Еженедельный международный праздник под названием «пятница» вступал в свои права.

Что может быть лучше этого замечательного во всех отношениях дня? Только последующие два выходных. Хотя воскресенье, как известно, омрачается уборкой и грядущим понедельником. Поэтому в сухом остатке имеется лишь полтора беззаботных дня для себя любимого, которые в этот раз я хотел посвятить друзьям и отношениям. Правда, отношения — это громко сказано. Сейчас у меня только намечалась стадия «договориться о свидании». Было бы хорошо искоренить дурную привычку отправлять сообщения в мессенджере, сутками ожидая ответа, и наконец просто позвонить интересующей меня девушке, анкета которой висела на сайте знакомств. Это сэкономило бы кучу времени.

Увы, нет. Я как обычно выбрал путь «ждуна», снова и снова проверяя личный аккаунт на сайте знакомств. К сожалению, индикатор новых сообщений стабильно стоял на нуле. Логично, ведь я только вчера зарегистрировался, и за весь вечер выбрал себе лишь три кандидатуры из сотен просмотренных. Правда, написал всего одной, но зато самой красивой — темноволосой девушке по имени Котонэ, которая производила впечатление благородной аристократки с немного печальным взглядом. Обожаю такой типаж!

Всё утро залипать в смартфоне, это конечно хорошо, но я уже опаздывал на работу. Поэтому спешно оделся, насыпал корм своему чёрному коту Хайку, и даже позавидовал мохнатому лежебоке, который спокойно досыпал на диване. Ему никуда не надо было спешить. Пулей вылетев на улицу, я побежал к подземке, лавируя между широких луж. Ночью прошёл сильный дождь, и на улице было свежо от озона.

Токийское метро встретило ежедневным аттракционом с прозаичным названием «впихнуть невпихиваемое». Толпа на платформе утрамбовывалась в толпу в вагоне. Именно в такие моменты я как никогда ощущал духовную близость со своими соотечественниками, вдыхая резкий запах одеколона от стоящего неподалёку клерка или того хуже, запах пота от разнорабочего. Иногда, правда, получал и приятный бонус в виде цветочного аромата студентки. Эх, мне бы такую...

Через семь минут я оказался на своей станции в центре города. Как и все побежал вверх по эскалатору, надеясь сэкономить лишний десяток секунд, чтобы потом перед входом в здание замедлить шаг и отдышаться. И вот она родимая! Высоченная башня компании «Джинко Текна», в которой я работал последние пять лет. Источник моей финансовой независимости, а так же головной боли. Не знаю, как другие, но релаксировать на работе у меня никак не получалось. Всегда аврал и нервотрёпка.

В вестибюле я прошёл через турникет и поздоровался с охранником. Позади меня уже собирались сослуживцы, поэтому я ускорил шаг, направляясь к лифту. Не хотелось ни с кем разговаривать — как обычно у меня был включён режим утреннего социопата. Посильнее нажал на кнопку, надеясь что это хоть как-то поторопит лифт. Но нет, как на зло нерасторопная махина нарочито медленно спускалась с десятого этажа.

— Коничива, Хироюки-сан! — произнесли подошедшие сотрудницы бухгалтерии, когда двери открылись.

Я вежливо поклонился в ответ, после чего мы вместе начали загружаться в лифт.

— Привет тебе, Хиро-кун! — протиснулся между ними ещё один мой сослуживец Коджи Цубаки. Коренастый мужичок лет сорока с лоснящимися волосами. Его лицо всегда блестело в свете искусственного освещения, словно было обмазано жиром.

— Здравствуй, Коджи-сан, — поприветствовал я, отступая вглубь лифта.

Он приблизился ко мне вплотную, из-за чего его неприятное дыхание облачком повисло у моего уха, в которое тот начал быстро, но почему-то шёпотом, говорить.

— Господин директор написал тебе на почту?

— Что написал? — удивился я. — За утро новых писем не было. Тем более от него. Зачем ему вообще мне писать?

— Странно. Я слышал, как вчера он говорил заму Токугаве, чтобы она отправила тебя в архив за документами с презентации нашего самого первого микропроцессора. Разве ты забыл, что через месяц выходит в продажу «Хинкай X»? Очень важно успеть к этому моменту подготовить презентацию об истоках наших побед!

О боги! Почему я?

Он говорил о плоде труда сотен специалистов, которые продвинулись в разработке кремниевого микропроцессора настолько далеко, что теперь его можно было уместить на булавочной головке. Производство подобных процессоров открывало перед миром широкие возможности для повсеместной компьютеризации жизнедеятельности человека. Ещё большая скорость отклика и меньший размер гаджетов. Как говорится, прогресс не стоит на месте.

Тем временем приближался мой этаж.

— Сроки? — начиная нервничать, спросил я.

— К оперативному совещанию, — нарочито грустно произнёс он. — Сегодня запланированы обсуждения по этому вопросу.

То есть, через тридцать минут?!

— Спасибо, — буркнул я, оставшись в лифте, когда все остальные высыпали на этаж. — Постараюсь успеть к началу! Коджи-сан, пожалуйста, скажи об этом Токугаве, чтобы мне не влетело за опоздание!

Цубаки часто закивал и показал большой палец.

— Конечно скажу! До встречи, Хироюки!

Я тут же вдавил кнопку минус первого этажа и, когда закрылись двери, остался в гордом одиночестве слушать расслабляющую мелодию в кабине, пока она медленно преодолевала расстояние до архива. Но сейчас мне было не до расслабления. В голове роились вопросы вперемежку с нарастающим напряжением. Почему мне не сказали об этом вчера? Что мешало взять эти чёрно-белые фотографии и сопроводительные документы в электронном виде из файлового хранилища? Почему оригиналы понадобились именно сейчас?

Наконец я спустился до минус первого этажа, и отправился к архиву. Прошёл через запертую дверь, к которой у меня имелся доступ. Архивариус уже был на месте, поэтому я сразу же набросился на него с просьбой отыскать мне эти чёртовы документы и фото.

Ичимару Кодзи, архивный сотрудник пенсионного возраста, не особо спешил мне помочь. Махнув рукой, он отправил меня к компьютеру для поиска нужной ячейки. Пришлось упомянуть, что дело срочное и находится на контроле у руководства. Тогда только старик соизволил подняться с кресла и самолично заняться поиском.

— И что за спешка такая? — возмущался он, стуча по клавиатуре кривыми пальцами. — Сколько себя помню, так меня торопили только пару раз за все годы: когда в здании случился пожар и когда решили расширять кабинеты на втором этаже, но не знали схему старой проводки. Сейчас-то что стряслось? Директор испытал срочную потребность просмотреть старые фотки? Ностальгия заела?

— Сам не знаю, — честно признался я. Мне самому было неудобно напрягать его, но раз дело было срочным, пришлось это сделать. На часах было без десяти. — Это долго?

— Подожди. Зрение уже не то, — ответил он, поправив очки. — Сам бы лучше поискал. Быстрее бы справился.

На пожелтевшем от времени компьютере была установлена стародавняя программа с интерфейсом, похожим на первые операционные системы вроде Дос. Мне стыдно было признаться в этом, но я просто не мог понять, как производить там поиск. Поэтому помощь человека, работавшего почти с самого основания компании, была мне сейчас крайне необходима. Тем более, как все знают, за опоздание на работу можно запросто получить увольнение. Но я же не виноват, что до меня так поздно донесли эту информацию!

— Нашёл, — наконец произнёс старый архивариус. — Двадцать четвёртый стеллаж.

— А буква? — воскликнул я, уже побежав в ту сторону, куда указал Кодзи.

— «П» конечно! Первый микропроцессор, — с раздражением сказал старик, видимо посчитав меня тугодумом.

Добравшись до стеллажа, я быстро нашёл наклейку с той самой буквой, и открыл ящик. Внутри лежали папки с пожелтевшими листами. Ещё минута потребовалась для того, чтобы найти эту проклятую папку с фотографиями. Я даже не стал её открывать — сразу же побежал обратно к лифту, не забыв по пути поблагодарить старика. Но он только ворчал вслед, чтобы я расписался в журнале.

— Потом! — сказал я, и сразу же забыл про него.

Я снова оказался заложником медленно поднимающейся кабины, а нутро моё буквально распирало от волнения. Цифры этажей тягуче сменяли друг друга, а музыка, которая должна была успокаивать, наоборот всё больше и больше раздражала. Время — семь минут десятого!

Наконец, вот он — пятнадцатый этаж, на котором располагались кабинеты отделов, а также большой и малый конференц-залы. Как раз-таки в последнем я должен был находиться уже как минимум двадцать минут! В коридорах было пусто. И не мудрено — все сидели на совещании. Добравшись до дверей зала, я прислушался — судя по неразборчивому голосу, докладывал начальник материально-технического отдела. И это больше походило на оправдывания, чем на доклад. Словно опоздавший студент, я максимально тихо приоткрыл дверь и наметил план незаметной вылазки к ближайшему креслу.

Я отворил дверь пошире, и это стало причиной моего фиаско. Произошло неприятное совпадение — начотдела МТО закончил свою речь, и в зале воцарилась напряжённая тишина, которую внезапно нарушил громкий скрип петель!

— А вот и господин Тагава пожаловал, — язвительным тоном произнесла замдиректора Мэйко Токугава — блондинка американо-японского происхождения.

Её надменные янтарные глаза с презрением смотрели на меня через очки-половинки. Все остальные тридцать человек последовали её примеру, и даже одиноко стоявший начальник МТО строго прищурился на меня.

— Видно, вам показалось, что пятилетний стаж работы позволяет вам приходить на рабочее место, когда вздумается?

Она была прекрасна и ужасна одновременно: строгий бежевый костюм приоткрывал миру два упругих полушария третьего размера. Золотые волосы собраны в узел, и лишь несколько прядей касались её совершенного лица, которое в данный момент было искажено раздражением. И если градус этого раздражения перейдёт определённую отметку, то наверняка поставит жирный крест на моей карьере...

Её длинные ноги были скрещены под столом, как она часто любила это делать. Сексапильная женщина волновала умы многих мужчин в компании, и я был в их числе. Я всегда пытался произвести на неё хорошее впечатление, и даже ловил на себе её заинтересованный взгляд.

Но теперь всё изменилось. Я впал в немилость.

— Ну что же вы молчите? Поведайте нам свою историю, — произнесла она, криво улыбнувшись. — А мы всем коллективом решим, какую меру наказания вам избрать.

Я будто язык проглотил и не мог ничего сказать в своё оправдание. Только искал взглядом Коджи, надеясь на его поддержку. Но среди присутствующих в зале его не оказалось. Ведь это именно он настропалил меня на поиски документов. Кстати о них...

Подняв папку перед собой, я произнёс прерывающимся от напряжения голосом:

— До меня поздно довели информацию. Я только что из архива. Вот, — я подошёл к замдиректору и положил папку на стол.

— Двадцать восьмое марта одна тысяча девятьсот семьдесят пятого года, — прочла она. — Да, знаменательное событие. Тогда мы изобрели наш первый чип микропроцессора.

Я уже с облегчением вздохнул, когда Токугава вдруг спросила:

— Это ваше оправдание?

— Но... госпожа Токугава... Коджи-сан...

— Вы захотели понастальгировать? — перебила она. — Это конечно очень мило... Но позвольте сказать, что вы вполне можете углубляться в историю компании в нерабочее время. Напомню, что в те тяжёлые годы наши сотрудники работали не покладая рук, чтобы добиться таких впечатляющих результатов. А что вы? Что вы можете дать нашей компании? Я бы сказала — крепкой дружной семье. Если даже не в состоянии соблюдать режим рабочего времени?

Если ещё до этого кто-то смотрел на меня с жалостью, то после её слов меня накрыла тяжёлая волна осуждения, которая была практически осязаема и висела в воздухе незримой каменной глыбой. Прямо над моей головой.

Меня переполняли одновременно и стыд и чувство уязвлённого достоинства. По своей глупости я позволил ублюдку Коджи навешать мне лапшу на уши и подставиться на ровном месте! Что он задумал, подлая тварь? Захотел выжить меня с работы? Занять моё место? Я этого так не оставлю!

— Если бы совещание проводил сам господин директор, вы бы уже были уволены, — сказала она, подняв палец. — Но здесь из руководства только я. И не в моих правилах ставить крест на людях, не дав им ещё один шанс.

Я мог бы снова вздохнуть с облегчением, но мисс Токугава ещё не сказала своё последнее слово:

— Вот, что я решила. В этом месяце вы лишаетесь выходных. Всех до единого.

Перед глазами пронеслись мрачные лица друзей детства. Завтрашняя игра в футбол, а по совместительству, воссоединение старых товарищей после долгого периода разлуки, накрылась медным тазом. Я подвёл их. Что же мне делать теперь?

— Вы должны доказать нашей семье, что достойны. А теперь идите на своё рабочее место. Но прежде, верните всё, что забрали, обратно в архив. Я всё сказала.

Наверное, я был красный как помидор — лицо горело огнём, как и уши. Сжав негнущимися пальцами папку, я молча развернулся, и под тремя десятками пар внимательных глаз двинулся прочь. Мне казалось, что они тайком смеются над моей оплошностью, обсуждают меня и видят во мне пустое место. Но всё это не правда! Я не такой! Чёрт возьми, именно из-за этой чёртовой работы я забросил друзей и личную жизнь! Это не справедливо!

Обуреваемый праведным гневом, я вышел вон из зала и направился к проклятому лифту, чтобы добраться до моего обидчика — Коджи-сана, которого в пору можно было назвать мерзким слизняком. Мой кулак ударил в кнопку семнадцатого этажа — именно там сидела эта свинья. И как же здорово, что эту противную музыку мне придётся терпеть всего лишь два этажа. Всё это время я мысленно говорил Коджи всё, что о нём думаю. Но что произойдёт наяву — это ещё предстояло узнать.

Дзинь!

— Семнадцатый этаж, — произнёс механический голос.

Двери начали медленно разъезжаться. Я не вытерпел, и стал помогать им это делать быстрее, вцепившись руками за одну створку. Наконец я выбежал в коридор, после чего, оглядевшись, помчался в крыло, где находился кабинет сослуживца. Через несколько секунд я распахнул дверь и услышал неожиданное «Ой!» — две девушки сидели за компьютерами и глупо хлопали глазами, взирая на нежданного гостя.

— Тагава-сан? Вы что-то хотели? — спросила одна из них.

— Где Коджи-сан?!

— Вышел...

— Куда?! — выпалил я, чувствуя, как начинаю терять контроль над собой. Я был в том состоянии, что мог уже просто накричать на ни в чём не повинных людей, если мне в ближайшие секунды не дадут интересующую меня информацию.

— В мужскую комнату, — покраснев, ответила она.

Там то я его и прибью!

Вылетев из кабинета, быстрым шагом я добрался до конца коридора, где находились туалеты. Чуть ли не выбив дверь плечом, я ворвался внутрь и огляделся. В ярко освещённой комнате никого не было. Только замок в одной кабинке был закрыт, а снизу виднелись ботинки, да спущенные брюки.

— Коджи-сама? — произнёс я, пытаясь совладать с накатывающей яростью. — Ты здесь?

— Тагава? Ты меня напугал. Подожди немного, уже выхожу.

Я положил папку на раковину и всмотрелся в свои красные глаза в зеркале. О, боги! Чуть не пустил скупую мужскую слезу, пока меня отчитывала заместитель директора! Открыв кран, я начал спешно умываться, чтобы не пропустить момент, когда Коджи будет выходить из кабинки.

— Кстати, как прошло совещание?

Вот же гад! Ещё спрашивает! Решил насмехаться надо мной? Из-за него меня чуть не уволили! Подсидеть меня решил, хитрый лис! Ну ничего, сейчас я... Нет, так не пойдёт. Надо усмирить свой пыл. Если выдам себя, то он уже никогда добровольно не откроет эту чёртову дверь.

— Замдиректора Токугава была не в духе, — ответил я.

— А что так?

— Она отчитывала господина Исикаву.

Из кабинки донёсся злорадный смешок:

— Наш завхоз плохо заметает следы. Только слепой не заметит, как он постоянно меняет ещё не отработавшие кондиционеры на дешёвые аналоги. А старые списывает и, наверняка, где-то продаёт. Похоже, бухгалтерия с ним в доле. Как думаешь?

Я не знал, что ему сказать. Будучи простым трудягой, я никогда не ввязывался в подобные преступные схемы.

— Хироюки, ты ещё здесь?

— Да, здесь.

— Ну и? Что скажешь? — спросил Коджи, наконец, открыв дверь кабинки.

Когда я увидел его ухмыляющуюся рожу, то невольно отпустил управление и позволил внутреннему зверю завладеть моим телом. Тут же мой каменный кулак с размаху впечатался в его противную физиономию! Последнее, что я запомнил — жуткая боль от того, что мои костяшки встретились с его кривыми зубами.

— Ты что творишь?! — воскликнул Коджи, хватаясь за лицо, которое резко покраснело от роковой встречи с моим кулаком.

Я пришёл сюда не для того, чтобы с ним разговаривать. Всё и так было ясно, как белый день — этот козёл решил подсидеть меня! Воспользовался моей доверчивостью, из-за чего его теперь ждут сильные телесные побои!

— Заткнись! — рявкнул я, пытаясь пробиться кулаками через его локти, крестом защищавшие ошарашенное лицо.

Но ничего у меня не выходило. А пар нужно было выпускать, поэтому я начал бить уже ногами, заставляя сорокалетнего мужика охать от урона и материться от обиды.

— Твоей карьере конец, Хироюки! — почти кричал он. — Я всем расскажу, что ты за человек! Отморозок! По тебе тюрьма плачет!

Его слова только больше раззадоривали меня, поэтому я начал раздавать тумаки этому подонку с ещё большей силой и скоростью.

— Кто бы говорил, гад ты, змея подколодная! Навешал мне лапшу на уши про задание шефа. Подставил меня! Место моё хочешь?! Получишь! Но только ещё очень долго тебе будет больно на нём сидеть! Уж я тебе обещаю!

— Ты про что?! Какое задание? Я тебя впервые сегодня вижу!

— ЧТО?! — я рассвирепел настолько, что уже хотел было удавить лживого гада на месте.

Но к его счастью, в области живота меня прошибла такая боль, что я чуть не потерял сознание, повалившись на него. Коджи быстро сориентировался в ситуации, и пару раз ударил меня по щеке, пока я приходил в себя.

— Подлец! — зарычал я не своим голосом, в конец испугав мужика.

Коджи чертыхнулся, и выбежал вон из туалета. А я, тяжело ступая по намыленному до блеска кафельному полу, свалился на унитаз и закрыл дверь кабинки. Изо рта текла слюна, мучила тошнота. Боли в животе усиливались, из-за чего я даже начал думать, что ублюдок Коджи всадил мне нож в живот. Но нет — никаких ран на мне не было. А боль напротив, была, и она просто разрывала меня на куски!

— О боги, за что мне всё это? — стонал я, думая, что вот так на ровном месте мне наступила крышка.

А потом меня уволят. Задним числом. И всё! И смех и грех — я больше боялся быть уволенным, чем умереть. Неужели у меня вдруг разразился аппендицит? Нужно срочно звонить в скорую!

Я потянулся к телефону в кармане, но не успел даже коснуться его пальцами — по животу будто резко рубанули топором! В этот раз я согнулся в три погибели и увидел, как на кафеле отражаются всполохи света. Неужели Коджи решил поджечь туалетную бумагу? Но не успел я удивиться этому, как боль захлестнула всё моё нутро, и я подумал, что теперь уж точно здесь погибну от внезапного приступа...

Прямо на толчке! Какая позорная смерть!

А потом я услышал чей-то рёв, доносящийся из другой кабинки. Мог бы подумать, что это мой крик эхом разлетелся по комнате, но тембр был явно чужой.

В этот же момент меня вдруг отпустило!

Я с радостью осознал, как же мало нужно для счастья — просто, чтобы нутро твоё не разрывалось на части! А что до того, что уволят или посадят за решётку — это всё полнейшая ерунда!

— Да! Да! Да! — восклицал кто-то, сидя на унитазе рядом со мной.

Похоже из-за своих страданий, вызванных неизвестной мне причиной, я не заметил, как сюда зашёл кое-кто ещё.

— О, да! У меня получилось! Да!

Его голос больше походил на рык, вызывая у меня ощущение тревоги. Рядом за пластиковой стенкой творилась возня, и я ненароком подумал, что нежданному гостю не повезло с бумагой — кончилась. Поэтому пододвинул ему свой дополнительный рулон:

— Держи. Может пригодиться.

Вдруг я увидел, как что-то, напоминающее лапу варана, внезапно появилось и схватило рулон, после чего снова исчезло. Сейчас мне было так хорошо, что я практически не удивился тому, что в здании нашей компании свободно гуляют косплееры. Кого на этот раз изображают? Снова Годзиллу?

— Спасибо, — уже более сдержанно произнёс голос. — Огромное спасибо за это!

Я был в том же состоянии, с благоговением ощущая, что меня наконец-то отпустила эта страшная боль. И даже испытал симпатию к косплееру, отмучившемуся рядом со мной в соседней кабинке. Но потом я вернулся с небес на землю, взглянув на свой кровоточащий кулак — в коже застрял жёлтый зуб Коджи...

Несомненно, я перегнул палку.

Услышав, как косплеер с грохотом вышел из туалета, я принялся осторожно вытаскивать застрявший в руке зуб. Было очень больно.

А как было больно Коджи? Ничего, сам напросился!

Охая и ахая, я всё же выдернул этот мерзкий предмет и опустил его в карман пиджака. Вдруг Коджи он потом пригодится. Мало ли...

Теперь передо мной вырисовывались весьма грустные перспективы.

Во-первых, я напал на Коджи и получу за это либо срок в тюрьме, а в лучшем случае, если Коджи смилуется — должен буду серьёзную компенсацию за нанесённый физический и моральный вред.

Во-вторых, здесь я теперь больше не работаю. Ибо наша фирма не держит у себя неадекватов с психическими расстройствами, в любой момент готовых крушить сотрудникам лица...

С такими мрачными мыслями я вывалился из кабинки и неожиданно заметил, что вокруг неё будто кто-то поджёг спички. Да так изловчился, что нарисовал таким нехитрым способом пентаграмму! И не простую, а многоконечную, и весьма детализированную. И когда успели-то? Не может быть, чтобы за пару минут этот косплеер сумел нарисовать такой орнамент чёрной краской. Тем более, что многоконечная звезда имела центр прямо на месте унитаза. Как я не заметил художника, сидя на толчке? Что-то здесь явно не чисто!

Но все эти странности меркли перед менее сильной, но тупой болью в животе и острым чувством вины, что снова поглотила меня с головой.

Держась за живот, я кое-как добрался до раковины и открыл воду на максимум. Ни о каком «бережливом производстве», при котором работник и работодатель должны экономить буквально на всём, даже на воде, в моём случае речи быть не могло. Промыв рану на руке и плеснув в лицо холодной воды, я ещё зачерпнул, чтобы напиться — во рту хрустела пустыня, будто на утро после тяжёлого похмелья. Слушал журчание воды, склонившись над раковиной — недолгая отсрочка перед расхлёбыванием всего того, что я наворотил...

Из транса меня вывел какой-то грохот и женские крики, раздавшиеся за дверью в коридоре — наверное сотрудницы увидели разукрашенное лицо Коджи. Тянуть с выходом на публику больше не имело никакого смысла. Уставившись в зеркало на своё усталое лицо, я принялся приводить себя в порядок: поправил растрепавшиеся волосы и вернул на место галстук, который съехал к плечу. Машинально попытался пригладить мятый пиджак руками, но потом осознал, что тем самым просто оттягиваю момент перед общественным порицанием. Честно признавшись себе, что банально трушу, я попытался сконцентрироваться и постарался отключить все мысли, что роились в голове.

«Накосячил? Будь добр отвечать за свои поступки» — так говаривал мой дедушка.

Значит настал в моей жизни этот момент. И его надо пережить достойно.

Поэтому, вперёд на выход, господин Хироюки Тагава! Вас уже заждались...

Распахнув металлическую дверь, я вышел в коридор, ожидая ещё больших криков. Вот он я — виновник всего! Налетайте, галки! Обругайте, заклюйте до смерти! Я готов!

Ничего не происходило. Странно. Я посмотрел налево, откуда были слышны охи и вздохи, бормотание, а иногда и визг. Человек пятнадцать столпилось у окна. И мне бы стоило узнать, что они там такого интересного увидели.

— О боги! Это просто ужас! — лепетала сотрудница, прикрыв лицо руками.

— Не толпитесь! — рявкнул кто-то. — Тут не на что смотреть! Сейчас сами свалитесь из окна!

Из окна? Я ускорил шаг, попутно замечая на стенах какие-то отметины, будто кто-то проштробил бетон перфоратором. Когда успели и зачем? Сначала рисунки на полу, теперь выбоины на стене, будто медведь её корябал.

Мне вспомнилась бутафорская когтистая рука косплеера, сжимающая рулон туалетной бумаги...

— Хироюки-сан! — окликнули меня встревоженные сослуживцы. — Коджи-сама!

— Где он? — бесцветным голосом спросил я, предвкушая разбор полётов нашей стычки.

— Внизу!

— ЧТО?!

Моему изумлению не было предела, когда я увидел разбитое окно, из которого сильно поддувало. От сквозняка мои волосы снова растрепались, но я уже не обращал внимания на свой неопрятный вид. Потому что бросил взгляд вниз на далёкий асфальт, где всё разрастающаяся толпа зевак окружала тело человека, лежавшего в неестественной позе, будто он имитировал бег, лёжа на боку. Но человек не двигался, а рядом с его головой алела лужица крови.

— Не может быть...

Увиденное просто не сходилось с действительностью. Коджи, подлец, там внизу... Как он смог разбить фактически непробиваемое глухое стекло? Зачем ему кончать с собой? Он добился, чего хотел — подставил меня по полной программе, и должен был уже почивать на лаврах, а не...

Лежать мёртвым телом на мокром асфальте.

— Всё, насмотрелись? — неожиданно громко проревел старший IT-специалист Араи. — В шеренгу становись! Сейчас приедет полиция, поэтому необходимо записать всех свидетелей. И тебя Тагава тоже касается!

«Четырёхглазый» паренёк в огромных очках ткнул в меня пальцем. Вот как меняются люди в стрессовых ситуациях: кто-то образует толпу зевак, которая забывает обо всём, даже о своей безопасности, только бы увидеть всё своими глазами. А кто-то ранее неприметный, и может быть даже молчаливо презираемый в коллективе, берёт на себя бразды руководства и словно пастух ведёт стадо овец в нужном направлении. Молодец Араи!

— Хорошо, — бросил я, уходя от окна.

Не хватало самому грохнуться вслед за несчастным Коджи-сама. Да, теперь я испытывал к нему совсем иные чувства, особенно сильно чувствуя вину перед ним. Ведь, возможно это я стал причиной того, что мой коллега покончил жизнь самоубийством...

Прошло ещё минут семь, пока сердобольный Араи записал сотрудников, после чего отправил всех на рабочие места. Вскоре я был в своём кабинете — никто из сослуживцев даже не спросил меня об опоздании. На слуху у всех была новость о смерти Коджи. Уставившись в монитор я буквально завис, погрузившись в транс от повсеместного галдежа. Всё происходящее казалось страшным сном. Хотелось проснуться и ощутить лёгкость от того, что это был лишь кошмар, вызванный просмотром телевизора допоздна. Скорей бы прозвенел будильник и я очнусь! А то слишком много фантастического произошло для одного дня — чудовищный позор, драка, пентаграмма и косплеер в офисном здании...

Про суицид забыл упомянуть, так как моими мыслями полностью завладел обладатель когтей. Но даже если представить на минуту, что это он по какой-то причине убил моего сослуживца, то эта идея всё равно рассыпается в прах из-за окна. Такое без спец инструмента не пробить, как и бетонную стену. А что, если этот косплеер вовсе не ряженый в костюме, а...

БРЕД СОБАЧИЙ!

Теперь только фильмы ужасов на ум приходят! Ау! Хиро! Приди в себя! В этом мире не существует прекрасных лолли-фей и кровожадных драконов. А ты не рыцарь на белом коне. Вернись на землю — здесь осталось слишком много нерешённых проблем.

А вот и одна из них...

К чести полиции, её сотрудники добрались на место преступления в кратчайшие сроки. Араи указал пальцем на меня сухопарому усатому мужчине лет сорока пяти, одетому в серый плащ и шляпу, которая создавала ему образ вовсе не офицера полиции, а какого-нибудь чикагского гангстера тридцатых годов. Вот он решительно идёт ко мне, и не удивлюсь, если вытащит из под полов плаща пистолет-пулемёт Томпсона...

Мужчина встал надо мной и молча с укором посмотрел в лицо глазами-сканерами, которые будто видели меня всего насквозь. Словно считывали информацию с подкорки. А я, как провинившийся школьник, уже просто не мог ничего утаить. Сослуживцы моментально притихли, рассматривая меня, будто видели в первый раз.

— Старший инспектор Тетсуо Хара, — коротко представился он хриплым голосом. — Хироюки Тагава?

— Он самый, — ответил я, поднявшись.

— Пройдёмте за мной.

— Куда? — удивился я, ощущая дрожь во всём теле.

Наверное, коллеги Коджи уже рассказали полиции о том, в каком виде я ворвался в их кабинет, разыскивая ныне покойного. Меня подозревают? Неужели меня сейчас закуют в наручники и поведут в тюрьму?

— В конференц-зал. Там мы опрашиваем свидетелей, — смотря на меня как на идиота, произнёс инспектор.

Я почувствовал некоторое облегчение. Выбравшись из кабинета, мы зашли в лифт и в полной тишине спустились на два этажа ниже. Музыка больше не играла — наверное, IT-отдел выключил её в связи со случившейся трагедией. Когда двери разъехались в стороны, я уже догадывался в какой именно конференц-зал мы направимся — именно в тот, где я прилюдно опозорился. Ну что ж, посмотрим, что будет дальше.

Из руководства в этот раз здесь был сам господин директор Такаши-сан, который вместе с замом Токугавой общались с полицией. И без того мрачный директор был бел как сама смерть, а его глаза пылали огнём — уверен, он во что бы то ни стало хотел разобраться в сложившейся ситуации. В его здании произошёл суицид, что, как водится, не редкость в наше время. Но в компании проводили постоянные тренинги психологической помощи, смягчали режим работы, в некоторых случаях увеличивали время обеда для того, чтобы сотрудники могли немного проспать в специальных комнатах отдыха. Поэтому уже несколько лет никто не спрыгивал с крыши и не резал себе вены в туалете.

Пока я вдруг не решил набить морду покойному Коджи...

Я сделался тише воды, ниже травы, когда мы с инспектором проходили в непосредственной близости от руководства. Слава богам, они были заняты общением с офицером полиции, а меня ждал разговор со старшим инспектором. Если бы на мне не висело никаких подозрений, то как раз-таки меня должны были опрашивать рядовые сотрудники, а не старший по званию. Но ведь я был не при чём! Не я отправлял Коджи в свободное падение...

— Присаживайтесь, — предложил инспектор, указав на свободный стул.

На других сидели мои коллеги, которых переписал Араи. С ними так же велась беседа, записывались показания. Стоит вести себя спокойно и всё будет хорошо...

Наверное.

Усевшись напротив меня, полицейский положил ногу на ногу и вытащил планшет с ручкой, после чего спросил:

— Ваша должность называется — старший менеджер?

— Да, — кивнул я. — Холодные звонки, ведение договорного документооборота и сделок. Это мои обязанности.

— А покойный господин Коджи Цубаки был младшим менеджером, — пробормотал он себе под нос, делая пометки.

— Какое это имеет отношение...

— Просто интересная деталь. Он был старше вас на пятнадцать лет, но по карьерной лестнице занимал ступеньку ниже.

— Видно, это его устраивало, — предположил я.

Инспектор Тетсуо Хара прищурился:

— Его коллеги сказали, что незадолго до его смерти, вы искали господина Цубаки. Зачем?

Я напрягся. Всё сходилось — моё необычное поведение привлекло много ненужного внимания. Придётся включить на максимум свою фантазию и придумать легенду, в которую я бы сам поверил. Ведь если рассказать всё, как есть, то я гарантированно потеряю работу. И как бы крамольно это не звучало, но смерть Коджи дала мне шанс скрыть нашу стычку и спасти своё положение.

— Я хотел обсудить с ним один рабочий момент.

— Какой?

— Презентацию ко дню юбилейной даты компании. Сегодня он передал мне информацию, но она оказалась неверной...

— Поэтому вы опоздали на совещание и краснели перед начальством? — на лице инспектора красовалась улыбка. Вот же хитрый лис! Накопал на меня всю информацию у Токугавы, и напоследок явился, имея все карты на руках!

— Поэтому вы искали Коджи-сана в его кабинете, — продолжил он. — Далее вам сказали, что он ушёл в уборную, и вы пошли следом.

— Верно, — начиная уже кипятиться, сказал я. — Там мы обсудили этот момент и расстались. Я...

— Кто-нибудь может подтвердить, что вы находились в туалете в момент гибели господина Цубаки?

Этим вопросом инспектор поставил меня в тупик. Ну да, конечно — подтвердит косплеер, которому я передавал бумагу.

— Да. Косплеер.

— Кто, простите?

— Ну, человек в костюме Годзиллы. Он сидел рядом со мной в кабинке, перед тем как всё это произошло.

— Современной молодёжи и правда нечем заняться, — почесав голову, произнёс мужчина. — Вы знаете его имя?

— Нет. В первый раз его видел. Точнее, видел только руку. Он вышел раньше меня.

— Интересно, — протянул Тетсуо. — Хорошо. Мы проверим по видеокамерам. Звучит это конечно очень странно.

Я кивнул.

— Так вы точно не выясняли дело кулаками? — вдруг спросил он, буравя меня пытливым взглядом.

— Что? Нет, мы просто разговаривали!

— Криминалисты говорят, что у господина Коджи отсутствует один из передних зубов. Не мудрено — он упал с высоты семнадцатого этажа. Мы пока не нашли его зуб на месте падения, что гипотетически может свидетельствовать о том, что его выбили до падения. Кстати, а что с вашей рукой?

Мне стоило огромных усилий приглушить внезапный рефлекс и не спрятать за спину свою раненую руку — порез на костяшке был глубокий, но уже не кровоточил.

— Порезался о стекло, — соврал я. — Когда находился на месте, где он свёл счёты с жизнью.

— Я бы не стал делать поспешных выводов. В любом случае, камеры видеонаблюдения покажут нам, кто виноват в этой трагедии, — сказав это, Тэтсуо испытующе посмотрел на меня, но я смог выдержать этот взгляд, ибо точно знал, что алиби у меня железное.

— Полностью с вами согласен, — твёрдо сказал я.

— Последний вопрос, — произнёс инспектор, что-то перечеркнув в своём планшете. — Когда вы общались с господином Цубаки насчёт презентации?

— Сегодня утром в лифте, сразу после того, как зашли в здание, — честно ответил я.

— Что-то не сходится, — инспектор нахмурился.

Я ошарашенно смотрел на него — если господин Хара не поверил тому, что было истинной правдой, то все мои попытки скрыть драку не стоили выеденного яйца!

— Вы говорите, что общались с покойным в лифте, когда пришли на работу. Но ваши коллеги говорят обратное — господина Коджи в этот момент с вами не было. Он приехал на работу на час раньше — это подтверждают его сослуживицы, у которых вы спрашивали его местонахождение перед инцидентом.

Сказать, что я был в шоке — значит ничего не сказать.

Остаток дня прошёл будто в тумане. Старший инспектор дал мне свою визитку (как будто у меня когда-нибудь возникнет стойкое желание ему позвонить) и убрался восвояси вместе с записями с видеокамер, полученными от наших доблестных айтишников и сохранёнными на внешнем носителе. Ещё попросил никуда не выезжать из города, пока ведётся расследование.

Мы всем отделом честно пытались войти в рабочий ритм, но день был напрочь испорчен ужасной смертью сослуживца. Поэтому каждый работал лишь процентов на тридцать от своей нормы. Последний рабочий день недели совсем не радовал — за окном было всё так же мрачно.

Немного успокаивало то, что если завтра будет такая же погода, то мои друзья Ючи и Хэч перенесут встречу, т.к. играть в футбол под дождём весьма сомнительное удовольствие. Между тем, как сказала замдиректора Токугава, я буду целый месяц работать без выходных.

А что если...

В голове родилась гениальная идея! И пусть она с вероятностью девяносто процентов сработает только на один день, этого будет достаточно! Я пододвинул к себе телефон и решительно нажал на кнопку внутреннего номера Мэйко Токугава. От волнения мои руки дрожали, поэтому трубка немного ёрзала по лицу, создавая шум в динамике. Пошли гудки. Она уже должна быть у себя...

— Да, я вас слушаю, — прозвучал холодный высокомерный голос.

— Госпожа Токугава, это Хироюки Тагава.

Перед глазами вспыхнуло надменное выражение её красивого гладкого лица.

— Говорите, — быстро произнесла она. Наверное, я отвлёк её от важного занятия.

Собрав всю волю в кулак, я выпалил:

— Завтра меня вызывают на допрос в полицейский участок!

— Время?

— С девяти утра. А до которого часа — не знаю.

На той стороне послышался вздох. Как часто я представлял себе этот звук, когда думал о ней. Ещё в те времена, когда ловил на себе её заинтересованный взгляд. Из Токугавы просто выпирала женственность. И я говорю не только о её шикарной груди, но и о лёгкой походке, об элегантных деловых костюмах, которые одновременно были строги, и тем не менее, приоткрывали миру частичку её красоты.

— Хорошо. В таком случае завтра вы свободны. Но в воскресенье выходите на работу.

Она положила трубку не попрощавшись, а я испытал облегчение — моя маленькая хитрость сработала. А это означает, что завтра я точно не подведу друзей!

На исходе дня я решил вернуться в мужскую комнату, где набил покойному Коджи лицо. Хотелось самому разобраться во всей этой чертовщине. Осмотреть всё свежим взглядом. Оказавшись на семнадцатом этаже, я первым делом заметил фанерный щит, который перекрывал разбитое окно. Борозды и отверстия на стене заделывать никто не стал, ибо это были вещественные доказательства. Кругом всё исклеено жёлтой полицейской лентой.

Я встал перед железной дверью в мужскую уборную. Интересно, полицейские видели пентаграмму или нет? Тэтсуо Хара ничего об этом не говорил. Потянув за ручку, я вошёл внутрь и сразу же направился к своей кабинке. К моему удивлению на кафеле уже не было ни следа от оккультного рисунка. Либо здесь поработала сердобольная уборщица, либо... Да не может быть! Полицейские бы не оставили этот вещдок без защитных наклеек.

Или у меня просто сдвиг по фазе, раз все в один голос твердят, что утром в лифте со мной никто не разговаривал, а Коджи-сан в это время уже находился на своём рабочем месте. Ничего не понимаю. Похоже мне стоит обратиться к врачу не только из-за адских болей в животе, но ещё из-за галлюцинаций. Может меня отравили? Подсыпали чего? Да ну! Кто и когда? Кому я вообще сдался?

Обдумывая все эти бесчисленные вопросы, я машинально нащупал в кармане пиджака какой-то мелкий предмет. Обычно ничего не ношу в карманах, чтобы пиджак в этих местах не мялся, но в этот раз изменил своей привычке. Достав зуб, я несколько секунд смотрел на него, как на единственное доказательство моей причастности к смерти Коджи. Будучи в здравом уме, я сразу же выбросил его в унитаз и смыл — Коджи он уже не понадобится, а меня мог конкретно подставить.

Вздохнув от тяжести этого проклятого дня, я побрёл к раковине и принялся усердно мылить руки, подсознательно надеясь смыть с себя весь накопленный негатив. Холодная вода в лицо даже немного помогла, поэтому на улицу я вышел почти в бодром настроении. Прошёл тот же путь до метро и простоял в вагоне поезда несколько остановок до моего дома. Снова полил дождь, поэтому побежал к своей ночлежке, надеясь, что мой домашний любимец согреет меня в лучах теплоты.

Но как оказалось позже, настроение до небес мне поднимет совсем не это...

— Хайку, я дома, — вяло произнёс я, снимая промокший пиджак и такие же мокрые ботинки. — Ау? Зверюга, ты где?

Тотальный игнор со стороны моего питомца, продолжавшийся уже пару дней, начинал меня порядком беспокоить. Неужели Хайку заболел? Мой взгляд упал на чеплашку — корма почти не осталось. Ест, значит всё с ним в порядке. Может он, как и я, просто захандрил от дождливой погоды?

Свалившись на диван, в этот раз я изменил себе и не стал включать телевизор — хотелось побыть одному. Кот, похоже, тоже решил, что мне лучше остаться с собой наедине, поэтому не высовывался, даже после моего прибытия. Ничего, есть захочет — вылезет.

В холодильнике лежала вчерашняя лапша с морепродуктами, но перед глазами ещё мелькал тот проклятый зуб, поэтому аппетита у меня не было. Лучше сегодня вечером устрою себе разгрузку, а утром наоборот плотно позавтракаю.

Наконец-то я взялся за смартфон и пролистал новости за сегодня: в Китае бушевал новый птичий грипп, террористы взорвали автобус в какой-то арабской стране, русские снова не смогли доставить дорогостоящий спутник связи на орбиту Земли — ракета взорвалась в воздухе. В общем, всё как всегда — ничего хорошего.

Уже хотел забросить телефон в угол дивана и слиться с подушкой в единое целое (был морально и физически раздавлен этим днём), как вдруг вспомнил о своей эпопее с сайтом знакомств. Либо в довершение ко всему я сейчас буду раздавлен как букашка, либо...

ЕСТЬ!

Среди пяти сообщений, из которых четыре были спамом, одно смс было от «неё»!

«Расскажешь о своей радости завтра в 18:00 в мексиканском ресторане, пикап-мастер :)» и геолокация того самого места! К тому же Котонэ сбросила своё фото, где она подмигивала мне и показывала два пальца в виде знака «Yo».

Дело в том, что в своём сообщении ей я написал: «Привет! Ты такая чувственная, что я сразу захотел с тобой встретиться и поделиться своей радостью». По задумке при встрече она должна была спросить, что за радость у меня случилась. А я бы ей ответил: «Радость от того, что встретил тебя!» Мило и романтично — должно было сработать. А если не сложится, попробую счастье с двумя оставшимися кандидатурами, которые, к сожалению, просто блекли на её фоне.

Наверное минут десять я любовался её лицом — неосуществимые романтические мечты о заме Токугаве рассыпались в прах, ведь моим новым предметом обожания стала она — отзывчивая и прекрасная Котонэ! У меня было несколько тысяч конкурентов, но она выбрала из них именно меня! И знать бы, что привлекло её больше — моё сэлфи, сделанное на закате или необычное сообщение.

Прыгая от счастья, я наконец нашёл своего кота, мирно свернувшегося клубочком на книжной полке стеллажа. Сгрёб соню и принялся танцевать с ним победный танец, заставив Хайку недовольно мяукнуть и распушить хвост, из-за того, что его вероломно потревожили. Огромные зелёные глаза непонимающе посмотрели на меня, а розовый носик принялся усиленно вдыхать воздух, будто у меня на плече была сосиска.

Я положил котика на пол, но тот и не думал униматься — ходил вокруг меня и принюхивался.

— Эй, парень, я не съедобный.

Тем временем Хайку уже взбирался когтями по штанине, усердно обнюхивая мой зад. От такого внимания к своей персоне я растерялся, и даже не подумал, что брюки окажутся в зацепах. Только через пару секунд я осознал это и плюхнулся обратно на диван, отодрав от себя кота. Теперь он лез ко мне в промежность и даже на злобные матюки не реагировал. Поэтому пришлось спешно закрыться от него в туалете.

— Да что на тебя нашло, мохнатый извращенец? — удивлялся я, сняв брюки и принюхавшись к ним — ничем не пахнут. Ну ладно, если он такой прыткий, значит точно здоров — это не может не радовать.

За дверью скрёбся кот, а я принимал душ, смывая с себя остатки этого деня. Сегодня я чуть не потерял работу, что была для меня практически всем. Друзья не дадут соврать, я уделял ей намного больше времени, чем собственной жизни. Сегодня я впервые за долгое время ударил человека — первый опыт был в школе, а второй в институте. Но сейчас всё закончилось ужасно — этот человек умер. Разбился, упав с огромной высоты.

Коджи-сан, мне очень жаль...

Но лучом света в тёмном царстве была она! Девушка, что дала мне шанс показать себя перед ней. Котонэ — какое прекрасное имя, под стать ей самой. Именно её кокетливое сообщение вытащило меня из пропасти и даровало шанс на спасение. Теперь точно всё должно стать хорошо! Чёрная полоса сменилась белой! Если моя жизнь похожа на зебру, то я знатно оттянусь в уготованный мне позитивный отрезок времени!

Чувствуя себя заново родившимся, я вышел из ванной в одних трусах и снова наткнулся на кота. Тот уже начал залезать на мою ногу, но вскоре отказался от этой затеи — вальяжно проследовал в зал. Видно, странный запах ушёл в канализацию. На всякий случай закинул брюки в стиралку, чтобы они больше не волновали Хайку.

А вот теперь у меня разыгрался аппетит, поэтому лапша в холодильнике не осталась без внимания. Уплетая её за обе щёки, по нескольку раз просмотрел фотографии Котонэ в её профиле. Уж очень хотелось увидеть её в живую, и пообщаться.

Итак, на завтра у меня такой распорядок: утром поиграть в футбол с друзьями, далее сходить по магазинам и найти себе какую-нибудь красивую рубашку — к сожалению мой гардероб сейчас уныл до безобразия, поэтому затариться новыми вещами не повредит. Потом пойти на встречу с девушкой в ресторан. А что будет дальше, зависит только от моего упорства и желания добиться поставленной цели — завоевать её сердце.

Если завтра на меня внезапно не свалится метеор, то всё получится. Иначе и быть не может!

Тем временем на улице уже темнело, и не мудрствуя лукаво, я решил улечься спать. Завтра будет важный день, поэтому мне нужны все возможные силы. Свалившись на диван, я пристально взглянул на кота, который тоже посмотрел на меня с книжной полки. Подмигнув ему, укрылся пледом и уснул лёгким сном.

***

Несмотря на мои опасения и плохой прогноз погоды на гидрометеорологическом сайте, утро выдалось солнечным. Я встал по будильнику и провёл рутинный ритуал по чистке зубов и завариванию кофе. Надел футболку, трико и обулся в кеды, после чего пошёл на выход, не забыв оставить лежебоке Хайку поесть.

Привычный маршрут до метро, три станции, пересадка, и уже через одну остановку я оказался в районе, где прошло моё детство. По дороге в школу я думал о Коджи-сане и о той чертовщине, что со мной приключилась. Теперь на свежую голову думалось лучше, и я смог выработать несколько версий того, что всё-таки там произошло.

Во-первых, я действительно разговаривал с Коджи в лифте, а инспектор просто дурил мне голову. Знаем-знаем, как ведутся дела у этих полицейских — любое слово может быть использовано против вас. А в случае оказания морального давления, кто-нибудь из невиновных может ляпнуть что-то не то — и шито-крыто, преступник пойман, а дело закрыто. Скорее всего так оно и было, ведь не могут же обманывать меня мои же глаза и уши? Тем более сотрудники, стоявшие рядом с нами во время разговора, тоже должны свидетельствовать об этом.

Правда, с этой теорией не увязывались последние слова Коджи о том, что он видел меня в туалете в первый раз за тот проклятый день. Хотя это можно списать на его трусость перед лицом возмездия. Увы, для него всё кончилось куда печальнее, чем я хотел.

Во-вторых, и, в-последних, я либо сошёл с ума, либо надышался какой-то химии, которую вчера унюхал Хайку. А иначе как объяснить, что я разговаривал сам с собой, а потом лицезрел непонятно откуда взявшуюся пентаграмму? Это ещё не говоря про когтистую лапу, которая взяла у меня рулон бумаги! Монстр? Этот вариант казался мне таким идиотским и несостоятельным, что я никак не мог воспринимать его всерьёз.

Скорее всего, я стал жертвой неудавшегося пранка — наверное, съёмочная группа затаилась где-то в другом кабинете и хотела подшутить надо мной и Коджи. Но началась драка, поэтому розыгрыш пришлось остановить или он просто пошёл не по плану. Например, я должен был испугаться рыка из кабинки, появившейся из ниоткуда пентаграммы и той когтистой лапы. Но вместо этого поделился рулоном туалетной бумаги с парнем-Годзиллой. Пранк не получился, он ретировался. В таком случае у тех самых пранкеров могут быть видеодоказательства против меня...

Ну вот, мозговой штурм привёл к новому страху за свою шкуру. Мотнув головой из стороны в сторону, я попытался избавиться от тяжести своих дум, благо, на улице царила бесподобная погода. В который раз убеждался, что точный прогноз погоды может быть только на вчера, и ясное солнце на небе было тому доказательством.

Наконец я добрался до школы — белое четырёхэтажное здание, где я провёл лучшие двенадцать лет жизни. Меня обошла стороной такая неприятность, как школьный буллинг (травля). Хотя один раз всё-таки пришлось применить кулаки, объясняя старшеклассникам, что младших обижать нехорошо. Тем более в старших классах я был старостой, поэтому с общением со сверстниками не было проблем.

В любом случае, я был рад снова оказаться здесь.

Приближаясь к стадиону, я заметил своих друзей, которые картинно разминались перед игрой. Ючи делал наклоны, размахивая своей огненной шевелюрой на солнце, словно факелом. Он был так же как и я одет в футболку и трико. Полноватый Хэчиро смешно делал приседания. Лысый бородач, хоть и был моим ровесником, всем видом походил на сорокалетнего толстопуза-семьянина, который внезапно для себя решил заняться спортом после десяти лет лежания на диване перед телевизором. На сходство наталкивали белые шорты, похожие на семейные трусы, а чёрная футболка была на размер мала, из-за чего из под неё выглядывал волосатый животик.

— Физкульт-привет, товарищи! — выкрикнул я, привлекая к себе внимание друзей детства.

Парни отвлеклись от разминки и помахали мне в ответ. Уже через мгновения мы крепко обнимались и хлопали друг друга по плечу. Всё-таки как же давно мы не виделись!

— Ты чего такой мрачный? — спросил рыжеволосый повеса Ючи, серьёзно поглядев мне в глаза. — Случилось чего?

— Ага, что-то ты слишком хмурый, Хироюки, — пробасил пузатый Хэч.

— Да на работе небольшие проблемы. Ничего серьёзного, — бросил я, и попытался сменить тему. — Повезло с погодой, а?

Бородач Хэчиро широко улыбнулся:

— Ага! Вчера такая погодка была, что хоть в петлю лезь. Сегодня совсем другое дело!

— Мяч принесли?

— Обижаешь. В сумке лежит, — ответил Ючи. — Только командной игры не выйдет — нас всего трое.

Н-да, а это может стать проблемой. Не будем же мы играть вдвоём против одного на воротах. Нужен четвёртый.

— Может Синдзи позвонить? — спросил Хэч, доставая гигантский телефон-планшет из кармана своих шорт. И как он таскал с собой такую бандуру, которая скорее всего оттягивала своим весом карман?

— Неа. Забыл? Он к родне уехал на неделю в деревню, — ответил Ючи, почёсывая затылок.

— А, чёрт! Забыл... — расстроился Хэчиро.

— Может ещё есть кто на примете? — с надеждой спросил я, так как кроме этих двух прекрасных джентльменов иных друзей я не имел.

— Остальные на работе, — мрачно произнёс Ючи, взмахнув рукой. — Да и хрен с ним! Пошли на поле — разберёмся.

Где-то час мы занимались только тем, что пасовали друг другу или по-очереди бомбили ворота Хэча. Когда нам это надоело, Ючи высказал гениальную идею:

— А давайте попросим какого-нибудь прохожего сыграть с нами?

С одной стороны это была мысль, а с другой мне так не хотелось впускать в наш старый добрый коллектив кого-то чужого. Поэтому я уже было начал заготавливать протестную речь, как вдруг Хэчиро со всей мощью своего голоса крикнул кому-то на другом конце стадиона:

— Девушка! Не хотите с нами в футбол?!

Я с удивлением посмотрел в ту сторону и увидел приближающуюся к нам точёную фигурку в чёрных обтягивающих шортиках и белой футболке — девушка совершала пробежку вокруг стадиона. Чем ближе она приближалась, тем больше деталей открывалось моему взору. У неё были светлые крашеные волосы, и два хвоста на макушке, что создавало ощущение того, что девушка ещё школьница. Образ дополняли яркие голубые линзы на глазах и милая мордашка, которая казалась мне смутно знакомой.

Девушка остановилась возле нас и глянула на свой фитнес-браслет, продолжая бежать на месте. Через несколько мгновений она кивнула себе и остановилась, после чего окинула нас взором.

— Можно. Только если вы не организованная группа маньяков-извращенцев, ищущая субботним утром себе жертву. Я вооружена!

Сказав это, она мило улыбнулась и показала нам перцовый баллончик. От её слов мы выпали в осадок, но Хэч был так рад, что девушка предварительно согласилась, поэтому чуть ли не упал перед ней на колени с признанием в любви:

— Дорогая незнакомка! Спасибо, что вы согласились! Мы обычные трудяги, которые решили вспомнить молодость и пообщаться друг с другом на свежем воздухе. Но вот случилась незадача — у нас есть мяч, а четвёртого игрока не хватает. Мы будем счастливы, если вы составите нам компанию!

Мы с Ючи никак не могли ожидать от него такой тирады, поэтому просто активно закивали.

— Хорошо. Идёт! Но я вас предупредила.

— Как вас зовут? — поинтересовался я.

— Мисаки. Для друзей — Ми-ми, — улыбнулась она, пародируя одноимённого мультяшного персонажа.

— Так будем же друзьями! — Воскликнул счастливый Хэчиро.

Никто из нас не мог и предположить, что девушка в нашей команде окажется тем ещё тёртым калачом!

Мы разделились на две команды — я с Хэчем в одной, а Ючи с Мисаки во второй. Пузатый стоял на воротах, а я в качестве нападающего. Из той команды ворота защищала девушка, а Ючи нападал. Первый раунд закончился ничьей. За то время, что мы не виделись, Ючи немного сдал в прыти и скорости — сказались годы разгульной жизни, выкуривание в день по паре пачек сигарет и употребление алкоголя. Я же был свеж как огурец, ибо старался почаще питаться здоровой пищей, а к никотину и алкоголю охладел уже со времён школы.

Но несмотря на это, Ючи был опытнее и хитрее, поэтому мне пришлось попотеть, чтобы Хэч имел хоть какие-то шансы отбить мяч у ворот. Иногда и мне улыбалась удача, и я прорывался к Мисаке, и без тени сожаления бомбил её ворота...

И она отбивала каждый мяч, будто предвосхищала мои мысли! Я бы не удивился, узнав, что эта милашка выступает за женскую сборную страны по футболу. И практически полностью я поверил в это после того, как игроки поменялись местами — теперь я стоял на воротах, а Мисаки нападала.

Вот тут то я начал проигрывать вчистую — девушка отправляла мяч в один конец ворот, и я пружиной летел туда. Но будто заговорённый, пёстрый шар летел уже в другую сторону! То ли хитрость какая-то, то ли опыт — не мне, «играю один раз в год» судить.

— Ха! Получай! — писклявым голоском прокричала она, забивая очередной гол. — Будешь знать у меня!

Ючи на воротах откровенно заскучал, ведь крупный Хэч не мог поспевать за юркой Мисаки, которая легко и играючи затыкала его за пояс. Словно Давид и Голиаф, они воевали за право обладания мячом, и конечно же побеждала девушка, а пузан Хэч хватался за живот, испытывая одышку. Поэтому расстрел доставался мне и к концу игры со счётом 24:0 победила команда Мисаки. Мне стало жутко стыдно — продул девчонке!

— Уже жалеешь, что пригласил её? — шутливым тоном прошептал Ючи, обратившись к Хэчиро, когда мы вместе сели на скамейку. Мисаки в это время уткнулась в свой браслет и что-то в нём нажимала.

— Она совершенство, — завороженно смотря на озорную девчушку, проговорил Хэч. — Дайте воды!

Я передал ему бутылку:

— С такой ни на одном соревновании по футболу не пропадёшь!

— За всю команду отыграет, — поддержал Ючи, наблюдая, как Хэч вливает в себя пол литра воды.

Наконец Мисаки отвлеклась от браслета и радостная подбежала к нам:

— Ребята, спасибо за игру! Мне было очень весело!

Коротко поклонившись, она махнула рукой на прощание и побежала восвояси.

— Постой! — окликнул её опечаленный Хэч. — А что если мы сыграем в следующую субботу?

Я удивлённо посмотрел на бородача, который, похоже, по уши втюрился в неё!

— На что ты надеешься, увалень? Она размажет нас по стенке, — сказал Ючи.

— Не лезь, Ючи! — Хэч как белены объелся. Неужели и правда влюбился?

— Простите ребята, но я здесь проездом. Следующего раза не будет, — она мило улыбнулась и снова побежала.

Я стал свидетелем трагедии, которая просто раздавила Хэчиро — он разинул рот и молча смотрел ей вслед.

— Насильно мил не будешь, — Ючи похлопал его по плечу.

Хэчиро резко встал и обиженно посмотрел на нас. Выпалив «Да ну вас!», зашагал прочь. Сказать, что я был ошеломлён, значит ничего не сказать — никогда бы не подумал, что этот брутал в теле такой ранимый...

— У парня тонкая душевная организация, — бросил Ючи, пригубив от бутылки.

— Я думал, он уже давно женат.

— Так и есть. Правда, как видишь, Хэчиро совсем не счастлив в браке.

Услышанное повергло меня в шок. Я помнил, как радовался за друга, просматривая его свадебные фотки в соцсетях. У него была стройная красавица жена, машина и дом, оставшиеся от родителей по наследству. В общем у человека всё шло так, как надо. Или не совсем?

— Почему?

— Если бы ты общался с нами почаще, то знал бы, что жена Хэча изменила ему.

— Ничего себе!

— Ага. И что самое противное в этой ситуации, так это то, что Хэч простил её!

Наверное, в том, что я не был осведомлён о таких вещах, не было ничего плохого, и даже наоборот. Лучше жить себе в счастливом неведении и не копаться в грязном белье друзей. Хотя с другой стороны, как помочь, не зная всего? Дилемма...

— И давно он такой?

— Полгода как, — вздохнул Ючи. — Сначала заливал горе алкоголем. Я помогал. А когда я сам завязал, он пристрастился к таблеткам...

— Таблетки?

— Антидепрессанты. Из-за них у него скачет настроение. Боюсь, что он когда-нибудь может навредить себе...

Я тут же встал, вызывая недоумение в глазах друга, и посмотрел туда, куда ушёл Хэч. На душе было тоскливо — захотелось пройтись:

— Давай сменим локацию?

Ючи кивнул, и взяв мяч, побрёл следом за мной. Мы выбрались из стадиона и направились вдоль по улице, куда глаза глядят. Так всегда происходит, когда людям есть о чём поговорить — ноги отмеряют шаги, улицы сменяют друг друга, и вот вы уже прошли километров пять.

— Почему он не бросил её?

— Ты же знаешь Хэчиро — они вбухали столько денег на свадьбу, пригласили кучу гостей... А теперь через два года совместной жизни находятся на грани развода. Об этом знаем только мы с тобой и больше никто. Хэч сильно зависим от общественного мнения, и будет терпеть, пока не застанет её с поличным. Думаю, тогда он решится... А до тех пор, живёт с этим... И с ней.

— Хреновая ситуация.

— А то! Думаешь, почему я решил устроить нам занятие на свежем воздухе? Надо было подбодрить толстяка. Показать, что в жизни есть не только серые краски. Уф! И тут появилась эта Мисаки!

Перед глазами вспыхнул яркий образ спортсменки. Да, у Хэча действительно хороший вкус.

— Единственное, что ему поможет — это развод, — подвёл я итог. — Другого не дано, Ючи.

— Ага, и я так думаю. Но скажешь это Хэчу, получишь по морде. Он же её простил — она просто оступилась... Тьфу! Чёртов подкаблучник! Не могу терпеть, когда он сам позволяет вытирать о себя ноги!

Я смотрел на раскипятившегося друга и жалел, что выпал из их с Хэчем жизни на длительный период времени. Для меня было удивительно наблюдать за тем, как Ючи испытывает страдания из-за толстяка. Как надеялся хоть как-то ему помочь. Всё из-за того, что я настолько влился в рабочий ритм, пристрастился к корпоративной этике, что похоже потерял в себе какую-то часть человечности.

На работе тебя заставляют минимизировать общение, не относящееся к служебным обязанностям. Строгий дресс-код, распорядок дня и минимум человечности. Запомни, ты — труженик. Элемент отлаженного механизма, член семьи, достигающий высот ради её блага. Ты не человек, ты работник компании.

Но всё же есть и другой мир за пределами этого, где у счастливых семей на поверку оказывается не всё так радужно, как на фотографиях в соцсетях. Жизнь Хэчиро оказалась такой, и Ючи изо всех сил пытался вытащить друга из этого болота. Я был горд им, и стыдился за себя, что меня не было с ними в те тёмные вечера, когда они заливали тоску алкоголем.

— А как у тебя на личном фронте? — я решил сменить тему, на что получил удивлённый взгляд от друга.

— Ну-у... За те три месяца, что мы не виделись, познакомился я с одной девушкой.

— Поздравляю!

— Да было бы с чем, — он растерянно улыбнулся. — Мы только дружим, и я пытаюсь ей понравиться.

— Вот это поворот! Ловелас и красавчик всея Токио вдруг превратился в милого и пушистого котика? Никогда не поверю!

— Да тихо ты! — он чуть не одарил меня дружеским подзатыльником, но вовремя остановился.

Всё-таки сказывалось то, что мы давно не общались. Раньше подобные выходки были у нас за правило.

— Короче, это из-за неё я распрощался с вредными привычками и разгульным образом жизни. Но ей всё мало. Она хочет сделать из меня эталон, понимаешь? — сказал он, понурив голову. — Не знаю, справлюсь ли.

— Директором видеть хочет?

— Бери выше — премьер-министром!

Я схватился за голову, после чего спросил чуть ли не с воплем:

— Ты сейчас шутишь, да?!

Широкая улыбка товарища свидетельствовала о том, что мои догадки оказались верны. Он просто троллит меня, хитрый злодей!

— А ведь я поверил!

— В общем, друг, я тебя понимаю. Когда этот момент наступает... Когда девушка с ноги врывается в твоё сердце — друзья отходят на второй план. И это нормально...

От его слов я даже опешил. Нет же! Я просто заработался. Я только поставил цель найти себе пару. А он думал, что я пропал на три месяца из-за девушки, но на самом деле во всём виновато моё упорное стремление подняться по карьерной лестнице.

— Понимаешь, — продолжил он. — со всей этой историей с Хэчем мне совсем не хочется жениться.

— У вас всё так серьёзно?

Ючи выдохнул и как-то уж слишком мрачно посмотрел мне в глаза:

— Её зовут Юми, и она очень консервативна. До замужества ни-ни! Я и так и эдак к ней, а она ни в какую! Но я не хочу в ближайшее время вешать на шею ермо брака и потом сходить с ума от последствий, как Хэч!

— Но ты же в ней уверен, так? — удивился я. — Если она такая хорошая...

— Я не уверен в себе, — усмехнулся Ючи. — Вдруг мне всё наскучит и я сам пойду по девкам? Короче, Хиро, я тоже попал в непростую ситуацию.

Я не выдержал и рассмеялся в голос, ловя на себе обиженный взгляд друга.

— Да хорош, Хироюки! Чего ты смеёшься?

— Уф, прости! Просто меня забавляет твоя проблема.

— Забавляет его, видите ли! Друг, называется, — сплюнул он от обиды.

— Если ты действительно любишь её, то должен стать джентльменом и учитывать её консервативные взгляды, — подняв палец, продекламировал я. — Придётся тебе, братишка, выбирать — или девушка мечты или удовлетворение низменных инстинктов. Насчёт последнего могу порекомендовать фильмы для взрослых...

В моё плечо прилетел кулак, но этот удар так и не смог остановить моего неудержимого смеха.

— Дебил!

*Динь-динь! Вам звонят! Динь-динь! Неизвестный номер!*

— Что это ещё за фигня у тебя вместо рингтона? — Ючи вскинул бровь, наблюдая за тем, как я судорожно достаю смартфон из кармана.

— Да племяшка установила, — смущённо произнёс я. — Когда звонит неизвестный — телефон разговаривает.

— Не бери. Наверное это мошенники или банки кредит впаривают, — снова сплюнул Ючи.

И в самом деле это был «левый» номер, но работа в компании приучила меня отвечать на любые звонки.

— Алло?

— Хироюки Тагава? Это старший инспектор Тетсуо Хара...

ЧЁРТ!!!

— Здравствуйте, — ответил я, испытав внезапную тревогу.

О небеса! Неужели я сам себе напророчил поездку в полицейский участок, навешав лапшу на уши заму Токугаве? Видят боги, я никогда не умел врать, а если моя ложь и срабатывала, то рикошетом ударяла по мне самому...

Стоявший передо мной Ючи сделал руками знак вопроса. Я лишь мотнул головой, сосредоточенно слушая собеседника:

— Я по делу Коджи Цубаки...

Ага. Это и ежу понятно. Но что тебе, чёрт возьми, от меня надо?!

— Вы посмотрели записи с видеокамер? — вспомнил я.

— Да, — его голос был немного растерянным. — Нужно, чтобы вы срочно приехали в участок. На визитке, которую я вам дал, указан адрес. Жду!

— Хорошо, я приеду, — сказал я и отключил связь, после чего ответил на немой вопрос друга. — Это полиция. Вчера у меня на работе случился инцидент.

— Умер кто? — предположил Ючи и попал прямо в точку.

— Мой коллега, — ответил я, решив не рассказывать всех деталей. — Выпрыгнул из окна.

— Соболезную. У нас в конторе раз в год такое тоже случается. Народ не выдерживает нагрузки. В прошлом месяце сотрудница от переработки просто свалилась с сердечным приступом. Еле откачали...

И для чего всё это?

Фактически мы живём на работе, отдаём все силы на благо больших и маленьких компаний, предприятий, магазинов и так далее. Которые просто высасывают из нас соки, и меняют, словно отработанные батарейки. Умереть на работе... Ради чего? Всех денег на свете не заработать. А люди, попавшие на вершину золотой горы иногда вообще не знают причины своего успеха. Кто-то продолжил дело родителей, а кто-то оказался в нужном месте в нужное время и вошёл в струю. А мы, муравьи, трудимся и трудимся, надеясь хоть на миллиметр подняться ближе к заветной вершине под названием Успех.

Но не все могут держать такой темп. Иногда не выдерживает физическое тело, а иногда и дух. Хотя мой народ весьма крепок, и доказал это, возведя города и дороги в сейсмически активных зонах. А куда деваться, если ты островитянин? Только приспосабливаться, и в то же время преобразовывать окружающий мир.

— Иногда я завидую монахам-буддистам, — произнёс я, заставив Ючи растянуться в улыбке. — Им не надо писать отчёты и обзванивать холодных клиентов.

— Да ну брось! У тебя есть телек, кот и девушка. А у них только медитация и бесконечные тренировки.

Насчёт девушки он был прав только отчасти. Но я не я, если не сделаю всё от меня зависящее, чтобы завоевать Котонэ! Только бы допрос в участке не затянулся надолго...

— Мне пора идти. Вызывают в участок.

— Подбросить? Я на машине, — предложил Ючи, на что я с удовольствием согласился.

Пришлось еще минут двадцать добираться до его автомобиля, так как мы далеко ушли, обсуждая проблемы Хэчиро. Рядом со школой сверкал на солнце чёрный седан немецкой марки. Я только присвистнул — о такой машине я мог только мечтать!

— Служебная, — бросил Ючи, забираясь внутрь. — Садись. Довезу с ветерком.

Мы и в правду очень быстро добрались до полицейского участка, что мне просто не хотелось выходить из машины. Существовала хоть и маленькая, но вероятность того, что меня посадят за решётку и будут выбивать признательные показания. От этого становилось жутко, но я не мог не пойти. Поэтому...

— Пойти с тобой? — вдруг вызывался Ючи, серьёзно посмотрев мне в глаза. — Сегодня выходной, а моя пассия уехала в деревню. Так что...

— Спасибо, друг, — искренне поблагодарил я, — но я должен пройти это один.

— Ну как знаешь. В любом случае был рад встрече. Не теряйся. Будем на связи.

— На связи, — повторил я, и выбрался из машины.

Проводил взглядом уносящуюся вдаль легковушку и в который раз за этот день гордился тем, что знаком с таким человеком, как Ючи. Который всегда предложит помощь другу и поддержит в трудную минуту. Жаль, в моём случае он помочь не мог, как ни крути. Тем более я ни в коем случае не хотел втягивать его в это грязное дело. Я чувствовал, хотя совсем недавно метался, что именно мои действия стали катализатором того, что Коджи принял решение уйти из жизни. И от этого становилось мерзко.

Я живу, топчу эту землю и надеюсь на свидание с красоткой, пока Коджи лежит в морозильнике в морге. Холодный, разбитый на куски и никому не нужный. Мёртвый. Была ли у него семья? Жена, дети? Мать и отец? Я ничего не знал про это, потому что относился к сотрудникам как к функциям, и никогда не интересовался их личной жизнью. Всё, как предписывает трудовой договор. Теперь моего коллеги нет в живых, а я, по сути, ничего о нём и не знаю. Он так и канет в лету никем для меня...

От мрачных мыслей меня отвлекла милая мордашка Пипо-куна — талисмана Токийской полиции. Пушистое ушастое изваяние оранжевого цвета стояло у дверей полицейского участка и приветливо махало рукой. Нет, похоже это был не аниматор, а самый настоящий робот, судя по его отточенным движениям.

Мы, японцы, во всём мире славимся своими странностями, будь то хентай или сюрреалистические ток-шоу. Так же и здесь у многих госучреждений есть свои талисманы в виде каких-нибудь милых зверюшек — всё для детей. По замыслу, оказавшись в подобном учреждении ребёнок будет испытывать меньше стресса, если увидит что-нибудь дружелюбное и милое.

В моём случае была кратковременная вспышка сарказма, за которой последовали решительные действия — крепко сжав ручку двери, я потянул её на себя и переступил порог обителя правоохранительных органов. Где-то в его недрах меня ждал дотошный старший инспектор Тетсуо Хара. Что же ему от меня надо? Что ему открылось после просмотра видеозаписей?

Уже скоро я всё это узнаю!

В вестибюле за стойкой сидела миловидная девушка в форме с завязанными в хвост волосами. Она поинтересовалась целью моего визита и записала мои данные в книгу учёта, после чего отправила на второй этаж в кабинет 205, где меня ждал инспектор. Подниматься на лифте не стал — с недавнего времени я их просто не переношу. Благо в зданиях всегда имеется лестница. Вскоре я уже стоял у двери с табличкой, на которой было указано ФИО и звание инспектора Хара. Деликатно постучав, я открыл дверь и...

Передо мной стоял инспектор, выглядевший сейчас не как хозяин положения, слуга закона, а как какой-нибудь сумасшедший, которые в наше время часто встречаются на улицах. Его безумные глаза оказались на расстоянии тридцати сантиметров от моих. Рот с чёрными от сигаретного дыма зубами был приоткрыт.

— Вы...

— Я, — только и смог ответить, когда инспектор потянул меня за футболку и завёл внутрь.

— Тагава, я хочу знать всё о вашем косплеере!

— Но я же рассказал вам, что знал... — начал я, не понимая, что происходит. — Что там на плёнке?

Хара высунулся в проём и огляделся, после чего запер дверь на ключ. Сразу после щелчка замка у меня перед глазами появилась картина пыток. Похоже, сейчас он достанет молоток и будет выбивать из меня показания...

— На плёнке? А это я должен у вас спрашивать, потому что «оно» вылетело из вашего туалета и снесло господина Цубаки вместе с окном!

— Что?!

Внезапно раздался стук в дверь, от чего инспектор побледнел.

— Тетсуо Хара! Откройте! — послышалось требование из коридора.

— К вам ещё свидетели пришли?

Инспектор резко взял меня за плечи и прошипел:

— Имей в виду, Тагава! Я слежу за каждым твоим шагом. Даже если у меня отберут это дело, я всё равно не остановлюсь, пока не докопаюсь до истины!

— Да что вы себе позволяете? — не выдержал я, вырываясь.

— Инспектор, да откройте уже эту чёртову дверь! Иначе мы её выломаем!

Хара оскалился, бросив: «проклятый четвёртый отдел, что б им пусто было!», и открыл дверь. На пороге стояла группа из пяти человек в строгих чёрных костюмах и солнцезащитных очках.

— Так то лучше. Инспектор Тетсуо Хара. Мы изымаем у вас видеозаписи компании «Джинко Текна». Попрошу не препятствовать.

— На основании чего? — возмутился инспектор, заслоняя меня от незваных гостей.

Послышался шорох бумаги, и один из мужчин показал инспектору какой-то документ.

— Ясно, — мрачно произнёс он, отходя в сторону. — Делайте, что хотите... Сволочи!

— Спасибо, инспектор, — улыбнулся говорящий, мужчина лет сорока, лицо которого было испещрено глубокими морщинами. — Мы берём это дело под свой контроль. Можете написать отчёт... или что вы там должны сделать по инструкции? В общем на вас ложатся все формальности, а мы займёмся делом.

Молчаливые спутники мужчины в костюме заполонили небольшой кабинет и принялись бесцеремонно раскидывать вещи инспектора, на что тот только хмурился и сопел.

— А вас, господин Тагава, я попрошу покинуть помещение. Нам с господином Харой нужно провести беседу с глазу на глаз, — обратился он ко мне. — Можете идти. Если понадобится, мы вам позвоним.

Честно говоря, я был не против такого исхода, поэтому сразу же прошмыгнул в коридор.

— Тагава! — рявкнул инспектор, заставив меня обернуться — но его тут же схватили и затащили внутрь. Морщинистый тип улыбнулся своей искусственной улыбкой и отсалютовал мне, после чего закрыл дверь.

Не знаю, что у них там за чертовщина происходит, но это меня уже не касается. Пусть с этим всем разбираются компетентные органы, а я займусь наконец своей личной жизнью. Когда-то же у меня должно появиться на неё время!

Когда меня обдул поток прохладного воздуха в метро, мысли наконец собрались в кучку, и я смог адекватно оценить произошедшее. Во-первых, инспектор увидел на видеозаписи что-то такое, что превратило его из крутого полицейского в перевозбуждённого невротика. Во-вторых, этот псих сказал, что следит за мной — вот же пристал, как банный лист! Сам же видел, что это не я убил несчастного Коджи-сана...

Но тогда кто? Или что его так встревожило?

А вот этот момент, наверное, стоит пронумеровать цифрой три — кто такой косплеер? Почему он убил моего коллегу? И самое странное — как?

В-четвёртых, какой-то четвёртый отдел — крутые перцы в костюмах, которые безнаказанно орудуют в кабинете инспектора Хары, прикрываясь официальным документом. Неужели спецслужбы?

Пока меня отпустили, но это не значит, что я свободен. Но мне по сути нечего скрывать, кроме потасовки с Коджи, а значит и нечего бояться.

Да ну их всех куда подальше! Через шесть часов у меня будет встреча с самой красивой девушкой на всём сайте знакомств! И-и-и-ха!

Я вошёл в разъехавшиеся двери вагона, и даже смог устроиться там с комфортом — нашёл сидячее место, что практически невозможно сделать в будние дни. Да и внутри людей оказалось немного. То ли основная масса уехала за город ещё в вечер пятницы, то ли оставшаяся часть горожан к полудню ещё находилась в торговых центрах, занимаясь шоппингом. Мне это, кстати, тоже предстояло.

За окном проносились старенькие дома, соседствующие с башнями, выполненным в стиле хайтек, которые тонули в море зелени. По путепроводам сновали машины всех мастей: от гигандских Ленд Крузеров до крошек-кейкаров. Жизнь бурлила ключом.

Я решил не делать круг и не возвращаться домой, а сразу же направился за покупками, тем более со следующей станции имелся прямой выход в торговый центр. Благо прогресс не стоит на месте — в наше время можно без каких-либо проблем примерить одежду виртуально, не надевая её на своё тело. Я, например, изрядно пропотел от игры с Мисаки, что априори исключало примерку.

Так и поступил — зашёл в первый попавшийся дисконт в торговом центре под «оригинальным» названием «Самурай». Нет, это было совсем не то одноимённое заведение, возглавляющее ТОП 10 торговых центров, которые просто обязан посетить турист, в первый раз в жизни приехавший в Токио. В таких местах я не закупаюсь из принципа, чтобы не переплачивать за «топовое» место.

Напротив, место, куда я пришёл находилось далеко от туристических тропок. Но даже здесь практически во всех магазинах имелись виртуальные примерочные. Подошёл к экрану — развернул ассортимент. Забил свои данные вроде роста и веса, размера одежды, сезонности и, вуаля — выпал список именно того, что тебе нужно. Ещё проще, когда у тебя имеется своя учётная запись в системе, что значительно сокращает время мытарств с интерфейсом, т.к. в учётке уже заранее всё вбито при регистрации.

Прошло минут десять придирчивого осмотра себя любимого на экране виртуальной примерочной. Пара рубашек из десятка просмотренных оказались достойны, чтобы быть надетыми на свидание. В ботинках и джинсах не нуждался, поэтому, расплатившись зарплатной картой, я забрал покупки и двинулся домой.

Снова метро, снова пересадки, и вот моя родная станция «Лесная». Дома всё по-прежнему: котяра спит, посуда не мыта, и брюки забыл вытащить из стиралки аж с прошлого вечера! Не зря душа моя просит вторую половинку — крамольные мысли о будущей благоверной, что займётся домашним хозяйством, пока я буду на работе, заставили улыбнуться.

Итак, осталось каких-то четыре часа до встречи! Поэтому быстро в душ, потом развесить бельё, что-нибудь поесть и оставить пропитание для кота. А затем вперёд на встречу с Котонэ!

Немного смущал выбор места для свидания — какой-то захудалый мексиканский ресторан. Будто она выбрала его наспех. С другой стороны, я же не догадался предложить свой вариант. Поэтому придётся подстраиваться. Хотя какая разница, где встречаться с красивой девушкой? Правильно, разницы никакой!

В хлопотах прошло ещё несколько часов, пока я не застал себя прихорашивающимся у зеркала. Новая рубашка сидела как влитая. Старый парфюм, которым я слегка побрызгался, на запах был ещё неплох. Гладко выбритое лицо довольно улыбалось, а рука с расчёской успешно укладывала волосы в презентабельный вид. Вроде бы всё...

— Сайонара, котофей! — бросил я на прощание, и закрыл дверь.

И опять метро, но я не жалуюсь. Покупать машину то ещё обременение: налоги, плата за парковочное место, бензин, страховки и конечно же пробки. Лучше уж как-нибудь на своих двоих. А если пункт назначения слишком далеко, то, лучший способ преодолеть километры пути — на поезде в метро. Дешево и быстро!

Вечерело — народ активно выбирался в увеселительные заведения, торговые центры, кино и театры. Поэтому пришлось проехаться, как килька в бочке, с другими пассажирами. В такие моменты все плюсы метро меркнут перед лицом толпы. От неё не скрыться — ты в ней, а она вокруг. Либо едешь со всеми, либо ждёшь следующего поезда, который может оказаться ещё более набитым, чем предыдущий. К этому даже привыкаешь — находиться по утрам и вечерам в одной людской массе, которая пахнет ядрёными антиперсперантами, сигаретами, грязными носками и перегаром. Иногда, правда, можешь учуять аромат цветов, доносящийся от рядом стоящей студентки. И такое соседство скрашивает твой путь. Но чаще тебе достаётся выше упомянутый дурман.

Благо, выйдя на станции, ощущаешь прохладу, и так же вместе со всеми поднимаешься на улицу, где августовское солнце давит своим жаром людей о раскалённый асфальт. Специально вышел раньше, чтобы пройтись и убить время — как раз по пути находился скверик с фонтанами. Ходил кругами, постоянно косясь на циферблат наручных часов — минуты тянулись медленно-медленно. Не выдержав, пошёл к ресторанчику, на фасаде которого приветливо махал рукой усатый повар-статуя в колпаке, с надетым на грудь ожерельем из красных перцев чили.

Мда... Нужно будет тщательнее выбирать блюда! А не то свалюсь с язвой желудка. Кстати, не мешало бы проверить своё здоровье после того случая в туалете. В тот раз я грешным делом подумал, что отправлюсь к праотцам — это была просто нечеловеческая боль. Пока ничего подобного не беспокоило, но скорее всего до поры до времени...

Решено! Завтра после работы зайду к врачу. Как раз можно записаться на сайте, пока жду Котонэ.

— Привет!

Я аж подпрыгнул от неожиданности, после чего резко обернулся — передо мной стояла она...

Длинные чёрные волосы ниспадали к высокой груди. Её обтягивала чёрная рубашка с широкими рукавами наподобие кимоно, и принтом вроде веток розовой сакуры. Ниже воротника был завязан розовый бант. Ещё ниже была парящая юбка красного цвета с тем же принтом, что и рубашка. На поясе висел золотой колокольчик, украшающий собой ещё один бант. Прямые ножки (что большой плюс, ибо часто у японок встречается косолапость) украшали изящные сандалии — на ноготках блестел чёрный лак.

Конфетка! Надеюсь, содержание не уступит обёртке...

— Котонэ? — спросил я, слегка поклонившись.

— Хироюки Тагава? Вот мы и встретились, — кротко улыбнулась она. — Но тебе, наверное, не стоило публиковать на сайте свои настоящие имя и фамилию... Должность и название компании... Имя кота...

Котонэ засмеялась, а я наоборот покраснел. Да, видят боги, это не нормально... Синдром отличника — заполнить о себе все графы, причём максимально подробно. А потом удивляться бесконечным холодным звонкам и спаму на свой телефон.

— Не парься, — бросила она. — За то я знаю, что ты честный парень. И любишь котиков!

— Да, это представляет меня в весьма выгодном свете. Пройдёмте уже в ресторан, прекрасная девушка? — решил я разбавить разговор флиртом.

И попал в цель! Котонэ улыбнулась и кивнула, предложив мне руку, которую я без колебаний принял — она оказалась прохладной и приятной на ощупь.

Двери перед нами автоматически распахнулись, и мы сразу же прошли в помещение, изобилующее ярко-красными тонами. Пахло специями и свежим хлебом — за стеклом на кухне работал повар-гайдзин. Видимо, мексиканец. Он так же, как и его прототип на вывеске, имел усы, высокий белый колпак, и что-то усердно готовил. В целом это место показалось чистым и даже привлекательным — для первого свидания неплохо!

— Почему ты выбрала именно это заведение?

— Да так... Ткнула в первую попавшуюся забегаловку недалеко от дома, — сказала она, присаживаясь на диванчик у свободного стола. — Да, я практичная! Тем более, ты ничего сам не предложил.

Посетителей было немного, поэтому у нас получилось занять место возле окна. Я сел напротив неё и снова покраснел, осознав свои ошибки. Но привлекательная девушка сидела за одним со мной столом и заинтересованно смотрела мне прямо в глаза, а это означало, что всё будет хорошо.

— Мне понравилось фото, — произнесла она и подмигнула. — Закат...

К нам подошла официантка-японка и положила на стол меню.

— Итак, расскажешь, какой радостью хотел со мной поделиться или сначала сделаем заказ? — спросила она заговорщическим тоном.

На голодный желудок думается плохо, поэтому я предложил сначала выбрать блюда, а потом уже копать глубже. Моя, возможно, будущая девушка легко согласилась, и начала пристально изучать картинки и ценники к ним, попеременно поглядывая на меня. Я же обратил внимание, что здесь кормят не самой дешёвой пищей, что плюс. Но в меню были такие блюда, цены на которые просто поражали воображение количеством цифр. Интересно, что же она закажет? По этикету именно на мне, как на джентльмене, лежала оплата ужина.

В эту минуту я почувствовал себя голодранцем, жалеющим деньги на ужин в ресторане. Да что говорить, в такие места я редко захаживаю, и очень редко вожу туда представительниц противоположного пола. Наверное, это вполне предсказуемая реакция, тем более я почти ничего не знаю ни о характере, ни о сфере деятельности, в которой занимается Котонэ.

По её осанке, движениям можно было сказать, что девушка уже не наивная студентка, но и не прожжёная женщина. Ох уж эти японки — никогда точно не определишь их возраст, пока не посмотришь на дату рождения в паспорте. Наши женщины будто заколдованы и всегда выглядят юными, пока внезапно не станут бабушками!

— Я выбираю это и это! — ткнула она на картинки в меню, вызывая у меня облегчение. Девушка не стала пробовать дорогие экзотические блюда, а остановилась на прозаичных буррито и тако. Я заказал кесадилью и фахиту, так как выглядели эти блюда весьма аппетитно. Официантка записала на счёт ещё пару салатов и напитки, после чего оставила нас одних.

— Я жду... — облокотившись на правую руку, произнесла Котонэ, мечтательно посмотрев на меня.

Делать было нечего:

— Это был холодный расчёт, Котонэ. Вычитал где-то, что если оставить некую недосказанность, то это обязательно привлечёт интерес. Это называется «клиффхэнгером».

— А, знаю! — вдруг воскликнула она. — Это когда очередная серия кино обрывается на самом интересном месте.

— Ну да. Герой висит над пропастью, а зрители не знают, выживет он или нет.

— Смотрите в следующей серии, несчастные! — продекламировала она низким голосом, вызвав у меня улыбку. — То есть ты хотел подогреть к себе интерес? Умно... Так в чём заключается твоя радость?

Наверное, я так сильно зарделся, что Котонэ вдруг сделала невинное личико и запричитала:

— Ну, скажи! Ну, пожалуйста!

— Я рад, что нашёл тебя, — честно признался я, наблюдая за её реакцией.

Но увидел только немое удивление. А потом нас прервала официантка, когда принялась расставлять блюда на стол. После того, как она закончила, мы вместе с Котонэ синхронно начали уплетать еду — видно, оба оказались очень голодными.

Через пару минут внезапно пришло осознание, что во рту будто включили реактивный двигатель, а мои губы стали дюзами, через которые наружу вырывалось безудержное пламя! Вода не помогала, как и попытки заесть острое свежим хлебом. Проклятый перец чили!

Котонэ сначала смотрела на меня сочувствующим взглядом, тем временем уверенно поглощая свою еду. А потом не удержалась, и рассмеялась. Вот и прокололась девчонка — такую еду она ела часто, поэтому не страдала от острого так, как я. Интересно, она всех парней по объявлению так проверяет на прочность или нет?

— Может заказать воду со льдом? — поинтересовалась она.

— Нет, ничего, — прокряхтел я, с ужасом ощущая первые признаки зарождавшейся тупой боли в животе. Неужели опять?!

— Хотела прояснить ситуацию, — вдруг сказала она. — Чтобы между нами не оставалось недосказанности и беспочвенных надежд.

Я уже не слышал её, порываясь встать. Только бы дойти до туалета...

— Что ты сказала?

— Двадцать пять тысяч иен за час. Это со скидкой. Ты мне понравился. Я бы хотела продолжить наше свидание в отеле.

— ЧТО?! — чуть ли не выкрикнул я, держась за живот.

Зачем она говорит мне про деньги? О боги, как же режет живот!

На её лучезарное лицо будто упала тень — Котонэ больше не улыбалась. Её жизнерадостный взгляд стал серьёзным. Так на меня смотрят коллеги во время работы — сосредоточенно и безэмоционально, прокручивая в голове текущие задачи на сегодняшний день. Взгляд рабочего класса.

— Как же долго до тебя доходит! Я хожу на свидания за деньги. Разве ты не заметил упоминание об этом в моей анкете?

Меня хватил удар — живот будто разрезали напополам и засунули внутрь мясорубку, после чего начали наматывать в неё кишки! Голова гудела от боли и от того, что я так опростоволосился, пригласив на свидание хоть и прекрасную, милую и жизнерадостную, но...

Проститутку.

— Прости, мне нужно в уборную...

Я не стал ждать её ответа, бросившись наутёк вглубь помещения. Слава богам, сразу же нашёл вывеску WC, и буквально вломился в храм фаянсового бога. В голову прилетела мимолётная мысль о тщетности бытия — четверть моего бюджета тратилась на еду, которая в итоге сливалась в унитаз. Вся наша жизнь крутится вокруг еды и развлечений, а на что-то большее или не хватает времени, или желания...

Чёрт! Когда же это прекратится?!

БУ-БУХ!

Мне было так плохо, что внезапный грохот в соседней кабинке нисколечко меня не смутил. Потом бахнуло ещё и ещё, будто там кто-то боксировал. Перегородка между кабинками сотрясалась и норовила свалиться мне на голову. Под ногами что-то светилось, но глаза застилал красный туман, поэтому я ничего не разобрал. Да и не особо-то и хотел. Когда тебя внутри разрубает на куски, ни о чём, кроме избавления думать не сможешь...

Вдруг послышался нечеловеческий вой! И по туалету словно табун лошадей пронёсся, снеся хлипкую дверцу кабинки.

Простите ребята, но я не могу сейчас сдерживаться! Извините за неудобства, кто бы вы ни были...

Что-то посыпалось на меня сверху.

Боль отпустила, но в голове будто колокол звенел.

— Надо сходить к врачу, — подумал я вслух, перед тем как увидеть знакомый знак...

На кафельном полу была нарисована та же самая пентаграмма, что и на работе!

Косплеер?! Здесь?! Опять?!

Я кое-как выбрался из кабинки, шатаясь, как пьяный. Мельком осмотрел себя в зеркало через пелену тумана — на волосах белая пыль от фальш-потолка. Голова раскалывалась, мысли путались — в этот раз мне конкретно прилетело...

Отряхнувшись, прошёл в проём, в котором на одной петле висела покорёженная дверь.

Кто это сделал?

Дальше больше — в зале ни души. Повсюду разлит кетчуп. А за моим столиком пустота, и только счёт лежит. Окно разбито на мелкие кусочки, и вообще весь зал перевёрнут верх дном! Ничего не понимая, чисто автоматически положил необходимую сумму на стол и вышел на улицу. Люди вокруг удивлённо смотрели на небо и тихо перешёптывались.

Что это было?

Это яростные футбольные фанаты наведались сюда и всё разгромили? Или бандиты Якудза решили провести рейд, потому что им чем-то не угодил ресторанчик гайдзина? Или что?

А где Котонэ?

Вот тут-то ко мне и пришло осознание — она поняла, что со мной ей ничего не светит!

Ибо я искал себе пару не на один час, а на всю, мать её, жизнь...

Сам виноват, невнимательный дурак! Надо читать весь текст объявления, а не по диагонали, как я. Понравилась милая мордашка, и всё — залип! Эх...

Главное, что она ушла до погрома, как и все люди в кафе. Надеюсь, с ней всё в порядке.

Отдышавшись, неровным шагом побрёл обратно в подземку, снова и снова прокручивая в голове произошедшую нелепую ситуацию. Увы, с Котонэ мне не по пути. Ну да ладно, остались ещё две кандидатуры. Ничего страшного не стряслось. Просто постучал не в ту дверь.

А вот со здоровьем шутки плохи...

Решено! Завтра после работы иду к врачу!

Депресняк.

Весь вечер я пролежал на диване. Правда, сначала пришлось сделать теперь уже привычный ритуал заброса джинсов в стиралку, потому что Хайку снова проявлял к ним нездоровый интерес. Душ, остатки еды в холодильнике, бутылочка пива и телек — большего и не надо. Подловил себя на мысли, что с недавнего времени перестал наведываться на спортплощадку. Так недолго и брюшко отрастить!

Но сейчас мне плевать — я разбит морально и физически. А ещё завтра воскресенье, которое открывает месячный марафон работы без выходных. Спасибо заму Токугаве...

Нет.

Спасибо мне — вспыльчивому представителю офисного планктона, которому негде проявить своё мужское начало, кроме как в сортире на работе!

Коджи-сан, прости меня. Мне так жаль...

Глоток прохладного пива немного успокоил мятущуюся душу. На экране телевизора грозная Годзилла разрушала Токио, а главные герои в спешке улепётывали от неё по улицам. Как же всё просто, когда жизнь висит на волоске — сразу же находится любовь всей жизни. Герои рука об руку переносят все испытания, а к концу фильма уходят в закат жить-поживать и добра наживать.

Увы, в жизни всё обыденно и предсказуемо: мир без проблем переживёт ещё одну войну в арабской стране, государственный переворот в африканской республике или какой-нибудь «ослиный грипп», выведенный в китайских лабораториях.

Более того, миру плевать, если у меня что-то не сложится на личном фронте. О таком незначительном винтике в системе мир не знает, что, правда, и к лучшему. Никогда не хотел становиться знаменитым. Но шанс на это у меня имеется, если за дело взялись спецслужбы. Или нет? Закроют по-тихому и дело с концом?

— На северо-западе Токио участились случаи вооружённых ограблений и похищений людей, — кино резко прервалось выпуском новостей. — Полиция просит граждан быть предельно осторожными и незамедлительно сообщать обо всех подобных случаях. А теперь, уважаемые телезрители, наш корреспондент снова на связи с места археологических раскопок на горе Омине...

«Футбольные фанаты в кафе!» — пронеслось у меня в голове. Нужно срочно написать Котонэ!

Как очумелый, я бросился искать свой телефон. Перерыл всю одежду, даже внутрь стиральной машинки заглянул — вдруг лежит в кармане джинсов и теперь ему хана?! Слава богам, мобильника там не было. Так где же...

Гаджет нашёлся на кухне, и я сразу же зашёл через него на сайт знакомств и написал ей. Извинился за то, что пришлось ретироваться во время нашего разговора — ладно хоть не помер тогда в туалете. Предложил остаться друзьями и спросил, всё ли у неё хорошо. А потом посмотрел на время последнего посещения — сегодня, пять часов назад. Похоже, она часто виснет на сайте в поисках клиентов...

— МЯЯЯЯУУУУ!!!

Я непроизвольно вздрогнул, когда мимо меня пролетела чёрная молния, которая некогда была Хайку. Взбесившийся кот нарезал круги по моей скромной однушке, шлифуя когтями на поворотах. И одновременно сопел/пыхтел/шипел/мяукал, будто его оса укусила в причинное место! То спит неделями, то носится как угорелый! У-у, демон!

В один момент я успел перехватить кота и поднял его перед собой. Но внезапно услышал шипение и получил острыми когтями по руке!

— Ах ты бездушная скотина! — выпалил я, отпуская кота на пол, где он продолжил свои бешеные гонки. — Кормлю его, ласки не прошу, а он царапаться! Ну, погоди!

С минуту я гонялся за этой змеёй подколодной и наконец скрутил, как профессиональный борец. Кот пытался вырваться, орал, как ненормальный, но всё тщетно — я был настроен решительно.

— Да что с тобой творится, придурок?! — тоже начал я орать, с недоумением уставившись в его округлившиеся зелёные глаза.

А потом заметил, что в шерсти кота что-то перемещается...

— Где ты умудрился блох поймать, а домосед? — удивился я, пытаясь добраться до паразита, что взбесил моего Хайку. Я всё шарил пальцами в погоне за этой маленькой тварью, которая бороздила просторы спинки кота, словно дельфин в море. Уже начал различать её цвет, будто это пёстрый фантик зигзагами бегал в шерсти.

— Что за...

— Похоже, нас спалили! — кто-то пропищал тоненьким голоском у самого моего уха, заставив ослабить хватку. Из-за чего Хайку наградил меня ещё парой царапин и пулей умотал в коридор.

— С-сука! — завопил я, засунув кровоточащий палец в рот.

— Ещё и ругается! — прозвучал другой такой же тоненький голосок.

— Ага. Стоит поговорить с ним о хороших манерах.

Я вертел головой в разные стороны, пытаясь понять, где находится источник этих голосов. То ли телевизор начал жить своей жизнью, то ли соседи за стенкой решили устроить мне розыгрыш! Несомненно, я был дома один, не считая взбесившегося кота. Кстати, он больше не кружил по квартире, а, похоже, забился куда-то в угол. Значит, паразиты с него спрыгнули?

— Мужик, мы у тебя за спиной!

Вскрикнув, я обернулся, и увидел перед собой четыре летающих силуэта, которые сначала принял за весьма откормленных мух. А потом пригляделся, и остолбенел — это были...

— Мы бесята! — детским голоском произнесла девочка-куколка с синими волосами и перепончатыми крылышками за спиной.

— Или демонята, — добавил её собрат в причудливом красном колпаке-капюшоне.

— Дети демонов, короче, — подвёл итог ещё один толстопузик с блестящей лысиной и щеками, как у хомяка.

— Смотрите, он так удивился! — звонко рассмеялась девочка-демон с огненно-рыжими косичками. — Дядя, давайте знакомиться! Я Лапулька, а этот мрачный в колпаке — Антифокус. Толстяка зовут Фука, а та милашка — Чипиа...

Она указала на всех троих, и вопросительно посмотрела на меня, видимо, ожидая момента, когда я представлюсь. Подобного не было в моих планах, поэтому я спешно попятился назад, шаря руками в поисках чего-нибудь увесистого, чтобы защищаться.

— Я не толстяк! — обиженно выпалил тот, которого назвали Фукой.

— Куда он идёт? — послышался шёпот.

— Дядя, ау! Не уходи...

— Нам скучно!

В конечном итоге я нащупал пачку сигарет и зажигалку на полке, которые когда-то давно у меня забыл Ючи. Хотелось кричать во всё горло при виде говорящих «мух», но вместо этого я побежал в ванную, где и заперся. В ужасе опустился на толчок: щёлкнул зажигалкой и впервые за долгое время судорожно затянулся сигаретой, обдумывая увиденное.

— Что за хрень здесь творится?!

— Мяу?

Протираясь об меня хвостом, меж моих ног выполз Хайку. Сейчас он был позитивно настроен, поэтому я взял кота на колени и начал гладить, надеясь самому успокоиться. Что-то слишком много потрясений за эти дни — уже чертовщина всякая мерещится! Какие-то демонята!

Кольца дыма уносились в вентиляцию, а я прислушивался к звукам за дверью. Никотин слегка притуплял чувство страха, но адреналин в крови зашкаливал. Я уже было хотел вызвать полицию, но с ужасом вспомнил, что телефон остался лежать на диване! Мурлыканье кота становилось громче, и услышать, что происходило за дверью, стало невозможно. Поэтому я осторожно снял с себя Хайку и вооружился вантузом. Чем чёрт не шутит — против маленьких летающих гоблинов сгодится.

Я осторожно взялся за ручку, но не рискнул сразу открыть дверь — прислушался. Вроде бы никаких звуков не было слышно. Набравшись смелости, всё-таки открыл дверь и встал на пороге в боевую позу, готовый наподдать незваным гостям по первое число!

Сначала зашёл в зал, и обшарил каждый угол, а потом прошёл на кухню — форточка был открыта...

Не мной.

Спешно закрыл окошко и с облегчением выдохнул. Улетели глюки мои!

Хайку тем временем как ни в чём не бывало подошёл к миске и начал хрустеть кормом — если мой питомец ведёт себя нормально, значит точно в доме никого нет. Уф и слава богам! Теперь у меня на повестке дня стоит не только поход к гастроэнтерологу, но и к психотерапевту! Как же я докатился до жизни такой?

Ночью никак не мог заснуть — всюду мерещились пролетающие мимо мухи, или демонята, как они себя называли. То проваливался в сон, то просыпался в холодном поту, косясь на циферблат электронных часов (03:47), стоявших на тумбочке возле телевизора. Если не смогу проспать хотя бы несколько часов, то завтра точно буду как зомби...

Весьма напуганным зомби.

Укрывшись с головой, в компании дремлющего в ногах кота, я всё-таки провалился в царство Морфея с надеждой на то, что завтрашний день будет лучше предыдущего.

И не прогадал.

***

Работать в воскресенье — это сущий идиотизм! Большинство клиентов спят, если говорить об утре. А днём занимаются своими бытовыми делами в законный выходной. Что остаётся делать? Заниматься отчётами. Правда, кроме работы я ещё постоянно проверял сообщения от Котонэ. Но к сожалению ничего и не изменилось — со вчерашнего дня она так и не появлялась в сети. И я уже места себе не находил, не зная, что с ней. Ведь по телевизору говорили о погромах и похищениях. Неужели Котонэ похитили?!

Нет, не может этого быть. Она просто ушла, не оплатив счёт. И была в своём праве, ведь это я пригласил её на свидание. Кроме того, моими мыслями овладевали эти внезапные боли в животе. А ещё к ним добавились глюки в виде летающих говорящих лялечек с крылышками, как у летучих мышей. Благо, на работе подобный приход я ещё не ловил, а то бы меня точно уволили! Бегал бы по кабинету, как угорелый, пытаясь прихлопнуть глюки папкой с документами...

А может быть всё это было лишь сном?

Да! Иначе и быть не может! Ведь правда — в современном мире не существует эльфов и драконов...

Нет же?

В кабинете, кроме стажёра, который сидел в дальнем углу и подшивал отчёты, никого больше не было. Поэтому я трудился не так усердно, как в будни. Работая в крупной компании ты всегда должен быть на чеку, не давая повода коллегам набрать на тебя компромат. В двадцать первом веке практически каждый человек обладает всем тем набором шпионских штучек, которым пользовался Джеймс Бонд в своих тайных операциях.

Камера с зумом, диктофон, доступ в интернет — всё это было в смартфонах, которые имелись у каждого сотрудника под рукой. Хорошо провёл вечер и прикорнул на работе — кто-то может сфотографировать тебя и отослать компромат боссу. Итог — увольнение или в лучшем случае депремирование. Если в конторе у тебя есть заклятый враг, можно ожидать чего угодно, вплоть до скрытой съёмки всего рабочего дня. Легко сосчитать количество перекуров, зависов у монитора и прочих нерабочих моментов.

Проведя всё утро за компьютером, я решил воспользоваться полагающейся мне пятиминуткой и вышел из кабинета. Пачка сигарет обжигала карман — хотелось поскорее затянуться и успокоить расшатанную психику. Перед глазами мелькал калейдоскоп последних событий: смерть Коджи-сана, разборки полиции и спецслужб, исчезновение Котонэ, разрушенное кафе и явление страшно-милых галлюцинаций...

Ужас.

Вот и до меня докатилась дурная привычка сосать бумажную трубочку с табаком! Смотрел на себя в зеркало и дымил, стараясь уложить мысли по полочкам и попытаться найти всему разумное объяснение. Но как ни старался, моя картина мира всё равно треснула — что-то во всей этой истории было не так.

Точнее, всё здесь было не так!

Перекур был окончен, и тяжесть мрачных дум снова навалилась на меня стальным прессом. Вышел в коридор, пытаясь сосредоточиться на будущей работе, как вдруг встал, как вкопанный при виде...

Замдиректора Токугавы!

Красотка сурово смотрела на меня, а я на неё. Сердце стало биться чаще в предвкушении расспросов про вчерашний день, полицию и тому подобное, о чём ни с кем не хотелось разговаривать. Тем более с ней. Громко цокая каблуками, она двинулась прямо на меня, одетая более сексуально, чем обычно: короткая бежевая юбка, совсем не скрывающая кружевные чулки, узкий пиджачок того же цвета, из-за воротника которого выглядывали выдающиеся округлости. Неужели Токугава нарядилась так вызывающе для шефа? Хотя до поры до времени я не верил этим сплетням...

— Тагава, — рявкнула она, сложив руки на груди, что привело к скрипу ниток, еле-еле удержавших пуговицу на пиджаке. Зачем она носит одежду на несколько размеров меньше, чем нужно? Ведь так можно попасть в конфузную ситуацию...

— Доброе утро, заместитель директора Токугава, — отчеканил я, встав по стойке смирно.

— Что вы здесь делаете в выходной день?

— Я...

Во истину, я не знал, что сказать. Ведь это именно она назначила мне наказание в виде месяца работы без выходных. А теперь спрашивает так, будто ничего и не было. Неужели решила поиздеваться?

— Весьма похвально. Не ожидала от вас такого, — сказала она, оставляя меня в полнейшем недоумении. — Можете рассчитывать на премию в конце месяца, — подмигнула она.

На моём лице появилось подобие улыбки, а в голове гигантский знак вопроса — ЧТО ВСЁ ЭТО ЗНАЧИТ?!

Кивнув и сказав «спасибо», я побрёл дальше. Но не прошёл я и пары шагов, как Токугава вдруг окликнула меня:

— Хироюки-сан...

Она никогда не звала меня по имени!

Обернувшись, я тупо уставился на неё. Что ещё она хочет от меня?

— Зайдите, пожалуйста, сегодня ко мне в кабинет. Например, за десять минут до конца рабочего дня.

— З-зачем?

— Хочу обсудить с вами один производственный момент, — улыбнувшись одними губами, она развернулась и, покачивая крутыми бёдрами, ушла.

А я остался стоять с разинутым ртом. Воображение рисовало картины одну краше другой, что даже стало стыдно перед самим собой. Вот же извращенец! Сиди на попе ровно и работай. Даже и не думай! Токугава — птица высокого полёта, и если захочет, сотрёт тебя в порошок. А её предложение выглядело как раз подобной ловушкой.

Или вправду она желает пообщаться со мной по поводу работы, а я напридумал уже себе всего, возбудившись, как юнец, при виде её прелестей. Ох, чертовка!

Теперь весь день я думал только о ней и о её просьбе. Как же всё-таки легко взбудоражить холостого парня, находящегося в поисках партии. Гормоны шалят, и даже сумасшедшие события прошлых дней меркнут перед предстоящим...

Свиданием?

Или как это назвать? Деловой разговор?

В то же время смешно осознавать, насколько я оказался наивным, придумывая себе исход этого разговора. Пришлось буквально заставлять себя работать, чтобы отвлечься от похабных мыслей. Постоянно проверял, не просмотрела ли Котонэ мои сообщения. Куда же она пропала? Хотя, сегодня же воскресенье. Может отсыпается?

Наконец, настал этот час.

Я заранее попрощался со стажёром и сообщил, что поднимусь к руководству. Юный «падаван» активно закивал и пожелал удачи, наверное, решив, что меня вызвали на ковёр. Так оно и было, только вроде бы никто отчитывать меня не собирался.

Вроде бы...

Я зашагал к лифту, чтобы подняться практически на самый последний этаж, где располагались кабинеты руководства. Внутри стерильно чистой кабины снова играла успокаивающая музыка. Снова возвращались мысли о смерти коллеги и о странностях, которыми она была окутана.

*Дзинь!*

Двери разъехались в стороны, и я пошёл вперёд на негнущихся ногах. Уже скоро наступит развязка. И я даже не догадываюсь, что произойдёт...

Тук-тук.

— Войдите.

Будь, что будет!

Сжав круглую ручку, я резко крутанул её и распахнул дверь.

А потом...

Несколько раз протёр глаза — не привиделось ли мне?!

Хиро-младший сразу всё понял, и немедленно встал в боевую готовность.

В большом кабинете прямо на рабочем столе лежала она! Раздвинув свои длинные ноги, заместитель директора с хитрецой поглядывала на меня. Пиджак больше не скрывал шикарную грудь в кружевном бюстгальтере. Мэйко Токугава томно вздыхала и эротично прикусывала губу.

Моя челюсть отвисла до максимума — чёрные трусики «смотрели» на меня прямо в упор. Поверить в реальность происходящего было не просто — подобные вещи рисуют в хентае или показывают в порно. Но чтобы увидеть такое на самом деле посреди рабочего дня?! Ущипните меня!

— Хироюки-кун, я не кусаюсь. Подойди ближе...

— Ид-ду, — промямлил я.

Шаг за шагом я сокращал между нами расстояние, а Токугава продолжала гипнотизировать меня своим бархатным голосом:

— Милый Тагава. И почему все эти годы я не обращала на тебя внимания? Ты такой страстный, подтянутый. Исполнительный... Ты ведь правда исполнительный, а Хироюки-кун?

— Д-да, — сказал я, оказавшись рядом с ней.

Ещё чуть-чуть и я не выдержу — возьму её прямо на этом столе!

— Тогда, — хитро улыбнувшись, прошептала она, поднимая во мне возбуждение до небес. — Повернись ко мне задом!

— Ч-чего? — не понял я. — Что вы сейчас сказали?

На одно мгновение на лице Мейко Токугава появилось раздражение, которое тут же сменилось томным взглядом. Женщина скрестила ножки, а руки положила на грудь, нарочито прикрываясь, будто застеснялась:

— Хочешь меня? — спросила она, закручивая пальцем вьющийся золотой локон.

Чего кривить душой? Я хотел эту женщину с самого первого дня, когда устроился на работу в компанию «Джинко Текна». Высокомерная блондинка, поражающая красотой своей подтянутой фигуры и выдающейся груди, которой не могла похвастаться ни одна сотрудница компании. Шикарная женщина притягивала взгляд и, видно, успешно пользовалась этим, стремительно поднявшись по карьерной лестнице. И теперь я начал понимать, каким образом она это сделала.

Я кивнул — моя рука потянулась к её груди. Ох, раньше я мог только мечтать, чтобы к ней прикоснуться. А сейчас вот она — горячая и желанная, сама идёт в руки!

Госпожа Токугава сладостно приоткрыла рот и с удовлетворением заглянула мне в глаза, словно добилась того, чего хотела...

«Если женщина упорно лезет к тебе в штаны — это значит, что она очень сильно чего-то от тебя хочет. И скорее всего её интересует вовсе не твой инструмент, внучок!» — слова деда, сказанные им много лет назад, внезапно пронзили мой мозг.

Я перестал сокращать дистанцию, ожидая, что она скажет ещё.

— Знаешь, у многих людей есть свои странности. И я, например, из числа тех, кто любит любоваться мужскими попками. Ты же хочешь сделать мне приятно? Тогда, пожалуйста, исполни мою просьбу, а я, — она сладко провела языком по губам, — в долгу не останусь.

Во мне закралось сомнение. Голос разума бил тревогу, пока тело нагнетало адреналин в предвкушении безудержного секса с распутной начальницей. Я снова окинул взглядом кабинет в поисках чего-нибудь странного...

И уже через пару секунд увидел неприметный глазок видеокамеры, спрятанный между двумя вазами с цветами!

Бинго!

Ах вот оно что! Решили опорочить моё честное имя, госпожа замдиректора? Признаюсь, я попал в ваши хитро расставленные сети, но ещё не совершил роковой необдуманный поступок. Было приятно посмотреть на тебя в нижнем белье, хитроумная сука! Но турнуть меня с работы таким способом тебе не удастся. Я не подставлюсь, чтобы ты записала домашнее видео, которым захотела бы меня шантажировать. Хрен тебе!

— Простите, госпожа Токугава, но я пас, — бросил я, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов.

Наверное, мой ответ её удивил, поэтому замдиректора лишь сдавлено прошептала:

— Хирою...

— Мне очень приятно ваше внимание. Но подобное поведение в компании жёстко карается. Вынужден откланяться, и сожалею, что обидел вас отказом. До свидания.

Чувствуя себя круче некуда, вышел за дверь и мягко её закрыл. Я всё сделал правильно — вежливо отказался, чтобы не обидеть второго по власти человека в компании. Ведь мне ещё здесь работать. Чёрт, но как же она хороша! Не мудрено, что директор держит её при себе.

Поглядев на часы, я вдруг понял, что опаздываю к доктору!

Прошло ещё минут двадцать с того момента, как я выбежал из здания компании. Снова метро, снова пересадки, благо народа в подземке не так много, как в будни. И вот я стою у крыльца многопрофильной клиники, где совсем недавно проходил ежегодную диспансеризацию для работы.

Красивое полуобнажённое тело Токугавы до сих пор маячило перед глазами полупрозрачным фантомом. Если из-за этого приватного разговора меня не попрут с работы, то сегодня — самый лучший день в моей жизни!

Первым делом обратился на стойку информации, с которой меня отправили в нужный кабинет. Очереди не было, поэтому сразу же зашёл внутрь и поздоровался с врачом — худеньким седым старичком в очках.

— Что вас беспокоит, молодой человек? — спросил он будничным тоном, что-то печатая на компьютере. Даже не поздоровался.

— Резкие боли в животе. Будто аппендикс разорвался, — предположил я, наблюдая за реакцией врача.

— Диагноз сами себе поставили? — усмехнулся он, наконец посмотрев на меня. — Раздевайтесь по пояс. Проведём осмотр.

Я выполнил его указания. Уже через пять минут, прощупав меня, где только можно, врач констатировал, что со здоровьем Хироюки Тагавы всё в порядке.

— Не вижу особых патологий. Можем, конечно, отправить вас на УЗИ, но в этом нет особого смысла. Говорите, боли появляются во время стресса?

— Да. И от острой пищи, — вспомнил я.

— Тогда посоветую вам диету: исключить вредную, жирную, острую пищу и больше времени проводить на открытом воздухе — это помогает от нервов. А лучше займитесь спортом — бегом, например.

— И это всё?

Врач кивнул.

— Если приступ повторится, запишитесь на УЗИ. Будем копать дальше.

Немного разочарованный, я поехал домой. У здорового человека априори не может быть таких болей. Зря я сразу не согласился пройти обследование — понадеялся на опыт врача. А теперь, сидя в вагоне метро, начал сомневаться.

Оказавшись дома, принялся дотошно исследовать шерсть своего питомца Хайку в поисках недавних купидонов, но к своему счастью никого не нашёл.

В квартире стояла непривычная тишина.

Я просто лежал на диване и смотрел как солнце медленно катится за горизонт в моём окне. Вспоминал зама Токугаву и улыбался своему неожиданному приключению: и на красотку поглазел, и проблем избежать сумел. Сонливость незаметно давила на глаза, и даже пустой холодильник не заставил меня выйти из дома за продуктами. Хотелось только одного — спать.

Для очистки совести ещё раз написал Котонэ. Она так и не появлялась в сети с самого дня нашей единственной встречи. Может решила зарегистрироваться на другом сайте, что бы не видеть мои сообщения? Ха, я забыл про игнор-лист. Скорее всего она просто добавила меня туда, и я теперь не вижу её активность. А мои смс так и не доходят до адресата.

Ну и ладно! всё равно нам не по пути...

Что ж, пора переходить ко второй кандидатуре. Протирая слипающиеся глаза, я зашёл в закладки браузера и нажал на страницу ещё одной девушки, которая тоже мне понравилась.

Развернув страницу, я смог только охнуть...

Ведь на фото была Мисаки! Девушка, которая так приглянулась Хэчиро! Вот это новость! Земля круглая, как говорится! То-то её лицо в тот день показалось мне знакомым. Но причёска и цвет волос были другими, поэтому я сразу её не признал.

Девушка с розовым каре смотрела на меня с фотографии, озаряя светом своей лучезарной улыбки. В то же время, заставляя моё настроение подниматься по экспоненте. Вот же совпадение!

В этот раз написать новой кандидатуре на звание моей девушки оказалось намного легче. Тем более, мы уже виделись с ней в субботу — было от чего отталкиваться, чтобы завязать диалог.

«Привет, Мисаки! Я тот субботний футболист, которого ты разделала в пух и прах. Совершенно случайно наткнулся на твою анкету — чуть со стула не упал! Решил сразу же тебе написать. Подумал, было бы неплохо взять реванш, например... в кафе! Или в парке, или в кино. Очень надеюсь, что ты откликнешься. Хироюки Тагава.»

Перечитав пару раз — осознал, что лучшего на сон грядущий не придумаю. Поэтому со спокойной душой я нажал кнопку «Отправить», положил телефон на пол и сразу же отключился.

***

С тех пор прошла целая неделя, но Мисаки так и не ответила на моё сообщение. В какой-то момент я вспомнил — она говорила, что не местная...

Вот ведь незадача!

Хотя, может это и к лучшему — сейчас я живу в трудный период своей жизни, когда лучше никому со мной не связываться. Люди гибнут и пропадают, совершаются погромы, полиция и спецслужбы грызутся за право расследовать моё дело — куда уж тут до выстраивания личной жизни.

Осмотр у психотерапевта не подтвердил теорию о шизофрении — всё со мной было в порядке. Несмотря на боли в животе, глюки, по мнению врачей я был полностью здоров. И прошедшая неделя это доказала — новых приступов не случалось. Я больше не нервничал и не видел никаких купидончиков, жаждущих со мной познакомиться. Хайку тоже вёл себя, как обычно.

Вот только Токугава вела себя странно. Точнее, вполне обычно, будто забыла про то, что неделю назад раздвигала передо мной ноги. Как-то раз мы пересеклись, и замдиректора спросила у меня, как прошло воскресенье, и как мои успехи по работе. Ответил как есть — делал отчёты, пообщался с одним контрагентом, который, как и я, работал в выходной.

— Хорошо, — смерив меня высокомерным взглядом, произнесла она. — Если будете продолжать в том же духе, я не лишу вас премии в этом месяце.

Тут то я и очумел! Сначала наказала. Потом зачем-то пообещала премию выписать. А теперь говорит, что возможно не лишит меня уже стандартной премии! Вот же коварная женщина! Вертит мной, как хочет.

— Но вы же говорили, что наоборот хотите поощрить меня, — ляпнул я от обиды.

Мэйко Токугава вскинула бровь:

— Когда это?

— В прошлое воскресенье, — ответил я, ожидая какой-нибудь издёвки.

— Хм. Вы, наверное, меня с кем-то спутали. Я не работала в воскресенье.

Она сказала это так уверенно, что у меня почти не осталось сомнений — в тот день я чуть не занялся сексом с галлюцинацией, принявшей образ замдиректора!

— Тем более, вам сейчас не о премиях нужно думать, а о том, как вернуть себе былое имя в нашей компании, — назидательно произнесла она, подняв палец вверх, будто строгая учительница. Не сказав больше ни слова, она пошла дальше.

Смотря вслед её удаляющейся фигуре, я удивлялся, насколько же Токугава великолепная актриса — ни одна мышца на лице её не выдала. Эта коварная женщина буквально задавила меня своим непробиваемым мнением и оставила в дураках. Всё, что было между нами рассыпалось в пух и прах, как мираж в пустыне. И самое странное, что та нимфоманка, что чуть меня не совратила, была диаметрально противоположна по характеру, движениям и даже тембру, той, что отчитала меня минуту назад.

Появился резонный вопрос — у неё что, есть сестра-близнец?!

Иного объяснения у меня не нашлось.

Расспрашивать об этом коллег не было никакого смысла — пойдут сплетни. Потом я точно от них не отмоюсь. Наверное, не стоит снова заговаривать с ней и развивать эту тему — воспримет ещё, что я совсем обнаглел и пристаю. Тогда остаётся просто забыть и жить дальше.

Как я забыл Котонэ.

За эту неделю меня никто не тревожил: ни сердобольный инспектор Хара, ни четвёртый отдел. Лишь Ючи позвонил один раз, справившись о моём здоровье и о том, разрешились ли дела с полицией или нет. Успокоив друга, и сказав, что всё хорошо, я снова вернулся к тому, от чего пытался уйти — к своей обычной холостяцкой жизни.

Работа-дом, покормить кота, душ, телевизор и сон. В один день пришла зарплата, поэтому побаловал себя шоппингом и походом в кино — показывали мелодраму, которая будто под копирку была списана с моей жизни.

Герой, молодой парень, усердно работал, отдавая себя всего компании. В какой-то момент он влюбился в девушку. И весь фильм она крутила им, как хотела. А потом он просто ушёл в закат, купив себе остров с дюжиной девочек в купальниках в придачу. Мораль фильма: «Цени то, что имеешь» в моём случае звучала так — «Не надо печалиться — вся жизнь впереди. Надейся, и жди».

И ведь дождался!

Как-то раз утром, уже на автомате прокручивая уведомления в смартфоне, я наткнулся на сообщение, пришедшее с того самого рокового сайта знакомств. Перейдя по ссылке, я сразу же попал в чат, где последнее сообщение было от Мисаки:

«Ми*: Привет! Извиняюсь, что долго не отвечала — в деревне интернета нет. Если честно, это объявление по приколу выложила моя подруга. Ладно хоть, не указала номер моего телефона, а то бы пришлось сменить. Столько спама от похотливых жеребцов в этом аккаунте! Короче говоря, я вроде как и не ищу парня вовсе...»

Как обухом по голове...

Ну уж нет, я так легко не сдамся!

Тем более, она лукавит, что не ищет парня, если заходит на этот сайт и читает сообщения! Попробую взять её хитростью...

«Я: Я тебя просто так не отпущу. Ты не можешь отказать мне в реванше. Или тебе слабо?»

К сожалению Мисаки не было в сети, поэтому пришлось ждать на работе ещё долгих пять часов, пока она ответит:

«Ми*: Ты точно не маньяк-душитель? :)»

«Я: Нет. Просто хочу проверить одну теорию» — написал я, снова уповая на гипотетический интерес, вызванный недосказанностью.

«Ми*: Какую?» — ответ пришёл буквально через десять секунд.

Сейчас я улыбался как довольный кот при виде миски сметаны. Всё получается. Осталось совсем чуть-чуть...

«Я: При встрече расскажу!»

«Ми*: Пфф! Как самонадеянно»

В эфире повисло молчание, затянувшееся аж на целых полчаса.

Пан или пропал...

В итоге, видимо, раздумав, она снова мне написала:

«Ми*: Тебе повезло. Я снова в Токио на пару дней. Выбери место, а я сориентируюсь по времени :) »

ЕСТЬ!

В тот вечер я шёл с работы будто окрылённый ангел. Наконец, кроме хмурых лиц встречных людей, я начал замечать и тех, кто улыбался. И солнце уже не казалось выжигателем мозгов, несмотря на тридцатиградусную жару, а просто радовало своим теплом. Метро дарило прохладу и скорость передвижения. И даже кот вдруг стал более дружелюбным. Начал замечать меня, как своего хозяина — то о ногу потрётся, хотя еды не попросит. То на колени запрыгнет и начнёт тарахтеть, как дизельный мотор.

В общем, всё налаживалось.

И я боялся только одного — что белая полоса в моей жизни может скоро закончиться.

А пока я предложил Мисаки встретиться в городском парке в субботу вечером, надеясь уговорить её погулять подольше и вместе посмотреть закат.

И, о чудо! Она согласилась на встречу!

Осталось дело за малым — придумать, как заставить её остаться со мной допоздна.

Парк Инокасира — далековато от центра, но за то в нём есть множество развлечений вроде зоопарка, катания на катамаранах, выступления уличных артистов.

День Икс вскоре настал, поэтому я приехал сюда на час раньше Мисаки, чтобы заранее купить билеты в зоопарк, на лодку и составить маршрут нашей прогулки. Я больше не хотел надеяться на авось, поэтому решил всё продумать загодя.

Как же давно я не был в подобном месте. Несмотря на то, что я до сих пор находился в черте города, здесь дышалось очень хорошо. Запахи цветов, деревьев и воды смешались в единый аромат, который наполнял грудь живительным кислородом, будто это был первый вдох в твоей жизни. Захотелось жить, да не просто, а жить хорошо. Гулял, смотрел как забавные катамараны в виде уток и лебедей бороздят просторы широкого пруда, и сразу же отмёл их, выбрав на будущее лодку с вёслами — так романтичнее.

Здесь мы пройдём мимо храма Бэндзайтен, одного из семи божеств счастья в синтоизме. А потом прогуляемся до Музея аниме от студии Гибли. Должно быть интересно.

*Дзинь!*

Проверил телефон — пришло смс от Мисаки:

«Ты где? Я у ворот»

Чёрт!

Она пришла на двадцать минут раньше! А я уже далековато ушёл от входных ворот...

А ведь я хотел купить ей входной билет — выступить джентльменом. Но похоже придётся попросить её войти и немного подождать, пока буду идти ей навстречу.

Ничего, это мелочь.

«Иду к тебе. Скоро буду. Не стой там, заходи!»

«ОК»

И я побежал, благо был ранний вечер и жара немного отпустила — совсем не хотелось встретить Мисаки в пене и в мыле от спешной пробежки.

В какой-то момент я увидел до боли знакомый силуэт, который скрылся за поворотом моста над прудом. И не мудрено — только такие задроты, как я, могут проводить пятничные вечера дома, пока остальные люди высыпают на улицу и хорошо проводят время. Наверное, это был кто-то из моих коллег — наверное, тоже решил выбраться в парк.

Наконец я увидел её, идущую навстречу мне от самых ворот. На этот раз у неё были ярко красные волосы, собранные в толстую косичку, белая блузка и длинное голубое платье. Мисаки слишком часто меняет образ, что может говорить о... Не знаю, о чём. В любом случае, дресс-кода она не придерживается, а значит её работа связана, например, с творчеством. Или...

Лучше просто спросить, чем строить догадки.

— Ну здравствуй, хитроумный манипулятор, — улыбнувшись, сказала Мисаки, когда мы поравнялись друг с другом.

— Привет, спортсменка, — бросил я, смущённо хватаясь рукой за голову. — Рад, что ты здесь!

— А то! — подмигнула она. — Ну давай, начинай культурную программу! Зря, что ли, я пришла.

День обещал быть интересным!

На какой-то миг я почувствовал себя по-настоящему счастливым.

Вокруг прекрасная природа, свежий воздух. А рядом идёт милая девушка, которая, несмотря на то, что жила не в городе, всё-таки смогла найти для меня время. Часто невзначай я поглядывал на неё, замечая всё новые детали в её образе: родинка на тонкой шее, которую словно ожерелье опутали наушники, крафтовая сумочка из кожи. Мисаки показалась мне натурой творческой. И её часто сменяемые образы наталкивали на мысль, что она поклонница аниме.

Первое время мы шли молча, но в какой-то момент я не выдержал и решил задать давно мучивший меня вопрос:

— Где ты научилась играть в футбол? Да ещё так круто... для девушки.

Конечно я слукавил — она играла лучше, чем многие мои знакомые-мужчины. Тем более, намного лучше меня, что и доказала в прошлой игре.

Мисаки лишь махнула рукой:

— Всё детство провела во дворе с ребятами. Ты, наверное, тоже?

Я кивнул, а сам с сожалением подумал, что на самом деле профукал своё детство в компьютерные игры... Не зря дед так усердно выбивал из меня дурь, когда родители отправили меня на лето в деревню. Таким образом он спас меня от игровой зависимости и мешков под глазами в шестнадцатилетнем возрасте. Если бы не это, то я, наверное, до сих пор сидел бы в четырёх стенах в отчем доме и висел на шее у родителей.

— Может пойдём в музей? — поинтересовался я.

— Музей? Там же скучно. И... — задумалась она. — В этом парке есть музей?

Я засмеялся, ловя недоумение в её глазах — Мисаки точно была не местная, и, наверное, вообще из глубокой деревни, если не знала о такой достопримечательности, как Музей аниме студии Гибли.

— Хохотун!

— Прости. Просто у тебя такой яркий образ. Вот я и подумал, что ты занимаешься косплеем.

Мисаки нахмурилась:

— Ты сейчас сравнил меня с девчонками, которые надевают на себя бутафорские броне-стринги и щеголяют по городу, развесив сиськи?

Теперь я хохотал во весь голос, а Мисаки пыхтела как паровоз:

— Я просто люблю всё новое! И это касается моего образа. Что, не нравится?

— Что ты, конечно нравится, — улыбнулся я. — Так к чему это я? Здесь в парке Инокасира находится музей студии Гибли. Смотрела «Унесённые призраками» или «Мой сосед Тоторо»?

В глазах девушки загорелся огонь. Она крепко сжала кулачки и прижала их к груди:

— Я не знала! Вот это подарок, Хироюки! Спасибо тебе! Обязательно пойду! Веди! — верещала она от счастья. А я радовался, что не прогадал с местом для досуга.

— Есть, Мисаки-тян! Следуй за мной!

В это же время я про себя думал, с каким трудом умудрился достать эти билеты. Пришлось купить их втридорога у перекупщика, потому что билеты в данное культовое заведение разлетаются в сезон как горячие пирожки. Сюда стекаются все туристы мира, которые хотя бы немного знакомы с мультфильмами студии Гибли.

О том, чтобы остановиться у храма богини уже не могло быть и речи — Мисаки хотела только в музей.

До музея мы шагали минут пятнадцать, и это было быстро — Мисаки шла широким шагом, ведь у неё был стимул. Мы могли бы поехать на автобусе, который был сделан в виде оранжевого плюшевого кота. Но на тот момент он ещё не вернулся с предыдущего рейса. Да и не было никакого смысла сидеть в этой консервной банке, когда вокруг такая красота: раскидистые деревья, резные скамейки и уютные закутки, зеркальная гладь пруда и пешеходные мосты над ним.

— Значит ты не местная? — спросил я, как бы невзначай.

— Да. Я из посёлка Намегава, что близ города Кумагаи. Пятьдесят километров отсюда. А что?

— Просто интересно.

— Не стыдно гулять с деревенщиной? — рассмеялась она.

Я только фыркнул — она совсем не походила на какую-нибудь крестьянскую дочку из глухой провинции.

— Может для кого-то это и проблема, но уж точно не для меня. Если я вдруг окажусь в твоей деревне, тебе же не будет стыдно со мной гулять?

Она сверкнула взглядом, но не сказала ни слова, ведь впереди возвышалась статуя робота из «Небесного замка Лапута»...

— О великий Будда! Я самая счастливая девушка на планете!

И она как ребёнок побежала сломя голову, а я следом за ней, пытаясь не отставать. Рядом с воротами как раз парковался автобус с новыми туристами. Контролёр проверяла билеты и выдавала взамен карточки с кусочками киноплёнки внутри. Мне достался билет с тремя кадрами из «Принцессы Мононоке», а Мисаки из «Порко Россо».

Мисаки активно фотографировала всё вокруг. А ещё самозабвенно улыбалась в камеру, часто делая сэлфи в разных позах, тем самым заставляла меня краснеть. Никогда не понимал такого повышенного самолюбования. Хотя для девушек это вроде бы и нормально.

В один момент сотрудница музея предупредила меня и Мисаки, что снимать в здании музея запрещено — тут красноволосая «фотомодель» приуныла. И утешал бы я её долго, если бы из окна стилизованной кассы на нас не пялился пузатый Тоторо. Улыбка снова коснулась её лица, и девушка ускакала посмотреть поближе сей музейный экспонат через окно.

Хоть я бывал здесь, и не раз, но музей всё так же производил чудесное впечатление, которое посещает тебя в детстве, но, к сожалению, с годами проходит. Как вера в Санта-Клауса или зубную фею. Здесь же дух детства витал в самом воздухе, жил в этих стенах и проецировался в эфир в виде экспонатов, стендов с рисунками и кинематографическим оборудованием. Нам было весело гулять по этому месту. Мы даже поднялись на крышу музея, откуда открывался живописный вид на парк. Полтора часа экскурсии, включавшей в себя ещё и просмотр особой короткометражки студии, а также прогулку по кабинету Миядзаки, пролетели как один.

Изрядно проголодавшись, мы зашли в кафешку и поужинали местной стряпнёй, которая, к сожалению, оказалась совсем никудышной. Но, Мисаки была так счастлива тем, что попала в музей, что вовсе не замечала этого.

— Не ожидал, что тебе здесь так понравится, — бросил я, наматывая лапшу из супа на палочки.

— Не знаю, как, но ты, Хироюки-кун, попал в самую точку! Я давно уже мечтала попасть в это место. Но из-за того, что я полнейшая растяпа, даже не запомнила, где оно находится, — ответила Мисаки, уплетая рис с курицей.

На душе было хорошо — мне удалось произвести на неё приятное первое впечатление. От местной еды не «колбасило», как от мексиканской, поэтому можно было надеяться на продолжение вечера. Впереди была намечена плотная культурная программа, и я очень хотел упрочить наши с Мисаки зарождавшиеся тёплые отношения.

— Расскажи о себе, — попросил я, закончив с едой и приступив к десерту — мороженому с фруктами.

— Да что рассказывать — месяц назад закончила школу. Езжу в Токио на вступительные экзамены — поступаю в медицинский на педиатра. Останавливаюсь пожить у тёти.

Теперь всё встало на свои места — Мисаки не пыталась выглядеть школьницей. Она ею и была совсем недавно. Чёрт! А сколько же ей лет? Неужели я, если всё срастётся, окажусь на месте Ючи, когда придётся ждать несколько годков до женитьбы, прежде чем...

Эх, Хироюки Тагава! Начинал за здравие, а закончил за упокой!

Насладился видом прелестей замдиректора Токугавы и перенёс свою похоть на девушку, с которой общаешься лишь второй раз в жизни? А сколько было праведных мечтаний о той самой единственной, к которой испытывал бы лишь платоническую любовь... Да что греха таить, всё равно на каком-то этапе взрослые мужчина и женщина должны вдвоём ложиться в постель. Кстати, насчёт взрослости...

— Получается, ты ещё несовершеннолетняя? — спросил я прямо, начиная тут же краснеть. Ибо так хотел узнать эту информацию, что не смог придумать ничего более гениального.

Мисаки скуксилась и отложила еду — сейчас она стала больше похожа на озлобленного гремлина, чем на милую девушку:

— Как тебе не стыдно спрашивать такое у девушки?! — выпалила она. — Это же практически прямой намёк на секс!

— Прости! Прости! — принялся я извиняться, проклиная себя на чём свет стоит. Как же я мог всё так быстро испортить?!

Наверное, я выглядел совсем уж жалко, поэтому Мисаки вдруг улыбнулась и звонко рассмеялась:

— Я пошутила!

— Я тоже, — брякнул я с досады.

— Ты забавный парень, Хироюки-кун. К твоему сведению, мне уже двадцать. И я могу гулять с парнями, что сейчас и делаю. Ещё вопросы есть?

— Больше никаких! Только предложение прогуляться по парку.

— Принято, — сказала она, вставая.

Следующим мероприятием по плану была прогулка на лодке. Правда, я немного сомневался в своих силах, ведь ни разу в своей жизни не сидел за вёслами. К счастью, мне не пришлось рисковать, чтобы ненароком не опростоволоситься, потому что все лодки были заняты. А ждать ни мне, ни Мисаки не хотелось, тем более уже вечерело. Поэтому мы продолжили прогулку по парку, купив пару рожков мороженого.

Вскоре мы добрались до маленького детского зоопарка, где когда-то жила печально известная слониха Ханако. Она провела в этом месте более шестидесяти лет, не имея возможности выйти дальше своего бетонного вольера, где не было ни деревьев, ни травы, ни её соплеменников. Я всегда был горд своей отчизной и моим народом, но этот вопиющий пример человеческого эгоизма, вселял в меня стыд за соотечественников.

Как ни странно, но о слонихе Ханако Мисаки оказалась наслышана, и поэтому наотрез отказалась идти в этот зоопарк. Несмотря на то, что из-за этого билеты, купленные мной заранее, пропадали, я всё-таки был горд за неё. Потому что тоже, как и весь Токио, сожалел о смерти измученного животного в две тысячи шестнадцатом году. Жестокую администрацию зоопарка стоило бы разогнать, а животных разместить в более лучших условиях. Но воз и ныне там. Как ни бились защитники животных, администрация города ничего не сделала, а зоопарк остался в том же состоянии, что и десять лет назад.

— Живодёры, — произнесла Мисаки шёпотом, когда мы проходили мимо ворот.

Я решил промолчать, спешно обдумывая план действий: на лодки не пошли — это минус сорок минут. В зоопарк не пошли — это ещё минус час. Что ж, пойдём смотреть уличных артистов перед тем, как добраться до финального шоу этого дня.

Хм...

На один миг мне показалось, что кто-то наблюдает за нами. Повернув голову, я внезапно для себя увидел улепётывающего со всех ног Хэчиро! Его спина ярким белым пятном маячила на мосту через пруд, а затем и вовсе исчезла.

Вот чёрт! Так это его я увидел несколько часов назад! А теперь друг детства, втюрившийся в Мисаки по самое не могу, застал нас вдвоём, гуляющими по парку! Это не хорошо...

Очень не хорошо.

— Смотри, — Мисаки вывела меня из раздумий, указывая на статую возле небольшого амфитеатра. — Как думаешь, он живой?

— Даже не знаю.

— Подойдём поближе, — предложила она.

На постаменте недвижимой скульптурой на самом деле стоял актёр, раскрашенный белой краской. Мы обошли его вокруг и подивились, как это ему удаётся так долго не двигаться, стоя в неудобной позе? Это показалось нам забавным, и Мисаки бросила мужчине в шляпу пару монет.

Позже нас привлекло представление уличного фокусника-гайдзина. Это был лысый мужчина в возрасте, которого я принял за француза. Ещё минут десять мы удивлялись тому, как он ловко доставал длинные бутафорские мечи из цилиндра, вытаскивал голубей из рукавов своей рубахи, кроликов и многое другое.

В конце концов, мы уселись на скамейку и долго слушали уличных музыкантов, играющих на гитаре.

— Хироюки-кун?

— Да?

Девушка серьёзно посмотрела мне в глаза:

— Спасибо за этот прекрасный вечер.

— Взаимно, — улыбнулся я.

Тем временем солнце клонилось к горизонту, и пора было уже вести Мисаки в то самое укромное место...

— Уже поздно. Мне пора, — вдруг сказала она, вставая. — Тётка целую поэму настрочила в мессенджере — беспокоится. Ты уж прости...

Хорошая девушка, ответственная. Но мне во что бы то ни стало нужно показать ей то место. А иначе наша встреча может оказаться последней!

— Дай мне всего десять минут, — попросил я, тоже поднявшись со скамейки. — А потом провожу тебя до метро и до дома тёти, если позволишь. Ты будешь в полной безопасности, гарантирую!

На лице Мисаки появилась улыбка. Лишь бы согласилась...

— Ты хочешь ещё что-то мне показать?

— Да! — я резко схватил её за руку и потащил за собой, срываясь в бег. Она заливисто рассмеялась и тоже побежала.

— Ты полон сюрпризов!

Ещё бы! Рядом со мной происходит такая чертовщина, что ты мне просто не поверишь, если расскажу...

Я повёл её в лесной массив подальше от людей, из-за чего Мисаки задала вполне резонный вопрос:

— Ты точно не маньяк?

В ответ я только рассмеялся и подмигнул ей.

За несколько минут мы добежали до скамейки между двух сакур, которая к моей великой радости была не занята. Впереди открывался живописный вид на парк и...

На прекрасный закат.

— Ух ты! — Мисаки захлопала в ладоши. — Как красиво!

И вправду, на небе словно разбрызгали акварель!

Неизвестный художник наполнял небесный холст закатными красками. Мягкие тёплые оттенки плавно перетекали из одного в другой над горизонтом. Солнце превратилось в оранжевый апельсин и уже не обжигало глаза своим светом, а наоборот, нежно ласкало зрачки.

На миг я понял, что никогда не смотрел на небо так осознанно, как сейчас. Карусель обыденности рутинной жизни не останавливается ни на минуту, захватывая, кроме времени, ещё и разум. Не позволяет взглянуть на мир глазами не обременённого налогами, кредитами и прочей чепухой первого человека — Адама.

Белка в колесе также не успевает подумать и осознать всю картину своего ничтожного положения, потому что не может остановиться и перевести дух. А мне это удалось, правда лишь на какие-то недолгие минуты, рука об руку с Мисаки. Мне казалось, что и она ощутила то же, что и я. В душе я радовался, что девушка даже не пыталась освободить свою руку из моей...

Она приняла меня в этот чудесный миг.

— Я очень хотел показать тебе закат в Инокасире. Я влюбился в это место после того, как его увидел. Теперь ты тоже это увидела. Теперь мы можем возвращаться.

— А я больше не хочу уходить, — прошептала она, облокотившись мне на плечо.

В душе воцарилась гармония. Я наконец-то нашёл ту, с которой хочу провести всю свою жизнь!

— Ха-ха-ха, парни! — внезапно кто-то громко засмеялся у нас за спинами. — Смотрите, кто тут у нас! Влюблённые голубки!

Я тотчас обернулся и увидел, как к нам подходит группа из пяти человек — противные довольные рожи скалились, в руках бутылки пива и сигареты. Маргиналы на прогулке — видно мы заняли их любимое место для «культурного отдыха».

Внутри моего тела забурлил адреналиновый ураган, а разум сжался от страха — их пятеро, а я один, при том что рядом беззащитная Мисаки. Как же выйти из ситуации? Разум подсказывал — нужно просто уйти, даже если придётся потерять лицо. А душа неистово металась, ожидая самого худшего.

Мисаки не на шутку встревожилась и прижалась ко мне в поисках защиты:

— Хиро...

Тем временем отморозки окружили нас и принялись издеваться:

— Эй, красотка! — воскликнул самый высокий из них с осветлёнными взъерошенными волосами. — Не страшно одной гулять ночью?

Банда хором расхохоталась.

— Я не одна, — ответила Мисаки, ничего не понимая.

Сосредоточившись, я прикидывал, как, в случае чего, буду разбираться с этим здоровяком. Нет сомнений — он вожак. Сильный, крепкий — весит, наверное, килограмм восемьдесят, не меньше! В голове прокручивались приёмы рукопашного боя, которым пытался овладеть ещё в школе. Но без тренировок, в лучшем случае я смогу лишь схватить его ладонь в захват и применить болевой приём. Остальное, вроде ударов ногами руками — только на адреналине.

Но пока я только и слышал, как дрожат мои коленки! Для режима «Берсерк» нужно было хорошенько рассердиться!

На помощь других людей можно не рассчитывать — мы далеко ушли от тропки...

— Ой, простите! Не признал это пустое место твоим спутником, — смачно сплюнув, сказал главарь. — Чувак, отвали-ка отсюда. Девушка больше не нуждается в твоих услугах. Теперь у неё есть компания поинтереснее!

Омерзительные морды снова оскалились — кто-то толкнул меня в плечо, от чего я чуть не потерял равновесие и отошёл от Мисаки на несколько шагов. К ней уже тянулись костлявые руки и противные рожи! В её глазах стоял ужас!

От этого я рассвирепел!

— Отойдите от неё, ублюдки! — выпалил я на эмоциях.

— Чё ты сказал, сосунок?!

Мне тут же прилетело в челюсть, а потом и в нос. Тёплая земля гостеприимно встретила затылок — перед глазами во всю ширину распростёрлось красивое закатное небо. Внезапно послышался женский крик — я понял, что это Мисаки. И потянулся вперёд, чтобы встать, но...

Чей-то ботинок ударил прямо мне в лицо, заставив сознание на секунду померкнуть. Подбородок саднил, а изо рта потекла солёная струйка крови — наверное, я прикусил язык. Сплёвывая в траву, я резко перекувырнулся вбок и снова попытался подняться.

— Посмотрите на него! Да это же ниндзя! — засмеялся главарь, после чего закричал во всё горло, — Кия-я-я!

Одновременно с мощнейшим ударом в живот я с ужасом ощутил, как невидимая мясорубка с хрустом начала кромсать потроха в моём чреве. От невыносимой боли я закричал, что есть сил, ибо в этот раз меня будто прокручивали в фарш!

— Что вы делаете?! Прекратите!

— Вот видишь, детка, — до меня донеслись слова вожака, — твой так называемый кавалер завизжал как девчонка лишь от одного слабенького удара. Как я и сказал — пустое место!

— Катись отсюда, слабак! — сказал кто-то, и меня начали пинать без остановки.

— Хироюки! — закричала Мисаки, но её голос тут же затих.

Наверное, вожак закрыл ей рот рукой. О том, что делала его вторая рука на теле Мисаки, я не хотел даже и думать.

Словно мешок с дерьмом, получив ускорение от чьего-то ботинка, я покатился по склону, больно ударяясь о камни и обдирая руки о кору деревьев. Наконец, влетел в острые ветки кустов и замер, скрючившись от нового приступа невыносимой боли.

Вокруг засверкало. Через красную пелену я увидел огонь и дым — запахло серой.

Я даже не удивился, когда клыкастая пасть внезапно появилась перед моими глазами. А потом разинулась над моей головой.

Наверное, так выглядит лик смерти...

«Если упал — вставай. Получил по морде — бей в ответ. А иначе, зря что ли я всё лето палкой выбивал из тебя дурь? Кем ты хочешь быть: слабохарактерным нытиком, зависящим от обстоятельств, или же мужиком, который сам решает свои проблемы?» — так говаривал мой дед.

Где-то рядом проквакала лягушка.

Я очнулся.

Попытался открыть глаза, но с первого раза у меня это не получилось. Дотронувшись до лица рукой, я понял, что запёкшаяся кровь склеила веки. Протерев глаза и еле проморгавшись, я наконец увидел над собой иссиня-чёрное звёздное небо.

А ведь драка произошла ещё на закате. Сколько времени я был в отключке?

Кое-как перевернувшись набок, я простонал от резкой боли в рёбрах.

Вдох — выдох.

Ещё раз.

Вдох — выдох.

С пруда неподалёку несло запахом тины. Пели сверчки — природа засыпала...

А я наоборот, просыпался.

Тело ломило. Молоты в голове били друг об друга, но их звон не мог перебить крик Мисаки, который раскалённым клеймом отпечатался в моём сердце.

Я решительно сгрёб рукой первый попавшийся увесистый булыжник и, опираясь на колено, встал. Боль в животе медленно, но верно, утихала, поэтому я смог сделать один шаг.

Затем ещё один и ещё.

Карабкаясь вверх по склону, я вкладывал все свои оставшиеся силы в ненависть. Разжигал её огонь, чтобы без колебаний совершить правосудие. И теперь меня не волновали последствия. Лишь желание мести стояло во главе угла.

Я снова и снова представлял, как буду крошить головы этих бешеных скотов камнем, что сжимал в руке.

Одновременно я ощущал болезненный животный страх за Мисаки. За ту, что доверилась мне. За ту, которую подвёл...

Тихие всхлипы, доносящиеся сверху, заставили меня ускориться, из-за чего пришлось сгибаться от приступов внезапной боли. А вокруг была тишина и где-то вдали горели мутные огни фонарных столбов. Будто и не было здесь подвыпившей компании отмороженных ублюдков. Будто ничего и не случилось.

Наконец, я поднялся. А затем некоторое время стоял, пытаясь различить в темноте скамейку.

Сделал пару шагов...

Как вдруг запнулся обо что-то упругое — в нос ударил запах свежеразделанного мяса. Прямо как в детстве в деревне, когда дед забивал корову...

Нагнувшись, я пригляделся — это была чья-то нога!!!

Камень выпал из моей ладони и с чавкающим звуком приземлился в траву. Или это было что-то ещё...

К горлу подкатил ком. Мой желудок вдруг решил прямо здесь избавиться от ужина. Неимоверными усилиями мне всё-таки удалось сдержать рвотный позыв.

Где-то рядом кто-то тихо плакал.

МИСАКИ!

Ещё один резкий шаг, и неожиданно для себя, я вдруг подскользнулся — с благими матами грохнулся во что-то тёплое, мягкое и влажное...

— А-а чёрт! Мисаки! Где ты?

Поблизости послышалось неразборчивое бормотание.

Размазывая тёплую субстанцию руками, я всё же смог подняться и...

Теперь мои глаза видели всё — вокруг лежали разорванные останки банды!

Меня вырвало несколько раз. Кровь. Всюду чёрная кровь, куда хватало глаз. Будто людей переехала гигантская газонокосилка, разбросав ошмётки во все стороны.

О боги, что здесь произошло?!

Рядом сидела дрожащая девушка. На её бледном лице кровавыми сосульками лежали слипшиеся волосы...

Я опустился перед ней на колени и протянул руку. Но как только мои пальцы коснулись её плеча, девушка вздрогнула и отпрянула в сторону. Похоже, ей сильно досталось. Я спросил, не ранена ли она, но девушка просто завыла, заставив меня отшатнуться от неё. И не мудрено — перед её глазами на кусочки разделали пятерых крепких парней! Прямо как маленьких телят на скотобойне...

— Кто-нибудь, помогите! — крикнул я.

Машинально достал телефон, чтобы узнать, который час, но мобильник оказался разбит. Тачскрин не работал — потёк экран. Нужно было вызывать экстренные службы, поэтому я снова опустился к дрожащей Мисаки:

— Это я, Хироюки. Теперь всё хорошо. Мисаки, не бойся. Я с тобой, — как можно ласковее произнёс я, но ничего этим не добился.

Осторожно обхватив её руками, я тотчас услышал протяжный стон. Она пыталась вырваться, но я был непоколебим, силой удерживая её на месте. Я осторожно гладил её по голове, постоянно повторяя: «Всё хорошо. Всё закончилось».

— Мисаки, мне нужен твой телефон! Мой разбился. Нам нужно срочно вызвать полицию и скорую.

Она ничего мне не ответила. Делать было нечего — я принялся обшаривать её сумку. Пришлось повозиться, чтобы отыскать там смартфон. Доставая его, я нечаянно выронил из сумки ещё пару вещей. Это было зеркальце и переливающийся в свете луны пластиковый пакетик с презервативом.

Думать об этом в данной ситуации было сущим идиотизмом, но во мне закралось подозрение, что Мисаки была уже не девственницей. Либо очень скрупулёзно относилась к своей защите. А ведь так хотелось быть у неё первым... Что поделать? Мир слишком быстро меняется, а девушки с каждым годом становятся всё более раскрепощёнными.

Вот дурак! Совсем не о том надо сейчас думать! Звони в полицию! Вдруг тот, кто убил этих ребят, ещё где-то рядом!

Я взял телефон в розовом чехле и попытался включить — высветился экран блокировки с паролем, которого я не знал. Повертел в руках гаджет и тут же заметил сканер отпечатков пальцев. Подтянув руку Мисаки, я приложил её холодный маленький пальчик к датчику. Через несколько мгновений экран ожил и мне удалось наконец позвонить.

— Экстренные службы. Говорите, — безэмоциональным голосом произнесли в динамике.

— Парк Инокасира. Пятый мост от ворот, — сказал я наше приблизительное место. — Убийство пятерых человек, есть раненые. Приезжайте скорее!

— Назовите себя.

Я раздумывал лишь секунду. Наверное, моё имя скоро станет нарицательным. Когда в этом городе происходит что-то ужасное и необычное, рядом всегда находится один и тот же человек:

— Хироюки Тагава.

— Вызов принят.

После этих слов я отключил связь и положил телефон обратно в сумку. Я обнимал Мисаки, но не испытывал от этого никакой радости. Хотелось защитить её и успокоить. Но смог бы я спасти девушку, если бы те парни были сейчас в живых?

Не знаю и не хочу этого знать!

Кто-то или что-то оказало мне услугу — перед глазами возникали образы зубастого кряжистого чудовища, будто прямиком из фильма ужаса. Что это? Опять галлюцинация, вызванная адреналиновым взрывом? Эффект от ударов по голове? Или же...

Всё это было на самом деле!

***

Я встретил полицейских с сигаретой в зубах — никотин помогал сгладить острые углы моего безумия. Довольно долго в голову лезли страшные теории и предположения, которые неизменно оканчивались тотальным апокалипсисом как для моей жизни, так и для жизней окружающих меня людей. Поэтому я пытался меньше думать, стараясь сконцентрироваться на том, чтобы крепче обнять и пригреть несчастную Мисаки.

На улице уже была кромешная ночь, а рядом на земле лежали уже остывшие человеческие останки — не самое лучшее место и время для того, чтобы посидеть в траве вдвоём с красивой девушкой. Помня о её реакции, я решил ни в коем случае не перемещать Мисаки. Лишь усадил её к себе на колени, чтобы не замёрзла. Несмотря на дневную жару, ночью было прохладно.

Одни и те же мысли буравили рассудок.

Монстры из религиозных трактатов, детских страшилок и фильмов ужасов на самом деле существуют. И я каким-то образом призываю их. Все эти пентаграммы, нечеловеческие боли в животе и появление рядом со мной дико орущих людей... или всё-таки не людей? Это всё звенья одной цепи. И к кому с такой патологией обратиться? К священнику?

Нет. Мне никто не поверит и не поможет. И полицию уж точно не стоит посвящать в мою гипотезу — отправят прямиком в психушку. Вот что будет с Мисаки — это большой вопрос. Никогда не видел людей в подобном состоянии и не знал, насколько долго оно может продлиться. И лечится ли это?

Зря я понадеялся на белую полосу в жизни, когда тупо не замечал творящегося вокруг хаоса. И втянул в это дерьмо невинную девушку, которая к счастью осталась жива...

— Немедленно отойди от неё! — приказал мужчина в фуражке, направив на меня луч фонаря. Позади него шли ещё несколько полицейских, держащих руки на кобуре. — На колени, руки за голову!

Я подчинился — меня скрутили как последнего ублюдка, и застегнули наручники на запястьях. Рукам стало больно.

Полицию я не винил. Не мудрено — вокруг мясная лавка, недвусмысленно намекающая на моё к ней отношение. Главное — обезвредить потенциально опасного человека, а разобраться можно и потом.

Меня повели под руки в автомобиль полиции, который оказался припаркован прямо на пешеходной дорожке. Рядом стояло ещё несколько машин, включая карету скорой помощи. Синий и красный мигающий свет во мраке производили мрачное ощущение.

В последний раз я посмотрел на Мисаки — ей сейчас занимались врачи. Уверившись, что с ней всё будет в порядке, я сел в машину. Снаружи через стекло доносились ошарашенные возгласы сотрудников правопорядка. Никто не мог ожидать, что приехав на вызов, они увидят такое...

Вдруг в стекло постучали. Я разглядел до боли знакомое бежевое пальто.

Опустив стекло, я безразлично посмотрел в хмурое лицо усатого инспектора Тэтсуо Хары. Какая встреча.

— И вы здесь...

— Услышал ваше имя на полицейской частоте. Решил заскочить на огонёк, — бросил он, оглядевшись.

— Я вас удивил, инспектор? — Криво улыбнувшись, произнёс я.

Инспектор достал сигарету и закурил:

— Весьма весьма, господин Тагава. Эта резня — ваших рук дело?

Я мотнул головой.

— Вы и сами прекрасно знаете, кто может делать такие вещи. И это точно не я.

— Ваш косплеер, — смачно сплюнув, сказал он. — Ещё и мексиканский ресторан в прошлую субботу. Правда там он не оставил никаких следов.

— Что?

— Вас не вызывали, потому что этим делом занимается четвёртый отдел. И похоже, они решили занять наблюдательную позицию, и не показываться, пока ваш друг не угробит еще больше людей!

Щербатое лицо Хары просунулось ко мне в окно:

— Тагава, твою мать! Расскажи мне всё, что знаешь об этом чудовище! — его руки полезли к моей шее, но я вовремя перебрался на соседнее место. — Или хочешь, чтобы твоя новоиспечённая девушка так же плохо закончила из-за тебя?!

— Вы психопат! — вырвалось у меня. — Я не знаю, кто это! Он появляется, когда мне становится плохо!

Тэтсуо Хара округлил глаза и уставился на меня:

— В каком смысле?

— Стресс и боли в животе. Те парни напали на нас с Мисаки и избили меня. Когда я очнулся, они уже были мертвы...

Наконец инспектор отступил и о чём-то задумался:

— Интересно. Ладно. Слушай меня, Тагава. В скором времени тебе придётся решать — скрывать и дальше свою смертельную тайну, а потом наблюдать, как гибнут люди. Или...

— Или что? — не выдержал я.

— Или добровольно сдаться общественности.

Его слова ошеломили меня.

— Пока у меня нет никаких доказательств против тебя. Иначе ты бы уже давно сидел за решёткой. Поэтому лучше сделай всё сам — сдайся. Расскажи обо всём полиции, журналистам, всем. Тогда этот груз спадёт с твоих плеч. А что касается людей в костюмах — они скоро заявят о себе. И тогда ты пожалеешь, что не закричал о своём проклятии во всеуслышание.

— Что они от меня хотят?

Мужчина усмехнулся.

— Приручить, — сказал он, разворачиваясь. — Доброй ночи, Хироюки Тагава. Хорошенько подумай над моими словами.

И он ушёл, растворился во тьме, будто его и не было. Сумасшедший полицейский или же сердобольный коп, не желавший оставить дело, которым занимался. В любом случае, его слова посеяли во мне новое зерно страха.

***

Вскоре мрачные копы повезли меня в полицейский участок. Время уже было за полночь, но допрос никто не отменял.

— Как ты сотворил это, ублюдок конченый?! — выпалил один из полицейских, уставившись на меня бешеными глазами.

В моей голове тут же воспроизвелась картина недавних кровавых событий: ночной парк, фонарь и человеческие останки, разбросанные повсюду. Словно по людям проехала гигантская газонокосилка.

— Это сделал не я...

— Остынь! — рявкнул водитель своему коллеге. — В участке с ним разберутся.

— Да как ты можешь быть спокоен после всего, что увидел?! — возмутился коп. — Будь моя воля, я бы его сразу пристрелил! Бешеных зверей надо усыплять!

Сейчас мне было не до споров. Судьба Мисаки — вот что волновало меня по-настоящему:

— Куда отвезли мою девушку?

После нецензурной брани, которую выдал коп на мой вопрос, водитель вдруг сказал:

— О ней позаботятся. Лучше подумай о себе. За такое жестокое убийство тебе стопроцентно грозит смертная казнь!

Как же быстро всё может перевернуться с ног на голову!

Ты простой трудяга, откладывающий жизнь на потом ради светлого будущего. Вот заработаю на машину, потом на квартиру, потом поезжу по миру — а вот и пенсия нагрянула. Жизнь пролетела, а у тебя в активе геморрой и искривлённый позвоночник от постоянной работы за компьютером. Но теперь даже такой исход не был для меня гарантирован. Бац и в один момент я стал подозреваемым в массовом жестоком убийстве. Интересно, как они будут колоть меня, не имея никаких улик и даже орудия убийства?

Я не стал ничего им доказывать — в этом не было смысла. Даже если эти копы поверят в мою невиновность, толку от этого мало. Остаётся только ждать приезда в участок и допроса. А там будь, что будет.

Ночные улицы Токио завораживают пестротой торговых рядов и яркими неоновыми вывесками. Жизнь здесь бурлит и ночью. Туристы толпами гуляют по главным пешеходным улицам, а кабаки переполнены разномастным контингентом от клерков до мясников и сантехников. Проводятся ночные сеансы кино, и вечно полна людей улица красных огней, где можно получить практически любые виды удовольствия за определённую сумму.

Теперь вся эта мишура: погоня за деньгами и желание поднять свой статус не имели для меня никакого смысла. После всего того, что случилось, мне просто хотелось побыстрее пройти все эти бюрократические проволочки и оказаться дома. Свалиться на постель и проспать остаток ночи, дня и вечера.

Но было бы слишком эгоистично так расслабляться, ведь я совсем не осведомлён о судьбе Мисаки. Что диагностируют врачи, и оповестят ли её родственников о случившемся? Мне срочно нужно к ней!

Наконец мы доехали до полицейского участка, где мне пришлось провести ещё несколько долгих часов. Суровый лысый дядька, представившийся старшим инспектором (имени не запомнил), долбил меня идиотскими вопросами, на которые приходилось отвечать по нескольку раз. Видимо, меня просто брали измором, чтобы найти нестыковку в моих словах и в нужный момент подловить. Но я говорил всё, как есть: гулял с девушкой, пришли пятеро отморозков, отмудохали меня как последнего неудачника и сбросили в канаву. Очнулся, поднялся, а кругом мясной пир и моя несчастная девушка среди всего этого.

В какой-то момент мне показалось, что инспектор почти поверил, что я в этом деле не причём. Чем такой дрыщ, как я, может завалить пятерых здоровых парней и буквально превратить их в фарш? Бензопилой? Нет, кто-нибудь бы убежал и позвал на помощь. А как спрятал оружие? Может быть в воду бросил? Вот здесь снова начались подозрения, но на исходе второго часа моего пребывания в участке, у инспектора вдруг зазвонил телефон.

Мужчина с раздражением поднял трубку. На его лице явственно отражалось недовольство, что его потревожили во время допроса. А потом вдруг всё изменилось, и я почти сразу понял, почему. Суровый дядька начал мямлить и извиняться говорящему, часто закивал и пообещал исполнить просьбу.

— Четвёртый отдел? — спросил я, вздохнув.

Инспектор удивлённо посмотрел на меня, после чего произнёс:

— Вас отпускают под подписку о не выезде. Подпишите пару документов и можете идти, — сказал он таким тоном, будто сам не верил своим словам.

— Скажите, куда отвезли мою девушку? — потребовал я.

— На станцию скорой помощи, — ответил инспектор, закурив. — Если хочешь увидеть её сейчас, тебя не пропустят, — сказал он, вдруг перейдя на ты.

— Почему?

— Там дежурит полиция. К ней будут впускать только родственников. Ты муж?

Я мотнул головой. Он был прав — я ей никто. Гипотетическая протекция незримых спецслужб давала мне возможность лишь уходить от нежелательных расспросов полиции, но никак не предлагала ключ от всех дверей. Что ж, буду звонить утром, чтобы справиться о её состоянии...

На том и порешили — оформив все бумаги, я отчалил на свободу. Только надолго ли?

Первым делом заперся в туалете участка, пытаясь отмыть всю кровь, что испачкала кожу и одежду. Делал это усердно и безэмоционально — никогда не наблюдал за собой такой хладнокровности. На мне чужая кровь, а мне всё равно, лишь бы оттёрлось. Вымокший до нитки, побрёл на улицу и удачно натолкнулся на такси, высадившее пассажира недалеко от участка. Вид мой был не ахти, но деньги не пахнут, поэтому мне повезло оказаться в комфортном салоне автомобиля и отправиться наконец-то домой.

Такси скоро доставило меня в пункт назначения, где на этот раз меня встречали с распушенным хвостом. Хайку мурлыкал и постоянно тёрся об мои ноги, правда до тех пор, пока не унюхал тот же самый запах, что приводил его в странное состояние заинтересованности моим задом.

Бешеная юла закрутилась вокруг меня, требуя возможности уткнуться мордой в мою промежность...

Хм.

Прямо как зам Токугава недавно...

И снова джинсы полетели в стирку, как и остальная одежда. А я долго-долго принимал душ, чтобы сделать себя тем человеком, которым был в начале дня. Вроде даже получилось, правда, только внешне...

После душа свалился в кровать. Кровавые воспоминания разрывали мозг изнутри, как и неизвестность о судьбе Мисаки. Ещё и мучительные боли от побоев долгое время не давали заснуть. Часы показывали пол третьего утра, перед тем, как я наконец-то упал в объятия тревожного сна...

Я бежал.

Продирался сквозь кусты в погоне за кем-то. Впереди маячили длинные спутанные светлые волосы, да мелькали сандалии, сверкающие в темноте, будто фосфором обмазаны. Я кричал ей что-то, даже ругал, но сократить расстояние между нами никак не удавалось. Поэтому в один момент я сжался, как пружина, и затем прыгнул. Неведомым образом я пролетел внушительное расстояние, и наконец повалил её наземь. Ощущая жажду приближающейся расправы, перевернул её лицом к себе и...

Увидел вместо него зияющую пустоту космоса. Внутри которой зарождалась полыхающая волна газа и пыли, словно в один момент взорвались тысячи звёзд.

Поток света ударил мне в лицо!

С внезапной острой болью я ощутил, что таю, как свеча, а затем проснулся.

В глазах до сих пор маячил фантом красного света, будто я долго смотрел на лампочку. Из-за него в тёмной комнате ничего не было видно, но громкое шипение кота заставило меня резко сесть на кровати!

На краю постели кто-то сидел...

— Ну, здравствуй, Хироюки Тагава.

Хайку протяжно выл и шипел. Взъерошенный кот самоотверженно пытался защитить меня, но к сожалению, против незваного гостя он был бессилен. Чёрная тень возвышалась надо мной, несмотря на то, что её обладатель сидел на кровати. Которая, при любом его движении громко потрескивала — видимо, от сильной нагрузки.

Тяжёлый! Это, мать его, уже точно не галлюцинация!

Зубы непроизвольно застучали от страха, а руки машинально схватили кота, который был теперь как струна — ни согнуть, ни сложить на коленях. Как же он сильно обеспокоен. Ровно, как и я!

Глаза начали привыкать к темноте, поэтому к своему ужасу я различил выступающие из головы гостя рога...

Демон!

— Ты похоже не узнал меня, — произнёс он потусторонним голосом, оставаясь для меня одним чёрным пятном.

Ещё бы! И лучше бы не знал вообще!

— Ты передал мне рулон бумаги в сортире. Теперь вспомнил?

— К-к-косплеер?! — вырвалось у меня.

Нервы шалили, а руки, сжимавшие Хайку, дрожали. Если сейчас брошусь с ним в коридор, то мне понадобится секунд десять, чтобы выйти из квартиры. Не уверен, что за такой промежуток времени этот гигант не доберётся до меня и не насадит на свои рога...

— Нет, меня зовут не так. Позволь я останусь в тени, дабы мой нелицеприятный облик не мешал нашему с тобой разговору. Я вижу, ты и так напуган до смерти, Хироюки-сан. Уверяю, я пришёл сюда не для того, чтобы убить тебя.

— А д-д-для чего?

Демон усмехнулся:

— Чтобы поблагодарить. Ты вытащил меня из преисподней. Из проклятых адских казематов! Во веки вечные я твой должник.

— Н-но я не...

— Я наблюдал за тобой всё это время. И да, я понял, что порталы в Ад ты создаёшь не по своей воле. Но я всё равно благодарен тебе. В знак признательности я убил нескольких человек, которые следили за тобой из соседнего дома. Теперь ты в безопасности.

Новая порция информации вернула меня на землю. Кто-то следил за мной?!

— Т-ты убил... Кого?

— По их разговорам, эти люди принадлежали к некоему клану, под названием «Четвёртый отдел».

— Вот дерьмо, — вздохнул я, постепенно приходя в себя.

Голова начала соображать: если бы это существо и вправду хотело меня убить, то всё произошло бы так же стремительно, как это было с Коджи. И этот монстр говорит, что благодарен мне...

Неужели у меня есть шансы дожить до утра?

И четвёртый отдел следит за мной — об этом я уже догадывался. Но, теперь их люди мертвы... Чёрт!

— Ш-ш-ш! — Хайку нахохлился до максимума, грозно шипя на моего собеседника.

— Убери его, пожалуйста. Он отвлекает меня, — попросил демон.

Я тут же бросился исполнять его указание, выбежав с котом в коридор.

После чего я встал в нерешительности у входной двери. Потому что столкнулся с трудной дилеммой: убежать из дома или же выслушать это ужасающее существо. С одной стороны, вот она дверь — дёрни щеколду и свобода. Но с другой, сколько я смогу пройти шагов, пока меня не разорвут на куски?

А ведь он сказал, что не будет убивать меня. Но так ли это на самом деле? Но зуб даю, он знает обо мне то, чего не знаю я!

Решено! Я запер Хайку в ванной, а сам вернулся к таинственному гостю.

— Так как тебя зовут, демон? — прошептал я, страшась своих слов.

— Своё демоническое имя я больше не использую. А мирское имя, данное мне матерью, я опорочил уже очень давно. Так что зови меня Озэму — так теперь звучит моё новое имя в мире людей.

— Ты был человеком?

— Да. Как и многие из нас.

В голове был кавардак, поэтому я решил начать с начала:

— Раз ты не хочешь убивать меня, можно спросить тебя кое о чём?

Демон кивнул.

— Зачем ты сбросил моего коллегу Коджи-сана из окна?

Последовало недолгое молчание, во время которого я начал задумываться, не сказал ли лишнего. Но вскоре демон снова заговорил:

— Люди называют подобные случаи форс-мажором. Тысячи лет я истязал грешников в адских чертогах — резать и кромсать стало моим рефлексом. Поэтому прошу прощения за убийство твоего друга. Я просто не сдержался.

Мне стало хреново.

Коджи-сан просто оказался не в том месте и не в то время. Из-за чего и погиб.

А я... по какой-то причине выпустил в мир это существо, которое раньше находилось в аду! И тем самым совершил непредумышленное убийство... Если бы не полез с кулаками на него, если бы не дал себе запудрить мозги... О боги! Почему нельзя переиграть эту жизнь с определённого момента, как в компьютерной игре?!

— Сегодняшняя мясорубка — твоих рук дело?

— Нет. После погрома той харчевни с огненной пищей, я теперь лично встречаю новоприбывших демонов, и запрещаю им убивать без разбору. Но сегодня я сделал исключение, и дал своему собрату уничтожить твоих врагов и спасти твою женщину.

Всё встало на свои места — по доброте душевной адские твари решили мне помочь! Увидев мясорубку, учинённую ими, Мисаки от ужаса лишилась рассудка!

Это просто ПИ...Ц!

Чёрт! Погодите-ка... Харчевня с огненной пищей?! Мексиканский ресторан! Котонэ!

— Сколько демонов вырвалось из меня в харчевне? — быстро заговорил я.

— Трое.

— Что случилось со всеми посетителями? — задал я самый главный вопрос. — С моей знакомой, с которой я сидел за одним столом? Если ты наблюдал за мной, то знаешь о ней! Ну же, говори!

Он молчал.

Затем потянулся рукой вниз, будто что-то искал на полу. После чего протянул мне какой-то шарообразный предмет, похожий то ли на дыню, то ли на кокос. Ничего не понимая, я принял его и...

Моё сердце замерло. Кровь спустилась по сосудам и артериям в руки, оставив громкий шум в голове. Набатом били колокола — в моих ладонях лежала человеческая голова, обмотанная волосами, словно шарфом.

— Прошу прощения за это, — произнёс демон с нотками сочувствия в голосе, когда я посмотрел в пустые, словно стеклянные глаза Котонэ. — Я не успел их остановить.

Котонэ... Это имя означает — звуки арфы.

Неделю назад ты весело говорила со мной и радовалась жизни. Хоть ты и ступила на кривую дорожку, ублажая мужчин за деньги, всё равно о чём-то мечтала. Быть может хотела лучшей жизни. Или наоборот, тебя всё устраивало. Теперь я никогда этого не узнаю.

Теперь тебя нет.

Я хочу попросить прощения за то, что ненароком оборвал музыку твоей жизни. Если бы я мог, если бы я знал — то всё сделал бы иначе. Не лез бы в жизнь к другим людям. Не подвергал бы их опасности.

Если бы я узнал о своём проклятии раньше, то всё было бы по-другому...

Запах разложения, который источала голова, вернул меня в здесь и сейчас, поэтому я осторожно положил её на тумбочку у кровати, и вернулся к разговору:

— Что тебе от меня нужно?

— Ничего, — спокойно ответил демон. — Просто хотел сказать спасибо.

— И что дальше? — тупо спросил я, не понимая, что мне со всем этим делать. Тем более мёртвая голова, мягко говоря, не вписывалась в антураж моей квартиры...

— Тебе придётся с этим жить, Хироюки-сан. Я не знаю, кто наложил на тебя заклятие врат. Но уверен, ты чем-то сильно насолил одному из первородных...

— Первородные? Кто это?

Озэму резко встал и тут же сгорбился, упершись рогами в потолок:

— Я и так сказал больше дозволенного, — он потянулся к окну и открыл его. — Прощай, Хироюки Тагава.

Монстр выскочил наружу, оставив меня наедине со своими внутренними демонами.

Я во что бы то ни стало должен узнать, всё ли в порядке с Мисаки. И... больше никогда не видеться с ней! Ни за что и никогда! Хватит с неё тех ужасов, что она испытала этой ночью. Я не переживу, если во второй раз увижу плоды своих деяний, как это было с несчастной Котонэ...

Но что делать с её головой? Это страшная улика. И если её найдут, то никакой четвёртый отдел мне уже не поможет. Тем более, по словам Озэму, недавно он убил их людей. Следовательно, спецслужбы могут нагрянуть в мою квартиру с обыском в любую минуту! Я должен избавиться от головы!

Но как?!

Я совсем не хотел примерять на себя роль маньяка-убийцы, заметающего следы и избавляющегося от тел своих жертв! Но похоже придётся переступить через себя и продумать план по выносу мёртвой головы из дома. Что для этого нужно? Целлофановый пакет, лопата и яма на пустыре. Но главное, никаких свидетелей!

Проклятие! Я сейчас сойду с ума!

— Он ушёл? — вдруг послышался тоненький голосок.

Я вздрогнул, оглядываясь по сторонам:

— Кто здесь?!

— Да, ушёл, — подтвердил второй голос.

Комната озарилась слабым свечением. Таким же, какое испускали сандалии девушки «космос», за которой я гнался во сне. Буквально из воздуха передо мной материализовались «глюки» в виде четырёх рогатых пупсиков.

— Привет!

Я смог только выдохнуть — поспать этой короткой ночью мне точно не дадут...

— Так тебя зовут Хиро? — поинтересовался тот, что был в красном колпаке. — Имя героя!

— Ага. А ты значится Антифокус? — ответил я.

Летающий лилипут кивнул.

— А я Лапулька, а это... — начала старую песню девочка с рыжими косичками, но я её сразу же остановил:

— Я знаю, как всех вас зовут. Ты уже говорила. Значит, вы друзья Озэму?

Происходящее напоминало наркотический трип. Хотя, если не изменяет память, мне ещё ни разу в жизни не доводилось его испытывать. Как говорится, всё бывает в первый раз. Хотя голова Котонэ, лежащая на тумбочке, не даст соврать — в данный момент всё реально жёстко. Прежняя жизнь ушла в небытие — теперь только хардкор.

Карапузики от чего-то притихли и потупили взор. Наконец Чипиа, рогатая девочка с синими волосами произнесла:

— Нет. С низшими демонами мы не дружим.

— Тогда, что вы здесь делаете? — недоумевал я. — Правильно понимаю, это я выпустил вас из ада?

Демонята синхронно закивали:

— Эй, а где котяра? — вдруг спросил толстопузик Фука. — Мне понравилось с ним играть!

— Заткнись, толстяк! Всё игры тебе, да игры! Не видишь, мы разговариваем о важном! — рявкнула Лапулька, после чего обратилась ко мне — Мы дети изначальных демонов. Вот...

— А твой кореш Озэму раньше был человеком, — добавил Антифокус. — Это низшие демоны, работающие на исправительных началах.

Вот тебе и новости...

— Мы играли с грешниками, перед тем, как их должны были отправить в котёл. Как вдруг услышали звук подпространственного портала, — добавила Чипиа.

Грешники?

Котёл?

Я вдруг понял, что не хочу знать, каким образом они играли с грешниками, поэтому решил акцентировать внимание на другом:

— Подпростран... Чего-чего?

— Не тупи, Хиро, — с раздражением сказал Антифокус. — С чего это, думаешь, из тебя лезет всякая нечисть? Неужели не понятно?

— Короче говоря, мы увидели низших — ничтожных дезертиров, сверкающих пятками по направлению к порталу. И мы последовали за ними, — продолжила Лапулька. — Если мы снова отправим их в Ад, то эти низшие непременно составят компанию всем тем, кого истязали. Вот же будет веселье! А взрослые демоны нас вознаградят за это.

Детишки хором рассмеялись:

— Представляете, в одном чане с кипящим маслом демоны и люди. Вот будет конфуз! — хватался за пузо Фука, хрюкая от смеха.

С ума сойти!

Если подумать — Ад существует на самом деле! И в нём живут самые настоящие демоны! И они даже имеют потомство! Офигеть!

Бесята уже начали гоготать во весь свой тонкий голос. Поэтому во избежание проблем с соседями, живущими за стеной в другой квартире, я решил прекратить весь этот цирк:

— Погодите! Лучше скажите мне, как закрыть этот чёртов портал?!

Детишки замолкли и как-то уж очень помрачнели:

— Проклятие такого рода может снять только тот, кто его наложил, — сказал Антифокус. — Даже я не могу обезвредить его, хотя это моя прямая специализация...

— Специализация? — вдруг заинтересовался я.

Гордо выпятив грудь, всё объяснять мне решила Лапулька:

— Мы Хиро-сэмпай, вспомогательные демоны. Бесы то бишь.

— Пока не подрастём, помогаем другим демонам, — добавила Чипиа.

— И чем же помогаете?

— Я, например, могу испарить улики, — произнесла Лапулька, указав маленьким пальчиком в сторону мёртвой головы.

На душе стало мерзко. Снова вернулся пресс суровой действительности. Я сгорбился и закрыл лицо ладонями, пытаясь свыкнуться с происходящим и со своей виной перед Коджи, Котонэ и Мисаки...

— Сделай это уже, пока он совсем не расклеился! — шепнул Фука.

Яркий свет заставил меня повернуться в сторону моментально разгоревшегося пламени. Первой мыслью было побежать в кладовку за огнетушителем, но улыбчивые бесята тут же окружили меня и остановили, подняв свои крохотные ладошки. Через пару секунд пламя исчезло, не оставив ни следа копоти, ни запаха жареного мяса...

Ни головы Котонэ.

— Как тебе это удалось?! — выкрикнул я от удивления.

— Я имею власть над огнём, — ответила рыжая, довольно улыбаясь.

— А вы что умеете? — спросил я у Фуки и Чипиа, ощущая нарастающий задор.

Лысый толстопузик пожал плечами, после чего потребовал:

— Угости меня чем-нибудь вкусненьким, потом увидишь!

Я сразу же бросился к холодильнику. Несмотря на то, что там чуть ли не мышь повесилась, всё-таки нашёл для Фуки шоколадку. Развернув обёртку, протянул батончик маленькому человечку, который был размером с детскую куклу. Лысый был очень рад угощению и принялся уплетать его с немыслимой скоростью. Остальные, по-видимому, не особо нуждались в еде, поэтому не стали ничего требовать для себя.

Наконец Фука закончил с трапезой, и с довольной мордочкой начал поглаживать себя по животику:

— Вот теперь можно и чудеса показать!

Он подлетел ко мне и завис в воздухе прямо напротив моего лба. Когда его тонкая пятерня коснулась моей головы, в одно мгновение сонливость и разбитость как рукой сняло. Я чувствовал себя уже не поломанным инвалидом, а совершенно здоровым парнем. И ощущал, будто проспал часов двенадцать, и хорошенько выспался! Вот это да! И впрямь чудеса!

— Я регенератор, — бросил Фука,удаляясь к своим собратьям. — Будешь хорошо меня кормить, будешь вечно здоровым. Пока голову не оторвут...

Детишки снова залились смехом. Видимо, от удачной шутки толстяка, по их мнению.

— Вот спасибо! Значит Лапулька может сжечь что и кого угодно. Антифокус заблокировать/разблокировать магическое заклятие, а Фука лечить, — выпалил я, чувствуя себя одновременно идиотом и каким-нибудь учёным-первооткрывателем.

Хироюки Тагава — демонолог в первом поколении, приятно познакомиться.

— А я умею, — начала Чипиа, — убеждать.

— То есть, если вдруг меня остановит полиция, то с твоей помощью меня отпустят?

— Именно так, — важно произнесла девочка с синими волосами.

Всё услышанное и увиденное казалось слишком фантастичным, чтобы быть правдой. Но в моём положении пора было уже воспринимать всё как данность. А ещё моя дальнейшая судьба виделась настолько мрачной, что любая помощь, даже со стороны инфернальных тварей, могла бы пригодиться. Тем более, если Озэму вдруг решит свести со мной счёты, решив, что такой свидетель ему ни к чему.

— Итак, мы с вами плавно подошли к заключению сделки, правильно?

Детишки синхронно кивнули, после чего передо мной возник левитирующий светящийся пергамент.

— Ты всё правильно понял, герой, — ответил Антифокус. — Когда старшие демоны прознают о твоей способности, они либо попытаются убить тебя, либо использовать в своих целях. И в том и в другом случае мы можем тебе помочь.

— Ваша цена?

— Всего навсего твоя душа, — бросила Лапулька, хитро прищурившись. — У нас в Аду мало интересных игрушек — одни кости да черепа. С потрохами грешников играть не интересно — они всё пачкают. А вот духовные шары красиво искрятся! Очень! Я хотела бы себе такой.

А на что я надеялся? Что детишки-демоны решат помочь мне только из-за красивых глазок? Или из-за того, что я поиграю с ними в какую-нибудь адскую игру? Только про эти игры я не знал ничего — вдруг в какой-то момент окажусь без руки или ноги, когда они заиграются?!

— А как я буду жить без души? — задал я резонный вопрос. — И гарантируете ли вы мне безопасность в случае заключения сделки?

— Твоя душа, это пропуск в Рай, — заметил Фука. — Чем больше ты грешишь, тем мутнее становится твой шар. И когда лимит на грехи исчерпывается, он тухнет.

— И фэйс-контроль у ангельских врат ты больше не пройдёшь, — добавил Антифокус. — Никогда.

— То есть вы лишите меня пропуска в Рай? — удивился я. — Но жить то я буду на земле? Или как?

— Да-да-да, — с раздражением произнесла Чипиа. — Слишком много вопросов! Если выживешь, то проведёшь обычную жизнь. Состаришься и умрёшь. А потом милости просим к нам в адские трущёбы. Или в частилище — там условия чуть получше.

Хреновые условия, как по мне. А с другой стороны, после всего того, что я натворил, хоть и не по своей воле, разрешат ли мне пройти через райские врата?

И не надейся Тагава. Даже и не мечтай...

— Ну что, согласен? — спросила Лапулька. — Давай не тяни! Мы хотим играть с новым искрящимся шаром!

— Или поиграем с твоими конечностями, — хохотнула Чипиа.

Я попытался найти поддержку в маленьких глазках Фуки и Антифокуса. Но первый что-то напевал себе под нос и не участвовал в разговоре, а второй только мрачно смотрел мне в глаза, будто сам был против подобного, но всё равно покорялся судьбе.

— Хрен с вами. Идёт! — я схватился за пергамент, но к своему удивлению, осознал,что мои руки просто проходят сквозь него.

Вдруг светящаяся страница с магическими символами задрожала и начала менять форму, плавно перетекая по моим рукам к туловищу, словно растопленное масло. Ощущение были не из приятных, но я вытерпел...

До того момента, как моё сердце будто что-то укололо!

В агонии попытался набрать побольше воздуха в грудь, но её словно сжали в тисках! Пытка длилась несколько секунд, после чего меня отпустило. Устало выдохнув, я упал на постель.

И увидел над собой яркий серебристый светящийся шар!

Вот она какая — моя душа...

— Ура! — захлопала в ладоши Лапулька, подлетев к ней. — Это мы забираем! — сказала она, каким-то образом запихнув шарик размером с себя в маленькую сумочку.

— Теперь мы партнёры, — произнёс Антифокус. — Ты можешь призвать нас в любое время дня и ночи, стоит только захотеть. Иногда мы можем сами приходить, когда наскучит гулять по земле. У тебя остались какие-нибудь вопросы, герой?

Наконец-то я осознал, кого напоминал мне этот малыш в красном колпаке. Его манера говорить, и то, что он звал меня героем... Ючи — это была его маленькая демоническая копия!

— Что ж, спасибо ребята. Надеюсь, у нас с вами получится взаимовыгодное сотрудничество.

Детишки снова закивали.

— Насчёт вопросов. Да, Антифокус, есть у меня один вопрос.

— И какой же?

— Расскажите мне о первородных, — потребовал я.

Словно зонтик, передо мной резко раскрылось чёрное полотно, заполонив собой всю комнату. Не успел я удивиться, как оно внезапно вспыхнуло светом мириадов мерцающих звёзд.

Космос — зияющая пустота.

И я в ней, не имеющий никакой возможности пошевелиться.

Да чего там — моего тела вообще не существовало! Но я точно был здесь. Только и мог, что смотреть во тьму.

Давным давно, в одной теперь уже не существующей вселенной жил Господь Бог, — голос прозвучал в том месте, где должна была находиться моя голова.

Жил и не тужил, играя в того, кем и являлся — в творца всего сущего. Строил миры, продумывал законы природы и радостно наблюдал за тем, как его творения развивались. Как выстраивалось мироздание: как из газа и пыли формировались скопища звёзд, а затем и галактики внутри них. Водовороты материи, кружащиеся в творческом танце, навевали на господа благостное настроение.

Мимо с немыслимой скоростью проносились циклопические небесные конструкции: сверкающие облака пыли и газа, меняющие цвет от угла зрения с синевато-фиолетового на бирюзово-жёлтый. Детализация была такая высокая, что даже и не снилось ни каналу Дискавери, ни Нэшионал Географик!

Похоже, демонята решили показать мне документальное кино...

Мир оживал: формировались солнечные системы и планеты внутри них. Газовые гиганты защищали меньших собратьев от ударов так и не пригодившихся кусков материи, что стали космическим мусором. Своей колоссальной гравитацией звезды мерно вращали хоровод планет вокруг себя, одаряя их теплом.

Затем в этом огромном космическом супе блеснула пока ещё одинокая божья искра — где-то в одном из рукавов галактики «Млечный путь». А потом через некоторое время таких искорок становилось всё больше и больше, и появлялись они уже по всей вселенной. Творец теперь с ещё большим любопытством наблюдал за тем, как крошечные пылинки-бактерии на поверхности его игрушек-планет копошатся в поисках пропитания. А особое внимание он конечно же уделил своей первой «живой» планете — Земле.

Перематывая время то вперёд, то назад, он подмечал каждую деталь становления видов. Фиксировал их изменения от простейшего к сложному, и дивился плодам своих трудов.

Но, как бывает со всеми новыми вещами — со временем они приедаются. Так случилось и с этой планетой. Когда Бог просмотрел несколько миллионов лет эволюции динозавров, он просто зевнул от скуки.

Созидание начало утомлять.

А ведь мир сам себя не построит. Поэтому одним щелчком несуществующего пальца, ибо Бог вездесущ и он есть всё — господь по своему образу и подобию сотворил разумных существ. И это были вовсе не люди, как можно было подумать, а существа иного порядка.

Первородные были первыми, кто получил возможность восхититься красотой божественного творения и оценить его по достоинству. Обладающие колоссальной силой, они могли ухаживать за вверенными им мирами, пока Бог отдыхал. Ведь не только создавать, но и присматривать за вселенной — это так утомительно. Несмотря на то, что весьма увлекательно.

Первородные тотчас принялись отрабатывать своё существование: каждый из них повелевал какой-либо одной стихией. Огненные не давали ядрам звёзд и планет остыть. Водные следили за круговоротом воды в природе. Земные насыщали полезными веществами почвы, чтобы в них продолжала рождаться и развиваться жизнь. Многорукая Смерть, одна на всех, скашивала ряды слабых и болезных существ, дабы они не заполонили собой всё и вся. Жизнь вместе с Воздушными заставляли неживую материю становиться живой.

Первые тысячелетия их работы ознаменовали собой расцвет этого хоть и не большого, но цветущего зелёного мира под названием Земля.

А потом...

Открыв один «глаз» и взглянув на плоды работы своих слуг, Бог решил испытать их — добавить в отлаженный механизм немного перчинки. А то грош цена его слугам, если опростоволосятся от одного лишь дружеского тычка создателя...

В виде гигантского астероида, пробурившего в земле траншею небывалой глубины!

И поставившего под удар существование всей экосистемы планеты! Взрывная волна несколько раз опоясала планету, после чего в небо поднялись тонны пепла — жизнь на планете дрогнула.

Вот теперь стало интереснее. Теперь все живые существа на этой крохотной планете оказались вовлечены не просто в борьбу за пропитание, а в борьбу за само существование видов. Гигантские ящеры, зависимые от климата, оказались слабым звеном, из года в год удабривая землю своими останками. В конечном итоге лишь небольшие зверьки, раньше бывшие слабыми и беззащитными, пережили наступивший ледниковый период.

Первородным тоже досталось, ведь им пришлось восстанавливать весь этот мир и настраивать его на новый лад. Некоторые полубоги даже затаили злобу на творца, посчитав его действия несправедливыми. А другие приняли это испытание как должное.

Тем временем виды сменяли друг друга: появлялись животные-гиганты и животные-убийцы — природный баланс уравновешивался. Мир стоически пережил маленькую божью шалость, и продолжил своё существование.

А Бог снова заснул, намереваясь в следующий раз придумать ещё какую-нибудь задачку для своих подданных.

Время шло: века сменяли друг друга. Жизнь развивалась, и наконец на земле появился первый человек. Широкоплечий с мощными руками и ногами, покрытыми шерстью. И как водится, присутствие первородных, а также их влияние на мир, не ускользнули от его взгляда.

Появились первые религии. Человек поклонялся грому, почитая его как сильнейшего из богов. И бог грома с каждой молитвой в его честь становился сильнее. Другие люди веровали в культ смерти, а кто-то почитал войну. И смерть становилась сильнее. И её сестра война, которой совсем недавно даже не существовало в природе, появилась буквально из воздуха и вошла в свои права.

Как оказалось, любая разумная жизнь в этом мире могла творить. И не только физическим трудом, но и силой веры. С тех пор появилось множество божеств, которые на протяжении веков соперничали друг с другом за право обладания той силой, что давали людские молитвы. В конце концов со всей этой религиозной гонкой первородные практически забыли, кто в доме хозяин.

А зря...

И вот, когда самые сильные из первородных — Свет и Тьма по праву взошли на свой престол, поделив мир между собой, и уже было начали им править...

К каждому из них в разные концы света явился дряхлый старец с хитрым взглядом и странными речами о едином господе всего сущего. Он жаждал поклонения и почёта, на что логично получил от ворот поворот и сокрушающий магический пинок в придачу.

Но каково же было удивление первородных, что слабый человечишка по какой-то неизвестной причине так и не распылился на атомы. А приспокойненько ковырял в носу, выказывая тем самым своё неприкрытое презрение новоиспечённым богам. А они его и так и эдак, но увы, настоящий Бог был непоколебим. И всё это происходило на глазах ошеломлённой публики в виде жрецов и простолюдинов. Какой позор!

Один из первородных не смог вынести морального унижения — внезапно взорвался яркой звездой! Тем самым прикончив всех и вся в радиусе пятисот километров. Гигантский ядерный взрыв сотряс всю планету. И это событие не осталось незамеченным для оставшихся полубогов.

Слугам света повезло больше — вспомнив о творце, их всесильный вождь преклонил колено перед господом и наставил своему народу почитать единого Бога.

Когда через много веков светлый первородный покинул этот мир, пройдя выше по карьерной лестнице и встав рядом с Богом в роли наблюдателя, люди затеяли религиозную войну. Многобожники и верующие в единого господа выясняли, кто на самом деле прав, а кто нет. Ведь с течением времени людская память неумолимо очищается: забываются даже самые немыслимые потрясения прошлого, переходя в разряд сказок, мифов и легенд.

И всё бы снова скатилось в скуку, если бы Тёмный, по истечению тысячелетий, не собрался воедино из осколков своей сущности, разбросанной по всему миру. Господь с удовольствием принялся наблюдать за его изысканиями — Тёмный хотел подняться выше головы и получить возможность отомстить самому творцу. Это было так наивно и одновременно забавно, что Бог не стал ему мешать. И даже не прокрутил время вперёд, терпеливо ожидая развязки.

Зная, что без равных по силе соперников, злодею будет слишком легко, Бог создал новых сверхсильных существ и стравил их с ним. Монстры-титаны обрушивали свою мощь на полубога, возомнившего себя способным противостоять настоящему творцу. Снова было весело: снова горел огонь разрушений и горы сотрясались от мощи великих.

Господь не учёл лишь одного: жизнь развивается безостановочно и очень быстро, что так же характерно для его творений — первородных.

В итоге Тёмный каким-то неведомым образом перебил всех оппонентов. Захватил их души, и...

Сделал то, чего от него никто не ожидал, даже Господь Бог!

Ведь сам он никогда не ступал в реку дважды, ибо это было скучно. А Тёмный ступил, взорвав к чертям собачьим уже территорию не в пятьсот километров, а целую вселенную!

Итог оказался печальным — все наработки по мироустройству канули в лету. А незадачливый Бог нашёл себя выброшенным в пустоту. Долгие годы, века, тысячелетия он размышлял над своими деяниями и пребывал в тоске. Пока однажды не заметил, что мир-то, оказывается, никуда не делся!

А если точнее, Большой взрыв распылил материю в противоположную сторону от Бога и создал там целую новую вселенную из осколков предыдущей!

И тут улыбка коснулась его лица. Бог решил взглянуть на жизнь, развившуюся без его участия. Но к своему сожалению, узнал, что здесь всё было точно так же, как и в прошлом варианте: галактики, звёзды, планеты, динозавры. Словно фениксы, первородные, отвечавшие за мир, со временем восстали из пепла и принялись за свою нелёгкую работу.

В этот раз господь дал себе зарок больше не вмешиваться в мировое устройство. Теперь он только смотрел кино, а не участвовал. Уж очень не хотелось, в случае ещё одного гипотетического фиаско, заново кропотливо строить мироздание. Ведь это было бы очень скучно.

Динозаврам повезло, и в их распоряжении оказалось на пару миллионов лет больше. Но как говорится, история движется по спирали — гигантский газовый щит Юпитер, вращающийся по своей орбите на крайних рубежах солнечной системы, в один прекрасный день всё-таки пропустил мимо себя огромную глыбу из камня и льда. Которая в скором времени ударила прямо в голубую планету. Господь лишь усмехнулся такому совпадению.

Древние гигантские пресмыкающиеся вымерли. Появились млекопитающие, и наконец первые люди. В этот раз Бог решил усложнить им задачу, заставив сбросить шерсть и излишнюю мускулатуру, взамен добавив больший мозг. Ибо слишком хорошо этим двуногим жилось, имея силу зверей и разум, позволявший преобразовывать природу.

А первородных Бог отстранил от работы и сковал их силы, дабы сохранить мир от угрозы нового взрыва. Теперь всё держалось на его мысли, а его слуги начали собирать паству для того, чтобы питать силу творца.

Много религий было придумано, пока выбор не остановился на нескольких основных, которые больше всего полюбились целевой аудитории — людям. Благодаря их молитвам появился Ад и Рай, затем различные демоны и ангелы. И даже Адам с Евой заняли свои места. Ведь, когда толпа верующих сливается в едином духовном экстазе — в мире творятся чудеса. Не всегда зримые, но всё же они происходят.

Так и продолжалось веками, пока Бог снова не решил вздремнуть. Со времени его последнего вмешательства в Помпеях и Геркулануме, когда он превратил в пепел развратников-римлян, прошло уже две тысячи лет. Сейчас же Ад и Рай стабильно принимают всё новых и новых клиентов, а вера наивных людишек поддерживает всю эту громадную надстройку. Первородные оказались предоставлены сами себе, кроме конечно же тех, кто отвечал за основные природные законы и стихии.

— Вот как-то так, — наконец закончил свой рассказ Антифокус.

В мгновение ока на своё место вернулись моя комната и кровать. От такой немыслимой экскурсии вглубь веков и миров было трудно дышать — адреналин зашкаливал. Под довольные взгляды бесят мне понадобилось ещё пара минут, чтобы отдышаться.

Несмотря на это, благодаря помощи Фуки я чувствовал себя отлично, и легко воспринял всю эту фантастическую информацию. В принципе всё укладывалось в религиозные рамки и догмы. Правда история про первую вселенную, уничтоженную одним из первородных, немного меня встревожила. Опять-таки родились новые вопросы.

— Чисто гипотетически, есть идеи, кому из ныне живущих первородных я мог перейти дорогу?

— Вообще никаких, — развёл руками Антифокус. — Им нет дела до простых смертных — друг с другом интрижки плетут. Все ждут пробуждения Бога. И каждый хочет показаться в лучшем свете, а ещё лучше — подсидеть своего оппонента.

Прямо как и в нашей жизни — карьеристы идут по головам в расчёте на то, что заработают тем самым положение и успех. Забавно, что мы люди так похожи на этих самых первородных.

— Подождите. А есть какие-нибудь законы, не позволяющие первородным творить на Земле всё, что им вздумается?

Лапулька рассмеялась:

— Есть, Хиро-семпай. Но они не распространяются на людей. Если ты не приглянулся кому-нибудь из этих крутых перцев, то он запросто может превратить тебя в фарш. Или как сейчас — засунуть в тебя врата Ада...

Вот же дерьмо...

— Если точнее, — подала голос Чипиа, — полубоги имеют месячный лимит на убийства и разрушения. Понимаешь, Хиро, они не воспринимают вас людей как равных себе. Вы для них лишь генераторы энергии веры, что питает всевышнего, и их в том числе.

— И люди так быстро плодятся, что уничтожение пары тысяч человек не особо сказывается на притоке веры. А наоборот подстёгивает их молиться ещё больше. И даже заставляет некоторых неверующих задуматься о молитве господу, — добавил Антифокус.

— Какая же это паскудная система, — подвёл я итог, ощущая какое-то опустошение внутри. Правильно говорят — иногда неведение лучше знания. И это сейчас как раз про мой случай.

— Ха! Ты думал, весь мир сделан для вас, и делайте, что хотите? — ухмыльнулся Фука. — Всё взаимосвязано и существует только потому, что Творцу это интересно.

— А если, когда он проснётся в следующий раз, эта вселенная ему совсем наскучит?

— Пиши пропало, — мрачно проговорил Антифокус. — Ну что ж, Хиро, приятно было познакомиться. Уже утро, а тебе скоро пора на работу. Звони, если что. Но не слишком часто!

— Чувствую себя простофилей, которого обставили хитрецы-напёрсточники. Душу мою забрали, протекцию пообещали. А сейчас просто канете в лету и никогда больше не появитесь.

Детишки вдруг оживились:

— Если хочешь, мы можем всегда тебя сопровождать! — pазулыбалась Лапулька. — Только тебе придётся постоянно нас развлекать.

— И кормить! — поддержал Фука.

Я не выдержал и расхохотался в голос.

— Ну уж нет! Идите, гуляйте, ребята девчата. И не шалите сильно...

— А вот тут не обещаем, — сказала Лапулька, и тут же растворилась в воздухе.

Антифокус картинно отсалютовал мне и тоже исчез. Потом наступил черёд и Чипиа с Фукой ретироваться.

А я остался сидеть в кровати, наблюдая, как за окном постепенно рассветает. На душе хоть и скребли кошки, но в целом я чувствовал себя лучше, чем когда-либо. Наверное всё из-за магического допинга Фуки. О боги, я реально верю во всю эту чушь, которая, как оказалось, на самом деле существует! И как после всего этого идти на работу?

Легко. Встал, умылся, выпустил нервного кота к миске, позавтракал и пошёл. Теперь такие мелочи, как проблемы на работе меня уже совсем не тяготили. С лёгкой руки я продал душу каким-то детишкам демонов, совсем не обдумав свои действия. Но сдаётся мне, впереди ждут ещё большие потрясения, поэтому помощь инфернальных существ может пригодиться. А там будь,что будет.

Самое главное — как приеду на работу, начну звонить в больницу, куда увезли Мисаки. Я очень виноват перед ней и должен обеспечить её безопасность.

Теперь у меня есть на это силы!

Первым делом, как оказался на рабочем месте, я сел за телефон, и начал обзванивать больницы префектуры. А их, на минуточку, оказалось семьдесят четыре! Зная фамилию Мисаки, я мог бы обратиться в справочную и легко найти нужный госпиталь. Но нет, вчера мне было не до этого, а значит сегодня я буду страдать от неведения о состоянии девушки, что чудом осталась жива после нашествия демонов.

Пытаться искать человека в огромном мегаполисе, даже не зная его фамилии — какой же я наивный простачок!

После того, как обзвонил десяток госпиталей, и в каждом получил отказ и совет не тратить чужое время идиотскими приколами, я отложил эту затею до обеда. Тем более нежданно негаданно привалила куча работы, из-за которой пришлось сидеть за монитором в течение четырёх часов, не поднимая головы.

И что самое неприятное, все эти отчёты нужно было занести до конца рабочего дня заму Токугаве, которая снова как и я работала в воскресенье! Меня не покидало настойчивое чувство приближающейся беды. Ну не должны такие высокие люди, как Токугава, работать по выходным. Неужели она решила взять реванш?

А если подумать, что она может мне сделать? Соблазнить не получилось — я знаю, что в её кабинете имеются камеры видеонаблюдения. Второй раз этот трюк с засветившимися трусиками на меня не подействует. Какие-нибудь мелочи вроде просьбы задержаться на работе меня тоже не пугали — суточной порцией корма и воды Хайку я обеспечил.

Ну что ещё она может придумать? Разве что отчитать меня по какому-нибудь надуманному поводу. Но это снова на меня никак не подействует — уж много всего я пережил за эти дни, чтобы нервничать из-за таких пустяков.

Так что, Хироюки Тагава, у тебя совсем нет причин для беспокойства. Чем быстрее доделаешь отчёты, тем скорее отделаешься от Токугавы и займёшься наконец поисками Мисаки — вот это и есть самое главное. Ад, черти и остальная нечисть — это пока второстепенное. Главное, чтобы она была не ранена, а всё остальное может подождать.

Весь обед я посвятил звонкам не только в больницы, но и в полицейские участки. Ругал себя за то, что не запомнил номер участка, где меня допрашивали вчера ночью. Если бы я мог связаться с тем инспектором, то выудил бы информацию о местонахождении Мисаки... Ха! А вот и нет! Его фамилии я тоже не запомнил — тогда всё было как в тумане. Вот ведь незадача!

Таким образом, день прошёл крайне бестолково. Да, я сделал свою работу, но ни на миллиметр не продвинулся к встрече с Мисаки. В итоге с поганым настроением я побрёл к Токугаве сдаваться. В голове не было ни единой мысли, как продвинуться в поисках. Проще было начать с участков: либо открывать сайты каждого из них и вспоминать по фото, в каком я оказался на допросе. Либо просто ехать от одного к другому, в надежде, что повезёт. Вроде и не пил вчера, но память, как у старпёра при смерти...

Всё как в тумане.

Попытавшись очистить разум от вороха мыслей, я поднялся на лифте на верхний этаж, и подошёл к кабинету, в котором неделю назад героически отказался вступать в интимную связь с заместителем директора.

Тук-тук.

— Войдите.

На этот раз всё было чинно: Токугава восседала за столом, и что-то усердно писала в блокноте. Очки-половинки отражали свет, из-за чего не было видно её глаз. Белоснежная рубашка была застёгнута на все пуговицы — и не мудрено, кондиционер работал на всю катушку. В этот день была невыносимая жара.

— Тагава? Вы уже подготовили отчёты? — спросила она, до сих пор не поднимая глаз.

— Да, госпожа замдиректора.

Я положил на стол пачку бумаг.

— Могу идти?

— Подождите, — остановила она, когда я уже начал разворачиваться.

Ну что ещё...

Токугава наконец отложила свои дела, и посмотрела на меня поверх своих очков:

— Я хочу, чтобы между нами не было недомолвок.

— О чём? — не понял я.

Женщина сняла очки и сложила их в футляр, после чего поднялась с кресла и подошла ко мне практически вплотную. Она источала лёгкий флёр дорогих духов, которые начали понемногу кружить мне голову.

Спокойно, Хиро! Ничего не происходит — она просто...

Внезапно моего лица коснулись её прохладные руки!

А затем мои губы и рот оказались втянуты в разнузданную игру с её языком! Токугава была немного выше меня, и к тому же весьма сильная — несколько секунд я был в прострации, с жаром ощущая её внутри себя. Наконец я попытался вырваться, но...

Красотка крепко держала меня. И чтобы гарантированно освободиться из её объятий, нужно было либо врезать ей, либо совершить какую-нибудь конфузную выходку.

Но слава богам, до этого не дошло! Я уже хотел было поставить ей подножку или заорать во весь голос, но в этот момент Токугава отступила. Она отстранилась от меня и смущённо опустила взгляд, как первокурсница, а не светская львица, которая жрала на обед таких, как я.

— Я вас люблю, Тагава...

Твою мать!

Я стоял с открытым ртом, как идиот, переваривая услышанное.

Токугава? Любит? Меня?!

— Я хочу извиниться за тот день. На меня что-то нашло. Я не должна была вести себя так...

Мне показалось, что она говорила искренне. Но мой взгляд всё равно переместился туда, где раньше находился глазок видеокамеры. Который, к моему удивлению, сейчас отсутствовал.

Похоже, она проследила мой взгляд и сразу же ответила:

— Уверяю, я ничего об этом не знала! Это всё директор — он следит за мной! — залепетала она, не на шутку встревожившись. — Я убрала камеру в тот же день.

А я совсем не хотел во всём этом участвовать, поэтому произнёс:

— Может быть просто стоит перенести разговор в неформальную обстановку? Кафе или парк? — сказал я, не веря своим словам.

Нет, я всё равно думал только о Мисаки, но признание замдиректора будто ударило обухом по голове. Мне стало жалко её и...

Стало интересно.

— Я не могу, — разочарованно произнесла она, вгоняя меня в ступор. — После того случая с покойным Коджи Цубаки мне было велено постоянно находиться на рабочем месте. Наблюдать за порядком и за людьми...

— То есть следить?

— Нет! Вы не правильно меня поняли. Я должна держать руку на пульсе компании и впредь не допустить подобного. Директор имеет большую власть надо мной, и я не могу ему отказать...

Её глаза снова уставились в пол, а я уверился во мнении, что с виду крутая и независимая женщина была всего навсего рабыней у своего хозяина. Он поднял её до небес, но за это сковал её золотой цепью. Что ж, это её выбор — каждый поднимается к успеху своей дорогой.

— Этот месяц, я, как и вы, должна находиться здесь. И поэтому решила, что самое время...

— Трахнуться на рабочем месте? — сказал я, почувствовав нарастающее раздражение от её великолепной актёрской игры. Что за чушь она сейчас несёт? Неужели думает, что я в это поверю?

— Хироюки-сан...

— Я никогда не поверю, что настолько хорош, что на меня будет кидаться такая женщина, как вы.

— Но я...

Токугава пыталась возразить, но я перебил её:

— Скажите прямо, что вам от меня нужно?! И больше не тратьте моё время! — выпалил я, сурово посмотрев на неё.

Всё, хватит с меня этого цирка!

Вокруг творится форменная чертовщина: Ад прёт из меня, словно газ из шипучки! А я вынужден смотреть хреновый спектакль и разбираться в том, правду меня говорят или нет.

— Хех... Правды хочешь? — Криво ухмыльнувшись, произнесла она, тем самым заставив меня вздрогнуть. — Будет тебе правда!

Что на неё нашло? Куда подевалась та растерянная простушка? Неужели отыграла свою роль до конца?

Её круглое лицо будто бы начало удлиняться. О боги, что это за...

— Тагава, мать твою! — заревела она не своим голосом. — А ну иди сюда, соплежуй хренов!

Неожиданно её цепкие руки схватили меня за грудки и поволокли на себя. Ничего не понимая, я оказался на столе, лёжа на животе.

— Непробиваемый п...рас! — ругалась она. — Ноги перед ним раздвинула — не понравилось! В чувствах призналась — тоже не то! Да что вообще с тобой возиться, человечишка! А ну снимай штаны, ублюдок!

— Да что вы себе позволяете?! — не на шутку разъярился я, порываясь встать.

Но к своему удивлению никак не мог этого сделать. Меня будто прессом прижало к столу — ни разогнуться, ни шелохнуться!

— Заткнись! — ревела Токугава, сильно дёргая меня за штаны.

В голове в эту секунду роились идиотские мысли — если кто-нибудь зайдёт сюда, то карьере Токугавы и моей придёт полный конец. Услышав, как с хрустом рвётся одежда на мне, я не на шутку обеспокоился! А ещё вдруг щёлкнул замок на двери, и оставалось только ждать прихода гостей и публичного высмеивания нашей садо-мазо вечеринки.

Но ничего не произошло.

— Не беспокойся, милый, — прошептала она мне на ухо. — Теперь нас никто не побеспокоит.

— Я буду кричать! — выпалил я после отчаянной попытки вырваться, которая ожидаемо ничем не окончилась.

— А я и не против. Люблю слушать стоны и крики людишек! — злорадно произнесла она, разорвав на мне брюки в клочья. — Тем более комната звуконепроницаема. Думаешь, директор просто так поставил здесь камеру? Они с Токугавой отлично проводят время после работы. А что бы она не ушла от него, тот грозится выложить их домашнее видео в Интернет. Какая же несчастная эта Мэйко...

Я не сразу осознал, что она говорила о себе в третьем лице, когда мои «булки» вероломным образом были раздвинуты в стороны...

— Сволочь!

— Что и требовалось доказать, — победным тоном произнесла замдиректора. — Чёрный портал Дисса! А я то всё думала, что за аромат знакомый витает рядом с тобой, Тагава? Теперь всё понятно.

— Что вам понятно, чокнутая извращенка?!

— Из твоей задницы вырываются демоны, — рассмеялась она. — Не знаю, кто это с тобой сделал, но видно эта женщина очень на тебя обиделась! А в том, что это особь женского пола, я нисколько не сомневаюсь.

Её хватка наконец ослабла, и я, не имея больше желания терпеть над собой надругательства, резко встал и отошёл за её рабочий стол, прикрывая исподнее руками. Мэйко Токугава стояла, сложив руки на груди и с довольной улыбкой взирала на меня, униженного и оскорблённого.

Очень хотелось высказать ей всё, что о ней думаю. Но те слова, что она мне сказала, явно намекали на то, что передо мной стоит не замдиректора, а кто-то другой.

— У тебя такое милое личико, когда сердишься, — произнесла она, расстёгивая на рубашке пуговицу за пуговицей. — Это меня возбуждает. Тем более, ты неплохо сложён для японца. Я всегда считала, что вы все такие тщедушные и хилые.

Токугава наклонилась вперёд и опёрлась обеими руками на стол — теперь я отлично видел её свисающую грудь. Но в подобной ситуации мне стало только противно.

— Вы чудовище, — бросил я, отходя к окну.

Как оказалось, она была очень сильная. И в случае чего мне придётся спасать свою шкуру, если вдруг эта садистка решится взяться за страпон...

— Я да. Но и ты не лучше, Тагава. Ты ведь знал, что впускаешь демонов на Землю?

Она медленно обходила стол, постепенно сокращая между нами расстояние.

— Ай ай ай! Люди вокруг тебя гибли ужасной смертью, а ты продолжал жить, как тебе хочется. Какой же ты эгоист!

Она приближалась. А я искал руками на столе какой-нибудь увесистый предмет, и вскоре нащупал настольную лампу. Вырвав её с корнем, схватился обеими руками, позабыв о том, что стою в чём мать родила.

— Весьма хорош, — цокнула она языком, оценивающе взглянув на меня. — Итак, дорогой мой Хироюки Тагава. У нас с тобой есть два варианта развития событий. Первый — ты обслужишь меня как безропотный евнух. Не обещаю, что тебе не будет больно. Я сейчас так возбуждена, что тебе придётся многое вытерпеть.

— А если я скажу нет, — поднимая лампу и готовясь расквасить это прекрасное лицо, спросил я.

— Тогда я просто прикончу тебя на месте. Забью этим дыроколом, например, — ласково произнесла она, проведя пальчиком по увесистому предмету.

Её лицо оскалилось злорадной пугающей улыбкой. Я понял, что она не шутит и точно убьёт меня этим дыроколом. Что же делать?!

Ответ пришёл сам собой — в виде тупой боли в животе!

— Бл...!!!

Токугава ещё шире улыбнулась, готовясь наблюдать спектакль с первых рядов. А я побежал на выход сломя голову, испытывая адские боли. Если останусь здесь, то этой женщине придёт конец. Как и тем отморозкам в парке. Как Котонэ и людям в кафе. Как Коджи-сану...

Она ловко перехватила меня и скрутила как ребёнка — я снова лежал животом на столе, получая увесистые шлепки по заднице.

— Ну же! Давай! Выходи скорее!

У меня уже не осталось сил сопротивляться — красный туман застилал глаза, а нутро просто разрывалось на куски от напряжения. Вокруг затряслись предметы: на пол свалился стакан с ручками, награды и кубки на стиллажах задрожали. На один миг в комнате стало светлее, будто включили дополнительный свет.

Затем я увидел, как прочерчивая огненные борозды на ламинате, появляется та самая пентаграмма...

— Выходи! Мы уже заждались! — неистово кричала Токугава.

Снова запах серы и жар, будто рядом во всю мощь закоптила дровяная печь!

— Р-о-о-а-р!

Что-то большое появилось в кабинете, клацнув по полу когтями. Боль тут же отступила, как и хватка Токугавы. Что есть сил, я перевернулся на спину и стал свидетелем одновременно удивительного и устрашающего действа.

Рогатый кряжистый монстр навис над Токугавой, готовясь раскрошить ей лицо своей когтистой пятернёй. Я уже было зажмурился, чтобы не смотреть на этот кошмар, как вдруг всё резко переменилось. Замдиректора внезапно перехватила лапу чудовища и отправила его на пол, заламывая в болевом приёме.

— Что, рогатик? Не признал? — спросила она, целенаправленно скручивая огромную кисть и причиняя тем самым сильную боль поверженному демону.

Тот глухо стонал, не имея возможности высвободиться из цепких рук Токугавы. А я явственно осознал, что не имел никаких шансов против этой страшной женщины, кто бы она ни была...

— С-стигмата?! — удивлённо проревел демон, округлив свои ярко жёлтые глаза. — Что ты здесь делаешь?

— Как что? По ваши хитрые задницы пришла. Домой вас возвратить, дезертиров проклятых. Давно не купались в кипящем масле? Ничего, устроим вам, уродам, и не такое! А то вздумали в самоволку со своих рабочих мест сваливать. А кто грешников мучить будет, а? Я что ли за вас работать должна, упыри неблагодарные?!

— П-прости! Я не знал! Увидел, что появился портал и решил проверить. Вдруг петушары-ангелы задумали нам пакость какую устроить.

— Хорош заливать! — рявкнула Токугава, с хрустом крутанув его руку. Демон завизжал, как резаная свинья. — Короче — сейчас вернёшься обратно и скажешь всем своим дружкам, что побег отменяется. Понял меня?

— Понял-понял!

— И не вздумай бегать от меня. Всё равно найду!

Монстр сглотнул, и усердно закивал.

— А теперь, марш на работу, скотина! — крикнула она, с громким хрустом свернув ему шею.

Рога уткнулись в пол — монстр трепыхнулся пару раз и затих. Его тело начало постепенно высветляться, будто состояло из полчища светлячков, которые решили разом зажечь свои огоньки. Через пару секунд, полыхнув яркой вспышкой, демон исчез, оставив после себя два отверстия на ламинате от винтообразных рогов.

Токугава поднялась и начала отряхивать руки. После чего, к моему счастью, принялась застёгивать блузку.

— Ох уж эти ленивые дармоеды, — причитала она. — Используют любой шанс, чтобы отлынивать от работы!

Её взгляд коснулся меня, от чего мои ноги непроизвольно задрожали.

— Прости, Хироюки-сан — наше рандеву откладывается на неопределённый срок — мне нужно срочно доложить шефу, — важно произнесла она, подойдя к шкафу. Порывшись там немного, достала новую пару брюк и бросила в меня. — Одевайся.

— К-кто ты?

— А разве тебе ещё не понятно?

— Д-демон?

Женщина ухмыльнулась, поправив непослушную прядь волос:

— Если точнее, дьяволица. И зовут меня Стигмата. Кстати, приятно познакомиться!

Сказав это, она протянула мне руку, которой минуту назад свернула шею ста пятидесяти килограммовому монстру. Конечно же я не рискнул её пожать.

— Не волнуйся ты так, мой хороший, — потрепав меня по голове словно щенка, произнесла она. — Ничего с тобой не случится, пока мы не отловим всех сбежавших преступников. После чего придумаем, как заткнуть портал в твоей милой розовой попке.

— И что потом?

— Уже забыл? — плотоядно облизнув губы, сказала она. — У тебя всё ещё есть два варианта...

Произнеся это, она села за свой стол и принялась раскладывать разбросанные предметы:

— Можете быть свободны, господин Тагава.

В бессильной ярости я ударил кулаками по столу.

Монитор улетел в воздух и с хрустом приземлился на пол. По всему кабинету разлетелись папки, ручки, калькулятор и прочий скарб офисного планктона.

Я чуть ли не завыл от позора, обиды и своего незавидного положения! Весь мир для меня в одночасье перевернулся с ног на голову!

Хорошо, что в этот день ни одного из моих сослуживцев не было на работе. Я бы и их не постеснялся, пытаясь найти выход бурлящим внутри меня эмоциям. Правда, последствия для меня были бы хуже...

Хотя чего париться? Продал душу демонятам. Из-за меня чуть не убили самую лучшую девушку на свете! Замруководителя хочет поиметь меня в прямом и переносном смыслах!

О боги...

И вишенка на торте — моя проклятая задница! Из которой, как оказалось, на свет рождаются двухметровые рогатые исполины! Одного из которых, кстати, Токугава разделала как ребёнка. Точнее, Стигмата, будь она неладна!

Вокруг меня творится форменный ад!

Чужие брюки постоянно сползали — дьяволица вместе с моей одеждой разорвала и ремень! Вот это силища!

Сейчас меня мучил лишь один вопрос — когда эта тварь вселилась в нашу замшу? Только сейчас, когда у меня начались проблемы или уже давно? О боги, я больше никогда по своей воле не зайду к ней в кабинет! И даже силком меня туда не затащат! Буду кусаться, легаться ногами и орать, как резаный, только бы не попасть в её цепкие лапы!

Ужас!

Рабочее время кончилось, а я всё не уходил. Листал фотографии полицейских участков города, но пока нужного так и не находил. Тем более все они были немного похожи...

Тук-тук.

Я вздрогнул, а потом округлил глаза от испуга — в проёме кабинета стояла она...

Токугава!

Стигмата!

ДЕМОН!

Женщина улыбнулась и придвинула свои очки к переносице.

— Забыла сказать, я слежу за тобой, Тагава, — она подняла два пальца и поднесла их к своим глазам, а потом указала на меня. — Даже не думай уехать из города — найду и шею сверну.

Я лишь сглотнул.

— Вот, — она бросила мне свою визитку. — Как появится новый демон — звони. Узнаю, что демон вылез из твоей жопы, а ты не позвонил, что я сделаю?

— Свернёшь мне шею, — покорно сказал я.

— Правильно. А теперь иди домой и хорошенько проспись. Ты должен быть в форме, а не то в один день можешь просто сдохнуть от перегрузки. Не скажу, что мне не всё равно, но мы же договорились на...

Она закатила глаза и мечтательно улыбнулась.

— Ну это... Ты сам знаешь! Пока-пока, Хироюки-сан. До завтра!

Отправив мне воздушный поцелуй, дьяволица ушла. А я остался сидеть за столом в смятении, разглядывая визитку со следом от губной помады. Видно она поцеловала её перед тем, как мне вручить — чёртова извращенка...

Сверхсила, помноженная на изменчивое настроение — с этой тварью надо быть осторожнее. Фильтровать каждое слово, а иначе я погибну раньше, чем найду Мисаки...

Хотелось выбросить визитку, правда это ничего бы не изменило. Я навсегда запомнил её номер и никогда больше его не забуду. Несмотря на всю мою серую ничем не примечательную жизнь, я не хотел с ней расставаться. Тем более, в рай я уже точно не попаду. И...

Да к чёрту все эти сопли! Мисаки — вот, что важно!

С новым запалом я принялся перебирать информацию на компьютере. Находил похожие фотографии, узнавал адреса, сопоставлял примерное время езды без пробок до моего дома, отметал дальние участки и...

Наконец-то я его нашёл!

Дрожащими руками набрал номер и стал ждать, слушая гудки.

— Отдел полиции, — донёсся суровый мужской голос из динамика.

— Алло! Здравствуйте. Меня зовут Хироюки Тагава. Вчера меня привозили к вам на допрос из парка Инокасира.

— Минуту.

На том конце провода послышался стук клавиш:

— Да, есть такой. Что вы хотите?

Меня переполняло чувство радости — теперь я точно на один шаг приблизился к Мисаки!

— Мне нужно связаться с инспектором, который проводил допрос. Я был с девушкой, когда всё это случилось. Её отправили в больницу, и я не знаю, в какую.

Секунда молчания. Вторая. Я весь взбудоражен...

— В этом нет необходимости. Я вижу эту информацию в системе. Записывайте.

Сильно взволнованный, я принялся искать листок бумаги и ручку — пришлось даже лезть под стол.

— Диктуйте!

Через пару минут я уже знал название госпиталя, где находилась Мисаки. Сразу же заказал такси, и не имея сил больше ждать, выбежал из кабинета и помчался по пожарной лестнице вниз. Оказавшись на улице, прождал ещё минут десять, пока оранжевый автомобиль не припарковался рядом со зданием.

Снова вечерело — за стеклом автомобиля проносились люди, дома, вывески. Ещё вчера в это время мы с Мисаки гуляли в парке и понемногу узнавали друг друга. И не догадывались, что нас ждало с приближением чёрного савана ночи...

Смерть и боль.

Разлука и неведение.

Демоны.

Внешние и внутренние, полностью разрушившие привычный уклад нашей жизни. Я до сих пор не мог определиться, в каком настроении мне находиться. От предвкушения встречи с Мисаки моя душа ликовала. Но осознание того, что я стал причиной её ужаса, что вокруг меня происходит одна сплошная чертовщина, сильно угнетали.

Но ведь должна же быть какая-то надежда? Ведь тот демон упомянул ангелов. Должен же быть какой-то закон, который охраняется этими существами. Земля не должна быть филиалом Ада, ведь так? Вдруг есть какая-то возможность достучаться до высших светлых сил? Молитва, вера?

Нет.

Это не полиция, у которой есть экстренный короткий номер. И когда это было, чтобы боги отвечали на молитвы и в тот же миг помогали страждущим? Нет, здесь нужно думать своей головой и всё делать своими руками.

«Мужчина сам должен отвечать за свои поступки, а не перекладывать ответственность на других» — так говорил мой дед. И мне не остаётся ничего другого, кроме как последовать его мудрости. Взять себя в руки и самому разобраться во всём!

Наконец таксист привёз меня по указанному адресу. Расплатившись, я зашагал в сторону пятиэтажного белого здания, на фасаде которого висела вывеска — Национальный центр нейрологии и физиатрии.

На рецепции сидела строгого вида женщина в возрасте. Неловко подтягивая штаны, я подошёл к ней.

— Здравствуйте. Вчера ночью из парка Инокасира к вам привезли девушку двадцати лет. Её имя Мисаки.

— Фамилия? — неприятным голосом спросила она.

— Не знаю, — честно ответил я.

— Вы вообще кто?

Этот вопрос заставил задуматься. На самом деле, я не успел ей стать ни знакомым, ни другом, ни тем более парнем.

— Человек, который хочет узнать о состоянии её здоровья.

Женщина нахмурилась.

— Я не могу разглашать эту информацию, тем более пускать к пациентке кого-либо, кроме родственников. Всего доброго.

Вот тут я рассвирепел:

— Да хотя бы скажите, как она?! После той мясорубки она была в шоке и даже не разговаривала!

Регистраторша тоже встрепенулась.

— Молодой человек! Если вы сейчас же не уйдёте, я вызову охрану.

Делать было нечего! Громко вздохнув, я отошёл подальше от стойки информации и сел на скамейку. Напротив сидела пожилая пара — дедушка трясущимися руками поддерживал бабушку, которая была совсем бледна. Видно, ей не здоровилось — наверное, ждали своей очереди к врачу.

Увидев их я понял, что не могу позволить себе сейчас сдаться, когда нахожусь так близко от Мисаки. В голове тотчас родилась идея. И как я раньше не додумался этим воспользоваться?

«Чипиа?» — мысленно позвал я.

Буквально через секунду перед моими глазами возникла рогатая девочка с синими волосами. Она картинно зевнула и недовольно посмотрела на меня.

— Что?

Я ошарашенно смотрел то на неё, то на пару стариков, сидящих на скамейке в паре метров от меня. Которые, либо совсем ничего не замечали, либо демонята были видны только мне.

— Тебя не видно? — прошептал я.

Девочка скуксилась:

— А к кому ты обращаешься тогда? — cпросила она, непонимающе глядя на меня.

— Другие люди тебя не видят? — пришлось перефразировать свой вопрос.

Эти летающие лилипуты были очень своеобразными личностями. Похоже, к каждому из них придётся найти свой подход.

— Нет. Так чего ты хотел? Говори быстрее — ты отвлёк меня от игры!

— Какой? — мне на самом деле стало интересно, чем это они занимались в моё отсутствие.

— Лапулька поджаривает голубей огненными шарами, — заметно повеселев, сказала девочка. А я лишь покачал головой — бедные голуби...

— Видишь ту злую тётку на рецепции?

— Ага. Хочешь свести с ней счёты? Приказать, чтоб она сбросилась из окна?

Я даже не понял, Чипиа сказала это серьёзно или пошутила. Во избежание неоправданных жертв, сразу же остановил её:

— Даже не думай об этом! Слышишь? Мне нужно только, чтобы она помогла мне найти мою девушку.

— Окей. Внушу ей, что ты важный гость. Например, министр здравоохранения! Это всё?

— Да.

Только я подтвердил свои слова, как она сразу же полетела к регистраторше и ударилась ей прямо в лоб! От чего женщина только вздрогнула.

Я даже удивиться не успел, как регистраторша вдруг расцвела от счастья, и буквально подпрыгнула ко мне. Схватив меня за руки, и заглядывая в лицо влюблёнными глазами, она произнесла:

— Дорогой, многоуважаемый господин Кацунобо Като! Рады видеть вас в нашем заведении! Подождите пожалуйста, я сейчас позову главврача!

— Погодите, — я спешно остановил её, ещё не веря в происходящее. — Вы можете мне помочь?

— Всё что угодно! — радостно воскликнула она, удивляя стариков.

Я заново озвучил ей свой вопрос, после чего регистраторша стрелой полетела к компьютеру. Уже через минуту она назвала мне номер кабинета и этаж.

— Спасибо, — от чистого сердца поблагодарил я, после чего попросил ещё об одной маленькой услуге. — Эти двое пожилых людей, наверное, уже давно ждут врача. Вы уж им помогите всё сделать быстрее. И мне главврача не вызывайте — я сделаю ему сюрприз.

Женщина активно закивала и побежала исполнять мои указания. С чистым сердцем я двинулся на второй этаж в кабинет двести девять, в котором лежала Мисаки.

Но там меня ждала новая задачка — этот кабинет охранял полицейский. Было как-то неудобно снова дёргать Чипиа, а с другой стороны — они там играются с моей душой! Пусть отрабатывают по полной!

— Чипи...

— ЧТО?! — перед моим лицом возникла обиженная мордашка. — Вот на самом интересном месте отвлёк!

— Не ворчи. Без тебя никак!

— Ну ладно. Что, кого и зачем?

Я указал на полицейского:

— Пусть увидит во мне своего коллегу. Внуши ему, что я пришёл опросить свидетельницу.

Сказано-сделано — рогатая стрекоза устремилась к копу, и так же как с регистраторшей, врезалась ему в лоб, исчезнув в снопах искр.

— О, Хироюки-сан, какими судьбами? — вдруг доброжелательно поприветствовал меня полицейский, пожав руку.

Это был молодой улыбчивый парень. Именно таких показывают в детских передачах — отличник учёбы, благородный человек и просто герой на страже правопорядка Японии.

Ощущая себя великим гипнотизёром, я ответил:

— Да вот начальство послало опросить свидетельницу. Даже в выходной дёргают...

— Ага, понимаю. Сам устал уже тут торчать. Вот жду смену с минуты на минуту.

Я ожидал, что он пропустит меня, но словоохотливый парень всё никак не хотел расставаться с новоиспечённым собеседником в виде меня:

— Что думаешь по поводу всего этого?

Сначала я не понял вопроса, но полицейский сам всё разжевал:

— Эти исчезновения и жестокие убийства. Что-то надвигается. Зуб даю.

— Да. Не к добру всё это. Если бы мог, уехал бы от всего этого далеко-далеко, — подумал я вслух. Вдруг захотелось выговориться первому встречному, излить душу и разделить свою ношу.

— А кто гражданских то будет защищать? — рассмеялся парень. — Взбодрись! Не зря же ты встал на доблестный путь охраны правопорядка. Выше голову!

Как ни странно, но слова молодого лейтенанта взбодрили меня. Он был прав.

— Ну так, пропустишь?

Парень кивнул и широко улыбнулся, после чего распахнул передо мной дверь. С этого момента всё, что находилось за пределами палаты перестало для меня существовать...

Всё помещение оказалось залито оранжевым светом закатного солнца. Окна были зашторены, но это не мешало светилу рисовать на стене причудливые тени, пробиваясь сквозь витиеватый рисунок штор. Приборы и датчики мерно шумели и мигали диодами. На тумбочке стояли полевые цветы.

Дверь тихо закрылась и я смог наконец выдохнуть.

Я добрался до тебя...

Растрёпанные волосы красным ореолом лежали на белой подушке. Голые плечи выглядывали из больничной робы, поверх которой её укрывало одеяло. Гладкое нежное лицо было расслаблено. И я надолго залюбовался им, уже не боясь встретиться взглядом с Мисаки и не сконфузиться. Сейчас ты спишь, и я буду охранять твой сон.

Ты стала свидетелем жестокой расправы. Если бы я мог, имел те же силы, что адские чудовища, то сделал бы точно так же. Но! Постарался бы не показывать тебе всё это. Не ранить тебя этой суровой кровавой действительностью.

Я сел на стул рядом с койкой и стал смотреть на неё, стараясь не издавать ни единого звука. Теперь родинка на её шее была отчётливо видна. Интересно, Мисаки стесняется её? Или не обращает внимания?

Небольшое движение привлекло мой взгляд. Её ладонь слегка дёргалась — Мисаки видела сны. Надеюсь, не кошмары...

Покой и тишина в палате убаюкивали. Слишком много дерьма свалилось на меня за это время. И слишком хорошо было здесь с Мисаки. Поэтому я совсем не заметил, как уснул.

Сон без сновидений — награда для того, у кого случаются кошмары наяву. Но всему хорошему конец приходит быстро, поэтому урчание голодного желудка внезапно разбудило меня. Протирая глаза, я первым делом удостоверился, что Мисаки рядом — она так же лежала без движения. И не было ни намёка на то, что она скоро проснётся. Что очень странно...

Вдруг дверь в палату начала открываться, и я приготовился звать маленького демона убеждения на помощь. В щель проёма просунулось знакомое щербатое лицо в солнцезащитных очках:

— Тагава, на выход, — прошептал агент четвёртого отдела, и тут же скрылся за дверью.

Сердце застучало быстро-быстро — вот и настал мой конец! Они узнали, что сегодня ночью их наблюдателей, следящих за мной, убили. Проследили за мной до больницы и дали немного времени, чтобы проститься с Мисаки.

Спасибо вам за это, ребята — вы лучшие...

Скорее всего, сейчас меня силком выведут из здания и увезут в неизвестном направлении. А что будет дальше, одним богам известно...

Но не стоит унывать — не зря же я продал душу демонятам!

В последний раз я посмотрел на Мисаки и сказал короткое «До встречи», после чего вышел за дверь. Мягко затворив её за собой, я окинул взором всё ту же пятёрку агентов, что пришли на встречу с инспектором Тетсуо Харой неделю назад.

— Знакомые всё лица, — съязвил я, поднимая руки к груди. — Наденете наручники здесь или когда выйдем на улицу?

— В этом нет необходимости, — ответил «морщинистый». — Но пройти с нами, вам точно придётся, Тагава.

— Я арестован?

— Пока нет. В вашем случае подобной статьи в уголовном кодексе не существует. Ни в одном государстве мира.

— Это радует.

Мужчина только усмехнулся:

— Следуйте за нами.

Под конвоем я спустился на первый этаж и махнул рукой женщине на рецепции, что уже порывалась встать и устроить мне тёплое прощание. Не стоило раскрывать все карты перед неизвестным противником — о демонятах никто не должен был узнать. Пока...

А в том, что четвёртый отдел являлся для меня опасным врагом, сомнений не было никаких.

Во дворе госпиталя стояли два больших чёрных внедорожника, в один из которых я сел вместе с морщинистым типом. Двери захлопнулись, двигатель зарычал, и мы молча поехали в неизвестность.

— Простите, что пришлось вас отвлечь, — наигранно вежливо произнёс он. — Но текущие дела требуют от нас скорейшего вмешательства. И я был бы очень признателен, если бы вы согласились нам помочь.

— А если не соглашусь?

Я не видел через очки его глаз, но точно знал, что оттуда на меня смотрят глаза убийцы.

— Вы же всё и так прекрасно понимаете, Тагава. Уверен, вы совсем не хотите, чтобы с вами обращались как с разыскиваемым террористом, не так ли?

Я кивнул. Четвёртый отдел оказался весьма тактичной организацией и лишний раз меня не беспокоил, даже когда произошла мясорубка в парке. Наверное, до сего дня они собирали и систематизировали информацию обо мне и о тех странных происшествиях, в которых я участвовал. Ну а теперь настал момент вскрыть все карты и показать свои намерения.

— Вот и хорошо. Кстати, прошу прощения — забыл представиться: Ясуо фон Эшенбах, к вашим услугам. Глава рыцарского Ордена Аутодафе...

Машина плавно катилась по ночным улицам города. В салоне воцарилась напряжённая тишина — глава четвёртого отдела или как он сам назвался — глава Ордена, работал на планшете. Сидящие напротив мордовороты делали вид, что смотрят в окна, хотя я чётко ощущал на себе их цепкий взгляд из под солнцезащитных очков.

Вся эта напускная официальная обстановка была всего лишь игрой в кошки мышки. Как я это понял? Годы работы в продажах — начинаешь понемногу разбираться в людях и в их поведении. Меня пытались убедить в том, что мне нечего опасаться. Не надели наручники, например. Начальник этих амбалов спокойно сидит рядом со мной и занимается своими делами.

Но на самом деле, сев в автомобиль, я уже точно потерял свободу. С другой стороны — а что мне оставалось? «Пока не бьют, сдачи не дают» — дедушка ©. Сначала нужно было узнать, что эти парни от меня потребуют или даже возможно предложат. А уж потом делать ноги, оставляя за собой новые трупы и разрушения...

В этом я не сомневался, как и в сверхспособностях моих новых «друзей». Одна из них могла внушать людям всё, что угодно. Другой лечил моё тело. Третья умела сжигать улики и бросалась огненными шарами — ещё раз, бедные голуби. А четвёртому пока не удалось продемонстрировать мне свою фишку, так как никому пока не потребовалось бить меня магией. Если не считать инфернального портала в одном месте...

Как раз эту самую главную напасть Антифокус либо не захотел, либо на самом деле не мог исправить. Что ж, послушаем, что скажут эти «рыцари» в сияющих чёрных очках. Вдруг помогут? Чем чёрт не шутит!

Вообще, почему я всё ещё не сошёл с ума от всего этого? Как ещё выдерживает психика? Наверное всё дело в тонизирующей магии Фуки. Как он сказал — главное, хорошо корми, и будешь здоров. Эх, я бы и сам не отказался сейчас от горячей пищи...

Бурчание моего живота вдруг разорвало тишину в салоне. Все взгляды обратились на меня.

— Уже скоро приедем, — заверил Ясуо. — У нас в замке отличный повар. Уверен, вы останетесь довольны его блюдами.

Я молча переваривал информацию — замок? Какой ещё замок?

Постепенно я стал замечать, что мы всё дальше отдаляемся от города. Логично — незачем допрашивать узника там, где на каждом шагу полно видеокамер. Проще выехать куда-нибудь за город на пустырь и...

Эх, что-то сильно воображение разыгралось!

Если бы они хотели устранить меня, то уже бы давно это сделали. Ну и в довесок, эта организация должна финансироваться государством. Не бандиты же они, в самом деле!

Тем более, он сказал про замок. Воображение рисовало средневековую крепость с башенками, раз уж Орденом назвались.

В какой-то момент мы съехали на грунтовку — начало немного потряхивать. Хмурые мужчины в костюмах недвижимыми статуями смешно подпрыгивали на кочках в своих креслах. Одно неверное движение, которое они расценят как угрозу — и кто-нибудь из них достанет пистолет из кобуры и наставит на меня...

Наконец мы приехали. Выйдя из машины, я с облегчением вдохнул свежий ночной воздух. Вокруг пышным цветом разрослись многолетние дубы и клёны, папоротники и хвощи. Далековато мы уехали от дороги — шума колёс и города не было слышно совсем, будто цивилизация вдруг в один момент просто исчезла. Лишь стрекотание сверчков, да лай собаки доносились в этом загадочном месте.

Впереди возвышался высокий калёный забор, за которым виднелась крупная каменная постройка наподобие замка Мацумото. Только она была на пару этажей ниже. И более мрачная, что ли. На крыше замка стояли статуи четырёх разъярённых львов, а на самом высоком шпиле развевался флаг с гербом, который отсюда был неразличим.

— Вот мы и дома, — сказал Ясуо и радушно пригласил меня войти в автоматические раздвижные ворота.

В окружении пятерых мужчин, я последовал за ним, мысленно призывая к себе четвёрку демонят. Самое время придумать план и назначить роли, чтобы в ответственный момент не лишиться головы.

— Привет, Хиро! — добродушно поздоровался Антифокус, но тут же помрачнел, как обычно у него бывает. — Кто эти люди? У тебя неприятности?

Только сейчас до меня дошло, что демонята не следят за мной двадцать четыре на семь!

То есть их не было, когда Току... Стигмата делала со мной всё, что ей вздумается. А ведь стоило бы навести справки о ней... Но это в следующий раз. Пока надо разобраться с текущими проблемами.

— Ты не можешь говорить? — прошептала Лапулька, сбивая меня с толку.

«Да, не могу! Разве сама не видишь?!» — я мысленно обратился к ней, надеясь, что данная функция включена в наш договор.

И ведь не прогадал!

— Не ори на меня! — обидевшись, маленькая демонесса сурово посмотрела на меня и сложила ручки на груди. — Опять во что-то вляпался?

— Зря ты взяла его шарик, — рассмеялся Фука. — Теперь каждый час отрабатывать придётся!

— Умолкни! Тебя это тоже касается.

— Угу, — вдруг погрустнел Фука, после чего тоскливо заныл — Кушать хочу...

— Уф, опять! — всплеснула ручками Чипиа. — Когда же ты наешься?

«Вроде сейчас нас как раз будут кормить» — решил я поддержать толстяка, когда поднимался на крыльцо замка.

— Ура!

Остальные похоже тоже воспрянули духом. Видно немного устали после голубиных расстрелов, и не отказались бы набить маленькие животики чем-нибудь съестным.

— Что нужно делать, Хиро? — Спросил Антифокус, насупившись, будто уже был готов рвать за меня глотки.

Как же я обожаю его серьёзный подход к делу!

«Если у вас нет важных дел, то прошу побыть рядом со мной, пока я буду находиться в этом замке. У меня есть опасения, что эти милые люди, в случае чего, не захотят отпускать меня отсюда по добру по здорову».

— Понятно. Короче, если будет жарко, мочить всех? — в глазах Лапульки появился огонёк.

«Нет! Никаких лишних жертв я не хочу! Только если мне будет угрожать настоящая опасность, вы можете действовать. До тех пор никого и пальцем не трогать, ясно? Мне хватило того, что Озэму без причины убил нескольких из них...»

— Низший демон — что с него взять? — бросила Лапулька.

Мы встали перед мощной деревянной дверью, обрамлённой металлическими листами с заклёпками. На уровне глаз находилась смотровая щель, которая сейчас была скрыта металлической шторкой.

«В общем, держитесь меня и смотрите в оба. Надеюсь на вас, ребята...» — подумал я напоследок.

Детишки кивнули и стали уж очень серьёзными. Четыре пары глаз сурово уставились на моих конвоиров. Эх, только не подведите, детки-рогатые конфетки! Я хочу снова встретиться с Мисаки...

Ясуо встал перед дверью, но стучать не стал, хотя рядом висел металлический звонок. Потяни ручку, и тяжёлый набалдашник ударит в металлическую пластину.

Вдруг шторка съехала в сторону, но за ней никого не оказалось. Зажёгся свет — Ясуо подошёл ближе и снял очки, подставив один глаз под яркий луч. Он простоял так несколько секунд, после чего внутри двери что-то щёлкнуло, и она отворилась.

— Добро пожаловать в имение Аутодафе!

О да, это действительно был самый настоящий замок!

Огромный вестибюль высотой метров десять до потолка. Вширь он был как пять моих квартир вместе взятых. Повсюду весело церемониальное оружие и доспехи самураев, картины с изображением исторических событий, где чаще фигурировали битвы. На своих постах стояли всё те же люди в смокингах и солнцезащитных очках, будто клоны моих конвоиров.

Внутреннее убранство напротив ничем не походило на средневековый японский замок — вместо бумажных дверей и стен всё отделано в европейском стиле: стандартные деревянные двери, огромная хрустальная люстра под рельефным потолком и центральная мраморная лестница, по которой можно было подняться на второй и третий этажи, где так же, наверное, располагалось множество комнат.

Итого — Европа с японским фасадом. Интересненько...

— Впечатляет, — присвистнул я от удивления.

— Мы закончили ремонт в прошлом году, — сказал Ясуо, направляясь в боковую комнату. — А вообще наши резиденции располагаются на всех континентах земного шара. Видите ли, господин Тагава, наша организация весьма крупная...

— А четвёртый отдел — лишь прикрытие? — предположил я.

Ясуо только улыбнулся в ответ и открыл следующую дверь. Оттуда сразу же потянуло приятными запахами! Мой нос с удовольствием вдохнул аромат копчёной рыбы, свежих овощей и только что испечённого хлеба.

— Еда! — тут же воскликнул Фука во весь голос, заставив меня дёрнуться от неожиданности. Толстопузик стремительно влетел внутрь, а за ним и вся компания демонят.

Мда... Таким макаром эти обжоры совсем оставят меня без внимания.

— Проходите. Не стесняйтесь, — пригласил Ясуо.

Я и сам был не против, поэтому зашагал вперёд. Чутьё не обмануло — на длинном дубовом столе были разложены яства на любой вкус: тарелки с дичью, салаты, овощи и фрукты. За столом сидело несколько мужчин, которые по-дружески помахали моим конвоирам. А те только кивнули на приветствие. Мы с Ясуо сели друг напротив друга — рядом по обе стороны свои места заняли молчаливые парни в костюмах. Так же в столовой, в которой сильным огнём потрескивал камин, находились ещё охранники, которые к еде не притрагивались.

— Как видите, — начал Ясуо, — все наши сотрудники... Хм. Наши монахи равны по статусу. И едим мы за одним столом. Угощайтесь.

Проследив за тем, как детишки-демоны активно уплетают запечённую утку, я тоже принялся за еду. Уже нагребая салат из ближайшей миски, я вдруг остановился. Эта заминка не скрылась от внимательного взгляда Ясуо.

— Не беспокойтесь. Мы тщательно следим за качеством продуктов, — заверил он, активно работая ножом по мясу в своей тарелке.

Ага. И качественные яды используете, при ваших то возможностях.

Я медленно поднялся и молча подошёл к ближайшему ко мне «монаху» в тёмном спортивном костюме. При этом конвой ощутимо напрягся, провожая меня взглядом. Мужчина недоуменно уставился на меня, а я тем временем взял рядом стоящую чеплашку и принялся нагребать салат из миски рядом с ним.

После чего вернулся на своё место и, улыбнувшись Ясуо искусственной улыбкой, принялся с аппетитом есть. Если бы не прикрытие со стороны демонят, я вёл бы себя менее вызывающе... Сидел бы на месте и дрожал от страха, готовый согласиться на все их требования.

— А вы не так просты, как кажетесь на первый взгляд. Не зря инспектор Хара так вами заинтересовался.

— Бережёного бог бережёт, — сказал я, вспомнив усатого прилипалу.

Где он сейчас, интересно?

— Право слово, это было лишним, — протерев губы салфеткой, сказал Ясуо. — Никто вас травить не собирается.

Я только развёл руками, мол, мы с вами вместе на охоту не ходили, и семейные праздники не отмечали.

— Спасибо, что помогали мне, — искренне произнёс я. — Избавили от допросов полиции и изолятора.

— Что вы, Тагава? Я вам не помогал. Просто ликвидировал препятствия на своём пути, — хитро посмотрев на меня своими серыми глазами поверх очков, сказал он.

— Погодите, — попросил я. — Не рассказывайте. Дайте набить желудок, а потом уже делайте со мной всё, что хотите.

Глава ордена громко засмеялся, а я ощутил укол вины — Хайку, наверное, сейчас с грустной мордочкой сидит возле пустой миски и думает про себя, какая же скотина его хозяин... Домой не приходит, еду не приносит!

Чёрт. Мне нужно скорее решать дела и валить домой!

Наевшись до отвала, я положил столовые приборы в тарелку и сказал «Всё!». Ясуо тоже заканчивал трапезу, допивая бокал красного вина.

— Позвольте провести вам экскурсию, Тагава?

— Извините, но лучше сразу к делу. А то я опаздываю, — сказал я, поднявшись.

Довольные и сытые демонята развалились прямо на столе, поглаживая круглые животики. Хорошо, что кроме меня их никто не видит, а то вышло бы неудобно.

— Куда это? — удивился Ясуо.

— Домой надо — покормить кота.

Мужчина передо мной поднял палец и, сказав «Одну минуту», достал из кармана пиджака мобильный телефон. Набрав контакт, приложил трубку к уху:

— Привет. Да. Всё спокойно? Хорошо. Такое дело... Надо покормить кота на квартире Тагавы. Ага. Нормальной едой — мясом, а не сухпайком из супермаркета. Окей. Если задержимся, заберите с собой, чтоб не голодал. Отбой.

Я ошеломлённо смотрел на него, ожидая пояснений.

— Мои люди имеют доступ в вашу квартиру, — спокойно сказал он. — С вашим Хайку всё будет хорошо.

— Что значит, «если задержимся»?

— А это зависит только от вас. Так что, на экскурсию?

Глаза старого дьявола смотрели свысока. Да, нет смысла строить из себя невесть кого и питать какие-либо надежды. Здесь и сейчас именно господин Ясуо фон Эшенбах являлся хозяином положения. Это его дом и его люди. И я должен перестать ломать комедию и просто подчиниться, пока хитрый лис не превратился в разъярённого волка.

Но и это лишь часть правды. Мои козыри всё ещё у меня в рукаве!

«Ребята, вставайте. Нас зовут на экскурсию!»

— Я уже никуда не хочу, — лениво протянул Фука, сладко потягиваясь, лёжа на тарелке с хлебом.

— Иди без нас, — бросила Лапулька, ковыряя в зубах.

Чипиа и Антифокус, запихивающие в рот по куску торта, лишь махнули рукой: «Догоним потом».

В этот момент я чуть не взорвался от негодования и еле сдержался, чтобы не высказать вслух всё, что о них думаю!

«ВЫ ЧТО, ОХРЕНЕЛИ?!»

Следуя за Ясуо, я с удовлетворением заметил, что вся моя демоническая братия, недовольно фыркая и мыча, всё-таки плелась следом.

Снова оказавшись в вестибюле, хозяин замка поднял руку вверх:

— На этих этажах находятся монашеские кельи.

— Вижу, здесь много дверей. Сколько вас тут?

— По меньшей мере двести человек, — спокойно ответил Ясуо. — Иногда бывает и больше — в зависимости от ситуации в стране и в мире.

Это ж как туго приходится местному повару — прокормить такую отару голов?

— В подвале находятся технические помещения — бойлерная, подстанция и дизель генератор на случай перебоев с электричеством, — продолжил он, ведя меня к двери напротив.

Следом шли только двое охранников. Остальные, наверное, ещё не доели или Ясуо решил, что в случае чего, двоих на меня будет достаточно.

— Здесь административные помещения: комната видеонаблюдения, бухгалтерия и пара отделов.

— Интересно. А что за той дверью? — cпросил я, указав на выделяющуюся металлическую дверь с тем же щитком-сканером глаза, как на крыльце.

— Камеры заключения и медицинский блок.

Ясуо испытующе посмотрел на меня, но страха в моих глазах так и не увидел. Пуганный уже.

— Но нам пока не туда. Давайте лучше сначала пройдём в музей?

Это его «пока» не внушало никакого оптимизма, а вот музей как отсрочка неизбежного годился вполне. Кивнув, я снова последовал за ним, как впрочем и ворчащие крылатые телепузики вместе с молчаливыми охранниками.

По мраморной лестнице мы прошли на второй этаж и свернули в боковой коридор. Там нас встретили красивые резные двери из дорогих пород дерева, покрытые тёмным лаком. На них были вырезаны всё те же львы, к которым добавились различные виды оружия от двуручной сабли тати до древкового оружия с лезвием — нагинаты.

В этот раз двери перед нами открыли охранники — они глухо заскрипели, будто на петлях осталась пыль и копоть далёкой древности. Хотя это здание, скорее всего, было построено в наши дни. Внутри оказалось темно, хоть глаз выколи. Но, когда мы сделали пару шагов — свет автоматически включился, открыв нам вид на обширный зал, доверху набитый оружием древности.

— Ого! — протянул Антифокус, разглядывая доспехи с устрашающей маской менгу, прикреплённой к шлему кабуто. — Сколько тут всего...

— Как интересно! Чур, я первая! — воскликнула Лапулька, улетев вглубь зала.

За ней последовали и остальные. Вид грызущего куриную ножку Фуки застал меня врасплох. И не то, что она была размером с того же самого карапуза, а сам факт левитирующей куриной ножки перед лицами охранников и Ясуо!

Затаив дыхание, я подождал пару секунд...

Но к моему удивлению никто ничего не заметил! Сдаётся мне, демонята могут делать невидимыми любой предмет, который смогут унести. Стоит иметь это в виду.

— Здесь находится вся наша история, Хироюки Тагава, — подняв руки в стороны, произнёс глава Ордена. — Тысячелетняя история борьбы с демонами...

Вот это номер!

— Как вы, наверное, уже догадались, мы знаем про вас всё: и первую встречу с демоном в здании вашей компании, и бедлам, который устроили уже три демона в мексиканском ресторане. Апогеем стало жестокое убийство пятерых человек в парке Инокасира — в этот раз демоны не стали заметать следы, а оставили всё как есть: будто зверем истерзанные останки... Чтобы во всеуслышание заявить о своём присутствии!

Его глаза пылали огнём ненависти.

— И этой ночью они наведались к нам и забрали жизни двоих моих людей... За это кто-то должен поплатиться кровью!

Я непроизвольно сглотнул, наблюдая, как изменилось лицо Ясуо. Он больше не походил на радушного хозяина-миллиардера со взводом молчаливой охраны. Теперь его сущность обнажилась полностью, и миру явился жестокий и обозлённый человек. И я понимал его чувства. Если всё то, что он говорил — правда, то каждый член Ордена другому был как брат. И потеря двоих бойцов на ровном месте, скорее всего, выбила Ясуо из колеи. И как он держал себя в руках при мне?

Ведь это из-за меня...

Мы прошли дальше и вскоре остановились возле постамента с огромной книгой в половину человеческого роста, пожелтевшие страницы которой были исписаны древними иероглифами.

— Прежде чем мы вместе решим вашу судьбу, Тагава, — сбил он меня с мыслей, — предлагаю углубиться в историю сего конфликта...

Октябрь 1598 г. н.э.

Япония. Порт Хиого (нынешний грод Кобе)

Эта ночь была слишком спокойной для того времени, когда страна стояла на пороге перемен, оказавшись без законного правителя. Лишь месяц прошёл с тех пор, как умер Тоётоми Хидэёси — человек, сделавший очень многое для объединения враждующих княжеств в единое государство Нихон (Япония). Увы, его амбиции простирались намного дальше собственного отечества, поэтому страна оказалась втянута в войну со Срединным государством (Китаем) и государством Чосон (Кореей). Дух самураев несомненно был непоколебим, но без сильного правителя продолжение войны оказалось под большим вопросом.

Формальным предводителем страны стал его пятилетний сын Хидэёри, за которого вопросы страны решал совет попечителей, созданный ранее самим императором. Пока большинство старейшин вникало в вопросы государственной важности, самый влиятельный из них Токугава Ияэсу планировал захват власти в свои руки. Впереди назревала новая кровопролитная междоусобная война...

Кэн Ватабе, военный феодал (даймё), находился в своей резиденции в портовом городе Хиого вместе со своей семьёй и свитой. Жена и две дочери мирно спали в своих покоях, пока отец семейства обсуждал важные дела со старшим сыном. Ночь уже давно вступила в свои права — разговор оказался серьёзным и продолжительным.

— Мы должны выбирать? — шёпотом спросил молодой парень в пышных шароварах. Его голова была обрита до макушки в соответствии с традициями самураев.

— Да, сын, — ответил Кэн-сан, усатый мужчина сорока пяти лет, делая глоток жасминового чая. — И чем скорее, тем лучше. Сдаётся мне, Исида Мицунари долго не протянет в борьбе с Токугавой, защищая право ребёнка Тоётоми на трон.

Именно Мицунари, вассал умершего императора, до поры до времени оставался костью в горле, мешающей коварным планам Токугавы. Но пока первый занимался государственными делами, второй тем временем собирал союзников для решающего удара.

— И вы, отец, предлагаете...

Кэн отвёл взгляд в сторону. Ситуация оказалась патовой — необходимо было забыть прошлые обиды и присягнуть на верность сильнейшему. А иначе его семье, роду и княжеству грозило забвение...

Ияэсу Токугава — лживый властолюбивец, пообещавший покойному императору оберегать и защищать его сына, вместо этого готовился занять его место на престоле! Жажда власти стёрла его память, ведь именно сердобольный правитель сделал его императорским советником, подарил новые земли региона Канто и отдал за него замуж свою сестру. Именно такие люди, как Токугава, всегда поднимаются вверх по пищевой цепочке и всеми правдами и неправдами добиваются своего.

Забыв о чести и долге...

То же самое придётся сделать и ему, Кэну Ватабе, дабы сохранить свой крохотный уголок счастья и милых сердцу родных людей. Своего сына-наследника двадцатилетнего Сэтоши, самурая, который практически не уступал ему в мастерстве владения мечом. Двух дочерей Касуми и Мияко, а так же его любимую и дорогую жену — Аюми.

Под напором множества перепетий и трудностей выстояли они вместе, родили и вырастили прекрасных детей, приумножили богатство своего княжества, активно торгуя с европейцами, чьи гигантские корабли нередко наведывались в их порт. Даже несмотря на войны, которые не так давно затеял покойный император, жизнь здесь бурлила и цвела пышным цветом: местное купечество активно покупало огнестрельное оружие у мореплавателей-гайдзинов и успешно создавало своё, закупался китайский шёлк, оливковое масло, вино, пряности и лекарства.

Пока идёт торговля, город всегда будет процветать и без его, Кэна, участия. Либо они примкнут к Токугаве, так же забыв о долге и чести, предав своего малолетнего сюзерена Хидэёри...

Либо...

О том, что будет, если, Кэн Ватабэ ничего не предпримет, не хотелось даже и думать.

— Сэтоши. Нам придётся подчиниться, — вздохнув, наконец ответил он. — Иначе смерть.

Лицо сына побледнело. Для молодого воина слова о долге и чести не были пустым звуком. Именно таких юнцов отправляли на войну с внешними врагами, чтобы не задавали лишних вопросов и шли на бойню ради интересов правящей верхушки.

Пушечное мясо...

Поэтому всеми правдами и неправдами Кэн добился того, чтобы его сын остался в родовом имении, и не поехал на войну с жёлтолицыми ханьцами (китайцами). Лучше пусть останется живым и дома, чем ляжет костьми на чужой земле... Дружеские связи в Киото позволили это сделать, правда пришлось ещё вдобавок вразумить сына, оголтело побежавшего исполнять долг перед родиной. Благо, Сэтоши унаследовал от отца критическое мышление и уважение к старшим, поэтому сначала выслушал его, перед тем как браться за меч. И всё осознал. Не сразу, но всё.

— Что надо делать? — покорно спросил сын.

Отец кивнул и мрачно произнёс:

— Мы отдадим в заложники одну из моих дочерей в качестве признания его власти...

Сэтоши Ватабэ резко встал, уронив на пол чашку с чаем, и ошалело посмотрел на отца:

— ЧТО?!

— Это вынужденная мера, — отчеканил Кэн. — Ради нашего выживания, сын. Ты должен это понять!

— Нет отец! Вы не можете этого сделать. У нас восемь сотен отборных воинов, которые, если потребуется, отдадут жизни за род Ватабэ. А ещё за нас будет воевать как минимум две тысячи крестьян! Мы выстоим, как и всегда!

— Когда у наших ворот соберётся многотысячная армия, стоять с оружием в руках останется меньше половины. Остальные бегут... И правильно сделают.

— Я не согласен!

— И почему ты не видишь очевидного, сын? Мы не выживем, если встанем против Токугавы. Даже если просто останемся в стороне, до нас всё равно дойдёт очередь. Бежать нам будет некуда.

— Отец, можете откупиться от него всеми богатствами, что у нас есть. Но сестёр я ему не отдам! Никогда!

Кэн снова вздохнул и поставил на деревянный столик пустую чашку. Этой ночью ему во что бы то ни стало нужно убедить сына. Времени осталось очень мало... Кэн клял себя за то, что воспитал Сэтоши слишком свободомыслящим и независимым, от того весьма трудно контролируемым. Но всё-таки отца тот почитал, а значит в конце концов должен был прислушаться к его словам.

Чтобы убедить сына, ему понадобится ещё пара чашек того великолепного чая, дабы промочить горло перед новой словесной тирадой.

— Принесите ещё чаю, — громко сказал он слугам за бумажной ширмой-фусумой.

— Отец, я...

БУ-У-У-Х!

На улице вдруг загремело — за бумажными шторами полыхнула яркая вспышка.

Молодой самурай тут же выбежал на балкон. Его отец бросился следом, не заметив, как ширма позади с шорохом раздвинулась — в комнату вошла служанка с подносом.

Мужчины завороженно смотрели на непрекращающиеся всполохи огня метрах в ста от здания, которые оказались ничем иным как взрывами от китайских фейерверков.

«Какой идиот решил устроить праздник посреди ночи?!»

Если бы не грохот с улицы, Кэн Ватабэ услышал бы тихие подкрадывающиеся шаги. Но хвала богам, их заметил его сын, и оттолкнул отца с линии атаки, отразив предательский удар в спину своим клинком.

Зазвенела сталь — молодой Сэтоши сражался с худощавым парнем, одетым в женское кимоно. На его голове был скособоченный женский парик, а на лице грим. Убийца хаотично размахивал укороченным мечом гатаной, пытаясь достать Сэтоши. Но опытный самурай, в нужный момент сделав подсечку, повалил «синоби» на пол и стремительным ударом меча вспорол ему горло.

Убийца трепыхался на полу, как выброшенная на берег рыба, пытаясь сделать вдох. Но у него ничего не получалось — кровь ручьями хлестала из раны. Милосердный укол в сердце подарил ему покой.

Стоило обыскать тело мёртвого наёмника и задаться вопросом, кто его нанял, как в следующее мгновение сразу трое вооружённых убийц ворвались в комнату!

Все они были вооружены камой — серповидным оружием с коротким лезвием и удлинённой рукояткой, что не могло не обнадёживать. Против меча это оружие было не столь опасным.

Выхватив свой короткий меч дайсё и подняв в другой вакидзаси, Кэн Ватабэ встал в боевую стойку рядом с сыном, который тоже перехватил меч убийцы вдобавок к своему оружию. Плечом к плечу они с вызовом взирали на озлобленные лица убийц. Если бы отец и сын не оставили свои катаны в другой комнате, то всё решилось бы меньше чем за минуту. Но пришлось работать с тем арсеналом, который имелся в наличии.

И вообще было уму не постижимо, куда смотрела охрана, когда синоби (ниндзя) вламывались в родовое имение?

Ясно только одно — сейчас их бой не услышит никто из-за шума на улице. Поэтому помощи ждать неоткуда. Впрочем, она пока не требовалась, потому что против синоби стояли двое по-настоящему смертельно опасных противника.

Начался танец мечей.

Первым в атаку ринулся Сэтоши, отвлекая на себя внимание сразу двоих синоби. В это время его отец рубился с третьим. После нескольких ударов, Кэн понял, что противник перед ним менее натренирован. Поэтому в один момент самурай совершил обманный выпад и внезапно разрубил оружие синоби надвое. Но тот и не думал отступать, а вместо этого скользнул к его сыну, блеснув заострённым металлическими когтями неко-те...

— А-а-х! — закричал Сэтоши, получив рваную рану на спине.

Обуреваемый ненавистью, Кэн метнул в обидчика сына вакидзаси, ранив того в грудь. Убийца отшатнулся от самураев, и держась за кровоточащую рану, из которой торчал нож, заковылял на выход из комнаты. Оставшиеся наёмные убийцы времени зря не теряли, давя к стене молодого самурая, неожиданно получившего тяжёлое ранение.

Жгучая боль туманила рассудок Сэтоши. Время тягуче и медленно отсчитывало секунды: он отбил один удар, затем контратаковал. Тут же в бок устремилось лезвие противника! Уход вправо, и снова встать в защиту...

В последний момент отец успел на подмогу и разрубил ещё одно самопальное орудие убийцы, тем самым спас своего сына от неминуемой гибели. Снова удар и кисти синоби упали на пол, орошая его багряной кровью. Человек завопил, будто зверь, но его страдания были окончены точным уколом в шею.

Когда соратник пал, оставшийся синоби рванулся на выход, хаотично бросая в преследователей сюрикены. Отбив пару снарядов мечом, отец сжал плечо сына:

— Останься здесь! Я приведу помощь!

Но тот лишь мотнул головой:

— Мы обязаны найти маму и девочек, пока убийцы до них не добрались! — в его глазах читались страх и ненависть.

Сэтоши выпрямился — на лбу его блестела испарина. Он сильно пострадал, но для себя твёрдо решил, что будет драться за семью до последнего.

Отец кивнул, и бросился в коридор, будучи уверенным, что сын прикроет тыл, несмотря на кровоточащие раны. У них не было времени на перевязку, ведь с минуты на минуту самое главное, самое любимое, что было у них, могли отнять. Или хуже того — уничтожить!

Они бежали по кровавому следу, оставленному раненым синоби. К нарастающему ужасу мужчин, этот след вёл прямиком в покои семьи. Видно, теряющий кровь ублюдок решил напоследок расквитаться с ними. Только откуда наёмные убийцы в таких подробностях узнали план здания? Неужели кто-то из слуг вероломно предал доверие семьи?!

Только одно вселяло надежду в Кэна Ватабе — его жена Аюми. Она отлично владела нагинатой и могла постоять за себя и своих детей. Но Аюми будет драться одна, и никто не прикроет ей спину...

Обуреваемый смятением, Кэн запоздало заметил руку, торчащую из-за угла коридора. Раненый синоби лежал недвижимым трупом с открытым ртом. Воткнув меч ему в шею, самураи пошли дальше. На улице до сих пор стреляли фейерверки, поэтому они не слышали звуков борьбы в комнате жены и дочерей...

Либо эта страшная напасть не добралась до них, либо...

Не имея сил больше ждать, отец и сын ворвались внутрь, разворотив входную ширму.

И увидели кровь.

Повсюду тела убийц.

Отрубленные руки.

Ноги.

Головы.

Аюми, вытирающая лезвие своего оружия об одежду убитого синоби. Её глаза смотрели пустым взглядом в одну точку, пока руки производили монотонные механические действия.

Подле неё лежали два маленьких тельца в белых кимоно, ткань которых стала розовой от впитавшейся крови...

Ощущая вселенскую скорбь, Кэн Ватабе опустился на колени и горько заплакал. Судьба решила наказать его самым страшным горем, которое было только возможно в этой проклятой жизни — пережить своих детей!

Его сын тоже в миг ослабел, и негнущимися ногами побрёл к матери, чтобы утешить её в этот самый страшный для семьи час. Он осторожно приобнял свою мать, но она так и осталась стоять недвижимой статуей, не переставая очищать оружие от крови.

Видя всё это, Кэн наконец поднялся на ноги и тоже подошёл к ним, склонившись уже над телами дочерей. Совсем юные, только недавно распустившиеся цветы — Касуми и Мияко, теперь лежали пустыми оболочками, больше не смеясь и не корча друг дружке смешные рожицы, как они любили это делать. Их духовный свет исчез, оставив зияющую пустоту в сердце отца.

Но кроме пустоты в нём поселилось ещё кое-что...

Безумие!

Зарождаясь огненным цветком, оно росло и росло, распространяя свои лепестки всё дальше и глубже в его нутро. Постепенно заполняя собой пустоту, разжигая пламя ненависти. И теперь взгляд мужчины пал на благоверную, которая не смогла уберечь его детей. На ту, что была ему опорой, но подвела в решающий момент. И от него не скрылось, как её взгляд вдруг переменился — Аюми наконец ожила.

Но печали в её глазах Кэн не увидел. А совсем наоборот!

С нарастающей яростью самурай наблюдал, как эти прекрасные очи будто смеются. Она ликовала, осматривая дела рук своих. Касалась взглядом всех тех, кого настигла её карающая длань. И вскоре мёртвую тишину в окровавленной комнате разорвал её смех. Сначала это было тихое хихикание, но потом оно постепенно переросло в безудержный хохот!

Хр-р!

Резкий звук разрываемой плоти достиг ушей Кэна Ватабе. Он непонимающе завертел головой в поисках новой угрозы, но тела на полу были слишком сильно изувечены, чтобы подавать хоть какие-нибудь признаки жизни...

Из спины Сэтоши что-то выпирало, натянув собой окровавленное кимоно. Парень закряхтел и повис на плечах женщины. Кэн не поверил своим глазам — его сын упал замертво, сражённый длинным стилетом, который держала Аюми. Она не переставала хохотать, и её голос начал казаться громче. И самурай понял почему — фейерверки на улице перестали грохотать.

— Сэтоши! Сын!

Смех прекратился.

Кэн успел лишь коснуться лица своего первенца, как сразу же был вынужден перекувырнуться назад, подчиняясь воле натренированных рефлексов.

Лезвие нагинаты с неимоверной силой обрушилось на то место, где секунду назад был самурай.

Чавк!

Тело Сэтоши взорвалось от удара и разлетелось на куски, ещё больше забрызгав комнату смерти.

— Вы все такие маленькие, словно я в песочнице оказалась, — веселилась Аюми, размахивая смертоносным оружием. — Так смешно отрываются руки и ноги!

К горлу Кэна подкатил ком. Усилием воли он сумел утихомирить желудок, который прямо сейчас хотел избавиться от ужина. Лицо горело огнём — ещё тёплая кровь родного сына стекала по нему. В голове набатом стучали молоты — безумие рвалось на свободу.

Самурай пристально смотрел на эту женщину и не мог узнать в ней свою супругу. Телом и лицом это была она, но жестами и манерой речи — совсем другой человек!

Да и как поверить в то, что родная мать зверски погубила собственного сына?!

Это не она, а чудовище! Демон, принявший её обличье! Ёкай!

— Говори, где моя жена?! — заревел он как дикий зверь, подняв меч.

Женщина двинулась к нему, ловко раскручивая нагинату, тем самым заставляя воздух свистеть.

— Так вот же я, любимый, стою перед тобой! — ухмыльнувшись, произнесла она. — Что же ты, не признал меня?

Кэн не верил в происходящее, но нутром чувствовал колоссальную опасность, исходящую от Аюми. Её сила превышала человеческую в несколько раз!

Ему во что бы то ни стало нужно разгадать секрет демона и отомстить за свою семью. Чтобы иметь хотя бы призрачную надежду на победу, перво-наперво необходимо было узнать имя демона. А уж потом думать, как его убить, при этом не погубив настоящую Аюми!

Теперь Кэн думал именно так — демон вселился в тело его супруги.

— Или ты забыл, как любимая жёнушка безропотно стерпела твои шашни с портовыми шлюхами пару месяцев назад? Знатно ты отметил назначение своего дружка на высокий пост в Эдо. Ох уж эти азиатские нравы! На её месте, я бы уже давно отрезала тебе причинное место, свинья ты узкоглазая!

Самурай не поддавался на провокации, стараясь сохранить хотя бы островок разума в бушующем море безумия. В голове сами собой пронеслись картины той славной ночи. Прекрасные куртизанки, сакэ и радостные лица друзей. Как бы он хотел вернуться в то беззаботное время...

— Назови своё имя, демон, перед тем как я прикончу тебя и скормлю собакам!

— Силёнок не хватит, человечишка! — улыбнулась она. — Но так уж и быть, перед тем, как разорвать тебя на части, я всё-таки произнесу своё имя... Ты ведь должен знать, кто убил твоё потомство! Ха-ха!

— Меня зовут Стигмата!

От одного удара Стигматы, хоть и прошедшего вскользь, его короткий меч со звоном рассыпался на осколки. Кэн чудом успел уйти с траектории падения нагинаты. Задержись он ещё на секунду, то был бы уже мёртв.

Его чувства были обострены до предела. Тело сжато, как пружина. Совершив прыжок в сторону, самурай схватился за меч синоби, лежащий на полу — руки, принявшие на себя неимоверную силу удара, болели и тряслись. Кэн решил сменить технику ведения боя, чтобы больше так не подставляться.

Тем временем хозяйка положения Стигмата в теле Аюми не торопясь проходила между разорванных в клочья трупов.

— Твои рефлексы впечатляют. Вы, японцы, хоть и коротышки, но в сравнении с европейцами очень быстры. (прим. автора — в средние века рост среднестатистического японца не превышал 1,5 метра из-за особенностей рациона питания, в котором отсутствовало красное мясо)

Кэн не слушал её, вырабатывая тактику. Перед ним в теле его женщины демон, который обладает нечеловеческой силой. Если к этой силе добавится ещё и сверхскорость, то дела его плохи. А ведь во что бы то ни стало Кэн Ватабе должен отомстить за сына...

— Наверное, стоит извиниться перед тобой за девочек. Просто они мешались мне, когда я разбиралась с убийцами. Для вас смертных это ведь важно, — улыбнувшись, произнесла она.

...должен отомстить за сына, дочерей и жену!

Кэн вдруг осознал, что не станет её жалеть и пытаться спасти. Тем более, не зная, как. Он сделает всё от него зависящее, чтобы прекратить её страдания. Убьёт её! КАЗНИТ!

Если демон надеялся, что самурай, не совладав с чувствами, совершит ошибку и бросится на неё в лоб, то он ошибался. Кэн хладнокровно обходил Стигмату стороной, оставаясь на приличном расстоянии, чтобы её нагината не достала его. Одновременно поднимал оставшееся после синоби оружие.

— Эти железки тебе не помогут, — хмыкнув, сказала демонесса, бросаясь в атаку.

Широкое лезвие устремилось в его сторону, но Кэн уже был к этому готов. Уклонившись, он совершил кувырок и бросил сюрикен в её ноги, надеясь ранить сухожилия. На кимоно образовался надрез, из которого брызнули капли крови — попал! Но демон, будто ничего не чувствуя, уже заносил нагинату для следующей серии ударов.

Кэн постепенно начал понимать рисунок её ударов. Через чур уверенная в своих силах, Стигмата, даже не пыталась использовать различные комбинации или поражать его внезапными контратаками. Она просто пёрла вперёд, как мул, надеясь раздавить его в лепёшку. И это было хорошо — очень хорошо.

Тёртый в многочисленных боях, Кэн Ватабэ мастерски владел не только своим мечом, но и телом. Поэтому в этот раз он не стал увеличивать дистанцию, а наоборот принялся её активно сокращать. Имея на руках три меча, он сначала уворачивался, пока мог, а потом жертвовал ими, когда столкновения с нагинатой уже нельзя было избежать.

Один мощный удар и уход в сторону — его руки слабели, вытаскивая новый клинок взамен разбившемуся.

Шаг вперёд и в сторону: Кэн рубанул по руке женщины, и снова отпрянул под угрозой контратаки. На её лице не было иной эмоции, кроме мерзкой улыбки. Судя по всему, ранения не причиняли ей боли. Поэтому Кэн наконец перестал играть в кошки-мышки, сконцентрировавшись для последнего выпада.

С грозным кличем, самурай бросился в атаку с двумя мечами в уже трясущихся руках. Женщина широко улыбнулась, будто удав, завидевший лёгкую добычу перед тем, как разинуть пасть. Но через мгновение что-то отвлекло её и Стигмата повернула голову в сторону выхода.

В голове Кэна пронеслась мысль о скором свершении мести. Если ты позволил себе такую роскошь, как отвлечься в бою, то готовься предстать пред богами на высшем суде!

Мощным взмахом обоих мечей самурай разрубил нагинату в руках демона на три части. Не веря своей удаче, Кэн скрестил мечи на шее Стигматы и...

Услышал злорадный смех, вырывающийся из её уст.

— Ты безоружна, и скоро сдохнешь! Так чего же ты скалишься, демон?

Прекратив смеяться, женщина вдруг переменилась в лице и печально взглянула на Кэна, будто перед ним снова была родная Аюми:

— Прошу тебя, любовь моя! Пощади! Я не ведала, что творила... — пролепетала она голосом Аюми. По её щеке прокатилась слеза. — Дети мои...

Лезвия ещё ближе придвинулись к её коже.

— Заткнись! — взревел Кэн, обуреваемый яростью. — Тебе меня не обмануть, мразь! Не смей даже упоминать их!

— Я же сказала, твои железки ничего мне не сделают, — произнесла она, показывая разрез на рукаве — за ним розовела бархатная кожа, и не было ни следа от пореза!

Женщина схватилась голыми руками за лезвия мечей и начала медленно отодвигать их от себя, пока Кэн пытался наоборот обезглавить её.

— Знай же, коротышка, я пока не намерена уходить из тела твоей благоверной жёнушки. У меня ещё много дел на вашем маленьком островке!

Она потянула сильнее, а потом резко свела мечи снова к своей шее, притянув тем самым самурая к себе:

— А теперь будь добр, сыграй свою роль перед зрителями до конца, — сказав это, женщина отпустила руки.

Ничего не понимающий Кэн сразу же замахнулся, но уже не смог ударить — двое мужчин повалили его на пол и забрали оружие.

— Кэн-сан! Не делайте этого! — закричали люди, вбежавшие в комнату — это была свита феодала.

— Что?! — взревел самурай, порываясь встать. — Отпустите меня! Я убью её!

— Нет, мой муж! ЗАЧЕМ ты убил наших детей?! — верещала Аюми, умываясь слезами. — Почему?!

Столпившиеся вокруг люди ахнули — все наследники рода Ватабэ оказались мертвы... А Сэтоши, великолепный воин, сын своего отца, был... Он больше не представлял собой единое целое! Каким зверем нужно быть, чтобы разделать на куски собственного родного сына таким ужасным образом?!

— Кэн-сан, это правда?!

— Да как ты посмела?! Демон! Я убью тебя, подлая тварь! — кричал обезумевший самурай на заплаканную хрупкую женщину, которую уже уводили в другую комнату ради её же безопасности. Обезоруженного брыкающегося даймё люди вывели вон из комнаты смерти. Оставшиеся внутри с содроганием лицезрели торжество абсолютного зла, что свершилось в этом теперь уже проклятом месте...

Кэн Ватабе никак не мог понять, почему его воины слушают эту подлую тварь, а его словам не верят. Он бесконечно твердил им о том, что его жена Аюми — это на самом деле демон, который убил всю его семью, а он сам должен был сейчас совершить правосудие!

Но подданные не внимали его речам. Лишь молча переглядывались между собой, когда самурай разъярённо бранился на них и обещал казнить тех в ближайшее время, если его не отпустят.

Общим решением его заточили в темницу до выяснения всех обстоятельств этого ужасного преступления...

Так прошло шесть дней, за которые его безумие заиграло новыми красками: все люди вокруг, поклявшиеся в преданности, на поверку оказались приспешниками демона! И Кэн Ватабе был бы счастлив видеть их всех, посаженных на колья вдоль главной улицы города!

О да! Он бы проезжал мимо на коне и смотрел, как они корчатся от боли, истекая кровью. Как вороны клюют их глаза, а опарыши пожирают внутренности! При этих мыслях самурай тихо хихикал, пуская слюну. Голодом его не морили, но Кэн с того самого проклятого дня ни разу не притронулся к еде, пребывая в своих мрачных думах...

Жизнь его больше не интересовала. Лишь жажда мести давала смысл дышать и существовать.

Наконец на утро шестого дня к нему пришли. И не кто-то из воинов или слуг, а старый друг семьи и боевой товарищ Кииоши Андо. Седовласый мужчина, будто белая ворона, вошёл в мрачные своды тюрьмы и сразу же направился к камере Кэна. Сидя на циновке в позе лотоса, тот находился в состоянии медитации. Только она и спасала от гнетущих мыслей, которые медленно, но неумолимо пожирали разум Ватабэ в этих мрачных застенках.

Ровесник самурая встал у клетки, и пристально вгляделся в осунувшееся лицо друга. Пытался понять, правду ли ему сказали слуги, на самом ли деле этот человек является виновником той страшной трагедии, что потрясла весь город. Любящий отец, так жестоко расправившийся со своими детьми в порыве гнева!

На корню обрубивший свой род...

Лицо заключённого было омрачено печалью — осознал своё злодеяние? Или это тоска по безвременно ушедшим родным?

Кииоши сам находился в таком же состоянии, оплакивая его детей, которые тоже были ему как родные. Раз в пол года он навещал их и привозил разные диковинные штуки, которые, к его удивлению, со временем уже больше не вызывали бурю эмоций у шустрых детишек. Портовый город, в котором они жили, сам собой был источником различных заморских товаров и украшений. Так что другу семьи Кииоши Андо приходилось проявлять свою любовь другими методами. Например, обучению кэндо или стрельбе из лука, чему детишки очень радовались.

Вместе с людьми из своей свиты, он изготавливал небольшие деревянные бокены, и такие же миниатюрные юми (лук). Кэн часто благодарил своего верного друга за внимание к его детям. Во многом именно пример Андо сначала вдохновил Сэтоши стать самураем, а потом уже наставления отца.

Теперь же всё это осталось в прошлом — наступила чёрная пора для рода Ватабэ. И для него самого, ведь ослабление такого сильного союзника подрывало безопасность самого Андо. Именно на их союзе зиждилось благополучие высокого чиновника из Эдо. Друзья во все времена всегда поддерживали друг друга. И теперь «белая ворона» бросил все дела, оставил семью, и приехал с посольством к старому другу, чтобы разделить горечь утраты и разобраться во всей этой ужасной истории.

Кииоши простоял в молчании почти час, пока Кэн не открыл глаза и не заметил его:

— Ещё и ты... — прохрипел он, сдвинув брови.

— Здравствуй, старый друг...

Заключённый поднялся, после чего резко метнулся к прутьям и просунул руки через них, пытаясь достать визитёра:

— Демон! Я доберусь до тебя, сволочь! Убью!

Реакция Кэна обескуражила мужчину, заставив непроизвольно схватиться за рукоять меча. Справившись с рефлексами, Кииоши сделал пару шагов назад, чтобы грязные пальцы безумца ненароком не исцарапали ему лицо.

— Что с тобой стряслось? Почему, Кэн-сан? Зачем ты это сделал? — не веря своим глазам, произнёс самурай. — Я любил их, также, как и ты. И не могу поверить, что ты так жестоко с ними поступил!

Беснующийся заключённый, казалось, его не слышал — вместо этого без устали бранился самыми последними словами и рвался вперёд. Но клетка сдерживала его.

— Скажи, это действительно правда?

— Заткнись! Чудовище! Я порву тебя на части, Стигмата!

Новая деталь не укрылась от пытливого ума Кииоши. Это странное слово или имя могло стать зацепкой в его расследовании!

— О чём ты? Что это такое?

Кэн не унимался, продолжая сыпать проклятиями, что постепенно начало выводить Кииоши из себя. Он не привык, когда с ним разговаривают в подобном тоне, поэтому...

Резким ударом ладони он отправил Кэна прямиком на земляной пол, на котором тот развалился, на секунду замолчав. После чего, будто лохматый домовой, заключённый поднялся на ноги, и сгорбившись, отошёл в тёмный угол, откуда продолжал уже шёпотом сыпать проклятиями.

— Прости, я не хотел... — с досадой произнёс Андо. Было непростительно опуститься до такого, тем более в отношении друга, потерявшего детей...

— Ты не демон, — вдруг сказал Кэн.

Кииоши уже было смирился с безумием товарища, поэтому осознанная речь с его стороны заставила самурая несколько удивиться.

— Её удары сильнее. Намного сильнее...

Заключённый снова подошёл к прутьям и уставился в лицо гостя. Через несколько секунд из печальных глаз Кэна полились слёзы. Он не смог сдержать их при виде старого друга, снова вспомнив о той трагедии, что перечеркнула его жизнь.

— Дети. Они...

Теперь это был он — настоящий Кэн Ватабэ. Человек, с которым Кииоши делил суровый полевой быт самурая во времена смуты и феодальных распрей до прихода к власти почившего в вечности императора Тоётоми Хидэёси. В порыве чувств, мужчина положил свою ладонь на руку заключённого, после чего потребовал:

— Расскажи мне всё, что здесь случилось!

Оправившись от тяжёлых чувств, Кэн наконец заговорил, а Кииоши внимательно слушал его охрипший голос — убитый горем отец всё это время ничего не ел и почти не пил. Так прошёл целый час напряжённого разговора, из которого «белая ворона» выяснил для себя следующее: его друг на самом деле не сумасшедший. И это не он порубил свою семью во время нашествия синоби.

Кстати о синоби — кто всё-таки заказал это покушение? В условиях борьбы за власть можно предположить, что эта напасть исходила со стороны Токугавы, который страстно желает взойти на трон. С другой стороны, он только собирал сторонников для свержения регентского совета, и ему не было никакого резона искать себе новых врагов. Здесь замешан кто-то другой...

Но кто?

А вот по поводу жены Кэна было ещё сложнее. Точнее, по его словам в неё вселился демон, которого нельзя было ранить холодным оружием. К сожалению, подтвердить или опровергнуть это Андо не мог.

— Аюми уехала из города, — вдруг сказал он.

— ЧТО?! — взревел заключённый, всплеснув руками. В его глазах огоньками снова заиграло безумие.

— Два дня назад в составе сотни воинов, рабочих и слуг...

— КУДА?!

— Гора Омине. Большего не знаю. Мне передали, что она резко сорвалась в экспедицию, поручив похороны детей слугам...

Кэн Ватабэ, запрокинув голову, застонал как раненный зверь.

Теперь не было никаких сомнений, что с Аюми и правда что-то не так. Безутешная мать не то что не держала траур, даже на похороны детей не собиралась! Вместо этого спешно уехала на северо-запад, даже не оставив после себя исполняющего обязанности главы клана.

Это был совсем не похоже на ту Аюми, которую он знал. Для той благородной женщины семья и муж имели сакральный смысл. Жена Кэна никогда не отлучалась из родового имения. Что душой кривить, Кэн этим и пользовался, частенько проводя с Кииоши весёлые вечера у ночных бабочек в увеселительных заведениях города.

Его друг мог без каких-либо проблем взять себе наложницу, но всегда чтил свой дом как храм, и не смел опускаться до такого. Эти две черты — безудержная развратность и стремление сохранить святость отчего дома каким-то неведомым образом сочетались в человеке по имени Кэн Ватабэ.

— Кииоши! Выпусти меня! Я должен её догнать!

После разговора с другом у Андо практически не осталось сомнений в отношении Кэна. Но всё же он пристально посмотрел в его глаза и твёрдо проговаривая каждую букву, спросил:

— Скажи мне, глядя в глаза: ты правда не убивал своих детей?

Глаза воина в клетке предательски увлажнились:

— В этой жизни я совершил лишь один по-настоящему страшный грех в отношении своей семьи...

Кииоши затаил дыхание, ожидая его последних слов.

— Я проклинаю себя за то, что не смог защитить свою семью! — произнёс Кэн, склонив голову.

Он снова плакал — боль и горечь утраты волнами свинца ударяли в его разум, пытаясь разбить его вдребезги.

— Я тебе верю, — наконец сказал Кииоши. — Сегодня ночью я организую твой побег. А потом...

— Я отомщу, — кивнув, прохрипел Кэн.

— Мы отомстим, — мягко поправил его друг.

Андо слабо верил в россказни о демонах и прочей сверхъестественной чепухи, так как никогда такого при жизни не видел. Да, отцы и деды почитали божества леса, воды, огня и прочих, но «белая ворона» никогда не был легковерным, стараясь больше мыслить критически. Но сейчас, несмотря на всю фантастичность этой истории, самурай поверил другу. Быть может и не было никаких демонов и прочего, а разум Кэна помутнился из-за смерти детей, но одно было точно — Аюми не та, за кого себя выдаёт. И делает очень странные вещи.

Поэтому им двоим во что бы то ни стало нужно докопаться до истины и наказать виновных в трагедии!

Кэн Ватабе молча удалился в свой тёмный угол, не имея сил больше продолжать разговор. Он будет терпеливо ждать ночи и своего друга, что обещал помочь. Остальное теперь не имело смысла.

Поняв, что разговор окончен, Кииоши направился на выход мимо молчаливой стражи. На душе скребли кошки, но план действий уже вырисовывался, что хоть немного, но всё-таки отвлекало от мрачной действительности.

И первый пункт этого плана назывался:

ПОБЕГ.

Этой ночью было холоднее, чем обычно. Поэтому Кэн наконец заставил себя немного поесть, чтобы набраться сил перед освобождением. В том, что его друг Кииоши выполнит своё обещание, самурай не сомневался. Но нужно было и самому не оплошать, чтобы в ответственный момент не свалиться на землю от истощения.

После того как солнце укатилось за горизонт, самурай уже не мог найти себе места. Он метался из угла в угол, как затравленный зверь. Ведь время работало против него — с каждым часом Стигмата уходит от него всё дальше и дальше. Он должен нагнать это чудовище и прекратить его жизненный путь. Отомстить за благородного, всегда рвавшегося в бой Сэтоши. За умницу Касуми и милашку Мияко... И за преданную супругу Аюми, что стала сосудом для абсолютного зла!

ОН. ДОЛЖЕН. ОТОМСТИТЬ.

За решёткой на улице свою мелодичную песнь исполняли сверчки, мутными звёздочками бороздя ночное небо. В подобные вечера Кэн любил постоять на балконе своего особняка и полюбоваться природой, что, притомившись за день, отдыхала под звёздным одеялом. Запах скошенной травы, шуршание листьев и успокаивающая песня всех тех живых существ, что бодрствовали ночью, навевали на него благостное патриотическое настроение. Кэн Ватабэ всем сердцем любил свою малую родину, и отлично знал всю зыбкость ненадолго воцарившегося спокойствия в этих краях. Лишь он и его люди были той силой, что сохраняли эти земли от хаоса.

Но как часто бывает в жизни, этого оказалось недостаточно...

Попытавшись прогнать мрачные мысли, Кэн вдруг заметил на улице стремительные тени. Кто-то проносился меж деревьев, огибая патрули с фонарями, и оставаясь незамеченными в полумраке. Самурай в который раз проклял собственную охрану, которая уже дважды прошляпила появление незваных гостей. Хотя после прошедших кровавых событий должна была бдить не хуже императорской стражи!

Несомненно, лазутчики знали и план приусадебного участка, и время смены караула. Поэтому без каких-либо проблем в течение пары минут они добрались от высокого забора до строения, где он находился. Двое невысоких мужчин были одеты в чёрные костюмы, благодаря которым просто растворялись в темноте.

Снаружи послышался сдавленный хрип — стража на входе в тюрьму выбыла из игры.

Торопливые шаги в его сторону ознаменовали собой скорое освобождение Кэна Ватабе. Тот терпеливо ожидал, пока двое молчаливых незнакомцев в масках разбирались с замком на клетке, подбирая ключи на связке, по-видимому, украденной у стражи. Наконец, замок звонко щёлкнул, и перед ним отворили дверь:

— Достопочтенный Кэн-сама, мы от господина Андо, — поклонившись, сказал один из них.

Самурай ничего не ответил, выйдя из камеры. Он не хотел терять ни минуты на пустые разговоры, ведь впереди его ждала месть...

— Подождите, Кэн-сама! Вот ваше оружие.

Неожиданный дар ввёл его в замешательство — лазутчик передал ему в руки два парных меча: дайто и сёто. Да, это были именно они — родовые мечи дома Ватабэ. Никто в целом свете не мог в такой точности подделать искусно выполненные "цубы«(гарда) на них, с силуэтом свирепого тигра, готовящегося к прыжку. Рукоятка катаны привычно легла в ладонь — самурай вдруг осознал, насколько сильно истосковался по своему оружию.

— Спасибо, — буркнул он.

— Вам надо надеть эту одежду, — сказал второй парень, протягивая ему такой же чёрный комплект одежды, который был на них. — Чтобы не выделяться.

Кэн только махнул рукой, и вскоре вышел на улицу. Рядом тут же оказался почётный эскорт, жестами указавший дорогу. Мужчина кивнул, отправившись следом за ними. Задача казалась простой — пробраться мимо ничего не видящих остолопов-стражников, и перемахнуть через забор.

Но на деле всё оказалось иначе...

Они осторожно двигались во тьме. Иногда выжидали, пока пройдёт патруль, после чего снова шли вперёд. Теперь от цели их отделяло всего лишь двадцать шагов. Правда, рядом всё время тёрся один стражник, никак не решающийся покинуть свой пост. Минут десять троица сидела в кустах, ожидая развязки. Нервы Кэна были напряжены до предела...

Вдруг к первому стражнику присоединился и второй, держащий за поводок двух собак.

— Откуда здесь собаки? — занервничал один из лазутчиков.

— Здесь же не должно быть собак! — ответил второй, с надеждой посмотрев на Кэна, но тот ничего не ответил.

Всё было так до сего дня — проклятый демон повелела купить собак для того, чтобы задержать его!

События начали стремительно набирать оборот: чёрные как смоль собаки породы Каи-кен вдруг посмотрели в их сторону, и стали быстро вдыхать воздух своими влажными носами. Лай огласил ночную тишину, заставив охранников напрячься и внимательно осмотреться. Одетый хоть и в потёртые, измазанные в земле шаровары, Кэн-сан, прячущийся в кустах, тут же оказался обнаружен. Стража подняла крик и спешно устремилась в его сторону.

— В пекло! — выругался Ватабэ, обнажив меч.

— Нам нужно бежать! — вскрикнул парень в чёрном костюме, дёрнув самурая за рукав.

Внезапный болевой приём заставил паренька растянуться на земле.

— Не смей мне мешать! Зарублю!

Настоящий самурай никогда не покажет пятки врагу. Тем более, иначе называть этих дармоедов у Кэна язык не поворачивался. Именно они были ответственны за то, что подлые убийцы наглым образом наведались к нему в дом и устроили покушение на него и его семью. За такой проступок есть только одна кара...

Смерть!

Под ошарашенные взгляды людей Андо безумный самурай побежал в атаку, размахивая катаной. Навстречу быстро приближались собаки, спущенные с привязи, а позади бежала стража в количестве уже трёх человек. Через минуту здесь будет вся охрана здания!

От первой собаки он избавился, рубанув по свирепой морде, когда она в прыжке метила ему зубастой челюстью в грудь. В этот же момент вторая мёртвой хваткой вцепилась в его ногу, даря ни с чем не сравнимые болевые ощущения! Рассвирепев, самурай взмахнул мечом, одним ударом располовинив зубастую тварь. Чёрная кровь брызнула во все стороны. Но на этом обезумевший Кэн Ватабе не хотел останавливаться.

Хромая, он неотвратимо шёл навстречу троице, что стремительно сокращала между ними расстояние. Тем временем, двое в масках в полной мере осознали всю катастрофичность ситуации: с другого угла здания к ним бежала группа уже из десяти человек. Операция по спасению этого идиота была не только провалена, но и жизни его спасителей теперь висели на волоске. Нужно было срочно что-то предпринять, пока их не зарубили, как последних шакалов.

— Кэн-сама?! — троица самураев остолбенела при виде своего феодала.

Один из них поднял руку и коротко кивнул, но меч опускать не стал:

— Вы должны быть в своих... — он осёкся, — «покоях»!

«Да как ты смеешь мне указывать!» — мысленно взорвался Кэн Ватабе, совершив резкий выпад в сторону говорящего.

Тот успел лишь выставить блок, но даже обессиленный нахождением в тюрьме, Кэн сумел пробить защиту и нанести решающий удар в грудь. Молодой парень закричал от боли и свалился на землю, корчась в мучениях. Его соратники бросились в атаку, чтобы отомстить за гибель товарища, но в последний момент, перед тем, как их мечи скрестились с клинком Кэна, оба парня схватились за шеи. Закатив глаза, они просто свалились перед ногами самурая.

Кэн-сама с удивлением успел заметить на них дротики с ядом, и тут же был схвачен под руки двумя парнями в чёрном, которые принялись спешно тащить его к забору. А позади негодовали стражники, со всех ног мчащиеся за ними.

— Отпустите! — вопил самурай, пытаясь вырваться. — Я порежу их, как собак!

Люди Андо не разделяли его энтузиазма, поэтому крепко держали за руки, чтобы тот ненароком не убил их в порыве неудержимой ярости. Превозмогая все тяготы, связанные с неадекватным состоянием их подопечного, мужчины всё-таки довели его до забора, после чего один из них громко свистнул.

Сверху упала верёвка, которой они тут же начали обвязывать самурая. Тот уже пришёл в себя, и больше не пытался убить своих спасителей. А вот быстро приближающаяся охрана наоборот страстно желала перерезать им глотки!

Свистнув ещё раз, паренёк в маске прокричал ему напоследок:

— Наш долг оплачен!

Кэн-сама хотел ответить ему, но его резко потянуло вверх. Последним, что он увидел, были две стрелы, которые угодили в его спасителей. Услышав сдавленный хрип за забором, самурай вдруг свалился на что-то мягкое. При беглом осмотре это оказались мешки с сеном, загруженные в телегу. Она тут же тронулась с места, ведомая возницей, гнавшим вперёд двух чёрных скакунов. Впереди мчался одинокий всадник, который, судя по всему, обеспечил Кэну быстрый подъём на забор.

Мужчина в последний раз посмотрел на свой родовой дом, который оказался для него проклятым на веки. Он больше никогда не вернётся сюда. Посвятит жизнь только одному — кровной мести.

Отдавшись на милость своим спасителям, Кэн растянулся на мешках, взирая на ночное небо — такое прекрасное и одновременно безразличное для него.

***

Следующее утро встретило его в рыбацкой деревушке, расположенной на подступах к городу. Кэн так и проспал всю ночь пути в телеге. С некоторым удивлением самурай заметил на ноге повязку — видно кто-то из его спасителей подлечил его рану, что было весьма кстати. Умереть от гангрены, не успев поквитаться с демоном, в планы Кэна не входило.

Ощущая себя скверно — нога саднила, мужчина спрыгнул на землю и начал ковылять к близлежащему дому, из которого доносились голоса и запах приготовленной рыбы. В это же время ему навстречу вышел Кииоши:

— Рад видеть тебя, старый друг, — сказал он, положив руку ему на плечо.

Кэн отвёл взгляд. На его совести тяжёлым грузом висела гибель людей Кииоши.

— Мне сообщили о потерях. К сожалению, иначе вызволить тебя было нельзя. Тем более, этим утром тебя должны были казнить...

Эта новость болезненно кольнула самурая:

— Городской совет?

— Да. Они приняли это решение единогласно.

«Сволочи...»

— Меня это не интересует. Ты поможешь мне добраться до Аюми?

Кииоши кивнул и пригласил Кэна в дом. Запах еды был таким заманчивым, что самурай и мысли не имел отказаться. Перед дальней дорогой нужно было набраться сил и хорошенько подготовиться. Благо, старый друг в отличие от него, имел все ресурсы и людей, чтобы собрать экспедицию вдогонку за демоном.

Внутри их встретил хозяин дома, мужчина в возрасте, хлопотавший вместе с двумя дочерьми. Они накрывали на стол свою простую еду для высоких гостей. Там же находились и те двое, кто увёз его из имения: хмурые молчаливые мужчины, видно, опечаленные смертью товарищей. Кэн поблагодарил их за своё спасение и благоразумно не стал вдаваться в подробности побега, дабы не иметь проблем с ними. Ничто не должно было помешать ему добраться до демона. И никто.

Простой крестьянский завтрак восполнил его силы. Только тоска по ушедшим родным всё больше завладевала сердцем самурая, когда он наблюдал, как дочери хозяина убирали стол и шутили между собой, иногда поглядывая на словно вышедшего из леса, взлохмаченного и ощетинившегося проступившей бородой Кэна. Тем более, от него разило как от выгребной ямы, что тактично никто будто не замечал. Устыдившись себя, самурай попросил хозяина дома приготовить ему ванну.

Прошло ещё несколько часов, в течение которых он наконец привёл себя в порядок: смыл недельную грязь, сбрил бороду и усы, чтобы совсем сменить образ. Скорее всего за его голову уже назначена награда, и любой, хотя бы раз видевший лицо Кэна Ватабе, мог донести на него.

— Когда мы выступаем? — спросил он, готовый хоть прямо сейчас ринуться на поиски демона.

— Через два дня, — ответил Кииоши, вызывая тем самым бурю эмоций у старого друга.

— Почему так долго?! Мы не можем столько ждать!

Кииоши уже привык к нехарактерной для старого Кэна взвинченности и нервозности, поэтому поспешил сразу же успокоить его:

— Мне нужно собрать людей и припасы. До гор путь не близкий. Тем более, по дороге нам нужно заскочить к одному человеку.

— Кто он?

— Тот, кто поможет нам справиться с демоном. Ты говорил, что его не берёт наша сталь. Думаю, старик Сэтору подскажет, как нам быть.

— Ты про того юродивого, что живёт в лесу? — удивился Кэн.

— Помнишь, как мы смеялись над его историями о победах над демонами? Он и сам был похож на Тэнгу: длинный красный нос, силища, как у быка. Одной рукой носил тяжёлые брёвна для строительства своей хижины в лесу.

А ещё у него был странный меч, похожий больше на тесак, чем на катану. Чёрный, вылитый из какого-то необычного металла. По словам старика, именно этим мечом он и побеждал монстров, что частенько встречал в годы своей бурной молодости, проведённой в боевых походах под началом даймё из далёкого княжества. Позднее Кэн узнал, что этот человек был простым дезертиром, который осел на чужих землях, чтобы не служить своему господину. Такой позор мужчина мог смыть только кровью, но старик Сэтору, по-видимому, был иного мнения на этот счёт. И с этим ничтожеством Кииоши хотел его свети? Просить помощи у дезертира?

— Неужели ты веришь в его сказки?

Андо лишь усмехнулся:

— Тебе же я поверил, Кэн-сама.

Последний довод был решающим — только старый друг поверил ему и помог в сложившейся ситуации. Никто из его соратников и слуг не усомнился в виновности хозяина, и не решился вызволить его из темницы. Все предали его, наслушавшись сказок, которые им наплёл демон...

Тупые ничтожества!

Делать было нечего — Кэн полностью зависел от Кииоши. Хоть ему это и не нравилось, но самурай понимал, что без помощи друга его шансы настичь Стигмату равнялись нулю. Так прошло два дня, за которые Кэн еле сдерживался, чтобы не отправиться в дорогу одному.

Их отряд теперь состоял из десяти человек, которым, как сказал Кииоши, он доверял больше всего. В любом случае, с этими же людьми он и приехал в город из Эдо, чтобы навестить семью Ватабэ. Если бы не это случайное совпадение, то правитель этих земель уже давно бы кормил червей...

Первым делом они отправились на кладбище, где совсем недавно были похоронены дети Кэна Ватабэ. Тот не смог найти в себе силы явиться к ним, не отомстив, поэтому остался неподалёку ждать возвращения Кииоши. Друг семьи с тяжёлым сердцем проходил мимо рядов каменных монументов. Шёл дождь. Голые ветки сакуры дрожали на ветру.

Наконец, Кииоши остановился возле скромного памятника, на торце которого были выгравированы иероглифы, обозначающие клан Ватабэ. «Белая ворона» сначала поклонился, затем присел на колени перед ним, после чего начал молиться. Он просил богов о том, чтобы они позаботились о светлых душах милых его сердцу названных детей. Молил о прощении, что не приехал раньше и не защитил их. Быть может, тогда река истории могла бы повернуть совсем в другое русло. Он обещал, что их смерти не останутся безнаказанными, а иначе, если он не справится с поставленной миссией, Кииоши самолично уйдёт вслед за умершими, не стерпев такого позора.

Попрощавшись с ними, Андо вернулся к другу, стоявшему под зонтом в окружении его людей.

— Едем.

***

— Занимательная история, — сказал я, когда Ясуо решил сделать паузу и глотнул из стакана с водой, чтобы промочить пересохшее горло. Оратор из него был отменный, но я до сих пор не понимал смысла посвящения меня в эту историю.

— Вы сказали, что история борьбы с демонами насчитывает тысячу лет, но ваш рассказ описывает события семнадцатого века. А это всего лишь четыре сотни лет назад.

— Правильно подмечено, — кивнул он. — Но неужели вы думаете, что старые добрые легенды и сказки о кровожадных сверхсильных чудовищах родились в народе просто так? Несомненно, наши виды сталкивались во все времена своего существования. Некоторые из таких моментов оказались задокументированы, как и эта история. Её кстати, записал в свой дневник тот самый даймё Кииоши Андо.

— Мне завтра на работу, — в надежде пробубнил я.

Ясуо на это лишь громко рассмеялся:

— Вы такой забавный человек, Хироюки-сан! Как можно думать о работе, когда на свет из вас рождаются демонические сущности?!

А ведь он был прав. Я настолько заработался и привык одновременно выполнять несколько задач, что не мог себе позволить и мысли, чтобы прогулять работу или уйти на больничный, дабы разобраться во всей этой истории. Но ещё у меня был страх, что если я не появлюсь на рабочем месте, Токугава тут же найдёт меня и прикончит, предварительно изнасиловав...

Бррр!

Кстати о Токугаве-Стигмате! Значит эта персона путешествует в пространстве-времени, вселяясь в тела женщин, делая их неуязвимыми! Похоже, я не зря боюсь прогулять работу, ведь тогда ничто на этом свете не остановит демона!

Кроме, разве что...

Моих четырёх компаньонов-демонят!

— Так вы позволите мне продолжить, чтобы полностью ввести вас в курс дела, Тагава?

— Валяйте, — смирился я. Если разговор затянется, снова воспользуюсь услугами Фуки и на утро буду свежим как огурчик!

Старик Сэтору жил примерно в двух ри пути (восемь километров) от города. До вечера они должны были успеть, если ничего не случится, а дождь не усилится, размыв дороги в состояние каши. Кииоши что-то усердно писал на листе бумаги, прикрытый от дождя зонтом, прикрепленным к седлу лошади. Заинтересовавшись этим, Кэн поравнялся с ним:

— Что ты делаешь?

— Пишу путевые заметки. Помогает собраться с мыслями и разложить по полочкам всё то, что произошло.

— Про организацию моего побега тоже упомянул?

Кииоши кивнул.

— Считай, признался в совершении преступления и сокрытии беглого заключённого. Смотри, что бы лишние люди не прочли это.

— Для лишних людей у меня есть катана, — усмехнулся «белая ворона».

Кэн не разделял его позитивного настроя.

— Когда мы настигнем Аюми, прошу тебя — не вмешивайся. Я должен сразиться с ней один на один, — вдруг сказал он.

— Это и моя месть тоже, — возразил Кииоши. — Позволь помочь тебе в схватке. Тем более, раз это существо такое сильное, как ты говорил...

— Я больше не хочу видеть смерти близких мне людей, — сказал помрачневший Кэн. — Я очень благодарен тебе за всё, старый друг. Но биться с демоном я буду один, и это не обсуждается.

Кииоши имел совсем другое мнение на этот счёт, но решил воздержаться от его озвучивания. В любом случае, он сделает всё, что в его силах, чтобы настичь и наказать чудовище, погубившее самых дорогих ему людей. Хочет этого Кэн-сама или нет.

К счастью дождь перестал, дороги не размыло, и они благополучно добрались до лесной чащи, неподалёку от которой расположилась хижина нелюдимого старика. Спешившись, воины двинулись по узкой тропинке, ведя за собой лошадей. Когда-то в этих местах Кииоши и Кэн проводили всё свободное время, сбегая на лошадях из города от сварливых учителей, что буквально ходили за ними по пятам, заставляя учиться грамоте и истории.

Здесь они впервые и встретили взлохмаченного Сэтору, и сначала жутко испугались. Он был одет в обноски, нечёсаный и неумытый — на голове висели репейники, длинный красный нос венчала большая противная родинка, а ошалелые чёрные глаза пугающе смотрели на тогда ещё юных самураев. Тем более от него разило, как от помойной ямы, из-за чего при первой встрече они решили обойти юродивого стороной. Но тот привязался к ним, как банный лист, спрашивая, не за ним ли их отправили. Было ясно видно, что вышедший к реке мужчина очень сильно боялся самураев.

Когда «лесной человек» уверился, что двое мальцов пришли не по его душу, стал очень радушным и даже пригласил их к себе в гости. От такого предложения они конечно же отказались, но в конце лета непутёвые ребята заплутали в лесу, и уже было отчаялись выбраться из леса к людям, как к своему счастью снова встретили Сэтору. Тогда то они и увидели его жилище, быт затворника, и услышали много историй про демонов, с которыми тот якобы сражался в бытность служения своему господину. О причинах своего позорного бегства со службы он не распространялся, да и дети, которых он спас, выведя к людям, не имели желания касаться этой скользкой темы.

В гостях у лешего они узнали о тайном заговоре демонов против людей. О том, что в головах высокопоставленных чиновников сидят исчадия ада, и через них тайно разрушают страну, внося смуту и раздор между княжествами. А ещё проводят какие-то археологические изыскания на подконтрольной им территории. Снаряжают экспедиции на поиски чего-то, о чём не догадываются даже те, кто помогает им в поисках.

Ненадолго вернувшись в воспоминания юности, которые навевали на него эти места, Кииоши уверился, что встреча с Сэтору не станет пустой тратой времени. Его слова, произнесённые тридцать лет назад, сходились с тем, что происходило сейчас — Аюми, под влиянием демона, если верить Кэну, внезапно сорвалась в путешествие к горам Омени. Она намеревалась найти там что-то... Но что? Лишь бы старый затворник Сэтору был ещё жив — много лет прошло с тех пор...

Чтобы добраться до его дома, им пришлось потратить ещё час, поднимаясь по скалистой территории. Лошадей оставили внизу вместе с дозорными, и наказали им ждать один день, а в случае появления проблем разжечь сигнальный костёр и отступать к хижине. Наконец, к закату они добрались до поросшей мхом полуразрушенной хижины, в которой, к немалому удивлению соратников Андо, мерцал огонь очага.

— Жив, старый чёрт! — хмыкнул Кэн, подходя к крыльцу.

— Или в его доме поселился кто-то ещё, — подметил Кииоши. — Не стоит отметать этот вариант. Всё-таки тридцать лет прошло, как никак.

— Если так, то давай не будем толпиться на входе, и быстрее покончим с этим!

Кэн Ватабе без стука отворил покосившуюся дверь, после чего сразу ступил на порог.

И это была большая ошибка!

Где-то рядом засвистел шнур, и на его раненой ноге затянулась петля, которая резко подняла непрошеного визитёра к потолку вверх тармашками. Испытывая невыносимую боль и грозно ругаясь, самурай в агонии пытался дотянуться до ножа, пока остальные в панике толкались в проход, который он собой загородил.

Если бы хозяин дома захотел, то легко бы перерезал незваному гостю глотку. Но путь безумного самурая должен был закончиться совсем в другом месте и в другое время. Поэтому уже через пару мгновений Кэн-сама свалился на пол.

— Здравствуйте, ребята, — донеслось из тёмного угла. — Вы очень возмужали за эти годы. Но всё равно остались такими же растяпами...

Когда самураи наконец вошли в хижину, послышался злорадный смешок.

— Вот же тварь... — начал Кэн, схватившись за рукоять клинка.

— Не стоит, — коснувшись его плеча, сказал Кииоши. — Ты как всегда не особо рад гостям, старик Сэтору.

— А вы до сих пор не научились хорошим манерам. Кто ж так врывается к честным людям?

Из темноты сначала показался длинный нос с бородавкой, а потом уже морщинистое бледное лицо, в котором два друга по началу не смогли узнать того нелюдимого человека, которого впервые встретили тридцать лет назад. Но вот его глаза распахнулись — этот взгляд мутных почти выцветших глаз ни с чем нельзя было спутать. Перед ними был Сэтору, лысый тщедушный старик, который уже практически ничем не напоминал себя, отпечатавшегося в детской памяти Кииоши и Кэна. Тяжело опираясь на трость, он подошёл к ним и принялся касаться одежды гостей, слепо вглядываясь в точку перед собой.

— Ты сильно сдал за это время, — сказал Кииоши, жалея старика.

— Время не щадит никого, — философски ответил Сэтору. — С чем пожаловали, дорогие гости? Неужели на смертном одре решили навестить своего друга-старика?

— Мы пришли по делу. Мою семью убил демон, — взял быка за рога Кэн Ватабе. — И ты знаешь, как с ним бороться...

— Так-так, погодите-ка! — перебил его Сэтору, вдруг засуетившись.

Он быстро прошаркал в другой конец дома. Откуда-то в полумраке начал доставать посуду и накрывать на стол:

— Что же я за хозяин такой, который не накроет стол для дорогих гостей!

Привыкнув к полумраку, люди подивились обилию буддийской атрибутики в хижине. У стены стоял алтарь, на котором восседал пухлый Будда, грубо вырезанный из дерева. На полках вместе с кухонной утварью стояли такие же деревянные статуэтки, только размером поменьше. Всё намекало на то, что на старости лет Сэтору ударился в религию.

Тем временем, Кэн был вне себя от ярости из-за бессовестного безразличия, которым его одарил юродивый. Но зная того не понаслышке, всё-таки сумел справиться с собой и занял выжидающую позицию.

Когда на столе оказались тарелки и чашки, Сэтору вдруг принялся бесцеремонно обшаривать гостей:

— Ну где же ваши подарки и гостинцы? Неужели ничего для меня не принесли? — спрашивал он, ловко засовывая руки в их вещевые мешки. Мужчины пожали плечами, а «белая ворона» наоборот принялся что-то искать у себя в вещах.

— Обижаешь, дорогой Сэтору. Как же мы, твои старые друзья, оставим тебя без подарка? Вот, держи!

В шершавые ладони старика опустилась небольшая керамическая фигурка догу в виде широкоплечего человечка с огромными глазами, как у стрекозы. Согласно легендам, подобные фигурки когда-то в древности слепили великаны, населявшие японские острова ещё задолго до первых людей. Такие безделушки очень ценились в народе, поэтому матёрый лис Кииоши загодя купил для Сэтору эту статуэтку у одного крестьянина, который носил её прицепленной к поясу. Денег за неё он отдал не мало, потому что по словам её хозяина, это была фамильная реликвия. Но без интересного подарка Сэтору мог запросто прогнать своих «друзей» и ничем им не помочь. Поэтому в конечном итоге Кииоши, не торгуясь, отдал требуемую сумму.

— О! Давненько я не держал в руках догу, — обрадовался старик, поглаживая статуэтку. — Ещё!

Кииоши вскинул бровь, но подчинился, приказав своим людям принести пару мешков риса и добротный нож для резки мяса. Теперь Кэн понял, зачем тот велел тащить с собой наверх часть провизии — всё для того, чтобы задобрить старика, который единственный во всей округе мог пролить свет на творящийся вокруг хаос. И рассказать о том, как его прекратить.

— Спасибо, спасибо! Уважили старика! А теперь идёмте к столу — накормлю, чем боги наградили.

И в этот раз им пришлось подчиниться, правда оба самурая несколько сомневались в кулинарных способностях старика. В прошлом тот мог спокойно употреблять в пищу мясо с кровью, не озаботившись его приготовлением. Конечно, за эти годы он заметно изменился, но...

После того, как старик снял с огня котелок и поставил его на деревянную дощечку на столе, гости неожиданно для себя почувствовали приятный аромат куриного бульона со специями. Не ужинавшие путники в миг потекли слюной, и принялись помогать хозяину дома наполнять тарелки, чтобы поскорее насладиться его стряпнёй.

Та же участь постигла и двоих друзей-самураев, которые, позабыв обо всём, принялись опустошать тарелки. Казалось немыслимым, что этот некогда нелюдимый и дикий человек, мог приготовить такое воистину божественное блюдо! Запах курятины и необычных специй пленил их души, из-за чего они добавка за добавкой уплетали суп.

— Сэтору, старый чёрт! Где ты научился так готовить?! — удивлялся Кэн.

— Да всё как обычно. Мальчишки из города приносят заморские специи голландцев. Ты, наверное, уже много раз их пробовал?

Самурай хотел ответить, но вдруг вспомнил о той ноше, которую несло в себе его сердце, поэтому только поблагодарил радушного хозяина за ужин и предложил перейти к сути визита.

— Я знаю о твоей трагедии. Боги ополчились против тебя и забрали всё, что ты имел...

Все взгляды обратились на мрачного Кэна. Человека, потерявшего всё: семью, положение в обществе и власть. Он стал никем. Чистым листом, запачканным кровью...

— Теперь я верю тебе, старик Сэтору. Я видел демона своими глазами и бился с ним!

Дед вздохнул и кивнул, после чего спросил:

— И как?

— Плохо, старик, — честно признался самурай. — Очень плохо. Его силы хватит, чтобы размазать в лепёшку любого в этой хижине. Я разбил несколько мечей, пока бился с ним. И мои удары нисколько не калечат его плоть!

Суровые мужчины переглянулись. Кэн-сама был слишком вспыльчив и суров, но умалишённым его назвать было нельзя. К тому же их хозяин Кииоши Андо верил этому человеку, а его воины всецело доверяли ему. В итоге выходило, что нечистая сила на самом деле нашла своё воплощение в теле супруги главы клана Ватабэ. Им придётся биться с ней, и возможно, только старик знает, каким образом её можно победить.

— Всё, как ты и рассказывал, — добавил Кииоши. — Силы в нём от трёх мужей, кожа прочней доспехов самурая.

Старик крякнул и поднялся, вдруг принявшись убирать со стола. Кто-то из самураев решил ему помочь, но тот отказался, махнув рукой. Когда Сэтору прибрался и снова сел на место, Кэн попросил его ещё раз:

— Скажи, как убить эту тварь?

— Все здесь собравшиеся намного лучше разбираются в искусстве войны, чем я. Подумайте сами. Здесь я вам не советчик...

Внезапно Кэн ударил кулаками по столу:

— Отказываешься помочь? Даже советом?! Когда мы тебя, поганого труса, считай, от казни спасли?

— Кэн, пожалуйста, не...

— Заткнись Кииоши! — рявкнул на него безумный самурай, тем самым вызвав неприкрытое возмущение его свиты. — У тебя был меч из необычного металла. Где он?

Старик молчал, смотря в стол пустыми глазами.

— Ты хвастался, что отсекал им головы демонов! Говорил, что выковал его из огненного железа, упавшего с неба. Мне нужен этот меч!

Самурай вдруг схватился за рукоять катаны, от чего все его спутники напряглись. Ситуация начала выходить из под контроля. И если бы хоть один из лазутчиков, что спасли его из тюрьмы, был жив, то предупредил бы их, что рядом с этим человеком нужно быть всегда наготове, чтобы выхватить меч из ножен! А иначе...

— Кэн-сама, успокойся! — вступился за старика Кииоши. — Давайте лучше спокойно всё обсу...

— Я давно его продал.

Собравшийся вступить в полемику с другом, Ватабэ вместо этого недоуменно уставился на Сэтору.

— Тогда был неурожайный год. Ещё и город сильно разросся, из-за чего дичь стала реже попадаться в этих краях. Детишки перестали носить мне еду, ибо сами голодали. А вы были заняты войной с другими кланами, и забыли про меня... Поэтому я продал его, чтобы выжить!

— Врёшь! — взбеленился Кэн, обнажив свой меч.

Никто не успел ничего предпринять, когда Кэн-сама вдруг подбежал к старику и, схватив его за горло, поднял в воздух.

— Говори, где он! А не то...

Но старик не мог ничего сказать — только хватал воздух, как рыба, оказавшаяся на суше. Люди Кииоши бросились спасать старика, но лезвие катаны, прочертившее полукруг перед ними, было явным доказательством серьёзности намерений Кэн-самы.

— Никому не подходить! — обратился он ко всем, надрывая голос.

Самурай ослабил хватку, позволив старику сползти на пол, держась за горло:

— Кхе-кхе... Нет! — прокашлявшись, сказал он. — Ты не победишь демона, маленький Кэн.

— И почему же?!

Сэтору хитро прищурился:

— Потому что демон уже в тебе!

В глазах Кэна бушевало пламя ярости. Как этот ничтожный старик смел говорить с ним в подобном тоне? Вместе с Кииоши они столько сделали для него, а он как был самовлюблённым эгоистичным ублюдком, таким и остался!

— Где?! Твой! Меч?! — по слогам спросил Кэн, прижимая лезвие катаны к шее старика.

— Кэн-сан, успокойся. Он старый противный брюзга, да, — попытался вмешаться Кииоши. — Но не лишать же его жизни из-за этого!

— Говори, — не обращая на него внимания, произнёс Кэн.

По лезвию меча потекла тонкая струйка крови.

Вместо того, чтобы молить о пощаде, сошедший с ума старик начал вдруг смеяться и одновременно хрипеть. Да так страшно, что у стоявших в хижине людей побежали мурашки по коже. Складывалось ощущение, что перед ними был не человек, а тот самый леший, за которого в далёком детстве приняли его двое юных самураев.

— Боги справедливы, маленький Кэн. Они всё видят. И всем воздают за содеянное!

— И что я сделал, раз они забрали у меня детей?! — не выдержал Кэн, пролив слёзы на искажённое ненавистью лицо.

Нет, он воевал и проливал кровь — делал это ради своего народа и этой земли. Это долг любого мужчины — защищать отчизну. И Кэн никогда не поверит, что за честь и доблесть боги награждают героев подобной карой! Тогда вообще всё не имеет смысла в этой проклятой жизни!

Костлявые руки старика потянулись к одеждам самурая и крепко вцепились в них. Повиснув на нём, Сэтору произнёс:

— Вы забыли и бросили меня, как бесполезную игрушку догу. А я считал вас друзьями... Теперь боги карают вас, неблагодарные, забирая всё то, чем вы дорожите! Теперь вы сполна хлебнёте из чаши страданий!

Старик повернулся к Кииоши:

— Теперь на очереди и твои дети, Кииоши! Хе-хе...

«Белая ворона» крепко выругался, ощутив на себе довольный взгляд сумасшедшего старика, который теперь пророчил ему ту же самую страшную участь.

— И это ещё не всё! Ваши дети тоже будут гореть в аду...

Хщщщщщ!

Бульк... бульк... бульк...

Шея Сэтору разделилась на две половины, увлекаемая назад весом головы. Багряная, почти чёрная кровь пульсирующими волнами извергалась из разрезанной артерии. Холодная сталь блеснула в свете очага — Кэн Ватабэ под ошеломлёнными взглядами самураев протёр оружие о прохудившуюся одежду старика. Сплюнув под ноги, он сказал напоследок:

— Ты жил, как зверь. И умер так же...

Нога сильно кровоточила, поэтому Кэну пришлось обратиться за перевязкой к воину из свиты Кииоши. Петля-ловушка сильно стянула рану, полученную от укуса собаки. А ведь она только только начала заживать.

— Не стоило этого делать, — осуждающе сказал Кииоши. — Убить хозяина дома, после того как он приютил тебя и накормил ужином... богов гневить!

— Убивать старых друзей тоже плохая примета, не находишь? — бросил он. — Я больше не боюсь гнева высших сил. Мне нечего терять.

Кииоши надулся, как помидор, буравя суровым взглядом Кэна, которому уже наложили новую повязку. Мужчина остался доволен проделанной работой, поэтому поднялся и принялся внимательно осматривать помещение.

— Сэтору заслужил это. Он предал своего господина и проклял наших детей, — сказал самурай.

— Он был выжившим из ума стариком! А ты просто выместил на нём свою злобу!

Но Кэн-сан его уже не слышал, передвигая сиротливую мебель из стороны в сторону, исследуя тёмные уголки дома. Самурай не стесняясь разбрасывал вещи старика, в поисках чего-то.

— Что ты ищешь?

— Меч.

— Но он же сказал...

Кэн отвлёкся от своего занятия и посмотрел на друга:

— Он солгал.

Самурай снова принялся активно расшвыривать вещи в стороны под непонимающим взглядом друга.

— Почему ты в этом так уверен?

— Всё просто. Он был его талисманом. Сэтору никогда не выходил на улицу без него. Я не поверю, что он избавился от столь дорогой ему вещи. Старик точно где-то спрятал меч, и не хотел его нам отдавать.

— Даже если так, может на то была причина?

— Ты всё слышал — он затаил на нас злобу. Вот и всё.

Был уже поздний вечер — Кииоши решил заночевать в этом доме. Его люди закопали тело несчастного старика, и как могли, отмыли кровь на полу. Никто не был воодушевлён нуждой оставаться в доме, осквернённом смертью, но господин повелел остаться, чтобы дать время Кэну найти то, что он искал. Или хотя бы использовать все возможности для этого.

Когда хижина была обследована, Кэн-сан вышел на улицу и уже под луной принялся обшаривать с фонарём буквально каждый сантиметр площади вокруг дома. Для его безопасности Кииоши отправил с ним двоих воинов, которые на этот раз держались от самурая подальше, ожидая от него всё, что угодно.

Пока остальные готовились к ночлегу, безумный самурай то подкапывал землю под домом, то срывал ветхие доски со стен, пытаясь отыскать секретный тайник, который, по его мнению, был спрятан хитрым стариком Сэтору где-то поблизости. Но как он ни старался, как ни пыхтел и не бил ногой этот проклятый дом — всё равно ничего не нашёл. Под суровыми взглядами охраны расстроенный Кэн-сан вернулся к Кииоши ни с чем.

Они встретились взглядом — «белая ворона» всё понял и только вздохнул. Загодя расстелив себе циновку, он лёг и, ничего не сказав, отвернулся к стене. Остальные его воины тоже как по команде легли, оставив Кэна одного стоять посреди заполненной спящими людьми комнаты.

Когда была потушена последняя свеча, вместе с тьмой, завладевшей хижиной, в его душу закралось одиночество. Мужчина ощутил тупую боль, сдавливающую грудь, и слёзы тонкими струйками промочили его суровое лицо. Без родных сердцу детей жизнь не имела никакого смысла. Этот мир не значил для него ничего, не говоря уже о Кииоши. Старый друг был для него лишь инструментом для достижения цели. Хоть он и помогал ему, но всё равно не понимал всего того, что чувствовал убитый горем самурай. И это тоже добавляло пустоты в его душу.

Ощущая себя никчёмным существом на этом свете, Кэн лёг на своё место и попытался уснуть. Но злорадное лицо слепого старика не отпускало его в объятия сна. Сэтору насмехался над ним и бесконечно долго беззвучно произносил сморщенными тонкими губами одно единственное слово:

«Демон!»

Находясь в бреду, Кэн провёл так ещё несколько часов, пока наконец не уснул тревожным сном...

Мутная оранжевая полоса осветила горизонт — так занимался холодный октябрьский рассвет. Послышались первые крики петухов, доносившиеся из города, из-за которых Кэн и проснулся. Ощущая себя хуже некуда, мужчина поднялся и, медленно отворив скрипучую дверь, вышел на крыльцо дома.

Самурай полной грудью вдохнул прохладу утра. Сейчас это ему было крайне необходимо. После проведённой в хижине тяжёлой ночи, его взгляду вдруг стал приятен здешний пейзаж: стройные деревья, небольшие скалы, разбросанные в траве будто шлемы подземных людей, и синее море вдалеке, практически сливавшееся с небом в одно целое.

Это был мир его детства, давно канувшего в лету...

Закончив созерцать природу, Кэн с грустью опустил взгляд и неожиданно для себя наткнулся на фигурку догу, которую Кииоши подарил старику. Она как ни в чём не бывало стояла на краю деревянной ступеньки, глядя на него своими огромными ничего не видящими глазами. Прямо как старик Сэтору...

Кэн сделал шаг, чтобы взять статуэтку, как вдруг доска под его весом с треском проломилась. Укушенная собакой нога провалилась вниз, больно зацепившись об острые края древесины. Чертыхнувшись, самурай еле вытащил ногу, и уже было принялся проклинать этот дом и его покойного хозяина, как вдруг заметил, что внизу нечто блеснуло в свете поднимающегося солнца.

— Ах ты хитрый лис...

Ощущая душевный подъём, самурай присел на корточки и попытался дотянуться рукой до спрятанного предмета.

— Кэн-сан, всё в порядке? — спросил воин, подоспевший на громкий звук.

— Да, можешь идти, — отмахнувшись от него, ответил Кэн, продолжая свои нехитрые манипуляции.

Мужчина молча пожал плечами и двинулся на улицу высматривать дозорных, оставленных на ночь неподалёку.

— Если хочешь что-то спрятать, то прячь на самом видном месте, — шептал он, наконец ухватившись за прохудившийся от времени свёрток, в котором что-то блестело металлом.

Вытащив увесистый предмет на поверхность, Кэн принялся его разворачивать, уже понимая, что находится внутри. Через пару мгновений он держал в руке необычный меч, практически не тронутый следами коррозии. Хотя, судя по истлевшему свёртку, лежал он здесь не один год.

— А вот и ты, чёрный крушитель демонов старика Сэтору. Рад тебя видеть, старина!

Это оружие длиной с локоть и толщиной в половину ладони не имело ничего общего с изящными мечами самураев. И сделано оно было будто наспех. Скорее данный меч выковал какой-нибудь ученик кузнеца, нежели настоящий мастер. Эфес в некоторых местах был с острыми не отшлифованными краями. Никакой балансировки, как и нормальной заточки — опасная игрушка, а не оружие.

Но, видимо, всё дело в необычном металле, из которого было выполнено лезвие — чёрный, как смола, клинок внушал ощущение опасности. По словам Сэтору, он сам выковал этот меч из огненного железа, упавшего с неба. Судя по виду клинка, в это вполне можно было поверить.

— Всё, что ты нам говорил было правдой, — прошептал Кэн, когда его плеча коснулась рука Кииоши.

— Ты нашёл его.

— Этим оружием я убью демона, — уверенно сказал Кэн, встав рядом с другом. — А теперь давай уже отправимся в путь. Я не могу дождаться, когда всажу этот тесак в подлую тварь!

***

— Теперь вы понимаете, господин Тагава, что уничтожать демонов не так-то просто. Только метеоритное железо особого вида может причинить им вред.

Либо свернуть им шею, как это сделала Стигмата. Мда...

Ясуо закрыл книгу и снова пригубил стакан с водой. Если бы не охранники с оружием, его можно было бы принять за учителя истории. Весьма одиозного учителя.

— Знаете, Хироюки, подобные вещи случались и случаются по всему земному шару. И организации, борющиеся с демонами в разных странах, занимаются этим по-разному. Например, как вы думаете, почему Орден в США на данный момент самый слабый из всех?

Этот вопрос ввёл меня в ступор. Я развёл руками и тупо уставился на него.

— Американцы очень практичны и любят быстрые решения. Но, иногда это может сыграть с ними злую шутку. К примеру, когда четвёртый отдел бился с демонами на мечах, американцы стреляли в них пулями из данного сплава. И что логично, к началу двадцать первого века запасы метеоритного железа у них просто истощились.

Всё это звучало забавно и крайне неправдоподобно.

— Не верите мне? — спросил Ясуо, видно прочитав выражение скепсиса на моём лице.

— Ну... Они не могли, например, использовать метеориты, хранящиеся в музеях?

Я снова стал свидетелем неудержимого хохота Ясуо, который теперь схватился за живот. Лишь успокоившись через минуту, он смог мне ответить:

— В вашем положении, Тагава, необходимо быть очень внимательным. Я же сказал, что нужно особое метеоритное железо! Его не так много на планете, поэтому тот, кто имеет больший его запас, может диктовать свои условия остальным участникам игры под названием «Противостояние демонам». И что же вы думаете? Наибольшее количество этого металла находится у нас в Японии.

— Аж гордость берёт за отчизну! И как так получилось?

— Всё дело в том, что в районе гор Омине когда-то давно, ещё до первых динозавров, упал большой астероид. Забавно, но похоже, что японские острова как раз и обязаны ему своим появлением на карте мира. Теперь понимаете?

— Значит мы буквально сидим на залежах ценной руды?

— Вот именно.

Хорошая новость, с одной стороны. С другой — зачем мне все это? Я не собирался ввязываться в войну с демонами и присоединяться к крестовому походу Ясуо.

— Я конечно рад за вас, Ясуо-сан, — сказал я, как можно мягче. — Но всё-таки, зачем вы всё это мне сейчас рассказали?

— За тем, чтобы вы нам помогли, Тагава.

Я не выдержал и нервно рассмеялся:

— И чем же? Я не умею драться на мечах. Никогда не стрелял из пистолета. Всё, что я могу — это перекладывать бумажки в офисе.

— А ещё, как всем нам теперь известно, вы являетесь самыми настоящими вратами в АД. Через вас в наш мир приходят монстры, несущие смерть всему живому. Думаете, я просто так вас отпущу после всего этого?

Я сжал кулаки. Видно, придётся прорываться с боем...

— Ваша начальница, Мэйко Токугава. Вы уже поняли, что она не та, за кого себя выдаёт?

Ох! Они и про неё уже знают!

— Стигмата, — кивнул я.

Демонята, весело хихикающие где-то неподалёку, вдруг замолкли. Увидели что-то очень интересное? Хм.

— Видите ли, Тагава, основная цель деятельности Ордена заключается в уничтожении дьявольских отродий, бесчинствующих на нашей земле. Но есть и ещё одна, и не менее важная — это поимка демона, называющего себя Стигматой.

— Почему вы не придёте к ней и не захватите, раз она так вам нужна?

— Ставки слишком высоки, Тагава. Стигмата не появлялась в нашем мире уже более четырёхсот лет. Я не хочу терять этот шанс, действуя по старинке. Этот демон не простой, как вы, наверное уже заметили.

— И чем она так отличается от других?

— Она вселяется в тела людей и делает их практически неуязвимыми. И как нам кажется, в любой момент может спрыгнуть ещё на четыре сотни лет, если мы не сумеем застать её врасплох.

— А другие демоны появляются только в своём обличии? — предположил я.

— Верно.

— Чем она вам так сильно насолила?

Ясуо нахмурился:

— Скажем так, это наша родовая месть. Наш долг, который мы проносим сквозь века.

Понятно. У всех долги, месть. Я жил себе не тужил, и лучше бы так и продолжал, чем ввязываться во всю эту чёртову круговерть. Но, увы, меня никто не спросил, засовывая внутрь моего тела адский портал...

И я даже не знал, кто это сделал, чтобы хотя бы попытаться разобраться в том, как это прекратить. О боги, за что мне всё это?

— Короче, вы хотите использовать меня как наживку? — скрепя сердцем, произнёс я.

В таком случае мучиться мне осталось не долго. Сначала Стигмата надругается надо мной, а потом просто оторвёт мне башку. Эх, теперь мне стало казаться, что луче бы она сделала всё то же самое, но в обратном порядке. Хоть не мучился бы...

— Рад, что вы всё понимаете, — улыбнулся Ясуо. — У нас есть средства, которые гипотетически могут удержать Стигмату в теле госпожи Токугавы. Но данную установку расположить в здании «Джинко Текна» мы физически не можем. Поэтому я предлагаю вам помочь нам выманить дьяволицу из здания вашей фирмы и привести её в нужное место.

— Каким образом?

— Судя по вашему с ней разговору, — сказал он, увидев на моём лице удивление, — она ищет сбежавших демонов. Да, Тагава, мы имеем глаза и уши повсюду. Не волнуйтесь, видео, где вы бегаете без штанов, в свободный доступ не утечёт.

Я в момент покраснел, заставив Ясуо усмехнуться:

— Вы скажете Токугаве, что один из демонов, которого она ищет, будет находиться на стадионе Ота завтра вечером. И что именно он является зачинщиком побега демонов.

В голове пронеслись мысли об Озэму и демонятах. Неужели всё это время Орден на самом деле контролировал ситуацию? Они всё обо мне знают и просто играли со мной в кошки мышки?

— Конечно же, никакого демона там не будет. Мы захватим Стигмату в капкан и привезём сюда.

Или всё-таки они знают обо мне не всё? Послушаем, что Ясуо скажет дальше...

— И что с ней будет потом? С женщиной, в которую вселился этот демон? Мэйко Токугава?

Ясуо вздохнул и покачал головой:

— Вам, Тагава, нужно в первую очередь думать о себе, а не о той несчастной. В любом случае эту прекрасную даму уже не спасти...

— Это почему это?! — вдруг возмутился я.

Не сказать, что я питал огромную симпатию к Токугаве, как к человеку, кроме того, что восторгался её сексуальностью. Но мысль о том, что в будущем её замучают эти люди и пустят в расход, не давала теперь мне покоя.

— Она стала сосудом для демона. И только через неё можно его убить...

Заскрипев зубами от бессилия и несправедливости, я сурово посмотрел на него:

— Я не буду в этом участвовать, Ясуо!

Тут же меня обступили телохранители и угрожающе нависли надо мной. Ясуо цокнул языком и поднял глаза к потолку, будто над чем-то раздумывал.

— Хироюки Тагава, — сказал он, вдруг обратившись ко мне официально. — Вы же ещё не забыли про комнату для пыток?

— Сначала вы сказали, что это камера заключения. И медблок, если мне не изменяет память.

— Одно другому не мешает, — хихикнул Ясуо. — Либо вы помогаете нам взять дьяволицу, либо мы надолго закроем вас в пыточной и будем без остановки вызывать демонов через ваше бренное тело, пока не доберёмся до Стигматы!

Всё-таки каким же страшным был этот человек!

«Ребятки, становится жарко!» — мысленно позвал я своих маленьких телохранителей, которые тут же появились рядом со ной. Теперь на душе стало спокойнее! Мои демонята, это вам не парочка каких-то телохранителей в костюмах!

— Сейчас мы им всем покажем! — воскликнула Лапулька, когда её руки окутались магическим пламенем.

Остальные тоже приготовились, хотя я и не знал, чем смогут здесь помочь Фука и Антифокус. Вот Чипиа легко всё решит — воспользуюсь-ка я её помощью.

«Сейчас твоя минута славы, Чипиа» — обратился я к ним, не желая никого убивать. — «Заставь Ясуо отпустить меня!»

Девочка-демон кивнула, устремившись к главе Ордена искрящейся звёздочкой. Ещё секунда, и этот садист окажется моим соратником. А когда это случится, мы вместе подумаем, как нам спасти от демонов не только меня, но и Токугаву...

Бздынь!

Чипиа со звоном тюкнулась об лоб Ясуо, и тут же ойкнула:

— Больно...

Я непонимающе посмотрел сначала на неё, потом на ошарашенные лица демонят. И наконец, взглянул на вечно довольное лицо Ясуо Фон Эшенбаха.

Тот лишь щёлкнул пальцем, как вдруг моих демонят будто током ударило! Внезапно все они затряслись в конвульсиях, и тут же безвольными тельцами повалились на пол.

— Что за...

— Я же сказал, Тагава, мы видим и слышим ВСЁ! — произнеся эти слова, Ясуо расстегнул одну пуговицу на рубашке и показал мне небольшой янтарный кулон, внутри которого что-то находилось.

— Вы правда думали, что мы просто какая-нибудь обычная секта фанатиков? Смею вас разочаровать. Учитывая наше влияние в государственных структурах, Орден имеет в своих руках все необходимые ресурсы для отлова и уничтожения демонов.

Как обухом по голове...

— Эти маленькие миленькие создания на самом деле такие же чудовища, как их старшие собратья, — сказал он, подняв на руки бесчувственную Чипиа. — Что они вам наплели, что вы согласились с ними сотрудничать? Вечную жизнь? Богатство? Или любовь красавицы, что находится в том госпитале?

— З-защиту, — сказал я, ощущая липкие объятия страха.

Игры кончились. Теперь я это ясно понимал.

— Мы будем вашей защитой, Тагава. Если конечно согласитесь с нами работать. Учитывая ваше незавидное положение, наше предложение выглядит весьма привлекательным. Не находите?

А что мне ещё остаётся? Бедные бесята... Что они с вами сделают?

Ясуо раскрыл маленькое крылышко Чипиа и посмотрел, как свет от лампы, висящей на потолке, проходит через перепонки:

— Интересный образец. Отправьте их в бестиарий для дальнейшего изучения, — сказал он своим телохранителям.

Те без колебания соскребли моих новоиспечённых защитников с пола, и унесли в неизвестном направлении. Теперь мы с Ясуо остались наедине.

— Запомните, Хироюки, никогда не совершайте сделок с демонами. Всегда останетесь в дураках. И ладно бы это — цена вашего проигрыша может оказаться слишком высока!

Ага... Я и сам это отлично знал.

— В любом случае, выбор за вами, молодой человек. Либо вы поможете нам, и рискнёте собственной жизнью, чтобы поймать эту подлую тварь по имени Стигмата. Либо...

— Хватит ненужных угроз, — перебил я его. — Я согласен.

Ничего нового Ясуо больше мне не сказал. Просто дал номер своего телефона для связи и пообещал, что будет звонить в течение дня и давать необходимые инструкции. Я попросил его также выдать мне такой же амулет, как у него, чтобы иметь защиту против Стигматы. На что мне прямым текстом сказали, что я иду гол, как сокол, потому что демонесса ни в коем случае не должна догадаться, что её ведут в ловушку.

Вот ведь жлобы!

Меня посадили обратно во внедорожник и к середине ночи привезли домой. От всех тех потрясений, что довелось испытать, я был на взводе, и даже не надеялся уснуть к утру.

Шагая по лестнице, я всё думал о судьбе малышей, которые из-за меня попали в лапы Ордена. Совсем недавно они виделись мне сверхсильными и неуязвимыми. А на поверку оказалось, что их тоже можно было подловить. Эх, подвёл я детишек под монастырь...

И душу отдал и без протекции демонов остался.

Лопух в квадрате! Нет, в кубе! Да нет же! Лопух в миллиардной степени!!!

— Привет...

Знакомый голос вывел меня из грустных дум. И я просто очумел, увидев Ючи, сидящим у моей двери.

— Ючи? Ты как это? Какими судьбами так поздно?

Рыжий махнул рукой, и с кряхтением принялся вставать. Вид у него был уставший: круги под глазами, впалые щёки, будто мой друг ничего не ел уже несколько дней. Из одежды на нём была мятая футболка, шорты и шлёпки.

— Где ты шляешься пол третьего ночи? — спросил он, разминая шею. — Устал тебя ждать. На звонки не отвечаешь, сообщения не читаешь.

Вдруг Ючи так широко открыл рот, что я подумал — он решил меня съесть. Громко зевнув, друг вопросительно посмотрел на меня слипающимися глазами, делающими его похожим на крота.

Только сейчас я вспомнил, что, телефон-то у меня был разбит после драки в парке. Поэтому друг и не смог до меня дозвониться.

— Что-то случилось?

— У тебя пиво есть? — вместо ответа, спросил Ючи. — Разговор серьёзный.

Я кивнул, вставив ключи в личинку замка. Где-то в закромах холодильника у меня ещё оставалась одна бутылочка... Отворив дверь, я рефлекторно приготовился к внезапному прыжку Хайку на руки. Бедный кот всегда так делал, когда очень долго меня ждал.

Но в этот раз традиционный ритуал не состоялся...

— Хайку? — спросил я темноту квартиры. Ничего и никого.

— Ты кому? — удивился Ючи. — А-а! У тебя же котяра есть. Я и забыл...

— Только, похоже, его сейчас нет дома, — подытожил я, включая свет.

Ючи никак не отреагировал на мои, по идее, странные слова — куда это вдруг из квартиры подевался кот?

А я тем временем обшаривал все укромные места, в которых любил прятаться мой сорванец. Но как я и думал, моего кота дома не было!

— Вот сволочи... И кота у меня забрали, — прошептал я одними губами, посылая четвёртому отделу лучи ненависти.

Ючи тем временем свалился на диван и прикрыл глаза. Что же с ним стряслось?

Помня о его просьбе, я направился к холодильнику, чтобы взять пиво. Долго искать не пришлось — камера холодильника была девственно чиста, лишь на дверце лежал соевый соус и лимон. Если я хожу выжить в предстоящей облаве на Стигмату, мне обязательно нужно затариться провиантом. Я и сытый был не самым сильным и выносливым человеком, тем более голодным.

— Ну где ты там, Хиро?

— Иду!

Щёлкнув открывашкой, я услышал шипение из стеклянного горлышка. Приятный аромат потянулся в ноздри. Эх, даже жалко отдавать.

— Ну ты идёшь, нет уже?

Ничего не сказав, я вернулся к Ючи и передал ему живительный напиток. Мой друг с благодарностью его принял и тут же присосался к бутылке, словно младенец к соске. Не находя себе места от таинственной неизвестности, я нервно стучал пальцами по шкафу, ожидая, когда Ючи наконец вернётся к разговору.

— Э-э-х! — протянул Ючи, отложив бутылку на столешницу. — Спасибо!

— Не тяни. Выкладывай, — попросил я.

Его худое лицо вдруг стало ещё более бледным. Ючи схватился за голову и вздохнул. Я уже не знал, как развязать язык этому трагическому актёру. Поэтому уже набрал воздух, чтобы прикрикнуть на него от недовольства, как вдруг Ючи прошептал:

— Хэчиро посадили...

Я оказался не готов к этой новости.

— Куда?

— За решётку.

— За что? — Продолжил я марафон тупых вопросов. Проговариваемая им информация никак не укладывалась в моей голове. И без этой новости на повестке дня у меня стояли проблемы вселенского масштаба. А теперь ещё и это...

Ючи снова пригубил бутылку. После того, как он осушил её, мой друг внезапно выпалил такую тираду нецензурной брани, что у меня уши чуть в трубочку не свернулись. Просто остолбенев от его слов, в конце я услышал то, что повергло меня в ещё больший шок. И даже ужасы последних дней на минуту померкли перед этим.

— Вчера он убил свою жену и её любовника.

— Ох...ть!

Теперь всё встало на свои, мать их, места! Хэчиро увидел нас в парке с Мисаки и похоже сильно психанул. Тем более, Ючи говорил, что он плотно сидит на таблетках. А что было потом...

— Как это произошло?

Ючи снова ругнулся, с досадой заметив, что в бутылке уже пусто. Друг посмотрел на меня вопросительным взглядом в надежде, что я принесу ещё бутылочку. Но к сожалению я не мог удовлетворить его просьбу — в холодильнике шаром покати.

— Я узнал об этом только сегодня. Хэч сам позвонил из полиции. Всё рассказал... Чёрт! По голосу это был он. Такой же обычный... Но то, что он рассказал...

— Да не тяни ты кота за яйца! — не выдержал я.

— Хиро, это просто п...ц! Он пришёл домой и застал свою жёнушку, скачущей верхом на каком-то мужике!

— С ума сойти...

— И как я понял, он специально заранее позвонил ей и сказал, что останется на работе до поздней ночи. И эта дура расслабилась и привела домой того мужика... И потом Хэч...

— Больше ничего не говори, — попросил я, упав на диван рядом с ним.

Ноги уже не держали. Всё новые постоянно всплывающие ужасы этих дней окончательно добили меня. Хотелось просто кричать и ничего больше не слышать. Закрыться от всего мира и больше не участвовать в творящемся безумии.

Возможно это и моя вина тоже.

Я пригласил на прогулку девушку, в которую он по уши влюбился. Хэчиро увидел нас с Мисаки в парке, ощутил сильную обиду и помчался домой. А потом, наверное, вспомнил о тяготившей его всё это время проблеме и решил покончить с ней. Дал шанс своей супруге доказать, что она осознала свою ошибку и до сих пор любит его. Выждал время и вернулся...

Вдруг ко мне пришло осознание, что с какого-то момента смерть просто идёт за мной по пятам. И косит всех, кто так или иначе со мной общался. Разрушает чужие судьбы и ждёт нового момента, чтобы на кого-нибудь напасть.

— Я подумал, ты должен знать, — сказал вдруг Ючи, нарушив молчание. — Как у тебя с полицией? Всё решилось? Помощь не нужна?

— Всё хорошо, — соврал я. — Спасибо, что пришёл, — сказал я, похлопав его по плечу.

— А мне больше не к кому с этим идти. Из друзей у меня только ты и Хэчиро. И... Скоро останешься только ты один.

— Почему?

Ючи вдруг с болью в глазах посмотрел на меня:

— За это преступление ему грозит смертная казнь!

Мои глаза округлились. Стало трудно дышать. В голове постепенно появилось понимание — Хэч подписал себе приговор. Что мне со всем этим делать? Мёртвых не вернуть в мир живых, но спасти живого всё ещё можно. По крайней мере, с помощью демонов!

— Я должен всё исправить, — машинально произнёс я, вставая.

— И что ты сделаешь? — усмехнулся Ючи. — Мы ему уже ничем не поможем...

— Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы вытащить его оттуда, — произнёс я решительно, хотя и не мог принять тяжёлый поступок, который сделал Хэчиро. Но и оставлять его на смертном одре я не собирался.

— Чепуха, — махнул рукой мой друг. — Не сотрясай воздух попусту, Хиро. Ты не герой в маске и чёрной шляпе. Просто прими это и живи дальше. Хэч сам виноват, конченный придурок...

— Не только он...

— Что?

Я всё думал, говорить ему об этом или нет.

— Хиро, если есть что сказать, говори.

Вздохнув, я всё-таки решился:

— Хэч видел меня вчера с Мисаки...

Ючи сдвинул брови и открыл рот, по-видимому, вспоминая это имя, которое было ему знакомо.

— Это...

— Та самая футболистка.

Мой друг буквально взлетел со своего места и схватил меня за плечи. Его глаза горели огнём:

— Ты знал о его проблемах, — выкрикнул Ючи, сострясая меня всего. — Что он плотно сидит на таблетках!

— Знал...

— Знал, что он втюрился в эту девку! И пошёл с ней гулять?!

— Пошёл, но...

Хлёсткий удар в щёку не дал мне завершить речь. Я схватился за обжигающую огнём кожу и в шоке уставился на друга.

— Да иди ты к чёрту! — выпалил Ючи и направился на выход.

— Подожди! — крикнул я, но разъярённый друг уже вышел на лестничную площадку. — Я солгал! Мне правда нужна помощь! Но ты просто не сможешь мне помочь!

— Что ещё?! — выкрикнул он с лестницы.

— Демоны и секты... — я осёкся. Это было так глупо и по-идиотски, если бы не было правдой. — У меня проблемы с ними...

— Решил поиздеваться надо мной напоследок?! Лучше бы ты совсем не появлялся в наших с Хэчем жизнях!

И он был таков.

Я тупо стоял и смотрел, как исчезает из моего дома и моей жизни единственный мой самый настоящий друг. Человек, с которым я провёл детство и юность. Делил с ним и радости и проблемы, которые мы вместе превозмогали. А потом я ступил во взрослую жизнь и практически забыл о нём, пытаясь создать себе новую обеспеченную жизнь. Старался заработать больше, откладывал полученные деньги на будущее, и на протяжении пяти лет никогда не изменял этому ритуалу.

А потом оказалось, что жизнь проходит мимо меня. Мои друзья жили где-то в параллельной вселенной, с которой я только изредка пересекался: в дни рождения или в праздники. Теперь же всё стало ещё хуже — мы с Ючи разошлись как в море корабли. А Хэчиро... Он совершил самый страшный грех, который только может быть. И теперь общество отплатит ему тем же.

Но несмотря на всё это, я не опущу руки. Я сделаю, так как велел мне Ясуо — приведу Стигмату в приготовленную ей ловушку и сдам её с потрохами. А затем, пока не знаю, как, но освобожу своих маленьких подручных, чтобы с их помощью спасти Хэчиро от смерти.

Только первое время план казался осуществимым, но потом пришло понимание, что на самом деле это самоубийственная затея. Либо удача будет на моей стороне, ибо уже слишком долго отдыхала на мне. Либо я сойду с дистанции в этой адской гонке и просто сдохну...

Посмотрев на часы, я понял, что спать мне осталось всего несколько часов. Не расстилая постель, я просто свалился на неё и закрыл глаза...

А потом открыл их, из-за того, что яркий солнечный свет разбудил меня, пробиваясь через тонкую кожу век. Это был самый короткий сон в моей жизни. Ощущая себя хуже некуда, я сел на диван и мутным взглядом уставился на часы:

«11:45»

Проспал на работу... Конкретно проспал.

Впервые за долгое время мне было всё равно. Как говорил Ясуо — не работа должна вас волновать, а то, что демоны решили использовать ваше тело, как проходной двор для доступа на землю. Но с другой стороны самый опасный демон, засевший в небоскрёбе компании «Джинко Текна», уж точно не оставит без внимания моё отсутствие на рабочем месте, как впрочем и весь коллектив, приученный доносить на любого, кто ненароком проштрафился.

Надо придумать легенду и навешать ей лапшу на уши...

Нашарив разбитый телефон на полу, я принялся вытаскивать из него симку. Где-то в полках у меня лежал старый мобильник, заветный час которого восстать из пепла наконец настал. Потратив ещё пару минут на сопутствующие манипуляции, я поставил его на зарядку и включил.

*Динь-динь!* — сразу же прозвенел звонок. Звонили с неизвестного номера.

Я пулей выскочил в коридор, где лежала моя сумка. Нервно порывшись в ней, достал визитку с отпечатком губ Токугавы. Сравнив номера, я побледнел — это была она!

*Динь-динь!*

Меня начало охватывать чувство паники. Я был почти уверен, что если сейчас же не отвечу Токугаве, то она непременно наведается ко мне на квартиру, и у неё больше не останется сдерживающих факторов, чтобы разделаться со мной. Поэтому я сделал единственное, что могло спасти меня — с содроганием нажал кнопку «принять вызов».

— Привет, Хироюки-кун! Ты проспал, да? — промурлыкала в трубку Токугава.

Я ожидал чего угодно, но только не этого. Она должна была рвать и метать, а не говорить мне ласковым тоном очевидные вещи!

— П-простите, госпожа Сти...

— Ш-ш! Мэйко. Просто Мэйко. Мой дорогой, это даже к лучшему. Я прикрыла тебя сегодня, мой сладкий. Ты будто заболел — справку от врача мы тебе сделаем. И... Я тоже взяла отгул, и сейчас направляюсь прямиком к тебе!

МАМА...

— И я очень надеюсь на твоё внимание, мой хороший. У меня был тяжёлый разговор с шефом в тот день. Ну ты сам понимаешь: конкуренты совсем оборзели — прут изо всех щелей, и тебя мучают. А мы так и не продвинулись в поисках того, кто затеял эту пиар-компанию. Поэтому сейчас, я как никогда нуждаюсь в твоей поддержке. Ты ведь поддержишь меня, правда?

— Д-да... — протянул я, чисто автоматически отметив тот факт, что Стигмата отличная актриса, не желающая афишировать о своей демонической сущности по телефону. Что говорило только об одном — она знает, что за ней следят.

— Вот и отлично! Через десять минут буду! Пока-пока!

Гудки в трубке отсчитывали последние оставшиеся шестьсот секунд моей бесславной жизни, если Стигмата не ошиблась в расчётах... Когда она вломится сюда, я точно не жилец. О боги!

Мне нужно срочно ВАЛИТЬ ОТСЮДА!

Радуясь тому, что вчера свалился спать в одежде, а то бы выбежал на улицу в одних трусах, я ринулся на выход. Немного замешкался с замком, потому что руки тряслись, как у припадочного. Выбежал на лестничную клетку к лифту, и с ужасом услышал, что он поднимается. Неужели она так быстро приехала?! И провела меня насчёт десяти минут?

БЕГИ, ХИРО, БЕГИ!

Я буквально полетел по ступенькам вниз и успел преодолеть лишь один этаж, как вдруг услышал громкий скрежет рядом с собой. А потом глухой удар, от которого дрогнули стены и посыпалась штукатурка. Завороженно я смотрел, как трескается стена передо мной, как падают на пол осколки кирпичей, и улыбающееся лицо Токугавы просовывается в разрастающееся отверстие в стене шахты лифта:

— Куда собрался, милый?

— А-А-А!!!

Мой разум отключился.

Полностью.

Мгновенно активировались инстинкты выживания. Мышцы налились кровью, и бойко пружинили, пока я мчался по ступенькам обратно наверх. Наверное, сработал инстинкт, заложенный ещё в древности, когда первые люди спасались от клыкастых хищников, взбираясь на деревья. Правда, в данный момент это был не лучший вариант, ведь дверь на чердак оказалась заперта на висячий замок!

— А-а-а!!! — кричал я без остановки, но никто из соседей так и не вышел в коридор. И это было понятно — рабочий день был в самом разгаре. Здесь был только я и похотливый демон, положивший на меня глаз.

Кстати, она уже поднималась ко мне уверенной походкой. Токугава смахивала следы побелки со своего...

ЧЁРНОГО ЛАТЕКСНОГО КОСТЮМА!

Который обтягивал её шикарное тело, да так сильно, что в некоторых пикантных местах появлялся эффект второй кожи, и казалось, что женщина полностью обнажена. В её руке была такая же чёрная плётка с кисточкой. А на голове обруч с красными рожками — как иронично...

— Тагава, — позвала она. — Тебе не убежать от меня. Давай по-хорошему, а? Так не хочется ломать тебе руки и ноги... Они ведь тебе обязательно пригодятся во время нашей безудержной страсти!

Моя челюсть зубами отбивала чечётку. Я никогда ещё в жизни так сильно не боялся женщины. Если выживу, что практически невозможно, то обязательно получу несовместимую с отношениями с прекрасным полом, психическую травму!

Я сделал единственное возможное в этой ситуации — бросился к закрытому окну!

Одна секунда моей свободы ушла в никуда, когда я безрезультативно крутанул ручку.

Другая секунда потратилась на оценку расстояния до Токугавы — примерно пять метров. Она уже протягивала ко мне руки!

А-А-А!!!

Один удар кулаком. Второй ногой. И стекло разлетается вдребезги, лишь каким-то чудом не поранив меня летящими осколками.

Я схватился за раму и потянулся всем телом вперёд, встав ногой на батарею.

Впереди открывался вид на солнечный Токио. Знойный день приветливо встретил меня лёгким ветерком. На улице щебетали птицы, и колёсами шуршали машины, словно муравьи, следующие по своим маршрутам в муравейнике.

Ещё один шаг и я окажусь в свободном падении.

Полечу вниз, как топор. И познаю все те ощущения, которые испытал Коджи перед смертью...

Ведь это будет лучше, чем...

— А ну, стоять!

Меня резко потянуло назад, и с хрустом позвоночника, я грохнулся прямо на кафельный пол. Ощущая ужасную боль, я с содроганием увидел перед собой красивое, но весьма суровое лицо Токугавы:

— Ты совсем двинутый или притворяешься?! Ты же мог убиться!

Я только округлил глаза, не понимая, радоваться мне своему текущему положению или нет.

— Ох, Хироюки-кун! Умеешь же ты заставить девушку за собой побегать, — сказала она, растерянно покачав головой. — Теперь твоя очередь! Настало время отрабатывать за свою популярность!

И тут я понял, что сейчас мне точно не поздоровится!

Со свистом я влетел в свою квартиру, словно снаряд, пущенный с лёгкой руки демонессы. Хорошо, хоть благополучно приземлился на диван, а то одними ушибами дело не ограничилось бы. В агонии я сразу бросился к окну, но снова был схвачен крепкими руками Стигматы, и позорно отброшен назад.

Чувствуя себя беззащитной плюшевой игрушкой в руках ребёнка-садиста, я лежал на спине, пытаясь спасти свою честь, размахивая руками и ногами из стороны в сторону. Увы, против всесильной Стигматы этого было явно недостаточно. Без особого труда она заломила мне руки и прильнула своей пышной грудью. Аромат её духов окутал меня своим тяжёлым запахом. Хотелось не дышать, ничего не видеть и не чувствовать. Просто исчезнуть в этот миг!

— Милый Тагава. Мне так нравится наблюдать за бурей эмоций на твоём лице. Тебе стоило поступить в актёрское училище, чем прозябать рядовым менеджером в офисе. Ты бы мог выступать в театре и дарить людям эмоции. Ммм... Ты ведь сейчас подаришь мне эмоции, да?

С того момента, как инфернальный кавардак полностью разрушил спокойную жизнь, меня впервые так конкретно прижали к стенке!

Я молча сжимал веки, молясь всем богам, чтобы Стигмата пощадила меня. Но, как оказалось, в этот день высшие силы либо не услышали моих молитв, либо просто не захотели вмешиваться, со смехом наблюдая за творящимся изуверством со своих небесных трибун...

Нежный поцелуй в щёку заставил меня открыть глаза. Я непонимающе посмотрел на улыбающуюся Токугаву, и начал постепенно ощущать, как она с силой сдавливает мои запястья.

Поцелуй был лишь уловкой, чтобы я расслабился!

Её лицо резко устремилось ко мне! Прохладные влажные губы встретились с моими. Её язык, будто копьё, без предупреждения вонзился мне в рот, и начал творить там полный беспредел! Я уже даже не сомневался, что в скором времени от подобного непотребства в моей ротовой полости появятся гематомы и ссадины!

Она была очень сильна! Тем более, крайне возбуждена. Её набухшие соски кололи мне грудь, скребя по телу, словно какое-нибудь специфичное орудие пыток!

— Как я долго этого ждала! — прошептала она мне на ухо, намочив его стекавшей со рта слюной.

— Пожалуйста, не н-надо...

Над головой просвистело — плётка Стигматы ударилась о шкаф, выбив из него кусок дсп!

— Громче!

— ПРОШУ! НЕ НАДО!

Она рассмеялась:

— Так я даже ещё и не начинала с тобой развлекаться, маленький трусишка!

Молниеносно перевернув меня на живот, она вдруг схватилась за ремень на моих джинсах! С громким треском разорвалась ткань, и куски одежды полетели в разные стороны.

Опять раздевание...

— Сейчас мы повеселимся! — в предвкушении, облизнулась Стигмата.

Хлопок плёткой по мягкому месту дал прямой сигнал адскому порталу во мне активироваться. Испытывая ни с чем не сравнимые болевые ощущения, я закричал, что есть сил. Полыхнула яркая вспышка, и снова красный туман окутал мой взор. Что-то большое вдруг появилось в комнате, заслонив собой солнце, выглядывающее из окна.

Стигмата только чертыхнулась, уложив на пол болевым приёмом появившегося из ниоткуда демона:

— Я же ясно дала понять, чтобы никто из вас здесь больше не появлялся! — рявкнула она командным голосом, сворачивая шею рогатому чудовищу, не дав тому и слова сказать. Монстр с грохотом повалился на пол, и сверкнув напоследок, через пару мгновений растворился в воздухе.

— Как же не удобно, что в любой момент нас могут потревожить!

Я не успел отойти от шока, что в моей холостяцкой берлоге появился демон, как снова был оприходован сильными женскими руками. Перевернув меня на спину, как юлу, без каких-либо предварительных ласок, Стигмата раздвинула мои ноги и опустила свою голову промеж них.

Вдруг стало хорошо... Вот же чертовка!

А ведь сейчас я действительно был на волосок от гибели! Если дьяволица слишком раззадорится, то... О, боги, в пылу страсти она может просто откусить мои причиндалы! И страх потерять мужское достоинство был для меня намного сильнее страха смерти!

Я попытался абстрагироваться от творящегося безумия и закрыл глаза, не смея пошевелиться. Мысленно сотворил себе кокон, в котором спрятался и закрыл крышку. Всё это происходит не со мной! Меня здесь нет!

Тем временем, испытывая во истину неоднозначные ощущения, которые можно было охарактеризовать, как страшно-приятно-болезненные, я вдобавок претерпевал сильную качку, вплоть до тошноты. И мне даже пришлось открыть глаза, чтобы разобраться в причине своего внезапного недуга. Оказалось всё просто — Стигмата, как пушинку, елозила меня по дивану, увлечённо занимаясь своими непристойными делами!

Сколько же в ней силищи?!

— О, Хироюки-кун, ты такой классный! — прошептала она, подняв голову, увенчанную обручем с красными рожками. — Я вижу, ты уже готов!!!

Паническая атака снова ударила мне в голову: ГОТОВ К ЧЕМУ?!

Дьяволица тут же одним движением разорвала на себе чёрный костюм, обнажив свои выдающиеся прелести:

— Возьми меня!

Приказ был чётким и понятным, но у меня даже руки от страха не поднимались, чтобы дотронуться до неё. А тут такое...

Видимо, поняв, что многого от меня ждать не стоит, Стигмата взяла быка за рога, проворно усевшись на меня верхом...

Ощущения оказались весьма приятными!

Но только до тех пор, пока она не начала неистово двигаться вверх-вниз, взад-вперёд, заставляя меня испытывать колоссальные перегрузки. Будто пятитонная слониха своим телом дробила мне кости!

О, боги! Будучи подростком, и читая всякие хентай-журналы, если не изменяет память, я вроде как мечтал о гипотетическом сексе с рогатой дьяволицей. Но тогда и подумать не мог, что суровая жизнь предоставит мне такой шанс в будущем.

И что это будет НАСТОЛЬКО ЖЁСТКО!

Выдержав всего десять секунд гипердрайвовой страсти, я просто отключился. Спасительное беспамятство унесло мой воспалённый разум далеко далеко от творящегося хаоса в покои тьмы и тишины. И теперь я не мог знать, что творилось там со мной, и не разорвала ли Стигмата меня на куски...

***

Совершенно голый, весь в синяках и ссадинах, я сидел на диване и курил уже пятую сигарету. Дурная привычка плотно вошла в обиход, ибо нервы не выдерживали, находясь под гнётом творящегося безумия, которое никак не унималось, а даже наоборот, умножало свои позиции в геометрической прогрессии!

Стигмата примостилась в ногах и делала мне массаж ступней. И очень хорошо, хочу вам сказать. Похоже, у неё был огромный опыт в этом деле, если учитывать её немалый возраст. Обнажённая женщина напевала какую-то незатейливую мелодию, и самозабвенно массажировала и массажировала.

А я тем временем потихоньку привыкал к происходящему. Правильно говорил мой дед: «Ты светлый человек, Хиро. Таким и оставайся. Надеюсь, мир тебя не поимеет. Но если это всё-таки случится, не кисни. Пока ты жив и можешь двигать руками и ногами, перед тобой всегда есть сотня вариантов, как выйти из положения».

И я выбрал один из предложенных судьбой — просто плыть по течению, раз не имел возможности противостоять ему.

— Почему я так тебе приглянулся? — задал я давно мучивший меня вопрос.

Стигмата отвлеклась от своего занятия и кокетливо взглянула на меня. Красивая и разгорячённая после безудержного секса. Её волосы рассыпались по округлому лицу, придавая женщине особенный шарм. Она приподнялась и осторожно подобралась ко мне, прильнув к груди. Погладив моё лицо своей ладонью, она произнесла:

— Потому что в тебе заключен портал между Адом и Землёй.

— И это всё? — удивился я.

А мне казалось, что на деле я очень привлекательный мужчина. Или на худой конец, обаятельный. Ещё и умный, рассудительный. И глаза у меня краси... Тьфу! Всё оказалось гораздо прозаичнее.

— Конечно! Думаешь, каждый день на смертного накладывают сверхмощное подпространственное заклятие? Это десятый класс, к твоему сведению, Хиро!

— Десятый класс чего? Школы?

Стигмата прыснула от моей наивности:

— Десятый класс по шкале магической силы. Это уровень полубога! Даже я на такое не способна...

Ага. Первородные. Знаем-знаем. Значит это на самом деле так, раз сама Стигмата говорит о них. И ведь забавно, что такой маленький муравей, как я, каким-то неведомым образом перешёл дорогу гигантскому слону-первородному. А он в свою очередь заметил это, и наградил меня ужасным проклятием. Стопроцентное попадание в яблочко! Хиро, а ты везунчик...

— Тем более, сейчас я вижу, что ты отлично умеешь обращаться с женщиной.

— Э-э? Я?...

— Ты настоящий жеребец! Не ожидала такой прыти и выносливости от простого человечка. Сначала я думала, что снова буду доминировать, но ты превзошёл все мои ожидания! А в позе по-собачьи я от кайфа чуть в Рай не улетела! Ммм... Так было хорошо! Пребывая на Земле, я о таком даже и не мечтала...

Внезапно во мне закралось подозрение: а обо мне ли она говорит?

— Вот если бы ты лежал бревном и совсем не старался, то я бы просто открутила тебе голову, — посмеялась она.

Меня прошиб холодный пот. Что же это получается? Я отключаюсь, и вместо меня управление над телом берёт кто-то другой? Что ещё за новый прикол?!

— Короче говоря, ты явно не простой парень, Хиро. И я чётко вижу твой потенциал. Поэтому хочу быть рядом, когда ты возвысишься, — Стигмата ласково обняла меня за шею и горячо поцеловала в губы. — Прости, что угрожала тебе в офисе... Я была на взводе из-за сложившейся ситуации. Эти демоны, нарушившие договор, конкретно подставили администрацию Ада!

Пытаясь совладать с нахлынувшей волной паники, я честно сказал:

— Ничего-ничего. Спасибо... Жаль, что всё так вышло с демонами. Но мне правда очень приятно твоё внимание. И, надеюсь, мой вопрос не изменит твоё отношение ко мне. Скажи пожалуйста — ты когда-нибудь отпустишь Токугаву?

Неосуществимая мечта всех мужчин компании «Джинко Текна» лежала на моей груди, сложив руки под подбородком, и не моргая смотрела мне в глаза. Только один человек имел право видеть её обнажённой, и это был не я. Но высшие силы, посмеявшись надо мной, и внедрив в меня адский портал, одновременно дали мне шанс не только познакомиться с тем, что скрывали стильные наряды Токугавы, но и почувствовать, каково это — быть с ней...

— Конечно отпущу, милый. Мой срок пребывания в её теле ограничен.

А вот это уже было интересно:

— То есть ты не убьёшь её? Не сделаешь сумасшедшей или... Не знаю что! Просто уйдёшь и всё?

Мне очень сильно хотелось, чтобы так и было. Чтобы Стигмата покинула тело несчастной Мэйко Токугавы, и всё это закончилось. Но, как будет на самом деле, только одним богам было известно.

— Не беспокойся за эту красотку. У неё всё будет хорошо, — сказала демонесса, после чего хитро подмигнула мне. — Так значит ты хочешь приударить за ней? — заговорщическим тоном проговорила она.

Я ничего не ответил, про себя подумав, что подлый Ясуо бессовестно соврал мне насчёт Стигматы и перечёркнутой судьбы Токугавы. Его ничего не волновало, кроме мести демонам. И это меня пугало.

Моя ладонь как-то сама по себе легла на её волосы, и я принялся гладить Стигмату. Это было так странно и в то же время приятно. У меня появилась собственная демонесса, которая считает меня особенным, и вроде как уже не стремится прикончить. А ещё у меня был секс с телом Токугавы, правда, я помнил лишь несколько секунд этого фантастического действа. Но, будем честны, о таком я даже мечтать не мог!

— Ты такой классный! — обрадовалась Стигмата, ещё крепче обняв мою шею — мне стало трудно дышать!

— От...пу....СТИ! — прокряхтел я.

Девушка сразу же ослабила хватку, после чего виновато опустила взгляд. И широко улыбнулась, внезапно уставившись на Хиро-младшего:

— Я хочу ещё!

А вот это уже не хорошо... Я еле-еле успел остановить демонессу перед очередным непотребством, закрыв себя руками:

— Дорогая, мне нужно идти!

— Куда?

Я не придумал ничего другого, кроме как сказать, что иду в больницу. Тем более, я очень хотел снова навестить Мисаки перед тем, как...

Выманить Стигмату к Ясуо.

От этой мысли мне стало нехорошо. Появилось тревожное ощущение, что делать этого не стоит. Что не смотря на своё кровавое прошлое, Стигмата здесь не для того, чтобы сеять хаос и разрушение. Она только ищет сбежавших демонов и хочет вернуть их назад. Своими методами, конечно, очень жестокими, но...

Я не хотел, чтобы Токугава/Стигмата пострадали. Но в то же время не желал оставлять пленённых демонят в беде. Поэтому мне в любом случае придётся импровизировать...

— И, ещё! Ты просила сказать, если появится новый демон...

Стигмата вдруг принюхалась. Видимо, пыталась унюхать запах портала:

— Говори!

Теперь я снова лицезрел настоящую Стигмату: целеустремлённую охотницу, почуявшую запах добычи. Она не успокоится, пока не найдёт дезертиров и не вернёт их назад в адское пекло, чтобы там организовать им суровую кару по заслугам...

— Первый демон — Озэму. Он хочет встретиться со мной на стадионе Ота сегодня вечером.

— Отлично, — потирая руки, сказала она. — Там мы его и прихлопнем! Но... Зачем он хочет тебя там видеть?

Вот тут я замялся. Пришлось спешно придумывать легенду. Надеюсь, влюблённая демонесса не расколет меня!

— Он угрожал мне! Требовал быстрее освободить его соратников. Дал мне срок до вечера, а иначе убьёт. Я должен прийти на стадион и выпустить оставшихся демонов.

— Вот же рогатая скотина! Они действительно что-то замышляют. Хм, неужели нашли «перст»...

— Перст?

— Старая история... Это уже не твои проблемы, дорогой. Знай, теперь ты под протекцией одного из старших генералов армии Сатаны. Тебе больше ничего не угрожает.

Я прямо выпал в осадок от её слов. Нет, я понимал, что она демон и вообще не так проста. Но чтобы такое — генерал армии Сатаны! Это было уже слишком!

— Сегодня вечером я пойду вместе с тобой и надеру зад этому ублюдку. Обещаю тебе, Хиро-кун.

— Спасибо, — произнёс я, испытывая смешанные чувства. С одной стороны всё шло по плану, а с другой — было как-то не по-людски, если можно было так говорить по отношению к Стигмате. Я уже как-то проникся к ней, и не хотел ненароком причинить зла. Но всё вело именно к тому...

— А потом попрошу моего босса избавить тебя от проклятия! — осветив меня своей лучезарной улыбкой, сказала она.

Вдруг появился лучик надежды, откуда не ждали.

— Он точно сможет?

— Не сомневаюсь.

Теперь бы как-нибудь найти способ убедить четвёртый отдел не пленить Стигмату, пока она не замолвит за меня словечко перед самим дьяволом. О, боги... Это просто кошмар!

Токугава встала и принялась собирать вещи. Я с удовольствием наблюдал за изгибами её прекрасного тела. И она, почувствовав мой интерес, кокетливо покачала бёдрами. Какая идиллия это была бы, если бы не одно «но» — в теле этой красавицы находился древний демон.

— Мне нужно подготовиться, — сказала она, расчехляя комплект одежды из пластикового пакета, который принесла с собой. Видимо, она не настолько была отбита, чтобы при всём честном народе щеголять в латексе по улице.

На розовую попку тут же были надеты белые кружевные трусики. Затем пришёл черёд бюстгальтера прикрыть прелести Токугавы от моего неотступного взора. Теперь, даже одетая в бельё, она выглядела более интригующе, чем без него. Слышал, это особенность мужской психики — хотеть то, что прикрыто, чтобы узнать, что скрывается внутри. Стремление проходить незатейливый квест по раздеванию партнёра женского пола, и тем самым, добиваться её близости.

— Во сколько встреча с Озэму?

— В восемь, — бросил я первое, что пришло на ум.

— Хорошо. Я буду там, но ты меня сразу не увидишь. Только не бойся — я буду всё контролировать, — сказала она, полностью облачившись в деловой костюм. — До вечера, сладкий мой.

— До вечера, — ответил я, отправившись провожать её к двери.

На лестничной площадке собрались соседи, удивлённо разглядывающие разрушенную шахту лифта. И мне даже на секунду показалось, что дьяволица слегка покраснела, увидев все те разрушения, которые сама и произвела.

Поцеловав меня в губы, Токугава махнула рукой на прощание, и направилась вниз по ступенькам. А я закрыл дверь и сполз на пол, обдумывая сложившуюся ситуацию.

Ещё несколько часов назад эта особа представляла для меня страшную угрозу. Хотела использовать меня в своих похотливых целях, а потом просто разорвать, если что-то ей не понравится. Но каким-то неведомым образом, находясь в отключке, я ублажил демонессу, да так, что она осталась под приятным впечатлением. Чёрт... Неужели это какой-то демон-вирус? Или любой из демонов имеет возможность, как Стигмата, захватывать тела людей и творить с их помощью бесчинства?

В меня на самом деле кто-то вселился?!

Не стоит отметать и такой вариант. Здесь мне либо нужно прямо спросить у своей дьявольской подружки, правда, не знаю, как она это воспримет. Либо звонить Ясуо.

Кстати, о нём...

Я подошёл к останкам своей одежды, и принялся ковыряться в них в поисках визитки главы Ордена. Вскоре я нашёл её и позвонил по указанному телефону.

— Да, Тагава. Слушаю вас.

— Сегодня вечером в восемь ноль ноль я приду на стадион Ота вместе со Стигматой.

— Принял. Спасибо. Мы будем там.

Он положил трубку, а я остался сидеть на полу, не зная, что дальше делать.

Да и что я мог в самом деле? Если не сдам Стигмату, меня просто закроют в замке и будут активировать портал до бесконечности, пока я не помру. А если сдам демонессу, то мучиться в замке придётся уже Токугаве. Или Стигмате. Или им обеим! Но в то же время у Ордена в заложниках мои маленькие демонята. И я совсем не хочу, чтобы они тоже пострадали.

Вот такой весьма хреновый у меня расклад!

Правда, в данном уравнении по прежнему оставалось одно неизвестное — демон по имени Озэму.

Крайне необычно просто так идти по улице в разгар рабочего дня, и быть предоставленным самому себе. Будто ты сбежавший заключённый, каким-то образом, сумевший скрыться от погони и затеряться в городе. Конечно, вскоре мнимой свободе придёт конец, и тебя снова заберут в места не столь отдалённые, но всё равно ты продолжаешь удивляться красочному миру вокруг и пытаться насладиться этим эфемерным чувством свободы.

Со стороны, наверное, это выглядело комично — я хромал, будто после долгой поездки на неудобном седле велосипеда. По факту межвидовой секс между демоном и человеком оказался крайне противопоказан последнему. Была бы моя воля, то я ни за что бы не согласился на близость с Токугавой/Стигматой, несмотря на всю её сексапильность. В любом случае, моего мнения никто не спрашивал!

Эх, сейчас бы мне в помощь магию Фуки — он бы в момент вылечил моё изувеченное тело.

В животе была пустота. Тем более, совсем недавно меня растрясли как погремушку, поэтому я отправился в ближайшее кафе, чтобы забросить дровишек в топку своего желудка. Пока ждал заказ, пробежался взглядом по новостной ленте — разбойные нападения и исчезновения людей прекратились так же внезапно, как и начались. Судя по данным в статье полиция пока не имела официальных предположений на счёт того, кто этим занимался и зачем.

А я знал.

Наверное, демоны затаились на время. Не думаю, что Озэму настолько глуп, чтобы не понять — слежка за моей квартирой серьёзной организацией спровоцирована именно его появлением.

Интересно, что за миссия у них здесь на Земле?

И что самое занятное, эти демоны ослушались своих старших собратьев, и сбежали в мир людей. Ради чего? Просто, чтобы оттянуться? Пожить, как люди? Не верю. Этим рогатым гигантам придётся постараться, чтобы не обнаружить себя в нашем высокотехнологичном городе. А вот кара за самоволку будет суровой, судя по серьёзному настрою Стигматы. Не завидую этим парням.

Пообедав, ведь уже был полдень, я отправился в госпиталь. Впереди меня ждала неизвестность, и я не знал, выберусь со стадиона Ота живым, или нет. И самым лучшим вариантом скоротать возможно последние часы своей жизни было посещение Мисаки. И я питал надежду, что она всё-таки проснётся и поговорит со мной.

Ещё где-то час ушёл на дорогу, и уже у дверей госпиталя я вдруг вспомнил, что так и не узнал фамилии Мисаки! И передо мной вырисовывалась перспектива новой словесной баталии с регистраторшей. А Чипиа уже не сможет помочь мне в промывании ей мозгов.

На всякий случай я кликнул имя крошки-демона, но ничего не произошло. Значит действительно дела плохи — демонята до сих пор не могут выбраться из замка Ордена. И живы ли они вообще? Когда всё закончится, и если к тому моменту я не стану трупом, нужно будет замолвить за них словечко перед Ясуо...

Ха!

Какой же я наивный! Этот мужик со странным лицом не успокоится, пока не замучает или не уничтожит всех представителей дьявольского рода. И мои слова только рассмешат этого садиста.

Что ж, делать нечего. Я открою дверь и пойду напролом, если меня не захотят впускать. Недаром, у приговоренных к смертной казни, спрашивают последнее желание. Для меня таким желанием была встреча с Мисаки. И я никому не позволю помешать мне.

— Здравствуйте дорогой министр здравоохранения! — под удивлёнными взглядами посетителей, воскликнула регистраторша.

Её слова, как бальзам на сердце! Магия Чипиа до сих пор действовала. Но, не стоит позволять этой женщине так открыто нести чепуху на виду у всех! А то ненароком её скоро отправят домой отлеживаться или того хуже. Поэтому я спешно подбежал к стойке регистратуры и потянулся к женщине, шепнув на ухо:

— Это не официальный визит! Пожалуйста, никому обо мне не говорите.

— Хорошо, — так же шёпотом произнесла женщина. — Я так и подумала, с вами сейчас нет телохранителей.

Какая наблюдательная. Да, четвёртый отдел пока спустил меня с поводка. Но что будет потом, одним богам известно...

— Девушка из двести девятой палаты. Как её фамилия? — решил спросить я. Лучше поздно, чем никогда.

Женщина принялась шерстить картотеку на компьютере, и вскоре дала ответ:

— Мисаки Ямамото.

Красивая фамилия. Означает «гора и рисовое поле». Как бы банально не звучало, но наверное, её предки жили у гор и занимались выращиванием риса. Вот и познакомились.

— Тогда я пойду к ней.

— Конечно! Хорошего дня! — сказала она, показав мне большой палец.

Милая женщина. Жаль, эта черта её характера раскрылась только под внушением.

Настроение улучшалось с каждым шагом, когда я поднимался по теперь уже знакомым ступеням госпиталя. Ещё чуть-чуть и на этаже меня встретит Мисаки, хорошенько выспавшаяся и любующаяся видом из окна на зелёный город. И, завидев меня, улыбнётся. Это знак, что всё теперь у нас будет хорошо. И никакие демоны, секты и другие ужасы до нас не доберутся, потому что я заберу её с собой далеко-далеко. Туда, где они нас не достанут!

Ох, если бы мои мечты совпадали с реальностью...

На деле я оказался в заполненном людьми коридоре. Мимо сновали врачи и медсёстры. Но один человек в этом мельтешении белых халатов оставался на месте — и это был полицейский. Та переменная, которую я не учёл. Мужчина лет сорока с выпирающим брюшком, внимательно читал журнал, сидя на стуле возле палаты Мисаки. Можно было радоваться тому, что она круглосуточно находилась под защитой полиции, но в данный момент это становилось для меня проблемой.

Чипиа промыла мозги другому копу. А как пройти через этого, мне предстояло выяснить в течение следующих минут.

Я начал перебирать всевозможные варианты: от «здравствуйте, я парень той девушки» до «я брат, сват, шурин». Любой из этих вариантов мог, как сработать, так и нет, хотя теперь я знал фамилию Мисаки. Это должно было помочь.

Наконец решившись, я зашагал в сторону её палаты, нервно подбирая слова.

«Господин полицейский... »

Моего плеча вдруг коснулась чья-то рука. Обернувшись, я увидел перед собой немолодого, но подтянутого врача. Он был на голову выше меня, хотя я и сам не был коротышкой. Его лицо имело приятные черты, заставляющие подсознательно испытывать к нему симпатию и доверие. Если бы этот человек снимался в кино, а не работал в больнице, то стал бы настоящей звездой, благодаря успеху у женской аудитории.

— Хироюки Тагава? — спросил он, заинтересованно посмотрев на меня.

— Да. А вы кто? — кивнув, спросил я в ответ.

— Приятно познакомиться. Я лечащий врач Мисаки Ямамото.

Прищурившись, я кое-как разглядел его имя на бейдже: Такэда Сингэн. Подобное имя больше подходило какому-нибудь воину периода Эдо, чем врачу из городской больницы.

— Откуда вы меня знаете?

— Ваше имя указано в медицинской карточке моей пациентки, как одного из доверенных представителей.

Интересно, как моё имя туда попало? Кто меня туда вписал?

— Сразу отвечу на все ваши пока ещё не высказанные вопросы. Это полиция записала вас. А потом и родная тётя моей подопечной подтвердила ваше право навещать мисс Ямамото.

С ума сойти! Всё это время я мог спокойно навещать Мисаки?!

— Вы, наверное, как раз к ней и пришли? Давайте я вас провожу и заодно введу в курс дела.

— Давайте, — повторил я за ним. — А что случилось?

Такэда Сингэн неловко улыбнулся:

— Ничего страшного. Ваша девушка идёт на поправку. Скоро мы перестанем колоть ей снотворное.

При словах «ваша девушка» я невольно покраснел. А вот последние слова вогнали в уныние — значит, Мисаки до сих пор находится под действием медикаментов? Лежит в своей постели, как спящая красавица, и ждёт...

Нет, не своего принца. Так бывает только в наивных сказках, когда картонная героиня беспрекословно делает то, что велит ей рассказчик. В реальной жизни, очнувшись ото сна, красавица первым делом захочет увидеть своих маму и папу, или как в случае с Мисаки — тётку.

Кстати, о маме и папе...

— Родители уже навещали её?

Мы не дошли пары метров до двери в палату Мисаки, как врач остановился:

— А вы не знали? У мисс Ямамото нет родителей. Только бабушка в деревне и тётка в городе. Очень трагичная история.

— Откуда вы...

— Её тётушка оказалась очень словоохотлива. Право слово, я не хотел лезть в личную жизнь пациентки, но при первой же встрече с её родственницей, за каких-то полчаса я услышал очень и очень много.

Я косился то на разговорчивого врача-великана, то на полисмена, которые тоже немного напрягся, ведь мы болтали прямо у него перед носом. Одновременно хотелось то отойти от него подальше, чтобы не мозолить глаза, то остаться, чтобы услышать от врача как можно больше о Мисаки.

— Что случилось с её родителями?

Господин Такэда погрустнел:

— Примерно три года назад они погибли под завалом в пещерах. Ваша девушка не рассказывала об этом?

— Нет.

— Пожалуйста, не говорите ей, что я сообщил вам это! Может выйти очень неудобно.

Я только махнул рукой. Если Мисаки проснётся, это будет последнее, о чём я захочу с ней поговорить. Я не понаслышке знал, что такое — потерять по-настоящему родного человека. Этим человеком для меня был дед, фактически заново воспитавший меня, ленивого разгильдяя, привыкшего жить на всём готовеньком. Именно ему я был обязан всем тем, чего добился в этой жизни. Его мудрость и опыт сделали из меня человека. И я был благодарен ему за это.

— Скажите, Такэда-сан, я могу уже пройти к Мисаки-тян? — спросил я, не имея сил больше ждать возле двери.

— Конечно. Позвольте, я уведомлю об этом господина полицейского, — сказал он, направившись к стражу правопорядка, как вдруг остановился и обернулся. — Только прошу вас ни в коем случае не будить мисс Ямамото!

— Почему?

— Как вы знаете, она пережила страшные потрясения. И её нервная система сейчас очень перенапряжена. Важно, чтобы курс её лечения не прерывался на какие-либо контакты, которые могут заставить её нервничать. Для её же блага.

— Я всё понял.

Если так нужно для её скорейшего выздоровления, то я просто буду сидеть рядом и не издавать ни звука. Если есть возможность помочь хотя бы так, то я сделаю это. Самое главное сейчас, это ни в коем случае не навредить Мисаки.

Наконец врач отвлёк полицейского от чтива. Я наблюдал за их диалогом, и сначала мне казалось, что этот мужчина, Такэда Сингэн, сейчас сам получит отворот-поворот от хмурого полицейского. Уж очень он был каким-то неубедительным. Коп с недоверием смотрел на него снизу вверх. Я даже подумал, что ничего не выйдет, и нас обоих не пропустят.

Но вот полицейский кивнул, и я лицезрел сияющую улыбку на лице врача:

— Заходим, Хироюки-сан. Только, пожалуйста, не шумите.

Кивнув, я вошёл в палату. Здесь всё осталось так же, как и в мой прошлый визит: витиеватые шторы, оставляющие на стене причудливые тени, новый букет цветов. Интересно, их приносит тётка Мисаки, или её знакомый, о котором я не знаю?

Вдруг я ощутил укол ревности!

И сразу же загнал это чувство подальше — не этим сейчас должны быть заняты мои думы...

Я присел рядом с ней, с моей спящей огневолосой принцессой, и мне было уже всё равно, что рядом находился посторонний человек. Лишь ровное медленное дыхание Мисаки волновало мою душу. Её грудь размеренно поднималась и опускалась. Вокруг её постели витал приятный аромат луговых цветов и... флёр её девичьего тела. Который буквально сводил с ума.

И ведь подобного запаха я не ощущал ни от Токугавы, ни от других девушек, с которыми когда-то имел близкие отношения. Будто сейчас я стал вампиром из «сумерек», которого вдруг свёл с ума запах школьницы.

И ладно бы это было сексуальное влечение, так нет же! Это оказалось чем-то другим. Какое-то чувство вселенской тоски и потери, а ещё желание всегда быть рядом с Мисаки. Теперь я уже не сомневался, что влюбился в неё без памяти. И перестал быть ей равным, став наоборот тем, кто мог только преклоняться перед ней...

— Хиро.

Сначала я не обратил внимание, что меня окликнули, но потом голос стал настойчивей и снова выдернул меня из транса:

— Позволь, я расскажу тебе, что таит в себе Мисаки Ямамото?

Услышанное сначала удивило меня, но потом я снова отдался приятным волнам аромата, что заставлял меня буквально страдать от любви к Мисаки. И я наслаждался, упивался своей чистой любовью, не зная даже, будет ли она взаимной или нет.

Что-то тяжёлое опустилось на моё плечо. Я машинально повернул голову, и сначала увидел чёрные когти, сжимавшие предплечье, а потом и рогатую голову с противной кривой физиономией...

ДЕМОН!

Длинный шершавый палец, оканчивающийся острым, как лезвие бритвы, когтем, коснулся моих губ. Озэму негромко зашипел, призывая к тишине.

— Т-ты?!

— Как долго ты будешь валяться и стонать от её силы?

Теперь то я заметил, что каким-то образом очутился на полу! Спешно поднявшись, я попытался заслонить Мисаки от двухметрового исполина, хотя сам понимал, что толку от этого будет мало. Монстр действительно выглядел ужасающе свирепым, поэтому даже хорошо, что навестив меня ночью, он не показал своего лиц... своей морды.

А иначе его страшный лик навсегда поселился бы в моих кошмарах!

— Ч-что здесь происходит? Почему я так странно себя чувствую?

— Ты задал правильный вопрос, Хиро. В этой девушке заключена огромная сила, и она имеет влияние на окружающих её людей.

С каждым днём этот мир открывался мне с разных граней!

— Но почему я раньше не чувствовал этого так сильно?

— Потому что до сего дня её дар спал, лишь иногда касаясь кого-то, кто находился рядом.

Я вспомнил Хэчиро и ту внезапную фанатичную любовь, которой он воспылал к Мисаки. Неужели моя избранница такая же не от мира сего, как и я?

— Постой, Озэму. А куда подевался врач... Такэда... — я уже почти забыл его фамилию из-за того состояния, в котором пребывал.

— Сингэн? Это был я.

— Но как?!

— Ты правильно удивляешься, Хиро. Ведь мы, низшие демоны, не можем менять свой облик, как первородные. Или же не имеем возможности переселять своё сознание в иные тела, заставляя их быть нашими послушными куклами. А та сила, что живёт в этой девушке, может творить настоящие чудеса. Например, ненадолго вернуть демону его потерянный человеческий облик! И это лишь малая часть, что сокрыта в ней.

Я обернулся на мирно спящую Мисаки, не веря своим ушам. Даже будучи во сне, она творила чудеса своим присутствием! Неужели это значит, что...

— Я хочу снова быть человеком, Хироюки, — подтвердил мои мысли Озэму. — И все мои братья тоже этого хотят. Твоя девушка ключ к нашему спасению. Но есть одно «но», которое может перечеркнуть все наши надежды.

— Стигмата, — ответил я за него.

Демон кивнул.

Все стороны конфликта неизменно нацеливали свои копья в сторону дьяволицы, что свободно путешествовала между мирами, захватывая себе в подчинение представительниц прекрасного пола. Она рушила чужие судьбы и преследовала свои, неизвестные другим, интересы. Или же это были интересы правителя Ада... Который, кстати говоря, имел возможность избавить меня от проклятия порталов.

— Я видел, сегодня ты был очень близок с ней.

Поперхнувшись от его слов, я удивлённо уставился на всезнающего демона — он что, следил за мной всё это время?!

— Знай же, Хиро, это существо очень коварно. И очень ревниво, — сказал он серьёзно. Демон указал пальцем на Мисаки. — Если она узнает о девушке, что завладела твоим сердцем, то непременно убьёт её!

Вот теперь мне стало по-настоящему страшно. Озэму был прав — Стигмата, это не та женщина, которую можно поматросить и бросить. Впав ей в немилость, проще пустить себе пулю в рот или сброситься из окна, чем ожидать неминуемой расправы. И откручивание моей глупой головы может оказаться ещё весьма милосердной карой...

И ладно бы это, но теперь под удар из-за меня попала Мисаки!

— Что ты предлагаешь?

Демон с хрустом сжал кулаки:

— Ты организуешь нам встречу, Хироюки.

Сначала Ясуо, а теперь и Озэму захотел свести счёты со Стигматой. Смею вас расстроить, дорогие брутальные мужчины — с этой дамочкой вы рискуете потерять не только свои жизни, но и причиндалы. Откусит и не поперхнётся, зуб даю!

Но раз иного пути нет, то пора нам всем уже собираться на мясорубку...

— Стадион Ота. Восемь вечера, — сказал я, понимая, что вскоре стану свидетелем самой эпичной битвы между демонами и людьми.

До восьми времени было ещё довольно много, поэтому я не спешил расставаться с Мисаки и... Озэму. К тому же демон тоже не торопился покидать палату, а оставлять их наедине я не имел никакого желания. Может попросить его снова перевоплотиться в человека? Так хотя бы будет легче переносить его присутствие.

— Ты можешь сейчас вернуть себе человеческий облик?

— Нет, — лаконично ответил он, с закрытыми глазами сидя в позе лотоса в углу палаты, где на полу рядом с ним лежала аккуратно сложенная одежда врача. — Не сейчас.

Значит придётся терпеть...

— К чему было вешать мне лапшу на уши в образе доктора?

Я точно не знал, когда проснётся Мисаки, поэтому пытался заслонить демона собой, чтобы при пробуждении она не испытала повторный шок, увидев чудовище.

— Я тебе не лгал.

— А про лечение и родителей Мисаки?

— Тоже правда. Об этом мне рассказал тот самый врач Сингэн. А потом в его облике я разговаривал с тёткой твоей девушки.

Как бы странно это ни звучало, но похоже, что Озэму был вполне бесхитростным и порядочным, раз ввёл меня в курс дела. По крайней мере, мне так показалось после второй нашей встречи.

— Этот врач ещё жив?

— Да. Я запер его дома. По вечерам приношу еду, чтобы он не умер от истощения. Похоже, сила этой девушки распространяется только на тех, кто находится рядом. Из-за чего я и получил личину этого мужчины.

Всё это было очень интересно, но настало время уточнить самый главный вопрос:

— Ты не тронешь её?

Озэму открыл глаза:

— Если я уничтожу Стигмату, в этом не будет нужды.

Его ответ меня разозлил:

— А если нет?!

— Пойми, она — артефакт, Хироюки. Источник невообразимой силы. У неё больше никогда не будет нормальной жизни...

— Что, чёрт возьми, это значит?!

Озэму приложил палец ко рту — я слишком рассвирепел и громко говорил, тем самым мог либо разбудить Мисаки, либо привлечь внимание полицейского за дверью. Попытавшись успокоиться, я снова задал свой вопрос.

— За твоей жизнью наблюдают, и я говорю не только о спецслужбах Японии. Высшие силы так же заинтересовались твоим «недугом». И от них не скроется то, что мы нашли в этой девочке. Они обязательно используют её в своих целях. Это лишь вопрос времени.

Захотелось лезть на стенку и просто выть от бессилия. Слова демона были как ужасны, так и логичны. Вскоре о Мисаки прознают все, от мала до велика. И демоны, и ангелы, и черти знает, кто ещё. Я должен спасти её, забрать из больницы и спрятать. Но есть ли на земном шаре такое место, где нас не найдут?

— Мне нужно увезти её отсюда, — подумал я вслух, с горечью понимая, что на данный момент не имел средств для покупки билета даже на внутренний авиарейс, не то что на международный. А ведь, чем дальше мы уедем, тем будет лучше...

— Нет.

— Что ты сказал?! — прорычал я, сжимая кулаки.

Озэму медленно встал, практически доставая рогами до потолка. Гигант возвышался надо мной, и моя решимость врезать ему по квадратной челюсти с каждой секундой уменьшалась. Демон приблизился ко мне практически вплотную, заставив испытать учащённое сердцебиение из-за нахлынувшего в кровь адреналина и чувства животного страха.

— Она останется здесь. И это не обсуждается. А мы с тобой отправимся на встречу со Стигматой. И положим ей конец.

— Чем она тебе так насолила?

Озэму развернулся и вернулся на своё место. И я стал свидетелем превращения демона в человека. Сначала мне показалось, что он резко нагнулся за одеждой, так как уменьшился почти в два раза. Но потом я понял, что его тело трансформировалось с каким-то неприятным шорохом. Грубая кожа постепенно меняла свой коричневый оттенок на розовый, и становилась гладкой. На лысой голове проступали волосы, а мышцы уменьшались в объёмах.

Через минуту передо мной стоял давешний врач Такэда Сингэн, правда совершенно голый. Как ни в чём не бывало он принялся одеваться, и когда закончил, произнёс:

— Запомни Тагава, никогда не верь демонам. Что бы она тебе не наговорила, что бы ни обещала — она обманет. А затем заставит тебя платить кровью. И не только своей...

Где-то я уже это слышал.

— Тогда я тоже не могу верить тебе.

— Само собой, — улыбнулся Озэму. — Но ты сделаешь именно так, как я прошу.

Его слова не были угрозой или приказом — просто демон констатировал факт.

И он был чертовски прав!

***

В Токио, как и во всей Японии, темнеет рано, поэтому, когда я вышел из больницы вместе с Озэму, уже начинался закат. Со стороны могло показаться, что врач вместе с коллегой закончили смену и возвращались домой. На самом же деле свирепый кот и трусливая мышка играли в игру напоказ для окружающих их людей. Я выступал в роли проводника, который должен был привести кота к самой свирепой, но в то же время самой вкусной мышке. И что будет потом — неизвестно.

На улице нас ждало такси, которое я заранее вызвал по указанию Озэму. Он почему-то наотрез отказался воспользоваться метро. И дело, скорее всего было не в пересадках, а в том, что демон не хотел спускаться под землю. С другой стороны, большая часть железнодорожных путей проходит над землёй. В любом случае, я не стал спорить, хоть и не особо горел желанием сидеть рядом с ним всю дорогу, благо Озэму сел вперёд, а я на задний ряд.

Я наблюдал через боковое зеркало за тем, как он увлечённо рассматривает город и проводит взглядом каждую машину, проезжающую рядом в потоке. Иногда его глаза округлялись при виде высоких построек из железобетона вроде небоскрёбов, мостов. Самое большое удивление у него вызвал самолёт, пролетевший в относительной близости от города.

И я понимал его удивление — бедняга, если его можно было так назвать, долгие годы провёл в Аду. Если верить его словам, раньше давным-давно он жил на Земле и был японцем. С тех пор наша страна сильно изменилась. Хоть он практически не показывал виду, но я был уверен, что раскинувшийся вдаль городской пейзаж производил на него неизгладимое впечатление. Не думаю, что Озэму успел во всех красках осмотреть город, пребывая в обличье демона. Наверное, он скрывался, как мог, чтобы не выдать себя миру и Ордену. А в таком ритме жизни совсем не до любования красотами современных городских джунглей.

Примерно час прошёл после того, как мы сели в машину. И вот перед нами открылся вид на, не побоюсь этого слова, произведение искусства — стадион Ота. Огромное сооружение из стали красиво переливалось в свете закатного солнца. Будто огромный панцирь черепахи, здание имело вытянутую сферическую форму. Гигантская двустворчатая крыша была раскрыта на летнее время, позволяя солнечному свету ежедневно освещать стадион без использования искусственного освещения.

Помню, смотрел когда-то интервью с архитектором этого чуда Кисё Куракава, в котором он сравнивал своё детище с глазом, взирающим на небо. И эта аналогия на самом деле имела место быть, ведь створки крыши, подобно векам, раздвигались, открывая «глазу» весь мир. Так же его вдохновили мифы и научные исследования про древних людей, имевших третий глаз, которые, благодаря ныне атрофировавшемуся органу, могли пользоваться экстрасенсорными способностями.

В любом случае это было красивое место для того, чтобы устроить здесь маленькую кровавую бойню. А я был в роли тамады, приглашающего гостей на обещавшую быть весёлой вечеринку. По крайней мере, я использовал все свои актёрские способности, чтобы не выдать готовящуюся облаву. Шёл молча к зданию вместе с Озэму, с бесцветным выражением лица. А что ещё оставалось делать?

На территории спортивного комплекса не было ни души: ни охранников, ни техперсонала, ни праздношатающихся людей. Видимо, вся местность была оцеплена. Правда, я не понимал, как Орден сумел скрыть это, чтобы данный факт не бросался в глаза. Но, чему удивляться? У этих ребят были все возможности решать масштабные проблемы.

Озэму был одет в спортивный комплект одежды и кроссовки. Махнув мне рукой, он побежал к другому входу стадиона. Будто занялся пробежкой. Вот так, даже не поговорив перед решающим событием в наших жизнях, он исчез из виду, предоставив мне одному разбираться со всеми проблемами.

Поначалу было немного жутко идти по совершенно пустому комплексу. Затем я прошёл через парадные двери и через минуту оказался внутри «глаза» — огромного стадиона, футбольное поле которого было освещено оранжево-красным светом закатного солнца. Вот теперь мне стало по-настоящему страшно.

Ещё минут пять я спускался через трибуны к полю, постоянно озираясь в поисках опасности. Как Ясуо ни обещал, он ни разу не позвонил мне и ничего не объяснил. В итоге я осознал, что являюсь простой подсадной уткой. И уже не надеялся на то, что после поимки Стигматы Орден оставит меня в покое, пока из меня выходят демоны. Скорее всего люди Ясуо будут хладнокровно смотреть на то, как кто-то из действующих лиц вроде Озэму или моей госпожи Стигматы будет рвать меня на куски, тем самым избавляя "рыцарей «ещё от одной проблемы. Это было бы логично.

Наконец я уселся на своё место на первом ряду и принялся ждать. На часах уже было двадцать минут девятого. К счастью или к сожалению, гости этого мероприятия не отличались пунктуальностью, и не спешили появляться. А я сидел, как на иголках, ожидая худшего. Смотрел по сторонам, оглядывался — искал взглядом хоть одну живую душу. Но вокруг стояла неестественная тишина, разве что шум прибоя снаружи тихим фоном доносился до моих ушей.

Всё-таки иногда мне просто жизненно необходимо присутствие других людей. Недаром Аристотель сказал, что человек — животное социальное. Несмотря на то, что окружающие меня на работе, на улице, в торговых центрах люди порядком надоели своим постоянным присутствием, я уже настолько привык к обществу, что не мог без него обходиться. Остаться одному посреди пятидесяти тысяч квадратных метров безлюдного пространства оказалось труднее, чем я мог себе представить.

Но, благо, внезапный грохот неподалёку возвестил мне о пришествии одного знакомого сверхсущества. И судя по цокоту каблуков, это была Стигмата. Похоже, она спрыгнула откуда-то и приземлилась на трибуну, разворотив пару сидячих мест.

— Привет-привет! — жизнерадостно сказала она, присев на место рядом со мной, после чего положила ногу на ногу. Её стройные ножки были одеты в шикарные кружевные чулки телесного цвета, которые будоражили во мне воспоминания о недавнем рандеву.

Стигмата убрала непослушный локон, мешающий ей смотреть на меня через очки-половинки, что привело к удивительно прекрасному физическому явлению. А именно — к проявлению силы гравитации. Её манящая грудь, прикрытая лишь тонкой шелковой тканью кимоно, резко колыхнулась, заставив меня позабыть обо всём.

Её образ был вызывающим, но в то же время отдавал стариной. Этому способствовало коричневое кимоно до бёдер с широкими короткими рукавами. Ниже, как я уже насмотрелся, были чулки и короткие тёмные шортики. Дорогие кожаные босоножки заканчивали образ роковой красотки. У Стигматы был неплохой собственный стиль, который отличался от стиля Токугавы.

— Вижу, ты скучал по мне, — подмигнув, сказала она и одарила меня поцелуем в губы.

Будто на свидание пришёл...

Я дивился своему текущему состоянию. Душой я любил Мисаки, а телом Токугаву/Стигмату. И последняя была всегда рядом, и всегда готовая к активным наступательным действиям в постели. И даже нашлось оправдание такому положению вещей — я просто ничего не мог с этим поделать. Слишком разными были наши с дьяволицей весовые категории.

— Добрый в-вечер...

— Ты какой-то потерянный, Хиро. Что-то случилось?

Забавный вопрос. Конечно случилось! Я привёл демона навстречу с другим демоном, и мило общаюсь с одним из них! В случае, если скажу или сделаю что-нибудь не так, от меня даже мокрого места не останется!

— Я пришёл сюда с демоном, — честно сказал я, не имея никакого желания помогать свершению мести Озэму.

— Да, я чувствую, — улыбнулась она, принявшись как ни в чём ни бывало шебуршать в своей красной кожаной сумочке.

— И-и... Ты не волнуешься?

Она коротко рассмеялась:

— Хиро, я же сказала — всё под контролем. Не думай об этом. Хочешь шоколадку? — спросила она, достав два батончика в целлофановой обёртке. — Обожаю эти штучки! Каждый день съедаю по коробке!

А я и не знал, что Стигмата фанатеет от сладкого. Хотя, в её случае, похоже, играет то же самое, что и с Озэму — открытие для себя нового мира. И это даже немного забавно, правда, будет очень жаль, что из-за подобной страсти к шоколадкам красота Токугавы может испортиться лишним весом. Хотя о чём это я? Лишь бы она выжила после предстоящей облавы...

Я принял её подарок и стал бездумно крутить его в руках. Скоро. Вот уже скоро всё начнётся, а мы сидим тут и просто болтаем ни о чём. Неужели она ничего не боится? Выходит, у Озэму совсем нет шансов против неё, раз Стигмата даже бровью не повела, узнав, что я пришёл сюда вместе с демоном?

— Ешь давай! — приказала Стигмата, пихнув меня в плечо. — Потом времени не будет.

Разорвав обёртку, и потирая место ушиба, я начал жевать.

— Мне очень нравится ваш мир!

Я чуть не подавился:

— П-правда?

— Конечно! Здесь так спокойно и умиротворённо. Мне нравится ходить на работу, заниматься управлением компанией. Ммм... Встречаться со своим парнем.

... со своим парнем?!

Я бы мог поспорить насчёт умиротворённости в нашем городе, который никогда не спал, и к тому же был густо населён. Куда ни плюнь, везде увидишь человека.

Кроме этого стадиона...

И забавно, что адскому существу понравилась обычная рутинная жизнь человека. А ведь мы сами, в попытках самоустраниться от неё, ходим в театры, смотрим кино и читаем книги. Подавай нам интересные истории, интриги, экшен и другие страсти. А ведь, когда всё это начинает происходить с тобой на самом деле, поневоле захочешь снова вернуться в своё унылое безопасное болото.

— Вам смертным очень повезло, — сказала Стигмата, достав из своей безразмерной сумочки бутылочку сока. Сделав глоток, передала её мне, после чего продолжила, — Вы не знаете, что ждёт вас завтра. Ваша жизнь хоть и коротка, но не предопределена, что добавляет ей ценности. К тому же у вас существует хоть какая-то иллюзия выбора, чего нет у нас...

Я нахмурился:

— Продолжай.

— Мы, Хиро, демоны, ангелы и другие божьи твари существуем, только как функции. Вот ты, например, можешь завтра пойти и уволиться с нелюбимой работы, а потом найти другую. Я так не могу, ибо навечно соединена магическими кровными узами со своим хозяином.

— С дьяволом?

— Верно. И я существую только как его придаток, не более того. Я не могу уйти от него или перестать творить то, что он хочет.

При этих словах Стигмата опустила глаза. А я понял, что буквально каждое существо в этом мире связано обязанностью исполнять своё предназначение, или как она сказала — функцию. И только человек имел возможность изменить свою жизнь, сменить вектор её направления, как к более лучшему, так и к худшему.

«Выбор есть всегда, правда он не всегда нам нравится». Эх, дед! Сколько мудрости было в твоих словах!

— Поэтому, так редко выбираясь в ваш мир, я стараюсь жить в нём полной жизнью! — воскликнула она. — Как в последний раз... А то после возвращения меня ожидают века пребывания в мире жара и копоти. За тысячу лет жизни я порядком устала от Ада!

Тысяча лет?! Да её даже бабушкой назвать нельзя! Мумия! ААААА!

— Да брось ты! — словно прочитав мои мысли, сказала она. — Телом я всегда буду молода. Кстати, хочешь узнать, как я выгляжу по-настоящему?

При этих словах Стигмата облизнулась.

— З-здесь? С-сейчас?!

— Трусишка! Нет же! Просто опишу себя.

— Фуф... Давай.

Я на самом деле испугался, вспомнив, как выглядит Озэму. И совсем не хотелось увидеть её в подобном виде! А иначе я точно охладею к противоположному полу на пару годков, плюс, загремлю в психушку от нервного срыва!

— Фигурой я похожа на неё, — сказала она, обведя себя руками сверху до низу. — Цвет моей кожи сравним с цветом обожжённой глины. На макушке, как это предписано каноном, два небольших рога. Ну знаешь, вы люди представляете нас, демонов, такими, практически с того самого момента, когда появилась христианская церковь.

— А хвост у тебя есть? — неожиданно для себя, заинтересовался я.

Нет, я не извращенец! Просто хотелось узнать.

— Конечно! Когда ты умрёшь, я обязательно тебе его покажу! Кто знает, может скоро это и случится...

Мне стало немного не по себе от её слов и улыбки, которой они сопровождались. Нет уж, спасибо! Я вообще-то не тороплюсь умирать!

Всё-таки демоны сами по себе были иными существами, и, похоже, смерть для них не являлась чем-то особенным. Да они и вовсе не умирали, если вспомнить, как Стигмата велела появившемуся в её офисе демону, передать остальным, чтобы не совались на Землю. А затем жестоко убила его.

— Скажи, а каково это — жить вечно?

Стигмата задумалась:

— Скучно, Хиро. Особенно, если сидишь на привязи...

Мне даже стало её немного жаль.

— Знаешь, не надо бояться смерти, — вдруг сказала дьяволица. — В этом нет смысла. Для вас, людей, впереди имеется аж целых три варианта продолжения пути: Рай, чистилище и Ад.

— Только последний вариант, наверное, гарантирует лишь вечные страдания, — усмехнулся я.

— Не совсем так, Хиро. Смотря, как договоришься. Лопухи всегда и везде будут страдать, а умные и хитрые будут возвышаться. И в том, что ты станешь великим, я не сомневаюсь.

Опять она за своё! Великий, возвышение! Не хочу я всей этой ерунды! Верните мне мою жизнь и оставьте в покое!

ВСЁ!

Прекрасная дьяволица вдруг встала со своего места и села мне на колени. Прижавшись ко мне и сдавив шею в мощных тисках любви, она сладко пропела:

— Я всегда буду с тобой, любимый...

Ожидание новой порции горячих поцелуев прервал шипящий звук воздуха, выдуваемый из её ноздрей. Стигмата, как собака, вдруг принялась обнюхивать мою грудь, заставляя меня сильно встревожиться. А потом, через пару мгновений, взяла моё лицо за подбородок и резко притянула к своему. Суровый взгляд будто пробурил меня насквозь:

— КТО ЭТА СУКА?!

Я сразу понял, о ком она говорит. И тотчас побледнел. Хватая воздух, будто рыба, я попытался что-то сказать в своё оправдание, но...

Кровавая клякса попала мне в рот, заставив поперхнуться. Взгляд тут же зацепился за Стигмату, внезапно переместившуюся от меня на целый метр! На её лице читалась боль, а изо рта бежала струйка крови.

Но это было ещё не всё...

Из её груди торчала когтистая рука, измазанная в багровой крови! Позади, держа её над землёй, стоял рогатый исполин — демон по имени Озэму!

— Вот мы и встретились, тварь!

Я стоял столбом и просто смотрел, как Токугава безвольно висела на руке чудовища, что пробило её грудь насквозь. Из-за удара два розовых полушария вывалились в разрез кимоно, и окроплённые кровью, дёргались в предсмертных судорогах, как и её руки и ноги...

Мне стало дурно, и я тут же избавился от обеда, согнувшись за спинку своего сидения. Противный вкус желчи поселился во рту. Чувствуя себя последним ублюдком, предателем и таким же чудовищем, как Озэму, я встал и снова уставился на кровавое действо...

Она была ещё жива!

Её веки учащённо моргали, глаза то закатывались вверх, то вниз, не фокусируясь на чём-то одном. Изо рта, как и из раны в груди, текла кровь.

— Нич...то...жество, — прокашлявшись, прохрипела она.

Озэму повернул женщину к себе и коварно расхохотался ей в лицо утробным нечеловеческим смехом.

— Наконец-то мне удалось причинить тебе боль. Хоть для этого пришлось сначала умереть, а затем гореть в Аду долгие годы, чтобы в конце концов возродиться демоническим отродьем! Но это того стоило.

Стигмата медленно потянула к нему руки, но демон тут же швырнул её изувеченное тело в сторону футбольного поля. Она кубарем покатилась по нему, и остановилась только через пару метров. Во все стороны разлетелось содержимое дамской сумочки. В свете закатного солнца заблестели шоколадные батончики, рассыпавшиеся рядом с ней...

— СВОЛОЧЬ! — прокричал я, что есть сил. Но демон меня будто не слышал, прыгнув на поле к своей жертве.

Что мне оставалось? Я побежал следом, не понимая зачем это делаю. Может, просто не мог стоять в стороне после всего того, что случилось по моей вине. И я постоянно искал взглядом оперативников Ясуо, которые уже должны были появиться...

Или они хотят, чтобы всю грязную работу за них сделали их же цели?

Спрыгнув с трибуны на газон, я бросился к охотнику и его добыче, что истекала кровью и почти не шевелилась. Когда до них оставалось метров пять, прямо передо мной возникла пятерня Озэму.

— Не вмешивайся, — бросил он, в одиночку отправившись к ней.

С содроганием я вдруг заметил, что Стигмата смотрит на меня. И я не мог отвести взгляда от её пронзительных глаз. Я не понимал, почему она была ещё жива после всего того, что с ней сотворили. Но точно знал, что замдиректора Мэйко Токугава по моей же воле очень скоро распрощается с жизнью...

Озэму бесцеремонно поднял её за ногу — в следующий момент ужасный удар его ноги отправил женщину в полёт метров на десять, после чего Стигмата снова прокатилась по полю, и в конечном итоге замерла на газоне. Больше она не двигалась! Никто не выживет после таких ужасных ран!

Хотелось кричать и браниться, но это было уже не важно.

— Ха. Ха. Ха... — послышался сдавленный хрип.

Демон резко повернулся в сторону лежащей на траве Стигматы, после чего в стремительном прыжке бросился к ней. Вдруг послышался звук глухого удара, и Озэму тут же отлетел назад на пару метров от женщины. Теперь он сам лежал на земле и силился встать, приходя в себя.

— Тебе стоило забиться в угол, как крыса, и не высовываться, — донёсся до меня злорадствующий голос Стигматы.

Она медленно села сначала на колени, а потом и встала в полный рост. Вид у неё был ужасный — взъерошенная, вся грязная от земли и травы. Но в её груди уже больше не зияло сквозное ранение!

Волшебство!

— Н-не может быть! — проговорил Озэму, как и я, испытывая шок от увиденного.

— Ты, видно, был слишком ослеплён жаждой мести, дорогой Кэн Ватабе, что забыл про одну маленькую деталь...

У меня в голове тотчас сформировалось понимание! Озэму был тем самым самураем, о котором говорил Ясуо! И он — демон!

В-у-ух!

Стигмата полетела вперёд, как ракета! Через секунду она повалила демона наземь и сжала его горло своей рукой!

— К-как?! — хрипел он, пытаясь разжать её хватку своими когтистыми лапами. Но Стигмата была будто стальная, и его попытки ранить её ни к чему не приводили.

Видно, не желая терпеть к себе такое отношение, Стигмата совершила хлёсткий удар левой рукой, смяв демону рыло и окропив землю его кровью. Озэму весь обмяк и больше ничего не мог ей противопоставить.

— Ты забыл своё место, ничтожество.

Я в шоке наблюдал, как она молотила его головой о землю.

— Низший демон решился помериться силами с генералом самого дьявола! Глупый человечишка с рожками. Ударил со спины беззащитную девушку! Как же это низко для самурая, — говорила она, продолжая забивать его голову всё глубже и глубже.

— Знаешь, какая кара тебя ждёт? — спросила она, остановившись. — Думаешь, ты опробовал все ощущения, которые дают взбесившиеся нервные окончания? Смею тебя заверить, есть ещё уйма других способов тебя удивить!

— Мне плевать, — сдавленно произнёс он. — Я всё равно тебя убью!

— Убьёшь? — усмехнулась она, отпустив его голову. — Смерти нет, мой сладкий. Как ты мог забыть? А боль напротив, очень даже реальна! В твоём положении пора бы уже жалостливо просить о пощаде. Ну? Я слушаю...

— Я нашёл Перст, — сказал он с нажимом. — Перст Тёмного! С его помощью тебя можно превратить в ничто!

Озэму вдруг засмеялся, но был сразу же прерван ударом Стигматы по его морде.

— Спасибо за информацию. После того, как я закончу с тобой, мы с моим милым Хироюки Тагава навестим эту девушку.

После этих слов мне показалось, что глаза Озэму расширились.

— Да, да. Я почуяла её запах. Теперь мне ясно, почему я не нашла его четыре сотни лет назад в тех проклятых горах. Перст первородного перестал быть физическим предметом. Ну и славно. Тем проще! Мой босс будет очень доволен!

— Ах ты тварь! — заревел Озэму, ворочаясь под ней, но он был слишком слаб, чтобы вырваться.

Мне приходилось лишь наблюдать за этим действом. И теперь я точно знал, что никакая сила не остановит Стигмату. Она доберётся до Мисаки и сотворит с ней что-то ужасное! Мне нужно спасать её!

— Ну, что, старик Кэн? Моли о пощаде. Быть может ты развеселишь меня своими горючими слезами, и я решу изменить тебе наказание на обычное кипящее масло или раскалённую сковороду. Что выберешь?

— Я не стану выбирать!

Мимо меня пронёсся поток воздуха, будто рядом проехал поезд! Ничего не понимая, а огляделся по сторонам, но никого не увидел. И только я обернулся к девушке, восседающей на поверженном чудовище, как ситуация обрела совсем иной оборот!

Двое рогатых чудовищ держали её за руки, а двое других за ноги. Они подняли её над Озэму, с молчаливым укором взираля на свою добычу. Стигмата пыталась вырваться, но её держали стальной хваткой.

— Я отправлю тебя назад в Ад! А потом, когда сила Тёмного вольётся в меня, я приду туда за тобой. И уничтожу. Тебя и твоего хозяина! А затем я уничтожу весь Ад!

В ответ Стигмата только рассмеялась, заставив демонов, держащих её, напрячься.

— Ха-ха-ха! Какие забавные влажные мечты! Ты словно наивный ребёнок, который хочет поиграть с отцовским ружьём. Думаешь, знаешь, как с ним обращаться? Ха, не смеши!

— Не твоего ума дела, тварь. Сейчас ты отправишься в Ад. Передай своему хозяину мои слова. Я вас всех уничтожу!

Он махнул рукой, и тут же четверо демонов принялись растягивать конечности Стигматы в разные стороны. Послышался треск. То ли рвалась одежда, то ли... сухожилия!

Я закрыл глаза руками, не в силах больше смотреть на это.

— А-а-а! — истошно закричала она, заставив меня обронить слезу и, держась за голову, сделать несколько шагов в её сторону. Я не знал, что мне делать и как ей помочь... И в то же время я радовался, что она погибнет и не сможет навредить Мисаки. И теперь мне было плевать на то, что ни в чём не повинная Токугава тоже умрёт. Ведь в её теле жило существо, которое угрожало жизни моей любимой!

— А-а!!!

Я не мог больше этого выносить! Из моих ушей будто текла кровь. Слышать её крики было физически больно!

Пожалуйста, Стигмата, умри! Просто исчезни!

ЗАМОЛЧИ!

...

Она вдруг захихикала, как какая-нибудь ведьма. Как озлобленная старуха из сказок, готовящая своё противное зелье в поросшей мхом старой хижине в лесу. Демоны, держащие её за руки и ноги, потянули сильнее, но Стигмате было как будто всё равно! Она смеялась, наблюдая за их потугами, а я при виде всего этого хаоса погружался глубоко-глубоко в пучину безумия.

— Ничтожества, — произнесла она, и мир вокруг внезапно изменил цвета!

Точнее, они обратились. Что было тёмным, стало светлым, и наоборот. У меня сбило дыхание, а волосы встали дыбом.

Толчок.

Я упал. Как, впрочем, и все, кто был рядом. В голове шумело, как от взрыва снаряда, который сдетонировал в прямой близости. Несмотря на дезориентацию и потерю контроля над собой, моя голова всё ещё работала. Стало кристально ясно, что делать мне на этой арене решительно нечего! Битва здесь ведётся на совсем другом уровне, и моё присутствие не только бесполезно, но и опасно для меня же самого.

Нужно валить отсюда, и как можно скорее! Чем я принялся заниматься.

Пахло озоном, как после сильного дождя.

Шатаясь, будто на утро после попойки, я кое-как встал, и вынужден был лицезреть устрашающее влияние могущественной Стигматы на её врагов. Демоны лежали тут и там, и понемногу приходили в себя. Озэму стоял на коленях и мотал рогатой головой, видимо, пытаясь избавиться от шума в голове. Основной удар пришёлся как раз-таки на демонов.

А Стигмата...

Она просто шла между ними и с силой вдавливала ногой каблук от босоножек в крепкие шеи демонов. От чего они лопались, как воздушные шарики, разбрызгивая повсюду кровь. Погибнув, один демон засветился, как гирлянда, и испарился в воздухе. Затем второй. Когда дошла очередь до третьего, тот резко отскочил в сторону, встав в боевую стойку. Четвёртый в это время помогал Озэму встать.

— И что осталось от твоей «армии»? — ехидно произнесла Стигмата, направляясь к ним. — Пшик, да и только!

Её руки вспыхнули пурпурным пламенем, а потом через мгновение этот огонь стал почти что-то белым — видно, температура горения стала очень высокой.

Троица демонов тоже взмахнула когтистыми руками — появившееся пламя было красным. Они тут же бросились на дьяволицу, словно свора голодных гиен. В ход пошли когти, рога, и даже шипастые хвосты. И если бы я не видел того, что произошло пару минут назад, то подумал бы, что женщине конец!

Но на деле всё оказалось иначе. Её, объятые пламенем руки, будто раскалённые лезвия разрубали чудовищ на части. И им не помогала ни их магия, ни физическая сверхсила. Дьяволица словно нож сквозь масло прошлась через двоих демонов, которые превратились в яркие вспышки, устремившись ввысь россыпью маленьких звёздочек.

Остался один лишь Озэму.

И с ним Стигмате пришлось попотеть. Он был проворнее и быстрее своих соплеменников, которые так быстро канули в лету. Точнее, вернулись в Ад, чтобы принять наказание за предательство...

Когтистая лапа демона с внезапным хрустом превратилась в подобие обвитого мышцами костяного меча. Не думал, что он способен на такое! Хотя, другие демоны показали, что могут появляться буквально из воздуха, что объясняло, как они не выдавали себя в городских джунглях — они просто могли становиться невидимыми.

Красное и белое пламя схлестнулись в поединке за право существования их хозяев на Земле. Один желал стать человеком и отомстить чудовищу, что вероломно накорню обрубило его род. Другая стремилась исполнить свою миссию и наказать провинившихся соплеменников, в то же время мечтая провести как можно больше времени среди обычных людей. И в этом она мне нравилась при всех её ужасающих недостатках, как и Озэму, по сути, мечтавший о том же самом.

С каждым ударом на землю сыпались искры. Потом уже я понял, что это куски от оружия Озэму. Его пламя было слишком слабым против яркого огня Стигматы. С каждым разом она всё больше и больше обрубала его меч, и вскоре демон остался без оружия. В конечном итоге Озэму принялся отступать от хохочущей дьяволицы.

И что самое страшное — он вдруг развернулся, и побежал прямо на меня!

— Т-твою мать! — закричал я, когда двухметровый исполин сначала навис надо мной, а потом, бесцеремонно схватив меня за торс, побежал в сторону трибун! — Отпусти!

— Прости, Хироюки, но тебе придётся мне помочь, — пропыхтел он.

— Чем помочь?! Я не...

Болезненный тычок в живот с его стороны недвусмысленно намекнул мне, что Озэму решил попросить помощи у своих приспешников из самой преисподней! И портал в моём бренном теле тут же отозвался ужасающей болью! Закричав, как резаный, я согнулся в бараний рог...

Снова чёртов красный туман, снова пограничное состояние между потерей сознания и пребыванием в царстве страданий. Запах серы и рёв демонов, спешивших ворваться в этот, как оказалось, дивный и прекрасный мир, который манил их, как конфетка сладкоежку. Именно наш мир был тем сладким призом, который хотели заполучить потусторонние существа. И я был бы очень рад, если бы мне не приходилось впускать их сюда по первому же требованию!

С диким рёвом на землю ступило пятеро новых демонов. Будто сорвавшись с цепи, бывшие надзиратели адского пыточного лагеря бросились на Стигмату. И только численный перевес с их стороны позволил чудовищам не быть разделанным на куски в первые же секунды боя.

Тем временем, ещё одна новая партия чудовищ вырвалась на свободу и ринулась в общую свалку, где уже во всю в разные стороны разлетались куски нарубленного мяса. И с каким-то садистским удовлетворением я понимал, что Стигмата всё-равно рано или поздно порешит всех, и доберётся до Озэму, который так бездушно использовал меня в качестве живого портала для своих войск.

То ли моё тело начало привыкать к подобным перегрузкам, то ли мне просто везло, но боли становились уже менее выраженными. Видно, чудовищная магия и моё тело почти полностью синхронизировались, чтобы без причинения вреда последнему, выпускать в этот мир всё новые полчища клыкастых демонов. И это могло бы радовать, если бы не постоянные тычки острым пальцем поганого рогатого скота!

— ПРЕКРАТИ! — заорал я прямо в ушную щель демона, что уносил меня всё выше и выше к концу трибуны.

Но это бездушное дьявольское отродье всё не унималось и тыкало в меня когтем. Пока позади нас не выстроились целые орды чудовищ, которые волнами накатывали на Стигмату, что будто газонокосилка неумолимо сокращала их ряды. Но так не могло продолжаться вечно — послышались первые звуки магических ударов. Полетели разноцветные молнии, огненные шары и другие спецэффекты, достойные быть показанными в топовых киноблокбастерах. С поправкой на то, что это была реальная жизнь.

Наконец Озэму остановился, и без лишних нежностей бросил меня на сиденье в последнем ряду, позволив насладиться открывшимся видом на побоище. Весь стадион был залит кровью, в которой отражались вспышки, свидетельствовавшие о скорой кончине демонического войска. Генерал Ада Стигмата со знанием дела рубила врагов направо и налево. И Озэму, судя по его мрачному виду, прекрасно знал, что не справится с ней даже с помощью всех этих монстров из пекла.

— Тебе надо уносить ноги отсюда, — сказал я, держась за живот, после чего сплюнул, — Садист проклятый!

— Нет смысла, — ответил он, снова выращивая мечи уже на обеих руках. — Я приму свою участь...

Мне уже было плевать. Я отлично знал, что разделавшись с этим рогатым простофилей, Стигмата примется за Мисаки. И нужно было что-то предпринять, чтобы отсрочить это неотвратимое зло. Но что?

Соблазнить её прямо здесь? Сделать расслабляющий массаж? Или броситься в ноги и умалять её не трогать Мисаки?!

— Я пойду к ней, — вдруг сказал я, поднимаясь. Не имея понятия, что буду делать, я просто зашагал вперёд.

— Идиот.

— А что остаётся? Меня она не тронет. По крайней мере, я надеюсь на это. А вот тебя сразу нашинкует в салат!

Только я сделал пару шагов вниз, как последняя яркая вспышка озарила стадион, на который уже опускалась ночная тьма. Послышался свистящий звук, будто кто-то запустил петарду.

Секунда...

В пяти метрах от меня на трибуну спикировала Стигмата!

БУХ!

От ударной волны стулья разлетелись во все стороны. Один из них чуть не снёс мне голову, но Озэму внезапно разрубил его в воздухе, от чего две половинки лишь пролетели в стороны от меня!

— Вздумал прятаться за спиной человечишки? — усмехнулась дьяволица, поправляя спутавшиеся волосы. Сейчас Стигмата, вся измазанная в крови, напоминала саму себя из адских чертогов, какой я её себе представлял. Только рожек не хватало и хвоста.

Озэму коснулся моего плеча, и затем подвинул меня в сторону. Теперь он прикрывал меня собой, хотя в этом не было никакого смысла.

— Все те, кто встал против меня по твоему призыву... В нашем добром адском пекле их ждут незабываемые годы шкварчащей жарки на сковороде! Уверена, когда они встретят тебя, то захотят очень сильно отблагодарить за этот бонус!

— Заткнись, тварь. Давай уже покончим с этим!

— С удовольствием! — Стигмата растянулась в хищной улыбке, и зажгла яркий огонь в своих руках.

«А не пора ли мне наконец свалить отсюда?!» — подумал я в панике, когда они устремились к друг другу...

Зажмурившись, я приготовился услышать звук столкновения пламени, кратковременное повышение температуры воздуха до высоких значений из-за взрыва маленькой звезды и, на худой конец, я предвкушал быть выброшенным взрывной волной за пределы импровизированного ристалища. Но...

Ничего не произошло!

Озэму и Стигмата удивлённо смотрели на располовиненную ладонь дьяволицы, пострадавшую от столкновения с лезвием демона. Магического пламени уже не было, как и не было взрывов и другого светопреставления.

Рядом кто-то захлопал в ладоши. Мы все обернулись на громкий звук посреди воцарившейся тишины, и я с удивлением осознал, что совсем позабыл о том, кто организовал нам всем это прекрасное место для проведения масштабной мясорубки — чёртов садист по имени Ясуо фон Эшенбах!

— Крысы с остервенением жрали друг друга, пока на сцене не появился голодный кот, — с усмешкой произнёс человек в солнцезащитных очках в окружении дюжины воинов с катанами наперевес. — Добро пожаловать на королевскую битву...

Наконец тьма вокруг рассеялась — по всему стадиону включилось искусственное освещение. И теперь кровавые пятна на газоне уже не казались чем-то ужасным. Складывалось ощущение, что кто-то просто из шалости разлил несколько десятков вёдер краски, чтобы испортить соревнование японской сборной по футболу с какой-нибудь командой из другой страны.

Теперь же было совсем не понятно, кто за кого или против кого играет в нашем матче на выживание. Вроде Стигмата была за меня, но в то же время неизвестны были её намерения насчёт Мисаки. Озэму тоже не спешил делать из меня отбивную, хотя без особого зазрения совести использовал меня как генератор демонов. Ясуо так вообще бросил меня в самое пекло без оружия и фактически без прикрытия! И с кем из них мне, спрашивается, дружить?!

Одно я знал наверняка — чем являюсь в этой игре. Долбанным, мать его, мячом! За которым будут гнаться все, без исключения!

Стигмата вдруг тихо застонала, отходя подальше от Озэму. Она держалась за раненую руку, что до сих пор не начала регенерировать. И это было странно, ведь до этого момента ей всегда удавалось выходить сухой из воды, получая страшные удары от дьявольских отродий. Но что случилось теперь?

Наши глаза встретились.

По её щекам лились слёзы...

Она испытывала боль! Стигмата что, на самом деле потеряла свою силу?!

Ответить на все вопросы предстояло Ясуо, который, как хозяин положения, стоял перед нами, спрятав руки за спиной:

— Вы, наверное, в данный момент ощущаете некий дискомфорт. И чувствуете, что уже не так сильны, как прежде.

Озэму скрипнул зубами и насупился, буравя его взглядом.

— И это действительно так. В одном из помещений стадиона находится наше оборудование, что прямо сейчас облучает его. И пока эта установка работает, вы остаётесь обычными... хм. Людьми?

— Да кто ты такой?! — выпалила Стигмата.

— Простите, что не представился. Ясуо фон Эшенбах — глава рыцарского ордена «Аутодафе». По совместительству потомок древнего рода Андо. Вам ведь известно это слово, госпожа Стигмата?

— Я что, похожа на идиотку, чтобы запоминать фамилии каких-то человечков? — усмехнулась она, крепко сжав раненую ладонь своей рукой.

В то же время Озэму заинтересовали его слова:

— Ты потомок Кииоши Андо?

— Да, господин Ватабе. Именно так, — слегка поклонившись, учтиво ответил Ясуо.

— Тогда ты должен помочь мне изничтожить это дьявольское отродье, — указав на Стигмату, проговорил он.

Услышав это, Стигмата только расхохоталась.

— Увы, Кэн-сан, помогать мы никому не собираемся.

— Это почему же?

Ясуо поднял палец и принялся объяснять демону, словно маленькому ребёнку:

— Несмотря на дружбу с родоначальником нашей фамилии, сейчас вы являетесь таким же демоном, как и госпожа Стигмата...

— И что это меняет? — не унимался Озэму.

— А то, трусливое ничтожество, что тебя тоже пустят в расход! — со злорадством крикнула Стигмата, бросившись наутёк!

Мужчины с катанами, одетые в самурайское кимоно, лишь проследили за ней взглядом. Ясуо кивнул паре своих воинов, которые бросились следом, после чего он продолжил свою речь:

— Цель нашей организации заключается в том, чтобы избавить страну, и в целом, планету, от присутствия демонических существ, коим вы и являетесь. Поэтому, господин Ватабе, прошу прощения, но вам придётся вернуться туда, откуда вы пришли...

В АД!

Озэму опустил голову:

— Что ж, видят боги, я не хотел лишних жертв...

Я уже хотел вставить своё слово, но, к сожалению, ни у кого из присутствующих не возникло и мысли поинтересоваться моим мнением...

Вместо этого началась ожидаемая свистопляска: Озэму, уже привычным движением сгрёб меня перед носом у самураев Ордена, и тоже устремился вниз к футбольному полю. Он бежал так быстро, что мне закладывало уши, а в глаза ударял поток воздуха.

Окончательно я разочаровался в демоне, когда он снова воспользовался моим недугом в корыстных целях — активировал портал, почти проткнув мой живот своим пальцем! Опять безумные ощущения волнами накатили на моё несчастное тело, заставляя магический портал внутри извергать в этот мир подкрепление в виде демонических тварей!

— С-сука! — не выдержал я от обиды, замолотив кулаками его мускулистую грудь.

Озэму только поморщился, хотя уже не имел сверхсилы и регенерации, что на своём примере доказала Стигмата. К слову, она скрылась где-то за трибунами, как и её преследователи. А за нами уже никто не гнался, ибо воины Ордена вынуждены были драться с новоприбывшими демонами. И, разведывая обстановку за плечом Озэму, я увидел, что Орден даже не плохо с ними расправлялся!

У меня не было никаких сомнений, что люди Озэму являлись сами настоящими мастерами своего дела, а именно — профессионалами в фехтовании. Современные самураи без лишнего пафоса занимались тем, что у них лучше всего получалось — рубкой. Они упорно отсекали конечности чудовищ, заставляя их реветь на весь стадион. Демоническая кровь хлестала во все стороны, заставляя поскальзываться пришельцев из Ада, и падать ниц перед суровыми рыцарями Ясуо. В итоге первая партия монстров была уничтожена за несколько минут!

А мы уже добрались до входа в технические помещения, куда убежала Стигмата и двое самураев.

— Ещё один раз, Хироюки, — бросил Озэму, перед тем, как открыть металлическую дверь. — Последний...

Нежданный тычок в живот заставил меня громко выругаться и проклясть его до седьмого колена! Страшно представить, какой большущий синяк на животе у меня теперь имелся! Тем временем, портал исправно выплюнул на газон новую партию зубасто-клыкастых тварей, которые сразу же бросились на группу, преследующих нас, самураев.

Демоны появились слишком внезапно, поэтому одного из самураев задрали в ту же секунду. Несколько его замешкавшихся соратников получили лёгкие ранения до того момента, как остальные принялись орудовать мечами. Я заметил, что под кимоно у них были надеты кевларовые бронежилеты и такие же щитки для плеч, рук и ног. Но в случае с демонами, чьи когти были длинней когтей медведя, это была не самая эффективная защита. Вот если бы сюда ворвались танки...

Позади доносился шум битвы, который приглушился, когда Озэму закрыл за собой дверь. Он принялся баррикадровать её всем, что попадалось под руку — от бочек, до палетов с каким-то оборудованием. Поэтому я ненадолго был отпущен, чем сразу и воспользовался, резво драпанув от него, словно от чудовища из кошмаров, которым он, кстати, и являлся. Никто не мог дать гарантий, что этот рогатый садист не захочет снова использовать мою тушку в качестве десантного бота.

Мне удалось добежать до развилки, и свернуть вправо, когда демон вдруг меня окликнул:

— Постой, Хиро!

Но я его уже не слушал, полностью отдавшись инстинктам, которые просто вопили в голос: «БЕЖАТЬ! НЕ ОСТАНАВЛИВАТЬСЯ! СПАСТИСЬ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ!»

Только я совсем забыл, что сюда же направилась Стигмата с теми двумя несчастными на хвосте. В том, что дьяволица сумеет с ними справиться, я практически не сомневался. И в этом мне предстояло убедиться уже через минуту, когда я оказался в помещении, похожим на генераторную. Сюда вела приоткрытая металлическая дверь, которая была смята в месте замка, будто в неё ударили чем-то тяжёлым.

Не мудрствуя лукаво, я вошёл внутрь, ведь позади уже был слышен торопливый топот Озэму. Эта хлипкая дверь не могла служить ему преградой, поэтому лучшим решением оказалось продолжить бег. Но то, что я увидел, заставило меня остаться на месте:

Эта чертовка Стигмата в окружении двоих убийц Ордена танцевала...

СТРИПТИЗ!

Какого лешего она нашла здесь время и место для этого?!

Она разделась практически догола, оставив лишь трусики на своём стройном теле.

Внезапный вид оголённых прелестей не омрачали даже следы грязи и травы на её коже. Женщина, прикрыв глаза, томно качала ягодицами и водила рукой от бедра до волос, пряча раненую ладонь за спиной. Её движения были так плавны и естественны, и в то же время будоражили мужские инстинкты, что те двое остолопов, по-видимому, решили насладиться прекрасным видом перед тем, как схватить её. Они даже не заметили моего появления, ведь Стигмата неожиданно разорвала шаблон, превратившись из беглянки в хозяйку мужских сердец.

Позади неё стоял верстак, и я вовремя заметил, что её спрятанная от чужих взглядов рука, тянется к металлическому пруту, который лежал на нём. Одновременно с этим тонкие пальцы красавицы приспускали белые кружевные трусики, не давая воинам Ордена и шанса на выход из гипнотического транса.

И всё бы пошло как по маслу, если бы не крики из коридора — Озэму, похоже, не желал смириться с потерей такого уникального человека, как я. Поэтому двое рыцарей на секунду обернулись на шум, что послужило стартом для начала необычайно быстрых и очень кровавых событий в их жизнях...

Металлический жезл длиной с локоть с хрустом пробил висок одного из самураев, заставив его охнуть и свалиться на бетонным пол.

Секунда.

Второй воин рефлекторно потянул меч из ножен, как и Стигмата, склонившаяся над убитым ей человеком. И если бы не та фора, которую я ей дал, точнее, которую ей дал Озэму, то дьяволица сама бы подставила голову для смертельного удара.

Но вот прошла ещё секунда, и выхваченная из ножен убитого катана, коварно вонзилась между ног мужчины, стоявшего с поднятым мечом. А затем окровавленное острие смерти ещё несколько раз ужалило воина в самые уязвимые точки на теле: в горло и в места под руками, из-за чего рыцарь Ордена уже через миг лишился обеих рук, как и жизни.

— Рада, что ты цел, — бросила Стигмата, поднимая меч павшего воина, после чего неожиданно бросила его мне.

Успев увернуться от смертоносной штуки, я с непониманием в глазах посмотрел на обнажённую женщину.

— Бери! Пригодится! — сказав это, она подбежала к смятой двери и просунула через ручку тот самый прут, которым минуту назад убила человека. Заблокировав таким образом дверь, она вернулась ко мне.

— Хиро, твою мать! Очнись! Возьми меч и беги за мной! — крикнула она, толкнув меня в плечо.

Я в ужасе отшатнулся от её изуродованной руки, но всё же подчинился и поднял оружие с пола.

БУМ!

Озэму с грохотом упёрся в преграду в виде запертой двери. Поколотив в неё пару раз, он крикнул:

— Хиро! Я не враг тебе! Прошу, открой!

— Ага, щас! — сплюнула роковая женщина, начав одеваться в свои лохмотья. И мне стало спокойнее, что её прелести теперь не будут меня отвлекать.

Демон продолжал ломиться в дверь, пока с той стороны не послышались чужие крики. Похоже, самураи расправились с дьявольским десантом, и теперь должны были покончить с Озэму! Туда ему и дорога! Нечего эксплуатировать беззащитного человека в своих подлых целях!

Стигмата схватила меня за руку и потащила дальше по техническим коридорам.

— Где же эта штуковина? — вопрошала она в воздух, вместе со мной обыскивая каждое помещение, встречавшееся нам на пути.

— Какая? — не сразу понял я.

— Забыл, что сказал морщинистый тип? Где-то здесь стоит их установка, блокирующая мои силы! Надо её найти и уничтожить!

А ведь это был мой шанс! Сейчас Стигмата уязвима как никогда, и если мне удастся взять её врасплох, то...

Не выйдет.

Она до сих пор быстра и сильна, тем более, в сравнении с обученными воинами Ордена. Если уж натренированные бойцы не смогли справиться с ней, то я, офисный клерк, и подавно! Нет, я не смогу ничего ей сделать, и не буду пытаться, порождая себе нового смертоносного врага. Лучше буду продолжать плыть по течению, пока не представиться возможность свалить отсюда, воспользовавшись неразберихой.

— Ты что-нибудь знаешь о ней?

— О ком? — снова затупил я, когда меня резко вытянули из грустных дум.

— Хиро! Ты же не болван, в конце концов. Не расстраивай меня, дорогой! — воскликнула она, всплеснув руками, после чего встревоженно посмотрела на меня. — Что эта за установка? Размеры, вес? Хоть что-нибудь!

— Я не знаю!

— Да брось! Я в курсе того, что ты заодно с этим мужиком.

— Откуда?! — встрепенулся я, ожидая закономерной кары с её стороны. Ведь я предал Стигмату, заманив её в ловушку Ясуо.

— Я не одна занимаюсь этим делом. Несколько моих человек вели за тобой слежку, вплоть до замка того самого Ордена.

Вот это новость! Значит, Стигмата всё это время знала о готовящейся облаве, но ничего не предпринимала, безропотно прыгая в капкан?

— Тогда почему ты здесь?

Женщина вдруг опустила взгляд:

— Хотела встретиться с тобой...

Разрубленная на две половины ладонь погладила меня по щеке, оставив тёплые кровяные следы. Мне стало не по себе, но Стигмата не стала продолжать. Вместо этого лишь сказала:

— Я не виню тебя. Пока ты просто человек. Слабый и беззащитный.

С этим было трудно не согласиться...

— Но я знаю, что скоро это изменится, — подмигнув, произнесла она. — Идём!

Мы снова побежали, сами не зная куда. Обыск помещений мог затянуться на всю ночь, но нам не стали давать так много времени. В какой-то момент в одном из коридоров, мимо которого мы шли, открылись боковые двери, и к нам ворвалась пятёрка самураев.

Я лишь успел закрыть голову руками, когда на меня обрушилось лезвие вражеского меча. Этот жест отчаяния, бесполезной попытки защититься от холодной стали, лишь отсрочил бы неизбежный конец.

Но судьба снабдила меня опытным телохранителем, который не преминул выставить передо мной лезвие своего меча, которое со звоном ударилось об оружие противника. Толкнув меня в сторону, разъярённая Стигмата начала смертоносное действо. Иными словами описать это было просто невозможно!

Хрупкая, но весьма шикарная женщина, совсем не испытывая неудобства от своей пышной груди, давила пятерых здоровых парней обратно к дверям, из которых они появились. Меч в её руках исполнял танец смерти, сияя в лучах искусственного освещения, как какой-нибудь волшебный Экскалибур. Один за другим самураи начали получать ранения, несовместимые с жизнью.

Одному она отрезала кисти и пинком повалила на ощерившихся катанами собратьев. Они невольно пронзили бедолагу своими мечами, подарив ему лёгкую смерть. Другому несчастному дьяволица срубила макушку, обнажив кору головного мозга...

О дальнейшем наблюдении за сражением не могло быть и речи, ведь я снова затрясся в приступе рвоты. Увиденное до сих пор шокировало меня и проверяло на прочность мою шаткую психику. Избавившись от желчи, я вынужденно вернулся к просмотру творящейся мясорубки, потому что в этот момент в здании стадиона произошло что-то необычное: внезапно оно затряслось, а с потолка посыпалась штукатурка.

А ещё где-то громыхнуло, будто что-то взорвалось!

БА-БАХ!

Вместо троих бойцов, остались только двое, в агонии пытающиеся стереть кровь со своих лиц. А рядом на стене алело пятно, похоже, оставшееся после одного из них, который теперь лежал мокрым местом на полу.

Стигмата с удивлением смотрела, как срастается ладонь, объятая теперь уже красным пламенем. Женщина ощерилась в дьявольской улыбке, посмотрев на оставшихся противников ликующим взором:

— Ай да Кэн-сан! Ай да молодец! Нашёл всё-таки и уничтожил подавляющую установку!

Услышав это, воины изменились в лице. Поняв, что здесь им светит только жуткая смерть, рыцари Ордена решили отступить, немедленно зашагав назад в проём двери.

Но дьяволица не желала останавливать карусель смерти, поэтому в следующие секунды материализовала перед собой огромный огненный шар и тут же отправила его в сторону недругов. Вскоре я был вынужден слушать душераздирающие вопли и крики, доносящиеся из коридора...

— Теперь нам ничего не угрожает. Иди за мной, — приказала коварная женщина.

А я в этой ситуации мог сделать только одно — безропотно подчиниться...

— Не так быстро, — послышался властный голос позади.

Мы обернулись, и увидели Ясуо, держащего нас на мушке небольшого чёрного пистолета. Его дуло перемещалось из стороны в сторону между мной и Стигматой, выбирая, в кого пустить пулю первым.

— Поздно, старик, — усмехнулась демонесса. — Теперь твои игрушки на меня не действуют. Лучше приставь этот игрушечный пистолетик к виску и нажми на спуск. Поверь, тебе очень не понравится то, что я сделаю с тобой через пять секунд, если ты сам не покончишь с собой!

Её угроза действительно была подкреплена ужасающей силой. Но Ясуо только улыбнулся своей фирменной улыбкой, а затем взвёл курок.

— Время вышло, — картинно вздохнув, произнесла Стигмата. — Будь по-твоему. Видно ты конченный мазохист, старик. Сейчас я вспорю тебе брюхо, а потом размотаю твои кишки по всему коридору.

Я уже начал поднимать руки к лицу, чтобы закрыть его и не видеть предстоящего кровавого безумия. Но Ясуо в это время решил сказать своё последнее слово:

— Забавно видеть, что даже древнее могучее зло не лишено такой исключительно человеческой черты, как полнейшая ГЛУПОСТЬ!

Безумный старик заржал в голос, заставив Стигмату с хрустом сжать кулаки. Она тут же устремилась к нему, отращивая львиные когти на тонких руках. Дьяволица должна была во что бы то ни стало преподать урок зарвавшемуся человечишке, и обязательно сделать это самым жестоким образом!

— Ты просто дура... — сказал Ясуо.

И нажал на спуск.

Вспышка!

А затем и грохот, эхом пронёсшийся по коридору.

Это был всего лишь один выстрел, которого хватило, чтобы Стигмата упала к ногам Ясуо. Она застонала, положив обе руки на рану в груди. Кровь быстро потекла по её пальцам.

— Что?! — сквозь слёзы, произнесла ничего не понимающая дьяволица. — Почему так больно?

Ясуо сдул шлейф дыма с пистолетного дула, после чего вложил оружие в карман пиджака. Усмехнувшись, глядя на раненую женщину, он присел на корточки, и сказал поучительным тоном:

— Пуля, пробившая вам грудь, сделана из весьма специфичного металла, единственного в своём роде способного причинить вред демоническим существам. Пока она находится в вашем теле, ваши силы будут полностью заблокированы. Именно поэтому вы, дорогая Стигмата, сейчас ощущаете настоящую боль. Теперь вы стали почти как человек, с чем вас и поздравляю.

Дьяволица застонала.

Мужчина как-то странно захихикал, принявшись теребить её за щеку, словно ребёнка, а не смертоносное существо, совсем недавно положившее половину воинов из его отряда.

— Что вы с ней сделаете? — спросил я, направившись в их сторону, и зачем-то держа в руках более не нужный меч.

Ясуо покачал головой, наконец обратив на меня взор:

— Всё будет так, как я вам и говорил, Хироюки. Для неё в замке Ордена отведено специальное место, которое вы сами могли занять, если бы не справились со своей задачей. Спасибо вам за успешное выполнение возложенной на вас миссии. Орден «Аутодафе» этого не забудет.

— Не нужно её мучить! Стигмата скоро покинет тело этой женщины. Она сама говорила мне, что не может вечно находиться в теле человека! — выпалил я в надежде добиться справедливой участи для Мейко Токугава.

— Уверяю вас, Тагава, это произойдёт не скоро, — хитро улыбнулся Ясуо. — Мы так быстро её не отпустим...

Его слова ошарашили меня. Это что же получается — они будут держать взаперти невиновную женщину с демоном внутри, тем более, истязать её всё это время?!

Стигмата повернула ко мне голову — в её глазах читались ярость и презрение:

— Будь ты проклят, Хироюки! Я найду тебя! Из под земли достану и вырву твоё сердце!

Она попыталась встать, но Ясуо тут же ботинком прижал её к бетонному полу.

Меня до глубины души захлестнули щемящее чувство вины и жажда справедливости. Я решительно зашагал вперёд, держа меч в руке, и собирался высказать всё, что думаю про этого жестокого монстра по имени Ясуо.

Правда, подоспевшие на подмогу самураи в миг снизили градус моего негодования, выставив вперёд свои мечи, защищая тем самым хозяина.

— Вы можете идти, Тагава, — махнув рукой, сказал Ясуо.

— Куда? — удивился я. — Вы отпускаете меня? Человека, из нутра которого выползают полчища адских тварей?

Ясуо улыбнулся:

— Я не правильно выразился, — сказал он, так и не ответив на мой вопрос. — Вам сейчас нужно как можно скорее поехать к своей девушке в больницу.

— ЧТО?!

— Уверен, Кэн Ватабе, он же демон, называющий себя Озэму, непременно вернётся туда и... Попытается взять реванш за сегодняшнее поражение.

МИСАКИ!

— Что он с ней сделает?! — ощущая накативший животный страх, спросил я.

— Этого я не знаю, Тагава. Но вам лучше поспешить...

— Вы поможете мне?!

— Увы, нет. У нас сейчас полно своих забот, — произнёс он, кивнув в сторону лежащей на полу стонущей от боли дьяволицы. — Тем более, мы потеряли сегодня много хороших бойцов...

Вот же сволочь!!!

Стигмата снова блеснула ненавистным взглядом в мою сторону...

Теперь никто, кроме Ордена не стоит между ней и Мисаки. Зная, что я её предал, Стигмата в любой момент может совершить непоправимое, если выберется из цепких лап Ясуо! Мне бы радоваться, что её поймали, но я всё равно находился в подавленном состоянии от происходящего.

— Тогда прощайте, — бросил я, развернувшись, и зашагал прочь, не имея желания тратить драгоценное время, которое нужно было использовать для спасения Мисаки!

— Тагава?

— Да?

— Выход в другой стороне. И... меч можете оставить себе. Он вам пригодится.

— Спасибо, — буркнул я, вернувшись обратно, проходя мимо молчаливых воинов, их Хозяина и дьявольской охотницы, что сама стала жертвой.

— До свидания. Мы обязательно с вами свяжемся на днях, — ухмыльнувшись, сказал Ясуо мне вслед.

И от этого мне стало тошно.

Я до конца своих дней останусь под колпаком. За мной будет постоянно вестись слежка, а так же за демонами, вышедшими на волю из портала. Спасибо хоть за то, что сразу не повязали и не отправили вместе со Стигматой в казематы.

Хотя...

Ясуо точно знал, что у меня нет ни единого шанса против Озэму. Рогатый верзила прихлопнет меня в любой момент, если я стану для него слишком надоедливой проблемой!

А ведь я как раз собирался помешать ему, ибо демон хотел забрать себе силу Тёмного, которая каким-то образом поселилась внутри Мисаки... Но как он думает это сделать?

О, боги! Если всё то, что рассказали демонята про историю нашей вселенной, правда, то вскоре этот мир, возможно, ожидает самый настоящий конец света! Во второй раз за время существования всего сущего!

Мне нужно срочно бежать в больницу!

Напоследок я оглянулся, и заметил, как Стигмату заковывают в специальные наручники, в корпуса которых, были установлены такие же янтарные камни, как в амулете Ясуо. Похоже, эти вещицы каким-то образом блокировали способности демонов. Ох, не повезло же Стигмате...

Но не это должно волновать меня сейчас!

На бегу я достал телефон и принялся набирать самое быстрое и дорогое премиальное такси в городе, которое в кратчайшие сроки могло довезти меня до госпиталя. Уже через минуту заказ был принят, а через десять, когда я прилично удалился от стадиона, меня уже встречала дорогая немецкая иномарка чёрного цвета в форм-факторе кроссовер. Все стёкла автомобиля была наглухо тонированы.

Я открыл заднюю дверь и, кивнув водителю, положил меч между тоннелем и задним сидением. Запрыгнув внутрь, я попросил мужчину средних лет, внимательного следящего за моими движениями через салонное зеркало, поехать как можно быстрее, ибо сейчас у меня было дело жизни и смерти.

Сначала он подозрительно покосился на оружие, блеснувшее в свете приборной панели. Затем совершенно спокойным тоном попросил положить его в багажник ради моей же с ним безопасности. Понимая, что могу скоро лишиться своего спасителя в любой момент из-за этого недоразумения, я сразу же исполнил его просьбу, после чего снова вернулся на задний ряд.

Не задавая больше вопросов, он заставил свою машину резко рвануть вперёд, из-за чего меня вжало в кресло.

Я всё думал о Мисаки и Озэму, пытаясь застегнуть ремень безопасности, и надеялся, что опережу последнего.

Несмотря на то, что ехали мы быстро, водитель управлял автомобилем довольно плавно, и меня даже не укачивало. А ещё хорошая вибро-шумоизоляция огораживала нас от звуков города и проезжающих мимо машин. Я будто смотрел симулятор вождения автомобиля, а не ехал в нём в реальной жизни.

Наверное, поэтому ценник на премиум-такси был в несколько раз выше, чем на обычное.

— Что у тебя случилось? — вдруг спросил мужчина, лавируя в потоке.

Его лицо было гладко выбрито. Раздвоенный волевой подбородок придавал ему брутальности, как и тонкие ровные усы. Уверенный взгляд мужчины был устремлён на дорогу.

Я несколько удивился его вниманию к собственной персоне, хотя наличие холодного оружия в машине вполне могло вызывать вопросы. Мне даже показалось, что водитель сразу распознал его боевым, а не муляжом. Глаз намётанный, серьёзный.

— Моя девушка попала в беду. Она в больнице, — честно признался я.

— А меч зачем? — так же лаконично спросил он.

Мне совсем не хотелось продолжать разговор, но в автомобиле я был гостем, а он хозяином. Поэтому по-хорошему стоило сразу расставить все точки над i:

— Человек, виновный в том, что она попала в госпиталь, тоже едет туда.

— Хочешь её защитить?

Я кивнул. Только понимал с безнадёгой, что это фактически невозможно. Кто я, а кто Озэму?

— Похвально. В наше время уже не часто встретишь рыцаря. А не проще было вызвать полицию?

— Она его не остановит...

Мужчина хмыкнул.

Пошуршав тканью тёмного пиджака, он достал из внутреннего кармана визитку, и протянул её мне, продолжая внимательно следить за дорогой.

Ничего не понимая, я принял клочок пластика и прочитал вслух: «Мичи», и номер телефона. На визитке был нарисован нож с зазубренными краями на внутренней стороне лезвия.

— Как твоё имя? — спросил он.

— Хироюки.

— Приятно познакомиться, Хироюки, — сказал он. — Если тебе нужна будет помощь, которую не смогут оказать правоохранительные органы, звони. Естественно, это будет стоить определённую сумму, и не малую. Но и услуга может быть любая. При слове «любая», я имею в виду ещё и такую, что запрещена законом.

Сказав не характерно длинную для него речь, мужчина по имени Мичи замолк, и больше не проговорил ни слова до конца поездки. А я просто сидел, не переставая удивляться творящемуся безумию.

Вот так, выйдя из стадиона, где происходили чудовищные вещи с применением магии и появлением демонических существ, я наткнулся на человека, который, вполне возможно, был напрямую связан с криминальным миром. И он зачем-то решил предложить мне свои услуги.

Неужели я выглядел настолько жалко?

По сути, как может выглядеть человек, переживший кровавую бойню? Правильно, именно таким он и будет — затравленным и возбуждённым.

Время шло очень медленно: минуты тянулись, словно смола, стекающая по дереву. Я был на нервах, и даже спокойная классическая музыка, негромко играющая в салоне автомобиля, не могла утихомирить моё напряжение.

Что бы хоть как-то отвлечь свои мысли, я принялся запоминать номер телефона Мичи. На самом деле, вдруг когда-нибудь мне пригодится его помощь? На первый взгляд этот человек совсем не казался пустословом или шарлатаном. Крепкий, возрастом немного за сорок с серьёзным взглядом. Наверное, бывший военный или какой-нибудь криминальный авторитет.

— Приехали, — вдруг сказал он, когда мы припарковались прямо у крыльца госпиталя.

— Спасибо, — бросил я, доставая карту, чтобы расплатиться.

На экране банковского терминала, установленного на консоли управления, высветилась круглая сумма. Оплатив проезд, я принялся вытаскивать своё оружие из багажника, не понимая пока, как пронесу его через охрану. Которая, к слову, должна была бдить на посту в столь поздний час.

— Удачи, — сказал водитель, и уехал, просвистев покрышками.

Прощай, таинственный незнакомец...

Я же, стоя у парадной, и неловко пытаясь спрятать меч за спиной, начал обдумывать план по проникновению в здание. Хорошо ещё, что на дворе было темно и практически ни души вокруг, а то я бы непременно привлёк к себе ненужное внимание.

Пораскинув мозгами, я не придумал ничего лучшего, как войти с пожарного входа. Который по всем нормам должен был быть всегда открыт. Но, как я помнил из прошлых визитов, на стойке регистрации стояли мониторы видеонаблюдения. И охранник сейчас как раз смотрел на них — это было видно через прозрачные стеклянные двери на крыльце. С вероятностью сто процентов камера находится и у аварийного выхода. Поэтому пройти незамеченным мне не удастся.

Нужно что-то придумать!

К сожалению, голова у меня сейчас была пуста, как выпитая бутылка пива...

Кстати про пиво — в мусорной урне, стоящей возле крыльца, как раз лежала пустая стеклянная бутылка!

Вот так совпадение! И эта неожиданная находка может сыграть мне на руку!

Забрав бутылку с собой, я отошёл за угол, готовясь совершить кое-что нехорошее.

Была не была!

Я замахнулся и, что есть силы, бросил бутылку в сторону крыльца.

БЗДЫНЬ!

Громоподобный звук сопроводился визуальным рядом в виде взрыва осколков — стеклянный тамбур на крыльце был вдребезги разбит.

Затаившись в тёмном углу, я принялся ждать ответной реакции.

Охранник резко открыл двери и выбежал на крыльцо, пытаясь разглядеть во тьме дерзкого хулигана. А я тем временем устремился к пожарному входу, который, на моё счастье, оказался не заперт! Воспользовавшись тем, что ночной охранник был сейчас занят поисками хулигана, я забрался внутрь здания и на цыпочках побежал вверх по лестнице.

Теперь, на протяжении оставшегося пути, мне оставалось лишь не податься на глаза медперсоналу, дежурившему ночью, и... найти способ пройти через полицейского. Что будет трудно, если я не спрячу куда-нибудь катану.

Наконец я поднялся на второй этаж. Тихонько приоткрыл металлическую дверь...

И тут же быстро прильнул к стене, сделавшись тише воды, ниже травы, и пропуская вошедшего на лестницу санитара. Мужчина тихо насвистывал незатейливую мелодию, и был так увлечён просмотром соцсетей в смартфоне, что совсем не заметил меня, прошмыгнувшего в коридор.

Фуф, пронесло!

Ещё минута, и охранник вернётся на пост и увидит на одной из камер паренька с мечом в руках, крадущегося по больничному коридору. И этого хватит, чтобы он вызвал полицию, а затем попытался меня арестовать. Хотя большую проблему должен был представлять полицейский, охраняющий палату Мисаки.

Что делать с ним?

Пройдя мимо пары палат, я с удивлением заметил, что стул оказался пуст. То ли служитель правопорядка вышел в туалет, то ли с палаты Мисаки сняли охрану. Либо её вообще выписали!

Надеясь на последний вариант, ведь Озэму придётся потратить много времени, чтобы найти Мисаки где-то в другом месте, я дотронулся до ручки двери и прокрутил её до щелчка.

Осторожно, стараясь не делать лишнего шума, я вошёл в палату, и к своему ужасу увидел знакомое лицо!

— Ты выбрался? Молодец, — безэмоционально сказала личина врача Такэды Сингэна, за которой скрывался демон.

Он сидел на стуле и просто смотрел на Мисаки. В руках Озэму не было никакого оружия, что немного меня успокаивало. Хотя, если подумать, демон сам по себе был смертоносным оружием.

— Не тронь её, — сказал я, крепче сжав свой меч.

— Катана в твоей руке — она кажется мне знакомой, — сказал Озэму, заинтересовавшись. — Я не успел получше разглядеть её в битве, но сейчас понимаю, что эта катана сделана из необычного металла. Видишь геометрический узор на лезвии? Это исполнено не рукой человека, а самой природой.

— Знаю. Этим мечом можно убить демона.

Озэму усмехнулся:

— Когда-то давно я тоже понадеялся на подобное оружие. Но ему так и не удалось разрубить тело дьяволицы...

Понимая, что разговор с Озэму даёт мне отсрочку, я решил его поддержать, пытаясь одновременно подгадать нужный момент, чтобы убить его этим клинком.

Подойдя ближе на пару шагов, я спросил:

— Это произошло в горах Омине четыре сотни лет назад?

— Откуда ты знаешь? — удивился демон.

— Человек, устроивший на вас охоту, рассказал мне. И хочу сказать, что мне жаль твоих детей и жену...

Озэму опустил взгляд, после чего встал и подошёл к окну, которое сейчас было почему-то расшторено. Он стоял, вглядываясь в ночной пейзаж Токио, и в свете огней на его щеках блеснули слёзы.

— Я потерял не только семью, но и лучшего друга, — сказал он, оперевшись на стекло обеими руками. С его лица на пол падали капли слёз.

— Что случилось тогда с Кииоши Андо?

Он простоял так с минуту, после чего развернулся ко мне и, массируя лоб, опустился на пол. Озэму вытянул ноги и посмотрел мне прямо в глаза. Сейчас это был не демон, а самый обычный человек, который в один миг потерял всё...

Хоть это ужасное событие произошло четыре века назад, похоже, для Озэму боль от утраты была всё ещё сильна.

— Наш отряд добрался до стоянки дьяволицы, — начал он свой рассказ. — В лагере, кроме моих подданных, были ещё наёмные рабочие с ближайших деревень. Они вели раскопки на горе...

— Что она искала? Перст Тёмного?

Озэму снова с удивлением посмотрел на меня, наверное, поняв, что данное словосочетание для меня не было пустым звуком:

— И об этом тоже знаешь?

— Рассказали маленькие бесята сразу после того, как ты ушёл из моего дома. Мы с ними, вроде как, работаем вместе...

Мужчина вдруг пристально начал осматривать палату, похоже, пытаясь найти моих миньонов:

— Они здесь?

— Нет. Ясуо захватил их в плен.

Озэму с облегчением улыбнулся, а я понял, что сболтнул лишнего. Если бы немного думал наперёд и держал язык за зубами, то у меня могла бы возникнуть возможность блефовать и давить на него угрозой смертной кары со стороны демонят. Но теперь он точно знал, что у меня нет против него ничего, кроме меча Ордена.

— У тебя ведь был такой же меч? — спросил я, показав оружие.

— Другой. Но он оказался бесполезным!

Озэму внезапно ударил кулаком по кафельному полу. Плитка треснула в том месте, куда обрушилась его рука. Мой взгляд устремился к Мисаки, но она до сих пор мирно спала, не ведая ни о чём.

— Я не смог убить демона этим мечом. Из-за чего погиб весь наш отряд и мой верный друг... Старик Сэтору обманул меня!

И тут я понял всё! Тот нелюдимый дед на самом деле никогда не видел никаких демонов. Он просто подсознательно придумал себе эту историю, чтобы вытерпеть позор от бегства от своего господина. И даже может его меч действительно был выкован из метеоритного железа, но не того самого, что несёт смерть демонам.

И в конце жизни он не хотел подставить Кэна под удар, но боль от обиды, что его когда-то бросили юные друзья, не дала ему донести правду до безумного самурая...

— Но сейчас я могу это сделать, — сказал вдруг Озэму, резко вставая. Он решительно двинулся к постели Мисаки, заставив меня перекрыть ему путь лезвием меча.

— Стой на месте!

— Ты не понимаешь! Эта девчонка — сосуд! И если я разобью его, то получу силу Тёмного! Я смогу убить Стигмату!

От его слов я впал в неконтролируемую ярость!

— Подонок! Да как ты смеешь вообще думать об этом?! Мисаки сначала потеряла родителей, а потом стала свидетелем страшного убийства, которое сотворили твои подручные! И теперь ты так легко говоришь о том, чтобы убить её?! Да что с тобой не так?

— Мы не умираем, Хироюки, — вместо извинений, сказал он. — В этом мире всё живое переходит от одного энергетического состояния в другое. Души умерших живут и по сей день в Раю, Чистилище или... в Аду. Но только в последнем они страдают. И я хочу это изменить!

Я буравил его гневным взглядом, не имея ни одной причины больше слушать этого психопата.

— Ты не пройдёшь.

— Прости, но я не уйду отсюда без её силы, — сказал он, разведя руками.

— Тогда я остановлю тебя, — взмахнув мечом, сказал я, из-за чего Озэму пришлось уклоняться. — И сделаю всё, чтобы Стигмата выбралась на свободу, и надрала тебе задницу, чёртов ублюдок!

В ответ я внезапно услышал раскатистый звериный рык, и стал невольным свидетелем превращения человека в демона!

— НЕ СМЕЙ ПРОИЗНОСИТЬ ЕЁ ИМЯ!

Наивный идиот! На что я вообще надеялся?

Что блестящий клинок обеспечит победу над демоном из преисподней? При том, что держал я его впервые в жизни? Такой дилетант, как я, скорее отрубит себе пальцы, чем кого-то убьёт!

В итоге меня хватило лишь на то, чтобы нестись сломя голову по тёмному коридору госпиталя, позорно спасаясь от рогатого чудовища, сметавшего всё на своём пути. Он крушил стены и фальш-потолок, разбивал в щепки скамейки и срывал двери с петель. А я отступал, не имея понятия, как с ним бороться.

К тому же, катана, так удачно подвернувшаяся час назад, стала для меня неудобным балластом. Попробуй-ка пофехтовать с несущимся на тебя локомотивом! Но бросить её я тоже не мог — только этим мечом возможно было убить дьявольское отродье!

Гремело так, будто я оказался на стройке в разгар рабочего дня. Из-за чего возмущённые пациенты начали выходить из палат, чтобы узнать, что происходит, и кто решил долбить стены в час ночи...

Самое ужасное, что эти люди: старики, мужчины и женщины, как тряпичные куклы разлетались в разные стороны от смертоносного вихря из острых клыков, когтей и обломков стройматериалов.

Кровь...

Повсюду реки крови, и я всему виной. Ведь если бы не моя безумная попытка остановить демона, то все эти люди остались живы! Но взамен погибла бы та, ради которой я решил драться с демоном.

ДА К ЧЁРТУ ВСЁ!!!

Адреналин в крови бурлил, будь здоров! Смерть неистово бушевала буквально в паре-тройке метров от меня, и пока удавалось держать её на расстоянии. Но на долго ли меня хватит?

Впереди красным светом маячил указатель аварийного выхода, который вёл на лестницу. До него оставалось ещё метров пять.

Да что толку? Чудовище разорвёт меня и в узких коридорах, и на лужайке снаружи! Но подгоняемый животным страхом, я не мог остановиться, поэтому просто выбил дверь, преграждающую мне путь.

БАМ!

Дверное полотно с глухим звуком ударилось обо что-то на той стороне.

— Ай! Моя голова, — донеслось снизу, когда я перепрыгнул через распростёртого на полу санитара. — Ты кто такой?! Что ты здесь де...

БУХ!

Я даже ответить ему не успел, перелетая через ступеньки, когда позади разрушилось перекрытие и голос несчастного паренька утонул в какофонии звуков, среди которых особо выделялся нечеловеческий рёв!

Прости и покойся с миром, кто бы ты ни был...

Ещё один лестничный пролёт позади, и я сходу высадил входную дверь, окунувшись в ночную прохладу Токио.

БА-БАХ!

Дверь запасного выхода вместе с куском кирпичной стены в момент отделились от здания госпиталя, оглушив меня грохотом. На газон позади меня приземлился двухметровый рогатый исполин. В клубах пыли красным огнём мерцали его бешеные глаза. Стальные мышцы, словно металлические тросы, обвивали широкую вздымающуюся грудь — монстр переводил дух после произведённых им разрушений.

Я пятился от него, держа перед собой меч в дрожащих руках. Лучше бы мне рвануть с места куда-нибудь в переулок, но, нет. Страх сковал всё нутро. Если повернусь спиной, он настигнет меня в прыжке. А если буду держать его в поле зрения, есть призрачный шанс того, что я смогу увернуться от атаки, а потом...

Потом, я умру.

Его сила и скорость в несколько раз превосходили человеческие. Будь я хоть Рэмбо, весь обвешанный оружием, мастером единоборств или специалистом по нон стоп кувыркам восьмидесятого уровня (привет суровая игра Дарк Соулс!), то это лишь выиграло бы мне время. Но конец останется одним — смерть от руки более сильного и грозного противника, который в порыве ярости способен рушить перед собой любые преграды!

Дико взревев, демон опустился на четвереньки, словно зверь, и страшной рогатой бестией помчался прямо на меня!

«Не так страшно, что ты обделался от страха. Будет намного страшнее, если ты опустишь руки!» — Так говаривал мой дед...

Выбора нет!

В БОЙ!

Я мгновенно сгруппировался в боевую стойку, которую запомнил из кино «Сорок семь ронинов». Ещё секунда, и взмахнул катаной, попытавшись блокировать удар когтистой пятерни. Лезвие блеснуло в свете уличных фонарей, а потом со звоном столкнулось с чёрными когтями. Мне едва хватило сил, чтобы удержать меч в руках. От колоссального удара я пролетел метра два по инерции, после чего растянулся на траве.

Придя в себя, я перекатился в сторону, ощутив на себе град из комьев земли — демон ударил шипастым хвостом в то место, где я только что был.

Я успел припасть на колено и поставить блок мечом, когда получил мощнейший удар, из-за которого кубарем покатился по траве. И остановился я лишь пару секунд спустя — об дерево, каким-то чудом не потеряв спасительный клинок. Спину невыносимо ломило, но я всё ещё был жив! Ощущая себя футбольным мячиком, изрядно побитым спортсменами, я всё-таки поднялся на ноги.

Ведь это был ещё далеко не конец.

Сверхсильный противник снова бросился в атаку. В один прыжок он достиг меня и замахнулся огромной ручищей, целясь в голову. За секунду до того, как его когти должны были столкнуться с лезвием меча, я увидел бурлящую ненависть в его глазах.

И я точно знал, что испытывает он её не ко мне.

— Не смей больше произносить её имя в моём присутствии! — повторил демон, опустив руки и перестав меня атаковать.

Похоже он всё-таки пришёл в себя после состояния всепоглощающей ярости. Неужели у меня появился шанс выбраться отсюда живым?

Да-а! Правы были те, кто сквозь века в пословицах пронесли мысль, что человеку иногда лучше держать язык за зубами. Каким местом я думал, когда грозил этому демону расправой со стороны его старших собратьев?

Я отполз подальше от него, и кое-как встал, сжимая в руке меч.

Катана в руке становилась всё тяжелее. Мышцы горели огнём, и не мудрено — ведь сегодня ночью я бился ею впервые в жизни, да ещё и с настоящим монстром! Никогда раньше не обучался искусству фехтования кендо, но каким-то неведомым образом умудрился отразить смертельные атаки, будто всегда это делал. Воистину боги встали на мою сторону в борьбе с демоном! А иначе я бы уже давно лежал на земле аккуратно порубленными кусками, разбрызгивая фонтаны крови во все стороны.

Увы, моё тело оказалось попросту не готово к подобным нечеловеческим нагрузкам. Я прерывисто дышал, словно дряхлый старик-астматик, которого заставили пробежать стометровку. И не моргая смотрел на него.

Озэму — первый демон, который пришёл в этот мир благодаря мне. Он даже чем-то походил на человека. Весьма отдалённо, потому что у людей нет винтообразных рогов на голове. И хвостов, оканчивающихся острыми шипами. Кроме того демон имел в своём арсенале пару когтистых лап и множество острых акульих зубов в широкой пасти.

Я даже имел глупость посочувствовать ему, адскому диссиденту, который некогда рассказал мне, что просто хотел свободы. Жаждал сбежать из преисподней и жить как обычный человек. Я верил ему, пока он не явился сюда и не устроил кровавую баню.

Было легкомысленно пойти в одиночку против демона, но других вариантов попросту не существовало. Либо Озэму совершит задуманное и Мисаки погибнет. Либо я помешаю ему. Никто не сделает этого за меня. Может быть когда-нибудь позже его всё-таки достанут наместники Ада, но мне уже тогда будет всё равно.

— Ты и вправду решил остановить меня? — спросил он, полностью вернув контроль над собой.

Я молча кивнул, понимая в душе, что тем самым подписываю себе приговор.

— Тогда мне придётся тебе помешать...

Соберись Хиро — это твой последний раунд!

Об этом явственно говорило то, что Озэму решил применить против меня магию, беззвучно произнося заклинание. Он буквально весь загорелся красным пламенем, которое не предвещало ничего хорошего. Неужели наша напряжённая схватка была лишь разминкой? Если я худо-бедно отражал атаки его когтей, то от магических ударов скорее всего не увернусь!

Это означает только одно — нужно нанести упреждающий удар. Один единственный. И покончить с ним раз и навсегда!

Три...

Два...

ОДИН!

Крепче сжав рукоять меча, я словно бесстрашный камикадзе на последнем издыхании рванул навстречу судьбе. Дал волю той силе, что неведомым образом наделила меня мастерством владения мечом. Небесная кара в виде смертоносной катаны метнулась навстречу к адресату — рогатому существу из иного мира.

Я уже видел как заточенная кромка лезвия практически коснулась его испещрённой набухшими венами шеи. И в упор посмотрел в эти глаза, сверкающие красным светом.

Которые будто насмехались надо мной...

ВСПЫШКА!

Взрывная волна отбросила меня назад, и я больно ударился сначала копчиком, а потом и головой, прополов ей траншею в земле.

Как же больно!

Меч куда-то улетел, и стоило бы начать его поиски, но моя несчастная пятая точка нестерпимой болью била в мозг при каждой попытке встать! При этом жутко мутило, а в ушах стоял непрекращающийся звон.

Поэтому я сначала не разобрал что он сказал:

— ... ты великолепно сражался, Хироюки. Право слово, не ожидал от тебя подобных навыков. И не мудрено — не каждый день простого смертного проклинает Первородный, да ещё и вратами Дисса.

— Сволочь, — прохрипел я, испытывая невыносимую боль.

Мне бы скорую вызвать! Ни о каком продолжении боя не могло быть и речи.

— Ты знаешь, я не чудовище. Всё, что я делал и собираюсь сделать — это лишь вынужденная мера, — произнёс он, приближаясь ко мне.

Послышался металлический звон — брошенная демоном катана подкатилась прямо к моим ногам.

— Возьми меч и вставай.

Я мог только валяться на траве и сгибаться от боли, но никак не драться. Это был мой позор. На что я надеялся, вступив в схватку с демоном?

— Давай я тебе помогу, — с отеческой заботой Озэму принялся поднимать меня.

Я отбивался как мог, но в моём бедственном положении сопротивляться стопятидесятикилограммовому монстру было не под силу. Меня поставили на землю словно оловянного солдатика, ибо любое движение отдавалось страшной болью. Поэтому я просто стоял столбом, не рискуя пошевелиться.

— Убийца, — выдохнул я, сплюнув ему прямо в морду. — Демон!

— Я уже слышал это много раз, — сказал он, как ни в чём не бывало. — Долгое пребывание в адских чертогах наложило на меня определённый отпечаток, но я всё ещё остаюсь человеком. Поверь, я не желаю тебе смерти. Наоборот я очень признателен тебе за своё освобождение. Да, мои соплеменники причинили тебе много зла, но всё из-за того, что в них кипела жажда убийства. Каждый день снимать шкуру с грешников, знаешь ли... Но теперь, вдохнув земной воздух свободы, мы поняли, что стали другими. Мы излечились!

— Я тебе не верю!

Вдруг он поднял с земли меч и вложил его рукоять в мою ладонь.

— Я знаю, ты достойный человек. Вместе мы сможем всё изменить, Хироюки. Освободить их всех! Миллиарды людей, заточённых в Аду. Знал бы ты, какие ужасные страдания ежесекундно они испытывают на протяжении целых веков. Это несправедливо! Вся эта система прогнила насквозь! Ад и Рай просто эксплуатируют наши души ради своих собственных целей. Помоги мне построить новый мир, где каждому воздастся по заслугам. Сила Тёмного позволит нам это сделать!

Озэму оказался идейным революционером-идеалистом, но какое мне дело до всего этого, если я потеряю Мисаки?

— Просто позволь ей умереть, — прошептал он, серьёзно посмотрев на меня. — Одна жизнь крохотной никому не нужной девчонки в обмен на царствование в справедливом мире.

— Хрена с два тебе, а не её жизнь!

Я резко вонзил меч ему в живот, со злорадством наблюдая, как эта образина корчится от боли.

После ответного сокрушительного удара в грудь я упал на землю безвольной тряпичной куклой. Из меня выбило весь дух и я никак не мог надышаться — похоже, грудная клетка была раздавлена в хлам. Отупевая от невыносимой боли, я услышал слова Озэму:

— Ты выбрал страдания и смерть. Так не буду тебе мешать. А меня ждёт девчонка. Я скажу ей перед смертью, что ты дрался за неё, как мужчина. Но проиграл...

И он ушёл, оставив меня лежать на холодной земле, и через слёзы глядеть на звёзды от давящей боли в груди. С каждым вдохом я понимал, что срок мой неизбежно подходит к концу. Влажный хрип и бульканье в лёгких прямо намекали на это.

Как бы банально ни звучало, перед глазами проносилась вся моя бессмысленная жизнь, мои взлёты и падения, бестолковая трата отпущенного времени на этом свете.

А затем...

Наступила тьма.

Была тёмная безлунная ночь. Замок ордена «Аутодафе» будто недвижимая гора стоял посреди мутных фонарей. И могло показаться, что в здании никого нет — все окна зашторены плотными шторами, не пропускающими свет. На улице ни души, и лишь мигающий глазок видеокамеры на столбе возле ворот подтверждал присутствие здесь человека.

А вокруг тишина, лишь изредка прерываемая стрекотом сверчков, да кваканьем лягушки. Но вскоре издалека послышался нарастающий рёв и шум от колёс. Не снижая скорости, чёрный фургон в сопровождении двух внедорожников проехал через заранее открывшиеся кованые ворота, доставляя важный «груз» в обитель Ордена. Машины остановились прямо у крыльца, и сразу же с парадного входа к ним выбежали люди.

Монахи перекинулись парой фраз с новоприбывшими, и тут же помрачнели. Известия были тяжёлыми — половины отряда не стало. Легендарного демона, родового врага Ордена всё-таки удалось поймать, правда, заплатив при этом слишком высокую цену.

После битвы на стадионе Ота не прошло и часа. Ясуо скомандовал переправить закованную дьяволицу в казематы, построенные специально для таких, как она.

Глава Ордена испытывал смешанные чувства. С одной стороны, миссия его организации вскоре будет выполнена — Орден замучает до смерти демона по имени Стигмата и отомстит за смерть предводителя рода Андо. С другой стороны, впереди оставалось много нерешённых проблем, а именно портал, позволяющий адским тварям выходить в мир людей. В конце концов, его люди следят за господином Тагавой и его самоубийственным предприятием вызволить несчастную девчонку из лап демона. Если каким-то чудом он останется жив, то ненадолго. Снайпер сделает один единственный выстрел, и дело с концом.

Опять же, вполне было возможно, что недуг Тагавы может проявиться и у других граждан Японии. В случае массовости этого явления проблем станет намного больше...

Но всё это в теории, а сейчас настало время практики — морщинистое лицо Ясуо искривилось в довольной ухмылке. Он с удовольствием предвкушал плодотворные часы работы с его новой игрушкой...

Встречавшие монахи приняли Стигмату, крепко держа её за руки и ноги. Женщина без устали сыпала проклятиями, но почти не шевелилась — пуля в груди при каждом движении отзывалась болью.

Не говоря ни слова, мужчины принялись выносить и тела соратников, уложенные в пластиковые пакетаы, которые были аккуратно сложены вдоль кузова фургона. Вскоре предстояло отдать полагающиеся почести падшим воинам и как подобает похоронить их в родной земле.

Женщину внесли в главный зал через парадный вход, как пойманную дичь. Демонесса заморгала от яркого света. Она пыталась понять, что происходит, но её шея была крепко зафиксирована металлическим ошейником, который не давал повернуть голову ни в какую сторону.

— Поганые ублюдки! Кто так обращается с женщиной без её согласия?! — ругалась она, но вместо ответа закономерно получила кляп в рот. Теперь её лишили не только возможности двигаться, но и возможности высказывать своё отношение, что заставило её злиться ещё больше.

Теперь Стигмате оставалось только смотреть, как её уносят в сторону странной металлической двери с закрытым окошком, резко контрастирующей по виду с остальным антуражем.

«Будут пытать...» — подумала она, как вдруг ощутила на своём животе чьи-то маленькие ножки.

Женщина удивлённо уставилась в ярко жёлтые кошачьи глаза, которые в свою очередь тоже внимательно посмотрели на неё. Чёрный кот, как ни в чём не бывало, уселся на неё.

— Брысь! — рявкнул один из монахов, толкнув его рукой.

Животное недовольно мяукнуло и тут же спрыгнуло, убежав восвояси.

— Этот кот бродит, где хочет.

— Ага, ещё гадит по углам, зараза. Надеюсь, Ясуо скоро отправит его обратно тому парню. Ничего не имею против котов, но этот ведёт себя по-свински.

Четверо мужчин подвели дьяволицу к двери, к которой подошёл пятый монах и подставил глаз под датчик. Щёлкнул замок, и дверь открылась. Впереди виднелась слабо подсвеченная лестница, ведущая в подвал.

Дьяволицу потащили вниз в мрачные застенки замка, чтобы причинить ей хотя бы толику тех страданий, что она причинила роду Андо.

Пленители были настолько уверены в своих силах, что никто даже не обратил внимания, что женщина, которая, казалось, должна быть без ума от ужаса, наоборот, хитро улыбалась...

***

Хайку бесшумной тенью юркнул на лестницу за секунду до того, как доводчик закрыл дверь. Пушистый зверёк осторожно крался за процессией из пяти мужчин и одной женщины, оставляя между ними и собой метров десять, чтобы не быть обнаруженным. Благо, то ли для создания устрашающей обстановки, то ли в угоду экономии, освещение здесь было скудным. И кот в нужный момент просто прятался в тени.

Но даже если бы его заметили, то не восприняли всерьёз. И Стигмата отлично понимала это, ведь люди, пленившие её, не удосужились закрыть ей глаза. А это означало только одно — их знания о природе её силы были весьма скудны. Поэтому дьяволице, несмотря на действие блокирующих амулетов, встроенных в её кандалы, удалось перенести часть своего сознания в пушистый комочек, бегущий следом.

Ей не составило труда просканировать память маленького животного, чтобы узнать примерный план здания, кроме, конечно же, подвального помещения, которое было закрыто на замок, сканирующий сетчатку глаза. Но это был лишь вопрос времени — скоро пушистый лазутчик осмотрит и эту локацию, и передаст ей всю необходимую информацию.

Пока её несли всю глубже и дальше в подземелье, Стигмата изучала скучную рутинную жизнь по памяти кота, в которой присутствовал Хироюки Тагава. Боль от предательства успела утихнуть, ведь демоны не являлись людьми, полностью зависимыми от химических реакций в мозгу. Она прокручивала будни паренька, что стал порталом для демонов.

И в один момент, чуть не уснув от скуки, она заметила кое-что важное, что когда-то увидел кот в браузере Тагавы. Одно очень знакомое лицо на фотографии в анкете знакомств.

«Не может быть!»

Тем временем, питомец Тагавы, увидев, что его новую хозяйку разместили в специальной камере, принялся исследовать подземный комплекс. На его удивление внутри кроме тех людей, которые спустились сверху, никого не оказалось. В левом крыле подвала находился лазарет, внутри которого имелись ряды современного медицинского оборудования: от прибора компьютерной томографии до последней военной разработки — многофункциональной капсулы для поддержания жизнедеятельности особо «тяжёлых» пациентов. Которая, судя по подключенному к ней источнику бесперебойного питания, вполне могла работать автономно на протяжении определённого периода времени.

Для Хайку всё это было очень интересно, но демоническая часть внутри него хотела совсем иного. Поэтому зверёк запрыгнул на операционный стол и схватил зубами скальпель, который мог пригодиться для освобождения Стигматы. После чего отправился обратно к месту заточения своей новой хозяйки.

Вскоре добравшись до пункта назначения, Хайку остановился и прислушался. В этот же момент монахи открыли железную дверь и высыпали в коридор. Десяти секунд коту хватило, чтобы заметить, что дьяволица оказалась прикована к специальному стулу, подключенному к местной электросети. Рядом находился стол с разномастным снаряжением, включавшим в себя различные пилы, щипцы, молотки, ножи и даже перфоратор. Увиденное заставило демоническую сущность внутри кота тут же синхронизироваться с разумом хозяйки, чтобы полностью оценить обстановку.

Но как только закрылась дверь, связь резко оборвалась. И последние кадры того, что видела Стигмата, давали понять, что в камере установлены ещё более мощные артефакты, теперь уже на корню блокирующие демонические способности. Она больше не могла направлять питомца!

Хайку остался совсем один. Точнее, кот и некая часть сознания Стигматы, которая без связи с основой имела такие же зачатки разума, что и зверёк, в маленькой головке которого она находилась. Животное забыло, зачем тащило с собой невкусный металлический предмет, поэтому сразу же избавилось от него.

Но вот рядом скрипнула другая дверь — один из монахов, пока остальные возвращались наверх, решил напоследок проверить, как себя ведут другие заключённые, пребывающие через камеру от Стигматы.

— Бесята никуда не денутся, Такаши, — сказал один из монахов.

— Бережёного бог, бережёт, — ответил тот, на пару секунд повернувшись в сторону коридора. — Лучше проверю на всякий случай.

Не мудрствуя лукаво, кот воспользовался этим, и проскочил между его ног внутрь камеры. Животное тут же нашло укрытие, и забралось за небольшой металлический шкаф — там и затаилось.

Монах вошёл в помещение и посмотрел на двухметровый купол террариума, как они его с парнями называли. Внутри сидели и переговаривались между собой дьявольские отродья в образе невинных детишек. Но мужчина по имени Такаши не понаслышке знал, что демоны легко меняют облик, дабы ввести в замешательство праведников. Чтобы в нужный момент расправиться со своей жертвой, когда она допустит ошибку.

Вокруг террариума были установлены янтарные камни, находящиеся в небольших мисках, к которым из тонких трубочек текла вода. Блокирующие артефакты сильно нагревались, находясь вблизи демонов, поэтому их приходилось постоянно охлаждать, чтобы они не разрушились. Тонкой струйки воды с лихвой хватало для этих нужд. А система вентиляции эффективно удаляла образующиеся пары.

Посмотрев на узников суровым взглядом, и получив такой же в ответ, мужчина вышел наружу и закрыл за собой дверь. Почувствовав, что человека нет рядом, Хайку выбрался из укрытия и вознамерился исследовать комнату. Сперва он сделал «свою» метку за тем же шкафом, после чего двинулся изучать нижнее пространство: посмотрел под высоким столом, понюхал гудящую металлическую коробку на полу, мерцающую зелёным индикатором, от которой вверх тянулись кабеля. Проследив, куда они идут, Хайку прыгнул на стол и заметил, что кабеля подключены к небольшому круглому приборчику с жидкокристаллическим экраном, на котором медленно менялись цифры. Именно от него выходил один большой шланг, заканчивающийся в стене, и несколько тоненьких трубочек, протянувшихся до мисок с камнями.

При виде кота, хозяйничавшего на столе, демонята оживились:

— Разрази меня гром! Это же Хайку! — воскликнул Антифокус, несказанно обрадовавшись.

— Питомец Хироюки? — удивилась Чипиа. — Что он здесь делает?

— Пушистик! Ура! Я так по тебе скучал! — Воскликнул Фука и начал танцевать свой фирменный победный танец, виляя попой из стороны в сторону.

От этого Хайку только зашипел и сделал хвост трубой. Говорящие мыши внутри стеклянного купола заставили его занервничать.

— Тихо ты! — шикнула на него Лапулька. — Ты его бесишь!

— Эх, — сделав грустную мину, произнёс Фука. — Никто меня не любит...

Тем временем кот с интересом осматривал три камня, стоявших вокруг террариума. Один из них он сначала обнюхал, а потом попробовал на зубок — не вкусный. Дальше кот принялся теребить его лапой, но как оказалось, камень был намертво зафиксирован в оправе, и выковырять его не представлялось возможным. Зато коту понравилось теребить прозрачную трубочку, из которой текла вода.

— Как он здесь вообще оказался? — недоумевала Чипиа.

— Не знаю, — ответил Антифокус, — но похоже он сейчас сыграет нам на руку!

Затаив дыхание, все четверо демонят начали наблюдать за игрой чёрного кота, который в скором времени вырвал трубочку из посадочного места, и вода перестала поступать в миску с одним камнем.

К сожалению, после выполнения этой процедуры, котик сразу же охладел ко всем камням сразу, и запрыгнул на купол, закрывавший собой демонят. Погрустневшие дети из преисподней теперь были вынуждены лицезреть сложенные пушистые ножки и чёрную тушку, улёгшуюся спать.

— Вот же глупый! — разочаровалась Лапулька. — Ещё бы поиграл с другими шлангами. Ему весело, а нам свобода...

— Ничего, — решил успокоить её Антифокус. — Самое главное он сделал — сбил систему охлаждения. Теперь нам осталось ждать, пока испарится вся вода и камень начнёт нагреваться.

Демонята с ним согласились. Всяко лучше было подождать пару часов, чем годы, находясь в заточении у тупых людишек.

— Брысь! — вдруг завопил Антифокус, ударившись о то место купола, на котором лежал кот. Тот лишь дёрнул ухом, но продолжал спать.

— Что ты делаешь? — удивился Фука.

— Видишь камеру? — спросил тот.

— Ага.

— А она видит кота. Как думаешь, скоро придёт охрана и выгонит его? Увидят они, что камень остался без охлаждения или нет? Сечёшь, братец?

Толстяк с пониманием кивнул. Ему было далеко до высоких умственных способностей брата, но его объяснений хватило, чтобы понять — сейчас лучше не отсвечивать.

— Девочки! Помогите нам, — попросил он, тоже начав ударяться в стекло над собой.

Чипиа и Лапулька только пожали плечиками, но отказать в просьбе братьев не могли, поэтому уже скоро все четверо демонят активно бились своими рогатыми головками в крышу купола, делая дальнейшее продолжение сна Хайку фактически невозможным.

Недовольно муркнув, зверёк спрыгнул вниз и спрятался под стол. Там хоть и было не так тепло и уютно, зато никто его там не тревожил.

— Вот и отлично, — сказал Антифокус. — Теперь осталось только подождать.

И на их счастье уже в течение получаса вся вода в миске с камнем испарилась. Янтарь медленно, но верно начал плавиться. Только радость от этого у демонят продлилась недолго...

Неожиданно рядом с миской из под стола вынырнула панель с небольшим кулером — сработала резервная система охлаждения. И Антифокус тут же понял, что в течение следующей минуты к ним в камеру ворвутся охранники, получившие сигнал тревоги. И нужно было что-то срочно предпринять, но что?

— Помните, как Хиро звал кота покушать? — вдруг спросил он товарищей.

— Ага, — ответил Фука, для которого слова о еде были самыми приятными в толковом словаре. — Хайку! Жрать, собака!

— Как грубо, — отметила Чипиа. До сего момента она была несколько лучшего мнения о хозяине кота.

— У них сложные отношения, — улыбнулась Лапулька. — Тогда все вместе позовём его?

Демонята кивнули.

Одновременно хором они позвали кота, который дремал под столом. Услышав знакомые кодовые слова, которые включили рефлекс собаки Павлова, Хайку тут же, проскоблив когтями пол, устремился назад к террариуму. Длинный прыжок, и кот оказался лицом к лицу с демонятами, машущими ему своими маленькими ладошками из-за стекла.

К сожалению никакого угощения его здесь не ждало, но Хайку всё-таки не остался без интересной для себя штуки. Его внимание привлёк вентилятор, который потоками воздуха щекотал его усы. Кот принялся играть с ним, теребя когтистыми лапами. Демонята затаили дыхание.

«Лишь бы получилось...»

Тем временем, кто-то вставил ключ в замок на двери, благо кот не обратил на это никакого внимания. А вот Антифокус напрягся всем нутром, ожидая худшего. Либо умный кот выпустит их отсюда, либо им придётся остаться в этом замке надолго. И никто не знал, что с ними сделают радушные хозяева, подготовившие им такие надёжно защищённые апартаменты. С их знаниями о слабых сторонах демонов, лучше бы с монахами близко не пересекаться...

Наконец дверь скрипнула петлями, и в комнату вошёл тот самый монах, что открывал её раньше. Увидев кота, он сильно удивился. А ещё заволновался, потому что гадёныш почти выковырял вентилятор из панели!

— Ах ты, сорванец! — возмутился Такаши, схватив кота за задние лапы, но тот никак не унимался, держась когтями за остановившуюся лопасть вентилятора.

Демонята с охами и вздохами наблюдали за их недолгим противостоянием, которое закончилось обрывом провода и падением на пол хлипкого пластикового кулера. Обиженный кот снова спрятался, а человек, громко ругаясь, принялся примерять выпавшую деталь обратно в пазы.

Но вентилятор никак не хотел работать, и только через пару минут бесполезных действий, монах заметил, что провода оборваны. В этот же миг янтарный камень оплавился настолько, что древний жук внутри него, оказался усами на воздухе.

Один из трёх артефактов перестал действовать, и это сразу же почувствовали все четыре демона. Чипиа сконцентрировала всё своё внимание на мужчине за стеклом, а потом резко взлетела в воздух и устремилась к нему. Собрав всю волю в маленький кулачок, она пролетела сквозь стеклянную преграду и со звоном искрящихся звёзд, ударилась в лоб монаху!

Тот встал как вкопанный, прекратив ковыряться в вентиляторе. Через пару мгновений мужчина поднял ногу и резко ударил сначала по одному камню, выбив его из оправы, а затем и по второму.

Демонята, ликуя выстраданной победе, метнулись ввысь.

— Ну, что? Убьём их всех? — предложила Лапулька, взмахннув огненной ладошкой перед лицом зомбированного монаха. — Ненавижу, когда меня держат взаперти!

— Погоди, — вдруг сказал Антифокус взволнованно. — Я практически не ощущаю Хиро!

Демонята переглянулись и тут же исчезли в воздухе, оставив ничего не понимающего кота наедине с человеком-истуканом.

Можно сказать, что под конец мне стало легче — исчезла тяжесть и давящая боль в груди. И даже недостаток кислорода перестал пугать организм до чёртиков, который больше не пытался делать безуспешные попытки вдохнуть. Просто смирился, расслабился и продолжил умирать...

Моя голова будто превращалась в конус (или всё-таки сознание?), всё удлиняясь и удлиняясь к небу. Хотя неба я не видел, лишь мрак перед собой, но точно знал, что оно там. В голове шумело, а в груди что-то учащённо билось: наверное, сердце, а то ли что-то ещё. Ведь я сейчас не бежал стометровку на скорость, а просто лежал на земле.

В любом случае, шум был настолько силён, что мне поначалу казалось, будто рядом проносится локомотив. И я уже мечтал, чтобы вся эта канитель наконец закончилась, ибо мне снова становилось страшно от неизвестности.

Но кроме страха меня будоражило ещё и любопытство — что же там находится за кулисами жизни? Какие грани откроет передо мной сама смерть? О которой мне все, кому не лень, твердили — её на самом деле не существует. Лишь болезненный переход в иное качество жизни. И вечная жизнь, пока всемогущий Бог не проснётся и не решит, стоит ли продолжать затянувшийся эксперимент со своими творениями или нет.

И вот я почти ощутил, как моё «Я» медленно, но верно отсоединяется от тела. Ещё чуть-чуть и больше ничего не будет связывать меня с этой жестокой жизнью. Мои проблемы, да и чужие в том числе, перестанут волновать, ведь впереди открывалась бесконечность. Хорошо это или плохо — пока неизвестно. В моём положении оставалось лишь надеяться на лучшее.

Жаль только, что Рай для меня будет стопроцентно закрыт. Я поставил на всесильных демонят, но моя карта оказалась бита — они сами попали в ловушку. А из-за страха потерять свою жизнь, я, как последний неудачник, остался без пропуска в светлое будущее...

Теперь у меня только два варианта — Ад или Чистилище. Где будет лучше? Уж точно не в первом месте, ведь недаром Озэму намеревался уничтожить обитель вечных страданий будучи по другую сторону баррикад. Надеюсь, что я всё-таки вытяну счастливый билет и туда не попаду.

Надежды, надежды...

Только бы невыносимый грохот в ушах наконец закончился! И этот шёпот рядом на грани слышимости...

— Да не мешкай ты, Фука! Если он умрёт не своей смертью, то мы потеряем шарик! По крайней мере, сейчас.

— Мне хочется есть...

— Потом поешь!

— Я не могу вылечить его на голодный желудок. Лапулька, принеси мне чего-нибудь вкусненького, а?

— Ай, чёрт с тобой!

Послышался хлопок, а затем через пару мгновений ещё один.

— Вот, ешь!

— Спасибо сестрёнка!

Кто-то рядом начал смачно чавкать.

— Вкусно! Теперь всё получится.

Мне вдруг стало очень тепло. Процесс «удлинения» моего «я» остановился, и даже наоборот — сознание постепенно возвращалось в своё посадочное место, а именно в черепную коробку. Снова навалилась тяжесть от ран и колющая боль. Внутри меня что-то заскрипело, будто вставало на место. Неужели рёбра?

Ух, как больно!

Я чуть не потерял сознание от внезапного хруста костей!

— А-а! — простонал я, пытаясь дотянуться свинцовыми руками до груди.

— Вот теперь он точно выживет!

— Ура!!!

Я бы тоже хотел обрадоваться этой замечательной новости, но до сих пор чувствовал себя хорошо отделанной отбивной. Охнув, я наконец открыл глаза и... проморгался на всякий случай, увидев перед собой светящихся в темноте демонят!

Какая внезапная встреча!

— Привет, Хиро, — воскликнул Антифокус. — Мы еле-еле успели вытащить тебя с того света!

По тому, как Антифокус принялся меня обнимать, было ясно видно, что именно он больше всех переживал за меня. Раньше малыш в колпаке всегда был мрачный, а теперь лучился словно маленькое солнышко. Быть может, и я в свою очередь был похож на его старого друга? Надо как-нибудь спросить об этом Антифокуса. А иначе я не видел иного объяснения такого отношения с его стороны. Остальным-то демонятам было на меня фактически наплевать — только бизнес, ничего личного.

Лапулька, Фука и Чипиа синхронного закивали, после чего внимательно посмотрели на меня, видимо, пытаясь понять, вернулся ли я с того света самим собой или не совсем. Хм, а может ли быть такое, что кто-то возвращался оттуда «не совсем»?

От этой мысли меня передёрнуло.

— Как вы смогли сбежать? — спросил я, осматривая себя: руки, ноги на месте, грудь больше не походила на вмятину. Похоже, я буду жить!

— Забавно вышло, — ответила Лапулька. — Твой кот нам помог!

Её ответ лишь запутал меня. Хайку? Помог? Чем?

— Представляешь, Хайку начал играть с блокирующим артефактом! — встрял Фука, изобразив камень круговыми движениями пухлых ручек.

— Ага. И сломал его, — добавила Чипиа.

— Когда мы выбрались, я понял, что тебе нужна срочная помощь, — добавил Антифокус. — И вот мы здесь!

Помощь...

ПОМОЩЬ!

— Не важно, — бросил я, резко вставая. В крови снова забушевал адреналин. — Мне нужно спасти Мисаки!

Демонята, бывшие не в курсе последних перипетий, лишь разинули рты и захлопали глазками.

— Нет времени на объяснения! За мной! — воскликнул я, поднимая катану с земли — рукоять, как влитая легла в руку. Это оружие стало для меня чем-то большим, чем просто куском металла, которым можно было убить демона. Этот меч до последнего момента защищал мне жизнь. Именно этой катаной я совсем недавно ранил Озэму.

Уверен, скоро у моего меча появится возможность сделать это ещё раз!

Я сделал шаг...

БАХ!

Что-то сильно толкнуло меня в грудь, и я снова свалился на землю. Воздух разом покинул мои лёгкие. В центре моей многострадальной грудины словно огнём полыхнуло!

— Вот же сволочи! — неистово закричала Лапулька, формируя огненный шар, после чего вместе с ним исчезла в воздухе.

Всё-таки я оказался не прав насчёт своих демонят и их безразличия ко мне. И был несказанно рад этому.

— Дерьмо! — выпалил Антифокус на эмоциях, зависнув над моим лицом.

— Ничего, потерпи! Сейчас я это исправлю, — прошептал на ухо сердобольный Фука. — Повезло, что пуля не задела сердце...

А если бы задело, то что? Неужто магия целителя в таком случае оказалась здесь бесполезной? Слава богам, мне вроде как не нужно это проверять!

Через минуту я снова был в строю, хоть и немного потрёпанный и пришибленный. Теперь я сидел на траве и непонимающе оглядывался по сторонам, ощупывая свою промокшую насквозь рубашку, на которой виднелось аккуратное отверстие, обильно запачканное кровью. Что это было?

— Долбанный снайпер! — выругалась Лапулька. — Я поджарила ему зад! Как ты, Хироюки?

— Снайпер?! Откуда?

— От твоего дружка Ясуо, — ответила Чипиа с издёвкой. — Я допросила одного из них, перед тем как отправить с крыши прямиком на тротуар.

— Охренеть!

— Кстати, вот тебе на память.

Фука положил в мою ладонь пулю, размером с мизинец! И вот эта штука чуть не отправила меня к праотцам! О, боги!

Трудно было не поверить в то, что мне сейчас рассказали про Ясуо. Лишнее отверстие в рубашке и свежий шрам на груди явно свидетельствовали о том, что глава Ордена всё-таки решил раз и навсегда покончить с моими страданиями, правда, без моего ведома.

И в сложившейся ситуации с дьявольским порталом во мне это было вполне логично. Мне оставалось отдать ему должное за то, что, поддавшись сантиментам или просто будучи вхожим в моё положение, он даровал фактически смертнику эфемерную свободу и возможность выбора. Будь я умнее, сразу заподозрил неладное!

И ведь какая удача, что демонята так вовремя сумели выбраться из плена! Значит, теперь у меня есть все шансы покончить с Озэму и спасти Мисаки! А потом заняться вызволением Хэча из тюрьмы...

— Ребята, мне очень нужна ваша помощь! Я должен остановить Озэму. Он собирается убить девушку, которую я люблю.

— Любовь — это так красиво, — ответила Лапулька. — Особенно, когда кто-то из голубков погибает!

— Мы поможем, — вмешался Антифокус, пока я пребывал в прострации от услышанного — странный у Лапульки юмор всё-таки.

— Тогда за мной!

Чувствуя себя, будто заново родился, я побежал в госпиталь. Точнее в то, что от него осталось: здание в районе аварийного выхода оказалась без части внешней стены, повсюду лежали обломки, оконные рамы и мусор. На крыльце начал собираться взволнованный народ: люди громко обсуждали внезапное обрушение больницы. Охранник, тем временем, оперативно выводил оставшихся пациентов на улицу. Надеюсь, никто из них не успел увидеть нашу с Озэму битву, а то у меня могут возникнуть проблемы...

Ха! Хуже, чем сейчас, уже быть не может!

Я взбирался вверх по обломкам. Здесь мои верные соратники демонята помочь мне никак не могли, поэтому пришлось надеяться на себя. Еле-еле добравшись до второго этажа, я впал в замешательство — впереди был завал. И лишь одно маленькое отверстие вело в коридор.

Неужели придётся вернуться назад и пробиваться внутрь через охранника и пациентов? Чёрт, надо было сразу так и сделать! Ведь сейчас у меня в активе была Чипиа, умеющая промывать мозги любому встречному! Как же я сразу не додумался? Видно, после потери бесят я привык рассчитывать только на себя, вот и всё.

— Мы только тратим время, — с раздражением сказала Лапулька, устремившись в отверстие. Оказавшись внутри, она громко крикнула — Всем в укрытие! Сейчас будет взрыв!

КАКОЙ ВЗРЫВ?!

Демонята тут же толкнули меня в сторону, и повалили на пол, укрыв собой, будто это хоть как-то могло защитить меня от взрывной волны и осколков.

БУХ!

Тряхнуло так, что стены затряслись! А мои уши тотчас начали исполнять высокую ноту в мозгу. На голову посыпались мелкие камушки. И вроде бы на этом всё...

Я поднялся и посмотрел по сторонам, окружённый клубами серой пыли. Стало тяжело дышать. Бесята поднялись в воздух и принялись быстро махать своими крылышками, разгоняя пыль. Впереди в полуразрушенном коридоре яркой точкой светилась Лапулька.

— Мы же спешим, да? — спросила она, разводя руками.

Я кивнул, и в окружении своей свиты устремился по знакомой тропе разрушений, проторенной демоном, и окроплённой кровью его невинных жертв. Сегодня я обязательно положу конец всей этой вакханалии! Пусть я сделаю это чужими руками, но остановлю Озэму! Цель оправдывает средства, что ни говори.

Наконец я остановился возле полуразрушенного проёма в палату Мисаки. Именно отсюда он вылетел в приступе ярости и уничтожил всё на своём пути. Собрав волю в кулак, я вошёл внутрь.

И сразу выдохнул, ведь Мисаки всё ещё оставалась жива!

На полу рядом с её кроватью сиротливо сидел Такэда Сингэн — человеческая обёртка для сокрытия настоящего уродливого облика демона Озэму. Его одежда порвалась при превращении, и теперь он укрывал голое тело лишь одной простынёй, которая оказалась окровавлена в районе живота...

Всё-таки я серьёзно ранил его!

Лицо лже-врача было бледным, как смерть. Глаза почти полностью закрыты — похоже, он потерял слишкмо много крови и оказался сильно истощён. Увидев меня в окружении рогатых малышей, демон немного оживился:

— Как я и сказал — ты полон сюрпризов, Хироюки.

— Он больше не опасен, — шепнул мне на ухо Антифокус.

— Подойти ближе, парень. Нам есть о чём поговорить напоследок, — пригласил Озэму.

Я выполнил его просьбу только после того, как приказал Лапульке сразу же испепелить демона, если он хотя бы косо посмотрит в сторону Мисаки. При этом виновник торжества лишь глухо рассмеялся, от чего ещё и задался болезненным кашлем, роняя капли крови на пол:

— Не бойся... Кхе-кхе... Я передумал...

— Передумал, что?

Озэму кивнул в сторону койки:

— Я не стану лишать жизни это невинное дитя. Пора уже разорвать этот замкнутый круг страданий. Ты ведь мне поможешь?

Он указал на меч в моей руке.

— С радостью...

— Только сначала, — остановил он меня на полпути, — позволь рассказать тебе свою историю до конца.

— С этого и нужно было начинать! — со злобой проговорил я. — А не убивать направо и налево, поддавшись ярости!

— Мне жаль, — сказал он спокойно. — Так ты выслушаешь меня, перед тем как закончить всё это?

— А что мне остаётся? Валяй.

Демонята, будто забыв обо всём, расселись вокруг него, словно Озэму был их папой, который пообщела сейчас рассказть деткам на ночь увлекательные сказки. И я присоединился к ним, понимая, что больше он никому не навредит.

— Всю свою посмертную жизнь я посвятил ненависти к той, что отняла у меня семью, — начал он свой рассказ. — Я линчевал грешников самыми страшными способами, пытаясь закрыть зияющую дыру в сердце, которую она оставила. Ведь Стигмата не только забрала моих дочерей, жену и сына, но и меня самого.

Озэму снова сильно закашлялся, и я подумал, что демон сейчас просто умрёт, так и не рассказав свою историю. Но прошла минута, после чего он как ни в чём не бывало продолжил:

— В тот пасмурный день мы добрались до лагеря на горе. Наши воины обезвредили часовых, и разведали обстановку — Стигмата одна ночевала в своём шатре. Мы сговорились застать её врасплох и убить.

— Вы были полнейшими идиотами, раз решили помериться силой с ней, — взял слово Антифокус.

При этом остальные демонята в немом страхе переглянулись. Я уже понял, что упоминание дьяволицы наводило на них благоговейный страх. Но, почему?

— Да. Она правая рука самого дьявола, — подтвердил Озэму. — Тогда мы этого не знали. Поэтому смело вошли в палатку, пока она спала...

Я даже представил, как это могло выглядеть: суровые самураи, ведомые жаждой мести, заполонили шатёр и нависли над спящей женщиной. Какой должна была быть ненависть к демону, чтобы Кэн Ватабе решился убить свою собственную жену, дабы избавиться от Стигматы?

— Я занёс меч и тут же вонзил его ей в грудь...

Демонята ахнули.

— А потом она убила всех, кроме тебя, — сказал я, не желая снова слушать ту же самую историю.

— Верно, но оставила в живых лишь одного — меня. Мой друг Кииоши Андо пал от её руки. На этот раз я понял, что теперь уже точно потерял всех, кем дорожил на этом свете.

— Что было дальше?

— В шатёр ворвался один из рабочих с криками, что нашёл в пещере, где велись раскопки, тот самый артефакт, за которым гонялась Стигмата. Она вмиг охладела ко мне, взяла за шкирку рабочего и отправилась с ним. И я, убитый горем, побрёл за ними словно призрак. Вскоре мы добрались до палатки, в которой сидели его жена и дочь. Видно, он разбудил их, когда нашёл перст.

— Расскажи о нём подробнее?

— Это мумифицированный палец, оставшийся после смерти одного из первородных...

Бесята вдруг загалдели:

— Это ведь невозможно!

— Вселенная взорвалась!

— Какой палец остался бы после этого?

Я принялся успокаивать встревоженных малышей. И мне самому стало интересно, как такая хоть и маленькая, но конечность полубога осталась цела после вселенского катаклизма?

Озэму вдруг рассмеялся, после чего снова задался кашлем:

— А вы как думаете? Тёмный сумел уничтожить целую вселенную! Логично, что ему не составило труда оставить частички себя в новом мире.

— Продолжай.

— Стигмата получила то, что хотела, и собралась возвращаться в Ад. Она предложила мне выбор: либо дьяволица прикажет телу моей жены сброситься со скалы, либо я продам ей душу взамен на жизнь Аюми.

Это было жестоко — как раз в стиле Стигматы, будь она неладна. Я снова вспомнил свою сделку с демонятами.

— Я выбрал жену. И был превращён в демона, оставив после себя безутешную вдову, помнящую всё то, что она натворила под влиянием Стигматы. Вскоре её разум не выдержал содеянного — Аюми сбросилась со скалы...

— Печальная история, — сказал я искренне, заметив, что и демонята немного приуныли. Либо они жалели Озму, либо просто расстроились из-за того, что сказка закончилась так быстро.

— Ты не дослушал. Уже там в Аду я узнал, что Стигмата не справилась со своей задачей — в персте не оказалось той силы, за которой она охотилась. Энергия Тёмного просто исчезла и не оставила следов! Хозяин дьяволицы был так недоволен своей пассией, что низвёл её от себя на века, и запретил ей возвращаться на Землю.

— Так значит...

— Я только сегодня осознал, читая историю болезни, что твоя девушка является потомком тех рабочих, которые отыскали перст четыре века назад в горах Омине. Каким-то образом его сила пронеслась через века и поколения фамилии Ямамото, и воплотилась в Мисаки.

— Не может быть! — воскликнули демонята, тут же взлетев в воздух и окружив спящую девушку. Они принялись сосредоточенно всматриваться в её лицо, и уже через пару мгновений остались ливитировать над ней с открытыми ртами.

— Сила Тёмного... — прошептала Лапулька.

— Мы можем стать свидетелями второго пришествия Великого подрывника! — прошептал Антифокус, заставив меня улыбнуться. Ну что за странная кличка?

— И со всем этим разбираться придётся тебе, Хироюки, — усмехнувшись, произнёс Озэму.

Я смотрел то на него, то на Мисаки, и пока ещё не понимал, во что опять вляпался.

— А теперь прошу тебя сделать то, ради чего ты пришёл.

— Если я сделаю это, ты вернёшься в Ад, — сказал я в нерешительности.

— Туда мне и дорога... Пока ты не уничтожишь это жестокое место и не избавишь его узников от страданий. Теперь всё зависит от тебя и твоей любимой. Так что, молодые люди, вы уж берегите друг друга...

Сказав это, Озэму искренне улыбнулся, и склонил голову.

Настал момент истины!

Теперь я совсем не хотел, что бы всё закончилось именно так. У нас было ещё много тем, что бы их обсудить, но Озэму решил уйти. А я вспоминал всех тех, кого он погубил, в погоне за местью, чтобы набраться смелости и решимости привести приговор в исполнение.

— Прощай.

— До встречи, Хиро...

Вложив все страдания и боль, которые кипели во мне, я тотчас совершил правосудие, со всей силы рубанув мечом...

Внезапно вся комната осветилась золотыми искрами, которые тут же покатились по кровати, одеялу, а затем и по лицу Мисаки...

Она быстро заморгала!

Я поздновато вспомнил, что красное пятно на моей груди может при пробуждении испугать её, поэтому, сразу припал на колени рядом с ней, и принялся снимать рубашку:

— Мисаки? Ты проснулась?...

— Как долго я спала? — вместо приветствия произнесла она. — Где это я? Хироюки? А ты что здесь делаешь? И почему ты голый по пояс?!

Я только рассмеялся, ведь был счастлив от знания того, что Мисаки не запомнила все те ужасы, которые с ней приключились. Не сказав ни слова, я обнял её за плечи, тем самым заставил девушку сконфузиться.

— Почему ты так странно себя ведёшь? Уф, ты и правда маньяк! Да что случилось то? — спросила она, настойчиво вырываясь из моих объятий.

— Соринка в глаз попала, — решил отшутиться я, улыбаясь во все тридцать два зуба. Слава богам, демонята смекнули, что к чему, поэтому просто испарились, оставив нас наедине.

— Я что, потеряла сознание на свидании?

— Что-то вроде того, — улыбнулся я. — Тебя наверное, сильно впечатлил закат.

— Вот ведь... Как же так? — спросила она, присев на кровати.

— Ничего страшного. Врачи занимаются тобой — скоро будешь как огурчик.

— Это точно не серьёзно? Ой! А тётя знает? Сколько я была в отключке?

— Не беспокойся. Она навещала тебя. Ты спала чуть больше недели, но теперь всё будет хорошо.

Теперь передо мной стояла задача каким-то образом скрыть все те разрушения, которые начинались за её палатой.

Мисаки не на шутку заволновалась, а я вёл себя, как идиот, не говоря ей диагноза. Будь я на её месте, то уже придумывал бы себе страшные диагнозы, ведь здоровый человек не проспит целую неделю в больнице...

Мне надо было что-то придумать, но внезапно потемневшая палата сбила меня с мыслей...

Белые стены вдруг почернели, как и всё вокруг. Мисаки, сидящая рядом, тоже оказалась во власти тьмы, и к моему ужасу, застыла, как неживая!

— Мисаки! — закричал я, схватив её за холодную руку. — Что произошло?!

Я пытался привести её в чувство, но всё было без толку. Она стала недвижима словно статуя. Будто превратилась в камень! В холодный, мать его, камень!

ЧТО ЕЩЁ ЗА НАПАСТЬ СВАЛИЛАСЬ НА НАШИ ГОЛОВЫ?!

— Ты ещё не вспомнил? — прошелестел мягкий голос.

Я обернулся и увидел её...

Как...

Такое...

Может быть?!

Это была та самая третья дама, претендовавшая на роль моей девушки. Я мог поклясться, что именно её объявление сохранил в закладках браузера наряду с анкетами Котонэ и Мисаки! Белоснежные волосы, гладкое европейское лицо и золотистые локоны, ниспадающие до высокой груди. Весьма необычный образ завершали греческая туника и сандалии, сверкавшие в темноте...

Неужели я подсознательно выбрал на сайте именно её, так как эта женщина чем-то напоминала мне замдиректора Токугаву?

О, боги, а эти светящиеся во тьме сандалии?! Она, оказывается, ещё и в моём сне успела отметиться! Только тогда вместо лица у неё был космос!

— К-кто ты? Ты Первородная?

— Значит, ещё нет, — цокнув языком, ответила она. — А жаль... Что ж, раз уж ты ещё не готов, мне придётся тебя поторопить.

— Что ты сделала с Мисаки?!

Женщина хитро улыбнулась:

— Я заставлю тебя вспомнить, Хиро! Заставлю снова страдать!

— НЕ ТРОНЬ ЕЁ — крикнул я, бросаясь в безрассудную атаку с поднятым мечом.

Когда между нами осталось лишь несколько метров, а заточенное лезвие катаны уже устремилось к цели, тьма вокруг будто ожила! Сотни иссиня чёрных рук в один миг накрыли меня с головой..

Бытие определяет сознание человека. А сознание определяет бытие лишь в том случае, когда ты не человек, а, к примеру, Бог. Ну, или на худой конец полубог — Первородный.

Как раз одна такая вероломно потушила свет в моей голове. И, судя по уже испытанным ранее ощущениям отрыва моего «я» от физического тела, она решила сделать со мной что-то очень не хорошее. И никто теперь мне не поможет, ибо весь мир окаменел. Да и силы, в любом случае, у нас были не равны, даже если бы меня поддержали демонята. Противостоять сверхсуществу, которое выполняет функции спящего Бога — априори провальная затея.

Видно, судьба моя такова — быть безвольным осенним листом в бушующем потоке хаоса. И что угодно будет швырять меня куда угодно, пока я, либо не умру, или не получу возможность ответить ему чем-то подобным.

Ха, размечтался!

Так о чём это я? Кругом темно, хоть глаз выколи. И двигаться я не могу. Слава богам, мысли льются рекой, под впечатлением от прошедшего дня.

Передо мной мелькали образы озверевшего Озэму под личиной демона и нимфоманки Стигматы, двигающейся на мне, как ковбойша на быке во время родео. Хитрое морщинистое лицо Ясуо и его пронзительные глаза, скрытые солнцезащитными очками. Ненависть на лице Ючи, и безумие во взгляде Хэчиро…

И горевал бы я долго, мысленно переживая все произошедшие со мной напасти, если бы милое лицо Мисаки, или Ми-ми, как она называла себя для друзей, не появилось передо мной.

Взгляд её проницательных глаз успокаивал, а тонкие губы, слегка растянувшиеся в искренней улыбке, даровали покой и уверенность. Всё будет хорошо… Когда-нибудь. Возможно… Но, не точно.

Чёрт!

Я попытался что-нибудь разглядеть в этом непроглядном мраке, но ничего, кроме проносящихся мимо клубов серого тумана в этой пустоте не было. Неужели эта странная всесильная женщина, зачем-то ополчившаяся против меня, решила запереть меня в моём же сознании? Может быть, я сейчас лежу на полу рядом с Мисаки и пускаю слюни, словно овощ. И теперь мне предстоит провести вечность в клетке разума по её прихоти. Брр!

Нет!

Я НЕ ХОЧУ!

ВЫПУСТИ МЕНЯ ОТСЮДА, ПРОКЛЯТАЯ ТВАРЬ!

Крики в пустоту ожидаемо не принесли ровным счётом ничего. Тем более, их никто не мог услышать, ведь это были лишь мои мысли, которые по чужому злому замыслу покинули свой уютный домик в голове человека по имени Хироюки Тагава.

Нет, с этим надо что-то делать! Я никогда не поверю, что всё закончится именно так! Это слишком жёстко! Даже портал в седалищном органе оказался не таким тяжёлым бременем в сравнении с пребыванием в пустоте.

В этой связи вспомнилась цитата из Ницше, полностью характеризующая моё текущее незавидное положение:

«Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя»

Она действительно смотрела в меня, правда с устрашающим безразличием, как летящий тебе на голову кирпич или гигантское цунами, сносящее потоком твоё бренное тело. Именно волны безумия сейчас были моей самой главной проблемой. Мой изнеженный цивилизацией разум просто не справлялся со всепоглощающей пустотой. И если здесь и сейчас что-нибудь наконец не изменится, то я просто сойду с ума!

— Последний на сегодня…

Меня будто шарахнуло током!

Голос⁈

Во тьме?

Кто…

— … я так устала от всего этого, Аяко.

Этот еле слышимый голос несомненно принадлежал незнакомой девушке. Он кружил вокруг меня, будто невидимая певчая птица. Для моего воспалённого разума этот тихий печальный голос посреди зияющей пустоты казался самым желанным на свете.

— Брось всё и уходи! — с раздражением произнесла вторая женщина. — Хватит мучить себя. Сколько тебе ещё осталось выплачивать долг отца?

— Полгода при моей зарплате.

— Ну вот! Устроишься в магазин или ещё куда-нибудь. Отдашь долг, ну за год или два. Поверь мне, лучше спрыгнуть сейчас, пока твой парень обо всём не догадался…

— НЕТ! Только не это!

— Вот и славно! Сегодня последний клиент, и пошло оно всё в жопу! Новая жизнь, Юми!

— Новая жизнь, — эхом отозвалось вокруг, после чего неестественная тишина снова захватила мой разум.

Да что это такое?

Куда пропали голоса этих девушек? Почему я их больше не слышу? И почему всё прекратилось?

БАМ!!!

О, боги, что это было⁈ Будто молния шарахнула передо мной!

БА-БАМ!!!

А-а-а! Да что же это тако…

В-В-В-В-В-В-ВЖУ-У-У-Х!

Если бы у меня имелось физическое тело, то его бы просто размазало от циклопических перегрузок, внезапно навалившихся на меня! За неимением оного оставался только разум, но и он трещал по швам, не выдерживая нагрузки. Мысли превратились в вязкую, словно закручивающуюся на токарном станке, мешанину. И я не мог не то, что думать, даже просто оценивать происходящее оказалось невозможным!

Всё завертелось и закружилось, сопровождаясь адским грохотом.

А потом наступила тишина…

И вдруг появился свет!

Мягкая розовая неоновая подсветка освещала передо мной двуспальную кровать и обнажённую девушку, сидящую на ней.

Я был счастлив наконец оказаться в настоящем мире, и не мог отвлечься от созерцания внезапно возникшей передо мной красоты. Девушка была миниатюрной, впрочем, как и большинство японок. Несмотря на это её небольшая грудь притягивала взгляд чётко оформленной правильной формой, лишь слегка укрытой гладкими чёрными волосами, которые ниспадали до поясницы.

Стройные ножки сомкнуты из-за стеснения. Вогнутый пупок на мягком животике с милой складкой внизу, расположенной ближе к жёстким волосам. С эстетической точки зрения она была золотым сечением, почти совершенством. И даже более того, ведь в её сапфировых глазах таилась невообразимая глубина. И затаённая в ней печаль.

Девушка-загадка…

Не моргая, она смотрела прямо мне в глаза! Ой, что сейчас будет! Затаив дыхание, я приготовился услышать крики и ощутить на своём лице жар от пощёчины.

Но ничего не происходило. Хм.

Почему она не кричит, увидев перед собой очумевшего паренька с бегающими возбуждёнными глазами?

Она что, тоже превратилась в статую, как Мисаки⁈

— Ты мне нравишься, — мои уши резанул противный хриплый мужской голос.

Девушка не ответила, но кое-что всё-таки изменилось в выражении её лица. Глаза. Они увлажнились. Вот-вот упадёт слеза. Да что здесь происходит?

— Ты особенная, поэтому я и выбрал тебя. Твои глаза…

— Давай поговорим о тебе? — быстро смахнувл слезу, произнесла она — её голос окружил меня, будто я…

ЧТО⁈

Девушка начала отворачиваться от меня, но вместе с ней повернулся и я…

Я что, всё это время смотрел на зеркало? Не пойму, как такое может быть…

А она…

ЭТО Я⁈

Ничего не соображая, я словно кошка, двигался на четвереньках над тучным волосатым телом какого-то противного мужика, лежавшего на животе.

Мои руки… Её… Чёрт!

НАШИ руки маленькими пальчиками пробежались по его спине и принялись её массировать! И я ощущал то же, что и они — рыхлую, слава богам, всё-таки не потную кожу. Видимо, я, то есть она, заранее помыла клиента…

ВОТ ЖЕ СУКА ТВАРЬ! Первородная гадина, чтоб ей пусто было!

Я всё понял, разрази меня гром! Моё сознание оказалось в теле этой девушки!!!

— А что обо мне говорить? — произнёс мужчина. — Всем известно, что я состоятельный человек. И, кстати говоря, плачу хорошие чаевые. У меня есть всё: престижная работа, особняки, дорогие машины, жена, дети и пара любовниц. И всех их надо кормить, одевать, развлекать и как минимум пару раз в году возить на отдых за границу.

— Ты счастлив? — спросила она.

Мужчина крякнул:

— Говорят, счастье это лишь миг. Скорее, я устал. И хочу покоя. Побыть одному. Точнее, побыть с тем, кто не будет лебезить передо мной из-за моих денег. Вот поэтому я выбрал тебя. Ты производишь впечатление благородной девушки, хоть и раздвигаешь ноги перед клиентами.

Её руки дрогнули, но вскоре продолжили массаж.

— Я понимаю, молодые девчонки идут сюда не от хорошей жизни. Что у тебя стряслось?

— Ничего, — робко ответила Юми.

— Да брось, — сказал он, вдруг перевернувшись на спину, тем самым чуть не свалил её и меня, соответственно.

Взору открылось весьма неприятное зрелище в виде большого круглого живота, к счастью закрывающего собой причинное место! И слава богам, Юми сразу перевела взгляд на его лицо: одутловатое с большой родинкой на щеке, под которым имелось два подбородка.

Ж-е-е-есть! Я не хочу этого видеть!

— Я могу помочь тебе с долгами.

— Откуда ты…

— Знаю? Те люди, которым задолжал твой отец, являются моими хорошими друзьями. Не удивляйся, я тщательно проверяю подноготную каждого человека, с которым веду дела. Сейчас я веду дела с тобой Юми Мацуда, поэтому разузнал о тебе всё. У тебя есть парень, верно?

Адреналиновый коктейль разлился по венам. Юми не на шутку встревожилась, и я знал почему. Этот гад может испортить ей жизнь, рассказав её парню о том, чем эта девушка занимается по ночам! Как хорошо, что я не мог слышать её мысли. Страшно представить, что сейчас творилось у неё в голове!

— Прошу вас, Муцухиро-сама! — перейдя на «вы», воскликнула Юми — наверное из-за стресса.

Он усмехнулся:

— Расслабься. Тебе нужно просто хорошо выполнить свою работу, только и всего. Получишь и деньги, и списанный долг. Я помогу тебе, обещаю.

Юми пристально посмотрела на него:

— Я правильно поняла, что это не всё? Чего вы ещё хотите от меня?

Его рука коснулась её бедра…

!!!МОЕГО БЕДРА!

— Мне нравится, что ты такая проницательная. Ты будешь работать на меня оставшиеся полгода до закрытия долга. Будешь приезжать туда, куда и когда я скажу, и делать то, что я прикажу. Думаю, это лучше, чем два через два обслуживать незнакомцев.

Она задрожала от страха. Я с жалостью понимал, что Юми оказалась в очень трудном положении. Ведь она только хотела завязать со своим непристойным занятием, как вдруг появился этот всезнающий хмырь и сделал ей предложение, от которого нельзя было отказаться.

— Я н-не могу пр-ринять ваше предложение, — прерывающимся голосом наконец ответила она.

Мужчина повёл бровью и снова усмехнулся:

— А куда ты денешься? Или хочешь, чтобы твой парень получил по почте фотки, где ты в разных позах скачешь на похотливых мужиках? А, шлюха⁈

Последнее слово он уже выпалил, разбрызгивая слюну во все стороны. Разъярившись, толстяк бросился на нас и повалил на кровать, сжав хрупкие плечи Юми.

— Отпустите! Что вы делаете⁈ Я буду кри…

Его потная рука зажала нам рот:

— Слушай сюда, малышка. Ты будешь делать так, как я скажу. Это не обсуждается. Если поняла, то кивни.

Ей пришлось быстро закивать, ведь Муцухиро больно сжал её запястье.

— Отлично. Теперь тебе пора отрабатывать свои деньги, — сказал он, сжав её волосы в кулак.

Вот же скотина, так обращаться с девушкой!

Он начал подниматься, и хвала богам, Юми закрыла глаза, иначе я бы просто взорвался от увиденного! Но маховик пи***ца только начинал раскручиваться! Мужик принялся за волосы притягивать Юми к себе!!!

— Теперь можешь открыть рот и начать им работать, — сказал он со злорадством, убирая руку. — Но помни, я договорился с мамочкой насчёт тебя. Если будешь кричать или драться, мои телохранители войдут сюда и разукрасят твою милую мордашку. Поняла?

ДА ПОШЁЛ ТЫ НА ХЕР!

Левый хук снизу! Мой кулак с хрустом вонзился ему в подбородок — мужик щёлкнул зубами и застонал, держась за рот. Потекла кровь. Видно, прикусил язык, чёртов словоблуд!

Юми в ужасе посмотрела на свою покрасневшую руку, и, наверное, никак не могла понять, что сейчас произошло.

— С-сука!

Не веря собственной удаче (право слово, на такое дерьмо я не подписывался!), я попытался сделать ещё один удар. Но на этот раз ничего не вышло! Юми всё так же недвижимо сидела рядом со стонущим толстяком и пребывала в шоке.

Чёрти что творится! Но ведь это же я сам сейчас ударил этого гада, правда? Тогда почему не получилось снова?

— Иди сюда, тварь! — внезапно его руки мёртвой хваткой сжались на наших ногах!

Потеряв равновесие, мы с Юми оказались на спине, а потом ощутили, как тяжёлая туша, наверное, весившая больше центнера, села прямо на нас! Теперь мы просто не могли дышать!

— Я не хоте…

Голос девушки оборвался из-за увесистой пощёчины, обрушившейся на её щеку. Это было так жёстко, что мы чуть не потеряли сознание!

— Хорошо бьёшь для девочки! Но, теперь моя очередь!

Ещё один удар обжёг другую щёку. Юми пыталась закрыть лицо руками, но озверевший Муцухиро одной ручищей сгрёб их и прижал к кровати, а другой принялся гулять по нежному телу несчастной куртизанки.

— Сейчас ты у меня всё отработаешь!

Знаете ли, никому не посоветую пережить такое! И я сам не собирался, будучи в теле девушки, терпеть подобный произвол. Поэтому, собрав всю волю в иллюзорный кулак, я воспользовался имеющимся арсеналом, чтобы нейтрализовать похотливого мужика!

А именно каким-то чудом сложил эти тонкие женские руки в один кулак и ударил им со всей дури похотливому гаду прямо в ухо!

Не ожидая сдачи, и получив из-за этого сокрушительный удар, Муцухиро схватился за ухо, глухо застонав. Но на этом я останавливаться не собирался, поэтому, выбравшись из его пут, я принялся рыскать по комнате в поисках чего-нибудь увесистого, пока пребывающая в шоке Юми не забрала управление нашим телом под свой контроль.

Даже в такой критической ситуации я не смог не обратить внимания на пружинящие из стороны в сторону груди, и окончательно смирился с тем фактом, что потерял Хиро-младшего. Никуда мне из Юми не деться… Осознание того, что я, по сути, жил теперь в теле девушки, жгло душу раскалённым железом.

Вот же сука в светящихся сандалиях, чтоб у тебя хрен на носу вырос!

Но кроме этого у меня была ещё одна большая проблема, корчащаяся от боли на кровати. И я с радостью нашёл её решение, выдрав с корнем увесистую колонку от музыкального центра. Дотащив её до уже приходившего в себя мужика, с победным кличем я обрушил её прямо ему на голову!

БУХ!

Колонка разломалась на две половины, а похотливый самец замер на кровати и больше не пытался встать.

Дело сделано! Но что теперь?

А вот что!

Я спешно снял наволочку с подушки и оторвал от неё кусок, благо чёрные ухоженные ноготки позволили легко справиться с этой задачей. Вот бы рацарапать этому ублюдку лицо! Вместо этого, я затолкал кляп ему в рот и принялся рвать наволочки на лоскуты, чтобы свить из них подобие верёвки. Когда всё было готово, я жёстко связал по рукам и ногам мужчину по имени Муцухиру. Теперь точно всё!

Надо бы удостовериться, что мужик не блефовал, и за дверью на самом деле стоят его люди. Если нет, то побег из этого злачного места не составит проблем, по крайней мере, если в один момент у меня просто не отберут управление этим телом.

Я подошёл к крепкой двери, обитой мягким материалом, и обшитой искусственной кожей. Наверное, внутри обивки находится звукопоглощающий материал, дабы клиенты борделя не мешали друг другу стонами от наслаждения. Тьфу!

К моему счастью, в двери имелся глазок, в который я решительно взглянул.

Мда…

Действительно, за дверью стояли два бритых затылка в белых тонких костюмах. И судя по тому, как что-то выпирало у них под пиджаками, похожее по форме на пистолеты, я понял, что переступил дорогу по-настоящему важному человеку.

А как иначе?

Если влюбился, то в наследницу Тёмного владыки, когда-то взорвавшего весь мир. Если нажил себе врагов, то главу Ордена демоноборцев или правую руку дьявола, на которую он охотился. Теперь вот появился мистер-компромат, собственной персоной!

Кстати…

Я принялся рыться в его вещах, аккуратно сложенных на полке небольшого шкафа. Рядом стоял кожаный портфель. Не найдя ничего интересного в брюках и пиджаке, кроме мобильного телефона и пачки сигарет с зажигалкой, я занялся обыском портфеля.

И тут мне повезло больше! На пол высыпались интимные фотографии Юми, сфотографированные с видеозаписи во время её рабочих будней. Пораскинув мозгами, и несколько раз поглядев на ракурс фотографий, я нашёл взглядом примерное расположение видеокамеры. Интересно, та самая мамочка, продавшая с потрохами свою куртизанку, смотрит сейчас на меня или нет?

Похоже, что нет, а иначе сюда бы уже ворвалась охрана мистера Муцухиро. Похоже, этот сладострастник был весьма умён, и скорее всего потребовал обеспечить себе полную конфиденциальность в отношении его времяпрепровождения с Юми. Не удивлюсь, если ещё один его человек сейчас нависал над хозяйкой этого «учреждения» в комнате видеонаблюдения.

Вот и отлично!

Ещё я нашёл флеш-карту, на которой могли быть записаны в электронном виде те самые фотографии. Её тоже стоило взять с собой!

Только сейчас я осознал, что стою в чём мать родила. Найти бы одежду!

Обыскав всю комнату, к своему ужасу я не нашёл ничего, кроме чёрных кружевных трусиков, такого же бюстгальтера и чулков.

ЭТО ПРОБЛЕМА…

Значит, девочки переодеваются где-то ещё, а потом приходят в комнаты к гостям в «рабочей» форме. Что ж, выбраться отсюда я смогу только через дверь, поэтому придётся импровизировать. Нацепив на себя нижнее бельё, я собрал все фотографии и флешку, и завернул их в полотенце, которое лежало на джакузи. Посмотрев, надеюсь, в последний раз на жирного борова, растянувшегося в бессознанке на кровати, я осторожно открыл дверь.

— Мальчики, — произнёс я шёпотом, обратившись к охране, в то же время стараясь сделать невинное лицо. — Муцухиро-сама очень устал и решил отойти ко сну. Пожалуйста, не будите его до обеда, а то в последнее время ему очень не хватает сна. Заработался, бедняга.

Мужчины оценили меня раздевающим взглядом с ног до головы, после чего, наверное, в их мозгах что-то щёлкнуло, и они молча кивнули. А я, мило улыбнувшись, двинулся по коридору под их жадными взглядами, пытаясь утихомирить свою попу, при каждом шаге круто качающую бедрами.

Как же странно находиться в женщине, когда вошёл в неё слишком неестественным способом…

Своим воспалённым разумом!

Плутая среди множества закрытых комнат, я всё-таки нашёл раздевалку. И то, из-за наклейки в форме розового сердечка, приклеенной на полотно. Потому что все двери были одинаковыми и без табличек, однако, каждая имела свой номер.

Надеясь, что наконец перестану щеголять практически голышом, я забрался внутрь.

Раздевалка ничем не отличалась от подобных в тренажёрных залах. Те же шкафчики, те же скамейки. А ещё здесь имелись так же и душевые кабинки, туалет, и даже несколько маникюрных столов с зеркалами.

Да-а! К осуществлению интимных услуг владельцы этого заведения подошли с профессионализмом!

Найти кабинку Юми оказалось проще простого, ведь на каждой из них была приклеена наклейка с именем девочки.

«Юми:-*» — гласили иероглифы с целующимся смайликом на деревянной дверце.

Я подошёл к ней и дёрнул за ручку, но, увы, безрезультатно. Хуже всего было то, что замок оказался не простой, а кодовый. Четыре цифры, которые я и в помине не знал! А если бы даже начал подбирать, то на это ушло бы слишком много времени и нервов. А я и так еле держался, чтобы, из-за своего незавидного положения, не начать долбиться головой об стенку.

Что ж, придётся подёргать ручки во всех шкафчиках. Вдруг одна из рассеянных путан забыла запереть свои вещи? Прошло пара минут, пока я проверял все шкафчики.

Когда я закончил, мне стало не по себе… Похоже, придётся выйти на улицу в этом наряде!

Я взглянул на себя в зеркало и снова невольно засмотрелся на притягательные формы Юми, которые подчёркивало изящное бельё. Если бы не тактильные и другие сопутствующие ощущения, я бы подумал, что играю в какую-нибудь продвинутую ВИ-АР игру с элементами полного погружения.

Но, нет… Всё было намного прозаичнее и по хардкору, то есть, по-настоящему!

Оказавшись наедине с самим собой, я, не стал заниматься тем, что привлекает озабоченных подростков в эротических компьютерных играх, бульварных порно-книжках и в посредственном кино для взрослых. У меня не было никакого желания тискать своё тело. Скорее всего, не из-за моей врождённой порядочности, а наверное из-за женской физиологии: раз причиндалов нет, то и тестостерон не вырабатывается.

После близкого общения с противным мужиком хотелось только одного — поскорее принять душ. И свалить подальше из этого места. И лучше бы в приоритет поставить последний вариант, но будет очень стыдно дефилировать хоть и по ночной, но городской улице, в одном нижнем белье.

Тем более, как мне показалось, эта девушка и так сильно настрадалась. И подставлять её я не собирался. Хватит с неё того, что внутри её тела поселился незнакомый парень.

Не имея понятия, как открыть злополучный шкафчик с вещами, я взял с собой полотенце с фотографиями и флешкой, и понёс всё это добро в душевую. Благо там имелся предбанник, где я эти вещи и оставил. Ну а далее прошли незабываемые пятнадцать минут, когда я стоял под струями тёплой воды, и натирал прекрасное тело мягкой губкой с пеной…

У-ух!

В общем… Хм! Скажем так… ощущения были непередаваемые!

Закончив принимать душ и почувствовав себя снова человеком, я выбрался в раздевалку, затравленно оглядываясь по сторонам. Было слишком легкомысленно находиться дольше положенного в одном здании с влиятельным мужиком, затаившим на меня злобу. В любой момент всё могло пойти не так, как планировалось! Я совсем не был уверен в верёвке, которой связал этого борова. Не знал, зайдут ли к нему охранники или всё-таки дождутся утра.

Я сел на скамейку, обхватив голову руками, и дал себе пару минут, чтобы немного успокоиться. В последнее время я только и делал, что бегал и нахватывал себе целый ворох неприятностей, которые в любой миг могли окончиться для меня летальным исходом…

Обтеревшись насухо, я снова облачился в «рабочую форму» путаны, от чего на душе снова стало гадко.

Кстати, а какой сейчас день? Точнее, какое число? Ведь на дворе должна быть ночь. К девушкам лёгкого поведения принято приходить вечером или ночью, но никак не днём. Ведь так?

Часы на стене показывали два часа ночи. Неужели меня перенесли сюда сразу же после победы над Озэму? Отлично! Я должен найти Мисаки и всё ей объяснить. Теперь уж точно придётся это сделать.

Хр-р…

Неожиданно дверь в раздевалку приоткрылась, и я уже представил за ней тех двух хмурых мордоворотов, готовящихся за волосы вытащить меня отсюда, и отдать на растерзание своему боссу!

— Юми? Ты уже всё? Так быстро? — войдя в раздевалку, спросила незнакомая женщина.

— Аяко? — утвердительно-вопросительно проговорил я, вспомнив, как слышал похожий голос в темноте.

Передо мной в розовых тапочках-кроликах стояла пышногрудая девица среднего возраста, одетая в короткое цветочное кимоно. На левой ноге у неё была надета чёрная кружевная подвязка, которая органично дополняла роковой образ. В руках она сжимала пачку презервативов и баллончик смазки, что намекало на предстоящее хорошее времяприпровождение с клиентом.

Прожжённый взгляд опытной женщины прямо-таки пронзил меня насквозь:

— Что с тобой, детка? Мамочку не узнала? — удивилась она.

Чёрт! Значит, это не Аяко… Прокололся! И… Мамочка⁈ Та самая?

— Мда… Я и не думала, что ты так сильно вымоталась за те четыре дня переработки, пока Аяко лечила простуду. Похоже, тебе всё-таки нужен небольшой отпуск, чтобы восстановить силы. Дня три хватит?

Она подошла к маникюрному столику и принялась подкрашивать ресницы тушью, вытащенной из лежавшего на столике набора.

— Кстати, как там господин Ямада? Остался доволен? Ты так быстро справилась. Я слышала от других девочек, что он тот ещё скорострел, но чтобы так быстро…

— Он уснул, — холодно произнёс я, наблюдая за каждым её движением.

Именно эта сисястая барышня с лёгкой руки продала Юми богатому похотливому садисту, как какую-нибудь рабыню, пообещав ему с три короба любые издевательства за его же счёт. Вот ведь сволочь! Интересно, что он предложил ей взамен?

— Ха! А он казался таким возбуждённым, после того как выбрал твоё фото. Я думала, вы будете всю ночь кувыркаться, а тут такое. Чаевые, наверное, дать не успел?

— Нет, — ответил я, встав и сжав кулаки. — Зато я несколько раз получил от него по лицу.

На этот раз, увлечённая макияжем куртизанка, повернулась в мою сторону, и с охами-ахами подбежала ко мне, принявшись рассматривать алые щёки на лице Юми.

— Вот же сволочь! — сказала она, погладив меня по голове.

Слава богам, для неё остался незамеченным тот факт, что я сказал про себя в мужском роде. Пора отучаться от этой привычки, чтобы не попасть в затруднительное положение!

— Он сказал, что договорился с тобой насчёт этого…

— Что⁈ Это наглая ложь!

— Сколько он тебе заплатил?

Шокированное выражение лица этой актрисы тут же сменилось на маску гнева:

— Следи-ка ты за своими словами, девочка! Работаешь на меня без году неделю, а уже место своё забывать начала⁈

Я резко схватил её за мягкую грудь, и сжал, что есть силы!

Её глаза округлились, а изо рта вырвался визг, почти оглушивший меня! Когда крик иссяк, мамочка тут же надула щёки от злости, набирая воздуха в грудь, и взмахнула рукой, чтобы отвесить мне ответную пощёчину. Но я ловко перехватил её руку и скрутил, перевернув владелицу борделя к себе спиной. Таким странным дуэтом мы доковыляли до стены, к которой я её прижал.

— Ты совсем оборзела, сучка⁈ Думаешь, если лупишь в зале грушу, так можно руки распускать везде, где тебе вздумается? НИ-ХРЕ-НА ПО-ДО-БНО-ГО! Я тебе сейчас такое устою, гадина!

— Я увольняюсь, — твёрдо сказал я, теперь уже полностью утвердившись во мнении, что Юми оказалась не так проста, как я думал.

Её навыки и сила на первый взгляд совсем не соотносились с её хрупкостью. Груша в зале? А это круто! Не зря я по первое число надавал тому мужику, и так легко скрутил эту подлую тётку!

— Куда ты пойдёшь, дура? На тебе серьёзный карточный долг, доставшийся от отца-простофили! Протянешь с выплатой хоть на несколько дней, и получишь жёсткую групповуху с отрезанием конечностей! А я не понаслышке знаю твоих кредиторов, Юми. Уж поверь!

Вот дерьмо! Час от часу не легче!

— Без меня ты никто! И звать тебя никак! Ты просто кусок мяса, годящийся только для того, чтобы его трахнули!

— Трахнули, говоришь? — обозлился я, вырвав из её рук баллончик со смазкой, после чего вклинился своими ногами между её, раздвигая их в стороны.

— Что ты делаешь⁈ — выкрикнула она в страхе.

— Ничего. Просто хочу показать, что иногда дерьмо случается даже с такими, как ты!

Сказав это, я резко вонзил баллончик прямо промеж её ног!

Пинками я отправил очумевшую мамочку на выход, а сам закрыл за ней дверь. После чего принялся слушать её кряхтение и матюки, доносящиеся из коридора. Дивясь своей крутости, которая, скорее всего, во многом была обязана внутренней силе самой Юми, я снова направился к шкафчику.

Как вдруг остановился на полпути…

Фотографии и флешка! — осенило меня.

Чуть не забыв их в предбаннике, я тут же устремился туда и забрал их. Мда… Таскать такое с собой не самый лучший вариант. Лучше уничтожить прямо здесь! Делать было нечего — пришлось рвать фотокарточки на мелкие кусочки, после чего смывать их в унитаз, куда следом уплыла и флешка.

Не знаю, зачем я решил поиграть в рыцаря, практически ничего не ведая о личности Юми, но почему-то упорно защищал её честь всеми доступными способами. Наказал обидчиков, отвёл от неё беду быть разоблачённой любимым человеком…

Хм! С этим моментом могут возникнуть проблемы. Ух! Как представлю, что придётся отбиваться от её парня, аж тошно становится! Бррр!

В любом случае, я сделал всё, что мог, чтобы защитить свою и её честь. Теперь осталось вскрыть наконец этот чёртов замок и умотать отсюда на все четыре стороны. В отчаянии я перебирал цифры до тех пор, пока пальцам не стало больно. Но даже это меня не остановило, и я упорно подбирал код в надежде, что каким-то чудом у меня получится. Ведь я же смог выжить в неравной схватке с демоном! Точнее, сумел не погибнуть благодаря помощи демонят. С которыми заключил договор о защите, и…

Продал им свою душу.

Мда… Похоже, я ошибался во всём. Я, скорее, был полным неудачником, нежели счастливчиком, которому судьба подарила шанс…

— Будь не ладен этот долбанный замок! — крикнул я, со злости ударив по дверце шкафчика кулаком.

Бух!

Эх, зря погорячился…

Костяшки будут болеть неделю, а то и две! Постоянно забываю, что я уже не в своём теле. Пора бы уже включить осознанность и постараться больше не навредить Юми.

— Ай! — внезапно произнесли мои губы, а руки самостоятельно поднялись к лицу. — Моя рука…

Похоже, кто-то или что-то невидимое щёлкнуло тумблером, и настоящая владелица этого прекрасного тела вернулась обратно, а я отошёл на второй план, выполнив свою защитную функцию. Забавно, что я сейчас ощущал себя каким-нибудь рыцарем или даже ангелом-хранителем, защищавшим слабую хрупкую девушку от всех невзгод! Никогда прежде я не стремился быть героем, но злодейка-судьба в какой-то момент подвела меня к этому.

И, чёрт возьми, мне это даже начинало нравиться!

Осматривая покрасневшие костяшки на своей тонкой ладони, Юми, как ни в чем, ни бывало, отточенными движениями набрала код на замке и отперла дверцу.

— Как же я так умудрилась?

Судя по её спокойствию, девушка либо не помнила ничего до того момента, как управление её телом перешло под мой контроль, либо…

— Я что, уснула на работе? Мне точно надо отдохнуть. И… Это был такой тяжёлый сон…

Отлично! Она воспринимала мои действия, как обычный сон. Наверное, так происходит из-за смены ролей в нашем теперь уже общем теле. Но подобный эффект, судя по всему, на меня не распространялся. Повезло хоть на этом.

— Уф, и приснится же такое! Расскажу Аяко, рассмешу до смерти!

Хм! А что, собственно смешного было в избиении толстяка?

Юми принялась одеваться в лёгкое летнее платье, видимо, будучи уверенной, что рабочий день закончился. Надела босоножки и схватила небольшую сумочку через плечо, после чего двинулась на выход.

Но уйти сейчас из этой раздевалки нам так и не удалось…

— Юми! — громким шёпотом произнесла новоприбывшая девушка, одетая в красное бельё. Видно, тоже работница местного бюро интим-услуг.

— Аяко, привет!

А вот и Аяко собственной персоной: парик под стрижку карэ с ярким цветом блонд, длинные, слегка кривые ножки, и полное отсутствие груди. Которое восполняло милое утончённое личико с большими серыми глазами. Милашка.

— Я сейчас тебе такую историю расскажу, обхохочешься! — начала Юми. — Представляешь, я, похоже, настолько заработалась, что уже во сне желаю засунуть поглубже страпон нашему шефу и послать всё…

Надо было видеть глаза её подруги! Неужели, мамочка обо всём ей рассказала?

— Старшая рвёт и мечет! — выпалила Аяко. — И ничего толком не говорит. Ищет что-то в своём ящике. Ну, ты знаешь, у неё там скопом куча всякого барахла: одежда, бухгалтерские документы, игрушки. Ну, не умеет она следить за порядком…

— Что случилось? — встревожилась Юми.

— Не знаю! Думала, ты скажешь. Я практически уверена, что слышала, как она что-то шептала про пистолет…

ПИСТОЛЕТ⁈

Твою ж мать, Тагава! Что сейчас здесь начнётся из-за твоего наивного стремления помочь слабым и покарать виноватых! Надо срочно бежать отсюда!

Видно, мои эмоции каким-то образом передались Юми, и поэтому она перестала смеяться, тут же схватив Аяко за руку:

— Она в бешенстве?

— Да!

— Не знаю, что её разозлило, но нам лучше поскорее убраться отсюда, подруга!

Аяко кивнула, и бросилась к шкафчикам, на ходу избавившись от парика — у неё оказались очень красивые кудрявые каштановые волосы.

— Быстрее!

— Только захвачу одежду…

Юми высунула голову в коридор, и по приближающемуся с другого конца силуэту с пистолетом в руке, я чётко понял, что дело дрянь! Как эта стерва не напоролась на охрану того мужика? Было бы логично, что завидев её при оружии, они бы начали стрелять. Но, видно, она ещё не впала в ту стадию безумия, чтобы в присутствии головорезов свободно разгуливать с пушкой в руках.

Славно. Значит, за её жизнь мне бояться точно не стоит! А вот за свою и жизнь Юми, определённо да!

— Она идёт сюда! — прошептала Юми, плотно закрыв дверь.

Девушка принялась метаться по комнате в поисках чего-нибудь тяжёлого, чтобы заблокировать дверь.

— Аяко, помоги!

Я по праву начал гордиться ей, что в экстремальной ситуации, голова Юми работала весьма эффективно. Сейчас они вместе начали толкать ближайший шкафчик к двери, чтобы её заблокировать. Я даже пытался помочь им, мысленно напрягаясь и раздувая мышцы, когда они двигали шкаф. Но толку от меня было ноль. Видимо, для активации контроля над телом нужен был сильнейший стресс или опасность.

А пока всё шло вполне неплохо: девчонки на отлично справились со своей задачей и благополучно заблокировали дверь. Теперь её можно было вынести только одним способом — сбив с петель.

— Юми, это ведь не ты её довела? — спросила Аяко, натягивая джинсы.

— С чего бы вдруг?

Бум! Бум! — озлобленная женщина застучала кулаками о дверь

— Выходи, сука!

— Да что это с ней? — шёпотом спросила Юми у дрожащей от страха подруги.

— Сейчас ты у меня за всё заплатишь, Мацуда!

Услышав свою фамилию, моё тело вздрогнуло. А затем, похоже, девушка принялась проводить параллели между сном и явью.

— Неужели я…

— Юми! — позвала Аяко. — Бежим через окно! Как тогда, когда генерал взбесился, и тоже махал карабином во все стороны!

Ох, и чего же только в этом обители порока не происходило, я посмотрю.

— Да, пошли!

Мы устремились в душевую. И я очень удивился, что сравнительно не маленькая решётка вентиляции над унитазом оказалась самым настоящим скрытым лазом для экстренной эвакуации персонала в случае, если нагрянет полиция или ещё кто посерьёзнее, вроде мафии. Ай да молодцы!

Меньше, чем через минуту, под исступлённые крики старшей, мы выбрались на поверхность в ночную прохладу. Аяко быстро застегнула курточку, и вместе со мной, то есть Юми, устремилась ко входу в метро, который оказался всего лишь в пяти десятках шагах от здания борделя.

Не имея возможности крутить головой, чтобы рассмотреть в деталях это здание, я был вынужден запомнить только станцию, на которую мы спускались — «Гококудзи». Вдруг пригодится?

— Фу-уф! Выбрались! — выдохнула Аяко, когда мы оказались на платформе, и стояли, ожидая поезда. — Никогда не видела её такой! Чем ты так насолила старшей? Не отработала последнего клиента? Решила сразу уйти или что?

Юми на секунду задумалась:

— Я не знаю, Аяко. У меня есть мысли на этот счёт, но это покажется тебе бредом сивой кобылы…

— Выкладывай давай. Я ведь тоже рискую, и должна знать всё. Ох, не надо было мне просить тебя выходить в те дни. Всё равно поездка в горы с Тоширо сорвалась. Он опять уехал в командировку… Чую, не удастся мне заарканить себе мужа-богача!

— Да брось ты, — слегка улыбнувшись, произнесла Юми. — Он влюблён в тебя по уши.

— Скорее он влюблён в мои длинные ноги, — рассмеялась Аяко. — Ну, так что?

Юми с надеждой посмотрела в дальний конец платформы, но поезда всё не было. И тут до меня дошло, что девчонки просто не знали или забыли, что метро работает до часу ночи. А сейчас часы уже давно перевалили за второй час.

— Мне кажется, я с кем-то дралась, — наконец ответила Юми. — Во сне. Или на яву. Не могу точно определить. Понимаешь, я никогда не засыпала на ходу…

Аяко лишь заулыбалась:

— Ну что, подруга, поздравляю! Похоже, теперь ты у нас стала лунатиком! И что-то наговорила или сделала старшей, раз она настолько обезумела, чтобы вытащить пистолет в рабочее время!

Волна адреналина одновременно захлестнула меня и Юми:

— Если всё так, как ты говоришь… И, если учитывать то, что произошло со старшей, то это значит, — сдавленно прошептала она. — Что я на самом деле ударила, оглушила, а затем и связала господина Ямада⁈

ОДНОГО ИЗ БОССОВ ЯКУДЗА!

Это был второй день в моей жизни, когда я с удивлением заметил, что по-настоящему выспался.

Воздушная перина, на которой я лежал, мягко обволакивала тело и дарила уже слишком много тепла. Из зашторенного окна пробивался свет полуденного солнца, играя на стене весёлыми солнечными зайчиками. Хотелось просто лежать, радоваться жизни, и ничего не делать.

Сладко потянувшись, я лениво повернул голову направо, и понял, что лежу на чужой кровати и нахожусь в чужой квартире. Точнее, в какой-то крохотной конуре: половину комнаты, размерами шесть на четыре, занимала сама кровать. Рядом был шкаф и небольшой письменный стол с полками над ним. Розовые обои с единорогами на стенах придавали этой комнате характерный вид детской для девочки. Ещё на стенах висели постеры с изображениями различных рок-групп из Японии и западных стран.

Какой-то шипящий звук, доносившийся снизу, заставил меня опустить взгляд вниз. На полу, укутавшись в тонкое покрывало, тихо сопела девушка, будучи в данный момент во сне.

Хм, не помню, чтобы хоть когда-нибудь оставался ночевать у девушки. Тем более, чтобы оставлял её спать на полу, а сам, как белый человек, лежал на кровати. Ладно, проснётся — разберёмся. Но на вид она стройная и симпатичная. Уже не плохо!

Спотыкаясь о разбросанные на полу вещи, я дошёл до коридора, который служил развилкой между входной дверью и ванной. Сейчас мне не мешало бы почистить зубы, побриться и отлить…

Осторожно открыв скрипучую хлипкую дверь, я вошёл в маленькую такую же розовую квадратную комнатку примерно три на три метра, в которой умещалась стиралка, душевая и унитаз. Опустившись на последний, ибо боялся залить неудержимым потоком чужое имущество, я вдруг вспомнил, какой страшный сон мне приснился этой ночью. Почему-то все кому не лень хотели либо изнасиловать меня, либо прикончить. И гонялись и гонялись за мной, а я всё умудрялся выходить сухим из воды. Остросюжетный боевик какой-то, а не сон!

Приснится же такое…

Закончив с естественными потребностями, я подошёл к мутному зеркалу. Видно, хозяйка редко бывала дома, поэтому не особо утруждалась уборкой. В пластиковом стакане по соседству с сиротливой розовой щёткой я заметил мятый тюбик зубной пасты, и выдавил на палец, после чего принялся яростно чистить зубы.

Выполнив и эту миссию, я открыл зеркало и посмотрел на содержимое полок. Чего только здесь не было: различные гигиенические штуки вроде прокладок, лаки для ногтей, маникюрный набор, зубочистки и ватные палочки. И всё было разбросано так небрежно, что в какой-то момент могло вывалиться наружу.

Где же тут может лежать бритва?

Девочки ведь бреют ноги, правда? Думаю, моя партнёрша не будет против, если я стрельну у неё всего лишь одну кассету для бритья и воспользуюсь её станком. Тем более, женские бритвы должны быть более деликатными, чем мужские. Давно хотел испробовать, но всё время забывал купить, когда приходил в магазин. Извечная проблема мужиков — каждое утро скоблить лицо, а потом мучиться от раздражения кожи.

Станок, оказывается, лежал на краю ванной, а кассеты были глубоко зарыты под прокладками. Вот же неряха!

Дело осталось за малым — протереть зеркало и приступить к выполнению ежедневной обязательной процедуры, к которой приучило меня общество. Тем более у меня на работе имелся строгий дресс-код — увидят с щетиной, вполне могут лишить премии. Только о работе сейчас думать — последнее дело…

После ванных процедур впереди меня ждало приготовление завтрака, чтобы не остаться в долгу за шикарный оздоравливающий сон в доме прекрасной незнакомки.

Ещё пару минут я безрезультатно искал какую-нибудь тряпку, чтобы протереть зеркало, но в итоге не придумал ничего иного, кроме как воспользоваться полотенцем для рук. Смочив его водой из под крана, я принялся усердно вытирать заляпанное зеркало…

И с каждым новым взмахом полотенца я с содроганием понимал, что всё, что я увидел во сне, на самом деле оказалось жестокой правдой!

— Твою ж налево! Доброе утро, Юми-тян… — прошептал я, рассматривая себя в зеркале. — Я снова в эфире. А ты, похоже, всё ещё не проснулась.

И как я не обратил внимания на неестественно выпячивающую через футболку грудь? Мда… Вот так всю жизнь живёшь на автомате, и не можешь отойти от заданной программы, даже находясь в чужом теле. Ладно хоть, не начал бриться, а то вышло бы неудобно перед хозяйкой этого тела.

Что ж, раз бриться не надо, пойду-ка я похозяйничаю на кухне — желудок был пуст, как кошелёк перед зарплатой, и требовательно урчал…

Ха! Вспомнились такие маленькие игрушки Тамагочи, которых надо было виртуально поить, кормить и убирать за ними, чтобы они не померли. И как бы это странно ни звучало, но когда я управлял телом Юми, то она становилась для меня словно тем же питомцем из игры. И любое моё действие могло, как навредить ей, так и помочь.

На самом деле вся эта ситуация была аморальна донельзя…

Квартира оказалась настолько крошечной, что сделав пару шагов, я уже очутился на кухне, которая была немногим больше по площади, чем ванная. Стол, две табуретки, плита, холодильник и микроволновка. Где-то в углу затесалась миниатюрная раковина и посудомоечная машина. Отрадно, что кухня оказалась намного чище прошлой комнаты.

Первым делом я осведомился наличием пищевых запасов в холодильнике, и, не мудрствуя лукаво, вытащил оттуда четыре яйца и хлеб. Пошарив в тумбочках, нашёл оливковое масло, и подлил его в сковороду, после чего поставил её на индукционную плиту. Будем готовить завтрак холостяка.

Пока сковорода нагревалась, я поставил чайник и разбил яйца в тарелку. Увы, ни бекона, ни сыра в холодильнике не оказалось, так что придётся довольствоваться классической глазуньей. В сковороде зашипело, и маленькая кухня начала наполняться приятным запахом. Чайник тоже закипал, начиная посвистывать, поэтому он сразу же был выключен, чтобы не разбудил спящую девушку. В шкафчиках на стене нашёлся не распакованный растворимый кофе, который сразу же был засыпан в такую же розовую, как и вся квартира, кружку-слоник, которая показалась мне забавной.

Завтрак был готов, и я разложил яичницу по тарелкам, после чего засервировал стол: положил ножи, ложки и вилки, поставил второй стакан, который оставил пустым. Вдруг подруга Юми не захочет пить кофе.

Когда уже можно было приступать к еде, я вдруг почувствовал внезапный удар панической атаки!

Нет, никого, кто мог бы представлять опасность, в квартире не было. И даже на улице из чёрных фургонов не высаживался десант демоноборцев с катанами или полицейские машины не парковались, мигая спецсигналами.

Всё было намного прозаичнее — не по своей воле я оказался вне игры.

Мисаки стала представлена сама себе, как и моё бренное тело. Надеюсь, оно всё ещё живое. Уж очень хочется вернуться в него и снова зажить нормальной жизнью. Правда, для этого нужно будет разобраться с Первородной. Точнее, сделать так, чтобы она окончательно не разобралась со мной.

Ещё оставался нерешённый вопрос с Токугавой, запертой в казематах в замке Ордена. И с Хэчиро, который был арестован полицией. Чтобы его найти и спасти, мне нужен адрес полицейского участка — его знает только Ючи, и помощь демонят. А чтобы теперь уже найти их самих, нужно сначала отыскать своё тело. Замкнутый круг.

Ничего. Прошла всего одна ночь и половина следующего дня. Право слово, Мисаки не оставит меня лежать без сознания на полу в разрушенном госпитале. На месте должны были работать спасатели, полиция и медики. Всё правильно — моё тело не пропадёт. Осталось только его найти.

Решено! Позавтракаю, и сразу отправлюсь в госпиталь. Нечего тянуть резину.

Я пригубил кофе и остался доволен — крепкий напиток приятно растекался по нутру.

— Доброе утро! — послышался заспанный голос позади меня.

Обернувшись, я чуть не поперхнулся! Подруга по имени Аяко стояла в проёме в одних трусиках! Её острые соски, будто антенны, были направлены на меня. Вот это крутой фортель с утра пораньше!

А вообще, что удивляться? Когда-то проживая в общежитии при университете, я тоже не особо парился насчёт благопристойного вида перед парнями-сожителями, и так же бродил по комнате в одних трусах.

Видимо, это был своеобразный бонус (каждодневно наблюдать обнажённых красавиц), которым постоянно награждала меня судьба за все несправедливые выходки в отношении меня.

— Привет, Аяко, — добродушно произнёс я, попытавшись сымитировать манеру речи Юми. Нужно вести себя адекватно, чтобы у неё не возникли ко мне ненужные вопросы. — Я тут завтрак приготовила. Кофе будешь?

Её сонный взгляд вдруг переменился, и стал серьёзным. Девушка уставилась на меня и негромко произнесла:

— Ты не Юми…

Мы долго сверлили друг друга взглядом, из-за чего мне пришлось опустить кружку на стол и начать думать, как решить возникшую ситуацию. С одной стороны, мне было практически всё равно, если подруга Юми Аяко узнает о её щекотливом положении и о разуме незнакомца внутри её головы. С другой, при таком раскладе Юми непременно попадёт в психушку, а у меня больше не останется шансов спасти Хэча, Токугаву и наконец, снова встретиться с Мисаки.

— Эм… ты не голодна, подруга? — захлопав глазами, спросил я, как ни в чём не бывало.

Аяко упёрла руки в бока:

— Ты же терпеть не можешь кофе! И эту банку купила только для меня…

Ух, отлегло…

— Раньше я и от клиентов не сбегала, — нервно хихикнул я. — Всё меняется.

Услышав это, Аяко ойкнула, и тут же бросилась ко мне:

— Зря ты это сделала, Юми! Ямада обязательно вернётся сюда за тобой!

— Разве он знает адрес твоей квартиры? — удивился я.

Я снова увидел её ошеломлённый взгляд.

— Это твоя квартира! Ты что, Юми⁈ Что происходит у тебя с головой?

О да, это весьма резонный вопрос.

— Просто на меня навалилось столько всего, Аяко… Вчера меня чуть не избили и не изнасиловали, а старшая так вообще едва меня не пристрелила. Я сейчас немного не в себе, так что прости.

Аяко крепко обняла меня, заставив смутиться.

— Ничего. Ты только скажи — господин Ямада сам отпустил тебя или…

В её глазах появился страх.

— Нет, — честно ответил я. — Я вырубила его и связала…

Она резко встала и внезапно с криками убежала в комнату. Ничего не понимая, я последовал за ней, и увидел, как Аяко спешно собирает свои вещи.

— Дура! О чём ты только думала⁈ Я ведь так и не поверила тебе вчера. Этот бред про избиения… Посчитала, что ты переутомилась и увидела кошмар наяву! Ты же не могла…

На самом деле, я ничего не помнил со времени нашей остановки на железнодорожной платформе. Будто меня раз, и выключили! Поэтому сегодня утром всё произошедшее вчера казалось каким-то идиотским кошмаром. Теперь я понимаю, что ощущала Юми, после того, как я хозяйничал в её теле. Видимо, в какие-то моменты сознание одного из нас резко выбивает из тела, и оно будто засыпает. А когда просыпается вновь, не может сразу войти в колею.

— Если бы я так не сделал, то меня бы просто поимели! — не выдержал я, забыв проговорить от женского лица, но Аяко даже не заметила этого.

— Нас и так каждую ночь… — произнесла она, а затем её губы задрожали, и Аяко заплакала, размазывая слёзы по лицу.

Я подошёл к ней и приобнял.

— Я тоже терпела побои от клиентов, Юми! — дрожащим голосом сказала она. — Мне очень нужна была эта работа, как и тебе. До этого момента… Но сейчас из-за своей вспыльчивости и самоуверенности, ты поставила под удар наши жизни! Это Якудза! Они не прощают!

Теперь она ревела в голос — Аяко чётко представляла всю катастрофичность ситуации. Впрочем, как и я, ведь с недавних пор по-другому в моей жизни просто не бывает!

— Нам надо срочно уезжать из города, — вдруг произнесла она весьма здравую мысль, хоть я и не мог с ней согласиться, ибо у меня здесь было ещё слишком много нерешённых проблем.

Хотя совсем недавно я тоже наивно полагал, что смогу уберечь Мисаки, сбежав с ней в другую страну. И тогда я не учитывал кучу моментов вроде того, что она сама могла не согласиться на этот неожиданный поворот. С её стороны было логичнее вызвать полицию, чем отправиться неизвестно куда с фактически первым встречным. Ведь тогда в парке мы встретились лишь второй раз в жизни!

— У тебя есть какие-нибудь деньги? — спросил я, принявшись ковыряться в ящиках Юми. — На первое время?

— Да, на карточке, — ответила она, приходя в себя. — Что ты ищешь?

— Я забыла, куда положила свои сбережения, — хлопнув себя по лбу, произнёс я. Вышло крайне неубедительно, ибо актёрским талантом я был обделён.

— Подруга, ты меня очень сильно пугаешь, — нервно засмеявшись, сказала она. — За стиральной машиной посмотри.

— Точно?

— У нас с тобой друг от друга секретов нет, забыла?

— Я сама не своя последнее время, — брякнул я, устремившись в ванную.

— Я заметила.

Оказавшись в ванной, я принялся осматривать миниатюрную стиральную машинку. Зачем-то открыл дверцу и осмотрел барабан — здесь уж точно ничего спрятано быть не должно! Вытащил отсек для порошка — тоже пусто. Посмотрел за стиралкой — и там ничего! Да где же тайник⁈

Начав нервничать, я пнул ногой по стиралке. Из неё тут же выпала крышка, закрывающая сливной шланг для аварийного сброса воды. И как раз в этой маленькой нише лежал плотный пакетик, набитый деньгами!

— Бинго!

Забрав его и не пересчитывая банкноты внутри, я бросился к шкафу. Аяко уже была одета, и занималась макияжем. Похоже, выглядеть на все сто, было для неё хорошей привычкой, которая срабатывала в любое время дня и ночи. И даже сейчас, когда за нами могла вестись охота.

Я же активно разбирал шкаф, и собирал вещи для Юми, как сердобольный отец собирает одежду маленькой дочке в поход. Два комплекта белья, футболки, джинсы. Даже нашёл более менее длинную юбку, чтобы не вызывать подозрения у своей спутницы, постоянно щеголяя в унисексе. В шкафу лежал добротный рюкзак, куда я и уложил всё это добро. Осталось главное — документы.

Ну не мог я отправить Юми в путешествие совсем без ничего. Никто не знал, сколько мы пробудем в бегах. Лучшим вариантом станет засесть на время у меня в квартире, благо я всегда оставлял ключ от неё в укромном тайнике в подъезде.

Чёрт, только сейчас вспомнил, что Хайку до сих пор находится в замке Ордена! Ещё один пункт в важных задачах, ещё одно живое и дорогое мне существо, которое обязательно нужно вызволить из плена!

К счастью, чтобы найти паспорт, мне не пришлось снова краснеть перед Аяко и спрашивать о его местонахождении. Я нашёл его в металлической коробочке, лежащей в глубине шкафа. Там же были сложены различные украшения вроде колец и цепочек, запасные ключи от дома и маленький складной нож с резной деревянной ручкой, на который был высечен оскалившийся тигр. Хорошая вещь! Обязательно возьму с собой для самообороны.

Наконец собравшись, мы выбрались из скромной квартирки Юми, и проследовали к станции метро. Нужно было заехать к Аяко и собрать у неё дома вещи и документы. После этого девушка предложила остановиться у её парня, который в данный момент отсутствовал в городе. Несмотря на то, что она внеурочно оказывала ему услуги интимного характера, этот мужчина отдал ей второй комплект ключей от своей квартиры. Не знаю, было ли это основное жилье, или ещё одна квартира вдобавок к ней, но Аяко каким-то образом запала состоятельному мужику в душу, получив при этом сопутствующий бонус в виде места для ночлега.

В таком случае будет даже проще — не надо тащить её к себе домой и объяснять, откуда я знаю, где находится тайник совершенно постороннего для Юми человека по имени Хироюки Тагава. С другой стороны, можно было что-нибудь наплести, но я уже был сыт по горло тотальным враньём и фальшивой театральной игрой.

Я быстро шагал в удобных розовых кедах, которые загодя выбрал себе из огромного множества обуви, имевшегося в шкафу Юми. Шортики телесного цвета и чёрные гольфы украшали её ножки. Верх — блузка с воротником и увесистый рюкзак за спиной. Рядом семенила Аяко, одетая в тот же наряд, что и вчера — светлые джинсы и футболка с вызывающим принтом в виде черепа в окружении ореола из ярких красок.

На поезде мы благополучно добрались до дома Аяко, что находился примерно в получасе езды от дома Юми. Она так же, как и подруга, жила одна и снимала квартирку в бедном районе Токио. Юми и Аяко могли бы оказаться идеальными жертвами для какого-нибудь маньяка, учитывая специфичность их работы. Без семей, живя в бедных и опасных районах, они очень рисковали.

Поднявшись на стареньком лифте видавшей виды панельной многоэтажки, мы очутились на седьмом этаже. Аяко открыла ключом обшарпанную дверь, и мы вошли в ещё более маленькую и аскетичную квартирку, даже чем у Юми.

Впереди простиралась небольшая жилая комната, которую по большей части занимала кровать. На холодильник, стоявший в углу, водружена микроволновая печь. Слева от входа за тонкой дверью находилась ванная метр на метр. Справа шкаф для одежды и перегородка, за которой находились: раковина с краном, варочная панель, вытяжка и миниатюрные стиральная и посудомоечная машины.

Да… По сравнению с этими двумя девушками, жил я в своей более просторной однушке, как царь!

— Дай мне пять минут, — бросила Аяко, мгновенно снимая с себя одежду.

Щеголяя розовой попкой, она бегала то в комнату, то ко мне, вытаскивая кучу вещей из, казалось бы, небольшого шкафа. Я жался к двери, стараясь ей не мешать. В её доме было очень тесно, даже для миниатюрной Юми.

— Как раз не платила за аренду уже два месяца, — улыбнувшись, сказала Аяко, надевая бюстгальтер. — Хозяин квартиры проклянёт меня за то, что сбежала…

— Другого выхода нет, — подытожил я.

Она кивнула, и, надев короткую юбку и блузку, вернулась ко мне с плотно набитой дорожной сумкой. И… снова ударилась в слёзы, а я снова обнял её, чтобы поддержать:

— Мне жаль…

— Есть только ты и я, подруга, — сказала Аяко, вытирая слёзы на мгновенно порозовевшем лице. — Одни против целого мира…

— Я защищу нас, — сказал я, крепче обняв её.

И на самом деле хотел этого. Ибо за то время, что провёл с этими несчастными куртизанками, я сильно прикипел к ним. Привязался…

— Ладно, пошли. Ключи от квартиры Тоширо я взяла. Побудем там, а потом решим, бежать дальше или залечь на дно.

Я кивнул, и мы вышли из квартиры, теперь уже официально пустившись в бега.

Лифт вызывать не стали, решив спуститься по лестнице, чтобы в случае опасности иметь возможность вернуться назад. Семь этажей пролетели, как один — я вспомнил времена былой юности, когда в голове гулял ветер, и присутствовало ощущение полной беззаботности. Сейчас, увы, всё иначе…

Перед первым этажом мы притормозили и затаились. В течение пяти минут никто в подъезд не зашёл и не вышел, а на улице, хорошо просматриваемой из окна, ничего необычного не происходило. Поэтому мы двинулись дальше, и будто какие-нибудь туристы, навьюченные походным скарбом, отправились в путь.

Солнце припекало, поэтому на нас были панамки, ещё больше добавляющие нам сходство с туристами. Вокруг резвилась детвора, возвращавшаяся со школы. Пенсионеры сидели на скамейках и бурно обсуждали друг с другом новости недели. Какие к чёрту демоны, мафия или на худой конец, нервная работа? Здесь время будто остановилось, тем самым, побуждая замедлить шаг и насладиться красотой нового дня.

Но, это было лишь приятное наваждение…

Первый звоночек затрезвонил у меня в голове, когда мы прошли мимо молодого парня, облокотившегося к стене дома и читавшего газету. Когда мы оставили его позади, я вдруг понял, что меня смутило — газета. В наше время не найти ни одного человека младше тридцати пяти, который бы занимался чтением бумажной газеты! Только смартфон в руке, и ничего более.

Мимолётно обернувшись, я с тревогой заметил, что он уже шёл за нами! Медленно, и смотря по сторонам, будто турист на дворцовой площади перед резиденцией императора, а не в подворотне спального района. Аяко, тем временем, пребывала в счастливом неведении, пока я продумывал план побега.

Нож, взятый из коробки, лежащий сейчас у меня в заднем кармане шорт, придавал мне хотя бы каплю уверенности в себе. Тем более, в схватке с садистом в борделе, тело Юми неплохо показало себя и свои навыки. Если против нас будет стоять только этот парень, то шансы спастись всё ещё имелись.

Мы шли по переулку мимо большого мусорного бака, с горкой заполненного ржавым железом: остовами велосипедов, старыми металлическими кроватями и строительной арматурой. Видно, кто-то из жителей ближайших домов затеял ремонт или переезд, заказав уборку крупногабаритного мусора.

Ещё раз обернувшись, я потерял из виду преследующего нас парня. И даже на секунду поверил, что мне просто показалось, и момент с газетой был лишь игрой моего воспалённого воображения…

Но, как бы не так!

Аяко и я остановились, как вкопанные, при виде перекрывающего нам путь чёрного фургона, из которого деловито и не торопясь, вышли пятеро мужчин в костюмах и солнцезащитных очках. Мой взгляд скользнул по накрахмаленным манжетам одного из них, под которыми ярким фиолетовым пятном выделялись витиеватые элементы татуировки, наколотые на руке до запястья.

Якудза!

Дело было дрянь! Я резко развернул шокированную Аяко назад, но там нас уже поджидали двое мужчин, быстро сокращавшие между нами расстояние!

— Нет… Нет! НЕТ! — завизжала Аяко, как резаная, вцепившись мне в руку.

Но я её уже не слышал, вытаскивая из мусорного контейнера ржавый прут длиною с локоть. Моя голова повернулась в сторону невысоких трёхэтажных и четырёхэтажных домов и узкого прохода между заборами…

— БЕЖИМ!

Мы рванули, как испуганные лани, завидевшие льва, устремившись к призрачной надежде на спасение. Мимо проносился пейзаж обыденной и безопасной жизни: развешанное на балконах бельё, велосипеды, прицепленные у входных дверей, две играющие друг с другом кошки, катающиеся в траве…

Обычная жизнь, которой для меня теперь больше не существовало. Как и для Аяко с Юми…

Увы, надежда на спасение умерла практически сразу.

Не преодолев и двадцати метров, мы вынуждены были остановиться, упёршись в тупик — сетчатый забор, за которым виднелся конец переулка и мимо проезжавшие машины.

Вот оно — спасение! Но придётся за него побороться!

— Юми! — только и смогла воскликнуть Аяко, бешено тряся мою руку.

Мой взгляд зацепился за ржавую бочку, которая валялась на боку в куче строительного мусора.

— Помоги! — бросил я, принявшись поднимать её.

К чести Аяко, она среагировала быстро, и уже через пару мгновений мы установили бочку к забору. Я помог ей взобраться, и сразу же почувствовал затылком, что бандиты сейчас мчались к нам на расстоянии прямой видимости!

Держась за сетку-рабицу, я вскочил к Аяко, и спешно помог ей перемахнуть через забор. Она с криками грохнулась на ту сторону, видно, при падении, что-то себе ободрав. Но это были мелочи в сравнении с тем, что ожидало нас в случае поимки!

У меня оставались лишь секунды. Бочка предательски качнулась. Воспользовавшись этим, я оттолкнулся от неё и запрыгнул на забор прямо перед носом гангстера в очках, которого внезапно укатившаяся бочка сбила с ног, тем самым выиграв нам время. Ведь подкрепление бандитов всё ещё дышало нам в спину.

Ловко спрыгнув на ту сторону, я схватил Аяко под руку, и мы снова побежали вместе. Позади преследователи пытались сходу взобраться на забор, но даже для них он оказался слишком высок. Нам вслед обрушивалась нецензурная брань и сыпались проклятия.

До следующей улицы оставалось всего ничего, но впоследствии оказавшись на ней, мы увидели тот же самый приближающийся микроавтобус! Они нас отрезали!

Выбора нет!

Я резко потянул очумевшую Аяко назад, и тут же дал вправо к закрытому забором участку одноэтажного дома. Рядом с калиткой стояла большая белая пластиковая ёмкость для воды, за которой мы и спрятались.

— Это конец! — в истерике задалась Аяко, но я тут же закрыл ей рот ладонью.

— Ни звука! — шикнул я на неё, готовясь к самому худшему.

Прут обжигал руку, которая прилипла к нему от пота. От этого оружия всецело зависели наши жизни, и я был готов применить его в ход, вплоть до полного устранения угрозы. Я должен убивать, чтобы защитить не безразличных мне девушек и не погибнуть самому!

Услышав приближающиеся шаги, я хладнокровно посмотрел Аяко в глаза и поднял палец к губам. Она только кивнула, и я сразу убрал ладонь с её лица, переместив её на своё оружие. Момент истины скоро настанет…

Шаги стали отчётливее.

Тук… Тук-тук… Тук… — цокали каблуки на дорогих ботинках из кожи.

Тук!

Он остановился прямо перед нами, заглядывая за забор, и, наверное, решая, стоит забираться на чужой участок или нет. Мужчина поднял руки, схватившись за сетку, и я тут же убедился по наколотым драконам на них, что это точно Якудза пришла за нами.

Аяко молча дрожала, вися на моём плече. И я ничего не мог с этим поделать, зная, что в ответственный момент, она просто не даст мне совершить внезапный удар. Я не имел права издать ни единого звука, свято надеясь на его величество счастливый случай…

И зря…

Это только в фильмах героям удаётся спастись, буквально маяча за спинами злодеев на расстоянии шага. В нашем случае периферийное зрение никто не отменял!

Сначала я увидел удивление на его лице, а потом ликование и хищный оскал охотника, загнавшего жертву. Это и придало мне сил нанести сокрушительный удар железным прутом прямо по его коленной чашечке!

— Бл…!!! Они здесь! — выкрикнул он, согнувшись от внезапной боли.

Жаль, у меня не хватило скорости и реакции, чтобы сразу вырубить его добивающим ударом в лицо, и не дать возможности оповестить остальных! Второй удар с хрустом разбил очки и нос, на которых они сидели. Мужчина свалился навзничь, потеряв сознание.

— Нет, Юми! Что ты делаешь⁈ — выкрикнула Аяко, когда я сбросил рюкзак, и начал выбираться из укрытия.

— Прости меня за всё, — ответил я, вырвавшись из её рук, и решительно устремился к бежавшему навстречу противнику.

Замахнувшись для удара в предвкушении того самого глухого звука дробящихся костей, я вдруг оступился, и…

Выронил прут!

А когда понял, в чём дело, уже было поздно…

Это Юми наконец проснулась. И она просто влетела в объятия бандита, ничего не понимая. Я больше не мог управлять её телом, поэтому был вынужден ощутить на шее болевой захват и с отвращением почувствовать смердящее дыхание:

— Попалась, сучка!

Всё произошло очень быстро.

Юми подняли над землёй и донесли до фургона, при этом не забыв засунуть в её рот кляп. В салоне уже стянули пластиковыми хомутами руки и ноги, чтобы она (или я) не лягалась ногами и не пыталась драться. Видимо, пример товарища с разбитым носом, валявшегося на улице, надоумил их быть с нами осторожнее.

Через пару мгновений компанию мне составила бледная как смерть Аяко, обливающаяся слезами. Наши глаза встретились, и мне стало не по себе при виде того животного страха, который просто источал её взгляд. Я так подвёл её… Подвёл их обеих!

Все преследователи, кроме побитого мной, загрузились в салон автомобиля.

— Где Хидео? — спросил водитель.

— Без сознания. Широ остался с ним ждать скорую. Эта баба хорошо ему врезала железкой, — сказал один из мужчин, сидящих со мной в салоне.

Громко захлопнулась дверь, и фургон тронулся. Хмурые мужчины смотрели только на меня, как на необычный экспонат в музее. И не мудрено — я вырубил их товарища, причём весьма жёстко.

— А девочка не промах, — усмехнувшись, сказал другой, взглянув на меня. Под его взглядом Юми заёрзала на месте. Она испытывала сильный стресс, так как вообще не понимала, что происходит, и как она здесь оказалась.

— Недолго ей осталось мужчин унижать, — ответил хмурый японец, державший меня за шею. Бандиты закивали. Один из них провёл большим пальцем по шее, смотря прямо на меня, заставляя Юми буквально заливаться адреналином!

Дело дрянь! Своими собственными руками я перечеркнул жизни двух ни в чём не повинных девушек. Недаром говорят, что благими намерениями вымощена дорога в ад. Но всё это было подстроено той бабой в светящихся сандалиях. А ещё я не мог позволить какому-то хмырю поиметь меня в теле девушки. Видно, на то и был расчёт при отправке моего сознания в голову проститутки. Чтобы я страдал, и…

«Я заставлю тебя вспомнить!»

Что я должен был вспомнить? Нельзя просто сказать, что от меня требуется? Зачем издеваться над обычным человеком? Чёртовы полубоги!

Оставшийся путь в мрачную неизвестность прошёл в молчании. Бандиты изредка перекидывались парой фраз, но с Юми или Аяко никто не разговаривал. За окнами зелёными деревьями и блестящими небоскрёбами проносился солнечный Токио. Город жил своей обычной жизнью, пока головорезы Якудза увозили двух девушек в неизвестном направлении.

Я был удивлён тем, что нам с Аяко не надели мешки на головы, чтобы мы не видели, куда едем. По крайней мере, в кино гангстеры поступали с заложниками именно так. Правда, затем героев отпускали. Ну, а что до нашей судьбы… Видно, не было смысла что-то скрывать от живых трупов, которыми мы, скорее всего, и являлись для них.

Аяко сидела, как в воду опущенная. Я хотел оказаться с ней рядом и хоть как-то поддержать, но никто не давал мне такой возможности: ни головорезы, крепко зафиксировавшие меня, ни Юми, сжимавшаяся от страха. Поэтому оставалось только смотреть…

Через полчаса машина остановилась где-то в промышленной зоне. Дверь открылась, позволяя полуденному солнцу ненадолго рассеять своим светом витавший в салоне автомобиля страх двух дрожащих мышек, оказавшихся в окружении голодных котов. Нас вытащили на улицу, и потащили за руки и ноги к старому ангару, словно пойманную дичь, а не живых людей. Повсюду из травы высились ржавые остовы каких-то технических сооружений и машин. Прекрасное место для казни…

Я не питал никаких наивных надежд на счастливое спасение, хотя постоянно «вызывал» демонят, пока нас несли по направлению к ангару, возле которого был припаркован огромный чёрный джип. Но, к сожалению, Лапулька, Чипиа, Фука и Антифокус так и не появились, чтобы щелчком пальца разрешить все мои проблемы. В этот раз чуда не случится…

Из солнечного дня мы резко попали в мрачное царство теней внутри старого ангара. Запах пыли и ржавого железа окружил нас. Повсюду сквозь дыры в стенах и крыше пробивались солнечные лучи, создавая маленькие островки света в мёртвой, давно забытой, техногенной постройке. Но сейчас безмолвие и мёртвая тишина в этом месте была нарушена широкими шагами.

Я не видел того, что происходило позади — Юми лежала на плече крепкого мужчины, и могла смотреть только назад на удаляющийся выход в царство света. Наверное, она даже и подумать не могла о том, что больше никогда не увидит дневного солнца.

Неведение — счастье…

До тех пор, пока не приходит осознание того, что твоя молодая цветущая жизнь в скором времени неотвратимо будет срезана острым ножом судьбы, которой нет дела до справедливости. Жнец лишь собирает свой урожай.

А я уже недавно побывал между жизнью и смертью, и всё прекрасно понимал. Пройдёт какое-то время, отведённое на прелюдию, затем нас либо начнут пытать, либо просто по очереди убьют, что само по себе слишком легко. После того, что я сделал с одним из боссов мафии, легкой смерти ждать бессмысленно.

— А вот и наши девочки, — произнёс знакомый хриплый голос. — Пожалуйста, пусть они займут свои места рядом с их руководительницей.

Руководительницей?

Меня пронесли мимо совершенно голой хозяйки борделя, висящей вверх ногами на металлическом тросе! Мамочка, или как её называли девушки — старшая, была вся изранена.

Ржавый трос впивался в её лодыжки до крови, коленки были протёрты до лоскутов… Наждаком⁈ На ногах порезы, синяки и ссадины. А что было ниже, я не увидел, потому что Юми потеряла сознание от увиденного и закрыла глаза.

Проморгавшись, я снова получил возможность управлять её телом, что было весьма кстати. Ведь меня до сих пор не обыскали, и нож всё так же лежал в кармане шорт. Повернув голову в сторону старшей, я сразу понял, что она уже мертва. Об этом явно свидетельствовал неаккуратный надрез в области шеи…

Теперь и нас с Аяко так же подвесят вниз головой и замучают до смерти! Испуганная девушка не могла смириться с этой мыслью, поэтому изо всех сил пыталась вырваться из лап бандита. Ему на помощь подоспел второй, и вместе они держали извивающуюся Аяко до тех пор, пока третий мужчина не стянул её ноги в петле троса.

Послышались резкие звуки — её поднимали вверх, и остановились только тогда, когда её голова осталась висеть на расстоянии метра от земли. Будучи в ужасе, Аяко пыталась кричать, но кляп не давал ей этого делать.

Вскоре и Юми, в теле которой я находился, так же подвесили за ноги рядом с ней. К голове резко прилила кровь, делая её свинцовой. Из телепередач я знал, что нужно перетерпеть этот момент и потом станет легче. Лишь это меня успокаивало в данный момент.

Наконец, хоть и вверх ногами, я увидел виновника торжества — Муцухиро Ямада. Высокопоставленного человека, криминального авторитета с перебинтованной головой, которого я отделал, как последнего неудачника!

Точнее, его отделала хрупкая девчонка! Ха-ха…

Мои губы скривились в ухмылке, благо босс Якудза не увидел её из-за того, что перекинулся парой фраз со своим телохранителем. Накатившее безумие лишь отсрочило момент погружения моего разума в пучину страха и вины. Ещё немного, и я буду умолять их о пощаде, испытывая ужасные душевные страдания от того, что подвёл девчонок под гильотину обстоятельств. Юми даже не знала, за что будет расплачиваться жизнью. И даже лучше, что она упала в обморок. Мне было тяжело ощущать её страх…

— Вот мы и встретились снова, — сказал Ямада, подойдя ко мне. Грузный мужчина в белом пиджаке потеребил меня за подбородок. — Как ощущения, Юми?

Лучше чем, у тебя ублюдок! Моя-то гордость не растоптана в хлам. Подумать только, его, крутого мафиози отделала какая-то девчонка!

Слава богам, я держал рот на замке, пока мои мысли танцевали в голове хоровод безумия. Если бы я озвучил их, то, скорее всего, получил бы быструю смерть. Но умирать сейчас я ещё был не готов! И не готов к тому, что кто-нибудь из девушек погибнет у меня на глазах…

— Молчишь? Даже не плачешь от страха, как твоя подруга? Это вызывает уважение, Юми. Ты так же прекрасна, как и сильна.

Сказав это, он поцеловал её в губы, из-за чего меня чуть не стошнило прямо на него! И весь мой вид показал отторжение к нему, что не скрылось от его глаз.

— Насильно мил не будешь. На своём примере ты доказала народную мудрость этой ночью. Но есть одна проблема, Юми, — сказав это, Ямада достал длинный нож и провёл им по моей одежде, оставляя на ней надрезы. — Я не пытался завоевать твоё сердце. Я просто хотел получить услуги, за которые оплатил этой женщине.

Он указал на висевший труп старшей.

— Но услуги фактически не были оказаны. Тем более, моему здоровью был причинён тяжкий вред. И здесь я перестаю быть воспитанным джентльменом, ибо глава мафии во мне жаждет расправы…

Коварный удар в живот заставил меня согнуться.

Мужчины, стоявшие вокруг, просто стояли молчаливыми истуканами, пока толстяк отрабатывал на мне удары. Несмотря на то, что я не мог защищаться, бил он не сильно. Либо просто удар не поставлен, либо он щадил Юми. Всё-таки она запала ему в душу в ту ночь. Но это всё равно ничего не меняло…

Прекратив использовать меня, как боксёрскую грушу, он снова взялся за нож. В течение минуты Ямада возился с блузкой, пока последний кусок ткани не упал, оставив из одежды на мне только шорты и бюстгальтер.

— Всё так же прекрасна, — мечтательно посмотрев на меня, прошептал он. — Но мы это обязательно исправим.

Острие ножа медленно приближалось к бархатной коже Юми, заставляя Аяко, висевшую рядом, мычать от ужаса. Я надеялся, что с ней поступят милосерднее, ведь она ни в чём не была виновата. А я…

Я был во всём виноват. Только я, и никто другой!

БУХ!

Ямада отшатнулся от меня, завертел головой из стороны в сторону, как и его люди, пытавшиеся понять, откуда появился звук музыкальной тарелки.

Затем барабанная дробь оглушила всех присутствующих. Послышался бой том-томов и бас-бочки. Задолбил кардан на большой скорости. Огромный ангар содрогнулся от эха чугунных рифов электрогитар. И самое странное во всём этом внезапном концерте было в том, что все эти звуки доносились из живота Ямады!

— Шэф, что это за?!.

— О боги, откуда играет эта музыка? — не понимал он, когда вокруг него столпились люди. — Она что, во мне⁈

После того, как он это произнёс, из его нутра вдруг кто-то запел экстремальным вокалом на английском языке! Я смог разобрать только начало припева:

Мне стало по-настоящему страшно…

Сердце бешено колотилось, как кардан для бас-бочки, чьи звуки до недавнего времени оглушали ангар. Но как только Ямада не стало, стихла и дьявольская музыка, уступив место устрашающим звукам происходящей расправы.

Не имея возможности наблюдать за творящимся хаосом, я мог слышать только вопли и всплески крови, которая литрами вырывалась из разорванных в клочья тел. Я дёргался из стороны в сторону в безуспешных попытках выбраться из ловушки. И от этих непроизвольных движений что-то твёрдое, находящееся у меня в заднем кармане шорт, изменило своё положение.

Я совсем забыл про нож!

То, что я висел вверх тормашками, даже сыграло мне на руку, ибо нож благополучно упал прямо в подставленную ладонь. Щёлкнув кнопкой, я на ощупь разложил его и тут же начал резать пластиковый хомут на запястьях.

Тем временем, мне отчётливо послышалось, что звуки рычания начали неотвратимо приближаться! Поэтому я ускорился, изо всех сил пытаясь распилить этот чёртов хомут, который оказался весьма плотным! Либо я разрежу его, либо в скором времени от меня останутся рожки да ножки!

— Роооар! — прогремело метрах в двадцати от меня.

Щёлк!

Хомут улетел на землю, а я смог наконец протереть глаза от налипшего кусочка мяса… Или это было что-то другое⁈ Бррр!

И вовремя!

Ко мне бежал очумевший от страха якудза, а за ним неслось рогатое нечто, больше похожее на ожившего динозавра, чем на демона — кряжистый гигант с двумя парами рогов на костяном лбу и клювом вместо рта. Он передвигался на четырёх когтистых лапах, а всё его тело было покрыто короткими, но острыми шипами. К тому же обязательным атрибутом демонического отродья был шипастый хвост.

Я сразу понял, что если что-нибудь не предприму, то меня просто снесут! Напрягшись прессом, я потянулся к узлу, на котором висели мои ноги, и попытался разрезать ещё один хомут на лодыжках.

— А-а-а!!! — кричал мужчина, пробегая мимо меня.

— РООООАР!

Сейчас или никогда!

Прямо перед несущимися на меня рогами, я резко подтянулся вверх по канату, обдирая об него нежную кожу на руках Юми. По ладоням больно резануло, но это было ничто по сравнению с неминуемым столкновением с разъярённой тварью!

Слава богам, существо пронеслось подо мной, едва не задев своим шипастым хвостом. Послышались звуки выстрелов, а затем крик, оборвавшийся глухим ударом и барабанящими по токарному станку каплями крови.

Гигант! Не мудрено, что Ямада разорвало на части! Выпустить в мир такое чудовище! Кто ж его проклял?

Наконец я взглянул в сторону Аяко, и несказанно обрадовался, что она была ещё цела. Девушка оказалсь без сознания. Поэтому, пока демон не решил насадить на рога и её, мне срочно нужно освободиться и помочь ей!

Снова послышалась стрельба. Вместо того, чтобы унести ноги, эти придурки засели на верхнем ярусе, и палили в монстра. Кстати, пули свистели совсем рядом со мной, поэтому у меня появилась отличная мотивация быстрее освободиться от узла на тросе. Благо, мне удалось его развязать в течение двадцати секунд, а потом…

С высоты двух метров, комично размахивая руками, я больно свалился на бетонным пол! И, похоже, отбил себе бок… Точнее, повредил хрупкое тело Юми из-за своей неосторожности.

Бум! Бум-бум! — доносилось сзади. Демонический динозавр возвращался, намереваясь разнести пол ангара, чтобы добраться до стрелявших по нему людей.

Я только успел перекатиться в сторону, снова чуть не попав под лапы бешеного животного. В том, что это было оно, я не сомневался. Уж слишком были похожи его повадки на повадки земных носорогов. Чудовище не бросало огненные шары, не пряталось в укрытии под градом пуль, а просто пёрло напролом, разрушая всё вокруг.

Когда опасность миновала, я сразу же бросился к Аяко, инстинктивно вжимая голову в плечи, и надеясь на то, чтобы шальная пуля не попала в Юми или Аяко.

С пола мне было не дотянуться до узла, удерживавшего Аяко в воздухе, поэтому я не придумал ничего иного, кроме как подтащить к ней какой-нибудь мусор, чтобы добраться до узла.

Между тем, битва была в самом разгаре. Демоническая тварь рушила металлический каркас, на котором стояла лестница на второй этаж. После пары ударов массивной рогатой морды, лестница с грохотом обрушилась, увлекая за собой платформу, на которой стояли люди. Послышались крики и громоподобный лязг металла.

— Вашу мать! — испытывая колоссальное нервное напряжение, выпалил я, перетаскивая ящики и металлические детали в кучу рядом с Аяко.

Бум-бум, бум-бум — слышались теперь уже медленные шаги монстра, видно обнюхивавшего трупы поверженных врагов.

Если я сделаю всё тихо и быстро, то у нас с Аяко будет шанс добраться до одной из машин на улице. Только бы ключи оказались внутри!

Я старался не шуметь, чтобы не привлекать внимания твари, которая в данным момент начала громко чавкать. Видно, пожирала останки неудачливых бандитов… Собрав кучу, на которую можно было взобраться, я принялся тормошить Аяко, одновременно держа свою ладонь на её губах, чтобы в случае чего она не издала ни звука.

Её глаза открылись и часто заморгали. Аяко посмотрела на меня и расплылась в блаженной улыбке.

— Мне нужна твоя помощь, — прошептал я. — Только ни звука! Хорошо?

Она кивнула.

— Я развяжу узел. Ты сможешь схватиться за трос? — спросил я, убрав ладонь.

— Раз плюнуть, Юми. Недаром я два года стрипданс танцевала, — видно, до сих пор пребывая в шоке, произнесла она с улыбкой.

— Отлично. Давай я тебе помогу, — сказал я, приподнимая её голову. Аяко без труда подтянулась к ногам, и так зависла, ожидая, пока я не осуществлю задуманное.

Перед тем, как освободить её, я расправился с хомутами, которые уже порядком натёрли ей кожу. Это ещё не говоря о ржавом тросе, который тоже резал ноги, как ей, так и мне совсем недавно. Как выберемся, нужно сразу обратиться в травмпункт. Не хватало ещё заражение крови получить на пустом месте…

— Юми? — вдруг спросила она жалостливо.

— Да?

— Всё закончилось?

— Ещё нет, — бросил я, разматывая узел. — Держись за трос!

Она сделала так, как я сказал, и вскоре была освобождена. Теперь оставалось только разжать руки и приземлиться на пол. Но это оказалось для Аяко не такой уж и простой задачей.

— Я боюсь высоты…

Её слова застали меня врасплох!

— Как так? Здесь всего пара метров, — сказал я, отряхивая от своего тела мелкие камешки, прилипшие после жёсткого падения на бетон. — А как же стрипданс? Ты же танцевала на шесте, и…

— Я не висела на высоте двух метров!

Эта ситуация уже начинала выводить меня из себя. Если мы не поторопимся, то монстр заметит двух аппетитных девушек, и обязательно решит попробовать их на вкус!

— Прыгай!

— Не могу! — громко заныла она, заставив моё сердце учащённо биться.

— Ч-шшшш, дура! Он нас заметит!

— Этот носорог? — спросила она, под виянием стресса, видно, заменив в своей голове демона на земное животное. — Он же травоядный…

Мне захотелось отвесить ей нещадный шлепок по попе, но пришлось утихомирить свой пыл, чтобы не привлечь тем самым внимание зверя.

— Руки сильно болят? — поинтересовался я.

— Да, очень.

— Тогда прыгай!

Она посмотрела вниз, и сразу зажмурилась. Затем взглянула на свои трясущиеся руки, державшиеся за трос.

— Я тебя поймаю! — попытался подбодрить её, спустившись вниз. — Давай быстрее! Мы сразу уедем отсюда!

Аяко молча кивнула, и, прошептав что-то с закрытыми глазами, разжала ладони.

Меня снова больно впечатало в пол! На этот раз под действием гравитации, и, хоть и не большого, но веса молодой девушки. Я совсем забыл, что сам находился в таком же теле, и не ожидал, что мои руки не выдержат…

— Ох, это было жёстко, — произнесла Аяко, после чего вдруг поцеловала меня в лоб. — Спасибо, подруга.

— Бежим отсюда! — выпалил я, не имея больше никакого желания оставаться в этом страшном месте.

Мы побежали, унося отсюда ноги.

И уже через двадцать метров могли бы оказаться на свободе, если бы Аяко так неудачно не поскользнулась…

— Ай! — звонко вскрикнула она, плюхнувшись прямо…

В размазанные останки человека!

Я увидел, как меняется её лицо. Как радость от скорого освобождения уступает место форменному ужасу, рвущемуся на свободу из глубин тьмы. И готового сжать разум хрупкой девчонки в тисках безумия!

— А-А-А!!! — закричала она в истерике.

— РОАААААААААР!!! — зловеще послышалось из недр ангара.

И тут я понял, что ситуация стала по-настоящему ХРЕНОВОЙ!

Удивительно, как быстро может бежать человек, если добавить ему мотивации в виде преследующей его инфернальной твари из адской бездны, готовящейся насадить бренное тело бегуна на рога!

От ужасающего вопля чудовища Аяко вмиг взбодрилась, и во всю прыть метнулась в сторону выхода, яркий свет которого дарил мнимую надежду на спасение. Но я-то знал, что на открытой местности играть в салки со смертью — занятие безнадёжное. Правда, тоже не собирался оставаться в полуразрушенном ангаре наедине с потусторонним носорогом-трицератопсом. На улице должны были стоять как минимум две машины, и будь я проклят, если ни в одной из них не найдётся ключа зажигания!

Топот усиливался. Рычание и потусторонние вопли мотивировали бить мировые рекорды по бегу на стометровку. Но бандит, внезапно появившийся на пороге, преградил нам путь, тем самым сбив с темпа.

— Стоять! — рявкнул он, хватаясь за рукоятку пистолета, зафиксированного в кобуре на поясе. — Что там происхо…

— БЕГИ! — закричали мы синхронно, и оставили его позади.

Мужик ошарашенно посмотрел нам вслед, а потом повернулся к входу…

Когда ты пытаешься что-то разглядеть в тёмном проёме заброшенного здания, находясь на улице в ясный солнечный день, то в первые секунды не увидишь ровным счётом ничего. Поэтому якудза слепо целился во мрак, пытаясь найти причину столь странного поведения беглянок. И он не понимал, из-за чего здесь совсем недавно что-то прогрохотало и, судя по всему, разрушилось. И почему его коллеги там внутри открыли беспорядочную стрельбу, когда в округе совершенно никого не было…

Земля затряслась под ногами. Сначала он увидел четыре острия, блеснувшие в свете солнца, а потом мужчина просто отлетел в сторону, получив сквозные ранения, не совместимые с жизнью. Хорошо, что его смерть видел только я. Иначе, возможно психика моей напарницы подорвалась бы окончательно.

Мы с Аяко затаились возле горы мусора, проводив взглядом бредущего неподалёку монстра.

— Это… Это! Оно! — девушка не могла подобрать слова, чтобы охарактеризовать увиденное существо.

— Динозавр, — сказал я, решив зря не будоражить и так пострадавшую психику несчастной Аяко.

— Но, откуда здесь динозавр? Они же вымерли!

У меня не было времени объяснять ей гипотетическую возможность создания клона древнего ящера из законсервированной ДНК, каким-то чудом сохранившейся до наших дней. Нужно было придумать, как незаметно завести машину и подальше уехать отсюда.

— Слушай меня внимательно, Аяко, — твёрдо сказал я. — Ты останешься здесь, а я…

— НЕТ! — она резко прильнула ко мне, и крепко обняла. — Не оставляй меня, Юми-тян! Прошу тебя!

Мне конечно было приятно обнимать её, но время не ждало. Либо я вывезу нас отсюда, либо в конечном итоге наши тушки просто насадят на рога…

— Аяко, я должна завести машину, чтобы нас спасти. Вместе мы будем слишком заметны и неповоротливы. Поэтому я хочу, чтобы ты осталась здесь. Если я не смогу включить двигатель, то дам тебе сигнал. Ты побежишь и ни в коем случае не будешь оглядываться назад, поняла?

— Куда мне бежать⁈ А ты?

— Подальше отсюда. А я отвлеку эту тварь и выгадаю тебе время…

Её глаза увлажнились:

— Юми, не надо! Прошу, не рискуй!

— Кто-то должен, — ответил я, погладив её по голове. — Будь наготове.

И вот я в пути, оставив позади застывшую от страха Аяко. Чтобы спастись, мне придётся подвергнуть жизнь Юми смертельной опасности, ведь другого выхода у нас не было.

Пробираясь мимо разных металлоконструкций, я часто останавливался, когда слышал топот неподалёку. Сильно рискуя, поднимал голову и осматривался, контролируя местоположение чудовища. Четырёхрогий динозавр за какой-то нуждой чесался рогами об портальный кран, застывший на своих рельсах недвижимой статуей. И это сыграло мне на руку, когда нужно было пробежать короткую дистанцию на полностью открытой территории.

Пытаясь успокоиться, ведь сердце чуть ли не выпрыгивало из груди, я дал себе пару мгновений на то, чтобы перевести дух. Впереди метрах в десяти от меня стоял «Крузак». Нужно незаметно забраться в него и проверить возможность завести двигатель.

Я обернулся и увидел вдалеке силуэт сидящей на корточках Аяко. Умница! Делает всё, как надо. Теперь и мне пора наконец заняться нашим спасением!

Уличив момент, когда монстр, бродивший метрах в двух ста, повернулся шипастым хвостом по направлению ко мне, я быстро добежал до внедорожника и обогнул его. Тихо потянув за ручку пассажирской двери, я с облегчением открыл её, после чего, пригнувшись, сел внутрь салона.

Теперь мне предстоял тщательный осмотр. На панели не было личинки для замка зажигания, а только кнопка. Но она не будет запускать двигатель, если в салоне отсутствует ключ. В течение пары минут я проверил все полочки, бардачок, подлокотник и даже под козырьками посмотрел, но ключей так и не нашёл. Зато под креслом лежал пистолет, который в текущей ситуации был совершенно бесполезен. Правда, его можно было использовать для отвлечения внимания…

Поняв, что здесь мне ловить нечего, я собрался наведаться к микроавтобусу, на котором мы приехали. Но тут меня тоже ждал неприятный сюрприз…

Эта носорогая тварь пыталась взобраться на него сзади, видимо, приняв фургон за полового партнёра во время течки! С невыносимым ужасом я наблюдал, как мнётся кузов, наверное, единственного транспортного средства, на котором мы могли уехать из этого проклятого места! Потому что у меня не было ни времени, ни желания искать ключи от внедорожника в тёмном ангаре среди размазанных по полу человеческих останков.

Решение пришло быстро, ведь у меня в руках был пистолет! Я махнул рукой Аяко и показал ей оружие. Она лишь всплеснула руками, но мне и этого было достаточно — главное, чтобы она знала о моих намерениях, и не сделала самостоятельно ничего, что могло бы подвергнуть её опасности. Продумав свой план лишь на пару шагов вперёд, пока демон не размотал нашу будущую машину в хлам, я поднял пистолет и прицелился в него.

Особая меткость здесь не нужна. Лишь бы привлечь его внимание…

Щёлк!

Ничего не произошло. Я нажал на спуск ещё пару раз, после чего до меня дошло — пистолет на предохранителе. Мне понадобилось ещё секунд десять, чтобы перевести его в боевой режим — переключатель оказался тугим. После чего я снова взял монстра на мушку, и, помолившись напоследок всем богам, мягко нажал на спусковой крючок…

БАХ!

Вспышка, грохот, и пуля, со свистом улетевшая в молоко. Да, я не стрелок и никогда не держал в руке огнестрельного оружия. Но мой никудышный выстрел сделал то, что от него и требовалось — гарантированно привлёк внимание чудовища!

Почти полностью расплющенная задняя часть фургона с хрустом подпрыгнула вверх, когда кряжистый демон сполз с него, и нервно подёргивая рогатой головой, принялся высматривать цель. Я вдруг осознал, что он ещё не понял, откуда произошёл выстрел. Придётся ему помочь…

Я попятился к ангару, стараясь быть тише воды, ниже травы. Наконец, оказавшись под его мрачными сводами, я снова прицелился и без раздумий пальнул по чудовищу. В этот раз демон заметил яркую вспышку во тьме проёма здания.

И ломанулся прямо сюда!

Чудовище неотвратимо приближалось, о чём свидетельствовала пыль, сыпавшаяся на меня сверху из-за топота его лап. Наверное, в нём тонн пять, не меньше!

Итого, первая часть плана была выполнена на отлично. Теперь оставалось выполнить вторую.

Я спрятался за стеной, в ожидании, когда монстр ворвётся в ангар. Топот всё усиливался, а свет, идущий от проёма, всё не застилался его тенью. Это означало, что…

БА-БАХ!

Слева от меня во все стороны разлетелись ржавые листы железа, секунду назад служившие обшивкой для ангара. Пригнувшись от падающих на меня острых кусков, я тут же бросился к выходу!

Чёртова зверюга в этот раз не воспользовалась парадным входом, решив пройти прямо сквозь стену! И если бы я стоял хотя бы на пару метров дальше от входа, то тело Юми рассекло бы на части!

И вот настала пора рвать когти. Свирепый бык вломился в загон, следовательно, отважному тореадору предстояло сменить свою позицию, дабы перевести дух и приготовиться к решающему удару. В моём случае — к попытке завести изрядно помятый фургон и увести нас с Аяко подальше от этой твари! Я бежал, как олимпиец, не обращая внимания на болтающуюся туда-сюда грудь Юми. Тем временем, у машины меня уже встречала Аяко, активно махая рукой.

— Дура! Прячься! — выпалил я, испугавшись за неё. — Эта тварь сейчас…

БУХ!

Ангар вдруг покосился от очередного удара монстра, пробившего своим каменным лбом несущую балку. Послышался скрежет металла — ангар начал разваливаться на части, поднимая в воздух облака ржавчины и пыли. И что самое ужасное — виновник всех этих разрушений, сделав небольшой круг, возвращался прямо к нам!

— Гори оно огнём! Залезай в машину! — проорал я, схватив её за руку.

Пан или пропал! Орёл или решка. Ключи в замке зажигания и спасение или отсутствие оных и быстрая смерть в консервной банке, в которую адская тварь превратила фургон. Была не была!

Фургон был рядом, но стоял он перед нами совсем с пассажирской стороны. Секундомер неумолимо тикал, отсчитывая оставшиеся нам мгновения, поэтому я ринулся открывать пассажирскую дверь кабины. Но она, неожиданно для меня, оказалась заперта! Мои руки тут же переключились на основную пассажирскую дверь, и здесь нам улыбнулась удача — она с щелчком отъехала, открывая смятый в фантик салон.

Я влетел в фургон вместе с Аяко, и как заправский акробат, перемахнул через передние сидения и свалился на водительское место. Девушка тут же заперла дверь, будто это могло остановить чудовище, которое прямо сейчас умудрилось разрушить целый ангар! Кстати про него! Монстр уже был совсем рядом!

Закрыв глаза, и попросив богов о помощи, я положил левую руку на рулевую колонку и…

Нащупал ключ!

— Выкуси, тварь! — обрадовался я, зажав тормоз и крутанув ключ в замке зажигания. Двигатель со стрекотом запустился, и громко заурчал, когда я резко вдавил педаль газа в пол. Шлифуя колёсами и треща подвеской, раздолбанная машина двинулась в путь.

— Ура! — воскликнула Аяко. — Мы спасены, Юми!

Я был счастлив, уже набрав на спидометре шестьдесят километров в час. Эта тварь уж точно теперь нас не дого…

БА-БАМ!

Мощный удар заставил машину завалиться на бок, пропалывая кузовом грунтовку.

Перед тем, как свалиться на боковое стекло, краем глаза я увидел, как четыре рога прошили насквозь пассажирскую дверь, каким-то чудом не задев Аяко. А затем голова и вся туша монстра буквально разрубила пополам нашу многострадальную машину! Грохот, скрежет, крики Аяко, которая влетела в меня при падении. А затем внезапная тьма…

И забвение на пару мгновений, пока я не осознал, что…

Юми только что очнулась и взяла управление на себя!

Если совсем недавно я думал, что всё очень плохо, то сейчас вообще потерял всякую надежду на спасение!

Ибо фактически я теперь больше не мог влиять на ситуацию, и вообще просто ничего не мог сделать. Вообще нихрена! Доступ к двигательным, речевым и иным функциям организма куртизанки был для меня полностью заблокирован, если изъясняться языком наших программистов! И теперь я стал просто статистом, который мог лишь наблюдать за происходящим кошмаром наяву…

Хотя нет — ещё я мог чувствовать ту боль, которая обжигала порезанное плечо — осколок стекла торчал прямо из него! Юми, шокированная этим, попыталась вытащить его, но внезапная волна боли, пронёсшаяся по нашим нервным окончаниям, остановила её. С открытым ртом она принялась осматриваться, и первым, что она увидела, было лицо Аяко, упёршееся нам в грудь.

Здесь же у неё мог возникнуть резонный вопрос, почему Юми оказалась без верхней одежды в одном лифчике. Но сейчас на повестке дня стояли вопросы намного важнее такой мелочи, поэтому девушка для начала постаралась привести подругу в чувство:

— Аяко! Очнись!

Девушка что-то промычала неразборчиво, и принялась разлипать глаза. А я тем временем пытался понять, где же гуляет адская тварь, разрубившая пополам наш многострадальный фургон. Но из-за невозможности контролировать обзор, я лишь напряг маленькие розовые ушки Юми, стараясь вычленить поступь монстра из звуков тарахтящего двигателя, хруста пластиковых панелей, шебуршания резины, на прокручивающемся колесе… капели бензина…

…вот дерьмо!

Нужно срочно выбираться из машины!!! А эти двое только приходят в себя! Что же делать⁈

Юми наконец растолкала подругу и они вместе начали совершать слабые попытки выбраться из машины. Но, это оказалось не так просто сделать, лёжа друг на друге в перевёрнутой кабине. Хватаясь за рычаг АКПП, затем за салонное зеркало, моя подопечная всё-таки смогла подняться и встать рядом с подругой.

— Что здесь произошло? — спросила Юми, потирая ушибленный висок — на её пальцах появилась кровь.

— Динозавр протаранил нас, — ответила Аяко, тоже пребывая не в лучше форме. — Забыла?

Она хихикнула, наверное, не веря своим словам.

— Динозавр? Что?

О, боги! На это нет времени! Машина может в любую секунду загореться!!!

— Иногда я тебя совсем не понимаю, — призналась Аяко, и уже открыла было рот, чтобы продолжить, как вдруг принюхалась — Хм! Чем это пахнет?

— Не знаю. Бензином? И…

Их глаза одновременно расширились:

— КОСТРОМ!

Они принялись спешно взбираться по сидениям на переднем ряду. А я смог мысленно выдохнуть, в душе обрадовавшись, что девчонки оказались вполне смышлёными. Тупить в нашей непростой ситуации было крайне нежелательно.

Разблокировав дверь кнопкой на блоке стеклоподъёмника, Юми и Аяко общими усилиями всё-таки смогли поднять её. Прошло ещё немного времени, и вот мы уже спрыгнули на землю перед перевёрнутым обрубленным кусом металла с колёсами. И тут же замерли, увидев совсем недалеко от нас адского зверя, копошащегося в груде металлолома, который остался от второй половины фургона.

— Аяко, — прошептала Юми. — Ты тоже это видишь?..

— Динозавра? — переспросила она, машинально схватившись за её плечо… с торчащим из него осколком стекла! — Ай! Как больно!

Монстр навострил уши, и мотнул рогатой головой в нашу сторону…

Подруги тут же вздрогнули. А я осознал, что до неминуемой гибели нам осталось всего ничего — секунд десять или того меньше.

И успокоился.

Когда больше не имеешь возможности продолжать бешеную гонку на выживание, становится легче. Проще упасть в пропасть, чем изо всех сил держаться окаменевшими пальцами за выступ, растягивая бессмысленную агонию. Итог всё равно будет одним.

— Р-р-р! — прогремел раскатистый рык.

Девушки, по-видимому, ещё не понимали, что их песенка спета. Точнее, подсознательно не могли этого признать. Одновременно с рыком адской твари загорелся двигатель, поднимая ввысь пока ещё слабый серый дым, что послужило для нас дополнительным стимулом, чтобы срочно рвать когти.

Истошно крича, Аяко и Юми побежали от монстра, куда глаза глядят. Снова послышалась тяжёлая поступь, сотрясающая землю. Снова крики и постепенно угасавшая надежда на спасение. И я, цинично ведущий отсчёт до финального аккорда, которым станет неминуемое насаживание девушек на острые, как пики, рога.

Десять…

Юми бежала и смотрела в землю, словно надеясь не совершить типичную киношную ошибку убегающего от монстров статиста — запнуться и упасть, тем самым отдаться на их волю. Наверное, она, как и я, в детстве много смотрела кино, в том числе в жанре ужасов. Увы, даже если ты рекордсмен по бегу, у тебя всё равно в наличии всего две ноги. А у преследующего нас монстра их было четыре!

Девять…

Аяко наоборот спотыкалась на каждом шагу, вися балластом на Юми. Которая, к слову, бросать подругу была не намерена, поэтому тащила её за собой, держа железной хваткой за руку. Из-за чего рана на её плече сильно кровоточила, но девушка на адреналине не замечала таких пустяков.

Восемь…

А хищник из неведомой бездны, будто собака, радостная от встречи с хозяином, вилял шипастым хвостом, преследуя нас. И с каждой секундой расстояние между нами неумолимо сокращалось.

Семь…

Я вдруг осознал, что жизнь моя, жизни этих девушек, всех людей в стране восходящего солнца и во всём мире фактически не значат ничего. Слишком легко они обрываются, как листья на осеннем ветру. И с этим ничего не поделать. Благо, от осознания тщетности бытия спасает рутина, которая заглатывает в себя с головой.

Я даже чисто автоматически задался вопросом — что сегодня сказали обо мне коллеги, не увидев Хироюки Тагава на рабочем месте? И было забавно, что именно сейчас меня взволновала работа. Может быть это попытка разума спрятаться за хрупкой стеной рутины? Прости, друг, но тебе придётся исчезнуть в мучениях. Открыть глаза и встретить смерть, как подобает мужчине…

Чёрт! И этого я не могу, не по своей воле спрятавшись за спинами хрупких девушек!

Три…

Бесполезные мысли отнимают время, которого нет. Перед смертью не надышишься, как говорится. Всему рано или поздно приходит конец…

Два…

Громоподобный рык чудовища заставил Юми обернуться и посмотреть в ярко-жёлтые глаза зверя. Её рука тут же вытянула складной нож, который в данный момент походил на иголочку в руках дюймовочки, вставшей против слона. Я даже не успел удивиться её отваге, как и Аяко, что удивлённо уставилась на свою подругу, решившую вдруг остановиться перед несущейся на неё смертью.

Один…

Перед своей смертью Юми поступила, как настоящий самурай — мужественно встретила её лицом к лицу с оружием в руке. И я зауважал эту на первый взгляд слабую, измученную и потасканную жизнью, девушку, что снова столкнулась с обстоятельствами, которые были намного выше её сил. Несмотря на то, что всё оказалось против неё, она так и не сдалась.

Не опустила руки, как я.

Жаль, что сейчас её не станет. Я бы хотел поговорить с ней по душам в другом месте и в другое время.

Но этого никогда не случится…

Костяной клюв, выпустивший облако смрадного воздуха, внезапно остановился в полуметре от лица Юми. Я ещё понять ничего не успел, как она со всего маху воткнула ему нож прямо в глазницу! Заточенная сталь окропилась кровью, из-за чего монстр дико взревел, мотнув рогатой головой!

А я просто пребывал в шоке, наблюдая, как это существо корчится от боли, не имея возможности до нас добраться и отомстить за проколотый глаз. И дело оказалось в металлическом тросе, обвитом вокруг шипастой шеи чудовища! По-видимому, при разрушении ангара демон угодил в петлю, и всё это время тащил за собой трос, который в данный момент зацепился за столб! Который уже гнулся на оголённых арматурах, крошась бетонной крошкой под напором взбесившегося монстра!

Девушки успели сделать ещё несколько шагов, свято веря в божье провидение, как внезапно столб поддался и рухнул оземь, позволив чудовищу в последнем рывке броситься на свою жертву!

Вот теперь точно конец!

Хр-р! — что-то громко хрустнуло…

Я сжимал веки настолько сильно, насколько мог, а когда расслабился, вдруг осознал, что снова «в теле». И в голове пронеслась гордая мысль — «Вместо Юми всю боль и ужас заберу себе я!»

А ведь ничего так и не произошло!

Открыв глаза, я увидел настоящее чудо! Маленькое солнце, сверкавшее белыми лучами, которые заставляли снова сомкнуться мои веки. Не имея сил больше смотреть, я отвернулся к Аяко, которую держал за руку. Она была словно ангел в лучах этого странного света. Девушка тоже посмотрела на меня, но лишь на секунду, после чего устремила свой взор на свет, который начал слабеть.

Она подняла руку и указала в сторону чудовища, которое распласталось на земле, будто его придавило гигантским якорем. Когда свет стал ещё слабее, я смог разглядеть сверкавшее золотом копьё, вонзившееся в хребет монстра. Белыми, словно мрамор, руками, его сжимал необычно красивый человек с телом Аполлона, которое дополняли два серебряных крыла за спиной, с перьями-лезвиями, отливавшими на солнце.

Я увидел, что это свечение на самом деле исходило из его глаз. И когда свет померк, на нас посмотрела настоящая греческая статуя. Или существо, очень похожее на неё, не имевшее кроме белков ни зрачков, ни роговиц. На его голове с вьющимися волосами сидел золотой венок, как у древнего римского кесаря.

Вытащив копьё, он вдруг начал опускаться на землю прямо через вспыхнувшее искрами тело демона. Когда монстр исчез, я различил светящиеся сандалии, такие же, как у Первородной, которая меня прокляла. Неужто это существо тоже…

— Молитесь, — произнёс глубоким басом обладатель серебряных крыльев. — Грядёт война.

День только начался, а я уже хотел, чтобы он поскорее завершился.

До смерти уставший, без сил, с вымотанной психикой, я еле переставлял ноги, шагая вместе с Аяко в сторону города. Все те ужасные события, произошедшие с нами, до сих пор стояли у меня перед глазами. Когда же эта кровавая карусель наконец остановится?

«Есть только два состояния, малыш: либо ты страдаешь, либо ты мёртв» — дедушка в своём репертуаре, земля ему пухом. Сейчас я был полностью с ним согласен.

В который раз мне повезло, и я лишь страдал, вместо того, чтобы лечь костьми в землю. Испытав на себе гнев демона и Первородной, я всё ещё каким-то чудом оставался жив, и продолжал топтать эту грешную землю. Правда, в этот раз чужими ногами.

Попытавшись отвлечься от мрачных мыслей, я вдруг вспомнил о важном:

— Как звали старшую?

История повторилась. Из-за моих поспешных действий погибла невиновная женщина, как в своё время погиб Коджи-сан. И я хотел помолиться за её душу, и попросить у неё прощения.

— Хината, — прошептала Аяко, начав смахивать проступившие слёзы. — Хината Иноэ.

Я остановился, заставив подругу посмотреть на меня непонимающим взглядом. Сложив ладони в молитвенном жесте, я закрыл глаза и стал молиться. Я просил, чтобы душа этой женщины обрела покой, и не возвращалась на землю призраком, испытывающим ко мне ненависть.

— Покойся с миром, Хината Иноэ. Пусть следующая жизнь не будет к тебе так жестока. Прощай.

Когда я закончил, Аяко произнесла:

— Не замечала за тобой такой набожности. Хотя, после всего того, что мы пережили… Мне так страшно, Юми. Я не знаю, что нас ждёт впереди!

«Ничего хорошего» — сказал бы я, но легче от этого никому не станет. Поэтому я лишь взял её за руку и повёл вперёд. Теперь это было чем-то самим разумеющимся. Будто её близнец, я не хотел расставаться с той, с которой пережил настоящий ад. Наверное, такому состоянию имелось какое-нибудь научное определение, вроде синдрома посттравматической дружбы или искусственной привязанности к жертве насилия.

Ведь если быть честным с самим собой, то все люди, окружавшие меня, становились потенциальными жертвами для того проклятия, что ступало за мной по пятам…

Кстати, топать до города нам с Аяко предстояло весьма прилично. Мы шли по пустырю, еле переставляя ноги, а где-то позади нас догорали останки фургона, поднимая ввысь клубы чёрного дыма. Нетронутым оставался лишь внедорожник, но ключи от него были надёжно погребены под кучей металлолома, оставшейся после разрушения ангара.

Я так и шёл, практически топлесс, подставляя палящему солнцу упругую грудь Юми, прикрытую лишь бюстгальтером. Конечно, можно было позаимствовать пиджак у одного из бандитов. Но снимать его с окровавленного трупа, а потом напяливать на себя, казалось не слишком хорошей затеей. А вытащить острый осколок стекла из плеча — волне здравой.

Этим мы и занялись, когда добрели до трассы и начали голосовать в поисках попутки. И уже через пару мгновений возле нас остановился один пожилой водитель на старенькой малолитражке.

Видимо, сразу поняв по нашему виду, что мы находимся в затруднительном положении, добрый человек порылся в салоне, и отдал мне свою стиранную рубашку. Сказал, что ехал на юбилей, и повесил её на крючок, чтобы не помялась. Но мне она была нужнее, поэтому он легко с ней расстался, чтобы Юми не позорила свою честь, прогуливаясь по городу нагишом. И спасибо ему — дед быстро оказал мне первую помощь, обработав рану перекисью и наложив повязку. Но всё равно настоятельно порекомендовал обратиться в травмпункт.

На вопрос о том, что с нами стряслось, мы честно ответили, что сбежали от бандитов. Мужчина лишь покачал головой, спросив, не нужно ли куда нас отвезти. От такого неожиданного предложения мы не смогли отказаться, поэтому доверились ему и попросили подбросить нас до дома Юми. Аяко не хотела возвращаться в арендуемую квартиру, тем более, когда её там чуть ли не на пороге схватили люди Якудзы. Заминка возникла лишь с тем, чтобы вспомнить адрес. Но Аяко, уже привыкшая к моим странностям, назвала его сама.

Прошло полчаса, и мы благополучно доехали до дома, слушая всякие забавные истории, случившиеся с бабушкой-долгожительницей, к которой на столетний юбилей ехал наш водитель.

Напоследок сердобольный дедушка предложил вызвать полицию, чтобы она обеспечила нашу безопасность. Но мы отказались, ведь больше в живых не было никого, кто мог покушаться на нас…

В этот раз на лестницу мы даже не смотрели, а сразу зашли в лифт, и уже через минуту снова оказались на пороге квартиры Юми. Будто и не уезжали никуда! Хотя за последние пару часов мы стали свидетелями воистину устрашающих событий, которых большинству хватило бы на всю жизнь.

— Ничего не хочу! Только пойти в душ, — простонала Аяко, на ходу сбрасывая разодранные вещи. Я лишь успел увидеть её обнажённый силуэт, как дверь захлопнулась, и почти сразу же за ней зашелестела вода.

А я, тем временем, сделал несколько шагов и упал на кровать, дав себе пару минут на расслабление. Без куска стекла в плече и в горизонтальном положении ощущения были просто шикарными. Захотелось закрыть глаза и тихо уснуть, забыв обо всех проблемах и невзгодах. Но даже если я каким-то чудом засну, они всё равно будут преследовать меня в кошмарах…

После того, как ангел (так я про себя его окрестил) исчез так же внезапно, как и появился, я чётко осознал, что до сего момента даже и представить себе не мог фактического масштаба надвигающегося «звиздеца». И сейчас портал в одном месте уже не казался чем-то устрашающим.

Сегодня я своими глазами увидел, как это работает. И был шокирован тем, что носителя портала просто разорвало на куски! Ведь то же самое должно было случиться и со мной. Но по какой-то причине я не только выживал всё это время, но и постепенно привыкал морально и физически к своему проклятию. Если сравнивать болевые ощущения от первого «прихода» и последнего.

В любом случае, моё тело находилось где-то ещё, и было неизвестно, что с ним, и появляются ли новые демоны. После смерти Ямада мне стало страшно за себя, и захотелось срочно отправиться на поиски своего тела и Мисаки.

Благо, теперь для защиты близких людей у меня имелся самый настоящий пистолет, как минимум с семью или восемью зарядами. Пару минут я рассматривал оружие, и в какой-то момент благоразумно поставил его на предохранитель. Не хватало ещё нечаянно куда-нибудь выстрелить! Или в кого-нибудь…

Оставалось хорошенько спрятать пистолет, чтобы, когда Юми очнётся, она не нашла его. Не придумав ничего лучше, я забросил огнестрел под кровать, и продолжил лежать, пока меня не окликнула Аяко:

— Юми! Подойди, пожалуйста!

Это было самой трудной и практически невыполнимой просьбой с её стороны. Я был словно прикован к кровати, и не хотел ни шевелить руками, ни ногами, ни, тем более, вставать и иди куда-то. Как же я устал…

— Мне нужна твоя помощь! — настойчиво произнесла она, перекрикивая шелест воды своим звонким голосом.

— Иду, — сдался я, нехотя поднявшись. Несколько шагов (какая же маленькая у Юми квартира), и я оказался у двери в ванную комнату. — Что случилось?

— Мне нужна губка! Не смогла найти у тебя.

Вот же незадача! А как я то найду? Делать было нечего, я открыл дверь и очутился в царстве тёплого пара, застилавшего глаза. Быстрее закрыв за собой, чтобы Аяко не подмёрзла, я опустился на колени перед шкафчиком под раковиной, логически рассуждая, что искомый предмет должен находиться именно там. Тем временем, за ширмой подружка вовсю принимала душ.

К счастью, я легко нашёл губку и протянул её за ширму:

— Держи.

И стоял так секунд десять, пока не понял, что Аяко меня не слышит.

— Аяко! Вот губка, — сказал я громче, наконец, сумев привлечь её внимание.

Девушка высунула мокрую голову и захлопала глазами, избавляясь от попавшей в них воды:

— Спасибо!

Кивнув, я уже собирался выйти, как вдруг она меня остановила:

— Натрёшь мне спинку?

Вот так поворот! Судьба снова расплачивается со мной за пережитые ужасы эротическим моментом? Мне бы свалиться сейчас на кровать, чем блуждать руками по телу красавицы. Тем более, она была не в моём вкусе. Да и сердце моё принадлежало Мисаки, поэтому я не…

Внезапно мне захотелось смыть с себя всю грязь, кровь и этот день. И даже усталость, как рукой сняло. Наверное, это знак…

— Хорошо, — буркнул я, принявшись раздеваться.

На пол упала рубашка и шортики с окровавленным ножом в кармане. За ними последовало нижнее бельё. Мой взгляд упал на зеркало, но оно было запотевшим, и взглянуть на себя я не мог. Вот и славно — меньше соблазна подглядывать за человеком, в шкуре которого ты оказался, да ещё не по своей воле. Как и Юми, не знавшая об этом, приютила моё сознание в себе.

— Ну что ты копаешься? Идём сюда, — подала голос Аяко.

А вот с ней придётся сделать иначе — попытаться залезть в душевую и не упасть, закрыв глаза. Всё-таки вот так просто глазеть на обнажённую девушку будет не честно по отношению к ней.

С горем пополам забравшись в душевую, я сразу же целомудренно уставился в пол.

— Держи!

В мои руки снова вернулась губка и вдобавок мыло. Я принялся намыливать губку, и вскоре наощупь начал тереть ей спину.

— Между лопаток, подруга, — бросила Аяко, умывая лицо под струями бегущей воды.

Я стал исполнять её указание, правда, не так качественно, как если бы не опускал взгляд.

— Так я и сама могу. Юми! Ну просила же помочь! — возмутилась Аяко, повернувшись ко мне в пол оборота, и непонимающе посмотрев на меня.

— Прости! Сейчас, — выпалил я, пытаясь не смотреть на её грудь.

Теперь всё получалось гораздо лучше. Белая пена укрывала собой розовое тело Аяко, поэтому на минуту я перестал смущаться.

В один момент мыло выскользнуло из рук и с громким звуком упало, оказавшись прямо между моих ног. Опустившись на колени, я вдруг зацепился взглядом за кустистую зону бикини Юми, и, сконфузившись, сразу же поднял глаза вверх…

А там меня встречал тот же самый пикантный вид, только уже в более выгодном ракурсе!

Ощутив прилив крови на щеках, и чтобы не пялиться на Аяко, я снова закрыл глаза, и уже сам принялся натираться губкой. Происходящее сейчас со мной, не укладывалось ни в какие рамки!

— Поясницу забыла.

О, нет… Придётся отрабатывать полностью. Что ж, прости Мисаки, но обстоятельства снова против меня…

Губка вернулась на своё законное место, и опять начала натирать спинку Аяко.

— Ещё ниже, — вдруг попросила она.

Нет, это возмутительно! Она что, догадалась, что позади неё стоит парень? Или у девушек так принято — ухаживать друг за другом в ванной, как за маленькими детьми?

Делать было нечего, я спустился ниже. А когда закончил, принял лейку с её руки, и начал смывать пену. И постепенно проявляясь в лопающихся белых пузырьках, её тело начало пленить меня своими изгибами и формами. Сам того не замечая, я дал волю своим рукам, которые настойчиво гладили её, смывая остатки мыла. И не только…

— Как приятно, — пропела она. — Юми, последнее время мне кажется, что ты стала какой-то другой. С тобой всё в порядке?

Моя рука как-то невзначай легла на её грудь, помогая воде сбить пену с этого прекрасного девичьего тела.

— Хотя, может это и нормально. Я вообще не понимаю, как ещё не сошла с ума после всего того, что видела сегодня, — добавила Аяко. — Бандиты-садисты, мёртвая Хината, древний динозавр и библейский ангел. Уму непостижимо… Что с нами будет, Юми?

— Я не знаю, — честно признался я, обняв её.

Едва коснувшись её кожи, грудь налилась кровью, а внизу живота внезапно появился очаг тепла. И все эти волнующие моменты явственно намекали на то, что с Юми сейчас происходило что-то невероятное! И со мной тоже!

— Я боюсь, Юми…

— Я защищу тебя, — ответил я, поворачивая её к себе.

Моя рука коснулась её нежной щеки, а потом я провёл пальцами по её волосам. И не смог устоять, чтобы не притянуть её к себе… Аяко не сопротивлялась. Лишь странно смотрела на меня, будто пыталась увидеть в глазах Юми кого-то ещё.

Когда наши губы сомкнулись, всё, кроме нас двоих, перестало иметь хоть какой-либо смысл…

За окном вечерело.

Мы лежали в кровати, разделённые лишь десятью сантиметрами пространства, которое на самом деле было словно как неприступная стена. И каждый думал о своём, боясь уменьшить это расстояние и заговорить. Аяко повернулась на бок и залипала в смартфоне, а я смотрел в потолок и отходил от совсем недавно произошедшего со мной чудесного приключения. Если бы во рту была сигарета, то всё было бы просто идеально, как в кино. А так…

Ощущалось какое-то напряжение, витавшее между нами. И это было бы странно, учитывая шикарный и незабываемый секс, если бы не пара противоречивых моментов, которые смазывали картинку. А именно то, что я сделал «это» с ней, будучи в теле девушки. И не просто девушки, а подруги Аяко.

Конечно, у любого сорвёт крышу после такого. И мне даже повезло, что Аяко не решила расцарапать мне лицо или сложить вещи и уйти. Правда, последний вариант был невозможен в принципе, ведь наши вещи и документы сгорели в фургоне. Да и чёрт с ними, ведь обычная жизнь для нас двоих уже закончилась. Впереди, судя по словам ангела, намечалось что-то грандиозное…

Я не мог молчать о своих чувствах, поэтому прошептал:

— Спасибо. За это…

Тишина и только звук кликов по монитору телефона. Аяко точно решила меня игнорировать.

— Ты обижена на меня? — задал я очевидный вопрос, и потянулся к ней рукой.

Но не успел прикоснуться пальцами к её плечу, как Аяко внезапно выдала словесную тираду прямо в стену:

— Юми! Ты вообще соображаешь головой, что ты творишь⁈ Ты сегодня вероломным образом избавилась от своей лучшей подруги! Надеюсь, что именно таковой я была для тебя. После всех этих ужасов я сама не своя, а ты подло воспользовалась этим. Извращенка!

— Прости! Я просто… Не хотел! Но мне стало так хорошо с тобой, Аяко… Я не смог сдержаться!

— Не хотел? — повернулась она и пристально посмотрела мне в глаза. — Не сдержался, что⁈

Я замялся, и не знал, говорить сейчас ей правду или нет. Хотя лучшего момента для этого может и не представиться. Правда, Аяко сейчас была совсем не в духе, и я боялся, что только разожгу её раздражение и всё испорчу своим признанием. Давно замечал, что если девушка находится под действием эмоций, то она словно пламя. А каждое твоё слово может быть использовано в качестве жидкости для розжига, и сделает только хуже.

— Столько всего произошло. Я не знаю, что со мной творится… И я тоже устала, как и ты! И кроме тебя у меня нет никого настолько близкого, поэтому я…

— Ты сошла с ума, Юми.

— Возможно, ты права…

Невидимая стена между нами так и не разрушилась. И я понял, что просто трачу время, находясь в этом месте, с этой девушкой и в теле другой девушки. Ужас… Вот же угораздило!

И лучше бы я уже начал искать Мисаки и собственное тело, пока что-нибудь не случилось. Что-нибудь, масштаба этак вселенского! Не зря же различные сверхсущества начали активно спускаться на землю с сопутствующими спецэффектами. Грядёт война…

Пора вставать!

Я сел на кровати и очумел — рана на плече разошлась и запачкала простыню кровью. Надо бы уже поскорее зашить её!

— Твою мать, — выругался я, отрывая прилипшую повязку, тем самым привлекая внимание Аяко.

— Вот дура! — выпалила Аяко, подскочив ко мне. Она стала пристально разглядывать рану и ощупывать её края. — Вместо того, чтобы подкатывать к старой подруге, лучше бы сразу поехала в больницу! Вдруг у тебя уже пошло заражение крови⁈

Она с укором смотрела на меня, будто моя мама. Мда… Не так я себе представлял душевные разговоры после секса. Но в чём-то она была права — плечо сильно ныло. Видимо, до сего момента я держался только на адреналине.

— Вставай. Мы срочно идём в травмпункт! — скомандовала Аяко, чуть ли не пинками отправляя меня вон с кровати.

После всего того, что случилось, хотелось сидеть дома и никуда не выходить, теша себя иллюзорной безопасностью жилища. Но выбора не было.

Аяко сразу же наложила мне новую повязку, чтобы приостановить кровотечение, а потом мы принялись спешно одеваться, надеясь успеть к врачу до часа пик. Но от сборов меня внезапно отвлёк мобильник, до сего дня хранивший молчание. Прозвучала забавная мелодия, продлившаяся секунд пять. То ли звонок, то ли сообщение.

— Твой парень, наверное, беспокоится, — ухмыльнулась Аяко, ныряя в трусики. — Как много он о тебе не знает, Юми. И как много не знала я!

— Да, брось, — сказал я, подойдя к ней, и вдруг поцеловал её в лоб. Аяко округлила глаза, но ничего не сказала. Это была моя маленькая победа.

Взяв в руки телефон, я упёрся в блокировку паролем, которого отродясь не знал. Но, видимо сжалившись надо мной, телефон просканировал моё лицо, и всё-таки показал рабочий стол. На котором мигало сообщение из мессенджера, которое прислал контакт под именем «Любимый».

О, как! Эта проблема наконец решила дать о себе знать. Ведь у Юми был парень! С которым мне ни в коем случае не нужно было встречаться! А иначе, при попытке обнять меня или поцеловаться, этот парень обязательно столкнётся с моим кулаком! Или, мне придётся, скрепя сердцем, терпеть его ухаживания, если вдруг Юми возьмёт себе бразды правления от нашего тела.

Ух, вот же напасть! Что б у этой Первородной на груди соски отсохли! Гадина!

Ощущая весьма смешанные чувства, я развернул сообщение и прочёл его: «Привет. Прости, что пропал. У друга проблемы. Давай встретимся сегодня вечером?»

Нет!

И ещё раз нет!

Никаких встреч и точка!

Я сразу же стёр сообщение, чтобы Юми его уж точно не увидела. Нафиг мне рисковать своей психикой. И так дьявольских тварей хватает, не то, что по своей воле участвовать в реалити шоу под названием «Попаданец в девушку: Не дай себя поиметь!»

О, боги!

— Ты закончила? — сбила меня с мыслей Аяко. — Нам надо ехать.

— Идём, — согласился я, бросив телефон в сумочку.

И вот мы снова вышли на улицу. Снова стали частью водоворота людей и машин. Этот город продолжал пребывать в счастливом неведении, пока на его задворках творилась полнейшая чертовщина. И мы, два свидетеля хаоса, пытались понять, что нам делать в сложившейся ситуации. Решили начать с насущных проблем — с похода к врачу.

Всё-таки хочется сказать огромное спасибо тому человеку, который придумал метро. Под землёй вечерняя жара уже не достаёт тебя, а быстрый поезд, приходящий с разницей в сорок секунд, гаранированно довезёт практически до любого уголка Токио.

Как оказалось, мы направлялись в платную многопрофильную клинику, с которой у хозяйки борделя, земля ей пухом, был заключён контракт на обслуживание. Девочки лечились там от банальной простуды до серьёзных венерических заболеваний.

Аяко провела меня к рецепции, где сама же записала меня на приём к врачу. И я был благодарен ей за это. В глубине души даже надеялся, что она меня простила. Точнее, простила Юми. Ох, не завидую я этой девушке! Если она узнает, чем мы занимались с её подругой в душе…

О, боги, это было просто волшебно!

Видно, почувствовав на себе взгляд, Аяко обернулась и с недоумением посмотрела на меня. Всё поняв, она надулась, как шарик, и показала язык. Что явно говорило — она больше не злится!

Наконец, перестав мучиться чувством вины и грустными думами о том, что совратил её, я прошёл в месте с Аяко в нужный кабинет, где нас встретил молодой хирург, чем-то похожий на кузнечика. Он был какой-то нескладный с тонкими кривыми ногами и огромными очками на квадратной голове, в которых его глаза были похожи на сюрреалистические образы с картин Дали.

— Добрый вечер. На что жалуетесь, мисс Мацуда? — спросил он, посмотрев в карточку, будто что-то мог в ней разобрать при своём-то зрении.

Аяко тем временем оставила нас в кабинете наедине, закрыв за собой дверь.

— Порезала плечо.

Кивнув, парень поднялся со своего кресла и подошёл ко мне:

— Садитесь сюда и раздевайтесь до пояса, — указал он на койку, застеленную пелёнкой.

Я покорно сел, и, немного стесняясь, стянул с себя футболку. А потом заметил, что молодой врач не смог отвезти взгляд от притягательной груди Юми, даже несмотря на свою профессию, по роду деятельности которой должен был постоянно встречаться с обнажёнными людьми во время осмотра.

— Вы очень привлекательны, — честно сказал он, рассматривая попеременно то рану, то грудь.

— Спасибо, — ответил я, борясь с желанием дать ему коленом между ног. Но придётся потерпеть это неприятное знакомство ради собственного блага.

Врач пододвинул ко мне столик с инструментами. Сначала опрыскал рану тёплой водой из пульверизатора, после чего осмотрел её на наличие инородных предметов. Затем достал банку антисептика и специальные ватные диски. Обильно смочив их раствором, он начал обеззараживать рану, что ожидаемо вызвало у меня небывалый приступ боли!

— Ай! — не выдержал я и вскрикнул. Всё-таки тело Юми оказалось менее стойким к болевым ощущениям, чем моё собственное. И с этим приходилось считаться.

— Простите. Надо было предупредить, — извинился он, продолжая своё дело. — Достаточно глубокий порез. Когда вы поранились?

— Днём.

— Отлично. Сейчас я зашью порез. Будет немного больно.

Я был согласен на всё, лишь бы поскорее убраться отсюда, поэтому только кивнул. Далее в ход пошла игла и тонкая нить.

— Это будет косметический шов. Мы же заинтересованы в том, чтобы не испортить вашу красоту? — хитро улыбнувшись, произнёс он.

Началась небольшая операция, в ходе которой, неожиданно для себя, я был приятно удивлён аккуратной работой врача. Быстро и почти безболезненно он орудовал ниткой с иголкой, постепенно стягивая разошедшиеся края раны. Теперь моё отношение к этому странному типу кардинально поменялось. Недаром говорят, что встречают по одёжке, а провожают по уму. В моём случае, по профессионализму.

Закончив операцию буквально за пять минут, хирург принялся отрезать концы нитки, а потом напоследок обработал шов перекисью.

— Всё! Можете идти оплачивать, — широко улыбнувшись, сказал он.

— Спасибо вам, доктор! — искренне поблагодарил я, одеваясь. — Вы очень мне помогли!

— Это моя работа. Кстати, — вдруг сказал он, подойдя ко мне практически вплотную. — Какая у вас такса?

— Что? — не понял я вопроса.

— Я видел вас на фото в «Храме Хинаты». И даже хотел провести с вами пару часов, но в тот день вы не работали.

Всё ясно. Профильная клиника для шлюх. Чему удивляться? Парень был в курсе всего происходящего, и пользовался услугами борделя. Наверное, даже с неплохой скидкой. Как же славно, что Юми никогда не обслуживала его. Столкнуться с её клиентом и говорить с ним о том, как хорошо они провели время, было бы выше моих сил!

— Я больше не работаю, — твёрдо сказал я.

— Очень жаль, — задумчиво произнёс парень, неприкрыто пялясь на меня. — Я бы не отказался пообщаться с вами в приватной обстановке. Может быть, вы согласитесь, конечно, за более высокую плату, обслужить на дому?

Этот вопрос выбесил конкретно, поэтому хирург получил от меня знатную оплеуху и хлёсткий удар ногой в пах.

— За что⁈ — согнувшись, прохрипел ошеломлённый парень, но я не ответил, скрывшись за дверью.

Не было никакого смысла тратить время на негативные эмоции. Теперь меня залатали, а это означает, что можно прямо сейчас отправляться на поиски Мисаки.

И на поиски себя…

— Ну как? — спросила Аяко, подойдя ко мне.

— Зашили. Можем уходить.

— Погоди, я оплачу, — бросила подруга, направившись на рецепцию. А я последовал за ней, пребывая в мрачных думах.

Я не мог, а главное, не хотел представлять, что чувствовала Юми, каждый день выплачивая столь высокую цену за долг своего отца. Добровольно отдать себя в сексуальное рабство! Причина для этого должна быть весомая. Помнится, Ямада говорил, что это серьёзные люди. Ещё одна проблема, которую нужно было как-то решать.

Не было разницы, кто убьёт нас первым: демоны или бандиты. Итог будет одним — смерть и забвение. Поэтому придётся искать деньги, либо самому разбираться с кредиторами Юми. И было бы лучше, если бы до этого я нашёл своих верных демонят. С их помощью можно не то, что решить все проблемы одним щелчком пальца, но и горы свернуть!

Решено!

Сейчас я поеду в госпиталь, где оставил Мисаки. А потом ночью отправлюсь в имение Ордена, чтобы попытаться вызволить оттуда бесят. Затея самоубийственная, но я уже имел дело с этими хмурыми мужчинами в тёмных очках, и точно знал, что они не будут стрелять без объяснений. А ещё, уже достаточно много зная о Ясуо, я мог попытаться сыграть какое-нибудь театральное представление, чтобы проникнуть внутрь.

В любом случае, война план покажет.

— Юми? — за спиной прозвучал знакомый голос.

Я обернулся и чуть не закричал от удивления! Передо мной стоял Ючи собственной персоной!

— Ючи? Ты… Что ты здесь делаешь?

Мой друг, одетый в рубашку и брюки, держал за спиной пиджак. Видно, возвращался с работы. Рыжий повеса выглядел совсем иначе, чем пару недель назад: небритый и осунувшийся с уставшим взглядом. И таким он стал после череды ужасных событий, которым виной был я.

— Тебя ищу, — лаконично ответил он.

— И как ты меня нашёл? — не переставал удивляться я.

Неужели мой друг имеет связи в полиции или в спецслужбах? За мной что, велась слежка всё это время?

— У тебя на телефоне приложение с геолокацией, — сказал он. — У меня тоже. Мы же вместе установили его на всякий случай. Вот и пригодилось.

До меня начало доходить. Я как-то упустил тот факт, что мой друг разговаривал со мной не как с Хироюки Тагава, а с Юми Мацуда! И теперь я осознал, что её имя было мне очень знакомо — сам Ючи рассказывал о своей девушке, которая держала его в ежовых рукавицах и просто напросто не давала ему близости. И логично, что она не подпускала его к себе слишком близко, ведь интимные отношения для неё были олицетворением нелюбимой и даже мерзкой работы!

Вот это, мать его, неожиданный поворот!

— Я многое наговорил тебе в тот вечер, — сказал он, не рискнув подойти ближе. — И хотел извиниться.

— Я прощаю тебя.

Мы стояли в забитом народом вестибюле медицинского учреждения, а мой друг детства молча хлопал глазами, не веря своим ушам. Что же он такого наговорил своей девушке, что даже не надеялся получить прощения?

— Юми, я…

В коридоре раздался женский крик!

Я обернулся, и увидел вспышку рядом с кабинетом, откуда только что пришёл. Заиграли знакомые гитарные рифы. Забили барабаны, и раскатисто прозвучал рык вокалиста.

А когда кровь брызнула на стену, став последним аккордом дьявольского вступления, я с ужасом осознал, что сейчас начнётся, мать её, самая настоящая мясорубка!

Одна из основных проблем современного человека — это мобильные телефоны

И я говорю не о вреде для глаз, осанки или о пагубном влиянии на человека испускаемого ими излучения. Из-за смартфонов люди забывают о самом главном инстинкте, который позволил нашему виду выжить в суровой окружающей среде. И это инстинкт самосохранения.

…который сменился на инстинкт фото и видеооператора.

Люди, стоявшие в первых рядах кровавого представления, даже не пытались отойти подальше от существа, что выползло на шести лапах в коридор. А оно было довольно устрашающее и мерзкое…

Дьявольское насекомое напомнило мне о хирурге, который совсем недавно заштопал мою рану. И богомола, непонятным образом выросшего до потолка. Мои догадки о схожести существа и врача подтвердились, когда оно подняло голову, увенчанную хитиновой пластиной.

Под неистовые звуки дедметалла и гроула беснующегося вокалиста на шокированных людей посмотрело окровавленное лицо врача. Очки сползли с носа и тут же разбились о кафельный пол. За ними последовала мёртвая маска, оставшаяся после активации адского портала в теле человека. Присутствующие при кровавом переодевании врача в насекомое теперь лицезрели вместо лица натуральный череп без глазниц!

— Охренеть! Вы это видели⁈ — прокричал кто-то. — Я попаду в телевизор! Здесь снимают кино!

Народ расслабился и весело смеясь, зааплодировал. И я понял, что нереальность происходящего подпитывала музыка, льющаяся из нутра чудовища. Толпящиеся в фойе люди на полном серьёзе думали, что это какой-то розыгрыш или съёмки кино!

Мне стало жутко от этой мысли.

— Пойдём отсюда, — сказал я, попытавшись повернуть голову к Ючи.

Но сделать этого мне не удалось! Друг детства не услышал меня, и я уже понял, почему. Юми снова проснулась не вовремя!

— Ючи? Как ты… — произнесла Юми, но лишилась голоса от увиденного.

Цок…

Многосуставные ножки, оканчивающиеся хитиновыми лезвиями, быстро зачастили, приводя в движение худое тело, к которому крепились две мощные конечности в виде крюков-лезвий.

Цок. Цок. Цок. Цок…

Парень, снимавший всё это на телефон, показал большой палец чудовищу, надвигавшемуся на него под звуки тяжёлого рока.

В-жжжжжжух!

Его голова с тянущимся от неё красным шлейфом улетела в столпившихся зевак, заставив людей разом охнуть. Монстр прошёлся по трупу, в довесок проткнув его своими ногами-лезвиями. Одновременно со скрежетом, отдававшимся болью в ушах, он счищал со своих передних конечностей кровь, и неумолимо продвигался в сторону ошеломлённых людей.

— БЕЖИМ!

Толпа пришла в движение.

Женщины тянули своих детей к выходу, где уже образовалась давка. Одного старика повалили на пол, об который звонко ударилась его трость. Мужчины и женщины бросились в узкий проём, и проходили прямо по лежавшему человеку! Кто-то запнулся об него, блокируя проход. Завизжал ребёнок. Начался хаос…

… в который, под устрашающий речетатив вокалиста, ворвался богомол, орудуя своими длинными лезвиями!

Первой из жизни ушла медсестра, по чистой случайности, оказавшаяся в эпицентре рождения нового богомола. Она просто не успела среагировать, машинально попытавшись соскрести с себя останки пациента, когда над её головой занесли лезвие…

Треск разрубаемой плоти и хруст ломающихся позвонков огласили коридор. А затем звук падения того, что раньше было человеком… Личностью. Целой вселенной, как любят романтизировать в литературе. По факту для пришельцев из Ада все мы были лишь разумными кусками мяса.

К своему счастью, я не увидел совершившейся расправы, потому что Юми уже вовсю бежала вместе с остальным назад на лестницу. Но это был в корне неверный путь — этажом ниже ждало другое чудовище, а выход был только в противоположном конце коридора. С другой стороны, у нас не было ни единого шанса пробиться к эвакуационной лестнице через только что появившуюся тварь.

Послышались истошные крики. По какой-то причине богомол не стал преследовать нас, а пустился в погоню за людьми, спешно спускавшимися по лестнице. И я им сейчас совсем не завидовал…

Мы вернулись на лестницу, и к своему ужасу услышали знакомый цокот, доносившийся снизу. Тварь медленно, но верно поднималась на наш этаж!

Ючи погнал нас наверх, и мы благополучно пробежали ещё один этаж, пока не упёрлись в тупик — глухую стену с лестницей, ведущей на чердак, люк от которого был закрыт на висячий замок.

— Это конец! — запаниковала Аяко, забегав из стороны в сторону. И я понимал её — мы сами загнали себя в ловушку.

Но Ючи её не слушал, и уже снимал с пожарного щита топор.

— Я вытащу нас отсюда, — решительно произнёс он, поднимаясь по вертикальной лестнице к люку.

Юми, тем временем, подошла к перилам и замерла, непроизвольно затаив дыхание. Пролётом ниже она увидела смертоносное существо из иного мира, осторожно поднимающееся по ступенькам. У них осталось совсем мало времени, чтобы унести отсюда ноги!

— Ючи, поторопись! — взволнованно крикнула она, вернувшись обратно.

Динь!

Динь!

Звонкие удары эхом проносились по лестнице, заставив инфернальное существо на секунду остановиться и повертеть головой в поисках возможной угрозы. По повадкам оно на самом деле было похоже на земное насекомое, а не на разумного демона. Похоже, там в Аду пока решили отправить на Землю пушечное мясо. Неужели на самом деле начнётся полномасштабная война на уничтожение?

Ючи бил со всей силы, высекая искры, но замок только болтался на петлях. Мой старый друг не был тяжелоатлетом или бодибилдером, поэтому его потуги, да ещё в неудобной позе заставили меня практически потерять надежду на спасение. Аяко кричала, что есть сил, наблюдая, как монстр отмеряет последние ступеньки на пути к тёплой беззащитной добыче.

— Да что ты возишься⁈ — воскликнула Аяко, схватившись за голову. — Я прокляну тебя после смерти, если ты не вытащишь нас отсюда!

Юми переводила взгляд то на истерящую подругу, то на демона. И мне показалось, что я увидел, как ухмыляется череп без глазниц на тонкой шее богомола.

Бух!

Замок звонко ударился об пол.

Люк резко отворился, чуть не прибив самого Ючи. Парень сразу же забросил топор внутрь и подал мне руку:

— Быстрее наверх!

Но вместо того, чтобы первой взобраться на чердак, Юми схватила Аяко и отправила её за себя. Ючи только испепелил её яростным взглядом, но всё же принял руку другой девушки, и принялся помогать ей взбираться по лестнице.

— Спасибо! — выдохнула Аяко, явно почувствовав облегчение и надежду на спасение.

— Юми! Давай! — крикнул он, пихнув плечом попу Аяко, придав ей ускорение.

До богомола оставалось метра три, и я мог теперь разглядеть незамысловатые узоры на его теле. Это были неизвестные мне руны, будто вырезанные раскалённым ножом по хитиновому слою. Пока я засматривался эстетикой смерти, адское существо уже заносило лезвия для удара. Но Ючи своими сильными руками выдернул с места остолбеневшую Юми, и помог ей в то же мгновение подняться.

Бздынь!

Он чуть не лишился ног, когда лезвия ударили по лестнице. Старый друг отшатнулся от проёма и быстро встал. Выругавшись самыми последними словами, Ючи поднял топор и стал ждать прихода гостей…

— Отойдите дальше! — крикнул он, готовясь рубить головы. — Сейчас я отделаю эту тварь!

До смерти напуганные девушки логично подчинились, спрятавшись по углам тёмного помещения чердака.

Послышалось звонкое цокание — чудовище поднималось по лестнице. Когда одна конечность упёрлась в пол, Ючи мгновенно размахнулся, и что есть силы, ударил по ней!

Но лезвие топора со звонким звуком лишь отскочило от неё!

— Да сдохни ты, тварь! — орал в исступлённой ярости Ючи.

Он бил ещё и ещё, пока, наконец, не осознал, что против чудовища это было бесполезно. И я знал, почему. Только один металл на земле, прилетевший из глубин космоса, мог убить эту тварь! И топор был сделан точно не из него.

— Ючи, пожалуйста, уходим! — взмолилась Юми, когда Аяко начала буквально тащить её на крышу.

— Бежим! — кричала подруга, с ноги открывая дверь — солнечный свет сразу же озарил маленькое помещение, в котором стояло старое, уже давно не используемое вентиляционное оборудование.

Пока обезумевший друг детства дрался с чудовищем, мы бежали по крыше и оглядывались в поисках маршрута нашего спасения. Вокруг был всё тот же город, живущий своей жизнью. По улицам сновали машины, по своим делам ходили прохожие. И никто в целом мире даже не догадывался, что буквально в пятидесяти метрах от оживлённой улицы происходят ужасные кровавые события!

— Бл…! — Ючи с криком выбежал за нами следом, держа окровавленной рукой порядком износившийся топор. На его лезвии были сколы от ударов о непробиваемую кожу демонов. Рукав на рубашке парня порвался — видно его задело лезвием. — Надо заблокировать дверь!

Он принялся яростно пинать ногами большой блок с вентилятором от кондиционера, что стоял поблизости от входа на чердак. Но только неистовые удары топором смогли сбить его с крепежа. Когда тяжёлая металлическая коробка рухнула, мы с Аяко подбежали к Ючи и принялись вместе помогать ему тащить коробку к двери, чтобы её заблокировать. Внутри уже был слышен торопливый цокот, от которого по телу Юми забегали мурашки.

Только мы приставили наружный блок кондиционера, как тут же дверь насквозь пробило лезвие, которое мелькнуло в паре сантиметров от лица Юми!

Этого оказалось достаточно, чтобы обезумевший Ючи схватил девушку за подмышки, и спешно потащил её к краю крыши, за которой виднелось другое здание.

— Будем прыгать!

— Может, стоит подождать помощи? — взмолилась Аяко, когда мы подошли к краю карниза. — Мы же заблокировали дверь…

Издалека казалось, что здания стоят друг к другу практически вплотную, но на поверку это оказалось совсем не так! По меньшей мере, три метра отделяли нас от соседней крыши, дарующей надежду на спасение!

Оставалось только посыпать голову пеплом. Никто из нас не мог преодолеть подобное расстояние, не будучи кузнечиком-переростком или олимпийским чемпионом по прыжкам с шестом.

Внезапно снизу послышалось, как кто-то скребётся по стене…

Изрядно испугавшись, мы бросились назад, и уже через пару мгновений на карниз ступила новая тварь, резко двигающая из стороны в сторону устрашающим черепом, измазанным в крови! Скорее всего, это была та самая тварь, которая отправилась догонять людей на эвакуационной лестнице.

— Твою мать! — выругался Ючи, подняв топор. — А-а, сука! Подходи! Изрублю!

Он сделал шаг по направлению к монстру, готовясь в неравной схватке отдать свою жизнь ради любимой. Чтобы хотя бы задержать эту адскую тварь и выгадать время для неё. Но Юми решила иначе, схватив его за живот, и потащив за собой.

— Ючи! Нет! Не смей жертвовать собой!

— Бегите, дуры! — не унимался наивный герой, страстно желая отправиться в последний бой. Я клял его как последнего идиота! Он же знал, что не справится! К чему это показное геройство?

— Если умирать, то уж точно не так, — будто что-то осознав, проговорила Аяко, посмотрев на нас потерянным взглядом.

Она и Юми кое-как оттащили Ючи от чудовища, которое медленно наступало на нас, будучи уверенным, что его жертвы никуда не денутся. Вскоре мы добежали до противоположного карниза и с опаской посмотрели вниз, боясь ненароком сорваться.

— Чёрт! Высоко! — высказался Ючи, когда его волосы растрепал тёплый летний ветерок.

— Ты был прав, — мрачно произнесла Аяко, глубоко вздохнув. — Если бы мы спрыгнули тогда… То…

— Мы бы всё равно не спаслись, — ответила Юми.

Бух!

Охлаждающий блок откатился на пару метров, когда дверь, изрезанная лезвиями, была высажена чудовищем. Теперь уже двое богомолов приближались к нам, бесконечно точа свои лезвия в предвкушении раздачи всем присутствующим бесплатных билетов в царство смерти. И мне показалось, что их черепа улыбаются. Демоны готовились закончить сбор урожая. И мы были, наверное, последними оставшимися в живых во всём здании. Пока…

— Ючи, — произнесла Юми, взяв его за окровавленную руку. При этом Аяко тоже приблизилась к нам, готовясь услышать её признание. — Мне нужно кое-что тебе сказать перед смертью…

Лицо моего друга исказилось болью. Мы оказались в том положении, в котором выбор просто отсутствовал. Конечным итогом в любом случае будет смерть. Нам дано лишь облегчить её или, поддавшись страху, остаться на месте, ожидая неминуемой гибели.

— Ничего не нужно. Я лишь хочу сказать, что люблю тебя, Юми, — сказал он. — И знаю, что ты тоже…

Его рука крепко сжала мою. Аяко тоже сильно обняла меня со спины и прижалась щекой к уху:

— И я люблю, подруга…

Являясь невольным свидетелем происходящей трагедии, я почувствовал, как Юми наконец успокоилась. Ей не придётся признаваться своему любимому об её позорном прошлом. Её подруга рядом, и они втроём останутся вместе навсегда. И даже смерть они встретят вместе — шагнув навстречу ветру и в жестокие объятия земли.

И даже мне, невольному бесу в голове девушки стало легко. Выбора нет. Есть только смерть.

— Встретимся на той стороне, — произнесла Юми, сжимая руки подруги и любимого человека.

Появился шум в голове от внезапно разогнавшегося сердца. Быстро накачивая кровь кислородом и адреналином, оно пыталось вразумить носителя разума — надо жить! Бороться до конца! Но сердце, словно дитя, находилось в своём безопасном мире в груди Юми. И ему было не ведомо, что видят её глаза. Что шторм, обрушившийся на тихую гавань, разнесёт не только маяк её жизни, но и всё вокруг.

— Прощайте…

Вместе мы сделали первый шаг на пути к бездне.

Шум усиливался, уже закладывая уши. Будто сердце кричало. Нет, вопило — «Не делайте этого! Я не хочу умирать! Я хочу жить!». Но разум и воля всё уже решили, отправляя тело на верную гибель, разбиваться об асфальт. Ведь эта участь всем нам казалась наименьшим злом.

Какие-то метры отделяли нас от костлявых рук смерти, и я даже начал слышать, как хлопают серебряные крылья ангелов, которые зачем-то спустились с небес, чтобы проводить нас в последний путь.

Или…

Это был вертолёт!

Железная птица, разрезая воздух винтовыми лопастями, пронеслась буквально в пятнадцати метрах от нас. Я успел увидеть мужчин в обмундировании спецназа, держащих на мушке преследовавших нас чудовищ. Как жаль, что их пули не смогут причинить демонам вреда, и всё это лишь только отсрочит неизбежное…

Последовали одиночные выстрелы. Один за другим маленькие снаряды выбивали из хитиновых панцирей на головах тварей маленькие куски. И к моему удивлению, в конце концов, вывели адских насекомых из строя! Богомолы растянулись на крыше, задрожав в предсмертных конвульсиях. А потом ярким светопреставлением исчезли уже совсем.

В глазах Аяко и Ючи появилось ликование. Мы выжили! Нас спасли! Но кто…

А я уже знал кто. Давние знакомые из четвертого отдела! Беспринципные фанатики, готовые на всё ради своих далеко идущих целей.

Вертолёт, тем временем, садился на крышу. Когда его шасси коснулось рубероидного полотна, из него выбежало несколько бойцов, щёлкнувших затворами автоматов. Мы хотели обнять и расцеловать наших спасителей, но вместо этого получили дула автоматов, нацеленные прямо на нас!

— Стоять! Не двигаться! — крикнули нам люди в чёрной форме и полном обвесе. За их спинами висели катаны из метеоритного железа, способные усмирять адских тварей.

— Эй! Мы просто гражданские, — сказал Ючи, подняв руки над головой — Парни, вы чего? Спасибо, что спасли нас!

— Этого не было утром, — произнес один боец другому. — Он точно не катализатор.

— Тогда на борт берём только девушек.

— Что вы сейчас сказали? — не поняла Аяко.

— Ты! Руки за голову, и падай на пол. Живо! — рявкнул боец, ткнув дулом автомата в живот Ючи. После коварной подсечки, мой друг неловко растянулся на крыше.

— Да что вы творите? Зачем⁈

— Ючи! — меня скрутил третий подоспевший боец, и пока оставшиеся двое держали моего друга на мушке, он отвёл меня к вертолёту, где уже четвёртый послушник Ордена затащил Юми внутрь.

Мой друг пытался сопротивляться, но получил сильный удар по рёбрам, и вдруг затих. Аяко просто подняла руки — её тоже запихнули в вертолёт.

— Птичка упакована. Можем лететь, — сказал мужчина рядом со мной, лицо которого было закрыто балаклавой.

Все бойцы вернулись на свои места, и вертолёт начал медленно подниматься в воздух, оставляя Ючи одного там внизу. Он бродил по крыше и хватался за голову, обливаясь слезами. Аяко, тем временем, пристально вглядывалась в лица наших спасителей. Или, наоборот, они были захватчиками? Какая судьба нас ожидала? И что это за «катализатор»?

— Кто вы такие? — спросила она.

Мужчины не отвечали, лишь переговаривались между собой, будто нас тут не было.

— Зачем вы это делаете? — встряла Юми, после того как отвлеклась от всё удаляющейся крыши, на которой остался Ючи.

Вдруг я ощутил опасность. Точнее, почувствовал адреналин, заполнивший вены Юми. Её рука медленно потянулась в карман к складному ножу. Чёрт! Что задумала эта дура⁈

— Что за существа это были? Вы ответите мне?

Аяко наконец пришла в себя и непонимающе взглянула на подругу, которая, похоже, готовилась нанести удар. По кому и зачем — это был самый главный вопрос!

— Почему вы бросили там Ючи⁈

О, боги! Сейчас она сделает какую-нибудь глупость, и нас точно пристрелят!

Я почувствовал, как напряглись мои мышцы. Она готовилась броситься на ближайшего бойца. Что она сделает с ним? Возьмёт в заложники? Или уже заученным движением вонзит нож в глазницу, как тогда в промзоне в битве с демоном? Чего от неё ожидать⁈

Ш-ш-ш…

Цвета вдруг потускнели, а затем из ниоткуда проступила всепоглощающая тьма. Она заполняла всё вокруг, оставляя лишь людей, сидящих на своих местах. Я понял, что все они, и даже Юми, в один миг окаменели. И вдруг увидел, как напротив меня на коленях спецназовца материализовалась Первородная!

— Ну что, Хиро? Я смогла тебя удивить?

Я только смотрел на неё, понимая, что ничего не могу сказать. Видимо, осознав это, женщина щёлкнула пальцем, и я, наконец, смог управлять телом Юми.

— Зачем ты это делаешь, тварь⁈ — выпалил я в сердцах.

— Ц-ц-ц. Как грубо. Хотя это мне в тебе и нравилось — твоя прямолинейность.

Она положила ногу на ногу. Светящиеся сандалии лишь слегка рассеивали вездесущий мрак. А ещё и её волосы мутно светились и будто двигались, словно находясь под толщей воды. Чёртовы спецэффекты!

— Так ты скажешь мне? Или опять с дешёвыми понтами свалишь в закат, а?

Она ухмыльнулась:

— Скажу, конечно. Я хотела, чтобы ты ощутил то же, что и я. Хотела, чтобы тебя насадили на член, и ты во всех смыслах почувствовал, каково это, когда тебя поимели!

— Подлая сука…

— Думала, хоть это заставит тебя вспомнить. Но нет. Ты снова выкрутился, и продолжаешь, как твердолобый баран, играть свою роль.

— Да что ты вообще несёшь?

— У меня не так много времени, чтобы играть с тобой в игры, Хиро. Ты мне нужен. И очень скоро. И поэтому я ещё раз попробую помочь тебе вспомнить…

— Что вспомнить, чёрт тебя дери⁈

Первородная хитро улыбнулась и щёлкнула пальцами:

— Вспомнить всё!

Секунда, и мир снова пришёл в движение. Снова зашумел двигатель, винты с немыслимой скоростью продолжили взбивать воздух. А Юми готовилась наброситься на сидящего напротив неё бойца. Но её планам не суждено было сбыться…

Я заметил, как один служитель Ордена вдруг занервничал. Он принялся быстро теребить воротник, привлекая к себе внимание остальных.

— Ты чего?

Но тот молчал, пытаясь не дать чему-то выбраться наружу. И мне стало очень интересно, что у него там происходит под униформой…

Внезапно что-то жёлто-оранжевое вылетело, натянув цепочку на шее, и зависло перед моим лицом. Это был янтарный амулет с тельцем какого-то насекомого внутри. Мужчины удивлённо смотрели, как их товарищ сжимает в руках камень, медленно натягивающий цепь.

— Что ты делаешь⁈

— Это не я, — прохрипел он. — Это… А-а-а!!!

С характерным хрустом сломался указательный палец, выгнувшись наружу. Затем мизинец. Компанию ему составил безымянный. Теперь талисман держал только средний палец, участь которого оказалась схожей.

Глаза мужчины покраснели, а сам он надулся, пытаясь противостоять той силе, что забирала у него амулет. Наконец, цепь порвалась и талисман устремился в лобовое стекло, пробив его насквозь!

— Что это было⁈ — вскричал пилот. — В нас стреляют⁈

Я вдруг услышал до боли знакомые гитарные рифы… Неужели в нас на самом деле стреляли адскими порталами!

Вспыхнула пентаграмма, и запахло серой. Бойцы хором выругались:

— Блокиратор! Дайте ему блокиратор!

Но никто не успел помочь бойцу, который внезапно начал раздуваться, словно резиновый шар. Капилляры на глазах полопались, вены на лице вспучились, а изо рта засвистело!

— Поздно! — рявкнул командир, доставая катану из ножен за спиной. — Ему конец!

Отточенным движением, он сделал мечом укол своему подопечному прямо в сердце, даровав тому быструю смерть. И так и оставил меч торчать из его груди, пока тот не перестал трепыхаться. Пентаграмма так и осталась на металлическом полу, словно её выжгли газовой горелкой. Бойцы только сплюнули, проговорив: «проклятая скверна!»

— Прощай Тигр…

— Светлая память…

Мы сидели с Аяко, с ужасом понимая, что эти порталы вполне возможно преследуют нас по пятам. И если у нас не будет таких же амулетов, то в скором времени мы сами можем стать инкубаторами для демонов! И тогда нам уже ничто не поможет!

— Дайте им амулеты, — скомандовал главный. — Не стоит риско…

Его голос оборвался. Мужчина, выплёвывая кровь, с болью посмотрел на меч, высунувшийся у него из живота. Затем произошла полная чертовщина! Меч вырвался из тела бойца вместе с цубой и рукояткой, заставив его рухнуть бездыханным телом. После чего, будто по мановению волшебной палочки, катана принялась пронзать всех присутствующих в кабине! Юми и Аяко схватились друг за друга, и легли на пол, надеясь, что их не заденет взбесившееся заточенное лезвие.

Проклятый меч за пару мгновений зарубил и пилотов, из-за чего вертолёт накренился и вошёл в пике. Заработала тревога — автоматика подсказывала уже мёртвым людям в кабине, что нужно выправить курс.

Юми и Аяко шептали молитвы о спасении, а я со злобой проклинал Первородную, снова подставившую под удар тех, кого я любил. И только это мне оставалось делать, пока железная птица падала на землю.

Как только окровавленная катана ударилась об пол, произошло крушение, выбившее моё сознание из тела. Я снова оказался один во тьме…

Наверное, я всё-таки умер.

А иначе как охарактеризовать то состояние, когда не чувствуешь ни рук, ни ног, и вообще ничего? Тем более, пребывая во тьме. Хотя, как оказалось, я мог свободно вертеть головой и с удивлением смотреть на своё полупрозрачное тело — наконец-то на своё родное тело!

Мне было так радостно снова вернуться в себя, как в старую удобную одежду, что я начал крепко сжимать свои плечи. Но мои руки только проходили сквозь тело. Оно оказалось эфемерным.

Неужели я стал призраком?

А кем ещё я буду после того, как вместе с вертолётом с высоты птичьего полёта рухнул на крыши близлежащих домов? Точнее, в кабине находился не совсем я, а девушка по имени Юми. И её подруга Аяко…

Перед глазами возникла картина капель воды, бегущих по её гладкому телу, когда мы занимались любовью в душе. Это был акт сиюминутной слабости простого человека, попавшего под каток извращённой садистки судьбы. Тогда мне хотелось лишь одного — уцепиться за любой шанс и сделать то, чего никогда бы не сделал. Например — воспользоваться ситуацией и побыть рядом с красоткой в душе. Потому что не было никаких гарантий, что через час я не стану покойником. Я мечтал просто пожить ещё немного…

Любоваться её юным телом и наслаждаться мгновениями проносящейся жизни. Но я не устоял, и сделал ещё один шаг, заставив девушку перейти через моральные устои и дружбу. Ведь когда два человека вместе переживают смерть, между ними может сотвориться волшебство. Так случилось и с нами.

И что в итоге? Здесь во тьме безмолвие и покой — то, чего мне не хватало всё это время. Но я не хотел подобной участи для других. К тому же, меня особо никто и не спрашивал. Женщина-полубог только щёлкнула пальцем, и понеслось…

Я бродил в темноте довольно долго. На высоте глаз стелился туман, лишь немного выделяясь во тьме мутной молочной рекой, которая кружила вокруг меня, будто имела разум. Иногда мне даже казалось, что кто-то или что-то разрезало клубы тумана вдалеке и снова пряталось во мраке. Стало жутко…

А потом я наткнулся на реку. Серую полосу, разделявшую горизонт на две равные половины: чёрное небо и чёрную землю. Неужели река смерти — Стикс? Если так, то где Харон на своей ветхой посудине, на которой переправлял на ту сторону души? Постойте-ка! У меня же нет души!

Чем ближе я подбирался к реке, тем отчётливей различал слабое свечение рядом с ней. И очень воодушевился, когда увидел ещё одного призрака, топтавшегося в нерешительности перед тягучими потоками практически застывшей воды.

— Кто здесь? — услышав мои шаги, произнёс призрак, и обернулся. Это была Юми.

— Привет, Юми.

Я подошёл к ней совсем близко, но девушка не испугалась меня. Увидеть человека среди бескрайней тьмы оказалось для неё сродни празднику.

— Привет! А кто ты? И… Где мы?

— Меня зовут Хироюки Тагава.

Она кивнула, не обратив внимания на то, что я откуда-то знал её имя. Возможно, всё происходящее было своего рода сном, в котором всё казалось естественным и не вызывало вопросов. Другого объяснения спокойствию Юми в данной ситуации у меня не нашлось.

Юми стояла в той же одежде, в которую я её одел перед выходом в травмпункт. Но кроме одежды, кое-что ещё отличало её призрачное тело от меня — светящийся шар в груди. Её душа…

— Я не знаю где мы, но очень рад, что, наконец, встретился с тобой, — честно признался я.

— Почему? — вдруг улыбнулась она. — Мне тоже приятно встретить здесь человека.

Я улыбнулся ей в ответ:

— Просто хотелось своими глазами увидеть девушку моего друга. Ту самую, которая перевернула его жизнь с ног на голову.

— Друга?

— Ючи мой друг.

Она с подозрением посмотрела на меня, а потом огляделась вокруг:

— Удивительно, что я встретила друга Ючи здесь. Это точно не сон?

Мрачный пейзаж неестественной пустоты отвечал безмолвием на её слова. Я тоже не имел понятия, где мы вообще находимся.

— Не уверен. И Юми… Я хочу тебе кое-что рассказать… Это я во всём виноват.

— О чём ты?

— Всё началось с того, что в моё тело засунули адский портал…

Я решил не вдаваться в подробности, и выдавать информацию сжато, чтобы быстрее прояснить ситуацию. Юми закономерно вскинула бровь, но всё-таки продолжила слушать.

— И я выпускал в этот мир демонов. Не по своему желанию, конечно.

— Как такое может быть? И почему ты сразу не умер, как остальные?

— Потому что всё это дело рук одной жестокой стервы. Она что-то вроде могущественного божества. И ей доставляет удовольствие наблюдать за тем, как я страдаю. Думаю, поэтому я не умер после появления первого демона, и продолжал жить, выпуская их на волю. Иначе я бы здесь с тобой не разговаривал.

— Это звучит как бред: боги, демоны, порталы, — начала Юми, — если бы я не видела всё своими глазами… Но, как ты очутился здесь? И где ты был до этого?

Мы плавно подошли к сути. Сейчас эта девушка должна испытать шок от того, что я ей скажу:

— Прошлой ночью эта баба вытащила моё сознание из тела и… поселила в твоё.

Юми открыла рот, наверное, сопоставив всё то, что с ней происходило в эти дни. На её лице сменилось несколько выражений: от глубокого удивления до задумчивости.

— Так это ты ударил Ямаду?

— Да.

Я уже приготовился услышать порцию отборной ругани в свой адрес. И это было справедливо, ведь именно я по глупости начал самоубийственную войну с Якудза, совсем не думая о последствиях. И этим я даже чем-то походил на Первородную, которая издевалась надо мной, как над куклой Вуду, которую нужно было истыкать иголками для причинения боли недругу. Мы оба своими действиями обрекали окружающих людей на страдания.

— Спасибо, — произнесла Юми, слегка поклонившись. — Ты защитил меня, как ангел хранитель. Я никогда этого не забуду.

Её слова несколько удивили меня. А если я осмелюсь сказать о том, чем мы занимались с Аяко в её отсутствие?

— Но за Аяко я тебя не прощу, — с укором сказала она. — Извращенец!

Наверное, я стал красным, как помидор, потому что Юми вдруг засмеялась.

— Прости… — попытался я загладить свою вину, хотя прекрасно понимал, что за такие игры с человеческими судьбами прощение не даётся.

— Знаешь, столько всего произошло, что это не самая большая проблема из всех имеющихся. Ты же скоро признаешься Аяко во всём? Что это ты её соблазнил?

— Да. Когда-нибудь. Если мы выживем.

— Скажешь ей сразу, как только увидишь, — с нажимом произнесла Юми. Видно, она не хотела, чтобы Аяко продолжала думать, что между ними есть что-то, кроме дружбы. Ох и наворотил я дел!

— Она не поверит в переселение душ. Наверное, — предположил я.

— Кстати об этом. Мне кажется, я начала понимать, где мы находимся, — девушка вдруг развернулась и побрела к реке.

Я последовал за ней. Мы остановились у воды — желеобразной серой массы, которая медленно текла за горизонт. Юми присела и вгляделась в глубину.

— Мы в астрале.

— Где?

— В ином измерении. В студенчестве я увлекалась этим. Несколько лет тренировалась и пробовала выходить из тела, пока не бросила это занятие.

— Круто. Не знал, что и такое бывает. Хотя… Чему удивляться теперь? А почему ты решила прекратить?

Она резко окунула руку в воду и беззвучно вытащила её обратно. Меня передёрнуло от того, что она держала в ладони.

— Из-за тварей — негативных сущностей этого мира. Нахватала их прилично, что спать не могла. Кто-то невидимый всегда шептал на ухо моё имя, когда я оставалась дома одна…

— Жесть! Когда я… хм… был в тебе, я никого не видел и не слышал, — решил я поддержать Юми.

— Я их устранила. Очистилась. Правда, пришлось потратить несколько месяцев на медитацию, молитвы и работу с психотерапевтом.

Выбросив обратно в воду уродливую гусеницу, то ли медузу, она поднялась на ноги.

— Ты, наверное, хочешь выйти отсюда? У тебя ведь ещё остались незаконченные дела на Земле?

— Конечно! — воодушевился я. Если Юми и вправду такая разносторонняя личность, и когда-то занималась эзотерикой, выходом в этот так называемый астрал, то будет просто отлично с её помощью выбраться из этого странного мира!

— Теперь я понимаю, почему мы встретились именно здесь. Твоя астральная проекция живёт в моём теле, — произнесла девушка.

— Наверное.

— И я думаю, теперь каждый из нас сможет выходить из тела по требованию, пока кто-то один остаётся им управлять.

— Что, правда⁈

Юми потёрла переносицу:

— Всё это звучит, как бред сумасшедшего. Но я очень надеюсь, что не ошиблась. А ещё я совсем не хочу выпадать из реальности. И в момент жизни и смерти вверять свою жизнь чужому человеку. Уж прости. Но ты, наверное, тоже?

Я кивнул. Она была права. И я просто дивился её спокойствию и логике. Юми размышляла не как обычная девушка, а как генерал-стратег, не обращая внимания на такие мелочи, как дискомфорт от существования в себе двух личностей. Она наверняка понимала, что впереди нас не ждёт ничего хорошего, и пыталась быть готовой ко всему.

— Итак, что мы должны сделать?

— Сделаю я. Правда, я никогда не проводила групповых сеансов выхода в астрал, хотя и встречала там других странников. Для меня этот опыт будет впервые. Ты просто следуй за мной, хорошо?

— Договорились.

— А теперь давай помолчим. Мне нужно сконцентрироваться.

Делать было нечего — я стал наблюдать за тем, как Юми садится на землю в позу лотоса на землю, которая вблизи оказалась чёрным вулканическим стеклом. Не желая стоять столбом и отвлекать её, я тоже опустился на колени, и принялся смотреть.

Первое время не происходило совершенно ничего.

А потом я вдруг увидел, как из груди Юми, а именно из серебряного шара души, в небо выстрелила такая же серебряная нить. Белой струной она пронзила пространство и устремилась вдаль.

— Сейчас я могу вернуться в тело. Давай теперь ты. Ты должен подумать о… Погоди! А где твоя…

— Душа? — усмехнулся я. Похоже, план по моему спасению из этого безмолвного ада накрылся медным тазом!

— Хироюки, что с тобой сделали⁈

Я не хотел рассказывать ей о своём идиотском решении продать душу маленьким рогатым телохранителям. Судя по всему, без души и нити, я не смогу выбраться отсюда. Может быть, Первородная так и задумала, чтобы я остался здесь один и провёл в этой глуши вечность, пока не вспомню то, что она от меня требует. Вот же дрянь!

— Не бери в голову. Я уже привык. Значит, всё встанет на свои места. Я останусь здесь, а ты вернёшься в своё тело. И всё у тебя наладится…

— Мне не верится в это. Тем более, возможно эти твари возникали из-за меня… Демоны не оставят нас с Аяко в покое. Да и вообще, ты же слышал, что сказал ангел — грядёт война. Апокалипсис!

— Скорее, причина во мне. Так что… Пожелаю тебе удачи. И, надеюсь, вы с Ючи найдёте друг друга.

— Спасибо. Но ты пойдёшь со мной.

— Что⁈ — удивился я. — Как⁈

— Даже если ты потерял свою душу… Разум и астральное тело до сих пор при тебе. Поэтому я смогу поднять тебя.

— Поднять?

Она указала в небо:

— Туда.

Только сейчас я заметил, что линия из её груди тянулась к луне, непонятно откуда появившейся на небосводе. Точнее, этот светящийся шар лишь отдалённо походил на луну. Скорее это была какая-то звезда.

— Выход там?

— Да. Идём.

Она коснулась руками струны и без труда поднялась на полтора метра над землёй, всё так же оставаясь в сидячем положении. Чудеса!

— Возьмись за нить.

Всё это выглядело хоть и странно, но я сделал так, как она говорила. Сжал в призрачных руках ту самую серебряную нить, которую, к своему удивлению, уже вполне мог щупать пальцами.

— А теперь полетели домой…

Внезапно мы устремились ввысь. Не ощущая каких-либо перегрузок, я уставился вниз на реку, в которой, как оказалось, плавали странные существа. И кто знал, что пряталось за покровами тьмы вокруг нас. Похоже, нам просто повезло оказаться в спокойном месте, где не было негативных сущностей, жаждущих внедриться в астральное тело путника.

Звезда приближалась, и свет её усиливался. Чем выше мы поднимались, тем сильнее у меня закладывало уши. Гул стоял невыносимый, будто я оказался на аэродроме рядом с включенным реактивным двигателем самолёта.

ВХ-О-О-О-О!

Меня начало мутить. Сознание становилось спутанным. Я посмотрел в глаза Юми, и понял, что больше не могу держать голову поднятой. И мои руки начали предательски соскальзывать с нити…

— Ты здесь?

Я пытался закрыть глаза — яркий солнечный свет непривычно их обжигал. Но после нескольких неудачных попыток, а так же прикладывания прозрачных ладоней к лицу, я, наконец, понял, что вернулся в реальность в виде бесплотного духа.

— Хироюки? Ответь мне!

Знакомый голос пытался достучаться до меня, но сейчас это меня никак не волновало. Я пытался привыкнуть к своему новому состоянию — ливитирующему над землёй прозрачному силуэту человека. Натуральный Каспер-привидение без ног. Куда они вообще делись⁈

Я парил над обломками вертолёта, наблюдая за тем, как Юми вышла из раскуроченной кабины, припадая на одну ногу. Похоже, она была ранена. К счастью, приземлились мы достаточно удачно — керосин в баках не загорелся, а лопасти не разбились о кирпичную стену дома, не дотянувшись до него пары метров. При менее удачном стечении обстоятельств могли бы быть жертвы.

— Хиро!

Да иду я, иду…

Но легко сказать, а сделать тяжело. Как летать в невесомости без джет-ранца за спиной? Я попытался потянуться вперёд, но ничего не произошло — как парил в одной точке, так там и оставался. С угрызением совести я заметил, как Юми пытается вытащить из вертолёта Аяко, которая была сейчас без чувств. На её лице была кровь, что и стало для меня мотиватором действовать.

Будто приклеенный к одному месту, я тянулся в разные стороны, но ничего у меня не выходило. Юми уже бросила попытки звать меня, сконцентрировавшись на помощи подруге. Чёрт! Если бы я мог оказаться рядом и чем-нибудь помочь…

Не успел я это подумать, как внезапно очутился рядом с Юми. Ничего не понимая, я снова попытался сдвинуться с места, но, похоже, передвигаться я мог только силой мысли. Поэтому я представил, как стою напротив неё, и тут же мои мысли воплотились в реальность.

— Я здесь!

Она не обратила на мои слова никакого внимания. Что ж такое?

— Юми?

Ничего. Стало понятно, что она не слышит меня. Поэтому…

Я хочу вернуться в её тело!

Сказано — сделано. Все чувства разом вернулись ко мне, как и ноющая боль. К счастью, ничего серьёзного — вывих пальца на ноге. Вполне можно вправить. Хех… Если знать, как. В кино-то всё просто: всезнающий герой хорошо разбирается во всём сразу и может в полевых условиях сделать даже операцию. Но мы не в кино.

Девушка отпустила руки Аяко и прислушалась:

— Это ты?

— Я, — машинально ответил я, зная, что она всё равно не услышит.

— Отлично. Я думала, что ты не выбрался.

КАК⁈ Она слышит меня⁈

— Мне не показалось? Ты, правда, услыхала, что я сказал?

— Конечно, Хироюки.

— Охренеть! То есть теперь мы можем разговаривать у тебя в голове? А что ещё мы можем?

— Да. Подожди, не гони лошадей. Видишь Аяко? Она без сознания. У неё разбита голова. Её нужно отвезти в больницу.

И правда — наша боевая подруга почти не дышала, а из её головы хоть и медленно, но продолжала литься кровь!

— Нужно перевязать её!

— Найди аптечку в кабине. Я не хочу туда заходить, — произнесла Юми, прикрыв глаза. В следующее мгновение я ощутил, будто что-то щёлкнуло в голове.

— Ты это почувствовала?

Она не отвечала.

— Юми? Ты здесь?

Я оглянулся по сторонам: небогатый район и собирающиеся зеваки, фотографирующие место жёсткой посадки на мобильные телефоны. Лучше бы скорую вызвали, фотографы хреновы!

— Я вернулась. Извини, забыла сказать. Теперь ты и я можем выходить из тела в виде астральной проекции и фактически перемещаться на любые расстояния и бывать в разных местах. Или хотя бы посмотреть, что происходит за углом, чтобы не рисковать моим телом.

— ОХРЕНЕТЬ! И… как так получилось?

— Большего я пока не знаю. Я обычный любитель, решивший заняться практикой по статьям в интернете, и хапнувший из-за своей неопытности проблемы с психикой… Вообще, мне кажется, что здесь замешаны иные силы. Например, те, из-за которых ты потерял своё тело!

А ведь она была права. Похоже, эта психованная богиня решила подкинуть мне подачку, чтобы достичь своих, только ей ведомых, целей. Только чем мне поможет возможность свободно входить и выходить из тела Юми?

— Прошу, найди аптечку. Я выйду, чтобы не видеть трупы.

— Ладно, — бросил я, двинувшись в кабину. Не хотелось оставлять бесчувственную Аяко одну, но и ничего не делать тоже нельзя.

В голове тикал секундомер, а я, в теле Юми, забирался внутрь покорёженной металлической коробки. Моей целью был красный чемоданчик с белым крестом, прицепленный на противоположной переборке. Продираясь через ещё тёплые трупы, я вдруг понял, что не мешало бы хорошенько вооружиться. Кто знает, что нас встретит впереди.

Первым делом я взял в руки автомат. Это было необычное оружие, но весьма удобное — короткоствольный пистолет-пулемёт имел складной приклад, внушительного объёма барабанный магазин и, что меня сильно удивило — складное дуло. Никогда такого не видел в телепередачах об оружии. В зависимости от ситуации это оружие можно было использовать как в тесных помещениях, так и на улице, используя его уже как винтовку. Один щелчок цевьём и дуло выдвигалось вперёд, на руках уже был карабин.

И что я знал точно, магазин здесь заряжен противодемоническими пулями. Благо, у Ордена имелось много запасов, чтобы их производить в больших количествах. Поглядывая на Аяко снаружи, я отложил оружие в сторону и принялся снимать бронежилет с одного из бойцов. Так же надел наколенники и налокотники на всякий случай. Вся разгрузка с дополнительными магазинами тоже перешла ко мне — Юми, наверное, сейчас выглядела, как Рембо.

Зная, что возможно нам придётся отстреливать полчища демонов, я забрал у него ещё и рюкзак, заполнив всеми оставшимися магазинами, что были у бойцов. Туда же положил аптечку. А ещё я забрал себе рацию, которая оказалась выключенной — тоже может пригодиться.

Оставался последний штрих — чёрная катана, брат-близнец той, что помогла мне выжить в госпитале в битве за Мисаки. Ножны с мечом были установлены за спину. Теперь я был готов практически ко всему!

Ан нет! Ещё не готов…

Блокирующие амулеты, которые висели на перерезанных шеях погибших бойцов — было бы неплохо нацепить один такой на себя и на Аяко, чтобы в один момент не стать живым порталом для богомола… Бррр! Прошло ещё немного времени, потраченное на то, чтобы отстегнуть у покойников уже ненужные им янтарные безделушки.

Теперь точно всё!

Выбравшись на улицу, я бросил рядом с Аяко рюкзак и автомат, после чего надел на неё амулет. А потом и на себя…

Меня будто что-то грубо толкнуло в грудь, и я снова оказался в виде призрака за спиной Юми! Что за?

Так! Амулет не даёт мне возможности вселяться в Юми! А это означает, что придётся мириться с риском получить в себя адский портал с последующим летальным исходом. Вот дерьмо!

Юми с минуту крутила в руках талисман, после чего сняла его с шеи. Из-за чего я снова очутился в её голове.

— Эта штука нам не подходит, — сказала она. — А жаль…

— Главное, чтобы с Аяко работала. Если в какой-то момент услышишь тяжёлую музыку внутри себя и почувствуешь невыносимую боль, без раздумий надевай амулет. Обещай мне.

— Хорошо, — сказала она, положив его в карман к остальным таким же безделушкам. — Я поняла.

А я продолжил выполнять необходимые манипуляции — вынул из рюкзака аптечку и открыл: внутри меня ждал стандартный набор бинтов, какие-то инъекции с пометками «Внимание!», таблетки, жгуты и антисептики. Сейчас мне нужно было остановить кровотечение, чем я и занялся.

Обработав руки антисептиком, я вытащил бинты, и стал обматывать ими голову Аяко, которая лежала на спине. Повязка сразу начала окрашиваться в алый цвет. И я подумал намотать ещё марли, как вдруг в голове прозвучал голос:

— Ты никогда не делал повязку?

Мои руки самопроизвольно потянулись к голове Аяко и осторожно сдавили её в месте ранения. Юми решила сделать всё сама. От её действий повязка ещё больше пропиталась кровью.

— Нужно давить, чтобы остановить кровотечение. Минут десять.

— Откуда ты всё это знаешь? — удивился я.

Нет, правда. Юми занималась в спортзале видимо борьбой или боксом. Изучала эзотерику и кое-что понимала в оказании первой помощи. Да что об этом говорить! Будучи на волоске от смерти, она лишила глаза чудовище в промзоне! Обычным ножом! Кстати о нём…

— Сейчас это не важно. Нам срочно надо вызвать скорую, но мой мобильник разбился.

— Возьми телефон Аяко.

— Точно! Какая же я дура…

Она принялась обшаривать карманы подруги одной рукой, когда другой придерживала повязку. Вскоре, широкоэкранный смартфон с розовым защитным чехлом оказался у неё в руках.

— Чёрт. Здесь пароль…

— Напиши своё имя, — предложил я.

— Намекаешь на свой косяк?

Сейчас было не то время, чтобы припираться, поэтому я просто промолчал.

— Подошло. Спасибо.

Она набрала номер и приложила трубку к уху. И ей пришлось ждать, ведь почему-то все операторы оказались заняты.

— Можно задать вопрос?

— Давай.

— Как ты решилась ударить ножом динозавра? Он же мог тебя убить.

Юми лишь усмехнулась:

— Он бы и так нас убил, если бы не ангел. Я не знаю, Хироюки. Просто ощутила, что если ничего не предприму, то наступит конец. Навсегда.

— В любом случае нам крупно повезло. Насчёт твоего ножа — где ты его купила?

— Это подарок от Ючи. А что?

— Похоже, он сделан из метеоритного железа, которым можно убивать демонов.

— Поясни?

— Долго объяснять. Вспомни топор Ючи — он не мог пробить кожу богомола. Судя по всему, твой нож это умеет, как и катана у меня за спиной.

Судя по всему это известие никак не заинтересовало Юми, потому что она грозно выругалась в телефон:

— Сволочи! Не берут трубку!

К счастью, повязка на голове Аяко перестала увлажняться кровью. Это значило, что нам удалось остановить кровь.

— Похоже, демоны появляются по всему городу, — предположил я. А иначе Юми уже давно бы дозвонилась до скорой.

— Уже не важно, — поднявшись, произнесла Юми. — Я слышу сирены.

И вправду, с противоположной улицы к нам мчалась карета скорой помощи и пара полицейских машин. Теперь можно было не волноваться за судьбу Аяко — Токийские врачи самые лучшие в стране. А вот нам с Юми не мешало бы сделать ноги, ибо вооружённые до зубов, мы обязательно очень заинтересуем полицейских.

— Надо оставить Аяко здесь, — эти слова дались мне с трудом. Я не хотел бросать её, но и идти с ней не мог. И нужно было решиться на то, чтобы спасти подругу путём своего бегства.

— Я её здесь не брошу! — резко ответила Юми. — Даже не думай!

— А я не могу оставить здесь оружие, которым хотя бы можно защищаться от демонов, — сказал я её ртом. — Скоро здесь будет полиция, и нас просто арестуют. Отберут оружие и посадят в клетку. А потом появится демоны и снова всех прикончат. Ты точно хочешь выбрать именно этот вариант?

Она молчала.

— Или мы оставим Аяко здесь, и ей окажут необходимую медицинскую помощь. А потом мы заберём её из больницы. Ну же, Юми, решай!

Автомобили приближались, и уже нужно было определяться с выбором.

— Юми!

— Я не… — крикнула она, но внезапный скрежет металла заглушил её голос.

Из машины скорой помощи, разрубив кабину, вылетело нечто и приземлилось прямо перед тормозящей неотложкой. Полицейские тоже дали по тормозам и остановились, разглядывая многоногое существо с черепом вместо головы.

Существо, оказавшееся в центре внимания, несомненно было демоном. И походило оно на тех тварей, которые гонялись за нами в больнице. Правда, с некоторыми отличиями: богомол был на голову выше своих сородичей, руны на его теле тускло светились жёлтым светом, а на черепе имелись рога. Ещё у этой твари были две пары крыльев, что пугало ещё больше, чем пульсирующее зелёным светом брюхо, с которого на асфальт стекала какая-то жижа.

Полицейские, остановившиеся в десяти метрах от чудовища, не рискнули выйти из своих машин. Офицеры ошарашенно смотрели на демона и вызывали подкрепление. Другие зеваки из числа местных жителей наблюдали за всем этим с балконов и подъездов домов. Те, кто был на улице, спешно ретировались по домам при виде монстра.

Я начал прицеливаться в коллиматорный прицел, которым был снабжён автомат. А потом вспомнил, что не мешало бы удлинить ствол, ведь тварь находилась на порядочном расстоянии. Щёлкнув цевьём, и организовав себе винтовку, я, наконец, взял на мушку демона, который до сих пор выжидал. Его рогатый череп неестественно вертелся на тонкой шее, будто сканировал окружающее пространство. Затем что-то странное начало происходить с брюхом — оно начало отращивать множество отростков. Всё это мерзкое действо сопровождалось противными звуками.

— Что оно делает? — спросила Юми, ощущая накатывающее волнение, которое передавалось мне на руки. Прицел начал дрожать.

Всё-таки было лучше, когда кто-то из нас отключался, а второй мог спокойно контролировать тело. Теперь же мы оба управляли им, пока кто-нибудь не пожелает выйти из него в виде астрального призрака.

— Не знаю и знать не хочу, — с раздражением ответил я. — Юми, успокойся. Твоё волнение автоматически передаётся мне. Сейчас я сделаю пару выстрелов, и эта проблема перестанет существовать.

— Прости. Я это учту.

Ну что ж, вот он я — возомнивший себя крутым стрелком, держу на мушке демоническую сущность. Если я всё сделаю так, как показывали в телепередачах про оружие, то вполне возможно избавлю мир от этой проклятой твари.

Тем временем, из отростков на брюхе богомола начала сочиться жижа, и я понял, что тянуть больше уже не стоит. Мягко нажав на спуск, я пустил очередь, от чего ствол автомата слегка запрокинулся вверх.

Чёрт!

И снова я не учёл того, что тонкие руки девушки оказались не рассчитаны на такие нагрузки! В итоге я позорно промазал, заставив чудовище пригнуться, а полицейских ещё больше занервничать.

То, что произошло потом, заставило тело Юми содрогнуться от пробежавших по нему мурашек! Чудовище задрожало и завибрировало, резко присело и встало по нескольку раз, и выпятило брюхо вперёд, пригибаясь всем телом к земле. Стручки с жижей набухли, а потом внезапно выстрелили!

Сотни светящихся зелёных снарядов покрыли наш квадрат. Я отшатнулся, когда увидел рядом с собой парочку яиц, из которых спешно вылезали детки этой проклятой твари.

— А-а-а! — завизжала Юми, бросившись бежать, чтобы оказаться подальше отсюда. Но я её сразу же остановил — у наших ног лежала Аяко, которая в данный момент не могла за себя постоять. И будь я проклят, если оставлю её здесь на съедение этим тварям!

Я нажал на гашетку, и заставил автомат выплюнуть весь магазин в только что родившихся маленьких богомолов, измазанных в зелёной жиже. Пара насекомых просто лопнула от попадания в них пуль, но несколько их сородичей умудрились сбежать в кабину вертолёта, фактически оказавшись у нас в тылу!

— А-а! — снова взбудоражила меня девушка, заставляя выплясывать подобие чечётки от ужаса. Видно, Юми очень боялась насекомых. Но так дело не пойдёт — нас просто убьют, когда в следующий раз она позволит себе истерить!

— Юми! Уходи в астрал! Быстро! — скомандовал я. — Я разберусь сам! Смотри сверху и сообщи мне, если будет что-то важное.

— Х-хорошо, — пролепетала она, и в голове щёлкнуло.

Наконец-то я полностью владел телом, и мог решать поставленные передо мной задачи. А их было уже дохрена! Сотни светящихся насекомых разбредались кто куда, заставляя ошалевших от ужаса жителей прятаться в своих квартирах и плотно запирать двери и балконы. Досталось и полицейским — я видел, как их машины раскачиваются, а в их кабинах происходит настоящий ад: маленькие богомолы почти доверху заполнили их, и неистово бьющие по стёклам руки копов явно намекали на то, что живым им лучше не даваться!

Матка, как я её про себя назвал, начала двигаться по направлению к вертолёту. Поэтому я снова нажал на спуск, но ничего не произошло — магазин был пуст! Это только в кино героям удаётся не перезаряжать оружие на протяжении всей перестрелки. Здесь же мне стоило бы более грамотно расходовать полученный от Ордена боезапас. Я присел рядом с Аяко и начал вытаскивать из рюкзака новую обойму.

Вдруг боковым зрением я заметил, что двери полицейских машин отворились. Вместе с выбегающими богомолами на улицу начали выходить копы. И теперь они стали совсем не похожи на людей…

Я так и не смог заменить опустошённый магазин, потому что оцепенел от ужаса: из голов несчастных полицейских торчали чёрные иголки, будто они косплеили ёжиков! Из глазниц, вместо глаз, копошились тонкие лапки или усики. Из порванных ртов сочилась кровь, смешанная со слюной и зелёной жижей. Зомби медленно вышагивали, шатаясь из стороны в сторону.

К моему ужасу из домов начали выходить такие же существа. Местные жители так же обращались или уже были обращены в зомби. Кто-то выпрыгивал с балконов, а потом, как ни в чём не бывало, поднимался и брёл дальше, а кто-то нёс на себе целый выводок насекомых, словно десантный бот.

— Твою мать…

Ситуация начала накаляться до предела! Вместо одного противника их стало дохренища! И я, как последний бастион защиты, должен оставаться на месте, защищая бесчувственную Аяко…

Цык… Цык-цык.

Что-то звонко засеменило по обшивке вертолёта, заставив меня обернуться. Ярко зелёное многоногое нечто размером с яблоко устремилось ко мне! Я даже осознать не успел, не то что среагировать, но каким-то неведомым образом в моей руке оказалась катана, которая мгновенно разрубила тварь пополам!

— Нихрена себе! — выпалил я, отшатнувшись назад. У моих ног лежали две аккуратные половинки, продолжавшие шевелить лапками. Я не смог себя заставить раздавить их кроссовком, поэтому смахнул мечом останки подальше от Аяко.

Теперь в окружении полчищ зомби, насекомых и богомола-переростка, я позволил себе на секунду уставиться на тонкие руки Юми, сжимавшие меч. Снова сработала та, по сути, невозможная особенность, которая первое время спасала меня в битве с демоном Озэму. А именно владение мечом на уровне инстинктов. И самое странное, что эта особенность перекочевала вместе с моим разумом в тело Юми!

Но я совсем не был против внезапно свалившейся на меня божественной помощи, а даже наоборот. Поэтому, когда рядом мелькнула зелёная тень, я тут же рубанул по ней, снова оставив после себя две половинки демонического насекомого.

— Держись, Аяко, — выдохнул я, вернув меч в ножны. — Буду стоять насмерть, но тебя не брошу!

Настал черёд вести дальний бой, в котором божественное владение мечом никак мне не поможет. Поэтому, Хироюки Тагава, хватит тратить время! Пора поупражняться в стрельбе в тире под названием «Стреляй во всё, что движется!».

Щёлк… Бух!

Одна разъярённая муха устремилась в цель — в зомби, утыканного иголками. Увы, лишь пролетела рядом с виском, отправившись дальше за горизонт.

Щёлк… Бух!

В этот раз я решил не стрелять очередями, пока твари не подойдут слишком близко. И пристреливался к зомби, пытаясь понять, как целиться из этого оружия. Всё-таки теория, полученная из телевизора, и суровая практика кардинально отличались.

Пуля прошила плечо, сделав кратковременный фонтанчик крови в месте попадания. Но зомби этого будто и не почувствовал, продолжая переть напролом, как шатающийся пропоица.

Я выдохнул, прицелился, и снова нажал на спуск:

Щёлк… Бух!

Столкновение пули с головой человека практически со стопроцентной вероятностью выводит противника из строя. И сейчас должно было быть именно так! Но на деле зомби не отошёл в мир иной, а лишь потерял координацию, задрожав всем телом. Теперь он стал походить на эпилептика в припадке, и только следующий контрольный выстрел закончил его страдания!

Выходит, важно прикончить таракана в голове зомби, который не всегда находился в самом мозгу. Скорее, где-то на уровне переносицы…

Щёлк… Бух!

Моя догадка подтвердилась точным выстрелом между глаз ближайшему зомби. Он сразу же свалился на землю и больше не вставал. С этим понятно, а что делать с многочисленными малыми целями, снующими туда-сюда? Конечно, судя по тому, как я управлялся с мечом, в ближнем бою какое-то время я смогу с ними справляться. Но это слишком опасно — подпускать их близко к Аяко. Моя расшатанная психика просто не выдержит, если и она превратится в зомби!

Решение пришло внезапно, когда я нащупал на разгрузке гранаты. Отцепив одну, я быстро помолился, в надежде на то, чтобы они тоже оказались нашпигованы противодемонической шрапнелью. Выдернув чеку, я метнул ядро смерти в наибольшее скопление копошащихся богомолов.

БАХ!

Уши заложило. Кое-где на близлежащих домах выбило стёкла. Поднялось облако пыли, закрывшее от меня происходящее. Я смотрел в него из коллиматорого прицела и надеялся на положительный эффект от взрыва гранаты.

И к моему восторгу, вперёд вышли только зомби, в окружении изрядно поредевших скоплений светящихся богомолов.

«Зуболомы зубы ломом разбивали, но едва ли, ибо каши мало ели. Но зато зубрили ловко сложные скороговорки. Так зубрили, что сводило зубы „ломом“ зуболомам»

В детстве у меня имелись некоторые проблемы с дикцией, поэтому родители заставляли постоянно читать скороговорки. И это была моя любимая, резко контрастирующая с другими. Что уж говорить — юность, желание выпендриться и делать всё не так, как говорят родители. В любом случае, эта скороговорка помогла мне сосредоточиться, и полностью очистить разум от страха.

Только я, оружие в руках и мои цели.

Словно матёрый снайпер, побывавший не в одной горячей точке, я щёлкал многочисленных противников, как орешки. И в этом мне в большей степени помогала практически самая совершенная винтовка, когда-либо созданная человеком. Идеальным здесь было всё, начиная от удобной рукоятки, заканчивая продвинутым прицелом и небольшой отдачей, если говорить об одиночном режиме.

Когда зомби осталось всего штук шесть, а тараканы из-за разрывавшихся гранат разбежались кто куда, я заметил, что совсем потерял из виду матку-богомола…

Щёлк!

— СЗАДИ! — сам по себе проорал мой рот, и тут же тело, по велению вернувшейся Юми, кувырнулось вперёд.

Хрясь!

Я обернулся: позади меня стояла матка, выдёргивавшая из асфальта свою остроконечную многосуставную ногу. Рогатый череп сверлил меня внимательным взглядом пустых глазниц. До дрожи в коленях, я ощутил, что на самом деле оттуда на меня смотрит первозданная адская бездна! Но как оказалось, это было ещё не самое страшное…

Ведь тварь нависла прямо над Аяко!

Что делать, когда ничего не можешь сделать?

Правильно — думать.

Я стоял в оцепенении и смотрел на чудовище, которое перебирало своими конечностями в опасной близости рядом с Аяко. Со всех сторон ко мне стягивались зомбирующие микробогомолы и их жертвы — люди, с головами-ёжиками. Всё это действо сопровождалось противным звуком движения тысяч маленьких лапок и стонами зомби.

Если сейчас я всажу в эту тварь всю обойму, то она может просто напросто раздавить под собой Аяко. Либо я сделаю обманный манёвр и начну палить в менее опасных противников, тем самым выманю матку на себя. Тогда есть шанс, что девушка не пострадает!

Решено!

Я прицелился в рогатый череп и плавно надавил на…

— АЯКО! НЕТ! — истошно завизжала Юми, из-за чего я не то что выстрел сделать не сумел, а вообще чуть не выронил винтовку! Истеричная баба в голове сделала всё только хуже!

Ожидаемо, монстр (не знаю, имелись ли у него зачатки разума или нет), увидев мою реакцию, опустил взгляд себе под ноги и радостно заклокотал.

— Дура! — рявкнул я, короткой очередью срезав богомолу левую лапку-лезвие.

Чёрт! Мазила! Метил же в голову!

Матка никак не отреагировала на потерю конечности, а проворно подхватила бесчувственную Аяко и активно замахала крыльями!

— СУКА! СТОЙ!

Теперь я не мог стрелять в эту тварь. Моего навыка просто не хватит, чтобы не задеть Аяко. Я просто стоял и смотрел, как её уносят от меня куда-то за дома. И бросился следом, не забыв прихватить рюкзак с магазинами для винтовки.

— Ты полная дура! Идиотка! — не переставал я бранить Юми, которая притихла в моём мозгу, как мышка в норке. — О чём ты вообще думала⁈

— Она… она… О, боги! Аяко, прости меня! — жалобно стонала Юми моим ртом, совершенно не обращая внимания на мои слова.

— Да успокойся ты! Делов уже наворотила, а расхлёбывать мне! Давай лучше думать, как спасти её! Матка уже скрылась из виду!

— Аяко… Нет! Подруга…

Если бы я мог, то уже давно бы отвесил пощёчину этой неврастеничке! Постойте-ка…

А ведь я могу!

Не прекращая бежать, я забросил винтовку на спину, благо у неё имелся ремень, и хорошенько ударил себя по щеке.

— Ай! — взвизгнула Юми.

Ещё раз!

Новый удар заставил её с обидой произнести:

— Да прекрати ты! Совсем выжил из ума⁈

— Ещё раз без моего ведома вмешаешься в бой, то я просто умою руки! И гори оно всё огнём! — гневно произнёс я, надеясь вразумить вторую личность в нашей голове.

На самом деле я бы никогда так не поступил, ведь я пока не только очень сильно боялся за свою шкуру, но и за девушек, с которыми провёл эти «увлекательные» дни.

— Буду стоять столбом и просто смотреть, как твоё тело рвут на части! Поняла меня⁈

А вот это уже наверное было лишним…

— Будь ты проклят! — выпалила она. — Ненавижу! Это всё из-за тебя!

Даже забавно слышать от неё проклятия, когда я давно с ними живу.

Сейчас мне снова надо будет уладить ситуацию, которую я сам и заварил. Юми беспорядочно размахивала руками и бранила меня последними словами. Вспоминала все мои грехи, начиная от телесных побоев клиента, и заканчивая потерей Аяко. И я понимал её чувства, потому что сам ненавидел себя за всё это. Но одной злобой делу не поможешь. Нужно пустить её в правильное русло…

— Мне нужна твоя помощь, — я резко встрял в её длинный монолог, добежав до забора, преграждавшего мне путь. Где-то там впереди летела тварь, и было бы здорово узнать её точное местонахождение. Если матка вообще не улетит на гору Фудзияму!

— Пошёл ты!

— Если ты не поможешь мне, то Аяко умрёт.

Молчание.

А время идёт. И кто знает, что эта тварь задумала сотворить с нашей боевой подругой…

— Что мне нужно сделать? — тяжело вздохнув, наконец, произнесла Юми.

— Стоять здесь и ждать меня. В случае чего, отстреливать тварей, — ответил я, перезарядив винтовку. — Справишься?

— Думаю, да. Мои руки уже помнят, как обращаться с этим оружием. Но что ты собрался делать?

— Хочу слетать на разведку в астральном теле. Кстати, не подскажешь, как это делается?

Она вздохнула ещё глубже:

— Это не так-то просто для новичка. Но ты уже бывал там, поэтому…

— Не тяни, а!

— Представь над головой верёвку.

Сначала я огляделся в поисках опасности — мы оставили позади слишком много неубитых врагов. А потом поднял голову к голубому небу.

— Что дальше? — спросил я, вообразив канат, свисающий к моему лицу из самого неба.

— Теперь представь, что твои призрачные руки схватили канат. А потом подумай, будто ты поднимаешься по нему из моего тела.

На словах всё просто, но на деле…

ОУ!

Я висел над Юми и смотрел на её макушку. Получилось!

— Юми, я смог! — на радостях воскликнул я, но потом вспомнил, что она не слышит голос моего астрального тела.

— У тебя получилось, — сказала девушка в пустоту, щёлкнув затвором. — Прошу, спаси её! Заклинаю тебя! А я останусь здесь и буду защищаться, сколько смогу.

Я кивнул.

Было хреново оставлять её здесь у забора, считай в тупике. Но я не собирался тратить время впустую. Всё нужно сделать быстро: проследить за тварью и вернуться к Юми, чтобы нагнать матку. В этом случае останется только молиться, чтобы за то время, пока мы будем в пути, богомол не совершит с Аяко что-то ужасное…

Я представил, что оказался на высоте птичьего полёта метрах в пятидесяти от Юми. Так и произошло: подо мной находился спальный квартал из небольших трёхэтажных домов и узких улочек между ними. Редкие машины проезжали мимо, а прохожих не видать. Похоже, вся округа уже давно услышала выстрелы, и люди просто заперлись в своих домах или сбежали в другой квартал. Скоро сюда приедут новые экипажи полиции, и снова пополнят собой отряды зомби.

С этим надо бы покончить, но только после освобождения Аяко. Иначе я не мог.

Снова и снова я телепортировался из одной точки в другую, высматривая летающего жука переростка, забравшего у меня самое ценное. И вскоре, я нашёл его, приземляющегося на крышу одного из жилых домов!

Стоило бы возвращаться к Юми, но то расстояние, которое отделяло наше тело от этого дома, было слишком велико. Пара километров, не меньше! Мы просто не успеем осилить путь за несколько минут и вступить с демоном в схватку!

Вот тут-то у меня и возникла одна бредовая идея…

Секунда, и я очутился рядом с монстром, аккуратно опустившим Аяко на рубероид. Многоногое чудовище затряслось всем телом, как тогда рядом с полицейскими, когда сделало залп своими маленькими детёнышами. Я понял, что времени в обрез, когда из брюха богомола к телу Аяко начал спускаться отросток, выделяющий зелёную жижу!

— Бл…!

Испытав животный ужас, я решил сделать единственное, что мог в данной ситуации — совершить безумную попытку переместиться в черепную коробку демона в надежде перехватить управление на себя!

Сейчас или никогда!

Вжзззззззз!

Ощущения были не из приятных: будто мой разум провели через паутину из колючей проволоки. Я пронёсся через бурю, даже не передать словами каких, ощущений, и наконец увидел мир зрением демонического существа.

Весь город оказался в красных тонах. И прохожие, машины на улице и даже птицы в небе испускали что-то вроде дымного следа, волочащегося за ними шлейфом. Повсюду, куда хватало глаз, была протянута слабо светящаяся белая паутина. Она окутала собой весь город, и произрастала где-то из неба, откуда вниз по ней спускались яркие точки, так же испускавшие дымящийся шлейф.

А потом вдруг всё затряслось!

Монстр начал мотать черепом из стороны в сторону, почуяв внутри незваного гостя. И я даже обрадовался, когда по собственной воле смог поднять его лезвие над головой. Сейчас я просто срублю себе, то есть богомолу, черепушку, и Аяко будет спасена!

«Хрена с два!» — могла бы сказать матка, если бы была человеком, но вместо этого сделала что-то, из-за чего меня просто выбросило на крышу в виде призрака!

Я непонимающе смотрел на свои прозрачные руки, а потом из рубероида вдруг вверх взвились огненные цепи, которые за секунду опутали меня! Демон торжествующе заклокотал, а я ощутил такую несравненную боль, что по сравнению с ней сдирание кожи живьём казалось лёгким массажем!

— А-а!!!

Невыносимые страдания заставляли кипеть мои мысли. Всё то хорошее, что было в моих воспоминаниях, представало перед глазами в извращённых интерпретациях демонической твари. Колья, расчленение, кровь, крюки и подвешенные на них родители…

— Сволочь! Не смей трогать моих родителей!

Насилие над моим разумом в жёсткой форме могло продолжаться вечно, пока каким-то образом меня внезапно не утащило обратно в тело Юми.

— Здесь становится жарко! — выпалила девушка, отстреливая наступавших на неё тараканов.

— Юми, я…

— Что⁈

Словно опытный вояка, Юми зубами вырвала чеку из гранаты, и бросила её в толпу зомби, окружённых маленькими богомолами.

Пока не прозвучал взрыв, я решился произнести роковую фразу:

— Я не смог спасти её…

БАХ!

Взрыв гранаты отозвался продолжительным писком в ушах.

Юми опустила руки. Бросила винтовку на землю и молча погрузилась в океан страданий, оплакивая подругу. А я в ужасе наблюдал, как к нам надвигаются орды зомбированных людей и тараканов! Ох, лучше бы молчал, а не вываливал на неё свои опасения. Ведь я точно не знал, жива ли Аяко или нет, хотя, по сути, у неё не оставалось никаких шансов на это. Адская тварь не щадила никого…

Но нет времени горевать по погибшим. Пора брать бразды правления в свои руки! Воспользовавшись тем, что Юми вышла из игры, я схватил винтовку и как раз вовремя, чтобы прикончить пару выродков, выбежавших из подъезда рядом стоящего дома!

Остальные твари только подбирались ко мне, поэтому сейчас самое время перепрыгнуть через забор и двинуться к тому зданию, где я оставил Аяко. И туда меня вела уже не надежда спасти её (я не был настолько наивным мальчиком, слепо верующим в то, что хорошим людям всегда благоволят боги), а желание убить то, во что она, возможно, превратилась. И закончить страдания несчастной девушки, которую я втянул в смертельную авантюру.

Я выпустил последнюю очередь в приближавшихся зомби, и прыгнул на забор из сетки-рабицы. На чистом адреналине перемахнул через него и прыгнул на асфальт, погасив удар кувырком. После чего встал и побежал вперёд без оглядки.

Муки совести и неизвестности терзали мой разум. Хотелось поверить в чудо, но происходящее вокруг явственно намекало об обратном — будет только хуже и страшнее. Судя по тому, что я видел глазами богомола, весь город оказался опутан невидимой паутиной, по которой откуда-то с неба спускаются новые демоны. И здесь моя теория о том, что именно я их вызываю, не оправдалась. Творящийся рядом со мной хаос оказался лишь вершиной айсберга. А слова ангела, говорившего о грядущей войне, нашли своё подтверждение во всей этой кутерьме.

Только вот небесное воинство совсем не спешило на выручку своей земной пастве. Видно, счётчик жертв среди мирного населения ещё не накрутил необходимый минимум для этого. А жаль. Я был бы очень рад, если бы эти парни с крыльями решили все мои проблемы разом. Но, работаем с тем, что есть…

Оставляя позади беснующихся чудовищ, я встречал на пути обеспокоенных сограждан, которые со всех ног бежали в разные стороны. И вскоре я увидел то, что обеспокоило толпу…

Из-за угла, волоча за собой культю, что раньше была человеческой рукой, вышел богомол. Видно, только что выбрался из портала, попутно взорвав его носителя. Ужас…

Люди истошно вопили от одного его вида, но через секунду закричали ещё сильнее, ведь адский монстр резко ускорился, хищно подняв свои лезвия над головой. И началась мясорубка… Кто-то не успел отпрыгнуть в сторону, и был изрублен на несколько частей. А я пытался перезарядить винтовку, чтобы успеть спасти как можно больше людей.

— Всё это не имеет никакого смысла, — шёпотом проговорила Юми моими губами.

— Это почему же⁈ — встрепенулся, я, наконец, вставив магазин, и передёрнув затвор.

Несколько точных выстрелов заставили богомола исчезнуть яркой вспышкой, а его жертву, очумевшую от страха, спешно уносить ноги из этого гиблого квартала.

— Ты никого не спасёшь. Дьявол всё равно соберёт свою кровавую жатву…

Я мог с этим не согласиться. Дьявол ли сам был виновен во всей этой вакханалии, или божественная стерва, решившая поиметь меня всеми возможными способами. Помнится, Стигмата говорила, что планирует вернуть всех сбежавших демонов обратно в Ад, а не учинять его на Земле. Тем более, существовал какой-то договор между Адом и Раем, который не позволял ни одной из фракций доминировать за право использовать души людей в своих целях.

— Пока у меня есть патроны и меч, я могу хоть что-то сделать…

— Расскажи это Аяко.

Как обухом по голове!

Не желая больше продолжать этот больной диалог, я бросился к тому самому зданию, где нас не ждало ничего хорошего. И туда, как оказалось, направлялся не только я один…

Гремя винтами, надо мной пролетел вертолёт, практически точная копия того, на котором я разбился.

Орден!

И вертушка садилась на крышу именно того здания, где находилась Аяко.

Послышались звуки стрельбы.

Я ускорился, как вдруг зашипела рация, прицепленная к разгрузке:

— … «Демон один», цель уничтожена. Посылка на борту. Прошу разрешения вернуться к месту падения «Демона три» и начать поиск выживших.

— Отрицательно, «Демон два». Судя по спутнику там слишком жарко. Их уже не спасти. Выдвигайтесь к точке «Альфа».

— Бл… — не выдержал мужчина. — Повторите, «Демон один». Курс изменён? На базу не возвращаться?

— Подтверждаю. Посылку ждут друзья. Протокол «четыре». Как доберётесь, оставайтесь на точке «Альфа» до нашего прибытия. Конец связи.

— Принял. Курс девять-два. Отбой.

Связь прервалась. Из быстрого диалога с непонятными терминами я понял следующее: группа захвата Ордена уничтожила какого-то демона, и скорее всего, это была матка. И они забрали с собой некую посылку. Нетрудно догадаться, что это вполне может быть Аяко, ведь на крыше ничего и никого, кроме неё и богомола не было. Значит…

Она может быть всё ещё жива!

Оглашая округу эхом работающих винтов, вертушка пронеслась над домами, улетев восвояси. Но я не мог полагаться на свои домыслы, и должен был увидеть всё своими глазами.

— Ты слышала? Она может быть жива! — воскликнул я, забегая в дом.

Обычный подъезд. Лестничная клетка. Запертые двери квартир. Лестница, по которой я бежал, перепрыгивая через две ступеньки.

— Я не хочу загадывать, Хироюки, — мрачно произнесла Юми.

Хотелось подбодрить её, но вполне закономерно мне пришлось разбираться с группой маленьких богомолов, страстно желающих проникнуть в мою голову через ротовое отверстие! Видно, матка всё-таки успела высадить десант зомбирующих малышей, перед тем, как её пристрелили монахи Ордена.

Юми уже привычно взвизгнула от страха, а я достал катану, которой принялся без сожаления рубить противных тварей направо и налево. Куски зелёной плоти и слизи разлетались во все стороны, и пятнами отмечались на стенах.

Когда с тараканами было покончено, настал черёд зомби, которые спускались ко мне с верхних этажей. Наблюдать их вблизи оказалось заметно тяжелее, чем через оптический прицел винтовки. Разорванные изуродованные лица, покрытые иголками, вгрызались в память, и скорее всего, будут сниться мне в кошмарах. Только бы дожить до этих самых страшных сновидений!

Меч в моих руках начал свой смертельный танец, даруя несчастным жителям этого дома избавление от страданий и долгожданный покой. Я срубал головы и лишал конечностей тех, кто подходил слишком быстро. Каждый раз, когда тело зомби погибало, богомолы пытались спешно выбраться из головы носителя. Проворные лапки упирались в скулы, пытаясь вытащить крохотное тельце, зарывшееся с головой в черепную коробку. Но я не давал и шанса этим тварям, пронзая их остриём катаны.

Когда с ними было покончено, я продолжил своё восхождение на крышу, и уже через минуту оказался на ней, т. к. люк был открыт. Оказавшись там, я увидел следы разрушения: трубы вентиляции и блоки кондиционеров были изрешечены от пуль, на рубероиде пятна от зелёной слизи. Ни Аяко, ни матки нигде не было видно. Значит, я был прав — её забрали!

— Ты это видишь, Юми? Здесь лежала Аяко после того, как её принесла эта тварь.

— И её здесь больше нет, — моя компаньонка произнесла очевидную вещь. — Что ты пытался тут сделать в астральном теле?

— Я хотел захватить разум твари, чтобы спасти твою подругу.

— Сумасшедший! Но, видимо из-за этого ты выиграл Аяко время. Но… что было потом?

— Она порвала мой разум в клочья. Показала мне персональный ад. А потом, я каким-то чудом вернулся к тебе.

— А вот это отличная новость, — воодушевилась Юми. — Я призвала тебя, когда чудовищ стало слишком много. Испугалась, и видимо, каким-то образом притянула тебя к себе.

— Тогда мне стоит сказать тебе спасибо. Не знаю, сколько я бы продержался так, пока не сошёл с ума…

— Ладно. Теперь то что? Где искать Аяко?

— Я знаю, где. Но нам понадобится транспорт.

— Откуда?

— Вооружённые люди на вертолётах — это монахи Ордена «Аутодафе». Они издревле борются с демонами. С их главой у меня остались кое-какие счёты…

Повисло недолгое молчание.

— Как много я о тебе не знаю… Орден, демоны, переселение душ… А теперь в мире творится настоящий Апокалипсис!

— Плевать на всё это, Юми. Я знаю только одно — мы должны спасти Аяко!

Перед тем, как выбраться на улицу, я постоял пару минут, чтобы осмотреться через окно на лестничной клетке. На улице при свете дня была паника, крики и устрашающие действа. Люди бежали от зомби, тараканы семенили за людьми, настигали их и методично обращали в зомби. Рядом сновали богомолы, словно живые газонокосилки, рубящие всё живое в радиусе поля зрения.

— Нам нужна машина, — подумал я вслух.

Всё нити, так или иначе, вели к замку Ордена, до которого мы и должны были добраться. Там сейчас Ясуо, которого я обязательно заставлю сказать, куда увезли Аяко.

Там может находиться Мисаки и моё собственное тело. Не поверю, что монахи просто так оставили бы меня в покое. В их же интересах забрать все оставшиеся материалы для исследования и препарирования. Надеюсь, они ещё не успели сделать со мной что-нибудь ужасное…

В замке заточена Токугава/Стигмата. Хотелось бы верить, что её ещё не замучили до смерти… Дьяволица, кстати, может помочь с тем, чтобы остановить надвигающийся Апокалипсис. Недаром она является правой рукой самого Сатаны. Наверное, он её уже заждался. И будет очень нехорошо, если это он решил устроить Конец света только ради того, чтобы вызволить её из плена!

Осталось только добраться до пункта назначения, не потеряв по дороге голову или руки и ноги. И провернуть операцию по освобождению всех выше указанных личностей.

— Я хочу позвонить Ючи, — вдруг сказала Юми, и потянулась в карман за розовым телефоном, который мы недавно позаимствовали у Аяко.

— Только быстро.

Я был не против. Самому хотелось удостовериться, что с Ючи всё в порядке. Но время работало против нас. Чем быстрее мы свалим из города, тем лучше. Неизвестно, что здесь произойдёт в течение часа. Вдруг откроются настоящие врата Ада, и на Землю хлынут уже полчища демонов? А всё, что было до этого, покажется невинной игрой в песочнице.

Юми начала по памяти набирать номер телефона, но каждый раз попадала не туда. На проводе, где-то в другой части Японии, сварливая женщина, отчитавшая её за ошибочный звонок, ещё даже не подозревала, что на страну надвигаются тяжёлые испытания. И бомбардировка Хиросимы и Нагасаки окажется не самым страшным, что случилось с моей родиной.

— Последние цифры: девять, три, пять, — подсказал я. — У меня хорошая память на номера.

— Спасибо.

Трубка снова переместилась к уху, и уже через два гудка я с облегчением услышал голос друга:

— Да⁈ — почти выкрикнул Ючи, наверное, не понимая, кто это ему звонит в столь хреновый час.

— Ючи, это Юми! С тобой всё в порядке?

— О, боги! Я так счастлив тебя слышать! Ты цела?

— Да, мы разбились на вертолёте…

— ЧТО⁈

— И сейчас поедем за Аяко в одно место…

Я буквально слышал, как пыхтит и закипает мой старый друг на другом конце провода!

— Сейчас же скажи мне, где ты находишься! Я приеду и заберу тебя!

— Я не могу…

— Юми! Это не шутки! В городе творится настоящий Ад!

Ха! Нам ли не знать! Мы в нём активно участвуем!

Девушка сглотнула и собралась с силами. Я понимал её — она очень хотела оказаться со своим возлюбленным, но бросить подругу в беде тоже не могла.

— Прости, но я должна вернуть Аяко.

— Чёрт возьми! Я приеду, и мы заберём её вместе! Только скажи адрес, Юми!

Она посмотрела на своё отражение в стекле, будто спрашивала у меня совета. Я только опустил взгляд — не стоило втягивать и его в наше адское веселье. Иногда, чтобы сохранить любимых нам людей, нужно попрощаться с ними и оттолкнуть от себя.

— Я перезвоню тебе вечером, любимый. Если всё будет хорошо, то к ночи мы с твоим другом обязательно приедем к тебе.

— С каким другом⁈

Вот тут я удивился. И зачем она решила вскрыть все карты?

— С Хироюки Тагава.

— Откуда? Как? Где ты его встретила⁈

— Долго объяснять. Но он мне очень помогает. И тебе не стоит волноваться за нас. Мы уже многое прошли вместе…

Голос Ючи уже стал походить на стон:

— Юми! Прошу! Одумайся! Скажи мне адрес…

— До вечера, любимый, — холодно ответила она. — Береги себя, — и отключила вызов.

Девушка снова посмотрела в окно — на этот раз её взгляд был решительным.

— Жестоко ты с ним, — вздохнув, подытожил я.

— Ты бы сделал точно так же.

— Возможно. Незачем ещё и ему рисковать жизнью…

Мы всё прекрасно понимали. Никто не гарантировал нам, что впереди нас не ждёт смерть в самой её жестокой и извращённой форме. Ючи проведёт эти несколько часов, страдая от неведения и невозможности узнать о судьбе любимой. Но так было надо.

Весёлая мелодия вдруг эхом заиграла в мрачном подъезде вымершего дома.

Юми посмотрела на экран — звонил Ючи. Она не стала отключать его, а просто перевела смартфон на беззвучный режим.

— Идём.

Я кивнул, и мы пошли на выход. Туда, где нас ждала боль, смерть и разрушения.

Это только в кино или в компьютерной игре угнать автомобиль проще простого. На самом же деле, если ты не профессиональный автоугонщик, то уехать на чужой машине можешь только в том случае, когда в ней находятся ключи. И в большинстве случаев, к ключам автоматически прилагается водитель, с которым могут возникнуть проблемы. Благо, у меня в наличии имелся автомат и меч.

Мы шли по тротуару быстрым шагом, будто и, не замечая творящийся вокруг хаос. Словно не видели всего того, от чего у нормальных людей волосы встанут дыбом или вдруг замучает тошнота. Проходили мимо кровавого месива, стараясь не привлекать излишнее внимание. Мы — не армия спасения. Лишь обычные люди, оказавшиеся не в том месте, не в то время, и не в том теле.

Я машинально дёргал ручки дверей припаркованных автомобилей в надежде, что одна из них по счастливому стечению обстоятельств окажется не заперта. Правда, толку от этого, если внутри не найдётся ключей зажигания?

Оставалась надежда на проезжающие машины. Увы, они либо не останавливались, проносясь мимо на высокой скорости, либо были разбиты в хлам из-за встречи с монстрами. Дорога практически полностью была перекрыта. Где-то в конце пробки ещё оставались водители, сидящие в своих автомобилях, и беспрестанно сигналящие клаксонами. Идиоты…

Нам нужно было найти машину, на которой можно свернуть с дороги и протиснуться куда угодно в условиях, когда в любой момент на проезжей части может произойти ДТП или завал.

И такая тачка нашлась.

Именно тачка, потому что иначе назвать её сложно. Это был кей-кар Ниссан Пино, трёхметровый малыш с удивлёнными глазами-фарами и зубастой решёткой радиатора. На кузове жёлтого цвета красовалась наклейка с аппетитным куском пиццы и названием магазина доставки еды. Внутри сидел пацан лет двадцати с жидкими усиками на бледном лице. Он глупо хлопал глазами при виде приближающегося меня, девушки приятной наружности, одетой в обмундирование спецназа с автоматом наперевес и катаной за спиной.

В его же интересах было тут же смотаться куда подальше, но сработал эффект неожиданности. Я резко открыл водительскую дверь и наставил на него дуло автомата:

— Выходи.

Паренёк оказался вполне разумным, и, молча подняв руки, немедленно освободил для меня водительское кресло. Усевшись в него, я почувствовал божественный аромат свежеиспечённой пиццы! Вот же повезло найти машину с обедом!

Держа бывшего водителя на прицеле, я произнёс:

— Позволь дать тебе один совет, парень: беги как можно дальше от города. Скоро здесь будет настоящий Ад.

Махнув ему пушкой, я проследил, чтобы паренёк отошёл на приличное расстояние от машины, а потом схватился рукой за огромную кочергу АКПП. Врубив заднюю передачу, я выехал на тротуар, чтобы развернуться, тем самым, распугивая пешеходов. Недовольные лица сверлили меня взглядом до тех пор, пока не замечали огнестрельное оружие в салоне.

Благодаря компактным размерам моей новой машинки, я без труда выбрался из пробки и погнал по улицам в сторону выезда из города.

— Как скоро мы приедем в замок? — нарушила тишину Юми.

— Не знаю, — честно признался я. — Если без пробок выйдем на автостраду, то в течение сорока минут, наверное, доберёмся.

— У тебя есть план?

А ведь и правда — есть ли он у меня? На самом деле нет. И хорошо бы уже начать его обдумывать, ведь я ни сном, ни духом, как заставить Ясуо не то, что выслушать меня, а хотя бы впустить внутрь замка!

— Скажи что-нибудь! Не зря же я позволила втянуть себя в это! — разгорячилась Юми.

Меня вдруг осенило:

— Мы припаркуемся недалеко от замка, и я выйду в астрал.

— Хочешь снова попытать счастье со вселением в чужую голову?

— Именно! Я вторгнусь в разум главы Ордена и…

— Будешь уговаривать его отпустить Аяко? Думаешь, это сработает?

Чёрт! А ведь она права. Всё, что я мог — это болтать с владельцем тела и иногда брать управление на себя. Даже при таком раскладе этого будет недостаточно, чтобы освободить Мисаки и остальных. Скорее, я просто превращу Ясуо в нервно дёргающегося эпилептика, которого закроют свои же подчинённые, пока не найдут способ избавить своего начальника от демона в голове, то есть от меня.

— Буду импровизировать.

— Отлично, — вдруг сказала она. — Хорошо, что в это время я буду находиться на приличном расстоянии от вас.

Я не винил её за это. Меньше всего на свете я хотел, чтобы кто-то из окружающих меня людей, пострадал. Хотя это и так постоянно происходило…

Лучше я сам своими силами решу проблему. Хочу верить, что смогу справиться со всем. Очень хочу…

Всю оставшуюся дорогу мы провели молча. Я рулил, маневрируя в потоке, и нарушал все правила дорожного движения: проезжая то на красный свет, прямо перед бамперами тронувшихся машин, то выезжал на встречку, стараясь объехать неожиданно возникшую пробку.

И всё было бы хорошо, если бы на трассе, где я наконец, расслабился и включил круиз-контроль, из впереди идущей машины прямо на ходу на нас не выпрыгнул новый, мать его за ногу, демон!

Божественная королева зла,

Сеющая семена своей ненависти.

Госпожа боли,

Дива Сатаника — Искусительница.

Медуза… садистка… красавица, и чудовище.

Соблазнительница… Она использует тебя… поставит на колени.

Мимо проносилась прекрасная природа. Пышные деревья, кусты и зелень вокруг наполняли салон автомобиля насыщенным, тёплым от заканчивающегося летнего дня воздухом. Хотелось дышать полной грудью и радоваться красоте природы, но позади горел огонь разрушения. И на душе, которой нет, скребли кошки. А сердце трепыхалось от осознания тщетности бытия, ведь мы, люди, стали просто разменной монетой в войне демонов и ангелов.

Солнце снова клонилось к закату. И становилось страшно от того, что принесёт с собой ночь. Потому что теперь я просто не смогу уснуть, зная, что где-то рядом в любой момент может появиться демон и начать кровавую вакханалию. Хотя, кто сказал, что я доживу до глубокой ночи?

Юми молчала, как, впрочем, и я. Не о чем нам было разговаривать. Всё и так было ясно как божий день — за нами тянулся приличный хвост из страданий и смертей. Но было бы здорово поподробнее обсудить план нашего проникновения в замок. Точнее, моего проникновения.

Я снизил скорость, не доезжая до съезда на грунтовку. Пара минут пути на авто, и замок встретит нас запертыми воротами. Вот только я не собирался проходить через парадный вход.

— Не стоит здесь светиться, — сказал я вслух, и надавил педаль газа, позволяя разбитой колымаге увезти нас отсюда.

Через пару километров я увидел небольшую парковку и покосившийся домик рядом с ней. Наверное, когда-то здесь был небольшой магазин, который по какой-то причине разорился. Но парковка осталась, поэтому я остановил машину здесь.

Скрипнув тормозами, наша колымага остановилась. Несмотря на сильно помятый и в некоторых местах продырявленный капот, двигатель урчал равномерно, что не могло не радовать. В случае чего мы с Юми были на колёсах, и в любой момент могли уехать. Даже бензина оставалось ещё на полбака. Правда, я совсем не знал, сколько литров вмещает в себя бензобак этой малышки. В любом случае, низкий расход топлива должен был нивелировать небольшой объём бака. Тем более, после потери крыши, тачка неплохо потеряла в весе.

— Что мне нужно делать? — спросила Юми.

Заглушив двигатель, я оставил ключи в замке зажигания:

— Оставайся в машине.

— И всё?

— Хватит уже тебе рисковать. Дальше я пойду один.

— Ты уверен в своих силах? Может мне тоже выйти в астрал с тобой?

А вот тут я весьма удивился:

— Мы оба можем покинуть твоё тело? Реально?

— Да. А иначе, как, по-твоему, я практиковалась? Я просто погружусь в подобие сна, и всё. Дальше выйду в виде астральной проекции, соединённой с телом серебряной нитью.

Было бы конечно здорово пойти в замок не в одиночку. Но я хорошо помнил, как Юми мешала мне в ответственный момент. И это было нормально, ведь она обычный человек, попавший в необычные обстоятельства. В смертельно-необычные. Я бы и сам, наверное, первое время визжал, как резанный от увиденного сегодня. Но в моём активе уже была хардкорная подготовка в виде порталирования демонов, и борьбы с одним из них. Поэтому сейчас мне намного легче всё это воспринимать, чем ей.

— Давай лучше ты останешься здесь? И призовёшь меня назад, если что-то пойдёт не так.

Юми кивнула.

А я запрокинул голову и посмотрел на небо. Надо представить трос и призрачные руки на нём.

— Где ты научился так обращаться с мечом? — вдруг спросила она.

Хороший вопрос. Я и сам не знал на него ответ.

— Не знаю. Это умение проявилось, когда я дрался один на один с демоном. А ты? Ты не похожа на домашнюю девушку. Находясь в твоём теле, я чувствую, что все эти нагрузки для тебя такие… будничные?

— Ты прав. У меня третий дан по кендо, и соответствующая физическая подготовка. Я участвовала в соревнованиях, и занимала призовые места. А потом… Потом всё спустилось в унитаз, когда отец продул в карты наш дом и вообще всё…

— Расскажешь об этом?

— А нечего рассказывать. Мама умерла от рака пять лет назад. Я жила с отцом. Однажды он пришёл домой поздно ночью, а на утро я нашла его в ванной, полной крови. Он покончил с собой.

— Прими мои соболезно…

— Я рада, что он сделал это, — внезапно произнесла Юми. — Такой позор смывается только кровью. Но я похоронила его со всеми почестями, умолчав перед родственниками о причине смерти. Через месяц в наш дом пришли люди. Бандиты. Их было трое. И… Они надругались надо мной.

Мне стало нехорошо. Или это Юми страдала от всплывающих в её голове жутких картин прошлого.

— Они сказали, что это мой первый взнос, и озвучили сумму долга. Огромную сумму… В тот день я тоже чуть не покончила с собой. Но… Не уверена, что тебе будет интересно слушать дальше.

— Пожалуйста, продолжай, — ответил я, понимая, что ничего хорошего уже не услышу. Но хотелось хоть как-то поддержать её. А, не зная всего, по-настоящему этого сделать не удастся.

— Знаешь, Хиро, в жизни бывает, что человек в какой-то момент встречает непреодолимую преграду. Она давит на него самим своим существованием, и уже будто нет надежды на будущее. У меня так было. А потом, когда я с головой окунулась под воду в той же самой ванне, в которой умер мой отец, во мне что-то изменилось.

Она ненадолго остановилась, видимо, пытаясь сформулировать мысль.

— Я почувствовала силы двигаться дальше. Не знаю. Может быть, открылось второе дыхание. Мне захотелось жить. И, назло всем им, я решила использовать свою личную трагедию для того, чтобы закрыть этот долг.

Я мог охарактеризовать это, как приспособление. Словно дикое животное, Юми, получив коварный удар судьбы, приспособилась к суровой действительности и стала сильнее. Что бы сделал я в её ситуации? Не знаю. И не хочу знать. Нет никакого смысла полностью примерять её шкуру на себя… Хватит мне и своих скелетов в шкафу.

— Так я и стала девочкой, с которой за деньги любой может хорошо провести время, — подытожила она. — И вполне свыклась со своей позорной долей, пока…

— Пока?

— Пока не встретила Ючи, — закончила она фразу.

Да уж… История, достойная экранизации. Правда, возможно, скоро некому будет показывать такое кино. Весь мир сейчас летит в тартарары!

— Спасибо, что рассказала мне.

— Не за что. Что-то утаивать от тебя мне нет никакого смысла. Ты уже видел меня голой, спал с моей подругой и используешь моё тело в борьбе с чудовищами из Ада. Да и мне привычно ощущать в себе незнакомого мужчину. Правда, никто не заходил так глубоко…

Мне стало неудобно от этого странного диалога, поэтому я решил скорее его закончить:

— Я не по своей воле.

— Я знаю.

— Мне искренне жаль, что они растоптали твою жизнь.

— Спасибо. Мне тоже.

Я запрокинул голову и представил канат, после чего поднялся по нему призрачными руками, вынырнув из своего тела. Стало легко. Воспарив над раскуроченной машиной и мрачной девушкой в ней, я устремил свой взор на реющее знамя на шпиле замка.

Пора мне на этот раз без приглашения наведаться в гости к одиозному хозяину дома. И я просто обязан найти способ заставить его сыграть по моим правилам.

Я должен спасти своих людей.

С высоты птичьего полёта замок выглядел таким же устрашающим, как и с земли. Я осторожно по велению мысли телепортировался от одной точки к другой, зачем-то прячась в деревьях. Не знаю, что на меня нашло. Складывалось ощущение, что за мной кто-то следит. Хотя, как мне было известно, никто из людей видеть меня не мог.

Может, дело было в том, что совсем недавно я оказался свидетелем ужасного фиаско моих демонят, которых, как малых детей, обставил Ясуо фон Эшенбах. Эти блокирующие амулеты сыграли с ними злую шутку. Уверен, Орден не скупился на защиту своего замка: как на внешнюю в виде вооружённых бойцов и крутых систем безопасности, так и на внутреннюю противодемоническую защиту. И что-то мне подсказывает, что подобных сюрпризов в замке будет завались! Но подействуют ли они на меня или нет? Не хотелось это проверять на своей прозрачной шкуре.

Поэтому я не летел напролом, стараясь найти взглядом что-нибудь необычное. И вскоре нашёл — тело у забора. Подлетев поближе, мне удалось рассмотреть одного из монахов Ордена, небрежно брошенного в кустах. У парня была неестественно повёрнута голова, что намекало либо на неудачное падение, либо на предумышленное убийство путём сворачивания шеи.

Оружие в виде автомата и пистолета осталось при нём. На газоне отпечатались две пары следов от мужских ботинок. Учитывая тот факт, что лазутчики не спрятали тело, и не забрали с собой оружие, можно предположить, что они не сомневались в своих силах. А кто у нас в состоянии на пару сорвиголов уверенно штурмовать целый замок, нашпигованный вооружённой до зубов маленькой армией?

Правильно — демоны.

Помнится, на стадионе Стигмата упоминала, что вместе с ней в этот мир пришло ещё несколько её соратников. И вполне логично, что они решили спасти свою начальницу. Интересно, вышло у них это или нет?

Сейчас узнаем…

Я проследил за следами до того места, где они заканчивались, и тотчас туда переместился.

Мне сразу же стало как-то неуютно. Странное ощущение — будто стоишь между двух сверхмощных магнитов. Вроде бы они и не влияют на тебя, но всё равно удерживают на месте, отталкивая от себя. Я повернул голову сначала направо и пригляделся — ничего необычного: каменная стена, окно, и маленький янтарный камень над ним, обрамлённый металлической оправой.

Блокирующий артефакт!

Точно такой же камень имелся на стене слева. И когда я их заметил, мой взгляд зацепился за присутствие здесь то ли смога, то ли чего-то ещё, еле видимого и правильной геометрической формы с прямыми углами. Затем до меня дошло, что это барьер, который проецируется амулетами. И следы вели к стене между этих двух амулетов. Здесь имелась щель, как раз для того, чтобы протиснуться боком некрупному человеку.

Так я и сделал, не переставая ощущать странное чувство, что меня выталкивает наружу. Упершись в каменную стену, я остановился в нерешительности. Дальше что? Пройти сквозь неё?

Я представил, что очутился внутри замка, а именно в вестибюле. К счастью, так оно и случилось! Яркий свет от огромной хрустальной люстры ударил в глаза. На своих постах всё так же стояли монахи, будто я и не уходил из замка.

Обернувшись, я посмотрел на глухую стену, через которую прошёл. Каким образом у демонов получилось преодолеть её? Увы, пощупать стену я не мог. Вдруг где-то здесь был тайный проход, который активировался нажатием скрытой кнопки или рычага? Не знаю. В любом случае, лазутчикам каким-то образом удалось незаметно вторгнуться на охраняемую территорию. И странно, что никто до сих пор не поднял тревогу. Здесь столько камер видеонаблюдения — кто-нибудь уже бы заметил труп на улице.

Или…

Всё произошло совсем недавно? Прямо сейчас?

Я снова осмотрелся: ни следов драки, ни стреляных гильз, никаких эмоций на каменных лицах троих охранников. Стоят и не моргают, словно неживые…

Хм.

Телепортировавшись к одному из них, я сразу понял, что дело неладно — на шее парня была видна фиолетовая точка, из которой исходили волнообразные лучи. Татуировка? Или проявление проклятия? Точно такой же рисунок присутствовал у оставшихся двоих человек. И я не видел раньше подобных татуировок у монахов Ордена…

Всё встало на свои места, когда я не заметил, что они дышат. Охранники оказались мертвы! Вот же хитроумные дьявольские отродья! Без шума и пыли проникли в особо охраняемое здание, и поубивали охранников, не особо боясь, что их засекут. Дерзкие ребята.

Ситуация могла усугубляться ещё и тем, что основной персонал замка сейчас находился в городе, проводя операции по зачистке городских кварталов от новоприбывших демонов. Правда, кроме тех двух вертолётов, других воздушных суден Ордена я не встречал. Хотя ничего не мешало им поехать в город и на наземном транспорте.

После того, как я бросил изучать мёртвых охранников (воспринял этот факт совершенно спокойно — видимо, после всего того ужаса, что увидел и испытал, стал более спокойно реагировать на смерть), мне на глаза попалась открытая настежь металлическая дверь. Помнится, там находилась пыточная. И вероятнее всего, именно там держат Стигмату!

Если она ещё жива…

Ясуо — чёртов подлец! Может быть, весь этот ад происходит именно из-за того, что он её убил⁈ Дьявол узнал о последней смерти своего генерала, и решил вторгнуться на Землю, чтобы отомстить? О, боги! Всё может быть! И пока я не спущусь в казематы и не увижу всё своими глазами, неизвестность так и продолжит грызть нутро.

Я телепортировался на лестницу, ведущую вниз. Освещение было слабым, и навевало без того мрачное настроение. Даже в образе призрака я ощущал опасность, исходящую от этих застенок. Что ждёт меня впереди?

Конечно же, кровь!

На полу в коридоре лежали монахи. Все в неестественных позах, с вывернутыми ногами, руками и головами. Словно игрушки, которые разломал ребёнок в порыве неконтролируемой ярости. Да… Силы у демонов не занимать.

Я переместился дальше, и оказался перед выбором: пойти налево или направо. Никаких указателей здесь не имелось. Немного поразмыслив, всё-таки решил двинуться к левому крылу. Пара секунд, и я в лазарете…

И лучше бы я сюда не совался, ибо помещение для медицинских нужд имело больше сходства со скотобойней, чем со стерильной комнатой с хирургическим оборудованием. Повсюду лежали человеческие останки. Многочисленные пулевые отверстия на заляпанных кровью стенах и стреляные гильзы на полу. Совсем недавно здесь было очень жарко…

Похоже, лазутчики сумели скрытно пробраться в вестибюль и нейтрализовать охрану, но затем их всё-таки заметили, и охрана замка начала принимать контрмеры. А именно отправлять на верную гибель в казематы своих людей. Ведь их противники оказались очень сильны.

Хорошо, что сейчас у меня не имелось желудка, а то он гарантированно опустошился бы, и меня вырвало прямо на этот окровавленный пол! И хорошо, что Юми не пошла со мной. Ей уж точно не стоит на такое смотреть…

Я вернулся к лестнице, и с опасением, что увижу новую порцию расчленёнки, телепортировался в правое крыло. К своему удивлению я увидел вполне чистую комнату с множеством дверей. Наверное, это были камеры заключения. И одна из них оказалась открыта.

Появившись перед ней, я на секунду остолбенел — в проёме друг напротив друга на коленях сидели двое мужчин, соединённых между собой лезвием катаны и протянутой рукой, каким-то образом разрубившей тело одного из них от шеи до живота…

А за ними, прикованная к стулу, и без сознания сидела Токугава.

Бросившись к ней, я в последний раз посмотрел на странную пару: один из них, который держал меч, был монахом, а другой демоном в теле молодого человека. Этот, склонивший голову парень, был одет в чёрную военную униформу. Видно, он не успел освободить Стигмату, получив коварный удар в живот. Но всё-таки в последний момент смог вернуть долг, и убил своего палача, разрубив его голой рукой.

По мановению мысли я оказался перед Токугавой. Она была вся в крови, будто её нещадно истязали. Но под разорванной одеждой не имелось никаких ран или порезов. Неужели её пытали, а потом давали возможность восстановить свои силы, чтобы продолжать пытки вновь? Поганые садисты!

Перед тем, как вселиться в Токугаву, я решил на всякий случай осмотреться, как это было у стен замка. Потому что никакие путы в мире не могли её остановить, тем более пластиковые хомуты на запястьях. Наверное, здесь есть какие-нибудь амулеты, блокирующие демонические способности, как у Ясуо и его людей.

Быстрый осмотр показал, что по всей камере были установлены увесистые янтарные булыжники с системой собственного охлаждения по типу капельного полива. Видел подобное у дедушки в огороде. Он был прагматичным человеком, поэтому даже и не думал поливать из лейки многочисленные грядки своего сравнительно немаленького огорода в двенадцать соток. Это отнимало много времени и сил, которые он тратил на более нужные вещи. В итоге дед собрал систему по всему огороду, которая по таймеру сама поливала зелёные насаждения. А в свободное от работы время, нещадно дубасил меня палкой за глупые косяки городского неумёхи. Эх, было время…

Я еле-еле приглушил ностальгию по своему собственному телу, и переключился на Токугаву/Стигмату. Сейчас нам предстоял серьёзный разговор, от которого могли зависеть жизни сотен тысяч, а то и миллионов людей.

Ну что ж, приступим…

Вжзззззззз!

В этот раз я вошёл в её разум как нож в масло без каких-либо неприятных ощущений.

Я открыл глаза. И с удовлетворением осознал, что не чувствую никакой боли. Руки и ноги двигались насколько позволяли путы, а значит, были целы. Подождав с минуту, оглядывая комнату глазами Токугавы, и остановившись взглядом на её самой выдающейся части — груди третьего размера, я всё-таки решился первым нарушить тишину:

— Стигмата. Это я, Хиро, — произнесли её губы глубоким голосом.

— Тагава⁈ Ты⁈ Как⁈ Не может быть! Хотя…

Она задумалась.

— Ты в порядке? — зачем-то спросил я. Видно было, что не очень.

Молчание в течение пары секунд, а затем пронзительный хохот дьяволицы, нарушивший мёртвую тишину. Или не мёртвую, если на её голос сюда прибежит охрана!

— В порядке, говоришь? Не совсем. Твои друзья несколько удивили меня своими методами. Они оказались сравнительно эффективными. Я даже немного возбудилась, когда эти крепкие парни сдирали с меня кожу…

Мне стало нехорошо от её слов, и это явственно передалось Стигмате.

— Они мне не друзья, — сказал я, поперхнувшись.

— Прости за подробности. Я просто ещё нахожусь под впечатлением. Не думала, что пытки на Земле как-то тронут меня, исконную жительницу Ада… — задумчиво произнесла Стигмата, после чего спросила, — Ну так, давай рассказывай, как тебя угораздило превратиться в призрака? Где твоё тело?

— Одна Первородная… — начал я.

Камера снова залилась дьявольским смехом:

— О да, я знаю эту сверхсильную бабу! Та ещё стерва. Именно она и засунула в тебя портал.

— Кстати, мы уже познакомились.

— Так чем ты ей насолил?

— Не имею никакого понятия. Она всё время требует от меня, чтобы я что-то там вспомнил.

— Хм, — задумалась Стигмата. — Угораздило же…

— Но не будем о плохом. Я пришёл сюда, чтобы вызволить тебя!

Закономерный смех снова вырвался из её рта:

— И как ты собираешься это сделать? Даже мои парни не смогли. Вон Абигор, искусный воин-демон, называется, получил по первое число от простого человечка, и просто издох со своим носителем. И что-то мне подсказывает, что уже навечно… А Барбатос так вообще неизвестно где шатается, искатель сокровищ хренов. Тоже, наверное, навсегда вернулся к Творцу. Так что, дрогой мой бестелесный друг, остались только ты, да я.

— У меня есть одна идея, — всё не унимался я. — Ясуо фон Эшенбах — глава Ордена. Я могу вселиться в него, и…

— Ох, я бы вырвала эту противную ухмылку с его лица! Но что ты можешь сделать в его голове? Переубедить не калечить это прекрасное тело, и отпустить меня на все четыре стороны? Извини, Хироюки, но ты не настолько красноречив, чтобы провернуть такое, — скептически произнесла она.

— Я могу попробовать ненадолго забрать управление его телом на себя и отдать приказ охране отпустить тебя!

— Не выйдет. Этот мужик обвешан защитными амулетами, как рождественская ёлка игрушками. Ты даже не подберёшься к нему на расстояние вытянутой руки…

— Здесь в камере тоже стоят блокирующие камни. Но я же смог в тебя вселиться!

— Потому что они призваны не выпускать только меня, дурачок, — ласково произнесла Стигмата. — А этот хмырь имеет обереги с полярной направленностью — не пускать никого уже к нему. Теперь понял?

— Вот дерьмо!

Она снова засмеялась, заставив меня ощутить укол ненависти:

— Прекрати! Я надеялся, что выпущу тебя отсюда и ты остановишь Апокалипсис!

— Апокалипсис? Ты о чём? — удивилась дьяволица.

О как! Выходит, Стигмата совсем не в курсе того, что происходит в Токио! Пора ввести её в курс дела и начать просить за сограждан…

— Новые адские порталы в городе. И носители погибают, когда появляется демон. На улицах творится Ад!

— Интересно. Ты видел это сам или слышал от кого? — всё не верила она.

— Своими глазами! За пару дней я успел поиграть в салки с рогатым трицератопсом, побегать от богомолов, залезть в башку матки-богомола, зарубить крылатого демона в маске, и увидеть зомби-апокалипсис на улицах города!

— Богомолы, говоришь? Как интересно, — хитро улыбнулась она. — Выходит, папенькин сынок решил, наконец, начать действовать. А проделки Евы дали ему карт-бланш, раз её до сих пор не приструнили. Интересно…

— Евы? Ты намекаешь на… Ту самую Еву⁈ Жену Адама⁈

Стигмата хихикнула:

— Нет. Это её тёзка. Но более… так сказать, более важная личность в формировании Вселенной, чем первая земная женщина. Она та Первородная, которая мучает тебя.

Отлично! Теперь я знал имя, которое каждый день буду проклинать и посылать лучи дерьма в её сторону!

— А что за папенькин сынок?

— Просатанос, сын Сатаны. У этого обуреваемого страстями юноши непростые отношения с моим шефом. Извечная проблема отцов и детей не обошла стороной и сверхъестественных существ. Забавно, не правда ли?

— Очень. То есть из-за каких-то семейных разногласий между Дьяволом и его сынком на Земле сейчас наступит Конец света? Ты можешь это остановить⁈

— Скорее всего, задет пока только Токио. Иначе я бы даже через эти чёртовы блокирующие камни ощутила разрыв пространства-времени от ВАВ.

— Что это такое? ВАВ?

— Великие Адские Врата. Пока они не открыты, никакого Апокалипсиса не будет. Мне кажется, ты зря беспокоишься, Хироюки. Пацан моего босса немного побесится, а потом снова получит назидательный шлепок по заднице от своего отца, как и в прошлые разы. И всё благополучно закончится. Не парься!

— Ага. А перед этим тысячи людей будут жестоко убиты. Ну, уж нет, Стигмата. Помоги мне! Останови это, пожалуйста! Ради всего, что между нами было…

— ХА-ХА-ХА!

Она расхохоталась пуще прежнего, заставив меня покраснеть. Точнее, она сама и покраснела от хлынувшей к щекам крови.

— Милый Тагава, — произнесла она, пытаясь проморгаться от слёз, которые увлажнили её глаза из-за смеха. — Я не настолько тебя люблю, чтобы заиметь себе врага в виде сынка моего шефа. Ты уж прости. Я и так проштрафилась в своё время перед боссом, а лезть в их семейные дрязги станет для меня последней каплей в чаше терпения Сатаны. Тем более, ты тоже накосячил передо мной, спутавшись с той девчонкой. Не стыдно тебе прикрываться «нашими» отношениями?

Во мне заклокотало обострённое до максимума чувство справедливости:

— Ты не дала мне выбора! А её я полюбил раньше тебя! И вообще, я был не готов ко всему этому! Это же просто немыслимо!

— Ой, да ладно тебе. Я же пошутила.

Она улыбнулась, а я начал нервничать. Ведь она же совсем недавно говорила, что придёт со мной к Мисаки и… Я не знал, что она с ней сделает. Как собирается вытащить из неё силу Тёмного. Выживет ли при этом Мисаки или нет? Куча вопросов и никаких ответов…

А спросить я её не мог. Я боялся. Дико боялся задавать эти вопросы дьяволице. Потому что до чёртиков страшился её ответов…

Если она не собирается останавливать кровавую вакханалию в Токио, то может быть, ради блага Мисаки, лучше бросить её здесь? Это была бы хорошая идея, если бы не Токугава, тело которой истязали подонки из Ордена. Эта женщина ничем не заслужила того, что с ней делали. И демона в голове она тоже не заслуживает! Её надо спасти в любом случае!

— Что-то ты притих, Хироюки-кун. А хочешь я тебя обрадую?

— Чем? — вяло спросил я.

— У меня в голове родился отличный план, как мы выберемся отсюда! — торжественно произнесла Стигмата.

— Перед тем, как ты расскажешь свой план, я могу попросить тебя кое о чём?

— Конечно, милый. Всё, что угодно.

Я собрался с духом и наконец решился:

— Тогда на арене, когда Ясуо пленил тебя… Ты меня прокляла последними словами. Сказала, что вырвешь моё сердце.

— Не бери в голову! Я была не в себе. На нервах наговорила всякого… Ты же меня простишь, Хироюки-кун? Я сделаю всё, чтобы ты меня простил! Любое твоё желание, только, пожалуйста, освободи меня!

Она недвусмысленно указала глазами на свою шикарную грудь, которая хорошо была видна через изрезанную испачканную кровью одежду. Но на такие подачки с её стороны я уже не обращал никакого внимания, поэтому лишь спросил:

— Ты не тронешь Мисаки? Не сделаешь ей ничего плохого? Пообещай мне.

— И в мыслях не было, дорогой, — ответила она как-то наигранно.

— Пообещай мне! Поклянись.

— Ладно. Обещаю. И клянусь. Доволен?

— Ещё одно. Ты поможешь мне со всем этим? С порталами и с концом света?

На мою просьбу она только рассмеялась:

— Поверь, Хироюки, всё устаканится само собой. Так уж и быть, я передам шефу о том, что здесь творится. Думаю, день или два, и всё решится. Не переживай!

— Хорошо, — вздохнул я с облегчением. — Этого достаточно. Спасибо. А теперь давай поговорим о твоём плане.

— А что говорить? Я уже всё сделала.

— Как? Что сделала? — не понял я.

— Поселила тебе в призрачное тело частичку себя. Не беспокойся, это только ради выполнения миссии.

— Эм, ладно… И что это даст?

— Тебе просто нужно забраться в голову к любому приближённому главы Ордена (теперь ты сможешь контролировать их волю). Затем ты подойдёшь к старику настолько близко, насколько это возможно, и сорвёшь с него защитный амулет. А потом захвати его разум и делай с ним всё, что хочешь! Бей головой о стену, соверши сеппуку или отправь в окно. Мне всё равно. Главное, заранее с его помощью выпусти меня отсюда! Все понятно?

— Вроде бы да.

— Отлично! Благословляю тебя, милый Тагава! У тебя всё получится.

Я кивнул, и сразу выбрался из её тела. Обернувшись на Токугаву, я различил в полумраке её кривую ухмылку:

— Пожалуйста, быстрее. А то у меня все мышцы уже затекли!

Что ж, быстрее, так быстрее. Не ощущая в себе ничего необычного, я решил сразу телепортироваться прямо в вестибюль, но у меня почему-то это не вышло. Похоже, если бы дверь наверху была закрыта, я сюда ни в жизни не попал бы! Придётся перемещаться по коридору.

Оставив Стигмату одну, я переместился по коридору в сторону лестницы. Затем поднялся в вестибюль и призадумался, куда мне пойти дальше. Может попытаться обыскать всё здание? Вдруг Мисаки где-то здесь. И моё тело! Или луче сразу разобраться с Ясуо и выведать всё у него? Наверное, с силой Стигматы сделать это будет проще простого.

Решено — иду искать главу Ордена!

Но легко сказать. Пришлось обыскивать все многочисленные помещения замка, благо, никаких защитных магических печатей на своём пути я не встречал. Как и не встречал живых людей. Повсюду лежали тела разной степени целостности. И вот через десять минут на верхнем ярусе я услышал громкий шум, похожий на звук разрывающихся петард.

Слегка приоткрытая резная дверь из дорогой породы дерева недвусмысленно приглашала войти. В неё был вшит защитный амулет, который сейчас не функционировал. Значит можно войти…

Бух! Тра-а-а-а-а…

Это на самом деле были звуки искр и стрекот взрывающегося пороха! Или всё-таки нечто другое?

Я заглянул внутрь, и увидел тотальный разгром в некогда богатом кабинете главы Ордена. Стены были уставлены стеллажами с книгами, а посередине комнаты стояли кожаное кресло и большой дубовый стол с картой города на нём. В дальнем конце маленькое окно, за которым уже стемнело. Множество светодиодных светильников на многоярусном потолке, среди которых выделялась архаичная хрустальная люстра, освещавшая комнату приглушённым светом.

На полу разбросаны книги, оружие и тела нескольких защитников замка. Возле стола я разглядел тёмный силуэт, беспорядочно молотящий мечом по чему-то на полу. Вдобавок к ударам холодного оружия он применял заклинания: комната внезапно обращала цвета, книги летали во все стороны от взрывной волны, резкий звук бил по моим несуществующим ушам. Но, судя по отборной брани, даже такими методами демон никак не мог справиться со своей задачей.

Съедаемый любопытством, я телепортировался поближе, и сильно удивился: на полу в позе лотоса сидел Ясуо. И над ним бело-голубым свечением отливал купол, об который демон прямо сейчас разбил свою катану.

— Сука! А ну вылезай, старик! — крикнул он в бешенстве, выбросив в сторону испорченный меч.

Мужчина в чёрной спецформе выглядел молодым парнем европейской внешности, хотя матерился по-взрослому, да ещё с применением неизвестного мне фольклора. Проскальзывали такие выражения, как: «на трезубце я тебя вертел», «насажу на вертел и скормлю норлакам», «сломаю пополам и выпью костный мозг»…

Дальше мне не захотелось слушать, поэтому я просто вселился в него и быстро прошептал, чтобы медитирующий Ясуо не услышал:

— Ты же Барбатос да? Я от Стигматы. Нам нужна твоя помощь.

— Хм, — проскрипел демон, перестав царапать руками непроницаемый магический щит главы Ордена.

— Давай отойдём и поговорим?

Барбатос кивнул, и, пройдя метров пять, уселся в кресло, не переставая прожигать взглядом Ясуо.

— Ты кто такой? — спросил он.

— Друг Стигматы. Я могу вселяться в чужие тела и, вроде как контролировать их. Во всяком случае, так сказала дьяволица.

— Значит, она тебя послала? То есть она выбралась из камеры? Абигор освободил её?

— Нет. Он успел только открыть дверь, и потом его убили.

— Какой позор, — протянул демон, начав массировать переносицу. — Жалкие смертные нагнули легендарного воителя Ада… Куда мы катимся?

— Его зарубили мечом из метеоритного железа.

— Да, это навсегда. Он погиб. А жаль, было весело слушать его байки о последней войне.

Я решил не уточнять, о какой войне идёт речь, а вместо этого перешёл к сути вопроса:

— В замке остались ещё живые люди?

— Десять минут назад они перестали сюда прибегать, — задумчиво произнёс Барбатос. — Либо смекнули, что сдохнут. Либо, сдохли.

— Жаль, — мрачно ответил я. — Кто-нибудь из них мог снять блокирующие артефакты в камере Стигматы. Ни ты, ни я этого сделать не сможем.

Я специально умолчал о Юми в машине на парковке, потому что совсем не хотел рисковать её жизнью, а значит и своей. Неизвестно что может натворить Ясуо, если он сейчас так благополучно отражал все удары демона. Тащить девушку в центр бойни крайне небезопасно.

— Можно попробовать расстрелять их из автомата, — предложил он.

А это хорошая идея!

— Только, я не хочу оставлять старика без присмотра. К его чести, он оказался весьма опасным противником.

— Я останусь здесь и буду контролировать его передвижение. Если что, снова наведаюсь к тебе и оповещу.

— Хорошая идея! Договорились, — весело ответил демон.

— Никогда не думал, что буду помогать демонам, — честно признался я на эмоциях. У нас должно всё получиться!

— А я никогда не думал, что буду слушать голос в своей башке. И вообще, что ты такое?

— Человек.

— Забавно. С каких это пор Стигмата дружит с людишками? Очень интересно. А это случайно не трюк старика, чтобы отвлечь моё внимание, а?

Демон вдруг ожесточился и принялся дубасить себя кулаками по голове!

— А ну выходи из меня! Живо!

Эти размашистые удары реально выбивали меня из его тела, но я не собирался сдаваться, тем более, опростоволоситься из-за этого идиота.

— Да успокойся ты! Меня зовут Хироюки Тагава. Во мне портал Дисса. Неделю или две назад вы пасли меня до этого замка по приказу Стигматы!

Наконец его проняло:

— Точно! Было такое. Что ж ты сразу не сказал?

— Вам экспрессивным личностям даже слово сказать не успеешь. Сразу бьёте! — пожаловался я.

— Ладно, проехали, — бросил Барбатос, после чего поднялся и наигранно произнёс для чужих ушей. — Пойду отолью. А ты, старикан, никуда не уходи. Мы ещё не закончили.

Он вышел из комнаты, оставив меня одного с Ясуо. Я посмотрел на главу Ордена — сейчас он больше походил на монаха-буддиста, чем на того, кем на самом деле являлся — на беспринципного человека, с лёгкой руки сбрасывающего отработанных пешек-людей с доски. Так он сделал со мной, когда я выполнил свою часть сделки — послал снайперов на моё устранение. Но за свои деяния глава четвёртого отдела всё-таки поплатился — жизнями своих людей. Даже не представляю, что он чувствует сейчас.

Хотя можно спросить у него самого…

Я представил, что прохожу через барьер и проникаю в голову Ясуо.

Ничего не произошло.

Ещё пара бесполезных попыток до тех пор, пока я не удостоверился в том, что даже в астральном теле не могу пробиться через этот заслон. Мда… Значит, остаётся придерживаться плана и следить за ним, чтобы Ясуо никуда вдруг не делся.

Сравнительно лёгкая задача.

Так прошло несколько минут. Я смотрел на него, а он будто спал, ничего не делая под сверкающим магическим куполом. И откуда у Ясуо такие, как бы это правильно сказать, высокие технологии? Надо будет спросить при случае. Зная, на что способны демоны, я бы никогда не поверил, что обычный человек сможет просто так сидеть на полу и отражать такие мощные удары меча и магии! Удивительно просто!

Хм.

Кажется, защитный купол начал менять цвет и становиться тусклее. Верно, он стал исчезать! Неужели Ясуо решился выйти из комнаты и пуститься следом за демоном?

Я парил над ним, дожидаясь момента, пока не исчезнет купол, чтобы попробовать вселиться в него. Чем чёрт не шутит, вдруг получится? И я смогу сразу решить все вопросы.

Когда наконец купол растворился, я уже начал представлять, что вселяюсь в него, как вдруг заметил, что и сам Ясуо становился прозрачным! Не может этого быть! Он что, не человек⁈ Или это его астральное тело? Ничего не понимаю!

Через минуту глава Ордена исчез совсем, а на его месте остался янтарный камень с руной в виде двух треугольников, обращённых вершинами в разные стороны друг от друга, и перечёркнутых зеркальным отражением латинской буквы N.

Интересно. Это что, на самом деле был не Ясуо? А подсадная кукла? Ха! Надо срочно сообщить Барбатосу, а то коварный глава Ордена «Аутодафе» сейчас может приспокойненько устранить его, тем самым, разрушив все мои планы!

Внезапно внизу послышалась стрельба. И она не прекращалась! Неужели началось⁈

Я мигом телепортировался в вестибюль и «прыгнул» к лестнице в казематы, а затем и в правое крыло. В конце концов, буквально влетел в спину демона, который задумчиво чесал голову, стоя напротив камеры Стигматы в окружении стреляных гильз.

— Ясуо здесь! — выкрикнул я на нервах.

— Отлично! — взбодрился он. — А то всё без толку. Человечишка, ты забыл упомянуть, что камни находятся под бронестеклом!

Я удивлённо смотрел, как блестят в свете искусственного освещения прозрачные купола над артефактами, которые блокировали сверхъестественные способности Стигматы. Она, кстати, ёрзала на сидушке вся недовольная и громко стучала ногтями по поручню стула:

— Чего вы там возитесь? Сделайте уже что-нибудь!

— Может гранатой? — вдруг предложил Барбатос. — Взять у одного из монахов и бахнуть…

— Ты что, дебил⁈ Меня тоже заденет! Это не обычная человеческая амуниция, а специально созданное оружие против таких, как мы с тобой! Придумай что-нибудь получше.

— Раньше этого тут не было, — задумчиво произнёс я. — Скорее всего, эти заслоны дистанционно поднял сам Ясуо!

— Хватит терять время! Найдите этого старика и приведите ко мне! — властным тоном повелела Стигмата, практически зарычав. — И он нужен мне живым!

Мы с демоном кивнули и покорно вышли в коридор. Значит так — я должен найти Ясуо, и каким-то образом с помощью демона сорвать с него защитный амулет, а потом забраться ему в голову. Для начала стоит пойти в разведку или…

Или подождать, пока зверь сам выйдет на охотника!

Неожиданно мне на глаза попался человек в самурайских доспехах, стоящий посреди коридора!

Это был он!

Ясуо смотрел на нас высокомерным взглядом со своей коронной надменной улыбкой. В его руках была особенная катана, немного удлинённая в сравнении с обычной. А у нас с демоном, кроме автомата и нечеловеческой силы, ничего другого для защиты не имелось.

Но судя по тому, что Барбатос уж очень спокойно воспринял появление старика, то дело в шляпе.

Или нет?

Ясуо медленно приближался, поднимая над головой меч, а демон, в котором я находился, просто стоял и ничего не предпринимал! И вообще он смотрел куда-то в пол, а не на опасного врага!

— Придётся прочесать весь замок. Эй, человечек? Хироюки Тагава? Поможешь? Ты же вроде как призрак у нас. А ну-ка слетай на разведку.

Услышав моё имя, Ясуо вдруг остановился и удивлённо вскинул бровь. Видно, не ожидал снова услышать обо мне, да ещё в такой ситуации. Благо, это оказалось мне на руку, ведь демон просто не замечал перед собой главу Ордена! Наверное, снова подействовали какие-то сверхсильные чары, которые маскировали его от чужих глаз.

Но не от моих.

— Я вижу тебя, старый чёрт, — прорычал я, указав в сторону Ясуо указательным пальцем. — Твои чары на меня не действуют!

Я попытался использовать все свои актёрские способности, чтобы вывести его из равновесия. Но вышло так, что вышел из равновесия сам демон, внутри которого я находился!

— Эй, что за? Не смей управлять этим телом без моего разрешения! — рявкнул он, мотнув головой. — Думаешь, раз ты друг Стигматы, то тебе дозволено делать всё, что вздумается? Как бы не так!

Широкая улыбка красовалась на лице Ясуо. Он меня раскусил, и, похоже, решил больше не ломать комедию, а закончить всё одним быстрым ударом!

Молниеносный выпад!

Не имея ничего иного под рукой, и наплевав на мнение демона, я взял управление на себя и блокировал меч автоматом.

Хр-р!

Цевьё из композитного материала получило глубокую зазубрину.

Секунда.

Новый удар теперь уже справа, который я на рефлексах заблокировал, крутанув оружие в руках.

Бздынь!

Так не может продолжаться веч…

Ещё удар, грозящий разрубить бедренную кость!

Еле-еле отбил, наконец, додумавшись удлинить автомат до размера винтовки, дёрнув за цевьё.

Колющий удар в горло!

Схватившись за приклад, отбиваю лезвие в каких-то пяти сантиметрах от нашей шеи, и резко перекатываюсь за спину, уперевшись в стену.

Прижал, гад!

Я крепче схватился за своё оружие. Жаль, нельзя просто пристрелить этого гада. Он нужен был живым, чтобы освободить Стигмату.

Только Барбатос думал иначе. Без лишних слов он приставил приклад к плечу и открыл беспорядочную стрельбу!

Коридор залился громоподобными звуками, проносящимися эхом по нему. Только не надолго, ибо, когда ты используешь огнестрел в качестве оружия ближнего боя, он может просто выйти из строя. Так и случилось — автомат буквально взорвался в наших руках и разлетелся на части во все стороны.

Как же нам повезло, что у демона была отличная реакция и быстрая регенерация! Руки, в последний момент защитившие лицо, оказались нашпигованы металлическими элементами, которые наше тело начало выталкивать из себя. Ещё больше повезло, что в нас не прилетели осколки пули из метеоритного железа. А то из-за этого демон мог получить серьёзное ранение или даже погибнуть.

Коротко ругнувшись, Барбатос встал и вытянул вперёд руки, формируя белый энергетический шар, стрекочущий, как неисправный трансформатор. От него тянулись электрические разряды к потолку и к стенам. А я, тем временем, наблюдал за действиями Ясуо, доспехи которого спасли его от смерти. Он бодро поднялся, и теперь что-то перебирал у себя в поясной сумке. Наконец, найдя нужный артефакт, Ясуо просто вытянул вперёд руку с камнем и стал ждать.

— Не выйдет. У него блокирующий артефакт, — прошипел я.

— Сволочь! Я его не вижу! — зарычал Барбатос, прекратив формировать заклинание.

А Ясуо в это время с облегчением вздохнул, и снова пошёл на нас со своим смертоносным оружием. А нам теперь совсем нечем было защищаться!

Хотя…

— Зато его вижу я! Дай мне полный контроль! — выпалил я, бросившись в камеру Стигматы.

Запечатлев ошалелый взгляд прикованной к стулу Стигматы, я пинком отправил мёртвого Абигора на пол, и вырвал меч из окоченевших рук его убийцы.

Резко обернувшись, я отбил холодной сталью предательский удар в спину от старика-самурая:

— Вот мы и встретились, Ясуо!

Вот и настал мой заветный час поквитаться с человеком, из-за которого я чуть не распрощался с жизнью. В этот раз на моей стороне сверхсила демона и божественное мастерство владения мечом, подарок судьбы, дарованный мне во время битвы с Озэму. Теперь я был намного сильнее хитроумного лиса, облачённого в самурайский доспех, который только с виду казался аутентичным.

На самом же деле при ближайшем рассмотрении это оказался экзокостюм, стилизованный под древнее облачение воинов-самураев. Под пластинами из композитных материалов отливали металлом сервоприводы и газ-лифты. В определённых местах на броне установлены защитные амулеты и другие обереги, назначение которых я пока не знал.

Наши мечи скрипели от давления, а лица практически касались друг друга. Так близко я ещё не видел его противной ухмылки!

— Значит, спутался с демонами, да, Хироюки-сан?

— Они хотя бы не бьют в спину, как вы! — зарычал я, и оттолкнул его от себя мечом.

Старик проворно отступил на пять шагов назад, и произнёс:

— Трудно поверить, но сейчас я вижу до боли знакомый взгляд. Тагава, ведь на самом деле это ты! Неужели нашёл способ сбежать из своего тела?

— Не я это сделал. И меня не спрашивали, когда вынимали разум из тела! Но это всё лирика. Лучше ответьте на вопрос, куда вы забрали мою девушку? И Аяко на вертолёте. Куда её увезли? Где моё тело в конце то концов⁈

— Это уже не важно. Вопрос в другом — зачем ты предал свой народ? Всё человечество? Свой вид? Ради чего?

Я заслонил собой Стигмату, чтобы в порыве схватки она не пострадала. Дьяволица сосредоточенно наблюдала за мной, ведь именно сейчас, в подтверждение когда-то сказанных её слов, я встал на путь возвышения. Не стоит её разочаровывать.

— Я хочу жить. Только и всего. И не я начал всё это, Ясуо, а вы!

Он смерил меня высокомерным взглядом, и поднял меч:

— Иногда лучше умереть, Хироюки. Для всеобщего блага.

Глава Ордена бросился на меня, и словно расплылся, будто на моих глазах сидели очки, которые вдруг запотели. Благодаря феноменальным рефлексам, я сначала отбил его удар, а потом осознал, куда он метил. Это было невообразимо круто, словно у меня вдруг появился ангел хранитель, который в нужный момент вселялся в мои руки. И это точно был не демон, ведь он вообще не видел нашего противника!

Я сделал пару серий ударов, выгоняя Ясуо обратно в коридор. Здесь можно было не беспокоиться о жизни Стигматы и полностью посвятить себя дуэли со старым самураем.

— Теперь я вижу этого подлого ублюдка! Наверное, он использовал какой-то артефакт, чтобы затуманить мой взор. Кстати, великолепно фехтуешь для человека, — произнесли губы демона, когда я без особого труда парировал атаки Ясуо. — В тебя поселился дух меча?

«Что это?» — мысленно спросил я, не имея возможности разговаривать во время боя.

— В легендарном оружии, как у этого старика, живут духи войны. Если ты не заметил, его меч не из этого мира, парень.

«Неужели?»

Я вгляделся в оружие Ясуо — ничего необычного. Двуручная рукоять, цуба над ней и немного удлинённое лезвие. Никаких спецэффектов и чего-то странного, что выдавало бы в нём потустороннее оружие, не имелось.

— Посмотри на свой меч.

Мой взгляд на милисекунду коснулся катаны в руке, лезвие которой было уже испещрено маленькими трещинами. Кое-где имелись глубокие зазубрины, оставленные мечом Ясуо.

Ещё несколько ударов, и до меня начало доходить…

— Ты бьёшь его со всей силы. Демонической силы, позволь напомнить. А его мечу хоть бы хны. Это легендарное оружие. У него есть имя и дух. Благодаря последнему меч и выдерживает твои удары.

Я давил главу Ордена к лестнице размашистыми ударами, надеясь добраться до разорванных тел монахов, каждый из которых имел при себе хотя бы один меч. Ещё чуть-чуть, и моя катана просто разлетится на куски, когда я обрушу её на меч Ясуо!

Когда он встал в проёме, произошло что-то непонятное.

Ясуо отбил удар, и отпрыгнул на лестницу, словно заправский акробат. Одновременно с этим, он бросил в меня небольшой предмет, похожий на амулет. Я уже собрался броситься за ним в погоню, как мои ноги просто подкосились.

Еле удержавшись на них, я проводил взглядом убегающего старика, а сам принялся разминать внезапно ослабевшие конечности.

— Успокойся. Сейчас я это исправлю, — обнадёжил меня Барбатос.

Он приложил левую руку сначала на левое бедро — стало тепло, а затем произвёл такую же операцию и с правым. Мне стало заметно лучше.

— Всё, можешь продолжать.

— Спасибо! Ты не против, что сейчас я у руля? — спросил я, выбросив изношенный меч. На полу возле меня лежали два тела, рядом с которыми были новые мечи. Взяв обе катаны, я бросился на лестницу, надеясь догнать вероломного старика.

— Нет, конечно. Для меня он слишком опытный рубака. А ты и сам неплохо справляешься. Я вмешаюсь только тогда, когда ты начнёшь терять позиции. Так что, соберись, человечек. Если сумеешь победить этого хмыря, я лично помогу тебе устроиться в Аду.

— С чего ты взял, что мне это будет интересно?

Он усмехнулся:

— Ты ведь до сих пор не знаешь, кто я, верно? Что ж, расскажу. Любые двери, замки, и спрятанные сокровища — это всё ко мне. Это я открыл переход через защиту замка, и это я нашёл Стигмату ещё до того, как в него вошёл. Я вижу и ощущаю сокрытое. А что до тебя, то я совсем не чувствую твою душу, парень. А это означает, либо к старости я начал сдавать, ведь мне уже много тысяч лет. Либо ты был настолько глуп, что продал свой гипотетический билет в Райские сады какому-то демону!

Я тяжело вздохнул. Кто бы мог подумать, что я так легко поддамся на уговоры демонят и продам им за защиту самое ценное, что может вообще быть. С течением времени я всё чаще начал понимать, в какую ужасную ситуацию сам себя загнал.

— Значит, все верно. Поэтому, человечек по имени Хироюки, не вздумай подвести меня. А я, в свою очередь, обеспечу тебе комфортную посмертную жизнь на адских берегах.

— Разве у вас есть море?

— Море из лавы. Впечатляющее зрелище, особенно на закате.

— Отлично, — бросил я, оказавшись в проёме перед вестибюлем. — Предварительно соглашусь. Но надеюсь, что этого не понадобится.

Демон лишь усмехнулся — он знал, что деваться мне некуда:

— Так поведаешь, кому ты продался?

Я не успел ответить, отбивая меч Ясуо, который возник передо мной, как сам чёрт из табакерки!

Зазвенела сталь.

Словно вихрь, орудуя двумя мечами, я снова теснил главу Ордена, вызывая у него смятение, что чётко прослеживалось по сосредоточенному взгляду и отсутствию коронной улыбки. Старый чёрт наконец осознал, что справиться со мной ему будет не под силу!

— Откуда у тебя этот меч? — спросил я, когда мы разошлись перевести дух и медленно передвигались друг напротив друга.

— Это Хагеши Тайга, — указав на голову тигра, расположенную под рукояткой, произнёс Ясуо. — Его мне даровали духи.

— Духи?

— Ах да. Ты же не знаешь, что кроме библейских Ада и Рая, существует ещё множество параллельных миров, в которых царствуют и другие полубоги.

— Например, синтоистские боги?

— Именно.

— И как ты…

— Довольно, — перебил он меня. — Приготовься к смерти, Тагава. Поверь, так будет лучше для всего мира. Тебе воздастся за эту жертву.

Я хотел ответить ему, но вместо меня в диалог встрял владелец этого тела демон Барбатос:

— Самоуверенный идиот! Сейчас мы с пареньком разделаемся с тобой, а потом посадим на поводок. Ты будешь нашей собачкой, чётко исполняющей любые команды. Будешь жрать останки своих людей, гадить на них, а затем совокупляться с ними! Ха-ха-ха! Знай же, что переступив дорогу мне, великому демону Барбатосу, ты будешь страдать вечно!

Ясуо смачно сплюнул нам под ноги, после чего произнёс, выделяя каждое слово:

— Мерзкая тварь. Ты думал, я в страхе бегал от вас? Придётся вас расстроить. Ничего подобного — я просто заманивал вас на свою территорию.

— И что здесь такого, старый хрыч? Я ничего не ощущаю и не вижу. Здесь нет никаких магических печатей и ловушек.

Глава Ордена хитро улыбнулся:

— Разве, ворвавшись в мой дом без приглашения, ты не заметил руну призыва, начертанную на этом мраморном полу?

Наш взгляд устремился под ноги, где среди природных узоров благородной породы затесались неизвестные мне знаки, уже почти невидимые от времени.

— Ах да. Я совсем забыл, что самодовольные западные демоны не способны различить знаки восточных богов. Что ж, похоже, у вас сейчас случится культурный шок!

Ясуо начал громко смеяться.

На эмоциях Барбатос чертыхнулся. Я почувствовал, как заиграл адреналин по венам — он готовился к чему-то… Страшному. Даже для него.

Где-то под полом зажужжало.

А надписи на мраморе в миг зажглись белым светом, лучи которого устремились к потолку, создав таким образом клетку-круг диаметром примерно в десять метров.

— Не вздумай переходить за барьер, — взволнованным голосом предостерёг меня Барбатос. — Эта магия может нас убить!

А когда было иначе⁈ Я понял, что мы оба попали по-крупному. Что же для нас на этот раз приготовил этот старый хитрый чёрт?

— Покажи свою силу, Райдзин, бог грома и молний!

Лучи импровизированного ринга моментально соединились в одной точке — во лбу Ясуо. Его глаза запылали белым огнём, а тело осветилось ореолом света. Позади возникло парящее в воздухе кольцо, на котором появлялись барабаны с начертанным на них символом синтоистского божества.

Лицо Ясуо начало меняться и увеличиваться в размерах. К тому же изменялся и цвет его кожи на кроваво красный. Доспехи просто растворились, уступив место крепкому мускулистому торсу. Вместо одного меча теперь в его руках появились две массивные дубины. На голове выросли два длинных рога и пышная седая шевелюра. Вместо рук и ног когтистые лапы. Существо, заменившее собой человека, оказалось выше его на две головы!

Его раскатистый голос словно гром прокатился по залу:

— На колени!

Забили магические барабаны, заставляя содрогаться весь замок от производимого ими грохота. Снопы искр с характерным треском посыпались с огромных дубин в руках гиганта. Новоприбывший синтоистский бог размял шею, после чего зарычал, обнажив свои клыки. Перед нами стояла настоящая машина для убийств!

— Я удивлён. Весьма, — произнесли мои губы.

— Удивлён⁈ И всё? Это же бог грома и молний! Настоящий Райдзин! Что мы теперь будем делать? — в ужасе спросил я. Фехтовать на мечах с обычным человеком, это одно, а биться с небожителем, метающим молнии — совсем другое!

— Оставляю это тело тебе, друг, — внезапно ответил он. — Попытайся не умереть в течение пяти минут! Скоро вернусь!

В голове щёлкнуло — Барбатос покинул наше общее тело, и, похоже, убрался восвояси!

— Постой! — успел я крикнуть, как мои руки самопроизвольно отпустили мечи.

Когда они со звоном упали на пол под суровым взглядом Райдзина, тело вдруг обмякло и рухнуло на колени, а руки схватились за голову:

— Что это было? Я… Не понимаю, как здесь оказался. Что происходит⁈

Посмотрев на громовержца, парень чуть не наделал в штаны от страха, и закрыл лицо руками, начав выть. Раскатистый хохот пронёсся по залу, дав мне понять, что пора воспользоваться даром Стигматы и выключить этого недотёпу на время битвы, чтобы не мешался.

Я не знал, как это вообще сделать, поэтому решил импровизировать. Отдал мысленный приказ парнишке уснуть крепким сном. К счастью, так и случилось — он сразу лёг на холодный пол и захрапел.

— Я даже не знаю, как реагировать на такое вопиющее неуважение, — проревел небожитель. — Сразу испепелить тебя или же дать шанс перед смертью показать, из какого теста ты слеплен?

Видно, из-за разницы магической природы между демонами из христианства и богами из синтоизма, он не понимал, что в теле этого паренька жили целых две личности. И на самом деле думал сейчас, что его враг просто издевается над ним.

Я снова взял управление на себя, и резко встал, заставив своего противника усмехнуться:

— Вижу, ты всё-таки решил продлить агонию. Славно. Мне будет забавно поиграть с тобой.

Только сейчас я осознал, что потерял всю сверхсилу и сверхвыносливость демона, после того, как он исчез. Этот трусливый гад сбежал, оставив меня одного разбираться со всеми проблемами! Видимо понял, что может навсегда погибнуть в схватке с Райдзином. Теперь же мне одному предстояло выяснить, умру ли я вместе с этим ни в чём не повинным парнем, которого выбрали сосудом для демона, или же останусь бесплотным призраком с грузом вины на плечах от его смерти.

«В бою силёнок не хватает — стань хитрым, как лиса. А если и этого нет, то сражайся, как в последний раз. Как загнанная крыса!» — Дедушка ©

Мудрые мысли моего деда как нельзя кстати выплыли из памяти. Стоит попробовать задействовать на максимум свою харизму и убеждение, а так же великолепную актёрскую игру, которую я раз за разом шлифовал, часто попадая в смертельную опасность.

— О, великий и могучий, — преклонив колени и опустив голову, сказал я в отчаянной попытке выторговать себе драгоценные минуты жизни. — Я счастлив видеть тебя, снизошедшего с небес в наш бренный мир, и всецело готов служить тебе. Прости раба твоего, ибо не по своей воле я стал сосудом для скверны демона. Но сейчас он просто сбежал от страха быть раздавленным твоей великой силой! Смилуйся, о, владыка грома, над моей жалкой жизнью, чтобы я весь её остаток восхвалял тебя молитвами и подношениями!

И ведь правда, такими темпами я могу поступить в театральное училище по завету Стигматы!

— И ради этого ничтожества ты потревожил мой покой? А, Ясуо⁈

Неожиданно из головы демона отпочковалась другая, человеческая, принадлежащая главе Ордена:

— Он лжёт! Этот парень выпускал демонов на нашу землю, а потом заключил с ними союз ради осквернения твоего храма в этом месте! Мы должны покарать его за это!

Райдзин только хмыкнул, когда голова Ясуо снова слилась с его:

— В любом случае, я не намерен уходить, не забрав чью-то жизнь. Да будет так.

Дело плохо. Мне удалось выгадать себе лишь пару минут, и оставшиеся три придётся биться с этим амбалом-барабанщиком. И то, если Барбатос не солгал.

— Ты! — указал он на меня пальцем с длинным когтем. — Можешь нанести первый удар. Я хочу посмотреть на это.

Я вздрогнул, не ожидая такого предложения.

— Или сейчас в тебя ударит молния, мгновенно обратив в пепел. Не испытывай моё терпение, смертный. Начинай!

Ситуация патовая. У меня не было никакого желания воевать против богов, которым я каждодневно молился, в надежде спасти свою жизнь во время всех перипетий, которые мне довелось пройти. Тем более, в свете последних событий, я уже начал верить, что дар владения мечом внедрил в меня один из синтоистских богов, наблюдавших с неба за моими страданиями. И я не мог использовать этот дар против одного из них! Это святотатство!

— Ну же! Нападай! — всё не унимался Райдзин, размахивая своими дубинами.

— Я не могу этого сделать, мой владыка, — покорно произнёс я. — И для этого есть как минимум несколько причин.

— Назови хотя бы одну, чтобы я не сжёг тебя сию минуту!

Ощущая дрожь во всём теле, я глубоко вздохнул и начал говорить свою импровизированную речь:

— Первая причина — я чту богов, которым издревле поклонялись мои предки на японских островах, и не имею права посрамить их память. Вторая причина — как я могу помыслить даже о том, чтобы встать рядом с великим Райдзином, не то что поднять эти бесполезные железяки против тебя, мой господин? — сказал я, кивнув на мечи на полу.

— И наконец, третья причина — я сражался с демоном, чтобы спасти свою любимую. И боги улыбнулись мне, дав возможность управляться с мечом, словно я всегда был великим самураем. Благодаря их вере в меня, я сейчас стою перед тобой. И я никогда не воспользуюсь даром богов против одного из них!

Во рту пересохло. Впервые со дня последних деловых переговоров я выдал такую длинную речь, испытывая внутри всепоглощающий трепет и ужас. И сейчас мне горозила не потеря премии, а самой жизни. Может даже не моей, но жизни того человека, в котором моё сознание нашло свой приют. Я не имел морального права решать его судьбу. Только боги вольны делать это.

Поэтому мне оставалось безропотно ждать его решения, в надежде на то, что моя проникновенная речь тронула яростное сердце небожителя.

— Мне стало ещё интереснее, смертный. Кто же это из моих братьев и сестёр одарил тебя своим благословением? Откуда такая щедрость? Н-да… Наверное, мне не стоит давить тебя, как муху…

Я с облегчением вздохнул. Неужели получилось? Моя искренность возымела эффект? Правда?

— … лучше я изучу тебя и препарирую, как насекомое, — с хитрецой в огненных глазах, произнёс он. — Что в тебе такого, что заинтересовало их? Может быть, мне это будет полезно?

Расплывшись в довольной ухмылке, громобог за несколько гигантских шагов преодолел разделявшее нас расстояние, и схватил меня за шкирку, как какого-нибудь нашкодившего мальчишку.

Ощущая сокровенный ужас, я поднимался выше и выше по велению его крепких рук, пока мои глаза не встретились с его глазами.

— Может быть «это» сокрыто внутри твоего тела?

Он бесцеремонно подёргал меня за руки и ноги, как игрушку.

— А-а! — вскрикнул я, когда во мне что-то хрустнуло.

— Или это спрятано в твоей душе?

Он бросил меня на пол, как надоевшую куклу. Я больно ударился о мраморный пол, с сожалением понимая, что это конец. Всё тело ломило, а голову застилал туман боли, граничащей с потерей сознания. Но это было ещё не всё…

Райдзин присел на корточки рядом со мной и схватился за мою голову! Его лапища раскрыли мой рот, а пронзительные светящиеся глаза устремил свой взор внутрь. Так прошло несколько секунд, пока он пытался что-то разглядеть в моей гортани. Наконец, пытка закончилась, и мою голову швырнули в сторону, из-за чего и тело, повинуясь инерции, полетело туда же.

— У тебя нет души. Ничтожество! Думаешь, можно рассказать красивую сказку богу, и он смилостивится над тобой? Лучше бы подумал о том, что продавая душу демонам, проклянёшь себя перед своими богами! И нет тебе их милости, даже обреки ты себя на вечную жизнь в монастыре — прощения не будет!

Я почувствовал, как пол подо мной чуть не разрушился — это Райдзин в порыве ярости ударил об него ногой.

Мне крышка…

— Одну услугу я тебе всё-таки окажу. Избавлю от страданий. Отправлю прямиком туда, где пресмыкаются те самые напёрсточники, которые облапошили тебя. Продать частицу Творца… Позор! От этого нельзя отмыться без крови. Но так уж и быть, я дарую тебе шанс. Приготовься к очищению!

Над моей головой поднялись две огромные искрящиеся дубины, больше похожие на небольшие брёвна! Кровожадный бог грома улыбался глазами Ясуо, готовясь совершить смертный приговор. Всё-таки его взяла…

Я мог лишь успокаивать себя тем, что паренёк, оказавшийся не в том месте и не в то время, возможно, почти ничего не почувствует при смерти. Это единственное, что я мог для него сделать. Снова злодейка судьба выставила меня предвестником чужой смерти. Но теперь вполне возможно, что на этот раз я и сам испарюсь под ударом божественной молнии…

Меня захлестнула апатия. Как же надоело бежать и драться. Стараться успеть спасти всех в этой безумной гонке на выживание.

Как тогда сказала Юми?

«Ты никого не спасёшь. Дьявол всё равно соберёт свою кровавую жатву…»

Если с последним утверждением я был согласен на все сто процентов, то с первым нет.

Под ликующим взглядом громобога я сначала встал на колени, а потом поднял на него взгляд, чтобы встретить смерть, как мужчина.

Я не мог спасти всех, это верно. Но всё-таки мне удалось сохранить жизнь той, которую я полюбил — девушке по имени Мисаки. Всю свою ненависть Озэму выместил на мне, а не на этом прекрасном невинном цветке. Он понял, что именно жажда мести сотворила из него демона. И пощадил дитя, умерев человеком.

Это было и остаётся моей самой большой победой над смертью. И я сохраню её в памяти навсегда…

— Ты готов к очищению от своего позора? — спросил бог.

— Готов, — одними губами произнёс я.

— Тогда умри!

Две огромные дубины, ярко полыхая разрядами молний, разом обрушились на мою голову.

Прогремел удар.

Всё затряслось под звуки электрических разрядов.

Я ошарашенно смотрел на синтоистского бога, каким-то образом оказавшегося в десяти метрах от меня. А он с яростью буравил кого-то взглядом над моей головой, тем временем, выдёргивая из мрамора своё оружие:

— Демон!

Звеня латами, у меня из-за спины кто-то вышел. Я поднял голову, чтобы получить новый заряд адреналина — надо мной стоял такой же высоченный демон, как и небожитель. Его худое тело защищали изысканные латы, отливавшие серебром. На голове шлем стремительной каплевидной формы, как у велогонщика. Забрало в виде клыков, из которого выглядывали два мерцающих красных глаза. В руках демона было оружие, похожее на автоматическую винтовку со штыком-лезвием витиеватой формы.

— Продержался. Молодец, — сказал он нечеловеческим голосом, повернув голову ко мне. — Я тут сгонял в Ад, принарядился и взял с собой кое-что на всякий случай.

— Барбатос⁈

— Собственной персоной. Долой маски и игры в шпионов! Война в самом разгаре, парень. Теперь я не буду скрывать свой настоящий облик и могу действовать открыто, не боясь нарваться на штрафы крылатых недомерков из Эдема.

Послышался громоподобный гомерический хохот:

— Наконец-то появился тот, из-за которого был нарушен мой покой. Достойный противник, хоть и оскверняющий мой храм. Давненько я не сталкивался с подобными тебе.

— Я щёлкаю на раз таких как ты, обезьяна!

— Дерзости тебе не занимать, я посмотрю. Что ж, докажи делом, так ли ты силён.

Райдзин сразу же бросился в атаку. Я попытался встать, чтобы не быть раздавленным в схватке гигантов, но Барбатос заранее подумал об этом, и прокатил меня по полу в сторону своей длинной рукой. В этот момент в него устремились дубины, заряженные молниями. Демон резко ускорился, и мутным силуэтом отбежал в сторону, оказавшись сбоку от небожителя.

Плюх!

Розовый всполох, выпущенный из пушки, ударил в Райдзина. Небожитель зарычал и отшатнулся, после чего снова бросился в атаку, но и тут сверхбыстрый Барбатос обошёл его, и на этот раз оказался за спиной. Прогремел новый выстрел.

Громобог в ярости поднял руки и с силой ударил дубинами об пол, из-за чего я аж подпрыгнул на месте! Обернувшись к Барбатосу, Райдзин пустил в него молнию, от которой демон, даже при желании, не мог увернуться. Словно мультяшный персонаж, он трясся всем телом несколько секунд, и потом задымился, когда разряд покинул его тело. Блестящий латный нагрудник стал чёрным от высокой температуры.

Дымящийся демон, немного шатаясь, снова прицелился, и на этот раз принялся стрелять очередями, не давая Райдзину опомниться.

— Попробуй это!

Сверкало так, будто я оказался на дискотеке. Да и грохот стоял невыносимый. Я всё жался к стене, надеясь, что кто-нибудь из них не затянет меня в творящееся безумие!

Внезапно на месте, где стоял Райдзин, сформировался белый энергетический шар, который начал просто поглощать снаряды Барбатоса. Где-то внутри защитной сферы, Райдзин громогласно произнёс:

— Жалкий демон! Бить со спины и издалека — это качества труса.

— Какая разница, какими путями вырвать победу? — спокойно ответил Барбатос. — Хочешь сдаться? Пощадить тебя? И не мечтай!

— Глупец! Я старше тебя! И могущественнее! Узри же мою мощь!

Внезапно сфера взорвалась, заполнив собой комнату в виде электрической паутины. Рядом со мной в стену ударились несколько витиеватых беснующихся искр. Я сжался в комок, понимая, что если ненароком дотронусь до них, то сразу же вспыхну, как спичка! А Барбатосу повезло меньше — он запутался, как муха в сетях паука. Только демону было ещё хуже, ведь ежесекундно через его тело проходил разряд немыслимой мощи, заставлявший тело содрогаться в неистовых судорогах. И в один момент он загорелся, как факел!

Мне сразу стало понятно, что лучше по добру по здорову смыться к чёртовой матери отсюда, пока есть такой шанс. Ибо демону уже не помочь — он уже проиграл, и скоро испустит дух. И когда это случится, Райдзин будет жаждать закончить и со мной!

Я упал на колени и начал ползти под электрической паутиной, в надежде, что смогу выбраться отсюда. Мне были слышны шаги небожителя и его довольный смех — он шёл добить своего врага. Но я совсем не хотел этого видеть, поэтому всецело сосредоточился на выполнении простых в обычной жизни, и весьма сложных действиях в данной ситуации — пройти ползком полосу препятствий, где лишь один неверный шаг, и тебе крышка.

— Чем выше нос ты задерёшь, тем больнее упадёшь, — изрёк синтоистский бог, подойдя к полыхающему пламенем рыцарю в уже почерневших доспехах

Он до сих пор претерпевал удар током, и не мог пошевелиться, не то, что говорить — застыл, как каменное изваяние, молча наблюдая за действиями победителя.

— Твоя смерть станет доказательством силы восточных богов. Ваша экспансия на Землю захлебнётся, когда мои братья и сёстры возьмутся за оружие. Запомните, вы лишь паразиты, популярные идолы, захватившие умы людей. Ваше время вышло. Настала пора людям вернуться к молитвам во славу первых богов. Ибо мы есть истина.

Райдзин поднял свои дубины параллельно шлему Барбатоса. Сейчас он размахнётся и сделает из демона кровавую лепёшку!

— Кхе-кхе! Напыщенный ублюдок!

Небожитель встрепенулся, не ожидая, что его противник сможет хоть что-то сказать.

— Выкуси! — воскликнул демон, подняв руку, сжимающую багрово красный камень в золотой оправе.

Внутри него будто появилась чёрная дыра, точка, которая заметно напугала Райдзина. Тот бросил своё оружие и крепко схватил демона обеими руками за запястье, не давая ему повернуть амулет в сторону небожителя.

Как заворожённый я наблюдал за творящимся безумием, и запоздало осознал, что мне самому придётся в нём участвовать. Ведь всего лишь за пару секунд случилось слишком много неожиданных действий:

Барбатос разжал руку, и красный камень со звоном упал на мраморный пол. Райдзин машинально опустил голову, но в том месте амулета уже не было, ибо демон сразу же отбросил его ногой в мою сторону!

Маленькая чёрная дыра, не имевшая возможности покинуть камень, пульсировала меж его граней. И я заметил, что сужающаяся, то расширяющаяся чёрная точка, с каждой секундой пульсировала всё чаще. Неужели это граната? И сейчас идёт последний отсчёт!

Я резко схватился за амулет, и уже решился бросить его в пару сверхмогучих существ, как вдруг меня окликнули.

— На-правь! На! НЕГО!

В отчаянной попытке освободиться, Барбатос каким-то чудом выгнулся назад, схваченный за руки Райдзином, и упёрся ногой в его грудь. Резкий толчок и небожитель отлетел на пару метров, распластавшись на полу.

— Напра…

Он не договорил — Райдзин схватился за электрическую паутину и резко потянул её на себя! Загромыхало, как от канонады во время стрельбы из палубных орудий авианосца. От его рук цвета крови к паутине начали спускаться волны света, и я понял, что небожитель увеличивает силу своего оружия, которое раз за разом поражало током несчастного демона. Теперь он превратился из факела красного пламени в белого, достигнув наивысшей в этом мире точки температуры.

Мои глаза встретились с суровым лицом Райдзина. Он поднял руку и указал на меня пальцем, на кончике которого формировался искрящийся шар.

Ещё секунда.

Я направил амулет в своей руке в его сторону.

БАХ!

Удар молнии поразил камень.

И…

Нестерпимый, взрывающий барабанные перепонки, громоподобный звук резко оборвался. Молния ушла в камень без каких-либо последствий для него и для меня. А затем, словно его затягивал взбесившийся сверхмощный пылесос, Райдзин, нелепо размахивая руками и ногами, устремился ко мне, протирая мраморный пол подолом своей набедренной повязки из леопардовой шкуры.

В ужасе я выбросил страшную игрушку из своих рук, и чуть не попал в искрящуюся сеть, которая могла испепелить меня за секунду. И тут громадина тела небожителя просто исчезла, когда достигла камня. Вместе с ним пропала и электрическая ловушка, и Барбатос, полыхающей звездой свалился на пол догорать.

Стало тихо, как на погосте. И лишь трещал огонь, пожирающий тело демона.

Аналогия с кладбищем в данном случае была как нельзя кстати. Замок буквально доверху заполнился трупами. В живых остались только я, Стигмата, и…

ЯСУО!

Старый садист тяжело поднимался, кряхтя что-то себе под нос. В его руках уже не было легендарного меча — наверное, в порыве битвы его куда-то отшвырнуло. И это был мой шанс. Я вскочил на ноги и тут же побежал к нему, готовясь набить главе Ордена его противное морщинистое лицо!

Поравнявшись с ним, я замахнулся, как тут же получил коварный удар поддых. Внутренности будто превратились в кровавую мешанину. Резкая боль пронзила насквозь. Валяясь на полу в состоянии полутрупа, когда способность осмысленно думать вернулась ко мне, я вдруг подумал, не продырявили мне живот? К счастью, при беглом осмотре оказалось, что живот на месте. А Ясуо, тем временем уже поднялся на ноги, и разминал конечности, шумя сервоприводами экзоскелета.

Вот откуда такая сила!

В теле демона я не замечал разницы между нами. А теперь она стала устрашающе очевидна! Ещё один удар, и моё тело просто сломается, а Ясуо так и останется непобеждённым. И смерть Барбатоса окажется напрасной. Как же так⁈

— Браво, Хироюки, сегодня выдалась хорошая битва. Увы, для тебя всё остаётся так же. Выше головы никогда не прыгнуть, хоть об стену расшибись, — произнёс Ясуо, подходя ко мне. — А теперь прощай…

Его нога, усиленная механизмами доспехов, ударила в то место, где я секунду назад лежал, пытаясь прийти в себя. Благо, перекатившись в сторону пару раз, я наткнулся спиной на что-то острое.

МЕЧ!

Я еле поднимался, когда он настиг меня и попытался сокрушительным ударом колена пробить мне грудь. Но его ногу встретила холодная сталь катаны, которой, по велению богов, я владел мастерски!

Несколько быстрых взмахов по сочленениям доспехов, и обнажились теперь уже беззащитные механизмы.

— Ах ты! — зарычал Ясуо, бросившись на меня с кулаками.

Но я не дал ему это сделать, пробив коленную чашечку точным уколом чуть ли не насквозь. Пробежала искра, и какая-то металлическая деталь звонко ударилась об пол. Ясуо взвыл, и повалился следом, сжимая окровавленную ногу руками.

— Сволочь! Изувер! Демон! — кричал он от невыносимой боли.

А я, в подтверждение его словам, принялся с особой жестокостью пинать его ногами, чтобы Ясуо раскрыл мне места на доспехах, где были установлены защитные амулеты. Громко матерясь, старик допустил ошибку, схватившись за мою ногу, и сразу же получил длинный порез на ладони. Инстинктивно прижав её к губам, сам того не ведая, он открыл мне на обозрение свой доспех.

Три точных укола и я услышал треск разрушившихся защитных амулетов.

Надеясь, что это всё, я покинул тело парня и переселился в тело Ясуо, сразу же почувствовав невыносимую боль!

— Ух! Кажется, я перестарался, да Ясуо-сама? — нервно смеясь, произнёс я.

— Нет! Не может быть! Ты у меня в голове⁈

— Да! И теперь ты как миленький подчинишься моей воле!

Настал момент истины.

Я отдал мысленный приказ Ясуо исполнять все мои пожелания, и он вдруг успокоился, хотя рана на ноге была очень серьёзна.

— Иди в комнату пыток, — сказал я его губами, и тут же выбрался из тела.

Глухо простонав, старик начал ползти к двери. Позади всё удлинялся кровавый шлейф, заставляя меня думать о необходимости оказания срочной медицинской помощи этому подлому интригану. Аптечка может найтись в лазарете. Но кто поможет мне дотащить Ясуо до него?

Ах да…

Я вселился в тело спящего паренька, и проковылял в его сторону. При каждом шаге живот разрывался от боли, прямо как тогда, когда из моего нутра вырывались демоны. Плохо дело! В скором времени эти двое обязательно составят друг другу компанию лёжа на холодном полу в лужах собственной крови!

Кое-как, я помог Ясуо подняться на ноги, и положил его руку к себе на плечо, и сам сделал точно также. И теперь со стороны могло показаться, что это изрядно выпившие закадычные друзья возвращаются из бара. Хотя я был уверен, что никогда в жизни не назову этого человека другом.

В голове вдруг щёлкнуло:

— Как мы его сделали, а⁈ — весело выдал Барбатос, потеснив меня в теле парня.

— Ты⁈ Выжил⁈ — очумел я, чуть не выронив Ясуо из своих рук.

— Ага. В последний момент сбросил обуглившуюся шкуру, и телепортировался домой. Немного привёл себя в порядок — после такой бешеной встряски пришлось натереться лечебной мазью. Не каждый раз меня дубасят молнией, да ещё и без остановки!

— Это просто потрясно! — в восторге произнёс я, радуясь встрече со своим спасителем.

— И не говори. Кстати, напомни мне не забыть забрать Рояль на обратном пути.

— Что-что? — не понял я.

— Королевский Телепортатор. Красный камень. Я называю его Роялем, потому что он избавляет практически от любой проблемы или опасности, как рояль, выпрыгнувший из кустов. Ну знаешь, термин такой среди бумагомарателей. Писателей, то бишь. Когда автор поленился продумать сюжет, и спас героя божьем проведением, или случайно упавшим на его врагов метеоритом.

— Да, я понял. Крутая штука! А что с небожителем? Он погиб?

— Не-а. Всего лишь отправился покорять неизведанные уголки вселенной. Пока он очухается и начнёт делать попытки вернуться назад, мы уже будем далеко отсюда. А отследить нас по спутнику он не додумается. Слишком архаичен, старый пень.

— Если бы я мог, то пожал бы тебе руку, — искренне произнёс я, ощущая бурю позитивных эмоций.

Тем более, наше тело начало исцеляться в связи с тем, что в нём снова поселился демон. И это здорово — значит, этот молодой человек останется живым и здоровым, когда Барбатос покинет его. И Токугава тоже будет в порядке после ухода Стигматы. Ещё чуть-чуть и всё будет хорошо!

— Погоди, — вдруг сказал демон.

Мы остановились перед проёмом, ведущим на лестницу к лазарету.

— Что?

— Лучше уточни сейчас, как отключить блокирующие артефакты в камере Стигматы. А то ещё придётся вести его обратно.

А он говорил вполне логичные вещи. Я как-то об этом не подумал. Вдруг Ясуо поднял заслоны для магических камней, нажав кнопку на каком-нибудь пульте? Надо поинтересоваться у него.

— Отключи блокирующие камни в камере Стигматы, — приказал я.

— Мне нужно спуститься туда лично и отключить их своим голосом. Дистанционный пульт я уничтожил сразу после активации защиты, — дрожащим от боли голосом, сказал Ясуо.

Вот же хитроумный гад!

— Он теряет слишком много крови, — сказал я, указав на разрубленное колено. — Мы не имеем права рисковать. Можешь его вылечить?

— Без проблем, — ответил Барбатос, и приложил правую руку на рану Ясуо.

Я почувствовал, что под ладонью разлилось тепло, а на лицо старика стало менее сморщенным от боли. Он глубоко вздохнул, и даже улыбнулся — лечение прошло успешно!

— Всё. Как новенький. Можешь хоть пинками отправлять его на лестницу. Пусть летит кубарем и скорее вызволяет нашу командиршу!

— Нашу? Хм… Не стоит. А то свернёт шею и всё — поминай, как звали. И останется Стигмата здесь одна одинёшенька.

— Тогда не пинай его. Будем беречь, как грудного ребёнка, пока он не сделает дело.

На том и порешили. Благополучно спустившись в подвал, мы сразу же направились к дьяволице, которая встретила нас ликующим воплем:

— Ах, вы мои сладкие! Я всё слышала отсюда. Вы всё-таки нагнули старика и его страшилу из старых божков! Давайте, быстрее освобождайте меня, чтобы я скорее вас отблагодарила!

Мне стало немного боязно. Чем она решила нас отблагодарить? Надеюсь, ничем таким, что могло быть связано с безудержным сексом с всесильной женщиной-демоном! Хотя, зная её, я бы не отметал такой вариант.

Ясуо громко произнёс кодовое слово «Аутодафе» и заслоны на камнях спустились в ниши на полу. Затем мы взяли автомат в коридоре и нашпиговали камни очередями пуль. Словно оранжевая карамель, янтарные артефакты разлетелись вдребезги. Стигмата тут же встала вместе со стулом. Она лишь слегка ссутулилась, как хомуты на её руках, да и сам стул разлетелись на куски.

Подойдя ко мне вплотную, дьяволица схватила меня за затылок и притянула к себе. Долгий жаркий поцелуй с применением языка, намекнул мне о том, что между нами точно больше нет вражды. А Барбатос, скорее всего, интерпретировал этот жест доброй воли совсем в ином ключе, т. к. когда Стигмата разжала свои губы и отступила на шаг, он громко присвистнул.

— Какая же вы горячая штучка, генерал!

— Других в Аду не держат, — улыбнулась дьяволица.

— Надеюсь на такое же горячее продолжение сегодня вечером! — с хитрецой произнёс Барбатос.

— Вот ведь наглец! — влепив нам увесистую пощёчину, с возмущением сказала Стигмата. — Хотя, я была бы не против хорошей встряски, ребятки! Жаль, у нас нет времени на весёлый тройничок. Дел невпроворт! Нужно разгрести всё то дерьмо, что навалило за этот день…

Весь вечер прошёл за сборами. Стигмата и Барбатос обыскивали замок на предмет защитных амулетов и прочего антидемонического оружия, которое они нещадно уничтожали, чтобы ослабить возможности Ордена. Мне казалось, что это не имеет никакого смысла, ведь по словам Ясуо, у них была разветвлённая сеть по всему миру, плюс, как минимум, свои или даже военные мощности армии, позволявшие штамповать противодемоническое оружие.

Я кое-как уговорил их оставить мне несколько сумок со стрелковым оружием и патронами к ним, а так же штук пять мечей. Уверен, в будущем всё это добро будет на вес золота. Можно сколько угодно упрашивать Стигмату надоумить самого Дьявола закончить всю эту свистопляску с порталами, но захочет ли он? Тем более, как она сказала, во всём этом хаосе вполне возможно замешан его сынок.

И вообще, не на руку ли всё происходящее властелину тьмы? Ева, та самая первородная дрянь, из-за которой я так настрадался, что на две жизни хватит, создала дерьмовый прецедент. Я что-то не видел в отношении неё бурной реакции ангельского сообщества. Той самой войны, которую пророчил крылатый мужик. Пока только идёт геноцид японских граждан, и на их защиту никто не встаёт, кроме…

Нет, я не хочу становиться супергероем, тем более, в чужом теле. Мне бы только спасти своих людей, вернуть себя и… А что будет после? Останется ли на земле хоть один уголок, куда я смогу отправиться, не боясь встретить там адских тварей? Чёрт! Это замкнутый круг! Как бы я ни старался, мне всё равно не отсидеться в стороне. Ад найдёт меня…

Если Стигмата не сделает обещанное.

Что ж, пора вернуться к нашим баранам. Из откровенного разговора с зомбированным Ясуо мне стало ясно, что в замке нет ни Мисаки, ни моего тела. Даже Хайку куда-то сбежал. Теперь мне добавился новый страх о судьбе моего непоседливого питомца. Где он сейчас? Голодный ли он? И не угрожает ли ему опасность?

Но это лирика. Главное, я узнал от теперь словоохотливого старика, что верховенство в демоническом вопросе взяли военные. По своим каналам Ясуо пробил, что одиозный инспектор Тэтсуо Хара постоянно следил за мной, вплоть до событий той страшной ночи, когда меня лишили тела. И он позвонил кому надо, и в течение получаса меня и Мисаки забрали из госпиталя люди в военной форме. Глава Ордена был в бешенстве, но даже он не мог диктовать свою волю военной верхушке, с которой наоборот вынужден был сотрудничать, а иногда даже подчиняться. А наш Коломбо как раз оказался школьным другом одного из генералов, решивших самолично разобраться во всём этом беспорядке. Япония — страна небольшая, так что не мудрено.

Что до Аяко — её на вертолете перевезли на военный аэродром, откуда должны были перенаправить на основную базу, расположенную в окрестностях города Саппоро на острове Хоккайдо, где держали меня и Мисаки. В итоге моё тело от моего разума отделяло больше тысячи километров! И для того, чтобы добраться до него в кратчайшие сроки, нужен как минимум самолёт. Но будут ли они летать после всего того, что случилось в городе? Вот в чём вопрос.

Узнав интересующую меня информацию, я приказал Ясуо больше никогда не охотиться на меня и моих людей, а так же забыть про Стигмату раз и навсегда. А что до остальных демонов — пусть защищают свой народ любыми средствами. Те, кто ещё оставался в живых.

— Ясуо сказал, что в гараже есть один фургон и пара внедорожников. Можем ехать, — сказал я, когда мы все собрались в вестибюле, разрушенным недавней схваткой с богом грома. Глава Ордена остался в своём кабинете мирно спать до завтрашнего утра, когда он начнёт вести совсем иную политику. В мою пользу.

— Нам с Барбатосом это не нужно, — произнесла Стигмата. — Мы вернёмся в Ад.

— А я рассчитывал, что ты обеспечишь мне охрану, пока не доберусь до города, — усмехнувшись своей дерзости, ответил я.

Учитывая, что я спас демонессу от заточения в замке фанатиков-садистов, а Барбатоса от смерти, то имел полное право требовать практически всё, что угодно. Но, как я всё-таки ошибался…

— Прости, милый Тагава, но это в твоих же интересах, чтобы я быстрее доложила боссу. Тем более, я пообещала тебе убедить его завершить резню. И это не так-то просто сделать, скажу я тебе.

— Принято, — раздосадовано ответил я. — Спасибо хоть за это.

— А ещё я верну тебе Мэйко Токугава. Ты ведь об этом тоже просил. Так что не ворчи, сладкий.

Она приобняла меня и поцеловала в лоб.

Барбатос внутри возликовал:

— Я тоже оставлю тебе этого парня. Не знаю, правда, как его зовут, но вдруг пригодится. А нам с генералом надо обсудить кое-какие вопросы уже в другом месте…

Стигмата хитро улыбнулась то ли мне, то ли ему, делящему со мной это тело:

— Пока я оставлю тебе свою силу убеждения. Думаю, она тебе пригодится.

— Я в этом не сомневаюсь. Спасибо.

Демонесса кивнула, после чего попрощалась:

— До скорой встречи, Хироюки-кун. Береги себя.

— И ты.

Она лишь хихикнула, прикрыв рот, и вдруг закатила глаза, встав, как вкопанная.

— Пока, герой, — произнёс мой рот прощальные слова Барбатоса. — Если что, огромная вилла у моря лавы остаётся за тобой. Как будешь в Аду, только произнеси моё имя — я найду тебя.

Щелчок в голове дал мне понять, что и он ушёл из этого мира, следом за Стигматой. И теперь у меня появилось целых две проблемы: Токугава, непонимающе взирающая на меня, и неизвестный парень, телом которого я управлял.

— Здравствуйте, Мэйко-сама, — вежливо произнёс я, подняв руки на уровень груди. — Сейчас вы в безопасности. Вам нечего опасаться.

— Кто вы⁈ Где я⁈ Что здесь происходит? — спросила она, оглядывая разрушения вокруг, после чего заметила на себе окровавленные лохмотья, почти не прикрывавшие исподнее, и сразу же зарделась, заслонившись руками.

— Сейчас всё объясню, — начал я, спешно придумывая легенду. — Я сотрудник полиции. Мы нашли вас в этом здании без сознания.

— Полиция? Но… Почему вы один? И как я здесь оказалась?

Я не хотел напрягать её психику подробностями, но как-то нужно было объяснить всё то, что она сейчас видит.

— Вас похитили террористы. И они держали вас в этом месте. Сейчас я отвезу вас в город.

— В город? Было бы хорошо… А когда с меня будут брать показания?

— Позже, — бросил я, хватая две увесистые сумки с оружием. — Следуйте за мной.

Она пожала плечами, и засеменила следом.

Мы вышли на крыльцо, где нас встретила уже тёмная ночь. Пели сверчки, шумела листва на ветру — лес вокруг угрожающе двигался ветками в темноте. Я повёл Токугаву к гаражу, который оказался открыт. Внутри меня ждал чёрный внедорожник, ключи от которого нашлись прямо в подстаканнике на переднем тоннеле. Рядом стояли передвижные шкафчики с инструментами, зимняя резина в чехлах и технические жидкости в жестяных банках.

— Отлично, забирайтесь внутрь, — сказал я женщине, забросив сумки в багажник. А сам пошёл открывать водительскую дверь, как вдруг почувствовал тупую боль в затылке, которая буквально выбила меня из тела!

На бетонный пол упала жестяная четырёхлитровая банка моторного масла — Ей то Токугава и огрела меня, дождавшись удобного момента. Но почему?

Она быстро села на водительское сидение и завела машину. Сразу же поставила автоматическую коробку на Драйв и уже хотела нажать на газ, но я остановил её мысленным приказом. Решил попробовать сделать это вне тела испытуемого, и получилось! Чую, мне ещё не раз придётся применять эту сверхспособность. Спасибо Стигмате — подсобила, так подсобила.

Токугава сидела в прострации, тупо смотря в лобовое стекло.

«Зачем ты ударила меня?» — спросил я мысленно.

— Я поняла, что ты не полицейский, — безэмоциональным голосом ответила она.

Вот ведь! Я не учёл того, что моя начальница всегда была слишком проницательной.

«Тебе придётся затащить меня в машину. Справишься?»

— Да, — ответила Мэйко, выбравшись из машины.

Когда-то она казалась мне хрупкой женщиной, но в данный момент ей потребовалось лишь пара минут, чтобы поднять на ноги более тяжёлого, чем она, оглушённого парня, подтянуть на себя и упаковать на заднем сидении. Эх, и досталось же ему сегодня!

— Готово.

«Хорошо, теперь выезжай с территории на дорогу. Дальше поворот направо — как увидишь небольшую стоянку, съезжай на неё и паркуйся»

Токугава кивнула, и снова забралась на водительское сидение. А я поселился у неё в голове, чтобы контролировать процесс в случае чего. Вдруг она вообще не умеет водить, а предыдущие действия сделала, увидев это в кино.

Но к моему удивлению, женщина уверенно выехала во двор и, надавив на газ поехала к воротам, которые оказались закрыты. Пришлось снова выводить её из машины и отправлять открывать ворота с пульта из будки охраны. Когда дело было сделано, мы наконец смогли вырваться из этого странного места под ревущие звуки мощного мотора.

Вскоре мы оказались на дороге, и свернули направо, чтобы уже через минут пять добраться до Юми. Мы припарковались возле раскуроченного кей-кара, и к моему удивлению, внутри никого не оказалось. Я решил не испытывать судьбу, ведь Юми была вооружена, и облетел стоянку в виде призрака, найдя девушку, прячущуюся за ветхим киоском. Она целилась в машину из автомата.

«Юми, это я, Хироюки. Всё получилось!»

— Ура! — искренне обрадовалась девушка, перестав прятаться, и опустила оружие. — Отлично! Но что ты сделал в итоге?

«Узнал, где держат Аяко и моё тело».

— А эта девушка в машине?

«Она была сосудом для демона».

— Ух! Ладно, не важно. Значит мы едем за Аяко?

«Пока нет, — пришлось мне расстроить её. — Место, где её держат, находится на острове Хоккайдо».

— Чёрт! Далеко…

«Нам нужен самолёт. Но до него, я хочу вернуться в город»

— Зачем?

«Я хочу поговорить с Ючи…»

Несмотря на поздний час, шоссе стояло из-за гигантской пробки. И причина крылась не только в массовых дтп, но и в трансатлантическом авиалайнере, неожиданно рухнувшем на головы водителей, которые в тот момент выезжали из города. Тысячи жертв, и в основном с летальным исходом…

Я видел всё это своими глазами.

Но сейчас казалось, что всё произошло не со мной, а с кем-то другим. Или вообще привиделось, хотя последствия в виде перекрытой дороги догорающими обломками фюзеляжа, остались.

И теперь, когда город снова вернулся в свои суетные будни, словно не было ни демонов, ни всеобщего хаоса, я просто сидел и смотрел в окно, наблюдая за потоком машин, мерцающих красными фонарями стоп-сигналов. Пробка. Бессмысленные попытки водителей выгадать себе более быструю полосу, гудки клаксонов, недовольные возгласы — я снова оказался в цивилизации, ощущая фальшивую безопасность. В любой момент могло произойти что-то ужасное. Автомат упёрся дулом в подбутыльник в карте двери — я свято верил, что готов ответить на вызов судьбы. Но так ли это на самом деле?

Бух! Бух-бух! Др-р-р-р!

Я переполошился, и в ужасе уставился в окно!

Неужели снова⁈ Демоны⁈

Я опустил стекло, и выставив наружу дуло автомата, прицелился.

Из открытых окон параллельно едущего кроссовера доносилась долбёжка блэк-металла и омерзительный скрим вокалиста. Водителю, молодому парню с розовыми волосами, хватило лишь одного взгляда в мою сторону, чтобы поднять руки и воскликнуть: «Простите, девушка! Я сейчас же вырублю музыку!»

И правда, звук пропал, а кроссовер, неистово сигналя клаксоном, устремился на соседнюю полосу.

О, боги! Пронесло!

Я вернул оружие на место и закрыл глаза. Этот день вымотал меня полностью.

Наконец, я восстановил дыхание и посмотрел на своего водителя — за рулём сидела Токугава. Я решил не открывать ей ясный ум до тех пор, пока мы не доберёмся до Ючи. Раз она так хотела прокатиться, то пусть крутит баранку, пока я буду на стрёме. Быстрее среагирую на внезапно изменившуюся обстановку.

Юми молчала, как и парень на заднем сидении, до сих пор не пришедший в себя. Надо бы осмотреть его рану.

Я осторожно перелез на заднее сидение, благо Юми обладала миниатюрной фигурой, а салон «Крузера» был просторным. Оказавшись рядом с ним, я проверил затылок — волосы влажные от крови. Мда… Вот ведь Токугава! Замдиректора явно не признаёт полумер. Интересно, что она сделает со мной, когда вспомнит или узнает, что дьяволица использовала её тело для весьма жёсткого секса… Да ещё со мной! Чую, мне не поздоровится.

Мои руки были в крови, поэтому я откинул спинку заднего сидения и принялся ковыряться внутри объёмного багажника. Наконец, найдя аптечку, я вернулся обратно и вытащил из неё бинты, принявшись осторожно оборачивать ими голову пострадавшего. Пульс на шее прощупывался и был ровным, поэтому я очень надеялся, что он получил максимум сотрясение мозга и рассечение кожи головы.

— Ты хороший человек, — произнесла Юми.

— Думаешь?

— Да, — она кивнула сначала на перебинтованного парня, а потом и на Токугаву. — Ты помог ему и ей. Не оставил никого в беде. Ты герой.

— Какой же я герой? Я использовал тебя, чтобы овладеть Аяко. Подверг вас обеих опасности…

— Я знаю, что с Аяко ты был искренним. Насчёт остального — никто не мог предусмотреть всего того, что случилось.

— И неизвестно, что будет дальше, — подытожил я. — Спасибо, Юми.

Вернувшись на своё сидение на первом ряду, я снова посмотрел в окно. Движение было практически парализовано. Весь участок катастрофы оцепили экстренные службы, и для продвижения была оставлена только одна полоса. Такими темпами мы не скоро доберёмся до города. Но, как я помнил, здесь неподалёку есть объездная дорога, на которую я и приказал Токугаве свернуть.

Через полчаса стояния в пробке, мы, наконец, свернули с основного шоссе, и в потоке таких же умных, как мы, поехали в круговую, чтобы добраться до города через окраины. Пока всё было тихо, поэтому я решился вытащить телефон Аяко и через Интернет установить в него «Шазам».

Этот странный вопрос мучил меня всё время, и я боялся, что в будущем у меня просто не будет ни одной свободной минуты, чтобы с ним разобраться.

Как там было? В первый раз… хм. А! Вспомнил:

— Есть много способов умереть, но только один способ жить, — произнёс я в микрофон по-английски.

Телефон пиликнул, и на экране высветилось сообщение:

«Название трека: Cult Of Chaos. Исполнитель: Arch Enemy. Жанр: Melodic Death Metal. Страна: Швеция»

Заиграла знакомая музыка, заставив меня непроизвольно вздрогнуть. Да, это она! Та самая песня играла из нутра мафиози, перед тем, как он распрощался с жизнью, выпустив из себя демона!

— Что это? — спросила Юми.

— Страшный голос, который начинает петь, когда появляются демоны. Это популярная металл банда. И, чёрт возьми, я думал, что вокалист мужчина, а не женщина!

— Ерунда какая-то, — задумалась девушка. — Зачем демонам включать земную музыку перед своим появлением?

— Сам не понимаю. Может их предводитель заядлый меломан?

Я усмехнулся, в то же время, осознав, что нет ничего смешного в том, что Апокалипсис на Земле будет происходить под суровый шведский металл.

— Скажи, зачем мы едем к Ючи? Мы теряем время, необходимое нам для спасения Аяко.

— Думаю, с военными ей сейчас безопаснее, чем с нами.

— Ты сказал, что замок тайной организации, занимающейся отловом демонов, расхитили всего лишь двое из них. Я не верю, что наши военные смогут противостоять сотнями таких существ! Нам надо срочно вызволять Аяко!

— Подожди. Нам надо подготовиться. И я не уверен, что нас пропустят в аэропорт с сумками, наполненными оружием.

— Тогда поедем на машине! Потеряем чуть больше суток.

— Надо всё обдумать, — попытался я воззвать к голосу её разума. — Не стоит идти на рожон, Юми. Это всё-таки военные.

— Плевать! У тебя есть дар убеждения, — указала она на Токугаву, безропотно исполняющую в данный момент роль нашего личного водителя, светящего интимными местами своего полуобнажённого тела в изрезанной одежде. — Ты сможешь заставить их отдать нам Аяко.

В её словах была доля правды, но я точно знал, что всё окажется намного сложнее. Даже при всех тех бонусах, которые я имел, а именно: возможность вселяться в других людей и управлять ими, отменное владение мечом, я не был супершпионом или каким-нибудь спецназовцем, готовым лезть под заградительный огонь и на штурм неприступных военных баз. А она безрассудно хотела отправиться в самое пекло прямо сейчас!

— Ну же! Поехали! Мы как раз едем в том направлении!

— Да погоди ты! — не выдержал я напора Юми, слегка вспылив. — Дай хотя бы с другом попрощаться. Я плохо с ним расстался в прошлый раз. Тем более, ты обещала ему вернуться. Он, наверное, уже весь извёлся и поседел, пока пытался дозвониться до тебя!

Она не произнесла ни слова. Наверное, подумала про себя, что мы действительно в ответе за тех, кто нас любит. И нельзя уехать в опасное путешествие, хотя бы не попрощавшись. Вдруг, иного случая уже не представится…

— Прости, но нам действительно нужно продумать план и подготовиться. И я хочу позвонить кое-кому. Вдруг он нам поможет.

— Кто это? — оживилась Юми.

— Один знакомый. Позвоню ему, когда будем у Ючи.

— Хорошо. Надеюсь, он нам поможет.

Я тоже надеялся, что таинственный человек по имени Мичи, который отвёз меня к госпиталю в ту роковую ночь, сможет помочь мне добраться до Хоккайдо в кратчайшие сроки. Благо, его номер я хорошо запомнил. Ведь он произвёл впечатление человека, для которого нет ничего невозможного. Главное, это достать требуемую сумму, чтобы покрыть его услуги. С этим может возникнуть проблема. Но, у меня есть багажник, набитый автоматами и дьявольская сила внушения.

Так что, в крайнем случае, можно ограбить банк, чтобы достать деньги. Хотя теперь вся эта затея не казалась такой привлекательной. Слишком много рисков и как минимум те же потраченные сутки на выполнение всех необходимых действий. Тем более, неизвестно, балабол ли этот мужик Мичи, или всё-таки реально он может сделать практически всё, что угодно. В скором времени, мне предстоит это узнать.

— Позвони ему, — предложил я. — Ты ведь обещала.

— Да, — взяв управление на себя, сказала Юми.

Вызвав в смартфоне меню последних звонков, она выбрала номер телефона Ючи и принялась слушать гудки.

Ту-у-у…

Ючи ответил сразу после первого гудка:

— Юми! Где ты⁈

— Уже подъезжаем к городу, — тихо ответила она. — Мы в порядке. Все живы здоровы.

— Отлично! Я выхожу! Буду ждать вас у подъезда.

Связь отключилась.

Она убрала телефон в карман и откинулась на спинку сидения:

— Я не хочу, чтобы он ехал с нами в Хоккайдо.

— Почему? Ты думаешь…

— Он больше не оставит меня одну. Уверена. Я не хочу, чтобы он там погиб из-за нас…

Она была права, с одной стороны. С другой — находясь в городе, Ючи может стать жертвой нападения демонов, а вместе с нами иметь хоть какое-то подобие безопасности. Так что как всегда ситуация оказалась двоякой.

— Юми, он уже взрослый мальчик, и волен решать сам.

— Это меня и пугает.

— Сейчас везде опасно. Наверное, лучше пусть он будет вместе с нами, чем без нас в кишащем демонами Токио.

— Везде опасно… — повторила она, задумавшись. — Это тоже меня пугает.

— Мы справимся.

Она промолчала. Юми уже давно не была наивной девочкой, верящей в детские сказки. Никто не мог знать наверняка, что случится в течение часа или даже через несколько минут. В любой момент всё может покатиться к чертям собачьим, и наша затянувшаяся агония прекратится. А пока…

Пляшем дальше!

У-у-у-у-у!

По всему городу прокатился звук сирены массового оповещения. Даже загипнотизированная Токугава обратила на него внимание, повернув голову к боковому стеклу. Она продолжала управлять внедорожником в то время, как потом мы узнаем, в городе объявили военное положение. Сотни грузовиков с амуницией, оружием и солдатами стягивались в Токио со всех направлений. Одну такую колонну мы застали, остановившись на перекрёстке: пять мощных грузовых машин цвета хаки, промчались на красный свет в сопровождении полицейских экипажей, сверкавших спецсигналами.

Началось…

Война объявлена.

Мы уже подъезжали к району, где жил Ючи, как неожиданно встряли в небольшой затор на основной улице. Впереди, за десять машин от нашей, был обустроен контрольно-пропускной пункт военной полиции. Несколько бэтээров перегородили все полосы, кроме двух: встречной и попутной. Мужчины в форме и касках светили фонариками во встревоженные лица водителей, а затем пропускали их дальше, что-то сурово наказав напоследок.

— Что они ищут? — спросила Юми. — Или кого?

— Может нас, — предложил я, вспомнив о Ясуо, которого оставил в замке. Вдруг Райдзин всё-таки вернулся, прочистил ему мозги, и теперь за нами ведётся охота? Будет очень не хорошо…

— Чёрт!

— А может, и нет. Скоро и до нас очередь дойдёт, тогда и узнаем.

Прошло не больше десяти минут, и вот мы уже стоим у импровизированного КПП. К нам подошёл суровый рядовой, и ярким лучом фонарика осветил лицо Токугавы.

— Здравствуйте, леди. В городе введён комендантский час — с 23:00 до 04:00 всем гражданам запрещено появля… — начал он по инерции, пока не осознал, что обращается к полуголой девице в кровавых лохмотьях, находящейся за рулём дорогого внедорожника в компании другой девушки, одетой уже в обмундирование спецназа.

— Девушка, вы в порядке? Что с вами? — спросил он, потянувшись к ручке двери.

Я его остановил, отправив мысленный приказ не обращать на нас внимания. Ох, как же было бы тяжело без дара Стигматы!

Когда солдат уже хотел отпустить нас, я всё-таки решил задать ему пару вопросов о текущей ситуации в городе:

«Расскажи, что знаешь»

— Нашу дивизию перебрасывают в город ещё с полудня. Приехал генерал из штаба и всех поставил на уши. Мы думали, это учения, но сейчас всё кажется серьёзным.

«Какая у вас задача?»

— Поддержка полиции города во время беспорядков и народных волнений. Нам сказали, что по подтверждённой информации в Токио намечается серия терактов. Поэтому экстренно были предприняты соответствующие меры.

Всё ясно. Как всегда, когда происходит что-то необъяснимое, и во избежание утечки информации, рядовых солдат используют в тёмную. И я практически уверен, что они уж точно не вооружены противодемоническим оружием. А значит, были просто отправлены на бойню.

«Вы не сталкивались с демонами?»

— Нет. С такими террористическими группировками мы не сталкивались, — пожал плечами солдат.

«А про мясорубку в нескольких кварталах города вы тоже не слышали?»

— Нет.

Наверное, команды зачистки Ордена оперативно скрыли следы демонического присутствия, и закрыли всех свидетелей. Да и что я хотел? Передо мной простой солдат, не генерал.

«Понятно. Есть ещё что-нибудь важное, что я должен знать?»

Солдат помолчал пару мгновений, после чего произнёс:

— На территории всех без исключения сорока семи префектур Токио введено военное положение и военно-полевые суды. Для безопасности граждан смертные приговоры осуждённых заключённых будут приводиться в исполнение сразу. Поэтому, советую вам поскорее укрыться в своих домах и ждать дальнейших указаний.

«Спасибо. Можешь отпускать нас»

Зомбированный солдат махнул рукой, и перед нами подняли импровизированный шлагбаум.

— Я не заметила у них оружия Ордена, — Юми нарушила молчание, когда мы выехали на дорогу.

— Считай, безоружны. Ясуо хвалился тем, что японцы буквально живут на залежах антидемонической руды. Но не уверен, что его запасов хватит, чтобы хотя бы вооружить одну роту солдат. А здесь целая дивизия!

— Это много?

Благодаря каналу Дискавери я знал приблизительные цифры:

— До семи тысяч человек.

Юми охнула:

— Семь тысяч будущих трупов…

— Ладно, не будем драматизировать. Пока всё вроде тихо, — решил я успокоить её. — Мы скоро приедем. Ты хоть рада, что встретишься с Ючи?

Юми покачала головой:

— Как я могу чему-то радоваться, когда моя подруга в беде?

— С ней всё будет хорошо. Она у военных, а не у бандитов. У них всё-таки есть какие-то понятия о чести, долге…

— Какой же ты наивный, — вдруг сказала она.

— Почему?

— Думаешь, её просто так забрали? Ничего подобного. Она была им нужна!

А ведь она была права. Пилот вертушки по рации сообщил, что они забрали «катализатор». А до этого бойцы из подбитого вертолёта назвали катализатором Юми. Может, они думали, что всё это происходит из-за Юми или Аяко? Тем более, они знали про утреннее появление демона. Всё может быть. Но не стоит говорить об этом Юми…

— Мы не знаем точно. Но я тебя уверяю, что мы вытащим её оттуда. Обещаю.

Она слабо улыбнулась:

— Спасибо. Я верю тебе. Пока ты нас не подводил.

Как сказать, как сказать…

Прошло ещё минут пять, как мы наконец приехали во двор, где стояла одинокая высотка среди низеньких пятиэтажек. Именно здесь Ючи снимал свою квартиру. Я был здесь только один раз, поэтому не сразу вспомнил, к какому подъезду нам следовало припарковаться.

Не успели мы остановиться, как вдруг к нашему окну приблизился встревоженный Ючи, которого я сначала не узнал в темноте. В этом районе почему-то было отключено уличное освещение. Он постучал в окно, и Юми опустила его.

— Любимая, я так рад, что ты жива!

Он потянулся к ней и обнял, а я всё это наблюдал из тела Токугавы, в которое по понятным причинам перенёсся перед тем, как наша влюблённая пара начала страстно целоваться. И я был рад, что Юми в объятиях моего друга ненадолго отвлеклась от мрачных мыслей о судьбе Аяко. После всего пережитого, положительные эмоции нужны всем нам, как воздух.

— Эй, Ючи, не поможешь мне? — вмешался я, когда уже прошло порядочно времени. — Сзади ещё один человек. Без сознания.

— Хорошо, — откликнулся он, и открыл заднюю дверь. — Меня зовут Ючи, как вы уже знаете. Рад знакомству.

— Мэйко, — сказал я, прикрывая рукой вываливающуюся грудь из одежды в стиле «решето». Не хватало ещё опозорить Токугаву перед ним!

— Вы в порядке? Что с вами стряслось?

— Всё нормально. Нужно просто переодеться. А вот этому парню повезло меньше. Его ударили по голове, — указал я на нашего невольного спутника.

— Так. Надо вызывать скорую, — логично сказал он.

Я наоборот не хотел привлекать лишних людей. В памяти ещё свежи воспоминания о том, как из машины скорой помощи выбрался гигантский смертоносный жук. И я совсем не желал увидеть подобное снова. Тем более, не могла же Токугава прибить его так серьёзно?

— Ючи, мы не можем, — вмешалась Юми, схватив его за руку.

— Не понял. Что?

— Мы не должны привлекать лишнего внимания, — добавил я.

— Так, погодите! — подняв руки, воскликнул Ючи. — У вас человек в машине без сознания с травмой головы. Вы сможете обеспечить ему квалифицированную медицинскую помощь? — спросил он, указав на меня. — Или ты Юми?

Повисла неловкая тишина.

— Надо ему всё рассказать, — предложила Юми.

— Что рассказать? — возмутился мой друг. — Чего я ещё не знаю? Я думал, что дьявольские богомолы, это самое ужасное, что может вообще быть. Или нет?

— Скорее всего, впереди нас ждёт кое-что похуже, — мрачно проговорил я. — Ну так ты поможешь или будем и дальше здесь стоять припираться?

Ючи упёр в бока руки и мотнул головой. Он был прав, но я не хотел рисковать и тратить время, поэтому взглянул на Юми и развёл руками. Она сразу всё поняла, и с неохотой кивнула.

Мысленный приказ внедрился в голову моего друга, и он тут же принялся помогать мне с транспортировкой раненого незнакомца к дому. Юми тоже помогала, поддерживая его за талию. Так в течение пары минут мы оперативно донесли несчастного до лифта, а потом и до предпоследнего этажа, где проживал Ючи.

Его вместительные трёхкомнатные апартаменты встретили нас минимализмом и ярким холодным светом искусственного освещения. Квартира казалась практически стерильной, не считая открытой пачки чипсов на журнальном столике возле телевизионной панели, и пары тапочек в прихожей. Как оказалось, весь свой скарб Ючи хранил в шкафах, и вытаскивал наружу только по необходимости. Не то, что я, который жил среди гор носков, одежды и прочей мелочёвки, разбросанной тут и там. Эх, сейчас бы вернуться в свою любимую квартирку и посмотреть с Хайку какой-нибудь сериальчик…

Скрыться в своём уютном мирке и забыться. Жаль, Хайку пропал, и уютные миры начали легко рассыпаться в пепел в текущих реалиях жизни при наступающем Конце света.

— Всё! — уложив парня на диван, выдохнул Ючи. — Тяжёлый. Чем это его?

— Канистрой от масла, — ответил я.

— Это ведь надо было додуматься, — покачал головой мой рыжеволосый друг. — Так, я иду ставить чайник и накрывать на стол. Вы, наверное, очень голодны с дороги?

Спросив это, он убежал на кухню.

Я очень удивился радушию Ючи, хотя что думать — у него в квартире сейчас находились одни из самых привлекательных женщин Токио. Несмотря на неприглядный вид одежды, Токугава и Юми отлично дополняли друг друга, как Инь и Янь. Одна стройная и невысокая, а другая выше её на голову и фигуристая.

— Не отказался бы съесть слона! — пошутил я, а потом увидел встревоженный взгляд Юми — я перепутал род!

— А? Что вы сказали? — донеслось из кухни. Ючи активно стучал тарелками и кастрюлями, будто решил исполнить партию на ударных. Из-за этого шума он и не услышал мой конфуз.

— Ничего. Будем рады любой еде, — ответила Юми за меня. — Надо привести в чувство нашего друга.

Она кивнула в сторону парня, лежащего на диване без сознания. Его повязку уже стоило сменить, чем мы с Юми и решили заняться на досуге. Она сразу же убежала в ванную, и уже через минуту вернулась с небольшой аптечкой. Видно, девушка неплохо ориентировалась в квартире моего друга.

— Юми? — вдруг произнёс Ючи, встав в проёме.

— Да?

— А где Хироюки Тагава?

Ючи окинул нас внимательным взглядом и переспросил:

— Ты говорила, что он был с тобой. И где твоя подруга Аяко?

Повисло траурное молчание. Нерешённые проблемы и скребущая неизвестность о судьбе Аяко снова защемили наши сердца. Юми вдохнула, и произнесла:

— Дорогой, я всё расскажу после того, как ты нас накормишь. Мы голодные, как собаки.

Я поддержал её, яростно закивав, от чего грудь Токугавы заколыхалась. Ючи сильно смутился, и быстро убрал взгляд с прелестей замдиректора, и со словами: «Вы мне всё расскажете. Полностью, от и до!», он снова ушёл на кухню, из которой уже тянуло пряными специями и запахом мяса.

— Ну, вот и всё, — сказала Юми, закончив с перевязкой парня. — Интересно, кто он такой?

Мы оба смотрели на его гладкое лицо, слегка тронутое щетиной. Несомненно, это был гайдзин: прямой тонкий нос, высокие скулы и шевелюра каштановых волос. Да и ростом он оказался на пол головы выше даже самой Токугавы. Может немец? Или американец. Что он делал в нашем городе и как умудрился попасть в лапы Барбатоса?

— Вот очнётся, мы у него и спросим.

Юми оставила парня и прошлась до шкафа. Раздвинув двери, она начала бесцеремонно перебирать вещи хозяина дома. Наконец, она нашла что-то подходящее, и сразу же вручила мне. Это была добротная клетчатая рубашка из джинсовой ткани и трико на резинке.

— Надевай. Не хочу, чтобы эта женщина отвлекала моего парня своими буферами.

Я засмеялся, и принял одежду, после чего отправился в туалет. Закрыв дверь, я уставился на своё отражение в зеркале. Действительно, натуральная секс-бомба из какого-нибудь трешевого боевичка девяностых, где, двигаясь по сюжету, главные герои всё быстрее освобождались от неудобной одежды. Мужчина в конце всегда показывал врагам кубики на своём торсе, а женищна сверкала аппетитными формами в обрезках одежды.

Именно так Токугава и выглядела сейчас, выпирая своими выдающими формами через прорези в кровавых лохмотьях. И даже потёкшая косметика и взъерошенные волосы не портили манящий вид. Я решил позаботиться о замдиректора, перед тем, как вернуть ей возможность самостоятельно думать и принимать решения. Поэтому сначала долго и тщательно умывал её лицо, а потом, когда увидел результат дел своих, не выдержал и начал раздевать её тело, чтобы отправиться в душ.

Очень хотелось смыть кровь и весь негатив, который обрушился на эту бедную женщину за все дни. Целая минута ушла на то, чтобы я смог себя заставить отвлечься от созерцания этого практически совершенного женского тела. И только испуганное лицо Мисаки, а потом и окровавленный лик Аяко с закрытыми глазами, возникшие у меня в голове, вдарили по мне мощным чувством вины и стыда, из-за чего я сходу запрыгнул в душевую и включил воду на полную. Надо быстро привести Токугаву в порядок и обсудить дела с Ючи, после чего заняться решением насущных проблем.

Мой рот самопроизвольно открылся, и я сладко и протяжно зевнул. Мда… Этому телу не хватает хорошего сна. Увы, в эти дни никто из нас не сомкнёт глаз. Это просто слишком опасно…

Закончив с водными процедурами, я почувствовал такой неописуемый кайф, будто заново родился. Обтёрся душистым полотенцем, и как есть, без нижнего белья, испачканного кровью, влез в трико и надел рубашку. Вот теперь я снова человек! Точнее, Токугава.

Воспользовавшись тапочками Ючи, я прошоркал до двери и открыл её. До меня с новой силой донёсся запах разогретой еды. В животе сразу заурчало, а во рту начала выделяться слюна. О да! Пора попробовать стряпню старого друга! И уверен, она мне очень понравится!

На журнальном столике расположились тарелки с рисом и курицей-терияки, а так же палочки и соевый соус. Ючи и Юми, обнявшись, стояли у окна. Мой друг гладил теперь уже мою боевую подругу и что-то шептал ей на ухо. А она тихо говорила ему в ответ. Всё это сопровождалось нежными поцелуями, тем не менее, не переходившими грань приличия. Как я знал, эти двое до сих пор находились в стадии конфетно-букетного периода.

У меня в голове пронеслась идиотская мысль: а случится ли у них что-нибудь до того момента, как мир полетит в тартарары? Насладятся ли они вдвоём последними деньками нормальной жизни перед Апокалипсисом? Или всё произойдёт настолько быстро, что мы даже глазом моргнуть не успеем?

Вот чёрт…

А ведь всё оружие осталось в машине. Не мешало бы занести его в дом, чтобы иметь какую-никакую возможность в случае чего отражать внезапные атаки демонов.

Но запах ужина был слишком силён, и я уже не мог ему сопротивляться, поэтому оставил это дело на потом. Главное, чтобы все присутствующие надели талисманы, защищающие от демонического влияния. Конечно, тогда выбьет и меня, но я буду уверен, что никто из присутствующих не взорвётся кровью, впуская в квартиру демона.

Нужно сказать об этом Юми, ведь именно по её карманам были расфасованы блокирующие амулеты.

Наконец, влюблённая парочка заметила меня. Юми виновато обратилась к Ючи, после того, как он недоуменно окинул меня взглядом:

— Я отдала твою одежду. Ты же не против?

— Без проблем. Мэйко-сама, садитесь за стол.

— А что с тем парнем на диване?

— Думаю, от этого приятного аромата он скоро сам проснётся и присоединится к нам, — улыбнувшись, сказала Юми.

И мне хотелось ей верить. К тому же, я и сам знал, что будь травма головы серьёзной, то не обошлось без рвоты и красных воспалённых глаз. Но на первый взгляд молодой человек выглядел, как огурчик.

Когда я сел за столик прямо на тёплый ворсистый ковёр, то все мои мысли устремились к моей тарелке. Палочки в руки и вперёд!

— Очень вкусно! — похвалил я, уплетая в две щёки самую натуральную пищу богов. — И когда ты научился так готовить?

Ючи слегка удивился такому панибратскому вопросу со стороны малознакомой женщины, но всё же ответил:

— Это не я. Заказал к вечеру еды на возможных гостей. И сидел потом весь день, как на иголках. Места себе не находил. Ещё ты не брала трубку!

Он обиженно буравил взглядом Юми, которая тоже с удовольствием поглощала еду. Она кивнула, и, дожевав очередной кусок курицы, отложила приборы и взглянула на него:

— Аяко на острове Хоккайдо.

— И как она туда попала?

— Её забрали военные. И нам надо её спасти.

— Стоп! — поднял руку Ючи. — Давайте сначала. Кто вы на самом деле? — спросил он меня.

— Мэйко… Как твоя фамилия? — ответив за меня, спросила Юми.

— Токугава.

— Да. Это Мейко Токугава, — как ни в чём не бывало, произнесла Юми.

— И… Чем она занимается? Кем тебе приходится? И этот парень на диване? Кто он?

— Этого мы не знаем. А Токугава… Кто она тебе, Хироюки? — спросила Юми, взглянув на меня.

Это же сделал и Ючи, попеременно поглядывая то на неё, то на меня:

— Я не ослышался? Что…

— Она моя начальница. В ней жил демон, а теперь на некоторое время поселился я, — решил я признаться, чтобы не тянуть резину.

— Погоди! То есть?

— Ючи, друг, это я, Хироюки Тагава…

Послышался нервный смешок:

— Вы что, издеваетесь?

— Это правда, — ответила Юми. — А до этого вечера он жил в моём теле в виде духа.

Ючи мотнул рыжей головой и отодвинулся от столика.

— Ничего не понимаю… Как это жил? Что⁈ Вы жили вместе⁈ И вы решили таким образом рассказать мне об этом? Где этот подлец⁈ Я его порву на части!

Рассвирепевший хозяин дома резко встал и принялся обыскивать квартиру, наверное, в поисках меня. Вдруг, где-то в шкафу прячется его школьный товарищ, боясь выйти на свет, чтобы его не прибили.

— Где он⁈ — вернувшись в зал, проревел Ючи.

Я тоже встал и подошёл к нему практически вплотную. От этого пыл Ючи спал, а сам он немного стушевался под пристальным взглядом женщины по имени Мэйко Токугава:

— В тот день я сказал тебе, что мне нужна помощь. Ты подумал, что я несу какую-то чушь насчёт демонов и прочего, чтобы не брать на себя ответственности за Хэчиро. Но, как ты сегодня убедился, всё это дерьмо имеет место быть.

— Хиро? — прошептал он, не веря своим ушам.

— Одна злая женщина заставила меня пережить ад. И ладно бы меня одного… Юми тоже досталось. Мой разум внедрили в неё ради забавы. Нам пришлось свыкнуться друг с другом, деля на двоих одно тело, чтобы выжить. И теперь мы здесь.

— А она? — спросил Ючи, кивнув на Токугаву.

— Её держали в заложниках те же люди, что прилетели тогда на вертолёте. В ней жил демон, которого они хотели запытать до смерти. Но я не позволил. И теперь тащу её с собой, надеясь защитить. Эта женщина ни в чём не виновата.

— Сейчас в ней нет демона?

— Нет. И чтобы мы не стали живыми инкубаторами для богомолов и других тварей, ты, я и все должны надеть на себя эти амулеты. Юми, доставай.

Девушка принялась обследовать свои карманы под удивлённым взглядом Ючи. Наконец, она вытащила несколько штук, один из которых повесила на шею оглушённому парню, а другой, подойдя к нам, положила в руку Ючи.

— Это блокирующий амулет, — пояснил я. — Мы забрали его у людей Ордена. Любой, у кого на шее есть подобный амулет, защищён от влияния демонов. И от меня.

— Ты не сможешь вселиться в меня, если я это надену?

— Да.

Ючи молниеносно набросил на себя амулет, а я непроизвольно рассмеялся:

— Что, боишься?

— Бережёного боги берегут, — развёл он руками.

Жаль. Между нами до сих пор оставалась огромная пропасть после всего того, что случилось.

— Юми, ты тоже надень, — почти приказал он.

Она вопросительно посмотрела на меня, на что я лишь кивнул. Всё равно я пока находился в теле Токугавы вместе с её спящим разумом. Теперь мне предстояло разбудить её и тоже провести познавательную беседу, чтобы снизить её враждебность, сгладить острые углы страха и попытаться договориться о сотрудничестве.

— Мне нужно поехать на остров Хоккайдо и вернуть свою девушку и своё тело.

— Нам нужно, — с нажимом вставила своё слово Юми, щёлкнув цепочкой амулета на своей шее. — Не забывай про Аяко.

— А я никуда вас не отпущу. Точнее, ты, Хиро, можешь ехать, куда хочешь. Но Юми останется здесь.

— Я не твоя собственность! — разозлившись не на шутку, воскликнула Юми.

— Это не обсуждается, — бесцветным голосом ответил мой друг. — Это ради твоей же безопасности.

Юми надула щёки и покраснела, став похожей на помидор. Она стояла так и буравила ненавистным взглядом своего парня. Поэтому я решил попытаться снизить градус всеобщего недовольства, и сказал:

— Юми, он прав. Это слишком опасно. Я сам поеду в Хоккайдо за Аяко.

— Здорово! Просто замечательно! А о своей замше ты подумал? Значит, её ты можешь подвергать опасности, да? — резонно ответила Юми.

И правда. Лучшим вариантом было бы пуститься в путешествие в виде бесплотного призрака. В любом случае, так я добрался бы быстрее, главное не заплутать. Хотя, откуда у меня появятся навигация и карты? Как мне искать дорогу? По указателям?

Этот момент привлёк ко мне одну очень интересную идею, которую я прямо сейчас захотел проверить.

— Я не оставлю Аяко в беде! — рявкнула Юми, пока я размышлял.

— Я всё решил, — будто робот, повторил Ючи.

Явно чувствовалось, что это была их первая ссора, и Ючи просто не знал, какова Юми в гневе, и до каких пределов он может пытаться гнуть свою линию. В конечном итоге, сейчас банально решалось, кто будет в доме хозяин, и никто не хотел уступать.

— Погодите! У меня возникла одна мысль. Но понадобится чей-нибудь телефон и карты в интернете. Если всё выгорит, я справлюсь один.

— Вот и отлично, — сказал Ючи, отправившись на кухню. — Сейчас принесу.

— Что ты задумал? — спросила Юми.

— Сейчас узнаешь, — хитро улыбнувшись, произнёс я, когда в комнату вернулся Ючи с мобильником в руке.

— Тебе помочь? — спросил он.

— Не-а. Сейчас я наберу на карте местоположение города Хоккайду, впишу адрес той военной базы, и поищу фотографии с места. А потом…

Внезапный женский крик заставил нас с Ючи одновременно вздрогнуть!

Я повернулся и с ощущением полной безысходности увидел, что Юми оказалась скручена тем самым парнем с перебинтованной головой, который приставил к её горлу непонятно откуда взявшийся армейский нож! Чёрт! Я ведь даже не удосужился его обыскать!

— Юми! — воскликнул Ючи, бросившись к ней.

Но грубое ругательство на английском языке, озвученное устами её пленителя, остановило Ючи на полпути:

— Fuck off! You ugly motherfucker!

Глаза Юми были омрачены ужасом. Она смотрела то на меня, то на Ючи в надежде на хоть какую-нибудь помощь. Не так-то просто сохранить самообладание, когда к твоему горлу приставлено восемнадцатисантиметровое лезвие. Тем более, человеком, о котором ты совсем ничего не знаешь. Вдруг он психопат, и в любой момент у него может дрогнуть рука, заставляя яремные вены на тоненькой шее выплеснуть живительную кровь на белый ворсистый ковёр.

И самое страшное, что как бы я ни старался вселиться в разум этого парня или на худой конец в голову Юми, чтобы поддержать её, у меня ничего не получалось. Амулеты на их шеях не давали этого сделать. Вот так банальная перестраховка сыграла со мной злую шутку — прилетело, откуда не ждали!

— Чёртов гайдзин! — выругался Ючи, испепелив меня взглядом. — Это ты его привёл!

Услышав его слова, парень замотал головой и быстро осмотрелся, не переставая держать Юми в захвате.

— Совсем забыл, что я в Токио, — сказал он. — Вы кто такие? Орден?

Последнее слово, как бальзам на душу:

— Да, мы из Ордена «Аутодафе», — ответил я в надежде, что это исправит ситуацию. — Замок разграбили демоны. Мы еле унесли ноги, и взяли тебя с собой, — я указал на его перевязанную голову. — Оказали первую помощь. Мы не враги, поэтому можешь опустить нож.

Но в ответ я увидел лишь злорадный оскал:

— Врёшь, и не краснеешь. В Ордене нет женщин. Спрашиваю в последний раз — кто вы такие, и где я сейчас нахожусь? Соврёшь снова, ей не жить.

Он не блефовал. Хотя по его лицу я не поверил бы, что этот юноша беспринципный убийца, готовый прирезать первую встречную девушку.

— Да мы никто! — вмешался Ючи. — Обычные люди, на которых сыпятся неприятности!

— Неправильный ответ.

Ючи округлил глаза, ожидая худшего, но слава богам, парень медлил.

— В твоём теле находился демон, — сказал я, наконец, вызвав в нём интерес.

— Вот дерьмо! — сплюнул тот прямо на ковёр. — Всё-таки меня поимели! Чёрт!

Он разговаривал на прекрасном японском, правда, с акцентом. Похоже, парень выругался на родном английском только из-за того, что внезапно очутился в другом месте.

— А я всё в толк не возьму, почему ничего не помню после той ночи с проституткой в мотеле. Вот оно что! Эта гадина стащила у меня оберег!

— Юми, та девушка, которой ты угрожаешь ножом, надела амулет на тебя. Теперь ты в безопасности. Давай всё спокойно обсудим? Мы не враги друг другу.

— И я благодарен ей за это, — сказал он, улыбнувшись.

— Ну так что? Поговорим?

Он посмотрел на меня, а затем на Ючи, который уже не мог стоять и ничего не предпринимать. Мой друг был зажат, как пружина, готовый в любой момент прыгнуть на обидчика своей девушки.

— Я задаю вопросы. Вы отвечаете. Девушка со мной для подстраховки. Только так.

— Ах ты! — не вытерпел Ючи, но я его остановил:

— Идёт. Мы расскажем всё, что знаем.

— Отлично. Что вас связывает с Орденом?

Хороший вопрос. Что может нас связывать? Демоны, конечно!

— Я знаком с его главой Ясуо фон Эшенбахом, — ответил я.

— Может быть я ослышался. Ты сказала, что ты знакоМ? Или это другое слово?

Я в который раз отчитал себя за то, что находясь в женском теле забывал говорить в женском роде. Сейчас не стоит делать такие тупые ошибки! Юми может пострадать из-за меня!

— Знакома, — поправился я. — Поэтому мы приехали в замок, и нашли там одни трупы. А тебя забрали, чтобы отвезти в больницу.

— Значит, демоны, мать их, всех порешили, да? Хреново… Теперь не с кем вести переговоры, — задумчиво произнёс он.

— Переговоры? — переспросил я, покосившись на Ючи. Тот немного успокоился, но всё равно сжимал кулаки.

— Не важно, — резко ответил незнакомец. — Теперь это не имеет смысла. Хотя, помнится, господин Ясуо тесно сотрудничал с военными. Об этом тебе что-нибудь известно?

Что мне сейчас скрывать? На кону стоит жизнь Юми, и я буду делать всё так, как скажет этот парень. До поры до времени.

— Я знаю только то, что в Хоккайдо находится их база. И все стягиваются туда. Наверное, там что-то планируется.

— Спасибо, что подтвердила мои мысли, — ответил парень. — Вы на машине?

— Да, — легко сказал я, в надежде, что мы с этим парнем поможем друг другу. — Правда, город закрыли военные. Кругом блок-посты.

В любом случае, он заодно с Орденом, а значит, против демонов. Знает о блокирующих артефактах и активно их использует, следовательно, имеет навыки борьбы с тварями из Ада. Такой боец нам бы очень пригодился в предстоящем путешествии.

— А ничего. У меня есть пропуск для всех случаев. Где ключи?

— Они у меня. И я могу повести, — предложил я.

— Отдай ему ключи! — выпалил Ючи. — И закончим с этим!

Юми только мотнула головой. Она понимала, что нам никак нельзя отдавать машину этому парню, тем более, что именно в ней находится оружие, способное навредить демонам. Без него мы останемся беззащитными.

— Послушай своего дружка, подруга. Гони ключи.

Глубоко вздохнув, я кивнул. Придётся подчиниться — мне нечем крыть.

— Я отдам ключи, если пообещаешь отпустить Юми.

— Э-э, не. Так не пойдёт. Она поедет со мной.

— ЧТО⁈ — не выдержал Ючи, всплеснув руками. — Отпусти её, сволочь!

Лёгкая улыбка с лица паренька исчезла, как предрассветный туман. Теперь на нас смотрел сосредоточенный взгляд опытного человека, который не привык, когда ему перечат.

— Так дело не пойдёт, ребята. Либо вы отдаёте мне ключи, и я уезжаю вместе с этой милой девушкой. Либо я убиваю её на месте, а потом и вас обоих. Мне так даже проще, чем оставлять ненадёжных свидетелей.

— Но я же сказал, что мы друзья Ордена!

— Нет, детка. Ты так не сказалА, — отметив ударение на последнем слоге, произнёс он. — Да и мне в общем-то плевать на это. Раз ты говоришь, что Орден разгромили, а город закрыли военные, то всё уже началось. Теперь каждый сам за себя.

— О чём ты, чёрт возьми? — выпалил Ючи.

— Об Апокалипсисе, парень. О нём самом. Ну ладно, я уже много времени потерял с вами. Прошу ещё раз — гоните ключи, и мы расходимся. Если всё будет хорошо, я отпущу девчонку где-нибудь за городом.

Ючи чуть не взорвался от обуреваемых им чувств, но в конечном итоге тоже осознал, что деваться нам некуда. В данный момент хозяином положения был этот парень.

— Договорились, — сипло произнёс я, поддаваясь его воле. — Но мне нужно отойти в ванную комнату за ними.

— Валяй, только когда вернёшься, держи руки, чтобы я их видел.

Я кивнул, и отправился за ключами, надеясь быстрее забрать их, пока Ючи не выкинул какую-нибудь глупую выходку. Окровавленные вещи Токугавы так и валялись возле ванны. Я достал брелок от машины, и спешно отправился назад, после чего положил его в раскрытую ладонь его руки, которой он сжимал шею Юми.

— Чёрный Лэнд Крузер возле дома.

— Спасибо. С вами приятно иметь дело, — сказал парень, ведя испуганную Юми на выход.

— Как твоё имя, гад? — прошипел Ючи.

— Зачем тебе? — улыбнулся он, подходя спиной к входной двери. — Хочешь отомстить? Было бы за что. Вы выбрали верно, поэтому она останется жить. Скоро увидитесь. Наверное, — ухмыльнулся он, дёрнув ручку.

— Сволочь!

— Если что, вас круто поимел Том Вальтер. Да, тот самый. Брат-близнец Джека Вальтера, охотника на демонов из Колорадо. Приятно познакомиться, и пока!

Дверь с грохотом захлопнулась, и мы рванули за ними. На лестничной клетке только что закрылись створки лифта — они поехали вниз. Мы с Ючи, ведомые страхом и ненавистью, бежали по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Этажи быстро сменяли друг друга, пока мы не оказались в парадной, где приехавший немного раньше лифт, уже закрывал свои двери.

— Не испытывайте моё терпение, — донеслось возле входной двери, которая тоже закрывалась доводчиком.

Мы ринулись следом, и увидели их уже у машины. Том Вальтер, как назвал себя этот тип, что-то сказал Юми и отдал ей ключи, после чего посадил её на водительское сидение, а сам молнией сел на задний ряд, не забыв снова приставить к её шее нож. Взревел двигатель, зашлифовали колёса, и мы увидели высунувшуюся из окна пятерню, махнувшую нам на прощание.

— Вот же тварь! — ругнулся Ючи, устремившись куда-то в сторону. — Хиро, быстро в машину!

Я последовал за ним.

— Ты хочешь его преследовать⁈

— Конечно! — рявкнул он, открыв с брелка замок на припаркованном чёрном седане. — Залезай!

Я не стал с ним спорить, быстро усевшись на пассажирское место слева от него. Ючи завёл двигатель, зашипела турбина и взревел движок. Втопив педаль газа, мой товарищ бросился догонять подлеца, забравшего у нас Юми.

А я всё думал, что привело этого парня из далёкой Америки к нам в Токио. Ясно, что демоны. Но если капнуть глубже? О чём эти братья хотели договориться с Ясуо? О закупке оружия? О взаимопомощи перед лицом судного дня? Что же всё-таки ждёт нас впереди?

— Это ты во всём виноват, — заревел в голос Ючи, внезапно выведя меня из мрачных дум. — Зачем вообще притащил этого хмыря в мой дом⁈

Я только с досадой выругался. Он был прав — это моя вина.

— Скоро будет блок-прост, — сказал я, наблюдая за красными огнями габаритов внедорожника, маячившего в пятидесяти метрах от нас.

— Открой бардачок, — вдруг приказал Ючи, передав мне ключ.

— Что там? — спросил я, вставив его в личинку, и прокрутив вполоборота. Вещевой ящик упал мне на колени, а внутри в свете проносящихся мимо фонарей блеснул металлом чёрный, как вороново крыло, пистолет. — Откуда он у тебя?

— Когда-то понадобился. Я купил у нужных людей. Не тебя же вызывать на стрелку, — сказал он, сосредоточенно смотря вперёд.

Вот те на! Как же много я пропустил, перестав общаться с друзьями. Меня не было рядом тогда, когда они нуждались в моей помощи…

— Ты не…

— Убивал? Нет. Припугнул маленько. Меня хотели прессануть. Конкуренты. У них не получилось.

Да, именно таким и должен быть мой друг Ючи — с горячим сердцем и холодным умом. Если бы я был таким, то путь моей жизни стал бы иным. Я бы рвался к цели любыми путями, не боясь бороться и применять кулаки. Но реальность оказалась такова, что я следовал заветам деда только в плане карьеры, и то не всегда успешно. А в остальном до сих пор я оставался жертвой обстоятельств. И даже теперь мне просто везло, а на голову сыпались подарки богов. Всё ради того, чтобы я преодолел необходимую дистанцию. Но ради чего? Этот вопрос не давал мне покоя уже длительное время.

— Когда он встанет у шлагбаума, я выйду из машины и прикончу его. А затем займу его место.

— ЧТО⁈ Тебя расстреляют военные!

— Нет, если ты не подведёшь. Ты должен отвлечь их внимание. Резко дашь по газам, когда я выйду. Ударишь вон тот грузовик. А мы с Юми прорвёмся вперёд.

Идея самоубийственная, но у меня имелся туз в рукаве — подарок Стигматы. Можно вообще обойтись без жертв, если я залезу в голову к солдату, который будет проверять документы американца. Я сам его руками прикончу этого гада! И дело с концом!

От этой мысли стало легко. Да, мои методы становились бесчеловечными, мерзкими, но весьма эффективными. И я был готов поступиться частью своей и так уже отсутствующей души, чтобы только спасти своих товарищей.

— Мы сделаем лучше, — сказал я. — Ты остаёшься в машине вместе с Токугавой, а я вселюсь в солдата на КПП.

— Чёрт, я совсем забыл о твоих способностях, — воодушевился Ючи.

— Так что предоставь это мне.

Крузер впереди остановился перед шлагбаумом блокпоста. На этой дороге в столь поздний час, кроме наших двух машин других уже не было. К водителю, то есть Юми, подошёл солдат с винтовкой наперевес. Это мой шанс!

Я представил, что моё сознание устремляется прямо в каску этого парня и занимает под ней своё место. Ещё немного, и я смогу всадить пулю в это ухмыляющееся лицо!

Закрыв глаза, я намеревался открыть их уже будучи в новом теле. Но…

Я всё так же сидел рядом с Ючи!

— Что за…

— Хиро? — спросил Ючи в недоумении. — Ты там? Он уже показывает им свои документы. Они сейчас уедут, Хиро!

Жутко нервничая, я пытался и пытался проникнуть в сознание хоть кого-нибудь из солдат, которые стояли с оружием рядом с военными грузовиками. Но у меня ничего не выходило! Поэтому я решил воспользоваться другой своей дарованной способностью, и мысленно приказал всем солдатам окружить внедорожник и пристрелить пассажира-мужчину.

Снова ничего! Как стояли столбом, так и стоят!

Неужели Стигмата забрала свой дар⁈ Или…

Разрази меня гром! У них у всех блокирующие амулеты! Я понял это, когда на шее солдата, проверяющего документы Вальтера, в свете фонарей блеснул янтарный камень.

— Хиро! Ну⁈ Чего ты ждёшь⁈ Они сейчас уедут! — почти крикнул Ючи, наблюдая, как шлагбаум поднимается. Мы медленно катились вперёд, находясь в каких-то пятнадцати метрах от Юми. И сейчас просто встанем, ожидая досмотра.

— У них защитные амулеты. Я не могу пробиться!

— Твою мать! — выпалил Ючи, дав по газам.

Мы резко рванули вперёд, но сразу несколько солдат преградили нам путь, и устремили стволы своих винтовок прямо в нас!

— Стоять! Всем выйти из машины! Руки за голову, и на землю! Живо!

Ючи рвался вперёд за удалявшимися огнями внедорожника, но всё же благоразумно остановился, не рискнув пробиться через солдат. С ощущением полного бессилия, мы наблюдали, как суровые мужчины открывают двери и, не церемонясь, вытаскивают нас из машины. Ещё тёплый от жаркого дня асфальт встретил мою щёку. Нас прижали к земле и скрутили.

— Он сказал, его преследуют бандиты. Эти двое больше похожи на влюблённую парочку, чем на головорезов, — сказал один из солдат.

— Ага, только под пассажирским сидением лежит пистолет. Эй, ребята, вы кто такие?

Нас подняли на ноги и ослепили лучами фонарей. Мы с Ючи молчали щурились, не имея понятия, как выйти из этой ситуации. Тем временем, допрос продолжался.

— Откуда у тебя эта штука? — спросил солдат, указав на амулет на шее Ючи. — Нам такие только полчаса назад выдали. Вы кто вообще?

— Мы из Ордена, — ответил я за него, попытавшись ухватиться за соломинку надежды.

— Чего-чего? Из Тевтонского что ли? — усмехнулся солдат, вызывая смех у своих сослуживцев.

О боги! Неужели они совсем не в курсе?

— Четвёртый отдел, — произнёс я, уже не надеясь на успех.

Внезапно лица солдат изменились и стали серьёзными.

— В таком случае предъявите документы, — ответил он.

Вот же чёрт меня дёрнул за язык! И как быть теперь?

— Мы на задании, — вдруг сказал Ючи с раздражением. — Документы остались в отделе. Как раз едем забирать их. Из-за объявления военного положения. У нас и так дел невпроворот, чтобы торчать на ваших блокпостах и тратить время.

Я смотрел на него ошалелыми глазами. Вот же коварный демон! Хитроумный Ючи!

— Ваш друг сказал, что вы преследуете его, — всё не верил солдат, продолжая слепить нас фонариком. — Как вы это объясните?

— Он долбанный приколист, — выдохнул Ючи, полностью вжившись в роль. — До него ещё не дошло, что уже всё серьёзно. Прикинь, один раз мы стояли на стойке регистрации в аэропорту. Так этот мудак начал кричать на весь зал ожидания, что я террорист! И конечно меня задержали, и я чуть не опоздал на рейс из-за него. Никак не дождусь, когда этого ублюдка выпрут из отдела!

Ючи был настолько убедителен, что солдаты снова засмеялись, но теперь уже над его историей.

— Ладно. Верю, — сказал солдат, кивнув остальным, чтобы нас отпустили. — На первый раз проезжайте. Пистолет вернём после того, как вернётесь и покажете документы.

— Идёт, — легко согласился Ючи. — Спасибо парни, что вошли в наше положение. Очень не хотелось будить начальство по такому идиотскому поводу.

— О, да, — улыбнулся солдат. — Я тебя очень хорошо понимаю, парень. Извини, если что. Это наша работа. Счастливого пути.

— Спасибо. Тихой вам ночи, — пожелал Ючи, и повёл меня под руку к машине.

После чего, как джентльмен, посадил на пассажирское сидение, а потом и сам забрался на водительское место. Придавив педаль газа, он тронулся с места, оставляя позади дружелюбных солдат.

— Это было просто офигенно, Ючи! — воскликнул я, когда блокпост скрылся из виду.

— Обычное ведение деловых переговоров. Чему тебя на работе учили?

Повисло неловкое молчание, и только шелест колёс наполнял салон.

— Всё это ерунда, ведь мы не знаем, куда свалил этот ублюдок. Есть идеи?

— Он поехал на остров Хоккайдо.

— Отлично. Мы тоже двинемся туда и перехватим его в дороге.

План был хорош, если бы у нас в багажнике имелась сумка с оружием Ордена. Но за неимением оной, я бы не отказался от помощи каких-нибудь крутых верзил с криминальными прошлым. Ведь дорога намечалась дальняя, и могла таить кучу опасностей ввиду скорого пришествия Конца света…

— У тебя телефон с собой?

— Да, а что?

— Хочу сделать один звонок, — сказал я, вспоминая номер одного очень странного таксиста.

Протяжные гудки доносились из динамика телефона Ючи.

Я сжимал его, как человек, оказавшийся за бортом в бушующем море, схватившийся мёртвой хваткой за спасательный круг с едва теплящейся надеждой на спасение. Только в этот раз спасать нужно было не меня, а Юми.

На улице уже была поздняя ночь. Вдруг у моего собеседника просто выключен звук на телефоне? И что, если я перепутал цифру, набирая его номер, который видел только один раз в жизни на визитке с нарисованным на ней ножом? Забыл и всё тут. Даже вычищенная до блеска винтовка может дать осечку, не то, что человеческая память, хоть и хорошо натренированная.

Ту-у-у… — ещё один гудок.

Три часа ночи. Если бы мне позвонили в такое время, то я бы… не знаю, что сделал. Накричал бы, наверное.

Ту-у-у…

Да проснись ты, наконец, моя палочка-выручалочка! Не ты ли говорил, что сможешь помочь мне в любой ситуации? Время пришло. Мне нужна твоя помощь!

Ту-у-у…

— Бесполезно, — констатировал Ючи. — Мы нагоним его и возьмём врасплох на заправке. Такой обжора, как Крузак, тысячу километров без дозаправки не проедет.

— И получим пулю в лоб.

— Если облажаемся, да.

Ту-у-у… — бесполезно.

— Бросай. Надо обдумать план. Он может ехать, как по этому шоссе через Сендай, так и в объезд. Через Ниигату не сунется, это потеря во времени. Навигатор должен вести его именно по нашей дороге.

— Ты хотел сказать, должен вести Юми. Она за рулём, — произнёс я, отключив телефон.

— Да. Если он не высадил её. Но что-то подсказывает мне, что он возьмёт её с собой.

— Почему? Зачем она ему?

Ючи тяжело вздохнул:

— Сейчас такое время, Хиро, что всё плохое, что может когда-нибудь случиться, непременно случается.

— Тоже верно, — согласился я.

Все, что произошло со мной, являлось абсолютным подтверждением его слов. Демоны, адские порталы, кровавые убийства и хаос. Слишком много жести произошло за короткий промежуток времени. Закон Мёрфи, в нашем случае, не на шутку разбушевался…

— Я не могу придумать ничего лучше, чем ехать и смотреть в оба, чтобы найти наш Крузак. Найдём, будем пасти его, пока ему не потребуется заправка.

— Как пальцем в небо. Ты не исключаешь такую возможность, что он мог остаться в городе?

— Стараюсь об этом не думать, — произнёс Ючи. — Телефон Юми заблокирован, и с ней не связаться. Я знаю только ориентир — военная база в городе Саппоро на острове Хоккайдо. Больше у меня нет информации.

— Дерьмово…

Ючи кивнул, погрузившись в свои думы. А я снова взял его смартфон, чтобы опять попытать счастье и позвонить Мичи. И каково же было моё удивление, что ранее набранный номер как раз сейчас высвечивался на экране — Мичи сам мне позвонил! Телефон находился в режиме без звука, и сей факт в этот момент мог спутать все карты. Я сразу же принял вызов:

— Вы мне звонили, — констатировал глубокий голос на том конце трубки.

— Прошу прощения за столь поздний звонок, Мичи-сан. Это Хироюки, — сказал я, пытаясь прибавить голосу мужские нотки. Вышло не очень.

— Что-то не припоминаю.

Конечно. Таких пассажиров, как я, у него, наверное, за день несколько десятков. Попробую освежить его память.

— Пару дней назад вы забрали меня со стадиона Ота и подвезли до госпиталя. Я тот самый парень с катаной.

— Ага… Хироюки, да? Так ты спас свою принцессу? Я видел новости про разрушенный госпиталь. Твоих рук дело?

— Тот человек сделал это.

— Интересно. А что у тебя с голосом?

Мне вдруг захотелось исповедаться ему и вылить всё, накопившееся за день. Вместо ответа на вопрос, я сам задал его:

— Мичи-сан, вопрос на миллион. Вы в курсе сегодняшних событий в Токио?

Пять секунд напряжённого молчания — даже Ючи посмотрел на меня, отвлёкшись от дороги.

— Допустим.

— Из-за чего город оккупировали военные? Если не знаете этого, то нам больше не имеет смысла продолжать этот разговор.

Я услышал, как он усмехнулся:

— Хироюки, ты меня заинтриговал. Да, я знаю про чудовищ, которые высадились на улицы города. И про тех людей, которые их убивали. Много народу видело всё это своими глазами, но…

— Им заткнули рты, — догадался я.

— Правильно. И увезли в неизвестном направлении. Военным паника ни к чему.

— Что ещё вы знаете про демонов? — спросил я, надеясь, что Мичи проинформирован и об этом тоже. Именно этой информацией я и хотел воспользоваться, чтобы заставить его помочь мне.

— Демоны? Их не берёт практически никакое оружие.

— Правильно.

— И к чему ты ведёшь, Хироюки? Тебе так скоро понадобилась моя помощь?

— Я бы назвал это нуждой во взаимовыгодном сотрудничестве, — ответил я, чувствуя, что уже слишком наглею. — У меня есть оружие, которым те самые люди из Ордена убивают демонов. Думаю, вам это будет интересно, правда?

Он снова замолчал на несколько секунд, обдумывая услышанное, после чего ответил:

— Тебе должно быть известно, что шутить со мной — плохая затея.

— А я и не шучу, — с вызовом ответил я. — У меня есть внедорожник, чей багажник набит стрелковым и холодным оружием, которым можно защищаться от адских тварей. И я хочу предложить всё это вам за одну услугу.

Ючи, слушавший мою речь, с пониманием присвистнул и криво улыбнулся. Неужели оценил мои дипломатические таланты? С момента нашей ссоры он стал относиться ко мне с пренебрежением. Ничего, я ещё покажу своему другу, что списывать меня со счетов пока ещё рано!

— Продолжай, — ответил Мичи, после чего послышалась протяжная зевота. — Сейчас три часа ночи, но мне стало интересно. Правда, в основном оплату за свои услуги я беру наличными. Но в текущих обстоятельствах твоё предложение выглядит заманчивым.

— Конечно, ведь, когда этих тварей станет больше, вам нечем будет защищаться. Или, ваши клиенты, платящие хорошие деньги, останутся без защиты. Но, если мы договоримся, вы сможете отлично заработать.

— Что ещё ты можешь мне предложить, Хироюки? — вдруг спросил он.

— А этого мало?

— Достаточно. Но я хочу знать больше о том, что ты можешь мне дать. Назревает время перемен. И если ты получил доступ и к другим вещам, которые весьма трудно достать, я снова заинтересован.

Я улыбнулся во все тридцать два зуба. Готов поспорить, с этим мужиком будет очень выгодно вести дела.

— Вы же знаете, что чудовища разрывают тела случайных носителей, перед приходом в наш мир?

— Да.

— И понимаете, что в любой момент вы сами можете погибнуть из-за этого.

— Неужели и против этой напасти у тебя есть решение? — усмехнулся Мичи.

— Именно. Но об этом я расскажу, когда вы согласитесь мне помочь.

Теперь уже гомерический хохот вырвался из динамика телефона, заставив меня убрать ухо от смартфона.

— Хироюки, перестань смешить меня! Торгашество — не твоё, уж поверь мне.

А я всё время наивно полагал, что нашёл стезю, которую могу смело называть своей. Ан нет, оказывается. Всего пара отрезвляющих слов от незнакомца, который одновременно вселял в меня страх вместе с уважением, и я чётко осознал, что потратил часть своей молодости на нелюбимую работу, и просто прозябал все эти годы. И ведь, надо было лишь пройти через настоящий ад, чтобы прийти к такому выводу!

— Я знаю, о чём ты говоришь, — ответил он. — По моим каналам, военные получили несколько ящиков, набитых камнями, похожими на янтарные украшения. И я никогда не поверю, что военная верхушка Японии решила добавить эти цацки в форменное обмундирование солдат без весомой причины. Так, значит, у тебя есть такие же амулеты?

— Есть. Немного, но этого будет достаточно, чтобы снабдить вас и вашу семью.

— Откуда ты про это знаешь? — удивился Мичи.

— Только предположил. Я прав?

— Ты попал в самое яблочко. Мне стало ещё интереснее, Хироюки, и я готов обсудить с тобой детали сделки. Не по телефону. Мы и так наговорили много всего по незащищённому каналу связи.

— К сожалению, в данный момент для меня доступна только такая форма общения. Я сейчас на пути в Хоккайдо.

— И что ты там ищешь, Хироюки?

Я улыбнулся:

— Свою девушку и своё тело, — сказал я голосом Токугавы.

— А я думал, что мне показалось. Но это на самом деле так. Никогда бы не подумал, что скажу это, но Хироюки… Ты что, сделал операцию по смене пола⁈

Я только расхохотался в ответ, заставив Ючи поморщиться. Разговор с Мичи затянулся, и моё ухо раскалилось до предела. Пора заканчивать.

— В моём случае тоже сыграли демоны. И поэтому я оказался в теле женщины. Но не суть. Вы готовы выслушать моё предложение?

— Да, — ответил Мичи, наверное, борясь с желанием снова переспросить про мою щекотливую ситуацию.

Я бы и сам не поверил своим словам. Но, слава богам, деловой настрой этого человека оказался сильнее любопытства, поэтому мы вернулись к делам.

— Я и мой друг преследуем чёрный Лэнд Крузер по направлению к Сендай. Точнее, мы думаем, что он едет тем же маршрутом. Конечный пункт известен — это остров Хоккайдо, а именно военная база в окрестностях города Саппоро. Государственный номер автомобиля и адрес базы я сброшу вам в сообщении.

— Дай угадаю. То, что мне нужно, находится в этой машине?

— Именно. Как и то, что нужно мне. Водитель — девушка. Она заложница. На заднем сидении человек с ножом. Если вы поможете нагнать их и вытащить девушку живой и невредимой, то машина вместе со всем содержимым — ваша.

— Как просто всё оказалось, — хмыкнул Мичи.

— Просто? Не думаю. Это, как искать иголку в стоге сена!

— К твоему сведению, Хироюки, у меня есть доступ к камерам наблюдения на трассе, по которой ты едешь. Они не только фиксируют нарушения ПДД, но и записывают государственные знаки проезжающих автомобилей. Всё, что мне нужно, это узнать госномер и вбить его в поле в специальной программе, после чего, я смогу проследить маршрут интересующей меня машины от пункта А до пункта Б.

— У вас есть доступ к серверам дорожной полиции? — несказанно удивился я.

— Если быть точным, у меня в долгу высокопоставленные лица, работающие в данной сфере. И они сделают практически всё, что угодно, ради его выплаты.

— Тогда по рукам. Я отправляю вам данные.

— Договорились. Примерно через полчаса я наберу тебя, Хироюки, и мы обсудим дальнейший план действий. До связи.

Я отключил телефон в бодром настроении духа!

Мой новый знакомый, правда, пока ещё на словах, оказался практически всеведущим и всемогущим. Хорошо, что мне есть, что предложить в обмен на его бесценные услуги. Заручившись поддержкой этого человека, я найду Юми и спасу её!

Ючи снова на секунду с упрёком взглянул мне в глаза.

На этот раз не только я — мы оба спасём близкого и дорогого нам человека! И у нас обязательно всё получится!

Уже минут двадцать, как я отправил Мичи данные по внедорожнику и по нашему автомобилю. На текущий момент больше от меня ничего не зависело, поэтому я приоткрыл окно и позволил себе ни о чём не думать, подставляя лицо ночному воздуху. Сонливость, как рукой сняло, что как нельзя кстати, ведь ночка обещала быть жаркой.

— Прости, что не поверил тебе, — вдруг произнёс Ючи. — Тогда на лестнице.

— Я бы и сам себе не поверил, так что не бери в голову.

Ючи кивнул.

— Понимаешь, я был раздавлен этой новостью. Хэчиро в тюрьме. И он убийца. А потом ты рассказал о Мисаки, о вас. Приплёл сюда каких-то демонов… И всё. В моей голове что-то замкнуло, и я наговорил лишнего. В общем, мне жаль.

— Мне тоже.

— А теперь всё это не имеет смысла. Сегодня днём я увидел, как из людей, разрывая их тела, вырываются адские твари. И не знаю теперь, как жить в этом новом мире.

— Надеюсь, всё скоро закончится, — решил я его подбодрить. — Как бы это сказать… То, что сейчас происходит — не согласовано наверху. Или внизу.

— Как это?

— Если ты веришь, что на свете существуют адские демоны, то поверь, что существует и сам Дьявол. И у него имеется чадо, которое решило поразвлечься в нашем славном городе. Но, когда папочка узнает, что его ребёнок шалит, он всё исправит. Иначе другая сторона, которая отсиживается на небе, применит к нему санкции.

— Звучит, как утренняя сводка новостей по ТВ с элементами фантастики, — нервно хихикнул Ючи. — Боги, пусть твои слова окажутся правдой, и всё закончится. Мне страшно от одной мысли, что где-то там есть Дьявол.

— И не только он, Ючи. Сегодня я встретился с самим Райдзином.

— Брешешь! — дёрнул он руль, и спешно вырулил обратно на полосу. — Бог грома⁈

— Да. Неприятный товарищ, скажу тебе. И что самое странное, без помощи демона я бы не выжил после встречи с ним. Так что, дорогой друг, нет света и тьмы, как плохих и хороших. Каждый, будь то человек или небожитель, продвигает свои интересы, и по этому же принципу вступает в союзы с другими.

— Прописные истины глаголишь, — усмехнулся он. — Значит наши боги против нас? Печально. Так с кем у нас союз в итоге?

У нас? Я удивился, что он сказал «мы». Неужели Ючи перестал стоять особняком и решил присоединиться ко мне? Принять мою сторону? Вот это новость!

— Пока мы дружим с демонами из тех, которые не стремятся приблизить приход Апокалипсиса на Землю. А ещё они должны мне за своё освобождение. По крайней мере, обязаны попытаться остановить кровопролитие.

— Звучит дерьмово.

— Иного не дано.

Ючи покрепче сжал руль и сконцентрировался на дороге — мы неслись по автостраде, над которой проносились тусклые фонари и местечковые придорожные забегаловки. Город остался позади.

— В любом случае, для меня важно вернуть Юми. И хорошенько врезать этому американцу.

— Я бы тоже не отказался сломать ему нос, — честно признался я.

Ючи вдруг рассмеялся:

— Ты-то куда лезешь, барышня? Забыл, что не заплатил за аренду этого тела? И не жалко тебе её?

— Жалко. Но другого выбора у меня нет.

— Не смей ею рисковать! Слышишь? Пусть эти ребята, бандиты или кто они там, отрабатывают за то, что ты им наобещал.

— А ты? Неужели будешь стоять в стороне?

— Я? Ни за что! Я спасу Юми. А ты должен беречь свою женщину. Точнее, хотя бы не подвергать её опасности.

— Тогда мне стоит надеть амулет и дать ей возможность управлять своим телом. Но в таком случае я просто стану призраком, пока не подселюсь в какое-нибудь другое тело.

— Погоди. Эта женщина… Ты что-то сделал с ней?

— Ничего. Просто усыпил на время, чтобы она не навредила себе и нам. Это она дала американцу по голове.

— Охренеть! — воскликнул Ючи, чуть снова не отправив нас на обочину. — Это же сродни похищению! А со мной ты уже подобное вытворял?

Скрывать это не было никакого смысла, поэтому я сказал, как есть:

— Один раз, когда ты не согласился отвести американца к себе…

Неожиданно Ючи ударил себя ладонью по лбу, и громко выругался. Я ожидал подобной реакции, поэтому просто смотрел на него, и ждал новой порции морали.

— Ты привёл этого гада в мой дом! — выпалил он. — Ты заставил меня взять его к себе! И теперь смотри, что произошло! Юми в беде! Неизвестно вообще, что с ней станет! Хиро, мать твою! Думай, что творишь!

— Тогда мне это казалось правильным решением… Тем более, Юми поддержала меня.

— А? То есть так это теперь делается? У тебя есть долбанная возможность вселяться в людей и подчинять их своей чёртовой воле. И если на это даёт добро Юми, то ты спокойно промываешь мозги своим друзьям? Хиро, ты совсем рехнулся⁈

А ведь он был прав. Как известно, большая сила требует большой ответственности. И я ошибся, взяв с собой человека-носителя Барбатоса. Хотел вывести всех живых и позаботиться о них, но вышло, как вышло. Меня обвели вокруг пальца. И Юми теперь в опасности.

— Ты закончил?

— Нет! Я хочу, чтобы ты поклялся мне, что больше никогда так не сделаешь. По крайней мере, в отношении меня и моих близких. Поклянись!

— Хорошо, я клянусь, — согласился я.

Ючи слишком тяжело воспринял известие о том, что им манипулировали. И не мудрено. Я бы тоже вспылил. Лучше согласиться на всё и завершить уже нашу нервотрёпку по ерунде.

— Ты должен найти иной способ, Хиро, — вдруг сказал Ючи совсем другим тоном.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты потерял тело, так? И знаешь, где оно. Там же находится твоя девушка. И Аяко. Я боюсь, что в надежде освободить их, ты всех нас положишь.

— Ючи, всё будет хо…

— Нихрена не будет хорошо, Хиро, — твёрдо сказал он. — Я не пытаюсь слинять или бросить тебя одного. Я хочу помочь, правда. Но ты говоришь о богах и демонах, а я видел, что они могут натворить. И я должен уберечь от этого Юми. А ты — женщину, которую взял в заложники.

— Взял в заложники⁈

— Сделал рабыней — так лучше звучит? Ты обладаешь невиданной силой, но используешь её неправильно. Не стоит тащить женщин на войну с демонами, уж поверь.

Он был прав, как всегда. Я и сам думал об этом, и хотел опробовать свои силы, переместившись на заданное место по фотографии. Но, к сожалению, я просто не успевал за потоком событий, которые неслись вскач, оставляя за собой кровавый след.

— Спасём Юми, и я оставлю вас в покое. Идёт? — выдохнув, сказал я.

— Прости, но это правда. Ты не гарантия нашей безопасности. И не должен ею становиться. Не по тебе эта ноша.

— Спасибо, Ючи, — произнёс я, подставляя пылающие щёки прохладному ветру из окна. — Уверен, с этой задачей ты справишься лучше.

— Сделаю, всё что смогу. Во всяком случае, не стану тащить свою женщину в самое пекло. И тебе не советую.

Вдруг запиликал телефон, заставив нас отвлечься от тяжёлого разговора — звонил Мичи:

— Мои ребята едут за вами. Два чёрных седана.

Ну конечно, если бандитская машина, то она должна быть чёрной. А как иначе?

— Спасибо. Вы узнали, где сейчас находится наша цель?

— Будешь смеяться, Хироюки, но вы опережаете эту машину на пару километров.

Вот это новость!

— Юми едет позади нас в нескольких километрах, — сказал я другу, прикрывая микрофон ладонью. Тот показал большой палец, и продолжил рулить.

— Что от нас требуется?

— Сбавьте скорость километров на десять, и продолжайте ехать в том же направлении. Я сообщу, когда вы окажетесь в хвосте внедорожника, и вам останется только продолжать ехать за ним. Поддержка будет следовать за вами.

— Я правильно понимаю, что они захватят машину на заправке?

— Правильно. Они будут максимально осторожны, и не предпримут никаких действий, если это будет угрожать девушке.

— Спасибо.

— Я надеюсь, что ты не навешал мне лапшу на уши, Хироюки. Мне пришлось выдёргивать со своих постелей весьма серьёзных людей, которые ближе всего находились к вам. И теперь я у них нахожусь в долгу.

— Главное, спасите девушку, и вы получите свой джек-пот.

— Добро. Что ж, до связи Хироюки. Желаю удачи.

— Взаимно.

Я положил трубку, и всмотрелся в боковое зеркало. Следом мерцали огни позади идущих автомобилей, и невозможно было распознать в них людей Мичи. Так же не должен понять, что его пасут, человек, назвавшийся Томом Вальтером. Охотник на демонов из Колорадо…

— Рассказывай, — потребовал Ючи.

— Всё так, как мы и планировали. Остановка на заправке и захват. Люди Мичи сделают всё сами.

— Посмотрим, — проговорил он, косясь через зеркало на заднее стекло. — А я-то думал, что за прилипала сидит у меня на хвосте с прошлой заправки.

— Наверное, это они и есть. Другая машина, скорее всего, едет следом за Юми.

— Эх, — вздохнул Ючи. — пистолет бы сейчас нам очень пригодился…

Я кивнул, и принялся наблюдать за обстановкой на дорогое. Смотрел, как нас обгоняют фуры и другие автомобили. Скоро, совсем скоро это будет Юми, которая вынуждена плясать под дудку подлого американца. И Ючи поедет за ней, как и два седана поддержки. А потом останется только ждать, пока преследуемая машина не сделает вынужденную остановку. Там-то мы и проведём совместную операцию по спасению заложника.

Последняя мысль заставила меня посмотреть на свои руки. Ючи прав. Я заставляю Токугаву подчиняться своей воле и рискую её жизнью, хотя до этого только и мечтал, чтобы освободить её из плена и вернуть к нормальной жизни. Но последняя осталась где-то за бортом истории. Что-то назревает — я чувствую это. И то, что на нас не валятся демоны изо всех щелей, это лишь затишье перед бурей.

Ведь ангел сказал — грядёт война…

Прошло минут пятнадцать, и мы, наконец, увидели чёрный Лэнд Крузер Ордена, которым управляла Юми. Я почувствовал это каким-то внутренним чутьём — она точно была в машине. Осторожно, стараясь не выделяться, Ючи последовал за ним, как и два седана, едущие позади нас. Если бы кто-то пригляделся, то со стороны это выглядело, как слишком растянувшийся кортеж, состоящий из сплошь чёрных автомобилей. То ли делегация премьер-министра едет из города, то ли крутые бандиты из Якудзы.

Хорошо, что тёмная ночь и редкое освещение на трассе позволяли нам не привлекать лишнее внимание. Иначе, история сегодняшней ночи повернула бы совсем в другую сторону. Мичи не дал мне ни телефонов своих людей, ни их имён. Похоже, в этой схеме я должен был сыграть лишь роль статиста, наблюдающего за развитием событий. И как бы это противно не звучало, я был только рад доверить это дело профессионалам. Хотелось верить, что эти люди не какая-нибудь шпана, а сам Мичи не зря набивает себе цену. Лишь время рассудит, и судьба.

Мы долго ехали в напряжённом молчании, буравя взглядами внедорожник впереди. Это было сродни пытке, игре в неизвестность с котом Шрёдингера. Дана чёрная машина, а внутри заложница и убийца. В какой-то момент они оба живы, а если подумать иначе, то…

Нет. Он не сделает этого с ней. Не убьёт беззащитную девушку — я видел это по его лицу. Говорят, первое впечатление обманчиво, но я больше поверю в то, что охотник на демонов по имени Том Вальтер даже если и убивал кого-то, то делал это вынужденно. Я не ощутил в нём того, что почувствовал в Ясуо — угрозы. Именно поэтому и привёл его к Ючи домой. Надеюсь, в этом я не ошибся.

Зазвонил телефон.

Мы с Ючи переглянулись, после чего я сразу же взял трубку:

— В пяти километрах от вас находится заправка, — сказал Мичи.

— Будем иметь ввиду, если он начнёт снижать скорость. Бак был заполнен практически до половины. А потом мы стояли в долгой пробке в сторону города, из-за чего сожгли много бензина. Возможно, он захочет заправиться перед дальней дорогой.

— Вполне возможно. Придётся ждать. Иного варианта у меня нет.

— Спасибо и на этом.

— В любом случае, не вмешивайтесь. Мои парни профессионалы. Они знают, что делают.

Мичи говорил по громкой связи, поэтому Ючи поморщился, услышав его последнюю фразу. У него было своё мнение на этот счёт, и я его прекрасно понимал.

Я выключил телефон и вопросительно посмотрел на друга:

— Как ты вообще себе это представляешь?

— Что?

— Её освобождение. Выйдешь на того парня с голыми руками?

Ючи указал на заднее сидение:

— В багажнике бита.

— У него нож, если ты забыл!

— А как иначе, Хироюки? Если бы твою девушку похитили, ты доверил бы её спасение каким-то неизвестным людям, и преспокойно сидел бы где-то в засаде?

— Нет, конечно! Но надо всё продумать. Если он увидит тебя, то сразу всё поймёт.

Ючи задумался, корректируя рулём движение автомобиля.

— Зато тебя никто не узнает, — вдруг воскликнул он, будто вспомнил что-то важное.

— Что ты имеешь в виду?

Мой друг посмотрел на меня как-то странно. Что он задумал?

— Ты вселишься в кассира, и пока этот упырь будет оплачивать топливо, оглушишь его!

— Отличный план. Только, разве не ты совсем недавно говорил мне об обратном? Что нельзя подвергать других людей опасности?

— Да, я. Но речь шла о наших женщинах. О близких нам людях.

— Политика двойных стандартов, — махнул я рукой, разочаровавшись в том, каким мне открылся Ючи в экстремальной ситуации. Мне казалось, что он точно знает, что правильно, а что нет. Как нужно поступать, а как не стоит. И теперь он сам мне говорит о том, чтобы я использовал свой дар на других людях!

— Ты не дослушал. Хиро, ты будешь там в качестве подстраховки. Если эти парни облажаются, ты поможешь Юми.

— Уже лучше. Мне нравится. А что будешь делать ты?

— Наверное, как ты и сказал — спрячусь где-нибудь поблизости и буду наготове. Мне нельзя попадаться ему на глаза, ты прав.

— Вот теперь это похоже на план, — удовлетворённо сказал я. — Пропускаем вперёд людей Мичи, ты на стрёме, а я на подстраховке на кассе.

— Похоже, так и будет. Он сворачивает! — почти выкрикнул Ючи, указав на мигающий поворотник внедорожника.

Мимо нас пронёсся указатель заправочной станции. Ючи тоже включил поворотник, не беспокоясь о том, что нас раскроют. Заправочная станция оказалась весьма большой, и мы оказались в небольшой очереди, скопившейся к колонкам. Мы остановились за две машины до внедорожника, который как раз встал на заправку. С водительского места вышел тот самый Вальтер, и постоянно оглядываясь, принялся открывать бензобак. К нему подошёл человек из персонала и предложил свою помощь, но тот с улыбкой отказался, отправляя его к другим водителям. Мужчина в красной униформе пожал плечами, и оставил охотника одного.

— Юми осталась внутри, — констатировал я.

— И это хорошо. Когда он пойдёт оплачивать, я постараюсь её вытащить.

— А если он закроет машину? Как ты попадёшь в салон?

— Разобью стекло! Смотри, этот ублюдок сейчас вставит пистолет и пойдёт в магазинчик. Не тяни время, и вселись в кассира — привыкни к обстановке, к телу там, не знаю. И тяни время, пока я не спасу Юми.

— Хорошо. Тогда я пошёл…

— Стой! — вдруг остановил меня Ючи, кивнув в сторону внедорожника. — Она пойдёт с ним!

И правда, вставив пистолет, парень открыл заднюю дверь и будто помог девушке выйти из машины. Затем он опустился перед ней на колени, и словно начал завязывать ей шнурки. Хотя блеснувшее лезвие явственно намекало о том, что он перерезает её путы. Например, пластиковые хомуты!

— Вот же сволочь! — вырвалось у Ючи при виде происходящего.

Затем Вальтер поднялся, и приобнял Юми, как будто они влюблённая парочка. Они зашагали к магазинчику, и снова нервно осматривались в поисках кого-нибудь, кто мог испортить им эту прекрасную ночь. И когда мужчина повернулся вполоборота, я увидел пистолет в его руках. Теперь мне стало понятно, почему Юми даже не старалась вырваться из его лап или закричать.

— Я убью его, — решительно сказал Ючи, выбираясь из машины. — Где твои головорезы?

— Не знаю, — ответил я, мотая головой в поисках двух чёрных седанов. Неужели они зазевались и проехали поворот?

— К чёрту всех, Хиро. Не надейся ни на кого. План изменился. Я иду внутрь разбивать голову американцу, а ты прикрываешь на кассе. Прищучим гада!

— Только не умри, Ючи, — попросил я.

Он кивнул, и бросился к багажнику, чтобы взять биту. А я прикрыл глаза и откинулся на спинке, готовясь покинуть тело Токугавы. Ну что ж, пора использовать мой туз в рукаве.

Представляю трос над головой, устремившийся в небо. Было бы труднее это представить, если в машине не имелось люка. Но затемнённое стекло давало неплохой обзор звёздного неба, которое в этих, удалённых от города, краях, оказалось практически не тронуто дымкой и обилием искусственного света. Практически первозданное небо, как в деревне. Мне стало легче справляться с нервным напряжением при этой мысли. И даже громкий хлопок закрывшегося багажника не встревожил меня — Ючи поспешил к магазину, держа в руках увесистую бейсбольную биту. Мне бы тоже стоило поторопиться, а то опоздаю к началу…

Призрачные руки схватились за трос и вытянули меня из тела замдиректора Мэйко Токугавы. Я парил над машиной и был слегка дезориентирован из-за резкой смены позиции, поэтому пару секунд оглядывался, будто оказался здесь в первый раз. Затем всё пришло в норму, поэтому я «прыгнул» в сторону магазина, и, заметил кассира, немолодого мужчину в кепке красного цвета, пожелал оказаться в его голове.

— Пятьдесят…

Я открыл глаза, и увидел перед собой угрюмое лицо американца. А рядом с ним молчаливую Юми, взгляд которой просто молил о помощи. Моя рука, держащая терминал для оплаты, сама собой потянулась навстречу пластиковой карточке, которую держал парень.

«Усни» — приказал я разуму в теле кассира, и он слегка дёрнулся, из-за чего терминал соскользнул с его руки и чуть не упал за стойку, повиснув на одном проводе.

— Простите, — извинился я, потянувшись за ним. — Что вы сказали? Я не расслышал.

Смерив меня презрительным взглядом (видно пожилой возраст мужчины дал ему некоторую почву для размышлений), Вальтер с раздражением произнёс:

— Залейте пятьдесят литров. Что здесь непонятного?

Я сердобольно закивал, и принялся вглядываться в монитор, на котором виднелись сенсорные кнопки заправочного приложения. Кляня себя за поспешность, и не понимая, что здесь нажимать, для активации заправочной колонки, я был вынужден разбудить разум заправщика.

— Напомните, какой объём вы хотите залить? — встрепенулся кассир, снова обратившись к покрасневшему от недоумения американцу. Юми смотрела то на него, то на меня, и похоже, начала что-то подозревать! Надеюсь, она всё не испортит!

— Ты что, идиот? — не выдержал Вальтер. — Я же сказал, пятьдесят литров! Сколько можно повторять?

От подобных слов, вместо того, чтобы выполнить свои функции, кассир вдруг ожесточился и упёр руки в бока:

— Уважаемый! Вы что вообще себе позволяете?

— Хватит болтовни! Залей уже этот чёртов бензин! — рявкнул Вальтер. — Я спешу!

Ситуация начала принимать хреновый оборот, поэтому я резко усыпил кассира, не дав ему открыть рот. Чтобы снизить градус недовольства клиента, я снова уставился в монитор, и на этот раз смотрел на него внимательнее. Выбрал вкладку «Заправка» — раскрылось контекстное меню, в котором цифрами были обозначены колонки. Нажав на нужную, я увидел ещё одно меню, где были указаны вид топлива, объём и цена.

Мне удалось, потыкав пальцами по дисплею, выставить пятьдесят литров бензина и перевести запрос об оплате на терминал, который тут же пискнул.

— Наконец-то, — выдохнул Вальтер, приложив карту.

— Простите за это недоразумение, — сказал я, вживаясь в роль. — Не хотите взять в дорогу воды и продуктов?

Вальтер пару секунд буравил меня недоверчивым взглядом, после чего вдруг расцвёл:

— А что, это идея! — воодушевился американец и тут же повёл Юми за собой в торговые ряды.

Воспользовавшись заминкой, я устремил свой взгляд на открывшуюся дверь, в которую вошёл Ючи, который всё пытался спрятать биту у себя под футболкой. Но это у него ожидаемо не выходило. Кивнув мне, он прошёл через кассу и остановился у закутка со всякой детской мелочёвкой.

Прошло ещё пара минут, за которые мне пришлось обслуживать ещё несколько клиентов. Почувствовав себя игроком в компьютерном симуляторе заправщика на бензоколонке, я снова увидел нашу цель — Тома Вальтера, толкавшего вперёд Юми, которая держала в руке корзину с бутылками воды, полуфабрикатами, чипсами и шоколадками. Американская диета, что ни говори.

— Пробейте, — бросил Вальтер, — усмехнувшись.

Я кивнул, и принялся забирать покупки и пробивать их на сканере, который при каждом считывании отзывался слегка громковатым звуком. Ючи косился на нас, находясь всего лишь в трёх-четырёх метрах от Юми. Но она не могла его видеть из-за стеллажа с чипсами, который служил ему хорошим укрытием.

— Можете приложить карту, — ответил я, нажав кнопку на своём терминале. За те разы, что я пробивал чек другим покупателям, я научился отменять операции через него. И готовился сделать это сейчас, чтобы дать Ючи достаточно времени для решающего удара.

Вальтер, снова приложил карту, но на этот раз она пискнула с отрицательным звуком.

— Не прошло, — констатировал он.

— Давайте попробуем ещё раз, — ответил я, подмигнув Юми.

Её глаза пристально вгляделись в мои. Она поняла.

— Да что у вас тут творится вообще? — возмущался охотник за демонами, когда оплата снова не прошла.

А я молчал, изображая бурную деятельность под кассой, продолжая тянуть время. Ючи в этот момент уже готовился наброситься на неприятеля со своего укромного места.

— Ещё раз, пожалуйста, — сказал я, внезапно ощутив укол в животе.

Что за…

— Это вы должны мне платить за такой дерьмовый сервис, а не я! Эй, старикан, позови кого-нибудь уже сюда. Я не намерен тратить здесь своё время!

Резкая боль заставила меня согнуться.

Вальтер усмехнулся.

Заиграли том-томы. Бас барабан затрещал из-за ударов кардана. Во все стороны полилась музыка электрогитар и баса.

Перед глазами вспыхнуло!

Юми вскрикнула от звука разрываемой плоти.

Закричал и я от невыносимой боли!

Меня вышибло из тела кассира под бешеные звуки мелодик дед металла и всплески кровавого фонтана. Всё помещение в одночасье потонуло в багровых тонах, будто сумасшедший художник решил не мелочиться, рисуя Ад кистями на холсте, а от всей души разлил на него целое ведро краски.

Оглушённые Юми и Вальтер, попавшие под раздачу неаккуратного мясника, стояли перед многоногим чудовищем, которое кропотливо снимало с себя конечностями-лезвиями человеческие останки. Они взирали на маску-череп на голове богомола, которая быстро качалась из стороны в сторону, гипнотизируя людей зияющими тьмой глазницами.

Цок-цок.

Богомол пришёл в движение, и это стало сигналом для них, чтобы начать наконец выбираться отсюда. Юми и Вальтер побежали, но девушка не смогла пройти и пары шагов, как споткнулась об подставленную ногу американца и рухнула на окровавленный пол. Демон подбирался к ней всё ближе и ближе, пока Вальтер уходил через парадный вход. Существо из Ада поднимало лезвия, готовясь превратить прекрасную женщину в обезображенный труп.

— Юми! — закричал Ючи, замахиваясь битой.

Тум!

Тум-тум!

Коленные суставы чудовища содрогнулись от полученного урона. Ючи, словно одержимый, разбивал биту о практически неуязвимое тело монстра. Который, на его счастье или наоборот, перевёл внимание на него самого.

— БЕГИ!

Богомол, словно машина для убийства, медленно надвигался теперь уже на рыжеволосого парня, оставив беззащитную девушку на десерт, потому что она вовсе не собиралась оставлять своего любимого ему на растерзание. Как и я, наконец, вернувшись в игру после фейерверка ощущений, вызванных пришествием демона. Резонанс был такой силы, что я еле-еле собрал в кучку свой разум, и начал спешно действовать.

Решение пришло незамедлительно — вселиться в тварь, а затем усыпить её силой Стигматы.

Вжзззззззз!

Моё сознание разорвало, будто его провели через тёрку. А потом собрали вновь из множества осколков. И теперь я увидел мир глазами демона, который просто не замечал кровавую баню, которую сотворил — для него всё вокруг и так было в красных тонах.

«Усни, тварь! И больше не просыпайся!» — приказал я внутреннему демону, остановив лезвие, что должно было оборвать жизнь моего лучшего друга.

Ючи стоял передо мной, держа в дрожащих руках потрескавшуюся биту, готовясь совершить безрассудную попытку отбиться от ударов сверхскоростного противника. Но к его счастью, этого не понадобилось — я взял контроль на себя, и опустил оружие.

— Ючи! — закричала Юми с другого конца, завладев нашим вниманием.

Я отпрянул в сторону, и выбрался наружу прямо через окно, разбив его вдребезги. Не хотелось мешать их воссоединению, тем более, снаружи меня ждал Том Вальтер, охотник на демонов, на которого я сам собирался начать охоту! На улице оказалось светло, как днём. Похоже, зрение твари отлично адаптировалось в темноте. В этот раз на небе отсутствовала разветвлённая белая сеть. Вместо неё пара белых ломаных линий, похожих на молнии, тянущиеся в сторону города. Именно оттуда за нами в погоню отправили тварей. Но кто? И почему?

Ответ, как водится, никто давать не собирался.

На бензоколонке творилось настоящее безумие: автомобили спешно уезжали, выдёргивая пистолеты из заправочных колонок, и волочили их по асфальту. Бензин лился рекой, а совсем рядом активно отстреливались люди Мичи. И палили они в то, что выползало из раскуроченного салона одного из чёрных седанов, на которых они приехали.

Вальтера нигде не было видно, поэтому я решил не тратить время попусту на его поиски, а помочь парням отбиться от чудовища. Засеменив тонкими хитиновыми ножками, я устремился к ним, огибая стрелков по дуге, чтобы не оказаться у них в тылу и не вызвать огонь на себя. Хотя, судя по всему, они были экипированы обычным оружием, которое не могло нанести мне хоть какой-нибудь урон.

— Ещё один! Слева! — закричал мужчина средних лет, принявшись прицельно бить меня из автоматической винтовки.

Щёлк. Щёлк.

Пули ударялись о жёсткий хитиновый панцирь, испещрённый магическими знаками. Не сказать, что мне было больно, но неприятные ощущения от попадания пуль, имелись в полном объёме. Меня будто тыкали ножом в живот и грудь, не доводя до состояния, чтобы из ран полилась кровь. Хотелось обругать их крепким словцом, но существо, которым я пилотировал, вообще не умело разговаривать. Поэтому я совершил несколько длинных прыжков, и оказался за припаркованным автомобилем одного из сотрудников бензоколонки. К слову, машина легко прошивалась насквозь плотным автоматным огнём.

«Не в того стреляете, идиоты!»

— А-а! — безумный человеческий крик унёсся в небо.

Оборонявшиеся наконец сместили акценты, и вспомнили о втором демоне, который на некоторое время скрылся во тьме, забрав с собой одного из них. Я же отлично видел крылатую тварь, пролетевшую надо мной на высоте птичьего полёта.

Хр-р!

Послышался громкий звук рвущейся плоти и ломающихся костей. Два снаряда устремились к земле, окропляя её багровым дождём. Прямо передо мной на асфальт упала человеческая голова, а потом машина присела от вонзившегося в её крышу обезглавленного тела.

— Воздух!

Снова послышалась беспорядочная стрельба, и обо мне на время забыли. Поэтому, богомол под моим руководством устремился за демоном, кружащим над бензоколонкой. Нужно было подгадать момент, когда эта тварь захочет снова полакомиться людьми Мичи, и сбить её в полёте. Жаль, богомол не имел в своём арсенале никаких противовоздушных пушек или чего-то подобного. Сейчас это было бы кстати…

Я уже намечал траекторию прыжка, как вдруг меня осенило — зачем бороться с демоном, если можно им завладеть? И для этого нужно только захотеть!

Воодушевившись, я скрестил конечности-лезвия на тонкой шее богомола, и без сожалений обезглавил своего носителя, получив при этом новый всплеск болевых ощущений и погружения в безумный трип, который каждый раз проходил мой разум, когда его тело умирало. Тем более, насильственным путём.

Адское насекомое разложилось на асфальте, и испустило дух, рассыпавшись на множество ярких частиц. А я воспарил к крылатому демону, который был очень похож на монстра с длинным языком, который напал на меня на трассе. Не хотелось бы встретиться с ним лицом к лицу в обличии человека. Но сейчас я всесильный призрак, и бояться мне нечего, поэтому стоит лишь вытерпеть недолгую пытку разума, и вывести демона из строя.

Чёрный силуэт, едва различимый во тьме, приближался ко мне, словно мог видеть призраков. Сейчас я не имел демонического зрения, но это и не требовалось — мы летели навстречу, словно вернувшийся из командировки хозяин и бегущий ему навстречу счастливый пёс. Ещё немного, и мы сольёмся в едином порыве завершить земной путь этого демона.

Вжзззззззззз!

Как же это неприятно…

Я снова увидел мир в алых тонах. И человека метрах в двадцати внизу, перезаряжающего автомат, на которого мы пикировали на высокой скорости. Как же я вовремя здесь очутился, чтобы спасти ещё одну жизнь!

«Засыпай, язык без костей. Я сяду за руль!»

Меня тряхнуло так, что я чуть не вылетел из тела демона. Он резко замотал головой, теряя координацию, из-за чего, нелепо размахивая крыльями, мы рухнули прямо на того зазевавшегося автоматчика, которого я собирался спасти.

Послышался громкий хруст костей и крошащегося асфальта.

— … й бес! Исчезни! — проревел демон, поднимаясь после жёсткой посадки.

В немом ужасе я наблюдал, как нас утюжат автоматным огнём пятеро человек, а чудовище спокойно отряхивалось и расправляло крылья. И самое страшное не то, что оно оказалось вообще неуязвимо к оружию, а в том, что демон не выполнял мои команды!

«Усни!» — повторил я ещё раз, вызвав негодование моего носителя.

— Это моя добыча, паразит! Ты мне не нужен! Ищи себе другого хозяина.

Меня, как током шибануло, и я снова оказался парящим призраком, наблюдая, как тварь взмывает ввысь.

Что же это получается? Выходит, сила Стигматы действует не на каждого демона? Только на неразумных адских зверей? А этот крылатый тип оказался наоборот мыслящим, и поэтому обладает иммунитетом от моего дара! И почему я раньше об этом не догадался, пока был в теле богомола?

Вот чёрт! Теперь мне нечего ему противопоставить!

Хотя…

В багажнике Лэнд Крузера имеется куча оружия. Значит, мне пора вселиться в кого-нибудь поблизости. И этим кем-то будет мужик, бегущий к магазину. В мгновение ока я оказался рядом с ним и влез ему в голову, снова проделав стандартный ритуал усыпления разума носителя. Крепкое мужское тело, внутри которого бурлил коктейль из адреналина и животного страха, оказалось мне впору. Я без труда привык к нему, и направил к заправочным колонкам.

Пока другие отстреливались, я добежал до опустевшей площадки с колонками, где, кроме машины Ючи и Крузака других автомобилей уже не было. Автомат в руке выплюнул порцию свинца в стекло двери для задних пассажиров. Оно покрылось пулевыми отверстиями, но не рассыпалось из-за тонировки. Поэтому я приложился прикладом, и увеличил дыру в стекле, чтобы получилось просунуть руку. Ещё чуть-чуть, и я открыл дверь изнутри!

Откинув задние сидение, я потянулся к сумке и притянул её к себе: на меня «смотрели» пластиковые приклады, один из которых я сжал в руке. Достав автомат, я убрал его с предохранителя и обернулся: ещё одно тело упало с высоты, размазавшись об асфальт. Теперь бойцов осталось только трое.

Крылатой тенью демон снова пикировал вниз. Надо спешить!

Затвор защёлкал, когда, прицелившись, я нажал на спуск. Одновременно застрекотало дуло автомата, изрыгая смертоносное пламя. Короткая очередь прочертила черту по перепончатому крылу, монстра, заставив его снова рухнуть на землю, поднимая пыль.

Послышался озлобленный вопль!

Я пошёл вперёд, целясь для контрольного выстрела. Одна пуля — один труп, благо, рогатая голова легко умещалась на мушке…

Внезапно рядом со мной загромыхал автомат. Я рефлекторно обернулся, и с облегчением увидел Юми, стрелявшую в монстра. А также и Ючи, достающего ещё один такой же огнестрел из машины. Теперь всё будет хорошо!

Ш-ш-ш…

Улыбнувшись, я повернулся в сторону демона, и остолбенел! Его, пылающие ненавистью глаза, неожиданно оказались на расстоянии тридцати сантиметров от моих!

Резкий взмах когтистой пятерни, и я с сожалением смотрю на вырвавшиеся наружу потроха, и лужу крови под ногами. А затем падаю, не имея возможности больше стоять на своих двоих.

Снова шорох и женский крик!

Мне хватило сил только на то, чтобы повернуть голову, и увидеть широкие крылья смерти, закрывшие Юми от меня! Застрекотал автомат в руках моего друга, перебивавший звуками выстрелов крик обезумевшего Ючи. Весь боезапас был истрачен на одного демона, который повалился на землю, и уже через несколько мгновений яркой вспышкой исчез из этого мира, оставив после себя девушку, без движения лежащую на асфальте.

— ЮМИ!!!

Мутная луна безразлично наблюдала за одной из множеств человеческих трагедий, которые и без адского нашествия, ежеминутно происходили по всему земному шару. В прошлой жизни я так же без эмоций наблюдал выпуски новостей, показывающих стихийные бедствия, унесшие сотни жизней, теракты и техногенные катастрофы. Теперь же судьба, видно подумав, что слишком долго люди со мной были живы и здоровы, решила наконец показать свои зубы.

И впилась она в девушку по имени Юми, которая и так настрадалась на несколько жизней вперёд. Юми смотрела на небо потерянным взглядом, не замечая столпившихся вокруг людей. Ючи бегал вокруг, размахивал руками и кричал проклятия прямо в трубку, пытаясь дозвониться до неотложки. Судя по тому, что он уже минут пять ждал ответа, все операторы были заняты массой других вызовов. И я начал понимать, что новый виток кровавого ужаса снова захлестнул Токио, а нас лишь задело рикошетом. Больно задело…

— Твари! Почему, когда вы так нужны, вас нет⁈ — проревел он, и с ненавистью швырнул телефон об асфальт.

Послышался хруст лопнувшего пластика, разлетевшегося во все стороны. Плохо поддаться эмоциям и лишиться средства коммуникации в наших условиях. Но я его не винил. Если бы с Мисаки произошло подобное, я… Не знаю, что я бы сделал.

— Задета печень, — произнёс один из людей Мичи, зажимая кровоточащую почти чёрной кровью рану. — Звони нашему хирургу. Срочно.

Юми лежала вся бледная и часто дышала грудью. На лбу блестела испарина, кровь сочилась из, как минимум, трёх колотых ран, которые мы все прижимали бинтами. Трое бандитов активно участвовали в оказании первой помощи, выпотрошив аптечки из всех трёх машин, которые имелись у нас в наличии.

— Даичи-сан, как ты определил? — спросил второй гангстер.

— Кровотечение, тёмная кровь, пульс учащённый, бледность кожи. Какая разница? Звони Юсаги. Нужно срочно оперировать.

— Пусть сначала отдадут товар, — сказал третий.

— Да хоть подавитесь! — выпалил Ючи, побежав к внедорожнику. Раскрыв багажник, он вынес обе сумки и бросил их перед ними. — Помогите ей! Прошу вас!

Мужчины кивнули.

— У неё травматический шок, — снова подал голос тот, которого назвали Даичи.

— Откуда ты в этом разбираешься? — спросил я голосом Токугавы.

За него ответил второй:

— Даичи-сан работал медбратом до того, как…

— В прошлой жизни, — сказал Даичи, перебив его. — Меньше трёпа, больше дела. Или вы хотите, чтобы она умерла? Все вместе осторожно поднимаем её и несём в Крузак. О-сто-ро-жно!

Все мы приняли участие в переносе раненой Юми до машины. Внутри как раз было много места, чтобы расположить её как можно удобнее. Для этого Ючи сложил спинки сидений и выгреб всё барахло вроде дорожного набора и инструментов. Девушку расположили внутри, а рядом с ней примостился Ючи, не желая оставлять её одну.

В итоге на место водителя сел тот самый Даичи, а слева на пассажирское кресло плюхнулся я. Двое оставшихся бандитов завели чёрный седан и должны были поехать за нами следом. Мёртвых оставили на колонке — за ними должна была приехать другая машина. Главное сейчас для меня — довезти Юми до врача. А для них — отдать товар Мичи. После случившегося на бензоколонке, эти люди осознали важность того, что я им предложил в обмен на спасение девушки. Увы, всё пошло наперекосяк, но в итоге каждый всё равно обязан был выполнить условия сделки.

— Дай угадаю, ключи у того хмыря? — спросил Даичи, посмотрев на меня исподлобья.

— Чёрт, — выдохнул я.

Но это никак не смутило мужчину, который вылез из машины и нагнулся под рулевую колонку. Первым делом снял пластиковую крышку и просунул руку внутрь, пытаясь что-то найти.

— Чья была машина? — спросил он.

— Из одной государственной структуры, — практически соврал я, хотя несомненно Орден имел тесные связи с военными.

— Не думаю, чтобы они так уж сильно заморачивались с установкой сигнализации… Он должен быть где-то тут…

— Что должно быть?

— Бинго! — произнёс Даичи, показав мне коробочку, замотанную изолентой. — Сэкономили на чипе, и оставили запасной ключ. Он-то нам и пригодится!

Я не совсем понял его, потому что, никогда не имел своего автомобиля и соответственно, никогда его не обслуживал. Но раз случилось чудо, и он нашёл ключ, то это хороший знак — мы уедем из этого проклятого места и спасём Юми!

— Так мы едем или нет⁈ — зарычал Ючи, вцепившись рукой в подлокотник моего кресла.

— Дави на бинты парень, если хочешь, чтобы она дожила до врача, — спокойно ответил Даичи.

Ючи грозно выругался и вернулся к Юми, после чего больше не сказал ни слова за всю дорогу.

Минут десять мы ехали молча, пока Даичи, мужчина средних лет с не по годам серьёзными глазами, не спросил меня:

— Так значит, это ты Хироюки?

— Да.

— Мичи сказал, тебя нужно сберечь.

Я лишь усмехнулся:

— И почему же? Чем я ему приглянулся?

— Ну-у… Он совсем не падок на таких фигуристых женщин, как ты. Так что это что-то другое. Погоди-ка… Ты сказала, приглянулся? Я не ослышался?

— Думаю, ты должен это знать, Даичи-сан. Я парень в теле девушки. И в этом замешаны демоны, — без тени эмоций произнёс я, ловя на себе удивлённый взгляд.

— Если бы не столкнулся с этим лично, то никогда бы не поверил, — вздохнул он. — Мы ехали за вами, пока одному из моих парней не стало плохо. Магнитола заиграла какой-то хреновой музыкой, а потом салон разнесло от взрыва…

Картинка мигом сформировалась у меня в голове, потому что подобное уже не раз происходило рядом со мной. А Даичи впервые увидел рождение демона, поэтому он даже побледнел, вспоминая то, что с ним приключилось буквально час назад.

— В сумке амулеты. Наденьте, тогда вам ничего не грозит.

— Приму к сведению.

Он снова обратил всё своё внимание на дорогу, и затих. А я повернулся к Ючи, чтобы спросить его о состоянии Юми:

— Как она?

— А ты как думаешь? — с вызовом произнёс мой друг.

Я вздохнул. Злой рок преследовал меня, и отыгрывался на моих близких. Сначала Аяко, теперь Юми. Следующим на очереди будет Ючи, если я не верну своё тело и своих демонят. Они-то и помогут решить все проблемы. Один Фука чего стоит — может полумёртвого за пару минут поставить на ноги! Я должен подстраховаться и как можно быстрее добраться до своего тела, чтобы призвать их. И тогда всё получится…

— У меня есть план.

При слове «план» Ючи в бессилии вздохнул. Видно, уже давно не верил в меня…

— Говори.

— Я перемещусь на военную базу и найду своё тело. А потом вызову демонов-помощников, среди которых есть лекарь. Он поможет Юми.

В глазах моего друга загорелись огоньки:

— Это на самом деле так или ты просто пытаешься меня приободрить? Учти, я не потерплю лжи в вопросе жизни Юми!

Как же меня достало его непонимание…

— Я уже говорил тебе про это. Ты забыл. Мне нужен телефон и интернет.

— Бери мой, — бросил Даичи, протягивая мне смартфон. — Вы спасли наши шкуры от тварей. В любом случае, я ваш должник.

Мне было приятно услышать подобные слова, поэтому я с благодарностью взял трубку и принялся искать фотографию местности рядом с военной базой близ города Саппоро.

— Сейчас я уйду, — сказал я, заставив мужчину повернуть ко мне голову. — Из тела девушки. И она… Как сказать. Она не в курсе где она и что происходит.

— Без шуток? А то я подумал, ты хочешь открыть дверь и выпрыгнуть из машины.

— Я не настолько психопат, как ты мог подумать, Даичи-сан.

— Отлично. И что мне ждать от неё?

Я улыбнулся:

— Того парня, за которым мы гнались, она огрела металлической канистрой моторного масла.

— Горячая штучка, — присвистнул мужчина. — И не мудрено! Такой внушительный бюст!

Его взгляд опустился мне на грудь, заставив меня с раздражением скрестить на ней руки. Не имел никакого желания давать ему возможность пялиться на Мэйко Токугава.

— Я всё ещё здесь, Даичи-сан. И советую обращаться с этой дамой, как подобает истинному джентльмену. Иначе, мне придётся вызвать вас на дуэль.

— Ха-ха! — рассмеялся водитель, — Всё это на самом деле нереально, да? А ты разыгрываешь меня. Где камеры? Зрители?

— Все мертвы, Даичи-сан. Демоны хорошо выполняют свою работу. Разве ты не заметил?

— Да уж, — выдохнул он, сжав руль до хруста костяшек. — Сегодня я потерял пятерых человек. Да примут боги их души…

— Богам плевать на нас. У них свои дела, пока мы гибнем сотнями.

— Откуда ты знаешь?

Я усмехнулся:

— Дрался с одним из них. Точнее, пытался выжить.

— Невозможно… И так ты потерял своё тело?

Решив не углубляться в детали, я лишь кивнул, после чего мне захотелось закончить этот бессмысленный разговор:

— Помни, я могу вселяться в людей и демонов. Если с моими друзьями что-нибудь случится по твоей вине, я выберу самую страшную тварь, и приду к тебе домой. А дальше тебе лучше не знать.

— Но-но-но! Успокойтесь, девуш… парень! Мы все интеллигентные люди, а не какие-то там подзаборные наркоманы. Тем более, мужчина всегда должен не забывать о чести. Просто я не мог отметить, что твоя женщина хороша собой.

— С последним соглашусь. Она практически совершенство.

— Вот и я о том же.

— Раз мы всё обсудили, я разбужу её и поговорю…

Словив новое недоумение на лице водителя, я воспользовался даром Стигматы, чтобы вернуть разум Токугавы в здесь и сейчас.

Она напряглась, увидев перед собой в лобовом стекле дорогу. Женщина оглянулась по сторонам, и заметила цепкий взгляд молчаливого водителя, который будто изучал перемены на её лице, и безутешного парня, дрожащего над девушкой на заднем ряду.

— Кто вы? — спросила она водителя.

Даичи уже открыл рот, чтобы объясниться, как я ответил её же мыслями.

«Давай поговорим здесь, в твоей голове».

Она дёрнулась и схватилась за свои волосы.

«Это я, Хироюки Тагава»

— Как⁈

«Я в твоей голове. Не бойся. Я скоро уйду…»

— Но почему?

«Долгая история. До меня в тебе находился демон. Она управляла тобой»

— …!!!

«Мир изменился. На Токио нападают демоны. Гибнут люди. И ты должна решить, остаться с моими друзьями или выбираться в одиночку»

— Это… Это какая-то шутка? Такого не может быть, ведь… Как такое вообще возможно?

«Не важно. Поверь мне, так оно и есть. Мы порядочно уехали от Токио, но вынуждены возвращаться. Наша подруга ранена. Ей нужна срочная медицинская помощь. И я хочу, чтобы ты помогла нам»

Она повернулась и увидела полный боли и отчаяния взгляд бледной Юми.

— Я не врач!

«Просто не бей никого канистрами. Мы не враги. Мы так же стали жертвами обстоятельств, и пытаемся выжить. Я вытащил тебя из замка, которым заправляет один пожилой садист. Я спас тебя. Ты мне должна»

— Я что-то припоминаю, — схватившись за лоб, произнесла она. — Стул… Пила… О, боже!

«Всё это позади. Ты цела и невредима. Успокойся»

— Хорошо, Хироюки.

«Что ты решила? Если поедешь с нами, то я могу дать хотя бы какие-то гарантии, что мы выберемся. А если будешь одна, то тебе придётся надеяться только на себя»

Несколько секунд напряжённой тишины.

— Я буду с вами.

«Отлично. Тогда скажи Ючи, чтобы дал тебе амулет из нагрудного кармана девушки».

— Что это?

«Для твоей безопасности»

— Простите, — обратилась она к Ючи, вызвав на его лице недоумение. — Хироюки попросил меня взять амулет. Он находится в нагрудном кармане вашей девушки.

Ючи серьёзно посмотрел на меня, и выполнил нашу просьбу. Осторожно прикоснувшись к Юми, он открыл карман на её тяжело вздымавшейся груди, и вынул оттуда маленький камень на цепочке.

— Держи.

Токугава решительно взяла его, тем самым, заставив меня быстро произнести последние слова, перед тем, как меня выбьет из её тела:

«Берегите себя. Я вернусь с помощью»

Щёлк.

Я парил в метре над землёй, наблюдая, как вдаль уносится чёрный внедорожник. Теперь всё. Мои друзья больше не станут носителями разума Хироюки Тагава. Может быть, это и к лучшему.

В моей памяти сохранились две точки пространства — салон автомобиля и зелёные насаждения перед контрольно-пропускным пунктом на территорию военной базы, окружённой забором из колючей проволоки. Неизвестно только, кому понадобилось фотографировать подобный объект, но в моём случае это была удача. Теперь мне оставалось лишь вспомнить эту картинку и переместиться в пункт назначения. Надеюсь, у меня это получится!

Ну что, поехали?

Три!

Два!

О…

Я оказался прямо у ворот КПП, совершенно идентичного тому, который был запечатлён на снимке. Правда, некоторые вещи изменились. Например, на заборе с колючей проволокой теперь висел не только дорожный знак «кирпич», но и стенд с надписью: «Штаб Северной армии сухопутных войск самообороны Японии. о. Хоккайдо, г. Саппоро. Проезд запрещён!».

Можно было обрадоваться тому факту, что всё так легко получилось, и я оказался в нужном месте. Но у меня был жёсткий цейтнот по времени. Юми в любой момент могла умереть, поэтому каждая минута была на счету. Увы, Ясуо не снабдил меня информацией, в каком здании могли держать моё тело и Аяко, потому что он сам был не в курсе. Придётся обследовать все постройки в кратчайшие сроки. А это значит — ноги в руки, Тагава, и вперёд на исследование базы!

Пролетев мимо КПП, я внимательно осмотрелся. Несмотря на позднюю ночь на базе царила суматоха: по периметру сновали военные джипы, грузовики, и небольшие отряды солдат, которые в них загружались. Как я узнал из сети, эта база — главный штаб армии, и военной техники здесь было по минимуму.

Я поднялся на высоту ста метров для лучшего обзора. Вся база с периметром в форме усечённого ромба была защищена множеством зенитно-ракетных комплексов, в данный момент прикрытых камуфляжными чехлами. Хорошо, что меня не сможет засечь ни один радар, а то бы солдаты уже давно подняли тревогу и зарядили орудия, чтобы сбить нарушителя воздушного пространства. Но призракам закон не писан, поэтому я продолжил безнаказанно изучать военный объект.

На территории имелось девять-десять построек, среди которых я выделил для себя четыре самых крупных. А остальные, вроде гаражей и технических домиков, оставил напоследок для изучения. Первым делом я спустился к самой крупной постройке, которая при ближайшем рассмотрении оказалась казармой. Радуясь, что военные не использовали защитные антимагические камни на стенах своих объектов, я без труда проникал в комнаты, и пролетал по коридорам, лишь иногда останавливаясь, чтобы осмотреться. Как я и думал, здесь ничего интересного не было. Значит, пора двигаться дальше.

Следующим зданием, которое я намеревался посетить, был штаб, который находился прямо у лесного массива, имея площадь втрое меньше казармы. Здесь я буквально проверял каждую комнату, каждый угол, пока с разочарованием не вылетел обратно на улицу. Кроме активно дискутирующих генералов и их адъютантов, никого и ничего интересного здесь не нашлось. Кстати, они говорили о том, чтобы укрепиться на острове Хоккайдо в случае полномасштабной войны на территории страны. На данный момент, в наступлении войск не было нужды, ведь в окрестностях Токио находилась вполне боеспособная Восточная армия. Но в худшем случае, столица Японии, как эпицентр демонического проявления, списывалась ими со счетов. И генералы, таким образом, планировали сохранить армию для нанесения удара возмездия. Последнего удара. Настоящие самураи не привыкли к партизанской войне и жалкому существованию под гнётом оккупантов. Для них существовали только славная победа или геройская смерть.

Именно в штабе я заметил, что вся верхушка командования носила при себе защитные амулеты. Интересно, а обычные солдаты так же защищены, как и они? В подобном случае, мне будет очень нелегко отыскать тело для внедрения, чтобы освободить из заточения себя и Аяко. Только бы найти её…

Я двинулся к третьему зданию, которое оказалось складом для оружия и боеприпасов. Внутри стояли ящики с патронами и снарядами, винтовками и прочими атрибутами любого уважающего себя солдата. Здесь я точно не найду своих, поэтому сразу на выход.

Оставалась ещё одна мало-мальски сравнительно большая постройка. И здесь я упал духом — это оказалась столовая. На месте генералов, я бы в последнюю очередь держал здесь пленников. Тем более, если не выкопал под кухней какой-нибудь бункер для конспирации…

А что? Это идея!

Вполне возможно, что где-то здесь имеется подземный бункер, скрытый от глаз шпионов и спутников враждебных стран. Именно там и должны вестись самые важные дела. Если хотя бы предположить, что бункер на самом деле существует, то как его найти? Либо обыскивать каждый домик и постройку, потратив на это уйму времени, которого нет. Либо найти какого-нибудь недотёпу, забывшего надеть защитный амулет, и завладеть его разумом и телом.

Я принялся «прыгать» от одного солдата к другому, пытаясь вселиться в них, но ожидаемо ничего не выходило. У каждого имелся амулет-блокиратор. И не мудрено — здесь самый натуральный штаб армии, а не какая-нибудь захудалая воинская часть. Все меры безопасности должны быть выполнены по максимуму. После проверки десятка бойцов, я очень расстроился. Похоже, придётся искать человека-носителя за периметром, и, рискуя его жизнью, пытаться пробраться за периметр. Других вариантов у меня попросту не было!

Но нет, это будет просто самоубийство. Я не готов рисковать чужими жизнями после того, как по моей вине пострадали мои друзья. Если бы я мог, то сам бы разгребал все те ужасы, которые обрушились на наш мир. Увы, меня не спросили, что я хочу, а просто выбросили из своего тела.

— Твою ж мать! — выругался кто-то рядом, отвлекая меня от упаднических мыслей.

Я увидел солдата, вывалившегося из стратегической постройки, предназначенной для отправления естественной нужды, то бишь, туалета типа сортир. Рядовой хватался за голову и сдавленно матерился. Ему удалось меня заинтересовать своим нестандартным поведением, поэтому я подлетел поближе.

— … так опростоволоситься! Смыть в очко! Какой же я дурак!

«Что же с тобой стряслось, служивый?» — хотел бы я спросить.

— … чёртов амулет, чтоб ему пусто было! Только получил, и уже потерял! — ворчал он, после чего вдруг замолчал. — Так, спокойно. Никто не узнает. Никому не скажу, тем более, допуска в секретную часть у меня нет. А там наличие амулета проверяют каждый божий день. А ещё там дежурят эти уроды… Фу-уф!

Да неужели⁈ Вот он мой шанс стоит прямо перед глазами! Вот же удача!

Солдат поправил форму, и спешно зашагал в сторону казарм, а я незримой тенью влетел ему в голову и заставил разум парня уснуть крепким сном. Я ощутил в своём владении крепкое натренированное тело, обладающее навыками владения всеми видами оружия, начиная от холодного и заканчивая огнестрельным. Самое то, для предстоящей операции. Я поправил фуражку и задал вопрос его памяти, как спросил бы у «Гугла» в поисковом окне: «где находится секретная часть?»

В голове сразу же возник отрывок памяти, связанный с бункером. Теперь я в точности знал, где находится это место, вплоть до количества шагов до него с моей позиции. Я должен незаметно подобраться ко входу в бункер, расположенному прямо под зенитной установкой, одновременно стараясь не вызывать подозрений у сослуживцев, охраняющих периметр.

Сжав ремень винтовки, перекинутой за плечо, я двинулся к зенитке, так как этот вход был самым ближним из всех пяти имеющихся, о которых я узнал из памяти солдата. Основная задача сейчас — попасть внутрь. Желательно без жертв. А потом… потом импровизация. Потому что я ни сном ни духом, что меня там ждёт.

Я преодолел расстояние до бункера примерно за пару минут, и в итоге встал в нерешительности перед камуфляжной сеткой, прикрывающей бронированную дверь.

«Что мне сделать, чтобы дверь открылась?» — спросил я у подсознания солдата.

«Три коротких стука, пауза, один короткий стук» — ответило оно.

И что, так просто? Никаких сканеров, камер видеонаблюдения, детекторов и прочего? Просто постучать? Хотя, с другой стороны, это военная база, а не какой-нибудь закрытый научно исследовательский комплекс. Здесь всё проще, тем более, солдаты загодя не готовились к приезду важных гостей. И это здорово, потому что мной инфицированного паренька в таком случае раскололи бы на раз-два.

Я постучал в дверь и принялся ждать.

Повезло, что камуфляжная сетка отбрасывала тень, и меня не было видно с освещенной улицы. А то кто-нибудь из солдат мог заинтересоваться, почему рядовой Накамура шляется где ни попадя, отлынивая от службы.

Внутри двери что-то щёлкнуло. Заскрипели проржавевшие петли (видимо, бункер построили ещё до моего рождения). Дверь отворилась, и ко мне вышел солдат:

— Накамура? Зачем ты здесь? Дай угадаю: принёс что-то для научного персонала? — спросил он, окидывая меня изучающим взглядом.

Правда, кроме небольшой сумки через плечо, у моего рядового ничего при себе не оказалось, поэтому интерес на лице солдата сменился раздражением.

— Да, генерал Такахаси приказал, — поспешил сказать я, вспомнив фамилию главного в штабе, который обсуждал положение дел с другими офицерами.

— Хорошо. Можешь отдать мне, а я передам яйцеголовым.

Я пригляделся к его нашивке, и прочитав фамилию, произнёс:

— Ито-сан, мне приказали лично доставить посылку старшему из научной группы.

Воспоминания появлялись в голове самопроизвольно, позволяя мне ориентироваться в диалоге. Выходило так, что позавчера, когда меня с Мисаки привезли, была срочно вызвана научная группа по исследованию живого портала в теле Хироюки Тагава. Учёные приехали в составе нескольких фургонов и машины сопровождения прямо с самолёта-транспортника, поднявшегося с военного аэродрома в Токио. Наши солдафоны были как никогда эффективны, и не растрачивали время попусту.

— Ладно. Заходи, — сдался солдат, и пропустил меня внутрь.

Как я и ожидал, это была весьма давняя постройка, хотя и вполне функционирующая. Стены коридоров, покрашенные белой краской, освещались мутными лампами. По бокам от меня имелись различные надписи вроде указателей выхода и цифровых обозначений отсеков. Большое количество огнетушителей, трассы кабелей, протянувшиеся по всему комплексу. Было душновато, но вскоре мы вышли из коридора, и попали в круглую комнату, в которую так же входили ещё четыре коридора, по типу лучей. В центре имелась широкая лестница, ведущая куда-то вглубь. Она охранялась ещё двумя солдатами, которые при виде нас сразу оживились:

— Кого это ты привёл на ночь глядя, а Ито? О-о! Накамура собственной персоной! Какая нелёгкая тебя сюда занесла? — спросил один из солдат, хитро улыбнувшись. — Неужели захотел добавки к вчерашней порции?

Его товарищ вдруг захохотал, а я непонимающе взглянул на этих типов, после чего уставился на Ито:

— У него посылка от генерала, — сказал тот. — Надо пропустить.

— Конечно, надо, — ответил служивый, подходя ко мне. Я заметил, как у него на груди янтарным цветом переливался амулет. — Только сначала Накамуре придётся отведать «токийский привет»…

— Что ещё за токийский при…

Я не успел закончить вопрос, неожиданно получив коварный удар в солнечное сплетение. Мне пришлось согнуться от сокрушительного хука слева, который обжёг мою грудь огнём. Вот уж не думал, что в штабе армии вообще возможна дедовщина. Хотя, в любом месте люди остаются людьми, особенно, когда среди них действует закон силы и подчинения.

— Мы всё знаем, городской мальчик. Ты очень скучаешь по мамочке в Токио, — продолжил измываться солдат при полном попустительстве со стороны товарищей. — Мы поможем тебе побыстрее закончить службу и уехать. Правда, туда есть только один путь.

— И какой же? — тяжело дыша, спросил я, выпрямляя спину. Противник с удивлением поймал на себе мой взгляд, в котором не было ни капли страха. Только готовность ко всему. Не этого он ожидал от рядового Накамуры, который наоборот должен был трястись от страха.

— Как, какой? Через медсанчасть, — рявкнул он, замахнувшись правой рукой.

Я сразу понял, что бить по лицу меня никто не станет, чтобы на нём не осталось явных следов побоев. Никто из этих хитрых ублюдков не имел желания попасть под трибунал. Но сейчас мне это было даже на руку. Не беспокоясь о защите головы, я отбил локтем метнувшийся в меня кулак, и проворно юркнул солдату за спину, не забыв зацепиться ладонью за цепочку на шее. Резким движением я сорвал с него кулон, после чего сразу же приказал:

— Отбери амулеты у своих дружков. Можешь применить силу.

Солдаты непонимающе уставились на меня, и это была большая ошибка. Мой бывший противник тотчас метнулся к рядовому по имени Ито, и вцепился ему в грудь, выдёргивая амулет. Другой парень успел только охнуть, как уже двое солдат скрутили его, и так же забрали амулет. Теперь в моём подчинении находился целый отряд из четырёх человек. Неплохо для начала! Ещё радовало то, что я, как никак, проучил этих упырей, которые измывались над моим персональным рядовым. В этот раз я оказался катализатором справедливости.

— Вы двое остаётесь здесь, — кивнул я тем, что давеча охраняли лестницу. — Если сюда придут незваные гости, то попытайтесь их задержать на максимально долгий срок. Только мирными методами. Всё понятно?

— Есть!

— Отлично. А ты, Ито, пойдёшь со мной, — сказал я, указав на ступеньки. — Там ведь есть ещё одна дверь, правда?

— Да. Нужно ввести числовой код.

— Ты его знаешь? — я решил уточнить.

Ещё не хватало тащить его вниз, где от него не будет никакой пользы.

— Конечно! Три, восемь, одиннадцать, четыре.

— Отлично. Веди меня.

Напоследок я удостоверился, что помещение на самом деле оказалось не оборудовано камерами видеонаблюдения. Именно поэтому солдаты позволили себе издеваться над слабым товарищем. Хорошо, что я попал на базу в это время. Может быть, через месяц или два в этом бункере установят современные системы защиты и контроля, а так же введут строгий контроль персонала. Но, похоже, на данный момент всё происходило впопыхах, поэтому я имел преимущество.

Мы спустились на несколько пролётов, после чего оказались перед тяжёлой дверью, закрытой на кодовый замок. Ито сразу же застучал по клавишам на древней панели, набирая код. Послышался металлический щелчок, и дверь приоткрылась. Он отворил её прямо передо мной, и я словно оказался в другом месте: впереди простирался белый пластиковый шлюз, светящийся изнутри. А за ним пластиковая дверь, ведущая в лабораторию, внутри которой сновали люди в белой спецодежде и в шлемах химзащиты. Раньше такое я мог видеть только в кино. И никогда бы не подумал, что встречу подобные декорации в реальной жизни.

— Дай угадаю, нужно пройти через дезинфекцию в шлюзе? — спросил я зомбированного парня.

— Стандартная процедура. Пара минут. Это безболезненно.

— Хорошо. А каков порядок? Мы сможем войти вместе?

Совсем не хотелось потерять своего новоиспечённого проводника у самого входа в подземный лабиринт. Скорее всего, внутри мне могла понадобиться его помощь.

— Да, — кивнул солдат. — Но не более двух человек.

— Нас как раз двое. Говорить будешь ты. Легенду знаешь — мы несём посылку от генерала для главного учёного.

— Хорошо.

Рядовой безропотно вошёл внутрь, и остался меня ждать. После того, как я зашёл следом, Ито закрыл за нами тяжёлую гермодверь. Затем мы двинулись в сторону шлюза. Солдат дёрнул за ручку, и внутри зашипело. Через пару мгновений, он открыл пластиковую дверь, и мы прошли дальше.

Вдруг замигал красный индикатор, и я уже подумал, что нас раскрыли. Но тревоги не последовало, а из трубы на потолке на нас обрушились клубы едкого дыма. Видимо, дезинфицирующий состав. Когда у меня уже начали слезиться глаза, газ подавать перестали. Индикатор загорелся зелёным, и солдат подошёл к следующей двери, и так же дёрнул за ручку. Зашипело — он открыл дверь, и вот мы уже в научной лаборатории.

С каменными лицами мы двигались мимо снующих туда-сюда людей в спецзащите. К счастью, они не обращали на нас никакого внимания, будучи занятыми своими важными делами. В большом зале было установлено медицинское оборудование, и куча различных приборов, о назначении которых я и не догадывался.

Вскоре мы прошли зал, и попали в коридор, в конце которого, как я понял, должен был находиться кабинет главного. Об этом гласила пластиковая вывеска, прикрепленная к такому же пластиковому тоннелю, проведённого внутри бетонного бункера. О том, что было в другом конце коридора, можно судить по говорящей вывеске: «Аномальные материалы». Чует моё сердце, именно туда нам и нужно. Вместо пластиковой двери за шлюзом стояла натуральная бункерная гермодверь уже с передовым замком со сканером отпечатка глаза. И разрази меня гром, если главный организатор всей этой научной экспедиции не имел к ней доступ!

Тук-тук!

Ито деликатно постучал в дверь, заставив сидящего в кресле человека повернуться к нам лицом. Он кивнул, и рядовой дёрнул ручку. На нас смотрел классический типаж учёного: сморщенное лицо старца с очками-половинками на носу, а так же с таким неизменным атрибутом, как блестящей лысиной на седой голове. В отличие от остального персонала, этот человек не носил защитную маску в своём ещё не до конца обставленном импровизированном кабинете. Зачастую высокопоставленные лица злоупотребляют своим положением, не выполняя своих же предписаний. Иногда, это может сыграть с ними злую шутку.

— Что у вас? — произнёс он, посмотрев на нас воспалёнными глазами. — Давайте быстрее. У меня не так много времени, чтобы тратить его впустую.

— Господин Такаяма, — начал Ито. — Генерал Такахаси велел срочно передать вам… — он запнулся, после чего вопросительно посмотрел на меня.

— Ну же, говорите. Что там для меня?

Я посмотрел на солдата и тихо сказал:

— Закрой ему рот. И пусть не издаст ни звука.

— Что? — не понял учёный, как вдруг Ито метнулся к нему и сжал его шею в захвате. Старик захлопал глазами, пытаясь втянуть воздух ртом, будто выброшенная на берег рыба. Мне стоило поторопиться, пока сердобольный рядовой не задушил столь важную персону.

Подойдя ближе, я расстегнул его комбинезон до живота и сразу же нашёл защитный амулет. Привычными движением руки проделал операцию по изъятию амулета, и мысленным приказом подавил волю учёного. Затем кивнул Ито, чтобы он отпустил старика, после чего я приступил к допросу:

— Сегодня к вам привезли девушку из Токио. Где она?

— В отделе «Аномальных материалов», — как ни в чём не бывало ответил мужчина, хотя после тисков Ито, ему могло быть слегка неуютно в области шеи.

— Хироюки Тагава и Мисаки Ямамото там же?

— Парень и девушка тоже, да.

— Отлично, отведи меня к ним.

Старик покорно поднялся со своего места и почему-то двинулся не на выход, а к пластиковым шкафам:

— Вам нужно надеть защитный костюм и дыхательную маску.

— Зачем это?

— Внутри не безопасно. Один из субъектов заразен.

Меня как током ударило! Это значит, что… Нет! Не может быть!

— Назови его имя! — чуть ли не закричал я.

— Девушка, которую привезли днём. У меня нет информации об её имени и фамилии. Она была без документов.

— Что с ней случилось⁈ — выпалил я, испытывая нарастающую тревогу и бессилие.

— Она была без сознания, когда её к нам привезли. В гортани имелись следы проникновения неизвестного биологического материала. Мы решили провести обследование. Но вскоре в её теле по какой-то неизвестной причине начались стремительные необратимые процессы разложения тканей…

Я в ужасе смотрел на него, и уже не разбирал слов учёного. Тогда на крыше небоскрёба крылатый богомол хотел сделать с Аяко что-то страшное. И значит, что перед тем, как быть убитым бойцами Ордена, он что-то… вложил в её тело!

— … технически, она уже не человек, — закончил учёный свой доклад.

— Заткнись!

На меня накатила волна ярости. Я еле сдержался, чтобы не разнести весь этот кабинет под взглядами тупых зомби, которыми стали эти двое по моему велению. Изнутри грызла вина, которая перерастала в бессильную ненависть. И я не знал, куда направить эту негативную энергию. Хотелось упасть на колени и выть до тех пор, пока персонал, из-за диких криков не заподозрит неладное, и не вытащит меня отсюда, чтобы посадить в клетку, как взбесившегося зверя.

«Ты никого не спасёшь…» — в голове пронеслись пророческие слова Юми.

Ну уж нет! Я так легко не сдамся!

Протерев глаза от внезапно пролившихся слёз, я поднялся и приказал своим миньонам достать из шкафов костюмы и начать одеваться. И сам тоже принял комплект, в который за пару минут одел своего носителя-рядового. Это был специальный костюм с небольшим блоком со сжатым воздухом, который подключался к пластиковой маске посредством двух шлангов. Эта штука прилично сокращала обзор, но в данный момент мне ничего не угрожало — главный был за меня, а это значит, что остальной персонал к нам точно не сунется.

Когда мы были готовы, учёный повёл нас к так называемому отсеку «Аномальных материалов». Пару минут шла стандартная процедура дезинфекции, после чего мы вышли из шлюза и оказались возле основной двери. Убелёный сединой учёный не стал сразу надевать маску, чтобы отсканировать сетчатку глаза. Индикатор замигал зелёным, поэтому, недолго подождав, пока старик подключит замкнутую систему подачи кислорода, уже через пару минут мы распахнули тяжёлую дверь и вошли внутрь.

В узком коридоре не было сверхсовременного оборудования. Лишь мутное освещение. Мы долго шли, пока не оказались в большом помещении с десятком камер, закрытых металлическими люками. Одна из них была запечатана небольшим шлюзом на одного человека. Заметив мой взгляд, устремлённый туда, учёный вдруг сказал:

— Там лежит ваша девушка.

Мои руки задрожали.

Неизвестность о судьбе Аяко терзала меня до глубины души, но всё же начать я решил с других камер. С себя. Вдруг демонята смогут помочь? Точно! Антифокус отменит заклинание, а Фука вылечит её раны! Мне нужно только вернуться в своё тело и призвать их, после чего всё обязательно наладится!

— Где находится камера парня, которого привезли из госпиталя?

— Прямо по центру.

— Откройте, — приказал я, не имея больше сил ждать. — Немедленно!

Двое мужчин побежали исполнять мои указания. Один схватился за проржавевшую задвижку, а другой за ручку.

Люк скрипнул, и нехотя отворился. Внутри работало слабое искусственное освещение. Камера шесть на три, в центре которой стояла койка, на которой лежало моё тело, привязанное ремнями. Рядом стойка с капельницей, соединённая с рукой силиконовой трубкой, оканчивающейся катетером. А ещё небольшой электрокардиограф на тумбочке, выдающий на дисплей показания сердечного ритма.

«Вот мы и встретились, дорогой мой Хироюки Тагава. Давно не виделись» — подумал я, ощутив облегчение.

Я шагнул внутрь…

Свет внезапно померк. Над камерой сгустился мрак, превратив её в подобие средневекового склепа. Я ощутил знакомое чувство липкого страха, который испытывает крыса, загнанная в тупик. То же самое ощущает школьник, по глупости свернувший в тёмную подворотню, где его встретила стая отморозков, жаждущая крови.

На койке рядом с моим телом кто-то сидел…

— Время, Хиро! Время, — с раздражением произнесла Первородная по имени Ева. — Долго же ты добирался, хотя имел на руках все карты. Я уже начала жалеть, что дала тебе такую фору.

Она говорила со мной серьёзным тоном, и не старалась принизить. Её белоснежные волосы и сандалии слабо светились в полумраке, напоминая тот странный сон из прошлой жизни. Ох, если бы всё это на самом деле было кошмарным сном, после которого с криком просыпаешься с бурлящим адреналином в крови. Просто вдохнуть побольше воздуха в грудь, и встать с постели. Облить лицо холодной водой, и начать новый обычный рабочий день. И всё в порядке…

Но это не сон.

— ЧТО ты, бл… от меня хочешь⁈ — выкрикнул я в бессильной ярости.

— Ты знаешь.

— Чтобы я проснулся? Я НИХРЕНА не понимаю, что это значит! Я не тот, кто тебе нужен! Пойми это! Пожалуйста, просто отъ… сь от меня, а?

Она усмехнулась, а затем потянулась рукой к моей голове, лежащей на подушке. Потрепав её за волосы, Ева произнесла:

— На самом деле, человек, находящийся в этой камере — это не ты, Хиро.

— Как это? — не понял я. — Что за ерунду ты несёшь? Я не слепой. Ты отняла моё тело, а теперь я пришёл вернуть его назад!

— Это маскарадный костюм, который ты когда-то на себя надел. Ты предпочёл прожить короткую жизнь смертного, чтобы сбежать от своих проблем. Но я тебя нашла. Точнее, ты сам себя выдал с потрохами. Та фотография на фоне заката напомнила мне о былых временах…

Я вспомнил тот проклятый сайт знакомств, который и стал отправной точкой моей кровавой истории. Эта бестия нашла меня там, и приняла за кого-то другого, после чего начала творить страшные вещи. Как же убедить её в обратном?

Первородная мечтательно закатила глаза:

— Ммм… Это было прекрасное время. Жаль, ты не помнишь. Перед нами открывалась вся Вселенная. Любой мир становился досигаем. Мы купались в океанах газовых планет. Грелись теплом от ядер нейтронных звезд и дарили себя друг другу. Полностью, начиная от физического тела, и кончая духовной энергией. Люди называют это чувство любовью.

Мне стало страшно. Неужели меня и эту отвратительную особу действительно что-то связывает? Я слышал о перерождении душ, реинкарнации и прочем, но до этого момента не задумывался о подобных вещах. Если предположить, что всё это правда, то…

— Но ты разозлил меня, — вдруг произнесла она совсем другим тоном. В её глазах загорелся огонь. Точнее, это были отблески пламени, которое возникло на кончике её указательного пальца.

— И я решила тебя проучить. Сначала Чёрным порталом, чтобы ты почувствовал, каково это, когда из тебя рвётся чудовищная ненависть. Потом был Белый портал, чтобы, побывав в шкуре женщины, ты познал то, что чувствовала я. Ну а теперь…

Её рука потянулась к моей голове на подушке.

— Постой! Что ты хочешь сделать⁈

Она посмотрела на меня свысока, словно была моей госпожой, а я её ничтожным рабом:

— Перед тем, как открыть Красный портал, я избавлю тебя от маски, Хиро. Пора тебе вернуться из небытия. А для этого нужно сжечь все мосты…

Я не успел ничего сделать, как её огненный палец коснулся моего физического тела.

ВВВУУУУУХХ!

На меня навалилась стена горячего воздуха, заставив прикрыть рукой лицо. Я щурился от потоков жара, но всё же мог видеть, как полыхает моё собственное тело! Потоки красного огня ударяли в потолок, будто на койке под ними лежал не человек, а реактивный двигатель. Железный остов кровати держался не долго, и уже через пару мгновений сложился. Я что-то кричал, не веря своим глазам, в которых отражалось обугленное человеческое тело, некогда бывшее моим. А рядом с ним стояла Первородная, которой совсем не вредило сверхмощное пламя.

— Прекрати орать, — резко сказала она, как уставшая мать непоседливому ребёнку. — Ничего не случилось. Ты ещё здесь и никуда не пропал. Не умер и не улетел прямиком в чистилище, за неимением души, которую ты потерял. А знаешь, почему?

Я стоял, как вкопанный, наблюдая, как уменьшается пламя, и на его месте остаётся горстка чёрного пепла посреди дочерна обугленной комнаты.

— Потому что это не твоё тело и не твоя душа. Удивлён? Как же сильно ты хотел забыться и сбежать от себя, что поселился в теле невинного ребёнка двадцать пять лет назад. Перевоплотился в нём и занял его жизнь. Мне даже стыдно за тебя.

— Этого не может быть… — прохрипел я, еле держась на ногах.

Жар в комнате и не собирался спадать — мне становилось дурно. Будучи словно в печке, я попытался выйти, но голос Евы меня остановил.

— И что ты теперь будешь делать, мой вечный страдалец Хиро? Хочешь спасти ту девчонку? Наследницу Тёмного? Не выйдет. Твоя сексапильная знакомая уже забрала её.

Адреналин внезапно заполнил мои вены:

— Что ты сказала⁈

— Кажется, её зовут Стигмата, — Первородная махнула рукой, и я увидел, как стена слева от меня стала прозрачной. За ней были видны другие камеры, в одной из которых на койке сидела Мисаки и горько плакала. Я метнулся туда, но больно ударился лбом — оказалось, что это была иллюзия.

— Смотри дальше.

Выругавшись, и помассировав ушибленную голову, я снова взглянул на неё, и вдруг заметил, как рядом с Мисаки начало что-то происходить. Чёрная щель, окаймлённая пламенем, возникла из воздуха. Это был портал. И из него вышла краснокожая рогатая бестия. Её утончённая фигура соседствовала с подтянутой, но весьма пышной грудью, которая ничем не была прикрыта. За гладкой спиной распахивались перепончатые крылья, и плетью висел хвост, оканчивающийся шипом. На голове темноволосой дьяволицы имелись два винтообразных рога.

Именно такой себя описывала Стигмата…

Когтистая рука внезапно схватила Мисаки за воротник и потянула к себе. Девушка закричала, и начала яростно отбиваться, но всё тщетно. Усмехнувшись, дьяволица забрала её с собой в портал, после чего он схлопнулся.

Я бил кулаками о стену, которая постепенно теряла прозрачность, превращаясь в бетон. Я не верил в то, что сейчас посмотрел. Этого не может быть!

— Она пришла сразу после того, как ты освободил её из заточения в замке. Помнишь слова старика? Демонам верить нельзя.

— Я найду её и убью, — прошипел я.

Ева улыбнулась и подошла ко мне. Её прохладная ладонь взяла меня за подбородок. Наши глаза встретились. Её взгляд пронзал насквозь, будто она знала каждую мою мысль и весь мой будущий тернистый путь.

— Не сомневаюсь. А пока ты лишь тень самого себя. И мне придётся хорошенько поработать, чтобы вернуть тебя назад.

— Что ты собираешься делать?

— Третий портал, Хиро. На той стороне уже заждались.

Она махнула рукой на правую стену, и она тоже стала прозрачной. И за ней я увидел Аяко…

Точнее, то, что раньше было ею. Бесформенная жижа болотного цвета, растекающаяся по койке. На месте, где раньше находилось лицо, сейчас расплывшаяся гримаса боли. И руны, ярко светящиеся огнями по всему телу, если его можно было так теперь называть.

— Боги! Нет! О нет! — завопил я, ощутив новые душевные муки, размалывающие мой разум в порошок. — Я не верю! Это всё галлюцинации! Ты хочешь запудрить мне мозги, чтобы…

— Чтобы что? — удивилась Ева. — В этом мире, Хиро, у каждого живого существа есть своё место и своя функция. Твоя новоиспечённая подружка была рождена только для того, чтобы выносить внутри своего чрева осколок иного мира. Что должно случиться, то произойдёт, как бы ты ни старался всё исправить. Так устроен наш мир.

— Я НЕ ХОЧУ! ЭТОГО! СЛЫШАТЬ!

Ева опустила взгляд:

— Может быть, это была ещё одна причина, почему ты ушёл в изгнание. Бунтарь, не сумевший разорвать железные путы рока. Наши судьбы переплетены, хочешь ты этого или нет. Я предназначена тебе, а ты мне. И обещаю, я верну тебя назад.

Она поцеловала меня в лоб холодным губами и повернулась к стене, за которой было то, чем стала Аяко.

— А пока мне нужно выполнить условие сделки…

Я повернулся в её сторону, и увидел, как Первородная скрестила руки на груди ладонями вверх, а потом потянулась, подняв их над головой. Её белоснежная туника задралась, обнажив совершенно голые розовые ягодицы. Ева на секунду обернулась, и заметила мой взгляд. Её глаза улыбались.

А затем мои уши заложило.

ТОООООООООРН!

Будто кто-то протрубил в гигантских размеров рог прямо передо мной. Расплывшаяся жижа начала менять цвета, а руны засветились пламенем, и начали сновать по ней, словно тараканы. Так продолжалось до тех пор, пока они не сложились в сферу, которая отпочковалась от бесформенного тела, некогда бывшего прекрасной девушкой. Сразу после этого жижа буквально разлилась по всей комнате. Ярко жёлтый шар с красным прожилками поднялся на высоту человеческого роста.

А затем всё вокруг стало ярко красного цвета.

Послышался треск, и грохот. Посыпалась штукатурка, а затем и куски бетона. Не в силах пошевелиться, я в ужасе смотрел на всё это. А рядом стояла Первородная. Она протягивала мне руку. И к своему стыду, именно в ней я нашёл своё спасение. Поднявшись, я понял, что бункер, разваливаясь на куски, не обрушался в том месте, где мы стояли. Поднявшиеся клубы дыма закрыли собой ученого и солдата, которые по моей вине оказались в самом эпицентре разрушения.

Снова я стал роковой причиной массовых человеческих смертей. Словно, сама смерть, потерявшая память, и косившая всех направо и налево только своим присутствием. Может быть и правда, я ей и являюсь? Господином Смертью? А Первородная моей спутницей, богиней зла…

— Милый Хиро, — прошептала она мне на ухо. — Тебе пора проснуться.

Сфера взорвалась, сметая моё тело, как песчинку, и своды бункера, словно карточный домик. Перед нами, призраком и богиней, разверзлась всепоглощающая тьма. И внутри неё что-то копошилось. Я увидел множество ярко светящихся глаз, и блеснувшие в их свете клыки и когти. Сотни и тысячи адских тварей вихрем хлынули на нас.

— Так выглядит начало новой эры, Хиро, — прошептала богиня, после чего щёлкнула пальцем.

Меня начало затягивать туда, откуда рвались демоны — в бездну. Испытывая животный ужас, я погружался в пучину хаоса, пытаясь вынырнуть оттуда всеми доступными способами. Но сила Красного портала была слишком велика…

— Ты найдёшь себя в Аду. Именно там мы расстались двадцать пять лет назад. А я останусь ждать тебя здесь и буду готовить мир к твоему приходу. До встречи, любовь моя.

Бездна позволила мне услышать её последние слова, а затем схлопнулась, раздавив моё сознание до незримых тонких материй. Так я потерял себя…

Чтобы возродиться вновь.

Пожелтевший от времени и суровых ветров человеческий череп безнадёжно взирал на меня пустыми глазницами. Устрашающая находка была установлена на ритуальном алтаре вместе с парой берцовых костей, прибитых к нему. Десяток свечей, нервное пламя которых, сражалось с нарастающим ветром, окружали адскую святыню на красной земле.

Позади слышны раскаты грома, топот копыт и гомон. Будто огромное войско приходило в движение, завидев врага. И так было на самом деле: разномастные рогатые чудовища, подгоняемые уродливыми высоченными титанами с окровавленными плетями в мускулистых руках, неслись в сторону чёрной полосы, парившей над землёй.

Красный портал.

И кто придумал их так называть?

Насчёт Чёрного промолчу — тут и так всё понятно. Белый — это, наверное, душа или разум. Как раз-таки мой разум телепортировали в другое тело. А вот Красный — это массовый переход дьявольской армии в мир людей. Именно в Японию, где мы столетиями жили на залежах метеоритного железа, из которого Орден ковал оружие против демонов. Ударить по островам, перед тем, как начать экспансию на Землю — вполне логично. Обезвредь противника, а затем делай с ним, всё, что хочешь. И что с этим может поделать бесплотный призрак, оказавшийся в адских чертогах без надежды и сил продолжать бессмысленную борьбу?

Ни-че-го!

Мне оставалось только наблюдать, как легионы тварей проходят через портал. И я мог только молиться за души тех, кто окажется у них на пути. Словно цунами, эта напасть покроет сначала остров Хоккайдо, а затем и все остальные. И у тайного Ордена, который мнил себя всесильным перстом возмездия дьявольским прихвостням, не останется ни единого шанса в борьбе со стихией. Стихия задавит их, и мокрого места не останется. И никакие синтоистские боги или другие так называемые светлые силы не помогут. Им ничего не мешало смотреть сквозь пальцы на творящийся хаос тогда, так и будет плевать сейчас. Одним миром больше, другим меньше.

Человек, это лишь батарейка, которая питает своей молитвой Рай, а своим страхом и болью Ад. Разменная монета в игре высших сил, которые ни капли не ценят человеческую жизнь. Ведь, как сказала Стигмата, смерти бояться не нужно. Это лишь процесс перехода души из одного мира в другой. Мальчики налево, девочки направо. Грешники в Ад, а праведники в райский сад под названием Эдем. И в каждом из этих диаметрально-противоположных миров, теперь уже человеческая душа будет производить энергию, годную для поддержания существования сверхсильных божеств. Одни через бесконечные страдания, другие в момент религиозного экстаза. Жаль только, что мне довелось очутиться именно там, куда абсолютно все грешники, вне зависимости от вероисповедания, страшатся попасть.

В АД.

Я скитался по красной степи, испещрённой глубокими трещинами, из глубин которых доносилось слабое шипение раскалённой породы. На затянутом тучами горизонте возвышались острозубые горы, будто средневековая армия в остроконечных шлемах. Казалось, она наблюдала за мной, следила за каждым моим бесполезным перемещением в этих проклятых землях. Пыталась напугать меня. Но без толку. Я потерял страх смерти, как и тело, которое инстинктивно боялось боли.

Ничего больше не имело смысла. Все мои надежды были раздавлены, скомканы, и отправлены в урну. Любимые люди ранены или убиты. И я ничего не мог с этим поделать. Только бродить посреди мёртвой степи, и слышать, как дьявольская армада марширует по дороге в мой мир.

Мне сказали — ты должен найти себя. Но как это сделать, когда оказалось, что я — это и не я вовсе. Что всё, что происходило со мной все эти двадцать пять, как теперь я хорошо понимаю, счастливых лет — всё это лишь фальшь.

Я никто и звать меня никак.

Хотя…

Кое-что у меня всё-таки есть. И это моё имя — Хиро. Даже Первородная тварь звала меня так. Рассказывала, как хорошо нам было вместе, и как ей хочется меня вернуть. Тот факт, что она уверена в этом, даёт надежду. Но даже если я каким-то образом «вернусь» тем, кем она меня хочет видеть, то уж точно не стану плясать под её дудку, играя роль влюблённого барашка, которого ведут на убой. Скорее, попытаюсь найти возможность закрыть её в клетке на дне Марианской впадины. Не убить, так заточить, чтобы эта бестия больше не играла человеческими судьбами.

Но впереди бесконечные адские просторы. Где искать ориентир?

Внезапно на горизонте что-то блеснуло, отразив единственный луч солнца, пробившийся через плотное одеяло серых туч.

Только идиот не признает этот божественный знак!

Испытывая, если не радость, то нарастающее возбуждение, я принялся перемещаться в ту сторону, «прыгая» на сто-двести метров вперёд. Существование в виде астрального призрака имело, как свои плюсы, так и минусы. Но в данном случае я не ощущал ни запаха серы от столбов пара, вырывающихся из земли, ни чувствовал жара и духоты, которые превратили это место в натуральную доменную печь. К тому же, возможность телепортироваться по мановению мысли так же слегка нивелировало мои упаднические настроения. Если бы я шёл ногами до этого места, то тяжёлый груз мыслей сжёг бы меня изнутри за день или два. А так, пока быстро сменяются картинки, и меняется местность, появляется иллюзия того, что я живу и двигаюсь к цели.

Солнце уже давно скрылось за почти чёрными облаками, из-за чего недавнего знака я уже больше не видел. Но отойти от курса, даже при всём желании, я уже не смог бы. Поэтому добрался до деревни, как я её про себя назвал, за каких-то десять минут.

Я сильно удивился, увидев в этих местах человека. Совершенно голый, испещрённый шрамами, мужчина перекладывал откуда-то взявшиеся в глухой степи булыжники. Помогали ему такие же, как и он, сгорбленные и увечные люди, в числе которых были и женщины. Все они строили то ли алтарь, то ли какое-то небольшое сооружение диаметром три метра. Рядом со стройкой расположились ветхие постройки из палок и натянутых на них шкур, видимо, служившие этим несчастным своего рода жилищами. Кроме того, здесь стояли несколько телег, из которых эти рабочие таскали камни. И что самое интересное, на них восседали рогатые демоны.

Их было всего трое. Не имеющие, как и рабы, собственной одежды, высокие и крепкие минотавры что-то яро обсуждали, лишь изредка одаривая какого-нибудь оказавшегося рядом человека ударом плети. Я решил подлететь поближе, чтобы разузнать, о чём они спорили.

— Хватит ныть, Тролл! Ты ничего не потерял, — произнёс нечеловеческим голосом один из демонов.

— Ага. В мире людишек всё то же самое, как и у нас. Только цветов разных больше, — поддержал его второй, после чего рявкнул на проходившего мимо человека. — Эй ты, кусок мяса! Пошевеливайся!

Мужчина вскрикнул, и побежал к постепенно оформляющейся постройке, похожей на курган.

— Я бы хотел рвать свободных людей, а не этих убитых ничтожеств, — пожаловался третий демон. — Услышать их крики и стоны. Здесь же всё идёт по инерции. Эх, жаль меня не призвали на эту войну…

— Заскучал, значит? Тогда можешь удрать в самоволку к барону Молоху. У него детишки, — хитро улыбнувшись, проскрипел первый.

— Детишки, это хорошо. Но Молох славен ещё и тем, что наравне с грешниками, мучает и своих подручных. А я не хочу меняться ролями с людишками, тем более терпеть истязания.

— А что, неплохо! Вот и помучаешься маленько, чтобы из твоей башки выбило всю дурь. А потом и наш хозяин проучит тебя, чтоб неповадно было. Двойной пакет изумительных страданий в одном флаконе, и совершенно бесплатно!

Демоны вдруг захохотали:

— Но согласись, Варл, мы здесь прозябаем, когда вся кровь и кишки достаются другим, — сказал Тролл.

— Таков наш удел. Или хочешь снова стать человеком и терпеть наказания? Наш хозяин, великий Мулцибер, архитектор Ада, легко может это устроить, если ты недоволен своим текущим положением.

«Низшие демоны!» — понял я из их диалога.

Да ещё и служащие какому-то хозяину, который построил это место? Уму непостижимо! Как же я удачно заскочил на огонёк!

— Я бы посмотрел на это, — рассмеялся второй.

Тролл с обидой взглянул на своих товарищей, и утёр нос, после чего произнёс:

— Уж лучше быть низшим демоном, чем голой обезьяной.

— То-то же! — поддержал Варл. — Может в картишки? Эти ребята не успеют до заката.

— Думаю, парочка показательных пыток поможет привести их в чувство, — спрыгнув с телеги, прорычал минотавр, имя которого я не знал. — Надо размяться. А то мышцы затекли.

— Но потом в картишки!

— Замётано, Варл.

Довольно крякнув, чудовища направились к людям, которые вяло копошились вокруг незаконченной постройки. Многие из них были так увлечены процессом или просто работали, отключив сознание, что не заметили прихода надсмотрщиков. Правда, один человек, заподозрив неладное, всё же бросился бежать в сторону бескрайней степи.

— А в этом ещё осталась жажда к жизни, — причмокнув, произнёс Тролл. — Можно я?

— Конечно! — поддержали остальные. — Тебе сейчас это нужно. Своего рода терапия для психики.

Демоны заржали, привлекая к себе внимание людей. Тем временем, бегун уже преодолел метров пятьдесят, если не больше. Демон поднял руку, и я заметил, как она начала обрамляться металлическим шипастым наручем, который вскоре превратился в перчатку, объятую красным пламенем.

— Как в тире… — прошептал минотавр.

БУХ!

Из его руки выстрелил гарпун, за которым потянулась цепь. Несколько секунд, и бегущий человек упал оземь, сражённый в спину. Цепь зазвенела, накручиваясь, и тем самым, подтягивая к минотавру тело, которое пропахивало собой мёртвую землю.

Наконец, раненый человек оказался в его руках, будучи без чувств.

— Притворяться вздумал⁈ — разъярился Тролл, сжав его тело до хруста.

Послышался сдавленный хрип, а затем и вовсе человеческое тело под влиянием невиданной физической силы минотавра, сложилось в подобие шара. Который сразу же был брошен в сторону строящегося кургана.

Камни полетели во все стороны, зацепив собой несколько человек. Шаткая постройка покосилась, и развалилась, заставив людей сжаться от страха. И снова магическая перчатка ожила, но на этот раз окрасилась зелёным пламенем, которое в виде луча устремилось к поломанному человеку-шару. Внезапно он начал с хрустом костей возвращаться в своё нормальное состояние. Прошло несколько секунд, после чего мужчина закричал от боли на всю округу. Ему вернулось сознание, а так же первоначальное здоровое тело.

— И снова они не справились со своей задачей, да Тролл? — спросил Варл, подходя ближе.

— Значит, пытки, — подытожил его собеседник.

— Повеселимся! — обрадовался второй демон.

Если бы я мог, то закрыл бы глаза. Но веки, как и мои ладони, оставались прозрачными, и поэтому приходилось смотреть, как эти рогатые мрази ломают людей словно спички. А затем возвращают их к жизни, чтобы повторить процедуру вновь. Стоны, крики — я не мог больше это терпеть, поэтому решил уйти отсюда.

Как вдруг, зелёный исцеляющий луч мимоходом зацепил моё призрачное тело…

Всё произошло за считанные секунды! Буквально из воздуха образовались кости, а затем к ним присоединились мышцы и сухожилия, внутренние органы, спинной и головной мозг. Вся эта анатомическая конструкция обернулась непонятно откуда взявшейся кожей, и…

Я почувствовал под ногами горячий песок.

Я с удивлением любовался своими мощными, испещрёнными венами руками. Никогда бы не подумал, что смогу накачать мышцы до такого состояния. Мой взгляд скользнул вниз по совершенно чужому рельефному торсу, которого и в помине никогда у меня не было. О том, что находилось ниже живота, и говорить не стоило — Стигмата оценила бы. Крепкие ноги кололо мелкое крошево, разогретое адским солнцем. Пришлось немного попрыгать, чтобы ступни привыкли к жару. Я потрогал свою голову — волосы на месте. Хорошо, что не лысый. Интересно, а как выглядит моё лицо?

Похоже, моё появление не заметил только ленивый. Минотавры с открытыми пастями уставились на меня, изучая странного человека с мраморно белой кожей без каких-либо следов загара и зарубцевавшихся шрамов, как у остальных. Будто с луны свалился. Измученные рабы тоже заинтересованно смотрели на нежданного гостя, совершенно не понимая, что здесь происходит. Впрочем, как и я, осматривая себя нового со всех сторон.

— Кто это тут у нас, братья? Что за свеженькая розовая свинка? — во все тридцать два зуба улыбнулся Варл. — Неужели подарок от хозяина, чтобы развеять скуку?

— Смотрите, как он хорошо сложён, — протянул Тролл. — Настоящий гладиатор! Может, устроим потешные бои?

— Да здравствует справедливый хозяин! — воскликнул третий демон. — Пусть перед ним расстилается вечность!

Трое демонов, похоже, совсем забыли про кровавую вакханалию, которую они здесь устроили. Некоторые из несчастных людей так и остались мёртвыми раскуроченными телами, а другие глухо стонали, поддерживая свои поломанные конечности. Но вместе с тем все взгляды были устремлены только на меня.

— Ты кто такой? — пробасил Варл, подойдя ко мне на расстояние пары метров.

Вблизи этот верзила, ростом под два с кепкой метра, производил неизгладимое впечатление. Огромные руки, как у бодибилдера на стероидах, сжимались в кулаки. Кожа на его теле настолько истончилась, что через неё проступали алые бугристые пятна мышц. Толстые рога возвышались над крепкой головой с лицом человека, скрещённой с мордой летучей мыши.

По моим венам растекалась сила и энергия. Я ощущал, что не слишком сильно уступаю этому чудовищу, как могло показаться на первый взгляд. Это тело оказалось не таким простым, как я думал поначалу. Ведь, не дождавшись моего ответа, демон протянул руку, чтобы схватить меня за волосы и поднять над землёй. Но в этот же момент у меня сработали рефлексы, и тело, будто само по себе, кувыркнулось в сторону.

— Уж точно не ваш мальчик для битья, — с вызовом сказал я, дивясь своему новому уверенному голосу.

— Интересно, — задумчиво произнёс Тролл, подошедший к собрату. — Я не вижу на нём метки господина Мулцибера.

— Ага. Залётный соколик, — согласился Варл. — Но откуда…

— Хватит нянчиться с ним! — встрял в разговор третий демон. — Вы забыли? Мы же хотели позабавиться. Ну, кто будет ломать его первым?

— Тянем жребий, — решил Варл.

Демоны закивали. Не обращая на меня никакого внимания, они собрались в кучку, и начали играть в «Камень ножницы бумага». Вот уж не думал, что увижу подобное в таком страшном месте. Хотя не мудрено, если эти твари уже много лет несут службу высшему демону, и воспринимают беззащитных людей, как предметы интерьера. Я как раз решил этим воспользоваться, подыскивая себе какой-нибудь увесистый булыжник, благо, вокруг их было завались.

— А, чёрт! — выругался Варл, когда они сыграли в первый раз. — Не повезло!

Начался второй раунд, в ходе которого я уже начал думать воспользоваться их беспечностью, и огреть этим камнем кого-нибудь из демонов по затылку. Увы, я замешкался, встретившись взглядом с одним из стариков, который радостно улыбался мне. Что его так развеселило, не пойму…

— Сегодня твой день, Тролл, — похлопав его по плечу, довольным тоном произнёс третий демон. — А ты ещё жаловался!

Минотавр довольно крякнул и потопал ко мне, звеня цепью, которую сжимал металлической перчаткой:

— Посмотрим, из какого теста ты слеплен.

Так как передо мной предстал прямоходящий бык, то и тактику я выбрал соответствующую. Аля тореадор во время корриды, пытающийся уличить момент, чтобы ударить камнем быка по голове, за неимением шпаги. Уже зная, что это тело оказалось вполне себе проворным, я легко увернулся от его руки, которой он снова хотел взять меня за волосы. Наверное, это было привычным его действием по отношению к несчастным людям.

Монстр разозлился и топнул копытом, после чего ускорился. Мне пришлось бегать вокруг него кругами, чтобы не попасться в его захват. Вскоре, демону по имени Тролл, надоело гоняться за проворным человечишкой. Его перчатка загорелась багровым пламенем, и я понял, что сейчас меня попытаются загарпунить!

Вжиииих!

Гарпун с тремя лезвиями устремился в мою сторону. И очень быстро! Я еле увернулся, получив рассечение плеча — обжигающая боль залила всю конечность.

— Не такой ты и быстрый, — усмехнулся демон, повторяя процедуру.

В этот раз я резко припал к земле, а орудие смерти пролетело у меня прямо над головой, задев только волосы. Цепь от упавшего гарпуна звенела буквально в метре от меня. Решение пришло внезапно! Схватившись за неё рукой, я ощутил резкий толчок, и едва не сорвался, когда цепь начала сматываться прямо в раскрытую металлическую ладонь демона.

Ощущая себя владельцем положения, минотавр гулко хохотал, предвкушая встречу со своей добычей. Правда, он не учёл одного…

Камня в моей руке! Заметно ускорившись, я летел прямо в распростёртые объятия монстра, и в нужный момент метнул в него булыжник. Увесистый кусок породы ударил его в грудь, заставив монстра охнуть и отшатнуться. Я приземлился туда же, и словно пружина, оттолкнулся от массивной мускулистой грудины, чтобы оказаться на безопасном расстоянии от него. Рядом лежал ещё один камень, который полетел вслед за первым, чтобы сшибить рог на голове Тролла.

— Ааргх! — взревел он, схватившись за голову, с которой свисал поломанный рог. — Разорву!!!

Он ломанулся на меня, забыв о своей перчатке. Натуральный бык, повиновавшийся инстинкту убивать. И когда твой противник теряет голову и контроль над собой, появляется шанс взять его тёпленьким. Чем я и принялся заниматься, просто уворачиваясь в нужный момент, и уходя в сторону от размашистых ударов когтистых лап. В это же время я бросал в него камни, пытаясь пробить голову, и подсознательно радовался, что местные булыжники наносили вполне ощутимый урон дьявольскому отродью. Ведь на Земле этого можно было достичь только оружием Ордена.

Монстр рычал от боли, постепенно выдыхаясь, а я прыгал возле него, как заяц. В конце концов, тяжело дыша, он опустился на колено. Неожиданно послышались радостные вопли, и даже одиночные хлопки в ладоши. Я обернулся, и увидел, как радуются теперь уже практически все люди, которых мучили демоны. Которые, к слову, с ненавистью смотрели на меня и громко пыхтели.

Вдруг рядом со мной послышался странный звук, и что-то мелькнуло на грани зрения. Я снова устремил свой взгляд на противника, который, к моей досаде, уже залечивал свои раны, используя магическую перчатку. Зелёный луч восстанавливал повреждения ткани и общий тонус чудовища. Теперь я оказался запыхавшимся, а он свежим и полным сил.

— Размажь его! — кричали демоны, болея за соплеменника. Моя же группа поддержки в лице несчастных людей, притихла.

Противно засмеявшись, Тролл поднялся, и снова атаковал.

В этот раз он изменил тактику, и уже не бросался в лоб, а наоборот уклонялся от брошенных в него снарядов. И постепенно он начал теснить меня от периметра разрушенного кургана, в котором я мог добывать себе оружие из разбросанных камней. Используя гарпун, демон заставлял меня бежать туда, куда хотел. И в итоге, метнув последний булыжник, я с ужасом осознал, что под ногами больше не осталось ни единого камня. Меня загнали в ловушку!

— Не уйдёшь! — воскликнул минотавр, снова атаковав меня гарпуном.

В этот раз, я двигался слишком медленно для того, чтобы уклониться от его коварного оружия. Острое лезвие впилось мне в ногу, заставив вскрикнуть от невыносимой тупой боли. Затем меня резко потащило к демону, из-за чего я упал на землю, и начал протирать об неё ногу и бок. Над головой чёрным пятном увеличивалась в размерах приближающаяся когтистая пятерня.

БАЦ!

Словно нашкодивший кот в руках хозяина, я висел в воздухе, удерживаемый его лапой. Монстр поднял меня перед собой, со злорадством заглядывая в глаза:

— Сейчас моя новая игрушка сломается! А потом я соберу тебя вновь, и снова поиграю с тобой, но уже вместе с моими друзьями. Как же мы повеселимся!

В отчаянной попытке я попытался достать его кулаком, но у меня ничего не вышло — демон швырнул меня на землю. Нависая надо мной, словно гора, он поднял копыто и резко ударил меня в живот. Я отлетел метров на пять и кубарем прокатился по выжженной земле. Всё тело стало одним сгустком боли, искры сыпались из глаз — мне казалось, что я просто разломался пополам!

— Голая обезьяна, — вдруг засмеялся он. — Забавное словосочетание! Как же забавно я придумал!

Я с ненавистью смотрел на чудовище, направившее на меня гарпун, загоревшийся красным сиянием. Сейчас его острие пробьёт мне грудь, и притянет к демону, который сделает из меня переломанную гротескную фигуру!

Его неистовый смех поддержали двое демонов, уже приближающиеся к нам. А люди за их спинами в отчаянии смотрели по сторонам, наверное, решая, оставаться на месте или бежать, пока представилась такая возможность. Но где им скрыться в совершенно голой пустыне?

— Ты проиграл!

Тролл вскинул руку, и я увидел, как его грудь с хрустом раскрылась рёбрами наружу, не имея возможности сдерживать напор искусственного предмета, который прорывался через тело демона. Задёргавшись в конвульсиях, с чавкающим звуком минотавр всё-таки выпустил инородный предмет из своего тела, и упал замертво.

Блеснув сталью, в мою ладонь легло нечто очень знакомое. Я не верил своим глазам, сжимая фиолетовую рукоять необычной катаны. Её гарда была выполнена в виде черепа, из челюсти которого тянулся серебряный клинок. Устрашающее оружие в моих руках заставило демонов остановиться на полпути, изумлённо переводя взгляд то на меня, то на своего почившего в вечности товарища.

— Моё имя — Кирадесу, — вдруг пронеслось у меня в голове, заставляя вздрогнуть от неожиданности.

— К-кто ты⁈ — выпалил я, поднявшись, и приготовившись к бою с оставшимися чудовищами.

— Я — твой меч…

Сражаться с противником — одно. Драться с двумя, при том, разговаривая с собственным оружием — совсем другое. Поэтому я не стал уточнять детали у своего новоиспечённого металлического друга, обладающего манерой внезапно выпрыгивать из груди моих противников, а сразу же ринулся в бой. И чуть не упал обратно на землю, оступившись раненой ногой, с которой обильно текла кровь.

— Бл… — выдохнул я, закашлявшись кровью и ощущая острую боль в животе. — Плохо дело!

Проклятый демон действительно меня сломал. Даже если убил не полностью, ибо я мог ещё двигаться, но всё же травмировал конкретно. И не мудрено — в этой горе мышц было веса центнера на полтора, если не больше! В надежде на исцеляющую перчатку, я посмотрел на поверженного минотавра, пока ко мне подбирались его дружки. И ощутил мрачное изумление, не увидел её у него на руке!

Куда она делась⁈

Топот усиливался — нет времени на поиски. Пора в бой!

Сразу же, после того, что случилось, низшие демоны начали относиться ко мне по-серьёзному. Они больше не разговаривали, а поднимали свои руки, облачённые в проклятые перчатки. Красное пламя намекало на то, что меня попытаются зацепить гарпунами. Что ж, попробуем их отбить!

О том, чтобы уклоняться от них или кувыркаться не могло быть и речи. Я потерял не только в скорости, но и в здоровье. Стоит адреналиновому коктейлю в венах ослабить своё действие, как я тут же распластаюсь на земле и умру. Нет. Сейчас я могу только драться, находясь в статичном положении, что было на руку этим двоим.

Зазвенела цепь — смертоносные летательные аппараты устремились в мою сторону, не предвещая ничего хорошего. Но Кирадесу, как назвал себя этот меч, был при мне. Поэтому я взмахнул им, чтобы понять — в этот раз боги благоволят мне или же нет?

Бздынь!

Отбитые гарпуны обогнули меня, подарив тем самым надежду — я всё ещё оставался мастером меча! Не зря же он прилетел мне на выручку!

Следующим движением я разрубил сначала одну цепь, а затем и вторую. Лезвие клинка входило в метал, как нож в масло, что не могло меня не удивить. Но некогда восторгаться подарками небес — пора прикончить этих страшилищ!

Один из них остановился, пропустив вперёд товарища. За широкой спиной приближающегося демона, я заметил, как Варл, который отличался от остальных более массивными рогами, что-то делал со своей перчаткой. Я не успел разглядеть, что, как вынужден был блокировать удар когтистой лапы демона, которого так и не назвали по имени его друзья. Да и мне было плевать — резкий выпад, и ошеломлённый острой болью в животе, я совершил несколько ударов по ногам демона, из-за чего его ноги подкосились.

Брызнула кровь — монстр застонал, рухнув на колени. Ещё один широкий взмах мечом снизу вверх, и рогатая морда взметнулась ввысь, оставляя за собой тёмный шлейф крови. Когда голова приземлилась, тело демона тоже повалилось навзничь. Один готов. На очереди следующий…

Мощный толчок в плечо на секунду дезоориентировал меня — новый, непонятно откуда взявшийся гарпун, пропорол мне руку и застрял в ней. Я закричал от боли, и чуть не обронил меч, когда меня потянуло в сторону демона. Испытывая ни с чем не сравнимые страдания, я вложил все оставшиеся силы в последний бросок. Пан или пропал.

Катана блеснула холодной сталью, и устремилась к цели. Не подведи, Кирадесу!

Секунда.

Дзинь!

Оружие самурая отлетело в сторону, столкнувшись с когтями минотавра. Он отбил мой меч, и принялся наматывать цепь на локоть, тем самым ускоряя момент нашей встречи. Демон злорадно смеялся, наблюдая за моими криками отчаяния и боли. С каждым рывком, во мне взрывалась маленькая звезда!

— Сейчас ты сдохнешь, — заревел демон. — Навсегда!

Я оказался у его ног — беспомощный и обессиленный. Огромное копыто нависло над моей головой. Он просто раздавит мою голову и конец!

Дзинь-дзинь!

Рядом прозвенело — кто-то бросил мне меч!

Демон отвлёкся, а я преодолел тридцать сантиметров, отделяющих мою руку от рукояти Кирадесу, и, схватив его, одним движением отрубил минотавру ногу!

— А-а-р!

В мой и без того побитый живот ударилась отрезанная конечность твари. Но, собрав волю в кулак, я спихнул её с себя, и присел на колени. После чего, внезапно взвился, как смерч, и рубанул по другой ноге демона, корчащегося от боли.

Бух!

Измученный противник рухнул на землю, а я плюхнулся ему на спину, занося меч для решающего удара. Повернув его остриём вниз, я резко воткнул его в затылок демону. Послышался хруст позвонков, и минотавр перестал трепыхаться. Как и я, исполнив свою миссию, упал рядом, ощущая, как силы покидают меня.

Как там говорится? Лучше умереть тигром, чем пресмыкаться, как таракан? Нет, по-другому. Хотя, уже не важно. Моя песенка спета…

Стало тихо. Лишь ветерок шуршал, путаясь в волосах на моей голове. Небо, уродливое и мрачное, застеленное тучами, безразлично наблюдало мою победу и одновременно поражение. Никто не скажет красивой речи над моим будущим трупом. Никто не узнает моего имени, и того, ради чего я здесь оказался. Мисаки. Девушка, ставшая для меня идолом, недостижимой вершиной, до которой я никак не мог добраться.

Гонка закончилась. И как иронично, что это произошло именно здесь — в Аду. Интересно, какого это — умереть, будучи уже мёртвым? Сейчас мне предстояло это узнать…

Послышались торопливые шаги. На грани сознания я почувствовал, как кто-то надевает мне на указательный палец толстое кольцо, слишком большое, чтобы использовать его в качестве украшения.

— Чего ты медлишь? — с раздражением сказал кто-то. — Вылечи себя! Если умрёшь, то уже никто тебя не воскресит, кроме демонов.

— Это почему же? — едва ворочая языком, спросил я.

— Мы обычные люди, и не можем использовать перчатку!

— А я что, по-твоему, не человек? — усмехнулся я.

Рядом со мной послышался вздох отчаяния.

Шершавые руки сжали мою ладонь в кулак, после чего я ощутил, как по руке что-то заползало. Прохладными металлическими полосами формировался наруч, а затем и перчатка. Уже теряя сознание, я понял, что не имею никакого понятия, как пользоваться этой штукой. Но мой безымянный поводырь, похоже, был в курсе, поэтому приложил мою руку к животу, и сказал:

— Представь, что твоё тело не ранено! Что ты здоров.

Легко сказать, когда ты не при смерти… В глаза забил зелёный свет! Мне стало легчать секунда за секундой, пока ко мне вернулись силы и здоровое состояние тела.

— Аллилуйя! — воскликнул я, присев и радостно взглянув на своего благодетеля — того самого старика, который странно улыбался мне перед битвой с демонами. Если не он, то я бы гарантированно лёг костьми на этой земле… — Спасибо, кто бы ты ни был. Я твой должник.

Передо мной возникла протянутая рука. Схватившись за неё, и чуть не заставив дряхлого старика потерять равновесие, я поднялся. Мой взгляд остановился на перчатке — это будет правильно, если я вылечу и верну к жизни тех, кого мучили демоны. Я двинулся в сторону кучки обнажённых людей, которые смотрели на меня, не отрывая глаз.

Удивившись тому, что я совсем забыл про него, старик засеменил следом.

— Я ещё пока помню своё имя, не то, что эти. Меня звали Ричард, перед тем, как я умер.

— Приятно познакомиться, Ричард. Я Хиро, — ответил я, подняв перчатку, оказавшись перед молчаливыми людьми.

— Что ты собираешься делать?

— Приведу всех в порядок, — я активировал лечащий луч, и начал водить им от одного человека к другому. Поломанные тела восстанавливались, скрепя костями и сухожилиями. На обезображенных лицах появлялся осознанный взгляд. Жизнь налаживалась, хотя существовала она в самом настоящем Аду…

— Спасибо тебе, благородный воин, — поклонился старик. — Но как бы своей выходкой, ты не навлёк на нас беду похлеще прежней…

— Что ты имеешь в виду? — спросил я, когда трупы перестали оживать, превращаясь в людей.

— Мулцибер, наш хозяин, не потерпит убийства его слуг. Нас будут пытать вдвое чаще, если ты не придёшь к нему, и не скажешь, что мы здесь ни при чём.

Я лишь усмехнулся:

— Этот демон что, настолько тупой? Только полный кретин поверит, что это вы зарубили минотавров!

Старик лишь пожал плечами, возвращаясь к своим. Я тоже пошёл следом, и услышал, как нас поприветствовали каким-то мычанием. Голые мужчины и женщины размахивали руками и улыбались глупыми улыбками. Мне вдруг показалось, что все они, кроме старика, какие-то странные. Умалишённые.

— Нашего мнения никто не спросит, — ответил Ричард. — Высекут, и добавят ещё работы.

— А кто вы такие вообще?

— Казнокрады.

— Прям вот так? — удивился я.

— Именно так, — сказал старик. — В прошлой жизни мы отнюдь не созидали, а лишь набивали себе карманы чужими деньгами. Я последний, кто ещё сохранил рассудок. Остальные находятся здесь намного дольше меня, поэтому не смогли сдержать разрушение разума, день ото дня, век за веком, работая на бесчисленных и бессмысленных стройках. Наша кара — творить бесполезные вещи, а потом наблюдать, как они рассыпаются, словно карточный домик.

— Вам грех жаловаться.

— И то правда. Нас не рвут ежесекундно на части, и не сдирают кожу живьём, — согласился он.

Я отошёл от него на пару шагов:

— Извини, мне нужно позвонить.

— Что?

Демонам верить нельзя, и Стигмата это доказала, вероломно похитив Мисаки. Ну а что до Барбатоса? Я спас ему жизнь, и это должно хотя бы что-то значить в этом мире. Или нет? Стигмата ведь тоже была обязана мне, но сама решила иначе. Да и зачем мне сейчас домик у лавового моря? А так же появление на территории весьма сильного противника. Вдруг это ловушка?

Пораскинув мозгами, я всё же отмёл идею вызывать сюда Барбатоса, чтобы с его помощью исчезнуть из этого странного места.

— Скоро наступит ночь, — сказал старик, начав уводить людей в сторону шалашей, обтянутых кожей. — Не стоит оставаться на открытой местности, когда по ночам здесь бродят падальщики.

— И кто же это? — спросил я, поглаживая рукоять катаны. После победы над демонами, я прибавил себе уверенности противостоять инфернальным тварям. — Я справлюсь со всеми.

Старик только покачал головой:

— Как ни прискорбно это говорить, но против них, Хиро, у тебя нет шансов.

Я знал только то, что ничего не знал.

Старик говорил о каких-то падальщиках, которые представляли собой чрезвычайно высокую опасность. И по его словам, даже я, человек, победивший в одиночку троих демонов, не смог бы с ними справиться. Ради нашей же безопасности, он повёл нас к ветхим кустарным шалашам, которые могли защитить разве что от ветра. Может быть я чего-то не догоняю?

— Держи, — сказал я, протянув ему два кольца, которые снял с трупов демонов. — Пригодятся.

Ричард только покачал головой:

— Я же сказал, люди не могут пользоваться магией демонов, — махнул он рукой.

Мда. А я ожидал благодарности.

— Но я же…

— Ты не человек, — уверенно произнёс он, вогнав меня в ступор.

Удивлённо хлопая глазами, я смотрел то на его уверенный взгляд, то на катану, которую держал в руке. К обычному пареньку из офиса такая штука на выручку уж точно не прилетит. А ко мне прилетела.

— Так как ты сюда попал? — спросил Ричард, осматривая меня с ног до головы.

— Через красный портал. Меня затянуло туда в виде призрака. До этого я лишился тела… Ай, не важно! Я точно был человеком до того, как здесь очутиться.

— Был, значит… Хм. Я прожил здесь практически целую жизнь. И точно знаю, что обладатели этих мечей наводят страх на демонов. Наводили, по крайней мере. Я видел когда-то одного из них. Издалека, правда. Он разрушил целый замок высшего демона! А его убил.

— А вот это интересно, — сказал я, вдруг осознав, что все грешники уже спрятались в своих шалашах. Остались только мы вдвоём под мрачнеющим небом — Поговорим внутри?

— Думаю, это будет хорошим решением. Уже почти стемнело.

Мы пошли к свободному шалашу, и уселись в нём вдвоём. Тонкая кожа слегка трепыхалась под напором ветра, закреплённая не нескольких кривых ссохшихся ветках.

— И как это спасёт нас от ваших падальщиков? — задал я резонный вопрос.

Старик указал на кольцо, красующееся на моём пальце.

— Сожми кулак, чтобы сформировалась перчатка.

Я только хмыкнул, но его указание исполнил — моя рука снова оказалась внутри латной перчатки с небольшими, но острыми шипами на месте костяшек. Отличная вещь, чтобы бить кому-нибудь морду.

— Дальше что?

— Ты помнишь расположение шалашей? Два в центре, три смотрят на север, и три на юг.

— Так. Запомнил. И?

— Вот тут точно не знаю. Может это работает так же, как и с лечением. По их разговорам я только примерно понял, как это делается. Уже много лет вместе существуем, так что… Представь, что всю нашу стоянку укрывает купол. Попробуй.

Я пожал плечами и закрыл глаза. Вообразил в голове расположение маленьких жилищ этих несчастных людей и светящийся купол над ними, укрывающий их от… От чего?

— Получилось? — открыв один глаз, спросил я.

Выглянув на улицу, старик покачал головой:

— Нет. Старайся ещё. У нас мало времени!

— Да что здесь происходит? Ричард, объясните, чего вы на самом деле боитесь?

— Падальщиков! — почти выкрикнул он.

— Да кто они такие⁈

— Представь, что ты оказался в тропических джунглях, и получил сильное ранение, что даже не можешь встать. И рядом с тобой стоит муравейник, а ты лежишь без движения на тропе, по которой муравьи идут охотиться. Что произойдёт, Хиро?

— Эм, меня съедят?

— Именно. Сотни, тысячи тварей с наступлением темноты в этих краях выползают из своих нор и занимаются поиском мяса. Именно поэтому надзиратели создавали защитный купол, чтобы нас всех не разорвали на куски.

— Но что это меняет? Вы же не можете умереть во второй раз. Или…

— Можем. Если ты не защитишь нас! — выпалил он, выглянув на улицу. — Слышишь? Шорох! Они идут!

Я прислушался. И правда, будто морской прибой вдали…

— Лишь демоны с помощью перчатки могут нас воскрешать. Если твари растащат все наши останки, то возвращать к жизни уже будет нечего! И нам останется только ожидать момента, когда проснётся сам Господь! Такое входит в твои планы? В мои нет! Если не сможешь спасти нас самостоятельно, то тебе придётся возродить хотя бы одного из минотавров!

— Ну уж нет!

— Отлично! Тогда ты знаешь, что делать. Представляй купол! Перчатка должна загореться синим светом. Тогда мы спасены!

Легко сказать. Как я ни старался, у меня не получалось. В своей голове представлял уже и синий купол, и голубой, но ничего так и не происходило. А шорох, тем временем, нарастал. И по нарастающему гулу казалось, что мы очутились у берега моря. Неужели этих существ на самом деле так много⁈

— Мне нужно на воздух, — буркнул я, поднявшись.

Старик не произнёс ни слова, и тоже выбрался следом за мной. Он уже был на иголках. Что-то страшное приближалось к нам.

Темно. Видно только красное зарево на горизонте, и световой фантом на земле от него. И где-то вдали я вдруг заметил движение. Будто накатывала волна. Цунами. И она приближалась на нас, постепенно увеличиваясь в размерах. Я начал различать движение бесчисленных ножек и жвал, которые блестели последними лучами ушедшего солнца. Мне стало страшно. Ведь я не знал, что предпринять.

— Ричард! — выпалил я. — Как они, то есть демоны, называли этот купол? Может, было какое-то другое название, кроме купола?

Старик нервно зачесал затылок, наблюдая, как на нас несётся хитиновый девятый вал.

— Я не знаю! Они говорили… Дай, припомню… Ах, вот! Они говорили: «поставь барьер!»

— Поставь барьер? И всё?

— Пробуй, Хиро! Я точно не помню!

И я попробовал — снова представил купол и мысленно попросил: «поставь барьер»! Открыв глаза, я увидел перед собой почти прозрачную, переливающуюся синим цветом, стену. И уже обрадовался, что всё получилось, как услышал почти истерический вопль старика:

— Не то! Сделай купол, а не стену! Ну, давай же!!!

К своему ужасу я, наконец осознал, что барьер появился только перед нами, а с флангов и с тыла его не было вовсе! Я пробовал снова и снова, но выходило одно и то же — стена света передо мной! Старик что-то перепутал. Не то заклинание, или как это можно назвать? Перчатка, словно лампа джинна исполняла желания, но стоило формулировать их точнее. И лучше вообще произносить определённые слова, чтобы хоть одно из них сбылась!

Чёрные глаза. Множество сверкающих точек на маленьких головах насекомых, размером с собаку. И огромные щёлкающие жвала чуть ли не в половину длины чудовищ. На нас неслась сама смерть в обличии колонии адских насекомых, шелестящих своими многосуставными ножками.

Люди начали выходить из палаток. Они в ужасе смотрели то на меня, то на приближающихся монстров. Несколько человек не выдержали, и бросились бежать. А я стоял, не в силах справиться с, казалось бы, такой простой задачей — приказать перчатке сформировать вокруг нас защитный купол! Поэтому, в безнадёге я крикнул имя своего должника, в надежде, что он спасёт нас:

— Барбатос! Ты нужен мне!

Ещё одна женщина убежала во тьму, не сумев справиться со страхом. А твари, тем временем, уже почти добрались до нашей стоянки. Каких-то пятьсот метров и конец… Я уже не смотрел на них, одновременно выкрикивая имя демона, и умоляя долбанную перчатку защитить нас.

— Хиро! Пробуй другие слова! Аналогии! Хоть что-то!

— Барба… Сволочь! — ругнулся я. — Ричард, спасибо за идею. Я попробую!

И снова я играл в сумасшедшую викторину под названием «Заставить красным словцом работать дьявольский агрегат». Из сотен вариантом выбирал «купол», «полог», «дом» и даже «юрта» (услышал когда-то в телепередаче про степные народы Евразии), но ничего не подходило.

А твари уже совсем близко. Я машинально поднял меч, готовясь защищаться. Пока меня не разорвут, смогу убить пару падальщиков. Подлечусь перчаткой, а затем ещё, ещё и ещё, пока… Нет, это не вариант!

— ХИРО!!! — в агонии закричал Ричард мне прямо в ухо.

Когда уже каких-то десять метров разделяли нас и адских тварей, я не выдержал и буквально проорал в воздух:

— Мать твою! Да прикрой же ты нас… зонтом!

Всё вокруг вмиг приобрело синеватые оттенки. Слабый голубой свет поднимался прямо с земли, и окружал наше поселение полупрозрачным куполом. А затем по нему прошла рябь, а потом ещё и ещё — каждая тварь билась челюстью в наш непроницаемый барьер. Поток адских тварей, не имея возможности пробиться в лоб, начал огибать нас и нестись дальше. И я благодарил всех богов за то, что у этих монстров не хватило мозгов организовать подкоп, чтобы нас достать. А иначе вся эта история закончилась бы очень плачевно…

Или я всё-таки делал что-то не так, создав купол только над землёй. А минотавры, возможно, создавали вместо этого сферу, чтобы обезопасить себя полностью — над поверхностью и под землёй. Но экспериментировать с этим, когда рядом с тобой море тварей, совсем не хотелось. Хоть бы пронесло…

Ричард упал на колени и начал нервно смеяться. Я присел рядом с ним, наблюдая за бесчисленным множеством жвал и конечностей, которые царапали наш заветный щит, да ещё с весьма противным скрежетом, как ножом по стеклу.

— У тебя получилось, — выдохнул он.

— Повезло, — согласился я. — Часто они так?

— Каждую ночь. По крайней мере, в этих местах. Дальше полей Отчаяния я не уходил. Точнее, меня не выпускали, как и всех остальных.

Я вспомнил про тех, кто сбежал, когда я не мог запустить защитный барьер. Они не спасутся. Волна накроет их, и не оставит после себя ничего. Хотя, о каком спасении можно говорить, находясь в Аду? Это последняя остановка человека после конца его жизненного пути. Самая последняя и самая страшная.

— Расскажи мне про людей, которые носят такие же мечи, как у меня, — попросил я, указав на Кирадесу.

— Я мало знаю, — задумался старик. — Есть ангелы и демоны, так? А эти существа… Что-то вроде местных шерифов, следящих за порядком. Их боятся обе стороны.

Я только присвистнул, в который раз посмотрев на свой устрашающий меч. Неужели я один из них? Шериф? Звучит странновато, на американский манер. Да я и сам странный — сижу совершенно голый рядом с таким же пожилым голодранцем, и меня это вообще не волнует. Чувствую себя сверхсильным, и весьма уверен в себе. Что же во мне осталось от прежнего Хиро?

Может быть лицо? И как узнать? А никак. Лучше выведать всю доступную информацию у этого старика, чтобы хоть как-то начать здесь ориентироваться. Это всяко лучше, чем маяться ерундой, да ещё после того, как еле-еле выжил.

— Ты пойдёшь к Мулциберу? — вдруг спросил старик.

— К кому? — не понял я, позабыв это имя из-за пережитого драйва.

— Наш хозяин.

Я вспомнил:

— Возможно.

Мне совсем не хотелось идти на поводу у этого мужика, и подставляться под неизвестного мне демона. А вдруг он сверхсильный? Я вообще-то не сокращать их численность пришёл, а ради спасения Мисаки из лап проклятой Стигматы. Знать бы только, куда идти…

— Я знаю, что прошу слишком многого, — произнёс Ричард. — Ты подарил нам целый день без наказания. Это как глоток свежего воздуха. Глоток свободы. Я очень признателен тебе за это. Но попрошу снова — заступись за нас перед хозяином. Пожалуйста.

— За вас? Или за тебя? — спросил я, внимательно посмотрев в его бегающие глаза.

— Чёрт! Ладно. За меня! Когда всё это началось. Когда они рвали и ломали людей… Я чуть не сорвался. Все эти годы я держался, но сейчас… Сейчас я просто могу сойти с ума! Я боюсь раствориться в безумии. Я надеюсь на помилование. И чтобы его получить, я должен остаться собой!

Его слова заинтересовали меня:

— То есть ты можешь вернуться в Рай? Если отбудешь свой срок?

— Эдемские сады не светят никому, кто здесь заточён. Я хочу в чистилище. И да, помилование — это возможно. Я считаю дни. Каждый. Мне осталось каких-то девяносто два года…

Мне вдруг стало жаль его. Этого измученного временем и Адом старика. Смог бы я провести в этих местах столько же, сколько и он?

— Откуда ты родом, Ричард?

— Великобритания. Работал государственным служащим до того, как мой самолёт разбился.

— В каком году это случилось?

— В семьдесят втором. А ты из какого года?

Я не ответил. Этот человек находился в Аду более пятидесяти лет. И единственный, ещё не потерял рассудок. А остальные? Сколько они уже тут? Был ли вообще кто-нибудь, кто сохранил себя за сотни лет заточения в инфернальной тюрьме?

— Мне нужно попасть туда, где живёт дьявол.

Его глаза округлились:

— Ты имел в виду демон? Я не расслышал.

— Нет. Мне нужен сам Сатана. А точнее, его генерал Стигмата. Знаешь такую?

Ричард вдруг захихикал и закатил глаза. Сейчас он больше походил на клиента психлечебницы, чем на государственного чиновника, которым представился. Хотя, что я говорю — это было для него почти целую жизнь назад.

— Я ничего не знаю. И ничего знать не хочу. Я лягу спать.

Его словоохотливость внезапно исчезла, и старик побрёл к шалашу. Я проводил его взглядом, и осознал, что больше не слышу шуршания падальщиков. Они ушли. Была тёмная ночь, и отсутствие алого цвета в небе помогало поддержанию иллюзии, что мы всё так же на Земле.

Новый мир расстилался передо мной. Со своими законами, своими правителями и рабами. И я должен быть очень осторожен, чтобы выполнить свою миссию по спасению Мисаки. А ещё меня гложет неизвестность о том, кто я такой. Но этот вопрос можно уточнить кое у кого ещё…

— Кирадесу? — позвал я свой меч в надежде, что он добавит мне ясности.

По клинку прошла линия призрачного белого света — меч ожил.

— Да, Хиро.

— Я хотел поблагодарить тебя за то, что спас меня. И спросить кое о чём…

— Да, — лаконично ответило оружие. Я уже даже не удивлялся тому, что разговариваю по сути с неодушевлённым предметом. Весь мир давно сошёл с ума, да и я тоже вместе с ним.

— Скажи мне, кто я такой?

Прошло несколько секунд. Я так сильно жаждал узнать ответ, что время для меня ожидаемо растянулось, как смола.

— Ты Жнец Смерти. И мой хозяин.

Всё-таки он подтвердил слова старика. Я шериф. Но такой ли могущественный, как сказал Ричард?

— В чём заключались мои обязанности?

— Сохранение баланса между силами Ада, Рая и Первородных, — стальным голосом прозвучало у меня в голове.

— То есть я должен был следить за тем, чтобы все они не нарушали закон?

— Баланс.

А он не многословен. Хорошо, хоть что-то прояснил.

— Ты упомянул Первородных…

— Да.

Я затаил дыхание, после чего собрался и спросил:

— Я могу с твоей помощью убить Первородную?

Ночь уже давно вступила в свои права, а я всё никак не мог сомкнуть глаза. И не мудрено, ведь я находился в Аду. Здесь каждая тварь хочет либо убить тебя, либо замучить. Видно, о сне придётся забыть на долгое время. Тем более, находясь в этом странном месте, я практически не испытывал в нём потребности.

Благо, скрасить ночь вполне получалось в обществе моего не особо словоохотливого меча, у которого я пытался по максимуму выведать интересующую меня информацию. К примеру, я узнал весьма примечательный факт про этих так называемых Жнецов Смерти. Точнее про саму Смерть — это был один из Первородных, считай, столпов нашего мира. И, как я понял, во Вселенной были сотни таких же Первородных, отвечавших за баланс количества живых существ в других мирах. Наша Земля оказалась всего лишь одной из множеств других планет, хоть и самой первой, которую сотворил Творец.

И что интересно, Кирадесу поведал мне одну занимательную историю, в которую «я-прошлый» оказался втянут те самые двадцать пять лет назад.

— Мы сражались с демоном по имени Сеера в его замке. Я — твой меч, Ты Хиро и наш хозяин Смерть. Кстати, это место находится в том же самом круге Ада, в котором мы пребываем в данный момент.

Я был весьма удивлён, что прошлый я подчинялся самой Смерти, и даже вместе с ним выполнял какие-то миссии.

— А чем нам тогда насолил этот демон?

— Изначально Сеера был ангелом, ответственным за течение времени. Но сам Сатана искусил его воспользоваться своим даром в корыстных целях. За это Творец низверг его в Ад.

— И что же он натворил?

— Остановил время. И з-за его эксперимента Творцу пришлось долго перебирать настройки нашего мира, чтобы жизнь на планете снова потекла в прежнем ключе.

— Интересно.

— В то время изгнанный Сеера стал демоном, и при покровительстве Сатаны вёл свои изыскания вопросу управления потоками времени. Но Творец сильно сократил его дар, и его влияние. А демон не желал с этим мириться. В итоге, он создал артефакт, который, предположительно, мог менять ход времени в более крупных масштабах, чем он сам.

— Поэтому вызвали шерифа, то есть меня?

— Да. Суд Первородных постановил уничтожить демона, а его артефакт конфисковать.

— Суд? Значит, есть какая-то надстройка, стоящая выше демонов и ангелов, вместе с Первородными?

— Да. И он существовал ради сохранения баланса.

— Баланс — наше всё, — усмехнулся я этому набившему оскомину слову. — А зачем сам Смерть пошёл на выполнение этого задания? Неужели я не мог справиться в одиночку?

— Я был с тобой всё то время, и знаю только то, что ты слышал сам. Первородные, в случае промаха, боялись навлечь на себя гнев Творца, поэтому решили подстраховаться, и гарантированно умертвить хронодемона, призвав на его охоту Первородного, отвечающего за обрывание жизни всего сущего в этом мире.

— Так чем в итоге всё закончилось?

Кирадесу на секунду замолчал, видимо, готовясь рассказать мне что-то очень важное:

— Смерть попал в ловушку демона, и исчез. А ты победил Сееру и забрал артефакт, оставшись в итоге без хозяина.

— То есть, ты хочешь сказать, что Смерть до сих пор…

— Не найден, — закончил он за меня. — И возможно, все жнецы его клана либо убиты в стычках с врагами, либо отправились в изгнание в другие миры. Я знаю это, потому что все мечи связаны между собой особой связью. И я не чувствую ни одного в нашем мире.

— Но почему тогда люди на планете не стали бессмертными? — задал я резонный вопрос.

— Механизм старения и гибели живых существ заложен в них самих изначально. Смерть здесь не участвует, как бы странно это не звучало. Вместо этого он провоцировал кровопролитные мировые войны или чуму, чтобы снизить популяцию людей для поддержания баланса экосистемы Земли. На данный момент уже больше полувека ничего подобного не происходило. Планета перенаселена, и скоро не сможет обеспечивать всё возрастающее население. Грядёт глобальная война за ресурсы.

Мне стало не комфортно от холодных рассуждений моей катаны. Будто я разговаривал с человеком, который занимался препарированием животных. Хотя, как по мне, все нечеловеческие существа относились к людям с пренебрежением, тем не менее, охотно использовали энергию их душ для подпитки собственных сил.

Значит, Смерти больше нет. И когда он появится — неизвестно. А все его воины либо мертвы, либо разбросаны по Вселенной. Только один я вернулся без памяти о прошлой жизни. Как ни крути, расклад хреновый.

— Насчёт артефакта. Где он теперь? — решил спросить я, заинтересовавшись этим моментом.

Идея была бредовой, но чем чёрт не шутит. А вдруг всё на самом деле можно так провернуть? Найти и использовать артефакт, чтобы вернуться назад и спасти всех, и Аяко в том числе. Остановить готовящийся Апокалипсис ещё в зародыше, и не дать Еве надругаться надо мной. Было бы здорово.

— Он тоже исчез вместе со Смертью.

— О, боги! Ну почему? — погрустнел я. — Я бы мог решить все проблемы этой штукой. Наверное.

— Использование артефакта категорически запрещено. Если даже ты найдёшь его, то, применив его, ты попадёшь под трибунал, и будешь немедленно казнён, Хиро.

Кирадесу не оставлял никакой возможности помечтать. Почему всегда всё так сложно?

— Ладно, проехали. Ты лучше скажи, кто сейчас исполняет функции шерифов, если все жнецы распущены?

— Никто.

— Да, ну? — удивился я. — Не может быть.

— Ад и Рай заключили между собой договор, по которому каждая из сторон обязуется не посягать на устоявшееся равновесие сил в этом мире. Остальные Первородные так же подписались под этими условиями.

— Пока Ева не начала Апокалипсис на Земле, — закончил я, озвучив свои мрачные мысли.

— Об этом я не осведомлён, — только и сказал меч.

— Зато я в курсе. Нам надо либо прикончить её, либо сдать своим же на растерзание. И мы возвращаемся к моему вопросу — ты можешь убить Первородную?

— Да…

Я с облегчением выдохнул. Оружие из моего прошлого, спасшее меня в настоящем, могло спасти меня и в будущем, закончив жизненный путь садистского божества по имени Ева!

— Но только, когда ты достигнешь четвёртой ступени, — вдруг сказал он.

— О чём это ты? Что ещё за ступени? — не понял я.

Мой меч натурально вздохнул, как самый настоящий человек, и тут же принялся объяснять:

— Оставив меня в одном надёжном месте, скрытым от глаз недругов, ты простился со мной и пообещал больше никогда не возвращаться. Я не чувствовал твою энергетику двадцать пять земных лет. И вот ты здесь. Но ты стал другим.

— И каким же? — мне стало интересно.

— Слабым. Твой уровень духа еле дотягивает до того, чтобы ты мог держать меня в руках. Ты даже не на первой ступени.

Его слова буквально разочаровали меня. Только-только я мнил себя великим меченосцем, обладающим божественным мастерством владения мечом. А теперь моё духовное оружие само говорило мне, что я слишком слаб для него.

— И что же мне делать?

Слава богам, не было практически ничего, что не мог знать мой меч:

— У тебя есть два варианта, Хиро: либо потратить половину человеческой жизни на медитацию, тренировки и развитие духа. Либо долго и упорно проливать кровь своих врагов. Учитывая наше месторасположение, можно начать с низших демонов.

— Погоди-ка. А я могу вот так просто направо и налево вырезать демонов? Я не нарушу тем самым договор Ада и Рая?

— Нет. Если не убьёшь одного из архидемонов, состоящих в свите Сатаны. При твоих текущих данных, это фактически невозможно, поэтому для подъёма на прежний уровень тебе в любом случае придётся сражаться.

Классно получается. Вроде бы и есть мирное соглашение, но в то же время можно проводить активные боевые действия, если только они не угрожают безопасности генералов в тылу. Хорошо они тут живут, я посмотрю.

— Ты так говоришь, будто сильно соскучился по крови.

— Именно так. Я выкован самой Смертью ради того, чтобы отбирать жизнь. Это моё предназначение. И прошло довольно много времени, и я уже начал ощущать голод, но ты, Хиро, вернулся вовремя и дал мне пищу.

Мне стало не по себе. Все мои бывшие и нынешние союзники были какими-то странными, иногда противными существами, обуреваемыми своими собственными демонами. И, общаясь с ними, я тоже перенимал какую-то часть их собственного безумия…

— И что случилось, если бы я не принёс тебе в жертву своих врагов? Если бы ты так и остался доживать свой век в том самом месте, где я тебя оставил?

— Меня бы поглотило безумие. Я мог превратиться в странствующий меч — страшное и могущественное существо, несущее бесконтрольную смерть и разрушение. В истории клана Жнецов имеется один подобный случай.

— Можешь не рассказывать. Наверное, ничего хорошего там не произошло.

— Да.

— Итак, если я каким-то чудом подниму свою духовную силу до четвёртой ступени, то смогу победить Первородную, так?

— Не совсем. Ты, Хиро, сможешь уровнять ваши силы. А исход битвы предугадать может только Творец. Но если ты проткнёшь её моим остриём, то Первородной не станет. Она исчезнет, и никто не сможет вернуть её, кроме Творца всего сущего. После этого тебя осудят и подвергнут той же процедуре, то есть казнят.

— Ах, да. Казнят, значит. Я и забыл, что имеется договор. А что, если она виновна в нарушении баланса? Ведь Ад вторгся на Землю!

— Тогда твоя месть законна.

— Месть? Откуда ты знаешь об этом?

— Я твой духовный меч, и вижу тебя насквозь. Эта женщина, о которой мы говорим, являлась твоей суженой. Вам было предначертано быть вместе, но…

— Говори.

— Что-то произошло между вами. И я не видел этого, потому что ты оставил меня здесь. Но сейчас я чётко ощущаю, что ваша духовная связь нарушена. К тому же, сейчас ты питаешь к ней неприкрытую ненависть. Но я не понимаю одного — почему ты потерял память и силу духа.

— Она сказала, что я занял тело новорожденного человеческого ребёнка, — признался я. — Что убежал от своих проблем таким образом. Каких — не знаю. И она вроде тоже.

— Эта магия мне неизвестна, — вдруг сказал Кирадесу.

— Жаль. А то мне уже показалось, что не существует вопросов, на которые ты не можешь дать ответ.

— Ты мне льстишь.

— Я конечно пока ничерта не помню, так что прости. Но в любом случае, я рад, что ты нашёл меня, — искренне сказал я, взмахнув мечом и залюбовавшись его призрачным сиянием в густой темноте.

— Я тоже рад тебя видеть, Хиро, — наконец-то, в металлическом голосе появились тёплые нотки. Он тоже был искренен.

Несмотря на все тяготы и невзгоды я с благодарностью ощущал поддержку своего стального товарища. И он вселил в меня надежду на то, что я смогу распутать этот проклятый узел тайн и интриг, а так же, что у меня есть возможность расквитаться с моими обидчиками. Но, что важнее, я теперь знаю о существовании некоего артефакта, который способен подчинять своему владельцу само время.

Если я найду его, то смогу вернуть всё назад. Осталось дело за малым — найти хотя бы одну маленькую зацепку, которая приведёт меня к разгадке тайны исчезновения Смерти и демона по имени Сеера. Либо я спасу всех моих любимых таким образом, либо пройду с огнём и мечом через весь Ад, чтобы найти Мисаки и вернуть её домой.

Только боги знают, что готовит мне будущее. А мне остаётся лишь не умереть раньше срока…

Рассвет в Аду одновременно красив и ужасен. Я только открыл глаза, и сразу же ощутил бурю эмоций при виде жёлто-красных рогов, поднимающихся из-за горизонта. На секунду показалось, что это сам верховный демон, владыка Ада Сатана намеревался пожелать мне доброго утра, а после, расплющить в лепёшку своей неимоверной силой. Но, слава богам, это было лишь лунное затмение.

Похоже, за разговором с Кирадесу, я не заметил, как уснул. Меч всё так же оставался при мне, вселяя своим присутствием железную уверенность в том, что я в безопасности. Несмотря на то, что я был совершенно голым, уснул я на жёсткой иссушенной земле. То ли так смертельно устал, что не обратил на это внимания, то ли моё новое тело не особо нуждалось в комфорте.

Что интересно, я был не единственным, кто проснулся во время адского рассвета. Все оставшиеся в живых люди тоже стояли и молча наблюдали, как поднимается рогатое солнце. И Ричард был вместе с ними.

— Не знаю, уместно ли это, но, доброе утро, — сказал я, подойдя к нему.

Старик улыбнулся:

— Ты прав. Оно действительно доброе. Ведь ты спас нас.

Он указал пальцем на своеобразный рисунок, оставленный на земле сотням острых ножек. Множество следов-точек огибало наш лагерь и устремлялось к горам. Купол всё так же работал, и я отключил его через пару минут подбора кодовой фразы. И повезло же, что перчатка понимала язык, на котором я думаю. А иначе со мной всё могло произойти по другому сценарию.

— На каком языке мы говорим? — вдруг спросил я. — Я знаю японский, и немного английский, но понимаю тебя отлично, как и ты меня.

— Слышал историю о Вавилонской башне?

— Это вроде из Библии, да?

— Ветхий завет, книга Бытие, глава одиннадцатая: «И сказали они: построим себе… башню высотою до небес… и сделаем себе имя. И сошёл господь… и рассеял их… по всей земле». А всё почему? Из-за гордыни и неуёмного желания детей выйти из под опеки господа, и стать подобными ему. До постройки башни все народы мира говорили на одном языке. И, судя по всему, по аналогии в Аду язык всеобщий.

— Теперь понятно. Это даже удобно, с одной стороны.

— Не скажи, Хиро. Я был бы рад не слышать и не понимать ругань демонов, истязающих меня.

Мне нечего было сказать в ответ на это. К счастью, я пока не ощутил подобное на своей шкуре и вообще не собирался.

— Скажи, а почему вы не носите одежду?

Я и сам стоял в чём мать родила, но у меня хотя бы было оправдание — в Ад я попал в виде бесплотного духа.

Старик лишь усмехнулся:

— На десятый раз после очередных пыток штаны и рубаха, в которых ты попал сюда после смерти, рассыпаются в труху. Только и всего.

— А завода по пошиву одежды местные значит ещё не построили?

— Ради нас могут построить разве что новое орудие пыток. Чем больше мы страдаем, тем лучше нашему хозяину.

— Но вы только таскаете тяжести и строите бесполезные строения. Или я чего не знаю?

— К этому добавь бесконечный голод, жажду и упадок сил. После казни, и восстановления, пару дней ты словно заново родился, но потом снова возвращается опустошение. Если бы нас постоянно не истязали до смерти, а дали просто пожить пару недель, мы бы просто умерли от жажды. Но да, с присутствующих здесь не дерут шкуру каждую минуту, как с тех, кто заслужил ещё более суровое наказание. В Аду идёт чёткая градация совершённого проступка и полагающегося за него наказания.

— Не представляю, как можно выдерживать подобные муки веками…

— А никто и не выдерживает, — сказал он, кивнув в сторону бесполезно бродящих людей, повесивших голову. Они словно призраки медленно плыли по песку, путая следы ночной стаи падальщиков.

— Но ты ведь…

— Я тоже сломался, Хиро. После нашего разговора я понял, что больше ничего не хочу. И не вижу смысла продолжать всё это.

— Что ты этим хочешь сказать?

Он нахмурился:

— Как библейский Моисей, я поведу этих людей через пустыню. И мне не нужно сорок лет, чтобы выбить из их умов рабство. Только один день. А когда наступит ночь, твари растащат наши останки по всей этой бескрайней пустыне. И ни один демон не сможет вернуть нас к жизни, и продолжить измываться над нами ради прокорма адского лорда…

— Ты точно решил?

— Да. Ещё когда рассказал тебе про остаток своего срока. Я не хочу становиться таким, как они. Лучше небытие, чем такая судьба. И ты подарил нам такую возможность.

Он вдруг схватил меня за руку:

— Спасибо тебе!

Мы пожали друг другу руки. Ощущая опустошение внутри, я посмотрел на свою перчатку, которая должна была телепортировать меня к замку его хозяина архидемона Мулцибера.

— Снова ломать голову, как заставить её работать, — с раздражением произнёс я, придумывая кодовые слова для активации телепорта.

— В этом нет нужды, Хиро. Демоны всегда говорили только одно слово, и мы возвращались к замку.

— И какое же оно?

— Дом.

Мда… До такого я бы точно не додумался. Перебрал бы сначала все любые возможные варианты, вроде «замок», «резиденция» или чего хуже «обитель демона» и в итоге просто тупо простоял бы полчаса под взглядом этого измученного посмертной жизнью старика.

— Я всё никак не пойму, почему заслон от падальщиков включался при слове «зонт»? У вас здесь бывают дожди? И что, демоны вправду знают про человеческие изобретения?

— Кислотные дожди здесь не редкость. А что до зонта — нас охраняли низшие демоны, которые раньше были людьми. Оттуда и знания.

— Я понял. Что ж, наверное, пора прощаться.

Старик кивнул, а потом искренне улыбнулся мне своей белозубой истинно английской улыбкой:

— Ты несёшь перемены в этот мир, Хиро. Хорошие перемены. Надеюсь, у тебя всё получится.

— Я просто ищу свою девушку, и пытаюсь не сдохнуть, — честно признался я. Никаких других целей у меня не было.

— И этого достаточно, Хиро. Пусть удача всегда улыбается тебе.

Он махнул рукой на прощание и развернулся, чтобы воссоединиться со своими людьми. И я увидел, что старик, оставшийся среди них единственным в своём уме, как мог, заботился о них. Он поднял кого-то с земли, и повёл за руку. Подошёл к остальным, которые наблюдали закат, и тоже потянул их за собой. Теперь уже цепочка людей следовала за ним, повернув головы к устрашающему солнцу. Ричард вёл их в последний путь к забвению, которое казалось ему намного лучшей долей, чем бесконечные муки и скитание в адском пекле.

Пока тоска навсегда не поселилась в моей душе, я посмотрел на теперь уже свою латную перчатку, которая оказалась универсальным орудием в этом мире. И оружие, и защита, и средство передвижения. Мои мысли крутились вокруг неведомого замка архитектора Ада, из-за чего перчатка начала переливаться фиолетовым светом. Я произнёс контрольное слово, и вдруг ощутил, как из моей груди исчез весь воздух, заставив сделать пару безуспешных вдохов.

Тьма окружила меня наглухо, словно буйного кота коробкой.

На секунду мне показалось, что я очутился в безвоздушном пространстве космоса! Холодно, невозможно сделать вдох, и…

В ушах хлопнуло.

А затем краски и свет снова залили мои глаза. Сухой воздух без единого запаха наполнил мои лёгкие, и я наклонился, упершись руками в колени, пытаясь надышаться. Да, ну и поездочка! Так, не разобравшись с этим агрегатом, можно и в космос улететь! Или ещё куда похуже, хотя, где может быть хуже, чем в Аду?

Придя в себя, я осмотрелся, и сначала подумал, что попал не только в другое место, но и время. Но потом понял, что оказался у подножия гор, как я раньше думал, а теперь видел, что это причудливые огроменные сооружения, напоминающие зиккураты. Именно они загораживали солнце, и под их тенью было мрачно. Здесь и не скажешь, что наступило утро.

Что ж, я мог с уверенностью сказать, что архитектор не зря ел свой хлеб. Несмотря на гротескность, иногда даже вычурность этих строений, все они неведомым образом дополняли друг друга, превращаясь в архитектурный ансамбль под названием «оставь надежду, всяк сюда входящий». Обилие острых деталей, кривыми изгибами вздымающихся к небесам. Множество окошек разных форм и размеров, внутри которых словно поселилась сама история этих мест. Многовековая пыль засыпала собой некоторые элементы строений, что казалось, эти здания заброшены.

Но нет — у высоких входных групп, своды которых поддерживали статуи рогатых титанов с зубастыми черепами вместо лиц, бродили отряды демонов. Таких же, как и те, что играли вчера в футбол сломанными человеческими телами. Низшие демоны — люди, примкнувшие к своим мучителям, согласившиеся на физическое и, наверное, духовное изменение, ради места под солнцем. Я не мог их винить, так же, как и оправдывать их поступки. Они — это преграда, которую я должен преодолеть. Только и всего.

Я стоял за большим камнем, который при ближайшем рассмотрении оказался поваленным обелиском. Видно, его величество архитектор Ада пока не нашёл время для приведения в порядок местности вокруг своего замка. Хотя, меня терзали смутные сомнения, что перчатка перенесла меня не к парадному входу, а к служебному, если можно привести такую аналогию.

Рогатых тварей было с десяток, и я точно получу по первое число, если полезу напролом. Моё плечо до сих пор помнило острое лезвие гарпуна одного лишь минотавра, и повторять это, но уже с большим количеством демонов, ох как не хотелось. Велик риск оказаться разорванным на куски. Итак, как мне быть? Я должен навестить архидемона, чтобы понять, как добраться до Сатаны. У меня нет времени блуждать по пустыни и отбиваться от местных агрессивных форм адской жизни.

Была одна идейка, и стоило её проверить. Ведь раньше получалось, правда не всегда. Но, кто не рискует, тот не рискует, и ждёт своей участи. Не мой вариант. Я присел на колени, находясь за камнем. Нагревающийся песок колол кожу, но не настолько, чтобы заставить меня сменить положение. Я не пробовал осуществлять выход в астрал в своём собственном теле, поэтому решил подстраховаться, чтобы ненароком не свалиться с высоты моего роста.

И снова представим канат над головой и призрачные руки, тянущиеся к нему. Момент, и я парю над своей головой, и вижу, как моё тело заваливается на бок. Теперь я имел возможность посмотреть на своё лицо, и, слава богам, оно оказалось моим собственным из прежней жизни. Худое и слишком суровое, но моё. Здесь же я в который раз удивился метаморфозам, которые сделали мне атлетически-красивое мощное тело, не выходящее в своих объёмах за рамки разумного. Я не был разбухшим синтоловым качком или слишком худым турникменом. Судьба подарила мне тело Ван Дамма, чему я был несказанно рад. Но хватит заниматься нарциссизмом — пора вершить дела!

Праздно шатающиеся демоны и не подозревали, что мимо них пролетал незримый нарушитель. У каждого минотавра имелось кольцо, дарующее своему владельцу практически неограниченный список полезных приспособлений в одном флаконе. С такой штукой и в поход не страшно, тем более, по адской пустыне.

Для начала я хотел слетать на разведку, хотя это было рискованно — моё тело никто не прикрывал. Вдруг стража найдёт голого мужика и решить зарубить? Очень не хотелось. Так начинать мне свистопляску или же полетать здесь немного?

Бзззззз…

Влететь во врата рогатых титанов мне не удалось. Неужели здесь стоит какая-то защита? Я пробовал ещё и ещё, но невидимый барьер не пускал меня внутрь. Будто хозяин дома поставил в проём москитную сетку от назойливых комаров вроде меня. Увы, мой путь лёгким не был и не будет, поэтому придётся переходить к плану Б, который я бы назвал «Хаос и мясорубка»!

Я устремился к ближайшему рогатому монстру, и через пару секунд влетел ему в лоб, в надежде завладеть его телом. Хвала богам, астрал работал — я примерил на себя шкуру инфернального минотавра, заняв выжидательную позицию. Наблюдал его глазами, и пока не пытался взять на себя контроль, помня, как плачевно это закончилось с демоном на заправке и… с той тварью, которая превратила Аяко в…

На меня снова с новой силой нахлынули мрачные воспоминания, которые в виде эмоций каким-то образом передались демону. Тот только ойкнул, и бросил короткую фразу:

— Видит бог, я этого не хотел…

Видно, он тоже раскаивался о своих прегрешениях. Ничего. Этот низший демон у меня за всё поплатится!

«Усни» — прошептал я ему в мозг, надеясь, что дар Стигматы подействует на слабого демона.

— Что⁈ Кто говорит⁈

Не подействовал…

На когтистой лапе минотавра внезапно сформировалась металлическая перчатка, отливавшая белым светом. На его крик обернулись остальные демоны, и вопросительно уставились на моего носителя. Тем временем, удивительно, но универсальный прибор на его руке, вдруг преобразовался в саблю. И даже такая функция есть⁈ Демон вертел головой, пытаясь найти источник голоса, и никак не мог понять, что он у него в голове.

«А теперь сруби-ка себе голову»

— Кто это⁈

Резкий взмах мечом, и рогатая образина покатилась по песку, а тело демона рухнуло оземь, окропляя её выливающимся потоком крови.

— Вот учудил, — произнёс другой демон, подойдя к трупу.

— Возроди его. Хозяин не поймёт, если узнает, что он решил отлынивать от службы, — ответил ему второй.

— А из-за него высекут всех, — добавил третий. — Давай быстрее, пока нас не заметили.

Один из минотавров активировал луч возрождения, но воспользоваться им я ему не дал. Поселившись в черепной коробке демона, я навскидку применил кодовое слово «меч», которое к моему счастью активировало перчатку в боевой режим. Новая сабля, новая отрубленная голова — изумлённые морды демонов, наблюдающие за тем, как она катится по растрескавшейся земле.

— Что за…

Ещё один низший неожиданно для себя запустил гарпун в товарища, пробивший тому грудь. Монстр дико взвыл, и тоже выстрелил в ответ смертоносным снарядом на цепи. Этот верзила оказался точнее. Моя кукла потеряла голову, которая превратилась в кровавое месиво.

— Вот же тварь! — выругался раненый демон, залечивая дыру в груди зелёным лучом. — Это что, розыгрыш, парни? Совсем скучно стало на посту⁈

— Идиот! У нас паразит, — зарычал один из демонов, оглядываясь по сторонам. — Врубайте щиты!

Уже через пару мгновений, к моему ужасу, оставшиеся демоны оказались покрыты мерцающим коконом, сквозь который я уже не мог к ним пробиться. План Б трещал по швам, и всё нужно было сделать очень быстро!

— Эй, тут мужик лежит! — крикнул кто-то вдалеке.

— Мочи его! — заревел демон рядом со мной.

Я метнулся назад, уже замечая, как рогатое чудовище обнажило меч, и заносит его над моим телом, скрытым сейчас от глаз обелиском, вросшим в землю.

«Твою мать!» — успел в ужасе подумать я, возвращаясь обратно в себя.

Хр-рр!

Сначала я услышал треск проткнутой плоти, и тепло от капель, упавших мне на щёки. А потом открыл глаза, готовясь увидеть клинок, торчащий у меня из груди.

— А-аргх…

Рогатое чудовище повалилось навзничь, ударив клинком землю рядом с собой. Поднимая брызги крови, из его тела вылетел Кирадесу, и словно джедайский меч, рукояткой влетел мне прямо в раскрытую ладонь. Я еле успел сжать пальцы, чтобы он не упал на землю.

— Спасибо, друг! — выдохнул я, поднимаясь.

— Я не могу драться за тебя вечно, Хиро, — внезапно грубо ответил мой меч — Руби врагов, пока бьётся твоё сердце, а я выпью их души. И помни, чтобы противостоять архидемону, тебе нужно зарубить сотню таких же, как он.

— Ага. Первая ступень. Помню.

— Не сдерживай себя. Ты Жнец Смерти. Пора напомнить этому миру о себе!

Его слова одновременно пугали и бодрили меня. Я никому не желал зла, но ярость меча неведомым образом передавалась и мне. Рукоять в руке стала горячей, а клинок начал переливаться призрачным светом. Глаза черепа, в форме которого была выполнена цуба(гарда), замерцали красным светом. Пора рубить головы.

Я перемахнул через полутораметровый обелиск, словно олимпийский чемпион по прыжкам в высоту. Чувствуя бурлящую в крови силу, я бросился на застывших в недоумении монстров, не заметив, как преодолел разделяющее нас расстояние буквально за секунду. Ошарашенные глаза демона вперились в меня, и в них на мгновение я увидел отражение мерцающих красных глаз устрашающего черепа, и молочно-белый свет, льющийся из моего клинка.

Минотавра снесло, как муху, порубленную на куски. Я совсем не замечал, как при каждом ударе воинственно кричал, словно в меня вселился демон. Я видел лишь страх во взгляде противников — он подпитывал меня и добавлял решимости рвать и метать. А Кирадесу входил в их тела, быстро и плавно, словно скальпель, не испытывая никаких проблем при столкновении ни со стальными мышцами демонов, ни с их костями. Универсальное орудие для убийства. Совершенное.

— Окружай! — где-то неподалёку ревел демон, когда я в очередной раз обезглавил его рогатого товарища.

Их осталось семь или восемь — не считал. Лишь следил за тем, чтобы никто не подобрался ко мне ближе, если я этого не захочу. Я метался от одного к другому, пребывая в красной пелене, которая окружала меня при прыжке. Одно мгновение, и десять метров пролетели, как один. Удар — новый труп. Второй прыжок, и я уже рядом с демоном, который был дальше всего от меня — его участь уже предрешена. Эта новая сила и мгновенная телепортация на поле брани несомненно возвещали о близости первой ступени. Если я могу вытворять такое, будучи каким-то нулём, то что будет на четвёртой?

— Он слишком быстр! Возвращайте их! — выкрикнул демон, которого я упокоил уже через секунду.

Мой взгляд остановился на скученной троице минотавров, которые разом активировали свои перчатки и принялись лупить возрождающими лучами по разорванным трупам поверженных товарищей. Зря они выбрали эту тактику, ведь возрождение происходит не за секунду, а удар Кирадесу, да.

Прыгнув, окружённый красными магическими протуберанцами, я оказался посреди сосредоточенных демонов, поднимающих своих братьев из мира мёртвых. Мощный круговой удар заставил их головы совершить полёт в сторону ярко алого неба. Но, увы, в конце недолгого полёта их ждала жёсткая посадка о выжженную землю и забытье. Тела неудачливых некромантов попадали к моим ногам, как и упали разрозненные останки погибших минотавров, не успев оформиться в единое целое. Окинув взором окрашенную тёмной жидкостью землю, я взмахнул мечом, стряхивая с него кровь.

— Ты стал быстрее. И сильнее. Так будет после каждой битвы, из которой ты выйдешь победителем.

— А если я когда-нибудь проиграю?

— То я сам совершу сеппуку, после чего отрублю тебе голову, — мрачно произнёс Кирадесу.

И в этом я нисколечки не сомневался, уже несколько раз увидев свой бесноватый меч в действии, когда он сам взлетал, как ракета и насаживал на себя несчастных демонов.

— Ты грозный меч. Но я не боюсь тебя.

— И правильно. Ничтожен тот самурай, который пасует перед мощью своего меча.

Сейчас я как нельзя лучше проникался философией своих предков. Во мне бурлила практически безграничная мощь, и нельзя было останавливаться, чтобы её поток не иссяк. Я должен был мчаться и наказывать своих врагов, чтобы напитать их жизненной силой себя и свой меч. И не хотелось думать, что произойдёт, когда закончатся дровишки, которые я забрасывал в топку ярости.

— Внутри будет тяжелее, но это даже нам на руку. Ты быстрее разовьёшь наш потенциал.

— Наш?

— Ты упал до самого низа, и я вынужден был пасть следом. И поэтому меня гложет негодование и желание вернуть утраченное величие.

— Прости…

— Я не в курсе, что сподвигло тебя потерять себя и возродиться в теле смертного. Но зная тебя, я уверен, на то была веская причина. Поэтому не надо извинений. Надо действовать и вернуть своё.

— Я постараюсь.

— Ты Жнец Смерти. Любой, кто встанет у тебя на пути, будь то Первородный или сам владыка Ада, будет уничтожен. Если, конечно, он нарушит мировое равновесие, тогда у тебя появится право вершить правосудие.

— Намёк понял, — усмехнулся я. — Хватить ныть, вперёд на рубку демонов.

— Именно.

Я решительно направился ко входу в зиккурат, готовясь к новой схватке. И она не заставила себя ждать — прямо из тьмы прохода на меня набросилось крылатое существо, держащее в когтистой лапе огромную булаву. Только на рефлексах я успел кувыркнуться в сторону, избежав столкновения массивной гири со своим лицом. Встав на ноги, я поглядел вслед кружащему в небе, словно коршун, демону. Эта тварь примостилась на одном из шпилей монументального здания, и с интересом посмотрела на меня.

— Кто это у нас такой дерзкий, что вырезал десяток низших и даже не запыхался? — усмехнувшись, произнёс остроухий гремлин с огненными рогами. — И этот меч! Неужели легенды снова оживают? Жнецы в Аду? Удивительно! И как вам, молодой человек, без опеки старого ворчуна Смерти?

— Справляюсь, — коротко ответил я. — А ты кто такой?

Демон хитро улыбнулся — по его телу, будто по каменной статуе, прошла трещина, внутри которой кипела магма. У него был явно выраженный крючковатый нос, зубастая улыбка до ушей и острый подбородок. Вот же страхолюдина!

— Как же, вы не знаете, как меня зовут? Странно. Молва обо мне уже давно разошлась по всему свету. Не побоюсь этого слова, я — самая настоящая знаменитость! Медийная личность, как никак. Заехал вот к старику Мулциберу поговорить по душам, вспомнить былое, и на тебе — как гром среди ясного неба, как слон в посудной лавке, какой-то сорвиголова сносит с ноги почётный караул законодателя строительной моды, самого архитектора Ада. Мне стало интересно, что это за самоубийца ломится к нам в дверь, и я позволил себе убедить хозяина дома, что сам со всем разберусь.

— Это Мефистофель, — пронеслось у меня в голове. — Нам с ним не справиться!

— Что? Почему⁈

Наблюдая мою панику, демон противно захихикал:

— Что вы там всё шепчитесь, молодой человек? Страдаете безумием? Немудрено в наших краях, хотя верхний круг Ада вполне себе курортное местечко. Это вам не подземные катакомбы у ядра нашего негостеприимного мира. Жарковато там. Кстати, я знаю одно очень приятное во всех отношениях побережье у моря лавы! Не желаете составить мне компанию и вместе искупаться?

От такого дружелюбного отношения ко мне со стороны смертоносного демона, я даже на пару секунд выпал из реальности, но Кирадесу привёл меня в чувство.

— Не слушай его! Беги внутрь! Быстрее!

Я машинально сделал один шаг вперёд, как вдруг моя вторая нога куда-то провалилась, и мне стоило неимоверных усилий, чтобы не полететь за ней следом вниз. Вниз⁈ Мой взгляд опустился, и я в ужасе отпрыгнул оттуда, ведь на том месте, где я сейчас стоял, теперь находился самый настоящий портал в море лавы! Просто дыра в пространстве, в глубине которой с высоты птичьего полёта виднелась красная раскалённая порода. Ещё чуть-чуть, и я бы ощутил короткое мгновение свободного падения, а затем нырнул в кипящую лаву!

В других стимулах, чтобы свалить отсюда подобру поздорову, я уже не нуждался, поэтому дал дёру.

— Куда же вы, молодой человек? — раздосадовано донеслось с крыши. — Мы только начали наше милое знакомство.

— Что это за хрен⁈ — выпалил я, уклоняясь от возникающих тут и там порталов, ведущих прямо в жерла вулканов или море лавы. Похоже, демон решил позабавиться со мной, перед тем, как прихлопнуть, как муху.

— Архидемон, рангом намного выше хозяина зиккурата. Сейчас мы не можем с ним драться.

— И что же делать⁈ — прокричал я, когда на мою голову с неба упал портал, от которого я в последний момент смог увернуться.

— Я отвлеку его. Тебе придётся идти одному.

— Как⁈ Без тебя⁈ — не выдержав стресса, я прокричал на всю округу.

— Не беспокойся, Хиро. Я постараюсь успеть к твоей схватке с Мулцибером. Беги, и не смей оглядываться!

Катана самопроизвольно вылетела из моей руки и устремилась к демону, который всё так же сидел на одном из шпилей зиккурата.

— О-о! Как интересно! Вы дарите мне это? — радостно спросил Мефистофель, взмахнув крыльями, и полетел по направлению к левитирующему мечу.

Я бросился внутрь здания, как и велел Кирадесу. И стал свидетелем настоящего светопреставления, в котором, как ни старался, был не в силах что-либо разобрать. Поднявшись на ноги, я побежал дальше и резко остановился, увидев на стене выпирающий кирпич. Недолго думая, я вдавил его внутрь, и проём, который держали каменные титаны, начал сдвигаться. Как и стены с обоих сторон от меня!

Чувствуя себя последним идиотом, я умчался по коридору глубоко во мрак древней постройки, внутри которой меня ждала неизвестность.

Внутри лабиринта, в котором я очутился, было темно, хоть глаз выколи. Никаких источников света, кроме прохода, который закрылся, не было и в помине. Я шёл буквально на ощупь, испытывая чувство липкого страха. Вдруг из мрака выползет новый монстр, и я не успею среагировать? Пришлось импровизировать — перчаткой активировал клинок, и его белым свечением принялся освещать себе путь. Слабого света хватало на пару метров, но и этого оказалось достаточно на первое время.

А нет, лопухнулся. Магический свет пропал уже через минуту. Вот ведь бесполезная штука! Мне бы сейчас фонарик или факел… Внезапно весь коридор осветился мощным лучом света, бьющим из моей ладони в латной перчатке. Беру свои слова обратно — это чудо из чудес! Стоит только захотеть, и эта невероятная вещь исполнит практически любое твоё желание. В пределах разумного, конечно.

Теперь мне стало несколько спокойнее брести в этих мрачных коридорах. Да, они разветвлялись в разные стороны в виде лучей. Не зная карты здания, я всё время шёл вперёд, благо, основной коридор не менял своего положения. Здесь было тихо, как в склепе. Голые каменные стены не тронуты никакими надписями или рисунками. В этом, наверное, не было нужды — хозяин дома, похоже, не собирался оставлять какие-то сообщения потомкам. Интересно, а ведь демоны должны иметь потомство. Ведь демонята, которые вероломно слились после госпиталя, были явным подтверждения того.

Забавно представить будний вечер в семье демонов, когда уставший папа-демон возвращался домой с работы. Его встречала такая же уставшая дьяволица, накрывающая на стол еду. А что едят демоны? Грешников? Хм. И дети-спиногрызы накидываются стаей, пытаясь заставить уставшего демона поиграть с ними. А тот рычит, размахивает руками, назревает конфликт, завершающийся кровопролитной битвой между отцом и детьми. Кто выиграет, тот подтверждает своё право на главенство в этой семье. А кто нет, тот вынужден подчиниться, и пойти развлекать детей, или послушно не донимать уставшего отца, свалившегося на костяной диван, и включившего себе на вечер адское телевидение, где день и нощно показывали пытки над грешниками. Идиллия…

Эти странные мысли, вертящиеся в голове, немного отвлекали меня от гнетущего чувства, вызванного потерей Кирадесу. Нет, вроде всё было по плану, но остаться без поддержки моего смертоносного металлического товарища, оказалось непростым испытанием, которое выбило меня из колеи. Здесь же проверялось, чего я стоил без меча, который своим присутствием добавлял мне силы и крепости духа.

Ничего, у меня в активе демоническая перчатка, универсальное оружие и средство защиты, и ещё много чего. Надо только потренироваться, чтобы быстро использовать каждый её режим в подходящей ситуации. Так и решил, скрашивая время в пути тренировкой: создавал перед собой щит, окружал себя защитным коконом (оставалось неизвестным, какой урон он может поглотить), создавал меч, одновременно меняя его на фонарь, чтобы в случае чего ослепить не ожидавшего этого противника. Впотьмах это будет проще всего сделать. Поигрался с гарпуном, который хорошо цеплялся за камни, вгрызаясь в них острыми лезвиями. Если что, с его помощью можно взбираться по вертикальной плоскости, когда прижмёт.

Классная вещь! Ещё бы доспехи какие-нибудь мне создала, и вообще сказка!

Перчатка вдруг заискрилась, и я ненароком подумал, что моими стараниями она перегрелась и сейчас взорвётся! Но слава богам, всё обошлось. Она начала разрастаться по моей руке, накладывая на неё множество стальных щитков. Броня нарастала и нарастала, приятно щекоча кожу. Вскоре я с облегчением почувствовал себя одетым, и стал ощущать себя более уверенно. Одно дело, размахивая шлангом, драться с демонами. А другое — быть защищённым бронёй.

Кстати о ней, дизайнер постарался на славу — хищный доспех из практически чёрного металла отлично сидел на мне, прямо как влитой. Он нисколько не стеснял движения, и не сильно утяжелял меня. В скорости и силе удара с такой защитой я потеряю немного, и это радовало.

Это уже был верх наглости, но я всё-таки попросил у волшебной перчатки сварганить мне какой-нибудь шлем. И она снова не подвела — снова от перчатки потянулись металлические тросы и стальные щитки, которые постепенно достигли плеча, а затем и шеи. Далее весь этот живой конструктор принялся обволакивать мою голову. Через пару мгновения я уже смотрел на коридор сквозь прорезь в забрале. Ощупав руками шлем, я понял, что работа закончена — меня снабдили всем, что нужно для встречи с архидемоном. Будем надеяться, что изготовители этих чудесных колец не предусмотрели режим администратора для владельца этого дома. А иначе при схватке с ним я рискую остаться и без штанов, и без оружия.

Прогнав эти мысли прочь, я зацокал металлическими каблуками дальше, подсвечивая себе лучом фонаря из ладони. Вскоре в нём отпала нужда, ведь впереди появилось мутновато-багровое свечение. А уже через минуту, высунувшись из проёма, я очутился в огромной, не побоюсь этого слова, гигантском зале, заполненным чёрной гладью озера, над которой буквально в воздухе висела зеркальная пирамида. Несмотря на её внушительные размеры, она не доставала до потолка ещё метров двадцать. Интересным было и то, что вокруг пирамиды будто дроны описывали круги чёрные шары. Их было штук двадцать, и они вращались в разных плоскостях, подобно протонам, нейтронам и электронам, кружащим вокруг ядра атома.

Посередине пирамиды находился вход, к которому вёл мост, так же левитирующий в воздухе. Чтобы на него взобраться, нужно было пройти по широким ступеням. Кстати, источником красного свечения служили светящиеся кристаллы, разбросанные по периметру, образуя собой многогранник. Архитектор этого места явно вдохновлялся геометрией.

Я не придумал ничего лучшего, чем подняться по ступеням и направиться в сторону пирамиды. Монументальное сооружение, внутри которого я пребывал, наводило какое-то ощущение безысходности и одновременно благоговения. Казалось, что эти стены стоят ещё со времён сотворения всего сущего, и помнят не только времена библейских событий, но и более ранние исторические вехи мирового устройства. Под мостом, по которому я вышагивал в доспехе, словно зеркало распростёрлась недвижимая гладь озера. Тёмная вода, застывшая будто смола, манила в свою глубину. И меня не покидало ощущение, что за мной кто-то следит, хотя это могло быть от отражения рыцаря, следующего за мной снизу. От моего отражения.

Иногда на расстоянии пары метров от меня пролетала сфера, не издавая при этом никаких звуков. Одна, другая, третья — они то замедляли своё вращение вокруг невидимой оси, пронзавшей пирамиду, то ускорялись, заставляя с опаской пригибаться. Скорости были такими высокими, что я бы легко потерял голову, если бы мне вдруг захотелось прыгнуть в нужный момент.

Наконец мост закончился, и передо мной предстал проём без дверей, который вёл внутрь пирамиды. Видимо, хозяин дома никогда не переживал насчёт незваных гостей, поэтому не снабдил свои залы закрывающимися на замок дверьми. Что ж, это к лучшему. Не нужно будет тратить драгоценное время на взлом. Приготовившись к самому худшему, я прошёл внутрь, и вдруг ощутил, как в пространстве что-то изменилось. Точнее, всё вроде бы было на месте, но размеры пирамидальной комнаты каким-то немыслимым образом увеличились в несколько раз, став сопоставимыми с размерами всего зиккурата. Ничего себе трансформация!

Потолок и стены пирамиды оказались испещрены бесчисленным множеством острых и выпуклых предметов, похожих на какое-то древнее оборудование и антенны. Пол тоже представлял собой пирамиду, правда не слишком высокую, на вершине которой находился трон и сидящая на ней статуя. Оглядевшись по сторонам в поисках опасности, и слушая мёртвую тишину, я пожал плечами, и устремился туда. Было странно, что на меня до сих пор никто не набрасывался, желая лишить меня головы. Неужто Кирадесу так хорошо отвлекает на себя внимание там снаружи?

Ещё минут десять мне пришлось подниматься по длинным ступеням, и к концу подъёма я слегка вспотел и почувствовал одышку. Но вот я у каменного трона, отшлифованного до состояния зеркала, на котором в сидящей позе находилась статуя человека, с пирамидой вместо головы. Она была выполнена из такого же материала, что и трон. Я отражался в ней, не понимая, куда идти дальше. Вроде бы я в центре зиккурата, а до сих пор не встретился с его хозяином…

Вдруг где-то наверху что-то щёлкнуло. Послышался стук камней, разбивающихся об пол. Я посмотрел туда, но в сгущающемся мраке, которым был окутан недосягаемый потолок, совершенно ничего не увидел. Может летучая мышь? Или ещё какая гадина.

— Что привело тебя сюда? — внезапно раздалось отовсюду.

Я завертелся юлой, пытаясь определить, откуда пришёл этот нечеловеческий голос. Но ожидаемо не смог. Сердце заколотилось — я подсознательно почувствовал опасность. Так бывает, когда играешь на чужом поле: газон не тот, ворота чуточку другие и стоят не там, зрители болеют за команду противников, а под ногами попадаются неизвестно откуда взявшиеся камни. Всё здесь против тебя, а ты один против всех, не считая команды. В данный момент, я играл в одного.

— Хотел спросить дорогу до замка Сатаны, — произнёс я, борясь с внезапным наваждением.

Снова что-то заскрежетало где-то в другом конце пирамидального зала.

— И поэтому убил всех на улице?

— Ваши подчинённые оказались не склонны помогать усталому путнику в поисках дороги, а сразу попытались его убить. Так что это была вынужденная мера.

Тишина снова заполнила кубометры огромного пустого пространства.

— Кто ты?

— Человек, — твёрдо сказал я. — Узнавший, что раньше был Жнецом Смерти.

— Как занимательно. Я вижу, что ты говоришь правду. Хотя твоё племя с недавних времён полностью стёрто со страниц истории. И, видимо, ты решил последовать их примеру, представ передо мной.

В который раз я оглянулся по сторонам, ожидая подвоха. Ну где же твои воины, Мулцибер? Когда они выпрыгнут из засады, чтобы погибнуть от моей руки?

— А у тебя не так-то много охраны, Мулцибер. И двери нараспашку. Не очень-то и сильно для архидемона. Я ожидал большего.

Внезапно громкое эхо разнеслось по всей пирамиде. Будто каждая её часть завибрировала, издавая клокочущий неприятный слуху звук. Демон смеялся надо мной.

— Я не нуждаюсь в защите мясных мешков с костями.

— Неужели ты так силён? Тогда покажись, и закончим с этим! — выкрикнул я, не желая отсрочивать неизбежное.

Мулцибер снова расхохотался, да так, что вокруг аж загремело:

— А ты самонадеянный. Знай же, что всё, чего касается твой поникший взгляд — есть моя армия. И сейчас ты, человек, назвавшийся Жнецом Смерти, находишься в самом эпицентре моего гнева!

Я мгновенно активировал щит, покрывший меня с ног до головы переливающимся голубым свечением. Вся постройка затрещала по швам, приходя в движение. Различные механизмы на стенах заскрипели, проворачивая древние шестерни по велению демона. Поднялась взвесь из пыли, окутав статую, размером в два человеческих роста, сидящую передо мной.

И вдруг, я увидел, как она начала медленно вставать! Даже через клубы пыли я смог разглядеть, как пирамида на голове существа будто смялась внутрь, а вскоре и вообще серебряным фантиком улетела в сторону под порывами неизвестно откуда поднявшегося ветра. Внутри обнажённого каркаса, выполненного из витиеватых металлических спиц, образовывался пульсирующий кровяной сгусток наподобие сердца. От него к каменному телу протянулись сотни и тысячи капилляров, сосудов и вен, преобразовывая статую в живое мясо.

Мулцибер, а я понял, что это он, поднял обе руки, согнув все пальцы, кроме большого, указательного и безымянного. Затем, он повернул левую ладонь к правой, сформировав угол в девяносто градусов. Снова послышался грохот, да так, что мне показалось, что потолок надо мной внезапно начал падать!

— Первая стадия — КУБ, — механическим голосом произнесли стены.

Началось непонятное. Мулцибер зашагал по направлению ко мне, заставляя отступать. Я был окутан мерцающим щитом, но ещё не проверил его в действии, чтобы быть уверенным, что смогу отразить его удар. И совсем не понятно, какие приёмы против меня станет применять архитектор Ада. Бить руками и ногами, за неимением оружия? Или что-то ещё?

По всему пирамидальному залу стоял треск и грохот — сооружение каким-то неведомым образом шевелилось, скрепя так громко, будто давно не используемый механизм тяжело выходил на рабочий режим. Я уже начал думать, что стоило бы из перчатки вытащить меч и попытаться уничтожить сердце демона, находящееся в пирамидальном каркасе, но в этом момент прямо перед моим носом обрушилась глыба!

Резко отпрыгнув в сторону на пару тройку метров, я увидел тот самый куб. Который, вместо того, чтобы застыть на месте, внезапно поехал на меня! Снова прыгнул в сторону, и чуть не убился, когда моего плеча коснулся другой куб, тоже упавший с потолка. Щит сработал на отлично, заставив меня просто отлететь по инерции, а не быть раздавленным тонной веса. А демон всё шёл, сокращая между нами расстояние. И я понимал, что когда он будет совсем близко, то непременно атакует ещё сильнее. Аттракцион с падающими на голову кубами был только разминкой.

Тем временем, кубов становилось всё больше, и каждый обрушивался на пол в каких-то сантиметрах от меня. Теперь я смотрел не на Мулцибера, а вверх, чтобы заранее приметить падение нового смертоносного снаряда. Но кубы, которые уже находились на полу, были опасны ничуть не меньше. Уже четыре гранёных камня гонялись за мной, будто на колёсиках пролетая в непосредственной близости. Уклоняться в трёх плоскостях становилось всё тяжелее и тяжелее, и ожидаемо я начал сдавать. При столкновении меня подкидывало метров на пять, и только магический щит не давал моему телу превратиться в переломанную груду мышц и костей. Но и он оказался не вечным. С каждым новым ударом, щит мерцал всё чаще, давая понять, что ему не хватает энергии. И я вообще не понимал, где и чем зарядить перчатку во время боя.

Поэтому, наблюдая за приближением великана с треугольной головой, я решил изменить тактику, и отключил щит, запустив вместо него гарпун. Эта палочка-выручалочка протянула длинную цепь под самый потолок и крепко-накрепко вцепилась в него гарпуном. Я сжал кулак, и меня резко потянуло вверх, прямо перед тем, как новый куб чуть не раздавил меня по воле садиста-демона. Поднимаясь всё выше и выше я вдруг услышал новое сообщение от пирамиды:

— Вторая стадия — шар.

Что на этот раз?

А вот что: сотни чёрных шаров, размером с баскетбольный мяч, и совершенно не различаемых во мраке под потолком, внезапно выстрелили из стен. Я успел активировать щит и камнем упасть вниз, как в меня тут же попал шарообразный снаряд, придав ускорение, и в итоге впечатав в стену, с которой я свалился вниз. Бешено мерцающий голубой щит с громким треском разбивающегося стекла рассыпался искрами. Всё — защиту свою я потерял!

Пытаясь прийти в себя после столкновения, я смотрел то вперёд то наверх, где шары продолжали летать из стороны в сторону, отсекая мне возможность использовать воздушное пространство.

Несмотря на то, что я оказался порядочно далеко от высоченного демона, его проклятые кубы уже неслись ко мне, со скрежетом царапая каменный пол. Если ничего не предпринять, тот от крутого Хиро, которым я был пару минут назад, останется только мокрое место! Я снова активировал гарпун, и выстрелил им в сторону трона, на котором недавно восседал демон. После чего высоко подпрыгнул, пропуская под собой взбесившиеся геометрические фигуры. А дальше меня на высокой скорости потянуло к трону, на который я впоследствии взобрался ногами.

— Тебе не сбежать, — произнёс Мулцибер, указав рукой на исчезающий единственный проход, за которым сомкнулись стены.

— Может, всё обсудим? — спросил я, пытаясь оттянуть момент.

— Время разговоров прошло, — бесцветным голосом сказал демон, а затем и стены возвестили о новой напасти, — Стадия третья — пирамида.

Я понял, что сейчас начнётся что-то неприятное, и не прогадал. Прямо под моими ногами пронеслось нечто длинное и острое. Спрыгнув с трона, я увидел, что это вытянутая пирамида, имеющая основание где-то в стене. И как по заказу, в меня полетели её собратья, врезаясь то в пол, то в кубы, которые тоже решили приехать на весёлую геометрическую вечеринку. Будто сайгак, или грёбанный паркурщик, я перемахивал через них, прыгал в стороны, и мучительно осознавал своё незавидное положение. Было слишком самонадеянно идти на встречу с демоном без своего легендарного меча.

Понимая, что находясь вдали от Мулцибера, я получаю по первое число от его смертоносных игрушек, я решил наоборот сократить между нами дистанцию. Несколько длинных прыжков, и я оказался совсем рядом с демоном, который просто стоял и ждал моего появления.

— Твой страх и страдания питают меня.

А вот здесь я осознал, что демон наконец-то прокололся. Я нисколько не боялся его, напротив, искренне желал прикончить в ближайшую минуту, запыхавшись от его слишком активных игр. Высказывая подобные, ничем не подкреплённые суждения, Мулцибер фактически признавался в том, что больше не имеет против меня новых фокусов. Ему больше нечем застать меня врасплох. Скорее всего этот неповоротливый гигант попытается раздавить меня своими огромными ручищами или ногами. А я, в свою очередь, использую скорость и внезапные атаки, чтобы разорвать его сердце и положить этому конец.

Иной живой точки на его теле-статуе я не видел, поэтому предположил бить именно в голову. И очередной гарпун устремился к цели, пока демон замахивался для удара. Послышался чавкающий звук, и всплеск, возвещающий мне о том, что сердце пробито! Я видел, как гарпун просто снёс этот важный орган, примотанные к спицам пирамиды кровяными сосудами и венами. Демон пошатнулся, лишившись сердца. Испытывая сладкое удовлетворение от победы, я наблюдал, как Мулцибер сначала падает на колени, а потом и вовсе рассыпался на мелкие кусочки после падения на пол.

Несмотря на это, взбесившиеся кубы, пирамиды и шары вовсе не собирались останавливаться, превращая зиккурат в весёлую хаотичную дробилку. Я снова уворачивался и бегал от назойливых геометрических фигур, пока не заметил вспышку в том месте, где стоял трон. А потом увидел, что на нём снова сидит гигант Мулцибер, с новым сердцем в пирамидальной голове. Как⁈

Он снова встал и пошёл по направлению ко мне:

— Неужели ты думаешь, что сможешь одолеть меня моим же оружием? Где твой меч, Жнец Смерти? Я желаю сражаться с противником, хотя бы равным мне по силе. А без своего меча ты просто половина Жнеца! Какое жалкое зрелище…

— Пошёл ты! — выкрикнул я, устремившись к нему навстречу.

Я активировал меч, и начал совершать длинные магические прыжки, окутывавшие меня красным сиянием. Настало время показать этому демону, что самурай, наделённый божественным даром, даже без своей катаны способен на многое.

Демон лишь развёл руки в стороны, будто готовясь принять меня в распростёртые объятия. Но я не стал бить его в лоб, а пролетел дальше, оказавшись за его спиной. Резкий разворот и снова прыжок, и вот я позади Мулцибера. Он показался слишком медленным, поэтому я легко взобрался на его плечи и всадил свой клинок ему в сердце. Демон, в точности, Как в прошлый раз, разбился на множество осколков.

— Ну, сколько ещё перерождений тебе нужно, чтобы сдохнуть окончательно? — с вызовом выкрикнул я.

Ответом стал куб, который сбил меня с ног и вытолкал к трону, на котором снова материализовался демон.

— Бесконечность — моя любимая цифра, — усмехнулся Мулцибер, вставая с трона.

Мне стало жутко. Я играл на поле противника по его же правилам, в которых не имелось такого важного пункта, как «победа Хиро». Нужно что-то предпринять, и очень быстро. Оказалось бессмысленным пытаться навредить статуе, сердце которой так и манило всадить в него меч. Но толку не было — демон возрождался снова и снова. Но куда тогда бить?

Я отпрыгнул от метнувшегося в меня острия пирамиды, прилетевшей откуда-то сбоку, и побежал. За мной неслось эхо хохочущего демона:

— Как я и сказал, без своего меча ты просто жалок, — захохотали стены зиккурата. — Меф, можешь присоединиться к нам.

Внезапно в метрах десяти над моей головой открылось окно портала. И я сразу понял, что архитектор Ада любит называть своего старого приятеля архидемона Мефистофеля сокращённым именем Меф. Это было бы забавно, учитывая их возраст и природу, если бы не было так страшно.

Из портала высунулась довольная морда гремлина, заставив меня серьёзно запаниковать. Если к движущимся фигурам присоединятся порталы, возникающие на каждом шагу, то до фатального плавания в раскалённой лаве мне осталось всего ничего!

— Простите, молодой человек, но ваша игрушка больше мне не интересна. Она сломалась! — весело проговорил демон, швырнув какой-то предмет в мою сторону, после чего, махнув рукой, архидемон скрылся в схлопнувшемся портале.

Звонко прозвенела сталь, ударившись о каменный пол. Не веря собственным глазам, я добежал до того места, где серебром сверкнул клинок.

— Кирадесу! — выкрикнул я в порыве боли и отчаяния, сжав в руках обломки своего меча.

Надо мной возвышался пирамидоголовый демон. Словно колосс Родосский, готовый раздавить меня, как букашку. Но непонятно, почему он медлил? Почему не воспользовался моей внезапной слабостью и не покончил со мной? Видимо, понимал, что я и так повержен. По крайней мере, психологически. Потому что передо мной лежал сломанный меч. Точнее, две половинки клинка, одна из которых оканчивалась рукоятью. Будто что-то разрезало клинок на две половины на молекулярном уровне. Никаких заусенцев, ничего. Неужели адский лорд Мефистофель сделал это с помощью своих порталов? Вероломно закрыл портал, когда в него попала часть меча, и бросил моего железного товарища о камни, как какой-нибудь мусор?

За подобное неуважение к моему духовному оружию расплата будет жестокой. Я тебе обещаю, демон!

Наконец, Мулцибер заговорил:

— Веками ваша братия под покровительством Смерти держала в узде триаду противоборствующих сил в этом мире. Но, судя по всему, ваше время пришло к концу. Законы старого мира больше не действуют. Это доказала Первородная.

Я нервно рассмеялся:

— Ты знаешь Еву?

Убийственные кубы, шары и пирамиды вдруг перестали на меня лететь, а остановились, встав частоколом вокруг нас с Мулцибером.

— Да. Она первая, кто нарушил закон.

— Какой закон? Сохранения баланса? — вспомнил я, с тоской смотря на две половины меча.

— Система нашего мира была сбалансирована, и это правда. Но, как оказалось, сдерживающие механизмы уже давно не функционируют. Смерть и его жнецы были последним оплотом её стабильной работы.

— И что же будет дальше?

— Хаос, — мрачно произнёс он. — Я не одобряю то, что происходит. Именно поэтому не вмешиваюсь в игры других лордов.

— Как бы смешно это не звучало, но ты боишься Бога? Что, проснувшись, суровый отец накажет своих неразумных детей, решивших пошалить в его отсутствие?

Мои слова никак не тронули демона-статую.

— Творец стоит над всеми нами, и этого не изменить.

— Ты забыл про Тёмного.

Вот тут мне удалось зародить в нём интерес:

— Что ты знаешь о нём?

— Только то, что он взорвал вселенную, и испарился. Больше его никто не видел.

— Испарился? Его части разбросаны по вселенной. Он так и будет существовать разобщёнными неразумными кусками за то, что решил противостоять Творцу.

— Одна из таких частей сейчас находится у Сатаны…

Демон внезапно зарычал и тяжело ударил ногой об пол, заставив меня подпрыгнуть на месте.

— Ты лжёшь!

— Зачем мне врать тебе? У него в руках перст Тёмного. Я и пришёл сюда только для того, чтобы узнать, как добраться до замка дьявола. Там моя девушка, и…

Мулцибер меня не дослушал, испытав негодование:

— Проклятье! Старый хитрец переиграл нас всех!

— Чего он хочет добиться?

Демон меня уже не слушал, устремившись к своему трону. Я сгрёб останки меча и побежал следом, помня о том, что рядом с демоном остаюсь в безопасности. А фигуры на полу угрожающе тихо следовали за мной.

— Ответь мне!

Архитектор свалился на свой трон и будто прирос к нему. Пирамида на его голове начала затягиваться зеркальным материалом, как и всё тело. Я встал рядом с ним, ничего не понимая. Внезапно весь зиккурат задрожал, будто началось землетрясение. Где-то загрохотало, а снизу нарастал гул. Стены пирамиды моментально покрылись точками ярко-белого света, длинными лучами пронзая мрачный зал. Все геометрические фигуры быстро вернулись обратно на свои места и встроились в тело здания. Тем временем, мне уже закладывало уши от непереносимого гула и перегрузок. Меня вдавливало в пол, и я постоянно скатывался с него, еле-еле держась руками за ноги демона.

— Что, мать твою, происходит⁈ — закричал я, что есть силы, не надеясь услышать ответ.

— Я ухожу, — произнесли стены.

— Куда⁈ — перегрузки становились невыносимы, а руки соскальзывали. Ослепительный белый свет полностью залил собой пирамидальный храм. И казалось, что если я отпущу руки, то просто улечу прямиком в белое никуда. Там уже точно больше не существовало пола!

— Далеко. В иную точку вселенной. Нужно заранее подготовиться к ударной волне. Тем более, я давно мечтал посмотреть на то, как устроена архитектура других миров. Хаос царствует в мире, значит я могу оставить свою функцию и осуществить свой замысел.

— Подожди! — выкрикнул я, вдруг осознав, что оказался зайцем на космической ракете, в скором времени стартующей в последний полёт! — Выпусти меня отсюда!

— Такой интересный и единственный в своём роде экземпляр, как ты, будет хорошим дополнением моей коллекции кунст-камеры. Как только мы выйдем на орбиту, я поселю тебя в твоих казематах. А пока, держись.

Как обухом по голове! Этот трусливый гад решил свалить из Ада на своей гигантской пирамиде, попутно прихватив с собой меня! А потом улететь неизвестно куда, чтобы там, в спокойной обстановке, дождаться… ударной волны⁈ ЧТО⁈ Ну уж нет! Я на это не подписывался! Я ещё не закончил свои дела здесь и не спас своих людей!

— Выпусти меня! Сейчас же!

Я кричал и кричал, но демон больше не отвечал, видимо полностью слившись со своим троном телом и разумом.

Нужно было что-то делать, а я и понятия не имел что! Громоподобный звук своими вибрациями пробивал меня насквозь. И даже, как-будто разбивал мои мысли, которые всё тяжелее формировались в действия. Нет, это не просто старт необычной ракеты. Это какие-то манипуляции с пространством и временем, чёрт их дери!

Одна моя рука держалась за поручень трона, а другая сжимала две половины меча, которые тоже соскальзывали. Нужно подняться по нему, и хотя бы удержаться, дабы предпринять хоть что-то. Поэтому я, как новоиспечённый альпинист, покрепче сжал в своей ладони останки меча, и принялся вбивать острие сначала в ноги демону, а потом и выше. Было трудно, ведь на меня оказывалась нагрузка, наверное, сравнимая с той, которую испытывают космонавты при старте ракеты. Но я упорно карабкался вверх, и, в конце концов, обхватил шею пирамидоголового, боясь упасть в белое ничто.

Я кричал в его геометрический череп, бил его клинком. В один момент, чуть не потерял вторую половину, которая выскользнула из руки. Благо, реакция была ещё при мне, и едва не сорвавшись, я всё-таки успел схватить полоску металла другой рукой. А потом снова обхватил шею Мулцибера.

— Да чтоб тебя! — выругался я, ударив мечом по спинке трона, на котором сидела статуя.

— Прекрати! — гневно произнесли стены пирамиды.

В моей голове сразу же сопоставились отсутствие его реакции, когда я лупил по демону мечом, и наоборот, её возникновение, когда я ударил по трону. Неужели именно трон являлся его ахиллесовой пятой? Стоило проверить эту теорию прямо сейчас!

С размаху я всадил клинок прямо в сидение, заставив тело демона вздрогнуть.

— Не делай этого!

— А то что? — злорадно улыбнувшись, спросил я.

Ещё пара ударов, и адский лорд начал буквально молить меня прекратить портить его красивый, но очень мрачный трон:

— Достаточно! Хватит! Я отпущу тебя, только прекрати это делать!

Видимо, сейчас он не мог отсоединиться от трона и навредить мне, поэтому решился на дипломатию. Может быть, управление зиккуратом требовало от него постоянного нахождения в капитанском кресле?

— Мне нужно добраться до замка Сатаны, — проорал я, пытаясь пробиться через какофонию звуков.

— Используй перчатку. Скажи слово «карта», — сразу ответил демон.

— Карта!

Над моей рукой, облачённой в металлическую перчатку, высветился голографический овал, отливавший оранжевым светом. И действительно, это оказалась самая натуральная карта, на которой были отмечены замки остальных архидемонов. Что интересно, это было объёмное изображение, уходящее вглубь, наподобие перевёрнутого конуса. В самом низу прямо возле ядра планеты, как я понял, находился замок Сатаны.

— Как мне переместиться туда?

— Ты должен назвать пункт назначения и приказать перчатке переместить тебя туда. Но знай, тебе придётся пройти через все замки, если ты хочешь добраться до дьявола. Эта перчатка низшего демона, и её возможности ограничены короткой телепортацией.

— Чёрт! Почему всегда есть какое-нибудь «но»⁈

Расстроившись, что не смогу сразу попасть в то место, где предположительно могла находиться Мисаки, я в то же время осознал, что ещё даже не поднялся на первую ступень духа, одну из четырёх, о которых говорил Кирадесу. В таком состоянии идти в самое пекло слишком безрассудно и опасно. Наверное, это даже к лучшему, что я должен пройти весь путь. Хотя бы подготовлюсь, но надо действовать в темпе!

— Спасибо и на этом! — поблагодарил я, намечая себе путь по карте. Моей следующей остановкой должен был стать замок того самого демона времени по имени Сеера, о котором мне поведал меч.

Мулцибер лишь промолчал в ответ на мою реплику, а я решительно сжал кулак и произнёс: «Замок Сеера!» Яркий белый свет тут же сменился на непроглядную тьму. Я снова не мог дышать, как тогда при переходе к зиккурату Мулцибера. Но, хвала богам, всё прошло довольно быстро, и моё бренное тело ощутило резкую смену декораций. Солнце грело мои доспехи, и щипало глаза после пребывания во тьме. В ушах ещё стоял грохот и писк, и я уже устал хлопать по ним латными перчатками, как вдруг заметил шлейф на небе, и маленькую точку, стремящуюся ввысь.

Над багровыми облаками вздымался ввысь зиккурат Мулцибера. Существо, которому местные жители были обязаны своими устрашающими строениями, неожиданно решило покинуть Ад и улететь в неизвестность. И напугал его Тёмный. А точнее, его сила, которая теперь находилась в руках Сатаны, стараниями Стигматы. Что же такого намеревается сделать владыка Ада, что его подопечный бежал, как крыса с тонущего корабля?

Видимо, ничего хорошего. Как всегда…

Отвлёкшись от созерцания неба, я, наконец, осмотрелся. Я стоял на смотровой площадке высокой чёрной башни, с которой открывался одновременно прекрасный и ужасный вид на бескрайнюю пустошь. Ни деревца, ни реки, ничего. А только жаркое красное небо, перетекающее на горизонт, словно лава. В доспехах становилось слишком тепло, но я не стал их деактивировать, не имея понятия, сколько циклов использования у меня имеется в запасе. Вместо этого опустил взгляд на нижние уровни замка, которые оказались практически полностью разрушены. Поваленные перекрытия, горы строительного мусора и оплавленные воронки, отражающие солнечный свет, словно чёрные зеркала. Когда-то здесь произошла жаркая битва, и «я-прошлый» принимал в ней активное участие. И Кирадесу, который больше не разговаривал со мной, будучи разделённым на две половины.

Нужно найти способ собрать его воедино, после чего обыскать местность и двигаться дальше. Впереди меня ждало посещение резиденций оставшихся всесильных лордов Ада…

На смотровой башне имелся небольшой полуразрушенный козырёк, закрывавший лестницу. Туда я и пошёл, спасаясь от палящего солнца. Присев на каменный пол, я положил перед собой две половины меча, соединив их между собой. К сожалению, чуда не произошло — обе части меча не слились воедино волшебным образом, а так и лежали молчаливым укором передо мной. И я не знал, что делать дальше. Как его восстановить? Найти адского кузнеца, чтобы он расплавил клинок, а затем выковал новый? Но вернётся ли Кирадесу после этого? Не убью ли я его окончательно, если он ещё каким-то чудом не превратился в историю?

Проклятье!

Сидеть на месте и гадать никак не входило в мои планы, поэтому я взял то, что осталось от меча в руки, и задумался о том, как бы прикрепить его к доспехам. Должны же быть какие-нибудь ножны или что-то вроде того.

Я решил воспользоваться перчаткой, и мысленно произнёс: «ножны».

Скорее я почувствовал, нежели услышал, как за спиной сформировался продолговатый чехол для меча. Сначала вложил в него часть клинка, оканчивающего остриём, а потом и другую половину с рукоятью. Меч оказался надёжно зафиксирован, что позволило мне освободить обе руки и получить возможность свободно двигаться. Нужно было осмотреться и поискать что-нибудь полезное для себя в этом заброшенном месте. Может, даже найду кузницу или что-то вроде того. Без Кирадесу, как сказал архидемон, я становился неполноценным и не мог конкурировать с высшими адскими лордами. Да и вообще потеря стального товарища угнетала меня. Он казался всесильным и непобедимым, но хитроумный Мефистофель обвёл его вокруг пальца. Ничего. Я найду способ возродить его. У меня нет другого выбора.

Я спустился по лестнице на пару пролётов и упёрся в завал. Пришлось вылезти через окно, под которым меня ждало метров десять-пятнадцать свободного полёта в начале, и жёсткое падение о камни в конце. Но это совсем не проблема, если у тебя на руке демонический мультитул. Металлическая перчатка загорелась красным пламенем, и я выстрелил из неё гарпуном, который полетел в противоположную полуразрушенную башню в пятидесяти метрах от меня. Как ни странно, но длины цепи хватило, чтобы снаряд вонзился в камень.

Держась за цепь, я шагнул вниз, одновременно активировав её возврат. Благодаря этой функции я мягко приземлился на обломки, и скользнул вниз. Вскоре я уже стоял на главной площади, испещрённой воронками от неизвестных мне снарядов. Теперь вблизи эти зеркальные ямы выглядели ещё более странно, чем сверху. Судя по всему, в этих местах произошло кратковременное повышение температуры до сверхвысокой, из-за чего песок оплавился, превратившись в чёрное стекло. Обследовав площадь, я не нашёл больше ничего стоящего, поэтому зашагал к крепости.

Эта постройка очень походила на ныне сгоревший собор Нотердам де Пари множеством деталей и чернотой камня, которого не могло осветлить даже палящее солнце Ада. Где-то прослеживались фирменные детали архитектора Мулцибера, вроде геометрических фигур и острых башенок, которые органично вплетались в готический стиль замка. Даже, будучи в полуразрушенном состоянии, это место навевало чувство опасности.

В широком проёме уже давно не было дверей. Внутри намело песка, как, впрочем, и во дворе. Адская природа неумолимо завоёвывала пустующее пространство, заполняя его пустыней. Я шёл по тёмному залу, постоянно оглядываясь по сторонам — тени скакали во все стороны от луча моего магического фонаря. Что я искал здесь? Зацепку, которая должна была привести к артефакту времени? Или то, что может вернуть мой меч к жизни?

Лестница на верхние этажи была разрушена и завалена камнями. Я не имел никакого желания разбирать завалы ради того, чтобы осмотреть, что там наверху, тем более, меня очень привлекла закрытая металлическая дверь, судя по всему, ведущая в подвал. А, как известно, всё самое тайное и сокровенное злодеи прячут именно в подвалах. Значит, мне туда.

Подойдя к двери неожиданно для себя увидел, что она приоткрыта, хотя раньше, судя по выгравированному знаку, который начинался на полотне двери и заканчивался на стене, была запечатала магической руной. Я потянул резную ручку на себя, и дверь вдруг сорвалась с петель, благо я её удержал своими руками. Стараясь не шуметь (не было желания привлекать к себе излишнее внимание), осторожно положил её на каменный пол и подсветил фонарём лестницу, ведущую в комнату без окон. Это помещение походило на лабораторию: на стенах установлены полки, набитые всякими склянками, котлами, и другими необычными вещами. Шкафы, верстак, ящики с инструментами и прочий скарб любого уважающего себя изобретателя. Если бы я не знал, что это место принадлежало демону времени, то подумал бы, что здесь раньше жил какой-нибудь часовых дел мастер.

Об этом говорило наличие огромного количества маленьких шестерёнок и запчастей, разбросанных на полу. Рядом лежал перевёрнутый ящик, из которого всё это добро и вывалилось. Похоже, Сеера, не ожидая гостей, прибирался в своей мастерской. Но тут по его душу нагрянули Смерть и я, из-за чего демон времени бросил все свои дела и вышел на свой последний бой. Мне понадобилось минут двадцать, чтобы осмотреть всю комнату. Не зная, что искать, я перебирал все вещи, покрытые пылью, надеясь наткнуться на что-то стоящее. Но, увы, в старом хламе ничего такого не нашлось. Я уже хотел возвращаться, проходя мимо верстака, как вдруг он слабо замигал установленными на нём кристаллами.

На металлическом столе лежали необычные инструменты от больших аналогов разводных ключей до очень мелких пинцетов и отвёрток для тонкой работы. Всё это богатство подсвечивалось слабым белым свечением, которые испускали три небольших кристалла, установленных в верстак по линии. Я осмотрел его, но больше не нашёл никаких кнопок или рычагов, поэтому рискнул и нажал на один кристалл, который плавно опустился под моим пальцем. Внутри что-то щёлкнуло, и, сбрасывая инструмент на пол, из верстака начала выдвигаться панель. Под ней находился горизонтально установленный цилиндр из жёлтого металла, напоминающего золото. Этот предмет держался на двух зажимах справа и слева. Приглядевшись, я рассмотрел на нём необычные символы, значение которых даже не пытался понять.

Данный артефакт показался мне стоящим внимания, поэтому я попытался вытащить его из зажимов, но как ни старался, а сделать этого не смог. В своих пазах цилиндр держался намертво, и даже моих сил не хватало сдвинуть его с места. Плюнув на это гиблое дело, я решил нажать следующий кристалл, который, к моему удивлению, запустил вращение цилиндра. Вся комната заполнилась шумом от работы неизвестного механизма. Из-за этого шума я запоздало заметил, что пол подо мной начал слабо светиться тем же белым свечением. Я сразу же отошёл с мерцающей квадратной плиты, имеющей размеры метр на метр. Что же это такое?

Устройство и вправду оказалось весьма необычным. И судя по всему, его оператор должен был использовать свойства верстака на самом себе. Но теперь я совсем не горел желанием экспериментировать с этой древней игрушкой, хотя третий кристалл так и манил нажать на себя. Что будет после этого, одному Сеере известно. Даже, если бы этот демон сейчас стоял рядом со мной, то сомневаюсь, что он раскрыл бы мне тайну своего детища. Но что-то мне подсказывало, что его изобретение было связано с манипуляциями со временем.

Взвесив все за и против, я всё-таки отказался от продолжения эксперимента, и уже потянулся выключить довольно громкое оборудование, как вдруг услышал чьи-то голоса, доносящиеся со двора.

Неужели демоны?

Стараясь оставаться в тени, я осторожно поднялся в зал, разделённый на две половины потоком света из входной двери. Длинные тени тянулись с улицы, но я до сих пор не мог различить силуэты. Но хорошо слышал их голоса, которые оказались человеческими:

— Говорю тебе, там кто-то есть! Слышал этот гул? — взволнованно произнёс мужской голос.

— Думаешь, хозяин дома вернулся? Через столько лет?

Послышался неприятный смех:

— Если бы Сеера появился здесь, то мы бы точно узнали. Наверняка, это кто-то другой.

— Проверим?

Его собеседник ничего не сказал в ответ, но я услышал шорох — эти двое вошли внутрь. Я затаился, наблюдая уже привыкшими к темноте глазами за голыми мужчинами, которые практически наощупь медленно продвигались к источнику шума в подвале.

— Эй! Кто здесь?

— Выходи!

Наверное, это были грешники. А где грешники, там и демоны-надзиратели. Лучше не тратить на них время (тем более я так и не нашёл способа восстановить Кирадесу), а телепортироваться на следующую точку на карте — замок архидемона по имени Маммон. Я не имел никакого понятия, чем славилась эта адская тварь, но мне всё равно придётся пройти через его земли. Может быть, там найдётся способ восстановить мой легендарный меч, без которого шансы спасти Мисаки были практически нулевыми.

Я поднял перчатку, активируя карту, рассеивающую тьму своим оранжевым светом. Меня сразу же заметили, хотя это уже было не важно. Ещё пара секунд, и я перемещусь в новую локацию.

— Вот он!

Я бросил взгляд на идущих ко мне мужчин, и уже мысленно начал произносить словосочетание: «Замок Ма…», как вдруг, не доходя до меня метров пять, эти двое, будто воздушные шары, со свистом сдулись, превратившись в смятые оболочки, которые быстро затянулись во входной проём, словно ведомые незримой нитью. И сразу после этого, в комнату молнией вбежал демон, и схватил меня за горло, защищённое металлическим воротником.

— А кто тут у нас прячется?

Благодаря неимоверной силе, неизвестный демон швырнул меня сначала к проёму, и, не дав опомниться, снова метнулся ко мне и, словно пушинку, бросил уже на улицу. Испытывая ни с чем несравнимое негодование, я поднялся на ноги и активировал перчатку, сформировавшую мне клинок. Передо мной стояли трое демонов, облачённые в одежды, похожие на наряды бедуинов. Их лица были скрыты красной тканью, а под мешковатыми куртками блестели металлические пластины. В руках они держали по два длинных кинжала, похожих формой на арабские сабли.

Со мной не стали разговаривать. Они сразу бросились в бой всей троицей, решив не давать мне ни единого шанса на спасение. Это только в кино орда бандитов окружает героя, после чего каждый из них дерётся с ним в одиночку, передавая эстафету новому злодею, пока все они не лягут от рук победителя. Здесь же всё было наоборот: один побежал прямо на меня, в то время как остальные заходили с флангов. И если бы не божественный дар владения мечом, то уже через пару секунд меня бы зарубили на месте.

Отбив несколько ударов, поспевая уделить время каждому убийце, я резко ушел на три-четыре метра назад, использовав тот фокус с мгновенным перемещением, которому обучился в битве с низшими у зиккурата Мулцибера. Демоны на секунду встали в недоумении, что позволило мне активировать гарпун и попытаться ранить хотя бы одного из них. Но недаром меня застали врасплох внутри замка Сееры — вся троица мгновенно рассыпалась в стороны, и уже один из них ударил меня своими кинжалами прямо в локоть, который я успел выставить для защиты. Посыпались искры, но мои доспехи выдержали удар.

Эти парни оказались очень быстры, как и гарпун, который по моему велению возвратился в перчатку, попутно разорвав демону спину. Пустынный убийца истошно закричал, и моментально отступил в сторону залечивать раны, предоставив меня своим товарищам. Эти двое сразу же ринулись в бой, заставляя меня отступить к замку, и использовать мгновенное перемещение.

Таким образом, я получил фору в пару секунд, которую использовал для формирования меча. Только серебряная сталь блеснула лучом адского солнца, как началось соревнование за первое место в номинации «Самый быстрый клинок». Двое убийц уже серьёзно подошли к моему умерщвлению, не давая мне перевести дух своими молниеносными ударами. Они заставляли меня отступать во тьму замка, где я не смогу заметить коварный выпад в спину от третьего, хоть и раненного, демона. Я понял это по мелькнувшей тени за их спинами, и тому факту, что раненый до сих пор не кинулся помогать своим товарищам.

Рубикон пройден — мы оказались внутри, размахивая блестящими клинками на такой скорости, что сторонний наблюдатель мог различить только сверкающее облако и троих воинов вокруг него. Поток уличного света был устремлён прямо в проём, ведущий в подвал. Именно там, в узком коротком коридоре, я смогу получить преимущество, ведь двое убийц там уже не поместятся, и им придётся биться со мной по очереди. Благодаря отблеску заточенного лезвия, я увидел боковым зрением метнувшегося ко мне третьего воина, и понял, что дальше медлить нельзя. Излучая красное сияние мгновенного перемещения, я «прыгнул» к подвалу и встал в его проёме.

Ко мне сразу же прыгнул один из убийц, предвкушая скорую расправу. Я специально отступил на пару шагов назад, тем самым, приглашая его зайти в узкий коридор. Казалось бы, в таком месте его кинжалы должны были дать ему преимущество, нежели мой длинный клинок. Но здесь сработала разница даже не в мастерстве, а в скорости. Демон начал серию колющих ударов, пытаясь добраться до слабо защищённых мест на моей броне: шеи, подмышечных впадин и смотровой щели в забрале. Я не мог эффективно парировать его удары, находясь в предбаннике, поэтому, снова отступил на пару шагов, чтобы очутиться в мастерской Сееры, и теперь встал намертво, свободно отбивая удары демона.

Прошло ещё несколько секунд, чтобы убийца осознал, что попал в ловушку. У него оставалось лишь два варианта — либо пробиваться вперёд, рискуя напороться на меч. Либо отступить в зал, но двое его товарищей, уверенных в победе, уже закрыли ему путь назад. Если бы я дал им ещё немного времени, то эти парни смогли бы скоординировать свои действия. Но внутри меня клокотала ярость, взращённая Кирадесу перед бойней низших у зиккурата, поэтому в последний миг жизни пустынный убийца стал свидетелем мастерства воистину самого быстрого фехтовальщика в этом захолустье. Ведь всё это время я бился в пол силы…

Мой меч, словно вихрь, обрушился на не ожидавшего подобного сопротивления, воина. Пять или шесть ударов пронзили его грудь, три или четыре вспороли руку, и ещё несколько разрубили шею, заставив голову запрокинуться назад и повиснуть на коже. Мощный удар ногой и уже бездыханное тело обрушилось на демона, стоявшего позади.

Я с удовлетворением услышал грубые выражения, отправленные в мой адрес.

— Ну же, ребята, заходите внутрь. Продолжим наше знакомство в этом уютном месте.

Благодаря свечению, которое испускал верстак, я волне свободно ориентировался в пространстве этой небольшой комнаты. Разъярённые демоны, потеряв товарища, похоже, решили идти до конца. Они выбрались из коридора и начали обступать меня с обеих сторон. В этот раз я сразу же атаковал, не дожидаясь, пока они выберут удобный момент, чтобы ударить. Расчёт был на то, чтобы вывести из игры последнего здорового оппонента, оставив на десерт раненого, чтобы иметь больше шансов обезоружить его и допросить.

Мгновенное перемещение в клубах красного тумана, и мой меч пробил глотку убийцы справа. В этот же момент я почувствовал резкую боль в области спины — последний демон всё-таки уличил момент для коварного удара. Только благодаря добротным доспехам, кинжал не прошил меня насквозь. В порыве гнева я всадил ему меч в живот и пинком отправил на верстак. Демон ударился об него и случайно нажал на последний кристалл.

Пока я лечил себя зелёным лучом, демон проливал кровь на оборудование Сееры, находясь ко мне спиной. Гул становился сильнее, а ранее слабо светящийся квадрат на полу под убийцей внезапно забил прямо в потолок целым столбом яркого света. Тело раненого демона задрожало, и к своему удивлению, я увидел, как сквозное ранение в области поясницы затягивается, а кровь при этом затекает внутрь. Затем разрез на одежде таким же волшебным образом исчез, как и другой в области плеча, куда я ранее попал гарпуном. Готовясь к стычке с внезапно выздоровевшим противником, я вдруг осознал, что он просто стоит и ничего не предпринимает. Обойдя его со стороны, я заметил, что он пребывал в каком-то трансе.

Вскоре начала происходить настоящая чертовщина. Одежда на теле воина начала испаряться, а он сам уменьшаться в размерах. Я видел, как молодой краснокожий парень с короткими рожками на голове превращался в юношу, а затем в мальчика, становясь всё ниже и ниже. Вскоре передо мной лежал младенец, который так же стремительно продолжал уменьшаться. Больше я не мог на это смотреть поэтому, подождав пару минут и с облегчением увидев, что на квадрате света больше ничего не осталось, я нажал на кристалл и выключил эту страшную вещь.

— Игры со временем, да? — подумал я вслух. — А что, если… Да, нет! Это же безумие!

Во мне боролись страх и внезапно возникшая одна сумасшедшая идея. Понимая, что рискую многим, я принялся обыскивать шкафы и ящики в поисках подходящего инструмента. И слава богам, нашёл его. Ощущая дрожь во всём теле (не каждый раз приходится иметь дело с машиной времени), я отцепил ножны с Кирадесу от спины, и вытащил две половины меча, после чего положил их на пол в квадрат перед верстаком. Заранее зацепил обе половины щипцами, и оставил их лежать, пока сам подошёл к кристаллам.

Ну, была, ни была!

Нажав на третий светящийся гранёный камень, я сразу же бросился обратно, наблюдая чудо в действии: две половинки клинка моментально слились воедино, и я немедленно щипцами вытащил меч обратно. Отключив машину, чтобы ненароком не попасть под её действие, я сжал рукоять Кирадесу и осмотрел его вдоль и поперёк — он был как новый!

— Хиро? Где мы? — спросило моё оружие. — Я ничего не помню с момента нашего разговора в пустыне.

Испытывая восторг и ликование, я пару раз взмахнул мечом и снова почувствовал распирающую меня мощь.

— Мы в замке Сееры, друг. И нам предстоит срубить ещё много голов демонов. Надеюсь, ты теперь готов к этому!

— Есть идеи, кто они такие? — спросил я у меча, пнув распластанное на полу тело одного из убийц.

— Воткни моё острие в труп, — обескуражив меня, предложил Кирадесу. — Так я смогу сказать больше.

Я никогда не имел желания измываться над павшими врагами, но эти демоны не представились и вообще ничего про себя не рассказали. А мне было очень интересно узнать, что они здесь делали и на кого работали. Тем более, тот фокус со сдувшимися грешниками несколько удивил меня. Те двое мужчин на первый взгляд были весьма реальными, а в итоге оказались фальшивками.

Мысленно извинившись перед мёртвым телом, я вонзил Кирадесу ему в спину.

— Ну что? Видишь что-нибудь?

— Это младший демон.

— Ты хотел сказать низший?

— Нет. Низшие — это бывшие люди, а младшие — демоны по рождению.

Я как раз видел, что тот несчастный на верстаке превратился в грудничка, тоже имевшего рожки на маленькой голове. Эх, если бы я каким-то образом смог вытащить его назад, то ребёнок остался жив. Ведь дети из прошлого не виновны за грехи, которые они сделают в будущем. На меня накатила депрессия. Сеять смерть — моё предназначение. Пора к этому привыкать.

— Ты видел эти одежды раньше? Эти клинки?

— Да. Это слуги Сееры. Они что-то вроде ронинов, самураев оставшихся без хозяина.

— Похоже, они разбойничали рядом с этим местом. Я видел иллюзию — двое грешников прошли в замок, а потом превратились в фантики и исчезли. Может быть, они так выманивали других грешников? Только зачем?

— Вполне возможно. У младших демонов после смерти хозяина есть только три выхода. Первый — отправиться в бега и промышлять разбоями. Им приходится искать себе души людей для поддержания жизни. Например, красть их на землях других демонов, чтобы потом пытать и получать через их страдания жизненную силу.

— Как лиса в курятнике. Понятно.

— Второй вариант исключает свободу, но даёт возможность сытого существования — примкнуть к другому лорду и служить ему.

— А третий вариант?

— Забвение. Голодная смерть или сведение счётов с жизнью. Зависит от крепости уз, которые сформировались между хозяином и его подопечными.

— Видно, Сеера не особо утруждался налаживанием корпоративного духа, раз его воины превратились в разбойников, а не ушли следом за ним.

Я вытащил меч из тела убийцы и вытер об его одежды. После чего вложил в ножны за спиной.

— Ты что-нибудь знаешь об этой штуке? — спросил я, указав на выключенный верстак.

— Нет.

— Один из убийц попал под его влияние, и начал слишком быстро молодеть. В конце превратился в зародыш, а потом исчез.

— Обратный темпоральный эффект.

— Что?

— Этот артефакт — ещё одно проявление скверны, исходящее от проклятого демона Сееры. Игры со временем очень опасны для всего мира. Если всё так, как ты говоришь, то нам нужно уничтожить эту вещь. И чем скорее, тем лучше.

— С её помощью я починил тебя.

— Я был сломан?

— Да. Мефистофель каким-то образом сломал тебя пополам.

— Невозможно! Хотя… Он мастер над порталами, так что… Но, я ничего не помню.

— Потому что я вернул тебя прошлого, ещё до встречи с ним. Именно с помощью этой машины.

Мне совсем не хотелось уничтожать этот необычный артефакт. Что-то мне подсказывало, что верстак очень важен, тем более, он обращал время вспять, хоть и только для своего оператора. Но как использовать его, чтобы всё вернуть на круги своя? Не просто сбросить два десятка лет, а затем исчезнуть, а обратить время вспять для всех? Или же я всё притягиваю за уши, и кроме, как для пыток, изобретение Сееры никуда не годится?

— Расскажи, что было дальше, — попросил мой меч.

— Я пытался драться с Мулцибером, но это оказалось бесполезно. И он не убил меня только потому, что узнал про перст Тёмного, который теперь находится у Сатаны. Услышав это, архитектор Ада просто сбежал на своём зиккурате. Куда — не знаю. Может быть в другую галактику.

— То, о чём ты говоришь, очень тревожно.

— И почему же?

— Тёмный — это Первородный, который достиг практически безграничной силы. В схватках с собратьями он смог победить их всех, и поглотить их силу. Представь себе Первородного, аккумулирующего в себе мощь сотен таких же, как он.

— Поэтому он и смог взорвать Вселенную, — вспомнил я.

— Именно. Он практически сравнялся с Творцом, правда в плане разрушения, а не созидания. Наверное, ему не хватило совсем чуть-чуть, чтобы стать ему равным.

— Разве такое возможно?

— Выходит так, Хиро. Но Тёмный мёртв, а его сила жива. И если то, о чём ты говоришь, правда, то Сатана получил в свои руки огромную мощь. И это лишь вопрос времени, когда он сможет поглотить её и использовать в своих целях.

— Поэтому тот архидемон сбежал. Он боялся нового Большого взрыва!

— Или чего похуже.

— И что может быть хуже вселенского Конца света?

— Вселенский Ад, Хиро. Победа одной из трёх сторон, заканчивающаяся для остальных бесконечными муками, питающими силы Дьявола.

Я громко выругался. С каждым разом мне открывались всё новые и новые ужасающие подробности, от которых волосы становились дыбом. Что же будет с Мисаки? Жива ли она?

— Сила Тёмного находится в моей девушке. Что Дьяволу нужно, чтобы вытащить эту силу из неё? Давай, скажи мне, Кирадесу. Я уверен, ты знаешь ответ! — взволнованно попросил я.

Меч будто задумался, помолчав несколько мгновений:

— Это будет обряд. Самый скверный и проклятый обряд, в ходе которого твоя любимая будет испытывать самые жестокие муки. И когда она окажется готова расстаться с этой силой…

— Говори!

— Её душа разрушится и превратится в звёздную пыль… Она исчезнет навсегда.

В моей голове разразился ураган эмоций, с которыми я не мог совладать несколько минут. Я рушил всё, до чего мог дотянуться. Даже верстаку досталось, когда я принялся колошматить его гаечным ключом. Кирадесу, видно, с пониманием молчал, давая мне возможность выпустить пар. В конце концов, я упал на колени, тяжело дыша. Вокруг остались одни развалины, под которыми были еле видны тела убийц.

Встав на ноги, я побрёл на выход.

— Я должен успеть, — твёрдо сказал я, открывая карту Ада.

Магическая перчатка на правой руке засветилась фиолетовым светом, готовая перенести меня в следующий пункт назначения.

— Замок Маммона, — приказал я, и в который раз за этот день ощутил все прелести телепортации.

Сначала я не поверил своим глазам. А потом и вовсе дезориентировался, оказавшись в обычном офисе на высоком этаже небоскрёба. Я стоял посреди огромного кабинета, заполненного усердно работающими людьми, разделёнными между собой тонкими пластиковыми щитами. Прямо как наш отдел маркетинга в «Джинко Текна». Не покладая рук, эти мужчины и женщины корпели над продвижением продукции нашей компании. Многие из них вечеровали и ночевали на работе, чтобы в кратчайшие сроки добиться весомых результатов. Как любил говорить наш неизменный господин директор: «Если наша компания — это семья, то отдел маркетинга её старший сын».

В наше время, изобилующее громким информационным фоном, иногда важнее нестандартно и во всеуслышание напомнить о себе, обратить внимание толпы, нежели совершить прорыв в той или иной сфере деятельности. Например, в передовых компьютерных технологиях. Ведь прибыль должна увеличиваться за счёт не только новых разработок, но и старых, проверенных временем, решений. Именно их нужно постоянно продвигать различными способами ради стабильной прибыли организации.

Я словил несколько флэшбеков о своей работе, пока проходил по кабинету. Казалось, что всё это лишь сон, тем более, красное небо за окнами как бы намекало на это. И мне бы проснуться, чтобы пройти дорогой смерти до нового адского лорда и набить очки для достижения первой ступени духа. Но когда я встал перед панорамным окном, готовясь повернуть в коридор и спуститься на лифте, то увидел весь размах этого странного мира. Это был большой город наподобие Токио: множество небоскрёбов, снующие машины, пробки, толпы людей на улицах и неожиданно яркий жёлтый ореол над великолепным золотым замком на горизонте.

— Где это я?

— В персональном аду для алчных грешников, — подала голос моя катана. — А там вдалеке виднеется замок Маммона, главного искусителя золотом.

— То есть все эти люди…

— Души карьеристов, любителей быстрой наживы, и всех тех, кто неосознанно поклонялся демону золота.

Я усмехнулся:

— А ведь когда-то я тоже мечтал подняться по карьерной лестнице и заработать столько денег, чтобы уже не нуждаться в них. Думал, что именно в этом кроется счастье — в финансовой свободе.

— Настоящая свобода заключается в том, чтобы иметь смелость жить, когда необходимо жить, и иметь смелость с честью встретить смерть, когда нужно умереть.

— Звучит красиво.

— А что до счастья, оно для каждого своё. Я счастлив снова воссоединиться со своим хозяином и рубить головы его врагов.

Мне нравилась его радикальная прямолинейность и несгибаемость его жизненной позиции.

— А я буду счастлив только тогда, когда спасу Мисаки.

— Можешь положиться на меня. Вместе мы справимся со всеми противниками. И я снова напоминаю тебе про необходимость уничтожения демонов. В прошлой битве ты убил троих младших демонов, тем самым, ускорив себе переход на первую ступень духа. Осталось ещё немного, и наше мастерство возрастёт до необходимого уровня.

— И каким образом?

— Ты получишь не только новые силы, но и новые магические приёмы, которые пригодятся в бою с архидемонами.

— Значит, таких приёмов всего четыре? — спросил я, в последний раз взглянув на замок адского лорда по имени Маммон, после чего двинулся по коридору на выход.

— Этого достаточно, чтобы умертвить любого противника, сравнимого с Первородным. Напротив, высвобождение моей силы не умаляет твоих личных данных. В бою побеждает не оружие или магия, а ум, сила и хитрость самурая. Подумай над этим.

— Думаю, с этим проблем не возникнет, — кивнул я, вспоминая, как самостоятельно разобрался с тремя противниками в подвале Сееры.

— Тогда вперёд. Я чувствую, что внутри здания кроме грешников находятся ещё несколько демонов. Нам нужно найти их и прикончить, чтобы заявить о себе. Тогда остальные обратят на нас внимание, и от желающих нам смерти уже не будет отбоя.

Я лишь нервно засмеялся. Мой безумный меч предвкушал кровавую бойню. И в этот раз я был с ним полностью согласен. Я должен пройти по головам моих врагов, чтобы стать сильнее. От этого всецело зависело, смогу я спасти Мисаки и весь мир в придачу или же нет.

Первый демон нашёлся быстро. По наводке Кирадесу я спустился на несколько этажей вниз, слушая приторно приятную музыку в лифте, которая навевала на меня воспоминания о том дне, когда я по ошибке обвинил Коджи-сана и ударил его. Именно с этого момента и началась вся эта кровавая вакханалия. Если бы я не поддался своей ярости, то портал бы не открылся и в наш мир не вырвались демоны. Хотя, уверен, что проклятая Ева легко бы нашла любую другую возможность, чтобы активировать портал во мне. Днём или неделей позже.

Оказавшись в пустом коридоре, я пошёл до его конца, оканчивающегося глухим окном. В закрытых кабинетах слышалось звук усердного стука по клавишам, и нервные крики с ругательствами. Наверное, грешники не успевали выполнить план или сталкивались с какими-нибудь непреодолимыми трудностями, которые грозили им потерей премии. И всё-таки, пока я не смотрел в окна, то мог реально спутать Ад с обычной реальностью. Шум оргтехники, шелест бумаги, цокот каблуков — типичный крупный офис мегакорпорации.

Деньги. Все хотели больше денег, и трудились ради них. И я был таким, ведь без еды и крова жить практически невозможно. Но одно дело, просто жить и работать, а другое — пытаться достичь мифического успеха: продвижения по карьерной лестнице, новых зарплат и привилегий. Движение — есть жизнь, но это движение в сторону идеалов демона, который властвовал над алчными умами людей в этом месте, да и во всём мире. Каждый хочет стать выше, но не каждый может остановиться и начать просто жить.

Я остановился у двери, за которой доносились томные стоны. Осторожно прокрутил ручку, поддалась. Дверь оказалась не заперта. За ней открылся небольшой кабинет с окном, выходящим прямо на золотой дворец. Стандартные стеллажи с документами по стандарту ИСО 9000, МФУ и письменный стол с компьютером, на котором ритмично качающий задом мужчина оприходовал женщину сзади.

— Да будет тебе повышение, Лора. Не переживай, — успокаивал он коллегу. — Я договорюсь с шефом.

— С-спасибо, — с придыханием шептала женщина.

Я лишь усмехнулся, наблюдая со стороны типичный сюжет из порнофильма.

— И это твой демон? — не таясь, спросил я свою катану.

Женщина ойкнула, и полезла через стол, закрывая лицо руками. Но демон не отпускал её, лишь наращивая темп.

— Не видишь, мы заняты. Дверь закрывается с той стороны! — бросил мужик, махнув мне рукой, видимо, не расслышав то, что я назвал его демоном.

— Младший демон. Можешь не церемониться с ним и сразу убить.

— Я не могу так, — честно признался я, продолжая наблюдать за щекотливой ситуацией. — Это как-то не по-людски…

— А ты и не человек, Хиро. Они — твои враги, и воспользуются любой возможностью, чтобы убить тебя. Тем более, демоны лишь строительный материал, кирпичи, из которых ты воздвигнешь свою крепость. А их функция — истязать людей. Эта женщина пошла против совести, спутавшись с демоном ради повышения своего социального статуса. Но никто не даст гарантий, что тот сдержит своё слово. Да и цена, которую она заплатила…

— Не стоит того.

— Именно. Так что можешь избавить её от истязателя, и пойти дальше. Как ты помнишь, времени у нас нет.

Я вытащил меч из ножен и кашлянул, чтобы обратить на себя внимание. Мужчина грязно выругался, грубо оттолкнув от себя женщину, из-за чего она перелетела стол, рухнула на кресло и перевернула его.

— Сказал же, свали! — рявкнул мужик, повернувшись ко мне лицом.

С виду обычный представитель офисного планктона: расстёгнутый пиджак, натянутая на животе рубашка, еле еле держащаяся на пуговицах — мужчина имел приличное брюшко. Кожаные лакированные ботинки. Только белые светящиеся зрачки и слегка выступающие рога над шевелюрой выдавали в нём исчадие Ада.

— Пошёл вон!

— Только вместе с тобой, дьяволёнок, — ответил я.

Не хотелось убивать его в присутствии женщины. Такие дела нужно делать за дверью.

Наконец-то демон начал принимать меня всерьёз. Его взгляд коснулся моего меча и гарды в виде черепа. Глаза округлились, а губы скривились, произнеся:

— Не может быть. Ты же не…

— Жнец? Да, я один из них. И пришёл за тобой, парень.

— З-зачем? Я ничего не…

Я кивнул.

— Ты ни в чём не виноват. Разве только в том, что использовал своё… кхм, служебное положение, чтобы воспользоваться душой грешницы. А твои боссы, адские лорды, нарушили договор, и поэтому мне придётся…

УБИТЬ ВАС ВСЕХ.

Каменные кулаки размером с письменный стол разом снесли меня в коридор, выбив дух и хорошенько помяв доспехи. Демон пулей вылетел следом и скрылся за дверью аварийной лестницы. Опомнившись, я резко встал и помчался за ним, выбив дверь с петель. Перекинулся через перила и увидел, что этот мужик уже пробежал пару этажей, пока я валялся на полу.

Решение пришло сразу — между перилами оказалось широкое расстояние, и, не раздумывая, я сиганул вниз. Этажи проносились с немыслимой скоростью, и демон остался далеко позади, когда я вытянул ноги в стороны и с грохотом остановился, буквально увязнув в деформировавшихся перилах на двенадцатом этаже. Я поднял шлем и увидел ошарашенный взгляд демона, стоявшего на три этажа выше меня. Громко выругавшись, он нырнул в коридор, что означало — мне придётся попотеть, чтобы его догнать!

— Может, ну его, это парня? — произнёс я, перепрыгивая через две ступеньки, чтобы как можно скорее подняться. — В здании вроде ещё один демон есть?

— Не соглашусь. Возбуждение от охоты может помочь тебе вспомнить прошлую жизнь. Хотя бы часть её.