Одиночная робинзонада закончилась на девятый день.

Не скажу, что был этому рад, но и расстраиваться не было причины: моя, пока еще безымянная Пятница, была весьма симпатична. Да что уж там. Она была прекрасна. Какой-то совершенно нереальной, фантастической даже, неземной красотой. Тонкие, с привкусом сказочного Востока, черты лица. Ушки только чудные. Вытянутые и заостренные, как у легендарных эльфов.

И это было просто великолепно. Потому что давало мне право, с чистой совестью, признать в ней инопланетянку. Ну уж — не землянку, точно!

Как раз занимался «скрещиванием» демонтированного со спасательной капсулы гамма-когитора с «таблеткой» вокса. Успел уже прослушать записанный в устройство какой-то пафосный бред, убедиться, что ни сети, ни связи с другими «колонистами» «Хельги» устройство не обнаруживает, и принять решение, что ему найдется применение получше. Даже самый простейший когитор в распоряжении инженера — лучше, чем никакого. В сопряжении же с бионическим протезом правой руки, могло получиться достаточно интересный ремонтно-диагностический комплекс.

Незнакомка кивнула, словно мы с ней были давно знакомы, и присела рядом. В наборе колониста-эксперта нашелся, кроме всего прочего нужного, еще и раскладной столик с парой сидений. Нашлось местечко и для гостьи.

«Зернышко» процессора, небольшая модуль-схема контроллера, источник питания, несколько шлейфов сопряжения и устройство связи. Имея мультиинструменты и ДСУ — устройство диффузионной сварки, пальце протеза, собрать всю «композицию» было проще простого. Размером это все было с детский кулачок. Оставалась лишь одна проблема: новому прибору требовался корпус.

— Во что же мне тебя спрятать? — пробормотал я себе под нос, поднял глаза и буквально натолкнулся на невозможно-васильковые глаза незнакомки.

— Бан буджао леда, — пропела девушка. И пожала плечами. И только тогда я рассмотрел, что под ярко-синей накидкой, укрывающей и голову, и плечи гостьи, у нее доспехи. Смахивающий на средневековый костюмчик, из какой-то чешуйчатой кожи.

То, что я не на Земле, догадался еще в первый день. Слишком много не совпадающих параметров. Продолжительность суток, отсутствие точно определяемого магнитного полюса, удивительная линия горизонта, и конечно, ночное небо. О, здесь оно удивительное. Начиная с голубого веретена сингулярности черной дыры, и заканчивая мигающие, но не двигающиеся искры — имитирующие звезды.

А светило! В принципе, существуют во Вселенной планеты, всегда обращенные к звезде только одним полушарием. И тогда, находясь на краю освещенного пятна, солнце и будет выглядеть половинкой шара.

Ничего удивительного в этом феномене нет. И сначала я решил, что именно на такой мир «Хельга» нас и выгрузила. А потом посмотрел на светящийся у горизонта купол через оптическое устройство. И был поражен до глубины души. Это было дерево! Невероятное, циклопическое, протянувшее ветви чуть ли не в стратосферу, и с горящими огнем листьями, но все же — растение.

Как это стало возможным, я не знал. Вообще далек от биологии и всех прочих наук, связанных с проявлениями жизни. Но первое что предположил бы: генные технологии.

С одной стороны, был даже слегка разочарован. Звездный ковчег «Хельга», в общем-то, и предназначался для повторной колонизации Земли. Я в проект «Космо» то записался только для того, чтоб увидеть Праматерь, разоренную апокалипсисом класса А. Увидеть, и насладиться исполнившейся местью. Пусть не собственными руками, пусть всю «работу» за меня сделал бы неведомый фактор. Но знать: они все сдохли, а я хожу по их костям — о, как же это сладко!

А попал сюда…

Первые минуты робинзонады невесть где, я даже был счастлив. Ну, ладно. Не Земля. Но тут хотя бы нет других людей! Нет связи, значит, «Хельга» не смогла засеять орбиту спутниками. Велика вероятность, что ковчег и вовсе уничтожен, и я единственный, кому удалось выжить.

Потом, исследуя окрестности места посадки капсулы, обнаружил второе спускаемое устройство. Без колониста внутри. Грузовое, с восемью кейсами мегакрипторов в пространственной раме. Но и этого хватило, чтоб догадаться: моя не единственная. Звездолет разбрасывает капсулы с колонистами, и ресурсами для первого этапа заселения новой планеты.

Только что-то пошло не так. Потому что, по-хорошему, высадка должна была осуществляться не так. Капсулы — это аварийный режим. На ковчеге довольно энергии для обеспечения работы транспортного транслокатора. Миллион пассажиров, снабженные техникой и базовыми материалами, по плану, должны были высадиться всего за одни сутки. А не вот так, скидывая неуправляемые пласталевые «гробы» абы куда.

На третий день я решил: сам людей искать не пойду. Найдут, буду разбираться. Но что-то мне подсказывало, что здесь, на этой причудливой планете, власти земных координаторов пришел конец. Значит, и моим обязанностям, как военнослужащего, и пассажира «Хельги», тоже. Я никому ничего не должен.

В противном случае, если одинокий техник ранга «эксперт», никому не нужен, и тратить ресурсы на мои поиски никто не захочет, устроюсь сам. С местом приземления мне повезло. Возвышенность на берегу реки. Не особенно широкой и глубокой, но достаточно быстрой. И как раз здесь делающей петлю так, что я оказывался как бы на полуострове.

Полно деревьев. Имеется скальный выход, и удобный спуск к реке. Город в речной петле не поместится, а мне одному места более чем достаточно.

На счет пропитания вообще не переживал. Оружие у меня было. В одном из мегакрипторов целый нашелся арсенал. А в наборе для выживания — рыболовные снасти. Ни охотиться, ни рыбачить я в той, земной, жизни никогда не пробовал, но был уверен, что разберусь. Дикие предки и без этого всего оборудования как-то выживать умудрялись.

Плюс фрукты с ягодами. Анализатор уверенно указывал те, которые можно безопасно употреблять в пищу. Когда удалось подстрелить — а потом добить камнем — большую нелетающую птицу, он и ее мясо одобрил.

Я не удивился. Умом понимал, что вероятность того, что эволюция на двух разных, отстоящих друг от друга на сотни световых лет, планетах могла пойти настолько схожими путями, исчезающе мала. Еще, крутил в голове версию, что этот мир давным-давно подвергся некоторой форме терраформирования. Но почему его не заселили? Почему оставили в настолько девственном виде?

Присутствие развитой цивилизации не скрыть. Она оставляет следы всюду — в небе, на земле и в воде. Какими бы высокими и экологичными технологиями мы не обладали, отходы не спрятать. А здесь ничего такого и в помине не было. Пронзительно голубое небо, с этой замысловатой сингулярностью в самой середине, не расчерчивали инверсионные следы флаингов, в воде не было и следов сбросов от промышленности, и, как бы я не разглядывал окрестности в оптическое устройство, ни единой линии энерговодов не заметил.

Эта планета, на момент высадки колонистов с «Хельги», оставалась в совершенно диком, первозданном виде. И мне это несказанно нравилось.

«Пятница» вновь все перевернула в моей голове. Я возился с когитором, не забывая вновь и вновь бросать на нее взгляд. Качественная, и явно из натуральных волокон, ткань. Кожаные доспехи, серебряные — или из очень похожего металла — украшения. Обувь, обильно украшенная драгоценными камнями рукоять кинжала. Все это явно не продукт репликаторов. Это не серийное производство. Это результат труда ремесленников.

Я улыбнулся красавице. Не понимал ни единого слова из того, что она говорила. Но тон был вполне благожелательный. Девушка не лезла под руку, не угрожала и не пыталась тыкать в меня холодным оружием. Иногда протягивала руку, маленькой, узкой ладонью вверх, когда хотела рассмотреть какую-то вещь поближе. Но всегда, повертев в руках, возвращала.

Она вообще не докучала. Охотно пробовала пищу, когда готовил для себя обеды, но сама не просила. И уж тем более — не требовала. Приходила утром, а уже после полудня исчезала.

Незнакомка не говорила, а я и не спрашивал — по вполне понятной причине — одна она по дебрям гуляет, или в кустах целый отряд телохранителей притаился? Да оно и так было понятно. Девушка была одета богато. Украшения, доспехи, оружие. По паре серег в ушках, целая гроздь браслетов на каждой руке, и тяжеловесно выглядевшее ожерелье с большим голубым, под цвет ее глаз, камнем. Я не ювелир, и в драгоценных камнях не разбираюсь, но сам размер! О качественной огранке говорили искорки отраженного света, а о стоимости — величина. Тот же сапфир, с голубиное яйцо, дешево стоить не может.

И кто бы такую отпустил гулять по лесу одну?! Может там и девственная природа, без признаков присутствия человека. Но есть же еще дикие звери, к примеру. Молодые девчушки, если они не красные шапочки, сами по себе по неведомым тропинкам не ходят.

А звери были. Каким чудом у меня получилось пережить первую ночь — сам не знаю. Может огненное шоу приземления спасательной капсулы распугало животных. Или просто мне повезло, но удалось спокойно выспаться.

Когда же отправился исследовать окрестности, уже никого не боялся. В одном из кейсов мегакрипторов нашлось полдюжины полных комплектов стандартной бета-брони «Гардиан». Ничего особенного. В Утопии этими доспехами оснащались силы планетарной обороны. Но мне, одному в незнакомом лесу — самое то.

Нарядился, активировал экзоскелет брони, вооружился старым добрым «Суворовым», да и пошел покорять просторы неведомого мира.

И почти сразу, в удобном для спуска к воде месте, на мягкой почве нашел отпечатки когтистых лап. Глубокие, и совсем не маленькие. С ладонь взрослого человека. Самих зверей на водопое не застал, но, честно говоря, не особенно и хотелось. Не знаю, какие у этого хищника клыки, но мне и когтей бы хватило. Вояка я тот еще.

Когда подал документы на участие в проекте «Космо», и прошел сертификацию на техника-эксперта, меня зачислили в вооруженные силы. Опять-таки — техником. Ремонт и обслуживание армейской техники, от примитивного пистолета типа «Дефендер», до гигантских транспортных винтокрылов типа «Дракон». Вингеры руками потрогать не довелось, хотя и очень хотелось. Но устройство известно. При нужде, и наличии запчастей, смог бы и его починить.

В общем, боевиком стать не получилось. Да и не хотелось. Семь лет непрерывных конфликтов с уличными бандами на нижних ярусах технополиса Авалон, хватило за глаза. За себя постоять как-то сумел. А делать сражения профессией не имел никакого желания.

Утом четвертого дня робинзонады понял, что нагулялся. Хватит. Было, конечно, любопытно бы и до светящегося дерева добраться, и вообще — мир посмотреть. Но решил не торопиться. В первую очередь — надежный тыл. База. Приключения потом.

Начал с разборки капсул. Вещь простая и, по замыслу создателей, одноразовая. Но добротная. Корпус из надежной пластали, тормозные и маневровые двигатели и немного электроники. В условиях дикой планеты — незаменимые ресурсы.

Демонтировал электронные компоненты. Аккуратно снял шлейфы и трубки систем жизнеобеспечения. Фильтры упаковал отдельно. Потом только принялся резать корпуса и рамы на детали такого размера, чтоб поднять и засунуть в заблаговременно освобожденный от наполнения мега-криптор. А почему бы и нет, собственно? Не под кустом же мне драгоценные подарки технологии Утопии хранить?!

Пока руки работали, голова думала. По большей части, о всякой ерунде, конечно. Но еще о том, насколько репликаторы испортили людей. Раньше, до их изобретения — или, как болтают, до реинжиниринга устройств инопланетного корабля, найденного на орбите Луны — техники и инженеры были способны к творчеству. Могли подобрать отсутствующую деталь из аналогов, или скомпоновать из нескольких. Теперь же — нет. Зачем? Если всегда можно отослать запрос, или напечатать деталь на репликаторе. Ни думать не нужно, ни параметры наизусть знать. Просто одно снимается, другое ставится.

Это, кстати, единственная причина, почему деятельность технических специалистов в войсках формализованна до предела. Сертификаты, допуски, компетенции. Без нужных отметок, умная техника просто не позволит к себе прикоснуться. Даже сервисные лючки не откроет. Такая вот защита от криворуких недоучек.

Инженеров, по старой памяти, еще учат понимать не только, что где работает, но и как и почему. По себе знаю. Учебу, правда, пришлось бросить на последнем курсе. Но, чтоб сдать тесты на эксперта знаний хватило. А опыта в ремонте всего, что из бытовой техники и оружия встречается на мрачном дне технополиса, оказалось достаточно, чтоб обзавестись полным набором сертификатов. С единственным ограничением: позитронные процессоры и робототехника. В эту тему парней с улицы принципиально не пускали.

И теперь мне эти знания могли пригодиться. Вряд ли здесь репликатор есть на каждом углу. Нет, понятно, что есть — один такого, малого типа, даже у меня в запасе хранился — но далеко не повсеместно. А техники Утопии должно хватать. И кто-то должен ее ремонтировать тем, что найдется под рукой.

Перспектива вырисовывалась спорная. Во-первых, вызывала некоторые сомнения сама потребность землян в ремонте. Техника Утопии достаточно надежна, чтоб служить долгие годы, при должном обслуживании. Если ковчег только-только начал сброс капсул, могут пройти довольно много времени, прежде чем мои конкуренты, «репликаторные техники», перестанут справляться с поломками.

Во-вторых, чтоб заниматься ремонтом, пришлось бы обосноваться где-то поблизости от базы людей. В том, что земляне сразу после высадки начнут сбиваться в стаю, я ничуть не сомневался. Эти твари, как крысы. Сильны только числом. Тем более, обязательно найдется какой-нибудь ублюдок с хорошо подвешенным языком, и займет место лидера.

А надо ли мне это? Жить рядом, каждый день видеть рожи, общаться с существами, от одного присутствия которых рядом, меня трясти от ненависти начинает. Самая поганая, предательская и хитрая тварь во Вселенной — это человек. Да, я тоже человек. Но это не мешает мне видеть нашу внутреннюю суть.

В-третьих, даже если предположить, что при необходимости технику притащат на ремонт куда угодно, место моего приземления не подходило. Пока исследовал окрестности, успел убедиться: пешком, на своих двоих, сюда еще можно забраться. Въехать — вряд ли. Ну или нужно озаботиться изменением ландшафта, и взорвать к чертям собачьим несколько препятствий.

А если устраивать удобный въезд, если разрушить преграждающие путь скалы, сгладить склоны, и оборудовать переправу через реку, то не такое уж и удобное и безопасное у меня место.

Думал, размышлял, и чертил схемы обороны моего полуострова. А пока напрягал мозг, руки действовали. В итоге, обе капсулы превратились в кучку примерно одинаковых деталей, за какие-то пару дней.

Еще целый день потратил на заготовки бревен. И вот что я скажу: разбирать капсулы было проще. И гораздо безопаснее. Во всяком случае, пласталевые листы не пытались на меня обрушиться. А первое же дерево — покушение на убийство совершило сразу, как только было отделено от корней.

Снова повезло. Проклятое растение замешкалось, и я успел убраться с траектории падения. Заполучил пару царапин от веток, но это ерунда, по сравнению с тем, что могло бы быть.

Обработал «раны» спреем с алой меткой, посидел в тени, пока дрожь в руках не унялась, вздохнул, и пошел демонтировать ветви. Мне требовались бревна, штук шесть или семь. А боковые отростки были обречены сгореть в костре.

Ничего особенного строить не собирался. Окончательного решения по постоянному месту жительства я все еще не принял, и тратить силы на то, что потом не пригодится, не хотел. Но вот одну постройку возвести был просто обязан.

Логика простая. Зверь с когтями по дециметру, чьи отпечатки видел у водопоя — явно тяжелая. А значит, лазать по деревьям не может. Законы физики едины для всей Вселенной, исключая поверхности Черных Дыр. Нет, и не может быть природных материалов когтей, способных выдержать вес крупного животного на вертикальной плоскости! Все древолазы — маленькие и ловкие. Но их я не боялся. Маленькие пусть сами меня боятся. А чтоб защититься от крупных, надумал построить помост. Небольшой. Такой, чтоб поместилась палатка, и еще небольшая площадка, с которой будет удобно вести огонь.

Этим и занимался, пока не закончил. И, видимо, эта моя бандурина, торчащая над верхушками окрестных валунов, внимание незнакомки и привлекла. Во всяком случае, впервые девушка пришла точно на следующих день после завершения эпичной стройки.

Я даже не удивился: рожи у этих представителей рода адамова действительно были мерзкие. Тот, что постарше — еще ничего. Кое-какой проблеск интеллекта присутствовал. А вот второй — от обезьяны отличался только силуэтом.

Хотя, что это я? Грешно обижать приматов. Среди них встречаются вполне достойные индивидуумы. Своими глазами в зоопарке Авалона видел. И если Земля все-таки подверглась этому пресловутому апокалипсису класса А, то вот кого и жалко, так это обитателей зоосада. Они, в отличие от людей, ни в чем не виноваты.

Разговор сразу как-то не задался. Молодой начал быковать — в лучших традициях помойной шпаны нижних ярусов технополиса. И имея тот же самый, на уровне папуасов каменного века, словарный запас. А старший просто на это все взирал, как воспитатель детского сада на подопечных.

— Хлебало завали, — вежливо посоветовал я бычку, и поправил «Суворов» на коленях. — Предъявы бабуинам излагай — они тебя лучше людей поймут. Или ты братьям принципиально рамсы не втираешь?

Единственное, что оказалось неожиданно приятным — это говорить на глобише. Ну, не просто говорить — это у меня и раньше нормально получалось. «Пятница», которая на третий день знакомства самоопределилась под именем Нина, всегда внимательно меня слушала. Ответить только не могла так, чтоб я понял. А эти двое и говорили и понимали.

— Ты сейчас не совсем понимаешь, куда попал, — выговорил, наконец, старший. — Себя-то хоть вспомнил? После криосна — обычное дело, когда память отшибает.

Я только фыркнул. Меня эта напасть не коснулась. Я, очнувшись от «заморозки» еще в полете, в капсуле, сразу все помнил и осознавал. В теле только слабость еще какое-то время оставалась. Но и она быстро прошла.

— Догадался уже, что мы не на Земле? — по-своему понял этот незваный гость.

Я их вообще-то ждал. Знал, что сегодня, или завтра какая-нибудь рожа притащится. Ночью, в той стороне, куда обычно уходила Нина, сверкало, громыхало, и трещало хорошо знакомыми выстрелами «Суворовых». Если нужно доказательство близкого присутствия колонистов с «Хельги», то это оно и есть.

Больше скажу: Нина не производила впечатления какого-то преступника. Как раз наоборот. Вежливая, ненавязчивая девчушка из хорошей семьи. И тут встает вопрос: насколько правомерна атака неизвестных землян на вполне добропорядочных аборигенов?

Вывод напрашивался только один: где-то рядом ошивается шайка кретинов, решивших, что технологии Утопии делают из бессмертными.

— Я не слепой, — кивнул я.

— Это сфера Дайсона. Тебе этот термин что-то говорит? Местные жители называют этот мир Единством.

— Конечно, — снова согласился я. Золотистый комбинезон эксперта я снял сразу после посадки. Для дикого леса наряд не подходил никак. А кому-то что-то доказывать и объяснять, кичится относительно высоким статусом, и вовсе не по мне. К тому же, эта цветовая дифференциация штанов меня просто бесила.

Мир-шар, в центре которого заключено светило — вот что такое «сфера Дайсона». Невероятный, фантастических размеров астроинженерный проект, совершенно точно невозможный к реализации существующими в Утопиями технологиями.

Но легко объясняющий все несуразности этого странного мира. За исключением этих пресловутых светящихся деревьев.

— А дерево? Что это? — заинтересовался я.

— Игг-дерево. Биологический конструкт, обеспечивающий октагоны Единства светом и теплом.

— Октагоны? — слово было знакомо. Непонятен был смысл в применении к внутренней поверхности сферы.

— Единство разделено на этакие восьмиугольники, — дернул плечом старший. — Примерно по шесть тысяч километров диаметром. Болтают, что раньше даже стены присутствовали. Но теперь и их нет. Просто между октагонами холод и тьма. А жизнь осталась только вокруг Игг-деревьев. Круги жизни…

— Аборигены все лучшие места расхватали, на, — «всплыл» молодой. — Прямо у подножия.

— Деревьев много? — догадался я.

— В нашем октагоне — восемь, — кивнул старший. И приподнялся со стульчика, на котором сидел. Увидел мелькавшую в кустах синюю накидку Нины. — Твоя подруга?

— Да. Моя. Так чего там с деревьями?

— Ничего, — продолжая, прищурясь, внимательно разглядывать приближавшуюся Нину. — У каждого дерева есть свои хозяева. А нас, землян, подвинули…

— В смысле? — удивился я. — Мы же только высадку начали. Когда успели?

— Гы-гы-гы, — заржал конем младший. — Только… Не, ты слышал? Только! А двадцать восемь лет назад, не хочешь?

— Первые капсулы ковчег сбросил двадцать восемь лет назад, — подтвердил слова «интеллектуала» старший. — Те, кто в первой волне был, успели лиха хватить…

— Местные не приняли? — вскинул я брови.

— Индейцы-то? — снова оживился бычок. — Они даже рады были. На халяву рабы с неба падают… Поди смеялись целые сутки. Спать не могли…

— За два с лишним десятилетия здесь много чего происходило, — важно кивнул старший. — Космо смогли заставить себя уважать. Жаль только лидера толкового не нашлось. Такого, чтоб всех устраивал. Даже в нашем октагоне, и то разброд и шатание. Несколько группировок, друг с другом конкурирующие.

— А вы из каких? — любезно поинтересовался я. Ну, так. Чтоб разговор поддержать. Так-то я сразу догадался, из какой стаи эти ребята.

Нина неслышно промелькнула, и, судя по тени, расположилась сразу за спиной.

— Ты, я смотрю, криптор вскрыл, — криво улыбнулся умный. — Переоделся. Уют тут навел. А родной комбез у тебя какого цвета был?

— Зеленого, — вернул я ухмылку этому типу. Ага. Нашел дурака. Так я ему и рассказал! — Так ты не ответил. Вы с напарником к какой группе землян относитесь?

— Мы из непримиримых, — подобрал слова выглядевший, как разбойник с большой дороги, человек. — Мы, парень, за свободу. Это новый мир. Новым условиям — новые законы и правила. И нечего пытаться построить тут вторую Утопию.

— Но технологиями Утопии, я смотрю, вы пользуетесь, — дернул я подбородком на доспехи пришлых. Обычные «Скауты». Ничего особенного. Этот комплект и доспехами-то назвать, будет звучать, как лесть. У младшего еще вечный «Суворов» в руках. Точно такой, как у меня. Только мой — новенький, а его — видавший виды и более рачительных хозяев аппарат.

— А почему нет? — удивился лидер. — Мы отвергаем старые земные порядки, а не достижения науки и техники… Тут поблизости других капсул не падало?

— Не знаю, — соврал я. — Я никуда особо и не ходил. Думал, спасатели должны вот-вот прилететь.

— Молодец, — снова нехорошо ухмыльнулся бандит. — Голова у тебя варит. Сразу видно — специалист.

Не дождался реакции на его предположение, и продолжил допрос:

— А девчушку где взял?

— Сама взялась, — поджал губы я. — А что? Какие-то проблемы?

— Не все народы октагона к нам одинаково хорошо относятся, — не очень внятно попробовал оправдаться старший. — Может, ты ее украл. И сейчас половина их народа рыскает где-то рядом, в ее поисках.

— И что они сделают? — поинтересовался я. — У меня есть автомат, а у них — только острые палки.

— Ха-ха, — обрадовался поводу посмеяться младший. — Палки! А если они Восходящие?! Они тебя, вместе с автоматом, за секунду в кучку пепла превратят.

— Мой напарник прав, — строго выговорил разбойник. — Здесь может быть очень опасно! Дикие звери, хищные растения, и все такое… Аборигены еще эти… Но ты не бойся. Мы тебя защитим. Отведем на базу. Укроем. Бабенку твою к делу пристроим. Собирайся. Путь не близкий.

— Онко до баре хорко канна, — громко прошептала из-за спины Нина. — Онко до алом патъяук`коа.

— Ты слушаешь советы своего трэлля? — выпучил глаза молодой.

— Мой юный друг прав, — укоризненно покачал головой старший. — Рабы всегда врут. Не стоит им доверять. Обживешься в Единстве, сам это поймешь.

— А трэлля нужно наказать, — кивнул и облизал губы бычок. — Хочешь, я сам это сделаю?

— Нет, — просто сказал я.

— Зря, — скривился тот. — Потом будешь жалеть, что не начал воспитывать рабыню сразу. Она должна знать свое место.

— На базе посмотришь, как это принято делать, — покровительственно кивнул старший. — Потом сам решишь. Имущества много? Ты ведь достал криптор из набора?

— Я с вами никуда не пойду, — изогнул я губы в легкой улыбке.

— Эй, парень. Не дури, — нахмурился вожак. — Земляне должны держаться вместе…

— Кому должны? — вежливо поинтересовался я.

— То, что с «Хельги» сбрасывают — это не только тебе предназначено! — обозначил сферу интересов младший из разбойников.

— Попробуй отними, — оскалился я. — Он сам сказал: законы Утопии здесь больше не действуют. Я сам по себе, и никому ничего не должен. С вами я точно не пойду. Так что…

— Пойдешь, — угрожающим тоном прорычал старший, и поднял руки в каком-то странном жесте. — Сам не пойдешь, силой утащим. И рабыня твоя тоже.

— А-а-а? — понимающе кивнул я, и прямо из сидячего положения, крутанулся назад, закрывая свою «Пятницу» от взрывов.

На спинном сегменте доспехов броня толще. Там и когитор, и элементы питания, и электроника управления экзоскелетом, системой жизнеобеспечения и тактического модуля. Кроме того, «горб», в котором все это богатство спрятано, оснащен, кроме обычного композита, еще и скошенными пласталевыми пластинами. Так что, когда активировал детонаторы, я за свое здоровье не переживал. А вот Нину ничего такого не защищало. Потому и кинулся прикрыть ее своим силуэтом.

Мины у меня были так себе. Ничего особенного. Сляпанная буквально на коленке взрывчатка из остатков топлива-гели в баках капсулы, обрезки металлического каркаса, и пара проводков. Простая и надежная, как стальной лом, схема. Однако, обладающая одним немаловажным недостатком: эта мина могла смертельно удивить только в очень небольшом радиусе.

Изготовил я таких пять штук. Вкопал и замаскировал в тех местах, где было наиболее удобно поставить стульчики из набора для выживания. Эффективность требует жертв. Походную мебель было жаль до ужаса. Но еще больше было жаль самого себя. Как уже говорил: гостей я ждал. И знал, что люди ко мне придут не добрые, и совершенно не законопослушные. Оставалось только надеяться, что будет их не много, и что бризантности и фугасности будет достаточно для уверенного уничтожения целей.

Неприглядное зрелище — эти дохлые бандиты. Младшего так и вовсе ударной волной в какую-то аморфную массу превратило. Пока снимал с его тела остатки модулей простенького «Скаута», умаялся. Плотный комбез — основу, с усиленными локтями и коленями, и вовсе не стал трофеить. В этом изделии металлов минимум. Любой репликатор напечатает таких сто штук за полчаса. А вот элементы брони более технологичны. И ценных материалов в них несравненно больше.

Криптора у бычка не было. Или свои же отобрали, или не повезло, и капсула при посадке разрушилась. Теперь уже и не узнаешь. А вот у старшего — был. На леком запястье, где его обычно праворукие земляне и носят. Правда, под черным браслетом нашлась еще одна странная штуковина: прямо в теле этого дохлого чудака поблескивал треугольной шляпкой натуральный серебристый гвоздик.

— Имплант? — пробурчал я себе под нос. — Чудны дела твои, Господи.

— Стигма, — пропела Нина, зачем-то прощупывая воздух над телом. — Одок ме. Она до амак`айдари тро канна.

— Да-да, — кивнул я. — Настоящий придурок. Зачем пихать в себя всякие непонятные штуки?

Нина улыбнулась, плавно переместилась поближе, ухватила тоненькими пальчиками за серебряную шляпку гвоздя, и одним резким движением, вырвала имплант.

Я аж рот открыл от удивления. Во-первых — ее уверенному движению. Девушка явно не впервые занималась извлечением чего-то подобного. Во-вторых — тому, что это и правда был гвоздь. Небольшой. Толстенький.

— Она до сеткана она буджау лекаан ин дон эмама, — улыбнулась моя Пятница, и спрятала гвоздик куда-то в складки своего одеяния.

Я проводил глазами непонятную штуку, и вернулся к исследованию трофеев.

Никаких сумок или рюкзаков у парочки разбойников не было. Украшений или какого-то нового оружия — тоже. Старый, видавший виды «Суворов», пара магазинов к нему и явно кованный вручную нож в потертых ножнах с пояса молодого — вот и все находки. На что надеялся старший — даже не вооруженный — когда грозил мне, было решительно непонятно.

Криптор был запаролен генетическим кодом. Святая простота. Снять блокировку было делом буквально минутным. Правило, что любой пароль деактивируется по требованию колониста с более высоким статусом, никогда ни от кого не скрывали. Почему же об этом постоянно забывают?

Пароль снял, но разглядывать добычу не стал. Отложил. И без того скопилось столько всяческого барахла, что случись экстренное переселение, даже не знаю, как смог бы все утащить. Ну и при Нине чахнуть над «златом» не хотелось.

Наведение порядка в припасах назревало. Однако пока были дела более насущные. Например, прибрать лагерь после минного инцидента. Трупы вообще имеют обыкновение портить пейзаж. А у меня еще и опасность из дикой природы присовокупляется. На запах смерти обязательно придет какое-нибудь чудо-юдо. И, если все же верить словам разбойников, мой безотказный «Суворов» может и не спасти.

В общем, с телами следовало что-то решать. Я не религиозен. Отец был инженером, пока его из корпорации не выставили. Верил в могущество человеческого разума, и в науку. Я сам, насмотревшись всякого разного в трущобах гигантского человейника, на разум уже не особо надеялся. Но с торжеством науки и оттуда спорить было трудно, когда у самой последней швали с помойки в руках был какой-нибудь электронный прибор, а за ухом приклеена таблетка вокса, дающая связь и доступ к счетам в банке.

Это к тому, что хоронить тварей по всем правилам какого-нибудь религиозного ритуала я точно не собирался. Есть у них душа, нет ее — мне плевать. Я их честно ненавидел. И живых и мертвых. Мертвых даже больше. Потому что теперь нужно было что-то выдумывать, чтоб избавиться от двух сотен килограмм биомассы.

Сжечь было нечем. В запасе имелось несколько выстрелов к сигнальному пистолету. Но я был абсолютно уверен, что этого не хватит. Горючее из капсул кончилось. Таблетки сухого спирта в наборе для выживания были, но даже будь из в моем распоряжении в тысячу раз больше, они ничем бы не помогли. Особенности горения.

Оставались старые добрые дрова. С ними все могло получиться, хоть и требовалось их достаточно много. Так что я вздохнул, пристегнул автомат к наспинным креплениям, взял в руки мачете, и пошел на лесозаготовки. Останки деревьев, из которых помост строил, давно в пепел превратились. Богу Огня требовались новые жертвы.

А когда вернулся с первой охапкой сухих веток, обнаружил беззаботно попивающую чай у костра девушку. И не обнаружил трупы двух придурков.

— Джабун акаана, — радостно пояснила Нина, и пальчиками изобразила поднимающегося к небу мотылька.

— Джабун акан, — согласился я, и уселся рядом. Все понятно. Улетели. Можно отдыхать.

Залог качественного и быстрого ремонта — это учет и контроль запасов запчастей.

Когда обустраивал мастерскую на нижнем ярусе технополиса, убедился в этом. Нет, если просто тупо менять целые блоки взамен вышедших из строя, особой нужды в порядке на рабочем месте нету. Боксы для их хранения все равно подписаны. Но если именно ремонтировать — отыскивать сгоревшую деталь, подбирать подобную, тестировать совместимость, без системы никуда. Номенклатура изделий электронной промышленности включает миллионы позиций. Свали все похожие в один ящик, и будешь потом искать нужное сутками.

Здесь, в этом странном Единстве, миллиона разных вещей в моих хранилищах пока не было. Но и тысячи достаточно, чтоб начать забывать об их наличии.

Особенно, если часть из единиц хранения — какие-то непонятные штуковины. Странного вида, будто оплавленные, камешки. Кусочки неизвестных металлов, костей и когтей. Или чего-то среднего. Кость со свойствами металла? А у меня один такой появился, после разбора криптора старшего из придурков.

О! Еще часть булыжников явно в принципе отсутствуют на Земле. Светящийся, например. Или тот, по поверхности которого изредка пробегают малюсенькие искорки электрических разрядов. Удивительные образцы местной геологии!

Арсенал тоже обогатился. Два пистолета типа «Удар», полсотни патронов к ним, и снова «Суворов» с набором магазинов. Полдюжины ножей разных видов и предназначения. Набор для чистки оружия — ему я обрадовался, как родному. Стволов у меня и раньше хватало, а вот принадлежностей для их обхаживания не было.

Пайки, фонарик, механическое устройство для розжига костров — не помню, как называется. Тряпки. Еще одна пара обуви. Ничего особенного, обычные ботинки от стандартного комбинезона колониста. По горам, по долам в таких долго не походишь. Их для внутренних помещений звездолетов и космических станций разрабатывали.

Три новеньких вокса в упаковках. Планшет, память которого оказалась забита видео с какими-то незнакомыми людьми. Ничего криминального эти господа не делали и не говорили. Так что я затрудняюсь сказать, зачем бывший хозяин хранил эту информацию. Мне устройство тоже применять пока было не для чего, и освобождать память нужды не было. Оставил на будущее. Вдруг это что-то важное?

Впрочем, разговор не об этом. А о том, что и как мне распределить по имеющимся в моем распоряжении крипторам. Чтоб и вошло все, и знать, что где лежит, и доставать было удобно.

Итак, у меня было два браслета наручных хранилищ, по восемьсот килограмм вместительности. Экстрамерное пространство было разделено на шестнадцать ячеек, совокупного объема в один целый, и сорок четыре сотых кубического метра. То есть, что-то крупногабаритное туда не засунешь. Тот же «Гардиан» — только в виде отдельных модулей — занимал сразу семь ячеек. Что, по-моему, было совершенно неэффективно.

А вот кейсы мегакрипторов хранят в десять раз больше всего. Соответственно, восемь тонн веса, при ста шестидесяти отсеках и четырнадцати с хвостиком кубометрах объема. Войдет масса полезных вещей, но носить с собой такой ящик будет очень неудобно. Все-таки, это больше для складского применения устройство.

К счастью, «матрешка» из крипторов вполне себе могла существовать. И в один из моих наручных, отлично встали восемь больших. А он сам — в другой, постоянно мною носимый. Правда, процесс извлечения выглядел смешно и дико. И занимал очень, очень много времени.

Броню и ее элементы упаковал в ящик с номером один.

Арсенал — номер два.

И в первом и во втором мегакрипторах еще оставалось свободное место. Я отметил этот факт, записал даже в новенькое, мною же созданное устройство с дельта-когитором. Но «добивать» не стал. Обозвал это резервом.

Номер три полностью, на девяносто восемь процентов, оказался наполненным производственными делами. Технологические карты, мобильное устройство измельчения сырья, и кубик малого репликатора. Туда же переместил найденные в других хранилищах редкие ресурсы с Земли.

Трофеи с придурков, хоть как-то относящиеся к материалам, тоже упаковал в третий кейс. Камешки, металлы, эксоресурсы. Рано или поздно, с ними все равно придется разбираться. А пока, были дела и поважнее.

Приятным открытием было, когда техкарты, собранные по разным мегакрипторам, спокойно улеглись в одну ячейку. Их там под полсотни набралось. Большая часть, конечно, лютое барахло. Элементы одежды, простенькая обувь и бытовые предметы. Но были и достаточно ценные, в моем понимании, схемы производства. Например, вокс. Или энергетические элементы. Для полноценного производства они требовали массу редких ресурсов, но почему бы им и не найтись в целом огромном новом мире?

Простейший подсчет показал приблизительный внутренний диаметр сферы Дайсона. И площадь поверхности. И это число с огромным количеством нулей. Если поверить пришлому разбойнику, и принять радиус одного октагона в две с половиной тысячи километров, то получалось, что в Единстве таких восьмиугольников многие миллионы. Миллионы!

Да чего уж там! Получалось, что вся площадь поверхности суши Земли — а это если что сто пятьдесят миллионов квадратных километров — уместится в семи с половиной октагонах. Вся Земля, с островами, атоллами материками и безжизненными кусками скалы, торчащими среди льдов. Здесь же, насколько я мог видеть, вполне себе плодородная почва, прекрасный климат, и богатая флора с фауной.

Могущество неведомой расы, чей гений воплотил это астроинженерное чудо, потрясал воображение. Миллионы пригодных для проживания человека миров в одном! Бесконечные ресурсы и жизненное пространство.

Несколько смущал аккреционный диск Черной Дыры на месте, где обязано было находиться центральное светило этого мира. Зачем он там? Почему не звезда? Что это? Тонкий расчет, или ошибка Создателей? И понимают ли это туземные народы? Знают ли причины и следствия убийства гигантского плазменного шара?

Господи, Единство оказалось доверху наполненным удивительными тайнами. И это только если начать задумываться над простыми, привычными и видимыми невооруженным взглядом вещами. А если копнуть поглубже? Сколько тут всего интересного найдется тогда? И хватит ли мне одной жизни, чтоб разобраться хотя бы в основах?

Четвертый, пятый и шестой ящики, после того, как освободил их от техкарт и материалов, отвел под металлолом. Пласталь и обычное железо — универсальное сырье для огромнейшего списка товаров из репликатора. Еще бы источник пластика найти — хотя бы ту же нефть — и будет вообще замечательно. Те обломки полимеров, что удалось насобирать после разборки капсул, ничтожно мало. Как там говорят? Век атома? Век азур-технологий или термояда? Век репликаторов? Все это ерунда! Человеческая цивилизация на Земле уже сотни лет живет в эпоху пластика. Исчезни в один момент все полимерные материалы, и Утопия превратиться в первобытное общество. Без связи, оружия, одежды и транспорта.

Так что объема жалко не было. Обидно было, что в непосредственной близости от меня только одна дополнительная спускаемая платформа упала. А вот бы их было две! Или — еще лучше — четыре! Вот это был бы просто праздник какой-то!

Но Боги, даже если они есть — совсем не добрые существа. Успел уже убедиться. Дали отца — служащего ведущим инженером в одной из мегакорпораций Земли. Ум, блестящие перспективы, учеба в лучшей технической академии планеты и пухлый счет в банке: все благодаря предку. А потом все отобрали. Отец лишился работы. Вскоре нечем стало оплачивать мое обучение. Постепенно, по мере «похудания» счета, ярус за ярусом, мы спускались все ближе к дну. И вот настал момент, когда отец умер, а я остался один, в окружении банд, наркоманов, и другого, опустившегося до дикости люда. Технополис, нижний уровень — ниже падать просто больше некуда.

Такая вот усмешка Богов. Нет, отца я не виню. Он поступил по совести. Принял на себя ответственность, вместо того, чтоб подставить подчиненных. А вот то, что не стал бороться, тихо извел сам себя тоской по потерянному уровню жизни — это грех. Он должен был стать мне примером несгибаемой воли. Бороться. За себя, за меня, за лучший удел. Вместо этого, сдался.

А вот мне пришлось бороться. Драться, хитрить, унижаться и много работать. И, при первой же возможности, рвануть на вербовочный пункт армии, чтоб записаться в проект «Космо». И, хоть, откровенно говоря, примитивно сбежал от проблем, все равно считаю себя победителем. Потому что даже эта дикая планета, если можно так назвать невообразимо огромный мир Сферы Дайсона, лучше, чем дно.

Седьмой кейс был занят бытовыми мелочами. Стандартные пищевые пайки ящиками. Канистры с питьевой водой, медицинские препараты и техника. Палатки, лодки и все такое. Масса барахла, часть из которой имела пока для меня сомнительную ценность. Но подумал, что, в крайнем случае, просто разберу это все на сырье. Благо измельчитель в комплекте имелся. Еще бы небольшой реактор где-то взять, и комплект топливных стержней лет на сто. Но на нет и суда нет.

А вот чему обрадовался, так это изрядному числу таблеток радиоизотопных элементов питания. Энергия — это наше все! Разновеликого диаметра «таблеточки» приводили в рабочее состояние такое огромное количество техники Утопии, что простое ее перечисление мне бы всю память когитора забило.

Последнее, восьмое, экстрамерное хранилище отметил особо. В нем, в разобранном виде, содержался ховер «Глайдер». Ничего особенного: простой, как лом, четырехместный транспорт. Не бронированный, с незакрытой от непогоды кабиной, но с впечатляющими скоростными характеристиками, и легко преодолевающий бездорожье. Я считал, что это приобретение — столь же ценно, как полдюжины «Гардианов», трех «Варриоров» и двадцати четырех «Скаутов» из первого кейса.

Каждую из деталей машины я, естественно, не доставал и не разглядывал. Но от изучения блока питания удержаться не смог. Это же важно! Неприятно было бы обнаружить там, вместо унифицированного под «таблетку» аккумулятора разъема, какой-нибудь несъемный блок, заряжаемый только на специализированных станциях. Где я такой в этом Единстве бы искал? Здесь вообще хоть одно шоссе есть? С приличествующей инфраструктурой из предприятий питания, техобслуживания и АЗС, имеется в виду.

Хоть тут повезло. Количество модификаций у этой машинки безумное количество. Всякое разное могло оказаться в том крипторе: от одноместного транспорта, до восьмиместной медики. В последней, правда, малый реактор должен был быть. Медицина традиционно оснащается весьма энергоемким оборудованием. Но в табличке комплектации топливные стержни указаны не были. А без них, реактор — это просто комок драгоценных сплавов, немного электронных схем, и керамики.

Глайдер был все же на батарейках. Классические сто часов непрерывного полета при полной загрузке. Напомню: машина четырехместная. А я — один. Так что мне одного энергоэлемента на больший срок хватит.

Имея в запасах целый малый контейнер этих батареек, грешно экономить? А это у меня не скупость, а точный расчет! Пусть у меня и есть техкарта на производство в репликаторе этих «таблеток», ресурсов-то для них нет. Там радиоактивные материалы требуются, а я что-то шахт урана в окрестностях не наблюдаю.

Полдня занимался тем, что чах над своим «златом». Нина пришла только к обеду, когда я уже управился, и сидел у костра, помешивая палочкой кипящее варево в котелке.

Неправильная какая-то пришла, необычная. Возбужденная, румяная, и со сверкающими глазами. Лопотала что-то на своем птичьем языке, руками взмахивала. А потом взяла, да и достала прямо из воздуха довольно большую и завлекательно пахнувшую корзину.

— Ого, малышка, — удивился я. — Неужели кто-то из плохих парней успел поделиться с твоей семьей черным браслетиком?

Самого криптора я на запястье девчушки не увидел. Признаться, и не разглядывал раньше. Там и без этого, было на что поглазеть. А тут взглянул, и удивился второй раз. В точно том же месте, что и у памятного разбойного придурка, в запястье аборигенки, виднелся знакомый серебристый гвоздик импланта.

— Вот тебе, Норм, и дикая цивилизация, — пробурчал я себе под нос.

В то, что это всего лишь украшение, не верилось совершенно. Очень уж походила шляпка этого «грибочка» на разъем для подключения чего-нибудь высокотехнологичного.

И самое хреновое — не спросишь ведь! Языковой барьер, будь он неладен. Ни она меня, ни я ее тупо не понимаем. А вот пища, которую «Пятница» сноровисто принялась раскладывать на столик, оказалась интернациональной. В том смысле, что не требовала дополнительных пояснений. Я, признаться, даже обрадовался. Слышал, у азио некоторые кушанья так делаются, что и понять невозможно, из чего сделаны. Ну у них с питанием вообще все напутано. Сладкое мясо, маринованные фрукты…

Здесь же все было попроще. Жаренное мясо, на которое анализатор уверенно отреагировал зелеными индикаторами. Плоды, странного вида, но отменного вкуса. Острые травки, в качестве приправы, приятный напиток. После приевшихся уже пайков, этот обед показался настоящим пиром Богов. А Нина, поблескивающая невероятными васильковыми глазами, сошедшей с небес Богиней. Так и хотелось сграбастать ее в охапку, да и уволочь в палатку для более близкого общения.

Сдержался, конечно. Девчушка ко мне со всей душой. Доверяет. А я что? Скотина какая-то что ли? Ну и о незримых спутниках увешанной драгоценностями аборигенки, забывать не следовало.

И все равно, не смотря на не полностью удовлетворенные инстинкты, вдруг почувствовал себя счастливым. Вкусная и обильная пища, прекрасная природа, эльфийка, неприкрыто на меня пялившаяся. Сказка, а не жизнь! И, главное! — ни единого человека, кроме меня. Ни одной ненавистной твари в пределах видимости…

Зря их вспомнил! Помяни черта — как говорится. Вот и эти. Ну зачем? Что им всем тут медом намазано? Сидели с Ниной, наслаждались. Так нет. Нужно было все испортить.

Вездеход-амфибия «Каракурт», при движении, издает характерные звуки. Ни с чем не спутаешь. Электродвигателей, да еще из-под брони, конечно же, не слышно. А вот здоровенные колеса — жужжат. Так, словно кто-то липкий уплотнитель по стеклу катает. И это «жу-жу-жу» явно приближалось.

— Задолбали, — поморщился я. — Чего им всем от меня надо?

Нина попыталась что-то объяснять, указывать на приближающийся транспорт. Но я ее, конечно же, не понял. И чего делать, никак придумать не мог. Мои мины против бронированной машины ничего не значили. «Каракурт» — это, конечно, не тяжелый танк типа «Ямато», но тоже крепкий орешек. А если в боевой модификации, так еще и весьма зубастый. Чтоб с ним бороться, может быть, роторный гаусс-игломет бы пригодился. И то, сомневаюсь. Плазма? У меня в арсенале были импульсные штурмовые винтовки типа «Копье». Сложная, дорогая в производстве, и крайне капризная штуковина. Но мощная — этого не отнять.

Но и то. Чтоб вездеход раздолбать, по нему нужно раз пятьдесят из «Копья» попасть. И что-то мне подсказывало, что новые незваные гости мне такого шанса не предоставят.

— Алом синтаэ, — ласково проговорила Нина, касаясь кончиками пальцев моего плеча. — Онко до бако данраэ.

— Хорошо, если так, — не стал спорить я, уже догадываясь, что моя «Пятница» прекрасно осведомлена о том, кто именно так жаждет меня увидеть.

«Каракурт» дожумкал уже до подъема на мою террасу, тяжело перевалил через грань, и шустро подкатил ближе. В башенке машины ясно виделся ствол крупнокалиберной автоматической турели, но в мою сторону, на счастье, он не поворачивался.

Я даже выдохнул. Появилась надежда, что все обойдется.

Мужчина внушал.

На вид — лет тридцать или тридцать пять. Классический моно. Короткая стрижка с чуть тронутыми сединой висками. Правильное лицо. Суровые складки. Такому господину нужно в кино сниматься, или в рекламе войск специальных операций Земной Федерации. Потому что и крепкие, накачанные мышцами плечи как бы сами за себя говорят, и вообще — манера держаться такая. Внушающая.

— Себастиан Гуревич, — представился мужчина сразу, как только выпрыгнул из вездехода. — В Восхождении — Гурт.

— Норман Дан, — угрюмо выдохнул я.

— Вы позволите, Норман? — вежливо поинтересовался пришлый, направив мне на бровь сканер. — Все верно. Норман Дан. Техник-эксперт. А где, простите, ваш золотой комбинезон?

— В стирке, — скривил губы я. Что за дурацкий вопрос? Где надо. Моя вещь. Что хочу с ней, то и делаю.

— Вы, простите, ценное приобретение для любого фригольда, — улыбнулся в тридцать три зуба Гурт.

— Что это? Фригольд?

— Колония. Космо. Простите, землян.

— Не интересует, — дернул я подбородком.

— Обожглись об изгоев? — понимающе кивнул незваный гость. — Понимаю. Но, кроме этих бандитов, в Единстве множество вполне добропорядочных поселений землян. Понимаете? Взять хотя бы ту, которую представляю я…

— Не интересует, — снова повторил я. — И не нужно мне говорить, что выходцы с Земли должны держаться вместе. Я свои долги уже роздал. Никому ничего не должен.

— Тем не менее… — слегка, самую малость, растерялся Себастиан. — Где-то здесь должна была упасть грузовая платформа с «Хельги»…

— И что? — нахмурился я. — Что с того?

— Эти ресурсы, простите, предназначаются для всех колонистов.

— Да неужели, — скептично выговорил я. — И документы, подтверждающие это утверждение, можете предъявить?

— Ну, простите, юноша, какие документы, — покачал головой Гуревич. — Вы сообщение с «Хельги» просмотрели? Чрезвычайная ситуация. Эвакуация экипажа и пассажиров проходит в аварийном режиме.

— Ага. Уже тридцать лет, — хмыкнул я.

— Двадцать, простите, восемь, — поправил меня гость. — Тем не менее, в грузовых капсулах содержатся ресурсы, необходимые для выживания всего человеческого вида. Это критично необходимые ресурсы. Наследие всей человеческой цивилизации. Понимаете?

— Понимаю, — снова усмехнулся я. — А я — один из наследников. Так что, все в порядке. Груз доставлен по назначению.

Наглеть было страшно. У меня даже волоски на спине от ощущения близкой опасности дыбом встали. Этот странный человек — парень с обложки — давил. Не угрожал, а именно давил.

Вдруг Нина, прежде сидевшая за моим правым плечом, приподнялась, и передвинула креслице ко мне поближе. Подняла руки, крутанула правой, и процедила сквозь зубы что-то явно злое. И секундой спустя, стало как-то легче. Попустило.

А Гурт заторопился, залопотал на ее же языке что-то. Словно бы оправдывался. Я же, в первую очередь, взглянул на башенку с пушкой. Мне она казалась самой опасной.

— Мы не хотим ссоры с Караваном, — перешел на глобиш гость. И поднял ладони в жесте примирения. — Но будем рады, если вы все-таки поделитесь ресурсами с земными колониями. С любой из них. Хотя бы даже и с Либерти, из этого Круга Жизни.

— А «Альфа»? — удивился я. — «Альфа» не из этого?

— Нет, простите, — улыбнулся гость. — В Единстве принято называть октагоны, по имени центрального светила.

— Игг-дерева, — кивнул я.

— Именно.

— Этот Круг зовется «Заов». Или Эль-Заов, если хотите. Здесь крупнейший фригольд народа Космо называется «Либерти». «Альфа», которую я, в некотором роде, представляю, расположена в соседнем.

— Вы посол? — догадался я.

— Амбассадор, простите, — вновь оскалился Гуревич. — Специальный посланник. «Альфа» старейший, самый крупный, и сумевший с аккумулировать максимальное число технологий Утопии фригольд. Среди тех, что нам известны, конечно.

— А «Либерти»?

— С «Либерти» все сложно, — признался Себастиан, даже позабыв это свое слово-паразит. — Моей задачей является убедить местное руководство в необходимости объединения всех землян…

— А они упираются? — криво усмехнулся я. Он мог и не отвечать. Подлая натура человеческого рода была прекрасно мне знакома. И, до темноты в глазах, ненавидима. И этот, герой боевиков, мне тоже сразу не понравился.

Да, я параноик. Жизнь на нижних ярусах технополиса как бы заставляет проникнуться идеями обостренной мнительности. Привык, к примеру, внимательно разглядывать коридор, прежде чем из жилого отсека выходить. И вот что я думаю: люди, если хотят мирных переговоров, на броневике не приезжают! Хотел бы в чем-то меня убедить, а не тупо отобрать, мог оставить «Каракурта» где-нибудь ниже. Так, чтобы я поминутно на башенку с пушкой не оглядывался.

И после такой вот демонстрации силы, он мне еще будет тут о высоких моральных принципах втирать?!

— Все сложно, — поморщился Гурт. И замолчал.

— Ну вот, — развел я руками. — Зачем мне в это сложное место со своим «приданым» приходить? Мне и здесь хорошо.

— Караван, — понимающе кивнул землянин. — Подружиться с караванщиками довольно сложно… Люди они совсем не простые…

— Люди? — удивился я. — Или все-таки — эльфы?

— Люди, — привычно разулыбался амбассадор. — Генетическое соответствие, простите, почти стопроцентное. Некоторые отличия конечно присутствуют. Но не критичные. На скрещиваемость не влияют, простите.

— Даже так? — вскинул я брови. Открытие было… неожиданным, и даже слегка неприятным. Привык уже считать Нину представителем другого вида. Не такого… мерзкого, как жители Земли.

— Это долгий разговор, простите, — пожал плечами Себастиан. — А я далеко в этой теме не специалист. В научном отделе нашего фригольда могли бы объяснить гораздо лучше… Могу поспособствовать, кстати. «Альфа» живет по законам Утопии, и для квалифицированного технического специалиста наши двери всегда открыты.

— А для других? — зацепился я. Плотное общение с шакалами городского дна учит этому: вот так цепляться за оговорки. — Ну, тех, кто не такие квалифицированные?

— В «Альфе» есть место для всех колонистов с «Хельги», — решительно заявил посол. — Если конечно они готовы жить по правилам.

— По правилам Утопии? — вежливо поинтересовался я.

— Именно так… Однако, простите, даже наши ресурсы ограничены. Поэтому уровень жизни, в первую очередь, зависит от профессиональных навыков и степени полезности для колонии.

— Как и на Земле, — поморщился я. — Кто-то живет в экопоселениях, кто-то в человейниках технополисов.

— Вы не понимаете, простите, — догадался, куда я веду Гурт. — Единство гораздо, гораздо более опасно, чем миры Утопии. Дикие животные, целые расы полуразумных, исчадия тьмы…

— И не все народы Единства хорошо относятся к космо, — припомнил я. Что-то в этом роде мне и безымянный разбойник втолковывал. Тот, который, точно, как и посланник «Альфы», в первую очередь хотел от меня ресурсы из крипторов.

— Именно, — кивнул землянин. — Именно так, простите. Те же ваши караванщики охотно покупают продукты земной технологии, но друзьями колонистов с «Хельги» не называют. Вы вскоре поймете, что только поселения землян могут дать вам будущее.

Я пока не очень понял, к чему он мне о каких-то караванщиках говорит. Но уточнять не стал. Потому что догадался уже, что моя «Пятница» имеет к этим таинственным торговцам какое-то отношение. И, судя по количеству украшений и богатому наряду, занимает в их среде не последнее место.

— Не интересует, — третий раз повторил я. — Ни «Либерти», ни «Альфа». Что-то еще, или закончим на этом?

Уголок рта этого переговорщика дрогнул, и он поспешил улыбнуться, чтоб скрыть раздражение.

— Последнее, простите, — осторожно начал он выплетать словесные кружева. — Грузовая капсула. Я, как истинный патриот Земли, обязан спросить: вам известна ее судьба?

— Ага, — не стал я скрывать очевидное. Раз уж и изгои, и этот вот… человек с броневика, легко меня нашли, значит, имеют возможность отслеживать траектории падающих с ковчега капсул.

— Содержимое цело? — прищурился он.

— По большей части, — снова честно признал я. Цело. Ну, минус десяток пайков, одного «Суворова» с боекомплектом и комплекта доспехов «Гардиан». Но подробности я ему выкладывать, конечно, не стал.

— Вы извините, что так навязчиво допытываюсь, — будто бы в беспомощности развел он руками. И я бы даже поверил, если бы не сверкавшие приглушенной яростью глаза этого посланника. — Прошу меня понять. На вас даже браслета не видно…

— Ну да, — кивнул я. — Его на мне и нет. Спрятал. Кто его знает, что за люди в гости на танке приезжают?

— О! Мы ни в коем случае не хотели вас, простите, напугать. Дикие места. Дикие звери. Изгои шалят…

— И по их следам отправился целый посол крупнейшей в Единстве колонии землян, — ехидно усмехнулся я.

— Среди преступников, как ни странно, много Восходящих. Не особенно сильных, но даже немного Звездной Крови — это важно. Вы, простите, меня поймете, если станете Восходящим. Или, скорее, когда станете.

Тут Гурт бросил взгляд на Нину.

— Итак, Норман, простите, — продолжил втираться в доверие амбассадор. — Я мог бы выкупить у вас большую часть груза.

— И что вы готовы предложить взамен? — сделал вид, будто заинтересовался я. Актер из меня так себе. Но этот тип вроде поверил.

— Например, простите, купоны техгруппы «Либерти».

— Это еще что такое? — не понял я.

— Это внутренняя валюта фригольда, — оживился, поощренный моим интересом Себастиан. — Позволяет делать заказы на производство или выкупить уже изготовленное на репликаторах.

— М-м-м, — понимающе кивнул я. — И сколько купонов вы готовы обменять на… допустим, на один «Гардиан»?

— Пятьсот, — надул щеки этот прощелыга. Уверен на триста процентов, что обратный выкуп доспеха обойдется мне раз этак в пять дороже.

— Ясно. Буду иметь в виду, — с совершенно серьезной миной выдал я. — Оставим пока эти ваши… купоны. Что еще можете предложить?

— Ядра тварей, экзоресурсы, редкие травы, измененная материя… Но, простите, ценность этих товаров вы пока не можете понять. Пока не стали Восходящим.

— Хорошо. Значит, вернемся к этому разговору, когда я стану Восходщим, — пожал я плечами. — Тем более что ничего критически важного для выживания колонии в тех крипторах не содержится.

— Техкарты? — не удержался Гуревич.

— Есть немного, — кивнул я. — В основном — бытового применения. Одежда, обувь…

— Понимаю, — несколько разочаровался амбассадор. — Может быть, вы как-то очертите круг ваших личных интересов? Нечто, что могло бы вас заинтересовать… к моменту нашего следующего разговора.

Реактор с топливными стержнями, автодиагност электроники, сервисные роботы — мог бы сказать я. Но промолчал. Первое правило торговли: не проявлять четкого интереса к товару. Поэтому просто пожал плечами и покачал головой.

— Нет. Спасибо. У меня все есть.

Специальный посланник не выглядел разочарованным. Но явно являлся таковым. Потому что не торопился подниматься с гостевого стульчика. Конечно же, установленного в точности над одной из моих самодельных мин. Победить экипаж бронированной машины я и не рассчитывал, но забрать с собой на тот свет хотя бы одного из незваных гостей был просто обязан.

Но, вроде, не понадобилось. И я даже уже начал надеяться, что этот амбассадор сейчас встанет, залезет в свой броневик, да и скроется из глаз и из моей жизни. Но нет. Интуиция меня не подвела. Так легко это закончиться не могло.

— Да что ты с ним рассусоливаешь! — глубоким басом промычал здоровенный, облаченный в бета-доспех мужик. Черный, как нефть. Эталонный афро. — Сидит тут, сопля. От всего отказывается! Дай я его по голове стукну, да в багажное отделение засуну. А на базе он нам все сам выдаст. Еще и извиняться станет!

Среди пассажиров «Хельги» было немало военных. По прогнозам Альфа-когиторов Земли, в случае глобальной катастрофы класса «А», на планете могло расплодиться огромное количество мутантов. Боевая часть колонистов должны были защитить гражданскую часть от внешних опасностей. Отсюда же, кстати, и явное преобладание военной техники на складах ковчега. Не удивительно, что и в скидываемых капсулах строительного, например, оборудования было ничтожно мало.

Технологии Утопии позволяли возвести из готовых блоков любое количество жилых модулей или производственных ангаров. Но ведь это все временные постройки. Пригодные, пока не появились привычные элите экопоселения. И чем мы должны были их строить? Непонятно…

Если конечно не учитывать наверняка имеющиеся на поверхности Колыбели тайные склады и хранилища. И все равно — странно.

Ну да не суть. В тот момент меня больше волновало вмешательство этого военного. Явно, прежде имеющего высокое звание в каком-нибудь спецподразделении. Их-то повадки ни с чем не спутаешь! Этакие самодовольные твари, привыкшие, что все вокруг постоянно суетятся в попытке им угодить. Ну как же?! Элита! Лучшие из лучших! На них вся надежда!

Ненавижу!

— Мужик, ты кто? — воскликнул я, скривившись. И чувствуя, как все внутри меня сжалось от ужаса. Нет, я слышал какое-то шевеление в окружающих мою полянку кустах. Позвякивание металла даже. Логичным было предположить, что Нина притащила с собой, так сказать: группу поддержки. И что эти ребята достаточно сильны, чтоб девушка могла чувствовать себя совершенно спокойной. Но станут ли они вмешиваться, если опасность будет угрожать мне? Кроме того, пушка есть пушка! Пара залпов, и от отряда средневековых воинов с холодным оружием одно воспоминание останется.

Так что, было страшно. Жутко даже. Страшно, до ужаса.

— Мужик? — рыкнул спецназовец. — Да я тебя, салага…

И шагнул в мою сторону.

Нина резко встала, крутанула кистью руки, тряхнула пальчиками, и прямо перед ней, из ниоткуда, появился здоровенный волчара. Просто до невозможности огромный. Размером, наверное, с быка.

— Энто! — властно выговорила эта волшебница. И добавила еще несколько слов, но уже обращаясь к Гурту. Тот, кстати, тоже вскочил со стульчика, и в точно таком же жесте, что и Нина, поднял руки.

Мир замер в равновесии. Я не понимал что происходит, и что это за странные позы. Но чувствовал невидимым туманом повисшее в воздухе напряжение. И даже догадывался, что сейчас на моей полянке может разверзнуться настоящий Ад.

Сказки-то о великих магах-колдунах я тоже в детстве почитывал.

Потом явилась-таки «группа поддержки» голубоглазых девчонок. Буйная растительность расступилась, и войско Нины разом приросло кавалерией. А моя терраса вдруг оказалась очень маленькой. Потому что всадники сидели на здоровенных, зубастых, самых настоящих динозаврах.

— Все-все, — показал ладони амбассадор. — Мы уходим. Мы не хотим ссоры с семьями Великого Каравана. Эрих! Быстро в машину!

Для жителя технополиса, никогда не бывавшего вне пределов города, отличить постоянное поселение от временного лагеря — непростая задача. Мы все смотрели фильмы и читали книги. Можем себе представить как это должно выглядеть. Но одно дело фантазии — свои, или художника-декоратора — и совсем другое реальность.

Место, куда меня привезли, на временную стоянку походил слабо. Вроде и шатры — этакие палатки переростки — имелись во множестве. Но в это же время, я своими глазами видел целую улочку домиков. Странных конечно. Ну так здесь у нас Единство, а не Земля. В культуре местных народов я даже еще не начал разбираться, и понятия не имел, какие у аборигенных «эльфов» предпочтения в архитектуре.

В общем, домики были странные. Одноэтажные, с плоскими, явно активно использующимися, крышами, и какими-то чудными дугами — полусферами, выступающими с тыльной стороны строений. Еще, на некоторых виднелись явные следы применения земного оружия. Дыры от пуль и черные кляксы от импульсного оружия.

Подумалось, что туземцам и не за что нас, землян любить. Прибежали из леса какие-то оборванцы, напали, испортили дома… Надеюсь, бандитов убили. Всех до единого. И еще, надеюсь, что грехи изгоев не отразятся на отношении ко мне.

Кроме домиков, никаких иных капитальных строений не имелось. Шатры, навесы, шалаши даже — не в счет. Этого хватало. Людей-то сколько! Непросто определить численность селения на глаз. Но не ошибусь, если скажу, что в поселке обитало не меньше пятисот жителей. А то и больше.

На подъезде нас встретил еще один отряд вооруженных мужчин на ящерах. Но это не по мою, и Нинину, душу. Это патруль, присматривавший за окрестностями мирного селения. В котором, кстати, полно детей и подростков. О женщинах всех возрастов и говорить не приходится.

Что еще сказать? Пахло дымом костров, травами и животными. Когда разглядел торчащие над деревьями близлежащего лесочка головы гигантских, как из детского атласа о динозаврах, диплодоков, понял почему. Эти и жрут, как динозавры, и в обратную сторону выдают отходы соответствующе.

Преобладающий цвет — синий. У мужчин одежда еще как-то разнилась, в том числе и по окраске. А вот накидки женщин почти всегда синие.

Много шума. Не ссор и скандалов. Нет. Возгласы взрослых, крики детей, фырканье и рычание животных. Играющие со щенком мальчишки. Кавалькада женщин, несущих воду от реки в больших керамических кувшинах. Пара мужичков рубящих сухие ветки топориками. Издалека — звон ударов железа по железу. Суета, движение, жизнь. Встречал в книгах такое слово: «пастораль». Вот эта она и была, я так думаю.

— Ноаман, — позвала меня Нина. Она так забавно мое имя выговаривает. Причем, ведь не картавит в принципе, а вот с «Норманом» как-то у нее не задалось.

Пошел за девушкой к одному из большущих шатров. Чем, естественно, привлек внимание многочисленного женского населения этого лагеря. Нет, мужчины тоже посматривали, но сдержано. Эти же, особенно дети, от моего вида пришли в совершенный восторг. Чириканье их птичьего языка вышло на ультразвуковой уровень.

Детишки тыкали в меня, иноземца, пальчиками, смеялись и комментировали. Что именно говорили я, естественно, не понимал, но тут не нужно семь пядей во лбу иметь, чтоб понять. Уши. Мои кругленькие, обычные для землян, уши — вот что занимало их умы.

Улыбнулся очередной стайке мелких, и ладонями показал, что тоже считаю их остренькие уши смешными. Одна из девочек, лет десяти на вид, аж рот открыла от удивления. Ей я подмигнул.

Это другие дети. Совсем не такие, как на дне технополиса. Тоже мелкие, шумные и непоседливые, и все же — иные. Уверенные в себе, румяные и сытенькие потомки свободных людей, а не серые, никогда не видевшие солнца крысята. Разница очевидна.

Наконец, Нина взяла меня за руку и завела в тень шатра, чем вызвала новый всплеск обсуждений у оставшихся снаружи женщин и детей. А я подумал, что после атаки изгоев, меня на удивление хорошо приняли. Если бы чужаки в подобной моей броне, обстреляли мой дом, покушались на мое имущество, я бы выдавал другую реакцию.

У низенького стола, заставленного металлическими блюдами с фруктами и сладостями, на цветастых подушках, нас уже поджидал интереснейший персонаж. Пожилой мужчина, как мне сразу показалось, при втором взгляде оказался не таким уж и старым. Неопределенного возраста, между сорока и пятидесятью годами. Наверное. Где-то так.

Посмотрев на живые, такие же голубые, как и у Нины, глаза, на сеть смешливых морщинок у глаз, на черную, как душа координатора, бороду, я уже ни в чем не был уверен.

— Итри Абди Хеттани, — провозгласила Нина, и указала ладонью на мужика.

— Ноаман Дан, — развернула руку в мою сторону.

И я догадался, что только что был представлен какому-то важному в их обществе человеку. А после того, как девушка селя рядом с этим Хеттани, понял, что возможно и родственнику. Отцу?

Итри Абди Хеттани улыбнулся, что-то проговорил, и похлопал ладонью по подушкам у стола. Я не стал делать вид, будто тупой, и уселся. Некоторые жесты интуитивно понятны, если у вас столько же конечностей, что и у собеседника.

Тот по-доброму улыбнулся, и крикнул что-то в сторону входа в шатер. Ну как входа. В сторону поднятой по случаю жары стены.

Через минуту к нашей компании присоединился невысокий сухонький старичок. С его возрастом все было более понятно — он был реально древним. Лет наверное за семьдесят. Морщины, седая бородка, выцветшие глаза — все признаки, что называется: на лицо.

— Багу Хеттани, — представили мне нового персонажа. Потом Итри добавил еще что-то, чего я, естественно не понял бы, да старичок выручил.

— Я будет переводить, — проскрипел он. С жутким акцентом, но на вполне понятном глобише. — Я изучить… принять навык «язык народа Земли».

Суть метода изучения неизвестного языка от меня ускользала, но результат был передо мной. И спорить с очевидным было глупо.

— Понял, — кивнул я, и решил проявить вежливость. В конце концов, это было просто разумным. Мое будущее сейчас зависело от расположения этих… эльфов. — Уважаемый Багу Хеттани, прошу, передайте им мою благодарность за гостеприимство. И Нине, и достопочтенному Итри Абди Хеттани.

Древний наморщил лоб, дернул бородой и скрипуче затарахтел на их языке. Девушка, очевидно, обрадовалась переданным им словам, а вот ее… родственник лишь величественно кивнул. Словно бы принимая мою вежливость, как должное. И тут же задал вопрос, который Багу поторопился мне перевести.

— Те два злодей, которых ты убил, — с паузами и новым истязанием многострадального лба, выговорил, наконец, древний. — Моей дочь ничего не угрожать. Но ты все равно закрыть ее собой. Почему?

— Закрыл собой? — удивился я. Признаться, я уже и забывать стал о том небольшом инциденте. И уж тем более странным было, что тот случай заинтересовал этого, явно могущественного, аборигена. И, да. Я верно догадался. Нина была ему дочерью.

— Девушек нужно оберегать, — пожал плечами я. — Это был не ее бой. И она могла пострадать из-за меня. Я должен был это сделать.

Старался говорить короткими предложениями, чтоб старик успевал мою речь воспринимать и пересказывать отцу Нины. Никогда прежде не оказывался в такой ситуации. На Земле, кроме общего глобиша, тоже много языков. Нижние ярусы технополиса говорили в основном на инглише или раше, и не обязательно все население знало эти наречия. Вокс был у всех. А он вполне способен синхронно переводить.

Итри кивнул, и на миг задумался, прежде чем продолжить разговор.

— Моя дочь говорит, ты искусный мастер? — выдал старик.

— Только в обращении с техникой землян, — сразу уточнил я.

— Это понятно. Откуда бы вам стали известны секреты Кел, — усмехнулся мужчина. — Но и ваших, земных поделок сейчас встречается довольно много. Даже у нас есть немного…

— Могу посмотреть, — сразу предложил я. — Некоторые вещи и вам могут пригодиться.

— Хорошо, — сверкнул глазами отец девушки. — В оружии своего народа ты тоже разбираешься?

— Конечно. Это ведь всего лишь механизмы.

Мне даже стало интересно, как смог старик перевести слово «механизм» на их язык. Были у меня сомнения, что живущие в средневековье люди вообще знают, что это такое.

— Тебе покажут, где можно поставить шатер и где взять дрова для очага, — наконец подвел итог Итри Абди Хеттани. — Я отправлю людей помочь тебе обустроиться. Позже доставят все, что у нас есть из ваших вещей. Мудрый Багу будет слушать и записывать их предназначение.

— Договорились, — улыбнулся я, и старик транслировал мое согласие начальнику. Кто в этом шатре главный было не трудно догадаться. Вряд ли подчиненный бы посмел позвать вышестоящего простым окриком, как это сделал отец девушки.

Под небом меня уже ждала стайка детей и подростков. Я так понял — помощников. Ну и Багу, активно помогая себе посохом, пошел за нами следом.

Далеко идти не пришлось. Лагерь и так был не особенно большим. Может, метров пятьсот в радиусе, если только жилые шатры считать. Или чуточку больше, если включить еще загоны для скота и мастерские.

Кроме того, вскоре выяснилось, что общий лагерь разделен по семьям. Четких границ не существовало, но, приглядевшись, они все же были заметны. Так что в итоге мы за границы круга, занятого родом Хеттани не вышли.

— Здесь ты жить, — ткнул в относительно ровную площадку старик. — Внуки сейчас принесут ветки… дрова. Нарезать траву для лежанки там.

— У меня все с собой, — качнул я головой. — Кроме дров.

Багу прищурившись взглянул на меня, поджал губы, но так ничего больше и не сказал. Думаю, он уже устал от моего общества. Наверняка, ему было чем заняться, вместо того, чтоб бродить следом за приблудным землянином.

Палатка, столик, четверка креслиц, металлическая тренога, котелок, фонарь — вещи вылетали из криптора одна за другой. Походил по поляне, выбрал самый ровный участок и установил там модуль своего походного жилища. Минутой спустя, когда опоры переменной жесткости наполнились воздухом, груда ткани превратилась в домик. Технологию я дано отработал, хотя первый в жизни раз устанавливал палатку из набора колониста всего несколько дней назад. Зато потом переставлял ее еще дважды. Сначала на более ровную поверхность — надоело спотыкаться о корни. Потом, когда перебрался жить на выстроенную из бревен платформу.

Скальный выход был рядом. В паре сотен метров. И камней, подходящих для устройства очага там хватало. Сходил, сунул в хранилище несколько десятков, вернулся, выгрузил. Старик за мной внимательно наблюдал, спрятавшись в тень кустика. Растение было не особенно большим, но щуплому деду хватало.

Вернулись ребятишки с дровами. Крипторов у них явно не было, но и в руках они натащили припасов дня на два. Лень — отличный повод для вырабатывания нужного навыка. Я достаточно быстро научился готовить себе пищу, обходясь минимумом горючего материала.

Подумал, и установил дополнительно еще навес. Чтоб тень была. Это там, на своей терраске об этом думать не нужно было. Все же жил относительно выше, плюс постоянная прохлада от реки. А здесь, внизу, оказалось жарковато.

Под навес поставил мебель. Багу покряхтел, поскрипел суставами, но поднялся, и перешел ко мне поближе. Где, в удобном кресле, и устроился. И, кажется, даже задремал. И щебет детей ему не мешал.

А молодежи было все интересно. Они трогали ткань палатки и навеса, по очереди испробовали мебель, взвешивали легкосплавный котелок и спорили — из чего именно он был сделан. Ну я так думаю. Слов я все еще не понимал.

А вот технология экзопространства аборигенов совершенно не впечатлила. Будто это обычное дело, когда люди достают всякое разное прямо из воздуха. Хотел уже даже разбудить старичка, чтоб прояснить для себя этот вопрос, но передумал. Вспомнил Нину, которая тоже ниоткуда достала обильный вкусный обед. Теплый. Словно недавно приготовленный. Значит, нечто подобное у туземцев точно было.

Впрочем, раскрытие этой страшной тайны, было совсем не актуальным. Надеялся со всем разобраться, если удастся прижиться в этом племени. Как там амбассадор их назвал? Люди Каравана? Интересно, это просто созвучное понятию название, или я действительно попал к находящимся в вечном движении кочевникам?

Размышления не мешали приготовлению пищи. Подростки притащили кучу каких-то овощей, фруктов и зелени. Анализатор подношения одобрил, и я здорово сдобрил обычный свой суп на основе пайка растительными добавками. И даже вкусно получилось. Тарелок у меня в хозяйстве только четыре нашлось. Одну сразу придвинул к себе древний нахлебник, так что детям пришлось дегустировать мое варево из двух оставшихся. Нормально. Справились. Никто не спорил и не морщился от вкуса. Котелок в миг опустел, хотя я и готовил на четверых.

Еще, в качестве поощрения за помощь, роздал детям по белковому батончику. Пришлось показывать, как его вскрывать, а потом они и сами управились. Сладко, сытно, что еще надо?

Сполоснул котелок водой из пластиковой бутыли. Это давно уже не та вода, что с нами с Земли прилетела. Нет. Набрал в речке в опустевшую емкость. Но чистая, прозрачная. Детям понравилась. Для них самые обыденные вещи, как чудо. Фонарик вообще в восторг привел. Пришлось подарить. Слава Богу, у меня их несколько. Могу себе позволить.

Поставил котелок на огонь. Что-то кофейку захотелось. Показал жестами гостям, или скорее — хозяевам, что сейчас будем пить, и помощники тут же стартанули куда-то. Вернулись быстро, принесли с собой плошку с измельченными травами, и тарелочку с какими-то сладостями. Потом, правда, пришлось им снова бежать, на этот раз за кружками. Набор колониста, даже в купе с трофеями с изгоев, не мог всех обеспечить. Никто на Земле не предполагал, что мне придется угощать чаем самых настоящих эльфов на иной планете.

Дети и подростки одеты легко. Платьица, штаны, рубахи. Не то, что закрытые по кончики пальцев тела взрослых. А я пользовался. Выискивал отличия. Все-таки словам посла «Альфы» не хотелось полностью верить. Ну, да. Две руки, две ноги, голова с глазами. Все вроде такое же, как у нас, землян. Но все же! Мир иной, культура, образ жизни, состав атмосферы. Не могло такого быть, чтоб мы оказались настолько близкими генетически, как это утверждал Гурт.

Первое, что бросилось в глаза — кроме остреньких ушек, конечно — это зубы. У аборигенов полностью отсутствовали клыки. Я тоже не стоматолог, но уж такое-то смог заметить. Еще — глаза. Форма, строение весьма и весьма схожие. Но ведь не бывает на Земле таких ярких цветов?! Не просто голубые, а васильковые, и будто бы светящиеся изнутри. Даже древний фильм припомнился, о далекой пустынной планете, на которой добывают редчайший спайс…

Руки тоже слегка иные. Ладони с пальцами более длинные. Может, всего на сантиметр, но заметно. Еще разглядел татуировки. Совсем, совсем блеклые. В ясный день и не увидишь, но они есть. Какие-то символы. Крестики с точками, спиральки. Наверняка, знаки что-то значили в их культуре, иначе зачем ими совсем мелких членов племени снабжать?

Вода вскипела. Девочки тут же кинулись разливать по кружкам, и засыпать заварку. Пришлось отказаться от кофе: было любопытно попробовать местный вариант горячего напитка. В конце концов, никуда с этого Единства уже не деться. Не вернуться на Землю, не забыть.

Взгрустнулось что-то. И ведь не скажешь, что скучаю по проклятому технополису и своей, заваленной запасными частями и инструментами, конуре на нижнем ярусе. Нет. Этот мир мне правился куда больше. И эльфы эти нравились. Даже если они и не эльфы.

Земных трофеев у караванщиков оказалось неожиданно много. Группа из шести мужчин перетаскивало добро в несколько ходок.

На удивление, они смогли отделить оружие от доспехов, и то и это от прочих вещей. Холодного оружия, кстати, мне не принесли. Зато в куче «прочего», сразу заметил несколько браслетов крипторов, «таблеток» воксов и немного другой электроники. Портативный ручной сканер биоактивности, например. Пара иммобилайзеров — ключей доступа к ховерам, и прочей мелочевки.

Все добро было разложено на четырех полотнищах из грубой толстой ткани. Слава Богу, не догадались побросать оружие прямо на землю. Безотказным «Суворовым» это бы практически ни чем не грозило, а вот капризным «Копьям» и «Дефендерам» могло и не понравиться валяться в грязи.

— Детали доспехов, — ткнул я пальцем в гору модулей. Преимущественно «Гардианов» и «Скаутов». Странно, но комбинезонов, на которые кирасы и щитки должны крепиться, в куче не наблюдалось. — Здесь кое-чего не хватает.

— Чего же? — заинтересовался старик, внимательно наблюдавший за моими действиями. Объяснил ему принцип военного облачения землян. Кажется, он понял. Во всяком случае, принялся что-то говорить носильщикам. Те явно были не в настроении немедленно бежать, разыскивать недостающее, но, в конце концов, все же подчинились напору.

— Оружие, — ткнул во вторую кучу. — Выглядит неповрежденным, но нужно смотреть более тщательно.

— Ты такой иметь? — Багу указал на лежащий сверху автомат.

— Да, — кивнул я.

— Покажи, — потребовал старикашка.

Извлек оружие из криптора. Мой «Суворов» слегка отличался от трофейных. Хотя бы уже тем, что был абсолютно новым. Сколько раз я из него стрелял? Раза два? Вряд ли больше.

— Твое оружие сильно? — задал парадоксальный вопрос древний. Вот что я должен был ответить? Смотря с чем сравнивать. Человеческая цивилизация вообще отлично научилась убивать. И для каждой цели разработала подходящий ствол.

— Скажи, чтоб принесли доспехи, как у ваших воинов, — предложил я. И поторопился уточнить. — Ненужные доспехи. Буду показывать.

Толмач кивнул, и разродился новой порцией скрипучих поучений для отданных ему «в жертву» мужчин.

Пока парни ходили выполнять задание, осмотрел несколько автоматов из кучи. Один забраковал — у него оказался поврежденным ствол. Сразу разобрал на запчасти. Не часто, но могло пригодиться. В конце концов, даже хваленый «Суворов» тоже мог сломаться.

Потом отложил в сторону все боеприпасы. Магазины, энергоячейки, гранаты, даже кассета с четырьмя ракетами к переносному комплексу. Самого пускового устройства в куче не оказалось. Что странно.

Первыми вернулись ходоки за туземным панцирем. Изделие даже в таком виде — старое, помятое и поцарапанное — выглядело красивым. Думаю, какой-нибудь местный умелец легко привел бы его в порядок, но у старика было свое мнение на этот счет.

Багу резво соскочил со стула, подхватил кирасу, и умчал к ближайшей скале.

— Бей, — крикнул этот самоубийца мне прямо оттуда. До мишени было метров сто, и я нисколько не сомневался, что рикошетами достану и этого наивного деда.

— Отойди, — махнул я рукой, взял первый попавшийся автомат из кучки уже признанных годными к применению, и прицелился. Переключатель стоял на одиночном выстреле — что-то я сомневался в своих способностях стрелка. Одно дело подстрелить толстую и глуповатую нелетающую птицу в ближайших кустах, и другое — точно попасть в малюсенькую мишень за сто метров.

Попал я едва ли больше чем двумя выстрелами из десяти. Но и этого хватило, чтоб поразить старикашку до глубины его трухлявой души. Он не поленился, и притащил побитый панцирь к палатке, где и остальные мужчины, присутствовавшие на испытаниях, могли посмотреть на результаты.

Ожидаемо, в кирасе зияли сквозные дыры. Народ был поражен и, как мне показалось, слегка напуган. И чтоб еще больше обозначить свою значимость, следовало их додавить.

— Я сейчас еще кое-что покажу, — ухмыльнулся я. Взял грудную пластину брони «Гардиана» и унес на место средневекового панциря, к скале.

Рикошетящие, смятые и деформированные пули с такого расстояния видно не было. Зато отлично было слышно, как они чирикают о камни.

— Встань тут, ноги вот так… — предложил я какому-то крепкому дядьке, махнувшему с видом «это фокус какой-то». — Вот здесь плавно нажимать. Вот эту точку наводить на цель.

Багу послушно переводил. Его глобиш здорово улучшился за последние часы. Создавалось впечатление, что он давно знал язык, забыл, а теперь лишь заново его вспоминает.

Стрелок из аборигена вышел так себе. По крайней мере, не лучше меня. Но результат от этого не изменился. Грудные пластины бета-доспеха с честью выдержали испытание.

— В этих вещах нет Звездной Крови? — задал странный вопрос древний, когда модуль принесли к позиции стрелка.

— Понятия не имею, — честно признался я. — А что? Так бывает?

Разговор слепого с глухим. Я не понял что он спрашивает, а он — почему меня это удивляет.

— Несите обратно, — решился я поставить последнюю точку в этой демонстрации превосходства технологии. И вытащил из кучи импульсную винтовку. Ту, что выглядела целее остальных.

По-хорошему, ее следовало бы почистить. Возможно, проверить эффекторы сжимающие пучок плазмы в разрушительное веретено. Но не стал дергаться. «Копье» рассчитано на поражение целей на расстоянии до полукилометра. Здесь всего сотня метров. Напряженности сдерживающих полей должно было хватить.

Тяжелая зараза — вот что я скажу. Это только кажется, что килограмм лишнего веса ни на что не влияет. Влияет. Да еще как! Это, как выстрелить из лома. Одни раз, еще куда ни шло. Но ведь я тот еще снайпер. Сразу не попал. Пришлось ждать заряда конденсаторов, и пробовать снова.

И еще, я считаю, повезло, что вторым выстрелом не промазал! На третий, боюсь, сил в руках уже не оставалось.

Результат предсказуем. Сгусток плазмы прожег кирасу насквозь. Не зря для защиты от плазменного оружия силовые щиты придумали.

— Вот так, — резюмировал я, отсоединяя магазин от «Суворова» и энергоячейку от «Копья». Несчастные случаи мне тут нужны не были. Туземцы же пока не до конца осознавали разрушительную мощь земного оружия.

— С кем же вы воевали, что придумали вот это? — коварно поинтересовался Багу.

— Да, не то чтоб воевали, — поморщился я. — Так… Конфликтовали. Немного.

Историю я помнил плохо. Никогда ей не интересовался. Кажется, последним серьезным конфликтом, в котором участвовала армия Утопии, был Марсианский. Какая-то там Мартиан Либриум завелась… Или как-то так. И наши вроде бы с ними что-то сделали. Включили, так сказать, Марс в сферу жизненных интересов Земной Федерации.

— Все это можно уже использовать? — продолжил допытываться старикашка, обводя рукой развалы трофеев на полотне.

— Еще нет. Но будет, — кивнул я. — Требуется легкий ремонт.

— А это? — он указал на модули доспехов.

— То же самое, — развел я руками. — И еще нужна основа. Костюмы, на которые это крепится. Я объяснял.

— Да-да, — закивал Багу. — Занимайся.

И убежал. И мужики ушли. А что им тут было делать? Поговорить с ними я не мог, пострелять больше не давал, а части доспехов не надевались. Модульная же схема. Каждая пластина отдельно, и пристегивается к соответствующему креплению на комбинезоне.

А вот дети остались. Среди «прочего» барахла нашлось несколько фонариков, с которыми мои «помощники» и принялись самозабвенно баловаться. Выставили, поросята, световой поток на максимум, и, радостно вереща, пытались засветить друг другу в глаза.

Отбирать не стал. Я им не нянька. Да и не смог бы объяснить вред. Все-таки плохо без знания языка.

Спешить было некуда. Провести техобслуживание оружия можно было и попозже. Пока же меня больше занимали крипторы изгоев. Признаться, любопытство просто съедало изнутри, как хотелось просмотреть, что же там внутри.

Браслетов было семь. Автоматов и комплектов доспехов больше десятка. Странное соотношение. Получается, не у всех бандитов были с собой экстрамерные хранилища. А ведь, по идее, они являются основой любого и каждого набора колониста. Что это, если не явный признак наличия разных статусов в среде разбойников? Кто-то из них главнее других?

Что он мне там пытался доказать? Тот тип, уговаривавший меня присоединиться к изгоям. Отринуть традиции и законы Утопии? А сами чего? Тут же устроили дифференциацию по наличию черного браслета на руке?

Три из семи оказались закрыты генетическим ключом. Говорил уже: снимался замок легко и просто, так что для меня это преградой не стало. И оспорить мои действия, полагаю, уже некому. Вряд ли аборигены вежливо попросили налетчиков поделиться имуществом. Скорее, просто уничтожили. А потом кто-нибудь вроде Нины просто аннигилировал трупы.

Освободил кусок ткани от оружия, и стал вытряхивать туда содержимое крипторов. Боеприпасы сразу откидывал в соответствующую кучу, холодное оружие откладывал в сторону, а все остальное просто сваливал в одно место.

Палатки, фонари, посуда, пища — были ожидаемыми и не привлекли моего внимания. А вот куски и камни — да. Снова повторился тот случай, с трофеями с изгоев. И снова я не понимал ценности этих штуковин. Между тем, одних только мерзко выглядевших, черно-зеленых окатышей набралось изрядное количество.

Дети, заинтересовавшиеся моими действиями, даже баловаться перестали. Сели на корточки, как птички на проводе, рядом в рядок, и что-то оживленно обсуждали, тыкая пяльцами в мои находки. Они, судя по всему, отлично понимали, что именно лежало перед ними.

В конце концов, все семь браслетов оказались опустошены. Но этим дело не кончилось. Мои малолетние помощники тут же сграбастали браслеты и попытались нацепить их себе на руки. Развеселили. Пришлось помогать им. Подгонять и застегивать. Что, учитывая тонкие детские конечности, было не так просто. Даже хваленая универсальность оборудования Утопии дала сбой.

Потом показал, как девайсом пользоваться. Несколько раз повторил действия, аккуратно взявшись за предплечье одного из парнишек, пока он не кивнул, осознав принцип. Полюбовался исчезающими и появляющимися на ткани вещами — мелкие аборигены забавлялись — да и приступил, наконец, к приведению автоматов и винтовок в нормальное, работоспособное состояние.

Сам не заметил, как наступил вечер. Помощники, пользуясь возможностями земной технологии, натаскали к палатке кучу дров, несколько кувшинов воды, и горку овощей. Одна из девочек, никого не спрашивая, приступила к готовке пищи. А я все сидел, чистил стволы и механизмы, смазывал, подтягивал пружины и калибровал прицелы. Не такое-то это и быстрое дело, если делать все качественно.

Прежде чем сесть за еду, прибрал готовое к употреблению оружие в палатку. По утрам здесь бывают туманы — не хотелось переделывать уже однажды сделанную работу. За остальную кучу не переживал. Пласталевым доспехам ничего не сделается. Этот материал не ржавеет, и вообще, коррозии не поддается.

К чаю приковылял Багу. Сам пить не стал, и нам решил помешать. Мерзкий старикашка.

— Сколько сделал? — уперев руку в бок, спросил он. — Куда готовое дел?

— Так много вопросов, — ухмыльнулся я. — И каждый раз я должен отвечать? Может, теперь ты удовлетворишь мое любопытство?

— И что же ты хочешь знать, Норман Дан? — а вот у скрипучего деда мое имя получается выговаривать. Значит, Нина ошибается намеренно? Самым вероятным будет гипотеза, что слово «ноаман» имеет какой-то смысл в их языке.

— О! Многое. Например, где я? Что это за мир? Что вы за люди? Правда, идете с караваном? Итри Абди Хеттани — кто он? Какое положение занимает…

— Я понял тебя, человек народа Земли, — надул щеки Багу, и уселся за стол. Сиденье ему торопливо освободил один из помощников. Потом и остальные, повинуясь небрежному жесту старика, растворились в сумерках.

— Наш мир, Единство, создан Искуснейшим много, много, много больших циклов назад…

Он еще минут пять нес эту библияподобную чушь. Пока я его не остановил.

— Э-э-э, старик, — засмеялся я. — Ты бы еще с Адама и Евы начал.

— Что это? Адама и Евы.

— Адам — первый человек, созданный Богом, — покачал я головой. — А Ева, его спутница и жена. Не знал?

— И что с того? — скривил губы Багу. — Богов нет. А Искуснейший — реально существовал. Как и созданные им, и до сих пор здравствующие, Хранители Вечности…

— И что? — повторил я следом за дедом. — Они бьют с небес молниями, или насылают проклятия? Искушают, подталкивают и соперничают за души людей?

— Из всего перечисленного, только соперничают, — кивнул тот, и улыбнулся. — Они не Боги. Обычные Восходящие, достигшие верхнего предела. Любой может сравняться с ними, при должном усердии и упорстве.

— М-м-м, — понимающе покивал я. — А мне-то что с того? Я даже не Восходящий. И раз они не могут ударить с небес молнией, то и мне до них дела нет. Тем более, чего они там хранят? Вечность? А я столько не проживу. Давай уже, ближе к делу. Что за планета — Единство. Как устроена. Что за народы ее населяют? К какому из них относитесь вы? Чем вы занимаетесь и правда ли, что это торговый караван?

Переводчик сурово сверкнул глазами, тяжело вздохнул, и перешел к конкретике. А легенды я с детства не люблю. Навыдумывали сказок, и сами же в них поверили. А что? Удобно. Не обязательно трудиться, можно просто помолиться, и попросить милости высших сфер. Вдруг Боги услышат, и благо само с неба упадет?

Абориген подтвердил: мы все действительно находимся внутри циклопических размеров полом шаре — сфере Дайсона. Еще он утверждал, что это невероятное астроинженерное сооружение создал Искуснейший с группой учеников, но в это я не поверил. Или старик не договорил, что этот гениальный конструктор управлял миллиардом строительных ботов, а его помощники — миллионом фабрик. Да и то…

Октагоны, как оказалось, не равнозначны Кругам Жизни. Круг — это область, освещенная Игг-деревом. И не более того. Есть восьмиугольники, в которых вообще нет ни единого древа. То есть октагон есть, а Круга нет.

Имеется несколько вариантов по цвету свечения: золотой, серебряный, изумрудный, и так далее. От типа зависит преимущественный биом октагона. Хотя и в пределах одного «отсека» он меняется в довольно широких пределах.

Народов в Единстве — неисчислимое множество. И, что самое забавное, никто из ныне живущих, не сможет определить хотя бы порядок цифр. Миллион? Миллиард? Триллион? Нет, просто очень много.

Некоторые из племен ведут свою линию от неведомого народа Кел. Эти ребята оставили на поверхности Единства несмываемое наследие, но сами предпочли оставить дайсон-сферу, и укрыться наверху. В Вечности. Это туземцы так называют черную дыру, светящуюся мертвенным серо-голубым с неба и днем и ночью. Еще она же — Небесный Трон, ибо там сидят Хранители.

В глубины мифологии я старику погрузиться не давал. Так что, не прошло и часа, как мы добрались собственно до каравана.

— Мы — люди Пути. Народ Великих Караванов, — заявил этот сморчок сушеный, и гордо подбоченился. — Мы всегда в дороге, и все остальные народы всегда рады нашему появлению.

— М-м-м, — кивнул я, сделав серьезную мину. — Здорово. А чем вы торгуете?

— Разным, — пожал плечами дед. — Мы переносим товары оттуда, где их много, туда, где их мало. Обычные вещи, ядра тварей и звездных зверей. Редкие травы и снадобья из них. Измененная материя, руны и артефакты. Все, что поместится в сумки, может быть куплено и продано.

— И людей? — задал я коварный вопрос.

— Нет, — сморщился Багу. — Людей — нет. Они в сумку не входят.

И засмеялся.

Комбинезоны, входящие в комплект доспехов, пахли тухлятиной. Было заметно, что их тщательно мыли, но вонь осталась. Внутренняя, пористая поверхность технологичных костюмов, призванная поглощать выделения тела носителя, так просто сдаваться не желала.

— Вы и что? Из могил выкопали? — скривился я. Работать с этим материалом, без респиратора, было неприятно.

— Ну да, — развел руками Багу. После нашего долгого разговора о мироустройстве, он стал относиться ко мне… настороженно. Как к непонятному, а от этого — опасному существу. — Кто же знал, что эта одежда важна? Трупы забияк закопали прямо в этом…

— Почему не сожгли? — удивился я.

— Вот еще. Тратить Звездную Кровь на всякие пустяки, — фыркнул старикашка, и засмеялся. — Червям с жуками тоже нужно кушать.

А я подумал, о том, что на счастье меня не потащили высматривать на трупах еще чего-нибудь полезное. На дне технополиса чувство брезгливости быстро атрофируется. Но от этого вид разлагающихся тел не становится более привлекательным. Вонь еще эта… Бр-р-р.

— Сколько полных доспехов получится собрать? — деловито осведомился Багу. Тоном, будто я ему что-то должен.

— Сколько-то, — пожал плечами я. И поморщился. Понял уже, что от работы с мерзко пахнущими комбинезонами отговориться не получится.

Кстати, внутри криптора они не воняли. Мои малолетние помощники, у которых так никто браслеты и не забрал, именно так основы доспехов и притащили. И радостно вывалили «подарок» на полотнища ткани у моей палатки.

Знал бы, что аборигены так наплевательски относятся к крипторам, оставил бы один из браслетов себе. Запасных частей, от пришедших в негодность оружия и доспехов, накопилось изрядно. А складывать их было некуда.

Зато все непонятные камешки и куски костей пропали. Местные посчитали их куда более ценными, чем образцы технологий Землян. Я же их полезности пока не понимал, и это слегка раздражало. На прямой вопрос, старикашка долго пытался подобрать нужные слова на глобише, но ничего более внятного, чем «ядра зверей» и всякой подобной мути, не изобрел. Ядра зверей? Снаряды тварей? Пули животных? Что вообще должно было значить это словосочетание?

А когда я спросил, как их можно использовать, дед принялся нудно вещать о трех составляющих при изготовлении рун. Я уже не знал, смеяться мне или рычать от злости. Какие, к Дьяволу, руны? Слышал, есть старые женщины, занимающиеся гаданием на чем-то подобном. И даже на нашем ярусе Авалона была одна такая. Но не ради же этого изгои таскали с собой эти отвратительного вида булыжники?!

Они бы еще бусики из них делали!

В общем, понятно, что ничего не понятно.

Пожаловался на вонь. Багу ухмыльнулся, и заскрипел что-то моей детворе. Те выслушали, убежали, и вернулись с целым стогом каких-то трав. А потом, самым варварским образом, словно таксидермист шкуру животного, набили сеном плод высоких технологий Утопии.

— Попей что-нибудь горячего, — посоветовал древний туземец. — Или перекуси чем-нибудь. Нужно немного времени, чтоб запах исчез.

Пить или есть не хотелось. А вот куча модулей доспехов перед палаткой уже надоела. Хотелось быстрее уже сформировать полные комплекты, передать их «заказчику», и насладиться, наконец, природой. Тем более что на эти «чучела» присоединять элементы оказалось даже удобнее. В конце концов, решил, что с вонью пусть разбираются будущие «счастливые» обладатели доспехов. А я свою работу и так могу выполнить.

Маска у меня была. Вообще-то она предназначена для работы в условиях разряженной атмосферы. Или под водой. Но и как средство от ядовитых испарений годилась.

Ничего сложного. Все детали унифицированы, все крепления стандартны. Это при подгонке брони под особенности тела носителя иногда приходится повозиться. А так, просто собрать из деталей десяток манекенов, легче легкого.

В итоге у меня вышло два «Гардиана» и восемь «Скаутов». Не Бог весть что. Но первые — основа всех армейских подразделений Утопии, а вторые — отличительная особенность полицейского спецназа и служб безопасности корпораций. Ну и наличие хотя бы этих типов брони все равно лучше, чем их отсутствие.

Хотя конечно, эти два типа даже сравнивать нельзя. Начать хотя бы с того, что «Гардиан» оснащен экзоскелетом и когитором, а «Скаут» — нет. По большому счету, «Скаут» — это продвинутый тип бронежилета, и не более того.

Жаль только, что ни к одному комплекту не нашлось шлема. Если для «бронежилета» это еще не так критично, то для нормальной боевой брони — уже весьма. Умные системы и огонь подкорректируют, и об опасности предупредят. Тактическая система связи — вообще бесценная штука.

Я даже заинтересовался этаким казусом. Как так вышло, что у изгоев не сохранилось ни единого шлема? Или… И да. Разгадка была очевидной. На доспехах отсутствовала маркировка производителя. Имелся только ключ — номер лицензии на печать модулей в репликаторе. Доставшиеся караванщикам трофеи были изготовлены уже здесь, в Единстве!

Шлем гораздо, гораздо более технологичная вещь. Соответственно, ресурсов на его производство требуется больше, и они более редки. На некоторые электронные компоненты, вроде матрицы когитора, даже требуются отдельные техкарты. И конечно, «репликаторные техники» даже помыслить не могли, чтоб начать думать в сторону обмана системы. Хотя решение на поверхности. С «Хельги» за двадцать с лишним лет нападало достаточно капсул, чтоб извлеченные из них гамма-когиторы можно было использовать в доспехах. Ну, да. Часть функций пришлось бы отключить. Ну так они в Единстве и не к чему. Та же ориентация в пространстве без поддержки спутниковой навигации все равно не работает. Тут, кстати, и компас показывает какую-то ерунду…

А вот у меня в хранилище доспехи были полными. Полноценными. С положенными по штату модулями и системами. Значит, и ценность их, на фоне нищеты попавших в Единство землян, должна быть много выше.

Пока размышлял, руки делали. «Чучела» обрастали броней и укладывались в рядок. Бойцы без головы. Но даже так, они внушали… Да, внушали.

Оставшиеся некомплектными модули тоже уволок в палатку. Часть пойдет в дело, когда аборигены решатся примерить «обновки», и придется подгонять доспехи по фигурам. Остальное пригодится, после того, как караванщики вступят с кем-нибудь в бой, и часть пластин будет разрушено. В то, что это обязательно произойдет, я ни секунды не сомневался. Техкарта позволяет подменять одни материалы другими, в достаточно широких пределах. Из чего именно сделан этот поддельный композит, одному Черту известно.

— Хорошо, — приговаривал Багу, прогуливающийся вдоль ряда манекенов. Старый маразматик заложил руки за спину, и изображал из себя важную птицу. — Очень хорошо.

— Забирай, — вяло махнул я рукой на «чучела».

— Да-да, — закивал дед. — Сейчас за ними придут. Ты должен научить наших воинов пользоваться твоим оружием.

— Кому? — дернул я бровью.

— Кому что?

— Должен кому? И за что? Я все починил. Бесплатно. Пользуйтесь.

Признаться, надоело. Было чувство, будто бы меня взяли в рабство, и теперь я должен отработать свою еду. Даже стал задумываться: правильно ли я поступил, согласившись с предложением Нины переехать в лагерь их каравана? Может быть, следовало просто уйти подальше, найти подходящее для обороны местечко, да и жить поживать в свое удовольствие. Рано или поздно, не одни, так другие, меня все равно бы нашли. Но успел бы так выстроить защиту, что кровью бы умылись, в попытках меня обидеть.

— Ты обещал, — не особо уверенно выговорил, наконец, Багу.

— Кому?

— Патриарху Хеттани.

— Не стыдно? Старый уже. Жизнь повидал. А врешь, и не краснеешь, — фыркнул я. Разборки в трущобах техносити часто заканчивались дракой. Но начинались всегда с предъявления претензий. И такая вот, детская, ложь, там бы однозначно не прошла.

— Абди велел тебе посмотреть…

— Я посмотрел, — кивнул я. — Могу еще раз взглянуть. Вот. Посмотрел. К тому же, это тебе он начальник. А мне? А мне он кто?

В общем-то, я и разговор затевал только для того, чтоб разобраться в собственном положении. Кто я? Кем они меня видят в своем обществе? И видят ли вообще? Если бы оказалось, что я раб, то готов был устроить побег. С красочными спецэффектами и многочисленными разрушениями. Ракеты! Штатной пусковой для них в трофеях не нашлось, но уж активировать простенькие устройства я и без этого мог.

— Что же ты хочешь? — задал парадоксальный вопрос старик.

— Во-первых, хочу понять, в качестве кого я здесь, — честно признался я. — От ответа на этот вопрос, будет зависеть польза, которую я могу принести.

— А во-вторых?

— Во-вторых, мне нужно знать причины, по которым я останусь с вами. Зачем это мне? Поверь, человека с моими навыками, с удовольствием примет любое племя, осведомленное о силе земных технологий.

— Я передам твои слова Патриарху, — скривил губы старикашка. И, с важным видом, побрел в сторону большого шатра. А я налил-таки себе кофе.

Жаль, его немного оставалось. И судя по реакции на напиток моих малолетних помощников, ничего подобного в Единстве не водилось. С исчерпанием запасов, эта, связывающая меня ниточка с Землей, неминуемо порвется.

Травы, которые аборигены заваривали вместо чая, тоже были неплохи. Не сомневался, что со временем смогу к ним привыкнуть, но пока хотелось именно кофе, а не невесть что.

Пришла Нина. Принесла жареную рыбину, фрукты и сладости. Криптора у нее точно не было — я бы заметил — но ношей себя она, как и прежде, не обременяла. Пища, возникая прямо из воздуха, оказывалась на столе.

Девушка улыбалась, глядя на то, как я ем. И молчала. Я тоже. Потому что она все равно бы меня не поняла, а сотрясать воздух только ради того, чтоб слышать звук человеческой речи, не в моих правилах.

Дождавшись, когда я сыто выдохну, и отодвинусь от стола, моя «Пятница» встала, поманила за собой, и даже произнесла имя своего отца. Такое вот вышло замысловатое приглашение к важной беседе с патриархом.

Тут нужно уточнить: с одним из патриархов каравана. По словам Багу, этот Великий Караван составили восемь больших семей. Каждая из них имела собственную специализацию, и даже собственную группу товаров, которыми преимущественно торговали. Ну и свои обязанности во внутренних делах каравана.

Одни занимались разведкой пути, другие ремеслами для внутреннего потребления, третьи обихаживали животных. Семья Хеттани славилась своими рунами, а сам Итри Абди Хеттани являлся признанным Мастером Рун. Чем бы эти таинственные руны ни были, для местного общества это считалось важным.

Кроме того, каждая семья выставляла определенное количество бойцов в охрану и оборону каравана. У Хеттани было два копья — это около двух десятков — воинов. Которыми, к вящему моему удивлению, руководила Нина. Моя хрупкая эльфийка оказалась капитаном семейной армии!

Логичным было предположить — самого Багу я не стал спрашивать — что и как боец девушка была выше среднего. Потому что быть дочерью патриарха — это одно, а иметь моральное право командовать матерыми воинами — совсем другое.

Местное общество сильно отличалось от земного. Это не та государственная армия, к которой мы в Утопии привыкли. Здесь вождь идет в атаку в первых рядах, а не ждет донесений, задумавшись над картой. И назначить военачальника никто не может. Командиром можно только стать.

У границы света и тени от шатра Нина меня оставила. Прикоснулась только к плечу, проговорила что-то явно ободряющее, и ушла. А я почему-то подумал, что подогнать на ее узкие плечики модули того же «Гардиана» будет совсем не просто. Ей бы подошел детский вариант. Но таких не было ни среди трофеев, ни в моем хранилище.

Они вообще существовали, наверное, только теоретически. Во всяком случае, своими глазами я такие не видел.

В первый раз как-то не до разглядывания обстановки было. Отметил для себя некоторые, самые основные, признаки и отличия от земной культуры, да и все на этом. Теперь же мне дали время внимательно оглядеться.

Обеденная зона со столиком занимала далеко не все пространство шатра. Места там хватало. Большую часть, отделенную от входа красочными ширмами, вообще не было видно. Не трудно догадаться, что там хозяин жилища спал, или работал.

Бросился в глаза прилавок. Ничем иным он быть просто не мог: покрытый резьбой и яркими красками здоровенный ящик, с собственным полосатым навесом и установленный на деревянные колесики. В древних фильмах примерно с таких детям продавали мороженое в парках.

На доброго мороженщика Итри Абди Хеттани совсем не походил. На директора успешного предприятия, высокопоставленного офицера или всеми уважаемого профессора — да. Но не мелкого торговца с перекрестка.

Глаза еще эти. У всех людей каравана глаза отдавали синевой. У кого-то ярче, у кого-то даже с оттенком аквамарина. У патриарха Хеттани они были того же насыщено василькового цвета, что и у Нины. Только как бы светились изнутри сильнее, чем у дочери. Если бы встретил такого персонажа на Земле, однозначно принял бы его за синтетика. Ибо у людей так не бывает. У людей радужка не светится!

В прочем, и остреньких ушей у землян почти не встречается. От рождения, во всяком случае. Так-то косметическая биопластика способна и на большее. И ведь находились индивидуумы, платившие гору денег за рожки, или раздвоенный язык…

Пол в шатре был выстлан коврами, а стены огораживали причудливые решетки из дощечек. Центральный столб — тоже резной — покрывали значки, наверняка несущие какой-то смысл. От меня — неофита в этом странном мире — впрочем, ускользающего.

Вся в целом обстановка шатра патриарха выглядела гармонично. Не как музей, или парадный кабинет администратора, а именно, как жилье вождя. Оружия только не хватало. На удивление, не заметил даже намека на воинское снаряжение. Ни мечей, копий или луков со стрелами. Или стоящих в углу доспехов. Ничего такого. Даже нож, лежавший среди чашек с фруктами и сладостями, имел закругленный кончик, и не выглядел опасным.

Даже интересно стало посмотреть на жилище Нины. Если она — командир семейной дружины, у нее-то колюще-режущих штуковин должно быть в достатке. И это не праздный интерес. Исторически, оружие — это квинтэссенция технологий. Вершина, обусловленная текущим уровнем развития науки. Взглянув на орудия для убийства, легко понять уровень развития цивилизации аборигенов.

Даже жаль было, что Хеттани оказался таким… не воинственным. Из корыстных побуждений, хотелось бы понимать мир, в который попал. Мне казалось, что чем больше пропасть между технологиями Утопии и ремесленными поделками караванщиков, тем лучше ко мне станут относиться. Как говорится: после определенного уровня развития техники, наука становится неотличима от магии. Вот таким — техномагом — я и хотел казаться в глазах туземцев.

Итри Абди, нарочито громко шлепая пятками тапочек, вышел из одного из закрытых ширмами отсека, улыбнулся и взмахом руки предложил устраиваться у столика. И я пошел, как робот, не смея спорить. Потому что на лбу у патриарха, явно что-то мастерившего в рабочей зоне, было прикреплено явно весьма и весьма продвинутое устройство. Плод каких-то невероятных технологий, но абсолютно точно произведенное не на Земле. Нечто, совершенно удивительное.

Мысли, растревоженными пчелами, жужжали в голове.

Все не просто. Я совершенно не понимал привычных для аборигенов ценностей. Им-то в этом отношении и то попроще было. Есть продукты каких-то нездешних технологий, и есть человек, который в этом неплохо разбирается. Что еще нужно? Просто привлечь этого специалиста. Сделать так, чтоб он сам захотел сотрудничать.

Сотрудничать я хотел. И идея остаться в караване не вызывала отторжения. Сказывалась некая доля признательности, конечно. В конце концов, Нина со своей группой поддержки здорово меня выручили. Иллюзий, что амбассадор Колонии Альфа не посмеет напасть и отобрать ценные крипторы с грузовой капсулы, у меня не было. Напал бы и отобрал. Причем, не будь за спиной девушки с синем покрывале, со мной никто и разговаривать бы не стал.

Впрочем, даже благодарность не остановила бы, если бы Хеттани вдруг решили бы сделать из меня раба. Они не знали, что инженера злить — плохая примета. Начинают случаться неожиданные и неприятные события.

Но ценность того, что предлагал патриарх, ускользала. В голове не укладывалось: это поощрение или наказание? По ситуации, вроде, мне оказывали честь. А в реальности? Что такое, это их Восхождение? Почему я должен был этому обрадоваться?

— Зачем мне это? — чуть не сломав мозг, решился все-таки спросить я. — Я новичок в Единстве. Прошу меня простить, если невольно обижу. Но что такое, это ваше Восхождение?

Багу исправно перевел мой вопрос, но ответа Абди дожидаться не стал. Сам кинулся объяснять. И, если верить его словам, выходило, что внутри сферы Дайсона существовала некая глобальная система. Не волшебство, а продукт высочайшей, невероятной и фантастической технологии, оставленной прародителями из народа Кел. Нечто вроде дополненной реальности, позволяющей не виртуально, а в реальности, оперировать универсальной для Единства формой энергии — Звездной Кровью.

Ближайшая аналогия — так чтоб было понятно мне, выходцу из сугубо технологичного общества — манна, с помощью которой сказочные колдуны совершают свое волшебство. С одним только отличием: для оперирования Звездной Кровью требовались руны. Да-да. Те самые, о которых я уже слышал сотню раз, и производством которых как раз и занималась семья Хеттани.

Из путанных объяснений, удалось таки выстроить в голове некую схему. Итак, для подключения к Системе, требовался имплантат. Тот самый «гвоздь» в запястье. В принципе, не важно место, где он будет размещен. Запястье — дань традиции. Восходящий — это статус у аборигенов. И часто демонстрация стигмата — единственный способ это статус обозначить.

После подключения к Системе, у Восходящего появляется некий интерфейс, с помощью которого и осуществляются операции с «маной». Для активации действия требуется какое-то количество Звездной Крови, и спусковой механизм — руна.

Заманчивая фигня. Никогда, даже в детстве, не мечтал стать волшебником. Но то, что мне предлагали, как проявление величайшего благоволения, в полной мере магией и не являлось. Механизм. Невероятная технология. Достижение науки, так похожее на чудо. И это было жутко интересно!

— Хорошо, — кивнул я. — Согласен. Это имеет смысл. Но каков итог? Я стану Восходящим. И? И что дальше?

Абди явно расслабился, будто опасался, что я откажусь. Минутой спустя, старикашка передал мне главную часть предложения.

— Ты пришелся по сердцу моей старшей дочери, — сказал Хеттани. — Надеюсь, и тебе она нравится. Ибо я хочу, чтоб вы стали семьей. Младшей, внутри большой семьи Хеттани.

Я раньше говорил, что мозг едва не взорвался от напряжения? Так это была всего лишь тренировка перед настоящим потрясением. Ладно. Я понимал желание главы клана привлечь на свою сторону специалиста по технологиям Земли. Это логично и ожидаемо. Но чтоб вот так: чужого, почти незнакомого человека женить на собственном ребенке? Это было уже за гранью моего разумения.

— Вы же меня совсем не знаете, — не скрывал я своего удивления.

— Ты добрый человек, — возразил Абди. — Роздал, и научил пользоваться вашими Хранилищами детей. Хотя никто не заставлял и не просил тебя это делать. Ты отнесся к младшим, как старший брат, а не как чужой. У тебя умелые руки, и ты не боишься их запачкать. И ты повел себя, как настоящий мужчина, когда впервые увидел Нину. Не как разбойник. Не как раб своих чресл, или юноша с ветрами в голове. А как мудрый мужчина, понимающий несказанное, и видящий невидимое.

— Вы меня перехваливаете, — хмыкнул я. — Но приятно. Я согласен. Что нужно делать?

— Готовься. Жди, — перевел старик. — Вечером проведем… обряд. Новый древо-день ты встретишь уже Восходящим.

Шел к своей палатке, и дорогу не видел. Вокруг шумел лагерь каравана. Люди, похожие на эльфов, занимались своими обычными делами. А я все еще пытался осознать то, что только что произошло.

Не было ни единого признака, что Абди настолько заинтересовался возможностями земных технологий, что даже решил отдать за меня собственную дочь. Да чего уж там. В составе Большой Семьи Хеттани есть еще несколько младших семей. В которых, если хорошо поискать, легко нашлась бы подходящая по возрасту девушка взамен Нины. И ее было бы вполне достаточно, чтоб привязать «ценного специалиста» к каравану и клану. Но нет. Патриарх выбрал именно Нину!

И, за все время разговора, ни единого раза не упомянул ни земное оружие, ни доспехи. Так, словно бы это было что-то незначительное. Не достойное его внимания. Так, игрушки взрослого, приблудившегося к сообществу, мальчика.

Невольно, я и сам перестал считать продукты Утопии чем-то исключительным. Экзопространства? Мне уже несколько раз продемонстрировали нечто подобное и без всяких крипторов. Оружие? Так я до сих пор и не имел возможности ознакомиться с образцами, которыми пользуются туземные воины. Вдруг там имеется что-то сравнимое по мощи?

Доспехи? Я ведь сам видел, какими глазами смотрели мужчины на сопротивляющиеся силе «Суворова» модули брони. И как удивились дырам в их местной кирасе. Ну и что с того? Никто из них так и не пришел ко мне с просьбой подогнать тот же «Скаут» по фигуре. Посмотрели, удивились, и все на этом?

Выходит, не такой уж и ценный я для них специалист? Как же тогда быть с Ниной? Она мне нравилась, конечно. Как может не нравится живое воплощение эльфийской принцессы из сказок? Но жениться? Я ее совсем не знаю. Она меня тоже. Что если она известная в их среде стерва, от которой даже отец будет рад избавиться? Что тогда? Это ведь не Земля. Вряд ли в Единстве распространена практика разводов.

Не знал, что и думать. При всей нашей с аборигенами похожести, их культура, их традиции и нравы были для меня терра инкогнита. Неизведанная земля.

Решил ничего не решать. Появятся вопросы, будем искать ответы. А пока, единственное, что я мог — это расслабиться, плыть по течению, и получать удовольствие.

Дочь Абди Хеттани поджидала меня у палатки. Просто сидела в креслице, сложив руки на коленях, и разглядывала вершины окружающих лагерь гор. Пока не увидела меня.

Нина вскочила, опрокинув сидение, и шагнула в мою сторону. И начала говорить, когда между нами было еще шагов десять.

Лепетала что-то, заглядывая мне в глаза. А стоило подойти вплотную, еще и взяла меня за руку. Тон голоса ее постоянно менялся. Нина то заискивающе пищала, то почти рычала угрожающе. Много слов, и ни одного понятного. Мне казалось, после близкого общения с детьми каравана, что начал различать некоторые понятия. Может быть, так оно и было. Но в этой, быстрой и очень эмоциональной речи девушки, я не смог узнать ни одного знакомого.

— Ну-ну, — положил я руку ей на плечо. — Успокойся. Сейчас я не понимаю ни единого слова. Но когда-нибудь обязательно выучу ваш язык. И тогда ты мне все это снова скажешь.

Хотелось как-то поддержать свою «Пятницу». Обнадежить. Но я и сам чувствовал себя недостаточно уверенно. Не понимал что происходит, и с чего мне оказана такая честь. За какие заслуги? Доводы, которые привел Абди, в моих глазах не выглядели убедительными. Да и поведение его дочери было… странным.

Словно бы она извинялась передо мной за что-то. Словно бы уговаривала. Будто бы грозила кому-то чем-то невероятно страшным. Не мне. Кому-то другому. До жути хотелось понять ее речь, но понимал, что обратиться за переводом к древнему Багу — плохая идея. Нина говорила явно что-то очень личное. Не предназначенное для чужих ушей. Нечто, касающееся только нас двоих.

Чувствовал себя беспомощным. Жуткое чувство. И никакие земные технологии не могли решить проблему с пониманием инопланетных слов. Быть может, альфа-когитор справился бы с этой задачей, если дать ему время и загрузить достаточно большой запас местных понятий. Только, где бы его взять? Умные машины такого уровня и на Земле-то большая редкость, а уж здесь, в Единстве, быть может, вообще нет ни единого.

Так и просидели с Ниной до сумерек. Она что-то говорила, и гладила меня по руке холодными пальцами. Я что-то отвечал. Наверняка, невпопад. Но тут важен тон голоса, а не смысл.

Потом пришли женщины постарше, и какой-то напыщенный мужик в желтом, почти золотом, халате. Первые напоили меня какой-то сладкой бурдой и уложили на надувной матрас в палатке.

Этот мир не переставал меня удивлять. Всего пару минут спустя после приема неизвестного снадобья мой мозг как бы уснул. Ну то есть, я все видел, все осознавал, и в это же время — спал. Было даже интересно и слегка волнительно. Я вертел головой, пытаясь разобраться с тем, что же, в этак-то чудесном состоянии, вижу. Но тут золотой индюк что-то злобно выговорил, и бабы прижали мои плечи к лежанке. Левую руку всунули во что-то узкое, и зафиксировали. И даже глаза тряпочкой прикрыли.

Укол в запястье почти не почувствовал. Так, просто вдруг там появилось что-то лишнее. То, чего раньше не было. Я улыбнулся, догадавшись, что все-таки получил тот хваленый имплантат. Чудно было: зачем это все? Сладкая бурда, отключившая мир вокруг, рука в зажиме, тетки, чуть ли не сидящие на груди?

И вдруг я забыл все вопросы. Потому что пришла боль. Она возникла в руке, пылающей плазмой пробежала по венам, и ворвалась в тело. И, наконец, достигла головы.

Подумал, что кровь вскипела, и я сейчас сдохну.

Подумал, что зубы раскрошатся, от того, как сильно я их сжал.

Подумал, что вместе с криком выдохну легкие.

Подумал, что знаю теперь положение каждого органа в теле. Каждой жилки, связки, мышцы или нерва. Боль, как учитель в анатомическом театре, указывала мне на них в каком-то странном, хаотичном порядке.

Подумал, что сейчас самое время лишиться сознания. Выключить эту пытку хоть на секунду. На миг. На вздох…

Не знаю, сколько это продолжалось.

Если считать в тактах волн боли, то вечность. Если в минутах, то просто долго. Какой-то краешек сознания цеплялся за окружающую действительность. Отмечал то, как женщины каравана утирали потоки текущего по моему лицу пота, как совершал какие-то пасы руками надменный мужик в золотом.

Постепенно становилось легче. Похоже, организм адаптировался к новому состоянию. Имплантат вносил в меня изменения, и, судя по всему, это тоже благотворно сказывалось.

Я даже стал дышать. Нормально вдыхать и выдыхать воздух через сжатые зубы, а не хватать глотки, словно только что вынырнувший из воды пловец. И тут наступила темнота. Волна изменений достигла глаз, и я убедился, что и они могут болеть. Только воспринял это как-то… философски. После цунами затопившего всего меня страдания, это была легкая зыбь.

Вот тогда, похоже смилостившееся, сознание изволило перенести меня в мир грез. Может, снадобье так подействовало. Или мозг, защищая разум от крушения, решил меня отвлечь. Факт остается фактом: я вдруг обнаружил себя в каком-то помещении с каменными стенами. Мраморными, если не ошибаюсь. В камнях никогда не разбирался.

Полированные стены, причудливые витые колонны, выгнутый аркой купол потолка, нечто, одновременно похожее и на купель, и на чашу фонтана по центру комнаты. Пронзительно голубое небо, и самое настоящее Солнце в дверных проемах.

А еще, какой-то призрак… или дух, что-то мне беззвучно кричащий, и агрессивно размахивающий руками. Молодой парень. Черноволосый и с характерными заостренными эльфийскими ушами. Цвет глаз рассмотреть не получилось — в глазницах у призрака клубились водовороты тьмы.

Галлюцинация понравилась. Спокойно, знакомое, родное небо. Ласковое Солнце, по которому, оказывается, даже слегка соскучился. Ветерок, шелест невидимых за стенами листьев, журчание воды. Мне было хорошо там, в этом удивительном месте.

Еще бы этот чудак не лез постоянно на глаза. Не загораживал виды. Я попробовал, но не смог сдвинуться с места. Руки шевелились, можно было присесть или вытянуться к потолку, но не сдвинуть, будто приклеившиеся к мрамору, ступни.

Этот же паразит был откровенно назойлив. Если ты дух, если бестелесен, как призрак, так чего к людям приставать? Именно это и собирался ему сказать, но не смог произнести ни единого звука. Словно у меня вообще не было рта.

А дух все не унимался. Наскакивал. Пытался ударить, но его конечности, как дым, проходили сквозь меня. И это незнакомца злило пуще прежнего. Даже темень в глазах, как мне показалось, стала с каким-то багровым оттенком.

Наконец, я, в раздражении, что должен тратить драгоценное время на всякую чушь, толкнул парня в грудь ладонью. И, на удивление, у меня получилось. Чудак отлетел, будто я его тараном ударил. Тут же вскочил, и возобновил атаки с новой силой.

Да это существо меня просто бесило! Тварь перепробовала все. Ноги, руки, даже невесть откуда взявшийся, такой же призрачный и неосязаемый, клинок. Больше того. Догадавшись, что я не могу оторвать ступни от пола, дух нападал со спины.

В конце концов, я решил просто не обращать внимание на призрака. Ну, кидается. И что? Сделать-то все равно ничего не может. Это же моя галлюцинация, и я здесь хозяин.

За пределами похожего на храм помещения наступали сумерки. Солнце, превратившееся в громадный алый шар, уже коснулось горизонта. И я мог насладиться невероятной красоты закатом.

Воображение рисовало мне Землю. Но, в это же время, я понимал, что Колыбелью этот мир быть не может. Разве осталось на планете место, с которого бы не было видно ни единого человеческого поселения? Жесточайшее перенаселение сначала подвигло выстроить бессчетные человейники технополисов, а потом и вовсе — рвануть покорять космическое пространство. Марс, Мир Кольцо, Титан, Пацифика… К моменту старта ковчега «Хельга», кризис так и не был преодолен.

Заповедник? Какой, к Дьяволу, заповедник? Человечеству остро не хватало жизненного пространства. Ценность каких-то животных и растений стремилась к нулю. Приходилось слышать о постройке подводных куполов — городов. И если Утопия оказалась готова тратить неимоверные ресурсы на возведение настолько сложных объектов, то свободные территории на суше уже точно иссякли.

Но красиво. Не отнять. С моего места хорошо были видны кроны изумрудных деревьев, белоснежные облака и даже черные точки птиц. Солнечный шар стремительно опускался за горизонт. И уже очень скоро, скрылся совсем. И тогда на небе распустились бесчисленные звезды.

Когда я последний раз их видел? Тогда же, когда и первый! О, я отлично помню тот момент! Мне было лет десять, когда, из-за какой-то аварии, вдруг отключилось электричество в целом кластере поселений. И люди высыпали на улицу, чтоб взглянуть на невероятную картину — полыхающий через все небо Млечный Путь.

В «храме» зажглись какие-то светильники, но они не мешали наслаждаться зрелищем. А вот этот неуемный тип — да. Он, наконец, оставил попытки меня ударить или зарезать, вышел прямо передо мной, и принялся что-то пафосно вещать, указывая на меня пальцем.

Потом же, изобразил жест, который я много раз видел в исполнении Нины, и перед духом загорелся изрядно покусанный светящийся круг, испещренный незнакомыми письменами. Подхватил один из символов, и тут же бросил его в меня. А я, рефлекторно, выставил руку, и этот глиф поймал. И в ладони у меня засветилось нечто, с какой-то закорючкой в центре.

Призрак возмущенно — но все так же беззвучно — вскричал, и снова кинулся на меня с кулаками. А я, выхватил его за шею прямо из воздуха, и сжал что есть силы. Любопытство съедало меня изнутри, а этот тип мешал исследовать пойманный подарочек.

Отлично чувствовал под пальцами податливую плоть. Но, как ни странно, не ощущал под кожей парня костей. Пальцы сжимали словно бы надувную куклу.

— Я в тебя не верю, — крикнул я этому духу прямо в выпученные от недостатка воздуха глаза. — Тебя нет. Ты…

Договорить не успел. Призрак и правда исчез. И я тут же проснулся.

Светящаяся штуковина все еще была в кулаке. Бледная, едва видимая — за стенами палатки царствовал древо-день — но, главное, она была. Чудо! Мне удалось притащить нечто из галлюцинации! К длинному списку невероятных вещей, встреченных мною в Единстве, добавилась еще одна.

Потом неосязаемый светлячок мигнул, и втянулся прямо мне в ладонь. И этому я удивился еще больше, чем собственно факту вытаскивания чего-либо из игры воображения.

Оглянулся. Кроме меня самого, в палатке больше никого не было. Пропала и рама, в которой фиксировали руку. А вот серебристый гвоздик имплантата — остался. Запястье жутко чесалось, и вокруг «шляпки» заметно было покраснение.

Вот я балбес! Привык, что медики Утопии автоматически стерилизуют место проведения операции на теле живого человека. Аборигены такой ерундой не заморачивались. Каков был шанс внесения в открытую рану каких-нибудь вредных бактерий или вирусов? Сто процентов! Они неминуемо там!

Начал шевелиться с некоторым опасением. Волны боли не могли пройти бесследно. Но, на удивление, оказалось, что все наоборот. Тело было легким, мышцы — будто налиты силой, а вены переполняла энергия. Хотелось что-то делать. Двигаться. Бегать или ходить на руках.

Губы сами собой расползлись в дурацкой улыбке. Так, скалясь невесть от чего, и занялся медицинскими процедурами. Сканер-диагност мигал разными огоньками, пока, все же, не выдал вердикт: здоров. Легкое воспаление в левой руке. Рекомендовано принять противовирусные препараты, антибиотик и воспользоваться инъектором с зеленой маркировкой. Регенератор было жаль. Их у меня в запасах меньше, чем всех остальных. Но подчинился. Докторов следует слушаться. Даже если они в виде пластиковой коробочки с полоской индикаторов.

Хотелось кушать. Понятия не имел, как долго провалялся в бреду. Здесь, в Единстве, вообще со временем все не просто. Длинна суток вовсе не постоянная величина. Год, или как туземцы говорят: большой цикл, и подавно. Багу сам сказал, что прошлый год длился почти пять сотен древо-дней. А этот, по всем признакам, будет сильно короче.

Я был в шоке. Потом подумал, что внутри дайсон-сферы, по сути, и нет точек отсчета. День-ночь зависят от произвола некоего био-конструкта, выглядевшего как невероятных размеров дерева. Смены сезонов не существует. К какому событию привязана начальная точка календаря? А когда наступит новый год? Кто решает, что большой цикл закончен? В общем, одни вопросы, и ни единого ответа. Оставалось полагаться только на чувство голода. Кушать человек хочет каждый день, независимо от даты в календаре.

Вышел на улицу, и тут же зажмурился. Показалось очень светло. Прямо глаза резануло. Быстро привык, конечно. Но не мог не отметить, что и видеть я стал лучше. Четче, резче, дальше. Это было приятным открытием: имплант уже начал приносить пользу.

На столике были расставлены несколько тарелок. Все холодное, конечно. Но жрать хотелось с такой силой, что мелочи меня остановить не могли. Мясо, лепешки, соус из пряных травок. Овощи. Пища сметалась со страшной силой. Желудок наполнялся, но чувства сытости почему-то не наступало. Бешенные килоколории просто растворялись внутри меня.

Остановился, потому что кушать было больше нечего. Употребил все, и хотел продолжения. Благо и дров рядом с кострищем полно приготовлено, и вода в наличии. Пристроил котелок над огнем, сразу накрошил туда сублиматы из пайка колониста. Пожалел, что не сдержался, и сожрал овощи. В похлебке они бы пригодились. Но не расстроился. Было даже забавно выяснить, как много мне придется съесть, чтоб наполнить ненасытную утробу.

Как раз пробовал питательную бурду из котелка, когда дети притащили еще еды. Ничего особенного. Овощи в основном. Травки еще пучок. Местные кумушки, должно быть, заметили, что я в удовольствием добавляю их к пище.

Взял в руки какой-то вытянутый, фиолетового цвета, корнеплод. И тут, прямо поверх овоща, соткался полупрозрачный контур с надписью:

Морковь (Соответствие термину 99 %)

Не содержит Звездную Кровь

Оба на! Так вот как работает эта местная Система?! Забавно, конечно, что мое знакомство с ней началось с обычной, хоть и непривычной раскраски, морковки.

Нейротрансформация завершена.

Подтвердила мое предположение умная Система. Дальше было уже совсем просто. В поле зрения — куда бы я ни посмотрел — появилась мигающий значок. Который охотно развернулся в надпись: Атлас, стоило только сосредоточить на нем внимание. Подумал, что Система выбрала странное имя для знака активации. Атлас — это же набор карт. Разве не так?

Разбираться, что там внутри, пока не стал. Отложил на полчаса. Живот принялся смешить туземных детей, выводя совсем уж высокохудожественные рулады. Следовало сначала, так сказать: удовлетворить спрос. Потом уже переходить к развлечениям.

Ко вкусу стандартного пайка еще как-то можно привыкнуть. Ну, да. Бурда. Но весьма богатая калориями, приправленная витаминами и снабженная необходимыми организму микроэлементами. А вот к запаху, решительно нет. Ну неужели нельзя было как-то решить эту проблему? Разве должна еда пахнуть горячей пластмассой?

Причем, заметил! Характерный аромат начинает проявляться особенно сильно, когда варево в чашке подходит к концу. Словно бы первое касание ложки о дно, активирует скрытый параметр — отвратительная вонь синтетической пищи.

Ладно, я. Мне, пока не обзавелся собственной мастерской, и не наработал кое-каких клиентов, на дне технополиса приходилось питаться вещами и попротивнее этого белково-минерального коктейля. А есть же люди капризные. Изнеженные цивилизацией. Привыкшие, что вокруг всегда полно техники, которая и накормит, и оденет, и, простите, попу подотрет. Этим что? С голода дохнуть?

Хихикнул собственным мыслям, помыл посуду, добавил дров, чтоб свежая партия воды в котелке вскипела, и можно было заварить чай. И, наконец, удобно устроившись в кресле, принялся изучать таинственную Систему.

Ожидаемо иконка активации привела меня в корень общего каталога. Пока интерфейс системы ничем не отличался от привычных электронных мануалов по любой сложной технике Утопии. Дизайн приятный. И значки интуитивно понятные.

Раздела было три: какой-то свиток с мельчайшими нечитаемыми знаками, контур человеческого тела, и три соприкасающихся восьмиугольника. Первый обзывался:

Скрижаль (соответствие термину 77 %)

Качество: бронза (соответствие термину 69 %).

Емкость:???

Что не так с емкостью, я еще не понимал, но был уверен, что это не Загадка Вселенной. Рано или поздно вместимость этой самой Скрижали выяснится.

Человечек обозначился, как: Атрибуты, а два кружка со схематичным изображением материков оказались… снова Атласом. С фантазией у разработчиков интерфейса было не богато.

Приметил, что Атрибуты будто бы, как бы подсвечены особенно ярко. Открыл, и убедился, что путь пройден не до конца. Теперь Система предлагала посетить раздел Навыков.

Решил не спорить. Если разработчики изобрели такой вот путь вхождения пользователей, то кто я такой чтоб спорить? И не прогадал. Внутри меня ждала единственная надпись:

«Восходящий»! Адаптация организма к поглощению и использованию Звездной Крови произведена. Скрижаль, Атрибуты и Атлас сформированы. Нейролингвистическая подстройка произведена.

Текущая стадия Восхождения: начальная

Ха! Значит, я таки стал Восходящим! И Система меня настойчиво вела, только чтоб это сообщить? Забавная штуковина. А где подсказки? Где обучение? Какие-нибудь простенькие задания, вроде «Пролистайте все разделы, и перейдите в корневой каталог»? Интерфейс красив. Спору нет. Но я бы хотел, чтоб он был менее вычурный. Где настройки? Как вообще настроить вид под себя?

С этим следовало обязательно разобраться. В конце концов, эта система Восхождения теперь была моим спутником на всю оставшуюся жизнь. И я не намерен был без конца мучиться, листая бесконечные вкладки.

Для начала же стоило ознакомиться с остальными разделами. Вдруг нашлось бы что-то, достойное выноса на «главную» панель, для оперативного доступа. И раз я и так уже был в разделе Атрибуты, логичным было продолжить его изучение.

Нужно признать: Восхождение максимально объективно. Система не пытается льстить или обнадеживать. Не говорит: у вас все плохо, но путь только начинается. Наберитесь терпения. Нет. Она просто оценивает вас, и дает цифровой эквивалент реального положения дел. А уж как к этому относиться, не ее дело.

Знакомый уже контур человека, с поблескивающими тремя разными цветами сферами внутри. И сложная фигура, чем-то отдаленно напоминающая спираль ДНК, но состоящая из мельчайших капелек.

Звездная Кровь (соответствие термину 99 %)

23/23 капли

Таймер перезарядки: 1,04 капли/малый цикл

Текущий таймер: 00.00 (готово к активации)

Ну да. Ну да. Топливо для любых действий в системе. Важная информация. Логичным было бы вынести ее в зону постоянного внимания. Почему разработчики поместили эту шкалу в раздел Атрибутов, мне лично понятным не было. Ладно хоть сделали ее хорошо заметной.

Двадцать три капли. Это много или мало?

Решил пока не задурять себе голову вопросами, ответы на которые я в любом случае вскоре получу. И ментальным толчком активировал первую из сфер внутри человечка. Зелененькую.

Атрибут Тела

Ранг: дерево

Текущее развитие 4/10

Показатель развития физических характеристик относительно первого предела Восхождения

Так значит, да? Слабак, значит? Даже ниже половины? Ну, да. Не громила из десанта, и не «ракета» одной из банд нижнего города. Но все же жестокая правда была неприятна.

А вот синяя сфера порадовала.

Атрибут Разума

Ранг: дерево

Текущее развитие: 6/10

Показатель интеллектуального, мыслительного и психоэмоционального развития относительно первого предела Восхождения

Я — умный. В принципе, я и сам это знал, но получить подтверждение от инопланетных разработчиков Системы, было приятно. Я даже простил Восхождение за грубость с Атрибутом Тела.

Золотистый шарик — понятия не имею, почему — отвечал за Дух. Что это вообще такое? Тело — понятно. Разум — все ясно. А Дух. Это что?

Атрибут Духа

Ранг: дерево

Текущее развитие: 5/10

Показатель духовного и ментального развития относительно первого предела Восхождения

Яснее не стало. Я что теперь, должен молиться Богам и медитировать на свет Игг-древа? Духовное развитие, ментальное развитие — как это измерить? На что влияет? Как проявляется? Науке Утопии эти величины не известны. А значит, они антинаучны.

С пределами и то больше ясности. Это же просто: дойди до вершины, и получи новую цель. Наверняка, за десяткой в развитии, последует сотня. За сотней — тысяча… И так далее, и тому подобное. Будь я создателем этой системы, обязательно бы провернул нечто подобное. Четкая, интуитивно понятная схема. Экономия на мануале, опять же.

Так. С Атрибутами ознакомился. Радовало, что Система в Единстве весьма широко распространена. Восходящих огромное множество. И среди этой толпы наверняка отыщется один, согласный просветить меня по непонятным нюансам. Так что я бросил ломать голову над пустыми вопросами, решительно перенес шкалу с Кровью в поле зрения, рядом со значком активации меню системы, и перешел в Атлас.

Целых семь закладок. Титулы, Клятвы, Прорывы, Карты, Приказы, Восхождение, Хроники. В Первых трех сообщения повторялись: Не обнаружено. Восхождение оповещало о начальной стадии Восхождения, А Хроники оказались всего лишь перечнем логов сообщений Системы. И лишь Карты были реально полезны. В одном сплошном черном экране проявилась только малюсенькая точечка — мое текущее положение. Подчиняясь мнемоническому приказу, пятнышко увеличилось, изображение укрупнялось. И продолжалось это до тех пор, пока я не увидел самого себя, сидящим в кресле у палатки.

Это триумф технологий! Это невероятная, невозможная, но реально существующая всеобъемлющая система наблюдения. Я даже поднял голову, чтоб убедиться, что прямо надо мной не завис дрон — разведчик. Но добился только того, что и на картинке из Карты, изображение меня повторило жест.

Я был потрясен. В человеческих городах — понятное дело, не на нижних этажах — видеонаблюдением никого было не удивить. Но там были стены, потолки и технические конструкции, на которых закрепить камеры не представляет какой-либо сложности. Здесь же, практически в лесу, в дикой местности, где могли прятаться видеодатчики?

Подумал, и значок Карт тоже перенес на главный экран. В ситуации, когда другие методы ориентирования на местности не работают, обращение к неведомой системе наблюдения — единственный способ не заблудиться.

Настала пора вернуться к загадочной Скрижали, с неопределенной вместимостью. Толкнул глиф мысленным усилием, и убедился, что тайна раскрыта.

Скрижаль (соответствие термину 77 %)

Качество: бронза (соответствие термину 69 %).

Поглощение захваченной Скрижали завершено. Объединение завершено.

Емкость: 32 рун.

Уж ты. Что и где я уже успел захватить и поглотить?

Передо мной, прямо в воздухе, висела круговая, расчерченная на сегменты, схема. Ячеек, и правда, оказалось ровно тридцать две — я пересчитал. Но часть из них оказалась уже занятыми. Причем, одну я узнал. Картинка абсолютно полностью повторяла знак, который я вытащил в кулаке из собственного бреда.

Руна Удар Молнии

Вид: Руна-Заклинание

Качество: серебро

Активация: 24 капли Звездной Крови

При активации наносит цели урон высокоэнергетическим разрядом.

Время действия: 6 секунд

Время перезарядки: 6 минут

Текущий таймер перезарядки: 00.00 (готово к активации)

Ха! Да я чертов маг! Упс. Топлива не хватало для активации. Так и знал, что есть какой-то подвох!

На счастье, имелись другие претенденты для испытания новых возможностей. И одна из, откуда-то взявшихся в новом наборе активаторов-рун, сразу привлекла мое внимание.

Руна Языка (Единый)

Вид: Руна-навык

Качество: дерево

Активация: 6 капель Звездной Крови(безвозвратно)

При активации обучает навыку общения на Едином языке.

Время действия: одноразовая, при активации исчезает.

Требования: Атрибут Разума выше 5

Боже! Как же мне этого не хватало! Иди сюда, к папочке!

Я не знал, на этом ли языке говорит Нина и ее семья. Но был абсолютно уверен, что, раз уж он назван Системой Единым, люди каравана тоже его понимают. Возможность общаться с туземцами! Вот что давал этот навык. И я был просто обязан им овладеть.

Тем более что и ограничение по использованию в пять пунктов развития Разума, меня не касалось. У меня значилось шесть.

Активация. В глазах потемнело, мозг прошила раскаленная игла боли. Но это была бледная тень тех мучений, которые мне уже довелось пережить при имплантации стигмата. Так что я лишь зубами скрипнул, и впился пальцами в край столешницы. Даже не простонал. Я мог собой гордиться.

Приступ прошел. И первым делом я полез проверять успешность предприятия. Припомнилось, что Багу — этот мерзкий старикашка — говорил, что для общения со мной, принял навык Знание языка (народ Земли). Смешно. Неужели всезнающая и за всеми подглядывающая Система не смогла узнать общепринятый в Утопии термин? Глобиш — там мы называли свой универсальный язык.

В списке навыков Знание Единого Языка (дерево) (6/10) нашлось. Не пришлось даже искать, честно говоря. После активации руны, там и значилась лишь одна запись. Шесть капель Крови тоже исправно списалось. Осталось семнадцать из семнадцати. Мало. Стоило озадачиться расширением «бака» и заполнением его «топливом». Причем, в самое ближайшее время.

Снова вызвал Скрижаль. С двумя рунами из пяти имеющихся я уже разобрался. Стоило взглянуть на остальные три.

Две были одинаковыми.

Руна Развития

Вид: Руна-Свойство

Качество: бронза

Используется для развития Атрибутов, Аспектов и Навыков.

Так. Если я правильно понимал подсказку не особенно дружелюбной к пользователю Системы, каждая такая руна позволяла на какое-то количество очков увеличить развитие. Читать мануалы я с детства умею. Привык к тому, что лишних слов в пособиях для пользователей обычно не содержится. Атрибуты у меня начального, деревянного, качества. А вот руна Развития — бронзового. Насколько это выше? На один пункт? На два?

А вот Руна-Заклинания — вообще серебро. Это круто? Выше бронзы, или нет? И бронза, и серебро — простейшие технические металлы. Первый, часто используется в механике, а второй — в электронике. И тот металл и этот весьма распространены, и не представляют какой-либо ценности. И все же, Система считает иначе, и четко их разделяет. Так какой металл лучше в системе Восхождения?

Последняя из неисследованных рун была странной. Нет, в том, что это еще один навык, я не сомневался. Читать умею. А вот описание было… завораживающим.

Руна Рунное Мастерство

Руна-Навык

Качество: бронза

Активация: 12 капель Звездной Крови(безвозвратно)

Древнее рунное искусство, позволяющее создавать, разрушать и изменять Руны, Скрижали и Знаки.

Время действия: одноразовая (При активации исчезает)

Требование: Атрибут Мышление (бронза)

Мне казалось, что Система ошибается, позволяющая пользователю, даже в ущемленном размере, манипулировать важнейшими объектами самой себя. Это же не правильно. Изобретательность человека бесконечна. Смогу ли я выдумать этакого, что может вообще сломать всю систему? Вне всякого сомнения! Захочу ли этого? Кто знает?

В любом случае, эта руна была обречена на долгое ожидание. Атрибута Мышление у меня еще не было.

Что-то куда-то вкладывать и развивать посчитал неразумным. Смущала разница Рун Развития с моим уровнем Восходящего. Если в инструкции по применению черным по белому обозначено, что нечто запитывается от малого радиоизотопного аккумулятора, то значит, так и нужно делать. И не стоит пробовать подключать источник большей мощности. В лучшем случае, устройство просто сгорит. В худшем — взорвется.

С некоторым даже сожалением, свернул интерфейс. Понравилось мне ковыряться в настройках, признаюсь. Чем-то этот процесс напоминал тонкую настройку сложного прибора. Робота какого-нибудь…

У костра кружком сидели дети. Много. Опекать меня прибегали не только принудительно назначенные шестеро помощников. Кажется, всем малолеткам семьи нравилось заботиться о большом, но бестолковом чужеземце. Раньше я не понимал — о чем они говорят между собой, теперь же можно было попробовать разобраться.

Чуда не произошло. Пришлось просидеть довольно долго, вслушиваясь в слова чужого языка, пока, сначала — одно, потом — другое понятие не расцвело в голове смыслом. Мозг словно вспоминал, заново учился связывать определенный набор звуков с обыденными, в общем-то, вещами.

Нужен был словарный запас. Нужно было слушать и пытаться соотнести разные виды информации. Что тоже оказалось интересным опытом. Слава Богам, запоминать эту бездну нового нужды не было. Понятия и звуки намертво вписывались в уже отведенные для них ячейки памяти.

Где-то читал, что для бытового общения достаточно знать около трехсот слов языка. Еще, что некоторые пустынные народы раньше активно применяли более двух десятков терминов, обозначающих подвид движения верблюда. Ненужная, мусорная информация. Уже и народов тех нет, и верблюды только в зоопарках обитают, но вот засело же в голове…

Понадеялся, что, за неимением горбатых скакунов, народ Каравана не так обременен чрезмерным количеством названий одного и того же. Боялся, что иначе процесс пробуждения навыка у меня займет несколько лет. Или, как это называет Система — больших циклов.

Тоже, кстати, интересное наблюдение. Древо-день, малый цикл, большой цикл — народы Единства имеют собственные наименования дня и года. А вот часы, минуты и секунды — ничем от земных не отличаются. Система тщательно подбирает понятия, и даже любезно извещает о проценте соответствия мне уже знакомым. Единицы времени же сразу определились…

Тут оставался последний шаг до предположения, что именно потомки землян, когда-то невероятно давно, создали эту самую сферу Дайсона. Забавная гипотеза. Оставалось лишь узнать — как давно «Хельга» болталась в открытом Космосе, прежде чем нечто затянуло ее вовнутрь? Сто лет? Тысячу? Больше? В принципе, при должном уходе и техобслуживании все системы ковчега могли исправно работать практически бесконечно долго. Но куда делись люди это все осуществившие? Если бы эти специалисты вместе с другими колонистами попадали в капсулах, об их адском труде знали бы все остальные «попаданцы». И уж кто-нибудь — или изгои, или амбассадор — точно бы не преминул довести информацию о подвиге и мне. Довод к необходимости делиться упавшими с неба ресурсами — достаточно сильный.

Впрочем, мне — лично мне — было плевать. Утопия уже однажды отобрала у меня все. Скинула, как мусор, в самую глубину трущоб. Заставила выживать и приспосабливаться жить среди помойных крыс. Лишила меня родителей и веры в светлое будущее. Так что я не испытывал к земной цивилизации никакой привязанности. Не считал, будто бы что-то им всем должен.

Где были все эти люди, когда я, шестнадцатилетним подростком, вынужден был рыться в отбросах, чтоб не сдохнуть от голода? Почему тогда ни единая тварь не поделилась со мной ресурсами?

Ненавижу! Всех их, ненавижу! Всю их извращенную, меркантильную, лицемерную суть, ненавижу!

Ребятишки у костра принялись обсуждать идею — подбросить мне в еду личинку какого-то жука. Они называли это другими словами, но я догадался по описанию воздействия, что насекомое обладает каким-то нейротоксином, временно парализующим мышцы лица съевшего его человека.

Улыбнулся. Все дети всегда шалят, но сидеть, как дурак, с каменным лицом, не хотелось. Уже открыл рот, и начал подбирать нужные слова, но услышал негромкий разговор приближавшихся к моей палатке людей. Нины и ее отца — Абди.

Негромкий, но весьма эмоционально насыщенный. Девушка, как настоящая рептилия, шипела на патриарха собственной семьи.

— Как ты мог, отец! Как ты мог?! Ты дал Норману стигмат моего брата! Ты ведь знал, чем это грозит!

— Дочь, послушай, — прорычал Абди в ответ. И я даже понял каждое, из сказанных им слов. — Я сделал все правильно! И поступил бы так снова, если бы мог. Если бы Норман проиграл, сын вернулся бы к нам. Да в теле твоего Серебряного. Но он все равно был бы Шеннаром.

— Шеннар проиграл, — выплюнула Нина. Зря она так. Я уже слышал от Багу, что старший брат девушки погиб в боях с какими-то чудовищами. На месте убитого горем отца, я сделал бы все возможное и невозможное, чтоб вернуть ребенка.

— Да, — простонал Абди. — Мой сын проиграл. Дух твоего избранника оказался сильнее. Теперь ты получишь мужа, а семья — сильного Восходящего.

— Ты лишил брата Вечности, — ткнула дочь пальцем в грудь отцу. — Теперь его душа не получит бессмертия.

— Я освободил его, — гораздо тише — я едва его расслышал — выговорил Абди. — Теперь он не станет трэлем Контракции, а его душа уйдет в новый цикл перерождений.

— Ты… — задохнулась от возмущения Нина. — Ты решил за него. Ты снова сам решил за всех. Даже Незримому неведомо, что бы стало с Шеннаром в Вечности…

Дочь повернулась к отцу спиной, и пошла — почти побежала — в мою сторону. И наверное уже не услышала, что патриарх ответил:

— Я знаю, — сказал Итри Абди Хеттани. — Я знаю.

Я был в шоке. Выходило, что тот паренек, призрак, что так бестолково на меня наскакивал в галлюцинации, это дух ее брата? Боги? Я что? Внутри какого-то дешевого вокс-сериала для слезливых домохозяек? Как такое вообще возможно?

Даже плевать на то, что эту «встречу» мне организовал глава одной из семей Каравана. Это как раз я готов был понять и принять. Но сам факт?! Что за технология позволяет заключить дух умершего человека в малюсенький серебристый «гвоздик»? И как бы он смог победить меня, если я в его реальность вообще не верил?

О теологическом споре, о бессмертии и какой-то Вечности, вообще молчу. Каждый народ вправе иметь собственные представления о мироустройстве и собственные мифы. Если с верой в бессмертие в посмертии живым станет легче жить, значит создатели идеи добились своего.

Потрясло величие науки того племени, что создало эту Систему! Не просто технология, внешне неотличимая от «волшебства», а реальное воплощение. Техническая возможность извлечь из человека душу, поместить ее в имплантат, и потом — приживить в новом месте. Фантастика. Такого я даже в детских сказках не читал.

— Ты проснулся, — улыбнулась мне девушка с заплаканными, покрасневшими глазами.

— Почему — Серебряный? — тщательно выговаривая непривычные — слишком много гласных — слова, спросил я.

— Оу, — удивилась Нина. — Ты обрел навык настоящего языка!

— Да, — кивнул я. — Так почему? Из-за волос?

Волосы у меня белые. Родился таким. У отца шевелюра была каштанового цвета. А о матери он со мной принципиально не разговаривал. Будто бы ее и не было никогда. Так что узнать в кого я такой, было неоткуда.

— Глаза, волосы, — обрадовалась «пятница». — Ты весь такой. Светлый. Как серебро.

— А что главнее? Серебро или бронза?

— Серебро, конечно, — удивилась та. А я, наконец, разглядел справку от Системы, о сидящем рядом со мной человеке.

Восходящая Та-Нина Хеттани

Ранг: серебро

Титул: хейр

Содержит Звездную Кровь

— Дерево — бронза — серебро. Верно? — все еще не веря увиденному, нашел в себе силы поинтересоваться я.

— Конечно, — кивнула Нина. — Норман, я…

— А дальше? — перебил девушку я. Она явно хотела извиниться за выходку отца. Но мне это не было нужно. — После серебра.

— Золото, — улыбнулась предводитель боевых отрядов семьи. — И Небо. Но я никогда не встречала Восходящих такой мощи.

— А золотых? Встречала?

— Пф, — фыркнула Нина и рассмеялась. — Конечно. Мой отец, патриарх Абди Хеттани — золотой Восходящий. Он…

— А насколько сильно уровни отличаются друг от друга?

— О! Целое копье Серебряных вряд ли справится с одним Золотым.

— Даже так? Почему?

— Умения, навыки, Атрибуты. Ты не представляешь, насколько глубока пропасть. Я должна показать. Пошли.

— Куда? — спросил я, поднимаясь с кресла.

— В шатер отца. Я покажу тебе Великое Дерево Восхождения.

— Ничего не понятно, но очень интересно, — засмеялся я, стараясь шагать с одной скоростью с не особенно высокой девушкой. Ее макушка едва-едва торчала над моим плечом.

— Ты умный. Ты поймешь. Какое имя ты себе выбрал в Восхождении?

— Чего?

— Разве Система не предложила тебе вписать новое имя в Хроники Единства? — Нина так удивилась, что даже остановилась. — Тебе же надевали браслет Связи с Вечностью, я знаю. Зайди снова в Атлас. Там есть…

— Я знаю. Хроники. Сейчас посмотрю.

Она меня заинтересовала. И судя по озабоченной мордашке, с моей нейротрансформацией могло пойти что-то не так.

В Хрониках, и правда, нашлось кое-что новенькое.

Для внесения в Хроники Единства, введите свое имя, Восходящий.

Ее тревоги были напрасны. Все нормально. Это я, поторопившись, не обратил внимания на новое системное сообщение.

Итак, имя. Тупо повторить свое земное? Норман Дан — не хуже и не лучше любого другого. Привычное. Набор звуков, словно пуповиной связывающее меня с оставшимся за спиной миром Утопии.

Нет! Я хотел разорвать эту связь. Теперь я житель бесконечного Единства, и пути назад не существует. А значит, мне требуется новое имя!

Серебряный… Так Нина меня назвала? На инглише — языке простых людей — преимущественно моно — из технополиса Авалон, это будет Сильвер… Что-то царапалось в памяти, какой-то реально существовавший человек с таким именем. Или персонаж какого-то фильма… Да и плевать. Я, есть я, а не какой-то древний мужик из истории земной цивилизации. Решено.

Сильвер. Зовите меня так.

В какой момент Нина взяла меня за руку? Не знаю. Как-то это выпало из памяти. Уже на пороге шатра, обнаружим ее тонкую ладошку в своей, изрядно удивился. Но ничего не сказал. У моей «пятницы» было право на такие вещи. Не будь ее рядом, кто знает, может, я сидел бы прикованным цепью к столбу возле логова изгоев, а не стал Восходящим, и, возможно вскоре — родственником патриарха.

Абди внутри не оказалось. Во всяком случае, оглянувшись, его не увидел. Нине же вообще было все равно. Она сразу потянула меня к разделяющим внутренне пространство ширмам.

— Вот, — торжественно выговорила она. — Смотри. Это изображение Великого Дерева Восхождения. Каждая его ветвь, видишь? — это один из Атрибутов. Посмотри, как оно ветвится, как его крона становится все больше и больше.

На искусно вышитых ветках, и правда, можно было разглядеть надписи. Пришлось напрячься, чтоб незнакомые еще знаки сложились в понятные слова. И начал я, естественно, с корней. С самого начала.

— Тело, Разум, Дух, — вслух прочел я.

— Да! — обрадовалась девушка. — Три великих корня. Основа основ. Нечего и думать о каких-то достижениях, если не развил корни до конца. Сколько звезд тебе осталось до бронзы? Пятнадцать? Больше?

— Пятнадцать, — согласился я.

— Это очень хорошо, — хлопнула ладошками Нина. — Я сразу знала, что ты силен. Всего пятнадцать мусорных рун, и ты перейдешь на бронзу.

— У меня есть руны Развития, — выдал я свой секрет. — Две. Бронзовые. Это хорошо?

— Отец легко превратит их в двадцать деревянных, — легкомысленно махнула рукой «пятница». — Он Же Мастер Рун. Для него это пустяк. Только, есть ли смысл. Потом тебе понадобится девяносто бронзовых, а они встречаются гораздо реже мусорных. Навыков у тебя сейчас тоже нет. Верно? Лишних пять деревянных рун Развития некуда будет деть. Будут просто место в Скрижали занимать, пока не получится обзавестись чем-то приличным.

— Девяносто? — пораженно воскликнул я. И провел пальцем по вышитым словам второго ряда. — Каждый по десять… Все верно. Девяносто… А дальше? На серебре? Двести семьдесят?

— Ага, — снова кивнула Нина. — А на золоте — еще в три раза больше. Понимаешь теперь пропасть между уровнями развития Восходящего?

— Умом понимаю, — слабо улыбнулся я. — Сердцем, пока нет.

— У вас на Земле ведь не было ничего подобного? — коварно улыбнулась девушка. — Потребуется время, чтоб осознать то, как сильно отличаются Восходящие от обычных людей.

— Пока не осознал, — признался я. — Эти Атрибуты… На что они влияют?

— О! — распахнула огромные глаза во всю ширь дочь патриарха. — Ты не знаешь! На все! Ты будешь становиться сильнее, выносливее, умнее. На тебя будет сложнее повлиять… Ты сам поймешь, когда начнешь вкладывать руны в звезды развития. Но настоящая сила Восходящего не только в Атрибутах.

— А в чем? В рунах?

— В рунах, — кивнула она. — В навыках и в Звездной Крови. Я много раз видела, как более развитый Восходящий проигрывал тому, у кого просто больше Звездной Крови.

— Ресурсы, — согласился я. — Это логично.

Мы еще около часа сидели на коврах возле ширмы с графическим изображением Дерева Восхождения. Я задавал вопросы, Нина отвечала. Но все больше я чувствовал, что девушка отделывается общими фразами. Расстроился даже немного, пока не понял, что иначе и быть не может. Они, аборигены Единства, живут в Системе с рождения. Их родственники, друзья и соседи — идут путем Восхождения. Нюансы пути постоянно обсуждаются и передаются из поколения в поколение. Понятно, что большая часть для меня непонятного, для них — в порядке вещей. Отображение чудес — обыденность. Волшебство — норма жизни.

Я же пытался их судить на основании обрывков данных. Исходя из захлестнувшего меня информационного шума. Я понимал существование Системы — тоже не сильно дружественной к пользователю — но пока так и принял ее в качестве образа жизни. И слова «наставницы» воспринимал как информацию, а не побуждение к действию.

Дух инженера во мне требовал полностью разобраться в схемах, чертежах и графиках, и только потом приступать к практическому применению. Авантюрист же — та моя часть, что однажды вытянула из тьмы беспросветной тоски, и безысходности — жаждал экспериментов. И я чувствовал, что большая часть вопросов отпадет сразу, как только испробую на себе мощь Системы.

— Сильвер, я… — осторожно начала Нина, когда поняла, что вопросов от меня больше не услышит. — Стигмат, который тебе…

— Я знаю, — улыбнулся я, и слегка сжал ее нежную ладонь. — Он принадлежал твоему брату.

— Ты… Кхр-кха-кха… Ты видел его? — неожиданно хрипло спросил Абди, прямо-таки врываясь в свой собственный шатер.

— Да, — слегка поклонился я. — Видел. Мы сражались. И так вышло, что он проиграл схватку. На прощанье, прежде чем исчезнуть, он подарил мне руну. Молнию.

— Да. Это была его любимая руна, — потемнел лицом патриарх. — Он что-то сказал?

— Там, где мы были, нельзя было слышать речь, — покачал я головой. — Но одно могу сказать: он ушел со спокойной душой.

Почему я солгал? А кто смог бы сказать отцу, что его сын — жалкий призрак, в которого я просто не поверил. Что у отпрыска не было и шанса причинить мне какой-либо вред?

В принципе, мог и правду рассказать. Только какой в этом смысл? Расстроить влиятельного туземца? Заполучить себе могучего врага? И ради чего? Только чтоб потешить чувство собственного величия?

— Хорошо, — расслабился дядька, и тяжело вздохнул. — Ты должен меня понять. Я не мог поступить иначе.

— Это я сразу понял, — легко согласился я. — И не виню вас.

— Отлично, — широко улыбнулся Хеттани. — Мы вскоре станем родственниками, и я бы, Незримый видит, не хотел, чтоб между нами осталась эта тень.

— Я тоже, — снова поклонился я. Пока мягкая рука Нины дремала в моих ладонях, идея женитьбы не вызывала отторжения.

— Вернулись разведчики, — другим уже тоном, поведал Абди. — Завтра торговый отряд выступает в поселение Народа Гор. Предлагаю тебе, мой будущий зять, место в этом отряде. Никаких особых проблем не ожидается, но они все же возможны. И такие экспедиции — отличный способ пополнить запас рун и Звездной Крови.

— И ядер зверей, — хихикнула Нина. — Я иду с ним.

— Ты остаешься, — твердо заявил патриарх. — Позволь твоему мужчине проявить себя. Твоя опека только повредит.

— Хорошо. Я пойду, — улыбнулся я во все зубы. — Но отряд торговый. Чем же мне торговать? Или я пока буду учиться?

Тут я узнал, как выглядят донельзя ошарашенные глаза аборигенов.

— Народ Гор отлично знаком с оружием землян, — подсказал, наконец, патриарх. — У тебя в запасах ведь оно еще осталось?

— Понял, — смутился я. — А то, что так и лежит у моей палатки. Оружие, доспехи… Что мне делать со всем этим?

— Я отдал это тебе, — пожал плечами Абди. — Делай со своим имуществом то, что считаешь нужным. Ступай. Готовься к походу. Позже я пришлю к тебе человека, который станет присматривать за тобой и животными в пути.

Я кивнул, улыбнулся Нине, и пошел домой. Со сборами действительно не нужно было тянуть. Тем более мне — дрянному путешественнику. За всю свою жизнь я и шага не ступил за пределы городов. Дорогу в Академию, обратно, а потом к месту сбора колонистов проекта «Космо» можно не считать. Транслокатор — это, как один шаг. Раз, и ты уже за тысячу километров от дома.

Теперь же все было иначе. Предстояло долгое странствие по диким местам. Да еще, если я правильно понял оговорку патриарха, в компании с вьючными животными. Значит, нужно было озаботиться подбором вещей первой необходимости. И, в идеале, оставить дома то, что в пути не пригодится.

Сразу выложил кейсы крипторов, занятые пласталью, и техкартами репликатора. А вот арсенал и боеприпасы решил взять с собой. Если эти дети Гор, или как их там, действительно знакомы с технологиями землян, возможно, получится обменять оружие на что-то более ценное.

Добавил себе напоминание: в дороге разузнать о ценах, и ценности тех вещей, которые местные племена могут предложить для обмена.

Трофейная, с изгоев, небольшая палатка. Котелок, набор посуды. Большая канистра с водой, сотня стандартных пайков, мачете, нож, запасная одежда, аптечка и диагност. Сканер-анализатор. Фонарь и горсть батареек. Теоретически, даже одной энергетической «таблетки» должно хватать, к примеру — ховеру, по меньшей мере, на год активного использования. В фонарике — вечность. Но все же — взял. Не на себе же нести. А запас карман не оттягивает.

О сохранности оставляемых в лагере вещей не беспокоился. Успел уже убедиться — здесь не воруют. Гора оружия и доспехов под открытым небом чуть ли не неделю лежит, ни единого болтика не пропало. Даже непоседливые и проказливые детки, прежде чем воспользоваться моими кружками, разрешения спрашивают. Вот где общество абсолютной честности и правильного воспитания, а не в Утопии, которая вовсе не утопия.

Дареное барахло тоже по крипторам распихал. Был у меня небольшой запас по объему, да весь вышел. Надеялся продать лишнее, раз караванщиков трофеи с изгоев не заинтересовали.

Думал, ко мне придет человек, назначенный меня опекать в походе. А пришел сам патриарх. Сел в кресло, откинулся на спинку, улыбнулся и сказал:

— А удобно. Но стол все же высоковат. Тому, кому не хватит сидений, не сможет присоединиться к трапезе.

— Так и задумано, — хмыкнул я. — На Земле не принято садиться к столу, если тебя не приглашали.

— А как же гостеприимство? — удивился Абди.

— Хозяин должен обеспечить комфорт гостя, — кивнул я. — Но если гость незваный, к столу его не позовут.

— У каждого народа свои традиции, — огладил бородку патриарх. — Народ Каравана уважает их все. Без этого торговля не будет выгодной.

И я понял, на что Хеттани намекает. Он хотел, чтоб я попросил. Вокруг, вроде, никого кроме нас не было видно, но я и не претендую на всезнание. В мире магии возможно все.

— Мне доводилось торговать раньше, — начал я, решив заметить намек. — Но я совершенно не ориентируюсь в товарах и ценах здесь, в Единстве. Как мне научиться?

— Руны могут очень многое, — после минутных раздумий выговорил, наконец, Мастер Рун. — Но далеко не все. Действительно успешным торговца делает талант. Тебе понятно это слово?

Я кивнул.

— Хорошо… Видеть возможность там, где другие не видят. Просчитывать варианты. Изобретать цепочки обмена. Покупать что-то в убыток, чтоб потом обратить это в сверхприбыль. Ты играешь в Сферы?

— Простите? — не понял я. — Вы сказали «Сферы»? Что это?

— Это игра весьма распространена в Единстве. Это сплав стратегии и тактики. Умение просчитать соперника, ввести в заблуждение и привести собственную фракцию к победе. Я тебя научу. Потом.

— С удовольствием попробую, — улыбнулся я.

— Еще эта игра учит полагаться только на те силы, которые есть здесь и сейчас. Применительно к нашему случаю, у тебя есть человек… весьма расположенный к тебе человек, добившийся определенных успехов в изготовлении рун. Подумай, и скажи, что именно ты хотел бы сейчас получить? Руна Развития? Заклинания? Навыки?

Ух ты! К нам приехал Санта Клаус? И готов раздавать подарки?

Мне нужно было хорошенько подумать. Я был уверен, что этот аттракцион невиданной щедрости — единичная акция. Не зря же он сказал: «полагаться на то, что есть здесь и сейчас». Он хотел дать мне толчок к развитию, но направление я должен был выбрать сам.

В итоге, я озвучил проблему, получил совет, узнал о существовании универсальной денежной единице Единства — Звездной Монете — и увидел процесс изготовления рун. Ну и получил в свою Скрижаль свеженькие, только что созданные глифы.

И моя, спящая в запасе, Руна Рунное Мастерство, стала еще долее привлекательной. Возможность делать практически из ничего, что-то очень ценное, меня несказанно привлекала.

Две новые Руны Навыка были, конечно же, деревянного качества. Абди мог сделать их и бронзовыми, или даже серебряными, но тогда мне пришлось бы ждать неопределенное время, пока Атрибуты не подтянутся под требования. Мусорные же я мог использовать сразу. Что я, плюнув на безвозвратно потраченные двенадцать капель Звездной Крови, и проделал. И обзавелся двумя важнейшими для торговца навыками:

навык Торговли (дерево) (3/10),

навык Оценки Товаров (дерево) (2/10).

— У тебя вместимость Скрижали пока только шестнадцать, — заявил Абди, прежде чем уйти. — И совсем нет рунного Хранилища. Для торговца это важно. Постарайся восполнить эти пробелы как можно быстрее.

— Тридцать два, вообще-то, — автоматически поправил я патриарха.

— Что?

— Вместимость — тридцать два. И у меня есть криптор. Это экстрамерное хранилище землян.

— Я знаю, что это, — надул щеки Хеттани. — Скрижаль… Должно быть Незримый внимательно следит за тобой, раз Скрижаль моего сына присоединилась к твоей. Оттуда же и Звездная Кровь. Я прав?

— Я не знаю, — честно признался я. — Когда очнулся, у меня было двадцать три капли.

— Ну да, — покивал патриарх. — А я-то удивлялся, откуда у дерева взялось больше одной капли…

Потом он еще похлопал ладонями по подлокотникам кресла, выслушал слова благодарности за помощь, и, заложив руки за спину, величественно удалился. А я мог, наконец, вдоволь наиграться новыми игрушками.

И как я сразу не нашел раздел в Атласе, содержащий информацию об универсальной валюте?! Он же прямо на виду! Прямо рядом с еще одним пропущенным параметром — Славой.

О Славе мне Нина уже рассказала. Оказывается, заработать ее достаточно сложно. Основной источник — квесты Наблюдателя или Храма Вечности — как бы намекает, что уровень Славы прямо завязан на лояльность Системе. Девушка очень удивилась, когда я прямо спросил — для какой цели это Восхождение вообще создавалось. Но попробовала объяснить. Сказочные, на мой взгляд, вещи. Будто бы, когда-то давным-давно внешний корпус дайсон-сферы был пробит инопланетным азур-чудовищем, и в технические горизонты смогли пробраться его порождения. Конечно же, это было воплощенное Зло, и весь смысл их существования — уничтожение Жизни внутри Сферы.

Этакая хтоническая легенда получалась. С одним только нюансом — Шеннар Хеттани, старший брат Нины, как раз и погиб в сражении с червями — низшей формой вторженцев.

По логике жанра, один из Великих Героев прошлого, распылил самого себя, наполнив внутреннее пространство Единства Звездной Кровью. После чего, в Небесном Троне — расположенном, кстати, точно в центре висящей над головой Черной Дыры — был образован Храм Вечности, а на поверхности обитаемой сферы появились первые стигматы, делающие людей Восходящими. И все это только для того, чтоб подготовить население к бесконечной войне с хтоническими проявлениями.

Получается, Слава — это индикатор успешности каждого солдата Единства?

Но нет. Славу можно было получить и просто потому, что твои действия одобряются окружающими. Помог кому-то, защитил, спас — за все последует воздаяние в виде Славы.

При наборе определенного количества очков, появлялся титул. Дающий некоторые преференции по доверию при общении с другими Восходящими. Ну и уважение, естественно. Абди, к примеру, таан. Это всего на уровень меньше рикса — вождя племени или народа. Так что отец у Нины — известный и уважаемый мужик.

Монеты тоже, по большей части, достаются после выполнения заданий. Но, в отличие от Славы, могут свободно передаваться между людьми. То есть, служить действительно универсальным платежным средством по всем территориям Единства. Ну и неким эталоном, к которому привязаны стоимости всех товаров и услуг.

Так вот. Оба моих новых навыка напрямую связаны с этой глобальной финансовой системой. Оценка Товаров добавляет к информации о любой вещи стоимость ее покупки и вероятную цену продажи. А Торговля, кроме того, что, на бронзовом уровне, позволяет торговать рунами в виртуальном магазине, так еще и оценивает вероятность продажи товара, в зависимости от выставляемой цены. Этакий калькулятор прагматичности, счетчик жадности и советник по основам спекуляции в одном флаконе.

Первое, что узнал, когда торговый отряд, наконец, выдвинулся: животные меня слегка пугают. Что большие, лохматые и рогатые быки, которых тут называли — тауро. Что ездовые ящеры, именуемые кархи. Последние так и вовсе. Зубастые, покрытые перьями уменьшенные версии знаменитых тираннозавров, вызывали настоящий страх. А ну как укусит? Одного куся хватит, чтоб отправить незадачливого землянина в Вечность. Или, куда там должны отправляться души Восходящих?

Тауро, которые быки, использовали и в качестве ездовых, и как вьючных. Твари это неторопливые, и достаточно меланхоличные, чтоб, рано или поздно, к ним можно привыкнуть. Динозавры же — нет. Резкие, порывистые, и секунды не способные постоять неподвижно на одном месте — настоящее воплощение хаоса. С этими я даже рядом не хотел находиться.

В общем, позабавил караванщиков свой зоофобией. Обидных шуток, впрочем, не услышал. Относились ко мне, скорее, как к чудаковатому иноземцу, чем как к ни на что не способному придурку. И не поспоришь. Примерно так я и сам себя чувствовал.

Ехать на тауро верхом тоже не получилось. По шкуре могучего животного постоянно проходила как бы волна. Со стороны головы раздавались всякие, пугающие звуки, а мерное покачивание вызывало тошноту.

Еще и сидеть было неудобно. Спина этой твари шириной в полтора метра. И либо ты растягиваешь ноги практически в шпагат, либо поджимаешь под себя, будто на корточках. Жуть. Полчаса помучался, и спустился на землю. Пешком как-то привычнее. Тем более что двигался отряд очень и очень неспешно. Примерно со скоростью пешехода.

Я основной караван имею в виду. Охрана — парни на тех самых кархах — постоянно шныряли то справа, то слева от нас. Неожиданно выскакивали из кустов, проносились рядом — буквально, в двух шагах. Наездники смеялись, советовали не переживать из-за пустяков, и тут же исчезали в окружающей растительности. Развлекались, в общем.

Назначенный мне в няньки караванщик по имени Табаллатт пешком идти отказался. Ему и ехалось вполне нормально. И ноги не затекали, и быки его не пугали. Больше того! Этот человек еще и приговаривать что-то успевал, и поглаживать толстенную шкуру своего «скакуна».

Высокий, даже я, со своими два — ноль пять, рядом с ним не казался каланчой. Худой, и с длинными руками, Табаллатт здорово отличался от других, гораздо более гармонично сложенных представителей народа Каравана. Да и лицо… Уродом он не был. Здесь, в Единстве, вообще живут на удивление красивые люди. И все же — он был не таким, как все. Глаза еще — большие, карие, и с опущенными вниз внешними уголками. Как-то довелось мне увидеть репродукции знаменитых и очень-очень древних икон. Так вот, их будто с Табаллатта срисовывали.

Коммуникабельность у моего временного наставника тоже была избирательной. Он охотно разговаривал с бессловесными тварями, а мои вопросы, по большей части, просто игнорировал. Такой вот человек — загадка.

Первый час нашего общения меня его манеры просто бесили. Не раз ловил себя на мысли, что хочется сказать Табаллатту какую-нибудь гадость. Потом плюнул. Решил, что я, по какой-то причине, ему не сильно нравлюсь. Оно и понятно. Что я Звездная Монета, чтоб всем нравиться?

Благо, альтернатив было сколько угодно. В экспедицию отправилось около двух десятков торговцев. Плюс, целое копье из десяти наездников на динозаврах. Все они дано друг друга знали, а вот я был новичком, предметом обсуждений и просто интересным персонажем. Нужно ли удивляться тому, что любой и каждый в отряде был не прочь перекинуться со мной парой слов.

Открыл страшную тайну: если не только задавать вопросы, а еще и самому отвечать на те, что задают, общение идет более продуктивно. Бывали случаи, когда караванщики специально слазали со своих насестов на спинах громадных быков, чтоб пройтись со мной рядом и побеседовать.

Удалось выяснить, например, что основным товаром Народа Гор, к которым в гости мы и направлялись, являются чудесные минералы. А если точнее, то три их разновидности: хладокамень, светокамень и взрыв-камень.

Первый, как не трудно догадаться — это некое природное ископаемое, имеющее постоянную отрицательную температуру. Как такое вообще возможно, и на чем основана физика процесса, никто мне объяснить не мог. Да я, признаться, и не спрашивал. Не был уверен, что этим людям вообще известен термин «физика».

Варианты использования хладокамня — тоже не великая тайна. С его помощью, аборигены изготавливали холодильники и кондиционеры. В условиях жаркого климата — вещи совершенно необходимые.

Светокамень — излучает свет. Я, как только это услышал, сразу поинтересовался — не становится ли человеку плохо, после долгого взаимодействия с этим минералом? Логичным же было предположить, что природа свечения, вызвана радиоактивностью. Но, нет. Камни использовались буквально повсеместно, и никто пока от этого не заболел.

Я только плечами пожал. Удивительно, фантастично, но не чуднее колоссального игг-древа, освещающего и обогревающего огромные территории.

Взрыв-камень сочетал в себе сразу два полезных свойства. Во-первых, он тупо взрывался. То есть, если его бросить, и он потеряет, так сказать, свою целостность, то произойдет взрывное выделение энергии. Некоторые химические соединения ведут себя точно так же, и ничего странного тут я не увидел.

А вот, во-вторых, если минерал измельчить, то на этом порошке можно готовить, как на плите. Этот огненный песок выделяет ровный, контролируемый количеством, жар. Удобно. Особенно для открытых равнин, в которых системный дефицит горючих материалов. Тот же банальный уголь справился бы не хуже, но, как я понял, с окаменевшими останками доисторических деревьев в Единстве никто знаком не был. Как, кстати, и с нефтью.

Было по дороге и еще одно открытие. Караванщики охотно рассказывали о видах и свойствах попадавшихся по пути растений. Мол, вон те ягоды съедобны, а вон те нужно есть, если заболел. Этот вот куст и сам может тебя съесть, а из сока того смешного пузатого дерева делают пластик…

Боги! Только так до меня дошло, что это искусственно созданный мир! Все, что я видел, все что только предстояло увидеть — плод усилий гениальных инженеров и биоскульпторов. Гениальных, но все же — людей. И создающих мир для людей.

Все здесь, в Единстве, было изначально предназначено лишь для одного: для удобства и пользы человечеству. Сфера Дайсона изготовлена в качестве Эдема. Почти бесконечного волшебного сада, в котором все — каждый камешек, веточка или травинка — несет свой смысл и предназначение.

Что-то меня этой мыслью так придавило, что до вечера, когда отряд не начал останавливаться и готовиться к ночлегу, я промолчал, погрузившись в раздумья. А потом бивуачная суета растормошила, отвлекла. Помогла плюнуть на окружающие следы невероятного, и заняться общественно полезным делом.

Помог парням приволочь от близлежащего ручья большущие бурдюки с водой. Потом меня отправили за дровами. Хотели еще топор вручить, но я извлек мачете из криптора, и отказался. Сомневался, что у их инструмента имелась такая же, молекулярная, заточка, что у моего.

— Эй, Сильвер, — крикнул мне в спину один из молодых воинов. — Копейника только не набери. Он не горит!

И засмеялся. Я тоже поддержал. Успел уже убедиться — это дерево действительно не поддается огню. Зато отлично плавает и легко срубается. Идеальный материал для строительства и ремесел.

Помахал советчику рукой, и шагнул в древесную тень.

Опасных растительных монстров рядом с лагерем быть не должно. Вряд ли бы их пропустили разведчики, и не оповестили об опасности. Зверей — тоже. Наш отряд такой шум издавал, что всех адекватных тварей в радиусе километра распугал. Но я все равно оглядывался. Глупо бы вышло, если бы попался на коготь какого-нибудь животного.

Сухих веток хватало. Сначала тащил их в руках, потом догадался скрутить веревкой. Экзоскелет «Гардиана» позволяет перемещать достаточно много, надорваться я не боялся.

— Эй, — тихо проговорил куст за спиной, когда я нагнулся, чтоб взгромоздить «добычу» на спину. Говорили на глобише. — Не бойся. Не тронем. Мы по делу.

— Ну? — ответил я, и сел на связку хвороста. — Чего хотел?

Мог притвориться, что не понимаю земной язык, но не стал. «Гардиан» и круглые ушки как бы сами за себя говорили.

Собеседник пошевелился в кустах, и я смог зацепиться за него взглядом. А дальше уже Система подключилась:

Восходящий Штайнеманн

Народ: Изгой

Ранг: бронза

Титул: ювейн

Содержит Звездную Кровь

Изгой! Я пока еще не особо четко понимал, что именно это значит. И все ли изгои разбойники. Те, кого я минами подорвал — однозначно бандитами были. Этот же пока мне ничего плохого не сделал.

— Броня новенькая, — прищелкнул языком изгой. — Недавно с «Хельги»?

— Месяца еще не прошло, — кивнул я. Зачем было скрывать очевидное? Тем более что незнание местных раскладов, мне даже в плюс. Спишется на неопытность.

— Месяц, — протянул Штайнеманн. — Я уже стал забывать эти слова. Неделя, месяц…

— А ты давно здесь? — поинтересовался я.

— Восемь сезонов. Давно. Уже кажется, что всю жизнь. Иногда кажется, что Земля — это просто сон. Ты уже все вспомнил? После заморозки многие память теряют.

— Да, — лаконично ответил я. О существовании такого эффекта после гибернации я знал. Но на себе не испытывал. Заморозка, как изгой выразился, на меня никак не повлияла.

— Правая. Это протез?

— Он самый.

— Ты так и свалился с ним? — мне показалось, изгой удивился.

— Ну да. В чем проблема?

— Ты первый, — хмыкнул тот. — Слышал, у кого раньше, до «Космо», конечностей не хватало, в Единство уже полноценными попадают.

— Значит, я особенный.

— Ага. Избранный. Тридцати древодней не прошло, а ты уже стигмат получил. Спишь с дочерью патриарха Каравана?

— Как догадался? — скривился я.

— Молодец, — совершенно серьезно похвалил меня Штайнеманн. — Далеко пойдешь.

— Я работаю над этим. Ты чего хотел-то?

Как ни странно, но я этого человека совершенно не боялся. Не возникло даже мысли снять автомат с креплений на спине, или Скрижаль вызвать. Это я знал, что у меня всего пять капель Звездной Крови в запасе, и что я все равно ничего сделать не могу. Он-то о том не ведал. Но, нет. Никакой угрозы я от изгоя не ощущал.

— Вы же к Людям Гор идете? Ты не подумай, будто я вызнать ваш маршрут хочу. Просто тут больше нет других дорог.

— Да. К Людям Гор. А нападать ты все равно не станешь. Ты же не сумасшедший Караван атаковать. Одни ваши уже попробовали…

— Они не наши, — угрюмо отозвался изгой. — Они сами по себе. Свои собственные… Ты скажи там начальству: как до болот дойдете, там фрогги. Запомнил? Горцы реки отвернули. Болота осушают, и торф добывать начали. А лягухи бесятся.

— Передам, — кивнул я. — Спасибо за предупреждение.

Я понятия не имел, что это за страшные чудища — фрогги. Но раз изгой решился о них сообщить, значит, это не могло быть не важным.

— Мы торговать хотим, — наконец, перешел земляк к сути своего явления. — У нас есть кое-что на продажу. Добыча. Не ворованное, не награбленное. Понял?

— Понял, — снова кивнул я. — Торговать — это хорошо. Только продать, или что-то купить тоже?

— Боеприпасы есть? Магазины к «Суворову»? Батарейки? Еще специи, если у тебя они еще остались. Есть?

— Найду, — улыбнулся я. — Немного.

— Хорошо, — расслабился Штайнеманн. — Обратно пойдете, мы вас ждать будем. Там где у вас лагерь сейчас. Там и подождем. Запомнил? Нас четверо будет. Мы только торговать. Никакого беспредела. Договорились?

— Я передам, — согласился я. — А решать старшим. Лично я — не против.

— Я запомнил тебя, Сильвер, — прошептал куст, в котором медленно растворялся силуэт изгоя. — Помоги нам, и, может быть, однажды я помогу тебе.

— Договорились, — усмехнулся я, и взвалил на спину здоровенную связку хвороста. — Встретимся на обратном пути.

В лагере меня потеряли, и уже хотели идти искать. Но даже оправдываться не пришлось. Гора сухих веток, которую я приволок, объяснила сама за себя. Свалил дрова возле черного пятна, окруженного камнями — поляна была популярным местом ночевок, и пошел искать старшего.

Торговым главой экспедиции у нас был Эо Азизи. Невысокий, упитанный эльф с румяными щечками, проплешиной на голове и веселыми, сверкающими глазами. Естественно, голубыми.

А еще, наш походный командир постоянно улыбался. Даже пока меня слушал, сменил несколько видов улыбок, от ухмылки половиной рта, до оскала с тридцать зубов. Я, кстати, говорил, что у аборигенов напрочь отсутствуют клыки? Обычно этого не замечаешь. А вот если собеседник прямо-таки выставляет всю «витрину» напоказ, сразу видно.

— После ужина обсудим, — сжал Эо губы в тонкую ниточку, и выдал очередной вариант улыбки. — Он не говорил, сколько там лягушат? Это ваал, или фрогги осмысленные действия совершают?

— Не говорил, — припомнил я. — А что такое ваал?

— Вроде коллективного безумия, — отмахнулся старший.

— А фрогги — это что такое?

— Враг, — пожал плечами Эо. — Владыки Кел их специально создали, чтоб людям спокойно не жилось.

Такие вот они, эти туземцы. Так отвечают, что у меня вопросов еще больше появляется. Впрочем, о народе Кел мне уже Нина рассказывала. Уверяла, что именно они первыми заселили Единство. Потом уже Кел создали всех остальных, младших, как помощников в вечной войне с Червями. Но о расах Врагов, девушка не говорила ни единого слова.

Нас было не настолько много, чтоб не хватило одного большущего котла, чтоб всех накормить. Потом емкость быстренько почистили от остатков, вновь наполнили водой, и пристроили на огонь. Традиция пить чай на ночь вечна.

Воины распределили дежурства и разошлись. Кто-то отправился во тьму — сторожить. Остальные расползлись по палаткам. Торговцы же расположились у костра. Эо уже успел проанонсировать важное заявление. Слава Богам, не выдал источник своих сведений. Прослыть другом изгоев в народе Каравана что-то совсем не хотелось.

— У нас два варианта, — кратко пересказав добытые мною сведения, подвел итог командир. — Мы можем сделать крюк. Обойти засаду лягушат. Дорога увеличится на день пути, но мы избежим опасности. Сведений мало. Мы не знаем — сколько Врага, и насколько решительно они настроены. Или мы можем продолжить идти этим маршрутом, сразиться с фроггами, и получить еще немного Звездной Крови и трофеев.

Караванщик, руководивший охраной экспедиции, первым высказался за бой. К моему удивлению, возражений почти не было. Торговцы даже энтузиазмом преисполнились. Словно завтра нас всех ждало не кровавая бойня, а поход в магазин. Ожидаемо единогласно проголосовали за битву.

— А изгои? — спросил я напоследок.

— А что изгои? — вскинул брови и улыбнулся командир.

— Мы будем с ними торговать?

— Ну мы же торговцы, — развел тот руками. — Мы должны торговать. А то, что какой-то местный народ счел этих людей лишними, и изгнал и своих поселений, нас не касается. Нам они ничего плохого не сделали.

Я кивнул и улыбнулся в ответ. И выдохнул. Почему-то для меня было важно, чтоб торг с изгоями состоялся. А может, просто соскучился по глобишу.

Ну и мерзкие же твари, эти фрогги!

И действительно, похожие на вставших на задние лапы лягушек. Еще — на сказочных тритонов или мурлоков из фэнтезийных игр. Такие же полуразумные… Или предразумные, судя по примитивным орудиям в лапах. У некоторых еще и что-то подобное на доспехи из древесной коры имелось. А отдельные особи щеголяли все обвешанные перьями, ремешками и раковинами. Смотрелось экзотично. Но совсем не страшно.

Хотя, их было действительно много. По меньшей мере, несколько сотен. И это только тех, которых было видно с дороги.

Задание Наблюдателя Единства

Восходящий! Уничтожайте фроггов, представляющих опасность для Народов Единства. Уничтожать следует особей следующих видов: фрогг, измененный фрогг, фрогг-шаман.

Награда: Слава

Награда: Звездная Монета

Награда: Руна (бронза)

Отозвалась Система.

— Задание получил? — осведомился улыбчивый Эо. — Это общее для всех. Должно быть еще для тебя лично.

Задание Наблюдателя Единства

Восходящий! Фрогги угрожают народам Единства. Уничтожайте фроггов везде, где найдете, и вы будете щедро вознаграждены!

0/10

Награда: Руна (дерево)

Прислушалась Система к мнению нашего походного атамана.

— В некоторых из них есть Звездная Кровь, — продолжил поучать Эо. — Но в большинстве, ее нет. Против таких ваше, земное оружие, будет весьма кстати.

О приближении орды тварей, разведчики сообщили уже с полчаса назад. Мы успели и животных в сторонку отвести, и какое-то подобие строя выстроить.

— Держи свой ножик наготове, — засмеялся капитан воинов охраны, проезжая мимо. Мы все понимали, без нашей поддержки, его десяток битву не выиграют. А вот выручить, усилить какое-нибудь наиболее опасное направление — очень даже. В общем, по плану, наша «кавалерия» отводилась в резерв.

— Как далеко летят снаряды из твоего… вот этого? — прищурился, продолжая скалиться половинкой рта, Эо.

— Шагов на пятьсот, — кивнул я, баюкая в руках «Суворов». И досадуя, что не догадался прихватить с собой в поход что-нибудь помощнее. Что-нибудь плазменно-импульсное.

— Нормально, — обрадовался торговец. — Тогда вступаешь сразу после команды. У нас тоже найдется, чем их встретить.

Конечно же, ни о какой унификации вооружения у караванщиков и речи не шло. Кто-то приготовил лук со стрелами, другие — устрашающего вида и калибра барабанные пороховые ружья. Третьи — и вовсе нечто футуристическое. Но большинство, просто активировало Скрижали.

Я и раньше знал, что все мужчины народа Каравана, от шестнадцати и старше, Восходящие. Для небольшого сообщества, родом деятельности избравшего непрестанный Путь по опасному Единству, это было в порядке вещей. Неожиданным было качество развития этих, с виду мирных, людей. Почти у всех, кроме серебряных Эо и командира охраны, рунные круги отблескивали бронзой. Один я, со своим деревом, выглядел, как бедный родственник.

Зато у меня был «Суворов» и неприлично огромный запас боеприпасов, а у фроггов этого всего не было. И когда, после разрешения начальства, я таки начал стрелять, лягушки очень пожалели, что решились напасть на малый караван.

Думаю, десяток криворуких новобранцев, вооруженных автоматами, и один Восходящий серебряного ранга, разогнали бы все это земноводное воинство за полчаса. Вот только никто не ставил себе целью просто отбить нападение. О, нет! Караванщики целенаправленно явились убивать мерзких тварей «угрожающих народам Единства». Потому что некоторые из фроггов определялись системой, как:

Измененный Фрогг

Содержит Звездную Кровь

Звездная Кровь! Которая, если верить старикашке Багу, самое ценное, что есть в Единстве. Ну и «подарки» от неведомого Наблюдателя со счетов нельзя сбрасывать. Новые руны, монеты и Слава в обмен на жизни нескольких десятков отвратительных существ? Легко!

В общем, никаких сомнений я не испытывал. Враг представлялся мне достойным геноцида, а плюсы полностью перевешивали минусы. Пустые оболочки магазинов к автомату падали на землю один за другим. Пули легко рвали зыбкие тела тварей, Кровь, какая-то блеклая жижа и осколки костей летели фонтанами. Я и сам не придумал бы лучшей демонстрации мощи земного оружия.

Счетчик поверженных врагов за несколько минут заполнил требования задания Наблюдателя. И тот тут же обновил пределы, соответственно увеличив награду.

Задание Наблюдателя Единства

Восходящий! Фрогги угрожают народам Единства. Уничтожайте фроггов везде, где найдете, и вы будете щедро вознаграждены!

10/500

Награда: Руна (бронза)

Имел возможность сделать паузу и прочитать. Справа гулко бахала ручная мортира, выплевывая в воздух целые облака вонючего дыма, и струи разогнанных до нормальных скоростей металлических шариков. Слева тихо попискивала футуристичная винтовка, с каждой нотой выпуская в сторону лягушек росчерки разогретой плазмы. А дальше, тренькали тетивой еще с десяток озаботившихся дистанционным оружием караванщиков.

Что-то и в нашу сторону летело. Стрелки из духовых трубок, копья. Разукрашенные перьями чудища кидались плевками яда, сосульками или сгустками огня. Да только без толку. Дистанция была такова, что до нас все это не долетало.

Я мог непрерывно стрелять еще пару лет. Подозреваю, что и мои партнеры по «тиру» — тоже довольно долго. Но остальным, не участвующим в дальнобойном уничтожении угрозы, торговцам тоже хотелось поучаствовать. Естественно, кончилось это тем, что нетерпение победило, и мирные караванщики, ощетинившись активированными Скрижалями и холодным оружием, кинулись в контратаку.

Избиение неразумных тварей сразу сильно ослабло. Я так точно, стал целиться лучше, опасаясь задеть своих. Ну и, что всегда бывает, когда сосредоточишься на чем-то одном, и перестаешь видеть ближнее окружение, наступил момент, когда и мне пришлось доставать мачете из криптора.

От первого наскока матерого, прикрытого деревянной броней, фрогга, меня спас Эо. Просто на пути копья с наконечником — отлично его рассмотрел — из кости, вдруг возникла плотная, непробиваемая воздушная линза. Мигнула, и пропала. Но момент уже был упущен. Теперь я уже отвлекся от прицельной планки, и взял в руки свой «меч».

В детстве, когда представлял себя на месте какого-нибудь рыцаря из фильмов или книг, и подумать не мог, насколько это средневековое оружие грязное. В смысле, сколько всякой мерзости летит с клинка, когда противник, например, лишается головы. Шлем я, по глупости, не надел, так что успел «насладиться» душем из крови в полной мере.

Никакому фехтованию никто меня никогда не учил. Весь мой опыт боя на холодном оружии заключался в просмотре батальных сцен в кино. Но что-то изобразить все-таки пришлось. Выручала броня. Там, где другого уже проткнули бы пять раз, я умудрялся выходить без единой царапины. Ну какая кость может справиться с композитом и пласталью?! У лягушек не было и шанса.

Рубил лапы и головы, отмахивался от копий, пинал ногами и бил руками. Двигался, конечно. Смотреть по сторонам особо и некогда было. Одна противная рожа сменялась другой, а другая третьей. Я уже и разглядывать их перестал, сосредоточившись на суровом мясницком труде.

И тут вдруг, отмахнувшись от очередной рожи клинком, обнаружил себя перед здоровенным — выше меня на две головы — фроггом.

Измененный Фрог-Вождь

Содержит Звездную Кровь

Торопливо пояснила Система. Ну, то, что это существо не простое, и без того было понятно. Украшения всякие, доспехи, и рост, как бы говорили сами за себя. А еще, у этого вождя в лапах имелся светящийся голубым ореолом меч. Классический такой полуторник, будто только-только с экрана кино о средневековых рыцарях.

И вот тут у меня внутри как-то все поджалось. Испугался? Да, испугался. И на то имелись причины. Во-первых, Единство — мир волшебный, и если холодное оружие поблескивает посторонней иллюминацией, значит, оно простым быть не может. А проверять — выдержит ли композитная броня «Гардиана» зачарованную сталь, что-то совсем не хотелось.

Во-вторых, я отлично помнил пояснения Нины. О том, как развитые Атрибуты влияют на тело Восходящего. И если эта тварь отожралась до таких вот, неприличных, размеров, значит, с Крови в ней под крышечку. Ну, даже если и поменьше, то все равно больше чем во мне на мусорном ранге.

В общем, было страшно. И это чувство только усилилось, когда очередь из «Суворова» срикошетила от проявившегося вокруг вождя призрачного щита, и расплескала окрестные болотные хляби. Плевать хотела эта лягушка — переросток на земные технологии и мощь огнестрельного оружия!

Стрелять я не перестал. Потому что между мной и этим ужасным мечем оставался только верный «Суворов», и автомат врага хоть как-то сдерживал.

Мозги вскипели, в попытках выдумать решение проблемы. Как-то же таких монстров убивают!? Ведь не могли же ушлые торговцы ввязаться в драку, не имея способов грохнуть такую продвинутую зверюшку!

Продвинутую! Граната второго, продвинутого поколения! Плазма!

Таких в моих запасах было всего четыре. Ценное имущество! Продавать их я не собирался. Последний аргумент и самому мог пригодиться. Вернее, уже пригодился.

Вжать активатор, выдернуть кольцо. Бросить черное «яйцо» под ноги проклятой твари, крепко зажмуриться. Плазменные гранаты взрываются без характерного, для этого типа оружия, грохота. Хлопок, яростное, но недолгое, гудение Адского огня, и результат: вождь был еще жив.

Без нижних конечностей и одной верхней лапы. Кожа обгорелая, глазищи мутные. Но он жил, и даже булькал что-то, пуская пузыри из пасти. Не знаю, могут ли фрогги говорить на человеческом языке. И уже не узнаю. Вокруг сражение было: грохот заклинаний и выстрелов, вопли, победные возгласы и стоны. Если вождь что-то и пытался выговорить, то время и место выбрал не подходящее. Я его просто не расслышал.

А еще, даже такого — в виде обрубка — боялся. Поэтому заторопился решить вопрос окончательно. Прыгнул вперед, наступил рифленой подошвой на запястье сохранившейся лапы — той, в которой он все еще оружие сжимал — и рубанул мачете по шее. С первого удара полностью обезглавить врага не получилось, но я снова и снова рубил эту неподатливую плоть, пока башка не свалилась в болотную грязь.

Такой вот я доблестный воин оказался. Чуть от страха не помер.

А потом над телом вождя загорелись огоньки. Какие-то светящиеся знаки, вроде того, что я из собственного бреда в кулаке вынес. А! И сияние меча пропало.

Оружие хотел сразу прибрать в криптор, а он, гад такой, растаял прямо у меня в ладонях. И значки, висящие над телом — тоже. Я их, как светлячков ловил. Сжимал кулак, а они исчезали, едва касались кожи. Расстроился даже, и на сообщения Системы не смотрел. Она регулярно мне статистику героического геноцида выдавала, устал уже лишнее из поля зрения выкидывать.

Перезарядил автомат свежим магазином, и поковылял помогать своим. Битва как-то притихла. Фроггов разделили на небольшие кучки, и успешно добивали. В принципе, моего участия не требовалось, но не сидеть же, сложа руки, пока другие работают!

Время не засекал. Поэтому не скажу — как долго бой шел. По ощущениям, часа два. Я устал так, будто полдня тяжести таскал. И еще — здорово удивился, обнаружив, что куда-то делось больше трех десятков магазинов. В стандартном ящике их ровно пятьдесят. Осталось семнадцать. Куда я дел остальное? Неужели почти тысячу выстрелов сделал?!

Задание Наблюдателя Единства

Восходящий! Фрогги угрожают народам Единства. Уничтожайте фроггов везде, где найдете, и вы будете щедро вознаграждены!

412/500

Награда: Руна (бронза)

Как бы намекали, что результативность моей пальбы удручающе низка. Что каждый второй выстрел был лишним. Хотя соратники, кстати, имели другое мнение.

— А ты молодец, Сильвер, — хлопнул меня по плечу низкорослый Эо, и ободряюще улыбнулся. — Считай, в одиночку простецов отсек. Если бы мы еще и на них Кровь тратили, могли и не справиться.

— Да ладно, — не поверил я. — Три десятка могучих караванщиков? Против толпы голожопых дикарей? Никогда не поверю.

— А-ха-ха! — обрадовался командир. — Отлично сказано! Крови много потратил? Мы тебе оставили три трупа. Собирай. Вечером, за ужином, обменяемся рунами, если нужно будет.

Пассаж о трупах я не очень понял, и, видимо, у меня это недоумение на лице проявилось. Потому что Эо буквально взял меня за руку, и отвел к дохлым фроггам, над которыми все еще поблескивали характерные светлячки со знаками.

— Просто прикоснись, — посоветовал старший, и ушел, отвлеченный вопросом кого-то из караванщиков собирающих трофеи. А до меня только тогда дошло, каким именно образом Восходящие пополняют запасы Звездной Крови, когда глифы и с этих трех трупов растворились у меня в ладони.

Естественно, заторопился заглянуть в Скрижаль, чтоб убедиться в правдивости догадки. Ну и, собственно, убедился.

46/46 — значилось на счетчике «топлива» для заклинаний. А было-то всего пять из пяти! Сорок одна за простой, в общем-то, бой! Где бы еще сотню — другую фроггов наловить?!

В руном кругу тоже было пополнение. Первой обратила внимание на себя странная. Я такую раньше не встречал. Я много каких еще не встречал, но эта сильно выделялась.

Пустая (нулевая) Руна (дерево) — пять экземпляров. В том смысле, что пять штук рун содержалось в одном отсеке. Стеке. Удобно, нечего сказать.

Руна Развития (бронза) — этой не удивился. Старая знакомая. Деревянной я бы больше обрадовался, но и эта пригодится. Со временем.

Меч Стужи

Руна-предмет

Качество: бронза

Активация: 6 капель Звездной Крови

Остро отточенный клинок, способный не только рубить и колоть, но и замораживать противника.

Время действия: нет

Время перезарядки: 30 минут

Ого! Вот что было в лапах того лягуха! Не зря я его опасался. Сомневаюсь, что мой «Гардиан» спас бы меня от этого, двойного, воздействия.

Выходило, что из боя я вышел с изрядным прибытком. Караванщики еще что-то вырезали из тел измененных фроггов, но меня к этому священнодействию не подпустили. Сказали, что научат потом как-нибудь. А трофеи все равно Эо вечером у костра делить будет.

Не больно и хотелось в кишках ковыряться. Белоручкой тоже не хотелось прослыть, но раз сами не пустили, то какой с меня спрос?

— Награду уже выбрал? — осведомился Эо после церемонии раздачи трофеев у вечернего костра. Ну как, церемонии. Командир просто озвучил кому что, и принялся по очереди соединять Скрижали со счастливчиками. Оказалось, что далеко не все торговцы и воины удостоились наград. Кто-то, обладающий рунами массового поражения или сильной Руной Существом, умудрился набить фроггов больше меня. Другие — меньше. Как наш серебряный предводитель с безумии боя успевал еще и отслеживать поведение подчиненных — о том история умалчивала. Но, что самое интересное, с ним никто не спорил.

Мне досталось еще пять штук Пустая (нулевая) Руна (дерево) — «достопочтенный Хеттани сделает тебе что-нибудь приличное», три Руны Развития (дерево), и Руна Стихии Воды (дерево) — «кроме тебя, это все равно никому не нужно». В общем, как говорят раши: на тебе, Боже, что нам не гоже!

Еще отсыпали пару горстей этих пресловутых

Ядро Зверя

Содержит Звездную Кровь.

Ценности этих штуковин я все еще не понимал. И даже навык оценки не особо помог. Ну и что, что

Средняя Цена покупки по октагону 0,1 Звездной Монеты

Средняя цена продажи по октагону 0,2 Звездной Монеты.

А для чего они нужны? Как применяются? Почему ценятся?

Но я тоже спорить и уточнять не стал. Не считал себя достойным чего-то большего. Что я все сражение делал? Стрелял и рубил. Так и остальные караванщики тем же самым занимались. Еще и меня от толпы врагов успевали прикрывать. Что бы я сделал, если бы звери накинулись на меня всем скопом?

Вождя убил? Так, если бы не граната, ничего бы у меня не получилось. Тварь была намного-намного меня, как воина, круче. Отвратительное, признаться, чувство — когда ты беспомощен перед врагом! И Руны Развития я бы и сам попросил, если бы кто спрашивал. Нужно было срочно становиться сильнее!

— Нет, не выбрал.

— Молодец, — оскалил зубы Эо. — Прежде, я должен рассказать тебе, что от чего зависит.

Закон всемирного тяготения он мне не открыл. Зато поделился многосотлетними наблюдениями Людей Каравана на то, какой логикой руководствуется неведомое сверх существо по имени Наблюдатель.

Оказывается, тот, кроме выбора вида Руны, всегда предлагает три варианта: защитного характера, атакующего и полезно-бытового. Щит, меч и расческу, например. Естественно, это что касается рун заклинаний, предметов или существ. Руны Свойства — Развитие, Превращение, Улучшения и все такое прочее — стоят особняком.

— Ты ведь только первый этап задания выполнил? — уточнил командир. — Или два? До бронзы дошел?

— Нет. Сотни фроггов не хватило, — признался я.

— Молодец, — покачал головой торговец. — Помнится я, бронзу больше года набирал… Так вот…

Так вот. С его слов, на деревянном ранге — а мне такой и полагался — ничего нормального Наблюдатель не предлагает. Мусор, он и есть мусор. Придется потом тратить драгоценные Руны Повышения, чтоб перевести понравившуюся руну в следующий ранг.

Больше того. Характер вознаграждения сильно зависел от обстоятельств получения. То есть, за бой с земноводными, мне светило что-нибудь водное, а за битву с теми же, пресловутыми, исчадиями Тьмы — червями, что-то имеющее к ним отношение.

— Потому, брат Сильвер, рекомендую выбрать все-таки свойство, — подвел итог Эо. — Большой шанс, что получишь Развитие, или Улучшение. И то и то, для тебя сейчас в приоритете.

Я подумал, и решил, что он прав. Развивать из мусора в высшую лигу понравившееся заклинание может выйти дороже, чем получить его сразу нужного ранга.

— Давай, делай запрос, и читай вслух, что предложат. Помогу выбрать.

— Руна Развития, Руна Усиления, Руна Звезд, — послушно процитировал я, разобравшись, в конце концов, с тем, как потребовать свою награду.

— Вот же… — выругался Эо. — Новичкам везет… Но тут все прямо спорно. Смотри…

Руна Усиления — усиливает основное свойство другой руны. Их, улучшений, может быть только три. А вот чтоб сделать четвертое, требуется уже Руна Звезд. Вот и выходило, что альтернатива была без альтернатив. Усиливать на деревянном ранге мне было тупо нечего. Обе моих, так сказать, боевые руны были выше рангом. А на навыки это все колдовство могло и не распространяться.

Я не стал плодить сущности, и выбрал Развитие. Потому что, мне их требовалось много, а было, вместе с новой, всего четыре. Удручающе малое количество.

Атрибут Тела

Ранг: дерево

Текущее развитие 6/10

Атрибут Разума

Ранг: дерево

Текущее развитие: 6/10

Атрибут Духа

Ранг: дерево

Текущее развитие: 6/10

Долго не думая, сравнял уровни развития Атрибутов. А потом еще приподнял тот из навыков, который мог пригодиться уже сейчас: навык Оценки Товаров (дерево) (3/10).

И вдруг, будто бы решив сгладить гаденький привкус от такого-то «щедрого» вознаграждения, Система разродилась:

Получен навык Аутотрениг 3/10 (дерево)

Получен навык Бой-без-Оружия 4/10 (дерево).

Я уже было обрадовался, и потянулся перелистнуть страницы, чтоб ознакомиться с расшифровкой новых навыков, но тут меня накрыло. Мышцы вспыхнули огнем, мозг прошила раскаленная игла, а в сердце заныло. А еще… Еще я прямо чувствовал, как растут, наливаются силой и объемом мои бицепсы и прочие «псы».

Прошло быстро. Пара ударов сердца, и будто ничего и не произошло. Одно только изменилось — я поверил! До этого относился к Восхождению, как к забавной игре. Вроде рекламной акции для владельцев очков дополненной реальности: «собери по городу сто виртуальных символов компании, получи скидку». А тут такое!

Система реально влияла на реальную жизнь! Это все по-настоящему! И Наблюдатель этот, будь ему неладно. И Вечность, и Восхождение. Руной можно убить, или сделать человека сильнее и умнее. Здоровенный заточенный железный лом можно спрятать в малюсенький знак — глиф в отдельном отсеке воображаемого хранилища. И, раз это все реальность Единства, то и люди, аборигены, здесь живущие и с детства воспринимающие это суровой правдой жизни, вынуждены как-то подстраивать существование к Системе.

Но как?! Как, черт возьми, это возможно? Еще на Земле я слышал об опытах с так называемой Живой Материей. Веществом, не имеющим привязке к форме, из которого можно почти мгновенно изготовить что угодно. Слышал, да. Статейки в журнале даже читывал. Но воспринимал это, подвидом тех занятий отдельной части человечества, которые вреда не наносят, но и смысла не имеют. Вроде подсчета прошивающих Землю нейтрино, или определения массы отстоящей от нас на миллиард световых лет галактики.

А здесь, в Единстве, какой-то божественного уровня инженер из народа Кел, сумел на основе универсального вещества создать целую систему. Она работала. Больше того! Вокруг нее теперь вращался весь этот странный мир!

Так, стоп! Хорошо! Они смогли. Воплотили. Создали. А я? Что мне теперь с этим делать? Как взаимодействовать? И это не о том — стоит ли продолжать Восхождение, или нет. Тут ответ однозначный: если хочу стать сильнее, конечно стоит. Но я о другом. О месте в этом всем инженера с Земли. Что я, инженер и сын инженера, могу сделать? Что создать? Что воплощать?

Сразу, конечно же, ничего в голову не пришло. Но и не должно было. Я слишком мало знал о Системе, чтоб иметь право на планирование какого-то с ней взаимодействия. Учиться! Снова учиться. Снова за парту. И, Дьявол, как же это было интересно!

Утром, когда свернули лагерь, и пошагали в сторону близких уже отрогов величественного горного хребта, в голову пришел важный вопрос: а как запихать вещь в руну? Какое-нибудь заклинание меня не сильно интересовало. Структура интерфейса Системы подчинялась человеческой логике. Значит, и технология производства рун должна была ей подчиняться. Что-то вроде — «возьмите пустую руну, вставьте в шифратор, и введите управляющую программу». Не удивился бы, если бы это оказалось правдой, ибо это совершенно по человечески. Бумага — буквы, носитель информации — сама информация. На Земле это так работало. Почему здесь нет?

А вот то, как заставить Систему материализовать тяжелую железную палку — это не понятно. Скорее, какой-то Мастер Чего-то Там взял реальный меч, и спрятал его в экстрамерности руны. Похоже на правду? Очень.

Так чего этот Мастер? И как им стать? Потому что от перспектив дух захватывало! «Суворов» из руны? «Гардиан» с тремя рунными усилениями? «Каракурт» в кармане? Легко! Хочу-хочу-хочу!

А свое? Что-то новое? Что-то, чего прежде не было, но все о таком мечтают. Как такое сделать? Кто разрабатывает схемы, шаблоны и техкарты производства новинок?

Хорошо. Я намерен был разобраться и в этом тоже. Вопросы накапливались, и я стал их записывать в когитор. Разделил даже: это задать Абди, это Багу, это Нине, а это и Эо может знать. Отмечал: «важно», очень важно», «полезно». Чертил связи и потенциальные взаимодействия. Перспективы захватывали.

К примеру: станут ли функционировать самообучающиеся нейронные системы искусственного интеллекта — когиторы — если обратить их в руны? И поменяется ли класс устройства, если увеличить их ранг с, допустим, бронзы, до серебра? А радиоизотопные аккумуляторы? Будут ли они снова полны зарядом, если сделать «таблетку» Руной Предметом? Утром призвал аккумулятор, вставил в тот же доспех. Вечером, перед сном, отозвал. И он снова полон. Это нарушало такую кучу законов физики, что я даже задохнулся от возмущения. Но вероятность, что схема рабочая, все равно оставалась. Например, в том случае, если Звездная Кровь — это овеществленная энергия.

Было, в общем, о чем подумать. Так что последний, перед поселением Людей Гор, переход нашего маленького каравана, я никого расспросами не терроризировал, и ни к кому за разъяснениями не приставал. Да, признаться, и по сторонам особо не смотрел. Шел себе и шел рядом с лохматым боком здоровенного тауро Табаллатта. Думал.

Потому вид подъема в горную крепость горцев, когда соизволил-таки вернуться из мира грез в реальность, меня просто потряс.

С чего я решил, что Народ Гор живет в пещерах? Тупая ведь ассоциация! Горы — пещеры — пещерные люди. Почему бы, тысячи лет живущим в этих местах людям, ничего для собственного комфорта не сделать? Это же не логично.

Тем не менее, увиденное меня удивило до крайности. Обрыв метров в тридцать. Абсолютно гладкая — ни единой шероховатости — стена — скала. Две гигантские фигуры скульптур, изображающих суровых воинов с копьями. А между ними, вдоль скалы, на тросах, подвешена платформа механического лифта.

Сверху еще сложенная из обтесанных камней невысокая стена с крепостными зубцами, и выступающими площадками для стрелков. И все это в окружении совершенно неприступных гор. Без летательной техники, даже десантники Утопии здесь кровью бы умылись, прежде чем смогли туда, под огнем аборигенов, забраться. Или и вовсе — все бы полегли внизу, если у горцев найдется десяток серебряных Восходящих и вдосталь Звездной Крови.

Это была твердыня. Цитадель, надежно закрывающая единственный проход во внутренние долины. Замок, к которому не подберешь ключ.

— Ночуем здесь, — оповестил Эо, сворачивая с дороги к специально предназначенной для стоянок путников площадке с родником и костровищем. — Напоминаю! С местными торговать станем завтра. Сегодня, никаких сделок! Это важно!

И, главное, смотрел на меня, и улыбался. Ну, он постоянно скалился, я к этому уже привык, и внимания не обращал. И все же! Почему сегодня не торгуем?

— У народа Гор тоже есть торговцы, — меланхолично проговорил Табаллатт, спрыгивая с верхотуры своего животного. — Прибегут. Предлагать станут то и это. Спрашивать. Им выгодно у нас сейчас дешево купить, завтра дорого продать. Нормальных цен сегодня не будет.

— Брат Сильвер, — отвлек меня от неожиданно разговорившегося Мастера Зверей, Эо. — У меня к тебе важное дело. Хотел поговорить с тобой, касательно оружия землян…

Нормальных цен не будет сегодня, да? Я подмигнул Табаллатту, и радостно улыбнулся командиру отряда. У меня было собственное мнение на счет сегодняшней торговли.

Презентация автоматического оружия прошла успешно. Вот что я понял. И теперь, опасаясь, что распродам все запасы «Суворовых» в поселении Людей Гор, караванщики поторопились прикупить у меня автоматы.

— Подумай, и назови цену, брат Сильвер, — хлопнул меня по плечу Эо. И уставился на меня, изогнув губы в улыбке. Он был прав. Стоило хорошо подумать.

Во-первых, для своих следовало продать оружие дешевле. С другой стороны, запасы велики, но не бесконечны. Это тоже накладывало свой отпечаток. Система же прямо сообщала:

Оружие землян типа «Суворов»

Не содержит Звездную Кровь

Зарядов 30/30

Средняя Цена покупки по октагону 2 Звездных Монет

Средняя цена продажи по октагону 3 Звездных Монеты.

Эо, с подачи капитана нашей охраны, запрашивал пять автоматов. Если по три монеты, это пятнадцать. Они, конечно, знали, что для стрельбы требуются патроны, которых у меня тоже осталось не так много, как хотелось бы. В принципе, дайте мне репликатор на пару часов, и я наделаю такой запас магазинов со снаряженными выстрелами, что в криптор не будет влезать. Где бы его еще взять? Из всего комплекта для производства — энергия — техкарта — материал — измельчитель — репликатор — у меня двух главных не хватало. Первого и последнего в цепочке.

Но и отдавать «Суворовы» в руки союзников, не обеспечив их боеприпасами, это как-то подло. И глупо. Нападет на нас новая орда фроггов, и что? Они за минуту расстреляют имеющиеся патроны, и решат, будто я их обманул.

— Три монеты, — объявил я цену. — В придачу к каждому, дам еще по десять магазинов. Это будет по триста выстрелов.

— И научишь пользоваться, — добавил командир.

— Несомненно, — улыбнулся я. Мог и не уточнять. Мне и самому не хотелось, чтоб кто-нибудь излишне любопытный дернул спусковой крючок, и пристрелил ненароком соседа.

Через час у меня на счету в виртуальном банке «Наблюдатель и Ко» значилось уже пятнадцать монет. Я не знал: много это или мало? Может, каждый из активных торговцев Каравана — звездный миллионер? Тогда я — голодранец.

Местные торговцы заявились сразу после ужина. Будто в кустах сидели, ждали, пока мы закончим прием пищи. Не удивлюсь, если так оно и было на самом деле, кстати. Но все их усилия пропали втуне. Ни один из наших ни на какие предложения согласием не ответил, ничего покупать или продавать не пожелал. Спекулянты удалились весьма разочарованными, но не грубили. Просто грустно вздыхали, и исчезали во тьме.

Утром Эо собрал всех, чтоб сделать объявление.

— Наверх поедут только те, кто станет торговать, — улыбался он. — И только с тем, что сможет утащить на себе. Охрана и животные останутся здесь. Народ Гор не хочет, чтоб наши тауро гадили в их прекрасном городе. Час на сбор и перегрузку товаров. Поторопитесь. Нас уже ждут.

И никто из нас не сомневался, что эти, неожиданные ограничения прямо связаны с нашей принципиальной позицией. Туземные спекулянты не забыли и не простили. Но, кроме как гадить, вот так — по мелочи, ничего нам сделать не могли. С Людьми Каравана не ссорятся. Не пройдет и древо-дня, как об обиде причиненной торговцам, будут знать все Великие Караваны до единого. И никогда больше не зайдут с визитом в провинившееся племя. В Единстве это каждому известно.

— У нас чего? Есть способ связаться с другими Караванами? — поинтересовался я у Табаллатта, который, собственно, мне о традиции неприкосновенности и поведал.

— Конечно? — выпучил глаза немногословный любитель животных. — Мы связаны с Контракцией нерушимыми цепями. Все, что с нами происходит, там знают. И доводят сведения до остальных. Этим миром правит Звездная Кровь и информация. А у Контракции вдосталь и того и другого.

Это было красиво. Странно, чуждо, но красиво. Не отнять.

Конечно, улочки кривые, и не особенно широкие. Тауро, может, и пройдет, но два уже не разойдутся. Слышал, в средние века так специально строили, чтоб оборонять проще было. Но здесь, в горах, была и вторая причина: нависающие над застройкой скалы не давали простора. И там, где надменная Утопия срезала бы к черту все мешающее, горцы встроили свой город в имеющееся пространство.

Домики сложены из камней. Даже крыши крыты пластинами стланика. Постройки неминуемо сливались бы с окружающими горами, если бы жители не раскрасили их яркими красками, и повсеместно распространенной растительностью. Цветы, вьюны, даже малюсенькие грядочки со съедобными травами. Городок Народа Гор смотрелся живым, и был полон движения.

Нас провели к небольшой площади возле потрясающего, невероятной, сильно отличающейся от традиционных строений, архитектуры здания. Такого я даже на Земле не видел. Сложенный из чудных, шестиугольных золотистых блоков домина, будто инопланетный космический корабль, возвышался над окрестностями. Шпиль — сверкающая белая игла — вообще словно бы облака пронзал.

— Наследие народа Кел, — кивнул Эо. — Так только они строить умели.

— А теперь они где? — поинтересовался я, с удовольствием разглядывая архитектурное чудо. — Почему все бросили?

— В Вечность ушли, — пожал плечами командир. — Там они бессмертны и всемогущи. Что им здесь, внизу, делать?

Снова, который уже раз, было непонятно, но очень интересно. Жаль к самому дому подойти близко не дали. Стража вежливо развернула. А так хотелось руками потрогать чудесные, словно бы сияющие изнутри, блоки.

— Лиор это, — заметив мой интерес, прокомментировал один из торговцев. Командира к тому времени уже увели внутрь фантастической постройки. Местный вождь хотел с ним встретиться. — Прочный, как камень, гибкий, как сталь, и теплый, как дерево. Сейчас такой материал разучились делать.

— Потрясающе, — искренне выговорил я. — И много таких домов сохранилось?

— Сохранилось — нет. Не много. А развалин — полно. Местные народы разбирают на блоки, и пытаются строить что-то свое. Почти повсеместно так.

Логично. Чего такому прекрасному материалу было зря пропадать! Даже если не знаешь принципов возведения этаких вот сложных и изощренных зданий, всегда можно выстроить хоть что-то.

Никаких торговых прилавков нам не выделили. Сопровождающие просто ткнули пальцем в центр площади, и испарились. И никого из наших это не смутило. Прямо из воздуха возникли части разборных столиков, ковры и подушки для сидений. Полчаса спустя, на площадке уже возник маленький, но полный товарами рынок.

У меня ничего такого не было. Я совершенно был не готов к таким спартанским условиям. Но тоже не стал унывать. Расстелил коврик со дна палатки, пару одеял, да и разложил то, что хотел продать. Разнообразием товара мой «магазин» не отличался. Зато происхождением — очень даже. Ни кто из соратников продукты земных технологий больше не предлагал.

Скажу честно: было скучно. Возле лавок остальных караванщиков быстро собралась небольшая толпа потенциальных покупателей — женщин, по большей части. Ко мне же почти никто не подходил. Так, кинут взгляд, покачают головой, и пройдут мимо. «Суворов» и «Скаут» выглядели анахронизмом в этом месте победившего средневековья.

— Это чего? — на почти понятном Едином языке, спросил подошедший полюбопытствовать мужик. Судя по доспехам и мечу на поясе — воин. Ни броня, ни оружие Звездной Крови не содержали, и оценивались Системой в жалкую монетку.

— Это оружие землян. Это доспехи, — лениво пояснил я. Любопытный не выглядел богачом. А дешево отдавать эксклюзив я намерен не был. Не купят здесь, продам в другом племени. В том, где с колонистами сталкиваются чаще, и преимущества высоких технологий представляют себе лучше.

— Ха! — вскричал мужик. — У нас в таком костюме дерьмо собирают.

— А у нас в таком… — я ткнул пальцем в его доспехи. — Детей развлекают.

Пусть не продам, так хоть позабавлюсь — вот что я решил, ввязываясь в словесный поединок с туземцем.

— Это почему еще? — вскинул брови тот.

— А на что он еще годен? От чего может защитить? У тебя там что? Меч? Острый? Ну рубани мой доспех. Посмотрим, который лучше. Твой или мой.

— Ты сам предложил! — напомнил воин. — Не плачь потом, что я испортил твой товар!

— Друзей зови, — пожал я плечами. — При них повторю.

— О! А ты смелый, — обрадовался абориген. И зычно заорал на всю площадь, призывая друзей и знакомых. С развлечениями в горном поселении видимо обстояло не особо богато. А тут шоу на пустом месте. Конечно же, это привлекло внимание.

Не скажу, что весь город сбежался. Нет. Но человек двадцать было. И, что мне особенно понравилось — большая часть любопытствующих были стражниками или воинами. То есть, моими потенциальными покупателями.

— Ну чего? — ухмыляясь во все тридцать три зуба, напомнил о себе зачинщик спора. — Рублю что ли?

— Если клинок сломаешь, обид не будет? — вернул я ему ухмылку. — А то, знаешь, некоторые… У которых все вокруг виноваты, одни они — Хранители Вечности.

— Ха-ха! Горазд ты говорить, парень, — выкрикнул кто-то из толпы. — Пусть рубит. Мы все свидетели, что ты его предупреждал.

— Руби, — вальяжно махнул я рукой.

Воин удивительно ловко высвободил клинок из ножен, замахнулся, и, что есть силы, рубанул по грудной бронепластине «Скаута». Той самой, которая очередь из «Суворова» легко держит. Итог был предсказуем. Меч отскочил, а на композитных доспехах осталась всего лишь едва видная черточка — царапина на краске.

— Да ну, — не поверил своим глазам рубака. — Как так-то?

— Рубани еще, — пожал я плечами. — Если с первого раза не веришь.

— Комплект доспехов землян «Следопыт», — прочитал кто-то системную информацию о «Скауте». — Не содержит Звездную Кровь.

— А я?! Дай я рубану, — к моим коврикам с разложенными образцами товаров придвинулся мужик совсем уж брутального вида. Кое-какие доспехи были и у него, но смотрелись, как седло на корове. Размерчик был явно маловат. В руках этот здоровяк держал здоровенный топор. К счастью, тоже обычный. Не из руны.

— Давай, — разрешил я. — Пробуй. Мне уже и самому интересно.

— А никак порушу?

— Починю, — хмыкнул я. — Я умею.

— А подогнать по фигуре можешь?

— Конечно, — кивнул я, внутренне потирая руки. — Это входит в цену.

— А дорого ли просишь?

— Дорого, — вздохнул я. — Десять монет. Твоя вот броня во сколько обошлась?

— Ему рикс со своих плеч отдал, — выкрикнул кто-то. — Подарок.

— Ну так и чего? Рубить?

— Руби.

Гигант нахмурился, прицелился, размахнулся, и резко, будто упрямый пень расколоть хотел, рубанул. Да еще и присел чуть-чуть, увеличивая и без того немалую силу удара.

«Скаут» с честью выдержал и это. Вояки перед моим «магазином» взорвались неверящими возгласами.

— Десять монет, говоришь, — задумчиво выговорил гигант. — Что, и на меня сможешь подогнать? Я видишь? Большой мальчик.

— Смогу, — качнул я головой. — Нет проблем. Берешь?

— А и беру! — решился тот. — А покрасить бронь сможешь?

— Вот чего нет, того нет, — развел я руками. — Покрасить не могу. Но с этим и ваши умельцы справятся.

Мужик вызвал Скрижаль, и парой движений перекинул мне десяток Звездных Монет. А я извлек из криптора инструменты и дополнительные пластины. На широченную спину аборигена стандартного набора не хватало.

За полчаса закончил.

— Лихо ты, — улыбнулся мужик, взмахивая руками, чтоб выяснить пределы подвижности доспехов. — А если без подгонки, то сколько бы взял?

— Семь, — признался я.

— Ого! Три монеты за полчаса работы?

— Не-а, — засмеялся я. — Три монеты за то, что знаю, как это делается. А полчаса — это бонус от продавца.

— Молодец, парень! — хлопнул меня по плечу здоровяк. Да так, что я аж присел. — Бывай. Хорошей тебе торговли.

У первого моего покупателя была, должно быть, легкая рука. Это Эо сказал, когда узнал, что вслед за первым комплектом, я потом продал еще два. Видимо, какая-то караванская примета.

Итого к вечеру у меня было уже сорок шесть монет. И я считал, что не зря съездил в такую даль. И Кровью обзавелся. И новыми рунами, и деньгами. Больше до самого вечера, когда стража пришла проводить нас к подъемнику, никто меня не донимал, и ничего у меня не покупал. Зато никто и не мешал разобраться, наконец, с новоприобретенными навыками.

Навык Бой-без-Оружия 4/10 (дерево) обучает бою без оружия. Это и так понятно. Как бы, следует из названия. Так, да не совсем так. Использование различных предметов, включая ножи, кинжалы, копья, мечи и топоры, тоже было включено. По сути, навык учил правильно двигаться, наносить удары и чувствовать положение собственного тела. Все остальное — вторично.

Мне понравилось. На Земле приходилось драться. Но там меня никто этому целенаправленно не учил. Улица — наш Университет. Путем проб и ошибок, я даже достиг определенных успехов. Но великим бойцом, при виде которого шпана с нижнего яруса технополиса разбегалась бы в ужасе, так и не стал. Не мое. Мог за себя постоять, но не более того.

Здесь, в Единстве, главным врагом человека были звери. Просто хищники, или специально созданные Враги — не так и важно. Сходиться с ними в рукопашную глупо и не продуктивно. А вот знать — с какой стороны браться за меч — это нужно. Не сомневался, что с легкостью найду себе инструктора среди бойцов нашей охраны.

Навык Аутотрениг 3/10 (дерево) давал методики аутогенной тренировки, основанной на саморегуляции психического состояния с помощью мышечной релаксации и самовнушения. Включал в себя дыхательные гимнастики, нервно-мышечные упражнения и практики самосовершенствования. Для меня — махрового технаря — описание звучало, как какая-то мистическая чушь. Ну, давайте еще духов предков начнем призывать, и лазать по горам в поисках пресловутых мест силы! Или ноги за шею заворачивать, чтоб прочистить чакры.

И я бы точно принял новый навык за бесполезную ерунду, если бы не был уверен, что невероятно сложный, изощренный и невероятно эффективный механизм Системы, не мог содержать лишних элементов. Это как программирование. Если в коде есть мусор — забытые осколки текста после многочисленных правок — рано или поздно наступит момент, когда накопится критическая масса, и программа перестанет работать. Восхождению же, если верить аборигенам, многие, многие тысячи лет. И весь лишний код из Системы давным-давно должен был исчезнуть.

Тем не менее, передо мной висело описание навыка, не имеющего очевидной ценности. И тут мог быть лишь один вариант: я ошибался. Я не знаю чего-то важного, и от того, мне кажется, будто Аутотренинг — чушь собачья.

Мануала по системе развития у меня не было. Восхождение вообще не особенно дружественно настроено к пользователю. Да, интерфейс интуитивен, и до примитива прост. Что не исключает его высочайшую эффективность. Но вот подсказок, или даже библиотеки с информацией — остро недостает.

Что прямо-таки толкало меня на взаимодействие с опытными пользователями Системы. За сотни поколений, аборигены просто обязаны были разобраться во всех нюансах, навыках, атрибутах и всем прочим. Нужно было лишь не стесняться задавать вопросы, и внимательно слушать ответы.

Ночевали внизу, у подъемника. Вместе с погонщиками и охраной.

Торговцы, кроме, пожалуй, меня, выглядели довольными, и даже вдохновленными итогами первого дня. По соглашению с местным правителем, караванщики имели право на два дня беспошлинной торговли, и намерены были этим воспользоваться в полном объеме.

Утром сообщил Эо, что остаюсь в лагере. Сомневался, что удастся продать что-то еще. Кроме того, у меня в хранилище ждали своего внимания те доспехи, что подарил мне Абди. Собрать-то я их собрал. И даже функционал проверил, но, так сказать, предпродажную подготовку не проводил. Нужно было привести и этот товар в продажный вид.

Еще вечером подошел капитан охраны, и попросил провести с его бойцами урок по использованию автомата. Готов был даже заплатить за дополнительные боеприпасы, но я предложил альтернативу: если кто-нибудь из опытных воинов уже мне преподаст основы фехтования, то я рассчитаюсь патронами к «Суворову». На том и сошлись.

Проводил торговцев, плотно позавтракал, и сел за работу. Ничего особенного, тупая переборка, полировка и смазка. Со смазочными материалами, кстати, уже нужно было что решать. Минеральные масла не растут на кустах. Аборигены — даже Табаллатт, кажется, все знавший о свойствах растений Единства — вообще с трудом понимали, чего хочет этот неспокойный землянин. А ведь механизмы требуют смазки. Без привычного маслица, скоро и ржавчина начнет появляться, и выработка на металле образуется.

Небольшой запас у меня еще был, но следовало заранее озаботиться. Парафиновое, или как его еще иногда называют — вазелиновое масло — вот что мне было необходимо. На земле его делали из нефти, но в Единстве, где нефти нет, и никогда не было, обязана была присутствовать какая-то замена. В конце концов, даже во времена земного средневековья, ступицы телег смазывали. Салом или дегтем… В дегте, кстати, тоже достаточно много, кроме всего прочего, парафина! Только мне от этого не легче, с моим знанием химии очистить его до приемлемого уровня, я все равно не смогу.

Задачу нужно было решать, хоть и пока было совершенно непонятно каким образом. А чтоб не забыть, внес в когитор соответствующую запись.

Вытряхнул, наконец, засохшую траву из доспехов. Трупный запах давно выветрился, и в ней не было больше смысла. А объем это сено придавала достаточно значительный.

Ковырялся долго. Почти три часа. Потом помог мужикам с лагерными заботами. За дровами до ближайшей рощи прогулялся. Воды набрал. Овощи чистил и резал. Никто меня не заставлял, можно было легко отговориться своими заботами, но я решил не отрываться от коллектива. Тем более что и воины охраны не брезговали заниматься бытом общего лагеря.

Покушали, отдохнули часок в палатках, и пришло время для уроков.

Сразу достал и приготовил патроны. Чтоб научиться стрелять, нужно стрелять. Можно прослушать миллион лекций, посмотреть сотню обучающих видео, и затупить при первом же практическом применении оружия.

«Суворов» — простое, но суровое оружие. Не требует знать какие-то страшные корпоративные тайны, легко в обиходе, удобно в применении, и отрабатывает на все сто, если относиться к нему с уважением. Все это мне и предстояло донести до «учеников». Итак, неполная сборка — разборка автомата, чистка, и устройство УСМ. Предохранитель и перезарядка. Это вам не копье, которое схватил и сунул острым концом в пузо врагу. Это точная механика, плод столетия развития оружейных технологий и опыт тысяч оружейников целой планеты.

В тренеры мне выделили молодого — младше меня — парня из воинов. Капитан отрекомендовал его, как опытного мечника, и вообще, хорошего человека. Я слегка сомневался, но не стал спорить. И не ошибся. Афенниш Азизи — боец оказался племянником нашего отрядного предводителя — так меня загонял, что к вечеру мышцы ныли. А после, когда тренировочные, деревянные мечи были отложены в сторонку, наставник научил меня медитации.

Тоже оказалось не просто. Он всего парой фраз все мои представления о процессе вдребезги разбил. Как дышать, как смотреть, о чем думать… Медитация, кстати, еще и восполнение Звездной Крови могла ускорить. Насколько — большой вопрос. У меня было 46/46 и проверить было невозможно. Но на будущее, я запомнил.

Навык Аутотренинг получил развитие 4/10 (дерево)

Навык Бой-без-Оружия получил развитие 5/10 (дерево).

Напомнила мне о пользе спорта Система. Видимо медитация тоже как-то умудрилась прокачать Аутотренинг.

Вернулись наши торговцы. Снова радостные. Покормили их ужином, выслушали подробности сегодняшней торговой сессии, и услышали распоряжение Эо о возвращении в лагерь Каравана. Ну и конечно, предводитель не преминул напомнить, что в дороге нас ждет торг с изгоями. Это чтоб мы заранее приготовили товары, а охрана озаботилась нашей безопасностью. Мало ли. Кто знает, что у этих людей в головах? Маловероятно, но это все же могла быть банальная засада.

Свернули лагерь быстро. Дольше ждали погонщиков животных — горцы не позволяли чужакам держать зверей близко к подъемнику. Потом, без всяких напутственных речей, отряд тронулся с места.

Какое-то время Эо бегал вдоль конвоя, проверяя, что все на месте, и никто не отстал. А когда наш командир занял, наконец, свое положенное место в голове каравана, на него насел я. На часть записанных в когиторе вопросов, вполне возможно, Азизи знал ответы. И раз в пути все равно нечем заняться, почему бы ему не потрепать языками с любопытным новичком?

Скрывать мне было нечего. Я и сам не знал, чего хочу добиться. Так, общее направление. Но Эо, каким-то непостижимым образом, почти сразу понял, к чему я веду.

— А чему ты удивляешься, Сильвер? — засмеялся улыбчивый начальник, разглядев мое недоумение. — Я же вижу: ты привык делать что-то руками. И работы не боишься. Да и вопросы задаешь в одну сторону…

В общем, за изготовление чего-то в сфере Восхождения отвечали Рунные Мастера. Причем, люди, добившиеся реальных высот в этом искусстве, владели еще и навыками изготовления артефактов. Изготовить тот же меч мог и обычный кузнец, а кольцо на палец — ювелир. И тот и этот в Караване имелись — жители октагонов тоже не все поголовно Восходящие, а хорошо выглядеть или уметь отбиться от диких животных хочется всем. Но сделать вещи рунами, или придать им волшебные свойства, могли только адепты Рунного Искусства и артефакторы.

— В руну можно обратить все что угодно, — хихикал Эо. — Всего-то и нужно, что четко представлять себе устройство этой штуки. Вот в твоем доспехе сколько отдельных частей?

— Не знаю, — честно признался я. — Наверное, несколько сотен.

— Ну вот, — хлопнул меня по плечу командир. — Всего-то и нужно — знать устройство каждой из этих сотен. Потом напитываешь их Звездной Кровью, и засовываешь в пустую руну. В пустышку, да.

— Так просто?

— Пф! — аж поперхнулся Эо. — Просто? Ну попробуй. Потом расскажешь.

— А ты умеешь?

— Нет. Мне незачем. Моя семья торгует здоровьем. Понимаешь? Мы лечим, собираем или выращиваем лечебные травы, создаем снадобья. У нас учат этому с самого детства, и то не у всех одинаково хорошо получается. А если сюда еще и Руны добавить, мы бы вообще ничего путного делать бы не могли.

— Каждому свое, — кивнул я.

— Вот-вот. Каждому свое. Да и не нравится мне с этими ядрами возиться.

— Чего?

— Так а из чего знаки рун делают? Ты не знал? Вот из этих самых ядер и вырезают. Из ядер, из измененной материи или наполненных Звездной Кровью минералов. Чем выше рангом и чем сложнее задумал сделать руну, тем дороже материал.

— Вот оно как?

— Ага. Так. Я вот, к примеру, то, из чего можно золотую руну сделать, никогда в жизни в руках не держал. И даже не видел. Редчайший материал. Исключительный. И очень, очень-очень дорогой.

— А откуда вообще берут эти навыки? Ну, чтоб руны делать, или артефакты?

— Навыки Рунное Мастерство или Рунная Артефакция — это у Абди Хеттани спроси. Он ими точно владеет. Может поделиться. Заодно, и навык Контроля Звездной Крови попроси. Он всем Мастерам нужен, кто со Звездной Кровью взаимодействует. А вот заклинание Истинный Взор — даже не знаю… Если Незримому ты понравился, может из животного какого-нибудь выпасть. А если нет, то нет.

И снова засмеялся. Я его здорово забавлял. Можно подумать, такие вещи у них всем и каждому известны. А не только узкоспециализированным мастерам.

— А Взор мне зачем?

— Как это — зачем? А как ты намереваешься суть вещей увидеть?

— Я устройство земной техники и так прекрасно знаю.

— А ты знаешь, что вы, люди Земли, далеко не в каждый октагон падаете?

— Это что значит?

— То и значит. Вас раскидывает не по всему Единству. Десяток октагонов. Может, два десятка. А Караван идет постоянно. Понимаешь? Пройдет несколько больших циклов, и мы снова попадем туда, где о вас, землянах, никто ничего никогда не слышал. Ни о вас, ни о вашей технике. Понимаешь?

— Понимаю, — пригорюнился я.

— Но там, может быть, будет другая техника. Хуже или лучше — не суть. Главное, другая. Знаешь, несколько древолет назад мы вошли в октагон, который, нам показалось, что Кел не покидали. Они все еще возводят удивительные здания из леора, у них летающие машины, и стреляющее светом оружие.

— Уж ты. Вот бы…

— Мы тоже были… воодушевлены, — хмыкнул и криво ухмыльнулся Эо. — Не сразу вспомнили заветы отцов. Не подумали о том, что такой уровень, это, в первую очередь, очень крепкая центральная власть. Там правил Совет Доминаров. И пришлось выполнять их требования, прежде чем они позволили нам идти дальше. Если бы не Абди, кто знает, отпустили бы нас вообще…

Я кивнул. Представил себе, как такой вот, торговый караван на лохматых тауро и оперенных кархах, появился бы в поле зрения Администраторов Утопии. Да караванщиков на молекулы бы разобрали, чтоб выведать все их секреты, и скопировать их уникальные товары. И никакое Небесное покровительство бы не помогло.

— Вам что-то удалось оттуда вывезти? — заинтересовался я, припомнив, с чего началась эта арка разговора.

— Конечно, — самодовольно надул губы Эо. — Полные хранилища их поделок! Вот, кстати! Нормальная Сумка Торговца тебе тоже просто необходима!

— Это руна?

— Ну, да. Руна. Ее только в Контракции можно купить. И продают ее только для караванщиков. Больше никому.

— Это пространственное хранилище? Насколько большое?

— Да, брат. Хранилище. Насколько большое? Ну голиаф туда должен поместиться…

Я уже знал, что голиафы — это те громадины, похожие на диплодоков из земного детского альбома о динозаврах. Караванщики использовали этих гигантов для перевозки особенно крупногабаритных грузов.

— Ого. Серьезный объем!

— Самое главное, что в этой Сумке есть отдельный… кармашек для рун. Понимаешь? Нет? Скоро поймешь! Для Мастера Рун — это важно. Туда можно прятать руны, которые намерен продавать, а не использовать. У тебя сколько вместимость? Шестнадцать?

— Больше.

— Да хоть сто, — засмеялся командир. — Даже начинающий мастер может делать несколько десятков рун в день. Лишь бы Звездной Крови хватало. Понимаешь? И куда ты их складывать станешь? Какие-то руны можно держать в Скрижали кучками. Какие-то — нет. Но все равно, очень скоро место кончится. А у настоящего Восходящего и своих, постоянно используемых, рун полно. Осознал?

— Пожалуй, — улыбнулся я. — Отдельное хранилище не помешает.

— Ай, да сумка не дорого стоит. Ты уже можешь ее себе позволить. Сколько? Десяток монет, кажется. На серебряном ранге, конечно. Бронзы я такой и не видел никогда.

— И в какой же лавке можно обзавестись такой полезной руной? — удивился я.

— У Агента Контракции, конечно, — удивился в ответ Эо. — Вряд ли в Сокровищнице Наблюдателя найдется что-то похожее.

— Так, — твердо выговорил я, справившись с потрясением. Я, глупый, гадал, откуда же берутся все эти потрясающие навыки и заклинания разрушительной мощности. Думал, если глифы выпадают в виде лута из тел поверженных чудовищ, то, как Восходящим удается собрать коллекции, подходящие именно под их стиль боя? Тупой обмен трофеями? Централизованное — через патриархов семей — перераспределение? Какая-то, единая для Великого Каравана, база данных?

Оказалось — все проще. Да, среди трофеев попадается что-то стоящее. Но чрезвычайно редко. Зато у глав семей есть доступ сразу к двум торговым площадкам: виртуальному магазину Наблюдателя, и к свободному гипермаркету Контракции, под покровительством одного из Хранителей Вечности, Хитрейшего.

— Продавать и покупать трофеи выгоднее в Контракции, — поучал Эо. — Наблюдатель покупает очень дешево, а продает дорого. Хотя, нужно признать, у него встречается то, чего и быть не может в Контракции. Или сильно дешевле.

— Дешевле?

— Да. Дешевле. Хотя, скажу тебе по секрету. Некоторые руны Контракция и не купит.

— Какие, например?

— Некоторые, — уклонился от прямого ответа командир отряда. — Разберешься, сам поймешь. У них там… В Вечности… Тоже не все просто. Хранители конкурируют друг с другом. У того же Храма Вечности, вроде, монопольное право на стигматы. И все же, не совсем. Тот-Кто-Сражается снабжает последователей в Единстве своим вариантом «гвоздей», Хитрейший — своим. И тех и этих совсем не много, и Храм закрывает на нарушение глаза. Понимаешь? И некоторые виды рун как бы нарушают их хрупкий баланс интересов. А Наблюдателю — плевать. Он ведь вообще не человек.

— Ого. А кто он? Когитор?

— Мне неизвестен этот термин, брат Сильвер. Но, полагаю, ты имел в виду разумную машину? Верно?

— Именно так.

— Ты прав. Наблюдатель — умная машина. Он должен оборонять Единство от Червей, и обеспечивать выживание людей. Не только тебя или меня. Людей вообще. Понимаешь?

— Человечества.

— Точно. Ну и Наблюдателю плевать с высокой башни на дрязги Хранителей Вечности. Он готов обменять на монеты все что угодно. Кроме червивых рун, конечно.

— Каждый раз, когда мне кажется, будто я в чем-то разобрался, появляется что-то еще непонятное, — засмеялся я. — Руны Червей? Это еще что такое?

— Проклятые знаки, — впервые с лица Эо пропала улыбка. Трудно скалиться, когда лицо перекошено от отвращения. — Властители Червей награждают ими предателей рода человеческого. Отрекшихся. Червивые знаки дают колоссальную мощь, но забирают душу. Человек… Предатель становится невероятно сильным, и в это же время попадает в рабство к Червю.

— Жуть какая.

— Имей это в виду. Некоторые из них могут давить на мозг. Внушать всякое. Могут так закружить в словесных кружевах, что бросишь все, и пойдешь с ними…

— И как от них защититься?

— Развивать ветвь Духа, конечно, — сверкнул глазами командир. — Разве Хеттани не рассказали тебе, какая ветвь Великого Древа за что отвечает?

— Нина говорила, но я…

— Ясно, — вновь развеселился Эо. — Ты не поверил, или пропустил это мимо ушей. Да? У вас на Земле было все проще?

— Не проще. Нет. По-другому. Хотя, в легендах и говорилось, что Боги ведут себя, как дорвавшиеся до богатств нищие, а Демоны могут смущать умы слабых духом. Но там, на Земле, все знали, что это просто сказки…

— Поздравляю. Теперь ты в Единстве, — грустно улыбнулся Азизи. — И добро пожаловать в реальность. Это все не сказки. Так оно и есть на самом деле.

Возвращались немного иным маршрутом. Кто-то из покупателей рассказал нашим о новом поселке, основанном у места добычи торфа. И торговцы загорелись идеей туда наведаться. Ископаемое горючее нас не интересовало, а вот платежеспособность занятых на тяжелой работе горцев — очень даже. Если Эо не соврал на счет вместимости руны Хранилища, то товаров в Сумках должно было оставаться еще очень и очень много.

Всадник на кархе, особо не загоняя животное, мог достичь нового поселения за древо-день. Наши тауро такой резвостью не отличались, и по расчетам Табаллатта, мы должны были увидеть укрепления торфодобытчиков к завтрашнему обеду. Так что никто никуда не торопился. Разведчики подобрали подходящую поляну в лесу, и вывели караван туда для ночевки. Я, уже никого не спрашивая, собрался за хворостом, но до деревьев даже дойти не успел. Под треск ломающихся веток, рев испуганных быков и вой кархов, к нам ввалился истекающий кровью незнакомец, верхом на какой-то чудной, не летающей птице, вроде здоровенного страуса.

Наша охрана сначала напряглась — человек был наряден в земные, обильно запачканные кровью, доспехи — но обменявшись с ним парой фраз, резко отношение переменила. Незнакомец был бережно снят с птицы, и перенесен на покрывало возле уже размеченного на земле кострища. Туда же поспешил подойти Эо. И как командир отряда, и в качестве лекаря.

Естественно, такое событие не могло обойтись без внимания общественности. Уже вскоре весь наш караван в полном составе сгрудился возле раненного.

— На поселение Людей Гор напали, — зычно оповестил всех Эо, не переставая обрабатывать раны всадника. — Фрогги. Много. Выжившие укрылись в цитадели, а этого человека отправили за помощью.

— Эй, я тебя знаю, — прохрипел незнакомец, тыкнув в меня пальцем. — Ты тот купец, что продал мне доспехи.

— Что-то не так? — осведомился я, нахмурившись.

— Нет. Спасибо тебе хочу сказать. Если бы не твоя броня, я бы прошлую ночь не пережил.

— Заботься о ней, и она позаботится о тебе, — пробурчал я, и выдохнул. Признаться, думал, этот воин будет мне претензии высказывать.

— Судя по всему, торговать там уже мы не станем, — угрюмо пробурчал Табаллатт.

— Перед нами выбор, братья, — снова напряг голос Эо. — Мы можем поспешить на помощь осажденным, или просто пройти мимо. Каков будет наш выбор?

Я даже рот не успел открыть, как все уже решилось. Народ был единодушен: оставлять горцев в беде было никак нельзя. К тому же, нельзя было исключать вариант, что именно наши действия на болотах, спровоцировали этот налет на мирных добытчиков.

Поразительно, но собрались быстро. Торговцы пересели с медлительных тауро на заводных кархов. Кому мест не хватило, стали вторыми номерами. Табаллатт гарантировал, что сильные животные способны доставить отряд в нужное место, не сдохнув от перенапряжения. Однако сразу уточнил, что обратно придется добираться на своих двоих. Кархи не двужильные. Один рывок они переживут, но потом им будет требоваться долгая передышка.

Пока собирались, пока кидали жребий — кому именно скакать в горную крепость за помощью, древо-день кончился. Небо оставалось ясным, и бледного света аккреционного диска было достаточно, чтоб не натыкаться на деревья.

Перья страшных ящеров на ощупь оказались мягонькими, почти, как пух. Зверь, почувствовав мой интерес, повернул башку, и уставился на меня большущим, желтым глазом. Потом и вовсе высунул язык промеж острых, как кинжалы зубов.

— Хей! — гаркнул кто-то из наездников, и наша скорая помощь рванула в ночь.

Поселок был окружен частоколом. Раньше. Сейчас же от стены осталось только несколько одиноких бревен, которые уже не мешали осаждающим цитадель фроггам. А тварей вокруг кубического здания с бойницами, было огромное количество.

Можно было не целиться. И смело бросать гранаты. Своих в этом море лоснящихся спин не было. И меня это несказанно радовало. Квест Наблюдателя же нужно было закрывать.

Парни у костра уже рассказали мне, что фрогги — не самый распространенный Враг в Единстве. Еще большее чудо — соседство развитой горной провинции и болот, в которых обычно лягушко-люди и обитают. Более классический случай, когда конфликт с фроггами затевают народы, приспособленные для жизни в воде.

Тут мне пришлось задать новый вопрос. Потому что не совсем понял термин «приспособленные». И мне поведали, что кел были свято уверенны, что каждый клочок Единства должен быть населен разумными. Так появились люди Леса, Воды и Пустынь. Народы Тени — способные жить в сумеречных зонах, куда почти не пробивалось тепло и свет Игг-деревьев. Племена Льда, Пещерники и прочие, прочие, прочие.

Кого-то из этих разумных Кел считали младшими — прямыми потомками, с некоторыми изъянами в генетике. Кого-то — низшими, сильно отличающимися от классических «эльфов». А еще были Враги. Фрогги, тавры, йотуны, некросы… Черви стояли особняком. Эти твари были в принципе против любых форм жизни.

У кого-то из защитников цитадели, видимо, еще оставалась Звездная Кровь. Изредка с плоской крыши башни в сплошное море полуразумных лягушек летели шары огня, голубые иглы льда или слепящие молнии. Горцы все еще сопротивлялись, но без внешней помощи, их усилия ни к чему бы не привели. Фроггов было слишком много.

Мы выстроились цепью, и ударили. Автоматы, архаичные ружья, бластер, луки со стрелами — до момента, когда нас заметят, и атакуют, нужно было выплеснуть такой объем ярости, чтоб даже в тупых бошках Врагов проснулись семена Страха.

Счетчик поверженных тварей быстро пополнялся. Мы только вступили в сражение, а бронза уже оказалось преодолена. Впрочем, Наблюдатель не замедлил выдать «продолжение». Теперь, для серебряного вознаграждения, нужно было набить две тысячи. Но я был абсолютно уверен, что за этот бой задание выполнить не получится.

Мы стреляли, твари дохли, но, почему-то, продолжали нас игнорировать. Нам почти удалось очистить от Врага одну из четырех стен цитадели, и мы бы имели возможность присоединиться к защитникам, но тут у наших воинов кончились патроны к автоматам. Пока я раздавал новые магазины, пока перезаряжались, прореха в «море» тел затянулась, и нам пришлось начинать все с начала.

Этот расстрел не мог продолжаться вечно. Наступил момент, когда орда разделилась, и в нашу сторону рванула изрядная ее часть. Первый порыв я сбил, просто закидав тварей гранатами. Запас изрядно просел, но я не унывал. Оружие послужило благому делу — установлению моего авторитета в Караване и явлению мощи земных технологий. Знал, что из башни кто-то точно за нами наблюдал. Значит, велика была вероятность успешной торговли, после того, как все это болотное безумие схлынет.

И все же наступил момент, когда «Суворов» стал только мешать. Фрогги, наплевав на тела родичей, обильно падавших прямо под лапы, подошли совсем близко. Восходящие активировали Скрижали, и вытащили из хранилищ холодное оружие.

У меня боевых рун не было. Одна молния не изменила бы ход битвы, зато здорово бы просадила запас Звездной Крови. Так что я тут же отпустил рунный круг, как только недавний трофей — исходящий морозной стужей меч — оказался в руке.

Никакого особого искусства фехтования и не требовалось. Фрогги не особенно ловкие ребята. Само строение их тел — наверняка весьма подвижных в воде — на земле не предназначено для битвы. Кроме того, кто, как не люди — лучшие убийцы во вселенной?

Меч показал себя прекрасно. Хватало одного, максимум — двух ударов, чтоб расправиться с очередным врагом. Приходилось напрячься только, если противников было сразу несколько. Но тут или пользовался преимуществами длинных рук, или соседи по строю выручали. Я тоже старался присматривать за соседями. Пару раз пришлось даже отвлечься от добивания очередной твари, чтоб помочь брату-торговцу.

Никакого плана у нас собственно и не было. Предполагалось, что нам просто нужно продержаться час — полтора, чтоб подмога из горной крепости успела прибыть. Идеальным вариантом было бы, если бы нам удалось пробиться в цитадель. Тогда и наши лекари могли бы помочь раненным горцам, и мы, защищенные стенами, могли в полной мере использовать преимущества земного оружия. Но не судьба. Единственный шанс мы уже упустили, а второго вожди фроггов нам не давали.

Довольно быстро нас окружили. Торговцы, повинуясь командам капитана охраны, образовали неровный круг, оттаскивая раненых внутрь. Эо пришлось отложить боевые руны, и браться за лечение. И, судя по количеству подопечных у нашего командира, наша авантюра стремительно превращалась в катастрофу.

Нужно было снизить напор. Причем, быстро. Караванщики, конечно, ребята опытные и сильны, как воины. Но когда против каждого три, а то и четыре врага, любая оплошность приводит к ранению или смерти.

Я и раньше не экономил гранаты. Теперь же, достал из криптора последний довод — плазму. Обитатели заболоченных озер, фрогги вообще недолюбливали огонь. Разогретое же до солнечных температур вещество и вовсе вселяло в лягушек настоящий ужас.

Черных «яиц» оставалось одиннадцать. В стандартный ящик на фабриках упаковывают по дюжине, но одну я уже истратил на того, памятного, вождя. Сразу отложил одну гранату обратно в хранилище. Где не справится десяток, там и одиннадцать проблему не решат. А мне запас может пригодиться. С сильными тварями я сам, без помощи продвинутых технологий Утопии, точно не справлюсь.

Чуда не произошло. Сверкающие резким, звездным, светом вспышки изрядно проредили орду, но прорехи быстро затянулись. Твари выли от страха, но все равно перли вперед, словно зачарованные. Тут нужен был гаусс-пулемет, а не десяток мощных, но не ультимативных гранат. А еще лучше — танк.

Представил даже, как по изрытому добытчиками торфа полю катит громада «Ямато». Как кишки чудовищ наматываются на гусеницы, и как сгорают ряды орды под воздействием огнеметных систем.

Дернул головой, отгоняя фантастические видения, вздохнул, и занял свое место в строю. Все уже поняли, что победить мы не можем. Их тупо слишком много. А вот подороже продать свои жизни, заставить нас уважать — это все еще было в наших силах.

Рубил, пока рубилось. Когда понял, что мышцы плеча отказываются поднимать руку вверх для замаха, стал колоть. Пробегающий за спинами Эо, не спрашивая разрешения, совал во рты бойцов какие-то травяные пилюли, на какое-то время снимающие усталость, и наполняющие тело энергией. Я бы, может, и отказался от допинга — прекрасно представляю, что что-то не берется из ниоткуда. За все нужно платить. И что с нами станет, когда наступит момент отката?

Страшно не было. Мозг будто бы впал в забытье. Сиреневые в свете Небесного Трона рожи тварей, кровь, кишки и вопли. Я и внимание перестал на это все обращать. Единственной оставшейся в голове мыслью была задача — собраться с силами, и убить еще пару врагов…

А потом, вдруг, в один момент стало легче. Словно кто-то нажал на кнопку «прекратить атаку», и фрогги отхлынули от нас, растворившись в сумерках. Мы еще какое-то время стояли в строю, подозревая в этом какую-то военную хитрость. Но чудовища все не возвращались.

Признаюсь, я опустился на растоптанную в грязь влажную почву одним из первых. Почувствовал вдруг, что ноги дрожат от перенапряжения, а руки не желают двигаться. Пальцы только свело — иначе давно потерял бы трофейный меч. Но это только улыбку вызвало. Терять драгоценное оружие совсем не хотелось.

— Все, братья, — выкрикнул, разглядевший что-то в полутьме Эо. — Рикс привел дружину. Теперь лягушкам не до нас.

Не помню, о чем думал. Не помню, думал ли вообще о чем-то. Такая вдруг меланхолия на меня напала, ни словом сказать, ни пером описать. Сидел в прохладной грязи, смотрел на полыхающие вспышками заклинаний сумерки, и радовался жизни.

Постепенно отошел. Силы, капля за каплей, собирались в мышцах. В один прекрасный момент, понял, что могу встать, и это не грозит мне приземлением лицом в грязь.

— Братья уже отправили существ на сбор трофеев, — пробегая мимо, сообщил командир. — Как вернутся, появится Звездная Кровь, и я смогу быстро поставить всех на ноги.

Я только кивнул. Принял уже концепцию — Звездная Кровь может все. Почему бы и не быть рунам, возвращающим силы усталым бойцам?

Поднялся сам, помог кому-то из наших. Прибегал Табаллатт, показал место, где погонщики, уже успевшие добраться до поселка добытчиков торфа, разбили лагерь. Пища и лежанка — что еще нужно? Ни о чем ином я и помышлять не мог.

Проснулся к обеду. Так-то в Единстве с определением времени большие проблемы. Может аборигены как-то и умудряются выяснять который теперь час по интенсивности свечения Игг-древа, но я таким высоким искусством пока не овладел. Мне довольно было и того, что было светло, а в котлах на костре приготавливалась похлебка.

Умылся — ночью упал и уснул, как был, весь в грязи и крови — и будто бы груз с плеч скинул. Вообще, на удивление хорошо себя чувствовал. А после того, как заправил желудок изрядной порцией жирного супчика, так и вовсе стало хорошо. Появилось желание что-то делать. И первым делом, занялся приведением в порядок оружия.

Меч в руне. Им заниматься не требуется. Каждый раз после призыва, он является будто новый. Не пачкается, не ржавеет, не теряет заряд батарейки. А вот автомат такими чудесными свойствами похвастаться не мог. Стрелял я долго и весьма интенсивно. Пришлось повозиться, вычищая нагар и смазывая движущиеся части.

Проверил состояние доспехов. Отметил новые царапины и погнутости. Слава Богам, хоть сквозных пробитий не было. Мог в горячке боя и не заметить. Но пару пластин все же заменил.

Показал воинам, как правильно нужно заботиться об «Суворове». Парни простые, такой работы не гнушались. Автомат сильно сэкономил нам Звездную Кровь. Еще бы источник бесконечных боеприпасов заиметь, и вообще чудно было бы.

Пока занимался с бойцами, возник вопрос о покупке земных доспехов. Мало кто во вчерашнем сражении обошелся без ранений. Даже защитные руны — не панацея. Они имеют время действия, или ограниченное количество зарядов, а надежная броня с тобой всегда.

Сошлись на пяти монетах за комплект. Подгонка бесплатно. Наживаться на тех, кто завтра, возможно, станет тебя защищать — несусветная глупость.

Готов был выдать доспехи, так сказать: в кредит, но ребята отказались. Сказали, что поговорят с семейными торговцами, чтоб те выделили средства. Я, признаться, сразу не понял, а потом догадался. Между родами в Караване тоже присутствует некая форма конкуренции. Борьба за влияние, и за положение семьи во внутреннем рейтинге. Такие вот одолжения, как я предложил, влекут за собой ответную услугу. Некий моральный долг, который может всплыть в самый неподходящий момент. И без санкции старших, воины на это пойти не могли.

Вот тогда я впервые задумался о том, что даже такое, небольшое, общество, как Великий Караван — это все же часть человечества. И обладает всеми, присущими людям, атрибутами. Политика, социальное взаимодействие, конкуренция или даже вражда. Все это просто обязано было быть в Караване. Но я всего этого не знал, не видел. Да, будем честны, и не смотрел. Но если собирался стать родоначальником нового рода, пусть и младшего, подчиненного старшему, должен был как-то в этом разобраться.

Но пока отложил эту мысль в сторону. В тот момент были дела и поважнее. Например, ознакомиться с изменениями навыков.

Навык Бой-без-Оружия получил развитие 6/10 (дерево)

Навык Единого Языка получил развитие 7/10 (дерево)

И смех и грех. Если с Боем-без-Оружия было все понятно: я так интенсивно мечом махал, что это должно было отразиться на навыке. Но Единый Язык то тут причем? Или просто накопилась критическая масса понятных слов? Так я давно уже дефицита понятий не испытываю. С произношением тоже получше стало. Во всяком случае, все меня понимают. А это главное.

Загадка. Но развитие всегда приятно. Да и с Системой не поспоришь, и на апелляцию не подашь. Восхождение сурово, но справедливо. Больше никаких изменений не увидел, а просматривать Хроники было лениво. На том общение с Системой и закончил.

Вернулся Эо. Оказывается, пока все мы отлеживались, отходя после тяжелого боя, наш командир успел побывать в лагере рикса — предводителя горной крепости, пришедшего нам и добытчикам на помощь. Как я понял, разговор велся о количестве трофеев, которые должны отойти нашему отряду. Вождь горцев был адекватным человеком, и прекрасно осознавал, что без нашего вмешательства, гарнизон цитадели прекратил бы свое существование задолго до прибытия «кавалерии». Мы, четыре десятка купцов с охраной, буквально спасли несколько сотен туземцев от страшной смерти в лапах обезумевших фроггов.

— А еще, — улыбнулся, сверкнув на меня глазами Эо. — Рикс очень интересовался оружием и доспехами землян. Что скажешь, брат Сильвер?

— Любой каприз за его деньги, — пожал я плечами. — Оставлю немного для каравана. Остальное готов продать.

— Есть проблема, — засмеялся командир. — У них не так хорошо со Звездными Монетами, как бы нам хотелось. Дошло даже до того, что влиятельный властелин горной крепости вздумал торговаться с купцом Великого Каравана.

Караванщики так ржали, что распугали всех птиц в радиусе километра. Я сути шутки не понял, но охотно поддержал всеобщее веселье. Тем более что любая попытка сбить цену в действительности упирается в ограниченность запаса товара. Можно просить, или требовать любую скидку. Но если я скажу «нет», то сделки просто не будет. И я ничего не потеряю. Потому что, рано или поздно, все равно распродам излишки. А вот горцам взять продукты земных технологий больше просто негде. Были у меня сомнения, что местные фригольдеры распродают оружие и броню всем вокруг.

— Есть взаимовыгодное предложение, брат Сильвер, — дождавшись, когда вспышка веселья иссякнет, предложил Эо. — Провести сделку в два этапа. Сначала, мы выкупаем то, что горцы соберутся продавать. Потом, когда у них соберется необходимая сумма, ты продаешь им то, что они хотят купить. Как тебе?

— Почему бы и нет, — кивнул я. — При условии, что в выкупе их трофеев я тоже участвую.

— Конечно, — порадовал меня Азизи. — Разве может быть иначе?

У меня в хранилищах содержалось четырнадцать комплектов «Скаутов» и семь «Гардианов». Первые можно было продавать в полном объеме. Вторые — только своим. Причем, один набор брони я хотел оставить для себя.

С «Суворовыми» было проще. В моем арсенале содержалось десять кейсов с автоматами. По шесть штук в каждом. Плюс один неполный, с пятью стволами. Его я планировал приберечь. Итого, шестьдесят автоматов.

А, да! Было еще оружие подаренное Абди. Так сказать, бывшее в употреблении изгоями. Его тоже можно было продавать, хотя и слегка дешевле. Его полную работоспособность я мог гарантировать, но внешний вид был… недостаточно презентабелен. Кто же знал, что тут, на ровном месте, такой ажиотаж возникнет.

С боеприпасами же была беда. Пусть в закромах магазинов к автоматам еще хватало, но я совсем не хотел уменьшать свой запас. Даже за деньги. Самое лучшее на свете оружие становится бессмысленным куском металла, если по какой-то причине, не может работать. Без патронов гордый «Суворов» превращается в замысловатую механическую игрушку.

К вечернему костру в наш лагерь пришел гость. Так сказать, торговый представитель Людей Гор. Забавный такой старик в парике. Чем его не устраивала блестящая лысинка — я заметил, в Единстве отсутствием волос на голове никого не удивишь — история умалчивает. Но выглядела эта попытка скрыть очевидное совершенно комично.

Эо продолжал улыбаться, но принял гостя со всей серьезностью. Старик прибыл, чтоб согласовать цены, а от них зависело — кто и какую прибыль получит. Горец был неплох, но все же, до уровня нашего командира не дотягивал. С аргументами улыбающегося торговца просто невозможно было спорить.

А вот в нашу со стариком беседу Эо вмешиваться не стал. Нет, он не бросил меня «на съедение» опытному торгашу. Продолжил сидеть рядом, и внимательно прислушиваться к спору. Изредка кивал даже, но в торг все же не вмешивался.

Хотя, торгом этот разговор я бы не назвал.

— Десять доспехов, — поднял палец старик. У него был странный, непривычный акцент. Такой, что иногда мне приходилось напрягаться, чтоб его понять. — Это много. У тебя столько есть?

— Есть и больше, — пожал я плечами. — Не проблема. Семь монет за каждый. Плюс еще три, если требуется подгонка по телосложению.

— Это оптовая закупка, и ты должен сделать скидку, — припечатал горец.

— Пф, — фыркнул я. — Я никому ничего не должен. За оптовыми скидками обращайтесь на оптовую базу. У меня розничный магазин. Семь монет.

— Еще нашего рикса интересует оружие.

— Закономерный интерес, — кивнул я. — могу только приветствовать его предусмотрительность.

— Десять штук.

— Пять монет, — широко улыбнулся я. — И по одному магазину патронов к каждому.

— Сколько зарядов в этом… магасине?

— Тридцать.

— А потом? Где нам их брать потом?

— Купить у людей Земли, — развел я руками. — Больше негде.

— А сколько можешь продать ты?

— Нисколько. Этот товар не продается.

— На таких условиях мы не станем ничего у тебя брать.

— Приятно было пообщаться.

Я поднялся, чтоб уйти, но старик схватил меня за штанину.

— Разве торговцы так ведут торговлю?! — покачал головой горец. — Купцы должны идти друг другу навстречу.

— Ну вот мы встретились. Я назвал цену. Ты отказался. Встреча закончена. Что-то еще?

— Я хочу часть покупки оплатить нашими товарами. Что тебя интересует?

— Радиоизотопный реактор, топливные стержни, минирепликатор, универсальный вездеход типа «Каракурт»… Мне продолжать?

— Руны, ядра зверей, измененные материалы… У меня даже есть немного оксидина. Интересует?

— Это все готовы приобрести мои братья по Каравану. Меня устроят только монеты, — Эо уже договорился о ценах, и мне незачем было лезть в эту сделку. Достаточно было тупо передать командиру часть монет, и получить свою долю товарами. Обманывать или обделять друг друга внутри Каравана никто не станет. Это ведь палка о двух концах. Сегодня ты спихнул Сильверу нелеквид, а завтра Абди Хеттани выкатит тебе такие цены на руны, что не рад будешь. И это я еще не говорю о моральной стороне дела. Если Эо, как командир торговой экспедиции, допустит ущерб для одного из своих временных подчиненных, никто его больше начальствовать не поставит. Протекционизм здесь неприемлем.

Беспроигрышная комбинация. Скупить большую часть трофеев у горцев по минимальной цене, и продать дорогой товар по максимальной. Вернуть потраченные деньги с изрядной прибылью. Да караванщики должны были меня на руках обратно в лагерь нести!

— Это твое последнее слово? Ты ведь понимаешь, что если мы не договоримся, то и твоим братьям ничего продавать не станем?

Это мы уже тоже обсуждали в узком кругу партнеров по экспедиции. И меня заверили, что ничего страшного не произойдет, если сделка не состоится. Весь фокус в системе распределения добычи у аборигенов. Она может немного меняться от народа к народу, но принцип сохраняется неизменным. Половину забирает рикс, и именно об этой части мы сейчас спорили со стариком. Но вторая половина — законная доля участников сражения. И простые воины с радостью скинут те же Нулевые Руны нашим торговцам. Особенно деревянные или бронзовые. Этого «добра», как мне сказали, всегда много выпадает с тварей.

— Цены ты услышал. Условия тоже. Ничего добавить не могу.

Я снова развел руками. Честно сказать, было немного боязно вот так, одним лотом, отдать практически весь запас образцов земных технологий.

— Готов купить те из земных вещей, которые вам самим не нужны, — решился я, надеясь, что туземцы или не распознают среди вещей что-то ценное, или принесут сломанные. И то и то меня устраивало. Сломанное можно починить, а неопознанное — применить по назначению.

— Я передам риксу, — поджал губы старец. — В любом случае, придется подождать, пока это принесут из крепости.

— Мы готовы подождать еще три древо-дня, — вмешался Эо. Думаю, он тоже догадался — чего же я хочу на самом деле. Наверняка же видел, как я в лагере Каравана собираю ценные доспехи из кучи никому не интересного мусора.

Самое смешное, что ни один из взятых с собой в экспедицию мегакрипторов полностью так и не освободился. Правда, были еще надежды на встречу с изгоями. Уж они-то точно должны были заинтересоваться моими товарами.

Но и так вышло отлично. Во-первых, я заработал деньги. Сорок, правда, потратил на покупку трофеев горцев, но все равно на счету значилось сто двадцать Звездных Монет.

Во-вторых, руны! Часть досталась мне после раздела добытых в сражении с тел измененных фроггов, другая — была куплена у горцев. Итого, в Скрижали теперь хранилось сорок пустышек деревянного ранга и тридцать бронзового.

Еще приобрел:

Белый остроклюв

Руна-Существо

Качество: бронза

Активация: 12 капель Звездной Крови

Белая птица, слабо светящаяся в темноте, отпугивает порождения Червей. Может служить разведчиком, и собирать Руны и Звездную Кровь.

Время действия: 4 часа

Время перезарядки: 1 час

Птичка обошлась мне в какие-то несчастные две монеты. Я бы решил, будто и это дорого, но Эо заверил, что я легко могу продать Руну Наблюдателю за три. Новость несколько примирила с потерей так не просто зарабатываемых денег, а пользу существа еще только предстояло проверить.

В моей доле трофеев еще было три горсти ядер зверей разного качества. Знающие люди заверили, что раз уж решил для себя выбрать путь Рунного Мастера, материал для работы мне пригодится.

В награду за выполненное задание Наблюдателя выбрал Руну-заклинание. Снова Эо посоветовал. Он утверждал, что всегда дают на выбор из трех — атакующей, защитной и нейтрального типа — а у меня, не считая «Гардиана» ничего для собственной безопасности нет. Тем более что «земноводная» тема задания могла преподнести приятный сюрприз.

О, да! Выбор был трудным. Водяной Хлыст, Рыбья Чешуя и Корзина с морепродуктами. Взял Чешую. Защита — действительно важное дело.

Рыбья Чешуя (1/3)

Руна-заклинание

Качество: бронза

Активация: 12 капель Звездной Крови

При активации создает вокруг Восходящего непробиваемую физическим оружием и заклинаниями сферу.

Время действия: 20 минут

Время перезарядки: 10 минут

Одна из трех означало, что эта Руна — часть набора, и может стать сильнее, в сочетании с остальными своими товарками. Старший посоветовал поискать другие части набора в лавке Наблюдателя или у Торгового Представителя Контракции. На бронзовом ранге они не могли быть дефицитом.

Обновки не радовали бы так сильно, кабы не доставшаяся мне Звездная Кровь. Пятьдесят три капли добавились к сорока шести, и теперь радовали глаз приятным числом — девяносто девять. Уже можно было попробовать что-то применять в бою, а не просто любоваться растущим счетчиком.

Но, самое главное то, что удалось выкупить у горцев из земной техники! Шесть монет истратил, и считал, что отобрал конфету у целой толпы детишек. Как все же здорово, что горцы понятия не имели, что именно им в руки досталось! А еще так радовались, когда я деньги за, в их понимании — мусор, отдавал.

Единственным, за что пришлось действительно поторговаться, был кейс мегакриптора. Мне не сказали, каким образом одинокое хранилище попало к горцам, и даже не дали в него заглянуть, чтоб посмотреть содержимое. Старик-торговец позволил мне лишь убедиться, что криптор в рабочем состоянии. Но и то, думаю, сделал это чтоб набить цену.

У него получилось. Потому что устройство работало, и было защищено генетическим ключом. Логичным было предположить, что загребущие лапы аборигенов в него еще не совались.

Сторговались на ящик патронов к «Суворову» и три Звездных Монеты. Денег было жаль, но потеря боеприпасов волновала меня гораздо больше. В отличие от виртуальной валюты, патроны были невосполнимым ресурсом. Ладно хоть навыки удалось слегка развить:

Навык Торговли получил развитие (дерево) (4/10),

Навык Оценки Товаров получил развитие (дерево) (3/10).

Еще удалось выкупить гору деталей к автоматам, элементы доспехов и кучу бытовых мелочей. Последнее заполучил, так сказать, оптом, по весу, за одну монету. Местные назначение этих вещей не определили, а я этим воспользовался. Взгляд сразу зацепился за несколько — потом выяснил, что их было пять штук — браслетов с личными крипторами.

Странно, конечно. Я понять не мог, как можно столько лет жить по соседству с фригольдом землян, и не понять ценности индивидуальных хранилищ. В конце концов, не весь же народ Гор — Восходящие. А прибор работает без использования Звездной Крови, и здорово облегчает жизнь.

Торопливо распихал покупки по хранилищам, распрощался с вредным стариком, и побежал собираться. Наш лагерь был расположен достаточно близко к месту сражения, с которого, естественно, никто и не подумал собрать тела поверженных чудовищ. На трупы стали собираться местные падальщики. И если мелочь — сравнительно небольшие птицы и зверьки — шустро убегали, стоило к ним приблизиться, то здоровенные скальные дрейки наоборот, готовы были атаковать двуногих, посмевших помешать пиршеству.

Не особо верилось, что этих тварей, здорово похожих на птеродактилей, тоже создали Кел. Зачем? Для каких целей? Перерабатывать падаль могут и более мелкие, не представляющие опасности для людей, животные. Эти же летающие крокодилы, мало того, что были агрессивны, так еще и хрупки мозгами. Караванщики рассказали, что именно дрейки чаще остальных животных, впадают в неконтролируемое бешенство — ваал — и нападают на все живое вокруг.

В общем, безумная, прожорливая и бесполезная тварь — вот что я решил.

Наблюдатель, впрочем, задание на прореживание популяции не давал. Система любезно подсветила мне особо выдающихся особей. Тех, что содержали Звездную Кровь. Но Эо охоту не благословил. Пора было отправляться в обратный путь.

Загадку наручных крипторов разгадал быстро. Все просто: в них села батарейка. Малюсенькая радиоизотопная батарея, способная поддерживать работу в приборе не один век, оказалась выработана до дна. Что такого нужно было делать с браслетом, чтоб истощить практически вечный аккумулятор? Использовать, как фонарик?

И ладно — один браслет испортить. Но не пять же! Или кто-то пытался разобраться в земной технологии экстрамерного пространства? Залез шаловливыми ручками в электронику?

На ходу манипуляции с маленькими деталями делать, конечно же, не стал. Будет еще время на привалах. Тем приятнее будет найти внутри чего-нибудь полезное. Зато, шагая рядом с попахивающим потом и пылью мохнатым боком тауро, ничто не мешало мне разобрать остальные покупки. Навести порядок в хранилищах. Запчасти к оружию отдельно, броня — отдельно, бытовые мелочи, вроде фонариков, анализаторов, кибераптечек и боксов с инъекторами — отдельно.

Сразу прикинул, что если найти еще пару костюмов — основ для доспехов, смогу собрать комплекты. Если точнее: один «Скаут» и один «Варриор» — продвинутую модель все той же брони для разведчиков. Жаль, мимикрирующего плаща, который должен, по идее, входить в набор, не нашлось.

К вечеру, когда мы добрались-таки до удобной поляны, на которой ранее договаривались встретиться с изгоями, мне оставалось разобраться только с самым вкусным — с крипторами.

Горел костер, и рядом стояла стандартная палатка колониста. У огня, на кучках хвороста, сидели изгои вперемешку с нашими охранниками. Кархи бродили по окрестным кустам, чем-то там аппетитно закусывая. Мирная картина, снявшая с сердца груз, о котором я даже и не задумывался.

Была, конечно, мыслишка, что кто-нибудь решит просто перебить явившихся изгоев, вместо того, чтоб с ними честно торговать. И никто бы кроме нас об этом не узнал. Места дикие. Единство огромно. Мало ли где пропали отправившиеся с нами на встречу люди…

Тем более Великий Караван, который никогда не останавливается. Сегодня здесь, завтра уже в соседнем октагоне. Караванщикам нет нужды завоевывать расположение туземных племен. Авторитет уже есть, так почему бы не рискнуть? Так что я, увидев мир и взаимопонимание, даже выдохнул. Почему-то именно этим людям не искренне хотелось помочь.

Отряд втянулся на поляну. Полтора или два часа суеты по организации лагеря, и готовке пищи, и вот, наконец, мы все расселись вокруг очага, чтоб поговорить. Торговлю отложили на утро. На свежую голову, так сказать.

Изгои поделились мясом, травы и овощи воины собрали в лесу. Из хранилищ извлекли спиртные напитки. Немного. В походе официально сухой закон не объявлялся, но мало приятного завтра целый день бултыхаться на покатой спине ездового животного с больной головой. Мне — пешеходу — и подавно. Но за дружбу и успех торгового предприятия пару глотков хмельного напитка выпил и я.

Главного в четверке изгоев зовут Лешцинер. Бронзовый восходящий. Только бронза тоже разная бывает. Тот, кто едва-едва перешагнул порог дерева, и тот, у кого в атрибутах более семидесяти звезд развития — совершенно не равны по силе. Лешцинера Эо определил, как темную бронзу. Крепкую. Очень хорошо развитую. Практически на грани серебра.

Между тем, все четверо были довольно открытые, коммуникабельные колонисты. Охотно отвечали на вопросы, и не стеснялись спрашивать сами. А если о чем-то не хотели рассказывать, то сразу об этом предупреждали.

Ребята не скрывали, что у них имеется свое поселение. Где-то в горах с той стороны большого озера. Караван всего несколько километров не дошел до его берегов, остановившись у питающей озеро реки. Мы не спрашивали, но Лешцинер сам сразу отрекся от бандитов, напавших на лагерь каравана.

— Мы — изгои, потому что нас слишком мало, чтоб сформировать признанный тингом фригольд, — начал издалека лидер. — Живем своей жизнью, не лезем во внутренние дела окрестных народов, не участвуем в дрязгах Либерти, и не грабим караваны. Эти подонки, что имели наглость напасть на Великий Караван, и нас пробовали подчинить. Пришлось нам даже в осаде посидеть, пока до ублюдков не дошло, что мы не склоним головы перед преступниками.

— Тогда почему Система определяет вас, как изгоев? — удивился я.

— Таков порядок, — подал Лешцинер плечами. — Раз нас изгнали из Либерти, а к другому народу мы не пристали, значит — изгои.

Все люди разные. Я и раньше это знал. Просто здесь, в Единстве, это наиболее очевидно. Кто-то и помыслить не может, чтоб отделиться и жить своим укладом. Такие прибиваются к большой стае, принимают ее порядки и традиции. Подчиняются ее лидерам. Другие, вроде этих вот парней, могут плюнуть на все, и уйти в глушь, в дебри диких земель. Строить что-то свое. Жить своим умом.

У Лешцинера, кстати, был титул хейр. Довольно известный дядька оказался. Во всяком случае, в этом октагоне.

У этих изгоев была ферма каких-то чудесных жуков. Насекомые ползали по окрестным скалам, и собирали металлы, наращивая панцирь. Который, раз в какое-то время, сбрасывали при линьке. В Единстве, как я понял, не существует крупных месторождений полезных ископаемых. Зато они присутствуют почти везде. И есть живые организмы, способные металлы из породы выделять. Очень удобно и эффективно. Хотя и не так быстро, как при промышленной добыче.

Люди Лешцинера, да и он сам, мне нравились. Если бы тогда к месту приземления пришел этот изгой, а не тот, может быть, сейчас я сидел с той стороны костра. Их ресурсы и мои знания и умения — мы могли бы заявить о себе на весь октагон.

Но что-то менять я уже не хотел. Караван мне был больше по душе. Ветер странствий — красивые слова, но что-то в них есть такого, от чего плечи разворачиваются, а подбородок поднимается. Путешествовать, торговать, знакомиться с людьми. Увидеть то, о чем в других местах и подумать не могут. И вообще! Кто сказал, что дом должен постоянно стоять на одном месте?! Почему бы дому не странствовать по Единству в составе сильного и всеми уважаемого Великого Каравана?

Утром поторговали. Быстро управились. Гораздо быстрее, чем с горцами. У изгоев было что нам предложить, и он точно знали, чего хотят получить взамен. Единственное — сразу предупредили, что копят Звездные Монеты на выкуп новых стигматов. Я уже слышал, что «гвозди» либо обмениваются на изъятый у погибшего Восходящего, либо приобретаются за десять монет в Храме Вечности. Так что, не удивился.

Панцири жуков, насыщенные металлами, караванщиков интересовали. Как и ядра зверей, куски измененных костей и клыков чудовищ и редкие, содержащие Звездную Кровь, травы. Изгоям же нужны были радиоизотопные аккумуляторы, боеприпасы, обувь — даже без всего остального доспеха — и специи с Земли. Еще Штайнеманн, который тоже был среди четверки изгоев, спросил о лодке. Сказал, что такие, какие у меня были, не так часто попадаются в наборах колонистов. Только у очень непростых специалистов и у экспертов. И очень удивился, когда узнал, что у меня их три штуки.

Обменялись товарами, а потом, посовещавшись с лидером, Штайнеманн спросил, не заинтересуют ли меня руны. Ничего особенного. По большей части деревянные и бронзовые, и не слишком, скажем так: популярные. Зато дешево. Любое дерево тот же Наблюдатель выкупает по одной монете, а бронзу минимум по три. И я уже хотел было начать спорить, но Эо отвел меня в сторонку.

— Звезда, содержащая Звездную Кровь, в Контракции продается за три монеты, — тихо выговорил командир. — В каждой двадцать четыре капли. А если сломать деревянную, получишь от шести до десяти капель. И немного разовьешь навык Рунного Мастерства. Смекаешь?

— Получается, выгодно даже всякий мусор покупать? — вскинул я брови.

— Если есть навык, то конечно, — ободряюще улыбнулся Азизи. — Но, ты говорил, что хочешь этим заниматься? Я прав?

— Спасибо за совет, — искренне поблагодарил я. — Монеты я еще заработаю. Звездная Кровь важнее.

— Именно, брат Сильвер. Именно так!

В общем, я истратил еще двадцать монет на выкуп всякого шлака. Дошло до того, что новые приобретения перестали в Скрижаль входить. Эо любезно согласился подержать излишки в своей Сумке Торговца, так что я продолжил радовать изгоев Звездными Монетами.

Свободные колонисты не соврали. Руны действительно были никчемными. Ни одного умения или навыка. Заклинания, вроде Ядовитого дыхания. Предметы — Малый Меч Легионера и Тяжелая Дубина. Десяток деревянных пустышек, и четыре штуки бронзовых. Из тридцати трех купленных глифов заинтересовал только один:

Рывок

Вид: Руна-Заклинание

Качество: дерево

Активация: 6 капли Звездной Крови

При активации переносит Восходящего на несколько шагов в выбранную сторону.

Время действия: мгновенно

Время перезарядки: 6 минут

Подумал, что это может пригодиться в бою. Возможность разорвать дистанцию, в трудную минуту, дорогого стоит.

Это я к тому, что одна эта незамысловатая руна смогла примирить меня с потерей двадцати монет. Хотя и странно было осознавать, что поменял два полных комплекта «Скаутов» на кучку малюсеньких виртуальных символов в нарисованном же интерфейсе Системы.

Нечего было и надеяться подобраться к лагерю Великого Каравана незамеченными. Да мы, в общем-то, и не пытались. Шли себе и шли. Вертели головами, приветствовали мелькавших среди растительности охранников на кархах. И, наконец, добрались.

Встретили нас не то чтоб равнодушно, а скорее — обыденно. Родственники, конечно, радовались, парни обнимали жен и матерей. Вокруг с воплями носились дети. Но чтоб кто-нибудь из патриархов вышел нас поприветствовать — такого не было.

Нину я увидеть среди встречающих надеялся, но допускал мысль, что этого не случится. И было приятно, когда она одной из первых побежала мне на встречу. Вроде ничего такого в походе не случилось. Обычный, рядовой рейд по торговым надобностям. Но я все равно чувствовал себя вернувшимся с войны. Ладно. Хорошо. Не с войны. Из похода. Но все равно здорово, когда тебя кто-то ждет.

Грыз, конечно, малюсенький червячок. Некая тень сомнения в своей нареченной.

— Люди говорят, это ты Старого Луи завалил, — сказал Штайнеманн тем памятным вечером у костра. — Этого поддонка давно в Аду заждались. Там ему, должно быть, и персональный котел уже заготовили.

Я улыбнулся и развел руками. До того момента, и знать не знал, как звали неудачника погибшего от взрыва моей мины.

— Молодец, земляк, — изгой показал мне большой палец. — Наверное, и трофеи с него хорошие были? У этого гада были сильные руны. А стигмат? Стигмат забрал? Может продашь? Мы тебе за него пару монет дадим…

Пришлось признаться, что не взял «гвоздь» с собой в поход. Так что, при всем желании… А сам подумал, что не плохо бы поинтересоваться у «Пятницы»: куда что делось? Звездная Кровь, Руны, Стигмат… Как бы то ни было, но это мои трофеи. Спросила бы, я бы отдал не задумываясь. Тем более, в первые дни после высадки, когда еще совсем не понимал ценности всего этого. Но ведь они и не спрашивала. Просто забрала. И как-то это было… некрасиво. Даже думать об этом было неприятно.

— Ну же, Серебряный, — тормошила меня девушка, вцепившись в руку, по дороге к палатке. — Рассказывай. Где были? Что видели? Как торговля? С кем сражались? Ну же! Я сейчас умру от любопытства!

— Ого, принцесса! — засмеялся я. — Разве у вас не принято сначала человека помыть и накормить, и только потом расспрашивать?

— Нас давно уже предупредили, что вы на подходе. Еда ждет, вода сейчас будет готова… Нет! Ты начни хотя бы. Я же лопну!

Я хмыкнул, и начал потихоньку рассказывать. О том, как не смог ехать на быке, и всю дорогу топал на своих двоих. О том, как повстречал в лесу изгоев и договорился с ними о торговле. И о предупреждении о фроггах, атаковавших добытчиков торфа. О нашем решении сразиться с земноводными. О трофеях, и о том, как высоко оценили воины каравана земное оружие и доспехи.

О городе-крепости в горах. О подъемнике, гигантских статуях и о торговле. Когда добрался до явления израненного гонца, уже был сыт и помыт. Язык слегка запинался от слишком многих сказанных слов, но я сделал усилие и дорассказал. О нашей авантюре с нападением на осаждающих цитадель тварей. О трудном боя, и о том, как рикс горцев нас всех спас. Снова о торговле. О старом противном горском торговце, и о продаже в розницу. Насладился колокольчиками смеха своей нареченной, и поведал о том, как мы встретились-таки с изгоями.

— Жаль с того разбойника, которого убил первым в Единстве, руны не собрали, — закончил свою сагу я. — Ни ты, ни я. Мне сказали, у этого человека были сильные руны. Они могли здорово тебя усилить. А стигмат я мог выгодно продать. У меня его спрашивали…

— Я… — начала говорить Нина, и ее щеки зарумянились. — Я собрала. Хотела сделать тебе сюрприз. И стигмат тоже у меня. Помнишь? Я же его забрала.

— О! Отлично, — сделал вид, будто обрадовался я. — Славно, что руны старого разбойника не пропали.

— Нет-нет, — расслабилась «Пятница». — Не пропали. Там не было ничего действительно ценного. Я отдала руны отцу, чтоб он их продал, и сделал для тебя нужные. Хотела сделать тебе подарок на церемонии…

— Прекрасно, — кивнул я. — Теперь, когда я знаю о твоем замысле, можно же сделать заказ? Мне же лучше знать, какие именно руны я хочу. Верно?

— Я передам ему. Но разве тебе не любопытно, что я хотела тебе подарить? Может быть, я предугадала твои желания?

— Рунная Артефакция? Контроль Звездной Крови? Истинный Взор? Сумка Торговца?

— Да! — обрадовалась Нина. — Сумка. А еще, раз ты решил идти путем Рунного Мастера, тебе понадобится Конструктор Рун. Вот. Но его нельзя сделать. Только купить в Контракции.

— Куплю, — хмыкнул я. — Деньги есть.

— Он дорог, — сморщила хорошенький носик девушка. — Даже на серебре, за него просят минимум шестьдесят монет.

— Шестьдесят? — вскричал я. — Почему?

— Он незаменим, — пожала плечами Нина. — Если конечно у тебя нет стационарной Рунной Наковальни. Но это артефакт Кел. Уникальная вещь.

— Зачем вообще нужен этот Конструктор? Почему без него нельзя обойтись?

— Почему нельзя? — полыхнула васильковыми глазами «Пятница». — Можно. Можно вырезать из ядер символы рун вручную. Но даже опытные резчики портят пять из шести ядер. А ты, Серебряный Норман? Насколько ты опытен?

О! Как же трудно жить инженеру в средневековье! На Земле я легко настроил бы универсальный программируемый станок, и тот выдал бы мне любое количество копий нужных деталей с точностью до нанометра. Сколько бы я испортил ядер? Да ни единого! Но где в Единстве взять этот прибор?

А в то, что у меня получится, с помощью примитивных инструментов, вырезать какие-то символы на твердейших ядрах, вообще не верил. Потому что никогда не пробовал, и понятия не имел, с какими сложностями столкнусь. Оставалось лишь смириться с неизбежной потерей всего, честно заработанного, капитала.

— Хорошо. Я понял. Будем покупать.

— В народах Единства, — осторожно начала Нина, стреляя в меня глазками. — Есть традиция, когда понравившиеся друг другу парень и девушка, обмениваются какими-нибудь, содержащими Звездную Кровь, предметами. Слышала так же, что народ Земли, пока этот обычай не принял. Но, Сильвер. Хочешь, я подарю тебе Конструктор?

Несколько минут я искал подходящие слова, чтоб ответить. Предложение, так сказать: руки и сердца, были ожидаемыми, но все же — неожиданными. Культура Утопии давно отказалась от патриархата. Мужчины и женщины Земли абсолютно равны во всем. И тем не менее, все же принято, что первым инициативу проявляет мужчина. В Единстве, как я видел, тоже никто женщин не ограничивает в чем-либо. Даже не смотря на несомненное главенство мужчин.

— Я приготовлю ответный дар, — наконец, прохрипел я. — Ты мне тоже нравишься, Нина.

Девушка шмыгнула носом, вскочила, и умчалась, выбивая пыль из тропы.

А мне куда было бежать в поисках подарка? Ювелирных магазинов в Единстве не имелось. Как, впрочем, пока не встречал и лавок артефактов. Тем более — дочь Абди — воин. Пучком содержащих Звездную Кровь травок тут не отделаешься. Требовалось что-то более существенное. Оружие. Броня. Боевое животное…

Можно было отдать девушке свой меч. Пусть бронзового ранга, зато — это самая ценная руна-предмет из тех, что у меня было. Поразмыслив, отложил этот вариант на крайний случай.

Тем более что Незримый видимо действительно приглядывал за мной. Ибо, как еще объяснить появление возле моей палатки делегации воинов. Трое, одним из которых был капитан охраны нашей экспедиции. Остальных я не знал. Караван не так уж и многолюден. Но даже тысячи человек довольно, чтоб начать путаться в лицах и именах.

— Снова здравствуй, брат Сильвер, — учтиво поздоровался капитан. — Позволь представить тебе достопочтенного Черина Сеттара. Он старший сын патриарха семьи Сеттар, и командующий всеми воинами Каравана.

— Приятно познакомиться, — слегка поклонился я.

— А это Хиссу Сеттар, младший брат патриарха, и торговец семьи.

— Здравствуй, брат Хиссу, — снова склонил голову я. По составу делегации, нетрудно было догадаться, что речь пойдет о покупке земных доспехов для войска Каравана.

— Я уже рассказал старшим о том, какой вклад привнес ты и твое оружие во время битв с фроггами, — подтвердил мои догадки капитан. — И об исключительных качествах доспехов, уберегших тебя в самом жарком месте сражения.

— Теперь мы пришли спросить тебя, Сильвер Дан-Хеттани, остались ли у тебя еще товары, которыми ты так щедро делился с Людьми Гор? — несколько грубовато ввернул торговец.

— Конечно, остались, — хмыкнул я. — Я продал горцам самую слабую броню, из тех, что у меня было. Оставил лучшее для воинов Каравана. Земного же оружия у меня по-прежнему в достатке. Единственное…

— Заряды, — неожиданно густым басом, не хуже, чем у всемирно известных оперных певцов, выговорил Черин.

— Все верно, достопочтенный, — кивнул я. — Запас есть. Но он не бесконечен. Нам следует озаботиться его пополнением.

— К концу большого цикла, — по традиции караванщиков, начал издалека Хиссу. — Ко времени, когда народы этих земель соберутся на тинг под ветвями Великого Древа, мы тоже должны оказаться возле Игг-дерева. Поселение землян там не далеко. Мы постараемся купить у твоих земляков столько зарядов, чтоб долгие годы не вспоминать о их недостатке.

— Славные воины народа Земли, — хохотнул я. — Говорят, что зарядов бывает либо мало, либо больше не унести. Нельзя сделать запас на столетия. Но мы можем начать их делать. И тогда большой запас нам и не понадобится. В поселении землян лучше купить инструменты, чем готовый товар. Кроме того, у всех здешних народов есть что-то из того, что упало с небес. Среди этих вещей тоже могут оказаться нужное Каравану.

— Ты умен и предусмотрителен, — улыбнулся командующий. — Теперь понятно, почему ясноокая Та-Нина выбрала тебя, брат.

А краем глаза я успел заметить гримасу, проскользнувшую по лицу Хессу. Появилось подозрение, что то и сам не прочь заполучить мою «Пятницу» к себе в шатер.

— Лучшие доспехи дороже стоят, — проворчал торговец. — Завтра мы вернемся, чтоб взглянуть на товар, и решить. Ты должен хорошо подумать о том, насколько низкую цену сможешь нам предложить.

— Я никому ничего не должен, уважаемый, — оскалился я. — Цена будет ниже, чем другим народам. Но продавать в убыток себе я не стану. Мои товары не могут совершить чудо. Не могут сделать слабого сильным, а труса смельчаком. Воины Каравана сильны и без оружия с Земли. Но с ним они станут непобедимыми. Вам стоит хорошо подумать, хотите ли вы этого.

— Отлично сказано, брат, — гулко засмеялся Черин. — Приготовь доспехи. Завтра мы их выкупим, а твои руки помогут подогнать их под бойцов. И оружие! Его мы тоже возьмем.

— Минуту, — заметив, что делегаты собираются уходить, остановил их я. — Личная просьба. Мне нужно оружие, содержащее Звездную Кровь. Кинжал, или небольшой меч. Или украшение, отклоняющее летящие в человека стрелы. Если такое найдется в арсенале войска Каравана, я бы хотел получить это в качестве части оплаты.

— Что-то непременно найдется, — развеселился наш капитан. — Мы посмотрим.

— Каждый из нас, в случае нужды, встанет в строй вместе с остальными, на защиту Каравана, — прогудел командующий. — Поэтому, каждый из нас должен стать сильным. Если тебе нужно оружие и защита, ты это получишь.

— Это в подарок, — признался я, снова заметив, как кривятся губы Хиссу. Дядя командующего наверняка догадался, для кого именно.

— Значит, предмета будет два, — хлопнул меня по плечу Черин. — Один тебе, другой… в подарок.

И снова засмеялся. Подозреваю, что многие караванщики решили, будто с гор катятся камни. Потому что именно так этот смех и звучал.

Они ушли, а я остался думать. И делать выводы.

Во-первых, было уже очевидно, что Хиссу Сеттар имел какие-то планы на Нину. И, думается мне, о них было прекрасно известно патриарху Хеттани. И все же, Абди выбрал меня, а не торговца семьи воинов. Почему? Что такого в этом Хиссу, что такой зять не показался Мастеру Рун приемлемым?

Но это не главное. Больше меня интересовало: насколько сильно торговец Сеттар меня возненавидел? И что, в связи с этим, он предпримет? Что он вообще может мне сделать?

Во-вторых, сложно было не заметить, что и внутри семьи профессиональных солдат, не все ладно. Иначе с чего бы Черин Сеттар выказывал мне свое расположение, на фоне явной неприязни дяди? Соперничество между ветвями одного дерева? Или дело в самом торговце?

Здесь, внутри одного сообщества, караванщики знали друг о друге если не все, то очень многое. Им корни проблемы были хорошо известны. Мне оставалось только выбрать кого-то, кто сможет объяснить непредвзято, и подробно. Чтоб я понял, и смог сделать выводы. И знал, к чему мне готовиться.

Экспедиция добралась до основного лагеря Великого Каравана примерно в полдень. Точнее не скажу. В местных сутках примерно двадцать пять часов, и было довольно сложно перенастроить установки счетчика времени в браслете. И, по понятным причинам, оказалось совершенно невозможным точно определить момент полночи или полдня.

Оставалось ориентироваться, что называется: на глаз. Примерно. Впрочем, пока хватало и этого. Вечер исправно наступал, когда далекое величественное Игг-дерево начинало тускнеть, а ночь — когда ветви колоссального биоконструкта гасли. Точное время никого из местных не интересовало.

Поужинал остатками обеда. Готовить не хотелось, а помощники, видимо, увлеклись слушая рассказы родственников о нашем походе, и к моей палатке не приходили. Оно и к лучшему. Конечно, вряд ли кто-то из подростков смог бы что-то понять, но я хотел открыть купленные у горцев крипторы в одиночестве.

Обставил середину стола фонарями так, чтоб центр был максимально освещен. Приготовил инструменты и извлек из хранилища упаковку самых маленьких аккумуляторов.

Остро не хватало самого простого электронного пробника. Репликаторные техники им почти не пользуются. Эти ребята привыкли менять испорченные блоки целиком, не вникая в детали. А вот я на Земле только им и спасался. Зачастую бытовой прибор выходит из строя, когда сгорает всего одна деталь. И заменить ее гораздо дешевле, чем всю плату. Если сможешь найти, конечно.

Передо мной стоял выбор: отложить браслеты до лучших времен, подождать пока не раздобуду сканер-пробник. Или рискнуть, заменить батарейку и надеяться, что некто ничего не испортил в электронике устройства.

Решил рискнуть одним браслетом. В конце концов, достались они мне практически даром. Даже если окончательно сломаю, не расстроюсь. Легко пришли, легко ушли. Но визуально внутренности прибора все же осмотрел. Механические повреждения или следы перегрева — их же сразу видно.

Пригодилась ручная лупа из набора колониста. А я-то гадал — зачем ее туда вообще положили? О чем составители думали? Что колонист должен был разглядывать с помощью этого, не особенно сильного увеличительного стекла?

Извлек «мертвый» аккумулятор. В свободное гнездо вставил свежий. Технически, время внутри экстрамерности остановлено. Это значит, что помещенные в хранилище предметы не стареют, и сохраняют то состояние, при котором были в момент закладки. Пища не портится, батареи не разряжаются, а металл не подвергается коррозии. Очень удобно. И гарантирует, что спустя множество лет, мой запас батареек будет все еще актуален.

Щелкнул крепежами, закрывая распахнутый для ремонта корпус браслета, и решительно активировал устройство. Генетический код?! Ну, конечно! Вот почему его не смогли вскрыть. Ха-ха…

Один расширенный набор колониста. Два обычных, и еще пара крипторов оказались вскрытыми аборигенами. В последних, вместо привычных земных вещей, обнаружились бытовые принадлежности Людей Гор. Ничего особенного. Пучки трав, посуда из глины, немного светокамня. Все это легко можно было отправить в мусорную кучу. Все кроме одного — небольшого, тлеющего золотом, листочка, подвешенного на простеньком кожаном шнурке.

Исцеляющий Золотой Лист Игг-дерева

Артефакт

Исцеляет слабые раны носителя. Заряд 2/3.

Содержит Звездную Кровь

Находка была великолепна. Даже если воины не предложат ничего стоящего для подарка Нине, у меня уже была достойная вещица. Если же Черин сможет меня удивить, Лист можно было оставить себе. Я не собирался получать ранения — ни слабые, ни какие-либо еще. Но иметь средство излечения, и не иметь — это две большие разницы.

Мегакриптор открывал, уже зевая во весь рот. Спать хотелось неимоверно. Но и оставить кейс на завтра, было выше моих сил. Знал, что не усну. Буду ворочаться, воображать себе всякое. Фантазировать. А так, взглянул, убедился, что не все коту Масленица, улыбнулся, и пошел отдыхать со спокойной душой.

Внутри были запасные части. Четырнадцать кубометров деталей, скомпонованных в четыре больших блока: к винтокрылу типа «Грифон», универсальные для всех типов ховеров корпорации «Глайдер», к военному вездеходу типа «Каракурт», и — самый маленький набор — элементы тяжелого вооружения. Разгонные блоки для гаусс-пулеметов, сменные направляющие для ракетных установок, электронные компоненты систем прицеливания, и все такое-прочее. Ценное, или скорее — бесценное имущество для фригольда, но совершенно мне не нужное в Великом Караване.

Я бы не отказался заиметь тот же «Каракурт». Построить прицеп, разместить в нем мастерскую и небольшой склад. И даже, возможно, установить там минирепликатор. А в пассажирском отсеке самого вездехода обустроить жилье. Вышло бы просто великолепно. Пусть не пятикомнатные апартаменты, как в шатре патриарха, зато не нужно суетиться, устанавливать и убирать на каждом месте ночевки. Где остановил машину, там и лагерь.

В принципе, шанс был. Поселение землян недалеко от центрального, главного в октагоне, Игг-древа. Под сенью которого, во время смены года, соберутся делегации всех местных народов. Ну и мы, Великий Караван, мимо не пройдем. По словам Эо, тинг — лучшее время для торговли.

Возможно, у меня будет время посетить фригольд. Посмотреть, как земляне устроились в Единстве. Что у них там вообще происходит. Продать ненужное, и купить необходимое. Зарекомендовать себя, как мастера по ремонту техники Утопии. Без лишней скромности: сомневаюсь, что в этом восьмиугольнике найдется более квалифицированный специалист, чем я.

И какова вероятность, что в закромах поселения окажется не функционирующий вездеход? Очень большая! Потому что горе-техники, не имея поддержки репликатора, электрочайник не смогут исправить, не то, что «Каракурт». И как часто с небес падают технологические карты запасных частей вездеходов? И, главное! — насколько велико желание руководства потратить ценнейшие ресурсы на изготовление деталей?

На брифинге, перед стартом ковчега со стапелей Мира-Кольца, нам говорили, что в хранилищах «Хельги» ждут своего часа сотни тысяч образцов техники. Включая средства передвижения, авиацию и строительных роботов. Множество элементов жилых построек. Сотни миллионов тонн припасов, позволяющих колонистам не беспокоиться о добывании пропитания многие годы. И где это все? И какой процент от полной загрузки гигантского корабля, уже выгружен в Единство, а сколько еще осталось? И неужели среди всего этого богатства, не найдется одного единственного — пусть даже сломанного — вездехода? А еще репликатора, реактора, полсотни топливных стержней… Пары универсальных станков…

Едва прямо на стуле не уснул, замечтавшись. Прямо-таки заставил себя прибрать рабочее место, умыться, и лечь, наконец, отдыхать. Разозлился еще на себя. За то, что тратил время на всякую ерунду. Нужно было жить здесь и сейчас, а не предаваться несбыточным фантазиям.

Жить, и становиться сильнее.

Проснулся со странным чувством. Будто бы чего-то жду. Будто бы что-то должно было произойти. Мы, с горсткой воинов и торговцев, прошли километры пути, два тяжелых сражения и сотни сделок. Вернулись, не потеряв ни одного человека, ни единого животного. И разве мы не достойны были награды за все эти лишения?

Поднялся, умылся, собрал снедь для завтрака. Костерок раздул, поставил кипятиться воду. Оставался последний пакетик кофе, и появилась идея хоть так отпраздновать успешно завершившееся предприятие.

Пока смаковал черный, как нефть, напиток, задался вопросом: а кому подчиняется Нина? Старый Багу говорил, что она руководит воинами семьи Хеттани. Двадцать человек, вроде бы. В армии Утопии, чин девушки не мог бы быть ниже гард-аларха. Почти офицер. Но всеми войсками Каравана командует Черин Сеттар. Значил ли это, что и Нина обязана ему подчиняться? Какова, вообще, структура этого подразделения?

Вот уж не думал, что скромное по размеру сообщество торговцев окажется настолько сложно устроенным. Семьи, каждая занимающая свою исключительную нишу — это логично и понятно. Конкурировать внутри Великого Каравана глупо и бессмысленно. В конце концов, наступит момент, когда более искусный мастер, или более успешный торговец, подомнет соперника под себя. И все же, некая конкуренция присутствует.

За что им соперничать? Деньги? Ресурсы? Так здесь все зависят от всех. Воины обеспечивают безопасность и добывают трофеи со зверей и монстров, целители лечат, мастера изготавливают уникальные товары. Торговцы обращают излишки в деньги и недостающие ресурсы. Животноводы заботятся о тягловой силе, чтоб караван вообще мог двигаться. Что им делить?

Влияние? А какой в нем смысл? Если интересы семей так переплетены между собой, не имеет никакого значения то, насколько высок авторитет одних по сравнению с другими. Влияние уже есть априори. Хотя бы уже потому, что отсутствуют конкуренты.

Я пытался искать, и не находил аналоги в истории Земли. Признаться, и специалистом в делах давно минувших дней, тоже не был. Курс Истории планеты занимал один семестр в Академии. Исключительно для общего образования. Так что, если что-то подобное и было когда-то на Земле, я о таком никогда не слышал.

С другой стороны, слышал, будто бы все новое — это хорошо забыто старое. Будто бы все, что Человечество изобрело в социально-политической сфере, давно уже было испробовано еще в седую эпоху Древнего Рима. Было бы интересно обсудить эту тему со специалистом. Только, где бы его найти?!

Пока размышлял, извлек из Хранилища свои побитые, поцарапанные доспехи. Простой, надежный и уютный, оборудованный экзоскелетом, «Гардиан». Судя по отметкам на композитных пластинах, он не один раз спасал мою жизнь. А я эти моменты даже не заметил. Если нужно рекомендация для комплекта — то это лучшая из возможных.

Был соблазн взять себе новый, а этот, уже отмеченный в бою, привести в порядок и продать. Подумал, и не стал. Говорят, шрамы украшают мужчину. Самое смешное, что слышал это на Земле, с ее уровнем медицины, шрамы в принципе не оставляющей. Не знаю на счет отметин на коже, а вот вмятины и царапины на боевых доспехах точно кое-что скажут о владельце. Вроде того, что этот тип прошел через Ад, но остался жив. Значит он деловой человек.

Повеселил сам себя. Развлек. Заодно и техобслуживание «Гардиана» провел. Сменил дезинфицирующий гель, обновил смазку в шарнирах экзоскелета, проверил уровень заряда батареи. Ну и надел доспехи на себя. Подходило время торгов, и я хотел показать покупателям, что и сам пользуюсь тем, что продаю.

Ваша Слава увеличена на 1. Присвоен титул ювейн 5/50

Сообщила Система, когда к палатке подошли Сеттары. Я даже вздрогнул, от удивления. О Славе то я и забыл. А ведь и правда! За задания Наблюдателя исправно что-то начислялось. Плюс, как выяснилось, этот параметр мог вырасти вот так — из-за возросшего уважения окружающих.

— Я смотрю, ты все приготовил, — похвалил меня Черин, указав на разложенные на ткани комплекты доспехов. — Это все, что ты можешь предложить?

— Да. Шесть комплектов. Это броня типа «Гардиан». На Земле — это один из наиболее распространенных видов защиты.

— Есть более популярный? — проворчал Хиссу.

— Есть, — кивнул я и улыбнулся. — Но он применяется городской стражей, и много хуже этого. Ловить воров и успокаивать пьяных достаточно и того.

— А этот… «Гадин»?

— «Гардиан».

— Угу. Он. Для военных? — ринулся мне помогать капитан нашей экспедиционной охраны.

— Исключительно. Слишком силен, для стражи. В нем, человек может голыми руками разорвать врага пополам. Или, к примеру, запрыгнуть в окно второго этажа. Защиты от рунных заклинаний, понятное дело, в нем нет. Зато от простых когтей, мечей и копий — легко. Просто так его не пробить.

— Минусы есть? — скривился от моей презентации торговец.

— Конечно, — и не думал отказываться. — Подгонка под тело носителя довольно сложна. Если при продаже легкого комплекта я предоставляю выбор — платить мне за подгонку, или нет. То здесь подгонка входит в цену. Никто кроме меня ее все равно не сделает. Есть еще один минус. Но он проявится спустя… лет пятьдесят.

— И что же это? — заинтересовался Черин.

— Энергия. Костюм питается энергией из… вот отсюда. И она там может закончиться. У меня есть запасные. Поменять — дело одной минуты. Нужно только отслеживать потребление, и обратиться ко мне вовремя, а не когда конечности заклинит.

— Научишь, — кивнул командующий. — Переходим к самому неприятному. К цене. Сколько ты хочешь за каждый костюм?

— Все зависит от того, как много вы захотите за те вещи, о которых я спрашивал прошлый раз, достопочтенный. Я не собираюсь обдирать славных воинов Каравана. Но поступлю так же, как и вы. Если то, что нужно мне окажется дорогим, я компенсирую их ценой на доспехи.

— Разумно, — сильно хлопнул меня по плечу Сеттар. — Но мы и не думали завышать стоимость. Верно, Хиссу?

— Да, — скривился тот. — Обычная цена продажи у Наблюдателя.

— Молодец, — засмеялся я. — Предпочитаю цены Контракции. Пригласить почтенного Абди Хеттани, чтоб он проверил цены там?

А сам подумал, что лекция Эо о соотношении цен в двух виртуальных магазинах, только что сэкономила мне деньги. Знание — сила! Иначе и не скажешь.

— И хотелось бы взглянуть на руны. О чем мы вообще говорим?

Торговец поджал губы и призвал Скрижаль.

Кинжал Жизни

Руна-Предмет

Качество: бронза

Активация: 12 капель Звездной Крови

Острейший клинок, каждым вторым ударом высасывающий из врага и передающий хозяину жизненные силы.

Время действия: нет

Время перезарядки: 1 древо-день

Средняя Цена покупки 10 Звездных Монет

Средняя цена продажи 3 Звездных Монеты.

Вторым предметом, к моему удивлению, была не Руна, а артефакт.

Баджу Зеркального Щита

Артефакт, изготовленный мастерами народа Кел. Браслет, надеваемый на плечо. Отражает обратно в противника физические и энергетические атаки. Не защищает от ядов и кислоты.

Количество зарядов: 30/30

Содержит Звездную Кровь

Средняя Цена покупки 10 Звездных Монет

Средняя цена продажи 20 Звездных Монет.

— А оба можно? — впечатлился я.

— Сорок монет, — широко улыбнулся Хиссу.

— Тридцать, — поправил командующий. — Устраивает?

— Вполне, — благодарно кивнул я. — Тогда и доспехи будут по пятнадцать, а не по двадцать.

— Пятнадцать монет?! — взвился торговец. — Они ведь не содержат Звездную Кровь. И не могут стоить так дорого.

— А во сколько ты оцениваешь… вот его кирасу? — указал я на грудь одного из пришедших с делегатами воинов. Я и сам уже видел сообщение Системы. Предмет не содержал Звездной Крови, и торговался на уровне трех монет.

— Три, — подтвердил Хиссу.

— Я легко пробью его из своего оружия, — развел руками я. — А мои доспехи справятся. Как много, по-твоему, стоит жизнь брата-караванщика?

Навык Единого Языка получил развитие (дерево) (8/10),

Навык Торговли получил развитие (дерево) (5/10),

Навык Оценки Товаров получил развитие (дерево) (4/10).

Восхождение мне нравилось все больше и больше. За, так сказать: числовое отображение успеха. Четкость реакции и мгновенное воплощение рели мою истерзанную инженерную душу.

— Мне сказали, в крепости Людей Гор ты продавал броню за десять, — выговорил Черин, и взглянул на капитана охраны экспедиции. — Верно?

— Верно, — согласился я. И капитан подтвердил мои слова.

— Но те были… слабее? Верно?

— Как если сравнить дерево и серебро, — улыбнулся я. Гамма-класс именно так и отличается от Беты. Я ничуть не приукрасил.

— Договорились, — хлопнул меня по плечу командующий. — Пятнадцать монет. Это хорошая цена. Два комплекта — в обмен на руну и артефакт. За оставшиеся четыре — шестьдесят монет.

— Согласен.

— Теперь, оружие…

Они купили еще шесть «Суворовых». По триста патронов к каждому шли в комплекте. Сразу предупредил, что это ничтожно мало. Что желательно, чтоб у каждого бойца имелось при себе минимум полторы тысячи зарядов. Черин внимательно меня выслушал, и, надеюсь, услышал. Во всяком случае, от покупки не отказался, и я разбогател на семьдесят восемь монет. Не считая Кинжала Жизни и Баджу Зеркального Щита, конечно. Как бы Хиссу не кривился, пришлось ему передать мне и деньги и Руну и артефакт.

Начальство удалилось. Торговец сразу, как только они отошли достаточно далеко, принялся, размахивая руками, что-то объяснять командующему. Должно быть, ругался, что тот влез в процесс торговли. Но не заметно было, чтоб Черин раскаивался. Военные, они такие. Им плевать на то, сколько стоит новая пушка. Им лишь бы била больно.

Я же занялся непростым делом — подгонкой бета-доспехов под тела воинов. Слава Богам, слишком уж несуразных фигур у тех не было. И мне не пришлось скрещивать ужа и ежа. И все же, поработал плотно. Броня должна быть словно вторая кожа. Должна сидеть на теле так, словно бы ее вообще нет. Только тогда она станет максимально эффективным инструментом в бою.

Эльфы в высокотехнологичных доспехах смотрелись забавно. Сказочно даже. Словно бы вышедшие из легенд и мифов существа, перешагнув тысячелетия, очутились вдруг в далеком будущем. Но еще более странно было на них смотреть, когда парни взяли в руки «Суворов».

Через пару дней в лагерь вернулась очередная партия разведчиков. И видно что-то они нашли этакое, интересное. Во всяком случае, патриархи, посовещавшись, назначили дату выступления Великого Каравана в путь.

На сборы было отведено три дня. Не, я, конечно, понимал, что свернуть лагерь дело не быстрое. Но не так же. Мне лично хватило бы пары часов. По скидать разбросанные вещи в криптор, выпустить из палатки воздух, и крепления на ботинках подтянуть. Вот, собственно и все сборы.

Делиться своим, ценным, мнением ни с кем естественно не стал. Подумал, что караванщикам виднее. Сколько раз они это делали? Тысячу? Десяток тысяч? Как часто, за один только год, Великий Караван снимается с места, и куда-то идет? Думаю, не меньше десятка раз. Так что наверняка все знают что делать, и сколько времени на это понадобится.

Прибрался. Смел мусор в кучу, сунул в мешок, и вынес к отхожим ямам на краю лагеря. Остатки дров связал в аккуратные пачки, и спрятал в хранилище. Много объема они не занимали, а на новом месте не придется рыскать по кустам в поисках сушняка.

Почистил и убрал лишнюю посуду и мебель. Вот собственно и все. Не торопился, и все равно за полдня управился. Сел было составлять спецификацию хранящегося в крипторах имущества, но феерическое зрелище отвлекло. В лагерь входила вереница циклопических размеров динозавров.

Голиаф

Содержит Звездную Кровь

Определила Система. И не поспоришь. Название отлично подходило этим огроменным животным. Похожие на земных ископаемых диплодоков, с рядом костяных пластин, хищным гребнем торчащим из позвоночника, и опасно выглядящим шипастым наростом на кончике длинного хвоста. Человечки — поводыри рядом с колонноподобными конечностями выглядели муравьями на фоне кошки.

Зверей по одному подводили к тем странным дугам, торчащим из стен домиков, заставляли лечь, а потом крепили хижины к спинам. Метод был схож с тем, как навешивают грузы на спины вьючных тауро, только намного, намного большего масштаба. Шутка ли! Подвешать на могучее животное целую пару домов!

Животноводы не торопились. Действовали слаженно — было заметно, что процесс им хорошо знаком. И все-таки до ночи успели навьючить только четырех громадин. С утра следующего дня работы продолжились. Но мне уже наскучило наблюдать за работой отлично знающих свое дело людей. Пошел любопытствовать по лагерю, и с удивлением обнаружил, что этого самого лагеря уже как бы и нет. Шатры свернуты, и увязаны в компактные тюки. Каркасы превратились в сбрую, и оставалось только прицепить груз к спинам животных.

Все были при деле. Мимо проносились отряды воинов: часть каравана выдвигалась в путь на сутки раньше основной части. Этот авангард должен был найти и приготовить подходящее место следующей ночевки Великого Каравана. Поставить временные укрытия от непогоды, заготовить дрова и начать готовить горячую пищу.

Крупная группа бойцов на кархах займется проверкой пути. Отпугнуть или уничтожить хищных зверей. А, если попадутся разбойники, так и с этой угрозой разобраться. Эти тоже стартуют раньше основной части Каравана. Но будут держаться ближе. На всякий случай.

Последнюю ночь на старом месте женщины и дети провели в домиках. Я так понял — жилища в основном для них и предназначены. Ну, а еще — для стариков и мобильных грядок с полезными растениями. Приправами, лекарственными, источниками краски для тканей. Не зря мне показалось, что в караване преобладающий цвет — синий. Это знак Великого Каравана. Одежда, тенты, флаги — все переливалось разными оттенками небесного, указывая зрячим, кого именно они видят. Богатый — с бахромой по краю — платок Нина и мне принесла. Сказала, что главе малого рода тоже положено его носить. И как обозначение статуса, и как символ принадлежности к Народу Каравана.

Намотал платок на манер шарфа вокруг шеи. Так многие делали, тут я ничуть не выделялся. А вот, как изменились взгляды караванщиков, сразу заметил. Прежде я был непонятно кем. Каким-то мутным найденышем, непонятно зачем пригретым на груди семьей Хеттани. Теперь же получил свое место в обществе. Стал понятным. Своим.

Мужчины же ночевали у костров. По-походному, на простых лежанках из одеял. Я из солидарности свою палатку тоже свернул, так что смог «насладиться» сном на жесткой, и бугристой земле.

Наконец, когда небо в стороне Великого Игг-Древа только-только начало светлеть, над почти исчезнувшим лагерем Каравана проревел горна. Не удалось рассмотреть, что именно могло издать такой громкий звук. Да и, признаться, в тот момент это интересовало меня меньше всего. Соседи по очагу предупредили уже, что после третьего сигнала, Караван тронется с места. Нужно было торопиться. Сделать обязательные утренние дела, перекусить, и найти свое место на спине меланхоличного тауро. В этом путешествии никто не должен был идти пешком. Ни один пешеход не смог бы выдержать нужный темп ходьбы на протяжении всего древо-дня.

Да-да! Остановок не предусматривалось. С рассвета до заката мы двигались в выбранном патриархами семей направлении. И преодолели не менее сорока километров. Даже медлительные быки теперь показывали чудеса резвости. О голиафах и говорить нечего. Один их неспешный шаг переносил громадные туши на десяток метров вперед.

Удивительное зрелище — караван на марше. Цепочка из нескольких десятков циклопичных динозавров, в окружении сравнительно мелких тауро. Тройки наездников на кархах, так и шныряющих по окрестностям. Нет-нет, звенья воинов на всем скаку проскальзывали прямо под животами величественных голиафов. Дети, сидевшие, как птички на проводе, на балкончиках проплывающих мимо домов, и машущие нам ладошками. Покачивающаяся спина быка, запахи — от аромата сушащихся под свесом крыши трав, до вони говяжьего навоза. Хлопающие на ветру синие флаги — это и есть Великий Караван.

Было весело. И не мне одному. Кочующий народ радовался перемене мест. Движению. Новому — пейзажу или впечатлению. Неизведанному. Тому, что ждет впереди.

Несколько первых часов в пути провел, впитывая дух странствия. Крутил головой так, что мышцы шеи стало сводить. Перекидывался шутками с соседями. Узнал, что не стоит слишком уж сильно приближаться в бултыхающемуся из стороны в сторону хвосту голиафа — смахнет и не заметит. Угощал подростков питательными батончиками из набора колониста: ни о каком обеденном перерыве и речи не шло, а кушать-то хотелось.

Потом вдруг заметил, что не испытываю какого-либо негатива, восседая в неудобном седле на спине быка. Привык. Оказалось, что и способ сидения можно менять — вытягивать ноги, или наоборот, поджимать их под себя. Немного раздражала качка, но и это быстро прошло. Даже удивился тому, что не смог в этом разобраться во время торговой экспедиции. Сейчас путешествие далось бы еще легче.

Ближе к вечеру пейзажи наскучили. С соседями перезнакомился. Детей привлекли к какой-то полезной деятельности. Стало скучновато, но тут на помощь пришла работа, которой давно следовало заняться: контроль и учет. Спецификация. Подробный перечень всего имеющегося в моем распоряжении имущества.

Великое дерево оставалось по правую руку от нас, Караван шел по дальнему, почти сумеречному, краю Круга, но я знал, что рано или поздно встречусь с другими колонистами с Земли. Займусь ремонтом их сломанного оборудования, или даже — если получится — закажу в репликаторе некоторые нужные вещи. И жизненно необходимо будет точно знать, что и где у меня хранится, чтобы оперативно реагировать.

Покачивающаяся спина животного ничуть не мешала. Главное было не зевать, когда ветви деревьев склонялись слишком низко, и не свалиться с седла. Так что за полдня я неплохо продвинулся в инвентаризации. Переложил даже кое-что, окончательно освободив один из мега крипторов. Вдруг, откуда ни возьмись, у меня образовалось четырнадцать кубометров свободного объема.

А еще я добрался до ящиков с высокотехнологичным оружием. До импульсных винтовок типа «Копье», и упаковок с энергоячейками к ним.

Боги! Почему я не сделал это раньше? Руны, Скрижали и все такое — это важно для Восходящего. Единство не терпит слабых. Но ведь все это время у меня в руках было почти ультимативное оружие! Ружье, стреляющее на безумное расстояние пучками высокотемпературной плазмы! Звездная Кровь? А чем ты ответишь на столкновение с жаром Солнца?

Конечно же, я отлично знал устройство и принцип работы винтовки. Мог починить или перечислить наиболее часто встречающиеся поломки. Но как-то не доводилось из нее от души пострелять. Тот случай, с испытанием элементов брони, не в счет. А ведь в том бою против фроггов «Копье» могло здорово пригодиться. Не пришлось бы подпускать врага поближе — стрелок я тот еще — и можно было начинать уничтожать цели с большого расстояния. Земноводных, правда, было столько, что и метиться не требовалось. И все же, и все же. Шанс продемонстрировать подавляющую мощь был упущен.

Переложил новенькое ружье и боеприпасы к нему в наручное хранилище. Знал, что импульсное оружие в армии Утопии используется, в первую очередь, в качестве снайперского. Ну, или точнее — марксманского. Стрелок выбирает приоритетными целями офицеров противника, но я не сомневался, что и против содержащих Звездную Кровь тварей оружие проявит лучшие свои качества.

В большом крипторе осталось еще семь подобных стволов. Пять новых, и два, доставшиеся трофеями после атаки изгоев — разбойников на лагерь Каравана. А вот обилием энергоячеек я похвастаться не мог. Каждая была рассчитана на двадцать выстрелов средней мощности, упаковка содержит шестьдесят магазинов, но таких боксов в хранилище обнаружилось только три штуки. Для отстрела вождей этого количества хватит на десяток сражений вроде того, что мы вели возле цитадели горцев. И не более того. Жаль, что на всю жизнь не напасешься…

На ночевку вставали уже в густых сумерках. Здесь, на краю Круга Жизни, ночь наступает быстро. Еще и хребет, за которым скрывались плодородные долины Людей Гор, прикрывал свет Великого Дерева. Так что ужинали уже в полной темноте, у костров.

В колеблющемся свете очагов трудно было что-то рассмотреть. Заметил только, что голиафов выстроили в какую-то защитную формацию, а весь Народ Каравана укладывался спать внутри этого живого периметра.

Разбудил снова зычный звук горна. Стоянка наполнилась суетой, и я даже начал сомневаться, что к третьему сигналу мы сможем тронуться с места. Но нет. Караван пришел в движение, словно повинуясь невидимой руке дирижера.

На второй день пути мы еще глубже зашли в сумеречную зону. Обходили отроги гор. Тауро, не говоря уж о голиафах, могучие животные, но и они не смогли бы целый день идти то вверх, то вниз по изрезанным холмами землям. Разведчиками был выбран другой маршрут.

— Смотрите внимательно, — прокричал воин на кархе, проезжая мимо моего животного. — Это граница. Здесь могут быть Черви.

— Они не нападают днем, — отмахнулся один из соседей, тоже слышавший предупреждение. — А вот ночью — нужно ждать неприятностей.

О Червях мне уже рассказали. История смахивала на классический миф об инфернальных, абсолютно злых, существах, но меня уверяли, что Отродья реальны, и я с ними еще обязательно встречусь. Порекомендовали даже несколько рун, которые должны быть в Скрижали каждого, уважающего себя, воителя с хтоническими чудищами. И я даже записал в когитор названия. Теперь жалел, что не озаботился их приобретением. Абди хорошо ко мне относится, и не отказал бы в этой малости.

Согласился же изготовить для меня пять деревянных Рун Развития. Тем более что я ему и пустышки предоставил, и ядра зверей, из которых Хеттани, прямо у меня на глазах, создал Символы Развития.

Вот тогда и увидел тот самый Рунный Конструктор — треугольную штуковину, свитую из белого и золотого металлов, и с гнездами в углах. В центр же прибора вставлялись необработанный, содержащий Звездную Кровь, материал, для преобразования. Потом, когда ядра превратились в глифы, Мастер переместил их в ячейки по краям, добавил несколько капель Крови, и готово. На пять нужных Рун, у Итри Абди ушло едва ли больше пяти минут. И то, потому что он никуда не торопился.

Еще он пообещал купить для меня Сумку Торговца, и поискать Руну Торгового Агента Контракции. Об остальных своих хотелках я пока промолчал. Рунная Артефакция и Контроль Звездной Крови — навыки. Это означает, что для их изготовления будущему тестю пришлось бы пожертвовать одной звездой развития собственных навыков. Они у него наверняка на серебряном ранге. Чем я смог бы отдариться, даже не представляю. А брать, ничего не отдавая взамен, не хотелось. Моральный долг дело такое. Тяжелое.

Четыре деревянных Развития сразу вложил в атрибут Разума, открыв бронзовый ранг. Пережил забавное шевеление в черепе, и легкое головокружение, вздохнул, и добавил одну звезду в Мышление (1/10).

Кроме Мышления, в ветке Разума открылись еще Восприятие (0/10) и Воля (0/10). Тоже, наверное, для чего-то нужны, но не знал еще их ценности. Потому торопиться тратить драгоценные бронзовые Руны Развития не стал. Лежат себе в Скрижали одной кучкой, много места не занимают.

Последнее деревянное Развитие вложил в навык Оценки Товаров (дерево) (5/10). Подровнял, так сказать, с Торговлей. Раз они развиваются синхронно, так пусть и цифры будут одинаковые. И на бронзу перейдут одновременно. Меня, как инженера, уравновешенность Системы радовала. Хотелось, чтоб все у меня было именно вот так: планомерно и поступательно.

Ну и наконец, настал момент, когда я мог изучить навык

Рунное Мастерство

Руна-Навык

Качество: бронза

Активация: 12 капель Звездной Крови(безвозвратно)

Древнее рунное искусство, позволяющее создавать, разрушать и изменять Руны, Скрижали и Знаки.

Время действия: одноразовая (При активации исчезает)

Требование: Атрибут Мышление (бронза)

План был таков: я уже знал, что на бронзовом ранге даже волшебный Конструктор не спасет меня от брака при изготовлении Символов. И чем больше я стану пользоваться навыком, тем меньше потом получу отходов. Простая логика. Если хочешь чему-то научиться, делай это. Торговцы же во время экспедиции просветили, что даже разбор ненужных рун на Звездную Кровь развивает навык их изготовления. Затем, в общем-то, и скупал всякий мусор у изгоев. Чтоб обзавестись Кровью, и прокачать Рунное Мастерство.

Ах, да. Еще одна новость, которая навсегда останется в моей памяти привязанной к тому славному лагерю Каравана. Договорились с Абди, что нашу с Ниной церемонию бракосочетания устроим в новом месте долгой стоянки. Так что, можно смело сказать, что это путешествие, в некотором роде, предсвадебное.

Почти весь день потратил на разбор ненужных рун. Ничего особенного. Тупо ломал их с помощью навыка, и смотрел: насколько сильно выросли запасы Крови. Увлекся, и почти по сторонам не смотрел. Там и без моих пары глаз наблюдателей хватало. Дети ответственно к этому делу подходили. Организовали постоянное наблюдение. Почти не баловались, и не отвлекались на игры.

Обогатился на двести одиннадцать Капель Крови. И стал счастливым обладателем, без двух, трехсот капель. Среди молодых Восходящих Каравана, эта сумма считалась неким эталоном. Необходимым запасом, для участия в обороне. Так что теперь и я кое-чего мог.

Ну и приятный бонус:

Навык Рунное Мастерство получил развитие 4/10 (бронза).

Все еще меньше, чем нужно, чтоб самому заняться изготовлением рун, но уже и не жалкая единичка, как было после изучения навыка. Я мог собой гордиться.

На вторую ночевку остановились сильно раньше. Еще совсем светло было. Но и к делу обустройства ночлега подошли более тщательно. Изготовили даже «ежи» из заостренных бревен. Которыми прикрыли наиболее опасные направления. И костров было разведено на много больше.

Долго не мог уснуть. Аура тревоги, ожидания неприятностей, зацепила и меня. Казалось, стоит прикрыть глаза, и раздастся сигнал тревоги. Придется вскакивать, бежать, сражаться…

Не выспался. Хотя сам не заметил, как уснул. Да еще тело слегка болело. Чувствовались мышцы, о существовании которых раньше даже не подозревал. Все-таки верховая езда не для меня. Два уже дня в пути провел, а прелести передвижения на этом качающемся седле так и не понял. Понятно, что если бы шел пешком, к вечеру вымотался бы, как спортсмен после тренировки. Но уже было понятно со всей отчетливостью: любитель животных из меня не получится.

Собирался на автомате. Двигаться не хотелось. Все мысли были о том, чтобы свалиться на лежанку, и добить недостающие часы сна.

Кое-как взгромоздился в ненавистное седло. А момент, когда Караван пришел в движение, даже не заметил. Плохо помню, но кажется, что я, сидя с открытыми глазами, еще и сны видел.

Попустило к обеду. Желудок потребовал топлива, и переключил организм в режим активности. Напомнил, так сказать, кто в этой системе главный.

Перекусил питательными батончиками. Не забыл поделиться с соседями. А они передали мне кисло-сладкие плитки — смесь орехов и ягод. Тоже, кстати, весьма питательная пища.

Запил водой, и, наконец, увидел окрестности. Боги! Как же все изменилось!

Караван зашел в сумеречную зону еще больше. Пропало растительное изобилие. Теперь лишь редкие, подозрительно голубоватые, пучки трав торчали среди камней. Деревья, если и встречались, то не шли ни в какое сравнение с гигантами освещенной Игг-деревом территории. Маленькие, скрюченные, истерзанные растения.

Стало ощутимо прохладнее. Пар изо рта не шел, но, если бы не терморегуляция «Гардиана», думаю, точно бы замерз.

Животных разогнала охрана. Судя по богатству флоры, фауна тоже не особенно там развита. И все же, любопытно было бы взглянуть на представителей животного мира этих неприветливых территорий.

Не удивительно, что и отцам-командирам не нравились окружающие маршрут пейзажи. Караван пошел гораздо быстрее. Погонщики непрестанно погоняли бедных тауро, от чего те часто издавали недовольные вопли. Земля дрожала, от тяжелой поступи разогнавшихся быков.

Голиафы тоже ускорились. Прицепленные к их бокам жилища мотало из стороны в сторону, и пассажиры благоразумно укрылись внутри домиков. Если бы кто-то выпал, несчастного тут же растоптали бы несущиеся следом тауро. И сомневаюсь, что возможно было бы быстро остановить Великий Караван, чтоб оказать помощь неудачнику.

Уже ближе к ночевке курс сменился. Мы возвращались в Круг Жизни, и это внушало оптимизм. Воины не теряли бдительности, и все же на их лицах все чаще стали появляться улыбки.

Один Табаллатт, неведомым образом, вновь оказавшийся неподалеку, был спокоен, как тот пресловутый удав.

— А ты? — обратился я к Мастеру Зверей. — Ты не боишься Червей?

— Боюсь, — спокойно выговорил тот. — Только безумцы их не боятся. Но здесь их пока нет.

— Откуда знаешь? — удивился я.

— Ты же Восходящий, — дернул плечом, и как-то странно на меня взглянул Табаллатт. — Когда исчадия появляются, все те Восходящие, что рядом, получают задание Наблюдателя. Уничтожение Червей — первый долг Восходящего. Разве ты этого не знаешь?

— Первый раз слышу, — признался я. — И как часто они появляются?

— Исчадия живут гнездами. Если оно рядом, то и черви рядом, — скривился мужчина. И умолк. Этот человек не отличался болтливостью.

А я стал раздумывать — насколько для меня важна эта информация? В принципе, если сама Система Восхождения создана, как средство для выращивания воинов против Червей, то и мне, рано или поздно, придется с ними столкнуться. И знание их повадок лишним не будет. С другой стороны, путь, который я выбрал — дорога торговца, Мастера Рун и Инженера — не предполагает множества сражений. То, что другие получают трофеями, я всегда могу приобрести за монеты, или даже сделать сам. Придумать бы еще, откуда брать Звездную Кровь, и мне пределов не будет. Совместить высокое колдунство и земные технологии. Использовать преимущества обеих подходов. Создать направление, способное смести, как волна цунами, любых конкурентов!

И это был вполне реальный план. Цель, ради которого стоило потрудиться. И даже — поумерить ненависть к Человечеству, к культуре и обычаям Утопии. Попробовать наладить хорошие отношения с колонистами…

Или организовать собственное ответвление Народа Земли. Собрать единомышленников. Помощников. Людей, брошенных и никому не нужных. Дать им направление и смысл.

Почему нет?! Передо мной был целый огромный новый мир. Пусть со своей древней историей, правилами и обычаями. Но, при этом, такой огромный, что даже миллиону таких как я, в нем найдется место.

Ночью снова нападения исчадий не произошло, хотя место ночевки исправно огородили, и бдительно охраняли. Животные устали, и их больше не погоняли идти все быстрее и быстрее. Жизнь вокруг дороги становилась все богаче, а световой день все длиннее.

Горная цепь сменялась сопками, потом — холмами. День шел за днем, и наконец, на одиннадцатый день пути, мы достигли намеченного патриархами места. Это был высокий берег достаточно широкой реки, в которую впадал быстрый, блестящий в свете Игг-древа, ручей. Чуть дальше — лес с богатым подлеском и обширный луг. Идеально для содержания животных, и территория, достаточная для размещения обширного лагеря Великого Каравана.

— Дней десять или пятнадцать будем тут стоять, — прокомментировал Табаллатт, осмотревшись.

— Откуда знаешь? — вновь удивился я его осведомленности.

— Потом животные съедят все вокруг, — усмехнулся тот, наблюдая, как со спины вьючного тауро снимают тюки со свернутыми шатрами.

Мне же пришлось подождать, пока определится зона, в которой встанут жилища семьи Хеттани, и выделят место под мою палатку. Естественно, без дела не сидел. Помог мужчинам ставить шатры, выделил дрова женщинам, принявшимся готовить пищу, подкормил детей сладостями. Мне спешить было не куда. Свою палатку, когда пришло время, поставил за считанные минуты.

К ужину пришла Нина. Вернее будет сказать: подъехала. Ее карх выглядел уставшим — верный признак, что девушка, вместе с остальными бойцами, занималась патрулированием окрестностей. Но каким бы меланхоличным ни был пернатый динозавр, я его, признаться, побаивался. У него зубы длиной, как клинок кинжала, который я в подарок для суженой приготовил. Куснет, даже в шутку, и останется от незадачливого инженера кусок окровавленного мяса…

— Сегодня обустраиваемся, — ужиная со мной вместе, поделилась планами начальников девушка. — Завтра даем кархам передохнуть. А после отец отправляет за ядрами. Разведчики нашли кое-что любопытное. Развалины Кел. Там могут быть гигантопитеки. Эти твари любят такие места.

— Это еще что?

— Враг, — почти равнодушно выговорила Нина. — Сильнее фроггов. Но их всегда мало. Они большими стаями не живут. И часто содержат Звездную Кровь. Отец многие их части использует. И ядра, и когти, и кости.

— Возьмешь меня с собой? — брякнул я. — Я помогу.

Честно говоря, охота на нового, неведомого пока, Врага меня мало волновала. И уж тем более, не забивал себе голову моральной стороной вопроса. Есть люди — жители Единства. Есть Враг, созданный специально, чтоб Восходящие могли стать сильнее. И вторые уничтожают первых. Это нормально. Это естественно. О чем тут еще думать?

А вот взглянуть на останки цивилизации мифических Кел — очень хотелось. Я не археолог, никогда не интересовался историей, и, соответственно — артефактами древних. И не архитектор. Какие-то общие для любого инженерного дела, принципы еще могу распознать, но не более того. Так что и эта сторона вопроса любопытства не вызывала.

Но! В строениях Кел могли остаться обломки их невероятных устройств и механизмов. Машины! Приборы. За тысячелетия, прошедшие с момента исхода Кел, все ценное, туземцы давно нашли и растащили. Но можно ли унести реактор? Или генератор, построенный на принципах гравитационных взаимодействий?

На Земле эти приборы занимали целые здания. Даже с учетом несомненной инженерной гениальности волшебного народа, я не сомневался, что некоторые механизмы все равно должны быть достаточно крупными. Такими, чтоб просто так их не утащишь. И я хотел их видеть!

— Зачем тебе это? — ожидаемо поинтересовалась Нина. И я тут же вывалил на нее все свои размышления об уровне развития цивилизации пращуров туземных людей. И о том, что именно хотел бы найти.

Думал уже, девушка примется меня отговаривать. А она рассмеялась.

— Несколько лет назад, — уняв веселье, рассказала она. — Довелось нам повстречать кочующую стаю диггов. Не помню уже, как они свое сообщество сами называли, но если как-нибудь доведется их увидеть, сразу поймешь, что я права. Иначе, чем стаей, их и назвать сложно.

— Что за дигги? Тоже Враг?

— Крысолюди? Не-е-ет. Это один из низших народов. Они безобидные. Роются в развалинах. Машины разбирают. Схемы какие-то странные чертят. Говорят, в некоторых местах, дигги и строить что-то путное умеют. Телеги, которые силой пара двигаются. Огромные метательные машины, закидывающие снаряд на тысячу шагов…

— Пф, — фыркнул я. — Паровоз? Локомобиль? Детские игрушки. Хочешь, построю тебе такую машину? Ничего сложного.

— Зачем мне она? — хихикнула серебряная Восходящая. — Мне кархи нравятся. Они милые…

— Гм… — поперхнулся я, припомнив «милую» саблезубую улыбку ездового велоцераптора. — Так что там дигги? Они и правда на крыс похожи?

— Похожи, — скривила хорошенькие губки девушка. — К ним даже прикасаться неприятно. Но они, как и ты, тоже в руинах Кел машины ищут. У тебя в роду диггов не было?

— Ха-ха, смешно, — улыбнулся я. — Отец из Рашей. Мать… не знаю. Отец про нее не хотел рассказывать. Но, думаю, она из авалонцев. А вот диггов у нас в семье не было. А ты? Может это ты этакая скрытая, симпатичная крысочка? Нужно хвостик поискать…

Я потянулся к ее бедрам, и Нина вскочила из кресла, приняв мою шутку за истинную правду.

— Ты чего? — вскрикнула она. — Я человек из Народа Каравана! Нет у меня никакого хвоста!

— Точно? — недоверчиво прищурился я. — Может быть, все-таки поищем?

— После церемонии, — тихо выговорила Нина, и покраснела. — Сможешь поискать.

— Хотел сделать тебе подарок, — вспомнил я. И призвал Скрижаль. — Примешь мой дар?

— Да, — полыхнула васильковой молнией дочь патриарха. И пискнула, заполучив руну с кинжалом. — Прекрасный клинок. Я стану его хранить.

— Пользуйся им почаще, — кивнул я. — Мне говорили, даже сломанные Руны можно легко починить.

— Отец может, — подтвердила Нина.

— Значит, и я скоро научусь.

— Конечно, — обнадежила меня суженная. — И в Восхождении ты скоро хорошо продвинешься. Тот-Кто-Сражается говорит, что сила приходит в бою.

— Вернее, после боя. Когда трофеи собираешь, — хмыкнул я. — А кто такой этот Тот-Кто-Сражается? Очередной Бог, который не Бог?

— Великий воин, — сурово поджала губы командир вооруженных сил семьи. — Защитник Единства. Он, и его люди — единственные, кто стоит между нами всеми, и внешними Червями.

— Так вторжение хтонической гадости постоянно идет? — удивился я. — Как это вообще возможно?

— Врагу удалось проделать брешь, — вздохнула Нина так, будто это была ее личная недоработка. — Теперь они постоянно лезут в нее.

— Далеко? Где эта дыра? Ты видела? — я думал, меня от любопытства разорвет на тысячу маленьких Данов. Это же должно быть невероятное зрелище. Сама брешь меня мало волновала. Ну пробили, и пробили. Все созданное искусственно, возможно сломать. Даже звезды можно погасить, если знать как. Но как специалистам Кел удалось предотвратить утечку кислорода из сферы? Что это? Шлюз? Силовое поле? Некие узконаправленные гравитационные воздействия? Вот на что я не отказался бы взглянуть — на гигантские механизмы гениальных инженеров!

— Я не знаю, где это? — испуганно расширила глаза девушка. — И даже не слышала никогда.

— А-а-а, — разочарованно протянул я. — Легенды. Понимаю.

— Это не легенды. Это правда, — горячо принялась уверять Нина. — Об этом все знают.

— Знаешь, — поднял я ладонь. — На Земле все до одного человека слышали о том, что все люди произошли от Адама и Евы. От первой пары, которых создал Бог. Понимаешь? По легендам, их потом выгнали из чудесного Рая, заставили жить на Земле. А наука говорит, что все было совсем не так. Что люди естественным образом произошли от древних предков.

Хотел сказать «обезьян», но обнаружил, что в Едином языке просто нет такого слова. Когда биоскульпторы заселяли Единство, этих пародий на человечество в биоценоз не включили.

Тоже, кстати, в какой-то мере, пропаганда. Аборигены свято уверены, что произошли от великолепных Кел. И в этой схеме, даже намека на альтернативу быть не должно. А-то обязательно нашелся бы умник, заявивший, что эти хвостатые морды из леса — наши далекие братья по первопредку.

— И что? — недоверчиво приподняла одну бровь девушка. — К чему ты это говоришь?

— Хотелось бы взглянуть на доказательства, — пожал я плечами. Смягчил ответ, честно говоря. Хотелось выдать чего-нибудь погрубее. Хорошо, что догадался — этот мифологический персонаж — Тот-Кто-Сражается — безмерно туземцами уважаем. Не как Бог, а как какой-нибудь античный Геракл. Герой. Великий воин. Пример для подрастающих поколений. Им с рождения вливают в уши все эти сказки о поганых Червях, и самоотверженных рыцарях в сверкающих доспехах, грудью закрывающих амбразуру. Сколько в легендах правды? Наверняка, есть сколько-то. И черви — присутствуют. Вон, даже старший брат Нины, бедолага Шеннар, погиб в сражении с исчадиями. Как же тут не верить?!

А у меня, например, сразу вопрос появился: а остальные где? Этот Великий Герой бьется там, себя не жалея. А куда подевались остальные сильные Восходящие? Почему миллионы бойцов золотого ранга давным-давно не разнесли к чертям собачьим норы этих зловредных тварей? Чего уж проще? Тот же пресловутый Наблюдатель легко бы справился с организацией колоссальной армией непобедимых солдат. А среди людей всегда найдется пара грамотных военачальников. Так почему война еще не выиграна? Почему эта странная Система Восхождения все еще жива, и гонит нас убивать обозначенных Врагами существ?

Что сломалось в системе Единства? И как это починить?

Тауро выносливые. И сильные. Могут бежать своей раскачивающейся трусцой многие, многие километры. Еще и груз нести, от которого у человека спина сломается. А кархи — быстрые. Если не смотреть на клыки — кинжалы, еще и приятные на ощупь. Перышка такие, мягонькие. Почти, как пух.

Проблема только в том, что для путешествия на пернатом ящере, нужно уметь держаться в непривычном седле. Маленьком, жестком, и выгнутом под непривычным углом. Технология понятна — велоцераптор бежит не совсем горизонтально поверхности. Чтоб сидеть комфортно, да еще и как-то умудряться рулить, нужно слегка привстать. Или разместить сидение под нужным наклоном.

Обдумывал это все по пути. Лучше занять мозг этим, чем непрестанно ругаться грязными словами, и вопить от ужаса, когда эта саблезубая тварь поворачивает голову. А еще старался не обращать внимания на шутки других наездников.

Понятное дело: все эти ребята опытные наездники. Наверняка, каждый из них наездил в седле не одну тысячу километров. Приспособился как-то. Научился не болтаться из стороны в сторону, и не подпрыгивать на седле, когда карх перескакивает препятствие. А каково было мне — сыну технополиса, который животных видел только в зоосаде, или на картинках в детских альбомах?!

Знал бы, что для езды на живых тварях тоже существует рунный навык, озаботился бы его приобретением. Но кто же знал… А я сам как-то не подумал. Так-то, если хоть на миг задуматься, логичным будет предположить, что в такие, охотничьи, вылазки аборигены не пешком бегают. И что обладателям экстрамерных рунных хранилищ не потребуются вьючные звери для доставки трофеев в лагерь.

В общем, сам виноват. За все нужно платить. Ничего не бывает просто. Ничего не достается даром. Хотел потешить любопытство? Плати! Стертыми в кровь о седло ляжками. Кашей в целый день бултыхающейся голове. Насмешками соратников. И, самое главное — жалостью в глазах Нины.

Почему? Ну почему я не надел доспехи?! Компенсирующий гелевый состав на внутренней подложке костюма легко защитил бы мою кожу от злобной кожи неудобного сидения.

— Дай намажу ноги целебной мазью, — предложила девушка, когда отряд встал на ночевку.

— Я сам, — едва-едва разжимая зубы, прошипел я. — Все нормально. Я справлюсь.

— У нас, любой мальчишка держится в седле лучше, чем ты, круглоухий, — процедил, проходя мимо один из воинов.

— У нас нет ни одного мальчишки, кто хоть раз видел бы живого карха, — хмыкнул я. Мазь не только помогала натёртостям быстрее заживать, но еще и обезболивала. Но инъектор регенератора я все-таки уже себе воткнул. Справедливы ли шутки, или нет, но чувствовать себя слабым никому не нравится.

И, кстати! Этот солдат подтолкнул к мысли, что я, в принципе, и не обязан продолжать себя мучить. Скакать быстро? А еще быстрее, не хотите? Так быстро, что ваши несчастные динозавры скорее сдохнут от напряжения сил, чем догонят!

И пока все спали — я сам вызвался дежурить первую треть ночи — принялся собирать ховер. И почему мне не пришло это раньше? Бил ноги, портил обувь, изводил организм многодневными «качелями» на спине быка. А ведь мог просто сесть на удобное, эргономическое сидение парящей над землей машины, и наслаждаться жизнью.

Как говорил отец: хорошая мысля приходит опосля. Он это обычно на раше выговаривал, но кто в Авалоне не знает язык одного из ведущих народов Утопии?

Ничего сложного. Стандартные крепления. Идеально выверенные зазоры, и защищенная от всего на свете электронная начинка. Компания «Глайдер», производящая эти вездесущие машины, гарантирует качество. Это вам не реплицированная в Единстве, с заменой существенной части узлов и материалов, подделка.

За одно, мега криптор от груза освободил. Добил свободный объем хранилищ до тридцати кубов. В принципе, мог всех ящеров нашего отряда туда поместить. Жаль, что только в неживом виде.

О! Видеть удивленные лица соратников утром было бесценно. Я же, стараясь мимикой не демонстрировать торжество, помог свернуть лагерь. Прибрал излишки собранных вчера дров в криптор. И, после команды нашей голубоглазой командирши, уверенно уселся за руль ховера. Ну что? Погоняемся?

В лагерь привели ящеров, и наездники принялись седлать своих «скакунов». А я просто активировал машину и подал питание на привода. Ховер послушно всплыл, зависнув в дециметре над землей.

— Что это, Сильвер? — весело поинтересовалась Нина. Похоже, ей пришлась по душе моя находчивость, и совсем не понравились натертости на моих ногах.

— Ховер, — улыбнулся я командиру. Перед выходом из лагеря Каравана, я поклялся во всем ее слушаться и подчиняться наравне с остальными бойцами отряда. Даже оспорить ее руководство в голову не пришло. Я же не враг сам себе, чтоб считать, будто знаю и умею больше местных жителей. — Машина землян.

— Она не содержит Звездной Крови, — прищурилась наша прекрасная предводительница. — И все равно — летит. Как такое возможно?

— Мастера народа Земли весьма хитроумны, командир, — засмеялся я. Об управляемом балансе несущих импеллеров, я ей, конечно же, рассказывать не стал. Иначе лекция затянулась бы до обеда.

— Твое устройство нас не задержит? Эта штука может двигаться быстро?

— Гораздо быстрее, чем ты можешь подумать, — кивнул я. — Не беспокойся. Теперь я не отстану.

Кархи — довольно импульсивные животные. Такое ощущение, что движение — это вообще способ их существования. Они не могут идти — или несутся вперед, как сумасшедшие, или замирают на одном месте. Не могут долго смотреть в одну точку — постоянно крутят змееподобными бошками в разные стороны. Хвосты кархов — это вообще отдельная история. По моему, в их конструкции еще при конструировании заложили потребность в постоянном перемещении в пространстве.

В общем, двигаться в одном строю с велацерапторами — сущее наказание. Я, например, долго не выдержал. Отвел аппарат в сторону и с тех пор ехал рядом. Мне-то, в отличие от животных, даже подобие тропы не требовалось. Все «Глайдеры» — вездеходы. При необходимости, я, подав больше энергии на приводные системы, могу даже через двухметровое препятствие перепрыгнуть.

Та модель, что досталась мне вместе с «подарками» от «Хельги» — продвинутый вариант повсеместно распространенного на Земле вида транспорта. В технополисе, по большей части более простые модели встречались. Соответственно, пилотировал и ремонтировал я именно их. Но схема универсальна. Отличается лишь мощность двигателей и качество исполнения. А управлять мощной и чрезвычайно отзывчивой машиной было невероятно приятно. Особенно, в сравнении с капризным и неустойчивым кархом. Жизнь, как говорится, заиграла новыми красками.

Наш отряд возвращался в предгорья. На счастье, в зону сумерек мы не вторгались. Наоборот, взяли левее, и шли распадками между холмами. Я бы, наверное, удивился, как в таком географическом безобразии можно находить дорогу? Тем более что ни разу там, возле цели нашего путешествия, не был. Но не удивился. Карта в интерфейсе Восхождения — вот и весь ответ. А если существует способ обмениваться информацией из этого раздела, так и разгадка всех загадок.

На очередном месте ночлега нас поджидало еще двое воинов Каравана. Причем, что интересно: один из них щеголял в «Гардиане» и с «Суворовым» на наспинных подвесах.

— Почти приехали, — подтвердила мои догадки Нина, когда я поравнял ховер с ее животным. — Завтра на охоту.

Ее глаза блестели в предвкушении, а вот у меня почему-то тревожно сжалось сердце. Я такого легкомысленного подхода к войне с Врагом не разделял. Или ты составляешь планы, готовишься, стараешься предусмотреть все возможные неприятности, или в бою твои бойцы вынуждены проявлять героизм. И весьма возможно, кто-то из них возвращается домой в виде завернутого в ткань трупа.

— Громадины в развалинах, — подтвердили мои опасения разведчики, оставленные здесь присматривать за гигантопитеками. — Их вожак, судя по цвету шерсти и размеру — истинное серебро. В стае еще десяток бронзы, но это не точно.

— А сколько их всего? — поинтересовался я.

— Десятка три, — пожал плечами тот.

Нас всех, вместе с двумя не собирающимися охотится бойцами, было ровно дюжина. В три раза меньше. Не знал, какие мысли витают в голове нашей голубоглазой начальницы, но лично мне показалось, что охота как-то сразу не задалась.

Тем более что я вообще слабо себе представлял — кто такие, эти гигантопитеки.

Нина, с сурово поджатыми губами, приказала разбивать лагерь. Никто и не подумал возражать. День склонялся к вечеру. Собирались мы атаковать заведомо более сильного противника, или нет, никак не влияло на потребность в отдыхе и голод.

Обустройство много времени не заняло. Каждый знал, что именно ему делать, а разведчики подсказали, где взять воду, и в какой стороне лучше искать дрова. Ну и у нас самих кое-какие припасы были с собой.

Вскоре костер уже весело похрустовал сушняком, облизывая закопченный бок котла. И пока пища не приготовилась, мы приготовили себе лежанки. У меня в хранилище были палатки, которых легко хватило бы и на вдвое большее количество постояльцев. Но даже предлагать установить временные укрытия не стал. Люди приехали сюда в том числе и за этим — танцем огня на дровах, фиолетовым небом с огоньками несказанно далеких игг-деревьев и замысловатой иглой аккреционного диска Вечности.

Я мог бы напомнить, что и лагерь Каравана не особо сильно отличается. Что и там всей этой романтики больше чем хотелось бы. Даже на дне технополиса комфорта больше, чем на временных стоянках вечных скитальцев. Ванна — толстая, водонепроницаемая ткань, закрепленная на раме — воду в которую нужно реть на открытом огне и вручную таскать. Отхожее место — щит с дырой над торопливо выкопанной ямой. Стирка вручную. Чем быт Каравана отличался от стоянки какого-нибудь первобытного племени? Рунами, только что…

— Мы пришли сюда за ядрами измененных зверей, — вытолкнула из себя первые слова Нина, когда мы, наконец, расселись вокруг огня. — И не можем уйти без добычи. Враг силен. Но не сильнее нас. Просто, нужно найти способ победить.

— Все получится, если вытащить Врага из развалин, — кивнул самый старший по возрасту из нас всех. — На открытом месте у нас будет преимущество. Существа помогут. Придется потратить Звездную Кровь. Но мы победим.

— Подъехать поближе, и ударить, — сразу предложил самый молодой. Ему, судя по виду, даже двадцати еще не случилось. — А когда твари выскочат, отступить.

— Вариант, — улыбнулась одними губами Нина. И взглянула на меня.

— Подготовить позиции. Ловушки. А атаку противника я вам организую, — пожал я плечами. — Враг или передохнет там, в развалинах. Или нападет.

— Ты умеешь закидывать камни за горизонт? — хмыкнул один из охотников. Я его запомнил. Это тот, кому искренне нравилось самоутверждаться за мой счет. Именно от него я слышал самые злые шуточки по поводу моих навыков наездника. — Или съездишь, удивишь их своей машиной?

— Пусть камни бросают неудачники, — подмигнул я ему. — И ховер мне тоже не понадобится. Ты все увидишь сам, когда придет время.

— Уверен? — нахмурилась девушка. — Точно сможешь выманить громадин из развалин?

— Да, — просто кивнул я.

— Отлично. Тогда отдыхаем. Утром начнем готовить подарки для наших «малышей».

И снова никто не стал спорить. В принципе, я их понимал. Во-первых, моя суженная — дочь патриарха. А это уже само по себе — статус. Во-вторых, она единственная из всех нас, включая разведчиков, имела серебряный ранг Восхождения. То есть, являлась самым сильным в отряде воином.

Мне рассказывали, что напитанные Звездной Кровью звери, на определенном уровне, тоже получают возможность применять некоторые рунные способности. Ну, там — огнем плеваться, или ядом. Или защищать себя. У вождя фроггов я вот руну-предмет нашел, которым он довольно успешно пользовался. Был этот лягуш разумным, или все-таки нет, я не успел у него спросить. Но не в носу же тварь зачарованным оружием ковырялась.

Здесь, по мнению разведчиков, вожак и вовсе был на серебряном уровне. Значит, еще сильнее и опаснее. А с прикрытием бронзовых родичей — смертельно опаснее. Мы рисковали. По-хорошему, следовало вернуться в лагерь, и привести сюда команду более опытную и сильную. Или хотя бы — многочисленную. Неверная оценка противника тоже приводит к героизму. А героизм — к травмам, или даже гибели. И насколько бы мне не нравился тот острый на язык воин, даже его смерти я совсем не желал.

Сон не шел. Я лежал, смотрел за тем, как тлеют, помигивая, искорки далеких Кругов Жизни, и думал.

— Все будет хорошо, — ласково проговорила Нина, присаживаясь на мою лежанку. — Спи. Завтра все решится.

— Я верю, — улыбнулся я. — Но на сердце все равно тревожно. Ты ведь полезешь в самое пекло. Так?

— Не будет никакого пекла, Серебряный, — погладила меня по руке девушка. — Это с людьми сражаться тяжело. Никогда не знаешь, что противник выкинет. А тут всего лишь звери. Спи.

Я так и проснулся удивленный. Потому что после слов коимандирши, и правда, сразу уснул. Будто кнопку кто-то нажал.

На рассвете, после обязательных утренних ритуалов, пошли смотреть поле боя. Место нашего привала отстояло от развалин метров на пятьсот. Достаточно близко, чтоб не приходилось ехать, и все же далеко — враг нас не видел, не слышал, и дыма костра не чуял.

Симпатичная маленькая долина. Ручей, по дуге огибающий выход скалы с плоским верхом, на котором и располагаются развалины какого-то строения. Теперь уже никто не сможет сказать — что именно это было, и какой архитектурный облик имело. К моменту нашего появления, там только стены остались целы. И то не все.

Одно можно было определить со всей определенностью: когда-то этим местом владели Кел. В бинокль отлично просматривались характерные, шестигранные сегменты, из которых были сложены останки стен. Наверняка, только относительное удаление от поселений людей, спасло это наследие предтеч от тотального разбора. Материал, из которого возводил постройки мифологический народ, уникален. Аналогов ему больше нигде нет.

На равнине, покрытой редкими валунами — испачканными разноцветными пятнами лишайников — в смертельной битве, могло бы сойтись несколько тысяч рыцарей в сияющих доспехах. Места бы хватило. И для разгона, и для противоборства. Но предстояло только нашей отчаянной десятке сразиться с толпой здоровенных — от двух до пяти метров — лохматых мартышек. Ирония судьбы. Что я там себе на воображал? Реальность быстро макнула меня в прозу жизни. Гигантопитеками оказались обычные обезьяны — переростки.

Ну, может и не точно гоминиды, но очень и очень похожие твари.

Первое, что в глаза бросилось: твари совершали мало лишних движений. Человек, и то постоянно меняет положение тела, почесывается, приглаживает волосы. Эти же — нет. Занимаются своими делами, каких-то жуков — червяков в земле выкапывают. При этом их повадки лаконичны. Как у старого мастера у-шу. Или у космонавта, которому ужимки не даст выделывать толстый скафандр.

Укрывшись от тварей в россыпи огромных валунов, Нина с охотниками горячо обсуждали план боя. Я же продолжил наблюдение за врагом. Хотелось посчитать — сколько особей я могу увидеть сразу. С одного места. От этого зависело, в какую степень ярости удастся привести стаю.

— А почему Наблюдатель не дает на них задание? — поинтересовался я, когда мы отошли обратно к лагерю. — Система их определяет, в качестве Врага. Но не предлагает их уничтожит. Странно.

— Их мало, — меланхолично объяснил разведчик. — Будь здоровяков в разы больше, наделали бы они делов. А так, сильного копья хватит, чтоб исключить угрозу.

— Ясно, — улыбнулся я. — Ну что, командир? Когда приступим?

— Сейчас, — оскалилась Нина. — Будь готов злить тварей. Я подам сигнал.

— Какой?

— Ты сразу поймешь.

Страха не было. И шлем я надел не потому, что опасался за свою жизнь. Нет. Опасался, конечно. Но не на столько, чтоб пальцы дрожали.

Просто, дело мне предстояло очень уж ответственное, и промахиваться я не имел права. И шлем должен был мне здорово помочь. Как уже помогал во время тех двух битв с фроггами. Система визуального прицеливания, тактический и баллистический вычислители, шумоподавление — устройство было незаменимо. Не зря же его изготовили.

Укрылся за небольшим валуном, приготовил «Копье», и активировал сканирование погодных условий. Когитор должен был проанализировать влажность, силу ветра и еще несколько не таких очевидных, но влияющих на выстрел, параметров. Потом, будут внесены соответствующие поправки, и каждый заряд попадет именно туда, куда должен.

А пока умные машины трудились, я размышлял. Честно сказать — о всякой ерунде.

Например: почему руны в Скрижали охотно повинуются моей руке, которая на самом деле не более чем набор из пластика, металла и электронных схем? Это я о своем протезе говорю. Как система Восхождения вообще догадывается, что это именно моя конечность?

И кстати, а что станет с протезом, если сделать его артефактом? Возможно ли будет придать ему какие-нибудь стихийные свойства? Или, пуще того — внедрить заклинание? Я бы от того же Водяного Кнута не отказался.

Или вот еще: полный комплект «Гардиана» способен защитить носителя от всевозможных угроз. Холода, жары, вакуума, радиации. В нем можно прогуливаться по дну не слишком глубокого водоема, брать пробы из вулканической лавы или выжить в разваливающемся на части звездолете. Доспех надежно экранирует большую часть всех известных Человечеству излучений. Включая А-излучение. Но все эти чудесные свойства, опять-таки, нисколько не мешают мне управляться со Скрижалью.

И о чем это говорит? Либо о том, что Система плевать хотела на жалкие металлические скорлупки. Вроде того, что Звездная Кровь вездесуща и всепроникающа. Ну или виртуальная Скрижаль подчиняется мысленным приказам. А все эти позы и жесты — просто костыль для слабого человеческого разума. Просто, так проще. Вот и все.

— Готов? — хлопнул меня по наплечнику один из охотников.

— Ага, — качнул я металлической башкой. — Жду сигнала.

— Он сейчас будет, — засмеялся тот, и помахал рукой поджидающим, пока я приготовлюсь старшим.

Нина выскочила из-за валунов, и принялась бегать вдоль наших позиций, выкрикивая оскорбления Громадинам, и колотя палкой о медный бок ведра. Конечно же это не могло выманить Врага из-под защиты надежных стен, но уж точно привлекало внимание.

А я совместил треугольник прицела с мордой одной из тварей. Точку подсказал тактический вычислитель, а потенциальную траекторию полета пучка плазмы начертил баллистический. От меня и требовалось только жать спусковую скобу.

По ТТХ импульсной винтовки, температура плазмы достигает, чуть ли не десяти тысяч градусов. Конечно, ей далеко до ужасов управляемой термоядерной реакции, но и этого более чем достаточно, чтоб прожигать любые препятствия. От «Копья» нет брони. Даже метровой толщины композит защитных пластин кораблей Звездного Флота, может лишь каплями в стороны разлетаться. Импульса не хватит пробить ее с одного выстрела, но если умудриться раз за разом попадать в одну точку, то со временем…

Шкура, кости, кровь, мозги — слабая защита. Биоматериал просто испарялся, вызывая взрывное расширение перегревшегося воздуха. Импульсы визжали, выжигая себе дорогу в атмосфере. Звери стояли около дверного проема, ревели — от ярости или от страха — мне не ведомо. И умирали. Я успел прикончить четверых, прежде чем терпение вожаков лопнуло, и громадины повели сородичей в самоубийственную атаку.

И пока монстры бежали, лишились еще двоих. Третьего удалось только ранить. Перед самым моментом попадания, громадная обезьяна смогла меня удивить: резко ускорилась, сумев почти избежать сияющего голубой яростью болида. Импульс вспахал плечо зверя, вместо того, чтоб смахнуть голову.

Шесть из тридцати. Я считаю — неплохо.

Теперь пришла пора для Рун.

274/298 Толстенная, с руку толщиной, светящаяся, как солнце, веревка молнии соединила мою ладонь, и грудь ближайшего гинатопитека. Наверное, если бы не системы шумоподавления шлема, я бы оглох. Вдарило по ушам знатно. Не зря Богов, повелевающих молниями, на Земле Громовержцами зовут.

Минус семь.

Теперь на шесть минут, колдун из меня никакой. Благо откат меча давным-давно прошел. Выхватил пыхающий морозными искрами клинок, и смело кинулся в атаку.

Все врут. Даже великолепная Система Восхождения — привирает. «Острейший клинок» — говорила она. «Наносит удар еще и стихией холода». Не знаю, чего она там кому наносит. А у меня — меч застрял в теле первого же противника. Так засел, что чтобы вытащить пришлось постараться. Нормальный бы Восходящий просто отозвал оружие. Но я так не мог. У меня замены нету. Чем бы я дрался, если единственную свою Руну-Предмет в откат отправлю? Ножиком? Мачете?

Против этих громадин требовалась артиллерия. На крайний случай — ПРК. Что-нибудь такое, мощное. Возможно даже — противотанковое.

Пока воевал с непокорным клинком, проморгал появление следующего врага. А тот, вместо того, чтоб горевать о поверженном соплеменнике, рыкнул мне в лицо, и так вдарил лапой в грудь, что я почти научился летать. Совсем бы научился, если бы злополучный валун под спину не попался.

Даже испугаться не успел. Раз, и я уже лечу. Два, и сыплюсь вниз вместе с каменной крошкой. Три, я снова на ногах, наблюдаю, как эта настырная тварь вопит и скачет ко мне со всех трех ног. Он себе еще и рукой помогал.

Ну и я — тоже заорал, перехватил рукоять оружия двумя руками, и побежал навстречу. Только биться с ним грудь в грудь не стал. Кувыркнулся, проскользнул у твари между ног, и рубанул там же. Видно, болевая точка у гигантов там. То-то мой противник на ультразвук перешел.

Мимо проскакал громадный черный волк — Руна-Существо Нины. Походя, откусил недобитому врагу лапу, полоснул когтями по груди другому, ловко избежал удара здоровенного кулака, и встал передо мной.

Конечно, я не стал возмущаться, и требовать позволить мне проявить себя в бою. И уверять никого не стал, что и сам отлично справляюсь. В этакой-то мясорубке — а я уже был с ног до ушей залит чужой — Слава Богам — кровью — надежный товарищ точно не помешает. Так мы с волчком и рубились рядом. Он зубами-клыками. Я железным шипом.

Еще пару раз получал удары в корпус. Но тренеры из питеков хреновые — летать так и не научили. Последний раз я еще и с лап сбил другого зверя. Так удачно меня отфутболили, что только помогли. А потом молния откатилась. Можно было бы кого-нибудь вдарить, но из врагов только одна, самая здоровая, седая тварь в относительно боеспособном состоянии оставалась. И у той, нижние лапы запутанны тонким крепким тросом. Так, что она с места сдвинуться без опасения упасть, не могла.

Вот в седую молнию и запустил. 250/298

А эта коварная скотина взяла, и отбила высоковольтный разряд в сторону. Так, как отклонила бы летящую в нее палку. Даже шерсть на лапе не закоптилась.

Я разозлился. О, как я разозлился! Двадцать четыре капли! Двадцать четыре драгоценные капли Звездной Крови! И так бездарно потрачены!

Вожак питеков возвышался над кружащими вокруг людишками метров на пять. До чего же громадная тварь! Можно было гранату кинуть — у меня оставалась одна плазменная. Но побоялся своих задеть. Наши отважно подскакивали совсем близко.

Грохотало. Охотники использовали десятки рун. Воздух дрожал. Тварь ревела и размахивала лапами. Не хватало только температуры. Нужно было срочно добавить градусов Цельсия. Десяток тысяч — хватит, решил я и извлек из хранилища «Копье».

— Посмотрим, хватит ли твоей защиты против науки, — пробурчал я себе под нос, прежде чем выстрелить первый раз.

Враг заметил импульс, и поднял лапы, чтоб отмахнуться от угрозы, как сделал это с моей молнией. И промахнулся! Он промахнулся! Плазма летела слишком быстро. Ну, или тварь уже выдыхалась. Устала противостоять сильным охотникам.

Не так уж и важно. Суть в том, что заряд смачно воткнулся прямо в шею питека. Часть плоти просто испарилась, вызвав новый всплеск звукового давления. Седой вожак вопил, как резанный.

Что, впрочем, было не далеко от действительности. Грудь и бока врага к тому времени были уже хорошенько исполосованы кровоточащими рубцами. Судя по всему, остальные бойцы отряда недостатка в боевых рунах не испытывали. Один я… отправился в бой практически без оружия.

Бой на этом не закончился. Цикл перезарядки конденсаторов «Копья» — две минуты. И никогда еще это смешное время не казалось мне таким долгим. Индикаторы прямо-таки издевались над моим терпением. И все же, до момента падения исполина, я успел еще трижды попасть по питеку. И разок молнией вдарить. 226/298

А умер вожак как-то не эпично. Просто вдруг обмяк, превратившись в гору неряшливого меха, и сдулся. Разочаровывающий конец гиганта. Иначе и не скажешь.

Радоваться победе было некогда. Она досталась нам дорогой ценой. Один из охотников погиб. Еще двое получили серьезные ранения. Ушибы и рассечения были у всех, корме, пожалуй, меня. Но на них мы даже внимание не стали обращать. Восходящие — крепкие ребята. Такими пустяками их волю не сломить.

Раненым вколол регенератор. Нина еще и артефакт какой-то применила. Тут и я вспомнил, что имею Исцеляющий Золотой Лист Игг-дерева. Ну и не пожалел оставшиеся два заряда на соратников. Абди, вроде, умеет такие штуки заряжать? Нужно было не забыть спросить: какие навыки для этого требуются. Мне такая способность тоже пригодилась бы.

Заодно взглянул на состояние заблаговременно надетого на плечо Баджу Зеркального Щита. И ничуть не удивился, обнаружив, что артефакт потерял три, из тридцати имевшихся, зарядов. А я-то, глупый, думал — это у меня доспехи такие, непробиваемые.

— Мы хорошо потрудились, — заявила Нина, хотя по ее виду нельзя было сказать, что ситуация полностью ее устраивает. — Теперь время собирать трофеи. У кого есть Существа, собирающие Кровь и Руны?

Я и еще один мужик подняли руки. Странно. Неужели командир не знала, на что именно способны ее подчиненные? На что она надеялась? Только на свою личную силу?

— Отправляйте. Вечером поделим. А сейчас, начинаем вырезать ядра и измененную материю.

— Покажешь, что делать? — проявил заинтересованность я. Сражались все. Устали все. И как бы мне не хотелось избежать ковыряния в кишках, проигнорировать прямое распоряжение начальницы я не мог.

— Ахамук, — Нина ткнула пальцем в самого возрастного охотника, — показывает место. Там режешь, и достаешь ядро. Ничего сложного.

— Ядра чего? Еще и в разных местах появляются? — поинтересовался я, когда мы с Ахамуком отошли к тем тварям, которых убил лично я.

— Ну да, — даже как-то удивился тот. — Слишком от много зависит. У кого как получится. Смотри, и запоминай. У этого — в боку. Вот здесь. У того — в шее. Остальные пустые. Справишься, приходи. Найдем еще трупы.

Я пожал плечами и извлек из хранилища нож.

Кровавая жатва продолжалась до самых сумерек. Хорошо хоть разведчики избавили нас от необходимости готовить себе пищу. Им ничего не стоило приготовить похлебку на всех.

Потом еще достаточно долго отмывал «Гардиан» от крови. Позавидовал даже тем из соратников, кто имел рунную броню. Отозвал, и следующий раз она появится чистая, словно новая.

Другие справились с помывкой быстрее. Кое-кто и вовсе прибрал грязную одежду в хранилища, и переоделся в сменную. А я все сидел на берегу ручья, палочкой выковыривая сгустки черной крови из технологических швов брони.

Даже думать ни о чем не хотелось. Все казалось каким-то тупым. Охота эта. План сражения. Зачем вообще было рисковать, если мы сюда не экзамен пришли сдавать, а просто добыть нужные патриарху ресурсы? Наверняка ведь у Нины имелся способ связаться с Абди, и запросить подмогу. Даже пары — тройки бойцов дополнительно могло быть достаточно, чтоб вообще обойтись без смертей. Всего-то и нужно было подождать пару дней…

Плохое настроение было не только у меня. Все остальные тоже не выглядели удовлетворенными жизнью. Ужин прошел в почти скорбном молчании.

Раздел трофеев тоже не смог улучшить моральный климат в отряде. Признаюсь, и меня самого доставшаяся доля не впечатлила. Шестьдесят три капли Звездной Крови даже не восполнили потери. 289/361 Кровь, конечно, пополнится, так сказать: естественным путем. Просто, не скоро. Не сегодня, и даже не завтра. Равнодушная Система утверждала, что сейчас у меня должно прибывать по 1,36 капли в древо-день. Ничтожно мало, на фоне потребностей той же молнии.

Еще Нина выделила мне два деревянных Развития, и две бронзы: пустышку, и Руну-Заклинание Сила Пяти Воинов. Последняя на двадцать минут наделяла Восходящего небывалой силой, но потом не могла быть повторно использована целых четыре часа. Сомнительное приобретение, если честно.

Тело погибшего соратника спрятали в хранилище. И то ладно. Хоть не пришлось ночевать рядом с остывающим телом знакомого.

По-хорошему, нужно было пойти к Нине. Как-то поддержать. Утешить, может быть. Только я не смог. И слов не нашел, и не был уверен, что смогу удержаться от ругани. Я вообще чувствовал себя разочарованным ее полководческими талантами. Потери бойцов — тому яркое подтверждение.

— Ты чего одной молнией все время бил? — тихо спросил Ахамук, когда члены отряда начали расползаться по лежанкам. — У Громадин к молнии иммунитет. Забыл?

— Не знал, — скривился я. — Да и нет у меня ничего больше. Единственная боевая руна в Скрижали, и та — молния.

— Оба на, — удивился мужик, и взглянул в ту сторону, где располагалась на отдых Нина. — А чего не сказал?

— Никто не спрашивал, — честно признался я.

— Ну дела, — покачал он головой и ушел. А я улыбнулся. Сам я Абди ничего рассказывать не намерен был. И своими мыслями о качестве организации охоты — тем более. Уверен был — и кроме меня, есть кому донести правду да ушей патриарха. Теперь же знал — кого именно Хеттани приставил присматривать за дочерью.

Вечером командир ни единого слова не сказала о том, что утром двинемся в обратный путь. И, как оказалось, возвращаться мы пока и не думали. В планах было еще посещение развалин, и охота на дрейков — тех самых птеродактилей, прогнавших нас с торговцами от цитадели торфодобытчиков.

Среди падальщиков, оказывается, тоже встречается довольно много измененных животных. И их ядра не хуже и не лучше любых других. Врагом Людей птеродактили не считаются, но и под охраной Наблюдателя, как некоторые редкие виды зверей, не числятся. Обычные сервисные существа, созданные для утилизации падали.

Тупые, правда, до невозможности. Ахамук сказал, что если убивать этих птичек — переростков, не показываясь им на глаза, так они и сами не атакуют. «Не вижу зла», и все такое. Так что я даже поразвлекся, отстреливая этим противным зверям их уродливые головы.

У дрейков иммунитета к электричеству не было. Поэтому, бил их, как какой-нибудь античный Зевс, по откату. Крови было жаль, но и тренировка была не лишней. До сих пор я все еще не до конца верил в мощь Рун и всемогущество Звездной Крови. Умом понимал. Свидетельств видел во множестве. Но душой не принял. Мне нужно было учиться поступать и думать, как Восходящий, а не как инженер с Земли. Именно этим и занимался.

Часок повоевал. Потом меня сменили. Среди тел летающих крыс была пара измененных, так что перед уходом, отправил Белого остроклюва собирать трофеи. А сам, вместе с еще тремя охотниками, пошел на экскурсию в развалины строения Кел.

Сразу перейду к итогу: зря время потерял. Лучше бы в лагере посидел, по медитировал. Увидел жалкие огрызки былого величия. Только камни, леор и буйную растительность, заканчивающую разрушать то, с чем не справилось время.

В лагерь вернулся голодный, усталый и злой еще больше, чем когда уходил.

Наше возвращение триумфом точно не назовешь. Не знаю, как сам выглядел, а вот Нина точно из себя побитую собаку изображала.

До меня ни кому дела не было. Сразу к своей палатке поехал. В другой ситуации народ бы точно заинтересовался моей новой игрушкой — ховером. Но не в этот раз. Шум, крики, плачь. Дочь патриарха предъявляла семье тело погибшего воина.

Подумал, и убрал машину в криптор. В малый, наручный, она не входила. Только в большой. Доставать придется в два приема, но это не проблема. Торопиться мне было некуда.

Развел огонь. Пристроил котелок над ним. Приготовил ингредиенты для похлебки. На обратном пути охотники несколько нелетающих птиц подстрелили, и мне мяса выделили. Нина мою роль в сражении ни пол словом не прокомментировала, но остальные-то и свои глаза имеют. Видели же, что я там, с одной — единственной боевой руной вытворял. В общем, парни проявили уважение.

Понятия не имею, специально или нет, но выпавшие с дрейков руны у меня никто не забрал. Там, правда, и ценного ничего не попалось. Деревянная пустышка, и две с заклинаниями весьма сомнительной ценности. Муки выбора мне не нужны, и я сразу этот мусор на Кровь разобрал. Всего восемь капель получилось, но я и им рад. Тем более что еще и навык Рунное Мастерство 5/10 (бронза) на единичку поднял. Уже что-то. Еще чуть-чуть, и можно пробовать, самому что-то создавать. Ядер у меня больше полусотни в хранилище накопилось. Даже если половину испорчу, плакать не стану. Опыт важнее.

Покушал, попил чай, и вдруг поймал себя на мысли, что не знаю чем себя занять. В лагерь Каравана мы въехали чуть за полдень. Усталости не ощущалось, а спать ложится очень рано.

Пролистал записи в когиторе. Вопросы, на которые можно было бы поискать у знающих людей ответы, еще имелись. А вот этих самых — знающих, наблюдался явный дефицит. Хеттани были заняты траурными делами, а идти к Азизи что-то не хотелось. Тот же Эо может и не отказал бы, сделал бы одолжение. И стал бы я торговцу здоровьем должен. Только связывать себя какими-либо обязательствами из-за пустяков совсем не хотелось.

Но и бездельничать натура не позволяла. Так что, взял корявую палку из кучи валежника, и начал отрабатывать рубящие удары мечом. Афенниш Азизи — мой первый и единственный тренер — правильные движения показал. И сказал чаще практиковаться. Великим фехтовальщиком мне уже не стать, поздно начал. Но добрым рубакой — почему нет.

На махался до потной спины. Ополоснулся в ручье, и уселся медитировать.

Долго не высидел. Видимо, где-то в глубине ума крутилась задача — что нужно сделать, чтоб впредь исключить потери в сражениях у дружины Хеттани? Ну, или не исключить, а сильно уменьшить вероятность. И придумал.

Во-первых, раз воинов у семьи не так и много, нужно озаботиться их снабжением артефактами. Что-то вроде моего Баджу Зеркального Щита наверняка можно раздобыть.

Во-вторых, доспехи. Полных комплектов у меня больше не было. Один «Гардиан» только, который для себя оставил. Но разрозненных деталей в хранилище много. Если постараться, проявить смекалку, то и полные наборы скомплектовать получится. Нет только основы — комбинезона, оснащенного унифицированными крепежами.

Но почему я исключил возможность сделать упрощенный вариант? Пусть без компенсирующей подложки, без герметизации и климатконтроля. Примитивный, например — кожаный, комбинезон, на который примитивными клепками приделать элементы креплений.

И что получится? А может получиться комплект высокопрочных композитных доспехов без всех, обязательных в Утопии, сервисных функций. Но даже эта поделка — будем честны — выбор бедных — лучше любых местных изделий. О рунных я не говорю. Это вообще другой уровень. Пока не попробую, не испытаю — неопределенный. Но точно, иной.

Даже настроение поднялось. Расстелил многострадальную ткань, и принялся выкладывать на нее детали. Распределял по видам, типам и комплектности. И получилось у меня один полный «Варриор», семь «Скаутов» и два «Гардиана». С последними — сложнее всего. По одной, весьма важной, причине — экзоскелет. Тяги приводов конечностей как раз в комбинезоне-основе располагаются. А без него, доспехи слишком тяжелые получаются. Каково это будет этакий-то дополнительный вес на плечах таскать?!

А насколько Восходящие уровня темная бронза сильнее обычных людей? В два раза? В три? В каком процентном соотношении крепче кости? Эластичнее связки? С выносливостью — тоже вопросы. Как долго хорошо развитый воин сможет бежать с грузом в шестьдесят килограмм?

Нужны были опыты. Исследования. Эксперименты. И помощники. Сам я такой комбинезон сошью, что местные портные со смеха попадают. Значит, требуется политическая воля. Желание руководства, и политическая воля. Потому что сам, из своего кармана, оплачивать добронирование воинов я точно не собирался.

Как различаются ранги эксперта и специалиста? Примерно так же, как техник отличается от инженера. Когда проходил тестирование при поступлении в проект «Космо», когитор давал вопрос за вопросом. Я отвечал. Задания становились все сложнее. На витр-экране менялись какие-то этапы — не обращал внимание. Учитывая степень моего доверия к администрации Утопии, думал, что это просто способ отвлечь.

В один момент вдруг понял, что тест предлагает мне решить несколько не свойственные техническому специалисту проблемы. Организация сложного ремонта в условиях недостаточной квалификации персонала. Или отсутствия необходимых сканирующих устройств. Комбинирование запасных частей.

Считается, что для получения сертификации на допуск к определенным видам работ, в первую очередь, требуется подтвержденное образование. Для меня, недоучившегося инженера, потолком была специальность техника в ранге специалист. Можно было не вылезать из шкуры. С опытом по ремонту техники подручными средствами, я рассчитывал заполучить эти позиции если и не легко, то гарантированно. По праву. Потому что техник обязан знать, как чинить. А инженер — почему это устройство работает именно так.

Как выяснилось, эксперт — это человек, способный не только сделать что-то самостоятельно, но еще и организовать работу других. Тупых, ни на что не способных, и впервые взявших в руки универсальный ключ. И добиться успеха. Не смотря ни на что.

Умная машина выдала вердикт: присвоить ранг эксперт. Ей было плевать на дипломы и сертификаты. Когиторы принимали во внимание только результаты.

А у меня шевельнулся крохотный росток надежды. Что в этом мире еще не все потеряно. На миг. На микросекунду. Потому что сразу после долгого общения с тестирующей системой бюрократическая машина Утопии вернула меня с небес на землю. Ну эксперт. Но степень ценности — «Б» с минусом. Другие золотые комбинезоны, для обеспечения безопасности, получали в свои капсулы пару боевых синтетиков. Другие, но не я. Я был курьезом системы.

Тем не менее, умение находить выходы там, где для других не виделось даже входа, у меня имелось. Я знал принципы распределения работ и делегирования ответственности. В условиях того же фригольда землян, при наличии минимального набора техники Утопии, не сомневаюсь, мне удалось бы создать аналоги доспехов, максимально адаптированных к условиям Единства.

Здесь же, в лагере Каравана, все что у меня могло получиться — это эрзац-броня. Сплав невероятных композитов Утопии, смекалки и материалов, привычных аборигенам. Но в чем я точно был уверен, так это в том, что все у меня получится.

С раннего утра пошел искать Нину. Подумал, что без согласия командира семейного войска, моя инициатива будет выглядеть как-то не правильно. Словно бы я самый умный. Явился, и давай тут свои порядки наводить.

А еще, девушке мой план был нужнее, чем мне. Это ведь она потеряла бойца в пустячной, в общем-то, охотничьей вылазке. Она, не я. Я вообще там находился на правах пассажира. Туриста. Вроде как — поразвлечься из лагеря выехал.

У подростков легко вызнал, что Нина живет вместе с остальными женщинами в одном из мобильных домиков. В само строение входить не стал. Да меня никто бы и не пустил. Здания были сугубо женским царством. Там мужчинам делать нечего.

Работавшие у крылечка бабенки подсказали, что Нина со своими бойцами тренируется на опушке. Сразу сделал озабоченный вид, и стал прощаться. А то насели, понимаешь. Скучно им. Они все друг друга с рождения знают. А обсуждать за работой что-то нужно. Ну или хотя бы с пришлым, упавшим с небес, парнем поговорить. В общем, убежал.

Нашел Нину легко. Они и не скрывались. На опушке леса и мишени для стрельбы из луков стояли, и деревянные чучела — для рубки холодным оружием. Примечательное место. Мимо не пройдешь.

Естественно, все тренажеры были заняты. И стреляли, и рубили. Еще пара бойцов со щитами в руках удары бревном отражали. Не знаю, проводили ли такие тренировки раньше, но тут было очевидно — командирша взялась за это дело всерьез.

Сама Нина, вместе с еще пятью воинами, сидела в расслабленной позе. Медитировала. Но, стоило мне перешагнуть некую границу, тут же поднялась, и пошла мне навстречу.

— Серебряный, — улыбнулась суженная. — Рада тебя видеть. Что привело тебя сюда? Решил стать воином?

— Не-не-не, — шутливо закрываю голову ладонями. — Какой из меня воин? Я — так. Соучастник.

Нина засмеялась, но я видел, что глаза ее остались серьезными. Она не знала, что от меня ждать, и еще, почему-то, опасалась. Самое время было вывалить на нее детали своего плана.

— Артефакты уже начали искать, — кивнула командир дружины. — А вот о доспехах… Хорошая идея. Все были впечатлены крепостью твоей брони. Но, ты сказал — часть наборов будет облегченными?

— Да. «Скаут». Но и он гораздо лучше того, что есть у твоих воинов.

— Хорошо, — искренне обрадовалась девушка. — Потребуется какая-то помощь?

Я объяснил суть проблемы с кожаными элементами. И о том, что возможно, часть одежды будет испорчено в ходе экспериментов.

— Пф, — фыркнула Нина. — Этого везде полно. Коже-дерево широко распространено, и его плоды можно найти где угодно. Наши мастерицы легко справятся.

— Потребуется разрешение патриарха? — решил все-таки уточнить я. Известию о наличии в Единстве бесконечного источника кожзаменителя, не удивился. Конструкторы биоценоза должны были предусмотреть нечто такое. Не голыми же туземцам бегать.

— Конечно, — кивнула суженая. — Идем прямо сейчас. Раньше начнем, больше сделаем.

Согласился. Мне уже и самому было интересно взглянуть на результат.

Абди Хеттани нашелся на своем рабочем месте. И он был явно недоволен итогами охотничьей вылазки. Во всяком случае, на Нину так глазами сверкнул, что она поспешила удалиться. Предоставила ведение переговоров мне.

Я же никакой вины за собой не чувствовал, поэтому угрозы со стороны патриарха не видел. Спокойно уселся на подушечку, и обстоятельно поведало о своем плане. Рассказал, сколько именно и каких наборов может получиться изготовить, и что для этого понадобится. Уточнил, что комплекты будут совсем не равноценны по уровню защиты, и чем именно станут отличаться от того, что выходит из репликаторов.

— Делай, — ни секунды не раздумывая, согласился Абди. — Я распоряжусь, чтоб женщины пошили пару костюмов. Не бойся их испортить. Такие вещи в Единстве ничего не стоят. Просто одежда…

— Хорошо, — улыбнулся я. — Пойду готовить крепления.

В принципе, нашлись бы вопросы для опытного Мастера Рун, но я считал, что момент не совсем подходящий. «Экипаж» Каравана и так не слишком велик. Любые потери больно бьют по небольшой кочующей общине. Так что, посчитал разговор законченным, и собрался уходить. Но Хеттани так не считал.

— Я приготовил для тебя несколько рун, — сменил тему патриарх. — Хотел передать их тебе позже. Во время обряда, как часть подарка. Но отдам сейчас. Они могут пригодиться для твоей работы.

Хеттани призвал Скрижаль, и я поспешил сделать тоже самое. Было интересно наблюдать, как Мастер, ленивыми движениями пальцев, перекидывает мне руны. И удивительно — как их было много.

Контроль Звездной Крови

Руна-навык

Качество: бронза

Навык управления Звездной Кровью, позволяющий контролировать, принимать, отделять и формировать различные формы Капель, Звезд и Сфер.

Ведущий Атрибут: Предвидение

Рунная Артефакция

Руна-навык

Качество: бронза

Искусство, позволяющее создавать, разрушать и наделять артефакты рунными свойствами и Звездной Кровью.

Ведущий Атрибут: Восприятие

Истинный Взор

Руна-Заклинание

Качество: бронза

Активация: 12 капли Звездной Крови

При активации позволяет Восходящему видеть скрытое.

Время действия: мгновенно

Время перезарядки: 4 часа

Но и это были еще не все подарки. После трех этих, в мою Скрижаль прилетела еще стопка Рун Развития. Полный стак. Двадцать штук.

— Эти в долг, — пояснил патриарх. — Или шестьдесят монет сейчас, или руны, когда сможешь их делать.

— Согласен, — улыбнулся я, уже внутренне распределяя — куда вложу драгоценное развитие. Впрочем, одно уже было понятно со всей отчетливостью: я повышаю ранг Восхождения. Здравствуй, бронза!

— А за это, с тебя двенадцать монет. Прямо сейчас, — сурово добавил Абди, запуская в меня очередной руной.

Сумка Торговца

Руна-Хранилище

Качество: серебро

Активация: 6 капель Звездной Крови

Позволяет хранить предметы, артефакты и руны.

Время действия: до отзыва

Время перезарядки: 30 минут

Если Эо мне не соврал, у меня только что появился рунный криптор, объемом в хороший ангар. Звездные монеты передавал Хеттани, ничуть о том не жалея.

— Нина, — Абди тяжело вздохнул. — Дочь просила достать для тебя одну вещь… Она тоже уже у меня. Но Нина сама хотела ее тебе передать. Я лишь хочу спросить: ты ее примешь?

— Конечно, — кивнул я.

— Хорошо, — расслабился Мастер. — То, как именно она руководила вашим походом…

— Мне не в чем ее упрекнуть, — грубовато, но я не мог позволить, чтоб отец ругал при мне собственного отпрыска. — Она доблестно сражалась. Они все были храбрецами. Я не воин, и не собираюсь им становиться. Плохо разбираюсь в этом всем… Но считаю, что Нина и ее копье сделали все возможное.

— Гм, — прочистил горло Хеттани. — Приятно это слышать. Но горько осознавать, что один из членов нашей большой семьи погиб. Не смотря на доблесть. Если ты что-то подметил, какой-то изъян в командовании, или тактике, прошу — не молчи. Это не последняя битва нашей дружины. Ошибки нужно исправлять сразу.

— Я вообще ничего кроме врагов не видел, — развел руками я. — Поражаюсь способности контролировать все поле боя. Для меня, все сжалось до туннеля. Я и враг. Будто вокруг больше и нет ничего…

Я — бронзовый Восходящий. Слабенькая, почти прозрачная, но бронза! И вот, что скажу: никогда больше не стану единоразово вваливать восемь Рун Развития! Так плохо мне еще никогда не было. Даже когда стигмат вживляли, я, по большей части, в эмпиреях витал. С духом сына патриарха общался и солнце разглядывал. А тут, все эти неприятные ощущения разом навалились. Одновременно и боль по всему телу, и голова кружится, и тошнит. Будто с жесточайшего похмелья, да еще и избитый. Только без приятных воспоминаний о вчерашнем загуле.

И, что самое поганое, не был готов к этому испытанию. Ни обезболивающее заранее не приготовил, ни позу на лежанке поудобнее не принял. Свалился, как мешок с навозом, прямо у порога собственной палатки. Валялся там, в пыли, выл от боли, и старался не шевелиться, чтоб не выблевать остатки пищи.

Потом прибежали дети, дали испить какую-то приторно сладкую бурду, и стало легче. Со временем, и вовсе попустило. Но зарок я себе уже успел дать.

В Предвидение и Восприятие последние имеющиеся бронзовые руны вкладывал уже осторожно. По одной, и чутко вслушиваясь в ощущения. Но эффект даже понравился. Мир, как-то неуловимо, стал чуточку резче. Отчетливей. И — главное — организм изменения принял благосклонно. Без резких реакций.

Подаренные навыки поглощал уже смело. Опыт говорил, что они так экстремально на меня не подействуют. Что, в принципе, и оправдалось. Сколько бы ни прислушивался к себе, ничего кроме бурчания в животе не услышал. Еще бы! Пока сам с собой воевал, подошло время обеда.

Подростки ухаживали за мной, будто я болен. Забота была приятна, и здорово сэкономила время. Покушал, выпил горячего напитка, и принялся за подготовку креплений. Патриарх гарантировал, что первые кожаные одежды принесут уже вечером. Значит, завтра, с утра, можно приступать к экспериментам.

Все-таки, я трудоголик. Даже такая — простая и однообразная работа, доставляла истинное наслаждение. Да еще и любопытство рукам помогало: было жутко интересно, что же в итоге получится? Приемлемая эрзац-броня, или никому не нужная чушь?

Справился как-то подозрительно быстро. И задумался: с какого типа доспехов начинать? Еще, хорошо бы иметь одного из воинов, в качестве манекена. Это не универсальный, самоподстраивающийся комбинезон. Это простая кожа. А-то и кожзам — кора чудесного дерева. Материал удивительный, но не волшебный.

И тут пришла Нина.

Вообще-то, девушка явилась с подарком. Принесла обещанный Рунный Конструкцион. И мы с ней официально стали парой. Обычай же исполнен — предметами, содержащими Звездную Кровь, обменялись. Благословение родителя получено. По традиции народа Каравана, даже церемония бракосочетания — не так уж и обязательна. Просто семья Хеттани не может себе позволить без нее обойтись. Чтоб никому в голову не вкралась мысль, что у клана настолько все плохо, что на праздничный пир раскошелиться нет возможности.

Поговорили. Обсудили церемонию. Меня интересовала дата, а Нину — наряды и украшения. Сошлись на том, что каждый из нас займется своим делом. Я уточню у Абди день и время, а Нина озаботиться имиджем новобрачных.

Будь моя воля, я бы вообще в «Гардиане» пришел. Символично же. Вроде как: принцесса Каравана выходит замуж за землянина — представителя значительно технически более развитой цивилизации.

Зато договорился с суженой, что первый комплект доспехов сделаю на нее. От тяжелой брони она, правда, сразу отказалась, «Скаут» — товар широкого потребления, и дочери патриарха не к лицу. Оставался «Варриор». Он и выглядит достаточно солидно, и легкий, и от всех других сильно отличается.

За одно, поделился с будущей супругой сомнениями. Нормально ли, что я получаю драгоценные Руны как бы в долг, и очень быстро развиваюсь в Восхождении? Не станут ли меня потом упрекать в этом остальные караванщики? Мол, остальным приходится добывать Развитие в сражениях, а мне все достается легко.

Повеселил дочь патриарха.

— В обитающих повсеместно племенах и народах, все именно так, — сказала девушка. — Молодые Восходящие вынуждены участвовать в опасных схватках с сильным врагом, чтоб становиться сильнее. Они развиваются медленно, но взамен получают бесценный опыт сражений. У нас все по-другому. Любая семья Народа Каравана имеет возможность снабдить своего родича необходимым количеством рун. Уж мусорными или бронзовыми — точно. Это даже не слишком дорого. И часто именно так и происходит. Например, мы с братом пробыли на дереве всего три дня. Понимаешь?

— Ну, вы — это понятно, — улыбнулся я. — Имея отца — Мастера Рун, странно, если бы было как-то иначе.

— Вот именно. Тогда что тебя удивляет? Почему тебя волнует, что могут сказать другие люди? Ты — тоже родственник. И при этом — не воин. Тебе не требуется умение разрабатывать тактику боя, и учиться правильно применять ударные и защитные заклинания. Ты выбрал стезю мастера. Чем выше твой ранг, тем выгоднее семье.

В принципе, она была права. Нельзя объять необъятное. Быть и искусным мастером, и опытным бойцом. Погонишься за всем сразу, не получишь ничего. Так что, я успокоился.

Тем более что всегда могу нужные руны просто купить. Деньги есть. А имея ресурс, глупо им не воспользоваться.

Девушка ушла к женщинам. Ее и саму заинтересовала возможность сделать дружину семьи немного сильнее, а тетки что-то тянули с кожаной основой. Видимо, для придания ускорения работы, требовался начальственный рык. Ни разу не видел, как Нина ругается, но, думаю, ей и авторитета хватит.

А сам задумался о дальнейших своих шагах. Строительство эрзац-брони — это понятно. Но с ней не так уж все и сложно. Крепления — унифицированы. Всего-то и нужно — грамотно разместить их на основе. Ничего особенного.

Вопрос был в другом.

У меня в Скрижали оставалось двенадцать деревянных рун Развития, и Конструкцион, который жутко любопытно было испробовать. И как мне было поступить? Вложить руны в навыки, вроде Торговли и Оценки, или отложить, и заняться изготовлением недостающих до полного стака, чтоб побыстрее рассчитаться с долгом?

Потом до меня дошло, что неправильно думаю, и высыпал на стол все имеющиеся в хранилище ядра зверей. Сколько нужных рун может получиться из всего этого? Что если их будет меньше двадцати? Мне придется скупать ядра у других торговцев, или у туземцев этого октагона. Но что я могу предложить на обмен? Доспехов у меня больше нет. Оружие без боеприпасов не имеет смысла. Всякие мелочи — фонарики, котелки, и все такое прочее — имеют сомнительную ценность в глазах местных людей.

Значит, что? Значит, сначала нужно делать руны, а после уже решать: что могу истратить на свое развитие, что вернуть в счет долга, а что оставить на продажу. В том, что смогу продать излишки, ничуть не сомневался. Руны и Звездная Кровь — в Единстве, универсальный товар.

Извлек из руны Конструктор. Даже по одному только внешнему виду было сразу ясно, что прибор разработан и изготовлен мастерами народа Кел. Характерный дизайн, богатая отделка и интуитивно понятный принцип работы. К тому же, я однажды, краем глаза, уже видел, как Абди обращается с этим прибором.

Ядер у меня было полно. Без пары штук — сотня. Черные, зеленые и с синим отливом. Белые даже, как мел, попадались. Взял не глядя. Первый попавшийся. Навык Оценки мог как-то определять стоимость товара, но не в состоянии вычислить ремесленную ценность сырья. Значит, вся надежда оставалась на предусмотрительность Кел. Логичным же было предположить, что и у предтечей народов Единства, не все поголовно были воинами или охотниками на тварей. То есть, не каждый Кел обязан был разбираться в трофеях. Так почему бы Конструктору не придать свойство распознавания?

Аккуратно вставил камень в центр устройства, и убедился в том, что догадка верна. Перед глазами возникла маленькая табличка: список того, что можно сделать, и какова вероятность благополучного исхода. Символы рун. Развития, Улучшения, Предмета. Все — мусорного ранга.

Выбрал Развитие — у этого символа вероятность была выше. Мысленно отдал приказ начать изготовление. Минутой спустя, в Скрижаль шмыгнул бледно светящийся глиф. Ура! Начало положено. Предстояло еще разобраться, как из этой поделки создать собственно руну. Но, все равно, я был полон оптимизма. Верил, что и на этом этапе Кел не полагались на догадливость пользователей.

Пустышку в один угол, символ в другой. В третий следовало как-то добавить Звездную Кровь, и тут вышел затык. Значок капли из Скрижали перемещаться в прибор отказался.

Помогло ритуальное почесывание затылка. Припомнил, что Эо рассказывал о Звездах — неких глифах, хранящих в себе определенную дозу Звездной Крови. В описании навыка Контроль Звездной Крови, о них тоже упоминалось. Что означало: я теперь и сам могу их изготавливать.

С шестой попытки получилось. Подумал, что хорошо — в Скрижали еще были пустые ячейки. Куда бы делась Звезда, если бы все были заняты? Переложил лишнее в кармашек Сумки Торговца, и наказал себе: впредь следить за этим.

Конструктор «откусил» три Капли, и в центре устройства вспыхнула зелененькая, деревянная Руна Развития. Кто молодец? Я — молодец!

Надо бы было сбегать к тому же Багу, спросить о степени потребности разных видов рун. Но, во-первых, не хотелось отвлекаться от увлекательнейшего занятия. А во-вторых, лень. И так было понятно, что Развитие, Повышения, Усиления и Руна Звезд всегда найдут своего покупателя. Их и делал, если Конструктор позволял.

Два часа развлекался. Так увлекся, что не заметил, как женщины принесли и разложили на ткани готовые костюмы из кожи. Всего три, но для опытов и этого хватит.

В итоге, кроме того, что добил до полного стака «заемные» деревяшки, получил еще:

Руны Развития (дерево) — 22 штуки,

Руны Развития (бронза) — 13 штук,

Руны Повышения (бронза) — 2 штуки,

Руны Усиления (бронза) — 2 штуки,

Руна Звезд (бронза) — 1 штука.

Испортил девять ядер, и шесть пустышек. Хорошенько почистил крипторы и Скрижаль. На три пункта поднял Навык Рунное Мастерство 9/10 (бронза). И получил массу положительных эмоций. Делать из камешков и виртуальных циферок что-то имеющее реальное значение было невероятно приятно.

Я, наверное, даже во сне улыбался.

И проснулся с отличным настроением. Пока проводил утренние ритуалы, решил, что торопиться не буду. И долг возвращать пойду, только когда сделаю хотя бы один удобоваримый доспех. А атрибуты и навыки стану развивать аккуратненько. По единичке. Валяться в пыли и луже собственной рвоты мне не понравилось.

Навык Единого Языка трогать не стал. Зачем? Мне в философских симпозиумах не участвовать, чтоб я мог почувствовать нехватку слов/понятий. И того, что уже есть в голове — вполне хватало. Тем более, я последнее время, только на едином и разговариваю. Значит, он и сам, со временем, разовьется.

Навык Торговли (дерево) (5/10), сразу развил до бронзы, и он преобразовался в навык Искусной Торговли (бронза) (1/10). Причем, в Скрижали сразу появилась новая иконка «Сокровищница Наблюдателя». Было любопытно взглянуть на торговое «приложение» суперкогитора всея Единства, но, скрепя сердце, отложил это дело на потом. Подумал, что и там есть какие-то свои нюансы. И пока о них не узнаю, лучше в незнакомое место не лезть.

Следующим на очереди был навык Оценки Товаров (дерево) (5/10). Он, после повышения до бронзового ранга, преобразовался в Мастер Оценки 1/10 (бронза). Но, главное не название, а суть работы. Теперь навык определял не только среднюю по октагону стоимость, но и давал начальные сведения о качестве товара, и возможности увеличить цену, или необходимости ее понизить. Полезная штука. При торговле единичными образцами, может быть, и не настолько очевидно необходимая. А вот при массовой скупке — даже малейшее изменение общей суммы сделки, уже важно.

Аутотренинг трогать не стал. Занялся Боем-без-оружия. На бронзе, он стал, к вящему моему удивлению, навыком Стиль Железа 1/10 (бронза). Самое же что интересное: не зря я осторожничал, и добавлял звезды по одной. Уже после первой, вложенной в навык руны, связки стало тянуть, а под кожей будто бы жуки поползли. Слава Богам, ни боли, ни нарушений вестибулярного аппарата не появилось. Можно было и газануть, но не стал. Торопиться было некуда.

Остальные, имеющиеся у меня навыки: Рунное Мастерство, Контроль Звездной Крови и Рунная Артефакция уже на бронзе. Руны Развития этого ранга у меня появились, но вваливать их в то, что можно развить упорным трудом, было бы глупо.

Ради Атрибутов даже возню с установкой креплений на кожу отложил. Читать подсказки интерфейса, и одновременно клепать, никак не получалось.

Моторика, Физионика, Телесность. Нужно. Как говорится: в здоровом теле, здоровый дух. Особенно в последней битве заметил — выносливости не хватает. И ловкости. Там, где можно было просто уклониться, избежать удара, я, как настоящий железный дровосек» угрозу грудью встречал.

Вложил по одному Развитию в каждый атрибут Тела. И хорошо, что торопиться не стал. Была ведь мысль, сразу по паре вкинуть. Но и так, неприятные ощущения пришлось пережить.

Восприятие, Мышление, Воля. А это — мои инструменты. Этим я чаще всего пользуюсь. Еще когда раздумывал над своим путем в Единстве, сразу решил, что в этом направлении и стану продвигаться наиболее активно. Тут я, ничуть не сомневаясь, довел каждый из атрибутов Разума до трех звезд.

Приготовился к «жукам» в голове, но так и не дождался. Так. Легкое давление на глаза, и штук пять вполне годных идей, как ускорить производство эрзац-доспехов.

Самое интересное случилось после. У меня проснулся очередной спящий навык. Странный. Назывался он Знание Техники Земли, был сразу бронзового ранга, и имел десять из десяти звезд в развитии.

— Ничего удивительного тут нет, — хмыкнул я себе под нос. — Он явно хочет стать серебряным, но атрибутов не хватает.

Было даже любопытно, на что навык изменит название на следующем ранге? А особенно: как система Восхождения умудряется оценивать объем знаний и умений в незнакомой для нее сфере?

Ментальность, Стихийность, Предвидение. Над этими параметрами раздумывал дольше всего. Первый атрибут снижал подверженность псионическим внушениям. Я с ними еще не сталкивался, но раз Восхождение ввело защитный механизм, значит, это в принципе возможно. И становление чьей-то марионеткой — реальная опасность. Даже пожалел на миг, что махнул в Разум слишком много рун. Оставалось всего две, а хотелось обезопасить себя по максимуму.

Но и Стихийность — полезная штука. Особенно, для рунного мастера. Сама возможность наделять глифы стихийными проявлениями — дорогого стоит. Вложил оставшиеся звезды в Ментальность и Стихийность. По одной.

Нужны ядра зверей или измененная материя. Именно то, что я раньше считал никчемным мусором. Нужны пустые руны. Мне самому мусорные, деревянные руны Развития уже не требовались, но ведь их вполне реально выгодно продать! А бронза — ее я хотел лично для себя. Заразился этой, обычной для аборигенов, жаждой непрерывного самосовершенствования. Ну а что? Кому не понравится становиться сильнее, быстрее, умнее… Искуснее.

Никогда прежде не женился. Утопия — глубоко бюрократическая структура. Формализованная, структурированная и, вместе с тем, пронизанная миллиардами нитей традиций входящих в нее народов.

Для государства, акт создания семейной ячейки начинается и завершается в тот миг, когда пара подает заявку на регистрацию. Даже идти никуда не нужно. Все делается через вокс-сеть. Но это только половина дела. Далее вступают обычаи. Сотни народов, на протяжении тысячелетий выработали собственные ритуалы проведения обряда. И молодым придется испытать на себе весь абсурд и попытаться осознать всю глубину замысла сакрального замысла предков.

Хорошо, если оба принадлежат к одной, хотя бы — нации. А если нет? Если, скажем, северянин моно женится на афро из Нео-Мумбаи? И обе семьи намерены полностью исполнить предписанные предтечами ритуалы? Могу себе представить, во что выльется эта попытка совместить ужа и ежа…

Впрочем, ни на одном таком традиционном празднике единения двух любящих сердец, я лично не присутствовал. Даже свою собственную свадьбу отец мне не показывал. Он вообще делал вид, будто матери в принципе никогда не существовало.

Сравнивать мне было не с чем. Да, в принципе, и не особо интересно было бы это делать. Я, сын раша и неведомой женщины, всю сознательную жизнь проживший в городах, в которых столько народов перемешалось, что уже и не понятно — кто есть кто, привязки к истокам был полностью лишен.

Технически, если бы действительно было любопытно, можно было сделать генетическое исследование, и выяснить, чьей крови во мне больше. Но зачем? Для бюрократической машины Утопии было достаточно и того, что я моно. А лично мне родственники не были нужны.

Дитя Земли. Красиво же звучит?! В отношении меня, можно было бы добавить — «нежеланное». Впрочем, правители Утопии, считающие людей не более чем винтиками в механизме, каждый следующий миллиард населения планеты считали нежеланным.

Возможно, церемония нашего с Ниной бракосочетания была даже красивой. С мой позиции — во главе обширного, накрытого на покрывалах, разложенных на земле, стола — особо не видно было. Но пищи было много, музыканты излучали неподдельный энтузиазм, а гости были наряжены в яркие одежды.

Еще бы понимать, что происходит, и вообще было бы хорошо.

Впрочем, результат был предсказуем. Так что грех было жаловаться.

Кушать и пить алкоголь нам, молодоженам, было не положено. Зато подарки разглядывать — сам Бог велел. И пусть там ничего действительно стоящего не было — Абди все самое ценное мне заранее выдал — но прокачивать Оценку, и соотносить результаты с личностью дарителя, тоже было интересно. Сразу было понятно, кто как к тебе относится.

Все кончается, закончился и этот чудной обряд. Нас с Ниной, под песни с плясками, проводили до украшенной цветами и разноцветными лентами палатки, и принялись разводить приготовленные вокруг костры. Вроде как, оберегать нас станут от ночных напастей. Трогательная забота, но меня мельтешение огней только раздражало.

— Нужно побыстрее зачать ребеночка, — торопливо сбрасывая церемониальные одежды, поделилась планами Нина.

— Зачем? — удивился я. — Куда нам торопиться?

— Родится сынишка, ты станешь официальным наследником отца, — блеснула глазами супруга.

— И зачем это мне? — признаться, мысли, от вида спортивного, практически идеального тела эльфийки, были совсем о другом. — У тебя же младший брат есть. Чем он плох?

— Ему всего четырнадцать, — прижимаясь ко мне, выдохнула Нина. — Если с патриархом что-то случится, он семью сохранить не сможет.

— Мы с тобой поможем, — улыбнулся я, убирая непокорную прядь с ее лица. — Для этого не нужно никаких официальных статусов. Просто, наше желание.

— А ты желаешь?

— Еще как, — искренне признался я, подхватил добычу, и поволок на ложе. Девушке давно пора было обращаться женщиной, а мы время на всякую ерунду тратили.

Наш медовый месяц сжался до трех суток. Причем, последние из них, мы, вместо того, чтоб наслаждаться обществом друг друга, заняли сборами. Все верно. Великий Караван снова отправлялся в путь. Предсказание Табаллатта сбылось — на месте лагерь простоял тринадцать дней, за которые животные успели сожрать всю траву и обглодать кусты в обозримой округе.

Было одно отличие. Перед тем, как идти на совет, Абди собрал глав всех младших семей — включая меня — чтоб обсудить варианты. Не скажу, что их было много. Разведчики нашли еще один комплекс развалин, и удобное место для стоянки неподалеку от них. Караван не брезговал покопаться в наследии Кел раньше, и не видел причин отказываться от этого и теперь. Это был первый вариант.

Вторым, было исполнение ранее уже озвученных планов. Предполагалось, что лагерь встанет рядом с главным поселением Народа Леса. Там вскоре должен был случиться малый тинг, и выборы делегатов на тинг большой, под сенью главного в октагоне Игг-древа.

Естественно, это масштабное, проводящееся всего раз в году, мероприятие сопровождалось активным обменом материальными благами между племенами. И Караван, главной целью которого все же была торговля, не прочь был в этом обмене поучаствовать.

Как бы ни любопытно было взглянуть на развалины, я все же понимал, что за тысячелетия после исхода Кел в Вечность, там вряд ли что-то удастся найти. Все самое ценное, и плохо спрятанное давным-давно найдено и утащено туземцами. А любование архитектурой пока еще в моду в Единстве не вошло. Здесь жили весьма прагматичные люди.

Не мудрено, что против одного голоса в пользу раскопок, все прочие высказались за торговлю. У меня был свой собственный интерес. Леса занимают огромные площади октагона. Народ Лесов — один из крупнейших по численности, и точно контролирует самую большую территорию. А это значит что? Это значит, что вероятность попадания капсул с «Хельги» именно к ним, велика. Как и велик шанс купить, или обменять, или как-то еще договориться и заполучить продукты земных технологий. Те товары, которые отличают меня, как торговца, от всех остальных караванщиков.

Раши говорят: лучше синица в руках, чем журавль в небе. И тут был как раз этот случай. Нашли бы мы что-то в тех руинах, не нашли — предсказать практически невозможно. А вот в селениях лесных жителей я точно обзаведусь нужными вещами. Выбор, лично для меня, был очевиден.

Как потом выяснилось, и на Совете Каравана царили те же настроения. Торговля привлекала больше, чем ловля призрачной удачи за хвост. Большинством голосов, было принято решение идти на земли Народа Лесов.

Второй раз наблюдать за процессом навьючивания голиафов было уже не так интересно. Обыденно. Еще не привычно, но уже и не вызывало удивления, или восхищения изобретательностью караванщиков. Собрались. Загрузились, и, четко по расписанию, рано утром третьего дня, кочующее поселение двинулось в путь.

Я уже знал, что между нашим последним лагерем, и сплошной зоной лесов, пролегала река. Не земной Нил конечно, но тоже не маленькая. И если принять за аксиому, что Единство вообще опасное место, то и водные просторы тоже должны были населяться какими-нибудь зловредными тварями.

Начал даже обдумывать: как бы поступил, если бы передо мной стояла задача перевести стадо навьюченных припасами животных на другой берег. Поиск брода, меры безопасности, оповещение о потенциальной опасности… А Караван взял, и повернул прочь от реки. Не вниз, в пойму, а наоборот — по направлению к горам.

— Где-то там нашли мост? — предположил я. Уж Табаллатт то должен был иметь представление о маршруте. В конце концов, это же именно его любимых лохматых тварей будут кусать за пятки твари водоплавающие.

— Нет, — лаконично, и даже меланхолично, ответил погонщик. — Стрелу.

— Стрела, это что? Какой-то особый способ переправы?

— Стрела? — зыркнул одним глазом мерно покачивающийся в седле Мастер Зверей. — Стрела — это стрела. Наследие Кел.

Яснее не стало, но любопытство проснулось.

Понятное дело — для многие века путешествующего по Единству сообщества задача попасть на другую сторону реки проблемой не являлось. Наверняка, старейшины знали множество способов сделать это достаточно просто и абсолютно безопасно. Было до ужаса интересно, как же это будет проходить в реальности. А «стрела», как термин, могла быть чем угодно. От нависающей над водной преградой скалы, до песчаной косы, едва-едва не доходящей до противоположного берега.

Наследие Кел? Так и то и то вполне могли иметь искусственное происхождение.

Традиционно шли весь древо-день. С технологией передвижения кочующего поселка я уже был знаком, поэтому не удивился, когда вечером мы вышли на обширную поляну, с уже горящими кострами и булькающими над ними котлами с пищей. Одно отличие: по краю явно часто использующейся для стоянок площадки шла дорога. Хе-хе, из желтого кирпича.

Шучу. На самом деле, она выложена классическими шестиугольниками из леора, что прямо указывало на ее древность. Сомневаюсь, что туземцы стали бы буквально закапывать в землю драгоценный, невосполнимый их технологиями, материал. Тем не менее, и разбирать плиты аборигены не торопились. Значит, дорога часто используется, и выгодна местным именно в таком виде.

Утром караван, ожидаемо, ступил на дорогу из леора. Даже громадных голиафов на нее завели, не опасаясь разрушить. Что говорило не столько о качестве постройки, сколько о колоссальном разрыве в развитии цивилизаций Кел и их потомков. Было действительно интересно: печалит ли ушедших в неведомую Вечность предтеч такое одичание в Единстве? Или они, встав почти на уровень Богов, уже отринули все низменное?

Не сказал бы, что скорость движения по дороге стала выше. Единственное что — наш конвой растянулся. Ширина древнего шоссе не позволяла двигаться как раньше — сразу несколькими цепочками. А обочины были хорошенько завалены валунами и заросли колючим кустарником.

Постепенно поднимались. Дорога вилась, как змея, обходя совсем уж крутые скалы. Иногда, с площадок, на которых встречные конвои могли разойтись, были видны захватывающие дух пейзажи. Сплошное море лесов. Река. Сине-зеленые равнины, по которым катились волны, когда ветер играл с высокой травой.

Шоссе Кел кончилось, когда день уже заметно перевалил через середину. Шестигранники просто обрывались, будто бы срезанные каким-то невероятным ножом, упершись в идеально отполированную скальную стену. Сверху над этим всем нависали две, образующие равнобедренный треугольник, плиты.

— Ну вот, — усмехнулся Табаллатт. — Ты спрашивал о Стреле. Вот она. Смотри.

На мост эта конструкция вообще не походила. Я уже молчу о том, что до реки от того места было далековато. Километра три.

Между тем, пока я разглядывал необычный феномен, воины на кархах, не снижая скорости, рванули прямо на скалу. Я еще успел подумать, что у парней какое-то помутнение рассудка случилось, как первый всадник уже врезался в зеркало. И исчез. И следом за ним, там же пропали и остальные разведчики.

Транслокатор! Ну конечно! Ни чем иным это и быть не могло. Единственное что: сколько бы я ни напрягал зрение, сколько бы ни высматривал, ни блока управления устройством, ни питающего его реактора увидеть не смог.

Как?! Технология транслокации известна Утопии. Но не получила широкого распространения по причине изрядной ее энергопрожорливости. Кроме того, расчет точек сопряженного пространства требовал участие альфа-когитора, которые на Земле вообще товар штучный.

А здесь, в Единстве, я видел перед собой гигантские врата. Просто невозможно большие! Причем, постоянно действующие, не имеющие сложной электроники и не требующие термоядерного реактора для питания.

Звездная Кровь, Руны, Артефакты… Все это, хоть и со скрипом, но могло иметь какое-то объяснение. Управляемая материя, виртуальный интерфейс — каждая их технологий по отдельности присутствовала в Утопии. Что однажды кому-то пришло в голову все это объединить — не удивительно. Это и есть суть прогресса — получать новое на основе старого. Но энергия! Это краеугольный камень цивилизации. Из ничего что-то не берется. За все, все чудеса науки, нужно платить. И энергия — один из способов расплатиться по счетам.

Транслокатор не может работать, но работает. И, судя по реакции караванщиков, чем-то невероятным, исключительным, присущим только этому месту, не является. Стрела?! Они все прекрасно знакомы с этим явлением, и явно не раз им пользовались.

Я был в шоке. Я был потрясен и раздавлен. Техническое превосходство Кел, прежде воспринимаемое, как нечто виртуальное, проявилось во всей своей ужасающей мощи.

Следом за разведчиками в портал начал стягиваться весь караван. Голиафы, сколь большими бы они ни были, легко проходят в гигантскую треугольную «стрелу». Тауро и кархи у их ног и подавно не встречают каких-либо затруднений. Сзади, за нашими спинами, половина воинов выстраиваются в защитную формацию. Напряженный момент. Если неведомый враг атакует именно в этот момент, ему удастся застать только малую часть охранения.

Наконец, наступает и наша с Табаллаттом очередь. Мастер зверей подхватил повод моего животного, и потянул тауро за собой.

— Нельзя задерживаться у выхода, — пояснил он. Я только кивнул. Логика понятна. Как понятно и то, что мне, впервые проходящему эти врата, лучше не спорить и выполнять указания опытных караванщиков.

Сердце бухает в груди. Зеркало перехода колышется волнами, как вставшее на дыбы озеро ртути. Страшно до жути. Страшно, и жутко интересно. Хочется вдарить пятками в лохматые бока животного, и рвануть вперед, к новым открытиям.

Проходим. И ничего не происходит. Только треугольная конструкция теперь не впереди, а сзади. Вокруг те же предгорья, чахлые деревья и туши вьючных зверей на лиоровой дороге. А! Еще большая река находится не слева, а справа от шоссе.

Открыл карту, чтоб взглянуть на расстояние, на которое нас переместил транслокатор. Не так уж и далеко, кстати. Километров на двести, не больше. Черная пелена «тумана войны» разрывается разведанными областями на самой границе поля видимости.

Теперь древняя трасса ведет нас вниз, в объятия сплошного моря лесных исполинов. Как бы ни напрягал зрение, как бы ни разглядывал окрестности в бинокль, ничего похожего на строения не увидел. Если в дебрях леса и имеется город местных жителей, он должен здорово отличаться от всего мне привычного.

От стрелы отъехал уже метров на пятьдесят. Конечно, по сторонам не смотрел. Все внимание занимали далекие виды. Поэтому, когда прямо перед мордой моего тауро появился всадник на кархе, я удивился. И еще больше удивился, когда этот человек, столкнувшись с поводом, все еще удерживаемым Табаллаттом, сверзился на дорогу.

Первой мыслью была: несчастный случай. Джигитов, упивающихся своими навыками наездника, среди охраны хватало. Этот мог и не разглядеть препятствия. Спрыгнул с быка, шагнул к потерпевшему. Животные, словно не замечая происшествия, продолжали движение. Мимо тек поток мохнатых боков, тюки с припасами. Мелькали любопытствующие лица караванщиков.

— Эй. С тобой все в порядке?

Лицо всадника было скрыто тканью. Воины часто так делают, шагающий караван поднимает целые облака пыли, и дышать в таком «смоге» трудно. Я только успел наклониться, когда человек дернулся, высвободил из-под себя руку с кинжалом, и ударил меня в грудь. А я, в попытке избежать смертельного ранения, неосознанно схватился за ткань на его лице.

— Что тут у вас?! — рявкнули сзади голосом Черина Сеттара.

— Этот напал с кинжалом на нашего найденыша, — тут же просветили воеводу глазастые караванщики.

А я, убедившись, что артефакт снова спас мне жизнь, и его заряд уменьшился еще на единицу, дернул ткань на себя.

— Ты?! — вскричали мы с командующим одновременно.