Елисей почти час колесил по улицам на байке. Город только просыпался. Туманов любил это время суток, нет пробок, можно спокойно насладиться резвым байком. Всю зиму верный железный конь проторчал в гараже. Лис определенно соскучился, с трудом дождался, пока сойдет снег. И вот, отрывался на протяжении нескольких дней.

Дорога привела парня к боксам. Лис не удивился, увидев приоткрытую дверь.

Походу, дружище уже на работе.

Оставив байк у входа, Лис вошел внутрь.

— Салам, бро!

— Ты сегодня рано, Лис, — хмыкнул Серов.

— Да чет не спится, — Туманов пристроил шлем на полку, поскреб пятерней затылок, — а ты, значит, не уходил домой?

— Есть такое дело, — зевнул Федя. — Подстрахуешь?

Друг кивнул на подъемник, где висела тачка.

— Дай пару минут, шмотки скину, — согласился Елисей.

Вдвоем, в четыре руки, парни работали быстрее. Через пару часов тачку Серова выгнали из бокса. Покатались по району, устроили тест-драйв.

— Мне б ее и отпидорить хорошенько, — задумчиво пробормотал Федя.

— Чего так? На свиданку намылился? — подколол друга Лис.

Серый не поддержал шутки. Хмыкнул.

— Чо, реально? — рассмеялся Туманов. — Тачка и без косметики шикарна. Тебе любая телочка в ней отдастся.

— Пошляк, — беззлобно хмыкнул Федя.

— За базар ответишь! — возмутился Лис, двинул другу слева, тот не успел закрыться. — Что-то ты раскис, бро, размяк.

Серов пропустил удар. Впрочем, Туманов и не планировал драться с другом детства. Так, подурачиться, поприкалываться можно. Но всерьез они и не конфликтовали ни разу.

— Лис, по-братски, — заулыбался Федя. — Отгони тачку, а? Я реально не успеваю. Пацаны на мойке уже ждут. Я договорился. Ты пригонишь, я заберу. Пока они моют, я сгоняю в душ, все дела.

— Только не говори, что у тебя стрелка с телочкой среди бела дня, — принялся ржать Лис. — Реально? Вы что, в зоопарк идете? Ну, все, трындец, потеряли пацана.

Туманов в открытую троллил друга.

— Вали уже, — беззлобно отмахнулся Серый.

— А с телочкой познакомишь?

— С телками ты и сам прекрасно знакомишься, — усмехнулся Федя. — У меня порядочная девчонка.

— Это когда всем дает по порядку?

— Завязывай, Лис, — вздохнул Серый. — Это у тебя сплошные шлюшки. А есть и нормальные девчонки.

— Да, нормальных у меня не было, — гримасничал Туманов, — зато со шлюшками проще. Платишь бабки, получаешь секс. Что еще нужно?

— Ты торопишься, — покачал головой Федя, нажал на кнопку поднятия ворот бокса, подтолкнул друга к выходу. — Тачку не поцарапай!

— Буду любить ее нежно, — пообещал Лис и со всей любовью вдавил педаль газа в пол.

В зеркале заднего вида Лис поймал отражение возмущенной физиономии лучшего друга.

— Да не ссы, все с твоей крошкой будет в порядке, — выкрикнул Туманов и помчался по нужному адресу.

— Ты успел! — заулыбалась Василиса.

Девушка и не ожидала, что ее новый нечаянный знакомый приедет вовремя. Еще и не с пустыми руками.

— Почти не опоздал, — кивнул в ответ Федор.

Молодой человек открыл багажник и начал выгружать коробки.

— Федя, ну зачем так много?! — вплеснула руками Вася. — Это же деньги.

— Да пусть малышня порадуется, — подмигнул Серый.

Василиса не стала возражать. Показала, куда можно поставить гостинцы. После концерта каждый ребенок получит свой приз. А благодаря подаркам от Федора, еще и угощение.

Закрыв кабинет заведующей на ключ, Василиса повела гостя в актовый зал.

Вот-вот начнется торжественная программа. Детки готовились последние два месяца. Разучивали песни, стихи, танцы.

Василиса взяла на себя большую часть по подготовке, согласовала сценарий. Всем миром и интернатом шили костюмы для выступления. Словом, все были заняты делом.

Обычно такими вопросами занималась мама Васи. Но с тех пор, как она согласилась на предложение Максим Максимыча, времени у мамы стало гораздо меньше.

За маму Василиса была очень рада. И после того, как пройдет концерт в интернате, станет помогать и с подготовкой к свадьбе. Впрочем, там и без Васи все прекрасно шло.

— Вот здесь наши места, — тихо шепнула Василиса, указала парню на стулья. — Ты садись, я быстренько сбегаю за кулисы.

— Хорошо, — улыбнулся молодой человек и перехватил ее за запястье, — вот, сразу хотел подарить. Надеюсь, подойдет по размеру.

— Федор! Ну что за глупости! Не стоило! — затрясла головой Василиса, смутившись.

Одно дело — цветы, и совсем другое содержимое подарочной коробки. Там ведь определенно не плитка шоколада. И даже не флакон дорогих духов. Беляева узнала логотип ювелирного дома.

— Я обижусь, если не примешь, — нахмурился Серый.

Василиса не планировала соглашаться. Принять такой подарок равносильно согласию на что-то серьезнее, чем дружба. И ладно бы у Васи был день рождения, или еще какой-нибудь значимый праздник. Но нет!

— Федь, я правда не могу, — покачала головой Беляева. — И потом, мне некуда деть пакет.

Вася понимала, что отговорка пустяшная. Но настойчиво впихнула подарок обратно в руки Серову и улизнула за тяжелые портьеры.

— Божечки, — выдохнула Вася, обмахивая лицо ладонями.

— Василиса? Все в порядке? — участливо поинтересовалась музпедагог.

Беляева лишь кивнула. Нет, не в порядке. Но с этим вопросом придется разбираться после концерта.

— Сходим завтра поужинать?

Федор улыбался, Василиса улыбалась в ответ. Они прогуливались по скверу. Было уже темно, и нужно ехать домой. Однако девушка никак не могла отыскать подходящий повод, чтобы трусливо сбежать.

Вот уже почти неделю Серов вытягивал Васю погулять под разными предлогами. Сегодня вот, встретил после тренировки, предложил проводить.

У Беляевой будто иссякли все силы, но тело требовало движения. Это все нервы. И Федор не добавлял ей спокойствия.

Приятный молодой человек. И маме он понравился с первого же знакомства. Вот только Василиса пока не понимала, что именно чувствует. Ей нравилось общество парня. Нравилось с ним болтать обо всем подряд. Нравилось гулять. Но…

— Федь, мне нужно поехать к маме, — пожала плечом Василиса, — у нее там полный хаос. Она же замуж выходит. Волнуется. Через месяц свадьба.

— Ясно, — выражение лица Серова изменилось, но парень все понимал, Вася была в этом уверена. — Давай я тебя к ним отвезу?

Вася медлила с ответом. С мамой Федора она познакомила случайно, так вышло. Но знакомить парня с Максим Максимовичем — это другое. Это уже не просто случайность. А совсем иной уровень.

— Отчим пообещал меня забрать, — возразила Василиса и заглянула в глаза собеседнику, виновато улыбаясь, — Федь, а хочешь, я тебя на свадьбу приглашу?

— Угу, — хмыкнул друг, — в качестве кого?

Василиса читала по глазам, какой именно ответ Серов хочет услышать. Но язык словно стал ватным.

Ну что она за дурочка? Ее сверстницы давным-давно встречаются с парнями. И не просто встречаются, а спят. Причем, не сильно заморачиваясь. Для многих девочек с потока секс — самая обыденная вещь, вроде принятия ванны. Расслабились, распрощались. При необходимости повторили процедуры.

Для Василисы все иначе.

— Моего парня, — произнесла все же Беляева, а интонация, против воли, была вопросительной.

— Лады, — улыбнулся парень. — Хочешь кофе? Или коктейль? Или поужинаем? Вон, ресторан как раз открыт.

— Нет, Федь, мне, правда, пора, — покачала головой Василиса. — Выспаться нужно. Режим, сам понимаешь.

— Понимаю, — повел плечом Серов, а Вася улыбнулась.

— Сын? Ты не мог бы подъехать домой. Я же просил на вечер ничего не планировать!

— А что, так срочно? Вопрос жизни и смерти?

— Почти, — строго обронил отец.

Елисей скривился. Стрелки на наручных часах показывали четверть шестого. Пока парень доберется до родового гнезда, пройдет еще час, полтора. Не особо улыбалось Туманову переться за город, чтобы послушать бредни папаши и поглядеть на его новое приобретение.

Сколько их уже было? Анют, Марий? Жозефина даже промелькнула. А толку? Все новые жены отца благополучно сбегали, унося с собой кусочек наследства Елисея в качестве отступных. После пышной свадьбы неминуемо наступал тихий развод. Максим Туманов ненавидел скандалы.

— Через два часа постараюсь быть, — буркнул Туманов в трубку.

— Не старайся, а будь! — нетерпеливо рявкнул отец.

Елисей Максимович усмехнулся. Выводить папашу из равновесия — его основное хобби. Надо сказать, любимое. И Лис справлялся с ним мастерски.

— Малыш? Уезжаешь? — томно промурлыкала девушка.

Туманов снисходительно улыбнулся. Имени красотки, которую снял в клубе под утро, он не запомнил. Для него они все были «милыми», «крошками», «конфетками». И Лиса все это устраивало.

— Полчаса в запасе есть, — многозначительно произнес Елисей.

Девчонка хищно улыбнулась и пробежала пальцами по прессу Лиса. Парень надавил на женский затылок, потянул вниз, намекая, как именно он хотел бы провести это время.

Крошка была не против. Ртом на сто процентов отработала бабки.

Елисей покидал свою городскую берлогу — новомодный пентхаус, купленный на деньги отца — в прекрасном расположении духа. Все-таки секс-марафон с горячей крошкой творит чудеса, не иначе.

Лис намеренно выбрал байк, потому что отец ни во что не ставил двухколесники. А для Елисея это было не просто увлечением, а вызовом. Ну и да, очередной красной тряпкой для папаши. Жаль, что на байке нельзя рассекать круглый год.

Отцовский особняк утопал в гирляндах и иллюминации. Походу, папаша красуется перед своей новой пассией, о которой Лис пока ничего не знал.

Впрочем, он не особо и планировал узнавать. Даже знакомиться не горел желанием. Но отец настаивал. И иногда в голове Лиса все-таки включался здравый смысл, и парень шел на компромиссы.

Обычно двери Лису открывала прислуга, или охранник.

Вот и сейчас на крыльце его встречала новенькая горничная. Хорошенькая такая. Улыбчивая блондиночка с аппетитными формами.

— Оу, приветик, — заулыбался Лис, оглядел незнакомку с головы до ног, подмигнул, — на ночь никуда не уезжай. Будешь спать со мной.

— Чего? — улыбка у девчонки растаяла, а в глазах мелькнула злость. — Ты охамел?

— А тебе работа надоела? — ухмыльнулся Туманов. — Брось ломаться. Или цену набиваешь?

Лис перешагнул порог отцовского дома. Девчонка отступила на шаг, возмущенно смотрела на него. А Елисей ощутил возбуждение, и ведь полтора часа назад у него случился нехилый минет, а все равно конкретно эта крошка его раззадорила.

— Стало быть, ты и есть Елисей Туманов? — уточнила девчонка.

— Мое имя знаешь, а вот кто ты такая? — улыбался парень. — Впрочем, не старайся. Все равно не запомню. Буду звать тебя конфеткой. Итак, Конфетка, готова на прибавку к гонорару? Я парень щедрый.

Девушка наклонила голову, злость сменилась задумчивостью.

Ну вот. Лис прекрасно знал, что бабки творят чудеса. И самую стойкую телочку можно склонить к сексу баблом, подарками, ресторанами, если уж на внешность не повелась. По итогу — все они продажные, просто цена у каждой своя.

— Так и знала, что ты окажешься говнюком, — фыркнула незнакомка.

Лис вскинул брови. Надо же, новая горничная отца еще и дерзить умеет? Кто ж ее на работу-то взял?

— Можешь называть меня как угодно, крошка, — подмигнул Лис. — при любом раскладе мы трахаемся прям сегодня.

— Оуч, — рассмеялась девчонка, кокетливо поманила его пальчиком.

Лису все нравилось. Девочка была ходячим сексом. И грудь на месте, и попка торчком. Наметанным глазом Туманов все это просек за секунду. Парень качнулся вперед, улыбаясь.

Рукой уперся в стену над хорошенькой блондинистой головкой.

А красотка, взмахнув густыми ресницами, шепнула:

— Боюсь, секс со мной тебе не потянуть, крошка.

Конфетка поднырнула под его рукой, улизнула от него. Ладонью отбросила длинные волосы за спину. И продолжала смотреть на него, не скрывая любопытства.

Парень прошелся взглядом по упругой груди.

Зачетная двоечка. Туманов оценил, одобрил.

Девчонка намеренно отдернула ткань футболки, походу, провоцировала Лиса. А он и залип.

Твою ж мать! И лифчика на ней нет что ли?

Лис поплыл, оказался дезориентирован. Иначе ведь и не объяснить, каким таким образом он пропустил поставленный удар справа.

Причем, ногой.

Челюсть противно хрустнула. Туманов моментально взбодрился.

— Вася! Что происходит? — невозмутимо поинтересовался женский голос за спиной Лиса.

— Знакомство, мам, — усмехнулась та самая Вася, хозяйка тяжелой руки и аппетитной задницы. — Вот, находим общий язык с … как там тебя? Королевич Елисей?

— Можно просто Лис, — пробубнил Туманов, держась за челюсть.

Нет, он ведь отомстит этой поганке! Да кто она вообще такая?! Вздумала бить его в отцовском доме?!

— О, а вы уже познакомились? Василиса у нас увлекается самбо. А Елисей, помнится, в детстве тоже спортом занимался. Да, сын? Фигурным катанием, — посмеивался отец. — Как ты, сынок? Нормально? Скорую вызвать?

— Дуре шизанутой вызови, — рыкнул Лис. — И заодно уволь. Какого хера она дерется!

— А ты речь свою контролирую, фигурист, — рассмеялась девчонка.

— Давайте я вас все же представлю друг другу, — уже серьезнее заговорил отец, — Елисей, это Ирина Ильинична, моя невеста. А с ее дочкой Василисой вы уже, вижу, познакомились. Девочки, мой сын Елисей Туманов.

— Па-ба-а-ам! — пропела девчонка ехидно и щелкнула пальцами. — Выходит, ты и есть мой новый сводный братишка?

Лис фыркнул, глядя на протянутую ладошку. Он не сомневался, что присутствие мачехи и ее дочурки в доме Тумановых явление временное. Но кто ж запретит ему потребовать компенсацию за поврежденную челюсть и уязвленное самолюбие?

— А ты ничего так, — Лис окинул стройную фигурку изучающим наметанным взглядом.

— А тебе бы мышцы нарастить, — едко подметила девчонка. — Не дотягиваешь до планки, убогий.

— Охамела, коза?! — возмутился Туманов.

— Надо же, какие мы нежные, — рассмеялась девчонка и скрестила руки на груди.

Лис подметил, как аппетитные полушария натянули ткань футболки. И синхронно в штанах у Туманова стало тесновато. Снова!

Да твою ж мать! Ну что за день такой, а?!

— Что ж, давайте пройдем за стол, — предложил отец и увел невесту.

— Мое предложение все еще в силе, детка, — когда родители ушли, подмигнул Лис и похабно улыбнулся. Рукой многозначительно накрыл собственную ширинку, демонстрируя, что природа его ни капли не обделила габаритами.

— Мое тоже, — Василиса вскинула средний палец и беззвучно зашевелила губами, сообщая маршрут.

— Фак, — рассмеялся Елисей вслед уходящей девчонке.

Горячая малышка. Огненная! Ничего, это только в плюс. И не таких он ломал. Вопрос времени и терпения. А Лис внезапно ощутил, что и того и другого у него в избытке.

Елки, ну что за кретин, а?!

Вася готова была биться головой о стену. Но не стала. Жалко и голову, и стену.

Козел, который Королевич Елисей, производил впечатление полнейшего идиота. Причем, сексуально озабоченного.

Смазлив, конечно. Хорош собой. Но внутри — пустышка.

Он даже не стеснялся пялиться на нее за обеденным столом. Будто взглядом уже раздел и оттрахал.

Василиса устала показывать ему средние пальцы. Решила, будет просто игнорировать.

И преуспела в этом. Пожалуй, так легче и проще. Не нужно подстраиваться под сыночка Максим Максимовича. А ведь Вася даже хотела свой график перекроить, чтобы побольше времени выделить для знакомства и общения с новоиспеченным родственником.

У Васи никогда не было братьев. Вот девушка и мечтала, что наладит контакт с Елисеем. Будущий родственник, как-никак.

А по факту он оказался тем еще буратино — деревянным, озабоченным и придурковатым.

Изначально девушка планировала остаться на ночевку в доме будущего отчима. Однако новое знакомство совсем не обрадовало. Ночевать и уж тем более встречаться с этим идиотом за завтраком Василиса не собиралась.

После ужина, когда терпение полностью иссякло, и девушка банально боялась покалечить новоявленного сводного братца, она засобиралась домой, в город.

— Василиса, оставайся! Утром Аркадий тебя отвезет, куда скажешь, — предложил Максим Максимович.

— Что вы, совсем не хочу вас стеснять, — покачала головой девушка. — К тому же, утром у меня занятия. Нельзя опаздывать.

— Так отсюда добираться гораздо быстрее, чем по пробкам через весь город, — возразил отчим. — Так, не обсуждается! Василиса, ты остаешься с ночевкой. Тем более, у тебя теперь здесь есть своя собственная спальня.

— Не та, которая была моей? — насмешливо поинтересовался Елисей, — Если так, то я не возражаю делить жилплощадь с сестренкой.

— И не мечтай, — шикнула на него Вася.

— У вас разные комнаты, сын, — строго проговорил Туманов-старший. — А ты, значит, не торопишься? То тебя не заманить в отчий дом, то жить собрался.

— Пожалуй, останусь, — усмехнулся парень, а Василиса прищурилась, размышляя, чем бы огреть этого идиота.

Впрочем, лучше его больше не бить. Кто знает, какие будут последствия? Вдруг у него в мозгах окончательно закоротит. Хотя, мозг там и не ночевал, судя по всему.

— Вот, надеюсь, тебе здесь будет удобно, — мама распахнула перед Васей двери спальни.

Комната небольшая, но уютная, в светлых тонах и с отдельным выходом на балкон. Со второго этажа открывался прекрасный вид на сад. Словом, Василисе здесь очень понравилось.

— Ма, не суетись, все в порядке, — улыбнулась девушка.

Она понимала маму. В последнее время она много времени проводила с женихом, а не с ней. И, казалось бы, в душе у Василисы должна была бы проснуться ревность. Но нет. Девушка была очень рада за маму, особенно, если она счастлива с Максим Максимовичем.

— Ты в следующий раз прихвати что-то из вещей, пусть остаются здесь, — все же суетилась мама. — Я тебе свою пижамку принесла.

— Спасибо, мам, — Вася обняла маму. — Все хорошо, правда.

— Наверное, — неопределенно пожала плечом мама, — еще бы вы с Елисеем не ругались. Попробуешь найти с ним общий язык?

— Ма, да он же при…, — запальчиво начала Вася, но осеклась, — хорошо, мам. Не волнуйся.

Мама улыбнулась, вышла из комнаты.

Василиса не хотела оставаться. До последнего выискивала аргументы, чтобы сбежать обратно в город. Но мама каким-то чудом ее уговорила.

Девушка плюхнулась поперек кровати. Глядя в потолок, вздохнула.

Нет, здесь очень даже красиво, уютно, воздух чистый, не то, что в городе.

И все, можно сказать, прекрасно. За исключением соседа через стенку.

Так, ладно. Вася ведь не обязана с ним болтать. Утром проснется пораньше и уедет. Если повезет, Елисей будет еще спать.

Девушка начала вспоминать, что именно отчим говорил о сыне.

Кажется, тот учится на последнем курсе университета. Специальность, к сожалению, Вася не запомнила. Что-то там с финансами, да? Или адвокатура? Нет, вряд ли этот идиот потянет юридический.

Василиса даже рассмеялась собственным мыслям. Все с Елисеем ясно. Наверняка разводит каждый экзамен за денежки. Мозга в голове братишки отродясь не было.

Исходя из этого, Василиса сделала заключение: спит Туманов-младший до обеда в лучшем случае. Потому утром они не встретятся. Железобетонно.

Спала Василиса прекрасно. Всему виной свежий загородный воздух. И кровать оказалась очень удобной.

Был один минус во всем этом. На втором этаже была только одна ванная комната. Правда, очень просторная, с огромной ванной, душевой кабиной, и нереальным видом из окна.

Все было спланировано таким образом, что, лежа в пенной ванне, можно любоваться удивительным пейзажем. Василиса даже пожалела, что рано ушла спать. Могла бы вечером понежится в теплой водичке, свечи зажечь, пару масочек на лицо сделать.

Ладно, в следующий раз. Потом.

Девушка прихватила свою одежду и помчалась в уборную.

Если поторопиться, то Вася успевает даже позавтракать перед выездом в город.

Распахнув двери, Беляева уже собралась переступить порог.

— О, доброе утро, — раздался голос парня, который, по всем ожиданиям и расчетам Васи, должен был еще спать, — входи. Вдвоем веселее.

Девушка не хотела на него пялиться. Ни капли!

Но чертов идиот стоял в центре комнаты. И все бы ничего, но Королевич абсолютно не стеснялся. Был полностью обнажен. А полотенцем вытирал голову.

— Чего застыла, конфетка? Я не кусаюсь, — похабно подмигнул парень, — если только сама не попросишь.

— Кретин! — шикнула Василиса и отступила назад.

— Стой! Да заходи, я уже закончил, — донеслось вслед.

Василиса выдохнула. Ну ей, как бы, тоже нужно в уборную. Причем, очень сильно нужно.

Но девушка вполне может воспользоваться и другими санузлами, этажом ниже.

Беляева мысленно сосчитала до десяти. Так, ладно. Она обещала маме наладить с этим идиотом хоть какой-то контакт. Не воевать же им друг с другом?

— Тогда сваливай, — буркнула Василиса. Она не смотрела в распахнутую дверь. Чего она там не видела? Чокнутого и заносчивого нарцисса?

— Чего? — переспросил Елисей.

— Говорю, поторопись, пожалуйста, — елейным голосом произнесла девушка.

Туманов появился в дверном пролете. Судя по высокомерной ухмылке, сам себя он обожал. Радовало, что трусы надел. И на том, как говорится, спасибо.

— Спешишь на занятия? Могла бы сказать, сэкономили бы время. Вместе бы приняли душ, — тоном соблазнителя бормотал парень.

Василиса с трудом сдержалась, чтобы не дернуть коленом. По траектории все сложилось бы удачно. Коленом Вася нанесла бы четкий и меткий удар прямо по самолюбию Туманова.

Но Вася ведь обещала маме….

— Тебе бы не понравилось, — нахально усмехнулась Василиса.

— Оуч, какая грозная, — рассмеялся парень.

Василиса посторонилась, пропустила Королевича. Тот не спешил. Намеренно медленно протискивался мимо нее.

Вася невольно сделала вдох. Аромат свежести, ментола, парфюма после бритья? Неплохо, на самом деле, пах этот засранец.

А у нее — даже зубы не почищены. Мрак просто!

— Проваливай, — мотнула головой девушка.

Туманов, проходя, ощутимо дернул ее за косу. Вася перед сном заплела, чтобы волосы сильно не спутались.

Это все рефлексы, не иначе. Вася ни капли не виновата! Вот, ей-богу!

Девушка выбросила ладонь вперед. Перехватила мужское запястье, поднырнула под руку противника, зафиксировала, сжала.

Королевич взвыл.

— Дура шибанутая! — рявкнул он.

Вася могла бы отпустить. Но вместо этого молниеносно развернулась, а Елисей оказался прижат прекрасной моськой к стене коридора.

— Не трогай меня, понял?! — пригрозила Туманову девушка. Ну а что ей еще сказать? Если уж сработали инстинкты, нужно как-то прокомментировать поступок.

— Отпусти! — шикнул на нее Туманов.

Василиса ослабила захват. Отступила на шаг. Скользнула в ванную комнату и закрыла дверь на замок.

— Вот же… коза! — разобрала девушка, прижавшись ухом к двери. Ушел? Вот и прекрасно.

— Придурок, — выдохнула Вася.

— Кстати, — раздалось из коридора, — не обессудь, но я вздрочнул на полотенце. Если тебя это утешит, то думал я в это время о тебе.

— Пошел ты!

— В какое именно — не помню, — продолжал стебаться над ней Елисей.

Девушка взглянула на полотенца. Одно уже использованное, лежала в корзине для грязного белья.

А вот три других казались чистыми. Но сложены в неровную стопку.

Какова вероятность, что на них остались следы… биологической активности этого барана?

Ну сволочь же!

— Возможно, на все сразу! — продолжал ржать за дверью этот идиот.

Василиса вздохнула. Ну вот кретин же! Намеренно ее изводит. Ведет себя, как школьник!

После водных процедур, Василиса спустилась на первый этаж. Мама готовила завтрак. Максим Максимовича рядом не было, но стол был накрыт на четверых.

Вася покрутила головой. Старший Туманов стоял на веранде и что-то негромко втолковывал непутевому сыну. Тот, убрав руки в задние карманы кожаных брюк, надменно усмехался. О чем говорили мужчины? Василиса не слышала.

Зато стоило ей войти в комнату, как Лис увидел ее через стекло. И все внимание переключил на нее.

— Привет, доченька, — улыбнулась мама, — садись. Почти все готово. Машина тебя ждет. Максим распорядился. Но без завтрака я тебя не отпущу.

— Спасибо, мамуль, — кивнула девушка.

Украдкой Василиса взглянула на веранду. Елисей сменил позу. Теперь стоял, скрестив руки на груди.

Вася невольно отметила, что парень совсем не хлюпик. Мускулатура имелась. Даже невзирая на то, что он вовсе не спортсмен, а чертов бывший фигурист.

Девушка отвернулась. Пф! Больно нужно ей, рассматривать всяких идиотов.

Беляева пригубила горячий кофе. Добавила сахар в чашку.

— Сладенькое любишь, конфетка? — негромкий голос раздался очень близко.

Василиса нахмурилась.

Нет, ну разве нельзя было сесть подальше от нее? Свободного места за столом валом!

— Отвали! — буркнула Вася и натянуто улыбнулась отчиму, когда тот занял место во главе стола: — Доброе утро, Максим Максимович.

— Доброе, — кивнул Туманов, — как спалось? Все хорошо, Василиса?

— Да, кстати, как тебе спалось? — негромко, так, что никто кроме Васи его не слышал, пробормотал новоявленный сводный брат. — Что тебе снилось? Признайся, что я.

— Все отлично, спасибо, — кивала девушка, решив полностью игнорировать соседа справа.

— Ну, ок, — продолжал Елисей, — можешь не признаваться. А я вот расскажу. У меня были прекрасные сны. Оказывается, ты такая затейница. Горячая, ненасытная.

— Рот закрой! — шикнула на него Василиса, но слегка смутилась.

Чего он вообще несет?! Бред какой-то! Идиот идиотом!

Туманов рассмеялся. Благо, рот все-таки закрыл. Иначе от его пошлых фантазий Вася бы подавилась завтраком.

Василиса нервничала. Вот зря она не вернулась домой вечером. Теперь, как оказалось, одну из основных дорог из пригорода перекрыли из-за ремонтных работ. И теперь по другим веткам, ведущим к центру, образовались колоссальные пробки.

— Мне очень жаль, Василиса, — заговорил с досадой в голосе Аркадий, водитель Туманова, — кажется, встали наглухо.

Вася взглянула на часы. Да, за сорок минут они определенно не доедут. И пешком не вариант. Даже если добежать до станции метро, с пересадкой, то Беляева никак не успеет к первому занятию.

Вынув телефон из кармана, Василиса принялась писать старосте группы. Стремно, конечно. Но придется как-то выкручиваться.

В окно снаружи постучали. Вася вздрогнула. Аркадий опустил стекло.

— Привет, — рядом притормозил мотоциклист. И Вася не сразу поняла, кто это, пока парень не поднял визор.

— Виделись, Лис, — хмыкнул Аркадий.

Василисе стало смешно от того, что водитель не очень вежлив с сыном шефа. Впрочем, это их личные отношение. Беляевой было плевать на то, с кем и каким тоном общается Туманов.

— Гляжу, встряли основательно, — продолжал ухмыляться сводный брат.

— Слушай, Лис, дальше езжай, — вздохнул Аркадий.

— Так я не с тобой общаюсь, Аркаша, — хмыкнул Туманов и взглянул на Василису, — тут торчать будешь, или со мной? На байке быстрее. Готов спорить, что через двадцать минут будешь в универе.

— Нет уж, спасибо, — фыркнула Василиса.

— Ну, как знаешь, — взмахнул рукой Туманов и опустил визор.

Аркадий поднял стекло. Пробормотал что-то невнятное, вряд ли цензурное.

— Василиса, — нехотя заговорил водитель, взглянув на Василису в зеркало заднего вида, — тут пацан прав. На байке реально быстрее. Да и водитель он хороший. Если мозг включает, конечно.

— Ясно, — вздохнула Вася, понимая, что придется просить этого идиота, либо опаздывать на учебу. — Тогда спасибо большое. Я пойду.

— Если что, звоните в любое время. Я приеду, — улыбнулся Аркадий.

Василиса кивнула и вышла из машины. Надев рюкзак на плечи, помчалась догонять парня.

— Стой! — выкрикнула она Туманову в спину.

Тот либо сделал вид, либо реально не услышал.

Медленно двигаясь вперед, Елисей протискивался между вставшими в пробке автомобилями.

— Стой! — рявкнула Вася еще громче и догнала Лиса. Толкнула в плечо. Тот обернулся. — Подвези, пожалуйста!

— Чего? Не расслышал, — нахально улыбался Туманов. Врал, конечно. Все он прекрасно слышал. По глазам ясно. По издевательскому взгляду.

— Говорю, подвези меня, пожалуйста, — через силу буркнула Вася.

— Мда? А что мне за это будет? — он похабно задержал взгляд на девичьей груди.

— Да пошел ты! — выплюнула Беляева и собралась развернуться. Уж лучше медленно тащиться в пробке и не попасть сегодня на занятия, чем терпеть всякие пошлости и намеки от озабоченного идиота.

— Все-все, я пошутил, — перехватил он ее за руку. — Держи шлем. Надевай.

Василиса раздумывала секунду. А после надела шлем, мысленно сосчитала до десяти, успокаиваясь.

— Прыгай, детка, домчу с ветерком, — подмигнул ей Туманов.

— Придурок, — пробормотала Вася, хорошо, что шлем закрывал лицо, да и двигатель мотоцикла взревел весьма громко.

Василиса устроилась позади водителя. Принялась искать специальные ручки, или что-то подходящее, чтобы держаться пассажиру. Не за Лиса ведь ей цепляться. Еще не хватало!

Туманов расплылся в довольной улыбке. Перехватил ее ладонь, дернул на себя и припечатал к своему животу.

— Держись крепче, конфетка, — хмыкнул парень.

Пришлось держаться двумя руками. Не падать ведь Василисе на асфальт, еще и на скорости. Ей пока жизнь очень дорога!

Аркадий оказался прав. Туманов отлично справлялся с байком. Лавируя в потоке, мчался вперед. Не нарушал, не превышал, но к университетскому городку подъехал вовремя. У Василисы еще оставалось десять минут, чтобы выдохнуть и добежать до нужной аудитории.

Спешившись, Вася сняла шлем и протянула его владельцу.

И как-то банальные слова благодарности никак не слетали с языка. Под насмешливым взором вообще ничего говорить не хотелось. А так и тянуло огреть нахала этим самым шлемом. Наверняка получится прекрасный удар. Вася даже проверять не хотела, а была в этом уверена.

— Теперь ты моя должница, — подмигнул Туманов.

— Да пош…, — в запале начала Вася, намереваясь послать собеседника, однако он был прав. Он ведь ей помог, — конечно.

— Тогда долг я стребую сегодня, после пар, — продолжал Елисей. — Во сколько ты свободна?

— Я сегодня весь день занята, — не моргнув глазом, заявила Вася. — Так что, вот тебе моя словесная благодарность. Лови плюсик в карму. Там зачтется.

Василиса ехидно улыбнулась. Вынула из кармана куртки конфету, выдала Туманову.

— Поешь сладенького, — посоветовала девушка. — Пососи.

Лис расхохотался в голос, но леденец взял. Сняв обертку, сунул тот в рот.

— Забавная ты девчонка, — подмигнул Лис, — но долг все еще за тобой. После пар взыщу с особым пристрастием.

Василиса не стала ему отвечать. Торопливо умчалась вверх по лестнице, к главному входу в корпус. Времени совсем не осталось, чтобы думать о всяких там Королевичах. Пусть, вон, конфету жует.

Вася увидела парня в окне. Сложно его не заметить. Да и вокруг байка толпилась молодежь, привлекая внимание всех прохожих.

В первую секунду Василиса разозлилась. Ну вот что за клоун?! Так и норовит выделиться и быть в центре внимания.

А после девушка поняла. Это ведь к лучшему. Туманов не заметит ее, потому что увлечен беседой и общением. Стало быть, Василиса может спокойно пройти мимо и уехать по своим делам.

К счастью, позвонил Федор. Пусть Василиса и не горела желанием с ним встречаться настолько часто, а сейчас была рада его появлению.

— Я случайно мимо проезжал. Хочешь, заберу? Покатаемся? — предложил Серов.

Василиса честно ответила:

— Слушай, мне сейчас немного некогда. Дел много в интернате. Но если бы ты меня подбросил, было бы круто.

— Не вопрос, — даже на расстоянии Василиса чувствовала его улыбку.

Как друг, Федя Серов просто прекрасен. Но девушка понимала, что от нее ждут гораздо большего. И это нереально угнетало.

— Я уже на парковке. Тут тачек много. Я тебя у входа встречу, — продолжал Серов.

— Уже выхожу, — кивнула Василиса и убрала телефон в карман.

Осталось самое сложное: проскочить мимо компании студентов, разглядывающих байк Туманова.

Вася абсолютно не планировала смотреть в ту сторону. Думала, протиснется незаметно. Лис ее не увидит. И все счастливы и довольны.

Однако стоило девушке выйти на крыльцо, как появилось ощущение, будто ее сверлят тяжелым раздевающим взглядом.

Нарочно ее этот идиот что ли ждал?!

Вася невольно взглянула туда, где был припаркован мотоцикл.

Туманов растянул губы в нахальной улыбке. Перехватил взгляд Василисы.

Девушка с трудом подавили желание продемонстрировать средний палец.

Пусть катится подальше! Она и сама доберется до дома!

— Привет, — невесть откуда появился Серов и встал у нее на пути.

Вася едва не споткнулась от неожиданности. Пришлось вцепиться рукой в куртку Федора. Просто, чтобы не упасть.

Но приятель, кажется, расценил этот жест по-своему.

— Привет, — кивнула Василиса.

А Серов ловко обнял ее за плечи. Ну не убегать же ей от него! Еще и на глазах у Туманова.

Потому Василиса неловко клюнула Серова в щеку.

В приветственном жесте.

Парень улыбнулся еще шире, обнял крепче, не позволил отстраниться.

— Классно выглядишь, — подмигнул Федор.

— Спасибо.

— Ни хрена себе совпадение, — раздался голос, который Вася предпочла бы не слышать сегодня, или, в идеале, в ближайшие сто лет.

— Полегче выражайся, Лис, — буркнул Серов и повернулся так, что он все еще обнимал Василису за плечи, но теперь и Туманова девушке было отлично видно.

А тот спешился с байка. Приблизился к ступеням. И, сунув руки в передние карманы брюк, склонив голову набок, рассматривал Василису насмешливым взглядом.

— Стало быть, это и есть твоя новая порядочная подружка, Серый?

— А ты уже никуда не спешишь? — насупился Федор.

— Да спешил кое-куда, — усмехнулся Лис, — думал, сестренку подбросить до дома. А она съехала.

— Сестренку? Откуда такое счастье? — переспросил Серов.

— Счастье? Скорее заноза в заднице, — заржал Туманов. — Да, Василиса?

— Вы знакомы?

— Бери выше, Серый. Мы почти породнились, — подмигнул Туманов. — А еще спали вместе...

— Придурок, ты что несешь? — возмутилась Вася.

— А, так это не ты таращилась на меня голого? — ехидно поинтересовался Туманов, которого Василиса хотела убить все сильнее. Или, в крайнем случае, хорошенько поелозить мордой по парковке.

— Федь, он выдумывает, — поджала губы Василиса.

— Лис, завязывай, — выступил вперед Серов. — Василиса, поедем.

— Серый, да я пошутил! — прокричал вслед Туманов, когда Вася и Федор шли к припаркованной поодаль машине. — Ничего не было. Так, языком болтаю.

— Да пошел ты! — рявкнула на него Василиса и хлопнула дверцей, скрывшись в салоне тачки.

— Хочешь я извинюсь? — донеслось сквозь приоткрытое окно, Вася приказала себе не смотреть в ту сторону.

— Потом поговорим, — отмахнулся от Лиса Федор и сел за руль. — Не обращай на него внимания. Он тот еще идиот.

— Я это уже поняла, — нервно хмыкнула Василиса. — Мы вчера познакомились у отчима дома. Честно, по его рассказам, я думала, Елисей адекватный парень. А он обычный придурок.

— Не всегда. Но большую часть, да, — согласился Федор.

Проезжая мимо байка, Василиса все же выглянула из окна.

Туманов вальяжно восседал на мотоцикле, скрестив руки на груди. Вокруг разбились на кучки старшекурсницы. Смехом и жестами пытались привлечь внимание парня.

А тот неотрывно смотрел на Василису.

И, кажется, в его взгляде Вася прочла вызов и странное обещание.

Так, хорошо. Василиса ни за какие коврижки не появится в доме отчима до свадьбы. Будет всячески избегать встреч со сводным братом. Постарается вообще о нем не думать и не вспоминать озабоченного придурка. Пф! Много чести!

Девушка не удержалась от соблазна. И все же вскинула средний палец, сообщая Туманову пеший эротический маршрут. Пусть катится на хрен!

— И что это было, Лис?

— Да забей. Я идиот. Шутка неудачная, — отмахнулся Туманов.

— Я тебя предупреждал. Василиса порядочная девчонка, — насупился друг.

— Я понял, Серый, не парься, — беззаботно хмыкнул Елисей.

Разговор его напрягал. По двум причинам.

Во-первых, Лиса бесило это совпадение. Никак он не ожидал, что та самая хорошая и порядочная подружка Федьки и его будущая сводная сестрица одна и та же девушка.

Во-вторых, он впервые видел друга таким замороченным на тему девчонки. Выходит, все у Серова серьезно. А если учесть, что у Лиса появилась идея-фикс трахнуть выскочку Василису, это проблемка.

Выход, конечно, был. Нужно оступиться от планов. Если уж Василиса настолько хорошая и правильная девочка, что запала Серову. Ок, ладушки. Лис не гордый. Других девок полно.

Оставалось решить, насколько самому Лису это было выгодно.

— Слово дай, — не унимался Серый и протянул руку, тяжело глядя Лису в глаза, — пообещай, что не полезешь к Василисе. Ну?

— Вот ты нудный, — хмыкнул Туманов и хлопнул ладонью о ладонь друга. — Не полезу я к твоей девчонке. Если сама не попросит. Слушай, а она точно твоя?

— Лис, млять! — рыкнул Федор.

— Все-все, молчу, — заржал Туманов, вскинув руки. — Давай помогу, кстати.

Туманов кивнул на разобранную тачку. Судя по всему, дел в мастерской было за гланды. Федя здесь до утра провозится.

— Да справлюсь, — отмахнулся друг.

— Ну, как знаешь, — заулыбался Лис и прихватил шлем. — Пишите письма, шлите смски. Я улетел.

— Вали уже, летчик, — пробубнил Серый ему вслед.

Туманов выгнал байк из бокса и помчался.

Погода отличная. Уже стемнело, потому дороги слегка опустели.

Можно набрать пацанов, да потусить с братьями-байкерами. Но почему-то Лис не хотел.

Его тянула трасса. И чертовы разные мысли. Тяжелые и не очень.

И потрахаться не помешало бы. Чертовка Василиса его взбодрила так, что яйца поджимались. Надо бы выплеснуть агрессию.

Однако никому Лис не стал звонить. Гонял по дорогам, пока в голове не стало пусто. И крепко задумался.

От мыслей отвлек телефон. Странно, что ему звонит именно этот чувак. С Аркадием у Лиса уже пару лет как натянутые отношения.

Примерно с тех пор, как Туманов гульнул с сестрицей Аркаши. Лис до сих пор не понимал, с чего так все получилось. Крошка на него сама вешалась. Переспали, разбежались. Никто никому не чем не обязан.

Но отцовского цербера ситуация угнетала, походу. Вот и пылил он на Лиса.

— Слушаю, — ответил Туманов на вызов.

Пришлось встать на обочине, заглушить байк.

— У меня два колеса пробило.

— Серьезно? Благодарю за то, что держишь в курсе, — ехидно заржал Лис.

— Я должен забрать Василису.

— Сочувствую твоему горю.

— Завязывай, Лис, реально задолбал, — буркнул Аркадий, — сможешь девчонку забрать и привезти загород?

— Чет я не догоняю, ты меня о помощи просишь? — заулыбался Туманов.

— Тебе сложно?

— Дай-ка подумать, — протянул Лис.

— Короче, — рявкнул Аркаша, — так и знал, что ты тот еще удолбыш!

— Откуда забрать? — пропустил мимо ушей оскорбление, Лису хватало и того, что Аркадий вышел из себя.

— Я скину адрес. Только, Лис, нужно на тачке, — выдал отцовский водитель.

— А байк чем не годится?

— Да там коробки нужно еще забрать.

— Серьезно? Я в грузчики не нанимался.

— Ну, как знаешь, — обронил Аркадий.

— Скидывай адрес. И если не влом, позвони, пусть ждет. Мне нужно пересесть на тачку.

— Передам, — согласился Изотов.

Лис заулыбался еще шире. Ну так-то он не планировал пересекаться с Василисой. Он же другу пообещал. А тут банальное совпадение. Против судьбы не попрешь ведь.

Василиса стояла у ворот в интернат. Зря она согласилась, вот зря же.

Но кроме нее этот вопрос, кажется, уладить больше некому. Мама вся в заботах. Желающих не осталось. А работы, которые мастерили и рисовали ребята, нужно отвезти сегодня. Последний срок. Да и организатор конкурса ждет еще полтора часа, и только по той причине, что ее об этом попросила мама.

Словом, подводить Василисе никого нельзя. Особенно, деток.

Аркадий пообещал ее забрать. Но что-то случилось с машиной. Василиса толком не поняла, кто будет спасать ее и будущих лауреатов и победителей конкурса.

Было у девушки смутное предчувствие. Однако его Вася предпочитала гнать подальше от себя. Где заносчивый Лис и где какой-то мелкий конкурс изобразительного искусства? Туманов слишком эгоистичен, чтобы бескорыстно помогать детям.

Возможно поэтому Василиса и удивилась, увидев за рулем незнакомого автомобиля Лиса Туманова.

Тот медленно притормозил прямо перед Василисой, опустил стекло и снисходительно хмыкнул.

— Меня ждешь, красивая?

— Определенно, нет, — невозмутимо ответила девушка.

Уж лучше тогда вызовет такси, чем терпеть эту нахальную личность на протяжении всего пути в центр города.

— Ты чего такая колючая? — продолжал улыбаться Туманов.

Парень вышел из салона автомобиля, открыл багажник и подошел к Васе.

— Ну что, круглое грузить, квадратное катать? — уточнил Елисей, кивнул на коробки у ног Василисы.

— Ничего катать нельзя! Бережно и нежно поставить багажник! — резко предупредила Вася.

— Нежно? Это ко мне, сладкая, — пахабно подмигнул Туманов, а девушку перекосило от этого намека.

— Я не сладкая! — возмутилась Вася.

— Это я уже понял, ты вредная, — ржал парень, раздражая Василису еще сильнее. — Куда едем?

Василиса замялась, так и не сев в пассажирское кресло. Вот не хотела она этого делать. Понимала, что рядом с Тумановым не безопасно. Даже если он и прекрасно управляет транспортным средством. Даже если у него, судя по всему, отличный автомобиль и не рассыплется по дороге, не подведет. Все равно интуиция вопила, что, поехав с Лисом, Вася крупно пожалеет.

Но выбора не осталось. Детские поделки уже находились в машине. Туманова одного не пропустят в здание закрытого музея. Да и какова вероятность, что парень отвезет груз по назначению, а не сбросит все в ближайший мусорный контейнер?

Словом, Вася все же заняла предложенное место.

Лис прекрасно видел эту внутреннюю борьбу, потому и ухмылялся.

— Не стоит меня бояться, конфетка, — все еще улыбался Туманов.

— Ты в себе? Кто тебя боится? — фыркнула Василиса.

— Куда едем?

Василиса назвала адрес, где будет проходить художественная выставка. А после погрузилась в переписку с Федей.

Вернее, начала придумывать, что ему написать максимально безопасное. Ну не поднималась рука ответить в том же тоне, что писал он ей. Все внутри протестовало.

— Значит, ты встречаешься с Серым? — вполне ожидаемо спросил Туманов.

— Мы дружим, да, — уклончиво ответила Василиса. Врать она не умела совсем.

— Дружите?! — еще громче заржал парень и взглянул на Васю.

— За дорогой следи, — буркнула Василиса.

— И чего он в тебе нашел? Нормальный пацан, а повелся на такую вредину, — покачал головой Туманов.

— Это не твое дело! — вспыхнула Вася и отвернулась.

Вот же идиот! Какое ему дело вообще?!

Вася психанула. Вот возьмет, да напишет Федору что-то нежное. Не дружеское, а на грани. Или вообще, начнет с ним флиртовать!

Чтобы не отвлекаться на водителя, Василиса воткнула в уши наушники-капельки и всем своим видом показывала, что болтать с Тумановым не собирается.

Хорошо, что пробок на дорогах не было, и до пункта назначения автомобиль добрался очень быстро. Как ни хотела признавать Вася, а Лис действительно хороший водитель. Вопреки ожиданиям, он не подрезал, не притирал другие автомобили, не нарушал даже. Словом, вел машину уверено и не лихачил.

— Куда нести? — уточнил Туманов, когда машина остановилась там, где казала Вася.

Парень вышел на улицу и открыл багажник.

Девушка прикинула, что справится и сама. Отнесет коробки, пообщается с организатором выставки, а после побежит на остановку. Или еще лучше — на метро, и домой. Час уже поздний, нужно успеть забежать в супермаркет рядом с домом, приготовить что-то быстренько на ужин, да готовить домашние задания на завтра.

— Я сама, — фыркнула Вася. — Спасибо большое за помощь!

— Угу, на здоровье, — хмыкнул Елисей, но сам взял все коробки и закрыл крышку багажника. — Куда нести?

Вот упрямый же! Пришлось соглашаться и идти вперед, показывать дорогу.

Василиса прямо-таки чувствовала изучающий взгляд на спине. Вернее, сильно ниже спины. Но стоило оглянуться, парень встречал ее рассерженный взгляд своим невозмутимым.

Изогнув бровь, он словно говорил: «Ну и что?!».

Василиса отворачивалась, злилась, но подловить парня не могла.

Пришлось терпеть. Благо до той двери, которая была открыта, вела сразу на лестницу, которая в свою очередь поднималась до третьего этажа, оставалось всего несколько метров. Но подъем вверх потребовал от Васи целый вагон пофигизма и моральных сил. Ясно, что ее задница оказалась непосредственно перед лицом Туманова. И не смотреть на нее он не мог.

— Прекрати! — в какой-то момент, уже на самом верхнем пролете потребовала девушка.

— О чем ты? — хмыкнул Лис.

— Ты же прекрасно знаешь, о чем я!

— Да ладно? Поясни, — рассмеялся парень.

— Да неужели! Василиса! Если бы я знала, что ты приедешь настолько поздно, никогда бы не согласилась! — раздался высокий голос организатора и маминой приятельницы Зои Прокопьевны.

— Прошу прощения, Зоя Прокопьевна, — промямлила девушка, краснея.

Вообще Вася побаивалась эту тетку. Вот правда. Строгим взглядом поверх очков женщина рассматривала ее, а Василиса не могла и трех слов связать воедино. Терялась мгновенно.

— А это моя вина, — вмешался Туманов, перетянул на себя внимание тетки, — я как узнал, что нас пустят в кулуары музея, сразу же вызвался помочь. Ну и задержался по дороге. Пробки, представляете?

Вася внутренне съежилась в присутствии Зои Прокопьевны. Та хмыкнула.

— Следуйте за мной, юноша, — величественно кивнула женщина.

Вася хотела позорно сбежать. Не рискнула. Побоялась навлечь на себя гнев директора музея, которую в мыслях еще с детства окрестила Зоя Драконовна. Девушка послушно двигалась вслед за Лисом, а у того, к счастью, не закрывался рот.

Туманов расспрашивал директрису обо всем, что встречалось на их пути. А спустя пару минут короткая прогулка переросла в полномасштабную экскурсию по всем трем этажам.

— Кажется, я утомила вас, молодые люди, — кокетливо махнула рукой Зоя Прокопьевна.

Вася, взглянув на часы, поняла, что полтора часа они находились в здании музея. Интересно, конечно, было все это послушать. Однако в магазин за продуктами она уже не успевает.

— Это была самая крутая экскурсия в моей жизни! — хвалил Лис.

Вася обалдела, когда Туманов галантно перехватил сухощавую руку Зои Прокопьевны.

— Приходите к нам еще, в любое время, Елисей, — кивала женщина.

— Всенепременно! — пообещал Туманов.

Василиса коротко распрощалась с директором музея.

— Выход вон там, — махнула рукой Драконовна, — Василиса, маме большой привет передавай.

— Да, конечно, — пообещала девушка и первой направилась к дверям.

Лис шел по пятам. Вася немного ускорилась, желая первой оказаться на улице. Зачем? Просто хотела быть впереди, вот и все.

— Стой! — он успел перехватить Васю за руку, как только девушка оказалась на крыльце. — Слушай, я голоден зверски. А тут рядом есть неплохой кабак.

— Езжай, конечно, — кивнула Василиса, — я прекрасно и сама домой доберусь.

— Чего? Говорю, пойдем в рестик, поужинаем? — уточнил Туманов.

— У меня нет времени на кабаки и рестики, — возразила девушка.

— И где же ты ешь?

— Дома.

— Круто, тоже хочу. Накормишь? Услуга за услугу.

— Да конечно! И не мечтай!

— Брось, Василиса, я же тебя выручил, теперь ты обязана отплатить тем же, — расплылся в улыбке парень.

— Я не просила о помощи!

— Да ну? А мне кажется, прям умоляла, — рассмеялся Туманов. — Ты видела свое лицо, когда на тебя эта мымра уставилась? Ты у меня в долгу, конфетка.

— Держи карман шире! — прищурилась Василиса.

Туманов жутко ее бесил, раздражал, выводил из себя. Все е моральные и душевные силы уходили на борьбу с ним, заодно и с собой: девушка сдерживалась, чтобы не наговорить ему гадостей и не послать прямым текстом.

— Эй, ты что творишь, идиот?! — возмутилась Вася.

Лис незаметно вынул из кармана куртки телефон, ловко придвинулся к Беляевой, молниеносно сделал снимок, на котором они вместе.

Василиса пыхтела, пыталась достать до гаджета, зажатого в руке парня.

— Последний шанс, Василиса, — усмехнулся Елисей, — мы ужинаем с тобой в кабаке, либо я прямо сейчас отправляю Серому фотку. Скажу, что ты бегала за мной хвостиком, я сдался, и мы переспали. Как тебе такая история?

— Что?! Да Федор в жизни не поверит в эту сказку! — воскликнула Василиса.

— Вот и проверим, конфетка, — подмигнул Туманов. — Ну? Что решила? У тебя три секунды… два… одна…

— Стой! — вспыхнула Беляева. — Хорошо. Просто ужин, и ты от меня отвалишь!

— Как скажешь, — кивнул парень.

— Это не вопрос, идиот, — вздохнула Вася, — это утверждение. Отвалишь, забудешь о моем существовании, мы не пересекаемся.

— По-моему, ты слишком зациклена на мне, малыш, — подмигнул Лис. — Слишком яростно отрицаешь все.

— Пошел ты, — процедила Василиса и села в машину, хлопнув дверью.

Туманов посмеивался. Вероятно, лелеял свою победу и наслаждался ею.

Заведение, рядом с которым припарковал свой автомобиль Туманов, не соответствовало описанию Лиса.

Никакой это не «кабак» и не «рестик», а вполне себе приличное место. Вася не хотела думать, сколько стоит там ужин. Вполне вероятно, что девушка попросту не потянет такие расходы.

Место было слишком пафосным, да и пропускали гостей исключительно по дресс-коду.

— Уверен, что тебя не вышвырнет охрана? Разве сюда впускают в косухе и джинсах?

— Волнуешься за меня?

— Надеюсь, что тебе поправят физиономию за твою наглость.

— Жалко мою физиономию?

— Да пусть поставят пару фонарей, будешь светить по ночам. Это же прекрасно!

— Колючая ты, Василиса, — рассмеялся парень, вышел из машины и галантно протянул ладонь девушке, — не ссы, красавица. Никто меня там не обидит.

— Ну и манеры у тебя, — обалдела Вася. — Вымыть бы тебе язык с мылом.

— Кто бы говорил? Ты каждой фразой меня посылаешь.

— А ты не раскручивайся на посыл.

Туманов намеренно провоцировал Васю на склоку. А та велась на провокацию. Понимала, что нужно бы промолчать. Но пока не выходило.

Удивительно, но в здание ресторана их впустили без вопросов. Подлетел распорядитель зала, приветливо заулыбался.

— Лис! Давно ты к нам не заходил, — мужчина пожал руку Туманову.

— А теперь вот, зашел, — в своей манере усмехался Лис. — Найдется для нас местечко?

— Запросто, — кивнул сотрудник ресторана. — Сказать Ларе, что ты здесь?

— Давай попозже, — скривился парень. — Хочу спокойно пожрать. А потом уже пойду на ковер.

— Ну, как знаешь, — согласился молодой мужчина и проводил гостей к столику.

Василиса чувствовала себя не совсем уютно. Казалось, будто кто-то следит за каждым ее шагом. Дошло до того, что Вася готова была спрятаться за Туманова. А лучше — сбежать.

— Неплохое местечко, — скривилась Вася.

— Угу, — хмыкнул Туманов и кивнул на карту меню, которую раскрыла Беляева, чтобы ознакомиться с кухней. — Давай я тебе посоветую. Мясо, или рыба?

— А можно чай, да я домой поеду? — усмехнулась Василиса, глядя не на название блюд, а на ценник.

— Не парься, — отмахнулся Лис и вытянул из ее рук папку. — Здесь реально вкусно готовят.

— Еще бы, — фыркнула Беляева, — у них сто грамм мяса стоит как целая корова.

— Ну млять, — негромко чертыхнулся Лис, а Вася была с ним в коем-то веке согласна. — Конфетка, о родителях лучше сейчас не говорить.

— Да я и не собиралась, — вскинула бровь Вася и взглянула на парня. Тот почему-то поднялся из-за стола и натянул на морду самую свою заносчивую улыбку.

— Где лисеныш?! — раздался громкий женский голос. — Где этот подлый и коварный тип?

— Здравствуй, Лара, — произнес Туманов.

— Здравствуй? Ты мне здоровья желаешь? Серьезно? — женщина изогнула бровь, а руки скрестила на груди. — Вот если бы ты чаще появлялся! Я бы поверила. А так… Совести у тебя совсем нет!

— Ну не обижайся, — в театральном жесте Туманов сложил ладони, — видишь, я сам приехал. Лично!

— Мог бы и почаще навещать, лисеныш хитрый! — все еще обижалась Лара.

— Обещаю надолго не пропадать. Ок? — рассмеялся парень.

Василиса наблюдала за беседой со стороны. Кажется, эта женщина начинала нравиться Беляевой. По крайней мере, Лара не спешила упасть к ногам паршивца, сраженная наповал его обаятельной нахальной улыбкой.

— Я за этим прослежу, Елисей, — погрозила женщина пальцем и с любопытством посмотрела на Василису. — Итак, ты привел ко мне девушку?!

Вася густо покраснела. Еще не хватало стать причиной размолвки между Лисом и его зрелой партнершей.

— А ты думала, я никогда этого не сделаю? — рассмеялся Туманов.

— Я не…, — начала Василиса, пытаясь хоть что-то пояснить.

— Я думала, что никогда этого не дождусь! — отмахнулась от слов Елисея, но смотрела исключительно на Василису. — Но всегда мечтала. Какая же хорошенька, милашка прямо. Как тебя звать, детка?

— Мам, это Василиса, — представил ее Лис.

Мам? Эта женщина, едва за сорок, мать Туманова?

— Приятно познакомиться, — скромно выдала Вася, а на Лиса посмотрела настолько грозно, чтобы тот максимально понял: она его грохнет!

— Мы заскочили поужинать, — тем временем говорил парень. — Накормишь? Или нам поискать другое заведение?

— Я тебе поищу! — возмутилась женщина. — Сама для вас сейчас все приготовлю.

Вася смутилась, поскольку Лара принялась ее обнимать и тискать за щеки.

— Хорошенькая такая, — улыбалась женщина, — в коем-то веке, Лисеныш, ты притащил в дом что-то хорошее.

— Ма, не в дом, а в ресторан, — хохотнул Туманов.

— А есть разница? Я живу на работе, ты же знаешь, — улыбнулась Лара, — все, не буду вас отвлекать, детки.

Беляева не хотела признавать, но мама Елисея ей понравилась. Странно, что у таких родителей, как Максим Максимович и Лара появился вот такой безголовый сын.

— А ты не хотела сюда приезжать, — упрекнул Туманов, и на лице довольная ухмылка.

Вася отчаянно хотела двинуть парню по зубам, чтобы стереть чертову ухмылку. Однако было банально лень.

Ужин оказался действительно вкусным. Атмосфера в зале расслабляла, было невероятно уютно и не хотелось уходить.

В любое другое время и в другой компании Вася бы осталась еще на пару часов. Однако утром ей на учебу, да и Туманов — не тот человек, с которым безопасно находиться в столь романтичных местах.

И взгляд Елисея в который раз сообщал девушке, что она права.

Пора уходить. А лучше — убегать побыстрее и подальше от этого парня.

— Здесь очень мило, но мне нужно домой, — решительно заявила Василиса и поднялась с мягкого диванчика.

Туманов закатил глаза, но поднялся вслед за девушкой.

— Ну ты и зануда, — вздохнул парень.

— Считай, как хочешь, — пожала плечом Беляева и потянулась к своему пиджаку, который был небрежно наброшен на спинку свободного стула.

Туманов оказался проворнее. Первым перехватил вещь, расправил, придержал так, чтобы Василиса повернулась к нему спиной и продела руки в рукава.

Серьезно? Спиной к этому пошляку и нахалу?

Василиса хмыкнула, выудила из мужских пальцев собственную одежду и не стала ее надевать.

— Спасибо за чудесный ужин. Надеюсь, встретимся не скоро, — широко улыбнулась девушка.

— Стоять! — перехватил ее за руку и придержал. — Подвезу. Я, конечно, сволочь, но нехрен тебе гулять одной по ночным улицам.

— Я прекрасно доберусь и сама.

— Завязывай упрямиться, — нахмурился Лис, — доставлю в целости и сохранности. Не переживай.

— И не собиралась.

— Тебе обязательно спорить со мной?

— А тебе обязательно быть таким идиотом?

— И что же такого идиотского я сотворил?

— Долго перечислять!

— А я никуда не спешу.

— Зато у меня нет времени на ерунду.

— И чем же таким важным ты занята? С Серым гуляешь? Так он до утра занят. Я даже знаю, кем, — заржал Туманов.

— Я тоже знаю, что у Феди срочный ремонт. Знаешь ли, есть люди, которым нужно работать, чтобы получать деньги. Не всем они падают с родительских счетов, — не удержалась от шпильки Василиса.

— Ну-ну, — скривился Елисей, моментально меняясь в лице. — Поехали, пока я не передумал доставить тебя домой в целости и сохранности. Руки так и чешутся отшлепать тебя по заднице за острый язык.

— Только рискни прикоснуться к моей заднице, и получишь минимум три перелома, — пообещала Василиса, ехидно улыбаясь.

— Это только на задницу распространяется? Конфетка, другие части тела у тебя не менее шикарные! — в привычной манере заговорил Лис, раздражая Васю.

— Так, все, я сама доеду, — шикнула Беляева и попыталась протиснуться мимо парня.

— Лисеныш, стоять! — неожиданно рядом со столиком появилась Лара, а за ее спиной официант с объемными пакетами. — Решил сбежать, не попрощавшись?

— Ма, да я нормально питаюсь, — буркнул Лис, глядя на пакеты с едой.

— А это не тебе, — отмахнулась женщина и переключила внимание на Василису, — девочка моя, вот, решила тебе собрать гостинцев. Потом скажешь, что тебе больше всего понравилось. Идет?

— Да, хорошо, — улыбнулась Вася.

— Но для этого мне нужен твой номер телефона!

— Лара, сразу нет! — вмешался Туманов и нарочито громким шепотом обратился к Васе. — Не советую давать ей свой номер!

— Говори, детка, я запомню, — проигнорировала сына Лара, продолжая придерживать Васю за плечи.

Беляева продиктовала номер телефона и тепло распрощалась с Ларой.

— Не вздумай обижать девочку, гаденыш! — прекрасно расслышала Вася напутствие от Лары, произнесенное для ушей Лиса.

— Я тебя тоже люблю, Лара, — хохотнул парень.

Настроение у Лиса основательно поднялось. И не только оно.

В теле гуляло возбуждение. Хорошо, что джинсы на Туманове были свободного кроя.

Хотя, вздыбившийся член сложно скрыть. Благо, девчонка полностью игнорировала его присутствие.

И члена, и самого Лиса.

Это подбешивало, конечно, и одновременно веселило.

Туманов и сам не понимал, на кой черт он задирает Василису.

Просто хочется бесить ее.

Не только бесить, если по-честному.

Походу, ты в постели горячая, да, крошка?

Разумеется, вслух он этого не произнес.

Но все мысли — только об этом.

О сексе с дерзкой Василисой. И растяжка у нее такая, что фантазия Туманову уже подбросила несколько подходящих поз.

— Приехали, — сипло начал Лис, пришлось, правда, прочистить горло.

Девчонка не пошевелилась. Так и сидела, отвернувшись к окну.

Да ну нафиг! Уснула?

Лис расплылся в улыбке. Подфартило ему, факт.

Заглушив движок, парень без стеснения рассматривал Василису.

Волосы собраны в небрежный пучок, несколько прядей спадают на плечи, касаются шеи крохотные завитки.

Ох, он бы прошелся по ним ртом. Оставил бы пару отметин на коже.

А потом…

Лис провел взглядом по плечам, груди. Зачетная грудь, реально. Аккуратная и упругая. Туманов готов был поставить на кон крупную сумму, чтобы узнать, какого цвета у вредной сводной сестренки соски.

Хищно улыбнувшись, Лис потянулся к вороту женского пиджака. Ну не упускать же такого шанса! Парень понимал, если не заглянет под блузку девчонки, помрет от пошлых фантазий.

— Докатился, — пробормотал Лис, чувствуя себя маньяком-школьником. И совестно, и до трясучки хочется.

Туманов подхватил ткань пальцем. Получилось аккуратно продеть пуговичку в петлю. И уже виднелся лифчик сквозь образовавшуюся прореху.

Цель была близка. Жаль, что белье на Василисе не прозрачное, а какое-то слишком уж строгое.

Ну нельзя же носить такое плотное спортивное уродство на такой идеально красивой убойной груди!

— Охренел?! — взвизгнула девчонка, а Лис тут же ощутил, как в его переносицу врезается аккуратный кулак.

Идеально так врезался, четко в цель.

— Твою ж…, — застонал Туманов, хватаясь ладонью за пострадавший глаз.

Лицо болело зверски. Перед глазами искры и полная слепота. И вообще, кажется, у него вытек глаз вместе с мозгом!

— Какого черта ты творишь?! — возмутилась Вася.

— А ты? Ты мне глаз выбила! И нос сломала! Я ослеп!

— Так тебе и надо! Мало? Могу добавить! — предложила девчонка.

— Писец просто…, — жалобно стонал Лис.

— А нечего домогаться честных девушек! — победоносно припечатала вредина. — Слушай, давай гляну. Глаз на месте, или вытек?

— Смешно тебе, да? — обиделся Туманов, но послушно отвел руку в сторону.

— Бедненький! — участливо и крайне подозрительно ласково защебетала Василиса.

Нет, нужно было сразу же уловить подвох в ее поведении. А так, Туманов поддался женскому обаянию и коварству.

Подставил физиономию, позволяя девчонке рассмотреть нанесенный ущерб.

Ощутил, как прохладные пальцы касаются переносицы, полыхающей болью.

Как вдруг раздался хруст, а морда Туманова заболела еще сильнее.

— Дура! Больно же! — взревел парень.

— Ой, да ты нытик, — рассмеялась Василиса. — На, утрись.

Лис глянул в зеркало В отражении — покрасневшая морда и распухший нос.

Зато ровный. Правда, он и до встречи с Василисой был таким же.

И пара ровных дорожек крови.

Туманов прижал носовой платок к лицу, промокнул кровь.

— Турунды в нос вставь, — зевнув, посоветовала чертовка.

— Когда-нибудь я тебе за это отомщу, — пообещал Лис, но голос звучал невнятно, гундяво, потому и не был устрашающим.

— Мечтай больше! — рассмеялась Василиса и выскочила из машины.

— Эй, пакеты забыла! — выкрикнул Туманов.

— Себе оставь! Поешь сладенького, фигурист! — смеялась девчонка, забежала в подъезд и, прежде чем закрыть двери за собой, вскинула средний палец.

Фак! Ну допросится же! Он ее когда-нибудь отлупит по заднице.

Или оттрахает.

Второе — предпочтительнее.

Вот не собирался Туманов приезжать в университет, а все равно приперся. Не нужно было. Занятий нет. А все экзамены у Лиса уже выставлены. И дипломная работа готова. Даже замечаний и исправлений нет.

Парень не торопился стягивать шлем. Тянул время, раздумывал, а не свалить ли домой. Либо, что еще лучше, прихватить с собой девчонку.

Любую, не такую строптивую, не такую горячую, не такую вредную.

Словом, не такую, как сводная сестричка.

А если не такую — то нужно ли?

Лис выругался, стянул шлем.

— Оуч, кто тебя так, брат? — присвистнул Игнат, приятель по байкерскому клубу.

— Забей, — отмахнулся Лис.

— Не, ну ты только скажи, — продолжил Савельев, — братва вмешается. Мы своих в обиду не даем.

— Отвали, — беззлобно хмыкнул Лис и отвернулся.

И вовремя, потому что к крыльцу от парковки направлялась парочка.

Держась за руки, парень и девчонка, о чем-то весело болтали.

Лис хрустнул челюстью от злости.

И кто бы сомневался! Это ему Васька ломает носы, а для Серого у нее исключительно улыбки.

Лис психанул.

И с чего завелся? Сам не понял. Да только не нравилось ему, как эти двое держатся за руки!

Бесили! Оба! И девчонка эта дерзкая. И друг, млять, лучший!

Туманова разбудил телефон.

И не будильник, млин. А звонок.

Парень даже не удивился, взглянув на экран мобильника.

Кто ж еще, кроме родного папочки, станет звонить ему в восемь, млин, утра в субботу!

— Слушаю, — зевнул Туманов в трубку.

— Сын? Живо собирайся, ты опаздываешь!

— Да ну? И куда же я опаздываю? — усмехнулся парень и сел в постели.

— Издеваешься? — рявкнул родитель грозно, а фоном Лис четко разобрал женский голос. — Елисей, через два часа ты должен быть у нас.

— А что, сегодня уже тот самый день? Самый счастливый? Или самый трагичный день в твоей холостяцкой жизни?

— Не ерничай! Бросай очередную девку и собирайся! — приказал отец и сбросил вызов.

Туманов рухнул обратно на постель.

Голова гудела, а все тело ломило.

Эх, жаль, что папенька в коем-то веке ошибся. Не было в постели Лиса девок. Уже две недели не было.

У него вообще выработалась фобия на эту тему. В каждом женском лице мерещилась нахальная и дерзкая улыбка Василисы.

— Чертова ведьма! — вздохнул Туманов и отправился в душ.

Ледяной. Иначе пошлые мысли из головы не выгнать.

— И что за суета, если свадьба только через две недели? — хмыкнул Елисей.

В отцовском доме творился хаос. Незнакомые люди сновали туда-сюда, наводили суету. У Лиса и без всего этого дурдома трещала голова от боли. И находиться здесь хотелось меньше всего.

Туманов не особо задумывался, зачем приехал в дом к отцу. Но хотелось «случайно» столкнуться с вредной ведьмой. Давненько он не видел ее упрямого личика. И всего, что к нему прилагается.

— Это репетиция, — ответил отец.

Лис и не слышал, как старик подошел к нему со спины. Обернувшись, парень усмехнулся.

— Репетиция? У тебя ж уже была, да не одна, — рассмеялся Елисей, намекая на прошлые браки отца.

— Я не горел желанием видеть тебя здесь, сын, — поджал губы отец, — Ира настояла. Считает, что мы с тобой должны больше времени проводить вдвоем.

— Хреновая затея, — скривился Лис.

— Вот и я так же считаю, — кивнул Туманов, — Елисей, я понимаю, что тебе сложно выполнять мои просьбы, но…

— Приказы. Так ты хотел сказать?

— Просьбы! — упрямо продолжил он. — На свадьбе будут присутствовать мои бизнес-партнеры, важные люди, политики. Очень тебя прошу, не налажай. Не подведи меня.

— Иначе что? Лишишь наследства? — сарказм так и бил ключом из Лиса. А парень даже не пытался его сгладить.

— Нам не нужны скандалы, — поджал губы отец.

— Разумеется! Репутация — наше все, — рассмеялся Лис, — ладно, па, не волнуйся. Я буду паинькой.

— Постараюсь тебе поверить, — хмуро изрек родитель и указал рукой на двери, ведущий в сад, — там пройдет выездная регистрация. Пойдем, нас уже ждут. И шлем оставь здесь. Никто его не украдет.

— Ну-у-у не знаю, вещь довольно дорогая, — Лис сделал вид, словно задумался, оставлять ли имущество без присмотра, — так и быть. Здесь камеры пишут?

— Елисей! — хмуро и недовольно отец покачал головой.

Лис хмыкнул, оставил шлем на первом же антикварном столике. Знал, что отцу не понравится этот поступок. Особенно не понравятся микроскопические царапины на лаковом покрытии.

Парень вышел в сад, яркое солнце на мгновение ослепило Лиса. И пока Туманов тянулся за очками, спрятанными в верхнем кармане куртки, взгляд невольно наткнулся на девчонку.

Василиса стояла к нему вполоборота, смеялась, болтала с матерью.

И выглядела потрясающе. Потрясно просто!

У Лиса моментально перестала болеть голова, зато вся кровь хлынула ниже пояса, и в штанах стало тесно.

Не смотреть на Василису Туманов не мог, потому нацепил солнечные очки, сунул руки в карманы и принялся разглядывать девчонку.

Черт! И на кой хрен она надела платье? И солнце светит так, что вся фигурка напоказ! Стройные ноги отчетливо видны, так и притягивают взгляд Лиса. Возбуждают, выдают в мозгах крайне порочные фантазии.

Елисей пытался вернуться в реальность. Но как-то плохо выходило. Лис уже прикидывал, что мог бы утащить девчонку наверх, в спальню. И уже там дыл бы волю всем своим фантазиям.

Мда, докатился, млять…

Туманов тряхнул головой. Рядом о чем-то настойчиво болтала тетка, нанятая отцом для организации свадьбы.

— Юноша, вот сюда встаньте, пожалуйста! — жизнерадостно восклицала женщина, указывая на пустующее место рядом с Василисой. — Детки молодожен будут находиться здесь. Кольца будут у вас. В нужный момент передадите их Максиму Максимовичу. Все понятно?

— Херня вопрос, — хмыкнул Лис негромко. Никто, кроме Василисы, судя по всему, его не услышал.

Женщина удалилась, рассказывала остальным собравшимся что-то по сценарию. Лис уже не вслушивался.

— Привет, крошка, — оскалился Туманов, — скучала без меня?

— Абсолютно нет, — не глядя на него, фыркнула девчонка. — И, думаю, никто не обидится, если ты свалишь.

— Серьезно? А мне хочется еще здесь побыть. Прикоснуться к прекрасному.

Лис потянулся рукой к девичьему плечу. Василиса увернулась, отодвинулась подальше от парня.

— Еще раз так сделаешь, и я тебе руку сломаю! — прошипела фурия, при этом улыбалась так, что Лис всерьез задумался, а не рискнуть ли. Перелом ведь быстро заживет. А здесь такой шанс.

— Не верю. Ты слишком добрая девочка, чтобы избить даже такого придурка, как я.

— Полностью с тобой согласна, — кивнула Василиса.

— С тем, что ты добрая?

— С тем, что ты придурок! — вздохнула девушка.

Василиса торопливо поднесла телефон к уху, ответила на звонок. А Лис понял, что даже не слышал, как тот звонил. Вообще ни на что особо не реагировал, находясь рядом с этой хитрой ведьмой.

— Да, Федя, привет! — слишком уж радостно, по мнению Лиса, затарахтела девчонка.

Туманов беззвучно выругался. Ну что за дела?! Серый, что, не мог позвонить в другое время?!

Пока Василиса болтала со своим дружком, Лис незаметно встал вплотную.

Девчонка одарила его хмурым взглядом. Отодвинулась.

Лис хищно улыбнулся.

Ну не станет ведь она орать на него, пока болтает со своим приятелем, еще и на виду у родителей? Промолчит. Туманов был уверен в этом.

Потому и придвинулся ближе. Теперь Василиса упиралась спиной в одну из колонн, справа начиналась живая изгородь. А слева торчал сам Лис.

Птичка, вернее, вредная и упрямая ведьма оказалась в ловушке.

Девушка бесстрашно, подняв голову, смотрела на него, испепеляя взглядом.

— Что? Я просто стою здесь. И ничего не делаю, — насмешливо выдал Лис.

— Вот и не делай! — прошипела Василиса и уже совсем другим тоном защебетала: — Что? Нет, Феденька, это я не тебе!

— Феденка? Фу, как пошло, — скривился Туманов.

Василиса перестала реагировать на его выпады, даже на его присутствие. Пыталась не реагировать. Слушала, что именно говорит ей Федор.

И понимала, что не может сосредоточиться на голосе парня.

А слышит только этого придурковатого идиота.

А еще очень старается не распустить рук. Не вмазать по его улыбающейся физиономии. Очень хочется, но держится из последних сил.

Черт! И почему он ее настолько сильно раздражает?! Василиса прежде не замечала за собой подобного. Никто не мог вывести ее из равновесия всего лишь парой слов. А у Туманова это выходило за секунду. Он мог просто молчать и уже бесил ее.

Почему?! Ну почему все это происходит?!

Репетиция свадьбы закончилась. Василиса собралась уезжать, дел в городе накопилось много. И в интернат по поручению мамы нужно успеть заехать. На тренировку еще. И учебу никто не отменял. Сессия почти закончилась, остался последний экзамен, а после каникулы.

Василиса решила, что поедет к бабушке на первые две недели каникул. Отдохнет от суеты города, выспится наконец. Ведь в последнее время спит Беляева отвратительно. Чертов Лис даже во сне ей мешает!

— Тебя подбросить?

Василиса вздрогнула, услышав голос Туманова. Парень незаметно и неслышно подошел к ней сзади.

Нет, нужно прекращать все это. Слишком уж остро Беляева реагировала на будущего сводного братца. И если не получилось сократить встречи, то нужно поработать над собой. Просто не замечать его. Вот и все.

— Нет, спасибо, меня отвезет Аркадий, — отказалась Василиса.

Удивительно, но Туманов не стал настаивать. Кивнул, надел шлем, сел на байк и укатил.

Даже как-то обидно стало. Слишком уж быстро Елисей согласился с ее выбором.

Вася мысленно махнула рукой. Ну и пусть катится подальше, да побыстрее!

Перед первым же светофором на въезде в город образовалась пробка. Василиса недовольно всматривалась вперед, через лобовое стекло.

— Похоже, мы здесь крепко встряли, — вздохнул водитель.

— Похоже, — согласилась девушка.

— Пойду гляну, что там впереди, — решил Аркадий, — кажется, авария.

Василиса хотела остаться в салоне. Сдвинуть пробку она не сможет, а мешать специалистам не хочет.

— Можно с вами? — все же уточнила девушка.

Желающих посмотреть оказалось очень много. Аркадий двигался впереди, Вася следом.

На перекрестке, где и случилась авария, движение было остановлено. Проезд загородил грузовик, который развернулся и встал поперек дороги.

Василиса с трудом протискивалась меж толпы зевак. Пришлось вцепиться в пиджак Аркадия, чтобы не отставать.

Вдруг мужчина остановился.

— Да твою ж мать! — разобрала Василиса голос водителя.

И поняла, что-то ужасное случилось. Интуитивно поняла.

За грузовиком, с помятым капотом, битыми стеклами, покореженным металлом, находился легковой автомобиль. Водитель — женщина, рыдая, пыталась куда-то звонить.

Вася и ее не заметила. Все внимание прикипело к изуродованному мотоциклу.

Красивый и быстрый прежде, сейчас он выглядел как куча мятого металла и пластика.

А сам мотоциклист…

Василиса закрыла ладонью рот, чтобы не закричать.

Парня вынесло на асфальт. Нога неестественно выгнута в обратную сторону. Шлем все еще был на голове. А перчатки валялись рядом.

Лис! Вася понимала, что это он.

Помчалась к нему. По пути ее перехватили полицейские. Где-то гудели сирены спецтехники.

— Девушка, туда нельзя! — рявкнул ей кто-то.

— Мне можно! — огрызнулась Василиса в ответ. — Я знаю мотоциклиста! Я его сестра!

Рядом с Лисом присели медики с чемоданчиками и носилками.

— Вы там только мешать будете! — не соглашался офицер.

— Не буду! — упрямо возразила Вася.

Ей нужно было оказаться там, с Лисом. Что она скажет Максим Максимовичу?! Она ведь может помочь!

Не особо думая, Вася действовала на рефлексах. Коротко размахнулась, ударила точно в нижнюю челюсть. Мужчина качнулся и свалился кулем на землю.

— Василиса! — разобрала девушка крик Аркадия, но поздно, она уже подбежала к лежавшему на земле Туманову.

— Так, парень, не отключайся, — говорил один из врачей.

— Елисей! Его звать Елисей! — подсказала Вася, кто-то пытался оттащить ее подальше. Она сопротивлялась. Зачем? Сама не понимала. — Да пустите же!

Никто не слушал ее. Силой усадили в служебную машину.

— Допрыгалась, каратистка?! Ты на офицера при исполнении напала!

— Он меня к брату не пускал!

— Разберемся! — оскалился мент.

Вася через стекло смотрела на медиков. Их уже было четверо. Шлем с головы Лиса сняли. И даже на расстоянии Василисе было видно лицо парня.

Господи, сколько же крови вокруг…

— Как звать тебя, подруга? За что упекли? Дурь толкала?

Василиса игнорировала любые вопросы от «сокамерниц». Телефон, как и личные вещи у Василисы отобрали. Правда, позвонить разрешили.

В ней даже подошел тот самый офицер, которого Вася ударила. Говорить мужик не мог, но по взгляду Беляева все прекрасно поняла.

Ее определенно закроют на пару лет. Из университета выгонят, это понятно. Никакие рекомендации и характеристики не помогу.

Из секции тоже попрут. У тренера с этим строго. Пал Захарович с детства каждого воспитанника предупреждает о последствиях уличных драк. А тут — Вася напала на представителя правопорядка. Первой напала, без причин.

Сейчас, когда прошло несколько часов, Беляева не понимала, как так все случилось. Будто не она тогда была. Словно провалы в мозгах. И только костяшки ныли от столкновения с челюстью полицейского.

— Беляева, на выход! — гаркнул дежурный.

Василиса подскочила на ноги, подошла к двери.

Как особо опасную, Василису отконвоировали два крепких плечистых охранника в униформе. И наручники не снимали. Даже смешно.

Впрочем, Василиса ведь действительно уложила мужика вдове больше и сильнее. Понятно, почему с ней так строго обходятся.

В небольшом кабинете, где стоял стол и пара стульев, Василису ждал Аркадий со следователем.

Как только дверь открылась, мужские голоса стихли.

— Забирай свою гопницу, Аркаша, — хмыкнул следователь, — а вы, девушка, впредь поосторожнее. Не портите нам статистику.

— Я ему челюсть сломала? — уточнила Вася.

— Почему же вы, упал на работе. Производственная травма, — хмыкнул следак, а Вася прекрасно рассмотрела конверт на столе офицера.

— Пойдем, Василиса, — поторопил Аркадий и протянул руку приятелю. — Максим Максимович привет шлет. Будут вопросы, звони.

— Позвоним, — кивнул мужчина и взглянул на Василису, — а такая девочка-ромашка с виду.

Беляева пожала плечами, словно оправдывалась, но подходящих слов не нашла.

Состояние у Васи было странным. Она обо всем подряд подумала за те несколько часов, пока сидела в «обезьяннике». И все мысли, рано или поздно, сводились к одному: как Лис? В порядке ли?

Вася знала, что он жив. Иначе бы…

— Аркадий, как…? — выдохнула Василиса, как только они с мужчиной вышли в коридор из кабинета следователя.

— Не знаю. Оперируют, — хмуро ответил водитель.

— Поедем в клинику?

— Тебе бы переодеться, привести себя в порядок, — мотнул головой Аркадий.

— Да, конечно, — согласилась девушка. — А после поедем?

Водитель кивнул. Вася выдохнула. Отсутствие плохих новостей, тоже новости. И если Максим Максимович не звонил, значит, с Лисом все хорошо.

— А я говорил, это его увлечение мотоциклами до добра не доведет! — хмуро говорил Туманов.

Вася, притихнув, молчала. Мама сидела рядом, комкая в руках носовой платок.

Максим Максимович мерил комнату шагами. По жестам, растрепанным волосам, отсутствию галстука и пиджака было ясно, что мужчина взволнован. Обычно Туманов выглядел невозмутимым и собранным. А здесь, будто другой человек.

— Лис не виноват в аварии. Его подрезала женщина на красной легковушке, — возразил Аркадий. — Елисей пытался уйти от столкновения.

Кажется, водитель Туманова был самым спокойным из всех собравшихся. У Васи так и вовсе дрожали пальцы на руках. Да и ладонь не помешало бы просветить рентгеном, там повреждения все же были.

Но после. Не до мелочей сейчас.

— А был бы в салоне автомобиля, не улетел бы под колеса встречки, — возразил максим Максимович.

Вася вздохнула. Почему доктора молчат? Уже столько времени прошло, а никаких новостей!

— Пройдемте в мой кабинет.

В коридор вышел врач в сопровождении медсестры. Василиса напряженно следил за молодым мужчиной. Лицо напряженное, взгляд серьезный. Кажется, сейчас семье Елисея выдадут порцию не самых радужных новостей.

— Можно я… Мне нужно в уборную, — негромко произнесла девушка, однако никто ее не слышал. Все внимание было приковано к доктору.

Вася помчалась по коридору. Туманов с мамой и врачом прошли в другую сторону. Беляева не слышала, о чем они говорят.

И не хотела ничего слышать.

— Идиот и придурок! — навзрыд зарыдала Василиса, оказавшись в больничном туалете. Закрывшись в кабинке, Вася, не переставая, плакала. Пыталась успокоиться. Вытереть слезы.

Ничего не получалось. Она никак не могла выбраться из состояния истерики. Трусливо пряталась в кабинке, боясь выйти и услышать новости о Лисе.

— Жуткое зрелище, — негромко причитала мама.

Максим Максимович задержался в кабинете главврача. Аркадий спустился на парковку. В холле, где расположился небольшой больничный кафетерий, остались только мама и Василиса.

Беляеву не пустили к Лису. Вася и не настаивала. Понимала, если посмотрит на него, вновь начнет рыдать.

Но после слов мамы стало только хуже.

— Врачи говорят, все обойдется. Но там… ой, Васенька, — горько вздохнула мама. — Говорят, будут еще операции. Правую ногу почти раздробило. Сейчас все, что могли, сделали. Нужно, чтобы отек спал.

Василиса слушала сумбурный рассказ мамы.

И вновь плакала. Елисей, бесспорно, засранец. Но сердце у Васи обливалось кровью, стоило подумать о том, как парень на больничной койке лежит с переломами и множественными повреждениями.

Василиса настояла, чтобы ее завезли домой. Мама и отчим спорить не стали. Аркадий припарковал машину у подъезда. Попрощавшись со всему, Вася вышла из салона и поднялась к себе.

Уже выудила из сумки ключи, но замешкалась. Внимание привлек парень, сидящий на подоконнике.

— Федор? — удивленно спросила девушка.

— А? Да, черт, уснул, — сонно вскинулся Федя и спрыгнул с подоконника. — Ты в больнице была? Что врачи говорят?

— А ты откуда узнал?

— Увидел в новостном паблике, узнал байк Лиса. Решил, что ты должна знать последние новости. А меня все равно не пустили бы. Я ж не родственник, — угрюмо пояснил Серов.

Василиса кивнула. Открыла дверь квартиры и впустила гостя на порог.

Включив свет, устало присела на мягкий пуф у стены.

— Говорят, все обойдется. Внутренние органы не пострадали. Множественные переломы.

— Позвоночник?

— Кажется, цел. Но я точно не знаю, — прошептала Василиса и вновь ощутила, как на глаза наворачиваются слезы.

Федор оказался рядом. Крепко обнял ее. Вася уткнулась лбом в плечо парня.

Ощутила мгновенный порыв оттолкнуть друга. Показалось неправильным то, как Серый ее сейчас обнимал. Однако сил не было. Вася плакала, чувствуя сейчас себя слабачкой.

Она ведь не такая. Она сильная! Просто чертов Лис во всем виноват.

— Давай я останусь до утра?

Вася сидела на кухне в своем любимом кресле. Федор разливал по кружкам кипяток.

Вася не хотела пить чай. Но и оставаться одной не хотела.

Предложение Федора захотелось отклонить сразу же.

Остаться на ночь? Это ведь нереально! У Василисы одно спальное место. Не на полу ведь Серову спать? И уж тем более, не в ее кровати!

Беляева соображала с каким-то жутким опозданием. Откровенно тормозила.

И обижать друга не хотела. И оставаться с ним дома тоже. Да и вообще, Вася вела себя дико странно. Не узнавала саму себя.

— А можешь отвезти меня кое-куда? — спросила девушка.

Вася не стала игнорировать внезапный порыв. Просто понимала, что обязана съездить в тот ресторан, где работала Лара.

Ей нужно быть там. Вот и все.

— Куда? — Вася уловила недовольство в голове друга. — Василиса, ты зря так сильно переживаешь из-за Туманова. Он живучий. Все с ним будет в норме. Через неделю другую выпишут.

— Вот и отлично, — натянуто улыбнулась Вася. — Отвезешь, или нет? Я могу и на такси.

— Отвезу, конечно, что за глупости! — нахмурился Серов.

Вася кивнула. Подскочила, понеслась в ванную. Нужно хотя бы умыться, привести себя в порядок. Нельзя приходить к Ларе с такой заплаканной моськой.

Спустя четверть часа, Вася уже сидела в машине Федора. Парень хмуро кивнул, услышав адрес. Но спорить не стал. Либо он не знал, что в ресторане мама Елисея, либо понимал, что больше сообщить некому. Родители Лиса не общаются вообще. А сам Лис все еще под действием наркоза.

— Я подожду здесь, — решительно заявил Серов, когда машина остановилась на парковке у ресторана, а Вася уже собралась выйти из салона.

— Нет, Федя, не нужно, — покачала головой девушка.

Она не стала даже оглядываться. Возможно, друг обиделся на нее. Но сейчас Васе было откровенно плевать на все и всех. Устала Беляева прогибаться под желания окружающих. Ей хотелось поступить так, как подсказывало сердце.

— Доброй ночи, — встретил ее один из официантов, — а мы уже закрываемся.

Василиса реагировала заторможено. Кивнула. И почему она на время даже не взглянула?! Теперь понятно, почему Федор хотел ее дождаться.

— Лех, иди, я сам, — подошел тот самый администратор, который встречал их с Лисом. Вася узнала молодого человека. И даже нашла в себе силы улыбнуться. — Василиса, привет.

— Здравствуйте. А … Лара здесь? — спросила Вася.

— Да, я провожу, — кивнул парень и придержал ее за плечи, подталкивая в нужную сторону. — Ты бледная. Заплаканная. Лара увидит, убьет Лиса. Что он натворил?

— Нет, не нужно его убивать, — затрясла головой девушка.

— Так, что стряслось? — напряженно потребовал ответа мужчина, имени которого Вася не помнила. Но понимала, что он не чужой. Для Лары и Лиса точно.

— Лис попал в аварию.

— Жив? — осторожно произнес мужчина, а Вася несколько раз кивнула. — Тогда, все будет в норме. На нем как на собаке все заживает. На байке разбился? Ну это понятно. Лара точно его убьет. Но после.

Вася пыталась не плакать. Ведет себя, как истеричка! Вот она же вообще никогда не плачет. Никогда! А тут слезы сами так и катятся.

В кабинет директора мужчина вошел без стука. Затащил и Василису за руку.

Приятный, негромкий и усталый голос Лары заставил замереть.

— Да, Максим, я поняла. Спасибо, что сообщил, — отстраненно произнесла мама Лиса.

Опираясь на локоть о стол, Лара тяжело вздохнула и уронила мобильный телефон на пачку бумаг.

Увидела, что в кабинете она не одна.

Поднявшись из кресла, женщина сделала шаг навстречу Васе и раскинула руки.

Без слов. Но Васю уже ноги понесли вперед. Странные и необъяснимые вещи творились вокруг. У Василисы были прекрасные отношения с мамой.

Однако сейчас она понимала, что хотела оказаться именно здесь. С Ларой. С мамой Елисея.

— Все наладится, девочка, — услышала Вася негромкий шепот женщины, — а когда Лиса выпишут, я его отшлепаю и мотик этот гадский отберу.

— Он разбит, вряд ли его можно восстановить, — шмыгала носом Василиса.

— Вот и отлично. Миш? Узнай, куда это железо отвезли. Мы с Васенькой устроим ритуальное сожжение, — деловито распорядилась Лара.

— Правда?

— Конечно! Но после, — грустно улыбнулась Лара, — сейчас мы с тобой выпьем чаю и ляжем спать. Останешься у нас? Мы с Михаилом живем на верхнем этаже. Не пущу я тебя среди ночи никуда. Да и Лису не понравится, когда узнает, что его девушка бродит одна-одинешенька.

Вася не знала, что ответить. Сейчас ведь самое время, чтобы возразить. Они же с Лисом не встречаются! Они чужие друг другу. Вернее, они сводные брат и сестра. А не парень и девушка.

Однако Беляева промолчала. Кивнула. Да и сил на долгие разговоры уже не было.

«Мы с Михаилом» означало именно то, о чем подумала Василиса.

Оказалось, что администратор и помощник Лары одновременно был и ее гражданским мужем. Навскидку, разница в возрасте у них была весьма ощутимой. Но от Васи не укрылось то, с какой нежностью Михаил смотрел на эту обаятельную женщину.

Выходит, у них все всерьез. По любви.

— Я поставлю греться чайник, — произнес молодой человек, тактично ушел на кухню, а Лара повела Василису вглубь просторной квартиры.

Здесь было очень уютно. За огромными окнами засыпал город. Виднелось ночное звездное небо. Да и вообще, Васе казалось, что она уже много раз была у Лары в гостях. Настолько по-домашнему девушка почувствовала себя.

— Вот, надеюсь, тебе у нас понравится. Это я для Лиса держу, на всякий случай. Но этот поганец ни разу не оставался на ночь, — рассказывала Лара, а Вася двигалась по квартире вслед за женщиной.

Распахнув одну из дверей, Лара уступила Васе дорогу и пропустила внутрь.

Комната оказалась нестандартной. Дальняя стена полукруглая, стеклянная, поднималась вверх, открывала еще больший обзор на ночной город. От увиденной картинки у Васи замерло дыхание.

До чего же было красиво здесь!

— Вот по этой причине мы и купили это здание. Внизу ресторан, там все банально. А сверху стеклянный купил. Он был нежилым, мы его перестроили, чтобы разбить на комнаты. Но вышло неплохо, да? — улыбалась Лара.

— Очень красиво, — согласно кивнула Вася и оглянулась.

Мебель, кровать, постельное белье — все это было в темных тонах, специально для брутального парня. А на единственной стене висела яркая картина. На первый взгляд это буйство красок было банальной мазней, но, присмотревшись, становилось понятным, что изображена ярко-рыжая лисица. Или лис.

— Пойдем выпьем чаю, да посплетничаем, — Лара обняла Василису за плечи и увела на кухню.

Уже после, когда в Васе оказался не только чай, но и сытный пирог, салат и двадцать грамм коньяка, конечно же исключительно в медицинских целях, девушка вернулась в комнату Лиса.

Приняла душ, переоделась в чистую футболку, которая также нашлась в гардеробном шкафу. И легла в постель.

Глядя через стекло на улицу, Василиса выстраивала план на завтра.

Нужно успеть заехать домой, переодеться.

Далее, на экзамен. Сдать, как получится. Пусть даже на тройку.

А после сразу же в клинику.

Лис должен уже прийти в себя после операции. Лара тоже обещала приехать.

Вася ощутила себя врушей и последней лгуньей.

Завтра маме Елисея откроется правда и, кто знает, как Лара отреагирует на ложь. Беляева ведь обманула эту милую женщину. Не сказала, что она не девушка Лиса, а всего лишь дочка новой жены отца.

Лис плевал в потолок.

А чем еще заниматься, если прикован к чертовой койке!

Туманов злился по поводу и без. Взрывался по мелочам. Язвил и матерился, не смущаясь пожилых санитарок и врача, что оперировал его в день аварии.

Бездействие и бессилие вгоняли Лиса в лютую ярость. Была б его воля, парень разнес бы всю палату на хрен. К чертям собачьим! К гребанному дьяволу!

Но встать с постели Туманов пока не мог, а все вещи убрали подальше так, что не дотянуться.

Лис хмуро смотрел на мобильник. Вот и его разъебать можно!

Но это Лис уже проходил. Вколотил гаджет в стену, а после пришлось почти сутки валяться без телефона.

Отец из принципа не купил новый. А матушка, в коем-то веке, оказалась солидарна с бывшим.

С тех пор Туманов мысленно внес мобилку в список «не разъебываемых» предметов. Нельзя! Потому что хуже будет только самому Лису.

Парень протяжно выдохнул. Лежать в койке без движения и возможности обслужить себя самому — самое мерзкое, что мог бы представить Туманов.

Это убивало. И Лис никак не хотел мириться с такой новой для него реальностью.

Он ее не принимал. Отказывался верить.

Да и врач, пусть молодой, но судя по словам отца, толковый спец, обещал улучшения.

Но они пока не наступали.

Хотя, прошла всего неделя после аварии. Впереди у Лиса хуева туча операций, коррекций, реабилитаций. Доктор позже обещал Лису какую-то там супер-крутую конструкцию на ногу, чтобы парень мог самостоятельно передвигаться. Но до этого еще нужно дожить.

Лис пока не вникал во все слова, что лил ему в уши доктор. Елисей вообще чувствовал себя странно. Либо виной обезболивающие, которые Туманову регулярно кололи, либо при аварии Лис все-таки умудрился покалечить череп, хоть на шлеме и не было ни единой царапины.

Причина пока не ясна. Но Туманов воспринимал все происходящее будто со стороны.

Не с ним все это. Не он валятся в клинике, обмотанный бинтами и датчиками.

А с ним, с настоящим Лисом, все в полном порядке.

Еще одним плюсиком в сомнения его вменяемости были визиты Василисы.

В реальной жизни это вредная и ехидная ведьма ни за что не пришла бы к нему в палату. От нее можно было бы ожидать, что девчонка добьет его, расквасит нос, сломает руку. А в идеале — сразу обе.

Но нет. Василиса исправно появлялась в больнице. Приносила с собой какую-нибудь забавную мелочь, вроде мягкой игрушки, или леденца на палочке. Тихонько сидела, пока Туманов валялся в отключке под снотворными. И исчезала прежде, чем Лис приходил в себя.

По сути, парень и не узнал бы, что Вася была у него в гостях.

Если бы не мама.

С тех пор, как Туманов пришел в себя после операции, любая встреча с Ларой заканчивалось хвалебными одами в честь девчонки.

Какая Василиса умная. Какая милая. Красивая. Добрая. И учится хорошо. И спортом занимается. И в интернате помогает.

Лис все это слушал молча. А взрывался уже после, когда, проснувшись, находил очередной подарочек на прикроватной тумбе.

Довести она его решила таким вот образом? Добить? Специально измывается над ним?

Лис соображал, что сделать в такой ситуации. Ведь и слово другу дал, а увидеть Василису хотелось. По факту, если разобраться, ничего Туманов не нарушал.

Он ведь не трахаться с девчонкой собирался. Просто пообщаться.

С каждым днем эта идея крепла в его голове, превращалась в навязчивую.

Совсем невмоготу стало, когда Лис понял: послезавтра у отца с Ириной Ильиничной свадьба. Предполагаются нарядные гости, шикарный ужин, алкоголь и Василиса в платье.

Туманов был уверен, что на девчонке будет именно платье. Красивое, соблазнительное, местами — откровенное.

Будет Вася, платье и Серый. А Лиса в этой схеме не предвидится.

Потому что он, мать его так, лежит сейчас прикованный к койке!

Лис не удержался, все же швырнул в стену единственную вещь, до которой мог дотянуться.

Никто не примчался к нему в палату с проверкой.

Да и срать! Он и сам добудет для себя новый гаджет!

Угу, сразу, как только научится летать!

Лис зло взглянул на пострадавшую в аварии ногу. Ни хрена хорошего не случилось за то время, что парень валялся в клинике. По мнению Туманова, врачи бездействуют. Обещали новую операцию, а ее так и не провели.

Да и вообще!

Туманов уже задолбался лежать.

Решительно отбросил покрывало в сторону. Ну до сортира он и сам доберется! Молодой, здоровый пацан, а за ним санитарки бегают! Никуда такое не годится!

Елисей стянул здоровую ногу на пол. Переломов на ней не было, легкие повреждения — не в счет.

— Ты что творишь?! Тебе рано вставать!

Лис злобно зыркнул на дверь. Василиса смотрела на него огромными глазами-блюдцами. Испуганно моргала. И, кажется, готова была помчаться и настучать на него главврачу.

— Стой! — шикнул он и вскинул руку. — Иди сюда. Быстро!

Туманов не рассчитывал на то, что Вася послушно подойдет к нему.

Но случилось чудо, девчонка уронила небольшой бумажный пакет в кресло, а сама торопливо приблизилась к нему.

— Вон там кресло. Давай его сюда, — процедил Лис сквозь зубы.

Обезболивающие уже не действовали. Все переломы, каждая гребаная кость, зудела и горела огнем. Боль была адской.

Однако Туманов не сдавался. Теперь точно нельзя. Иначе Василиса решит, будто он тряпка и размазня.

Девчонка подтянула инвалидное кресло ближе. Так себе перспектива, по факту. Но раз эта штуковина находилась в палате у Лиса, значит, он будет ею пользоваться.

Лучше, чем валяться на койке и ждать, когда кто-то явится к нему в палату.

Василиса попыталась помочь ему. Лис четко ощутил ее ладони на своей спине.

— Сам! — негромко, яростно тормознул он ее.

Голос звучал тихо, зло, грубо. Мелькнула мысль, что девчонка ведь не виновата в том, что Лис загремел в больничку. Значит, нужно извиниться.

Парень повернул голову и одновременно умудрился поймать девичью ладонь.

Василиса уже двигалась к дверям, чтобы уйти.

Лис оказался проворнее. Потянул хрупкую ладонь на себя.

— Прости, — буркнул Туманов.

Василиса стояла. Он сидел. Сейчас она была выше. Смотрела на него сверху.

Он извинялся.

Черт! Странные вещи творятся с ним. Как ни крути, а все идет наперекосяк.

— Тебе можно в нем? — Василиса выразительно взглянула на новые колеса Туманова.

— Раз оно здесь, выходит, можно, — усмехнулся Лис.

— Я спрошу у врача. И если разрешат, погуляем? — Василиса замешкалась. Он видел ее сомнения.

Кивнув, Туманов перевел взгляд на тонкую ладонь. Она все еще была зажата в его пальцах. Наверно, Василисе больно. Он ведь вцепился в нее, будто клещ.

Пришлось разжать пальцы.

Погулять — это отлично. Лис уже чувствовал, как у него едет крыша от чертовых стен чертовой палаты. Ему не хватало воздуха здесь.

Туманов уже прикидывал, как выйдет на улицу. Свежий ветер в лицо. Пусть не на скорости, байк ведь раздолбан в хлам, но уже даже кресло радовало.

Девчонка вернулась в палату вместе с лечащим доктором.

Да твою ж мать!

Лис даже не удивился, теперь ясно, почему Василиса так стремительно метнулась из палаты, а до того предложила прогуляться без скандалов, да и вела себя мило-послушно.

Усыпила, можно сказать, его бдительность. А он и повелся. Ждал ее возвращения, как осел!

— Вам рано вставать, Елисей, — заявил врач.

— Кресло на хрена приволокли тогда? — прищурился парень, не подбирая выражений.

— Возить пациентов на процедуры. Медсестра перепутала палаты и не успела убрать, — пояснил мужик.

Туманов волком смотрел на врача. Типа, больным из соседней палаты можно гулять-кататься, а Лису нет?

Да ни хрена подобного!

— Ок, пешком схожу, — упрямо отчеканил Елисей и вцепился в спинку койки рукой, чтобы подняться на ноги.

Туманов чувствовал себя беззащитным слабаком. Руки-ноги не послушные, чужие. Однако Лис продолжал подниматься. Не будет он лежать тут!

— Елисей…, — приглушенный голос звучал странно.

Лис даже растерялся. Она что, рыдает?

Да это ж вредная и упертая ведьма! Она ему нос расквасила, не мешкая! А при мысли, как коленом в пах зарядила, и вовсе становилось плохо.

В голове у Туманова эти вещи никак не совмещались: Василиса и слезы.

Потому, наверно, парень и оглянулся на Беляеву. Просто проверить, не почудилось ли.

Обернулся, утратил бдительность. Неожиданно подоспевший санитар, крепкий плечистый бугай, вколол Лису какую-то хрень.

Туманов стек обратно на койку.

— Суки! — промычал Елисей.

Сознание медленно утекало. Он толком не понимал, что с ним, где он, кто рядом.

Но четко слышал негромкий голос.

Женский. Нежный, мягкий, приятный. Голос ему очень нравился.

Голос принадлежал не матери. Лис прекрасно понимал, что с ним разговаривает Василиса.

Он все пытался ухватиться за этот голос, понять, что именно девчонка говорит ему. Да не выходило.

Василиса смотрела на осунувшееся лицо парня. Красивые правильные черты никуда не делись. Просто щеки впали, под глазами синяки.

— Он проспит до вечера, — сообщил врач.

Василиса кивнула.

— Можно я останусь? — тихо попросила.

Рука все еще была сжата мужскими пальцами. Пусть Лис и не держал ее так сильно, как пару минут назад. А все равно, Вася не хотела убирать ладони.

— Конечно, — кивнул врач и вышел из палаты.

Кресло увезли. Василиса слышала, как медсестра получает выговор от доктора.

Ладно, кажется, все обошлось. Но Вася очень сильно испугалась, увидев, как Лис пытается подняться и стоять.

Прежде она считала парня избалованным слюнтяем. А теперь… Теперь Вася окончательно запуталась и в мыслях, и в чувствах.

Все, что понимала: ей хотелось находиться рядом с Тумановым. Потому и приходила к нему ежедневно.

К Елисею пускали только родственников. Даже Федору, лучшему другу, отказали. А насчет Васи договорился Максим Максимович.

Василиса попыталась высвободить руку. Некрепко, но мужские пальцы вновь сжались на ее ладони.

А на лице Туманова мелькнуло недовольство. Брови сошлись на переносице. Парень нахмурился.

Вася решила не усугублять. Оставила все, как есть. Только придвинула стул ближе к постели, чтобы не приходилось тянуться.

Уйти все же пришлось. Василиса тихонько покинула палату, когда медсестры занялись стандартными процедурами. Лис спал, потому женщины работали слаженно и быстро.

Вася тактично вышла из палаты. Туманов и без того зол на нее. Девушка прекрасно видела и поняла его взгляд, когда она вернулась с доктором и санитарами.

Но вставать Елисею действительно пока рано. Он так только хуже сделает.

Василиса решила, что нужно ехать домой. Заняться подготовкой к маминой свадьбе.

Хотя, там все уже было готово. Васе нужно только свое платье погладить, да прическу сделать.

Но желание ничем подобным заниматься не было. Напрочь отсутствовало.

Вася даже прикидывала, какие оправдания найти, чтобы пропустить это мероприятие. А что, если побыть это время с Лисом? Ему помощь и поддержка гораздо нужнее, чем маме и Максим Максимовичу.

Останавливало лишь то, что Туманов в стенах клиники был под присмотром. Находиться сутки напролет рядом с Елисеем необходимости не было. Да Вася, собственно говоря, ничем бы и не помогла ему, медицинского образования у нее нет.

Значит, Вася здесь будет только мешать.

Девушка тихо распрощалась с медперсоналом, выскользнула за дверь.

А вернулась утром. Обычно Вася приезжала в одно и то же время. С Ларой у них был отдельный график. Часы посещения, когда приезжала она, а когда Туманова, чтобы у Лиса постоянно была моральная поддержка.

Василиса так и не рассказала Ларе всей правды, а та и не спрашивала. С бывшим мужем они также сталкивались крайне редко. И Вася предполагала, что мама Елисея все еще считает ее девушкой сына. Беляева предпочла молчать.

Войдя в палату, Вася уже привычно сложила небольшие гостинцы. По-идиотски, конечно. Взрослые люди так не поступают. А приносят с собой что-то полезное и нужное. Но «нужным и полезным» у Туманова была завалена вся палата.

В это время Лис все еще спал после уколов и утренних процедур. Потому девушка смело вошла, оставила воздушный шарик в форме рыжего лисенка, привязала его за ленту к спинке свободного стула и сама села рядом с постелью.

Василиса взглянула на лицо парня. Судя по всему, Лис спал.

Вася коснулась его ладони. Туманов ведь был сейчас в отключке, ничего страшного не произойдет. А Василисе необходимо было ощутить тепло кожи. Убедиться, что он в норме.

Потому что Вася все еще помнила ту картинку, на дороге.

— Ой, прошу прощения..., — заговорил незнакомый женский голос.

За эти дни Вася уже познакомилась со всеми медсестрами и санитарками. И женщина, что замерла на пороге палаты, была ей неизвестна.

— Я думала, он не спит, — стушевалась гостья.

— Он отдыхает, — качнула головой Василиса. — А вы что-то хотели?

— Я… да…, — неуверенно заговорила женщина, — тут … я хотела извиниться… я виновата в той аварии.

Васе захотелось встать, да влепить тетке ногой с разворота.

Но драться, да еще в клинике, нельзя.

А сдерживаться Василисе было сложно. Нервы совсем расшатались.

Вася переключила внимание на букет цветов, что держала женщина в руках.

— Давайте я поставлю в воду, — предложила Василиса.

Ей нужна была активность. Необходимо отвлечься, пока соблазн расправы над виновницей аварии не стал слишком уж велик.

Василиса схватилась за букет и вышла из палаты.

Гостья осталась рядом с Лисом. Возможно, нельзя было так поступать, нельзя оставлять беззащитного человека с незнакомцем. Но девушка решила, то вернется уже через пару минут. За это время ничего не случится. Да и дверь в палату открыта, а мимо, по коридору, ходят медсестры.

Вася попросила вазу, банку или чистое ведро у санитарки. Ей выдали небольшое пластиковое ведерко. Беляева наполнила его водой, сунула цветы и пошла обратно, к Лису.

Уже рядом с палатой девушка расслышала громкий, рычащий рев:

— А ты, мать твою, кто такая?!

Лис был не в настроении, это стало ясно сразу же, как только Василиса вошла в комнату.

Лежал на койке и метал молнии глазами. Судя по взгляду, мог бы метнуть в женщину что-то другое, метнул бы, без раздумий.

Но в настоящий момент у Елисея даже телефона не было. Тот расколотил его, а новый Лара привезет только вечером.

Василиса заметила, насколько зол был сейчас Туманов. И думать, анализировать было некогда. Вася понимала, нужно его успокоить, пока не примчались медсестра. Тогда Лису опять достанется «волшебный» укол.

— Уходите, — тихо попросила Вася.

Женщина согласно кивнула, отступила на пару шагов назад. А Василиса заняла ее место, на стуле.

Лис сверлил гостью убийственным взглядом. Вася решила, нужно брать огонь на себя.

Потому и накрыла ладонями мужское запястье.

— Спокойно, Лис, пока не набежали доктора, — негромко, но убедительно заговорила Василиса.

Туманов смотрел на женщину, пару секунд. Переключил внимание на Василису.

— Пусть валит нахрен. В суде разберемся.

— Я хотела все мирно уладить, — подала голос женщина.

— Уходите, — настойчиво повторила Василиса и встала, закрыв собой доступ к Лису.

— Но…

— Двинь ей с ноги, детка, — уже совсем другим голосом, насмешливо предложил Туманов.

Нет, Василиса не собиралась драться. Вовсе нет. Да и как можно? Незнакомого человека?! Женщину!

Но взгляд у Васи был, кажется, не менее злой и решительный.

Гостья предпочла испариться, быстро и бесследно.

Вася закрыла за ней двери. Обернулась к Туманову.

Тот лежал на койке и, сволочь такая, улыбался.

— Это несправедливо. У меня все еще морда болит от встречи с твоей ногой. А бабу эту ты покойно отпустила, — нахально заявил Елисей.

— У тебя морда болит от встречи с асфальтом, — поджала губы Вася.

— Неправда, я разъебал себе все, кроме морды, — скривился парень.

Василиса промолчала. Она уже привыкла, что во время визитов к Елисею тот спал.

А сейчас парень бодрствовал. И потому девушка не знала, о чем с ним говорить.

Да и вообще, ждала от него провокационных вопросов, похабных намеков.

Туманов молчал. Кривовато улыбался. Разглядывал Васю. Отчего девушка почувствовала смущение.

— Ну, давай, расскажи мне чего-нибудь, — нарушил молчание Лис.

— Что именно?

— Не знаю. Что угодно. Про учебу. Про свадьбу.

— Учеба закончилась. Свадьба завтра, — по пунктам изложила Василиса.

Туманов замолчал. Василиса начала думать, что парень вот-вот уснет. Взгляд у парня стал задумчиво-странным.

— Просьба есть, — негромко заговорил Елисей. — Интимного характера. Нужно почесать.

— Иди в жопу! — вспыхнула Вася.

— Не там, но близко, — вздохнул Лис. — Пятка чешется. Помоги, а?

— И не мечтай!

— И не начинал. Зудит просто жутко, — капризно скривился Лис. — Тебе же не сложно, ну?

— Баранки гну! — передразнила его Вася.

— Тебе что, сложно пятку почесать?! — возмущенно заворчал Туманов.

— Один раз! — недовольно скривилась Вася, нехотя встала, откинула простынь с ног парня.

Из-под всех бинтов и повязок торчала мужская пятка. Василиса никогда прежде не практиковала подобного. Да и вообще, чесать чужие части тела — не самое интересное занятие для девушки.

Беляева осторожно провела по смуглой коже пальцами. Нога в ответ дернулась. Лис то ли застонал, то ли замычал.

— О да-а-а… Кайф…, — разнеслось по всей палате. — Еще чуток, и я кончу…

— Ты охренел?! — повысила голос Василиса, покраснела, отдернула руку подальше от мужской ноги, даже за спину ее спрятала.

— Почеши еще, — вздохнул Лис.

— Иди ты в… Обойдешься, — поджала губы Василиса. — Мне пора.

— Завтра придешь? Ждать буду, — уже серьезно потребовал Лис.

Именно потребовал. Василиса хотела ответить резко, отказом.

Но понимала, что придет. Конечно же, придет. Она уже привыкла каждый день навещать парня. Да и, что уж скрывать, а Вася даже успевала заскочить к Туманову прежде, чем ехать на свадьбу мамы и Максим Максимовича.

Ничего этого Беляева парню не сообщала. Коротко распрощалась, вышла из палаты.

Уже в дверях обернулась.

Лис все так же лежал, перебинтованный, хмурый, недовольный всем подряд.

Однако Вася понимала, что в какой-то степени очень им гордится. Представляла, какую боль Елисей испытывает и каждую минуту борется с ней.

А вспышки недовольства — это всего лишь издержки скверного характера.

С Федором они договорились встретиться пораньше. Друг пообещал забрать ее на машине, сначала заехать в клинику, а после уже загород.

Вася с раннего утра крутилась перед зеркалом. Прическа, макияж, наряд — все готово и, кажется, идеально.

Но Василиса чувствовала себя неуютно. Будто чего-то не хватало. Что-то было не так.

То ли плате слишком короткое. То ли макияж слишком яркий.

Но весь внешний облик Васи был утвержден мамой, услуги стилиста и визажиста тоже мама оплатила. Васе оставалось только на все соглашаться.

Федор подъехал и припарковал машину перед окнами Васиной квартиры.

Девушка выглянула, помахала рукой, когда увидела Серова.

Парень вышел из салона и взглянул вверх.

Если честно, друг выглядел классно. Строгий костюм, галстук, туфли. Василиса в первое мгновение и не узнала Серова, насколько тот изменился. Вася привыкла видеть парня в спортивном стиле. Сейчас же перед ней будто был совсем другой человек.

Беляева закрыла квартиру и торопливо спустилась вниз.

Каблук был сравнительно низкий, но все равно непривычный для Васи. Туфли — единственный штрих наряда на грядущее торжество, который Василиса выбрала сама. Мама предложила жуткий ходули, на которых Беляева не могла бы нормально передвигаться. Нереально красивые, да. Но и нереально неудобные.

Так вот, несмотря на низкий каблук, Василиса все равно умудрилась пошатнуться, выходя из подъезда.

Хорошо, что Федор уже находился у двери и ждал, когда Вася выйдет.

Парень перехватил Беляеву под руку, придержал аккуратно, не позволив упасть.

— Привет, — улыбнулась девушка.

Федор кивнул, искренне улыбнулся в ответ.

В голове у Беляевой мелькнуло, что вот сейчас он ее поцелует.

И логично все. И вполне ожидаемое поведение парня. Они же с Васей встречаются, вроде бы.

А вот Беляева в последнюю секунду увернулась.

Да и как целоваться, если у нее на губах тонна помады! Ни в коем случае нельзя!

— Привет, — заговорил Федор, — шикарно выглядишь.

— Ты тоже, — ответила Василиса.

Серов, придерживая ее за талию, повел к машине.

Где-то очень глубоко начала закрадываться жутко странная, абсолютно дикая мысль.

А вот Туманов не притормозил бы. Захотел бы поцеловать, поцеловал.

Так, Вася! Стоп! Вот об этом нельзя даже думать!

В клинику Федора не впустили. Посещения только для родственников. А вот когда пациента переведут в другую палату, то можно и в гости ходить.

— Я подожду. Привет передавай, — подмигнул Федор.

Василиса кивнула, торопливо набросила на плечи халат, помчалась по коридору.

Беляева уже прекрасно ориентировалась в здании клиники, и спустя несколько минут, уже входила в нужную палату.

Лис вновь бодрствовал. Он словно ждал Васю. Стоило девушке войти, как парень смерил ее недовольным взглядом, а после демонстративно взглянул на дисплей телефона.

— Ты сегодня поздно. Обход уже давно закончился.

— Я сегодня рано, — парировала Василиса, — обход закончился десять минут назад.

Васю не пустили бы, даже если бы она примчалась в клинику раньше. Только после обхода врачей. И Лис об этом тоже прекрасно знал. Просто снова ворчит и всем подряд недоволен.

Василиса по привычке прошла к свободному стулу, села на краешек, вынула из сумки очередного мягкого зверька — на этот раз рыжую панду в футболке и шортах.

— Планируешь отрываться? Говорят, свадьба будет зачетной, — не меняя ворчливого тона, произнес Елисей.

— Знаешь, что, Лис, — нахмурилась девушка, решительно застегнула сумку, — если ты и дальше будешь общаться со мной в таком тоне, я перестану тебя навещать!

Вася попыталась встать со стула. Но он стоял слишком близко к постели. Настолько близко, будто кто-то нарочно передвинул его. А девушка и не заметила таких незначительных перемен.

И получалось, что Беляева оказалась на расстоянии вытянутой руки Лиса.

Тот перехватил Васю за ладонь и потянул на себя.

Вернее, резко дернул.

Василиса успела выставить руку, упереться в спинку кровати, удержать равновесие.

Туманов продолжал тянуть ее на себя. Их лица оказались на одном уровне. И, кажется, Вася даже видела собственное отражение в ярких полыхающих недовольством глазах парня.

— Веселиться будешь с Серым? Тусить? А я тут! Чер-р-рт! — расслышала Вася рассерженное шипение.

— Да пошел ты…, — шикнула Вася в ответ.

А вот договорить не успела. Лис не стал ждать ее разрешения. Да его и не последовало бы! Уж целоваться с этим засранцем Вася не собиралась. Никогда!

И драться нельзя с переломанным человеком. Еще и после операции. Пусть и хотелось ударить побольнее. Рефлексы, они такие, да…

Елисей умел целоваться. Васе показалось, что он ее сейчас съест, проглотит вместе с платьем и туфлями.

Горячие, порочные касания застигли Василису врасплох. Девушка не была готова к подобному. Она, на минуточку, пришла брата проведать! А он…!

Гад последний!

Вася пыталась возмутиться. Что-то сказать. Вразумить.

Туманов воспользовался ситуацией. Впихнул свой язык ей в рот.

Вася, видит бог, не собиралась содействовать этому безумцу.

Ударить нельзя, так хоть укусить!

— Эй, полегче! — рассмеялся Туманов, когда Вася все же цапнула его за нижнюю губу.

— Ты в своем уме?! — взвизгнула она, отскочив подальше.

Тыльной стороной ладони девушка вытирала влажные губы, позабыв о том, что они были идеально накрашены.

— Придурок! — шипела Вася.

— Ну уж прости, как еще мне здесь развлекаться, — без капли сожаления заявил Лис.

— Кретин!

— А ты обалденная, не смог устоять, сорри, — нахально ухмылялся Туманов.

Вася зло сверлила парня взглядом.

Вот же говнюк!

Беляева решила: все, точка. Не придет она больше к нему. Пусть катится к черту! У Васи есть дела поважнее!

Не сказав ни слова, девушка вышла из палаты.

— Василиса! Ну вернись, а?! — прокричал этот придурок на весь этаж. — Хочешь, я извинюсь?

— Идиот, — негромко пробормотала Вася.

— Детка, принеси мне завтра сигарет!

— Обойдешься!

— Ладно, сигарет не нужно. Сама приходи.

— Пошел ты, — негромко ответила Василиса и решительно потопала к лифту.

По дороге, правда, пришлось свернуть в уборную. Необходимо привести и мысли, и лицо в порядок. Не хватало еще, чтобы Федор увидел ее вот такой: с размазанной по лицу помадой.

Вася не приходила неделю. Да и зачем навещать этого идиота? Он прекрасно справлялся со всем и сам. Если уже полез целоваться к Беляевой, значит, шел на поправку.

А у Василисы были и другие более важные дела, вот!

Девушка намеренно не интересовалась здоровьем Туманова. Если бы случилось что-то плохое, мама бы уже рассказала. А пока новостей нет, значит, все в порядке.

Спустя еще неделю новости все же появились.

Елисея выписывали из клиники. А поскольку парню нужен ежедневный уход, то на некоторое время он поселится в отцовском доме.

Новость, без сомнения, была прекрасной.

Василиса, можно сказать, была рада за Туманова. И о поцелуе старалась не думать. Это ведь просто поцелуй. Как заявил сам Елисей, так он развлекался. Скорее всего, он уже успел забыть это происшествие. А она, дурочка, все никак не забывала.

Вася позлилась немного, да отпустила ситуацию. Не стоит слишком много внимания уделять заносчивой и наглой персоне сводного брата.

В честь выписки Лиса из клиники Максим Максимович с мамой решили устроить небольшой семейный ужин. Василиса тоже собиралась приехать, привезти с собой торт, десерты и Федора.

С Серовым отношения у Василисы никак не складывались. Вернее, она постоянно находила предлог не встречаться с ним. Ссылалась на катастрофическую занятость в интернате, на сложные тренировки, на все подряд. Федор относился с пониманием. И, что радовало, не настаивал на встречах и свиданиях. В какой-то момент Вася поняла, что не может себя заставить быть с человеком, который никаких чувств, кроме дружеских, не вызывает.

Вася не представляла, как могла бы целоваться с Серовым.

А вот с Лисом…

— Да твою ж мать! — пробормотала Василиса негромко.

— М? — подал голос Федя.

Они уже подъезжали к загородному поселку, где располагался особняк Тумановых. А Вася ощутила легкую нервозность.

Две недели назад она видела Елисея в последний раз. И с тех пор больше не пришла к нему, ни разу. И даже номер закинула в блок, потому что этот говнюк ей периодически названивал и писал провокационные сообщения.

— Говорю, я забыла рюкзак с вещами, — нашлась с ответом Василиса.

— Этот? — улыбнулся Федор, протянул руку назад, приподнял упомянутую вещь, спокойно лежавшую на заднем сиденье.

— А, да, этот, — кивнула Вася, а в мыслях девушка ругала Туманова.

Ну вот как у него так получается, а? Не виделись, не общались, а он все равно портит ее жизнь.

Лис ненавидел беспомощность. За недели в клинике уже мог бы и привыкнуть просить о помощи, но нет. Не привык. И не собирался привыкать.

Сам справится. Сам дотянется. Сам дойдет. Все сам. Потому и наотрез отказался пользоваться инвалидным креслом. Он же не калека. У него есть руки и ноги. Кости постепенно срастаются, через пару недель он сможет не то, что ходить, а бегать!

Врачи твердили всякую хрень. Он их не особо слушал. Единственный компромисс, на который был готов пойти: проживание под отцовской крышей.

По официальной причине — ему нужен уход и помощь в быту.

По неофициальной, о которой Лис никому не говорил, — Василиса.

Девчонка исчезла с радаров. Не дозвониться до нее, не достучаться. А спрашивать напрямую Лис не собирался. У кого? У мачехи? У отца? Нет уж. Не опустится Туманов до подобных расспросов. Сам все узнает!

Тачку Серова он заприметил сразу же. Торчал у окна, ждал чего-то подобного.

Дождался.

Василиса, чертова ведьма, похорошела за эти две недели. Стала носить юбки, каблуки.

Взбесила его этим так, что Лис едва не зашвырнул костыль в окно.

Спокойно, выдыхай, Лис!

Но выдыхать не получалось. Особенно, когда Федька оббежал машину и помог спутнице выйти из салона.

— Да к херам все! В задницу! — пробормотал Туманов и отвернулся от окна.

Лис не сводил глаз с лестницы, ведущей на второй этаж.

Мог бы пить, набухался бы до состояния невменяемости, и будь, что будет.

Однако Туманов не настолько отмороженный. Понимал, насколько несовместимы все препараты, что он принимал, и алкоголь.

В какой-то момент вечер, веселье, семейные посиделки, его достали. Елисей решил, что пора свалить в свою комнату.

Сейчас его спальня не на втором этаже, не та, что через стену от вредной ведьмы.

А на первом. И от того Лису было еще хреновее. При всем желании, а не прокатит «случайно» столкнуться с Василисой в ванной комнате.

Ко всем прочим «прелестям» зверски болели все переломы, а лучший друг Серый, которого Лизу хотелось прибить, остался на ночь.

Матушка Василисы, добрейшей души женщина, вдруг решила, что «Федечке не стоит возвращаться, на ночь глядя, в город».

Федечку вместе с Василисой хотелось послать к чертям.

Мысленно Лис так и делал. А все равно его никак не отпускала мысль, что в эту самую секунду Серов занял его место.

И не только в спальне. Еще и рядом с девчонкой.

Его, млять, место!

Нет, реально, пора тащиться к себе. Нельзя же вечность сидеть в гостиной и ждать, спустится ли Василиса, или так и останется там, на втором этаже.

На втором, млять, этаже! Куда Лису вход заказан. При всем желании Туманов не преодолеет чертову лестницу!

— Елисей? Устал? Давай я помогу? — мачеха коснулась его ладони.

Лис понял, что вцепился в подлокотник кресла до скрипа обивки.

— Устал. Сам доберусь. Спасибо, — сухо отказался от помощи и поднялся на ноги.

Опираясь на костыли, Туманов с трудом пересек холл.

Ушел к себе. В который раз убедился, что затея идиотская.

Утром соберет шмотки, да вернется к себе, в город. Там есть лифт, справится. А по дому все равно шуршит экономка, убирает, готовит три раза в неделю. Опять же, Лара грозится его навещать.

Нет, не останется он больше у отца. Не срослось совместное проживание здесь.

Туманов закрылся в спальне. А свет включать не стал.

Задолбало все. Просто до смерти.

Но и в комнате торчать сил не было. Душно, стены давили, осточертело все.

Лис доковылял до французского окна, открыл его, вышел на террасу.

Сработал датчик движения, свет от фонаря ударил по глазам. Парень перехватил костыль, дотянулся до выключателя и вырубил свет к чертям.

И поморщился, тяжело присел на диван. Не такой удобный, как кровать в спальне. Да и плевать.

Елисей откинулся на спинку, закрыл глаза, замер, пережидая, пока волна боли стихнет.

В какой-то момент Лис решил, будто спит.

Очень близко раздался негромкий шорох: чья-то мягкая поступь по мощеной камнем дорожке.

Должно быть, в темноте Лиса не было видно. Иначе Василиса не подошла бы настолько близко.

Лис, даже не открыв глаз, уже знал, кто именно потревожил его покой.

— Ой, прости, я не хотела мешать, — невнятно пробормотала девчонка.

Елисей проворно перехватил ее за край одежды. Вцепился, будто клещ.

— Не уходи!

Скорее всего, он должен был бы попросить. Или хотя бы сбавить обороты, не требовать.

Но как сказал, так сказал.

И пальцы не собирался разжимать.

Если Василиса хочет от него свалить, то шмотки придется оставить здесь.

— Пусти! — шикнула на него тихо, сквозь зубы.

Елисея устраивала громкость голоса девчонки. Выходит, и она не хочет привлечь внимание домочадцев.

Лис потянул ткань одежды на себя. Василиса перехватила его кулак одной рукой, а второй пыталась вернут майку на место.

В темноте хрен что разглядишь. Но Лису и этого хватало.

Майка, да шорты — вот и вся одежда на малышке. И даже лифчика нет.

— Для кого ты так вырядилась, крошка? — буркнул Туманов.

— Определенно, не для тебя!

— Серьезно? Типа, Серому этой ночью подфартит? — хмыкнул парень.

Василиса упрямо пыталась отодвинуться от него подальше. Но Лис уже шел к цели.

Девчонка здесь, в его руках.

Он чувствовал аромат ее духов.

Носом прижался ко впадинке ключицы, а ртом к покатому плечу.

— Не твое дело!

— Я бы поверил, если бы ты была этажом выше. Но ты здесь, конфетка, — пробормотал, лизнул нежную кожу языком и добавил, — сладкая…

— Я тебя сейчас ударю, — пригрозила Василиса.

— Плевать.

— Будет больно! — предупредила, а сама застыла в его руках.

Лис слышал, как сбилось дыхание, а вот пульс у малышки явно зашкаливал.

— Ударь, раз так хочется, — вкрадчиво прошептал, — на боль плевать. Уже привык к ней.

Лис не жаловался, не в его это характере. Просто сказал, как есть.

Но девчонка восприняла его слова как-то с другого ракурса.

Вскинула руку.

Туманов ждал поставленного удара в челюсть, в лучшем случае, пощечины.

А Василиса прижала ладонь к его щеке. Провела пальцами, обожгла теплом.

Лис растерялся. Готовился к боли, а получил что-то совсем иное.

Не готов был, да. Даже опешил.

Все с этой девчонкой у него наперекосяк. Не так, как с другими. Совсем не так.

— Просто молчи. Хоть слово скажешь, и я уйду.

Лис кивнул для виду.

А так…

Нет, не уйдет. Он не отпустит. Но сотрясать воздух словами не стал.

Только изменил положение тела. Потянул Василису на себя, устроил на здоровом колене. Рукой припечатал девчонку ближе.

Странно все это. Лис не привык вот так «дружить», чтобы рук не распускать. Просто сидеть, закрыть глаза, слушать, как стучит сердце. Упиваться тонким ароматом духов, въевшимся ему под кожу.

— Нельзя так. Тебе нужно отдыхать, — заговорила Василиса.

— Не-а, — возразил негромко. — Хорошо же сидим.

Василиса все же убедила Туманова вернуться в спальню. Понимала, что долго сидеть парню пока нельзя, ведь ноге требовался отдых и покой.

Ей и самой необходима минутка, чтобы подумать. Однако последние два часа она творит исключительно глупости.

Одной больше, одной меньше. Кто ж считает?

Потому и спорить не стала, когда Лис негромко попросил ее остаться.

Наедине с ним? В замкнутом пространстве? А поскольку ни дивана, ни кресел в комнате у Елисея не было, выходило, что спать Василисе предстояло рядом с Тумановым.

Все ведь просто. Нужно только уйти. И ни в коем случае не вестись на его провокации, уговоры, шантаж.

А он, гад, даже и не потрудился прибегнуть к своим стандартным уловкам.

Не уговаривал, не шантажировал, не провоцировал. Просто перехватил за руку, когда Василиса шагнула к двери, ведущей в сад.

— Не уходи.

Это все, что он сказал. Без ухмылки. Без насмешки, или сарказма.

Обычный тон. А вот взгляд у парня был жгучий.

Под ним Василиса плавилась. И, да, не смогла уйти.

Вася даже не могла логически ответить на вопрос: по какой причине она изначально пришла именно в эту часть сада, куда выходили окна и двери комнаты, где временно поселили Лиса?

Просто пришла, когда в доме все стихло.

И просто осталась до утра.

Все предельно просто.

Беляевой не спалось. Она лежала, глядя в окно.

Одной рукой Лис обнимал ее за плечи, второй держал ее ладонь, устроив их переплетенные пальцы на животе. В какой-то момент дыхание парня стало глубоким и спокойным, а пальцы расслабились.

Василиса поняла, что Туманов провалился в глубокий сон. Вот и отлично.

Девушка еще долго смотрела на красивые черты лица, теперь скрытые густой щетиной.

За время, что прошло с того ужасного дня, Елисей сильно изменился. Беляевой очень не хватало его взрывного темперамента и пофигизма. Она скучала, да.

Наверное, потому и пришла сейчас к нему.

Жаль, что Вася не может остаться здесь на всю ночь. Это ведь будет неправильно, да?

Девушка дождалась, когда Лис уснет еще крепче. И только после этого осторожно поднялась с постели.

Все, пора убегать, пока ее не застукали в комнате сводного брата.

Но Вася замешкалась.

Лис лежал, дышал размеренно и глубоко. И губы во сне приоткрылись едва заметно.

Вася чокнулась, не иначе. Просто других объяснений ее поступку нет.

Девушка легко коснулась ртом приоткрытых мужских губ.

Едва заметно, мимолетно.

Ощущение тепла и нежности затопило ее. И с соблазном вернуться под бок к Туманову становилось бороться все сложнее.

Василиса отступила к двери, не сводя глаз со спящего парня.

И уже когда надавила рукой на дверную ручку, чтобы выйти в коридор, едва не споткнулась.

Лис открыл глаза. Не спал? Вот же гад и притворщик!

— Не вздумай свалить с Серым, девочка!

Туманов говорил хрипло и очень тихо. Но угроза так и плескалась в его голосе.

Вася поджала губы. Мало что обманул ее, так и еще и командует!

Беляева выскочила из комнаты, прикрыла двери за собой.

Ну вот гад же! Гад!

Впрочем, Василиса и сама хороша. Приперлась к парню. В постель к нему прыгнула. Еще и целоваться первой полезла!

— Мне нужно в город, Василиса, — после завтрака, сказал ей Федор, когда они вышли с ним в сад прогуляться. — Поедешь со мной?

Вася чувствовала, как чей-то пронзительный взгляд сверлит ей затылок. И даже не сомневалась, чей именно. Ей и оборачиваться не нужно, чтобы понять: Туманов торчит неподалеку.

— Спасибо, Федь, но я останусь у мамы. Лето ведь. Отдохну от суеты города, — виновато улыбалась Василиса.

— А с тренировками как? Они уже не настолько важные и срочные? — усмехнулся Серов с укором.

Все так. Беляева прекрасно помнила, как приводила в качестве отговорок именно этот аргумент: тренировки.

— Я попрошу водителя Максим Максимовича свозить меня, — не моргнув глазом, придумала Вася.

— Все ясно, — улыбнулся Федор, убрал руки в карманы джинсов, взглянул на Василису так, словно все прекрасно понимал, — Сдается мне, что я слегка опоздал.

— На работу?

— К тебе, — грустно улыбался друг и перевел взгляд чуть выше головы Василисы.

Вася обернулась.

Лис сидел на том самом диване на террасе. Смотрел на них с Федором и выглядел так, словно планировал если не убийство, то мордобой.

— Пообещай мне кое-что, Василиса, — вновь заговорил Серов, а Беляевой пришлось отвернуться от Лиса. И сердце колотилось слишком уж быстро. И мысли путались. Потому что даже на расстоянии она прекрасно видела глаза Туманова. А Федор коснулся рукой ее щеки, — помотай ему нервы хорошенько.

— Кому?

Серов лишь рассмеялся негромко. А в следующий миг Беляева толком не успела среагировать.

Обычно Федор, милый и заботливый, чуткий даже, ничего подобного не позволял себе. А здесь парень неожиданно прижался к ее рту своим.

Вася, распахнув глаза, замерла. Прикидывала, как поступить.

Не драться ведь с ним? Серов, как бы, ее бойфренд, друг, гость в доме Тумановых.

Но целоваться с ним, еще и днем, на виду у всей семьи — так себе ситуация.

— Я поеду, пока кое-кого не бомбануло, — подмигнул ей Федор и выпустил из рук.

Василиса окончательно растерялась. Стояла, глядя вслед парню.

А Серый обошел дом и, судя по взорвавшему тишину реву движка, умчался.

Беляева все еще смотрела прямо перед собой. В пространство.

И даже не удивилась, когда очень близко, прямо за спиной, раздался грубый мужской голос:

— И как тебе? Зашло?

Вася, вздохнув, повернулась к парню.

Туманов, опираясь на костыли, стоял рядом с ней.

Ну вот не идиот ли?! Мог бы и дождаться, когда она сама подойдет к нему.

— От меня свалила. К нему, выходит?

— Ты о чем говоришь?! — прищурилась девушка.

— Ночью к нему сбежала? — нависая над ней, рычал Лис.

— Не твое дело!

— Мое!

Лис и сам не ожидал, что взорвется.

Его разрывало. Самым натуральным образом. Бомбило так, что контролировать мысли, эмоции, слова стало невозможно.

Девчонка, эта вредная ведьма, целовалась прямо на его глазах, млять!

Еще и с кем?! С лучшим, блядь, другом!

И походу, между ними одними поцелуями дело не закончилось. Тут сомнений у Туманова не оставалось.

Разве ж можно притормозить, когда Василиса рядом?

Это только он, Лис, знатно тупит и буксует с ней.

А у Серого все в этом плане идеально.

Твою ж, млин, мать!

Лис осознал, если сейчас не отойдет от девчонки, придушит ее.

Ревность вспарывала мозг. И ни о чем другом Лис думать не мог.

И воображение разыгралось. Оказалось, что представить Василису в постели с Серым не так и сложно.

И видел Лис все, в красках и подробностях.

Да вот уж хрен там!

Туманов не собирался сваливать в закат. Эта девчонка ему принадлежит!

— Вещи собирай. Живешь у меня, — Лис реально старался говорить спокойно, но не выходило. Ярость и злость так и клокотали внутри, сливаясь в гремучую смесь.

— Да конечно! — фыркнула Василиса.

— Не зли меня, девочка, — обманчиво спокойно, вкрадчиво произнес Туманов и перехватил девичье запястье.

Василиса не успела отпрянуть от него. Лис резко дернул ее на себя. И плевать, если родители прямо сейчас из окна видят всю эту сцену.

— Ты перегибаешь! — девчонка упрямо вздернула курносый нос и поджала губы.

— Даже не начинал, — Лис хмыкнул. — Ты моя. Каждую ночь моя. А насчет отношений с Серым забудь.

— Туманов, ты не в себе, определенно, — более спокойно выдала Василиса.

— Возможно. Но сути это не меняет, — усмехнулся парень.

— С тобой невозможно разговаривать, — покачала головой девчонка, надавила ладонями в его грудь.

Лис хреново управлялся и с гневом, и с необходимостью держаться за чертовы костыли. Потому и выпустил Василису.

Девчонка отошла от него на пару метров.

— Остынь, — хмуро шикнула на него и ушла в дом.

Лис смотрел ей вслед. Вот же… млин… ведьма!

Потому что даже сейчас, когда он злился на нее, все равно зверски хотел.

Отшлепать бы ее, чтобы завязывала вредничать.

Ну и где тебя носит?

Вася недовольным взглядом гипнотизировала экран телефона.

Сообщение от Лиса взбесило девушку. Вот что он за человек, блин?! Она ведь ни черта ему не должна. И уж тем более, не обязана мчаться к нему по первому зову.

Да между ними не было ничего! И поведение Елисея не просто казалось Васе возмутительным, еще и крайне нелогичным.

Словом, девушка не стала отвечать на сообщение. Приняла душ, легла в кровать.

Пусть чертов Туманов знает, что никто в этом доме не собирается исполнять каждое желание Королевича! Особенно Василиса не собирается.

Василиса ворочалась в постели. В голову лезли идиотские, пожалуй, абсурдные мысли.

А ведь от Лиса можно ожидать чего угодно.

А что, если этот идиот вздумает подняться по лестнице? А ему нельзя. Ступеней слишком много. Василиса прекрасно знала, врачи пока не разрешают нагрузки такой сложности.

— Дурак, — вздохнула Вася и решительно поднялась с кровати.

Вздохнула, признав поражение.

И никуда она не денется, припрется в спальню к Лису. Ей не сложно. Да и остыла она уже. Можно сказать, смирилась с вспышкой ревности.

Ведь ревновал он ее? Иначе приступ ярости не объяснить.

Вася даже улыбнулась, принимая этот факт.

Елисей ее приревновал, потому и общался с ней в таком тоне.

Дверь в комнату Беляевой медленно приоткрылась, будто ее кто-то толкнул снаружи. И тут же в образовавшимся проеме появилась высокая мужская фигура.

Даже в темноте Вася прекрасно рассмотрела напряженно сведенные брови и сжатые в прямую линию губы на красивом лице.

— Ты идиот! — прошептала Василиса и ринулась к Лису.

Поднырнула по его руку, придержала.

Попыталась, вернее. Потому что парень был гораздо больше и тяжелее Васи. Она бы не смогла выдержать вес его тела.

— Сама виновата, — буркнул Елисей.

Очень медленно они добрались до постели. Лис практически рухнул и утянул Василису за собой.

— Ты чего? Ты что, спать здесь собрался?! — возмутилась Беляева, когда парень взбил подушку и устроился удобнее.

— Да.

Туманов ответил коротко, тихо.

Василиса могла бы разораться, поистерить, поспорить.

Спать в одной комнате? В одной постели? А если мама утром придет? Как все это объяснить родителям?

Могла бы, но не стала. Пристальнее взглянула на парня. И дыхание все еще неровное. Создавалось впечатление, будто Лис пытался справиться с приступом боли.

Возможно, так и было на самом деле.

— Принести таблетки? Обезболивающее?

— Нет, — рвано ответил Лис.

Он накрыл ладонью ее голову, надавил так, чтобы Василиса легла рядом.

Под ее щекой чувствовалась мягкая ткань футболки. И пахла она, как и ее хозяин, очень приятно.

Разбудил Василису негромкий стук в дверь.

Беляева резко подскочила с постели. Утро?

Елки-палки!

— Василиса? Будешь завтракать с нами? — голос мамы звучал приглушенно, из коридора.

Вася понеслась к двери, чтобы успеть открыть ее первой и придержать.

Не хватало, чтобы мама застукала Лиса здесь!

— Доброе утро, ма! — за широкой улыбкой девушка скрыла волнение. — Да, конечно. Только приведу себя в порядок.

— Хорошо, — ласково улыбнулась мама и ушла.

Девушка закрыла двери, привалилась к ней спиной, выдохнула с облегчением.

Наткнулась на сонный взгляд парня.

Лис, проснувшись, лежал, смотрел на нее и, судя по всему, никуда не торопился уходить.

— Расслабься, конфетка, все равно они узнают, — хмыкнул Туманов.

— О чем?

— О нас с тобой. О том, что мы встречаемся, — зевнул Елисей и сел, спустив ноги на пол.

— Неправда. Ничего такого нет, — из вредности возразила Вася.

— Угу, мы просто спим в одной кровати, — рассмеялся парень.

Василиса промолчала. Все слова и доводы забылись странным образом. Она смотрела на парня. А тот, опираясь рукой о спинку кровати, делал первые шаги.

По выражению лица, сжатым губам, сведенным к переносице бровям, становилось ясно, насколько ему больно.

Но он двигался. Сам. Без помощи.

Что-то надорвалось в груди, надломилось. Вася и разрыдаться хотела, и улыбнуться.

Никогда прежде она не встречала настолько упрямого и сильного человека.

Даже среди спортсменов. Нет, не физически.

У Туманова был стальной характер. Стержень. Сила воли.

И, кажется, он может легко сломать ее, без особых усилий. Если захочет.

Василисе стало капельку страшно. А что будет с ней, если она поддастся?

Он настолько же силен, насколько и непостоянен. Она привяжется к нему. Влюбится.

А он? Бросит? Забудет?

Вот это очень пугало Беляеву. Потому что она не могла бы спокойно смотреть на всех девушек, что были с Лисом. И будут.

— О чем задумалась? — пробормотал Елисей.

Василиса отвернулась.

Она все еще стояла у двери, подпирая ту спиной. А Лис приблизился к ней.

Она чувствовала его тело своим. И старалась не смотреть в его глаза.

Взъерошенный, сонный, слегка помятый, невероятно притягательный, сексуальный… Это все он, Королевич Елисей. Хитрый Лис.

— Мама едва не застукала тебя здесь.

— И что? Мы совершеннолетние. Имеем право.

— Это так не работает, Лис, — покачала головой Вася. — К тому же, у меня есть парень.

— Этот вопрос мы уже обсуждали. Твой парень это я!

Он злился. Вася по голосу слышала нотки ярости. Пришлось все же запрокинуть голову, встретить прожигающий насквозь взгляд темных глаз.

— Нет, — качнула головой Василиса.

— Упрямая девчонка, — пробормотал он. — Нас тянет друг к другу. Мы спим в одной постели.

— И все равно, нет, — упрямо повторила Беляева.

Ему не нравились ее ответы. Вася это понимала, видела.

— Скажи еще, что ты меня не хочешь, — прищурился Туманов.

Василиса промолчала. Врать она не умеет. Не вот так, под жгучим проницательным взглядом.

Девушку оглушил странный звук. Не сразу Вася поняла, что это Лис сдвинул массивный стул с мягкой высокой спинкой и деревянными ножками.

Этот предмет интерьера стоял у двери. Иногда Василиса бросала на него свой рюкзак. Но никогда не сидела в нем. Стук казался ей слишком вычурным, антикварным.

Одновременно, Туманов обхватил ее за талию свободной ладонью. Распластал пальцы, прижал их к пояснице.

Вася наблюдала, как Лис, рвано выдохнув, присел на стул. И утянул девушку за собой.

— Ты что…? — возмущенно шикнула Беляева, а Лис стремительно приподнял ее и усадил, изменив положение.

И теперь Вася сидела верхом на мужских коленях. Старалась не ерзать, не давить на поврежденную ногу. Замерла даже.

— У меня есть план, — пробормотал парень, его ладони заскользили вверх-вниз по спине, а лицом он прижался к ее плечу.

Веки невольно дрогнули, прикрылись от тепла, что разливалось по венам, скручивалось в обжигающую спираль внизу живота.

— Ты вредничаешь, потому что не знаешь, от чего отказываешься.

О чем он сейчас? Василиса не очень понимала смысл сказанных на ухо слов.

Ее разум словно оказался под гипнозом низкого, бархатистого голоса, терпкого аромата, горячих прикосновений.

Жадный поцелуй коснулся уголка рта. Сдвинулся, обжег губы.

А пальцы молниеносно оказались там, куда Вася не собиралась пускать Туманова.

Беляева попыталась свести ноги. Тщетно. Лис уже вовсю хозяйничал в ее пижамных брючках.

— Только скажи, что не хочешь меня, девочка, — хрипло шептал он ей прямо в губы, — и мы будем трахаться, пока ты не отключишься.

— Тебе обязательно ругаться матом?! — возмутилась Вася, но голос предательски дрожал, срывался.

— Увы, я не пай-мальчик, конфетка, — глухо рассмеялся Лис, а Васю едва не подбросило вверх от очередной порочной ласки.

Лис вытворял с ее телом что-то крайне невероятное, запретное, немыслимое.

Нет, в физиологическом плане, девушка все прекрасно понимала. Лис откровенно доводил ее до оргазма.

Намеренно. Умело. И, судя по всему, она у него явно не первая.

Эта мысль Васю взбодрила. Вернула обратно в реальность.

Девушка тряхнула головой. Выпуталась из крепких рук. Отскочила от парня.

— Да ты издеваешься! — застонал Туманов, глядя на нее с низу вверх.

Вася дышала тяжело, рвано. Низ живота скручивало от желания вернуться, и чтобы Лис довел начатое до конца.

— Трахайся со своими девками! Понял?! А я не такая!

— Василиса! — утробно зарычал Туманов.

— Проваливай из моей комнаты! — жестко обронила, сжав кулаки.

Она его сейчас ударит. Вот да! Нос или челюсть ломать, конечно, не станет. Но больно сделает.

— Не такая, — яростно сжал губы Лис, заводясь с пол-оборота, — никто еще не ебал мой мозг настолько качественно, Василиса!

— Сам ко мне лезешь! — возразила девушка.

— Ведешь себя, как сопливая малолетка!

— Зато ты у нас опытный! Вали на хрен, понял!? — повысила голос Вася, злясь на него еще больше.

Туманов так и сделал, ушел через смежную дверь, что вела в ванную комнату.

Василиса и сама не поняла, как они успели за такой катастрофически короткий промежуток времени разругаться в хлам. Еще и послать друг друга.

Ну ладно, это она его послала.

Беляева сжала кулаки. Запрокинув голову, закрыла глаза. Шумно выдохнула, чтобы не расплакаться.

Да что с ней твориться, а?! В присутствии Лиса адекватность и логика машут Васе ручкой, сбегают в закат.

Пока Вася стояла, пытаясь справиться с эмоциями, дверь вновь открылась.

Без стука и разрешения Лис вернулся в спальню.

На этот раз, молча.

Подошел к ней в два шага. Неровных, рваных, потому что костыли он оставил у постели.

За ними вернулся?

Нет, не за ними.

Вася и пискнуть не успела, а он уже ее целовал.

Жадно, порочно, с языком, настолько алчно, что Вася моментально расплавилась под его напором.

И все повторилось.

Откровенные ласки.

Пальцы, умелые и ловкие, доводящие ее до исступления.

И горячий шепот в ее губы.

Василиса не контролировала себя. Кричала, кажется.

Лис вовремя запечатал ее рот поцелуем. Слизал ее вскрики, стоны.

Обессиленная, Беляева осела на мужские колени.

Чертов дурак! Дурачок! Ну так же все усилия докторов укатились к черту!

Ее руки все еще цеплялись за волосы на мужском затылке, за плечи, за ткань футболки на спине.

— С добрым утром, — пробормотал Лис ей на ухо, мягко, ласково, целуя коротко и нежно, так, что по расслабленному телу Василисы помчалась новая волна мурашек.

— С добрым, — шепнула она в ответ.

— Так мне нравится больше. Оказывается, нельзя с тобой по утрам разговаривать без оргазма.

— Идиот, — буркнула Вася и попыталась встать с мужских колен.

Елисей удержал, не позволил отстраниться.

— Поедем ко мне? Если тебе так хочется, пока оставим в тайне, не скажем родителям. Но ты живешь у меня.

— Туманов, это ты так планируешь обзавестись бесплатной сиделкой?

— Ты рассекретила мой план, — хмыкнул он.

Василиса слегка зависла на его улыбке. Широкой, открытой, без сарказма и пошлых подтекстов.

За накрытым к завтраку столом Максима Максимовича не было. Мама сказала, что ее муж уехал ранним утром по неотложным делам.

Василиса немного расслабилась, выдохнула. Девушка испытывала смущение в присутствии отчима. Ей казалось, что Туманов видит ее насквозь. И уж он, в отличие от мамы, определенно поймет, где именно провел ночь Туманов-младший.

Лис спустился позже.

Вася знала, что Елисей собирался принять душ. Слегка отросшие волосы торчали в разные стороны и были влажными. Ткань на футболке кое-где была темнее, словно парень недостаточно тщательно вытерся.

И эти крохотные мелочи будоражили воображение Беляевой. Она уже видела его обнаженным, не все детали запомнила, конечно. Ведь была дико зла на него.

Но подобный факт в биографии Василисы имелся: она без особых усилий представила, как Лис, раздевшись, стоит под тугими струями воды, намыливает смуглую кожу, смывает пену…

— Василиса? С тобой все в порядке? — поинтересовалась мама обеспокоенно.

— Что? Да, все отлично, — вскинулась девушка.

Туманов, гад такой, будто бы читал ее мысли. Хмыкнул чрезмерно, по мнению Васи, многозначительно. Скрестил руки на груди, отчего ткань натянулась на широких плечах.

Надо признать, что Лис, даже не увлекаясь спортом, выглядел отлично. Либо все же было у Туманова хобби, но Вася пока что этого не знала?

Да, а что вообще ей известно об этом парне?

Кроме несносного характера, красивой внешности, богатого папы?

Ровным счетом, ничего. Если разобраться, Василиса о Федоре знала гораздо больше.

Но почему-то влюбилась она именно в этого идиота.

Божечки… Влюбилась?!

Нет, Вася наотрез отказывалась это принимать. Ничего подобного!

Да, ей нравится Лис. Он ее притягивает магнитом.

Но чтобы влюбиться??? Нифига!

— Хорошо, — тем временем продолжала мама, не подозревая, какой хаос твориться в голове у Василисы, — Елисей? А ты не у себя ночевал? Не в своей комнате? Думаешь, тебе уже можно подниматься вверх по лестнице?

— В своей. На верху спал, — невозмутимо соврал Туманов. — Вообще, думаю, что пора съехать от вас с отцом.

— Елисей, ну как же! — всплеснула руками мама.

— Я взрослый мальчик, справлюсь, — твердо возразил Лис, — Лара поможет. И Василиса обещала навещать.

— Серьезно? — удивилась мама, а Вася лишь невнятно повела плечом. — Нужно обсудить с отцом. Максим будет недоволен.

— Этот вопрос я решу с отцом сам, — уверенно заявил парень, — а вы, Ирина Ильинична, распорядитесь, чтобы горничная собрала мои вещи. Самому сложно.

— Я отпустила Светлану на сегодня, — растерянно произнесла мама.

— Что ж, тогда мне поможет Василиса, да?

Вася хотела бы прибить этого самоуверенного нахала. Слишком он бесстрашно улыбается ей сейчас, сидя, через стол, напротив.

— Вряд ли справлюсь с таким сложным заданием, — фыркнула Беляева.

Очень вовремя Вася вспомнила, что этот соблазнительный гад ей вовсе не нравится. Да она его терпеть не может!

Ну-ну, прямо-таки ненавидит.

А вот все то бесстыдство, что вытворял с ней Туманов, вспомнилось очень некстати. Василиса ощутила, как щеки покрываются густым румянцем.

Лис заулыбался еще шире.

Гад же! Ну просто гаденыш, а не человек!

И ведь понял все. Судя по нахальной улыбке, понял, о чем именно думает Василиса.

— Ты не все собрала, — раздался негромкий голос Туманова.

Вася вздохнула, закатила глаза к потолку.

Да он издевается, блин!

Вот уже целый час она ползает по его комнате, складывает все вещи в огромный, необъятный чемодан!

Да у нее самой на порядок меньше вещей, чем у этого мажора!

— Чего?

— Под кроватью что-то лежит, — невозмутимо сообщил парень.

Лис сидел в мягком кресле, вытянув ноги. Василисе приходилось обходить его, чтобы не задеть в процессе упаковки чемодана и сбора Тумановского гардероба. Двери в комнату были приоткрыты. Вася намеренно так сделала, чтобы Лис не распускал рук.

А вот от мужского чрезмерно пристального взгляда Василисе было не спрятаться. Приходилось терпеть.

Василиса, встав на колени, заглянула под кровать.

Ничего там не обнаружила, даже пыли.

— Здесь пусто, — фыркнула девушка и, повернув голову, посмотрела на Лиса, — ты издеваешься?

— Нет, развлекаюсь, — красивые губы изогнулись в нахальной улыбке, а парень, понизив голос, пробормотал, — у тебя отпадная задница, девочка.

— Идиот! — насупилась Василиса и подскочила на ноги.

Кажется, щеки покрылись густым румянцем. Комплимент, конечно, сомнительный. И если бы Туманов не был переломан в нескольких местах, Вася ему бы влепила хорошенько. А так … оставалось лишь смириться.

— Готово, — буркнула девушка, закрыв замки на чемодане.

— Не вздумай его тащить в машину, — пригрозил Лис уже абсолютно серьезно.

— Кто-то же должен, мне не сложно, — пожала плечом Беляева.

Лис перехватил ее за край футболки и потянул к себе.

Делать нечего, пришлось поддаться, причем без скандала. Вася переживала, что на шум в комнату зайдет мама, и у нее появятся вопросы. А сейчас девушка была не готова отвечать на них.

Василиса даже не удивилась, оказавшись сидящей на колене у Лиса.

— Девочкам нельзя таскать тяжести и спорить со взрослыми дядями, — пробормотал Туманов.

— С тобой что ли? Мы с тобой ровесники!

— Не-а, я старше. И я мужчина. Так что, слушай меня, малышка, — назидательно заговорил Лис.

Вася попыталась отстраниться.

Нет, ну не станет ведь он ее целовать именно сейчас! Никуда такое не годится! А если мама войдет? А если охранник? А если…

Горячий поцелуй оказался слишком коротким. Вася по инерции подалась вперед, желая продлить его.

Нет, ну он издевается! Определенно, издевается!

— Все будет, но дома, — пообещал он ей.

— Ничего не будет! У меня дела, домашка! И вообще, я…

— Какая домашка, вруша ты мелкая, — рассмеялся Лис. — Ты закрыла сессию. Все, каникулы. Едем ко мне. Угнетает меня отцовский особняк.

— У меня тренировки, между прочим!

— Физические нагрузки я тебе обеспечу, — нахально подмигнул ей Туманов, а Вася смутилась еще больше.

И весьма вовремя расслышала звуки шагов из коридора.

Подскочила с колен Лиса и отошла на безопасное расстояние.

Хотя, не настолько оно безопасное. Туманов так и не прекратил многозначительно смотреть на нее даже в присутствии водителя.

В город они поехали вместе. Сидя на заднем диване автомобиля, Вася пыталась отвлечься от глупых мыслей.

А вот Елисей, кажется, наоборот, всеми силами пытался в ней эти мысли возбудить. И не только мысли, но и тело.

Смотрел, не выпускал ее руки из своей горячей ладони. А в какой-то момент и вовсе подтянул Василису ближе к себе.

Не драться ведь с ним, еще и на виду у водителя.

Вася тихонько сидела рядом. Смотрела в окно, на попутные автомобили, на пейзаж за стеклом, на обивку салона. Да куда угодно смотрела, только не на Лиса!

— И в кого ты такая вредная, — негромко проворчал Туманов ей на ухо.

— Отвали, — шикнула она на него, но так и не повернулась к нему лицом.

От греха подальше.

У Лиса подтекала крыша, кипел мозг, яйца и все прочее. Его тело — сплошной кипяток вперемешку со спермой.

Всю неделю Василиса была у него в квартире. Но подступиться к ней он никак не мог. А все из-за Лары.

Мать, по мнению Лиса, слишком уж сильно принялась его опекать. Создавалось впечатление, что она наверстывает все годы, что родители были в разводе.

Можно подумать, о Лисе некому позаботиться!

Да у него, вон, удивительная девушка непосредственно под боком!

Девушка, с которой он встречается. Ну это он сам так решил. В своих мозгах.

А по факту выходило, что Василиса постоянно и в самый нужный момент исчезала. То за покупками. То на тренировки. То еще за каким-то хреном.

Бывало, Лис возвращался из клиники, после очередных гребаных до печенок надоевших ему процедур, а Василисы дома уже не было.

Аромат ее духов был, а самой девчонки — нет.

Это начинало бесить Туманова.

И ночевать с ним, под одной крышей, Василиса тоже отказывалась.

Это бесило Лиса еще сильнее. Он ведь не для того свалил из отцовского особняка, чтобы потом бегать за Василисой. У него в планах был секс с этой яркой девчонкой. И не на одну ночь, а на регулярной основе.

Да с ним такое впервые, чтобы так сильно хотелось одну конкретную девчонку.

Хуже всего было, когда начинала шалить фантазия Лиса. Особенно в те минуты, когда парень оставался один. А Василиса была на тренировках.

Ну он же не лантух, понимал, что в зале у Беляевой сплошные мужики. Все спортсмены, качки, а не хромоногие калеки, как Лис.

И это вымораживало Лиса. Она там, с мужиками. А он тут — с переизбытком спермы и никудышными нервами.

— Ты бледный, сынок, не хочешь подышать свежим воздухом?

— Ма, мы в центре города! Откуда здесь свежему воздуху взяться! — грубо рявкнул Лис и осекся.

Зря он рычит на Лару. Она же не виновата в том, что Вася опять куда-то сбежала. И не предупредила даже.

Вернее, передала сообщение через мать.

— Прости, перегнул, — буркнул Лис, устыдившись.

Мама лишь взъерошила ему волосы на затылке, когда проходила мимо.

А со стороны кухни доносился обалденный аромат еды. Жаль, что аппетита у Лиса не было.

— Я все понимаю, сынок, — пожала мама плечами. — Скоро станет легче. Гипс снимут. Все наладится.

Лис только кивнул. Наладится, не без этого.

Вот только где гарантии, что тогда Василиса и вовсе исчезнет из его жизни. Это сейчас она приезжает к нему, остается на несколько часов, отвозит его шмотки в прачечную, продукты приносит.

А потом? Останется ли, когда ему не нужна будет ее помощь. Он и без того хреново себя ощущал. Бесился из-за беспомощности и от того, что зависел от окружающих его людей. И принимать помощь от девчонки Лису было сложно. Не привык он так.

Лис долго осознавал, что события развиваются не так, как ему нужно. Не по плану.

Выходит, уже сейчас нужно менять все. Иначе потом будет поздно.

— Ма?

— Что такое?

— А ты можешь сообразить ужин на двоих?

— Не вопрос. Через десять минут можно идти к столу. У меня все готово, — мягко улыбнулась мама.

— Я не об этом, — тряхнул головой Лис.

— А о чем?

— Ма-а-ам! — вздохнул Туманов, и ведь ясно, что Лара его троллит.

— Да все я прекрасно поняла. Романтический ужин на две персоны. На террасе поставлю столик, свечи, музыку включу. Правильно?

— Да, — скупо ответил Лис и полез выискивать контакты, чтобы заказать букет цветов.

— Сын, ты прости мне мое любопытство, — мама подошла, встала рядом, скрестила руки на груди, а Лису показалось, что если вдруг он даст неверный ответ, ему тут же прилетит от родной матери скалкой по куполу, — у тебя запланирован романтический ужин с Василисой?

— А с кем еще?! — вздохнул Лис.

— Это прекрасно, — улыбнулась мама. — Приготовлю ее любимое блюдо.

Лис машинально кивнул. И тут же закралась мысль, будто по мозгам шарахнула.

И какое у нее любимое блюдо? Лара в курсе, а он нет.

А цветы? Вдруг Василиса предпочитает кактусы? Лис даже не удивится.

Черт, он ведь ни хрена о ней не знает! Вот совсем ничего. Кроме того, что у нее шикарная фигура.

Нет, нужно наверстать. Срочно! Пока Василиса не свинтила от него обратно к Серому. Или еще к кому-то, не настолько тупому, как Туманов.

— Привет, милая!

На пороге квартиры Елисея Васю встретила Лара. Женщина радушно обняла ее.

— Добрый вечер, — улыбнулась Василиса в ответ. — А вы уже уходите?

— Да, в ресторане аврал. Мои оболтусы опять что-то там начудили. Бегу разгребать, — отмахнулась Лара, подхватила сумочку с ключами и подмигнула Васе, — ужин на столе.

Беляева даже не стала спорить с матушкой Лиса. Она человек занятой, а в ресторане действительно нужен постоянный контроль, чтобы сохранить заведению имидж и клиентов.

— Если понадоблюсь, звони! — на прощание Василису вновь обняли.

Лара, точно смерч, сметала все на своем пути. Только что была здесь, а уже исчезла за дверью. А Вася, слегка растерянная, осталась.

Интуиция подсказывала, что и ей нужно «делать ноги». Нельзя с коварным Лисом оставаться наедине в замкнутом пространстве. Это, конечно, прекрасно. С Лисом ей очень хорошо, она счастлива рядом с ним.

Но что касается глупого сердечка — опасно.

Потому и сбегала Беляева все последние дни от него. Пыталась держаться на расстоянии.

А все равно каждую минуту о нем думала.

Думала, думала, да ничего толкового не решила.

Вздохнув, Василиса сменила кроссовки на домашние тапочки. Оказывается, у нее здесь имелась собственная обувь. Как-то сама собой появилась.

Да и вообще, все у нее с Лисом как-то… само собой.

— Елисей! — повысив голос, выкрикнула Василиса.

— Я здесь!

Она пошла на голос.

Туманов не часто выходил на открытую террасу. По крайней мере, Вася ни разу не видела его там, на улице. Да и сама старалась не покидать стен квартиры. Крыша, где оборудована терраса с навесом и садовой мебелью, не самое желанное место. Не сказать, что Вася боялась высоты. Просто не любила.

А вид здесь поистине шикарный, да. Особенно, если зажглись фонари, а на звездном небе нет ни облачка.

Василиса столкнулась взглядом с Тумановым. И тут же захотелось сбежать.

Это он по какому поводу так вырядился? Не в смокинге, слава богу. Но было ясно, что готовился. Прическа идеально уложена, волосок к волоску. Рубашка отутюжена, хотя обычно Лис щеголял в майках или футболках. Образ слегка портили шорты. Но на гипс сложно натянуть брюки, да.

Василиса с трудом отвела взгляд от парня. Подметила, как именно сервирован стол. С цветами и свечами.

— Что за повод? — изогнув бровь, уточнила Беляева.

— Разве нужен повод, чтобы поужинать с красивой девушкой? — усмехнулся Лис.

— Ты заболел? — нахмурилась Вася, а Туманов вновь хмыкнул. — Тебя похитили инопланетяне?

Елисей негромко рассмеялся и протянул руку к ней.

Пришлось подойти. Здесь ведь нет никого, кроме них. Можно и не заботиться о сохранении дистанции.

— Хочешь шампанского?

— Пожалуй, откажусь, — покачала головой Вася, — у меня режим, тренировки.

— Пару глотков, — подмигнул Лис, ловко откупорил бутылку и плеснул игристую жидкость в фужер.

Василиса пригубила напиток.

И голова, кажется, шла кругом.

Коварный тип. Самый настоящий искуситель.

Не в алкоголе дело. А в том, что Василиса не научилась пока сопротивляться шарму этого гада.

Он смотрел на нее, улыбался загадочно и завораживающе. И никаких разумных мыслей в голове у Васи не осталось.

— Как прошел твой день? — заговорил Лис.

Вася едва не подавилась охлажденным шампанским.

Это что-то новенькое! Обычно, Туманов выкатывал ей претензии за то, что ее долго не было, или за то, что она его бросила на растерзании скуке и гипсу.

А сейчас интересуется распорядком ее дня?

— Познавательно, — улыбнулась Беляева.

Не рассказывать же ему, что Василиса по собственной инициативе загрузила себя делами в интернате, только бы не сорваться к Туманову. Не нужно ему этого знать.

— И кого ты познавала?

Лис заговорил совсем иначе. Вася даже растерялась, не сразу поняла подтекста вопроса.

— В смысле? Ты на что намекаешь?

— Мы вроде как встречаемся, а ты меня игноришь, — взгляд Туманова сузился, стал колючим, злым.

Василиса удивленно изогнула брови. Лис тряхнул головой, провел ладонями по лицу, волосам, сцепил пальцы в замок на затылке.

— Твою мать…, — негромко выругался Туманов, — опять меня несет.

— Даже возражать не стану, — хмыкнула Василиса и допила все шампанское из фужера.

— Можешь подойти поближе? — негромко попросил парень.

Вася хотела отказаться. Пусть рычит подальше от нее, на безопасном расстоянии. А она и здесь посидит, ужин съест. Гарантированно, вкусный, если его Лара готовила.

— Зачем? — фыркнула Василиса.

— Поцеловать тебя хочу.

— Сначала перестань рычать.

— Перестану, как только подойдешь.

— Верится с трудом.

— Честное слово.

— Сомневаюсь.

— Тогда я сам, — вздохнул Лис и принялся подниматься на ноги.

— Хорошо! — спохватившись, вскинула руку Вася.

Обогнув столик, девушка замерла, глядя на парня.

Тот откинулся на спинку кресла, руками обнял Василису за талию и потянул на себя.

Беляева оказалась в ловушке. Да и, собственно, вырываться не хотелось.

И пальцы против воли нырнули в волосы на макушке Лиса.

И ноги плохо держали, колени стали ватными.

И кожу на животе обожгло от горячего дыхания, когда Туманов прижался к ее блузке лицом.

— Хреново у меня как-то все выходит. Через задницу, малышка, — повинился Елисей.

Василиса не знала, что ответить. Она и сама впервые в такой ситуации. И тянется к Лису, и боится, что все это исчезнет.

Вася не ставила перед собой определенной задачи. Шампанское оказалось очень вкусным, а на коленях у парня было тепло, уютно. И его близость пьянила похлеще игристого.

Словом, в планах не было, но Василиса незаметно и каким-то странным образом выпила всю бутылку.

За разговорами ни о чем и обо всем сразу. Слушая рассказы Лиса глубоким, волнующим голосом. Она старалась отвлечься на вкусный ужин, чтобы не замечать, насколько Туманов привлекательный.

Но тщетно.

Лис так и не выпустил ее из рук. Более того, подсовывал ей прямо в рот кусочки мяса, овощей, а после и десерта. И еще, зорко следил за тем, чтобы ее фужер оставался полным.

В итоге Василиса самым позорным образом опьянела. Не привыкла девушка пить. Бутылка шампанского — это ровно на бутылку больше нормы для Беляевой.

— Это подло, Лис! — заплетающимся языком сообщила Вася.

Туманов лишь улыбался, словно довольный огромный кот.

А еще поглаживал Васю то по спине, то по бедрам, то целовал в плечо, висок, в губы.

— Я такой, да, — хмыкнул парень, — подлый и коварный.

— И даже так? — притворно охнула девушка.

А ведь прежде Василиса так себя не вела. Чтобы сидеть на коленях у парня, флиртовать с ним! Да ни за что!

Однако все так и было.

Василиса, будто со стороны, увидела собственную ладонь, как она легла на мужскую щеку.

Лис замер, улыбался уголком рта, а у Васи от его улыбки порхали бабочки в животе, и расползалась прочая фауна.

Нет, сейчас нужно идти спать, пока Беляева не натворила бед.

В голове царил хаос, и тянуло в неприятности.

Елисей перехватил ее голову одной рукой, потянул на себя, надавил на затылок.

Не отвертеться, не убежать, даже отвернуться не получилось бы.

А Василиса и не хотела.

Ей хотелось целоваться.

Туманов невероятно круто целуется.

Хотя, Васе и сравнивать не с чем и не с кем. Федора можно не считать.

— Скажи, девочка, у вас с Серым все было?

Василиса не поняла вопроса. Они же целуются, жадно, яростно. У нее все моги превратились в кашу. Причем здесь Серов?

— Тебя именно это интересует сейчас?

— Да, или нет?

— Это же наше с ним дело! А не твое! — фыркнула Василиса.

И зачем? Могла бы просто ответить, что ничего не было. Но внутри у Беляевой черти плясали танец вредности, не иначе.

— Вы трахались? — зло рыкнул Туманов.

Василиса удивленно моргнула. Вот же псих! Причем, буйный!

— Василиса! — он не выпустил ее, когда она попыталась встать с его колена.

— Отпусти! — потребовала с обидой в голосе.

Он вцепился в нее, будто клещ. Василиса понимала, что в два приема может освободиться от его рук. Но ждала, когда он разожмет стальные объятия.

Лис выдохнул. Уткнулся в ее плечо лицом.

— Черт, детка, — пробормотал он неразборчиво, но Вася поняла, — я как представлю, как ты под кем-то. А я пока калека.

— Ты не калека, а просто идиот, — буркнула Василиса.

— Так и есть, — не стал спорить парень. — Пойдем в кровать, Василиса. На этом стуле у меня вся задница затекла.

— Придурок, — вздохнула Беляева.

И даже разозлиться на него не смогла.

Василиса шла по коридору, прямиком в спальню.

Ну как шла… Так, передвигалась, держась за стеночку.

Туманов шел позади, подначивал ее, болтал о всякой ерунде. Словом, заговаривал ей зубы.

— Мне туда, — икнула Вася, указав на гостевую комнату.

Все ее вещи были разложены в той спальне, хоть девушка и не ночевала в квартире у Лиса ни разу. Но смена белья, пара джинсов, футболки, все это лежало в шкафу именно там.

Беляева сомневалась, что Лис об этом знал. Они не обсуждали ничего такого.

— Не-а, тебе сюда, — усмехнулся Туманов и толкнул костылем совсем другую дверь. — Брось, малыш, у меня классная и удобная кровать. Обещаю не храпеть.

— Стыдно признаться, но храплю я, — хохотнула Василиса и подмигнула. — Спокойной ночи, малыш. Надевай пижамку и баиньки.

Вася прикалывалась, настроение вновь подскочило. Хотелось дразнить Туманова. Пройти по грани.

А что такого? Ему можно, а ей нет?

К тому же ее бесило это шаблонное «малыш»! Въедливое словечко махом ставило Василису на одну ступень со всеми бывшими Туманова. И девушке не хотелось знать, сколько их у него было.

Наверняка, в этой самой постели, куда он ее тащил.

Лис перехватил ее за ладонь и потянул к себе.

Василиса оказалась прижата спиной к стене рядом с дверью. Запрокинула голову, глядя в лицо парню.

Взгляд никак не мог остановиться на одной точке. Да и вообще алкоголь словно ударил по Василисе повторной волной, в ноги, а следом и в голову.

Или это Лис ее так пьянил?

— Не устала бегать от меня, конфетка? — вкрадчиво, соблазнительным хриплым голосом пробормотал Елисей.

Его пальцы скользили по ее подбородку, спускались к шее.

А следом и табун мурашек.

Нет, нельзя Василисе пить в присутствии Елисея. Чрезвычайно опасно.

Потому что хочется согласиться на все. Вот прямо на все и сразу.

— Если бы я бегала от тебя, то не приехала бы сюда, — хмыкнула девушка.

— Если бы ни чертова нога, мы бы не болтали здесь, а занимались сексом, — пробормотал Туманов ей в рот, порочно так, что у Василисы начали рушиться последние барьеры.

И как перед ним устоять?

Нереально это.

Он же обалденно красивый. Сволочь, конечно, последняя. И бабник. Василиса не сомневалась в том, что ее новоиспеченный сводный брат меняет девушек, как перчатки.

И это бесило.

И вместе с тем, Вася прекрасно понимала всех девушек, что прошли через постель Туманова.

— Выходит, никакого секса? — выдохнула Василиса.

Елки! Ну что она несет?!

— Двигай в кроватку, сладкая.

От Лиса веяло угрозой, пороком, бунтарством. Всем тем, чего Вася старательно избегала всю сознательную жизнь.

Не нужны ей такие отношения, да. И не отношения, а так, короткая связь.

Но бурная. И, вероятнее всего, незабываемая…

Беляева была уверена, что Лис прекрасный любовник. Опытный. Знающий.

И если списать все на бутылку шампанского, запрятать поглубже всю наивность и розовые мечты, то легко можно представить, как Вася с Лисом занимаются любовью.

Нет, сексом. Да. Он так сказал.

Василиса запретила себе думать. Остались лишь эмоции и желания.

Она хотела Туманова. Хотела быть с ним. Здесь и сейчас.

Потому что завтра может легко передумать и сбежать.

А попробовать хочется. И Елисей — шикарная кандидатура, так?

В голове у Василисы словно щелкнул рубильник, отвечающий за здравый смысл.

— А если я не хочу спать? — шепнула Беляева.

Лис вскинул бровь, усмехнулся.

— А кто говорит о сне? — самоуверенно заявил Туманов.

Василиса и сама не думала, что способна на подобное.

Прижала губы к мужскому рту. Ладони занырнули под одежду на животе Лиса.

Кубики пресса? Шикарно же!

— Мля-а-а-ть! — протянул Елисей и качнулся ближе.

Василиса животом ощутила давление, а между бедер стало мокро и горячо.

Все слишком быстро завертелось. Беляева остро реагировала на все, что делал с ней Лис. И незаметно для ее поплывшего сознания они оказались на кровати.

Елисей рухнул на спину и жестко усадил ее на себя.

Василиса понимала, что нельзя так. У Лиса гипс и переломы.

Но пальцы Туманова настойчиво блуждали по всему телу. И спустя миг, Василиса уже оказалась раздета до белья.

— Ты просто охуительная, детка, — разобрала Вася сквозь собственное хриплое дыхание и оглушительные удары пульса. — Пиздец, какая горячая.

В голове вакуум. И это даже хорошо.

Утром ей будет стыдно, а сейчас… Сейчас ей нереально хорошо.

Нереальная девчонка! Вот просто нереальная!

Лис не заморачивался долгими прелюдиями. Хотел секса — трахался. Романтика и ваниль не его тема.

А эта девочка просто космос.

Завела его, встряхнула.

Он уже едва не спустил, всего лишь глядя на нее.

Как она сидит, извивается на его бедрах.

Танцует для него. Двигается в нужном ритме.

Он охреневал от того, какая красивая у нее грудь.

И плоский животик.

И волосы рассыпались по плечам.

Так и тянуло намотать их на кулак.

К черту все! К херам!

Лис одной рукой прижал малышку к себе, впился ртом в нежные податливые губы.

А свободной стянул брюки и трусы с себя.

Член толкнулся в упругую попку, прикрытую кружевами.

Лис перехватил смущенный взгляд.

Ясно, что Василиса не может быть настолько искушенной, чтобы Лис трахнул ее в попку.

— Я не с кем…, — зашептала малышка, а Лис жадно облизал сладкие губы.

Не дал договорить. Все, конфетка, никаких других и быть не может. Он у нее теперь единственный. И точка!

Туманов стянул тонкое кружево вниз.

В мозгах шумело, грохотало. И чудом Лис вспомнил о резинках.

Дотянулся до тумбы, вытряхнул коробку.

— Божечки…, — сипло выдала Василиса.

— Иди ко мне, — выдохнул Лис, потерся щекой об изгиб шеи, рукой накрыл грудь. — Это просто пиздец, Василиса.

Девчонка задрожала, когда он провел ладонью по промежности.

Горячая влага сочилась по пальцам. Лис основательно лажал, если по факту. Никакого терпения и выдержки не хватало.

Подхватил, шире развел руками крутые бедра, пристроил, вогнал член во всю длину…

Василиса судорожно вскрикнула, сжалась, попыталась выскользнуть из его рук.

— Твою ж блядь мать! — простонал Елисей.

Дышал с трудом. И ни хрена не понимал, как оно все произошло.

Именно так. С ним. С его Василисой.

Вот же… мудак!

— Малыш…

— Отпусти, пожалуйста, — потребовала она.

Лис растерялся. Разжал руки.

Нет, он и не мечтал, чтобы все сложилось именно так. Понимал, что девственниц уже и не встретить. Василиса наверняка последняя.

Угу, млять, была девственницей, пока он на нее не запал!

В то время, как он зависал, думал, охреневал, Василиса отползла от него. Схватила белье, футболку, умчалась в ванную.

— Василиса!

— Отвали! — раздалось в ответ.

Лис сжал ладонями лицо.

Млять! Ну что он за придурок, а! Мало что не разобрался толком, еще и не остановил.

Вставать с койки было сложно, но Туманов встал. Добрался до двери.

— Малыш, открой, пожалуйста, — поскребся в дверь.

Та тут же распахнулась. На пороге стояла Василиса. Нереально красивая и настолько же далекая.

— Что хочу сказать, Туманов, — залпом заговорила девчонка, а Лис нахмурился, — у нас с тобой ничего не получилось. Давай не будем возвращаться к этой теме. Никогда.

— Василиса, да я…

— А тебе нужно отдыхать. Я уже вызвала такси. Поеду домой.

Она пролетела мимо него. И все как-то у Туманова через задницу!

— Малыш, ну первый раз такой. С кем не бывает?! — докатился до уговоров Лис. А ведь прежде ничего подобного за собой не замечал. И девчонки уходили из его спальни довольные. А Василиса, она какая-то другая. Все с ней не так, как с другими.

— Мне не нравится секс. Так понятнее? — зло рявкнула девушка. — Все, не приближайся ко мне!

— Да ты гонишь!

— Это ты гонишь! — огрызнулась она.

Туманов охреневал и злился. Злился и охреневал.

Да что вообще происходит?! Он не мог толком понять.

Василиса хлопнула дверью его комнаты. Лис упрямо двигался вперед. Но очень медленно. Настолько, что оказался в чертовом коридоре, когда Василиса уже обувалась у входной двери. А у ее ног лежала спортивная сумка.

— Я тут подумала, Елисей, не в тебе дело. А во мне. Никто же прежде не жаловался на твои сексуслуги.

— Ты так это сказала, будто я проститутка.

— Как ты понял, в этом вопросе я совершенно не разбираюсь. Все, Лис, не болей. Ешь кашу. Делай зарядку. Ну и что там еще доктора рекомендуют, — натянуто улыбнулась девчонка и выскочила за порог.

— Да твою ж мать! — выругался Туманов, стоя перед закрытой дверью собственной квартиры. — Ну что за херня!

Он не понимал, как, ну вот как оно все произошло. В какой момент покатилось к чертям собачьим?

И самое поганое, что Лис растерялся. Не знал, что делать. Как правильно вести себя.

Девственниц у него не было. А вот таких и подавно. Только Василиса умела за секунду довести его до оргазма и до бешенства. На пустом месте ведь!

И ушла!

В это Лис и вовсе не мог поверить, что она кинула его. Собрала вещи и уехала.

Наверняка, к Серому! К кому же еще?!

Туманов со всей злости зашвырнул костыль в стену.

Тот ударился о зеркало. Осколки посыпались на пол.

Плевать!

Вася торопливо шла к лифтам. Да что уж шла, бежала!

Боялась передумать. Понимала, если замедлится, то вернется.

Не сложилось у нее с парнем. Бывает и так.

Вот как чувствовала, нельзя было соглашаться и идти на поводу у эмоций. Может быть, если бы у Туманова были обе ноги рабочие, то близость была бы лучше?

Василиса нервно рассмеялась.

Ноги здесь при чем? Не в ногах ведь дело.

Просто они с Лисом не совместимы. Вот и все. Правду она сказала Туманову, ей не зашел секс. И потому лучше сбежать, чем слушать от любимого парня упреки.

А притворяться Василиса совсем не умеет. Делать вид, будто все хорошо — не ее случай.

Беляева приехала домой. Швырнула сумку в угол. Плюхнулась на кровать, укрылась и, поджав ноги, разрыдалась.

Завтра будет все выглядеть в ином свете. Завтра Василиса придумает, как вести себя с Лисом. И вообще, все будет завтра.

Утром Василису разбудил телефонный звонок. Тренер звал помочь с малышами. Местные соревнования, а почти все старшие разъехались. Вася с радостью ухватилась за эту возможность, потому что соревнования в пригороде, где располагалась база. И ближайшие несколько дней нужно будет торчать безвылазно с мелкими.

Беляева отправила маме голосовое сообщение с подробными пояснениями своих планов. Собралась и уехала.

А насчет Лиса она подумает, когда вернется.

— Я говорил с твоим лечащим врачом, сын, — отец появился в квартире Елисея без приглашения.

По факту, он ее купил, получалось, что и являться сюда мог в любое время.

Но договоренность была, не лезть в жизнь друг друга. Пока Лис это правило соблюдал, чего не сказать об отце.

— Я тебя об этом не просил, — скривился Лис.

— Мы пришли к выводу, что тебе нужна другая клиника. Они специализируются на таких случаях, как наш, — невозмутимо продолжил отец.

— Как мой, — глухо возразил Лис.

— Я связался с клиникой. Тебя там уже ждут. Самолет завтра утром. Все нюансы по перелету я взял на себя.

— Я не просил!

— Хорошо, можешь никуда не лететь. Оставайся здесь. Если тебе нравится твой костыль, нравится хромать всю жизнь, дерзай! — усмехнулся родитель.

При другом раскладе, Туманов бы отказался. Возможно, в грубой форме послал бы отца и его подачки.

Но что-то надорвалось внутри, когда дверь захлопнулась за Василисой. И всю ночь Лиса грызло чувство вины и собственной неполноценности.

Какой из него мужик? Да никакой! Если он не в состоянии заниматься сексом со своей девчонкой, то никакой, да.

Ни-ка-кой!

— Во сколько рейс? — глухо уточнил он.

Сложно принимать подачки от отца. Гордость ведь у Лиса есть. И упрямство.

Но внутри у Туманова был полный раздрай. Да и костыль реально задолбал. И если есть шанс поправиться, Лис им воспользуется.

А потом, после уже будет думать, что у них с Василисой пошло не так.

— Ма, привет! Как дела? — весело затараторила Беляева, ответив на звонок матери.

— Все хорошо, Васенька! Ты не поверишь, у нас такие новости отличные! — радовалась мама.

Вася слегка опешила. Да нет, быть не может, чтобы мама забеременела от Максим Максимовича!

Да ну нафиг!

Нет, не ее, конечно, дело. Но не поздновато ли?

— И какие же? — улыбалась Василиса.

— Максим определил Елисея в клинику. Но это не самое важное! Главное, что там такие классные специалист, Вась! Они хором твердят, что через полгода наш мальчик встанет на ноги! Полгода, и побежит! Представляешь?! — радовалась мама.

— Классно, мам! — Василиса прикрыла глаза.

Черт, и ведь действительно отличная новость. Шесть месяцев, и Лис будет прежним.

Характер вряд ли изменится, но парень встанет на ноги. Это самая обалденная новость за последнее время!

— Вот и я говорю, — согласилась мама, — я пообещала, что как только ты вернешься, мы все вместе поедем его навестим.

— Конечно, ма, — не стала спорить Василиса. — Ма, только я немного задержусь здесь.

— Васенька! Ты уже две недели там торчишь!

— Все, ма, не могу больше говорить. Тренер зовет, — соврала Василиса.

База была полупустой. Почти все разъехались. Но Василиса за последнюю неделю сдружилась с пожилой старушкой, которая даст фору любому спортсмену. По счастливому стечению обстоятельств, эта старушка была владелицей всего комплекса. И за символическую плату разрешила пожить в одном из летних домиков. Рядом спортзал, все удобства, крыша над головой. А что еще нужно? Вот Василиса и не торопилась возвращаться в душный город.

Вася быстро завершила разговор с мамой.

Трусиха ты, Беляева!

Вася многократно повторяла эту фразу себе самой. Струсила, да. Сбежала. А ведь прежде никогда не бегала от проблем.

А здесь… И Лиса игнорит. Он ей звонил дважды, а она не брала трубку.

Через задницу все у них сложилось, да.

Василиса вздохнула.

— Чаю хочешь? — позади раздался спокойный голос старушки. — Или торопишься домой?

— Нет, не тороплюсь, — грустно улыбнулась Василиса. — Спасибо вам, Глафира Никитична. За все.

Пожилая женщина лишь отмахнулась от ее слов. А Беляева потопала вслед за ней, в главный корпус. И пока шла, думала, вспоминала.

На самом деле, новости и вправду отличные. А что, если поехать к Туманову? Поддержать. Привезти в подарок очередную глупую игрушку. Почему нет?

Василиса была близка к принятию такого решения.

Останавливало лишь одно: это она влюбилась в Лиса. А он? Он хотел с ней исключительно секса. И тот получился корявым. Так что, нельзя ей с ним видеться. Потому что не может она ему ничего предложить. Получается, ее организм так устроен. Не умеет Вася всего того, чего должны уметь Тумановские девушки.

А Лис поправится и без ее визита.

— Что между тобой и Елисеем произошло, Васенька?

— Ничего.

Василиса не врала. Говорила правду.

Между ними действительно ничего нет и не было. А та странная ночь уже давным-давно стерлась из памяти.

Прошло почти полгода. Начался новый учебный год. И теперь у Беляевой и вовсе не осталось времени, чтобы вспоминать Лиса.

А он и не появлялся в ее жизни.

Девушка привыкла, что все важные новости рассказывает ей мама, или Лара.

С мамой проще. Она и не догадывалась о ее чувствах к Туманову.

С Ларой сложнее. Порой Васе казалось, что эта женщина читает ее мысли. И приходилось как-то юлить и искать отговорки.

Вот и сейчас.

Что между ней и Лисом произошло? Уже и неважно. Не имеет значения. Если бы что-то и было, они бы не игнорировали друг друга на протяжении последних шести месяцев.

— Что ж, хорошо, — кивнула Лара, сжала Васину руку, протянув ладонь через стол, и улыбнулась, — тогда я спокойна. Приглашаю тебя на мой день рождения. Никаких отговорок я не приму. Явка обязательна.

Мама Елисея придвинула к Васе конверт, украшенный золотой надписью.

— Будут все свои. Ты ведь придешь, девочка?

— Конечно! — пообещала Василиса и улыбнулась.

Нет, не станет она спрашивать, вернется ли Лис к этому времени домой.

Беляева приняла решение, что Туманов — ее прошлое. И это к лучшему, что случилось все именно так. Еще до того, как Лис потерял бы к ней интерес.

Потому что она не вынесла бы измены.

Ведь, Вася не сомневалась, он непременно бы ей изменил. Слишком непостоянный. Слишком свободный. Слишком красивый. Всего в Лисе было слишком, чтобы быть с одной девушкой и хранить ей верность.

А Василиса…

Так, вот об этом Беляева запретила себе думать. Нельзя. Точка.

— Обязательно приду, Лара! — кивала Василиса и взглянула на часы. — Мне пора на занятия. Нельзя опаздывать!

— Беги, конечно, — улыбнулась женщина и поднялась из-за стола, чтобы проводить гостью.

Василиса уже привыкла, что Лара всегда обнимает ее на прощание.

— С твоим нарядом я уже вопрос решила, — подмигнула ей Лара.

— Нет-нет! Я и сама справлюсь!

— Да ни за что! Никаких джинсов! — сморщила нос женщина. — Михаил привезет платье к тебе. И не спорь!

— Платье?! Ну, Лара! — захныкала Беляева.

Платье от Лары могло быть каким-угодно. И, самое ужасное, наверняка, стоило целое состояние.

— Все, не спорь с именинницей, — пресекла ее хныканье Лара и подтолкнула к дверям, — ты же опаздываешь? Вот и беги!

Василиса послушно умчалась в университет. Благо, на дорогах почти не было пробок. Да и здание, где на верхнем этаже располагалась квартира Лары, находилось в нескольких кварталах от места учебы.

Но даже за эти полчаса, что Вася добиралась до вуза, успела измучить себя сотней вопросов. И все они, так или иначе, а были связаны с Тумановым.

Что она там думала? Прошло? Отгорело? Забылось?

Ни черта подобного!

— День рождения? Серьезно?

— Ой, Миш, — отмахнулась женщина.

— И когда это ты решила его отмечать? Разве не ты твердила, что ненавидишь эту дату?

— Будет скромная вечеринка, — фыркнула Лара.

Мужчина, скрестив руки на груди, взглянул на нее с нескрываемым сомнением.

— Ладно, не скромная, — сдалась Лара, — главное, чтобы Васенька действительно пришла.

— И, конечно же, совершенно случайно, на твоей вечеринке окажется и Елисей.

— Абсолютно верно и совершенно случайно, — кивнула Лара.

— Когда он прилетает?

— Завтра, — улыбнулась она.

Радость за сына не знала границ. Но Лара понимала, что для полного счастья Лису кое-чего не хватает. Вернее, кое-кого. И этот недочет она планировала исправить. Кто-то ведь должен свести этих двух упрямцев вместе!

Лис не хотел находиться здесь. Получается, за последние месяцы он отвык от шума и суеты. Раньше понесся бы во все тяжкие. А сейчас — все бесило.

Но матери он обещал остаться.

Была и еще одна причина.

Туманов знал, что Лара дружит с Василисой. И как бы там все ни сложилось, а не могла Вася пропустить такое мероприятие. Были у Лиса предположения на эту тему.

И не ошибся.

Он увидел ее моментально.

Будто кто-то сверху отрубил свет, оставив лишь луч мощного прожектора на одной единственной фигуре.

Стройной, идеальной, с гривой пышных светлых волос и в блестящем платье.

Полгода прошло? Не трогает она его? Не задевает? Игнорирует, и хрен с ней?!

Да-да, как бы не так!

Лис ощутил злость на эту вредную девчонку.

И возбуждение.

Нельзя быть настолько красивой. Особенно здесь, где трется целый табун мужиков.

Лис, скрипя зубами, наблюдал, как Василису встречает Лара. Обнимает ее за плечи, произносит поздравления, пожелания, двручает подарок.

Он подмечал каждую мелочь.

Похудела, это заметно.

Волосы отросли. Сейчас не собраны в хвост или косу. И Василисе очень идет эта укладка.

В остальном, все, как и прежде. Нереально притягательная и бомбическая девушка.

И по-прежнему игнорирует Туманова. Даже в его сторону не смотрит.

А ведь Лиса сложно не заметить. Он, млять, стоит в двух метрах от нее!

Стоит, млин! На своих двоих!

Да у него столько сил, времени, терпения, пота и крови ушло, чтобы избавиться от чертовых костылей!

А она — всего лишь мазнула по нему взглядом, словно он не человек, а мебель!

Василисе удавалось держать лицо. Вполне успешно, между прочим.

Она так думала. Надеялась на это.

Однако Беляевой хватило полчаса, чтобы понять, как сильно она ошибалась.

Игнорировать присутствие Лиса в зале ресторана получалось с большой натяжкой. Взгляд моментально замирал на широких плечах, затянутых тканью смокинга.

Смокинг? На Туманове?

К подобному Вася не подготовилась. Знала, конечно, что Елисей обязательно приедет на день рождения матери. Но ждала она «прежнего» Лиса. В косухе, рваных джинсах, на худой конец, в модных дизайнерских шмотках.

Строгий и торжественный облик Туманова сбивал Василису с толку. Девушка терялась, не знала, что делать, что говорить, да и как вообще смотреть Лису в глаза.

Проще, конечно же, сбежать.

Побегом Василиса и решила заняться, улучив момент, когда Лара отвлеклась на других гостей.

План побега казался Беляевой простым и действенным. Дойти до двери и перешагнуть порог ресторана.

Какие могут возникнуть сложности по пути? Пф!

Однако сложности, а конкретно — сложность в строгом смокинге и недовольстве во взгляде преградила ей путь.

— У тебя вошло в привычку, сбегать? — произнес Туманов.

Василиса всего на секундочку залипла на его голосе.

Сто лет его не слышала. Соскучилась. А ведь считала, что забыла.

Но нет.

Елисей говорил без привычной ухмылки, зло, пожалуй, агрессивно.

— Прекрасно выглядишь, — брякнула Вася невпопад и прикусила язык.

— Это моя фраза, — вскинул бровь парень.

— Я имела ввиду, отсутствие трости, — натянуто улыбнулась Беляева, потому что знала, на них сейчас смотрят гости. Да и Ларе не нужен скандал в такой прекрасный день.

— Жаль, да, что ее нет, — хищно ухмыльнулся Лис, — я б ею тебя отшлепал хорошенько.

— Послушай, Елисей, — залпом заговорила Василиса, — если ты считаешь, что нам нужно поговорить, давай. Но в другое время и в другом месте.

— Серьезно? А ты, значит, считаешь, что говорить нам не о чем? — парень прищурился, глядя на нее с высоты своего роста. А Васе захотелось втянуть голову в плечи, чтобы хотя бы так спрятаться от Туманова.

— Типа того, — согласилась Василиса.

Она старалась не смотреть Лису в глаза.

У нее абсолютно нет иммунитета к его порочному обаянию, харизме, черти чему еще, такому же волнующему и запретному.

И все равно посмотрела.

Он сверлил ее тяжелым хмурым взглядом.

Кажется, он уже прожег дыру у нее на лице.

И глаза Туманова должны находиться гораздо дальше, а оказались почти вплотную.

— Ну и дура, — пробормотал Лис.

Василиса уже открыла рот, чтобы возмутиться.

Да что за детский сад! Он обзывается?! Идиот!

Ее возмущение осталось не высказанным. Так и растаяло на кончике языка.

Елисей жадно впился в ее губы своими. По-хозяйски. Так, будто имел на этот поцелуй полное право.

А Василиса была не согласна! Она ведь только-только научилась не вспоминать чертовы Тумановские поцелуи.

И что? Опять забывать?!

Хотелось расплакаться от бессилия и отчаяния.

Но сил, да и желания на это не было.

Лис обхватил ее лицо горячими ладонями. Удержал так, что Василиса не смогла отвернуться, отстраниться, сбежать.

И далеко не сразу вспомнила, что вокруг целая куча приглашенных Ларой гостей, друзей, родственников. И все они наверняка видели поцелуй.

Ужас! Просто трындец…

Моргнув, Василиса все же оттолкнула Туманова от себя.

Почему-то музыка не звучала так громко, да и вокруг не оказалось ни души, и стены комнаты, где находилась Василиса были совсем другими.

Не тот зал, и ни единого свидетеля.

Зато Лис закрывал своей высокой широкоплечей фигурой входную дверь. И если сбегать, то исключительно в окно.

— Не-а, — хмыкнул Туманов и демонстративно прислонился спиной к двери.

Более того, Василиса расслышала характерный щелчок. В замочной скважине провернулся ключ, а на губах Лиса заиграла еще более хищная ухмылка.

— Итак, почему ты сбежала, а после отправила меня в черный список и игнор?

— Открой дверь!

— Сначала мы поговорим. Как два взрослых человека.

— Да ну?! Ты и взрослый?! Ты же меня первым дурой обозвал!

— Я дурак, ты дура. Прекрасная пара, да?

— Не смешно!

— Кому как, — усмехался Туманов.

Василиса отвлеклась на спор. Да и вообще, в присутствии Лиса реакция и инстинкты ее подводили, давали сбой.

Потому Беляева и не заметила, как парень ловко ринулся вперед. Не успела среагировать. А когда поняла, что оказалась в ловушке крепких объятий, растерялась еще больше.

Он застал ее врасплох. Она не была готова к такому контакту. Да что уж! Она вообще не планировала с ним оставаться наедине.

— Я скучал, — проговорил Лис ей в губы, — а ты бессердечная зараза, блин!

Василиса возмущенно пискнула.

Бессердечная?! Она и бессердечная???

Туманов не дал ей и слова произнести. Завладел ее ртом. Принялся творить с ним что-то невероятное…

Василиса потерялась в эмоциях, в чувствах.

Перестала соображать, потому что ей казалось, что все это происходило с ней не в реальности, а в ее снах, мечтах, фантазиях.

И сам Лис — ее фантазия.

Порочная и сладкая.

Она сдалась. Обняла в ответ, запустила руки в короткие волосы на затылке.

Нет, не короткие. Волосы сильно отросли. И под пальцами совсем иные ощущения.

— Твою ж мать, конфетка, — расслышала Василиса глубокий бархатистый голос на выдохе.

Обжигающие мужские ладони были везде, именно там, где хотелось Беляевой.

Трогали, ласкали, сжимали…

— Хочу тебя, — добивал он ее своим вкрадчивым пьянящим шепотом, — пиздец, как сильно!

Василиса не могла говорить. Не соображала, как связать пару слов в одно предложение. Да и язык, губы — все это было чужим и непослушным.

Лис швырял ее в омут яркого наслаждения очередной порцией ласк и касаний.

А Василиса вязла в этом омуте все больше.

— Если отпущу, ты же опять сбежишь. Да? — бормотал он ей в шею, плечо, и, божечки… нет, Вася не хотела думать, где сейчас находился рот Елисея.

— Нет! — выдохнула она.

К чему именно относилось это «нет», Василиса и сама толком не понимала.

Туманов истолковал по-своему.

— Знаю, что сбежишь, — шепнул он и замер.

Василиса дезориентировано моргнула несколько раз. Разогнать наваждение не вышло, но хотя бы лицо Елисея показалось не таким размытым.

— Возвращайся, я буду ждать.

Василиса не поняла, что он разжал руки.

Внутри стало пусто, больно. Удовольствие полыхало внутри, разгоралось точно лава.

А спустя секунду осталась лишь горечь неудовлетворения.

Василиса возмущенно запыхтела.

Это как…? Это что вообще такое было?!

Лис хмыкнул, убрал руки в карманы.

— Нравится, конфетка? Хочешь секса, попроси меня, — усмехнулся Туманов.

— Придурок!

— Пожалуй, соглашусь, — усмехнулся этот идиот.

А Василиса злилась настолько, что хотела максимально больнее уколоть Туманова.

— Думаешь, ты один такой? Есть желающие, которых просить не нужно!

— Чего?!

— Ты меня прекрасно понял!

— Ты будешь спать только со мной!

— Спать? Да за три минуты я даже уснуть не успею!

— Ну, Василиса, ты допрыгалась! — рявкнул Туманов.

Беляева не могла притормозить. Понимала, что в небольшом помещении, рассчитанном на компанию в десять человек максимум, они кричат друг на друга так, что стены трясутся.

И все повторилось.

Поцелуи, жадные, дикие.

Касания, откровенные, порочные.

Стоны, громкие, протяжные.

Ее платье улетело в сторону. И хорошо, что подбирая белье к наряду, Вася остановилась на чулках. Иначе …

Беляева и эту мысль упустила.

И протяжно вскрикнула, ощутив, как в ее промежность упирается твердая гладкая плоть.

Василиса ждала боли, как в прошлый раз.

Напряглась, готовясь к худшему.

— Все хорошо, хорошо…, — Лис словно прочел ее мысли, прижался своим лбом к ее лбу. Мило, трогательно, будто они и не ругались секунду назад.

Она поверила ему. Подалась навстречу, потянулась, первой поцеловала твердые губы.

Нет, все было совсем не так. Не как в прошлый раз.

Гораздо… По-другому.

И пусть первое проникновение показалось непривычным, но зато потом…

Василиса растворилась в новых, неизведанных ранее чувствах.

Ярких, взрывных, тягучих. Они заполняли каждую клеточку тела. Кипели внутри бесконечным фейерверком.

И только глубокий хриплый голос Елисея держал Василису в этой реальности.

Василиса совсем не хотела думать о том, что произошло. Нет, не сейчас. Позже, наверное, когда окажется дома. Сейчас, рядом с Лисом об этом думать нельзя.

Потому что Вася сотворила очередную глупость. Иначе и не назвать.

Минуту назад Елисей завернул ее в свою рубашку. Уложил рядом с собой на мягкий, узкий и короткий диван. Василисе было удобно, а вот ноги Туманова свисали.

Но судя по всему, парня это не заботило.

Вася невольно скосила взгляд ниже, на живот Лиса.

Хорошо, что он вернул свои брюки на законное место.

Вася была не готова смотреть на мужское достоинство вот так, близко, да и вообще…

Хорошо, что в комнате был приглушен свет, иначе Беляева сгорела бы от стыда.

Взгляд у Лиса был довольный, хитрый, слегка насмешливый. И улыбался парень так, что Василисе хотелось его хорошенько стукнуть по смазливой физиономии.

Однако руки все еще дрожали. И не только руки. И дыхание было неровным. И мысли путались.

Зато Василиса понимала, насколько ей было хорошо с Елисеем сейчас. Насколько сильно она скучала эти месяцы без него, по нему.

Насколько сильно она любит этого идиота.

Но об этом она тоже подумает потом.

— И как мы отсюда выйдем? — поинтересовалась девушка.

— Так же, как и вошли, через дверь, — усмехнулся Лис.

Руки у него, горячие и бесстыжие, обнимали ее за плечи, пальцы безвозвратно испортили прическу, зарывшись в волосы.

— Лис, это не смешно.

— Да ладно, дай потискаться, — фыркнул парень, а его ладонь спустилась от плеч, ниже по спине, сжалась на ягодице. — Я пипец как скучал, одного раза мне мало. Опять тебя хочу.

Лис свободной ладонью сжал ее пальцы и прижал к своей груди. Начал водить Васиной рукой по своему телу, спустился к брюкам.

— Туманов, млин! — буркнула Василиса и попыталась выдернуть ладонь из мужских пальцев.

Но кончики ее пальцев уже ощутили напряженную твердость.

— Поехали ко мне, — выдохнул Лис ей в висок.

— Елисей, это плохая идея.

— Тогда к тебе.

— Эта идея еще хуже.

— Конфетка, мы уедем из этого гребаного ресторана вместе. Без вариантов.

— Туманов, не наглей! Мы полгода не виделись, я не собираюсь спать с тобой!

— Серьезно? — хмыкнул Лис. — Василиса, мы уже спим. И будем это делать постоянно.

— Но не здесь же! — смутилась девушка. — Господи, как я Ларе буду смотреть в глаза!

— Все зависит от того, понравилось ли тебе, или нет, — ласково и соблазнительно заговорил Лис, касаясь ее уха губами. — Мне кажется, тебе понравилось. Я прав?

— Не прав!

— Вруша, — хохотнул он. — Тебе понравилось. Потому на мою мать ты будешь смотреть, как счастливая женщина.

— Ты невыносим, — фыркнула Василиса.

— Ты тоже, — рассмеялся Лис. — Конфетка, давай…

Однако договорить он не успел. В дверь громко постучали, а Вася подскочила с дивана.

Попыталась подскочить. Лис ее остановил, перехватив за талию.

— Господи, где мое платье?!

— Не паникуй, сейчас все найдем, — улыбался Елисей.

В дверь все еще стучали, дергали ручкой. А Лис невозмутимо потянулся за своим пиджаком и вынул телефон.

— Ма? Угомони там своих. Дай нам пару минут.

— У вас там слишком тихо. Я волнуюсь. Дай трубку Василисе!

— Ну, ма!

— Я хочу услышать ее голос. Вдруг ты ее до слез довел!

Беляева покраснела от смущения. У нее с Ларой, как бы, прекрасные отношения. Но вот так, открыто, признать тот факт, что Василиса переспала с ее сыном — сложно.

Переспала! Да еще утром Вася не планировала заниматься с Лисом сексом! Вообще ни с кем. Потому что прошлый опыт ей ни капли не понравился.

А все как-то пошло не по плану!

И теперь Василиса уже и не знала, чего она хочет.

Тем временем Лис переключил звук на динамики, и отвертеться от разговора с Ларой было уже невозможно.

— Васенька?

— Да, Лара, все в порядке. Мы сейчас… скоро выйдем.

— Вот и славненько, — кажется, женщина даже хлопнула в ладоши.

Звонок прервался. Лис отбросил телефон на диван. Обнял Василису за талию.

А Беляева зависла, глядя на парня.

Нет, ему нельзя быть таким красивым. А ей нельзя смотреть на него глупыми влюбленным взглядом.

— Где мое платье? — пробормотала Василиса, стараясь не смотреть на Туманова.

— Моя рубашка тебе больше идет, — задумчиво проговорил Лис.

Василиса лишь фыркнула. Шлепнула парня по запястьям, когда тот вновь запустил ладони под ткань рубашки, что была надета на Васю.

— Лис, елки-палки! — возмутилась Беляева и очень вовремя увернулась от Туманова.

Ее платье нашлось на ближайшем стуле.

Василиса отвернулась, ловко стянула рубашку Лиса с себя, надела платье.

Оставалось застегнуть молнию. Прежде Василиса и сама прекрасно справлялась, но Лис ее опередил.

Беляева замерла, ощутив мужские пальцы на плечах. Длинные волосы Лис собрал и перебросил через плечо.

Совсем некстати Василиса вспомнила, что все это время Елисей расхаживал с обнаженным торсом. Надо признаться, что и торс, и парень были красивы.

— Я соврал, — заговорил Лис, когда его пальцы ловко справились с молнией, а после обнял Василису со спины, скрестил руки на ее животе, — платье тебе тоже очень идет. Но красивее всего ты, когда голенькая.

— Туманов! — с нотками отчаяния пробормотала Беляева.

— А что такого? Я правду говорю, — фыркнул парень.

— Одевайся, блин! — поторопила его Вася.

— Ты еще не устала? Домой не хочешь уехать?

— Лис, блин! Отстань!

Он прикалывался. Его забавляла ее реакция и попытки сделать вид, будто между ними ничего не случилось.

Да все, все случилось между ними! И Елисей не собирался закрывать на это глаза.

Василиса его девушка, потому он имеет полное право увезти ее с собой.

Осталось только убедить в этом саму Василису.

А она, эта вредная девчонка, хитрая ведьма, изводила его и не соглашалась свалить из чертового ресторана.

Хотя, нет, она не хитрая ведьма, а вредная лиса.

Туманов лениво наблюдал за девчонкой. Она болтала с одной из подруг Лары. И создавалось впечатление, будто Василиса за время его отсутствие сблизилась со всеми приятельницами матери. Да на него никто так не обращал внимания, как на эту хитрую лису!

И ведь Туманов прекрасно знал, что у многих знакомых есть взрослые дети. Это его и злило, там же, в основном, мамаши тупых мажориков. А здесь — Василиса, красавица, умница, спортсменка, еще и входит в семью Тумановых!

Идеальная пара для богатого наследничка влиятельного мудака.

Млять!

Лис хмурился, представлял, как Василису уже сватают за какого-нибудь придурка.

Не, нужно с этим завязывать. И с мыслями, и с планами озверевших мамаш.

— Можно я украду у вас свою девушку? — Лис не удосужился добавить в тон вопросительных ноток. Тупо забрал Васю с собой, обнял за плечи, увел в сторонку.

— Ты что несешь?! — шикнула на него девчонка, виновато улыбаясь собеседницам.

— Соскучился, — подмигнул Туманов, — совсем ты обо мне забыла.

— О тебе забудешь, как же! — фыркнула Василиса.

Лис наклонился ближе. И плевать, что на них все пялятся. Он хочет целовать собственную девушку, значит, будет целовать.

— Не смей! — выдохнула его сладкая конфетка.

— Не понимаю, о чем ты, — коварно улыбнулся Лис и прижался к нежным вредным губам.

— Ребят, воу-воу, полегче, пока мой ресторан не сгорел, к чертям! — рядом раздался смех матери.

Василиса тут же напряглась, попыталась оттолкнуть Лиса от себя, надавила ладонями в его грудь.

— Придурок! — шикнула она негромко.

— Ма, я устал, хочу домой, — протянул Туманов капризно.

— Езжай, а Вася останется. Мы еще свечи не задули на торте, — хохотнула Лара. — Да, девочка?

— Ма, вот не усугубляй, — уже начинал злиться Лис, — мало что подружек своих хищных позвала, еще и Василису отбираешь. Нечестно!

— А кто виноват, что ты тугодум?

Туманов закатил глаза в ответ.

Василиса ерзала, ловко отводила личико в сторону, чтобы избежать очередного поцелуя.

Лису все это надоело.

— Короче, ма, мы сваливаем. Крутая вечеринка, уверен и торт вкусный, — подмигнул парень.

Лара рассмеялась. К ней уже подошел Михаил с пакетами в руках и передал их одному из официантов.

— Я очень рада, что вы пришли, детки, — мать обняла Василису, потому и Туманову достались объятия, и Лара негромко шепнула сыну: — Не обижай девочку. Я рада за вас.

Лис видел, что Василиса немного оттаяла. Походу, смирилась с тем фактом, что они вместе, и мать об этом знает.

Туманов перехватил ладонь девчонки своей и потянул на улицу. Официант шел впереди, нес угощения, что собрала для них Лара.

А Лис, как только они оказались на улице, вынул брелок из кармана, открыл тачку, усадил Василису на переднее пассажирское.

— Хороший был вечер, — улыбнулась Василиса.

— Почему «был»? Он только начинается, — хмыкнул Лис.

— Я не хочу туда идти, — упиралась Василиса.

— Почему? Чем не устраивает моя квартира?

— Просто не хочу, и все!

— До чего ж ты упрямая! — Лис запрокинул голову, выругался вполголоса, выдохнул. — Так, ладно. Давай кое-что проясним. Ты не хочешь ко мне. Боишься? Чего? Ау, Лиса, поздно убегать! Мы уже вместе.

— Это ничего не меняет!

— Хорошо. Не пойдешь в квартиру, трахну тебя прямо здесь, под камерами! — пригрозил Лис.

Врал, конечно. Ничего подобного он не сделает. Но девчонка реально выводила своим упрямством.

Василиса зыркнула на него с обидой во взоре.

Млять, ну он опять не то сказал, да?

— Обязательно выражаться такими словечками? — поджала губы конфетка, подтвердив его догадки.

Туманов протяжно выдохнул, выругался еще раз.

— Прости, детка, — покаялся Елисей, потянул Василису за руку, чтобы она вышла из машины, — вряд ли меня можно перевоспитать, но я буду стараться. Честно. Пойдем ко мне? Обещаю не кусаться.

— Тебе нельзя верить, Лис, — покачала головой девчонка.

— Верно. Кусаться я буду, — Лис шутливо клацнул зубами, понизив голос, пробормотал на ухо, — но тебе понравится. Гарантирую.

Василиса упиралась, искала самый крохотный предлог, чтобы не подниматься в квартиру Елисея. Нельзя ведь так! Она же не какая-то там легкомысленная и легкодоступная…

Хотя, именно так она себя и чувствовала. Сдалась, стоило Лису ее поцеловать. И никаких предлогов Вася уже не искала.

В квартиру они ввалились, целуясь.

Туманов изводил ее пошлыми фразочками, намеками, планами на ближайший час.

Василиса хотела бы сказать, что ничего этого ей не нужно. И вообще, она не такая. И спать с Лисом она не собирается.

Снова!

Да кого она обманывала? Собирается, еще как собирается!

Пакеты Лис небрежно бросил у входа. Не включая свет, принялся подталкивать Василису вглубь квартиры.

Распустил ее волосы, собранные в небрежный хвост. Рывком стянул платье через голову.

И когда успел расстегнуть молнию на спине? Вася даже не заметила.

— Ну все, девочка, малышка, конфетка, лисичка, ты моя, — бормотал он, водил открытым ртом по ее запрокинутой шее.

Она все ему позволяла. Ни сил, ни желания сопротивляться не было.

Да и нужно ли? Если она любит этого заносчивого гада.

На всякий случай он припрятал ключи от входной двери, заодно и разобрал пакеты из ресторана, пока Василиса плескалась в душе.

Он не хотел повторения, когда конфетка сбежала от него, хлопнув дверью.

В этот раз он все сделает правильно. Догнать вряд ли сможет, просто не даст возможности уйти.

За месяцы, что провел в клинике, Лис о многом думал, прикидывал, строил планы. Разнообразные, на жизнь, работу, отношения с девушкой.

И неизменной всегда была одна составляющая. Отношения с Василисой, и никак иначе.

Пожалуй, первый шаг к выполнению плана Туманов сделал. Теперь нужно разобраться с отцом.

Лис обернулся, услышав звук шагов.

Василиса медленно вышла из спальни. Босая, в его футболке, с распущенными волосами.

Он подвис, любуясь красивой девчонкой.

И это его девчонка такая красивая. Вредная, правда. Впрочем, он и сам далеко не ангел.

— Слушай, я голодный, как волк. В рестике ни хрена не поели, — улыбнулся Елисей. — Составишь компанию?

— У меня режим, диета, все такое, — пожала плечами Василиса.

— Сжигание калорий я тебе гарантирую, — подмигнул Лис, а руки потянулись к стройным ножкам.

Что поделать, а не мог он устоять перед сладкой конфеткой. Она его заводила молниеносно просто. От занятий любовью с ней у него сносило крышу.

— Ты можешь думать о чем-то кроме секса? — закатила Василиса глаза.

Секса? Почему-то именно эта формулировка его слегка взбесила.

Ну что ж, секс, так секс!

— Могу, но не хочу, когда ты у меня такая сладкая, — усмехнулся Туманов.

Ужин подождет, не испортится. А вот Лис ждать не хотел.

Потерся щекой о гладкую скулу, прижался открытым ртом к точеной шее. Прикусил, принялся вылизывать невидимые следы от укуса.

И руками забрался под одежду.

Девчонка вздрогнула, когда Лис накрыл ладонью аппетитную грудь.

Василиса попыталась увернуться, но Туманов оказался проворнее. Перехватил, притянул ближе, развернул спиной к себе. Надавил рукой на девичий живот, толкнулся бедрами.

Пусть видит, что она творит с ним! Да он завелся так, будто и не было у них с Лисичкой уже дважды за этот вечер.

— Лис! Ну, правда, это уже слишком, — сбивчиво выдохнула Василиса.

Но он поймал ее дрожь в голосе. И пальцами нырнул меж бедер.

— Ты же и сама хочешь, сладкая, моя, — шепнул Лис, плавно толкнулся вперед, легко тараня упругую попку.

Нет, ясно, что для малышки это итак перебор. Но в мозгах закоротило, когда Лис прикинул, сколько всего могло случиться за эти месяцы, что он валялся на реабилитации.

Василиса очень красивая и пылкая девчонка. Огонь просто!

И кто мешал ей заниматься сексом с кем-то еще? Вдруг она решила тупо сравнить Лиса с другими?!

Это у него там чувства, любовь, а она? Сама же про секс спокойно так говорила. И про других.

Лис ощутил возбуждение и ярость. Потому и не стал отступать.

Ладно, он смирится. Прошлого не исправить. Он и сам до Василисы не был невинным юнцом.

Но сейчас, все, Лиса только ему принадлежит! И нужно, чтобы она это признала. Нужно вбить в хорошенькую головку этот факт. И вытрахать любые мысли, даже просто намеки на других мужиков.

Он не стал тормозить, когда Василиса попыталась убрать его ладонь.

Сопротивление было недолгим. Лис погрузил пальцы глубже, размазал влагу возбуждения.

Да нихрена подобного! Она же хочет его!

Парень теснее прижался к хрупкой спине.

Рукой ласкал грудь, острые соски, поочередно, то левый, то правый.

Ртом целовал, облизывал нежную кожу на шее, плече. А когда малышка перестала вырываться, а начала едва заметно двигать бедрами в такт откровенных ласк, Лис спустил штаны и высвободил член.

— Ли-и-ис! — охнула малышка.

— Хочу тебя, сладкая, — зашептал он, — и ты хочешь меня. Да? Да-а-а.

— Нет!

У него колотился пульс, грохотал так, что ни хрена не слышно. Кроме ее стонов, протяжных и тягучих.

Туманов размазал вязкую влагу по припухшим складкам.

Усмехнулся. Ну вот, хочет же. Словами вредная лиса может говорить что угодно, а вот ее тело не врет.

Он толкнулся, плавно, с оттяжкой.

Ладонью накрыл гладкий лобок, надавил пальцами.

Василиса вскрикнула, вскинула руки, схватилась за край стола.

Черт! Твою ж мать!

Он не собирался же вот так, когда постель рядом, несколько шагов пройти…

Его Лиса превращала его в животное ее охренительным телом, изгибами, стонами.

— Пиздец, как хорошо, — пробормотал он, закрыл глаза, уткнулся лбом в ее затылок.

И двигался, с каждым толчком погружался все глубже.

Целовал острые косточки ключиц, шею, позвонки.

Василиса убьет его, определенно убьет. Но потом, после.

Он поймал момент, когда она сжала его теснее, крепче. Когда сладко задрожала в оргазме.

Лис зажмурился.

Бля-а-адь, как же хорошо… Как же…

Он понимал, что ничего и близко подобного с ним прежде не случалось. Он любил секс. Практиковал часто и регулярно.

Но с Василисой все как-то острее, глубже, ярче.

Ну и мудак ты, Лис!

И опять без резинок, потому что мозг напрочь отшибло.

Туманов свободной рукой вцепился в стол, чтобы удержат равновесие.

Врач его убьет, потом съест мозг, потом еще раз убьет.

А плевать!

Лис вонзился еще глубже, еще один миг, один удар пульса…

Туманов умудрился-таки выйти. Поплывшие мозги отказали.

Он кайфовал, глядя, как его сперма растекается по нежной коже.

Не сдержался, размазал ладонью по крутым ягодицам, растер. Иррационально, конечно. Но это, мать его, метка.

Василиса, его Лисичка пахла сексом и им самим.

Такое его устраивало, черт раздери!

Дыхание все еще рваное. Но стоять сил не осталось.

Лис вернул штаны на место, утянул малышку с собой на ближайший диван, рухнул, прижал к себе.

Волосы спутанные, губы искусанные, взгляд поплывший — вот так убойно выглядела его любимая малышка.

Отлюбленная им малышка.

— Так нельзя, Лис, — вяло вздохнула конфетка.

— Почему? — рассмеялся Туманов. — Ты же довольна. Понравилось. Вот здесь доказательства твоего оргазма, сладкая.

Он медленно облизал палец, а после и сладкие губы малышки.

— Нельзя только трахаться, Лис, нужно еще и разговаривать, — смущенно буркнула она, когда поцелуй прервался.

— И о чем хочешь поговорить?

Трахаться?! Она так и сказала, да?

Черт раздери! Да твою ж мать!

Нет, Туманов все прекрасно понимал, а еще помнил, как подобные моменты проходили в его жизни прежде. В той прежней жизни, когда он не знал Василису.

Он и трахался, и сексом занимался, но никогда прежде любовью.

А теперь словно оказался на месте его прежних партнерш.

Теперь Лису казалось, что эта вредная Лиса трахнула его. Жестко, с удовольствием.

Вот пусть только скажет, что им не стоит встречаться.

Он не знает, что он сделает с ней, млин!

Выдерет прямо на этом диване! Чтобы знала разницу между тем, когда ее любят и дерут!

— Многое изменилось, пока тебя не было, — начала говорить она.

Что ж, ладно. Такое начало не самый хреновый расклад.

Лис усмехнулся. Девчонка будто пыталась подобрать подходящие слов, беспомощно запрокинула голову, вздохнула.

— Давай я хотя бы оденусь и поговорим? — попросила она.

Лис не возражал.

Да, так будет лучше. Пусть переодевается, он подождет.

— Только быстро, пока ты мысль не потеряла, — подмигнул Лис и помог малышке подняться на ноги.

Она пулей влетела в ванную комнату. Так же быстро приняла душ. Надела уже вторую чистую футболку, отыскав ту в шкафу.

Невольно отыскала корзину с грязным бельем. Сверху лежала та, первая футболка со следами мужской спермы.

Василиса ею смущенно вытерлась прежде, чем закрыться в душе.

И стыдно было, стоило вспомнить все, что случилось пару мину назад.

И хорошо внутри, потому что тело все еще млело после испытанного удовольствия.

Но больше всего Василисе хотелось вернуться к Лису и потребовать у него четких обещаний.

Они вместе. Пусть не живут, но хотя бы встречаются. У них отношения. А значит у него нет прав смотреть на сторону.

Василиса мечтала вытребовать у него все, что обычно требуют девушки у своих парней.

Однако понимала, что не выйдет так с Тумановым.

Он не такой, как другие.

Впрочем, Вася и не приняла бы другого. По странному стечению обстоятельств, либо по воли судьбы, она влюбилась в Елисея. И что теперь делать с этими чувствами, она пока не понимала.

Василиса вышла, уже во второй раз за вечер, из спальни.

И тут же замерла на месте, услышав мужские голоса.

Два голоса. И оба Василиса прекрасно знала.

Лис разговаривал с отцом. И Максим Максимович, кажется, не выбирал выражений.

— Меня не волнуют твои желания, ясно?! Ты. Мне. Должен! Обязан, мать твою! — рычал Туманов-старший. — Этот вопрос решен.

— Ты вообще, нахрен, в своем уме?! — рявкнул в ответ Лис.

— Я двадцать три года трепел твои выкрутасы! Терпение лопнуло!

— Да срать на твое терпение! — прокричал Лис.

Василиса не понимала сути разговора. Впрочем, это ведь и не ее дело.

Девушка предпочла вернуться обратно, в спальню, пока ее не заметили. Аккуратно присела на кровать.

Вася и прежде знала, что между отцом и сыном отношения, мягко говоря, натянутые. Но почему-то ей казалось, что с момента аварии они немного наладились. И мама ведь рассказывала, как сильно Максим Максимович переживал за Лиса.

Что же теперь случилось?

Беляева слышала, как громко хлопнула входная дверь. И все стихло, голоса, звуки.

Василиса осторожно выглянула из спальни и тут же уткнулась носом прямо в мужскую грудь.

— Попалась, конфетка! — мягким, обволакивающим голосом пробормотал Лис.

Василисе показалось, что руки обняли ее слишком уж крепко, стиснули почти до боли.

Но девушка не подала виду. Прижалась в ответ.

Чувствовала, насколько он был взвинчен после встречи с отцом.

Лис протяжно выдохнул ей в волосы, чуть-чуть разжал объятия.

— Много услышала? — спросил ей в макушку.

— Нет, не поняла ничего, — покачав головой, призналась Василиса.

— Да и похрен тогда. Пойдем есть. Голодный жуть просто, — хохотнул Лис и потащил ее с собой на кухню.

Она не требовала пояснений. Он не горел желанием ей обо всем рассказывать. Потому о приходе Туманова-старшего Василиса не стала заводить разговор.

Куда интереснее было поговорить о том, что случилось между ними.

Дважды.

Хотя, если считать ресторан, то трижды.

И все три раза, ну если не брать во внимание последний, случился у них без средств контрацепции.

— Ну что там с твоей мыслью? Вспомнила, о чем хотела поговорить? — улыбался Лис.

Василисе было сложно начать разговор. Но он необходим. С учетом всех обстоятельств.

— Я не принимаю никаких таблеток.

— Прекрасно, — подмигнул Лис.

— Издеваешься? — вздохнула Василиса. — Ладно, скажу, как есть. Лис, мне нельзя беременеть ближайшие годы.

— А если все уже случилось?

— Вот об этом я и хотела поговорить.

— Говори. Слушаю, — без улыбки произнес Туманов. — Но учти, что бы ты там не надумала, я против.

— В смысле?

— В прямом. Это и мой ребенок. И я против аборта.

Василиса умолкла. Нет, в эту сторону она не думала. Она вообще не представляла, как можно добровольно убить собственную кроху. Пусть такую маленькую, мельче горошины. Но это ведь уже человек.

— Есть другие методы, — вяло пробормотала Василиса.

— Экстренная контрацепция? Не гони, Лиса. Эта таблетка убьет весь твой гормональный фон на долгое время, — хмуро изрек Туманов. — Давай так, ты пообещай, что не станешь паниковать раньше времени. Если ребенок есть, мы его оставляем, рожаем, любим, растим. Если нет, то вернемся к этой теме через несколько лет.

— Туманов, ты… ты…, — она не знала, как ему все сказать.

Ну это ведь совсем не тот безбашенный и безрассудный парень, которого она встретила в доме отчима. Этот какой-то совсем другой…

— Василиса, хочешь, я возьму всю вину на себя, — криво улыбнулся Лис и, обойдя стол, вновь обнял ее и притянул к себе, — я старше, я мужик, я должен думать наперед. Нет, ты мне, конечно, мозги запудрила, с ума свела так, что я о резинках напрочь забыл. Но если тебе так легче, я один во всем виноват.

— Иди ты, — фыркнула Вася, но было тепло внутри от его слов.

Выходит, не такой уж он и кретин. Все понимает. Все знает.

— Да куда? Мне и здесь шикарно, с тобой, — рассмеялся Лис.

Она осталась у него весь следующий день. Благо, был выходной, воскресенье. А в понедельник с раннего утра пары. И был соблазн остаться еще на день, и еще. Но Василиса понимала, что нельзя появляться в университете в вечернем платье. Нужно, как минимум, переодеться. Как максимум — утрясти в голове все новые факты, что произошли за последние сутки.

Во-первых, они с Тумановом встречаются.

Во-вторых, она может быть беременна от него.

В-третьих, Лара знает, а вот родители нет. Нужно как-то помягче сообщить. Причем лучше всего поговорить с мамой, наедине, а она уже сама решит, как проще и удобнее поведать эту небольшую тайну Максим Максимовичу.

Все эти мысли крутились в голове у Василисы. И пока что она предпочитала не делиться ими с Лисом. Он слишком вспыльчив, к тому же, девушка прекрасно помнила, как он ругался с отцом. И вряд ли они успели помириться.

— Лис, мне правда нужно домой, утром на учебу. А вставать с рассветом, чтобы заскочить домой, так себе затея, — говорила Василиса.

— Ок, поедем сейчас. Ночуем у тебя, оттуда сразу в универ. Как идея? — подмигнул Лис.

Василиса не очень хорошо представляла парня в своем доме. Особенно, на своей раскладной софе, куда он по росту, определенно, не поместится.

— Идея шикарна, но есть недочеты, — вздохнула Беляева. — Там неудобно спать. Предлагаю другой план. Я поеду домой, а завтра после пар встретимся.

— План говно, — скривился Лис, а Василиса даже не удивилась его прямоте и резкости. Что ж, она прекрасно знала о его скверном характере.

— Туманов, ты невыносим, — покачала головой Беляева.

— Ерунда, я мягкий и пушистый, — в голос рассмеялся парень, — короче, едем сейчас, берем твои шмотки, возвращаемся сюда.

— А как же личное пространство?

— У меня есть гостевая спальня, будешь делать уроки там.

— Ты в курсе, что ты тиран?

— Да не, это все наговоры, — хмыкнул Лис и полез к ней целоваться.

А дальше как-то отпало желание с ним спорить. Вот гад же! Знает все ее слабые стороны!

— Мамуль, привет! — Василиса все же набралась смелости и позвонила маме.

Та ответила сразу же, но, судя по голосу, была занята.

— Привет, милая моя, — ответила мама, — как дела?

— Все хорошо, — осторожно продолжила Вася.

— Это прекрасно. Знаешь, хорошо, что ты мне позвонила, кстати! Мне нужно рассказать тебе кучу новостей. Давай в обед встретимся, да? Сможешь ко мне приехать? На работу?

— Не, мам, на работу далеко, я не успею потом на пары вернуться. Давай вечером?

— Все, отлично. Жду тебя, а потом вместе поедем к нам. Ты не поверишь, какие шикарные новости у нас!

Энтузиазм мамы слегка удивил. И заставил задуматься, что же там за новости такие. Еще и у «нас».

Лис: Колись, конфетка, ты сейчас обо мне думаешь?

Василиса едва не выронила телефон из рук. Ну вот умеет он… еще и вовремя так! Вернее, не вовремя!

Василиса: А есть варианты?

Лис: Моя девчонка обязана думать исключительно обо мне!

Василиса: Слушаюсь и повинуюсь.

Лис: Ночью встанешь на колени, сладкая.

Василиса покраснела, убрала телефон. Нет, с этим пошляком невозможно нормально общаться. У него все темы сводятся к сексу.

Телефон вновь пиликнул, и новое входящее сообщение появилось в мессенджере.

Лис: Я внес той отпечаток в базу. Можно входить без ключа. Сама доберешься? Я немного задержусь по делам. Ок?

Василиса: А давай завтра встретимся? Раз у тебя дела. Тоже найду парочку важных дел на сегодняшний вечер.

Хорошо, что Беляева додумалась перевести телефон в беззвучный режим. Стоило отправить сообщение Лису, как поступил входящий звонок.

Вася отбила, не стала отвечать.

Лис: Что за нахрен, Лиса?! Живо ответь!

Василиса: Завязывай паниковать. У меня пары!

Лис: Никаких дел, ясно?

Василиса: Да успокойся! Я пошутила! Буду ждать тебя дома.

Лис: Без трусов и на коленях!

Василиса: Иди ты в…

Лис: Ладно, просто без трусов. Целую, конфетка. Скучаю.

Василиса убрала телефон в сумку. Щеки горели от смущения.

Нет, нужно как-то потихоньку привыкать к такой манере общения Лиса. Он все равно не изменится. Его не переделать.

Впрочем, она ведь его именно такого и любит. Да?

Беляева решила поговорить с мамой, а после помчаться к Лису домой. Мама должна понять. Не хочет Вася ехать в особняк, еще и без Елисея. И потом, она же обещала ждать его дома.

На территорию интерната Василиса подъехала на такси, сразу же после пар. Ехали долго, повсюду пробки, дороги загружены.

Потому с мамой Василиса встретилась уже у ворот. Василиса вышла из такси и коротко поздоровалась с Аркадием, водителем, которого прислал Максим Максимович.

— Все, можно ехать, — распорядилась мама.

— Нет, мам, подожди, — возразила Вася. — Давай пройдемся здесь, мне нужно кое-что тебе рассказать.

— Хорошо, но я первая! — воодушевленно заговорила мама, подхватила Василису за локоть и повела по внутренней тропинке вдоль ограждения. — Аркадий, мы сейчас. Дайте нам пять минут.

Водитель кивнул и сел в машину. Василиса набиралась смелости, а подходящих слов все равно не было.

Толку юлить? Нужно говорить, как есть.

— Мам…

— Давай сначала я. Меня просто распирает от такой новости! Максим утром сказал, представляешь! — радовалась мама. — Елисей женится!

Василиса споткнулась на ровном месте. Женится? Да они вроде бы ничего такого не обсуждали. Пока решили просто встречаться, пожить вместе, попробовать.

Да ей восемнадцать всего! Не хочет она замуж так рано!

— Я ужасна рада. Нужно столько всего подготовить! — взахлеб говорила мама.

— Может быть, не стоит пока торопиться? — осторожно произнесла Василиса.

— И девушка такая милая. Я знакома лично. Максим пригласил семью Елены на ужин. Уверена, вы подружитесь.

ЧЕГО???

— С кем, ма? — негромко спросила Василиса, поборов мгновенную реакцию заорать.

То есть, женится? Не на ней? На ком тогда?!

— С невестой Елисея. Она из хорошей семьи. Дочка давнего друга Максима. И я так поняла, там ждали, пока Лис вернется из клиники. Теперь он вернулся, значит, свадьбе быть.

Мама говорила что-то еще, но Вася перестала ее слушать.

Вот так, значит. У Туманова где-то здесь невеста, а Василиса не в курсе. Более того, свадьба не за горами, и все давно решено.

А ей он втирал насчет ответственности, еще и вину брал на себя в случае беременности!

Это что же получается, Василисе отведена роль любовницы?!

— Все, Вась, поедем к нам. Мне нужно успеть все проверить, как там справляется повар. Такой день важный для семьи, — говорила мама.

— Знаешь, ма, я не могу. Честно, — покачала головой Василиса, — у меня столько домашки. И тренировка еще. Нельзя пропускать. Но ты передай мои поздравления. Искренне рада за Елисея и Елену.

Василиса понимала, еще минута, и она взорвется. Просто не вынесет жизнерадостной болтовни мамы о грядущей свадьбе пасынка.

— Очень жаль, — всплеснула руками мама, — Максим надеялся, что ты приедешь к нам вечером. Хотел тебя кое с кем познакомить. У него есть деловой партнер, а у того старший сын…

— Спасибо, ма, но не нужно, — нервно рассмеялась Василиса.

— Хорошо, отложим этот разговор, — кивнула мама, а после спохватилась, — так о чем ты хотела поговорить? У тебя что-то случилось?

— Ерунда, ма, все хорошо, — Василиса натянуто улыбнулась, — я просто соскучилась. Передавай Максим Максимовичу привет.

Беляева обняла маму на прощание.

Она любила ее, но сейчас не смогла дольше выносить веселья и радости. Васе нужно было переварить все это. Проглотить эту новую реальность, которая перечеркнула все, что случилось с ней и Лисом.

Аркадий закрыл двери со стороны пассажира, а пока обходил автомобиль, странно взглянул на Василису. Девушка совершенно случайно перехватила его взгляд.

И когда мужчина проходил мимо, чтобы сесть на водительское место, коснулся локтя Беляевой:

— Лис ни за что не согласился бы. Пацан только пешка в игра отца.

Василиса не сразу поняла, что именно он ей сказал. Стояла, смотрела, как машина скрывается за поворотом.

Та-а-ак…

Выходит, Елисей не давал согласия на брак? Но все равно женится по велению отца?

Черт! Василиса растерялась.

Можно было вызвать такси. Но Василисе нужно было подумать по пути домой.

Грызли разные мысли. И о том, что Лис ей ничего не обещал. Даже не говорил о своих чувствах. А все их, казалось бы, серьезные беседы заканчивались постелью. Иногда они и до постели не добирались.

Василиса тряхнула головой. И куда теперь ехать? Она обещала Лису быть дома.

А он если не обещал, но обязан жениться на какой-то там Елене.

Получается, что теперь для Василисы нет места в доме Елисея. А если все же поехать, то кем она будет там, в его квартире? Любовницей? Короткой интрижкой? Сводной сестрой, с которой его связывают более тесные отношения?

Бред какой-то! Просто гребаный бред!

Маршрутный автобус сломался по дороге. Василисе пришлось пересаживаться, а часть пути пробежать пешком. И в итоге в жилом комплексе Туманова она оказалась уже затемно.

Были сомнения, стоит ли ей вообще заходить в дом. Может быть, просто позвонить?

Нет, Василиса не трусиха. Нельзя же постоянно сбегать при первой же проблеме.

Да и потом, она пробовала жить без Лиса. Целых полгода пробовала. И все как-то…

Не очень хорошо все получилось.

Значит, нужно, как минимум, поговорить с Тумановым на эту тему.

Василиса поднялась на нужный этаж. Двери кабинки лифта раскрылись, и девушка вышла в холл.

И тут же замерла, услышав громкие мужские голоса.

— Ты ни хрена не понимаешь! Ни хрена! — на повышенных тонах орал мужчина.

— Одну вещь я все-таки просек, — насмешка и цинизм плескались в голосе собеседника. — Решать твои проблемы я не буду. Не такой ценой.

— Вот не нужно строить из себя мученика! — рявкнул Максим Максимович, а Василиса осторожно прокралась вперед, вдоль стеночки, чтобы ее не заметили. — Думаешь, мой первый брак был не таким?! Через год-два разведешься. И потом, никто ведь не требует от тебя что-то менять. Как трахал своих девок, так и трахай дальше! В чем дело? Я не пойму!

— Не, так не пойдет, — не успокаивался Лис. — Свадьбы не будет, понял? Ты не закроешь моей жопой свои косяки, па!

— Будет, еще как будет! — зло сплюнул Туманов-старший. — Ты меня подставляешь. Не выйдет, ясно?!

— Савицкий уже взял с меня слово. Его дочурка, за каким-то хером, хочет именно тебя. Все, не обсуждается! — Туманов рубанул ребром ладони воздух, а Лис еще сильнее нахмурился.

Василиса выглянула из-за угла, и теперь девушке было прекрасно видно все, что творилось на пороге квартиры Лиса.

Максим Максимович, с покрасневшим лицом и в распахнутом пальто.

Лис в своей любимой куртке и с сумкой через плечо. А у его ног стоял чемодан.

Василиса прекрасно разглядела, что чемодан принадлежал именно ей. Тот самый, что вчера вечером они с Лисом привезли к нему, собрав Васины вещи.

— Ты прав, не обсуждается, — набычился Лис, вынул из кармана куртки ключи от машины и от квартиры, небрежно бросил на тумбу у входной двери. — Все, давай.

— Елисей! Вот не смеши меня, — засмеялся Туманов. — Типа, а жить ты где будешь? Без тачки своей любимой ты как, справишься?

— Да уж как-нибудь, — хмыкнул Лис.

— А бабки? Ты работать не умеешь! На всем готовом живешь!

— Твое бабло мне тоже не нужно, — Лис дернул плечом. — Все, считай, нет меня. Ни проблем, ни забот.

— Хитрый ты, щенок, — рявкнул Туманов. — А ты не забыл, сколько бабла я влил в твою реабилитацию?! В байк этот твой сраный!

— Все верну, до копейки! — рявкнул в ответ Лис и, наконец, увидел Василису, и уже совсем другим тоном пробормотал: — Привет, конфетка.

Василиса нос к носу столкнулась с Тумановым-старшим. Прежде Максим Максимович был для нее если не идеальным, то очень добропорядочным, рассудительным, мудрым мужчиной.

Но сейчас перед ней оказался кто-то другой, словно Туманова подменили.

— Василиса? Ну ты хоть с ним поговори! Он же ни соображает ничерта! — пробормотал мужчина.

Лис усмехнулся. Подхватил ручку чемодана, поправил лямку своей сумки, приблизился к девушке.

— Все, Лиса, я бездомный, бесколесный, безработный. Примешь меня таким? — усмехнулся парень.

Но взгляд у него был загнанным, в глубине взора плескался страх.

Он реально боялся, что Василиса от него откажется? Прогонит?

— Зато холостой?

— Зато весь твой, — подмигнул он ей.

— Да что б вас! — ругнулся Туманов-старший.

— И никаких Елен?

— Не знаю никаких Елен! — мотнул головой Лис, обхватил ее ладонь своей, сжал крепко. — Попрощайся с Максим Максимовичем. Мы уезжаем.

Василиса взглянула на мужчину. Отец Лиса стоял в дверях квартиры, хмуро взирал на них с Елисеем, а по лицу пошли крупные красные пятна.

— До свидания, — натянуто улыбнулась Василиса.

Туманов молча хлопнул дверью, оставив молодежь в холле, а сам заперся в квартире.

— Старый сукин сын, — пробормотал Лис, а Вася не стала с ним спорить. В коем-то веке была согласна с парнем.

— Куда поедем?

— Ну, к тебе точно не вариант. Там тесно, места мало, да я и не альфонс, жить на твоей шее, — ворчал Туманов, размышляя вслух, — пока перекантуемся у Лары. Пару дней. Дальше решу вопрос.

— Лис, нам ведь не обязательно вместе жить у твоей матери? Я могла бы…, — начала Василиса.

— Он был прав, да? Без бабла я тебе на хер не уперся, — усмехнулся Лис.

Василиса возмущенно запыхтела, остановилась, дернула Лиса за руку.

— Чушь не неси!

— Тогда и ты не болтай ерунды, — насупился Лис. — Едем к матери. Ок?

— Хорошо, — согласилась Василиса. — Кстати, я уже ночевала там. Удобная спальня.

— Да я в курсе, — проворчал Лис, а в лифте притянул Василису к себе, и когда кабинка двинулась вниз, вздохнул, — черт, как же я рад, что ты вовремя появилась.

— Так мы же договорились встретиться дома.

— Я имею ввиду, в моей жизни, — пробормотал парень, крепко обнимая ее, а носом прижался к шее.

Василисе было немного щекотно, но девушка ни за что не отстранилась бы от любимого. Обнимала его в ответ.

Ладно, хорошо, что все произошло именно так. Хорошо, что она приехала к Лису. И хорошо, что вовремя услышала разговор Лиса с отцом.

Да и вообще, все у них хорошо.

Лара даже не удивилась, увидев на пороге Лиса с Василисой. Не стала задавать вопросов, зато усадила за стол и накормила вкусным ужином.

Вскоре в квартире появился и Михаил. Вчетвером они пили ароматный чай.

— Михаил, можно на пару слов? — спросил вдруг Лис.

— Ну вот, опять у них там мужские дела, — махнула рукой Лара и приобняла Василису за плечи, — а мы тогда тоже посплетничаем, девочками. Да, Васенька?

Беляева не возражала. Вообще, ей было гораздо уютнее общаться с матерью Лиса, чем со своей. Ей казалось, что Лара ее очень хорошо понимает. Да и на многие вещи смотрит иначе.

Они заперлись в комнате Лиса. Вася раскладывала вещи в шкаф, а женщина устроилась в мягком кресле.

Ну вот, сейчас и начнется допрос. Василис даже не сомневалась.

— Я рада, что мой сын сделал правильный выбор, — заговорила Лара.

— Правда? — несмело улыбнулась девушка.

— Это вопрос времени. Я надеялась, что рано или поздно, а Елисей пошлет папашу лесом. Раньше у него не было стимула. Теперь у него есть ты, — улыбалась женщина.

— А если отец лишит Лиса наследства? Всякое может быть, — пожала плечами Василиса. — Нет, ты не думай. Мне плевать на деньги. Но вдруг для Лиса это важно.

— Думаешь, он станет винить тебя? Мол, отказался от всего ради тебя? — догадалась Лара.

— Как вариант.

— Мой мальчик любит тебя. По-моему, выбор был очевиден.

Василиса замерла. Любит?

Она, конечно, надеялась, мечтала, что Елисей испытывает к ней нечто большее, чем сексуальное влечение. Но про чувства они ни разу не говорили.

Да и когда им было вести разговоры? У них все как-то не так идет, если честно.

— Не думай об этом. Елисей сам выбрал, как ему жить. А Туманов пусть катится в задницу, — хмыкнула Лара.

— Можно вопрос?

— Да хоть десять, — кивнула Лара.

— Почему вы развелись?

— Наш брак был договорным. Я была слишком молода, чтобы пойти вопреки воли деда. А Туманов был очень хитрым, чтобы упустить такой шанс. Я смирилась, была послушной женой. Когда Лису было десять, я встретила Михаила. Он заставил меня поверить в собственные силы, — с мягкой улыбкой говорила Лара. — Мы открыли это место. Я развелась. Туманов отсудил у меня все, кроме ресторана. И то, потому что основным владельцем по бумагам был Миша. Получалось, что я, такая нехорошая изменщица, обманула мужа. Но я ни о чем не жалею. Лис знает, что я его люблю. А Туманов, он просто гад… и считает, что каждый человек имеет цену.

— Жаль, что мама вышла за него замуж.

— Наверняка, не просто так. Уж убей меня, но я не верю, что по любви, — рассмеялась Лара и обняла Василису за плечи, — будь осторожна, девочка. Кто знает, какие деньги поставлены на кон. Я хотела бы ошибиться, но Туманов еще мелькнет на твоем пути.

— И я пошлю его в жопу, — буркнула Василиса.

— Так и сделай, — рассмеялась Лара.

— Веселитесь? — в дверях появился Елисей.

Вася оглянулась. Парень улыбался, убрав руки в карманы брюк.

Расслабленная поза, очень даже сексуальная. И прическа у Лиса взъерошенная, хулиганская.

— Уже закончили, — фыркнула Лара. — Будете спать? Или есть планы? Можем открыть бутылочку вина, посидеть на крыше, полюбоваться звездным небом.

— Это вы без нас, ма, — еще шире заулыбался Лис. — У нас с конфеткой планы немного другие.

Беляева покраснела. Вот же гад! Он специально? Еще и смотрит так, что сразу становится ясно: спать в ближайшее время он ей не даст. И Лара это поняла.

— Болтун! — шикнула она на сына и вышла из комнаты.

— Туманов! Так ведь нельзя! — зашипела на него Василиса.

— Кто сказал? — коварно заулыбался Лис и подошел вплотную.

Василиса попыталась отпрыгнуть подальше. Да у нее еще дел куча. Нужно вещи разложить по шкафам. Нужно в душ сходить. Нужно…

— Лис! — возмущенно пропищала она, когда оказалась зажата между горячим телом и прохладной стеной.

В ответ Туманов лишь щелкнул выключателем, погружая комнату в мягкий полумрак.

— Хочу тебя, пиздец как сильно, — пробормотал парень ей на ухо.

— Ты ужасно прямолинейный.

— А ты ужасно красивая, конфетка, — шептал он.

Василиса сдалась. Нет у нее иммунитета против Лиса. Стоит ему прикоснуться к ней, как она уже готова на все.

— Кстати, завтра есть планы насчет работы. Так что не переживай, малышка, все у нас будет. И тачка, и квартира, — негромко заговорил Лис.

— Я и не переживаю, — улыбнулась Василиса, обхватила ладонями мужское лицо.

— Зато я волнуюсь. А вдруг у нас ребенок скоро родится. Нужны же бабки на памперсы, и все такое.

— Туманов! — в голос застонала Василиса. — Давай не будем пока об этом думать.

— Ты меня сейчас убьешь, конфетка, — вздохнул Лис, тесня ее к постели. А после и вовсе уложил на матрас, придавив собой. — Здесь точно нет резинок.

— Лис!

— Ну что такого? Я забыл. Честно!

— Туманов, млин!

— Давай ругаться буду я, а ты лучше целуй меня, конфетка.

— Я тебя убью! — пообещала Вася, но тело уже плавилось от жадных поцелуев и настойчивых касаний.

На этот раз Лис будто издевался над ней. Пытал ее удовольствием. Доводил до предела и замирал, заставляя ее смотреть в его глаза.

— Василиса, я…, — вдруг заговорил он, а в голове у Беляевой микровзрывы и полнейший хаос.

— Быстрее, Лис! — взмолилась она, когда он застыл, не двигаясь в ней.

— Как скажешь, детка, — выдохнул Лис и толкнулся вперед, заставляя Василису взорваться наслаждением.

Кажется, он что-то шептал ей, уткнувшись в шею. Но слов не разобрать.

Ладно, Вася утром спросит. Обязательно спросит.

Лис и сам охренел от собственных слов, эмоций, ощущений.

А ведь все так было. Он чувствовал именно так.

Он любит эту девчонку.

Его вредную ведьму, хитрую лису, мягкую и послушную девочку.

Обожает ее. И с появлением Василисы его жизнь обрела то, чего ему прежде не хватало.

Покоя, стабильности, уверенности.

Он почувствовал себя нужным, взрослым, зрелым.

Мужчиной, а не пацаном.

Нет, у него по-прежнему подгорает, но теперь у Лиса есть неизменная постоянная, ради которой ему хочется свернуть горы.

А еще появилась уверенность, что все у него сработает. Какие бы планы ни строил, а все они приведут к результату.

Василиса ему эту уверенность вживила под кожу. Улыбкой, голосом, мягкими касаниями — всей собой.

Лис аккуратно перевернулся, лег удобнее на постели. Малышка тут же свернулась, кошкой прижалась к нему.

Ласковая, податливая, уснула моментально. Туманов знал, что в таком состоянии Василиса позволила бы ему все, чего бы он ни захотел. Без жести, конечно. Да и какая жесть вот с такой нежной девочкой. Жести ему и не хотелось.

Но он понимал, что Василиса доверилась ему. Вложила в его руки всю себя.

И сердечко свое, без этого никак.

Пока она промолчала в ответ не его признание. Он и сам охренел, когда ляпнул.

А сказав раз, уже не мог затормозить. Эти три простых слова будто намертво прилипли к языку. Он бормотал их на все лады, нараспев, под рвущийся темп слияния двух тел.

И ему это заходило.

Лис улыбался, глядя в потолок.

А руки на хрупких плечах, в длинных прядях.

Кайф же, чистейший кайф.

Туманов знал, что наутро будет херово, вернутся проблемы, которые сейчас будто подтерлись.

Теперь у него нет отцовских бабок, от многого придется отказаться. В том числе, от тачки.

Херня! Справится же! Без вариантов.

Главное, чтобы Василиса была рядом.

Тут тоже без вариантов.

Телефон завибрировал на тумбе. Лис осторожно дотянулся до гаджета. Его, кстати, тоже не мешало бы заменить на что-то более бюджетное.

Лис прикинул, что у него были вещи, которые не куплены на отцовские деньги. А значит, по полному праву принадлежат ему. Нужно бы и на их счет подумать.

В душе у Лиса проснулся азарт. Отец ждет, когда Лис проползет к нему за милостыней? А вот ни хрена подобного! Туманов и сам выгребет, без помощи долбаного папаши!

Серый прислал сообщение. Лис улыбнулся. Отлично! Утром будут решать уже вместе. Да и Михаил обещал посодействовать.

— Конфетка, пойдем в душ? — шепнул он, заранее зная, что Василиса никуда не пойдет.

Уснула девчонка. Умоталась.

А он и рад. Потому что в его плане, состряпанном на скорую руку, но верном, как швейцарские часы, сразу после пункта «Нормальный заработок» стоит «Семья». А какая семья без детей? А дети у него исключительно с Василисой.

Вот и мыться в душ он ее не потащит. Пусть спит, расслабляется, отдыхает. Беременеет там. Ну нормально чтобы все было, как нужно, а не через задницу.

Елисей не очень соображал в этом деле. Знал самое необходимое. А именно то, как избежать появления нежелательных последствий.

Но все это до Василисы. С малышкой у него все иначе.

Девчонка затихла, прижавшись к нему спиной.

А он распластал ладонь по ее животику.

Плоский, но когда-нибудь он будет похож на воздушный шар.

Наверно.

Лис крепко задумался. Среди знакомых женщин не было беременных, потому он смутно представлял как оно все происходит. Но ничего. Есть время. Он обязательно подтянет матчасть по этому вопросу.

Зевнув, парень закрыл глаза.

Василиса поерзала, толкнулась в его бедро попкой.

Ну вот… И как теперь уснуть?

Но поспать нужно. Завтра будет новый день, еще и охренеть какой сложный.

Туманов проснулся еще до будильника. Взглянул на телефон.

Да, так и есть. Сорок минут у него в запасе. Можно встать, сообразить им с Василисой завтрак.

А можно и не торопиться сваливать из постели.

Лис мысленно усмехнулся.

У него ведь намечается сложный день. Ему нужна моральная поддержка от любимой девушки.

Так-то!

Василиса лежала на животе, обхватив руками подушку, сладко сопела, приоткрыв пухлые губки.

Лис нырнул ладонями под одеяло. Василиса сонно вздохнула, но глазки так и не открыла.

Туманов прижался ртом к плечу, а пальцами провел по изгибу спины, упругой ягодицы, бедра.

Малышка подтянула коленку выше. Лис охренел от мыслей, насколько его девочка сейчас открыта перед ним. Разве только одеяло мешало, а поза очень даже охуительная.

Лис стащил тряпку в сторону. Василиса поежилась, лишившись тепла.

Туманов придвинулся ближе. Он же и сам вполне сгодится в качестве одеяла, да?

Целуя тонкие косточки ключиц, шеи, лопаток, Лис приподнялся.

Окинул хозяйским взором все свои владения.

До чего ж она у него красивая, его Лисичка… Ослепнуть можно ж.

А ладони так и тянулись ко всей этой красоте. Лис огладил попку, легонько сжал ладонью, сдвинул пальцы ближе к самому горячему местечку.

И ведь реально, горячая.

Розовая плоть уже была скользкой, так и манила Лиса, толкала на всякие пошлости.

Туманов двинулся ниже. Ртом прочертил дорожку вдоль позвонков до крутого изгиба торчащей вверх попки.

Василиса дернулась, попыталась закрыться от него.

Но было уже поздно. Его пальцы уже отыскали заветное местечко.

Туманов мысленно одернул себя. Рано пока. Васенька у него наивная и пока еще недотрога, особенно в некоторых местах. Когда-нибудь, потом, он обязательно даст волю пошлостям. А пока что Лис миновал соблазнительную дырочку и огладил влажный вход.

Его палец тут же оказался в плотном плену тугого лона.

Лис плавно провел несколько разу, туда-обратно, пока малышка не начала сладко постанывать.

— Ли-и-ис…, — шептала она в подушку.

— Я здесь, конфетка моя, — пробормотал он.

Целовать медленно и размеренно уже не хотелось. Терпения не хватало, как и выдержки.

А потому Лис спустился ниже. Приподнял крутые бедра ладонями, а ртом прижался к влажному местечку.

Сладкая же… Охуительная просто!

Лис завелся так, что едва держал член в узде.

Девочка стонала, изворачивалась, шипела на него.

Но Туманов не позволял ей двигаться. Ласкал, целовал, облизывал сладкую плоть, каждую складочку, бугорок, дырочку.

Василиса задрожала, забилась в его руках.

Лис привстал, аккуратно придержал метавшуюся по постели малышку.

Член уперся во влажные губки. И плевать, что опять резинок нет. Походу, у Лиса карма такая, вечно про них забывать.

Медленно и осторожно он толкнулся вперед. Василиса охнула, прогнулась под его напором, подстроилась.

Лис выдохнул, уткнулся лбом в хрупкие лопатки.

— Твою ж мать! — пробормотал он, а у самого перед глазами чертовы искры.

И чистейший кайф, чистейшее горячее удовольствие. А ведь он едва только начал.

Слабак, млять!

Лис выдохнул, слегка отпустил, и вновь толкнулся вперед.

Василиса вскрикнула.

Пришлось отыскать ладонью приоткрытый ротик.

— Кусайся, если хочешь, — прошептал он.

Малышка тут же сомкнула острый зубки на его пальцах. Лис ощутил, как раскаленная лава топит его тело, разум.

И вновь толчок, еще один, и еще…

И с каждым разом Василиса стонала все громче, а он срывался.

Экстаз накрыл Лиса с головой. Он кончил, тараня мокрые складочки каменным членом. До опустошения. До звона. До долбаных искр и фейерверков перед глазами.

Чтобы не раздавить малышку, Лис вовремя изменил положение тела. Рухнул рядом. Василиса жадно хватал ртом воздух.

Лис улыбался, как дебил. Потому что был самым охуительно счастливым в мире.

— Люблю тебя, конфетка, — уже привык к этом словам, потому не заморачивался. Они просто слетели с языка. Да Лис и не пытался их за тормозить.

Василиса распахнула глаза.

Не верила? Походу так и есть. По крайней мере, удивленно хлопала ресницами, глядя на него.

— А ты как хотела? Люблю. Смирись.

— Угу, постараюсь, — мурлыкнула она и прикрыла глаза.

Чего? Типа, это все? Никаких: «И я тебя»???

Василиса чудом промолчала. И как сумела? Сама не поняла.

Но было приятно, да. Очень-очень приятно. И ведь не хотела мучить любимого парня, само собой как-то все вышло. А от негодования Лиса становилось смешно.

Он же реально вот-вот взорвется. Видно по раздутым ноздрям и гневному взгляду.

Вася понимала, что гордость ему не позволит требовать ответного признания. И услышать хочется, да.

— И?

Василиса едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Пришлось даже отвернуться, спрятать нос в подушку.

— Конфета, мать твою за ногу! — зарычал Туманов и набросился на нее.

Василиса жутко боялась щекотки. Потому хохотать начала громко, в голос. Еще и извивалась ужом, чтобы сбросить с себя пронырливые пальцы.

— Все, все, хватит! — визжала она.

Лис навалился сверху, прижал ее собой, усмехнулся.

— Я жду, сладкая, — хмуро изрек Туманов.

— Дурачок, — фыркнула Василиса, — можно подумать, я бы тебе все это позволила. И не ждала бы полгода, а нашла бы нормального парня, не идиота.

— Ты сейчас доболтаешься! — пригрозил парень, ослабив хватку.

Одно запястье Беляевой оказалось свободным. Девушка подняла ладонь и провела ею по щетине, отросшей за пару дней.

Елисею очень шло. Впрочем, этот гад был красив и гладко выбритым, и с бородой.

— Любишь меня? — будто терял терпение, потребовал ответа.

— Люблю, — улыбнулась Василиса.

— Ну наконец-то! — возмутился он громко, ловко перевернулся на спину и усадил Василису на себя. — На чем мы там остановились?

— Не вздумай! — запротестовала Василиса. — Мне итак стыдно перед Ларой. Да и вставать уже пора.

— Я уже встал, — хмыкнул Лис.

Василиса, смутившись, почувствовала, как в промежность упирается горячая твердая плоть.

Опять? Реально? Да они же минуту назад…!

Пришлось действовать быстро. Изловчившись, Василиса выпуталась из крепких рук, соскользнула с постели, успев утащить с собой и одеяло.

— Вредная женщина мне досталась, — наигранно застонал Лис.

И он ведь не стал прикрывать наготу. Наоборот, сцепил руки на затылке, играя мускулатурой.

Вот же… позер!

— Сам выбирал! — показала она ему язык и побежала в душ.

Пришлось закрыть двери на щеколду, чтобы этот извращенец не вломился.

Быстро приведя себя в порядок, Василиса вернулась в комнату. Лис так и лежал в кровати, обнаженный, бессовестный.

— Прикройся! — фыркнула девушка и бросила в него одеяло.

— А мне скрывать нечего, — хмыкнул Туманов.

Василиса лишь покачала головой.

— Ладно, я тоже быстренько в душ, потом позавтракаем, и я подброшу тебя в универ, — зевнул парень.

— Я и сама доберусь, — пожала плечом Вася. — Вряд ли тебе по пути.

— Мне нормально, — подмигнул он.

— А ты меня на метро собрался подбросить? — рассмеялась Василиса.

— Миха даст тачку погонять, — поделился новостями Лис. — Короче, не спорь, женщина. Сказал, подвезу, значит, так и будет.

— Диктатор!

— Бери выше, — самоуверенно заявил Лис, — твой будущий муж. Советую слушаться меня во всем, иначе выпорю.

— Ты совсем охренел?! — возмутилась Василиса, не зная, от какой новости она обалдела больше: от заявления о грядущей порке, или о грядущем статусе мужа.

Туманов в голос заржал. А проходя мимо, слегка шлепнул ее ладонью по попе.

— Гарантирую, тебе понравится. Обожаю твою попу, Лиса, — раздалось уже на пороге в ванную комнату.

— Идиот, — пробормотала Василиса.

Понимала, что смущаться уже не стоит. А нужно просто быть готовой ко всему. Кто знает, что в голове у этого дурачка. Э-э-э… любимого парня, то есть!

— Ты специально?

Василиса вовсе не собиралась шипеть на него. Так получилось. Да довел просто!

Он не только подвез ее к университету, еще и проводил до крыльца.

Вася пыталась выдернуть ладонь из мужской руки. Но Туманов держал ее крепко. Еще и здоровался со всеми знакомыми, кто встречался на пути.

Блин, да он же уже закончил универ, почему Лиса все здесь до сих пор знают?!

— Расслабься, конфетка, — усмехнулся Лис.

— Твои фанатки выдернут мне волосы в женском туалете на следующей перемене, — проворчала Василиса.

Однако что-то все же было во всей этой ситуации. Васе она нравилась. Особенно нравилось, что Лис не собирался скрываться или прятаться.

Они вместе. Точка.

И Василисе импонировала эта уверенность парня. Пожалуй, даже непоколебимость.

— Уверен, ты с ними легко справишься, сладкая, — подмигнул Туманов.

И ведь даже не стал отрицать, что у него здесь полный университет и фанаток, и бывших.

Гад!

— Все, конфетка, беги, — вздохнул Лис.

Нежный поцелуй моментально перерос в жаркий, с языком и ватными коленками.

И как, ну вот как Туманову удалось проделать с ней этот фокус?! Она ведь не собиралась целоваться с ним на виду у всего вуза.

Ладно, Василиса решила смириться с неизбежным.

Да и плюсы ведь были. Все хищницы теперь знают, что Туманов занят.

А хищниц, что вовсе не удивительно, было довольно-таки много. Все эти любопытные взгляды Беляева чувствовала затылком.

— Во сколько освободишься? — уточнил Лис, широко улыбаясь.

Василиса залипла на его губах. Коварный и хитрый!

Да, словом, лис!

— Давай у Лары встретимся? Зачем тебе мотаться через весь город?

— Вот же вредная, а, — наигранно трагично вздохнул Туманов, — спрашиваю одно, отвечает другое.

— В пять, или даже позже, — сдалась Василиса.

— Созвонимся тогда, — кивнул парень.

Скорее всего, он это свое «созвонимся» произнес машинально. Наверняка, именно так он и прощался со своими прежними девушками. Нейтральное словечко, ни к чему не обязывало, ничего не обещало.

— Да, конечно, — максимально спокойно ответила Беляева.

И с чего вдруг завелась? Сама не знала. Но вот этот звоночек из прошлой жизни как-то задел.

Василиса шагнула назад, собралась уйти. Нужно спешить, с минуты на минуту начнется занятие. А она все еще торчала на улице. Непорядок.

Однако Лис перехватил ее за ладонь и резко дернул на себя.

Второй рукой придержал за талию. И никуда не деться. И взгляд проницательный, пронизывающий, понимающий.

— Люблю тебя, сладкая, — в миллиметре от ее губ прошептал он.

И все, злость испарилась. Осталось лишь счастье от осознания того, что ее любовь взаимна. И все у них будет хорошо.

— И я, — улыбнулась Василиса и уже сама коротко прижалась к мужским губам.

Занятия закончились раньше, чем должны были. Последние пары отменили, и радостная толпа студентов выкатилась на улицу.

Василиса болтала с приятелями и уже собиралась звонить Лису. Даже телефон вынула из кармана.

— Василиса? Здравствуй, — раздался спокойный и невозмутимый голос отчима.

Беляева резко обернулась. Туманова-старшего она и не заметила даже. Мужчина стоял поодаль, один, без водителя. И судя по ключам, что вертел в ладони, сам был за рулем.

— Добрый день, Максим Максимович, — осторожно поздоровалась девушка.

Появление отца Лиса оказалось сюрпризом для нее. Они не обсуждали родителей. Потому и не решили, что им вообще говорить. Ясно, что Лис не планировал общаться с отцом. А Василиса как-то не определилась пока. Он ведь не только отец Елисея, еще и муж матери.

Черт, как-то все стало очень сложно у них в семье!

— Уделишь мне минутку? — продолжал Туманов.

— Да, конечно, — рассеянно кивнула Василиса.

— Неподалеку есть уютное кафе. Составишь мне компанию за кофе?

Отказаться, разумеется, нельзя. И потом, Василисе было интересно узнать, о чем именно хотел поговорить с ней отец Лиса.

А еще невольно возник вопрос, стоит ли ему рассказывать о встрече с его отцом.

Василиса решила, что рассказать придется. Ей скрывать от Лиса нечего.

— Значит, у вас с Елисеем отношения, — усмехнулся Туманов.

Мужчина начал разговор, когда официант принял заказ и удалился. Василиса неопределенно пожала плечом.

В руке вновь ожил телефон. Девушка украдкой сбросила вызов. Лис ее прибьет, определенно прибьет.

Лис: Живо взяла трубку!

Василиса напечатала короткое «Позже» и убрала гаджет в карман.

— Значит, так, — кивнув, ответила на вопрос отчима.

— Это он? — Максим Максимович указал на мобильный, к которому рука Василисы так и тянулась.

Написать Лису адрес, где именно она сейчас находилась, или проигнорировать?

Дилемма…

— Да, он. Послушайте, Максим Максимович, давайте я выслушаю все, что вы хотели мне сказать, и разойдемся, — предложила Василиса предельно вежливо.

— Что ж, — пожал мужчина плечом, — тогда сразу к делу.

Он вынул из внутреннего кармана пальто ручку, взял со стола салфетку и быстро что-то написал на белоснежном клочке.

— Это та сумма, которая поступит на твое имя уже сегодня вечером.

Василиса вскинула бровь.

Удивилась ли? Нет, совсем нет. Чего-то подобного она и ожидала от отца Елисея. Вполне логичный и ожидаемый ход. Нужно устранить помеху. А именно помехой Василиса и оказалась.

— Взамен на что? — уточнила девушка, скрестила руки на груди, а к салфетке не притронулась.

Да и зачем? Она ведь все равно не станет брать эти деньги.

— Ты умная девочка. Все понимаешь, — хмыкнул Туманов-старший, — признаться, ты мне нравишься. И если бы все сложилось иначе, я был бы рад такой дочери, как ты. Но Елисей должен остепениться и выполнить определенную задачу.

— Жениться на девушке, которую не любит?

— Жениться. Остальное не имеет значения, — мотнул головой мужчина.

— А я, выходит, мешаю вам?

— Мне нравится другая формулировка. Ты хотела бы достичь определенных высот и в спорте, и в выбранной профессии. А деньги тебе в этом помогут, — Туманов придвинул салфетку ближе. Но Василиса даже не взглянула на нее.

Признаться, с каждой секундой беседа с Тумановым начинала ее раздражать. Более того, в голове у Васи плохо уживалась информация о том, что отчим фактически хочет разлучить ее с любимым человеком, разлучить сына с любимой девушкой. И ради чего? Ради собственной финансовой выгоды!

О чем она там думала? Сообщать ли Елисею адрес? Сомневалась, потому что если Лис заявится в кафе, то обязательно будет скандал с отцом.

— Знаете, если бы вы не были мужем моей мамы, я бы легко послала вас на хрен, — хмыкнула Василиса.

Туманов побагровел лицом. Раздраженно дернул рукав пиджака. Хмыкнул.

А между тем Вася подхватила телефон и коротко напечатала адрес кафе.

— Настоятельно совету подумать. Денег хватит надолго. Сомневаюсь, что мой сын в состоянии обеспечить тебя за свой счет. Он ни рубля не заработал за свою жизнь. Ты достойна лучшего, Василиса, — ровным голосом продолжил говорить мужчина.

— А мама знает о нашем с вами разговоре? — ради интереса уточнила Василиса.

— Есть вещи, которые должны остаться между нами, — отмахнулся Туманов.

— Реально? Звучит так, будто ты мою девчонку трахнуть собрался… папа, — раздалось за спиной Беляевой.

Василиса выдохнула, улыбнулась, повернула голову. Выходит, он был неподалеку, уже ехал за ней, раз примчался так быстро после ее сообщения.

Лис, скрестив руки на груди, стоял и сверлил убийственным взглядом отца. Вася мысленно взмолилась, только бы он не устроил мордобой. По выражению лица ничего и не скажешь. На всякий случай девушка протянула ладонь к парню.

Лис перехватил ее пальцы, сжал, сел на свободный стул рядом с Василисой.

И так и не выпустил ее руки из своей.

— О, как, — прокомментировал парень, развернул салфетку, глянул на цифры, что написал его отец, скомкал, швырнул обратно на стол, — а откуда такие капиталы, если ты, как выяснилось, в финансовой жопе?

Лис усмехался, но Василиса чувствовала гордость за него. Он говорил спокойно, даже без крепких словечек, которые он так любил. Да и вообще, вел себя по-взрослому.

— Продал твою квартиру, — парировал отец.

— Поздравляю, — беспечно пожал плечом Лис и взглянул на Васю, — конфетка, ты чего будешь? Наверняка, тебя даже мороженкой не соизволили угостить, а предпочли сразу трахнуть.

— Ты невыносим, — фыркнула Василиса, сжала мужскую ладонь, крепче переплела пальцы.

— Но ты ведь меня таким и любишь, — самоуверенно заявил Елисей.

— Люблю, — согласилась девушка.

А вот пусть этот Туманов знает! Пусть видит, что им хорошо вдвоем!

— И я тебя, сладкая, — заулыбался Лис и, понизив голос, шепнул, — валим отсюда?

— А давай, — так же тихо ответила Василиса.

Елисей поднялся из-за стола, помог встать и ей, придержал пальто. И пока девушка застегивала пуговицы, обратился к отцу:

— Говорю один раз. Не лезь к нам. Считай, что нас просто нет.

Они не стали ждать ответа Туманова-старшего. Просто ушли, взявшись за руки.

И уже на улице Лис притянул ее к себе и обнял. Прижавшись лицом к мужской груди, Василиса улыбалась.

Все у них хорошо. И никакие отчимы им не страшны. А деньги — это всего лишь деньги. Они и без них справятся, сами заработают.

— Ты замечательный, — пробормотала она, понимая, что должна поддержать любимого. Он имеет право знать, что она на его стороне.

— О, это не единственный мой плюс. Я еще круто варю кофе и занимаюсь любовью, — с мягкой усмешкой заявил Лис.

— Охотно верю, — в голос засмеялась Василиса.

— Есть хочешь?

— Очень.

— К Ларе?

— С удовольствием, — согласилась Василиса.

Взявшись за руки, они пошли к машине. И уже там Вася вдруг вспомнила кое-что.

— А почему ты маму Ларой называешь?

— Да как-то привык уже, — улыбался Лис, следя за дорогой и уверенно управляя машиной. Пусть не такой дорогой, как была у него еще вчера. Но это тоже совсем не важно. — Она молодо выглядит. Никто не верит, что она моя мать.

— Мне кажется, ей приятно, когда ты ее мамой называешь.

— Да? Ладно, — пожал плечом Лис.

Уже в ресторане их тепло встретили, усадили за уютный столик на четверых, подали горячий ужин на выбор шефа.

Василиса даже не пыталась отстраниться от парня, когда тот, придвинув стул ближе к своему, стиснул ее за плечи. Ей было уютно рядом с парнем. И все проблемы мгновенно стирались.

— Ну, детки, как день прошел? — улыбалась Лара и помогла официанту поставить тарелки на стол. — Я минуточку с вами посижу, да побегу дальше.

— Хорошо прошел, ма, — улыбнулся Лис и подставил щеку, когда Лара подошла ближе.

— Это прекрасно, — короткий поцелуй достался сыну, а после и Василисе.

Да и вообще, рядом с мамой Елисея было хорошо. Чувствовалась забота, любовь, материнская ласка.

Василиса любила маму, отношения у них были неплохими. Но с Ларой все по-другому.

— Вина не хотите? Миша сказал, есть неплохой повод отпраздновать, — приобнимая Васю за плечи, щебетала Лара.

— Не, мам, пока рано. Садись с нами. Устала за день, отдохни. Твои ребятушки и без тебя справляются, — предложил Лис.

— И ничего я не устала, — отмахнулась женщина. — Ешьте, пока не остыло. Мы с Мишей после подойдем, к десертам.

Василиса чувствовала, что действительно готова съесть и слона. Потому даже спорить не стала. Изысканное блюдо на ее тарелке выглядело просто сногсшибательно, а какие ароматы источало… м-м-м!

— Так что за повод? О чем Лара говорила? — Василиса приступила к допросу.

Лис ел без особого аппетита, да и выглядел весьма задумчивым. Наблюдал за ней, за тем, как она ест, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди.

— Честно, давно собирался. Но все тянул, — пожал плечом Елисей, — наверное, это даже хорошо. Так бы влез на отцовские деньги в бизнес, пришлось бы отдавать. Короче, мутим с Серым автомастерскую. Миха выступает главным спонсором. Пока так.

— С Федором? — переспросила Василиса.

А ведь она сто лет не виделась с другом. Как-то все общение сошло на «нет», когда Лис уехал в клинику. Впрочем, Василиса за катастрофически короткий период успела позабыть о том периоде своей жизни. Будто начала жить заново, когда встретила Лиса на дне рождении Лары.

И, что уж скрывать, а новая жизнь ей нравилась куда больше.

— С ним, — вскинул бровь Лис, — чего это ты так оживилась, конфетка? По Серову соскучилась?

Василиса закатила глаза. Он что, ревновать ее вздумал? Еще и к кому? К Феде?!

— Давно не виделись, — безмятежно пожала плечом Василиса.

— Хорошо, что ты уже в меня влюбилась, так бы я напрягся, — помрачнел Лис.

Василиса не думала смеяться. Но лицо у парня было поистине недовольным. Значит, и вправду он ее ревнует к другу?

Василиса, пряча улыбку, сосредоточенно пережевывала очередной кусочек.

— Как-то ты подозрительно молчишь, — выдал Лис.

— Я ем, — буркнула Василиса.

— Так ты соскучилась по своему Серому?

— Он не мой. Мы просто друзья.

— Угу, — скривился Туманов, а взгляд еще сильнее потяжелел. Василиса даже поперхнулась слегка. — Черт, как-то я совсем некстати кое о чем вспомнил.

— И даже пропал аппетит? — поддела его Василиса.

— Ты целовалась с моим лучшим другом, конфетка, — нахмурился Лис.

Беляева фыркнула, отодвинула пустую тарелку, официант тут же ее забрал.

— Спасибо, — улыбнулась она парню.

— Ну вот и ему ты чрезмерно радостно улыбаешься, — продолжал нагнетать Елисей.

— Туманов, давай-ка проясним кое-что важное, — предложила Василиса, сложила руки на столе и смерила Лиса строгим взглядом, — я целовалась с Федором, будучи его девушкой. Это ты меня зажимал по темным углам и пытался отбить у друга. Это рас. Два: я благодарю человека за его работу. И три: с Серовым мы сто лет не виделись, к тому же он прекрасно знает о моих чувствах к тебе.

— На моих глазах целовалась с другим мужиком, — сокрушался Лис с обидой в голосе.

— Перестань дуться, Королевич, — рассмеялась Василиса, вспомнив о давнем прозвище.

— Постараюсь забыть о том, как ты целовалась с Серым, — ворчал Елисей.

— Сделай одолжение, — кивнула Василиса.

— Когда твой животик подрастет, мне будет куда легче справиться с таким тяжелым потрясением, — продолжал размышлять вслух Лис, — но эта картинка так и стоит у меня перед глазами. Ты и Серый.

— Запарил, блин! — возмутилась Василиса, прекрасно понимая, что вся эта обида и негодование наиграны. Он ее троллит!

— А вот и он, предмет моих волнений, — заржал Лис и кивнул в сторону.

Василиса проследила за его взглядом.

Действительно, в зал вошел Федор. Его уже встретил официант и повел к их с Лисом столику.

— Мог бы и предупредить, — незаметно пихнула Лиса в бок локтем.

Туманов лишь крепче обнял ее за плечи. Можно подумать, она собралась убежать от него именно сейчас!

— А зачем? Чтобы ты вспоминала о вашем с Серым поцелуе? Хватит того, что я о нем помню, — ехидничал Лис.

— Ты сейчас доболтаешься! — прищурилась Василиса.

— Привет, ребят, так мило спорите, — заговорил Федор, протянул руку Лису через стол, — о чем, интересно?

— Выбираем имя первенцу, — Туманов привстал и пожал руку друга, а Василиса смутилась и покраснела. Вот умеет этот засранец выбирать темы для беседы!

— Серьезно? И какие варианты? — рассмеялся Серов и устроился на свободном стуле.

— Да не слушай ты его, — отмахнулась Василиса, улыбаясь другу, — расскажи лучше, как твои дела?

— Ну вот опять ты это делаешь, — возмутился Туманов, — меня в игнор. Феденьке все внимание.

— Поплачь, легче станет, — ржал над ним Серов.

— Ты серьезно говорил там, в ресторане?

Вопрос не давал Василисе покоя. Болтать можно всякое, язык ведь без костей. Тем более, у Туманова.

Но почему-то Вася верила, что насчет детей он не шутил. С другой стороны, они же молоды еще. Ей ведь всего-то девятнадцать скоро исполнится, Лису двадцать три. Куда им детей заводить? Сами еще дети.

— По поводу? — пробормотал Лис.

Она уже привыкла, что они спят в одной постели. Она — уткнувшись Лису в плечо. Он — обнимая ее за талию, или попу. Или что там ему под руку попадется. Сейчас вот бесстыжие пальцы намертво приклеились к Василисиному бедру.

— Насчет выбора имени, — осторожно ответила Василиса.

— Конечно. Только есть одна загвоздка, сладкая, — зевнул Туманов и потянул ее на себя.

И теперь Василиса лежала распластанная на нем. Откровенная поза получилась. А если учесть, что под растянутой футболкой на Беляевой не было белья, то вообще вышло пошленько.

Еще и любимый не упрощал ситуацию. Поерзал, лег удобнее. И Василиса ощутила, как в раскрытую промежность уперлось твердое мужское достоинство.

Даже в темноте Василиса покраснела, ведь и Лис, гад такой, проигнорировал трусы, когда ложился спать. Ладно она! Но не голая же легла, а в футболке Елисея.

— Какая?

— Дети должны рождаться в браке. Пойдешь за меня?

— Ну не знаю даже, меня нужно уговорить, — кокетливо шепнула Василиса.

Странный у них разговор. Впрочем, у них все с Лисом странное. Почему сейчас должно что-то измениться?

Василиса ощутила, как твердая плоть обожгла ее влажным огнем.

— Запросто, — хмыкнул Лис.

Он подтянул ее выше, надавил ладонью на поясницу, заставил прогнуться, проник глубже.

Василиса, ведомая крепкими руками, выпрямилась, качнулась вперед-назад, огладила ладонями широкие плечи.

— Все, я согласен, конфетка! — зашипел-застонал Лис. — Так и быть, женюсь!

— Туманов! — возмутилась она и тут же охнула.

Ладонью Лис нырнул к местечку, где соединялись их тела. А второй — сжал изнывающую от возбуждения грудь.

— Шучу, сладкая, — рассмеялся Лис и вскинул бедра, врезаясь в нее глубже. — Украл твою фразу.

Василиса охнула, застонала, утопая в наслаждении.

Лис двигался внутри так, как она любила. Он угадывал любые ее желания. И все чувства обострились настолько, что Василисе хотелось то ли петь, то ли плакать.

А после, когда Беляева пыталась вернуть в мысли хоть намек на рассудок, а дыхание восстановить, Лис шепнул на ухо:

— Соглашайся, сладкая. Будешь моей женой. Будем всегда вместе, в горе и в радости. Детей назовем, как захочешь. Ну, это если пацаны пойдут. А если девчонки, тут, прости, придется потерпеть. Папиных принцесс сам буду называть.

— Туманов! — растерянно рассмеялась Василиса. Детей? Да он издевается! Она на одно-то ребенка не дала «добро».

— Ты же хотела, чтобы я тебя уговаривал. Или я плохо старался?

Василиса фыркнула. Он ведь и без ее согласия все знает.

— Раз молчишь, значит, плохо, — с наигранным недовольством пробормотал Лис и перекатился так, что Василиса оказалась прижата к матрасу. — Тогда повторим пройденный материал.

— Все-все. Я согласна! — рассмеялась Василиса. — У меня ручки не шевелятся. Ножки тоже… Требую пощады. Давай спать, а?

— Это прекрасно, что ручки-ножки не шевелятся, — хмыкнул Лис. — Значит, будешь лежать смирно.

Беляева возмущенно застонала, попыталась закрыться от наглых рук, спрятаться, натянуть на себя одеяло.

И, разумеется, довольно быстро проиграла. Лис зафиксировал ее запястья, а сам двинулся ниже.

В итоге выбора у Василисы не осталось. Только согласиться.

— Да! Да! Да! — постанывала Вася, теряя себя в обжигающем удовольствии, что дарили ей бесстыжие губы и язык любимого.

— Это твое «да» какое-то не четкое, — бормотал Лис. — Надо повторить.

И повторил.

А когда Василиса уже практически отключилась от реальности, с трудом разобрала любимый голос:

— Люблю тебя, девочка моя. Все у нас с тобой получится.

Василиса верила ему. Разумеется, получится. Разве у такого упрямого и твердолобого человека может что-то не получится?

А она всегда будет рядом с ним.

Елисей мотался по делам. Все эти хлопоты ему были в радость. С тех пор, как жизнь круто развернулась, а он остался без отцовских финансов, все кардинально изменилось.

И он сам изменился. Проснулось самоуважение. Проснулась уверенность, что он чего-то стоит. А когда чего-то достигаешь сам, своими силами, то и ценится больше.

Вот и Василису он ценил. Она ему тяжело досталась. Пришлось отвоевывать.

И результат оказался классным.

Лис был счастлив.

Парень прикинул, что до того, как Василиса освободиться после тренировок, времени еще около часа.

— Надо что-то с ними решать, — пробормотал Лис.

Нет, он педалил за спорт. Сам регулярно посещал спортклуб. Но в случае с Лисой надо менять режим. Эти ее броски и подсечки — не для девочек.

Они с Василисой договорились, что он будет ждать ее у входа, а после поедут смотреть новую квартиру.

Пока что съемную, но это на первое время. По плану Туманова, через год, максимум два, у них будет свое отдельное жилье. Бизнес потихоньку развивался, хотелось бы быстрее, но и такой темп Лиса вполне устраивал.

К залу, где занималась Василиса, Лис подъехал раньше. Решил поторчать в машине. Не мотаться же туда-сюда, раз уж приехал. Заодно думал, встретиться с тренером.

Вася, конечно, его грохнет за то, что сует нос в ее тренировки. Но ведь реально для девчонки такая нагрузка вредна. Ей скоро матерью становиться.

Выйти из машины Лис не успел. На телефон поступил звонок, которого парень совсем не ожидал.

— Елисей? Прости за беспокойство, — заговорил женский голос на том конце провода.

— Добрый день. Слушаю, — осторожно произнес Лис.

— Можем с тобой встретиться? Я как раз в городе, — как-то подозрительным дрожащим голосом продолжила собеседница.

— Не вопрос, — кивнул Лис и назвал адрес кофейни рядом с тренажеркой Василисы.

— Я знаю, где это. Буду через пятнадцать минут, — пообещала мачеха и отключилась.

Лис озадаченно смотрел на погасший экран.

Странно, если честно.

Новая жена отца ему никогда не звонила. Общение они поддерживали через Василису. Об отце он и вовсе ничего не узнавал. Похрен, нет его для Лиса.

Но было до чертиков любопытно.

Мелькали сомнения, что мать Василисы начнет продавливать мнение отца. Станет угрожать, уговаривать, шантажировать. Да мало ли, что у этих баб в голове. Это только про Василису он все знает. А другие, особенно дамочки в годах, для него загадки. И решать их он не планировал.

Лис приехал раньше, вошел в кофейню, занял свободный столик.

Ирина Ильинична появилась почти сразу же. Туманов наблюдал, как женщина идет прямо к нему.

Встал, отодвинул стул.

Женщина устроилась, улыбнулась.

Мать Василисы ему нравилась, за исключением единственного минуса — она на кой-то черт вышла замуж за отца. Зачем? Лис не задумывался прежде. А теперь почему-то вопрос всплыл.

— Как ваши дела? Васенька говорит, все у вас хорошо, — начала она.

Лис усмехнулся. Поболтать потянуло? Ну что ж. Ради Конфетки он поболтает. Десять минут свободных есть.

— Раз говорит, значит, так и есть, — кивнул Лис.

Ирина Ильинична дернула плечом. В этом жесте Елисей прочел нервозность.

Реально? Странно все как-то.

— А вы поболтать, или о серьезном будем разговаривать? — хмыкнул Туманов.

Мачеха убрала солнечные очки, которые закрывали добрую половину лица.

Лис не был идиотом, определенным минимумом располагал. И распознать лиловый синяк даже под слоем косметики вполне мог.

— Откуда такая красота? — прищурился парень.

Он просто ждал ответа. Уже догадывался, каким он будет. Но все равно ждал.

До последнего надеялся, что ошибся.

— Я не знаю, к кому обратиться, чтобы все это уладить мирным путем, — дрогнувшим голосом произнесла мачеха.

— Ирина, млять, Ильинична! — негромко рыкнул Лис. — Какого хрена? Мирным? Он вас отделал, как грушу! Это же он?

Женщина нервно улыбнулась.

— Тебе не нужны мои проблемы, — мотнула она головой.

— Поэтому и вы пришли ко мне? Чтобы накинуть проблем. Так? Значит, говорите все, как есть! — потребовал Лис.

— Максим… он очень сильно изменился за эту неделю, — всхлипнула мать Василисы.

— Он всегда был дерьмом, вы просто смотрели на него другими глазами, — возразил парень. — Рассказывайте, если хотите, чтобы я вам помог.

Туманов вышел из кофейни. Снег валил стеной, видимость почти нулевая. Но не холодно. Снег моментально под ногами превращался в серую жижу. Лис смотрел на это все будто со стороны.

А сам думал.

Не удивил его рассказ мачехи. Зато развязал руки.

— Ну, что ж, — хищно оскалился Туманов, проследил взглядом за машиной такси, на которой уехала Ирина Ильинична.

Стал бы он действовать, окажись на ее месте не мать его любимой Конфетки? Да кто знает. Но Лис будто ждал именно этого момента. И даже не поквитаться, а так, просто свершить долбаную справедливость.

Сев в тачку за руль, Лис достал телефон из кармана.

Он не собирался злоупотреблять связями и знакомством. Но сейчас ситуация такая, что можно. И даже нужно.

— Здравствуйте, Елисей Туманов беспокоит. Помните? Отлично. Нужно встретиться.

Короткий разговор закончился. Лису продиктовали адрес и время. Через два часа. И ехать сравнительно недалеко. Успеет забрать Василису и оставить ее у мамы с Михой в ресторане. Поужинает, заодно побудет под присмотром.

— О чем задумался?

— Не бери в голову, сладкая. Так, ерунда, — шепнул Лис.

Василиса, сонная и смешная, прижималась к нему. А он никак не мог отключиться.

В голове роились всякие мысли. В основном, хреновые.

— Из-за мамы? — догадалась Василиса.

— Как же мне охота въебать ему собственноручно, — признался Лис.

Руки неимоверно чесались. Но с гребаным Максим Максимовичем действовать теперь нужно иначе. Он вырос, потому и методы «подросли».

— Ты все сделал правильно, любимый.

Ну вот, пара слов, а он уже счастлив. Вернее, одно. То самое.

— Спи, сладкая, — пробормотал Лис, перебирал длинные пряди, а сам гипнотизировал мобильный телефон. Тот не подавал признаков жизни.

И вдруг экран ожил. Лис торопливо протянул руку и ответил не звонок.

Встал, прошел к окну и внимательно слушал все, что ему говорит абонент.

— Понял, — отрывисто произнес он и добавил: — Спасибо! Буду должен.

— Нет, будем считать, что мы закрыли наши долги. Всего хорошего, Елисей, — раздался твердый ответ.

Лис сбросил вызов.

За спиной раздались негромкие шаги. Василиса приблизилась, обняла его со спины, оплела руками, прижалась щекой между лопаток.

Лис улыбнулся. Ну вот, все он правильно сделал. Ему есть ради кого идти на риск и продумывать все шаги наперед.

— Расскажешь? Как все прошло? — негромко попросила Василиса.

Ему бы хотелось заняться с ней совсем иными делами. А не разговорами. Но понимал, что раз уж пообещал держать ее в курсе дел, значит, так и поступит.

После встречи с Ириной Ильиничной Лис сделал два звонка.

Один — Аркадию.

Разговор с личным водителем отца вышел сложный. Пришлось сознаться, каким идиотом Лис был в юности, и как сожалеет об этом. Даже извинился за свои «косяки».

Словом, пообщались по-мужски. Перетерли все.

Второй звонок Лис сделал новым знакомым.

Как говорится, все, что ни делается — к лучшему. И даже если для этого Лису пришлось поваляться в клинике и пострадать.

Иронично, конечно. Но зато правдиво.

Оказалось, что тетка, которая стала виновницей аварии и раздробила ему ногу, была не простой. Сама работала в финполе на невысокой должности, зато ее отец исправно трудился в прокуратуре на высоких постах.

Аварию замяли, дело придержали, по бумагам ничего не произошло. На тот момент Лиса все устраивало. Иметь в должниках таких людей оказалось на руку. Возможно, именно это знакомство и вселило чрезмерную уверенность отцу.

Максим Максимович невыгодно вложил часть средств. А когда нашел выход — женить Лиса на дочке магната, то план прогорел. Туманов остался без денег и пошел на крайности.

Ирина Ильинична, новая жена, наряду с руководством интерната распоряжалась и счетами, на которые регулярно поступали деньги от частных пожертвований.

Туманов придумал удачную, на его взгляд, мошенническую схему. Решил «одолжить» часть денег из фонда жены.

Следы побоев на лице мачехи стали свидетельством отказа.

Ирина Ильинична не хотела выносить конфликт из семьи. Но и за свою безопасность боялась.

Потому и пришла к Лису.

Обо всем этом Елисей подробно рассказал Василисе. И не только об этом.

Рассказал о помощи, которую попросил у Надорова — генерального прокурора, отца той самой женщины на красной иномарке, сбившей Лиса.

Услуга за услугу. Лис забывает о долге. Взамен получает крепкое дело о мошенничестве, которое не задвинут в отдел «висяков», всех участников схемы раскроют и надолго закроют.

— Вот такой расклад, — усмехнулся Елисей. — Я сделал все, чтобы отцу влепили срок. Как-то не по понятиям, да?

— Ты все правильно сделал, Лис, — возразила Василиса, обхватила ладошками его лицо, улыбнулась. — Он всю жизнь использовал людей. Можно сказать, что наступил момент расплаты. Твою маму использовал, мою маму, хотел и тебя выгодно продать.

— Знаешь, я бы не стал ничего делать, если бы он не ударил Ирину. Это как-то все расставило по местам.

— Думаю, Аркадий помог тоже из-за мамы.

— Ну и не только, — хмыкнул Лис, — были у нас с ним старые терки. Все решили мирно. Но он, да, помог очень сильно. Многое слышал, записывал. Даст показания. Отцу не выкрутиться без потерь.

— Вот и хорошо, — улыбнулась Василиса. — Ты у меня лучший, Елисей Туманов.

— Жду, не дождусь, когда и ты станешь Тумановой, — переключил Лис тему разговора.

Елисей никак не решался выйти из машины. Смотрел на серое здание с небольшими окнами, и на тех массивные решетки.

Жутковатое место.

И сейчас Лису нужно было войти именно туда.

Это нужно было сделать. Иначе нельзя. Туманов ведь не трус, а за сделанное ответит.

Пропуск ему подготовили. Благодаря связям Надорова, пропустили без проблем, провели по коридорам.

И вот Лис оказался в небольшой комнате без окон с металлической дверью и охранником.

Туманов усмехнулся. Если вот так выглядит комната, куда приводят посетителей, то как же там у задержанных?

Лис ощутил укол совести. Зря он так, да? Нужно было действовать помягче.

Однако тут же вспомнился синяк Ирины Ильиничны. А еще Лис прекрасно помнил, как плакала мать. Давно, в детстве. Но в памяти эти момент прочно застряли. И всю сознательную жизнь Елисей делал вид, будто не знал, не понимал, был ребенком.

Но нет. Все он прекрасно понимал.

Максим Максимович Туманов монстр, который должен жить среди ему подобных.

В клетке.

А еще Лис не сомневался, что если бы уступил отцу, у того рано или поздно возник бы новый план. И кто стал бы следующей жертвой его игр? Василиса?

Вот ради этой девчонки Елисей и поступил так, как поступил.

Сыграл на опережение.

Металлическая дверь со скрипом отворилась.

Лис смотрел, как конвоир пропускает отца.

— Пять минут, — поставил в известность и вышел.

Наручники так и остались на запястьях Туманова-старшего.

Человек, что сидел сейчас на стуле перед Лисом лишь отдаленно напоминал того Максим Максимовича Туманова, которого Лис видел в последний раз. Ни дорогих костюмов, ни часов, ни лоска. Ничего не осталось. А выползла вся гниль, что пряталась внутри.

— И какой план, сынок? — прищурился отец. — Нужно же действовать. Здесь как бы не курорт.

Лис усмехнулся, а отец продолжал:

— Все эти обвинения «липа». Любой толковый адвокат развалит дело. Ты, главное, найди мне толкового. Понял? У меня есть контакты. Позвони. Завтра же меня выпустят под подписку.

— Предлагаешь мне нанять тебе адвоката?

— Не предлагаю, — мотнул головой, — ты, мать твою, выйдешь сейчас из этого гребаного СИЗО, достанешь мой, сука, телефон, и позвонишь всем, кому можно и нельзя! Возьми и сделай!

— А дальше что? Тебя выпустят. А дело развалят?

— Ты долбоеб, сынок?! Я же четко говорю! И сигарет мне передай через конвоира. Эти падлы вообще стыд потеряли, — шипел отец.

— Все будет не так, — хмыкнул Лис и скрестил руки на груди, — ближайшие пять лет ты отдыхаешь, мотаешь полный срок, а после мы поговорим. А еще, папа, — Лис намеренно выделил обращение, усмехнулся, — я прослежу, чтобы у тебя не было никаких плюшек. Ты обычный, млин, человек, а не бог! Ты не можешь вершить судьбы других.

— О, как ты заговорил, тварь!

— Кого вырастил, того вырастил, — хмыкнул Туманов.

— Забыл, кто тебя с койки вытащил? На ноги поставил? Кто докторов нанял? Перелет заграницу организовал? Думаешь, бесплатно все это прошло??!

— Думаю, что платил ты дедовским капиталом. Тем самым, который достался от брака с мамой. Ничего своего у тебя нет, — возразил Лис.

— Не вздумай меня кинуть, засранец, — прошипел старик, — тащи свой зад за адвокатом! И тогда мы обсудим наши с тобой дела. Просто сделай, как тебе говорят, пацан!

— Все сказал? — хмыкнул Лис и поднялся со своего стула. — Теперь послушай меня еще разок. Я нихрена не стану делать, чтобы вытащить тебя. И знаешь почему? Потому что именно я тебя сюда упрятал. Сиди, блядь, наслаждайся гребаной властью! И на будущее. Не смей трогать мою семью. Или же последние сутки здесь тебе покажутся курортом.

— Слышь, ты, утырок сопливый, — заговорил разъяренно отец, — угрожать мне вздумал!

— Ты меня услышал, — четко произнес Лис и ударил кулаком в дверь. — Мы закончили!

Конвоир тут же открыл двери, пропустил Лиса.

Отец что-то кричал ему вслед. Но Туманов не обращал на его визг и маты никакого внимания.

Все, он донес нужную информацию. Дальше отцу самому решать, лезть на рожон, либо сидеть тихо.

На всякий случай Туманов еще раз позвонил прокурору.

— Да не денется он никуда. Ему назначили адвоката. Тот мне должен. Мы все обсудили. Отсидит полный срок.

— Какие-либо варианты есть?

— Если только нанять толкового адвоката. Но его услуги стоят очень дорого. А как ты понимаешь, все счета твоего отца заморожены. Связи наверняка остались, но я прослежу, чтобы он ими не воспользовался. И у финпола есть к Максим Максимовичу целый список вопросов. Дочка работает в этом направлении, как ты и просил, — подвел итог Надоров.

— А что с мачехой?

— Ирина Ильинична согласилась сотрудничать. К ней вопросов нет. Должность тоже останется за ней.

— Вас понял. Спасибо, Дмитрий Петрович, — поблагодарил Лис.

И выдохнул. Что ж, получается, схема работает. И эту страницу жизни Лис может смело перевернуть.

— Ребята, а не сказать ли мне тост?

Ресторан был закрыт до завтра. Из посетителей были исключительно «свои» — приглашенные Василисой и Елисеем гости.

Торжество, по современным меркам, было скромным, зато компания веселая и никого лишнего.

Со свадьбой не спешили. И Лиса это злило. Зато Василису все устраивало, было время на подготовку. В итоге за несколько месяцев, что невесте шили платье, обсуждали меню, выбирали фотографа и решали прочие, по мнению двух мам, Ирины и Лары, важные приготовления, Лис успел оформить сделку на покупку квартиры.

Да, двушка. Но на ближайшие три-четыре года им вполне хватит. А после Туманов постарается решить вопрос.

Зато район, где располагалось их новое жилье, был спокойным, спальным, с детским садом и школой неподалеку. А еще радовала планировка и квадраты. Словом, двушка у Лиса и Василисы была добротная.

А больше всего радовало то, что квартира куплена без чьей-либо помощи. По-настоящему личная собственность. Этим Лис и гордился.

Василиса пищала от восторга. Особенно, когда увидела просторную лоджию с видом на парк. Можно любоваться закатами, а не чужими окнами соседней высотки.

И вот, наконец, у них свадьба. Пригласили пацанов из университета, из автосервиса. Василиса позвала товарищей по команде, тренера. И хорошо, что Лис уже всех знал, так бы вспылил на почве ревности.

Был и весь персонал ресторана во главе с мамой и Михаилом.

А свидетелями стали подружка Василисы по универу и Серый.

И сейчас Федьку потянуло на тост.

— А не сказать, — рассмеялся Лис, — лучше с девушкой потанцуй.

Федор отмахнулся, настоял на своем. Хоть и стреляла в него взглядом подружка невесты. Но, походу, Серому она не очень «зашла».

— Я все-таки скажу, — возразил Серов, — если кто-то не знает, то на месте этого придурка должен был быть я.

— Губу закатай обратно, — заржал Лис, обнял любимую крепче. Ага, сейчас прям! Размечтался!

А гости рассмеялись. Почти все знали, что Лис увел девчонку у друга. Что ж поделать любовь, она такая, да.

— Жаль, что такая классная девчонка выбрала не того, — подмигнул Серый, продолжая злить Лиса. Но тот не поддавался на провокацию.

— Кто-то стремиться получить в табло, — пригрозил Лис.

Ладно, поддавался.

— Так вот, я, конечно, сожалею, что Василиса ошиблась с выбором. Но! — посмеивался Федя. — Это ведь любовь, да? Ребят, если серьезно, я за вас охренительно рад. Вась, ну и если вдруг он накосячит, помни, что я рядом.

— Пошел ты, — хмыкнул Лис, поднялся из-за стола.

А вот рукопожатие было крепким. Потому что Серов, несмотря на все подъебки, был настоящим другом.

— Сам пошел, — парировал Федор. — За вас, брат. И…. Горько!

Вот эта часть Лису нравилась больше всего.

Целоваться с любимой Конфеткой он обожал.

За столом прокатились крики одобрения. По традиции, считали вслух.

Василиса, разумеется, смущалась. Лис кайфовал. А что? Имеет право. У него такая жена красивая, что сложно удержаться и не целовать.

Василиса психовала.

Бесило все вокруг. И погода слишком дождливая. И чай уже остыл. И пирог подгорел. А она хотела приготовить Лису на десерт что-то вкусненькое, когда тот вернется домой после работы.

И задерживался Елисей, хотя уже должен был давно быть.

Словом, раздражалась Василиса по пустякам.

Впрочем, нет, не по пустякам. По делу.

Девушка зло швырнула чертову коробку в мусор.

— Да и хрен с ним! — пробормотала и пнула ведро ногой.

В этот самый момент входная дверь открылась. Лис открыл своим ключом.

— Конфетка, чего в темноте сидишь? — раздалось из коридора.

— Впадаю в спячку, — буркнула она.

Лис вскоре появился на кухне.

Василиса вздохнула. Даже не обернулась к нему. Так и стояла, глядя на парк.

— Что с настроением? — шепнул Елисей.

Он сам подошел, обнял ее за плечи, притянул к себе.

Василиса выдохнула. Накрыла ладонью мужское запястье.

Да, что-то ее слегка занесло. Никто ведь не виноват, что у нее не входит ничерта!

Даже Лис не виноват. Она одна.

Бракованная, наверное. Неумеха. Неудачница.

— Тест сделала, — не сразу, но все же ответила Василиса.

— Да забей, сладкая, — принялся уговаривать Лис. — Значит, не время. Все у нас будет. Обещаю.

— Да просто…, — в запале начала она, но сдулась, растеряла всю злость, выдохлась, — хочешь, разведемся? Тебе нужна здоровая жена, а не с браком.

— Вот не люблю я рукоприкладство, но сделаю исключение. Пороть тебя надо, Василиса, — пригрозил Туманов.

Вася шмыгнула носом. У нее классный муж. Но что-то у них идет не по плану.

Вот уже пять лет они женаты. Бизнес Елисея процветает. Наряду с автосервисами работает и автосалон.

Квартиру они не сменили, просто купили соседнюю и расширились.

У Василисы появилась собственная машина.

Вместе они каждый год улетают в отпуск. А еще исправно откладывают деньги на всякое нужное. Словом, в плане финансов все у них в семье отлично.

А в плане детей — пока тихо. И ведь ни разу, ни разочка они не предохранялись. Вообще не думали о средствах контрацепции.

Василиса уже была у врача, даже у нескольких. Лис тоже проверился по собственной инициативе.

И никаких отклонений ни у них с мужем нет.

И детей тоже нет.

— Чем пахнет? — спустя пару минут обнимашек и молчания, спросил Лис.

— Пирогом. Он подгорел, кстати.

— Уверен, ты наговариваешь. Вкусно поди. Просто ты решила посадить меня на диету, — поддел ее Елисей.

— Зачем тебе диета? Мне нравится твой пузик, — рассмеялась девушка.

По факту, никакого пузика у Лиса и близко не было. Но он слегка подрос, поправился. Держал себя в форме, да. Но Василиса часто и много готовила. А Лис уплетал все ее кулинарные шедевры.

— Не верю. Докажи! — потребовал Лис.

Василиса не стала возражать. Ужин подождет. Все равно его нужно разогреть, уже остыл.

— Раздевайся, Королевич, — фыркнула она.

— Как пожелаешь, сладкая, — заулыбался Туманов.

Спустя несколько минут, Василиса уже не думала ни об отрицательном тесте, ни об остывшем ужине.

Все повторилось. И пирог, и дождь, и опоздание Лиса с работы.

Но были и отличия.

Во-первых, Елисей позвонил, предупредил, что уже мчится домой, и с минуты на минуту будет. Голодный, уставший, но с грандиозными планами.

Во-вторых, Василиса не стала выбрасывать тест. Наоборот, сделала второй, а потом еще и еще.

В итоге пять разных полосок, палочек, коробочек лежали в ряд на подоконнике.

Василиса, как и в прошлый раз, не стала включать свет. Смотрела на парк, на аллеи, по которым торопливо шли прохожие. Кто-то спешил. Кто-то прогуливался.

— Я дома! — прокричал из коридора Лис, а Василиса с трудом заставила себя стоять неподвижно.

Ей хотелось двигаться, прыгать, визжать от восторга.

Но девушка ждала, когда любимый подойдет к ней.

— А ты чего в темноте? — осторожно спросил он, подошел, обнял, прижал к себе. — Слушай, сладкая, я тут поузнавал. Говорят, можно смотаться в одну тихую деревню. Там какая-то шаманка живет. Что думаешь? Устроим выходные на недельку? Давненько никуда не выбирались.

— А зачем?

— Расслабимся. Ты у меня паришься по пустякам. Нельзя так, конфетка, — вздохнул Лис.

Василиса и сама понимала. В последнее время она слишком сильно нервничает по каждому поводу. Нельзя так, да. Лис прав.

— Если хочешь, можем съездить отдохнуть. Только ни к какой шаманке мы с тобой не поедем, — пряча улыбку, предложила Василиса.

— Да я тоже не особо верю. Пацаны на работе говорили, кому-то помогло, — начал Лис, да осекся, — Василиса?

— Что? — уже открыто улыбалась она мужу, повернулась к нему.

— Василиса-а-а.

— Да что такое? — хихикнула она.

— Не молчи, сладкая. Иначе выпорю!

— Да конечно! — рассмеялась Василиса.

— Ты? Мы? Правда?

— Похоже на то. Или же все пять тестов бракованные, — взвизгнула Василиса и повисла на шее у мужа.

— Охренеть! Ну вот, а ты разводиться собралась. Хренушки! Ясно?! Слово такое забудь, — смеялся Лис, поднял ее, принялся кружить. — Черт! Я идиот.

Осторожно поставил ее на пол и даже руки разжал.

— Эй, верни все, как было! — возмутилась Туманова.

Лис послушно вновь подхватил ее и поднял над полом так, что Василиса оказалась выше любимого.

Обняла его за шею, потерлась носом о его нос.

— Обожаю тебя, мой любимый муж, — улыбаясь, призналась она.

— А я тебя, сладкая, — ответил он. — Отметим это дело? Или тебе нельзя пока?

— Шампанское нельзя, а вот заняться любовью можно.

— Сейчас все будет, конфетка, — пообещал Лис и утащил ее в их спальню, из которой они далеко не сразу вернулись.

А позже, поужинав, устроившись в гостиной на диване, решили, что можно поделиться с близкими такими хорошими новостями.

Сначала позвонили Ларе, а после Ирине. Обе женщины всплакнули на радостях. Пришлось успокаивать, созваниваться уже по видеосвязи, причем, со всеми одновременно.

Лис недовольно кривился, закатывал глаза, жестом показывал Василисе, что пора закругляться с затянувшимся разговором с мамами.

Черту подвел Михаил. Выглянул из-за спины Лары, помахал рукой.

— Все, девочки, остальное при личной встрече.

— Завтра? Мы тогда к вам на ужин, да, Миш?

— Хорошо, — кивнул отчим Лиса и вернул телефон Ларе.

Звонок завершился, Василиса вздохнула.

Нет, она любила мам и Михаила, но в эту секунду ей хотелось остаться наедине с Лисом. Осмыслить, утрясти в голове новую реальность.

— Обалдеть, у нас будет мелкий, — будто прочитал ее мысли, заулыбался Лис и крепко ее обнял, притянул к себе. — Или мелкая. Как думаешь?

— Не знаю, врачи расскажут, — счастливо вздохнула Василиса и накрыла ладонью мужскую грудь, где билось сердце ее любимого.

И кто бы мог подумать, что все сложится именно так? В первую встречу она его высмеяла, ударила. Более того, он вызывал у нее исключительно брезгливость и отвращение. Она не воспринимала его всерьез. Считала тупым избалованным мажором.

А сейчас?

Сейчас ближе Елисея у нее никого нет. Да, есть родня, друзья, коллеги. Но Лис — это ее любимый человек, ее муж, отец ее ребенка, ее Королевич.

Они вместе, и вместе строили планы на будущее. Василиса была уверена в этом мужчине. Знала, что он всегда рядом.

— Теперь ты счастлива? — негромко шепнул Елисей.

— Я стала счастливой, когда встретила тебя, Лис, — совершенно серьезно призналась девушка.

— И по этой причине ты мне впечатала с ноги по морде? — хохотнул муж.

— Признайся, что именно в тот день ты и влюбился в меня, — хихикнула Василиса.

— С первого взгляда, сладкая, увидел и поплыл, — улыбался Туманов.

Несмотря на шутливый тон, Василиса знала: он говорит правду.

— Ну что, принцесса, готова?

Стоило Серому перешагнуть порог квартиры, как малышка схватила ярко-желтые помпоны и принялась звонко скандировать, подпрыгивая и размахивая руками:

— Нам нужна сегодня победа! Вперед, орлы!

— Серьезная подготовка. Хвалю! — рассмеялся Федя.

— Ма! А полоски! Ты мне полоски обещала! — поторопила Викуля. — Мы опоздаем, блин!

— Так, а ну, не выражаться! — строго заговорила Василиса. Она торопливо вышла в коридор с косметичкой в руках. Выпотрошила содержимое в поисках каких-то тюбиков, чтобы нарисовать на щеках дочери по две полоски желтым цветом — цвет хоккейной команды.

— С такой поддержкой «Орлы» обязаны победить, да, Викуля? — веселился Лис.

Друг выполз из гостиной вслед за женой. Пожал руку Серому.

— Поглядим, — вместо девочки ответил Федя, а незаметно для крестницы сделал жест рукой, мол, не факт, потому что противник у команды весьма сильный.

— Вика, не вертись, а то получится криво, — ворчала Василиса.

— Итак сойдет! — отмахнулась крестница. — Серенький, я готова!

— Не Серенький, а дядя Федор, — пожурила Василиса дочку. — Все, можно забирать. В термосе чай. В пакете пирожки.

— Вась, да купили бы на месте, — рассмеялся Серов, но рюкзак с провизией взял, потому что с беременными спорить бесполезно.

— Хорошенько повеселитесь, — напутствовал друг и ехидно поддел, — привет там передавай.

— Отвали, — буркнул Серый негромко.

Серый попрощался с Тумановыми, пропустил крестницу вперед, весело смотрел, как шестилетняя Виктория скачет по ступеням, продолжая звонким голосом скандировать: «Орлы, вперед!».

— После игры мы еще по мороженому навернем, — предупредил Федор.

— Ни в чем себе не отказывайте, — рассмеялась Василиса.

— Да-да, — закивал Лис.

Судя по всему, у друзей моментально появились планы на то время, Викуля будет отсутствовать. Что ж, выходной день, имеют право на отдых.

А Серому только в радость развлекать крестницу. И не сложно совсем. К тому же, именно Федя ходил с Викой на каждую игру «Орлов». И за последний год вдвоем они стали ярыми фанатами местной хоккейной команды.

По дороге на ледовую арену Вика болтала без остановки. Вычитывала статистику игр на сайте, в сотый раз повторила имена всех игроков, мечтала даже об автографе каждого, особенно капитана команды.

Серов пока не говорил крестнице, но у него появился новый клиент, который пообещал провести их за трибуны. Значит, и автографы будут, и встреча с хоккеистами у Вики в ближайшее время состоится.

Но это был сюрприз. Шестилетке нельзя говорить о таком раньше времени. Шутка ли, встреча с кумирами!

Феде удалось найти парковочное место ближе ко входу. Подхватив крестницу за руку, убедившись, что шапка на месте, а пуховик застегнут, Серов повел Вику на игру.

На трибунах уже собирался народ. Фанаты ждали появления команды, Вика нетерпеливо ерзала в своем кресле, а Федя, волей-неволей, а уставился на знакомый затылок.

И как понял, чей именно? Да легко.

Желтые прядки в копне густых черных волос, форменная толстовка, гольфы в полоску, и желтые помпоны, точно такие же, как и у Вики.

Все, разумеется, прекрасно. За исключением того, что на девчонке были еще и шорты.

Хотя, Федя назвал бы их трусами.

Скрипнув зубами, отвернулся.

Далась ей эта работа! Можно подумать, она приносит доход! Так, просто хобби.

Угу, хобби — скакать голой задницей перед целым стадионом!

Серов постарался переключить внимание.

Не его это дело. Там человек взрослый, сам себе волен решать, где и в чем скакать. В крайнем случае, есть у девчонки родители. Вот пусть у них и болит голова за нее.

А то, что места у Феди рядом с небольшим огороженным подиумом, где всю игру танцуют девушки из группы поддержки, это дело второстепенное. Да и не каждую игру Ксения Изотова занимает именно этот подиум.

— О, смотри, смотри! — захлопала в ладоши Вика, указала пальчиком на двери, через которые начали выходить хоккеисты.

— Осторожно, Викуль, не свались, — посмеивался Федя, придержал девочку, чтобы не упала через перила.

— Ксю-ю-у-у! — завопила Вика, а Серый аж поморщился, едва не оглохнув.

— О, привет! — совсем некстати Изотова обернулась и увидела их с Викой, помахала рукой. — Хочешь поближе подойти?!

— Да! Да! — закивала крестница.

И разве ж ее удержать? Феде пришлось ринуться вслед за ней.

Ксеня попросила охранника открыть ограждение, подала руку Вике, помогла пройти дальше.

Когда Серов собрался перемахнуть через перила вслед за Викой, Изотова вскинула ладонь:

— Обойдешься. Только Вика, — не без злорадства тормознула она Федора.

— Млять, — выдал Серый, негромко, но, стопудово, Ксеня его прекрасно расслышала.

— Мы быстро. Жди, здесь тоже все прекрасно видно, — усмехалась девушка и уже ласково обратилась к Вике, — движения наши знаешь? Давай вместе? Вон, и форма у тебя уже есть. И помпоны!

— Супер! Все знаю! — закивала крестница.

И вот уже на подиуме в ритм музыке, вполне синхронно, двигались три девчонки: в центре самая маленькая Вика, а по двум сторонам Ксения и ее подруга по команде.

— Лис меня грохнет, — пробормотал Федор, глядя на весь этот произвол.

Хотя, ничего ведь плохого они не делают. Девчонки просто танцуют.

Впрочем, Ксюху хотелось придушить, да. Нет, эти чертовы шорты он бы запретил на месте руководителя команды.

— Беги на ваши места, крошка, — подсказала Ксеня, когда началась игра.

— Спасибо, Ксю! — порывисто обняла ее Викуля. — После игры мы едем в кафешку. А ты с нами! И не спорь!

Пф, да разве ж можно?! Вику Туманову переспорить категорически нереально.

Виктория ей нравилась, очень веселая и милая девчонка, которую Изотова знала с самого рождения. Можно сказать, они одна семья. Правда, в последнее время получалось редко встречаться.

У Ксюши учеба, работа, еще и вот, танцы в группе поддержки. Словом, очень мало свободного времени. Что, пожалуй, к лучшему. Нет лишней минутки, чтобы заниматься ерундой. И думать о всяком, о чем думать не стоит.

А ведь он смотрит.

Ксюша этот взгляд чувствовала спиной, затылком. И постоянно сбивалась с ритма.

Так и хотелось обернуться и проверить, права она, или нет.

Федора Серова она узнала в первый же год, когда переехала из деревни в город и решила поступать. С поступлением было сложно, на бюджет она не прошла, зато было место на платном отделении.

Отец в тот год сменил работу, начал заниматься грузоперевозками. Потихоньку открыл свое дело. А год назад обрадовал Ксюху новостями, что они с Ириной решили официально пожениться.

Ирина — прекрасная женщина, Ксюше она нравилась, и с отцом у них все было гладко. А поскольку у Ирины Ильиничны была взрослая дочь, то у Ксюши появилась не только сестра, еще и подруга.

Запутанная история, но веселая.

Был во всем этом единственный минус — Федор Серов. Он вечно смотрел на нее, насупившись, будто был ею вечно недоволен. И это раздражало.

Хотя, по утверждению Василисы, Серый очень добрый и мягкий человек.

Угу, не для всех, получается.

Ладно, Ксюша не станет сейчас думать о нем. Ей еще два периода танцевать.

— А я говорила, что победят! Говорила! — радостно прыгала Вика, ликуя.

Победа «Орлам» досталась тяжело. Решающую шайбу удалось забить только в овертайме.

Зато все фанаты были счастливы, включая и Серова с крестницей.

— Пойдем, принцесса, у меня есть для тебя сюрприз, — потянул он девчонку за ладошку.

— У меня тоже! А я Ксюшу позвала с нами в кафе! Она согласилась! — кричала ему в самое ухо Вика, потому что Серый, подхватив крестницу, тащил ее на руках, чтобы толпа не затоптала кроху.

Хорошо, что не выронил драгоценную ношу. Ну или не споткнулся.

— Позвала, молодец, — невозмутимо похвалил девчонку Федя.

— А какой сюрприз у тебя?

— Если расскажу, то сюрприза не будет, — рассмеялся Серый.

Оказавшись перед металлическими дверьми, у которой стояла охрана и никого из посторонних не пропускала, Федор дозвонился приятелю.

Спустя пару минут, их впустили, провели по узким петляющим коридорам, а за последней дверью была раздевалка.

Нескольких минут хватило, чтобы Вика познакомилась с каждым игроком команды, а на ее толстовке появились подписи черным маркером: автографы всех игроков.

И все было отлично. Осталось утащить Вику до того, как вся эта орава мужиков начнет раздеваться и снимать экипировку. Что Федя и сделал. А за дверью столкнулся с Ксенией.

Девчонка разговаривала с вратарем, который героически защитил ворота команды. Серый уважал спортсмена. Сложная у него работа, торчать на льду, да выдерживать такие удары, то шайба прилетит, то клюшка.

А сейчас набычился, потому что этот чертов героический вратарь лапал Изотову за те самые чертовы шорты-трусы.

— Коль, да решили же все. Я, правда, не могу, — немного нервно говорила Ксеня.

— Не ломайся, Ксю, — усмехнулся вратарь, — да на твое место любая с радостью прыгнет. Пальцами щелкну!

— Вот и щелкни, ко мне чего прилип, — буркнула девчонка.

— Нравишься ты мне. Скажи, что на каждую игру не ради меня мчишься. Не поверю!

Серый с Викой оставались незамеченными для парочки. Федя все так и планировал оставить. Спокойно свалить подальше. Вон, у Изотовй личная жизнь. Вот пусть все так и будет.

— Ксюша его не любит, — потянула Вика его за руку. — Она обещала с нами в кафе!

— Принцесса, пусть люди сами решают, — мотнул головой Серый.

— Мы заберем Ксю с нами! — упрямо возразила крестница.

— Вика, блин, — перехватил он девчонку, но незаметно не вышло, вратарь и Изотова их уже заметили.

— Ксю! Мы здесь! Мы за тобой! — приветливо махала ладошкой Вика.

— Иду, — кивнула девушка. — Только вещи заберу. — И уже тише процедила сквозь зубы, обращаясь к вратарю, — Отпустил, живо!

— Или что? Этот твой, — вратарь насмешливо кивнул на Федора, — не староват ли для тебя? На «папиков» потянуло, Ксюшка-шлюшка?

Вот прям по больному же проехался, урод блин!

Серый и сам не понял, как уперся рогами в землю. Вратарь, да в полной экипировке, не самая легкая мишень. Но и Федя не дохляк.

Пиджак и пальто, конечно, не самая удобная одежда для потасовки. И плевать!

— Федя, ты идиот, — вздыхала Ксения.

Серый поморщился. Девчонка методично обрабатывала его бровь антисептиком.

— Серенький хороший! — возразила Викуля с заднего сиденья.

— Кто ж на вратаря лезет, а? Там же все в защите!

— Я по морде старался.

— У него и морда тренированная, бронебойная, — вздыхала Ксения.

Они сидели в машине Феди. На парковке перед ледовой ареной почти не осталось автомобилей, все фанаты разъехались. Вместо посещения кафе, пришлось проехать в ближайшее отделение полиции. Благо, у Серова и там оказался хороший знакомый. Так что их сразу же отпустили.

Ни команде, ни самому Серову огласка была ни к чему. Но за машиной пришлось возвращаться. Тем более, ключи остались у Ксении, как и Вика.

Было решено не рассказывать никому, особенно Тумановым. Это ведь все, по меньшей мере, расстрел, трижды, и насмерть. А если не только Василиса узнает, но еще и Лис, то Федора покромсают на ремни.

— Она уснула, — негромко проговорила Ксюша, когда Серый припарковал внедорожник у дома Тумановых.

С этим проблем не было. Викусю он спокойно отнесет и передаст на руки родителям.

Сложнее было дальше: каким-то чудом не отпустить Ксению. Она жила неподалеку, и еще полчаса назад предупредила, что спокойно добежит до дома сама.

У Серова имелось другое мнение на этот счет.

И потом, у него же моральная травма после стычки с вратарем. Он пострадавшая сторона. Ему срочно требуется компенсация.

— Давай я двери придержу, — предложила девушка, а Федя кивнул.

Вика не проснулась, пока они поднимались на крыльца, а дальше ехали в лифте.

Тумановы открыли сразу же. Должно быть, увидели машину Феди в окне.

— О, входите, — тепло улыбалась Василиса, приглашающим жестом махнула рукой. — Как игра?

— Три: два, — сообщила Ксения.

— В чью пользу? — выглянул Лис в коридор. — Да ну нафиг! Серый, ты где отхватил?

— Шальная пуля, — буркнул Серов и передал крестницу отцу на руки.

— Ужинать будете? У меня и пирог готов, — приглашала Василиса.

— Я побегу, — отрицательно качнула головой Ксения, — завтра рано утром вставать. Да и устала я что-то.

— Мне тоже пора, — отказался Серый и сделал вид, что не понимает ни красноречивого взгляда друзей, ни усмешки Лиса. — Все, на связи. Пока.

— И вам не хворать, — хихикнула Василиса.

На обратном пути Федор молчал. Пытался придумать стоящую причину, чтобы не отпустить Ксюшу домой. Или, как минимум, проводить.

А что он скажет? По факту, если объективно, ни черта ведь не изменилось. Он гораздо старше Ксени. У нее студенческая жизнь и совсем другой круг друзей. Она еще совсем девчонка. А Серому слегка за тридцать.

Вот только на протяжении года его будто переклинило. Ни о ком другом он думать не может. А на работе все валится из рук.

И к ней подкатить не может, и отпустить, забыть не получается.

К кнопки лифта они потянулись одновременно. Вместе и нажали.

— Ой…

— Прости, — буркнул Серый и спрятал ладонь в карман.

Двери кабинки раздвинулись. Федя галантно, хренов, млин, джентльмен, пропустил даму вперед. Следом вошел сам.

Лифт медленно двинулся вниз. Дернулся странно.

И вдруг погас свет, погрузив пространство в кромешную темноту.

— Мамочки! — пропищала Ксюша.

Серый умудрился нащупать девичьи плечи и потянул на себя.

— Не бойся, сейчас позвоним, куда нужно, — успокоил он, а свободной рукой полез в карман за телефоном.

И осекся.

Если позвонить, значит, их скоро вытащат.

А дальше? Ксю убежит домой, а он так и будет ходить-бродить вокруг да около?

Нет, не годится так.

Удивительно, но Ксения не отпрянула от него. Наоборот, он почувствовал ее ладонь на своей груди.

Холодная, ледяная ладошка, но она согревала Федю.

— Замерзла? — не ожидая ответа, пробормотал Серов.

— Немного. Это нервное. Не люблю замкнутые пространства, — призналась Ксеня негромким голосом.

Серый крепче прижал девушку к себе, отодвинул полы пальто, прикрыл хрупкое тело, пытаясь согреть.

— Нормально все будет. Сейчас все уладим, — выбора нет, нужно их спасать из заточения, пока Ксю не начала нервничать еще сильнее.

— Федь? Я хотела насчет Колышкина сказать. Поблагодарить, — немного нерешительно начала Ксеня. — Ты не должен был за меня заступаться.

— Как это не должен, — усмехнулся Серый, — я приучен реагировать, если приличную девушку шлюхой обзывают.

— Это все из-за формы. Там был выбор, либо юбки, либо шторы. А в юбках еще хуже, — потеряно призналась Ксения.

— Одежда — не повод лезть к девушке, — хмыкнул Серый.

Но, что уж скрывать, а гребаные шорты Ксюши и его выбешивали. Была б его воля, запретил бы ей их носить.

— Ты прав, — вздохнула Изотова.

Серый сосредоточенно всматривался в экран мобильного. Ясно, по какому номеру звонить. Но как-то цифры плясали, нажимались не те, приходилось их удалять, набирать заново.

В какой-то момент ситуация слегка обострилась.

А все дело в шортах! Чертов предмет гардероба!

Федя совсем некстати вспомнил, как девчонка выглядела в них.

Это сейчас на ней широкие брюки и мешковатый свитер под курткой. А час назад напоказ была выставлена хорошенькая попка и длинные, точно от ушей, ноги.

И эти мысли не упрощали ситуацию. Скорее, наоборот, усугубили.

Федя понял, что зря он прижимает девчонку настолько крепко к себе. Его тело однозначно и недвусмысленно реагировало на близость Ксюши.

— Федор? Это ведь не фонарик у тебя в кармане? — догадалась и зачем-то вслух озвучила свои мысли Ксения.

— Хотелось бы, но нет, — сипло ответил Серый и, мысленно сосчитав до трех, разжал и опустил руку.

— Эй! Мне как бы все еще страшно! — возмущенно фыркнула девушка.

— Так?

— Да, так не очень страшно, — вздохнула Ксения.

Серый вернул ладонь обратно, прижал девчонку к себе.

Дозвониться умудрился с третей попытки. А после решил, что пора прекратить тормозить, нужно действовать.

Нежные губы приоткрылись, как только он коснулся их своими. Сначала несмелый, робкий поцелуй превратился в бурный и жадный уже через секунду.

И к черту все! Разницу в возрасте. Родство с Лисом и Василисой. Это еще вчера он считал, что трогать дочку Ирины Ильиничны и Аркадия нельзя. А сейчас он резко пересмотрел приоритеты, переосмыслил все.

И стало все в кайф.

Ксения для него не мимолетное увлечение. Уж мозгов и времени ему хватило, чтобы все осознать. И уж если она сейчас не испугалась и не послала его, хоть и могла бы, значит, не все так плохо.

Кстати, насчет шорт он тоже резко поменял свое мнение. Хорошие шорты. Качественные.

Гораздо позднее, когда Ксюша крепко спала в его кровати у него дома, Федя взял телефон в руки.

Нет, он ни за что не стал бы обсуждать личное с Лисом. Но и молчать было сложно.

Его настолько распирало от эмоций, что нужно было поделиться. Иначе он снова разбудит Ксю, не сдержится, залюбит ее.

В мессенджере появилось входящее сообщение от Туманова.

Лис: Не благодари. С тебя коньяк и конфеты консьержу нашего дома.

Чего? Какого…

Серый: В смысле?

Лис: И это вместо «спасибо»! Жмот несчастный! Ксюхе привет передавай.

Серый: Пошел ты!

Лис: Слышь, брат, только не говори, что ты затупил и не воспользовался моментом! Вот я говорил, что ты тормоз. А Василиса вечно за тебя заступается.

Федя беззвучно рассмеялся, чтобы не разбудить Ксюшу.

Решил, раз уж друг примерно понимает, в чем дело, то и скрываться им не зачем.

Вытянув руку так, чтобы в кадр поместились их с Ксю головы, Серов сделал фото и отправил Лису.

Лица Ксюши видно не было, но по волосам и ярким прядкам становилось ясно, кто эта девушка.

Лис: Красава, брат! Но учти, утром Аркаша тебя грузовиком переедет. В воспитательных целях.

Серый: Решим вопрос.

Мужчина убрал телефон. Ну вот, можно и спать. Зная Лиса, тот уже связался с Аркадием Изотовым. За последние годы, с тех пор, как бывший водитель максим Максимовича начал встречаться с матерью Василисы, у них сложились странные отношения. Подначивали друг друга, но и уважали. А здесь появился шанс поиздеваться над Серым. Вряд ли Туманов упустит такую возможность. По-доброму, конечно. Но подъебки со стороны лучшего друга Федьку будут ждать уже к обеду.

Обняв любимую девушку, Серов вырубился. И проспал до самого утра.

Вплоть до того момента, как Ксю пыталась его разбудить.

Федя всегда вставал тяжело. Любил поспать, но в последние годы высыпаться не удавалось. Потому и не сразу понял, чего от него хотят.

— Федь! Проснись! Слышишь?! — звала его Ксюша.

Серов вместо того, чтобы открыть глаза, наоборот, потянулся к девчонке и обнял ее крепко. Притянул к себе под бок.

— Федь?! Там в дверь тарабанят!

— Пофиг.

— Кажется, это папа.

— Сейчас встану, — вздохнул Серов, а сам даже не поторопился. Так и лежал, обнимая Ксю рукой, а носом уткнулся в ее шею.

Ну кайф же. Классно ведь. Он так давно мечтал проснуться с ней в одной кровати.

И не только проснуться, но и уснуть, а до этого — проделать все, чем они занимались всю ночь напролет.

— Федь, кажется, соседи сейчас ментов вызовут. Он очень громко стучится.

— Иду, — скривился Серый.

Пришлось подняться с постели и открыть глаза.

Ксюша уже была одета. Свитер и джинсы спрятали все, что видел Федя ночью.

И трогал. И гладил. И целовал.

— А ты чего это? Куда собралась?

— Ну я, наверное, уже пойду, да? Мне пора, правда.

— Нет, — насупился Серов. — Сиди здесь. Я пообщаюсь с твоим папкой, потом соображу завтрак.

— А я уже, — скромно махнула головой Ксюша. — Кашу сварила. И омлет там.

— Обалдеть, я счастливчик, — подмигнул ей Серый, жадно, но коротко поцеловал и пошел общаться с незваным гостем.

— Аркадий Алексеевич! Доброе утро, — хмыкнул Серов, распахнув двери перед мужчиной.

— Не уверен, — насупился гость. — Ксюня дома не ночевала. Какие придумаешь оправдания?

— Пап, не начинай! — подала голос девчонка.

Федя вздохнул. Ну что за вредина! Просил же остаться в спальне.

— Живо собирайся, подвезу, — рявкнул Изотов.

— Аркадий Алексеевич, Ксюша совершеннолетняя. Имеет право на личную жизнь, — тактично начал Серый.

— Я ей сейчас этой личной жизнью по заднице настучу!

— Давайте по-хорошему решим вопрос, — более настойчиво заговорил Серов, вот не нравилось ему, как отец Ксюшки с ней общается.

Более того, девчонка принялась торопливо собираться, пыталась сунуть ноги в ботинки и одновременно продеть руки в рукава куртки.

— Твое мнение здесь никого не интересует, Серов!

— Аркадий Алексеевич, при всем уважении…, — набычился Федя.

— Федя, не нужно, — негромко попросила Ксеня, — я с ним поеду.

— Давай-давай, совсем город девчонку испортил. Поедешь обратно, в деревню. Жить будешь там, с бабкой. Я уже позвонил, договорился, — продолжал распоряжаться Изотов в Федином доме.

И вот это Серова и задело. И даже не в локации все дело, а в том, что Ксюша даже не спорит. Велел отец ехать в деревню, она и собирается.

— Стоять! — рявкнул Серый.

Аркадий Алексеевич недовольно взглянул на него. Ксюша вздрогнула, но замерла, повернулась к нему. И глаза на половину лица, огромные со слезами.

— Ты хочешь уехать? Из города? Бросить все? Учебу, танцы, меня?

Девушка прикусила губу. Наверное, разрыдалась бы.

Но Федя дернулся к ней, обнял, прижал к себе.

Ощутил, как ее руки сжимаются на его талии, сгребают футболку в пригоршни.

Несколько раз Ксюша покачала головой.

Нет? Нет!

— Я все сказал! Живо в машину! — надавил на дочь Изотов.

— Аркадий Алексеевич, — прищурился Серый, — Ксюша останется здесь. Со мной.

— Да нихрена подобного! Жить она на что будет? На копеечную зарплату? Да кончено!

— На этот счет не волнуйтесь. Теперь это моя задача, — Федя давил на мужика взглядом. Да и вообще, если бы не Ксю, что вцепилась в его футболку мертвой хваткой, он бы и в драку ринулся.

— Шустрый какой, — скривился Аркадий Алексеевич. — Ни дня не встречались, а уже содержать собрался.

— Ну, пап!

— А ты не лезь во взрослые разговоры, Ксю, — отмахнулся от слов дочери Изотов.

— Ксюш, а, может, чаю? Накроешь?

— Хорошо, — кивнула девчонка.

Серов помог снять куртку, повесил ту в шкаф. Рядом на полку ботинки. А когда Ксюша ушла на кухню, Серый взглянул на ее отца.

— Ксюша теперь со мной. Мы вместе.

— Ну-ну, — хмыкнул Изотов. — Как долго? Ты мужик взрослый, к семье не привык. А она у меня девчонка. Нетронутая. Была. Наивная и сопливая еще.

— Надеюсь, навсегда, — возразил Серов.

— И даже так? Навсегда? Еще скажи, что жениться решил! — рассмеялся Аркадий Алексеевич.

— Как только Ксюша даст согласие.

— Не даст. Так что, губу закатай обратно!

— Даст! — это уже Ксюшка выглянула обратно в коридор.

Серов и не заметил, что у их с Изотовым беседы появился зритель.

Да и плевать! Федору ведь нечего скрывать. Он уже все решил. Еще ночью решил, что не отпустит. А брак — это просто следующий шаг, еще и способ привязать к себе любимую девушку. Брак — это серьезно, навсегда.

— А ты хорошо подумала? — прищурился Изотов.

Федя с трудом удержался, чтобы не съездить гостю по морде. Ну что за человек, а?! Лезет в чужие дела.

Ладно, не совсем чужие. Но они же с Ксюшей взрослые, сами разберутся.

— Хорошо, па, — пробормотала девчонка.

Серый улыбнулся в ответ. И драться расхотелось. И даже слегка ослабло желание выгнать раннего визитера.

Сложно злиться, когда любимая девушка улыбается ему вот так, ласково и нежно.

— И когда же свадьба? — насмешливо говорил Аркадий.

— Через месяц? Чего тянуть? — подмигнул Федор.

— Лучше летом, — возразила Ксения.

— Летом? Ну я прослежу, чтобы женишок не свинтил раньше времени, — проворчал Изотов.

— Папа! — возмутилась Ксения.

— Не беспокойтесь, не свинтит, — хмыкнул Федя.

— Пойдемте завтракать, — позвала малышка.

— Не-а, некогда мне, — покачал головой Аркадий Алексеевич и грозно посмотрел на Серого, — дочь мою не вздумай обижать!

— Я что, на отморозка похож, обижать любимую девушку?! — возмутился Серов.

— Ну вот и договорились, — кивнул Изотов и вышел за порог.

Ксюша затихла в коридоре, где-то за спиной Федора. Но он знал, то девчонка стоит там, смотрит на него, не исключено, что опять собирается рыдать.

Серый вздохнул. До чего ж у него ранимая девушка.

— Федь? Ты все это серьезно? Или потому что папа ругался?

— Ксюш, а ты как думаешь? Я же на каждую игру ходил, только чтобы на тебя посмотреть. Да и вообще, всегда встреч искал. Лис просек, потому и покалывал, — признался Серов, уткнувшись в девичью макушку, а руками крепко обнял любимую.

— Правда?

— Чистая, — кивнул Федор.

— Я тоже, — робко призналась Ксюшка.

— Вот и решили, — во весь рот заулыбался Серов.

— Не знаю, о чем ты, — фыркнула Ксю.

— Через месяц узнаешь, — рассмеялся Федор.

— Спасибо, па, — негромко проговорила Ксения, когда осталась дома одна. Федя помчался в ближайший супермаркет. Строго-настрого запретив ей подходить к входной двери.

Странный! Да можно подумать, она сбежит от него! Пф! Еще чего!

— Не за что, — хохотнул папа. — Слушай, Ксюнь, ты реально за него замуж собралась? Ты смотри, если перехочется, или обидит чем, я ведь действительно могу тебя в деревню забрать.

— Нет, па, все хорошо. Правда. Я его люблю, ты же знаешь, — улыбалась девушка, рисуя на стекле пальцем, выводя небольшие сердечки.

— Вот только это его спасает от моего праведного отцовского гнева, — хмыкнул папа.

— А еще, Ирина, — подсказала Ксю.

— Привет, малышка! — раздалось в трубку. Значит, Ира ждала отца в машине, пока он общался с Федей.

Это радовало. А вдруг отец вспылил бы? Кто ж его еще успокоит?

— Привет, — поздоровалась она с мачехой. — Вы у меня классные. Я говорила?

— Готовы послушать еще раз, — рассмеялся отец и после привычных слов прощания, сбросил вызов.

Ксения была очень счастлива. Признаться, рисковала, конечно, написав утром сообщение Ирине. Но ей было страшно без поддержки. А вдруг для Феди эта ночь ничего не значила?

Глупый, кончено, поступок. Идиотский. И даже детский, но она привыкла во всем полагаться на отца, а теперь и на мачеху. От которой, кстати, не укрылись ее чувства к Федору Серову.

Ладно, все ведь у них хорошо, да?

Ксения вымыла посуду, прибралась в комнатах, написала Василисе небольшое сообщение. А вскоре вернулся Федор с пакетами и букетом цветов в руках.

Ксюшка растерялась. Не привыкла она получать цветы, еще и без повода, от кого-то кроме отца.

— Спасибо, — скромно поблагодарила она.

Федор улыбался, прижал ее к себе так, что цветы слега примялись. Хотела возмутиться, ну жалко же!

Но Серов принялся ее целовать. А она обо всем забыла.

— Черт, кольца! Где кольца, Лис?

— Как где? У жениха, — возмутился Елисей.

— Млять!

— Да не паникуй, я пошутил, — приглушенно заржал Туманов, а Серый взглядом пообещал его убить. Сразу после свадьбы. Сейчас пока нельзя. Оператор снимает. Да и свидетелей слишком много. — Кольца отжала банда. Пообещали вернуть в нужное время.

Федор взглядом отыскал крестницу.

Девочка, в пышном розовом платье, с небольшой короной в кудрявых волосах, и поистине ангельским выражением на милом личике, широко улыбалась. А в глазах — черти.

Малышка послала крестному воздушный поцелуй и жестом показала, что все в порядке.

Федор погрозил ей пальцем. На всякий случай.

Викуля приподняла руку, в которой была зажата небольшая сумочка-мешок. Ткнула в него пальцем, мол, кольца внутри.

— Чья идея? — буркнул Серов.

— Ксюха ей разрешила.

— А у меня нельзя было спросить?

— А ты бы начал орать. Нервный ты какой-то. Расслабься, Серый.

Лис улыбался. Забавно было наблюдать за тем, как нервничает и психует друг. Хотя, повода совсем не было. Все готово, организовано по высшему классу, осталось только провести чисто формальную регистрацию. А свидетельство о браке уже давным-давно на руках.

Заиграла торжественная музыка. В зале появилась невеста. Федор уже ждал Ксюху, смотрел на нее так, будто вот-вот проглотит вместе с платьем и длинной фатой.

— Слушай, ну я ж не так глупо выглядел на нашей свадьбе? — шепнул Лис жене на ухо.

— О, нет, ты был неприступной и бесстрашной скалой, — ехидно шепнула Василиса в ответ.

— Вот-вот, — согласился Лис, — как думаешь, твой бывший бойфренд будет громко орать, если мы сорвем свадьбу, а Вика «случайно» потеряет кольца?

— Знаешь, любимый, — охнула конфетка, — свадьбы срывать мы не станем. Давай просто тихонько выйдем из зала.

— Чего? Зачем это? Пусть хоть поженятся сначала. Ксю мне голову откусит, если Серый не окольцует ее сегодня, — возразил Лис.

— А если я начну рожать прямо тут, то голову тебе откушу я, — процедила Василиса.

Туманов коротко кивнул. Так, сейчас.

Он выпил, потому лететь за тачкой нельзя. Нужно вызвать «скорую».

— Сейчас все будет, конфетка, — пообещал он.

Регистрация проходила в экспресс-формате. Гости остались в ресторане, а Лис с женой помчался на «скорой» в клинику.

В эту ночь на свет появились двойняшки Тумановы. И уже утром в холле роддома обосновалась вся семья. Всех в палату не впустили, только сделали исключение для Лиса, бабушек и Викуси. А остальные разъехались по домам.

После знакомства с братьями, Вика запросилась к Михаилу в ресторан. Дочке срочно приспичило навести суету в престижном заведении. Потому Лис оставил жену под присмотром двух активных бабушек, сам вызвал такси и повез Вику в ресторан. Нужно ведь еще и машину забрать, что припаркована на стоянке там же.

Елисей все еще чувствовал некую растерянность и эйфорию, да.

У него теперь есть три ребенка. Есть дочь и два пацана. И любимая жена, его сладкая конфетка, которая подарила ему счастье, любовь и крепкую семью.

Туманов понял, что ему нужно немного времени. Пару минут, чтобы отдышаться. Уложить новую реальность в голове.

Нет, он охренеть как счастлив. Но это счастье слегка придавило его, нужно осмыслить.

Он сел за руль своей тачки. Выдохнул.

Нужно покататься по городу. У него есть пара часов, а трафика не так и много, в пробки точно не попадет.

Лис двигался наугад. Куда именно ехал, наверняка не знал. Просто двигался вперед.

И думал.

Он — счастливчик. У него есть все, о чем он мечтал. Есть Василиса. Дети. Семья. Любящие родители.

Вернее, есть мамы, Миха и Аркаша.

А отец… Он тоже есть. Был. Кажется, недавно вышел.

Туманов не напрягался на эту тему. Знал, что отец не станет рыпаться к нему. И семью его трогать не будет. Это главное.

И по абсолютно безумному совпадению Лис вдруг увидел, что в соседней тачке сидит за рулем именно он.

Максим Максимович Туманов.

Изменился, похудел, постарел. Но это был он, сомнений нет.

Светофор длинный, красный свет горел долго. А Лис так и смотрел на человека, который прежде с легкостью ломал чужие судьбы.

А сейчас? Тачка у него потрепанная. Да и внешний вид, так себе, средний.

Зато у Лиса седан премиум класса с блатными номерами, который стоит до неприличия приличных денег.

Отец повернул голову и увидел его. Во взгляде мелькнуло удивление.

Лис опустил стекло, отец усмехнулся.

— Гляжу, прилично поднялся, сынок, — одобрительно кивнул отец.

— Не благодаря тебе, — прищурился Лис.

— Шикарная тачка. А бонусом что? Блатная хата, дача, вилла?

— Бонусом любимая жена и дети, — усмехнулся Лис. Вот такие у него приоритеты. Близкие и любимые люди для него куда важнее, чем тачки, недвижимость, бабло.

Отец промолчал. На светофоре загорелся зеленый. Лис рванул тачку с места.

Нет у него желания общаться с отцом. Вышел, не загнулся на зоне, вот и отлично.

Автомобиль отца уехал в противоположную сторону.

Это жизнь. Его жизнь. И его путь, который он сам выбрал.

Мобильный телефон нарушил тишину салона.

Лис тут же ответил.

— Привет, конфетка, — заулыбался он.

— Привет, — негромко произнесла малышка.

— Еду к тебе. Привезу все по списку. Еще что-то нужно? Хочешь чего-нибудь?

— Нет, хочу тебя увидеть. Соскучилась. Срочно нужно поплакать в жилетку. Устала, хочу спать.

— Понял. Уже лечу, — пообещал Лис.

— Лучше аккуратнее там. Мы ждем, — вздохнула, зевнув, сладкая. — Любим тебя.

— А я вас, конфетка, — произнес он. И ведь никогда не устанет повторять эти простые, но важные слова.