепи, осыпаясь на пол, весело звенят, а громадина медленно приподнимается на копыта, словно не веря в собственное освобождение. Странный запах усиливается, и я вдруг вижу, от чего так… Кхм.…мда. Воняет. Навоз. Огромная, мать его куча лошадиного дерьма. Ну, понятно.

Тем временем, рыцарь-кентавр, слегка пошатываясь, опирается на стену и говорит:

— Благодарю вас. Теперь мне не помешало бы оружие…

С танком дело пошло в гору. Цельнометаллическая махина брала небольшой разгон, после чего врезалась в отдельную кучку трех-четырех ржущих особей, насаживая парочку на копье, найденное в той же комнате, растаптывая и ошеломляя других. Барт шел следом, добивая раненых, а я… Я, матерясь, бегал по полю, пытаясь увернуться от стояков озабоченных кентавров, служа приманкой. Иногда у меня это даже получалось.

По неизвестной причине монстры агрились именно на меня. Барт их вообще не интересовал, даже когда подходил чересчур близко, а бронепоезд со скандинавским именем Брунгильда был слишком быстр для неуклюжих конемужиков. Несколько раз я был на грани изнасилования кентаврами, так что даже Барту приходилось рисковать и колоть их в зад кинжалами, вызывая огонь на себя.

Действительно, что могла сделать мясомолочная эльфийка против нескольких озабоченных кентавров, прущих прямо на нее? Только бежать и звать на помощь. Через полчаса «брачных скачек» я был грязнее Брунгильды, и злее дьявола.

Расправившись со стадом длинностойких кентавров, мы подняли пару уровней, Барт достиг десятого и задумался над выбором класса, а неожиданная союзница… старалась держаться от нас подальше, ибо пахло от нее не очень.

Как ни странно, но она сразу и безоговорочно поверила моей истории про переселение душ, обмолвившись, что видала вещи еще удивительнее. А понаблюдав за моим поведением, дала пару нужных советов, как себя вести, что значительно облегчило мне жизнь.

Третий этаж хоть и был шире и светлее предыдущего, но сильно уступал ему в протяженности и разнообразии монстров. Нам впервые попались летающие виды, представляющие собой… конечно же члены с крылышками! Брунгильда слегка удивилась этому, сказав, что ранее не встречала ничего подобного, но даже не подумала отступить. На нее, кстати, монстры особого внимания не обращали, что было весьма странным — она ведь тоже женщина, пусть и закованная в броню.

Когда я был на грани нервного приступа от тыкающихся в мое лицо летающих стояков, монстры неожиданно кончились, а впереди засияла стена безопасной зоны. Собрав нехитрый лут, мы поплелись внутрь. Как ни странно, на этот раз помещение было другим. Кроме комнаты с общечеловеческими удобствами, рядом был проход в нечто вроде дома для кентавров. Очевидно, зона на ходу подстраивалась под нужны приключенцев.

— Святой Иггдрасиль! — доносится довольный вздох Брунгильды. — Наконец-то я как следует вымоюсь!

Мы хоть и валимся с ног, но тоже вместе идем мыться. Барт настолько выдохся, что даже не обращает внимания на раздевающуюся рядом мясомолочную эльфийку. Нет, одним глазом он, все-таки, косит, но помнит мой рассказ о своем превращении. Потому, держит руки при себе. По очереди моемся, а потом отмокаем в ванной. Места достаточно для того, чтобы не соприкасаться друг с другом.

Когда выходим в общую комнату, то буквально засыпаем на ходу, едва добираясь до лежанок. Из соседнего помещения доносится шум воды и легкий звон металла — Брунгильда отмывает доспехи…

— … Меня в отряд защиты одного из лордов определили, — активно работая челюстями, сообщает кентавр. Мы сидим за общим столом, а она стоит недалеко рядом без брони и вообще без какой-либо одежды, смущая взор паренька. Ее фигура просто загляденье! Теперь, когда ее латы стоят вымытые и начищенные до блеска, оказалось, что она на самом деле не сильно превышает размеры виденных мной особей. Нет, она все-таки выше и мощнее их, но не великан и гораздо моложе, чем я себе представлял.

Длинная тяжелая грива великолепных черных волос, спускающихся до самого крупа. Красивое женское тело с развитой мощной грудью и фиолетовыми набухшими сосками. Причем смущение деве было неведомо от слова совсем. Она периодически подходила к столу, накладывая себе на тарелку еду, качая грудью перед самым носом серо-буро-малинового Барта и возвращалась обратно в стойло, где ей было удобно и кушать, и рассказывать свою нехитрую историю. Кстати, как и у всех виденных мною самок кентавров, ракушек у нее тоже было две: маленький бутончик спереди, в том месте, где человеческая часть плавно переходила в лошадиную, слегка прикрытая курчавыми волосами, и лошадиная пи*да там, где она и должна быть — под хвостом. Для лошадки наличие обеих дырок не представлялось чем-то необычным или неестественным, а я помнил, каково это заниматься сексом с кентаврихой.

— Получили задание, — продолжает она, перевязывая лентой тяжелые длинные волосы. Ее грудь при этом примагничивает наши взгляды. Даже я чувствую неясное томление внизу живота, хоть и нахожусь в женском теле. А что уж говорить о напарнике⁈ — С виду все было как обычно — сопровождение каравана. Я-то из оседлого племени, а вот с нами еще двое из боевых кочевников было. Арман и Колет, воины в третьем поколении. Ух, красавцы! — с некоторым сожалением вздохнула Брунгильда. — Мускулистые, красивые, молодые! Жаль мы так и не погарцевали на лугу… Так их срезали первыми. Да, кто-то нас сдал. Влезли в засаду прямо всеми копытами сразу. Меня ранило, потом еще пару раз, половину каравана разбили. Ну я хватаю лорда, кидаю его на себя — и деру! Потом чую, — все, прискакали. А за нами погоня. Ссаживаю его в каком-то овражке, и на отвлечение в другую сторону. Ну, меня быстро зажали, стукнули. А потом…

Девушка вздыхает, ее глаза подергиваются болью и усталостью.

— Потом я очнулась уже здесь. И ОН стоял над моим телом. Раны кто-то заживил, а это… Нечто, стало склонять меня к службе Ему. Естественно, я отказалась. Пусть я и из оседлых, но у нас есть своя честь! Он стал угрожать, бить издеваться, морить голодом. А сегодня я думала, пришли его слуги, дабы прикончить меня. Вот и все, — заканчивает кентавр.

Мы пересказываем свои истории. Я не сильно вдаюсь в подробности, рассказывая вариант про жизнь наемника, внезапно оказавшегося в теле эльфийки, но чувствую, что где-то прокололся. Брунгильда гораздо умнее тупоголового Барта, но благоразумно не задает лишние вопросы. Зато обращает внимание на моего напарника.

— Барт, тебя привлекает мое тело? — вопрошает она, не испытывая никакого смущения. При этом она слегка запрокидывает голову, приподнимая руками тяжелую косу, отчего ее и без того упругая грудь взлетает еще выше, вызывая стояк даже у мертвого. — Не стесняйся! Понимаю, с Ричардом тебе не светит, так пойдем уединимся, снимем напряжение! Я уже опытная лошадка! У меня были партнеры-хумансы.

— А-а-а, э-э-э, кха-а-а, — напарник заходится в кашле, кидая на меня противоречивые взгляды. Понимаю его. Хочется и рыбку съесть, но и на кол не сесть. Тогда поднимаю руку и рассказываю лошадке недавнюю историю с оборотничеством.

— Проклятие? — недоуменно поднимает ушки Брунгильда. — Вот это дела-а-а. Тогда ничего не поделаешь. Потерпи, парень. Вот, как доберемся до сердца данжа, да разрушим его, так и снимем твое проклятье!

— Так это, правда⁈ — подпрыгивает паренек. — Легенды не врали? При разрушении сердца излечиваются все болезни?

— Что значит «не врали»? — удивляется та. — Это обычное дело! Недаром, в отряды набираются в первую очередь те, кому нечего терять! Смертельно больные, увечные, проклятые и прочие, желающие вернуть себе здоровье и молодость. При разрушении сердца подземелья происходит что-то необычное, — задумавшись, рассказывает Бруня. — Но оно полностью излечивает не только физические раны, но и духовные проклятья.

Я встречаюсь с ней взглядом, и она молча кивает мне, угадав мою невысказанную мысль. Возможно, я тоже смогу вернуться в свое тело.

Отдохнув, снарядившись и собравшись с новыми силами, мы покидаем безопасную зону, собираясь на следующий этаж. Я как обычно красуюсь в новом плаще с кольчужными подбивками. Прежний побитый жезл поменял на новый. Он немного тяжелее и длиннее предыдущего, но испускает призрачное сияние, а набалдашник в виде кристалла может послужить не только в качестве оружия, но может стать и усилителем моей магии, согласно словам кентавра.

Барт тоже нашел оружие себе по вкусу. Он, кстати, изменил-таки класс, выбрав себе профессию воина. Это многопрофильная сбалансированная специальность, позволяющая владеть разнообразным оружием. Сейчас паренек ходит с коротким мечом в правой руке и небольшим щитом в левой. Кроме того, на нем неплохой доспех, практически не стесняющий движений. А Брунгильда осталась при своем, позаимствовав из оружейной зоны лишь один предмет. Зато какой! Это огромный башенный щит! Почти целая металлическая плита, за которой при желании можно укрыть нас обоих! Она вооружена огромным копьем, больше напоминающим башенный таран. Также на боку висит двуручный меч, также не стесняющий ее движений. Приторочив щит на другой бок, она трусит рядом с нами. Теперь от нее приятно пахнет травами. У нашей лошадки, кстати, тридцать четвертый уровень, куча как нападающих, так и защитных умений, а профессия, соответственно, «страж». То есть, она не только успешно атакует врагов, но и великолепно защищает отряд. Лучшего союзника и представить сложно. Хотя, у нее все сложно с защитой задних рядов, типа меня. Но это и понятно. У стражей другая роль — не подпускать основную массу врагов к слабым союзникам, вызывая огонь на себя. Теми, кто все же прорвался должны заниматься другие члены отряда. Вот только это плохо работало с Бартом против летающих и мощных кентавров.

Так мы доходим до следующего спуска. Теперь это не просто лестница, но хорошо освещенный пандус с деревянными перилами! Указатель слева гласит:

«Четвертый уровень! Будьте предельно осторожны!»

Мы ступаем на деревянную площадку. Тут же слышится скрежет механизма, и она неторопливо опускается вниз. Нас ожидает четвертый этаж…

Но он уже не кажется легкой прогулкой, даже, несмотря на наличие в нашем отряде тяжеловооруженной боевой единицы в виде Брунгильды. Монстры отличаются не только ужасающим внешним видом (все те же невероятные члено- и вагиномутанты), но и огромным количеством здоровья, мощью, и броней. Кроме того, в стаях появились сержанты или мини-боссы, окруженные прихвостнями. Сражаться с такими неимоверно трудно. После каждого боя мы подолгу отдыхаем, тратя кучу припасов и восстанавливая силы. Нам критически недоставало боевой мощи. На очередном отдыхе мы даже не глядим друг на друга. Яснее ясного, что даже если выдюжим этот этаж, то срежемся на боссе. Это было ежу понятно.

— Нам не выбраться отсюда, — угрюмо произносит Барт. Я молчу, занятый самолечением, а Бруня не слышит его слов из-за подгонки броневых пластин. — Всего-навсего четвертый этаж, а нас буквально превращают в щебенку.

— Не ссы, братишка! — гудит кентавр. — Боги следят за нами! Они не допустят того, чтобы мы…

— Ни слова о богах, — зло выдыхаю я, чувствуя, как мои тоненькие пальчики сжимаются в маленькие кулачки. — По их вине я очутился здесь и застрял в этом теле! Ненавижу!

Разговор потух, не успев начаться. Мы кое-как приводим себя в порядок и выступаем. Впереди расстилается поле, заполненное очередными извращенными мутантами…

…Это… так… больше не может продолжаться! — выдыхает Барт, падая на лужайку. Я не отвечаю, поспешно вылечивая самые глубокие раны Брунгильды. Кентавр скрипит зубами от боли и ярости, но терпит. Трачу всю ману, глотаю изрядно надоевшие зелья со вкусом корицы, и снова расходую едва заполненную шкалу маны на исцеление. Оно у меня всего лишь третьего уровня, поэтому тяжелые ранения затягиваются с трудом и нехотя. Но это лучше, чем ничего. А нашего единственного воина и танка серьезно покоцали в последнем бою.

— Пойду отолью, — говорит, поднимаясь наш напарник. Я бросаю ему вслед озабоченный взгляд. Нет, в смысле, я беспокоюсь за парня. Он уже совсем не тот малыш-подросток, который типа спас меня от гоблинов. Балансируя на грани в каждом бою между жизнью и смертью, этот парень за несколько часов превратился в мужчину, способного постоять за себя и друзей. Позади нас нет врагов, но кто знает, что скрывается…

— А-а-а-а! — вдруг слышится его крик в стороне. Без лишних слов мы подрываемся в ту сторону, хватая на бегу оружие. Но… никого не видно.

— Я здесь! Внизу! — доносится словно из-под земли голос парня.

Осторожно ступая в полутьме подземелья мы вскоре обнаруживаем яму приличных размеров, на дне которой стоит Барт.

— Вытащите меня отсюда! — орет он. — Тут воняет!

Веревки у нас нет, поэтому я хватаюсь за копье, а Брунгидльда упирается копытами. Вот только я снова забываю, что это тело создано не для того, чтобы вытаскивать тяжелых парней из глубоких ям. Барт подпрыгивает, хватает меня за руку и утягивает вниз за собой.

Ба-бам!

— Мать твою! — шипя от боли, говорю я, отскакивая от парня. У меня все еще свежи воспоминания о тех неприятных минутах, когда он обернулся чудовищем. Не хотелось бы оказаться наедине с ним в узкой яме. Но нет, парень остается человеком. Пока, по крайней мере. Осматриваюсь, понимаю, что стены ямы слишком высоки для того, чтобы подняться самостоятельно. Даже встав друг на друга, у нас вряд ли что-то получится.

— Ребята! С вами все в порядке⁈ — кричит Брунгильда, обеспокоенно заглядывая сверху.

— В полном! — отвечаю. — Ты лучше от края подальше отойди! Не хватало нам еще кентавра на головы.

Бруня утихает, а я замечаю, что одна из стен ямы, на которую упал спиной Барт, немного темнее остальных. Тогда я перешагиваю через бормочущего непристойные ругательства напарника (где он только успел такого набраться⁈), и стучу жезлом по подозрительной поверхности. Уже со второго удара посох проваливается куда-то внутрь. Я трачу полминуты на то, чтобы расширить дыру. Парень вскоре замолкает, а через пару секунд помогает мне. Вскоре мы стоим перед достаточно большим проходом, в который пролезет даже моя огромная задница.

— Чего смотришь? — ворчливо говорю ему. — Хочешь послать в неизвестный опасный проход слабую эльфийку, чтобы любоваться ее задом? Черта с два! Живо в дыру!

Парень со вздохом наклоняется и ползет в проход. Я же с удовольствием отмечаю, что мой авторитет непререкаем. Ползу за ним. Темно, как афроамериканца в том месте, откуда руки растут у многих игроделов.

— Бл*ть! — вдруг вскрикивает напарник.

— В чем дело? — встревожено спрашиваю я, как вдруг пол подо мной исчезает и я падаю на спину Барта. Мы быстро вскакиваем с оружием наготове, хотя в темноте все равно ничего не разобрать. Лишь откуда-то спереди доносятся подозрительные звуки. Где-то я их уже слышал.

Сзади доносится щелчок кресала, и темнота сменяется неверным светом факела.

— Твою мать! — говорю я. Сзади тихо ругается Барт.

Мы находимся в какой-то камере. У стены напротив — шевелящееся прикованное тело.

— Да ладно! — восклицает напарник, осторожно идя в ту сторону. А я начинаю догадываться о Великом Замысле Богов. Если это окажется очередной союзник, то, стало быть, одним мной охрана Барта не ограничивается. Интересно, чем им приглянулся этот невзрачный пацан, раз на его охрану брошено столько сил?

— Рич! — кричит напарник. — Это какая-то баба!

Баба… Кто бы сомневался. Очередная баба, привязанная к стене, ждущая нашего спасения. А если бы мы не появились здесь?

Это блондинка с длинными волосами и роскошной, но тренированной фигурой. Типичная воительница в подранной кожаной броне. Она молча смотрит на нас и тяжело дышит, словно только что пробежала несколько километров. Подозрительно. Крайне подозрительно.

— Наконец-то! — вдруг выдает она. В тоне ее голоса я чувствую радость, но какого-то другого, странного рода. — Я уже заждалась! Вы пришли, чтобы мучить меня⁈ Насладиться пытками⁈ Приступайте! Скорее! Я покажу вам, что значит быть рыцарем. Ах-х-х… Точно, я же бывший рыцарь. Пусть так! Ну же! Насилуйте меня! Мучайте! Сколько можно заставлять меня ждать⁈

Блондинка дышит еще глубже, извиваясь в цепях. Барт зачарованно смотрит на нее несколько секунд, потом поворачивается, и мы, не сговариваясь, идем искать выход.

— Нет! Постойте! — кричит нам в спину блондинка. — Вы не можете так просто уйти! Вы должны пытать меня, чтобы узнать все секреты, как поступают настоящие злодеи!

— С чего ты взяла, что мы — злодеи? — спрашиваю ее.

— К-как это — откуда? — удивляется та. — Это ведь вы похитили меня и приковали здесь. Я выполняла приказ лорда по обнаружению внешних угроз, как вдруг меня стукнули по голове! А потом я очнулась здесь!

— Нет, это были не мы, — вздыхаю я. Похоже, мои идеи оправдались. Боги настойчиво подсовывают нам очередного союзника. — Мы — обычные авантюристы, точнее все, что осталось от двух отрядов. Барт, сними ее.

Парень нехотя разрезает веревки девушка шмякается на пол, хватаясь за живот.

— Ты ранена? — участливо спрашиваю пленницу. Та отрицательно мотает головой, кусая губы.

— Двое суток висела, — говорит она шепотом, стесняясь парня. — Страшно хочется в туалет.

Барт понятливо отходит к противоположной стене, где виднеется дверь и принимается ее ковырять клинками, в то время как, бывшая пленница отбегает в темный угол подальше. Когда она заканчивает, мы втроем выходим наружу, оказываясь чуть в стороне от изрядно разволновавшейся Брунгильды.

Девушку зовут Ламантина фон Стрипнесс. Она происходит из какого-то обедневшего дворянского рода. Когда-то тоже была авантюристкой, но потом ее пригрел у себя какой-то непонятный лорд, про которого воительница рассказывает и с неохотой.

— Я не оправдала его надежд, — говорит она, жадно поглощая еду, который мы с ней поделились. — Он снял с меня печать, и я стала почти такой же, как раньше.

— Какой «такой»? — не понимает Барт. Ламантина вздыхает.

— С печатью я могла одолеть огра голыми руками, — изрекает она. Парень давится водой. — И не только это. Она позволяла многое… Очень многое… Но он сказал, что я бесполезная ошибка и отослал нести службу на границах территорий. А потом я оказалась здесь.

Я размышляю, внимательно разглядываю новообретенного союзника. Что-то в ней мне кажется странным. Не подозрительным, а именно странным. Она изредка странно говорит, будто перенимая речь человека, с которым провела много времени. Плюс ко всему, порой ведет себя так, словно не понимает как с ней вообще такое могло произойти. К тому же она крайне симпатичная. Длинные золотые волосы, крупная грудь и тело в форме песочных часов. Барт уже вовсю пускает слюнки, несмотря на мои предупреждения.

С другой стороны, девушка обладает отличными характеристиками и будет неплохим напарником. У нее шестьдесят четвертый уровень и отменные боевые умения. Правда, ее склонность к мазохизму слегка пугает, но стоит нам вступить в первый пробный бой, как все страхи отступают на второй план. Воительница сломя голову несется в самую гущу, орудуя одним из запасных клинков Барта. Он коротковат для нее, но воительница машет им как тростинкой, выписывая самые невероятные комбы и уворачиваясь от ударов монстров с грацией пантеры. Пока Брунгильда разгоняется, собирая вокруг себя наиболее опасных монстров, Ламантина ловко снимает им львиную долю здоровья, оставляя мне и Барту их добивать.

Вскоре мы полностью зачищаем четвертый этаж и выходим к огромным деревянным вратам. Короткий отдых, и мы вступаем в логово босса. Практически сразу раздается дикий смех, звон цепей и к нам выходит призрачный великан.

— Кого я вижу! — кричит он с такой силой, что нас практически пригибает к земле. — Жалкие смертные решили, что могут пройти через меня! Самого повелителя Бурь! Непобедимого Мачо Круйме! Эта битва будет легендарной!..

Наша потрепанная команда стоит перед огромным золотым сундуком. Битва с призраком была тяжкой, изматывающей, но, в общем-то, несложной. Куда меньше стрессовой, нежели с той же Джейсон. Конечно, достать полупризрачное тело пирата по имени Мачо было крайне трудно, но имея в команде танка, воина и разбойника под моими бафами, победа была только делом времени.

Только во второй фазе Мачо призвал на помощь команду утопленников и стало чуть тяжелее. Опять-таки, пока многочисленные, но слабые пираты гонялись за мной с костяными фаллосами наперевес, команда рубила босса. А стоило тому пасть со стоном: «Мой Ван-Пис!», как все они рассыпались кучками слизистого дерьма.

Собравшись с силами, мы собрали лут, выпавший из пиратов. Ламантине достался отличный клинок, а мне — широкополая шляпа на восстановление маны. А затем подошли к сундуку, стоявшему у стены пещеры.

Он был огромен и сразу поражал взгляд своей роскошью. Но что-то в нем мне не понравилось. Он был слишком уж привлекательный. Барт сразу рванул к нему, как боец, который меньше всех потратил сил в битве. К нему не было никаких претензий, так как большей частью парень защищал меня от атак мелких пиратов.

— Стой! — кричу ему. Напарник тут же тормозит, недоуменно глядя на меня. Тогда добавляю:

— Можешь назвать меня параноиком, но что-то в сундуке меня напрягает…

— Да! — подхватывает Брунгильда. — Он какой-то странный!

— Мимик⁈ — спрашивает Ламантина, выхватывая меч.

Но, прежде чем мы делаем шаг к подозрительному сундуку, слева из темноты раздается вскрик:

— Помогите!

Все без команды принимают оборонительную стойку. Барт, как единственный у кого есть в рюкзаке факелы, тут же зажигает один и освещает угол пиратской пещеры. Ну, да — так и есть. Очередная прикованная полуобнаженная сисястая бабенка. Все невольно расслабляются, а я направляюсь к сундуку, не обращая никакого внимания на пленницу.

— Постой, жрица! — кричит вдруг прикованная девушка. — Это мимик! Освободите меня и уйдем все вместе отсюда!

Барт, держа в одной руке факел, а в другой клинок, подходит к ней, занося меч над веревкой, как вдруг, без какого-либо перехода живот пленницы раскрывается зубастой пастью, как в фильме «Оно»! Из него вылетает длинный язык, который хватает вскрикнушего парня и тащит к себе! Фигура девушка тут же плывет, превращаясь в бесформенную массу с огромными зубами. Но, прежде чем оно успевает подтащить отчаянно упирающегося Барта еще хоть на сантиметр, звучит свист стали и брошенный Ламантиной клинок перерубает язык!

Парень валится наземь, тут же перекатываясь подальше, а в аморфную массу на всем скаку врубается Бруня с копьем наперевес. Пара секунд и тварь издает предсмертный вопль и отдает концы.

— Сука! — ругается паренек. — Нет. Я понимаю — сундук! Но разумный мимик, принявший облик девушки — это перебор!

— Я тоже такого раньше никогда не видела! — качает головой кентавр. — Этот данж полон тайн.

Ламантина только хмыкает. Судя по всему, девушке пришлось пережить куда больше, чем им всем, но она как обычно отмалчивается. Подобрав клинок, она тут же швыряет его в сундук, который также кричит и расплывается на земле.

Из обоих мимиков выпадает неплохой лут, золотишко, предметы алхимии и прочая хрень, которая особо никого не заинтересовывает. Подобрав самое интересное, мы направляемся к безопасной зоне.

Как обычно, приводим себя в порядок, чистим броню и оружие, моемся по очереди и валимся спать. Когда я открываю глаза, то слышу за стеной непонятную возню и тихие стоны.

— Твою мать! Сука!

Подрываюсь как на пожар и мчусь в соседнюю комнату, где находится склад оружия, распахиваю дверь и застаю сладкую парочку прямо в самый разгар действий: Барт и Ламантина занимаются незащищенным сексом прямо на сундуках с припасами. Я подскакиваю и хватаю девушку за плечи, буквально сдергивая ее с инструмента паренька.

— Рич! Ты чего⁈ — возмущается та. — Ревнуешь что ли⁈ Так дождись своей очереди! Я и с тобой могу, если хочешь…

Не слушая ее, внимательно осматриваю столь же недовольного Барта, но нигде не наблюдаю начала трансформации. Потом смотрю ему в лицо и даю подзатыльник с такой силой, что он стукается головой об стену. Двойной удар получается!

— Какого… — ерепенится тот, но я с силой усаживаю его обратно на сундук.

— О чем ты думал⁈ — кричу ему в лицо. — А если бы снова превратился⁈ Ты подумал о последствиях, прежде чем засовывать в нее свой хер!

— Остынь, Рич, — чувствую на своем плече руку Ламантины. Да, девушка в курсе того, что я — парень, запертый в теле эльфийки. Она даже ни на минуту не усомнилась в моих словах, будто что-то знала заранее. Хотя, скорее всего, просто обладала редкостным простодушием. — Это моя вина, — добавляет она. — Я уже сто лет не была с парнем, вот и залезла к нему в штаны, пока он спал.

— Но ты же знаешь о проклятии! — изумляюсь я. — А если бы он нас всех покрошил⁈ Жаль, ты не видела, каким сильным монстром он становится!

Ламантина сожалеюще вздыхает и корчит гримаску.

— Но ведь ничего не случилось! — заявляет она с таким видом, словно после этих слов ей можно все простить. — А теперь, если ты не против?..

Она отодвигает меня в сторону, подходит к пареньку и становится на колени.

— Бедняга, — говорит она, глядя на поникшее хозяйство парня. — Ничего. Тетя Лама знает, как справиться с этой проблемой. М-м-м…

Барт виновато смотрит на нее, потом на меня. Вздыхаю и стягиваю бретельки блузки, вываливая на свет свои огромные арбузы. Судя по ошеломленному мычанию Ламантины и красному лицу напарника, его младший резко решил вернуться в строй. Бросаю последний взгляд на его лицо и руки и, удостоверившись, что превращение в оборотня из-за воительницы ему не страшно, в задумчивости покидаю склад.

Получается, что причина во мне? И в чем прикол? Не просто так же боги завязали превращение Барта в таинственного оборотня именно на мои сиськи? Их замысел, бывает, трудно понять, но, в конце концов, все идет согласно их тонкому плану. Конечно, случаются проколы, но они по любому выходят сухими из воды. Значит, я являюсь эдаким ключом-активатором некоей способности Барта, его таинственным двойником-аватаром, заключенным внутри него, наподобие моей крови Дракона.

— Совокупляются? — выдергивает меня из размышлений голос кентавра.

— Ага, — автоматически отвечаю я, даже не успевая понять смысл вопроса. Лишь через пару секунд я поднимаю голову и смотрю на улыбающуюся Брунгильду.

— Вот видишь! — торжествующе говорит она. — я так и думала, что от небольших потрахушек проклятие не вылезет. Должно быть, — задумывается она, — оно завязано на мясомолочных эльфиек или непосредственно на тебя, Ричард.

Киваю, соглашаясь с ее мыслями.

— Значит, можно и мне будет потом размяться! — добавляет Бруня, разминая плечи. Блин, мне уже жалко паренька, попавшего между двумя похотливыми воительницами. Представляю, что с ним будет после секса с кентавром. Регенерации-то у парня нету. Как бы не пришлось его лечить. — Ты же его подхилишь потом? — полуутвердительно добавляет лошадка. Киваю, чего уж там.

— Только смотри! Чуть что…

— И копытом по голове! Я помню! — улыбается Бруня…

В безопасной зоне нам пришлось задержаться немного дольше обычного. Потом еще немного. И еще чуть. И…

— Да вашу мать! — кричу я, стуча посохом по стене зала. Меня выперли на склад, где я успел все рассортировать и разложить по рюкзакам, пересчитать баночки, приготовить быстрые заклинания, выспаться, начертить тактику боя, не раз задуматься о будущем и поиграть с собственными сиськами. — Сколько можно⁈ Вы мне парня затрахать решили.

Стоны, несущиеся из-за стены, слегка утихают и доносится слабый, но донельзя довольный голос Ламантины:

— Еще пару минут и… уф-ф-ф, мы будем готовы!

Ритмичный стук и стоны продолжаются. Стискиваю зубы, боясь признаться самому себе, что это тело тоже желает секса. Но малейшие мысли о том, КАКИМ образом оно его хочет, выворачивают меня наизнанку.

— Ну уж нет! — бормочу я. — Ни капли в рот, ни сантиметра в жопу! Не для тебя росли мои булочки!.. Или для тебя… А что, если⁈..

Страшная мысль закрадывается в мою голову. А что, если для успешного завершения миссии мне надо забеременеть от Барта?!! Что, если мой дух останется навечно запертым в этой оболочке, пока кто-то не трахнет меня⁈ О, господи, только не это! Нет, не будем о плохом, сначала доберемся до конца данжа…

… И еще несколько часов…

Наконец, мы выступили в путь, дав парню полчаса на восстановление сил. При этом я бдительно следил за тем, чтобы к нему не приближалась ни одна из женских особей нашего отряда. Впрочем, они свое получили на год вперед.

На этот раз зона преподнесла нам всем по комплекту доспехов и броневых накидок отличного качества и такое же оружие для каждого из нас. Судя по всему, предстоящий этаж будет для нас настоящим испытанием.

Заворачиваем за угол и видим огромные врата, богато украшенные резьбой и рунами. На них точно посредине выбита цифра пять. Когда мы подходим к ним, то они сам собой открываются, открывая нашим взглядам прочную деревянную лестницу.

— Половина пути, — вздыхает Барт, первым ступая на нее. — Еще столько же…

— А может и меньше, — подмечает Ламантина. — Кто знает, сколько этажей в этом данже?

Она пытается сказать что-то еще, но замолкает на полуслове. Никто не лезет к ней с расспросами. Мы спускаемся еще ниже.

В этот раз нам противостоят не простые монстры. По этажу разгуливают полуразумные чудовища, плод бредовых фантазий разработчиков. Кроме того, они быстро обнаруживают нас, поднимают тревогу, быстро собирая вокруг себя единомышленников, поднимают команде боевой дух и даже накладывают исцеляющие и укрепляющие бафы. Кое-как победив первую группу, мы валимся без сил на ближайшую лужайку.

— Нам необходимо поменять тактику, — мрачно говорит Брунгильда. — Моих сил недостаточно для того, чтобы привлечь внимание и удерживать сильных мобов возле себя. Ламантина, как насчет верховой езды? Есть опыт?

— На обычных лошадях — да, конечно. Но не на кентаврах, — отвечает девушка.

— То же самое, даже проще, — объясняет Бруня. — Тебе можно забыть про управление и полностью взять на себя контроль над битвой. Главное — не дать себя сдернуть вниз. Остальное я возьму на себя. А тебе, Барт, придется остаться на охране нашего единственного мага. Рич, как у тебя с заклинаниями? Открылось что-то из массовых? Может, заморозка? Отравление? Метеоритный дождь?

Я хмурюсь и отрицательно качаю головой. С каждым новым получаемым уровнем мне открываются все новые и новые умения… хилера. То есть, я могу защищать, исцелять и усиливать союзников, но из атакующих заклинаний у меня всего ничего. Воздушное лезвие, пара ослабляющих воздушных, замедление, да и все. Хозяйка этого тела изначально затачивала себя под полноценного целителя. Нельзя ее в этом винить, ибо выбор — право каждого. Но в данной ситуации без должного прикрытия я лишь балласт.

Меня спасает лишь прокачанный навык рукопашного боя и массовый отхил, который я максимально прокачал. Даже если Барт не успевает на выручку, я всегда могу отмахаться от ничего не подозревающих монстров, накидывающихся на «легкую добычу» в моем лице. Пара ударов тяжелым посохом в причинные места дают несколько драгоценных секунд для прибытия подкрепления.

Но не в этот раз. В последнем сражении досталось всем без исключения. А боль здесь чувствуется точно так же, как обычно. Линейки здоровья показаны нам лишь для того, чтобы знать, сколько мы можем протянуть. Болевой шок от копья, пробившего тебе бок, никуда не денется. Его можно лишь ослабить заклинанием.

Нам чертовски не хватает боевой мощи…

… — Меня зовут Мимокинь!

… — Меня зовут Текилла!

… — Девочки!!!

Да, очередная запертая комната, внутри которой томятся сразу две молодые девушки. Первая — синеволосая блондинка, на тупеньком лице которой стояла печать пьянства и порока, с великолепной фигурой, и вторая — невысокая девушка в красном плаще мага и широкополой шляпе с нулевым размером груди. В отличие от предыдущих пленников, эти чувствуют себя довольно неплохо, дожидаясь помощи в уютной комнате с удобствами. Тем не менее, их номер заперт снаружи, причем с помощью колдовства. Никому из нас не удается отпереть дверь до тех пор, пока Барт случайно не касается ручки голой рукой. Запоры со звоном рассыпаются, а мы знакомимся сразу с двумя будущими союзницами. Более того, оказалось, что они хорошо знакомы с нашей воительницей. Когда первые восторги улеглись, они начинают свой рассказ, перебивая и дополняя друг друга…

В общем, для всех остальных их повествование не стало чем-то особенным, но мне на многое открывает глаза. История самих девушек не является чем-либо из ряда вон выходящим: их всех обманул некий весьма могущественный маг, хитростью, угрозами и подкупом заставивший служить себе. Он заманил их в данж невероятной сложности из ста этажей, прошел его полностью, таща за собой как на якоре все их команду, а в самом его конце принес в жертву неизвестному богу одного из членов их отряда.

— Сначала все было довольно неплохо, — говорит Мимокинь. — Он поставил на каждую из нас магическое клеймо, многократно усилив наши характеристики. Мы купались в роскоши, изучали новые заклинания и умения, ни в чем себе не отказывали… Но постепенно в его крепости стали появляться страшные отвратительные и очень сильные создания, при одном взгляде на которых становилось жутко…

— А потом он напал на эльфов! — подхватывает Ламантина. — Он убил и обесчестил множество прекрасных девушек. Как больно было на это смотреть, но мы ничего не могли сделать!

— Он постоянно охотился за каким-то Избранным! — бормочет Текилла. — Это стало его манией. Но каждый раз, когда его постигала неудача, приближаться к нему было ошибкой. А после того, как его предал ближайший союзник…

— Шантей, из племени рахнер, — вставляю я.

— Да, Шантей, — соглашается синеволоска. — Он впал в безумную ярость. Мало того, что она уничтожила половину зиккурата, перебила немало его подчиненных и успешно скрылась, так… Что-о-о-о-о-о?!!!

Все три девушки уставились на меня с таким видом, будто у меня вырос член. До них только сейчас дошло, что я назвал предательницу по имени.

Вздыхаю и развожу руками.

— Так уж вышло, — говорю я, — что в этом теле и заперт дух того самого Избранного, на которого охотится ваш наниматель…

Еще около часа мне приходится потратить на то, чтобы вкратце рассказать свои приключения и перемещение в тело этой мясомолочной эльфийки-целительницы. Но девушки просто отказываются верить моим словам. Подобное для них — невероятно, потому я рассказываю им встречу-сражение с Шантей. Лишь тогда они более-менее соглашаются с происходящим.

— Очуметь! — выдает Текилла. — Ты — мужик в теле эльфийки! Воистину, смертным не понять замысел богов!

Мы ненадолго зависаем в их комнате. Она хоть и небольшая, но снабжена удобствами и безопасна. Пока девушки притираются друг другу, я тщательно осматриваю характеристики каждой из них, изменяю тактику сражений и изучаю активные умения. Теперь, благодаря новым союзницам у нас есть не просто призрачная надежда на успех, но даже неплохой шанс на победу в этой миссии! Лишь бы, в конце концов мне удалось вернуться обратно!

Мимокинь — отличный боевой маг, заточенный на огненную стихию. Более того, девушка происходит из некоего ордена Алых магов, повернутых на взрывной магии. У нее просто масса заклинаний, поражающих врага на любой дистанции, массовых и одиночных, накрывающих целую площадь и единичный участок. Из минусов заметен небольшой запас маны, малое здоровье и полная беззащитность в ближнем бою. Но, чтобы ее ранить, врагу еще надо к ней подобраться, а выполнить это под метеоритной атакой взрывающихся камней невероятно сложно.

Текилла изначально позиционировала себя как маг водяной стихии, но еще до встречи с Темным лордом сбросила класс, полностью разочаровавшись в бесполезной магии воды, взяв профессию стрелка. Кое-какие заклинаниями, направленными на усиление себя и союзников, она все же владеет, но ее навыки и умения направлены на поражение отдельного противника на огромной дистанции. Она вооружена скорострельным арбалетом, как у Ван Хельсинга, метательными ножами и гранатами. Из минусов — все та же беззащитность в ближнем бою, маленький запас здоровья и… низкая скорость?.. Серьезно? Что не так с этой девушкой⁈ Она не умеет бегать? Как бы она не оказалась совсем бесполезной.

Но стрелок нам тоже необходим, а рассчитывать больше не на кого. Поэтому, я закрепляю в уме тактики, поворачиваюсь к отряду и прыгаю с места, отдергивая Текиллу от Барта.

— В чем дело? — недоуменно вопрошает та.

Наперебой рассказываем ей о проклятии. Только с добавлением произошедшего в последней зоне.

— Не проверишь — не узнаешь, — изрекает та, без лишних слов хватая Барта за руку и засовывая ее себе под куртку, прижимая к пышной голой груди. Мы внимательно смотрим за покрасневшим парнем. Бруня держит копыто наготове, но ничего не происходит. Паренек облегченно вздыхает.

— Крепись, Барти! — подмигивает ему Ламантина. — В безопасной зоне тебя ждет тройничок!

— Вот ты и собрал гарем, — говорю парню. — Теперь сам с ним и разбирайся!..

Удивительно, но мы буквально пролетаем один этаж за другим. Сказывается значительный перевес в силе и слаженность действий. Ламантина, Мимокинь и Текилла, несмотря на различие характеров в бое действуют как спаянный отряд, прошедший не одно сражение. Пока Брунгильда вызывает на себя основной огонь, они грамотно разделяют остальных, уничтожая монстров поодиночке. Барт страхует нас, добивая и задерживая тех мобов, которые рвутся через линию обороны. Сложности бывают лишь с летающими, но тут Текилла показывает отличные навыки, отстреливая парящих созданий еще в воздухе.

А в безопасных зонах девчонки расслабляются в ванных вместе с парнем, пока я готовлюсь к предстоящим боям, сортируя запасы. Мы обрастаем снаряжением, которое дарует нам таинственный запас убежища. На последний, десятый этаж мы спускаемся наряженные, как новогодние елки. На каждом из нас по комплекту высококачественной брони, легендарному зачарованному оружию и куча бутылочек с различными зельями. Все без исключения могут постоять за себя, даже тонкие маги и стрелки. Барт прокачался до тридцатого уровня и представляет собой не только воина поддержки, но и опасного рогу, способного скользнуть в тень и нанести оттуда смертоносный удар даже высокоуровневому монстру. Смотря на него, понимаю, что паренек не пропадет, даже если мы расстанемся навсегда. Он уже совсем не тот запуганный подросток, которого я повстречал наверху. Вероятно, в этом и состоял замысел Богов. Интересно, почему он так для них важен?..

Мы стоим перед огромными вратами. По ним скользят невиданные прежде нам руны, переливаются разноцветными огнями предупреждающие надписи. Все указывает на то, что за этими воротами находится логов последнего босса.

— Все готовы? — оборачиваясь к нам, спрашивает Барт. Мы киваем. Тогда он толкает створку. Ворота распахиваются сами по себе. Мы входим в огромный хорошо освещенный зал. Он совершенно пуст. Лишь посредине находится что-то вроде небольшого помоста в виде круга.

— О боже! Нет! Это… — кричит Ламантина.

— Да, точно! — поддерживает ее Мимокинь. — Точно такой же был в зиккурате!

— Осторожно! — вскрикивает Текилла. — Не подходите туда!

Мы рассредоточиваемся вокруг загадочного помоста, обыскивая зал, но ничего не происходит. Никто не вылетает с боевыми воплями. Никто не атакует нас исподтишка. Только луч света все также падает с потолка, освещая таинственный помост.

Девушки еще раз подробно рассказывают то, что произошло с одним из их отряда по вине темного лорда. Морщусь. Жертвоприношение. Похоже на то…

— Я уже видела подобные камни. Кто-то из нас должен пожертвовать собой ради спасения остальных! — опережает меня Брунгильда.

Все молча переглядываются. Ясное дело, как бы ни было сильно желание поскорее покинуть унылое подземелье, но жить охота каждому. Тогда вперед выходит Барт.

— Я, как единственный здесь представитель… — начинает он пафосную речь.

— Ой, заткнись, право, — говорю я, отвешивая ему подзатыльник. — Ты тут не один мужик, и если уж на то пошло, не зря меня боги запихнули в это тело. Наверняка, ради спасения твоей тушки. Может, тебе уготована судьба стать вторым Избранным, кто знает? А со мной ничего не случится после смерти. Наоборот, вернусь обратно в свое тело… Наверное…

Последнее слово я добавляю шепотом, почти про себя, отталкивая пацана в сторону и поднимаясь на помост. Передо мной находится что-то вроде жертвенного камня, а рядом лежит обыкновенный нож, которым мне, наверное, и предлагают вскрыться. Но что-то не дает мне покоя. Внутри меня словно зудит какой-то скрытый голосок. Что-то идет неправильно… Словно интуиция пытается меня о чем-то предупредить…

Тогда поворачиваюсь к притихшей толпе и задвигаю коротенькую прощальную речь. Потом поворачиваюсь и беру жертвенный нож. Замахиваюсь… но вместо того, чтобы проткнуть себе живот, выкидываю его в дальний угол, и пинком разрушаю шаткий помост.

Тут же раздается грозный гул, будто одновременно завопило сто труб, а пол задрожал. Я быстро спрыгиваю с помоста и отбегаю в сторону товарищей. Мы перегруппировываемся готовые дать отпор любому злу, как вдруг кто-то выключает свет. Лишь одинокий луч света, освещающий помост, все еще держится.

— Бл*дь! Все ведь шло как по маслу! Зачем ты полезла на помост, жирная шлюха! — вдруг раздается незнакомый мужской голос! — Еще немного и этот недоразвитый сын падшей бабы прирезал бы себя в вашу честь и вмои старания бли бы вознаграждены! Но нет, надо было тебе вылезти! Теперь придется лично завершать дело. Как я не люблю марать руки…

Луч на мгновение гаснет, погружая нас в кромешную тьму, но тут же вспыхивает снова. Только теперь помост не пустует. На нем стоит жутковатая гротескная фигура, будто слепленная из нескольких монстров сразу. Скорее всего, когда-то ОНО было орком. Но, то ли в результате дичайших экспериментов, то ли из-за страшного колдовства, но от обычных зеленокожих гигантов у него мало что осталось.

Вместо обычных рук — длинные щупальца. Шипы по всей спине и телу. Короткие кожистые крылья, хвост, также усеянный шипами. Тело странного организма защищено не только металлическими доспехами, но и костяной броней. Пробить его будет крайне сложно.

— Это же Хорн Паб! — вдруг кричит Текилла… и позорно падает на колени.

— О нет, — вторит Мимокинь, присоединяясь к ней. Туда же бахается Ламантина. Девушки ревут, как маленькие, пока чудовище в центре зала ржет, упиваясь их ужасом.

— Да! — рявкает оно, отсмеявшись. — Я давно на вас облизывался, дорогие мои! Пришло время отомстить вам за все! Теперь вы в моей власти!

Кто-то дергает меня за плечо. Обернувшись, вижу Мимокинь.

— Рич, нам надо бежать! — говорит она. — Лучше пробиваться обратно через все этажи, чем схлестнуться с этим монстром.

— Что это такое? — спрашиваю, стараясь одновременно не терять из вида босса подземелья и говорить с девушкой.

— Когда-то Хорн был одним из генералов Темного Лорда, — поморщившись отвечает она. — Но он достал даже его своими извращениями и чрезмерной жестокостью. Более того, его похоть одинаково распространялась как на чужих, так и на своих. Когда он изрядно надоел Темному, тот превратил его в это и запер в каком-то данже, которое тот превратил в тренировочный полигон для своих экспериментов.

— Так это он создал всех тех отвратительных монстров⁈ — восклицает Барт. — Но неужели мы не сможем противостоять ему⁈

— Не думаю, — говорит та. — Надо бежать! Его силы ужасны!..

— Время разговоров прошло! — кричит вдруг Хорн Паб. — Пришло время…

Да-ба-ду-у-у-м-м-м!

Пока он отвлекся, Брунгильда, как следует разогнавшись, впечатала его в стену! Мы радостно заорали, не забывая усиливать друг друга на всякий случай. Хотя, кто бы выдержал такой удар⁈ Это все равно что под поезд попасть!..

Стена задрожала и пошла трещинами, а из дыры вылетели щупальца, обхватившие круп взвизгнувшей Бруни, поднимая ее в воздух. Та отчаянно лягалась, но ничего не могла сделать. Вдруг одно щупальце, слегка отогнув край нагрудной брони, скользнуло под нее, а другое проползло к заду кентавра…

— А-а-а-а-а-а-а-а-а!!! — дико заорала Брунгильда, когда тентакли достигли нужных мест! — Нет! Не надо! Отпусти меня!

Из дыры показался почти невредимый ухмыляющийся Хорн.

— Сладкая лошадка! — заявил он, не обращая на нас внимания. — Оставлю тебя на десерт.

Он повернулся к нам, укорачивая руки-щупальца. Брунгильда со стоном шмякнулась на пол. Тентакли неприятно хлюпнули, вылезая из-под ее брони. Под кентавром стала расплываться лужа крови. Мы остались без танка…

Дальнейшее напоминало скорее бойню, нежели сражение. Мимокинь была права — босс данжа был практически неуязвим. Все наши атаки снимали с него минимум здоровья, скорее раззадоривая его, нежели раня. А тот играл с каждым из нас, пытаясь на ходу изнасиловать своими щупальцами. Барта он почти сразу оглушил, оставив валяться у стены.

Сначала пала Ламантина, потом дошла очередь до стрелка, Мимокинь и, наконец, моя. Девушки не были мертвы — я видел, как они стонали на земле, окровавленные, но все еще живые. И тут зашевелился Барт. Но было уже поздно. Меркие отвратительные тентакли Хорна приподняли над полом мое тело, срывая остатки брони и одежды. Распяв меня в воздухе, монстр расхохотался:

— Кто бы мог поверить, что все будет так легко⁈ — закричал он. — Я-то думал, что вы хоть немного посопротивляетесь! Похоже, у меня будет много новых игрушек!

Один из его тентаклей пополз к моей промежности. Я задергался, но это лишь подлило масла в огонь. Монстра расхохотался, а через секунду я ощутил дикую боль внутри себя!

— Ублюдок! — прохрипел я. — Знал бы ты, кто в твоих руках!

Монстр вдруг приблизил меня к себе.

— А ты думаешь, я не знаю? — проскрипел он. — Думаешь, в стане ваших богов нет наших глаз⁈ Да мы все ваши планы знаем наперед! Они сами помогли нам! Одним ударом прихлопнем двух мух сразу! Избранного и Короля волкод…

Дикое рычание прервало его речь. Монстр удивленно обернулся в сторону. Я лишь краем глаза смог увидеть открывшееся ему зрелище.

Это был Барт. Точнее то, что от него осталось. Огромный, весь покрытый шерстью волк, стоявший на задних лапах. Огромные зубы, длинные когти, слюна, капающая из пасти и красные глаза, светящиеся безумием.

— Р-р-р-разор-р-ву! — провыл он. — Пус-с-сти Рича!

Босс тут же отшвырнул меня в сторону, прыгая на изменившегося парня. Но тот с удивительной скоростью ушел в сторону от нападения, в свою очередь атакуя Хорна со спины. Его когти с легкостью располосовали слой костяной брони бывшего орка. Тот взвыл от боли, попытавшись развернуться и ухватить оборотня, но лишь тщетно закрутился на месте. Через полминуты все было кончено.

… Сквозь кровавый туман я видел, как он, переступая лапами, направляется в мою сторону. Наверное, я потерял много крови, так как даже не мог пошевелиться. Вдруг, я почувствовал, как кто-то бережно поднимает меня и берет на руки. С трудом подняв взгляд, увидел перед собой оскаленную морду Барта.

— Ж-жив! — с трудом выговорил тот. — Я стар-р-рался!

— Я думал, ты меня съешь, — улыбнулся, глядя в его красные глаза. — Или еще чего похуже!

— Я контр-р-ролирую себя! — гордо ответил тот. — Тепер-р-рь я могу это! Посмотр-р-р-и!

Я увидел, как в центре зала висит в воздухе небольшой красный кристалл, которого раньше тут не было.

— Сердце данжа! — донесся сзади всхлип Мимокинь. — Ребята! Скорее! Мы умираем!

Оборотень поставил меня на ноги прямо перед кристаллом. Пошатнувшись от слабости, я невольно оперся прямо на него. В ушах зашумело, но уже через миг я знал. Что делать. Знания данжа перетекли в мой мозг, дав мне понять, что надо делать дальше. Собрав последние силы, я повернулся к Барту.

— Прощай, напарник! — улыбнулся парню в образе волкодлака. — Нам было весело вместе. Но мне пришла пора возвращаться. Может, еще увидимся! Да и кстати. Хозяйка этого тела, наверное, вернется, поэтому не пугай ее. Полагаюсь на вас, ребята!

Потом я возложил обе руки на кристалл и сосредоточился. Мир вокруг померк…

… «Небо, облака. Солнце… Как я тут оказалась⁈ Не помню… Что произошло? Тоже не помню. Кто я? Не помн… Не, ну, положим, кто я — понятно. Я — Амандаэль, жрица Лунной обители. Но где я и почему лежу голая на земле. А кто эти…»

— Святой Единый! Им удалось! — выдохнула девушка с синими волосами. — Мы спасены!

— Смотрите! Это же стены Кромвеля! — закричала другая, в оборванном красном плаще.

— Я… я в порядке? — удивленным тоном произнесла девушка-кентавр. — Странно, я же отчетливо помню, как меня порвали изнутри…

— Это Ричард! — глухо произнес паренек с кинжалами за поясом. — Он выполнил свою миссию.

— Ричард? — удивилась синеволосая. — Так вот же он!

И посмотрела на эльфийку. Та, пытаясь прикрыться руками, недоуменно вертела головой.

— Почему вы все на меня так смотрите⁈ — наконец, не выдержала она. — И вообще, кто вы такие? Где мой отряд? Как я тут оказалась⁈

— Поня-а-а-атно, — протянула Текилла. — Ричард вернулся к своим, а нам досталась настоящая хозяйка тела. Лама, дай запасной плащ. Как там тебя, Амандаэль, вроде? Держи. Поднимайся, нам есть, что тебе рассказать…

Странный отряд двинулся в сторону города, не подозревая о том, что их рюкзаки набиты золотом — прощальный дар одного Избранного.

Костяндр, посвистывая, подошел к проему данжа, удивленно посмотрев по сторонам. Обычно его всегда приветствовали стражи подземелья, но сейчас вокруг было тихо и пусто. Пожав плечами, он спустился на первый этаж… Второй, третий. Везде было тихо. Не было видно ни одного монстра. Поднапрягшись, темный даже не ощутил источника маны — сердца подземелья!

— Не может быть!

Пролетев все этажи, он толкнул двери центральной лаборатории — огромного зала, где заключенный им Хорн Паб творил свои отвратительные эксперименты. Время от времени Костяндр навещал его, чтобы проверить наличие новых монстров и просто от скуки. Но сейчас в зале было тихо и пустынно. Лишь в отдалении лежала странная серая куча…

— Хорн!

Да, это было все, что осталось от великого извращенного генерала. Его тело было буквально исполосовано страшными когтями.

— Значит, я снова проиграл? — ни к кому не обращаясь произнес Темный, поднимаясь с колен. — Ничего, ничего. Я еще оторву тебе голову, Избранный, и поиграю ею в футбол! Вот увидишь! Увидишь!

Эхо его криков еще долго звучало в пустынных коридорах очищенного подземелья…

… Пробуждение идет тяжело, как с перепоя. Глаза открываются неохотно, веки как будто налиты свинцом. До меня тихо доносятся знакомые голоса.

— Он приходит в себя! — раздается радостный голос. — Рич, Ричард! Как ты⁈

Сфокусировав взгляд, вижу перед собой мордочку Гурри, девушки-куноичи и Софина, бывшая рабыня — зайка. Тотчас хлопаю себя по груди и проверяю хозяйство в штанах. Облегченно вздыхаю. Да, я действительно вернулся. Девчонки визжат от радости, повисая на мне. Немного времени уходит на то, чтобы успокоить их, а заодно и себя. Как же здорово вновь очутиться в своем родном теле!

— Ну, Избранный, говори. Как все прошло? — слышу голос шамана, и дикая ярость заполняет мое нутро. Старая сволочь, отправившая меня на перерождение. Он не мог не знать! Подскакиваю и бью прямо в рожу ненавистному шаману! О, как долго я мечтал это сделать! Колдун улетает в стену хижины, переворачивая на своем пути котелок. На мне тут же повисают девчонки, но шаман подает голос:

— Оставьте его! Он в своем праве. Я заслужил кару, так как не предупредил его ою испытании, выпавшем на его долю…

— Испытании⁈ — бормочу я. — Да что ты знаешь…

Тот встает, отряхивается и неожиданно улыбается мне.

— В качестве прощения могу сказать, что знаю, как тебе свидеться с теми, кто стоял за всем тем, что тебе пришлось перенести. С Духами. И поверь, тебе это понравится.

— С Вознесенными? — не веря ушам, переспрашиваю я. — То есть, у меня есть шанс… отомстить⁈

— Именно! — кивает шаман. — Готов рискнуть еще раз?

— Готов! — отвечаю я.

Шаман ныряет в хижину, делая мне знак. Я обнимаю девчонок и говорю:

— Это ненадолго.

И захожу в хижину. Тот уже протягивает мне очередную чашку с вонючей жидкостью.

— Запомни, избранный, — напутствует он меня. 0 Там, куда ты попадешь, все будет материально. Ты в своем праве, поэтому… Особо не стесняйся…

Мир вокруг крутится и тускнеет. А потом вновь озаряется Светом. И я вижу их. Их всех. Они стоят передо мной. Одни улыбаются, другие смотрят мрачно, хотя, казалось бы — я выполнил миссию!

— Сынок! — Рейлган подходит, раскидывая руки. — Как я рад…

— А уж как я рад! — отвечаю я, сжимая кулаки…

Они стоят передо мной, все еще не ожидая подвоха. Знакомые и незнакомые Вознесенные, вершители человеческих судеб, божественные герои минувших эпох. В далеком прошлом они воевали за Свет и Порядок, но сейчас я вижу перед собой обленившихся господ, для которых человеческая жизнь уже значит меньше, чем должна была бы. Наши создатели заигрались в солдатиков, забыв о том, что сами когда-то были такими же: смертными, чувствующими боль и радость, страх и гордость. У них осталось лишь удовольствие и небесные интриги. Пора напомнить им о том, что они не Высшие в пантеоне Богов, раз уж они так сильно расслабились, что запихнуть Избранного в слабое женское тело для них то же самое, что два пальца обоссать!

Слой Астрала, в котором я сейчас нахожусь, как раз допускает физический контакт. Не знаю, кто задумывал встречу именно здесь, но мне это на руку. Судя по всему, тут собрались почти все административные шишки, решившие отпраздновать очередную победу сил Света. Лишний раз убеждаюсь в этом, бросая взгляд по сторонам. Я словно попал на чью-то вечеринку. Мы находимся в огромном зале, в котором то тут то там расставлены столы со снедью, недалеко стоит огромный фонтан из шампанского и прочие излишества, к которым боги уже успели привыкнуть. Боги… Слишком сильно сказано. Всего лишь души некогда великих личностей. Конечно, не все из них успели оскотиниться и, как правило, те, кто непосредственно контактирует со смертными, еще не успел растерять остатки человечности. Вдалеке замечаю Селемине, Легата и остальных. На их лицах написана реальная радость за меня. Эх, даже вы не смогли предупредить меня… Но, все же вы существенно отличаетесь от всех остальных…

БДЫЩ!

Шоу начинается! Мой кулак беспрепятственно встречается с нежной челюстью Рейлгана, отправляя ее хозяина в недолгий полет через зал, сшибая по пути какую-то нимфу и стол с бокалами. Музыка, звучащая под сводами этого разукрашенного зала, вдруг стихает как по волшебству. Все замирают, глядя на предводителя, пытающегося встать из-под обломков стола. Сегодня Рейлган Мент, как и все остальные гости, без своих доспехов. Думаю, как бы силен я ни был, но мне бы не удалось его даже сдвинуть с места, будь он при оружии.

Изумление гостей проходит довольно быстро, только и я не стою на месте, дожидаясь подкрепления. Пока большинство из них, ахая и охая, пытаются найти объяснение моему поведению, а Рейлган ворочается подобно моржу среди осколков бокалов, я просто разворачиваю к себе лицом ближайшего незнакомого хлыща, напомаженного, как завсегдатая гей-клуба, и влепляю ему прямой в челюсть. У меня нет жалости и сочувствия ни к одному из тех, кто присутствует на этой встрече, за исключением, пожалуй, Легата и компании. Раскрашенный под хохлому бог летит кувырком, сшибая какую-то представительную даму, на голове которой целое архитектурное сооружение из брильянтов, золотых нитей и жемчуга.

Страйк! Парень как бильярдный шар летит дальше, пока не встречается со стеной, а дама, падая, цепляет пару других девушек, сдергивая с них полупрозрачные тряпочки! Веселуха пошла!

Кто-то из молодых и горячих божков уже рвется в мою сторону, горя жаждой мщения, но, вот незадача, — цепляет по пути какого-то чернокожего полуголого парня, который недолго думая, заряжает тому в пятак, отбрасывая его в двух других бородатых мужиков. Слово за слово и в зале закипела самая настоящая кабацкая драка с применением всего, что попадалось под руку: ножки столов, стулья, бутылки, даже украшения. На моих глазах какая-то расфуфыренная девушка с воплем: «Как давно я хотела это сделать!» вцепилась подруге в волосы. Другая такая же богиня, взгромоздившись на стол, размахивала ожерельем, словно цепом, нахлобучивая каждого без разбора, кому повезло оказаться рядом. Вскоре кто-то зацепил ее за ногу веревкой и стащил со стола.

Я тоже вовсю наслаждался потасовкой, прокладывая дорогу к поднимающемуся Рейлгану. Все-таки, он был тем, кто отвечал за операцию. Главным лицом, ответственным за мое пребывание в женском теле. Кто-то успел исцарапать мне лицо, а в затылок прилетела случайная бутылка. Упав на колени, я все-таки кое-как очухался и снова продолжил путь. Наконец, я остановился перед стоящим на одном колене командиром местных.

— Доволен? — рычу, глядя на него сверху вниз. — Доволен⁈ — повторяю, заряжая ему с ноги еще раз по многострадальной челюсти. Тот опрокидывается на спину и смотрит на меня. В его глазах нет злобы или ненависти, лишь усталость, но мне сейчас поебать на его чувства. Кто-то пытается меня оттащить, но я лишь бью локтем, попадая во что-то мягкое. Слышится тонкий женский вскрик, но я даже не оборачиваюсь. Во мне бурлит и клокочет ненависть к тем, кто позволяет себе игры с человеческими жизнями.

Рейлган пытается что-то сказать и приподняться, но я вновь сбиваю его с ног, сажусь сверху и начинаю месить его кулаками, приговаривая:

— Это за перенос в бабу! (тресь!) Это за друзей! (Бдыщ!) Это за мои нервы! (Шмяк!) А вот это! — кричу в бешенстве. — За то, что мне пришлось (бум!) почувствовать в себе (Н-на!) щупальце того гада! (бдысь!) Ты бы знал, сволочь, каково это быть изнасилованным (На еще разок!) щупальцем отвратительного мутанта! (шлеп!)

— Ричард! Остановись! Ты же развоплотишь его! — кричит кто-то знакомый, но я лишь заношу кулак для следующего удара. Тогда кто-то хватает меня за руки, оттаскивая от лежащего без движения Рейлгана. Лишь через пару секунд я осознаю, что вокруг царит мертвая тишина, нарушаемая звоном осколков посуды, тяжелым дыханием бывших бойцов, всхлипами побитых девушек и нечленораздельным бульканьем лежащего начальника. Я смотрю на тех, кто держит меня. Это тот самый чернокожий качок и Селемине. Я вырываюсь и оборачиваюсь ко всем остальным.

Вознесенные смотрят в пол. Им стыдно за свое поведение и прорвавшуюся звериную натуру, которую они сдерживали веками. Я оглядываю каждого из них с презрением и отвращением, несмотря на внушительные габариты мужчин и ослепительную красоту даже побитых девушек.

— Уроды! — сплевывая кровавую слюну на пол, говорю, наконец, я. — Вы забыли свое место! Лучше бы вас не брали на должность богов. Такие как вы не заслуживают этого! Вы все забыли, ради кого вам дали второй шанс. Посмотрите на себя! Ленивые, глупые, зажравшиеся сволочи, которые забыли о простых ценностях! Для вас важнее подсидеть друг друга, нежели помочь простым людям! Я был о вас лучшего мнения… Игра. Вы поставили на кон свое положение, выбрали меня в качестве пешки и выиграли! Да! Выиграли в бесконечной игре еще один ход! Но проиграли в доверии! Что стоило вашему шефу пойти мне навстречу и рассказать о предстоящем мне участи⁈ Но нет! Он наплевал и сделал все по-своему… Ублюдки!

Мой взгляд падает на сжавшегося в углу шестикрылого идиота. Чувствую, как губы расползаются в нехорошей ухмылке. Тот, встретившись со мной взглядом, визжит от ужаса и пытается спрятаться за спинами других, но никто не хочет помочь ему.

— Куда же ты мой дорогой Тираниил⁈ — вопрошаю я, шагая ему навстречу. — Знаешь, я постоянно вспоминал о тебе, когда высокоуровневые монстры отрезали от меня и товарищей по кусочку! Каждый, сука, раз я думал о том, кто все это устроил! Интересно, что будет, если тебя развоплотить? Помнится, кто-то мне говорил, что тогда Система рухнет…

Некогда гордый шестикрылый ангел в сияющих доспехах, которые он не снял даже на встрече, теперь визжит как недорезанная свинья, бегая от меня через весь зал.

— Сотни разумных существ страдают там, внизу по твоей вине, тиран ты ебучий, — говорю я, шагая наперерез виновнику. — Как бы мне хотелось поговорить с тем, кто дал тебе права на изменение целого материка, долбонавт ты йобанный. Я видел столько боли, дерьма, ужаса и страданий в этом данже, сколько тебе и страшном сне не приснится! А ведь это только миллионная доля того ужаса, который ты там устроил! Мало было нападения Хаоса и тяжелой войны, так теперь ни один мирный житель не может выйти в лес, чтобы не стать добычей для монстров!

Рванувшись, перепрыгиваю через стол, ногой в прыжке сбивая тупорылого ангела на пол. В отчаянии тот призывает доспехи и оружие, слепя всех окружающих ярким светом. Отскочив от меня этот придурок вытаскивает меч, который тут же вспыхивает ярким пламенем. Остальные боги одновременно отшатываются от него. Значит, Селемине говорила правду — тот, кто погибнет на этом слою Астрала, будет развоплощен. Чем это грозит мне или развоплощенному, можно только догадываться. Вот только у меня совершенно не осталось жалости к этому полудурку.

С прошлого нашего столкновения ангел так ничему и не научился: все те же размашистые удары, в которые Тираниил вкладывает всю силу. Конечно, с двуручником по-другому и не повоюешь, но ради всего святого, неужели нельзя было пораскинуть мозгами и не заняться техникой боя⁈ Или ты не ожидал новой встречи со мной, ублюдок⁈

Без труда уклоняясь от его выпадов, подбираюсь вплотную и провожу прекрасный апперкот в его незащищенную челюсть. Гремя доспехами, Тираниил валится на пол, как мешок с говном. Я в два скользящих шага настигаю его, принимаясь ударами ног катать его от одной стены к другой. В отличие от Рейлгана никто не становится на его защиту. Лишь когда после очередного удара из забрала шлема вылетают брызги крови, я поднимаю голову, сталкиваясь взглядом с Кето, его напарницей. Ее глаза полны страха и ужаса. Лишь тогда я останавливаюсь и осматриваюсь. Мне становится противно от самого себя. Тогда я иду через весь зал к булькающему Рейлгану.

Мне заступает дорогу тот самый незнакомый чернокожий бог. Он осуждающе качает головой и произносит:

— Мы поняли тебя, Избранный. Рейлган уже понес наказание от Высших за свой проступок и получил наказание от тебя. Прошу, пощади его, так как…

Не дослушав парня, обхожу его, нависая над окровавленным богом, распластавшимся на полу.

— Все, что я видел от вас с тех пор, как прибыл на этот материк — лишь новые и новые задачи! — говорю, глядя в его глаза, наполненные усталостью и болью. — Вы привыкли обещать, ничего не даруя взамен, выдергивать меня, как только вам чего-либо захочется, затыкать мной ваши косяки… Потому я скажу один раз — С МЕНЯ ХВАТИТ! Отныне, если вам будет что-то нужно, я требую полноправного участия в ваших планах! Я больше не буду слепой марионеткой во всех ваших делах! Или ищите другого Избранного!

Отворачиваюсь, но вспомнив еще одну вещь, добавляю.

— Я хочу, чтобы со мной вновь вели дела Легат, Селемине и Минета. Не дай бог я снова увижу тупую рожу Тираниила или кого-то из вас. Запомните этот день!

Лишь потом я закрываю глаза и оседаю на пол, позволяя себе расслабиться. Боль отпускает меня, а дух вновь уносится вдаль, стремясь воссоединиться с настоящим телом…

…Ощутив себя на твердой лежанке в хижине, я ощупал свое тело. Но нет, затылок не болел, а на лице не было никаких царапин. Астральные повреждения остались там же. Должно быть, боги также вернулись к себе, исцелившись от физических ран. Вот только не думаю, что они также легко забудут раны духовные, которые я нанес им всем сегодня. Одно я знаю точно: никто из Вознесенных теперь не относится ко мне как к простой пешке, но вот к добру это или к худу — покажет только время.

Уже на обратном пути кто-то Гурри задает мне всего один вопрос:

— Ты получил у шамана то, зачем прилетал к нему, Ричард?

— Думаю, да, — медленно отвечаю я. — Пусть это и не физическая сила, но Знание — мощь, способная потягаться с ней.

— Что будем делать дальше? — спрашивает одна из куноичи.

Пожимаю плечами.

— То же самое, к чему мы и готовились. Ждем конца зимы, достраиваем шахты, обустраиваем поселок, налаживаем торговые пути, вычищаем близлежащие земли от монстров и готовимся к походу в Центр. Нас ждут нелегкие дела…

…Оставшиеся месяцы зимы пролетают как один день. К началу теплого сезона Академия обрастает связями с богатыми караванщиками, владельцами строительных кампаний и прочими немаловажными существами, как людьми, так и гномами, и даже эльфами. Мелкие деревушки сначала превращаются в большие, благодаря притоку рабочего населения, а потом и объединяются в один небольшой город, центром которого станет Магакадемия. Но это все случится гораздо позже.

Ферма растет и богатеет. Мое присутствие там уже не требуется. Зомбина завершила процесс превращения, окончательно став похожей на человека, но решила остаться в уютной ферме на правах охраны, благо обширная библиотека бывшего владельца занимает все ее свободное время. Рогатые девушки всегда чем-то заняты, хоть и всегда рады моему приходу. Без меня они тоже не пропадут.

У старого Джигура все как было, так и осталось. Прощаясь, старик подмигнул мне, сказав, что мы еще обязательно встретимся. А с Эрикой, таинственной библиотекаршей-кошечкой, я все-таки успел переспать! Это был весьма… познавательный опыт!..

Едва дождавшись начала весны, я выдвигаюсь к центру человеческой цивилизации, замаскировавшись под сына некого обедневшего графа, который просто продал нам регалии и все документы на род за одну из шахт при условии строжайшей секретности. Теперь он стал одним из богатейших людей, начав новый род с нуля, а мы получили официальное дворянство и небольшой захудалый надел где-то на пограничных землях Центра.

Со мной отправились кошкодевушка-повариха Шино, настоявшая на том, что мне будет необходим присмотр. Все пять воспитанниц-куноичи пошли бы за мной в огонь и воду, поэтому я даже не стал их отговаривать. Савано разрывалась между долгом и желанием посмотреть мир, но оставить клан просто не могла. Поэтому обещала присоединиться позже. Зайке, освобожденной мной от кровавой печати, просто некуда было податься. Жизнь в деревне ее не привлекала, потому Софина отправляется вместе со мной в качестве наемника-воительницы… Да и любовницы, чего скрывать. Крольчиха оказалась такой же ненасытной, как и ее соплеменницы с другого материка, потому оставлять ее академии или деревне — означало обречь все взрослое мужское население на измены женам, а молодняк — на раннее взросление. Разумеется, Гурри также отправляется вместе со мной, так как мы уже не представляем себе жизнь друг без друга. Пусть у нас все еще не было полноценной близости, но мы уже неразлучны как самые близкие родственники. Понимая друг друга с полуслова, мы не оставляем врагу ни малейшего шанса, будь то дикий зверь или высокоуровневый монстр.

Нагрузив Гурри золотом, мы прощаемся с Остапом и Савано, и покидаем Академию. Впереди лежит долгий и трудный путь до самого сердца людских поселений. Что-то подсказывает мне, что именно там я и встречусь с тем, ради кого был перенесен на этот материк и вообще призван — с Темным лордом, повелителем Зла, слуги Хаоса. Боги, кстати, совсем не выходят на связь. Впрочем, я этому только рад. Излишняя опека мне сейчас совсем ни к чему, как и новые задачи. Интересно, что сейчас с Бартом и его гаремом? Где они? Как они? Впрочем, не пропадут. Я набил их рюкзаки дармовым золотом, когда уничтожил сердце подземелья. Теперь оно полностью очищено от его страшных обитателей.

Сначала мы хотели замаскировать Гурри под телегу, но потом наплевали на правила, остановившись на бронемобиле, похожим на тот, на котором каталась Рипли в фильме «Чужой 2». Вместительный, удобный и хорошо защищенный разумный транспорт быстро катится по проселочной дороге, попутно отстреливая монстров, попадающихся на пути. Но стоит мне только расслабиться в удобном кресле пилота, как меня отвлекает Софина:

— Ричи, сделаешь мне массаж? — она призывно улыбается и машет ушками.

— И мне! — подскакивает Масяна.

— И мне! — подхватывают остальные. Только Шино, улыбаясь, смотрит на них свысока. Кошку не волнуют остальные девушки. Она знает, как я отношусь к ней и ей этого достаточно. Вздыхаю. Похоже, мне светит о-о-о-о-очень долгий путь. Но приятный!

Конец седьмой книги. Восьмая книга тут: https://author.today/work/220586

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Восстание паладина