R.S. Grey

SCORING WILDER

Серия «Лига сердец»

The moral rights of the author have been asserted.

Печатается с разрешения литературных агентств Brower Literary & Management, Inc., и Andrew Nurnberg.

Перевод с английского Алины Семеновой

© 2014 by R.S. Grey.

©А. Семенова, перевод, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Изменил мне один раз – позор ему. Изменили мне дважды… что, черт возьми, происходит?! Как вышло так, что два моих последних парня мне изменили? Нет, не друг с другом. Хотя это было бы гораздо ироничнее, и, по крайней мере, они могли бы позвать и меня.

Но реальность оказалась намного хуже.

– Ух ты. Как удачно я зашла, – заметила я, стоя в дверях спальни Джоша.

Джош и какая-то незнакомая блондинка закричали и отскочили друг от друга, находясь в постели, отчего его темно-синие простыни упали на пол. Его карие глаза встретились с моими, и на один короткий миг мне стало грустно оттого, что я больше не встречусь с его теплым взглядом, но затем передо мной предстала вся эта печальная картина.

Мой парень, с которым я встречалась четыре месяца, мне изменял. Нет, не так. Мой друг, с которым у нас была четырехлетняя дружба и который стал моим парнем четыре месяца назад, мне изменял.

– О нет. Пожалуйста, не обращай на меня внимания. Я всего лишь его девушка, – прошипела я блондинке, пытаясь успокоиться.

Я была известна своей вспыльчивостью, так что едва сдерживалась, чтобы сохранить лицо.

Темно-каштановые волосы Джоша были взъерошены руками его партнерши. Его резкие черты лица, говорящие о сожалении, все равно оставались красивыми. Я едва взглянула в сторону девушки. Платиновые светлые волосы были единственной особенностью, которую я заметила. Наверное, это случилось потому, что они были достаточно яркими, чтобы прожечь роговицу моих глаз. Сначала она увела моего парня, а потом лишила зрения. Просто великолепно.

Неужели я так плохо разбиралась в людях, что не могла отличить хороших парней от плохих? Нет. Просто дело было в том, что мне нравились парни, которые не могли удержать всяких шлюшек от своих штанов. Ну, вы знаете такой тип: молодые и безумно привлекательные.

– Кинсли! Это не…

– То, на что это похоже, – закончила я за него. – Ух ты, Джош. Знаешь, Трей сказал мне то же самое, только у него не было такого страдальческого выражения лица, как у тебя сейчас. Серьезно, отличная работа.

Я наградила его тяжелым взглядом. Мои аплодисменты разнеслись по комнате, и тогда я поняла, что мне пора уходить.

Это был другой парень, другая девушка, но внутри меня возникло то же самое ощущение, что и в тот раз, – будто я вот-вот упаду в обморок. Я развернулась и показала им средний палец, прежде чем вернуться в гостиную за своей сумочкой.

Я услышала шарканье и грубое ворчание позади себя, но не обернулась.

– Джош, ты куда собрался? Пускай она идет, мы еще не закончили!

Ох, прекрасно, она еще не испытала оргазм. Возможно, не такое уж и неудачное время я выбрала, чтобы заглянуть.

– Кинсли! Подожди! – крикнул Джош у меня за спиной.

Он что, решил, что мы находимся в каком-то ромкоме?

– Джош, все кончено. Не утруждайся, – сказала я, закидывая сумочку на плечо.

Его рука потянулась, чтобы сжать мою, и мне пришлось бороться с желанием оторвать ему член. Серьезно, неужели так сложно хранить верность? Мужчины что? Физически на это неспособны?

– Кинсли! Я тебя люблю. Я люблю тебя!

Он развернул меня, придерживая на себе простыню правой рукой и сжимая мою руку левой. Его взгляд был безумным, и на один краткий миг я ему поверила.

О боже. Он сделал это. Решился на крайние меры. И знаете, что самое печальное? Я даже не думаю, что он сказал это только для того, чтобы я его простила. По-моему, бедняга на самом деле считал, что любит меня.

– Что ж, если ты таким образом проявляешь свою любовь, даже не могу представить, какие поступки ты совершаешь ради своих родителей.

– Пожалуйста, выслушай меня. Это для меня ничего не значило.

Я не слушала. Я уже возводила между нами стену.

– Спасибо, Джош. Спасибо тебе за то, что разрушил мою способность доверять людям. Теперь у любого парня, которого я встречу после тебя, не будет не единого шанса.

Джош украл еще одну частичку моего сердца, моей наивности, моего простодушия и спрятал ее под своим идеально подтянутым телом. Когда я встретила его, я была готова покончить со свиданиями. Однажды мне уже изменил мой парень, с которым я встречалась полгода, – Трей. Он также оказался тем, кто лишил меня девственности.

Знаю, знаю. Должны существовать поздравительные открытки для такого события, потому что это такое клише. «Ой, так жаль, что твой школьный парень не может удержать свой член в штанах… вот, держи – милый щеночек в галстуке-бабочке».

Но сейчас? Сейчас я была на семь миль дальше от свиданий, чем до этого. Пришло время сменить свои дизайнерские платья на пижаму с рисунком и домашние тапочки. Может, теперь мне стоило присоединиться к группе поддержки разведенных женщин, кому за пятьдесят? Знаете, таких женщин, которые решают, что для того, чтобы быть счастливыми, им не нужны мужчины. Они занимаются вязанием, отправляются в групповые поездки на Карибы и говорят что-то вроде: «Я всегда хотела пойти поужинать в какой-нибудь ресторан, но Джефф настаивал на том, чтобы я сама готовила ужин. А теперь каждый вечер я хожу туда, куда захочу, черт возьми!»

Единственная проблема: мне восемнадцать. Они, наверное, подумают, что я какой-то хипстер, смеющийся над ними.

В любом случае я бы с этим разобралась.

Джош продолжал звать меня по имени, когда я выходила из его квартиры. В глубине души мне хотелось разнести все на своем пути, но на следующий день он собирался переезжать, и я подумала, что было бы неправильно портить имущество его домовладельца. Вместо этого я просто перекинула свои каштановые волосы через плечо и наслаждалась тем, как мои ноги сногсшибательно смотрятся в этих коротких джинсовых шортах.

Продолжай кричать, Джош, я ни за что на свете не обернусь.

– В аду нет ничего страшнее, чем женщина, которой изменили! – закричала я, прежде чем опрокинуть пятую рюмку за вечер.

Ликер скользнул по моему языку, но я почти не ощутила его вкуса. Это был мой девятнадцатый день рождения, и мне было позволительно немного повеселиться. Не говоря уже о том, что прошло две недели с тех пор, как я застукала Джоша за изменой, и сейчас я как раз вступала в фазу «все парни могут идти к черту». Следующей фазой будет «серьезно, все парни могут идти к черту!» – решающий и заключительный шаг в процессе принятия того факта, что мне изменили.

– Ну не знаю, Кинсли. Текила довольно страшная штука.

Эмили нахмурилась, забирая у меня из рук рюмку и заменяя ее стаканом с водой. Я была знакома с Эмили всего несколько дней, но уже могла сказать, что у нас сложатся интересные отношения. Она была воплощением застенчивой соседской девушки, а я – полной ее противоположностью.

Мы были двумя из пяти новых членов женской футбольной команды Университета Лос-Анджелеса. Было начало июня, и на следующий день должна была произойти наша первая тренировка. Я знала, что играю с огнем, напиваясь накануне вечером, но девушки, давно играющие в команде, заверили меня, что со мной все будет в порядке. Они сказали, что первый день в основном будет посвящен организационным вопросам и тому, чего от нас ожидает руководство. Сама тренировка обычно начиналась только на второй день.

Я взглянула на Эмили и прикрыла один глаз, чтобы сфокусировать зрение только на ней. Она была хорошенькой, с рыжими волосами средней длины, ее кожа была настолько светлой, что мне захотелось называть ее персиком.

– Эм, ты такая хорошенькая. Я говорила тебе, что ты хорошенькая? Потому что ты такая хорошенькая.

Она покраснела, и я сделала мысленную пометку придать этой девушке немного уверенности. Видит бог, моей непоколебимости хватило бы на нас двоих.

Вы могли бы подумать, что тот факт, что мне дважды изменили, мог разрушить во мне эту черту, но потребовалось бы гораздо больше, чем измена двух тупиц, чтобы избавиться от количества косых взглядов и непрошеного внимания, которыми я была окружена всю свою жизнь.

Я взяла Эмили за руку и потащила ее в туалет, расположенный дальше по коридору. Мы собирались отправиться на одну из университетских вечеринок, и я хотела убедиться, что на мне все еще оставался макияж. К счастью, его было не сложно сохранить, если учитывать, что пользовалась я лишь тушью и блеском для губ.

– Ты думаешь, это разумная идея? Пойти на вечеринку перед нашей первой тренировкой? – спросила Эмили, разглядывая меня в безупречно чистом зеркале.

Я поджала губы и погрозила пальцем, указывая на ее преувеличенную тревожность.

– Все будет в порядке! И нас не должно это волновать, ведь сегодня – мой ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ! – взвизгнула я так громко, что Эмили вздрогнула от неожиданности.

Боже, мы были такими разными. Я задавалась вопросом: продлится ли наша зарождающаяся дружба хотя бы до конца лета? Она была девушкой из маленького городка на Среднем Западе, в то время как я родилась и выросла в футбольном мире Лос-Анджелеса.

– Хорошо. Мы пойдем немного повеселимся и вернемся не поздно, чтобы немного поспать перед тренировкой, – сказала Эмили, кивая головой и подтверждая свои слова.

Я уже начала развращать эту девушку.

– Как ты можешь так хорошо выглядеть после пяти рюмок? – спросила меня Эмили.

Я повернулась к зеркалу, чтобы оценить свой внешний вид. Все было идеально: лицо в форме сердечка, маленький нос, пухлые губы, загорелая кожа и ярко-голубые глаза, которые казались почти нереальными на фоне моих длинных темно-каштановых волос.

Я была среднего роста и находилась в отличной форме благодаря футболу. У меня были худые, подтянутые руки и ноги, как у настоящего бегуна.

– Ты что, шутишь? Я бы убила за эти крошечные веснушки. Ты похожа на малышку Бо Пип![1]

Я рассмеялась, схватила ее за руку и вынудила покружиться, как прима-балерину. Насколько я была пьяна в тот момент?

Эмили засмеялась в ответ и покружилась, споткнувшись о свои ноги, заставив меня смеяться еще сильнее.

– Какое отношение веснушки имеют к Бо Пип?

Прежде чем я успела ответить, в дверь громко постучали.

– Давайте, новенькие, пошли! Если мы сейчас же не выйдем, на вечеринке не останется ни одного хорошего алкоголя!

Услышав это, я навострила уши. Вечеринка была именно тем, в чем я нуждалась. Это была моя последняя надежда хорошо отпраздновать свой день рождения. До сих пор этот день был немного удручающим. За две недели до этого я рассталась со своим парнем из-за измены, родители бросили меня ради заснеженных склонов в загородном клубе Аспена, а все мои школьные друзья уехали учиться в колледж. Я купила себе кусок итальянского кремового торта и съела его в одиночестве в кафе, пока на меня смотрели люди, и я чувствовала себя ужасно одинокой.

Эта вечеринка была для меня лучом надежды, и мне нужно было извлечь из нее максимум пользы.

– Показывай дорогу, Бо Пип!

Я подмигнула Эмили и взяла ее за локоть, прежде чем мы вышли из ванной.

Мы вернулись в гостиную, и я оглядела девушек, из которых в течение следующих четырех лет будет состоять моя футбольная команда. С большинством из них я познакомилась еще на отборочных соревнованиях в команду. Все они показались мне достаточно приятными, и я была уверенна, что узнаю их намного лучше, как только мы начнем тренироваться.

Старички были единственными девушками, которые, как казалось, могли создать небольшие проблемы. Капитаном команды была Тара, и все в ней говорило о наклонностях к тирании. Ее подружки ходили за ней по пятам, как маленькие миньоны, только не такие милые. Я надеялась, что в конечном итоге у нас сложатся хорошие отношения, но прошлый опыт подсказывал мне, что это было маловероятно. Меня активно зазывали в эту команду, и несколько футбольных журналов признали меня новичком года еще до того, как я перешла в футбольную команду Университета Лос-Анджелеса, поэтому ее внимание сразу оказалось приковано ко мне. Я представляла угрозу для ее хорошо отлаженной системы, что стало совершенно очевидно, когда она пренебрежительно отнеслась ко мне на глазах у всей команды на отборе несколько месяцев назад.

Но все это неважно. Если я смогла бы ужиться с ней, то все было бы в порядке. Мне просто нужно выполнять свою задачу и отлично играть в футбол, чтобы ей не на что было жаловаться.

– Кинсли, Эмили, подождите меня! – крикнула Бекка, когда мы протискивались через входную дверь.

Бекка была еще одним новичком в нашей команде. Она переехала в дом для новичков за день до этого, и у нас почти не было времени пообщаться, но я уже могла сказать, что наши характеры прекрасно сочетались. Она была великолепна: всего на несколько дюймов ниже меня, с карими глазами и ярко-светлыми волосами.

Я обернулась, чтобы подождать ее, когда она выбежала из дома для новобранцев команды, который находился прямо по соседству с домом, в котором жили старшекурсницы. Для краткости мы называли их домами для новичков и старичков.

– Я думала, ты нас бросила, – сказала я, обнимая ее за плечи.

– Нет. Мне пришлось сбегать в свою комнату, чтобы кое-что забрать. – Она похлопала по своей сумочке с гордой улыбкой.

– А-а-а, – кивнула я, когда мы подошли к внедорожнику.

План состоял в том, чтобы всем втиснуться в одну машину. Это было не самым безопасным способом передвижения, но у нас не было выбора.

– Эмили, держи руки так, чтобы я их видела, – пошутила я, укладываясь на колени трех девушек, сидящих на заднем сидении.

– Фу, Кинсли! – запротестовала Эмили, и все присутствующие в машине засмеялись.

Чтобы ее немного успокоить, я наклонилась и одернула подол своего облегающего платья, прикрывая себя.

– Как прошел твой день рождения, Кинсли? – спросила Тара, сидя на пассажирском сиденье.

Забавно, что в то время, как мы были запиханы сзади, как сардины, она каким-то образом умудрилась в полном одиночестве занять переднее сиденье.

– Хорошо, – солгала я, нацепив улыбку, чтобы подыграть ей.

Мне не особо хотелось устраивать сцену.

– Ох, неужели? А вот Софи видела, как ты в одиночестве ела кусок торта в кафе возле кампуса.

Она бросила на меня жалобный взгляд, ее глаза казались печальными, а сама она слегка нахмурилась. Я даже не взглянула в сторону Софи – назначенного водителя и второго капитана нашей команды.

– Ох, странно… Я была там с Леонардо Ди Каприо. Он, должно быть, отошел в уборную, когда Софи за мной шпионила, – пошутила я, заставив всех в машине рассмеяться, за исключением Софи и Тары, конечно же.

Я знала, что мой комментарий о том, что Софи шпионила за мной, прозвучал немного агрессивно, но какой нормальный человек будет приставать с неуместными вопросами к кому-то в день его рождения?

– Шпионила за тобой? У нас есть дела и поважнее, Брайант, – усмехнулась она и снова отвернулась к окну.

Я не возражала, когда товарищи по команде называли меня по фамилии, но из ее уст это прозвучало почти как издевательство, словно она считала меня ребенком, хотя была моего возраста.

– Мы споем тебе «С днем рождения!», когда придем на вечеринку, – предложила Бекка, поддерживая меня за талию и усаживая к себе на колени.

Все согласились и пообещали спеть, как только мы приедем. В тот момент я почувствовала себя лучше от их поддержки и пропустила мимо ушей комментарии Тары. Было еще слишком рано заводить такого врага, как она.

По радио зазвучал популярный клубный микс, и Тара, потянувшись вперед, включила его на полную громкость, и все начали пританцовывать. Бекка начала двигать бедрами, находясь подо мной, и мое тело стало подпрыгивать вверх-вниз. Будучи в состоянии опьянения, я не смогла удержать равновесие, и одно довольно резкое танцевальное движение пустило меня в полет, и я ударилась щекой о консоль.

– Господи, Бекка, на твоих бедрах должна быть предупреждающая надпись, – рассмеялась я, прижимая руку к щеке.

Я уже ощущала, как на ней образуется синяк.

– О черт! Извини, Кинсли, мы приложим на вечеринке лед к твоей щеке, – засмеялась она и помогла мне снова сесть к ней на колени.

Хотя моя щека пульсировала, я не могла перестать смеяться вместе с Беккой. Да, мы довольно быстро нашли общий язык.

Когда мы наконец приехали на вечеринку, то, спотыкаясь, вышли из машины и попытались привести себя в порядок. Я поправила свое черное платье и сделала все возможное, чтобы устоять на каблуках, которые были слишком для меня высоки еще до того, как я выпила пять рюмок.

– Как твоя щека? – спросила Эмили, когда мы поднимались по современной каменной лестнице.

– Думаю, благодаря алкоголю все отекло. Мое лицо не раздуло?

Эмили рассмеялась и потащила меня к входной двери.

– Нет, просто на твоей щеке большое красное пятно.

Ох, прекрасно, я впервые собиралась увидеть Джоша после нашего расставания и наверняка выглядела так, будто меня ударили по лицу. Я застонала и попыталась взять себя в руки.

На самом деле я никогда не была ни на одной из этих легендарных вечеринок. Я, конечно, слышала о них. Каждый год несколько парней из профессиональной футбольной команды «Лос-Анджелес Старз» снимали огромный дом. В этом году, когда Джош подписал контракт с профессиональной командой, он переехал в этот дом – вот почему я знала, что он точно будет на вечеринке.

«Лос-Анджелес Старз» были лучшей футбольной командой в США. В прошлом году пятеро членов команды выступали за сборную страны на чемпионате мира, но на последних минутах проиграли Португалии. Излишне говорить, что они были одними из лучших спортсменов в мире, у них были свои спонсоры и они часто появлялись в различных ток-шоу.

Когда мы вошли в дом, мое внимание привлекло множество красивых людей. Поклонницы, знаменитости, звезды футбола. Было трудно разглядеть что-либо за всеми этими танцующими телами, но, по крайней мере, шансы наткнуться на Джоша были довольно малы.

– Ведите себя достойно, девочки. Помните, что теперь вы представляете нашу команду, – предупредила Тара, прежде чем они с Софи ушли, оставив нас в прихожей.

– Это безумие, – пробормотала Эмили.

Я оглянулась и увидела, как она осматривается вокруг. Думаю, ей было непросто переварить увиденное, особенно учитывая, что Лос-Анджелес и без того был шикарным городом.

– Пойдем, поищем лед для моей щеки.

Я схватила ее за руку и потащила сквозь толпу, зовя за собой Бекку.

Было всего десять часов вечера, а вечеринка была уже в самом разгаре. Повсюду толпились люди. Девушки обнимались с парнями, сидя на диванах. В гостиной были накрыты три стола для игры в пиво-понг, и вокруг них столпилось множество людей. Я помахала нескольким девушкам из клубных команд, которых узнала. Некоторые из них пытались нас остановить и немного поболтать, но я показала им на свою щеку и сказала, что подойду позже.

Весь дом был похож на холостяцкую берлогу. Просторный, современный и оснащенный всеми мыслимыми технологиями. Чтобы протиснуться через гостиную, пришлось пройти целый лабиринт, но в конце концов мы добрались до просторной кухни. Она не разочаровала. Мраморные столешницы и шикарная черная бытовая техника идеально сочетались с остальной частью дома. Здесь было не так многолюдно, как в других комнатах, но между нами и морозильной камерой все равно находилось не менее пятидесяти человек.

– Просто стой здесь, а я принесу тебе льда.

Эмили мягко отодвинула меня в сторону, к кухонному островку, чтобы приготовить небольшой пакет со льдом и стопку бумажных полотенец.

Мои ноги начали болеть из-за четырехдюймовых каблуков, поэтому я решила присесть на столешницу. Мне следовало заранее осмотреть место, куда я собиралась примостить свою задницу, потому что когда я подпрыгнула, то услышала характерный звук опрокидывающихся бутылок, которые ударились о раковину.

– Упс! – Я засмеялась, затем прикрыла рот руками.

– Ты настоящая катастрофа, – пошутила Бекка, протягивая руку за мою спину, чтобы поправить опрокинутые бутылки.

В опьяненном состоянии мне, казалось, было все равно. Сидеть на кухонном островке, безусловно, было лучше, чем стоять на высоких каблуках, и со своей выгодной позиции я могла видеть поверх голов всех, кто находился на кухне. Количество пластических операций в этой комнате могло бы соперничать с гримерной Мисс Америки. Куда бы я ни посмотрела, повсюду мелькали силиконовые сиськи и надутые губы, но это был Лос-Анджелес, и у этих девушек была проделала отличная работа над своей внешностью, если они хотели заполучить в парни профессионального спортсмена.

– Кинсли, осторожнее, ты вот-вот упадешь, – сказала Бекка, отвлекая меня от наблюдения за людьми.

Я и не подозревала, что так сильно раскачивалась. Поэтому немного отодвинулась назад, чтобы мои бедра сильнее прижались к холодному граниту.

– Ох! Чуть не забыла, – сказала она, опуская руку и роясь в сумочке.

– Что там? Что там? – Я хлопнула в ладоши, чувствуя головокружение от алкоголя и атмосферы вечеринки. – Вибратор? – воскликнула я достаточно громко, чтобы несколько человек вокруг нас посмотрели на меня с подозрительными ухмылками.

Я одарила их всех уверенной улыбкой.

– Нет, извращенка! Это корона в честь дня рождения. Именно за ней я возвращалась в дом, – ответила она, доставая из сумочки розовую блестящую корону.

Она выглядела как часть от костюма для маленькой принцессы, и я сразу же полюбила ее.

– О-о-о. Она потрясающая! – воскликнула я с широко раскрытыми глазами, пока она надевала ее мне на голову.

Бекка начала смеяться, заставляя смеяться и меня, и в конце концов я схватилась за живот. Мой девятнадцатый день рождения определенно подходил к концу. Смеяться как безумная – это уж точно было лучше, чем есть торт в одиночестве.

– Вот, это должно помочь, – сказала Эмили, возвращаясь от холодильника и протягивая мне пакет со льдом с кривой улыбкой на лице.

Я совсем забыла, что у меня была ушиблена щека.

Я взяла пакет и одарила ее сладкой улыбкой.

– Что бы я без вас делала?!

– Что ж, сейчас ты это узнаешь, потому что мне нужно в туалет.

– Я пойду с тобой, – сказала Бекка, поворачиваясь к Эмили. – Мне нужно найти других новичков и привести их сюда. Они, наверное, гадают, куда мы подевались.

– Что? – спросила я с щенячьими глазами. – Вы обе меня бросаете?

Мне на самом деле стало грустно из-за этого.

– Да, просто оставайся здесь и продолжай держать лед у своей щеки. Мы скоро вернемся! – крикнула Бекка, когда они с Эмили начали исчезать в толпе.

Какого черта?! Теперь я выглядела как полная неудачница, сидя в одиночестве с короной на голове и пакетом льда у лица. Но будь я проклята, если сниму ее. Я была принцессой на своем дне рождения. Я даже по-королевски махала всем, кто проходил мимо меня.

– Тебе идет эта корона! Хочешь выпить в честь дня рождения? – раздался грубый голос.

Я подняла глаза и увидела группу симпатичных парней, окружавших меня. Они выглядели немного старше, и я поняла, что тот, кто говорил со мной, был из команды «Лос-Анджелес Старз». Если бы я не была настолько пьяна, то могла бы назвать его имя, но я с трудом вспомнила свое. Кинсли Брайант. Кинсли Брайант.

– Ну, раз уж мои подруги бросили меня из-за одного придурка, э-эм… я имею в виду дамскую комнату… то, наверное, почему бы и нет, – ответила я, пожав плечами.

– Это правильное решение, – сказал симпатичный парень, передавая мне желе в стаканчике.

Я решила называть его Оливером, пока не вспомню его настоящее имя. Он был похож на Оливера.

– Проведи пальцем по краю, чтобы отделить желе от пластика, – проинструктировал он, подходя ближе ко мне.

Я бросила на него возмущенный взгляд.

– Я что, похожа на дилетанта?

Я рассмеялась, опрокидывая в рот желе одним плавным движением.

– Ммм, вишневое.

Я улыбнулась, и парни рассмеялись.

Я бы уделила им больше внимания или попросила еще порцию алкогольного желе, но в тот момент, когда эти слова сорвались с моих губ, я посмотрела в сторону двери, и у меня перехватило дыхание.

Лиам Уайлдер.

Секс на стероидах, запеченный в тесте. Сам Лиам Уайлдер.

Не думала, что он посещает подобные мероприятия. Я считала, что он целыми днями катается на яхтах и крестит младенцев. Младенцев, которые однажды вырастут и станут моделями нижнего белья благодаря его прикосновениям. Нет, он не был священником, он был просто богом в мире футбола. (И в реальном мире тоже.)

Боже, вблизи он выглядел еще лучше. Высокий, подтянутый, с сексуальными, слегка растрепанными светло-русыми волосами и лицом, при виде которого хотелось заплакать, настолько оно было идеальным. Он был звездой «Лос-Анджелес Старз» и самым плохим парнем в Лос-Анджелесе. Серьезно. Каждую неделю в новостях мелькали фото, как он выходит из бара с какой-нибудь моделью или актрисой. Он был молод, красив и мог в буквальном смысле переспать с кем угодно. Можно ли было винить парня за то, что он пользовался этим?

Со своего наблюдательного пункта на кухонном столе я смотрела, как он заходит на кухню в сопровождении людей, которые бегут за ним, как влюбленные щенки. Я бы столько всего успела, если бы люди ходили за мной по пятам весь день. «Ты, приготовь мне обед, а ты обмахивай меня веером, пока я буду отдыхать». Странно, что никто до сих пор не подал заявку на эту работу…

Его взгляд скользил по толпе, пока не нашел своего товарища по команде, того, кто только что угостил меня желе, а затем остановился на мне. О боже. Он заметил меня, нацепившую праздничную корону и прижатую к лицу пакет со льдом… и было не похоже, что я могла это исправить, поскольку он уже направлялся в нашу сторону.

Могла ли я заставить его думать, что пакет со льдом – это изощренный способ напиться, который в последнее время используют все хипстеры? Как будто алкоголь впитывается через поры? Скорее всего, нет…

Парни разговаривали о чем-то, стоя передо мной, но я не слышала ни единого слова. Я старалась не вывалить свой язык изо рта, наблюдая за Лиамом, пока он двигался в нашу сторону. На нем была надета черная рубашка с коротким рукавом. На левой руке виднелись татуировки, выглядывая из-под рукава. Рисунок, нанесенный чернилами, спускался к предплечью, дополняя образ густой растительностью на лице и пронзительными серыми глазами.

Ладно, стоп.

– Можно мне еще порцию желе? – спросила я, стряхивая с себя дурман, вызванный Лиамом.

– Возможно, тебе стоит притормозить, именинница. Ты отключилась минут на пять, – ответил Оливер с лукавой улыбкой.

– Оливер, да ладно, ты же не собираешься отказать имениннице в еще одном шоте? – вмешался один из его друзей.

Ха! Я все это время знала, что его зовут Оливер.

– Да! Послушай друга! – Я рассмеялась и подмигнула парню.

На самом деле я не хотела больше пить, просто мне нужно было чем-нибудь отвлечься, пока Лиам подходил ближе к нам. Он заметил, что я смотрю на него, и, вероятно, подумал, что я очередная фанатка в его растущем окружении. Я бы с радостью согласилась, но ему не нужно было об этом знать.

Оливер повернулся, чтобы взять новую порцию, как раз в тот момент, когда к компании подошел Лиам.

– Привет, Уайлдер, – закричали все вокруг, протягивая руки для рукопожатия, пока я притворилась, что интересуюсь своими руками, лежащими на коленях.

Да, у меня все еще было десять пальцев. Отлично.

– О, я тебя не заметил, чувак, хочешь выпить? – спросил Оливер, возвращаясь к нам и раздавая всем по пластиковому стаканчику.

Я подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Лиам отводит от меня взгляд. Он смотрел на меня. Его взгляд был направлен в мою сторону. Мне стало жарко, я вся вспотела, и внезапно мне захотелось охладить свое лицо бумажным веером, как у дебютанток 1900‑х.

– Нет, я сегодня не пью. И, похоже, с именинницы тоже хватит.

Что?

– Извини? – спросила я, нахмурившись.

– Тебе вообще есть восемнадцать? – спросил он с озадаченной улыбкой.

Какой высокомерный засранец.

Я опрокинула свое желе, не сводя с него глаз. Уголки его губ приподнялись, и я поняла, что ему нравится то, что я бросаю ему вызов.

Я держала пустой стаканчик перед собой, и, когда он жестом предложил взять его, я уронила его на пол между нами. Его темные глаза проследили за тем, как стаканчик упал на пол, а затем вернулись к моему лицу. Когда его взгляд снова встретился с моим, на его губах медленно растеклась ухмылка.

– Думаю, ты нужен своим приспешникам.

Я склонила голову набок и указала на группу людей, ожидающих того, когда он их заметит.

Он проигнорировал их.

– Что случилось с твоей щекой? – спросил он, делая шаг вперед и фактически нарушая все правила приличия.

Его товарищи по команде окружали меня возле кухонной стойки, поэтому, когда Лиам встал передо мной, он разорвал круг и, по сути, закончил наш разговор с парнями.

Они пожали плечами и рассмеялись, поворачиваясь к своей кампании и оставляя меня наедине с Лиамом. Я не могла решить, хорошо это или плохо, но количество алкоголя в моем организме начало увеличиваться, так что я перестала отвечать за свои действия.

Когда Лиам наклонился, чтобы осмотреть мою щеку, я вспомнила его вопрос.

– Это долгая история, но она включает в себя вращение бедрами и автомобильную консоль.

Он улыбнулся, услышав мой ответ, но не отвел взгляда от моей щеки. Он поднял руку и осторожно приподнял мой подбородок, чтобы лучше разглядеть синяк. Я пыталась контролировать свое дыхание, пока он прикасался к моей коже.

– На самом деле все не так уж и плохо. Просто пытаюсь приложить все усилия, чтобы завтра у меня не распухла щека.

Мне нужно было, чтобы он отступил. Его туалетная вода практически нарушила мой овуляционный цикл, и мне пришлось бороться с желанием уткнуться лицом в его рубашку и вдохнуть его аромат.

– Да? Ну, думаю, ты доживешь до следующего своего дня рождения, – ухмыльнулся он, скрестив руки на груди.

– Ох, хорошо. Потому что этот день был не особо веселым, может, мне повезет в следующий раз, – пробормотала я, осознав, насколько удручающе прозвучало это заявление.

Где, черт возьми, были Эмили и Бекка? Туалет что, был порталом в другое измерение?

Он склонил голову набок, не отводя взгляда.

– Что тебе подарили на день рождения?

«Я все еще надеюсь на стриптиз в твоем исполнении», – подумала я.

– Ну, – я посмотрела на свои пустые руки, – мне подарили эту корону?

Я произнесла это как вопрос, потому что не была уверена, что это считается.

– Моя мама всегда дарит мне что-нибудь потрясающее, но ее посылка из Аспена так и не дошла.

Ух ты, на этот раз мои слова действительно прозвучали жалко.

Он кивнул, прищурившись, но никак не отреагировал на мой комментарий. Затем крепче скрестил руки на груди, заставляя меня опустить взгляд к его сексуальным татуировкам. Они тянулись по его бицепсу левой руки с обеих сторон и скрывались под рукавом рубашки. Это смотрелось очень соблазнительно, но мне хотелось увидеть больше. По фотографиям я знала, что рисунки доходили до его груди и спины.

– Я покажу тебе свою, если ты покажешь мне свои, – дерзко пробормотала я, имея в виду, конечно же, его татуировки.

Я понимала, что играю с огнем, но вот что происходило, когда я слишком много выпивала и мир ставил передо мной самого сексуального мужчину на свете. Нет, серьезно, по-моему, в прошлом году журнал «People» назвал его самым сексуальным мужчиной на свете.

– Не думаю, что это хорошая идея, – сказал он.

Вау. Не оставил ни единого шанса. Это причинило мне больше боли, чем то, что я ударилась лицом об автомобильную консоль. Так почему же он все еще стоял передо мной, не давая поговорить с каким-нибудь другим парнем, которому было бы интересно? Все это было слишком непонятно для моего опьяненного разума.

– Ну и славно. Я все равно не смогла бы при всех показать тебе свою, – ответила я с лукавой усмешкой.

Даже он был застигнут врасплох этим комментарием, но расслабьтесь, у меня не было татуировки в интимном месте. Просто небольшая фраза, набитая вдоль ребер под грудью.

Я опустила взгляд, чтобы убедиться в том, что не прижимаюсь к его ноге. Это было не так, но мое черное платье немного задралось, обнажая загорелые бедра.

– Причина не в этом, – ухмыльнулся он. – С завтрашнего дня я буду одним из ваших тренеров, так что, думаю, это будет нарушением правил, тебе так не кажется?

При слове «тренер» у меня замерло сердце.

Я прищурилась. Правильно ли мой опьянелый разум понял его слова? Тренер?

– О чем ты говоришь? – спросила я.

Его взгляд стал жестким, а челюсть дернулась взад-вперед.

– С завтрашнего дня я буду тренировать женскую футбольную команду Университета Лос-Анджелеса в течение нескольких месяцев.

Нет. Нет. Нет, спасибо. Это невозможно. Он не мог быть нашим тренером. Он был слишком занят, встречаясь с моделями, чтобы тренировать футбольную команду.

– Кинсли! – Бекка позвала меня с другого конца кухни, и, подняв глаза, я увидела, что она и другие девочки машут мне подойти.

Я потрясла головой, пытаясь привести мысли в порядок, но там был сильный туман, который не хотел рассеиваться. Я бросила пакет со льдом в раковину и спрыгнула с кухонной стойки.

– Лучше поспи немного, Кинсли. Тебе завтра довольно рано вставать, – с улыбкой заметил Лиам.

Я шагнула, чтобы пройти мимо него, но потом кое-что вспомнила.

– Как ты узнал, что я состою в команде Университета Лос-Анджелеса? – спросила я.

Он улыбнулся, и на мгновение я подумала, что мне придется ударить себя в грудь, чтобы заставить сердце биться медленнее. У него были небольшие ямочки на щеках и идеально ровные зубы. Эту улыбку следует прятать и демонстрировать только в особых случаях – когда рядом есть дефибрилляторы.

– Ты была лучшим новобранцем страны. В футбольном мире нет человека, который не знал бы, кто ты такая, – уверенно ответил он.

В старших классах обо мне писали в нескольких журналах, но черт возьми. Лиам Уайлдер знал, кто я. Он знал меня достаточно, чтобы узнать на вечеринке… и завтра он будет меня тренировать.

О боже. Я совсем недавно чуть не понюхала его рубашку, а потом попросила его показать мне свои татуировки.

У меня большие неприятности.

С этой мыслью я кивнула и отвернулась от него, чтобы найти своих товарищей по команде. Мне необходимо было ввести их в курс дела. Нам нужно кое-что поискать в Google.

– Ты в порядке? И что более важно, ты только что разговаривала с Лиамом Уайлдером? – спросила Эмили с широко раскрытыми глазами, как только я к ним подошла.

Бекка стояла прямо за ней с открытым ртом.

– Да, и вы даже не поверите, что я вам расскажу, девочки. Но мне придется немного с этим повременить.

Вечеринка все еще была в разгаре, и я не хотела рассказывать о том, что только что узнала, перед всеми этими людьми. Возможно, что слухи об этом дойдут до Лиама еще до того, как мы доберемся до входной двери.

– Ладно, звучит довольно загадочно. Теперь мне еще больше интересно, – ответила Эмили.

– И не зря, – рассмеялась я, а затем потащила ее и Бекку сквозь толпу к выходу. – Я немного устала. Не хотите ли поехать со мной домой на такси?

– Кинсли! – позвал меня чей-то голос с другого конца комнаты как раз в тот момент, когда я задала свой вопрос.

Джош.

Черт возьми, из-за всего происходящего я совсем забыла, что он вообще будет на вечеринке. Я перевела взгляд, как только увидела, что он проталкивается сквозь толпу и снова зовет меня по имени. Он, как всегда, выглядел мило со своими темно-каштановыми волосами и юношеским лицом. Жаль, что я была в курсе, каким придурком он был на самом деле.

– Кинсли, подожди!

Все присутствующие в гостиной наблюдали, как он пытается добраться до меня. Ему обязательно было так громко выкрикивать мое имя? Я явно никуда не собиралась уходить.

Когда он уже почти подошел ко мне, я заметила движение в дверях кухни, а затем в гостиную вошел Лиам. О, отлично. Давайте устроим шоу. Может быть, мы могли бы включить свет и выключить музыку, чтобы все могли занять места в первом ряду.

– Джош, серьезно, не сейчас. Я устала и пьяна, и сегодня мой день рождения.

Я подошла ближе к Бекке и Эмили.

– Знаю. Мне так жаль. Я пытался дозвониться до тебя и даже прислал цветы. Ты их получила?

Он имел в виду розы, которые я выкинула в мусорную корзину этим утром. Упс.

– Да. Я получила их, Джош, но сейчас я не хочу разговаривать.

Я стиснула зубы.

– Просто позволь мне загладить свою вину. Можно я зайду к тебе позже на этой неделе? Может быть, мы как-нибудь выпьем кофе после того, как ты закончишь тренировку?

Его голос разносился над вечеринкой, и я с болью осознавала, что на нас были устремлены все взгляды. Я не могла устроить сцену перед всеми этими людьми. Он заслуживал того, чтобы его ударили по лицу, но, учитывая, что я уже получила одну травму в свой день рождения, я решила уступить.

– Хорошо. Напиши мне. Но ты должен понимать, что мы больше не будем вместе.

Я отвернулась от него и направилась к входной двери. Я отключилась от всего, что меня окружало. Не хотела слышать, сказал ли Джош что-нибудь еще, когда я уходила. Не хотела знать, слышал ли весь этот нелепый разговор Лиам. Я просто хотела надеть свою пижаму и махровые носки.

– Ты серьезно?! – закричала Бекка.

– Подруга! Если ты еще раз закричишь мне в ухо, я тебя ударю.

Бекка, Эмили и я лежали на моей кровати в доме новичков. За четыре дня до этого я переехала в свой новый дом, где мне предстояло провести первый год обучения в колледже. Он был в нескольких минутах ходьбы от кампуса и в нескольких милях от нашего тренировочного центра.

– Ладно, извини, но ты ведь не шутишь, правда? Не могу понять, шутишь ты или нет, – рассмеялась Бекка.

Я повернулась и посмотрела на нее с совершенно серьезным выражением лица, но я все еще была пьяна, поэтому в конце концов рассмеялась, когда она начала гримасничать.

– Ух, ладно. Просто поверьте мне. На вечеринке он сказал, что с завтрашнего дня будет нас тренировать.

– Но почему? Ему не нужны деньги, и, конечно же, у него есть дела и поважнее, – запротестовала Эмили.

Я задавалась тем же вопросом. Я бы тоже не поверила, если бы не услышала это из его собственных уст. Идеальных уст, к вашему сведению.

– О, посмотрите на это! – сказала Бекка, указывая на экран моего компьютера. – В этой статье говорится о том, как он добровольно стал футбольным тренером в команде Университета Лос-Анджелеса после того, как несколько его спонсоров обвинили его в репутации «плохого парня». В статье говорится, что они поставили ему ультиматум: либо он уходит с их лейблов, либо прекращает вести разгульный образ жизни.

– Они не могут прервать с ним контракты! Он лучший футболист в Америке! – возразила я.

– Это очевидно. Но в этой статье говорится о том, что он стал «огромной обузой», – пробормотала Эмили.

– Ну, он показался мне нормальным на вечеринке, и он даже не пил, – вступилась я за него, пытаясь вспомнить аромат его туалетной воды. Вероятно, она называлась «Нектар богов».

– Ну, вечеринка только началась, так что, возможно, он стал во всю веселиться после того, как мы ушли, – пробормотала Эмили. – Хотя, должна признать, он действительно горяч.

– У нее и вправду есть пульс! – пошутила я, ткнув ее в бок.

– Эй! Да, хорошо. У меня нет иммунитета к Лиаму Уайлдеру, но это не имеет значения – он теперь наш тренер.

Уф, она только что испортила весь кайф.

– С завтрашнего дня, – уточнила я.

– Сколько ему лет? – спросила Эмили.

– Двадцать пять, – ответила Бекка, очевидно уже зная ответ.

– Как вы думаете, у него есть девушка? – спросила я.

– Ну, если верить фоткам из Google, у него их около тысячи. Серьезно, этот парень вообще спит? – Бекка просматривала фотографии, но я не рискнула даже взглянуть.

– Отвратительно, убери их, – простонала я, откидываясь на спину и уставившись в потолок.

– Однако он никогда не был замечен с кем-то в долгосрочных связях. Его фотографируют с разными девушками, но он никогда не афишировал свои отношения. Несмотря на то что он любимец прессы, его жизнь относительно скрытная. Эти фотографии в основном сделаны на мероприятиях по сбору средств и вечеринках футбольной команды, – объяснила Бекка.

Я не была уверена, как отнестись к этой информации. У него не было девушки, потому что он предпочитал отдавать все силы футболу? Или СМИ просто не знали об этом?

– Итак, что случилось с Джошем? Выглядело очень неловко, – спросила Эмили, пытаясь перевести разговор на другую тему.

У меня не было времени рассказать Бекке и Эмили о том, что произошло с Джошем, поэтому уверена, что они не были готовы к сцене, устроенной на вечеринке. Эмили, вероятно, не знала, насколько сильно я расстроена из-за всей этой ситуации.

– Несколько недель назад я застала его за изменой.

Я замолчала, когда Бекка и Эмили ахнули в духе Джерри Спрингера[2].

– Мы были друзьями долгое время, но встречались всего несколько месяцев. Он полный отстой, и мы больше не будем вместе. Вероятно, он все еще спит с той блондинкой…

– Но он такой милый, – перебила меня Бекка.

– Он горячий, но есть еще более горячие…

– Лиам, – одновременно вставили Бекка и Эмили, и мы снова начали смеяться.

– Тебе стоит начать встречаться с Лиамом, чтобы отомстить Джошу. Ты можешь себе это представить? – Бекка начала бессвязно бормотать. – Если в нашей команде и есть девушка, у которой есть шанс закрутить с ним роман, то это определенно ты.

– Ой, не говори ерунду, – сказала я, закатывая глаза от этой идеи.

– Нет, я серьезно! Кому в старших классах Adidas вообще предлагает спонсорство? Таким красивым людям, как ты.

Она притворно закатила глаза, и я схватила подушку и ударила ее по голове.

– Эй! Что за…

– Я не буду встречаться с Лиамом для того, чтобы отомстить Джошу, – рассмеялась я, снова ударив ее.

– Так встречайся с ним не для того, чтобы отомстить Джошу, – предложила она.

Я снова ударила ее подушкой по голове.

– Клянусь, ты вот-вот начнешь то, что не сможешь закончить, – рассмеялась Бекка, хватая другую подушку.

Бедная Эмили оказалась под перекрестным огнем.

– Эмили, подержи-ка мою подушку, – сказала я, глядя на Бекку и незаметно ей подмигивая.

Ее улыбка сказала мне о том, что она поняла мой коварный план.

– Ох, слава богу, а то я решила, что вы, девочки…

Она не успела закончить фразу, как мы с Беккой, как бы это сказать, отправили поезд боли в виде подушек прямиком на станцию Эмили.

– Какого черта! – Эмили кричала и смеялась, пытаясь вырваться.

В конце концов ей это удалось, и в итоге она почти вырубила меня идеально рассчитанным ударом своей подушки.

– Ну, спасибо! Боже, Эмили, ты в один момент такая тихая и милая, а в другой – чуть не ломаешь мне шею ударом подушкой. Теперь я тебя боюсь, – пошутила я, когда Эмили и Бекка уселись на меня сверху так, что я не могла пошевелиться. – Но если серьезно, мой день рождения был бы просто отстойным без вас двоих. Я очень рада, что вы обе будете играть со мной в одной команде.

Бекка ответила на мое милое признание тем, что положила мне на лицо подушку из гусиного пуха. Девушки – коварные существа.

После того как они в конце концов разошлись по своим комнатам, я лежала без сна, размышляя о том, что ждет меня завтра. Я знала, что для всех нас, новичков, это будет сложный день. В старших классах мы были лучшими спортсменками, но с завтрашнего дня станем мелкой рыбешкой в большом пруду. Тренировки станут тяжелее, а тренеры, по-видимому, будут заставлять нас трудится еще усерднее.

Я проверила свой телефон на наличие поздравлений с днем рождения. Примерно каждый час моя мама присылала мне по СМС. Последнее пришло в одиннадцать часов вечера.

Мама:Кинсли Грейс, я так горжусь тем, чего ты смогла достичь. Мне очень жаль, что мы не смогли прилететь и провести с тобой этот день, но я знала, что ты захочешь повеселиться со своими новыми друзьями. Я отправила тебе посылку, и если ты не получила ее сегодня, то обязательно получишь завтра. Надеюсь, тебе понравится. Ты моя рок-звезда. Удачи завтра на тренировке. Целую.

Джош:Кинсли, пожалуйста, ответь. Мне так жаль, и я знаю, тебе нужно время, чтобы все обдумать, но я совершил ошибку и хочу, чтобы ты ко мне вернулась. Пожалуйста, подумай об этом. Люблю тя.

Я застонала и бросила телефон обратно на тумбочку. Любил ли он меня? Мог ли он по-настоящему меня любить? Если он любил меня так сильно, разве он не мог написать слово «тебя» полностью? Я надеялась, что это было неправдой.

Чем больше я думала об этом, тем больше злилась. Оправданий не было. Он не был пьян и не находился под воздействием еще чего-нибудь; его измена была осознанной, и я готова поспорить на свою жизнь, что это было не в первый раз. Мысль о том, чтобы отомстить ему, переспав с Лиамом, казалась заманчивой секунд тридцать, а потом я подумала о том, что на самом деле Джош мне не настолько дорог, чтобы пройти через все это назло ему. Вот если бы была какая-то другая причина переспать с Лиамом Уайлдером…

– Эй, просыпайся, а то не успеешь позавтракать перед тренировкой. О, и внизу тебя ждет огромная посылка.

Голос Бекки вырвал меня из глубокого сна, и я громко застонала. Похмелье, познакомься с моей головой. Голова, познакомься – это похмелье.

– Боже, жизнь – отстой.

Я снова застонала и вылезла из постели. У меня не было времени мучиться похмельем. Мне нужно было позавтракать и выпить воды перед тренировкой. Я последовала за Беккой вниз, где мои товарищи по команде сидели в пижамах и завтракали, выглядя как настоящие зомби. Жутко.

Часы на микроволновке показывали 5:30 утра. Боже, лето обещает быть долгим. Тренировки в обозримом будущем будут начинаться в 6:00 утра и будут проходить с понедельника по пятницу.

– А вот и она! – крикнула Эмили, пока я протирала заспанные глаза. – Открой посылку!

– А там стриптизер? – спросила я, подходя к кухонному столу.

Когда я наклонилась над коробкой, Бекка перехватила мой взгляд и одними губами произнесла:

– Там Лиам.

Я показала ей язык и начала срывать упаковочную ленту.

Моя мама экстравагантна, и поскольку может себе это позволить, то обычно дарит слишком дорогие подарки. Тот день не стал исключением. Внутри коробки было достаточно футбольной экипировки, чтобы одеть всю команду. Она прислала мне новые спортивные бюстгальтеры, шорты для бега, легинсы, футболки, которые сидели на мне как влитые, и несколько новых бутс, которые должны были появиться в продаже только через месяц. О, и они были ярко-розового цвета. Моя мама отлично меня знала.

– Это то, о чем я думаю? – спросила Бекка, с завистью разглядывая бутсы.

– Понятия не имею, откуда они у нее, но почему-то я не удивлена.

Как и для большинства девушек, новая пара обуви и одежда на мгновение избавили меня от головной боли. Я побежала в свою комнату и надела новый комплект спортивной экипировки, прежде чем схватила телефон, чтобы написать маме.

Кинсли:СПАСИБО за подарки! Это слишком много, но я смогу подарить что-нибудь своим подругам из команды. Я позвоню тебе после тренировки. Целую и обнимаю!

К тому времени, как закончила собираться, я пропустила завтрак и мне пришлось взять с собой батончик гранолы, чтобы перекусить по дороге.

– Вот, держу пари, ты даже не подумала об этом, – сказала Эмили, протягивая мне две таблетки «Адвила».

– Да! Спасибо тебе.

Восторг от моего нового тренировочного костюма начал меркнуть по сравнению с моим нешуточным похмельем. Батончик и тряская поездка на машине не успокоили мой желудок, и к тому времени, когда мы добрались до тренировочного поля, я чувствовала, что меня вот-вот вырвет.

Старшекурсницы встретили нас у входа в центр с озорными улыбками.

– Выглядите немного потрепанно, новички, – рассмеялась Тара, не сводя с меня глаз. – Как ты себя чувствуешь, Брайант?

Ее вопрос казался милым, но по тону было понятно, что это не так.

– Замечательно.

Я улыбнулась и наклонилась, чтобы достать из сумки бутылку воды.

– Идем. Тренер хочет встретиться с нами в конференц-зале.

Тара повернулась и придержала дверь, чтобы мы могли пройти следом за ней. Но как раз перед тем, как она вошла внутрь, я услышала тот же сексуальный голос, который слышала прошлой ночью, – голос, который говорил: «Я секси, и я это знаю».

– Доброе утро, леди.

Все девушки замерли, и мы одновременно обернулись. Лиам Уайлдер стоял в нескольких футах от нас, одетый в спортивную форму, и дружелюбно улыбался. Конечно, эту улыбку легко можно было принять за ухмылку, от которой слетают трусики, так что удивительно, что мы все смогли пробормотать потрясенные приветствия. Думаю, он въехал на парковку через несколько минут после нас. Я заглянула ему за спину и увидела черный внедорожник «Мерседес», припаркованный на ближайшем к полю месте. Несколько фотографов делали снимки по другую сторону забора. Боже, они так рано просыпаются только для того, чтобы сфотографировать его?

– О, привет, Лиам. – Тара широко улыбнулась.

Я состроила Бекке гримасу, изображающую: «О, заткнись».

– Вам, девушки, лучше стоит называть меня тренером Уайлдером, пока мы на поле, – предупредил он.

Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы не заплакать. Потрясенное выражение лица Тары было совершенно бесценно, но этого все равно было недостаточно, чтобы я смогла забыть о неловкости всей этой ситуации.

Я даже не могла поднять на него свой взгляд. В последний раз, когда мы разговаривали, я буквально попросила показать мне его татуировки, что, как мы оба знали, на самом деле означало, что я хочу, чтобы он показал мне свои «футбольные мячи». Ха. Позже я расскажу эту шутку Бекке. Я потащила ее и Эмили вперед, не обращая внимания на Лиама, и направилась в конференц-зал. К счастью, тренер Дэвис уже была там, а Лиам за нами не последовал.

– Присаживайтесь, девушки, – проинструктировала тренер Дэвис с легкой улыбкой.

Лучше всего нашего тренера можно было описать так: заботливый сержант по строевой подготовке. У нее были седеющие волосы и добрые голубые глаза, но, когда вы меньше всего ожидали, она могла заставить вас упасть и отжаться пятьдесят раз. Она была одной из главных причин, по которой я выбрала команду Университета Лос-Анджелеса. Она была лучшим тренером по женскому футболу в стране, и я хотела, чтобы она научила меня тому, как улучшить свою игру.

– Доброе утро, тренер.

Я улыбнулась и села рядом с Беккой и Эмили в передней части небольшой комнаты.

После того как остальные члены команды заполнили помещение, тренер Дэвис начала рассказывать нам о тренировках и о том, чего она ожидает от нас на протяжении всего сезона.

– Как вы, наверное, уже заметили, у нас появился новый тренер, – начала она, и я практически почувствовала, как все навострили свои уши.

Тренер Дэвис оглядела зал с суровым выражением лица.

– Тренер Уайлдер будет сотрудничать с нами в течение нескольких месяцев. Однако он будет присутствовать только во время утренних тренировок, потому что днем у него тренировки его собственной команды.

– А зачем? – спросила одна из новеньких.

– Каждый игрок «Лос-Анджелес Старз» работает волонтером. Лиам помогал нашей программе в прошлом, и я без колебаний пригласила его снова в этом году. Есть еще вопросы?

– Почему он не тренирует команду мальчиков? – спросила Софи с заднего ряда, где сосредоточились все старички.

– Один из наших помощников тренера находится в декретном отпуске, поэтому, когда «Лос-Анджелес Старз» связались со мной, я подумала, что это подходящий момент, чтобы пригласить его сотрудничать. Он отличный футболист и станет источником знаний для всех вас. Однако я все же считаю необходимым пояснить, что он здесь не для вашего личного развлечения. Пожалуйста, хорошенько подумайте, прежде чем заводить какие-либо отношения вне тренировок… У меня не возникнет проблем с тем, чтобы вышвырнуть вас из команды быстрее, чем вы успеете сосчитать его татуировки.

Его татуировки. Те же татуировки, которые я просила показать мне прошлой ночью. Ладно, вселенная насмехалась надо мной.

– Эм, тренер, – Тара подняла руку, чтобы ее было видно с задних рядов, – некоторые из нас знают Лиама не только по тренировкам. Мы дружим с игроками «Лос-Анджелес Старз», так что будем встречаться с ним на вечеринках.

Тренер Дэвис кивнула, но сохранила невозмутимый вид.

– Пока мы здесь, вы будете называть его тренером Уайлдером, – уточнила она жестким тоном. – Я понимаю, что некоторые из вас вращаются в том же кругу, что и тренер Уайлдер, и полностью избежать встречи с ним невозможно. Однако я бы хотела, чтобы ваши совместные фотографии не мелькали в социальных сетях, пока он не перестанет быть вашим тренером.

Раздался стук в дверь, и секунду спустя в зал тихо вошел Лиам.

– Можно войти?

Да. Да. Да. Мы все готовы, чтобы ты вошел.

– Как раз вовремя, тренер Уайлдер. Пожалуйста, проходите и представьтесь. А я пока проверю, все ли готово для тренировки на поле. Вы можете присоединиться ко мне с девочками примерно через десять минут.

Она направилась к двери, но мои глаза были прикованы к тому месту, где она стояла несколько секунд назад.

– О, и, девушки, не планируйте никаких дел на субботнее утро. У нас будет мероприятие по сплочению команды. Встречаемся в центре ровно в 7:00.

Я даже не обратила внимания на ее заявление о сплочении команды. Меня больше беспокоило то, что она сказала до этого.

– Для тренировки? – прошептала я Бекке.

Я, конечно, надела свою спортивную форму, но это было только потому, что и так носила ее почти каждый день. Я думала, что сегодня нам просто расскажут о планах на ближайшее время и дадут установки.

– Тебя все еще плохо? – спросила она с опаской во взгляде.

– Как будто маленький ребенок таранит мою голову игрушечным грузовиком, – ответила я, когда Лиам занял свое место в передней части зала.

– Всем привет. Не уверен, что тренер Дэвис все вам рассказала, но я буду принимать участие в тренировках вашей команды в течение следующих нескольких месяцев. Я буду присутствовать по утрам, и, поскольку большую часть своей карьеры я играл на позициях полузащитника и нападающего, именно на эти позиции я буду делать уклон больше всего.

О боже. Было бы здорово, если бы он помог мне отточить навыки полузащитника. К сожалению, около десяти других девушек также подходили на эту роль, включая Тару и Софи. Бекка и Эмили играли на позиции «защитника», поэтому на вашем месте я бы не стала с ними шутить.

– У кого-нибудь есть ко мне вопросы?

– У тебя есть девушка? – прошептала Бекка, сидя рядом со мной, и я пнула ее под столом.

Лиам, должно быть, услышал ее, потому что посмотрел в нашу сторону. Его серые глаза встретились с моими, и я чуть не поперхнулась собственным языком. Это был первый раз, когда мы встретились взглядами, с тех пор как он приехал утром в центр, и мне потребовались все силы, чтобы сохранить спокойствие. Он обычный парень. Не позволяй ему завладеть твоим разумом. Это было бесполезно. От вида его черной обтягивающей футболки я теряла внимание ко всему, что было вне его досягаемости. Его татуировки насмехались надо мной, а волосы были слегка растрепаны, как будто он провел по ним пальцами, когда только встал с постели.

И как я должна была сосредоточиться, когда он был рядом?

– Давайте начинать.

Тренер Дэвис хлопнула в ладоши после того, как мы разделились на небольшие группы. Мы начинали день со спринта. Я предсказывала, что меня вырвет на середине первого забега. Но кто знал, может быть, я даже смогла бы добраться до финиша.

– Как ты себя чувствуешь, именинница? – спросил Лиам, пока я разминала икры и подколенные сухожилия.

Я стартовала последней в своей группе, так что нас больше никто не мог услышать.

– Не очень. Я не думала, что сегодня у нас будет настоящая тренировка.

Я покачала головой и уставилась прямо перед собой, пытаясь глубоко дышать, чтобы успокоить свой желудок.

– Почему ты так решила? – спросил он с легкой улыбкой.

– Я понимаю, что это прозвучит глупо, но старшекурсницы сказали, что обычно в первый день тренер только дает установку и обговаривает организационные моменты. Вот почему я позволила себе немного повеселиться в свой день рождения.

– Это прискорбно, – кивнул он как раз в тот момент, когда тренер Дэвис свистнула в свисток, давая команду последней группе выстроиться в ряд.

Хорошие новости, на самом деле меня не тошнило вплоть до четвертого забега, и, к чести Лиама, он только улыбнулся, прикрыв рот рукой.

Если бы он не был моим тренером, я бы показала ему средний палец.

С другой стороны, по крайней мере, я знала ответ на вопрос, считал ли он меня привлекательной или нет. Это было твердое «нет».

Я была уже на полпути к финишу, когда ему пришлось уйти пораньше на тренировку «Лос-Анджелес Старз». Он помахал тренеру Дэвису и, развернувшись, побежал к своей машине. Я и не осознавала, как сильно мне понравилось, что он был рядом, пока он не исчез. Даже если он находил мои мучения забавными, его слова ободрения немного помогали.

После того как он уехал, мы продолжили тренироваться, пока у меня не подкосились ноги, а желудок окончательно не опустел от всей выпивки, которую я залила в себя накануне. И все же когда я уходила с поля, то размышляла о том, как мне грустно из-за того, что у меня не было возможности поговорить с ним до его ухода. Даже услышать от него простое «пока» стало бы приятным отвлечением.

Что, черт возьми, за заклинание он на меня наложил прошлым вечером? Мне нужно было прийти в себя.

– Тяжелый первый день, Брайант? – спросила тренер Дэвис, когда я выходила из раздевалки.

– Клянусь, я в хорошей форме. Просто вчера был мой день рождения, и я не ожидала, что в первый день у нас будет такая интенсивная тренировка.

Тренер Дэвис кивнула и похлопала меня по спине.

– Постарайся лучше подготовиться к завтрашнему дню.

– Я все сделаю, тренер.

Бекка и Эмили последовали за мной к небольшому бассейну, наполненному льдом, мы опустились в воду, одетые в спортивные бюстгальтеры и шорты, и лежали в нем, пока я не почувствовала онемение всего тела.

– Это потрясающе, – отметила Бекка, – но тренировка была гораздо более интенсивной, чем я ожидала.

– И не говори! – пожаловалась я.

– Как вы думаете, старички могли солгать насчет тренировки? – Эмили говорила шепотом, как будто боялась, что они нас подслушивают.

Большинство из них уже разошлись по домам или нашли в здании другой бассейн со льдом, чтобы подлечить ноющие мышцы.

– Они стали бы настоящими стервами после этого. По-моему, меня стошнило раза три, – простонала Бекка.

Мой желудок скрутило в ответ на ее признание.

– Больше никаких разговоров о рвоте. Кстати… Бекка, а откуда ты? – спросила я.

– Даллас, Техас. Родилась и выросла, – сказала она, лукаво подмигнув, и внезапно я увидела в ней настоящую южанку.

– Боже мой, скажи, что ты участвовала во всех этих конкурсах красоты? Благодаря веснушкам и светлым волосам ты выглядишь словно куколка.

– Черт возьми, нет! Ты знаешь меня уже сорок восемь часов и думаешь, что я стала бы участвовать в таких конкурсах?

Я вспомнила танцы в пьяном виде и неуместные шутки.

– Ах да. Беру свои слова обратно. Ты скорее сорвешь такой конкурс, чем будешь в нем участвовать.

Она рассмеялась и оперлась руками о край бассейна. Мы смогли пробыть там всего несколько минут, прежде чем воздействие льда начало оказывать обратное действие на наши тела.

– Кинсли, а ты в школе была королевой выпускного бала? – спросила меня Бекка.

Я фыркнула.

– Я не ходила на выпускной.

Они с Эмили обе ахнули, как будто я только что сказала им, что на самом деле я – мужчина.

– О боже. Не надо. Моя мама была в таком же отчаянии, как и вы сейчас.

– Но разве тебя никто не пригласил?

Я вспомнила, как мы с Джошем сбежали с выпускного, чтобы вместо него посмотреть с друзьями запись европейского футбольного матча. Я даже не знала, кто в итоге стал королевой бала.

– Мы тогда встречались с Джошем и оба захотели пропустить весь этот фарс.

– В моей школе все ходили на выпускной. А я была королевой бала, – улыбнулась Эмили, и ее глаза затуманились, как будто она вспомнила что-то приятное.

– Ты потеряла свою девственность в ту ночь, не так ли? – улыбнулась я.

Когда Эмили начала краснеть, мы с Беккой обе рассмеялись.

– Тут нечего стесняться! Это так мило, – заверила ее я.

Эмили опустила взгляд на ледяную поверхность.

– Это произошло с парнем, с которым я начала встречаться в старших классах, и мы до сих пор вместе… А вы когда потеряли свою девственность, мисс Лос-Анджелес?

– Это так очевидно? – Я рассмеялась, брызгая на нее водой.

– Ты носишь обычный браслет дружбы рядом с дорогущим браслетом от Cartier. Да ты просто воплощение лос-анджелесской девчонки!

– Черт, – рассмеялась я. – Я должна отдать тебе должное, Эмили.

Мы трое были из разных концов страны, и у нас было совершенно разное воспитание. В любой другой обстановке мы, возможно, никогда бы не стали подругами, но мы были новичками в команде, и нас это сплотило. Черт возьми, совсем недавно мы наблюдали за тем, как нас тошнит. Если это не приведет к крепкой дружной связи, то я не знаю, что тогда.

– Ну, теперь вы обе знаете, как я потеряла девственность. Выкладывай, – потребовала Эмили, возвращая тему к тому, с чего она началась несколькими минутами ранее.

Я нечасто вспоминала о Трее. Он был моим парнем в старших классах, и, хотя я не знаю, кто стал королевой выпускного бала, я точно знаю, что он стал его королем. Он был королем нашей школы во всех смыслах этого слова. Когда мы впервые занимались сексом, я была безумно в него влюблена, но сам процесс оказался неловким и закончился прежде, чем я успела почувствовать что-либо, кроме боли. Мы занимались этим еще несколько раз, и каждый раз был таким же неловким, как и первый. Только через несколько недель я узнала, что он изменял мне с девчонкой из другой школы.

Я постаралась рассказать им эту историю как можно мягче, не портя настроения и не разыгрывая из себя жертву. То, что мне дважды изменили, вовсе не означало, что я всю жизнь буду восклицать: «Бедная я!»

– Что? Ты серьезно? Джош оказался лучше в плане секса? – спросила Бекка.

– С ним было… нормально? Наверное? По крайней мере, той блондинке, казалось, было весело.

Думаю, не было смысла скромничать в этот момент.

– А что насчет тебя? – спросила Эмили, поворачиваясь к Бекке.

Я улыбнулась, подумав, насколько хороша была бы ее история в сравнении с моей.

Бекка кашлянула и посмотрела на свою руку, все еще лежащую на бортике бассейна.

– О, ну, у меня никогда не было секса.

– Что?! – воскликнули мы с Эмили в один голос.

Я бы поставила свою жизнь на то, что она была самой опытной из всех нас. Я имею в виду, она была великолепная и забавная, а что еще можно делать в Техасе, кроме как валять дурака?

– В этом нет ничего особенного. В старших классах я была в некотором роде неудачницей. Футбол в моей школе не был популярным видом спорта, и до одиннадцатого класса я носила брекеты.

– Ауч, – сказала я. – Ну и что, Бекка, зато сейчас ты чертовски великолепна, и кого волнует, когда и где у тебя был первый секс. Мой первый раз все равно был отстойным, верно?

Она кивнула, и я поняла, что на данный момент наш откровенный разговор подошел к концу.

– Давайте убираться отсюда!

Я поднялась и вылезла из ледяной воды, но, когда опустилась на пол, моя нога не выдержала моего веса, и я рухнула на плитку.

– Боже мой! Ты в порядке? – спросила Эмили.

По крайней мере, хоть кто-то беспокоился обо мне. Бекка истерически смеялась. На ее месте я поступила бы так же.

– Девочки, я не чувствую своих ног. Мы слишком долго пробыли в этом чертовом бассейне! – воскликнула я, лежа на холодном полу.

Мы не переставали смеяться, пока наши ноги не отогрелись.

– Хотите принять душ, а потом пойти перекусить? – спросила я, когда мы подошли к входной двери дома для новичков.

Как раз перед тем, как мы вошли внутрь, Эмили заметила маленький сверток, лежащий у подножия лестницы.

– На нем твое имя, Кинсли!

Я прищурилась, глядя на него. Он был таким маленьким, что я просто прошла мимо, не заметив.

– О, держу пари, это очередной подарок от моей мамы, – сказала я, когда она передала мне сверток. – Обычно она не ограничивается одним.

Бекка открыла входную дверь и крикнула:

– Тот, кто принимает душ последним, платит за обед!

– Посторонись!

Я оттолкнула ее и побежала к лестнице, но на полпути она поставила мне подножку. Когда я упала вперед, мои колени ударились о ковер, и его ворсинки попали мне в рот. Фух. Почему мне казалось, что я покину этот дом с гораздо большим количеством синяков и шрамов, чем по приезде сюда?

– Это нечестно! Ты же защитник! Ты всегда будешь побеждать! – крикнула я, когда Бекка первой поднялась по лестнице.

Она только рассмеялась и направилась в свою комнату. Тихоня Эмили непринужденно поднялась вслед за нами, явно не интересуясь этим соревнованием.

К счастью, у нас не была одна ванная на всех. Несколько лет назад дом был отремонтирован так, что больше походил на общежитие, чем на обычный дом. Каждая спальня была соединена с ванной комнатой, которую делили на двоих. Моей соседкой была Эмили.

– Ты можешь принять душ первой, Эм. Я собираюсь открыть подарок и позвонить маме.

Я улыбнулась и закрыла дверь, чтобы дать ей немного уединения.

Только тогда я наконец рассмотрела сверток. Мое имя было написано сверху почерком, который определенно не принадлежал моей матери. Она почти всегда подписывала все каллиграфическим почерком. Когда я была ребенком, она упаковывала мне обед в школу, оставляя на салфетках длинные, идеально написанные послания. Это всегда было что-то воодушевляющее, типа: ты самая умная, талантливая, красивая и т. д. А затем она обычно добавляла какую-нибудь шутку, заставляя меня улыбнуться, как например:

«Вопрос: Что кричала улитка, катаясь на спине у черепахи?

Ответ: У-и-и-и».

Я уже упоминала, что моя мама, может быть, и немного сумасшедшая, но в то же время самый любящий человек на свете? Жаль, что они с папой на время переехали жить в Аспен. Но думаю, они это заслужили. Я была настоящей оторвой в детстве.

И именно так я узнала, что мое имя было написано не ее почерком. Этот почерк был слишком корявым. Я перевернула сверток и разорвала пергаментную бумагу. Внутри была маленькая коробочка, и, когда я открыла ее, оттуда выпал маленький листок бумаги вместе с подарочным сертификатом.

Я нахмурила брови и сначала подняла подарочный сертификат. Он включал в себя часовой массаж и несколько других дополнительных процедур в спа-салоне высокого класса в Лос-Анджелесе. И я обязательно воспользуюсь этим сертификатом в конце недели. Если мы продолжим тренироваться так же интенсивно, как сегодня, то, наверное, понадобится целая команда массажисток, чтобы размять мои мышцы.

Я потянулась за запиской.

«Именинница,

После сегодняшнего дня это тебе точно пригодится. Извини, что немного припозднился, но я подумал, что ты заслуживаешь еще одного подарка».

Подписи не было. Какого черта? Моя первая догадка, и догадка тех пяти процентов меня, которые жили в стране грез, заключалась в том, что подарок был от Лиама. Он несколько раз называл меня именинницей и даже один раз этим утром… Но потом я поняла, что он едва меня знает. Черт. Это означало, что, вероятнее всего, подарок был от Джоша. И почерк был похож на его.

Эта догадка внезапно омрачила мое настроение. Хотела ли я на самом деле думать о нем, когда попытаюсь расслабиться в спа-салоне? Я достала телефон и отправила ему сообщение.

Кинсли:Ты сегодня что-нибудь оставлял для меня возле моего дома?

Затем я закрыла меню с сообщениями и позвонила маме. Она ответила после четвертого гудка, и, услышав ее голос, я сразу же почувствовала, как сильно по ней скучаю.

– Кинсли, как прошла тренировка?! – спросила она.

Я опустилась на пол рядом с кроватью и улыбнулась в телефон.

– Она надрала мне задницу. Буквально, у меня болит задница, пока я разговариваю с тобой по телефону.

– Это звучит… болезненно. Почему у тебя болит задница? – рассмеялась она.

– Тренер заставила нас пробежать миллион спринтов… и полагаю, что, возможно, вчера вечером я немного погорячилась, празднуя свой день рождения, поэтому сегодняшним утром я заплатила за это.

– А-а-а, так вот в чем, оказывается, дело. Ты праздновала со своими новыми товарищами по команде? И если ты выпивала, то лучше бы ты не садилась за руль. А еще лучше тебе бы вообще не пить…

Верно, потому что какой студент колледжа не выпивает? Я решила просто рассказать все как было.

– Мы взяли такси, и да, на самом деле у нас с двумя другими новичками сложился небольшой любовный треугольник, без лесбийских наклонностей. Бекка из Техаса и выглядит так, что могла бы стать чирлидершей «Даллас Ковбойз», а Эмили из Миннесоты. Она немного замкнутая и тихая, но очень милая.

– Не могу дождаться, когда познакомлюсь с ними.

Я была уверена, что она улыбается.

– Я прилечу на вашу первую игру, несмотря ни на что, но, может быть, я смогла бы посетить и вашу тренировку? Если это не будет для тебя слишком неловко?

Я улыбнулась.

– Да, обязательно. Я дам тебе знать, когда будет первая игра. А сейчас мне нужно сбегать в душ, мам. А после мы собираемся пообедать с Беккой и Эмили.

– О, хорошо! Воспользуйся кредиткой, которую я тебе дала, и оплати обед, раз уж мы не смогли устроить тебе веселый праздничный ужин.

Я улыбнулась, подумав о том, что, поскольку я, скорее всего, была последней, кто принимал душ, я все равно задолжала девочкам обед.

– Звучит здорово, спасибо. Люблю тебя!

– Я тоже тебя люблю!

Повесив трубку, я посмотрела вниз и проверила свой телефон. Там меня ждало сообщение от Джоша.

Джош:Нет. Только цветы вчера вечером. Ты сказала, что получила их, верно? Розовые розы напомнили мне о тебе. Как прошла сегодняшняя тренировка?

Он принял мое сообщение за предложение мира. Он жестоко ошибался. Но если не он прислал этот сертификат…

Нет, я не могла даже думать об этом. Это ни в коем случае не мог быть Лиам, а если и был, то мне пришлось бы вставить этот сертификат в рамку и повесить у себя на стене.

– Душ свободен, Кинсли! – крикнула Эмили из-за двери ванной.

От лишних размышлений меня спас душ.

Я убрала подарочный сертификат в кошелек и решила не рассказывать о нем Эмили или Бекке, пока не выясню, кто его отправил.

– Просыпайтесь, новички! – раздался чей-то голос как раз перед тем, как по всему дому разнесся звук сирены.

– Что за черт!

Я попыталась сесть и сориентироваться как раз в тот момент, когда снова прозвучала сирена.

Взглянув на свой телефон, я поняла, что было еще только пять утра.

– У вас есть три секунды, чтобы спуститься вниз, или будете наматывать круги вокруг квартала! – прокричала Тара.

Я представила, как на ее лице появляется ехидная улыбка. Если кто и жаждал власти, так это она.

Я сбросила одеяло с ног, которые все еще ощущали последствия вчерашней тренировки, и выскользнула из постели. По пути к лестнице я постучала в дверь Эмили и Бекки, чтобы убедиться в том, что они услышали шум. Они обе вышли вслед за мной, и мы поспешили вниз, но остановились как вкопанные, увидев старичков, выстроившихся в шеренгу перед небольшим камином. У каждой из них были повязаны камуфляжные банданы на голове, а под глазами – черные полоски.

Они были одеты так, словно готовились к войне. На мне же были пушистые носки и длинная ночная рубашка.

– Построиться! – крикнула Тара.

Мы с Беккой обменялись недвусмысленными взглядами. Это было в порядке вещей или Тара на самом деле сошла с ума?

В любом случае мы решили послушаться. Все новички выстроились в шеренгу и молча смотрели на второкурсниц.

– Сегодня первый день вашего вступления в команду. И это ваш обряд посвящения. Так поступали со всеми, кто был до вас, так что смиритесь и примите это как чемпионы.

Почему эта фраза казалась мне такой зловещей? Как будто она собиралась попросить нас сделать что-то немыслимое.

И тут я увидела костюмы, разложенные у их ног, и застонала. Нам предстояло принарядиться.

– Прости, Кинсли, у тебя какие-то проблемы? – спросила Тара, пристально глядя на меня.

– Нет, – быстро ответила я, бросив взгляд на разнообразие цветов и тканей, лежащих на полу гостиной.

– Ты уверена? Потому что ты, кажется, не очень хочешь здесь находиться.

Она хотела поругаться, и я это знала. Ей нужен был повод, чтобы быть со мной жестче, чем с остальными девочками, но я не дала ей этого.

– Нет, я в предвкушении, – ответила я, глядя на нее снизу вверх с легкой улыбкой.

Все равно что заглянуть в лицо дьяволу и принять его вызов.

– Отлично, тогда ты будешь в восторге, Брайант, когда увидишь, что тебе предстоит надеть на сегодняшнюю тренировку.

Она наклонилась и подняла с пола отвратительное ярко-желтое трико из спандекса и балетную пачку. Серьезно, тот, кто сшил этот костюм, идеально подобрал именно тот оттенок желтого, напоминающий рвотную массу.

– Ты будешь нашем снитчем.

О боже. Я окинула взглядом другие наряды, внезапно осознав тематику сегодняшнего посвящения. На полу лежали мантии и шарфы волшебников из всех факультетов Гриффиндора. Кое-что из вещей я не узнала, но уверена, что, как и мой наряд из спандекса, все они служили какой-то цели.

Идея сразу же произвела на меня впечатление, но в то же время я боялась надевать этот наряд. Но на самом деле у меня не было выбора. Я не хотела быть нытиком. Мне хотелось принять вызов Тары и поднять ставку любым доступным способом.

Тара бросила мне одежду, и мне пришлось быстро сориентироваться, чтобы ее поймать.

– Раздайте остальные костюмы, – приказала Тара, и ее маленькие миньоны быстро начали выполнять приказ.

Я думала, что мой наряд будет самым ужасным, но, когда они вручили Бекке ее костюм, я не смогла удержаться от смеха.

– Ты будешь квоффлом, – объяснила Софи, вручая Бекке нелепый наряд, состоящий из коричневой пачки, которая закрывала ее от груди до бедер.

Она будет похожа на гигантскую мочалку для душа.

– Что такое квоффл? – с вызовом спросила Бекка, неохотно принимая наряд от Софи.

– Кажется это какой-то мяч для квиддича из «Гарри Поттера». И вообще, кому какое дело, просто надевай этот дурацкий костюм.

Софи махнула рукой и перешла к другому наряду.

– Идите переоденьтесь и возвращайтесь сюда через пять минут, – крикнула Тара.

Эмили, Бекка и я побежали в мою комнату, чтобы переодеться и повозмущаться без посторонних ушей.

– Что за черт? Им разрешено так делать?! – спросила Бекка, стоя перед зеркалом и разглядывая свой нелепый наряд.

Я достаточно долго не могла перестать смеяться, чтобы ей ответить.

– Мне жаль. У вас, ребята, ужасные наряды. Несправедливо, – ответила Эмили, надевая очки и мантию волшебника.

Эта сучка была Гарри Поттером и выглядела очень мило в этих фальшивых очках.

– Эмили, ты отстой, – пошутила я, натягивая трико из спандекса поверх спортивного лифчика.

Предполагалось, что оно должно было быть моего размера, но спандекс был достаточно тесным, и в нем было трудно дышать.

– По крайней мере, тебе дали балетную пачку. Ты бы выглядела нелепо в одном трико, – предположила Эмили, пытаясь показать мне хорошую сторону происходящего.

Но хорошая сторона заключалась в том, что я не была одета как гигантская коричневая мочалка.

– Как насчет того, чтобы, вернувшись с тренировки, сжечь эти костюмы и использовать пепел, чтобы наложить проклятие на Тару? – предложила Бекка, пока мы надевали футбольные гольфы и кроссовки.

– Новички, у вас осталось тридцать секунд, чтобы вернуться в гостиную! – раздался голос Тары.

Мы втроем закатили глаза и поднялись, закидывая бутсы на плечи. Одного взгляда в зеркало оказалось для нас чересчур. Блевотно-желтый цвет мне совсем не подходил, а в балетной пачке я выглядела как девятилетняя девочка.

Когда мы спустились вниз, стало ясно, что Эмили была права. Все остальные были волшебниками. Ну, почти все. Одна девочка была наряжена в метлу. Или, может быть, просто в палку. Трудно было сказать.

Когда мы стояли, выстроившись в шеренгу, к Эмили подошла старшекурсница и нарисовала у нее на лбу молнию черным маркером. Затем она перешла ко мне и Бекке. Она нарисовала огромную букву «С» у меня на груди и букву «К» на груди у Бекки. Серьезно, неужели на тот момент костюмов было недостаточно?

– Позавтракаете уже на тренировочном поле, но только если вы туда вовремя доберетесь. Второкурсницы будут ехать вслед за вами, девочки, пока вы будете бежать по обозначенному маршруту, который заканчивается у спортивного центра. Если кто-то из вас отстанет, всей команде придется бежать штрафной круг, так что старайтесь оставаться с группой.

Я подавила стон.

– О, и пусть каждая на выходе возьмет по метле, – заявила Тара.

– Это еще для чего? – спросила одна из девушек-новичков.

Тара посмеялась над ней.

– Потому что вы все одеты как персонажи из «Гарри Поттера», тупица.

Так что, да, все время, пока мы бежали, нам приходилось зажимать метлу между нашими ногами. У вас когда-нибудь были занозы на внутренней поверхности бедра? У меня их тоже не было. Потому что я их получила не в том месте. Смотрите немного выше. Это было ужасно. По возвращении домой я собиралась разрезать этот вызывающий зуд желтый костюм на кусочки.

– По крайней мере, у вас обеих есть сиськи, – отметила Эмили, когда бежала рядом со мной и Беккой.

– Какое это имеет отношение к делу? – спросила я между вдохами.

– Лиам определенно заметит их в этом трико, уж поверь мне.

– Вот дерьмо! – Я совсем забыла, что он увидит нас в этих костюмах.

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Тара, вероятно, сделала это нарочно. Я посмотрела туда, где она сидела за рулем автомобиля, проезжая недалеко от нас. На ней был надет симпатичный спортивный костюм, и она даже нанесла легкий макияж. Вот же коварная шлюха.

Если бы сейчас мы были в настоящей вселенной «Гарри Поттера», я бы применила заклятие Круцио к ее заднице. Да, я бы применила одно из непростительных заклинаний. И попробуй что-нибудь сделать мне за это, Министерство магии.

Без пяти минут шесть мы наконец добрались до тренировочного центра. Мы пытались отдышаться, пока второкурсницы парковали свои машины и выпрыгивали из них с таким видом, словно только что вернулись с отдыха.

– Вот, новички, ваш завтрак, – сказала Тара, бросая коробку с батончиками гранолы на землю, где мы отдыхали.

– Почему мне так трудно ее полюбить? – пробормотала Бекка.

Я кивнула, прищурившись. Мне было интересно: как далеко она зайдет в этом посвящении для новичков?

Мы взяли по батончику и бутылке с водой и отправились в конференц-зал на наше утреннее собрание.

– Встретимся там, ребята, я пока схожу в туалет, – кивнула я Бекке и Эмили.

Я умыла лицо и поправила свой растрепанный хвост. На тот момент я действительно ничего не могла сделать, чтобы привести в порядок свой внешний вид, и это было очень досадно, потому что, когда я открыла дверь, Лиам, наклонившись, пил воду из фонтанчика. Как только он краем глаза заметил мое желтое трико, то выпрямился и окинул взглядом весь мой наряд.

На нем была темно-серая футболка и черные спортивные штаны, и он все равно выглядел так, словно был готов для съемки в рекламе GQ. Я же была похожа на балерину, накачанную наркотиками.

– Вау. Неужели в наши дни девушки так одеваются на тренировки? – спросил он, потирая рукой свою челюсть.

Я оглянулась за его спину, чтобы убедиться в том, что в коридоре мы были одни.

– Это часть посвящения новичков, – ответила я. – Я снитч из «Гарри Поттера».

Его взгляд скользнул вниз, к букве «С», написанной на моей груди, и в моей голове всплыл предыдущий комментарий Эмили о моем декольте.

Но когда он снова взглянул на меня, я не смогла разглядеть никаких эмоций в его глазах.

– Думаю, корона в честь дня рождения мне нравилась больше, – ухмыльнулся он.

Я поджала губы и кивнула. Интересно, о чем конкретно он вспоминал? Помнил ли он, как я флиртовала с ним на вечеринке? Или с ним так часто флиртовали, что я была лишь точкой на его радаре?

– Без шуток. Мне бы не помешало провести денек в спа-салоне, когда вся эта история закончится, – сказала я, стараясь казаться беззаботной и одновременно проверяя, подействует ли на него мой комментарий.

Он выгнул темную бровь, еще раз окидывая взглядом мой наряд. И когда он так смотрел на меня, это казалось очень неуместным. Возможно, это было из-за того, что мое тело реагировало на него. Черт возьми, он сильно меня отвлекал. Я должна была быть Нэнси Дрю, а вместо этого была Нэнси «Держи мои трусики».

– Девушки гораздо более изобретательны, чем парни, когда дело доходит до дедовщины. Как помнится, нам просто нужно было много бегать и доказать, что мы можем выпить упаковку пива и нас не стошнит.

Я рассмеялась.

– Это не кажется таким уж сложным. Я могу бегать днями напролет.

– Да, но ты довольно мало весишь для упаковки пива, – сказал он с улыбкой.

– Эй! Я выпила пять рюмок, прежде чем прийти на вечеринку в субботу.

Он ухмыльнулся своей фирменной улыбкой, от которой у меня подкосились колени.

– Ладно, может, я и не справлюсь с упаковкой пива, но, как думаешь, ты смог бы справиться с этим нарядом? – спросила я, теребя пальцами подол своей желтой пачки.

Он приподнял бровь, его глаза изучали обнаженную кожу между пачкой и моими гольфами, прежде чем он с суровым выражением лица отвел взгляд. Казалось, он боролся с желанием глядеть на мое тело.

Боже, что мы делали? Я сглотнула и прошла мимо него в конференц-зал, прежде чем он успел ответить. Оставаться с ним наедине было плохой идеей, все равно что забираться глубже в воду, когда ты не умеешь плавать.

– А вот и наш снитч, – объявила Тара, когда я вошла в зал, Лиам следовал за мной по пятам.

Я взглянула на него, занимая свое место рядом с Беккой. Его челюсть была сжата, а брови нахмурены, как будто он что-то обдумывал. Мгновение спустя вошла тренер Дэвис, и Лиам отступил к стене, скрестив руки на груди.

– Дамы, вы выглядите этим утром довольно нелепо. Я полагаю, все это ради шутки, Тара? – спросила она, пристально глядя на нее.

– Конечно! Просто забавный способ поприветствовать новичков, – ответила Тара.

Тренер Дэвис действительно поверила ей? Я имею в виду, никто из нас не выглядел так, будто нам было весело. Девочка в костюме метлы не могла даже присесть.

– Хорошо, тогда посмотрим, не помешает ли это тренировке, иначе всем придется переодеться в спортивную одежду.

Как будто для того, чтобы усугубить ситуацию, сегодня был первый день, когда мы разделились на группы для отработки позиционных упражнений, что означало, что Бекка и Эмили были на другой стороне поля, а я осталась с Тарой, Софи, Лиамом и несколькими другими старичками. Из нас вышла довольно разношерстная компания.

– Я думаю, что мы отлично постарались выставить тебя среди всех новичков в самом смешном виде, Кинсли, – сказала Софи с озорной улыбкой.

Лиам расставлял конусы и не слышал ее комментария, так что я осталась стоять на месте, пытаясь справиться со своим раздражением.

– Я полностью согласна. Она выглядит просто отвратительно, – добавила Тара.

– Ладно, девочки… – начала я, делая шаг в сторону этого динамичного дуэта.

– Тара, – сказал Лиам, стоя у меня за спиной, – мой первый совет для тебя – научись быть капитаном, не унижая при этом других.

О черт, он все слышал.

– Команда процветает благодаря твоему лидерству, так что, если ты хочешь и дальше относиться к новичкам как к дерьму, то это нормально, просто будь готова к долгому и посредственному сезону, – он сделал паузу, и его серые глаза встретились с моими, – …в конце концов, взаимопонимание в команде гораздо важнее, чем можно подумать.

Вау. Может, мне померещился блеск в его глазах и качели для секса, которые внезапно повисли на дереве рядом с полем?

Когда он повернулся, чтобы поставить еще больше конусов, Тара пристально посмотрела на меня, и я поняла, что Лиам только что сделал мою жизнь в десять тысяч раз хуже. Вот чего парни не понимали. Он думал, что пресек проблему в зародыше, но на самом деле просто облил меня бензином и протянул Таре зажженную спичку.

Несколько минут спустя я ждала своей очереди, когда Лиам заговорил:

– Скажи мне, если она продолжит над тобой издеваться.

Я была последней в нашей группе, а девушка передо мной как раз заканчивала упражнения.

– Думаю, твое вмешательство могло усугубить ситуацию, но все равно спасибо, – ответила я, подходя к старту.

Он кивнул, сжав губы в тонкую линию, прежде чем добавить:

– И ты определенно не выглядишь отвратительно.

Я помолчала, пытаясь придумать, что ответить. То, как он подчеркнуто произнес эти слова мрачным тоном, совершенно ясно давало понять, что он имел в виду – что он пытался сказать мне, не переходя никаких невидимых границ.

Черт возьми. Лиам Уайлдер, самый сексуальный и непохожий на меня мужчина, только что сказал мне, что я не уродина. Я принимаю этот комплимент, большое спасибо.

– Твоя очередь, – жестом пригласил он, и, прежде чем успела передумать, я повернулась и одарила его легкой, интимной улыбкой.

– О, похоже, у тебя сегодня еще одна посылка, – крикнула Бекка с переднего сиденья.

Она отвозила нас на обед, а Эмили успела вперед меня занять переднее сиденье (тихони всегда самые непредсказуемые), так что я сидела сзади и писала маме СМС о прошедшей тренировке, рассказывая о нелепых нарядах. Нарядах, которые превратились в пепел на нашем заднем дворе.

Я наклонилась вперед, ожидая увидеть еще одну коробку, но вместо этого увидела Джоша, сидящего у подножия нашего маленького белого крыльца. После обеда мы заскочили еще по нескольким делам, так что, думаю, у Джоша было достаточно времени, чтобы вернуться домой раньше нас после окончания тренировки.

И это означало, что Лиам тоже закончил тренироваться. Кстати, воспоминание из сна: Лиам медленно бежит по пляжу, неся меня на руках. Мне нравится, что он достаточно силен, чтобы нести меня одной рукой, а другой кормить чаек. Он, оказывается, большой поклонник животного мира.

– Ты знала, что он здесь будет? – спросила Эмили, переключая свой взгляд на меня.

О, точно. Джош.

Я вздохнула.

– Нет, на самом деле, я вчера забыла ему ответить, так что не знала, какие у него планы.

Бекка свернула на подъездную дорожку, а затем они с Эмили поспешили внутрь, быстро помахав Джошу, когда проходили мимо. Предательницы. Они бросили меня как раз тогда, когда я больше всего нуждалась в их поддержке.

– Кинсли!

Джош улыбнулся, спрыгнул с крыльца и направился ко мне.

– Привет, Джош, – пробормотала я, засовывая руки в задние карманы своих белых шорт с отворотами.

– Как дела? Сегодня была тяжелая тренировка? – спросил он.

Почему в этом сценарии он пытался быть хорошим парнем? Разве он не мог двигаться дальше и этим облегчить жизнь нам обоим? Каждый раз, когда я видела его, мне приходилось бороться с желанием его ударить, но, если бы он спросил меня, как прошел мой день, а я бы ударила его, разве это не сделало бы меня стервой? Как прошел твой день – бам!

Я вздохнула и ответила ему как можно вежливее:

– Тренировки оказались намного сложнее, чем я ожидала, но мне нравится большинство моих товарищей по команде. А как насчет тебя?

Я знала, он не ожидал, что я поведу себя с ним так вежливо. На его лице появилась улыбка от облегчения.

– Все просто потрясающе. Я привык быть лучшим, но эти ребята в команде – профессионалы до мозга костей. Уайлдер меня действительно очень удивил. Я думал, что он любитель вечеринок, но когда он выходит на поле, то единственное, что его волнует, – это футбол. Команда очень его уважает.

Было странно слышать, как он отзывается о Лиаме. Он понятия не имел, что я вообще с ним время от времени общалась.

– Он помогает нам на утренних тренировках, – произнесла я в основном для того, чтобы поддержать разговор и сделать его более нейтральным.

Джош нахмурил брови.

– Серьезно? На тренировках команды? Я думал, он безумно занят.

Я пожала плечами и прошла мимо него, чтобы присесть на нижнюю ступеньку крыльца.

– Думаю, у него есть немного свободного времени.

– Что ж, это хорошо. Держу пари, девчонки от него без ума. Но ты не должна позволять ему ранить тебя. Я слышал, он заядлый любитель пофлиртовать со всеми подряд.

Словно щелчок выключателя, этот комментарий мгновенно напомнил мне о том, почему я сидела на улице с Джошем. Какого черта я вообще вела приятную беседу с этим парнем?

– Не уверена, что тебе следует давать мне советы по таким вопросам. Что тебе нужно, Джош?

Он поморщился.

– Да, это правда. Но, Кинсли, пожалуйста, ты должна позволить мне все объяснить.

Я внимательно посмотрела на него, понимая, что если он собирается и дальше появляться в моей жизни, а я знала, что так и будет, потому что на субботний вечер уже была запланирована вечеринка, то мне нужно поставить точку в этом разговоре.

– Хорошо, я слушаю тебя, – ответила я, а затем обхватила руками колени, наблюдая, как он расхаживает взад-вперед перед крыльцом.

Уверена, что девочки могли слышать наш разговор, находясь внутри дома, но мне было все равно.

– Кинсли, я никогда не хотел причинить тебе боль. Эта девушка, Дженни, ничего для меня не значит. Мы дружили еще в спортивном лагере, и она продолжала мне писать, приглашая на вечеринки. Я отмахивался от нее, но потом она появилась на пороге моей квартиры.

Мне хотелось прервать его и спросить, откуда она вообще узнала, где находится его квартира, но в этом не было смысла.

– Я впустил ее внутрь, и она практически набросилась на меня. Она слышала, что я попал в команду «Лос-Анджелес Старз», и, думаю, хотела похвастаться перед подружками, что переспала с профессиональным футболистом. В последнее время мы с тобой немного отдалились, потому что были заняты отборами, и я просто не подумал. И совершил огромную ошибку.

Что за дурацкое оправдание. Самое идиотское оправдание, которое я когда-либо слышала.

– Значит, когда бы ты ни возбудился, ты переспишь с первой попавшейся девушкой, которая бросится на тебя? Ты просто придурок, который хотел перепихнуться.

– Я не люблю ее, Кинсли. Это ничего для меня не значило…

Я кивнула, чувствуя, как слезы жгут глаза. Я не хотела плакать перед Джошем. Он не заслуживал такого удовольствия. В старших классах он был одним из моих лучших друзей. Когда Трей изменил мне, Джош был рядом, говоря, каким мудаком был Трей. И когда мы наконец начали встречаться почти год спустя, он поклялся защищать мое сердце. Все это была полная чушь.

– Хорошо, – наконец ответила я, когда он пристально смотрел на меня.

Он ожидал, что я буду спорить с ним по этому поводу, но у меня не осталось сил сопротивляться таким парням, как Джош. Таким, как Трей. Черт, даже Лиам, наверное, был не лучше остальных.

– Хорошо? – переспросил он.

Я поднялась с крыльца и глубоко вздохнула.

– Ты сказал то, что хотел сказать, Джош. Но это ничего не меняет.

– Кинсли, пожалуйста, не ставь пока точку. Пожалуйста, подумай обо всем. Я был бы полным идиотом, если бы позволил тебе уйти. Ты понимаешь это?

Я хотела пояснить, что это не он позволял мне уйти, а я сама ушла. Но я придержала язык, опасаясь, что не смогу сдержать эмоции.

– Увидимся на вечеринке в субботу, Джош. Мы можем остаться просто друзьями, ладно?

Я не стала дожидаться его ответа, развернулась и побежала в дом.

Несколько старшекурсниц, столпившихся у двери, пытались вести себя так, будто увлеченно общаются, но все их слова оказались бессмысленными.

– О да, сегодняшняя погода просто отвратительная – вы видели последнюю серию «Дневников вампира»?

Я не остановилась, чтобы сказать им, чтобы они не лезли не в свое дело; я побежала в свою комнату и упала на кровать. Через несколько секунд раздался легкий стук в мою дверь.

– Кинсли? – спросила Бекка чуть слышно, как будто боялась, что я сломаюсь, если она заговорит слишком громко.

– Может, ты притащишь свою задницу сюда и прихватишь Эмили? Я не собираюсь валяться тут в одиночестве.

– Конечно, ненормальная. И если ты хочешь, чтобы я притворилась, будто ничего не слышала, чтобы ты могла высказаться, я так и сделаю.

Я подняла голову и улыбнулась. Бекка понимала меня лучше, чем большинство людей, хотя мы были знакомы всего пять дней.

– Спасибо, но предполагаю, что ты все время прижималась ухом к окну.

Она усмехнулась.

– Я не такой дилетант, как ты думаешь. Я его немного приоткрыла.

Она подмигнула и повернулась, чтобы отправиться за Эмили.

На следующий день на тренировке я выполняла растяжку на краю поля, когда Лиам закончил свой разговор с тренером Дэвис и направился ко мне. Я быстро опустила голову, делая вид, что увлечена своими упражнениями.

– Твои навыки стали лучше, – похвалил он, подойдя ко мне.

Я подняла глаза как раз в тот момент, когда он скрестил руки на груди и уставился на остальную команду.

– Спасибо. На самом деле я неплохой футболист, когда мое тело не состоит из алкогольного желе и я не одета в трико из спандекса, – пошутила я, потянувшись, чтобы размять другую ногу.

Он улыбнулся и переключил свое внимание на меня, но ему пришлось прищуриться, чтобы разглядеть меня сквозь солнечный свет.

– Ты планируешь тренироваться для участия в Олимпийских играх? – спросил он с надеждой в голосе.

– Таков план, – ответила я. – Я выбрала Университет Лос-Анджелеса из-за тренера Дэвис.

– Это был разумный шаг. Уверен, что отборочные в команду будут очень похожи на ее тренировки.

Я кивнула, не зная, к чему ведет наш разговор.

– Твоя щека прекрасно зажила, – сказал он, заговорщически мне улыбнувшись.

Я не могла не улыбнуться ему в ответ, когда протянула руку, чтобы потрогать то место, где под тонким слоем пота были скрыты остатки моего синяка.

Мы немного постояли, прежде чем я задала вопрос, который беспокоил меня последние несколько дней:

– Так ты действительно такой сумасбродный, каким тебя рисуют таблоиды?

Он ответил не сразу. Он потер подбородок и опустил взгляд в землю, словно прокручивая в голове воспоминания.

– Я могу сказать, что я исправившийся плохой мальчик, и при этом не показаться занудой? – Он рассмеялся. – Я начал играть в профессиональный футбол, когда мне было двадцать, и немного увлекся… сумасбродством. Когда несколько рекламных контрактов пригрозили лишить меня работы, я понял, что должен изменить свою жизнь.

– Когда это произошло?

– Три месяца назад, – ответил он, проводя ногой в бутсе по траве. – Я до сих пор еще подлизываюсь к некоторым из моих спонсоров.

– Они действительно отказались бы от работы с тобой из-за твоей личной жизни?

Он нахмурился, прежде чем ответить.

– Когда Тайгер Вудс завел роман с моделью нижнего белья, большинство спонсоров от него отказались. Никто не хочет скандалов, связанных с их брендами.

– Да, думаю, в этом есть смысл. – Я прищурилась, глядя на него. – Знаешь, три месяца – это не такой уж большой срок… Может, в тебе еще осталось что-то от плохого парня?

Он посмотрел мне в глаза, и на его губах медленно растеклась ухмылка.

Закругляйся, пока он все еще считает тебя в какой-то степени обаятельной.

– Мне пора возвращаться к тренировке, – сказала я, увидев, как девочки выбегают на поле после перерыва.

Пока я бежала к ним навстречу, я пыталась убедить себя, что адреналин, который во мне бурлит, вызван тренировкой, а не нашим небольшим диалогом.

Следующий день пролетел незаметно, никаких признаков присутствия Лиама на тренировке и никаких попыток издевательств. И я больше беспокоилась об отсутствии Лиама, чем о возможной травле. Так было до тех пор, пока Бекка не ворвалась в мою комнату в четверг вечером.

– Угадайте, почему Лиама, прошу прощения, тре-нера Уайлдера, не было сегодня на тренировке? – сказала она, закрывая за собой дверь.

Ее светлые волосы были собраны в беспорядочный пучок, а одета она была в плюшевый комбинезон.

Я отложила книгу.

– И почему же?

Она дерзко улыбнулась и положила свой ноутбук на мою кровать.

– Потому что нашего идеального тренера только что показали в «Вечернем шоу», – объяснила она с гордой улыбкой. – У него брали интервью в качестве игрока «Лос-Анджелес Старз».

– Это так круто! Где нам можно посмотреть шоу?

– Ты отстаешь от меня шагов на пятьдесят. Я уже включила трансляцию. Подвинься, – сказала она, подползая ко мне на кровати.

– Может, нам позвать Эмили? – спросила я.

– Я только от нее. Она разговаривает по телефону со своим парнем.

– А, ну ладно. Это так здорово, – взвизгнула я, обрадованная идеей понаблюдать за Лиамом в течение двадцати минут, не беспокоясь о том, что он заметит, как я пялюсь на него. – И еще, стоит ли нам поговорить о твоем комбинезоне, или мы просто проигнорируем его?

Я рассмеялась, разглядывая ее одежду.

Бекка бросила на меня игривый взгляд.

– Не зарекайся.

Серьезно, я бы носила их везде, если бы могла.

– И ты еще удивляешься, почему ты до сих пор девственница, – пошутила я, полностью готовая к удару, который вот-вот должен был произойти.

Как по команде, она ударила меня по руке.

– Это совсем не круто! Если бы я не знала, что я красивая и потрясающая, у меня был бы серьезный комплекс из-за того, что я все еще девственница.

– Но тебе всего девятнадцать. Еще не все потеряно.

Она прищурила глаза, а затем отвернулась от меня, так что ее следующие слова прозвучали как неразборчивое бормотание:

– Я …

– Что? Я тебя не слышу. Говори громче.

– Я только…

Я рассмеялась и приложила ладонь к уху.

– Я что, оглохла, что ли, или ты что-то бормочешь?

– Я только целовалась, ясно! – крикнула она, а затем запустила в меня подушкой.

Я поймала ее и отбросила в сторону и уже собиралась снова рассмеяться, но потом поняла, что она была серьезнее, чем обычно. Эта чертовски красивая девушка не должна стесняться своего опыта. Какое это имело значение, если мой первый неуклюжий поцелуй случился в пятнадцать лет? А ужасный, неловкий секс – в семнадцать? Я не жалела об этом, но и рассказывать было не о чем.

– Серьезно, не переживай по этому поводу. Не то чтобы мой опыт был таким уж замечательным.

Она кивнула и открыла свой ноутбук, фактически закрыв эту тему.

Как она и обещала, на экране появился Лиам, сидящий рядом с ведущим «Вечернего шоу». Он выглядел потрясающе красивым в черном костюме, с уложенными волосами и чисто выбритым лицом. Он был без галстука и с расстегнутыми верхними пуговицами рубашки, так что, должно быть, все женщины в зале кричали «Убей меня!».

– Боже, я не могу поверить, что нас действительно тренирует этот парень. Насколько это безумно? – спросила Бекка.

Я не могла отвлечься от просмотра ни на секунду, чтобы ответить ей.

Ведущий «Вечернего шоу» пытался начать интервью, но девушки, сидящие в зрительном зале, не переставали кричать. Это было довольно забавно, и Лиам хорошо сыграл свою роль, выглядя скромным и очаровательным. Наконец девушки успокоились, а ведущий и Лиам рассмеялись и пожали плечами, как бы говоря: «Что тут поделаешь?»

– У него и так красивые волосы, но с этой укладкой…

– Тссс! – перебила ее я, как только ведущий задал свой первый вопрос.

– Итак, Лиам, я собирался спросить, каково это – быть одним из самых сексуальных мужчин на свете, но, думаю, наша аудитория ответила на этот вопрос за тебя, – начал ведущий, и все рассмеялись.

Лиам опустил глаза и потер подбородок большим и указательным пальцами. Я уже несколько раз видела, как он делает то же самое, но, увидев это по национальному телевидению, почувствовала себя странно. Это был тот самый парень, который спас меня от издевательств Тары на футбольном поле. Под этим телом и лицом скрывалось большое сердце, и я не могла понять, как такое возможно.

– Обычно все не так, уверяю тебя. В Лос-Анджелесе я живу довольно уединенной жизнью, – ответил Лиам с легкой улыбкой.

– О, я заметил, ты вроде как все еще общаешься со своими товарищами по команде, но как бы немного отстранился от всеобщего внимания. Моя жена – и да, даже она помешана на тебе – сказала, что в последнее время не так часто замечала тебя в таблоидах.

– Тебе не следует позволять ей читать всю эту желтую прессу. В любом случае там все неправда, – пошутил Лиам.

– Я обязательно передам ей это, но она убьет меня, если я не спрошу… Ты сейчас с кем-нибудь встречаешься?

К его чести, ведущий выглядел так, будто ему было немного неловко из-за того, что ему пришлось задать подобный вопрос.

Мы с Беккой обменялись удивленными взглядами, и она потянулась, чтобы прибавить громкость.

– Нет. Я сосредоточен на футболе и своей новой роли тренера в женской команде Университета Лос-Анджелеса, – ответил он с натянутой улыбкой.

Конечно, толпа взбесилась еще больше, когда он объявил, что ни с кем не встречается.

– О, я рад, что ты заговорил об этом. Ты знаешь, на этой неделе было много разговоров о твоей роли в этой футбольной команде.

Что? О чем говорил ведущий? Даже Лиам выглядел немного озадаченным тем, к чему шло интервью.

– Кинсли Брайант – новичок в этой команде, верно?

Я закричала.

– Он только что назвал мое имя?! Почему он только что назвал мое имя?

– Это безумие! Подожди. Что он сказал? – спросила Бекка.

Лиам выглядел удивленным, но постарался скрыть это.

– Ты в курсе футбольных событий колледжа, Джим?

Ведущий рассмеялся, а затем подмигнул в камеру.

– Ну, я действительно слежу за новостями журнала «Sports Illustrated». Ты видел их выпуск за прошлый месяц?

Лиам поудобнее устроился в кресле и покачал головой.

– Ну, раз в год они составляют список «Самых сексуальных девушек в студенческом спорте». Ты знаком с этим разделом?

Лиам снова покачал головой, и я поняла, что ему становится все более и более не по себе от новой темы их разговора. Я, с другой же стороны, подумала, что у меня, возможно, сейчас случится сердечный приступ.

Ведущий рассмеялся, пытаясь сохранить непринужденную атмосферу интервью, а затем перешел к списку.

– В список попали довольно много девушек из команды Университета Лос-Анджелеса. В нем присутствуют Тара О’Коннелл, старшекурсница, а также первокурсница Бекка Райли.

Бекка закричала и вскочила, чуть не уронив свой компьютер с моей кровати.

– Ставь на паузу, ставь на паузу! – закричала я.

Когда Бекка повернулась ко мне, ее глаза были широко раскрыты и она обмахивала лицо руками.

– Что это значит? Как они вообще узнали о нас? Мы прошли отбор всего несколько месяцев назад.

Я покачала головой.

– Понятия не имею, но они определенно, черт возьми, назвали твое имя! Бекка! Если бы они знали, что ты сейчас сидишь здесь в этой нелепой пижаме, ты была бы номером один в этом списке.

Я рассмеялась, представив, как она дает интервью в своем плюшевом комбинезоне.

После того как мы сделали несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться, мы вернули ноутбук на середину кровати и нажали «Воспроизвести».

– Но ты знаешь, кто занял одно из лидирующих мест в этом списке? Кинсли Брайант. На самом деле, она была фавориткой в онлайн-опросе.

Какого черта? Почему я раньше ничего об этом не слышала?

– Я не совсем понимаю, к чему ты клонишь, Джим. Они все профессиональные футболистки, и я вызвался на эту роль не для того, чтобы встречаться с ними. Я сделал это, чтобы помочь тренеру Дэвис. И я, конечно же, следил за карьерой Кинсли в течение последнего года. Она была лучшим новичком в стране, и я уверен, что она станет претенденткой на место в олимпийской сборной, когда через несколько месяцев пройдут отборочные соревнования.

К тому моменту я буквально покинула планету. Составлять список симпатичных девушек – это, конечно, хорошо, но то, как он похвалил мои футбольные навыки по национальному телевидению, вызвало у меня желание танцевать от счастья.

Ведущий продолжал что-то бормотать, а затем они переключились на рекламный ролик, чтобы пригласить следующего гостя. Я откинулась на кровать с широкой улыбкой.

– Я буквально умерла. Теперь я обращаюсь к тебе посмертно.

Бекка рассмеялась и пристроилась рядом со мной.

– Клянусь, он хочет тебя. Серьезно, я наблюдала за ним на тренировке, и он не сводил с тебя глаз.

– Это потому, что он помогает мне совершенствовать мои навыки в упражнениях.

– Или он представляет, как ты занимаешься этими упражнениями без одежды.

– Ты что, не слышала, что он сказал? Он здесь не для того, чтобы встречаться с нами.

– Да, точно. Посмотрим, как долго он будет держать свое слово.

Я рассмеялась и перевернулась на другой бок.

– У тебя галлюцинации и ты забыла о парне, который ждал меня на нашем крыльце на днях? Я больше не в состоянии справляться с любовными проблемами.

И это было правдой. Если Джош и Трей были способны на измену, то такому парню, как Лиам, который заставлял женщин делать татуировки со своим лицом на своих интимных местах, я, без сомнения, не могла доверять.

В пятницу утром я готовилась к тренировке, когда тренер Дэвис заглянула в раздевалку.

– Кинсли, Бекка и Тара, девочки, мне нужно поговорить с вами в моем кабинете, – объявила она, прежде чем вернуться в коридор.

Я закончила зашнуровывать бутсы и взглянула на Бекку.

– Это прозвучало зловеще, – сказала я, когда мы вслед за Тарой вышли из раздевалки и направились в кабинет тренера Дэвис.

Дверь была приоткрыта, но после того, как мы втроем вошли внутрь, тренер жестом велела мне ее закрыть.

Вот черт.

– Итак, уверена, что вы, девочки, знаете, почему я позвала вас поговорить? – спросила тренер Дэвис авторитетным тоном.

– Эм, я полагаю, это из-за вчерашнего шоу? – ответила я, глядя на Бекку в поисках поддержки.

У нас были какие-то неприятности? Я словно слышала голос Тары в своей голове: «Эм, это не наша вина, что мы такие красивые».

– Какого шоу? – спросила Тара, и я не могла понять, была ли она такой наивной или просто хотела еще раз услышать о списке, чтобы снова насладиться моментом.

Я ставила на второе.

Тренер Дэвис вздохнула и быстро ввела ее в курс дела, рассказав про интервью Лиама и список в журнале. Конечно, она опустила все подробности… например насколько сексуально выглядел Лиам.

Эх.

Тара вела себя так, словно впервые об этом услышала.

– О, ничего себе. Они внесли меня в список?! Я не могу в это поверить. Хотя нет, могу. Я была в этом списке в прошлом году, так что предполагала, что окажусь в нем снова.

Я хотела воткнуть себе в глаз один из карандашей, лежащих на столе тренера Дэвис, только чтобы не слышать, как она заканчивает эту фразу. Я знаю, что удар в глаз не приведет к потере слуха, но, возможно, полученная мной травма заставит Тару замолчать.

– Важно понимать, что именно это означает для каждой из вас, – перебила ее тренер Дэвис, и мне пришлось сдержать улыбку. – Как спортсменки университета, участвующие в лучшей футбольной программе страны, вы являетесь примером для подражания для молодых девушек во всем мире. Вы ничего не можете поделать с тем, что попали в этот список, но я хочу, чтобы вы очень тщательно подбирали слова для интервью, которые будете давать в ближайшие месяцы. В течение несколько недель вы получите широкую огласку, и мне нужно, чтобы вы помнили, к чему именно вы стремитесь. Я бы предпочла, чтобы каждая из вас доложила мне о любых интервью, прежде чем на них соглашаться. Я не могу заставить вас отказаться, но к такому мне не привыкать, и вы не первые мои футболистки, попавшие в этот список. Вам нужно быть осторожными со своим имиджем и репутацией.

Мой имидж. Был ли у меня вообще какой-нибудь имидж? Я почувствовала, как по телу прокатилась волна нервозности, когда до меня дошли ее слова. Изменится ли моя жизнь? Была ли я готова к этому?

Нет. Нет. Нет. Я не была готова к тому, что окажусь в центре всеобщего внимания.

– Значит, мне не стоит надевать бикини на тренировку? – спросила Бекка, чтобы разрядить обстановку.

Тренер Дэвис бросила на нее раздраженный взгляд.

– Просто держите голову на плечах. Я думаю, у каждой из вас, девочки, есть шанс выступить на Олимпиаде, если вы правильно разыграете свои карты в этом сезоне.

Ну вот и снова.

Олимпиада.

Я практически слышала, как группа пухленьких херувимов поет у меня за спиной, когда я представляла себе, как стою в самом центре на фоне олимпийских колец.

Я никогда не была так близка к осуществлению своей мечты. Черт возьми, к осуществлению мечты любого футболиста. Именно поэтому я в первую очередь и выбрала Университет Лос-Анджелеса. Тренер Дэвис была ассистентом тренера женской олимпийской сборной на протяжении последних трех игр, поэтому она могла научить меня всему, что мне нужно было знать перед отбором. Однако только в тот момент, когда она произнесла эти слова вслух, я на самом деле подумала, что это может произойти. Это больше не казалось просто глупой мечтой.

– Большое вам спасибо, тренер. Я не буду терять концентрацию, – сказала я, сжимая кулаки и пытаясь скрыть свое волнение.

Тренер Дэвис кивнула и махнула рукой, давая нам понять, что мы можем идти. Мы все поднялись на ноги, но не успела я выйти за дверь, как тренер окликнула меня.

– Кинсли, ты не могла бы задержаться на минутку?

Я обернулась, чтобы посмотреть на нее, и тогда она добавила:

– Можешь закрыть за собой дверь.

Я подошла, чтобы закрыть ее, и увидела Бекку, которая стояла в коридоре в ожидании меня. Ее брови были приподняты от любопытства, и я бросила на нее взгляд, говорящий «помоги мне», прежде чем закрыть дверь и снова остаться наедине с тренером Дэвис.

Мне показалось или херувимчики действительно внезапно испарились из комнаты? Я попыталась оценить ее настроение, когда снова села, но это было невозможно. Ее губы были сжаты в тонкую линию, брови опущены.

– Все в порядке? – спросила я.

Она вздохнула, а затем взглянула на меня.

– Не думаю, что мне нужно с тобой об этом говорить, но я себе не простила бы, если бы не воспользовалась своими возможностями и не убедилась в том, что ты защищена.

Я задумчиво нахмурила брови.

– Защищена?

– От СМИ. Я думаю, было бы разумно максимально дистанцироваться от тренера Уайлдера. Мне не нужно повторять тот факт, что любые отношения между вами запрещены, но средства массовой информации сделают все возможное, чтобы сфальсифицировать доказательства ваших отношений, если вы дадите им хоть какой-то повод поверить, что это правда. СМИ уже вовсю обсуждают вас двоих, а ведь прошла всего одна неделя. Тебе не нужно, чтобы его репутация запятнала твою еще до того, как у тебя появится шанс сделать себе имя, не так ли?

Она завалила меня информацией, но напоминание о том, что Лиам был для меня абсолютно недоступен, было подобно удару кинжала в сердце. Честно говоря, до этого момента я никогда не думала о нем исключительно как о наставнике или тренере. Он всегда будет Лиамом Уайлдером, отличным футболистом, который разбивает сердца. Но так не могло продолжаться. Я знала, что он был неприкасаем. Так почему же мне было так больно вспоминать об этом факте?

– Я понимаю, – неуверенно ответила я, не отрывая взгляда от края стола.

Почему она не стала предупреждать Бекку и Тару и об этом тоже? У него могли быть отношения с любой из нас.

– Ладно. Иди, готовься к тренировке, Брайант. У нас сегодня много работы. – Она отпустила меня, и я молча побрела прочь.

Сделала ли она Лиаму такое же предупреждение? Он был раздражен тем, что СМИ пытались свести нас вместе? У него и так было достаточно негативного освещения в прессе, и, думаю, он не хотел бы, чтобы я добавляла масла в огонь.

Я молча направилась к полю, взвешивая в уме новую информацию. Будет ли Лиам теперь относиться ко мне по-другому? Должна ли я вести себя так, будто я вообще не смотрела интервью?

Оказывается, мне не стоило беспокоиться.

Лиама в тот день на тренировке не было. Вероятно, он летел домой из Нью-Йорка, но я сказала себе, что мне все равно. Я сосредоточилась на тренировке и напрягала все свое тело, пока не поняла, что играю в футбол так хорошо, как только могу. Было приятно осознавать, что моя конечная цель была так близка. Я просто должна была оставаться сосредоточенной. Я должна была убедиться, что в течение следующих нескольких месяцев буду сконцентрирована исключительно на футболе.

Олимпиада, берегись, Бекка, и я… и, конечно, скорее всего, Тара собираемся тебя покорить.

В тот день после тренировки я впервые столкнулась с жадными до крови репортерами. Они поджидали нас на парковке и толпились вокруг наших машин, щелкая объективами и размахивая гигантскими микрофонами. Я направилась в их сторону, одновременно нажимая кнопку разблокировки своей машины.

– Кинсли! Кинсли Брайант! Можно небольшой вопрос?

– Бекка, Бекка?!

Они перекрикивали друг друга, чтобы их услышали, и я знала, что пройдет совсем немного времени, прежде чем тренер Дэвис прогонит их прочь. Они были неумолимы. Даже когда я проигнорировала их и продолжила идти к своей машине, их вопросы пронзали воздух, слишком громкие и неприятные, чтобы их игнорировать.

Они спрашивали о Лиаме Уайлдере и его выступлении на «Вечернем шоу», я кратко ответила на пару вопросов «да» или «нет», а затем протиснулась мимо. Однако они не сдавались и продолжали свой натиск, пока мы запрыгивали в мою машину и запирали двери.

Они находились совсем близко, отчего я чувствовала себя дискомфортно, и, даже когда я завела машину, у них хватило смелости встать прямо за ее бампером. Они и не подозревали, что я не побоюсь дать задний ход. Спойлер: остальная часть этой истории разворачивается в тюремной камере.

– Я не могу в это поверить, – сказала Бекка с заднего сиденья.

– Когда они захотят поговорить о наших футбольных навыках, я буду более чем готова дать им интервью, – фыркнула я, пристегивая ремень безопасности с излишней силой.

– Согласна, – нахмурилась Бекка.

Покидая свое парковочное место, я обернулась и увидела, что Тара все еще разговаривает с репортерами. Я совсем забыла о ней, пока мы шли к машине. Теперь все камеры были направлены на нее, и широкая улыбка занимала практически все ее лицо. Думаю, что в тот момент она обрела нирвану.

– Так что, девочки, не хотите пойти со мной в спа-салон? – спросила я Бекку и Эмили позже в тот же день.

Мы пережили первую неделю тренировок, и теперь пришло время это отпраздновать.

– Да! – закричала Бекка, спрыгивая с кровати.

Я знала, что она не откажется.

– Это было бы здорово, но мой парень приезжает в город на выходные, и мне нужно встретить его в аэропорту, – нахмурилась Эмили.

– Он останется здесь? – спросила я, когда она прислонилась к дверному косяку, отделявшему мою спальню от нашей общей ванной комнаты.

– Да, – беспечно ответила Эмили, – ты же не против? Я знаю, что это отстой – делить ванную комнату с парнем, но ты только скажи, и тогда мы поедем в отель.

– Конечно нет, все в порядке. Нас с Беккой не будет дома до позднего вечера, а завтра мы собираемся на вечеринку, так что можешь воспользоваться положением. Вы даже можете заняться развратным сексом в ванной, просто приведите все в порядок после этого.

Мне удалось произнести большую часть своей речи с невозмутимым видом.

Ладно, да, я намеренно перешла черту в разговоре с Эмили, потому что было слишком забавно заставлять ее краснеть при упоминании секса. Я все еще не могла поверить, что из всех нас именно она была самой сексуально активной.

– Держу пари, что в постели ты просто извращенка, – сказала Бекка, многозначительно подмигнув.

Лицо Эмили теперь официально пылало.

– Боже мой, девочки, вы не можете так говорить! Его отец – священник, а Дэвид очень скромный парень.

Мы с Беккой понимающе переглянулись.

– Да, у них определенно извращенный секс. Извращенный секс с сыном священника, – сказала Бекка, и мы потеряли связь с миром еще на минуту.

– Бьюсь об заклад, именно он и проявляет больше всего инициативы, – сказала я с хитрой улыбкой.

Бекка одарила меня лукавой усмешкой, а затем добавила:

– Да. Я думаю, это потому, что он сын…

– Священника, – хором пропели мы обе, прежде чем рассмеяться.

– Девочки! – Эмили топнула ногой, отчего вся ситуация стала в десять раз смешнее.

Но в конце концов я успокоилась и подошла к Эмили, положив ей на плечи свои руки.

– Постараюсь быть помягче.

– Да. Да. Увидимся позже, девочки, повеселитесь в спа-салоне! – крикнула Эмили, когда мы спускались по лестнице.

– Я обязательно разделю с тобой сертификат, – пообещала я, когда мы остановились перед шикарным зданием спа-салона.

– Не беспокойся об этом. Моя мама не возражает, если я время от времени буду тратить деньги на массаж. Она знает, что это помогает справиться с болями после тренировок.

– Круто, тогда мы сможем сделать еще что-нибудь, помимо массажа.

– Давай сделаем бразильскую эпиляцию, – предложила Бекка с невозмутимым видом, когда мы выходили из машины.

– Бразильскую эпиляцию? Черт возьми, нет.

– Что? Ты не разу ее не делала? – спросила меня Бекка, явно удивленная.

Извините, но я не хочу, чтобы незнакомый мне человек выдирал волосы с моих интимных мест в подсобке сомнительного салона восковой эпиляцией.

– Нет.

– Боже мой, тогда мы точно ее сделаем! Ты должна попробовать хотя бы раз в жизни, и было бы неплохо сделать ее именно сейчас, пока лето. Мы даже можем завтра пойти на пляж и продемонстрировать результат.

Я многозначительно посмотрела на нее.

– И как ты собираешься продемонстрировать бразильскую эпиляцию, Бекка? Эй, все, зацените мою гладкую, до блеска, вагину?

Бекка расхохоталась.

– Ладно, это прозвучало глупо. Но, серьезно, я заставлю тебя ее сделать. Если тебе не понравится, можешь больше никогда ее не делать.

Я знала, что в конце концов она добьется своего, поэтому не стала сопротивляться. Мне все равно было немного любопытно.

Я знала, что спа-салон будет высококлассным, но, когда мы вошли внутрь, я почувствовала себя не в своей тарелке. Из скрытых динамиков играла тихая музыка, а вдоль бортика замысловатого фонтана, встроенного в одну из стен, журчала вода. В зале ожидания не было никого, кроме женщины-администратора, сидевшей за стойкой регистрации с приятной улыбкой на лице.

– Чем могу вам помочь? – спросила она сладким голоском, когда мы пересекали комнату.

– О, здравствуйте. У меня есть подарочный сертификат, которым я хотела бы воспользоваться, чтобы получить у вас часовой сеанс массажа и сделать восковую эпиляцию, пожалуйста.

– Какой тип эпиляции вы бы предпочли: стандартную «бикини», бразильскую или французскую?

Я кашлянула и повернула голову через плечо, чтобы проверить, пустует ли зал ожидания. Мне показалось, будто я закричу о том, что хочу отбелить себе задний проход или что-то в этом роде.

– Она хочет бразильский тип, – с заговорщицкой улыбкой пояснила Бекка.

– Итак, час массажа и один сеанс восковой эпиляции, – повторила невозмутимая женщина из-за стойки.

Ее лицо было бесстрастным и без единой черной точки. Держу пари, она делала массаж лица дважды в день, каждый день.

– Не хотите ли начать с восковой эпиляции?

– О, отличная идея.

Иначе я бы не смогла насладиться массажем.

– Я тоже, – улыбнулась Бекка, и женщина ввела нас в курс дела.

Поскольку нам не было заранее назначено, нам сказали переодеться в халаты и тапочки, а затем «расслабить наши чакры» в комнате релаксации, пока они не будут готовы нас принять. Я не знала, нужно ли расслаблять мои чакры, но перед тем, как мы направились в комнату, я остановилась.

– Бекка, ты иди, а я тебя догоню, – сказала я, поднимая телефон, как будто мне нужно было позвонить.

Она кивнула и направилась дальше по коридору без меня. Я почувствовала укол вины из-за того, что солгала ей, но мне нужно было сделать еще кое-что, прежде чем отправиться переодеваться.

Я повернулась к администратору с теплой улыбкой.

– Могу я попросить вас об одолжении? – мягко спросила я.

Она оторвала взгляд от своего компьютера и повторила мою улыбку.

– Конечно.

– Мне какое-то время назад подарили этот подарочный сертификат, и я не могу вспомнить, кто именно это сделал. Я бы хотела отправить открытку с благодарностью… Не могли бы вы помочь мне узнать, кто именно это был?

Пока мы ехали, я думала о том, как лучше всего подойти к этому вопросу, и решила, что этот вариант не вызовет никаких подозрений.

– Ох, конечно, я могу сказать вам, на чье имя была оформлена карта, с которой был оплачен сертификат. Это поможет? – спросила она все с той же спокойной улыбкой.

– Это было бы здорово, – ответила я, передавая ей сертификат.

С минуту она что-то печатала на своем компьютере, а потом снова улыбнулась.

– Итак, похоже, что сертификат приобрел некий мистер Уайлдер, но это было всего несколько дней назад. Вы ничего не путаете с датой его получения?

Я особо ничего не расслышала после того, как с ее губ сорвалось имя «Уайлдер».

Я даже не смогла осмыслить вторую половину предложения.

Божечки.

Мистер Уайлдер.

Лиам – долбаный, снимающий трусики – Уайлдер нашел время, чтобы купить мне запоздалый подарок на день рождения.

Когда я наконец пробормотала что-то неразборчивое в ответ, то смогла отойти от шока.

– Ой, ха-ха, наверное, я перепутала с другим подарочным сертификатом. Спасибо вам.

Я даже не стала дожидаться, пока она скажет что-нибудь еще, и бросилась в раздевалку. Я неуклюже переоделась в халат и тапочки, которые обычно надевают в спа-салоне. Мой мозг словно застыл от шока; как будто эта информация выключила какой-то механизм во всей моей системе.

Когда я присоединилась к Бекке, она уже переоделась в халат и лежала с огурцами на глазах в комнате отдыха.

– Это ты, Кинсли? – спросила она, когда дверь за мной закрылась.

– Да, – пробормотала я, внезапно испугавшись, что она спросит меня о подарочном сертификате.

Я не хотела говорить ей, что он был от Лиама, потому что пока не была уверена в его мотивах.

– Эти огурцы обжигают. Разве это не странно? Такое ощущение, что они настолько холодные, что у меня вот-вот отмерзнут глаза.

Только Бекка могла довести меня до смеха в комнате отдыха спа-салона.

– Тогда сними их, ненормальная.

Она улыбнулась, но не пошевелилась.

– Нет. Я хочу, чтобы мои затраты окупились.

Я прилегла рядом с ней на соседнюю кушетку как раз в тот момент, когда вошла сотрудница спа-салона и предложила нам теплые полотенца и воду с жасмином. К нашей чести, мы вели себя настолько цивилизованно, насколько это было возможно, пока она не вышла из комнаты. Как только она ушла, я наклонилась и съела один из огурцов, лежащих на глазах у Бекки.

– Фу! Это отвратительно.

– На вкус мятный, – пошутила я и пошевелила бровями.

– Эй, ты вообще думала о том, на чем будешь специализироваться? – спросила она.

Я застонала. Она только что задала самый страшный вопрос.

– О боже, нам обязательно обсуждать это в спа-салоне? Я понятия не имею. Я просто хочу играть в футбол.

– Да, то же самое.

– Нам нужно записаться на занятия уже через несколько недель, верно?

– Да, – кивнула она, делая глоток воды. – И у нас останется около трех месяцев, чтобы насладиться сладкой свободой.

– Ты имеешь в виду три месяца, чтобы посетить как можно больше вечеринок?

– Именно так. У нас не будет времени на это, когда начнется учеба.

В этот момент дверь со щелчком открылась, и в комнату тихонько вошла симпатичная миниатюрная женщина.

– Мисс… Брайант, если вы готовы, я провожу вас в кабинет восковой эпиляции.

Что?! У меня не было времени расслабить свои чакры. Если уж на то пошло, мои чакры запаниковали еще больше. Что это был за спа-салон такой?

– Можно ей пойти со мной?! – умоляла я, указывая на Бекку.

Бекка застонала.

– Я бы не хотела получить полный обзор на твою запретную зону.

– Да нет же, просто постоишь с другой стороны, – пояснила я. – Просто не хочу идти туда одна.

Миниатюрная женщина улыбнулась и кивнула.

– Если вы хотите, чтобы ваша подруга держала вас за руку, это прекрасно, но я обещаю, что процедура не так плоха, как кажется. Я очень хороша в своем деле.

Она говорила очень уверенно, что было плюсом, учитывая, что ей предстояло обрабатывать горячим воском очень важные участки моего тела. Было бы невежливо попросить показать ее диплом? Лучше бы она закончила Гарвардский косметологический факультет. Косметология Йельского университета уже не та, что была раньше.

Я неохотно последовала за ней в кабинет восковой эпиляции, пока Бекка шла рядом со мной, хихикая. Она слишком сильно наслаждалась моими страданиями.

Как только мы вошли в кабинет, сотрудница салона рассказала мне, чего ожидать от процедуры, и я при этом очень постаралась не вырвать руку Бекки.

– Тебе нужно успокоиться. Она еще даже не начала, а моя рука онемела уже минуты две назад.

– Ладно, извини, извини. Просто скажи мне, когда она собирается начать, – извинилась я, уставившись в потолок и чувствуя, что пот течет из каждой поры моего тела. – Почему я согласилась на это? У меня никогда раньше не было жалоб на эту область. Я имею в виду, что, конечно же, не похожа на антилопу гну, но я ухаживаю за собой… Я клянусь. О боже, неужели я похожа на амазонку по сравнению с другими женщинами, которые сюда приходят?

В тот момент я просто болтала без умолку, чтобы чем-то себя занять. Я слышала, как миниатюрная женщина переступает с ноги на ногу, и автоматически представила себе худшее. Это похоже на то, как вы ощущаете себя в кабинете стоматолога, когда у вас закрыты глаза и они запускают бормашину.

Я вздрогнула, когда рука женщины коснулась моей ноги, а затем громкий хруст заставил меня почти выбежать из комнаты.

– Ой! Мне не понравилось, как это прозвучало.

– Милая, я просто только что открыла стерильные восковые полоски. Мы начнем, хорошо? Я постараюсь побыстрее.

Я почувствовала, как она начинает размазывать воск. Он был теплым, но не слишком горячим.

– Ты даже ничего не почувствуешь, и все закончится раньше, чем…

– А-а-а! Твою… – Я закричала, когда она дернула первую полосу.

Дамочка даже не стала останавливаться. Она продолжала срывать полоски, пока я выкрикивала ругательства, которых даже матросы не знают. Я была практически в слезах, в то время как Бекка, конечно же, хохотала до упаду. Она с трудом сдерживала свое веселье, и мне захотелось намазать ей лицо горячим воском, просто чтобы посмотреть, насколько ей это понравиться.

– Это правда не так уж и больно, Кинсли! – Бекка рассмеялась, когда женщина начала намазывать мою кожу охлаждающим кремом.

– Да ты, наверное, даже не помнишь! Ты, скорее всего, делала это столько раз, что у тебя погибли все нервные окончания!

Как только все было сделано, я признаю… что это оказалось не так уж и плохо. Женщина быстро закончила и прибралась, а затем я направилась в другую комнату, чтобы сделать массаж. Массажный кабинет был просторнее, а освещение приглушенным, что создавало успокаивающую атмосферу. Наконец-то я смогла по-настоящему расслабиться.

За исключением одного.

Часовой массаж был восхитительным, но я не могла перестать думать о Лиаме и о том факте, что это он делал мне массаж. Образно. Ну, ладно, он знал, что я воспользуюсь этим подарочным сертификатом; и возможно, даже представлял меня лежащей на массажном столе.

Каждый раз, когда массажистка разминала новую часть тела, я представляла, что это руки Лиама, а не женщины… Я просто молилась, чтобы руки Лиама были не такими нежными. Но как бы то ни было, я бы не стала осуждать его за это.

Излишне говорить, что, когда мы с Беккой наконец вышли из спа-салона, я была возбуждена и с трудом могла передвигаться. Не очень приятное сочетание.

– Ты не можешь продолжать вести себя в том же духе, иначе люди подумают, что твой массаж закончился не совсем обычно. Тебе все еще больно? – спросила Бекка.

– Нет, просто это кажется таким… странным, как будто там что-то должно быть. Я чувствую себя как те гладкие дорожки в боулинге.

Бекка состроила недовольную гримасу.

– Боже мой, это отвратительно. Перестань сравнивать свою вагину с грязной дорожкой для боулинга.

Я засмеялась, откинув голову назад.

– Интересно, понравилось бы это Лиаму, – добавила Бекка так небрежно, что, клянусь, она пыталась этим добиться от меня искренней реакции.

– Какая разница, – пробормотала я, включая задний ход и надеясь выбросить его из головы.

Половину пути домой это работало, а потом мой мозг превратился в сломанный проигрыватель, повторяющий волнующие меня вопросы снова и снова.

Он подарил мне сертификат, потому что хочет дружить?

Хотел ли он, чтобы я пользовалась им и думала о нем?

Должна ли я была вести себя так, будто между нами ничего не изменилось?

Сколько времени мне потребуется, чтобы привыкнуть к отсутствию растительности в нижней области?

Нравятся ли ему, когда на интимном месте есть растительность? Существует ли процедура наращивания волос для таких случаев?

Стану ли я ходить с накладными волосами в своей нижней части, если это так?

Ранее на этой неделе тренер Дэвис предупредила нас о том, что субботнее утро будет посвящено сплочению команды. Я понятия не имела, что она для нас придумала, и, честно говоря, предпочла бы пойти позагорать на пляж, но, возможно, сплочение команды пошло бы нам на пользу. Нам с Тарой это было чертовски необходимо.

Когда Эмили, Бекка и я подъехали к футбольному полю, у входа был припаркован старый желтый школьный автобус, а несколько наших товарищей по команде уже болтались снаружи, разговаривая с тренером Дэвис и… Лиамом.

– Какого черта он здесь делает? – спросила я, нахмурив брови.

Эмили повернулась, чтобы посмотреть, о ком я говорю.

– О, Лиам? Ну, наверное, должны присутствовать все тренеры, потому что это объединяет команду.

Бекка повернулась ко мне с хитрой ухмылкой.

– Может быть, Лиам сможет показать тебе, что на самом деле означает «сплочение команды»?

Я припарковала машину и многозначительно посмотрела на нее.

– Еще слишком рано расшифровывать, что вообще означает это высказывание. «Сплочение», типа занятие сексом? – спросила я, хватая свою сумку и поправляя майку на тонких бретельках.

Она приподняла брови.

– Это значит, что он мог бы научить тебя нескольким действительно хорошим техникам связывания.

Я шлепнула ее по руке.

– Ты должна быть скромницей, Бекка.

Она усмехнулась.

– То, что у меня не было секса, не значит, что я ханжа. Я сдержанна и, следовательно, еще меньшая ханжа, чем другие люди.

– Тогда, может быть, тебе стоит переспать с Лиамом?

Она приподняла бровь.

– Не думаю, что я та, кто ему нужен.

Я выскочила из машины, прежде чем она успела сказать что-нибудь еще. Мое лицо уже вспыхнуло от ее замечания о сплоченности команды, поэтому, когда я подняла глаза и увидела, что он медленно изучает меня сверху донизу, мое сердце бешено заколотилось в груди.

Перестань представлять Лиама в роли доминанта. Прекрати это. Черт возьми, Бекка.

Лиам держался на расстоянии, когда я подошла, чтобы присоединиться к команде, но это не помешало мне поглядывать на него из-под опущенных ресниц. Его футбольные шорты низко сидели на бедрах, и я могла видеть краешек его боксеров. Конечно же, Calvin Klein. У меня по спине пробежали мурашки, и мне пришлось отвести взгляд, чтобы не начать неловко задыхаться.

Дорогой мистер Кляйн, или мне следует называть вас Кэлв?

Это снова я, Кинсли. Большое спасибо за разработку вашей линии нижнего белья. Если вам когда-нибудь по-надобится координационная группа для будущих дизайнов, я бы хотела, занять в ней руководящую должность. Я очень хорошо разбираюсь в упаковке и уделяю большое внимание деталям. В приложении вы найдете мои рекомендации.

– Ладно, девочки, давайте загружаться в автобус! – сказала тренер Дэвис, хлопнув в ладоши.

Мы забрались в автобус, сетуя на то, что было еще так рано. Заняв свое место, я склонила голову набок и с ужасом наблюдала, как Тара садится впереди рядом с Лиамом. Мне хотелось замедлить время и толкнуть ее, прежде чем ее костлявая задница успеет коснуться сиденья. Но я не была волшебницей, поэтому вместо этого я низко пригнулась, сидя на своем месте, чтобы больше не наблюдать за тем, как близко друг к другу они находятся.

Он сам захотел, чтобы она села рядом с ним? И почему, черт возьми, это имело для меня значение?

– Вот шлюшка, – прошептала Бекка рядом со мной.

Я и не заметила, что она тоже еще ниже вжалась в сиденье.

Я не могла не улыбнуться тому, как нелепо мы выглядели. Наши колени были прижаты к сиденью перед нами, а подбородки опущены к груди.

– Мы должны будем ехать так всю дорогу? – спросила она.

– Я не собираюсь наблюдать за этим до окончания поездки. Так что да…

В этот момент по всему автобусу разнесся пронзительный смех Тары.

– Это он ее так рассмешил? – прошептала я.

– Не думаю. Наверное, он попросил ее отсесть от него, а она подумала, что это веселая шутка, – сказала Бекка, пытаясь меня подбодрить.

– А что, если это он пригласил ее сесть рядом с ним?

Бекка бросила на меня многозначительный взгляд.

– Это невозможно.

Поездка на автобусе после этого не заняла много времени. Тем не менее мы с Беккой так и остались сидеть в таком положении, шутили и пытались существовать в нашем собственном мире. Так было проще. Разговор Тары и Лиама подействовал на меня так, как не должен был бы подействовать, если бы я думала о нем только как о своем тренере.

У меня были серьезные проблемы.

Автобус подъехал к остановке, и я наконец приподнялась настолько, чтобы увидеть, что мы находимся за пределами огромного военного лагеря. Мои глаза расширились. Неужели нам придется тренироваться с солдатами? Неужели такое вообще возможно?

Тренер Дэвис встала впереди автобуса рядом с водителем. Ее седые волосы были собраны в высокий хвост, и она лучезарно улыбалась.

– Команда, сегодня мы собираемся пройти полосу препятствий. И не совсем обычную. Это поле используется для подготовки новобранцев армии высшего уровня.

Несколько девушек застонали.

– Наша цель – работать сообща. Мы не закончим, пока все не пересекут финишную черту.

Тара встала у нее за спиной.

– Верно, мы хороши настолько, насколько хорош наш самый слабый игрок, – добавила она, глядя прямо на меня леденящими душу голубыми глазами.

Именно тогда я приняла решение надрать ей задницу на полосе препятствий. Сплочение команды придется отложить до следующего раза.

Бекка подняла руку, и тренер Дэвис указал на нее.

– А нам будут помогать крутые армейские парни? Например, если нам понадобится перелезть через высоченную стену? – И конечно же, она подчеркнула свою точку зрения, сложив ладони так, будто придерживала кого-то за задницу.

Весь автобус засмеялся, и даже тренер Дэвис выдавила улыбку.

– Бекка, речь идет о сплочении команды, так что нет, рядом не будет никого, кто мог бы тебя поддержать, если только это не будет кто-то из твоих товарищей по команде, – сказала тренер Дэвис, прежде чем развернуться и выйти из автобуса.

Все остальные начали выдвигаться вслед за ней.

Бекка раздраженно вздохнула.

– Ну ладно. Тогда дело за тобой, подруга.

Я изобразила отвращение.

– Я не собираюсь трогать твою задницу.

– Ой, пожалуйста, у тебя руки так и чешутся дотронуться до нее, – сказала она, демонстративно шлепнув себя по пятой точке.

Я рассмеялась и подтолкнула ее вперед. Благодаря своей нелепой выходке она загораживала середину прохода.

Как только мы вышли из автобуса, перед нами развернулась полоса препятствий. Хотя термин «полоса препятствий» мне показался не совсем подходящим. Скорее это была какая-то фигня для тренировки настоящих убийц-ниндзя.

В самом начале пути мы выстроились в шеренгу и вытянулись по струнке, чтобы не пораниться, пытаясь перепрыгнуть через различные препятствия. Бекка сделала все возможное, чтобы найти хоть каких-то армейских парней, но они, должно быть, на весь день покинули территорию, освобождая место для нас…

Все началось довольно легко; мы по очереди преодолевали каждое препятствие и в конце концов рассредоточились по всей полосе. Даже тренеры участвовали в забеге, а это означало, что наш дорогой Лиам был где-то там, выглядя еще более мужественным. Но я была слишком занята, стараясь не погибнуть, прыгая через покрышки, чтобы его заметить.

На середине поля была расположена грязевая яма, она была такая узкая, что преодолеть ее мог только один человек за раз. Цель состояла в том, чтобы проползти под колючей проволокой через эту яму, не поцарапав спину.

Когда подошла моя очередь, я легла на живот, чувствуя, как прохладная грязь скользит между моими пальцами. Я пыталась принять удобную позу, когда тяжелый ботинок уперся мне в спину, и я упала в грязь лицом. Фу. Фу. Фу.

– Что за?! – Я закашлялась.

– О боже, я виновата! Я, должно быть, оступилась, – раздался над головой голос Тары.

Я изогнулась, чтобы посмотреть на нее снизу вверх, и она начала смеяться.

– У тебя все лицо в грязи!

Поправка: у меня все было в грязи – рот, уши и нос в том числе. Вместо того чтобы ответить ей, я вытерла глаза не запачканной частью своей футболки, но это вряд ли мне помогло. И тут я увидела Лиама, который стоял позади Тары и выглядел по-королевски взбешенным. Его резкие черты лица были искажены яростной гримасой, и я не могла не задаться вопросом, не собирается ли он ее отчитать. Я не стала задерживаться, чтобы выяснить это. Я проползала через грязевую яму, представляя себе видение, в котором Тара падала на колючую проволоку, а Лиам уносил меня навстречу закату. Странно, но Дэвид Бекхэм тоже был там и тоже хотел помочь унести меня, а потом по какой-то причине им пришлось снять футболки… Черт возьми, яма закончилась быстрее, чем я добралась до самого интересного.

После этого препятствия трасса углубилась в густой лес. Большая часть команды начала еще больше отдаляться друг от друга, но мы с Беккой держались вместе, когда над тропой потемнели кроны деревьев. По пути я не увидела никого рядом с нами, кроме Лиама. По какой-то причине он держался позади и не отставал от нас, вместо того чтобы обогнать. Тропа вела через лес, пока ее не преградила гигантская веревочная сетка, натянутая на высоте нескольких ярдов над землей. Идти было некуда, кроме как забраться наверх, ну или просто обойти с краю тропинки… Но это было бы нечестно.

– Боже, как же чертовски высоко, – фыркнула Бекка, наклоняясь вперед и упираясь руками в колени.

Я последовала ее примеру, а затем обернулась и увидела, что Лиам разглядывает препятствие. Его футболка была мокрой от пота, а немного грязные русые волосы зачесаны назад и выглядели греховно сексуальными. Мне нравилось видеть его таким; это заставляло меня представлять его разгоряченным, потным и обнаженным, нависающим надо мной.

Вау. Притормози, тигрица.

Я поймала его взгляд, и он, прищурившись, посмотрел на меня, наклонив голову на дюйм в сторону. Я резко повернула голову обратно к препятствию и попыталась сдержать волнение, которое он во мне вызвал.

– Я пока не могу ползти. Мне нужно перевести дух, – сказала я Бекке.

Я уловила какое-то движение, когда Лиам прошел мимо нас и начал подтягиваться, забираясь по натянутым веревкам. Он делал это без особых усилий, и мы с Беккой стояли и таращились на него, пока он карабкался наверх фут за футом. Весь процесс занял у него, наверное, не больше минуты.

Итак, давайте добавим это к списку вещей, с которыми он отлично справляется:

1. Привлекает девушек;

2. Профессионально играет в футбол;

3. Носит нижнее белье от Calvin Klein, как будто это призвание всей его жизни;

4. Забирается по высоким натянутым канатам.

– Вперед. Чем дольше вы стоите, тем сложнее вам будет забираться, – крикнул он нам сверху.

Бекка бросила на меня раздраженный взгляд.

– Я пойду первой, – сказала я, чувствуя себя увереннее, когда подняла ногу на нижнюю часть веревочной сетки.

– Будь осторожна и постарайся не потерять равновесие. Внизу нет сетки, которая сможет поймать тебя, если ты упадешь, – предупредил меня Лиам.

Его слова лишили меня последних крупиц уверенности в себе.

Какого черта тренер Дэвис заставляла нас это делать? Если бы я упала и сломала ногу, то выбыла бы на весь сезон. Но зато это сплотило бы меня со своей командой. Нет, подождите, этого тоже не произошло бы.

Я отбросила эту мысль и начала карабкаться вверх, хватаясь за веревки. Было странно пытаться балансировать, потому что сетка наклонялась вперед и назад по мере того, как я поднималась выше. Мое сердце замирало при каждом ее движении. Как только я преодолела середину, я поняла, что обратного пути нет. Я не могла смотреть вниз, а когда подняла глаза, то увидела, что на меня смотрит устрашающий взгляд Лиама, поэтому я не сводила глаз с веревки, висящей передо мной.

– Давай, Кинсли. Ты почти на месте, – подбадривал меня Лиам.

Я сделала глубокий вдох и продолжила подъем. Я была почти на вершине, когда не смогла дотянуться ногой до нижней перекладины каната, к которой стремилась. Моя нога встретилась с пустым воздухом, и я оттолкнулась, пытаясь стабилизировать свой вес, но была недостаточно быстра. Моя правая рука сорвалась с того места, где я держалась за веревку над головой.

Я ахнула.

– Кинсли! – закричала Бекка, стоя внизу как раз в тот момент, когда мое сердце бешено заколотилось.

Черт возьми.

– Кинсли, дай мне свою руку, с тобой все в порядке. – Лиам успокаивал меня еще до того, как успел поймать.

Я напрягла все мышцы, чтобы потянуться правой рукой к его протянутым рукам. Он подхватил меня за подмышки, как будто вытаскивал маленького ребенка из бассейна. Только что я висела там, чувствуя, как мое тело леденеет от паники, а в следующее мгновение уже стояла рядом с ним на деревянной платформе, дыша быстрыми и неглубокими вздохами.

– Черт возьми, – рассмеялась я, обхватив голову руками и наклонившись вперед.

Я знала, что со мной все в порядке. Знала, что со мной все было бы в порядке, даже если бы Лиам не помог мне, но я все равно не могла успокоиться.

А потом Лиам сделал все еще хуже, в десять триллионов раз хуже, если быть точнее, когда его сильная рука легла мне на поясницу. Я ощутила прилив тепла и нежности. Мое сердце остановилось, как будто я взяла отпуск у своего тела, а потом оно снова застучало, но уже с перебоями.

– С тобой все в порядке, Кинсли, – успокаивал он. – Ты бы не упала. Я бы не позволил тебе упасть, – сказал он, поглаживая меня рукой по спине.

Я немного драматизировала, но высота не была моей сильной стороной. К тому же мне было чертовски приятно ощущать его руку – теплую и собственническую – на своей спине, как будто он проводил ее вот так каждый день.

– Да, потому что тогда в команде не осталось бы полузащитника, – пошутила я.

Его пальцы впились в мою поясницу, когда он пробормотал:

– Причина не в этом.

Подождите-ка, что?

– Кинсли, ты в порядке? – крикнула Бекка. – Господи, не пугай меня так больше! Ты чуть не сорвалась и не забрызгала меня своими мозгами! Это не смешно.

Я улыбнулась.

– Я в порядке. А теперь давай ты, и, пожалуйста, не торопись.

Как только Бекка заговорила, рука Лиама исчезла с моей спины, как будто он осознал, что вот так прикасаться ко мне было почти неуместно. Нет, не почти. Это было неуместно. Его рука находилась всего в двух дюймах от края моих шорт. То есть примерно в пяти дюймах от моей нижней интимной зоны. Так что… да, по сути, он почти прикасался к моей вагине.

Он отошел от меня на шаг, и мы увидели, как Бекка взбирается по веревке так медленно, что в какой-то момент я даже усомнилась, жива ли она на самом деле. Когда она наконец добралась до верха, я крепко обняла ее, и мы обе начали истерически смеяться. Усталость и адреналин оказались пьянящей смесью.

– Девочки, у вас все хорошо? – спросил Лиам, глядя на нас с серьезным выражением лица.

Я облизнула губы и кивнула, пытаясь отогнать воспоминание о том, как его рука нежно касалась моей спины.

Он мой тренер. Мой «под запретом» тренер. Он как шоколад, а я как маринованный огурец. Их нельзя смешивать…

Если только… маринованные огурчики в шоколаде?

Нет.

Это отвратительно. Проклятье.

– Кинсли? – спросила Бекка, отвлекая меня от моих размышлений.

Я все это время не сводила глаз с Лиама и почувствовала, как румянец заливает мои щеки.

– Ага. Все отлично. Давайте, черт возьми, покончим с этим.

После прохождения адской полосы препятствий у нас еще оставалось немного времени, чтобы отправиться на пляж перед вечеринкой. Погода была уже достаточно теплой, чтобы надеть бикини, но не настолько, чтобы отважиться искупаться в холодном Тихом океане. Мы с новичками были вполне довольны тем, что просто загорали и дремали на солнышке.

День пролетел незаметно, и не успела я опомниться, как уже сидела на кровати Бекки, ожидая, пока она закончит собираться.

– А как насчет этого? – спросила она, доставая платье из шкафа.

– Оно будет смотреться очень мило с твоими светлыми волосами, – без особого энтузиазма ответила я.

Этот процесс занял слишком много времени, а Бекке подошло бы любое из трех дюжин платьев, которые сейчас валялись на полу в центре ее комнаты. Меня так и подмывало завалиться на них, как на груду листьев, но я должна была сосредоточиться на том, чтобы помочь ей подобрать наряд.

– Да ладно, ты говорила это последние десять раз!

Я вздохнула и встала с кровати.

– Вот именно! Последние ДЕСЯТЬ раз. Как ты думаешь, сколько комплиментов способен выдать мой мозг? Я не настолько изобретательна! – возразила я, прежде чем спрыгнуть с кровати и схватить облегающее белое платье.

– Но если серьезно, то надень это. Оно подчеркнет твой потрясающий загар.

Я подняла платье выше, и она посмотрела на него так, словно все еще сомневалась.

– У тебя есть три минуты, прежде чем я вытащу тебя отсюда в нижнем белье, – пригрозила я, но не смогла сохранить невозмутимое выражение лица, когда она начала танцевать джигу.

– Меня это устраивает, – пожала она плечами, продолжая танцевать, прежде чем в конце концов наклониться вперед, чтобы взять платье.

Пока она надевала его и искала пару подходящих туфель, я рассматривала свой наряд в зеркале. На мне было светло-голубое хлопковое платье, которое было слишком обтягивающим в груди и оголяло мои загорелые ноги. Я надела к нему белые кеды Converse и подходящий набор разномастных браслетов. Я распустила свои длинные каштановые волосы и воспользовалась спреем для укладки, чтобы придать им немного объема. Легкий пляжный загар оттенял мои голубые глаза, и мне не понадобилось никакой косметики, кроме небольшого количества туши. Мне потребовалось девятнадцать лет, чтобы моя красота стала в равной степени небрежной и стильной.

– Ладно, поехали! Ты за рулем! – заявила Бекка, надевая коричневые босоножки на ремешках.

Я могла бы возразить, что нам стоит взять такси, но на самом деле я не возражала против того, чтобы сегодня не пить. Я бы выпила немного пива, как только мы бы приехали, чтобы расслабиться, и на этом все. Похмелье, которое преследовало меня на прошлой неделе, все еще было свежо в моей памяти.

– Пока, Эмили, моя милая жемчужина Миннесоты, – крикнула я, когда мы проходили мимо ее комнаты.

На этот раз она убрала с кровати свой ноутбук, чтобы заняться настоящим сексом. Вчера вечером приехал ее парень Дэвид, и они выходили из комнаты только для того, чтобы пополнить запасы воды.

Бекка прижала руку к двери Эмили и прокричала:

– Скажи этому распутнику Дэвиду, что ему лучше угостить тебя вином и ужином после всего того секса по скайпу, который ты ему устраивала до этого!

– Девочки! Он может вас услышать! – крикнула она, прежде чем что-то ударилось о ее дверь.

Мы смеялись всю дорогу до моей машины.

– Ты что, стащила это платье у маленькой девочки? – спросила Бекка, когда мы запрыгнули в машину и я повернула ключ в замке зажигания.

– Что?! Оно не такое уж и короткое, – возразила я.

Бекка ущипнула меня за руку.

– Ну да, конечно, оно смогло бы натянуться только на большой палец моей ноги, но да, оно действительно милое. Только не наклоняйся и не садись на вечеринке.

– Я думала, ты хотела, чтобы я продемонстрировала всем свою бразильскую эпиляцию.

– Туше, – рассмеялась Бекка. – Ты хорошо выглядишь… Держу пари, Лиаму понравится это платье.

Я сделала музыку погромче, чтобы заглушить ее речь. Ее случайные намеки в сторону Лиама становились все более и более частыми, и я знала, что она пытается в конце концов измотать меня, чтобы я рассказала ей о своих чувствах.

Моим планом было избегать этого разговора так долго, как только я могла.

Мы припарковались несколькими домами дальше от места, где проходила вечеринка, и, взявшись за руки, направились внутрь. Предполагалось, что в доме будет не так многолюдно, как на предыдущей вечеринке. Большинство девушек с младших курсов оставались дома или направлялись на вечеринки в окрестностях кампуса. Меня пригласили мои старые друзья по футбольному клубу… и Джош. Черт его дери.

Из невидимой акустической системы доносилась музыка, и, как только мы вошли, я расслабилась. Я не заметила Джоша или Лиама, так что пока могла притвориться, что их не существует.

– Кинсли!

Я повернулась на свое имя и увидела компанию девушек-футболисток, которые меня пригласили.

– Привет всем! Это Бекка, – представила я свою подругу, а затем мы немного посидели вместе с ними, обсуждая наши тренировки.

Некоторые из них играли в футбол за другие колледжи в округе, так что нам предстояло сыграть с некоторыми из них в этом сезоне.

– Мне нужно выпить, – прошептала Бекка мне на ухо.

– Я пойду с тобой, – сказала я ей, а затем повернулась к девочкам. – Мы скоро вернемся, пойдем поищем чего-нибудь выпить!

Я позволила Бекке вести меня сквозь толпу, а сама высматривала Лиама или Джоша. К тому времени, как мы добрались до заднего двора, мы не встретили ни одного из них, но я была слишком отвлечена тем фактом, что во дворе все выглядело как в Диснейленде для взрослых. В центре находился огромный бассейн, в котором плавали парочки, а недалеко от него была площадка, на которой группа парней и девушек играла в волейбол. Слева от бассейна стояло с полдюжины столов для игр в «кубок короля» и пиво-понг, но соревнования еще не начались.

Мы бродили вокруг, пока не нашли стол с выпивкой. За ним стоял парень, который широко улыбнулся, как только мы подошли.

– Дамы, – сказал он, доставая для нас два красных стаканчика.

– Мне совсем чуть-чуть, – сказала я, указывая жестом из указательного и большого пальцев.

– Ой, это совсем не весело, – надулся он и начал наполнять мой стаканчик.

– Я за рулем, – пожала я плечами.

– Ты будешь раздавать напитки всю ночь? – спросила Бекка.

Он одарил ее уверенной улыбкой.

– У меня часто бывают перерывы. Не хотите ли позже сыграть в пиво-понг?

Я хотела отказаться, но поняла, что Бекка заинтересовалась этим парнем.

– Конечно, почему бы и нет, – пожала я плечами, бросив на Бекку понимающий взгляд.

– Потрясающе. Встретимся вон там. Кстати, меня зовут Джейс, – сказал он, прежде чем наполнить пивом стаканчик Бекки.

Мы представились, и его глаза загорелись.

– Вы из футбольной команды Университета Лос-Анджелеса? – спросил он, и я увидела, как Бекка покраснела.

– Да, мы новички в команде, – сказала я.

Он выглядел немного озадаченным.

– Лиам знает, что вы здесь?

Его вопрос меня разозлил. Какое это имело значение? Нам разрешалось ходить на вечеринки. Он не был владельцем этого дома.

– Я его еще не видела, так что, скорее всего, нет, – уверенно ответила я. – Мы будем у столов для игры в пиво-понг.

Он отошел, чтобы обслужить других людей, а я потянула Бекку за руку, случайно пролив немного пива ей на платье.

– Ой, упс!

– Кинсли! – завопила Бекка, глядя на пролитое пиво. – Это долбаное белое платье, и теперь можно полностью увидеть мою грудь!

Я старалась не рассмеяться.

– Бекка! Почему на тебе нет лифчика?

– Я сняла его! Этому платью он не подходит!

Я не хотела, чтобы она начала чувствовать себя еще более стеснительно, но да, ее грудь была выставлена на всеобщее обозрение. О боже, люди, проходя мимо, оглядывались на нее. Я попыталась стереть ладонью пролитое пятно, но от этого стало только хуже.

– Ну вот, теперь все могут лицезреть и мои соски! – воскликнула она так громко, что люди вокруг нас обернулись, чтобы убедиться в этом.

– Ладно, все не так уж и плохо!

Я расстегнула сумочку и порылась в ней, пока не нашла нагрудник из ресторана, где ела лобстеров прошлым летом.

Да, подайте на меня в суд. Я не убираюсь в своей сумочке. А вы что, все такие идеальные?

– Вот, – сказала я, разрывая упаковку и протягивая ей.

– Какого черта у тебя это лежит в сумочке? – спросила она, уже завязывая его на шее. На лицевой стороне было написано: «Подожди, пока не попробуешь моих лобстеров…»

– Думаю, это выглядит как… как модное ожерелье или что-то в этом роде, – сказала я.

Она посмотрела на меня снизу вверх, ее руки безвольно лежали по бокам, и тогда я больше не могла сдерживать смех… она выглядела такой жалкой.

– Знаешь, я на самом деле подумала, что Джейс симпатичный!

Я заглянула ей за спину, чтобы посмотреть на него. Да, он прилично выглядел. О нет, почему он направлялся в нашу сторону? Его смена уже закончилась?

– Черт! Просто надень нагрудник и скажи, что ты…

– Привет, дамы, это Пол, он будет моим партнером по пивному понгу…

Его голос начал затихать, когда Бекка повернулась и он увидел ее грудь.

– Что это за история с лобстерами?

Улыбка Бекки была такой неловкой, что я поежилась.

– О, хах! Это мой нагрудник для игры в пиво-понг! В Техасе все так играют.

Пол недоверчиво посмотрел на нее.

– Серьезно?

Она натянуто рассмеялась.

– Да, это довольно распространенная тенденция.

Я напряглась, когда каждая команда заняла свои места по разные стороны стола. Ребята великодушно позволили нам сделать первый бросок, но это не имело значения. Мы были готовы к тому, что нам надерут задницы. У меня была отличная координация движений ног, но почему-то я так и не овладела зрительно-моторной координацией.

– Просто хочу, чтобы вы знали, что вы, ребята, серьезно проиграете, – поддразнила Бекка.

Я застонала.

– Бекка, тебе придется выпить все наше пиво, иначе я не смогу отвезти нас домой.

Она посмотрела на наполненные пивом стаканчики, стоящие на столе.

– Но это же целая тонна пива.

Я подмигнула.

– Что ж, нам придется выиграть, чтобы ты не превратилась в полное дерьмо после этой игры.

– Ладно, ты первая, – жестом показала она, и я повернулась, готовясь к броску.

Мячик для пинг-понга выскользнул из моей руки, перелетел через стол и угодил Полу прямо в грудь, в середину его футболки с надписью: «Пиво, оружие и женщины». Прекрасно. Как я могла раньше не заметить это прелестное выражение? Ах да, фиаско с грудью Бекки.

– Прости! – Я рассмеялась, прикрыв рот рукой и внутренне съежившись снова.

– Я думал, ты сказала, что мы пойдем ко дну? – Джейс рассмеялся, дождался своей очереди и попал своим мячиком в первый стакан.

Бекка смерила меня недобрым взглядом и потянулась за стаканом пива.

Вот так и прошла наша игра. Мы с Беккой время от времени отбивали мячи, но парни все равно оказались более меткими, и к концу игры Бекка была уже изрядно пьяна.

– Хотел бы я сказать, что вы, девочки, были достойными соперниками, но это было бы ложью, – засмеялся Джейс, с интересом разглядывая Бекку.

– Нам следует повысить ставку! – воскликнула Бекка. – В следующем раунде победитель забирает все. Вы, ребята, можете забрать машину Кинсли и мою девствен…

– Воу, подождите, – сказала я, зажимая ей рот рукой. – Давай пока не будем играть на мою машину, – рассмеялась я и убрала руку только после того, как убедилась, что она сможет сдержать язык за зубами.

– Эй, Софи, смотри, кто здесь, – раздался позади меня голос Тары.

Мы с Беккой обернулись и увидели, что старички выстроились в шеренгу лицом к нам, скрестив руки на груди. Мне пришлось моргнуть, чтобы убедиться, что я не делаю ситуацию еще более комичной в своей голове. Кто на самом деле встает в такую позу в реальной жизни? Они заранее согласовали свои позы «дрянных девчонок» или это был просто экспромт? «Нет, черт возьми, Софи. Ты не можешь скрестить руки на груди, это я скрещу их!»

– Привет, дамы! – Бекка разрядила обстановку своей веселостью, и я не смогла удержаться от смеха.

– Ого, Бекка. Уже пьяна? – Тара закатила глаза, и мне захотелось защитить свою подругу. – А что это за слюнявчик?

– Она просто прикалывается. Она не пьяна.

Конечно, Бекка была навеселе, но Тара просто пыталась смутить ее перед Полом и Джейсом.

– Знаешь, Бекка, проблемы с алкоголем обычно начинаются в колледже, – сказала Тара с жалобным видом. – Тебе следует быть особенно осторожной. Ты же не хочешь растолстеть от такого количества выпитого пива?

Бекка шагнула вперед, и я подняла руку, чтобы схватить ее за локоть.

– Мы обязательно запомним это, Тара, – ответила я с фальшивой улыбкой, пытаясь спасти момент, хотя больше всего на свете мне хотелось опуститься до ее уровня.

– Увидимся позже, девочки, – закончила я, прежде чем кто-либо еще успел вставить хоть слово.

Я оттащила Бекку от столов для игры в пиво-понг и помолилась, чтобы парни последовали за нами. Я не хотела, чтобы старички лишили Бекку шанса познакомиться с Джейсом. Он был более чем заинтересован до того, как они появились и начали тираду про нагрудник и все остальное. О, и это напомнило мне…

Я протянула руку и подняла нагрудник.

– Хорошо, все высохло. Можешь теперь это снять.

Она сорвала нагрудник с шеи и выбросила его в мусорное ведро. Мы были почти внутри дома, когда я обернулась, чтобы проверить, следуют ли за нами Пол и Джейс. Не-а. Тара и Софи уже болтали с ними. Какого черта?

– Я серьезно ненавижу этих двоих. Они нехорошие девочки, Кинсли, – фыркнула Бекка, открывая заднюю дверь.

– Я знаю, они стервы. Не позволяй им портить тебе настроение. Давай быстренько сходим в ванную и приведем себя в порядок.

Я обняла ее за плечи и прижала к себе.

Мы протиснулись через толпу в ванную, и к тому времени, как мы туда добрались, Бекка уже прыгала на цыпочках, потому что ей очень хотелось в туалет. Я впустила ее первой, и она поклялась, что подождет меня снаружи, когда закончит. Я пробыла в туалете максимум две минуты, но к тому времени, как я вышла, она уже испарилась.

– Черт возьми, Бекка, – простонала я, проталкиваясь сквозь толпу и пытаясь разглядеть ее светлые волосы.

Дом начал наполняться людьми, и толпа стала гораздо больше, чем когда мы только пришли. У меня случился легкий приступ паники, когда я подумала, что ее могли запихнуть в одну из спален, но когда я добралась до гостиной, то увидела, как она разговаривает с Джейсом в дальнем углу. Выкуси, Тара.

Я секунду постояла, наблюдая за ними и пытаясь оценить, насколько Бекка была пьяна. Я бы сказала, что по шкале «Меня может стошнить на твою обувь» у нее было около пяти баллов. Осторожно, Джейс. Я отодвинулась в сторону, к стене, и огляделась в поисках девочек из футбольного клуба, с которыми общалась ранее, но, конечно, теперь, когда я была в отчаянии, я не могла их найти. Поэтому я поступила так, как поступил бы любой уважающий себя человек, – прислонилась плечом к стене, делая вид, что проверяю свой телефон. Музыка была громкой, и вокруг меня было достаточно людей, так что я чувствовала себя как дома. Прозвучало как фраза самой одинокой девушки.

Я подумала о том, чтобы вернуться к столам для игры в пиво-понг, но тут почувствовала, как мне на поясницу легла теплая рука так, что у меня перехватило дыхание. Я обернулась, чтобы посмотреть через плечо, и обнаружила, что позади меня с хмурым выражением лица стоит Лиам.

Мое сердце замерло, а ягодицы подпрыгнули от радости.

Я предположила, что его не будет на вечеринке, поскольку не видела его раньше. Но теперь он стоял прямо передо мной, во всей своей красе, и я чувствовала запах его туалетной воды, и да, его рука все еще лежала у меня на спине, так что он, по сути, прижимал меня к себе.

Он наклонился, чтобы я могла расслышать его сквозь музыку.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он жестким тоном.

Окей. Не самая лучшая первая реплика. Что-то вроде: «Ты прекрасно выглядишь, роди мне детей» – было бы гораздо лучше.

Я скрестила руки на груди.

– Меня сюда пригласили.

Он выпрямился во весь рост и кивнул, обводя взглядом комнату позади меня. Кого он искал?

Лиам был устрашающим. Он завораживал аудиторию одним своим присутствием, и, если бы он не выбрал карьеру футболиста, я бы могла легко его представить в костюме и галстуке, возглавляющим крупную корпорацию. Его уверенность в себе была абсолютной и не подлежала обсуждению.

Он щеголял дневной щетиной, которая хорошо сочеталась с его сексуальными бровями и задумчивыми серыми глазами. Он казался человеком, который держит людей на расстоянии вытянутой руки, может быть, из-за высокомерия, а может, по личному выбору – в любом случае я хотела узнать его получше. Хотела обладать им так, чтобы эти глаза прищурились и сосредоточились исключительно на мне.

Ой, подождите-ка. Тренер. Тренер. Тренер.

Он мой тренер, а не любовник.

Это напоминание было подобно ведру ледяной воды, вылитому мне на голову.

– Нам можно разговаривать или это против правил? – спросила я с ноткой недоверия. Не настолько, чтобы он мог упрекнуть меня в этом, но достаточно, чтобы уголок его рта приподнялся.

– Я думаю, это зависит от того, о чем мы говорим, – ответил он, наконец переводя взгляд на меня.

Я почувствовала, как по моим рукам побежали мурашки. Я знала, что он не рад меня видеть, но не могла понять почему.

– Зачем ты подарил мне тот сертификат? – спросила я, удивленная собственной смелостью.

Его темные глаза скользнули по моему телу, прежде чем он задумчиво прищурился.

– Мне не следовало этого делать. Я не подумал. Ничего особенного.

Что ж.

Я кивнула и прикусила нижнюю губу. В «Вечернем шоу» он был таким обаятельным, улыбался и смеялся вместе с ведущим. Но со мной он был совершенно серьезен. Хотела бы я знать, что скрывалось за его взглядом.

– Ты уже им воспользовалась? – спросил он как раз в тот момент, когда я услышала приближающийся голос Бекки. Думаю, они с Джейсом нас заметили.

Я побледнела. Воспользовалась ли я им? Да, вы заплатили за то, чтобы я сделала свою первую бразильскую депиляцию, тренер Уайлдер. Мысль о том, что он каким-то образом узнал, для чего я использовала подарочный сертификат, заставила меня изобразить амнезию. «Простите, а где я?»

Вместо этого я ответила ему что-то неопределенное.

– Да, я ходила в салон с Беккой вчера после тренировки, – сказала я как раз в тот момент, когда Бекка обняла меня.

Вспомнишь солнце, вот и пьяный лучик.

– О-о-о, ты рассказываешь ему о спа-салоне? – спросила она пьяным голосом. – Ты собираешься показать ему свою бразильскую эпиляцию? – спросила она и медленно прикрыла рот рукой. Ее глаза стали размером с блюдца. – Ой, упс! Я не должна была этого говорить…

Она пьяно захихикала, а затем посмотрела на меня.

– Мне так жаль, Кинсли. Я думала, ты поддержишь меня, так как мы об этом раньше шутили, вот почему я так сказала. Я бы никогда не поставила тебя в неловкое положение специально.

У меня было серьезное подозрение, что Бекка притворялась более пьяной, чем была на самом деле. Она говорила невнятно и гораздо громче, чем обычно, но ее глаза были кристально чистыми. Пьяная или нет, она точно знала, что делает.

– Пойду-ка найду Джейса! – пропела она, а затем убежала, прежде чем я успела сообразить, что к чему, и накричать на нее.

Я хотела ее задушить.

Нет, я хотела задушить ее, потом вернуть к жизни, а затем снова задушить. Я не могла даже взглянуть на Лиама. Я чувствовала на себе его взгляд, но была сосредоточена на полу под моими кедами. Этого не могло случится на самом деле. Кто-нибудь, перемотайте время назад!

– Ты воспользовалась моим подарочным сертификатом, чтобы сделать восковую эпиляцию? – спросил Лиам, и я услышала в его голосе намек на улыбку.

Это наконец заставило меня поднять глаза. Конечно же, на его лице играла дерзкая ухмылка, а в серых глазах появился блеск, которого раньше там не было.

Я крепче скрестила руки на груди.

– Бекка заставила меня это сделать. Ничего особенного, – ответила я, передразнивая его собственные слова.

Лиам провел рукой по своим острым скулам и волевому подбородку, прежде чем опустил ее.

Я почти видела, как желание спорить со мной покидает его тело.

Его челюсть двигалась взад-вперед, и я подумала, что он скажет что-нибудь, чтобы избавиться от меня, но вместо этого он пробормотал:

– Пойдем.

Затем от наклонился, чтобы взять меня за руку.

Мне хотелось бы думать, что, когда я посмотрела вниз и увидела наши переплетенные руки, я по крайней мере на мгновение заколебалась, но давайте не будем себя обманывать. Когда он вел меня по коридору, я с трудом сдерживала желание закричать: «Пошевеливайтесь, люди, а то я потеряю все свое самообладание». Конечно, в глубине души я надеялась, что нас никто не заметил, но это беспокойство было похоронено глубоко-глубоко под остальными моими мыслями.

Мы продолжали идти по коридору, пока Лиам не толкнул одну из дверей и не втащил меня внутрь, затем закрыл ее и запер за собой. Я стояла, прислонившись к двери, тяжело дыша и сжимая кулаки, когда он наконец повернулся и посмотрел на меня.

– Я очень сильно стараюсь. Есть около миллиона причин, по которым я прямо сейчас должен выйти из этой комнаты.

– О чем ты говоришь? – спросила я, хотя прекрасно понимала, что он имеет в виду.

Я чувствовала напряжение между нами. Моя кожа практически излучала электрический ток.

Но до этого момента я думала, что это было односторонним влечением. Я думала, что просто тосковала по чему-то, чего у меня никогда не было и не должно было быть.

– Ты понимаешь, что для тебя поставлено на карту? Если тренер Дэвис узнает, что я тобой интересуюсь, мы окажемся по уши в дерьме. Ты понимаешь, насколько она важна для отбора на Олимпийские игры? Это твое будущее, Кинсли.

Он придвинулся ко мне так близко, что наши лица практически соприкасались. Его аромат завладел всеми моими чувствами. От него исходили безудержные эмоции; я не знала, собирался он поцеловать меня или ударить. Лиам умел держать себя в руках, так что видеть его взвинченным было одновременно и страшно, и волнующе.

Да. Я знала, что поставлено на карту, но в тот момент у меня не хватало силы воли, чтобы позаботиться об этом. Я не могла видеть ничего, кроме того, что он стоял передо мной в этой темной комнате. Все, что находилось за его темным силуэтом, было как в тумане.

– Мне все равно, – просто ответила я.

Три простых слова, произнесенных шепотом в тишине комнаты, – вот и все, в чем он нуждался. Эти слова были подобны чирканью спички.

Он наклонился ко мне так быстро, что я не успела перевести дыхание, как его губы коснулись моих. Он завладел моим ртом, обхватив меня руками за талию и притянув к себе. Его рука прижимала мое тело, и я чувствовала каждый напрягшийся мускул. Его поцелуй был жестким и требовательным. Его язык скользнул по моему, и я застонала, беспомощная перед реакцией своего тела на него. Мои руки вцепились в его футболку, когда я попыталась насытиться этим поцелуем, принять его всего и сохранить навсегда.

– Лиам, – простонала я, пытаясь разобраться в эмоциях, переполнявших меня.

Теперь, когда мне наконец было позволено прикоснуться к нему, я почувствовала огромное облегчение. Это было так, словно мое тело впервые вдохнуло воздух после долгого погружения в воду.

– Кинсли. – Лиам издал в ответ свой собственный хриплый стон, а затем развернул меня и толкнул на кровать.

Мое желание вспыхнуло, когда его твердое тело толкнуло меня назад. Мои икры коснулись матраса, а затем мы одним движением упали на поверхность кровати.

Его вес был почти непомерным, но мне это нравилось. Он прижал меня к матрасу, и мое платье задралось, оголяя бедра. Мы мчались со скоростью двести миль в час, не останавливаясь на светофорах и не делая перерывов. Его пальцы соблазнительно впились в плоть моего бедра. Я хотела, чтобы он оставил следы, чтобы позже могла доказать себе, что он потерял контроль надо мной, что это происходило наяву, а не в каком-то очередном сновидении.

Я запрокинула голову и прижалась к нему всем телом. Я чувствовала его эрекцию через джинсы и желала, чтобы между нами ничего не было. Горячее прикосновение кожи к коже, когда его рот искал новые участки моего тела.

Мои руки нашли его волосы, и я потянула их, как и мечтала с тех пор, как впервые увидела его. В ответ он слегка прикусил мою шею, а затем и грудь. Он стянул вниз декольте моего платья, и я почувствовала его гладкую челюсть на выпуклости моей груди.

Он не мог сейчас остановиться. Мне нужно было, чтобы он продолжал.

Но как только его рука скользнула по моему бедру, чтобы задрать платье еще выше, раздался громкий стук в дверь, сопровождаемый пьяным смехом. Из-за двери доносились приглушенные голоса, и в этот момент волшебство из комнаты словно высосало гигантским пылесосом. Лиам спрыгнул с меня так быстро, что я бы ушиблась, если бы не лежала спиной на кровати.

– Ты должна уйти, Кинсли. Сейчас же, – потребовал он, запуская руки в свои волосы, которые всего несколько мгновений назад еще были под моими пальцами. Волосы, за которые я тянула, когда его губы целовали меня.

Он выглядел так, словно только что совершил самую большую ошибку в своей жизни. Его измученное выражение лица заставило меня пожалеть обо всем, что мы только что сделали.

Была ли я ошибкой? Жалел ли он о содеянном?

– Что? Почему? – спросила я, приподнимаясь на локтях и наблюдая за тем, как он расхаживает по комнате.

– Убирайся, Кинсли, – повторил он громким и резким голосом. Он не кричал, но с таким же успехом мог бы. – Мы не можем этого сделать. Уходи, Кинсли. Сейчас же.

Его слова были словно пощечина, и у меня хватило достоинства уйти, пока все не стало еще хуже. У меня была надежда, что он придет в себя, когда я проходила мимо него, направляясь к двери, но он так и продолжал стоять, не предпринимая никаких действий. Поэтому я повернула дверную ручку и выскочила, не сказав больше ни слова.

Пьяный парень, который испортил нам момент, все еще был снаружи и сидел, прислонившись к двери. Теперь он был в полной отключке, с глупой улыбкой на лице. Я перешагнула через него, высоко подняв подбородок, и постаралась не думать о том, что случилось бы, если бы он выбрал другую дверь, у которой мог бы отключиться.

Я так волновалась из-за утренней тренировки в понедельник, что проснулась за час до будильника и первой спустилась вниз. Я сидела на кухне, расправляясь с миской гранолы с фруктами, когда наконец появилась Бекка, протирая свои заспанные глаза.

Накануне я избегала ее, как чумы, не только потому, что была раздражена ее комментарием о восковой эпиляции, но и потому, что не хотела лгать ей о том, что произошло между мной и Лиамом. Я попыталась отогнать воспоминание о его губах.

Стоп, хватит. Они были не такими уж и замечательными. Это был не самый лучший поцелуй в твоей жизни, и ты определенно не влюбилась в своего тренера.

Вот видите, это не так уж и сложно.

– Доброе утро, Кинсли, – мягко сказала она.

– Привет, – пробормотала я, уставившись в свою тарелку.

Вчерашний день был ужасен. Я не хотела думать о Лиаме, но ничего не могла с собой поделать. Я была уверена, что у него есть ко мне чувства, и знала, что мы не можем быть вместе, но это не означало, что мне не было больно, когда он выставил меня из комнаты в субботу вечером. Это скорее произошло по личным причинам, чем по логичным, и я не могла выбросить это из головы.

Бекка обошла стол, подойдя к тому месту, где я сидела, и посмотрела на меня своими щенячьими глазами.

– Я сожалею о том, что упомянула эпиляцию. Это было действительно глупо, и я знаю, что, вероятно, тебе из-за меня было неловко, – сказала она, заключая меня в крепкие объятия. – И теперь я не отпущу тебя, пока ты не скажешь, что я прощена.

Я продержалась всего две секунды, прежде чем на моем лице появилась улыбка.

– Эй. Ладно, но ты должна пообещать, что не обидишься, когда я верну тебе должок. Хорошо?

– Договорились! Можешь на одной из вечеринок стащить с меня штаны, но только предупреди меня заранее, чтобы я могла надеть свое самое потрясающее нижнее белье, – подмигнула она и направилась к холодильнику, чтобы приготовить себе завтрак.

Я рассмеялась и отправила в рот ложку гранолы.

– Теперь, когда ты на меня не злишься, не хочешь рассказать о том, что произошло… – Она замолчала и оглянулась через плечо, прежде чем одними губами произнести: – У вас с Лиамом?

– Ух ты, сразу к делу? – пошутила я, прежде чем прикончить остатки своего завтрака. – Если ты поторопишься, я все расскажу тебе в машине.

Пока мы собирали наши вещи, у меня было предостаточно времени, чтобы решить, что с Беккой я буду честна. Мне было неловко скрывать это от Эмили, но чем меньше людей будет знать, тем лучше, а Бекка все равно уже догадалась, что что-то произошло.

Как только я припарковала машину у тренировочного поля, она отстегнула ремень безопасности и повернулась ко мне лицом.

– Ладно, выкладывай, – улыбнулась она.

– Ты первая. Между вами с Джейсом что-то произошло? – спросила я.

– Ты имеешь в виду, до того, как ты вытащила меня с вечеринки?

После того как я сбежала из комнаты Лиама, я нашла Бекку и заставила ее уйти с вечеринки вместе со мной. Она отключилась, как только мы сели в мою машину, так что это избавило меня от необходимости орать на нее всю дорогу домой.

Я съежилась.

– Да, извини за это. Я была зла на вас с Лиамом и просто хотела уйти, но бросить тебя одну не смогла.

Бекка расслабленно откинулась на спинку сиденья:

– Нет, я шучу. На самом деле я рада, что ты нашла меня именно тогда. Джейс мне не очень-то и нравился. Он был милым развлечением, но после вечеринки я даже о нем не вспоминала.

Я завидовала ей. Думать о других вещах, помимо Лиама, было бы совсем не плохо. Я не уверена, когда он успел укорениться в моем сознании, но, похоже, он не собирался в ближайшее время его покидать.

– Но очевидно, что между вами с Лиамом что-то произошло. Верно? – спросила Бекка, вырывая меня из моих мыслей. – Ты можешь мне довериться. Я бы никогда никому ничего не рассказала.

– Ой, да ладно, как будто ты держала факт о бразильской эпиляции в секрете?

Она поджала губы и сосредоточила свой взгляд на руле.

– Ну, на самом деле это была не столько оговорка, сколько попытка признать ваше с Лиамом влечение друг к другу. Я имею в виду, что на вечеринке он пялился на тебя так, словно собирался прямо там сорвать с тебя одежду. Я просто подумала, что его нужно немного подтолкнуть в нужном направлении, – призналась она.

Я изумилась, а затем сузила глаза.

– Я так и знала! Знала, что ты была не настолько пьяна.

– Ты не можешь на меня злиться. Очевидно же, что это сработало! Он утащил тебя из комнаты, как пещерный человек, примерно через две секунды!

Я улыбнулась этому воспоминанию. Его рука так крепко сжимала мою, что он вообще не оставил мне выбора, как только следовать за ним. Не то чтобы я сопротивлялась.

– Это не имеет значения, – начала я. – Мы всего лишь поцеловались, но это длилось недолго, и он тут же пожалел об этом. Он почти кричал на меня, чтобы я убиралась из комнаты.

– Ух ты, правда?

Я нахмурилась и уставилась в окно. Утренний туман рассеивался, и скоро остальные члены нашей команды должны были приехать на тренировку. Скоро и он должен был приехать на тренировку.

– Да. Есть около пяти веских причин, стоящих на пути моего к нему влечения. Но и их, кажется, недостаточно, чтобы удержать мои мысли от него.

– Что ж, посмотрим, как он сегодня будет себя вести. Ты пока не можешь сдаваться. Он хочет тебя, а ты хочешь его. Все просто.

Я закатила глаза, поражаясь тому, как просто это звучало из ее уст. Он уже и так получил последнее предупреждение от своих спонсоров относительно его имиджа. На карту были поставлены мои мечты об Олимпийских играх, не говоря уже о моей карьере в университетской команде и моем хрупком сердце. Как это могло быть просто?

Мне не стоило волноваться. На протяжении всей тренировки Лиам полностью меня игнорировал, что было настоящим подвигом с его стороны, если учитывать, что мы снова разделились для отработки игры на своих позициях. Он давал наставления всем девушкам после выполнения упражнений, но со мной он просто кивал или бормотал «неплохо» или «хороший удар», не глядя в глаза.

Я чувствовала себя совершенно невидимой.

Тара, казалось, не возражала. Она наслаждалась его вниманием, стараясь держаться как можно ближе к нему, когда спрашивала о своей технике. Сколько раз ему пришлось повторять одно и то же, прежде чем он понял, что она просто им манипулирует?

– Я не уверена, что у меня все получается. Ты посмотришь, как я выполняю это упражнение, еще раз? – спросила она, надув свои губки.

Лиам сжал губы в тонкую линию, но кивнул, чтобы она продолжала.

– Боже мой. Может, хватит уже, – пробормотала я, устав от просмотра шоу «Тара и Лиам».

Должно быть, я произнесла это громче, чем рассчитывала, потому что Тара посмотрела на меня, прежде чем заговорить.

– Извини, ты что-то сказала? – спросила она, подходя на шаг ближе ко мне.

– Может, пока хватит упражняться, мне нужно сделать перерыв и попить воды, – солгала я, уперев руки в бока и провоцируя ее бросить мне вызов.

Я была в боевом настроении, и в тот момент мне было все равно, что она была капитаном, а я новичком.

– Тогда иди и попей. Но тебе действительно стоит поработать над своей выносливостью.

Я поборола желание спросить ее, какое отношение, черт возьми, потребность утолить жажду имеет к моей выносливости. Я обгоняла ее в каждом из наших спринтов и каждый раз приходила первой во время разминочных забегов на длинные дистанции.

– Ладно, давай сосредоточимся на упражнении, – сказал Лиам, уставившись на Тару.

Он даже не мог посмотреть мне в глаза. Чертов трус.

– Ты хотела мне что-то показать? – спросил он у Тары.

Но прежде чем продолжить тренировку, она одарила меня самодовольной улыбкой и перебросила свой высокий хвост через плечо.

– Конечно, тренер Уайлдер.

В этот момент я практически отключилась на всю оставшуюся часть тренировки. Я заставила себя замкнуться в себе и не обращать больше ни на что внимания, потому что хотела избавиться от всего своего раздражения и гнева, накопившегося во мне. В конце тренировки тренер Дэвис пошутила, что сегодня я особенно усердно трудилась, можно сказать чересчур, но я даже не смогла выдавить из себя улыбку.

– Наконец-то ты ответила! – сказала мама, когда я откинулась на подушки, лежа на своей кровати.

После тренировки я приняла душ и пообедала, но теперь мои мышцы начали болеть, и я планировала немного поспать.

– Мне жаль. Я была сильно занята в последнее время. И только что вернулась с тренировки и очень устала.

Я зажала телефон между ухом и плечом, натянув одеяло до подбородка.

– О, я не задержу тебя надолго. Мне хотелось поговорить с тобой в связи с тем, что в последнее время мне звонили из многих компаний с предложениями о твоем спонсорстве. Я знаю, что ты не можешь принять их предложения, пока играешь за университетскую команду, но со мной связались такие компании, как Adidas и Nike, а также несколько других крупных корпораций.

Это было последнее, о чем я думала в тот момент, но она была права. Когда-нибудь мне придется задуматься о карьере после колледжа. В конце концов, если бы я попала в олимпийскую сборную, моя учеба была бы приостановлена.

– Может, пока просто придержим их предложения?

– Звучит неплохо.

После того как мы поговорили, я перевернулась на другой бок и подключила телефон к зарядному устройству. Затем схватила с прикроватной тумбочки календарь и пролистала потрепанные страницы. Когда я в последний раз проверяла, оставалось ровно десять месяцев до отборочных соревнований на Олимпиаду. Теперь оставалось девять месяцев, две недели и один день.

Я сбросила одеяло, пробежала по коридору и ворвалась в комнату Бекки.

– Пойдем, – потребовала я.

Она сидела за своим столом и просматривала ленту на Facebook[3] на своем ноутбуке.

– Что? Куда? Мы только недавно вернулись домой.

– Нам нужно немного потренировать свою выносливость. Сегодня на тренировке мы почти ничего не делали.

Бекка застонала, но поднялась со стула и закрыла ноутбук.

– Ты, черт возьми, как настоящий сержант-инструктор по строевой подготовке.

– Неужели ты не хочешь испытать свои силы?

– Да, но еще я очень хочу не двигаться до конца этого дня, – рассмеялась Бекка.

– Покой принадлежит только мертвецам, Бекка!

В итоге мы усердно потренировались, а затем заползли на диван и не двигались весь остаток дня. Несмотря на то что говорили тренер Дэвис и Лиам, шансы на то, что я попаду в олимпийскую сборную, были очень малы. Обычно представители игр изучали мастерство девушек из всех колледжей и профессиональных команд страны, а затем выбирали среди них лучших игроков и приглашали их принять участие в отборе. На данный момент моей целью было показать в нашей университетской команде лучший футбол, на который я была способна, и надеяться через девять месяцев получить приглашение.

Это было идеальным способом отвлечься от мыслей о Лиаме, которые пытались проникнуть в мое сознание.

– Он полностью игнорировал тебя на вчерашней тренировке? – Спросила Бекка.

– Даже не взглянул в мою сторону. Думаю, я ему больше не интересна, – ответила я, когда мы с Беккой направлялись к моей машине во вторник утром.

– Уверяю тебя, он с тобой еще не закончил. Он явно делает это нарочно… Может, тебе стоит сделать так, чтобы он не смог тебя больше игнорировать?

– Как? Наброситься на него? – рассмеялась я.

– Нет. Нужно придумать что-то более утонченное, чем это. – Она задумчиво прищурилась. – Сегодня по прогнозу будет очень жарко… Думаю, что потренироваться в одном спортивном лифчике было бы вполне приемлемо.

Я хмыкнула.

– О да, очень тонко подмечено. Может, тебе стоило дать мне этот совет до того, как я надела неоново-розовый спортивный лифчик этим утром?

Бекка захлопала в ладоши, практически подпрыгивая на своем месте.

– Так даже лучше! Я тоже могу раздеться, чтобы он не подумал, что ты делаешь это нарочно.

– Ну не знаю. Давай сначала посмотрим, как пройдет тренировка.

Бекка застонала.

– Хорошо, но я всего лишь пытаюсь сказать, что, если ты хочешь, чтобы он перестал тебя игнорировать, тебе следует усложнить ему задачу.

– Это кажется таким… расчетливым. Не говоря уже о том, что мне не следует концентрироваться на нем во время тренировки.

– На поле нет ни одной девушки, которая не была бы сосредоточена на нем во время тренировки. В последнее время ты надрываешь свою задницу, поэтому заслуживаешь немного веселья. Немного веселья, наполненного разгневанным Лиамом.

Я рассмеялась и припарковала машину, пытаясь подготовиться к встрече с ним через несколько минут.

– Операция «Брэнди Честейн» официально началась, – объявила Бекка.

– Почему именно она?

– Помнишь, когда она забила гол в серии послематчевых пенальти в чемпионате мира, она побежала через поле и сорвала с себя футболку?

– Итак… ты хочешь, чтобы я сорвала с себя футболку?

– Это было бы здорово, но, думаю, окружающие могут подумать, что ты принимаешь наркотики. Лучше просто сними ее как нормальный человек.

Первый час тренировки прошел как обычно. Мы не стали разделяться по позициям, что было досадно по двум причинам:

1. Лиаму было гораздо легче игнорировать меня, когда мы тренировались всей командой;

2. Бекка шептала мне на ухо, чтобы я сняла футболку, каждые пять минут.

Она действительно оказывала на меня дурное влияние. Мне стоило пересмотреть свои дружеские приоритеты.

– Ладно, серьезно. Сейчас чертовски жарко, и, даже если бы мы не проводили операцию «БЧ», я бы захотела снять с себя футболку, – сказала Бекка.

Мы решили сделать пятиминутный перерыв, чтобы попить воды, и это был идеальный момент, чтобы избавиться от наших футболок, если мы действительно собирались осуществить задуманное.

– Ты не можешь сократить название нашей операции до аббревиатуры «БЧ»[4], иначе я буду все время думать о Спартаке.

Бекка расхохоталась, и я случайно взглянула в сторону Лиама. Он стоял на краю поля, болтая с Тарой и тренером Дэвис. За все утро он ни разу не взглянул на меня, и я уже начала уставать от этого. Один его взгляд, и я бы отказалась от этой дурацкой «операции», но мне надоело, что меня игнорируют. Не говоря уже о том, что в своей светло-серой футболке и спортивных шортах он выглядел еще сексуальнее, чем обычно. Его ноги были такими подтянутыми, что мне хотелось броситься к нему каждый раз, когда мой взгляд останавливался на том месте, где он стоял.

– Уф, хорошо. Снимай свою дурацкую футболку, – прошептала я, бросая бутылку с водой на траву и потянувшись к подолу своей футболки.

На небе не было ни облачка, и было жарче, чем обычно. Никто не сможет обвинить меня в том, что я хочу избавиться от лишнего слоя одежды, верно?

Я положила футболку поверх своей футбольной сумки и выпрямилась.

Бекка засмеялась, и я прошипела на нее, чтобы она замолчала. Она наверняка испортила бы весь наш план.

– Он смотрит на тебя и хмурится.

– Хмурится?

Я застонала. Что с ним было не так, почему он хмурится? Это было его обычное выражение лица, когда он был рядом со мной.

– Да, он уставился на тебя с сердитым выражением лица. Боже, он такой сексуальный. Я не уверена, что этот план сработает, но, по крайней мере, он смотрит на тебя.

– Милый лифчик, Кинсли, – сказала Эмили, подходя к нам.

Я прикрыла рот рукой, пытаясь скрыть свой смех кашлем.

– Спасибо, Эмили, – наконец выдавила я.

О том, чтобы рассказать ей об операции «БЧ», не могло быть и речи. В отличие от нас с Беккой, она придерживалась более высоких моральных стандартов, и я уверена, что она не была бы согласна с нашей логикой.

Тренер Дэвис свистнула в свисток, привлекая наше внимание к тому месту, где она стояла вместе с Лиамом и Тарой.

– Хорошо, девочки! Давайте построимся в линию и разделимся на две команды для отработки игры.

Лиам все еще хмурился, и теперь к нему присоединилась еще и Тара.

О, отлично, я всех разозлила. Ура.

Мы поспешили построиться, и я оказалась стоять в конце линии, уперев руки в бока и ожидая, когда тренер Дэвис назовет мое имя.

– Ты действительно считаешь, что это уместно? – спросил Лиам у меня за спиной, его голос был достаточно тихим, чтобы второкурсница, стоявшая рядом со мной, его не услышала.

Его тон перешел на «мудацкий», а сам вопрос вывел меня из себя, поэтому когда я повернулась к нему, то сузила глаза.

– О чем ты говоришь? Я постоянно тренируюсь в спортивном лифчике.

Лиам усмехнулся.

– Вон там стоят папарацци, и их объективы направлены на тебя и на то, что ты без одежды.

Я закатила глаза, даже не взглянув в ту сторону, где, как я знала, находились папарацци. Они были там каждый день, и я почти забыла о них. В конце концов, они были там только ради Лиама.

– Нет. Они нацелены на тебя. Их бы здесь не было, если бы не ты.

– Это не имеет значения. Надень свою долбаную футболку, Кинсли.

Да, формально он был моим тренером, но в тот момент он разговаривал со мной как Лиам, а не как тренер Уайлдер, поэтому я решила проверить, как далеко смогу зайти.

– Знаешь, думаю, что я до конца недели буду тренироваться в одном спортивном лифчике.

Я завела руки за спину, выставив свою грудь, и он не смог удержаться, чтобы на долю секунды не опустить к ней взгляд. Ха! Подождите-ка, хотелось ли мне быть такой девушкой? Использовать свое тело, чтобы привлечь его внимание? Не то чтобы у меня был выбор. Единственным способом привлечь его внимание в тот момент было разозлить его, что я и сделала. Очень по-взрослому, знаю.

– Ты ведешь себя как ребенок, – прошипел он, и его серые глаза стали темнее обычного.

Я наклонилась ближе и прищурила глаза.

– Забавно. Когда ты лежал на мне в субботу вечером, ты не думал, что я ребенок.

– Кинсли! – позвала меня тренер Дэвис, и я поняла, что последние несколько минут она пыталась привлечь мое внимание. – Слушай сюда! Ты в команде Тары. Вперед.

Я одарила Лиама острой ухмылкой и побежала к центру поля, чтобы встать рядом с Тарой, которая все еще хмуро смотрела на меня. Без разницы. Я оглянулась на Лиама. Его руки были сцеплены за головой, и он выглядел так, словно собирался кого-то ударить. Думаю, это был хороший знак?

– Ты что, шутишь? Это отличный знак! – обрадовалась Бекка, когда мы позже остались одни в моей комнате.

– Напомни мне, почему я прислушиваюсь к твоим советам? Ты уверена, что я могу на них полагаться?

Бекка покачала головой.

– Конечно, уверяю тебя, хоть у меня еще не было серьезных отношений в реальной жизни, но я прочитала много «Cosmo» и прошла кучу тестов о любви.

– Вау… это действительно обнадеживает… Нет!

Бекка рассмеялась, а затем изложила свою точку зрения:

– Послушай, вчера он даже не разговаривал с тобой. Сегодня он наорал на тебя, а завтра все будет как прежде. На самом деле ты должна меня прямо сейчас поблагодарить.

Она сидела и смотрела на меня, пока я ходила по комнате, собирая грязную одежду.

– Что? Чего ты от меня хочешь? – спросила я.

– «Спасибо» будет достаточно, – ответила она с широкой улыбкой.

Я невольно рассмеялась.

– Я поблагодарю тебя, когда он будет ждать в моей постели, пока я вернусь домой с тренировки.

Бекка застонала.

– Боже мой. Я хочу билеты на это шоу.

– Фу. Ты ненормальная.

– Ой, я тебя умоляю. Ты бы тоже не отказалась получить билеты на подобное представление.

Она была права. Я бы хотела занять места в первом ряду.

Я должна была догадаться, что что-то назревает. Тара и ее приспешники вели себя слишком тихо после посвящения новичков, которое произошло в прошлый вторник. Поэтому, когда прошла ровно неделя, я подумала, что дедовщина, возможно, была единичным случаем. О, как же я ошибалась. Тара и другие старшекурсницы были изобретательны. (Слишком изобретательны, чтобы не пройти должную подготовку в какой-нибудь террористической организации. И я собиралась в ближайшее время выяснить, так ли это.)

– Просыпайся, новичок, – крикнула Тара в среду утром, разбудив меня.

Я открыла глаза и обнаружила Тару, Софи и еще нескольких старшекурсниц в моей комнате, стоящих вокруг кровати.

– Какого черта? Убирайтесь из моей комнаты!

Я попыталась сесть.

– Разве так разговаривают со своим капитаном, Брайант? – спросила Тара с ехидной ухмылкой. – Вставай, одевайся. Встречаемся с Беккой и Эмили на поле через пятнадцать минут.

Я промолчала, когда старички вышли из моей комнаты, чтобы разбудить двух других девочек. Я хотела запустить кроссовком в голову Тары, но к тому времени она уже вышла в коридор, и я не смогла очень хорошо прицелиться. Я понятия не имела, что они задумали, но в любом случае не думала, что у меня есть выбор.

Я надела спортивную форму и спустилась вниз, чтобы наполнить три бутылки водой и взять несколько батончиков гранолы. Эмили и Бекка спустились через несколько минут, и мы втроем молча направились к моей машине.

– Я понятия не имею, в чем их проблема, но на прошлой неделе, похоже, в команде царила настоящая дедовщина. Но теперь нас только трое. Как такое может быть? – спросила я, сдавая назад.

– Это все чушь собачья. Я понятия не имею, что мы такого сделали, что Тара внесла нас в свой черный список, но я не позволю ей нас унижать, – добавила Бекка с пассажирского сиденья.

Но Эмили попыталась защитить старичков:

– Может быть, все будет не так уж и плохо, девочки. Может, они просто угостят нас завтраком и расскажут о планах команды на сезон?

Мы с Беккой закатили глаза.

– А потом, может быть, мы поболтаем о парнях, пока не начнется тренировка, – саркастически добавила Бекка.

Когда мы заехали на парковку, старшекурсницы уже ждали нас, и я почувствовала, будто вот-вот предстану перед расстрелом.

– А вот и три наших любимых новичка. Так любезно с вашей стороны, что вы смогли явиться, – произнесла Тара, скрестив руки на груди.

Я никогда не встречала никого, чья личность так бы сильно отличалась от внешности, как у Тары. Она была красива и миловидна, с идеальными чертами лица, которые, казалось, придавали ей сходство с соседской девушкой. Однако ее истинная натура была какой угодно, только не милой. Каким было ее детство? Подвергалась ли она травле или сама была ее виновницей? Я бы поставила свою левую грудь на то, что это было последнее.

– Давайте начнем с нескольких кругов вокруг поля, девочки, – проинструктировала Тара.

Моим первым порывом было запротестовать, упрекнуть ее в том, что она настоящая стерва, но в тот момент я все еще надеялась, что если сыграю в ее игру и докажу ей, что я добровольный подчиненный, то она отступит.

Мы выполняли спринты, подъемы и отжимания, пока Эмили не стошнило и она не взмолилась остановиться.

– Серьезно, мне очень плохо, а у нас впереди еще тренировка, – взмолилась Эмили.

Тара перевела на нее суровый взгляд.

– Хорошо, Эмили, и, поскольку ты, очевидно, самое слабое звено, ты будешь делать вдвое больше, чем другие девочки.

Ну уж нет. С меня хватит! Издевательства над Эмили зашли слишком далеко. Она не заслуживала ничего из происходящего. По крайней мере, мы с Беккой говорили гадости о Таре за ее спиной. А Эмили была просто жертвой.

– Я буду тренироваться за Эмили. Я заплачу вдвойне.

Теплый взгляд Эмили метнулся ко мне, и я увидела, как в ее глазах вспыхнула надежда.

Я могла справиться с Тарой. Я всю жизнь справлялась с такими девушками, как она. Сегодняшний день не сломил бы меня, но Эмили выглядела так, словно достигла переломного момента, и я не могла позволить Таре заставить ее уйти из футбольной команды Университета Лос-Анджелеса. Оно того не стоило.

Софи шагнула вперед со странным выражением на лице.

– Думаю, так даже лучше. Давайте позволим Кинсли занять место обеих девочек, раз уж она такая хорошая подруга.

Я пронзила Софи яростным взглядом. Они с Тарой получали удовольствие от такой жестокости? Как они спали по ночам? Ах да, стоя в своих гробах, потому что они были воплощением зла.

Глаза Тары загорелись.

– О, отличная идея, Софи! Бекка и Эмили, вы сделали достаточно. Кинсли будет продолжать работать за вас обеих. Начинай отжиматься, Брайант. Мы скажем тебе, когда остановиться.

У меня так и чесался средний палец, чтобы отшить ее. Я уже была готова продемонстрировать его, но потом увидела, как на лице Эмили промелькнуло облегчение. Если бы я начала сопротивляться, они бы заставили ее продолжать.

– Ты сможешь, Кинсли. Только представь, какой сексуальной ты будешь выглядеть в бикини, – с вызывающим видом воскликнула Бекка.

Она ничего не могла сделать Таре, но могла подбодрить меня.

Я улыбнулась Бекке и начала отжиматься. Я ни разу не протестовала. Я подумала об Олимпийских играх, о том, как усердно я работала, чтобы достичь того, чего добилась. Я не собиралась позволять одной стерве встать на моем пути к достижению моих целей. Особенно когда Бекка и Эмили так меня подбадривали. У меня открылось второе дыхание, и я напряглась, приняв вызов Тары. Если бы она хотела, чтобы я участвовала в забеге, я бы бежала быстрее, чем когда-либо прежде. Если она хотела, чтобы я отжималась, пока меня не стошнит, я бы делала это с широкой улыбкой на лице. Хулиганы никогда не побеждают.

– Что, черт возьми, здесь происходит? – раздался мрачный голос, и я оторвала взгляд от того места, где отжималась.

Лиам подошел к нашей группе, одетый в черную футболку и черные спортивные штаны. Темная одежда в сочетании с резкими, сердитыми чертами лица придавали ему по-настоящему опасный вид. Что он здесь делал? Неужели вот-вот должна была начаться тренировка?

Старшекурсницы выстроились в шеренгу, уверенно скрестив руки на груди. Бекка и Эмили присели на корточки рядом со мной, пытаясь поднять мне настроение.

– Ой, ничего такого, тренер Уайлдер. Кинсли и другие новички захотели присоединиться к нам на поле для ранней тренировки. – Тара пожала плечами.

Чушь. Боже, то, как она умела манипулировать людьми, было по-настоящему пугающим. Я бы с удовольствием поболтала с ее родителями, но что-то подсказывало мне, что они были заперты где-то в подвале их дома.

Он ни на секунду не сводил с меня глаз, и я умоляла его раскрыть ее ложь.

– Хватит. Мне все равно, что здесь происходит. Скоро начнется тренировка, и вам всем нужно отправиться в конференц-зал.

Поверил ли он ей?

Я опустилась на пятки, чтобы перевести дыхание. Я была измотана. Я чувствовала себя так, словно только что пробежала марафон, и знала, что не выдержу тренировки, не упав в обморок.

Старички повернулись, чтобы направиться внутрь центра, но перед этим бросили на меня угрожающие взгляды. Неужели они думали, что я собираюсь их сдать?

Эмили последовала за ними, а затем Бекка наконец сдвинулась с места, когда Лиам бросил на нее нетерпеливый взгляд.

Мы остались вдвоем и смотрели друг на друга поверх поля с примятой травой. Он все еще выглядел очень сердитым, и я испугалась, что он может сорвать свою злость на мне. Но когда он наконец заговорил, в его голосе было только сочувствие.

– Я не собираюсь заставлять тебя доносить на старших, но так продолжаться не может. Так команды не работают, и тренер Дэвис разозлилась бы, если бы узнала, что такое происходит.

Как будто я этого не знала.

– Я не идиотка. И все понимаю, но не собираюсь сталкиваться лбами с Тарой в начале сезона. Если она хочет пораньше разбудить меня и заставить тренироваться, я не буду спорить. Это сделает попадание в олимпийскую сборную еще более приятным. Меня просто бесит тот факт, что она придирается к Бекке и Эмили тоже.

– Бекка и Эмили не отжимались, когда я подъехал, – нахмурившись, заметил Лиам.

– Это потому, что Эмили стошнило. Старшекурсницы решили, что я должна отработать и за них тоже.

Лиам заложил руки за голову, а затем опустил сжатые кулаки. Я встретила его жесткий взгляд, и на мгновение мне показалось, что напряжение между нами вот-вот взорвется. Я подумала, что он вот-вот взорвется.

– Я не позволю им так обращаться с тобой, Кинсли.

– Почему тебя это вообще волнует? – спросила я, провоцируя его сказать мне правду.

– Я твой тренер, – ответил он слишком быстро.

Я оттолкнулась руками от травы и встала, глядя прямо в его темно-серые глаза.

– Что ж, тогда считайте, что ваша работа выполнена. Спасибо за помощь, тренер.

Я прошла мимо него.

– Если это не прекратится, я расскажу обо всем тренеру Дэвис, – сказал он, пытаясь взять меня за руку.

Я остановилась, когда мы оказались рядом друг с другом. Я стояла лицом к тренировочному центру, а он смотрел в сторону поля, пока раннее утреннее солнце освещало каждую его точеную черту.

Тренер Дэвис не стала бы исключать Тару из команды за что-то подобное, даже если бы это было ее первым нарушением. Скорее всего, это стало бы еще одним гвоздем в крышку моего гроба, когда слухи дошли бы до Тары. Но конечно же, он так не думал.

– Я могу сама за себя постоять, тренер Уайлдер, – прошипела я. – Но ваше право поступать так, как вы считаете нужным. Вы всегда так делаете. А теперь позвольте, я пойду готовиться к тренировке.

Я протиснулась мимо него, и, когда наши руки соприкоснулись, напряжение, возникшее между нами, пронзило меня до глубины души, зажигая кровь и пробуждая чувства, как доза кофеина.

Я знала, что была строга к нему, но вся эта ситуация выводила меня из себя, и он был единственным человеком, на ком я могла сорвать свою злость. Что бы ни происходило между нами, оно вырывалось наружу, и это было последнее, о чем мне сейчас нужно было беспокоиться.

Позже тем же вечером мы с Беккой сидели в моей комнате, и я пыталась одновременно думать и не думать о Лиаме Уайлдере. Я чувствовала себя виноватой из-за того, что была слишком с ним резка, но ситуация была, мягко говоря, неприятной. Я никогда не могла предугадать, что мне от него ждать, и не знала, как самой к нему относиться. Мне нужно было разобраться в себе, и именно для этого Бекка сейчас была рядом.

– Итак, давай подведем итоги, – объявила она, стирая с моей доски желаний, висящей на стене, список персонажей «Игры престолов», расположенных в порядке их привлекательности.

Я не виновата, что была неравнодушна к Джейми Ланнистеру… с рукой или без.

– Эй! Мне это было нужно, – запротестовала я.

– Да, конечно. Мы обе знаем, что ты помнишь этот список наизусть. Кроме того, ты не можешь считать его сексуальным. Он спит со своей сестрой…

– Как скажешь. Начинай то, что собиралась делать, чтобы упростить мне жизнь, пожалуйста.

Бекка кивнула, прежде чем закрыть дверь в комнату и включить музыку, чтобы заглушить наши голоса.

– Давай начнем с самого начала, – сказала она, поднимая маркер в воздух, чтобы написать им что-то на моей белой магнитной доске.

Почему Кинсли НЕ СЛЕДУЕТ думать о Лиаме:

1. Измена двух бывших парней. Вывод: парни – мудаки. Не встречайся с ними.

Я выхватила маркер из ее рук и начала писать пункты два и три.

2. ЦЕЛИ: Олимпиада и посещение тренировок команды Университета Лос-Анджелеса —> НЕТ ВРЕМЕНИ НА ПАРНЕЙ!

3. Он ПОЛНОСТЬЮ под запретом. (Исключен по всем фронтам.) ДЕРЖИСЬ ОТ НЕГО ПОДАЛЬШЕ.

Бекка кивнула и снова выхватила маркер.

4. Он плохой парень. (Исправившийся или нет.) Смотри пункт 1 и умножь его на десять.

Затем я написала пункт номер пять.

5. Я ему не нравлюсь. И (или) он явно меня ненавидит.

– Отличная работа, – похвалила меня Бекка, убирая маркер и ставя доску со списком рядом с моим комодом. – Разве тебе не полегчало? Я имею в виду, что это пять веских причин, по которым тебе следует просто забыть о нем навсегда.

– Ты права, – согласилась я, но мой голос звучал не очень убедительно.

Что, черт возьми, со мной было не так? Ему обязательно было быть еще и сумасшедшим убийцей милых щенков, чтобы мое либидо наконец сказало: «Ладно, возможно, он не для тебя»?

– Итак, мы можем отправиться в эту субботу на костюмированную вечеринку, и тебе даже не придется беспокоиться о том, что он там будет. Помнишь, как в прошлые выходные он появился только ближе к ночи? Держу пари, в этот раз он вообще не придет.

Бекка в этот момент просто терялась в догадках. Она хотела пойти на костюмированную вечеринку «Лос-Анджелес Старз», потому что:

а) сколько раз в своей взрослой жизни ты надеваешь какой-нибудь костюм? И

б) она уже запланировала, что мы нарядимся Суперменом и Бэтменом… только в женском исполнении.

Мы собирались завтра отправиться в магазин за костюмами.

Я не могла ей отказать, только потому что боялась, что там появится Лиам. Просто всю неделю я избегала его, как он избегал меня, и у нас все было бы хорошо.

– Хочешь, я сотру доску? – спросила она.

Я на секунду задумалась.

– Нет, просто сотри его имя. Возможно, мне понадобятся напоминания.

В пятницу, после тренировки, тренер Дэвис позвала меня к себе в кабинет. По другую сторону ее стола сидел красивый парень в костюме и очках в толстой, черной оправе. Я сразу узнала его. Это был Брайан Кинг, бывший профессиональный футболист, работавший на канале ESPN комментатором новостей. У него была подходящая для телевидения внешность, и именно поэтому телеканал взял его на работу, как только он ушел из футбола в зрелом возрасте двадцати четырех лет. Он во второй раз порвал суставную связку, и никакие хирургические вмешательства не могли вернуть его в игру.

– Кинсли, это мистер Кинг, – представила нас тренер Дэвис, и я наклонилась вперед, чтобы пожать ему руку.

Я осознавала, что только что приняла душ, так что, по крайней мере, от меня не должно было вонять, но на мне были шорты и футболка от Nike, в то время как на нем был приталенный костюм. Я чувствовала себя, мягко говоря, не в своей тарелке.

– Приятно познакомиться с вами, мистер Кинг.

– О, пожалуйста, зови меня Брайан, – улыбнулся он.

Я села рядом с ним и снова обратила свое внимание на тренера Дэвис.

– Брайан здесь, потому что хотел бы взять у тебя интервью о предстоящем сезоне и твоих олимпийских стремлениях.

Я быстро взглянула на Брайана, который одарил меня легкой улыбкой. Он действительно не казался плохим парнем, но я понятия не имела, почему он выбрал именно меня, когда, вероятно, сотни других девушек были в таком же положении.

– Хорошо, – кивнула я, ожидая дополнительной информации.

– Я пытался связаться с твоими родителями, но подумал, что поскольку нахожусь недалеко от Лос-Анджелеса, то мог бы приехать и встретиться с тобой лично, – объяснил Брайан.

– Итак, вы проводите интервью и с другими членами команды? – спросила я.

Брайан повернулся на стуле так, чтобы его тело было обращено ко мне, а не к тренеру Дэвис.

– На данный момент ты будешь единственным представителем команды, у которого мы возьмем интервью. В течение нескольких месяцев, предшествующих отборам, мы расскажем о пяти юных претендентах на участие в Олимпийских играх. Нашей аудитории действительно нравится знакомиться с такими спортсменами, как ты. Смотреть матчи становится намного интереснее, если болельщики знают какие-то подробности о своих любимых игроках.

– Но я еще не попала в сборную, – попыталась возразить я. – Почему вы хотите взять интервью именно у меня?

– Ты ведь не гуглила себя в последнее время, не так ли? – спросил Брайан, сложив руки на коленях и наклонившись ко мне.

– Нет, – честно ответила я, ища поддержки у тренера Дэвис.

Она одарила меня одобрительной улыбкой и легким кивком.

Брайан усмехнулся и полез в свой портфель.

– Вот моя визитка. Думаю, нам следует назначить время на следующей неделе, чтобы где-нибудь выпить кофе и обсудить интервью более подробно.

Затем он встал, фактически завершив эту встречу.

– Спасибо, что уделили мне время, тренер Дэвис. И, Кинсли, я с нетерпением жду нашей встречи.

Он улыбнулся широкой улыбкой, как перед камерой, и вышел из кабинета. В воздухе витал аромат его туалетной воды, пока я неподвижно сидела, пытаясь осознать услышанное.

Тренер Дэвис вскочила со своего кресла и, обойдя стол, села рядом со мной.

– Кинсли, все зависит от тебя. Если ты не хочешь давать интервью, я могу отправить ему вежливый отказ, сославшись в качестве оправдания на плотный график тренировок.

Я покачала головой и перевернула визитку Брайана, которую держала в руке. Номер его мобильного телефона, адрес электронной почты и офиса были напечатаны на белом листе жирными черными буквами.

– Мне просто нужно подумать. Я не уверена, готова ли к тому, чтобы оказаться в центре внимания.

Я хотела бы добавить, что, наверное, никогда не буду готова к публичному обсуждению. Я была закрытым человеком, когда дело касалось большинства вещей, не говоря уже о том, что я все еще чувствовала, что не проявила себя достаточно в мире футбола. Я не хотела, чтобы все ожидали от меня чего-то великого, особенно когда я и так оказывала на себя такое сильное давление.

– Я, пожалуй, еще немного пробегусь, – заявила я, поднимаясь со стула и одаривая тренера Дэвис прощальной улыбкой.

– Не переусердствуй, у вас и так была тяжелая неделя тренировок, – ответила она.

Недостаточно тяжелая.

Когда я вернулась домой после пробежки, то застала Эмили умывающейся в нашей ванной.

– Привет, Эм, – улыбнулась я, садясь на свою кровать и снимая кроссовки.

Мои голени болели от долгого бега, но я чувствовала себя в тысячу раз лучше, чем после тренировки. Ничто так не прочищало мне голову, как бег.

– Привет, Кинсли, – сказала Эмили, входя в мою комнату и присаживаясь на край кровати.

Некоторое время мы сидели молча. Она выглядела так, словно обдумывала что-то, но была слишком напугана, чтобы заговорить об этом.

– Как твои дела? – спросила я ободряющим тоном.

Она прикусила нижнюю губу и наконец подняла на меня взгляд.

– Все хорошо… Я просто хотела поблагодарить тебя за то, что ты сделала в среду утром. Я знаю, что ты устала не меньше нас с Беккой.

– Ничего страшного, Эмили. По правде говоря, я думаю, что единственная причина, по которой ты была вовлечена в это, – это то, что Тара ненавидит меня, а мы с тобой друзья.

Я пожала плечами, пытаясь понять, расстроило ли ее мое предположение.

– Да. Я как бы сама все это поняла. И знаешь, это того стоит. Я имею в виду, что вы с Беккой очень близки, но я действительно рада, что мы тоже друзья, и если это означает, что мне придется иметь дело с Тарой, то оно того стоит, – сказала Эмили с легкой улыбкой.

Ее слова застали меня врасплох, и я не могла не расчувствоваться. Конечно, мы с Беккой были ближе, но Эмили была из тех подруг, на которых всегда можно положиться. Тихая, преданная – из тех, с кем можно дружить долгие годы.

– Можно я тебя обниму, несмотря на то что от меня ужасно воняет? – спросила я, уже подползая к ней и чуть ли не запрыгивая к ней на колени.

– Фу-у-у! От тебя действительно воняет! – Эмили рассмеялась и оттолкнула меня от себя.

– Прости! Друзьям приходится терпеть вонючие объятия. Ты сама напросилась!

По ту сторону моей двери раздался стук.

– Вы там что, развлекаетесь без меня? Что за чертовщина! Открывайте! – позвала Бекка.

Мы с Эмили подошли к двери и распахнули ее достаточно широко, чтобы Бекка могла проскользнуть внутрь.

– Фу. Что вы, девочки, тут делаете? Здесь пахнет потными ногами!

Бекка сморщила нос и притворилась, что теряет сознание.

– Ой, перестань! Я пойду приму душ, ладно? Но не уходи! Нам нужно подготовить костюмы для субботней вечеринки.

В субботу вечером я готовилась к костюмированной вечеринке, когда мой телефон завибрировал от входящего сообщения.

Джош:Идешь сегодня на вечеринку?

В последние время я совершенно не вспоминала о Джоше. Мои мысли витали в облаках, и Лиам занимал почти девяносто девять процентов из них. Поэтому, естественно, Джош был последним, о ком я подумала, услышав сигнал сообщения. Теперь, когда я поймала себя на мысли о том, что увижу его на вечеринке, моим первым побуждением было проигнорировать его сообщение. Я не хотела с ним общаться. Я хотела двигаться дальше и сосредоточиться на более важных вещах. Но поскольку игнорирование людей, как правило, не одобряется в нашем обществе, я ответила ему односложным сообщением:

Я:Ага.

Затем отложила телефон и посмотрела на свой наряд. Мы с Беккой подобрали одинаковые футболки «Супергерл» и «Бэтгерл», которые были обрезаны на несколько дюймов выше пупков. Я надела юбку из красной лайкры, которая плотно облегала талию, но затем расширялась вокруг бедер. Короткая красная накидка и мои белые кеды Сonverse завершали образ. Я была рада, что Бекка настояла на проведении операции «БЧ» в начале этой недели, потому что теперь на моем подтянутом животе красовался идеальный загар, что сделало мой наряд немного более сексуальным. По сравнению с тем, что наденут сегодня вечером другие девушки, это было не так уж и плохо.

Бекка была на высоте. Она выглядела потрясающе в футболке с надписью «Бэтгерл» и черной юбке. На ней были черные туфли на каблуках и черная накидка, и каждый раз, когда она входила в мою комнату, то вставала в позу супергероини.

– Кто тебе пишет? – спросила она, выполняя хай-кик[5], а затем притворяясь, что бьет кулаком по моему комоду. Костюм начал влиять на ее сознание.

– Боже! Я так рада, что ты надела под свою юбку шортики, иначе я бы уже устала лицезреть твою пещеру летучих мышей! – Я рассмеялась, когда мой телефон снова издал звуковой сигнал.

Я посмотрела вниз.

Джош: Круто. Там будет меньше народу, чем на прошлой неделе, так что я смогу тебя найти и поболтать.

– Это Джош, он спрашивает, идем ли мы на вечеринку, – ответила я.

Я решила проигнорировать его второе сообщение.

– Фу, да как он смеет. Кстати, это напомнило мне, не стоит ли нам еще раз пройтись по причинам, по которым «Л» не достоин твоего внимания? – спросила Бекка, наклоняясь, чтобы достать белую доску, которую я на днях спрятала под кроватью.

– Нет! – воскликнула я, вскочив на ноги. – Нет. Все в порядке. Честно говоря, я хочу на время забыть о футболе и обо всем остальном, что меня волнует, и просто отлично повеселиться. Хорошо?

Бекка улыбнулась, а затем, развернувшись, продемонстрировала очередной прием карате.

– Этим вечером мы будем Супергерл и Бэтгерл, и никто нас даже не узнает! Мы можем делать все что захотим!

Я расхохоталась и открыла верхний ящик комода, чтобы найти подходящие моему костюму шортики. Я уже могла предвидеть, что мы с Беккой будем выполнять различные боевые приемы весь вечер, и мне не хотелось демонстрировать всем свою Лоис Лейн[6].

Телефон Бекки издал звуковой сигнал, как только я закончила их надевать.

– Такси внизу! Подожди, я имею в виду, наш бэтмобиль прибыл.

– Хорошо, хорошо, я сейчас! – Я побежала открывать дверь в ванную и позвала Эмили. – Эм, ты уверена, что не хочешь пойти с нами? Мы можем очень быстро придумать тебе симпатичный костюм!

Я знала, что ответом будет «нет». Вчера, когда мы пригласили ее пройтись с нами по магазинам, она сказала, что собирается остаться дома и поговорить по «Скайпу» со своим парнем. Мы, конечно, немного посмеялись на тему «секса по интернету», и она целый час краснела. Серьезно, это было слишком просто.

– Да, я уверена. Позвоните мне, если вас, девочки, нужно будет подвезти или еще что-нибудь! – ответила Эмили, уже сидя за своим компьютером с открытым «Скайпом».

– Хорошо. И, эй, не забывай предохраняться… ты же не хочешь, чтобы твой компьютер заразился вирусом, – пошутила я с озорной ухмылкой.

Эмили показала мне средний палец. Ох уж эта девчонка.

– Вам, девочки, лучше радоваться, что я еще с ним не разговариваю, иначе я бы вас убила! – закричала она, когда я начала пятиться в свою комнату.

– Да, да. Мы уходим. Пока! – сказала я, следуя за Беккой.

Прежде чем спуститься вниз, мы в последний раз по-быстрому посмотрели на себя в зеркало. Мои длинные каштановые волосы ниспадали легкой волной и обрамляли тонкие черты лица. Совсем неплохо. Короткие светлые волосы Бекки выглядели сексуально и мило.

– Давай сделаем это! – крикнула я, хватая Бекку за руку и таща вниз по лестнице к нашему такси.

Мы сели в машину и объяснили дорогу водителю.

– Так ты собираешься снова тусоваться с Джейсом? – спросила я.

– С кем? – Бекка приподняла бровь, и на секунду я действительно подумала, что она забыла, кто он такой.

– Бекка, ты просто само воплощение дразнилки. Ты флиртуешь с парнями, а потом оставляешь их ни с чем.

– Это неправда! Просто сначала я должна прощупать почву.

– Но ты же считаешь Джейса симпатичным, верно?

– Да, он был ничего, но, когда я пыталась пошутить, он не понял ни одной шутки. И между нами повисала неловкость, потому что он начал медленно смеяться со смущенным выражением лица. Мне захотелось стукнуть его по лбу и уйти.

Я рассмеялась.

– Хорошо, значит, ты хочешь встретить кого-то милого и забавного? Это не так уж и сложно.

Она усмехнулась.

– Ты бы удивилась.

– Мы на месте, дамы, – вежливо произнес таксист.

Мы дали ему щедрые чаевые и выскочили из машины. На улице возле дома было тихо, но по мере того, как мы приближались к входной двери, музыкальные басы становились все громче и громче. Мы толкнули дверь и вошли внутрь. Нас сразу же встретила группа девушек, которых я не знала. Все они были одеты в одну и ту же тематику: «M&Ms». Но позвольте уточнить: на самом деле они были одеты в обтягивающие платья из спандекса с крошечными надписями «M&M’s» на груди.

– Отлично, теперь я хочу «M&Ms», – сказала я, вскидывая руки.

– Нет времени на сладости, когда преступность свирепствует! – драматично заявила Бекка.

– Ну же, давай посмотрим, кто здесь есть из знакомых, – сказала я, что, как мы обе знали, означало: «Давай выясним, нет ли поблизости второкурсниц из нашей команды и (или) Лиама, чтобы мы могли стратегически избегать их весь вечер».

Мы продолжили осматривать присутствующих, войдя в гостиную, которая была превращена в танцпол, где гости двигались под музыку техно.

– А теперь извечный вопрос: хотим ли мы выпить сейчас или подождем, пока не найдем старшекурсниц, а потом утопим свои печали, пока они придумывают свой следующий план, как нас уничтожить?

– Сейчас, – ответила я, направляясь на кухню.

Повсюду были люди, одетые в различные костюмы. Среди них были среднестатистические наряды пиратов, ниндзя, даже странного клоуна, но еще была компания парней, одетых в костюмы принцесс. Я даже почти уверена, что некоторые из них были на каблуках.

Мы с Беккой нашли стол с выпивкой. В самом центре стола стояла большая чаша с пуншем, сверху которой было надето сомбреро, а на стекле были небрежно приклеены усы.

– Даже у пунша есть свой костюм.

– Ха. Забавно, – ответила Бекка, наливая нам два стакана.

На маленькой карточке рядом с пуншем было написано: «Эль Пунчо»[7].

Вооружившись напитками, мы начали охоту на старичков. Сначала мы вышли на задний двор. Как и на прошлой неделе, там стояли бочонки пива и столы для пиво-понга. Мы пробрались сквозь толпу, а затем обратно к дому.

Старичков нигде не было видно.

Затем мы зашли внутрь и снова проверили кухню и гостиную, так никого и не обнаружив.

Может быть, нам просто повезло?

– Не думаю, что они здесь, – пожала я плечами с лукавой улыбкой.

– А теперь мы можем выпить за это! – воскликнула Бекка.

Мы чокнулись своими стаканчиками под крики «ура», а затем допили остатки пунша, который выпивали по мере наших поисков.

– Давай полегче с выпивкой, – предупредила я, но Бекка уже была занята наполнением наших стаканов.

Что ж, не могу сказать, что я не пыталась ее предупредить.

– Кинсли! – Позади меня прозвучало мое имя, и я обернулась, чтобы увидеть Джоша, направляющегося к нам.

Он был одет как автогонщик в ярко-красный комбинезон с нашивками на рукавах. Передняя часть комбинезона была застегнута на молнию, которая тянулась по всему торсу, и он оставил первые несколько дюймов расстегнутыми, чтобы была видна его загорелая грудь.

– Привет, Джош, – вежливо поздоровалась я, потянувшись за стаканом с пуншем и сделав большой глоток.

Я уже начала думать, что игнорирование было не такой уж и плохой идеей.

– Вы, девушки, выглядите просто великолепно, – улыбнулся он, с неприкрытым вожделением разглядывая мой наряд супергероини.

– Это Бекка, – сказала я, указывая на то место, где она стояла.

– Привет, приятно познакомиться, Бекка. Ты тоже играешь в команде Университета Лос-Анджелеса? – спросил он с улыбкой, игнорируя ее явное презрение.

Джош был очарователен. Он мог стоять и притворяться, что мы были просто друзьями и что между нами ничего не произошло. Это было немного жутковато.

– Ага, – резко ответила Бекка и отвернулась.

Мне пришлось приложить немалые усилия, чтобы не рассмеяться.

Джош кивнул, и его улыбка стала чуть шире.

– Что ж, я пойду поздороваюсь с товарищами по команде. Ты ведь останешься здесь? Я вернусь к тебе позже, чтобы мы могли потанцевать.

Я не могла вымолвить ни слова, потому что была занята тем, что допивала свой пунш, поэтому просто показала ему большой палец.

Когда он отошел, Бекка повернулась ко мне, вопросительно подняв бровь.

– Мы же не останемся здесь, правда?

Я улыбнулась.

– Черт возьми, нет. Пойдем потанцуем.

Это было как раз то, что нужно. Я выпила ровно столько, чтобы почувствовать себя легкой и раскованной, но не настолько, чтобы начать думать, что брейк-данс – это хорошая идея.

Обычно это происходило после того, как мы выпивали еще по одному стакану. Бекка потащила меня через кухню обратно в гостиную. Теперь на танцполе танцевало больше людей, и каким-то образом мы оказались затянуты в компанию незнакомых девушек.

Я понятия не имела, кто они были такие, но на вечеринке кажется, что имена не так важны, как демонстрация крутых танцевальных движений. Я только что закончила, как мне казалось, безупречное исполнение тверка в стиле Майли, когда подняла глаза и увидела Лиама в другом конце комнаты.

У меня внутри все сжалось.

Когда мы осматривали гостиную, его там не было. Ох, но теперь этот придурок определенно был там, и он определенно стоял у стены, болтая с девушкой. Я не могла отвести взгляд, даже когда вокруг меня продолжались танцы. Я застыла, наблюдая за ними. Они стояли на расстоянии друг от друга. Он прислонился плечом к стене, а она скрестила руки на груди. Она была одета как распутная пиратка, или, возможно, это был распутный пингвин. С того места, где я находилась, я не могла сказать наверняка. В любом случае она выглядела великолепно, и я не могла не почувствовать, как у меня внутри все сжалось. Это было то же чувство, что и тогда, когда я застала Джоша за изменой, но в десятки раз хуже. Это было более интуитивное и неподвластное моему контролю ощущение.

Это казалось безумием. В конце концов, я даже смогла пошутить, когда застала Джоша с другой. Черт возьми, я даже слезинки не проронила. Но сейчас, когда я стояла там и наблюдала, как Лиам просто разговаривает с другой девушкой, у меня возникло желание совершить что-нибудь безумное, например, подраться с ней или накричать на него. Хотя на Джоша я даже не кричала. Да, я говорила с ним достаточно резко. Но если бы Лиам подошел ко мне тогда, я бы его ударила.

Они что, подмешали стероиды в этот пунш? Это единственное нормальное объяснение тому, почему мне захотелось с кем-нибудь подраться.

– Эй, Кинсли! Почему ты остановилась? – Бекка привлекла мое внимание.

Я кивнула в ту сторону, где стоял Лиам, и ее взгляд проследил за моим.

– А-а-а, теперь ясно, – кивнула она. – Похоже, пришло время поменять эту компанию девчонок на парочку супергорячих парней.

Бекка схватила меня за руку, прежде чем я успела возразить, и потащила к небольшому деревянному журнальному столику, стоявшему в центре комнаты. Это была дешевая конструкция из «ИКЕИ», так что я особо не протестовала, когда Бекка вынудила меня на него подняться.

Мы были на целый фут выше остальных гостей вечеринки, и моим первым побуждением было снова взглянуть на Лиама. Я хотела узнать, продолжает ли он разговаривать с девушкой или заметил меня, но Бекка потянула меня за руку, на мгновение лишив меня равновесия.

– Вот! – сказала она, протягивая мне свой стакан с пуншем, поскольку я уже давно отложила свой, чтобы танцевать со свободными руками.

Я выпила содержимое ее стакана одним глотком, а затем поставил его на стол.

Из динамиков зазвучала соблазнительная поп-песня, и я потерялась в покачивающихся движениях своих бедер и рук. Прошло совсем немного времени, прежде чем к столу начали приближаться парни. Как мотыльки на пламя, они почувствовали, насколько мы с Беккой были навеселе. Я двигалась так, как будто Лиам танцевал рядом со мной, как будто он ощущал под своими руками, как мои бедра двигаются из стороны в сторону.

– Хочешь со мной потанцевать? – спросил парень, приближаясь ко мне.

Он был достаточно высок, чтобы мы были почти на одном уровне, когда я стояла на столе. Я взглянула на Бекку, и она подняла вверх большой палец. К ней уже приближался другой парень.

– Конечно, – ответила я, пожимая плечами и с его помощью спрыгивая со стола.

Так все и началось – череда парней, которым хватило смелости пригласить на танец случайную девушку. Я не позволяла никому из них задержаться после одной песни. Я улыбалась и вырывалась из их объятий, тянулась к Бекке и притворялась, что слишком пьяна, чтобы обращать внимание, когда они приглашали меня еще на один танец. На самом деле я им не нравилась; они просто хотели быть рядом с красивой девушкой, о которую можно было бы потереться своими членами. Серьезно. Я бы предпочла просто потанцевать с компанией девушек, чем позволять случайным парням танцевать со мной.

Бекка тоже отшила своего последнего партнера, так что мы снова остались танцевать одни.

– Ты умеешь танцевать шаффл? – спросила Бекка, пытаясь продемонстрировать одно из движений.

Я попыталась скопировать ее, но в итоге у меня был такой вид, будто мою ногу свело судорогой.

– Нет! Это так ужасно, Кинсли. Тебе стоит остановиться, пока кто-нибудь не вызвал скорую, – рассмеялась Бекка, кладя руки мне на плечи и заставляя стоять неподвижно.

Мы продолжали стоять, когда я заметила Лиама, пробирающегося в нашу сторону сквозь толпу. Его темные глаза были прикованы ко мне, когда он обходил танцующих. Его присутствие выводило меня из равновесия, как будто мне нужно было за кого-то держаться, иначе я могла бы упасть. Хорошо, что рядом была Бекка.

– Кинсли, – пробормотал Лиам, подходя к нам.

Он заставил осознать всю сложившуюся между нами ситуацию. И я поняла, что он оказывает на меня сильное давление. Я облизнула губы и перевела на него взгляд. Он был не один. Его товарищ по команде, Пенн, стоял рядом с ним. Я не видел его ни на одной из предыдущих вечеринок, но он был лучшим другом Лиама. Они вместе играли за «Лос-Анджелес Старз» в течение пяти лет и часто давали интервью на различных ток-шоу.

Если в команде «Лос-Анджелес Старз» и был кто-то, кто мог дать Лиаму фору в плане внешности, так это Пенн. Он был такого же роста, как Лиам, с темно-каштановыми волосами и фирменной улыбкой. В данный момент эта улыбка была адресована Бекке.

Я перевела взгляд с него на нее и чуть не подпрыгнула от радости. Она тоже смотрела на него, явно попавшись в его ловушку, приоткрыв рот.

Через 3… 2… 1 с ней будет покончено.

– Это Пенн, – сказал Лиам, обращаясь скорее к Бекке, чем ко мне.

Пенн кивнул и сделал маленький шажок ближе к Бекке. За свою жизнь я редко видела такую сильную химию между людьми. У Бекки обычно был наготове забавный комментарий, но в тот момент она была совершенно спокойна, просто мягко кивала и смотрела в карие глаза Пенна.

– Вам, ребята, стоит потанцевать, – предложила я, и Пенн одарил меня уверенной улыбкой, прежде чем вопросительно приподнять бровь.

– Бекка? – спросил он, подходя к ней.

Бекка на секунду задержала на мне взгляд, и я поняла, что она тает от одной мысли о том, чтобы потанцевать с ним. Ее карие глаза были практически затуманены вожделением к этому парню.

Пенн предложил Бекке руку и потащил ее сквозь толпу. Я смотрела, как их тела исчезают за спинами танцующих, пока не перестала их видеть. Именно тогда я поняла, как неловко было оттого, что все вокруг нас танцевали, а мы стояли на месте. Молчаливо, задумчиво, пока между нами так много всего повисло в воздухе, что я готова была высунуть язык и попробовать это на вкус. Каким было бы на вкус «скрытое влечение»? Как насыщенный темный шоколад.

Мы оба вели себя по-детски, ожидая, пока другой заговорит первым. Я не могла встретиться с ним взглядом, не была уверена, что смогу держать себя в руках, если сделаю это. Я хотела спросить его, кто эта девушка. Хотела спросить, чего он вообще хотел от меня.

Мы рисковали. Нас окружали люди, которым нельзя было знать, что между мной и Лиамом – не только отношения тренера и игрока. От этого зависела наша репутация.

– Я приехал сюда только для того, чтобы Пенн мог познакомиться с Беккой. Он был заинтересован в ней, – объяснил Лиам, наконец нарушив тишину между нами резким тоном.

Я подняла взгляд, увидела, что он нахмурил брови, и поняла, что он в своем обычном задумчивом настроении.

– О, хорошо, тогда ты можешь идти.

Я сузила глаза, призывая его что-нибудь сказать.

Вместо этого он шагнул ко мне и обнял за талию, сжав ее в ладонях. Его пальцы нежно впились в мою кожу, и я сильно прикусила нижнюю губу.

Он притянул меня к себе и наклонился ниже. Наши лица были в нескольких дюймах друг от друга.

– Ты прекрасно выглядела, танцуя со всеми этими парнями, Кинсли. Тебе следует продолжить и дальше позволять им прикасаться к себе, – сказал он резким тоном.

Он был зол. Более чем зол.

– По крайней мере, они не боятся того, чего хотят, Лиам, – пробормотала я, пытаясь высвободиться из его хватки.

Он сжал меня еще крепче, а затем развернул так, что моя спина оказалась прижатой к его груди. Его рука обвилась вокруг моей талии, и внезапно я почувствовала себя заложницей своего тела. Я не смогла бы сдвинуться с места, даже если бы захотела.

– Они не хотят тебя. Они думают, что ты сексуальная, но они тебя не знают, – пояснил он, прижимаясь губами к моему уху.

Я закрыла глаза и медленно задвигала бедрами в такт музыки. Если бы кто-нибудь взглянул на нас, то подумал бы, что мы просто танцуем. Наши тела медленно двигались навстречу друг другу, но на самом деле мы вели настоящую битву. Когда я сильнее прижала к нему свою задницу, он сердито застонал мне в ухо.

– А что насчет девушки, с которой ты совсем недавно разговаривал? Она знает тебя или просто считает сексуальным?

– Ты не должна ревновать, Кинсли. Мы не пара, – огрызнулся он в ответ, обхватывая меня за талию и сильнее притягивая к себе.

Я откинула голову ему на грудь, и он наклонил ее так, чтобы я могла видеть его глаза. Наши губы были так близко, что он мог бы наклониться всего на несколько дюймов ниже и поцеловать меня. Это было бы так просто.

– То же самое касается и тебя, Лиам. Почему бы тебе не отпустить меня? Кроме того, тебе запрещено прикасаться ко мне, или ты забыл, что я под запретом?

Это был первый раз, когда я задумалась о нашей ситуации с его точки зрения. Мне, конечно, было тяжело, когда он был рядом, но вот только ему приходилось еще хуже. Он обладал властью. Если бы он воспользовался мной – молодой, наивной студенткой, он бы серьезно поплатился за это.

Выражение его лица потемнело, а взгляд переместился с моих глаз на губы. Мы собирались и дальше подкалывать друг друга, потому что это все, что мы могли сделать. Нам было не позволено быть вместе. Черт возьми, нам даже не следовало танцевать у всех на глазах, но в тот момент мы оба были беспомощны.

Я должна была отстраниться, он должен был оставить меня в покое, но затем произошло нечто, что послужило окончательным толчком к нашему незаконному роману.

Погас свет.

И до этого в помещении было темно, но затем воцарилась кромешная тьма. Должно быть, кто-то нажал на выключатель.

Кто знал, как долго это продлится, но Лиам не стал ждать, чтобы выяснить это. Он развернул меня, притянул к своей груди и поцеловал так крепко, что я тихонько вскрикнула. Я быстро пришла в себя, открылась для него, наклонила голову и позволила его языку скользнуть по моему. От этого по моему телу пробежала волна вожделения. Я подняла ногу и закинула ее ему на бедро. Он убрал одну из рук с моей талии и вцепился в мое бедро. Затем он застонал мне в рот, и я полностью в нем растворилась.

– Оставьте свет выключенным! – крикнул кто-то, и я улыбнулась Лиаму в губы.

Все происходило таким образом, словно мир дал нам возможность на мгновение отступить от правил. Это был пропуск в VIP-зал. Мы находились в темноте, посреди переполненного танцпола, но никто нас не видел. Одна его рука скользнула выше под мою юбку, в то время как другой он притянул меня к себе, и я почувствовала прикосновение к своим ягодицам.

– Боже, – простонала я, прижимая наши бедра друг к другу.

Достаточно ли долго будет отсутствовать свет, чтобы он мог взять меня прямо здесь?

– Ты такая чертовски сексуальная, Кинсли, – простонал он мне на ухо. – Ты знаешь, что я хочу с тобой сделать? Что я представляю, что делаю с тобой каждый раз, когда вижу тебя?

Его слова разжигали огонь между нами. В ответ я скользнула руками под его футболку, ощущая невероятно подтянутый пресс. Его кожа была горячей и гладкой, а мышцы напряжены, как будто он сильно сдерживал себя от того, что на самом деле хотел со мной сделать.

Мы были на грани падения…

А потом зажегся свет, и мы отпрыгнули в разные стороны.

Наше дыхание было прерывистым и тяжелым, когда мы пытались собрать воедино события последних нескольких минут. Мы стояли на расстоянии фута друг от друга, а свет то вспыхивал, то гас, пока кто-то продолжал баловаться с выключателем.

Я прижала ладонь к животу, чувствуя, как у меня свело все внутренние органы в ответ на наш тайный поцелуй.

Все происходило как в тумане. За последние несколько дней мне пришлось принять десять миллионов решений: бороться с Тарой или смириться с ее отношением? пойти на интервью с Брайаном Кингом или сохранить свою жизнь в тайне, насколько это возможно?

Но это облако неуверенности не коснулось Лиама.

Он был северной звездой. У меня не было другого выбора, кроме как погрузиться в его сияние и позволить ему увлечь меня за собой. Влечение к нему было неосознанным порывом, как мой следующий вдох.

И теперь, без сомнения, я знала, что он тоже меня хотел.

– Ты не в костюме, – пробормотала я, окидывая взглядом его черную футболку и выцветшие джинсы, которые сидели на нем настолько идеально, что я могла поклясться, что они были сшиты специально для него.

Уголок его рта приподнялся.

– Я не любитель костюмов.

Все вокруг нас продолжали танцевать, и девушка, стоявшая позади, то и дело случайно на меня натыкалась. Я уже собиралась обернуться и попросить ее держать свои локти при себе, но тогда мне пришлось бы отвернуться от него. Я еще не была к этому готова.

– Это несправедливо, – посетовала я.

– Не думаю, что я так уж сильно возражаю против костюмов, когда они на тебе, – ухмыльнулся он, опуская взгляд на мой обнаженный живот.

Не думаю, что я тоже возражала против этого, особенно учитывая, что всего несколько мгновений назад его рука была на этом животе.

– Пошли, – позвал он. – Так и быть, я надену что-нибудь.

Он кивнул в сторону коридора, и я поняла, что мы снова собираемся направиться в его комнату. Я оглянулась, но не увидела никого знакомого. Бекка и Пенн танцевали в другом конце зала. Его руки лежали на ее бедрах, а ее голова была наклонена к нему. Он опустил голову, чтобы что-то сказать ей на ухо, и она улыбнулась ему в шею.

Часть меня хотела прервать их и упомянуть о восковой эпиляции Бекки или о моем обещании – снять с нее прилюдно штаны, но я не могла этого сделать. Лучше подождать, пока она протрезвеет, тогда она позже вспомнит об этом. Ха.

– Идешь? – спросил Лиам, и я поняла, что упустила его из виду.

Он стоял в коридоре, окутанный тьмой. Щетина на его лице отросла сильнее, чем обычно, как будто этим утром он забыл побриться. Но больше всего меня поразило то, как его сильная рука была протянута и манила меня подойти и ухватиться за нее. Как сильно он рисковал.

Кто-нибудь мог увидеть, как мы тайком уходим с вечеринки, но я убеждала себя, что шансы на это невелики. Все были слишком заняты, скрывая свои секреты, чтобы беспокоиться о том, что наши могут раскрыться.

Вместо того чтобы взять его за руку, я прошла мимо него, не отрывая взгляда, пока не повернулась и не направилась к комнате, в которую он втолкнул нас на прошлой неделе. Он тихо усмехнулся у меня за спиной, и я спрятала улыбку, когда он открыл дверь.

За неделю мало что изменилось. Наши отношения по-прежнему были под запретом. Он по-прежнему запер за собой дверь, но в воздухе витала легкая надежда… возможно, потому, что он включил свет и дал мне возможность заглянуть в его мир, в его комнату. Это заставило меня чувствовать себя не тайной, а желанным дополнением к его жизни.

Это была всего лишь одна комната с примыкающей ванной и гардеробной, но она была огромной и хорошо обставленной. У его кровати было высокое черное изголовье, и постельное белье темного цвета. Для обычного двадцатипятилетнего парня в комнате было слишком чисто.

На столе стояли две фотографии в рамках. На одной из них он был запечатлен, когда был моложе, улыбающийся, в обнимку с людьми, похожими на очень любящих родителей. Я могла сказать, что это были его родители, потому что он был точной копией каждого из них. На другой фотографии он и его команда завоевали серебро на прошлой Олимпиаде. Он улыбался толпе с закинутым на плечи американским флагом и гордо держал свою серебряную медаль.

– Ты выглядишь таким юным на этой фотографии, – улыбнулась я и подошла ближе.

Я чувствовала присутствие Лиама у себя за спиной. Что я делала в его комнате, рассматривая старые фотографии? Пять минут назад мы целовались в гостиной в окружении десятков людей.

– Я был молодым. Молодым и необузданным, – улыбнулся он и тряхнул головой, отгоняя мысли, прежде чем направиться к своему гардеробу.

Я скрестила руки на груди и села на край кровати, как мне показалось, на нейтральной территории, но все равно видела, как он перебирает свою одежду.

Он схватил с вешалки светло-голубую футболку и не задумываясь начал стягивать свою черную футболку, в которую был одет, через голову. Он стоял спиной ко мне, поэтому, конечно, я видела, как напрягаются мышцы его спины. Я могла видеть татуировки, которые покрывали его левую лопатку. Они спускались по тыльной стороне его руки до локтя, скрываясь за коротким рукавом. Я не была достаточно близко, чтобы разглядеть что-либо из мелочей, но они были прекрасно выполнены. Формы были идеально прорисованы, а черные чернила выделялись на его загорелой коже. Думаю, большую часть времени он ходил на тренировках без футболки.

Повезло его товарищам по команде.

Я не находила в себе сил заговорить, пока он не натянул через голову светло-голубую футболку и его обнаженная кожа не скрылась из виду. Я оплакивала потерю. Это было все равно что мельком лицезреть Давида. Загорелого, татуированного Давида.

– Я увидела твои татуировки, – пошутила я, вставая с кровати и подходя ближе к гардеробной.

Он посмотрел на меня через плечо и ухмыльнулся. Затем полностью повернулся, и я увидела эмблему на его футболке спереди. «Супермен».

Он специально выбрал эту футболку. Теперь он был Суперменом. Супер-горячим-меном… а я была Супергерл. Мы были самой милой парой из всех, кого я когда-либо встречала. Ладно, в основном это он был слишком милым. Я была лишь обычной девчонкой.

– Тогда будет справедливо, если ты покажешь мне свою. Если только ты не блефовала? – Он приподнял бровь.

Он имел в виду мою татуировку.

Я не могла поверить, что он вспомнил мою фразу, которую я использовала против него неделями ранее. В тот вечер, когда мы официально познакомились.

– Я не блефовала, – мягко улыбнулась я, делая еще один шаг в его сторону. – Ты действительно хочешь ее увидеть?

Правый уголок его рта доверительно изогнулся.

– Если ты можешь показать мне ее, не снимая свою юбку.

Простите, моя матка только что окликнула его или мне послышалось?

Я приподняла бровь и, подавив ухмылку, повернулась. Мои пальцы нащупали край футболки «Супергерл», и я потянула ее вверх вместе с лифчиком. Под ним была спрятана моя маленькая татуировка, выполненная мелким черным каллиграфическим почерком. Я попросила маму написать фразу ее идеальным размашистым почерком, и мастер перенес ее слова на мою кожу. Вся надпись была размером всего около двух дюймов и проходила горизонтально вдоль моей грудной клетки на несколько дюймов ниже груди.

Лиам шагнул вперед и наклонился, чтобы рассмотреть ее поближе. Его теплое дыхание коснулось моей кожи, и я поняла, что со своего места он может видеть нижнее очертание моей груди.

Он протянул руку и нежно провел подушечкой пальца под татуировкой.

– «Она верила, что сможет, и она это сделала».

От его прикосновения по коже побежали мурашки, и я вздрогнула, когда его мрачный голос прочитал надпись.

Он кивнул, задержавшись на тексте еще на мгновение, прежде чем выпрямиться.

– Я слышал эту фразу раньше, она тебе действительно подходит.

Я прикусила губу и кивнула.

– Думаю, она мне нравится больше, чем все мои татуировки, – заметил он с легкой ухмылкой.

Я была с этим не согласна вместе со всем женским населением США, но придержала язык.

– Ты не похожа на девушку, у которой может быть татуировка.

Я склонила голову набок.

– Почему?

Он прикусил нижнюю губу и секунду спустя покачал головой.

– Ты слишком молода.

Чушь. Причина была не в этом, но он не собирался называть мне настоящую.

– Это почерк моей мамы.

Он задумчиво кивнул, бросив взгляд на то место, где теперь моя футболка скрывала чернила.

– Ты должен показать мне хотя бы одну из своих. Я не разглядела как следует, пока ты переодевался.

Его темные глаза пронзили меня на мгновение, прежде чем он потянулся и задрал футболку на спине. Не раздумывая, я потянулась, чтобы помочь, и прижала мягкую ткань к его коже. Мне пришлось бороться с желанием стянуть ее с его макушки.

В центре левой лопатки черными чернилами были нанесены слова «Veni Vidi Vici»[8], вплетенные в олимпийские кольца.

– Ах, ну конечно, у тебя должна была быть татуировка, посвященная Олимпийским играм. Мне она нравится, – сказала я, проводя пальцем по словам.

Прежде чем я закончила, он шагнул вперед, высвободился от моих прикосновений и одернул футболку.

– Давай. Пойдем что-нибудь перекусим.

– Я не голодна, – запротестовала я, не готовая покидать уединение и простоту его тихой комнаты.

Здесь мы были просто двумя беседующими людьми. Там мы были людьми, которых хотел осудить весь мир.

– А я голоден, – подмигнул он и прошел мимо меня. – И тебе следовало бы. Ты слишком много тренируешься и заметно похудела. Ты ужесточила свою диету?

О боже, что такого было с парнями и правильным питанием? У нас в команде был диетолог, и я питалась достаточно здоровой пищей.

Я не ответила на его вопрос. Вместо этого согнула руку и улыбнулась. Она была подтянутой, но все еще довольно худой. Лиам рассмеялся, шагнул вперед и обхватил пальцами мою руку, делая вид, что ощупывает мышцы.

– Разве это похоже на руку девушки, которая мало ест? – Я подмигнула ему.

– Хорошо, что ты не защитник, – засмеялся он.

– Что? – возразила я, опуская руку. – Бекка – защитница, и она такого же телосложения!

Он кивнул и направился к двери.

– Верно. Но я не собираюсь целоваться с Беккой в темных гостиных, так что мне не нужно беспокоиться о ее благополучии, – с вызовом произнес он, выключая свет в своей комнате и оставляя меня стоять в темноте.

У меня не оставалось другого выбора, кроме как последовать за ним. Ублюдок.

– Она никогда не будет с тобой! – закричала я, догоняя его.

Затем я покраснела, увидев, что он уже стоит в конце коридора вместе с Пенном и Беккой.

– Кинсли! – воскликнула Бекка, прыгая на меня.

Я не была готова принять на себя ее вес, поэтому отшатнулась назад, с глухим стуком приземлившись на задницу и вжав локоть в пол.

– Ой! Слезь с меня, ненормальная.

Я не могла решить, плакать мне или смеяться, поэтому просто заорала с улыбкой на лице.

Пенн покачал головой и наклонился, чтобы поднять Бекку, которая, очевидно, выпила еще один стакан пунша после того, как я видела ее в последний раз.

– Ты же Супергерл! Ты должна была поймать меня! – Бекка топнула ногой.

Я притворилась, что собираюсь ее пнуть. Она рассмеялась, развернувшись в мою сторону, и вскоре мы уже сражались не на шутку, удаляясь от парней по коридору. Бекка странно на меня влияла.

– У меня сильно болит локоть, – рассмеялась я, когда мы остановились, чтобы перевести дыхание.

Пенн и Лиам стояли чуть дальше по коридору, смеясь и кивая друг другу головами. Они, вероятно, были согласны с тем, что им стоит променять наши задницы на сексуальных и искушенных моделей, которые не притворяются подвыпившими супергероинями.

Пф-ф, ну уж нет. Это прозвучало скучно, кому бы вообще этого захотелось?

– А Пин классный. И очень сексуальный, – пошутила я, не в силах сдержать смех, который так и рвался с моих губ.

После этого Бекка на самом деле протаранила мою руку приемом из карате. Нам срочно нужно было снять эти костюмы.

– Его зовут Пенн, – поправила она меня достаточно громко, чтобы услышали парни, что заставило меня рассмеяться еще сильнее.

– Именно это я и говорю: Пин.

Бекка покачала головой, но не смогла скрыть улыбку.

– Ты отстой, но да, он потрясающий и очень забавный. Милый и прикольный! Ты можешь в это поверить?

Я дала ей пять.

– Мы с Лиамом собирались пойти перекусить вроде бы. Насколько это странно? Ребята, а вы не хотите пойти с нами?

Мы направились обратно к парням.

– Нет, думаю, Пенн отвезет меня домой.

К концу ее фразы мы оказались в пределах досягаемости, чтобы парни могли слышать наш разговор.

– Конечно, – подтвердил он, покачиваясь на пятках.

– Могу я доверить тебе свою подругу, Пенн? – спросила я, уперев руки в бока и делая вид, что выпячиваю грудь, как это сделала бы супергероиня.

Я представила, как мой плащ развевается по ветру у меня за спиной для пущего драматического эффекта.

– Без сомнения, – подмигнул он. – Не переживай.

Лиам рассмеялся и шагнул вперед, чтобы взять меня за руку.

– Пойдем, Супергерл.

Я позволила ему протащить меня через парадную дверь к его машине, но перед этим прокричала Бекке:

– Пока.

Все это время я улыбалась тому факту, что мне действительно сошло с рук то, что я была девушкой Лиама на этой вечеринке. Вроде бы. Хотя неточно. Нас никто не видел вместе, и, когда мы поцеловались, было темно. И он также ни разу не назвал меня своей девушкой.

Но мы были в одинаковых костюмах супергероев.

Поэтому мне показалось это довольно официальным жестом.

– У меня действительно болит локоть, – сказала я, наконец протрезвев настолько, чтобы понять, что он пульсирует.

Лиам сунул руку в карман своих джинсов, достал ключи и разблокировал свой внедорожник. Он обошел машину со стороны пассажира и открыл дверцу, чтобы я могла сесть.

– Дай-ка я посмотрю, – сказал он, когда я запрыгнула на сиденье.

Я протянула ему свою руку.

– На этих вечеринках тебя всегда калечат. – Он игриво нахмурился.

– Это все из-за Бекки! В прошлый раз она разбила мне лицо своими сильными бедрами.

Чертова Бекка. Она хуже Шакиры.

Он рассмеялся и откинулся на спинку сиденья.

– Если после того, как мы перекусим, все еще будет больно, я отвезу тебя к врачу. И думаю, мне стоит поподробнее услышать историю о мощных бедрах.

Я рассмеялась и пристегнулась.

– Хорошо, я расскажу тебе по дороге.

Я думала, что мы зайдем в ресторан, как большинство нормальных людей, но Лиам сделал заказ из машины, и через несколько минут к нам подбежал официант с бумажными пакетами в руках. Лиам щедро одарил его чаевыми, прежде чем передать мне один из них.

– Извини, что мы не можем зайти внутрь, иначе пресса устроит настоящий праздник, особенно теперь, когда ты «Восходящая звезда футбола».

– Что? Об этом где-нибудь написано?

– Так на днях назывался один репортаж о тебе на ESPN[9]. Неужели никто не упомянул об этом?

Я покачала головой. Не было никого, кто мог бы рассказать мне об этом. Мои друзья не смотрели ESPN, мой отец был постоянно на работе, а мама была занята тем, что присылала мне посылки с подарками.

На самом деле я не возражала, что не знала о подобных репортажах. Мне не хотелось, чтобы моя голова была забита чем-то еще.

– Я не хочу ничего знать, но ты должен записать его для меня, чтобы я могла просматривать его, когда мне будет лет шестьдесят, – рассмеялась я. – Когда мне захочется вспомнить дни моей былой славы.

– Договорились… Так ты не против поесть здесь, в машине? – спросил он, с опаской глядя на меня.

Его вопрос чуть не разрушил этот счастливый момент. Когда мы были на вечеринке, все казалось нормальным, но это было потому, что мы были скрыты в своем собственном крошечном мирке. Там не было ни второкурсниц, ни прессы, ни преданных фанаток. Теперь это была совершенно другая история, и до нас начала доходить реальность нашей ситуации. Мы не могли покинуть уединение его машины из-за страха, что кто-нибудь узнает нас и расскажет об этом прессе.

Но у нас еще оставалось немного времени, чтобы побыть в стране грез. По возвращении домой я буду беспокоиться о последствиях своих действий, но сейчас я просто хотела побыть рядом с ним.

– Что ты заказал? – Я улыбнулась, откладывая мысли на потом.

– Цыпленка и вафли. Тебе понравится, – уверенно ответил он.

– Ой, а я как раз не люблю цыпленка и вафли, – пошутила я.

– Тогда сделай мне одолжение, – подмигнул он, отламывая кусочек и передавая его мне.

– Ты не возражаешь, что мы будем есть в твоей шикарной машине? – спросила я, разглядывая красивую кожаную обивку.

– Салон можно будет позже почистить, и это определенно того стоит.

Потому, что он был со мной, или потому, что ему действительно нравились цыпленок и вафли?

Попробовав, я испугалась, что он имел в виду второе.

– Черт возьми, это так вкусно! – воскликнула я, жадно съедая следующие два кусочка.

– Что ж, я, кажется, знаю, куда тебя нужно отвести, чтобы откормить, – рассмеялся он, прежде чем наконец откусить от своего блюда.

Некоторое время мы ели в тишине. То есть он молчал. Я же стонала от удовольствия, поедая вафли с маслом и кленовым сиропом.

– Знаешь, наверное, нам не стоит больше появляться вместе на наших домашних вечеринках, – объявил Лиам, застав меня врасплох.

Я доела остаток своего ужина.

– Наверное, ты прав, – согласилась я с ним, хотя от его заявления меня затошнило.

Он снова обо всем сожалел? Нет. Этого не могло быть.

– Мне они все равно не очень нравятся, – продолжил он, глядя в лобовое стекло.

– Тогда почему ты живешь в этом доме? Я просто не понимаю и не хочу показаться грубой, но, похоже, у тебя достаточно денег, чтобы переехать из «общежития».

Лиам улыбнулся.

– Этот дом принадлежит мне, и я позволяю некоторым ребятам из команды жить в нем, оплачивая аренду. В моем другом доме идет ремонт, так что пока я живу там. Обычно нам весело живется вместе, но в последнее время парни устраивают слишком много вечеринок.

Он был владельцем этого дома? Это было грандиозно.

– И ты не возражаешь, что в твоем доме устраивают вечеринки?

– Это не так уж и плохо, и в этом-то и есть суть: «веселись как следует, прежде чем остепениться».

Конечно. Все они были молодыми, привлекательными спортсменами. Лиам все еще был любителем повеселиться.

Я положила вилку обратно в пакет и откашлялась.

– Я немного устала, – сказала я, откидываясь на спинку сиденья.

Он сосредоточенно смотрел в лобовое стекло, прищурив глаза. Наконец он заговорил:

– Да, в любом случае уже поздно.

Я думала, что смогу отогнать негативные мысли, пока не вернусь домой. Я была неправа. Это чувство охватило меня, как только он заговорил о том, что нас не должны видеть вместе. И от этого стало еще больнее, потому что он был абсолютно прав. Мы вели себя неосторожно, пытаясь выйти за рамки дозволенного, не взвесив всех последствий.

Когда мы подъезжали к дому новичков, в котором я жила, Лиам припарковал машину за несколько домов от нашего, чтобы нас никто не увидел. Мы сидели, уставившись в лобовое стекло, в полной тишине, пока вокруг нас сгущалась ночь.

Когда он повернул голову в мою сторону, я почувствовала это – я почувствовала, как его взгляд скользит по моей коже. Я сглотнула и уставилась на приборную панель, пытаясь собраться с мыслями. Все это было так запутанно. Я знала, что Лиам мне не подходит, так почему я не могла выйти из его машины? Это было бесполезно; чувствовать на себе его взгляд было все равно что чувствовать, как его пальцы скользят по моей коже. Я прикусила нижнюю губу, пытаясь подавить желание, которое меня охватило.

Только что я была в своем собственном мире, а в следующую секунду Лиам расстегнул мой ремень безопасности и усадил меня к себе на колени. Все последствия, которые мелькали у меня в голове всего несколько секунд назад, больше не казались важными, когда наши губы слились воедино. Его губы ощущались такими сладкими от сиропа, когда я запустила пальцы в его взъерошенные волосы.

У нас все всегда быстро развивалось. Его руки забрались мне под юбку, пальцы нащупали край моих шортиков.

У всего есть последствия.

Я прикусила его нижнюю губу, подстегивая к действиям.

У всего есть последствия.

Его палец прошелся по ткани между моих ног, заставляя мою спину изогнуться.

Он отстранился, разделяя нас на дюйм, ровно настолько, чтобы остановить притяжение, возникшее между нами.

– Тебе нужно отдохнуть и немного поспать, – пробормотал он так, что его дыхание коснулось моих губ.

– Нет.

Уголок его рта приподнялся.

– Да.

Я сглотнула, пытаясь вернуть самообладание.

– Мне жаль, что все не так просто, как хотелось бы, – пробормотал он, уменьшая мои опасения на счет нас.

Благодаря этому я смогла ответить на его извинения с ноткой игривости:

– Не за что извиняться… это был лучший поцелуй на прощание в моей жизни.

Когда я была рядом с ним, то никаких последствий не существовало.

– О чем вы с Пенном говорили прошлой ночью?

– В основном о браке. Мы планировали купить дом и завести детей, – серьезным тоном ответила Бекка.

Мы бездельничали после того, как она разбудила меня, запрыгнув ко мне на кровать несколькими минутами ранее. Я вытащила из-под нее одеяло, она упала на спину и больше не вставала.

– О, это круто. Не забудь обо мне, когда соберешься отдавать детей на футбол.

Бекка перевернулась на другой бок и подперла голову рукой.

– Фу. Нет. Прекрати. Мы не говорили ни о чем подобном. Я была изрядно навеселе, поэтому, уверена, пыталась отпускать много шуток, но он, похоже, не возражал.

Я улыбнулась.

– Когда он отвез тебя домой после вечеринки, не случилось ли ничего, о чем ты хотела бы мне рассказать?

Бекка нахмурилась.

– Нет. Ничего. Он был очень мил и проводил меня до двери, но вместо того, чтобы поцеловать, обнял меня, что почти так же плохо, как дать пять. Нет, лучше дать пять, потому что тогда мы могли бы посмеяться и он бы подумал, что я выгляжу такой очаровательной, когда смеюсь, и ему захотелось бы меня поцеловать.

– Хм, ты ему определенно нравишься. Так сказал Лиам, когда они присоединились к нам на танцполе. Так что, возможно, он просто пытался не торопиться или, может быть, подумал, что ты все еще немного пьяна, и не хотел тобой пользоваться.

– Разве то, что я была не против, не означает, что он бы не пользовался мной? Я бы с удовольствием сняла свой костюм «Бэтгерл» ради него.

Я рассмеялась.

– Я не уверена, но он и вправду очень привлекательный. Не могу тебя за это винить.

Бекка уставилась на одеяло и кивнула, как будто сама подумала о том же.

– Я хочу курицу и вафли, – потребовала я.

– Ты только вчера вечером их ела. Не могу поверить, что ты ужинала в его машине. Я бы приковала себя наручниками к консоли и никогда бы не покидала его машину.

– Я стараюсь держаться подальше от подхода «психопата-убийцы» в отношениях…

Бекка рассмеялась.

– Каждому свое.

В мою дверь негромко постучали, и одна из второкурсниц просунула голову внутрь.

– Эй, Кинсли, внизу тебя ждет курьер.

Я взглянула на Бекку, но она только улыбнулась и заявила:

– Это стриптизер. Я решила, что нам следует начать это воскресное утро с приятного.

Я рассмеялась и спрыгнула с кровати, чтобы спуститься за второкурсницей вниз. Как она и обещала, на нашем крыльце стоял курьер средних лет с планшетом в руках и большой коробкой.

– Кинсли Брайант? – спросил он, когда я толкнула сетчатую дверь.

– Да, сэр.

Я подписала документы, поблагодарила его и молниеносно побежала обратно наверх. Бекка не сдвинулась с места ни на дюйм. Ленивая корова.

– Моей маме действительно нужно сделать перерыв в отправлении этих посылок. Боюсь, что в последнее время это ее основное развлечение.

Бекка подскочила, чтобы помочь мне открыть коробку.

– Пф-ф, не говори ей об этом. Если она хочет заказать что-то на «Амазоне» и прислать тебе, пусть заказывает. Благодаря ей теперь у меня есть годовой запас дезодорантов.

Я закатила глаза и сорвала скотч с коробки. Внутри, под разноцветной оберточной бумагой, лежал ярко-розовый велосипедный шлем, а также налокотники, наколенники, пластыри и пакеты для льда. На дне коробки лежала простая белая карточка, на которой был почерк Лиама, который я узнала.

«Для твоей безопасности, когда рядом будет Бекка. Надеюсь, что твоему локтю уже лучше. Л».

– Нет, он этого не сделал, – рассмеялась Бекка, вырывая карточку у меня из рук. – Черт возьми! Он не может быть еще и остроумным ко всему прочему. Это нечестно.

Ровно через пять минут я уже была в полной экипировке и расхаживала по своей комнате, как пятилетний ребенок, собирающийся отправиться на свою первую прогулку на велосипеде. Ну, либо это, либо я была похожа на ту, кто только что сбежала из сумасшедшего дома.

– Ладно. Пойдем, разбудим Эмили, – сказала я, неуклюже направляясь к двери своей ванной.

– Хорошо, но это придется сделать тебе, раз уж ты в таком наряде. На мне нет защиты, чтобы отразить ее удары, если она нападет на меня.

– Ты ведь понимаешь, что мы говорим об Эмили, верно?

Бекка сделала паузу и подняла руку.

– Ага. О той самой Эмили, которая чуть не сломала тебе шею в драке подушками. Я думаю, что, возможно, она втайне занимается боксом. Клянусь.

– Хорошая мысль, – рассмеялась я. – Держись позади меня.

Неизвестный номер:Приходи завтра на тренировку пораньше.

Кинсли:Кто это?

Неизвестный номер:Лиам.

Кинсли:Докажи это…

Лиам:«Она верила, что сможет, и она это сделала».

Кинсли:Хорошо. Ты прошел тест, красавчик. О каком времени мы говорим? И хорошая ли это идея?

Лиам:Ты должна быть молодой и безрассудной… 5:15.

Кинсли:Что, если там будут фотографы?

Лиам:Я позабочусь, чтобы их не было.

Кинсли:Ты только что сделал меня соучастницей убийства?

Лиам:Виноват. Удали это сообщение.

Я прочитала нашу переписку еще три раза, прежде чем положить телефон себе на грудь. Я понятия не имела, что он задумал, но была уверена в том, что была обязана его увидеть.

Сказав Бекке, что ей придется самой ехать на тренировку, потому что я уезжаю пораньше на встречу с Лиамом (на что она полчаса шептала мне на ухо непристойности), я выбрала симпатичный костюм для тренировки и попыталась отключить свой мозг, но безуспешно.

В 5:00 утра я встала с кровати, натянула одежду и собрала волосы в беспорядочный высокий хвост. Если он хотел, чтобы в 5:15 утра я была где-то еще, помимо своей постели, то ему лучше было не ожидать, что ради него я сделаю идеальную прическу. Ни за что на свете.

Когда я добралась до тренировочного центра, на месте, где обычно стояла машина Лиама, была припаркована белая Тойота. В салоне никого не было, но когда я проверила свой телефон, то увидела сообщение от Лиама, которое он отправил несколькими минутами ранее.

Лиам:Я только что добрался до тренировочного центра.

Прежде чем войти внутрь, я обернулась, чтобы убедиться в том, что поблизости нет фотографов. На поле было совершенно пусто, поэтому я нырнула внутрь здания и плотно закрыла за собой дверь. Я не осознавала, что задерживала дыхание, пока медленно не выдохнула.

Официально мы встречались тайком.

Я никогда раньше не была в кабинете Лиама. Он находился дальше по главному коридору, после кабинета тренера Дэвис и конференц-зала. Когда я подошла ближе, то увидела, что дверь была приоткрыта и Лиам сидит за столом и листает что-то в своем телефоне.

Я постучала в дверь, прежде чем осторожно ее приоткрыть.

– Доброе утро, – сказала я, внезапно занервничав.

– Доброе утро, – ответил он с легкой улыбкой, бросая телефон на стол и уделяя мне все свое внимание. – Ты голодна?

Я кивнула и закрыла за собой дверь. Комната внезапно показалась мне крошечной. На самом деле она не была такой уж маленькой, но Лиам заполнил собой все пространство, и я не могла вздохнуть без того, чтобы не почувствовать запах его геля для душа.

– Милый кабинет, – сказала я, оглядываясь по сторонам.

Очевидно, он ничего не изменил с тех пор, как другая помощница тренера ушла в декретный отпуск.

– Мне больше всего нравится твой календарь овуляций. – Я указала на стену рядом с ним, и он, переведя на нее взгляд, рассмеялся.

– Наверное, мне действительно следовало все получше рассмотреть и переделать под себя, но я здесь почти не бываю, – засмеялся он, затем перевел взгляд на меня.

Это было уже слишком. Когда он стоял напротив меня, устремив на меня свои темные глаза, я невольно задрожала. Я бросила бутсы и бутылку с водой на стул перед его столом, и тогда на одно короткое мгновение я почувствовала себя смелой.

Достаточно смелой, чтобы подойти к той части его стола, за которой он сидел.

– Я немного нервничаю. И это так странно, потому что ты кажешься мне слишком спокойным.

Пока он сидел, у меня было преимущество в росте, и мне это нравилось. Он был единственным, кто контролировал ситуацию. Он был единственным, кто обладал властью, но в тот момент я почувствовала, что одержала над ним верх.

Он протянул руку и обнял меня за талию. Он не притянул меня ближе к себе, а просто оставил стоять рядом. Моя смелость улетучились так же быстро, как и появилась.

– Тебе нужно поесть. Дай своему организму время немного переварить пищу перед началом тренировки.

Я даже не обратила внимания на обилие еды на его столе. Там были фрукты, протеиновые батончики, два смузи и немного гранолы. Я потянулась за одним из смузи, потому что это показалось мне самым простым блюдом. Я не была так уж голодна. Мое тело было сосредоточено на других, более важных вещах.

– Это твоя машина у входа? Тойота? – спросила я, осторожно поворачиваясь к нему так, чтобы его рука сама собой приподняла верхнюю часть моей майки.

Он проследил взглядом за своей рукой и прищурился, прежде чем мне ответить.

– Она принадлежит одному из моих товарищей по команде. Мы поменялись с ним машинами на этот день, чтобы за мной никто не следил.

Так вот почему на улице не было фотографов.

– Отличная идея, – ответила я, сосредоточившись на смузи в своей руке.

– Кинсли, я знаю, что это ненормально, то, что мы пытаемся избежать наказания, встречаясь тайком. Я знаю, что ставлю тебя в тяжелое положение, – начал он, но я повернулась и перебила его.

– Мы оба оказались в тяжелом положении.

Он кивнул, но выражение его лица не изменилось.

Это был момент, когда я должна была сказать либо «Я хочу этого, но мы не можем», либо «Я хочу тебя, несмотря на последствия».

Я решила проигнорировать оба варианта. Я отложила свой смузи и отодвинула стул от стола. Пришло время испробовать другой подход.

– Как насчет того, чтобы поставить меня в более выгодное положение? – спросила я, вставая между его креслом и столом.

Я прислонилась бедрами к столешнице. Он прошелся взглядом вверх по моему телу, прежде чем наши взгляды встретились. Он расплылся в ехидной улыбке и встал. Колесики его кресла заскрипели по линолеуму, оповещая о смене власти, теперь все было в его руках. Он стал выше меня ростом. Его тело заслонило мое, когда он наклонился вперед, еще сильнее прижимая меня к столу.

– Я не поэтому просил тебя прийти сюда сегодня утром пораньше, – пояснил он, но отступать не собирался.

– Я не заперла дверь, – пробормотала я, когда его губы коснулись основания моей шеи.

– Тогда мне лучше поторопиться, – ответил он, покрывая поцелуями верхнюю часть моей груди.

Черт возьми. Откуда взялась вся эта уверенность? Я не была такой девушкой. Но Лиам был достаточно мужественным, чтобы вытащить мою смелость наружу.

Иногда мне казалось, что он владеет моим телом больше, чем я сама. Я нервничала из-за того, что он будет делать с этой властью, как далеко он зайдет, чего он от меня ожидает.

Одна его рука нащупала край моих шорт, а другая обхватила меня сзади за шею. Он запрокинул мою голову так, что, когда наклонился, его губы оказались под идеальным углом к моим. Наши губы соприкоснулись, и я поняла, что он чувствует исходящее от меня желание так же, как я ощущала его от него. Это было заметно по тому, как он прижимался ко мне, словно хотел соединить наши тела и оказаться в одном пространстве. В том, как его язык проникал в мой рот, пробуя меня на вкус и требуя большего.

Его рука не отрывалась от моей шеи, в то время как другая скользила вниз под пояс моих шорт и под нижнее белье. В ту секунду, когда его пальцы проникли на новую территорию, я открыла рот еще шире. Я была полностью в его власти. Он больше не мог остановиться. Мне нужно было, чтобы он продолжал целовать меня и чтобы его рука опускалась все ниже.

Я застонала, когда его пальцы коснулись моей влажности. Я не могла поверить, что это происходит наяву. Мы были так неосторожны, но я была слишком беспомощна, чтобы остановить его. Когда он прошептал мое имя мне на ухо и его палец погрузился в меня, я откинулась на стол и позволила ему сжать мое тело в тугой комок желания.

Это даже не заняло много времени. Прикосновение его пальцев было слишком сильным для моего разгоряченного тела, и вскоре я уже кончала. Сильно. Я была достаточно умна, чтобы не кричать, но все же тихий стон сорвался с моих губ. Он захватил его своим ртом, посасывая мою нижнюю губу, пока я наконец снова не обрела почву под ногами.

Он оттолкнулся от меня, и я поняла, что он тут же пожалел о нашей беспечности, но я не собиралась его отпускать. Он позаботился обо мне, и я была чертовски уверена, что не уйду из этого кабинета, пока не окажу ему ту же услугу. Я нуждалась в этом так же сильно, как и он. Поэтому я оттолкнулась от стола и прежде, чем он успел возразить, опустилась на колени. Он резко выдохнул.

– Кинсли, нет.

Я взглянула на него с озорным блеском в глазах.

– Да.

Его взгляд метнулся к двери, и я поняла, что подвергаю нас опасности, но не могла остановиться. Мое желание больше не принадлежало мне. Оно принадлежало ему. Оно принадлежало ему дольше, чем я хотела признавать.

Я стянула вниз пояс его спортивных шорт, стащив вместе с ними и трусы. Я не могла поверить в то, что собиралась сделать в его кабинете, но мне этого хотелось. Я хотела свести его с ума. Мои пальцы обхватили его по всей длине, оценивая размер. Я знала, что мне понравится, когда мы наконец займемся сексом.

– Кинсли, нет.

Он все еще пытался протестовать, но был тверд в моих руках, как скала, и я знала, что он не сможет больше подобрать слов, когда мои губы наконец прикоснутся к нему. Я погладила его вверх-вниз и подняла глаза, встретившись с ним взглядом как раз в тот момент, когда начала брать в рот его кончик. Его глаза закатились, и он ухватился за край стола позади меня.

– Черт, – простонал он, подстегивая меня и давая мне знать, что он в моей власти.

Я продолжала водить рукой вверх и вниз по его гладкой длине в такт своему рту. Он был в нескольких шагах от оргазма, и я должна была знать, каково это – заставить Лиама Уайлдера сойти с ума.

Я умоляла его кончить своими губами и руками. И когда он кончил, так быстро и сильно, я потеряла себя в тот момент. Наблюдать за тем, как он кончает, было самым волнующим моментом в моей жизни, и я хотела большего. Это было захватывающе, и я знала, что, если бы у нас не было через несколько минут тренировки, мы бы не покидали его кабинет весь день.

Он наклонился и схватил меня за руки, поднимая на ноги. Затем потянулся вниз, надевая свои боксеры и шорты.

– Кинсли, черт возьми, это было самое потрясающее чувство, что я когда-либо испытывал, но у тебя большие неприятности. Ты хоть понимаешь, который час?

Я взглянула на часы, висящие у него за спиной. Было 5:50 утра, а это означало, что тренер Дэвис и некоторые девочки определенно уже приехали на поле.

Я пыталась выглядеть виноватой или раскаивающейся, но у меня ничего не вышло. Что со мной было не так? Неужели нас нужно было поймать с поличным, прежде чем я поняла, насколько серьезной была вся эта ситуация?

Лиам протянул руку через меня и взял протеиновый батончик и мой смузи со стола.

– Вот, тебе нужно поесть перед тренировкой.

Я не была голодна, но все равно приняла от него еду.

Как только его руки опустели, он провел ими по волосам и направился к двери. На мгновение он прижался к ней ухом, а затем открыл.

Я ожидала увидеть толпу людей, поджидающих нас с обвинениями в глазах, но коридор был пуст.

Он жестом велел мне поторопиться, поэтому я схватила свои бутсы и бутылку воды и уже собиралась пройти мимо него в коридор, когда он схватил меня за руку и потянул назад.

– Я не играю, Кинсли. Я и правда хочу быть с тобой, – прошептал он мне на ухо, прежде чем отпустить мою руку.

Я вышла в коридор, пытаясь собраться с мыслями.

Что мне теперь оставалось делать? Пойти прополоскать рот и приготовиться к тренировке? Я все еще чувствовала, как его пальцы скользят по моей коже. Мне нужно было вздремнуть и выкурить сигарету. Жаль, что я не курила.

Бекка была первой, кто заметила, как я неподвижно стою в коридоре. Ее глаза расширились. Она схватила меня за руку и потащила в раздевалку. Я не сказал ей ни слова, но она знала, что произошло. И она знала, что я расскажу ей обо всем позже.

Она развернула упаковку с протеиновым батончиком и развязала мои бутсы, как будто я была ее маленьким ребенком.

– Спасибо, мама, – пошутила я, наклоняясь, чтобы зашнуровать их.

– Подруга, мне не терпится узнать, как прошло твое утро, – прошептала она, прежде чем подняться с корточек и пойти заканчивать собираться на тренировку.

И тогда до меня впервые дошла реальность происходящего. Что, черт возьми, я делала? Мы не могли быть настолько глупы, чтобы думать, что сможем снова сделать что-то подобное в его кабинете. Я так сильно хотела увидеть его – а точнее, доказать, что между нами есть что-то настоящее, – что даже не задумалась о том, что случилось бы, если бы тренер Дэвис вошла в его кабинет, когда я стояла перед ним на коленях.

Прямо сейчас я бы собирала вещи из своего шкафчика и прощалась со своим будущим.

Тренировка прошла на удивление быстро. Мы не разошлись по своим позициям, но Лиам все равно не отходил от меня ни на шаг. Я пила воду и замечала, что он наблюдает за мной, заканчивала упражнение и, подняв глаза, видела его улыбку, от которой замирало сердце. Эта улыбка была хорошим стимулом, но я не могла преодолеть страх, поселившийся в глубине моего сознания.

Как раз перед тем, как ему пришлось отправиться на тренировку «Лос-Анджелес Старз», он подошел ко мне и остался стоять в сторонке, пока я отдыхала.

– Не жалеешь о чем-нибудь, Брайант? – спросил он, скрестив руки на груди и глядя на поле.

– Ты про сегодняшнее утро? – спросила я, тоже не отрывая взгляда от поля.

– Я говорю о нас, – уточнил он.

Я нервно рассмеялась себе под нос и покачала головой.

– Спроси меня об этом снова через несколько недель, – ответила я, прежде чем вернуться к тренировке.

– Ты сделала ему минет?! Когда я была в двух шагах от вас, в раздевалке?! ФУ! – воскликнула Бекка, когда мы позже были в моей комнате.

Эмили ужинала внизу, поэтому не могла слышать, как Бекка завизжала.

– О боже, говори потише, – предупредила я, указывая на дверь.

– Прости, прости. А если серьезно, это было горячо? Я никогда не делала этого и даже представить себе не могу, что когда-нибудь сделаю что-то подобное с кем-то вроде Лиама Уайлдера. Тебе теперь, наверное, открыт доступ в эксклюзивный клуб или что-то в этом роде.

Я застонала.

– Можем ли мы не подчеркивать тот факт, что я теперь принадлежу к очень большой группе женщин, которые запали на Лиама Уайлдера?

– Вот дерьмо. Да, прости, уверена, что для него это было нечто особенным.

Она попыталась оправиться от своего промаха.

– Да, точно.

Я закатила глаза, вспоминая его слова, когда проскользнула мимо него в коридор.

– Он сказал, что хочет быть со мной, и его слова звучали очень убедительно. Я не совсем уверена, что это значит, но мне было приятно услышать это после всего, что мы только что сделали. Даже если он не имел это в виду.

Я действительно хотела, чтобы он имел это в виду.

Бекка кивнула.

– Ты должна признать его правоту. СМИ нарисовали его в образе плейбоя, но пока он кажется на удивление уравновешенным парнем.

– Ух ты, Бекка. Это была мудрая мысль.

– Спасибо, сегодня я чувствую себя умнее, чем обычно. Теперь ты можешь рассказать мне все еще раз?

Она имела в виду события того утра в кабинете Лиама.

– Нет, извращенка, иди и заведи свой собственный тайный роман.

Она сморщила нос.

– Я бы с удовольствием! Но я ничего не слышала от Пенна с субботы. Ни словечка!

– А у него есть твой номер телефона?

– Нет…

– Дай ему время. Он, наверное, так же сильно занят, как и Лиам.

– Типа, ему тоже кто-то делает минет перед тренировкой?

Я многозначительно посмотрела на нее.

– Ты понимаешь, что я имею в виду.

Она рассмеялась и скатилась с кровати.

– Я собираюсь заказать пиццу. Ты будешь?

– Да, пожалуйста, ты же знаешь, как я люблю пиццу, – ответила я, потянувшись за ноутбуком.

– С начинкой из причиндалов Лиама…

Я перебила ее.

– Бекка! Это уже просто неприлично!

Она продолжала смеяться всю дорогу, пока выходила из моей комнаты.

По прошествии оставшейся части недели я поняла, насколько сложной оказалась наша ситуация. Лиам не мог прийти ко мне домой, а я не могла пойти к нему, если только не устраивалась вечеринка или что-то в этом роде. Мы не могли позволить себе снова валять дурака в его кабинете; в первый раз это едва сошло нам с рук. И мы не могли пойти куда-нибудь поесть или вообще показаться на людях из-за следящих за ним папарацци.

Наступил конец тренировочной недели, и я ждала от него неизбежной речи: «Это того не стоит». Он бы сформулировал этот посыл идеально, объяснив, что дело не во мне, а в самой ситуации, но мысль об этом все равно меня угнетала. По ночам я лежала в постели, измученная тренировками, но все равно не могла заснуть. Мне было интересно, о чем он думал, был ли он в нескольких шагах от того, чтобы отправить сообщение, которое разобьет мне сердце?

В пятницу вечером я собиралась ложиться спать, когда он позвонил.

– Выйди на улицу, – сказал он, как только я ответила на звонок.

Я выглянула в окно, но не увидела его машины.

– Я припарковался в квартале от дома, так что твои товарищи по команде меня не увидят, – ответил он, словно читая мои мысли.

– Ладно, только подожди, я уже в пижаме, – объяснила я, не в силах стереть с лица широкую улыбку.

– Ты можешь остаться в пижаме, – предложил он, и я почувствовала, как по спине пробежали мурашки.

– Пф-ф. Да, точно. Я спущусь через секунду.

Я завершила звонок и бросила телефон на кровать.

– Бекка! Эй! – крикнула я, зная, что она в это время смотрит сериал «Парки и зоны отдыха». Ее любовь к Эми Полер была глубже, чем обычные человеческие отношения.

Секунду спустя она уже стояла в проеме моей двери.

– В чем дело? Мы с Эми уже достаточно сблизились.

Я многозначительно посмотрела на нее.

– Во-первых. Вы с Эми Полер не знакомы лично. На самом деле она даже не знает о твоем существовании. Во-вторых, помоги мне собраться.

Я сделала паузу и прошептала следующую часть предложения:

– Лиам ждет меня внизу.

– Боже, как романтично, – пробормотала она, входя в мою комнату в своем привычном комбинезоне.

На этот раз он был в виде пингвина с капюшоном, на котором красовался пингвиний клюв.

– Я тебе еще не говорила, как ты сегодня очаровательно выглядишь? – спросила я, подходя к своему шкафу.

– Да, как скажешь. Этот комбинезон в виде пингвина пропадает даром, так как Пенн до сих пор не удосужился со мной связаться.

– Хочешь, я спрошу Лиама об этом? – предложила я, снимая пижаму и хватая просторное фиолетовое платье с коротким рукавом, которое стало мягким и немного выцветшим от слишком большого количества стирок.

Я надела подходящие к нему коричневые сандалии и накинула пиджак на случай, если в его машине станет прохладно.

– Только если ты сможешь сделать это так, чтобы он не подумал, будто я в отчаянии. Просто так, между делом, ладно? – спросила она, хватая мои браслеты с прикроватной тумбочки и протягивая их мне.

– Хорошо, я обещаю, что спрошу об этом как бы невзначай.

Она улыбнулась.

– Ты выглядишь на миллион долларов, и тебе даже не понадобилась моя помощь.

– Ты очень помогла. Теперь я чувствую себя спокойнее, – уверила ее я.

– Только не задерживайся допоздна. Я хочу пойти утром на пляж.

– Договорились! – крикнула я, сбегая вниз по лестнице. – Не жди меня!

Эмили и несколько второкурсниц сидели в гостиной и смотрели фильм. Они приостановили его, увидев, что я сбегаю по лестнице.

– Куда ты идешь? – спросила меня Эмили, и пять пар глаз устремились на меня в ожидании ответа.

Я не хотела ей лгать, но и не могла сказать им всем правду.

– На встречу с парочкой школьных друзей, которые приехали в город. Я скоро вернусь, – ответила я, не глядя Эмили в глаза.

Ночной воздух был прохладным, и я наслаждалась свежим ветром, развевающим пряди моих длинных волос. Это было опьяняюще, как будто даже погода знала, как сильно бьется мое сердце от осознания того, что я вот-вот останусь наедине с Лиамом впервые за пять долгих дней. Я обернулась, чтобы убедиться в том, что ни одна из девушек не наблюдает за мной из окон. Когда я никого не заметила, то ускорила шаг и помчалась дальше по улице, прежде чем завернуть за угол.

Черный внедорожник Лиама оказался в поле моего зрения под уличным фонарем. Его темный силуэт был едва различим в салоне автомобиля.

В тот момент я почувствовала себя настоящей преступницей. Я только что солгала своей подруге, а теперь выскальзывала из дома поздно вечером и оглядывалась, нет ли свидетелей.

Я сделала глубокий вдох, открыла дверь и быстро запрыгнула внутрь.

– Это кажется неправильным. Это нормально, что кажется неправильным? – спросила я, бросая пиджак на заднее сиденье и вглядываясь в его глаза.

– Нет, это не неправильно, – просто пояснил он своим сдержанным тоном, но понял, что я хотела услышать большего. – Это кажется неправильным только потому, что нам приходится прятаться. Мы не нарушаем никаких законов, и не похоже, что у нас есть супруги, которым мы лжем.

– Я вру своим друзьям, товарищам по команде, – продолжила я, желая развить тему.

Мне было приятно говорить об этом открыто. Я хотела знать, что он чувствует по этому поводу.

– Знаю. Я тоже. – Затем он заколебался. – Но, честно говоря, я не лгу всем подряд. Пенн знает правду. Я имею в виду, это было совершенно очевидно, когда он увидел, как ты выходишь из моей комнаты на вечеринке.

Я уже предполагала, что Пенн знал о нас. Они с Лиамом были близки.

– Бекка тоже слишком много знает, но ей можно доверять. Она моя лучшая подруга.

– А как же Эмили? – спросил он.

Я не могла встретиться с ним взглядом. Она была единственным человеком, из-за вранья которому я чувствовала себя дерьмово.

– Она ничего не знает.

Он потянулся, чтобы взять меня за руку.

– Мы можем покончить с этим. Если это слишком для тебя, мы можем все прекратить.

Вот оно. Предложение, которого я всю неделю боялась услышать.

– Ты хочешь это прекратить? Я имею в виду, что, по сути, заканчивать и нечего.

– Нет, – быстро ответил он. – Я хочу продолжать с тобой встречаться. Мне необходимо видеться с тобой, но я не хочу, чтобы ты чувствовала, будто у тебя нет выбора.

Я сделала глубокий вдох и позволила его словам смыть сомнения последних нескольких дней.

– Тебе просто хочется притвориться сталкером. Тебе нравится прятаться и поджидать меня на темных улицах.

Я повернулась к нему и игриво подмигнула.

– Я хочу добиться тебя, но не потому, что считаю это вызовом. Но я бы солгал, если бы сказал, что встречаться с тобой тайком было совсем не весело. То утро в моем кабинете останется в памяти как один из самых ярких моментов в моей жизни.

Мне хотелось завизжать от его признания, но вместо этого я прикусила губу и кивнула, чтобы сдержать волнение.

– Чего ты сама хочешь, Кинсли? Ты хочешь покончить с этим? – спросил он.

Чего я хотела?

– Я хочу, чтобы у меня было все, – неопределенно ответила я, на мгновение уставившись в окно со стороны пассажирского сиденья.

Я нарушила молчание, сменив тему на что-то более легкое:

– Эй, кстати, я должна была непринужденно, а не в отчаянии, поднять вопрос о Пенне и Бекке. Он что, бабник? Потому что, серьезно, круче Бекки никого нет. Она веселая и умная. И она была действительно хорошей подругой с тех пор, как я попала в команду.

Лиам усмехнулся:

– Тебе не о чем беспокоиться. Пенн заинтересован, но он очень сдержанный парень. У него совсем недавно закончились серьезные отношения, и я не думаю, что он ожидал так скоро встретить кого-то вроде Бекки.

А, ну, это кое-что объясняет.

– Что ж, скажи ему, чтобы поторопился, потому что Бекка не будет ждать вечно.

Он ухмыльнулся и наклонился ближе.

– Это ее слова или твои?

– Мои. Она бы убила меня, если бы узнала, что я тебе все это рассказываю. Я должна была быть очень осторожна в этом вопросе.

Лиам наклонился и провел рукой по моей шее.

– Я поговорю об этом с Пенном и узнаю о его намерениях.

Я кивнула, когда его пальцы начали опускаться под подол моего платья и скользить вдоль позвоночника.

– А как насчет тебя, Кинсли? – спросил он, наклонив голову ко мне на несколько дюймов. – Ты собираешься меня ждать?

Он выставил себя уязвимым, задавая подобный вопрос. Это было так не похоже на Лиама; он излучал уверенность и контроль, даже то, как он обнимал меня, говорило о его доминирующих наклонностях. Но сейчас он казался таким нерешительным, ожидая, когда я отвечу на этот вопрос, и я позволила себе насладиться моментом.

– А как ты думаешь, ты стоишь того, чтобы тебя ждать?

Какой провокационный вопрос. Мы с Лиамом играли в игры. Мы будто жили в стране грез, где, кроме нас, больше никого не существовало.

– Я думаю, что ты этого стоишь и это все, что имеет значение. Побудь со мной в этом безумии, и после мы сможем быть вместе открыто. Я обещаю.

Я кивнула.

– Хорошо.

– Все в порядке? – спросил он, наклоняя ко мне голову.

Его запах завладел моими чувствами. Я наклонилась над консолью, и мы встретились где-то посередине, прижимаясь друг к другу, пока он наконец не обхватил меня руками за талию и не усадил к себе на колени.

– Это у тебя там переключение передач или ты просто рад меня видеть? – Это была банальная шутка, но я не смогла удержаться.

Лиам закрыл глаза и рассмеялся, несмотря на то что это было довольно банально.

– Я определенно рад тебя видеть. Особенно в этом платье, – ответил он, когда наши взгляды упали на его руки, лежащие на моих бедрах.

Я сидела верхом у него на коленях, мое колено упиралось в держатель ремня безопасности, а другая нога была зажата между сиденьем и дверью, но я не ощущала никакого дискомфорта, когда его руки лежали на моих бедрах, медленно поднимаясь вверх.

– Как будто они не знали, что люди будут использовать передние сиденья для страстных поцелуев. Могли бы, по крайней мере, добавить немного пространства для ног, – улыбнулась я.

Уголок рта Лиама приподнялся в уверенной ухмылке.

– И не говори. Когда я покупал машину, то не учел, что на переднем сиденье недостаточно места для поцелуев. Мне следовало попросить менеджера забраться ко мне на колени во время тест-драйва.

Он был настроен игриво, но все это время его руки соблазнительно скользили по моей коже.

– Мне нравится твое платье, – похвалил он, когда его руки скользнули вверх.

По моему телу пробежала дрожь, и Лиам заметил это.

– Оно старое. Сейчас, наверное, оно стало слишком коротким, ну да ладно.

– Мне нравится его длина, – заметил он, когда его пальцы нащупали край моих трусиков.

Было странно вести беседу, когда мое дыхание участилось, а глаза Лиама расширились и стали темно-серыми.

На пассажирском сиденье зазвонил мой телефон, но мы оба проигнорировали его. Он наклонил ко мне голову и нежно коснулся губами моих губ. Это был не поцелуй, а приглашение. Он хотел, чтобы я сделала первый шаг, поэтому я прижалась к нему и вынудила своим поцелуем откинуть его голову на спинку сиденья. Он застонал достаточно громко, чтобы свести меня с ума. Я запустила руки ему под футболку, ощущая твердые, перекатывающиеся мышцы его пресса под моими прикосновениями. Я никогда не была с таким парнем, как Лиам. По сравнению с ним Джош и Трей выглядели мальчишками. Мои руки скользнули выше, и я почувствовала, как напряглась его грудь в ответ на мои прикосновения. Мне это понравилось.

Затем мой телефон зазвонил снова, и я прервала поцелуй с тяжелым вздохом.

– Какого черта?

Я потянулась и схватила свой телефон. На экране промелькнуло имя Бекки, и я мгновенно замерла.

– Что случилось? – спросила я, как только ответила на звонок.

– Боже мой! Отвечай на звонки быстрее, дамочка. Вы, ребята, все еще на улице? Вам нужно уехать, пригнуться или что-то в этом роде. Я только что видела, как Тара выходила из дома. Она прошла мимо моего окна, но я не уверена, куда именно она направилась после. Может, она села в свою машину или пошла пешком вдоль улицы.

– Черт, – сказала я, быстро слезая с колен Лиама и сползая на пассажирское сиденье так, что моя голова едва доставала до пассажирского окна.

– Как ты думаешь, она видела, как я выходила из дома?

– Понятия не имею, но тебе нужно быть осторожнее. Это не игра. Я знаю, что она следила за мной, и ее предупреждение меня очень разозлило.

– Я скоро вернусь домой, – ответила я, а затем резко отключила звонок.

– Что происходит? – обеспокоено спросил Лиам.

Его брови были сведены вместе, а на лице снова появилось задумчивое выражение.

Я рассказала ему то, что только что поведала мне Бекка.

– Я ее не видел, – ответил он, быстро оглядывая улицу.

– Ну, вообще-то, мы были заняты. Она могла уже пройти мимо нас. Черт, – пробормотала я, пытаясь сохранять спокойствие.

Слова Бекки продолжали звучать у меня в голове. Это не игра. Это не игра. Она была права, так почему я не могла заставить себя перестать играть?

– Все будет хорошо, Кинсли. Я уверен, что мы слишком остро реагируем. Не может быть, чтобы она проследила за тобой. Никто не бывает настолько безумен.

Я кивнула, но промолчала. Стоило ли это того? Стоило ли это беспокойство тех десяти минут, что я могла пробраться в машину Лиама и побыть с ним наедине? Что это были за отношения?

Но потом я взглянула на него. Его лицо было обращено ко мне, руки сжаты в кулаки. Он был весь напряжен. Свет от уличного фонаря подсвечивал его силуэт, и от этого зрелища захватывало дух. Я едва могла разглядеть его гладкую челюсть, растрепанные волосы и пронзительный взгляд. В тот момент я поняла, что беспомощна в решении своей судьбы. В моем теле не было ни единой клеточки, которая позволила бы мне уйти от Лиама Уайлдера без боя.

Даже если в итоге мне придется бороться с самой собой.

– Мне лучше уйти, – пробормотала я.

Он кивнул, и я заметила, как у него задвигались челюсти.

– Ты в порядке? Я могу проводить тебя обратно?

Я знала, что ситуация убивала его так же сильно, как и меня. Какой парень захочет отвезти девушку на свидание на своей машине, а потом смотреть, как она идет домой одна?

– Лучше не надо, – сказала я, покачав головой.

– Я отъеду через минуту, чтобы убедиться в том, что ты нормально добралась домой, – заявил он.

Я знала, что он думает, будто я все еще злюсь на него.

Я приподнялась со своего места и наклонилась вперед, чтобы поцеловать его на прощание. Сначала это застало его врасплох. Возможно, он этого не ожидал. Мои губы прижались к его губам, и в тот же миг его руки оказались в моих волосах, а мои руки обхватили его за шею, и мы оба делали все возможное, чтобы не отстраняться друг от друга. Мы вложили в поцелуй все свое беспокойство и тоску. Его язык требовал проникновения, и я наклонила голову, чтобы дать ему лучший доступ. Он нежно прикусил мою нижнюю губу, пока я не застонала и не поцеловала его еще крепче.

Когда я отстранилась, мои губы были припухшими и красными. Мы смотрели друг на друга, на наших лицах было написано желание, но ни один из нас не произнес ни слова.

Мне казалось, что мне нужно что-то сказать, каким-то образом признаться ему в своих чувствах. Но это было ни к чему, все было и так понятно по тому, как нам было хорошо вместе.

– Я хотела сказать тебе, что ты мне нравишься, но это кажется глупым, как будто этого недостаточно, – призналась я, прежде чем повернуться к дверце машины.

Лиам потянулся и коснулся моей руки, останавливая меня.

– Я знаю. – Затем он помолчал, обдумывая это, и повторил свои слова: – Я знаю.

Остаток выходных пролетел незаметно. У Лиама была фотосессия в Нью-Йорке, так что Эмили, Бекка и я держались вместе. В субботу утром мы отправились на пляж с несколькими другими девушками из команды. Мы разложили свои полотенца в ряд и достали журналы и книги. Бекка была единственной, у кого хватило смелости рискнуть искупаться. Я лишь стояла на берегу, погружая ступни в ледяную воду.

За выходные Джош прислал мне несколько сообщений. Я так и не ответила ни на одно из них, потому что знала, что он не будет двигаться дальше, если я не пресеку его желание в зародыше. Сначала я старалась быть с ним любезной, но чем дольше он пытался вернуть меня, тем больше я понимала, что не могу уступить ему ни на дюйм, иначе он продвинется на целую милю.

В субботу вечером Бекка получила сообщение от Пенна. Мы провозились над его смыслом двадцать минут, прежде чем решили, что она должна сформулировать в ответ. Он не торопился и расспрашивал ее о том, как прошел ее день и как прошла в целом неделя тренировок. Я рассказала ей то, что узнала о его недавнем расставании с девушкой, и Бекка, казалось, была более чем счастлива не торопиться.

После двадцати минут обмена любезностями он пригласил нас на вечеринку к себе домой в следующие выходные, после чего мы в течение получаса слушали визги, сопровождаемые несколькими безумными кульбитами Бекки, в результате которых она сбила мою лампу с прикроватной тумбочки. К счастью, стекло не разбилось.

– Я чувствую, что начинаю возлагать на него небольшие надежды, – сказала она, ставя лампу обратно на тумбочку.

Какое преуменьшение. Она определенно возлагала большие надежды, но было уже слишком поздно что-либо менять.

– Тебе позволено волноваться на этот счет, но я рада, что ты в курсе того, что с ним все может происходить медленно.

Она кивнула.

– Мне нужно постоянно напоминать себе, что у него только что закончились длительные отношения и ему не нужно, чтобы я все усложняла.

– Он бы не писал тебе и не приглашал к себе домой, если бы думал, что ты все усложняешь. Просто успокойся, и мы во всем разберемся. Он кажется действительно хорошим парнем.

– Что, если он просто хочет переспать со мной?

– Тогда ты займешься с ним сексом и потеряешь девственность с одним из самых горячих профессиональных футболистов в стране, – рассмеялась я. – Но нет, серьезно, мы что-нибудь придумаем. Я постараюсь разузнать побольше от Лиама. С другой стороны, если он только что расстался с девушкой, это означает, что он способен на серьезные отношения.

– Может, мне погуглить его бывшую? – спросила она, уже наклоняясь к моему ноутбуку.

– Нет! Не ищи подобную чушь. Это нечестно по отношению к ним. Я миллион раз хотела погуглить Лиама, но знаю, как сильно он ненавидит, когда СМИ выдумывают фальшивые истории о его жизни. Он бы очень разозлился, если бы я верила всему, что пишут о нем в прессе.

– Хорошо, хорошо. Ты права. Я буду относиться к Пенну как к обычному парню… пока что.

– Хорошо, Пин – обычный парень.

За это я получила удар подушкой.

Позже той ночью, когда я уже собиралась засыпать, Лиам прислал мне СМС.

Лиам:Наконец-то я дома, только вернулся из Нью-Йорка.

Кинсли:Добро пожаловать домой! Привез мне что-нибудь?;)

Лиам:Я купил миниатюрную копию Эмпайр Стейт Билдинг, но в зале ожидания аэропорта один маленький мальчишка одолжил его у меня, и я почувствовал себя виноватым, если попрошу его обратно.

Кинсли: Ты серьезно?

Лиам:Да, какой-то ребенок ходит с твоим подарком.

Кинсли:Ха-ха, ничего страшного… Ты, по крайней мере, рад вернуться домой?

Лиам:Да, это была долгая поездка. Сплошная работа и никаких развлечений.

Кинсли:Не могу сказать того же. Я весь день провалялась на пляже.

Лиам:Покажи мне какие-нибудь доказательства…

Я улыбнулась его сообщению, пытаясь понять, серьезен он или нет. В любом случае я решила, что не помешает напомнить ему о том, чего он лишился, пока был в Нью-Йорке. Лежа в постели, я задрала футболку, а затем немного приспустила пижамные шорты, чтобы он мог видеть мой загорелый живот и изгибы бедер. Этого казалось достаточно, для того чтобы его воображение разыгралось, при этом я не демонстрировала ничего слишком откровенного. Я оттянула пальцами пояс своих шорт, а другой рукой сделала снимок.

Я прикрепила фотографию с сообщением, в котором говорилось: «Видишь полоску загара от плавок моего купальника?»

Не прошло и двух секунд, как у меня в руке зазвонил телефон, и на экране высветилось его имя.

– Уже поздно, Лиам, – поддразнила я, ответив на звонок.

– Мне все равно. Ты одна?

В моей комнате было совершенно темно, а из коридора не доносилось ни звука. Я посмотрела в сторону ванной и увидела, что свет выключен, значит, Эмили уже спала.

– Да, все спят.

– Хотел бы я быть рядом с тобой прямо сейчас.

Я промурлыкала в трубку и спросила:

– Да неужели? И что бы ты сделал, если бы оказался здесь? – Я пыталась звучать соблазнительно.

– Я бы положил свою руку точно на то место, где была твоя рука на той фотографии, – начал он, и, не задумываясь, я вернула руку на прежнее место, положив ее на пояс своих тонких пижамных шорт.

– И что потом? – спросила я, слыша в своем голосе нотки желания.

– Я бы провел пальцем по твоим шортам, осторожно просунув его внутрь, чтобы почувствовать нежную кожу под ними.

Мой палец проследовал его указаниям.

– А потом я бы стянул с тебя шорты и трусики и отбросил их в сторону.

– А ты не теряешь времени даром, – пробормотала я, развязывая верх своих шорт, прежде чем стянуть их вниз по своим длинным ногам.

Он тихо усмехнулся.

– Ты бы не возражала. Ты бы умоляла меня поторопиться.

– Ммм, – промурлыкала я, проводя пальцами по ткани своих трусиков, прежде чем осторожно отодвинуть их в сторону.

– Кинсли, я хочу, чтобы ты прикоснулась к себе.

Я резко вдохнула и позволила своим пальцам скользнуть ниже, вдоль чувствительной кожи верхней части бедра.

– Может быть, я уже это делаю.

Я услышала, как он медленно хмыкнул, прежде чем одобрительно промурлыкал:

– Погладь себя так, как бы сделал я, если бы был рядом.

Его голос был таким низким и соблазнительным, каким я еще никогда не слышала. И я ни разу в своей жизни не была достаточно смелой, чтобы сделать что-то подобное, когда кто-то другой находится на другом конце телефона, но я не колебалась ни секунды.

Я позволила своим пальцам скользнуть между моих бедер, поглаживая сначала медленно, а затем все быстрее и быстрее, пока он высказывал свои грязные мысли мне по телефону.

– Хотел бы я прямо сейчас почувствовать, какая ты влажная.

В трубке послышалось его тяжелое дыхание, и я ускорила темп. Я погрузила палец внутрь, а затем прикоснулась к клитору, наслаждаясь страстным моментом.

– Я так близко, Лиам, – призналась я ослабленным голосом.

– Держу пари, ты такая сладкая на вкус, малышка. Я бы сначала скользнул пальцами внутрь и наружу, а потом наклонился и попробовал бы тебя на вкус.

– Лиам…

– Кончи для меня, детка. Я хочу услышать, как ты кончаешь.

Я ускорила темп, выгибая спину и чувствуя, как по моему телу начинает пробегать дрожь.

– Я не могу дождаться, когда смогу погрузиться в тебя, Кинсли. Обещай, что раздвинешь для меня свои ноги пошире.

Эти сексуальные слова подтолкнули меня к краю, и я растворилась в блаженстве момента. Оргазм прокатился по мне соблазнительной волной, и мне понравилось осознавать то, что он слышит мои стоны. Я намеренно сделала так, чтобы он знал, как сильно я наслаждаюсь своим оргазмом.

Когда я перестала дрожать, Лиам признался:

– Черт, детка, мне очень понравились звуки, которые ты издавала.

Я прижала подушку к груди и улыбнулась темному потолку, внезапно почувствовав себя неловко из-за того, что так увлеклась.

– Увидимся завтра, тренер.

Я завершила звонок, прежде чем он успел ответить, и крепко зажмурилась. Мгновение спустя телефон зажужжал в моей руке, и я опустила взгляд, замечая на экране сообщение.

Лиам:Не строй никаких планов на завтрашний вечер.

Лиам Уайлдер открыл во мне ту сторону, которую раньше не мог заметить ни один парень. Это было немного дико и безрассудно, но с ним у меня не было другого шанса.

В понедельник утром по дороге на тренировку у меня кружилась голова. Бекка и Эмили сказали, что я выгляжу как ненормальная, но я проигнорировала их.

– Сегодня просто прекрасный день! – пошутила я, паркуя свою машину на привычное место возле поля.

Так как накануне вечером Лиам вернулся из Нью-Йорка, он должен был быть на тренировке. У нас были планы встретиться позже, но я еще не была уверена, куда мы отправимся.

– Ты такая зануда, – рассмеялась Бекка, слезая с пассажирского сиденья.

Как только ее ноги коснулись тротуара, она остановилась, и я увидела, как исчезла ее улыбка.

– Что-то не так? – спросила я, наклоняясь вперед, чтобы заглянуть за ее спину.

Со своего места я не могла увидеть, на что она уставилась, поэтому быстро выскочила из машины и подошла к Бекке. Передо мной предстало зрелище, от которого у меня сжались кулаки.

У входа в тренировочный центр стоял Джош с букетом цветов и огромной табличкой, на которой было написано: «Прости меня, Кинсли».

– Боже мой, – пробормотала я себе под нос.

Это было так неуместно. Одного взгляда на переполненную парковку было достаточно, чтобы понять, что все члены моей команды, мой тренер и Лиам уже его видели. Я не могла поверить, что он это сделал.

Я направилась прямиком к нему, стараясь сохранять спокойствие. Он широко улыбнулся, когда увидел, что я приближаюсь, и на очень, очень короткое мгновение мне стало его жаль… но потом я вспомнила голую девицу в его постели.

– Джош, что ты здесь делаешь? – спросила я усталым тоном.

Он расплылся в кривой улыбке.

– Разве это не очевидно? – спросил он, указывая на табличку. – Прошу у тебя прощения.

Я медленно кивнула, пытаясь подобрать нужные слова. Эмили и Бекка прошли мимо меня в сторону футбольного поля, но я не могла на них даже взглянуть. Мне хотелось, чтобы Джош знал меня достаточно хорошо, чтобы понять, что подобные вещи действительно меня очень смущали. Я не была публичным человеком. Я не хотела, чтобы вся моя команда знала о грязных подробностях наших отношений. Это было уже слишком, и, если уж на то пошло, это оттолкнуло меня от него еще сильнее.

– Джош, ты не можешь себя так вести. Мы больше не вместе, и на то есть веская причина. Я, черт возьми, клянусь, что не пытаюсь быть скромняшкой и вводить тебя в заблуждение. Я не шучу, когда говорю, что мы больше никогда не будем вместе. Ты должен оставить меня в покое.

Его лицо слегка вытянулось, а темно-карие глаза с любопытством изучали меня.

– Нельзя отказываться от того, что действительно для тебя важно, Кинсли. В любви так не бывает, – ответил он, вкладывая букет мне в руку и направляясь к своей машине.

Я хотела крикнуть ему вслед, сказать, что он не знает, что такое любовь, что нельзя изменять тому, кого любишь, но я просто толкнула дверь центра и направилась на тренировку.

Больше всего я боялась осознать, что любовь на самом деле означает именно то, что по мнению Джоша она означает: что можно делать со своим партнером все, что захочешь, при условии, что потом ты извинишься и будешь при этом выглядеть очаровательно. Не-а. Я слишком уважала себя, чтобы с этим смириться.

Я оставила цветы в раздевалке, как только поняла, что мне нужно найти Лиама. Я понятия не имела, видел ли он представление, которое устроил Джош, но, если бы ситуация была обратной, мне бы не понравилось, что его бывшая девушка поджидает его на тренировке. Я не хотела, чтобы он неправильно истолковал всю эту ситуацию.

У меня не было возможности увидеть его, пока мы не выстроились в ряд на тренировку. Я специально встала в конце, чтобы, если он захочет, то мог поговорить со мной. Когда я почувствовала запах его геля для душа, то выдохнула от облегчения. По крайней мере, он не был настолько зол, чтобы меня игнорировать.

– Ты в порядке? – спросил он, застав меня врасплох.

– Все нормально. Мне просто жаль, что так получилось, – начала я, когда одна из девушек-новичков придвинулась ко мне поближе.

Ее невинный поступок не остался незамеченным, и я поняла, что должна следить за своей речью.

– Это было действительно непрофессионально, – сказала я, глядя на него снизу вверх и умоляя его понять мои завуалированные слова.

В его глазах не было злости или задумчивости, вместо этого он изучал меня с улыбкой на лице.

– Я не боюсь небольшой конкуренции, Кинсли, – прошептал он. – Я играю, чтобы победить.

На моих губах появилась улыбка, но я изо всех сил постаралась ее скрыть. Он шагнул мне за спину, направляясь к тренеру Дэвис, чтобы помочь ей с упражнениями, но его рука скользнула по моей спине, когда он проходил мимо. От этого случайного прикосновения по моему телу побежали мурашки, и я поняла, что приняла правильное решение. Лиам мог обезоружить меня одним прикосновением, чего я никогда не испытывала ни к Трею, ни к Джошу. Я была по уши влюблена.

Приняв душ и переодевшись после тренировки, я легла на кровать и проверила свой телефон. Я увидела СМС от Лиама, которое захотела прочитать в первую очередь.

Лиам:Я заеду за тобой около 19:00. Не ужинай.

Я сразу же напечатала ему ответ.

Кинсли:Какие-нибудь подсказки будут? Например, что мне надеть?

Лиам:Пижаму.

Я рассмеялась и зашла в журнал вызовов, проверив голосовую почту.

– Привет, Кинсли. Это Брайан Кинг. На прошлой неделе мы обсуждали с тобой в кабинете тренера Дэвис потенциальную возможность взять у тебя интервью. Прости, что сообщаю тебе все в последнюю минуту, но меня вызвали в Европу, и мой редактор очень хотел бы, чтобы интервью с тобой было подготовлено до моего отъезда. Это может поставить тебя в затруднительное положение, но, если я смогу тебя хоть как-то убедить, не согласишься ли ты встретиться со мной после твоей тренировки в среду? Я понимаю, что у тебя совсем не остается времени все обдумать, но, к сожалению, редакция журнала не оставила мне других вариантов. Мы могли бы встретиться в каком-нибудь кафе в Западном Голливуде. Я приеду из центра Лос-Анджелеса. Кроме того, я отправил тренеру Дэвис список возможных вопросов для твоего интервью, которые ты можешь с ней обсудить заранее. Дай мне знать, что ты думаешь по этому поводу.

Голосовая почта отключилась, и я на мгновение остолбенела. Я не вспоминала о предложении Брайана несколько дней, а теперь внезапно была вынуждена принять то или иное решение как можно скорее. Я не была готова на все сто процентов выставлять свою личную жизнь на всеобщее обозрение, но если я могу просмотреть вопросы для интервью заранее и решу, что они не доставляют мне дискомфорта, то смогу согласиться дать интервью. Брайан показался мне приятным человеком, и я не хотела, чтобы у него были неприятности с редактором, если я откажусь ответить на его вопросы.

Я взглянула на свой телефон и нажала на вызов, прежде чем до конца осознала, что делаю.

– Привет, Брайан, это Кинсли.

– Кинсли! Привет, – ответил он, шелестя бумагами.

– Я прослушала твое сообщение и думаю, что смогу в среду дать тебе интервью. Давай встретимся с тобой в Западном Голливуде около 17:00.

– Это здорово. Меня устраивает. Это будет небольшое интервью, в основном о твоей роли в команде Университета Лос-Анджелеса и подготовке к олимпийским отборам. Если нашим читателям понравится статья, мы проведем более подробное интервью через несколько недель. Если, конечно, ты на это согласишься.

Я вежливо рассмеялась.

– Давай сначала разберемся с этим. Не мог бы ты переслать мне вопросы для интервью, которые ты направил тренеру Дэвис?

– Конечно. Я также пришлю тебе адрес кофейни, где мы могли бы встретиться.

Я продиктовала ему свою электронную почту и поблагодарила за уделенное время. У меня было хорошее предчувствие по поводу этой статьи. Я все еще понятия не имела, чего ожидать, но, по крайней мере, у меня были вопросы, на которые я могла заранее подготовить ответы.

Как только завершила вызов, я позвонила маме и рассказала ей обо всем. Она пообещала, что завтра после тренировки проработает со мной эти вопросы, просто для того, чтобы убедиться в том, что я не выставлю себя полной идиоткой.

За пять минут до семи вечера Лиам прислал мне сообщение, что ждет меня за углом. Я спрыгнула с кровати, надела свои белые кеды Converse и накинула куртку. Затем попрощалась с Беккой и спустилась по лестнице. На максимальной скорости достигла угла улицы и запрыгнула в машину Лиама, поцеловав его прямо в губы, даже не успев осознать, что у меня развязались шнурки на кедах и я надела куртку наизнанку. Мелочи.

– Ну привет, – рассмеялся он мне в губы, когда я отстранилась, чтобы перевести дыхание.

– Привет, – пробормотала я, затем откинулась на спинку сидения и устроилась поудобнее.

– Это было отличное приветствие.

Я улыбнулась и пожала плечами.

– Наверное, я просто была рада тебя увидеть. Куда мы поедем?

– Это сюрприз, – ответил он, заводя машину и отъезжая от моего дома.

– Ладно, но я надела пижаму. Я не совсем поняла, шутишь ты или нет, но все равно решила воспользоваться твоим советом.

Я расстегнула куртку, чтобы показать ему свою выцветшую футболку с надписью «Сделано в 90‑х», которая была на последнем издыхании, и пижамные шорты.

– Я не шутил. Ты будешь рада, что оделась поудобнее.

Я улыбнулась и наблюдала за тем, как он ведет машину. Я понятия не имела, куда мы направляемся, но неопределенность была частью удовольствия.

– В среду у меня будут брать первое интервью, – сказала я, когда он съехал с шоссе.

– Правда? И кто?

– Брайан Кинг. Я встречалась с ним на днях вместе с тренером Дэвис.

– А, я знаю Брайана. Он порядочный парень.

Его взгляд был сосредоточен на дороге, и я не могла понять, хотел ли он еще что-то сказать по этому поводу.

– Он когда-нибудь брал у тебя интервью?

– Нет. Но мы целый год вместе играли в одной футбольной команде.

У меня не было времени расспрашивать его о подробностях, потому что Лиам подъехал к небольшому кинотеатру на открытом воздухе. Кто знал, что они до сих пор существовали в Лос-Анджелесе?

– Я подумал, раз уж о походе в кино не может быть и речи, мы могли бы по крайней мере прокрасться в такой кинотеатр и притвориться, что это настоящее свидание, – объяснил Лиам с серьезным выражением лица.

На моих губах расплылась широкая улыбка.

– Это потрясающее свидание. Я в пижаме… лучше и быть не может.

Он рассмеялся моей шутке и припарковал свой внедорожник на одном из центральных парковочных мест. Это был небольшой кинотеатр, рассчитанный максимум на двадцать или тридцать машин. Вокруг нас быстро заполнялось пространство, и я поняла, что мы прибыли как раз вовремя.

– Как же мы будем смотреть фильм, если экран у нас за спиной? – cпросила я, поворачивая голову, чтобы посмотреть в заднее стекло.

Он ухмыльнулся и вышел из машины.

– Мы расположимся в кузове.

У меня не было другого выбора, кроме как последовать за ним к кузову автомобиля, и я была рада, что сделала это. Он устроил для нас что-то вроде пикника. Ну, можно ли назвать пикником ужин, состоящий в основном из сладостей? Он все идеально спланировал. Twizzlers, Skittles, Sour Patch Kids, Snickers, Butterfingers и M&Ms – это была лишь малая часть. Рядом с ведерком попкорна стоял небольшой кулер с напитками.

– Ты совершил набег на маленький кондитерский магазинчик, чтобы раздобыть все это добро?

Он ухмыльнулся.

– Я люблю сладкое. Это мой единственный недостаток.

Я закатила глаза и игриво толкнула его в плечо.

– По-моему, сегодня вечером показывают «Шестнадцать свечей». Я никогда его не видел, – сказал он.

Я ахнула.

– Что? Как ты мог никогда его не смотреть? Его стабильно показывают по телевизору хотя бы раз в неделю.

Он пожал плечами.

– Ладно, у меня есть два недостатка.

Я улыбнулась.

– Не могу поверить, что ты все это провернул.

– Мне ненавистна мысль, что я не могу сводить тебя на настоящие свидание, поэтому я хотел сделать что-то особенное, – признался он, а затем добавил: – А еще я просто очень люблю сладости.

Он одарил меня озорной улыбкой и помог забраться в кузов машины.

Наевшись до отвала, мы отодвинули еду и напитки в сторону и улеглись на плед, который Лиам расстелили на полу.

В конечном итоге каким-то образом мы оказались сидящими в обнимку, он прислонился к кузову, а я прижалась к его груди, пока его ноги были по обе стороны от меня. Ладно, это был не совсем несчастный случай; я продолжала отодвигаться назад, пока ему не пришлось освободить для меня место межу его ног. О боже, как же мы оказались в таком восхитительном положении? Стратегическое планирование, друзья мои.

Его руки обнимали меня, придерживая одеяло на моих плечах. И как бы ни было легко повернуться, поцеловать его и забыть о фильме, мне действительно нравилось просто сидеть рядом с ним. Было приятно чувствовать, как его грудь поднимается и опускается за моей спиной.

Время от времени он спрашивал меня, удобно ли мне, или не хочу я чего-нибудь выпить или съесть, но я только качала головой, не желая, чтобы он шевелился, опасаясь, что это волшебство исчезнет.

Блаженное ощущение оттого, что я лежала в объятиях Лиама, было позабыто, когда во вторник утром я проснулась оттого, что кто-то скинул одеяло с моей кровати.

Голос Тары вторгся в мое сознание:

– Вставай и одевайся. У тебя, Бекки и Эмили сегодня утром будет особое задание.

Какого черта? Неужели мне придется каждую ночь баррикадировать свою дверь, чтобы быть уверенной в том, что «Эдвард Каллен» в лице Тары не проникнет в мою комнату? Скорее всего, и это не поможет; она просто залезет ко мне через окно, как поступал тот хитрый вампир.

Я застонала и села, пытаясь отогнать сон. К Таре присоединились Софи и еще одна девушка из ее злобных миньонов. Все они уставились на меня с хитрыми улыбками на лицах, которые заставили меня пожалеть о том, что я не сплю с дробовиком под подушкой, как бывалый южанин-ветеран.

– Вставай, – снова приказала Тара.

Ее тон действовал мне на нервы, не говоря уже о том, что мне казалось, будто мы преодолели ситуацию с дедовщиной. Но вероятно, она исчерпала свой запас благородства, и, очевидно, нуждалась в еще одной порции злодеяний, чтобы продержаться на плаву еще несколько дней.

Интересно, были ли мы уверены наверняка, что у нее в родстве не было серийных убийц?

Я поднялась с кровати и, не говоря ни слова, направилась к своему шкафу.

– Встретимся внизу, когда будешь готова, Брайант, – пробормотала Софи, прежде чем ворваться в ванную, чтобы через нее попасть в комнату Эмили.

Я съежилась, когда услышала, как они выкрикивают имя Эмили, чтобы ее разбудить.

Надевая спортивную форму, я подумывала о том, чтобы обсудить проблему дедовщины с тренером Дэвис, но я все еще не была уверена, что это того стоит. Не изменится ли все в худшую сторону, если я настучу на старшекурсниц? Не превратят ли они мою жизнь в сущий ад и сделают это более изощренно и в два раза более жестоко, чем сейчас? Если я собиралась рассказать обо всем тренеру Дэвис, я должна была быть уверенной в том, что это того стоило.

Поэтому я заключила сделку с самой собой. Сегодня будет последний день издевательств. И если они не остановятся после сегодняшнего утра, то я собиралась обратиться с этим вопросом к тренеру Дэвис.

Бекку, Эмили и меня молча усадили на заднее сиденье машины Софи, в то время как остальные новые члены команды все еще спали в общем доме. Это был второй раз, когда они решили поиздеваться над нами тремя, и я была не настолько глупа, чтобы верить в то, что это было простое совпадение. Думаю, Тара действительно меня ненавидела.

В последний раз я сидела в машине Софи на свой девятнадцатый день рождения. Я знала, что в тот вечер Тара не станет моей подругой, но я понятия не имела, насколько сумасшедшей она окажется на самом деле. Если бы я могла вернуться в прошлое, я бы предупредила саму себя держаться от Тары подальше… и, возможно, также предостерегла бы свою маму от модной в то время стрижки с челкой. Она идет далеко не всем!

Когда мы направлялись на машине второкурсниц в сторону тренировочного поля, в воздухе витало чувство страха. Тара сказала, что у них подготовлено для нас «особое задание», но на самом деле они же не могли придумать для нас что-то действительно страшное, верно? Я имею в виду, что, если бы это задание было хотя бы немного приближено к нарушению закона, я бы немедленно обратилась в полицию. Я не собиралась рыть могилы для всех ее жертв.

– Поскольку вы трое были такими послушными этим утром, думаю, мы обойдемся с вами мягче, чем планировали, – сказала Тара с улыбкой, предвещающей беду.

«О, как это мило с твоей стороны», – подумала я, глядя в пассажирское окно и желая, чтобы этот день поскорее закончился.

Когда мы добрались до тренировочного поля, Софи припарковала машину, и мы втроем выбрались с заднего сиденья.

– Ладно, новички. Сегодня мы подумали, что вам троим стоит научиться искусству гигиены, – начала Тара, доставая из сумочки три нераспечатанные зубные щетки.

Какого черта она имела в виду?

– Туалеты в тренировочном центре могли бы быть намного чище, – продолжила она, вручая нам по зубной щетке. – Итак, мы хотели бы, чтобы каждая из вас вымыла по одной туалетной кабинке, а затем, когда это будет сделано, вы сможете заняться уборкой душевой.

Бекка застонала.

– Прости, но вы думаете, что это сойдет вам с рук? Тренировка в костюмах была на самом деле очень забавной, ха-ха! Вы повеселились, но это совершенно нелепо, и ты это знаешь.

Эмили же просто стояла, разинув рот, словно не могла поверить в то, в какие обстоятельства она попала. Я почувствовала, как внутри у меня все сжалось от чувства вины. Ее бы здесь не было, если бы не я.

– Бекка права. Я не буду этого делать. Вы, девочки, пересмотрели слишком много фильмов 90‑х, – сказала я, бросая зубную щетку на землю.

Тара может поцеловать меня в задницу.

Взгляд Тары медленно переместился с зубной щетки, лежащей на земле, на мои глаза. Язвительная усмешка, появившаяся на ее лице, была предупреждением о грядущих событиях.

– Подойди ко мне на минутку, Брайант, – сказала Тара, погрозив пальцем и повернувшись, чтобы отойти в сторону и мы могли поговорить наедине.

Я последовала за ней главным образом для того, чтобы сказать ей, что она сошла с ума, не опасаясь, что кто-нибудь еще услышит, но следующее, что она сказала, заставило меня замереть на месте.

– Если ты не возьмешь в руки эту зубную щетку и не будешь выполнять мои приказы, как твоего капитана, у меня не будет другого выбора, кроме как пойти к тренеру Дэвис и рассказать ей тревожные новости.

Я закатила глаза.

– О чем ты говоришь, Тара?

Она провела пальцем по губам, и в этот момент я поняла, какой на самом деле бессердечной сукой она была.

– Позволь мне сказать тебе кое-что, что я буду вынуждена рассказать тренеру Дэвис, – начала она, стараясь говорить достаточно тихо, чтобы, кроме меня, больше никто не смог ее расслышать. – Я была на вечеринке в прошлые выходные и видела тебя там с Лиамом. И в этом не было ничего особенного, если учитывать, что это была вечеринка «Лос-Анджелес Старз», но потом, к своему ужасу, я увидела, как вы вдвоем вошли в его комнату, а когда вышли, стало совершенно ясно, что вы занимались сексом. А теперь, поскольку я не уверена, насколько ты умна, я объясню тебе по буквам.

Я ощетинилась от ее резкого тона.

– Лиам зарабатывает большую часть своих денег на рекламных сделках, которые полностью зависят от его репутации. «Лос-Анджелес Старз», возможно, и не разорвут с ним контракт, но тебе лучше поверить мне на слово, что рекламные компании не захотят, чтобы он стал для них обузой. Предполагалось, что он будет выполнять тренерскую работу на добровольных началах, а не спать с одной из участниц команды. Ну а тебя, наш милый маленький новичок, выгонят из команды Университета Лос-Анджелеса так быстро, что ты даже не успеешь навести порядок в своем шкафчике. Тренер Дэвис совершенно ясно дала понять, что любые отношения между тренером и членом команды запрещены.

На случай, если этого было недостаточно, она просто продолжала накладывать слои глазури на торт шантажа, пока кровь не отхлынула от моего лица.

– Ты хоть представляешь, какие заголовки будут в газетах? Игрок «Лос-Анджелес Старз» воспользовался новичком команды Университета Лос-Анджелеса в своих интересах…

Я стояла, разинув рот, и пыталась сообразить, насколько коварным может быть человек.

– Ох, и есть немало свидетелей, которые могут подтвердить мои слова. Я имею в виду, насколько глупой нужно быть, чтобы заниматься сексом на чертовой вечеринке? Честное слово, Кинсли, ты слишком упростила мне задачу.

Я посмотрела в ее прищуренные глаза.

– Ты такая стерва.

По ее улыбке я поняла, что она восприняла это за комплимент.

– Надеюсь, тебе нравится чистить туалеты, Брайант, – сказала она, прежде чем развернуться на каблуках и направиться обратно к своей группе миньонов.

Я не сказала ни слова. Говорить было нечего. В тот момент все козыри были на руках у Тары. Но ситуация изменилась. Я не собиралась позволять ей уйти безнаказанной. Существовал способ победить ее в ее же игре, но не раньше, чем у меня будет время обдумать все варианты. С гордо поднятой головой я вернулась на свое место, наклонилась, подняла с земли зубную щетку и, не говоря ни слова, направилась в ванные комнаты…

Когда Эмили и Бекка последовали за мной, их взгляды были прикованы к моему лицу.

– Мне правда очень жаль, девочки, – пробормотала я, открывая упаковку с зубной щеткой.

Это было чертовски нелепо.

Как у Тары хватало времени придумывать подобное дерьмо?

– Это не твоя вина, – нахмурившись, ответила Эмили.

Бедная Эмили, она понятия не имела, во что я ее втянула.

Бекка поймала мой взгляд, и я вздохнула.

– Я объясню все позже, – одними губами произнесла я, и она кивнула в ответ.

Это было худшее утро в моей жизни, и едва пробило пять утра. Я неохотно взяла зубную щетку и принялась за работу, размышляя о том, как бы замучить Тару до смерти. Я подумала о том, что один старомодный метод, когда тебя привязывают со всех сторон к четырем лошадям, ей бы очень подошел.

Чтобы убедиться, что мы действительно убираемся, Тара проверяла нас каждые несколько минут. Она заглядывала в комнату, бормотала какой-нибудь ехидный комментарий и снова уходила. Казалось, прошло несколько часов, прежде чем она наконец велела нам остановиться.

– Хватит. Теперь вам необходимо будет пробежать несколько кругов перед тренировкой.

Мы последовали за ней, и я услышала, как Эмили всхлипывает у нее за спиной. Тара довела ее до слез. Нет, я довела ее до слез.

– Эмили, все в порядке. Я пробегу вместо тебя, как в прошлый раз.

Тара рассмеялась.

– Нет, Брайант, думаю, вам троим следует бежать всем вместе. Мне кажется, твои подруги должны понять, какая ты на самом деле эгоистка.

Слово «эгоистка» задело Эмили за живое, и по ее щекам потекли слезы. Была ли я эгоисткой, продолжая отношения с Лиамом? Я не думала, что от этого станет кому-то плохо.

Возможно, Тара и недолюбливала меня раньше, но тот факт, что у меня были какие-то отношения с Лиамом, выдвинул меня на первое место в ее списке врагов. К сожалению, моя дружба с Беккой и Эмили означала, что они оказались рядом со мной.

– Девочки, мне так жаль, – взмолилась я, когда мы побежали.

Эмили даже не смотрела в мою сторону, но Бекка бросила на меня строгий взгляд.

– Не извиняйся ни за что. Это Тара должна извиняться. Она пытается разрушить твою жизнь, настраивая нас против тебя, но она понятия не имеет, каких врагов этим наживает, – отрезала Бекка.

– Мы должны отнестись к ситуации с умом. Мы можем заставить ее прекратить издевательства, но если пойдем неверным путем, то погубим и себя вместе с ней, – ответила я.

– Кинсли, я знаю о Лиаме, – неожиданно сказала Эмили.

Мы с Беккой резко повернулись в ее сторону.

– О чем ты говоришь? – спросила я.

– У нас общая ванная, и вы с Беккой, если честно, слишком громко обсуждаете личные проблемы. Например, я слышала, как на прошлой неделе ты заставила Бекку взглянуть на родимое пятно у тебя на заднице, потому что тебе показалось, что оно имеет форму жирафа. В смысле, я все понимаю. У вас, девочки, действительно особенные отношения. – Она поняла, что отклонилась от темы. – Ах да. В любом случае больше никто в доме не знает о вас с Лиамом, я об этом позаботилась, но мне просто хотелось, чтобы ты знала, что я в курсе, – сказала она, пожав плечами.

Я понятия не имела, как подступиться к этой теме.

– Ты расстроена, что я тебе не рассказала? Мне правда очень жаль, что я солгала тебе, Эм. Я просто хотела сохранить это в тайне, насколько это возможно, и не хотела втягивать тебя в это как сообщницу.

Эмили нахмурила брови.

– Я не сержусь. Я знаю, почему ты мне ничего не сказала. Просто я чувствовала себя немного обделенной. Честно говоря, я была даже рада, что меня не посвятили в это с самого начала, потому что я бы сказала тебе, что это была ужасная идея.

Я выдавила из себя легкую улыбку.

– А что ты думаешь теперь?

– Что это все еще ужасная идея, но я не могу тебя винить. Если бы он был заинтересован в ком-то из нас, мы бы поступили так же. Ты просто счастливица… или, может быть, ему повезло.

Нашу маленькую компанию охватило облегчение. Мне было приятно, что мой секрет был раскрыт, и я верила, что Эмили никому не расскажет.

– Клянусь, это было в последний раз, девочки. Я чувствовала себя отвратительно, когда чистила туалеты. Мы поквитаемся с ней. Нам просто нужно придумать, как именно…

Мы втроем сосредоточились на отжиманиях, когда я услышала резкий голос Лиама, разнесшийся в воздухе.

– Тара, я, кажется, предупреждал тебя об этом в прошлый раз? Что, черт возьми, тебе не понятно в уважительном отношении к товарищам по команде?

Я остановилась на середине отжимания и увидела, как Тара поворачивается к нему с коварной улыбкой на лице.

– Лиам! Да ты просто герой дня…

От моего внимания не ускользнуло, что она назвала его Лиамом, а не тренером Уайлдером. В тот момент она всем своим видом давала понять, насколько была всевластна. Она держала наши судьбы в своих коварных руках.

– Прости? – спросил Лиам, выпрямляясь в полный рост.

Он выглядел смертельно опасным. Он никогда не смотрел на меня так, как сейчас смотрел на Тару. Неприкрытая ярость исказила его красивые черты, и на мгновение я испугалась, что сейчас произойдет что-то очень плохое. Я попыталась бросить на него усталый взгляд, который мог бы как-то подвести итог тому, насколько мы теперь облажались, когда Тара узнала о нас.

– Нам нужно подготовиться к тренировке. Извини, – сказала Тара, мило помахав рукой, и ушла, не потрудившись ему ответить.

Лиам мгновение следил за тем, как она уходит в сторону центра, а затем запустил пальцы в свои волосы. Он выглядел беспомощным, и в некотором смысле так оно и было. Пойти к тренеру Дэвис было его единственным выходом.

Но сделает ли он это?

И если он это сделает, расскажет ли Тара тренеру Дэвис о наших отношениях?

– Девочки, с вами все в порядке? – спросил Лиам, наклоняясь к тому месту, где мы сидели на траве, переводя дух.

Эмили кивнула, но промолчала.

– О да! У нас было просто потрясающее утро. Я позволю Кинсли ввести тебя в курс дела, – сказала Бекка, поднимаясь с земли вместе с Эмили и отправляясь в раздевалку вслед за старичками.

– Кинсли, какого черта ты позволяешь ей так с собой обращаться? Мне придется все рассказать тренеру Дэвис.

Последняя фраза подтолкнула меня к действию.

– Она все знает, – начала я, но с трудом выговорила слова из-за переполнявших меня эмоций.

Лиам кивнул, постепенно осознавая серьезность ситуации. Его рука потянулась к моей, чтобы помочь подняться, как раз в тот момент, когда тренер Дэвис припарковала свой автомобиль на парковке. Она выскочила из машины и несколько мгновений настороженно наблюдала за нами, прежде чем направиться внутрь. Просто чертовски великолепно. Ее подозрений нам еще и не хватало.

– Мне нужно идти на тренировку. Поговорим позже, – пообещала я, развернувшись на пятках, и побежала внутрь, прежде чем он успел сказать что-нибудь еще.

Наши отношения стали бы отравой для моей футбольной карьеры. СМИ раскрутили бы нашу связь так, что самые популярные журналы стали бы лучше продаваться благодаря нам, а заголовки вроде: «Самая счастливая футбольная пара» – не стоили ни черта по сравнению с: «Плохиш-футболист, преследующий наивную девушку, вместо того чтобы ее тренировать».

Мы по-королевски облажались.

Лиам:Все в порядке? Мы сможем встретиться завтра перед тренировкой? Позвони мне.

– Ты собираешься поговорить с ним или как? – спросила меня Бекка, прочитав сообщение через мое плечо.

Позже тем же вечером мы были в моей комнате, пытаясь придумать план, как отомстить Таре.

– Да. Конечно. Мне просто нужно все хорошенько обдумать. Если я пойду к тренеру Дэвис, то она пригласит Тару в свой кабинет для разговора, а Тара, в свою очередь, подставит нас с Лиамом. Но если я все обсужу сначала с ним, возможно, у него появится план получше?

Я прикусила нижнюю губу уже в сотый раз за этот день.

– Я думаю, тебе следует сначала поговорить с Лиамом, потому что он имеет право знать о том, что происходит.

– Да, боже, конечно же я это понимаю. Просто не хочу втягивать его в это без необходимости. У него и без того дел по горло.

– А что насчет тебя? – заметила Бекка. – У тебя забот не меньше.

В ее словах был смысл, но потом я взглянула на часы. Одиннадцать часов вечера – слишком поздно для телефонного звонка с учетом того, что на следующий день у нас была тренировка в шесть утра, верно? Этим я себя и успокоила.

Кинсли:Нам не стоит встречаться перед тренировкой. Не хочу лишний раз вызывать подозрений.

Лиам:А что насчет после?

Кинсли:У меня интервью.

Он не потрудился ответить. Мгновение спустя на моем экране высветился его номер, и я запаниковала. Я провела пальцем по экрану и влетела в свой гардероб, захлопнув за собой дверь. Я почувствовала себя секретным агентом. Хотя и очень неопытным.

– Алло? – спросила я, даже не потрудившись включить свет в своем шкафу.

– Кинсли, скажи мне, что происходит. Каким образом Тара все узнала? – У него был усталый голос.

Я опустилась на пол и спряталась за одеждой таким образом, что она висела передо мной как занавес.

– Она и еще несколько девочек видели, как мы заходили в твою комнату на одной из вечеринок, и она сказала, что было очевидно, что мы только что занимались сексом. Тренер Дэвис сказала мне держаться от тебя подальше, но я не послушалась.

Лиам молчал. Я слышала его ровное дыхание, а потом он наконец заговорил:

– Я и раньше имел дело с придурками, но она, конечно, хитрая.

– Да, ну, ты можешь сказать ей, какая она «хитрая», когда нас обоих выгонят из наших команд.

– Я не позволю этому случиться, Кинсли. Тара не всемогущая. Она ни черта не может мне сделать, и я не позволю ей повлиять на твою футбольную карьеру. Давай просто обсудим все на тренировке. Веди себя как обычно и постарайся несколько дней лишний раз не попадаться ей на глаза. Я во всем разберусь.

Я кивнула в темноте своего шкафа.

– Звучит заманчиво, тренер.

Он рассмеялся.

– Мне жаль, что в наших отношениях такой кавардак.

– Эй! Мы оба виноваты, ясно?

– Помнишь, я спросил, жалеешь ли ты о нас? – спросил он.

Я улыбнулась этому воспоминанию.

– Да. И я ответила, что дам тебе знать через несколько недель.

– Ты уже приняла решение?

Конечно, я уже приняла решение. Я ни секунду не жалела о том, что мы были вместе, даже тем утром, когда моя рука дотронулась до какой-то сомнительной жидкости в туалете тренировочного центра.

– Нет. Думаю, мне нужно еще несколько недель, чтобы все обдумать.

– Ты просто водишь меня за нос, Кинс.

Я рассмеялась.

– Хочу, чтобы ты был всегда в тонусе.

Затем я вспомнила кое-что, что беспокоило меня весь день.

– Знаешь, я действительно не понимаю: какая от этого для Тары выгода? Я бы еще поняла, если бы я претендовала на ее место капитана или что-то в этом роде, но это не так. Лиам, сегодня она довела Эмили до слез.

Он вздохнул.

– Она клеилась ко мне в прошлом году на одной из вечеринок. Хотя, если быть откровенным, она делала это несколько раз, но в конце концов решила прямо признаться в своих чувствах и выложить приглашение переспать прямо на стол. Очевидно, что я ей отказал. Не знаю, злится ли она до сих пор из-за этого или нет.

– Фу. Фу. Фу. Фу. Я не хочу представлять вас с Тарой вместе.

– Мы не были вместе.

– Она похожа на одну из злодеек диснеевских мультфильмов.

Он рассмеялся.

– Она еще хуже.

Я улыбнулась в пятидесятый раз с тех пор, как ответила на его телефонный звонок, что привело к общему количеству моих улыбок за день до пятидесяти одной, потому что я улыбнулась снова, когда это осознала.

– Мы можем поговорить о чем-нибудь другом, прежде чем я пойду спать? Я не хочу, чтобы мне приснился сон, в котором вы… ну понимаешь…

– Через несколько недель ко мне в гости приезжает мама, – сказал он.

– Правда? А где она живет?

– В Англии. Мой отец переехал туда по работе, когда я был еще маленьким.

– А-а-а.

– Она посетит одну из наших игр. Я бы хотел вас с ней познакомить.

Я втянула в себя воздух.

– О боже, и это твой способ успокоить меня перед сном? Как бы невзначай упомянув о том, что через несколько недель мне придется произвести хорошее впечатление на твою маму? – рассмеялась я.

– Моя мама потрясающая и простая женщина. Тебе не обязательно получать ее одобрение. Ты и так получишь его благодаря тому, что нравишься мне.

– О-о-о. Значит, я тебе нравлюсь?

– Конечно, ты мне нравишься.

– А я нравлюсь тебе больше, чем M&Ms?

– Откуда ты знаешь, что мне нравятся M&Ms?

Я рассмеялась, вспомнив наше свидание в кинотеатре на открытом воздухе.

– Прошлым вечером ты проглотил весь пакетик, прежде чем я успела взять хотя бы одну конфетку.

Он усмехнулся в трубку.

– Я обращал внимание только на M&Ms. Прости меня за плохие манеры.

– Ты не ответил на мой вопрос.

– Кинсли, ни одна девушка не нравилась мне больше, чем M&Ms.

Я рассмеялась и откинула голову на стену.

– А я уже близка к этому? – пошутила я.

– Я бы сказал, что ты нравишься мне больше, чем шоколадные M&Ms, но тебе придется серьезно постараться, если ты хочешь превзойти M&Ms с арахисом.

– Мне предстоит нелегкий путь.

– Думаю, ты справишься, – пошутил он, и я улыбнулась в трубку.

– Вызов принят.

На следующий день, когда я пришла на интервью с Брайаном Кингом, в кофейне было полно народа. Я провела рукой по подолу своей юбки-карандаш и, обходя стол, попыталась выглядеть уверенной в себе, изображая достаточно яркую улыбку и ловя свое отражение в зеркале. Брайан Кинг будет в восторге от этого.

Бекка помогла мне выбрать идеальный наряд. На мне была красивая шелковая блузка, заправленная в скромную юбку-карандаш длиной чуть выше колен. Мои туфли на невысоких каблуках стучали по деревянному полу, пока я не остановилась в центре кофейни.

Брайан сидел за одним из столиков вместе с фотографом, но я никак не могла осознать тот факт, что также за их столом сидел мой бывший парень Джош в красивой рубашке на пуговицах и брюках-слаксах.

– Эм, привет? – пробормотала я, слегка нахмурившись, и направилась в их сторону.

Джош просиял, когда заметил меня, а Брайан неуверенно улыбнулся.

– Привет, Кинсли. Пожалуйста, присаживайся. Как ты можешь заметить, в наших планах произошли небольшие изменения.

Я перевела взгляд с Брайана на Джоша и обратно.

– Что происходит?

– Сегодня утром мне позвонил редактор журнала и сообщил, что к нам на интервью присоединится Джош. Редакция решила немного поменять направление статьи.

Я повесила сумочку на стул и села на предложенное Брайаном место.

– В каком именно направлении они решили двигаться? – спросила я, скептически глядя на Джоша.

На мой взгляд, его улыбка была чересчур широкой… как будто он был котом, которому наконец удалось поймать канарейку.

– Ох, просто решили выделить двух новичков вместо одного, – ответил он так, как будто вся эта идея была довольно невинной. – Джош новичок в «Старз», а ты в университетской сборной, и в ближайшие месяцы вы оба будете пробоваться попасть на Олимпийские игры. Эти моменты сделают статью более содержательной.

Судя по тому, что сказал Брайан, статья показалась мне достаточно безобидной. Если они хотели включить в нее нас обоих, у меня не было с этим проблем.

Оба мужчины сидели и ждали моего ответа.

– Эм, ладно, я полагаю, что все нормально?

Что мне еще оставалось делать? Сбежать из-за небольшого изменения планов? Джош был хорошим футболистом, он тоже заслуживал внимания прессы.

– Вот и отлично! – Брайан хлопнул в ладоши и подтолкнул ко мне какие-то бумаги. – Но прежде чем мы начнем, нужно, чтобы ты подписала контракт, в котором всего несколько пунктов. В основном там говорится о том, что любые снимки, сделанные фотографом во время интервью, могут быть использованы журналом и что мы опубликуем твои слова дословно, чтобы обезопасить себя на этапе редактирования.

Я прикусила нижнюю губу, просматривая документы и внезапно пожалев, что рядом со мной нет моей мамы. Подписывать контракты любого рода мне всегда казалось чем-то пугающим.

– Ты уже подписал свой? – спросила я, взглянув на Джоша.

– Как раз перед тем, как ты сюда вошла. Мне показалось, что все в порядке. – Он пожал плечами и одарил меня легкой улыбкой.

– Не торопись, Кинсли. Я пока схожу вам за кофе.

Брайан поднялся из-за стола и отошел, а я изо всех сил старалась вникнуть в детали контракта. Он был кратким и достаточно простым, поэтому через несколько минут я поставила свою подпись над пунктирной линией, а затем подвинула бумаги обратно к Брайану.

– Как у тебя дела? – спросил Джош, наклоняясь ко мне.

Я видела, как быстро открывался и закрывался затвор фотоаппарата у фотографа. Полагаю, съемка началась сразу после подписания контракта.

Я отодвинулась от Джоша, чтобы фотографу было сложнее запечатлеть нас вместе в одном кадре.

– Все превосходно. Я очень занята.

Он улыбнулся и протянул руку, чтобы коснуться спинки моего стула.

– Очевидно, у тебя все хорошо получается, раз журнал захотел взять у тебя интервью.

Я натянуто улыбнулась и кивнула. К счастью, в этот момент вернулся Брайан, избавив меня от дальнейших неловких разговоров.

– Вот, пожалуйста, – сказал Брайан, ставя перед нами чашки кофе и одаривая меня широкой улыбкой. Своими белоснежными зубами он мог ослепить людей, если бы не был так осторожен.

– Спасибо.

Я натянуто улыбнулась и сосредоточилась на том, чтобы добавить в свою чашку сливки и сахар, пока Брайан возился с бумагами и доставал свой диктофон.

– Если вы не возражаете, я готов начать запись прямо сейчас.

Мы с Джошем согласились.

Интервью прошло быстро, и я сразу поняла, что мне не о чем беспокоиться. Вопросы, которые он задавал, были похожи на те, что он на днях прислал мне на почту. И я ответила на них так, как мы договорились с тренером Дэвис. Ближе к концу интервью Брайан начал задавать вопросы о наших отношениях с Джошем. Я отвечала односложно, пропуская наш неприятный разрыв и больше уделяя внимания нашей былой дружбе. Джош, к счастью, последовал моему примеру.

– Это было здорово. Огромное вам спасибо. А теперь давайте сделаем несколько снимков, и можем завершить наше интервью.

Как только покинула кафе, я отправила Лиаму сообщение, чтобы ввести его в курс дела о последних изменениях в интервью.

Кинсли:На интервью присутствовал Джош.

Лиам:Что? Почему?

Кинсли:Они захотели написать статью о двух новичках вместо одного. Мне показалось, что в этом не было ничего подозрительного. Я прочитала контракт перед подписанием.

Лиам:Тебе следовало позвонить мне или тренеру Дэвис.

Кинсли:Почему?

Лиам:Я не доверяю журналистам. У меня сейчас ужин с нашими тренерами. Поговорим позже.

На долю секунды я разозлилась на Лиама за то, что он так драматизирует… но потом я начала беспокоиться. В течение многих лет он был частью этой индустрии, так что, возможно, мне следовало сначала обсудить изменения в интервью с ним или тренером Дэвис, но я даже не подумала об этом.

Хуже всего было то, что Лиам оказался абсолютно прав. Позже тем же вечером Эмили вбежала в мою комнату с широко раскрытыми глазами и ноутбуком в руках. Мы с Беккой смотрели «Девичник в Вегасе», но поставили фильм на паузу, увидев выражение ее лица.

– У тебя ведь сегодня было то интервью? – осторожно спросила она.

Я приподнялась на локтях.

– Да. А что?

Она развернула свой ноутбук и показала главную страницу популярного сайта о спорте.

В верхней части экрана огромными буквами было написано: «Романтические отношения между претендентами на участие в Олимпийских играх». От фотографии, которая сопровождала этот заголовок, меня чуть не стошнило. Джош сидел на своем месте, положив руку на спинку моего стула, и мы оба широко улыбались. Хуже всего было то, с какой нежностью он на меня смотрел. Хотя в тот момент мне хотелось вышибить ножки из-под его стула. Для незнающего человека фотография была неопровержимым доказательством заголовка.

– Какого черта?! – закричала я, вскакивая с кровати, чтобы лучше рассмотреть фото.

Мне пришлось отдать должное журналу. Менее чем через четыре часа после интервью они уже подготовили и разместили тизеры и фотографии для рекламы статьи, которая должна была выйти в ближайшие несколько дней. Эти подонки знали свое дело.

– Этот гребаный репортер! Эта статья должна была быть о футболе, а не обо мне и Джоше!

Я запустила пальцы в волосы и крепко зажмурилась.

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.

Лиам был прав. Журналистам нельзя было доверять. И вдобавок ко всему прочему, что сейчас со мной происходило, я могла поместить эту статью в начало списка.

Я схватила свой телефон, позвонила маме и все ей рассказала.

– Мы можем это опровергнуть? – спросила я, расхаживая взад-вперед, в то время как Бекка и Эмили потрясенно наблюдали за происходящим.

– Нам придется подождать и посмотреть, о чем говорится в самой статье. Возможно, они просто хотели намекнуть на потенциальный роман в тизерах, чтобы статья набрала популярность еще до выхода. Не беспокойся об этом. Фотография безобидная, и ты выглядишь на ней просто потрясающе. Постарайся немного поспать, и мы во всем разберемся, как только узнаем больше информации.

– Я чувствую себя такой использованной, мам. Они утверждали, что речь пойдет о футболе и моих планах на участие в Олимпиаде. И я начинаю осознавать, что на самом деле никому нет и дела до моей футбольной карьеры. Они просто хотят сделать из меня знаменитость, такую же, как одну из звезд реалити-шоу. Ким, Хлоя, Кортни, а теперь еще и Кинсли![10]

– Тебе не кажется, что это еще одна причина сосредоточиться на отборах на Олимпийские игры? Помни об этом, когда будешь тренироваться еще усерднее. Думаю, будет лучше, если мы пока больше не будем соглашаться на другие интервью, и я попрошу пиарщиков твоего отца опубликовать официальное заявление, в котором будет говорится о том, что сейчас ты одинока и все твое внимание сосредоточено на футболе и отборах на Олимпиаду. Мы во всем разберемся, милая.

Я вздохнула, чувствуя себя намного лучше.

– Хорошо, спасибо, мам.

– Люблю тебя. Держись, все наладится.

Когда я завершила звонок, Бекка и Эмили не произнесли ни слова. Они обе ждали, когда я заговорю первой.

– Давайте притворимся, что ничего особенного не происходит, и вернемся к просмотру фильма.

– Звучит отлично, – кивнула Бекка и нажала на «Воспроизведение».

Я вернулась в свою постель и забралась под одеяло. Остаток вечера я притворялась, что моя жизнь очень проста и что все, на чем мне нужно было сосредоточиться, – это смеяться над шутками из фильма и отлично проводить время с двумя моими подругами.

И я ни за что не стану Кинсли Кардашьян.

Полная версия статьи была опубликована уже на следующий день и размещена по всем сайтам, которые попадались мне на глаза, от «TMZ» до «New York Times». Я не стала утруждать себя чтением. Я знала, что ничего хорошего там не найду, судя по сопроводительным фотографиям. Они отфотошопили все до единого снимки, чтобы создать впечатление, будто мы с Джошем пара. Счастливая пара претендентов на участие в Олимпиаде. Пристрелите меня. А еще лучше, пристрелите Джоша.

Я позволила пиар-команде своего отца позаботиться об этом. Они опубликовали заявление о ложных сведениях, и я начала беспокоиться о вещах, которые на самом деле могла контролировать, а именно – о футболе и отборе в олимпийскую сборную.

Я приехала на поле до начала тренировки и пробежала спринтерскую дистанцию. Затем выполнила несколько силовых упражнений и попыталась направить всю свою накопившуюся энергию во что-то продуктивное. К началу тренировки я была все еще задумчивой и ко всему прочему уставшей.

Лиам тоже был в ужасном настроении, хуже, чем я когда-либо видела. Когда мы упражнялись на своих позициях, он срывался на каждой из нас. Его настроение меня отвлекало, и я постоянно путалась.

Наконец он набросился и на меня.

– Кинсли, включи свою голову. Это не так уж и сложно, у тебя было все лето, чтобы проработать эти упражнения. – Его тон был резким, и несколько девушек уставились на него, разинув рты.

Тара, стоявшая всего в нескольких футах позади меня, пробормотала:

– Ого, влюбленные поссорились?

Несколько второкурсниц засмеялись, и в тот момент я потеряла самообладание. Я могла вынести что угодно, но то, что Лиам накричал на меня на глазах у моих злейших врагов, стало той самой каплей, переполнившей чашу моего терпения.

Я развернулась и указала пальцем прямо на Тару.

– Знаешь что? Меня уже тошнит от твоего дерьма. Что это за капитан, который пытается саботировать собственную команду? Ты хоть понимаешь, что делаешь? В чем, черт возьми, смысл? Чтобы ты могла посмеяться надо мной со своими подружками после тренировки? У меня есть для тебя новость, Тара: ты никому, сука, не нравишься. Держу пари, Софи и другие второкурсницы дружат с тобой только потому, что ты их тоже шантажировала…

– Хватит, – закричал Лиам, хватая меня за талию и оттаскивая назад.

Я даже не поняла, что оказалась лицом к лицу с Тарой, пока меня внезапно не потащили прочь.

– На твоем месте, Брайант, я бы начала наводить порядок в своем шкафчике. – Она говорила с жутким спокойствием, но я видела, как крутятся шестеренки в ее голове.

Я только что разбудила зверя и собиралась за это поплатиться. Ее глаза были проницательны, а губы изогнуты в расчетливой ухмылке.

К счастью, тренер Дэвис находилась на другой стороне поля, так что инцидент закончился, не успев начаться. Пока.

Тара и старшекурсницы сделали перерыв, чтобы выпить воды, а я осталась стоять на месте, остывая и осознавая тот факт, что нахожусь в эпицентре бури.

Мы с Лиамом больше не обмолвились ни словом, пока ему не пришло время уезжать, и до конца тренировки мы с Тарой держались на расстоянии друг от друга. Мое сердце билось, как у колибри, пока я пыталась придумать, как мне каким-то образом остановить надвигающуюся бурю.

Вот и все. Пресловутое дерьмо вот-вот должно было выплеснуться наружу, а я была к этому не готова. Остаток дня я ужасно нервничала. У меня не было возможности поговорить с Лиамом после тренировки, и я не могла пойти к тренеру Дэвис, не обсудив все сначала с ним. Однако ждать больше не было времени. Если Тара собиралась все рассказать тренеру, мы должны были ее опередить. И насколько я понимала, было уже слишком поздно; Тара могла пойти к ней сразу после тренировки.

– Что ты собираешься делать? – спросила меня Бекка.

Она сидела на краю моей кровати, пока я мерила шагами свою комнату. Я ощущала себя зверем, запертым в клетке. Мое сердце не переставало колотиться, а руки были сжаты в кулаки. Я осознавала, насколько была напряжена, и пыталась расслабиться, но затем в моих мыслях возникало лицо Тары, и я снова впадала в ярость.

– Я понятия не имею, черт возьми.

– Кинсли, все серьезно… Если Тара пойдет к…

– Я знаю. Знаю, – перебила ее я и наклонилась, чтобы взять свои кроссовки.

Было уже поздно, может быть, восемь или девять часов вечера, но мне нужно было пробежаться.

– Я скоро вернусь, – пробормотала я, спускаясь по лестнице и выходя через парадную дверь, даже не оглянувшись.

Я пробежала по лужайке перед домом и свернула направо, на пустую улицу. Услышав стук своих ног по асфальту, я словно очнулась ото сна. До этого момента я считала себя непобедимой. Но на самом деле я поставила на карту все свои мечты, свое будущее и карьеру ради парня, которого знала всего несколько недель. В общей картине моей жизни Лиам был точкой на временной шкале, но он был способен стереть с лица земли все, что могло случится со мной хорошего после него.

И что еще хуже, мне некого было винить, кроме себя. Я решила воспользоваться шансом. Решила жить настоящим моментом, испытывая судьбу. Что, если тренер Дэвис вызовет меня завтра к себе в кабинет и скажет, что я исключена из команды? Что, если она сообщит мне, что не допустит меня к отборам на Олимпийские игры? Что тогда у меня останется? Лиам? И как я смогу смотреть на него, не видя каждый раз своего провала?

Я продолжала бежать, пока страх не проник в мои кости. Это был сигнал к пробуждению. Я боялась, что уже слишком поздно все менять. Возможно, если я все объясню тренеру Дэвис, она даст мне еще один шанс. У меня не было другого выбора. Я не была готова отказаться от своей мечты.

Я размышляла над этим, когда завернула за угол, возвращаясь к дому, и увидела внедорожник Лиама, стоящий у обочины. Он был припаркован прямо перед домом, а не за углом. Мой желудок опустился еще ниже, и я перешла на шаг, когда приблизилась к его машине. Мое сердце бешено колотилось в груди, и я не могла контролировать его ритм. Бег и эта неожиданность оказались чересчур для моих нервов.

Я прошла мимо его внедорожника и заглянула в салон, там было пусто. Входная дверь позади меня открылась, и, обернувшись, я увидела, что Лиам выходит на улицу. Его волосы были взъерошены. Он пристально смотрел на меня, прищурив глаза. Несколько второкурсниц заглянули в щель, прежде чем закрыть за ним дверь.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я, застыв на месте.

– Я приехал, чтобы сообщить команде, что больше не буду вашим тренером.

У меня перехватило дыхание.

– Что?

Он продолжал приближаться ко мне, выражение его лица было едва различимо.

– Сегодня я разговаривал с представителями «Лос-Анджелес Старз» и тренером Дэвис, – объяснил он, проводя рукой по подбородку.

Я почувствовала, как земля с визгом ушла из-под ног. Черт возьми, он сделал это. Я прикрыла рот рукой, ожидая, что будет дальше.

– Теперь все кончено. Тара больше не сможет шантажировать тебя, и тренер Дэвис разберется с ней отдельно.

Он не сказал мне то, что на самом деле имело значение. Что имело значение для меня. Могла ли я еще рассчитывать на воплощение своей мечты в реальность или нет?

– И что в итоге? Что было дальше, Лиам? Я все еще в команде? А ты? У тебя все еще есть предложения от спонсоров?

Внезапно я почувствовала, что нахожусь так же близко к взрыву, как и перед пробежкой. Я не могла больше справляться со стрессом. Это было уже слишком.

Лиам подошел и встал передо мной, взяв меня за руку. Я позволила ему, потому что так было проще, но я не была уверена, что хочу, чтобы он прикасался ко мне.

– Представители «Лос-Анджелес Старз» были немного расстроены возможной негативной реакцией прессы, но они не стали бы выгонять меня из команды за что-то подобное. Конечно, несколько моих спонсоров оказались в бешенстве, и да, самый консервативный из них расторгнул со мной контракт. Они не были уверены, как СМИ раскрутят эту историю, и не хотели рисковать из-за меня. С остальными я смог договориться. Сегодня днем я рассказал тренеру Дэвис смягченную версию правды – что Тара заинтересовалась мной, а я заинтересовался тобой. Она издевалась над тобой и несколькими другими новичками и угрожала использовать ложные факты, чтобы добиться твоего исключения из команды.

– На самом деле это не были ложные факты, – прошептала я.

– Технически так оно и было. У нас никогда не было секса, – поправил меня Лиам.

В тот момент он был не в себе и не знал, что говорит, но я не хотела спорить.

– Мы с тренером Дэвис согласились, что будет лучше, если я перестану тренировать команду, чтобы эта драма утихла.

– Но разве теперь у тебя из-за этого не будет проблем с «Лос-Анджелес Старз»?

Он покачал головой.

– У меня никогда не было проблем с моей командой. Это была чушь, выдуманная СМИ. За последние несколько недель я играл лучше, чем за всю свою карьеру.

Я правильно его расслышала? Он действительно поговорил с тренером Дэвис и со своей командой? И он сказал мне, что все в порядке. Сказал, что худшее позади, но мой разум так и не мог прийти в себя. Мое сердце все еще билось на бешеной скорости, и мне необходимо было несколько минут, чтобы все осознать.

– Кинсли, все кончено. Нам больше не нужно прятаться…

Я покачала головой из стороны в сторону, один раз, другой, пытаясь выбросить все мысли из головы. Пять минут назад мои худшие опасения подтвердились. Я ощутила, что будет, если моя футбольная карьера закончится, и это был самый страшный момент в моей жизни.

Я отступила на шаг назад от Лиама.

– Кинсли? – осторожно спросил он.

После всех его объяснений я должна была почувствовать облегчение, но вместо этого я ощущала себя так, словно у меня было похмелье.

– Мне просто нужно время все обдумать. Я очень устала, – честно ответила я. – Поговорим с тобой завтра, хорошо? Спасибо, что все уладил. Я знаю, наверное, тебе было нелегко справляться со всем в одиночку.

– Эй, я же сказал, что обо всем позабочусь. Я не хотел, чтобы ты лишний раз переживала. И я бы сделал все, чтобы убедиться в том, что тебя это не коснется и что твоя карьера не будет поставлена под угрозу.

Было приятно слышать его слова, но я не могла позволить им осесть в моей голове. Я была словно полный стакан воды, а жизнь все пыталась влить в меня еще немного жидкости. Избыток лился через край и выплескивался наружу. Мне просто необходимо было пять долбаных минут, чтобы переварить сегодняшние события, прежде чем думать о чем-то еще.

Я закрыла глаза и кивнула, прежде чем обойти его и направиться в дом. Думаю, я сделала это, чтобы не отвлекаться на его внешность: темные глаза, нахмуренные брови и пухлые губы. Если бы я этого не сделала, то не смогла бы пройти мимо него.

– Спасибо, Лиам. Но сегодня я поняла, как оказалась близка к тому, чтобы потерять все, ради чего столько работала, и сейчас я ощущаю себя такой идиоткой… Словно я неудачница, которая предпочла парня Олимпиаде.

Я развернулась и направилась в дом.

– И это все? Ты собираешься вот так вот сдаться? – крикнул он позади меня.

Я остановилась, уставившись на газон возле дома, слишком боясь встретиться взглядом с его задумчивыми глазами.

– Просто сегодня я многим рисковал ради тебя, Кинсли. Я боролся за тебя, боролся за нас в тот же самый день, когда о вас с Джошем писали по всему гребаному интернету. Но я сделал все это, потому что хотел быть с тобой, я хотел всего этого – не тайных встреч, не запретной романтики. Я хотел пригласить тебя на настоящее свидание и похвастаться тобой, потому что я не боюсь начать с тобой что-то настоящее… Так чего же ты боишься?

Его кроссовки захрустели по гравию, и я обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как он запрыгивает на переднее сиденье своего внедорожника и захлопывает дверцу. Затем я услышала, как взревел двигатель, и через мгновение он уже мчался по улице, оставив меня застывшей на месте, словно после удара хлыстом.

Так чего же я боялась?

– Я принесла тебе ужин. Ты голодна? – спросила Бекка, ставя тарелку супа и сэндвич на мою прикроватную тумбочку.

– Нет, просто очень устала, – ответила я, – но все равно спасибо.

Был вечер пятницы, и несколько девочек собирались пойти в кино. Я решила остаться в своей комнате и поваляться в постели. Последние тридцать шесть часов я только и делала, что ела, спала и дышала футболом. Это было освежающе и как раз то, что мне было нужно, – напомнить себе о моей настоящей любви в жизни.

Бекка стянула с меня одеяло, чтобы увидеть мое лицо. Думаю, она ожидала, что я буду плакать, но вместо этого обнаружила немытые волосы и размазанный макияж. Возможно, у меня на подбородке было немного расплавленного шоколада, который я пыталась слизать последние полчаса.

– Я понимаю, почему ты делаешь то, что делаешь, – начала она и замолчала, пока я не встретилась взглядом с ее карими глазами. – Это своего рода самонаказание. Ты чувствуешь вину за то, что тебе все сошло с рук, и теперь наказываешь себя. Но это все чушь собачья.

Ее слова задели меня за живое.

– О чем ты говоришь?

– Ты чувствуешь себя виноватой, потому что нарушила правила и тебя не поймали. А потом, когда все вскрылось, ничего особенного не произошло. Жизнь продолжается. Но знаешь что? Может быть, с самого начала это было глупое правило? Ты бы оттолкнула Лиама, если бы изначально тебе разрешили с ним встречаться?

Я решила притвориться, что это был риторический вопрос.

– Сейчас я с девочками иду в кино, но завтра мы с тобой собираемся пойти на вечеринку в доме Пенна. Я уже сказала ему, что приеду, и ты просто обязана поехать со мной.

Я совершенно забыла об этом. Бекка собиралась впервые увидеть Пенна с тех пор, как они познакомились, и я знала, что она была этим очень взволнована.

– Я не уверена, что смогу.

Она подняла руку, останавливая меня.

– Ради тебя я чистила унитаз зубной щеткой. Ты сможешь!

Она была права.

– Ты моя лучшая подруга, Бекка. Спасибо тебе за все, – сказала я как раз перед тем, как она вышла из комнаты.

– Не за что, но ты все равно поедешь со мной к Пенну, – рассмеялась она и закрыла за собой дверь.

В субботу утром у меня были планы позавтракать с тренером Дэвис. Оставалось еще несколько неразрешенных вопросов, и она попросила встретиться, чтобы мы могли прояснить ситуацию раз и навсегда. Несмотря на то что я была уверена в том, что она не выгонит меня из команды, я все равно нервничала, ожидая услышать в свой адрес выговор от человека, на которого я равнялась.

– Доброе утро, тренер Дэвис, – поздоровалась я, усаживаясь напротив нее.

Она подняла глаза от своей кружки с кофе и улыбнулась. Было странно видеть ее вне тренировки. Она выглядела мило в своем шарфе и джинсах. Как обычный человек, а не знаменитый футбольный тренер. Если бы мы встретились при других обстоятельствах, я бы похвалила ее наряд.

– Доброе утро, Кинсли, как твои дела? – спросила она.

– Все в порядке. Чувствую себя довольно неплохо после последних нескольких дней тренировок. Думаю, что команда действительно набирает обороты.

Она кивнула в ответ, но в уголках ее глаз появились морщинки, как будто она пыталась разглядеть что-то, что я от нее скрывала. Она указала рукой на стул, стоящий напротив стола, и я быстро заняла место, садясь поудобнее.

Когда я наконец устроилась, то подняла глаза и глубоко вздохнула.

– Я пригласила тебя сюда по двум причинам. Во-первых, я хотела перед тобой извиниться. Я наделила Тару властью, и мне жаль, что не уделяла больше внимания тому, как она этой властью злоупотребляла. То, через что она заставила пройти тебя, Эмили и Бекку, непростительно, и это совсем не соответствует моей учебной программе.

– Тренер…

– Я еще не закончила. Я стремлюсь создать такую атмосферу, в которой вы, девочки, могли бы обратиться ко мне с любой проблемой.

Я кивнула и быстро отпила воды из своей бутылки.

– Во-вторых, мы обе знаем, что твое поведение в отношении тренера Уайлдера было крайне неподобающим. Ты предпочла поставить себя выше своей команды и пошла против правил, которые я установила.

Я вздрогнула от ее слов.

– Теперь, после всей предоставленной информации, я понимаю, что эта конкретная ситуация была немного необычной. Лиам был волонтером в нашей команде, и технически он не входил в штат Университета Лос-Анджелеса. Это правило было введено мной для того, чтобы вы, девочки, оставались сосредоточенными на футболе, и, честно говоря, я не хотела, чтобы кто-то из вас пострадал. Когда Лиам пришел ко мне и объяснил ситуацию, его чувства к тебе были совершенно очевидны. Я не настолько жестока, чтобы разрушать юную любовь. Я предоставляю шанс вам самим это сделать.

Я улыбнулась ее шутке и подняла взгляд от бутылки с водой.

– Итак, что же будет дальше?

– Ну, Лиам больше не тренирует нашу команду, так что ваши отношения меня больше не волнуют.

– Значит, технически я могу с ним встречаться?

Тренер Дэвис мягко улыбнулась.

– Тебе лучше задать этот вопрос ему.

Ох, точно. Была небольшая проблема: возможно, Лиам ненавидел меня. В четверг вечером он оставил мяч в моей зоне, и с тех пор между нами было сорок восемь часов радиомолчания. Я считала, что это именно то, что мне было нужно. Я чувствовала себя подавленной и хотела немного времени, чтобы привести свои мысли в порядок. Что ж, мои мысли определенно прояснились, и единственное, о чем я могла думать, – это о том, что наши отношения с Лиамом больше не были под запретом.

Я сделала паузу, прежде чем задать следующий вопрос.

– А что насчет Тары? – спросила я.

Тренер Дэвис сделала глоток кофе и прищурилась, словно собираясь с мыслями.

– Вчера у нас с Тарой был разговор, и она поставила мне ультиматум: «Или ты уходишь из команды, или она».

Мое сердце бешено заколотилось в груди.

– Ах. Ясно.

– Но насколько я помню, Тара не является «тренером Тарой».

Тренер Дэвис откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.

– И слава богу, – пробормотала я себе под нос.

Она улыбнулась.

– Я сказала ей, что в таком случае она может собрать свои вещи и уйти. Я была готова дать ей второй шанс, но тот факт, что она была настолько ослеплена своей ненавистью к тебе, что не побоялась выгнать одного из лучших игроков нашей команды, говорит о том, как мало ее на самом деле волнует наша судьба.

Черт возьми.

– Ничего себе.

– В ближайшее время будут внесены некоторые коррективы, но я довольна этим решением и думаю, что команда действительно от этого только выиграет. В понедельник мы выберем нового капитана путем голосования.

– Я действительно не знаю, что и сказать.

Тренер Дэвис пристально посмотрела на меня, а затем наклонилась вперед, как будто не хотела, чтобы я пропустила ни единого слова.

– У тебя есть голова на плечах, Кинсли. За те несколько недель, что ты участвуешь в нашей программе, на твоем пути возникло немало трудностей, но, несмотря ни на что, ты не позволила им повлиять на твою подготовку или преданность команде. У тебя было множество возможностей привлечь к себе внимание, но я считаю, что ты поступаешь мудро в отношении своей карьеры. Слишком часто спортсмены теряют голову, приобретая статус знаменитости, прежде чем отточить свои навыки профессионального спортсмена.

Ее комментарий напомнил мне о Лиаме.

– Вы думаете, это плохая идея – встречаться с Лиамом? Если я должна держаться подальше от всеобщего внимания?

– Не думаю, что ты могла бы найти лучшего кандидата, чем Лиам. Как я тебя и предупреждала, у него есть определенная репутация, но теперь ты воочию убедились, как пресса любит приукрашивать свои истории о молодых спортсменах. Он чертовски хороший футболист, и думаю, ты многому могла бы у него научиться.

Ух ты. Я не могла поверить в то, каким образом обернулся наш разговор, и я действительно была рада, что согласилась с ней встретиться. Туман, царивший в моей голове последние несколько дней, начал рассеиваться, и передо мной появились варианты, которым я была готова дать шанс.

– Большое вам спасибо, тренер Дэвис. За все. Я обещаю, что обязательно воспользуюсь своим вторым шансом.

– Хорошо. А теперь давай закажем поесть. Я умираю с голоду.

Она подмигнула и протянула мне меню.

– Пенн сказал, что его дом находится на пляже, так что давай наденем купальники под платья на случай, если народ пойдет купаться, – заявила Бекка, когда мы встали с кровати, чтобы начать собираться.

– Ладно, у меня есть одна туника, достаточно модная, чтобы надеть ее на вечеринку, – сказала я, направляясь к своему шкафу.

Она была бирюзового цвета из шелкового материала, который облегал мое тело. Спереди тянулись две ленты, которые можно было завязать на свое усмотрение.

– Хм, не уверена, что у меня есть что-то подобное. Может, мне просто надеть блузку и шорты?

Я обнаружила, что эта туника висела в моем шкафу рядом с точно такой же. Я совсем забыла, что моя сумасшедшая мама купила их в нескольких цветах. Одну бирюзового, а другую цвета фуксии. Думаю, они входили в тематический набор по уходу за телом в стиле «Мауи». Я не шучу, эта женщина действительно была предана своему делу.

– Ой, я совсем забыла, что мама купила мне две штуки! Если это не будет слишком похоже на то, что мы сестры близняшки или нетрадиционная пара, то мы могли бы обе их надеть?

Бекка с довольной улыбкой подбежала к шкафу.

– Это идеально.

– Тебе стоит надеть бирюзового цвета, он отлично подойдет к твоим светлым волосам, – сказала я, протягивая ей тунику.

– Мы будем выглядеть как четырнадцатилетние лучшие подружки, которые одеваются в соответствии друг другу, куда бы ни пошли.

Я начала выгонять ее из комнаты, чтобы переодеться в купальник.

– Мы вроде как такие и есть.

– Эй, подожди, хотела спросить: ты нервничаешь из-за встречи с Лиамом? – спросила она, когда я начала закрывать дверь у нее перед носом.

– Нет. Нет. Ничего такого. А кто это? – солгала я, прежде чем вытолкать ее за дверь.

Я была спокойна, как удав.

– Леди слишком много протестует! – крикнула она, прежде чем, посмеиваясь, направиться в ванную.

Пока я жива, я буду жалеть о том, что не намазала ей лицо горячим воском.

Час спустя мы выходили из дома в наших ярких шелковых туниках. Волосы Бекки выглядели гладкими и сексуальными, а мои волосы она завила так, что они ниспадали мне на спину легкими волнами. Дом Пенна находился в Малибу, но я не возражала против поездки по шоссе Пасифик-Кост. Можно было подумать, что, прожив всю свою жизнь в Лос-Анджелесе, я устала от океана, но большую часть времени я была слишком занята, чтобы отправиться в поездку просто ради развлечения. Прошел почти год с тех пор, как я в последний раз была в Малибу, и когда мы подъехали к пляжному дому Пенна, то обменялись с Беккой восхищенными кивками.

У парня был современный дом с панорамными окнами и четкими линиями архитектуры. С улицы было видно, как внутри толпятся люди, поэтому, когда мы вошли в парадную дверь, нас встретила музыка и смех.

– Совсем неплохо, – кивнула Бекка.

Вечеринка была более закрытой по сравнению с теми, которые мы посетили на прошлых неделях, и гости, казалось, были немного старше, чем на вечеринках «Лос-Анджелес Старз». Народ бродил туда-сюда с коктейлями и пивом в руках, и я никого из них не узнала.

– Хорошая была идея – надеть купальники, – кивнула я, заметив, что несколько парней были в пляжных шортах и футболках.

– Может, нам сходить за…

Бекка была на середине фразы, когда ее перебил знакомый голос.

– Кинсли! Бекка! – позвал Джош как раз тогда, когда я повернулась и увидела, что он направляется в нашу сторону.

Он был без футболки, выставляя напоказ свою широкую грудь. По его неловкой походке я поняла, что он был уже навеселе.

– Привет, Джош, – ответила я, не совсем понимая, что ему от нас было нужно.

Конечно, он не знал, что статья будет посвящена якобы нашей паре, так что я не могла его за это винить. Но событие все равно оставило у меня горечь во рту.

– Вы двое похожи, как близняшки, – улыбнулся он, переводя взгляд с меня на Бекку и обратно.

Бекка подавила смех, прикрыв рот рукой.

Он был достаточно пьян, чтобы выглядеть безобидным, и, думаю, таким он мне нравился больше.

– Пойдем повеселимся, давай. – Он схватил мою руку, но я вырвала ее из его хватки.

– Вообще-то, мы с Беккой собирались в туалет, – солгала я, одарив его доброй улыбкой.

Он купился на мой обман.

– Хорошо, найди меня, когда освободишься.

Мы смотрели, как он уходит и растворяется в толпе людей.

– Должно быть, он рано начал пить, – заметила Бекка, и я посмотрела на свой телефон.

Было всего семь вечера. Если он продолжит в том же духе, то совсем скоро будет в доску пьян.

– Это больше не моя проблема! Пойдем поищем что-нибудь выпить.

Я взяла ее под руку, и мы отправились на поиски бара. Довольно много людей останавливались, чтобы посмотреть на нас, когда мы проходили мимо, но, думаю, это происходило благодаря одинаковым нарядам.

В доме была открытая планировка. Столовая переходила в гостиную, а затем в еще одну зону отдыха. Вся задняя часть дома состояла из панорамных окон во всю стену, из которых открывался великолепный вид на бассейн и океан.

– Ух ты. Это потрясающее место, – пробормотала Бекка, когда мы остановились, чтобы полюбоваться закатом.

– Рад, что вам, девушки, здесь нравится, – ответил Пенн позади нас.

Бекка замерла, а затем высвободила свою руку из моей. Когда она повернулась к нему лицом, я заметила, что она пытается скрыть восторг от встречи с ним за маской безразличия, но это было невозможно. Она была счастлива увидеть его.

– Привет! – Она улыбнулась ему, и я перевела взгляд на Пенна.

Его темные волосы были зачесаны назад, а в карих глазах светился огонек, когда он улыбнулся ей в ответ. Его голова была слегка наклонена набок, как будто он пытался осмотреть ее всю, но не мог понять, с чего начать.

На нем была белая клетчатая рубашка на пуговицах, рукава которой были закатаны до середины предплечий, и темно-красные шорты.

– Я так рад, что вы приехали, – сказал Пенн, наконец-то взглянув на меня.

Как будто он постоянно напоминал себе, что рядом с Беккой находился еще один человек. Ого, этот парень серьезно влюбился.

– Привет, Пенн. У тебя потрясающий дом, – похвалила я его, обводя рукой пространство. – Как долго ты здесь живешь?

Я чувствовала, что должна поддержать разговор. Бекка достаточно долгое время не могла стереть улыбку со своего лица, чтобы заговорить.

Он задумчиво провел рукой по подбородку.

– По-моему, уже около двух лет. Мы с Лиамом хотели вложить деньги в дома по соседству, поэтому выбрали эти два объекта, как только они поступили в продажу.

Дома по соседству?

– Я думала, что дом, в котором живут члены вашей команды, принадлежит Лиаму, – спросила я.

– Ах, да, это тоже его дом, а также дом по соседству с моим, – пояснил Пенн, указывая в окно.

Я проследила за его рукой и увидела дом, расположенный на соседнем участке. Очевидно, дом Лиама. Он был великолепен. Выглядел так же красиво, как и дом Пенна, но стиль был совершенно другим. Спереди находилось огромная терраса, окруженная белым забором. Темно-синие ставни идеально подходили к каждому окну, и весь нижний этаж заливал оранжевый свет, словно маня людей к дому.

Мне стало интересно, был ли он сейчас там вместо того, чтобы наслаждаться этой вечеринкой.

– Он полностью поменял несколько комнат, поэтому жил в другом доме, пока здесь не закончили ремонт.

Ах, я вспомнила, как он упоминал об этом, и это также объясняло, почему он никогда не показывал мне его, когда мы пытались тайком побыть наедине.

– Мы надели купальники. Здесь обычно плавают? – спросила Бекка, возвращая меня к разговору.

Пенн улыбнулся.

– Да, но только позже. Обычно, когда основные гости расходятся. Так веселее…

О да, держу пари, что так оно и есть.

Бекка прикусила нижнюю губу и кивнула. Я могла сказать, что она нервничала. Ее рука сжимала локоть другой руки, и она лишь на мгновение встретилась взглядом с Пенном.

– Девушки, хотите, я проведу для вас небольшую экскурсию? – спросил Пенн, глядя на Бекку.

Я подумала, что, вероятно, пришло время мне откланяться.

– Вы, ребята, идите. А я пока чего-нибудь выпью, и, кажется, я только что увидела знакомого.

Никакого знакомого не было, но иначе они бы меня не бросили. Карие глаза Бекки встретились с моими, и на мгновение я не могла понять, благодарит ли она меня или умоляет не покидать ее. В любом случае я пожала плечами и показала ей большой палец, когда Пенн отвернулся от нас. Пока он ждал, когда она его догонит, я гадала, будет ли их экскурсия включать в себя специальный просмотр его «нижнего этажа».

Когда они скрылись из виду, я подошла к барной стойке, где прилично одетый бармен готовил коктейли. Вообще-то, мой возраст еще не позволял мне пить алкоголь официально, но не думаю, что на этой вечеринке это кого-то волновало.

– Что я могу тебе предложить? – спросил он с вежливой улыбкой.

Разговаривая со мной, он смешивал напиток для другого гостя, и какое-то время я просто наблюдала за его действиями.

– На самом деле, я не уверена, чего хочу. Но я точно не хочу пива и особо не разбираюсь в наименованиях коктейлей.

– Ты раньше пробовала «Грейхаунд»? – спросил он, наливая в стакан коктейль и передавая его сидевшему рядом со мной парню.

– Нет, а что это? – спросила я с робкой улыбкой.

– Это коктейль, в котором мешаются водка, грейпфрутовый сок, а затем добавляется немного лимона или лайма, – дружелюбно объяснил он.

– Звучит потрясающе. Я хочу попробовать, – сказала я, доставая из сумочки наличные.

Мы непринужденно болтали, пока он смешивал для меня коктейль. Мне понравился темно-розовый оттенок готового напитка, и как только я сделала глоток, то поняла, что он абсолютно точно угадал с выбором. Он был восхитительным. Грейпфрутовый сок облегчал горький вкус водки, поэтому сочетание оказалось достаточно сладким и освежающим одновременно.

– Думаю, это может стать моим новым любимым напитком, – похвалила его я.

– Возвращайся, когда выпьешь, и я приготовлю тебе еще один.

Я улыбнулась, прежде чем вернуться в гостиную.

Я сделала еще один глоток из своего стакана и оглядела открывшуюся передо мной картину. С тех пор как мы приехали, толпа немного увеличилась, но дом был достаточно большим, поэтому люди не толпились, а были рассредоточены по всему пространству, создавая небольшие группы. Я разглядывала каждую из них, пытаясь узнать кого-нибудь из футбольного мира, когда увидела Лиама, разговаривающего с симпатичной девушкой у панорамного окна. Закат освещал его силуэт, и он был потрясающе красив. На нем были черные пляжные шорты и черная футболка «Лос-Анджелес Старз». Его волосы были немного длиннее на макушке и взъерошены больше, чем обычно, и я знала, что ему скоро нужно будет подстричься. На его лице была уверенная улыбка, а чисто выбритое лицо не позволяло не заметить его волевой подбородок. Я практически чувствовала, как он ослепляет собой всю комнату. Девушки, проходя мимо, с интересом рассматривали его, но он был сосредоточен исключительно на той, что стояла перед ним.

Было ясно, что они хорошо знают друг друга. Они смеялись и разговаривали, прикасаясь друг к другу. Не успела я опомниться, как уже неслась прямо к ним, вместо того чтобы убежать в противоположном направлении. Я ничего не могла с собой поделать. Когда дело доходило до Лиама, я была мотыльком, летящим на огонь.

Когда я подошла ближе, его серые глаза остановились на мне впервые за три дня. В его взгляде что-то промелькнуло: удивление, вожделение, ненависть? Я не могла сказать наверняка, но я сделала глубокий вдох и заставила свои ноги двигаться дальше. Его холодное выражение лица ничего не выражало, и я почувствовала, как мое сердце учащенно забилось в груди, когда он увидел, как я приближаюсь.

Я подошла к девушке, с которой он разговаривал и которая все еще не замечала моего присутствия, и легонько похлопала ее по плечу. Она обернулась с улыбкой на лице, предназначенной ему. Она выглядела дружелюбно, даже когда смотрела на меня, и я не была уверена, ценю ли я это или нет. Если она была его девушкой, мне не нужна была ее дружелюбная улыбка.

– Я могу вам чем-то помочь? – спросила она, пока я молча смотрела на нее, как дурочка.

Я не планировала свою речь заранее, поэтому позволила своему языку взять верх. Это показалось мне лучшим вариантом.

– Привет… эм, ты не возражаешь, если я прерву вас на минутку? – спросила я, намеренно не сводя с нее взгляда и не обращая внимание на Лиама.

Я не была уверена, какой будет его реакция, но я уже и так достаточно запуталась.

Она удивленно наклонила голову и одарила меня приятной улыбкой.

– Конечно, милая. – Она повернулась к нему. – Поговорим позже, Лиам.

– Спасибо, – пробормотала я, но, когда она начала уходить, я окликнула ее. – Вообще-то, можешь снова поговорить с ним минут через пять… в зависимости от того, насколько сильно он меня ненавидит.

Она улыбнулась, и я услышала, как Лиам засмеялся у меня за спиной. Его смех был глубоким и мрачным, таким, каким я представляла себе бокал бурбона. Когда повернулась к нему лицом, он смотрел на меня с таким жаром, что можно было разжечь огонь. И это был бы не жалкий огонь, а огромный, тлеющий костер. Его правая бровь была слегка опущена, серые глаза прищурены, а на лице играла тайная ухмылка, которая говорила, что он поймал меня именно так, как и хотел, – на крючок, леску и грузило.

– Я весь внимание, – пробормотал он, скрестив руки на своей широкой груди.

Мне потребовалась минута, чтобы собраться с мыслями, которыми он тут же завладел.

– Ты бы переспал с ней, если бы я не вмешалась? – В моем голосе прозвучало больше любопытства, чем ревности.

– Нет, – усмехнулся он с огоньком в глазах. – Это мой агент. Она выставила бы мне дополнительный счет за подобные услуги.

– Ха-ха. А она симпатичная, – констатировала я как ни в чем не бывало.

– Не в моем вкусе.

– А кто в твоем вкусе? – спросила я, скрестив руки на животе и стараясь не расплескать свой напиток.

– Длинные ноги, каштановые волосы… Те девушки, которые три дня делают вид, что меня не существует, а потом набираются смелости подойти ко мне на вечеринке, когда я разговариваю с другой девушкой.

Я сдержала улыбку.

– Не с другой девушкой, а с твоим агентом.

Он улыбнулся, и черты его лица стали спокойными, как будто он был высечен из камня. Я изучала его точеные скулы и острый подбородок. Было трудно сосредоточиться на чем-то другом, когда на протяжении нескольких дней я не видела его так близко. Это было похоже на то, как сопротивление моего тела ослабло благодаря его явному магнетизму, и теперь я как будто снова начинала с нуля.

Да, мозг. Он по-прежнему самый прекрасный мужчина на свете.

– Ты не знала, что она мой агент.

Я опустила глаза в пол и пожала плечами.

– Сегодня утром я разговаривала с тренером Дэвис.

– И как все прошло? – спросил он.

– Тару выгнали из команды.

Он приподнял брови.

– Это верное решение, но я не думал, что тренер на самом деле его примет.

– Судя по тому, что я узнала, тренеру Дэвис было довольно легко от нее отказаться, – пробормотала я и окинула взглядом его тело.

Его татуировки выглядывали из-под левого рукава футболки, и я покраснела, вспомнив, как он переодевался в своей гардеробной.

– Для всей команды будет лучше, если она уйдет, – сказал Лиам, делая маленький шаг ко мне.

Волнение подступило к горлу, и я сглотнула, пытаясь успокоиться.

– Она также сказала мне, что это, – я указала между нами, опасаясь, что с моей стороны будет самонадеянно произносить слово «отношения» вслух, – больше не запрещено.

Он скрестил руки на груди и полностью проигнорировал мое заявление.

– Я не был уверен, что ты приедешь, – признался он, делая еще один крошечный шаг в мою сторону.

Каждый раз, когда я делала вдох, меня обдавало смесью ароматов геля для душа и его туалетной воды. Мое дыхание участилось, и я почувствовала еще один пьянящий аромат, как только исчез предыдущий.

– Я не могла оставить Бекку одну на этой вечеринке. Она выслушала кучу дерьма от Тары из-за меня… и она действительно очень хотела увидеть Пенна.

– Так ты здесь только для того, чтобы поддержать Бекку? – В его голосе послышались нотки гнева, которых не было мгновение назад.

Я сжала губы и отрицательно покачала головой, не в силах произнести ни слова.

– Ты собираешься позже поплавать? – спросила я, переводя разговор на другую, более нейтральную тему.

– Посмотрим, – ответил он с уверенным видом.

Он не собирался так просто сдаваться. Мне явно придется еще немного попотеть.

Я заглянула за его спину, посмотрев в сторону бассейна, и он протянул руку, чтобы нежно коснуться моей руки.

– Эй, тебе стоит какое-то время побыть с Беккой и Пенном. Я должен закончить разговор со своим агентом, иначе мне придется назначить с ней дополнительную встречу на этой неделе.

По его тону было ясно, что он не в восторге оттого, что ему придется побыть без меня, и я восприняла это как хороший знак.

– Хорошо… Разговор с агентом, которого ты определенно не считаешь симпатичной? – Я пошутила лишь наполовину.

Он улыбнулся, как будто моя ревность его позабавила, затем низко наклонился и отчетливо произнес каждый слог своего следующего предложения:

– Она не Кинсли Брайант.

Черт. Остроумная реплика с участием другой девушки по имени Кинсли Брайант, которую он, возможно, знал, вертелась у меня на кончике языка, но он поцеловал меня в щеку и отправился искать своего агента, прежде чем я успела произнести хоть слово. Я смотрела, как он уходит, и понимала, что мое влечение к Лиаму Уайлдеру вернулось с новой силой. Последние несколько дней я пыталась избавиться от пагубной привычки, думая, что если сосредоточусь на футболе, то смогу притвориться, что его не существует. Не тут-то было. Мой мозг воспринял это как какую-то чушь из обратной психологии[11], и вместо этого я думала о нем весь день, каждый день.

Время игр прошло. Я хотела его, и теперь меня ничто не могло остановить.

Я немного постояла на месте, проигрывая в голове последние мгновения нашего разговора, прежде чем осознала, что нахожусь на вечеринке в полном одиночестве. Предполагалось, что я буду общаться с людьми и наслаждаться своей молодостью, а не выглядеть одинокой неудачницей.

Я поднесла свой «Грейхаунд» к губам, ощущая на языке горьковато-сладкий привкус грейпфрута, и оглядела толпу. Итак, передо мной предстала компания хорошо одетых яппи[12], потягивающих крафтовое пиво, две модели, вытирающие белый порошок с ноздрей друг друга, и компания светских львиц, торчащих в своих телефонах вместо того, чтобы общаться друг с другом. Вокруг не было никого из знакомых, а Бекка и Пенн, должно быть, заблудились во время своей экскурсии, потому что они все еще не вернулись.

Как раз в тот момент, когда я уже собиралась оставить надежду и направиться обратно к бармену (которому, по сути, платили за дружелюбное отношение ко мне), я заметила пару товарищей Лиама и Джоша по команде. Это были те самые парни, которые угощали меня алкогольным желе на мой девятнадцатый день рождения, и, когда я встретилась взглядом с одним из них, он помахал мне рукой. Вот так я превратилась из президента клуба настенных цветов в девушку, стоящую между двумя горячими парнями. Ха! Жизнь налаживалась.

Мы еще раз познакомились, хотя у нас остались смутные воспоминания о той вечеринке, случившейся несколько недель назад. Коул был вратарем «Лос-Анджелес Старз», и он был настоящим мужчиной. На мой взгляд, у него были слишком длинные волосы и густая, длинная борода, которая выглядела так, будто он отрастил ее на спор. Оливер играл в защите и выглядел соответственно. Он был высоким и мускулистым, как Халк.

– Этот дом просто великолепен, – сказала я, прежде чем сделать глоток своего коктейля.

– Да, Пенн всегда устраивает здесь лучшие вечеринки, – сказал Коул.

– Хотя ни одна из них не могла сравниться с празднованием твоего дня рождения, – сказал Оливер, по-дружески подмигнув.

Я застонала.

– Может, уже забудем о том, как я была пьяна в ту ночь?

Оливер рассмеялся.

– Ну, по крайней мере, твоя щека хорошо зажила.

Все засмеялись, и я начала расслабляться. Они действительно были хорошими парнями.

– Мы слышали, что девушки из команды Университета Лос-Анджелеса скоро придут посмотреть одну из наших игр. Правда, это будет предсезонный матч, но игра должна быть хорошей, – сказал Коул.

Для меня это было новостью, но в этом действительно был смысл. Тренер Дэвис, вероятно, хотела, чтобы мы посмотрели, как вживую играет профессиональная команда.

– Будет здорово.

– Ты приехала сюда одна? – спросил Оливер с любопытством на лице.

Я огляделась по сторонам, пытаясь найти Бекку, чтобы указать на нее парням. И наконец я заметила ее и Пенна, которые беседовали с компанией людей в другом конце комнаты. Она заметила, что я указываю на нее, и помахала нам рукой.

– Нет, я здесь со своей подругой Беккой. Мы с ней играем в одной команде.

– А, девушка Пенна, – кивнул Оливер, прежде чем сделать глоток пива.

Я улыбнулась его комментарию. Бекке было бы приятно узнать, что команда отзывалась о ней именно так.

– Он часто о ней говорит? – спросила я, стараясь говорить как можно непринужденнее.

Оливер посмотрел на меня с любопытной ухмылкой.

– Не больше, чем Джош говорит о тебе.

Я замерла. Мысль о том, что Джош мог рассказать что-то обо мне этим парням, оказалась довольно неприятной.

– Мы с ним не вместе, – пояснила я, пытаясь скрыть раздражение в своем голосе.

Коул кивнул.

– Не волнуйся, мы знаем. Парню нужно двигаться дальше.

Я вздохнула и кивнула, желая сменить тему.

– Откуда вы, ребята? – спросила я.

– Канзас, – ответил Коул, и в этот момент я почувствовала, как чья-то рука коснулась моей спины.

Запах спиртного ударил мне в ноздри, когда я подняла глаза и увидела Джоша, стоящего позади меня.

– Я искал тебя повсюду, Кинсли, – невнятно прокомментировал Джош.

Коул и парни начали неловко переминаться с ноги на ногу.

– Я все время была здесь, Джош, – ответила я с натянутой улыбкой.

Его внимание было неуместным, и я не была уверена, сколько еще смогу выдержать, прежде чем сорвусь.

Его рука легла на мой живот, чтобы он мог притянуть меня ближе к себе. От этого движения мое тело дернулось таким образом, что часть коктейля выплеснулась через край стакана прямо на пол.

– Джош, серьезно, прекрати, – потребовала я, упираясь свободной рукой ему в грудь в попытке оттолкнуть его от себя.

– Кинсли, расслабься. Давай повеселимся.

Он начал дергать меня за подол моей туники, и парни, стоящие вокруг нас, переглянулись. В воздухе витала агрессия, и я знала, что им не терпится вмешаться.

– Нет, Джош. Хватит.

Я снова оттолкнула его, на этот раз сильнее, и его карие глаза затуманились ненавистью. В считанные секунды его поведение изменилось.

– Ты просто гребаная снежная королева, Кинсли, – выплюнул он, наконец оттолкнув меня.

Мой напиток пролился на шелковый материал туники, но я не могла оторвать взгляда от Джоша.

– Я никогда не любил тебя, сучка. Я просто хотел залезть к тебе в трусы…

На середине предложения кулак Лиама врезался Джошу прямо в челюсть, я ахнула и отпрыгнула в сторону. Лиам стоял прямо передо мной, загораживая меня от Джоша.

– Никогда, сука, больше с ней не разговаривай. Ты меня слышишь?

Лиам схватил Джоша за футболку и снова притянул к себе. Их резкие черты лица столкнулись в поединке. Мальчишеская красота Джоша померкла по сравнению с явным превосходством Лиама.

Джош вырвался из хватки Лиама, а затем бросился вперед и ударил его в бок. Удар был слабым, он был слишком пьян, чтобы нанести сильный вред, но этого оказалось достаточно, чтобы привлечь внимание остальных парней. Они начали действовать, и сцена, открывшаяся передо мной, превратилась в череду ударов и криков. Я в ужасе наблюдала, как Лиам нанес Джошу сильный удар по лицу прямо перед тем, как парни оторвали их друг от друга.

– Не обманывай себя, Уайлдер, – сказал Джош, когда его безумные глаза встретились с моими. В них было столько ненависти. – Она тоже тебя не полюбит. Она не способна любить. У нее чертовски холодное сердце.

Слова Джоша были как острые отравленные стрелы. Он явно высказывал мысли, которые неделями крутились у него в голове.

– Может, она не любила тебя, потому что ты был слишком занят, трахая девчонок за ее спиной, придурок. Никогда, сука, больше не прикасайся к ней, или да поможет мне бог…

В разговор вмешался Пенн:

– Парни. Достаточно. Это вечеринка, а не подпольный бойцовский клуб. Джош, убирайся отсюда и приведи себя в порядок.

Коул шагнул вперед и схватил Джоша сзади за шею.

– Я отвезу его домой. Пошли, новичок.

Коул подтолкнул Джоша вперед, и тот споткнулся, пытаясь удержаться на ногах. Он был в стельку пьян, никто бы не стал спорить с этим фактом, но это все равно не оправдывало его слов.

– Этому парню нужно немного научиться уважению, – хрипло пробормотал Оливер, отпуская Лиама и отходя в сторону.

Лиам все еще был взбешен; он развел руками и резко выдохнул, наблюдая, как Джош направляется к выходу. Я чувствовала, как от него волнами исходит энергия, и разрывалась между желанием подойти ближе и желанием убежать. Все произошло так быстро, и единственное, что смог осознать мой разум, так это то, что Лиам заступился за меня. Он встал между мной и Джошем – своим товарищем по команде.

Он медленно повернулся ко мне лицом, изучил выражение моего лица, а затем скользнул взглядом по моему телу, чтобы оценить ущерб. Его плечи опустились, а кулаки разжались. Когда его брови уже не были такими нахмуренными, он проглотил остатки своего гнева.

Я хотела протянуть руку и дотронуться до него, почувствовать остаточное тепло на его коже и пощупать то место, где Джош по дурости попытался дать сдачи. Было ли ему больно?

Я сделала шажок вперед как раз в тот момент, когда Бекка встала передо мной и загородила Лиама своими светлыми волосами и обеспокоенным взглядом.

– Кинсли, ты в порядке? Джош причинил тебе боль? – спросила она, хватая мои руки, чтобы осмотреть их.

С моим телом все было в порядке, пострадали только мои нервы и гордость.

Я покачала головой, словно впервые осознав, что все еще стою посреди вечеринки. Все до единого, кто находился в комнате, слышали, как Джош кричал, что я снежная королева. Я чувствовала, что все взгляды устремлены на меня, и внезапно мне захотелось оказаться где угодно, только не здесь.

– Бекка, мы можем уйти отсюда?

Не успела я опомниться, как она потащила меня прочь из гостиной.

– Это одна из гостевых комнат Пенна, – сказала Бекка, открывая одну из дверей в конце коридора.

Она была обставлена скромно, но кровать выглядела удобной, а на стене висела фотография с видом на Лос-Анджелес.

– Спасибо. Мне просто нужно было сменить обстановку.

Я присела на край кровати и провела руками вверх и вниз по плечам.

Бекка села рядом, наклонившись, чтобы проверить, не оставил ли Джош следов на моем теле.

– Не могу поверить, что он так сказал. Но он был пьян, Кинсли, думаю, он ничего такого не имел в виду.

Я подняла руку, чтобы остановить ее.

– Это не имеет значения. Джош – полный отстой. С ним было весело дружить, но он действительно ужасный парень.

– И ужасный пьяница, – добавила Бекка.

Я кивнула и вздохнула.

– Я, наверное, дерьмово выгляжу? Может, нам просто уехать, чтобы предотвратить еще больше неловких ситуаций?

Лицо Бекки вытянулось. Она заправила несколько прядей своих светлых волос за ухо и нахмурила брови.

– Нет. Серьезно, Джош ушел, и больше тебя никто не побеспокоит.

– Я знаю, но все слышали, что он сказал, и видели драку. Там было так много людей.

Она сжала губы в тонкую линию, и ее карие глаза внимательно на меня посмотрели.

– Ты не должна смущаться, потому что это Джош мудак. Никто тебя не осудит. Кроме того, все, наверное, слишком заняты разговорами о том, какая мы с Пенном милая пара. А любовный треугольник Лиама, Джоша и Кинсли возник всего двадцать минут назад.

Я не могла удержаться от смеха. И очень надеялась, что она права, но все равно сомневалась, думая о том, что мне придется снова появится на вечеринке через несколько минут. Для человека, который ненавидит выставлять свою личную жизнь на всеобщее обозрение, это было самое ужасное, что могло случиться. Сотня незнакомцев наблюдала, как мой бывший парень оскорблял меня, а затем как двое мужчин из-за меня подрались. Последнее звучало даже немного романтично, но на самом деле у меня мурашки побежали по коже. Я ощущала себя так, словно была выставлена напоказ, и предчувствовала, как до конца вечеринки все будут обсуждать недавнюю драку.

Я застонала и встала с кровати, чтобы оценить ущерб. Мои ярко-голубые глаза смотрели на меня из отражения в зеркале в ванной, пока я пыталась собрать себя по кусочкам.

«Могло быть и хуже», – сказала я себе. Лиам был относительно невредим, а Джош был все таким же мудаком. Ничего нового.

Бекка подошла ко мне и обняла за плечи.

– Я рада, что завила тебе волосы. Они все еще великолепно выглядят. – Она сделала мне комплимент, пытаясь переключить мои мысли на что-нибудь другое.

Я улыбнулась ей в зеркало.

– Пойдем, искупаемся в бассейне. На улице никого не было, так что мы сможем остаться на вечеринке, но не слушать грязные сплетни.

Бекка усмехнулась, а затем развернулась, чтобы взять два полотенца с вешалки позади себя.

– Давай сделаем это!

Мы взялись за руки и вышли из комнаты для гостей. Люди могли говорить все что хотели, но я не собиралась позволять им портить мне вечер. Когда мы вернулись в гостиную, я с удивлением обнаружила, что вечеринка начала заканчиваться. Там все еще тусовались несколько человек, но бармен уже убирал напитки, заканчивая свою работу, а из динамиков больше не лилась музыка.

– А не рановато ли? – спросила я Бекку, когда мы проходили через гостиную.

Я нигде не заметила Лиама, но почувствовала, как волосы у меня на затылке встают дыбом при мысли о том, что он все еще был где-то в доме.

Бекка пожала плечами, и мы продолжили путь к бассейну. Как я и надеялась, снаружи никого не было.

Вид на бассейн, который открывался из дома, не совсем соответствовал действительности. На самом деле он состоял из трех отдельных бассейнов, каждый из которых располагался на разных уровнях. Там, где мы находились, на одном уровне с домом, был большой плавательный бассейн. Слева была лестница, по которой мы с Беккой спустились, пока не нашли другой бассейн, который был намного больше и по форме напоминал фасолину. По краям росли пальмы, скрывая его от дома и от остальной части пляжа.

Мы продолжали спускаться по ступенькам, которые привели нас к круглой гидромассажной ванне в самом низу, которая была почти на одном уровне с пляжем, так что с последней ступеньки можно было ступить на теплый песок. Свет из дома Пенна освещал береговую линию, так что мы все еще могли видеть, как волны разбиваются о песок. Это действительно было впечатляющее место.

– Кажется, одного бассейна ему было недостаточно. – Бекка рассмеялась, когда мы направились обратно наверх, довольные своими открытиями.

– Пенн – жадный ублюдок, но я не жалуюсь. Может, пойдем к среднему бассейну?

– Да, он мне понравился больше всего.

Мы бросили полотенца и туники на шезлонги, окружающие бассейн. Я поправила свой голубой бикини и, не раздумывая ни секунды, разбежалась и прыгнула в воду.

Когда я вынырнула, Бекка стояла на краю и улыбалась.

– Помнишь, когда Тара издевалась над нами на тренировке, я сказала тебе, что это того стоит, потому что в бикини ты будешь выглядеть сногсшибательно? Я была абсолютно права.

Я расхохоталась.

– Месть лучше всего подавать откровенно, – пошутила я, прежде чем лечь на спину и всплыть на поверхность.

Из-за света и смога Лос-Анджелеса увидеть звезды было невозможно, но я представила, что они весят где-то над головой, и мне все равно было приятно смотреть в темноту.

Я услышала шаги, спускающиеся по лестнице, и, оглянувшись, увидела Лиама, идущего рядом с Пенном. Мое сердце бешено заколотилось, и я поняла, что было бы действительно здорово, если бы мое тело привыкло к этому виду. Клянусь, каждый раз, когда он заходил в комнату или, в данном случае, в зону бассейна, моему телу приходилось заново мириться с его существованием в этом мире.

– Вечеринка официально окончена, – сказал Пенн, когда они оказались в поле нашего зрения.

Бекка пожала плечами.

– Похоже, все к этому шло. Не могу поверить, что Джош всем все испортил.

Пенн улыбнулся, подходя к ней.

– Знаешь, я думаю, это было кстати. Я хотел выгнать всех, как только узнал, что ты взяла с собой купальник.

Даже я покраснела от его комментария, поэтому не удивилась, когда Бекка прикусила губу и отвела взгляд. Она выглядела неотразимо в своем темно-синем бикини, и я знала, что Пенн у нее на крючке.

– Эй, Лиам, можешь одолжить мне свой телефон? – спросил Пенн, когда они подошли ближе к бассейну.

– Я оставил его в доме, – ответил он, похлопав себя по карманам пляжных шорт, чтобы еще раз в этом убедиться.

Не прошло и двух секунд, как Пенн вытянул руку и столкнул его в бассейн, прежде чем Лиам успел осознать свою роковую ошибку.

– Придурок! – Лиам закричал в перерывах между смехом, когда вынырнул на поверхность.

– Не могу поверить, что ты на самом деле на это купился. Я знаю об этой уловке лет с двенадцати!

– Я был немного отвлечен, – пожал плечами Лиам с очаровательной улыбкой.

– Да, как скажешь. Пенн: один, Лиам: ноль, – злорадствовал он, прежде чем повернуться в сторону Бекки. – Не хочешь прогуляться со мной по пляжу, раз уж мы единственные, кто остался сухими? – спросил Пенн, протягивая ей руку.

Чем дольше я наблюдала за их общением, тем больше осознавала, что избегаю взгляда Лиама. Он все еще стоял у дальнего края бассейна, и я видела, что он наблюдает за мной краем глаза. Я позволила своему телу погрузиться обратно в воду, внезапно оценив окружавшую меня обстановку. Я так и не услышала ответа Бекки, но мгновение спустя они с Пенном уже спускались по лестнице к пляжу, и я поняла, что мы с Лиамом остались одни.

И больше нам не нужно было прятаться.

Между нами повисло молчание. Подсветка бассейна отбрасывала тени на его красивые черты, и я попыталась проглотить комок в горле.

Его хищные глаза были предупреждением о грядущих темных и диких событиях.

Я не осознавала, что прижимаюсь спиной к краю бассейна, пока он не оказался передо мной, прижимая меня к стене. Его руки ухватились за бортик по обе стороны от моей головы, когда его бедра коснулись моих под водой. Противостоять этому было очень сложно – то, как мои гладкие ноги переплелись с его бедрами, словно мы вместе принимали ванну.

– Ты на меня сердишься? – спросил он, наклоняясь вперед и утыкаясь пухлыми губами в мою шею.

Я прикусила нижнюю губу, чтобы не застонать.

– Нет.

Он коснулся губами моего уха.

– Он больше никогда к тебе не прикоснется. Я весь прошлый месяц слушал, как он рассказывает о тебе всему дому, и с меня хватит. Я знаю, что ты его не водишь за нос, и ему нужно понять, что все кончено.

Я вздрогнула, прижавшись к нему, но кивнула. Его слова прозвучали как закон, и я была готова подчиниться.

– Мне жаль, что я согласилась дать интервью вместе с ним, – пробормотала я, нуждаясь в том, чтобы облегчить свою душу.

Он покачал головой, и я закрыла глаза, чтобы собраться с мыслями.

– Ты не знала.

Он согнул локти, придвигаясь опасно близко, но пока не касаясь меня животом и грудью.

– Прости, что последние несколько дней я была такой отстраненной. Мне просто нужно было разобраться в себе и в ситуации в целом, но… Я хочу тебя. И не хочу, чтобы между нами все закончилось, – прошептала я.

Я провела руками по его насквозь промокшей футболке, а затем начала собирать ткань, поднимая снизу вверх. Я приподняла его над рельефными выступами пресса, открывая все больше и больше кожи. Он потянулся к затылку и помог мне стянуть футболку через голову, прежде чем выбросить ее из бассейна.

Я вздохнула, когда мой взгляд скользнул по его обнаженной груди. Мои руки провели от его широких плеч к шее. Наши взгляды встретились, и я соблазнительно улыбнулась, призывая его меня поцеловать.

Его тело прижалось ближе к моему, и вода исчезла под натиском его движений. Я ожидала, что его прикосновение окажется холодным, но вместо этого, когда его твердый живот прижался к моему, я почувствовала, как он еще сильнее разжигает мою кожу.

– Тогда будь со мной. Будь моей.

Он поцеловал меня в шею чуть ниже подбородка, и я слегка откинула голову назад, чтобы предоставить ему лучший доступ. Его пальцы нарисовали на моей шее сердечко, тем самым подчеркивая свою просьбу.

– Ты не знаешь, во что ввязываешься. Я стала очень ревнивой и недоверчивой. Последние два моих парня были подонками.

– В жизни все меняется. Потому что я не подонок.

Я рассмеялась.

– Держу пари, твои бывшие подружки были бы другого мнения.

Он отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза, и нежно взял меня за подбородок.

– Да, у меня есть прошлое, о котором тебе не хотелось бы слышать, но брак моих родителей длится уже тридцать лет. Я знаю, что значит ценить человека, с которым ты рядом.

Пока я переварила его слова, он начал опускать руки мне на затылок, прямо над узлом моего бикини. Я почувствовала, что завязки начинают ослабевать, и одарила его довольной улыбкой.

– Это так ты меня ценишь? – поддразнила его я.

В его глазах отразилось желание.

– Это один из способов.

С хитрой улыбкой он наклонился, чтобы поцеловать округлость моей груди. Не то чтобы мое маленькое бикини действительно разделяло нас, но оно создавало иллюзию, что между нами все еще существует барьер. Когда его пальцы отпустили завязки и маленькие треугольнички упали, я почувствовала, как желание охватило все мое тело. Оно было медленным и соблазнительным, но в нем были все задатки лесного пожара.

Его руки прошлись по завязкам, скользнули вниз по моему телу, а затем он отвел их в сторону и обхватил мои груди своими крепкими ладонями. Я застонала и откинула голову назад, когда его рот прижался к моему. Он поцеловал меня, посасывая нижнюю губу, пока я не застонала, требуя продолжения. Его пальцы ласкали кожу вокруг моих грудей, запоминая их форму, а затем его губы оторвались от моих, и он стал покрывать поцелуями всю мою грудь. Я позволила ему это, запустив руки в его влажные волосы и поощряя его исследование.

Как только его губы нашли мой сосок, его рука нащупала плавки от моего бикини, и я задрожала. Я была прижата к стене бассейна, но ощущение бетона, мягко царапающего мою спину, только подстегнуло мое желание. Мне нравилось осознавать, что я не смогу убежать. Не тогда, когда именно Лиам обеспечил мое заключение.

Он не пытался развязать завязки на моих плавках. Дразня языком соски, он отодвинул ткань в сторону и ввел в меня два длинных пальца. Мои стоны наполнили воздух, поощряя его движения.

– Ты такая сексуальная, детка. Дай мне почувствовать, как ты кончаешь, – подбадривал он меня, двигая своими пальцами внутрь и наружу, одновременно поглаживая нервный комок большим пальцем.

О боже, как же у него это хорошо получалось. Он играл с моим телом, словно оно было его собственным творением, и я с готовностью наслаждалась этим.

Когда я кончила несколько мгновений спустя, одна моя нога была обвита вокруг его бедра, а рот прикусывал мочку его уха, так что мои тихие стоны предназначались только для него. Он не переставал ласкать меня пальцами до тех пор, пока я не почувствовала, что мой оргазм остался лишь сладким послевкусием, и даже тогда мне казалось, что он хочет оставаться со мной на вечно.

Когда он наконец отстранился и посмотрел на меня сверху вниз, его взгляд скользнул по моей коже, задержавшись на вздымающейся груди.

– Жаль, что Бекка и Пенн уже поднимаются, – поддразнил Лиам с озорным выражением в глазах.

Я дернулась с места, пытаясь скрыть нашу грязную игру, но Лиам шагнул вперед и ловко завязал на мне верх бикини. Он наклонился и поцеловал меня так, что у меня перехватило дыхание, прежде чем обнять меня одной рукой и отодвинуть от стены.

Я взвизгнула, когда он закружил меня, разбрызгивая воду вокруг нас. Мне понравилась его игривость, и это стало идеальным прикрытием, когда Бекка и Пенн поднялись по лестнице.

– Как прошла ваша прогулка? – спросила я, заметив взъерошенные волосы Бекки.

Хм, интересно, в этом был виноват океанский бриз или все же Пенн? Я не успела спросить, как Лиам развернул меня и швырнул в воду. Это застало меня врасплох, но я вовремя задержала дыхание. Когда вынырнула на поверхность, то бросила на него злобный взгляд.

– Я тебе за это отомщу, – пригрозила я, уже подплывая к нему.

– Неужели? – Он приподнял бровь и нырнул под воду.

Он подплыл ближе ко мне, а затем подхватил меня, когда я начала от него уплывать. Он снова подбросил меня в воздух, и на этот раз, когда я вынырнула, я подняла руки в знак капитуляции.

– Ты победил! Больше не швыряй меня в разные стороны! Это ценный груз, – пошутила я, указав на свое тело.

Он провел рукой по моему купальнику, и было ясно, что он представляет себе каждую впадинку и контур, которые только что увидел. Я облизнула губы и попыталась сдержать нарастающее возбуждение. Когда он был рядом, это было почти невозможно.

– Как вы, ребята, относитесь к тому, чтобы посмотреть кино? У меня есть попкорн и сладости, – спросил Пенн, когда я подплыла ближе к ним.

– Звучит весело. Уверена, ты уже подкупил Лиама сладостями, – поддразнила я, глядя на него через плечо.

Он все еще стоял посреди бассейна, там, где я его оставила, вероятно пытаясь усмирить свою эрекцию, которая, как я знала, скрывалась под водой.

Ха. Похоже, я все-таки победила.

– Только если это арахисовый М&Мs, детка, – подмигнул Лиам с сильным южным акцентом.

Я покачала головой и поплыла к краю бассейна. Я вытерлась полотенцем, когда Бекка привлекла мое внимание, слегка помахав рукой. Ее глаза были широко раскрыты, и она пыталась сказать мне что-то одними губами.

– Что? – прошептала я.

Она округлила глаза и снова попыталась что-то произнести. По-моему, она сказала либо «Нам нужно победить»[13], либо «Нам нужно поговорить». Зная Бекку, я предположила второе, но это могло быть и то и другое. Я кивнула, а затем сказала парням, что мне нужно проверить свой телефон. Бекка поспешила за мной, ее поведение оценивались примерно на минус тысячу по шкале скрытности.

Как только мы остались одни, она схватила меня за руку.

– Мне кажется, Пенн хочет, чтобы я осталась у него ночевать, – призналась она с бледным лицом.

– И что? Это ведь хорошо, правда?

Она нахмурилась и сильнее сжала мою руку.

– Не думаю, что я к этому готова. Я определенно хочу побыть с ним еще, но вы, ребята, нужны мне в качестве прикрытия. Что, если мы предложим парням что-то вроде пижамной вечеринки с ночевкой? Ты, наверное, тоже еще хочешь побыть вместе с Лиамом? Может, мы все могли бы остаться в доме Пенна?

Несмотря на то что ее идея звучала по-детски, она также казалась веселой. Я знала, что Пенн был бы не против, учитывая, насколько Бекка ему нравилась. А какой парень не захочет построить крепость из подушек и одеял с двумя цыпочками? Ответ: любой. Это, наверное, один из самых популярных порно-фильмов: «Секс в наспех сооруженной крепости из подушек и одеял». Эротическая мечта каждого парня.

– Звучит забавно. Будем импровизировать, но я тебя прикрою. Не беспокойся.

Ладно, мне вроде как просто захотелось построить такую крепость.

Когда мы вернулись, парни сидели на шезлонгах и болтали, вероятно о футболе. Что еще обсуждать двум профессиональным футболистам?

Когда мы к ним подошли, Лиам поднял голову.

– Кинсли, давай зайдем ко мне домой и переоденемся, а потом вернемся посмотреть фильм, – сказал он, вставая и направляясь ко мне.

Я кивнула, и, когда он подошел достаточно близко, чтобы мне не пришлось объявлять об этом всем, я прошептала:

– Как ты думаешь, я смогу остаться здесь на ночь? – Я не могла встретиться с ним взглядом, но мои щеки горели.

Его легкая улыбка сказала все сама за себя.

– Конечно, я не позволю тебе возвращаться в Лос-Анджелес так поздно, и, кроме того, я хочу переспать с тобой.

Переспи со мной!

Я буквально заерзала на месте.

– У меня есть идея, – объявила я нашей компании, внезапно согласившись с планом Бекки. – Что, если мы устроим грандиозную вечеринку с ночевкой? Мы можем пойти забрать вещи из дома Лиама, а затем вернуться обратно…

Улыбка Лиама стала шире, и он медленно покачал головой. Не то чтобы он отказывался, но, казалось, это его позабавило.

– Мы можем провести вечеринку с ночевкой у меня дома. У меня есть кинозал с диванами, на которых достаточно удобно лежать.

Я не ожидала, что он так легко купится на наш план, но подозревала, что он пытается облегчить нам с Беккой задачу.

– Звучит заманчиво, – ответил Пенн. – Мы встретимся с вами там чуть позже.

Бекка одарила меня благодарной улыбкой, а затем последовала за Пенном вверх по лестнице.

– Пошли, мы можем добраться до моего дома через пляж, – сказал Лиам, беря меня за руку и оттягивая ее, чтобы я не смогла надеть тунику обратно.

– Тебе это не нужно, нам осталось пройти совсем немного, – заявил он, когда я выгнула бровь.

– М-м-м, уверена, что причина не в этом, – поддразнила я, когда его взгляд скользнул вниз по моему телу.

– Все мои фантазии не соответствовали действительности… Думаю, мне нужно еще несколько минут, прежде чем ты снова наденешь одежду, – уверенно ответил он, заставляя меня почувствовать себя еще более смущенной.

Я рассмеялась и покачала головой. Фантазии, черт возьми.

– Бекка хотела, чтобы ты предложила пойти с ней на вечеринку с ночевкой? – мягко спросил он.

Я прикусила губу, размышляя, стоит ли мне подставить подругу. Вдруг он все расскажет Пенну.

– Ну, технически да, это была ее идея, но я подумала, что это будет весело. Ты расстроен?

Он слушал мои объяснения, а затем прищурился.

– Возможно, это даже к лучшему. Я хочу провести с тобой время, но если бы мы были одни, то прямо сейчас отправились бы прямиком в мою постель.

Его слова обволокли меня, как мед, и я попыталась стряхнуть с себя их очарование.

– Ну, ты можешь отвести меня в свою спальню, – подмигнула я, – чтобы я переоделась.

Он засмеялся и потянул меня за руку, когда мы поднимались по лестнице в его дом. Вблизи все выглядело еще красивее. Планировка была открытой и манящей. Гостиная и кухня были оформлены в теплых светлых тонах с яркими синими акцентами.

– Вот где я люблю проводить время, когда могу выбраться из дома в Лос-Анджелесе, – сказал он, проводя меня мимо кухни, которая выглядела так, словно сошла с обложки журнала. – Я тут кое-что менял, поэтому последние несколько недель в доме были отключены вода и электричество.

Думаю, он попутно решил провести мне небольшую экскурсию. Я заглядывала в каждую комнату, пока он продолжал тянуть меня к своей спальне.

– Полностью согласна с тем, что здесь так уютно, что чувствуешь себя как дома.

Я улыбнулась ему, и наши взгляды на мгновение встретились. Думаю, он был рад, что я оценила его дом. Но, честно говоря, любой бы так поступил.

Когда мы добрались до спальни, он открыл один из ящиков комода и протянул мне футболку и боксеры.

– Надеюсь подойдет. Извини, у меня нет в доме бюстгальтеров. Думаю, тебе придется обойтись без него.

Он улыбнулся, как будто на самом деле ему было не так уж и жаль.

Я взглянула на боксеры и обнаружила, что на них нарисованы маленькие снеговики. Это было так неожиданно, никогда бы не подумала, что у него могли быть такие трусы.

Я расправила их и подняла в воздух.

– А у вас тут стильные шмотки, мистер Уайлдер.

– Эй, не обижай мои боксеры. Это моя рождественская пара.

Он засмеялся, доставая трусы, пижамные штаны и футболку для себя. Я подумала, что он собирается направиться в гардероб, чтобы переодеться, но, как только приготовил одежду, он тут же сбросил свои мокрые шорты и направился в душ.

При виде него у меня отвисла челюсть. Каждый дюйм его тела был подтянутым и загорелым. Его татуировки идеально сочетались с движениями мышц. Я знала, что на то, чтобы довести тело до такого совершенства, уходят годы, и оценила каждый его дюйм, наблюдая, как он направляется в ванную.

– Иди в душ, – потребовал он, прежде чем его тело исчезло из моего поля зрения.

Я стояла неподвижно, пока не услышала, как он включил воду, а затем вошел в душевую. Бутылки с гелем для душа и шампунем звякнули о стекло, пока я пыталась принять решение. Не слишком ли мы торопимся? Стоит ли мне подождать и принять душ отдельно? Нужен ли мне вообще душ? В моих волосах была хлорка из бассейна, и чем дольше я буду ходить с ней, тем больше вреда она нанесет… Ну что ж, решено.

Его тело частично скрывало запотевшее стекло, и сверху уже поднимались клубы пьянящего пара. Я открыла дверь и, не снимая бикини, прокралась внутрь вслед за ним. Я подумала, что прекрасно смогу принять душ и в купальнике. Лиам был с этим не согласен. Его глаза загорелись, когда он увидел меня, а затем в считанные секунды развязал мой вверх и низ, и бикини упало кучей на пол в душе. Черт, эти руки действительно могли быстро двигаться, когда у него была цель. Затем он притянул меня к себе. Я положила руки ему на грудь, ощущая гладкую кожу, когда он начал намыливать мое тело.

Мы были обнажены, так блаженно обнажены, что у меня закружилась голова и я сразу возбудилась.

Он выдавил немного геля для душа на руки – своего геля для душа, – и он пах чистотой и мужественностью. Он собирался вымыть им меня, и я ничуть не возражала, что выйду из душа, пахнущая точно так же, как он. С этого момента я хотела всегда пользоваться только им.

Мои глаза закрылись, когда его руки заскользили по моей коже. Он провел им по моим плечам, вниз по спине. Мне казалось, что он медленно сводит меня с ума под предлогом того, что моет. Когда его рука легла мне между ног, я подумала, что рухну на кафель, но он не позволил мне. Одной рукой он обнимал меня за талию, пока его пальцы не довели меня до очередного оргазма.

– Ты так отзывчива на мои ласки, – сказал он, прикусывая мочку моего уха, когда моя рука нащупала его горячий и твердый член.

Я выхватила гель для душа у него из-за спины и отплатила ему тем же, но, честно говоря, мне это доставило больше удовольствия, чем ему. Получить свободный доступ и провести руками по его коже было все равно что насытиться самым изысканным десертом. Я наслаждалась тем, как он напрягся, когда моя рука скользнула ниже, к его талии. Я крепко сжала его и гладила вверх и вниз, пока его голова не запрокинулась под струю воды. Мне нравилось заставлять этого мужчину стонать. Если бы я могла слышать только что-то одно всю оставшуюся жизнь, я бы выбрала этот стон – слышать, как он издает эти низкие стонущие звуки, когда его охватывает наслаждение. Он кончил быстро и сильно, выплеснувшись мне на руку и живот. Это было чертовски сексуальное зрелище, и я почти оплакивала потерю, поскольку вода смыла все это достаточно быстро.

Мы оба вышли из душа с довольными улыбками, но я все еще чувствовала на себе его взгляд, когда надевала его футболку и боксеры. Нам еще предстояло полностью насытиться друг другом позже.

– Ты понимаешь, что все время, пока мы будем смотреть фильм, я буду думать о том, что на тебе под твоей одеждой нет трусиков и лифчика, – прокомментировал он, натягивая пижамные штаны.

Я подмигнула через плечо, чувствуя себя смелой и красивой после его нескончаемого потока комплиментов в мой адрес.

– Технически это твоя одежда, – сказала я, направляясь к двери.

Он злобно ухмыльнулся, натянул футболку и бросился за мной. Черт бы побрал его навыки футболиста. Он был намного быстрее меня. Я со смехом пробежала по коридору, уворачиваясь от его рук, затем спряталась за диваном, притворяясь, что уворачиваюсь то вправо, то влево. Он разгадал мой блеф и поймал меня, когда я попыталась убежать.

– Пощади! – Я взвизгнула, когда он схватил меня за талию и поднял на руки.

Он как раз ставил меня на ноги, когда вошли Бекка и Пенн. Бекка посмотрела на нас с любопытством, а Пенн только рассмеялся и покачал головой.

– Чем, черт возьми, вы двое занимались, пока мы переодевались? – спросила Бекка, рассмеявшись.

Я подмигнула.

– Играли в догонялки. Я намного быстрее Лиама.

Он обнял меня за талию.

– Может, тогда тебе стоит потренировать меня?

Я рассмеялась и оттолкнула его.

– Да, да. Ребята, вы принесли какие-нибудь фильмы?

Пенн показал нам три DVD-диска.

– Я принес «Побег из Шоушенка», «300 спартанцев» и «Святые из Бундока».

Мы с Беккой переглянулись и рассмеялись.

– Ты такой типичный парень, Пенн.

– Не думаю, что у меня есть варианты получше, – признался Лиам, приглаживая волосы на затылке.

– Давай, Бекка, пойдем проверим коллекцию Лиама, пока парни готовят попкорн.

– Вы, ребята, принесли свои сладости? Потому что я не собираюсь делиться, – крикнул Лиам позади нас.

Как только мы завернули за угол, к кинозалу Лиама, я положила руки Бекке на плечи и тихонько взвизгнула. Она присоединилась ко мне, и вскоре мы выглядели как две сумасшедшие школьницы, прыгающие в темном коридоре.

– Это ведь сон, да? Завтра мы проснемся дома, и на мне будет мой комбинезон, – прошептала Бекка, пока мы шли дальше по коридору.

– Нет. Это определенно происходит, подружка.

Я улыбнулась так широко, что у меня заболели щеки.

– Извини, что мы так долго переодевались. Пенн был немного не в себе. Возможно, мы опробовали несколько баз.

Я бросила на нее потрясенный взгляд, когда мы проходили через дверь в кинозал. Лиам ранее указал мне на его местонахождение, но, конечно, мы не были внутри. Здесь все было продумано до мелочей. В первых двух рядах стояли огромные мягкие кресла, а за ними еще два ряда диванов. Они были широкими и завалены мягкими подушками. Экран был неприлично огромным, а на дальней стене был установлен причудливого вида проектор.

Под проектором висели полки с фильмами.

– Подожди, сколько именно баз вы обошли? – спросила я, как только дверь за нами закрылась.

Бекка не могла стереть улыбку с лица.

– Ну, допустим, он знает, какая я на вкус.

Я начала хохотать.

– БЕККА!

– Что?! Ты сделал это с Лиамом… в его кабинете, ни больше ни меньше!

– Я знаю, знаю. Просто… вау. Кто-нибудь делал это с тобой раньше?

Она прикусила губу.

– Нет, но теперь я задаюсь вопросом: какого черта я так долго ждала?

Мы снова начали смеяться, и я не могла удержаться от восторженных восклицаний. В конце концов, мы попытались просмотреть коллекцию фильмов Лиама, но это не принесло большого успеха.

– Я не уверена, сколько у нас времени до их прихода, но, как только мы завтра вернемся домой, у меня к тебе будет миллион вопросов, – прошептала Бекка.

Мы слышали смех парней, доносящийся из коридора, и, похоже, они направлялись в нашу сторону.

– Я постараюсь ответить на каждый, но, серьезно, у меня не намного больше опыта, чем у тебя, – ответила я, пожав плечами.

Бекка кивнула.

– Тогда мы обратимся к «Пятьдесят оттенков серого»[14]. Он должен дать нам ответы на некоторые вопросы.

– Ага, например, как быть выпоротой, когда у тебя во рту кляп, – пошутила я.

– Точно. Тогда, может, нам стоит почитать книги Джуди Блум[15].

Я игриво толкнула ее в плечо, как раз тогда, когда вошли парни. В их руках были напитки и закуски.

– Девушки, вы выбрали, что мы будем смотреть? – спросил Пенн.

Мы с Беккой посмотрели друг на друга, на свои пустые руки, а затем снова на полку.

– Мммм… – промямлила Бекка.

Я потянулась вперед и взяла первый попавшийся фильм, им оказались «Незваные гости».

– Упс… Его, наверное, все уже смотрели? – спросила я, поднимая диск в воздух.

Все кивнули, но Лиам выхватил его у меня из рук и пошел вставлять в проекционную систему «космического корабля».

– Подойдет, мы, вероятно, в конечном итоге все равно проболтаем весь фильм, – пожал он плечами.

Он был прав. Четыре человека, которые были на взводе из-за сексуального напряжения, вероятно, не смогли бы сконцентрировать свое внимание на просмотре фильма.

Мы все могли бы удобно разместиться на одном диване, но Бекка и Пенн заняли диван, ближайший к экрану, а мы с Лиамом устроились на заднем. Когда я легла поудобнее и расстелила на коленях покрывало, похожее на облако, начался фильм. Лиам игриво прищурился, глядя на меня, и тоже натянул на себя покрывало. Оно было не такое уж и большое, наверное, потому, что было сшито из натуральной овечьей шерсти, так что мне пришлось придвинуться к нему поближе. Спасибо тебе, крошечное покрывальце.

У нас на коленях стояло ведерко с попкорном, а на столике перед нами были разложены сладости.

– Эй, ребята, у вас там есть что-нибудь вкусненькое? – спросила я, наклоняясь вперед, чтобы посмотреть на их запасы.

Бекка бросила мне пригоршню мармеладных рыбок, и одна из них попала мне прямо в глаз.

– Эй! До меня долетели только три штуки, – пожаловалась я, отправляя одну в рот.

– Я поймал одну, – гордо заявил Лиам.

У него изо рта торчал маленький красный плавник, и я потянулась, чтобы откусить его. Он прикусил мою нижнюю губу, и на какую-то долю секунды я забыла, где мы находимся. Когда Бекка прочистила горло, я отстранилась и увидела, что она перегнулась через диван, протягивая мне пакет с мармеладками.

– Может, Пенну и Кинсли поменяться местами? Вы, ребята, не посмеете заниматься сексом во время просмотра фильма, – пошутила она.

Пенн, Лиам и я одновременно прокричали: «Нет!»

Бекка рассмеялась и покачала головой, прежде чем вернуться на свое место и прижаться к Пенну. Когда начался фильм, мы приложили все усилия, чтобы вникнуть в него, но не прошло и десяти минут, как Лиам поднес к моему лицу упаковку с арахисовым M&Ms. Я настороженно посмотрела на него. Скорее всего, если бы я потянулась за ним, он бы отгрыз мне руку.

– Больше, чем арахисовый M&Ms, – прошептал он, и мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что он имел в виду.

Когда до меня дошло, я прикусила нижнюю губу, пытаясь скрыть улыбку, которая так и рвалась наружу. Я взяла упаковку, прислонилась к его плечу, и мы съели все конфетки по очереди.

Не судите строго, упаковка была маленькой.

Должно быть, во время просмотра фильма я уснула, потому что, когда очнулась, свет был выключен, и мне захотелось в туалет, как скаковой лошади. Я лежала горизонтально на диване, а под головой разместилась подушка, которой раньше там не было. Лиам сидел у меня за спиной, обхватив меня рукой за талию. Я едва могла дышать, не говоря уже о том, чтобы двигаться, когда он крепко сжимал меня в объятиях. Я осторожно высвободила его руку, поднялась с дивана и начала бродить в темноте, пока не нашла дверь.

Когда я вернулась из ванной, то выглянула из-за нашего дивана и увидела, что Бекка и Пенн лежат в обнимку в той же позе, в какой только что были мы с Лиамом, и я не смогла сдержать улыбку. Я бы сфотографировала их, если бы могла это сделать, не разбудив всех и не выглядя при этом как ненормальная. Они так идеально смотрелись друг с другом, Бекка спала с легкой улыбкой на лице. Это было довольно весело, но все равно очаровательно.

Я изо всех сил старалась не разбудить Лиама, когда забиралась обратно на диван, но чувствовала, как бешено колотится мое сердце под футболкой. Я приподняла покрывало и опустилась рядом с ним, прижавшись лицом к его груди. Я сделала глубокий вдох и вдохнула аромат его дезодоранта и геля для душа, прикрыв глаза.

– Куда ты ходила? – прошептал он, обнимая меня.

Я и не заметила, что он проснулся.

– Ходила смотреть твои детские фотографии и налоговые декларации.

– Я думал, ты меня бросила.

– Только не после того, как ты поделился со мной своими M&Ms.

Я улыбнулась, уткнувшись ему в грудь, и он крепче меня обнял.

– Ты мне действительно нравишься… Ты должна стать моей девушкой.

Мое тело замерло, лежа у него на груди. Он действительно просил меня об этом или говорил во сне? Может быть, на самом деле он и не просыпался, и я разговаривала с его подсознанием?

Я подыграла ему, как будто он действительно меня спрашивал об этом:

– Уже поздно, и, когда ты просишь меня стать твоей девушкой, я чувствую себя так, словно мы находимся в старшей школе.

Он тихо засмеялся и наклонился, чтобы поцеловать меня в уголок рта.

– Будь моей девушкой. Сходи со мной на мероприятие, на котором я должен появиться на следующей неделе.

– Да.

– Это было «да» на то, чтобы стать моей девушкой, или «да», чтобы пойти со мной на свидание? – прошептал он.

– И то и другое. А теперь дай мне поспать, дурачок, пока я не передумала.

Он засмеялся, и я прижалась к нему еще сильнее, пока не почувствовала себя достаточно уютно, чтобы снова погрузиться в сон.

На следующее утро я проснулась от запаха жареного бекона. Я слезла с дивана, завернулась в мягкое покрывало, а затем, выглянув, обнаружила, что Бекка все еще спит. Лиама и Пенна нигде не оказалось. Должно быть, именно они стали причиной доносящегося запаха бекона.

– Просыпайся, соня, – сказала я, стаскивая с Бекки покрывало.

Она застонала и начала выкрикивать какие-то очень красочные ругательства, одно из которых звучало примерно так: «Тощая обезьяна». Простите, но что это, вообще, означает?

– Разве так можно разговаривать со своей лучшей подругой?

Я рассмеялась, когда она попыталась стянуть с меня мое покрывало.

– Это мое! Вот, возьми свое!

– Кинсли! Бекка! Завтрак готов! – крикнул Пенн.

Мы бросились наперегонки и помчались на кухню, путаясь в наших покрывалах. Я чуть не упала, когда мы завернули за угол. Бекка не могла перестать смеяться целых пять минут.

Лиам приподнял бровь, глядя на нас.

– Мне казалось, что я купил тебе средства для защиты от «Бекки».

Я вытянула вперед свою ногу и руку, на которых красовались синяки благодаря моей лучшей подруге, известной как «отродье сатаны».

– Я все время забываю их надеть. Может, нам стоит просто завернуть Бекку в пузырчатую пленку?

Парни рассмеялись.

– Я накладываю запрет на использование пузырчатой пленки, – пошутил Пенн.

Я подошла ближе к столу, чтобы посмотреть, что приготовили для нас парни, и удивленно приподняла брови.

– Ты пересмотришь свое решение после того, как она нанесет тебе удар из карате прямо в живот.

Бекка шлепнула меня по руке в качестве предупреждения.

– Надеюсь, вам нравятся вафли с беконом?

Мои глаза загорелись.

– Мне вафли, пожалуйста!

Я улыбнулась и села за стол. Бекка последовала моему примеру.

– Мы готовили, нам теперь еще и накладывать для всех еду? – поддразнил Лиам, кладя вафлю на мою тарелку.

Я бросила на него свой самый щенячий взгляд.

– О, пожалуйста. Прекрати. На меня это не действует.

Да, точно, наверное, поэтому через две секунды передо мной уже стояла тарелка с вафлями, апельсиновый сок, кофе и кленовый сироп.

Я подмигнула ему.

– Мы вымоем посуду.

Мы провели большую часть воскресенья бездельничая на пляже. Лиам втирал в мою кожу крем от загара, уделяя много времени каждой поверхности, к которой мог прикоснуться. Я улыбнулась ему через плечо, и он наклонился, чтобы поцеловать меня.

– Ты помнишь наш разговор прошлой ночью? – спросил он.

– Тот, в котором ты просил меня стать твоей девушкой? – спросила я, прикусив губу и посмотрев на океан.

– Мхм. Просто хотел убедиться, что ты понимаешь, на что соглашаешься.

Я рассмеялась и призналась, что беспокоилась о том же.

– Так ты мой парень? Лиам Уайлдер теперь мой парень?

Он усмехнулся.

– Ну, я не говорю о себе в третьем лице, но да, Лиам Уайлдер теперь твой парень и… он счастливчик.

Он запустил руку под завязки моего бикини, и я испугалась, что он развяжет их так же быстро, как прошлой ночью. Я игриво оттолкнула его руку.

После того как этот разговор закончился, я почувствовала себя намного спокойнее из-за сложившейся ситуации. Находиться рядом с ним было легко и весело. Конечно, когда он достал футбольный мяч и мы вчетвером начали играть, я с трудом могла сосредоточиться на игре, больше на том, как он выглядел в своих плавках, но, может быть, со временем я к этому привыкну. Несколько раз я ловила его на том, что он смотрит на меня таким же взглядом, и мне приходилось сдерживать смех.

Мы вчетвером старались продлить этот день как можно дольше. После ужина я загружала посуду в посудомоечную машину, когда Лиам обнял меня за талию и уткнулся носом в основание моей шее.

– Тебе не обязательно ехать домой. Ты можешь остаться, и я отвезу тебя завтра на тренировку.

Боже, это было так соблазнительно. Ощущение его рук, обнимающих меня, отключило большинство моих мозговых нейронных связей, но у меня все же хватило здравого смысла отрицательно покачать головой. Лиам был словно стихийное бедствие в моей жизни. Если бы я позволила, он бы ворвался и перевернул все с ног на голову, пока все, что не осталось от меня, – это мои чувства к нему. Мне пришлось увеличить дистанцию между нами, хотя бы на одну ночь.

Я развернулась в его объятиях и обвила руками его шею. Когда я приподнялась на носочки, то оказалась почти на одном уровне с его лицом.

– Мне нужно поехать домой и позвонить родителям… проверить электронную почту, ну, знаешь, вернуться в привычную жизнь.

Он усмехнулся:

– Это тоже может стать для тебя привычной жизнью.

Я вздрогнула от его намека.

– Не пытайся меня переубедить. Мое желание уехать уже начинает угасать.

– Похоже, тогда мне следует продолжать в том же духе.

Он наклонил голову и поцеловал меня в шею. Мои глаза закрылись, и я издала тихий стон.

Затем я вернулась к реальности.

– Нет. Нет. Нет. Лиам!

Я оттолкнула его, и он поднял руки, пытаясь сдержать смех.

– Ты ведешь нечестную игру! Бекка, поехали!

Она чувствовала то же самое, что и я, поэтому мы почти выбежали из дома, помахав парням на прощание и не давая им к нам приближаться. Мы запрыгнули в мою машину, и я на всякий случай заперла за нами двери. Как только мы оказались внутри в безопасности от наших бушующих гормонов, мы начали смеяться.

– Эти парни опасны, – обвинила я, заводя машину и выезжая задним ходом с подъездной дорожки.

– Хорошо, что ты оказалась на моей стороне, иначе я бы не уехала. Пенну, вероятно, пришлось бы выгонять меня недели через три, когда бы я забаррикадировалась в его спальне.

Я рассмеялась.

– Я просто не могу поверить, как быстро все происходит. Лиам попросил меня стать его девушкой прошлой ночью.

Бекка повернулась ко мне лицом, сидя на пассажирском сиденье.

– Что?! Когда?

Я прикусила губу и попыталась сосредоточиться на дороге передо мной.

– Ну, вроде как посреди ночи, но сегодня утром на пляже он снова удостоверился в принятом мной решении.

Краем глаза я заметила, как она разинула рот.

– И что ты сказала?

– Конечно же да! Ты думаешь, я сумасшедшая?

– Немного. Но это не имеет отношения к данной ситуации. Вау, он отличный вариант.

Она кивнула, как будто представила его на мгновение.

– А что насчет тебя и Пенна? – спросила я.

Бекка прищурилась и уставилась в лобовое стекло.

– Я пока не уверена. Он совсем недавно расстался и сказал мне, что не хочет торопить события. Не думаю, что он хочет проявить неуважение к своей бывшей, так быстро вступая в новые отношения.

– Думаю, в этом есть смысл. Как давно они расстались?

– Чуть больше месяца.

– Хм…

Честно говоря, я не была уверена, что существует правило о том, какой промежуток времени должен пройти после разрыва и до начала новых отношений. Думаю, это зависит от того, как долго они были вместе и как они расстались.

– Мне кажется, очевидно, что у него к тебе серьезные чувства, вы, ребята, были практически неразлучны сегодня. Просто наслаждайся моментом, а я постараюсь получить какую-нибудь информацию от Лиама, если она тебе понадобится.

Бекка улыбнулась.

– Да, я пытаюсь просто плыть по течению, но у меня это не очень хорошо получается. Думаю, все дело в том, что мое тело слишком напряжено.

В понедельник утром тренер Дэвис провела собрание в конференц-зале, на котором сообщила, что Тара больше не является членом нашей команды. Мы сразу же проголосовали за новых кандидатов на должность капитана, решив назначить Софи. Я ожидала большего переполоха из-за ухода Тары, но, как только тренер Дэвис объявила об этом, по залу как будто пронесся вздох облегчения.

После тренировки я направлялась в раздевалку, когда меня догнала Софи.

– Эй, мы могли бы поговорить минутку? – спросила она.

Ее взгляд метался между мной и полом, и она нервно теребила свои руки.

– Конечно, – сказала я, готовясь к худшему.

В определенные моменты за последние несколько недель Софи вела себя так же ужасно, как и Тара, но теперь, когда ее лидера не стало, Софи казалась почти застенчивой.

– Я просто хотела за все извиниться. Мы с Тарой действительно перешли все границы, и, хотя нас обеих, вероятно, следовало бы исключить из команды, теперь я понимаю, что мне дали второй шанс, и я не собираюсь его упускать. Мне не следовало так с тобой обращаться, и этому действительно нет оправдания…

Я положила руку ей на плечо.

– Не беспокойся. Давай забудем о том, что произошло за последние несколько недель, и будем жить дальше. Хорошо?

На ее лице промелькнуло облегчение.

– Спасибо, Кинсли.

К моему удивлению, она подалась вперед и крепко меня обняла. Это было неловко. Очень неловко. Я похлопала ее по спине, а потом в конце концов высвободилась из ее объятий.

Всю оставшуюся неделю я старалась жить моментом. На тренировках я фокусировалась на футболе. Тренер Дэвис усердно с нами занималась, и мне было приятно думать о чем-то другом, кроме Лиама.

На следующей неделе у нас была запланирована игра с командой другого местного колледжа, так что мы усилено к ней готовились. Я нервничала от одной мысли об игре, но тренер Дэвис заверила меня, что я выйду в стартовом составе. К сожалению, это заставило меня нервничать еще больше. Технически это была моя первая игра за университетскую команду, и я хотела произвести впечатление на всех, кто ожидал от меня отличных результатов. Нет, не так, я хотела превзойти все ожидания окружающих. Я хотела, чтобы они сказали: «Я думал, она будет хороша, но эта девушка просто огонь». У них не оставалось бы другого выбора, кроме как сравнить меня с Китнисс[16].

В четверг тренер Дэвис рассказала нам о последних моментах перед окончанием тренировки.

– Не забывайте, что в эту субботу мы всей командой пойдем смотреть игру «Лос-Анджелес Старз». Для всех новичков это станет хорошим опытом. Уровень, на котором соревнуются эти профессиональные спортсмены, даст вам представление о том, к чему мы должны стремиться во время наших тренировок и игр. Я не буду заставлять вас ехать всем вместе, просто встретимся у стадиона в семнадцать сорок пять. Наденьте свои черные футболки команды Университета Лос-Анджелеса и джинсы.

Из-за всех этих событий я совсем забыла о том, что мы собирались посмотреть игру Лиама.

– Ты увидишь, как твой парень играет в профессиональный футбол, – поддразнила Эмили по дороге домой.

Когда в воскресенье вечером мы вернулись с Беккой домой, то рассказали Эмили почти обо всем, что произошло за выходные. Большую часть рассказа она слушала с открытым ртом, и думаю, к этому моменту она полностью переварила всю информацию.

– Пенн тоже там будет, – заметила я.

Хотя они и не объявили об этом официально, но Пенн и Бекка общались каждый день, как и мы с Лиамом, так что формально они тоже были вместе. К черту ярлыки.

– Не считается! – уточнила Бекка с заднего сиденья.

– Эм, да, это определенно считается, – поправила я.

– Итак, мы с Кинсли в пятницу отправимся на мероприятие с парнями, а затем я могу отвезти нас четверых на игру в субботу, – предложила Бекка.

– Звучит заманчиво, – съязвила я.

– М-м-м, это напомнило мне… давайте поедим тако на ужин! – воскликнула Бекка.

Мы с Эмили согласились только из принципа. В Лос-Анджелесе от тако не отказываются.

В течение недели наше с Лиамом расписание почти не совпадало. Я тренировалась по утрам, он – по вечерам, а потом у него были назначены какие-то встречи или интервью, на которые он должен был отправиться после тренировки. Мы встретились лишь раз за ужином в среду, но болтали по телефону почти каждый вечер. И к тому времени, как наступила пятница, я уже не могла сдержать своего волнения по поводу нашей встречи.

Мы с Беккой провели вторую половину дня, прихорашиваясь и выбирая идеальные наряды для участия в мероприятии, которое устраивалось «Лос-Анджелес Старз». Оно проходило в шикарном отеле в центре города, и Лиам предупредил меня, что на нем будут присутствовать всевозможные агенты, журналисты, светские львицы Лос-Анджелеса и знаменитости. В основном это были люди, с которыми у меня не было ничего общего, так что если мы с Беккой ни с кем не найдем общий язык, то сможем поболтать с обслуживающим персоналом.

Мы прошлись по торговому центру, пока не нашли платья, которые идеально нам подходили. Мое шелковое мини-платье было облегающим в груди и на талии и свободным у бедер. Спереди оно доходило чуть ниже ключицы, но у него была открытая спинка, прозрачные длинные рукава и золотые пайетки, красиво расшитые по всему материалу. Подол был почти неприличной длины, но, поскольку платье было свободным, оно позволяло мне демонстрировать свои длинные загорелые ноги, не заставляя всех гадать, не подрабатываю ли я по ночам.

Я собрала свои волосы в свободный пучок на затылке, так что моя загорелая спина была полностью открыта.

– Я начинаю по-настоящему нервничать, – заявила Бекка, закончив наносить макияж.

Я застегивала тонкие ремешки на босоножках телесного цвета, когда подняла на нее взгляд. На ней было блестящее белое платье, которое облегало ее фигуру, словно перчатка. Оно было обтягивающим, с короткими рукавами и длинным подолом. Она дополнила его туфлями на каблуках цвета фуксии, которые отлично подходили для лета. Ее короткие волосы, как всегда, были идеально уложены, и она подкрасила свои глаза.

– Нет. Нет. Если ты начнешь нервничать, то и я буду нервничать. Ты выглядишь потрясающе.

Я встала и увидела свое отражение в зеркале за ее спиной. Она помогла мне с макияжем, так что мои голубые глаза выделялись на фоне загорелой кожи и темных волос. Я чувствовала себя прекрасно.

Она положила на стол кисточку для макияжа и начала внимательно изучать свою внешность, подмигивая сначала одним глазом, потом другим, а затем улыбаясь под разными углами. Ладно, она даже не собиралась закругляться, поэтому я ввалилась в ванную, побрызгала на нас духами и вытолкала ее за дверь.

– Перестань подмигивать себе, ненормальная. Вечер пройдет весело. Мы встретимся с парнями. Они угостят нас изысканными напитками, мы пообщаемся со знаменитостями, а затем отправимся восвояси. – Я попыталась успокоить ее, когда мы садились в машину.

Я не признавалась в этом, но я была рада, что Бекка взяла на себя роль нервной Нелли[17], потому что это вынуждало меня быть уверенной и хладнокровной за нас обеих.

– Боже мой, если там будет Эми, я обязательно с ней поговорю.

– Эми? – спросила я, когда мы направлялись к отелю.

– Полер, она же моя лучшая подруга. Не тупи, Кинсли.

Зазвонил мой сотовый, и я попросила Бекку ответить, чтобы продолжить вести машину.

– Говорит секретарша Кинсли, она за рулем… мы уже едем… С такими пробками, наверное, еще минут двадцать… Ладно, я передам… Боже мой, нет. Стоп. А вот это я не собираюсь ей говорить… Ха-ха… Ладно, мы позвоним, как доберемся до отеля.

Бекка завершила звонок и положила телефон обратно в мой элегантный клатч.

– Это был твой парень. Ему не терпится тебя увидеть, и он попросил, чтобы мы позвонили ему, когда приедем. Он встретит нас вместе с Пенном.

Я кивнула.

– Что еще он сказал? – спросила я.

– Тебе придется спросить у него. Вы, ребята, просто сумасшедшие.

Я рассмеялась и почувствовала, как расслабляются мои плечи. Думаю, Бекка тоже почувствовала себя лучше. Мы включили музыку погромче и подпевали всю оставшуюся дорогу до отеля.

Когда мы приехали, я остановилась у входа, чтобы парковщик мог забрать мою машину. Мы обе изумленно уставились на подъездную дорожку. Я всего пару раз бывала в отеле «Сан-Луиза» за поздним завтраком с родителями, но от того, как он выглядел поздно вечером, захватывало дух. Отель был построен в стиле бурных 20‑х годов. Белый фасад был усыпан множеством огоньков. Бекка написала парням за несколько минут до нашего прибытия, поэтому когда я отдала ключи парковщику и обошла машину, то не удивилась, обнаружив Лиама и Пенна, ожидающих нас у дверей отеля.

Боже, как же они хорошо смотрелись на его фоне. Мне показалось, что я попала в сцену из «Великого Гэтсби».

Я остановилась, чтобы рассмотреть Лиама с головы до ног, восхищаясь тем, как идеально на нем сидит черный костюм от Armani. Он был без галстука и в накрахмаленной белой рубашке с расстегнутыми верхними пуговицами. Его обычно непослушные волосы были зачесаны назад, подчеркивая его суровую привлекательность, но он оставил небольшую щетину, чтобы подчеркнуть черты лица. Я хотела взять его за лацканы пиджака и притянуть к себе для поцелуя, но мы все еще были в нескольких футах друг от друга.

Когда Лиам и Пенн вышли вперед, чтобы поприветствовать нас, я с трудом сдержала улыбку. У них языки практически свисали изо рта. Было приятно осознавать, что я, Кинсли Брайант, девятнадцатилетняя футболистка, могу поставить Лиама Уайлдера на колени… ну, почти.

Он взял меня за руку и медленно покружил. Затем тихонько и сексуально присвистнул, когда увидел вырез на спине моего платья.

– Кинсли, я думаю, ты забыла свой пиджак в машине, – поддразнил он, когда я перестала кружиться.

Я невинно пожала плечами и вдохнула аромат его туалетной воды. От него исходил его фирменный запах, и я позволила ему окутать себя, когда он наклонился, чтобы сорвать с моих губ целомудренный поцелуй. Прежде чем полностью отстраниться, он прошептал:

– Ты такая красивая.

Я улыбнулась, пытаясь насладиться волшебным моментом, прежде чем меня поглотит огромная толпа людей.

– Спасибо, – сказала я, поглаживая ладонями его пиджак и ощущая его твердую грудь под тонким материалом.

– Я должен был предупредить вас заранее, но в вестибюле отеля перед входом на мероприятие нам нужно будет немного задержаться.

– Что? Зачем?

Лиам улыбнулся.

– Нам нужно будет пройти по красной ковровой дорожке и попозировать для нескольких снимков, прежде чем мы войдем.

Меня мгновенно захлестнула волна нервозности. Вау, подождите-ка. Была ли я к этому? Тренер Дэвис и спонсоры Лиама были осведомлены о наших отношениях, но что произойдет, когда об этом узнают в СМИ?

– И что же мы будем делать? – спросила я, вглядываясь в его лицо, чтобы попытаться понять, о чем он думает.

Черты его лица были резкими, но спокойными.

– Я бы предпочел, чтобы ты шла со мной под руку, но, наверное, будет безопаснее, если я войду вместе с Пенном, а вы с Беккой пойдете следом за нами.

Я потянулась, чтобы поцеловать его в щеку.

– Спасибо.

Я знала, что он изо всех сил старается защитить меня от прессы.

Мы объяснили план Пенну и Бекке, а затем направились к входной двери отеля. Я могла видеть фотографов сквозь матовое стекло, и мои нервы были на пределе, пока я не почувствовала, как дрожит моя рука в руке Лиама.

Он ободряюще улыбнулся мне, прежде чем отпустить и направиться внутрь вместе с Пенном. Я попыталась прислушаться к тому, что говорят журналисты, но из-за двери их было невозможно расслышать. Несколько мгновений спустя, когда Пенн и Лиам сошли с ковровой дорожки, входная дверь распахнулась, чтобы мы могли войти следующими. Я теснее придвинулась к Бекке и глубоко вздохнула, когда администратор придержал для нас дверь.

Как только мы переступили порог, фотовспышка за фотовспышкой начали освещать фешенебельный вестибюль отеля. Все было устроено так, чтобы не один гость мероприятия не пропустил прохода по длинной красной ковровой дорожке. Фотографы стояли по одну сторону от ограждения в виде натянутой красной веревки, а с противоположной стороны тянулся гигантский баннер с логотипами различных спонсоров.

Я улыбнулась и попыталась выглядеть естественно, но черты моего лица казались напряженными и фальшивыми. Я улыбалась или просто очень широко открывала рот? Бекка сжала мою руку, и я пожала ее в ответ, когда мы направились к центру красной дорожки. Как только мы достигли определенной отметки, сотрудник мероприятия настоял на том, чтобы мы повернулись и попозировали для нескольких снимков. Количество вспышек увеличилось, когда мы повернулись к толпе журналистов.

– Кинсли, ты пришла сегодня на мероприятие без пары? – спросил один из репортеров. И в момент, когда прозвучал этот вопрос, все остальные журналисты присоединились к нему, задавая другие вопросы и стараясь перекричать друг друга.

– Кинсли, что на тебе надето?

– Ты с кем-нибудь встречаешься?

– Ты знаешь, почему Лиам перестал работать помощником тренера в женской команде Университета Лос-Анджелеса?

– Ты планируешь предать огласке свои отношения с Лиамом?

Я просто сохраняла на лице фальшивую улыбку, как будто не слышала ни единого слова. И все же к тому времени, как сотрудник мероприятия дал нам добро двигаться дальше, у меня уже кружилась голова. Я как можно быстрее оттащила Бекку с красной дорожки и, подняв глаза, увидела Пенна и Лиама, которые ждали нас у входа на мероприятие. Чем скорее мы окажемся на вечеринке и подальше от прессы, тем лучше.

Как только мои каблуки ступили с красного ковра на гладкий мраморный пол, я подумала, что все закончилось и можно выдохнуть, но затем услышала знакомый пронзительный голос позади себя. Сначала я в это не поверила, но когда обернулась, то увидела, что Тара позирует для журналистов рядом с красивым парнем, которого я не знала.

– На мне платье от Versace, а эти туфли, очевидно, от Louboutins, – ответила она на один из вопросов папарацци, поправив свои волосы и приняв идеальную позу.

– Ваши товарищи по команде только что прошли мимо нас по ковровой дорожке. Вы собираетесь присоединиться к ним на этом мероприятии? – спросил репортер, указывая в нашу сторону.

Взгляд Тары последовал за его пальцем, пока наши глаза не встретились, и у меня внутри все сжалось. Ей не следовало предоставлять возможность публично высказываться. Было невозможно предугадать, что сорвется с ее языка в следующий момент.

– На самом деле мы больше не товарищи по команде, – пояснила она с важным видом и снова повернулась к камерам.

Этот комментарий вызвал у репортеров шквал вопросов, и я начала сжимать руку Бекки, словно в тисках. Бекка бросила на меня умоляющий взгляд, когда Лиам начал тянуть меня к входу на вечеринку. Он не хотел, чтобы я стала свидетелем драмы, устроенной Тарой, но я должна была знать, что она собирается ответить.

– На самом деле я покинула команду по нескольким довольно интересным причинам. У меня возникли сложности в общении с одной девушкой из команды. Также произошло много пикантной драмы, но мне пора идти на мероприятие, ребята! Может быть, я все расскажу вам в следующий раз!

У меня свело челюсть, пока я слушала, как она говорит о моей неминуемой кончине. Пока она избегала серьезных подробностей произошедшего, но, видимо, скоро нам с ней предстояло прояснить ситуацию. У нас обеих было слишком много претензий друг к другу, и я знала, что она только и ждет возможности использовать это в своих интересах. Лиам сжал мою руку и бросил на меня извиняющийся взгляд. Я обхватила его другой рукой, чтобы он знал, что я не расстроена… а просто потрясена. Я не учла присутствие Тары на мероприятии, иначе положила бы фляжку с крепким алкоголем в свой клатч. Или, возможно, «Глок».

Пройдя по дорожке, мы подошли к двойным дверям, где еще один сотрудник мероприятия отмечала прибывших гостей. Взглянув на Лиама, она улыбнулась и махнула нам рукой, чтобы мы проходили в зал.

Мое сердцебиение начало замедляться, как только мы оказались в бальном зале «Маджестик». Здесь мы стали просто очередными гостями на вечеринке.

Организаторы мероприятия не пожалели средств. Преобладающие цвета интерьера – черный, золотой и белый – были использованы во всех деталях. По всему залу были расставлены черные коктейльные столики. Стены были в черную и золотую полоску. На каждом столике стояли белые орхидеи, а танцпол, находящийся в центре зала, был украшен черными воздушными шарами. К тому времени, как мы пришли, зал был уже переполнен. Люди толпились у барной стойки и на танцполе. Я с облегчением поняла, что это будет веселое мероприятие.

Я сразу же узнала нескольких знаменитостей, беседующих со своими коллегами и другим окружением. Я привыкла повсюду встречать их, так как выросла в Лос-Анджелесе, но никогда не была на вечеринке, где присутствовало бы так много знаменитостей. Именно тогда меня осенило, что я была здесь на свидании с одним из них.

Как только мы вошли, гости начали суетиться вокруг Лиама, приветственно махая руками и похлопывая его по руке, когда он проходил мимо. Он явно нравился всем присутствующим, даже слишком нравился некоторым женщинам, но я изо всех сил старалась не обращать на это внимания. И под «не обращать внимания» я имела в виду молиться, чтобы на самом деле они оказались переодетыми мужчинами.

Лиам положил руку мне на поясницу, так что его пальцы коснулись моей обнаженной кожи. Когда мы здоровались с одним из его друзей, он медленно провел рукой вверх и вниз по моей спине, и по моей коже побежали мурашки. Платье с открытой спиной, безусловно, было отличным выбором.

– Хочешь чего-нибудь выпить? – спросил Лиам.

– Конечно. Мне нужно чем-то занять свои руки, – пошутила я, когда он повел нас к бару.

– Это место выглядит потрясающе, – отметила Бекка, глядя поверх наших голов на потолок, украшенный золотыми звездами.

Я не могла сказать, был ли это трюк с освещением, или они действительно прикрепили звезды к потолку.

Лиам наклонился.

– Шампанское или «Грейхаунд»?

Мне захотелось рассмеяться, но я сдержалась.

– Наверное, мне стоит ограничиться диетической колой, раз уж здесь столько прессы.

Лиам вместе с Пенном подозвали бармена, чтобы заказать нам напитки, и мы с Беккой отошли в сторону, чтобы не стоять в очереди.

– Ты выглядишь великолепно. Ты все еще нервничаешь? – спросила я, положив руки ей на плечи, словно подбадривая ее.

Она рассмеялась и поджала губы.

– Нет, дорогуша, это ты выглядишь великолепно.

Я рассмеялась.

– Не совсем. Теперь, когда мы внутри, все не так уж и плохо.

Я согласилась и опустила руки.

– Мне казалось, что эти репортеры собираются перепрыгнуть через веревку и наброситься на тебя, – рассмеялась Бекка.

Я закатила глаза, когда Лиам и Пенн подошли к нам с напитками. Лиам поцеловал меня в щеку и протянул стакан содовой.

– Спасибо, – подмигнула я.

Пенн протянул Бекке ее напиток, и мы все чокнулись, прежде чем сделать по глотку. Содовая была легкой и сладкой, идеальное сочетание.

– Вы говорили о репортерах? – спросил Пенн.

– Да, они были весьма жестокими, – ответила Бекка.

Пока мы болтали, Лиам снова положил руку мне на поясницу, притягивая меня к себе. Это было так интимно – чувствовать, что он вот так заявляет на меня права. Казалось, он не мог находиться рядом со мной, не прикасаясь ко мне. Я прижалась всем телом к его груди и почувствовала, как его рука скользнула под глубокий вырез моего платья на спине. Единственным недостатком этого струящегося наряда было то, что не было никаких преград, которые могли бы удержать Лиама. Он легко скользнул пальцами на дюйм ниже, чем следовало. Если бы он продолжил, то коснулся бы верха моего кружевного белья.

Я настороженно посмотрела на него, но он разговаривал с Пенном и уверенно улыбался. У парня было безупречное бесстрастное лицо. Я улыбнулась про себя и сделала еще один глоток из своего стакана, но когда я отняла его от губ, то подняла глаза и увидела Джоша рядом с блондинкой.

Да, это была именно та блондинка, которую я застукала в его постели, когда мы еще встречались. И они направлялись в нашу сторону.

Сначала я почти не могла в это поверить. Конечно, у него хватило на это наглости. Или, может быть, он не знал, что Лиам возьмет меня с собой? В любом случае мой желудок сжался, и мне захотелось немедленно скрыться с места происшествия. Пальцы Лиама мягко коснулись моей спины, давая мне понять, что он тоже заметил приближение Джоша.

– Всем привет, – сказал Джош с легкой улыбкой.

Я была почти удивлена, что он вообще подошел к нашей группе, но потом вспомнила, что они с Лиамом играли в одной команде. Лиам сказал мне, что на поле они отбросили всю эту чушь и играли как товарищи по команде. Правда, я не была уверена, какие правила существуют в этой ситуации.

Мы поздоровались, и я подумала, что Джош уйдет, но нет. У него действительно хватило наглости представить свою девушку, Дженни.

Пенн и Лиам кивнули, а Бекка пробормотала «привет». Она не знала, что Дженни была той девушкой, с которой Джош изменил мне, но у нее хватило ума понять, что все, что касалось Джоша, было плохой новостью.

Дженни ни разу не взглянула на меня. Она отвела глаза, обводя взглядом зал. Я чувствовала, как Лиам рядом со мной напрягается все больше и больше. Я была уверена, что мой гнев был ощутимым для всей группы.

Молчание становилось все более неловким, и в конце концов я просто не смогла с ним справиться.

– Ладно, Джош, ты и так уже поставил всех нас в чертовски неловкое положение…

Как только я произнесла эти слова, Лиам убрал руку с моей спины и шагнул вперед, вставая между мной и Джошем. К счастью, Джош не был полностью ошеломлен этим моментом и понял, что ссора – не лучшая идея.

– Да, хорошо. Ты права. Увидимся завтра на игре, парни.

Он натянуто улыбнулся и пошел прочь. Дженни потрусила за ним, стараясь не отставать.

Сначала наша группа ошеломленно молчала, но потом заговорила Бекка:

– Я понимаю, что он невероятно глуп, но, в конце концов, нам придется с ним общаться, поскольку он товарищ Лиама и Пенна по команде.

Я усмехнулась.

– Да, я полностью согласна, но я не собираюсь позволять ему знакомить меня с девушкой, с которой я застала его в постели, когда мы еще встречались.

Бекка ахнула.

– Это была она? У него хватило наглости пригласить ее как свою пару и представить тебе?!

Она была в ярости, и я не могла ее винить. Если бы я не стояла рядом с Лиамом, я бы и сама разозлилась гораздо больше. Но в тот момент, когда Джош скрылся из виду, до меня донесся запах туалетной воды Лиама, и я вспомнила о парне, с которым на самом деле была здесь. Лиам превзошел всех.

Я подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, и положила руку ему на предплечье.

– Мне все равно. Я здесь, с тобой, и нет никого, с кем бы я хотела быть сильнее. Я просто хотела бы не притворяться, что она мне нравится, если в этом нет необходимости.

Его резкие черты лица начали смягчаться, когда мои слова дошли до него. Он глубоко вздохнул и наклонился ко мне.

– Если бы мне не нужно было соблюдать приличия на этом мероприятии, он бы сейчас не стоял.

Я вздрогнула от его слов.

– Не надо. Пожалуйста. Он недостаточно много значит для меня, чтобы ты тратил свою энергию впустую. Я даже не хочу быть его другом. Я буду вежлива с ним всякий раз, когда мы будем вынуждены находиться рядом, но, пожалуйста, не позволяй ему испортить нам вечер.

Лиам поцеловал меня прямо в губы, перехватив мое дыхание и вложив в него все свои чувства ко мне. Когда он отстранился, я поняла, что он контролирует свой гнев. Мои губы заменили желание избить Джоша.

Губы Кинсли: 1, Джош: 0.

Я оглянулась и увидела, как Пенн обнял Бекку и притянул ее к себе. Она улыбнулась ему, и на мгновение все почувствовали умиротворение.

– Я все еще должен поздороваться с несколькими людьми. Ребята, не хотите ли встретиться с нами на танцполе через некоторое время? – спросил Лиам Пенна.

Они согласились, и вскоре он уже сопровождал меня по вечеринке, не убирая руки с моей спины. Он представил меня своему агенту, милой женщине, которая уделила нам минутку для разговора неделю назад. Она понимающе улыбнулась, пожимая мне руку, и я поняла, что она все это время болела за меня. Только тогда я осознала, что на вид ей было лет тридцать пять и на пальце у нее было красивое обручальное кольцо.

– Очень приятно познакомиться с тобой, Кинсли. Кажется, ты хорошо влияешь на Лиама, – выпалила она, глядя на него как на старого друга.

Я ухмыльнулась.

– О, правда?

Я хотела узнать больше подробностей.

– В последнее время он стал более сосредоточен на важных вещах. Это значительно облегчает мою работу.

Лиам усмехнулся.

– Может, мне стоит заставить тебя работать усерднее, чтобы остаться на этой должности?

Она шутливо вздохнула.

– Даже не думай об этом.

Мы еще немного поболтали, а потом он повел меня к другой группе.

– Я обещаю, что это ненадолго. Я просто должен покончить с этим в самом начале, а потом мы будем вдвоем до конца вечера, – пообещал он.

Он оглядел меня с головы до ног, и я игриво шлепнула его рукой.

– Я не уверена, что твой взгляд, которым ты меня одариваешь, уместен на публике, – предупредила я с дразнящей улыбкой.

Он ухмыльнулся, прежде чем притянуть меня к себе для поцелуя.

– О, это определено так. И ты не захочешь знать, какие мысли крутятся у меня в голове с тех пор, как я увидел тебя в этом платье.

– Это из-за открытой спины, не так ли? – пошутила я, пытаясь разрядить обстановку между нами.

Его рука прошлась по моей спине, остановившись чуть выше ягодиц.

– Я никогда не считал себя любителем этой части тела, пока не увидел на тебе это платье.

Я рассмеялась, и он поцеловал меня еще раз, прежде чем потащить в сторону другой группы людей. По крайней мере, на этот раз я увидела знакомое лицо, стоящее рядом со мной. Хотя и не очень приятное. Брайан Кинг, репортер «Лживые штаны».

– О, привет, Брайан.

Я коротко улыбнулась ему, когда Лиам завел разговор с другим человеком в группе. Брайан повернулся ко мне, и я поняла, что он был немного шокирован, увидев меня.

– Кинсли!

В его глазах отразился шок.

– Я не знал, что ты будешь здесь. Я хотел связаться с тобой с тех пор, как вышла статья, но был сильно занят.

– О, я так и думала, – сказала я, делая глоток содовой.

– Как у тебя дела? – спросил он, бегло оглядев мой наряд, прежде чем встретиться со мной взглядом.

– У меня все в порядке, – честно ответила я.

– На самом деле я рад возможности поговорить с тобой лично, – сказал он, поворачиваясь ко мне. – Я хотел бы извиниться. Когда впервые попросил тебя дать мне интервью, то планировал написать статью о футболе. Но мой редактор настоял на этой романтической чепухе, потому что нам нужны были рейтинги. В итоге он раскрутил эту историю, и мне пришлось бороться с ним изо всех сил. Очевидно, последнее слово было за ним.

Его извинения казались такими искренними, и интуиция подсказывала мне, что он неплохой парень. Я знала, что на него, вероятно, оказывали большое давление, заставляя публиковать в журнале определенные статьи.

– Я имею в виду, я пошел учиться, чтобы стать спортивным журналистом, а не автором газетных сплетен.

Он провел рукой по волосам, и я почувствовала необходимость успокоить его совесть.

– Брайан, не волнуйся. Я знаю, у тебя были добрые намерения, – сказала я, похлопав его по руке.

Казалось, все его тело расслабилось, и он слегка улыбнулся.

– Но, честно говоря, я рад тебя видеть. Ты здесь со своей командой? – спросил он.

Думаю, он не видел, как я подошла с Лиамом.

– О, нет, вообще-то, я здесь с друзьями.

Я верила, что у него были хорошие намерения написать статью, но я не собиралась болтать о том, что пришла на вечеринку в качестве девушки Лиама, с репортером, пускай и с дружелюбным.

– Ох, – кивнул он, глядя на Лиама позади меня, – понятно. Что ж, я надеюсь, тебе понравится вечеринка. Может быть, я найду тебя на танцполе позже? – спросил он с надеждой в глазах.

В этот самый момент я почувствовала, как рука Лиама легла мне на спину, хотя он продолжал свой разговор с другим гостем. Этот мужчина был доминирующим и, мягко говоря, был готов помочиться на всю свою территорию. Я решила расширить его границы.

– Конечно, Брайан. Мы можем позже потанцевать.

Я почувствовала, как Лиам придвинулся ко мне, как раз перед тем, как вмешаться в наш диалог.

– Вообще-то, я собирался отвести тебя туда прямо сейчас, Кинсли, – сказал Лиам, беря мой стакан и ставя его на ближайший столик.

– Ты хотела моего внимания, и теперь оно у тебя есть. – Лиам обворожительно улыбнулся, кружа меня по танцполу.

– Хм, а может, я хотела потанцевать с Брайаном, – поддразнила я его, одаривая дьявольским взглядом.

– Только через мой труп, детка, – пошутил он, обнимая меня за талию.

Из динамиков заиграла медленная песня.

– Я думала, что вы старые товарищи по команде. – Я вопросительно подняла бровь.

Взгляд Лиама скользнул по мне.

– Это не имеет никакого отношения к перспективе того, что он будет танцевать с тобой, пока ты в этом платье.

– Оно не такое уж и открытое, – возразила я, когда он мягко развернул меня, а затем снова притянул к себе.

Он был опытным танцором, и мне было невероятно легко следовать его примеру.

Его рука снова легла на обнаженную часть моей спины у основания позвоночника.

Он самоуверенно ухмыльнулся и покачал головой.

– Моя рука на два дюйма выше твоих трусиков. Это платье следует сжечь.

– Да, но оно свободное!

Я рассмеялась, и он наклонил меня назад, запечатлев поцелуй на моей шее, прежде чем снова поднять.

Лиам игриво покачал головой.

Одна песня сменилась другой, и еще несколько гостей присоединились к нам на танцполе.

– Я с нетерпением жду завтрашней игры. – Я улыбнулась и обхватила его руками за шею.

– Это должен быть хороший матч. А мне можно прийти на вашу игру, которая будет на следующей неделе?

Я откинула голову назад, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Как ты узнал об этом?

Он приподнял бровь.

– Просмотрел расписание вашей команды. И не собираюсь пропускать ни одну из твоих игр, если это в моих силах.

Я поджала губы и уронила голову ему на грудь. Не знаю, почему мысль о том, что он знает расписание моих футбольных матчей, показалась мне романтичной, но это было так. Это показывало, как сильно он поддерживал меня и мою команду.

– Да. Ты можешь прийти, – пробормотала я.

Мы наслаждались следующими несколькими песнями, оставаясь в нашем мирке. Время от времени он кружил и наклонял меня, и я не могла сдержать смех, который охватывал меня от проявленной им игривости. С каждой песней расстояние между нашими телами, казалось, только сокращалось. Его руки скользили вверх и вниз по моей спине. Его губы скользили по моему рту и шее всякий раз, когда ему удавалось это сделать незаметно. Я медленно разваливалась на части, и он был организатором моей кончины.

– Вот и все, что нужно было сделать, чтобы не привлекать внимание, – пробормотала я, на самом деле ничуть этим не расстроенная.

Он пожал плечами.

– У меня нет проблем с тем, чтобы все в этом зале знали, что ты со мной.

– М-м-м, посмотрим, что ты скажешь завтра, когда о нас напишут в газетах, – поддразнила я и увидела, как Бекка бежит по танцполу.

Ей преграждали путь танцующие пары, а когда она почти скрылась за углом, направляясь к туалетам, я наконец увидела, что ее лицо было покрасневшим и покрытым пятнами.

– О нет. Похоже, Бекка плачет, – пробормотала я, вырываясь из рук Лиама.

– Где она? – спросил он, поворачивая голову в направлении моего взгляда.

– Она направилась в туалет. Мне нужно убедится, что с ней все в порядке. – Я повернулась к нему, положив руку на плечо. – Я найду тебя позже. Хорошо?

Он кивнул, но его взгляд был прищурен.

– Конечно.

Я протиснулась между другими танцующими парами и бросилась в туалет. Сначала я подумала, что там никого нет, но потом увидела, что последняя кабинка была закрыта, а когда подошла ближе, то услышала приглушенный плач.

Я постучала в дверь.

– Бекка?

– Кинсли? – спросила она с надеждой в голосе.

– Да, открой дверь и впусти меня.

Мгновение спустя защелка отодвинулась, и она приоткрыла дверь настолько, чтобы я могла проскользнуть внутрь.

– Бекка, что случилось? Ты в порядке? Пенн что-то сделал с тобой? – спросила я, когда она прислонилась спиной к стене и закрыла лицо руками.

Бекка попыталась сделать глубокий вдох, но у нее вырвался тихий всхлип.

– Здесь его бывшая.

Я резко втянула воздух.

– Понятно… ничего страшного в этом нет, – ответила я, подходя к ней и наклоняясь вперед, чтобы попытаться разглядеть ее лицо. – Ты ее видела? Тебе Пенн о ней сказал?

Я пока не понимала, почему она плачет. Может, она просто расстроилась из-за того, что здесь была его бывшая? Мне бы не хотелось встретить бывшую Лиама, но здесь, похоже, случилось нечто большее.

– Она подошла прямо к нам и представилась. Я знала, что это была она, потому что ранее он уже называл мне ее имя, и он явно выглядел расстроенным.

Я кивнула и прикусила нижнюю губу.

– Она попросила разрешения поговорить с ним наедине. Но он не сразу последовал за ней. Не думаю, что он хотел оставлять меня одну, но потом она вцепилась в него и практически потащила за собой. Я старалась сохранять позитивный настрой. И подумала, что, может быть, ей просто нужно обсудить с ним что-то важное. Но когда я вернулась после того, как взяла в баре новый напиток, то увидела, как они целовались в углу зала.

– Вот черт!

Я прикрыла рот руками и замолчала. Я не могла в это поверить. Пенну, похоже, очень нравилась Бекка, и целовать свою бывшую прямо у нее на глазах было таким вопиющим неуважением. Я почувствовала, как меня захлестывает ярость.

– Мне так жаль, Бекка, – сказала я, протягивая руку, чтобы коснуться ее плеча.

Она только покачала головой и шагнула к двери кабинки.

– Мы можем просто уйти? Я больше не хочу быть на этой вечеринке и определенно не хочу снова видеть Пенна и его бывшую.

Я непрерывно кивала, вытаскивая ее из кабинки и из туалета. Не было никакой возможности покинуть вечеринку, не пройдя через главный бальный зал, поэтому я провела ее сквозь толпу, пока она не поднимала головы. Мы были почти в центре зала, когда Тара преградила нам путь.

– Так быстро уходите, леди? Бекка уже что, напилась? – спросила она, бросив на Бекку жалостливый взгляд.

Я полностью проигнорировала ее вопрос и попыталась протиснуться мимо. К сожалению, она снова отступила в сторону, и, когда я сделала шаг вперед, моя нога зацепилась за ее ногу. Я споткнулась и упала, сильно ударившись коленями об пол. Мне удалось сделать это настолько грациозно, насколько это было возможно, но я не смогла удержаться и увлекла за собой Бекку, и из-за небольшого переполоха разыгралась сцена.

– Боже мой, они совсем не стоят на ногах, – с притворным беспокойством произнесла Тара. – Кто-нибудь может вызвать им такси? Или, может быть, стоит сразу позвать охрану?

– Я в порядке. Просто споткнулась, – ответила я как раз в тот момент, когда случайный гость наклонился, чтобы помочь нам с Беккой подняться на ноги.

Я бросила на Тару убийственный взгляд и была встречена таким же взглядом с ее стороны. Угроза была очевидна: игра началась.

– Кинсли, тебе не обязательно напиваться на вечеринке, чтобы привлечь к себе внимание. У меня такое чувство, что в ближайшие несколько дней пресса и так не оставит тебя в покое, – пообещала она с блеском в глазах.

Я нахмурилась, пытаясь определить, была ли это прямая угроза или нет.

– Что ты имеешь в виду?

– Давай просто уйдем, Кинсли, – фыркнула Бекка, уже пробираясь сквозь толпу к выходу.

Я побежала за ней, пытаясь догнать до того, как она увидит Пенна. С Тарой мне придется разобраться позже.

Я догнала Бекку, и мы были почти у выхода, когда увидели Пенна, Лиама и девушку, которая, как я предположила, была бывшей Пенна. Они были в нескольких футах от двери и уже заметили наше приближение. Я обняла Бекку одной рукой, чтобы защитить, и попыталась подавить желание накричать на Пенна.

Это желание только усилилось, когда я посмотрела на его бывшую. Мне захотелось растоптать ее. Мне было все равно, была ли она хорошим человеком и какая у них была история с Пенном. Она стала причиной слез Бекки, и за это я ее ненавидела. Она была симпатичной, конечно же, но она была из тех девушек, которые нравятся парням, но которых другие девушки видят насквозь. Искусственный оранжевый загар, накладные ресницы и нос после пластической операции. У нее были темно-русые волосы, собранные в пучок, и облегающее платье. Ее угрожающий взгляд был устремлен на Бекку, и я почувствовала, как внутри меня еще сильнее разгорается ярость.

Лиам шагнул вперед и встал по другую сторону от меня.

– Я подогнал твою машину на всякий случай, – прошептал он. – Ты только что разговаривала с Тарой?

Я окинула его оценивающим взглядом.

– Да, но сейчас это не имеет значения. Спасибо, что подогнал машину. Мы уезжаем.

Он закрыл глаза и кивнул, как будто это было к лучшему.

– Я бы уехал вместе с вами, но мне нужно уладить еще несколько дел. Можно я заеду к тебе после того, как закончу здесь?

Я взглянула на Бекку. Невозможно было предугадать, в каком настроении она будет, но, если я ей понадоблюсь, я не хотела ее бросать ради Лиама.

– Лучше сначала позвони мне, и мы посмотрим, – объяснила я, когда мы проходили мимо Пенна и его бывшей.

Бекка отвернулась от них и поспешила к выходу. Я раздраженно пожала плечами и быстро последовала за ней.

Ту поездку домой мне с трудом удалось перенести, потому что девяносто процентов времени мне хотелось развернуть машину и задавить ею Пенна. О чем он думал, играя с чувствами Бекки?

– Я чувствую себя идиоткой. Он никогда не говорил мне, что у нас эксклюзивные отношения. Да, мы проводили время вместе, но он не просил меня стать его девушкой. Я должна была ожидать чего-то подобного.

– Нет! – Я запротестовала. – Этим вечером он пригласил тебя на свидание, а это означает, что он не может целоваться с другой девушкой прямо у тебя на глазах. Он не дурак, он понимал, что играет с твоими чувствами.

– Я сказала себе не питать особых надежд, но все равно это сделала. Он мне действительно нравится, Кинсли, но он для меня недоступен. Он не готов к отношениям. Боже, очевидно, он еще даже не до конца порвал со своей бывшей.

Я не знала, что сказать, поэтому просто продолжала бормотать:

– Мне так жаль.

После этого она ничего не сказала. Остаток пути домой она смотрела в окно, а когда мы добрались до дома, пошла умыться и переоделась в пижаму.

– Хочешь, пойдем ко мне в комнату и посмотрим что-нибудь?

Она нахмурилась.

– Я не знаю. Может быть, мне стоит просто поспать.

– Да ладно. Я не могу позволить тебе отправиться спать в таком состоянии. Пойдем посмотрим «Парки и зоны отдыха», будем смеяться и проклинать парней.

Она легонько рассмеялась, но тем не менее последовала за мной.

Я положила ноутбук на кровать и сбросила босоножки на каблуках.

– Ты не собираешься переодеваться? – спросила она, когда я забралась на кровать прямо в платье.

Я пожала плечами.

– Оно на удивление удобное, и я чувствую себя в нем прекрасно.

Она улыбнулась и покачала головой, а я наклонилась, чтобы запустить серию на ноутбуке. Было приятно вызвать у нее улыбку после такого тяжелого дня, но я так и не смогла сосредоточиться на сериале. Я продолжала прокручивать в голове наш разговор и то, как она плакала в туалете отеля. Бекка заслуживала большего, чем такое отношение, и я не могла понять, о чем думал Пенн. Почему он так с ней поступил? Возможно, его история с бывшей девушкой так и осталась незаконченной? И была ли у Лиама такая бывшая? Мы даже ни разу об этом не говорили.

Бекка прервала мои размышления.

– Не думаю, что я собираюсь сдаваться в отношении Пенна, – пробормотала она, не отрывая взгляда от экрана моего компьютера. Очевидно, что она тоже не была полностью вовлечена в просмотр.

Я повернулась к ней и кивнула.

– Думаю это правильно, сначала нужно узнать всю историю. Я была бы первой, кто посоветовал бы тебе бросить его и найти кого-нибудь получше, но, честно говоря, думаю, тебе стоит выслушать Пенна. Его бывшая девушка так пристально на тебя смотрела, будто явно чувствовала угрозу из-за его интереса к тебе. Может быть, это она поцеловала его и ты увидела это в самый неподходящий момент? – Я замолчала и дотронулась до ее руки. – Но если говорить серьезно, Бекка, ему придется сильно попотеть. Он не может ожидать, что подобное отношение сойдет ему с рук.

Она прикусила губу, обдумывая мои слова.

– Посмотрим.

В этот момент я услышала тихий стук в дверь.

– Войдите, – сказала я, ожидая увидеть кого-то из наших товарищей по команде, но вместо этого показался Лиам, который толкнул дверь и осторожно вошел внутрь.

Он явно нервничал из-за того, что оказался здесь, поэтому я мгновенно вскочила с кровати.

– Эй! Что-то случилось? Почему ты здесь? – спросила я, не в силах скрыть удивленную улыбку, когда окинула взглядом его костюм. В левой руке он держал бумажный пакет.

– Ты не отвечала на звонки, и я хотел убедиться, что с вами все в порядке.

Он перевел взгляд на Бекку, которая лежала на кровати в своей пижаме, а затем снова на меня.

– У вас что, вечер ненависти к парням? Мне лучше уйти? – спросил Лиам с робкой улыбкой.

Мне тут же захотелось расцеловать его. Он выглядел таким красивым, стоя в своем костюме в дверях моей комнаты, хотя и выглядел здесь неуместно.

– Зависит от того, что у тебя в пакете, Уайлдер, – сказала Бекка.

Он засмеялся и поднял его, чтобы заглянуть внутрь.

– Мороженое, конфеты и немного алкоголя. Я не был уверен, что вы, девочки, захотите.

Он пожал плечами, и я наклонилась вперед, целуя его в щеку.

– Большое тебе спасибо, – прошептала я ему на ухо, прежде чем отстраниться и взять пакет из его рук.

– Мне уйти? – спросил он, когда я передала пакет Бекке и позволила ей заглянуть внутрь.

– Ну, я полагаю, что ты купил все эти M&M’s для себя, верно? – пошутила Бекка.

Он провел рукой по волосам на затылке, одарив нас застенчивой улыбкой.

– Ну, один пакетик мне, остальное все вам.

Мы рассмеялись, и Бекка помахала ему рукой, давая разрешение остаться.

– Ну ладно. На самом деле мы притворяемся, что смотрим сериал, а по правде говоря, обдумываем, как бы нам медленно убить Пенна.

Лиам скинул обувь и повесил пиджак на спинку моего стула. Я наблюдала за ним, совершенно очарованная его движениями. Он закатал рукава рубашки и наконец подошел к кровати. На мой взгляд, это был идеальный «сэндвич». Бекка сидела по одну сторону от меня, Лиам – по другую, а на моих коленях лежали конфеты. Чего еще можно было пожелать девушке?

– Можно мне спросить тебя о Пенне и его бывшей? – осторожно произнесла Бекка, бросая ему упаковку M&Ms.

– Она мне никогда не нравилась, – пробормотал он, открывая пакетик с конфетами.

– Что ж, это хорошо. Добро пожаловать в нашу команду.

Я улыбнулась ему и игриво толкнула в плечо.

– Точно не помню, как они познакомились, но они встречались около года, и все это время она морочила ему голову. Она водила его за нос и говорила, как сильно его любит, а потом обращалась с ним как с дерьмом. Я бесчисленное количество раз говорил ему, чтобы он расстался с ней, но в конце концов она бросила его, и я подумал, что он наконец-то смог увидеть, какой стервой она была на самом деле. Он не видел ее с тех пор, как они расстались, но я не удивлен, что она появилась сегодня вечером на мероприятии. Она, вероятно, услышала, что он начал двигаться дальше, и почувствовала, что ей нужно снова запустить в него свои коготки. Вот такая она манипулирующая сука.

Бекка отправила в рот ложку с мороженым и пробормотала:

– Вау.

– Бекка, тебе не стоит сбрасывать его со счетов. Я знаю этого парня много лет, и он не обманщик. Он хороший друг и отличный товарищ по команде. Дай ему время разобраться в своем дерьме.

Бекка прищурилась.

– Она как взрослая версия меня. Я имею в виду его бывшую. Серьезно, я выгляжу как младшая сестра «Барби» по сравнению с ней.

– Ну уж нет! – запротестовала я, когда Лиам подался вперед.

– Нет, черт возьми. У нее такие перекаченные губы, как у утки.

Я посмотрела на него с одобрительной улыбкой. Для футболиста ростом шесть футов три дюйма, который постоянно излучал тестостерон и обладал потрясающим самообладанием, он неплохо справлялся в общении на девчачьи темы. Было почти нелепо вспоминать о том, как неделей ранее он избил Джоша, а теперь сидел на моей кровати, ел «M&Ms» и обсуждал с нами проблемы в отношениях.

Мы откинулись на подушки, разговаривая о Пенне и помогая Бекке пережить эту ситуацию. Лиам дал ей несколько советов о том, как лучше всего вести себя с Пенном. На удивление, наше мировоззрение в этом вопросе совпадало, я бы сказала ей примерно то же самое. Он считал, что Пенн должен сам сделать первый шаг, а ей нужно на несколько дней отступить и дать ему понять, каким идиотом он был. Мы продолжали разговаривать, пока втроем не начали клевать носом. Я не уверена, кто в конце концов заснул первым, но в итоге мы проспали так: Бекка, в своей плюшевой пижаме, а я, все еще в своем вечернем платье, в объятиях Лиама. Его туалетная вода проникла в мои сны.

Странно, как в конечном итоге на чувства к кому-то влияют мелочи. Увидев, как Лиам входит в мою комнату с пакетом конфет и вина для моей лучшей подруги, я еще глубже прониклась к нему симпатией.

Я надеялась, что не утону в своих чувствах к нему.

К тому времени, когда мы с Беккой наконец-то поднялись с постели, Лиама с нами уже не было, и я знала, что он рано встал. Очевидно, что перед игрой у его команды была пресс-конференция и съемка. Я была в восторге от перспективы увидеть его в деле.

Я чистила зубы в ванной, когда вошла Бекка, устало посмотрела на меня в зеркало и протянула свой телефон.

– Я еще не уверена, что чувствую по этому поводу, но я с тобой, – предупредила она.

Фотография, которая предстала передо мной, была как удар под дых. Я наклонилась к раковине, выплюнула зубную пасту и вытерла рот и руки со стоической аккуратностью, прежде чем повернуться и выхватить телефон у нее из рук.

К сожалению, за эти несколько секунд фотография не исчезла. Я увеличила изображение и попыталась подавить гнев, грозивший вырваться наружу.

Снимок был сделан прошлым вечером. На нем были запечатлены Лиам и Пенн со своей бывшей девушкой, на фотографии была еще одна девушка, похожая на экзотическую супермодель. Пенн стоял рядом со своей бывшей, а Лиам – с моделью. Комментарий к фотографии гласил: «Две звезды „Лос-Анджелес Старз“ со своими „спутницами“ на вечеринке в отеле „Сан-Луиза“».

– Я уже видела это фото на нескольких других сайтах, – объяснила Бекка, забирая у меня телефон и выскальзывая из моей комнаты, не сказав больше ни слова.

Я понятия не имела, как она к этому отнеслась. Насколько я поняла, это был последний гвоздь, забитый в крышку гроба Пенна.

Я облокотилась на раковину и склонила голову. Я была так обеспокоена тем, что СМИ будут донимать нас с Лиамом, что не подумала о том, как паршиво было бы, если бы стало известно, что Лиам на самом деле встречается с другой девушкой. Мне не следовало беспокоиться. Какое имело значение, если люди считали, что Лиам встречается с другой? Я же знала правду. Но мне было не все равно. Я была зла оттого, что он общался с другой девушкой после того, как я уехала. Танцевали ли они? И что заставило СМИ считать, что они были парой? Или это была всего лишь одна фотография, неправильно истолкованная для продажи журналам?

Моим первым побуждением было предположить худшее: он мне изменяет. Я была такой же дурочкой, как Бекка, и Лиам играл с моими чувствами. В конце концов, опыт показал, что, когда дело доходит до отношений, мои худшие опасения обычно всегда оправдывались.

Я села на край кровати и позволила себе просмотреть фотографии со вчерашнего мероприятия на всех новостных сайтах. Это была единственная фотография, где он был запечатлен с этой девушкой. Но на удивление, я обнаружила много фотографий, на которых мы были вместе: на красной ковровой дорожке у входа в отель, разговаривающие в бальном зале и обнимающие друг друга на танцполе. Все чувства с прошлой ночи нахлынули на меня, словно волна, и я поняла, что не буду держать на него зла из-за этой фотографии.

Я могла либо предположить худшее, либо надеяться на то, что Лиам беспокоился обо мне и что он был лучше Трея и Джоша. Он уже доказал, что заслуживает доверия, и я не собиралась злиться на него за то, что он не мог контролировать. Я не понаслышке знала, как быстро СМИ могут раскрутить выгодную для них историю, поэтому закрыла браузер и выключила ноутбук. Взглянув на свой телефон, я увидела сообщение от Лиама.

Лиам:Мой агент только что предупредила меня о том, что в сети гуляет фотография, на которой я позирую с Пенном и какой-то случайной девушкой. Все это чушь собачья. Она подошла к нам, когда я разговаривал с Пенном, и фотограф оказался рядом, чтобы сделать снимок. Я ее не знаю. И не могу сейчас позвонить тебе, так как у нас встреча с прессой, но я наберу тебя позже, когда будет свободное время.

Кинсли:Не надо, Лиам, все в порядке. Ты был со мной у нас дома прошлой ночью. Я доверяю тебе.

Лиам:Подобное может случится снова, но я всегда буду честен с тобой. То дерьмо, что произошло с Пенном, никогда бы не случилось со мной. Я так не поступаю.

Я вздохнула, прочитав его сообщение. Я знала, что поступила правильно, проигнорировав эти сплетни. У Лиама впереди был важный день, и ему не нужна была драма в наших отношениях, которая только добавила бы ему стресса.

Кинсли:Я понимаю, на что подписалась, Уайлдер.

Лиам:Ни о чем не жалеешь?

Кинсли:Нет, когда я думаю о том, как ты выглядел вчера вечером в этом костюме…;)

Лиам:Не начинай. Через несколько минут будет мое выступление с речью.

Кинсли:Значит, мне не следует говорить тебе о том, что я собираюсь пойти в душ? Ой, а вот и мои трусики упали.

Лиам:Сегодня вечером, после игры, ты отправишься ко мне домой.

Кинсли:Может быть, у меня есть планы?

Лиам:Были. Я их отменил.

Я улыбнулась его самодовольной уверенности и бросила телефон на кровать. Я солгала о том, что собиралась принять душ. На самом деле я хотела отправиться на пробежку, а потом уже принять душ и собраться на игру. Я вытащила Бекку с собой, зная, что после тренировки она почувствует себя лучше. Я понятия не имела, что у нее на уме. Она сказала мне, что начиная со вчерашнего вечера Пенн звонил ей несколько раз, но она проигнорировала все звонки.

– Я пока не готова с ним разговаривать. Я продолжаю испытывать то злость, то грусть и не хочу плакать, когда наконец увижу его, – объяснила она, когда мы делали растяжку после пробежки.

– Это логично. Дай себе немного времени.

Она вздохнула и подперла голову руками, чтобы глубже дышать.

– Мне просто не хочется видеть его на сегодняшней игре.

– Может быть, это и к лучшему, – заметила я. – Ты увидишь его, но не сможешь с ним поговорить, так как он будет на поле. Это как тренировка перед тем, когда ты действительно столкнешься с ним лицом к лицу.

После этого я решила держать рот на замке. Бекка была в отчаянии; ей придется самой решать, чего она хочет на самом деле, и я поддержу ее решение, несмотря ни на что. Если, конечно, она не захочет отказаться от мужчин и уйти в монастырь. Монашеские одеяния были почти на одном уровне с ее пижамными комбинезонами.

– А что это за сумка? – спросила Бекка, когда мы вышли из ее машины, припарковавшись у футбольного стадиона.

Я покраснела.

– Эм, Лиам хочет, чтобы я поехала с ним домой после игры. Я не уверена в этом на сто процентов, но решила, что на всякий случай должна подготовиться.

Я взяла с собой немного вещей: чистую одежду, зубную щетку и немного косметики. Все это аккуратно поместилось в моей сумке, так что, надеюсь, это не выглядело слишком безнадежно.

– Он хороший парень, Кинсли, – сказала Бекка с робкой улыбкой.

Остальные члены нашей команды ждали в специально отведенном месте за пределами стадиона, и, как только прибыли все девушки, тренер Дэвис провела нас к нашим местам. Стадион был огромен и уже заполнен обезумевшими болельщиками, но нам выделили приоритетные места сразу за друзьями и семьями игроков.

Мы находились достаточно близко к полю, чтобы наблюдать за тем, как разминаются игроки обеих команд. Я сразу заметила Лиама и не могла сдержать чувства гордости. Пенн стоял рядом с ним, и никто из них еще не заметил, что мы пришли на игру. Бекка вздохнула и встала у меня за спиной, чтобы ее не было видно.

Мы расселись по своим местам, но, как только это произошло, перед нами быстро выстроилась очередь из маленьких девочек, желающих с нами сфотографироваться. Они были начинающими футболистками, а одна из девочек даже знала мое имя.

– Когда я вырасту, я буду играть в футбол за команду Университета, как и ты. – Она просияла, когда я подписывала ее футболку.

– Обязательно будешь. Я уже могу сказать, что ты отличная спортсменка, и, знаешь… не забывай есть овощи.

Я улыбнулась и вернула ей фломастер. А затем взглянула на маму девочки, которая стояла в нескольких шагах от меня с телефоном наготове.

– Хочешь сфотографироваться?

– Да! Пожалуйста! – взвизгнула маленькая девочка и обняла меня одной рукой за спину.

Я улыбалась в камеру телефона, все время ощущая, будто нахожусь вне своего тела. Тот факт, что хотя бы одна маленькая девочка знала, кто я, и узнала меня в толпе, стал для меня событием, которого я никогда не забуду.

К тому времени, как очередь из девочек рассосалась, игроки закончили разминку и исчезли в раздевалке, чтобы подготовиться к игре. Я заняла свое место рядом с Беккой после того, как она раздала последний автограф. На ее лице сияла улыбка, которой не было до прихода девочек. Возможно, она наконец-то отвлеклась от мыслей о произошедшем с Пенном.

Мы просидели недолго, прежде чем из динамиков зазвучала громкая танцевальная музыка. Вся толпа вскочила на ноги и начала кричать и хлопать.

Наконец-то пришло время игрокам появиться на поле.

Диктор представил команду соперника под одобрительные возгласы и свист, а затем приступил к объявлению состава команды «Лос-Анджелес Старз». Каждый игрок стартового состава был назван по отдельности, а его фотография появлялась на всех больших экранах стадиона. Один за другим объявлялись игроки, которые выбегали из раздевалки под аплодисменты толпы. Когда прозвучало имя Пенна, толпа подняла больше шума. А хлопки Бекки совсем прекратились. Его симпатичное лицо появилось на большом экране, и я не смогла удержаться, чтобы не взглянуть на подругу украдкой и обнаружить, как она задумчиво покусывает губу.

Лиам был назван последним. Диктор растянул его имя, и крики толпы, казалось, вот-вот разорвут мои барабанные перепонки. Женская половина болельщиков была в восторге – даже девушки из моей команды, – и, когда его лицо появилось на экране, мое сердце растаяло. Он выглядел таким красивым, сверкая своей сногсшибательной улыбкой. Я быстро посмотрела на то место, откуда выбегали игроки, и увидела, как он махал рукой толпе, разворачиваясь по кругу, чтобы поприветствовать всех фанатов. Он был любимцем публики, и большинство из этих фанатов чувствовали свою принадлежность к его успеху; они болели за него, когда он провел команду через несколько напряженных матчей, и сезон за сезоном заставлял их гордиться им.

Я захлопала в ладоши и приложила ладони рупором ко рту, чтобы мои крики дошли до него. Я сидела всего в четырех рядах от поля, а скамейка запасных была прямо перед нами, но он все равно казался таким далеким. Он подбежал к своей команде, и его глаза пробежались по толпе, но он не заметил меня, а затем диктор объявил о начале игры. Пенн и Лиам вышли на поле для подбрасывания монеты.

Бекка наклонилась ко мне.

– Это так странно, что я спала с ним прошлой ночью.

Я игриво посмотрела на нее.

– Эй…

– Ладно, формально ты лежала между нами. Но разве это не кажется нереальным? Люди буквально сходят по нему с ума.

– Они также сходят с ума и по Пенну, – напомнила я ей.

Хотя в ее словах был смысл. Встречаться с профессиональным спортсменом казалось безумием. Я бы никогда с ним не познакомилась, если бы наши пути не пересеклись из-за его волонтерства в нашей команде. В такой обстановке, как сегодняшняя игра, он действительно казался не из моей лиги.

– Я бы хотела, чтобы он не выглядел таким красивым в этой форме, – пожаловалась Бекка, наблюдая за Пенном.

Я достаточно долго не могла отвести взгляд от Лиама, чтобы это заметить.

После подбрасывания монеты мы снова заняли свои места, и начался первый тайм. За игрой было интересно наблюдать, потому что я знала большинство игроков по различным вечеринкам и мероприятиям.

Это был очень напряженный матч, и в первом тайме обе команды забили всего по одному голу. Затем во втором тайме Лиам пробил оборону одного из защитников другой команды и нанес точный удар. Затем он вскинул руки в воздух и сжал кулаки. Я вскочила на ноги и выкрикивала слова одобрения, так как очень гордилась тем, что он помог нашей команде выйти в лидеры. Когда он подбежал к скамейке, чтобы попить воды, он сразу же меня заметил. Это был первый раз, когда он увидел меня на трибунах, и я почувствовала, как мое сердце бешено колотится в груди.

Я подпрыгнула еще выше и помахала ему рукой, отчего его улыбка стала еще шире. Он указал на меня, и я почувствовала себя подростком, который смотрит на своего кумира на сцене. Несколько девушек, сидящих в рядах перед нами, обернулись, чтобы посмотреть, на кого он показывает, и мои щеки залило румянцем. Вся моя команда закричала от восторга, а я только и смогла, что покачать головой и прикрыть щеки руками. Большинство моих товарищей по команде к тому моменту уже знали, что мы с Лиамом встречаемся, особенно после того, как он переночевал у нас дома прошлой ночью, но мне все равно казалось, будто я была выставлена на всеобщее обозрение.

Когда он забил второй гол, то сделал то же самое, и на этот раз один из операторов, был достаточно быстр, чтобы проследить за его движением пальца. Не помогло и то, что диктор знал, кто я такая. Он объявил о моем присутствии и присутствии остальных членов моей команды на весь стадион.

После этого я втайне надеялась, что Лиам не забьет больше ни одного гола до конца игры. Его команда и так бы победила, а мне не пришлось бы выдерживать еще одного потока нежелательного внимания. Да, это делает меня немного стервой, но да ладно.

– Мне кажется, что прямо сейчас каждая девушка на этом стадионе хочет тебя убить, – рассмеялась Бекка, когда я немного сползла, сидя на своем месте.

Я бросила на нее многозначительный взгляд.

– Ты не помогаешь.

Когда прозвучал финальный свисток и «Лос-Анджелес Старз» выиграли, зрители начали праздновать победу, выкрикивая лозунги и аплодируя спортсменам. Это была отличная игра для начала сезона.

Тренер Дэвис собрала нас всех на верхней площадке лестницы.

– Давайте спустимся туда, где игроки собираются после игры. Думаю, было бы здорово продемонстрировать нашу поддержку Лиаму и остальной команде, – сказала она, быстро взглянув на меня с огоньком в глазах.

Мы были не единственными болельщиками, у которых была такая же идея. У стадиона были установлены металлические ограждения и повсюду стояла охрана. Болельщики находились по другую сторону ограждений в ожидании того, когда игроки выйдут после встречи с прессой и завершения послематчевого протокола. Наша команда столпилась у входа, рядом с семьями и друзьями игроков. Я узнала нескольких девушек, которые были на мероприятии накануне вечером, но бывшей Пенна среди них не было.

После долгих двадцати минут ожидания игроки начали выходить один за другим. Джош вышел вместе с несколькими другими новичками, но он не заметил меня, потому что я стояла за спинами других членов моей команды. Мы с Беккой предусмотрительно держались в конце толпы, и я поняла, что мы приняли правильное решение, когда показался Пенн, одетый в темно-серую рубашку и широкие брюки.

Его сумка была небрежно перекинута через плечо. И он разглядывал толпу своими темно-карими глазами. Он продолжал идти, пока не заметил нашу небольшую компанию, и его взгляд остановился прямо на Бекке. Она застыла рядом со мной, но не сделала ни малейшего движения, чтобы подойти к нему. Он остановился в стороне, явно ожидая того, что она выйдет к нему. Несколько фанатов воспользовались возможностью взять у него автографы, и он любезно согласился, но его пристальный взгляд ни на секунду не отрывался от Бекки.

Боже, даже я вспотела под этим взглядом. И как только Бекка могла не реагировать на это?

Он не собирался сдаваться, и втайне я хотела дать ему пять. Если он хотел, чтобы она почувствовала себя особенной и доказать ей, что его бывшая не имеет для него никакого значения, то это было правильное начало.

В течение десяти неловких минут Пенн продолжал стоять у ограждения, ожидая Бекку и разговаривая с фанатами, а Бекка продолжала стоять рядом со мной. В конце концов он позвал ее по имени, и все наши товарищи по команде разом уставились на нее. Она пожала плечами и скрестила руки на груди, как бы говоря: «Я не знаю, кто такая Бекка».

Я сжала губы, чтобы скрыть улыбку, как раз в тот момент, когда Лиам наконец вышел на стадион. О боже. Он совсем недавно принял душ, и его волосы были зачесаны назад. На нем были темно-синие брюки и белая рубашка с длинными рукавами, закатанными до локтей. Он был потрясающе красив, и я не могла отвести от него взгляда, наблюдая, как он раздает автографы и делает несколько фотографий. Он медленно направился к Пенну, несмотря на то что толпа кричала, чтобы он подошел поближе к ним.

Он похлопал друга по плечу и прошептал что-то, что заставило Пенна пожать плечами.

Затем наконец его взгляд встретился с моим, и он подмигнул, медленно и коварно, как будто не мог не излучать чистую сексуальную привлекательность.

И тут мои трусики мгновенно намокли. Черт бы их побрал.

Мне было уже все равно, чего добивается Бекка, я обняла ее за плечи и потянула вперед, пока мы не оказались лицом к лицу с парнями.

– Отличная игра, – сказала я с широкой улыбкой на лице.

– Да, так и есть. Вы готовы идти? – спросил Лиам, глядя на охранника, стоящего рядом с нами, чтобы дать ему понять, что нужно открыть ворота.

Несколько других игроков так же присоединились к своим семьям и подругам, так что это выглядело вполне естественно.

– Моя машина припаркована на стоянке рядом с машинами остальных игроков.

Я повернулась к тренеру Дэвис и увидела, что большинство девушек уже начали расходиться.

– Мы можем идти, тренер?

Она приподняла бровь и пристально посмотрела на меня.

– Будь осторожна, Кинсли. Увидимся на тренировке в понедельник.

Я улыбнулась и кивнула ей, прежде чем вернуться к нашей группе.

– Что ж, я тогда поеду домой, – начала Бекка. – Кинсли, повеселись и позвони мне завтра. Лиам, отличная игра. Пенн, можешь идти к черту!

Она сказала это так резко, что у меня отвисла челюсть.

Ого, она действительно не собиралась спускать ему с рук то, что произошло прошлой ночью. Я была горда за нее.

– Бекка, нам нужно поговорить, – потребовал Пенн, пристально глядя на нее.

Его карие глаза были прикованы к ней, и я не думала, что кто-то из них сдвинется с места.

Лиам покачал головой, а затем наклонился, чтобы взять меня за руку.

– Ладно, давай оставим этих двоих наедине.

Охранник открыл ворота после того, как я обняла Бекку на прощание. Наверное, это было к лучшему, что я уезжала с Лиамом. Бекке нужно было поговорить с Пенном наедине… чтобы избежать возможных свидетелей его убийства.

– Ты голодна? – спросил Лиам, когда мы стояли у него на кухне, глядя друг на друга поверх кухонного стола.

Мы приехали к нему домой в Малибу, чтобы побыть наедине. Лиам даже не спросил, останусь ли я на ночь. Он предположил это, а я не стала его поправлять.

– Нет. – Я покачала головой и скрестила руки на груди. – А ты?

Его глаза сузились, и он тоже покачал головой. Он стоял, прислонившись спиной к кухонной стойке и скрестив руки на груди, совсем как я. В своих брюках и рубашке, он выглядел устрашающе горячим.

Мы жадно смотрели друг на друга, когда он оттолкнулся от стойки и направился ко мне. Он взял меня за руку и потянул за собой, пока мы не оказались в его гостиной. Шторы были опущены, но несколько ламп, расставленных по всей комнате, освещали пространство мягким светом. Лиам провел меня вглубь комнаты, а затем отпустил мою руку, чтобы включить музыку. По комнате разнеслась песня Arctic Monkeys «Do I Wanna Know?».

Я наблюдала, как он положил пульт обратно на проигрыватель, а затем медленно повернулся. На его лице появилось угрожающее выражение, и я прикусила губу, когда его глаза начали откровенно изучать мое тело.

Никто из нас не произнес ни слова, когда он направился к дивану. На нем не было подлокотников, поэтому Лиам сел на край, положив руки между расставленными коленями и наблюдая за мной.

– Разденься для меня, Кинсли, – пробормотал он охрипшим голосом.

Его приказ застал меня врасплох, и у меня перехватило дыхание.

Я оглянулась через плечо на окна, но за нами никто не мог наблюдать. Мы были совершенно одни. Я представляла этот момент с тех пор, как впервые увидела его, и теперь, когда он был передо мной, я не могла успокоиться. Я облизнула пересохшие губы и уставилась на Лиама. Он с вызовом приподнял бровь, и я позволила его взгляду и рок-музыке соблазнить меня.

Я сбросила кеды и носки, подмигнув Лиаму. Он усмехнулся, но его затуманенный взор так и не прояснился.

Я потянулась к молнии на своих джинсах и медленно расстегнула ее. Взгляд Лиама проследил за моими руками, которые стягивали джинсы вниз по ногам. Я отбросила их в сторону и снова выпрямилась. Собираясь на игру дома, я очень тщательно выбирала нижнее белье. Светло-розовый материал, отделанный шелковым кружевом, нежно ласкал мою кожу, когда я двигалась.

– И футболку тоже, – потребовал он, пока я стояла, ожидая, когда он подойдет ближе.

– Такой требовательный, – дерзко пробормотала я.

Я скрестила руки и стянула футболку с логотипом нашей команды через голову. Лишившись ее, я оказалась во власти его пристального взгляда. Я взглянула на свой светло-розовый лифчик из комплекта. Сквозь тонкую ткань были видны очертания моей груди и сосков, и, когда я подняла взгляд, Лиам приподнял уголок рта в дьявольской ухмылке.

Он выглядел как воплощенная в жизнь фантазия. Его подтянутые ноги обтягивали темно-синие брюки. Его сильные предплечья выглядывали из-под белоснежной рубашки. У него все было под полным контролем. Я хотела, чтобы он перестал притворяться. Хотела, чтобы он простонал мое имя и забыл, что именно он обладает властью.

Я завела руку за спину и дотянулась до застежки лифчика, теребя ее в руках, пока тонкий материал не поддался. Когда прохладный ветерок коснулся моей груди, я поняла, что пути назад нет. Я позволила бретелькам скользнуть вниз по моим рукам, а затем и бюстгальтеру упасть поверх футболки к моим ногам.

– Ты такая чертовски сексуальная, – простонал он хриплым голосом.

Я прикусила губу и наслаждалась его комплиментом, когда мои пальцы нащупали край нижнего белья.

– Нет. Иди сюда, – приказал он, вставая с дивана.

Я убрала руки с трусиков и подошла к нему, нервничая из-за того, как отреагирует мое тело, когда он наконец прикоснется ко мне.

– Ляг на диван, – проинструктировал он.

Я сделала, как он сказал. Мои каштановые волосы рассыпались веером вокруг лица, а несколько шелковистых прядей каскадом ниспадали на шею и грудь.

Он подошел и навис надо мной. Его руки пробежались по моему телу, откидывая волосы в сторону и обхватывая мои груди. Он завладел всем воздухом в этой комнате, пока его пальцы играли с моими сосками. Я откинула голову назад и застонала, когда он обвел контур моей груди, а затем наклонился, чтобы провести языком по тому же месту. Его рот накрыл каждый сосок, и я почувствовала, как под моим шелковым нижним бельем скапливается влага. Я ненавидела тот факт, что он все еще был полностью одет. Я чувствовала, что нахожусь в его власти, но затем протянула руку и обхватила его член через материал дизайнерских брюк. Он ощущался толстым и твердым под моей маленькой ладонью. Я провела пальцем по его длине и облизнула губы, когда услышала его тихое шипение в ответ на мое прикосновение.

Он отстранился, убрав мою руку, чтобы расстегнуть рубашку и отбросить ее в сторону. Его чувственные мускулы придавали ему агрессивный, суровый и неукротимый вид. Его татуировки подчеркивали четкие контуры, и мне хотелось протянуть руку и провести по каждой черной линии.

Его руки опустились, чтобы расстегнуть брюки, и я с напряженным вниманием наблюдала, как он вытаскивает черный кожаный ремень из петель. Его озорная ухмылка подсказала мне, что он знает, о чем я думаю. Я почувствовала, как вспыхнули мои щеки, когда он наконец расстегнул брюки, но пока не стал их снимать. Он подошел и встал у меня между ног.

Он и так был выше меня, но, когда я легла, наше положение изменилось еще больше. Я почувствовала себя маленькой и беспомощной, особенно когда он наклонился и стянул трусики с моих ног.

Я приподняла бедра, чтобы он мог опустить их ниже, и знала, что под этим углом он видел меня всю. Его взгляд сосредоточился у меня между ног, и он практически облизал губы, прежде чем наклониться, чтобы быстро попробовать меня на вкус. Я не была готова к его прикосновению и подскочила, когда его губы коснулись комочка нервов. Это было слишком интенсивно, и я слегка пошевелила бедрами, пытаясь притупить сильные ощущения.

У меня ничего не вышло. Его сильные руки раздвинули мои бедра, так что я оказалась полностью обнаженной перед ним. Он смотрел на меня снизу вверх, а его язык скользил туда-сюда, доводя меня до исступления страсти и вожделения.

Я не могла больше ждать. Я протянула ногу и прижала ступню к его длине. Он был твердым, как скала, и я хотела знать, каково это – чувствовать его глубоко внутри себя. Мне хотелось обвиться вокруг него и выкрикивать его имя.

– Маленькая жадина, – заметил он с мрачной ухмылкой.

Он убрал мою ногу и попробовал меня еще раз, прежде чем выпрямиться во весь рост. Он полез в задний карман, достал презерватив и наконец сбросил брюки и боксеры на пол. Я видела его раньше, но с этого ракурса просматривался каждый дюйм его бархатистой кожи. Он умело натянул презерватив, а затем обхватил мои бедра своими сильными руками.

Я взвизгнула, когда он подтянул меня к краю дивана так, что моя задница оказалась практически на весу. Он развел мои ноги в стороны и согнул их в коленях, пока не занял идеальное положение.

– Ты хочешь этого, детка? – спросил он резким тоном.

Я мгновенно кивнула. Это был не тот вопрос, над которым мне необходимо было подумать.

– Да, – сказала я, умоляя его погрузиться в меня.

Мышцы его живота напряглись, когда он расположился у моего входа. Я попыталась охватить все сразу. Его мускулистые руки, сильные бедра, божественные губы и темные глаза, которые были устремлены прямо на то место, где вот-вот соединятся наши тела.

Когда он начал входить в меня, я простонала его имя, и он не остановился, пока не вошел в меня целиком.

– Черт, – прорычал он, растягивая это слово так, что оно прокатилось дрожью по моей спине и заставило пальцы ног подогнуться.

Как только он вошел в меня, пути назад не было. Лиам не был медлительным и уравновешенным парнем. Он был спортсменом мирового класса, чье тело было создано для спортивных состязаний профессионального уровня. И в тот момент я поняла, что оно также было создано и для секса такого же масштаба. Он скользил в меня и выходил, снова вгоняя себя по самое основание. Угол наклона давал ему такой контроль, что я не могла сдержать тихих стонов, которые срывались с моих губ каждый раз, когда он выходил и погружался обратно.

Затем он наклонился и схватил меня за руки.

– Перевернись, детка, – скомандовал он.

Лиам приподнял меня и развернул так, что я оказалась стоя на четвереньках на мягкой коже его дивана.

Он тут же снова погрузился в меня, как будто не мог выдержать нескольких секунд пустоты. Его руки крепко сжимали мои бедра, когда он входил в меня снова и снова. Я теряла рассудок с каждым толчком и была беспомощна, пытаясь его сохранить. Он протянул руку и начал поглаживать чувствительный бугорок в такт движениям своих бедер. Я резко кончила, прижимаясь к нему спиной.

– О боже, это было так чертовски приятно. Я каждый раз чувствовал, как ты крепко сжимаешься вокруг меня, – пробормотал он, снова меняя положения наших тел.

Он лег на спину, и я оседлала его. Было восхитительно сексуально скакать на нем. Мне нравилось быть сверху, доставлять ему удовольствие, как он только что доставлял его мне.

Я обхватила ногами его колени и медленно поднялась, прежде чем позволить своему весу опустить меня обратно. Я чувствовала, как он вздрагивает каждый раз, когда я это делала, а его тихие, хриплые стоны только подстегивали меня двигаться снова и снова.

– Вот так. Прижмись ко мне. Оседлай меня, детка, – приказал он.

Я сделала так, как он сказал, замедляя наш темп до безумной скорости. Его руки сжимали мою задницу достаточно сильно, чтобы оставить следы. Он позволил мне двигаться вверх и вниз еще несколько раз, но потом я поняла, что зашла слишком далеко. Он схватил меня за бедра и вернул себе контроль, начав входить и выходить из меня в своем темпе. Я была вынуждена подчиниться, когда он дернул меня за волосы так, что моя спина выгнулась дугой.

– Да, вот так, – сказала я ему, почувствовав, как он задевает то место, которое могло заставить меня снова закричать.

Я чувствовала себя дикой и разгоряченной. Наше тяжелое дыхание смешалось. Наши прикосновения сливались в симфонию восхитительных звуков.

– Ли-и-и-а-а-ам, – выдохнула я, пока он продолжал входить в меня.

Я знала, что долго не продержусь. Его пальцы прикоснулись к клитору. Один раз. Второй. А потом я испытала очередной оргазм, который был сильнее и продолжительнее, чем в первый раз. Он не останавливался, усиливая мое удовольствие и доводя себя до оргазма. И как только мое наслаждение начало ослабевать, я почувствовала, как он кончил, горячий и твердый, внутри меня. Я знала, что если бы на нем не было презерватива, то теплая жидкость растеклась бы у меня внутри. Эта мысль заставила меня задрожать от вожделения.

– Кинсли, – стонал он снова и снова, пока наконец мы не остались лежать в тишине и спокойствие.

Я прижалась к нему спиной так, что мои волосы упали ему на шею. Его грудь вздымалась и опускалась подо мной. Мы лежали так, пока наше дыхание в конце концов не нормализовалось.

– Мне нужно еще раз принять душ. Пойдем, – сказал он, садясь и увлекая меня за собой.

Мои ноги превратились в желе, и я рассмеялась, когда попыталась встать.

– Иди сюда, – сказал он, подхватывая меня на руки и поворачивая таким образом, чтобы я могла обхватить ногами его талию.

Я рассмеялась, когда он понес меня в свою спальню.

– Это было… – начала я говорить с ошеломленным выражением лица.

– Чертовски потрясающе, – закончил он за меня, прежде чем запечатлеть поцелуй на моих губах.

Я усмехнулась и решительно согласилась. Он не отпускал меня, пока вода не нагрелась, и даже тогда, когда мы зашли в душевую, намылил меня и помог вымыть голову.

– Значит, ты не фанат стандартной миссионерской позы? – пошутила я, оборачивая полотенце вокруг себя.

Он лукаво посмотрел на меня.

– Только не тогда, когда у меня есть возможность поиграть с таким телом, как у тебя, – подмигнул он. – А теперь я умираю с голоду… поможешь мне приготовить ужин?

Я последовала за ним с улыбкой на лице.

– Только если ты скажешь мне: «Кинсли Брайант, ты самая сексуальная девушка, которая у меня когда-либо была. И ни одна девушка не сравнится с тобой. Даже модели, с которыми я спал».

Лиам остановился и повернулся ко мне, выгнув бровь.

– Ни одна другая девушка не сравнится с тобой, – ухмыльнулся он, подходя ближе ко мне и наклоняясь, чтобы его лицо было на одном уровне с моим. – Все они были никем, и мы с тобой играем на совершенно другом поле, Кинсли.

Я дерзко улыбнулась, прежде чем наклониться вперед и поцеловать его в кончик носа. Затем я развернулась и шлепнула его по заднице.

– А теперь накорми меня! – пошутила я и быстро убежала, прежде чем он успел шлепнуть меня в ответ.

Я, конечно, оказалась недостаточно быстра, и он поймал меня, одарив дерзкой ухмылкой с сексуальными ямочками на щеках.

Пока Лиам доставал ингредиенты для нашего ужина, я взяла свой телефон, чтобы позвонить Бекке. Мне до смерти хотелось узнать, как обстояли дела у них с Пенном.

Она ответила после четвертого гудка.

– Сейчас не совсем могу говорить, Пенн пытается вернуть мое расположение.

Я начала истерически смеяться.

– Он сейчас рядом?

– Да. Вообще-то, я у него дома в Малибу.

– Эй! Мы тоже в Малибу.

– О, хорошо, возможно, мне придется остаться у вас, в зависимости от того, как пройдут следующие несколько часов, – пошутила Бекка.

Я отодвинула телефон от уха.

– Бекка сказала, что, возможно, ей придется остаться у нас ночевать.

Лиам приподнял бровь.

– Надеюсь, ей понравится, как ты выкрикиваешь мое имя.

У меня отвисла челюсть.

– Боже мой. Бекка, если ты это слышала…

Я услышала, как она сказала: «Фу-у-у-у-у!» – еще до того, как поднесла трубку обратно к уху.

Я рассмеялась:

– Извини. Его невозможно усмирить… он такой же, как Майли[18].

Я покачала головой, глядя на Лиама, но не смогла стереть улыбку со своего лица.

Он невинно пожал плечами.

– Вы двое настоящие извращенцы. Возможно, мне придется остаться у Пенна, чтобы уберечь свои уши от вашего безумия, – сказала она, и я услышала, как Пенн засмеялся на заднем плане.

– Ладно, позвони мне, если я тебе буду нужна… И серьезно, Бекка, выслушай Пенна.

Лиам закричал, чтобы она тоже могла его услышать:

– Да! Дай моему другу второй шанс.

– Хорошо, хорошо. А теперь я отключаюсь.

– Пока, Бекс.

Завершив звонок, я обошла стойку и начала помогать Лиаму с приготовлением ужина. Он дал мне одну из своих футболок, которую я надела поверх своего нижнего белья, и, казалось, он не мог удержаться от того, чтобы при каждом удобном случае не запустить руки под ее подол. Я помешивала пасту, пока его рука была на моей заднице. Я резала помидоры для салата, а он обнимал меня за талию, наблюдая, как я готовлю.

– Ты ведь понимаешь, что у нас уже только что был секс, да? – пошутила я, поворачиваясь, чтобы целомудренно поцеловать его в губы.

Я почувствовала его твердые мускулы, когда повернулась обратно. Боже, он был в хорошей форме.

– А ты понимаешь, что, как твой парень, я имею право оценить, насколько сексуально ты выглядишь в моей футболке? – пошутил он, прежде чем приступить к приготовлению чесночного хлеба.

– Мне странно думать о том, что ты мой парень, – смущенно призналась я.

– Почему? – спросил он, разогревая духовку.

– Я имею в виду, что я совсем недавно видела, как сотни тысяч человек скандировали твое имя. Разве это не безумие? Можно было бы подумать, что это могло затуманить твой рассудок, но на самом деле ты действительно хороший парень.

Он рассмеялся.

– Честно говоря, я все еще чувствую себя тем же маленьким пацаном, который изо дня в день проводил свободное время, играя на футбольном поле возле своего дома.

– Только немного мускулистее, – подмигнула я, и он покачал головой с легкой ухмылкой.

Мы закончили готовить и сели ужинать за его столом. Я распахнула ставни, чтобы у нас был прекрасный вид на океан и закат. Было приятно просто быть рядом с ним после хаоса последних нескольких дней.

Он был измотан после долгого дня, поэтому мы быстро привели кухню в порядок, а затем уютно устроились на его кровати. Между нами все было так естественно. Уверенность Лиама облегчала каждый шаг, который должен был быть неловким. Еще до того, как я попросила об этом, он достал для меня мочалку и запасную зубную щетку на случай, если я не взяла свою. Что, конечно же, не могло произойти. Затем он откинул одеяло с кровати, чтобы я могла просто лечь рядом с ним. Я попыталась унять головокружение, когда прижалась к нему и вдохнула его мужской аромат. Будьте спокойны, друзья. Мои пальцы прошлись по его рельефному прессу, восхищаясь каждым контуром.

«Теперь это твоя жизнь. Ты тот человек, который спит рядом с этим рельефным прессом. Кроме того, этот пресс принадлежит мужчине, у которого, вероятно, серьезные неврологические нарушения, поскольку из всех моделей в мире он выбрал тебя и твою плоскую задницу».

– Эй, мне нравится твоя задница. И она не плоская, – сказал он сразу после того, как я поняла, что мой внутренний монолог на самом деле не был внутренним. – Кроме того, я – это нечто большее, чем просто мой пресс.

– Конечно же, это так, малыш. Конечно.

«Не волнуйся, пресс. На самом деле я здесь ради тебя».

– Все еще вслух, – улыбнулся он, притягивая меня к себе.

– Лиам. Лиам! Ты что, все еще спишь в такой час? – Радостный голос разнесся по всему дому, когда я пришла в себя.

Затем я осознала, что услышала, и подскочила, лежа в постели. Лиам все еще крепко спал рядом со мной, но я определенно слышала, как какая-то женщина что-то напевает и ходит по дому. Затем я заметила, что до нас доносится восхитительный запах жарящегося бекона.

Была ли в доме Лиама какая-то женщина и готовила ли она для него? Что, черт возьми, происходило? У него была домработница или странная любовница, которая время от времени врывалась в его дом и готовила ему завтрак?

На самом деле это было бы не так уж плохо… мне очень хотелось поесть блинчиков.

Я повернулась к Лиаму и потрясла его, чтобы разбудить.

– Эй, малыш, просыпайся.

Он застонал, затем приоткрыл один глаз.

– Только что кто-то звал тебя по имени. Это была женщина, и я думаю, она готовит завтрак. У тебя есть какие-нибудь сумасшедшие фанаты-преследователи, которые могли бы это сделать? – спросила я, шутя лишь наполовину.

Он прищурился, а затем внезапно вскочил.

– Вот дерьмо. Это моя мама, – сказал он, сбрасывая с себя одеяло.

– Что?! – спросила я, широко раскрыв глаза.

Он достал из шкафа футболку и натянул ее через голову. Ему обязательно было скрывать свой пресс? Подождите, нет. Я не могла думать об этом прямо сейчас.

Я вскочила с кровати и подошла к своей сумке, чтобы достать одежду, которую собрала накануне. Я взяла с собой джинсовые шорты и легкую блузку, поэтому быстро натянула их, пытаясь успокоить нервы.

Итак, давайте подытожим. Вчера вечером у нас был непристойный секс в его гостиной, а сейчас я собиралась познакомиться с его матерью. И, о да, я легла спать с еще влажными волосами. Я потянулась, чтобы поправить спутанные волосы, которые когда-то были идеальной прической. По шкале от одного до пяти баллов я, вероятно, выглядела как Кортни Лав в свой самый неудачный день.

Как это вообще будет происходить? Неужели он выйдет первым, а я последую за ним через пятнадцать минут и объясню, что спала в комнате для гостей?

«Ох, ха-ха, я всегда прихожу к Лиаму домой ни свет ни заря… Нет, конечно, я не занималась сексом с вашим сыном прошлой ночью».

– Я и забыл, что она собиралась приехать в город. – Он посмотрел на меня с удивлением в глазах. – Был немного отвлечен.

Я провела рукой по лицу, а затем побежала в ванную, чтобы пописать и причесаться. К счастью, когда я закончила, я выглядела более или менее презентабельно.

– Готова? – спросил Лиам, когда я вернулась в спальню.

Я сглотнула.

– Мы пойдем туда вместе? Что ты собираешься сказать своей маме? Она знает, что у тебя на ночь иногда остаются девочки?

– Мне двадцать пять, Кинсли, а не пятнадцать.

Я закатила глаза. Это не помогло. Он подошел ближе и заключил меня в крепкие объятия, приподнимая на носочки.

– Кроме того, она знает о тебе и хотела с тобой познакомиться.

Я сжала губы в тонкую линию. Он действительно говорил обо мне со своей мамой? Я вспомнила, как он упоминал о ее визите на прошлой неделе. Я не могла поверить, что мы совсем забыли. Я должна была где-нибудь вытатуировать эту информацию.

Он ослабил хватку, а затем взял меня за руку и повел на кухню.

– Мама! – крикнул Лиам, когда мы завернули за угол.

– Лиам! – воскликнула она, отворачиваясь от плиты и бросаясь обнимать сына.

Я выдернула свою руку из его, чтобы они могли побыть наедине, но ей потребовалась всего секунда, прежде чем она подняла глаза и увидела, что я стою, сцепив руки перед собой.

– Ты, должно быть, Кинсли! – просияла она, отталкивая Лиама в сторону, как будто он был вчерашней новостью, а затем шагнула вперед, чтобы заключить меня в объятия.

Цитрус. От его матери пахло свежими цитрусовыми нотками, и я глубоко вздохнула, когда она заключила меня в объятия.

– Здравствуйте, миссис Уайлдер, – улыбнулась я, когда она отпустила меня.

Она окинула меня взглядом, но не для того, чтобы оценить, а просто чтобы получше рассмотреть. Она была на дюйм ниже меня, с такими же русыми волосами, как у Лиама. Хотя в ее волосах было несколько седых прядей, ей было, наверное, за пятьдесят, но она излучала молодость, и, думаю, я сразу же влюбилась в нее и мне захотелось ей понравиться.

– У тебя отменный вкус, Лиам, – подмигнула она мне. – Это у него от меня, – сказала она, прежде чем вернуться к приготовлению завтрака. – Кинсли, ты любишь яичницу с беконом? А еще в духовке готовятся кексы.

Чем больше она говорила, тем больше я замечала ее легкий английский акцент. Это добавляло ей очарования.

– Я люблю все, что подают на завтрак, – сказала я, похлопав себя по животу.

Она снова улыбнулась мне, и тогда я наконец посмотрела на Лиама. Он стоял, прислонившись к холодильнику, и игриво улыбался. Я подмигнула ему и показала язык, прежде чем снова повернуться к его матери.

– Вам нужна помощь? Я неплохо обращаюсь с яйцами. Ой, подождите, позвольте мне перефразировать, иногда я могу приготовить яичницу, не поджарив ее, – предложила я.

– Ты можешь помочь с приготовлением кофе? Я как раз наполняла кофейник, когда вы, ребята, вошли, – ответила она.

Я сразу же занялась кофе, пока Лиам доставал сливки и сахар.

– Надолго ты в городе, мам? – спросил он, игриво положив руку ей на плечо.

Она толкнула его бедром, а затем прогнала прочь, чтобы перевернуть бекон.

– Ну, я должна была приехать еще вчера днем, чтобы посмотреть ваш матч, но мой рейс задержали, – фыркнула она и взмахнула рукой, как бы говоря: «Ох уж эти чертовы авиакомпании». – Поэтому теперь у меня осталось всего три дня до отъезда домой.

– Ты не пропустила ничего особенного, обещаю, – заверил ее Лиам.

– Я очень громко аплодировала, когда он забил гол, миссис Уайлдер. – Я подмигнула, и они оба рассмеялись.

– Ну, раз ты была рядом, он, наверное, совсем не вспоминал обо мне, – съязвила она, выкладывая яичницу с беконом на большую тарелку.

Я накрыла на стол, а Лиам поставил графин с апельсиновым соком.

– Вам двоим нужно подкрепиться, вы оба отличные спортсмены, и вам нужно хорошо питаться. Особенно тебе, Кинсли. Ты выглядишь так, словно от тебя вот-вот останутся кожа да кости, – сказала она, накладывая яичницу мне на тарелку.

– Я уверяю вас, что много ем. Просто, помимо тренировки, еще бегаю каждый день. – Я пожала плечами и принялась за бекон.

Лиам ободряюще улыбнулся мне, а затем опустил руку, чтобы погладить мое колено под столом. Я думаю, у всех родителей есть инстинкт, как бы накормить своих детей. Моя бабушка всегда запихивала мне в рот печенье, когда мы приезжали к ней на каникулы. И если бы это было только печенье…

– Что ж, вы двое – довольно спортивная пара, – улыбнулась его мама и принялась за свой завтрак, с восхищением глядя на нас.

Я понятия не имела, как она обычно себя ведет, но пока что мне казалось, что эта встреча проходит намного лучше, чем ожидалось.

– Доброе утро, похотливые соседи! Прекращайте свои шалости, к вам пришла Бекка! – Открылась задняя дверь и раздался голос Бекки.

Лиам рассмеялся, а я спрятала лицо за чашкой кофе. Как только мы останемся одни, я применю на ней все свои приемы из карате.

Мгновение спустя они с Пенном вошли на кухню с таким видом, словно были здесь хозяевами.

– Ой, упс! – воскликнула Бекка, прикрыв рот рукой, когда поняла свою ошибку. – У вас семейный завтрак? – спросила она, резко остановившись, что Пенн чуть не врезался в нее. – Не обращай внимания на то, что я сказал о…

Миссис Уайлдер отодвинула свой стул, чтобы прервать ее. Вероятно, она больше не хотела слышать о шалостях своего сына.

– Нет, нет! Присоединяйтесь к нам! Вы, должно быть, девушка Пенна? – сказала его мама, вставая, чтобы поприветствовать Бекку.

Они пожали друг другу руки, и Бекка попыталась прикрыть покрасневшие щеки. Ха.

– Привет, соседи, – улыбнулась я, вставая из-за стола, чтобы принести им тарелки.

К счастью, миссис Уайлдер приготовила более чем достаточно еды, и вскоре мы все впятером сидели за столом, завтракая и болтая. И я только дважды попыталась пнуть Бекку под столом.

– Так вы, девочки, играете в одной команде? – спросила миссис Уайлдер у нас с Беккой.

– Да, мэм. – Я улыбнулась Бекке, которая как раз откусывала большой кусок.

– Должно быть, они принимают в команду только хорошеньких, – провозгласила она, заставив нас обеих покраснеть.

Парни с готовностью согласились.

Я закатила глаза, глядя на Лиама, а он просто пожал плечами, как будто у него не было выбора.

– Ну, Кинсли приняли в команду из-за жалости, – пошутила Бекка, – Ну, знаете, потому что она немного… – Она сделала паузу и изобразила универсальный жест «ку-ку», покрутив пальцем у виска.

Я ткнула в нее вилкой.

– А Бекка на самом деле менеджер команды. Она просто приносит нам воду и стирает потную форму, – съязвила я с дерзкой ухмылкой.

Бекка многозначительно посмотрела на меня и подняла вилку таким образом, словно показывая мне «средний палец».

– Вообще-то, на этой неделе у нас состоится первая игра, и моя мама тоже собирается приехать в город, – сказала я, поворачиваясь к миссис Уайлдер, которая смеялась над нашей маленькой перепалкой.

– Ох, как здорово! Будем надеяться, что ее рейс не задержат, как мой.

Я рассмеялась.

– Ну, из Денвера лететь не так далеко, так что, думаю, все будет хорошо.

– Когда будет игра?

– Во вторник, – ответила я, осознавая, что до нее осталось всего два дня.

Как время могло пролететь так быстро? Я не могла поверить, что осталось всего два дня до нашей первой игры, ну, технически это был дружеский матч, но все равно там будет присутствовать пресса, готовая поддержать меня или унизить.

Она радостно захлопала в ладоши.

– Я уезжаю в Лондон только в среду утром! Так что смогу присутствовать на игре, сидя в фанатской секции Кинсли и Бекки.

Лиам покачал головой, но на его лице промелькнула легкая улыбка.

– Мам, может быть, Кинсли не хочет, чтобы твоя английская задница там присутствовала. Ты ведешь себя очень шумно на спортивных мероприятиях.

Она посмотрела на сына с преувеличенным недоверием.

– Чепуха! Меня выгнали только с одного из ваших матчей, и то этот судья явно годами не проверял свое зрение. Ты не можешь меня винить.

Мы с Беккой переглянулись.

– Вы определенно можете прийти, если хотите. Матч состоится в шестнадцать ноль-ноль на стадионе нашей команды, – объяснила я.

– Вот и договорились, – сказала она, поднимаясь со своего места. – А теперь, ребята, заканчивайте завтракать, чтобы мы могли отправиться куда-нибудь повеселиться. Если мы останемся здесь, то я просто лягу спать. Смена часовых поясов уже дает о себе знать.

Мы сделали, как нам было велено, запихнув в рот остатки завтрака, а затем все вместе загрузились в машину Лиама.

– Итак, у вас с Пенном теперь все нормально? – спросила я, как только мы вышли из дома Лиама после ужина.

Мы провели весь день, делая покупки в Малибу с миссис Уайлдер. Я все время старалась не спускать глаз с Пенна и Бекки, но не могла сказать, разрешился ли их разговор накануне вечером хорошо или не очень. Они лучше общались между собой, но она, казалось, все еще немного злилась. Он подкрадывался к ней сзади, пока она рассматривала одежду, а она вырывалась у него из рук и хитро подмигивала. Казалось, они играли в «кошки-мышки».

Бекка закатила глаза.

– Если под «нормальным» ты подразумеваешь «ничего хорошего», то да.

Я рассмеялась и наклонилась, чтобы выключить музыку.

– Он умолял меня поехать с ним домой после игры, поэтому я последовала за ним на своей машине и сказала, что останусь на полчаса. Очевидно, что это не сработало. Он мне все объяснил. Как ты и предполагала, его бывшая – стерва, сама его поцеловала, что, конечно же, его полностью не оправдывает, но он поклялся, что с ней покончено. Он наконец-то увидел ее такой, какая она есть, и совершенно ясно дал ей понять, что решил двигаться дальше.

– По крайней мере, ее не было на игре, – отметила я, вспомнив, какой уверенной и самодовольной она выглядела, когда мы покидали мероприятие в пятницу.

– Да, я слышала, как он оставлял сообщение для менеджера их команды, в котором говорилось, что она фактически добавлена в черный список в семейной секции отныне и навсегда.

Я прикрыла смех рукой.

– Черт. Он, должно быть, настроен серьезно.

Она кивнула, но продолжила смотреть на дорогу перед собой.

– Он попросил меня стать его девушкой, чтобы оформить наши отношения официально, но я сказала, что мне нужно немного больше времени, чтобы все обдумать.

Это было удивительно. Сомневаюсь, что находились девушки, которые отказывали Пенну.

– Похоже, сегодня его это не слишком останавливало, – пошутила я, вспомнив все то внимание, которым он ее окружал.

Она ухмыльнулась.

– Клянусь, я не играю с ним в игры. Просто вечер пятницы был настолько ужасным, что я не могу просто забыть обо всем этом за двадцать четыре часа. Я думаю, нам обоим было бы полезно притормозить и убедиться, что мы действительно этого хотим.

Я задумчиво прищурилась.

– Так ты не уверена, хочешь ли быть с ним?

Ее взгляд быстро скользнул по мне.

– Ох, я бы отрезала себе правую руку, чтобы быть с ним, но ему необязательно это знать.

– Бекка! Ты маленькая дразнилка.

– Ой, я тебя умоляю! Он этого заслуживает. Должен же он знать, что может потерять.

Я рассмеялась и достала телефон, чтобы проверить сообщения, когда Бекка снова включила музыку.

Лиам:Мама уснула, как только вы, девочки, уехали.

Кинсли:Она действительно очень устала.

Лиам:Она не переставала говорить о тебе. Засыпая, она практически шептала твое имя.

Кинсли:Думаю, я ухожу от тебя к ней. Мне нужен более опытный партнер;)

Лиам:Развернись, и я покажу тебе, какой я опытный.

Кинсли:Бекка за рулем… ничего не поделаешь…

Лиам:Ты ей действительно понравилась. И даже не представляю почему…

Кинсли:Наверное, благодаря множеству моих талантов. Она слышала, как я умею свистеть? Я довольно хорошая свистунья.

Лиам:Я мог бы свистом уложить тебя на землю.

Кинсли:Что это, вообще, значит? Ты убьешь меня своим свистом?

Лиам:Тебе стоит освежить значения некоторых идиом.

Кинсли:Может, ты подскажешь мне? Я могу стать твоей ученицей. У тебя есть линейка?

Лиам:Кинсли…

– Э-э-эм, Кинсли, – испуганно прервала мою переписку Бекка.

Я подняла глаза и обнаружила, что мы сворачиваем на нашу улицу… но проехать к нашему дому оказалось практически невозможно. У входа были припаркованы фургоны репортеров, а рядом с ними слонялись папарацци.

– Что за черт? Они что, кого-то поджидают у нашего дома? – спросила я, убирая телефон в сумку и приподнимаясь на локтях, чтобы получше рассмотреть обстановку.

Как только репортеры увидели машину Бекки, они сразу же приступили к активным действиям. Фотографы сняли чехлы со своих объективов и направили прямо на лобовое стекло.

Бекка сбросила скорость, чтобы никого из них случайно не задеть, но они еще больше начали окружать машину. Если бы она ехала с разрешенной скоростью, то точно бы кого-нибудь сбила.

– Какого черта они здесь делают? – огрызнулась Бекка, сворачивая на нашу подъездную дорожку.

Папарацци не рискнули последовать за нами на частную территорию, но когда я обернулась, то увидела, что они выстроились вдоль улицы, как стая стервятников.

– Давай просто скорее зайдем внутрь и во всем разберемся, хорошо? – Я схватила свою сумку и прикрыла ею лицо, пока бежала к двери.

Бекка следовала рядом со мной, и мы не останавливались, пока не оказались в безопасности внутри дома, за закрытой дверью.

– Они выкрикивали наши имена, Кинсли, – глухо произнесла Бекка, прислонившись спиной к двери.

– Они находятся здесь весь день, – сказала Эмили.

Мы подняли глаза и увидели, что она спускается по лестнице в сопровождении нескольких наших товарищей по команде.

– Ты серьезно? Им больше нечем заняться, кроме как разбить лагерь перед нашим домом? – спросила я, проводя рукой по волосам.

Эмили остановилась на последней ступеньке. Выражение ее лица было мрачным, а брови – нахмуренными.

– Ты ведь не знаешь, не так ли? – спросила она.

Я пристально посмотрела ей в глаза.

– Не знаю чего?

Она нахмурилась и указала на большой диван, стоявший в нашей гостиной.

– Давай присядем. На самом деле в этом нет ничего ужасного, но, наверное, ты бы хотела сначала все услышать от меня.

Мы с Беккой последовали за ней к дивану, пока мое сердце бешено колотилось. Я чувствовала, как оно вот-вот вырвется из груди, даже когда прижала к нему руку, пытаясь успокоить нервы.

– Что, черт возьми, происходит? – спросила я, расхаживая перед диваном.

– Тара обратилась с заявлением к прессе. Она преподнесла вашу историю в самом худшем свете, и вы с Лиамом сейчас – главные новости в стране.

Я почувствовала, как кровь отхлынула от моего лица.

– Подожди? Что?

– Тара выложила в сеть историю о том, что ты встречаешься с тренером Уайлдером. СМИ вовсю раскручивают это, как будто он воспользовался тобой, и выставляют тебя плохой девочкой. Как будто ты специально соблазнила своего тренера или что-то в этом роде.

– Черт! Ты, должно быть, шутишь. Неужели ей больше нечем заняться, кроме как пытаться разрушить мою жизнь?

Я была вне себя от злости, которая начала переходить в слепую ярость. Тара не собиралась оставлять меня в покое. Я должна был предугадать, что она еще не закончила издеваться надо мной.

– А ты уверена, что это была Тара? – спросила Бекка, сидя на диване.

Я даже не подумала об этом уточнить.

Эмили поджала губы.

– Она не стала прикрываться анонимным источником. И у нее уже взяли интервью, а ее фотография добавлена почти к каждой статье.

– Это такая чушь! – закричала я, вспоминая девочек, которые вчера брали у меня автографы.

Я была для них примером для подражания, а что теперь? Я стала ничем не лучше, чем все остальные тупые знаменитости, чьи имена были измазаны в грязи. Я не хотела быть похожей на них. Не хотела иметь амплуа плохой девчонки. Я хотела, чтобы меня знали за мои достижения, а не за то, с кем я сплю.

– Тара может идти к черту, – высказалась я, направляясь к лестнице.

Бекка спрыгнула с дивана.

– Кинсли, что ты…

Я подняла руку.

– Я собираюсь позвонить маме и узнать, взялась ли за этот беспорядок команда по связям с общественностью, которую нанял мой отец, или нет.

Поднявшись наверх, я открыла свой ноутбук и начала пролистывать новости. Передо мной всплывала статья за статьей, и каждая была ужаснее предыдущей. «Футбольная шлюха» – так называлась худшая статья, опубликованная в непристойном блоге, который, казалось, с удовольствием просматривала половина Америки.

У меня не было времени на то, чтобы дать волю своему гневу. Тара думала, что связалась с невинным новичком, но я бы не стала опускаться до ее уровня. Она хотела, чтобы я дала отпор и полила ее грязью в СМИ, потому что таким образом она тоже могла бы прославиться.

Я бы доказала ей свое превосходство, поступив с точностью до наоборот. Я бы не позволила этому повлиять на мою игру в футбол. Я бы не позволила этому повлиять на мои отношения с Лиамом. И я чертовски уверена, что не потеряю ни секунду сна из-за этой стервы.

Я позвонила маме, как только закрыла за собой дверь, и все ей объяснила.

– Не волнуйся. Мы уже с самого утра работаем над этим. Я не хотела тебя вводить в курс дела на случай, если удастся избежать неприятностей и ты останешься в неведении, – объяснила она.

– Можем ли мы подать на нее в суд за клевету? – спросила я, расхаживая по комнате.

– Ну, технически факты, которые она изложила, оказались правдой, хотя и искаженной и в очень негативном свете. Мы не можем контролировать то, как реагируют на эту историю люди в социальных сетях. Они жаждут крови; они хотят оклеветать вас с Лиамом, потому что некоторым людям доставляет удовольствие унижать других.

Я кивнула и прикусила губу.

– Мне следовало быть умнее. Я знала, что она собирается выкинуть что-то подобное. Я должна была сделать официальное заявление раньше, чем она смогла бы все исказить в выгодном для нее свете.

– Нет смысла сейчас беспокоиться об этом, Кинсли, – возразила мама, пытаясь меня успокоить.

– Мам, я даже не могу выйти из дома! Снаружи толпа папарацци!

– Я прилетаю завтра днем и уже забронировала отель с первоклассной охраной. Ты останешься со мной ночевать, и на вашей игре также будет присутствовать дополнительная охрана, чтобы ты могла сосредоточиться на том, что важно.

Я вздохнула, услышав детали, которые она уже обдумала. Переночевать в отеле с мамой было именно тем, что мне было нужно. Я хотела притвориться, что ничего этого не происходит. Как только мы составили планы на следующий день, я завершила звонок и написала Лиаму.

Кинсли:К черту Тару!

Лиам:Я только что услышал новости, звонил мой агент, а затем и менеджер по связям с общественностью.

Кинсли:Мне так жаль.

Телефон в моей руке зажужжал, и на экране высветилось имя Лиама. Как только я ответила, на линии раздался его хриплый голос.

– Не смей извиняться. Мы справимся с этим, – пробормотал Лиам.

Я уже скучала по нему. Почему я решила уехать, вместо того чтобы остаться с ним на ночь?

– Знаю. Я просто ненавижу, что наши отношения, кажется, причиняют только вред.

– Мне плевать, что думает мир, Кинсли. Я так счастлив рядом с тобой. И сосредоточен на том, что важно. Ты и футбол. Это все, что имеет значение.

Я улыбнулась, несмотря на обстоятельства, вспомнив, каково было засыпать в его объятиях прошлой ночью. Он был прав. Я тоже хотела сосредоточиться на том, что было важно, и проигнорировать все остальное.

– Хорошо. Завтра приезжает моя мама, и я останусь с ней в отеле на следующие два дня.

– Это отличная идея. Напиши мне название отеля и номер, и я отправлю туда охранника.

Я не стала спорить. Его голос звучал повелительно, и я знала, что он почувствует себя лучше, если я соглашусь.

– Договорились. Позвони своему агенту, – сказала я, падая обратно на кровать.

– Хорошо… и, Кинс, – он сделал паузу, и я услышала, как он глубоко вздохнул, – ты мне действительно очень дорога.

Я закрыла глаза, впитывая его слова. Я уже тогда любила его. Конечно же, я любила этого парня, который был готов покорить весь мир ради меня и ничего не просил взамен. Ну, кроме убийственных занятий любовью.

– Знаю. Мы со всем справимся. Сладких снов, – прошептала я, прежде чем завершить звонок.

Было еще слишком рано для признаний в любви, и я бы не осмелилась сказать это во время разговора, который имел какое-либо отношение к Таре. Я хотела подождать гораздо лучшего момента, чем этот. Например, когда мы будем вместе скакать на лошади по цветочному лугу совершенно обнаженными.

Моя мама заверила, что вечером в воскресенье пиар-команда моего отца опубликовала опровержение, но в понедельник СМИ все еще были неумолимы. Утром, когда мы уезжали на тренировку, у нашего дома меня поджидала группа папарацци, которые выкрикивали вопросы и делали снимки. Мы были вынуждены тренироваться в закрытом помещении, расположенном дальше от нашего обычного поля.

Тренер Дэвис попросила меня остаться после тренировки и объяснила, что она и команда меня поддерживают. Она сказала, что Университет разослал прессе свой собственный пресс-релиз, в котором обелил мое имя и назвал Тару «коварной сукой». Ладно, может, это было моим преувеличением, но тем не менее тренер Дэвис была на моей стороне и не собиралась от меня отказываться.

В понедельник вечером мы с мамой обедали в номере, когда зазвонил мой телефон. На экране появилась фотография улыбающегося Лиама с ямочками на щеках, и я почувствовала, как мое сердце затрепетало.

– Привет, малыш, – ответила я усталым голосом.

– Привет, ты в отеле? – спросил он, когда звуки с улицы на заднем плане стихли.

– Да, мы с мамой только что заказали еду в номер.

– Хорошо, я буду у вас через минуту.

Я посмотрела на свой халат и поняла, что мои волосы все еще были мокрые после душа.

– О… да… ладно, увидимся, – сказала я, завершив звонок и взглянув на маму.

– Лиам поднимается сюда. Точнее, думаю, что он, возможно, уже здесь, – призналась я с застенчивой улыбкой.

Брови моей мамы взлетели вверх.

– Я познакомлюсь с печально известным Лиамом Уайлдером. Как интересно, – подмигнула она, а затем отправила в рот еще одну вилку своего ужина.

Через несколько минут раздался тихий стук в нашу дверь, и я вскочила, чтобы открыть ее. Как только я повернула ручку, то меня окутал его аромат. Он только что вернулся с тренировки, поэтому запах геля для душа смешался с запахом пота и мускуса. Это было странно соблазнительно, и я чуть не набросилась на него в коридоре, особенно после того, как открыла дверь и увидела, как он выглядит. Его русые волосы непослушно лежали, от чего делали его еще более сексуальным, футбольные шорты подчеркивали загорелые ноги, а спортивная футболка облегала крепкую грудь.

Я выдавила из себя улыбку и поднялась на носочки, чтобы обнять его за шею.

Охранник, дежуривший у нашей двери, прочистил горло, и я начала смеяться. Я совсем забыла, что он был здесь. В основном потому, что у нормальных людей не было охранников.

– Что ж, и тебе привет.

Лиам улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать меня. Как только он отстранился, его взгляд скользнул поверх моего плеча в поисках моей мамы, которая встала, чтобы поприветствовать его. Я убрала руки с его шеи и отступила на шаг, чтобы посмотреть на нее. Я знала, что он сравнивал, насколько мы похожи. У нее были такие же темно-каштановые волосы, как и у меня, но коротко подстриженные в стиле пикси. У нас было похожее телосложение, только я была более мускулистой, в то время как она была немного выше и стройнее меня.

Я излучала улыбку, наблюдая за их знакомством.

– Не могу поверить, что наконец-то познакомилась с тобой, – улыбнулась она, протягивая руку. – Я Лидия.

Он пожал ей руку, и мне показалось, что я заметила легкий румянец на его загорелых щеках.

– Здравствуйте, миссис Брайант.

– Моя дочь уже несколько недель только и говорит, что о тебе, – призналась она, и тут теперь у меня вспыхнули щеки.

Теплый взгляд Лиама скользнул в мою сторону.

– Она преувеличивает, я вообще почти о тебе не упоминала, – подмигнула я.

Лиам оглянулся, посмотрев на мою маму с нахальной полуулыбкой.

– Это неудивительно слышать. Ваша дочь определенно влюблена в меня, миссис Брайант. Она еще не сказала мне об этом, но скоро скажет.

У меня отвисла челюсть. Нет, упала на пол и просто лежала там, пока я смотрела на Лиама. Моя мама рассмеялась и посмотрела на меня с понимающей улыбкой. Я не могла поверить, что он только что сказал это так… прямолинейно. И черт возьми, неужели этот придурок мог так легко меня раскусить?

– Ого. Ты, кажется, очень уверен в этом, Лиам, – пошутила моя мама, жестом приглашая нас к столу, чтобы мы могли доесть наш ужин.

Лиам пожал плечами, и я почувствовала на себе его проницательный взгляд.

– Я прочитал, что когда-то Марк Твен сказал, что все, что нужно для успеха в жизни, – это невежество и уверенность. Кинсли может подтвердить, что у меня есть и то и другое.

Я рассмеялась.

– Ты умеешь читать?

Он игриво подмигнул мне. А затем моя мама сказала:

– Ты же знаешь, что именно так все и было, когда я познакомилась с твоим отцом, Кинсли. Мы встречались около месяца, прежде чем он предложил мне выйти за него замуж. Но мы были молоды и безрассудны, в то время нам было всего по девятнадцать.

Я кашлянула и попыталась не обращать внимания на то, что Лиам все еще наблюдает за мной. Я совсем забыла о том, что моя мама вышла замуж в моем возрасте. Я не могла себе это представить. Как кто-то может пойти на это в таком юном возрасте? Я пыталась попасть на Олимпийские игры, а не искать подходящие платья для подружек невесты.

– Ну, будь уверена, мама, твоя дочь не станет невестой так рано. – Я наконец обрела дар речи и улыбнулась ей.

Лиам пожал плечами.

– Тебе совсем недавно исполнилось девятнадцать. У нас осталось около трехсот дней, чтобы это исправить.

У меня снова отвисла челюсть, и я повернулась к нему лицом.

– Ты же не можешь сейчас говорить серьезно?

Он улыбнулся и покачал головой.

– Нет, но я был серьезен в разговоре о любви.

Я бросила на него многозначительный взгляд, а затем взяла свою тарелку с остатками картошки фри и протянула ему.

– Ты уверена, что больше не хочешь? – спросил он, игриво ущипнув меня за талию.

Я оттолкнула его руку, но если бы на нас не смотрела моя мама, то я бы повалила его на кровать и расцеловала до потери сознания.

– Ага. Ешь. Ты ведь только с тренировки?

– Да. И очень устал. Поэтому я ненадолго, просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке.

– И очень хотел познакомится со мной, – вставила моя мама с улыбкой, которая была в точности похожа на мою.

Яблоко от яблони определенно падает недалеко.

Лиам рассмеялся.

– Конечно. В первую очередь я пришел, чтобы познакомиться с твоей мамой. А о тебе вспомнили позже.

Он подмигнул, и я бросила на него сердитый взгляд.

Затем Лиам проглотил остатки картошки фри и поставил тарелку обратно на стол.

– Мне лучше пойти домой, а то я засну прямо здесь.

Я нахмурилась, не готовая так быстро его отпускать.

– Могу я проводить тебя вниз?

– Ты немного неподходяще одета, – заметил он, и я поняла, что все еще в халате. – Как насчет того, чтобы завтра после игры нам всем вместе поужинать? Моя мама хочет еще раз увидеть тебя перед отъездом в Лондон, – заметил он, направляясь к двери.

Я хлопнула в ладоши, и моя мама согласилась еще до того, как я успела ответить.

– Звучит здорово.

Он наклонился, чтобы поцеловать меня в щеку, а затем прошептал мне на ухо, чтобы моя мама не услышала:

– Я буду завтра болеть за тебя, Кинс. – Его дыхание скользнуло по моей щеке, и я поджала губы, кивнув ему.

Наши взгляды встретились, и я наслаждалась последним мгновением пребывания рядом с ним.

Дерьмо.

Была ли я готова к этому? Отдать кому-нибудь свое сердце в девятнадцать лет? Разве я все еще не пыталась разобраться в том, что для него лучше? Что было ближе моему сердцу, а что нет? Лиам был старше, и, вероятно, у него было много девушек, прежде чем он встретил меня.

Закрывая дверь в номер отеля, я почувствовала, как у меня засосало под ложечкой при мысли о том, что, возможно, я уже по уши во все это ввязалась. Встречаться с известным спортсменом – это самое далекое от нормальных, здоровых отношений. Я не хотела быть в центре внимания или быть известной личностью, а быть с Лиамом означало принимать все, что с ним связано.

Прощай, сердечко. Приятно было с тобой познакомиться.

– Вы, девочки, усердно готовились к этому моменту, и вам нужно помнить, что это тренировочный матч. Сохраняйте спокойствие и сосредоточьтесь на выполнении точных ударов. Это простая игра, так что давайте выйдем и покажем им, на что мы способны!

Наша команда стояла, сбившись в кучку, прямо за воротами стадиона. Мы надели нашу новую голубую форму, размялись и собрались вместе, чтобы напоследок услышать напутствие от тренера перед началом игры. Я чувствовала, что мои нервы были на пределе, но старалась с ними справиться. Мы с Беккой обе открывали сегодняшний матч. Эмили сидела на скамейке, но я знала, что у нее все равно будет много игрового времени. У нас у всех будет. Смысл сегодняшней игры состоял в том, чтобы привыкнуть играть в команде, а не в том, чтобы кто-то из нас выделялся среди остальных.

Бекка схватила меня за плечо, и я нервно ей улыбнулась.

– «Дикие кошки» на счет три, – проинструктировала тренер Дэвис, а затем начала обратный отсчет.

– Дикие кошки! – закричали мы в унисон, а затем двери перед нами распахнулись, и мы выбежали на поле.

В Лос-Анджелесе стоял прекрасный день. Над головой сияло солнце, и большая часть утреннего смога рассеялась, так что погода была теплой и комфортной. Я уже вспотела после нашей разминки, но это было приятно. Это то, что мне нравилось. Я жила ради футбольных матчей; эти девяносто минут соревнований лицом к лицу с другой командой подпитывали мое тело, как ничто другое в этой жизни.

Я побежала рядом с Беккой к боковой линии и, взглянув на переполненные трибуны, увидела свою маму, сидящую рядом с миссис Уайлдер. Они выглядели мило, сидя рядом друг с другом, как будто были давними подругами. Я помахала им, пока они скандировали наши с Беккой имена. Я не заметила Лиама, но знала, что он, вероятно, все еще был на тренировке.

В ложе для прессы собралась куча народа, гораздо больше, чем должно было быть на предсезонном женском футбольном матче. Я закатила глаза и проигнорировала их. В этой игре было достаточно всего интересного и без дополнительного стресса из-за того, что мои неудачи разлетятся по всему интернету.

Софи и наш второй капитан вышли вперед, чтобы бросить монетку, а затем мы побежали на поле под аплодисменты болельщиков. Я заняла свою позицию и потрясла руками, пытаясь расслабить мышцы и успокоить дыхание. Это было нормально – нервничать перед игрой, тем более что я уже несколько месяцев не играла в официальных матчах.

Я наклонилась вперед и обхватила колени, сосредоточившись на моменте. СМИ будут крутить свои истории так, как им, черт возьми, заблагорассудится, так что не было смысла переживать по этому поводу. Мой взгляд сосредоточился на мятой траве, под моими бутсами, и моя решимость начала крепнуть. Это была моя игра. Здесь журналистам меня было не достать.

Судья свистнул в свисток, и в мгновение ока игра началась.

Мы проиграли бросок монеты, но вскоре наши защитники перехватили мяч и перевели его в дальний угол поля. Все сработало синхронно, как и должно было быть. Я выбежала на открытое пространство, чтобы Бекка могла передать мне мяч. Ее пас пришелся мне как нельзя кстати, и я ускорилась, чтобы обойти нескольких защитников. Я была в своей стихии, прорываясь через игроков и уклоняясь от подкатов, а затем передала мяч следующему игроку. К перерыву мы вели в счете три очка, и я чувствовала себя более чем уверенно. До сих пор я отлично выступала, и моя выносливость практически не подвергалась испытаниям. Мои вечерние пробежки и дополнительные тренировки принесли свои плоды.

Я убежала с поля, чтобы подмениться, а когда подошла к скамейкам, то увидела Лиама, прислонившегося к ограждению. Он выглядел таким же вспотевшим, как и я. Думаю, он примчался сразу с тренировки, вместо того чтобы принять душ. Заметив, что я смотрю в его сторону, он наклонил голову и одарил меня уверенной улыбкой. Не было необходимости привлекать к себе еще больше внимания, особенно когда объективы СМИ были направлены прямо на нас. Я быстро подмигнула ему, а затем повернулась обратно к своей команде как раз вовремя, чтобы увидеть, как тренер Дэвис машет нам, приглашая собраться.

Второй тайм прошел быстро, и, если не считать одного столкновения с защитником другой команды, я провела великолепную игру. Мы покинули поле, одержав победу в предсезонном матче. Тренер Дэвис гордилась нами, и от меня не ускользнуло то, что Бекка и Эмили тоже играли великолепно. Я знала, что если мы продолжим в том же духе, то обязательно станем претендентами на национальное первенство. Я быстро приняла душ и надела чистые джинсовые шорты и майку в цветочек, которые положила в свою сумку.

– Кто-нибудь из вас хочет пойти с нами поужинать? – спросила я Эмили и Бекку, когда мы выходили из раздевалки.

– Нет, за мной заедет Пенн, – сказала Бекка.

– А у меня свидание по скайпу, – подмигнула Эмили.

Она и ее парень все еще поддерживали связь по «Скайпу», но я не могла их винить. Я бы поступила так же, если бы Лиам жил на другом конце страны.

– Хорошо, тогда увидимся позже, девочки!

Я помахала им на прощание. Они направились к парковке, а я повернулась и увидела свою маленькую группу поддержки, ожидающую меня у трибун. Я не смогла сдержать широкую улыбку при виде этого зрелища.

– Вот и она! – воскликнула миссис Уайлдер, вскидывая руки в воздух.

Я рассмеялась и покачала головой, когда они громко захлопали в ладоши. Они действительно делали из мухи слона.

– Для человека, который ненавидит быть в центре внимания, вы, ребята, делаете все возможное, чтобы его привлечь, – пошутила я, подходя к ним и обнимая маму.

Она крепко сжала меня в ответ, прежде чем отпустить. Яркая вспышка фотоаппарата осветила этот момент, на мгновение ослепив меня.

– Хорошо, хорошо. Пойдем поедим, а по дороге к машине мы будем говорить только о том, какая ты замечательная футболистка, – пообещала моя мама.

Я чувствовала себя замечательно, подходя к своим близким, но эндорфины, полученные от игры, начали улетучиваться, как только я вспомнила о направленных на меня камерах. Папарацци было совершенно невозможно игнорировать, как бы я ни старалась не обращать на них внимание.

Я не искала новостей обо мне в интернете с той ночи, которая произошла несколько дней назад, но я знала, что лучше они не становились. Пока мы с Лиамом были вместе, я была в центре внимания, и мне нужно было подумать, правильно ли я поступаю. Я многим рисковала ради парня, который, вероятно, был так же готов к серьезным отношениям, как и Джордж Клуни[19].

В четверг вечером я стояла на кухне у Лиама и готовила ужин. Накануне обе наши мамы уехали, и мы наконец-то собирались побыть наедине. Он должен был вернуться с тренировки с минуты на минуту, вот почему я носилась по комнате как сумасшедшая, пытаясь все успеть.

Я готовила лазанью и салат, рецепт которых дала мне мама. Моей первой идеей было подать на своем обнаженном теле роллы и суши и позволить Лиаму есть их прямо с меня, но Бекка сказала, что не хочет представлять мою голую задницу каждый раз, когда ей захочется заказать ролл «Калифорния». И какой подругой она была?

Я добавила в салат клюкву и измельченные грецкие орехи, а затем отправила лазанью в духовку как раз в тот момент, когда Лиам открыл заднюю дверь.

Да начнется шоу!

Я закрыла духовку и, обернувшись, увидела, что он стоит в дверном проеме. Он принял душ после тренировки и был одет в поношенные джинсы и белую футболку. Я улыбнулась, оглядев свой наряд. На мне были узкие джинсы, которые, как я знала, сведут его с ума, и синяя футболка с v-образным вырезом, удобная, но сексуальная.

Его волосы были еще влажными после душа, и он соблазнительно приподнял бровь, глядя на открывшуюся перед ним картину.

– Я готовлю ужин, – объявила я, взмахнув рукой.

– Я вижу это. Пахнет потрясающе, – похвалил он, бросая свою спортивную сумку и ключи на стол и направляясь ко мне. – И мне нравится то, что я вижу.

– Весь этот беспорядок? – спросила я, глядя на тертый сыр, рассыпанный по полу, упаковку от листов для лазаньи, а также разделочную доску с остатками нарезанных помидор и лука.

Еще на столе был разлит томатный соус. В этой чертовой лазанье вообще были какие-то ингредиенты, помимо теста?

Он подошел еще ближе и встал прямо за моей спиной, чтобы обнять меня за талию.

– Нет. Ты у меня дома, ждущая, когда я вернусь с тренировки, – ответил он, вызвав волну мурашек по моей коже.

– Это было забавно, как будто я играла в хозяюшку на чужой кухне. – Я пожала плечами. – Клянусь, я все здесь уберу.

Он усмехнулся и развернул меня так, что я оказалась стоять спиной к столу.

– Мы все уберем. Что у нас в духовке?

– Лазанья, – ответила я, почувствовав, как его губы на мгновение коснулись моей шеи.

Этого оказалось достаточно, чтобы я тихонько застонала.

– Сколько у нас времени до ее готовности?

Я приподняла бровь, когда его рука скользнула под мою футболку.

– Около часа. Я только что поставила ее в духовку.

На его губах появилась соблазнительная улыбка, и я внезапно поняла, что у меня проблемы.

– Что ж, прошла почти целая неделя с тех пор, как я прикасался к тебе, и мне бы хотелось наверстать упущенное, – сказал он, задирая мою футболку и проводя руками по моему животу и грудям.

Я подняла руки над головой и одарила его лукавой улыбкой, когда он стянул с меня футболку и бросил ее на кухонный стол. Его взгляд опустился к выпуклостям моей груди, выглядывающим из-под черного лифчика, и его глаза слегка сузились от открывшейся перед ним картины.

Дай пять, миссис Victoria Secret.

Я опустила руки, чтобы расстегнуть его джинсы, а затем стянула их вниз по его длинным стройным ногам. Все в нем было достойно поклонения, но эти спортивные ноги разжигали мое сексуальное возбуждение. Я позволила своим рукам скользнуть по его бедрам и обратно, наблюдая, как его достоинство напрягается под черными боксерами.

Он был настоящим мужчиной, и, любуясь его телом, я поняла, что хочу полностью ему отдаться. Он стянул футболку через голову, а затем потянулся, чтобы обхватить руками мои предплечья, поднимая меня на ноги. У меня не было времени твердо устоять на ногах, прежде чем его рука скользнула к моим джинсам. Он расстегнул их, и, когда его палец проник в меня, я открыла рот, но не издала ни звука. Он медленно вытащил палец, прежде чем снова погрузиться в меня.

– Это то, о чем я мечтал всю неделю, – пробормотал он, наклоняясь, чтобы украсть поцелуй.

Его губы были голодными и требовательными; он завладел моим ртом, и я пыталась не отставать, но он подавил мои двигательные навыки. Он продолжал входить и выходить из меня, сначала медленно, но затем ускорил темп. Я почувствовала, что приближаюсь к оргазму, как только его большой палец начал описывать мягкие круги. У него были умелые руки, и подушечка его большого пальца, возможно, была моей любимой частью его тела.

Он оторвался от моих губ, когда его пальцы ускорили темп. Он откинулся назад и наблюдал за моей реакцией на то, что он делал, словно подглядывал за мной. Было греховно сексуально видеть, как он наблюдает за тем, как я достигаю пика. Я облизала губы, пытаясь смочить пересохшую кожу, и тут по мне пробежала дрожь.

– Кончи для меня, детка. Дай мне понаблюдать за тобой.

Мои голубые глаза встретились с его серым взглядом, и внутри меня вспыхнула искра. Я обхватила его пальцы, прислонилась спиной к стойке и стонала его имя снова и снова.

У меня не было времени прийти в себя. Я все еще ощущала отголоски оргазма, когда он снял с меня джинсы и трусики и развернул так, что мои бедра спереди коснулись столешницы. Он стянул с меня лифчик и отодвинул все, что было на столе, в сторону, чтобы освободить для меня место.

– Боже мой, – прошептала я, почувствовав, как он прижимается к моей обнаженной плоти сзади.

Ни один мужчина не брал меня так, как он. Он не спрашивал разрешения. Когда мы занимались любовью, исследуя друг друга, мое тело принадлежало ему, как будто у него были на него исключительные права.

– Наклонись вперед, детка.

Я разинула рот от его сексуального желания, но тем не менее почувствовала, что наклоняюсь вперед. Холодная гранитная столешница прижалась к моей груди, но я не стала уклоняться от легкого покалывания. Я была слишком занята, сосредоточившись на том, как его пальцы раздвигают мой вход и оценивают красоту.

Он застонал позади меня, а затем опустился на колени, чтобы облизать меня языком. Я прикусила нижнюю губу, но тихие стоны все равно вырывались из меня. Мои пальцы вцепились в край столешницы, пока он медленно облизывал меня, проводя языком вдоль моей киски. Ладонями он раздвинул мои ноги еще шире, обнажая для него каждую клеточку моей плоти. Я думала, что мои руки не удержат край столешницы, за который я так крепко держалась.

– Ты, черт возьми, самое сексуальное создание, которое я когда-либо видел, – поклялся он, неторопливо поглаживая меня вверх и вниз.

Я оторвала голову от столешницы и обернулась, чтобы увидеть, как он проводит по своему члену одной рукой, а другой изучает меня.

Боже, я хотела, чтобы этот образ навсегда запечатлелся в моей памяти.

– С тобой когда-нибудь такое случалось? – спросил он, пристально глядя на меня.

Его слова были мрачными, но они зажгли во мне что-то дикое. Мне понравилась его непринужденная уверенность. Он полностью владел ситуацией.

Я отрицательно покачала головой, и он поднял взгляд на мои глаза.

– Держись за стол, – велел он, снимая боксеры.

Его член был твердым и пульсирующим. Я точно помнила, что чувствовала, когда мы занимались сексом в последний раз: как будто мое тело не могло решить, разрывает ли он меня на части или восстанавливает по крупицам. Мне было все равно. Мне нужно было, чтобы он снова оказался во мне, иначе я могла закричать. Возможно, в любом случае я буду кричать.

Он надел презерватив и прижался ко мне сзади. Одной рукой крепко сжал мое бедро, а другой обнял меня за шею, чтобы я не могла от него отвернуться. Я оценила его поддержку. Моя голова начала тяжелеть, но, благодаря его хватке, я могла наблюдать, как он сначала медленно входит в меня, а затем полностью заполняет одним быстрым толчком, будто раскрывал меня и вторгался в мой мир.

– О боже, Лиам, – простонала я, когда он вошел в меня и не двигался, давая привыкнуть к его размерам.

Его глаза были расширены от вожделения, и каждая черта его лица казалась еще более резкой и властной, чем обычно. Его свежевыбритое лицо больше не скрывало сильную челюсть, точеные скулы и идеально пухлые губы.

Он медленно отстранился, и я вздрогнула. Я едва могла отдышаться, и положение, в котором он меня держал, не помогало. Затем он снова вошел в меня, сильно, и я вскрикнула. Это было чистое блаженство.

И этого оказалось достаточно, чтобы подтолкнуть его. Он крепче сжал мою талию и начал быстрее входить в меня сзади. Мое тело врезалось в гранит с каждым толчком его бедер. Его движения были такими быстрыми и контролируемыми, что мне не хватало времени обдумать каждый толчок, прежде чем он переходил к следующему. Он трахал меня во всех смыслах этого слова, и я чувствовала, как мое тело расцветает от вожделения.

Он согнул мою ногу в колене и положил ее на стойку. От этого движения с края стола упала тарелка и с грохотом разбилась об пол. Никому из нас не было до этого дела, потому что Лиам продолжал соблазнять мое тело.

Он приподнял меня так, что моя спина оказалась прижатой к его груди. Его рука обхватила мое горло, и я изогнулась, чтобы поцеловать его. Его язык встретился с моим, когда мои бедра сильнее прижались к нему. Первые волны оргазма пронзили меня, и внезапно я вот-вот должна была кончить. Удовольствие замаячило на горизонте, и я не могла позволить этому исчезнуть.

– Ох, не останавливайся. Не останавливайся, – умоляла я, когда его бедра встречались с моими.

Даже когда он входил в меня быстро и жестко, его движения были рассчитанными и плавными, как будто у него все было под контролем.

– Черт, – простонала я, когда один особенно соблазнительный толчок коснулся чувствительного комочка нервов.

Я обхватила его руками за шею, когда меня настиг оргазм. Мой живот задрожал, и он хрипло застонал мне в ухо, доставляя еще большее удовольствие. Он кончил сразу после меня. Но не отпускал достаточно долго, и, когда излился в меня до капли, я задрожала сильнее, так как меня целиком грозили поглотить нахлынувшие чувства.

– Лиам!

Мне показалось, что этого было слишком много, что мое тело не выдержит наслаждения от наших занятий любовью.

Он утолял мое желание, двигая бедрами в такт моим движениям, пока мы оба не развалились на кухонном полу. Наши тела соприкоснулись, и я упала на него сверху с неконтролируемым, безумным смехом.

– Я имею в виду, серьезно, это даже нечестно. Как девушки вообще уходят от тебя? – спросила я, положив голову ему на грудь.

– А они этого не делают, – съязвил он, заставив мое сердце замереть.

Его слова были безобидной шуткой, но я знала, что это далеко не так.

«Они этого не делают».

О чем, черт возьми, я думала, влюбляясь в такого парня, как он? Всего два месяца назад я зарекалась больше не заводить отношения. Неужели я не смогла бы найти милого, скромного парня моего возраста, который не занимался бы сексом так, словно это было призванием его жизни? Какой же я была дурой, что в третий раз рискнула своим сердцем?

Я рассмеялась при этой мысли. Это было неправдой; я никогда не ставила на карту свое сердце с Треем и Джошем так, как я делала это сейчас с Лиамом. Лиам был не из тех, с кем сомневаются быть или не быть; он был как вирус, вторгающийся в систему и распространяющийся без разрешения. Он делал это с каждой девушкой в Соединенных Штатах, с которой встречался, и, к сожалению, я не была исключением.

Я оттолкнулась от пола и слегка улыбнулась ему, прежде чем направиться в ванную, чтобы принять душ перед ужином.

– Кинс? – спросил он, вставая и выкидывая презерватив.

Я помахала ему рукой и продолжила идти. Я почувствовала, как на глазах навернулись слезы, и поняла, что заводить такой откровенный разговор сразу после занятий любовью было ошибкой с моей стороны. Я всегда чувствовала себя немного более уязвимой после умопомрачительных оргазмов. Может быть, мне просто нужно было несколько минут, чтобы прийти в себя?

Я чувствовала его присутствие позади и знала, что он догонит меня прежде, чем я доберусь до душа. Я ускорила шаг, когда вошла в его ванную. Затем увидела отдельную комнату с туалетом и побежала прямо туда. Он не смог зайти за мной, так как я сразу заперла дверь и опустилась на сиденье, обхватив голову руками.

Он не стал стучать сразу. Возможно, хотел дать мне возможность успокоиться или, может быть, думал, что я действительно просто хочу в туалет. Но когда я не вышла даже после того, как спустила воду, и оставалась внутри еще несколько минут, его голос донесся сквозь массивную древесину.

– Кинс, ты в порядке? – спросил он с такой искренностью, что мне стало еще труднее сдерживать слезы.

– Да… просто прихожу в себя, – честно ответила я.

– Не могла бы ты приходить в себя рядом со мной? Что случилось, детка?

Я услышала движение, и догадалась, что он сел на пол, прислонившись спиной к стене рядом с дверью, затем я поняла, что он не сдвинется с места, пока я не выйду.

– Ты будешь честен со мной, если я спрошу тебя кое о чем? Абсолютно честен? – спросила я, подходя ближе к двери и прижимаясь к ней лбом.

– Да. Просто скажи мне, что происходит. Мы все обсудим.

Я сделала глубокий вдох и приготовила свое сердце к тому, что могу услышать то, чего бы мне не хотелось.

– Я не наивна, что доверяю тебе? Серьезно, Лиам, ты должен быть честен со мной, я могу справиться с правдой… чего я не могу вынести, так это новых отношений с парнем, который недостаточно уважает меня, чтобы быть честным.

Он вздохнул по ту сторону двери.

– Кинс, вытаскивай свою задницу из туалета и поговори со мной с глазу на глаз.

Я раздраженно поджала губы, но повернула ручку и приоткрыла дверь. Он все еще был великолепно обнажен, сидя на полу и глядя на меня снизу вверх серьезным взглядом.

Как только я слегка приоткрыла дверь, он потянулся вперед и резко распахнул ее полностью, вырывая из моих рук. Я слегка вздрогнула, но он покачал головой, как бы говоря мне успокоиться.

– Я не Джош. Я не причиню тебе такой боли. На кухне была просто шутка. Я просто обычный парень, Кинсли. Я хочу того же, чего хочет любой другой парень: иметь девушку, которую он любит и которая любит его в ответ. Я хочу, чтобы между нами было доверие и чтобы мы были открыты друг другу. Наши отношения еще не развились до этой стадии. Знаю, что должен работать, чтобы исправить то дерьмо, которое причинили тебе другие парни, но, пожалуйста, не отгораживайся от меня. Я не могу изменить твое прошлое, Кинсли.

Я кивнула и наконец почувствовала, как слезы текут по моим щекам.

– Я просто ощущала себя испуганной и уязвимой, лежа с тобой на кухонном полу. Ты легко можешь выбить у меня почву из-под ног, когда захочешь… когда будешь готов двигаться дальше.

Он взял меня за руку и потянул вниз, так, что я рухнула к нему на колени. Наши тела были прижаты друг к другу, горячие и потные от занятия любовью, но мне все равно это нравилось.

– Я люблю тебя, Кинсли Брайант. Я люблю тебя за то, что ты не боишься идти к своей мечте. Люблю за то, что у тебя хватило смелости попросить меня показать мои татуировки, когда ты меня даже не знала. Я люблю тебя, потому что ты очень талантливая и в то же время такая скромная. Тебе дан этот потрясающий дар, и ты каждый день стараешься стать еще лучше. Нахождение рядом с тобой вдохновляет меня, и я тебя очень люблю. Пожалуйста, поверь в это.

Я уставилась на его рельефную грудь, которая поднималась и опускалась от тяжелого дыхания, и позволила его словам осесть в моем мозгу. Через несколько мгновений я наконец подняла глаза и одарила его легкой улыбкой.

– Ты ничего не сказал о моем потрясающем теле или сообразительности…

Он засмеялся и покачал головой, но я продолжила, несмотря на свой смех:

– Или о моих удивительных талантах в постели, или о моем потрясающем свисте…

Он начал щекотать меня, и я не могла дальше говорить из-за смеха. Мне пришлось собрать все силы, чтобы отбиться от него.

– А-а-а, остановись Лиам Уайлдер. Прямо сейчас! – потребовала я, но он не повиновался моему резкому тону.

Он поднял меня с пола и понес в душ, подставив нас обоих под струю теплой воды. Он продолжал обнимать меня, позволяя воде литься на нас обоих.

– Кстати, я принимаю противозачаточные и чиста, знаешь… Если в следующий раз мы захотим…

Он поцеловал меня, прежде чем я смогла продолжить.

– Я проверялся перед тем, как мы начали встречаться, так что согласен, больше никаких презервативов.

Я улыбнулась.

– Отлично. Тогда давай попробуем прямо сейчас.

Он засмеялся и плеснул на меня водой.

– Ты ненасытна, но я люблю тебя, – пробормотал он, целуя меня в губы. – Я люблю тебя, – повторил он, оставляя по поцелую на каждой щеке.

Когда я открыла рот, чтобы сказать ему, что тоже его люблю, он поцеловал меня так, что у меня перехватило дыхание, и я так и не смогла этого сделать. Думаю, что проворный хитрец сделал это нарочно.

– Ты уверена, что это хорошая идея? – спросила Бекка, когда мы уселись на моей кровати, прижавшись друг к другу, за ноутбуком.

Я наконец-то собиралась выйти в интернет и посмотреть, что обо мне пишут. Я знала, что это плохая идея, но меня снедало любопытство, и я должна была все узнать.

– Нет, это ужасная идея, но, поскольку мы уже задернули шторы и заперли дверь, у нас нет выбора.

– Ну… думаю, это так не работает, Кинсли, – рассмеялась Бекка.

– У нас нет выбора, Бекка! – драматично повторила я.

– Как скажешь, чудачка.

За последние несколько недель моя жизнь полностью перевернулась с ног на голову. Раньше я воспринимала свою прежнюю жизнь как должное. Походы в продуктовый магазин, на тренировки, в ресторан – я больше не могла делать ничего из этого без того, чтобы папарацци не отслеживали каждый мой шаг. При том, что я даже не делала ничего интересного! Если бы я выходила из клуба в два часа ночи, а на моем носу красовался белый порошок, то, конечно, я могла стать звездой Instagram[20], но тащить пакеты из Whole Foods к машине мне не казалось чем-то интересным.

Вот почему я должна была посмотреть, о чем они пишут, – почему я все еще заслуживала внимания прессы?

Бекка открыла один из популярных сайтов сплетен о знаменитостях, и мы подождали, пока он загрузится. Первые несколько статей были о реальных знаменитостях, которые занимались вещами, которые на самом деле были от части интересными: изменяли, устраивали вечеринки и легкомысленно тратили свои деньги.

Затем всплыло мое имя, а под ним фотография, на которой мы с Лиамом, держась за руки, выходим из Starbucks. Я была готова к худшему, поэтому, когда увидела комментарий под фотографией: «Самая любимая футбольная пара Америки», у меня перехватило дыхание. Они явно ошиблись; на этой фотографии даже не были показаны реальные детали. Под стильными солнечными очками на мне не было макияжа, и они решили, что мои волосы выглядят модно, хотя в тот день я их даже не мыла, а на футболке спереди было кофейное пятно, которое явно было отфотошоплено. Я улыбалась Лиаму, потому что он высмеивал меня за то, что я оказалась неуклюжей и пролила свой кофе. Я имею в виду, конечно, мы были счастливы и мы были парой, но что касается того, что мы были похожи на «любимчиков Америки»… они точно все неправильно поняли.

Бекка пролистала страницу до раздела комментариев, и вот тут-то и разгорелись настоящие споры. Там были тысячи и тысячи комментариев о том, достаточно ли я хороша, сексуальна, симпатична, стильно одета, чтобы встречаться с Лиамом Уайлдером. Бекка не давала мне внимательно вчитываться в каждое, но комментарии, которые я успела прочитать, разрывали меня на части. Некоторые утверждения были слишком нелепыми, чтобы их игнорировать.

«Он должен встречаться с блондинкой». «Он должен быть с республиканкой». «Ему следует встречаться с еврейкой».

– Ух ты. Люди очень разборчивы по поводу того, с кем Лиам ходит на свидания. Прям чрезмерно самоуверенны в том, что знают лучше. И почему их волнует, пользуюсь ли я определенным брендом шампуня или нет? – прокомментировала я, когда Бекка перешла на другой сайт.

– Наверное, чтобы убедиться в том, что ты не пользуешься шампунем, который тестирует свою продукцию на животных. Они пишут, что не хотят, чтобы Лиам встречался с девушкой, которая жестоко обращается с животными.

О боже. Я не убивала обезьян.

На следующем сайте, который она открыла, была наша с Лиамом фотография на пляже возле его дома. Я вспомнила, что в тот день видела папарацци и Лиам хотел вернуться в дом, но я не собиралась позволять им испортить нам день. Теперь я жалею, что не послушалась. Увидев, как мое тело в бикини разлетелось по интернету, я почувствовала себя странно. Фотографии даже близко не были порнографическими, но мне показалось, что я должна решить, позволять ли им использовать мои фотографии в бикини или нет.

Не помогло и то, что Лиам втирал лосьон мне в спину и притяжение между нами было заметно даже через экран компьютера. Если бы рядом с фотографией была прикреплена аудиозапись, я бы наверняка на ней стонала.

– Ты хочешь продолжить? – спросила Бекка, устало глядя на меня.

– Давай еще немного, – сказала я, зная, что чувство тошноты в животе никуда не денется, даже если я сейчас перестану смотреть.

Я должна была остановиться.

Почему, черт возьми, я не остановилась?

Следующие несколько сайтов явно рассматривали ситуацию под другим углом. Все они говорили о противоречиях, к которым привлекла своим высказыванием Тара: Лиам встречался со мной, когда был моим тренером, о нашей разнице в возрасте, о его разгульном прошлом и о том, как я сама его соблазнила. Все это было полной чушью. В конце концов, СМИ и так приукрасили его прошлое, но мне все равно было больно осознавать, что некоторые люди судят обо мне, основываясь на этой информации. И не только некоторые люди, тысячи людей, которые меня совсем не знали.

Я была удивлена, обнаружив немало новых комментариев от Тары. Похоже, угрозы адвокатов моего отца не заставили ее замолчать, и меня бесило, что она все еще продолжает извергать свою ложь.

– Я собираюсь поговорить с ней, – заявила я, вскакивая с кровати.

Бекка села, ее брови в шоке полезли на лоб.

– С кем? С Тарой?

– Да, – сказала я, потянувшись за телефоном.

У меня все еще был ее номер с тех пор, как она играла в нашей футбольной команде.

– Сначала позвони Лиаму, думаю он хотел бы быть в курсе, – сказала Бекка, вставая с кровати и выходя из комнаты, чтобы оставить меня одну.

Я жестом показала, что это займет секунду. Она ответила грубым жестом, приглашающим подрочить. Никогда не меняйся, Бекка.

Я подумала, что Лиам, возможно, все еще на тренировке, но, когда он ответил, у меня внутри все оборвалось. Черт, я собиралась оставить расплывчатое сообщение, чтобы снять с себя подозрения… теперь я действительно должна была быть с ним честной.

– Привет, детка, я как раз закончил тренировку. Как дела?

Его голос был спокойным, и это почти стерло весь мой гнев по отношению к Таре. Но не совсем.

– Привет. Я думаю позвонить Таре и спросить, не хочет ли она встретиться со мной за чашечкой кофе, чтобы поговорить…

В трубке повисло молчание, и я услышала, как он возится с ключами и садится в машину.

– Зачем тебе это нужно?

Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями, чтобы составить связные предложения.

– Потому что она все еще ведет кампанию ненависти против меня, и, возможно, если мы встретимся и поговорим, то кое-что между нами можно будет уладить. Очевидно, что она никак не отреагировала на моих родителей, но, может быть, я хотя бы смогу понять, почему она это делает.

– Чтобы привлечь к себе внимание, Кинсли. Она хочет быть в центре внимания, и ты это знаешь. Она не может добиться этого сама, поэтому постоянно упоминает твое имя.

Я вздохнула.

– Ну, я все еще считаю, что это может помочь.

Он завел машину, прежде чем ответить.

– Я не собираюсь тебя останавливать, но я бы хотел, чтобы ты назначила встречу днем в каком-нибудь людном месте.

– Она не убийца, Лиам.

– Может, и нет, но она определенно сумасшедшая, и я бы предпочел не беспокоиться о твоей безопасности, – вздохнул он. – Я все еще думаю, что это плохая идея…

Я расхаживала по своей комнате, обдумывая план.

– Хорошо. Я обещаю сделать так, как ты просишь, и буду держать тебя в курсе. Хорошо?

– Хорошо. Позвони мне позже. Я бы хотел, чтобы ты была у меня дома, когда я вернусь.

Я улыбнулась, глядя в экран телефона.

– Знаю, но я обещала Бекке, что проведу с ней немного времени вместе сегодня. Завтра я вся твоя, – пообещала я.

– Хорошо, люблю тебя. Удачи, – сказал он, прежде чем завершить звонок.

Мое сердце трепетало, как и прежде, каждый раз, когда он произносил эти слова. Я считала каждый раз. Это был уже десятый, и это все еще казалось нереальным.

Следующий телефонный звонок будет не таким простым. Я пролистала список контактов, пока не добралась до буквы «Т». Имя Тары стояло первым, и я нажала на звонок, прежде чем дать себе время передумать. Каждый последующий гудок, казалось, длился целую вечность, и я гадала: возьмет ли она трубку или нет?

Затем телефон издал щелчок, сообщая о том, что меня соединили с абонентом.

– Кинсли Брайант. – Она произнесла мое имя так, словно это было что-то отвратительное, прилипшее к подошве ее ботинка.

– Тара. Привет. У тебя найдется минутка, чтобы поговорить?

Она вздохнула раздраженным тоном.

– Не совсем, но я уже слушаю, так что неважно.

Сохраняй спокойствие. Сохраняй спокойствие.

– Ладно, вообще-то, я звоню, чтобы узнать, не согласишься ли ты встретиться со мной завтра за чашечкой кофе?

– С какой стати мне это делать? Из-за тебя меня выгнали из футбольной команды, потому что ты не смогла сдержать свои распутные гормоны.

Ладно. Значит, с момента нашего последнего разговора ей не делали пересадку личности. Очень жаль.

– Тара, думаю, мы обе знаем, что ты хочешь встретиться со мной так же сильно, как и я. Подумай о фотографиях, которые сделают папарацци, чтобы запечатлеть нас вместе. Я даже соглашусь посидеть на террасе кафе, чтобы у них вышли лучшие фото.

Я вела себя как стерва, но в этот момент она мне не уступала.

– Думаешь, что ты такая важная персона, Кинсли? Ладно, я встречусь с тобой завтра, но только потому, что хочу в последний раз увидеть это тупое выражение на твоем лице.

– Отлично. Я позволю тебе выбрать место. Давай встретимся около трех.

Затем я отключила звонок, прежде чем она успела возразить.

Тупое выражение на моем лице?

Я на мгновение замерла, осознав, что только что сделала, и тут же пожалела об этом.

– Бекка! – прокричала я и секунду спустя услышала ее шаги по коридору.

Когда она открыла мою дверь, я повернулась к ней лицом и торжественно произнесла:

– Завтра в три часа дня я встречаюсь с дьяволом.

Бекка прищурилась, кивнула и вошла в мою комнату.

– Ну что ж, тогда, думаю, нам лучше досмотреть оставшиеся серии «Игры престолов» сегодня вечером, на случай, если завтра тебя убьют.

На следующий день в центре Лос-Анджелеса было оживленно, так что мне пришлось припарковаться за несколько улиц от назначенного места. Кофейня, которую выбрала Тара, была почти пуста, что позволило мне легко заметить ее светлые волосы, как только я подошла к столику на террасе.

Я пошутила, когда говорила, что мы можем занять места на улице, чтобы папарацци могли нас сфотографировать, но, видимо, Тара не могла упустить такую прекрасную возможность. Я была еще больше рада тому, что Бекка помогла мне завить мои блестящие каштановые волосы. В качестве наряда мы выбрали хлопковое платье, которое я дополнила легким летним шарфом и моими любимыми дизайнерскими туфлями на плоской подошве. В кои-то веки папарацци могли сфотографировать меня не только после тренировки, когда я выглядела наиболее паршиво.

– Привет, Тара.

Я улыбнулась, когда подошла к столику. Она проверяла свой телефон – без сомнения, гуглила себя, – поэтому не заметила, как я подошла. В ту секунду, когда она услышала мой голос, ее уши навострились, и она перевела свой злобный взгляд на меня. Тара была главной причиной, по которой не стоит судить о книге по обложке. Она выглядела красивой и довольно милой. За ее прекрасными чертами скрывался безумный характер, и я все никак не могла понять, как она превратилась в такую стерву.

– Привет, Кинсли. Пожалуйста, присаживайся.

На мгновение я подумала, что она действительно собирается быть вежливой.

– Ты загораживаешь солнце, а я хотела бы немного загореть, пока мы разговариваем.

Ага, ничего не поменялось.

– Хорошо, – сказала я, опускаясь на стул напротив нее и кладя сумочку на колени.

Я вытащила свой мобильный телефон и убедилась, что диктофон был включен и обращен в ее сторону, прежде чем небрежно бросить его себе на колени.

– Как дела, Тара? – спросила я.

– Прекрати нести всю эту чушь. Чего ты хочешь?

Она действительно не собиралась облегчать мне задачу. Я сложила руки на коленях.

– Я хочу извиниться за то, как себя повела. Мне не следовало начинать встречаться с Лиамом, пока он был нашим тренером, и если бы я лучше следила за своим поведением, то тебя, возможно, не выгнали бы из команды.

Очевидно, мои извинения были последним, чего она ожидала услышать, потому что на ее лице появилось удивленное выражение.

– Ой, прекрати. Любая из нас могла начать встречаться с Лиамом. Просто ты была первой, кто раздвинула перед ним ноги. Так что не думай, что ты такая особенная, потому что отсосала у него в кабинете, а теперь считаешь, что ты на самом деле его девушка.

Я почувствовала, как мои брови взлетели наверх. Что ж, похоже, все пройдет не так гладко, как я рассчитывала.

Тогда ладно. Перейдем к плану «Б».

– Ну, если ты не злишься на меня из-за этого, то я немного не понимаю: почему ты все еще поливаешь меня грязью в прессе? Я видела несколько твоих высказываний, которые направлены непосредственно против меня.

Она закатила глаза и откинулась на спинку стула, как будто ей наскучил этот разговор.

– Я делаю то, что должна, чтобы оставаться в центре внимания общественности. Я поставила точку во всем этом футбольном дерьме, и теперь у меня есть больше времени, чтобы посвятить его своей карьере.

– Твоей карьере? – спросила я, стараясь, чтобы мой тон оставался непринужденным.

– Я работаю начинающей моделью и актрисой, – ответила она, как будто я была идиоткой, раз не знала об этом.

– Ох, это потрясающе. Думаю, у тебя все получится.

И я действительно это имела в виду. Она была драматичной, сумасшедшей и красивой. Кто может подойти лучше на роль злодейки в кино, чем человек, который на самом деле играет эту роль в реальной жизни?

– Спасибо, но мне плевать на твое мнение.

Я кивнула и на мгновение перевела взгляд на улицу. Вспышки камер привлекли мое внимание и напомнили о предстоящей задаче.

– Итак, если ты сейчас сосредоточена на своей карьере, возможно, мы сможем прийти к взаимопониманию… – начала я.

– И как именно? – Она недоверчиво приподняла бровь.

– Ты должна перестать прославлять свое имя, затягивая меня на дно. Эта история затухнет, и в конце концов люди все забудут. Не говоря уже о том, что всем станет понятно, что на самом деле я очень скучный человек, и им будет все равно, что я ем на обед или как пью свой кофе. Это не будет длиться вечно, так что нет причин откладывать неизбежное.

Порочная улыбка расцвела на ее губах.

– Кинсли. Прелесть свободы слова в этой стране состоит в том, что я могу говорить все что захочу и когда захочу. Если решу и дальше лгать о тебе прессе, то так и сделаю, потому что на самом деле мне наплевать на тебя или на Лиама. Я хочу, чтобы история стала сенсацией. Поэтому весь этот разговор просто колоссальная трата твоего времени. На самом деле, теперь я думаю, что мне будет еще веселее говорить о тебе с прессой, потому что я знаю, что это тебя беспокоит. Честно говоря, Кинсли, ты слишком упрощаешь мне жизнь.

Признаюсь, лишь малая часть меня надеялась, что Тара прозреет и изменит свое мнение. Остальные девяносто девять процентов гордились тем фактом, что я с самого начала была права, разрабатывая свой план.

Я протянула руку и положила телефон на стол, чтобы Тара могла видеть запись диктофона на экране. Затем я нажала на паузу и посмотрела на нее с уверенной улыбкой.

– Знаешь, ты считаешь себя такой замечательной, Тара, но то, что ты делаешь на самом деле, противоречит закону.

– Ой, пожалуйста, я бы с удовольствием посмотрела на то, как ты попытаешься подать на меня в суд.

Я рассмеялась и увидела, как выражение ее безупречного лица начало давать трещину.

– Нет. Я не собираюсь подавать на тебя в суд. Мне наплевать на твои деньги. Меня интересует только общественное мнение. Видишь ли, вчера я встретилась с адвокатом и подала иск на судебный запрет. Я изложила все факты, касающиеся твоей дедовщины и издевательств в команде, а затем попросила других девушек и тренера Дэвис подтвердить мои слова.

Это была полная чушь, но она на это купилась. На ее маске была огромная трещина прямо посередине.

– Но все же я подумала, что этого окажется недостаточно, Тара, потому что, давай посмотрим правде в глаза, ты самая ненормальная стерва, которую я когда-либо встречала. Поэтому я назначила эту встречу, чтобы ты лично призналась в том, как лжешь прессе про меня, и все это ради того, чтобы стать известной.

Она усмехнулась.

– Мне плевать, Кинсли. Ты думаешь, что превзошла меня, но ты понятия не имеешь, с кем имеешь дело.

– Никто не любит тех, кто издевается над людьми, Тара, и теперь у меня есть доказательства. Так что, если ты еще что-нибудь скажешь обо мне в прессе, я опубликую запись, и мы посмотрим, что Америка подумает о тебе.

– Что это подделка, – запротестовала она, все еще сохраняя уверенный вид.

– Может, и так, но твой голос довольно узнаваем. И знаешь, что самое забавное в СМИ? Они все хотят заполучить самую интересную историю. Так что же может быть лучше, чем правдивая история, которая к тому же довольна интересна? И почему бы тебе не подумать, что будет продаваться лучше всего? Статья, заголовок которой гласит: «Кинсли Брайант снова отправляется на футбольную тренировку» или «Сумасшедшая экс-футболистка команды Университета Лос-Анджелеса, преследующая любимицу Америки»?

Я не была любимицей Америки даже близко, но ей необязательно было это знать.

Между нами повисла многозначительная пауза, и я поняла, что наконец-то смогла достучаться до нее. Несмотря на то что Тара была немного сумасшедшей, она все же была достаточно сообразительной и понимала, что ей грозит.

– В таком случае я могла бы просто ответить тебе чем-то большим. Например, рассказать больше подробностей о ваших отношениях с Лиамом, – сказала она, цепляясь за свою последнюю надежду.

– Да, ты могла бы. Или мы можем остановить весь этот спектакль прямо сейчас. Ты можешь уйти, сохранив хоть немного своего достоинства, а я могу забыть, что у меня вообще есть эта запись, – сказала я, поднимая свой телефон со стола и убирая его обратно в сумочку.

– Ты такая же стерва, как и я, – выплюнула она, пытаясь встать.

Металлические ножки ее стула заскрежетали по бетону.

– Может быть. А может, я просто могу выпустить когти, когда кто-то загоняет меня в угол, – ровным тоном предположила я.

Я понятия не имела, какой путь она выберет, но у меня было предчувствие, что мои слова наконец-то на нее подействовали.

Она встала, бросив в мою сторону последний злобный взгляд, прежде чем уйти. Объективы фотоаппаратов защелкали с новой силой, пока я немного посидела, перебирая в памяти события последних нескольких минут, прежде чем достать телефон и позвонить Бекке.

– Кинсли! Как все прошло? Ты жива или звонишь мне с того света? – спросила Бекка, как только ответила на звонок.

Я откинула голову назад и рассмеялась, почувствовав себя легче после этого разговора с выяснением отношений.

– Мне действительно кажется, что теперь она отступит. Я, конечно, не узнаю наверняка, пока не пройдет достаточно времени, но она будет настоящей идиоткой, если не послушает меня и не будет двигаться дальше.

– Я надеюсь на это.

Я взглянула на часы.

– Эй, давай я перезвоню тебе, когда приеду к Лиаму. У него скоро закончится тренировка, и я хочу вернуться домой раньше него.

– Почему?

– Тебе лучше не знать, – рассмеялась я.

– О боже, фу. Ты собираешься встретить его голой или что-то в этом роде?

– Бекка! Перестань! У нас должны быть хоть какие-то границы, – рассмеялась я, вставая со стула и хватая свою сумочку.

Она не могла перестать смеяться.

– Дай мне знать, как все пройдет. – Затем она замолчала. – Хотя если подумать, то не рассказывай мне ничего об этом.

– Ха-ха. Увидимся завтра на тренировке.

– Пока, Кинс.

Я закончила звонок как раз в тот момент, когда меня ослепила вспышка фотоаппарата. Я моргнула, пытаясь прояснить зрение, а затем подняла взгляд и увидела мужчину, стоящего прямо передо мной. Обычно папарацци держались на расстоянии, чтобы проявить хоть немного уважения, но этот парень, очевидно, не соблюдал эти правила. У него была длинная и неопрятная борода, а глаза казались дикими. Я увидела, как по его лбу стекает пот, когда он наклонился ближе.

Я почти открыла рот, чтобы высказать ему свое недовольство, но, так как уже собиралась уходить, решила просто оставить все как есть. Я развернулась на каблуках и направилась к выходу, но мужчина опередил меня. Он шел впереди, постоянно щелкая затвором камеры, так что мне пришлось поднять руку, чтобы спрятать свое лицо.

– Пожалуйста, отойдите. Вы находитесь слишком близко… Это неприемлемо.

– Я просто делаю свою работу, – ответил он, пожав плечами и продолжая идти прямо передо мной, вспышки его фотоаппарата продолжали ослеплять меня одна за другой.

Меня бесил тот факт, что моя машина была припаркована в нескольких кварталах отсюда. Я скрестила руки на груди и опустила голову, но это его не остановило. Как только мы отошли от кафе, он начал задавать мне вопрос за вопросом.

– Ты встречаешься с Лиамом Уайлдером? Ты спала с ним?

– Я не собираюсь отвечать ни на один из ваших вопросов, – ответила я, пытаясь обойти его, но он был неумолим.

– Он тебе понравился, потому что был твоим тренером? Это он лишил тебя девственности?

– Вы должны оставить меня в покое! – закричала я и ускорила шаг.

Его вопросы были жестокими и грубыми. От них по моей коже побежали мурашки, и я еще сильнее обхватила себя руками. Мужчина продолжал бежать за мной, и только тогда я заметила, насколько ненормальными были его движения. Этот парень был явно под кайфом или в стельку пьян. Ни один трезвый человек не стал бы себя так вести.

– Эй! Просто попозируй для меня, гребаная принцесса, – сказал он, потянувшись вперед и схватив меня за руку своими потными пальцами.

Я мгновенно отпрянула, пытаясь высвободиться из его хватки, но, когда он отпустил меня, я по инерции отлетела назад и ударилась локтем и головой об асфальт. Боль пронзила мой затылок, и я закричала. На мгновение перед моим взором заплясали звездочки, когда я зажмурилась, ожидая, пока боль утихнет.

Черт возьми.

Он схватил меня.

Я вскочила и попыталась сориентироваться. Мне не следовало сразу вставать из-за травмы головы, но инстинкт выживания взял верх, и я поняла, что не могу оставаться просто лежать. Мужчина снова начал приближаться ко мне, поэтому я потянулась за мобильным телефоном и попыталась не обращать внимания на пятна крови на своих руках.

– Я позвоню в девять-один-один, если ты не оставишь меня в покое, – закричала я дрожащим голосом, когда его темные глаза встретились с моими.

– Эй! Не приближайся к ней! – раздался приятный голос позади него.

Я моргнула, пытаясь привести в порядок зрение. Из магазина неподалеку только что вышли несколько женщин, которые, вероятно, наблюдали всю недавнюю сцену. Одна из них уже разговаривала с кем-то по телефону.

– Я звоню в полицию, – сказала она мужчине.

Он мгновенно сунул камеру в сумку и пробежал мимо меня.

– Милая, с тобой все в порядке? – спросила одна из женщин, осматривая меня.

Я попыталась ответить, но вместо этого просто кивнула, а по моему лицу потекли слезы. Другая женщина связалась с полицией, и я подробно рассказала им обо всем, что случилось, описав внешность мужчины. Во время разговора женщины столпились вокруг меня и похлопывали по спине. Они успокоили меня настолько, что я смогла говорить с полицейским связными предложениями. После окончания разговора я поблагодарила женщин за помощь и запротестовала, когда они попытались проводить меня до машины. В Западном Лос-Анджелесе было еще светло, и никто, кроме накачанных наркотиками папарацци, не стал бы обращать на меня внимания.

Однако как только я оказалась в своей машине, то позвонила Лиаму и слезы снова навернулись на глаза.

– Кинс, хорошие новости, я немного пораньше закончил тренировку и уже принял душ и собираюсь домой.

Я всхлипнула в трубку, пытаясь успокоить свои нервы, чтобы поговорить с ним.

– Кинсли? Малышка? Что случилось? – Его голос становился все более напуганным и требовательным, по мере того как мое молчание из-за слез затягивалось. – Кинсли, с тобой все в порядке? Ты ранена?

– Лиам, – начала я, сделав глубокий вдох. – Я шла к своей машине, и какой-то парень все пытался меня сфотографировать. Он схватил меня, и я упала, ударившись головой.

– Что? Где ты?

– Все не так уж и плохо. – Я протянула назад свою руку и ощупала кожу головы, замечая, что у меня течет кровь. – О, хотя, наверное, все может быть не очень хорошо. Я точно не уверенна.

– Кинсли, где ты? – снова спросил он резким тоном.

– В западной части Лос-Анджелеса, недалеко от Сансет.

– Ты в безопасности?

– Я в своей машине, двери заперты.

– Оставайся на месте. Я заеду за тобой. Мне нужно позвонить в девять-один-один?

– Нет, нет. Все в порядке. Я уже поговорила с полицией. Я просто… это немного сбило меня с толку.

– Хорошо. С тобой все будет в порядке. Не вешай трубку. Я всего в пяти минутах езды.

Я откинула голову на спинку сиденья и закрыла глаза, позволяя звуку его дыхания успокоить мое учащенное сердцебиение.

– Я только что подъехал. Держись, детка, – сказал Лиам.

Я открыла глаза и посмотрела в зеркало заднего вида, чтобы увидеть, как он выпрыгивает из машины и бежит в мою сторону. Я открыла дверь как раз в тот момент, когда он обогнул машину и сел за руль. Мои слезы почти прекратили литься, пока я разговаривала с ним по телефону, но теперь, когда он был рядом и обнимал меня, я почувствовала, как все эмоции нахлынули снова. Он прижал меня к своей груди, успокаивая и поглаживая меня по спине другой рукой.

– Ты в безопасности. Ты в безопасности, – повторял он, пока мои рыдания не стихли и в основном не остался звук того, как я шмыгала носом.

– У тебя все еще идет кровь, нам нужно в больницу, чтобы они осмотрели повреждения, – сказал Лиам, убирая руку с моей головы и наблюдая на ней кровь.

Мне стало бы плохо от вида крови, если бы я не беспокоилась о том, что мне, возможно, придется накладывать швы.

– У тебя еще что-нибудь болит? – спросил он, оглядывая меня с ног до головы.

Сначала адреналин, бурлящий в моих венах, не давал мне замечать боли, но теперь я поняла, что у меня было еще несколько царапин и ушибов. Мой локоть все еще кровоточил, и ладонь, на которую я приземлилась, тоже была поцарапана.

– Всего лишь несколько небольших ссадин, – ответила я, – но у меня сильно болит голова.

Лиам стиснул зубы и кивнул.

– Пойдем, – сказал он, протягивая руку, чтобы схватить мою сумочку, а затем приподнял меня с сиденья.

Он обнимал меня за плечи, придерживая, пока мы шли к его машине. Мои ноги вполне могли нормально передвигаться, но я знала, что он был так же напуган, как и я несколько минут назад. Возможно, ему было легче оттого, что он мог мне помочь.

По дороге к его дому мы заехали в больницу неотложной помощи, и мне на затылок наложили шесть швов. Врач объяснил, что раны на голове кровоточат гораздо сильнее, чем другие, но нам все равно стоило обратиться в больницу при появлении любых симптомов сотрясения мозга.

Пока я приводила себя в порядок, Лиам позвонил тренеру Дэвис и объяснил, что завтра я пропущу тренировку и позже дам ей знать, как у меня дела. Честно говоря, после осмотра у врача я вернулась в машину Лиама и почувствовала себя намного лучше. Я была уставшей и измученной, но мне было гораздо лучше.

Большую часть пути до его дома мы молчали. Лиам держал руку на моем колене и все время поглядывал на меня, сжимая пальцы, чтобы убедиться в том, что я не сплю. Думаю, я просто была эмоционально вымотана. Обычно я лучше переносила боль. В конце концов, футбол – это напряженный вид спорта, но многие эмоции и слезы были вызваны словесными оскорблениями мужчины, а не травмами.

– Я все еще продолжаю слышать голос этого парня, – призналась я, когда мы были в нескольких минутах от дома Лиама.

– Он просил тебя сделать несколько снимков? – спросил Лиам, с опаской глядя на меня.

– Да, он требовал попозировать ему для фото, но также задавал о нас очень личные вопросы. Он спросил, лишил ли ты меня девственности и начала ли я встречаться с тобой из-за того, что ты был моим тренером… ну и все в этом духе.

Рука Лиама еще крепче сжала руль, и я поняла, что мое признание ему не понравилось. Нужно было упустить эти детали, но слова папарацци были настолько мерзкими, что я не хотела держать их при себе и позволить им проникнуть в мое сознание.

– Этого больше не повторится. Я позабочусь об этом. Ты слышишь меня, Кинсли? Я никогда не подпущу, чтобы он вновь приближался к тебе, – резко бросил Лиам.

Я кивнула и посмотрела в пассажирское окно. Лиам не мог быть со мной все время, но я верила, что он будет оберегать меня, когда сможет, и это все, что имело значение.

Когда мы приехали к нему домой, он помог мне выйти из машины, а затем повел прямо в ванную. Я прислонилась спиной к раковине, и он медленно помог мне снять платье, лифчик и трусики. Его прикосновение к моей коже было нежным и успокаивающим, и я вздохнула, позволяя ему удерживать мой вес. Он наполнил ванну теплой водой с пеной, а затем осторожно меня в нее опустил.

Когда я устроилась поудобнее, он поцеловал меня в макушку и направился к двери ванной.

– Отдохни немного. Я собираюсь приготовить ужин, – сказал он с натянутой улыбкой.

Я знала, что он еще не оправился от событий этого дня, но и я тоже.

– Лиам, – позвала я, привлекая его внимание.

Он обернулся, стоя в дверях, и на краткий миг я позволила себе полюбоваться его красивыми чертами: пухлыми губами, прямым носом и точеным подбородком.

– Я люблю тебя.

Он на мгновение закрыл глаза, словно впитывая мои слова, а затем улыбнулся и ответил:

– Я тоже тебя люблю.

За ужином он предложил мне переехать к нему. Я прожевывала спагетти, когда он сказал просто и ясно:

– Переезжай ко мне.

Мое сердце на мгновение замерло. И когда я закончила жевать, то посмотрела на него так, словно он сошел с ума.

– Сюда? – спросила я.

– Неважно куда. Если тебе не нравится этот дом, я куплю другой.

На самом деле я не это имела в виду, просто не могла поверить в искренность его просьбы.

– Мы встречаемся только два месяца, – заявила я, как будто он мог это забыть.

– Вообще-то, два с половиной, но это не имеет значения.

– Это из-за того, что произошло сегодня? – спросила я, кладя вилку на край тарелки.

Он вздохнул.

– Отчасти да. Но я с самого начала хотел, чтобы ты всегда была рядом со мной. У нас плотный график, поэтому нам было бы разумно жить вместе. Когда я не тренируюсь или не занят рекламными контрактами, я хочу проводить время с тобой.

– Но…

Я даже не могла сформулировать все свои протесты в один связный список. Я была еще слишком молода и должна была жить в доме с другими новичками, я скучала бы по Бекке, и мои родители сошли бы с ума, а наши отношения были еще такими свежими. Любая из этих причин была веской, но я знала, что они были недостаточно хороши для Лиама, и, честно говоря, часть меня, очень большая часть меня, считала, что они также были недостаточно хороши для меня.

– Могу я подумать об этом? – спросила я мягким тоном.

Его пристальный взгляд скользнул по мне, впитывая черты моего лица.

– Конечно. Это важное решение.

– И ты на сто процентов в этом уверен? Ты не пожалеешь об этом утром?

Уголки его губ приподнялись, и он покачал головой.

– Нет, поэтому ты не можешь использовать это как оправдание.

Я улыбнулась и отправила в рот еще одну вилку спагетти, надеясь сделать паузу в разговоре, пока у меня не перестанет болеть голова.

Мы доели остатки ужина, и Лиам быстро прибрался на кухне, пока я укладывалась в постель. Мне нравилась его кровать. Она была слишком большой во всех отношениях, со слишком большим количеством подушек и легких воздушных одеял, которые лежали слоями одно на другом. Забравшись в нее, я почувствовала себя крошечной, и большую часть времени мне не хотелось ее покидать.

Через несколько минут он вошел в спальню, неся для меня две таблетки ибупрофена и стакан воды.

– Вот, прими перед сном, иначе проснешься в ужасном состоянии, – сказал он, протягивая мне лекарство.

– Ничего, если я усну? – спросила я, опасаясь, что у меня все еще могло быть сотрясение мозга.

Лиам кивнул и убрал волосы с моего лица.

– Врач сказал, что ты можешь спать спокойно.

Я проглотила таблетки, когда Лиам пересек комнату, чтобы переодеться в пижаму. Он стянул с себя футболку и бросил ее в корзину для грязного белья, и на мгновение мне стало трудно дышать. Это было зрелище, к которому я, наверное, никогда не привыкну: загорелая кожа и рельефные мышцы, достойные профессионального спортсмена. Мне нравился каждый изгиб, и я даже не потрудилась отвернуться, когда он обернулся и увидел, что я наблюдаю за ним.

– Предполагалось, что ты будешь спать, – пошутил он, снимая джинсы и отбрасывая их в сторону, чтобы надеть пижамные штаны.

Я скользнула взглядом по его телу, упиваясь его видом и пытаясь усмирить свои бушующие гормоны. Я была уставшей и травмированной, и вы могли бы подумать, что этого будет достаточно, чтобы я не возбуждалась при виде Лиама, но, к сожалению, ничто не могло этого предотвратить.

– Я не могу уснуть из-за тебя, – сказала я с дерзкой улыбкой.

Я села поверх одеяла, скрестив свои длинные ноги в лодыжках. Моя ночная рубашка едва доставала до верхней части загорелых бедер, и взгляд Лиама скользнул по ним, а затем вернулся ко мне.

Он медленно подошел к кровати, забыв о своих пижамных штанах. Я уже видела, как под трусами растет его эрекция, и облизала губы в предвкушении следующих нескольких минут.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, бросив на меня озорной взгляд.

– Хорошо, – ответила я.

Чтобы вывести меня из игры, потребовалось бы огнестрельное ранение.

– А как твои ноги? Не болят? – спросил он, нежно массируя мои ступни.

Я немного боялась щекотки, но он двигался настолько нежно, что мне было только приятно. Как только я покачала головой, он перебрался выше.

– А как твои икры? Они в порядке?

Его взгляд становился все темнее, пристальнее, и я почувствовала, что начинаю тяжелее дышать.

– Да, – сказала я, слегка раздвигая ноги, чтобы дать ему понять, что хочу продолжения.

Он коснулся моих коленей и нежно помассировал их.

– Твои бедра тоже не болят? – спросил он, скользя пальцами по внутренней стороне моих бедер и задирая мою рубашку, открывая вид на трусики.

Его дыхание коснулось моей кожи, и мой живот задрожал в ответ. От того, как нежно его пальцы впились в мою плоть, я застонала. Он даже не приблизился к своей конечной цели, а я уже была близка к тому, чтобы потеряться в ощущениях.

– Лиам, мне так приятно, – простонала я, когда его большие пальцы медленно поднялись выше по моему бедру.

Я чувствовала его эрекцию у своей икры, и мне пришлось прикусить губу, чтобы не умолять его поторопиться. Я не хотела спешить, не тогда, когда его прикосновения стирали всю грусть и боль этого дня.

– Тебе от этого становится лучше, детка? – спросил он, когда его палец скользнул по внешней стороне моих трусиков.

Я откинула голову назад, лежа на локтях, и застонала, глядя в потолок его спальни. Моя рана на голове слегка саднила, но эта боль была ничем по сравнению с удовольствием, которое доставлял мне его палец.

– Да, это заставляет меня чувствовать себя… очень хорошо. – Мой голос прервался на полуслове, когда он отодвинул трусики в сторону.

– Ляг на спину и раздвинь для меня свои ноги. Я не хочу, чтобы ты двигалась. Тебе нужно отдохнуть, – сказал он, прежде чем прижаться ко мне губами.

Он велел мне лежать неподвижно, но ничего не сказал о том, чтобы схватить его за волосы и стонать, требуя продолжения. Я не смогла удержаться и изогнула бедра так, чтобы его рот коснулся меня под идеальным углом. Его пальцы и язык работали в тандеме, доводя меня до грани. Мгновение я наблюдала за соблазнительным ритмом его пальцев, скользящих внутрь и наружу, прежде чем ощущения стали невыносимыми и мне пришлось закрыть глаза. Еще два нежных прикосновения, и затем мои пальцы на ногах подогнулись, и я начала выкрикивать его имя без малейшей сдержанности.

Он приподнял голову и греховно улыбнулся, затем сел на колени. Его боксеры были стянуты и отброшены в сторону за считанные секунды, а затем он снова прижался ко мне с мягкой уверенностью.

– Это будет медленно и нежно, Кинсли, – пообещал он, легонько прижимаясь ко мне.

Я не привыкла к медленной и сладкой версии занятий любовью, но в этом были свои преимущества – например, когда он целовал мои губы, пока его член полностью заполнял меня. Медленно и восхитительно. Этого было достаточно, чтобы у меня закружилась голова. Я знала, что он также сходил с ума. Он выпрямился, и я обхватила его бицепсы своими руками, ощущая их силу.

Его бедра творили свое волшебство, и я наслаждалась роскошными ощущениями от его ласк. Я откинулась на спину и старалась наслаждаться каждым восхитительным толчком, пока мы оба не кончили, бормоча имена друг друга. Наши голоса слились воедино, когда он поцеловал меня и прошептал «Я люблю тебя» мне на ухо.

Я не помню, как уснула, но где-то посреди ночи действие обезболивающего закончилось настолько, что я проснулась. Пульсирующая боль окутала меня туманным облаком. Ожидая, когда начнут действовать новые таблетки, я размышляла о последних двадцати четырех часах. Если Тара отступит, изменится ли что-нибудь, или обо мне все равно будут писать, несмотря ни на что? Если бы я попала в олимпийскую сборную, то все равно оказалась бы в центре внимания, но тот факт, что мной заинтересовался Лиам, сделал меня намного интереснее и для остальной части Америки, которая интересовалась не только спортом, но и звездными сплетнями.

Я вздохнула и попыталась отогнать негативные мысли. Кровать немного прогнулась, когда Лиам перевернулся и притянул меня ближе к своему спящему телу. Он сделал это неосознанно, и я не смогла сдержать улыбку. Возможно, даже если пресса не отступит, со мной все будет в порядке. Я смогу привыкнуть к этому, как и любой другой человек, решивший заняться общественной деятельностью. А если нет, то я заставлю Лиама купить нам частный остров. Хм, возможно, это был лучший вариант. Я бы запретила носить на этом острове штаны. Только боксеры от Calvin Klein.

Мы с Лиамом еще не успели встать с постели, когда на следующее утро зазвонил его сотовый телефон. Было не рано, около одиннадцати, но, поскольку я не собиралась на тренировку, мы воспользовались свободным временем. Давайте просто скажем, что к этому моменту я уже была в полной эйфории от пережитых оргазмов. Думаю, именно так ощущают себя люди, достигшие нирваны. «Так что да, Далай-лама, я тебя прекрасно понимаю».

Мы смотрели утреннее шоу по телевизору и завтракали, когда он потянулся за своим телефоном, чтобы ответить на звонок. Одними губами он произнес «Пенн», я кивнула и продолжила есть. Извините, но нет ничего важнее блинчиков с черникой.

– Что случилось? С ней все в порядке… Я знаю, что Бекка волнуется, но ей наложили швы, и она поправляется… Да, она уже говорила с полицией, но я собираюсь сделать так, чтобы она переехала ко мне… Нет, сейчас самое подходящее время, придурок, спасибо за твою поддержку… Да, она сейчас рядом, подожди.

Он протянул мне телефон:

– Пенн хочет поговорить с тобой.

Я нахмурила брови, но тем не менее взяла телефон. Что такого хотел сказать мне Пенн, чего не мог поведать Лиаму?

– Привет, Пенн, – сказала я, прижимая телефон к уху и продолжая свободной рукой резать блинчики. Приоритеты.

– Кинсли, я рад, что тебе уже лучше.

Я улыбнулась.

– Спасибо. Это ты еще не видел другого парня.

Пенн рассмеялся.

– Да? Ты поставила ему фингал?

– Ага. Не беспокойся.

– Полезно знать, что мне не следует с тобой связываться, но, эй, я хотел попросить тебя помочь мне с Беккой.

Это заинтересовало меня, и я взглянула на Лиама, чтобы понять, знает ли он, о чем говорит Пенн, или нет. Он пожал плечами.

– Конечно, конечно. Что тебе нужно?

– Ну, я как бы хочу придумать грандиозный план, чтобы попросить ее стать моей девушкой.

Я рассмеялась.

– Разве вы, ребята, уже не прошли этот этап? Вы встречаетесь примерно столько же, сколько и мы с Лиамом.

Пенн простонал:

– Да, но все сложно. Ты знаешь, она отказала мне, когда я попросил ее стать моей девушкой несколько недель назад. Она боялась, что мы движемся слишком быстро и что мне нужно еще кое-что уладить, что я и сделал.

– И что теперь?

– Теперь я хочу сделать наши отношения официальными и попросить ее об этом продуманным и эффектным образом, чтобы она не смогла отказать мне, не чувствуя себя при этом плохим человеком.

Я не смогла удержаться от смеха.

– Та-а-ак, то есть, по сути, ты хочешь заставить ее стать твоей девушкой?

– Эй, на войне все средства хороши, – съязвил он.

– Тогда ты определенно можешь на меня рассчитывать.

– Хорошо, я подумываю о том, чтобы провернуть мой план в эти выходные.

– То есть через два дня?

Он усмехнулся.

– А что, думаешь, это плохая затея?

Я покрутила вилкой в воздухе.

– Нет. Просто нам нужно быть более изобретательными в этом вопросе и действовать достаточно быстро. Или ты уже что-то придумал?

– Я хочу сделать это на пляже, украсив место лепестками роз и свечами. Знаю, это банально, но мне хочется, чтобы это стало для нее незабываемым.

Я была так рада за Бекку и счастлива оттого, что она встретила такого парня, как Пенн, который решил так заморочиться ради нее.

– Хорошо, мы с Лиамом сделаем все, о чем ты нас попросишь… Мне не терпится увидеть реакцию Бекки.

Он рассмеялся.

– Она будет вне себя от радости. Я знаю это.

– Ладно, я вернусь к своему завтраку и обо всем поговорю с Лиамом, а после дам тебе знать, если у нас появятся какие-нибудь хорошие идеи.

– Звучит отлично, спасибо, Кинс, и надеюсь, ты в скором времени поправишься.

Я завершила звонок и вернула телефон Лиаму.

– Ты все слышал, не так ли?

Он улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать меня в щеку.

– Давай вынудим Пенна купить для Бекки яхту, чтобы мы могли потом пользоваться ею, когда захотим, – пошутил он.

– Точно! Я скажу ему, что она примет в подарок лодку не меньше сорока футов.

Остаток утра мы потратили на то, чтобы придумать, как заманить Пенна в ловушку и заставить его купить для Бекки действительно классные и дорогостоящие вещи. Мы решили, что вертолет с аэрографией в виде лиц нашей четверки точно вынудит сказать ему «да».

К сожалению, Пенн пресек все наши гениальные идеи фразами типа: «Вы, ребята, просто смешны», «Нет, я не стану покупать дом на Гавайях, чтобы Бекка начала со мной встречаться» или «Хватит мне звонить, или я выключу свой телефон». Мы с Лиамом списали это на недальновидность с его стороны. Думаю, романтика в виде лепестков роз и свечей была нашим единственным выходом.

Всю субботу мы бегали по округе, выполняя его поручения. Мы купили клубнику в шоколаде и бутылку шампанского «Дом Периньон». Мы ездили в поисках идеальных лепестков роз, потому что одних красных оказалось недостаточно. Бекка также любила и желтые розы, поэтому Пенн решил, что нам нужно купить и красные, и желтые лепестки. Эта парочка доставляет слишком много забот.

По дороге домой я чувствовала, что Лиам то и дело оглядывается, наблюдая за мной. От его пристального взгляда у меня краснела кожа, но я так и не решилась поддаться желанию взглянуть на него. Казалось, после инцидента с папарацци он стал относиться к нашим отношениям еще серьезнее. В то утро он спросил меня, обдумала ли я его предложение о переезде. В пятницу мне даже пришлось обсудить эту тему с тренером Дэвис. Она настороженно отнеслась к новости о том, что я обдумываю возможность переехать к нему после такого короткого срока, но согласилась, что охрана в общем доме была не на должном уровне для личности, получившей такое широкое освещение в СМИ, как я. Вероятно, было бы безопаснее для девочек, живущих в доме, да и для меня самой, если бы я подумала о переезде в более укромное место.

Чем больше думала об этом в течение последних двух дней, тем больше мне хотелось отбросить всякую осторожность и сделать это. Я уже видела разные версии Лиама, но все равно было еще так много всего, чего мне хотелось узнать. Например, увидеть Лиама, который перекусывает в полночь, с растрепанными волосами. Или Лиама, который по субботам всегда носил только спортивные штаны, но все равно выглядел чертовски очаровательно. Горячий ублюдок. Единственная причина, по которой я колебалась, заключалась в Бекке и Эмили. Нам не составляло труда пообщаться когда вздумается, потому что я легко могла буквально прокричать через ванную комнату, чтобы привлечь внимание Эмили, а Бекка и так проводила в моей комнате больше времени, чем я. Я не хотела отдаляться от них или от остальных девушек из моей команды.

Мои размышления были прерваны, когда мы подъехали к дому Лиама. У меня было время принять решение позже. Мы занесли все необходимые вещи внутрь, а затем отправились на поиски Пенна, который носился по дому как угорелый. Можно было подумать, что он готовился попросить ее выйти за него замуж, а не просто стать его девушкой.

– Пенн, серьезно, все пройдет как надо, – сказала я, как только мой телефон издал звуковой сигнал.

Я посмотрела на экран и увидела сообщение от Бекки.

Бекка:Я немного переживаю. Пенн весь день вел себя очень странно. Он даже ни разу не позвонил и только что прислал мне сообщение о том, что внизу меня ждет лимузин. Это ведь хороший знак, правда?

Кинсли:Да! Не беспокойся!!!

Я отложила телефон, и мы поспешили на пляж. Чуть позже Пенн пошел в душ, а мы с Лиамом остались, чтобы зажечь свечи. В этом не было ничего сложного, правда? Не правда. Кто вообще решил, что свечи на пляже – это романтично? Дело в том, что на пляже присутствует таинственная сила, которая никогда не прекращает своего действия. Местные жители называют ее ветром, и это в корне испортило наш план.

Так что мы не смогли зажечь ни одной свечи, хотя и пытались. До прихода Бекки оставалось совсем немного времени, и мы должны были сохранить это место красивым. На самом деле это было намного сложнее, чем ожидалось, учитывая, что чайки приняли лепестки роз за еду. Они продолжали летать вокруг нас и воровать лепестки, почти задевая нас своими крыльями в процессе и накакав как минимум на три незажженные свечи. Прости, Бекка, надеюсь, тебе понравится романтика с привкусом птичьего гриппа.

– Знаешь, нам нужно попробовать хотя бы одну клубничку, – заметила я.

Лиам усмехнулся.

– Мы можем сами приготовить клубнику в шоколаде, детка.

Я удивленно приподняла брови.

– У тебя есть для этого все необходимое?

– Клубника, шоколад и Кинсли – да, – подмигнул он.

Я вздрогнула при мысли о том, что рядом со мной одновременно могут оказаться Лиам и растопленный шоколад.

Я все еще пыталась зажечь хоть одну из свеч, когда Пенн вернулся на пляж.

– Она в пяти минутах ходьбы! Вам, ребята, пора идти! – сказал он, поторапливая нас.

В спешке мы собрали зажигалки и весь мусор и поторопились в сторону дома, не объяснив Пенну, в чем состояла роковая ошибка его плана. Он бы и сам скоро догадался.

– Подождите! Почему свечи так и не горят? – закричал он.

Лиам взглянул на меня с озорной улыбкой.

– Беги!

Мы не планировали наблюдать за ними все время, но я должна была увидеть реакцию Бекки, когда она выйдет на пляж.

– Мы же не останемся здесь надолго? Такое чувство, что мы вторгаемся в их личную жизнь, – сказал Лиам, присаживаясь рядом со мной на крыльце его дома.

– Согласна.

Лиам погладил мою ногу, и от его прикосновения по коже побежали мурашки. Если бы он продолжил в том же духе, то мы бы точно все пропустили.

– О, она здесь! – сказал Лиам, указывая на Бекку, которая выходила на пляж со стороны заднего двора дома Пенна.

Я едва могла разглядеть ее сквозь высокий кустарник, растущий рядом с крыльцом. На ней было голубое платье, и она выглядела просто потрясающе. На фоне заходящего солнца виднелся только ее силуэт, а ее светлые волосы будто сияли. Она сняла туфли, чтобы ступить на песок, и в ту же секунду, когда увидела открывшееся перед ней зрелище, ее руки взлетели ко рту, и она замерла. Слезы жгли уголки моих глаз, когда я наблюдала за тем, как она подходит ближе к месту, украшенному незажженными и обкаканными свечами.

Лиам обнял меня за плечи и, не говоря ни слова, смахнул слезу с моей щеки. Пенн что-то говорил Бекке, но с такого расстояния мы не могли расслышать ни слова. Я предположила, что он говорил ей, как много она для него значит. Затем он сделал паузу в своей речи, и Бекка бросилась в его объятия. Мне пришлось побороть желание вскочить и прокричать радостные возгласы. Они наконец-то смогли разобраться в том, чего хотели и получить это, и я знала, что они оба этого заслуживали.

– Я бы предположил, что это было «да», как ты думаешь? – спросил Лиам.

Пенн и Бекка целовались, его рука лежала у нее на талии, и он с неистовой силой прижимал ее к себе. Нам пора было уходить.

– Думаю, да, – сказала я с широкой улыбкой.

Лиам улыбнулся в ответ и потащил меня через заднюю дверь в свой дом.

– Так что насчет клубники в шоколаде? – спросил он, когда я допила свой бокал шампанского.

– А как насчет того, чтобы обойтись без клубники? – спросила я, многозначительно взглянув на него.

Я почувствовала, как мимо меня пронесся ветер, когда я заставила себя ускорить темп. Я превзошла все свои предыдущие результаты, но этого было недостаточно. Мои забеги должны были стать более быстрыми, а мои навыки – идеально отточенными, если я хотела попасть в олимпийскую сборную.

Я тренировалась каждый день, усерднее, чем за всю свою жизнь, и знала, что у меня есть все шансы получить приглашение на пробы. В Америке не было женщины, которая тренировалась бы усерднее, чем я. Бекка присоединялась ко мне почти каждый день, и мы заставляли друг друга переступать через свои границы. Жизнь текла привычным чередом. Она все чаще и чаще гостила в доме Пенна в Малибу, а я оставляла свои вещи в доме Лиама каждый раз, когда туда приезжала. Мы вместе ездили на тренировку, затем оставались в общем доме, чтобы позже еще немного потренироваться, а затем уезжали в Малибу. Лиам и Пенн возвращались домой примерно в одно и то же время, и мы несколько раз в неделю проводили время вчетвером, готовя ужин.

Я так и не приняла никакого решения о переезде, но мне казалось, что в конце концов я проснусь однажды утром и обнаружу, что все мои вещи находятся в его доме. Лиам думал, что он умен, когда потихоньку перекладывал мои вещи, считая, что я не замечу. Однажды он освободил половину своего шкафа и развесил там мою одежду. На следующий день я обнаружила, что моя косметика удобно расположилась в двух выдвижных ящиках в ванной комнате. Завтра там будет висеть полотенце с вышитым на нем моим именем, и он скажет: «Ой, странно, как оно туда попало?»

У меня больше не было желания спорить с ним по этому поводу. Через несколько недель начнется учеба, и у нас будет еще меньше совместного времяпрепровождения, так что казалось разумным то, что мы жили вместе. Думаю, мне просто нравилось вынуждать его немного потрудиться. И да, в тот день, когда я пришла домой и обнаружила уйму разнообразной косметики и все возможные средства для душа, я поняла, что доила эту корову не зря. Только тссс.

– Все! – закричала Бекка. – Я устала, на сегодня хватит.

Я закончила свой забег, пробежав мимо сетки, и тяжело выдохнула. Я закинула руки на голову и начала потихоньку успокаиваться. У нас оставалось совсем немного времени до того, как мы должны были отправиться домой и подготовиться. Лиам и Пенн собирались пригласить нас в ресторан мексиканской кухни, чтобы отметить окончание лета. В ближайшие несколько недель все наши планы должны были стать еще более безумными. Я либо начну ходить на учебу, как и планировалось, либо, надеюсь, со дня на день получу письмо от Футбольной ассоциации США с приглашением на олимпийские сборы. Скрестим пальцы. И, может быть, пальцы на ногах, локти и ресницы тоже.

– Я собираюсь съесть все такитос, которые у них есть, – заявила Бекка, когда мы уходили с поля.

– Это отвратительно.

Она сердито посмотрела на меня.

– Не смей меня осуждать. Я умираю с голоду.

– Я про такитос. Давай закажем около десяти тарелок начос.

– Вот это моя девочка.

Следующие две недели пролетели так, словно время ускорилось раза в четыре. Все, кроме футбола, Лиама, моих друзей и семьи, полностью отошло на второй план. Я забыла, что такое телевизор, я не открывала свой ноутбук, и, клянусь, моя косметика и туфли на высоких каблуках были покрыты паутиной.

Но я наслаждалась каждой секундой. Мне нравилось тренироваться вместе с Лиамом после того, как мы оба заканчивали наши командные тренировки. Он подталкивал меня к тому, чтобы я стала лучше, и я старалась делать то же самое для него. Я наконец-то решилась официально переехать к нему, и мне нравилось каждый день приходить к нам домой. Я не могла точно определить момент, когда наши отношения начали перерастать в нечто большее, но однажды ночью, когда мы лежали в постели, вспоминая прожитые дни и обнимая друг друга, я поняла, что это все.

Он был всем.

Я уткнулась лицом ему в грудь и держала свои мысли при себе. В конце концов, мы были вместе всего четыре месяца, и мне все еще было девятнадцать… в глазах большинства я была ребенком.

Рано утром следующего дня я проснулась оттого, что мой телефон завибрировал на тумбочке рядом с кроватью. Я перевернулась и вслепую потянулась к предательскому устройству, тщетно надеясь, что из моей руки выстрелит паутина, как у человека-паука. Нет, ничего. Мне пришлось даже моргнуть, чтобы открыть глаза, как обычному человеку.

На экране высветилось имя Эмили, и я застонала, прежде чем ответить.

– Эмили? Что случилось? – спросила я сонным голосом.

Какого черта она звонила мне так рано? Я все равно увижу ее на тренировке через час.

– Кинсли! Тебе пришло письмо! – завизжала она в динамик так громко, что Лиам пошевелился во сне, лежа рядом со мной.

– О чем ты говоришь? Мама же постоянно присылает мне разные вещи. Просто отнеси в мою комнату…

– Нет! Кинсли, ты получила письмо от Футбольной ассоциации США. Я не открывала его, но оно довольно толстое, и я уверена, что в нем твое приглашение!

От этой фразы я окончательно проснулась, словно только что выпила пять порций эспрессо. У меня отвисла челюсть, а пальцы, сжимающие дорогостоящий телефон, разжались. И как в замедленной съемке, я наблюдала за тем, как он с грохотом падает на деревянный паркет.

– Кинсли! Кинсли?! – позвала Эмили через динамик.

– Черт возьми! – вскрикнула я и вскочила с кровати.

– Какого? Кинсли, что происходит?

Лиам приподнялся на локтях, протирая глаза и пытаясь понять, почему его разбудил странный звонок.

Я была слишком занята, танцуя по его комнате, чтобы беспокоиться о том, что разбудила его.

– Лиам! Сегодня утром я получила письмо от Футбольной ассоциации США! Только что звонила Эмили.

– Да! И кстати, я все еще здесь. – Я услышала ее приглушенный голос из динамика своего телефона и начала смеяться.

Я подбежала к кровати и схватила телефон.

– Ой! Эмили, ты захватишь письмо на тренировку? Я не могу дождаться, чтобы открыть его.

– Ладно. Я так рада за тебя! Скоро увидимся.

– Спасибо, Эм.

Я завершила звонок, бросила телефон на прикроватную тумбочку и медленно повернулась к Лиаму. Он сидел с голым торсом, обернув одеяло вокруг талии. Его волосы торчали в разные стороны, но от его улыбки у меня перехватило дыхание.

– У тебя получилось, – пробормотал он охрипшим ото сна голосом.

Я сжала губы, чтобы подавить свои эмоции.

– Я не знаю наверняка, предложение там или нет. Это может быть что угодно.

Он наклонил голову и одарил меня легкой ухмылкой.

– Детка, ты сделала это. Они не утруждают себя отправкой писем с отказами. Если ты получила его, то там приглашение.

– Лиам…

Его улыбка стала шире, и он сбросил с себя одеяло, прежде чем потянуться ко мне. Он обхватили мою талию руками, и я взвизгнула, когда он притянул меня к себе.

– Ты потрясающая, – прошептал он мне на ухо, прижимая мое тело к своему.

Я положила руки ему на грудь и посмотрела на него снизу вверх. Его улыбка была такой искренней, что у меня перехватило дыхание.

– Я настолько потрясающая, что, наверное, больше не смогу с тобой встречаться.

– Ммм… – пробормотал он, притягивая меня ближе, так что я почувствовала, как стучит его сердце в груди. – Ты собираешься уйти к кому-то другому? – спросил он, прежде чем поцеловать меня прямо за ухом.

Ха.

Я пыталась придумать хоть одного человека, к которому могла бы уйти… Давайте посмотрим… нет. Никого. Только Лиам. Он был тем человеком, который в конце дня заставлял меня смеяться громче, чем кто-либо другой. Он постоянно держал меня в тонусе, и мне нравилось проводить с ним время – болтать, заниматься спортом и готовить ужин так же сильно, как мне нравился наш потрясающий секс. Нет, правда, я говорю о каком-то выдающемся горизонтальном танго.

Не было никого, кто мог бы занять его место.

Я забила Лиама Уайлдера.

Я прижалась к нему всем телом и улыбнулась, уткнувшись в теплую кожу на его шее.

– Если подумать, я, пожалуй, останусь здесь.

Он рассмеялся, прежде чем обнять меня.

– Я так горжусь тобой, Кинс.

– Это все кажется нереальным, – прошептала я ему в шею.

Он немного помолчал, а потом наконец ответил:

– Она верила, что сможет, и она это сделала.

Он напомнил мне о чернилах, нанесенных на мою грудную клетку. Я смотрела на эти чернила каждое утро, и именно они вдохновляли меня работать усерднее, чем накануне, превосходить свои возможности, потому что в глубине души я считала, что, возможно, я просто достаточно безумна, чтобы осуществить свою мечту.

И сегодня, в этот самый момент, я поняла, что вся проделанная работа была не зря.

– Я сделала это.

Накануне своего двадцатилетия я сидела в роскошном лимузине, наблюдая, как огни города сливаются в одно целое, пока мы ехали к центру Лос-Анджелеса. За один год так много всего изменилось. Я словно каталась на американских горках, и конца этому все еще не было видно.

Бекку и меня пригласили на отборы в олимпийскую сборную, и, к нашему удивлению, мы обе прошли первый тур. А затем и второй… и наконец наши имена оказались последними в списке на Олимпиаду. Мы были самыми молодыми членами команды, и за последние несколько месяцев нам многое нужно было доказать. Тренировки стали для меня настоящим испытанием как психологическим, так и физическим, но я не упускала из виду ни одну деталь. Мне пришлось уйти из команды Университета Лос-Анджелеса и на время приостановить учебу, но все это не имело значения. Я хотела играть в футбол и осуществила свою мечту – выступать на мировом уровне.

– Ты все вещи собрала? – спросила меня Бекка, отвлекая от мыслей.

Я оглянулась и увидела, что они с Эмили с любопытством наблюдают за мной.

Я пожала плечами.

– Мне нужно еще кое-что доложить в чемодан перед отъездом, но в основном да. И не забыть захватить свой паспорт.

– Если ты не будешь слишком сильно напиваться на своей вечеринке в честь дня рождения, то утром обязательно об этом вспомнишь, – рассмеялась Эмили.

Я улыбнулась ее шутке и подумала о том, сколько усилий Лиам приложил к организации сегодняшнего вечера. Помимо подготовки к отъезду из страны, он запланировал вечеринку по случаю моего дня рождения. Он держал все в секрете, даже когда я пыталась выведать у него информацию, соблазнив его. Парень не сдавался, так что я провела весь день, тусуясь с Эмили и Беккой, взволнованная тем, что в конце поездки на лимузине меня ждал сюрприз.

– Вообще-то, не думаю, что вообще буду пить, – сказала я, разглядывая свое ярко-красное платье.

Оно было кокетливым, из гладкой ткани, с глубоким вырезом, короткими рукавами и расклешенной юбкой. Оно было довольно коротким, но я знала, что Лиам не будет возражать.

– Да, я тоже, – согласилась Бекка.

Нам обеим пришлось исключить из своего рациона все, что считалось «вредным», почти сразу после того, как мы попали в команду сборной.

– Подождите, значит, теперь я самая безрассудная из нас троих? – рассмеялась Эмили.

Я не смогла сдержать улыбки, вспоминая тот первый вечер, когда я затащила Эмили на вечеринку «Лос-Анджелес Старз». Я думала, что смогу развратить ее, но в конце концов мы втроем стали уравновешивать друг друга. Мне нравилось думать, что она передала мне частичку своего спокойствия, а я ей – частичку своей необузданности. А Бекка нанесла нам обеим кучу синяков.

– О, не волнуйся, мы повеселимся с тобой, когда вернемся из Швеции, – подмигнула я, когда лимузин остановился у одного из модных клубов.

Администратор в спешке подбежал к нам, чтобы открыть дверь и проводить нас по покрытому ковром проходу. Я подняла глаза, чтобы оценить открывшуюся передо мной картину. Клуб был современным, с гладкими белыми стенами и плющом, обвивавшим железную вывеску середины века, на которой было написано его название – «Тигровая лилия». Необходимость в освещении интерьера была устранена с помощью подвесных свечей, так что атмосфера казалась более интимной, когда мы проходили через парадные двери.

Я увидела всех своих товарищей по команде Университета Лос-Анджелеса, а также членов семьи и друзей. Также присутствовало несколько парней из команды Лиама, и я кивнула, когда увидела Джоша. Между нами все было нормально, и я была рада забыть о драме прошлых месяцев.

В центре зала стояли мои родители и родители Лиама, разговаривающие между собой. Я прижала руку к груди, а моя улыбка стала еще шире. Их присутствие для меня много значило, особенно если учитывать, какой долгий был перелет из Лондона в Лос-Анджелес.

Самый важный для меня гость стоял между нашими родителями, и как только я увидела его, то не смогла сдержать переполнявшего меня счастья. Лиам, как всегда, выглядел прекрасно в сшитом на заказ черном костюме. Его волосы были зачесаны назад, что подчеркивало резкие черты его чисто выбритого лица.

Я знала, что он почувствовал на себе мой взгляд, потому что поднял глаза как раз в тот момент, когда я прикусила нижнюю губу. Его серые глаза пригвоздили меня к месту, и я была обезоружена, когда он начал двигаться в моем направлении. С каждым шагом его улыбка становилась шире, и, когда он приблизился, Бекка и Эмили как по команде отошли от меня в сторону.

– Напомни мне, чтобы я никогда не разрешал тебе надевать красное, если только мы не находимся в нашей спальне, – ухмыльнулся он, оценивая мой внешний вид с уверенным видом.

– Нравится мое платье?

– Мне нравится девушка в этом платье, – сказал он, беря меня за руку. – Ну же, дай мне поговорить с тобой наедине.

– Но я еще даже не поздоровалась со своими родителями, – без особого энтузиазма запротестовала я.

У нас было бы достаточно времени, чтобы поговорить с ними; прямо сейчас мне хотелось сорвать с него этот костюм.

– Они поймут, пошли, – сказал он, таща меня через весь клуб по длинному коридору.

В конце него была единственная черная дверь, охраняемая здоровенным вышибалой. Лиам кивнул мужчине, и он отпер дверь и придержал ее, чтобы мы могли пройти внутрь.

Я в замешательстве нахмурила брови.

– Подожди, куда мы идем? – спросила я.

Лиам оглянулся на меня с озорной ухмылкой, но вместо ответа повел дальше по полутемной лестнице. Я думала, что мы окажемся на втором этаже, может быть, в VIP-зале или еще где-нибудь, но вместо этого он толкнул тяжелую дверь наверху лестницы, на которой была приклеена табличка с надписью: «Выход на крышу».

В полутемный коридор просочился свет, и в этот момент я поняла, что это было гораздо важнее, чем обычная беседа. Я проглотила комок в горле, когда он продолжил открывать дверь, а затем у меня перехватило дыхание, когда я увидела открывшееся передо мной зрелище.

Он создал крошечный кусочек рая на этой крыше. Над головой плясали гирлянды мерцающих огоньков. Цветы всех цветов и разновидностей были расставлены во всех направлениях; их свежий аромат окутал меня, когда Лиам взял меня за руку и вывел наружу.

Я на мгновение закрыла глаза, позволяя ему вести меня вперед и пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Когда я снова открыла их, то посмотрела вниз, на дорожку из чайных свечей, ведущую нас к центру крыши – к центру этого маленького рая.

Мы остановились, и темные глаза Лиама встретились с моими. Потом я наблюдала за тем, как он опустился на одно колено, и тут мои руки взметнулись к лицу, когда я попыталась остановить слезы, которые грозили хлынуть ручьям по моим щекам.

Это казалось нереальным. Ничто из этого не могло быть реальным, потому что тогда у меня было бы все, о чем я только могла мечтать.

– Кинсли Брайант… – начал он, когда слезы все же потекли по моим щекам. – Я и представить себе не мог, что в двадцать шесть лет найду девушку, с которой захочу провести остаток своей жизни. За три месяца до того, как я встретил тебя, я искал новых острых ощущений, очередной вечеринки, очередной девушки. А потом я вошел в комнату и увидел, что ты сидишь у меня на кухне, как самое прекрасное, уверенное в себе создание, которое я когда-либо видел, и я понял, что ты станешь для меня настоящим пожаром. Ты с самого начала бросала мне вызов, и я пытался сопротивляться тебе, но даже тогда я знал, что никогда не уйду от тебя.

Он сделал паузу, и я наблюдала, как он медленно справляется со своими эмоциями. Лиам Уайлдер, крепкий орешек в футболе, на самом деле был самым большим ранимым игроком, которого я знала.

– Весь прошедший год я наблюдал, как ты стремишься к своей мечте, и мне нравилось быть рядом с тобой на каждом шагу этого пути…

Его дрожащая рука потянулась вниз, чтобы вытащить из кармана брюк маленькую черную коробочку.

– Лиам…

Его глаза встретились с моими, и я утонула в абсолютной уязвимости этого момента.

– Выходи за меня замуж, – сказал он, осторожно открывая коробку.

Тихое рыдание счастья вырвалось из моего горла.

– Я еще так молода, – слабо запротестовала я.

Он ухмыльнулся и спокойно покачал головой из стороны в сторону.

– Выходи за меня замуж, – повторил он так уверенно, что в тот момент я поняла, что он околдовал мое сердце.

– Лиам… – начала я, пока мой мозг лихорадочно работал.

Он заставил меня замолчать, еще раз покачав головой.

– Я солгал тебе в тот вечер, когда познакомился с твоей мамой.

Я нахмурила брови, пытаясь вспомнить то, о чем он тогда говорил.

– Что? Как именно?

– В тот вечер я сказал, что пошутил о том, что попрошу тебя выйти за меня замуж через триста дней. Именно тогда я понял, что женюсь на тебе. Я мог сделать тебе предложение в тот же момент, но хотел дать тебе время. Я ждал триста дней, но больше не собираюсь ждать ни секунды.

– Да. – Я ответила так тихо, что слово заглушилось кончиками пальцев, прикрывавших мой рот.

– Я буду ждать столько, сколько ты захочешь. Мы можем быть помолвлены до тех пор, пока тебе не исполнится девяносто девять и ты не сможешь даже пойти к алтарю. Я понесу тебя на руках или отвезу на коляске. Просто скажи, что выйдешь за меня замуж.

Еще один счастливый всхлип прорвался сквозь мой барьер, и я упала перед ним на колени.

– Лиам, я сказала «да». Да! Да!

Я рассмеялась, обвивая руками его шею. А он рассмеялся в ответ, когда его руки притянули меня к себе.

Я даже не взглянула на кольцо. Это делает меня сумасшедшей? Я бы завязала вокруг своего пальца кусок веревки, если бы это означало, что я выйду замуж за этого мужчину.

Но он и слышать об этом не хотел.

– Я хочу увидеть его на тебе. У меня ушла целая вечность на то, чтобы найти то, которое, как я знал, тебе понравится, – сказал он, убирая руки с моей талии и протягивая их, чтобы надеть кольцо мне на палец.

Я с трудом удержала равновесие, когда он продел кольцо через костяшку пальца.

Оно было тонкое с простым квадратным бриллиантом. Оно выглядело как идеальное сочетание изящества и богатства.

– Отличная работа, Уайлдер, – подмигнув, поддразнила я, наконец-то обретя способность говорить без того, чтобы слезы не путали мою речь.

– Спасибо, миссис Кинсли Уайлдер, – сказал он с озорной ухмылкой, впервые произнося мое будущее имя.

Я игриво прищурилась.

– Хм… а как насчет Лиама Брайанта?

– Хэй, – засмеялся он, снова заключая меня в объятия.

– Нет. Нет, подожди. Мистер Кинсли Брайант. Да, мне нравится, как это звучит.

– Ты замечталась.

– Да ладно, на дворе двадцать первый век, – пошутила я.

– Ммм, – сказал он, уткнувшись носом мне в шею, так что аромат его туалетной воды и геля для душа на время проникли в мой разум. – Давай просто вместе выберем новые имена.

Я улыбнулась.

– Я больше не слушаю. Я слишком занята, пытаясь осознать тот факт, что ты на самом деле хочешь на мне жениться.

– Поверь в это.

– Скажи еще раз, чтобы это казалось реальным.

– Кинсли Грейс Брайант, безумно красивая и немного сумасшедшая, выходи за меня замуж, и мы сможем вырастить сотни маленьких футбольных вундеркиндов.

Я рассмеялась.

– Будет сделано.

(Потому что я могу)

Позже мы с Лиамом завоевали серебро и бронзу на Олимпийских играх. Также мы были удостоены звания «Самая привлекательная пара». Которое присвоили себе сами. Когда я вернулась в Лос-Анджелес, у меня было несколько предложений от различных профессиональных команд по всей стране, включая клубную команду в самом Лос-Анджелесе.

Бекка потеряла девственность с Пенном в Олимпийской деревне. Да, слухи о деревне оказались правдивы. Нам с Лиамом пришлось отклонить приглашение русских гимнастов на участие в оргии. С моей стороны это было в основном геополитическим решением.

Эмили и ее парень оказались в центре скандала, связанного с сексом по «Скайпу». Давайте просто скажем, что, возможно, перед тем, как снять с себя футболку, необходимо сначала удостовериться в том, что вы звоните по видеосвязи своему парню, а не его родителям.

Сын священника.

Та блондинка забеременела от Джоша, и их дети оказались маленькими засранцами. Справедливость восторжествовала.

А Тара в конце концов закончила тем, что позировала для «Playboy», а затем запустила собственное реалити-шоу на телевидении. Я смотрю его, не пропуская не единого выпуска.

Огромное спасибо каждому читателю, который рискнул дать шанс независимому автору. Для меня очень важно, что вы решили прочитать эту книгу.

Спасибо моей семье за их безоговорочную поддержку и особенно моему отцу за то, что научил меня находить юмор в жизни.

Мама, как всегда, твой первый отзыв был самым полезным. Спасибо тебе за то, что ты посмеялась над Кинсли и Беккой раньше всех остальных.

Лэнс, ты ЛУЧШИЙ. Спасибо, что прочитал и доработал эту книгу. Ты самый забавный человек из всех, кого я знаю, и мне было приятно получить твое одобрение этой истории.

Спасибо всем моим бета-читателям: Дженни Моен, Стейси Бриллхарт, Стейси Линн, Бриттани Черри, Дженнифер Бич и Мэри Хантер. Я очень, очень ценю вашу обратную связь. Спасибо вам за то, что приняли участие в обсуждении изменений и поделились со своей аудиторией моей книгой. Вы все помогли воплотить мою мечту в реальность.

Спасибо моему замечательному редактору из «Taylor K.’s».

Огромное спасибо моим потрясающим корректорам: Дженнифер Флори-Ван Вик, Габби Уорнер и Ребекке Берто! Я так благодарна вам троим за то, что вы смогли исправить все недочеты в последнюю минуту!

Спасибо Патрисии Ли за то, что каждый день, пока я готовила этот релиз, присылала мне частичку вдохновения. Ты такая заботливая, и я по-настоящему ценю твою поддержку.

Спасибо всем моим коллегам – независимым авторам (из группы поддержки авторов «101» и «Клуба писателей»). Я не думаю, что у меня хватило бы сил писать без помощи всех вас, леди. Спасибо вам за поддержку и чувство общности в этом безумном мире!

Спасибо всем, кто согласился на новое издание этой книги и поддерживал меня во время всех изменений!

Могу ли я поблагодарить Эми Полер? Потому что я этого хочу. Спасибо каждой женщине-юмористке, которая проложила путь другим женщинам в комедийном жанре. Я уважаю каждую из вас.

Бо Пип (англ. Bo Peep) – персонаж франшизы «История игрушек». Представлена в виде фарфоровой куклы, принадлежащей младшей сестре Энди, Молли. Она показана нежной, женственной и добросердечной. (Здесь и далее – прим. перев.)

Джерри Спрингер – американский телеведущий, продюсер, актер и политик. Мировую известность ему принесло собственное ток-шоу «Шоу Джерри Спрингера», которое он запустил в 1991 году.

Сеть «Facebook» принадлежит компании МЕТА, деятельность которой запрещена на территории РФ.

В переводе с английского аббревиатура «BC» означает «до нашей эры».

Прием хай-кик – это боковой (круговой) удар ногой в голову, шею или область груди соперника.

Лоис Лейн – персонаж комиксов о Супермене, его возлюбленная и впоследствии жена. Здесь имеется в виду интимная зона героини.

В оригинале «El Puncho».

«Пришел, увидел, победил» — крылатое латинское выражение.

ESPN – американский международный базовый кабельный спортивный канал.

Имеются в виду сестры Кардашьян и их реалити-шоу.

Реверсивная, или обратная психология, – это техника психологического воздействия, когда человека подталкивают к желаемому действию, делая или говоря что-либо противоположное.

Яппи – это молодые состоятельные люди, ведущие активный светский образ жизни, основанный на увлечении профессиональной карьерой и материальном успехе.

В оригинале – игра слов «Weeds in the wok» (сорняки в воке) и «We need to talk» (нам нужно поговорить).

«Пятьдесят оттенков серого» – эротический роман британской писательницы Э. Л. Джеймс, написанный и изданный в 2011 году.

Джуди Блум (англ. Judy Blume) – американская писательница, известна своими книгами для детей и подростков.

Китнисс Эвердин – вымышленный персонаж и главная героиня трилогии Сьюзен Коллинз «Голодные игры».

A nervous Nellie – если переводить буквально, то это выражение будет звучать как «Нервная Нелли». Логично, что оно используется для описания людей, которые не могут сдерживать свои эмоции, много нервничают и слишком волнуются перед неким важным или не очень важным событием.

Отсылка к песне «Can’t Be Tamed» исполнительницы Miley Cyrus.

Имеется в виду множество отношений актера с женщинами, которые не длились дольше определенного времени.

Сеть «Инстаграм» принадлежит компании МЕТА, деятельность которой запрещена на территории РФ.