© Марта Лу, текст, 2025

© Alen Min, иллюстрации, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Если бы Хан Минси знала, что произойдёт в этот день в офисе, она бы не пошла на работу. Соврала бы, что очень плохо себя чувствует. Да, она даже в школе никогда такого не делала и наверняка сгорела бы от стыда за свою ложь, но чего не сделаешь во спасение собственной едва начавшейся карьеры?

К тому же повод для плохого самочувствия и в самом деле имелся, потому что накануне вечером у них состоялась корпоративная вечеринка в ресторане. Вечером она ещё держалась и, вернувшись домой, быстро вырубилась, даже не смыв макияжа, однако наутро голова побаливала, а вид в зеркале красноречиво говорил, что кое-кто сегодня проспал будильник и опаздывает на работу.

И всё же Минси постаралась по возможности привести себя в порядок. Добежала до остановки и села в автобус, немного взбодрившись от прохладного осеннего воздуха. Ничего не поделаешь, построение карьеры требует жертв, и корпоративы, на которых никогда не обходится без горячительных напитков, как раз относятся к таковым.

Хан Минси работала в издательстве «Хэппи Букс» уже около полугода. Благодаря удачно подвернувшейся вакансии, профильному образованию и хорошим оценкам в дипломе она смогла попасть на это место почти сразу после окончания университета. А ведь её сокурсникам приходилось довольно долго таскаться по собеседованиям, ещё и подрабатывать при этом, стоя за кассой в магазине или раздавая листовки на улице. Ей по сравнению с ними повезло гораздо больше, и Минси очень ценила выпавший шанс. К тому же она всегда мечтала стать настоящим редактором.

Тот факт, что стажёром Минси пробыла всего три месяца, а затем её включили в штат постоянных сотрудников, она тоже считала настоящей удачей. Её мама была так этому рада! Всем своим знакомым, соседям, даже торговкам на рынке рассказывала о том, какая умница её дочь. Выучилась и так быстро нашла постоянную работу, это ли не чудо! Мама растила её одна, без мужа, поэтому приходилось тяжело, и Хан Минси очень хотелось, чтобы ею гордились.

Среди сотрудников «Хэппи Букс» Минси была самой молодой. Разумеется, она всегда внимательно прислушивалась ко всем замечания и рекомендациям своих сонбэ[1], стремясь научиться от них чему-то полезному. А они время от времени угощали её ужинами, за которыми рассказывали о книгах, выпущенных задолго до того, как её приняли на эту работу.

Издательство относилось к известной во всей стране и за её пределами крупной корпорации «Мун Групп». В её состав входили не только несколько таких же издательств художественной литературы, как «Хэппи Букс», но и другие ведущие на книжном рынке компании. Одна выпускало в свет учебники для школ и высших учебных заведений, а также научную литературу, другая представляла интернет-портал с электронными книгами, а третья владела приложением для вебтунов[2], которые Минси и сама с удовольствием читала в свободное время. Она испытывала немалую гордость, что тоже является частью такой большой корпорации. Пусть крошечным её винтиком, но всё же.

Директор издательства «Хэппи Букс» Ли Джунхо, непосредственный начальник Хан Минси, с которым она, впрочем, почти не пересекалась, происходил из большой и знаменитой семьи, что владела «Мун Групп». Конечно, Минси не знала, какой процент акций ему принадлежит, однако этот факт не мог не впечатлять. А ещё Ли Джунхо казался ей очень интересным мужчиной – настоящим красавцем, привлекательнее любых популярных актёров и айдолов[3], но об этом она, конечно, помалкивала, чтобы никто ничего не подумал. Да и себе говорила, что глупо было бы о нём даже мечтать. И всё же при каждой случайной с ним встрече, при каждом взгляде в его сторону сердце Хан Минси замирало и сладко ныло, как бывает, когда слушаешь очень красивую музыку.

Вот и сейчас, стоя в переполненном автобусе, который то и дело делал резкие повороты на дорожных виражах, она проклинала неудобные туфли на каблуках и думала про директора Ли. Представляла его бездонные тёмные глаза, которые умели так строго смотреть на подчинённых, зачёсанные назад чёрные волосы, красивой формы губы, на которых ей всегда хотелось увидеть улыбку, а он как будто специально не улыбался. Минси даже в школьные годы не вешала на стенку фотографии всяких красавчиков, а вот его бы фото повесила! Но не решалась такое сделать. Пусть сейчас она и жила отдельно от мамы, которая переехала в маленький город к сестре, всё равно кто-нибудь мог бы прийти и увидеть – подруги, например.

Близких подруг у Хан Минси было три: Юн Черён, Ким Бора и Ча Юми. С одной они вместе учились в школе, с другой – в университете, а с третьей познакомились совершенно случайно, столкнувшись в магазине. Книжном, кстати, говоря, самом большом в Сеуле, привлекающим не только местных жителей, но и туристов. Минси и Юми понравилась книга, которая была в магазине лишь в единственном экземпляре. Сначала они поспорили, кто увидел книгу первой, а затем решили купить её вскладчину и прочесть по очереди, заодно и контактами обменялись. С тех пор и дружили. С Черён и Борой Юми тоже почти сразу нашла общий язык, и они вчетвером очень любили проводить время вместе; правда, это получалось не слишком часто, ведь все они где-то работали.

В светлый и просторный офис «Хэппи Букс», уставленный книжными шкафами, Минси вбежала через пять минут после начала рабочего времени. Извинившись за опоздание, она поспешила к своему столу и, оправив так и норовившую задраться прямую юбку чуть выше колен, села на кресло. Потянулась включить компьютер и увидела на экране стикер: «Чхве Мигён заболела, будешь сегодня за неё».

Мигён была старшей коллегой Хан Минси, которая устроилась в «Хэппи Букс» два с половиной года назад. В настоящее время они обе значились ассистентками в издательском отделе, но, несмотря на одинаковую должность и заработную плату, Мигён всё равно была выше по положению, поскольку проработала дольше и имела больше опыта. Похоже, она приболела после вчерашнего корпоратива.

Что же, значит, сегодня ей также придётся выполнять поручения, которыми должна была заняться Чхве Мигён.

Боясь опоздать, Минси не успела даже позавтракать дома. Она проверила электронную почту, открыла рабочие программы и через некоторое время, почувствовав урчание в животе, решила хотя бы выпить кофе. К тому же у неё имелся стратегический запас вкусняшек, среди которых была и любимая шоколадка – белая, с клубничной начинкой.

Выудив вожделенную сладость из ящика стола, Минси отправилась на офисную кухню. Пока тут никого не было, так что она спокойно сделала себе кофе и присела за столик. Но стоило ей развернуть обёртку и приготовиться откусить первый шоколадный кусочек, как послышались голоса. В кухне появились самые заядлые сплетницы издательства – Пак Наён и Чон Дохва, обе из отдела маркетинга. Прямо сейчас они обсуждали вчерашний корпоратив, на котором им показалось, что двое коллег как-то слишком уж много уделяли друг другу внимания.

– Помяни моё слово, они встречаются! – проговорила Чон Дохва так эмоционально, будто речь шла об отношениях не обычных офисных работников, а как минимум звёзд Халлю[4].

– Встречаются тайно? – скептически усмехнулась Пак Наён. – Да ну. Мы бы заметили. Потому что очень наблюдательные и такие вещи определяем сразу. О, Хан Минси, и ты здесь? Какая бледная. Плохо спала?

– Нормально, – отозвалась Минси. Она не любила сплетни и тех, кто их разносит, но по отношению к старшим коллегам приходилось быть вежливой и не показывать своей реакции на их любимое развлечение – обсуждать других. – А вам как спалось?

– О, мне прекрасно! Надо как-нибудь повторить.

– Да-да, повторим непременно, – кивнула Минси. Проводить свободное время ей больше нравилось не с сотрудниками, а с подругами, но куда деваться, если это часть корпоративной культуры Южной Кореи? Приходится соответствовать.

– Сегодня директор Ли с утра поехал на какое-то совещание. А может, это неправда про совещание и на самом деле он на свидании? – оживилась Наён. – Любопытно, с какой красоткой может встречаться наш начальник!

На этот раз с ней не согласилась Дохва.

– Да о чём ты говоришь, директор Ли ведь женат на своей работе!

От этих разговоров у Хан Минси окончательно пропал аппетит. Она снова завернула шоколадку в обёртку и, сделав несколько глотков несладкого кофе, отправилась обратно на рабочее место. И вовремя, потому что для неё уже было готово первое на сегодня срочное задание.

В обед Минси спустилась в кафетерий на первом этаже здания, где в основном готовили почему-то не корейскую, а европейскую и американскую кухню, за исключением разве что панчанов[5]. Вот и сегодня в дополнение к гамбургеру и картошке фри ей принесли кимчи[6]и маринованную редьку. Необычное, но весьма вкусное сочетание!

Пообедав, Хан Минси пришла в более благодушное состояние. Она вернулась к работе и, решив проверить заодно свою личную почту, обнаружила там письмо от Ким Боры. Подруга работала учительницей в старшей школе и сейчас спрашивала, можно ли порекомендовать ученикам книгу писателя по имени Ким Хэджин, которая вышла в «Хэппи Букс» и имела большой успех. Сама Бора её ещё не читала, поэтому интересовалась мнением Минси о книге и авторе. А той было что сказать по этому поводу, о, определённо было!

Мысленно сочинив короткое, но весьма экспрессивное ответное письмо, она уже собиралась его напечатать, как тут ей поступило новое поручение от коллег. И по какому-то удивительному совпадению оно тоже касалось писателя Кима! От Хан Минси требовалось отправить ему приглашение на вечеринку издательства. Обычно такими вопросами занималась Мигён, но сегодня той не было, так что задание отдали ей. Вроде бы ничего сложного, но…

И лишь нажав два раза на «отправить», Минси осознала, что перепутала почтовые ящики, двух людей с одинаковой – одной из самых распространённых в Корее – фамилией, и, хуже всего, послания. Поэтому Бора получит приглашение на вечеринку, организованную «Хэппи Букс», а письмо, в котором Хан Минси, мягко говоря, нелестно отзывается о писателе и его книге, улетело к нему самому! Только не это!

Несколько бесконечно долгих минут Минси сидела в оцепенении, застывшим взглядом уставившись на экран монитора. Никогда раньше у неё не случалось панических атак, но состояние, которое она испытывала сейчас, очень походило на таковую. Даже возникло ощущение, будто ей не хватает воздуха.

Нет-нет-нет, этого просто не может быть! Как можно было сделать такую ошибку?! Где были её глаза?

Может, надо перепроверить всё ещё раз?.. Отчаянная надежда захлестнула с головой, но спустя пару мгновений Минси убедилась, что письмо, адресованное подруге, и в самом деле отправилось вовсе не ей, а писателю Киму. И сейчас он, вероятно, уже читает о том, что, по её мнению, этот Ким Хэджин, которого все вокруг так превозносят после публикации дебютного романа, чересчур уж заносчивый тип. После первого успеха он зазнался и возомнил себя гением, написав всего одну книгу и незаслуженно получив литературную премию. Однако, что поделать, издательству «Хэппи Букс» приходится с ним сотрудничать, другого выхода нет, ведь книгоиздание в сложном положении. Увы, в настоящее время многие читатели стали предпочитать обычным книгам электронные платформы. Читать такие книги и вебтуны, которые обычно выходят по главам, удобнее, особенно в общественном транспорте, и по цене выходит более выгодно, чем покупать бумагу.

Таково было мнение Хан Минси, но она не собиралась высказывать его направо и налево. Это было бы как минимум неэтично, поскольку книга писателя Кима вышла в «Хэппи Букс». Но Мин-си ведь думала, что никто, кроме Боры, её отзыв не прочитает!

– Послушай, у меня тут один вопрос… – Возле её стола остановился коллега из отдела снабжения Сон Сухён, молодой человек старше её всего на год, но она не сразу его заметила, и ему пришлось щёлкнуть пальцами перед её лицом. – Земля вызывает Хан Минси!

– Да, я слушаю. – Минси постаралась сделать вдох поглубже и обернулась к Сухёну. – Что случилось?

– Это у тебя что случилось? На тебе просто лица нет! Ты как, хорошо себя чувствуешь?

Сон Сухён и Хан Минси общались неформально, потому что были знакомы ещё до того, как начали работать в издательстве. Он устроился сюда раньше, от него она и узнала о вакансии, на которую ей удалось попасть. Время от времени они ходили куда-нибудь вместе и обсуждали, каких карьерных высот смогут достигнуть в будущем.

При мысли, чего ей может стоить совершённая только что ошибка, у Минси задрожали губы, а глаза наполнились слезами.

– Да в чём дело-то? – не на шутку испугался Сухён. – Тебя кто-то обидел? Ты только скажи, кто, и я с ним разберусь!

Она заметила, что коллега за соседним столом с интересом на них посматривает и, поднявшись с места, позвала приятеля за собой к выходу. Оказавшись в коридоре, Минси нашла укромный уголок, в котором они могли бы поговорить. И уже там, шмыгая носом, рассказала о том, что произошло.

– Я ведь всегда всё внимательно проверяла! – добавила она, изложив факты. – Ума не приложу, как это вышло! Просто всё так совпало, что я…

– Так, – хмурясь, проговорил Сон Сухён и вытащил из кармана своего серого шерстяного кардигана упаковку бумажных салфеток. – Для начала успокойся и вытри слёзы. С заплаканным лицом ты похожа не на профессионального сотрудника издательства, а на маленькую девочку, которая не выучила урок.

– После такого промаха меня больше никто не назовёт профессиональным сотрудником! – выдохнула Минси, с благодарностью приняв салфетки. – Как, ты думаешь, отреагирует на моё письмо Ким Хэджин? А что, если он сделает публикацию в соцсетях или расскажет журналистам? Представляешь, какой разгорится скандал! Меня же тогда точно уволят!

– Он ещё ничего такого не сделал, а ты уже паникуешь вовсю, – закатил глаза Сухён. – Давай уже, возьми себя в руки! И никому пока больше не говори о том, что случилось. Может, всё обойдётся. А сейчас пойди на кухню, выпей чаю и съешь свою любимую шоколадку.

– Откуда ты знаешь, что она у меня есть? – спросила она, осторожно, чтобы не размазать макияж, вытирая глаза.

– Если нет, спустись в магазинчик и купи, заодно и воздухом подышишь.

– Он сегодня, кстати говоря, загрязнённый, – вспомнила Минси новости, которые передавали с утра по радио. Она всегда включала любимую радиостанцию, пока собиралась на работу. Не стал исключением и сегодняшний день.

– Если Хан Минси опять такая же зануда, как обычно, значит, точно в порядке, – хмыкнул он.

– И вовсе я не зануда! – отмахнулась Мин-си. Благодаря поддержке Сухёна она и вправду почувствовала себя лучше. – Говори, что там у тебя за рабочий вопрос был…

– Хотел напомнить, что ты забыла мне переслать список канцтоваров, которые нужно заказать для издательского отдела.

– И в самом деле, совсем из головы вылетело! – вздохнула Минси. – Всё из-за вчерашнего! Да ещё и работу Чхве Мигён на меня сегодня свалили. Будь она на месте, мне бы не пришлось отправлять приглашение писателю Киму! У меня просто земля из-под ног уходит, как об этом подумаю…

– Только не начинай снова! Иди пей чай и ешь шоколадку! Если кто спросит, где ты, я прикрою!

Минси кивнула, соглашаясь с тем, что так и сделает. В таком состоянии она всё равно не могла работать как следует, точно напортачила бы ещё в чём-нибудь. Сон Сухён прав, ей нужно немного успокоиться и прийти в себя.

Шоколадку опять пришлось отложить, потому что она осталась в кабинете, где сидели коллеги, с которыми прямо сейчас пересекаться не хотелось. Зато в кухне оказалось пусто. Минси заварила себе чай из листьев хурмы и сделала глоток, глядя в окно. Оно выходило на уличную парковку, на которую прямо сейчас сворачивал большой чёрный автомобиль директора Ли. При виде высокого мужчины, который вышел из машины и уверенным шагом направился ко входу в здание, Хан Минси почувствовала, как её сердце участило свой ритм.

Допив чай, она сполоснула чашку с логотипом издательства и вернулась в кабинет. С ужасом заглянула в рабочий почтовый ящик, ожидая увидеть полное праведного возмущения письмо от раскритикованного ею писателя, однако такового там не оказалось. Зато Ким Бора ответила, что не понимает, зачем простой школьной учительнице приходить на вечеринку «Хэппи Букс».

«Отправила приглашение по ошибке, потом всё объясню», – быстро напечатала Минси.

Может быть, Ким Хэджин ещё не видел письма? Но ведь всё равно рано или поздно увидит. И что тогда будет? Судя по его интервью, характер у писателя не самый миролюбивый, так что вряд ли он спустит ей с рук такое оскорбление. Подписчиков в соцсетях у него много, если сделает пост со скриншотами, все его поклонники разом станут её хейтерами. А заодно и издательства, в котором она работает. Это же просто катастрофа!

«Прекрати панику немедленно!» – приказала себе Минси. От того, что она себя вот так накручивает, толку не будет. Да и сделанного уже не воротишь, надо думать, как быть дальше и выкручиваться из ситуации, в которую ей не посчастливилось влипнуть.

Остаток рабочего дня прошёл как обычно, и Минси почти поверила, что всё обойдётся, как вдруг…

Перед её глазами предстала секретарь директора Ли Кан Хана. Эту длинноногую красотку с холодным взглядом побаивался даже Сухён. К тому же её появление в издательском отделе явно не сулило ничего хорошего.

– Хан Минси! Тебя вызывает директор Ли! Прямо сейчас!

– Меня? – пробормотала она.

– А тут есть ещё одна Хан Минси? – фыркнула секретарь Кан и, цокая каблуками, вышла.

Минси захотелось побиться головой о клавиатуру. Её впервые за всё время работы в «Хэппи Букс» вызывали к директору. Сейчас она чувствовала себя провинившейся школьницей, которую вот-вот заставят стоять на коленях с поднятыми руками[7].

– В чём дело, по какой причине ты понадобилась директору Ли? – осведомился сидящий за столом у окна редактор О Гихун, глядя на Минси так, словно видел её впервые.

– Я не… не знаю… – пробормотала она, хотя дурное предчувствие и напрашивающаяся сама собой догадка заставляли кусать губы и комкать в повлажневших от волнения ладонях листок бумаги.

– Лучше тебе поторопиться, – проговорил редактор О. – К тому же говорят, что директор Ли сегодня вернулся с совещания в плохом настроении, не нужно его злить ещё больше своим опозданием. В огонь с охапкой соломы не входят, – процитировал он старую пословицу.

– Да, – кивнула Минси и, поднявшись с места, на дрожащих ногах пошла к выходу.

«Мне бы сейчас не помешал пуджок[8], – подумала она, нажимая на кнопку лифта, чтобы подняться на верхний этаж. – Если вся эта история закончится благополучно, точно отправлюсь в буддийский храм. А может, и к шаманке загляну».

Чем ближе она подходила к кабинету директора, тем больше нервничала. Что её там ждёт? Даже предполагать было страшно. Ещё и голова вдруг закружилась. Может, сахар в крови упал?..

«Надо было всё-таки съесть шоколадку».

Минси казалось, что все встреченные по пути коллеги смотрят на неё осуждающе, а ведь они ещё даже ничего не знали!

Оказавшись возле двери директорского кабинета, она перевела дыхание и постучала.

– Войдите! – раздался оттуда голос, звучание которого ей приходилось слышать не слишком часто.

«Бойтесь своих желаний», – вспомнила Мин-си. Она ведь и правда втайне мечтала о том, чтобы увидеть Ли Джунхо вблизи, услышать, как он обращается к ней лично. Вот сейчас её желание и сбудется, только совсем не так, как представлялось!

Минси толкнула дверь и сделала шаг вперёд, затем ещё один, низко, как того требовал этикет, поклонилась, выпрямилась. Её взгляд метался по кабинету и выхватывал то одну деталь, то другую. Вид на вечерний Сеул за окном, массивное кожаное кресло, стол, компьютер, книжный шкаф…

– Подойди ко мне, – снова услышала она этот гипнотизирующий бархатистый голос.

Ещё пара шагов. Минси опустила взгляд к полу. Посмотреть в лицо директору она бы сейчас точно не смогла.

– Итак, Хан Минси. Двадцать пять лет, окончила женский университет «Ихва», в «Хэппи Букс» проработала полгода. Даже в стажёрах не задержалась. Что же… И чем же издательство тебе так не угодило, что ты решила испортить его репутацию, написав кучу гадостей одному из наших самых перспективных авторов?

Минси зажмурилась. Именно этого она и боялась! Писатель Ким не стал отвечать ей, вместо этого он связался напрямую с главным начальником!

Заставив себя поднять голову и посмотреть прямо в глаза сидящему за столом мужчине, Хан Минси набрала в грудь воздуха и выпалила:

– Я случайно, директор Ли!

Ким Джунхо не кричал на неё. Его красивый голос звучал спокойно, размеренно, но так холодно, что у Минси кровь леденела в жилах. Выпалив своё «Я случайно!», она закусила губу, чтобы сдержаться и не расплакаться снова. Иначе директор, чего доброго, решит, будто ей намеренно вздумалось его разжалобить. В старшей школе одна из её одноклассниц, когда хотела оправдаться за что-то или получить оценку получше, устраивала перед учителями спектакли со слезами и заламыванием рук; правда, действовало это далеко не всегда и не на всех.

Вот и на директора Ли едва ли подействует. Пусть даже Минси будет рыдать искренне и по-настоящему, а не притворно. Лучше такого не допускать и поплакать не в его кабинете, а где-нибудь в другом месте, наедине с собой.

– Как ты могла отправить подобное письмо случайно? – задал вопрос Ли Джунхо.

Она рассказала. Всё, начиная с корпоратива, после которого Чхве Мигён приболела и отпросилась с работы на сегодняшний день, а сама Хан Минси тоже плохо себя чувствовала, но пришла, так что ей пришлось работать за двоих. И про письмо с вопросом от Боры тоже пришлось признаться, ведь именно ей на самом деле были адресованы те слова, которые прочитал Ким Хэджин.

– Я всего лишь выразила своё мнение! – выдохнула Минси. – Писатель Ким никогда не должен был этого узнать. Я не хотела его оскорбить…

– Но оскорбила, – всё так же холодно проговорил директор, и его глаза неотрывно уставились на её лицо. Судя по прилившему к щекам жару, она наверняка заливалась сейчас краской смущения и стыда. – Настолько, что он всерьёз грозится уйти к нашим конкурентам со своей второй книгой, которую собиралось издать «Хэппи Букс». Книгой, которая может стать новым громким бестселлером! Что ты на это скажешь?

– Директор Ли, я…

– Ты была невнимательна, – припечатал Ли Джунхо. – Занималась в рабочее время своей личной перепиской, да ещё и одновременно с поручениями старших коллег! Как думаешь, какой должен быть результат у такого поведения и что ждёт сотрудника, проявляющего подобную безалаберность?

Глаза Минси наполнились солёной горячей влагой. Она заморгала, отчаянно стараясь не разрыдаться. Ледяное сердце директора этими слезами всё равно не растопишь, а пройти по коридорам издательства с окончательно растёкшейся тушью будет равносильно позорному шествию осуждённого.

– Вы ведь… вы не про увольнение сейчас говорите? – сорвалось с её губ.

– Ты будешь уволена, – ответил директор Ли, хлопнув ладонью по столу. Это было единственное, чем он выразил эмоции, показывая, что и вправду раздосадован. – Будешь уволена, если Ким Хэджин выполнит свою угрозу и разорвёт контракт с «Хэппи Букс». И уж будь уверена, ты получишь такие рекомендации, с которыми тебя ни одно издательство на работу не возьмёт. Это тебе понятно?

– А если… если он не разорвёт с нами контракт, что тогда? – решилась задать вопрос Хан Минси. Во рту у неё пересохло, в груди похолодело, а в животе как будто стягивался тугой узел. – Тогда вы меня не уволите?

– Если не разорвёт, ты останешься работать в «Хэппи Букс».

– Пожалуйста, директор Ли! Я обещаю… Нет, я клянусь вам, что уговорю писателя Кима не уходить в другое издательство! Я лично попрошу у него прощения, встану перед ним на колени, если понадобится, выучу наизусть его книгу, перепишу её от руки… Только дайте мне хотя бы один шанс всё исправить!

Она готова была пообещать суровому и беспощадному, словно неприступная гора, начальнику всё что угодно, лишь бы он не разрушал её едва начавшуюся карьеру.

– Вы не знаете… Да о чём я говорю, вы же и в самом деле совсем ничего обо мне не знаете, кроме этих скупых данных из личного дела! Но я всегда, с самого детства, мечтала работать с книгами! Моя мама растила меня одна, она очень много работала, возвращалась домой поздно, а я, чтобы мне не было одиноко и страшно её ждать, всегда читала книги, они были для меня как друзья. А ещё я думала о тех людях, которые причастны к их созданию. Мне тоже хотелось когда-нибудь стать одной из таких людей, посвятить этому занятию свою жизнь! И вот сейчас, когда я наконец-то работаю в издательстве, вы…

– Хорошо. – Ли Джунхо устало потёр переносицу. – Раз уж ты берёшь на себя всю ответственность… Ступай к писателю Киму, попроси его тебя простить и уговори остаться в «Хэппи Букс». Но имей в виду, что человек он довольно сложный и крайне чувствительно, как и многие писатели, реагирующий на мнение о своём творчестве. И скажи спасибо, что Ким Хэджин не ославил тебя с твоей дурацкой выходкой в соцсетях и в прессе, иначе ты бы точно больше ни на день здесь не задержалась, – озвучил он то, чего больше всего боялась и сама Минси. – Книгоиздание и без того переживает не лучшие времена, мы не можем позволить себе потерять перспективного молодого автора. Их не так много. Желающих поработать на должности ассистента гораздо больше, – уколол её напоследок директор, и она сжала кулаки, до боли вонзив ногти в ладони, чтобы не сказать в ответ что-нибудь резкое.

– Хорошо, директор Ли, я сделаю всё возможное, чтобы не допустить разрыва контракта, – с поклоном произнесла Минси. – Спасибо, что дали мне этот шанс. Постараюсь вас не подвести.

– Можешь идти.

Выйдя за дверь, она разъярённо стиснула зубы и топнула ногой, отчего едва не сломала каблук. Да что он о себе возомнил, этот Ли Джунхо?! Думает, если богат и красив, самоуверен и харизматичен, то может себе позволить унижать других? Хорошо ему, родился с золотой ложкой во рту. Этому небожителю никогда не понять простых людей, каждый день вынужденных бороться за достойную жизнь, не прожить их печали, радости и надежды, не оценить, какое это счастье – пройти собеседование и устроиться на работу мечты.

Никогда!

Проводив взглядом вышедшую из кабинета девушку, Ли Джунхо тяжело вздохнул. Да что же за день-то такой сегодня! Сначала совещание с директорами других входящих в «Мун Групп» издательств художественной литературы и очередное неприятное столкновение с двоюродным братом, затем сообщение от возмущённого до глубины души писателя Кима, а сейчас разговор с той самой сотрудницей, автором возмутительного письма.

После её ухода в кабинете остался лёгкий флёр аромата духов. Кажется, зелёное яблоко с ноткой чего-то цитрусового. Свежо и не приторно.

Джунхо и впрямь никогда не обращал внимания на проработавшую здесь полгода Хан Минси. Он, конечно, пересекался с ней изредка в коридорах издательства, когда она, так же как все остальные, склонялась перед ним в поклоне, однако на собеседовании с ней не присутствовал, да и в личное дело заглянул впервые. Ну и к внешности её раньше тоже как-то не приглядывался.

А Минси оказалась довольно красивой девушкой, и смотреть на неё было приятно. Причём красота эта явно естественная, не искусственно созданная пластическими хирургами и косметологами, что намётанным взглядом Джунхо определил сразу. Нежное круглое лицо с узким подбородком, высокий лоб, пухлые губы… Волосы, мягкими волнами спадающие на плечи, не лишённая обрисованных простой белой блузкой и прямой офисной юбкой соблазнительных изгибов и выпуклостей изящная фигура. А как засверкали её глаза, когда она принялась доказывать, что всё исправит, а работа с книгами – мечта с детства!

Надо же быть такой идеалисткой. Хотя для людей её возраста, не так давно приступивших к работе, это позволительно. Вот только будучи руководителем, отвечающим не только за себя, но и за своих подчинённых, он не мог допустить, чтобы эти самые подчинённые вставляли палки в колёса телеги, на которой пока ещё удерживались и даже куда-то ехали. А именно так и поступила Хан Минси. Пусть даже не из дурных побуждений, а по своей глупости, но держать в штате ротозеев тоже неправильно.

А тут ещё и двоюродный брат Кан Тэук со своим заявлением, что ему кое-что известно, но пока он этим ни с кем делиться не будет! Сколько Джунхо себя помнил, Тэук всегда был соперником, даже в детских играх, когда вся семья собиралась в огромном дедушкином доме на острове Чеджу. А ещё завидовал ему, поскольку не носил фамилию Ли.

Книжный бизнес был семейным делом уже много лет. Дедушка рассказывал, что ещё его дальние предки, как удалось выяснить, заведовали королевской библиотекой в Чосоне[9]. Изначально у семьи Ли было всего два издательства, одно из которых выпускало учебную, другое – художественную литературу, а со временем они разрослись в целую корпорацию. Шагая в ногу со временем, «Мун Групп» выкупила также портал для электронных книг и создала приложение для вебтунов. Эти форматы за последние годы становились всё более популярными, а вот с бумажными книгами ситуация, увы, обстояла иначе…

И если этот скользкий угорь Тэук действительно намекал на то, о чём подумывал и чего опасался сам Ли Джунхо, вскоре их обоих поджидают серьёзные проблемы. А потому «Хэппи Букс» никак не может упустить вторую книгу писателя Кима! Она обязательно должна выйти в этом издательстве, получить хорошие рецензии от критиков и восторженные отзывы от читателей, ну и высокие продажи, разумеется, тоже.

Остаётся надеяться, что милое личико Хан Минси произведёт на обиженного автора нужное впечатление, и он великодушно простит её за всё, что она понаписала. Почему-то эта мысль показалась Джунхо какой-то неприятной, даже во рту стало горько. Не из-за того, что Ким Хэджин смилостивится и передумает разрывать контракт, а потому, что Минси добьётся этого с помощью своей привлекательной внешности. Она ведь всё-таки не какая-нибудь кисэн[10], которую выставляют как приманку. Чтобы спела, станцевала, вина подлила, улыбнулась эдак завлекательно, и клиент уже на крючке…

Так, стоп. Что за ерунда в голову лезет и причём тут вообще кисэн? Хан Минси сотрудница издательства, допустившая ошибку, которую сама же пообещала исправить, вот пусть идёт и исправляет. Им нужна эта книга, а за ней и следующая, которую напишет Ким Хэджин. Он молод, симпатичен внешне, талантлив, у него уже есть литературная премия, интервью в журналах и немало поклонников, так что он обязательно должен остаться автором «Хэппи Букс». Вот что сейчас главное.

А вовсе не то, какие у этой девушки глаза, губы, фигура и волосы.

И всё же Ли Джунхо немного пожалел, что был так резок с ней сегодня.

Рабочий день заканчивался, коллеги один за другим расходились из офиса. На ватных ногах Минси добрела до женского туалета, где с помощью влажных салфеток слегка привела лицо в порядок, чтобы не выглядеть совсем уж пандой с расплывшимся от слёз макияжем. К счастью, никого кроме неё в такое время здесь не было, а иначе непременно начали бы задавать вопросы.

Вернувшись в издательский отдел, откуда все успели разойтись, она открыла на компьютере базу данных писателей и нашла страничку с информацией о том, с кем ей предстоял ещё один сложный разговор. А может быть и не один. С фотографии на неё надменно смотрел мужчина тридцати лет. Слегка растрёпанные волосы, очки в тонкой оправе, книга в руках. Его бы переодеть из современного чёрного костюма в ханбок[11], и получится настоящий чосонский учёный.

Найдя адрес и номер телефона, Минси выписала их в свой ежедневник. Она покусала нижнюю губу, глядя на цифры, и решила позвонить прямо сейчас. Ни к чему откладывать. Иначе или Ким Хэджин окончательно примет решение уйти из «Хэппи Букс», или директор передумает давать шанс нерадивой сотруднице. Так что нужно действовать.

Набрав номер, она затаила дыхание. Голос, ответивший ей, звучал так, словно его обладателя только что разбудили. Он что же, ложится спать, когда офисные работники только со службы уходят?..

Ох уж эти фрилансеры, хорошо им живётся!

– Господин Ким? Добрый вечер, простите за беспокойство. Это Хан Минси, я работаю в издательстве «Хэппи Букс». – «Пока ещё работаю, да». – Я написала то письмо, которое вы сегодня получили. – «И сразу же наябедничали на меня директору».

– Вот как? – голос писателя из сонного мгновенно сделался жёстким и неодобрительным. – Значит, та самая Хан Минси? И почему же вы мне звоните? Неужели вам есть что добавить к написанному?

– Нет! То есть да! Вернее… Я хочу принести вам свои извинения, господин Ким. Лично.

– Вот даже как? А, понимаю. Похоже, вам досталось от директора Ли. Что же, вы можете со мной увидеться, но не сегодня. Сегодня я ужинаю с друзьями. Приходите завтра утром. Адрес знаете?

– Да.

– Тогда до встречи.

Ким Хэджин отключился, не дав ей больше и слова сказать. Но главное было сделано: они договорились о встрече. Непростой разговор откладывался до завтрашнего утра.

А сейчас ей срочно требовалась тяжёлая артиллерия.

Выключив компьютер, Минси одну за другой обзвонила лучших подруг. А через час они уже собрались в их любимом месте – небольшой и непрезентабельной с виду забегаловке, где готовили самый вкусный ячхеджон[12]. Когда-то именно там Юн Черён рассказывала им о парне, который с ней расстался без всяких объяснений, Ким Бора жаловалась на уделявшего чересчур много внимания молоденьким учительницам директора школы, а Ча Юми плакала, узнав, что её родители приняли решение развестись.

Теперь настал черёд Хан Минси. До сегодняшнего дня у неё всё складывалось не идеально, конечно, но в целом неплохо. Ей не разбивали сердце коварные парни, её не домогались всякие престарелые извращенцы, а с тем фактом, что отец предпочёл жить с другой семьёй, а не с ней и мамой, она смирилась ещё в детстве. К тому же с работой в издательстве получилось именно так, как ей хотелось, – о лучшем и мечтать было нечего. Но, похоже, её светлая полоса закончилась и начиналась тёмная.

Юми, как обычно, немного опоздала – её задержал начальник. Она работала личным секретарём директора строительной фирмы, и он оказался тем ещё трудоголиком, выделяясь даже на фоне большинства корейцев, которых рисом не корми, дай поработать подольше. Из них четверых только Бора была госслужащей[13]. Самая творческая работа досталась Черён, которая трудилась дизайнером в салоне свадебных платьев, и выглядела она тоже необычно, окрашивая волосы в цвет красного вина. Юн Черён любила повторять: «Когда соберётесь замуж, я придумаю для вас самые крутые платья!»

– Как же хорошо! – простонала Минси, отщипнув палочками аппетитный кусочек поджаристого блинчика.

Немного подкрепившись, она начала рассказывать подругам, из-за чего их здесь собрали. Слушая её, Юми ахнула, Черён широко раскрыла и без того большие глаза, а Бора даже руками всплеснула, едва не разлив свой напиток. Затем все трое переглянулись и разом выпалили:

– Ну ты и попала!

– Сама знаю, – вздохнула Минси. – Завтра пойду к писателю Киму, буду его упрашивать. Если у него действительно такой сложный характер, как все говорят, то ходить за ним мне придётся долго.

– А я сразу подумала, что что-то тут не то, когда ты прислала приглашение на вашу вечеринку, – заметила Бора.

– А этот директор Ли и в самом деле такой холодный и бессердечный, как ты нам описываешь? – задала вопрос Юми.

– Как айсберг!

– Ну, допустим, айсберги тоже тают, – хмыкнула Черён, отхлёбывая из своей пиалы. – Ладно, смотри. Во-первых, прекрати нервничать! Это уже произошло, случившегося не изменишь, но ты можешь попытаться всё исправить. И уже пытаешься!

– А если ничего не выйдет? Директор Ли уволит меня с работы. Ещё и рекомендации даст ужасные!

– Переедешь в Пусан, будешь работать в издательстве там.

– Из Пусана тоже могут позвонить в «Хэппи Букс» и затребовать рекомендации.

– Тогда выучишь английский и уедешь в Америку.

– Или в Китай.

– Или в Россию.

– Да вы издеваетесь?! – Хан Минси схватилась за голову. – Подруги, тоже мне!

– Порадуйся хотя бы, что этот тяжёлый день подошёл к концу!

– И то правда, – согласилась она. – Вы знаете, Сон Сухён меня сегодня так утешал… Чуть ли не лично мне слёзы вытирал.

– А я давно говорила, что он в тебя влюблён! – воскликнула Юми.

– Да ну, глупости, – отмахнулась Минси. – Мы просто друзья. Кажется, ему кто-то нравится, но точно не я.

– Ладно, оставим Сон Сухёна, возвращаемся к писателю Киму, – учительским тоном произнесла Бора. – Надо выяснить, что ему нравится. Мало ли, вдруг ты принесёшь ему букет, а у него на них аллергия.

– Не понесу я мужчине цветы!

– Тогда что ты хотела ему подарить?

– Ну… не знаю пока.

– Нужен индивидуальный подход. Так что заходим в поисковик и ищем, что любит Ким Хэджин! Это и подаришь!

Самой внимательной оказалась Юн Черён. Она сумела обнаружить в одной из публикаций в соцсети писателя Кима упоминание, что ему очень нравится мятный шоколад. Который в настоящее время мало где продавался!

– К счастью, я знаю, где его можно купить, – решительно произнесла Черён, поднимаясь с места. – Мы ещё успеваем. Поехали!

– Но я могу заехать в этот магазин утром, – робко предложила Минси, которой никуда не хотелось уходить – так хорошо они сидели.

– Утром тебе нужно привести себя в порядок перед встречей, а не бегать по магазинам!

Расплатившись за съеденное и выпитое, девушки высыпали на улицу, запрыгнули в вовремя подошедший к остановке автобус и поехали на Мёндон[14]. Хан Минси показалось, что она опять стала студенткой – такое было славное, почти беззаботное время, когда после занятий можно куда-то сорваться, неожиданно поехать на море или полночи петь в караоке. Все вокруг говорили, что работать куда сложнее, чем учиться в университете, и сейчас она в этом убедилась.

Магазин, о котором говорила Черён, находился прямо в самом сердце Мёндона. Причём продавалась в нём в основном косметика, и Минси даже не догадалась бы, что там же можно отыскать и те самые мятные шоколадки, о которых говорил Ким Хэджин. Они были импортными и в самом деле довольно вкусными, пусть и на любителя.

Мёндон в любое время был переполнен людьми. Больше всего тут оказалось, конечно, туристов, которых влекло сюда как магнитом. Громкие голоса, аппетитные запахи уличной еды, доносившаяся откуда-то весёлая музыка – всё это погружало в какую-то особую атмосферу.

Юми уже успела купить пуноппан[15], который просто обожала, Черён пританцовывала под музыку, ловя на себе заинтересованные взгляды парней, и лишь Бора сосредоточенно тащила Минси к магазину.

– Одних шоколадок мало, даже если ты скупишь их все, – заметила она. – Нужно что-то ещё. Есть идеи? Эй! Я кого спрашиваю?

– Пусть подарит ему свой поцелуй! – пропела Юми.

– Ещё чего! – возмутилась Минси.

– Да она шутит, – сморщила нос Черён. – Хотя… Это идея.

– Не глупите! – Бора закатила глаза. – Он писатель, и для него важно хорошее мнение о его книге.

– Но она уже высказала плохое мнение! – напомнила Юми.

– О первой книге, но есть же ещё и вторая!

– Но вторая пока только в процессе, – проговорила Минси.

– Однако если он останется в твоём издательстве и ты будешь с ней работать, то сможешь её прочитать и, может быть, даже как-то повлиять на сюжет.

– Не думаю, что после случившегося мне доверят работу с писателем Кимом.

– Кто знает, всё может быть!

– Я куплю ему ручку! – осенило её. – Дорогую и красивую ручку! Ким Хэджин будет давать ею автографы на встречах с читателями!

– Ну наконец-то здравая идея. Кстати, магазин с канцтоварами тоже здесь недалеко. Но сначала за шоколадками!

Мятные шоколадки явно были в дефиците. Минси скупила их все, а заодно взяла ещё и вишнёвые, для себя. Надо же как-то снимать стресс.

Выбрать ручку ей тоже помогли подруги. А ещё красную подарочную коробку, в которую она упаковала всё, что купила. Получилось весьма прилично и презентабельно.

Закончив с покупками, они ещё немного погуляли, а потом, когда уже совсем стемнело, разъехались по домам.

– Файтинг[16], Хан Минси! – прокричали ей вслед, когда она садилась в автобус.

На этот раз, несмотря на усталость, Минси заставила себя сделать маску ещё с вечера, после душа. Глаза у неё немного опухли от слёз, так что пришлось воспользоваться ещё и патчами, чтобы наутро выглядеть посвежее. Зато настроение после встречи с подругами значительно улучшилось, и завтрашний разговор с писателем Кимом уже представлялся не таким сложным и страшным.

Когда есть люди, готовые встать на твою сторону, помочь и поддержать, кажется, что можно свернуть горы.

Минси была уверена, что сегодня будет плохо спать, но спала на удивление хорошо. Наверное, и вправду встреча с подругами придала ей сил, уверенности и храбрости перед встречей с писателем Кимом. Да и после вечерних процедур лицо у неё посвежело и больше не выражало вселенскую скорбь.

Хан Минси знала, что хороша собой. Об этом ей начали говорить ещё в школе. И всё же она никогда не пользовалась своей внешностью, чтобы иметь какие-то преференции, а старалась всего добиваться упорством и трудолюбием, чтобы не слышать потом, что с красивым личиком ей всё легко даётся. В частности поэтому Минси и выбрала женский университет «Ихва». К тому же ей нравилось, что там же учились многие известные женщины, которыми она от души восхищалась.

У её матери высшего образования не было. Зато она очень хорошо готовила, и закусочная, в которой мама трудилась много лет, одновременно подрабатывая в других местах, и где подавали кимпаб[17], пользовалась большим успехом. В детстве Минси даже ревновала к посетителям, потому что считала, – мамин самый вкусный в Корее кимпаб может есть только она сама.

Сейчас мама жила вместе со своей младшей сестрой, которая не так давно овдовела. Детей у тёти не было. Вдвоём они открыли маленькое кафе в небольшом курортном городе, и первое время туда заглядывали только туристы, но затем стали приходить и местные жители.

Хан Минси гордилась своей матерью. Её силой, отвагой и самоотверженностью. Ведь на женщину, которая растила ребёнка без мужа, посматривали косо. Некоторые прямо в лицо заявляли, что из Минси ничего путного не выйдет, потому что она родилась под несчастливой звездой. Разве может успешный в будущем человек расти без отца? Но им обеим удалось доказать, что эти люди ошибались. И в свою звезду Минси верила, надеясь, что со временем сумеет добиться всего, о чём мечтала с детства.

Иногда в метро или в автобусе Хан Минси видела людей, которые читали книги, изданные в «Хэппи Букс», и представляла, что однажды у них в руках окажется та, в издании которой она будет принимать непосредственное участие. Но пока доводилось лишь выполнять поручения старших коллег, помогать им в работе, и её имя ещё ни разу не появилось в списке создателей книги. А как было бы чудесно когда-нибудь его там увидеть!

Даже сейчас, когда дальнейшая карьера зависела от писателя со сложным характером и директора с ледяным сердцем, Минси продолжала надеяться, что это случится – и не с одной книгой, а со многими, ведь на другой работе, не в издательстве, она себя даже представлять не хотела.

Чтобы отпроситься с работы, пришлось позвонить редактору О Гихуну – своему непосредственному начальнику – и сказать, что ей нужно с утра отлучиться по личному поручению директора. Похоже, редактор О даже не удивился. Ведь вчера он был свидетелем, как её вызывали к Ли Джунхо.

Собираясь на встречу с писателем Кимом, Мин-си решила одеться как можно проще и скромнее. В конце концов, она должна просить прощения, а не покорять своей красотой, хотя подруги вчера намекнули, что такая тактика могла бы оказаться полезной. Но нет, Минси считала это неправильным, поэтому убрала длинные волосы в строгий пучок, а вместо вчерашней узкой юбки с белой блузкой надела широкие чёрные брюки и мешковатый коричневый свитер, который купила когда-то на распродаже, и с тех пор он так и валялся в шкафу.

Да, в таком жалком виде можно не только прощения попросить, но и сразу милостыню! И побольше, чтобы на стилиста хватило. Похоже, это вязаное недоразумение она покупала с закрытыми глазами.

Судя по адресу, Ким Хэджин проживал в весьма дорогом и престижном районе Сеула – Каннамгу. Интересно, он всегда был такой богатый или с гонорара квартиру купил? Нет, едва ли этих денег хватило бы на жильё в таком месте, учитывая, какая дорогая в столице недвижимость. И может, эта квартира вовсе не его, а съёмная? Но даже аренду здесь могут позволить себе лишь обеспеченные люди, ведь один депозит чего только стоит…

«И близко не Каннам-стайл! – сказала себе Минси, ещё раз взглянув на себя в зеркало перед выходом из дома. – Ну и ладно. Пусть подумает, что моей зарплаты даже на приличную одежду не хватает».

Автобусная остановка была ближе, но она прошлась до метро. Погода сегодня выдалась прохладная, так что дурацкий свитер оказался даже к месту – грел хорошо. Шёл октябрь, листья деревьев пока были лишь слегка тронуты золотым и багряным, настоящая осенняя красота ещё впереди.

Каждый раз, оказываясь в Каннаме среди небоскрёбов, огромных рекламных экранов, с которых улыбались звёзды эстрады и кино, и магазинов люксовых брендов, Хан Минси почему-то начинала чувствовать себя туристкой, а не коренной жительницей Сеула. Может, имел значение тот факт, что она приезжала в этот район довольно редко? Или из-за того, что туристов здесь едва ли не больше, чем местных? Благодаря располагающей к себе приятной внешности, Минси нередко сталкивалась с тем, что у неё спрашивали, как пройти к станции метро или найти то или иное здание. Она довольно неплохо знала английский, поэтому всегда старалась помочь.

Отыскав нужный адрес, Минси сделала глубокий вдох и, благодарно поклонившись впустившему её в подъезд пожилому консьержу, поспешила к лифту. И тут её ждал первый неприятный сюрприз – лифт не работал. А Ким Хэджин, между прочим, жил на десятом этаже. Хорошо, что не выше! Учитывая высоту дома, страшно было даже представить, каково приходится жильцам последних этажей.

Ничего не поделаешь, придётся штурмовать лестницу. Зато как полезно – вместо занятия в спортзале подъём на десятый этаж! Правда, стащить с себя слишком тёплый свитер она была готова уже на четвёртом, а ближе к восьмому пыхтела громче, чем упитанный мопс соседки, которого та насильно волокла на прогулки, невзирая на сопротивление. И выглядела Минси наверняка примерно так же, как он.

Вот и нужный этаж. Наконец-то! Она устало прислонилась к стене, чтобы перевести дух. Посмотрела на дверь квартиры. Опустила взгляд на пакет в руках, в котором лежал подарок.

Хотелось бы надеяться, что писатель Ким не разлюбил мятные шоколадки…

Позвонив в дверь, она дождалась вопроса «Кто там?» и протараторила:

– Это Хан Минси из издательства «Хэппи Букс». Вчера мы договорились, что я приду утром…

– Входите.

Его ответ прозвучал сухо, но её хотя бы соизволили впустить, а значит – не против и выслушать.

Вживую Ким Хэджин выглядел моложе, чем на фото. Она знала, что ему ровно тридцать, но вполне могла принять за своего ровесника. Возможно, для фотосессии его гримировали, к тому же там он был в строгом костюме, в очках и безупречно причёсан, а сейчас стоял со взъерошенными волосами, в простой синей рубашке, джинсах и смешных тапочках в виде мордочек какого-то животного.

– Проходите быстрее! – пробурчал он. – Быстрее, я вам сказал! Если вы её выпустите, сами будете ловить!

– Кого выпущу? – озадаченно спросила Мин-си, но тут уже и сама увидела довольно большую чёрно-белую кошку, которая выглядывала из-за ноги хозяина. – О, это ваша? А как её зовут?

– Сиянь. Вы пришли говорить о моей кошке? Или о том, как вы ненавидите мою книгу? – саркастично спросил писатель, когда она переступила порог.

– Я не ненавижу вашу книгу! – горячо возразила Минси. – Просто считаю её слегка… переоценённой. Но вы так молоды, у вас впереди большой творческий путь…

«Прикуси язык, Хан Минси!»

– Простите меня! – выдохнула она сокрушённо и двумя руками, демонстрируя этим своё почтение, протянула мужчине пакет с подарками. – Это для вас. Я очень раскаиваюсь в том, что сделала!

– Вы отправили это письмо по ошибке? – задал вопрос Ким Хэджин. Пакет он взял, но даже не заглянул в него – положил на полку. А ещё не пропустил Минси дальше порога и не предложил ей не только пройти в квартиру и выпить кофе, но и даже переобуться в тапочки! При том что ей самой очень этого хотелось – после подъёма на десятый этаж ноги в туфлях-лодочках буквально гудели. Знала бы, надела бы кроссовки.

– Да, – кивнула она. – Я написала его подруге, её фамилия тоже Ким. Это всего лишь моё личное мнение, к политике издательства оно не имеет никакого отношения.

– Уверены, что не имеет? – прищурившись, уточнил собеседник.

Айгу[18]! Образованный ведь молодой человек, с приятной внешностью, успешный, живёт в Каннамгу, тогда почему ведёт себя так, словно говорит с северокорейской шпионкой? Мог бы хоть немного благодушия проявить!

– Ну разумеется! Можете сами у директора Ли уточнить! Господин Ким, если вы… если разорвёте контракт с «Хэппи Букс» и уйдёте со второй книгой в другое издательство, меня уволят. И рекомендации дадут такие, что я не смогу больше найти работу в этой сфере! А для меня очень важно остаться там работать! Я хочу стать редактором! Хочу выпускать в свет новые книги и видеть, как люди в метро их читают!

Минси уставилась на него умоляющими глазами. Она снова была близка к тому, чтобы заплакать. Но гордость всё же не позволяла ей лить слёзы перед незнакомым мужчиной.

– Я действительно пришла, чтобы попросить у вас прощения. Не стану лгать и говорить, что в письме написана неправда, а на самом деле я в восторге от вашей книги. Я уважаю вас и не отрицаю коммерческого успеха вашей работы, но ведь и вам наверняка понравилось не всё, что вы когда-либо прочитали. Тогда почему я не имею права на своё мнение? Только потому, что работаю в издательстве?

Минси выпалила всё это на одном дыхании и только потом подумала, что, возможно, стоило бы как-то иначе подобрать слова и заранее подготовить свою речь, а не ляпать первое пришедшее в голову. Но сейчас уже поздно всё переиграть. По крайней мере, она говорила от души, искренне, а не фальшивила и не льстила.

Писатель Ким внимательно посмотрел на неё, склонив голову набок, а затем вдруг улыбнулся, и на его щеках показались ямочки. На фотографиях их тоже не было. Позировал он всегда с очень серьёзным видом.

– Что же… Как вас там… госпожа Хан, да? Я подумаю над тем, что вы сказали, и позвоню. Не знаю когда. Может быть, на этой неделе, а может, на следующей. А теперь до свидания! Пойдём, Сиянь, я дам тебе твой любимый паштет.

Горделиво взмахнув хвостом, кошка проследовала куда-то по коридору – очевидно, в сторону кухни. Вместе с ней ушёл и мужчина. Минси скрипнула зубами, открыла дверь и вышла из квартиры.

Спускаться по лестнице с десятого этажа оказалось куда проще, чем подниматься. Да и на душе стало легче. Хотя оставались сомнения и тревога, какое решение примет Ким Хэджин и что скажет директору Ли Джунхо насчёт возможного разрыва контракта?..

Когда за девушкой из издательства «Хэппи Букс» закрылась дверь, Хэджин обернулся. На его губах промелькнула улыбка, которая тут же сменилась усталым вздохом и громким зевком. Сегодня он снова не выспался, и вовсе не вчерашние затянувшиеся допоздна посиделки с друзьями являлись тому причиной.

Писатель пытался работать над второй книгой. Он проснулся, когда за окнами было ещё темно, сел за ноутбук и открыл файл с текстом. Ему показалось, что у него появилась блестящая идея, но, стоило перенести слова из головы на бумагу, как эта идея потускнела и стала выглядеть банальной до оскомины.

Похоже, у него случился самый настоящий творческий кризис. После внезапно свалившегося успеха первой книги он стал зваться писателем Кимом, обрёл поклонников, которые комментировали каждую его публикацию в социальных сетях, а на своих страницах делали посты о написанном им романе. Казалось, весь мир лежал у его ног, и вторая книга была начата на подъёме, но потом что-то изменилось, и с каждым днём становилось всё сложнее работать над текстом, который буквально вымучивался, выжимался по капле…

А тут ещё эта Хан Минси с её письмом! До чего же самоуверенной оказалась эта девчонка! После допущенного ею промаха она должна была умолять о прощении, но вместо этого заявила, будто его книга и вправду не лучшая.

И это, видите ли, её личное мнение!

Вот ведь нахалка!

– Что скажешь, Сиянь? – поинтересовался Хэджин, опустив взгляд на кошку. – Что нам делать с этой Хан Минси? А с «Хэппи Букс»?

Сиянь нетерпеливо махнула хвостом и что-то негромко пробурчала, требуя обещанного паштета.

– Хорошо, пойдём, – откликнулся он, открывая кухонный шкафчик, в котором хранились запасы кошачьего корма. – И всё же я думаю, что эту молодую особу нужно проучить. Как считаешь?

– Мяу! – Сиянь подпрыгнула, целясь в баночку с паштетом в руках. Открыв её, писатель поставил ту на пол, где кошка немедленно накинулась на любимое лакомство.

– Пожалуй, в чём-то она даже права, Сиянь, – вздохнул Хэджин. – Возможно, я не так уж и талантлив, раз вторая книга вот-вот станет для меня непосильной задачей. Как же другие писатели-то справляются?

Что он делает? Ведёт беседы с кошкой и советуется с ней, как ему быть. Но, увы, никому, кроме капризной питомицы, Ким Хэджин не мог признаться, что переживает сейчас. Он не писал об этом в соцсетях и даже на вчерашней встрече с университетскими друзьями так и не решился рассказать о своём кризисе и попросить совета или поддержки. Они считали Хэджина везунчиком, ведь ему досталось большое наследство двоюродного дедушки, у которого не было собственных детей, к тому же он сумел написать и издать книгу, ставшую очень успешной, да ещё и контракт на вторую ему предложили сразу же.

Хэджин не мог допустить, чтобы его жалели.

А если первая книга стала популярной по чистой случайности и больше ему этого успеха не повторить? Да и с новой всё сложно. Иногда от вида чистого листа у него начиналась самая настоящая паника, и казалось, будто больше никогда не получится выдавить из себя ни слова.

Эта Хан Минси, однако, настоящая энтузиастка. С каким пылом она говорила, что хочет работать редактором! Хэджин даже позавидовал её уверенности в выбранном пути.

Любопытно всё-таки, что она ему притащила. Наверняка какой-то стандартный подарок вроде дикого женьшеня. Нужно посмотреть, чтобы убедиться в своей догадке.

Он распаковал подарок и был весьма удивлён, увидев там несколько упаковок своего любимого мятного шоколада, а ещё красивую дорогую ручку. Хэджин невольно улыбнулся, представив, как Хан Минси бегает по всему Сеулу в поисках сладостей, которые сейчас продавались далеко не на каждом шагу. От пакета пахло её духами, и этот свежий приятный аромат будил в памяти облик девушки с её раскрасневшимися щеками, горящими глазами и нежным голосом.

А ведь она, наверное, единственная за последнее время, кто сказал ему, что действительно думает. Остальные не решались. Пока его книга держалась на верхних строчках в списке бестселлеров, да ещё и получила престижную премию, отзывы на неё приходили в основном положительные. Если кому и не нравилось, они молчали, чтобы остальные не обвинили их в неспособности понять великую задумку молодого писателя. Его даже называли новым классиком, чьи произведения в будущем станут изучать в школах и университетах!

Да уж, видели бы эти критики и поклонники, как он мучится над второй книгой!

Хэджин заварил себе зелёный чай и, сделав глоток, развернул шоколадку. Освежающий мятный вкус разлился по языку. Посмотрев в окно, за которым жил и суетился огромный город, он допил чай и нашёл в телефоне номер, с которого Хан Минси звонила ему вчера. Могла бы хоть визитку оставить!

Новый день начался со спортивного зала. После вчерашнего совещания, очередного малоприятного столкновения с кузеном-конкурентом и истории с письмом хотелось сбросить с себя напряжение, но вечером было не этого. Поэтому Джунхо отправился на тренировку рано утром и хорошенько пропотел на тренажёрах, а после проплыл несколько кругов в бассейне. Ему нравилось поддерживать себя в форме, к тому же такие занятия помогали снимать неизбежный рабочий стресс. А тот в последнее время рос в геометрической прогрессии.

Корейские детективы и триллеры пока ещё оставались популярными, их экранизировали и переводили на другие языки. Если издавать только их и целенаправленно разыскивать авторов остросюжетной литературы, можно продержаться на плаву. Но Ли Джунхо хотел, чтобы «Хэппи Букс» оставалось многожанровым издательством, выпускающим различные книги не только для одной аудитории. К примеру, поэтические сборники, пусть даже сейчас их читают гораздо реже. Или книги начинающих авторов, которые пока ничем не прославились и даже не могли похвастаться большим количеством подписчиков в социальных сетях.

Его двоюродный брат Кан Тэук считал иначе. Он делал ставку исключительно на популярных авторов и жанры. Кстати говоря, именно в его издательство с громким названием «Книги Халлю» первым делом обратился молодой автор Ким Хэджин, но получил отказ и лишь после этого предложил свою рукопись «Хэппи Букс». Результат известен – роман стал бестселлером и лауреатом книжной премии, а Тэук кусал себе локти и завидовал. И если писатель Ким надумает разорвать контракт, кузен, разумеется, тут же подсуетится, чтобы его перехватить.

А всё из-за Хан Минси!

Приехав в офис, Джунхо первым делом распорядился узнать, на месте ли сейчас Минси. Оказалось, она сообщила, что уехала выполнять его личное поручение. Должно быть, отправилась приносить свои извинения писателю, которого оскорбила.

Ким Хэджин переслал ему то письмо, и Джунхо его прочитал. Что же, это действительно выглядело так, словно Хан Минси пренебрегла издательской этикой. Отозваться подобным образом о человеке, благодаря которому – в числе прочих – она зарабатывала себе на плошку риса! И всё же её смелость даже вызывала что-то вроде… уважения? Восхищения? Мало кто осмеливается вот так открыто и смело, без оглядки на других, высказывать своё мнение. Ли Джунхо твёрдо знал, что как директор он обязан сделать ей строгий выговор и сурово наказать, если писатель Ким действительно передумает с ними работать из-за этого. Однако, если посмотреть на проступок другим взглядом, он признавал, что это было довольно смело, пусть даже она и не планировала отправлять письмо автору книги.

А если оценивать её не как начальник, но мужчина, то нельзя не признать, что Хан Минси очень хороша собой. И при этом вовсе не кокетлива. Она не пыталась сыграть на его мужских инстинктах, чтобы смягчить и очаровать, не включала эгьё[19], которое Джунхо, честно говоря, не выносил, считая такую манеру поведения наигранной, фальшивой и совершенно неподобающей достигшим совершеннолетия людям, особенно на работе. А ведь какая-нибудь другая девушка её возраста и такой внешности вполне могла бы применить все эти уловки! Но Минси оказалась другой – прямой, искренней и решительной.

Настоящей.

Наверняка она и с писателем Кимом разговаривала так же, как с ним. Так что кисэн бы из неё, пожалуй, не получилась. Не тот характер, чтобы льстить и угождать кому-то.

От размышлений Ли Джунхо отвлёк телефонный звонок по внутренней линии.

– Директор Ким, вам звонит Хан Минси! – сообщила секретарь. – Говорит, что у неё для вас какие-то срочные новости. Переключить?

– Да, пожалуйста, – отозвался он, удивлённый, что, словно откликаясь на его мысли, Минси ему позвонила. И что за новости? Хорошие или плохие?

– Хорошо, переключаю, – ответила секретарь Кан, которая, к счастью, была лишь однофамилицей, но не родственницей его кузена. В её голосе сквозь вежливый профессионализм пробивалось неодобрение – она явно не понимала, к чему обычной сотруднице, которая проработала в издательстве всего полгода, звонить и просить личного разговора с директором. Да и вчера Джунхо вызывал Хан Минси в свой кабинет, чего прежде никогда не делал.

Голос девушки раздался в телефонной трубке. Она говорила быстро – явно была взволнована. И её слова прозвучали так неожиданно, что Ли Джунхо сначала даже не поверил услышанному.

– Директор Ли, здравствуйте! Я сегодня была у писателя Кима! Отнесла ему подарки и попросила прощения! Сперва он ничего конкретного мне не ответил и, можно сказать, выставил за дверь, но затем перезвонил! И… сказал, что хочет поработать со мной над новой книгой, и чтобы я была его личным редактором!

Выпалив всё это на одном дыхании, Хан Минси замолчала. Похоже, она и сама потрясена требованием писателя. Джунхо уставился на погасший от бездействия экран компьютера. Следовало что-то ответить. Но… сделать личным редактором сотрудницу, у которой так мало практики и опыта? Однако, если таково условие, чтобы Ким Хэджин не разорвал контракт, придётся согласиться. И надеяться, что Минси больше ничего не испортит.

– Писатель Ким как-то объяснил это своё решение? – уточнил Ли Джунхо.

– Нет, никак не объяснил. Вы… вы против, да? Но что если он… Я ещё ничего ему не ответила. Решила сначала с вами поговорить и спросить, что вы об этом думаете.

– Думаю, ты должна перезвонить ему и сказать, что согласна.

Выйдя из дома, в котором проживал Ким Хэджин, Минси остановилась, чтобы перевести дыхание. Да уж, тренировка с утра получилась самая настоящая, никакого спортзала не надо. Наверняка жильцы уже полны возмущения из-за сломанного лифта, ведь это всё же Каннамгу, а не какой-то маленький непрестижный район, в котором, к примеру, могут воду на неделю отключить, а в ответ на все претензии лишь пожимать плечами и отвечать, что ремонтная бригада занята на другом объекте.

С утра она так нервничала, что не успела как следует позавтракать, а сейчас было уже некогда, приходилось спешить на работу. И всё-таки Минси решила перекусить хотя бы на бегу. От пережитого волнения хотелось чего-нибудь острого – с ней всегда так бывало, ещё в школе, когда готовилась к Суныну[20], постоянно ела рамён[21]с огромным количеством красного перца, а мама за это ругала, говоря, что она испортит себе желудок.

– Душу бы продала за свежеприготовленные обжигающие токпокки[22], – пробормотала себе под нос Минси, но, увы, ничего подходящего рядом не было. Пришлось идти в ближайший продуктовый магазин и покупать себе острый сэндвич с тунцом. Что, впрочем, тоже оказалось довольно вкусно.

Она как раз спешила к автобусной остановке, когда раздался звонок мобильника. На экране высветился номер писателя Кима. Похоже, он принял решение!

«Уже? Так быстро?». Минси почему-то думала, что он возьмёт больше времени на раздумья. Возможно, специально, чтобы помучить её неопределённостью. Ведь она действительно не на шутку уязвила его самолюбие, а писатели, как известно, натуры весьма чувствительные.

Снова разволновавшись, Минси на ходу столкнулась с какой-то туристкой и, пробормотав извинения, ответила на звонок.

– Да, господин Ким, слушаю вас.

– Знаете, я тут вот что подумал… – раздался в телефоне его немного сонный голос. – Пожалуй, я не стану разрывать контракт, всё же мне нравится в «Хэппи Букс», да и с гонораром на будущую книгу ваше начальство обещало не скупиться. Однако у меня есть одно условие, которое касается непосредственно вас.

– Меня? – переспросила Хан Минси, остановившись и отойдя в сторону, чтобы не врезаться в кого-нибудь ещё, не споткнуться и не сломать каблуки на туфлях. Неужели он потребует, чтобы она уволилась из издательства?..

– Да-да, именно вас, госпожа Хан! – ответил Ким Хэджин.

– И… чего же вы от меня хотите?

– Я хочу, чтобы вы стали моим личным редактором и вместе со мной работали над второй книгой. Говоря «личным», я имею в виду именно это. Вашей первостепенной задачей станет помощь мне и выполнение моих поручений.

«Его поручений? Он меня что, за прислугу принимает? Нет, моя должность, конечно, и вправду называется «ассистент», но это не значит, что…»

– Вы меня поняли, госпожа Хан?

– Д… да, поняла. Но видите ли, я не могу сама вот так сразу всё решить и вам ответить. Разрешите мне попросить позволения у директора Ли?

– Разрешаю, – хмыкнул писатель Ким. – Но имейте в виду, это моё главное условие. И я от него не отступлюсь вне зависимости от того, что вам скажет ваш директор.

Когда он отключился, Минси добрела до остановки последние несколько метров и недоумённо уставилась на висевший там плакат. С него ей улыбалась и подмигивала кинозвезда, рекламирующая какой-то напиток. Однажды самой Хан Минси, когда она ещё была студенткой, предложили сняться в рекламе, а в перспективе, вероятно, и в дораме.

«Может, стоило согласиться? И сейчас у меня не было бы таких проблем…». Тогда Минси отказалась, потому что твёрдо знала, что хочет работать в книжном издательстве и нигде больше.

Она совершенно не понимала, с какой такой радости Ким Хэджин выставил подобное требование. Вряд ли их встреча, во время которой он вёл себя довольно грубо, так его впечатлила. Скорее уж писатель решил таким образом её наказать.

Вот только… выбора не было. Если откажется, потеряет работу в «Хэппи Букс». Писатель Ким разорвёт контракт, а директор Ли сразу после этого укажет ей на дверь.

Нужно позвонить директору! Ещё неизвестно, что он скажет. Впрочем, успешным писателем, чья новая книга может принести немалую прибыль, Ли Джунхо определённо дорожит больше, чем проработавшей всего полгода сотрудницей, о чём прямо сказал вчера.

Набрав номер приёмной директора, Минси попала на его секретаря и внутренне сжалась, услышав в интонациях Кан Ханы надменное удивление. Ну да, со стороны простой ассистентки наглость звонить директору Ли напрямую. Но иногда, если хочешь добиться своего, приходится быть пробивной особой и нарушать правила приличия – этому жизнь её научила ещё в школе.

Услышав в телефоне голос директора, Хан Мин-си выложила ему всё, что с ней произошло сегодняшним утром. Поведала о встрече с писателем, о его звонке и выдвинутом условии. Наверняка Ли Джунхо очень удивился, когда всё услышал.

– Писатель Ким как-то объяснил это своё решение? – задал вопрос директор.

– Нет, никак не объяснил, – ответила она. – Вы… вы против, да? Но что если он… Я ещё ничего ему не ответила. Решила сначала с вами поговорить и спросить, что вы об этом думаете.

– Думаю, ты должна перезвонить ему и сказать, что согласна.

– Вот как? То есть вы это одобряете? Но я же… я ещё никогда не выполняла такую работу.

– Всегда приходится с чего-то начинать. Однако, если ты опять в чём-то ошибёшься и этим вызовешь его недовольство… – Директор Ли прокашлялся и на некоторое время замолчал. Минси даже решила, что их разъединили, когда он заговорил снова: – Вот что мы сделаем: я буду лично за тобой присматривать.

– Что? – пробормотала она. – Вы будете за мной присматривать? Это, простите, как?

– Контролировать твою работу и наставлять тебя. Нам очень нужна вторая книга писателя Кима, ведь даже если она понравится публике меньше, чем первая, его поклонники всё равно раскупят большую часть тиража. Ты же хочешь, чтобы «Хэппи Букс» оставалось успешным издательством и все сотрудники вовремя получали зарплату?

– Конечно, хочу! – выпалила Минси. Как можно вообще о таком спрашивать? Разве могут быть какие-то сомнения?..

– Тогда постарайся больше ничего не натворить. Перезвони и скажи писателю, что будешь усердно трудиться, чтобы его новая книга возглавила список бестселлеров. И пришли мне пароль от твоей рабочей электронной почты.

– З… зачем? – спросила она запнувшись.

– Ты ещё и моим распоряжениям противиться будешь? – в голосе директора Ли прорезались металлические нотки. От этого Минси захотелось втянуть голову в плечи, и она автоматически поклонилась, пусть Ли Джунхо и не мог её сейчас видеть.

– Что вы, разумеется, нет, я всё сделаю!

– Вот и правильно. А теперь не заставляй писателя Кима ждать. Увидимся в офисе.

«Увидимся в офисе? Он как будто свидание назначил! Айгу, да что за глупости мне в голову лезут?!»

Прежде чем набрать номер писателя, Минси написала подругам обо всех последних новостях. «Хан Минси теперь личный редактор? Нужно это отметить», – немедленно прилетел ответ от Юн Черён. Остальные были с ней солидарны. Ким Бора предложила позвать Сухёна, который также наверняка переживал сейчас из-за этой ситуации с письмом.

«Хорошо, я его позову», – набрала ответ Хан Минси.

Ким Хэджин ответил на её звонок немедленно, как будто сидел около телефона.

– Господин Ким, я поговорила с директором Ли. Он согласен на ваше условие. И я тоже согласна. Я… стану усердно трудиться… стараться, чтобы ваша новая книга получила не меньший успех, чем первая. Но должна предупредить, что у меня недостаточно опыта, поэтому, возможно, вам следовало попросить стать вашим личным редактором кого-то более компетентного из моих коллег.

– Нет, госпожа Ким. Никаких других редакторов. Я хочу только вас, – безапелляционно заявил писатель.

От этих его слов она едва не поперхнулась. Понятное дело, что он имел в виду лишь профессиональную сферу, а не… кхм… отношения между мужчиной и женщиной. Но всё же то, как Ким Хэджин это сформулировал, несколько смущало.

«Вот Черён точно не растерялась бы, а нашлась, что ответить, да ещё и пофлиртовала бы с ним», – подумалось ей. Но у Минси практически не было опыта в отношениях, кроме невинных школьных прогулок с мальчиком из старшего класса, который любил играть в баскетбол и покупал ей любимое клубничное мороженое. Некоторым это казалось странным, учитывая внешность Минси, однако сначала она почти всё время уделяла учёбе, потом работе, да и в университете её окружали только девушки, а ведь именно студенческая пора, по общепринятому мнению, являлась самым подходящим временем, чтобы крутить романы.

– Хорошо, господин Ким, и с чего мы с вами начнём? – вежливо осведомилась Минси.

– Начнём завтра. Приходите ко мне с утра, как сегодня. Принесите кофе, чёрный, со льдом.

«Да что же это за наказание?! Опять подниматься на десятый этаж без лифта, да ещё и кофе тащить? Может, мне пора идти к шаманке, чтобы снять сглаз?»

– Да, господин Ким, – произнесла вслух она.

– Прочитаете первые главы и скажете своё мнение.

– Моё… мнение?

– Именно, госпожа Хан. И не пытайтесь мне польстить. Хотя сомневаюсь, что вы это вообще умеете, – добавил собеседник, заставив её скрипнуть зубами.

– Уверяю вас, что льстить даже и не подумаю. Но… Мне ведь не придётся целыми днями находиться у вас дома?

– Нет, не придётся, у вас будет время, чтобы поработать также в своём офисе, а у меня – от вас отдохнуть.

«Ещё не устал, а уже отдыхать собрался!»

После разговора с писателем Минси села в автобус и поехала на работу. Ей снова захотелось есть – одного сэндвича было определённо маловато. Должно быть, это на нервной почве. Хочется заедать стресс чем-то вкусненьким. Хорошо, что вечером она снова встретится с подругами и вдоволь закусит холодное пиво жареной курочкой.

Первым, кого Хан Минси увидела, войдя в здание, оказался Сон Сухён. Он как раз спустился в магазин, чтобы купить там обожаемое им банановое молоко. Но даже открыть его позабыл, бросившись к ней.

– Ну что, как ты, тебя не уволили?

– Нет, – улыбнулась ему Минси. – Меня даже в каком-то смысле повысили по службе. С завтрашнего дня я стану личным редактором писателя Кима! Можешь меня с этим поздравить. Ну, или посочувствовать…

– Ого! – Сухён округлил глаза. – Ты должна рассказать мне, как так получилось!

– Расскажу. Ты, кстати, свободен вечером? Мы с подругами хотим где-нибудь посидеть и тебя тоже приглашаем!

– С твоими подругами? – переспросил Сон Сухён.

– Ну да, ты же их знаешь! – кивнула Минси. – Хотя… если у тебя другие планы на вечер, ничего страшного. Посидим вчетвером, как обычно.

– Хм… Нет, пожалуй, я смогу прийти. Хотел съездить за покупками, но это подождёт.

Он вдруг слегка покраснел, и в мыслях Хан Минси зашевелились подозрения. А что, если Сухёну нравится одна из её подруг? Он, кажется, давно ни с кем не встречался, но однажды – на каком-то корпоративе, кстати, – проговорился, что кое-кем заинтересован. Вот только вопрос, которая из трёх девушек? Настоящая детективная загадка!

– Отлично, – вслух сказала она. – Тогда посидим и поболтаем вечером после работы. Расскажу все-все подробности про мою встречу с писателем Кимом!

– Как он тебе вообще? – поинтересовался приятель.

– Ну… внешне вполне неплох. Выглядит моложе, чем на фотографиях. Да ещё и живёт в Каннамгу! Но его характер – это действительно что-то с чем-то! Сначала выпроводил меня, поговорив на пороге и даже не предложив войти в квартиру, а потом заявил о своём желании, чтобы уже завтра я снова приехала, да ещё и кофе ему принесла! Разве в обязанности редакторов входить покупать писателям кофе?

– Ты ведь перед ним провинилась, – напомнил Сон Сухён. – Наверное, Ким Хэджин решил тебя за это наказать. Крепись, Минси, легко точно не будет!

– Это я уже и сама поняла, – вздохнула она, вспомнив недовольную гримасу на лице писателя. – А, ещё у него есть кошка. Похоже, такая же вредная, как и он сам.

– Питомцы часто бывают похожи на своих хозяев.

Хан Минси подумала, не заглянуть ли ей тоже в продуктовый магазинчик, чтобы купить что-нибудь перекусить, но тут в холле здания появилась секретарь директора Ли Кан Хана. Выглядела она как всегда безупречно. Строгий костюм, явно из недешёвого магазина, идеально уложенные блестящие волосы, стройные ноги в туфлях на шпильке. Эта молодая женщина походила на Снежную королеву из сказки – холодную и прекрасную. Минси стало стыдно за свой нелепый свитер и небрежный пучок на голове.

«Может, меня и называют красивой, но такой, как она, мне всё равно не стать», – промелькнула мысль.

– Хан Минси! – окликнула её секретарь Кан. – Ты-то мне и нужна. Директор Ли велел передать, что ждёт тебя в своём кабинете.

«Что-то ты к нему зачастила в последнее время, подозрительно это», – явственно читалось на лице у Кан Ханы. И её недоумение можно было понять. Такая мелочь, как простая ассистентка, не должна встречаться с директором наедине, когда для всех вопросов есть непосредственный начальник.

– Уже иду, спасибо, что передали мне слова директора Ли! – с поклоном отозвалась Минси.

– Да уж, – покачал головой Сухён. – Интересная жизнь у тебя началась. Я работаю здесь дольше, чем ты, но меня директор ни разу к себе не вызывал.

– Нечему тут завидовать, – хмыкнула она и, пожалев, что не успела перекусить чем-нибудь ещё, кроме острого сэндвича, поспешила к лифту.

Сегодня ей было уже не так страшно идти к кабинету Ли Джунхо, как вчера, но почему-то не хотелось показываться перед ним в таком невзрачном виде. Учитывая, что сам он всегда выглядел весьма элегантно, да ещё и постоянно наблюдал перед собой секретаря Кан с её длинными ногами модели и волосами, как из рекламы шампуня. Но что поделать, возвращаться после встречи с писателем домой и переодеваться во что-нибудь другое времени не было.

Минси постучалась в дверь и, дождавшись позволения войти, снова оказалась в кабинете, куда вчера шла словно на каторгу. Сейчас она по крайней мере знала, что её не уволят. Ну, в ближайшее время точно, а там кто знает, как всё сложится.

Может быть, дорога её жизни всё же снова свернула на светлую полосу?..

– Итак, Хан Минси… – Директор Ли, склонив голову, с любопытством изучал её взглядом. И от его внимания определённо не ускользнули все странности внешнего вида. – Признаться, мне интересно, как это ты умудрилась произвести на писателя Кима такое впечатление, что он решил выбрать тебя своим личным редактором. У нас в «Хэппи Букс» давно не было подобной практики. Однако, даже если это просто каприз, мы обязаны его выполнить.

– Да, директор, – согласилась она.

Минси склонна была согласиться с тем, что это каприз, да ещё и наверняка продуманный. Ким Хэджин просто хочет над ней вволю поизмываться! Поэтому она будет пешком таскать ему кофе на десятый этаж, читать эту его новую книгу, хотя он ведь знает, что ей не понравилась первая, а значит, маловероятно, что вторая будет по душе. Но от этих внезапно свалившихся обязанностей никуда не деться. Потому что альтернатива им – увольнение, а терять свою драгоценную работу в издательстве Минси не желала ни в коем случае.

Даже если для этого придётся какое-то время побыть у несносного автора на побегушках!

– Что же, рад, если ты это понимаешь. Как я и сказал – буду за тобой присматривать. И за твоей перепиской с писателем Кимом тоже, – добавил Ли Джунхо, обжигая её взглядом своих, казалось, ещё сильнее потемневших глаз.

Ох! Она впервые сталкивалась с человеком, обладавшим настолько сильной мужской харизмой. Возможно, дело в его происхождении и замашках хозяина жизни, которые дети из богатых семей приобретают ещё при рождении? Будь он простым служащим вроде Сухёна, не производил бы такого впечатления. Или это личное, присущее директору Ли и только ему?..

Сегодня Хан Минси выглядела иначе. Не так, как вчера. Вместо белой блузки и подчёркивающей ладную фигурку юбки на ней были широкие брюки и какой-то смешной мешковатый свитер, больше подходивший для поездки на природу, чем для работы в офисе. Да ещё и волосы, которые вчера лежали красивыми локонами, сейчас уложены в пучок, скорее похожий на воронье гнездо, нежели на приличную женскую причёску. Но почему-то даже в таком забавном виде она казалась очень милой, какой-то уютной и домашней, что ли.

Да о чём он вообще думает?!

Джунхо осознавал, что должен сердиться на эту девушку, но отчего-то не получалось. Пожалуй, Минси даже восхищала его. И удивляла.

Любопытно всё же, чем она так проняла писателя Кима? А что, если и в самом деле её внешность сработала? И… не начнётся ли у них роман, если эти двое будут немало времени проводить вместе, работая над книгой?..

«Этого ещё не хватало, – сказал себе Ли Джунхо. – Это неправильно, непрофессионально, в конце концов. И может негативно отразиться на репутации издательства! Нельзя этого допустить. И пусть в моём распоряжении не так много свободного времени, я обязательно буду приглядывать за Хан Минси!»

Назначение личных редакторов даже популярным писателям в «Хэппи Букс» действительно не практиковалось уже давненько. Не такой уж большой у них штат, чтобы этим заниматься. Но в этой ситуации другого выхода нет – им придётся согласиться с требованием, которое выдвинул Ким Хэджин. Он талантлив, публика его любит, из презентации второй книги можно устроить грандиозное мероприятие. Кстати, о мероприятиях…

– Ты до сих пор не отправила писателю Киму приглашение на вечеринку издательства? – уточнил Джунхо.

– Нет, простите… – Минси виновато опустила голову. – Но, возможно, это сделала Чхве Мигён? Сегодня она должна была выйти на работу. Ну, я надеюсь, что её плохое самочувствие не затянулось на два дня.

– Ты тоже участвуешь в подготовке к вечеринке?

– Да, как и весь наш отдел. А вы придёте? Простите… наверное, я не должна была о таком спрашивать… это ведь не моё дело.

– Я приду, – хмыкнул он.

Вечеринка издательства, на которой будут присутствовать сотрудники, авторы, журналисты, книжные – и не только книжные – блогеры. Ли Джунхо не слишком-то нравилось находиться в центре внимания, но он должен там появиться. Есть вероятность, что получится заключить новые выгодные контракты. К примеру, прошлое такое мероприятие подарило им возможность издать в подарочном формате кулинарную книгу от автора, которая вела очень популярный канал с огромным количеством подписчиков. Джунхо даже сам попробовал приготовить кое-какие блюда по её фирменным рецептам, и чапчхэ[23]ему неплохо удалось.

– Я постараюсь работать так, чтобы у писателя Кима больше не появилось претензий ко мне и к «Хэппи Букс», – заверила Хан Минси, но по её глазам было видно, что она сомневается. Может быть, не в себе, а в писателе, однако точно не уверена до конца, что справится. Впрочем, её можно понять, опыта-то с мышкин хвост[24].

– Рассчитываю на тебя, – ответил ей на это Ли Джунхо. – Можешь идти, возвращайся в отдел. И не забудь, что ты ещё должна переслать мне пароль от своей рабочей электронной почты.

– Спасибо, что не от личной, – пробормотала она и тут же вскинула на него испуганный взгляд. – Простите! Я… просто подумала вслух.

– Не самая полезная привычка, – укорил её Джунхо. – Сама посуди… Что, если тебя подслушает шпион?

– Шпион? Но что ему делать в издательстве? Выведывать, каким тиражом вышел детектив про инспектора полиции, потерявшего память?

– Тебе и эта книга не нравится? – нахмурился он.

– Нет, что вы, эта нравится! Просто Ким Хэджин… если бы его книга относилась к жанровым историям вроде того же детектива, но у него ведь не такая. У меня ощущение, точно он замахнулся на классику, попытавшись создать произведение, которое когда-нибудь будут изучать в школе. Вот и Ким Бора – моя подруга, что как раз работает учительницей – собиралась порекомендовать его роман ученикам. Просто от себя, вне программы.

– И что, по-твоему, это плохо?

– По-моему, Ким Хэджин слишком молод для такого сюжета. Ему недостаёт собственного опыта, поэтому он опирается на чужой, в том числе других авторов. И… на мой взгляд, это чувствуется, если читать книгу вдумчиво. У него как будто ещё нет своего голоса. Это всего лишь моё мнение, и, возможно, я не права, – добавила Хан Минси.

– Надеюсь, к его новой истории ты не будешь так строга и придирчива. Не забывай: нам нужно выпустить её в красивой обложке и с новыми рекордами продаж. В твоих интересах, чтобы писатель Ким не затягивал с написанием второй книги, а то он пока ещё ни одной главы редактору О не прислал.

– Вот как? Значит, я буду первой, кто эту главу прочитает? – захлопала глазами девушка. – Кто бы мог подумать…

От этих слов Ли Джунхо ещё больше уверился в том, что его личный присмотр за Минси просто необходим.

Минси и вправду была очень удивлена, когда услышала, что Ким Хэджин не прислал ещё ни одной главы своей новой книги редактору О. И о чём он вообще думал? Подписал контракт с издательством и решил, будто можно лениться, а не усердно работать? Всё потому, что после первой книги стал успешным писателем? Но ведь успех быстротечен, и если у автора не выходит новинок, его забывают. Да, встречаются, конечно, исключения, но они весьма редки. Она очень сомневалась, что писатель Ким действительно станет новым классиком корейской литературы, а вот запомниться читателям как автор всего лишь одной книги он вполне себе может, если не поторопится.

Ох уж эти творческие люди!

Почему-то директор Ли снова нахмурился, и Минси запоздало подумала, что опять наговорила лишнего. С ней иногда бывало такое, мысли не поспевали за словами, и те вырывались из её рта раньше, чем она успевала их обдумать. Обычно это случалось от волнения, а именно это чувство она испытывала рядом с Ли Джунхо.

Наедине с ним.

Раньше, представляя время от времени их приватное общение, Минси не думала, что такое и в самом деле когда-нибудь произойдёт. Это были безопасные размышления, скорее даже мечты о чём-то, что никогда не сбудется. Потому что где она и где директор Ли? Но вот они второй день одни в его кабинете, разговаривают уже несколько долгих минут, а он ещё по телефону звонил ей сегодня. И пообещал, что будет присматривать…

Всё это заставляло чувствовать себя очень странно. Хан Минси как будто попала в какой-то волшебный мир. Как Алиса, которая оказалась в Стране чудес, а потом ещё и в Зазеркалье.

– Можешь идти, – повторил директор, нарушив молчание, и, поклонившись ему, она вышла из кабинета.

По дороге в отдел Минси размышляла, известно ли уже коллегам о переменах в её работе, но, судя по тому, что никто не набрасывался с изумлёнными возгласами и расспросами, те ничего не знали. Но она не обманывалась этим затишьем – совсем скоро они будут в курсе. Если первыми прознают заядлые сплетницы издательства, непременно расскажут всем. Но делиться новостями с ними Хан Минси, разумеется, не собиралась. А вот О Гихуну как её непосредственному начальнику придётся сказать, если ему ещё ничего не сообщил директор Ли.

Она вернулась в кабинет, где сидели сотрудники издательского отдела, и, воспользовавшись тем, что в это время там никого, кроме редактора О, не оказалось, обо всём ему рассказала. Он определённо удивился, но уже не очень сильно, учитывая, что вчера Минси вызывали к директору, а сегодня она ходила куда-то по его личному поручению. И всё же начальник заметно занервничал и выразил сомнение, что подчинённая справится с такой непростой и щекотливой работой, которая ей предстояла.

– Ты ведь ещё никогда прежде этим не занималась, – проговорил он, хмуря густые брови.

– Да, но у меня и вправду не было выбора, пришлось соглашаться, – вздохнула Минси. – Я бы с большим удовольствием продолжила заниматься своими обычными делами. Поучаствовала бы в предпечатной подготовке книги, не взаимодействуя при этом каждый день с её автором.

– Писатель Ким тебе не понравился?

– Не могу сказать, что я от него в восторге, – честно призналась она. – Но сделаю всё от меня зависящее, чтобы его вторая книга поскорее увидела свет. Не ради него и его будущих успехов, а ради «Хэппи Букс».

– Правильно рассуждаешь, – покивал собеседник. – Рад видеть, что ты предана издательству. Для бумажных книг сейчас настали сложные времена. Ты и сама, как я заметил, в основном читаешь вебтуны в своём телефоне. Как почти вся молодёжь. Это удобнее, мобильнее, не нужно носить с собой лишний груз, если привык читать в общественном транспорте. Но ведь электронную книгу нельзя понюхать, положить под подушку, подарить другу с радующей его подписью, которую он, возможно, будет перечитывать через годы и вспоминать о тебе…

О Гихун погрузился в ностальгию о временах, когда никаких цифровых альтернатив бумажным книгам не было. И в чём-то Хан Минси его очень хорошо понимала. У неё тоже лежали книги, подаренные когда-то мамой или подругами. Они всегда подписывали их тёплыми и ободряющими поздравительными словами, и, листая книжные страницы, она мысленно переносилась в те дни, когда получила эти подарки. Но нельзя не признать, что время не стоит на месте, и если молодые люди предпочитают читать вебтуны на экранах своих смартфонов и планшетов, заинтересовать их книгами на бумаге едва ли получится; скорее, те придётся оставить для старшего поколения, ещё не утратившего старые привычки.

Минси подумала, что сотрудники входящих в корпорацию «Мун Групп» компаний, которые занимались электронными, выходящими по главам, книгами и вебтунами, наверняка зарабатывали больше и никогда не сомневались в нужности своего дела. Но она тоже не желала в этом сомневаться. И всякий раз, когда оказывалась в книжных магазинах и видела там изданные в «Хэппи Букс» книги, не могла сдержать радости и гордости от причастности к их созданию, хоть та и была невелика.

Остаток рабочего дня прошёл спокойно. Хан Минси занималась исключительно своими прямыми обязанностями, потому что Чхве Мигён вышла на работу. Правда, отправлять писателю Киму приглашение на вечеринку издательства пришлось всё-таки самой, а не коллеге, ведь это нужно было сделать ещё вчера.

Подумать только, как много меняется лишь от одного случайного поступка! Если бы Ким Хэджин получил своё приглашение, а Ким Бора адресованное ей письмо, ничего бы не случилось. И всё не изменилось бы так разительно. Ли Джунхо так и не заметил бы скромную молодую сотрудницу, проходя мимо неё в коридорах здания, а может, даже и не узнал про её существование. И она не стала бы личным редактором молодого, но весьма амбициозного писателя, чья первая книга ей совершенно не понравилась.

После работы Минси вместе с Сухёном поехала на метро в кафе, где она договорилась встретиться с подругами. На этот раз даже Ча Юми не опоздала. Все явились вовремя и сгорали от желания немедленно услышать рассказ, как прошла встреча с писателем Кимом.

И она рассказала. Про писателя, про его кошку по имени Сиянь, про сломанный в его доме лифт и десятый этаж, на который ей завтра придётся тащить кофе. Похоже, Ким Хэджин решил, что Хан Минси будет отрабатывать свою вину перед ним, иной причины для требования сделаться его личным редактором она не видела.

– А может, ты ему понравилась? – предположила Юн Черён.

– В таком-то виде?!

– Или наш совместно выбранный и купленный подарок так его впечатлил, – заметила Бора.

– Да ну, вряд ли, – усомнилась Минси. – Что он, сам не мог себе свой любимый мятный шоколад купить? Просто этот писатель очень вредный и ехидный тип! – заключила она.

– Ты же сказала, что он симпатичный молодой человек, – приподняла выщипанные брови Юми.

– Как будто симпатичный молодой человек не может быть вредным и ехидным типом! Мог бы сам спуститься и выпить кофе в ближайшей кофейне! Или курьера с кофе на вынос вызвать, а не меня заставлять!

– Дался тебе этот кофе, – покачала головой Бора, снова проявив свойственную людям её профессии серьёзность и основательность. – Я бы на твоём месте лучше о другом побеспокоилась. Например, о том, сможешь ли ты объективно оценить его рукопись и помочь ей стать лучше.

– Не уверена, – вздохнула Минси.

В это время им наконец-то принесли заказ, и она с аппетитом набросилась на острую жареную курочку.

Утолив первый голод, они принялись обсуждать дальнейшую тактику. В итоге пришли к выводу, что Хан Минси нужно придержать свой острый язычок и постараться угодить писателю Киму. Да, он может капризничать и выводить её из себя, но нельзя забывать, что на кону стоит карьера!

– А не заглянуть ли нам в норэбан[25]? – предложил Сон Сухён. Поначалу он почти всё время молчал, слушая девушек, но немного осмелел и решил проявить инициативу. – Я плачу.

– О, это я всегда за! – поддержала его идею Черён, которая очень хорошо пела и с детства мечтала выступать на сцене.

– Только не пой, пожалуйста, трот[26]! – попросила Сухёна Минси, зная о его старомодном пристрастии к этому жанру.

– Ну пожалуйста, всего одну песню! – скорчив умильную гримасу, взмолился он. И она рассмеялась, снова чувствуя себя расслабленной и счастливой в дружеской компании.

Вот бы рядом с директором Ли так себя ощущать! Но его было практически невозможно представить в такой обстановке – в маленькой закусочной с курочкой и пивом, с красными пластиковыми столиками и шумной говорливой аджуммой[27], которая владела этим скромным заведением и самолично обслуживала посетителей. Такие люди, как он, должны поедать дорогие стейки в ресторанах пятизвёздочных отелей. И не петь в караоке, а ходить на концерты оперной музыки. Вот такое ему бы действительно подошло, и наверняка именно так Ли Джунхо и проводил своё свободное время. Ну, может, ещё в гольф играл. Гольф – если судить по дорамам о чеболях[28]– представлялся Минси спортом богатых людей, недоступным простым смертным вроде неё самой.

И всё же она была счастлива оставаться собой и на своём месте, не мечтая о том, что могла бы родиться в другой семье, у других родителей, с другим положением. Что толку предаваться пустым иллюзиям? Нужно строить жизнь, исходя из той точки, в которой находишься, и не сравнивать себя с другими, которым, может быть, в чём-то повезло больше, чем ей. Зато у них, возможно, не было такой ласковой, любящей и самоотверженной матери, как у неё. Или таких замечательных подруг, с которыми можно и в огонь, и в воду!

Расплатившись с хозяйкой, они всей компанией двинулись в норэбан, где Сон Сухён исполнил свой обожаемый трот, а Юн Черён очень артистично изобразила из себя звезду Халлю. Потом они сфотографировались все вместе в фотобудке, едва поместившись в кадр. Вечер закончился, Хан Минси поехала домой на последнем автобусе, Черён пошла пешком, потому что ей было недалеко, а Сухён вызвал такси, решив проводить Бору и Юми, которые проживали в отдалённом от центра Сеула районе.

Так кто же из подруг всё-таки ему нравился? Или она ошибалась, предполагая такую вероятность? Что же, время покажет, когда-нибудь он признается или как-то ещё себя выдаст.

И вообще, ей бы в своих запутанных чувствах разобраться, а не в чужие нос совать.

– Кофе со льдом, пожалуйста! – сделала заказ Минси и, получив от хорошенькой девушки-баристы высокий холодящий ладони стаканчик и пожелание хорошего дня, вышла из кофейни, которая находилась буквально в двух шагах от дома Ким Хэджина.

«Вот мог бы сам спуститься, купить себе кофе и выпить! – ворчливо подумала она. – Ишь, какой король выискался, кто-то ему угождать должен! Такого от меня даже директор Ли не требовал!»

А впрочем, директору Ли Джунхо совершенно незачем было требовать от Хан Минси принести холодный кофе – или горячий, неизвестно, какой он любит, – ведь для этого у него имелась безупречная во всём секретарь Кан Хана.

Войдя в просторный холл многоквартирного дома, в котором наверняка жили одни лишь богатые и очень богатые люди, Минси застала громкую ссору между уже знакомым ей консьержем и пожилой, но очень элегантно одетой женщиной с завитыми седыми волосами.

– Аджосси[29], это просто безобразие! – воскликнула она с возмущением. – Когда уже починят лифт? Невозможно это терпеть!

– Уважаемая хальмони[30], помилуйте, что я могу поделать? Я не умею чинить лифты! Заявка о поломке передана, теперь нам остаётся только ждать, когда придут и сделают.

– И это в нашем-то доме?!

Хан Минси была с этой дамой целиком и полностью солидарна. Ведь ей самой предстоял очередной подъём на десятый этаж в квартиру капризного писателя Кима и его кошки. Сделав глубокий вдох, как будто готовилась нырнуть в воду, она приступила к покорению лестниц.

Когда, вспотев и ещё больше разозлившись, Минси оказалась возле квартиры, дверь уже была приоткрыта. Должно быть, Ким Хэджин услышал её шаги. Увидев, как она выглядит, он закатил глаза.

– Вы как будто на Чирисан[31]поднимались! – заметил писатель.

– Никогда не любила ходить в горы, – пробурчала Минси, коротко поклонившись.

– Тогда вам следовало бы родиться в другой стране.

– В следующей жизни непременно так и сделаю.

– Что насчёт моего кофе? – слегка посторонившись, чтобы пропустить её в квартиру, осведомился Ким Хэджин.

– Возьмите! – протянув ему стаканчик, ответила она. Фух, ну и упражнение с утра! Вот чем должны заниматься айдолы, чтобы поддерживать себя в форме!

– Вы так медленно поднимались, что лёд успел растаять, – недовольным голосом заметил Ким, и Минси захотелось вылить треклятый кофе ему на голову.

Ведь есть же в стране очень милые и вежливые писатели, почему ей достался этот невыносимый тип?..

Кошка по имени Сиянь, как и вчера, вышла её встречать. Обнюхала ноги посетительницы и, надменно дёрнув каким-то уж очень длинным хвостом, скрылась в коридоре. Хан Минси подняла взгляд на писателя Кима, который сегодня был одет в чёрно-белую футболку с длинными рукавами и серые домашние брюки.

– Может быть, вы дадите мне тапочки?

– Я не держу тапочек для гостей. Вы можете просто разуться и пройти в квартиру. У меня чисто.

– Самолично убираетесь? – поинтересовалась она.

– Ну что вы, ко мне приходит женщина, которая занимается уборкой и готовкой.

– Хотя бы эти обязанности вы на меня не свалите! – выпалила Минси и запоздало осознала, что снова невольно подумала вслух.

– А вы бы хотели? – Ким Хэджин насмешливо вздёрнул брови. – Нет уж, для вас у меня найдутся задания поинтереснее. Проходите уже, не задерживайтесь на пороге. Книга сама себя не напишет.

– Вот именно, – отозвалась Минси. – Но я её за вас тоже не напишу, имейте в виду. Такое в работу редактора не входит.

– Этого мне от вас уж точно не надо! Представляю, что вы можете написать, госпожа Хан! Что-то скучное и назидательное!

«Кто бы говорил!» – ответила она ему, на этот раз мысленно, и стянула с ног туфли на низком каблуке, которые специально надела, чтобы не так тяжело было подниматься по лестнице. Кроссовки всё-таки не решилась. Ведь после дома писателя Кима ей следовало отправиться в издательство, а там отступление от офисного дресс-кода всё же не слишком-то приветствовалось.

По правде говоря, Минси было весьма любопытно увидеть, как живёт Ким Хэджин. Войдя в квартиру, она убедилась, что он действительно весьма обеспечен. Может быть, происходил из богатой семьи? Об этом факте его биографии интернет-сайты умалчивали. Однако простой человек точно не мог позволить себе жить в такой обстановке. Добротная и при этом современная мебель, стильные картины на стенах и другие довольно дорогие предметы интерьера составляли дизайн. Даже игровой комплекс для кошки, занимавший целую стену от пола до потолка, явно был недешёвым.

– Проходите в кабинет! – произнёс писатель, делая глоток холодного кофе.

– У вас ещё и кабинет есть? – удивилась Минси.

– А почему бы и нет?

«И правда, почему бы и нет?» – подумала она, перешагивая порог кабинета, где помимо эргономичного рабочего стола с ноутбуком и комфортабельного мягкого кресла стоял также внушительных габаритов книжный шкаф, уставленный множеством бумажных томов в твёрдых и тонких переплётах.

– И вы всё это читали? – поинтересовалась Минси у писателя Кима.

– Не всё, – неожиданно легко признался он. – Это коллекция, которую собирал мой двоюродный дедушка, мир его праху. Он был заядлым книгочеем. Я унаследовал книги вместе с… кхм… – осёкся Ким Хэджин.

– Так и думала, что вы богатый наследник!

– Вы так говорите, как будто это что-то плохое! – вспыхнул он. – И вообще, вы сюда пришли не для обсуждения моих личных обстоятельств, а для работы над книгой, которая принесёт прибыль вашему издательству. Так что приступим!

«Да он не только капризен, а ещё и занудлив! Не посчастливится же его будущей жене! – фыркнула про себя Хан Минси. – И почему мне так не повезло с двоюродным дедушкой или бабушкой?»

Когда-то в школе она позволяла себе помечтать, чтобы на неё с неба свалилось большое наследство. Как в дораме! Или, например, Минси могла бы как-то случайно помочь или даже спасти от смерти какого-нибудь старичка, владельца огромного состояния. И в благодарность он мог переписать на неё, к примеру, отель на острове Чеджу! А ещё выдать замуж за своего внука, который оказался бы самым настоящим прекрасным принцем!

Но сейчас она уже не так наивна, как в те годы, и привыкла рассчитывать только на себя. Не ждала ни наследства от какого-нибудь неизвестного богатого родственника, ни нечаянной встречи с председателем крупной корпорации. Да и в принцев, по правде говоря, больше не верила.

– Что же, с чего мы начнём? – спросила Мин-си. – Вы покажете мне готовые главы? Директор Ли сказал, что вы ещё ни одной не прислали редактору О Гихуну!

Последнюю фразу она произнесла тоном строгой учительницы, который позаимствовала у Ким Боры. И это возымело эффект! Писатель Ким даже слегка смутился, когда услышал.

– Писать книги не так легко, как можно подумать, – пробурчал он. – Особенно вторую книгу… как выяснилось. С первой всё шло полегче.

– Не переживайте, – решила поддержать его Минси. – Вы справитесь! Ваши поклонники только и ждут, когда прочитают новинку!

Она поняла, что сказала что-то не то, когда собеседник вдруг нахмурился и громко скрипнул зубами.

– В чём дело? – осведомилась Минси. – Вы что же… Вы боитесь разочаровать своих поклонников, писатель Ким?

Когда-то она читала детективную историю про американского писателя, который добился больших успехов, когда написал свою первую книгу, но вот со следующей зашёл в тупик. Неужели и Ким Хэджин переживал то же самое? Ох уж эти нервные и тревожные творческие люди, поторгуй они хоть денёк рыбой на рынке, так вмиг бы вылечили все свои кризисы и наперегонки побежали к клавиатуре!

Торговля рыбой была первой работой Хан Мин-си. Потому что именно этим – в том числе – подрабатывала мама. Когда она приболела, пришлось на время её заменить. И на рынке, и в чимчильбане[32], где та делала уборку. Только кимпаб она готовить за мать не могла, потому что у неё так не получалось.

– Не боюсь я ничего, вот ещё выдумали! – заявил писатель, поправив очки. – Просто… всё гораздо сложнее. Вам не понять.

– Ну да, куда уж мне, – хмыкнула Минси. – А главы всё-таки покажите. Вам же интересно узнать моё мнение?

Это оказалось правдой. Немного помявшись, Ким Хэджин включил дорогой ноутбук и открыл файл с книгой. А у той даже официального названия ещё не было!

– Садитесь!

Он кивнул на кресло, а сам пристроился на широком подоконнике.

Постаравшись не начать критиковать писателя Кима заранее, ещё до прочтения первых строчек, Минси начала читать. И неожиданно для себя увлеклась. Удивительное дело, однако это начало определённо нравилось ей гораздо больше, чем вся первая книга!

Главный герой Нам Джихён, разочаровавшись в офисной работе и испытав из-за неё самое настоящее выгорание, решил уехать из Сеула. Он отправился на остров Намхэ, где никогда раньше не был. Наблюдал за крабами на пляже Сончонсольпарам, фотографировал море и горы, а затем надумал какое-то время пожить в Немецкой деревне. Ту построили для этнических корейцев, что когда-то уехали в Германию, но затем вернулись в Корею. Там Джихён познакомился с девушкой по имени Чанми, наполовину кореянкой, наполовину немкой.

На этом первые главы заканчивались, и она даже почувствовала разочарование – а что же дальше?..

Ким Хэджин дал понять, что написание шло туговато, но по тексту этого было не понять. Стиль стал заметно лучше. И, похоже, он искренне симпатизировал своему герою – это чувствовалось. Может, потому, что они были ровесниками? В первой книге главным героем выступал мужчина гораздо старше самого писателя.

– Ну, что скажете? – подавшись вперёд, спросил Ким Хэджин. Он явно волновался. Даже нижнюю губу прикусил, как будто ждал не отзыва на свою рукопись, а согласия понравившейся девушки пойти с ним на первое свидание.

– Скажу, что вы сумели меня приятно удивить! – Минси улыбнулась ему. – Мне и правда стало интересно узнать, как сложатся отношения Джихёна с Чанми, и вернётся ли он в Сеул. А может быть, она уедет в Германию, где родилась?

– Вы хотите, чтобы я вам весь сюжет до финала пересказал?

– Не требую этого, но если захотите посоветоваться насчёт сюжетных линий, то я готова.

В это время в комнату, толкнув лапкой дверь, вошла Сиянь. Двигалась она плавно и горделиво, как будто являлась не простой кошкой, а кошачьей королевой. Запрыгнув на подоконник рядом с хозяином, питомица потёрлась мордочкой о его руку.

– Хочет есть. – Ким Хэджин поднялся с места. – Я сейчас вернусь.

Проводив писателя взглядом, Минси встала из оказавшегося очень удобным кресла и тоже подошла к окну. Вид с десятого этажа открывался… интересный. Прямо на окна соседнего дома, в одном из которых мелькал гибкий силуэт танцующей девушки. Ну, может, не танцующей, а занимающейся какой-нибудь аэробикой – с современными танцевальными направлениями не так-то просто различить. На девушке были надеты короткий топ и легинсы, беззастенчиво обтягивающие все её прелести.

«А Ким Хэджин тут определённо не скучает, с такими-то роскошными видами, – не сдержав усмешку, подумала Хан Минси и ещё немного понаблюдала за ловкими движениями девушки в окне напротив. – Но он хотя бы любит свою кошку и даже кормит её по первому требованию. Так что, похоже, всё-таки человек неплохой. И вторая книга явно удаётся ему лучше, чем первая. Возможно, работа с ним не будет такой ужасной, как я успела себе представить».

Она потянулась, тоже ощутив желание немного подвигаться, и отошла обратно к столу.

Писатель Ким вернулся через некоторое время. И – что самое удивительное – принёс чай! На старинном разрисованном хризантемами подносе стояли пузатый заварочный чайник из глины и две маленькие чашки.

– Не знал, какой вы любите, – проговорил Ким Хэджин, ставя поднос на край стола.

– Из листьев хурмы, – ответила ему Минси.

– О, значит, я угадал! – обрадовался он. – Сейчас заварится, и можно будет пить. Послушайте… я расскажу, только не смейтесь, пожалуйста.

– С чего бы я должна над вами смеяться?

– Ну… – замялся собеседник. – Мало ли. К тому же вам всё равно не нравится, как я пишу.

– Новая книга нравится! – возразила она.

– Не уверен, – нахмурился писатель. – Может, это директор Ли подговорил так сказать, чтобы вас не уволили с работы. Ладно, хорошо. Я и в самом деле переживаю творческий кризис. Это оказалось довольно-таки неприятно, мягко говоря.

– Чем я могу помочь? – задала вопрос Мин-си, которая даже слегка растерялась. Ведь о такой щекотливой теме с ней ещё ни один автор не говорил, а сама она никогда не проходила через что-то подобное. – Может быть, вам нужно сходить на консультацию к психологу? Или на время уехать куда-нибудь из города? Как это говорят… перезагрузиться?

– Нет, не думаю. – Ким Хэджин покачал головой. – Чем тут может помочь психолог? Во всём остальном я в норме и никаких проблем у меня нет. В том числе и материальных.

– А если в этом всё дело? – предположила Минси. – Будь вам нужны деньги, вы бы старались поскорее закончить книгу и получить обещанный издательством гонорар, а затем и проценты с продаж. Но это не так, а потому у вас нет материального стимула.

– Предлагаете разориться, чтобы ускорить творческий процесс? – хмыкнул молодой человек. – Нет уж, на такое я не согласен. Но, возможно, вы и правы, госпожа Хан.

– Это только один из вариантов, – заметила она. – Причина может быть и в чём-то другом. Когда работали над первой книгой, вы были увереннее в себе, чем сейчас?

– Пожалуй, что да, – согласился он. – Это происходило как-то легко, на кураже. Вообще, всё началось со спора с другом. Я сказал ему, что любой достаточно грамотный человек может написать роман. А он тогда предложил мне самому попробовать, чтобы подтвердить свои слова.

– Вы попробовали, и всё вышло очень удачно, – подытожила Минси.

– Ещё как! Я даже не ожидал такого успеха. Особенно после отказа.

– Вам отказали «Книги Халлю», насколько я помню, – проговорила она. Это издательство также входило в «Мун Групп». – Но вы ведь нашли в себе смелость пойти дальше и обратиться к нам в «Хэппи Букс», хотя могли бы и сдаться.

– Вот ещё, разве стал бы я сдаваться так легко?! – возмутился Ким Хэджин. – Вы хоть знаете, сколько отказов получил в своё время Стивен Кинг? А Джоан Роулинг?

– Так вам нравится западная литература, – отметила Хан Минси. – Но тем не менее вы пытаетесь стать классиком литературы корейской, у которой своя специфика. Скажите, пожалуйста, а почему вы не выбрали направление полегче, не написали что-нибудь жанровое, к примеру, детектив или любовный роман в духе Николаса Спаркса? – поинтересовалась она. – Сразу скажу, что не имею ничего против таких книг. Экранизации Спаркса тоже смотрела с удовольствием.

– Ну… я решил, что нужно действовать по-крупному, – отозвался собеседник. – Ведь мне могли сказать, что написать сладкую историю любви или даже триллер сможет любой, достаточно лишь изучить законы жанра. Я ставил перед собой задачу повыше. Вам кажется, я не гожусь в будущие классики, госпожа Хан? Этим и объясняется ваша неприязнь ко мне?

– Да не испытываю я к вам неприязни! – воскликнула она. И вдруг поняла, видя такую искренность с его стороны, что это правда. – И теперь, зная предысторию, о которой вы не говорили в своих интервью, лучше понимаю причину выбора темы и стиля первой книги…

Минси сделала глубокий вдох и выдала ему всё, что уже говорила Ли Джунхо. Про свой авторский голос, которого у писателя Кима пока ещё не было – во всяком случае, в первой книге он совершенно не чувствовался. Добавила и про то, что герой казался слишком взрослым и не совсем естественным, а вот Нам Джихён из нового романа – совсем другое дело.

– Вы действительно так считаете? – спросил, моргая, Ким Хэджин. – Что вторая книга заметно лучше первой? Но мне казалось, всё наоборот!

– Да, я так считаю, – заверила его она. – И я в самом деле хочу, чтобы вы не сдавались. У вас есть шанс создать оригинальный сюжет, никому не подражая. И вот ещё что… Не думайте вы о будущих поколениях, которые когда-нибудь будут читать ваши книги, ведь ещё не факт, что их включат в учебную программу! Думайте о тех, кто станет читать написанное вами сейчас, в наше время! Кстати говоря, сейчас в моде хилинг-фикшен – терапевтические романы, которые лечат душу, а история Джихёна очень к ним близка. Это описание заката на пляже… Вы можете не слушать моих советов, но я бы на вашем месте посмотрела именно в эту сторону.

– Как же я могу их не слушать? – вдруг улыбнулся писатель Ким. – Вы ведь мой личный редактор. А теперь давайте пить чай, пока он ещё не остыл!

Позже, садясь в автобус, идущий в сторону работы, Хан Минси размышляла об этом разговоре, который перевёл их с писателем отношения из непонятных и напряжённых в какие-то другие – не сказать чтобы сразу в дружеские, но вроде того. Они оба почувствовали, что находятся на одной стороне. Им больше ни к чему враждовать, ведь у них есть общая цель! А цель эта в том, чтобы позволить его новой истории появиться на свет, дойти до читателей и порадовать их. Да и мысль насчёт вошедшей в моду терапевтической – исцеляющей израненные человеческие души и разбитые сердца – литературы явно заинтересовала писателя Кима, заронила в нём новые мысли и идеи.

«Вот бы тоже уехать на остров Намхэ и смотреть на крабов на пляже…» – подумала Минси, окидывая взглядом высоченное здание, в котором находился и её офис. Время от времени она тоже, как герой нового романа, начинала задыхаться в каменных джунглях мегаполиса. В такие минуты спасали мысли о том, что можно в выходной поехать к маме с тётей и отдохнуть в их домике от городской суеты. Поесть домашней еды, погулять по живописным окрестностям. Но зачастую находились другие важные дела, например, посещение врача-стоматолога, и эти поездки откладывались на неопределённое время.

Перешагнув порог издательства, Минси убедилась, что коллегам уже известно о переменах в её работе. Кто-то видел, как вчера она заходила в кабинет директора Ли, да и про писателя Кима тоже откуда-то уже успели выяснить. Едва ли Сон Сухён разболтал; скорее всего, кто-то подслушал их разговор, ведь в коллективе сложно что-то утаить от окружающих.

– Так, значит, личным редактором стала, да? – усмехнулась ей в лицо Пак Наён. – Что же, неплохой карьерный рост! Ещё и на директора Ли вблизи полюбовалась! Мы-то, мелкие букашки, нашего красавчика только издали и видим! Повезло же тебе, Хан Минси!

– Ещё как повезло! – вторила ей Чон Дохва. – И директор, и писатель! Уж наверняка не профессионализмом своим ты их прельстила, а миленьким личиком!

Мерзкие сплетницы! Минси вышла с офисной кухни, даже не попив кофе. Ввязываться в склоку не хотелось, лучше держаться в стороне и быть выше этого, но настроение после услышанного всё равно стремительно портилось. Они ведь совершенно ничего не знают, а лезут со своими длинными, как у ящериц, языками! Даже по внешности прошлись. Разве она виновата, что родилась красивой? Ведь и к ухищрениям никаким не прибегала, даже косметику покупала самую простую, которой не злоупотребляла.

– Что случилось? – Сухён остановил её в коридоре. – Ким Хэджин тебя чем-то обидел?

– Нет, не в нём дело… – вздохнула Минси.

– У тебя есть планы на вечер? Может, поужинаем вместе? – предложил он. – Чампон[33]или кимчиччигэ[34]?

– Сложный выбор! – одобрила она. Как всё-таки здорово, когда есть такие друзья! – Пусть будет чампон.

– Ага, так и знал, что ты выберешь вариант поострее!

Договорившись о совместном ужине, они разошлись по кабинетам. Минси предстояло вернуться к обычной работе, ведь здесь она была уже не личным редактором популярного писателя, а простой ассистенткой. Хорошо, что самые неприятные из коллег служили в другом отделе!

Но кое-что всё же изменилось. Директор Ли сказал, что будет лично присматривать за ней. Давать задания, читать переписку. Минси ещё вчера переслала ему пароль от своей рабочей электронной почты. Именно с неё она и отправила то злополучное письмо писателю Киму.

Казалось, это было так давно, а ведь прошло-то всего ничего!

Когда работа на сегодня закончилась, они с Сухёном пошли ужинать в небольшое, но уютное место, где подавали очень вкусный чампон. Проглотив первую ложку обжигающе горячего острого супа, Минси блаженно зажмурилась. Вот что лучше всего в завершение непростого дня!

– Так тебе правда понравилась его новая книга? – уточнил друг, когда она рассказала ему, как прошла утренняя встреча с писателем.

– Сама не ожидала! – Минси развела руками. – Кажется, он действительно старается, а ещё переживает, что читатели будут разочарованы.

– Всем угодить невозможно, – откликнулся собеседник. – Начинающим писателям сложно привыкнуть к этой мысли. Но со временем ему станет легче.

– Ты говоришь так, как будто и сам пишешь книги!

– Вообще-то, я пытался, – признался он.

– И ничего мне не рассказывал?! – возмутилась она.

– Это было ещё в школе. Ничего серьёзного. Моё скромное творчество читали только мои приятели и родственники.

– Но сейчас ты работаешь в «Хэппи Букс» и, зная закулисье книгоиздания, можешь попробовать снова!

– Не думаю, – покачал головой Сон Сухён. – То было всего лишь баловство. Но у писателя Кима другая история – возможно, он и в самом деле нашёл своё истинное призвание. И ты можешь помочь ему. Не только как редактор, но и как заинтересованный в его творчестве читатель…

Слова Сухёна насчёт литературы как истинного призвания писателя Кима Минси вспоминала потом не единожды. И на следующий день, когда снова отправилась в Каннамгу, где жил Ким Хэджин. На этот раз он не просил купить кофе, а угостил её сам.

– Так у вас есть кофемашина! – обличительно воскликнула она, перешагнув порог его оснащённой по последнему писку технического прогресса кухни.

– Ну да, – кивнул писатель. – И не только она. У меня много чего есть.

– Вижу. Но зачем тогда вы просили меня принести вам кофе? Да ещё и возмущались, что лёд успел растаять!

– Кофемашина не делает холодный кофе.

– Здесь вам на помощь мог бы прийти холодильник! – фыркнула Минси.

– Ладно, соглашусь, это было не очень красиво, – слегка смущённо ответил ей Ким Хэджин. – Я хотел вас испытать. Ну и… наказать за ту историю с письмом.

– Я ведь перед вами извинилась!

– Но искренне ли вы это сделали? – задал вопрос он.

Хан Минси растерялась. Была ли она искренней и говорила ли от всей души? По правде сказать, в момент извинения её гораздо больше беспокоил риск быть уволенной, чем задетое самолюбие писателя Кима. Он оказался настоящим везунчиком, баловнем судьбы, кому перепало и немалое наследство от двоюродного дедушки, и успех первой книги, о котором могут только мечтать большинство молодых авторов. Но Ким Хэджин и вправду старался написать хороший роман про остров Намхэ и поиск себя человеком, переживающим выгорание, а ведь эта тема довольно актуальна для Кореи.

– Ладно, можете не отвечать, – проговорил он, поставив перед ней свежеприготовленный латте с карамельным сиропом. Холодный кофе Минси не очень любила, предпочитала горячий, который, кстати говоря, во многих кофейнях даже стоил дешевле. Учитывая к тому же её нелюбовь к горным прогулкам, ей, наверное, и вправду следовало бы родиться в другой стране.

– Очень вкусно! – сделав первый глоток, одобрила она. – Вы ведь придёте на вечеринку издательства? Директор Ли будет рад вас там увидеть.

– А вы? – поинтересовался писатель. Его глаза за стёклами очков сверкнули, как у озорного мальчишки. Минси растерянно заморгала.

– И я тоже. Все сотрудники «Хэппи Букс» будут рады! Там, к слову, и читатели будут присутствовать, и блогеры – сможете завести полезные знакомства!

– Ладно, уговорили. Так и быть, я приду. А что насчёт фуршета, он будет?

– Ну да, планируется, – кивнула она. Ким Хэджин собирается на мероприятие, чтобы поесть? – Итальянская кухня, насколько я знаю.

– Неплохо, – одобрил собеседник.

Вместе с коллегами Минси занималась подготовкой к вечеринке. Правда, из-за того, что третий день подряд приходилось ездить домой к писателю Киму, часть её обязанностей оказалась перекинута на других работников, чему они вряд ли были рады. При мысли, какие некрасивые слухи о ней разносят по издательству главные сплетницы, она поморщилась.

– В чём дело? – заметил её гримасу писатель. – Вам не нравится кофе? Вы же сказали, что вкусно!

– Кофе и в самом деле замечательный, – ответила Минси. – Просто вспомнила кое-что… неприятное. Скажите, господин Ким, вы когда-нибудь работали в коллективе?

– Ну разумеется, – кивнул он. – Вы что же, считаете меня полнейшим бездельником? Я успел потрудиться менеджером в рекламном агентстве, а в студенческие годы подрабатывал доставщиком жареной курочки.

– А почему вы в книгах не описываете свой опыт? К примеру, про будни доставщика. Было бы интересно.

– Думаете? – хмыкнул писатель. – Хотя… может быть, вы и правы. Мне ещё не попадались книги про доставщиков.

– Значит, можете стать первым, кто такую напишет!

После того как Ким Хэджин рассказал о своём творческом кризисе, их отношения определённо начали улучшаться. Хан Минси ещё не была ничьим личным редактором, а он писал всего лишь второй роман, так что для них обоих такое взаимодействие оказалось впервые. Она старалась не думать, что было бы, не впечатли её вторая рукопись так же, как не пришлась по душе первая книга.

Хорошо, что история Джихёна настолько зацепила!

Накануне вечеринки издательства Минси снова встретилась с подругами в их любимом месте. На этот раз новости были у Ча Юми и касались её личной жизни. Ну, и в какой-то степени профессиональной тоже.

– Что ты сказала?! – громко ахнула Юн Черён, когда услышала. – Ты влюбилась? Да ещё и в стажёра!

– Можно подумать, стажёры не люди! – вспыхнула Юми. – Мы все ими были. Вот, посмотрите на его фото!

– Какой красавчик! – хором воскликнули подруги, увидев на фотографии стройного паренька с правильными чертами лица и падающей на лоб каштановый чёлкой.

– Он, случайно, в дорамах не снимался? – полюбопытствовала Ким Бора.

– Ну что ты, какие дорамы, он очень серьёзно настроен сделать карьеру в бизнесе, – ответила Юми. – Хоть у него и сладкая внешность, это ещё не значит, что нужно непременно идти в актёры! Хотя я бы не отказалась на него полюбоваться на экране… – мечтательно добавила она.

– И что, ваши чувства взаимны? – спросила Хан Минси.

– Пока ещё рано об этом говорить, он ведь совсем недавно у нас работает… Но мы обмениваемся взглядами, да и вопросы он мне задаёт как бы невзначай, даже поинтересовался, замужем ли я. Скоро у нас корпоратив, вот тогда-то и присмотрюсь к нему поближе!

– А у нас скоро вечеринка от издательства, – поделилась Минси. – Да, та самая, приглашение на которую я случайно отправила Боре. Ким Хэджин тоже придёт.

– Похоже, вы с ним подружились, – заметила Черён. – И ты больше не одеваешься как огородное пугало, когда идёшь к нему домой! Так что, полагаю, он тебя уже хорошенько разглядел… со всех сторон!

– Да-а-а, у нашей Хан Минси есть на что посмотреть! – согласно закивала Юми. – Я уже говорила, что завидую твоей фигуре? А ещё ты можешь есть всё, что хочешь и не поправляться!

– Ведьма! – заключила Ким Бора.

В день вечеринки Минси нервничала, беспокоясь, чтобы всё прошло хорошо. В прошлом был один случай, когда два книжных блогера едва не подрались. Позже они заявили, что между ними уже давно конфликт и непримиримое разногласие по вопросам современной корейской литературы. С тех пор, чтобы больше не допустить подобных инцидентов, сотрудникам издательства заранее приходилось проверять всех приглашённых. И всё же это не могло уберечь от нежелательных сюрпризов.

В честь мероприятия работникам было велено одеться понаряднее. Хан Минси выбрала белое платье чуть ниже колен с тончайшей вышивкой и чуть более смелым, чем она обычно носила, вырезом, открывающим ключицы. Когда примеряла его впервые, подумала, что оно немного похоже на свадебное.

Вечеринка проходила в специально арендованном для этого банкетном зале большого современного отеля, что также напоминало о свадьбах, которые обычно проводились в таких местах.

Минси отряхнула пышный подол от невидимых пылинок и поправила слегка накренившуюся башню из книг на столе, которую сама же составила некоторое время назад. Все новинки «Хэппи Букс» собрались здесь. Какие же они красивые, яркие, вкусно пахнущие свежей типографской краской!

Её телефон внезапно разразился звонком. На экране высветился незнакомый номер. Немного поколебавшись, она решила ответить – вдруг что-то важное?

– Это Ли Джунхо, – услышала Минси голос, от которого её сердце забилось чаще.

– Директор Ли?

Неужели он звонит ей со своего личного номера?..

– Нужна твоя помощь.

– Какая?

– В отеле есть бутики одежды. Купи мне рубашку. Белую. Потом поднимись на лифте в номер сто шестьдесят пять. Никому ничего не говори, если спросят, куда и зачем идёшь, соври что-нибудь.

Что, от неё требуется купить ему рубашку и принести в номер отеля?!

– Но… почему вы не попросите об этой услуге своего секретаря? – опешив, спросила она.

– Считай это одним из тех личных поручений, о которых мы говорили.

Ну да, вот только оно никак не касается служебных обязанностей и в договоре тоже не прописано!

Но не будешь же спорить. Нельзя забывать, что над ней всё ещё висит угроза увольнения.

– Хорошо, директор Ли, – вслух произнесла Минси. И уже хотела отключиться, но вспомнила, что забыла уточнить один важный вопрос. – Назовёте мне ваш размер одежды?

Через десять минут она уже находилась в модном бутике, цены в котором заставили изумлённо округлить глаза. Да здесь один мужской костюм-тройка стоил столько, сколько весь её гардероб! Да уж… хотелось бы надеяться, что Ли Джунхо вернёт деньги, потраченные на рубашку.

– Пожалуйста, госпожа! – Продавец-консультант протянул пакет с покупкой. – Прекрасный выбор, я уверен, что вашему молодому человеку понравится подарок!

– Это не то, что вы… – смутилась Минси.

Но объяснять, что продавец ошибся, было некогда. Следовало поторопиться, ведь директору Ли скоро пора будет выступать на открытии мероприятия: произносить там заранее заготовленную речь и приветствовать гостей. А он, надо же, в номере… и без рубашки!

Интересно, а с его-то собственной что произошло?..

Прошагав к лифту и, к счастью, не наткнувшись по дороге ни на кого из коллег, она нажала на кнопку, и тот немедленно раскрыл двери. Изнутри кабина походила на каюту космического корабля. Может, так оно и было задумано?

Створки лифта плавно закрылись, и он поехал вверх. Даже уши слегка заложило. Почти как в башне Лотте[35], когда поднимаешься на смотровую площадку!

Минси впервые оказалась в подобном месте. И если в залах дорогих отелей ей приходилось иногда бывать, то в номерах ещё ни разу; оставалось только фантазировать, как они выглядят. Выйдя из лифта в широкий коридор, стены которого были увешаны картинами, она поспешила к двери, на которой увидела нужную цифру.

– Директор Ли! – быстро проговорила постучавшись. – Это я, Хан Минси! Вы просили меня…

Минси не успела договорить фразу – директор открыл дверь, и она буквально зависла на пороге номера, уставившись на рельефную грудь, не скрытую расстёгнутой рубашкой, на белой ткани которой отчётливо выделялись ярко-красные пятна.

– Так и будешь стоять? – Ли Джунхо слегка отошёл в сторону, чтобы её пропустить. Минси сделала шаг вперёд, входя в номер, и дверь за ней беззвучно затворилась.

За некоторое время до встречи с Хан Минси в отеле

Бабушка Пом всегда была суеверной. Сколько Джунхо себя помнил, она отмечала не только важнейшие традиционные праздники, такие как, к примеру, Чхусок[36], но и более редкие, связанные с древними корейскими верованиями. Одним из таких праздников являлся Сандалгоса[37]– «десятый месяц».

В последнее время здоровье бабушки Пом ухудшилось, а потому представители младшего поколения большой семьи, даже те, кто не слишком-то между собой ладили, как Ли Джунхо и Кан Тэук, решили, что, несмотря на занятость, соберутся в бабушкином доме и выразят уважение ей и старым обычаям, которые она почитала.

Бабушка Пом никогда не была замужем и приходилась младшей сестрой дедушке Джунхо – председателю «Мун Групп». После того, как он овдовел и больше не пожелал жениться, именно она занималась воспитанием его пятерых детей, а потом заботилась и о внуках. Поддерживала в большом дедушкином доме уют и порядок, но со временем решила поселиться отдельно.

Ли Джунхо был её любимчиком. Решив порадовать бабушку Пом, он купил её любимые сладости якква[38]и приехал пораньше, до всех остальных. Остановившись у ворот, за которыми прятался уютный бабушкин ханок[39], Джунхо поморщился, услышав звонок своего мобильного телефона, и пожалел, что не отключил звук.

Но, раз уж позабыл, пришлось ответить. Звонили с работы. Редактор О Гихун извиняющимся и очень расстроенным тоном сообщил, что одна из их самых популярных и перспективных писательниц Пэк Нара предпочла заключить контракт на свою новую книгу не с «Хэппи Букс», а с «Книгами Халлю», и менять своё решение не собиралась.

Услышав эту плохую новость, Ли Джунхо скрипнул зубами. Не нужно быть чёртовым гением, чтобы понять, в чём тут дело. Тэук, будучи главой конкурирующего издательства, переманивал успешных писателей! Несмотря на то что и «Хэппи Букс», и «Книги Халлю» входили в одну корпорацию, союзниками они никогда не были, да и прибыль имели каждый свою, между собой не делили. Двоюродный братец попросту обнаглел!

И ведь ничего не докажешь. Если предъявить ему претензию по этому поводу, Кан Тэук притворится невинной овечкой и заявит, что он тут ни при чём, а многоуважаемая писательница Пэк сама так решила, никто её не заставлял. Однако он наверняка уговаривал её – возможно, даже лично – и обещал щедрые гонорары, лишь бы она сменила одно издательство на другое.

Проклятье! Хорошо хоть, писателя Кима удалось удержать. Если бы он не простил Хан Минси, негодяй Тэук и эту книгу прибрал бы к рукам с удовольствием.

Настроение стремительно испортилось. Встречаться с двоюродным братом и тем более сидеть с ним за одним столом не хотелось. А ещё не хотелось расстраивать бабушку Пом и остальных родственников, которые, может, и не слишком были друг к другу привязаны, но, по крайней мере, к подобным грязным методам не прибегали.

Если и говорить с Тэуком, то только наедине, не при всех.

«Хорошо, что приехал пораньше», – подумал Джунхо. В доме больше никого пока не было, кроме бабушки Пом и её компаньонки госпожи Го, которая помогала по хозяйству и следила за бабушкиным здоровьем. Вкусно пахло домашней едой, чьи ароматы возвращали Ли Джунхо в детство, напоминая о беззаботности. О том, как его угощали, обнимали и расспрашивали о прошедшем дне. С каждым годом, покуда он становился школьником, студентом, а затем участником семейного бизнеса, требования к нему всё возрастали, а таких тёплых и спокойных моментов становилось всё меньше.

Сама бабушка Пом, казалось, не изменилась за минувшие годы. Джунхо с детства помнил её такой – невысокой и хрупкой, но в то же время несгибаемой, с внимательными глазами и седыми, уложенными в пучок волосами, который скрепляла нефритовая шпилька пинё[40]. В праздничные дни она надевала ханбок, не изменила этой привычке и сегодня.

– Что случилось? – задала вопрос бабушка Пом, когда госпожа Пэк принесла и расставила на низком столе еду перед гостем. Особенно аппетитно выглядели кальби ччим[41], так и тянуло попробовать. – Что тебя так расстроило?

– Я вовсе не расстроен, – откликнулся он, но, разумеется, ему не поверили.

– Думаешь, я не замечаю? Да я тебя насквозь вижу! Не будь я Ли Пом!

– Это всего лишь рабочие моменты, не забивай себе голову. – Джунхо попытался натянуть на лицо улыбку. Он даже в детстве не жаловался бабушке на двоюродного брата, не собирался этого делать и сейчас.

– Айгу! Работа, работа! Весь в своего дедушку! – проворчала она. – Только о работе и твердишь! А ведь тебе уже тридцать два! Пора бы и о свадьбе подумать! Но у тебя даже девушки нет!

– Откуда ты знаешь?

– Будь она, мне бы это было известно! Могу поспорить, что ты даже нормально поесть забываешь, перекусываешь на ходу! Вот, сегодня мы приготовили твои любимые блюда, и на кухне ещё много всего, так что начинай есть, другим тоже останется!

Бабушка Пом как будто догадалась, что Ли Джунхо собирался уйти до прихода остальных. Впрочем, она и вправду хорошо его чувствовала и понимала, всегда. Гораздо лучше родителей, которые дали ему жизнь, но больше внимания уделяли всё же его младшей сестре Дани, родившейся не слишком здоровой, что с помощью целой толпы квалифицированных врачей удалось исправить со временем. Сейчас она была студенткой, училась в Лондоне. А ещё её совсем не интересовало издание книг.

– Я молилась за тебя сегодня, – сказала бабушка Пом, когда Джунхо приступил к еде. – Попросила богов, чтобы ты поскорее встретил достойную тебя девушку. И подарил мне правнуков, а то ещё ни одного нет! А всё потому, что мои внуки – настоящие карьеристы! Никак не порадуют нас с твоим дедом!

– Вы проживёте ещё долго и успеете застать не только рождение правнуков, но и как они пойдут в школу, – заверил он.

– Если вас не торопить, ничего мы не застанем! Раз уж ты не вылезаешь из своего офиса, хотя бы там по сторонам посмотри! Что, нет хороших девушек?

– Ну почему же? – ответил Ли Джунхо, пожимая плечами, и вспомнил почему-то про Хан Минси. – Конечно же, есть. Но это как-то неправильно…

– Что же тут неправильного? Или ты хочешь брак по сговору? Может, устроить тебе свидание вслепую? У моей знакомой есть внучка… Недавно Сеульский университет окончила.

Представив себе вымученное свидание, на котором он будет сидеть напротив совершенно незнакомой особы, Джунхо покрылся холодным потом. У него уже случался такой опыт пару лет назад, и это надолго отбило охоту повторять подобные мероприятия. Тогда отец с матерью подсунули ему дочь каких-то друзей, которая бросила учёбу и буквально горела желанием пересесть с папиной шеи на шею мужа. Уже на этом первом свидании она ткнула ему в нос каталог с итальянскими дизайнерскими сумочками, каждая из которых стоила примерно как автомобиль. Ну и в довершение этого огласила сумму, за которую готова была родить ему ребёнка, а за двойную оплату – даже двух.

– Спасибо за заботу, но с этим я справлюсь сам, – твёрдо проговорил он. – Послушай, а Тэука ты не хочешь свести с кем-нибудь? Может, у него характер улучшится, когда личная жизнь появится.

– Тэука? – удивилась бабушка Пом. – Ты что, не знаешь, что у твоего двоюродного брата уже есть любимая девушка? Да ещё такая красавица!

– Вот как?

– Хотя о чём это я… Вы же не слишком дружны. Погоди, я покажу фотографию.

– Он тебе и фото прислал?

– Не он, его отец! Она приходила к ним знакомиться. Ещё не невеста, но, думаю, всё к тому идёт, так что, смотри, наш Тэук раньше тебя женится!

– Да пожалуйста, – хмыкнул Джунхо, но на снимок в бабушкином телефоне всё же посмотрел с любопытством. И глазам своим не поверил. Потому что на фотографии рядом с двоюродным братом и его родителями стояла… Кан Хана.

Его, Ли Джунхо, секретарь собственной персоной! Та, кого он считал лучшей сотрудницей! Верной издательству и преданной ему лично!

Значит, нашла себе однофамильца… Или, скорее, Кан Тэук её нашёл. И наверняка подговорил шпионить за Джунхо и докладывать обо всём, что происходит в «Хэппи Букс».

– Что с тобой такое?! – ахнула бабушка Пом. – Да на тебе просто лица нет! Ты что же, знаешь эту девушку? Неужели… ты близко с ней знаком? Только не говори, что Тэук увёл у тебя возлюбленную?

– Да лучше бы возлюбленную, – честно ответил он и потёр лоб ладонью. Его ненавистный кузен, похоже, поставил себе цель как можно сильнее ему насолить! И история с писательницей Пэк только начало.

– А ну-ка, рассказывай! – потребовала бабушка Пом, но сейчас Джунхо не был готов посвящать её в курс дела. Да и огорчать лишний раз не хотелось, она и без того переживала за всех них. Поэтому он покачал головой.

– Не сегодня, хорошо? Обещаю, что всё расскажу, но позже. Клянусь!

– Ладно уж, – неожиданно легко согласилась бабушка Пом, а ведь можно было ожидать, что она станет его уговаривать. – Похоже, у тебя какие-то проблемы в твоём бизнесе, и они касаются Тэука, не зря же вы с самого детства как кошка с собакой жили. Ещё и делом одним занялись, а лучше бы разными… Ты, главное, не позволяй себе отчаиваться. Знаешь ведь, даже если небо рухнет, отверстие, чтобы вылезти, найдётся, – процитировала бабушка пословицу и похлопала по его непроизвольно сжавшейся в кулак руке своей ладонью – сухой, морщинистой и прохладной, такой маленькой, но в то же время такой надёжной.

– Знаю, – кивнул Ли Джунхо.

– А сейчас поешь ещё немного, тебе нужны силы.

На обратном пути он думал, что придётся уволить Кан Хану. Да, у него нет доказательств, будто она шпионит на Тэука, но это вполне возможно, учитывая их отношения. И как они ещё думали дальше это скрывать!

Неплохо было бы заловить с поличным эту сладкую парочку…

Да и обставить увольнение будет лучше по-тихому, без скандала. Сотрудникам издательства ни к чему знать о настоящей причине. Пусть думают, что секретарь Кан нашла место получше… или что она выходит замуж – девушки с её внешностью находят себе богатых мужей и после свадьбы не работают.

А с двоюродным братом необходимо поговорить. Дать ему понять, что дальнейших выходок в таком духе и прочих пакостей Джунхо не потерпит. Кан Тэук даже в детские игры не играл честно, не изменился он и сейчас, вот только теперь на кону не игрушки и карманные деньги, которые кузен стремился заполучить, обхитрив Ли Джунхо, а судьбы людей, работающих в «Хэппи Букс». Людей, которым нужно жить и кормить свои семьи. Директор издательства в ответе за них, за каждого. И за Кан Хану тоже. Однако она сама встала на эту скользкую дорожку, не сказав ему, что встречается с Тэуком, который вполне может её просто использовать в своих целях.

От него впору ожидать и такой подлости. А то, что он познакомил её с родителями, ничего не значит. Кан Тэук не придавал большого значения традициям, и это знакомство вовсе не обязательно подразумевало серьёзное намерение взять эту девушку в законные жёны.

Всё ещё за некоторое время до встречи с Хан Минси в отеле

Появившись на работе, Ли Джунхо ничем не выдал секретарю Кан, что знает её секрет. По дороге он всё обдумал и решил, что не станет увольнять прямо сейчас, ни в чём до конца не разобравшись. Сначала проверит. Возможно, она всё-таки не шпионка кузена, а просто влюблённая девушка. Хотя, пожалуй, даже в этом случае Кан Тэук всё равно мог уговорить её рассказывать, что нового происходит в «Хэппи Букс».

Способ проверки Джунхо тоже придумал, пока ехал от бабушки Пом. Встреча с ней удивительным образом помогла ему прочистить мозги, и пусть он был огорошен услышанной новостью про кузена и расстроен потерей нового контракта с писательницей Пэк, разум его довольно быстро успокоился. Ли Джунхо принял решение не действовать сгоряча, как собирался сделать изначально, немедленно поговорив с Кан Ханой и поставив её в известность, что она больше не работает в его издательстве.

Нет уж, лучше будет поступить иначе и понаблюдать.

Кивнув в ответ на её вежливое приветствие, он ушёл к себе в кабинет и через некоторое время вызвал секретаря.

– У вас есть ко мне какие-то поручения? – осведомилась она, войдя в кабинет. Такая же безупречная, как и всегда. Красивая, но эта красота казалась холодной в отличие от тёплой красоты Хан Минси. К тому же над внешностью Ханы явно поработали опытные косметологи, а то и пластические хирурги. – Это связано с вечеринкой? – добавила секретарь Кан, напоминая о мероприятии, которое должно было состояться уже сегодня вечером.

– Именно с вечеринкой, – отозвался Джунхо. – Там я кое-кого представлю всем сотрудникам. А именно своего заместителя.

– Заместителя, директор Ли? – удивлённо округлила глаза секретарь. – Но вы же… Вы всегда работали сами, без него!

– А сейчас решил нанять. Пора немного разгрузить себя, заняться… гм… личной жизнью, – добавил он, вспомнив добродушное ворчание бабушки Пом из-за отсутствия у него любимой девушки. – Так что скоро в «Хэппи Букс» появится новый сотрудник.

– Вот как…

– Только имей в виду, это пока секретная информация. Ты моя правая рука и очень много делаешь для издательства, так что я решил поделиться этой информацией с тобой первой. Держи её пока втайне от остальных, хорошо?

– Разумеется, директор Ли!

– Кстати говоря, мой будущий заместитель пообещал привести к нам очень перспективного нового автора по имени Юн Санму, но об этом объявлять ещё рано, так что тоже пока сообщаю только тебе. Думаю, это значительный шаг в развитии «Хэппи Букс», а впереди у нас ещё немало серьёзных перемен к лучшему. Ты ведь рада?

– Ну конечно же! – заверила его собеседница. Глаза её казались честными, и стало даже как-то неловко городить перед ней подобные выдумки, но Ли Джунхо была необходима эта проверка, чтобы выяснить правду. – Я очень рада!

– А теперь возвращайся к работе.

Джунхо был практически уверен, что такую важную информацию Кан Хана не станет сообщать Тэуку по телефону, поскольку тот отличался мнительностью и считал, будто его разговоры могут прослушивать, а сообщения прочитывать. Если и расскажет обо всём, то лично, с глазу на глаз. И, скорее всего, перед вечеринкой, ведь отель – самое подходящее место для встречи двух влюблённых голубков.

Так и случилось. Он всё просчитал правильно. Увидев на подземной парковке автомобиль двоюродного брата, усмехнулся и решил проследить, куда первым делом отправится секретарь Кан, которая приехала в отель вместе с директором и его личным водителем.

Сказав, что хочет проверить, всё ли готово, Кан Хана зашагала вовсе не в зал, где вскоре должна была начаться вечеринка издательства, а к лифтам. Ли Джунхо пошёл за ней. Она так спешила, что даже не оглядывалась, поэтому он успел заметить, какой этаж нажала секретарь, и поехал на другом лифте туда же.

Когда Хана торопливо, цокая по паркету каблуками, направлялась к нужному ей номеру, Джунхо шёл следом. Слегка задев её плечом, он вошёл в открывшуюся дверь. В дверь, за которой стоял Кан Тэук.

– Вот так встреча! – воскликнул Ли Джунхо, переводя взгляд с двоюродного брата на своего секретаря. Она вспыхнула, закусила губу и умоляюще уставилась на него. – Могу я увидеть твой телефон? – протянул он к ней руку.

– Да что ты себе позволяешь?! – возмутился Тэук. Он выглядел как мужчина, пришедший в дорогой отель, чтобы немного расслабиться и хорошо провести время. Его галстук был развязан, а в руке кузен держал бокал, доверху наполненный чем-то красным.

– Я разговариваю со своей сотрудницей, не с тобой, – жёстко оборвал его Джунхо. – Ты покажешь мне телефон? – повторил вопрос. – Если там нет ничего криминального, тебе нечего бояться.

Кан Хана всхлипнула и потянулась к сумочке. Вытащила свой смартфон новейшей модели – неужели подарок возлюбленного? – разблокировала и протянула директору. Он открыл сообщения и первой же сохранённой перепиской в них оказался диалог Ханы с Тэуком.

«Есть важные новости про издательство. Нужно увидеться. Сможешь приехать в отель «Кинг»?» – спрашивала Кан Хана, и его двоюродный брат отвечал ей согласием, называя номер, который он специально забронировал.

«А ведь я действительно надеялся, что это окажется неправдой, – подумал Ли Джунхо. – Что мне действительно повезло с секретарём. Проклятье!»

– Думаю, всё яснее ясного, – проговорил он, возвращая смартфон его владелице. – Заявление на увольнение напишешь сама? Или прогнать тебя с позором?

– Директор Ли! Простите меня, прошу вас, я не хотела, я всего лишь… – забормотала она. На глазах Кан Ханы выступили слёзы, идеальный макияж начал расплываться. Она перевела растерянный взгляд на Тэука, но тот выглядел злым и явно не собирался оказывать ей поддержку. Похоже, девушка и вправду являлась только средством, чтобы узнавать о делах и планах Джунхо.

– Идиотка! – рявкнул на неё Кан Тэук, отчего Хана втянула голову в плечи. – Взяла и привела его на хвосте! Не могла быть аккуратнее? А ты! Тебе всё равно меня не обойти! – выпалил он, пытаясь наступать на двоюродного брата, что было даже смешно, учитывая рост и физическую форму Ли Джунхо, которые заметно превосходили Кана.

– Прекрати истерику! – потребовал он, но Тэук не желал ничего слушать. – Я знаю про писательницу Пэк! Если ты и дальше продолжишь уводить моих авторов, я…

– Ничего ты мне не сделаешь! – не переставал буйствовать кузен, напирая так, что пришлось ответить, хотя драться с ним, словно они всё ещё глупые мальчишки, не хотелось. От неловкого взмаха руки содержимое бокала выплеснулось, попав на белую рубашку Джунхо. Только на рубашку, потому что пиджак его был расстёгнут, а галстук он собирался надеть перед выступлением на вечеринке, поскольку не очень-то любил носить эти официальные удавки.

Всё закончилось тем, что Ли Джунхо выставил окончательно распсиховавшегося двоюродного брата из номера, а плачущая Кан Хана ушла вслед за ним, больше ничего не сказав.

– Мда, это проблема… – вслух констатировал директор издательства «Хэппи Букс», посмотрев в зеркало. Пятна на рубашке выглядели так, что в ней вполне можно было пойти на карнавал в честь Хэллоуина. Изображая жертву кровавого маньяка, ага. – И секретаря у меня теперь больше нет… Да уж, сейчас и вправду не помешал бы заместитель.

Размышляя, кого бы попросить купить новую рубашку и принести в номер, Джунхо почему-то первым делом подумал про Хан Минси. А что, она ведь провинилась перед ним. Опять же, он обещал давать ей личные поручения, так почему бы и нет?..

Минси ответила сразу. Удивилась, конечно, но заверила, что всё сделает. И пришла довольно быстро. Замерла на пороге, разглядывая его, даже зрачки расширились. К этому времени он успел снять с себя пиджак и расстегнуть неприятно липнущую к коже рубашку.

«Она что же, впервые мужчину с голой грудью видит?» – задал мысленный вопрос Джунхо. Ему даже пришлось поторопить её, чтобы вошла в номер. Хан Минси сделала шаг и оказалась почти вплотную к нему, такая миниатюрная и изящная вблизи.

На ней было белоснежное платье, украшенное нежным кружевом. «Как на невесте», – промелькнула невольно смутившая мысль. Хрупкие ключицы, тонкая талия, обнажённые запястья… Сейчас она напоминала белую орхидею – символ невинности, чистоты, красоты и элегантности. Ему вдруг захотелось прикоснуться к ней, он даже поднял руку, потянулся…

– Ваша новая рубашка! – Минси, поняв жест по-своему, протянула фирменный пакет из здешнего бутика. – И… это что на вас такое, кровь?.. – тихо, почти шёпотом добавила.

– Ничего подобного, – улыбнулся Ли Джунхо. Удивительно, что она не стала сходу паниковать и предлагать немедленно вызвать врача. Такой выдержки он от неё не ожидал. – Спасибо. Твои расходы я компенсирую.

– Хотелось бы на это надеяться.

А язычок у неё всё-таки острый…

– Жди меня здесь.

Взяв пакет, Джунхо скрылся в ванной комнате. Там он привёл себя в порядок, надел новенькую рубашку, такую же белую и дорогую, как его испорченная. И поморщился, ощутив неприятную боль в руке, которую слегка повредил в стычке с кузеном.

Когда он вышел, Хан Минси с любопытством разглядывала номер. Да, тут было на что посмотреть. Хоть и не люкс, а очень даже неплохо. Две комнаты, современная мебель, картины на стенах. Даже про брендовую кофеварку не забыли.

– Помоги мне, – проговорил Ли Джунхо, достав из кармана пиджака аккуратно свёрнутый галстук.

– Помочь вам с чем?

– Завязать вот это.

– А вы что же, сами не можете? – склонив набок голову, задала вопрос девушка. Ну надо же, какая смелая стала! А ведь ещё недавно готова была умолять его не увольнять.

– У меня болит рука.

– Что-то случилось? – На лице Минси отразилась озабоченность. – Как вы вообще тут оказались в таком виде? Ох, простите… Это не моё дело.

– Вот именно, – кивнул он. – Так что насчёт галстука? Умеешь завязывать?

– Умею, это несложно.

Она подошла ближе. Их руки соприкоснулись, и щёки Хан Минси слегка покраснели. Накинув галстук ему на шею, она прикусила розовую нижнюю губу и принялась сосредоточенно завязывать. От неё снова пахло теми же духами – цитрус и зелёное яблоко. Неожиданно волнующе. Он отвёл взгляд, чтобы случайно – или намеренно – не заглянуть в вырез платья.

– Готово. – Минси отступила на шаг и полюбовалась результатом своих трудов. – Вам очень идёт этот цвет, директор Ли.

Это оказалось очень странно – находиться так близко к директору Ли Джунхо, невольно касаться его кожи, завязывая галстук. Да ещё и в такой интимной обстановке! Минси поймала себя на том, что пальцы задрожали, а сердце снова ускорило ритм и стучало сейчас так сильно, что, наверное, он мог бы его услышать.

Она даже представить себе не могла, что между ними может произойти подобный момент! Мысли разбегались, голова, казалось, наполнилась розовой сахарной ватой. Хан Минси снедало любопытство: как так могло получиться, что директор оказался в номере отеля, хотя должен был находиться в зале? Сам ли испортил свою рубашку, пролив на неё напиток? Или это сделал кто-то другой? Неужели он был здесь с женщиной? И почему ему на помощь не пришла всегда такая исполнительная секретарь Кан, которая точно так же могла бы купить в бутике новую рубашку?

«Стоп, я что же, ревную?». Эта мысль напугала и в то же время отрезвила её. Она отступила от мужчины, оценивая, не криво ли завязан узел. Тёмно-синий галстук сидел безупречно, подчёркивая белизну рубашки, обтянувшей широкие плечи. С губ Минси невольно сорвался комплимент, и она тут же прикусила язык, но было поздно, потому что Ли Джунхо уже её услышал.

– Тебе тоже идёт это платье, – откликнулся он. Прошёлся взглядом по её фигуре, и щёки Мин-си вспыхнули от пристального внимания и заинтересованности, которая ей почудилась. – Жаль, ты не одеваешься так на работу…

– Вы же сами как-то говорили, что в офисе необходимо соблюдать дресс-код, – напомнила она ему.

Этот разговор всё больше напоминал флирт, в искусстве которого Хан Минси была не слишком-то сильна.

– Скажите, а почему вы не попросили своего личного секретаря купить и принести вам рубашку? – спросила она.

Директору Ли этот, казалось бы, невинный вопрос, похоже, не понравился. Он нахмурился и отвёл взгляд. Минси непонимающе уставилась на него, начиная подозревать, что случилось что-то нехорошее, о чём ей неизвестно.

– Секретарь Кан Хана больше не работает в «Хэппи Букс», – ответил, наконец, Ли Джунхо.

– Почему? – удивилась Минси. – Айгу! Простите за мой длинный язык, директор Ли, я не должна была спрашивать! Это тоже не моё дело. Я… тогда пойду… или вам ещё что-то нужно?

– Подожди, пойдём вместе, – остановил её директор, когда она уже направилась к двери.

У Минси голова шла кругом. Эта загадочная история с номером отеля и испорченной рубашкой как-то связана с внезапным увольнением секретаря Кан? Она только утром видела Хану в издательстве, и было совсем не похоже, чтобы та собиралась уходить.

Выходя из номера, Ли Джунхо закрыл за собой дверь, но никаких карточек-ключей Минси у него не заметила. Она шла вслед за ним, стараясь не слишком глазеть по сторонам. Когда они подошли к лифту, оттуда как раз выходил молодой человек, чьё красивое лицо показалось знакомым, и только в кабине Хан Минси вспомнила, что это актёр, который снимался в любимой исторической дораме Ким Боры «Луч солнца, прорезавший тёмные тучи».

А узнала бы раньше, могла бы автограф попросить!

– Пришли мне номер твоего банковского счёта, – услышала она и подняла взгляд на директора, который стоял напротив, стряхивая с рукава пиджака невидимые пылинки. Он выглядел, как всегда, строго и элегантно, но… Минси помнила его полураздетым в номере отеля, и это зрелище, казалось, навечно запечатлелось на сетчатке её глаз. – Я должен вернуть тебе деньги за рубашку и заплатить за услугу. Думаю, мне не нужно напоминать, чтобы ты никому не рассказывала о случившемся? Ни коллегам, ни писателю Киму, ни даже своим подругам или родственникам.

– Да, директор, – отозвалась она. Интересно, во сколько он оценит её молчание? И что же за таинственная история с ним произошла прямо накануне выступления на вечеринке?..

Вечеринка! Минси вытащила из сумочки телефон и с облегчением убедилась, что они ещё не опаздывают. Но всё же им следует поспешить, иначе отсутствие начальника могут счесть странным, да и её прямые обязанности никто не отменял.

Выходя из лифта, она споткнулась, и Ли Джунхо пришлось подхватить её под локоть. И надо же было случиться, что у этого найдутся свидетели! Да ещё какие!

Пак Наён с телефоном в руке застыла на месте, изумлённо глядя на Хан Минси и директора, которые вдвоём выходили из лифта. Она даже рот приоткрыла. И наверняка уже продумывала мысленно, как преподнесёт эту новость коллегам и в каких красках распишет.

Что здесь вообще забыла эта сплетница?!

– Директор Ли! – опомнившись, Наён низко поклонилась главному начальнику. – Вас там уже все потеряли! И секретаря Кан нигде не видно! А я вот тут… свекрови позвонить отошла, которая с ребёнком сейчас сидит. В зале слишком шумно.

Ли Джунхо ничего не ответил, только кивнул, проходя мимо. Минси тоже предпочла промолчать. Торопливо шагая в сторону зала, она чувствовала спиной направленный на неё острый, как кинжал, взгляд Пак Наён.

Может, сказать директору, что сотрудница отдела маркетинга обязательно расскажет всем, что видела? В первую очередь, конечно, своей закадычной наперснице по сплетням Чон Дохве, а уж вдвоём эти сороки разнесут новость по всему издательству. Ещё и подробностей от себя добавят.

Представив себе эти фантазии, Минси чуть было не застонала. «Они наверняка были вместе в номере прямо перед вечеринкой, подумать только! Из лифта в обнимку вышли! А ведь такую скромницу из себя строила!» И это ещё в самом невинном варианте.

Она была бы рада не забивать себе этим голову, но не получалось. Отношения с коллегами много значили для Хан Минси, как, впрочем, для всех корейцев. Корпоративная культура, общение в стенах офиса, совместные вечера после работы. Работая в коллективе, нельзя оставаться в стороне. Общественное важнее, чем личное. Может, для Ли Джунхо это и не имеет значения, но ведь он директор, а Минси простая сотрудница, к тому же проработавшая в «Хэппи Букс» всего-то полгода. Она и так уже выделилась, когда стала личным редактором писателя Кима, а тут ещё одна причина для слухов подоспела.

И всё же Хан Минси не решилась сказать директору Ли. В зал они вошли уже не вместе, а по отдельности. Она поспешила к месту, на котором должна была находиться, и потеряла его из виду.

– А вот и госпожа Хан! – окликнул её знакомый голос.

– Господин Ким! – Минси с улыбкой поприветствовала писателя. Сегодня на нём был прекрасно сшитый чёрный костюм-тройка, который в сочетании с очками в тонкой оправе, делал писателя старше. Она уже привыкла видеть его в домашней одежде, и такой его облик, казалось, превращал Хэджина в другого человека. – Рада вас здесь видеть!

– Меня попросили сказать речь, представляете? Редактор О попросил. А я ведь даже не подготовился!

– Вы же писатель! Значит, должны уметь импровизировать! – подбодрила его Минси, но, поймав умоляющий взгляд собеседника, добавила: – Ну, время ещё есть, и, если хотите, я помогу вам набросать намётки для речи…

– Не откажусь! – просиял Ким Хэджин и вытащил из кармана пиджака маленький блокнот и ручку. Так мило и в то же время слегка старомодно. Ведь сейчас почти все предпочитали делать записи в приложениях мобильных телефонов.

«Будем считать, что в обязанности личного редактора входит и это».

Постаравшись выбросить из головы навязчивые мысли о столкновении с Пак Наён, она задумалась. Речь писателя Кима должна быть недлинной, но и, желательно, не сухой. Нужны прочувствованные фразы, которые могут затронуть души присутствующих. И хорошо бы сказать несколько слов о его новой книге, заинтриговав всех заранее.

Пользуясь тем, что её пока никто не отвлекает, Минси принялась за дело. Писать внятно, держа блокнот с карандашом на весу, получалось не очень хорошо, а подходящих опор поблизости не было, и тогда Ким Хэджин решил прийти на помощь. Он развернулся, показав, что она может использовать его спину. Чтобы это провернуть, пришлось встать к нему поближе. От писателя приятно пахло дорогим мужским парфюмом, а ещё он, похоже, привёл в порядок свои обычно растрёпанные волосы, перед вечеринкой заглянув к стилисту.

Хан Минси совсем чуть-чуть не успела закончить с написанием – мероприятие началось, открываясь с приветственного выступления директора Ли. Вот уж его речь определённо была написана заблаговременно. Минси даже заслушалась, правда, сама не могла дать себе отчёт, чем больше: словами или звучанием голоса.

До мурашек волнующего голоса.

– Вы всё? – отвлёк её Ким Хэджин, и она, смущённо тряхнув головой, протянула ему блокнот. – Вот спасибо! По правде говоря, я не очень-то хорош в этом. Помню, даже как-то в университете семинар завалил, потому что заранее к нему не подготовился. А ваш директор, кажется, рождён для публичных выступлений, ему бы в политику!

– Не нужно ему в политику, он и на своей должности неплохо справляется, – проворчала Минси.

Щекам стало горячо, она избегала смотреть на возвышение, где стоял Ли Джунхо, но от его голоса спрятаться не могла. Он как будто проникал в сознание, в душу, будоражил и напоминал, как близко этот мужчина был к ней в номере отеля. Так близко, что в какой-то момент показалось, будто директор вот-вот её поцелует.

Будто он хочет её поцеловать…

Теперь у них появилась общая тайна, одна на двоих, и пусть предыстория была ей неизвестна, мысли об этом всё равно не отпускали. А ведь пора подумать и о другом. О том, чтобы вечеринка прошла хорошо, о своей обычной работе, о завтрашнем дне.

– Вы завтра с утра опять меня ждёте, господин Ким?

– Ну разумеется! – кивнул писатель, читая написанную ею речь в своём блокноте. – У нас ещё много работы. И Сиянь к вам уже привыкла.

– Потому что в прошлый раз я захватила вкусняшки с тунцом, её любимые, между прочим!

– И заметьте, даже без моей настоятельной просьбы!

Хан Минси улыбнулась. Она и вправду уже успела подружиться с кошкой, оказавшейся вовсе не такой вредной, как казалась поначалу. Да и сам Ким Хэджин тоже при более близком знакомстве производил совсем другое впечатление…

Каждый человек – большая загадка, пока не узнаешь его получше. И писатель Ким, и директор Ли, а если так посмотреть, и она сама… Себя тоже можно узнавать год за годом, а иногда на это приходится потратить целую жизнь.

Мероприятие шло своим ходом. Секретаря Кан в зале действительно не было. У Минси даже спросили пару раз, не видела ли она её где-нибудь, и в ответ пришлось лишь пожать плечами. Наверное, завтра об увольнении Кан Ханы будет объявлено официально. Директору Ли придётся нанять себе нового секретаря, а вот почему так произошло – непонятно. Учитывая его вид в номере, можно предположить, что у них был роман, закончившийся бурной ссорой, но Хан Минси не желала признавать эту версию. Или, скорее, надеялась, что она ошибочна.

Это и вправду было не её дело, но не думать обо всём случившемся не получалось.

Когда настала очередь писателя Кима выступать, он твёрдой походкой вышел к зрителям и произнёс речь, даже не заглядывая в блокнот. Неужели успел выучить наизусть? Там, конечно, не очень много фраз, но то, что Ким Хэджин даже не сбился ни разу, вызывало уважение.

– Также я хотел бы отдельно поблагодарить сотрудницу издательства «Хэппи Букс» Хан Мин-си за то, что она стала моим личным редактором и каждый день помогает моей новой книге стать лучше. Это действительно очень важно. Я и правда считаю, что каждому автору нужен свой, такой же внимательный, понимающий и тонко чувствующий музыку слов редактор.

Минси заморгала и поднесла ладонь ко рту. Такого она не писала! Восхваления и благодарности в собственный адрес в её речи точно не было. Выходит, писатель добавил это от себя. Значит, он и в самом деле считает, что её работа с ним заслуживает публичного упоминания?..

Коллеги, услышав сказанное Кимом, оглянулись на неё. В глазах некоторых откровенно читалась зависть. Минси показалось, будто это не писатель, а она сама стоит на сцене перед публикой.

«Здесь нечему завидовать! – хотелось закричать ей. – Я всего лишь совершила бестолковую ошибку! Я и не думала, что всё так обернётся!»

Но Хан Минси понимала, что все оправдания окажутся бесполезными. Особенно после того, как Пак Наён распустит слухи, что видела их вдвоём с директором. Может, всё-таки поговорить с ним, попросить надавить на сплетницу и пригрозить ей увольнением, чтобы та промолчала? Но подействует ли это? За спиной всё равно будут шептаться, связывая имя Минси если не с Ли Джунхо, так с писателем Кимом, который отчего-то решил при всех расхвалить её скромные заслуги. Мог бы и промолчать! Вот выйдет книга, станет бестселлером, тогда бы и высказался…

«Такова судьба всех красивых девушек, – сказала однажды мама Юн Черён, а та уже пересказала подругам. – Всегда будут подозревать, будто они достигли каких-то высот благодаря своей внешности. С этим лучше не бороться, а просто к этому привыкнуть».

Минси казалось, что она привыкла. Но в подобной ситуации пришлось оказаться впервые. Двое молодых, привлекательных, обладающих высоким статусом мужчин, и оба уделяют ей особое внимание. Может не такое, как думают коллеги-сплетницы, но и директор Ли, и писатель Ким определённо неравнодушны к ней, простой ассистентке издательского отдела Хан Минси. А она сама… что к ним чувствует?..

Можно было написать в общий чат подругам, встретиться с ними, рассказать обо всём, обсудить, выслушать их мнение, раз уж у самой в голове и на душе полный раздрай. Но Минси чувствовала, что пока не готова говорить на эту тему. Слишком уж личное, слишком запутанное… Была ли неведомая женщина в номере отеля вместе с Ли Джунхо до того, как она сама туда пришла? Почему у него болела рука и в чём причина увольнения секретаря Кан, всегда такой безукоризненной и правильной?

Ответов на все эти вопросы у неё не было.

Она прижала ладони к вискам, ощутив внезапно начавшуюся головную боль. Нужно попросить у кого-нибудь таблетку «Тайленола»[42]. И вообще, с такой нервной жизнью, которая у неё сейчас, пора бы уже лекарства с собой носить!

После официальной части вечеринки началась другая, более свободная. На фуршетных столах стояли аппетитные на вид закуски в европейском стиле, вышколенные официанты в форменной одежде разносили напитки. Решив всё же обойтись без таблеток, Минси взяла с подноса бокал и сделала глоток.

К ней направлялся Ким Хэджин.

– Почему вы это сказали?! – набросилась она, стоило ему приблизиться.

– А что не так? – заморгал писатель. – Я думал, вам понравится. Вы не думайте, госпожа Ким, я говорил искренне. Ваши слова про хилинг-фикшен подали мне новые идеи. У меня как будто второе дыхание открылось, честное слово!

Ну надо же, второе дыхание у него открылось! Аж сияет весь! Даже отругать его за самовольную импровизацию язык не поворачивается.

– Что вы на меня так смотрите? – спросил Ким Хэджин, и Минси решила ничего ему не говорить. Он ведь и правда стремился сделать приятное. А коллеги с досужими пересудами – её проблема, а не его. Да и не такая уж большая, если подумать. Так, неприятность вроде комариных укусов. Ведь разносят по большей части выдуманные ими самими же сплетни не самые умные люди. Тогда как другие – например, редактор О Гихун и Сон Сухён – никогда не скажут, что она не работала, а лишь использовала свою внешность.

Вспомнив про Сухёна, Минси покрутила головой. Найдя в толпе приятеля, она помахала рукой. А когда он подошёл, представила ему писателя.

– А мне ваша первая книга понравилась! – заявил ему Сухён. – И я уверен, что вторая будет не хуже! Удачи вам с ней!

– Спасибо! – поблагодарил его писатель Ким. – Знаете, а вы чем-то похожи на моего главного героя. У вас случайно выгорания от офисной работы не случалось?

– Пока ещё нет, – улыбнулся Сон Сухён. – Но моему хорошему знакомому пришлось это пережить.

Оставив этих двоих, явно нашедших общий язык, Минси направилась к одному из столов. В последний раз она ела давно, и сейчас желудок настойчиво напоминал о себе. Но добраться до вожделенных брускетт[43]не успела, потому что дорогу ей преградила Чхве Мигён.

– Это правда, что ты стала личным редактором писателя Кима в день, когда заменила меня? – настойчиво спросила она.

– Можно и так сказать, – уклончиво ответила ей Хан Минси, подумав, что тогда она была в шаге от увольнения с большим позором. Ошибка обернулась удачей. Должно быть, у неё сильный покровитель – дух или, может быть, ангел?..

– Повезло же тебе! – буркнула Мигён. – Я дольше работаю, а ты совсем мало, и тут такое! Как хорошо он о тебе говорил!

Минси отвела взгляд. Оправдываться перед коллегой она не собиралась. Да и не в чем, если подумать.

– Может, если бы я в этот день не заболела, сейчас была бы на твоём месте!

«Не думаю», – промелькнуло в мыслях, но вслух Минси ничего не сказала. Сейчас ей оставалось лишь надеяться, что зависть сотрудников продлится недолго, всё же они взрослые люди, не школьники, как и она сама. А ещё – не показывать, что их изменившееся отношение и поведение её уязвляют.

Чхве Мигён, фыркнув, отошла в сторону. Однако аппетит после этого короткого разговора всё же испортился. Минси рассеянно допила напиток, поставила опустевший бокал на поднос проходившего мимо официанта и увидела директора Ли Джунхо, который разговаривал с кем-то из важных гостей, приглашённых на мероприятие.

Она снова почувствовала, как её охватывает волнение. На него хотелось смотреть и смотреть. Он выделялся среди остальных: высоким ростом, яркой и сильной харизмой, какой-то особенной мужественностью. Некоторые иностранцы, посмотрев пару знаменитых за пределами страны дорам с айдолами в главных ролях, начинают считать, что корейцы – чересчур худощавые, слишком уж изящные, не по-мужски хрупкие и изнеженные. Иногда это, безусловно, правда. Но есть и другие. Такие, как он.

Запоздало подумалось, что кто-то наблюдательный может подметить, как Минси зачарованно уставилась на директора. Она опустила глаза и сделала глубокий вдох, чтобы немного успокоиться. Самое странное, что писатель Ким Хэджин ей тоже понравился, но по-другому. Почему так сложно разобраться в собственных чувствах? Мама не раз повторяла, что сердце всегда подскажет верный путь, но сейчас глупое сердце Хан Минси пребывало в смятении и ничего подсказывать не желало.

«Можно подумать, кто-то из них предложил тебе встречаться, а то и вовсе руку и сердце!» – сказала она себе. Как ни крути, а Минси всё же далеко не их круга. Она обычная девушка, не из прославленной семьи, не богатая наследница. Да ещё и к тому же выросла без отца. Её родители даже не состояли в официальном браке – иметь ребёнка для незамужней женщины до сих пор считалось неправильным, а раньше и вовсе было настоящим позором, который не смыть до конца жизни…

Поэтому в её случае лучше даже не мечтать ни о директоре Ли, ни о писателе Киме. Ни тот ни другой не выберет её в спутницы жизни, да и семьи их ни за что не одобрят такую кандидатуру – пусть это жизнь, а не дорама про бедных и богатых, кое-какие моменты в тех историях недалеко ушли от корейской действительности, и происхождение невесты имеет немаловажное значение для семьи жениха. Ей бы куда больше подошёл простой, хороший и трудолюбивый парень, такой как Сон Сухён, к примеру.

А любопытно всё-таки, кто же ему нравится…

Вспомнив о Сухёне, Минси вернулась туда, где его оставила, и обнаружила, что они с писателем всё ещё увлечённо беседуют. Ну надо же, сколько общих тем для разговора нашли! Увидев её, Сон Сухён расплылся в широкой улыбке.

– Послушай, а не поужинать ли нам как-нибудь всем вместе? – предложил он. – Можешь и подруг пригласить. Уверен, у них в запасе найдётся немало интересных историй, которыми они будут не против поделиться!

– Вот уж не сомневаюсь, – хмыкнула она. Юми, Черён и Бора наверняка заговорят Кима так, что у него в несколько раз идей прибавится! А ещё им будет очень любопытно его увидеть, ведь Минси уже столько всего про писателя рассказала, так что всем троим не терпелось составить о нём собственное мнение…

– Буду рад угостить ваших подруг ужином, – произнёс Ким Хэджин. Ого, даже угостить! От столь щедрого предложения они точно не откажутся. – Как насчёт пулькоги[44]? Я знаю отличное место, хозяин которого мой знакомый.

– Хорошая идея, – согласилась она.

Этой ночью Минси долго не могла заснуть. Все попытки закончились тем, что, повертевшись в постели, она сбросила одеяло, встала и заварила себе чай из ромашки. За окном над городом висела полная луна, в маленькой кухне было тепло и уютно, но на душе покой так и не наступил.

Раньше Минси не думала, что столько всего может измениться всего за один день, но в её жизни именно так и получилось. Сначала ошибка, которую она сделала, перепутав адреса для писем, а теперь эта вечеринка и тайна, связавшая её с директором Ли Джунхо. Жаль, но едва ли придётся узнать, что там кроется за испорченной рубашкой и номером отеля. Да и вообще лучше об этом не думать, а постараться улучшить отношения с коллегами. Рот сплетницам уже не закроешь, но им ещё работать вместе, поэтому желательно сохранять хотя бы внешний нейтралитет, а это будет не так уж и просто.

Хорошо, что в офисе у неё есть поддержка – Сон Сухён!

Наутро лицо Хан Минси ожидаемо выглядело бледным и невыспавшимся, пришлось снова пустить в ход патчи и тканевую маску, чтобы придать себе посвежевший вид. Сегодня она почему-то особенно тщательно выбирала, что надеть, перерыла весь шкаф и разбросала вещи по всей небольшой квартире. В итоге остановилась на коротком приталенном жакете на молнии светло-бежевого цвета и прямых чёрных брюках, которые визуально делали её выше. Немного завила и уложила волосы, сделала макияж по полной программе, как будто собиралась участвовать в конкурсе красоты. В зеркале отразилась красивая и вполне элегантная девушка.

«Внешний вид, как броня, – любила повторять Ча Юми. – Когда хорошо выглядишь, это защищает тебя. Я ещё в школе эту науку выучила».

Едва ли мейкап, причёска и хорошая одежда могли защитить её от косых взглядов сотрудников «Хэппи Букс», но Минси всё же решила постараться. А ещё – она всё-таки решилась себе в этом признаться – ей хотелось нравиться. Нравиться Ли Джунхо… и писателю Киму тоже.

С утра Хан Минси первым делом уже привычно поехала в Каннамгу. К счастью, лифт в доме Хэджина починили, и больше не приходилось подниматься на десятый этаж пешком. С пожилым консьержем и некоторыми соседями она виделась уже не первый раз и начала с ними здороваться.

Хальмони, которая тогда скандалила насчёт лифта, оказалась владелицей милейшей собачки породы корги, а на одном с ней этаже проживала недавно поженившаяся пара, которая украдкой целовалась в лифте. Минси даже немного им завидовала, настолько счастливыми и влюблёнными выглядели эти двое.

Окажется ли она когда-нибудь на их месте? Будет ли кто-то вот так же бережно поправлять ей выбившуюся прядь волос и шептать на ушко нежные слова, от которых Минси будет заливаться краской и опускать глаза? Станет ли она с утра планировать, куда они вдвоём пойдут вечером?

Хан Минси так много времени посвящала учёбе, работе и желанию достигнуть целей, что оставила личную жизнь на потом. Но в последнее время всё чаще стала задумываться, что будет, когда её подруги одна за другой начнут выходить замуж. У них появятся супруги, дети, семейные заботы, и тогда им станет не до весёлых посиделок или прогулок по городу. Разумеется, Минси желала Юми, Боре и Черён только счастья, но она уже заранее чувствовала себя одинокой, представляя такой исход. Если у неё тоже появится спутник жизни, они, наверное, смогут дружить семьями, в противном же случае придётся оставаться незамужней подружкой, которую будут пытаться свести с каким-нибудь неудачником.

Бр-р-р! Вообразив себе подобную перспективу, Минси поёжилась. Нет уж, лучше пусть она станет независимой и уверенной в себе карьеристкой, которую подруги будут ставить в пример своим детям. Переедет в большую современную квартиру в престижном районе, вроде той, где живёт писатель Ким. Заведёт собаку и наймёт помощницу по хозяйству.

Минси даже замечталась, нарисовав в голове такую картину собственного будущего, и, когда Ким Хэджин открыл перед ней дверь, на её губах всё ещё оставалась улыбка.

– Что-то хорошее вспомнили, госпожа Хан? – поинтересовался он, пропуская в квартиру и снимая для неё с полки домашние тапочки. Да, с недавнего времени они у него появились. Сказал, что случайно увидел в магазине и решил купить.

Тапочки были тёплые и очень симпатичные, украшенные изображениями усатых кошачьих мордочек.

– Скорее представила, – ответила она, переобуваясь. Сиянь вышла её встречать и приветственно потёрлась о ноги, оставляя на ткани брюк чёрно-белую шерсть. – Прости, дорогая, сегодня у меня для тебя вкусняшек не припасено.

– Она их уже получила, так что, пожалуйста, не верьте этой притворщице, – проговорил Ким.

– Как ваши дела? – спросила Минси. – С книгой, я имею в виду. Вы ведь над ней работали?

– Ну разумеется! – хмыкнул писатель. Сегодня он выглядел по-домашнему, как обычно, в серой футболке и таких же штанах. – Даже вернувшись с вечеринки, первым делом включил ноутбук, а после фуршета это было не так уж просто, поверьте.

– Верю, – кивнула Хан Минси. Сама она после вечеринки точно не смогла бы включиться в работу. Хотя, возможно, писать книгу – совсем другое дело, и ночь для этого самое подходящее время.

Пройдя в комнату, где был уже включён ноутбук и открыт файл с рукописью, она принялась за чтение.

– Чай или кофе? – осведомился у неё Ким Хэджин, который теперь каждый раз её чем-нибудь угощал.

– Кофе, пожалуйста.

– Кстати, вы сегодня очень хорошо выглядите. И вчера тоже. Вам идут платья, – добавил он перед тем, как выйти из кабинета.

Минси немного смутилась. Может, стоит сказать писателю, что вчера он тоже прекрасно смотрелся? Но не будет ли этот взаимный обмен комплиментами похож на флирт? Всё-таки пока они работают вместе над его книгой и только недавно сумели преодолеть разногласия, лучше не запутывать их отношения ещё больше. К тому же она пока не могла разобраться в собственных полных смятения чувствах.

Постаравшись отключить хотя бы на время эти мысли, Минси сосредоточилась на сюжете. Её слова насчёт хилинг-фикшен действительно оказали влияние на сюжет будущей истории, так что она – не без гордости – даже почувствовала себя немного соавтором романа. Главный герой книги Нам Джихён был, что называется, дауншифтером[45]: он добровольно отказался от карьерного роста и жизни в большом городе, решив обосноваться на красивейшем острове Намхэ. Однако его едва начавшиеся отношения с главной героиней Чанми складывались не так уже легко. Эта девушка родилась и выросла в Германии, была наполовину европейкой, поэтому их менталитет, жизненный уклад и привычки заметно отличались. Это вполне могло стать проблемой. Поможет ли любовь всё преодолеть или им лучше было бы поискать себе более подходящих людей?..

Осознав, что сама только вчера об этом задумывалась, Минси закусила губу. Конечно, ей хотелось верить, что любовь творит настоящие чудеса. Но это возможно только на страницах романа, а в жизни… в жизни всё гораздо сложнее.

Ким Хэджин вернулся с подносом и поставил перед ней чашку ароматного капучино, к которому полагались молочный шоколад и имбирное печенье.

– Спасибо! – поблагодарила Хан Минси. Завтракала она сегодня второпях, потому что уделила своему внешнему виду куда больше времени, чем обычно. – Как я завидую вашему герою!

– Тоже хотите на остров?

– Не отказалась бы!

– Так что же мешает? – приподнял бровь писатель.

– Предлагаете мне тоже всё бросить и уехать подальше от Сеула?

– Почему бы и нет?

– Получи я, как вы, большое наследство, согласилась бы, но мне нужно зарабатывать на жизнь, – ответила Минси. Она вспомнила, как тяжело трудилась её мама, отчаянно желая и стремясь, чтобы судьба дочери сложилась лучше, чем её собственная. Хан Минси надеялась, что в будущем сможет помогать им с тётей, но пока скромных заработков хватало только на себя, очень уж в столице высокие цены.

Она сделала глоток горячего кофе, откусила кусочек печенья и мысленно перенеслась туда, где сейчас находились Джихён и Чанми. Им обоим было около тридцати – самый расцвет жизни. Подумалось, что читатели, пожалуй, тоже позавидуют этим двоим, позволившим себе выбрать свою дорогу, а не идти проторённой.

– Господин Ким! – поставив чашку обратно на поднос, Минси обратилась к писателю. – Я хочу извиниться перед вами… снова. На этот раз действительно искренне, от души, а не от страха перед увольнением из издательства. Я была неправа, осудив вас лишь после первой книги. Творческий путь бывает тернистым, и порой талант автора раскрывается только со временем. Мне и правда очень нравится ваша новая история. Она живая, она… тёплая и настоящая. И вы тоже настоящий. Сейчас, когда я узнала вас получше, я верю, что всё у вас получится. Вы уже справились с творческим кризисом, преодолели его, и для этого вам даже не понадобилось, как Джихёну, уезжать из Сеула к морю.

Ким Хэджин посмотрел на неё, и их взгляды столкнулись. «А он и в самом деле очень симпатичный», – подумала она. Писатель вдруг протянул руку и коснулся тёплыми пальцами её щеки.

– У вас тут… крошка от печенья, – неловко объяснил он. – Спасибо, госпожа Хан. Если бы не вы, я бы ещё долго пребывал в этом дурацком состоянии. Вам… с этим письмом удалось меня встряхнуть. Я и разозлился, и… А потом, с вашей помощью и подсказками, снова поверил в себя. Это правда очень много для меня значит.

– Для меня тоже, – призналась Минси. – Я ещё никогда не была личным редактором, как вы знаете. И даже не думала, что это окажется так интересно!

Их разговор прервало появление Сиянь. Она, заскучав в одиночестве, явилась в кабинет и запрыгнула на стол, едва не столкнув на пол чашку с недопитым кофе. Хозяину пришлось перехватить кошку, а та от души приложила его когтями по руке.

– Всё-таки вредная! – не удержавшись от смешка, прокомментировала Хан Минси, наблюдая, как писатель Ким пытается утихомирить своенравную любимицу.

– Есть в кого! – отозвался он, утаскивая Сиянь из кабинета и возвращаясь с пластырем, чтобы заклеить царапину. Тот оказался детским, с изображением Пороро[46]. Это стало ещё одним поводом для смеха Минси, вспомнившей известное утверждение, что мужчины никогда по-настоящему не взрослеют и до старости оставаются мальчишками.

Из Каннамгу Минси сразу же поехала в издательство. Поднявшись в офис, она приготовилась, что на неё немедленно накинутся и закидают вопросами, но этого не произошло. Однако любопытные взгляды на себе она всё равно ловила и не сомневалась, что за спиной словоохотливые коллеги уже успели обсудить всё: и вчерашнюю речь писателя Кима с упоминанием её имени, и пикантный эпизод с лифтом и директором Ли Джунхо.

О внезапном увольнении секретаря Кан было уже известно, но причину никто не знал. Встретившись на офисной кухне с Сухёном, Минси поинтересовалась, что про это говорят, он ответил: все в недоумении, ведь никто никогда не замечал, чтобы директор был недоволен Кан Ханой. Приятель выдвинул предположение, будто секретарь попросту собралась замуж, поэтому уволилась, эту версию сотрудники тоже обсуждали, но Хана никогда и никому не говорила, есть ли у неё жених, поэтому коллеги сомневались.

Хан Минси вспомнила, как категорично звучал голос Ли Джунхо, когда он заявил вчера, что Кан Хана больше не работает в «Хэппи Букс». Похоже, причина увольнения крайне весомая. Неужели у них всё-таки был тайный роман?..

– О чём ты думаешь? – задал вопрос Сон Сухён. – Даже шоколадку свою любимую есть не стала, такая задумчивая! Что там насчёт ужина, пойдём сегодня?

– Ужин с писателем Кимом? – переспросила она. – Да, можно сегодня, он сказал, что свободен вечером. Надо только остальным написать, узнать, смогут ли они.

По счастливому стечению обстоятельств, у Боры и Юми не оказалось на предстоящий вечер никаких планов, а Черён сказала, что сможет перенести встречу с клиенткой на рабочее время следующего дня. Все трое с большим энтузиазмом восприняли идею поужинать вместе с Хэджином. А Сухён после того вечера и совместного пения в норэбане и вовсе стал своим в их компании.

Договорившись с подругами, Минси позвонила писателю Киму, чтобы он забронировал столик в заведении своего знакомого с пулькоги. Он тоже обрадовался. Это утро принесло некоторую неловкость в их общение, но в то же время, попросив прощения, она ощущала, будто камень с души упал.

Вернувшись в свой отдел, Минси приступила к привычной рутинной работе. По счастью, редактор О Гихун оставался всё таким же серьёзным и собранным, как обычно. Он ни о чём не спрашивал и был доволен, что вечеринка прошла на достойном уровне. Про неё написали несколько книжных и других блогеров. Получив задание просмотреть их посты, Хан Минси с удивлением обнаружила в одном из них фотографию, где она стояла рядом с Хэджином.

«А мы неплохо смотримся вместе», – невольно подумала она. Официальный костюм писателя выглядел очень элегантно, да и очки ему шли, придавая лицу какой-то особенный шарм. А её белое платье, купленное со скидкой, выглядело со стороны более дорогим, чем на самом деле. Не как одежда в тех бутиках, конечно, но тоже очень мило. Во всяком случае, Золушкой Минси не казалась.

Кстати говоря, о бутиках. Директор Ли ещё утром перевёл деньги за рубашку, прибавив туда весьма солидную сумму. «Покупает меня, чтобы молчала об увиденном», – сказала она себе, но пополнение банковского счёта всё же принесло удовлетворение. Захотелось купить что-нибудь красивое. Может, ещё одно платье, раз уж они ей и правда к лицу?..

Чхве Мигён всё ещё дулась, но хотя бы главные сплетницы сегодня пока не встретились. Представляя себе подробности, которые эти двое могли дорисовать к той встрече у лифта, Минси краснела и бледнела одновременно. Надо же было именно на языкастую ведьму Наён там нарваться, нет бы на кого-нибудь другого!

В целом же офис выглядел, как обычно. Работа двигалась, всё шло своим чередом. Кроме новости об уходе из «Хэппи Букс» Кан Ханы, была ещё одна, тоже не очень хорошая. Писательница Пэк Нара, чьи книги в жанре молодёжного фэнтези получали заслуженное признание и даже были куплены для перевода на иностранные языки, решила перейти в другое издательство. В «Книги Халлю»!

Услышав об этом, Хан Минси искренне расстроилась. Эта перемена означала, что одним достойным и популярным автором в «Хэппи Букс» станет меньше. Видимо, писательнице пообещали более щедрые гонорары, чем она получала здесь, а может, ещё какие-нибудь выгоды.

Минси сидела за компьютером, выполняя очередное поручение от редактора О, когда из типографии доставили сигнальный экземпляр новой книги – сборника стихов разных поэтов. А вслед за курьером в кабинет вошёл Сон Сухён. Остановившись у её стола, наклонился и тихо, чтобы только она слышала, произнёс:

– Тебя вызывает к себе директор Ли!

– А почему через тебя? – удивилась Минси. – Ах да, точно. Секретаря же у него теперь нет.

Между прочим, мог бы и позвонить, ей теперь даже личный номер известен!

– Поторопись, – добавил приятель и вышел.

– Я скоро вернусь, – сказала она непосредственному начальнику и последовала за Сухёном. По дороге к директорскому кабинету заглянула в женский туалет, проверила всё ли в порядке с одеждой и не размазался ли макияж, на который Мин-си сегодня потратила почти целое утро. С внешним видом всё было на высшем уровне, а вот на душе снова творилось не пойми что.

«Перестань! – строго сказала она себе. – Он же не чхонгак токкэби[47]! Вот и нечего перед ним так теряться!»

Но сказать было легко, а сделать сложно. Стоило Минси оказаться в кабинете, наедине с Ли Джунхо, как в воспоминаниях снова ожил вчерашний вечер. Перед внутренним взором появился номер шикарного отеля, а директор предстал не застёгнутым на все пуговицы, как сейчас, а полуодетым…

Кто бы мог подумать, что у него такой роскошный рельефный пресс!

Стараясь отогнать от себя эту столь соблазнительную картину, она сжала руки в кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони. Боль немного отрезвила. Минси даже нашла в себе силы, чтобы посмотреть на директора Ли, не представляя его без рубашки.

– Вы что-то хотели?

– Ты мне нужна.

Ох! Вот так начало. Он же не имел в виду, что…

– У меня для тебя задание. Сходи в книжный магазин, посмотри, как там с выкладкой наших книг. Пришёл отчёт, что упали продажи, я хочу знать, почему.

– Да, директор Ли.

– Сегодня можешь уйти пораньше, и иди сразу в магазин. Самый большой! Сделай фотографии.

– Хорошо.

– Ты свободна.

Его слова прозвучали сухо и отстранённо. А впрочем, стоило ли ждать чего-то иного? Вчерашний вечер закончился, их нечаянная близость друг к другу осталась в номере отеля «Кинг», и теперь всё вернулось на круги своя – она подчинённая, он начальник, и их отношения никогда не станут другими.

«И карета моя превратилась в тыкву», – невесело резюмировала Хан Минси, выходя из кабинета. Стол секретаря Кан был пуст, но в воздухе будто ещё витал запах её духов. Минси показалось, вчера в номере она почувствовала этот слегка пряный аромат, но, возможно, это лишь почудилось из-за подозрений по поводу романа Ханы с директором.

Поставив в известность редактора О и напомнив Сухёну, что вечером они ужинают вместе, Мин-си поехала в книжный магазин. Тот самый, где она когда-то познакомилась с Ча Юми. Он находился под землёй, и в нём запросто можно было заблудиться.

Однако Минси ориентировалась там неплохо. Отыскав отдел, где были выложены книги «Хэппи Букс», она нахмурилась, увидев, что гораздо более выгодное положение занимают не они, а другие. Вышедшие в издательстве «Книги Халлю». Опять оно! Входит в ту же корпорацию, а всё равно самый главный конкурент.

«Директору Ли это не понравится», – подумала Минси, фотографируя крайне невыгодную для «Хэппи Букс» книжную выкладку. Она была всего лишь ассистенткой и не могла лично предъявить претензии руководству магазина. Оставалось надеяться, что Ли Джунхо решит этот вопрос, раз уж он им озаботился.

Порадовавшись, что больше в офис возвращаться не нужно, а впереди ждёт вкусный ужин с приятными людьми, Хан Минси решила немного прогуляться. Она неторопливо прошлась вдоль ручья Чхонгечхон[48], где часто проводила время, будучи студенткой. Они с подругами любили купить чего-нибудь вкусного в ближайшем магазинчике и устроить на берегу ручья что-то вроде маленького пикника. Тогда жизнь не казалась такой сложной, как сейчас. Минси вела цель окончить учёбу и найти работу, о которой она мечтала, но эта самая работа представлялась ей по-другому. В реальности всё оказалось иначе, не так, как в воображении.

Сегодня было неожиданно тепло для октября. Поблизости прогуливалась компания школьников в форме, туристы азартно кидали монетки, стремясь попасть ими в определённое место. Желания загадывали, наверное. Минси тоже загадала, попросив, чтобы всё в её жизни наладилось, запутанное распуталось, а предначертанное от неё не ушло, прицелилась и бросила. А вдруг да исполнится?..

Ресторан, куда их пригласил Ким Хэджин, находился не очень далеко, до нужной остановки она доехала довольно быстро. Писатель уже был там. Увидев Минси, обрадовался, усадил за стол и спросил, не желает ли она воды или ещё чего-нибудь, пока они ждут остальных.

– Нет, спасибо! – Минси осмотрелась. Оформленное в зелёных тонах заведение выглядело очень прилично. Она успела проголодаться, даже в животе заурчало от запахов жареного на гриле мяса, которым угощались люди за соседним столом, но портить себе аппетит не хотела. – Как ваша боевая рана?

– Вы про царапину от Сиянь? Заживает, спасибо. Обычно она поспокойнее – видимо, приревновала.

– Приревновала? – захлопала глазами Мин-си. – Передайте Сиянь, что она может быть спокойна. На её вкусняшки с тунцом, лежанку и даже на игровой комплекс я не претендую!

– А на меня? – подавшись вперёд, внезапно спросил Хэджин.

Она не успела ничего ответить, потому что в ресторане появилась Юн Черён. Как всегда, яркая, красивая и энергичная, она порывом свежего ветра ворвалась в дверь и сходу принялась что-то рассказывать. Минси представила их с писателем друг другу и вздохнула с облегчением, порадовавшись, что ей не пришлось отвечать на вопрос.

Юми и Бора пришли вместе – пересеклись по дороге. Сон Сухён явился последним, извинившись за опоздание. Им подали пулькоги, и Хан Минси убедилась, что Ким не соврал – еда здесь действительно оказалась выше всяких похвал.

Она немного опасалась, что писатель не найдёт общий язык с её подругами и что их совместный вечер получится неловким, но волнения оказались напрасными. Ким Хэджин держался очень свободно, был довольно остроумен и весьма обаятелен. Он сделал комплимент цвету волос Черён, похвалил новую сумочку Юми и даже спросил у Боры, рискнёт ли она прочитать и всё же порекомендовать своим ученикам его первую книгу, хотя Минси в пух и прах её раскритиковала.

Вечер прошёл замечательно. Писатель Ким, как и обещал, заплатил за ужин, да ещё и такси вызвал для тех, кому было сложно добираться. Вот уж действительно богатый парень!

«Он классный!» – написала позже Юн Черён в общем чате подруг. «Соглашусь на все сто процентов», – вторила её словам Ча Юми. «Сон Сухён только что прислал мне сообщение, в котором признался, что я ему нравлюсь!» – огорошила всех Ким Бора.

«Ну и дела!» – изумилась Хан Минси. А ведь только недавно пыталась угадать, кто нравится Сухёну! Похоже, после этого вечера он испугался, что Бора заинтересуется писателем, вот и решил рассказать о своих чувствах. Но почему в сообщении, когда можно было и поромантичнее обставить такое признание? Вот же скромник какой, всему его учить надо!

Этой ночью Минси опять не легла вовремя спать – засиделась допоздна, переписываясь с подругами. Они обсуждали прошедший ужин, писателя Кима и, конечно же, удивившее всех признание Сухёна. Почему-то никто не думал, что ему нравится именно Бора.

«Конспиратор! – написала Хан Минси. – Мог бы и раньше рассказать. Ну и признаться как-нибудь по-другому, покрасивее». «А что ты ему ответила?» – поинтересовалась Ча Юми. «Пока ничего», – ответила Ким Бора.

Похоже, подруга слишком растерялась, когда получила такое сообщение. Ну что же, Сон Сухён ведь не требовал ответа немедленно. Минси решила, что поговорит с ним завтра на работе.

Утром она снова выглядела не лучшим образом, пришлось маскировать тёмные круги под глазами. Ещё и задремала в автобусе, чуть было свою остановку не проехала! «Всё же пора завязывать с бессонными ночами», – твёрдо решила Минси, шагая к офису.

Ловить Сухёна в коридорах не пришлось, он сам позвал её на разговор в перерыве. Вид у него был смущённый. Да уж, ну прямо влюблённый школьник! Хотя современные школьники наверняка и то посмелее будут. И с фантазией у них явно получше, чем у этого недотёпы.

– Ты уже знаешь? – спросил Сухён.

– Ну разумеется! – кивнула она. – А ты почему в сообщении-то признался? Больше способов нет? Пригласил бы куда-нибудь, купил букет цветов! Айгу, что за мужчины пошли!

– Ворчишь, как почтенная хальмони! – пробурчал он. – Я… сам не знаю, что на меня нашло. Просто, наверное, слишком долго об этом молчал.

– Ладно, что сделано, то сделано. А дальше что собираешься предпринять? Или ты уже ищешь в поисковиках лучшие места для свиданий в Сеуле? – прищурившись, осведомилась Минси.

– Уже ищу, – сознался приятель. – Расскажешь, что ей нравится? Хочу сделать подарок.

Казалось, в стенах издательствах витал дух романтики. Потому что после обеда одна из сотрудниц Лим Вонгён вдруг неожиданно объявила, что выходит замуж и вскоре уволится с работы. Оказалось, у неё даже свадебная фотосессия[49]уже была!

На Вонгён со всех сторон посыпались поздравления. А Хан Минси вдруг снова ощутила то же странное тоскливое чувство. Коллега немногим старше неё уже выходит замуж; Боре признался в сердечной симпатии Сон Сухён; Юми нравится стажёр с работы. У всех что-то происходит, романтическое и захватывающее. А она сама будто стоит на берегу реки и боится потрогать ногой воду.

Эти мысли испортили настроение. Решив утешиться шоколадкой, Минси отправилась на офисную кухню. И, как назло, нарвалась там на Дохву!

– А тебе твой писатель Ким ещё не предложил выйти за него замуж? – съехидничала та. – Или, может, директор Ли? Ах, о чём я говорю! Такие, как они, женятся только на девушках из богатых привилегированных семей. А с другими могут лишь поразвлечься, пока не надоедят!

– Что-то с некоторыми никто так и не поразвлёкся, – ответила на это Хан Минси, намекая на незамужнее положение сорокалетней коллеги и то, что она нередко жаловалась на отсутствие всякого внимания со стороны мужчин.

Прихватив свой кофе и не обращая внимания на скривившееся лицо злостной сплетницы, Минси вышла из кухни. Остановившись у окна в дальнем конце коридора, она сделала большой глоток бодрящего напитка и вздохнула. Когда же прекратятся такие разговоры…

Директора Ли Джунхо сегодня с утра в офисе не было – он поехал на заседание совета директоров. Отчего-то у Минси было дурное предчувствие.

Она не понимала, с чем оно связано, и хотела верить, что всё будет в порядке.

Директор «Хэппи Букс» едва не опоздал на заседание совета директоров «Мун Групп», застряв в пробке. Это испортило настроение. А ещё сильнее – довольное лицо Тэука.

С того их столкновения в отеле «Кинг» они больше не встречались и не разговаривали. Кан Хана уволилась, перестав быть его подчинённой, для Джунхо уже подыскивали нового секретаря. Хан Минси прислала ему письмо с фотографиями книжной выкладки в магазине, на которой книги «Хэппи Букс» были задвинуты на задние ряды в пользу издательства «Книги Халлю». Неужели кузен дал взятку? Впрочем, от него всего можно ожидать, любых пакостей.

Ругаться с ним при всех Ли Джунхо не мог. Заседание уже начиналось. Лица присутствующих выглядели хмурыми, и вскоре он узнал причину.

– Книгоиздание сейчас не на подъёме, мы живём в цифровую эпоху, и от этого факта никуда не деться. Поэтому мы решили вынести на рассмотрение вопрос о закрытии одного из наших издательств художественной литературы. Необходимо уделить больше внимание тем компаниям, которые приносят корпорации наибольшую прибыль, издательства художественной литературы к таковым не относятся.

У Джунхо похолодело внутри. Это то, чего он боялся, то, что подозревал, но не хотел допускать. А теперь всё правда.

– По итогам продаж и других показателей к концу года мы решим, какое именно издательство будет закрыто, – был вынесен вердикт.

После того, как заседание подошло к концу, Ли Джунхо поехал в «Хэппи Букс». Он не знал, как сказать сотрудникам, что они, возможно, в скором времени останутся без работы, и решил, что пока не скажет. Нужно сделать всё возможное, чтобы устоять.

«Книги Халлю» тоже под угрозой закрытия, и, разумеется, Кан Тэук будет действовать. Грязно, как привык. Следует быть настороже.

Вспомнился злорадный взгляд, которым его наградил двоюродный брат перед тем, как выйти из зала. Он очень спешил – явно не желал сталкиваться лицом к лицу. «Надо было ему фингал под глаз поставить, чтобы все видели», – подумал Джунхо, скрипнув зубами.

На работе настроение стало ещё хуже, всё валилось из рук. Да ещё и без секретаря! Надо было хоть временно кого-то поставить на эту должность, но у всех своих дела, куда на них ещё дополнительные обязанности взваливать.

Когда рабочий день подошёл к концу, директор немного задержался. Впрочем, такое с ним случалось частенько. Ничего удивительного для сотрудников в этом не было.

Когда Ли Джунхо, решив обойтись сегодня без водителя, уже отъезжал от здания, он вдруг увидел хрупкий девичий силуэт и знакомое лицо в свете фар. Хан Минси стояла на одной ноге, поджав другую – босую – и озадаченно разглядывала туфельку, которую держала в руке. Когда машина остановилась, она вскинула взгляд на директора, который открыл дверцу.

– Что произошло?

– Вот… каблук сломала, – растерянно ответила Минси, для убедительности потрясая туфлей. – Сама не понимаю, как так вышло. Что же мне теперь делать, второй ломать?

– Садись, я тебя подвезу! Да не спорь ты! – добавил он, предвосхищая возражения. – Считай, это приказ.

Девушка села на переднее сиденье рядом с ним. Сначала хотела надеть туфельку, затем, подумав, сняла вторую. Колготки на ней сегодня были светлые, а чёрная юбка – пышная, и бледно-голубая блузка, поверх которой накинута чёрная кожаная куртка.

– Почему ты задержалась?

– Так, нужно было кое-что доделать. Лим Вонгён увольняется, её задачи пока перераспределили между остальными. А вы почему? Хотя…

вы же всё время задерживаетесь. Зачем я спрашиваю?

Джунхо вспомнилась бабушка Пом и её ворчание по поводу того, что все внуки – карьеристы и трудоголики, никто даже до сих пор семью не завёл. Он прислушался к себе. Хотелось бы ему, чтобы дома вместо робота-пылесоса, ползающего по пустой квартире, его встречали жена и дети?..

– Директор Ли… у вас что-то случилось? – вдруг спросила Хан Минси. – Вы чем-то расстроены. Почему-то мне так кажется…

– Ты права, – отозвался он. Жаль, что нельзя сказать ей правду про решение совета директоров «Мун Групп». – Слушай… а не хочешь где-нибудь посидеть?

Джунхо и без того собирался зайти куда-нибудь сегодня вечером, но в одиночестве было бы совсем уж печально.

– С вами? – удивилась она. – Что же, ладно. Я не против.

– Может, здесь? – предложил он, когда они проезжали мимо уличной красной палатки.

Минси уставилась на него, приоткрыв рот.

– Хотите посидеть здесь? Но, директор Ли… Такие, как вы, не едят в этих палатках!

– А где едят, такие, как я?

– Ммммм… в дорогих ресторанах? – предположила она. – Ладно, палатка так палатка! Только не падайте в обморок, когда вам принесут сушёных анчоусов и жареные в остром соусе куриные лапки!

– Ты плохо меня знаешь! – невольно улыбнулся Джунхо.

Они сделали заказ. Насчёт анчоусов Хан Мин-си не ошиблась, а вот куриных лапок не было. Ли Джунхо хотелось расслабиться хотя бы этим вечером, чтобы утром с новыми силами взяться за работу и вытащить издательство из кризиса, не позволить ему закрыться, не подвести людей, которые трудились на него, верили ему. И Минси тоже…

Он посмотрел на неё, скользя взглядом по раскрасневшемуся лицу, плечам, рукам.

Хан Минси больше ни о чём не спрашивала, и эта молчаливая поддержка казалась куда приятнее и весомее, чем долгие разговоры по душам. А её красота как будто освещала здесь всё: и непримечательную уличную палатку с липкими от пролитых напитков пластиковыми столами и стульями, и тёмное, затянутое тучами небо над Сеулом, и самого Ли Джунхо…

Её свет притягивал, точно огонь мотылька. Хотелось прикоснуться к нежной коже щеки, запустить пальцы в волосы, чтобы проверить, окажутся ли они такими же шелковистыми на ощупь, как ему представлялось, притянуть девушку к себе, обнимая за тонкую талию… Джунхо встряхнул головой, отгоняя нескромные фантазии. Завтра ему будет стыдно за такие мысли. Если дать себе волю, Минси может расценить это как злоупотребление служебным положением.

И почему только он её начальник?!

А между прочим, в дорамах роман босса и подчинённой – обычное дело. И в романах тоже. Так, может быть…

– Директор Ли! Может, вам уже пора домой?

– Пожалуй… – пробормотал Джунхо, ловя её ускользающий взгляд. – Ты такая красивая…

Эти слова всё же сорвались с его губ – ненамеренно, как-то само собой. Она ничего не ответила, но в её глазах отразилось изумление. И, кажется, что-то ещё.

В машине, когда приехал водитель из специальной службы, Ли Джунхо почему-то сел не на переднее, а на заднее сиденье рядом с ней и, задремав, уронил голову ей на плечо. Когда же проснулся, Минси в салоне автомобиля уже не было. Только волнующий запах духов остался напоминанием об этом вечере.

«И что это такое было?»

Минси с озадаченным видом стояла перед зеркалом в ванной комнате. С той минуты, как она вышла из машины, которая увезла их с директором Ли от уличной палатки, прошло уже больше получаса, а удивление от случившегося до сих пор не покинуло. И все мысли крутились только вокруг одного человека, который ещё недавно был таким далёким и недоступным, как звёзды на небе, а сейчас… Сейчас что-то изменилось. Вот только знать бы ещё, к добру или к худу.

Одно было очевидно – этим вечером Ли Джунхо был сильно чем-то расстроен. Он не рассказал о причине, ни на кого и ни на что не пожаловался, но всё было ясно и так. Директор время от времени тяжко вздыхал, а ещё выглядел опечаленным и задумчивым.

Хан Минси привыкла видеть его безупречным и самоуверенным. Именно в этом образе директор Ли всегда появлялся на людях, таким она впервые увидела его, когда только устроилась на работу в издательство. Но Минси и представить себе не могла, что немного усталым, слегка отрешённым и непривычно грустным он понравится ей ещё больше. Как будто с прекрасного небожителя спали сверкающие доспехи, и он предстал перед миром совсем другим, похожим на обычного человека, который может позволить себе побыть неидеальным. Не всегда, но когда-то с кем-то может.

От осознания, что она оказалась именно той, в чьей компании Ли Джунхо разрешил себе мгновения слабости, Минси терялась и не понимала, как к этому относиться. И изменится ли между ними что-то после сегодняшнего вечера? Или завтра директор сделает вид, будто ничего не помнит? А может, снова решит заплатить за молчание? Так же, как после истории с рубашкой.

А что, если эти два случая связаны? Может, директор Ли и в самом деле был в номере отеля с женщиной? Поссорился с ней, она облила его каким-то напитком… А сегодня попробовал помириться и получил отказ. Хм… любопытно, кто вообще мог ему отказать?..

Неужто и вправду Кан Хана? Сначала завела роман с начальником, потом бросила его и уволилась. Ох, что-то история, как из дорамы, получается.

Хан Минси потёрла лоб и поморщилась от ноющей боли в висках. Когда же она начнёт ложиться вовремя? Надо спать, а иначе завтра голову с подушки поднять не сможет. Пропускать рабочий день не хотелось. Для этого придётся отпрашиваться у редактора О, а у их отдела и так работы на ближайшее время прибавилось из-за того, что Лим Вонгён выходит замуж. Наверняка наймут кого-то на её место – как и секретаря – но не сразу. Да и обучать нового сотрудника придётся – всё знающим и всё умеющим никто не приходит.

Вдруг вспомнилось, как директор Ли на неё сегодня смотрел, и при мысли об этом в груди стало горячо. Может, ей померещилось? Но ведь он и правда сказал, что она красивая…

– Всё! – вслух сказала себе Минси. – Пора спать! Все размышления откладываю до завтра!

Но наутро стало не до рефлексии и самокопаний. Потому что она проспала. Забыла поставить телефон на зарядку, и тот выключился. Соответственно, будильник, установленный на нём, тоже не прозвенел в нужный час. А выпитый вечером травяной чай сработал как хорошее снотворное, погрузив уставший организм в долгий и на удивление спокойный сон.

Осознав, что уже час, как должна быть в офисе – именно в офисе, потому что Ким Хэджин сказал ей сегодня не приходить, у него появились какие-то свои дела, – Минси забегала по квартире. Шут с ним, с макияжем, главное, не надеть впопыхах блузку задом наперёд. Ох, у неё же теперь и самые приличные туфли из строя вышли! Придётся доставать другие. А ещё – потратиться на такси, потому что ждать общественный транспорт уже некогда.

Стоило зарядить мобильный телефон, как на него полетели сообщения о пропущенных звонках. Редактор О, Сухён, Чхве Мигён… На работе её определённо потеряли.

Директор Ли Джунхо не звонил. Не то, чтобы она ждала, будто он попытается с ней связаться, но всё же тень сожаления коснулась души. Минси постаралась отогнать её. Ни к чему хватать пролетающие облака[50], лучше просто забыть о вчерашнем вечере и о том, что произошло в отеле «Кинг». Забыть и жить дальше, как будто на самом деле ничего этого не случилось, а просто приснилось.

Такси домчало её до офиса за двадцать минут – к счастью, без пробок. Первым делом она извинилась перед О Гихуном, смущённо объяснив, что произошло. Редактор не стал её ругать, впрочем, он всегда был довольно спокойным человеком и хорошим начальником. Минси пообещала ему, что сегодня тоже задержится после окончания рабочего дня, чтобы переделать все накопившиеся дела. Включив компьютер, она открыла электронную почту, где её ждало письмо от писателя Кима.

«Что насчёт не сидеть завтра на одном месте, а немного прогуляться вдвоём? – писал он. – Обещают хорошую погоду. Можно подняться на башню Намсан[51]по канатной дороге. А после прогулки пообедать в каком-нибудь приятном месте. Что скажете на моё предложение, госпожа Хан?»

«На башню Намсан? Да что этот Ким Хэджин себе позволяет?! – возмутился Джунхо, прочитав письмо, которое писатель отправил Хан Минси. – Он же приглашает её на свидание! Вот и место поромантичнее выбрал! Сначала прогулка, потом совместный обед, а в следующий раз приведёт её туда, чтобы замочек повесить!»

Поднявшись с места, директор прошёлся из одного конца кабинета в другой. Собственно, он ведь это и подозревал, когда писатель Ким решил сделать Минси своим личным редактором, невзирая на очевидный недостаток у той рабочего стажа и опыта. Конечно, потому, что она ему понравилась!

Сейчас, успев узнать её поближе, Ли Джунхо и сам понимал, что такая девушка, как Хан Мин-си, не может не нравиться. Она милая, искренняя, красивая, понимающая. А эта улыбка… Когда Минси улыбается, хочется всё для неё сделать, хоть луну с неба достать. Разумеется, писатель не мог остаться равнодушным к её очарованию, то-то он так восхвалял и благодарил своего личного редактора в речи на вечеринке в отеле, впечатление произвести пытался.

Но это не значит, что они могут завести роман! В конце концов, нельзя забывать о репутации издательства. Автор и редактор должны оставаться в профессиональных отношениях, а не в каких-либо ещё.

Исключительно в профессиональных!

«Нельзя отпускать Хан Минси на эту встречу. Нужно чем-то её отвлечь. Чем-то важным по работе, чтобы имелась веская причина. А писатель Ким подождёт. Пусть лучше пишет вместо того, чтобы гулять. Чем скорее мы выпустим его книгу, тем больше шансов, что нас не прикроют».

Телефонный звонок раздался, когда Джунхо подошёл обратно к столу. Пока секретаря не было, отвечала и переадресовывала их директору одна из сотрудниц отдела снабжения. Иногда она путалась и переводила на его линию какие-то совсем уж пустячные вопросы.

– Директор Ли? – услышал он незнакомый голос. – Это Квон Ючон. У меня для вас грандиозная новость!

– Кто вы? – нахмурился Джунхо.

– Простите, я забыл, что моё имя вам незнакомо. Но вы наверняка узнаете другое. Писатель Ча Рым. Вы ведь помните ещё о нём? Я его племянник.

Ча Рым! Прекрасный автор, чьи книги пользовались огромным успехом. Их изучали в школах и университетах, на них публиковали рецензии крупные журналы, а на встречи с писателем всегда собирался целый зал. К великому сожалению, несколько лет назад он скончался. Было ему на тот момент уже за восемьдесят.

– Разумеется, помню! – проговорил Ли Джунхо. – Но… чего вы хотите? Вы тоже пишете книги?

– Нет-нет, что вы! Дело в том, что я… Я приехал в старый дом дяди, чтобы разобрать вещи перед продажей дома, и нашёл там его неизвестную рукопись!

– Что? – ошеломлённо переспросил Джунхо. – Неизвестную рукопись? Вы уверены?

– Абсолютно! Что я, дядюшкины книги не читал? Эта в свет точно не выходила! Наверное, он просто не успел отправить её в издательство. Директор Ли, вы же знаете, что детей у дяди Ча Рыма не было, его почившая супруга оказалась бесплодной, а больше он не женился. Моих родителей тоже уже нет на свете. Я его единственный наследник и ближайший родственник. Вот я и решил предложить рукопись вам. Помню, что дядя хорошо о вас отзывался. А гонорар за неё вы можете выплатить мне…

– Я должен увидеть эту рукопись, – проговорил Джунхо. – Убедиться лично. Она всё ещё в доме писателя Ча?

– Да, в его старом доме в деревне Муджин. Он любил приезжать туда, чтобы поработать в тишине, хотя имел квартиру в Сеуле. Я сейчас нахожусь ещё здесь, так что приезжайте хоть завтра!

– Приеду, – согласился он, уже прикидывая в уме, как раскидать ближайшие дела и планы, чтобы выкроить время на встречу с племянником Ча Рыма. Благо, послезавтра выходной, хотя Джунхо обычно и в эти дни тоже работал. Но ведь и поездка не развлекательная.

Если «Хэппи Букс» издаст книгу писателя Ча, которая до сего времени оставалась неизвестной, это будет настоящая сенсация! Тогда издательство определённо не закроют. Новость, которую сообщил ему Квон Ючон, была действительно грандиозной.

А ещё… Ли Джунхо даже пришлось найти и открыть в компьютере личное дело Минси, чтобы перепроверить. Её любимым автором в анкете, которую заполняли соискатели на должность, был указан Ча Рым.

Отлично, вот и повод отвлечь её от свидания с писателем Кимом! Минси поедет с ним в Муджин. Таким образом, у него получится съесть фазана и заодно его яйца[52].

Откладывать поездку нельзя. Мало ли, вдруг Квон Ючон надумает обратиться в какое-нибудь другое издательство. А если в «Книги Халлю»?..

Нельзя этого допустить!

Джунхо связался с сотрудницей, которая сейчас занималась звонками, и распорядился, чтобы Хан Минси вызвали к нему в кабинет. Она появилась уже через несколько минут. Он поймал себя на том, что заранее гадает, во что Минси будет одета. Сегодня на ней была кремовая блузка с воротником под горло, широкие серые брюки и жакет из такой же ткани. Войдя, она поклонилась и спросила, как его самочувствие.

– Само… Ах, после вчерашнего! – проговорил Ли Джунхо. По правде говоря, минувший вечер помнился ему весьма смутно. Он был оглушён новостью о возможном закрытии «Хэппи Букс», ему очень хотелось отвлечься, а Хан Минси с этим сломанным каблуком так вовремя оказалась на пути, что попросту не смог бы проехать мимо, оставив её самостоятельно разбираться со своей проблемой. – Я в порядке, а ты?

– Я тоже, – кивнула она. – Вы что-то хотели? Мне опять нужно сходить в какой-нибудь магазин?

– Нет, – покачал головой Джунхо. – Не в магазин. Завтра ты едешь со мной в деревню Муджин.

– Что? Зачем в Муджин? – вслух подумала Минси, захлопав глазами. – Простите, директор Ли, я не совсем поняла… что мне там делать, да ещё и вместе с вами.

– Есть кое-что важное, что я должен там посмотреть.

И Ли Джунхо начал рассказывать. О звонке племянника писателя Ча Рыма, книги которого она очень любила ещё со школьных лет. Услышав, что найдена его неизвестная публике и неизданная рукопись, Минси изумлённо приоткрыла рот. Такого она никак не ожидала. Вот так история – просто чудо какое-то!

– Если это действительно правда, мы должны подписать контракт и выпустить книгу, – проговорил директор. – Я собираюсь ехать в Муджин завтра же. И поскольку секретаря у меня пока нет, а он твой любимый автор, я решил, что ты должна поехать со мной. А что? У тебя есть другие планы? – приподняв бровь, добавил он.

Минси покачала головой. Она ещё не успела ответить на письмо писателя Кима, который предлагал прогуляться у башни Намсан, полюбоваться осенними красотами Сеула и где-нибудь пообедать. С одной стороны, хотелось, чтобы он побольше занимался своим романом и не терял время попусту, а с другой, не может же Ким Хэджин с утра до вечера сидеть за ноутбуком. Возможно, прогулка пойдёт на пользу его вдохновению. Ну что же, если ей нужно завтра уехать в Муджин, ему придётся пойти гулять одному.

Но пропустить такое великое событие, как новая рукопись писателя Ча Рыма, Хан Минси не могла!

– Нет, директор Ли, – ответила она. – У меня нет никаких планов на завтра. Я поеду с вами!

– Договорились, – кивнул он. – Выезжаем утром, я за тобой заеду. Редактора О я сам предупрежу, что тебя не будет в офисе.

– Хорошо, – согласилась Минси, подумав, что О Гихун уже, наверное, начал привыкать к её отсутствию на рабочем месте.

Ещё ей подумалось, что, если коллеги узнают про совместную поездку с директором, сплетен о них станет ещё больше. Едва ли такую новость можно будет удержать в секрете. Но Хан Минси вдруг поняла, что это её больше не волнует. Переживания о разговорах и шепотках за спиной отошли на задний план. Как можно думать о чьих-то досужих наветах и слухах, если уже совсем скоро она будет держать в руках неизвестную рукопись писателя Ча?!

Даже мурашки по коже пробегали от одной этой мысли, а что же будет, когда она к ней прикоснётся?..

– Ты можешь идти, – отпустил её Ли Джунхо. О вчерашнем он больше упоминать не стал, и Мин-си сделала вывод, что ему, должно быть, неловко об этом говорить. Главный начальник, который отдыхает в компании скромной подчинённой, всё же не самая рядовая и одобряемая корейским обществом картина.

Остаток рабочего дня прошёл достаточно спокойно. Улучив момент, чтобы поговорить с Сухёном, она рассказала ему о завтрашней поездке, но попросила пока молчать о причине. Он был ошеломлён известием о рукописи Ча Рыма не меньше, чем сама Минси, и даже позавидовал ей.

– Похоже, директор Ли высоко тебя ценит, раз решил позвать с собой, – заметил Сон Сухён.

– На что это ты намекаешь? – нахмурилась она. – Просто он знает, что писатель Ча мой любимый автор, вот и всё. А ещё у него пока нет секретаря.

– Но почему именно ты? В издательстве немало других сотрудников, довольно компетентных и опытных. Мог бы, например, редактора О выбрать.

– У редактора О и без того работы хватает! – отозвалась Минси. Она боялась думать, что Ли Джунхо пригласил поехать с ним, потому что ему нравилась её компания. Вдруг на самом деле это не так, а у неё от таких смелых мыслей только напрасные надежды появятся?..

Подругам в общем чате Минси тоже вечером написала – просто не смогла удержаться. После новости про неожиданное признание Сухёна это была следующая, которая вызвала бурное обсуждение. Правда, о том, как она сидела с директором Ли в уличной палатке, Минси рассказывать не стала, хотя за это молчание, в отличие от случившегося в отеле, он ей платить не стал.

Писателю Киму она написала, что у неё завтра дела, поэтому погулять с ним никак не может, но без подробностей.

Сегодня никаких вечерних посиделок не было, поэтому Хан Минси в кои-то веки легла спать пораньше. Сумку для поездки она собрала заранее, с вечера, зарядила телефон, чтобы точно не пропустить будильник. А ещё позвонила маме, рассказала наконец-то, что стала личным редактором одного молодого писателя. Мама удивлённо ахнула – такого она не ожидала. И обрадовалась, конечно. О поездке в Муджин Минси говорить не стала. Почему-то было неловко объяснять, что они там будут вдвоём с директором.

Хотя, может, всё-таки не вдвоём? Может, он личного водителя с собой возьмёт? Неужели всю дорогу будет вести машину сам?

Водителя не было. Когда она вышла из дома утром, Ли Джунхо сидел за рулём и разговаривал с кем-то по телефону. На мгновение Минси застыла на месте, запечатлевая в памяти этот образ – красивый и привлекательный мужчина в дорогом автомобиле, который приехал за ней. Такого в её жизни никогда ещё не случалось. И случится ли когда-нибудь снова?..

Повернув голову, директор Ли увидел её и махнул рукой. Дверца машины плавно поползла вверх. Хан Минси сделала глубокий вдох и шагнула вперёд – к нему.

Сегодня на ней была белая блузка с синими джинсами и кожаная куртка. Волосы убраны наверх, в пучок, из которого выбивалось несколько прядей. Такая причёска к лицу не всем, но Минси она очень подходила.

– Вы ведь не будете против, что я немного отошла от дресс-кода? – сев в машину, задала вопрос девушка, кивнув на свои джинсы и белые кроссовки.

– Мы не в офисе, поэтому ничего страшного, – ответил ей Джунхо. Сам он сегодня по привычке надел костюм, но не чёрный, да и ненавистным галстуком пренебрёг. – Как спалось?

– Хорошо… а вам?

– Замечательно, – отозвался Ли Джунхо, между прочим, даже не покривив душой. Он думал, что окончательно потеряет сон и покой после решения совета директоров насчёт закрытия одного из издательств, но известие о рукописи Ча Рыма посулило надежду, что дела наладятся и всё сложится наилучшим образом. – Волнуешься?

– Да, ужасно! – призналась Хан Минси. – Я прочитала всё у писателя Ча. Даже студенческую работу о его творчестве писала, делала исследование, не вылезала из библиотек… Ой, простите! Это звучит так, как будто я хвастаюсь?

– Никогда не бойся говорить о своих заслугах, – проговорил Джунхо. – Ты должна ими гордиться. Жаль, Ча Рыма нет в живых, и он не узнает, что у него есть такая преданная поклонница.

– Даже не верится, что я окажусь в его доме, увижу место, где он жил и работал! – выдохнула она.

– Да, почти всё время писатель Ча проводил в Муджине, в Сеул приезжал только по делам. Всё его имущество, всё наследство досталось племяннику. Если мы подпишем контракт на рукопись, гонорар тоже придётся выплатить ему.

– А вы ему доверяете, племяннику этому? – поинтересовалась собеседница.

– Я ещё с ним не знаком, только по телефону разговаривал.

Деревня Муджин находилась на берегу Жёлтого моря, в очень живописном месте, правда, достаточно удалённом от столицы. Они выехали утром, да и пробок по пути почти не было, но всё равно ехали несколько часов. Когда были уже недалеко, Ли Джунхо приоткрыл окна в машине, чтобы впустить свежий, напитанный морскими ароматами воздух.

– Как красиво! – Минси прилипла к окну, любуясь на виды, мимо которых они проезжали. – Потрясающе!

– Ты не бывала здесь раньше?

– Здесь нет. Хотя у меня мама и тётя тоже живут у моря. Но в другом месте.

Из её личного дела Джунхо знал, что отца у Хан Минси нет, в данных о родственниках она его не указала. Скончался или они с её матерью развелись и проживали отдельно? Спрашивать он не стал.

– А вот и Муджин! – Ли Джунхо кивнул на дорожный указатель. – Почти приехали.

Приморская деревня находилась сразу за поворотом. Она была небольшой, но на первый взгляд довольно чистенькой и уютной, с выкрашенными в светлые цвета домиками, возле большинства из которых располагались небольшие огороды. Местные жители – в основном, рыбаки. Некоторые из них попались им на пути. Люди с интересом оглядывались на незнакомый автомобиль – должно быть, тут редко появлялись такие.

Дом Ча Рыма стоял на окраине. По виду он мало чем отличался от остальных, разве что вместо огородика его окружал маленький фруктовый сад. Из окон второго этажа открывался вид на море. Наверное, покойному писателю нравилось сидеть на крыльце своего домика, наслаждаясь безмятежной тишиной, синим небом и чистым воздухом. Всем, чего не было в большом городе.

Квон Ючон, уже предупреждённый о визите директора Ли, вышел встречать. Он оказался человеком лет сорока с лишним, низкорослым и очень смуглым. Поклонившись, племянник писателя провёл их в дом.

– Вы же знаете, что дядюшка всегда печатал свои книги на машинке? – говорил Квон Ючон, ставя перед ними старые растоптанные тапочки. – Компьютеры ему не нравились, к ним он так и не привык, называл их бездушными автоматами. Эта старая машинка до сих пор здесь стоит.

– И рукопись напечатана на ней же? – уточнил Ли Джунхо.

– Ну разумеется! Можете проверить, если сомневаетесь. Я слышал, что у каждой печатной машинки свои особенности, в каком-то детективе благодаря этому полицейские смогли поймать преступника.

– Да, так и есть, – кивнул Джунхо. Почему-то племянник писателя ему не нравился. Вёрткий, суетливый, он напоминал угря.

Изнутри дом казался… пустым. Лишённым своего хозяина, а вместе с ним и души. Хотя его определённо проветрили, было заметно, что он долго простоял нежилым. По телефону Квон Ючон сказал, что он разбирает вещи, поскольку собирается продать дядин дом. Видимо, поэтому здесь такой беспорядок – даже мебель оказалась сдвинута и явно стояла не на своих местах.

– Вот она! – Квон вытащил из ящика стола папку с бумагами. – Та самая рукопись!

– Та самая! – благоговейно выдохнула Мин-си. Она стояла за спиной Ли Джунхо, не слишком близко, но он всё равно чувствовал её молчаливое присутствие и аромат духов. – Невероятно!

На первый взгляд, всё было в порядке. Толстенькая стопка листов, отпечатанный на машинке текст. Джунхо проглядел несколько страниц наугад.

– Это и правда невероятно, – проговорил он. – Но я не могу вот так сразу принять решение. Необходима разносторонняя экспертиза, проверить только печатную машинку будет недостаточно.

– Что? – визгливым голосом откликнулся Квон Ючон. – Какая ещё экспертиза? Зачем? Вы мне на слово не верите, обманщиком меня считаете? Некрасиво, директор Ли! Я вам самому первому позвонил! Или вы хотите, чтобы я пошёл к вашим конкурентам? «Хэппи Букс» – не единственное издательство в Корее, так-то! Есть и другие, к вашему сведению, и они новую книгу писателя Ча с руками оторвут!

Минси не могла понять, что чувствует. Ещё совсем недавно – вчера, когда узнала новость о рукописи, и сегодня по дороге – она была полна щекочущего душу предвкушения. Не каждому выпадает возможность увидеть дом любимого, к тому же прославленного на всю страну и даже за её пределами, писателя, прикоснуться к истории, которую он творил, но не успел выпустить в свет. Хан Мин-си с нетерпением ждала этого мига. А тот факт, что она должна была его разделить с директором Ли Джунхо, делал ожидание приезда в Муджин ещё более волнующим.

Но что-то с самого начала пошло не так. Нет, сама деревня ей понравилась – уютная и живописная. Тут бы пожить хоть несколько дней, есть свежие морепродукты, смотреть на море, прогуливаться, никуда не спеша. Почти как Нам Джихён из новой книги писателя Кима на острове Намхэ! Красиво и спокойно, можно понять, почему Ча Рым когда-то выбрал это место и решил купить дом, куда уезжал из шумной столицы.

Но… дом показался Минси покинутым – точно одинокий человек, лишившийся разом семьи и друзей, потерянный, не знающий, для чего ему теперь жить дальше. А чем-то похожий на хорька племянник писателя Квон Ючон и вовсе не понравился. Особенно возмутил сальный взгляд, который он бросил на неё при знакомстве. Она даже поплотнее запахнула куртку, хотя здесь было значительно теплее, чем в Сеуле. Этот крайне неприятный человек испортил всё первое впечатление от драгоценной рукописи, да ещё и закатил настоящий скандал, когда Ли Джунхо сказал, что нужно провести экспертизу.

Минси видела, что директор колеблется. Он явно не желал упускать такой шанс. Она и сама понимала – публикация неизвестной ранее книги писателя Ча может поднять «Хэппи Букс» на новую высоту, выделить среди прочих издательств художественной литературы и, конечно же, принести прибыль.

– Могу я повременить с решением до утра? – наконец нашёл компромисс директор Ли, который явно не хотел спорить с Квоном. – Подумаю и приду снова. В Муджине ведь есть где переночевать?

– Есть гостевой дом! – неприветливо буркнул племянник писателя. – Можете остановиться там, сейчас невысокий сезон, места точно должны найтись. Только не слишком долго думайте, а то я ведь другие издательства обзванивать начну!

Минси скрипнула зубами. Да он попросту шантажист! Пользуется тем, что обладает чем-то важным и уникальным, вот и набивает себе цену.

В это время раздался стук в дверь.

– Доставщик еды приехал. – Квон Ючон пошёл открывать. – Можете ещё полюбоваться на рукопись, прежде чем уйдёте.

Ли Джунхо склонился над раскрытой папкой, но тут зазвонил его мобильный телефон. Директор отошёл, чтобы ответить на звонок. Хан Минси осталась в комнате одна.

Она сама не смогла бы чётко ответить на вопрос, что её подтолкнуло к произошедшему дальше. Может, неприязнь к Квону или что-то ещё, но Минси вытащила из сумки телефон и, полистав бумаги в папке, сделала несколько снимков. Торопливо, боясь быть застигнутой на месте преступления. Учитывая, что телефон не умел фотографировать беззвучно[53], она очень боялась быть услышанной. Но дом был достаточно большим, племянник Ча Рыма забирал еду у доставщика, а директор Ли разговаривал в соседней комнате – даже голос повысил, видимо, здешняя связь оказалась не слишком хорошей.

Спрятав телефон обратно в сумку, Минси с облегчением выдохнула. Сердце всё ещё колотилось встревоженно и учащённо, но ей удалось придать себе обычный, не слишком взволнованный вид. Она даже отошла подальше от стола, на котором лежала папка. К окну, выходящему на сад. Там росла старая хурма, на ветках которой висели тяжёлые спелые плоды. Некоторые уже упали на землю. Похоже, никто их не собирал, чтобы поесть или засушить на зиму, и им суждено сгнить или стать кормом для птиц.

Когда дом будет продан, возможно, тут поселится большая семья. Дети будут играть в саду, взрослые смотреть за ними в окно и звать к обеду. Дом встряхнётся и снова наполнится жизнью.

К тому времени, когда вернулся Ли Джунхо, а за ним и Квон Ючон, Минси уже окончательно сумела успокоиться. Она не собиралась рассказывать директору, что сделала эти фотографии. По крайней мере, пока. Если и расскажет, то лишь в крайнем случае. Но ей стало очень грустно при мысли, что всё наследие такого замечательного писателя, включая даже его неизвестную рукопись, досталось этому пренеприятнейшему типу.

– Что же, нам пора, – проговорил директор Ли.

Сухо попрощавшись с Квоном, они вышли из дома, а затем и за ворота, туда, где стояла машина.

– Вы не предупреждали, что нам придётся остаться тут ночевать! – выпалила Минси, стоило им остаться наедине. Заметив, что в голос просочились обвиняющие нотки, она смутилась. Всё же начальник здесь он, а завтра всё равно выходной день.

– Порой обстоятельства всё меняют, – откликнулся директор. – А ты что-то имеешь против ночёвки в этом красивом месте? Или тебя кто-нибудь ждёт дома в Сеуле?

– Нет, никто не ждёт, – призналась Минси.

– Тогда тем более не о чем переживать. Переночуем в гостевом доме, можем вдоволь поесть морепродуктов, а вечером погулять по пляжу. Я оплачу все расходы.

– Вы очень щедры, директор Ли.

– Вы очень щедры, директор Ли.

Ему показалось или она действительно произнесла эти слова скорее с иронией, чем с признательностью и благодарностью? С этой Хан Минси всё время непонятно, чего ожидать. Непредсказуемая… как море. То оно спокойное, то волнуется, всегда какие-то сюрпризы. Вот и эта девушка такая же.

Разговор с племянником писателя Ча Рыма вышел неприятным, и завтра предстояла новая встреча, но от перспективы провести остаток дня и целую ночь в приморской деревне настроение поползло вверх. Джунхо попытался вспомнить, когда в последний раз был в отпуске. И сколько дней тот длился?..

Кажется, бабушка Пом права – он законченный трудоголик. И карьерист, да. Связан крепкими дружескими связями со своей работой и женат на ней же.

Ли Джунхо покосился на Минси. Выйдя из дома, который и на неё, похоже, произвёл удручающее впечатление, она немного приободрилась. Сняла куртку, свернула её и сложила в объёмистую сумку. Да там целый небольшой гардероб может поместиться! А ещё говорит, что к ночёвке не готовилась.

– Что же, давай заселимся в гостевой дом, оставим там машину, а потом поищем, где поесть. Думаю, ты тоже голодная. Надо было в дорогу что-нибудь взять, а я не догадался.

– Я тоже не догадалась, – ответила Минси.

Они сели в автомобиль и поехали к гостевому дому – Квон Ючон объяснил, где его искать. Им оказалось приземистое двухэтажное здание, вытянутое вдоль морского берега. Над дверью висела табличка, извещающая, что гостевой дом называется «Хэнбок»[54].

Их весьма приветливо встретил сам хозяин – улыбчивый аджосси с лицом, похожим на полную луну. Низко поклонившись, спросил, кем они друг другу приходятся, и нужен ли им один общий номер или два отдельных. Несколько смущённо добавил, что у них не мотель для свиданий, поэтому вдвоём он может поселить только супружескую пару, чьи отношения зарегистрированы официально.

С подобным консерватизмом даже вопреки собственной выгоде Джунхо давненько не сталкивался. Заметив, что Хан Минси покраснела от этих расспросов хозяина, быстро сказал, что они не женаты и не встречаются, а просто начальник и подчинённая. Поэтому номера им нужны раздельные.

– О, так если вы большой босс, значит, вам нужен номер люкс? – тут же сориентировался аджосси.

– А сколько у вас всего номеров люкс? – поинтересовался Ли Джунхо усмехнувшись.

– Два люкса и один для новобрачных! – бодро ответил собеседник.

– Тогда нам два люкса, если они оба свободны.

– Сейчас как раз не заняты!

– Что вы, директор Ли, мне-то зачем люкс? – забормотала Минси, но он решительно пресёк возражения, заплатил за ночь и спросил, где находится ближайшее заведение, в котором подают местные дары моря.

– О, так это вам надо к господину Шину! У него самые лучшие крабы; могу побиться об заклад, что таких вкусных и свежих вы ещё не пробовали! К нам даже из Пусана ездят, чтобы их поесть!

– Что же, крабы так крабы, – согласился Джунхо.

Ресторанчик господина Шина и вправду находился не очень далеко. Его владелец оказался чем-то похож на хозяина гостевого дома, такой же упитанный и круглощёкий. Лицо его осветилось улыбкой, когда он узнал, что они прибыли из Сеула и очень хотят отведать, что здесь могут предложить.

Меню было небольшим, как обычно в подобных местах. Хан Минси выбрала острую лапшу с крабом, а Ли Джунхо решил, что он хочет поесть его без каких-либо добавок. К заказу им традиционно принесли маринованную редьку, листья периллы[55]и несколько видов кимчи, даже его любимое нашлось, из зелёного лука.

Хозяин гостевого дома не обманул – крабы здесь и в самом деле оказались вкуснейшими.

– Так, море же, оно нас всех кормит! – закивал в ответ на похвалы господин Шин. – Вы ещё не гуляли по пляжу? Советую встретить там закат!

– Почему именно закат? – полюбопытствовала Минси.

– Потому что очень красивый он у нас тут… ну, и примета одна есть, – хитро улыбнулся аджосси.

– Какая примета? – спросила она, явно заинтригованная.

– Если двое молодых людей встретят закат на нашем пляже, они будут очень счастливы вместе!

– Но мы не… мы не встречаемся! – вспыхнула Хан Минси. Наблюдать за ней, смущающейся и отводящей взгляд, оказалось очень приятно. Джунхо поймал себя на желании коснуться её руки… или плеча…

– Пока нет, но кто знает, что готовит завтрашний день? – невозмутимо хмыкнул господин Шин.

И действительно – как-то так вышло, но когда они наконец-то добрались до моря, над ним уже разгорался закат. Уж неизвестно, что там насчёт примет, однако выглядел он и вправду впечатляюще. Казалось, солнце ласкает море, прощаясь с ним до завтрашнего дня и напоследок золотя воду янтарными лучами. Ли Джунхо услышал, как восторженно вздохнула стоящая рядом с ним Минси.

В это время откуда ни возьмись вдруг появилась белая собака породы чиндо[56]. Она неслась прямо к ним, будто гналась за добычей. Девушка, вскрикнув, отшатнулась, едва не упала на песок, и Джунхо пришлось её подхватить. Собака, не обратив на них ни малейшего внимания, умчалась дальше. А Мин-си, ещё на несколько прекрасных мгновений задержавшись в его объятиях, отодвинулась.

– Сильно испугалась? – Ли Джунхо коснулся её плеча, желая хотя бы ещё ненадолго продлить это ощущение. – Странно, что пёс оказался здесь, чиндо ведь терпеть не могут воду.

– Я не боюсь собак… просто он так неожиданно выскочил! Наверное, его хозяин где-то поблизости. Ну вот… чуть закат не пропустили!

Тёплый свет придавал её лицу особую нежность, а в глазах будто разом отражались и море, и небо, и он сам. Будь Джунхо помладше – школьником или даже студентом, – сказал бы, что не понимает, что с ним происходит. Однако он был мужчиной тридцати двух лет и не сомневался… но не знал, что с этим делать.

Минси терялась в ощущениях, слишком много их вдруг нахлынуло со всех сторон. Ласковый золотисто-розовый свет закатного солнца оставлял почти летнее тепло на коже, шумели волны, насыщенно пахло солью и водорослями. После загрязнённого мелкой пылью сеульского воздуха казалось, будто она опьянела, надышавшись этой свежестью и ароматами моря. Сердце всё ещё неистово билось после внезапного появления на пляже собаки… или не от этого? Учитывая, что собак Хан Минси действительно не слишком-то боялась, причина и вправду была в другом.

И она стояла рядом с ней.

Директор Ли Джунхо. Её начальник. Представитель семьи, владеющей не только издательством «Хэппи Букс», но и всей большой корпорацией «Мун Групп».

Минси взывала к своему здравому смыслу, который в последнее время всё чаще предпочитал брать выходной, оставляя её разбираться самостоятельно. Она твердила себе, что у них с директором Ли нет совершенно ничего общего. Слишком уж разное положение – как пропасть, которую не перепрыгнуть. И, в конце концов, они не в дораме! Не хватало только его матушки, которая плеснёт водой в лицо наглой девчонке, покусившейся на её сына, зачитает гневную отповедь и предложит денег, чтобы Хан Минси исчезла из жизни Ли Джунхо.

Нет уж, на такое она не подписывалась! Да и сценарий, кажется, уже устарел. Возможно, в современных дорамах недовольные выбором наследника богатые родители поступают как-нибудь иначе.

«Ага, например, сразу киллера нанимают», – подсказал внутренний голос, не забыв про табличку «сарказм».

«Ну это уж слишком», – мысленно ответила ему Минси, хлопнула себя по лбу за то, что уже разговаривает сама с собой, и подошла поближе к кромке воды. Она чувствовала устремлённый в спину взгляд директора Ли и вспоминала, как он обхватил её руками, не позволив позорно растянуться на песке. Такой неловкий… и в то же время приятный момент.

Стянув кроссовки и носки, Минси отважно вступила в набегающие на берег волны босыми ногами. Вода была холодной, но не слишком – вполне терпимо. Может, сказывалось, что мама с детства старалась её закалять, поощряя контрастный душ, прогулки босиком по земле – в те дни, когда они приезжали в провинцию к тетё, не по Сеулу же так ходить, – и тому подобное.

– Ты простудишься и заболеешь! – услышала она за спиной голос директора.

– Не простужусь! – Минси обернулась к нему и улыбнулась, показывая, что ей вовсе не холодно. – Присоединяйтесь, это весело!

Она совсем не ожидала, что Ли Джунхо послушается. Однако он тоже подошёл ближе, разулся, подвернул штанины брюк, чтобы не замочить их, и шагнул в воду. Минси изумлённо заморгала и звонко рассмеялась.

– Вы сейчас очень забавно смотритесь, директор Ли! – призналась она. – А ведь и правда весело, согласитесь? Можно ещё побегать и побрызгаться, хотя вы едва ли на это пойдёте…

– Специально меня дразнишь? Или, думаешь, я не умею? – хмыкнул он. Наклонился и брызнул на неё водой.

Минси взвизгнула и побежала вдоль берега. Ли Джунхо гнался за ней, громко шлёпая по воде. Похоже, ей удалось не на шутку его раззадорить.

Они резвились, как дети, догоняя друг друга, обрызгивая водой и громко смеясь. Впрочем, свидетелей у этой сцены не нашлось. Местные жители едва ли часто ходили провожать закат на пляж, а туристов в это время года уже практически не было.

– Сдаюсь, сдаюсь! – первой не выдержала Хан Минси, выбираясь на берег и присаживаясь на сухой песок. – Вы победили! Ох, давно я так не развлекалась, совсем форму потеряла!

– Не сказал бы.

Директор Ли тоже вышел из воды и сел рядом с ней. Он всё же намочил брюки и не только. Поймав его потемневший взгляд, который тут же скользнул в сторону, Минси оглядела себя и жутко смутилась, обнаружив, что вода попала на блузку, и та прилипла к телу, местами став и вовсе прозрачной. Ойкнув, она поспешила достать из сумки куртку и надела её. Затем, отряхнув с ног песок, принялась обуваться.

– Тебе есть во что переодеться? – задал вопрос Ли Джунхо.

– Нет, ничего не захватила. – Минси покачала головой. – А вам?

– Тоже не додумался. Ладно, поговорим с хозяином гостевого дома, может, одолжит что-нибудь, дабы нам не пришлось весь вечер ходить в мокром. Сомневаюсь, что у них здесь есть махровые халаты для постояльцев.

– Да, директор Ли, это вам не отель «Кинг»! – отозвалась она. И лучше бы не делала этого, потому что следом возникло другое воспоминание – как Ли Джунхо великолепно смотрелся в расстёгнутой рубашке. Хоть в кино снимай… с возрастным рейтингом девятнадцать плюс.

До гостевого дома дошли быстро. Близилась ночь, воздух стал заметно холоднее, и, несмотря на куртку, Минси начала замерзать. Даже носом зашмыгала.

«Не такая уж я и закалённая», – пришлось констатировать с сожалением.

Аджосси, кажется, даже не удивился, что они пришли с мокрыми пятнами на одежде. На вопрос, может ли он что-то им одолжить, покивал, сказав, что принесёт свои вещи и вещи жены. Они оба жили тут же, занимая часть первого этажа, а для постояльцев оставив весь второй.

– Как переоденетесь, спускайтесь в столовую, я вас чем-нибудь горяченьким напою! – добавил владелец.

Позже, когда они встретились в столовой, как здесь именовали небольшое помещение с тремя столами, холодильником, чайником и микроволновой печью для гостей, желающих перекусить, Хан Минси снова не смогла удержаться от смеха. Потому что одежда хозяина дома смотрелась на директоре очень комично. В ширину она была ему велика, а в длину, наоборот, коротковата. К тому же здешние жители предпочитали удобные фасоны, но при этом яркие цвета, поэтому весь наряд был в оттенках малинового. Ей самой повезло больше – они с супругой аджосси хотя бы были приблизительно одного роста, но по полноте та явно её превосходила, так что ярко-зелёная с вышивкой туника сползала то с одного, то с другого плеча, а клетчатые штаны пришлось завязать поясом, чтобы не сваливались.

– Прекрасно выглядишь! – усмехнулся Ли Джунхо, который пришёл раньше неё.

– На себя бы посмотрели! – фыркнула Минси.

Хозяин подал немудрёную закуску, а сам ушёл спать. Похоже, в это время никого, кроме них, в гостевом доме не было. И правда, уже не сезон для отдыха на побережье. Не успеешь оглянуться, как придёт зима. Что же до иностранных туристов, то они до Муджина едва ли вообще добирались, предпочитая рыбацким деревенькам более известные и комфортабельные курорты.

Промелькнула мысль, что офисные сплетницы, узнай они о сегодняшнем вечере, все языки бы себе стёрли, обсуждая, какая Минси нехорошая девушка. Едва устроилась на работу – что там, какие-то полгода, тьфу! – а уже пытается директора захомутать. И мало ей этого, так она ещё и популярного молодого писателя в свои сети затянула. Коварная!

Когда представила себе такие разговоры, стало даже смешно. И в самом деле, чего бояться распространительниц слухов? Они же пустобрёхи, лают, да не кусаются. Пусть себе продолжают болтать за спиной. Однако, если им снова вздумается излить свой яд, обращаясь непосредственно к ней, придётся доложить об этом редактору О, который подобных вещей не одобрял и вполне мог поставить на место не на шутку разошедшихся сотрудниц.

А если Ли Джунхо рассказать, то он, может быть, их даже уволит…

– О чём задумалась? – ворвался в мысли голос директора.

– Да так, ни о чём, – смутилась Минси.

– Что ты скажешь о рукописи?

– О рукописи?

Айгу! О рукописи. О той самой рукописи, которую она украдкой сфотографировала. Но пока так и не взглянула на эти фотографии. А когда взглянешь, если весь остаток дня они вместе с директором Ли провели? И ели, и гуляли, и сейчас вот опять сидят тут рядышком. А решение, берёт ли неизвестную книгу Ча Рыма «Хэппи Букс», между прочим, надо принимать уже завтра утром!

– Эммм… я же её почти и не рассматривала, – ответила Минси. – А вы что думаете? Склонны согласиться или отказать этому Квону?

И как вообще у прекрасного писателя Ча мог оказаться такой мерзкий родственник?!

– Эта рукопись может вывести нас из кризиса… – задумчиво ответил директор, крутя в длинных пальцах бокал.

– Из кризиса? – растерянно переспросила она. – Но разве… Неужели в издательском бизнесе всё так плохо?

– В тот день, когда ты сломала каблук, я узнал, что одно из издательств художественной литературы будет закрыто по итогам этого года. Так решил совет директоров. Им невыгодно, мы ведь не приносим такую прибыль, как издание учебников… или вебтуны! – выплюнул последнее слово Ли Джунхо. – Кан Тэук… «Книги Халлю» издают только то, что гарантированно будет успешным. Они не возьмут совсем нового автора, который даже в соцсетях ещё не раскрутился, и не станут печатать сборники стихов, как это делаем мы. Понимаешь? – Он взглянул на неё.

– Д…да, – запнувшись, ответила ему Минси. Теперь она понимала, чем так сильно был расстроен директор Ли в тот вечер – а она-то успела нафантазировать, что дело в какой-нибудь женщине! Ей и самой тяжело слышать, что «Хэппи Букс», издательство, к которому уже привыкла и в котором надеялась проработать много лет, может быть закрыто, а ему каково?..

– Вот такие дела. Только, пожалуйста, никому из коллег не рассказывай. Ни к чему им знать… пока.

– Да, конечно, не расскажу! – заверила директора Минси. Ей захотелось как-то поддержать его, коснуться руки или даже обнять, но на столь смелый поступок она не решилась. – Послушайте… но ведь ничего же ещё окончательно не решено! Закрыть могут не «Хэппи Букс», а другое издательство! Или вообще передумают и ни одно не закроют!

– Мне бы твой оптимизм, – усмехнулся он. – Иди к себе. Я сейчас тоже пойду спать.

Несмотря на желание остаться, Хан Минси обрадовалась, что директор Ли её отпустил. Ведь у неё было важное дело! Очень-очень важное.

В номере, который, несмотря на свой довольно приличный вид, всё же едва ли тянул на люкс, она открыла окно и вдохнула прохладный ночной воздух, чтобы прийти в себя и внести ясность в мысли. Затем с ногами забралась на кровать и открыла фотографии в памяти телефона. Фрагменты были не по порядку, но ей и не нужно понять весь сюжет, гораздо больше интересовал авторский стиль. Стиль писателя Ча, который Минси так хорошо изучила, пока читала его книги, а затем когда писала работу в университете и перечитывала заново. Фразы, написанные любимым писателем, она бы не перепутала ни с какими другими.

Казалось, всё нормально и стилистика соблюдена, однако, чем дольше Минси скользила взглядом по строчкам, увеличивая фотографии, тем больше хмурилась. Будь это распечатанный текст на бумаге, она даже подчеркнула бы некоторые места, обнаружив там речевые конструкции, которые были совершенно несвойственны Ча Рыму и выбивались из общего стиля. Но, что хуже всего, вчитываясь в строки, Хан Минси не испытывала своих прежних эмоций, когда перед глазами оказывалась книга любимого автора. Она и сама не могла бы дать название этому чувству. Просто в его текстах ощущалось какое-то волшебство, которое затягивало с головой.

Но сейчас этого не было.

Абсолютно.

Рукопись определённо не принадлежала перу писателя Ча.

– Это не он, – вслух произнесла Минси. Голос в пустом номере прозвучал странно – как негромкое эхо. – Не он!

Квон Ючон, этот скользкий тип, их обманул.

– Это не может быть писатель Ча Рым! – выпалила Минси. У неё даже слёзы на глазах выступили, до того хотелось убедить директора Ли в своей правоте. – Да как вы не понимаете?!

– Не понимаю, – сухо ответил Ли Джунхо. – Ты не эксперт, чтобы так уверенно об этом судить, прочитав лишь пару страничек. И ты не должна была их тайно фотографировать.

Начальник впервые был так резок с ней, и каждое его слово причиняло неожиданную боль. Она почти всю ночь не спала, думая, как объяснить директору своё мнение по поводу рукописи. В итоге решила рассказать всю правду как есть, а он…

Он ей не поверил.

– Да, я не эксперт, – признала Минси. – Но вы же сами видели, как Квон Ючон отреагировал на ваши слова о полной экспертизе – сразу на дыбы встал и заявил, что в таком случае лучше отдать рукопись нашим конкурентам. Разве это не подозрительно?

– Подозрительно, – согласился Ли Джунхо. – Однако это не значит, что он обманщик. И ты хотя бы ему не говори, что успела сфотографировать страницы.

– Всего-то несколько, – обиженно заметила она.

– Вот именно. И по такому малому количеству уже сделала вывод, что книгу написал не Ча Рым! А если всё же ошиблась?

– Я знаю, что не ошиблась! – снова повысила голос Хан Минси. – Если вы согласитесь напечатать её, то совершите большую ошибку! Пожалуйста, поверьте мне! Ну… если вы считаете меня некомпетентной, тогда попробуйте найти опытных экспертов по творчеству писателя Ча! Пусть они вынесут свой вердикт!

– Успокойся! – одёрнул её директор Ли. – Сейчас мы едем к Квону. Хотя бы там постарайся молчать. Я сам решу, что нам делать. В конце концов, если что-то не так, то и ответственность будет только на мне.

– Ответственность на вас, а работы лишусь я и остальные! – не удержалась она и отвернулась, чтобы он не видел, как дрожат её губы. И правда… глупо было ожидать, что Ли Джунхо доверится её… даже не знаниям, а скорее интуиции. У неё ведь даже не получилось объяснить то чувство, которое говорило, что рукопись написана вовсе не Ча Рымом, а кем-то другим, кто ловко попытался имитировать его стиль.

От расстройства Минси даже завтрак есть не стала, хотя он входил в стоимость проживания, и аджумма, жена владельца гостевого дома, постаралась накрыть для них с директором Ли целый стол. Ограничилась тем, что выпила кофе с булочкой, начинённой сладкой красной фасолью. У её спутника после этого разговора тоже явно пропал аппетит.

Хан Минси с грустью вспоминала вчерашний день и вечер. То, как они ехали вдвоём в Муджин, их совместный обед, прогулку к морю и всё, что там случилось… Даже разговор, пусть и омрачённый печальной новостью о возможном закрытии издательства, тоже оставил памятный след в душе. Вчера ей почти удалось забыть, что Ли Джунхо – её начальник, человек другого круга, другого мира. Казалось, они были на равных, а сегодня… сегодня всё снова встало на свои места. Вот и отчитал он её как свою подчинённую, а не подругу или любимую девушку. Сразу отрезвив и напомнив, кем они на самом деле друг другу приходятся.

До дома писателя Ча доехали в молчании. Минси смотрела в окно, уже прощаясь мысленно с этим местом, таким уютным и тихим. Она думала, что они будут уезжать обратно счастливыми, потому что им удалось заполучить драгоценную рукопись, но бриллиант оказался подделкой.

А хуже всего, что, даже поругавшись с директором, у неё не получилось это до него донести. Неужели он согласится подписать контракт без экспертизы?..

Квон Ючон встретил их не слишком приветливо и начал разговор с вопроса, что они надумали.

– Вы позволите взглянуть на рукопись ещё раз? – спросил директор Ли.

Когда папка снова оказалась на столе перед ним, он пролистал лежащие в ней отпечатанные на машинке страницы, а затем кивком подозвал к себе Минси, приглашая сделать то же самое.

Склонившись над бумагами, она вдруг обратила внимание, что чернила на них кажутся слишком уж свежими, даже слабый запах ещё ощущался. Но ведь Ча Рым скончался несколько лет назад… Разве могло всё так хорошо сохраниться?..

Пробежавшись глазами по строчкам, Мин-си снова зацепилась за непривычные конструкции, которые писатель Ча прежде не использовал ни в одной своей книге. Они выглядели несколько неуклюжими, даже громоздкими – опытный писатель никогда не стал бы так усложнять текст. Читая их, хотелось поморщиться, как от прогорклого ореха, который попался среди хороших.

Она покосилась на Ли Джунхо и, сделав глубокий вдох, проговорила:

– Простите меня, директор Ли, я помню, что вы велели мне помалкивать, но не могу… Не могу допустить, чтобы эта книга вышла под именем писателя Ча. Эту рукопись писал не он!

Последнюю фразу Минси почти выкрикнула в лицо перекосившемуся от её слов Квону.

– Да как вы смеете так говорить?! – возмущённо заголосил он. – В чём вы меня обвиняете, агасси[57]? Может, хотите сказать, будто я сам её написал?

– Может, и вы, – пожав плечами, проговорила она. – Но точно не ваш дядя. И сейчас я в этом абсолютно уверена.

– Уходите отсюда! – окончательно вышел из себя Квон Ючон. – Вон! Немедленно! Видеть вас больше не хочу! А книга отправится к вашим конкурентам, они уже в очереди на неё стоят, так-то!

Кипя праведным гневом, он выпроводил их из дома. Ли Джунхо больше ничего не сказал, но Минси видела, как ходят желваки на его скулах, и внутренне сжималась от растерянности и страха. А что, если её теперь уволят и на этот раз уже точно, без всяких компромиссов?..

– Вы сильно на меня сердитесь? – робко спросила она, когда уселись в машину, и та тронулась с места.

– Боишься? – Директор Ли бросил на неё косой взгляд. – А ведь только недавно была такой смелой. Ну просто тигрица! Поругалась с человеком, мне не дала и слова вставить…

– Вы сами молчали!

– Да толку-то с такими людьми говорить, никаких разумных доводов они не понимают. На самом деле, он мне тоже сразу не понравился, – признал собеседник. – Но, проклятье… если ты всё-таки ошиблась, и рукопись написал Ча Рым, а мы её упустили…

Он не закончил фразу, но Минси и так всё поняла – вместе с рукописью они упустили шанс вывести «Хэппи Букс» в топ среди издательств художественной литературы и стали на шаг ближе к закрытию.

– Простите меня, – сказала она ещё раз. – Но я и правда уверена, что автор не писатель Ча. Может, действительно, сам Квон Ючон, а может, он нанял кого-то. Ну… как их называют, гострайтера[58]. Чтобы тот за деньги сочинил историю, похожую на книги Ча Рыма, да ещё и напечатал на его старой машинке!

«Старой машинке с новыми чернилами», – подумала Минси и решила поделиться тем, что заметила эту странность, с директором.

– А ты наблюдательная, – хмыкнул он.

– Будь его совесть чиста, стал бы этот Квон Ючон так яростно отказываться от экспертизы? – парировала она. – Надеюсь, другое издательство, в которое он обратится, всё же будет на ней настаивать. Тогда и посмотрим, на чьей стороне правда.

«До чего же всё-таки противный тип, ещё и «агасси» меня назвал, вот ведь!» – добавила Хан Минси мысленно.

Больше они о случившемся не говорили и за всю дорогу до Сеула обменялись лишь парой фраз. Ли Джунхо даже музыку по радио включил, которая заполнила неловкую тишину, а Минси неожиданно для себя задремала. Ведь и правда ночью уснуть не могла, читая страницы из рукописи и обдумывая сложившуюся ситуацию.

Директор Ли довёз её прямо до дома, и она, попрощавшись с ним до понедельника, отправилась досыпать. Попыталась выкинуть из головы Квона и рукопись, но терзающие душу сомнения никуда не делись. Ещё вчера Минси казалось, что она нравится Ли Джунхо, так он к ней тянулся, даже тайну про решение совета директоров доверил, а сегодня вдруг опять стал холоднее ледяных горных вершин.

Вот и попробуй пойми этих мужчин!

Когда выспалась, проверила чат с подругами. Оказалась, что Сон Сухён времени даром не терял – пригласил-таки Ким Бору на свидание. Эти двое ходили гулять в Самчхон-дон[59], посетили дворцы, взяв в аренду ханбоки, а напоследок вкусно поели в каком-то кафе, куда обычно стояла немалая очередь. В общем, неплохо провели время. Не будь эти дни у самой Минси такими насыщенными, она бы, пожалуй, даже им позавидовала.

«Что же, может быть, у них и в самом деле что-нибудь получится», – подумала Минси, закрыв чат. Но телефон из рук выпустить не успела – позвонил Ким Хэджин. Писатель поделился, что, получив её отказ прогуляться к башне Намсан, заскучал, активнее взялся за работу и теперь чётко знает, чем закончится история Джихёна и Чанми.

– О! А мне расскажете? – оживилась Мин-си. – Ну пожалуйста, по секрету!

– Узнаете, когда прочитаете, госпожа Хан! – строго ответил он, но потом смягчился. – Хорошо. Если выпьете со мной кофе в Чхондам-доне[60], там как раз новая кофейня открылась, какая-то тематическая.

– Ну хорошо, – согласилась она. – Кофейня так кофейня. Мне как раз не помешает отвлечься.

– Что-то случилось? – тут же насторожился Ким Хэджин.

– Ничего особенного, просто устала немного. Работы прибавилось. Одна из сотрудниц из моего отдела выходит замуж и увольняется с работы, а её обязанности пока распределили по остальным.

– Это значит, что вы больше не сможете быть моим редактором? – расстроенным голосом откликнулся он.

– Смогу! – улыбнулась Минси. – У нас ведь договор. Куда же я от вас денусь?

– Вот именно, никуда не девайтесь, – строго, даже ворчливо проговорил писатель Ким.

Собираясь на встречу, она надела уютный голубой свитер, джинсы и кроссовки – вдруг кофейней не обойдётся, и они пойдут ещё и погулять? Учитывая, что Сеул – как, впрочем, и вся Корея – город, полный крутых подъёмов и высоких лестниц, лучше ходить по нему в спортивной обуви. Может, не так красиво, как в изящных туфельках, зато удобно и функционально, да и ноги потом не отваливаются.

Новая кофейня и в самом деле оказалась тематической – посвящённой какой-то очень популярной и снятой по не менее популярному вебтуну дораме. Минси её ещё не смотрела и даже первоисточник не читала, но оформление оценила. Дорама была в жанре фэнтези, так что тут даже молодые парни-баристы были облачены в яркие причудливые одежды и головные уборы, а напитки носили экзотические названия.

– Ну как вам тут? – Ким Хэджин просиял, увидев её. – Выбирайте что захотите, я угощаю.

«Я оплачу все расходы», – вспомнился ей проникающий прямо в душу бархатный голос Ли Джунхо. Айгу! Никак он из её головы уходить не желает.

А ведь отвлечься хотела, выйти в люди, вкусный кофе выпить. Да только что-то не получалось. Вроде и рада, что с писателем встретилась, а в мыслях всё равно другой человек.

Остаток выходных дней Минси потратила на домашние дела: сделала уборку в квартире, устроила большую стирку, съездила в крупный супермаркет, чтобы закупить продукты. Всячески занимала себя делами и старалась не думать про директора Ли и рукопись, которая принадлежала вовсе не её любимому писателю. А ведь она так обрадовалась, когда услышала об этой новости!

Встреча с Хэджином в кофейне поначалу получилась какой-то неловкой. Они только успели заказать напитки, как позвонила Юн Черён. У подруги выдался свободный день, и она предложила пройтись по магазинам, потому что ей срочно нужно было купить себе новое пальто. Минси ответила, где она сейчас находится, и Черён подъехала туда же. Оказалось, что она и вебтун этот читала, и дораму смотрела, так что кофейня буквально привела её в восторг – подруга даже со всеми бариста на память сфотографировалась. Да и с писателем Кимом она оказалась заметно рада встретиться снова. А он неожиданно предложил составить им компанию в прогулке по магазинам, чего Минси никак не ожидала – как и того, что именно его совет в выборе нового пальто окажется для Юн Черён решающим.

После выходных снова началась рабочая неделя. С утра Хан Минси уже привычно поехала к писателю. В кофейне он не успел рассказать, чем же всё-таки закончится книга, да и дома сначала помалкивал, держа интригу, но затем всё же признался. Ближе к финалу Нам Джихён и Чанми расставались – он возвращался в Сеул, поскольку у него появились новые силы и идеи для запуска собственного стартапа, а она уезжала в Германию, потому что её помощь понадобилась родственникам. Казалось, их история на этом подошла к концу, и этим двоим не судьба быть вместе, но позже Чанми прилетела к нему, и они встретились в аэропорту Инчхон, решив всё же дать себе шанс.

– Замечательно! – Минси растрогалась до слёз, что с ней, надо признаться, бывало не слишком часто. – Именно такое завершение романа я и представляла. А теперь пишите скорее, господин Ким! Ваши поклонники ждут!

– Знаю, – кивнул Хэджин. Он вёл странички в социальных сетях и периодически выкладывал отрывки из новой книги, подогревая желание читателей узнать, что в ней будет. – У меня давно не было такого вдохновения!

– Значит, вы и правда нашли свой путь в жизни, – проговорила она, вспомнив разговор с Сухёном. – Даже удивительно, что всё началось с простого дружеского спора! Но теперь я в самом деле считаю, что вас ждёт большой успех в литературе. Может, конечно, классиком вы и не станете, но это неважно. Главное, есть люди, которые будут любить ваши книги, читать и перечитывать их, находить в них радость в часы досуга и поддержку в трудные минуты, – это ли не то, ради чего творит каждый автор?

– Вы правы, госпожа Хан, – неожиданно серьёзно ответил Ким Хэджин. – Но без вас моя вторая книга не получилась бы такой. Вы подсказали мне верную дорогу.

Он вдруг посмотрел на неё долгим взглядом и придвинулся чуть ближе. Минси замерла, чувствуя себя пойманной в ловушку. Она не первый раз оставалась с ним наедине, но сейчас вдруг особенно отчётливо это почувствовала. И была даже благодарна Сиянь, которая как всегда внезапно появилась в комнате и потребовала у хозяина еды. Писатель отправился на кухню открывать паштет для своей любимицы, а Минси с облегчением выдохнула, подумав, что, пожалуй, ещё не готова к чьим-то признаниям и новым серьёзным шагам в отношениях с мужчинами. Они с Хэджином неплохо сработались над его книгой, за это время им удалось стать единомышленниками, почти друзьями. Лучше остаться на этом же уровне и не усложнять.

Что же касалось Ли Джунхо, то она решила запретить себе думать о нём в романтическом ключе. Ведь очевидно же, что у них ничего не выйдет! Да, они пережили несколько навсегда оставшихся в её памяти моментов, которые их сблизили, но что толку от этого? Ведь Хан Минси простая ассистентка, к тому же дочь матери-одиночки, вынужденной зарабатывать тяжким трудом. Такие, как он, никогда не женятся на таких, как она. Подобное случается только в сказках и дорамах, которые при всём многообразии их жанров всё же не в полной мере отражают реальную жизнь.

С этим решением Минси поехала в издательство. Она боялась, что там все уже в курсе про неудавшийся контракт с племянником писателя Ча, но оказалось, никому ничего не известно. Даже редактор О не поднимал вопрос насчёт поездки в Муджин с директором Ли, хотя тот лично предупреждал её непосредственного начальника, что Хан Минси в тот день не придёт на работу.

Её закрутил привычный офисный круговорот. Обязанностей после ухода Лим Вонгён действительно прибавилось, да и свои обычные никто не отменял. Ли Джунхо больше не вызывал к себе и никаких поручений не давал: то ли всё ещё сердился после произошедшего в Муджине, то ли попросту не считал нужным. Но для Минси это обстоятельство было даже к лучшему. Как говорится, с глаз долой, из сердца вон. Если человек отдаляется, то и его душа тоже. А воспоминания со временем поблекнут.

Однако что-то подсказывало, что это затишье не продлится долго. Ведь ружьё, которое являла собой предъявленная Квоном рукопись, ещё оставалось висеть на стене. И рано или поздно должно было выстрелить.

Ащщ[61]! Работа валилась из рук, а все окружающие неимоверно раздражали. Такое с Джунхо случалось довольно редко, поэтому настроение портило ещё как.

Хотелось бросить всё, уехать из офиса и посидеть на берегу реки Хан. Но нельзя. Он директор, на нём висит ответственность за издательство и сотрудников. Если «Хэппи Букс» закроют… Проклятье… ему не хотелось об этом думать, но мысли то и дело лезли в голову.

Если Хан Минси ошиблась в оценке рукописи, и её в самом деле написал Ча Рым, выходит, они упустили выпавший им шанс получить успех и прибыль от выпуска неизданной ранее книги замечательного автора. Своими руками выгнали прочь курицу, несущую золотые яйца. Представив себе очередное заседание совета директоров, на котором выносится вердикт о закрытии издательства, Джунхо скрипнул зубами. Он-то сам без дела не останется – будучи внуком председателя Ли, носящим его фамилию, точно не пропадёт. Но все сотрудники «Хэппи Букс» лишатся работы, что ему и высказала Минси, когда они были в Муджине.

А сколько планов и проектов останутся невыполненными, сколько книг не выйдет в свет! Разумеется, каких-то писателей – самых известных и перспективных, естественно, – перехватит «Книги Халлю», да и другие издательства, не входящие в корпорацию «Мун Групп», тоже пока ещё на плаву. Но определённо не у всех авторов будет такой шанс.

Стоило вспомнить про «Книги Халлю», как ему позвонили. Не на рабочий номер – на личный. Звонил Кан Тэук.

– Что тебе нужно? – неприветливо буркнул в телефон Ли Джунхо.

– Спешу рассказать тебе интересную новость. Я сегодня с утра ездил в деревню Муджин. И знаешь, что сейчас у меня в руках? Неизвестная рукопись писателя Ча Рыма! Кстати говоря, его племянник сказал, что сначала предложил её тебе, но ты отказался, да ещё и скандал некрасивый устроил.

Двоюродный брат откровенно злорадствовал, наверняка потирая руки и уже предвкушая огромные гонорары, которые его издательство выручит за эту книгу.

– Послушай… – Джунхо прокашлялся. На мгновение в голове промелькнула мысль не говорить кузену того, что собирался, но становиться таким же подлецом, как сам Тэук, не хотелось. – Я не просто так отказался. Эта рукопись может быть подделкой. Если ты твёрдо намерен её издать, проведи сначала полную экспертизу. Привлеки экспертов по творчеству писателя Ча, организуй техническую проверку его печатной машинки…

– Что? Какую ещё полную экспертизу? Неизвестно, сколько недель она займёт, а у нас мало времени! Ты не забыл, братец, что по итогам конца года будет принято решение, какое издательство закрывать? А конец года уже вот-вот наступит, глазом моргнуть не успеешь! Ещё и денег будет стоить эта твоя экспертиза, а я лишнюю тысячу вон[62]тратить не собираюсь, да и промедление сейчас ни к чему! Так что надо поторопиться и выпустить книгу Ча Рыма на рынок, а ты можешь начинать кусать локти, коли упустил такую возможность! Я, кстати говоря, уже готовлюсь отпраздновать закрытие «Хэппи Букс»!

С этими словами Кан Тэук отключился.

Да что же за… Подавив желание нецензурно выругаться вслух, Джунхо поднялся с места. Прошёлся по кабинету туда-сюда, напомнив себе тигра, мечущегося по клетке.

«Итак, что мы имеем на данный момент? Рукопись взял Тэук, если она уже у него, то контракт с Квоном наверняка подписан, и «Книги Халлю» в скором времени выпустит её в свет. Экспертизу проводить двоюродный брат отказался, пожалев денег и времени… Если всё же окажется, что автор не Ча Рым, и это выяснится, будет большой скандал. Но кузен думает только о своей будущей выгоде. Что же, я хотя бы попытался его предупредить. На этом моя совесть чиста».

Захотелось поговорить с Хан Минси, рассказать о телефонном разговоре, но он отогнал эти мысли. Им лучше держаться друг от друга подальше, помня о субординации. Ни к чему давать коллегам повод для пересудов об их отношениях.

Однако Минси узнала обо всём уже на следующий день. Когда на крупнейших интернет-порталах о книгах и книжной индустрии появилась новость про неизвестную рукопись Ча Рыма, которая будет опубликована в издательстве «Книги Халлю». Кроме того, там было сказано и о том, что изначально предполагалось, будто книгу выпустит издательство «Хэппи Букс», но его директор, который приезжал смотреть рукопись вместе со своей молодой помощницей, дал решительный отказ, причём даже не сам, а помощницу свою послушался. Это уж Квон Ючон надумал отыграться таким образом. Да и Кан Тэук определённо оказался совсем не против публично бросить камень в кузена-конкурента, чтобы испортить ему настроение и добавить проблем.

Офис издательства «Хэппи Букс» загудел как растревоженный улей. Сотрудникам явно не стоило большого труда сложить два и два, чтобы понять, кем была эта молодая помощница, которая отсутствовала в офисе в тот же день, что и директор Ли.

Их совместная поездка перестала быть секретом. Даже новенькая секретарь, которая приступила к работе через пару дней после выхода новостей, была в курсе. От неё Джунхо и узнал, что Хан Мин-си столкнулась с громким осуждением со стороны коллег.

– Да кем ты себя возомнила?! – возмущённо выговаривала Чхве Мигён. – Ты вообще всего лишь хубэ[63], а никакая не помощница! Работаешь в издательстве без году неделя! Мало тебе писателя Кима, так ещё и директора Ли окрутила! Не будь тебя, это про нас бы сейчас писали, что мы издаём неизвестную книгу Ча Рыма!

Минси поморщилась. Похоже, каждый из коллег поставил себе целью высказать всё, что думает по поводу этих новостных статей на порталах в интернете. Воздерживался от выражения своего осуждения разве что редактор О, но и он время от времени вздыхал с огорчённым и разочарованным видом. Единственным, кто по-дружески поддержал и встал на её сторону, оказался Сон Сухён. Она была очень благодарна за эту поддержку и теплоту во взгляде и голосе, когда он к ней обращался, но как продолжать работать с остальными, не понимала.

Неужели придётся уволиться из «Хэппи Букс»? Снова ходить по собеседованиям, искать своё место… Хотя, если издательство закроют, без работы останутся все сотрудники.

Похоже, что те, кто руководил «Книгами Хал-лю», решили всё-таки обойтись без экспертизы. Представители издательства поверили племяннику писателя Ча на слово и подписали контракт. Судя по тому, что было написано во всемирной сети, работа над книгой и её продвижением уже активно велась, так что вскоре она должна появиться на прилавках книжных магазинов.

– И как же тебе не стыдно после того, как подставила всё издательство?! – выпалила Мигён. – Да будь я на твоём месте, и слова не посмела бы сказать против! Жаль, директор Ли не меня взял с собой смотреть рукопись, а тебя, бестолковую!

Она набрала в рот воздуха, явно готовясь сказать что-то ещё, не менее оскорбительное, но тут послышался спокойный, но при этом угрожающий голос:

– Прекратить немедленно!

– Ди… ди… директор Ли?.. – ошеломлённо пробормотала Чхве Мигён, увидев, кто вмешался в её монолог. – Вы… что… вы здесь… Простите, я…

– Вот именно, – холодно проговорил Ли Джунхо. – Но прощения тебе нужно просить не у меня, а у Хан Минси. И, к слову, я бы не взял смотреть рукопись никого другого, кроме неё.

Мигён побледнела и, кажется, была близка к тому, чтобы упасть в обморок. Она открывала и закрывала рот подобно рыбе, но больше так и не смогла ничего сказать. У самой Минси от появления директора тоже дар речи пропал.

– Редактор О, – Ли Джунхо повернулся к появившемуся в дверях кабинета О Гихуну, – соберите, пожалуйста, сотрудников вашего и других отделов в конференц-зале. Я хочу им всем кое-что сказать. Прямо сейчас.

Мигом определив, что начальник злится, редактор О принялся за дело. Когда директор Ли вышел из кабинета, Хан Минси опустилась на стул и схватилась за голову. Нет, ей, конечно же, очень приятно, что он вот так пришёл лично и, словно рыцарь в сверкающих доспехах, встал на её защиту, но теперь по издательству расползётся ещё больше слухов! А впрочем, вряд ли положение может стать хуже. Если бы коллеги не прознали, какова была её роль в этой истории с рукописью…

Минси потянулась к телефону, ощущая, что ей срочно требуется поддержка подруг. В общем чате она задала вопрос, смогут ли они увидеться с ней сегодня. Предложила собраться в привычном месте и решила, что расскажет им, из-за чего от неё отвернулись коллеги.

Через некоторое время, когда все собрались в конференц-зале, Ли Джунхо встал во главе стола и взял слово.

– По поводу некрасивой ситуации, которая сложилась вокруг неизвестной рукописи Ча Рыма. Я сам принял решение не издавать её в «Хэппи Букс», поскольку племянник писателя не внушал мне доверия. К тому же он отказался от проведения полной экспертизы, что вызвало подозрения. Мнение Хан Минси, которая в университете писала работу по творчеству писателя Ча, также сыграло свою роль. То, что руководители издательства «Книги Халлю» взяли рукопись в работу без проверки, означает, что они сделали это на свой страх и риск.

Он сделал паузу, и его внимательный взгляд скользнул по лицам сотрудников.

– И ещё кое-что, – строго добавил директор Ли. – Я настоятельно требую, чтобы вы прекратили осуждать Хан Минси в лицо и за спиной. Она не сделала ничего плохого и не меньше всех остальных переживает за издательство. А может, и больше. Если я узнаю, что кто-то нарушил моё распоряжение, этот работник будет оштрафован лишением ежемесячной премии.

По залу прокатился ропот, но открыто выступить против директора никто не решился. Мин-си почувствовала на себе взгляды присутствующих и, взяв себя в руки, гордо расправила плечи. Ли Джунхо прав – ей совершенно нечего стыдиться! И терпеть подобное тоже хватит. То, что она младший сотрудник, не означает, будто коллеги имеют право высказывать ей всякие гадости.

Хотя, пожалуй, большинство из них делает это из зависти. Чхве Мигён этого мотива даже и скрывать не стала. Она бы с удовольствием поехала в Муджин с директором вместо Хан Минси.

– А теперь возвращайтесь к работе! Спасибо за внимание! – завершил импровизированное собрание Ли Джунхо. Конференц-зал он покинул первым и, проходя мимо стула, на котором сидела Минси, вдруг подмигнул ей.

Смутившись, она опустила взгляд, не решаясь ответить ему тем же. В груди стало горячо. Похоже, ничего с этим не поделаешь… как бы ни пыталась скрывать свои чувства к этому мужчине, они так и норовили прорваться наружу.

Месяц спустя

– Да, профессор Намгун, спасибо, что нашли время для того, о чём мы с вами говорили! Буду очень благодарен за содействие! – произнёс Джунхо в телефонную трубку, обращаясь к одному из самых крупных и авторитетных в стране специалистов по творчеству писателя Ча Рыма. К одному из тех, с кем он всё же решил связаться, зная Кан Тэука, который ни за что этого не сделает, одержимый жаждой скорой прибыли.

Нет, Ли Джунхо пошёл на такой шаг вовсе не ради двоюродного брата. Он сам хотел узнать, действительно ли рукопись, которую продемонстрировал им с Хан Минси племянник писателя, всего лишь подделка. Хотел знать, права ли была Минси, когда твёрдо заявила, что Ча Рым эту книгу не писал.

Кан Тэук подсуетился, запустив предпечатную подготовку одновременно с рекламной кампанией. Вся страна с нетерпением ожидала выхода неизвестного романа писателя Ча. И вот сегодня он поступил в продажу.

Джунхо и сам купил книгу. Прямо сейчас она лежала перед ним на столе в его кабинете. Также он позаботился, чтобы по одному экземпляру было отправлено из книжного магазина профессору Намгуну и другим экспертам, которые пообещали непременно прочитать и вынести свой вердикт. Они и сами были весьма заинтересованы и несколько обижены на Тэука, который даже не подумал их привлечь на стадии рассмотрения рукописи. А всё почему – потому что поспешил и пожалел денег, подписал контракт с Квоном, но даже после этого не стал организовывать экспертизу.

Вот уж правильно говорят, что реку запрудишь, а жадного не напоишь.

Ли Джунхо и сам не был транжирой, но эта история уже месяц не давала ему покоя, так что он решил привлечь экспертов, заплатить им из собственного кармана, поскольку действовал в частном порядке, не от имени издательства, и выяснить их мнение. Разумеется, кузену об этом говорить не стал. Да и никому другому тоже, даже Хан Минси.

С ней Джунхо и вовсе старался за это время пореже пересекаться, чтобы не давать сотрудникам «Хэппи Букс» новые поводы для сплетен. Впрочем, она и сама, похоже, его избегала, при этом продолжала каждый рабочий день ходить к писателю Киму, книга которого близилась к завершению. Директор твёрдо решил, что больше не будет читать её переписку и даже сообщение с паролем удалил, чтобы не было соблазна. Поступок этот дался ему непросто. Когда случайно пересекался с Минси в коридорах издательства, ему каждый раз приходилось брать себя в руки, чтобы не предложить ей задержаться после работы и пойти куда-нибудь вдвоём.

Иногда казалось, что она чувствует то же самое. Он читал это во взгляде, за которым прятались несказанные слова, в нервных движениях тонких рук, в голосе, которым Минси его приветствовала. Джунхо твёрдо знал, что она тоже всё помнит – всё, что между ними было и могло быть… если бы они оба оказались чуть посмелее, отбросили все сомнения и предрассудки и сделали ещё несколько шагов навстречу друг другу.

Он следил за настроениями в коллективе и знал, что коллеги отстали от Хан Минси, вняв его словам на том импровизированном собрании. Больше никто её не задевал. Да и редактор О часто хвалил девушку, говоря, что работает она с полной самоотдачей, нередко задерживается, а иногда даже приезжает в офис в выходные дни.

Видимо, Минси, как и сам Ли Джунхо, предпочла уйти с головой в работу.

Шёл ноябрь, похолодало, улицы Сеула, городские здания внутри и снаружи украсили к Рождеству. Этот праздник считался самым романтичным временем. Временем, которое нужно проводить с любимыми людьми.

Джунхо решил, что поедет навестить бабушку Пом. Да, она не была христианкой, но небольшую искусственную ёлку всё-таки наряжала. Ещё когда племянники были маленькими, начала делать так, чтобы их порадовать, а затем настала очередь внучатых племянников. С годами бабушка просто привыкла, что каждый декабрь в её доме появляется украшенное всевозможными игрушками, шарами и огоньками деревце.

Год подходил к концу, и совет директоров вскоре должен был вынести решение.

Уже примерно неделю спустя, как он отправил экспертам книгу, изданную под именем Ча Рыма, Ли Джунхо получил ответы. И они были единогласными. Все, с кем он проконсультировался, уверенно отвечали, что стилизация в целом неплохая, да и сюжет такой вполне мог придумать писатель Ча, которого они уважительно называли сонсэннимом[64], однако автор определённо кто-то другой. Больше всего возмущался профессор Намгун, преподававший в Сеульском университете. Он заявил, что не потерпит, дабы имя одного из лучших корейских писателей оставалось на книге, которую создал какой-то имитатор.

Колесо закрутилось. Когда профессор сделал заявление, Тэуку ничего не оставалось, кроме как, припереть Квона к стенке. Тот в итоге признался, что рукопись создала его супруга, которая использовала найденные в доме в Муджине наброски ненаписанной книги, сделанные Ча Рымом при жизни, и напечатала её на старой машинке писателя. Её они заправили свежими чернилами. Желая нажиться на славе покойного дяди, Квон Ючон самолично придумал эту махинацию. Отказ директора издательства «Книги Халлю» от экспертизы оказался ему на руку. Он получил деньги, роман вышел в свет, и никто из этих двоих не ожидал того, что произойдёт дальше.

Разразился громкий скандал. Книгу сняли с продажи. Квона обвинили в мошенничестве. Книжные блогеры возмущались обманом и писали, что станут бойкотировать «Книги Халлю».

Сотрудники «Хэппи Букс» принесли свои извинения Хан Минси, которая, как оказалось, спасла их от такой ситуации.

А на состоявшемся в декабре заседании совета директоров корпорации «Мун Групп» вынесли окончательный и не подлежащий пересмотру вердикт о закрытии издательства «Книги Халлю».

– Айгу, господин Ким, как же вам не стыдно! – мягко пожурила писателя Минси, стоя у примерочной в магазине одежды, где Хэджин уже почти двадцать минут переоблачался в новый костюм. – Я для вас и личный редактор, и менеджер, и помощница, а теперь, похоже, и строгую матушку заменила! Вот что вы там так долго копаетесь, когда люди уже наверняка собрались и ждут? В зеркало на себя любуетесь? Или, может, селфи делаете, запечатлевая свою неземную красоту со всех сторон и ракурсов?

– Не ворчите, госпожа Хан! – Ким Хэджин отдёрнул занавеску и появился перед ней во всём блеске своего очарования. Строгий синий костюм с галстуком-бабочкой оказался ему очень к лицу, Минси даже на мгновение дыхание задержала, залюбовавшись элегантным видом писателя. – Я ведь должен хорошо выглядеть на презентации своей книги. Кстати, вам очень к лицу это наряд, – добавил он, кивнув на облегающее фигуру платье тёмно-вишнёвого цвета из приятной, льнущей к телу ткани.

– Спасибо! – улыбнулась она.

– Госпожа Хан… Минси… – Ким Хэджин сделал шаг к ней и неожиданно впервые за всё время их знакомства назвал её просто по имени. – Я давно хотел вам кое-что сказать, но не решался… Вернее, думал, что вы и сами догадаетесь.

– Господин Ким… – Хан Минси беспомощно огляделась по сторонам, но возле примерочных они были совершенно одни – некому помешать разговору. И почему он именно сейчас решил его завести?

Им ведь нужно спешить!

– Вы мне очень нравитесь, – произнёс писатель Ким то, о чём она уже действительно догадалась сама. Вот только ответа, на который он, должно быть, надеялся, дать не могла. – Не только потому, что я вам очень благодарен за помощь с книгой, но и потому, что вы – это вы. Мне нравятся ваши глаза, улыбка, ваше чувство юмора… Правда. Однако… я не так глуп и беспечен, как может показаться, госпожа Хан. И я практически уверен, что вам нравится кто-то другой.

Облегчение, смешанное с горечью, затопило душу.

– Кто-то, о ком вы тоскуете. Печалитесь, считая, что не можете быть вместе. Но… возможно, он не знает о ваших чувствах? А вдруг даже ощущает то же самое, что и вы, когда о нём думаете? Видите, я всё-таки не смог промолчать, что испытываю к вам, так и вы не молчите. Признайтесь ему! Вспомните про Джихёна и Чанми, а также про автора, который их придумал, – подмигнул ей Хэджин, – и, может быть, наши примеры придадут вам храбрости.

– Господин Ким! – Минси от неожиданности услышанного всхлипнула, позабыв о том, что у неё может растечься макияж. – Вы такой хороший! Какой-то девушке с вами очень повезёт! Честное слово!

– Жаль, что это будете не вы… – вздохнул он. – Ладно, а теперь поторопимся. Нужно вызвать такси.

– Вы ещё за этот костюм не заплатили! – напомнила она, снова включая ворчливую мамочку, помощницу, менеджера и личного редактора по совместительству. – И вообще, могли бы заранее костюм купить! А не в последний момент!

– Госпожа Ким, если вы будете вот так же пилить супруга, он от вас сбежит!

Они всё же успели. И расплатиться за костюм, и сесть в такси, которое, по счастью, без пробок, вовремя довезло их до нужного места – книжного магазина, в котором должна была состояться презентация второй книги Хэджина. Да, он её наконец-то завершил, отправил в издательство, и его поклонники дождались не только выпуска в свет новинки, но и личной встречи с любимым автором!

– Надеюсь, ваши фанатки не порвут меня на клочки, – пробормотала Минси, в компании писателя спеша ко входу.

– Вы так говорите, будто я какой-нибудь ай-дол! – откликнулся он.

– Ну, айдол не айдол, но девушкам определённо нравитесь. Вон их сколько в соцсетях пишет! Не забывайте всем улыбаться, когда будете давать автографы.

– Как широко я должен улыбаться, госпожа Хан?

– Как можно шире, господин Ким!

В магазине для писателя уже был приготовлен удобный стул и стол, на котором стояла стопка книг. Также они вывесили большую фотографию Хэджина, на которой он позировал с новым романом. На эту фотосессию Минси тоже ходила с ним вместе, и она же подсказала использовать вместо обычного однотонного фона фотографию с дивным пейзажем острова Намхэ.

«Кажется, после выхода книги туристов на этом острове значительно прибавится», – подумала Минси, глядя, как, стоя перед публикой, уверенно расправляет плечи писатель Ким. Все эти люди – разного пола, различного возраста и положения – пришли сюда в этот холодный зимний вечер, чтобы его увидеть, выразить свои чувства от прочтения истории. Истории, к созданию которой и она, Хан Минси, тоже была причастна. Это наполняло её сердце гордостью за то, что они с Хэджином совершили вместе, какой долгий путь проделали. Он настоял, чтобы её имя включили в выходные данные книги, получившей в итоге название «От жизни не спрятаться».

Очень говорящее, если подумать.

В том числе благодаря этому нежеланному поначалу сотрудничеству она осознала, что работа в книжном издательстве с авторами и их произведениями оказалась не такой, как ей представлялось изначально. В чём-то это легче, в чём-то сложнее, а каких-то моментов вообще никак нельзя было предугадать. И всё же не оставалось никаких сомнений – это её истинный путь, её место, и Минси будет стараться от всего сердца, даже если останется на прежней должности.

Она легонько сжала руку писателя Кима, чтобы подбодрить его перед началом презентации, и отошла в сторону.

Сотрудница книжного магазина представила публике автора, который сегодня почтил их своим присутствием, и предложила сказать несколько слов. На этот раз его речь была написана заранее, правда, тоже с помощью Минси. В ней он благодарил не только её, но и весь коллектив издательства «Хэппи Букс», включая директора Ли Джунхо, а также своих родных и того самого приятеля, с которым когда-то поспорил о написании книги.

Ведь именно с этого спора начался его творческий путь.

Слушая эту речь, пусть та и была знакома до последнего слова, Хан Минси даже расчувствовалась. К глазам снова подступили слёзы. Она обвела слегка затуманенным взглядом собравшихся людей и наткнулась на знакомое лицо, обрамлённое облаком ярких волос.

«Юн Черён пришла?»

После приветственной речи настало время вопросов. Читатели и пришедшие на встречу книжные блогеры задавали их Хэджину один за другим, а он отвечал. Иногда по его голосу чувствовалось, будто писатель волнуется, но всё же он держался достаточно хорошо, учитывая, что выпустил в свет всего лишь вторую свою книгу. В прессе его уже успели назвать «молодым автором с внешностью романтического героя».

Когда закончились вопросы, пришла пора давать автографы. Некоторые принесли первую книгу, желая, чтобы писатель Ким расписался также и на ней. Минси с улыбкой наблюдала, как он выводит свою подпись на белых книжных листах, и вспоминала. Про то письмо, которое она отправила, перепутав электронную почту. Про их первую встречу, колючий взгляд и неприветливые слова в её адрес.

Кажется, всё это случилось так давно, а ведь не так уж много прошло времени!

Однако с тех пор немало воды утекло. Ей пришлось пережить неприятие коллег, смешанное с их завистью, изрядно понервничать из-за рукописи из Муджина, которая и в самом деле оказалась поддельной, что в итоге привело к закрытию издательства «Книги Халлю». Сблизиться с директором Ли и… снова оказаться на той же дистанции, на которой они существовали изначально. Как параллельные линии, не пересекаясь между собой. Или как планеты, каждая из которой движется по своей орбите.

«Но… возможно, он не знает о ваших чувствах? А вдруг даже ощущает то же самое, что и вы, когда о нём думаете? Признайтесь ему!» – ожили в памяти недавние слова Хэджина.

Признаться Ли Джунхо? Вот так просто взять и сказать ему, что он ей нравится? И даже не просто нравится, а…

– Хан Минси!

– Черён-а[65]! – встрепенулась она, когда рядом оказалась подруга. – Что ты тут делаешь? Я не думала, что кто-то из наших придёт, все заняты… Даже Сон Сухён не смог, ему какое-то важное поручение дали, да и вообще из издательства здесь только я как самая ответственная за книгу. Два мероприятия наложились друг на друга сегодня, поэтому больше никто не явился… Выходит, ты всё-таки решила прийти меня поддержать?

– Не ожидала, что я тут появлюсь? – лукаво улыбнулась Юн Черён, напомнив вдруг лисичку ку-михо[66]. – А знаешь, я не тебя поддержать пришла. Вернее, не только тебя…

Её взгляд скользнул к писателю, который, не замечая их, усердно подписывал книги.

Догадка была такой же очевидной, как и тот факт, что Черён никогда ничего не делала просто так.

– Так… он тебе нравится? – понизив голос, задала вопрос Минси. – Ким Хэджин? В самом деле?

– Да, – кивнула подруга. – Ты прости… я не рассказывала, но мы встречались несколько раз наедине… ты не подумай… просто по-дружески. Ходили снова в ту крутую кофейню, потом он со мной советовался, какой подарок лучше отправить родственнице на свадьбу.

– Ты об этом умолчала, потому что думала, что у меня с ним что-то есть?..

– Я знала, что писатель Ким тебе симпатизирует, и думала, что, может быть, ты к нему тоже неравнодушна, просто вы ещё не выяснили отношения…

– Выяснили, – улыбнулась Хан Минси, чувствуя на душе невероятное облегчение – точно тяжёлый камень свалился. – Ким Хэджин знает, что мне нравится кое-кто другой. А вам двоим… я желаю самого большого счастья, какое только можно представить!

– Спасибо! Постой… что значит «нравится кое-кто другой»? Ты должна всё мне рассказать!

– Обязательно, но не сейчас! – рассмеялась Минси.

Она не смогла удержаться и не понаблюдать, как читатели, получив автографы, постепенно расходятся, а Юн Черён, также терпеливо дожидавшаяся этого момента, подходит к Хэджину и просит и для неё подписать книгу. По улыбке, озарившей лицо писателя, Минси поняла, что он очень рад её видеть. И что у этой парочки всё обязательно сложится. Не просто хорошо. Лучше некуда!

Дальше смотреть на них стало неловко, и она тихонько ускользнула, решив, что позвонят, если её хватятся, а это вряд ли. Пока шла презентация, на улице уже стемнело. Поёжившись от пронизывающего зимнего ветра, который умудрялся задувать даже под пуховик, Минси села в первый подошедший автобус и только через несколько остановок поняла, что едет не домой, а в офис «Хэппи Букс».

«Там же сейчас, наверное, никого нет, – подумала она, вспомнив, что после другого сегодняшнего мероприятия, на которое отправилось большинство сотрудников, они должны были сразу разъехаться по домам. – Ну и хорошо. Посижу немного, попью кофе, чтобы согреться после улицы, и тоже поеду».

В коридорах и кабинетах действительно оказалось тихо. Так непривычно! Обычно они были наполнены шорохом бумаги и шумом шагов, оживлёнными голосами, порой даже громкими спорами…

Чтобы сделать кофе, Минси отправилась на офисную кухню, где стояла кофемашина, и наткнулась там на того, кого совершенно не ожидала в такое время здесь встретить.

На директора Ли.

Наверное, только она могла угодить в подобную неловкую ситуацию – приехать в офис, который рассчитывала застать пустым, и нарваться там на директора. Что он вообще тут забыл? Ему больше кофе пить негде?

«Ты тоже могла бы в какую-нибудь кофейню по пути заглянуть, а не идти сюда», – прокомментировал внутренний голос.

«И то правда, – согласилась Минси. – Похоже, нам обоим больше некуда пойти вечером, кроме как в офис «Хэппи Букс». А завтра, между прочим, выходной день, вот только у меня нет на него никаких планов…»

– Как прошла презентация книги писателя Кима? – осведомился Ли Джунхо, когда она поприветствовала его вежливым поклоном.

– Замечательно, – отозвалась Минси. – Пришло довольно много людей. Книжные блогеры тоже были, я их уже в лицо узнаю.

– Очень хорошо, – кивнул директор, пребывая, кажется, больше в своих мыслях, чем в диалоге. – И почему же ты приехала сюда? Почему не осталась с ним?

– С ним? – переспросила она.

– С писателем Кимом. Разве вы не захотели бы вместе отметить это событие? Ты ведь проделала большую работу, и он тебя очень ценит… насколько я могу судить.

В его интонациях почудились ревнивые нотки, и Хан Минси удивлённо заморгала. Он что же, действительно… Или она опять себя обманывает, придумывая то, чего на самом деле нет?

– Кхм… Да, мы и правда проделали большую работу, и Ким Хэджин благодарен мне за помощь с книгой. Но ему будет, с кем отметить сегодняшнюю презентацию и без меня. Поверьте, скучно им точно не будет. А я… просто сама не заметила, как приехала в офис. Наверное, по привычке, – добавила Минси, пожав плечами. – Но, честно говоря, не думала, что застану вас здесь.

– И что же, ты не рада меня видеть?

– Что за вопросы, директор Ли? Конечно, я рада… Всегда.

– В самом деле?

Ли Джунхо сделал к ней шаг и замер почти вплотную. Она осмелилась поднять глаза и… снова, как тогда в номере отеля «Кинг», потерялась в его взгляде. А ведь думала, что за столько времени всё пройдёт, забудется, поблёкнет, но этого не произошло. Все чувства были живы, нервы оголены. Как в тот тёплый октябрьский вечер в деревне Муджин, когда они вдвоём провожали на пляже закат, а ей хотелось, чтобы солнце никогда не садилось за море.

– Что вы хотите этим сказать? – тихо спросила Минси. – Что не верите мне? Или…

А если у него всё же есть женщина? Ну не может такой мужчина быть одиноким! Хотя… все говорят, будто директор Ли Джунхо женат на своей работе. Может быть, так оно и есть? И никто ему не нужен, и она, Хан Минси, в первую очередь.

– Я ещё не поблагодарил тебя, – вдруг произнёс он.

– За что? – удивилась она.

– За то, что не позволила мне тогда заключить контракт с Квоном.

– Вы сами решили не соглашаться на него без экспертизы, – напомнила Минси.

– Коллеги больше не припоминают тебе тот случай?

– Нет, – она покачала головой. – Они все передо мной извинились… Вы, наверное, знаете. И сейчас у нас всё в порядке.

– Думаю, если ты продолжишь работать так же хорошо, как сейчас, то однажды станешь редактором.

– Вы и правда так считаете? Редактором… Не отказалась бы.

О чём они двое говорят? Почему молчат о важных вещах? Нет, её карьера, конечно, тоже важная вещь, очень даже, но ведь сейчас не время о ней говорить. Когда они тут наедине, во всём офисе больше никого нет. А за окном темнота зимнего вечера и…

– Снег! – воскликнула Минси. – Директор Ли, там снег! Невероятно, а ведь его даже в прогнозе не было!

Она бросилась к окну, а Ли Джунхо выключил свет в офисной кухне, чтобы ничего не мешало им смотреть на падающие с небес на землю белые хлопья, которые медленно, словно танцуя вальс, кружились в воздухе. Снег… он так редко выпадает в Сеуле. В какой-то дораме герои загадывали, что признаются друг другу в любви во время снегопада.

Признаются…

Снова вспомнились сказанные Хэджином слова. У писателя сегодня счастливый день, он встретился со своими читателями, которые с нетерпением ждали выхода его книги. Интересно, скажет ли ему Юн Черён о своих чувствах нынешним же вечером или повременит?..

Черён храбрая и уверенная в себе девушка. Может, и скажет. Тем более теперь, когда знает, что Хан Минси вовсе не претендует на писателя Кима.

«Они будут счастливы. А я?.. Я ведь тоже хочу… хочу любить, чувствовать, жить полной жизнью, в конце концов!»

Она едва не произнесла эти слова вслух. Они горчили на языке, желая быть сказанными.

И не просто в пустоту, а тому единственному человеку, которому Минси хотелось их адресовать. Особенно в эти минуты, когда он находился здесь, совсем рядом с ней. Стоял за её спиной, достаточно близко, чтобы она чувствовала тепло его тела.

«Если я сейчас сделаю шаг назад, то смогу его коснуться. А если он сделает шаг вперёд… Но ведь, наверное, не сделает…»

Его присутствие, казалось, дразнило одновременно близостью и недоступностью. Эти мгновения… Минси чувствовала, как они скручиваются в тугую спираль, затягивающую в свою глубину. Мгновения, которым суждено навечно остаться в памяти, присоединившись в копилке воспоминаний к другим, также связанным с директором Ли. Они провожали вместе самый красивый закат, а теперь смотрят в тёмный прямоугольник окна, разделяя на двоих эту снежную сказку.

– Хан Минси…

– Директор… тогда в отеле… вы поссорились с женщиной?

– Что? – кажется, очень удивился он её вопросу. – С женщиной? Почему ты так решила?

– Ну… вы были в номере… и рубашку вам облили.

– Это сделал Кан Тэук.

– Кан Тэук? – услышав смутно знакомое имя, которое ассоциировалось с чем-то неприятным, она нахмурилась.

– Мой двоюродный брат. Директор издательства «Книги Халлю». Ты ведь знаешь, что мы были конкурентами.

– Да…

– В отеле он встречался с Кан Ханой.

– С секретарём Кан?

– Моему кузену удалось обольстить её и подговорить. Она выведывала и докладывала ему обо всём, что происходит в «Хэппи Букс». О наших планах, о том, что я делаю, с кем встречаюсь… К тому же он переманивал наших авторов, ту же писательницу Пэк, к примеру.

– Так вы поэтому её уволили? Кан Хану. А мы всё гадали, в чём же дело… – Минси потёрла лоб, с нового ракурса рассматривая произошедшее в отеле «Кинг», и повернулась к Ли Джунхо. – Выходит, секретарь Кан шпионила за вами и всеми остальными? И она с вашим кузеном… они до сих пор вместе?

– Понятия не имею, – отозвался он, пожимая плечами. – Но, если честно, сомневаюсь. Ведь она стала для него бесполезной.

– Но… как же можно быть настолько беспринципным?! – воскликнула она, не сдержав гнева. Стало даже жаль Хану. Секретарь же явно не ради денег пошла на некрасивые поступки, а потому, что влюбилась.

Как же легко, оказывается, поломать собственную жизнь, когда влюбляешься не в тех людей! Ведь то же самое когда-то произошло и с её матерью.

Но у неё от тех отношений осталась Минси, которой мама дала свою фамилию, и они вместе сумели преодолеть все удары судьбы.

– Можно. Но Кан Тэук уже наказан за всё, что натворил. Кстати говоря, он улетел куда-то за границу, переругавшись перед этим почти со всеми родственниками.

Директор Ли снова так откровенно говорил с ней этим вечером, как будто не было долгих недель, когда они оставались на расстоянии, не осмеливаясь друг к другу приблизиться. Неужели вскоре эта иллюзия рассеется? И в следующий раз он снова равнодушно пройдёт мимо неё по коридору, словно и не было абсолютно ничего между ними? Ни разговоров по душам, ни взглядов, ни обменов комплиментами, ни совместно проведённого времени, ни заката на море, ни снегопада в городе… Всё опять станет лишь воспоминанием, больше похожим на сон, чем на явь?..

Минси вдруг поняла, что отчаянно этого не желает. Ей надоело молчать и таиться! И если она ничего не может поделать с собственными чувствами, то хотя бы перестанет держать их в себе.

«А вдруг даже ощущает то же самое, что и вы, когда о нём думаете?»

«Ах, Ким Хэджин, если бы ты оказался прав! Но ты всего лишь писатель, а не предсказатель будущего и не волшебник. Поэтому не можешь знать наверняка. Но ведь и я не узнаю об отношении директора ко мне, если опять промолчу. Если не воспользуюсь случаем… А ведь другого такого шанса может больше и не представиться».

Минси заглянула в глаза Ли Джунхо. Они так и не включили лампы на кухне, но, чтобы видеть друг друга, хватало света из коридора, да и на улице горели фонари и несколько окон в большом здании, где располагалось ещё несколько компаний помимо издательства. Может, и к лучшему, что самые главные слова она скажет в полумраке, скрывающем, как заливается краской её лицо.

Ей снова вдруг подумалось, что красота директора Ли совсем другая, мужественная, не похожая на смазливую привлекательность айдолов. По правде говоря, Минси они никогда особо и не нравились. Зато всегда нравился он…

Сколько бы она ни бегала от самой себя, сколько бы ни пыталась убедить, что им не судьба быть вместе, Ли Джунхо с самой первой встречи занимал её мысли. А после того как Хан Минси узнала его получше, то и подавно из них не уходил. Директор оказался по-настоящему хорошим человеком, искренне переживающим о судьбе издательства и работников. И у него получилось сохранить «Хэппи Букс», их не закрыли. При этом он всегда действовал честными методами, в отличие от своего кузена.

– Директор Ли… простите за то, что я сейчас скажу… но я люблю вас! – выпалила Минси и тут же крепко зажмурилась. Ох! Она дожила до двадцати пяти лет и впервые призналась кому-то в любви. Да ещё и своему начальнику! Наверное, даже подруги не поверили бы, что Хан Минси способна на такой смелый поступок.

Не открывая глаз, она ощутила прикосновение тёплой ладони к своей щеке. Мужские пальцы неспешно скользнули выше, чуть щекотно задели висок, заправили за ухо прядь волос. Минси почувствовала, как мурашки разбегаются по коже от этих пока ещё вполне невинных касаний.

А затем её губы накрыли чужие, уверенные и твёрдые. Целуя, лаская, разделяя с ней дыхание. Заставляя позабыть обо всём: об опрометчивости этого признания, о своих сомнениях, о том, что скажут коллеги, и о том, что будет дальше. Все эти навязчивые мысли и тревоги разлетелись прочь, оставляя лишь наслаждение от наполнившего сердце тепла, нежности и накатывающего подобно морским волнам счастья.

– И я тебя люблю, Хан Минси… – услышала она в перерыве между поцелуями.

И нет, эти слова ей абсолютно точно не померещились.

– Я боюсь! – кажется, уже в десятый раз повторила она. В то время как Ли Джунхо сохранял удивительное спокойствие. Ей бы хоть малую толику такого!

– Да чего тут бояться? – задал вопрос он, вертя в руках галстук. – Нет, не надену. Хотя… если его завяжешь ты…

– Я не могу завязать, у меня руки дрожат!

– Минси-я… – ласково проговорил Джунхо, подходя ближе и беря её похолодевшие руки в свои тёплые ладони. – В знакомстве с моей семьёй нет абсолютно ничего страшного. Там будут только мои родители, бабушка Пом и ещё дедушка.

– Председатель Ли, основавший корпорацию «Мун Групп»! – напомнила она.

– И что? Для меня он всё равно дедушка. К тому же ты немало сделала для «Хэппи Букс» и можешь этим гордиться.

– Но… – Минси подняла на него глаза. – Они ведь наверняка ожидали, что ты приведёшь знакомиться совсем другую девушку. Из такой же семьи, как и ваша. Она бы идеально тебе подошла!

– Что за глупости? – нахмурился он. – Желай я встречаться с такой девушкой, то не отказывался бы от свиданий вслепую. Но я выбрал тебя, Хан Минси, и им придётся принять мой выбор.

– Но они ведь спросят про мою семью, и мне придётся рассказать правду… О том, что мои родители даже не были женаты. И что у мамы нет образования.

– Ну и что? Отбрось эти предрассудки! Разве ты стыдишься своей матери?

– Конечно, нет! – возмущённо воскликнула она. – Я люблю свою маму и горжусь ею. Но если бы ты слышал, какие грязные слова порой бросали ей вслед соседки… Она красивая… всегда была красивой. Они боялись, что их мужья увлекутся ею, хотя мама никогда даже и не смотрела в сторону этих мужчин…

– Забудь об этом. – Ли Джунхо привлёк её к себе, погладил по волосам. – Всё в прошлом. Твоя мама сумела достойно тебя воспитать, и я обязательно её за это поблагодарю. А ещё мне теперь понятно, в кого ты у меня такая красавица!

Он чмокнул её в кончик носа – осторожно, чтобы не размазать макияж. Улыбнулся сводящей её с ума улыбкой и повлёк к двери. Их уже ждали к ужину в доме его бабушки.

Минси и сама ещё до конца не осознавала, как всё смогло измениться так быстро. Ведь только недавно они с директором проходили мимо друг друга в коридорах издательства, а сейчас стали самой настоящей парой! Всё так завертелось – внезапно и невероятно. И вот он уже ведёт её знакомиться со своей семьёй. Сегодня они даже с работы пораньше ушли ради этого ужина, а на выходные Джунхо запланировал поездку к её маме и тёте, чтобы представиться им в качестве мужчины, с которым она встречается.

– Я точно хорошо выгляжу? – пробормотала Минси на ходу, украдкой вытирая влажную от пота ладонь о пышный подол платья.

– Прекрасно, как и всегда! – выходя вместе с ней к припаркованной у дома машине, заверил директор.

Ну да, могла бы и не спрашивать. Он всегда так говорит. Она нравится ему в любом виде, в любой одежде… и без одежды тоже.

Для Хан Минси это были во всех смыслах первые отношения, и она всё ещё довольно сильно смущалась, думая об их чувственной стороне. Нет, даже не имея опыта, сделать вывод о том, что ей достался выдающийся во всём мужчина, оказалось несложно. Но иногда ей хотелось стать чуть более раскованной, научиться проявлять инициативу и не краснеть до корней волос каждый раз, когда его потемневший взгляд задерживался на ней, обещая всё то, что произойдёт, когда они останутся наедине.

Особенно, когда Ли Джунхо смотрит так на неё на работе!

Теперь Минси знала, где он живёт, в чём спит по ночам, что предпочитает на завтрак… Каждый день она открывала в нём что-то новое, и это оказалось взаимно. Потому что Джунхо тоже ею интересовался, много расспрашивал, какой была их с мамой жизнь до того, как Хан Минси устроилась в «Хэппи Букс», что ей нравится, о чём она мечтает. Они подолгу разговаривали. Минси рассказывала ему о своём детстве, о том, как познакомилась с подругами, как проводила свободное время, пока училась в университете.

Разумеется, их опыт значительно отличался. Она окончила самую обычную школу в своём районе, он – частную, привилегированную, ещё и в разные страны на каникулы ездил, не отдыхать, а в языковые лагеря. Её университет также не входил в SKY[67]– в отличие от того, в котором обучался Ли Джунхо. Но Минси больше не позволяла мыслям о том, что они с человеком, которого она полюбила, происходят из разных кругов, отравлять себе жизнь и радость от их отношений. Разве что из-за встречи с его родственниками начала нервничать заранее.

В машине сидела как на иголках всё время, пока ехали. Косилась на профиль мужчины и удивлялась, как он может быть таким спокойным. Неужели совсем не волнуется, представляя их реакцию? Может, она действительно дорам в своё время пересмотрела, отстав от жизни? И наследнику богатой семьи уже не так стыдно привести в дом простую девушку?

Дом бабушки Джунхо, которую он называл «бабушка Пом», оказался премилым ханоком. А она сама – невысокой и хрупкой пожилой женщиной с тёплой, располагающей к себе улыбкой. Минси знала, что она приходится младшей сестрой председателю Ли.

Сам он сидел за столом и кивнул в ответ на её приветствие. Хан Минси впервые встретилась с ним лично, но фотографию этого человека с седыми волосами и строгим взглядом из-за стёкол очков, разумеется, видела. В первый раз ещё когда даже не помышляла, что когда-нибудь с ним познакомится.

А вот и родители Джунхо… Он оказался больше похож на отца – такой же высокий, да и черты лица во многом общие. «Но его отец всё равно не такой красивый», – подумала Минси. Что же до матери, то эта холёная женщина с короткой стрижкой немного пугала. Или не она сама, а все страшилки о жутких свекровях, которые мгновенно вспомнились, стоило лишь на неё посмотреть? Ну и ну! Неужели ей когда-нибудь придётся называть эту госпожу оммоним[68]?

– Это Хан Минси, – представил её Ли Джунхо перед тем, как они сели за уставленный множеством блюд стол. – Как вы знаете, мы встречаемся. Минси работает в издательском отделе «Хэппи Букс».

– Вот и чудесно! – проговорила бабушка Пом. – Я ему столько раз говорила, чтобы нашёл себе девушку! Даже подсказала поискать на работе, и посмотрите-ка – мой внук так и сделал! Добро пожаловать в семью, дорогая! – Она подошла к Минси и ласково взяла её за руки. – Я очень тебе рада! А на тех, кто вдруг будет не рад, не обращай внимания, – добавила тихо, наклонившись так, чтобы больше никто её не слышал.

Позже Хан Минси поняла, что речь шла о матери Джунхо, которая явно желала видеть сына с более подходящей ему партией, но своё осуждение выражала молча – кислым видом и косыми взглядами. Однако отец и дедушка отнеслись к гостье куда более милостиво. А ей самой всё ещё не верилось, что она сидит за одним столом с самим председателем Ли!

– Вот видишь, никто тебя водой не облил и за порог босиком не выставил, а ты боялась, – заметил директор на обратном пути.

– Ага, ты тоже смотрел эти старые дорамы! – рассмеялась Минси. После того как ужин подошёл к концу, на душе стало значительно легче. А вот в желудке, напротив, потяжелело, очень уж много вкусной еды подали на стол, и пришлось всё попробовать, чтобы не обидеть хозяйку дома.

– Исключительно за компанию с бабушкой Пом!

– Она замечательная, – признала Минси.

– Согласен, – улыбнулся Джунхо. – И кстати, мечтает о правнуках. Не то чтобы я намекал, но…

– А что же это, если не намёк? – смутилась она. Минси солгала бы, сказав, что не думает о детях. Но всё же им, наверное, слишком рано… Да и пожениться сначала нужно. Повторять судьбу матери не хотелось.

– Знаешь, она даже имена уже придумала. Бабушка Пом. Для своей первой правнучки и для правнука тоже.

– Но почему никто из твоих двоюродных братьев и сестёр до сих пор не обзавёлся семьёй? – напомнила она, что в семье он не единственный наследник и даже не самый старший.

– Потому что мы карьеристы и трудоголики! И я такой же! Или скорее был таким же до встречи с тобой…

Остановив машину возле её дома, Ли Джунхо повернулся и поцеловал Минси. Долгим и таким нежно-страстным поцелуем, что закружилась голова. Зажмурившись и обхватив ладонями его затылок, она запустила пальцы в жёсткие короткие волосы.

– Спасибо, что сделала меня лучше, Минси-я… – выдохнул он.

Наверное, так и должно быть. Когда два человека встречаются, соприкасаются орбиты их планет, и они делают друг друга лучшей версией себя. Ради их любви, одного на двоих счастья и общей надежды.

В выходные они, как и собирались, поехали к её маме и тёте. Джунхо накупил кучу гостинцев, не желая слушать никаких возражений. В небольшом курортном городке у моря их уже ждали. Минси впервые знакомила родных с человеком, с которым встречается. Ведь раньше у неё была только учёба, а потом работа – не до отношений. Да и не нравился никто, если говорить начистоту. Наверное, она и вправду ждала, когда в её жизни появится он, вот и не смотрела на других.

– Совсем взрослая стала, невеста! – всплеснула руками тётя. – И как ещё такого жениха отхватила? Ох, простите, господин Ли, это я от радости слов сдержать не могу!

– А я вот даже и не сомневалась, что мужчина, которого полюбит наша Минси, будет самым лучшим, – тихо проговорила мама, обнимая дочь. – Иначе и быть не могло. Должна же судьба хоть кому-то из нас подарить настоящую любовь.

– А что, я на своего покойного мужа не жалуюсь, – проворчала тётушка. – Хотя нет… жалуюсь. Слишком уж выпить любил, вот и покинул меня так рано. Да и детей у нас не было. Так что Минси и для меня тоже как родная дочка, а уж если её кто обидит…

– Я не обижу. – Ли Джунхо улыбнулся. – Обещаю вам.

– Вот-вот, и сами не обижайте, и другим не давайте!

Чтобы порадовать гостя вкусной едой, мама с тётей приготовили соллонтхан[69], твенджан ччигэ[70]и много разнообразных закусок. Минси соскучилась по маминой еде и ела с большим аппетитом, да и Джунхо тоже не отставал. После обеда они пошли прогуляться к морю – хотелось показать памятные места, куда Минси любила приходить, приезжая навестить тётушку и её мужа.

– Вот и весна… – проговорила она, любуясь цветущей азалией. – Ты же знаешь, что писатель Ким работает над новой книгой? Его второй роман очень хорошо продаётся, а потому он решил сделать хилинг-фикшен своим основным жанром… А в классики податься когда-нибудь потом, когда станет старше и опытнее! – добавила с улыбкой.

Хан Минси больше не была личным редактором Хэджина, но продолжала охотно ему помогать, когда он просил совета по сюжету новой истории. А со всем остальным превосходно справлялась Черён, которая теперь делила с писателем не только совместные ужины, но и квартиру. Да-да, подруга оказалась настолько смелой, что переехала к нему. У неё даже аллергия на кошек прошла! Или, может быть, Сиянь оказалась счастливым исключением.

У Боры с Сухёном тоже всё складывалось хорошо. А вот Юми стажёр разочаровал, увлёкшись не ею, а другой сотрудницей, да ещё и в работе проявил себя не лучшим образом – оказался лентяем с большими амбициями. Но она не отчаивалась, ведь какие её годы?..

Так вышло, что её первая в жизни заграничная поездка тоже оказалась связана с работой. Они поехали на Франкфуртскую книжную ярмарку! Все втроём: Ли Джунхо, Минси и редактор О Гихун.

К этому времени в издательстве уже знали об их отношениях. Джунхо сразу заявил, что не собирается ничего скрывать и встречаться украдкой. Хан Минси заранее представляла, какая разразится буря, когда всё станет известно офисным сплетницам, но коллеги отреагировали гораздо спокойнее, чем она предполагала. Может, потому что директор им всем тогда пригрозил, а может, по той причине, что сотрудники «Хэппи Букс» уже успели заранее придумать роман начальника и ассистентки. Вот и не удивились, когда из фантазий сотрудников он стал реальностью. Как бы то ни было, к этому факту привыкли все, даже Сон Сухён, который поначалу никак не хотел верить.

Сам Сухён готовился сделать Боре предложение. Они не собирались жить вместе до свадьбы, как Черён с писателем Кимом, поэтому он заранее подыскивал квартиру побольше. Минси искренне желала этим двоим всего самого лучшего.

Никто не ожидал, что представители их издательства поедут во Франкфурт – книжную столицу Европы, где будут представлять Корею. Но как-то так вышло, что за последнее время «Хэппи Букс» стало крупнейшим издательством художественной литературы в стране. Они активно работали над новыми проектами и направлениями, которые позволили бы идти в ногу со временем, в то же время сохраняя традиции. К примеру, некоторые классические произведения были переизданы в новых обложках. Также в издательстве появился отдел иностранной литературы, и в него пригласили на работу лучших переводчиков с английского и других языков.

После долгого перелёта Минси чувствовала себя не очень хорошо. Радовал факт, что на ярмарку им только с утра, а пока можно отдохнуть в отеле. Здесь у них с Ли Джунхо были отдельные номера – прямо как в том гостевом доме в Муджине! – но ближе к ночи, когда она успела принять душ и немного поспать, чтобы восстанавить силы, он постучал в дверь.

– А если бы я ещё спала? – нахмурилась Минси, но, увидев, что он прихватил с собой поднос с едой, тут же смягчилась. В животе требовательно забурчало. – Ладно, я отдохнула и хочу есть!

– Так и знал! – Джунхо перешагнул порог и, пройдя в номер, поставил поднос на стол. – Волнуешься перед завтрашним днём?

– Ещё как! Никогда на таких крупных мероприятиях не бывала… Да ещё и в другой стране!

– Не беспокойся, всё пройдёт хорошо. Английский ты знаешь неплохо, так что, если к тебе обратятся напрямую, не растеряешься. Ну и мы с редактором О будем рядом.

– Спасибо, что поддерживаешь меня… – Минси потянулась к нему и обняла. – Может, останешься сегодня со мной до утра?

– Сначала поешь, пока я не съел тебя! – отозвался он, крепко прижимая её к себе.

Почему-то атмосфера этого места – отеля, чужой страны, где никто их не знает, – делала смелее, подталкивала к тому, чего она раньше не делала. К примеру, проявить наконец-то инициативу. Когда они покончили с едой, Минси сама уселась к Джунхо на колени и, не смущаясь, что халат на ней распахнулся, а тонкие пижамные шортики поползли вверх, полностью открывая ноги, поцеловала его в чувствительное место за ухом. Он откинул назад её волосы и нетерпеливо потянул в стороны ворот халата, покрывая короткими жаркими поцелуями шею, плечи, выступающую ключицу. В его руках она чувствовала себя хрупкой, как драгоценная фарфоровая ваза, и в то же время безумно желанной. Обычно Минси просила выключить свет, но в этот раз решила оставить прикроватные светильники, чьё мягкое освещение обрисовывало изгибы её тела нежно-золотистым контуром. Халат упал на пол, Джунхо опрокинул их на постель, уже не сдерживая страсть, разделённую на двоих.

Наутро они проснулись раньше будильника и позволили себе немного поваляться в кровати перед тем, как пойти собираться. Завтрак им принесли в номер. Уходить из этого уютного гнёздышка не хотелось, но впереди их ожидало кое-что интересное.

Среди книг, которые они привезли во Франкфурт, был и роман писателя Кима «От жизни не спрятаться». Символично, что именно отсюда приехала на остров Намхэ главная героиня Чанми. Хэджин уже подписал контракты на издание его книги в других странах, в том числе и в Германии.

Пространство книжной ярмарки оказалось таким огромным, что на нём легко можно было заблудиться. Минси даже растерялась, почувствовав себя ребёнком в гипермаркете. Хорошо, что Ли Джунхо с редактором О Гихуном, как директор и обещал, постоянно находились рядом. Правда, в какой-то момент она всё-таки осмелела и пошла смотреть на стенды других стран. А там было чем полюбоваться! Руки так и тянулись к томам в ярких обложках. Кое-какие любопытные оформительские решения Минси даже подглядела, чтобы подсказать дизайнерам, работавшим с «Хэппи Букс».

День оказался насыщенным и интересным, но у них всё же нашлись силы, чтобы после ярмарки пойти на прогулку. Редактор О, немного пройдясь с ними по улицам Франкфурта, сказал, что устал и лучше побудет в отеле. Похоже, он просто хотел оставить их вдвоём.

Хан Минси впервые оказалась в европейском городе и с любопытством рассматривала старинные каменные дома и величественные соборы. Нашлось здесь место и современной архитектуре. А потом Джунхо привёл её в парк Бетман, где располагался китайский сад с пагодами у воды и мостами.

– Ты и в Европе умудрился отыскать кусочек Азии! – с улыбкой заметила Минси, осматриваясь по сторонам. – Здесь и правда красиво… И так спокойно…

– Минси-я… – Ли Джунхо вдруг посмотрел на неё так серьёзно, что она даже испугалась. Неужели собирается сказать, что расстаётся с ней? Но… после проведённой в отеле ночи… Или это была их прощальная ночь?..

– Что-то случилось?

– Ничего, кроме того, что я счастлив… счастлив быть с тобой здесь… и везде, где мы оказываемся вместе.

– Я тоже! – вырвалось у неё. На глазах выступили слёзы. – Правда…

– Знаю. Мне нравится делать тебя счастливой. И я хочу, чтобы так было всегда – всю нашу жизнь.

– Всю жизнь?

– Да, Хан Минси. Ты выйдешь за меня замуж? – проговорил Джунхо и взял её за руку. А на безымянный палец левой руки надел кольцо, которое незаметно успел вытащить из кармана.

Кольцо оказалось впору.

– Я… да… Да! – ответила она, уже не стесняясь своей чувствительности и слёз на глазах. – Я выйду за тебя… директор Ли!

– Ты и после свадьбы продолжишь так меня называть? – нахмурился он.

– А кто мне говорил о субординации в офисе? Между прочим, ты сам не всегда её соблюдаешь! И меня смущаешь, и других! – Минси притворно-сердито толкнула его в плечо и тут же обняла. – Буду называть тебя так, как захочу!

– Нет, ты должна звать меня оппа[71]!

– Оппа Джунхо, там на нас люди смотрят! – хмыкнула она и покосилась на семью каких-то туристов, которые делали вид, что им вовсе не любопытно, о чём так экспрессивно говорят двое корейцев, держа друг друга в объятиях.

– Возвращаемся в отель? Нет! Идём в ресторан! Мы должны отметить это событие! Какую кухню предпочитаешь?

– Давай попробуем местную, раз уж мы здесь!

Местная кухня Минси не слишком впечатлила – показалась несколько пресноватой. Видимо, в любви к острым блюдам она всё же была настоящей уроженкой своей страны, хотя ей и не нравилось ходить в горы и пить холодный кофе. Но в одном из магазинов по дороге в отель обнаружился настоящий корейский рамён, который они заварили кипятком из имеющегося в номере чайника и с удовольствием съели на поздний ужин.

А позже, когда Джунхо заснул, Минси написала подругам в общий чат. Она не знала, во сколько они прочитают сообщение, учитывая разницу во времени, но не сомневалась, что ответит Юн Черён. «Я придумаю для тебя самое крутое свадебное платье!»

Три с половиной года спустя

– Инбёль! Ли Инбёль! Куда запропастилась эта девчонка? В прятки с мамой играешь, да? Ну я тебе покажу, когда поймаю!

Звонкий смех их с Джунхо двухлетней дочери был ей ответом. Похоже, малышка вырастет своенравной… впрочем, есть в кого!

Минси не ожидала, что настолько скоро после свадьбы станет матерью. Но маленькая Инбёль так спешила появиться на свет, что даже родилась немного раньше срока. Все радовались ей: и новоиспечённые родители, и мама с тётей, и бабушка Пом, которая дала имя первой правнучке, и председатель Ли. Даже мать Джунхо немного смягчилась, увидев крошечную девочку, очень похожую на её сына. А его младшая сестра Дани, которая не смогла быть на свадьбе, приехала из заграницы, чтобы познакомиться с новорождённой племянницей. Ну и подруги, разумеется, тоже в стороне не остались, целую кучу подарков накупили. Как и Сухён с Хэджином.

В честь рождения Ли Инбёль в издательстве «Хэппи Букс» была запущена новая серия иллюстрированных детских книг, красивых и ярких. Минси рассчитывала, что вернётся на работу уже в новой должности редактора, но пока хотелось подольше побыть с дочкой, видеть, как она растёт, учить говорить… и обязательно читать. Её малышка просто не могла не полюбить книги!

Их счастливая жизнь с Джунхо с появлением Инбёль заиграла новыми красками. Однако он перестал быть таким карьеристом и трудоголиком, как звала своих внуков бабушка Пом, и старался больше времени проводить с семьей. А ещё – наедине с Минси. Она не ожидала, что ему придутся по душе простые радости: устроить пикник у реки Хан с кимпабом и яичным рулетом или просто погулять по городу в поисках новых живописных мест, где они ещё не бывали. Когда свободного времени выдавалось побольше, путешествовали по стране, а первую годовщину свадьбы отметили на острове Чеджу, где у председателя Ли был большой дом.

Вместе они отмечали Соллаль[72]и другие праздники. А когда Минси была беременна, и ей постоянно хотелось съесть то хурму, то виноград, то чачжанмён[73], то хотток[74]с начинкой из батата, Джунхо лично для неё готовил. Почему-то именно после собственноручно приготовленной им еды тошнило меньше всего.

Время от времени они вспоминали, с чего у них всё началось, и смеялись. Отправленное не по тому адресу письмо, первое появление ассистентки Хан в директорском кабинете. И её слова: «Я случайно, директор Ли!»

– Случайно влюбила меня в себя, – говорил он.

– А вот и нет, ты сам влюбился! – отвечала она.

– Уверена?

– Абсолютно! Но я полюбила тебя раньше… Хорошо, что всё же решила не молчать об этом до конца жизни.

– Если бы ты решила молчать, я бы не удержался и признался первым.

– Что же… жаль, что машина времени ещё не изобретена, – я бы вернулась в прошлое, чтобы это услышать!

– Главное, что у нас есть наше настоящее. Ты, я, Инбёль… И мы всегда будем вместе.

С этим утверждением любимого мужа Хан Минси не могла не соглашаться.

Сонбэ – уважительное обращение к старшему коллеге или товарищу.

Вебтун – южнокорейский цифровой комикс, обычно предназначенный для чтения на смартфонах.

Айдол – популярный музыкант, медиаперсона.

Халлю – корейская волна, распространение современной культуры Южной Кореи по всему миру.

Панчан – общее название различных закусок и салатов в Корее, которые подаются как аккомпанемент к основному блюду и рису в небольших неглубоких тарелках.

Кимчи – остро приправленные квашеные овощи, обычно пекинская капуста.

Стоять на коленях с поднятыми руками – вид наказания в корейских школах.

Пуджок – талисман на удачу, любовь или для успокоения нервов.

Чосон – корейское государство, существовавшее с 1392 до 1897 года.

Кисэн – в старой Корее артистки развлекательного жанра; куртизанки, развлекавшие высокопоставленных мужчин на званых вечерах танцами, пением, поэзией, разговорами.

Ханбок – корейский традиционный костюм.

Ячхеджон – овощной блин.

Учитель в Корее считается госслужащим.

Мёндон – центральная торговая улица Сеула.

Пуноппан – печенье в форме рыбки со сладкой начинкой, буквально означает «рыбный хлеб».

Файтинг – фраза, которая означает «Ты сможешь это сделать!» или «Удачи!»

Кимпаб – корейские роллы, завёрнутые в водоросли нори и наполненные рисом и начинкой.

Айгу – междометие, передающее широкий спектр эмоций (чаще негативных) от удивления и восхищения до негодования.

Эгьё – корейское слово, означающее «милый», «миловидный», «очаровательный», «прелестный», «прекрасный», «дружелюбный», проявление привязанности, кокетливое, заигрывающее поведение, часто выражаемое в том числе посредством милого/детского голоса, мимики и жестов.

Сунын – самый важный экзамен для выпускников третьего класса старшей школы в Корее, от которого зависит поступление в университет; проводится по всей стране в один и тот же день в ноябре.

Рамён – лапша быстрого приготовления.

Токпокки – острые рисовые клёцки, которые тушат с мясом, овощами и приправами.

Чапчхэ – закуска из крахмалистой картофельной лапши, овощей и грибов; иногда добавляется мясо.

С мышкин хвост – выражение используется, чтобы указать на малое количество, аналогично русскому с гулькин нос или кот наплакал.

Норэбан – караоке-клуб.

Трот – жанр корейской поп-музыки, образовавшийся в начале 20 века при колонизации Кореи и бывший популярным вплоть до 1990-х годов.

Аджумма – женщина средних лет.

Чеболь – южнокорейская (семейная, клановая) форма финансово-промышленных групп.

Аджосси – мужчина средних лет.

Хальмони – бабушка, а также уважительное обращение к женщине старшего возраста.

Чирисан – самая высокая гора в южной части Республики Корея, высшая точка Восточно-Корейских гор.

Чимчильбан – общественная баня с саунами, душами, массажными столами и комнатами отдыха.

Чампон – суп с лапшой на бульоне из морепродуктов или свинины, готовится с добавлением кочукару (острого красного перца).

Кимчиччигэ – корейское рагу, тушёные овощи с кимчи и мясом в остром перечном бульоне.

Башня Лотте или Lotte World Tower – 123-этажный сверхвысокий небоскрёб в районе развлекательного комплекса Lotte World в Сеуле, высота здания составляет 555 метров.

Чхусок – корейский праздник урожая, когда семьи по традиции едут к себе на родину и собираются вместе за столом.

Сандалгоса – традиционный корейский праздник; в октябре семьи изгоняют духов из дома, молятся богам о мире, здоровье и изобилии, благодарят за богатый урожай.

Якква – традиционная древнейшая и самая знаменитая корейская сладость, небольшое печенье из теста на пшеничной муке с добавлением мёда, имбиря и ароматного кунжутного масла.

Ханок – традиционный корейский дом из натуральных материалов, не загрязняющих окружающую среду (дерево, камни, бумага).

Пинё – традиционные заколки для закрепления причёски, шиньона или головного убора.

Кальби ччим – говяжьи рёбра, тушёные с овощами в сладком соевом соусе.

Тайленол – аналог парацетамола.

Брускетта – традиционная итальянская закуска, ломтик подсушенного хлеба с различными начинками.

Пулькоги – корейское барбекю, тонкие ломтики мяса, предварительно замаринованные, а затем обжаренные на гриле, буквально переводится как «огненное мясо».

Дауншифтер – человек, который достиг определённых высот в карьере, но которому надоел такой образ жизни, стрессовая работа, суета большого города, поэтому он принял решение променять все «блага цивилизации» на более спокойную размеренную жизнь.

«Пингвинёнок Пороро» – южнокорейский компьютерный анимационный сериал.

Чхонгак токкэби – так называемые токкэби-холостяки, красивые гоблины из корейского фольклора, которые обладают магией и могут очаровывать людей.

Чхонгечхон – ручей в центре Сеула, преобразованный в общественное пространство для отдыха, растянувшееся на 11 километров.

В Южной Корее свадебные фотосесии проводятся до свадьбы.

Хватать пролетающие облака – выражение аналогично русскому строить замки из песка.

Башня Намсан, Сеульская телебашня или Башня N – телевизионная и смотровая башня на горе Намсан в центре Сеула, популярное туристическое место, с которого открывается вид на весь Сеул. Люди часто приходят на башню Намсан на свидания и вешают замки в доказательство своей любви.

Съесть фазана и заодно его яйца – выражение аналогично русскому убить двух зайцев одним выстрелом.

В Южной Корее телефоны не позволяют фотографировать беззвучно, звук затвора камеры неотключаем даже в беззвучном режиме.

Хэнбок – в переводе с корейского языка «счастье».

Перилла или ккаеннип – многолетнее пряно-вкусовое растение семейства яснотковые, родом из Восточной Азии, Японии.

Корейский чиндо или чиндоккэ – порода охотничьих собак, происходящая с острова Чиндо в Южной Корее, признана национальным достоянием страны, на родине славится исключительной преданностью и отвагой.

Агасси – обращение к молодым незамужним девушкам, но в последнее время чаще используется в негативном направлении.

Гострайтер (от англ. ghostwriter) – человек, который пишет тексты для других и за других, при этом его авторство не раскрывается.

Самчхон-дон – один из старейших сеульских кварталов, в котором расположено множество исторических достопримечательностей, например, дворец Кёнбоккун, дворец Чхандоккун, Чонхваде (резиденция президента).

Чхондам-дон – квартал в районе Каннамгу в юго-восточной части Сеула, известен развлекательными местами, магазинами и компаниями, популяризовавшими кей-поп.

Ащщ – корейское междометие раздражения/злости вроде «блин!», «чёрт!» и тому подобного.

Южнокорейская вона – денежная единица Республики Корея.

Хубэ – младший (необязательно по возрасту) по званию, должности, по положению сослуживец или учащийся младших классов/курсов, юниор, помощник.

Сонсэнним – вежливое обращение к преподавателю/наставнику или к незнакомому человеку.

– а, – я – суффиксы в конце имени, которые обычно используют в общении между близкими людьми как уменьшительно-ласкательные.

Кумихо (дословно «девятихвостая лиса») – существо из корейской мифологии, представляющее собой лису с девятью хвостами, способную превращаться в женщину или мужчину-оборотня; легенды о таком существе имели распространение во многих регионах Восточной Азии.

Университеты SKY – три самых престижных университета в Корее: Сеульский национальный университет, Университет Корё и Университет Ёнсе.

Оммоним – обращение к чужой матери, обычно к свекрови или тёще.

Соллонтхан – суп из воловьей ноги, который варят много часов до приобретения молочного цвета.

Твенджан ччигэ – рагу из ферментированной соевой пасты, овощей, тофу, морепродуктов и мяса.

Оппа – обращение от девушки к мужчине старше её: брату, другу, знакомому или молодому человеку.

Соллаль – корейский Новый год по лунному календарю.

Чачжанмён – лапша с кусочками свинины и овощами под густым соусом их чхунджана (паста из чёрной фасоли).

Хотток – популярная корейская уличная еда, которая представляет собой блинчики, сделанные из рисовой муки и дополнительно начинённые орехами, семенами кунжута, мёдом и т. п.