— Всё, я влюбилась, — прошептала Клэс. Моя соседка по комнате и самая красивая девушка нашей монастырской школы.

И все бы хорошо, если не считать обстоятельства этой ее влюбленности. Прямо сейчас мы, прячась за высоким решетчатым ограждением, с ужасом взирали на возникших прямо во дворе школы парней.

Парни! У нас! Практически в монастыре! Немыслимое событие! Их внезапное появление ознаменовалось громким криком «беда!» и звоном набата.

Именно после набата мы из комнат и высыпали. Высунулись, чтобы посмотреть вниз, на круглую площадку двора, и тут же спрятались, присев за парапетом. Все обитательницы нашей самой благочестивой школы точно знали: мужчины — это зло. А огненные маги — худшие из мужчин!

Они неприличные. Развязные и максимально наглые! Вот и эти трое… Они ведь телепортировались! Нарушая все законы и правила, явились на закрытую территорию без всякого стыда.

Все трое были высокими, статными и рыжеволосыми — всё, как положено у огненных магов. Мы разглядывали их сквозь мелкие отверстия в решётке, на лицах парней читалась наглость, наглость и ещё раз наглость.

Но бессовестной телепортации им показалось мало, и самый плечистый из этой одетой в форменные плащи троицы воскликнул весело:

— Эй, девчонки! Не прячьтесь, мы вас видим!

Тут набат ударил во второй раз.

Вообще причин паниковать не было. Да, маги. Да, огненные — то есть самые отбитые. Но беспредельничать они точно не станут, иначе Огненный лорд, которому они подчиняются, их просто сожрёт.

Только как не паниковать, если все вокруг паникуют? Вот и я дрожала, хотя было страсть как любопытно. Зачем они явились? Ведь причин для визита в нашу светлую обитель у них точно нет.

— О, как он хорош, — простонала Клэс.

— Ты про которого из них? — не выдержала я.

— Про главного. У которого та штука.

Ясно, я так и подумала. Самый наглый из рыжих действительно держал в руках нечто специфичное. Круглое, с каким-то кристаллом внутри.

— Так выйди к нему и познакомься, — рявкнула вторая наша соседка, Тэлия. — Уведи беду от других. От приличных.

— Ты на что намекаешь? — Клэс вспыхнула.

Только поругаться девушки не успели — в глухой тишине, которая наполняла сейчас весь двор, да и все помещения школы, прозвучал суровый голос директрисы:

— Что здесь происходит?

Мы прильнули к ограждению так дружно и так рьяно, что оно едва не обвалилось. Хорошо, что выдержало, а то лететь бы нам с третьего этажа.

Но едва я увидела директрису, меня передёрнуло. Матушка Иллария явилась не одна, а в компании наместника Свэрга — мерзкий тип. После встречи с ним, даже мимолётной, мне всегда хотелось помыться, потому что… в общем, он был неприятным. От седеющей черноволосой макушки, до носков дорогущих, начищенных сапог.

— Что здесь происходит, господа? — повторила директриса.

Огненные с присущей им развязностью развернулись и отвесили неглубокий коллективный поклон.

А ответить не успели, потому что глава нашей школы перебила. Вскинув голову, обратилась уже к нам:

— Девушки, прекратите эту комедию. Вас никто не тронет!

Всем пришлось подняться… Три этажа жилых помещений. На крики выбежали вообще все, и теперь на магов в открытую смотрела добрая сотня разного возраста девиц.

Но огненные не растерялись, нет. Наоборот обрадовались! Их главарь даже присвистнул.

Явно хотел сказать что-то вопиющее, но директриса отпускать вожжи не собиралась:

— Зачем вы явились? — строго гаркнула она.

Пришлось главарю забыть про девиц и обратить всё внимание на матушку Илларию:

— По нашим данным, здесь находится новорожденный маг огненной стихии. Вернее, как теперь понимаю, магесса. Мы пришли за ней.

Лицо директрисы вытянулось. А потом она фыркнула и снова обратилась к нам:

— Девушки, у кого из вас появилась метка?

Никто не ответил. Но тишина была потрясённой, все стали переглядываться.

Метка? Это они о той метке, которая возникает в день совершеннолетия у тех, кто наделён магическим даром? Именно в этот день магия впервые просыпается, являя себя и определяя новую судьбу человека, причём не важно к какому сословию этот человек относится?

Вот только… сегодня в нашей школе совершеннолетие не праздновал никто.

— Девушки? — вновь позвала директриса.

Но магессы не обнаружилось.

— Ошибки быть не может, — главарь рыжих не смутился. — Здесь должна быть магесса. Появление метки иногда запаздывает.

— Хоть бы я, — сжав кулаки, чуть слышно прошептала Клэс. — Хоть бы я!

Я покосилась на соседку скептично. Её совершеннолетие мы праздновали полгода назад, как и моё. Запаздывать настолько магия не может.

Сестра Иллария тем временем подумала и, вероятно, пришла к тому же выводу — оказаться магессой у нас просто некому.

— Поисковик никогда не ошибается, — упрямо повторил огненный. — Носительница стихии должна появиться здесь. Впрочем, возможно, и носитель, мужчина? — Парень огляделся в поисках лица мужского пола. Зря.

— Ну, тогда ждите, — ответила на это директриса.

Снова задрала голову и, без труда отыскав меня, крикнула:

— Ева! В мой кабинет!

В кабинет директрисы я шла на ватных ногах, мой мир рухнул. Где-то в глубине души ещё тлела надежда, что всё обойдётся, но умом я понимала — нет.

А ведь Иллария клялась! С того самого момента, как наместник положил на меня глаз, уверяла, что ни за что не продаст ему мой контракт. Видимо, не сложилось. Деньги оказалась важнее.

Стоило переступить порог, посмотреть на матушку, на наместника, и остатки надежды рассыпались прахом. Да, ошибки быть не могло.

— Ева, — Свэрг вежливо кивнул, а глаза сверкнули хищно.

Я хотела ответить, но слова встали комом. После короткой паузы раздался уже не строгий, а ласковый голос Илларии:

— Девочка моя, подойди.

Директриса стояла возле своего письменного стола, а наместник ждал в отдалении, возле камина. Словно ни при чём.

Конечно, я подошла.

Нас с Илларией разделял стол, директриса наклонилась вперёд и зашептала:

— Ева, милая, пожалуйста, пойми… я не смогла отказать. Наместник хочет, чтобы в его замке служила именно ты, и он предложил очень хорошую сумму за твой контракт. А деньги… ты ведь знаешь, того, что выделяет корона, школе едва хватает. Вот и приходится…

Я кивнула, а Иллария осеклась.

Зачем в тысячный раз повторять то, что и так всем известно? Школа при монастыре — одна из лучших сиротских школ в стране, и это единственное место, где девочки могут получить по-настоящему хорошее образование. Те самые знания, которые действительно дают шанс на хорошую жизнь.

Но за всё нужно платить. Выпускницы расплачиваются пятилетним контрактом — в течение этого времени каждая из нас работает на найденного школой нанимателя, и отчисляет школе большую часть своего жалования.

При этом нанимателей подбирают тщательно, учитывая репутацию, уровень требований и тип работы. Большинству из нас выпадает роль либо гувернантки, либо секретаря для леди, либо компаньонки для родственницы. Ничего стыдного, ничего такого за что можно краснеть.

В работе, предложенной Свэргом, непристойного тоже не было. В дрожь бросало от другого — от него самого.

О Свэрге шептались все. Вся школа! Несколько лет назад наместник выкупил контракт ученицы, а позже она бесследно пропала. Свэрг утверждал, что девушка сбежала с любовником, даже предъявлял претензию директрисе, но все преподаватели в один голос твердили — быть такого не может. Лория не могла!

А потом он выкупил второй контракт…

С той, другой выпускницей, случилось совсем уж страшное — она выпала из окна замковой башни. Следствие признало трагедию самоубийством, но в то, что жизнерадостная Сисиль могла добровольно уйти из жизни, не верилось никому.

Ходили слухи и о третьей девушке — не из наших, а из другой сиротской школы. Мол, она поступила на службу к Свэргу и целый год занималась секретарской работой, а потом каким-то чудом уговорила наместника расторгнуть контракт. Девушка вроде как уехала, но спустя полгода в овраге близ замка нашли обгоревший труп.

Кому принадлежало тело, выяснить так и не удалось, определили лишь то, что скелет женский, и что жертву перед сожжением пытали. История была мутная! Поговаривали, что расследование началось только после вмешательства Храма.

Но наверняка мы не знали — Иллария не рассказывала, а при попытке спросить, злилась и требовала не забивать голову сплетнями. Говорила, что без нас разберутся. В любом случае, улик против Свэрга не нашли.

И вот, в конце этого учебного года наместник снова явился в нашу обитель… Иллария держалась с ним холодно, но у директрисы не было причин не рассмотреть его заказ.

А Свэрг увидел меня… В миг, когда наши взгляды встретились, по коже побежал холодок, а я чётко поняла — это катастрофа. Свэрг не обычный человек, нет. Он ненормальный!

Сёстры не раз отмечали, что я похожа на Лорию и Сисиль, и в тот момент я осознала это слишком остро. Я тогда сбежала — юркнула в ближайший класс и сжала кулаки в надежде, что одной встречей дело и ограничится. Но нет.

Меня запомнили, и интерес Свэрга был слишком очевиден. Иллария тогда сказала:

— Не волнуйся, Ева. Твой контракт он не получит!

Эти слова звучали не единожды, а теперь… вот.

Я стиснула зубы и мысленно взмолилась Пресветлому. Сначала в приюте, а потом и здесь, в монастырской школе, нас заставляли молиться по несколько раз на дню.

Но впервые за все годы я молилась искренне! Спасти меня могло лишь чудо!

— Ева, прошу тебя, успокойся, — вновь подала голос Иллария. Она опять шептала. — Всё будет хорошо. Я стану навещать тебя каждый месяц, и…

Дальше я не слышала. Повернув голову, смотрела на Свэрга, в глазах которого читалась такая жажда… На меня взирал лютый, хладнокровный хищник. Нет, визиты не помогут. Это конец.

Я отбросила бесполезные молитвы и стала перебирать варианты спасения. Разумеется, я знала, что на ближайшие пять лет принадлежу школе, но почему бы не попробовать? Вдруг получится? Меня с младенчества учили смирению, но я твёрдо знала — выход есть всегда!

Всегда, но не в этот раз…

Иллария продемонстрировала лист плотной бумаги с печатями, одна из которых мерцала. Магический оттиск. Такой не подделаешь, а документ, заверенный магией, не аннулирует ни один суд.

— Все деньги уважаемый наместник уже перевёл, — добавила директриса, и я вздрогнула.

— В смысле «все деньги»? Жалование платится помесячно, причём мне самой, и уже я перечисля…

Я запнулась. Свэрг нарочно лишил меня этой ниточки — теперь Илларии даже платежи отслеживать не нужно. Я в западне.

— Ева, — Иллария придвинулась ближе, опять перешла на шёпот. В голосе звучала мольба: — Нам нужно готовиться к зиме. Крыша прохудилась в трёх местах, северная стена треснула, а за дрова… мы ещё за прошлый год не расплатились. Девочки… понимаешь, они замёрзнут?

Я понимала. Сама дважды пережила вот такую зиму — когда не успели починить крышу и не смогли купить дров. Школе не хватало денег. Вот только… а правильно ли менять мою жизнь на благополучие остальных?

Ответа я не знала. Правда не знала! А Иллария…

— Деньги — это аванс, и он невозвратный, — настоятельница словно извинялась. — А те два случая…

— Три, — поправила я.

Директриса мотнула головой:

— Третий — сплетни. Два случая, Ева. По ним было расследование, и оно доказало, что многоуважаемый Свэрг ничего не совершал. Мы не можем осуждать человека без вины. Мы…

И тут действительно случилось чудо. Пресветлый, в которого я, невзирая на жизнь среди монахинь, не очень-то верила, всё-таки помог!

Раздался громкий стук в дверь. Потом эта дверь распахнулась без всякого разрешения, и в кабинет ввалилась тройка огненных магов. Всё такие же рыжие, статные и наглые, как четверть часа назад.

Впрочем нет, сейчас они выглядели и вели себя ещё наглей!

Штука в руках старшего из них пылала — вернее над ней светился яркий огонёк, как пламя от свечки. Ровно в момент появления троицы, мою руку обожгло.

Не вскрикнула я лишь потому, что была в шоке! От всей этой ситуации с моим контрактом и Свэргом.

Зато директриса возмутилась:

— Господа, как это понимать?

— Магесса, — широко ухмыльнулся старший. — Она здесь.

Короткая пауза и удивлённая Иллария возразила:

— Какая магесса? Здесь только мы и…

Тут я всё-таки вздёрнула рукав, чтобы увидеть, как на запястье левой руки, с внутренней стороны, расцветает метка огненного мага. Несколько линий и небольшой стилизованный огонёк.

Я захлебнулась воздухом, а Иллария застыла.

— Ева не может быть магессой, — пробормотала директриса. — Её совершеннолетие… Она…

Иллария осеклась.

А я вдруг догадалась почему. Меня подкинули в монастырь ещё младенцем, точная дата моего рождения была неизвестна. Её вписали в документы «на глазок». Никто понятия не имел, когда я родилась — так почему не сегодня?

— Ева не… — снова подала голос директриса.

— Ева не маг! — неожиданно рявкнул Свэрг. — И у неё контракт! Она никуда не пойдёт!

Наместник оживился, подскочил к нам, а я наоборот отпрянула. Благостное настроение Свэрга испарилось, он даже попытался схватить меня за руку, но огненные… Я вдруг поняла, что не такие уж они и наглые. Более того, я их почти люблю!

Главарь ловко скользнул вперёд, задвигая меня за спину и перегораживая дорогу Свэргу. Затем прозвучало насмешливое:

— Полегче, уважаемый. У девушки огненная метка. Она наша.

— Это ошибка! — рявкнул наместник.

— Да какая уж тут ошибка? — Рыжий подбросил на ладони ту странную штуку, которая и сообщила о моём присутствии. — Всё более чем точно.

— Но у неё контракт! Я уже всё оплатил!

Вспомнив о том, что аванс невозвратный, я похолодела. Сделки с таким авансом не расторгаются, закон не позволяет их отменять.

— Очень вам сочувствую, — без тени этого самого сочувствия хмыкнул главарь. — Но вам наверняка известно, что огненные маги слишком ценны, и что при появлении метки все прочие обязательства аннулируются.

После этих слов контракт, лежавший на столе директрисы, вспыхнул. Я с ужасом и в оцепенении смотрела на то, как сгорает защищённая магической печатью бумага. А ведь такие контракты неуничтожимы! Магическая печать — полная гарантия того, что договор нерушим.

Но лист сгорел, а Свэрг позеленел и сжал кулаки от досады. Ему было нечего сказать и не о чем спорить.

— Компенсация по аннулированным обязательствам не предоставляется, — добавил вдруг парень. — Но, если хотите, можете обратиться к Лорду и оспорить.

Последнее было издёвкой. Ну кто в здравом уме станет тревожить одного из Огненных лордов? Да ещё ради такой мелочи как деньги? Нет, за деньгами к лорду не пойдёт даже король.

К ним обратиться, во-первых, крайне сложно, а во-вторых, себе дороже. Лорды — негласные правители нашего мира! Все короли, герцоги, бароны, да даже императоры, для них — пыль.

И я иду…

Так, а куда я иду?

Резко повернув голову, я уставилась на одного из рыжих. Про огненных магов я знала немного — во-первых, не интересовалась, во-вторых, огневики всегда жили обособленно и с простыми смертными не очень-то общались.

В народе ходили только слухи и сказки. Мол, кровожадные, неприличные и способные на любую дурь.

Я вообще не представляла, что меня ждёт, зато точно знала — это лучше, чем оказаться в лапах Свэрга.

— Я обращусь, — ещё более внезапно заявил наместник. Будто знал об Огненных лордах нечто такое, что остальным неведомо. — Я обжалую!

Показалось, или парни насторожились? Всего на миг, но…

— Скоро ты вернёшься к нам, Ева, — добавил Свэрг. Прозвучало уверенно, даже убеждённо. — Тогда и приступишь к работе. Мы переподпишем контракт.

Меня бросило сначала в жар, потом в холод, а главарь огненных фыркнул. Однако возражать Свэргу не стал — вместо этого повернулся и, дёрнув подбородком, уведомил:

— На сборы пять минут.

Возражения? Вопросы? Нет! Я сорвалась с места стрелой.

Я мчалась в свою комнату, и тот факт, что за мною следует трио рыжеволосых магов, не смущал, а наоборот успокаивал. На сборы мне потребовалось куда меньше времени — вещей было немного, лишь запасное сильно поношенное платье и комплект сменного белья.

Ещё ночнушка и, конечно, главное — дневник, в который я записывала самое-самое личное. Бумагу берегла, поэтому записей в дневнике было немного. Сегодняшний день точно станет одним из тех событий, которые хочу сохранить.

Увидав мою тощую выцветшую сумку, парни печально присвистнули, и…

А, собственно, всё. Взвинченная разговором с Илларией, перепуганная перспективой стать заложницей Свэрга, я даже с соседками не попрощалась.

Прямо сейчас я могла думать лишь о том, как убраться подальше от наместника и школы. В моём сердце поселилась обида. Знаю, что крыша требует починки, и что без дров зимой очень туго, но… всё-таки почему платой за это должна была стать моя жизнь?

Не до конца понимая что делаю, я шагнула к поджидавшим меня огненным, и главарь, подмигнув, активировал телепорт.

Это была первая телепортация в моей жизни, но ощущения оказались неожиданно знакомы. Такое уже было! Когда-то давно меня точно так же тащило через пространство, и воспротивиться я не могла.

Узнавание напоминало удар — внезапный, чёткий и мощный. Вслед за узнаванием пришло очень реалистичное видение.

Я была другой — чуть старше, чем сейчас, в странной словно бы мужской одежде. Сидела на пассажирском сидении красивого, надёжного… автомобиля. Этот автомобиль мчался быстрее ветра, за окном висела тьма и мелькали фонари.

Я видела стену леса, который начинался сразу за обочиной. Видела яркие огни фар встречных машин. Думала о предстоящих посиделках с подругами, радовалась сданному досрочно зачёту. Фары, автомобиль, магистраль — эти слова были мне абсолютно понятны, хотя я бы не смогла объяснить их значение сходу.

А потом…

Всё изменилось. Визг шин, невыносимо громкий звук, сильнейший удар и боль, которая накрыла как цунами. Боль раздирала и сжигала, а я даже кричать не могла.

Это длилось долго, почти вечность, а когда боль отступила, я стала легче пёрышка. Я выпрямилась, расправила плечи и… полетела на свет.

Страха не было, к гибели физического тела я отнеслась спокойно. Неважным стало всё, кроме того самого света, к которому я стремилась — он звал, обещал ласку и покой.

Я почти добралась, когда меня вдруг дёрнуло в сторону. После второго рывка меня и вовсе потащило… куда-то не туда. В непонятном, другом, нежеланном мной направлении! Я пыталась остановить это безобразие, но не могла.

Меня тащили, словно пойманную рыбу, а потом…

Видение исчезло.

Я вернулась в реальность. В здесь и сейчас.

Вздрогнув, распахнула глаза. Обнаружила вокруг незнакомые мрачноватые стены, троих плечистых рыжеволосых огневиков, и…

— Эй! — воскликнул один, подхватывая меня и не позволяя упасть. — Эй, ты чего? Решила умереть от счастья?

В голосе парня прозвучало искреннее беспокойство, зато другой огневик отнёсся к ситуации очень даже весело:

— Если тебе не сложно, то помри, пожалуйста, после того, как сдадим тебя Тариусу. Пусть канцелярия возится с твоими похоронами, а не мы.

Третий огненный заржал.

Этот смех меня и отрезвил — заставил сосредоточиться, выпрямиться и перестать наваливаться на первого. Опыт, пережитый в момент телепортации, был настолько ярким, что я даже дышала с трудом.

Но самое пугающее — я точно знала, что мне не померещилось. Это не галлюцинация и не выдумка. Я действительно была в том автомобиле! Причём не так уж давно, не больше пары десятков лет назад.

Я была. Я…

— Эй, монашка, — окликнул третий из огневиков. Главарь банды. — Долго ещё? Очухивайся давай.

— Интересно, все монашки такие нежные? — фыркнул второй.

Говорить рыжим наглецам о том, что воспитанницы школы не принимают постриг, я не стала. При этом, невзирая на несколько неадекватное состояние, с трудом сдержала желание показать магам язык.

Мне срочно требовалось прийти в себя. Немедленно! Ведь я даже не знаю, где оказалась.

— Кстати, а где мы? — выдавила кое-как.

— В Школе Огня, — сообщил третий.

Школа? Опять?

— Так я уже училась, — сказала опрометчиво.

Парни снисходительно заулыбались, один из них даже по-свойски толкнул в плечо.

— Ладно, монашка, расслабься. Мы поняли, что ты в шоке. Вы все немного того, — он покрутил пальцем у виска, — глупеете в момент появления метки. Неожиданно было, верно?

— Очень, — подтвердила я.

Огневик кивнул и повторил:

— Мы в Школе Огня. Здесь тебя научат обращаться с магией. Ты ведь понимаешь, что одного таланта мало, нужно ещё и обучение?

— Даже таким блестящим огневикам как мы, порой приходится корпеть над книгами, — важно добавил другой.

Я окинула этих «блестящих» взглядом, однако комментировать уровень их самомнения не стала.

— А как вас зовут? — спросила аккуратно.

Имена спасителей оказались вполне привычными. Предводителя звали Хартом, а его дружков — Лотерик и Корн. Выглядели огневики всё-таки дружелюбно, однако возиться со мной не хотели. Уже торопились:

— Ну? Так ты очухалась? — подтолкнул Лотерик.

Я всё-таки кивнула.

— Отлично. Тогда идём, — заявил Харт. — Господин Тариус ждёт!

Всё это время мы стояли в небольшом ответвлении какого-то коридора. Я послушно последовала за парнями — один поворот, второй… Затем мы очутились в новом коридоре с множеством дверей — вот в одну из них Харт и ввалился.

Распахнул дверь, размашисто шагнул внутрь и воскликнул весело:

— А вот и мы!

Огневик сказал и вдруг осёкся, но его дружки внимания не обратили. Тоже вошли, подтолкнув заодно и меня.

Тут возникло странное ощущение, что нас не ждали. Присутствующие, в составе немолодого мужчины и пышнотелой рыжеволосой девушки, уставились круглыми глазами, а третий — высокий, насмешливого вида маг с огненно-красной шевелюрой — вопросительно заломил бровь.

Маг точно был главным, и я резонно решила, что это Тариус. Он стоял возле окна и, до нашего появления, рассматривал какие-то бумаги. Теперь отвлёкся и уставился на нас.

Говорить никто не спешил, молчание было неловким, и я не выдержала:

— Здравствуйте, — сказала, обращаясь к красноволосому. — Я — Ева.

Мужчина заметно удивился, потом ухмыльнулся, и…

— Очень приятно, Ева, — он чуть кивнул, изображая поклон. — Я — Алентор.

Алентор? Не Тариус? Мм-м?

Я растерялась, а глаза второго мужчины и пышнотелой девушки стали ещё круглее. Кто-то из парней ощутимо пихнул меня в бок — ошибка была налицо. Но как её исправить я пока не знала. Открыла рот в надежде, что слова сами найдутся, но Алентор перебил.

Он бросил бумаги на ближайший стол, окинул меня цепким взглядом и спросил:

— И где ж тебя так потрепало, Ева?

Я растерялась ещё больше.

Да вроде нигде не трепало. Разве что волосы. Я потянулась к волосам в желании проверить косу, а огненный рассмеялся.

Потом спросил, повернувшись к Харту:

— Где вы её нашли?

— В… монастырской школе Истема, — чуть запнувшись, ответил огневик.

И опять:

— Ясно. Значит монашка.

В это раз я всё-таки не выдержала. К тому же — а вдруг это важно? Вдруг монашество накладывает какие-то ограничения? Помешает учёбе или что-то ещё?

— Ученицы школы не монахини. Мы обыкновенные. Мы…

Договорить не получилось, Алентор захохотал. И это было как-то… обидно. Я ведь не сказала ничего такого, не стремилась его веселить.

Здравый смысл шептал — Ева, уймись! Но всё складывалось так нервно, ещё и видение это… Внутри закипали эмоции, и едва маг угомонился, я заявила:

— Простите, но тут нет ничего забавного.

— Ну почему же? — возразил красноволосый. — Но я не против! Монашка, так монашка.

Я понимала, что именно его забавляет, и промолчать опять-таки не смогла:

— Вы смеётесь над благочестием, которое воспитывают в себе монахини? Я знаю, что огненные относятся к нему как к недостатку, но этим вряд ли стоит гордиться.

Алентор заметно удивился, а я на какую-то секунду залюбовалась. У собеседника были широкие плечи, статная фигура, мужественные и правильные черты лица. Если я хоть что-то понимаю в жизни, за такими как он девушки бегают толпами. Но я бы не побежала. Просто не побежала, и всё.

— Ты на что намекаешь, Ева? — вкрадчиво поинтересовался огненный.

Я поджала губы и посмотрела с осуждением. Увы, зря.

Атмосфера в кабинете изменилась. Собеседник выпрямился, от него повеяло чем-то таким, что на коже проступили мурашки, а мне отчаянно захотелось слиться со стеной.

— Так на что? — повторил он. — Отвечай, если спрашиваю.

О, кажется, я влипла.

Я потупилась, мечтая исчезнуть, но… а куда деваться?

— Всем известно, что огненные маги несколько… распутны.

— Прямо-таки все? — в голосе Алентора снова прозвучало удивление. — Что, и я?

У меня запылали и щёки, и кончики ушей, и вообще всё. Ну точно вляпалась! А если это мой будущий преподаватель? Как после такого он будет меня учить?

Но пути назад не было, и я попыталась сгладить насколько могла:

— Ну, вы же огненный. Стало быть… да?

Вопросительная интонация добавляла сомнение, которого я на самом деле не испытывала. Но огненный, кажется, купился — катастрофы не случилось. Мужчина рассмеялся в третий раз.

Что странно, расслабилась только я. Харт наоборот стиснул кулаки, шагнул вперёд и выпалил:

— Ваша милость! Я прошу прощения за эту девушку, она не хотела вас оскорбить. Просто там, в этой школе… Ну они же монашки, понимаете? У них мозги не на месте.

Милость?

Почему к какому-то огневику обращаются как в высокородному лорду я поняла не сразу. А сообразив, молчаливо взвыла!

К моей величайшей радости, на этом общение и закончилось. Лорд действительно оказался «милостью» — не стал ни выговаривать, ни убивать.

Вместо этого Алентор сделал жест рукой, приказывая нам расступиться, а когда мы, словно облитые водой котята, отпрянули, направился на выход. На прощание одарил меня ещё одним насмешливым взглядом и сказал:

— Давай, удиви меня своей магией, девочка.

— Попробую, — выдавила придушено.

— Буду ждать! — с прежней насмешкой бросил Лорд.

О том, что буря миновала, я узнала благодаря дружному облегчённому вздоху окружающих. Корн вообще сполз по стеночке, в Харт сделал пару шагов и рухнул на стул.

— Ну ты, ну ты… — начал изливать эмоции Лотерик, но замолчал. Не хватило у огневика запала.

Зато очнулся мужчина — как понимаю, тот самый Тариус, к которому мы так спешили:

— Ты о чём думала? Ты! — пауза и почти ругательство: — Ева!

Я густо покраснела и отвела глаза.

Объяснять свою логику не стала — себе дороже. Решила не усугублять и просто покаяться. С Илларией и сёстрами всегда работало, может сработает и сейчас?

— Дурочка, — рыжеволосая девица тоже ожила. — Это ж надо! Обвинить Лорда в распутстве! Да ещё и спорить с ним! Ты чокнутая?

Я опять промолчала. Ведь умею держать язык за зубами, когда нужно!

Но огневики всё равно смотрели укоризненно. Кажется, в процессе общения с Лордом, их нервы пострадали даже сильнее, чем мои.

Зато конфликт вроде как иссяк, все выдохнули снова. А Тариус приободрился и спросил:

— Так, монашка, ты писать умеешь?

— Конечно, — пробормотала я.

— Тогда иди сюда, — мужчина нахмурился. — Сейчас заполнишь опросник и, кстати, покажи, метку. А ты, — Тариус повернулся к Харту, — отдавай поисковик и свободен.

Предводитель банды моих спасителей лениво поднялся со стула и, как и я, направился к столу.

Прежде, чем отдать опросник, Тариус повторил:

— Покажи метку.

Я, конечно, приподняла рукав, демонстрируя внутреннюю сторону запястья, а мужчина вдруг хмыкнул. Харт тоже взглянул — тут же перехватил мою руку и наклонился, стремясь рассмотреть метку получше.

Потом разочарованно вздохнул.

— Что-то не так? — настороженно уточнила я.

— Да всё не так, — буркнул парень. — Слабенькая. Угаснешь.

Я посмотрела на Тариуса — глава канцелярии тоже хмурился. Рыжеволосая девица — впрочем, тут все были рыжеволосыми — тоже приблизилась и тоже неодобрительно хмыкнула.

— В смысле угасну? — я напряглась ещё больше. — Это как?

Повисло недолгое молчание, потом Тариус принялся объяснять:

— Это просто, Ева. Метка появляется у многих, но не все становятся полноценными магами. Магия как бы выбирает. Знакомится с человеком и решает, достоин тот управлять пламенем или нет.

Новость шокировала. Я была убеждена, что метка гарантирует, а тут…

Невольно вспомнился Свэрг, его ухмылка и заявление — Ева не магесса!

— А что происходит с теми, кто угас? — мой голос дрогнул. Просто про убеждённость наместника в моём скором возвращении я тоже помнила.

— Да ничего хорошего, — бросила девица. — Умереть не умрёшь, но про возможность «удивить его милость своей магией», — эту фразу она иронично выделила голосом, — можешь забыть.

Я уставилась растерянно, но быстро собралась и попыталась прояснить:

— Что именно не так с моей меткой? Какой она должна быть?

И мне показали.

Харт тоже обнажил запястье, демонстрируя совершенно другой рисунок. Вместо нескольких линий у парня был чётко очерченный круг. Изображение пламени тоже выглядело иначе — как-то правильней что ли. Метка Харта напоминала чёткую, обстоятельную печать.

— Чем ярче и больше метка, тем больше сила, — добавил парень. — Когда маг достигает высшего уровня, появляется второй круг, в который заключён огонь.

Я потерянно кивнула. Логично. Круг испокон веков является символом завершённости и гармонии, а у меня… какие-то полоски.

— Ладно, не дрожи, — девица неожиданно подобрела. Видимо потому, что сердиться на ущербных совсем уж глупо. — Не ты первая, не ты последняя.

— У меня что, вообще никаких шансов?

Маги переглянулись. Корн с Лотеником тоже подошли, чтобы оценить масштаб бедствия, и им рисунок тоже не понравился.

— Шансы есть всегда, — произнёс Тариус, но как-то неуверенно.

То есть в случае со мной он ни в какие шансы не верит, да?

Я не просто расстроилась, у меня земля под ногами качнулась. Зато в следующую секунду внутри словно сжалась стальная пружина — со мною бывало, иногда.

Вернее, не иногда, а часто, и директрису Илларию подобные моменты всегда раздражали — я становилась слишком упрямой. Директриса говорила — непробиваемой.

— Так что случается с теми, кто угас? — я желала получить ответ, это было важно.

— Ну, из Школы тебя, разумеется, исключат, — сказал Тариус. — Здесь без дара делать нечего. Пристроят куда-нибудь, дадут работу в городе, например.

— В каком ещё городе?

Тариус закатил глаза, явно устав от моих вопросов. Зато Харт смилостивился и указал на окно.

Снаружи светило солнце, лучи били прямо в стекло, поэтому далёкие очертания белоснежной махины я разглядела не сразу. А ведь там действительно был город. Между ним и зданием Школы виделись цветные лоскуты полей.

— А что это вообще? — я нахмурилась.

— Так владения лорда Алентора, — сказал Харт.

В этот миг я вспомнила, что знаю об огненных так мало, что считай ничего. Об одной только наглости и наслышана!

— Всё, хватит, — прервал нас Тариус. — Как будет, так и будет. Магии виднее, кого считать достойным, в ком расцветать, а в ком гаснуть. Харт, давай уже поисковик и идите. Ева — опросник! А я пока придумаю куда тебя заселить.

С моим заселением тоже вышла какая-то ерунда.

Пока я корпела над опросником, куда требовалось вписать имя, фамилию, место рождения и прочие сведения, Тариус отпустил Харта с друзьями и принялся о чём-то активно шептаться с упитанной рыжеволосой девицей.

Та то пожимала плечами, то фыркала, то косилась в мою сторону. В итоге именно она — Иргиль — отправилась меня провожать.

Сначала шли молча. Я вертела головой, разглядывая интерьер — эти массивные мрачные стены, проходы разной степени ширины, арки, высокие окна, редкие, испещрённые непонятными символами колонны. А потом Иргиль не выдержала:

— Вот ты дурочка всё-таки. Это ж надо было так опозориться перед Лордом!

Я поёжилась — ситуация действительно вышла неловкая.

— С ним вообще разговаривать не принято, — продолжила Иргиль. — А спорят только самоубийцы. Я удивляюсь, как ты ещё жива?

Я поёжилась повторно. Про Лордов я знала ещё меньше, чем про простых огневиков, но от слухов, которые ходили, кровь стыла. Сильные, грозные, жестокие! Они не признавали авторитетов и смеялись в лицо королям.

Как-то, на одном из уроков, мы коснулись темы Лордов, и сестра Жантария тогда сказала:

— Девочки, вы хоть представляете каким характером нужно обладать, чтобы держать в узде целую армию огненных магов? А чтобы усмирять пламя, которое рвётся к нам из земных разломов? А ведь один Лорд может в одиночку погасить целый большой разлом!

Тогда я не представляла, зато сейчас поняла — да, мягкотелому добряку такое не под силу.

— Глупенькая ты, — вернула к текущему разговору Иргиль. — Думаю поэтому и пощадил. Но знаешь, ты не волнуйся, его милость вряд ли вспомнит.

— Что вспомнит? — не поняла я.

— Тебя и этот ваш разговор. Ты слишком мелкая сошка, чтобы держать тебя в голове.

Объективно рыжая была права, но стало чуточку неприятно.

— Он вообще-то ждёт, что я его удивлю. — Я сама не поняла, зачем защищаюсь.

Помощница Тариуса рассмеялась так, что стало ясно — о встрече с Лордом действительно можно забыть.

Вот я и забыла! Выбросила Алентора из головы и спросила о важном, о заселении:

— Господин Тариус говорил, что придумает куда меня заселить. А почему «придумает»? Тут какие-то проблемы?

Собеседница посмотрела с сочувствием, и скоро я поняла почему.

Оказалось, в этом году слишком много новорожденных магов, а разместить такое количество сложно. Буквально вчера сделали последнее подселение, главное жилое крыло переполнено, там не то что кровать — раскладушку поставить некуда. Разве что в коридор.

От таких новостей я аж споткнулась.

Жить в коридоре не хотелось. Ведь тут мужчины на каждом шагу! Да и вообще…

— Но замок большой, — продолжила девушка, — у нас есть и второе жилое крыло. Просто Тариус не хотел его открывать, надеялся, что обойдётся. Теперь — вот, откроем. Ты ведь явно не последняя, будут и ещё.

Я насторожилась, не совсем понимая:

— Подожди, я буду жить одна в целом крыле?

К моему ужасу, рыжая кивнула, причём сделала это очень буднично.

Мне такие планы не понравились! Страха перед одиночеством не было, но жить совсем одной? Непонятно где?

— Да не трясись, — бросила Иргиль. — Как только освободится место, мы тебя переселим. Конечно, если не угаснешь, — и на меня опять взглянули как на ущербную.

Да, именно из-за моей слабенькой, способной погаснуть в любой момент метки, а ещё из-за позора перед Алентором, помощница Тариуса меня и приняла. Хотя в первые секунды смотрела волчицей!

Мне её жалость категорически не нравилась, внутри снова сжималась та самая пружина. А перед внутренним взором почему-то появились обрывки того видения… Ночная трасса, авария, добрый, манящий мою душу свет.

Это была смерть. Точно смерть. И какая-то совершенно иная… нет, не местность, а мир! Другой мир, в котором я жила до того, как…

Я тряхнула головой, прогоняя эти мысли.

Хватит. Не сейчас. Просто телепортация в Школу Огня подстегнула какие-то процессы. Сработала как провоцирующий фактор.

Кстати, а это воспоминание может быть как-то связано с тем, что я иногда говорю непонятные слова? То есть мне они понятны, а окружающие смотрят, как на дуру?

Или я просто сумасшедшая? Может мне к лекарю надо? Вдруг именно поэтому мой дар уже сейчас норовит угаснуть? Что если магия решила, что такой как я доверять силу нельзя? Особенно такую опасную и разрушительную, как магия огня?

Второе жилое крыло оказалось действительно жутковатым. Для начала мы вошли в огромный тёмный холл, затем свернули на не менее тёмную лестницу, уводящую вверх.

Я думала поднимемся всего на один этаж, ведь там уже должны начинаться жилые комнаты, но…

— В этом крыле перебои с водой, — сказала рыжая. — Поломку чинят уже несколько лет, но всё никак. На втором и третьем этажах воды нет, а на четвёртом иногда бывает.

Вот до четвёртого мы в итоге и дошли. Замечание насчёт воды я приняла спокойно — у нас, в монастырской школе, водопровод вообще считался излишеством. А вот атмосфера мрачности давила! От пыли я и вовсе начала чихать.

Иргиль мне даже посочувствовала — ну, почти:

— Оу, да тут и полы не мыли лет сто! Куда только смотрит управляющий? Зачем его милость вообще держит этого лентяя?

Спросила, и сама же себе ответила:

— Впрочем, Лорду нет особого дела до нашего быта. Да и не может он контролировать вообще всё!

Последняя фраза порадовала — не очень приятно жить под тотальным контролем всемогущего Лорда.

— Так! Вот комнаты, — сказала рыжая деловито. Она взмахнула рукой, указывая на длинный коридор, где, при нашем появлении, вспыхнула часть светильников. — Можешь выбирать любую.

Все двери были приоткрыты, в замочных скважинах торчали ключи.

— Выбирай, располагайся, потом со своей справкой о зачислении сходи в хозяйственную часть — там тебе выдадут постельное бельё, форму и, — меня окинули скептичным взглядом, — одежду. К педагогу временной группы тоже зайди, возьмёшь у него расписание и список учебников. В библиотеку можно и завтра. Столовая у нас общая, расположена в главной части, на первом этаже.

Я закономерно растерялась.

Справка? Одежда? Временная группа? Как это всё запомнить?!

— Всё, давай.

Рыжая развернулась и поспешила прочь, а я воскликнула:

— Постой!

Но доброта Иргиль оказалась не безграничной, девица даже не притормозила:

— Некогда болтать, работы много. Если будут вопросы, можешь обращаться в канцелярию.

Что значит «будут»? У меня их уже вагон!

— А где эта хозяйственная часть? — крикнула я. — А где искать педагога временной группы?

Ответа не прозвучало.

Я сделала несколько шагов к лестнице, чтобы догнать девушку, но остановилась. Ведь у Иргиль действительно работа, а я уже замучила расспросами. Так может хотя бы с получением постельного белья разберусь сама?

А ещё меня посетило иррациональное чувство, будто нечто подобное со мной уже было. Что я уже испытывала вот такую, граничащую с паникой, растерянность новичка. Что когда-то давно уже слушала подобные скороговорки о том, куда нужно пойти, что собрать, кому предъявить какую-то справку.

По коже от этого чувства побежал холодок.

Я тряхнула головой и, развернувшись, уставилась на двери. В носу щипало от витавшей в воздухе пыли, коридор был широким, длинным и по-прежнему пустым. Свет магических светильников добавлял негостеприимства и мрачности. Зато в конце коридора имелось большое окно.

Вот к этому окну я и направилась.

Дошла. Оценила степень запылённости стекла и неожиданно приятный пейзаж — внизу было что-то вроде сада. Из двух, расположенных друг напротив друга угловых комнат, я выбрала левую. А войдя внутрь поняла, что меня совершенно не волнуют все рухнувшие на голову сложности. Потому что… я буду жить одна!

Одна. Без вечно ворчащих соседок, без сестры-хозяйки, которая проверяла нашу комнату каждую неделю и жутко ругалась, если ей что-то не нравилось. Без других соседок — тех, что жили через стенку, и чьи голоса мы отлично слышали, ведь тонкие дощатые перегородки почти не экранировали звук.

Без общей уборной, расположенной аж на первом этаже, и единственной на всю школу. И без душевой, где нужно занимать очередь, попутно надеясь, что тёплая вода не закончится именно на тебе.

Я попала в удивительное место. В… рай?

«Рай» — одно из тех выдуманных слов, которые я старалась употреблять пореже. Просто другие не понимали, хотя для меня смысл был более чем очевиден. Рай — это рай!

Здесь и сейчас я выдохнула и опять осмотрела комнату. Она была запылённой, как и коридор, но прекрасной. Просторной, с двумя кроватями. У окна, которое выходило в тот же сад, стояли два письменных стола и стулья. Ещё были две тумбочки и массивный, пугающе-огромный шкаф.

А с другой стороны — ещё одна дверь, которая вела… Да-да! Она вела в личную, индивидуальную уборную! Причём не простую! Тут не было дырок в полу и неприятного запаха — в углу стояла белоснежная керамическая штуковина, которой я тут же «придумала» название. Унитаз!

Второе чудо — это каменный поддон с высоким бортиком. Душевая! Моя личная! Собственная! Помня слова огневички, я покрутила барашек крана и тихо застонала, глядя на струйки вырвавшейся из лейки воды.

Вода была чистая! А покрутив второй барашек, я обнаружила, что она ещё и тёплая! Через несколько секунд вода и вовсе стала горячей, вызвав чистый восторг!

Ещё тут имелся умывальник с большим зеркалом над ним, и тут тоже присутствовал кран. В эту секунду я окончательно утвердилась в мысли, что огненная метка — лучшее, что со мною случалось.

Вот только угасание это… Его нельзя допустить. Никак нельзя!

Когда я отправилась искать хозяйственную часть, мой энтузиазм поугас — замок действительно был огромен. Выход из жилого крыла я нашла, разумеется, быстро, но уже через пять минут заволновалась — а смогу ли найти потом вход?

Я шла, смотрела по сторонам, и заодно отмечала, что вокруг ну очень пусто. Где ученики? Где та самая «переполненность» школы, о которой говорила рыжая? Тут вообще есть кто-то живой?

Я вертела головой, прислушивалась, и… да, довертелась. Свернув за угол очередного коридора, истошно заорала — прямо в лицо летел яркий огненный шар.

Инстинкты встали на дыбы. Я была готова реагировать — отскакивать, пригибаться, бежать! Но не успела — шар двигался слишком быстро.

В миг, когда пламя врезалось в меня, обдавая нестерпимым жаром и опаляя ресницы, я заорала ещё громче. Умом понимала, что всё бесполезно, но попыталась отодвинуть окутавший меня огонь, сбросить, погасить.

Я приготовилась испытать сильнейшую боль, упасть на камни пола, забиться в предсмертных судорогах, но время вдруг замедлилось. Я горела, но боль всё не приходила — пламя облизывало меня, кусало, но не калечило.

Пожирало, но при этом и не торопилось сожрать.

А потом к моему крику присоединился второй — рядом заголосили куда громче, причём не от страха. Я не сразу поняла, что мне предлагают заткнуться и называют такими словами, за которые любая из сестёр монастырской школы самолично вымоет рот с мылом. Причём несколько раз.

После очередного очень оскорбительного слова я всё же замолчала. Заодно осознала, что умирать не собираюсь — остатки огня ещё облизывали тело, но даже одежда каким-то чудом оставалась целой.

Первая мысль — может пламя ненастоящее? Может это бутафория?

— Ну наконец-то, — прозвучал мужской голос. — Наконец-то!

Я моргнула, различая впереди несколько фигур. Затем потрогала глаза — ресницы были на месте. А обнаружив, что волосы тоже в порядке, я выдохнула и почти успокоилась.

— Ты ненормальная, да? — послышался другой голос, тоже мужской.

В общем, я напоролась на магов. Всё-таки встретила в этом совершенно пустом замке людей. Лучше бы не встречала!

— Идиотка. У меня аж в ушах звенит, — пожаловался первый парень. Самый массивный из всех.

Их было пятеро, но присмотревшись, я обнаружила странное. Огневики выглядели нетипично! Они мало напоминали Харта и его товарищей, скорее наоборот.

Первый был действительно широким — этакая гора мышц с массивной шеей и предельно наглой физиономией. Вот только волосы… Это был короткий, почти белый ёжик, без намёка на рыжину.

Остальные четверо — щуплые, какие-то вытянутые, несуразные. По возрасту точно не старше меня, и лишь у двоих волосы уже начали рыжеть.

Про то, что после появления метки огненные маги рыжеют — знали все. Знакомство с Хартом и посещение канцелярии лишь подтвердили эту известную в народе истину. Вот только цвет моих волос остался прежним, каштановым, и я решила, что проблема в том, что метка слабая.

А сейчас, глядя на парней, подумала — может огненные меняют масть постепенно? Может это продолжительный, растянутый во времени процесс?

А ещё, как в случае с «выдуманными» словами, возникла даже не убеждённость, а чёткое знание: волосы — штука вообще специфичная. Не факт, что они хранят какую-то совсем уж особенную информацию, но по анализу волос, например, можно определить употреблял ли человек наркотики. Увидеть это, даже когда в крови никаких следов уже нет.

Волосы удерживают некоторые вещества дольше, а значит вполне могут меняться медленней.

Но не важно. Это, наверное, вообще другое.

— Сами вы, — буркнула я.

Осеклась, хотя тоже хотелось назвать их и идиотами. Но беспредельщиков-то пятеро, а я одна!

— Мы-то как раз нормальные, — заявил верзила. — А ты чего орёшь?

Странный вопрос. Разве не очевидно? Они тут огнём швыряются, людей поджигают, а я должна молчать и улыбаться?

— Да она новенькая! — вдруг догадался кто-то.

Потом добавил:

— Совсем новенькая.

Верзила с блондинистым ёжиком хмыкнул:

— Ты чё? Только сегодня пришла?

Как-то неприятно прозвучало. Настолько, что я начала пятиться. А парни наоборот заулыбались и дружно двинулись на меня.

Бежать! — мелькнула в голове разумная мысль.

Беспредельщики словно почуяли.

— А ну стоять! — рявкнул один из двух порыжевших.

Подчиняться я не собиралась, но куда бежать, если совершенно не знаю замок? Конечно, я замялась, и эта нерешительность аукнулась — огневики оказались рядом, обступили меня толпой.

Так! Спокойно, Ева. Ничего они тебе не сделают, — сказала самой себе. Но мурашки всё равно бежали.

— Так чё? Сегодня? — дёрнув квадратным подбородком, переспросил бугай.

Я кивнула.

— А что за платье такое странное? — хмыкнул другой.

Удивительно, но в компании нашёлся знаток фасонов, который и ответил:

— На послушницу похожа. Эй, ты случайно не монашка?

Меня точно хотели смутить, вопрос сопровождался очень выразительной улыбочкой. Но теряться было нельзя, и я перешла в наступление:

— Вы что творите? Кидаться огнём в помещении! Совсем мозгов нет?

Парни заржали, причём смех звучал как-то даже излишне выразительно. Что ж, пусть веселятся. Сожгут кого-нибудь — будут иметь дело с господином Тариусом. А может и сам лорд Алентор по ушам настучит.

Почему я не сгорела? Понятия не имею. Но я решила подумать об этом позже!

Сейчас было важно вырваться из окружения, и едва хохот стих, я попыталась перевести разговор в конструктивное русло:

— Вы тоже новенькие, верно?

— Да уж постарее тебя будем, — отозвался верзила.

Ладно. Хорошо.

— Мне нужно в хозяйственную часть. — Я вынула из кармана и продемонстрировала выданную в канцелярии бумагу. — Подскажете, где это?

Пауза, и второй из порыжевших заявил:

— Да зачем подсказывать? Мы проводим.

— Как проводим? — я и испугалась, и растерялась, и всё вместе. — В смысле?

— Да проводим, проводим, — нагло ухмыляясь, подтвердил блондин.

По спине снова побежал холодок.

Учитывая, что парни творили в этом зале, тормозов у них нет. С такими не то что по мрачному замку — по светлому многолюдному храму гулять страшно.

— Не нужно, а я сама.

Только возражений огневики не услышали. Один ловко вытащил бумагу из моих пальцев, а двое других подхватили под руки и…

— Отпустите немедленно! — воскликнула я.

Что делать я не знала. Никогда не бывала в таких вопиющих обстоятельствах. Мне сейчас орать, сопротивляться или… Нет, без «или».

— Отпусти… — я постаралась крикнуть как можно громче, но мне закрыли рот.

Рывок, попытка ударить одного из обидчиков ногой, и меня-таки захлестнула паника. В носу защипало от подступивших слёз, я уже собралась проклясть тот миг, когда на запястье появилась метка, но Пресветлый опять спас.

Вспыхнуло! Сильно, ослепительно! Парни замерли и дружно, едва не уронив меня, отпрянули назад.

В сердце мелькнула надежда, что это сам Лорд, что он сейчас не просто отчитает, а испепелит всех и каждого. Но нет, Алентора в зале не было. Причиной коллективного испуга стал небольшой огненный шарик, который появился из вспышки — выпрыгнул словно из пустоты.

— Ээ-э… — протянул кто-то. Парни снова попятились.

А огненный шарик качнулся вперёд, вновь сократив расстояние, и совершенно отчётливо зашипел.

Так шипит огонь, если в печь кинуть сырые дрова. Этот сгусток однозначно злился, ему не нравилось то, что происходит.

— Поставьте, — разделяя мою догадку, прошептал один из порыжевших. — Поставьте девчонку.

Огневики подчинились. Я вновь оказалась на твёрдой земле, мои руки были свободны. Только кричать, призывая помощь, я не решалась. Сгусток точно был опасен. Вдруг от малейшего резкого движения или звука… убьёт нас всех?

— Эй, — продолжил парень осторожно. — Мы не…

Тут сгусток не просто качнулся — движение было резким, быстрым, пугающим! Парни отскочили в третий раз, а я осталась. Хотела убежать, но ноги словно приросли к полу.

— Ты что? Ты… к ней что ли? — в севшем голосе верзилы прозвучало изумление.

Прежде, чем я хоть что-то поняла, беспредельщики принялись тихо извиняться, причём не передо мной, а перед шариком. Уверяли, что ничего дурного не хотели. Мол, просто шутили и даже в мыслях не собирались причинять новенькой вред.

Тот, который выхватил у меня справку о зачислении, даже приблизился. Аккуратно, бочком, очевидно опасаясь нападения сгустка… Он впихнул бумагу в мою руку, изрядно эту самую бумагу помяв, и отполз, как колченогий краб.

Лишь в этот момент до меня дошло, что сгусток явился на защиту! Видимо есть в этой сумасшедшей школе какая-то система надзора.

По-прежнему было жутковато, но я обернулась на парней и одарила их испепеляющим взглядом. После чего вернулась к огненному шарику и поклонилась:

— Благодарю вас. Вы очень мне помогли.

Миг, и шарик вспыхнул ярче.

Ну а я… Пользуясь случаем, решила всё-таки пожаловаться:

— Знаете, они едва меня не сожгли. А потом… — я потерялась в словах. — Я тут… я… В хозяйственную часть иду. То есть пытаюсь её найти.

Зачем я это сказала? Не знаю. Просто вырвалось.

Шарик неожиданно качнулся — не так, как в прошлый раз, а плавно. Потом мигнул и полетел к арке, расположенной в другом конце зала. Собственно, к той самой, к которой меня и несли.

Я смотрела ему вслед без всяких мыслей, а он остановился и полетел обратно. Затем снова качнулся в сторону арки. И опять. Словно звал!

— Вы… Я… — Я опять не нашлась со словами, поверить было сложно.

Но меня же в самом деле приглашали? Предлагали следовать за ним?

Ну я и пошла! А когда проходила арку, сзади донеслось:

— Эй, новенькая! Не злись. Мы правда ничё такого не хотели. Просто ж весело было.

Кричал верзила.

Приятно, что сгусток, который теперь держался в паре шагов от меня, снова зашипел, выражая своё мнение. Ну а я… Будь рядом директриса Иллария, она бы мне палец сломала. И добавила самым наставительным тоном:

— Пресветлый дал людям руки не для того, чтобы творить непотребства!

Но Илларии не было, поэтому я без зазрений совести показала огневикам неприличный жест.

Магический блюститель правопорядка стал для меня истинным спасением. Он с лёгкостью провёл по лабиринту коридоров и остановился напротив распахнутой двери.

Заглянув внутрь, я обнаружила стеллажи, заполненные всякой всячиной, и позвала осторожно:

— Добрый день. Есть тут кто-нибудь?

«Кто-нибудь» нашёлся. Из глубин помещения выплыла строгая пожилая женщина. Она уже открыла рот, чтобы сказать что-то явно недружелюбное, но, заметив огненный сгусток, сбилась.

Потом выглянула в коридор и, обнаружив, что я одна, посмотрела с огромным удивлением.

— Мне бы постельное бельё, — не очень-то понимая смысл её реакции, проблеяла я.

— Да, конечно. А ты когда приехала?

Странный вопрос, учитывая, что на продемонстрированной справке стояло число.

Но не важно — я, конечно, ответила. Женщина удивилась ещё больше, опять покосилась на сгусток, зато кивнула и потянулась к ближайшему стеллажу.

На стол выдачи лёг объёмный свёрток, но этим дело не ограничилось. Мне велели ждать, и через несколько минут свёртков стало гораздо больше.

— Тут бельё, форма, сменные платья, обувь, — принялась перечислять женщина. — Так! Тетради забыла!

Она снова отвлеклась на стеллажи, а у меня лицо вытянулось. Серьёзно? Столько всего?

— А… — я хотела уточнить. Спросить, может тут какая-то ошибка?

Однако кладовщица перебила:

— Так! Вроде всё, что нужно на первое время. Зайдёшь ко мне через пару недель. Будет привоз, подберём тебе ещё.

— А…

Вторая попытка уточнить тоже ушла в пустоту.

— Ну и список, конечно, напиши. Только разумно! Наш Лорд, конечно, богат, но не до такой степени, чтобы оплачивать для вас броши с бриллиантами и расшитые золотом наряды.

Вот теперь я начала что-то понимать. Кладовщица, кстати, тоже.

Она наконец заметила мою растерянность и, прищурившись, уточнила:

— Тебе не объясняли что ли?

Я отрицательно качнула головой.

— Ты теперь подданная Лорда, и пока учишься в школе, будешь на полном содержании. Дальше, когда станешь магессой, тебе начнут выплачивать жалование. Оно у сильных огневиков хорошее.

— А если мой дар угаснет? — осторожно спросила я.

Женщина посмотрела внимательно, а потом фыркнула. Отвечать не стала, но когда я потянулась за свёртками, одновременно прикидывая как их вообще тащить, остановила:

— Куда? А хранилище?

Так, а это ещё что?

— Пойдём! — Кладовщица покинула свой пост и мотнула головой.

Мы двинулись к следующей двери, и сгусток-проводник не отставал, что очень радовало. Я надеялась он поможет отыскать мою комнату, а потом и преподавателя временной группы. Знать бы ещё для чего эта группа нужна.

— Так-так… — Женщина провернула ключ, распахнула дверь и отодвинулась.

Мне предлагалось заглянуть в небольшую кладовку, на полках которой стояли этакие статуэтки разных форм и размеров. Красивые, блестящие, одна лучше другой.

— Выбирай любую. — Женщина махнула рукой.

Я замялась — выбрать вещь с непонятным назначением, мягко говоря, сложно.

— А вы что посоветуете? — Да, я решила прибегнуть к помощи того, кто знает больше. Но кладовщица лишь пожала плечами.

Зато оживился огненный сгусток. Он плавно облетел меня, затем уверенно двинулся к одной из штуковин — эта статуэтка напоминала покрытое чешуйками крупное яйцо.

Вот яйцо-то я и взяла! А кладовщица наблюдала за происходящим до того внимательно, что едва не прожгла во мне дырку.

Под таким взглядом я всё-таки не решилась спросить зачем непонятное «хранилище» нужно. Ведь у меня ещё будет время разобраться? К тому же это не единственный мой вопрос.

— Ну что ж, — хмыкнула кладовщица. — С этим решили.

А потом произошло ещё одно чудо — тащить полученные свёртки не пришлось.

Мне вызвали помощника. Кладовщица выкрикнула имя, и через пару минут откуда-то из глубин склада появился молодой, хмурого вида мужчина. Он был не очень симпатичным, одарил прохладным взглядом, отдельно задержал внимание на висевшем неподалёку огненном шарике.

Женщина протянула ему объёмный баул, в который работник и принялся складывать мои свёртки. Подом подхватил этот мешок, перекинул через плечо и уже шагнул в сторону выхода, когда я сообразила уточнить:

— Я живу отдельно. Во втором крыле.

Меня снова накрыло волной чужого удивления.

Зато комментариев не последовало, а мужчина всё-таки двинулся на выход. Я — за ним.

Из полученных вещей я несла только яйцо, которое оказалось неожиданно тяжёлым.

Вторая небольшая странность — невзирая на появление второго помощника, магический шарик улетать не спешил.

На языке по-прежнему вертелось множество вопросов, только приставать к мужчине я не стала — он не был расположен к беседам. В полном молчании мы добрались до уже знакомого холла, где роли поменялись — теперь уже я стала проводником.

Я провела нас на четвёртый этаж и к комнате. Тут работник опустил баул и, сухо пожелав мне хорошего дня, удалился. Он ушёл, а баул, набитый свёртками, остался, как и огненный сгусток.

— Простите, — сказала я, обращаясь к «огоньку». — А вы могли бы помочь мне отыскать преподавателя временной группы?

Шарик мигнул и полетел прочь — равно как в прошлый раз!

Я спохватилась:

— Спасибо вам огромное! Можно я только вещи в комнату занесу?

Оказалось — да. Огонь был невероятно благосклонен.

Я отперла дверь, торопливо водрузила «хранилище» на письменный стол и, перетащив баул через порог, поспешила за сгустком. Вот только нужного преподавателя мы не нашли.

В очередном пустынном коридоре, куда привёл «огонёк», нам встретился другой человек, и мужчина этот выглядел зловеще.

От широкоплечей фигуры с подчёркнуто строгой выправкой и огненно-рыжей гривы отвлекало искалеченное лицо. Вся левая сторона представляла собой один огромный шрамированный ожог, не таращиться на который было сложно.

Я даже споткнулась при встрече, а мужчина спросил сурово:

— Что вам здесь нужно?

— Я… ищу преподавателя временной группы.

— Магистр Эртон ушёл пять минут назад.

У-у, как жаль.

Но…

— Зачем он вам?

Я, запинаясь, сказала про расписание, и незнакомец кивнул. Вошёл в один из кабинетов и вернулся с тремя листками.

— Расписание и список литературы, — сказал, передавая листы мне.

Я поблагодарила, по-прежнему стесняясь собственного любопытства — не таращиться на шрам было невозможно.

Впрочем, это было обоюдно. Мужчина тоже смотрел — сначала на сгусток, а затем и на меня. Итогом этого разглядывания стали слова:

— У тебя интересная аура.

— А-а… да?

— Какой-то необычный огонь, — добавил мужчина.

Я не знала что сказать, в итоге брякнула:

— Это хорошо или плохо? — а ещё очень захотелось показать ему метку, чтобы он опроверг выводы Тариуса и Харта. Но я даже не знала с кем говорю! Вдруг это очередной Лорд?

То есть мне известно, что Лорды живут в разных частях света, что каждый из них присматривает за разными территориями, но вдруг они ходят друг к другу в гости? После того, как столкнулась в канцелярии с Алентором, который, невзирая на высокий титул, выглядел как простой преподаватель, я ничему не удивлюсь.

— Время покажет, — отозвался мужчина.

И тогда я решилась уточнить:

— Простите, а вы…

— Магистр Дарктэс, — представился он. — Преподаватель боевой части.

Прозвучало внушительно, хотя смысла я всё-таки не поняла. Зато осознала, что передо мной ещё один препод и вежливо ему кивнула.

— Благодарю вас за помощь.

— На здоровье. — Взгляд мага на долгую секунду приковался к сгустку и вновь вернулся ко мне.

Но на этом общение закончилось. Дарктэс развернулся и ушёл, а мой путь лежал в противоположную сторону.

Сгусток я тоже поблагодарила:

— Спасибо вам огромное!

Шарик вспыхнул, и… нет, не исчез.

Наверное, местную систему безопасности слишком уж впечатлила попытка сожжения новой ученицы. Сгусток проводил до самой комнаты, чем сильно озадачил. Я ведь понятия не имела, что с ним делать. Как его отпустить? И надо ли вообще отпускать?

Встреча с теми парнями точно не последняя, более того — мне с ними ещё учиться. Вдруг опять что-то выкинут? Впрочем не «вдруг» — точно выкинут. Это ж будущие огневики.

А ещё я вспомнила про столовую — её тоже ещё искать, а значит шарик опять пригодится. Однако злоупотреблять его помощью точно не стоит, если есть возможность лучше обходиться самой.

В итоге, уже вернувшись в комнату, я сказала:

— Вы можете расположиться, где вам удобно.

Сгусток, подумав, поднялся к полотку.

Ну а я занялась бытом. Сначала распахнула окно, впуская в комнату тёплый летний воздух, затем огляделась и поняла — жить и спать в таких условиях всё-таки нельзя.

Пыли было слишком много, а вверху, по углам, висела густая паутина. Мне требовался инвентарь для уборки. Только где его взять?

Вообще в монастырской школе нас учили скромности. Чем тише и незаметнее себя ведёшь, тем благосклоннее будут и матушка Иллария, и остальные.

— Скромность — самое ценное украшение! — регулярно напоминала директриса. — С ней не сравняться никакие бриллианты!

В эти слова не очень-то верилось, но годы, проведённые под бдительным оком сестёр, конечно, брали своё.

Поэтому на поиски швабры, тряпки и ведра я отправилась с опаской! Я не очень-то понимала, что делать, но логика шептала, что где-то на этаже обязательно должна быть какая-нибудь кладовка. Главное, чтоб не пустая, ведь этаж необитаем и здесь как бы не нужно следить за чистотой.

В своём исследовании я прошла весь длиннющий коридор, и лишь в самом конце нашла хозяйственное помещение — в него вела очередная незапертая дверь.

К моему удивлению, это была не узкая кладовка, а полноценная большая комната. Там обнаружился и шкаф с инвентарём, и сложенные высокой стопкой матрасы, и даже гладильная доска.

А ещё в углу стояла некая металлическая тумбочка, при взгляде на которую меня аж подбросило. Я сразу забыла и про швабру с ведром, и про тряпку, и про всё на свете! Понятия не имела что это за штуковина, но оторваться не могла.

Я приблизилась и раньше, чем сообразила что делаю, потянула «столешницу» вверх — та поддалась и встала вертикально. Внутри «тумбочки» был блестящий стальной барабан, и в голове словно вспыхнуло.

— Стиральная машина, — сказала я вслух, но шёпотом. — Стиралка.

И опять — тело отреагировало быстрее, чем разум. Я не успела себя остановить!

Я захлопнула… нет, не столешницу, всё-таки крышку, после чего отыскала присоединённые к задней части машины толстые трубки. Повернула два крана, а осмотрев приспособление ещё раз, отыскала внизу то ли рычаг, то ли педаль.

Заодно вспомнила — кажется Иллария когда-то рассказывала, что в очень богатых домах иногда устанавливают специальные устройства, которые стирают вместо человека, но я-то таких не встречала!

По крайне мере в этой жизни. Но эффект узнавания был налицо.

Лишь после того, как нажала рычаг, разум окончательно очнулся. Я отскочила и схватилась за сердце. Заозиралась в поисках того, кто прибежит и прибьёт за такое самоуправство — однако в крыле я по-прежнему была одна.

Никто не пришёл!

А машина не собиралась взрываться или рушить школу. Просто бурчала, внутри сначала что-то лилось, затем начало крутиться и плескаться.

Сообразив, что катастрофы не предвидится, я выдохнула и заставила себя вспомнить про главное — про ведро и тряпку. Хотя бы частичная уборка в комнате сейчас важнее любых стиралок. С машиной этой… позже разберусь.

Из приятного — третьим из выданных магистром Дарктэсом листков оказался распорядок дня Школы, где, кроме прочего, было отмечено время завтраков, обедов и ужинов. Вот только часов у меня не имелось, и в случае ужина пришлось ориентироваться на солнце, собственный оголодавший желудок и висевший под потолком сгусток огня.

— Есть очень хочется, — едва солнце покатилось к закату, пожаловалась «огоньку» я.

Тот знакомо мигнул и, спустившись ниже, полетел к двери.

Я, конечно, поспешила за ним, и сначала радовалась, но чем дальше, тем сильнее меня охватывала нервозность. Иргиль говорила, что школа переполнена, но днём замок был пуст. Сейчас людей тоже не наблюдалось, но логика шептала — где бы ни шлялись все огневики, а ужинать точно придут. Не могут не прийти!

Этот, худший, прогноз оправдался — народу в столовой оказалось много, под сотню человек. И, стоило переступить порог, как вся эта разбросанная по столикам толпа начала поворачиваться, чтобы посмотреть на меня.

Недавние обидчики тоже присутствовали. Сидели в самом центре, за большим столом, в компании ещё нескольких парней и четверых девчонок.

Кстати, кроме этих четверых, были ещё две, и всё. Больше девушек в зале не наблюдалось.

Вторым открытием стало то, что все собравшиеся — новички.

Я различила лишь несколько рыжих макушек, да и вид у большинства учеников был немного потерянный. Ещё не набрались присущей огненным магам наглости. Кажется, с излишней наглостью только верзила и преуспел.

При моём появлении в зале сначала повисла тишина, затем побежали шепотки, и я сразу поняла, что связана такая реакция со сгустком. Огонёк, проводил до двери и теперь висел где-то над моей макушкой — улетать прочь по-прежнему не спешил.

Мысленно приказав себе не тушеваться, я попыталась решить куда сесть, но…

— Эй, новенькая! — радостно воскликнул тот самый бритоголовый верзила.

Раскаяния в голосе не звучало — словно не было некрасивой попытки поиздеваться, утащив меня непонятно куда.

— Эй! — продолжил он. — Чё? Иди к нам!

Я, конечно, задрала голову и проверила — огненный шарик по-прежнему висел над макушкой. Но ни крикун, ни его дружки, уже не боялись — я вообще выражения их физиономий не поняла.

Не дождавшись ответа, бритоголовый здоровяк начал подниматься. Кажется мне собирались сделать ещё более настойчивое предложение. Но меня легонько пихнули в спину, а сзади послышался знакомый мужской голос:

— Эй, ущербный, — Харт насмехался, и было в этой его усмешке нечто знакомое. Подражательное! — Отстал.

Здоровяк заметно насупился, зато упал обратно на лавку и уже оттуда ответил:

— А вы чё? У вас свои девчонки. А эта — наша. Новенькая!

— Поговори ещё, — отмахнулся Харт. И, тронув меня за локоть, предложил: — С нами поужинать хочешь?

Было неожиданно. С чего бы такая милость? Но отказываться я, разумеется, не стала.

Старшеклассники — или всё-таки старшекурсники? — подвели к отдельному пустому столу, а едва села на лавку, Лотерик спросил галантно:

— Что тебе взять?

Я повернула голову, чтобы снова поймать эффект узнавания. Там, вдалеке, виделся длинный-предлинный стол, к которому то и дело подходили мужчины и женщины в белых колпаках. Он был заставлен множеством блюд.

— Таким как ты у нас поначалу непривычно, — заявил Лотерик, явно имея в виду раздачу.

Не ошибся. Для меня, выпускницы монастырской школы, это было в новинку. Однако я не удивилась — как и в случае со «стиралкой», я точно знала как действовать. Нужно просто взять поднос и пойти с ним вдоль стола, выбирая что захочется. Где-то в конце должны быть ещё и напитки. А возможно и десерт!

Но сопротивляться я не стала, ответила с улыбкой:

— На твой вкус, если можно.

Нет, могла бы пойти и сама, но от новой порции неожиданных знаний задрожали ноги. После телепортационного перехода со мною явно происходило что-то не то.

Харт тихо захохотал, а Корн вообще хрюкнул!

— Чего? — вскинулся на них Лотерик.

— Да ничего, — отозвался Корн.

Суть этого веселья, как и причину, по которой меня пригласили поужинать, я поняла через несколько минут…

Вкус у Лотерика был неплохой, аппетит — ещё лучше. В итоге передо мной поставили поднос с двумя огромными порциями жареного мяса, тарелкой острых красных перцев и целой дюжиной мелких плошек, взглянув на которые я аккуратно спросила:

— А это что?

Оказалось соусы. Причём разные — от малоострых до самых-самых жгучих.

— Приятного аппетита, Ева! — воскликнул Лотерик.

Я кивнула, сглотнула набежавшую слюну и поняла, что от такого ужина мой желудок сдохнет.

— А салатов там случайно не было? — голос прозвучал жалобно. — Овощи, какая-нибудь зелень, пророщенное зерно?

— Были, конечно, — Лотерик фыркнул. — Но ты же не коза, чтобы такое есть?

Парень был абсолютно искренен в своём мясоедстве и любви к острому. Он действительно выбрал для меня лучшее и, судя по всему, я была не первой, кого он так угощал.

Корн, глядя на эту сцену, тихо ржал! Зато предводитель тройки оказался милостив — зная повадки друга, Харт сам захватил для меня и овощи, и абсолютно нейтральный соус.

— Ешь, Ева, — сказал, усаживаясь рядом и выставляя передо мной тарелку.

Лотерик поморщился:

— Значит всё-таки травоядная? Эх ты!

Разочарование огневика было до того выразительным, что я улыбнулась. А ещё стало спокойнее — уже понятно, что парни тут отбитые, но я почему-то была убеждена — от Харта и его компании огненным шаром в лицо не прилетит.

Я попробовала салат, затем и мясо — после умеренной монастырской пищи такое изобилие было непривычно. А потом Харт не выдержал. Наклонился ко мне и спросил, понизив голос:

— Слушай, а как тебе удалось-то? У тебя же метка вообще никакая. Откуда страж?

И как-то даже сомнений не возникло о чём речь. Я снова задрала голову, чтобы взглянуть на парящий над головой огненный сгусток, и задала собственный вопрос:

— А что такого?

Корн с Лотериком поперхнулись. Харту повезло больше — он в этот момент не ел.

Все трое округлили глаза и посмотрели так… В общем, кажется, я сказала что-то не то. Либо я чего-то не понимаю.

Пришлось объяснять:

— Он прилетел когда вон те, — я указала на центральный стол, за которым жевала и периодически гоготала большая компания, — попытались меня сжечь, а потом…

Договорить я не смогла. Стало и стыдно, и неловко, и всё вместе.

— Что «потом»? — Харт недоумённо нахмурился.

Я пожала плечами. Ведь я не знала, что именно намеревались сделать парни. Может просто пошутить, выставить меня дурой, а может… нет, думать о худшем не хотелось.

— Что конкретно они сделали? — твёрдо произнёс Харт.

И вроде негромко сказал, но гогот за центральным столом резко стих.

У меня покраснели щёки, только ответа по-прежнему не было. Я пыталась найти какое-то нейтральное объяснение, но Харт ждать не стал. Раньше, чем я опомнилась, парень поднялся и направился туда, к компании. Остановился в двух шагах и, мотнув головой, даже не предложил, а приказал верзиле:

— Отойдём.

Бритоголовый, как ни странно, не испугался. На его лице отразилась тень смущения, взгляд скользнул по мне, и всё. Парень поднялся, действительно последовал за Хартом.

Они отошли не так уж далеко, однако разговора я не слышала. Видеть их лица тоже не могла — мой обидчик встал спиной, загородив обзор.

Корн и Лотерик следили за ситуацией с этакой показательной ленцой, но было ясно — парни готовы подорваться в любую секунду. Это нервировало. Я с дрожью поняла, что могу стать поводом для потасовки. К счастью, худшего не произошло.

Харт и верзила разошлись мирно, если не считать удар в плечо, которым наградил новичка старшекурсник. И пусть бритоголовый был массивнее, качнулся так, словно его приласкал таран.

Ну а Харт вернулся за стол и, усевшись рядом со мной, заявил:

— Они просто идиоты, Ева.

Корн и Лотерик уставились на предводителя вопросительно, но объяснений не последовало.

— Забудь о них, — продолжил Харт. — Что касается… ну ты поняла чего… не бойся. В нашей школе такое невозможно. Лорд за подобное не просто накажет — он испепелит!

Старшекурсник намекал на насилие, и я медленно кивнула.

Вот только…

— Они меня чуть не сожгли, — напомнила я.

К этому заявлению отнеслись иначе — на меня посмотрели как на странную. Потом прозвучало:

— Чтобы сжечь огненного мага, нужно значительно превосходить его по силе. При этом удар должен быть направленным и продолжительным. Единственный маг, чьего пламени стоит опасаться, это Лорд.

Я услышала, но не очень-то поняла.

— А почему так? В смысле, почему огненные не горят?

— Да потому что мы и сами огонь, — ввинтился в разговор Лотерик. — Огонь внутри нас. Наша аура даёт защиту от любого пламени.

— А одежда? — продолжила недоумевать я. — Она же не часть меня?

— Так аура имеет свой радиус, как правило он захватывает и одежду, — сказал Корн. — Если бы у нас, при каждом попадании, сгорало всё, его милость давно бы разорился. Ну либо мы все ходили бы голыми! — Парень радостно хохотнул.

Всё звучало так просто, так буднично, что сомнений не осталось. Но!

— То есть швыряться огнём прямо в помещении — это нормально?

Старшекурсники заулыбались.

В общем, они явно и сами грешили тем же. То есть про невозможность получить от них шаром — это я зря.

— Замок защищён, Ева, — прожевав, сказал Харт. — Огонь — наша родная стихия, мы не можем иначе. Поверь, ты и сама такая. Просто ещё не пробовала.

Я подумала и решила поверить — принять сказанное за аксиому. Можно — значит можно. Буду знать и не выскакивать внезапно из-за всяких поворотов. Буду выходить медленно и плавно, с готовностью подпрыгнуть или пригнуться в любой момент.

А Харт продолжил:

— Вот только про стража никак не пойму. Почему он появился?

Вопрос был странным.

— Видимо потому, что мне грозила опасность? — объяснила я осторожно.

Новая неожиданность — парни не согласились.

— Так не бывает, — отрезал Корн. — Возможно какие-то единичные случаи и встречались, но вообще опасность — не повод. Иначе у нас бы вся школа ходила со стражами. Каждый бы нашёл куда вляпаться, только бы заполучить такого союзника.

Союзника? Прозвучало так, словно…

— Хочешь сказать, что этот шар… он навсегда?

Я была поражена, но и парни удивились не меньше. На мою робкую версию о том, что сгусток — это некий охранник, явившийся ненадолго и только ради того, чтобы защитить меня от излишне наглых новичков, едва не покрутили пальцами у виска.

— Ева, ты ненормальная? — в лоб спросил Лотерик.

— Она просто новенькая, — после паузы парировал Харт. — Причём первый день в школе. Откуда ей знать?

Резонно, разумно, только моего шока это не отменяло.

Огневики тоже пребывали в недоумении.

— Первый день, слабый дар, — Корн принялся загибать пальцы, — и вдруг страж. Невероятно! С чего бы это?

— А обычно стражи как появляются? — спросила я.

— Приходят как высший дар за какой-то подвиг или веский поступок, — отозвался Корн. — Могут появиться в момент значительного скачка магической силы.

— Страж — своего рода награда, — кивнул Лотерик. — Среди нас, учеников, обладателей таких союзников раз-два и обчёлся.

Прозвучало вроде и ровно, но сам Лотерик поморщился. Из этого я сделала вывод, что у него стража нет. А у Харта с Корном?

Я очень пристально посмотрела на парней. Этот взгляд поняли верно, и Харт, после недолгого колебания, щёлкнул пальцами. Миг, и рядом с ним тоже возник огненный сгусток — в столовой сразу стало тише, все взгляды устремились к нам.

Корн тоже щёлкнул, и я увидела второго стража — он был заметно бледнее, с каким-то рваным свечением, но весьма грозный и красивый.

— То есть вы — герои? — выдохнула я не подумав.

— Нет, — Харт мотнул головой. — Но стремимся.

Лотерик откровенно помрачнел.

Он отставал от друзей, и его мрачность была понятна. Очень хотелось спросить подробности, но, глядя на вот такого Лотерика, я решила не спешить. Оставила неоднозначную тему в покое и вернулась к тарелке — ужин стремительно остывал, а в животе было по-прежнему пусто.

Лишь съев половину порции мяса и весь салат, я решилась на ещё один вопрос.

— Почему в замке так пусто? Где все?

Увы, не угадала. Теперь помрачнела и насупилась вся троица.

— Сейчас каникулы, — прожевав, ответил Харт. — Часть преподов отдыхает, разъехались по домам. А все адепты на практике.

— А практика — это?.. — вопросительно начала я.

— Это служба в боевых отрядах и патрулях, — подтвердил догадку Корн.

Чем занимаются отряды огненных я, разумеется, знала. Они проверяют опасные участки и места широких разломов. Контролируют огонь, который иногда вырывается из-под земли.

Если этот огонь не усмирить, он пожрёт всё. Бывали случаи, когда выгорали участки суши, сопоставимые с размерами целого королевства. Подземный огонь опасен и необычен. Говорят, в нём есть магическая составляющая. Какая-то особенная мощь.

Харт, Корн и Лотерик смотрелись бы в подобном отряде просто отлично! Я живо вообразила старшекурсников в сёдлах и увешенных оружием с головы до ног.

Но огневики были здесь, в школе, а не там.

— А вы?

— А нас не взяли, — в голосе Корна прозвучала досада. — Оставили на побегушках у Тариуса. С другой стороны, кто-то же должен вылавливать таких как ты?

Тут все уставились не на меня, а на сгусток, висевший над моей макушкой. Спустя ещё секунду, свет в столовой неожиданно мигнул.

Когда светильники дрогнули во второй раз, ненадолго погрузив пространство во мрак, Харт сказал:

— О, по твою душу.

Я испугалась. Что такое? Что опять?

— Эй, Ева. Ты чего? — не понял моей нервной реакции Харт. — Радоваться надо, у тебя же совершеннолетие.

— А на совершеннолетие положен подарок, понимаешь? — добавил Корн с улыбкой.

— Обычно парням дарят оружие, — кивнул Лотерик. — А девчонкам что-нибудь из защиты.

— Подарок? — я продолжала нервничать. — Откуда же он возьмётся?

Почему-то возникло ощущение, что сейчас сам Алентор явится и подарит. Но нет.

— Ну как это откуда? — Харт хмыкнул. — Конечно из огня!

Светильники мигнули в третий раз, а потом и вовсе погасли. Под потолком столовой, ничуть не тревожа толстые деревянные балки, появились тысячи огоньков.

Они напоминали пламя свечей. Недолго покружили вверху и начали спускаться, чтобы через несколько секунд зайтись этаким ураганом. Огни соединились в огромный пылающий шар, который и подплыл ко мне.

Шар замер, и тут же превратился в большой огненный цветок, в сердцевине которого виднелось нечто.

— Вставай и бери, — шепнул Харт. — Не бойся, пламя не тронет.

А я не хотела брать.

Мне и так подарков хватало. У меня теперь отдельная комната, новые платья, туфли, даже какой-то невероятный, уникальный огненный страж. Куда больше? И вообще, я сейчас почему-то ждала не подарка, а подлости.

Но цветок не спешил увядать, а Харт уже не просто толкал в бок, а положил руку на талию и начал прямо-таки выпихивать с лавки. Мол, без возражений! Иди и бери!

И пока он пихал, я отметила новую странность. Ведь ни в моей прошлой школе, ни в монастыре, мужчин не было…

Мужчин мы видели очень редко, парней к нам и вовсе не допускали. Мои соседки по комнате, Клэс и Тэлия, часто мечтали о том, как вырвутся, наконец, на свободу, и будут ходить на свидания. При этом обе глупо краснели и ещё более глупо хихикали. Да они едва в обморок не падали от таких мыслей! А я…

У меня никогда не было трепета в отношении лиц противоположного пола. Но умом понимала — когда настанет время выйти в реальный мир, буду дёргаться, как и девчонки. Это получится само собой, в силу отсутствия опыта. Это неизбежно!

Но вот я здесь, в Школе Огня, сижу в компании троицы наглющих огневиков и чувствую себя с ними совершенно свободно. Так, словно мужчины — не невидаль какая-то, а вполне привычное явление. Вот откуда во мне это взялось?

— Ева, да сколько можно! — шикнул Харт.

Я вздрогнула и… да, всё-таки подчинилась. К тому же Лотерик упомянул, что девчонкам обычно дарят что-то из защиты, а защита — точно не лишняя. Вдруг, невзирая на предчувствие, мне повезёт?

Подскочив со скамейки, я сунула руку прямо в огонь. Пламя облизало, словно обволокло, я даже ойкнула от испуга, но до подарка всё равно дотянулась.

Едва пальцы сомкнулись на неожиданно прохладном металле, огненный цветок исчез, а освещение стало нормальным.

— Ну что там? — окликнул Корн нетерпеливо.

Остальные, включая всех без исключения новичков, тоже тянули шеи, желая услышать, а в идеале и рассмотреть.

Но стоило продемонстрировать подарок, как на лице Корна отразился скепсис. Харт с Лотериком тоже растеряли воодушевление.

— Что не так? — спросила я.

В моей руке был браслет — широкий, стальной, испещрённый сложными узорами. Признаков магии в виде какого-то огненного блеска, или мерцающих вкраплений, или ещё чего — не наблюдалось. Ну а сам браслет мне совершенно не подходил.

Я померила и поняла — нет. Смотрится глупо. Не моё!

— Это защитный, да? — спросила, обращаясь к Харту.

— Вряд ли, — отозвался парень. — По ощущениям пустышка.

— А не надо было думать, — поморщился Корн. — Магия вообще не любит, когда к ней относятся с пренебрежением, когда заставляют ждать.

Я не пренебрегала. Но… В общем, не суть.

— Ладно, не расстраивайся, — буркнул Харт. — Такое иногда бывает. Иногда случается, что огонь дарит какую-то ерунду.

Секунду назад, когда брала подарок, я не очень-то на него рассчитывала. А сейчас расстроилась. Особенно после того, как огневики рассказали, что подарок — это ещё и символ.

Мол, магия сама, подчиняясь какой-то особенной, всезнающей логике, определяет кто есть кто, и кто в чём нуждается. Подарки, сделанные в день совершеннолетия, идут с магом через всю жизнь и постепенно становятся сильнейшими артефактами.

Я подобный артефакт, увы, упустила.

— Расслабься, — видя мою грусть, сказал Харт. — Зато у тебя есть страж.

Я в очередной раз посмотрела вверх, и лишь сейчас осознала, что понятия не имею, что с этим стражем делать. Как с ним общаться? Как взаимодействовать? И почему он пришёл ко мне, если я — слабый маг?

Вопросов была тьма. Я, конечно, могла спросить у парней, но, во-первых, и так замучила их своими «почему», а во-вторых, и сама уже устала. День выдался действительно сложный, голова соображала плохо. Я решила, что со стражем разберусь завтра. Из неотложного оставалось только одно:

— Что такое «временная группа»?

— В неё собирают всех новичков, кто попадает в Школу в неудобное время, — сказал Лотерик. — Ведь дар проявляется тогда, когда проявляется, а не к первому учебному дню. Те, кто пришёл позже, например в середине года, уже не могут догнать первокурсников, и их отправляют во времянку. Ранних пташек вроде тебя — тоже.

Парень помолчал и добавил:

— Во времянке объясняют элементарные вещи, обучают азам, помогают в первичном освоении магии. В общем, развлекают как могут до начала полноценных занятий.

Я вспомнила про разномастность новеньких и не удержалась от желания проверить догадку:

— Все огненные со временем рыжеют, верно?

В этот раз ответил Харт:

— Да. Тело постепенно подстраивается, а волосы меняют цвет. Месяца через три ты тоже станешь рыжей. Если, конечно, не угаснешь.

Тут все в который раз посмотрели на стража, в я поняла — учитывая появление вот такого уникального спутника, мои шансы угаснуть значительно уменьшились. По крайней мере логика шептала именно так.

Гэрт вошёл в кабинет, поклонился и сказал:

— Мой лорд, ситуация на восточном разломе стабилизирована, потери минимальны.

— Потери? Кто-то пострадал? — переспросил я, откидываясь в кресле.

Гэрт поджал губы и встал ровнее. Он отлично знал, как я отношусь к разного рода потерям. Ненавижу, когда страдают мои бойцы!

— Слишком большой выброс, мой лорд. Мы не могли предвидеть. Меры, которые мы предприняли…

— Сколько? — перебил я.

— Трое. Один серьёзный и двое лёгких. Серьёзного целители вытащат, но восстанавливаться будет долго. Но мы ничего не могли сделать.

Сомневаться в правдивости одного из лучших командиров не приходилось, только ситуации это не меняло. Да, восточный разлом — один из самых опасных, там самое жаркое пламя. Но всё равно!

— Усилить прогнозистов и разведчиков, — велел я.

Гэрт склонил голову, давая понять, что усилить невозможно. Я мысленно призвал себя к спокойствию — мы делаем всё возможное, но мы не всесильны. Потерь не избежать.

— Садись.

Гэрт шагнул вперёд и опустился в кресло для гостей. Он выглядел помятым, но бодрым. Неужели наконец внял моим «пожеланиям» и перестал лезть в самое пекло? Начал действовать как командир, а не жадный до подвигов рядовой боец?

Едва огневик сел, я вызвал слугу и велел принести напитки. Через пару минут на краю письменного стола появился поднос.

Никакого вина. Только травяной чай, вода и большая тарелка нарезанного ломтями мяса. Гэрт был неголоден, зато аппетит проснулся у меня.

— У твоих, — и это «твоих» я подчеркнул, — прогнозистов какие выводы по активности восточного разлома?

— Плохие, ваша милость. Разлом подходит к пику активной фазы, выбросы магии колоссальны.

— Продолжительность возмущений? Сколько это продлится?

— Сказать не могут. — Собеседник пожал плечами. — С прогнозами всё очень скверно. Огонь нестабилен, постоянно меняет своё подземное течение. Прогнозисты не успевают его отслеживать. Сейчас мы больше полагаемся на разведчиков, чем на них.

— А ученики? Практиканты?

Тут Гэрта прямо-таки перекосило — уж где, а в его отряде «зелёную поросль» не любили. В целом логично, ведь отряд Гэрта контролировал самые опасные участки — те, где огонь злей. Где магическая составляющая подземного пламени особенно разрушительна. Где трещины земной поверхности настолько глубоки, что опасны даже для меня.

— Шелупонь какую-то прислали, — брякнул огневик.

Сообразив что сказал, вояка попробовал извиниться, но я махнул рукой. Всё в порядке. Я сам называю этих школяров и похуже.

— Что? Вообще никого перспективного? — уточнил я хмуро.

Гэрт состроил страдальческую гримасу.

Ясно. Школа школой, но настоящие маги огня рождаются только в бою.

В том же, что касалось прогнозистов…

— Что-то происходит, — сказал я. — Какой-то мощный всплеск. Об этом говорит и большое количество новорожденных магов — стихия пытается уравновесить ситуацию, выискивая тех, кто потенциально способен научиться управлять пламенем. Я полагаю, что это продлится ещё несколько недель, а потом всё-таки настанет затишье.

— Несколько недель?

Я кивнул.

— У огня своя логика, Гэрт. Огонь — самая сильная и самая разрушительная из стихий. С одной стороны она губит, с другой, как и всё в нашем мире, стремится к равновесию.

Я замолчал, не желая рассуждать дальше. Просто мысли были не самыми оптимистичными. Предстоящее затишье — лучший и самый желанный из вариантов, но были и другие. Озвучивать их я не собирался. Глупо рассказывать людям о том, на что они не могут повлиять.

— Мы будем контролировать и бороться, — хмуро заявил Гэрт.

— На вас по-прежнему восточный разлом. Но постарайтесь держаться подальше от самых опасных участков. Если что — сразу вызывайте меня.

Командир кивнул и, повинуясь жесту, поднялся. Когда он покинул кабинет, я тоже встал и подошёл к окну.

Из моей башни открывался отличный вид, город был как на ладони. Белоснежные дома с пурпурного цвета крышами, широкие улицы, многочисленные островки зелени. А там, вдалеке, за городской стеной и полями, разливалась лазурная морская гладь…

Когда-то город был другим — более мрачным, под стать предыдущему хозяину. Став Огненным лордом, я велел всё перестроить. Ну а море… Узнав, что я позволил воде подойти так близко, Сильвус и Камелиус не поняли. Сильвус обозвал мальчишкой и позёром, а Камелиус покрутил пальцем у виска.

Но мне было плевать. Лорд я или не Лорд? А если Лорд, то и делать буду то, что МНЕ нравится.

— Ваша милость. — От созерцания отвлёк слуга. — Ваша милость, тут ещё два докладчика.

— Отправь их к Летерии.

— А вы?

Неуместное любопытство, но старику позволялось.

— Занят, — бросил я, возвращаясь к любованию городом.

Спустя ещё несколько минут, телепортировался на север — ко второй из расположенных на подконтрольной мне территории опаснейших аномалий. Там тоже стоял большой отряд, дежурил круглосуточно, а меня вновь интересовали разведчики и прогнозисты.

Пока мои люди не научатся чётко понимать пути движения пламени, потерь нам не избежать. А потери я о-очень не люблю!

Вопреки ожиданиям, спала я очень хорошо, а проснулась в самом бодром расположении духа. Таком, когда любая проблема — не проблема, а задача. Когда есть только одна дорога — вперёд!

Снаружи было уже светло. Первые солнечные лучи разгоняли утреннюю хмарь, и стоило распахнуть окно, как тишина наполнилась отголосками птичьего пения.

Я шумно, до боли в лёгких, вдохнула пропитанный свежестью воздух и повернулась к столу.

Каменное яйцо, покрытое чешуйчатым узором, тускло мерцало. Вчера, по возвращении в комнату, мне-таки открылось его назначение — в хранилище поселился страж!

Едва я пожелала «огоньку» спокойной ночи, тот мигнул и деловито полетел к этой странной штуковине. Я сначала глазам не поверила, но сгусток в самом деле проник в камень. Именно после этого яйцо налилось тусклым светом. Вчера я отнеслась спокойно, а сегодня встал вопрос — как стража оттуда достать?

Пару минут я просто стояла и смотрела, а потом приблизилась и постучала по яйцу ногтем.

— Эй, — позвала тихо. — Эй, страж, просыпайся…

Яйцо резко вспыхнуло! Я отшатнулась, а огненный сгусток выпрыгнул, как окунь из воды.

Конечно, я испугалась. Не завизжала — и то счастье. Справившись с бешено застучавшим сердцем, выдохнула:

— Ну ты… Ну ты и напугал!

Огонёк не раскаивался — просто висел над хранилищем и ждал распоряжений.

— Я сейчас помоюсь, оденусь и пойдём на завтрак, ладно?

Страж вполне осознанно мигнул.

Отправляясь в ванную — в свою, личную! — я размышляла о том, что понятия не имею как с ним обращаться. Если повезёт и на завтраке будут Харт с компанией, то я, конечно, узнаю. А если не будут, что тогда?

Логика подсказывала второй вариант — поговорить с преподавателем временной группы, но потом, стоя под тёплыми струями, я сообразила, что в школьной библиотеке должны быть какие-нибудь книги про стражей. А в библиотеку мне всё равно нужно зайти.

После душа и торопливой сушки волос, я примерила новое платье — оно было непривычным. В прежней школе мы носили скромное и серое, с воротом, который застёгивался на все пуговицы под самое горло. Тут всё было иначе — яркая бордовая ткань, фасон по фигуре и весьма выразительное декольте.

С этим декольте снова вышла нестыковка. Глядя на себя в зеркало, вмонтированное в дверцу шкафа, я, с одной стороны смущалась, а с другой… чувствовала себя очень даже привычно. Ну видно немного груди, и что?

Я колебалась минут пять, потом поискала среди выданных вещей какой-нибудь шарфик, хотя точно знала, что его нет.

Вздохнула, ещё раз взглянула на своё отражение, и сказала стражу:

— Идём?

В столовую мы явились первыми — старшекурсников там, понятное дело, не было. Страж занял знакомое положение над головой, а я вооружилась подносом и отправилась к раздаточному столу.

Это действительно было знакомо. Очень! Как отголоски старой, потерянной памяти. Я шла, смотрела… в какой-то момент мелькнула другая картинка. Привиделись совершенно иные блюда! Вроде и знакомые, а вроде и нет.

Я зажмурилась, прогоняя неуместный образ и возвращая себя в реальность. И сразу заторопилась — понятно, что ничего не понятно, но решать эту загадку прямо сейчас я не хочу.

Я взяла плошку с кашей, несколько кусков сыра, яблоко… Этого было достаточно, но женщина в белом колпаке, которая как раз выставляла огромный противень с булочками, не одобрила.

— Ты побольше бери, — наставительно сказала она. — Вон какая худенькая! А вам, магам, надо питаться. Иначе сил не будет укрощать огонь.

Я подумала и… да, взяла ещё.

Села я за вчерашний стол. Ела быстро, постоянно поглядывая на дверь в надежде всё-таки встретить Харта. Но рыжеволосое трио на завтрак не торопилось, зато начали подтягиваться зевающие новички.

Тот верзила тоже пришёл. Сразу заметил меня — посмотрел пристально, но без злобы. Зато страж над головой активизировался, раздалось тихое шипение. Так-так, интересный эффект.

А ещё я поняла, что мне очень нужны часы. Сегодня повезло, я проснулась сама и вовремя, но кто знает, что будет завтра? Вот только заглянуть в хозяйственную часть я вряд ли успею, а в библиотеку — вполне.

Дожевав последнюю булочку, выпив чай и отнеся поднос с грязной посудой, я задрала голову и попросила помощника:

— Подскажешь, где библиотека?

Сгусток тут же устремился к выходу. Нас провожали жадные взгляды, от которых было неуютно. Поэтому я ускорила шаг.

Потом была относительно недолгая прогулка по коридорам, и лишь очутившись перед массивной дверью я поняла — в столь ранний час, да ещё в каникулы, библиотека может быть закрыта.

Но я всё равно дёрнула за ручку, чтобы тут же попятиться — дверь не просто открылась, в проёме стоял Лорд.

Алентор был одет как и вчера — в простую белую рубаху, тёмные штаны и самую обыкновенную обувь. На ходу читал какую-то потрёпанную пухлую книгу, но едва оказался на пороге, резко вскинул голову и уставился… нет, не на меня.

Сначала он заметил стража. Я увидела, как приподнимается выразительная бровь, а потом взгляд Хозяина огня сместился ниже, на моё лицо — тут и вторая его бровь подпрыгнула.

— Доброе утро, — выдохнула я, вспомнив о приличиях.

Наверное перед Лордом полагалось присесть в реверансе, но я так занервничала, что не смогла.

— Доброе, — ответил он чисто… автоматически. Книга оказалась захлопнута, а взгляд таких странных, необыкновенных глаз вперился в меня.

При этом Алентор загораживал вход в библиотеку, а я… у меня же занятие. К тому же стоять вот тут, просто так, было совершенно глупо. Я не знала, что делать, но в итоге подвинулась, пытаясь обойти Лорда.

— Куда? — хмуро бросил он.

Хороший вопрос. Я остановилась и попробовала улыбнуться.

— Страж откуда? — спросил Алентор до того сурово, словно речь о каком-то преступлении.

— Вчера… сам прилетел.

— Вчера? Сам?

Странная реакция. Прозвучало так, словно мне не верят. Словно речь о леденце, который сам прыгнул в руку. Или о чужом кошельке.

— Да. Сам.

Алентор нахмурился. Вновь взглянул на стража, а над моей головой раздалось уже знакомое шипение. Огонёк-сгусток реагировал недружелюбно, и Лорда это заметно удивило.

— Я иду в библиотеку, чтобы взять учебники, а ещё найти книгу про стражей. — Я наконец нашлась с ответом, сообразила, как объяснить свои и без того очевидные действия. — Спросить про стража не у кого.

Лорд окинул новым долгим взглядом и, подвинувшись, велел:

— Проходи.

Меня пропускали — это было хорошо. Я надеялась на вторую удачу, на наличие библиотекаря. Но стойка, расположенная ровно напротив входа, была пуста, да и светильники, висевшие над рядами книг, уже гасли, что привело к выводу — в библиотеке никого нет.

Короткий бег мурашек, но я решила, что всё равно справлюсь. Сложно искать нужные книги среди такого многообразия, однако у меня есть страж. Если он помог найти библиотеку, то возможно поиск нужной литературы тоже не проблема?

Вот только обращаться к огоньку не пришлось.

— Учебники? — переспросил Алентор, заходя вслед за мной и прикрывая дверь.

Я шумно выдохнула и повернулась. Страха не было, только неловкость. Очень странно отвлекать такого важного человека от его не менее важных дел.

Ведь сам Лорд! Сильнейший из сильнейших! Один из тех троих, кому подчиняются страны и целые континенты!

— Да. Магистр Дарктэс дал список, для временной группы.

— Учебники там. — Алентор указал вправо, на огромный, нетипичный стеллаж.

Этот стеллаж был широким, а книги на нём не стояли, а лежали стопками. Торопливо приблизившись и радуясь тому, что лампы снова вспыхивают, я обнаружила, что стопки ещё и перевязаны бечёвками. Не просто книги, а готовые комплекты книг.

— Учебники для новичков возле стены, — добавил Лорд.

Я не сразу поняла о какой стене речь. Потом сообразила и отправилась в самый неудобный угол. Там складировались самые небольшие стопки, и название верхних книг было знакомо — я видела его в списке.

Не желая задерживать Алентора и оставаться в поле его зрения, я схватила необходимое и решила на этом закончить. Книгу про стражей поищу позже, это важно, но не настолько, чтобы оставаться с Лордом Огня один на один.

Только Лорд решил иначе. Разгадав моё желание сбежать, он приказал:

— Стой здесь.

Конечно, я подчинилась. Застыла как вкопанная прямо на том месте, где была.

А Алентор пошёл к стеллажам, расположенным в другой части. Я догадывалась зачем, но не верила до той поры, пока мне не протянули книгу с лаконичным названием «Стражи».

— Благодарю вас, — с заминкой выдохнула я.

Лорд посмотрел пристально. Потом его губы тронула мимолётная улыбка:

— Ева, — сказал мужчина утвердительно.

— Всё правильно, ваша милость, — я кивнула.

— Ева, — повторил он уже задумчиво.

Выдержал долгую паузу и, наконец, произнёс:

— Можешь идти.

Я не просто шла — летела и спотыкалась. Лишь на середине пути опомнилась и задала себе разумный, в общем-то, вопрос.

А чего бегу? Разве случилось что-то ужасное? Разумеется, общаться с сильными мира сего нервно, от таких людей многое зависит и это пугает. Но ведь ничего плохого не произошло?

Да, он Лорд. Его опасаются и безмерно уважают! Так ведь и я не пыль под ногами. Я будущая магесса, разве нет?

Метка у меня, конечно, слабая, но кто знает, может и я когда-нибудь буду полезна этому миру и самому Лорду? Нет причин вести себя, как перепуганная близкой охотой лань.

И я заставила себя притормозить, потом и вовсе остановилась. Сделала несколько вдохов, восстанавливая дыхание, и дальше шла не ускоряя шаг.

Всё хорошо, Ева. Это просто учебники. А то, что Алентор так пристально смотрел, так причина не в тебе, а в страже. Тебе ведь вчера объяснили, что ситуация уникальная. Ты, вероятно, вообще первая, кто обрёл стража через пару часов после появления метки.

Логично, что Алентор удивился. А то, что помог… так может он просто хороший человек?

Магистр Эртон оказался пожилым, совершенно не похожим на типичного огневика мужчиной. Он был тонким, сутулым, с копной жидких, светло-рыжих волос.

Зато и присущего огненным магам пафоса в нём не было. Увидав парящего над моей головой стража, препод почти по-детски воскликнул:

— Ой! Ну надо же!

А потом махнул рукой, предлагая выбрать место. Сделал это с таким видом, словно ничего уникального не произошло.

Повинуясь скорее чутью, чем логике, я прошла вглубь аудитории и устроилась на последнем ряду. Народ пребывал медленно и, в отличие от Эртона, ерундой присутствие стража не считал.

Почти все, усаживаясь, разворачивались и начинали таращиться на меня — от такого внимания было неуютно. А ещё я не знала за что хвататься — за книгу о стражах или всё-таки за учебник «Основы магии огня»?

Поёрзав и поперелистывав страницы книг, я решила дождаться начала занятия. Ведь меня обязательно направят? Объяснят с чего начинать?

Нас действительно направили, однако само занятие оказалось построено по интересному принципу. Учитывая количество учеников — а нас было под сотню, — и разный уровень подготовки, Эртон разбил всех на небольшие группы.

Группы уже сложились, я одна оставалась совсем уж новенькой и ни к кому не примкнувшей.

— Эй, монашка! — когда народ расселся, крикнул… да, снова верзила. — Иди к нам.

Прозвище было не очень приятным, но ожидаемым, я даже не поморщилась. Остальные тоже среагировали спокойно — никто не хихикал и комментариев не отпускал.

Я заколебалась. В группе, куда приглашал верзила, рыжих и рыжеющих не наблюдалось — походило на то, что там собрались самые зелёные новички, и по уму мне следовало с ними подружиться. Или хотя бы начать разговаривать! Чтобы не стать изгоем — чужой среди своих.

Вчерашнее происшествие, конечно, не забылось, но есть ли смысл дуться до конца жизни?

Поколебавшись несколько секунд, я всё же решила дать нашим отношениям новый шанс. Я уже начала собирать учебники, чтобы перейти на другой ряд, когда дверь в аудиторию распахнулась. Кипучая жизнь, шепотки, пересаживания — всё резко замерло. Эртон так и вовсе умолк на полуслове, сильно тараща глаза.

На пороге стоял Лорд, и выглядело это так, словно Алентор явился на занятие временной группы впервые за всю историю школы. Да что там школы — мира!

Хозяин Огня окинул пространство взглядом, на долю секунды задержался на мне, и…

— Продолжайте, магистр Эртон.

Лорд сказал, и вошёл внутрь.

Глаза преподавателя округлились ещё больше, но приказ есть приказ, с Лордом вообще не спорят.

Сглотнув, Эртон поклонился и действительно продолжил. Причём речь изменилась, и из невнятно-обрывочной стала подробной. Магистр словно нарочно начал проговаривать каким было задание группы, с которой он в данный момент общался, и что им теперь предстоит.

Речь шла о некоей теме, заданной по учебнику для самостоятельного разбора. Читали и разбирали все, а теперь один должен был выступить докладчиком и изложить материал. Задачей остальных было слушать, вносить поправки, задавать вопросы. Если что-то из написанного в учебнике не ясно — обращаться к Эртону.

Лорд Алентор в это время огляделся и, выбрав отдалённое место, тоже уселся за парту. Учиться, ясное дело, не собирался. Просто принял расслабленную позу и уставился на нас.

Уровень напряжения в аудитории повысился ещё больше! Меня же снова посетило чувство узнавания — будто уже переживала нечто подобное. В голове почему-то вертелось «открытый урок».

Открытый… пфф!

Я не додумала. Всё-таки собрала свои вещи и, стараясь не привлекать лишнего внимания, перебралась к группе верзилы. Через полминуты подошёл и Эртон:

— Разбираем типы магии. Докладчика назначьте сами.

Поразительно, но для начала все посмотрели на меня!

А я что? Я ничего. Всего полчаса назад забрала учебники и даже толком их не полистала.

Остальные тоже сообразили, и один из парней прошептал:

— Пусть Морти скажет.

— Чё сразу Морти? — возмущённо бахнул верзила. Тут же пригнул голову, вспомнив, что мы не одни.

Беззвучно выругавшись, он продолжил тем же шёпотом, которым была выдвинута его кандидатура:

— Чё Морти? Я чё, самый рыжий?

Одна из присутствовавших в нашем «блоке» девчонок не выдержала и прыснула. Я тоже улыбнулась. Рыжий говорите? Ну, если самый-самый, то это, безусловно, лорд Алентор. Только он вряд ли станет кому-то о чём-то докладывать.

— Давай, чё, — парировал другой парень, обращаясь к верзиле. — Ты ещё ни разу не говорил.

Аргумент попал в цель, Морти словно бы устыдился.

Посмотрел недобро, шмыгнул носом, потом расправил плечи и заговорил вполголоса:

— Ну это… Ну как бы… Короче! Мы — лучшие. Мы — маги огня!

Интересное начало. Явно не про то, но парень горделиво продолжил:

— Наша миссия — хранить этот мир. Без нас, огненных магов, всё живое просто погибнет. Всем известно про огонь, который вырывается из-под земли, но не многие знают, что в нём есть эта… ну как её… ну…

— Магическая составляющая, — подсказал кто-то.

— Точно. — Верзила кивнул. — Она!

Тут до нас, совершенно неожиданно, долетел голос магистра Эртона. Препод находился на другом конце аудитории, и вообще неясно как услышал. Тем не менее вмешался:

— Морти, причём тут магическая составляющая? Речь о типах магии. Говорите по теме!

Парень не смутился. К Эртону он явно относился с гораздо меньшим трепетом, чем к Лорду. Впрочем, про присутствие последнего задира, кажется, снова забыл:

— Ну так я ж для Евы рассказываю. Чё? Она совсем новенькая, вообще не понимает, — прозвучало ну очень громко.

Не только я, а многие покосились в этот момент на расслабленную красноволосую фигуру, которая по-прежнему за нами наблюдала. Тем не менее вмешиваться Лорд не стремился, а Эртону пришлось восстанавливать авторитет:

— Морти! Тема! — рявкнул он.

— Хорошо, — буркнул парень.

На этот раз верзила с бычьей шеей и огромными кулачищами показательно обратился ко мне:

— Короче, огненные маги разные. Это для простых смертных мы все под одну гребёнку, а в действительности у нас есть свои целители, разведчики, укротители. Ещё есть те, кто прямо бьёт пламенем. Р-раз и… бах!

Морти изобразил этот «бах» руками, а я мысленно схватилась за голову. Уровень докладчика был своеобразным.

— Нападающие, — пояснил один из парней. Черноволосый, с острыми чертами. — Они называются нападающие.

— Прогнозистов забыли, — тихо сказала девица. Кстати, в этой группе их было двое. Вторая из виденная мною за большим столом пара, сидела сейчас в другой компании.

— Точно, — Морти дёрнул головой. — Прогнозисты.

— А чем они занимаются? — не выдержала я.

Оказалось, что прогнозисты умеют определять движение подземного пламени и предсказывать его реакции. Они сообщают отряду как будет вести себя огонь, где и когда ожидается ближайший сильный всплеск. Укрощающие этот всплеск контролируют и, собственно, гасят. Целители — исцеляют тех, кто всё же пострадал от огня.

А разведчики осматривают разломы и прочие опасные участки — работа почётная, но разведчиков очень мало.

— А почему мало? — да, я снова не сдержалась.

— Потому что сначала нужно поднять свою магию на самый высокий уровень. Приручить огонь настолько, чтобы научиться создавать из него живых существ.

Тут у меня приоткрылся рот. Живые существа? Из огня? Вы шутите?

Разумеется, я хотела спросить, но в следующий миг прозвучало властное:

— Довольно.

Аудитория снова погрузилась в тишину, а Алентор поднялся и сообщил:

— Теория — это, безусловно, хорошо, но сегодня займёмся другим. Оставьте свои учебники и, будьте добры, пройдите к кафедре.

— Всем пройти? — непонимающе переспросил какой-то парень. И тут же втянул голову в плечи, сообразив, что вопросы неуместны. Ведь это сам Хозяин, а не препод. Его приказы не обсуждаются.

Тем не менее Лорд ответил:

— Да. Все.

И мы пошли.

Народ очень бодро бросал вещи, вскакивал с мест. Я тоже поторопилась — не хотелось выделяться из общей массы. Но в миг, когда проходила мимо вставшего в полный рост Алентора, мой страж вдруг оживился и издал знакомое шипение.

Более того, он сменил траекторию и подлетел к носу Лорда. Страж завис с самым угрожающим видом, а Алентор…

— А-ну брысь! — сказал раздражённо.

Миг, и огненный сгусток исчез. Просто раз, и нет. Я аж споткнулась. Ещё секунда, и во мне сцепились два чувства — возмущения и страха. Я была шокирована и поступком стража, и поступком его милости. Что происходит? Что вообще за…

— Вы лишили меня стража? — выдохнула неверяще.

В аудитории опять стало тише, чем в гробу, а Алентор посмотрел насмешливо и остро.

— К кафедре, Ева, — сказал настолько ровно, что мне поплохело. — Просто пройди к кафедре.

— Да, но… Но мой страж!

Лорд нахмурился, и это был не просто намёк, а намёчище. Хозяин не в том настроении, чтобы обсуждать и уж тем более спорить. Раскаяния от него тоже не дождусь. А мне так обидно стало… ну просто до слёз!

У меня ничего нет. Я всю жизнь провела в монастырской школе и никогда не была везунчиком. В кои-то веки мне улыбнулась удача, появился уникальный магический помощник, и тут… Да как он мог?!

— К кафедре, — напомнил Лорд. И тон был таким, что кровь заледенела — правда ненадолго.

Шок сменился гневом. Понимаю, что страж сам нарвался, ему не следовало приближаться к Хозяину и, тем более, шипеть. Но и Алентор не мальчишка! Он взрослый мудрый правитель, у которого должно быть понимание, что обижать слабых — плохо.

Да что там «плохо»? Недопустимо! Тем более для личности такого масштаба, как величайший из магов. Лорд мог банально отмахнуться, а вместо этого уничтожил моего стража!

И я уже собралась сказать всё это вслух…

Я открыла рот, издала первый звук, когда меня крепко ухватили за локоть и, словно на буксире, потащили прочь — я не сразу сообразила, что тащит Морти. Верзила был неумолим и как-то по-особенному сосредоточен. Видя эту сосредоточенность, я даже с ответом не нашлась.

Меня подтащили к месту общего сбора как какую-то вещь, а потом прошипели на ухо:

— Ты с ума сошла? Молчи, дура!

И столько эмоций было в этих словах, что я действительно замолчала.

Стража было жаль до крика, но что я могла сделать? Алентор — Лорд, а я лишь ученица-первогодка со слабенькой меткой. Я против него — никто.

— Все готовы? — повысив голос, вопросил Лорд.

Вопрос был риторическим, дожидаться ответа Алентор и не собирался. Он просто сделал некий пасс, и… я опять провалилась непонятно куда.

В этот раз ощущение, что меня куда-то тащит, было не таким сильным, как при телепортации с Хартом. Оно напоминало фоновую музыку, о которой забываешь сразу, как увидишь какой-нибудь интересный объект.

И я этот объект увидела. Я снова была собой, но какой-то другой — сидела за столом в компании смеющихся девчонок и цедила через трубочку некий сладкий, приятный на вкус напиток. Он был алкогольным. Коктейль? Да, точно коктейль.

На мне было странное, очень любопытное платье. Длинное, блестящее, обтягивающее словно вторая кожа и с длинным боковым разрезом до линии чулок. Ещё были туфли на острых тонких каблуках, причёска и пара массивных колец на пальцах.

Кольца выглядели причудливо и дорого, при этом богачкой я себя не ощущала. Я была обычной, такой же как все.

Я сидела, пила коктейль и смеялась. Одна из девушек — и сейчас я точно знала, что это мои подруги! — рассказывала про своего пса.

Вокруг было людно. Между столиками ходили официантки с подносами, а из динамиков, закреплённых под потолком, лилась спокойная музыка. За окном царила тьма, горели фонари и падал снег.

Веселье и уют, в которые меня окунуло, были почти осязаемы, и я едва не застонала, когда всё закончилось. И, как когда-то с Хартом, начала падать…

Меня поймал Морти и рыкнул на ухо:

— Евка, ты чё? А-ну очнись!

Секунда. Один вдох, второй, третий, и я действительно очнулась. Перестала валиться на будущего сокурсника и поняла — то, что меня куда-то тащило, не померещилось. Мы действительно совершили телепортационный переход.

Лорд перенёс всех, даже не приблизившись к нам, что лишь подчёркивало его силу. Сейчас вся сотня новичков стояла посреди мрачноватого широкого коридора, перед сплошной стеной.

Магистр Эртон тоже был здесь и бледностью напоминал человека, упавшего в мел. Эту бледность оттеняло мерцание, которое исходило от каменной кладки — в стене виделись некие вкрапления магического характера.

— Ну и где мы? — едва слышно прошелестел кто-то.

Хороший вопрос.

Лично я не знала, но было чувство, что не так уж далеко мы ушли. Будто не покинули замок, а просто переместились на несколько уровней, куда-то… в подвалы?

— Да подземелья это, — вторя моим мыслям, прошептал другой парень.

На этом разговоры прекратились, мир снова поглотила тишина — из водоворота искр, возникшего в воздухе, вышел Лорд.

Как ни странно, за минувшие минуты Алентор повеселел — теперь смотрел на нас не остро, а скорее насмешливо. Когда толпа качнулась назад, отодвигаясь от его высокой персоны, фыркнул и шагнул к стене.

Он прикоснулся к кладке, и мерцающая стена сдвинулась, открывая проход. Сразу стало светлей и повеяло сильным жаром.

— Что там? — не выдержав, тихо вопросил кто-то из наших.

Лучше бы молчал!

Когда мы, следуя за Лордом и магистром Эртоном, оказались внутри, по телу побежали зябкие мурашки. В центре просторного каменного зала, в который нас привели, имелся внушительных размеров разлом.

Прямо в полу! Этакая широкая извилистая трещина, наполненная даже не огнём, а лавой! Лава была вязкая и лениво колыхалась, облизывая неровные каменные края.

Она пугала и завораживала одновременно, мы застыли в оцепенении. Зато Алентор демонстрировал абсолютное спокойствие. Он подошёл к разлому практически вплотную и, обернувшись, спросил:

— Ну? Кто скажет, что это такое?

Смельчаков, готовых ответить, не нашлось.

— Огонь, господа адепты, — в итоге произнёс Лорд. — И не простой, а тот самый, усмирением которого мы с вами и занимаемся. Опаснейшая стихия. Сегодня об этом уже говорили, но повторю: она наделена магической составляющей и способна уничтожить весь разумный мир.

Возник закономерный вопрос — а что эта жижа делает у нас под боком? Как так вышло, что источник смертельной опасности находится прямо в Школе? Но спрашивать, разумеется, никто не стал.

В данный момент молчание действительно было золотом! Правда не для Алентора — тот прямо-таки жаждал пообщаться:

— Есть версии для чего здесь этот разлом?

Версии может и были, но озвучить их никто не решился.

— Что ж, значит вопрос останется загадкой! — внезапно ухмыльнулся Лорд.

Он сказал, а в моей голове возникло… нет, не «выдуманное», а вполне себе реальное слово. Только сейчас я присваивала ему иное значение: тролль — это не только туповатый обитатель гор-лесов-болот, а ещё и человек, который ведёт себя как Алентор сейчас.

Загадка! Да он издевается!

Впрочем, главное издевательство было впереди:

— Кто готов подойти и познакомиться со стихией?

Толпа адептов снова качнулась назад.

К этому моменту мы успели растянуться в полукруг, так что отступление получилось весьма заметным. Но Алентор не удивился, а наоборот — улыбнулся шире и спросил самым насмешливым тоном:

— Что? Испугались?

Да нет, ну что вы. Каждый из нас прямо-таки жаждет расплавиться! Именно об этом мы мечтали, когда шли на сегодняшний урок.

Хозяин выждал немного и продолжил:

— Ну, раз смельчаков нет, придётся выбрать самому. Кто же пойдёт первым? — Его взгляд заскользил по встревоженным лицам.

И всё бы хорошо, но, вопреки тому, что уставился Лорд на присевшего от переизбытка эмоций верзилу-Морти, в оглушительной тишине прозвучало:

— Может Ева?

Пауза, и уже утвердительное:

— Да. Ева.

И лично мне, развеивая последние надежды:

— Ева, подойди сюда.

О, нет. О-о-о, нет…

Неужели он настолько мелочный, что обиделся на шипевшего стража до такой степени? Ему мало уничтожения «огонька»? Решил заодно отомстить той, кому этот страж принадлежал?

Впрочем, делая первый робкий шаг к разлому, я с неожиданной ясностью поняла — дело вообще в другом. Причина смешна и банальна! Меня вызвали исключительно потому, что я единственная из новичков, чьё имя Алентору известно.

Точно единственная. Вряд ли кто-то другой отличился так, как я!

И вот зачем, спрашивается? Зачем я пыталась проявить эту проклятую вежливость в канцелярии? Почему не промолчала?!

— Смелее, — уже без наигранного воодушевления подбодрил Лорд. — Ты магесса, а огонь не терпит слабости или страха.

Угу. Он не терпит, а я…

Я всё-таки заставила себя расправить плечи и приблизилась к трещине. Тут, вблизи лавы, было ещё жарче — я вспотела в момент.

А Лорд фыркнул и отступил, освобождая путь. Последняя преграда между мной и источником смертоносного огня исчезла, а метка на запястье болезненно запульсировала. Но я не дрогнула — хмурая и решительная, я сделала новый шаг к провалу.

— Стой. Довольно, — повелительно сказал Лорд.

Я подчинилась. Замерла, готовая к любого рода неожиданностям, но то, что случилось дальше…

Сначала была тишина. Я уже решила, что на этом знакомство со стихией закончено. Но потом огненная масса всколыхнулась, и из неё показалась голова какого-то существа. Голова была гладкая, ровная, раскалённо-белая, с глубокими провалами глаз, в которых мерцало чёрное, как безлунная ночь, пламя.

Глаза смотрели чётко на меня, буквально впивались, и чем выше поднималось существо, тем сильнее пульсировала отражённая на моём запястье метка.

Я оцепенела. Стояла и потрясённо таращилась на выходящего из лавы человекоподобного монстра. Кто это? Что он тут делает? А что делать мне?

Когда существо поднялось примерно по пояс, меня дёрнули назад, а в глухой тишине прозвучало властное:

— Пошёл прочь.

Монстр поджал и без того тонкие губы, чёрный огонь глаз полыхнул с новой силой. Это была ненависть — лютая и направленная чётко на меня.

— Прочь, кому сказал!

— Ашмира. Хагаш, — прошипело создание.

Огненный лорд заломил бровь.

— Ашмира. Хагаш! — Монстр зашипел ещё неприятнее.

Алентор слышал. Все слышали! И губы Лорда дрогнули в очень недружелюбном оскале.

— Хашаг, — повторило существо гораздо тише, но предельно уверенно.

А в следующий миг рухнуло обратно в лаву. Короткий всплеск, капли жидкого огня упали на пол, прожигая в камне новые мелкие дыры. А я наконец ожила и, отпрянув от провала, выдохнула:

— Это что?

Ответа, учитывая некоторые повадки Лорда, не ждала. Я вообще ничего не ждала, просто мечтала убраться подальше. Но…

— Ничего особенного. Огненный элементаль низшего порядка.

— Низшего? — переспросила шокировано. — А высшие тогда какие?

Меня затрясло. Эта адресованная мне ненависть и угрожающее шипение полностью выбили из колеи. Вот за что спрашивается? Я ведь ничего не сделала. Единственный мой «грех» в том, что я — будущий маг-огневик.

— Почему он пришёл? — Новый нервный вопрос. — Как это понимать?

Алентор посмотрел снисходительно.

— Никак. Подземный огонь является естественным проводником для элементалей. Конечно, они иногда показываются, а порой и нападают. Этот был слабым, он бы, в любом случае, не полез.

Угу, при вас не полез, — мысленно добавила я.

Подумала и с удивлением поняла, что глаза Алентора изменились. Алый ободок, обрамлявший радужку, стал шире — в глазах Лорда разливался живой огонь. Я утонула в этом взгляде на несколько секунд, а потом тряхнула головой и сделала новый шаг назад. Повторной встречи с элементалем — любым! — не хотелось.

— Иди, Ева, — словно разгадав мои страхи, разрешил Алентор.

Потом повернулся к остальным и спросил насмешливо:

— Ну, кто следующий?

Длинная шеренга будущих первокурсников в третий раз качнулась назад.

Но если в случае со мной лорд держался более-менее дружелюбно, то теперь от него повеяло чем-то совсем уж нехорошим. Ему очень не понравилась столь трусливая — а как по мне, так разумная! — реакция юных огневиков.

Первыми очнулись рыжеволосые парни, условные «старички». Один из них и отправился к центру зала. Когда парень остановился неподалёку от трещины, я затаила дыхание и приготовилась увидеть новый воплощённый кошмар, но ничего не случилось. Равно как и при приближении всех остальных.

О причинах я не знала, но догадывалась — это всё Алентор. Он распугал своим приказом не только элементалей. От его рыка даже уровень жидкого пламени в трещине упал!

И пусть опасность миновала, но меня по-прежнему трясло. Что если, как только Хозяин огня покинет школу, этот жуткий элементаль вылезет из разлома и пойдёт разыскивать одну перепуганную до колик девицу? Что если он явится? А у меня… даже стража теперь нет.

Магия? Новые невероятные знания? Это всё хорошо, но настроение моё безвозвратно издохло. Последней каплей в чашу этого издыхания стало подтверждение посетившей догадки — замок мы действительно не покидали, Лорд телепортировал нас на нижние уровни, в подвал.

Как узнала? Да просто обратная дорога была иной, без всякой магии. Дождавшись, когда последний из адептов «познакомится» со стихией, Алентор нас выгнал. В сопровождении магистра Эртона нам пришлось идти наверх пешком.

Это было долго, нудно, неприятно и утомительно. Отдельной проблемой стал выход из подземелья — Эртон не сразу сообразил как открыть проход.

А едва мы вышли, стена с угрожающим шелестом вернулась на место, отсекая нас от разлома. Но мы-то ладно! А вот элементаля, пожелай он вылезти, эта преграда остановит?

Впрочем, к этому времени главной моей грустью был не элементаль, а «огонёк». Всем известно, что Лорды жестоки, но случай со стражем был запредельным. Ещё и Морти рану солью присыпал:

— Ладно, Евка, не унывай. Ты везучая, найдёшь себе нового стража.

Мысли о том, что это невозможно, почему-то не возникло, зато я чётко поняла — а другой мне не нужен. Мне нужен мой!

— В конце концов ты первокурсница, — продолжал верзила, — зачем тебе огненный помощник? Вот позже, годика через три-четыре…

Дальше я не слушала и молчаливо ворчала от того, что Морти прицепился, как клещ. Парень всю дорогу держался рядом и беспрестанно бубнил. Зато пару раз придержал на ступеньках, когда я собиралась оступиться.

Приятно, но внимание было всё равно лишним. Да и не верилось, что это просто так.

После того, как добрались до аудитории и забрали свои вещи, бритоголовый заявил:

— Ну чё? Обедать? — реплика адресовалась нашей небольшой «учебной группе».

Вся компания, услышав предложение, кивнула. А я, погружённая в переживания, не сразу поняла, что это относится и ко мне.

Меня приглашали, и здравый смысл шептал — Ева, соглашайся! Иди со всеми! Не отмораживайся, если хочешь подружиться с сокурсниками. Но я отказалась, аппетита вообще не было.

Очень вежливо поулыбавшись огневикам, я поудобнее перехватила учебники и отправилась во второе жилое крыло. Дорогу уже запомнила, поэтому проблем не возникло, но, когда отпирала дверь комнаты, сердце защемило.

Я вошла, с великой грустью посмотрела на хранилище и остолбенела. Прожилки каменного узора мерцали. «Яйцо» выглядело так, словно в нём кто-то есть.

Разуться я не потрудилась. Книги оказались сброшены на кровать, сумка — тоже. Очень медленно, ещё не веря в безумную догадку, я приблизилась к столу и позвала на выдохе:

— Эй… Эй, ты здесь?

Всё-таки потянулась и стукнула по камню ногтем. Потом ещё раз. А в следующий миг из «яйца», как пробка из игристого, вылетел яркий сгусток. Он стремительно закружил по комнате, издавая громкий, шипяще-щёлкающий звук!

Я остолбенела повторно — «огонёк» явно ругался. Он негодовал очень выразительно, и не нужно быть гением, чтобы понять «на кого».

Лорд.

Алентор не убил! Но каким-то образом заставил «огонька» переместиться обратно в хранилище, чем нажил себе если не врага, то вражёнка. Огненный шарик был невероятно зол!

А я…

Когда первый шок прошёл, рассмеялась. Я была не просто рада, я была счастлива!

— Я так за тебя испугалась, — сказала вслух. — Ты даже не представляешь.

Страж услышал. Резко угомонился, подлетел ко мне и завис напротив носа. Хотелось обнять его, но я не знала как.

Несколько секунд этого молчаливого общения, и страж опять взвился, как ужаленный. Один круг по комнате, второй, третий… У меня зарябило в глазах. Что-то подсказывало: сегодняшний инцидент Алентору ещё аукнется, Лорд ещё пожалеет о своём поступке.

Даже не так. Не пожалеет. Лорд очень крепко влип!

Отпустив учеников, я вернулся к разлому и уставился на лаву. Ситуация, которая произошла сегодня, была откровенно странной. Причём странным было абсолютно всё.

Да, порождения пламени действительно перемещаются по подземным огненным рекам и потокам, но они не склонны к самоубийственным поступкам, а шаг низшего был чрезмерно опасен.

Мало того, что он проник на мою территорию, так ещё сделал это в моём же присутствии! При этом игнорировал приказ убраться и посмел угрожать.

— Ашмира. Хагаш, — задумчиво повторил я.

Очень интересно.

Язык элементалей сложен, непривычен, но кто хочет, вполне может его освоить. «Ашмир» означает «враг», а «ашмира» — женский род.

С «хагаш» ещё любопытнее. «Хаг» — расшифровывается как «убить», а вот «хагаш»… Эта форма встречается крайне редко и, если упростить, означает полное уничтожение объекта. Когда сожжению подлежит не только тело, но и сама душа.

— Ашмира. Хагаш. — Я снова произнёс вслух, надеясь, что станет понятнее. Но нет, не стало.

При чём тут Ева? За сотни лет противостояния подземному пламени, очень немногие из магов удостоились чести стать врагом, которого нужно не просто убить.

Из присутствовавших в зале к подобному уничтожению был приговорён лишь я. Ну как «приговорён»? Пусть уничтожат, если смогут.

Но как какая-то девчонка, новорожденная магесса, может быть «ашмирой»? Какую угрозу эта невзрачная монашка может нести тем, кто сильнее в тысячи раз?

Я не просто не понимал — у меня даже предположений не было, и это нервировало. Вторым поводом хмуриться был явившийся к монашке страж.

Почему? Для чего? За какие такие заслуги этот мелкий борзый щенок её выбрал? Да ещё мгновенно! Едва эта худосочная мышь переступила порог.

Я тряхнул головой, по-прежнему не понимая, и сказал вслух:

— Что ж, разберусь.

Из очевидного — Еву пока нельзя подпускать к разломам и подземному пламени. В остальном необходимо наблюдение.

Посмотреть и подумать, а там кто знает? Возможно, проблема рассосётся сама собой?

Магия ошибается редко, но с ней тоже бывает, и есть вероятность, что аномалия Евы — некая ошибка. Некий сбой, вызванный, например, небывалой активностью подземного огня. Стихия сейчас бесится, и это ведёт к нетипичным «реакциям». Резкое увеличение количества новорожденных магов в их числе.

Подумав о том, что нужно заглянуть в канцелярию и уточнить, скольких ещё привёл поисковик, я поднял ладонь над наполненной лавой трещиной и прорычал, посылая импульс силы:

— Запрещаю!

Огонь всколыхнулся. Лава качнулась вверх и тут же осела. Меня услышали. Пламя не пропустит никого постороннего, пока сам не разрешу.

Кивнув, я развернулся и направился на выход. Запечатывая дверь, размышлял о проведённом только что эксперименте. Существует традиция — обычно огневики сталкиваются с настоящим пламенем только после третьего курса, уже после того, как их магия окрепнет. Я давно подозревал, что это не совсем правильно, что более раннее знакомство может улучшить понимание стихии и качество самих магов.

Что ж, теперь проверю на практике. А раз новичков так много, пожалуй стоит выдернуть из отпуска нескольких преподавателей. Зачем ждать два месяца? Пусть начнут полноценное обучение прямо сейчас.

И всё-таки зря я пропустила обед — не прошло и двух часов, как мой желудок начал жалобно сжиматься. Вот только вариантов не было, пришлось терпеть.

Голодная, зато счастливая, я отложила в сторону полученные учебники и погрузилась в книгу про стражей. Оказалось, задавая вопросы Харту и его товарищам, я забыла спросить самое главное — а кто они, то есть стражи, вообще такие? Этот момент раскрывался в книге, и пояснение меня удивило. Выяснилось, что стражи — частицы подземного огня.

Да, тот самый огонь, способный и жаждущий поглотить всё живое, являлся стихией, которая дарила некоторым из нас особых помощников. Сильных, быстрых, невероятно смелых! Способных поддержать в бою.

Причём стражи являлись не просто огнём — они воплощали в себе частицы «благой магии», которой в подземном пламени было очень немного. Буквально крохи, которые и собирались в этакие сгустки, чтобы позже проявиться во вне.

В книге говорилось о том, что «механизм выбора хозяина» не совсем понятен, но все исследования, проводимые когда-либо, указывали, что помощники выбирают самых достойных. Тут упоминались и те самые подвиги, и скачки силы, о которых толковали старшекурсники.

И если с подвигами всё было более-менее понятно, то в случае скачков стражи являлись, чтобы поддержать того, кто сделал слишком резкий «прыжок вверх». На первых порах были для них своеобразным костылём.

Сгустки, подобные моему «огоньку», сопровождали многих выдающихся магов, но всегда оставались редкостью. Исследователи фиксировали разные случаи, вели какую-то статистику, всесторонне изучали вопрос.

В книге имелись и таблицы, и некие схемы — но их я бессовестно пролистывала, желая поскорее добраться до сути.

В процессе этого пролистывания, случайно, обратила внимание на любопытное замечание — ни у кого из Лордов стражей никогда не фиксировалось. При этом все стражи подчинялись Лордам с той же готовностью, что и истинным хозяевам.

Парадокс? Если вдуматься, то нет.

Помощники — это наделённые «благой магией» частицы огня, а Лорды — сильнейшие из магов. Лорды повелевают огнём, как умная кухарка поварёнком. Выходит, что с точки зрения Лордов, страж — поварёнок и есть.

Только мой «огонёк» реагировал на Алентора без лишнего почтения, да и слушаться явно не спешил. Более того, он натурально шипел и демонстрировал характер. Интересно, почему?

Я задумалась, но так как быстрого ответа не предвиделось, отложила вопрос в сторону. Принялась листать и читать дальше, в желании понять, как мне обращаться со сгустком и, учитывая собственный свёрнутый в трубочку желудок, чем его кормить…

В глубине души я надеялась, что ничем, ведь магия выше примитивных потребностей, но нет, не сработало. Стражи всё же требовали пусть редкого, но кормления, а питались они магией хозяина. И это была не самая приятная часть!

О кормлении писалось схематично — книга была рассчитана на уже обученных, подкованных магов. Тем не менее, тут и дураку было ясно… «Прежде, чем кормить стража, убедитесь, что у вас достаточный уровень энергии, — писал автор. — Помните, что если энергии не хватает, страж может выпить хозяина досуха. После чего наступает назамедлительное угасание, а порой и смерть».

Мне поплохело… Потом, когда дошла до признаков голода у стражей, я поняла, что именно было не так со сгустком Корна. Бледность и рваное свечение, которые привлекли вчера моё внимание, говорили о том, что стражу скоро потребуется подпитка.

К великому счастью, мой помощник был пока сыт.

Я мысленно отметила тот факт, что для содержания стража нужен хороший уровень магической энергии и пошла дальше. Спустя несколько страниц добралась до новой интересной темы — имена.

Оказалось, что хоть стражи и считаются относительно разумными, давать им имена непринято. Это считается моветоном.

Отлично. Но как тогда к ним обращаться? Эгегей? Эй ты?

Я, конечно, посмотрела на своего помощника, который опять висел под потолком, и поняла, что Огонёк — отличное имя. В мыслях я часто называла стража этим словом, так почему бы нет?

— Огонёк, а Огонёк? — тихо, с хитринкой, позвала я.

Сгусток шевельнулся.

Пауза, и я предложила прямо:

— Можно я буду звать тебя так?

Страж задумался, а потом мигнул.

— А это значит «да» или «нет»? — Я прикрыла книгу, заложив в неё палец вместо закладки. Сгусток снова задумался и начал плавно кружиться.

— Огонёк, — повторила я.

Замер.

— Давай так? Если «да», то мигнёшь один раз. А если «нет», то два?

Огонёк мигнул один раз…

— Тебе нравится это имя?

Снова мигнул, ну а я… желая проверить действительно ли мы друг друга понимаем или это банальные скачки некоего уровня магии, предложила:

— А может назвать тебя как-нибудь иначе? Ну, например, Алли… В честь лорда Алентора?

Последнее я сказала нарочно, и не ошиблась! Страж подпрыгнул, возмущённо закрутился на месте, и итоге принялся мигать как шальной. Притом все мигания были парные — чётко по два раза. Он протестовал так рьяно, что я захихикала.

— Да успокойся, — сказала весело. — Шучу! Я просто проверяла. Ни в коем случае не назову тебя ни Алли, ни Лентором, ни даже просто Тором! Я уже поняла, что вы с его милостью друг другу не понравились.

Сгусток привычно зашипел.

Правда в этот раз шипение было относительно вялым, на кровную месть уже не тянуло. А я радовалась, что мы друг друга всё-таки понимаем. Разумность стража была налицо.

Правда в книге писали, мол разумность эта частичная, но я решила не торопиться с выводами. Поживём — увидим! В любом случае, я очень счастлива, что у меня есть этот маленький, но очень боевой Огонёк.

Когда от букв зарябило в глазах, а голова стала тяжёлой, я нехотя отложила книгу про стражей и вернулась в реальность. Сделала это невзирая на то, что следующий раздел был крайне интригующим, в нём говорилось о «дрессуре». Угу, обнаружилось, что стражей можно обучать.

Но не всё сразу! Я поднялась на ноги и оглядела своё обиталище. Вчера я посвятила уборке несколько часов, однако, учитывая, в каком состоянии комната была изначально, работы оставалось много.

Я шумно вздохнула, а страж тут же ожил и подлетел ближе. Он словно спрашивал: что с тобой? Что случилось?

— Да всё в порядке, — с улыбкой ответила я.

Кивнув Огоньку, я направилась в ванную, где оставила вчерашнее платье. Заниматься уборкой в новом и чистом — точно не вариант.

Швабру и прочие принадлежности я вернуть не успела, поэтому за дело взялась без проволочек. Сначала протёрла пол, затем принялась за другие поверхности — на крышке стола и подоконнике снова обнаружился приличный такой пылевой слой.

В ситуации повышенной пыльности очень радовал матрас! Изначально он был упакован в прозрачную плёнку, и вчера, увидав упаковку, я сначала удивилась, а потом поймала всё тот же эффект узнавания. Я не встречала подобных плёнок в этой жизни, но точно знала, для чего она нужна.

Я сначала обтёрла её, а потом содрала, освобождая матрас — он оказался мягким и невероятно удобным. Лорд не поскупился на обеспечение учеников школы, что, с одной стороны, радовало, а с другой рождало вопрос — это ж насколько он богат?

Сейчас, при повторной уборке, да ещё на фоне книги про стражей, у меня родился новый вопрос — закономерный, но, наверное, крамольный.

А кто Лорды вообще такие? Что умеют? Каковы особенности их магии? Ну, кроме того, что они самые крутые из всех?

— Крутые, — повторила я вслух и фыркнула. Очередное «выдуманное» слово подходило ну очень хорошо.

И я продолжила, опять-таки вслух и загибая пальцы:

— Он — крутой, он — тролль, а что ещё?

В голове прямо-таки вспыхнуло! Слова высыпались как горошины из дырявого мешка: «деспот», «тиран», «сатрап» и «диктатор»!

Я почему-то рассмеялась, а страж опять всполошился и снова подлетел к самому моему носу. Мол, ну что там? Что у тебя весёлого? Расскажи?

Тут возник и третий вопрос — интересно, а разговаривать стражи могут?

Руки невольно потянулись к книге, но, вспомнив про разумность сгустка, я обратилась к истинному знатоку…

— А такие как ты умеют говорить? — спросила у Огонька.

Страж внезапно заколыхался. Затем начал неуверенно раскачиваться, а в итоге мигнул два раза.

— Значит, нет. Эх, жалко.

Огонёк точно был согласен, а я вернулась к делам.

Закончив с комнатой, выглянула в коридор — там ситуация с пылью обстояла совсем уж мрачно. Не выдержав этого вопиющего зрелища, я вытащила ведро и промыла большой участок пола перед своей дверью. Начала и увлеклась!

Так бывает, когда голова забита непойми чем. Когда руки сами что-то делают, пока перебираешь разные мысли.

Вот и вышло, что начала у двери, а очнулась примерно на середине длиннющего коридора. При этом я ещё и воду регулярно меняла! Неосознанно! Мыла на совесть, как для себя.

И домыть мне коридор до самого конца, чтобы потом рухнуть трупом, но обошлось — меня отвлекли и отрезвили. Из зомбированного состояния меня выдернул нервный стук каблуков. Я выпрямилась, обняв швабру, и с долей удивления опознала в визитёрше Иргиль — помощницу Тариуса.

Девица спешила, не замечая ничего вокруг. Вот и меня не заметила, пришлось окликнуть:

— Эй!

Рыжая споткнулась.

Резко развернулась, явно недовольная тем, что её напугали, и готовая обрушить громы и молнии. Но через миг пухлое лицо вытянулось, а в тишине коридора прозвучало изумлённое:

— Ты-ы?

— М-м… Я.

Изумление Иргиль усилилось, она смотрела как на какое-то диво. Я аж швабру от такого уронила. Потом спросила осторожно:

— А что не так?

Огневичка моргнула и не ответила. Меня смерили новым взглядом, будто боевой машиной раскатали.

— Ничего, — ответила помощница Тариуса. — Просто бросай это занятие.

Я покосилась на лежавшую на полу швабру и поспешила её подобрать.

Иргиль же упёрла руку в бок и продолжила, причём довольно хмуро:

— Неожиданно. А где твой страж? Ведь это не шутки? У тебя действительно появился?

Раньше, чем она договорила, над моим левым плечом возник Огонёк.

Он появился прямо из воздуха, как когда-то возникли из ниоткуда стражи Харта и Корна. До этого момента он оставался в комнате, а тут словно услышал, что говорим о нём.

Рыжая дёрнулась, но уже без удивления. Кивнула увиденному и задала по-настоящему неожиданный вопрос:

— Ты список написала? Составила, что тебе нужно?

Я честно призналась, что пока об этом и не думала. Что в целом у меня всё есть, не хватает разве что часов.

— Всё есть? — Я удостоилась очередного странного взгляда, а судя по тону меня признали круглой дурой.

Впрочем, тоном дело не ограничилось:

— Ева, ты вообще нормальная? Ты нищая монашка! У тебя хотя бы бельё красивое есть?

— Бельё? — не поняла я.

— Трусы! — сказала Иргиль с каким-то совсем уж особым возмущением.

Я ощутила, как розовеют щёки. Глупость какая-то.

— При чём тут это?

Рыжая закатила глаза, явно признавая меня безнадёжной.

— Ладно, — заявила девица. — Я тебя поняла!

Она меня да, а я её — ну совсем нет. О чём мы вообще говорим? И что за недовольство? И какое ей дело до моего белья? Нет, я не против обзавестись ещё парой комплектов, но это же не первостепенное.

Более того, при мысли о том, что эти трусы, по сути, мне будет покупать лорд Алентор, стало как-то особенно неловко.

Кстати, а тут, в школе, возможность какой-то подработки есть?

Я уже открыла рот, чтобы спросить, но рыжая слушать не желала.

— Всё с тобой понятно, Ева. Бросай швабру, выкидывай все эти тряпки и иди займись чем-то более полезным. — С этими словами девица развернулась и поспешила в обратном направлении, к выходу.

— Иргиль! — Разумеется я её окликнула.

— Дурочка деревенская, — вдруг заявила та. — Монашка недобитая. — И совсем уж идиотское: — Но я за тебя возьмусь! Я тебя научу!

Я прям онемела. Рыжая моим шоком воспользовалась — ретировалась раньше, чем я начала выяснять, а что, собственно, происходит. Она просто наговорила какой-то ерунды и свалила в закат.

— Сама ты дурочка, — справившись наконец с эмоциями, выдохнула я. — За себя возьмись. За собой следи!

Огонёк выразительно фыркнул, поддерживая мои выводы.

— Пойдём отсюда, — буркнула я, обращаясь к помощнику и подхватывая швабру. — Ну помыла я часть коридора, и что такого? В чём проблема?

Огонёк фыркнул снова и хаотично замигал.

Вернувшись в комнату, я приняла душ, привела в порядок волосы и ногти. За окном уже темнело, а оголодавший желудок сводило всё сильней.

— Как думаешь, там ужинать ещё не пора? — спросила я, обращаясь к стражу.

Тот задумался.

Потом была короткая вспышка, и Огонёк исчез, чтобы вернуться через минуту и утвердительно мигнуть.

Пронаблюдав этот фокус, я оторопела.

— Ты что? Ты летал на разведку?

Страж мои выводы подтвердил, что оказалось неожиданно и интересно.

— Подожди! Это значит, что я могу отправлять тебя в какое-нибудь место, а потом получать сведения?

Огонёк крутанулся, но как-то неодобрительно. Решил, что собираюсь использовать его для шпионажа? Да нет же! Зачем!

— Мне не за кем шпионить, — сказала вслух и примирительно. — Просто интересно. А на ужин точно можно?

Страж опять-таки подтвердил, и я поспешила надеть ботинки — выбрала старые, потому что новые, выданные в школе, было жалко. Поправила ткань бордового платья, подтянув декольте повыше, и мы с Огоньком поспешили вниз.

Я шла, а он летел рядом.

Впрочем, может не «он», а «она»? Поймав эту мысль, я аж споткнулась.

— Слушай, можно задать неоднозначный вопрос? А ты мальчик или девочка?

Страж вспыхнул. Свечение стало в несколько раз ярче.

Ну да, формулировка вопроса неправильная, тут и не ответишь. Я перефразировала:

— Ты девочка?

Возмущение Огонька было подобно рождению новой звезды!

Я пронаблюдала почти всё то же самое, что видела после обнаружения стража живым, здоровым и в хранилище. Но если ситуация с Лордом была не слишком весёлой, то тут меня по-настоящему пробрало.

Я хохотала до слёз, а Огонёк носился, фырчал и демонстрировал оскорблённую невинность. Тут на ум пришло новое слово из прошлой жизни:

— Ты сексист?

Страж перестал буйствовать, удивился. Подлетел ближе, словно спрашивая, что я имела в виду.

— Сексисты — это… ну такие мужчины, которые считают, что женщины хуже, — я упростила и смягчила насколько возможно.

Слов не звучало, но я чётко поняла, что с формулировкой Огонёк не согласен. Не сексист, просто не желает быть «девочкой».

— Короче, ты мальчик! — ставя точку в вопросе, резюмировала я.

Страж раздулся такой гордостью, что меня снова пробило на смех.

Вот в таком приподнятом настроении мы и добрались до столовой. Народу было ещё мало, огневики только-только подтягивались. Зато…

— Эй, Евка! — Морти сидел за своим столом как в засаде. Мгновенно заметил меня и замахал ручищей. — Иди сюда!

Моё отношение к парню и его дружкам уже сгладилось, я была готова присоединиться к компании, но, как и вчера, ничего не вышло.

В этот раз меня не пихали, а очень внезапно приобняли за талию. А над головой прозвучало наглое, обращённое к Морти:

— Забудь! Девушка с нами!

Здоровяк поменялся в лице. Он выглядел как ребёнок, у которого отняли конфету, а через секунду насупился и, привстав, ответил Харту с аналогичной наглостью:

— У вас свои девчонки, у нас свои. Евка — наша!

— Обойдётесь, — фыркнул Корн.

Перепалка была быстрой, не очень на мой взгляд уместной, поэтому я растерялась. Второй причиной замяться был тот факт, что мне очень хотелось пообщаться со старшекурсниками, но и обижать Морти я не могла.

— А-а… — начала я.

Договорить не дали.

— Пойдём, Ева. Пойдём! — И Харт, всё так же обнимая за талию, повёл к знакомому, пустовавшему сейчас столу.

Морти недобро прищурился.

Я махнула здоровяку рукой, хотя, по уму, была всё-таки не обязана перед ним оправдываться. А оказавшись сидящей на лавке, услышала вежливое, от Лотерика:

— Чем будешь ужинать? Что тебе принести?

— М-м…

— Понял! — неожиданно заявил огневик. — Сейчас!

Они ушли втроём, и это оказался какой-то аттракцион. Показательное выступление в лучших традициях детского сада. Очень быстро весь стол передо мной оказался заставлен огромным количеством еды, где, впрочем, опять нашлось место огромной мясной тарелке и супер-острым соусам.

«Супер…» — отметила я мысленно и вздохнула. Желудок сжался уже не грустно, а радостно.

— Кушай, Евушка, — ласково сказал Корн.

— Да чё вы там устроили! — не выдержал сидевший за центральным столом Морти.

Старшекурсники посмотрели на него со смесью веселья и превосходства. В общем, началась какая-то игра.

Я решила не заморачиваться. Была слишком голодна, да и включаться в этот непонятный процесс не хотелось.

Я просто подвинула ближе тарелку с салатом, вооружилась вилкой и отдалась чревоугодию. Директриса Иллария меня бы не одобрила, но, хвала Пресветлому, её тут нет.

— Правильно, Ева, — подбодрил Лотерик. — Ешь. А то худющая, как… — парень осёкся, явно проглотив какое-то неприличное сравнение.

Было и смешно, и неловко, но я помнила о том, что от старшекурсников можно получить информацию, да и вообще они мои спасители. Кстати…

— Вы сегодня кого-нибудь привели? Кого-нибудь новенького? — прожевав, спросила я.

— Неа, — отозвался Лотерик. — Поисковый артефакт даже не шелохнулся.

— Зато потренировались как следует, — самодовольно заявил Корн.

Огневики тоже склонились над тарелками, и я отметила, что аппетит у парней преотличный. Я б от такого количества пищи уже лопнула, а им хоть бы хны.

Упоминание тренировок зацепило, но, ловя взгляды парней, я уже понимала, что говорить будем о другом, и что в этот раз спрашивать буду не я. Так и получилось.

Едва Харт закончил, едва промокнул губы салфеткой, а потом смачно вытер рукавом форменной куртки, позвучало:

— Ева, тут слух прошёл. Говорят, к тебе элементаль вылез?

Это была правда, и я сама не поняла почему заартачилась:

— С чего решили, что ко мне?

За столом повисло молчание. Парни точно уже знали всю историю и внезапно задумались. Я задумалась вместе с ними. Мне категорически, до звёздочек в глазах, не хотелось быть объектом интереса жуткого существа.

— Может он явился к Лорду? — моё новое, оторванное от реальности предположение.

— Но шипел-то на тебя, — напомнил Харт с тотальной серьёзностью.

Я пожала плечами.

— Там был Алентор, и…

— Ладно, — неожиданно перебил Корн. — Это больше похоже на правду. Да и не очень-то важно. Но то, что вас, зелёных первогодок, повели к разлому — это нечто!

— А обычно не водят? — аккуратно уточнила я.

Оказалось нет. Более того, о разломе, расположенном в подвалах, старшекурсники только слышали. С их слов выходило, что к той наполненной лавой трещине не водили вообще никого.

— Обычно огневики встречаются с подземным пламенем на практике, — пояснил Лотерик. — Очень странно, что вас потащили вниз.

Что ответить я не знала.

— А то, что элементаль вылез… — начал Харт и досадливо хмыкнул. Так, словно завидовал!

— Элементаль низшего порядка, — уточнила я.

Я пыталась смягчить и замять. Мне было интересно, но всё-таки страшно. Можно я подумаю про элементалей и разломы чуть попозже? Можем поговорить о чём-нибудь другом?

Парни словно мысли прочли.

— А чего страж? — дёрнув подбородком в сторону Огонька, спросил Корн. — Говорят его сегодня Алентор прогнал?

— Прогнал, — подтвердила я. — Было дело.

— Ну а чего ты его за собой таскаешь? — новая неожиданная реплика от Корна. — Или ещё не приучился к хранилищу?

Невольно вспомнилось резное каменное яйцо, которое служило «домиком» Огоньку, и к которому тот отнёсся весьма благосклонно — впрочем, он же сам его и выбрал. Но вопроса я всё-таки не поняла.

— В смысле «таскаю»?

Тут мне открылась ещё одна неочевидная истина — что ходить везде и всюду со стражами не принято. Что их обычно оставляют в хранилище, а призывают при помощи специальной, натренированной команды.

— Этот рефлекс вырабатывается у стражей очень просто, — сказал Харт. — Между стражем и хозяином с первых секунд возникает ментальная связь, и твоя задача просто приучить его реагировать появлением на определённую ментальную команду.

— Её можно совместить с каким-то жестом, — подтвердил Корн. — Но жест скорее для тебя.

Конечно, вспомнились их щелчки пальцами, после которых рядом появлялись огненные сгустки, и раздел книги, на котором остановилась.

— А с собой носить — это совсем неправильно?

— Ну Лорду, как видишь, не нравится, — отозвался Корн.

То есть я должна оставлять Огонька взаперти исключительно потому, что Алентор не испытывает восторг?

— К тому же, — подхватил Харт, — чем чаще страж рядом с тобой, тем чаще придётся его кормить. Он теряет много сил. Страж плохо приспособлен к нашему пространству, ведь он частица подземного огня.

Тут на ум пришли слова «база», «зарядка» и «энергосберегающий режим». И что-то заставило отодвинуть рукав, чтобы взглянуть на метку. Я хотела убедиться, что с печатью всё в порядке и, более того, была уверена, что ситуация с её цветом и формой улучшилась. Ведь у меня страж, а значит и с магией всё должно быть хорошо.

Но нет. Обнаружилось, что моя метка наоборот побледнела, контуры стали зыбкими.

— У-у-у… — видя это, тихо протянул Харт.

Корн с Лотериком тоже увидели и сильно посмурнели. Вся съеденная мною еда встала в животе колом.

— Очень странно, — наконец произнёс Харт, понизив голос до шёпота. — Вообще не понимаю.

То есть мы рассуждали в одном ключе? Насчёт ожиданий по поводу поведения метки?

Внутри стало так холодно, так страшно…

— И что делать? — прошелестела я.

Увы, огневики не знали.

Самое неприятное — по их глазам читалось, что всё не просто плохо, а катастрофично.

Наконец Корн произнёс:

— Не спеши унывать, Ева. Но знай, что магический дар — это всегда рулетка. По крайне мере до тех пор, пока магия стабилизируется. Ближайшие пару лет ни тебе, ни твоим приятелям, — старшекурсник кивнул на стол Морти, — расслабляться нельзя.

Я поняла, да… Только легче не стало!

А тот единственный важный вопрос, который хотела задать Харту, отошёл сейчас на второй план. Видя гаснущую метку и глядя на Огонька, который, как выяснилось, тратит слишком много энергии, находясь вне хранилища, я очень погрустнела.

Ну а следующим утром стало ещё хуже! Потому что началось оно не с расслабленного занятия у магистра Эртона, а с полноценной, динамичной лекции. Не успели мы разбиться на группы, как в аудиторию влетел статный рыжеволосый мужчина и, сверкнув белозубой улыбкой, заявил:

— Уважаемые адепты, я магистр Тослер! Буду преподавать у вас теоретическую часть и историю. Доставайте тетради, начинаем!

И то, что он нам, в рамках этой лекции, рассказал, заставило меня очень нервно вздохнуть.

Тослер говорил неторопливо и грамотно, а мы слушали так внимательно, словно перед нами сам Огненный лорд.

Начал магистр с азов:

— Все помнят, как возникла магия? На заре времён у людей, у некоторых из нас, начали проявляться особенные, необычные способности. Эти люди могли обращаться к стихиям — к воздуху, земле, воде и, разумеется, огню.

Сначала их влияние на стихии было минимальным. Маги воды не умели призывать ливни, а земляные не были способны даже почувствовать предстоящий оползень. Но со временем способности усиливались, и апофеозом процесса стало появление меток. Именно этот момент мы считаем точкой зарождения настоящей магии. Но!

Тослер замолчал и торжествующе улыбнулся. Мы все невольно потянулись вперёд, и тогда он продолжил:

— Изначально стихии были равны, магия развивалась по единому принципу и сценарию. Но беда набирала обороты — да, я говорю про подземный огонь. Разломы, изрыгающие жар, пепел и пламя, существовали всегда, но однажды их стало так много, а огонь достиг такого уровня силы, что мир оказался на грани катастрофы. Люди обращались к магам, но те ничего не могли сделать, потому что подземный огонь — иной.

Подземный огонь горячей! — напомнил преподаватель. — Злее и имеет магическую составляющую. Всё это значительно усложняет задачу. Между пламенем костра и подземным — даже не разница, а пропасть. Мир мог исчезнуть. И тогда…

Тослер взял паузу, а мы затаили дыхание. Я понимала, к чему клонит преподаватель, но до этого момента была убеждена, что та история — лишь сказка. Вымысел! Призванный объяснить необъяснимое.

Но огневик не шутил, и мы услышали ровно то, что ожидали — ту самую, знакомую всем легенду:

— И тогда появился первый Огненный лорд. Один маг, из числа тех, кто пытался усмирить разлом, вошёл в смертоносное пламя, бросая вызов. Восхитившись его поступком и силой духа, подземный огонь подарил магу небывалую, недоступную никому другому мощь! Возвратившись из самой огненной бездны, маг усмирил разлом и, велев товарищам оставаться на месте, отправился к следующему. В одиночку поборол стихию, которая грозила пожрать всё живое. С этого момента началась новая эра нашей магии. Изменилось абсолютно всё!

В аудитории было тише, чем в царстве мёртвых. Мы даже не слушали — мы впитывали. А спустя минуту, когда пауза затянулась, будущих адептов прорвало.

На Тослера со всех сторон посыпались вопросы, отвечать на которые преподаватель не спешил. Он просто дождался, когда немного успокоимся, и продолжил уже менее патетично:

— Появление первого Лорда стало ключом к процветанию и победам. Мир обрёл безопасность, а мы, маги огня, стали теми, кто есть сейчас. В прошлом, до явления Лорда, мы составляли большой, но довольно разрозненный орден. У нас не было ни земель, ни специализаций, ни толкового обучения. Мы даже не искали новичков!

Новорожденные огневики приходили в орден сами, а кто-то наоборот прятался. А необученный маг — это опасно. Мы жили странно и неправильно, но Лорд взял ситуацию в свои руки, построил первый город, дал нам понимание, как бороться с подземным огнём. Магия огня приобрела новые черты и заняла то положение, которое занимает сейчас. Мы лучшие. Мы сильнейшие!

Тослер опять взял паузу, а я подумала об очередном «но», которое сейчас будет.

Не ошиблась. Магистр действительно воскликнул:

— Но! — И палец, поднятый вверх.

Лектор смотрел на нас с толикой превосходства и насмешки. Ему явно нравились наши приоткрытые рты.

— Когда стало ясно, что один, пусть даже сверхсильный маг, неспособен контролировать благополучие всех обитаемых земель, Лорд выбрал двух соратников и инициировал их в подземном пламени.

— Ини… что? — брякнул один из уже зарыжевших «старичков».

Преподаватель фыркнул и промолчал.

Он продолжил лишь после того, как в аудитории снова воцарилась тишина. Его тон мимолётно, но изменился, в нём появилось особенное уважение:

— С тех пор у нас три Лорда, каждому из которых подчинена своя часть земель. Нам с вами посчастливилось оказаться под покровительством лорда Алентора. Кстати, вы слышали, что его считают самым молодым из всех?

Это был крючок, на который нас с удовольствием поймали. Народ заволновался, заёрзал. Однако тут явно был подвох, и это понимали все.

Адепты молчали. А лично я безуспешно пыталась вспомнить хоть одну «сказку» о том, как меняются Лорды.

Стоп. А как они рождаются? Как меняют друг друга?

Нет, что-то точно было. Только вылетело из головы.

— Знаете почему «считают»? — вновь подал голос Тослер. — Потому что Лорды бессмертны. Они не умирают, их невозможно убить. Но когда подходит срок, когда магия ослабевает, они уходят в подземный огонь, на перерождение. Пламя забирает их память, омолаживает тело и вдыхает новые силы.

— Ну ничего ж себе, — не выдержал Морти, который сидел рядом со мной.

А я собиралась молчать. Быть тише мыши! Я уже знала, чем чревата излишняя болтливость, а с языка всё равно слетело:

— Но зачем подземному пламени это нужно? Зачем ему сильный, обновлённый Лорд?

Миг, и Тослер, который был довольно равнодушен к адептам, отыскал меня взглядом. Присмотрелся, прищурился, а потом спросил:

— Ева?

Я дёрнулась, и едва не сказала «да».

«Едва» — потому что пороху (о! ещё одно постороннее слово!) не хватило. В итоге я просто кивнула, а магистр склонил голову на бок, пристально изучая меня.

Потом объяснил:

— Мне рассказали про вашего стража. Странно, что он у вас появился, но поздравляю.

Я натянуто улыбнулась.

— Кстати, а где он? — поинтересовался магистр.

А вот это была моя грусть. Учитывая вчерашний разговор, я не стала призывать Огонька из хранилища сегодня утром и очень по нему скучала. И чувствовала себя скверно! Словно предаю доверившееся мне живое существо.

— В хранилище оставили, да? — магистр догадался сам. Раньше, чем я ответила. — Что ж, правильное решение. Гораздо лучше, чем таскать стража за собой.

На этом обо мне забыли.

Вернее, почти забыли, потому что на вопрос Тослер всё-таки ответил:

— Магия мудра. Более того, она стремится к равновесию. Ей нужны и Лорды, и мы, потому что иначе огненная стихия выйдет из-под контроля и погубит всё.

Тут ещё один смельчак подал голос:

— А разве магии не всё равно? Какая ей разница существуют люди или уничтожены?

Резонно, кстати. Настолько здраво, что я поёжилась.

— Нет, ей не всё равно. Магия не всесильна, есть ещё и боги, — с внезапной серьёзностью ответил Тослер. — Полагаете Пресветлому будет приятно, если кто-то уничтожит его непорочных монахинь и прочих благочестивых дев?

Магистр точно не шутил, но второй взгляд, брошенный чётко на меня, однозначно был насмешкой. Я поняла, что известием о страже дело не ограничилось. Обо мне рассказали всё что можно, меня обсудили, но это было закономерно — особенно учитывая вчерашний пугающий эпизод.

Намёк я поняла, но значения придавать всё-таки не стала. Заодно отметила упоминание Пресветлого и, конечно, вспомнила матушку Илларию.

Все знают, что огненные маги ужасны, вообще не понятно как их земля носит, но директриса всегда твердила, что, при всех своих пороках, они богоугодны. И добавляла:

— Будь это иначе, Пресветлый давно бы их уничтожил.

Здесь можно было поспорить. Сказать о том, что Пресветлый допускает многое из того, что недопустимо. Но тон Илларии возражений не предполагал, директриса полностью верила в то, что говорит.

— Хорошо! — воскликнул Тослер. — С этим разобрались, идём дальше!

Он продолжил. От Лордов и возвышения магии огня мы перешли к вопросу появления меток. Тослер снова пересказывал то, что известно всем.

Метка появляется в день совершеннолетия, а то, как именно магия делает свой выбор, большая тайна. Лично я надеялась, что магистр, в отличие от «сказочников», эту тайну хотя бы приоткроет, но увы. Всё вышло наоборот.

В народе верили, что магия приходит к тем, кто сильнее духом, а выбор стихии зависит от характера и личностных качеств. А Тослер утверждал, что всё иначе — что характер мага формируется под воздействием стихии.

Понятно? Вообще нет.

Но я слушала, конспектировала насколько могла. При этом обратила внимание, что часть адептов, включая Морти, ничего не пишут.

Я даже успела расслабиться, когда прозвучал новый взволновавший меня вопрос.

— Магистр! — К Тослеру обратилась одна из девчонок. Я не успела запомнить имена, но эта была не в нашей, а в чуть более «зрелой» группе.

— Слушаю, — отозвался преподаватель.

Голос девицы дрогнул:

— Пожалуйста, объясните про угасание. Почему магия уходит?

Тослер пожал плечами и сказал:

— Точного ответа не знает никто. Считается, что магия выбирает человека, пробуждается в его теле, а если ей что-то не нравится, то гаснет. Первичным признаком возможного угасания является слабая метка. Первый серьёзный признак — когда метка бледнеет. Далее возможны резкие падения уровня магии. В таком состоянии огневик неспособен создать даже простую искру.

Мне стало дурно, аж голова закружилась, а Тослер продолжал:

— По статистике, из найденных и приведённых в Школу новичков угасает порядка двадцати процентов. Из года в год эта цифра, в общем-то, не меняется. Ну и главная группа риска — это… да, девушки.

Он поочерёдно посмотрел на каждую из нас.

— Девушкам вообще с магией огня сложно, — добавил магистр. — Женщин-огневичек почти нет. Но вы, милые адептки, не расстраивайтесь. Магия может и уйдёт, а… — Тут он широко улыбнулся: — шанс выскочить замуж за лучшего из мужчин, за одного из огненных магов, останется.

Если Тослер думал, что это остроумно, то нет.

Никто из девчонок шутку не оценил, зато парни начали одаривать нас оценивающими взглядами. Аж треснуть захотелось!

— Считается, что остановить угасание невозможно, — препод вновь посерьёзнел. — Но вы, в случае его, приходите. Здесь, в школе, мы ставим эксперименты, и кто знает, возможно, именно вы станете тем счастливчиком, или той счастливицей, кому повезёт свою магию сохранить.

Эксперимент. Слово было знакомым и вроде как нейтральным, но в моей голове, неожиданно, проассоциировалось не очень хорошим образом. Вообразились какие-то железные столы, дымящие колбы, провода и лампы. А ещё перед внутренним взором возник статный мужчина — доктор Франкенштейн.

Кто он, и почему мне вообще известно его имя, я уже понимала — и это вызывало неприятную дрожь. Зато здесь и сейчас, вспомнив, что когда-то была другой девушкой, жила в другом теле, я осознала — а ведь возможно и с Лордами происходит нечто подобное?

Они перерождаются в пламени. Они меняются настолько, что теряют память, но, по всей видимости, остаются собой. Ничего не понятно, но что-то похожее тут точно есть.

Лекция Тослера, как и само его появление, стали для нас большой неожиданностью. Занятие точно длилось дольше положенного, но отпускать нас никто не спешил.

Ближе к финалу в аудиторию просочился магистр Эртон, и именно он, после ухода Тослера, сделал объявление. Сказал, что по решению лорда Алентора учебный год для нас начнётся раньше. Ради нас в школу вызваны несколько преподавателей.

Народ сразу воспрял.

Воодушевление адептов было весьма бурным, я тоже пыталась улыбаться. Но выходило плохо — меня сильно обеспокоило побледнение и без того неправильной метки. А ещё Огонёк.

Глупо и необъяснимо, только я сильно тревожилась от того, что мой помощник заперт в хранилище, особенно с учётом того, что мы ещё даже не пытались разучить команду мгновенного вызова. Я вообще не представляла, как можно послать какой-то там «ментальный зов».

— Вторая лекция состоится здесь же, сразу после обеда, — объявил Эртон.

На этом нас отпустили.

Я, конечно, сразу засобиралась в комнату, но…

— Эй, Евка! — воскликнул Морти. — Подожди!

Парень перехватил мою котомку, в его огромной ручище она превратилась в нечто совсем уж мелкое и жалкое.

— Пойдём с нами.

— Куда? — не поняла я.

— Ну так, — верзила мотнул бритой головой, — есть дело.

Я замялась, не зная, что сказать, а он добавил:

— Спорю на сотню золотых, тебе понравится!

Аж на сотню? Интригующе.

— Спасибо за приглашение, но у меня страж. Нужно его проведать.

Морти заломил бровь.

Он как бы спрашивал, только взгляд при этом был странным. Сокурсник с первой минуты знакомства смотрел как-то чересчур пристально, и вот опять.

Я могла спросить. Поинтересоваться чего он на моём лице выискивает, но стушевалась и отступила.

Потом правда подступила обратно, чтобы забрать сумку…

— Я действительно благодарна за приглашение, но в самом деле не могу.

Кивнул, ответил ровно:

— Но в следующий раз обязательно.

Я улыбнулась и поспешила прочь.

Во второе жилое крыло не бежала, но спешила. А поднявшись на этаж, замерла в недоумении. Тут горели абсолютно все светильники, а не треть, как обычно. Но главное — в коридоре полном ходом шла уборка. Четверо мужчин и трое женщин активно орудовали швабрами, тряпками и метёлками для сбора пыли. Отмывали не только пол, но и стены, и двери комнат, и вообще всё.

Тараща глаза, я ступила на влажный пол и тут же поймала неодобрительный взгляд одной из женщин. Только деваться было всё равно некуда.

— Доброго дня, — пробормотала я, обращаясь к ним.

Сказала и поспешила дальше, к собственной комнате, чтобы обнаружить ещё один сюрприз — на подоконнике единственного в коридоре окна стоял большой бумажный пакет, к которому был прикреплён обрывок бумажки с надписью «Ева».

С некоторой опаской я этот пакет взяла. Правда заглядывать внутрь пока не стала, были дела поважней.

Отперев дверь комнаты, я сразу поспешила к хранилищу и, стукнув по нему подушечкой пальца, позвала:

— Огонёк! Огонёк, ты слышишь?

Реакции не было, и я подтолкнула:

— Эй, выходи.

Страж не вылетел, как в прошлый раз, а выплыл… медленно, неохотно и не сразу. У него не было ни глаз, ни рта, да вообще ничего — просто мерцающий шарик! Но я чётко поняла — Огонёк обижен. Причём в этот раз виноват не Алентор, а я.

— Прости, — выдохнула тихо.

Мне, ясное дело, не ответили.

— Я не хочу оставлять тебя в комнате, но есть правила. К тому же, чем чаще ты рядом, тем чаще тебя надо кормить.

Огненный сгусток нахохлился ещё больше, явно не понимая в чём проблема, и я объяснила:

— У меня магической силы мало, понимаешь? Я пока вообще не представляю как буду тебя кормить, когда ты иссякнешь.

Миг, и он качнулся вперёд, словно успокаивая. А потом и вовсе завертелся вокруг меня восторженным щенком.

Ментальная связь говорите? Не очень понятно что это такое, но я ощутила волну тепла — Огонёк словно убеждал, что всё будет в порядке. Именно его симпатия толкнула на неожиданный, совершенно авантюрный поступок — я направила взгляд внутрь себя и попробовала призвать свой огонь.

Про взгляд я прочитала сегодня в учебнике. Буквально один абзац — за секунду до того, как в аудиторию влетел Тослер. В абзаце было просто упоминание, несколько фраз о главном принципе обращения к магии — полноценному обращению нас, разумеется, ещё будут обучать.

Но… Здесь и сейчас я посмотрела, я обратилась к огню, и в груди стало очень жарко. В следующую секунду с указательного пальца сорвалась малюсенькая искра силы, которую, действуя интуитивно, я и направила в сторону Огонька.

Магия и мерцающий сгусток встретились. Страж с лёгкостью поглотил эту искру и показалось, что чавкнул.

Я замерла в изумлении — и от того, что случилось, и от собственной необдуманной смелости. Ведь с магией нельзя обращаться настолько вольно? С ней нужно по правилам? А стражи…

— Так! — воскликнула я.

Я метнулась к книжной полке и, выхватив книгу про стражей, принялась перелистывать страницы. Только в найденном мною разделе про кормление говорилось ровно то же, что объяснял вчера Харт.

Стражей кормят лишь тогда, когда те начинают угасать. Процесс опасен для слабых огневиков, но успокаивает то, что у слабых подобные помощники обычно и не появляются.

— А ведь это может быть выходом, — в моём голосе прозвучало счастье.

Рядом вновь раздался чавкающий звук, Огонёк явно просил добавки.

И пусть это было настоящим безрассудством, и вопреки правилам, но…

— А давай! — припечатала я.

Маг я может и слабый, но искры сыпались из меня весьма бодро. Огонёк ловил каждую, и в конце этой авантюры сиял так, что было больно глазам.

А ещё он потолстел и потяжелел. Медленно, с видом этакого перекормленного кота, направился к хранилищу…

— Эй? — удивилась я. — Ты куда?

И снова ментальный отзыв. Мысленный! На уровне ощущений! Устал… хочу спать.

Я провожала стража круглыми глазами, одновременно понимая, что сама никакой усталости не испытываю. У меня всё отлично и даже лучше. Я бодра и полна сил.

Но внутри ворочался червячок страха, поддавшись которому я всё-таки заставила себя приподнять рукав и посмотреть на метку. Я была убеждена, что рисунок станет ещё бледнее, ведь я потратила столько энергии. Но…

— Что-что? — спросила вслух у самой себя.

Потом зажмурилась и посмотрела ещё раз — ошибки не было, огненная печать не потускнела, а наоборот стала чуть чётче и ярче.

— Да быть не может, — выдохнула ошалело.

И дёрнулась, вспомнив, что имею все шансы пропустить обед. Энергии было хоть отбавляй, а вот желудок уже съёживался, и я решила подумать про метку позже. Тем более после обеда была назначена ещё одна лекция, которую категорически нельзя пропускать.

Вниз, в столовую, я мчалась почти вприпрыжку. Меня переполняли самые противоречивые эмоции, я не знала как сними справиться.

В обеденном зале отвлеклась на вкусные ароматы и на Морти, который выглядел весьма возбуждённо. Трое из сидевших за его столом парней тоже дёргались и сверкали глазами. И улыбались так, словно сорвали куш.

Зато Харта, Корна и Лотерика в столовой не наблюдалось, в итоге я присоединилась к сокурсникам.

Уже усевшись рядом с Морти посмотрела на того вопросительно. Но верзила лишь отрицательно качнул головой.

Ну, нет так нет — я сосредоточилась на супе. Затем был забег до аудитории — выяснилось, что все мы умудрились немного опоздать на обед, теперь имели все шансы опоздать и на лекцию.

Но нет, обошлось. Успели. Едва упали за парты, как в аудиторию вошёл магистр Дарктэс.

— Добрый день, — сказал он, окидывая нас суровым взглядом. — Ну что? Обсудим практическую часть?

Мы не просто встрепенулись — подскочили и дружно подались вперёд, готовые впитывать знания. Дарктэс ухмыльнулся.

— Знаю, что многие из вас уже пробовали призывать огонь, но полагаю, возвращение к основам будет всё равно полезно. Итак…

И он начал объяснять. Про взгляд в себя, про внутреннее ощущение магии и жара, про всё то, что я вычитала в нескольких абзацах и применила интуитивно.

Магистр говорил, а я делала пометки в тетради, но, к собственному стыду, постоянно отвлекалась на воспоминание о прилетевшем в лицо огненном шаре. Упоминая тех, кто «уже пробовал», Дарктэс имел в виду моих сокурсников, парней.

А мне тоже надо! Мне очень нужно попробовать что-то кроме искры. Вдруг это поможет стабилизировать метку ещё лучше? Вдруг, практикуя, я перестану угасать?

К концу занятия я уже не только слушала-записывала, но и ёрзала на месте. А когда Дарктэс нас покинул, повернулась к Морти и спросила вполголоса:

— А ты делал? Ты уже призывал шары?

Верзила сразу сообразил о чём речь и посмотрел хмуро.

— Ну чё сказать? Это не так просто. У меня не получилось. Вот Ровз с Транком умеют, — парень мотнул головой в сторону порыжевших. — Но они тут пять месяцев. За столько времени любой дурак поймёт.

— А тогда, в зале…

— Чё тогда? — перебил Морти. — Они показывали, мы учились.

Здесь и сейчас те мои визги по поводу поджигания показались неуместными. Впрочем, не важно.

— Можно мне с вами?

Верзила посмотрел снисходительно. Стало ясно, что кого попало в компанию не берут, но… У меня же страж! Да и вообще.

— Мы будем полезны друг другу, — заявила я.

— Чем?

— Пока не знаю, но точно будем.

На лице верзилы отразился скепсис, а я поразилась собственному напору. Опять вспомнилась Иллария, которая утверждала, что девушкам нужно быть скромнее. Я не то чтоб соглашалась, но всегда старалась не выпячиваться. Сейчас что-то пошло не так.

— Евка, ну это… ну понимаешь… — начал Морти.

Я сделала очень большие глаза, и парень осёкся.

— Ладно, — после паузы выдал он. — Поговорю с остальными.

Я просияла, а он…

— Но ничего не обещаю. Тренировки у нас неофициальные и мы договорились никого больше не брать.

Захотелось вцепиться в Морти клещом, однако уговаривать я не стала. Подождём и посмотрим, а пока можно и искрами позаниматься. Тем более, раз для нас вызвали преподавателей, практика тоже наверняка будет. Не можем же мы, будущие огненные маги, только учебники зубрить?

В итоге я выдохнула «спасибо», а верзила вдруг заколебался. Посмотрел один раз, второй, а потом…

Нет, на «тренировку» меня не позвали, зато парень сунул руку в карман своей огромной ученической сумки и вложил в мою ладонь нечто непонятное. Тут же сжал эту ладонь в кулак с самым странным видом.

— Никому не показывай, — чуть слышным шёпотом произнёс он. — А сама попробуй. Надо немного раздавить, чтобы сок пошёл, и в рот.

— А что это? — не выдержала я.

Сокурсник качнулся вперёд и прошептал на ухо:

— Плоды пепельного древа. Они ненадолго повышают уровень магической силы. Но учти, что… короче ты ничего не видела и не ела. Вообще не знаешь про это, ясно?

Я кивнула и неожиданно поняла:

— Украли? Да?

— Пфф… Не украли, — парень заметно смутился. — Просто… ну шли мимо… Мимо закрытой части сада… А там…

Ага. Значит-таки украли. Благочестивая воспитанница монастырской школы во мне, конечно, встрепенулась, но возмутиться не успела. Любопытство оказалось сильней.

Уже выйдя из аудитории, я осторожно разжала кулак и увидела три чёрных шарика, размером с косточку от вишни. Настроение, сдохшее было после лекции Тослера, окончательно воспряло.

Надо пробовать!

Надо попробовать всё, чтобы обрести полноценную силу и остаться здесь.

Я сидел и с некоторым недоумением читал донесение, доставленное вестником. Оно было пятым за сегодня, и смысл всех сообщений совпадал.

Активность разломов пошла на спад. Огонь уже не пытался вырваться, он успокаивался. Учитывая то, что я наблюдал буквально вчера, стоя на краю огненной пропасти, такой поворот был совершенно нелогичным. С чего бы это? Что за аномалия? Я не понимал.

В итоге я откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза и отправил телепатический зов Камелиусу. Поладить с ним всегда было проще, нежели с Сильвусом — последнего я старался не трогать лишний раз.

Отклик от Камелиуса пришёл мгновенно, и я спросил:

«Как обстоят дела с активностью на твоей территории?»

«Не поверишь, — Камелиус хмыкнул. — Успокаивается».

Так… значит ситуация общая.

«Я-то как раз поверю, у меня то же самое. Но я не понимаю почему».

Ещё вчера амплитуда пульсации была запредельной, огонь бесился. По всем законам, да по самой своей сути, он не способен остыть так быстро. Это против его природы. Невозможно, и всё.

«Я тоже не понимаю. Но предлагаю не искать проблему там, где её нет».

Я усмехнулся. Разумный подход. Конечно, у нас достаточно дел и без всяких «поисков», но ведь всё равно интересно.

«Аномалия, Алентор, — повторяя мою собственную мысль, сказал на телепатическом плане Камелиус. — Просто аномалия».

«Хорошо, забыли», — подумав, отозвался я.

Я прервал контакт и, подавшись вперёд, постучал ногтями по столешнице. Что ж, под землёй происходит множество процессов, поведение пламени не всегда предсказуемо, да и причина, если откровенно, не так уж важна.

Буря сходит на нет, а раз так — пора возвращаться к так называемой «мирной жизни». Я вызвал помощницу, Летерию, чтобы передать ей распоряжение для всех отрядов о готовности снизить контроль.

А потом вспомнил про школу и, взяв листок, составил короткое сообщение. Я отправил запрос с помощью вестника, и через пару минут получил ответ канцелярии — ожидания подтвердились.

Огонь начал успокаиваться, а вместе с этим снизилась и активность поискового артефакта.

Собственно, в последние пару дней новичков в школу вообще не приводили. Поток иссяк.

— Что ж, тоже неплохо, — вслух резюмировал я и почему-то подумал о Еве.

Монашка.

Смелая и, в силу своей неопытности, глуповатая.

Всё-таки интересно, почему к ней пришёл страж?

А элементаль? Хотелось бы считать, что он её с кем-то перепутал, но элементали — не люди, они живут инстинктами и уж в чём, а в вопросах определения врагов никогда не ошибаются.

— Ева, Ева, Ева… — снова вслух. — Ладно, забыли.

Я отодвинул в сторону донесения и погрузился в другие дела.

Плоды, подаренные Морти, не просто заинтересовали, а пробудили зудящее любопытство. Весь путь до комнаты они буквально жгли руку, но я заставила себя остыть.

Войдя к себе, вытащила из сумки носовой платок, завернула в него шарики и, положив платок на стол, отступила. Я пыталась успокоиться — глупо вот так, сразу, тащить в рот всё, что тебе дают.

В попытке отвлечься вспомнила про бумажный пакет, найденный на подоконнике. Заглянув в него, удивилась и обрадовалась одновременно — там лежал новенький, блестящий будильник и наручные часы.

Только этим подарки не ограничились. В пакете был ещё один свёрток, вскрыв который, я поперхнулась.

Бельё. Целых три комплекта. Причём не простое и удобное, как я привыкла, а совершенно неправильное. В монастырской школе мы о таком только слышали, но, подхватывая двумя пальцами кружевные полупрозрачные трусики, я снова поймала эффект узнавания.

Когда-то очень давно, когда я была той, другой девушкой, я такое уже носила. Точно носила. Клянусь!

Эмоции были похожи на вспышку — накрыли с головой и отпустили. Я не стала отбрасывать трусики, как ядовитую змеюку, но и примерять остереглась. Красивые, даже завораживающие, но пусть пока полежат.

Подарок точно был от Иргиль, и я не знала, как к нему относиться. Более того, невзирая на некоторый шок, моё внимание неизменно возвращалось к носовому платку и завёрнутым в него плодам.

В конце концов благоразумие сдохло. Но прежде, чем пуститься во все тяжкие, я всё-таки попробовала вызвать стража. Тот не пришёл, а на ментальном плане — да, именно на нём, — возникло ощущение сонности.

Огонёк спал, а я сделала несколько кругов по комнате, размышляя о происходящем. И поняла, что ничего дурного не случится. Ведь не станут руководство школы и сам лорд Алентор держать на территории нечто ядовитое? Они же благоразумные люди и не враги всем нам?

Подойдя к столу, я вытащила из платка одну из «косточек» и, помня наказ Морти, попыталась раздавить в пальцах — не вышло.

Я огляделась…

После недолгих метаний и применения в качестве пресса самых разных предметов, вспомнила про браслет. Носить бесполезный подарок я не стала, он лежал в ящике всё того же стола. Положив плод пепельного дерева на стол, я прижала его браслетом и услышала неожиданно громкий треск. Плод лопнул!

На столешнице осталась пара капель сока, но не важно. Я подхватила приплюснутый шарик и отправила в рот.

Сначала скулы свело от невыносимой горечи, а через миг стало сладко. Я попробовала прожевать, но опять-таки бесполезно — пришлось глотать так.

Я замерла в надежде на чудо, на некий невероятный эффект, но ничего не случилось. Минута, вторая, третья… Не происходило вообще ничего!

— Ну, Морти, — пробормотала я недобро. — Подсунул какую-то фигню!

«Фигня» — очередное «не существующее» слово, смысл которого был мне совершенно понятен. Здесь и сейчас я окончательно махнула рукой на эти несуразности — говорю как говорю.

— Фигня, — повторила опять-таки вслух.

А потом добавила, не скрывая досады:

— А Морти — баклан!

На этом я ушла в ванную, чтобы взять оставленное там грязное платье и оправиться в хозяйственную комнату, к стиралке. Мне хотелось попробовать машину в деле, и я даже благополучно её запустила, но кое-что произошло.

Пока новомодный механизм крутил барабан, пока в нём громко плескалась вода, я подошла к окну и стала свидетельницей невероятной картины. Окно выходило на широкую мощёную булыжником площадку. Снаружи было ещё светло, хотя солнце уже клонилось к закату, и вот в этих закатных лучах на площадке танцевал смерч.

Я замерла. Сначала решила, что это сам лорд Алентор, но интуиция шептала — нет, ошибаюсь. Когда мужчина остановился и опустил два меча, с которыми тренировался, я опознала магистра Дарктэса.

Видно было плохо, я буквально прилипла к стеклу.

Огненные волосы Дарктэса были забраны в высокий хвост, рубашка отсутствовала. Я невольно залюбовалась сильным мужским телом, но при новом повороте магистра вздрогнула. Я хорошо помнила шрамы на его лице, но изуродованным оказалось и тело. Вся правая сторона, от плеча и сильно ниже, представляла собой сплошной рваный ожог. Будто его жевал какой-то огненный зверь.

Пока я изумлённо таращилась, Дарктэс отложил на землю мечи и принялся ходить, разминая пальцы рук, а потом резко замер. Принял боевую стойку, выставляя вперёд ладони, и ударил огнём!

Это было так неожиданно и так сильно, что я подпрыгнула. А стиралка вдруг громыхнула! Издала совершенно невыносимый звук.

Кажется ничего такого, нас не могли заметить или услышать, но Дарктэс вдруг обернулся и задрал голову. Я не просто отпрянула — меня буквально отбросило от окна!

Стиралка в этот момент завыла ещё громче, и я испугалась, что она сейчас как минимум взорвётся. Но нет, катастрофы не случилось — когда грохот стих, я услышала звук утекающей воды.

Сердце колотилось бешено, я понятия не имела видел ли меня Дарктэс. Что делать с машиной тоже не понимала — заставила себя подойти и поднять крышку, когда та окончательно замерла.

Из барабана неприятно пахнуло стиральным порошком, и я вновь захлопнула крышку. Снова включила машину, чтобы та простирала платье без всяких средств, а вот вернуться к окну уже не смогла.

Я чувствовала себя странно — словно подсмотрела за каким-то глубоко личным, интимным процессом. Хотелось спрятаться и закрыть глаза ладонями, но картина как Дарктэс танцует с мечами, как призывает огонь, не желала выходить из головы.

А ещё упрямо вспоминался Алентор. Он Лорд, значит несравнимо сильнее, и если у Дарктэса вот такой, мощнейший огонь, то какой тогда огонь у Алентора?

Надеюсь, однажды у меня появится возможность посмотреть?

Ужин прошёл спокойно и немного уныло, потому что Харт с друзьями снова не появился. Морти сидел загадочный, важно дул щёки, а народ за столом болтал о разном и не о чём.

Остаток вечера я провела за книгами. Сначала читала про стражей, вникала в принципы дрессуры, но так как Огонёк продолжал дрыхнуть, книгу пришлось отложить и переключиться на учебники. Я старалась запоминать термины, вникать в текст, прочитала большой параграф по истории.

Спать легла незадолго до полуночи и в самых хороших чувствах. Но ночью всё пошло не так…

Я не просто проснулась — меня буквально подбросило на кровати. Сон сдёрнуло, как чахлый листок с ветки. Я резко пришла в себя.

Первым что увидела был висевший надо мной страж. Огонёк сиял, но на ментальном плане ощущался как нечто сосредоточенное и хмурое.

— Что случилось? — выдохнула я сипло.

Спросила и тут же поняла — это «что-то» не просто случилось, а случилось со мной.

Я. Именно я была причиной и одновременно проблемой. Метка на запястье болезненно пульсировала, а тело переполняла энергия, и её уровень неумолимо рос.

Разум не понимал, не мог осознать, зато интуиция вопила — ещё чуть-чуть и произойдёт катастрофа.

— Мне нужно на улицу, — прошептала Огоньку. — Срочно.

Вскочила, и… Нет, выбежать из комнаты в одной ночной сорочке я не могла.

Я потратила время на то, чтобы одеться, но действовала предельно быстро. Боковые пуговицы на платье застёгивала уже на бегу. Я мчалась сначала по коридору, потом по лестнице, а выход нашла чудом. Просто знала, что здесь, в этом нежилом крыле, точно должна быть дверь.

Замок спал, ночь была чернее дёгтя. Выскочив наружу, я сначала словно ослепла, но всё равно побежала вперёд. Когда ощутила под ногами брусчатку, когда сама оказалась на той площадке, где недавно тренировался Дарктэс, всё и случилось. Само. Непроизвольно.

Я вспыхнула.

Вся. Целиком.

Эта была странная, неожиданная трансформация. Голова, руки, тело, волосы… всё занялось огнём. Я превратилась в факел, но энергии было по-прежнему слишком много — она переполняла. Повинуясь инстинктам, я вскинула руки, задрала голову и послала энергию вверх.

Раньше горела только я, а теперь в небо взмыл столб рыжеватого пламени. Как колонна, готовая прийти на помощь, подпереть падающий небосвод.

Где-то совсем близко, в нескольких шагах, метался Огонёк — я улавливала его беспокойство на ментальном плане. Сначала боялась. До дрожи и паники! Но в какой-то момент, когда уровень энергии начал снижаться, стало так хорошо…

Это были мощь, спокойствие и свобода. Я ощущала себя едва ли не всемогущей и искренне наслаждалась, отпуская огонь. Я кайфовала и чуть-чуть, самую малость, жалела, что это ненадолго.

Очевидно, что эффект временный, а причина моего возгорания… Угу, тот самый плод.

Здесь и сейчас Морти стал трижды бакланом от того, что не предупредил о последствиях. Но, пожалуй, я бы всё равно попробовала. Ведь это магия! Причём не жалкая искра, а истинная мощь!

И всё бы хорошо, вот только пламя это чересчур яркое…

С другой стороны, за моей спиной нежилое крыло, а все обитатели школы спят. Меня не должны застукать.

К моменту, когда огонь сошёл на нет, а моё горение прекратилось, я окончательно успокоилась. Выдохнула. Обессилев, упала на одно колено, радуясь плотной юбке, которая смягчила удар.

Я мысленно потянулась к стражу, чтобы уточнить всё ли в порядке, и тут меня настигла новая неприятность. Огонёк точно был рядом, но затаился, как мышь под веником. Снова что-то стряслось!

Не поднимаясь, я медленно повернула голову и… отважно зажмурилась. Просто в десятке шагов стоял лорд Алентор, скрестив руки на груди.

Я подумала — вдруг, если не смотреть на него, если зажмуриться достаточно сильно и надолго, то это видение само рассосётся? Но увы. Оно не только не рассосалось, но и направилось в мою сторону.

Слушая шаги Огненного лорда, я признала себя невезучей и приготовилась к расправе. А первым, что услышала стало:

— Ты слишком рьяно исполняешь моё поручение, Ева. Я не просил удивлять меня настолько. — Голос был ровным, слегка насмешливым, а слово «настолько» он подчеркнул.

День выдался не таким уж сложным, а новых проблем, учитывая тенденции поведения подземного пламени, не ожидалось. Поэтому я позволил себе расслабиться — подхватив бокал вина, вышел на балкон.

Внизу лежал город. Он разливался морем огней, и в ночной черноте эти огни сияли особенно ярко.

Я сделал первый глоток, второй, а вот на третьем замер. Вдалеке, где-то в окрестностях старого замка, в небо взвился тонкий огненный луч.

Впрочем, это отсюда луч казался тонким, но я легко представил масштабы. Недопитый бокал был отставлен на каменный парапет, а я применил телепорт. Перешёл, ориентируясь на источник магии, и что же я увидел?

Адептка.

Ева.

Монашка…

Девчонка стояла посреди тренировочной площадки и пылала. Её мелкий приспешник носился рядом, переживая и шипя.

Увидав меня, этот попутавший все берега страж, качнулся было атаковать, но быстро вспомнил с кем имеет дело и скрылся. Улетел недалеко, но всё-таки. А я сложил руки на груди и стал ждать.

Когда выброс магии сошёл на нет, моё присутствие обнаружили. Упавшая на одно колено монашка повернула голову, и то, как она это сделала, наглядно продемонстрировало — первичная ментальная связь со стражем уже установлена.

Невероятно, учитывая сколько прошло времени. Обычно магу требуется от пары месяцев до года, чтобы начать «слышать» подсказки своего проводника.

Я приблизился и, конечно, не удержался от иронии…

Затем протянул руку, приказывая:

— Вставай.

Вкладывая пальцы в мою ладонь, Ева дрожала, а я смотрел с большим таким интересном. Многое могу понять, но что, пожри вас всех Первородное пламя, сейчас было? И почему это произошло?

Едва адептка поднялась, я притянул её ближе и, задрав рукав пурпурного платья, взглянул на метку. Посмотрел и опять не выдержал:

— Какая прелесть!

Реплика и максимально глубокий вдох.

Ну и что с ней делать?

Как реагировать?

Как это понимать?

— Пойдём, — произнёс я, разворачиваясь к замку.

К некоторому неудовольствию, я оказался единственным, кто среагировал на происшествие. Выброс магии был сильным, а сам огонь достаточно ярким, однако никто из обитателей школы не проснулся. Даже Даркнэс с его параноидальной бдительностью почему-то не засёк.

Но странная халатность не шла ни в какое сравнение с узором, украшавшим запястье Евы. Узор был необычен. Сейчас я желал рассмотреть рисунок ближе и, конечно, поговорить.

В холл второго жилого крыла я привёл её за руку, и лишь тут сообразил, что делаю. Я отпустил ученицу и посмотрел хмуро… Впрочем, не важно. Ерунда.

Я щёлкнул пальцами, зажигая все светильники, и по глазам ударила ослепительная яркость.

— Покажи метку, — потребовал снова.

Ева сделала самое невинное, самое непонимающее лицо.

Но играть в эти игры было некогда, а повторять не хотелось. Поэтому я просто ослабил контроль над магией — именно в такие моменты подданные, если вдруг забыли, вспоминают, кто я такой.

В народе ходят не то что слухи, а настоящие легенды об опасности, которой веет порой от Лордов. О панике, которая накрывает в такие моменты. Об ужасе, который пробирает до костей.

Вот и Еву проняло. Девушка побледнела и прекратила сопротивление.

Она послушно подняла рукав, а я снова ухватил её за руку, чтобы уставиться на странные, совершенно нетипичные линии. На первый взгляд, тут шло простое прерывание контура — признак слабого мага с высочайшим риском угасания.

Но к слабым магам стражи не прилетают, это во-первых. Во-вторых, элементали к слабакам тоже не приходят. Ну и в-третьих, это было не прерывание. Узор просто был иным.

— Что случилось? — спросил я. — Почему произошёл выброс?

Поразительно, но в эту секунду моё подавляющее влияние ослабло.

Я видел реакцию очень чётко! Страх, охвативший Еву, отступил.

Теперь на меня посмотрели большими и предельно честными глазами — обычно так смотрят лжецы и мошенники. Я даже растерялся немного. А эта «благочестивая монашка»…

— Понятия не имею, ваша милость.

Новая странность — я воспринял её слова легко.

Обычно я свирепею. Всем известно, что лгать Огненному лорду — самоубийство. Сейчас меня обманывали настолько явно, что следовало просто выпить её магию и отравить… да нет, не в город. Обратно в тот зачуханный монастырь!

А я стоял и молчал. Смотрел в эти невинно-наглые глаза и, вместо логичной расправы, искренне удивлялся своему спокойствию. Не испытывал ни малейшего желания даже нарычать, не то что придушить.

— А давай ты всё-таки подумаешь и объяснишь, — наконец нашёлся со словами я.

Девица пожала плечами.

— Я не знаю, что случилось, ваша милость. Я проснулась среди ночи, по неизвестной причине, и поняла, что сейчас вспыхну.

— Как поняла? — я пошёл в наступление. — По каким признакам?

— Да просто поняла.

Кажется, прямо сейчас она не лгала, но…

— Причины, Ева. Я хочу знать причины этого выброса.

Она на миг, на долю секунды, закусила губу, и…

— Не знаю, ваша милость. Понятия не имею.

А это было уже враньём, но я опять-таки остался спокоен. Сейчас собственная реакция удивляла куда больше, нежели всё, что произошло.

Я во второй раз отпустил руку, которую удерживал. Мог спросить про метку, но что мне ответят? Что она в принципе может про это сказать?

Поэтому я задал другой вопрос, невпопад:

— В монастырской школе Истема все такие?

— Какие? — удивилась Ева.

— Странные. — Я произнёс слово максимально чётко.

Адептка ничего не поняла — хоть в чём-то мы сравнялись.

Моё непонимание неуклонно усиливалось. Пытаясь решить, что со всем этим делать, я огляделся, выискивая стража. Когда покидали площадку, мелкий наглец летел за нами, я точно это знал.

Сейчас он где-то затаился, но от меня не спрячешься.

— Сюда иди, — бросил я, усиливая реплику ментальным зовом.

Глупая монашка поняла всё неправильно — покраснела щеками и сделала уверенный, подчёркнуто-гордый шаг назад.

Осознав смысл этого манёвра, я закатил глаза и испытал чувство досады. Знаю, что девушки склонны к нелогичным выводам, но ведь любой глупости есть предел!

— Даже не надейся, малышка, — вновь не выдержал я.

Сказал, и поймал себя на том, что снова реагирую нетипично. Обычно я не замечаю ни симпатии, ни вожделения, ни неприязни. Да плевать мне на этих девиц!

Ева же смутилась ещё больше и даже открыла рот, чтобы оправдаться, но я не дал — повторил реплику, адресованную стражу. Тот, наконец, соизволил. Вылетел из-за колонны и медленно поплыл ко мне.

Выглядел помощник поразительно сытым, сверкал и прямо-таки лоснился. Я надеялся найти подсказку в нём, но ничего совсем уж особенного, кроме чрезмерной сытости, не обнаружил.

Зато, наконец, догадался подключить магическое зрение, и вот тут-то всё начало становиться на свои места.

У каждого живого существа есть аура, при этом аура магов отличается тем, что к ней примешивается часть магической силы. По ауре можно судить о многом, порой она даже более информативна, чем метка. И вот сейчас, после этого невероятного выброса, я чётко видел — магия Евы другая. Огонь, но не тот. Не такой, как у меня или остальных.

И эта другая магия самым наглым образом воздействовала на мою! Она задевала, целяла, будоражила и дразнила.

Со мной практически флиртовали, причём на уровне энергии. Как такое может быть?

Сила была опять-таки непонятной, зато стало очевидно — тут не “приглядывать”, а следить в оба глаза!

Отыскав в происходящем хоть какую-то логику, я почти расслабился. Отступил на пару шагов, дистанцируясь от привлекательной ауры, и спросил:

— Как тебе лекция Тослера? Как занятие у Дарктэса?

— Прекрасно, — выдохнула монашка.

— Отлично. Пожалуй, я тоже внесу свой вклад в твоё обучение.

— В смысле? — Её глаза забавно округлились.

— Будешь ежедневно отчитываться о своих впечатлениях, успехах и промахах. Мой личный контроль.

Лицо Евы стало вытянутым и до того забавным, что я улыбнулся. А потом качнулся вперёд, неосознанно желая снова соприкоснуться со странной магией, так похожей на магию огня.

Вернее, это и был огонь, просто другой. Отдельный. Особенный!

Кажется я действительно зря просил Еву меня удивить — результат превзошёл все ожидания. В следующий раз нужно просить более обдуманно и… о чём-нибудь другом.

Когда мы с Огоньком вернулись в комнату, я плюхнулась на кровать и уставилась в одну точку. Сидела так минуты три, а страж медленно, словно успокаивая, кружил вокруг меня.

Наконец я очнулась. Посмотрела на Огонька и спросила с сомнением:

— Он нас не убил?

Страж не ответил, промолчал даже на ментальном плане.

— Он нас не убил, — повторила уже утвердительно, и даже с оптимизмом.

Вот тут-то меня и накрыло осознанием того, что произошло.

Я горела, я пылала, а Алентор застукал. Я снова привлекла внимание Лорда. Более того, меня взяли под личный контроль.

И всё бы ничего, но…

— Ну Морти, — произнесла я тихо. — Ну… Морти!

Я вскочила и забегала по комнате. Эмоции били через край.

Во мне смешалось всё: радость, облегчение, страх, неловкость и огромнейшее возмущение. Ведь сокурсник знал, к каким эффектам приводит употребление запретных плодов? Он мог предупредить?

— Я его придушу! — цедила я. — Я его…

А вот выкинуть оставшиеся плоды не смогла. Более того, я подхватила платок, в который они были завёрнуты, и сунула его на полку, за книги, подальше от чужих глаз.

Меня, с одной стороны, трясло, с другой я испытывала огромное удовольствие. Тот выброс силы был чем-то невероятным. Ощущение огня, бегущего по венам, я не могла сравнить ни с чем.

Впрочем, нет, одна ассоциация всё-таки нашлась, но она касалась моего прошлого. Это состояние проассоциировалось с вроде неприличным, а вроде и естественным словом “оргазм”.

Я снова уселась на кровать. Но быстро поднялась и заставила себя раздеться. Будильник, подаренный Иргиль, уведомлял, что у меня есть ещё несколько часов на сон. Только поспать всё равно не удалось.

Я была слишком взбудоражена. Попытки понять что делать, спокойствия тоже не добавляли. Уже утром, отправляясь в столовую, я решила, что шипеть на Морти не буду. Не нужно торопиться. Я должна хотя бы попробовать быть умней!

Итог? В наполненный вкусными ароматами зал я вошла с видом человека, в жизни которого ничего не случилось. Мой верный помощник, вопреки приличиям, летел рядом, но мне было плевать.

Приветливо улыбнувшись и Морти, и остальным за нашим столом, я отправилась к раздаче. Тут меня поджидала настоящая удача! Харт, Корн и Лотерик в кои-то веки завтракали с нами — прямо сейчас трое плечистых огневиков делили на раздаче последний пирожок.

— Да зачем тебе? — тихо шипел Корн на Лотерика. — Ты такое всё равно не ешь! Вон, бери свой стейк и проваливай.

— В смысле не ем? — возмущался его товарищ. — Да он же с мясом. Значит мой. Значит мне!

— Да что вы заладили, — вяло огрызался на обоих Харт. — Отвалите. Вы вчера пирожков наелись, странно что не лопнули.

— Наелись? — переспросил Корн с такой интонацией, будто всё ложь, и пирожков он вообще не ел.

Не знаю откуда что взялось — матушка Иллария меня бы за такое прибила. Но устав слушать эту полушутливую грызню не замечавших меня старшекурсников, я изловчилась и, просунув руку, выхватила объект спора с противня. И тут же откусила, чтоб никто не отобрал.

Мой манёвр был замечен и осознан не сразу — кажется, парни даже не подозревали, что такое возможно.

— Так, — бахнул Харт, проморгавшись. — Что такое? Ева, ты что творишь?

— Ничёсе ты наглая… — поразился Корн. — Ничёсе…

Я укусила пирожок повторно, как раз добравшись до начинки — до мяса.

— Вот ты… — болезненно кривясь произнёс Лотерик.

Зато спор сошёл на нет.

Парни вернулись к своим подносам и непосредственно раздаче. Я тоже брала еду, попутно доедая нереально вкусный пирожок. А потом увязалась за ними — подошла к столу и спросила вежливо:

— Можно?

— Девушкам за наш стол всегда можно, — широко улыбнулся Харт.

Кажется это был флирт. Впрочем нет, не кажется. Точно!

Сзади, от центрального, то есть нашего, стола донеслось бурчание, но внимания никто не обратил.

Старшекурсники выглядели повеселевшими, словно случилось нечто хорошее, и я, конечно, поинтересовалась.

— Поисковый артефакт сильно снизил активность, — объяснил предводитель банды. — Есть шанс, что нас теперь отправят на нормальную практику.

Увы, ответ меня не вдохновил. Зато я поняла, что нужно торопиться и ловить момент.

Вот и перешла к делу раньше, чем планировала — после первого глотка чая:

— Харт, а можно просьбу?

На меня посмотрели весело — мол, давай.

Вот я и дала:

— Можешь телепортировать меня куда-нибудь? Недалеко, просто… Ну, в общем, при переходе из монастыря у меня были такие странные и интересные ощущения… Я хочу попробовать ещё раз. Мне нужно понять.

Огневик явно ждал чего-то другого — наверное новых расспросов о магии. Моя просьба сначала повергла Харта в ступор, а потом парень возмутился:

— Я тебе кто? Извозчик?

Кажется, мои щёки начали розоветь.

— Нет, конечно. Просто…

— Ева, ну ты даёшь. Телепортируй! — фыркнув, передразнил Харт. — Ощущения ей, видите ли, понравились!

Я смутилась, замялась, отпила ещё чаю, но не отстала:

— Это слишком сложно?

— Нет, малышка, но это бессмысленно. Я понимаю, если бы что-то важное, а тут…

Он был возмущён. Корн и Лотерик просьбе тоже удивились. Зато эти двое отнеслись проще и даже с пониманием.

— Ну, отдельная телепортация ни к чему, — сказал Лотерик. — Но мы можем взять Еву в город в выходной.

Я воспряла, но тут же вспомнила о скором отъезде парней на практику, и опять приуныла.

— В город можем, — согласился Харт. — Но вообще, если ей нужны ощущения, пусть учится. Телепорты — это не так сложно, если есть упорство и талант.

Тут все вспомнили про мою метку, и ситуация снова стала неловкой. К тому же к полноценной работе с телепортами, как напомнил Корн, допускают только с третьего курса, а раньше ни-ни.

Но я за мысль обучения всё равно зацепилась! А вот метку, которая этим утром снова потускнела, показывать, конечно, не стала. Говорить обо всём остальном, включая кормление Огонька искрами и поедание плода пепельного дерева тоже не торопилась. Поделиться хотелось, но мы с парнями не настолько близки.

И опять — “близость с парнями”... Я воспитанница монастырской школы! Я не должна, я не могу, воспринимать их вот так!

Я сейчас должна дрожать, бояться, не уметь связать и двух слов, а сама лезу с непонятными для них обременительными просьбами. Объяснить своё поведение чем-то кроме влияния памяти прошлой жизни я уже не могла.

И да, мне хотелось, заглянуть в эту память глубже.

Что там? Что со мною было? Почему это произошло?

Ну и самое важное — не может ли моё прошлое быть как-то связано с тем, что я переживаю сейчас? Например, со странным поведением моей магической печати?

Или я просто не понимаю, а в поведении метки ничего особенного нет?

То, что беззаботная жизнь закончилась, стало понятно ещё вчера, но минувший день оказался, что называется, цветочками. Всего две, пусть и длинные лекции от Тослера и Дарктэса, были мелочью в сравнении с тем, что свалилось на нас теперь.

В школу вернулись ещё двое преподавателей — магистр Занакас и магистр Рои. Ну и Эртон, как выяснилось, никуда не делся. Он всё так же курировал новичков, только теперь, вместо введения в курс дела, Эртону предстояло контролировать нашу успеваемость.

На вечер, после основных занятий, нам назначили факультатив под его руководством. На факультативе предстояло коллективно выполнять домашние задания и повторять пройденный ранее материал.

Меня такой подход удивил, но кто я такая, чтобы спрашивать?

Да и времени, чтобы сформулировать эти вопросы, не было — нас бросили в омут с головой.

Учебный день снова начался с Тослера, который рассказывал об основных принципах огненной магии, о важных закономерностях и понятиях. Потом был магистр Рои — он начал объяснять классификацию магического огня.

Третьим шёл Занакас, задачей которого было дать нам теорию, связанную с подземным пламенем. Я ожидала, что первая лекция по этому предмету будет элементарной, но преподаватель удивил.

Вместо исторического экскурса или очередных не таких уж вымышленных легенд нам продемонстрировали то, что каждый из нас должен будет базово освоить к концу третьего курса. И это — ужас, ужас! — оказались формулы. Причём не простые и знакомые, как, например, в математике, а многослойные, с какими-то графиками из множества кривых.

При одном только взгляде на все эти точки и изогнутые линии, у всей аудитории разболелась голова.

Четвёртым и последним, уже после обеда, шло занятие у Дарктэса. Оно получилось самым сложным и одновременно интересным — в завершении лекции этот покрытый шрамами маг объявил практическую часть.

Прямо в аудитории, не выходя на улицу, нам велели создать искры. Я воодушевилась — ведь я уже пробовала и умею! — только ничего не вышло. Искры не вылетали, и хоть убей.

К счастью, такой бестолковой оказалась не я одна, опозорилась добрая половина сокурсников. Зато те, кому удалось, по итогу занятия смотрели на нас как на грязь.

— Чё, — взбрыкнул на это Морти. Он тоже был в числе “неудачников”. — Ничё. Мы ещё освоим!

В этих “чё-ничё” прозвучала неприкрытая угроза. Вопреки всем монастырским правилам, на сердце сразу стало теплей.

Весь день я была погружена в учёбу, ни о чём другом и не помнила. Огонёк всё это время прятался в моей сумке — не хотелось афишировать его присутствие, но и оставить стража одного в комнате я не могла.

После занятия Дарктэса в нашем новом расписании значился двухчасовой перерыв, и я, наконец, расслабилась. Вспомнились слова парней о возможном посещении города, а ещё…

Возможно это было глупо, но я так и не смогла проникнуться восторгом по поводу того, что все адепты находятся на полном содержании у Лорда. К тому же у меня метка нестабильная. Мне грозит угасание, а раз так, глупо жить одним днём.

Как человек разумный, я должна думать на перспективу. Ещё в тот момент, когда Корн упомянул город, я вспомнила о подработке — есть ли она в Огненной школе? Я бы не отказалась от собственных, заработанных лично и принадлежащих только мне средств.

Голова после занятий гудела, но откладывать вопрос не хотелось. Прямо от Дарктэса я направилась в канцелярию, удостоившись попутно оклика:

— Эй, Евка! Ты чё? Куда?

Звал Морти, и я отмахнулась. А добравшись до кабинета Тариуса, скрестила пальцы на удачу. И удача мне в самом деле понадобилась, потому что…

— Что-что тебе нужно? — спросил глава канцелярии, неверяще щурясь. — Работа?

Миг, и совсем уж оторопелое:

— Зачем?!

Тариус находился в кабинете один и смотрел на меня как на круглую идиотку. Нет, вслух ничего такого не сказал, но всё было написано на лице.

— Не работа, а подработка, — немного стушевалась я. — Для того, чтоб… Ну просто. Почему бы нет? Разве это плохо?

— Не плохо, Ева. — Надо же, Тариус тоже запомнил моё имя? — Но бессмысленно.

Объяснять я не стала, просто стояла и смотрела молча. Глава канцелярии сначала тоже смотрел, а потом покачал головой.

Он реагировал так, словно я первая и единственная, кому пришла подобная идея. Но в итоге огненный сдался:

— Ну есть одно дело, с которым справится любой дурак.

С этими словами Тариус вытащил из ящика стола ключ и, поднявшись, позвал за собой. Мы покинули канцелярию, прошли по коридору и оказались в самой дальней, пыльной, заваленной какими-то бумагами комнате.

— Вот, — объявил Тариус. — Часть старого архива. Его нужно разобрать, разложить, рассортировать. Разобранное сдать на хранение в библиотеку.

Первое о чём подумалось — про “любого дурака” он погорячился. Дураков к сортировке документов допускать нельзя. А вот справлюсь ли я?

— И какова цена?

— Работаешь по два часа в день, а я плачу один золотой в неделю.

У меня аж рот приоткрылся. Один золотой? Это ведь очень хорошие деньги!

Я, конечно, согласилась, а Тариус отдал ключ от комнаты и добавил, что перед началом работы и по завершению нужно отмечаться у них в канцелярии.

— Когда приступишь? — задал он последний вопрос.

Очень хотелось начать прямо сегодня, но я понимала, что после столь насыщенного дня это будет слишком.

— Завтра, господин Тариус.

— Ну, хорошо.

На том и разошлись.

Я заперла дверь кабинета и направилась во второе жилое крыло, а глава канцелярии ушёл к себе — мотая головой и бормоча что-то явно нецензурное. Только мне было плевать. Какая разница кто и что подумает? Финансовая самостоятельность важней!

Двухчасовой перерыв пролетел быстрее, чем мне бы того хотелось. Зато он точно пошёл на пользу — я успела отдохнуть и немного поиграть с Огоньком.

Ментальные команды мы со стражем пока не трогали, но я пыталась разговаривать с ним мысленно, вкладывая в слова небольшой импульс силы. И пару раз возникло ощущение, что меня поняли. Это было любопытно, жаль только время закончилось, пришлось прервать наш увлекательный эксперимент.

Спрятав стража в сумку, я отправилась на факультатив. К моему огромному счастью, обстановка в аудитории была не такой строгой, как на основных занятиях. Эртон, как и раньше, давал нам максимум свободы — при этом он по-прежнему был готов помогать.

Пользуясь этой вольностью, я уселась рядом с Морти и, наконец, спросила о плодах пепельного дерева:

— Ну что? Ты сам-то попробовал?

Верзила мгновенно понял о чём речь и расплылся в улыбке.

— Конечно, — прошелестел он.

— И как?

Морти придвинулся ближе, нависнув надо мной этаким утёсом. Он был больше и массивнее, и выглядел пугающе, но с некоторых пор я чувствовала себя в его компании спокойно.

— Ну чё «как»? Хорошо! Сразу такой прилив сил. Мы с парнями ещё на тренировку пошли, и у меня почти получился шар.

Я слушала внимательно, и… Та-ак, а как же выброс магической силы? Самопроизвольное горение? У Морти такого не было?

— Просто прилив? — переспросила я.

— Ну да. А чё ещё может быть? Нет, ну говорят, что у Лордов от этих плодов прямо крышу срывает, а потом идёт откат силы на несколько дней, но мы-то не такие. У нас, простых огневиков, обычная эта… ну как её… ситу… симу…

— Стимуляция? — подсказала я.

Морти посмотрел уважительно и кивнул. А я вообще не поняла, что сейчас было.

Выходит, моя магия среагировала неправильно? А Лорды-то тут при чём?

Очень хотелось задрать рукав и посмотреть на метку, но я не стала — час назад узор был почти неразличим, а если Морти узнает о его бледности, то не видать мне совместных тренировок.

— Кстати. — Верзила встрепенулся и словно мысли прочёл: — Парни, в общем-то, не против взять тебя в команду, но с условием. Во-первых, ты не визжишь как тогда, а во-вторых, если передумаем, уходишь без скандалов.

Я просияла, а Морти добавил:

— И это… того. Стража с собой возьми. Всем интересно посмотреть.

Я, конечно, согласилась и поспешила уточнить:

— Когда тренируемся?

— Ну, учитывая новое расписание, сразу после ужина. На сытый желудок, конечно, хуже, чем на пустой, но иначе не успеваем.

Теперь стало кисло. Сегодня-то ладно, но если тренировки ежедневные — когда мне, спрашивается, идти в архив?

К тому же на горизонте маячил ещё один элемент… Лорд Алентор. Я, разумеется, помнила о его вчерашних словах, но они казались нереальными. Я не верила, что сам великий и ужасный станет что-то там контролировать. Но вдруг он всё-таки не шутил?

Как ввинтить в свой график тренировки я пока не понимала, но здесь и сейчас понадеялась на лучшее.

— Чё скисла-то? — не заметил моего оптимизма Морти.

— Не скисла, всё прекрасно. После ужина я с вами.

— Угу. Только стража не забудь, — напомнил он.

Улыбнувшись я, наконец, открыла учебник с заданным параграфом. Завтра нам всем предстояло получить в библиотеке дополнительные книги, пока же предстояло учиться по тому, что есть.

И вот тут, спустя несколько минут после разговора, я заметила ещё одну странность. Морти тоже открыл учебник, но то, с каким видом верзила в него таращился, вызывало некоторое недоумение.

Я сначала поглядывала, пытаясь сообразить, что происходит, а потом на меня снизошло озарение.

И мне бы промолчать! Или дождаться момента и спросить как-то корректно, но…

— Морти, ты что? Читать не умеешь? — прошептала я.

Верзила вздрогнул. Спустя миг на меня посмотрели как на круглую идиотку.

— Евка, ты совсем ополоумела? — выпалил Морти. — За кого ты меня принимаешь?

Прозвучало злобно, вот только парень при этом жутко покраснел.

У меня случился когнитивный диссонанс. В моей вышколенной сёстрами-монахинями голове никак не укладывалось, что кто-то может не обладать столь простым и нужным навыком.

То есть я помнила, что грамоте учат не всех, а в крестьянской среде это вообще необязательно, но меня буквально переклинило.

— Поняла, — выдохнула я по инерции и быстренько уткнулась в книгу. Но буквы теперь прыгали, а я пыталась сообразить, что делать. Как в столь неловкой ситуации быть?

Наконец меня посетила одна ужасно глупая, но всё-таки идея…

— Я тоже умею, — прошептала я, вновь поворачиваясь к Морти, — но у меня есть особенность. Я ничего, вот вообще ничего, не запоминаю, когда читаю молча. Ты не против, если я почитаю вслух?

Мы были, конечно, не одни. Неподалёку сидели другие — парни и две девчонки из нашей “изначальной” группы. Но пространство позволяло, мы не могли помешать.

— Да врёшь ты всё, — буркнул верзила.

— Вовсе нет. — Я изобразила честное, но перекошенное от осознания своего “дефекта” лицо.

Собеседник недобро поджал губы, а я… Не стала дожидаться разрешения и начала зачитывать заданный параграф вслух — кстати, мы были не единственными, кто учил теорию “вместе”.

— Ну и голос у тебя, — сказал в какой-то момент Морти. — Не очень. Такая симпатичная, а голос противный.

Внезапно, но я не обиделась. Наоборот — я чётко поняла, что это смущение. Этот огромный детина с бычьей шеей и широченными плечами просто не знает как выразить свои чувства.

И да, невзирая на “похвалу”, я продолжила читать.

Тренировка прошла плохо.

Впрочем, нет, она была ужасной.

После ужина Морти привёл меня в один из пустующих залов, куда подтянулись уже знакомые мне парни, и… А ничего!

Сначала меня заставили показать Огонька, затем засыпали вопросами, а потом наши порыжевшие “старички” устроили демонстрацию силы.

Шары у них действительно получались, но какие-то вообще не впечатляющие. Я стояла, смотрела и упорно не понимала чего так испугалась в первый день.

Всё было не то и не так! А уж объяснения — вообще на уровне плинтуса. Те несколько абзацев, ориентируясь на которые я сумела выжечь искры, оказались куда информативнее, чем вот это всё.

Тем не менее я старалась. Пробовала. Вот только, как и на занятии Дарктэса, у меня ничегошеньки не получалось. Зато Морти сосредоточился и выдавал одну жирную искру за другой.

Глядя на сокурсника я даже подумала — а вдруг у меня тоже “откат”? Ну, какой бывает у Лордов, если сказанное недавно — правда.

В любом случае, было очень неприятно, и с тренировки я ушла разочарованная. Причём не только собой, а вообще всем. После ночного приключения все эти искры и даже шары воспринимались как нечто совсем уж бледное.

— Я сумасшедшая, да? — спросила, обращаясь к летевшему рядом Огоньку. — Ненормальная, раз не могу ценить малое и хочу чего-то большего?

Страж хаотично замигал.

И погрузиться мне в меланхолию с перевариванием самой себя, но тут, на последнем повороте, в нескольких шагах от входа во второе жилое крыло, воздух замерцал, и перед нами выросло сотканное из огня чудовище.

Огромный волк. В холке как две меня! С узкой мордой, меховой лоснящейся шерстью и массивными лапами.

— А… — выдохнула я, леденея.

Страж взвился выше и агрессивно качнулся вперёд.

Огонёк пытался напугать огненного зверя, но тот отнёсся снисходительно. Я же с запозданием обратила внимание на его прозрачность. Сущность была ненастоящая, и да, перед нами стоял верс.

Легендарный монстр, обитатель подземного пламени, встреча с которым грозит неминуемой гибелью всему живому.

Версов не существует! Они — вымысел! Но кто-то очень ловко взбудоражил во мне животный страх.

И этим кое-кем оказался…

— Лорд Алентор ждёт вас, — рыкнуло чудовище. — Следуйте за мной. Ева!

О, Пресветлый… Как же мне хотелось завизжать! Запустить в верса чем-нибудь тяжёлым! Сделать так, чтобы он свернулся в крошечный огненный шарик и укатился прочь.

Но увы. Я была бессильна, и внезапная истерика никак не выплеснулась. Пришлось унять эмоции и последовать за эфемерным монстром.

Ну а он…

Он вёл по коридорам и лестницам, всё выше и выше. К концу пути у меня гудели ноги и не осталось никаких сил.

Огненный лорд пожелал встретиться в одной из башен, в огромном, но каком-то очень странном помещении. Оно выглядело роскошно и необитаемо. Этакий торжественный кабинет, который не посещали и не проветривали лет сто.

Алентор сидел в кресле, возле зажжённого камина. Гигантский волк растаял прямо на входе в кабинет, а мне указали на соседнее кресло и велели:

— Присаживайся.

Я, конечно, подчинилась.

Села, скромно сложила руки на коленях, а ещё покосилась на стража, который завис над левым плечом.

Алентор тоже на него посмотрел, и…

— Брысь, — сказал Лорд.

Огонёк возмущённо взвизгнул, но словно не смог не подчиниться. Страж исчез, и мы остались вдвоём, друг напротив друга, в отсветах пляшущего в камине пламени.

— Ну, рассказывай, — вальяжно откидываясь назад, велел Лорд.

До этого момента я была почти спокойна, но когда он отослал Огонька, немного вскипела. Ясно, что Алентор — хозяин всего и вся, но можно же помягче? Разве нет?

— Да нечего рассказывать, — выдохнула я. — Никаких успехов, ваша милость. Мы изучали теорию, потом я пыталась создать искру и, собственно, всё.

— Искру? — переспросил он.

— Не получилось.

Алентор кивнул и потребовал:

— Покажи метку.

Помня как это было в прошлый раз, я дрогнула. Я старалась не думать об Огненном лорде, но те прикосновения жгли кожу до сих пор.

Только деваться было некуда, и я, конечно, протянула руку. Метка выглядела сейчас почти сносно, на бледное пятно уже не смахивала. Ну хоть что-то хорошо.

— Мм-м… Интересно, — резюмировал он. За руку в этот раз не брал, слава Пресветлому.

Тут последовали новые неожиданные вопросы:

— Как тебе магистр Занакас? Как магистр Рои?

— Хорошо, — пробормотала я. — Замечательные преподаватели.

— А искры почему не получаются? — Да, мы снова вернулись к основной теме.

— Не знаю. Вчера получались.

— Как именно ты их призываешь, Ева? Расскажи.

Миг, и в пропитанном стариной воздухе запахло чем-то другим.

Это было что-то новое, и одновременно знакомое. Взглянув на Алентора, я обнаружила, что его глаза потемнели, в них появился особый блеск, от которого по коже побежали какие-то очень неоднозначные мурашки.

— Я обращаюсь внутрь себя, как написано в учебнике.

— Покажи, — потребовал Лорд.

Я не хотела. Вот вообще. Даже мелькнула трусливая мысль — а не рассказать ли Алентору про плоды пепельного дерева? Ведь это из-за них случился вчерашний выброс, который и стал причиной сегодняшнего допроса.

Но нет. Я не могла. Ведь в этом случае я бы подставила Морти и парней.

Пришлось вздохнуть, зажмуриться и обратиться внутрь себя, к собственному пламени. В этот миг в груди полыхнуло так, что я подскочила. При этом с пальцев уже слетела целая россыпь ярких, как само солнце, искр!

— Мм-м… — снова задумчивое от Алентора. — Неплохо. Так что не получается, Ева?

Тут я поняла, что надо мной издеваются. Не было оснований так думать, но я точно знала — магия вспыхнула не сама по себе.

Алентор что-то сделал. Может поделился силой, может как-то на меня воздействовал, может ещё что. Не знаю! Но причина точно крылась в нём, и Лорду было отлично об этом известно!

Воспитанница монастырской школы непонимающе хлопнула ресницами, а другая часть меня — та, прошлая, которая могла выйти в свет в облегающем блестящем платье, — наоборот прищурилась.

В ней возникло подозрение и, глядя на улыбку Лорда, я вдруг осознала — а ведь со мной заигрывают. Этот высокопоставленный мужчина… пытается меня “закадрить”?

— А теперь получается, — выдохнула я максимально ровно. — Ума не приложу как так вышло, лорд Алентор.

— Видимо магия, — он развёл руками.

Тут меня как током ударило.

А ведь магии-то в моём прошлом мире и не было!

— Магия, — повторила я заворожённо.

И раз уж я встала…

— А я могу идти?

Он посмотрел недоумённо, словно не такой реакции ждал. Но я так решительно попятилась к двери, так явно продемонстрировала своё желание, что…

— Разумеется, Ева.

Уговаривать не пришлось. Развернувшись, я поспешила к выходу, и уже на пороге в спину прилетело:

— Жду тебя завтра в это же время. Сама доберёшься или снова прислать проводника?

Я даже не поняла как и когда во мне взыграла эта наглость!

— А порталом нельзя? — спросила я, оборачиваясь.

Алентор красиво заломил бровь.

— Ну почему же нельзя. Можно, — ответил мужчина после паузы.

— Тогда лучше порталом, ваша милость, — я продолжила наглеть, но пути назад просто не было.

— Хорошо, будет тебе портал. — Он махнул рукой, отпуская, и я понеслась прочь стрелой. Откуда только силы взялись?

Я бежала со всех ног, а в голове стучало невообразимое — Лорд ко мне подкатывает! Он клеится! Он… Да нет, быть такого не может.

Ближе к жилому крылу подумалось — может действительно показалось? Ведь не бывает, чтобы столь высокие персоны интересовались простушками, монашками и всякими мышами. Это не то. Я просто не так поняла.

— Ну и что это было, Ал? — спросил я самого себя. — Что это, Первородное пламя тебя пожри, было?

Я откинулся на спинку кресла, заложил руки за голову и прикрыл глаза. Ситуация поражала и настораживала.

Начать с того, что аура монашки сегодня была совсем иной, вне выброса она казалась почти обыкновенной. Не знай я особенностей, не понимай на что именно смотреть, вряд ли бы заметил эти едва различимые штрихи.

Аура Евы ловко мимикрировала под ауру обычной магессы огня!

Второе — откат. После вчерашнего выброса Ева пребывала в явном минусе по силе, что, впрочем, логично.

Неправильным в этом её минусе являлось то, что в момент призыва магии я отправил монашке силовой импульс. Немного, совсем чуть-чуть, подпитал её огонь.

Главный вопрос — зачем?

Вот зачем я так поступил?

Здесь и сейчас, сидя в кресле и глядя в камин, я пытался расслабиться, чтобы придать мыслям чёткость, но получалось не очень. Я опять поступил нелогично и абсолютно мне несвойственно.

Но и это ещё не всё.

— Ева, — вслух произнёс я.

Тело отреагировало жаром, кисти рук непроизвольно воспламенились. Я воспринимал нелепую адептку как кого-то… близкого. Как кого-то “своего”.

— Идиотизм, — фыркнул я. — Да ещё и метка эта неправильная.

Метка и необъяснимое притяжение её магии. Нечто, что подстёгивает не только любопытство, но и мой собственный огонь.

В этот раз Огонёк возмущался чуть менее рьяно, чем при прошлой его принудительной отправке в хранилище. Не шипел, не ругался, скорее ворчал.

Тема мести Лорду тоже присутствовала — не выраженная, не высказанная, но очень даже очевидная. Может это неправильно, но я искренне пожелала, чтобы судьба предоставила Огоньку такой шанс.

Стремясь хоть как-то помочь и успокоить пострадавшую от лордского беспредела сущность, я обратилась внутрь себя и призвала искру. Магия получилась столь же яркой, как в кабинете, и Огонёк её с удовольствием поглотил.

— Ещё? — спросила я.

На ментальном плане прозвучало согласие, смешанное с нетерпением, и… В общем, да! Остаток вечера был посвящён кормлению стража.

Увы, но я снова перестаралась — бедолага еле долетел до хранилища, а утром напрочь отказался выходить. Огонёк изволил почивать.

У меня возможности отоспаться не было — пришлось одеваться и топать на завтрак. По дороге я невольно прокручивала в голове вчерашнюю ситуацию с Алентором, и в какой-то момент вспомнила про подарок Иргиль.

Подумала и споткнулась! Хорошо, что дело было уже в коридоре, а не на лестнице. И вот вопрос: как всё-таки понимать то неприличное и кружевное? Улыбки Алентора и подарок Иргиль — совпадение или нет?

Кажется, я начала краснеть. Неизвестно до чего бы додумалась, но рядом нарисовался Морти.

— О! Евка! — воскликнул верзила. — А я тебе учебники взял.

Парень продемонстрировал стопку перевязанных бечёвкой книг.

— Свои я уже это… того, — он мотнул головой, — в комнату отнёс.

Я порадовалась. Нет, ну правда — так приятно, когда о тебе заботятся.

— Но ты давай, — продолжил Морти, — пошевеливайся. А то магистры ждать не будут. Надо поесть и… ну ты поняла.

Нет, не поняла, но не суть.

Ели мы быстро, а добравшись до аудитории сели повторять заданные параграфы. Я снова читала вслух, а Морти опять кривился, но и отодвинуться от моей бубнящей персоны не спешил.

Затем состоялась лекция Тослера, после неё — занятие Занакаса. Нас продолжали вводить в курс дел, все слушали и не дышали. Вместо третьей лекции объявили “окно”, и я решила воспользоваться им, чтобы отнести в жилое крыло книги.

Морти, услышав о моём намерении, заявил:

— Не суетись, Евка. Помогу.

Действительно помог — тяжеленная стопка была для сокурсника пушинкой. Идти вместе с верзилой в жилую часть было как-то неловко, но я не стала возражать.

Ну а когда добрались, когда парень увидел длинный и абсолютно пустой коридор, он вдруг присвистнул и заявил:

— А знаешь что? Я пожалуй к тебе перееду.

От внезапности я закашлялась и переспросила:

— В смысле?

— Чё “в смысле”? — не понял в свою очередь Морти. — Смотри сколько свободных комнат. Поселюсь по-соседству. Вместе-то веселей!

Возражать или спорить я не стала, хотя мысль о том, чтобы жить бок о бок с Морти вызвала некоторое сопротивление. Времени прошло немного, но я успела привыкнуть к своему одиночеству. Да и вообще.

Кстати, а где ещё новенькие? Тослер и Иргиль уверяли, что сейчас какой-то небывалый наплыв новорожденных магов. Но после меня вроде никто и не появлялся? Или я просто пропустила момент?

Когда я отперла дверь комнаты, и Морти занёс книги, его воодушевление стало ещё больше. Ему определённо понравилось. Неужели в главном жилом крыле все действительно сидят друг у друга на головах?

— О! А это что? — парень указал на тускло мерцающее хранилище.

Не дождавшись ответа, осмотрелся и продолжил:

— А чего стены такие голые? Ты бы хоть схему основных разломов себе повесила.

Я нахмурилась. Схему разломов? Зачем?

Впрочем, объяснять сокурсник не стал — деловито потащил меня обедать. Он вообще вёл себя по-хозяйски, как заправский абориген.

Абориген — ещё одно слово из числа тех, которым я решила не удивляться, но которые всё-таки подстёгивали любопытство. И немного пугали! Вдруг я сумасшедшая? Ведь нормальным людям не положено помнить свою прошлую жизнь.

Когда мы уходили, я мысленно потянулась к хранилищу и на ментальном плане возникло всё то же ощущение сонности. Перекормила я стража. Но он так жадно глотал искры, что остановиться я вчера не могла.

Может зря? А может и нет. Будет мой Огонёк сытым и толстеньким шариком! Представив стража вот таким, я улыбнулась, на сердце стало теплей.

Обед прошёл ожидаемо хорошо. Финальное длинное занятие у Дарктэса тоже изначально шло неплохо. Я, как наверное и многие, понимала далеко не всё, но хотелось верить, что со временем эффект гудящей головы пройдёт.

В конце, как и в прошлый раз, Дарктэс объявил практическую часть, и вот теперь с моими искрами всё было в порядке. Проблема возникла чуть позже, когда преподаватель заявил:

— Всё, хватит. А теперь попробуем войти в состояние созидательной концентрации.

— Сози… чего? — пробормотал Морти.

Сказал тихо, но Дарктэс услышал, и посмотрел пренебрежительно.

— Созидание, адепты! Способность видеть ауры и другие скрытые от обычного зрения элементы. Магия огня многогранна, это не только искры и боевые приёмы. Хотя согласен, что боевая часть интереснее, но без способности к созиданию вы — ничто.

Лично у меня возникло ощущение обмана. Какое ещё созидание? Давайте перейдём к боевым шарам!

— Это важное умение, — легко считав настроение, продолжил магистр. — Обычно мы начинаем знакомство с ним в конце первого или даже начале второго курса, но вы-то у нас особенные?

Все сразу встрепенулись, а Дарктэс фыркнул:

— Вас уже познакомили с подземным огнём, вы уже соприкоснулись с его магией. Вот и попробуем. И посмотрим что выйдет! Итак…

Магистр встал ровнее, улыбка на искалеченном лице теперь выглядела зловеще.

— Выдыхаем, адепты. Расслабляемся. Половину внимания направляем внутрь себя, прикасаясь к собственному огню и магии, а вторую половину направляем вовне. Держимся за свой внутренний огонь и смотрим.

Если кто-то что-то понял, то я ему завидую! Потому что у меня едва мозги от столь противоречивой инструкции не вскипели.

Как “разносить” внимание и вовнутрь и вовне я не знала! Но действительно расслабилась и одновременно сосредоточилась. Ощутила внутренний жар и, опираясь на это чувство, стала смотреть на окружающий мир.

В аудитории царила абсолютная тишина, все старались. Дарктэс следил пристально, а в миг, когда взгляд препода вперился в меня, всё и произошло.

Картинка сначала дрогнула, затем пошла рябью, а когда она начала восстанавливаться, я увидела некие линии и тонкие всполохи. Большинство из них были оранжевыми, но меня почему-то зацепил другой цвет.

Разводы бледно-зелёного цвета, которые лежали на лице Дарктэса, прямо поверх шрамов, и тянулись ниже, к искалеченному боку. Сам бок, разумеется, был скрыт одеждой, но всполохи-разводы выдавали их на раз.

Кажется ничего особенного, но у меня рот от изумления приоткрылся. Магистр мою реакцию заметил, хотя создалось впечатление, что всё-таки не понял, на что именно смотрю.

В любом случае он кивнул и, забыв обо мне, продолжил наблюдать за другими. Ну а я…

Это было так странно и так невероятно! У меня получилось? Правда? Так я… получается, что я молодец? Серьёзно?

Вау, вот это поворот!

Такой ненормально-радостной с занятия Дарктэса вышла только я — остальные бубнили и ворчали. Особенно недовольными выглядели наши порыжевшие старожилы, ну и Морти радостью не пылал.

— Зачем это вообще нужно? — хмуро и вслух недоумевал верзила. — Зачем нам что-то там видеть? Своих глаз недостаточно?

Я сейчас чётко понимала, что нет, но о своём успехе почему-то молчала. Зато напомнила ему:

— Ты сам говорил, что маги огня имеют разные квалификации, возможно в каких-то сферах вообще не обойтись без этого созидания. Вот те же прогнозисты к примеру…

— Да при чём тут прогнозисты? — горячо перебил Морти. Слушать доводы парень не желал.

Он хотел бить, крушить, поджигать и драться. При этом отстаивал свою точку зрения так рьяно, что я не решилась встревать.

Ещё мне, вопреки обещаниям, пришлось отказаться от нового предложения погулять компанией — я променяла прогулку на работу в архиве. Я как раз укладывалась по времени до факультатива. Потом можно поужинать и отправиться на тренировку — вчера мне не понравилось, но вдруг сегодня будет веселей?

Только прежде чем идти в канцелярию, где следовало отметиться, я забежала в комнату. Хотела оставить лишние вещи и, разумеется, проверить Огонька.

Вот тут и случился кошмар. Страж на мой зов откликнулся, но когда выбрался из хранилища, я схватилась за сердце. Огонёк сиял как монетка, но стал заметно больше. А ещё у него появился отросток — этакая сотканная из той же плазмы уродливая штука, торчащая в бок.

— О, Пресветлый… Что с тобой? — прошептала я.

На ментальном плане прозвучало непонимание, помощник был убеждён, что с ним всё в порядке.

— Да сам посмотри. В зеркало!

Увы, такой команды Огонёк пока не знал.

Разбираться было некогда, я уже опаздывала, поэтому распахнула сумку и велела помощнику забираться. Я решила, что осмотрю его уже в архиве, с этой мыслью и помчалась вниз.

Я старалась не паниковать, ведь страж выглядел весьма здоровым — умирающие так не сияют! Значит нервничать действительно рано, лучше сосредоточиться на текущих делах.

Таким делом была отметка, и я думала что тут-то всё пройдёт гладко, но нашла новую проблему. Встретившая меня Иргиль пребывала в глубоком шоке.

— Привет, — выдохнула я. — А…

Я огляделась в поисках Тариуса.

Это вращение головой поняли верно и даже объяснили:

— Тариуса нет. Он на совещании с магистрами.

— А… — снова начала я.

Хотела сказать про отметку, но Иргиль и так знала. Причём у неё имелся встречный вопрос:

— Ева, а ты вообще нормальная? Зачем тебе работа? Лорд Алентор содержит адептов от и до!

Я могла объяснить, но глядя в ошалелые глаза сотрудницы, поняла, что прозвучит неубедительно. Ну какая финансовая самостоятельность? Кому и зачем она нужна, да ещё прямо сейчас?

Но дело сделано, есть договорённость с Тариусом, путь к отступлению отрезан.

— Отметишь меня?

— Считай, что уже отметила, — буркнула рыжая, подтягивая ближе какую-то папку.

Теперь смотрела не ошалело, а хмуро, ей моё нежелание говорить не понравилось.

— Спасибо, — выдохнула я. И, помня про бумажный пакет: — Кстати, за подарок тоже спасибо, часы очень выручили.

— Это не подарок. Я не покупала, а заказала за счёт Школы. Ты тоже можешь. — Тут её тон стал твёрже: — Точнее не можешь, а обязана заказать!

Огневичка поставила отметку, потом поднялась и подошла ближе. Осмотрела меня так пристально, словно я лошадь на торгах.

— Сумку себе выпиши, — заявила она наставительно. — Заколки, средства для волос, помаду в конце-то концов!

Губы самой Иргиль были подведены кораллово-красным, ей шло, а я…

— Зачем мне помада?

— Затем, — рыжая почти разозлилась. — Девушка должна быть красивой, а не ходить как чучело.

Интересно Иргиль всем адепткам такое говорит?

— Сделаю обязательно, только не сегодня, — не желая спорить ответила я.

На меня посмотрели убийственно. Я же улыбнулась и, попятившись к двери, покинула недружелюбную канцелярию. На огневичку явно нашло что-то странное. К чему этот приказной тон?

Впрочем, думать об этом было некогда. В моей сумке прятался Огонёк с непонятным, вызывающим опасения отростком. Очутившись в заваленном бумагами чулане и дождавшись, когда активируется большой потолочный светильник, я распахнула сумку и попросила:

— Огонёк, милый, вылезай.

Страж подчинился, но двигался тяжелее обычного — уродливая штука явно мешала.

Я пригляделась. Потом попросила Огонька подлететь ближе и пригляделась снова. А ещё впервые в жизни потянулась рукой в намерении потрогать своего плазменного помощника, и… да! Я поняла, что штуку можно просто оторвать!

С первым проблем не возникло — магический огонь оказался приятным, этаким покалывающим и одновременно пушистым. Но когда я схватилась за отросток, Огонёк начал мигать и вырываться.

— Да погоди ты! — пришикнула на него. — Не торопись. Всё будет хорошо.

Но хорошо не было — страж издал неприятный звук и выскользнул. Отскочил от меня на добрых три метра.

В общем, ему самому эта штука нравилась. Но она же была ненормальной! У стражей Харта и Корна такого нет!

— Это всё от переедания, верно? — догадалась я.

Внезапно, но Огонёк промолчал.

Обиделся что ли?

— Послушай, давай честно? Если кто-то увидит, нас с тобой… вот даже не знаю что сделают. Поэтому давай её просто… ну ты понял.

Страж взметнулся до потолка и мигнул два раза. Потом ещё дважды, и ещё. Короче, протестовал.

Я попробовала предложить альтернативу, но вариант “каким-то образом втянуть отросток обратно” помощника тоже не устроил.

— Ну и что нам с тобою делать? — расстроилась я.

На этом диалог иссяк.

Огонёк дулся, на контакт не шёл. Я же смотрела на него и ругала себя последними словами. Искры? Подкармливание? Может потому стражей и кормят “раз в год”, чтобы не было непонятных мутаций?

А я сломала его получается? Или что?

Настроение рухнуло в пропасть, только размазывать слёзы было некогда. Меня окружали целые горы неразобранных, подлежащих сортировке бумаг.

За мной, безусловно, никто не следил, а значит можно позаниматься чем-то другим, но вдруг Тариус проверит? Да и неправильно это — брать обязательства и их не выполнять.

Шмыгнув носом и обругав себя ещё раз, я сказала Огоньку:

— Прости, больше ничего отрывать не буду. Не бойся.

Страж услышал, но остался неподвижен.

— Нужно заработать немного монет, — переключаясь на другую тему, продолжила я. — Потом парни возьмут нас с тобой в город, и мы купим что-нибудь.

Огонька мой план опять-таки не впечатлил. Пришлось стиснуть зубы и заставить себя переключиться на работу. Это в любом случае лучше, чем сожалеть о своей безголовости и вздыхать.

Бумаги оказались ужасно скучными, как их разбирать и систематизировать я пока не знала. Для начала стала раскладывать по темам. Моим первым уловом стали докладные записки, старые учебные планы, какие-то непонятные графики и несколько тоненьких личных дел.

В личные дела я, конечно, заглянула, и поняла, что либо адепты были какими-то смирными, либо здесь, в Школе Огня, досье на учащихся вообще не собирают.

На этой мысли я невольно споткнулась — понятие о досье и сборе информации точно было из прошлой жизни. Причём воспринималось как нечто естественное, по принципу “оно просто должно быть”.

В какой-то момент эта рутина стала до того рутинной, что я вспомнила науку Дарктэса. Совместить созидательную концентрацию с концентрацией обычной оказалось не так уж просто, мне потребовалось несколько минут.

Я не ждала ничего особенного, но пространство вдруг преобразилось — тут, в этой небольшой кладовке, всполохов и отсветов оказалось принципиально больше, чем в аудитории.

Но ярче всего сиял мой помощник. Вокруг Огонька виделся дополнительный, сотканный из плотной субстанции шар.

Я залюбовалась, но быстро взяла себя в руки и снова осмотрела комнату. В дальнем, самом захламлённом углу, тоже что-то светилось. Качнувшись навстречу этому свечению, я случайно задела две высоченные стопки каких-то бумаг.

Итог? Я оказалась погребена под развалом, да ещё в клубах пыли!

Зато Огонёк, видя моё горе, всё-таки смилостивился. Он подлетел ближе и ободряюще замигал.

О том, что два часа подходят к концу, мне тоже напомнил страж — он издал неприятный звук и закрутился на месте. Но прежде, чем покинуть комнату, которая выглядела теперь как поле боя, я спросила:

— Может ты в хранилище? Боюсь преподы, если увидят, тоже попробуют тебе что-нибудь оторвать.

Я сопроводила слова ментальным импульсом, и помощник понял. Страж исчез, а у меня рот приоткрылся — мы только что освоили перенос “в домик”? Интересно, а обратный вызов смогу?

Только возможности поэкспериментировать прямо сейчас не было. Отметившись у поджимавшей губы Иргиль, я побежала на факультатив, затем и на ужин. После ужина, как и вчера, была тренировка с парнями, и чуда, увы, не случилось.

Сокурсники постигали эти огненные шары настолько вяло, настолько уныло, что стало ясно — даже полчаса простейшей практики с Дарктэсом полезнее. Зато тут, в просторном зале, я снова применила созидательную концентрацию и теперь рассматривала все магические элементы с двух сторон.

Оказалось, что все летящие искры оставляют тающий след! А шары наших “старожилов” в этом “другом спектре” светятся не так уж ярко. Ещё я обратила внимание на похожее на пар свечение вокруг каждого из нас и поняла, что это те самые ауры.

Кстати, ауры порыжевших были краснее, чем у остальных.

Едва тренировка завершилась, я окончательно утвердилась в мысли — мне это не подходит. Если хочу больше практики, нужно искать что-то ещё.

С этой мыслью я и возвращалась в жилое крыло. Один раз даже остановилась, чтобы пнуть с досады пол — именно в этот момент воздух передо мной заискрился, рождая большой огненный овал. Все претензии к полу сразу испарились.

Я очень быстро догадалась, что это обещанный портал, и мысленно застонала — встречаться с Алентором не хотелось. Зато сам телепортационный переход манил новым воспоминаниями о прошлой жизни.

Я заколебалась, но всё-таки сделала шаг вперёд.

Вспышка! Меня словно в омут бросило в видение — вот я иду по поразительному городу, но ничему не удивляюсь. Вижу огромные витрины с идеально-прозрачными стёклами, декоративные столбы, украшенные цветами, невысокие вычурные здания.

Мимо проплывает парень на моноколесе и в защитном шлеме, а там, впереди, уличные музыканты дают концерт.

Их музыка, этот внезапный электрический звук, льющийся из большой портативной колонки, заставил вздрогнуть. Я застыла, впитывая такие новые, но одновременно знакомые звуки, а потом…

— Ева? С тобой всё хорошо?

Голос Алентора породил внутри волну неожиданного тепла, и я очнулась. Лорд, сидевший в знакомом кресле, вопросительно заломил бровь.

А я тоже удивилась — роскошный старомодный кабинет сиял чистотой. Для чего здесь так качественно убрались?

Впрочем, нет. Не важно.

— Да, благодарю вас, — тихо ответила я.

Когда мне указали на соседнее кресло, и я покорно в него опустилась…

— Ну, рассказывай.

— Да не о чем рассказывать, — сказала, всё ещё пребывая под впечатлением от музыки. — Хожу на занятия, учусь. Как все.

Сказала, а сама подумала об Огоньке, архиве и “созидательной концентрации”. Ещё у меня были обрывки памяти о прошлой жизни и маленький секрет про нелегальные, спровоцировавшие выброс силы плоды. Ну и метка, конечно, с её неприятной нестабильностью, и риск угасания. А странное явление элементаля, который ненавидел лично меня, не в счёт.

Событий было вроде и много, но что тут обсуждать? Тем более с Лордом.

— Простите, не понимаю, чего вы от меня ждёте, — не выдержала я. — Тот выброс силы — простая случайность, а мои способности…

Я осеклась, потому что Алентор подался вперёд.

Между креслами оставалось приличное расстояние, но показалось, что мы очень и очень близко. И выглядел Лорд сейчас непонятно! Как кот, который греется в солнечных лучах.

— Магистр Дарктэс объяснял сегодня про созидание, — выдохнула я. — У меня получилось.

Алентор не среагировал.

— А в остальном — всё, — добавила я. — Ничего нового.

— Продолжай.

Тут я поняла, что меня не слушают. Лорд Алентор просто сидит и… да-да, “греется”. Он словно впитывал нечто, разлитое в воздухе. Или лично меня?

От такого внимания стало жутковато, я не спешила продолжать разговор, но этого опять-таки не заметили. Лорд был рядом и не здесь, а я пыталась не смущаться. Прошло минут десять, прежде чем Алентор потребовал:

— Метку покажи.

Я, конечно, показала. Рисунок снова не подвёл — он был ярким и отчётливым.

— Отлично, Ева, — заключил Лорд. — Можешь быть свободна.

Он откинулся на спинку кресла и словно протрезвел.

Спустя секунду на середине комнаты появился огненный овал, и я всё-таки поёжилась прежде, чем воспользоваться телепортом. Делая шаг в свечение, ожидала увидеть что-то новое, но в памяти опять возникла та улица и такая приятная музыка. Я даже слова песни услышала, прежде чем вздрогнуть от басистого:

— Ого!

Миг, я распахнула глаза, обнаружив себя в коридоре второго жилого корпуса, перед собственной дверью. Но я-то ладно! Кроме меня тут стоял верзила-Морти с вытянутым лицом.

После своего “ого” парень замер в недоумении, а я даже не знала как объяснить. В голове было поразительно пусто.

— Эй, Евка, а что это сейчас было? — наконец нашёлся парень.

— Ну так… вызывали на разговор к Лорду.

— К самому? — изумился приятель. — Но для чего?

Я пробормотала что-то невнятное, а Морти посмотрел пристально. Зато уточняющих вопросов не последовало, вместо этого мне заявили:

— Ты так быстро убежала с тренировки! А смотри-ка, что я для тебя нашёл!

Теперь мне показали большой свёрток бумаги, и…

— Карта разломов? — догадалась я.

— Угу, — просиял сокурсник. — Давай, — он дёрнул головой, — открывай дверь, я тебе повешу. Молоток-то есть?

Я мысленно застонала — ну какой молоток в общежитской девчачьей комнате? Впрочем, не важно.

— Спасибо большое, я сама повешу.

— Да зачем? — не понял он.

Но продолжать беседу я не хотела — молча отобрала и карту, и зажатые в ладони парня гвозди.

— Извини, я очень устала.

Морти шумно и кисло вздохнул.

Мы расстались, а в комнате уже ждал Огонёк. Вопреки ожиданиям, ни в какое хранилище страж не спрятался. Он парил в воздухе, под потолком, а увидав меня, качнулся навстречу. При этом на ментальном плане мне пришло чувство голода…

— Что-что? — Я аж воздухом поперхнулась. — Ты снова хочешь есть?

Страж мигнул один раз и послал новый ментальный импульс. Я окончательно растерялась.

— Ты ведь и так перекормленный. Вон, аж какую-то штуку себе отрастил.

Но видимо штука была ничем иным, нежели второй желудок — Огонёк продолжил настойчиво посылать сигналы.

— Нет, — сказала я. — Пока хватит!

Вот только… Я видимо плохая хозяйка, и стражей мне доверять нельзя!

Потому что получасом позже, когда я приняла душ и переоделась в старенькую ночнушку, душа не выдержала. Огонёк висел над столом, рядом со своим хранилищем, и выглядел настолько грустным… Как такого не покормить?

— Ладно, — буркнула я в итоге. — Но только чуть-чуть.

Страж встрепенулся, подскочил, а я привычно послала в него искру. Потом ещё одну, и третью, и четвёртую… В общем, вечер закончился тем же, чем и вчера.

В хранилище Огонёк не улетел, а прямо-таки уполз. Двигался медленней, чем беременная черепаха.

Ух, если у него ещё что-то вырастет, я дико распереживаюсь!

Впрочем, а вдруг у него растёт что-то нужное? Ведь и такое может быть?

Дурацкий вечер. Я сам не понял зачем ответил на приглашение Камелиуса и перенёсся в его замок. В миг моего появления Огненные лорды заканчивали партию в карты, Сильвус побеждал.

Мы встретились взглядами. Я уважительно кивнул обоим и, подойдя к столу, упал в свободное кресло.

— Что с настроением? — спросил Камелиус.

— А что с ним? — отозвался я.

Камелиус промолчал, а Сильвус посмотрел пристально и насмешливо. Он по-прежнему считал меня мальчишкой. Слишком горячим, несдержанным, в чём-то глупым. Но сегодня мне было плевать.

Все мои мысли были посвящены Еве. Что в этой монашке такого? Почему я так реагирую? Откуда в её ауре этот странный, завораживающий меня элемент?

Получасом ранее, когда мы с Евой сидели в кабинете, я потерялся в пространстве и времени. Мне хотелось только одного — находиться рядом. Вдыхать её запах, ощущать её огонь.

И впервые за много лет хотелось чего-то ещё. Но это желание я в себе загасил, оно было совсем уж неуместным.

— Ладно, с настроением понятно, — вновь подал голос Камелиус. — А о чём думаешь?

— Ни о чём, — пожав плечами, солгал я.

Мог сказать, что размышляю о подземном огне, который снова ведёт себя нетипично — уж слишком быстро он угомонился после наивысших всплесков. Мог придумать что-то ещё. Другую логичную, подлежащую обсуждению ложь.

Чего сказать не мог, так это о странной метке на руке новорожденной магессы и об ауре, от которой во мне всё плавится. Инстинкты рычали, а собственный огонь вставал на дыбы при одной только мысли о подобных признаниях.

Про Еву говорить нельзя. Никак.

— Ни о чём не думаешь, — подхватил Камелиус, — с настроением всё хорошо. Но выглядишь так, словно тебя через каменные жернова пропустили.

Я удивился:

— Быть такого не может.

— Быть не может, но есть, — хмыкнул в свою очередь Сильвус. — Что-то произошло. Ты что-то скрываешь.

В эту секунду я, следуя примеру Сильвуса, тоже признал себя несдержанным и глупым. Мне следовало держать маску спокойствия, чтоб у старших лордов и тени сомнения не возникло! А я?

Впрочем, посыпать голову пеплом было всё-таки рано. Выход есть всегда.

— Конечно произошло. — Я скривил губы. — У нас каждый день что-нибудь да происходит. — С этими словами я потянулся к графину, чтобы плеснуть себе столь любимого Камелиусом напитка. Тот называли его “обжигающей жижей”.

Миг, и лорды отстали. Камелиус всё же проиграл партию, а вечер превратился в длинный разговор ни о чём.

Я держал лицо. Много улыбался, иронизировал. Но в голове колючей занозой сидела Ева! Я не успел насытиться, я скучал.

Это было настолько глупо, настолько неправильно, что в какой-то момент моя невыраженная тоска превратилась в безмолвное рычание. Уже ближе к утру, покинув лордов и вернувшись к себе, я решил, что обязательно разберусь и с этой её аурой, и с меткой. До причин угрозы, брошенной элементалем, тоже докопаюсь. Более того, я даже знаю где искать!

Утро началось с разочарования — метка опять побледнела. Вопреки логике! Вопреки тому, что весь вечер я только и делала, что работала со своим огнём.

Стоило увидеть этот бледно-розовый узор на коже, как настроение рухнуло в бездну, а руки сами потянулись к припрятанным за книгами плодам пепельного дерева.

Но я не поддалась. В последний момент убрала платок обратно и сделала шаг назад.

Я проснулась на час раньше, нежели прозвонил будильник, поэтому времени было достаточно. Я успела и умыться, и одеться, и нарезать по комнате несколько кругов.

Потом взгляд отчаянной огневички упал на вчерашний свёрток и гвозди… Я-таки повесила карту разломов, заколотив гвозди браслетом. Он был достаточно тяжёлым, поэтому проблемы не возникло. Правда мне думалось, что на браслете останутся вмятины, но он оказался ещё и твёрд!

Именно эта непробиваемая твёрдость заставила вспомнить о созидательной концентрации, правда обращаясь к этой форме “зрения”, я ни на что не рассчитывала. Думала, что раз метка стала бледнее поганки, то и концентрации мне не видать.

Но нет. Всё удалось! И кроме тусклых всполохов, разбросанных по комнате, я увидела тусклое, ничем не примечательное мерцание браслета.

В общем, очередное подтверждение, что подарок — пустышка. Но в целом плевать.

Полюбовавшись на столь бесполезную для новичка карту, я попыталась вызвать Огонька — эффект был предсказуем, перекормленный страж не явился. В итоге идти на завтрак пришлось грустной и в одиночестве. Зато по дороге я рассматривала в спектре “концентрации” всё вокруг.

Из интересного — в холле первого этажа моего необитаемого крыла, на скрытой за колоннами стене, обнаружился яркий, чётко очерченный прямоугольник. Во мне одновременно вскинулись любопытство и осторожность. Последняя вопила о том, что подходить к прямоугольнику нельзя.

Я послушалась, только зуд любопытства никуда не делся — всю дорогу до столовой я только об этой находке и думала. Лишь очутившись в знакомом зале отвлеклась на поиск Харта и его товарищей. Увы, тут снова не повезло.

Старшекурсники отсутствовали. Появляться и отвечать на мои вопросы не спешили.

Следующей каплей дёгтя в миску с мёдом стал Морти. Когда верзила вошёл в столовую, я встрепенулась и насторожилась. Что-то произошло.

Я уже ела, а Морти только шагал к раздаче, но окликать я всё-таки не стала. Лишь когда он уселся за стол, посмотрела вопросительно.

— Потом, — хмуро бросил приятель и принялся есть.

Это “потом” наступило по дороге к аудитории. Вот тут-то и выяснилось, что перед завтраком Морти успел заглянуть в канцелярию и пообщаться с Тариусом на тему переселения.

— Мне отказали, представляешь? — хмуро возмутился сокурсник. — Мол, нет и всё.

Он сказал, а я выдохнула, потому что причина грусти, на мой взгляд, была не веской. Ладно бы его поймали на сборе запрещённых плодов пепельного дерева, или на чём-то ещё.

— Ты сама-то как? — выдал в свою очередь парень. И уже тише: — Чё Лорд-то вчера хотел?

Я растерялась. Просто не думала, что Морти спросит.

— Да ничего. Просто интересовался как учёба.

Пауза, и мой собеседник протянул:

— А-а…

Прозвучало так, словно Морти подумал о том же, о чём я подумала позавчера. Это почему-то задело.

— Не акай, — вспылила я. — И вообще забудь. Не было ничего.

Морти хмыкнул и в самом деле забыл, а вот Иргиль… Увы, рыжеволосая девица снова проявила странную заботу. Поймала меня перед обедом и впихнула в руки новый бумажный пакет.

— Это что? — оторопела я.

— Ничего, — резко, с претензией, ответила рыжая.

Но быстро исправилась. Словно вспомнила, что у неё нет причин разговаривать со мной в таком ключе.

— Немного вещей. Нужных. Ты сама не заказываешь, вот я и постаралась. — Иргиль взяла паузу, потом добавила наставительно: — А своё барахло начинай выкидывать. Оно здесь неуместно.

При этом огневичка покосилась на мою видавшую виды котомку и на старые — просто новые я пока берегла, — башмаки.

— Я… — я запнулась. — Спасибо большое, но…

— Спасибо потом скажешь, — перебила девушка. — Давай, иди обедать. В канцелярию придёшь как вчера?

— Сегодня позже приду, после ужина.

Иргиль такой ответ не понравился, она мимолётно скривилась.

— После ужина мы уже не работаем. Ну и как тебя отметить?

Она сказала и тут же сама придумала:

— Ладно, уговорю Тариуса повесить на дверь учётный кристалл.

Я догадалась о чём речь, хотя прежде о подобном не слышала. Иргиль мою догадку подтвердила:

— Прикоснёшься к кристаллу, а мы потом проверим и занесём твои приходы и уходы в ведомость.

Я кивнула, но раньше, чем успела вернуться к теме “заказа”, девица ушла.

Мне не оставалось ничего иного, как отнести “подарок” в комнату, где… да-да, меня встретила очередная неприятность! Огонёк не просто проснулся и вылез из хранилища, а стал толще. И у него появился новый отросток. Он был короче и неприятнее первого, и я застонала, признавая себя дурой.

— С сегодняшнего дня ты на диете! — заявила резко.

И вздрогнула, потому что очередное “постороннее” слово неожиданно попало в цель.

Остриё угодило не в Огонька, а в меня. Диета. Это либо изменение питания, либо ограничение в еде. Когда-то давно, в той, в прошлой жизни, я тоже на ней сидела.

Пришлось тряхнуть головой, чтобы прогнать такие неуместные в данный момент мысли. Я спешила. Мне было не до новых неприятностей и, уж тем более, не до диет.

Ситуация с Огоньком испортила настроение тотально. Я даже успела прихватить из комнаты книгу про стражей, но листая её на переменах ничего толкового не нашла. Ни про какие отростки в учебнике не писали, это точно была аномалия, которая угнетала.

А ещё Морти с его хмурой физиономией! И непонятная забота Иргиль!

Я бы тоже заморочилась — начала анализировать и съезжать в рефлексию, но спасла учёба. Времени распускать нюни не оставалось, я впитывала знания как могла. Слушала, писала подробные конспекты и, помня о нестабильной метке, очень и очень старалась.

А в начале лекции магистра Дарктэса у нас случилось то, что мой разум назвал короткой аббревиатурой ЧП.

Одна из девчонок — из тех, которые держались особняком от нашей компании, — вдруг вскрикнула и схватилась за запястье. Изрезанный шрамами магистр сразу прервался, взглянул остро и бросил:

— Адептка! Что у вас?

Только девушка не ответила, рухнула без чувств. Она имела все шансы соскользнуть и упасть под парту, но её подхватили. А через пару минут, стараниями подоспевшего Дарктэса, выяснилось, что сокурсница угасла.

Вот так, в секунду. В один момент.

Зрелище было настолько жутким, словно мы стали свидетелями скоропостижной смерти. Конечно вспомнились слова об экспериментах, призванных отменить угасание, но тут было уже не до них.

По моей спине побежали ледяные мурашки, и я неосознанно прижалась к Морти в поисках защиты, а парень поспешил успокоить:

— Ну чё ты? Не дрейфь, Евка.

“Не дрейфить” — отличное предложение, но здесь и сейчас занервничали вообще все.

Дарктэс же сделал сложный пасс рукой, и в воздухе появилось очертание огненного символа, похожего на птицу. Через несколько минут в аудиторию вошёл Тариус с помощницей, и девчонку, которая успела очнуться, просто увели.

Ну а мы остались.

— Не драматизируйте, адепты, — оборвал всеобщую панику магистр. — Такое бывает. Не в последний раз видите.

Он кашлянул и продолжил лекцию, а нам пришлось сосредоточиться. И это было лучше, нежели размышлять о том, что можно лишиться дара в один момент.

Ну а после того, как нас отпустили, я была вынуждена признаться Морти, что их тренировки мне не подходят. Парень неожиданно расстроился, зачем-то стал оправдываться, потом предложил попробовать ещё раз.

Но я смысла не видела. Просто извинилась и объяснила с самым виноватым лицом:

— Это не моё.

Тогда Морти придвинулся и задал новый неожиданный вопрос:

— Евка, а когда найдёшь “своё”, поделишься?

Я изумилась. Не ответила и, пользуясь моментом, опять погрузилась в книгу про стражей. А на факультативе, как и в прошлый раз, читала вслух…

На ужине снова мечтала увидеть Харта и парней, но те в очередной раз не явились. Увы, с главным на сегодня вопросом, с темой отростков Огонька, я осталась один на один.

Это было неприятно, я чувствовала себя потерянной. Уже очутившись в заваленной бумагами каморке решилась на то, чтобы призвать стража — зажмурилась, вообразила шарик с двумя неприятными штуками и сдобрила это всё ментальным импульсом. И Огонёк пришёл.

Просто р-раз, и вот он здесь. Такой же плотный, неуклюжий, явно требующий спорта и различных ограничений. Вот только…

— Как же я по тебе соскучилась, — сказала, не успев подумать.

Питомец тут же качнулся вперёд.

Он завертелся вокруг меня, как игривый щенок, а я как-то ну совсем не в тему подумала о Лорде. Алентор моего Огонька очевидно не любит, зато Лорд обладает знаниями. Так что если мне набраться решимости и спросить у него?

Алентор наверняка знает, и точно способен помочь, вот только больным мой страж всё-таки не выглядел. Перекормленным — да, больным — нет. Этот момент немного успокоил, и я решила не торопиться.

Осмотрев царящий вокруг хаос, принялась за работу.

Ту что, бумаги и бумажки, кто кого?

За историю Школы у нас случалось всякое… Адепты попадались очень разные, и всех “особо одарённых” всегда брали на карандаш.

По ним составляли особые досье, а ещё имелся большой каталог с перечнем всех отклонений — к каталогу я и обратился. Смотрел на список необычных особенностей так пристально, словно от этого зависела моя жизнь.

Увы, два часа в закрытом архиве Школы результата не дали. Тогда я переместился в главную башню и спустился в подвал.

Здесь тоже хранились папки, досье и сборники записей, но уже совсем другого рода — это были записи, сделанные Лордами.

Лорды, конечно, имеют собственный взгляд на происходящее, и мне очень хотелось сравнить наблюдения предшественников с тем, что я наблюдал сейчас.

Тетради, связанные с аурами, я нашёл быстро, но дальше… снова пусто. Разумеется, я просматривал поверхностно, но даже при таком прочтении мог бы найти.

Только вместо особой притягательности читал про спектры, размах и прочие глупости. Если кого-то из Лордов и будоражила чья-то аура, то он об этом не писал.

Глядя на это упущение, я разозлился. Однако мысли самому сделать подобную запись не возникло. Вместо этого я прорычал ругательство и, активировав потайной рычаг, обратился к архиву, которого “не существовало”. К книгам и дневникам за один взгляд на которые любой маг с радостью бы шагнул в Первородный огонь.

Здесь было, конечно, не всё, но максимум, включая широко известный в узких кругах труд “Порождения”. Речь шла об элементалях — о повадках и нашей исконной вражде.

После двух неудач я был твёрдо нацелен на победу. Провалы обычное дело, к ним нужно относиться спокойно, но они не случаются по три раза подряд. Подобное невозможно.

А если и возможно, то не в моём случае. Нет и ещё раз нет.

Вот только…

— Да что за дрянь? — в итоге воскликнул я.

После четверти часа изучения фолиант улетел прочь, теряя страницы. А я почти взбесился! Стоял перед стеллажом с ценнейшими книгами и не мог найти ни-че-го.

Как какой-то сопляк. Как дурак.

— Ну, Ева, — процедил недобро, а в груди разлилось пожаром.

Что за подлость? Во мне сейчас столько силы, и нет ни одного разлома, который нужно дезактивировать!

В итоге я уцепился за мысль, что день прошёл не так уж плохо. Я успел и сделал многое! Это вечер, проведённый в замке Школы, не удался.

Немного перебесившись и вернув на место рычаг, я призвал телепорт и переместился к канцелярии. Снова забыл, что уже вечер и всё закрыто. Вместо разговора с Тариусом я поцеловал дверь.

Времени до разговора с Евой оставалась тьма, и я двинулся по коридору. Шёл и размышлял о своём, когда что-то заставило замереть.

Я остановился как вкопанный, потом медленно повернулся и уставился на дверь с установленным на неё учётным кристаллом. Почти не задумываясь потянул за ручку и остолбенел.

Тут были бумаги — очень много бумаг и бешеный беспорядок. А посреди этого бедлама стояла моя заноза — всклокоченная и с покрасневшим лицом. Ещё не отдавая себе отчёта, я перешёл на магический спектр зрения и отыскал по ауре стража, который спрятался за одной из бумажных стопок — аура помощника светилась чрезмерно ярко.

Но это было ерундой в сравнении с самим фактом нахождения здесь “монашки”.

— Что ты тут делаешь? — хмуро и недоумённо поинтересовался я.

— Работаю. — Прозвучал растерянный ответ.

Я сначала не понял, решил — ослышался. Но со слухом-то вроде всё в порядке. Разум до недавнего времени тоже не подводил.

— Что-что? — переспросил я.

— Работаю, — повторила Ева.

Меня тут не ждали, адептка сильно растерялась, и только теперь сообразила присесть в реверансе. Вышло криво, но не важно. Я шагнул внутрь!

Я вошёл в этот хаос пыльных бумаг, а Ева резко отступила.

Испугалась что ли?

Кого? Почему?

— Работаешь? — Нет, этот факт никак не укладывался в голове.

— Что вас так удивляет?

Меня удивляло всё! У нас не принято привлекать адептов к каким-то работам, персонал Школы сам справляется.

— Тебя принудили? Или… ты за оплату? — новая невероятная догадка.

— За оплату, — ответила Ева. Лицо при этом было такое, словно спросил какую-то чушь.

Но по части чуши всё было с точностью наоборот. Все адепты находятся на полном моём обеспечении, им нет причин брать какие-то подработки. Да и сколько им могут заплатить? Монашка, как понимаю, должна разобрать эти бумажные завалы? И ради чего? За сотню-другую золотых?

— Зачем? — по-прежнему не понимал я.

Это не укладывалось в голове. Никак! Абсолютно!

Однако у Евы обнаружилась некая пусть кривая, но логика:

— Собственные деньги, лорд Алентор. — Девица сглотнула. — Хочу, чтобы у меня было что-то полностью принадлежащее мне.

— А мои деньги чем не устраивают? — Я сам не понял почему разозлился, и не заметил как приблизился.

Ева отступала так долго, как могла. Остановилась лишь после того, как практически упёрлась в бесконечный бумажный завал. На меня уставились огромными невероятными глазами. Добавить сюда пьянящий компонент в ауре, и я поплыл.

Нет, внешне-то остался спокоен, а вот внутри всё плавилось. Реакция, которой не может быть.

Я шумно втянул ноздрями воздух, вдыхая пленительный аромат вперемешку с пылью. Девица продолжала смотреть испуганно. Неужели решила, что съем?

С этим надо что-то делать, причём немедленно. С огромным трудом, но я всё-таки взял себя в руки. Отступил. Огляделся снова и, обнаружив стол, направился к нему.

Сбросив со стола часть бумаг, я сел и опять уставился на монашку.

— Какие новости? Как твоя учёба? Как успехи? — Вопросы, которые планировал задать позже и в другом месте, но почему бы не сейчас?

— Да ничего, ваша милость. Всё нормально. Всё как у всех.

— Хорошо. Что именно вы сегодня изучали?

В действительности мне было плевать, потому что материалы первого и второго курса — простейшая вводная информация. Никакой реальной ценности она не несёт. Но нужно же о чём-то говорить? Вот я и заставил Еву вспомнить.

Девушка отвечала с заминками, но быстро и коротко. При этом беспрестанно косилась на окружающий завал.

В результате прозвучало:

— Лорд Алентор, прошу прощения, но мне нужно рассортировать и систематизировать…

Я мог поспорить, но не стал:

— Хорошо. Занимайся.

Сказал и остался где был. Не видел причины покидать кабинет.

Ева сначала косилась, потом неожиданно надулась. В итоге ей надоело, и девушка обо мне как будто забыла — в помещении повисла гнетущая тишина.

Не знаю, о чём думала монашка, а лично я сидел и впитывал “аромат” её ауры. Аура, в которой сейчас не было ничего необычного, продолжала оказывать на меня какой-то поразительный эффект.

Страж всё так же прятался за бумагами и заметно от моего присутствия нервничал. Я мог молча, без всяких слов, послать ему импульс, принуждая уйти, но не стал. Какая разница? Пусть сторожит.

Ева, Ева, Ева… Зачем тебе ковыряться в этих бумагах? Что ты, непонятная девчонка, творишь, и почему меня это так бесит?

Разобраться… Нужно разобраться! Вскрыть эту загадку, найти ответы и забыть.

Лорд Алентор появился внезапно и сидел в архивной комнате до упора. Сначала я растерялась, потом принялась смущаться, а в итоге разозлилась — ему делать больше нечего? Он же Лорд, у него должна быть куча дел!

Под внимательным, но немного затуманенным взглядом, я разобрала несколько стопок, заодно придумала как их систематизировать — теперь мне требовались учётный лист, бечёвка для перевязи и грубая мужская сила, чтобы дотащить всё до библиотеки.

Великая глупость, но подумав о силе, я покосилась на Алентора. А что? А вдруг? Почему бы нет?

Но вопиющего предложения не прозвучало, наглости у меня, конечно, не хватило. Вместо этого я пыхтела и терпела его присутствие. А на языке крутился совершенно другой вопрос.

Будь мой интерес чисто теоретическим, не имей Огонёк лишних образований, я бы всё-таки спросила про отростки, но, учитывая обстоятельства, промолчала.

Зато тихо и облегчённо застонала, когда Алентор, наконец, ушёл.

Два отведённых для работы часа к этому моменту уже истекли, но покидать захламлённую комнату я не спешила. Прошло ещё минут десять прежде чем мы с Огоньком аккуратно выглянули за дверь.

Затем я приложила палец к учётному кристаллу, и мы, крадучись, поспешили прочь — подальше от ставшей такой опасной канцелярии. При этом я снова перешла в состояние “концентрации”, было очень интересно смотреть на мир в таком спектре — прямо страсть как.

При этом я до последнего опасалась появления овала телепорта, но нет, обошлось. Видимо “разговора”, который состоялся в “архиве” Алентору оказалось достаточно.

Из неприятного — пересекая холл, я снова увидела прямоугольник, и в этот раз разум оказался бессилен. Нырнув за колонны, я приблизилась к стене и замерла, рассматривая такую чёткую, такую интересную полосу.

Огонёк заволновался. Страж описал несколько зигзагов вокруг меня, а потом замер этаким мелким, но агрессивно мерцающим барьером. А у меня аж внутри зудело — магия буквально вставала на дыбы.

Не окажись рядом Огонька с его шипением, я бы обязательно прикоснулась к невидимой простым взглядом полосе, а так — отступила. Сделала глубокий вдох и велела помощнику:

— Идём.

Уже поднимаясь по ступеням, подумала о том, что раз одна из адепток угасла, меня наверняка переселят в первое жилое крыло, и от этой мысли стало грустно. Я уже привыкла к одиночеству и относительной свободе, а там что? Комната на несколько человек?

Но дальше — хуже! Когда мы поднялись, когда я активировала светильники, то, во-первых, вспомнила про пакет от Иргиль, а во-вторых, Огонёк опять послал голодный ментальный импульс.

— Нет, — рявкнула я. — Никакой тебе магии. Стражей кормят не каждый день, а раз в год.

Ой, что тут началось… Мигания, падения с потолка и прочие манипуляции. Глаз у Огонька не было, но даже при этом он умудрялся смотреть с мольбой.

Я сначала сопротивлялась, причём отчаянно, но силы оказались неравны. В итоге меня всё-таки заставили призвать искру.

А потом ещё одну, и ещё…

В ванную я уходила едва не плача от собственной бесхребетности. Вот как так можно? Как я умудрилась снова угодить в ловушку? Хозяйка я, а верёвки вьёт он!

Ну и Иргиль эта… Заботливая! Чтоб её осы за лицо перед важным свиданием покусали!

Я же заглянула в пакет и, кроме новой красивой сумки, обнаружила там две нижние сорочки и ночную рубашку с кружевами. Рубашка была до того неприличной, что даже в первую брачную ночь не наденешь! Алая. Из тончайшего шёлка. Не скрывающая вообще ничего!

Воспитанница монастырской школы во мне ахнула и упала в обморок. Зато другая часть меня насмешливо фыркнула — мол, и не такое видали. Это ещё ерунда!

К рубашке прилагался халат — длинный, контрастно-строгий, с широким, в несколько обхватов поясом.

Халат я и примерила!

Но потом…

Не знаю, что произошло, и что за бунт во мне случился. Но закончился мой вечер тем, что я надела и сорочку и подаренные ранее кружевные трусы. Тщательно расчесала волосы, которые пока не спешили рыжеть, и уставилась на себя в зеркало — девушка в отражении была знакома лишь частично.

Вроде я, а вроде и не я. Другая. Гораздо и гораздо смелей.

Конечно следовало переодеться, но снова что-то помешало. Разглядывая себя в зеркале я не выдержала и выпалила:

— А почему бы нет?

Спать легла прямо так, а через час бессонного ёрзанья встала, надела халат и, войдя в концентрацию, отправилась к “прямоугольнику”... Просто если меня вот-вот переселят, я даже не успею его рассмотреть.

Ступени лестницы, тусклое ночное освещение замка, бесконечные всполохи разлитой вокруг магии, и я очутилась в холле. Бесшумно, стараясь не шаркать новыми, подаренными той же Иргиль тапками, добралась до нужной стены, и…

Это было сильнее меня. Магия бунтовала, требовала действий и туманила разум. Я конечно потянулась и… да, прикоснулась к мерцающим линиям.

И очень быстро об этом своём поступке пожалела! Меня, словно по щелчку пальцев, засосало в телепорт.

Ну вот, опять. Ощущение, как меня расщепляет и тащит, было уже не просто знакомым, а почти привычным. На доли секунды меня вернуло в момент аварии, а потом перебросило в лекционный зал.

Большой амфитеатр, парты сплошными рядами, внизу возвышение и кафедра, за которой стоит лектор. Доска, на которой мелом нарисован невнятный график и обозначены формулы. В высокие окна бьёт тусклый солнечный свет.

Я сидела, смотрела на доску, но думала о своём — о том, куда пойдём в эти выходные с девчонками. Что всё-таки выбрать? Новый фильм или совместные покатушки на роликах? Ролики точно веселей.

Вот только после них ноги болеть будут, а после кино… Я тихо фыркнула — нет, попа после кино не заболит, зато имеет все шансы увеличиться от попкорна и колы. Это показалось смешным и я заулыбалась — ровно в эту секунду взгляд препода упал на меня.

— Астарьева! — громкий оклик. — Что весёлого?

— Нет, ничего, — ответила я растерявшись.

Но препод был сегодня не в духе.

— Ничего говорите? — он недобро усмехнулся. — А мне показалось вам даже слишком весело. Может продолжите? Вместо меня?

Я не знала что сказать. Слишком робкой никогда не была, но Гусь — так прозвали нашего “главного маркетолога” — легко вгонял в смущение любого.

— Ну же, Астарьева! Вперёд! — он махнул рукой, в которой был зажат кусочек мела.

Приказ? Нет, это была издёвка. Я легко и совершенно случайно попала под раздачу. Ну всё, сейчас влетит.

Я осталась на месте, а препод продолжил брызгать ядом в мою сторону. Наверное его можно было понять — лекции длинные, учебный год ещё длиннее, а студенты не самый покладистый народ.

Гуся достали, а моя улыбка стала последней каплей, вот он и нашёл точку выхода злости. Поймал меня в ловушку, выбраться из которой нельзя.

Препод распинался минут пять, а я всё больше сжималась. Спорить не пыталась потому что бестолку — лишь сильнее затяну наброшенную на собственную шею петлю.

Ну а когда Гусь выдохся и вернулся к лекции, сидевший впереди парень повернулся и изумился:

— Евка, ты чего такая красная? Ну подумаешь наорал. С кем не бывает?

Тут меня уже не просто дёрнуло, а прямо-таки тряхнуло. Евка? Опять? То есть в прошлом воплощении меня тоже звали Евой?

Совпадение? А если нет?

В водоворот воспоминаний меня утащило легко, а вот обратно выплюнуло неохотно. Я приходила в сознание так медленно, словно наглоталась какой-то отравы. Словно попала под мощный наркоз.

При этом выяснилось, что я вовсе не валяюсь обессилевшим телом, а стою, держась за некую каменную штуку — когда в глазах перестало двоиться, оказалось, это массивный каменный столб, испещрённый какими-то символами. Я видела похожие в одном из залов Школы Огня.

Только место, куда угодила, было не замком — я стояла на заросшей сероватым мхом каменной площадке, вокруг простиралось нечто вроде сада, а за спиной высился заброшенный двухэтажный особняк.

Архитектура была странной — прежде я ничего подобного не видела, но это, пожалуй, нормально. Ведь в этой, новой жизни я даже за пределы Истема не выезжала. А мир, как подсказывала память прошлого воплощения, бывает очень большим.

Ещё сильнее удивило небо — низкое и затянутое нереально-плотными тучами. Уставившись на эти тучи, я не выдержала и застонала, потому что… Ну а что? Ну а как тут не стонать?

Куда я попала?

Для чего?

Для чего, блин, и как активировала этот проклятый телепорт? Я же чуяла, да и страж предупреждал, что трогать линию опасно!

А теперь…

— О, Пресветлый, сжалься, — выдохнула я с самым несчастным видом.

И тут же прикусила язык, потому что откуда-то справа послышались голоса.

— Эй, да точно тут! — воскликнул один голос. Звонкий, но не женский.

— Да не мог старый порт сработать, — отозвался другой, нестабильный и более басистый.

— Ты разве не видел как полыхнуло? — третий, непонятный.

Что полыхнуло? Где?

Меня накрыла паника. Вцепившись в края пусть запахнутого, но всё-таки халата, я заозиралась в поисках убежища. Но увы, засекли меня раньше! И первый из голосов заорал:

— Ага! Вон-вон! Смотрите!

Та-а-ак… И что делать? Бежать или… попробовать вступить в диалог?

Будь на мне ботинки, я бы всё-таки рискнула. Бросилась к особняку, чтобы хоть как-то затеряться. Но тапочки, заразы, подвели! Уже на втором шаге я потеряла один, и тут же уколола ногу о мох, который оказался неожиданно жёстким.

— Ай! — вскрикнула я.

— Ого-го! — ответил один из преследователей, вторя мне.

Ну всё. Я приготовилась даже не разговаривать, а сражаться! Паника накрыла лавиной, пальцы цеплялись за ткань халата уже до хруста, но…

— Пацаны? — неверяще прошептала я.

Из-за деревьев вынырнули три фигуры — довольно высокие, но угловатые и неказистые. Не дети, но подростки! Впрочем, возраст, как оказалось, был ещё ерундой.

Незнакомцы были одеты дорого, но обычно, а вот их причёски ввергли в ступор. Все трое носили высокие хвосты, и цвет волос был даже не рыжим, а алым — немногим тускнее, чем у нашего Лорда огня.

— Эй! — воскликнул первый, писклявый. Видимо голос у парня ещё не поломался.

— Ого! — уже басом поддержал другой. — Ты кто такая?

Третий парень промолчал, зато уставился ну очень удивлённо.

Они все приблизились, а я растерялась. Вообще не понимала как себя вести.

Я стояла и не знала. Молчала и верила в лучшее. Заодно таращилась на эти поразительного цвета волосы. Быть такого не может, но клянусь всем своим жалованием за все подработки до конца жизни, что мальчишки — огненные маги.

Миг, и шок стал взаимным.

— Слушай, а ты чё? — спросил писклявый. Этим “чё” закономерно напомнил Морти. — Покрасилась что ли неудачно? — Он дёрнул головой, явно указывая на мою отнюдь не красноволосовую, а совершенно каштановую гриву.

Покрасилась? Стоп, а тут тоже так можно?

— Ну… было, — ответила я нервно. — Экспериментировала, пробовала. Сначала недодержала, потом передержала…

Поразительно, но писклявый понимающе кивнул.

И тут же спросил опять:

— Мы видели как полыхнул старый порт. Как ты его активировала?

— Ну, — начала я, судорожно пытаясь что-то придумать.

Но меня перебил “третий”:

— Как вообще тут оказалась? Да ещё в тапках?

А халат его значит не смутил?

Я выдохнула и заставила себя улыбнуться. Сказала туманно:

— Да стенку неправильную потрогала. Говорили мне, чтоб не лезла, а я…

Я развела руками, а мальчишки резко подались вперёд.

— Что? — басовито бахнул “второй”. — Стенку? В твоём поместье что ли связанный порт остался? Ты что, из древних?

Оу-оу…

Не позволив лицу вытянуться от удивления, я пожала плечами. Заодно наконец вспомнила о “концентрации” и сообразила, что если вот эта колонна — некий старый телепорт, то он должен работать в две стороны?

Жаль, что я была слишком взволнована, чтобы легко переключить зрение. Быстро не получилось. Но я продолжила стараться!

— Из древних, — с толикой зависти протянул “первый”.

Зато “третий” фыркнул с горделивым видом — мол, я и сам такой.

Это было так странно, но и так интересно! Однако задавать вопросы я не спешила. Да и не знала о чём именно спрашивать. Пока молчаливо благодарила Пресветлого за то, что меня приняли за свою!

Попутно возносила хвалу за память прошлой жизни… Прошлая я была куда более адаптивна, чем воспитанница монастырской школы — именно опыт прошлого воплощения помогал сейчас.

— А наше поместье вон там, — вдруг сказал “второй”. — Почти соседи с этой хибарой, — он кивнул на заброшенный особняк, — но сносить его пока не позволяют. Клан-то погиб, но вроде как память.

Клан?

Та-ак… Как опять-таки непонятно, но интересно!

— Чё? — снова “первый”. — Пойдём чаю попьём? Ты ж не торопишься?

— Кстати, — опять подал голос “второй”. — Тебя как зовут?

— Ева, — выдохнула я.

Сказала и поняла, что снова нахожусь в опасной ситуации. Меня явно занесло в какой-то ну очень отдалённый уголок мира. Более того, официальная наука понятия не имеет об этом уголке.

Я точно знала, что мальчишки — маги. Я их чуяла! Причём всем троим было меньше восемнадцати, и это означало, что что-то здесь не совпадает.

Они не совпадали с моей картиной мира, а значит я тоже имела шансы не совпасть с их представлениями о том, “как правильно”. То же имя. Вдруг для них это что-то незнакомо-экзотичное?

Увы, тут я оказалась почти права.

— Ева? — нахмурился “третий”.

“Второй” тоже посмотрел недоверчиво.

На выручку пришёл “первый”, который вдруг “догадался”:

— Это сокращённо от Евалантана?

— Эм… Ну да.

Подростки сразу расслабились, но при этом и нахохлились.

— Волосы красить разрешают, — пробормотал “второй”, - имя сокращать разрешают… Почему я не из древнего клана?

— Да не в древности дело, — возразил “третий”. — Не видишь? Она же с окраинных территорий. Сам знаешь, там нравы проще.

Про территории прозвучало скорее вопросительно, мальчишка ждал подтверждения. А я кивнула.

С окраинных. С самых дальних и диких! Что угодно с учётом того, что я наконец смогла войти в концентрацию и увидеть на столбе широкую, мерцающую магией полоску. Однозначно телепорт! Дотронуться, и я вернусь в Школу.

Столб порадовал. А вот на всё остальное я посмотрела зря…

Магических отсветов вокруг было не просто много — пространство светилось, как новогодняя ёлка! От разлитой в воздухе магии, от бесконечных оттенков красного, рябило в глазах.

Ауры мальчишек не просто колыхались дымкой, а ещё и мерцали, что навело на мысль об очень высоком уровне силы. Ну а дальше, за рядами старых, раскидистых деревьев, виделось настоящее зарево!

— А… там ваше поместье?

Вопрос был странным, мне говорили об этом только что. Но увиденное настолько не вязалось с логикой, что я протупила.

— Ну да, там, — отозвался “первый” и представился: — Кстати, я Наонграс. А это Олтаринус и Дайтарон, — добавил он, кивнув на “второго” и “третьего”.

Лишь теперь я сообразила, что парни не очень-то друг на друга похожи. Они точно не родственники.

— А поместье чьё?

— Так моё, — разулыбался Наонграс. — Клан Третьих.

А сколько этих ваших кланов вообще? — едва не спросила я.

Когда прикусывала язык, поймала новое осознание. Оно было отголоском той, прошлой жизни, где я-Ева носила короткие платья и ходила в университет.

Память вдруг подсказала, что так бывает. Что не я первая и не я последняя, кому приходится притворяться аборигенкой, тщательно подбирая слова и боясь спалиться. Что ситуация может и ненормальна, но теоретически решаема. Главное следовать логике этого процесса!

А ещё в таких ситуациях лучше не рисковать. Есть возможность вернуться в безопасность — так вернись!

Но…

Это было выше моих сил. Вот просто выше. Особенно после того как прозвучало:

— Ну так что? Чаю выпьешь? Стариков сейчас нет, никто не будет донимать.

Стариков нет. Какая прелесть. Но кроме них наверняка есть слуги, которые могут оказаться внимательнее троих подростков? Что будет, если кто-то сообразит, что я вовсе не из какого-то древнего клана?

Впрочем… Если осторожно… Если молчать и побольше слушать?

— Почему бы и нет? — выдохнула я.

Я выпрямила спину, расправила плечи и широко улыбнулась. Ведь если я местная и, более того, принадлежу к древнему клану, то не имею права вести себя как забитая мышь.

Удивляться тоже нельзя. Нужно держаться максимально спокойно и даже нагло. Всем известно, что огненные — поразительные наглецы.

Кивнув парням, я поглубже пихнула ногу в правый тапок, который, каким-то чудом опять начал соскакивать, и шагнула в неизвестность. Уже проходя мимо деревьев старого парка отметила, что с ними тоже что-то не то.

Деревья были вроде и обычными, но я никак не могла идентифицировать породы. А ещё мох… Он расползался во все стороны, где-то густел, а где-то наоборот выглядел плешью. Он заменял здесь траву.

Мы прошли сквозь старый парк, чтобы очутиться в похожем, но куда более приятном пространстве. Те же деревья, только более молодые и ровные. Особняк, который виделся в отдалении, был выполнен в том же стиле, что и заброшенная “хибара”. Строгий, немного зловещий, однако цепляло другое — у нас, в Истеме, постройки старались “осветлить”, а здесь…

Я увидела серый камень и чёрные колонны у фасадной части. Даже с точки зрения памяти о прошлой жизни это выглядело странно. И неожиданно натолкнуло на дикую мысль.

Я аж споткнулась, но тут же тряхнула головой — нет, быть такого не может. Другие миры, конечно, существуют, ведь я сама когда-то жила в другом мире. Но это… Нет. Точно нет.

— Евалантана, а у тебя уже есть эрс? — выдал вдруг Наонграс.

Я сначала не поняла, что обращаются ко мне, а потом посмотрела недоумённо. Что такое эрс? Для чего он нужен?

Хвала Пресветлому, мой взгляд и приняли за ответ.

— Только не говори, что ты из тех девчонок, которые отказываются заводить личных эрсов. — Дайтарон скривился.

Моя внутренняя дрожь превратилась в тихую панику.

— Значит, как имя сокращать, так ты смелая, — продолжил парень. — А как к эрсу подойти…

Ох, всё-таки зря я согласилась на этот чай.

Внутренняя дрожь усилилась, но я вспомнила о наглости и ответила с самым беззаботным видом:

— Причём тут страх? Я просто не хочу.

— Куда мы катимся, — ворчливо и явно кого-то передразнивая, прокомментировал Олтаринус. — Девушки продолжают ждать помощи от эрса своей пары.

— А паре что, сложно? — фыркнула я.

Опять угадала. Новые знакомые посмотрели снисходительно, но с каким-то скрытым уважением. Тут с моей ноги снова спрыгнул тапок. Я конечно отвлеклась, а взглянув вниз, ойкнула.

— Что такое? — Дайтарон шагнул ближе.

Ну-у… как сказать. “Ой”, просто “ой”.

На земле, прямо рядом с моей ногой, лежал небольшой шарик. Прежде чем нагнуться и поднять его, я огляделась и увидела в нескольких шагах раскидистое дерево с серыми листьями. Листья выглядели так, словно их покрывала меткая пепельная пыль.

— Да ладно… — протянул вдруг Дайтарон. — Да зачем?

Мой интерес к плоду пепельного дерева ему вообще не понравился.

— А что? — Я изобразила новую милую улыбку.

— Ты ведь не употребляешь, правда? — встрял Олтаринус.

— Разумеется. Зачем мне? Просто смотрите какие они красивые. Всегда такие блестящие, плотные. Всегда так удивляют. — И я протянула раскрытую ладонь, чтобы продемонстрировать плод.

— Брось, — попросил Олтаринус.

Парень не шутил. Но отбрасывая шарик я закатила глаза, подчёркивая, что кто-то драматизирует.

— Это не шутки, — не оценил Наонграс. — Евалантана, мы…

— Ева, — перебила я. — Просто Ева.

Новые знакомые переглянулись, и мы продолжили путь.

Во мне плотно переплелись два чувства — страх и бешеное, прямо-таки зудящее любопытство. Я вертела головой, выхватывая каждую мелочь, и закралось новое подозрение — а может всё сон?

Вдруг лежу сейчас в собственной постели, обнимаю одеяло, соплю и… Впрочем, нет. Ощущения были слишком реальными.

Чай тоже оказался более чем настоящим. Хвала Пресветлому, что стол для нас накрыли на веранде. Слуги косились на меня, но катастрофы в виде неловких вопросов не произошло.

Мы уселись на плетёные стулья, и Наонграс принялся лично ухаживать за гостьей. Было странно, но во мне проснулась актриса — я вела себя абсолютно не так, как всегда.

Да, боялась. Да, чай оказался максимально странным на вкус. Да, закуски и сладкое вызвали полное недоумение. Но это не мешало держаться вполне вольно, улыбаться и смеяться над не всегда понятными шутками. Из приятного — парни распушили хвосты и принялись болтать обо всём.

Так я узнала, что все трое посещают некую школу. Что сейчас каникулы, но друзья не пожелали расстаться на это время и теперь кочуют от одного поместья к другому, в поисках развлечений и вообще.

Все являются представителями здешней аристократии, а кланов много. Отношения между кланами тоже разные, вплоть до кровной вражды.

Наонграс и компания упоминали какие-то сборы, обострение конфликта и императора. Говорили об охоте на неких тварей, смеялись над одним из своих приятелей — тот отправился на подобную охоту, хвастался, а в итоге позорно сбежал.

Потом Дайтарон упомянул какую-то театральную постановку, и все трое принялись обсуждать её с такой горячностью, словно речь о главном событии их жизни.

Я понимала далеко не всё! Но прилежно слушала, попутно прокручивая в мозгах свои знания географии. Директриса Иллария учила нас хорошо, мы знали об окружающем мире достаточно, но прямо сейчас я ощущала гигантский и абсолютно нелогичный пробел.

Мне удавалось отмалчиваться, но ровно до тех пор, пока Олтаринус не качнулся вперёд, одновременно втягивая носом воздух, и не сказал:

— Ты очень странно пахнешь.

Я опешила.

— Да ничего странного, — фыркнул Дайтарон. — С представителями древних кланов так бывает.

— Но ты-то пахнешь обычно, — парировал “второй”.

Дайтарон пожал плечами, пояснил нехотя:

— Во-первых, я побочная ветвь. Во-вторых, даже чистокровные далеко не всегда приобретают особенный дар. Ну и главное — я не девчонка.

Все трое уставились на меня, а я окончательно запуталась.

Зато вспомнился Алентор с его странным поведением и этакой попыткой “надышаться”! Кажется, во мне есть нечто особенное. Но прямо сейчас даже не важно что именно. Откуда оно взялось значения тоже не имеет — главное сообразить как себя вести!

Я откинулась на спинку кресла и загадочно улыбнулась.

Видимо, перестаралась, потому что в следующий миг прозвучало:

— У тебя пара есть? Ты уже определилась? — вопрос задал Наонграс.

Собеседники сразу напряглись, и это подсказало — речь о важном. Мы говорим про брачный выбор? Про жениха?

И прикусить бы мне язык, но…

— Я не хочу торопиться с выбором пары. Считаю, что это не самое главное в жизни.

Парни аж подпрыгнули.

— В смысле “не главное”? — изумился Дайтарон. — А твой клан? Твой отец? Что говорят они?

— Они относятся с пониманием, — не дрогнув, солгала я. Заодно поняла, что меня, невзирая на халат, тапки и неправильный цвет волос действительно приняли за свою. И я в очень странном положении и странном месте!

А может всё-таки галлюцинации? Может я сошла с ума?

Новые знакомые плавно отодвинулись, словно от прокажённой, а Дайтарон произнёс:

— Даже не знаю, что на это сказать. Из какого ты всё-таки клана, Ева?

— Разве это важно? — Я отхлебнула чаю, понимая, что оказалась на грани провала. Та-ак… а до столба с телепортом бежать долго. Точно не добегу!

— Древний клан, — принялся загибать пальцы Наонграс, — эрса нет, пару не признаёшь и не ищешь… Ева, ты сумасшедшая?

Я пожала плечами, одновременно подыскивая повод проститься. Нужно просто отставить чашку, встать и сказать, что мне пора. Сказать и уйти!

С чашкой я справилась и уже открыла рот, чтобы поблагодарить за угощение, когда где-то неподалёку раздался громкий лязгающий звук. Наонграс резко замер.

— Ох, Пожирающее пламя… — тихо простонал он. — Вот не зря говорят, не поминай эрсов всуе.

Миг, и по ушам ударил невыносимый, раздирающий перепонки вой.

Из-за стола я выскочила первая, но что делать не знала. Зато парни ориентировались превосходно — раньше, чем успела опомниться, меня схватили за руку и потащили в дом.

Тут, на веранде, были высокие панорамные окна, в дом вела стеклянная дверь, и едва мы вошли, вся эта конструкция полыхнула алым. Активировалась защита?

Снаружи продолжала вопить сирена, но теперь она звучала приглушённо.

— Что происходит? — выдохнула я испуганно.

— Скоро всё будет в порядке, — отозвался Наонграс. — Ничего критичного.

Олтаринус был более многословен:

— Семья Наонграса разводит эрсов, один из них только что сломал защиту вольера — такое редко, но бывает. Его либо поймают, либо просто сбежит, и всё закончится.

Я неуверенно кивнула.

И всё-таки, кто такие эрсы? Если они настолько опасны, то зачем держать их в такой близости от жилья?

Колени дрожали, но я всё равно шагнула к окнам в надежде найти ответы. В следующий миг снаружи полыхнуло так, что заслезились глаза. Потом я увидела высокий огненный смерч, который мчался по заросшей мхом лужайке, и всё бы хорошо, но поравнявшись с нами смерч резко остановился и схлынул.

Пламя опало, превращаясь в крупного, сотканного из чистого огня зверя.

— Это… — пробормотала я шокировано, — это что? Волк?

Парни не ответили — стояли и смотрели ошалелыми глазами. Откуда-то выскочили двое мужчин в серых одеждах. В руках одного была палка с длинной огненной петлёй на конце, другой держал сеть.

— Стоять, — тихо произнёс Наонграс.

Услышать хозяйского сына, конечно, не могли — впрочем, слуги и сами сообразили.

Эрс перестал убегать. Он наоборот повернулся и зашагал к дому. Прямо к веранде, чётко к нам.

— Что происходит? — прошептала я. — Почему его не ловят?

— А смысл? — отозвался Дайтарон. — Разве не видишь? Эрс добровольно принял стабильную форму.

— Он нашёл себе хозяина. — Голос Наонграса прозвучал как-то замогильно, аж мурашки побежали.

Но в следующий миг стало ещё хуже, потому что руку в районе метки сильно обожгло, а Наонграс добавил:

— Вернее хозяйку.

Все снова уставились на меня.

А я…

Думала, что за сегодняшнюю ночь пережила все грани шока, но я ошибалась. Истинный шок накрыл только сейчас — когда я невольно посмотрела в глаза сотканного из огня волчары, и прямо в моей голове прозвучал короткий одобрительный рык.

Я? Хозяйка? Вот этого создания?

Но и на этом неприятности не закончились.

— Это Дикарь, — тем же замогильным голосом произнёс Наонграс. — Дикий эрс. Он рождён не у нас, его поймали несколько недель назад, оставили в питомнике в качестве производителя.

Увы, молчать, притворяясь всё понимающей местной, я уже не могла:

— А в чём разница?

Наонграс аж подпрыгнул.

— В чём? — переспросил парень нервно. — Так в силе, Ева! И в нраве! Диких почти невозможно приручить. Они сама стихия. Они не подчиняются нам, огненным. Они сами по себе и ни кому не служат.

Повисла пауза. В это время огненный волк поднялся на веранду и, подойдя к окнам, начал нюхать. Когда качнулся ближе, получил разрядом защитной магии по носу и зарычал.

А у меня сердце кольнуло! Не смейте обижать моего зверя!

Моего… Ощущение прилетело раньше, чем осознала о чём именно думаю. Раньше, чем поняла, что признаю волка своим.

— Дикарь, — повторила беззвучно.

После этого парни очнулись.

— Эрса она не хочет, — простонал Олтаринус с завистью. — Не хочет!

— Да не ори ты, — одёрнул друга Дайтарон. — Не видишь что ли? Это не случайно. Предопределённость.

Все снова переглянусь, и представитель побочной ветви древнего клана продолжил:

— Несколько недель назад дикий эрс попался, а вернее позволил себя поймать. Он очутился здесь, в питомнике поместья. И вдруг Ева… Напомни, какую там стенку ты случайно потрогала? — Вопрос был риторическим.

— Они не могли встретиться, — продолжил Дайтарон. — Но обстоятельства сложились так, как сложились.

И уже лично мне:

— Поздравляю, Ева.

С губ едва не слетело: “а отказаться нельзя”?

Это говорил страх. Разум тоже всячески противился такому приобретению. Но душа варианта отказа вообще не рассматривала! Дикарь мой, всё.

В итоге я спросила:

— А дверь открыть уже можно? Это безопасно?

— А ты приказа сожрать всех нас не отдашь? — вопросом на вопрос ответил Олтаринус. Но это была шутка.

Наонграс кивнул:

— Да, сейчас открою. Эрс твой, и платы за него, как понимаешь, не потребую. Не тот случай.

— А обращаться-то с ним как? Что делать? — задала новый, очень специфичный вопрос я.

Полагаю меня спасло то, что я уже говорила: эрсы — не моя тема. Я не интересовалась, не собиралась заводить подобную сущность и, следовательно, имею право не знать.

— Да как обычно, — буркнул Наонграс.

И уже громко, в сторону, и довольно властно:

— Эй, кто-нибудь! Принесите стандартную брошюру!

Ага, отлично. То есть мне ещё и “инструкцию по эксплуатации” выдадут? А что сказать в Школе? Как объяснить своё приобретение? Что вообще будет, когда приведу в замок эрса?

Впрочем, об этом я подумаю чуть позже. До утра время вроде бы есть.

Обратная телепортация прошла легко — уже возле столба я нырнула в состояние концентрации и, прихватив за холку Дикаря, прикоснулась к мерцающей линии.

Нас протащило сквозь пространство и выбросило в холле второго жилого крыла. Рядом, реагируя на присутствие, вспыхнули светильники, а я огляделась и облегчённо выдохнула — хвала Пресветлому, не промахнулись.

Впрочем, не успела я расслабиться, как эрс зарычал.

На ментальном плане неожиданно смешались два ощущения — агрессия и яростное, какое-то всеобъемлющее возмущение. Подскочив, я заозиралась снова и вздрогнула, когда из-за колонны вылетел Огонёк.

Питомца было не узнать. Вместо шарика на нас выскочила этакая колбаса с отростками, один из которых был приплюснут и напоминал голову. Вместо глаз на этой «голове» зияли две узкие прорези, но этот момент я отметила лишь мельком. Просто в холле намечалась драка. Огонёк яростно зашипел!

Дикарь отреагировал столь же бурно — расставил лапы и недобро пригнулся.

Сотканный из огня волк зарычал, и тогда страж зашипел ещё громче. Эта колбаса с отростками точно собиралась атаковать.

Я считала его намерение вцепиться Дикарю в морду и терзать до победного. Эрс имел похожие желания. Только целью волка был хребет — перекусить, вытрепать и всё.

— Ш-ш-ш! — повторил Огонёк.

— Р-р-р! — ответил ему Дикарь.

Очнувшись, я бросилась наперерез, вставая между ними. Звери всё поняли, но оба пошли по кругу… Вернее, эрс пошёл, а Огонёк полетел.

— Стойте! — строго прошептала я. — Не дерёмся! Всё хорошо!

Но эти двое не слышали. Обходили меня и целились друг в друга. Я точно знала что буду последней, кто пострадает в заварушке, вот только…

— А-ну прекратить! — рявкнула я.

Я вложила в этот приказ столько эмоций, столько силы, что кожа вспыхнула. Вспышка длилась всего секунду, однако питомцы заметили и дружно присмирели. Упускать этот шанс было нельзя.

— Прекратить! — повторила я столь же грозно. — Никаких драк! Сейчас берём лапы в руки и быстро перемещаемся в комнату!

На последней фразе на меня посмотрели с недоумением, но объяснять я не собиралась.

— Быстро! — Махнув рукой в сторону лестницы, я первая поспешила прочь.

Стало жутко. Я отлично помнила прошлый инцидент с моим горением и опасалась нового внезапного появления Лорда. При том, что я была абсолютно не готова к диалогу, встречи хотелось избежать.

Несколько шагов, и я практически сорвалась на бег, а за спиной вновь послышалось шипение Огонька и недовольные, грозные рыки волчары. К счастью, «словесной перебранкой» всё и ограничилось — все были недовольны, но покорно следовали за мной.

А я спешила, торопилась… Лестница далась легко, а на последних метрах коридора силы оставили.

В итоге Огонёк обогнал и влетел в комнату первым, прямо сквозь стену. Дальше уже мы с волком — я распахнула дверь, впустила огненного питомца и вошла сама.

Провернув ключ в замке, упёрлась спиной в створку и уже хотела сползти на пол, но вовремя вспомнила, что на меня смотрят подопечные. Пришлось собраться, сжать в кулаке остатки самообладания и рявкнуть:

— Ну и что вы там устроили?

Звери замерли и уставились недобро.

Лидер? Нет, не слышали. Да и лидером я пока не являлась. С Огоньком ещё более-менее понятно, а отношения с Дикарём — белый лист.

После того, как мне вручили брошюру, Наонграс отключил защиту и открыл дверь на веранду. Мы с Дикарём встретились, только познакомиться как следует не успели.

Чтобы не выглядеть совсем уж странной, мне пришлось нацепить на лицо маску весёлого равнодушия и сообщить, что уже опаздываю. Троим подросткам не оставалось ничего иного как проводить меня к заброшенному поместью и поверить в обещание, что я ещё вернусь.

Дикаря я забрала с собой, потому оставить не могла. Даже временная разлука воспринималась как нечто совершенно неприемлемое.

Вот только в брошюру заглянуть так и не успела, а теперь…

— Ладно, — переходя на примиряющий тон, выдохнула я. — Драться будем позже, а сейчас давайте просто знакомиться. Дикарь, — я обратилась к волку, — это Огонёк, мой страж и верный помощник. Огонёк, — я перевела взгляд, стараясь не думать о ненормальном виде питомца, — это Дикарь. Он эрс. Наш новый друг.

Кажется, всё правильно сказала, но в следующую секунду меня едва не сшибло волной ментального возмущения.

Возмущался страж. Но дальше — больше! Огонёк зашипел и резко взвился под потолок.

Я уже видела подобное, помощник пребывал в сильнейшем гневе. Он стал носиться и мигать, оставляя за собою длинный огненный шлейф. Ругался так, что хотелось скукожиться и покаяться во всех грехах — даже эрс прижал уши.

И пусть слов не звучало, но смысл выступления был понятен — меня отчитывали за то, что сунулась в портал.

Ведь помощник предупреждал. Он был категорически против моего интереса к той светящейся линии, и это, вероятно, было правильно. Но, во-первых, что случилось, то случилось. Во-вторых, прямо сейчас решалось, кто будет главным в нашей небольшой компании, и я чётко понимала, что лидерство упускать нельзя. Если не справлюсь сейчас, то буду прислугой у этих двоих.

В итоге, дав стражу побеситься, я снова пошла в атаку:

— Так, хватит. — Сказала твёрдо, но без агрессии.

Огонёк реплику проигнорировал.

Пришлось упереть руки в бока и, приняв самый грозный вид, рыкнуть:

— Хватит, я сказала. — Пауза и перевод стрелок: — Лучше объясни, что с тобой произошло.

Вот теперь Огонёк замер, мимолётно встрепенулся. Видимо вспомнил, как пыталась оторвать ему что-нибудь ненужное — впрочем, зря нервничал, я не собиралась повторять тот опыт. Теперь, в отличие от предыдущего раза, страж выглядел как-то осмысленно. Напоминал этакую заготовку под игрушку. Под четырёхлапого хвостатого зверька.

Что за зверь? Увы, моей фантазии виделось худшее. Наверное из-за их перепалки с волком Огонёк упорно воспринимался как кот.

— Как это всё понимать? — Я мотнула головой. — Такого же быть не может?

Сложно объяснить, но на ментальном плане страж словно бы пожал плечами. Дальше повёл себя весьма характерно — фыркнул, развернулся в воздухе и бодро поплыл к резному каменному яйцу.

Он пожелал свалить. Просто исчезнуть с места событий. Я провожала недозверя недоумённым взглядом, а потом…

Огонёк погрузился в Хранилище, но не как всегда. Он исчез не целиком — задняя часть с парой отростков похожих на лапы и штырьком предполагаемого хвоста, остались.

Сначала я решила, что так и надо, но когда Огонёк начал дёргаться то вперёд, то назад, закралось сомнение.

— Ты застрял что ли? — спросила я вслух.

Страж замер и яростно, но безрезультатно дёрнулся назад.

Я оторопела, а эрс вдруг закатил глаза и закашлял. Причём кашель был настолько выразительным, что Огонёк задёргался ещё сильней. А на ментальном уровне прочлось: вот сейчас вылезу и ка-ак дам! Лапой!

Всё, я не выдержала. Меня пробрал не совсем уместный, но совершенно безудержный смех.

Я смеялась так, что слёзы покатились из глаз, а эрс кашлял вместе со мною. Мы практически катались по полу, в то время как гордый Огонёк продолжал дёргаться и стегать себя коротким хвостом.

Когда истерика поутихла, а совесть наоборот проснулась, я подошла к хранилищу и, ухватив стража за туловище-колбасу, принялась тянуть. Но питомец застрял капитально!

— Ладно, ладно, — выдавила я, — не шипи, сейчас поможем.

Тут к процессу присоединился эрс. Он вцепился зубами в мой халат и тоже потянул — будто это что-то решало! А в моей голове возникла новая ассоциация, рождённая прошлой жизнью, от которой я вновь залилась смехом.

Бабка за дедку, дедка за репку… Только в нашем случае застрял вовсе не корнеплод!

Что ж, как-нибудь да вытащим. Правда трансформация эта… Стражи ведь не должны меняться! По крайней мере «официальная наука» подобную версию не подтверждает.

Что же я натворила? И главное — как теперь с этими приколами жить?

Ночь прошла странно и нетипично. Я никогда не страдал бессонницей, но сегодня что-то пошло не так. Уснул-то я без проблем, но спустя всего пару часов очнулся.

Сна не было. Желания нежиться в постели — тоже. Внутри медленно, но неумолимо нарастало напряжение. Просто напряжение. Без причин.

Новая попытка уснуть оказалась провальной. Лежать и таращиться в потолок тоже в итоге надоело — я отбросил одеяло и зажёг свет. И снова ничего необычного. Спальня выглядела как всегда, а за окном, внизу, расстилался белоснежный город. Небо было тёмным, луна светила выразительно и ярко. Вдалеке, если как следует присмотреться, виделась махина замка, в котором располагалась Школа.

Школа, а в ней…

— Да сколько можно, — осознав, о чём невольно задумался, рыкнул я.

Уровень напряжения взлетел до небес, кровь воспламенилась. Ещё и инстинкты взвыли. Они приказывали — беги, хватай, держи!

Кого хватать? Да уж понятно кого.

Я снова зарычал, предельно недовольный тем, что происходит. Эта внезапная зацикленность на серой монашке переходила все границы.

Не побегу. Я же не зверь, чтобы беспрекословно подчиняться инстинктам. Хочется верить, что я ещё владею собой.

Несколько глубоких вдохов, я накинул халат и принялся ходить по комнате. Объяснение у моего состояния было банальным — с Евой связаны неразрешимые загадки, вот я и запал.

Запечатлелся на ней.

Поймал противоречие, а разум противоречия не любит. Разум любого человека стремится к тому, чтобы всё было чётко и объяснимо. В противном случае он начинает беспокоиться, а сам человек…

— Человек в таком состоянии может сотворить что угодно, любую ерунду, — закончил уже вслух.

Именно к «ерунде» меня сейчас и подталкивало. Умом понимал, что, раз уж не спится, то можно заняться делами, но не мог. Мои мысли всё больше фокусировались на Еве, а самое паршивое — в какой-то момент я начал подбирать аргументы. В итоге я выстроил целую теорию о том, почему должен увидеться с адепткой. Причём прямо сейчас.

Я оделся и телепортировался в Школу. В замке было так тихо, что я слышал биение собственного сердца, не то что шаги.

Я направился во второе жилое крыло — шёл пешком в надежде одуматься и ненавидя игры собственного разума. Понимал, что поступаю очень странно, а совладать с собою не мог.

Немного не дойдя до холла, я всё-таки очнулся. Вспомнил о том, кто я, и как мой поступок может восприниматься со стороны. Мне-то глубоко плевать кто и что скажет, я Лорд и волен делать что захочу, но… Ева и так меня опасается, а что будет, если постучусь в дверь её комнаты ночью?

А что будет, если те желания, которые взбудоражили в прошлый раз и которые я успешно погасил, опять проснутся? Мне безразлично как выгляжу в глазах подданных, но всему есть пределы. Мои личные пределы. Камелиус называет их неприглядным словом «совесть».

Неприглядным потому, что в случае Лордов, как и других правителей, совесть — недостаток. У меня он, увы, в какой-то степени есть.

И я… да, отступил.

Невзирая на бешеное желание если не увидеть, то хотя бы убедиться в том, что с Евой всё в порядке.

Невзирая на инстинкты, которые уже не просто рычали, а скручивали меня в тугой жгут.

Утром. Я приду утром!

Возможно к этому моменту Первородный огонь смилостивится, и я перестану чувствовать себя так странно. Перестану вести себя как дикий, учуявший опасность зверь.

Уснуть я, конечно, не смогла. Оставшиеся пару часов просто сидела и таращилась в пространство. Я пыталась переварить то, что со мною случилось, но переваривалось плохо. Увиденное никак не вязалось с тем, что я знала о нашем мире. Противоречия выбивали из колеи.

А ещё эрс и Огонёк… Стража мы всё-таки вытащили, и теперь он спал прямо на столе, обвившись вокруг яйца-хранилища.

С Дикарём ещё интереснее — он тоже спал, но на полу, возле моей кровати. При этом его огненная шкура преображалась, постепенно превращаясь в обычную. Мой волк серел.

Глядя на эту метаморфозу впору было испугаться, но картинка, которую я видела из состояния концентрации, не менялась. Уровень свечения эрса оставался прежним, Дикарь не угасал.

Причём спали оба питомца чутко. У эрса то и дело дёргалось ухо, а Огонёк регулярно приоткрывал глаз, чтобы проверить местоположение своего “противника”.

Я же поглядывала на них и пыталась решить, как быть с сегодняшними занятиями. Я не была готова объяснять преподам преображение стража, а уж появление непонятного зверя-эрса тем более. Нужно оставить этих двоих в комнате. Но как? Если они готовы друг друга покусать?

После мучительных раздумий стало ясно, что придётся рискнуть и, собираясь на занятия, я принялась вслух объяснять свою позицию.

Сказала, что учитывая некоторые обстоятельства, кое-кому придётся остаться в комнате, и я не просто прошу, а требую, чтобы всё было хорошо.

— Я ведь могу вам доверять? — я обращалась и к Огоньку, и к волку. — Вы же можете посидеть тихо? Без ссор?

Звери, которые по случаю моих сборов, дружно проснулись, уставились скептично.

— Я запуталась, понимаете? — вещала я. — Не понимаю что происходит. И я понятия не имею какие последствия повлечёт наше с вами совместное появление. Мне нужна пауза и время во всём разобраться. А вам нужно посидеть тихо.

— Р-р-р, — неодобрительно пробурчал эрс.

На ментальном плане он почему-то читался гораздо проще, чем страж. Его рык был связан с нежеланием оставлять меня без защиты.

— Тут школа, — объяснила я. — Никаких опасностей, кроме, разве что, Лорда.

Ой… Зачем я это сказала?

Слова вырвались сами, а эрс встрепенулся. Следом пришла волна этакой тяжёлой энергии, смешанной с желанием порвать Алентора на куски. Уничтожить потенциальную опасность, и всё.

— Шучу! — поспешно заверила я. — Это просто… Ну так. Лорд не опасен, он хороший. Он высокая персона, и я реагирую на него слишком нервно.

Увы, эрс считывал мои эмоции не хуже, чем я его, и не поверил. Зато, кажется, понял, что реальной угрозы всё-таки нет.

— Посидите, правда? Не подведёте? — продолжила свои убеждения я.

Питомцы были не в восторге, но в итоге я всё-таки добилась от них согласия. Огонёк не только отправил ментальный импульс, но даже мигнул.

К этому моменту я была уже одета, причёсана и готова к выходу. Натянуто улыбнувшись колбасе-стражу и волку, я отправилась на завтрак. Но прежде завернула кое-куда ещё…

Библиотека. Шансов, что она уже открыта, было немного, но я рискнула. Мне повезло — помощник библиотекаря оказался на месте, хотя рабочий день ещё не начался.

Для начала я представилась. Потом сказала об архивной комнате, которую поручил разобрать Тариус, и о том, что в ближайшее время принесу на сдачу первую часть документов.

Этот момент вызвал у сотрудника интерес, и вот теперь я перешла к просьбе:

— А вы могли бы помочь? Мне очень нужен подробный географический атлас.

— Зачем? — удивился мужчина.

— Ну… для повышения грамотности, — немного растерялась я. — Хочу заполнить несколько пробелов.

На меня посмотрели с этаким снисхождением. Мол, разве существуют люди, которые могут что-то о географии не знать?

Но я не дрогнула, и атлас всё-таки получила. Не карту, а именно полноценную книгу, которая оказалась до того тяжёлой, что до столовой я её еле донесла.

А там уже Морти подсуетился. Увидав меня, верзила оторвался от еды и, встав из-за стола, поспешил навстречу, чтобы забрать тяжёлое. При этом, конечно, спросил:

— Евка, а чё это?

— Ничего. Саморазвитие, — выдала я очередное словечко из прошлой жизни.

— Само… что? — переспросил Морти. Но это был риторический вопрос.

В том же, что касается вопросов практических, они были как раз у меня. Вернее один! Однако, взглянув на сокурсника, я решила, что задам его позже.

— Ты что так поздно-то? — продолжил Морти. — Давай, шевелись, а то позавтракать не успеешь.

Но я, конечно, успела. И в аудиторию мы с Морти вошли одними из первых. Я сразу открыла учебник, чтобы немного почитать вслух до прихода преподавателя, но осеклась, когда в дверном проёме появился Лорд.

Алентор возник настолько внезапно, что все вздрогнули. Я же едва не подпрыгнула, потому что взгляд тёмных с алым ободком глаз сразу упёрся в меня.

— Доброго утра, адепты, — произнёс Лорд.

Мы хором, но рассеянно и невпопад, ответили, а он подошёл сначала к кафедре, а затем выбрал место в стороне и наколдовал сотканное из огня кресло. Уселся так, чтобы всех нас видеть, закинул ногу на ногу и расслабился.

У-у… Неужели нас снова ждёт открытый урок с присутствием Лорда? Надеюсь к разлому в подвале он нас сегодня не поведёт?

Магистр Тослер, войдя в аудиторию и увидав начальство, благополучно споткнулся. Но не растерялся — тут же нацепил на лицо улыбку и отвесил Алентору вежливый поклон.

Тослер посмотрел вопросительно, а Лорд махнул рукой. При этом неожиданно объяснил:

— Любопытство. Хочу послушать, чему учат наших адептов.

Желание было логичным, но всё равно каким-то неловким. Только кто мы такие, чтобы возражать?

Кивнув, преподаватель дошёл до кафедры и объявил тему лекции. Она оказалась немного необычной — мы жаждали новых знаний о магии, о методах её освоения, но сегодня нам предлагалось поговорить об общественном устройстве. О том, что именно представляет собою общество магов огня.

— Ну что, уважаемые адепты, — начал Тослер. — Что-то вы уже слышали, кто-то из вас наверняка осведомлён лучше других, но общество — одна из тех тем, к которым нужно подходить серьёзно и системно. Итак, кто может ответить, чем, кроме наличия магии, мы отличаемся от простых людей?

Учитывая присутствие самого Лорда, смельчаков не нашлось.

Магистр наше смущение понимал и — благословит его Пресветлый! — не стал вызывать поимённо. Вздохнув, он принялся объяснять сам.

Многое из того, о чём пошла речь, я действительно уже знала, а что-то стало открытием. Но я в любом случае слушала в оба уха. При этом старалась не коситься на Алентора, чей взгляд слишком уж часто соскальзывал на меня.

Или не соскальзывал? Или мне лишь казалось, что являюсь объектом особого интереса? Впрочем, не важно. Стиснув зубы, я сосредоточилась на том, что говорил магистр.

— Итак… главное и коренное отличие — у нас абсолютно иная социальная иерархия. Начнём с того, что во главе нашего общества стоит не король, а сильнейший маг — наш Лорд. Земли, подчинённые Лорду, населены свободными, в общем-то, людьми. Маги и не-маги не платят податей и налогов, относительно свободны в своём перемещении, выборе рода деятельности и возможности покинуть предел, переселившись куда-нибудь ещё, в так называемый “открытый”, то есть полностью человеческий мир.

Над нами нет аристократии в привычном для вас понимании — баронов, наместников, графов, герцогов, кого-либо. Наше общество, если смотреть в целом, делится на две категории: маги и не-маги. Не-маги — это простые люди, которые ведут простую жизнь.

Главная их задача — обеспечение нужд населения и самих владений Лорда. Посевы зерна, скотоводство, производство одежды, простое лекарское дело, строительство, ремонт и так далее. Не-маги делают нашу жизнь привычной и комфортной.

Чуть сложнее обстоят дела с торговцами. Вся наша торговля внутренняя — мы не производим товаров, которые можно поставлять в человеческие королевства. Могли бы, но зачем?

Какая-то часть наших нужд покрывается внутренним производством, а остальные товары, как и необходимое для закупок золото, мы получаем в качестве платы за защиту других территорий от подземного пламени. Защитой этих территорий занимаются… — тут Тослер сделал выразительную паузу, — да, эта обязанность лежит на нас. На магах огня!

Как вы, безусловно, помните маги огня — это элита магического сообщества! Мы способны действовать там, где другие виды магии бессильны. Подземное пламя понятно и подчинено только нам!

Магистр продолжил говорить довольно пафосные вещи. Восхваления, посвящённые огневикам, я слышала не впервые, поэтому отнеслась спокойнее, чем могла.

Когда же Тослер вернулся от пропаганды обратно к “обществу”, закономерно прозвучали слова о том, что аристократии во владениях Лорда может и нет, но в какой-то степени её роль выполняют маги.

Мы, что логично, привилегированная часть населения, и кроме отличных размеров жалования нас обеспечивают всем необходимым — и едой, и одеждой, и жильём.

Ну и последнее, не новое — Лорд человечен. Никто не ждёт, что огневики будут постоянно торчать в патрулях или на разломах. С точки зрения Лорда, все мы имеем право на жизнь. На отдых, спокойствие и семью.

Звучало здраво, оптимистично и… как-то двояко.

Та часть меня, которая родилась и была воспитана здесь, в этом мире, воспринимала рассказ об общественном устройстве как какое-то чудо — в её понимании подобных вольностей и быть не могло!

Мои сокурсники-аборигены тоже удивлялись, ведь до момента появления метки большинство из них были чьими-то вассалами, платили подати и дальше по списку. Я даже не знала есть ли среди нас настоящие аристократы! Подозревала парочку человек, но не более того.

Ну а другая часть меня отнеслась к материалам лекции спокойно. Свободное общество воспринималось ею как нечто единственно-правильное. Мол, так и только так!

При этом опыт прошлой жизни шептал: не спеши верить в сладкие сказки, ведь рассказать можно что угодно! Впрочем, из того, что я успела увидеть будучи адепткой, следовало, что всё правда. Лорд Алентор действительно человечен, и ему на нас не наплевать!

Зачем копаться в «общественном строе»? Объяснять? Отвлекать внимание от магической темы? Ответы на эти вопросы я тоже знала…

До появления здесь, на территории Лорда, мы все воспитывались с другим представлением о собственном будущем. С обретением меток это будущее перевернулось, однако не все понимали как.

Сейчас мы, первогодки, изолированы в замке, но однажды выйдем в большой мир, и нам нужно понимать, что именно в нём происходит. Это было действительно важно, и лекция, которая изначально воспринималась без лишнего интереса, нашла отклик.

Стоило Тослеру предложить задать вопросы, как прозвучало:

— А чё с женитьбой-то?

Это бахнул Морти, и я вздрогнула — меня задело этой басистой звуковой волной.

— В каком смысле? — Тослер заломил бровь.

— Да в обычном, — Морти немного смутился.

— Огненные маги самые завидные женихи, — хмыкнул преподаватель. — Мне казалось об этом известно всем.

Парни одобрительно загудели, кто-то даже хихикнул. А верзила протянул:

— Да не, я не про это… Я вот сын кузнеца. Ну то есть был сыном кузнеца, пока не появилась метка. Вот тогда, дома я бы никак не смог жениться на какой-нибудь виконтессе или… ну скажем маркизе. А тут, получается, могу?

При упоминании титулов Морти почему-то покосился на меня.

Он на меня, а я на Лорда, и вот странность… Хозяин огня насторожился — черты лица заострились, губы сжались, в глазах появился нехороший блеск.

Зато Тослер наоборот развеселился:

— Ну, у нас виконтесс нет.

— Это-то ясно. — Морти махнул своей лапищей. — Я про то, что… ну, на любой могу? Вообще на любой?

— На любой согласной, — поправил препод.

Морти вроде понял.

После верзилы и Ровз осмелился. Привстал, чтобы спросить:

— А магия? Она точно не передаётся по наследству? Даже если я женюсь на магессе?

Я невольно фыркнула — вот уж не думала, что из всех аспектов темы общественного устройства парней заинтересует именно это.

— Не передаётся, — подтвердил Тослер. — Магия сама по себе. Сама выбирает и отмечает.

— А почему так? — ещё один возглас. От незнакомого мне парня, из числа тех, кто не пересекался с нашей компанией.

Тослер пожал плечами.

— Вообще жаль, — вдруг добавил Ровз. — Несправедливо, что я не могу передать свою магию наследнику.

Тут, совсем уж неожиданно, не выдержал кое-кто ещё…

Сначала Лорд фыркнул — вроде тихо, но все услышали и угомонились. Потом сказал, не без иронии:

– “Свою”? Ты обрёл её всего полтора месяца назад.

Учитывая, что сами Лорды бессмертны и временами перерождаются, теряя память, но сохраняя при этом силу, полтора месяца для них действительно ни о чём. С точки зрения Алентора, претензия Ровза звучала глупо.

Но парень попробовал объяснить:

— Ну и что, что полтора? Всё равно ж моя. А сыну передать — это ж святое. Так принято!

Теперь Лорд и вовсе захохотал.

Мы не поняли, уставились настороженно. Даже магистр Тослер удивился — это было заметно, хоть он и старался держать лицо.

Наконец, когда Алентор отсмеялся, мы услышали:

— Адепт, а вам не приходило в голову, что магия может иметь женскую природу и, как вариант, передаваться по женской линии?

Ровз, который к этому моменту был краснее, чем знамя рыцарей Алой розы, встрепенулся:

— С чего бы вдруг ей быть женской?

— А почему нет?

В аудитории повисла тишина. Спорить никто не решался, все ждали.

— Есть несколько теорий, — продолжил Алентор, — разные варианты обоснования. Как пример, давно известно, что магия всегда стремится к равновесию, а это всё-таки женский тип поведения. Или другое… Впрочем, нет, это сложно, не буду объяснять.

Лорд белозубо улыбнулся, а мы заёрзали. Версия действительно была необычная.

Наконец кто-то решился:

— Но магов мужчин больше, причём не только у нас. Во всех стихиях.

— Так может ошибка? — пожал плечами Алентор.

— Ну а женщины магессы, — в аудитории нашёлся ещё один смельчак, — их мало, но они же есть и иногда рожают. Их детям магия тоже не передаётся.

— А если причина не в женщинах, а в их мужчинах? — парировал Алентор. — Вдруг это именно они делают что-то не так?

Всё, терпение адептов лопнуло, аудитория загудела. Мысль, высказанная Лордом, понравилась только девушкам — мы начали переглядываться. Что он имел в виду?

К счастью, озвучивать вопрос не пришлось, его задали и без нас:

— А чё там не так сделать-то? — пробасил Морти. — Там делов-то… Всё ж просто.

Хозяин Огня посмотрел на адепта то ли насмешливо, то ли недовольно. А его ответ прозвучал поистине странно. Особенно для здешнего общества с его патриархатом:

— Если мы предположим, что магия имеет женскую природу и, следовательно, передаётся по женской линии, то и выбирать должна женщина. Только её решение, её готовность войти в пару, её… хм… определённость.

Я вздрогнула.

Это было нелогично, но мой разум жёстко зацепился за последнее слово. А в памяти всплыл вопрос, заданный мальчишками-магами: “у тебя есть пара? ты уже определилась?”

Совпадение? Ни в коем случае!

Но…

Меня действительно зацепило, причём так сильно, что последующий разговор я слушала словно сквозь вату.

— А Огненные лорды, — робко, с сомнением, начала одна из девчонок-сокурсниц, — они ведь не женятся?

Алентор улыбнулся шире прежнего и задал встречный вопрос:

— А зачем?

Действительно. Впрочем, имея фантазию, сочинить причины всё-таки можно. Но до этого не дошло, Лорд сам продолжил:

— Если держаться вашей логики, женитьба нужна для того, чтобы оставить наследников. Но где Лордам найти женщин, сопоставимых по силе? Таких, которые способны подарить достойное потомство?

Меня слегка передёрнуло, про детей говорит как про щенков.

— А… — протянула девушка сконфуженно, — но это лишь версия? Про женскую природу…

— Конечно. — Алентор поднялся.

Огненное кресло, в котором он даже не сидел, а восседал всё это время, плавно растаяло. Будто и не было ничего.

Но кресло ерунда! Куда важней то, что Лорд ну совершенно не замечал нестыковок в собственной логике. Ведь правда, при чём тут отсутствие сильной женщины, если речь о предположении?

Мысль, которая посетила в следующую секунду, была подобна удару молнии. У меня не имелось реальных причин для такого вывода, но я вдруг чётко поняла — для самого Алентора эти слова про наследование по женской линии не версия, а реальность. Он абсолютно убеждён в том, что дела обстоят именно так.

Почему? Стараясь не выдать собственный шок, я снова вспоминала парней-подростков и странное место, куда меня телепортировало сегодня ночью.

Подростки! Наонграсу, Олтаринусу и Дайтарону точно нет восемнадцати! Но во всём, что касалось магии, они вели себя настолько естественно, словно это у них врождённое.

Врождённое! Значит как-то да передалось!

Лорд тем временем направился к двери. Адепты провожали его недоумёнными взглядами, а я… всё-таки не выдержала и окликнула. Уже на пороге и, к собственному великому стыду, по имени.

— Алентор, а можно спросить?

У-у-у! Что ж я не прикусила язык?!

Лорд остановился, обернулся и тотчас, в одну секунду, отыскал меня глазами. Пугаться или грызть себя за публичную фамильярность было поздно, поэтому я вздохнула и, не дождавшись разрешения, озвучила вопрос.

Кто знал, что занятие у первогодок может быть таким неприятным? Вроде и ничего особенного, но с определённого момента внутри заворочалось желание кого-нибудь придушить.

Впрочем, нет. Не “кого-нибудь”, а одного совершенно конкретного адепта — Морти.

Хотя и другие оказались не лучше. Где их ум, спрашивается? Они теперь маги, обладатели великой силы, на которых возложена миссия по спасению мира. Но при этом, невзирая на магию и миссию, продолжают рассуждать как обыватели. Жениться они хотят, причём на виконтессах или маркизах. Магию свою передать… Наследников им подавай!

Я бы заподозрил, что ревную, но нет, это было другое.

Не знаю что именно, но не ревность точно. Для ревности причин нет.

Причин развеивать фантазии о наследовании тоже не имелось, адептов эта информация не касалась, но я всё-таки высказался. Ну а что? Пусть тоже хлебнут правды. Пусть поймут, что не всё в нашей реальности зависит от активного, сильного начала. От мужчин.

К равновесию стремится не только магия — весь мир, если вдуматься, одна сплошная равновесная система. Мужчины с самого начала времён стояли на страже, занимали активную позицию. Мы — агрессия и война. Мы — движение вперёд. Мы — мощь!

А ещё мы — впрочем, тут я несогласен, но мудрецы настаивают… — спесь и самонадеянность. Именно поэтому природа распорядилась странным, в общем-то, образом — передача магии зависит от женщин и только от них.

Они решают. Они выбирают. Причём не умом, а душой и сердцем.

Головоломка? Да.

Приятная головоломка? Нет.

Но такова жизнь.

Мужской части аудитории эта правда, разумеется, не понравилась, но слово “версия” прозвучало не поэтому. Я не стал убеждать — им это просто не нужно. От их понимания или убеждённости не зависит ничего.

Выслушав последний забавный вопрос про женитьбу Лордов, я поднялся и направился к двери. Глупо, но в процессе всего диалога с адептами я почему-то ждал вопроса от Евы. Но монашка решила промолчать.

Благоразумная, в общем-то, позиция. Только какая-то неприятная что ли.

Я был немного разочарован этим её молчанием, но принял как должное. Заодно успокоился. Угомонился. Забыл о ночном порыве. Хорошо, что не стал вламываться в её комнату и пугать.

Я успокоился! Но в последний момент, когда был уже на пороге аудитории, спокойствие отступило.

— Алентор, а можно спросить?

Голос монашки взбудоражил моё пламя.

Я обернулся и, отыскав Еву взглядом, вопросительно заломил бровь. Алентор. В её устах моё имя звучало как-то по-особенному приятно.

Адептка сильно порозовела, осознав ошибку в обращении, но не важно. Моё любопытство приподнялось на лапах, желая услышать. Что её интересует? Тоже замужество? Или моё безбрачие? Или что?

— Лорд Алентор, — розовея ещё больше, продолжила она. — А этот замок… Я знаю, что он очень старый, но…

Ева сбилась, а я нахмурился. Вопрос оказался поистине внезапным.

— Что не так с этим замком? — произнёс я. — Что именно тебя интересует?

— Это ведь не просто какое-то строение? Я не говорю про тот разлом в подвалах, я больше про всполохи.

— Какие ещё всполохи? — не понял я.

Она всё-таки собралась и объяснила более внятно:

— Тут много магии. Когда я перехожу в состояние концентрации, то вижу большое количество… вот даже не знаю. Магические следы?

Да, теперь ясно.

— Магических следов тут действительно много, и это закономерно. Замок не просто старый, это резиденция первого Лорда. Он достраивался и перестраивался, но многое, включая и тот разлом, сохранились с изначальных времён.

Ева дрогнула, лицо изумлённо вытянулось. Кажется девушка хотела спросить о чём-то ещё, но тема была неинтересной, да и вообще.

Морти. Ему обязательно постоянно отираться возле монашки? Она ему мёдом намазана?

— Хорошего дня, адепты, — строго припечатал я, давая понять, что разговор окончен.

Мне ответили нестройным гулом, от которого настроение почему-то ещё больше испортилось.

Всё, хватит заниматься глупостями. Пора подумать о делах.

Появление и высказывания Лорда произвели фурор. В перерыве между лекциями народ гудел так, что хотелось поискать беруши.

Кажется, я была единственной, кто не увяз в теме “несправедливости” наследования — у меня имелось дело поважней. Пользуясь паузой, я листала географический атлас. Я готовилась к долгому и нудному расследованию, но всё сложилось иначе.

Уже на десятой странице натолкнулась на очень интересное изображение. Поискав ещё немного, добралась до подробной карты соседнего материка и, пихнув Морти локтем, спросила:

— Ты случайно не знаешь что это? — Я указала пальцем на обширное туманное пятно.

Пятно располагалось в западной части материка и выглядело так, словно художник поленился нарисовать горы, долины и всё остальное.

У нас, в монастырской школе, вот таких красивых книг отродясь не было. О географии других материков мы говорили лишь вскользь — зачем изучать пристально местность, которую никогда не посетишь?

Директриса Иллария была реалисткой, отдавала предпочтение полезным знаниям. Предметам и навыкам, которые могут пригодиться в жизни. Поэтому туман на далёком материке прошёл мимо меня и, разумеется, Морти с его неумением читать и бесконечными “чё” тоже должен был быть не в курсе. Я спросила у верзилы по инерции! Тем удивительнее было услышать:

— Так Дымная туманность, — не задумываясь сообщил парень. — Ты чё? Не слышала?

— Нет, — осторожно призналась я.

Верзила закатил глаза. С тем же успехом можно было не знать, что солнце круглое.

— Ну ты чё, Евка! — продолжил Морти. — Ну туманность! Там же это… загадочные монстры и древние, проклятые самим Пресветлым города. Много разломов и всегда дым, который застилает небо. Мёртвая земля. Никому неинтересная. Ну то есть интересная, там же ещё сокровища, но смельчаков, готовых сунуться в туманность, нет.

Слов было слишком много, но суть я уловила.

И конечно вспомнила низкие, бесконечные облака над головой…

Так может то не облака были, а дым? Впрочем, почему “может”? Почему “может”, если совершенно точно!

Я откинулась на спинку скамьи, прежде чем снова зарыться в атлас в поисках не восторженно-мифического, а нормального описания! Дымная туманность. Место, которое существует, занимает внушительную площадь, но о котором, по крайней мере в нашей части света, никто не размышляет всерьёз.

Совпадения были слишком очевидными, а все полученные сегодня детали складывались в единую, довольно стройную картину.

Этой ночью я побывала в месте, которое и на виду, и одновременно недоступно. Где обитают огненные маги, которые составляют целые кланы! Где есть дикие и не очень эрсы, а пепельные деревья растут на каждом шагу.

Причём попала я туда через старинный портал, установленный прямо здесь, в замке. В бывшей резиденции Первого Огненного лорда! Кто, спрашивается, его установил?

А Алентор? То, что он сегодня наговорил про наследование и парность никак не вязалось с общепринятой концепцией — вон, даже всезнающий Тослер взбодрился!

И это были не фантазии. Лорд не сомневался. Может ли нынешний хозяин замка не знать о портале, который обнаружила даже я? О местности, которую скрывает непроницаемый дым?

В теории он мог. В теории возможно вообще всё. Но Первый-то Лорд был осведомлён о портале совершенно точно!

При этом Алентор обладал особыми сведениями о той же наследственности. Откуда? От этих мыслей началась лёгкая мигрень.

Сосредоточиться на второй лекции тоже не получалось, меня постоянно уносило к теме Лордов и туманности. В памяти упрямо всплывала легенда, которая и не легенда вовсе — о том, как рядовой, но храбрый маг вошёл в Подземное пламя, а вышел совершенно другим.

Мог ли этот маг получить от самого Пламени некие особые знания? Мол ли решить, что не все знания одинаково полезны для его подданных?

Уф, снова запуталась.

Здесь и сейчас мигрень победила. Сказалась бессонная и довольно нервная ночь.

Я решила отложить вопрос, взять паузу. А едва нас отпустили, поспешила в комнату — чтобы отнести ценный атлас и проведать зверинец. Я настолько погрузилась в свои размышления, что совсем не ожидала неприятностей или подвоха.

Вот только расслабилась я зря!

Стоило открыть дверь и переступить порог, меня словно кирпичом по голове ударило. Я застыла в полнейшем шоке, а когда дар речи вернулся, выдохнула:

— Это что?

Волк, который изначально лежал возле стола, а при моём появлении сел и принял вид этакой святой невинности, не ответил. Сидящее на вершине шкафа котообразное существо тоже промолчало. На ментальном плане царила абсолютная тишина.

Я сделала шаг, второй, а потом повторила:

— Это что, я спрашиваю?

В ответ то же молчание.

— И-и-и! — не выдержав взвизгнула я.

Моя комната — отдельная, личная, прекрасная! — превратилась в поле огненной битвы. Письменный стол был жив, но сильно обуглен, от стула остались лишь ножки, часть кровати тоже обуглилась, а матрас был вспорот и распотрошён. По всей комнате валялись белые клочки.

Ещё тут были следы копоти. Везде! На потолке, на полу, на стенах!

И после этого кто-то будет говорить, что замок полностью защищён от пламени? Впрочем, пламя эрса — а это точно он постарался! — было явно другим. Сильней и жёстче.

— Мя… — робко донеслось со шкафа.

Это сказал страж. Существо, которое как бы не разговаривает. А Дикарь тихонечко заскулил.

— Вы что натворили! — угу, меня взорвало. — Что устроили? Вы… совсем совесть потеряли? Я же просила сидеть тихо!

Вот теперь ментальный план “ожил”, я поймала сразу две волны сильного сожаления. Животины раскаивались.

— Вы подрались? Но я же объяснила! Хотим или нет, мы теперь одна команда! А вы… Ы-ы-ы!

Мой вой был таким горьким, что эрс прижал уши и наклонил к полу голову. Огонёк тоже потупился, но тут же возникло ощущение, что ему не настолько стыдно. Хотя недокошак однозначно виноват.

Кто кого провоцировал? Кто начал первым? Впрочем, это было уже неважно.

— Моя прекрасная, прекрасная комната, — продолжила страдать я. — Вы даже не представляете как я ей радовалась! А что теперь?

Я не знала что делать — мозг безрезультатно искал решение. А ещё время поджимало, ведь перерыв не вечен, к тому же желательно успеть на обед.

В этакой обречённости я подошла к обугленному столу, водрузила на него атлас. Заодно обратила внимание, что яйцо-хранилище, которое стояло на прежнем месте, ничуть не пострадало.

Потом задрала голову к книжной полке — к счастью, учебники в битве тоже выжили.

Я вытащила брошюру, выданную Наонграсом — как экземпляр, который, в случае чего, не подлежит восстановлению. И который необходимо срочно прочитать.

Эрс! Дикий! Сильный и огненный! Вдруг существует способ убедить его не применять пламя без прямой команды? Или другая дрессура. Да хоть что-то! — с этой мыслью я открыла брошюру, даже не взглянув на название.

И на первой же странице обалдела. Язык был абсолютно незнаком.

Я смотрела на странные печатные каракули и хлопала глазами. Пара минут ушли на то, чтобы осознать — нет, не глюк.

— Другая письменность? — в итоге выдала я. — У них другая письменность?!

Угу… Но разговорный-то язык я понимала отлично.

Почему так? Что за очередная странная нестыковка? Я прикусила язык, чтобы не взвыть ещё раз.

Прочесть не могла, но всё же сунула брошюру в сумку.

— Если к моменту моего возвращения вы спалите что-нибудь ещё, я за себя не отвечаю! Я вас… Не знаю, что сделаю, но клянусь, это будет полный и всеобъемлющий трындец!

Трансляция этой мысли на ментальный план получилась сама собой, неосознанно. Зато и эрс, и страж сильно впечатлились — в этот раз уши прижали оба, а Огонёк снова выдавил своё невнятное “мя”.

— Прибью! — махнув кулаком, грозно пообещала я. — Прибью нафиг!

На этом аудиенция закончилась — сил не осталось, а в животе урчало. Уже чеканя нервный шаг по коридору, я обратила внимание на очередные “неправильные” слова.

“Трындец” и “нафиг”. Я понимала, что они означают, и даже производной каких ругательств являются. Логично и в тему! Но при местных лучше не употреблять.

Увы, бессонная ночь, помноженная на все открытия, сделала меня плохой ученицей. Вникать в материал новой лекции было невероятно трудно, я постоянно отвлекалась — меня буквально заклинило на теме туманности и Лордов. И чем дольше я размышляла, тем чётче понимала — нам либо недоговаривают, либо вообще врут.

А те маги с их кланами? Неужели не знают об окружающем мире и других государствах? О простых людях, которые страдают от активности подземных разломов?

Почему сородичи Наонграса не придут и не помогут? Ведь судя по тому, что их магия, в отличие от нашей, не приобретённая, а наследственная, судя по наличию тех же эрсов, они сильнее во много раз.

На эти вопросы нехорошей такой полировкой ложилось кое-что ещё… Это Ева-монашка понятия не имела о том, что слова сильных мира сего могут кардинально расходиться с их делами, а Ева-обитательница другой реальности была куда более осведомлённой.

В видениях, посещавших меня в процессе телепортации, не было исторических экскурсов или картин с информацией о политических процессах, но что-то всё-таки вспоминалось. Память… она как будто восстанавливалась. Сведения всплывали в голове сами собой.

Я чётко понимала, что у таких как Алентор своя логика и собственные понятия о правде. Лорд не просто может, а прямо-таки обязан что-то скрывать.

Государственные заговоры, тайны… да что угодно!

Нам, огненным магам, как и прочим “простым смертным”, говорят лишь то, что пожелают сказать.

Даже если Алентор понятия не имеет о портале и населении туманности, он всё равно о чём-то да умалчивает. И кстати… Если предположить, что Лорды всё-таки не в курсе ситуации с туманностью, то откуда здесь, на территории нашей Школы, пепельное дерево? Ведь эти деревья растут именно там — под дымным небом, на земле устланной мхом.

Вопросов было так много, что я признала важное — я не справляюсь!

Нужно с кем-то поделиться, одна просто не вывезу. Тут я, конечно, посмотрела на Морти, а верзила словно этого и ждал:

— Что? — с готовностью прошелестел он.

Я не ответила, и тогда сокурсник добавил:

— Евка, ты чёта вообще не здесь. Что случилось? О чём так сильно думаешь, что аж лоб вздулся?

Обеспокоившись, я этот самый лоб потрогала — мало ли, вдруг и правда не в порядке? И тут же удостоилась неодобрительного покашливания от магистра Дарктэса. Потом и реплики:

— Ева, вам неинтересно?

Пришлось перестать дёргаться и вообще поскромнеть.

Кандидатура Морти как поверенного была настолько специфичной, что я взяла новую паузу. Колебалась и не знала. Но и держать всё в себе уже не могла!

В итоге, в конце самого последнего, факультативного занятия, я придвинулась к здоровяку и попросила:

— Можешь сегодня прийти ко мне в комнату? Только… — я невольно замялась, — я не знаю, когда вернусь. Поздно.

— А что так? Снова с Лордом встречаешься? — влёт сообразил парень.

Прозвучало буднично, словно речь не об Аленторе, а о каком-то клерке. Но зацепило другое — с какой лёгкостью Морти сообразил! А ведь для такого вывода в его распоряжении был один-единственный эпизод. Когда я вышла из огненного портала, и Морти меня за этим переходом застал.

— Не знаю, — слукавила я. — Возможно. Но это не то, о чём ты подумал.

— А о чём я подумал? — губы парня тронула едва заметная ироничная улыбка.

Никакой ревности, никакой зависти по поводу моего вероятного — а для Морти это была всё-таки гипотеза! — общения с Хозяином. Парень просто констатировал факт.

— Ни о чём, — смутилась я. — В смысле не знаю, но… в общем, это не то.

Морти красноречиво хмыкнул.

— В общем, не важно. Проехали. Просто приди, ладно?

А вот теперь он нахмурился:

— Проехали? Куда проехали?

О, божечки…

— Забей, — буркнула я.

— Кого? — опять не понял верзила. — Или что? Тебе гвоздь забить? Ты всё-таки не справилась. Не смогла повесить карту?

У-у-у! Да справилась, конечно. Для забивания гвоздей у меня есть отличный такой, но совершенно бесполезный браслет.

— Не важно, — повторила я. — Просто приди.

— Хорошо, — наконец перестал придираться к словам он.

Ну а я…

Было кое-что ещё. Ещё один момент, где я не знала как поступить и вообще сомневалась. Но в итоге, глядя на верзилу, всё же сунула руку в карман и вытащила два небольших, размером с вишню, шарика.

Те самые плоды пепельного дерева, только не “наши”, а прихваченные мною из туманности. Когда мы с Наонграсом, Олтаринусом и Дайтароном возвращались к заброшенному поместью, я пару раз “споткнулась” и всё-таки смогла незаметно прихватить.

Здесь и сейчас я впихнула плоды в руку Морти и прошептала:

— Это не те, это другие. С другого дерева.

У сокурсника глаза округлились.

— С какого ещё другого? — выдохнул он поражённо, но, что важно, не усомнился. Зато насторожился уж по-настоящему! — Евка… а ты ничего не хочешь мне рассказать?

Ну всё. Вот и нет пути назад. Я сама же его себе и отрезала.

— Хочу. Потому и прошу прийти вечером.

Парень стал серьёзнее, чем наш бесконечно серьёзный Дарктэс.

— Договорились, — отчеканил он. — Приду.

Я же снова подумала про своё переселение и про сожжённую комнату. Если меня решат перебросить к остальным, если войдут в моё нынешнее обиталище… У-у-у, это будет конец.

Или не конец, а проблемы? Несколько проблем, одна другой хуже.

Вот только этого мне сейчас не хватало.

Но может Пресветлый будет милостив, и мне всё-таки повезёт?

Прежде чем отправляться на ужин и в архивную кладовку, пришлось снова забежать в комнату. В этот раз я шла туда холодея, готовая обнаружить не просто разруху, а дырку вместо стены.

Но нет. Видимо моё прошлое выступление получилось достаточно убедительным, питомцы вняли. Новых подпалин, на первый взгляд, не обнаружилось. Как и дополнительного бардака.

Я сделала новое внушение, погрозила кулаком и отправилась на работу. Огонёк порывался сопроводить — ведь мы всегда ходили в архив вместе. Но нет.

— Милый мой, хороший, — видя искреннее стремление стража я даже рычать перестала. — Пожалуйста, посиди тут. Как я тебя возьму? А вдруг Алентор опять явится?

Страж, который реально воплощался в нечто котообразное, насупился и надулся. А вот эрс, услышав разговор, снова забеспокоился — он Алентора ещё не видел, но уже не любил.

— Не нервничайте. Всё будет хорошо, — заверила я, сопроводив слова ментальным импульсом.

И тут же снова показала кулак — чтобы не расслаблялись. Не забывали о чём изначально шла речь!

По пути в административную часть я размышляла о том, как спрятать следы огненной драки, а потом сразу погрузилась в бумаги — правда эффективной моя работа была недолго.

Накаркала. Хотя скорее сделала правильное предположение. Угу, в архивную комнату снова завалился Лорд.

В этот раз он не удивлялся, не замирал шокированной статуей. Просто прикрыл дверь и, подойдя к столу, уселся на прежнее место. Осмотрелся. Затем осмотрелся ещё раз и задал неожиданный вопрос:

— А где твой страж?

Кхм…

Я сделала большие глаза — мол, какой страж? Его тут отродясь не бывало.

Но врать было всё-таки бесполезно, по крайней мере насчёт присутствия.

— Мы приучаемся соблюдать правила Школы. Страж в своём хранилище.

Алентор одобрительно кивнул.

Потом окинул взглядом уже лично меня, и…

— Так что там у тебя со всполохами и следами? Много видишь?

Вопрос был словно бы дежурным. Объективно говорить нам было не о чем, вот он и спросил абы что.

— Много, — не стала отпираться я. — Даже здесь, в этой комнате.

Лорд не удивился.

— А где, если говорить про эту комнату, концентрация магических следов самая высокая?

Я указала на отмеченный ещё в первый день угол. Лорд одобрительно кивнул.

— А что ещё? Не здесь, а вообще. Что необычного, слишком сильного или наоборот слабого, замечала?

Я невольно поёжилась, подумав о свечении портала — не на него ли Алентор намекает? Только признаваться я, конечно, не собиралась. Для начала неплохо понять, что вообще происходит и знает ли наш Лорд про Дымную туманность. А то вдруг нет?

Пришлось вспомнить и сказать о другой странности:

— Магистр Дарктэс. Его шрамы из состояния концентрации смотрятся… ну как-то ненормально.

Миг, и Алентор слегка напрягся. Глаза блеснули, а сам Лорд сел ровней.

— Как именно “ненормально”?

Я всё-таки пожалела о своём признании. Находиться в эпицентре внимания Лорда было неуютно.

— Я вижу на местах его шрамов что-то зеленоватое, и оно… ну словно бы слизь напоминает.

Брови Лорда подпрыгнули выше. Он переспросил:

— Зеленоватое? Слизь?

Я неуверенно пожала плечами. Хотелось думать, что привиделось, но я наблюдала эти следы неоднократно.

— Очень интересно, — не дождавшись продолжения, протянул Лорд. — Очень.

Поймав новую порцию неловкости, я вернулась к бумагам. К счастью, Алентор угомонился и новых вопросов уже не задавал.

Он сидел на столе и смотрел на меня — внимательно и без причины. У меня же от его взгляда аж метку начало покалывать. Я беспокоилась, но всё-таки не решалась поднять рукав.

В какой-то момент строго прирыкнула на саму себя: всё, Ева. Хватит! Забудь о нём! Работай и не отвлекайся, тебе за эти бумажки деньги платят!

Подействовало. В результате я не просто отвлеклась, а вообще про его милость забыла. А получасом позже поняла, что кроме Алентора из головы вылетело кое-что ещё.

— Ой нет, — вспомнив об этом “кое-чём” я хлопнула себя по лбу.

Миг, и Алентор тоже оживился, чем вернул в реальность. В смысле, напомнил о себе противоречивом. О том, что он тут есть.

— Что такое?

— Да ничего, — буркнула я, косясь на уже перевязанные бечёвкой пачки обработанных бумаг. — Я обещала помощнику библиотекаря, что принесу часть материалов сегодня, но совсем забыла.

— А в чём проблема? Библиотека ещё работает.

— Да, но я не знаю где искать Морти. Я хотела попросить его, чтобы донёс. Сама не дотащу.

На долю секунды лицо Алентора стало ну очень неприятным.

— Морти? — переспросил он. Короткая пауза, и Лорд продолжил: — Не слишком ли близко вы общаетесь?

Так. Стоп. Это ещё что?

Напомнило ревность, но он ведь не может ревновать, правда?

— Обычно общаемся, — ответила я. — Приятельствуем.

— Да? — в голосе мужчины послышался скепсис. — Просто общаетесь, но твой приятель почему-то живо интересуется темой брака и семьи?

Странная претензия.

— Так все мы чем-то интересуемся, — я попыталась объяснить очевидное. — Кто-то браками, кто-то другими вещами.

Взгляд Лорда остался сумрачно-недобрым.

— Ясно. А какими вещами интересуешься ты?

Опять внезапно. Алентору ведь незачем проявлять такой интерес к простой адептке. Этот вопрос уместнее задать… ну, не знаю, той же приятельнице? Или кому-то ещё?

— Только магией, ваша милость, — не желая развивать тему, слукавила я. — А ещё угасанием, потому что оно пугает.

Мужчина сделал небрежный жест, словно сказала глупость. Не про магию, а про второе. Зато удовлетворился!

Впрочем, нет. Не до конца.

— То есть замуж не собираешься?

— Пока нет. — Тут я ответила честно. — Сначала учёба.

Казалось такой ответ должен был понравиться, ведь от нас, адептов, требуется развитие навыков и служение своему Лорду. Но Алентор почему-то снова остался недоволен. Причём возникло иррациональное чувство, будто Лорд и сам не понял, что его злит.

Зато он наконец поднялся и повернулся к выходу.

Я приготовилась пронаблюдать его уход и облегчённо опуститься на пол. Так оно в итоге и вышло, но сначала…

Сначала я увидела, как с пальцев Алентора срывается магия. Тугой огненный жгут, извернувшись змеёй, устремился к приготовленным к выносу документам. Не успела я испугаться, что Лорд всё сейчас спалит, как этот жгут обвился вокруг бумаг и поднял стопки вверх.

— Хорошей ночи, — сказал Алентор, делая шаг к двери. Подхваченные магией документы полетели за ним.

Я так растерялась, что даже не ответила на его вежливость. Даже банального “благодарю” не сказала! Я просто стояла и таращилась на то, как Хозяин огня самолично выносит мои стопки. Он же точно понёс их в библиотеку!

О, Пресветлый, что за ерунда творится?

А библиотекарь? Он там в обморок не упадёт?

К чёрту Лорда, к чёрту Лорда, — повторяла я как мантру. С этими словами шла по коридорам замка, с ними же поднималась на свой этаж.

Учитывая бессонную ночь и напряжённый день, меня уже пошатывало, но я всё равно собиралась заняться уборкой в ожидании Морти. Но не сложилось, сокурсник был уже здесь.

Огромный, бритоголовый, с бычьей шеей — он сидел под моей дверью в неестественной позе. То есть это раньше поза показалась бы мне неестественной, а теперь, учитывая подсказки из прошлой жизни, я сразу всё поняла.

Морти медитировал.

Но почему? Как? Ведь тут, в Школе огня, нас такому не учили.

— Мм-м, — протянула я тихо. — А что ты делаешь?

Парень распахнул глаза и уставился для начала полусонно. Потом моргнул, полностью возвращаясь в реальность:

— Так это… Ну чё… Секретный приём!

— Секретный? — переспросила я.

— Мне огневики с пятого объяснили. Ну эти, которые глазки тебе строят.

Какие глазки? У меня нет таких знакомых. Или он про Харта и сотоварищей?

— Ты виделся с Хартом, Корном и Лотериком? Но где? — Просто я сама не встреча их уже пару дней.

— Да час назад. Они случайно завалились на нашу тренировку. Поржа… эм… ну то есть сказали, что занимаемся ерундой. Кстати, Евка! — Морти встрепенулся. — А ты? С тренировками совсем-совсем всё?

Я неловко развела руками. Хотела объяснить в каких-то культурных выражениях, но Морти перебил:

— А, ладно. Может и правда ерунда! — Претензии в его голосе, к счастью, не звучало. — Забыли, Ев. Давай, говори, зачем звала.

Верзила кое-как выпутался из позы лотоса и поднялся на ноги, а я… Мои новости следовало озвучивать дозированно.

Оглядевшись, я поманила сокурсника не к своей, а к соседней двери. Брови Морти удивлённо приподнялись.

Едва мы вошли, в комнате вспыхнули светильники. Тут не было разгрома, зато присутствовал толстый слой пыли. Я громко чихнула, Морти тоже. Теперь он уставился недоумённее прежнего.

Уф, с чего бы начать?

Я сделала шаг, второй, а парень плюхнулся на кровать — на матрас, затянутый плёнкой.

— В общем, со мной тут кое-что случилось. — Я нервно сжала пальцы. — Большое и странное приключение.

Морти напрягся и начал приподниматься.

— Чё за приключение? — бахнул он. — Кому вломить?

И столько искренности было в этом его порыве, что я разулыбалась. Надо же, а у меня, оказывается, есть и третий защитник. Огонёк, Дикарь и Морти! Какая прелесть. Так и до собственной армии недалеко.

Впрочем, стоп. Шутки сейчас неуместны.

— Не надо вламывать. — Я отрицательно качнула головой. — Надо просто выслушать. Боюсь одна я с этой информацией не справлюсь.

— Чё за информация? — Морти упал обратно, но расслабляться не собирался.

— Пока только факты, — выдохнула я. — Выводы делать рано, для этого недостаточно сведений.

Я перешла к главному:

— Сегодня ночью мне не спалось, и я пошла гулять по замку. И совершенно случайно, даже не подозревая что делаю, провалилась в один портал. А в портале… вернее на той его стороне, в точке выхода… В общем, там были маги, Морти. Несколько очень сильных огненных магов, причём подростков. Возможно по своей силе они даже близки к нашему Лорду, потому что цвет волос совпадает. Столь яркого оттенка ни у кого из наших нет.

— Чего-о?

— Маги, Морти, — повторила я. — И не только. Место вообще странное. Там небо, затянутое белыми-белыми тучами, а ещё именно оттуда я принесла те плоды пепельного дерева, которые дала тебе. Ну и… вместе со мной в Школу пришёл огненный зверь. Эрс.

Грусть, но тут меня признали сумасшедшей. Парень помотал головой и пробормотал что-то из серии: “Вот к чему приводят родственные браки. Все благородные немного ку-ку”.

Реплика прозвучала бредово и, за исключением “ку-ку”, прошла мимо сознания. Я сильно растерялась, не предвидела такой вариант.

— Эрс — это существо чем-то похожее на стража, только не шарик-сгусток, а проявленное. Почему думаешь я не пригласила тебя в комнату? У меня там огненный волк и поле битвы.

Морти кивнул, но согласие было ненастоящим. Так соглашаются с буйно-помешанными — что угодно, только бы не злить.

Но любопытство оказалось сильней, и парень спросил проникновенно:

— Покажешь волка?

Думал, что заартачусь? Угу, как же.

— Покажу. И волка, и стража, и… ты только не пугайся, ладно?

— Да разве ж я из пугливых? — Верзила нарочито-бодро улыбнулся. Но выглядел так, словно мысленно вызывает мне врача.

Я аж надулась. Ну, ладно.

Я-то хотела постепенно, бережно. Сначала рассказать про магов из туманности, потом предложить вместе поразмышлять на тему “а откуда в нашем замке такой портал”, обсудить возможную осведомлённость нашего Лорда. Но если Морти настаивает…

— Хорошо, давай перейдём, — и я направилась к двери.

Правда на полпути запнулась, озарённая отличной идеей:

— Кстати, если тебе не сложно, захвати, пожалуйста, матрас.

— А это ещё зачем?

Тут мой диагноз, судя по всему, подтвердился, но я повторила просьбу, и Морти всё-таки подхватил с кровати тяжеленную махину, на которой только что сидел.

Вот так мы и пошли. Я с содроганием и некоторым ехидством, а Морти с трофеем. Просто мой-то матрас весь изгрызен, а спать на чём-то нужно. Сама я не дотащу, а тут вон какой силач.

Надо ещё попросить, чтоб он испорченный куда-нибудь унёс…

Дальше был поворот ключа, распахнутая дверь, и я, вопреки законам гостеприимства, вошла в помещение первой. Крикнула прямо с порога:

— Так, всем спокойно! Это хороший, добрый человек, его зовут Морти.

Как чувствовала! Эрс громко и очень угрожающе зарычал.

Ну а я… Мелочно, конечно, но это был момент некоторого злорадства. Я повернулась и уставилась на парня, у которого глаза округлились и пот на лбу выступил.

— Евка, — позвал Морти шёпотом. — Это что?

— Мой новый питомец. Я вас, как и обещала, сейчас познакомлю.

— Ты чего? — голос парня дрогнул. — Ты не шутила?

— Да какие уж тут шутки, — ответила я насмешливо.

Просто устала нервничать. Когда на тебя сваливается слишком много стресса, в какой-то момент начинаешь относиться к нему проще. Словно что-то внутри притупляется.

— Евка… — И Морти храбро шагнул назад.

— Стой! — рявкнула уже не на эрса, а на сокурсника. — Пока матрас не дотащишь, никуда не отпущу!

Морти выглядел так, словно его ударили дубиной. Сидел не просто пришибленный, а онемевший — переваривал мой подробный рассказ.

Впрочем, рассказ — это так, слова. Куда большее впечатление произвели осмотр комнаты, знакомство с эрсом и встреча с изменённым стражем. Информация получилась шоковой.

Парню потребовалась четверть часа, чтобы справиться с эмоциями и поднять на меня осмысленный взгляд.

Морти посмотрел, моргнул, а потом хлопнул себя по коленям и воскликнул бодро:

— Ну чё, понятно!

— Мм-м? — протянула я вопросительно. Что там ему понятно? Может и мне объяснит?

Но объяснение вышло так себе:

— Понятно, что ничего не понятно, а ты встряла. Но! Не надо отчаиваться, Евка, давай… как это говорят? Решать проблемы по мере их наступления?

С этими словами он поднялся с тумбочки, которую использовал в качестве табурета, и решительно шагнул к кровати. Прежний, изгрызенный матрас оказался снят, а всё постельное бельё очутилось на полу.

Затем прозвучало:

— Так, сейчас нужно привести комнату в порядок, верно?

Миг, и новое:

— Евка, погоди, а зачем мучаться? Ведь можно просто переехать в соседнюю. Тут этих комнат полно.

— Комнат может и полно, но всем известно, что я живу именно в этой. Боюсь, переезд вызовет вопросы.

— А ты не бойся! — с прежним нарочитым оптимизмом воскликнул верзила.

Но я отрицательно качнула головой. Во-первых, немотивированный переезд это действительно странно, а во-вторых, мне просто не хотелось покидать это место. Это моя комната. Первое отдельное жилище за всю, хм, нынешнюю жизнь.

— Ну и зря, — сообщил парень, однако спорить не стал и действительно потащил матрас прочь. Отнёс туда, откуда мы приволокли новый.

Очень быстро в ту, соседнюю, комнату перекочевал остов сожжённого стула, подпаленный письменный стол и пострадавшая от огня тумбочка. Заменить кровать и шкаф Морти был не в состоянии — эта мебель оказалась тяжёлой даже для него.

Но она пострадала несильно, я надеялась отмыть копоть и как-то замаскировать подпалины. Со стенами и потолком собиралась проделать то же самое, и надеялась, что мне повезёт.

Радовал тот факт, что никакого запаха после магического огня не осталось, в этом плане он был приятнее, чем обычный.

— А вы… — Водрузив новый матрас на положенное место, Морти повернулся к Дикарю с Огоньком и погрозил пальцем. — Больше не хулиганить, поняли?

Недокошак скривил морду, а эрс продемонстрировал красивые острые клыки.

Всё время визита Морти, Дикарь переходил из огненной формы в обычную и обратно. Как бы напоминая, кто он такой.

Верзила притворился, что не заметил, и погрозил пальцем снова. Пока они общались, я собрала с пола постельное бельё — оно тоже пострадало, его следовало постирать и заштопать. В идеале тоже бы заменить, но… в общем, ладно, разберусь.

Главное, что после “исповеди” мне стало легче. Впервые за этот сумасшедший день я по-настоящему расслабилась. Морти был не в состоянии помочь информацией или советом, но его помощь с комнатой оказалась бесценна.

Только расслабилась я всё-таки зря.

Не успела я перекинуть постельное бельё на кровать, не успел Морти продолжить воспитательную речь в адрес моих питомцев, как в дверь постучали.

Мы оба подпрыгнули, переглянулись и впали в панику.

Мой грозный, медведеподобный приятель стремительно огляделся и рванул к окну. Я метнулась за ним.

— Ты куда? — воскликнула шёпотом.

— Куда угодно! — объяснил Морти. — Лишь бы подальше отсюда. Это ж Лорд!

— Четвёртый этаж! Расшибёшься!

— Да плевать. — Угу, Лорд был страшнее.

Морти распахнул окно, а я вцепилась в его ремень — лишь тут парень одумался. Обернулся и, посмотрев шальными глазами, прошелестел:

— Что делать, Евка?

— В шкаф! — распорядилась я.

Прозвучало уверенно, хотя я сомневалась, что этот бугай туда вообще влезет. Ещё вспомнила про лежавшее в шкафу кружевное бельё и, невзирая на бьющую по мозгам панику, покраснела как маков цвет.

А стук повторился… Стал злее и громче, как бы намекая, что нам крышка.

Тут ещё и эрс заворчал, явно готовый отреагировать на вторжение. И Огонёк изогнулся шипящей, мечущей искры дугой.

Короче, дурдом!

— Он по ауре определит, — убил надежды Морти. — Для него войти в концентрацию — раз плюнуть. Да он из неё, говорят, вообще не выходит!

О, если так, то мы и правда пропали.

— Кто там! — скорее по инерции, чем осознанно воскликнула я.

Стук прекратился.

Спустя ещё миг, я чуть не выругалась. В комнату ломился вовсе не Алентор. Это была Иргиль!

Я не знала, как у помощницы Тариуса с концентрацией, но уповала на то, что лично мне эта самая концентрация видеть сквозь стены не позволяет.

Возможно у Алентора с таким зрением и получше, ведь он сильнейший из магов, но в случае с Иргиль шанс не выдать секреты всё же был.

Велев всем сидеть тише воды и осенив себя знаком Пресветлого, я подошла к двери и, провернув ключ, выскользнула в коридор. Вернее, начала выскальзывать…

Просто рыжая, увидав щель, тут же начала встречное движение. Она ломилась в комнату, а я наоборот.

Противостояние вышло неловким и показательным. Рыжая, не будь дура, сделала правильные выводы:

— Ты что? — воскликнула девица изумлённо. — Ты не одна?

Она всё-таки отступила, но её удивление быстро сменилось недовольством. Брови сошлись на переносице, глаза гневно сверкнули.

— Ева! — голос прозвучал требовательно. — Объяснись!

Я растерялась. На долю секунды меня снова накрыла паника — это была естественная реакция воспитанницы монастырской школы. Нам не позволяли лишнее своеволие, прививали скромность, покорность и прочую бесполезную в подобных ситуациях ерунду.

Но память прошлой жизни сказала “нет”. “Стоп”. “Выдохни, Ева!”

Вот я и выдохнула. Это моя комната, моя территория, а Иргиль мне не хозяйка.

— Прости? — переспросила я с интонацией человека, который и сам требует объяснений.

Глаза огневички сверкнули опять.

Но я всё-таки выпихнула её в коридор и вышла следом. Прикрыла дверь насколько было возможно, и лишь после этого обратила внимание на пирог, который Иргиль держала в руках.

Она пришла с миром. Видимо, попить чаю и пообщаться. Интересно…

— Ева, — процедила огневичка.

Глядя на пирог, я заставила себя вспомнить про вежливость. Иргиль пришла с миром! Именно из этой позиции и нужно исходить!

Я как могла улыбнулась и попробовала объяснить:

— Я не ждала гостей. Твой визит…

Увы, примирительный тон не подействовал, меня перебили:

— Ты не одна! У тебя там кто? Мужчина?

Вот же… Да даже если и так. Ей-то какое дело?

— Ева, какого Всепожирающего пламени? — выругалась рыжая. — Ты видела который час? Ночь на дворе! У нас, конечно, нет запретов на встречи, но ты… Ты же не безголовая? Ты же соображаешь?!

— Да при чём тут мужчина, — огрызнулась я. — Нет там ни…

— Не ври, — вновь перебила рыжая. — Ты не одна.

Тут моя вежливость кончилась. С чего Иргиль позволяет себе подобный тон?

Я упёрла руки в бока, но угрожающий вид опять-таки не подействовал.

— Ты совсем стукнутая? — рыжая понизила голос до шипящего шёпота. — Ну какие мужчины? Какие парни? Ты же знаешь! Знаешь, кто положил на тебя глаз!

Увы, меня резко бросило в жар. Я не то чтоб “знала”, но отрицать интерес лорда Алентора было сложно.

Видимо всё это отразилось на моём лице, потому что Иргиль удовлетворилась:

— Ну вот. И нечего было прикидываться! — С этими словами она сунула мне в руки пирог и заявила: — Я притворюсь, что ничего не видела. А ты заканчивай. И чтобы больше ни-ни. Никогда! Никаких мужчин, парней, и ничего такого, что можно расценить как двусмысленность. Ясно?

Иргиль круто развернулась и добавила снисходительно:

— Всё, бывай. Позже обсудим.

Мои эмоции превратились в жгучий коктейль.

Помощница Тариуса не имела права на подобный тон. У неё нет полномочий за мной следить или отчитывать. Более того, я не набивалась Иргиль в подруги и ни о чём не просила. Но эта выскочка почему-то решила, будто я ей что-то должна.

С другой стороны, она явно приходила с добрыми намерениями. И вещи для меня заказывала. Проявляла пусть непрошенную, но заботу. Это ведь хорошо?

Только всё вместе… Аж голова разболелась. Иргиль мне никто. Тогда почему ведёт себя как надзирательница?

Я бы даже разозлилась, но в комнате ждал Морти, а ещё я понимала, что всё могло сложиться гораздо хуже. Вместо рыжей в гости действительно мог заглянуть Лорд.

Или не мог?

Или я, вслед за Иргиль, переоцениваю интерес Алентора к собственной персоне?

— А-а-а, опять ничего не понятно, — прошептала я досадливо. Развернулась и… отправилась угощать Морти пирогом.

Просто Иргиль ушла, а пирог остался, и съесть его одной было невозможно. Да и аппетит отсутствовал — зато у здоровяка, когда выяснилось, что опасность миновала, наоборот проснулся нервный жор.

И не только у него!

Глядя, как Морти поглощает еду, Огонёк вылез из своего угла и, неуклюже переставляя лапы, направился ко мне, причём не по воздуху, а прямо по полу.

Подошёл, задрал голову и вперил в меня… нет, не глаза, а два наполненных свечением провала.

— Кштати, — не дожевав окликнул Морти. — Как так вышло, что… крхм… страж преобразился?

Изначально я этой темы в своём рассказе не касалась, а теперь сказала:

— Искрами его накормила. Случайно.

— Искрами? Всего лишь? — поразился Морти.

Я кивнула, а Огонёк всё-таки взлетел и боднул в колено. Пришлось послать ему ментальный импульс с призывом проявить терпение. Сейчас Морти уйдёт, и тогда, так и быть, сцежу прожорливой тушке пару искр.

А всё-таки резиденция первого Лорда — интересное место. Занятно, что об исторической особенности замка напомнила именно монашка. После её слов про всполохи и следы, я усмотрел в этом некий символизм.

Доставив в библиотеку бумаги и пронаблюдав вытянутое лицо не ожидавшего подобного сюрприза клерка, я понял, что довольно давно не осматривал эту часть своих владений, и отправился на прогулку.

Перейдя в состояние сначала простой, а затем и углублённой магической концентрации, я смотрел на бесчисленные огненные линии, печати защиты и остаточные следы заклинаний. Следов от новых заклинаний, разумеется, было больше, но это временно. Все следы имеют свойство угасать.

Первый Лорд был личностью неординарной, Хроники описывали его как талантливого спесивца. Он привнёс в жизнь и обучение магов огня много такого, о чём можно было и умолчать.

Но что сделано, то сделано. Не важно. Сам замок по-прежнему скрывал достаточное количество тайн, но всё самое интересное, по понятным причинам, находилось в подземной части. Тут, на поверхности, лишь осколки. Из значительного — несколько портальных линий, воспользоваться которыми не способен, считай, никто.

Во-первых, линии находились на так называемом втором слое — рассмотреть их в состоянии простой концентрации невозможно, а углублённой владеют очень немногие. Во-вторых, нужно быть истинным самоубийцей, чтоб пойти в такой портал.

Слишком древний. Неизвестно, активна ли точка выхода и где она вообще находится. В таких случаях велик риск застрять в пространстве в расщиплённом виде. То есть умереть.

Наткнувшись на одну из таких линий, я остановился и подумал о дополнительной маскировке. Протянул руку, призвал силу, и “утопил” линию ещё глубже — перевёл на “третий” слой.

А потом задумался… почему портальная линия обеспокоила меня только сейчас? Ведь эта пусть очень условная, в виду сложности её обнаружения, но всё же опасность, находилась здесь всегда, однакно мысли о том, что она может нанести вред кому-то из адептов или преподавателей не возникало.

Я понял и скривился. Ева. Заноза. Какое мне дело до того, пострадает она или нет?

Пройдя по первому уровню подвала и по первому этажу, я перешёл во второе жилое крыло и скривился снова. Ещё один очевидный — ну, лично для меня, — портал.

Это была опять-таки перестраховка, но я всё-таки приблизился и “утопил” эти линии тоже. “Третий” слой, тут и не всякий “лорд” разглядит.

Разворот, и меня неожиданно потянуло вглубь зала — туда, где располагалась лестница. Желание подняться на верхний этаж, подойти к комнате монашки, было настолько сильным, словно кто-то тащил.

Мой огонь шипел, нервничал… Будто там, наверху, нечто важное!

— Мой Лорд? — прозвучало за спиной, и… наваждение спало.

Я протрезвел. Что за чушь? Ну чего важного там может быть? Особенно с учётом того, что Ева до сих пор ковыряется в книжной пыли.

Развернувшись, я вопросительно посмотрел на того, кто меня окликнул. Дарктэс. Кстати, с ним я тоже хотел повидаться.

— На тренировку? — спросил я, увидав простую одежду и пару мечей в ножнах.

— Да, мой Лорд, — отозвался магистр.

Решение было опять-таки спонтанным:

— Я с тобой.

Мы вышли на площадку, которая примыкала к этой части замка, и Дарктэс стянул рубаху. Я тоже оголился и призвал оружие — да, магическое. Но огонь бывает твёрже, чем сталь.

Мы сошлись. Первая сшибка, вторая… А когда взяли паузу, я вернулся в состояние концентрации и стал рассматривать его лицо и тело.

Я помнил, как Дарктэс получил эти шрамы, и они были глубже, чем можно предположить. Битва была смертельная. Мы усмиряли сильнейшее возмущение, и из подземного пламени вышли элементали, причём не рядовые. Пока я отбивался от четвёрки озлобленных монстров, двое прижали Дарктэса.

Почти убили. Когда я разделался со своими и пришёл на помощь, Дарк напоминал фарш.

Я отбил его у тварей и “держал”, пока целители собирали тело. Вливал собственную магию и собственный огонь, чтобы сохранить жизнь.

Потом было долгое изнурительное восстановление. Очень сложное. Дарктэс — своего рода шедевр целительского искусства, но целители не боги. Я тоже, к сожалению или счастью, не бог.

Мы восстановили тело и вернули его магию. Но несколько ударов элементалей были сдобрены проклятиями, которые буквально въелись в плоть и энергетическое тело.

Дарк остался калекой. Тело в целом здорово, магия есть, но пользоваться ею он может на минимальном уровне. Периодически его шрамы откликаются нестерпимой болью, которую невозможно снять.

Именно поэтому один из некогда лучших бойцов стал магистром. Сам Дарк долгое время сопротивлялся этому решению, жаждал вернуть контроль над магией, но способа мы так и не нашли.

Тот же яд проклятия мешал убрать физические следы. Они уродовали плоть, оставаясь этакой нестираемой печатью.

Прямо сейчас я в тысячный раз смотрел на эти шрамы — в состоянии простой концентрации магическая составляющая вообще не определялась. Из глубокой я видел тусклое свечение, но никак не “слизь”.

На максимальном уровне концентрации свечение становилось ярче, и на этом всё. Ничего такого, о чём толковала монашка.

— Мой Лорд, всё в порядке? — окликнул Дарк.

Хм… а может Ева сочиняет? Или ошибается?

— В полном, — отозвался я и перетёк в боевую стойку. Отдохнули. Пора продолжать.

За процессом кормления Огонька эрс наблюдал сначала с изумлением. А потом мы услышали тихое “кхыр, кхыр”.

Дикарь хохотал! Я от такой его реакции аж сбилась. Страж, которого, казалось, интересовали лишь искры, тоже отвлёкся. Огонёк повернул голову, а через миг прервал левитацию и грохнулся на пол. Резко встал дугой и с шипением ринулся на волка. Ну в самом деле кот!

Эрс не одумался — наоборот, его веселье стало прямо-таки безудержным.

А я воскликнула строго:

— Эй! А ну стоять!

Но страж не слышал — задетый насмешками, попёр на волка как бульдозер.

— Огонёк! Прекратить немедленно! — моя новая команда.

— Ш-ш-ш…

Драки не случилось только потому, что эрс уклонился. Не ответил на агрессию, а наоборот начал убегать.

В процессе побега сбил стул, и когда тот с грохотом рухнул на пол, я перешла на крики. Ну, заразы. Мало им первого разгрома? Хотят устроить второй?

Меня слышали, но игнорировали — пришлось рискнуть и заняться отловом. Лишь очутившись в моих руках, страж перестал выгибаться и шипеть.

— Прибью! — рявкнула я на Огонька. На эрса-провокатора тоже прикрикнула, а потом обратила внимание на случайно задранный рукав и свою метку. Она опять была бледной.

Это напугало настолько, что на новый жалобный взгляд стража, призывавшего продолжить ужин, я уже без всякого сострадания ответила:

— Нет.

Спать ложилась дёрганая, зато в нормальную кровать — хвала Морти. Однако утром случился новый сюрприз — я проснулась от тихого поскуливания, и сразу поняла.

Волк! Вполне материальный! Ему же… гулять нужно?

Мысль о том, что сейчас в моей прекрасной комнате может появиться либо кучка, либо лужа, а бедное животное не гуляное и мучается, выгнала из кровати в секунду.

За окном было ещё темно, но смущало не это. Я же ещё никому ничего не объяснила, а сейчас выведу эрса из комнаты — что будет, если нас засекут?

Но и оставаться было нельзя!

В общем, не надеясь на чудо, я стремительно оделась, пихнула ноги в ботинки, и мы с Дикарём поспешили к лестнице. Дальше — к выводящей на тренировочную площадку двери.

Подумать о том, что если эрс нагадит там, где танцует со своим оружием магистр Дарктэс, то нас точно не похвалят, я не успела. К счастью, Дикарь проигнорировал эту площадку и бодро потрусил вперёд.

Ещё сонная, плохо соображающая, я ринулась за ним — куда-то вглубь окружавшего эту часть замка сада.

И ещё дальше, и ещё… Причём вокруг было по-прежнему темно!

— Эй! — не выдержав, окликнула эрса я.

Не среагировал. При этом огненный зверь не спешил делать туалетные дела, просто бегал и нюхал.

— Эй ты, — мой новый оклик. Но вполголоса, чтобы никто посторонний не услышал. — Давай заканчивай, и пойдём обратно.

Спустя ещё полчаса стало ясно, что эрсу нужно просто… погулять.

Он то ходил, то бегал, а в какой-то момент сорвался с места и умчался прочь с невообразимой скоростью. Небо к этому времени посветлело, а мы вышли на поле, которое начиналось за садом. Тут мы были как на ладони, смотри — не хочу.

— Дика-арь… — тихонько взвыла я.

Зов сопровождался ментальным импульсом, но меня либо не услышали, либо проигнорировали. Если так пойдёт и дальше, лидером в нашей маленькой группе мне точно не быть.

Не понимая, как заставить эрса вернуться, я смирилась. Будь что будет. Поймают так поймают. Я сделала что могла!

Огненная животина, воплощённая сейчас в простого волка, вернулась спустя четверть часа и послала импульс, что всё, можем возвращаться.

Бурча под нос, я взяла курс на замок. Лишь добравшись до двери комнаты, поверила в то, что нас таки не засекли.

Мы добрались без проблем, зато встречавший там Огонёк, выглядел ну очень надутым. При этом черты стража снова изменились — стали чётче, детальнее. “Заготовка” постепенно превращалась в упитанного, полосатого кошака.

Дикарь отреагировал на это недовольство клыкастой улыбкой, что привело к новому конфликту. Как и вчера, агрессором выступил страж — изогнулся оскорблённой дугой и попытался напасть.

Снова пришлось орать! Одновременно радуясь тому, что крыло пустое, и нас никто не слышит.

А ведь нам по-прежнему грозит переселение! Впрочем, может о нас забудут? Вдруг повезёт?

А в чём повезти точно не могло — это в получении информации про эрса. Брошюра нечитаема, а здесь, у нас, об эрсах даже не слышали, как понимаю. Чем за ним ухаживать? Чем кормить?

Учитывая некоторое сходство с Огоньком, существовала надежда, что волк — при правильном обращении, — тоже питается редко и магией. Но как выяснить точно? Снова сунуться в тот портал? Обратиться к пацанам?

Идея была пугающая, но рабочая. Впрочем, для начала я спросила у самого зверя:

— Есть хочешь? — сказала, и продублировала вопрос на ментальном плане.

Дикарь удивился так сильно, словно спросила чушь.

— Э… — ответила я растерянно. — То есть не хочешь?

На ментальном плане пришло чёткое “нет”, и я выдохнула. Временно, но всё же. Ведь мне в любом случае нужно выяснить как с ним обращаться и как ухаживать. Видимо, всё-таки придётся вновь наведаться в “Туманную страну”.

— Ладно, — произнесла я. Потом погрозила питомцам пальцем и отправилась умываться.

Пока приводила себя в порядок, чтобы пойти на занятия, никто ни с кем не подрался. Но я всё равно пребывала в напряжении. Перед выходом пришлось сделать новое внушение — уже после этого я, с беспокойным сердцем, поспешила вниз.

А проходя через холл, конечно, погрузилась в состояние концентрации и, увидав прямоугольник портала, вновь задумалась о визите. Это рискованно. Парни считают, что я принадлежу к некоему древнему клану, а значит рядом со мной есть те, кто может рассказать про эрса. У меня нет объективных причин приходить с вопросами к “чужим”.

Надо что-то придумать. Впрочем, не унываем — одна идея точно есть.

Следующая мысль была вероятно более здравой, но куда более нервной. А что если мне обратиться к Лорду? Просто подойти, рассказать про эрса и про Огонька?

У меня ведь не было намерения что-то скрывать. Я скрыла потому, что… ну, так получилось. Вдруг Алентор что-то да знает? Ведь его сходство с теми подростками на лицо. И вдруг он меня за такие «новости» всё-таки не убьёт?

Я размышляла об этом по дороге в столовую, но принимать решение не спешила. Просто знала, что Хозяин огня в любом случае будет недоволен, как наяву видела его полыхающий взгляд.

Этот воображаемый взгляд был таким, что по коже побежали мурашки — вот так, ёжась, я в столовую и ввалилась. А там уже поджидал Морти! Более того, выяснилось, что парень взял завтрак не только себе, но и мне.

Выбор блюд оказался неплохим — гораздо лучше, чем в своё время у Корна. Такая забота вызвала неловкость, но причину инициативы я быстро поняла.

Морти жаждал общения, его глаза блестели азартом. До верзилы только сейчас в полной мере дошло, что он вчера видел и слышал. Впрочем, задавать новые вопросы сокурсник не спешил.

Вместо этого подвинул мне поднос, и лишь дождавшись, когда расправлюсь с омлетом, тихо озвучил внезапную и не очень-то понятную просьбу:

— Евка, а дай ключ от своей комнаты? Не навсегда, конечно. На время.

Я оторопела:

— Зачем?

— Надо, — убеждённо ответили мне.

— Эм… Прямо сейчас?

Понятия не имею почему, но его объяснение меня устроило, я действительно была не против. Пусть приходит, если не боится. От Морти скрывать уже нечего — кроме, разве что, кружевных трусов.

— Не сейчас. Вечером. Ты же вечерами всегда где-то болтаешься?

Болтаюсь, угу.

Я посмотрела косо, потом кивнула. Ключ дам, только нужно будет предупредить «зверинец». Но если они его сожрут или подпалят, чур я не виновата. Морти напросился сам.

На этой неоднозначной ноте я вернулась к завтраку. Потом было первое занятие, на которое я почему-то ждала Алентора. Но сегодня Лорду явно было не до нас, видимо появились другие, по-настоящему важные дела.

И первое занятие, и второе, оказались очень насыщенными. Информации было столько, что всё прочее вытеснилось из головы.

Магические потоки, принципы обращения к собственной магии, реакции на это обращение метки — а метка тоже, как оказалось, порой реагирует… А ещё Морти с его проблемами чтения! В ходе второго занятия нам предложили самостоятельно ознакомиться с одним из перечней, и мне пришлось тихонько, при этом внятно, читать вслух.

Я не то чтоб завертелась, но почти. Возможности думать о чём-то кроме учёбы не было. В перерыве я привычно забежала в комнату и облегчённо выдохнула, обнаружив что мебель цела, а новые подпалины вроде отсутствуют.

Снова погрозила питомцам, а потом, поддавшись порыву, принялась гладить и тискать сначала эрса, а следом и Огонька.

Страж отнёсся к такой очерёдности без восторга и в руки сначала не давался. Сегодня он выглядел ещё более «внятно» трансформация явно приближалась к концу.

Рыже-оранжевый, сотканный из огня кот, смотрел на нас с Дикарём с изрядной долей высокомерия. Хотелось верить, что это напускное, а не типично-кошачье. Но не факт!

Покидая комнату, я качала головой — вот уж зверинец! Только и «забыла» я про питомцев быстро — следующее занятие тоже вышло достаточно сложным. Таким, что не до рефлексий.

Затем был факультатив у Эртона с коллективным выполнением домашки и привычный визит в каморку по соседству с канцелярией…

Зная о скором приходе Алентора, я постаралась разобрать максимум бумаг до его появления — работала в самых ударных темпах. И очень удивилась, когда Лорд так и не пришёл.

Он не пришёл, и это стало поводом занервничать — возвращаясь в комнату, я ждала что сейчас в пространстве, перед самым носом, вспыхнет огненный портал.

С одной стороны было жутковато, с другой — всё внутри встрепенулось, потому что каждая телепортация давала мне явные и какие-то, если так можно выразиться, скрытые воспоминания. Именно в процессе телепортации моя память о прошлой жизни восстанавливалась, а мне хотелось вспомнить всё.

Зачем? Во-первых, интересно, а во-вторых, это всё-таки польза. С тех пор, как мне начали открываться знания о прошлой жизни, я стала совершенно другой.

Ева, воспитанная в монастырской школе, не могла и половины того, на что была способна та «другая я», которая росла в стремительном, агрессивном мегаполисе. Это был ценный опыт, особенно в нынешних обстоятельствах. Маг огня должен быть смелым! А в той прошлой жизни я была именно такой.

Я возвращалась в комнату понимая, что сейчас возникнет портал, но вот странность — ничего так и не случилось. Меня не вызвали, и мелькнула мысль, что Алентору надоело. Лорд наигрался, удовлетворил своё непонятное любопытство. Хорошо ли это? Разум уверял, что да.

А вот душа почему-то насторожилась, и настроение не то чтоб испортилось, но как-то просело. Поэтому в жилое крыло я вернулась хмурая, а войдя в комнату остолбенела.

Морти был здесь — живой и даже не покусанный. Он докрашивал стену, а Огонёк и эрс внимательно наблюдали за его действиями каждый из своего угла.

Кот сидел на шкафу, а волк возле письменного стола. В том же, что касается Морти… Я сначала глазам не поверила!

— Что ты делаешь? — выдохнула настороженно.

Парень, который был одет в какие-то обноски, широко улыбнулся. Ну да, глупый вопрос.

Он где-то раздобыл краску, и сейчас скрывал следы недавнего боя. Потолок был уже абсолютно белым, без копоти. Краска, подходящая по цвету к мебели, тоже нашлась. В общем если не сильно присматриваться, то моя комната обрела первозданный вид. Только стену докрасить, и всё.

Это было и поразительно, и очень-очень приятно. Я застыла в смешанных чувствах.

Радость, благодарность, толика непонимания…

— Морти, ты… — выдохнула я, не в силах подобрать слов.

— Да чё ты, Евка, — расплылся парень. — Всё нормально. Ты ж сказала, что не хочешь переезжать. Ну вот, помогаю чем могу.

Большой совет — мероприятие довольно скучное, но куда деваться? Говорят, изначально его пытались назвать Большим Королевским советом, но в итоге поступили скромней.

Ведь на этом собрании решение принимают не столько короли, сколько Лорд. Встреча проходит раз в десять лет, и необходима для того, чтобы «сильные мира сего» договорились о цене своего спокойствия — о цене защиты от подземного пламени. Если проще — о том, сколько королевства будут платить мне.

Для меня это был третий Совет, и я надеялся, что хотя бы в этот раз обойдётся без излишеств. Но верилось слабо, и в телепорт я входил с самым кислым лицом.

Собрание назначили в человеческих землях, в резиденции одного из самых влиятельных правителей. Портал перенёс меня в огромный светлый зал с позолоченными колоннами и мраморной отделкой.

После этого началась первая часть, этакий приветственный ритуал.

Меня усадили в роскошное, похожее на трон кресло, и я был вынужден принимать расшаркивания многочисленных участников собрания. Приветствия эти, как обычно, сопровождались дарами — они текли полноводной рекой.

Какие-то ткани, скульптуры, сундуки… да много чего, целое море сомнительного хлама. Я пребывал на грани неудовольствия, но даже не пытался остановить этот поток.

Пусть дарят. И Летерия, и мой предыдущий помощник — да даже Сильвус с Камелиусом! — объясняли, что так проще. Для людей это нормально, а отказы обычно воспринимаются как немилость с последующей попыткой «задобрить» и выяснить «что произошло».

Подобные выяснения — это ещё хуже, поэтому я спокойно ждал когда всё закончится.

После приветствия и недолгого перерыва, началась следующая часть.

Все участники вошли в другой зал, где был установлен овальный стол, за которым могла разместиться небольшая армия. Мы сели и приступили к диалогу — тут речь снова пошла о благодарностях и похвале.

Да, выживать без защиты от подземного пламени невозможно, и восторги в адрес моих людей были более чем уместны. Речи, посвящённые лично мне, тоже в целом справедливы, но они вызывали скорее улыбку. Если столь щедрая лесть — попытка сбить цены, то увы.

Я не так жаден, как например Сильвус, но мне нужно содержать людей, которых с каждым годом становится всё больше. У меня хорошие земли, достаточно работников, и я не терплю тунеядцев, но магическая защита требует огромных расходов. К тому же помощь, которая оказывается бесплатно, никогда не ценится. Кто бы что ни говорил.

Защита стоит немало, все это понимали, но, отправляя на территорию Лорда огня, обозы с продовольствием и сундуки с золотом, радости никто не испытывал. Каждый раз правители пытались сбить цены, а я их, наоборот, поднимал.

Логика людей была понятна, их истинные желания — тоже. Каждый из присутствовавших, оценивая затраты, мечтал о собственных отрядах огненных магов, которые будут обходиться дешевле. Но увы.

Во-первых, сама организация отрядов огненных бессмысленна — магия требует обучения, а на том уровне, на котором обучают у нас, никто другой не сможет. Во-вторых, довольно часто возникают ситуации, где маги неспособны справиться без поддержки Лорда, а Лорд — это я.

В-третьих, никто не даст такой возможности, потому что подчиняться людям, которые не имеют ни малейшего представления о магии — издевательство. Подчиняться тем, кто может использовать магию огня во внутренних конфликтах — особая глупость. Магия дана людям не для того.

Но мечтать не запретишь, и вот. Впрочем, вслух тут ни о чём таком не говорили.

Пока хвалили. Рассыпались комплиментами, а я слушал. Это длилось до вечера — вечером же началось то, чего я хотел бы избежать.

Для начала меня накормили, напоили отличным вином, а затем стали предлагать развлечения. Уж не знаю, откуда взялось поверие, что огненные маги обожают непорочных юных дев, но что есть, то есть.

Мягко, но настойчиво, мне стали предлагать красавиц — некоторых даже провели в зал, где я ужинал. Среди них, как мне шепнули, были и «благородные» — дочери и племянницы влиятельных людей.

Я держался спокойно, отказывался вежливо. А ночью, конечно, разозлился. Одна из девиц — подчёркнуто рыжеволосая и неприятно обнажённая пролезла в мою постель.

Идиотку я, разумеется, выгнал. Затем вызвал к себе королька, который принимал в этом десятилетии Совет, и в коротких ёмких выражениях высказал всё, что думаю. Тот бледнел, зеленел, дрожал и блеял о том, что подобное недоразумение больше не повторится. Ничего иного я от него и не ждал.

Мысль открыть портал и уйти к себе? В собственный замок? Она не просто мелькнула — она была выпуклой и манящей. Но я прогнал её усилием воли — нет, не хочу.

Уж слишком сильно меня тянуло… не просто домой, а поближе к Школе. К необъяснимой ауре одной застрявшей в голове адептки. Девчонке, необъяснимый интерес к которой не желал угасать.

Происходи это всё не здесь, я бы не сомневался ни секунды, но…

— Р-р-р, — вырвалось из груди тихое.

Эти три дня я, как и положено, проведу в человеческих землях. Совет и только Совет. Ева с её загадками и аурой подождёт.

Следующие два дня прошли на удивление спокойно. Уж не знаю почему, но Лорд не появлялся, и то ли сама собой, то ли благодаря его отсутствию, моя жизнь вошла в какую-то обычно-привычную колею.

Дикарь и Огонёк ворчали друг на друга, но не дрались. При этом Дикарь выглядел отлично, а чувствовал себя ещё лучше, поэтому с визитом в Дымную туманность я не торопилась. Зато, после того как в очередной раз накормила Огонька искрами, тот наконец обрёл полноценную форму. Из него получился не просто кот, а этакий сладкий пирожок.

Когда я увидела его в первый раз, то замерла от восторга. Вот уж не думала, что нечто мохнатое может покорить меня до такой степени, но факт был налицо.

Кот вышел красивый, толстый, с умилительной наглой мордой. Вслед за восторгом в душе вспыхнуло острое желание его потискать. Это желание просочилось на ментальный план, и страж горделиво нахохлился. Ну а эрс… а волк зарычал.

Пришлось тискать сначала его, Дикаря, а уже потом подбираться к “сладкому пирожочку”. Я трогала стража не так часто, и прямо сейчас это был чистый восторг. Мягкая огненная шерстка, яркие опять-таки огненные полоски, и самое настоящее тело — под шкурой даже косточки прощупывались!

Огонёк в первые минуты вырывался, но когда начала чесать его голову между ушей, замурчал.

На занятиях всё тоже было неплохо — я справлялась. А ещё договорилась с Морти, что во второй части посвящённого домашке факультатива, когда большинство их нас уже плевало в потолок, буду учить его читать и писать.

Верзила сначала упёрся, мол я и сам всё умею, но я была искренна — парень понял и в итоге сдался. Только, чтобы скрыть неловкий момент его неграмотности, нам пришлось отсесть за самый дальний стол.

Отсутствие Алентора благотворно повлияло и на работу — за эти два дня я разобрала больше бумаг, чем за всю неделю. Но самой большой радостью стал первый выплаченный мне золотой.

Тариус, начальник канцелярии, зашёл, посмотрел на стопки уже отсортированных бумаг, на завалы, на глотающую пыль всклокоченную меня, и…

— Эй, Ева, — позвал громко. — Подойди!

После этого мне вручили обещанную плату и объявили, что завтра могу быть свободна.

Но про выходной я знала и без Тариуса. Более того…

Чуть раньше, на ужине, наконец-то случилось чудо-чудное — объявились Харт, Корн и Лотерик. Старшекурсники выглядели по-деловому, почти лопались от важности, но это не помешало позвать меня за свой стол.

Тут я оказалась в неоднозначном положении. Я уже сдружилась с Морти, завела неплохие отношения с другими сокурсниками из нашей компании, и спешить к Харту и сотоварищи было как-то не с руки.

Я заколебалась, и тогда на помощь пришёл Морти:

— Евка, чё растерялась? Дуй давай. Ну и что, что с ними поужинаешь? Что тут такого? Мы не обидимся.

— Точно?

— Да отвечаю, — пробасил парень. Потом вообще добавил: — Клянусь.

Вот я и пошла… Но интересного разговора не получилось — они больше спрашивали, чем рассказывали. Зато мне сообщили великолепное:

— Ну что? Помнишь, мы обещали город?

Я помнила и кивнула.

— Короче завтра в десять, сбор в столовой. Пойдём не в город, но почти.

— А “почти” — это куда? — встрепенулась я.

— Не бойся, тебе понравится, — самодовольно заявил Харт.

Что ж, очень интересно! Осталось дотерпеть до утра.

Отужинав с парнями, я вернулась к своим — чай пила уже с ними. Тут тоже не обошлось без сюрприза. Морти выглядел немного странно, и уже в самом-самом конце придвинулся и шепнул на ухо:

— Угадай, что я съел.

Я округлила глаза. Откуда мне знать? На раздаче столько всего, что даже обладая ясновидением не поймёшь.

— Ой, Евка, какая ты порой недогадливая, — покачал головой верзила. — Ну тогда подумай, куда я обычно хожу после ужина?

Он ходил на тренировку.

И тут до меня дошло…

— Ты съел плод? — тише мыши прошептала я.

— Угу, — парень заулыбался. — Чтобы сил перед тренировкой побольше. И знаешь какой? Тот самый!

Тот самый — это из Дымной туманности?

— И? — подтолкнула я.

— И прям вообще не так. По-другому. У меня такой прилив магии… раз в десять больше обычного. Меня прямо-таки распирает.

Это было столь же интересно, как предстоящая вылазка со старшекурсниками, но променять пыльную кладовку на тренировку, чтобы увидеть насколько Морти “распёрло”, я не могла. К тому же, в тот момент ещё не знала, что Алентор и сегодня не придёт.

Я его…

А я его всё-таки ждала.

Внезапно и абсолютно необъяснимо.

У меня не было причин. Не было поводов и каких-либо иллюзий. Я точно знала, что его внимание к моей персоне если и имеет какой-то подтекст, то это временно. Ну честно! Кто я и кто он?

Нет-нет, я не желала впадать в романтическое безумие и воображать, что какая-то адептка-замухрышка способна зацепить сильнейшего из магов — я не настолько тупая.

Но я ждала Алентора, я по нему скучала. А он… Может это к лучшему, что Лорд пропал с горизонта? Может ещё неделя, и давящее чувство, которое поселилось в груди, пройдёт?

Угу. Необъяснимая тоска по Лорду пройдёт, а вот Иргиль — останется.

После того случая рыжая держалась так, будто ничего не случилось. Нос не воротила, но и “помощи” не предлагала — никаких пакетов и трусов.

Я решила, что на меня обиделись и махнули рукой, что тема закрыта и вообще не актуальна. Но оказалось, что Иргиль была то ли занята, то ли “переваривала” произошедшее. Как бы там ни было, но она встретила меня прямо в коридоре, после работы, и попросила зайти в канцелярию.

Я решила, что это по делу, однако вместо “дел” в канцелярии обнаружились пирожные и чай.

— Давай, садись, — кивая на один из стульев, распорядилась рыжая.

Я вздохнула.

Мы были вдвоём. Все остальные уже разбежались, так почему бы и нет?

Я предвидела о чём пойдёт речь и не ошиблась:

— Ох, Ева, и что же с тобой делать? — сказала рыжая, усаживаясь напротив.

— В каком смысле? — переспросила я напряжённо.

Иргиль улыбнулась.

— Ты ведь не маленькая, сама понимаешь, что происходит. — И прежде, чем я успела парировать: — Ты определённо очень нравишься нашему Лорду. Нравишься, но ведёшь себя совершенно неправильно. Ну посмотри на кого ты похожа. — Её скептичный взгляд касался, прежде всего, моих растрепанных волос.

— Ну и что? — попробовала возразить я.

Теперь она возмутилась.

— Как “что”? Ева! Нельзя игнорировать внимание Лорда.

Я не ответила, просто не понимала, что сказать.

— Я что тебе говорила? Закажи одежду, обувь, украшения. Ева, у нас столько возможностей, почему ты этим не пользуешься?

Хорошие вопросы, только у меня имелся встречный:

— Прости, не хочу быть грубой, но… тебе-то какое дело?

Иргиль фыркнула.

— Такое. Ты монашка, и совсем не знаешь жизни. Кто о тебе позаботится если не я?

Прозвучало искренне, но этот чрезмерный интерес настораживал. Ведь мы не подруги. Да мы даже не общаемся толком! Так с чего?

— То есть в добрые намерения ты не веришь? — хмыкнув, спросила Иргиль.

Вообще-то я верила, но всё равно как-то странно.

— Почему бы не помочь, если я могу? — последовал новый, и в общем-то понятный мне вопрос.

Совсем недавно я сама была в подобной ситуации — с Морти. Мы ещё не дружили, но, обнаружив что парень не умеет читать, я ему помогла. Почему я это сделала? Не из корысти точно. Так может и Иргиль?..

Или помощницей Тариуса всё-таки движет корысть? Ведь дружить с девушкой, которой симпатизирует сам Лорд, очень выгодно.

— Мне кажется ты переоцениваешь интерес Алентора ко мне, — в итоге сказала я.

Девица ну очень красноречиво хмыкнула.

— Да-да, конечно. Лорд Алентор ведь каждый день приходит на занятия первогодок, а уж сидеть в тесной кладовке, в компании адепток, вообще любимое его занятие.

Это была ирония. Я потупилась, а в груди стало на секунду теплее. Опять-таки нелогично, но в глубине души вспыхнула какая-то надежда. А вдруг и правда “да”?

— Ты ему нравишься, это точно. И я не хочу, чтобы ты упускала свой шанс. У меня нет дурных намерений. Я думаю, что если у Лорда появится леди, то все только выиграют.

Я не стала расспрашивать, не стала уточнять причём тут леди и какая-то выгода для всех. У меня возник другой, и опять-таки немного неожиданный для меня самой вопрос:

— А сейчас леди у Лорда нет?

Новая улыбка Иргиль была неоднозначной, а ответ прямо-таки поразил:

— Не то что леди, а даже любовницы. Кажется ты вообще первая, кто заинтересовал Алентора.

А вот это совсем странно. Пожалуй не следовало говорить подобное вслух, но я всё-таки спросила:

— Так может он… больной?

Иргиль заливисто рассмеялась, а успокоившись ответила:

— Нет Ева тут точно что-то другое. Мне кажется, это как-то связано с его магией. Витают слухи, что Лордам подходят далеко не все.

Пауза, и она повторила:

— Скорее всего, тут что-то связанное с магией. Ева, не надо упускать такой шанс. Вдруг ты та единственная, кто может сделать нашего Лорда счастливым?

Вроде и благородно прозвучало, а в чистоту помыслов Иргиль по-прежнему не верилось.

— И что ты предлагаешь? — спросила я тихо.

— Для начала перестать быть чучелом и воротить нос от его милости. Уж не знаю что ты там себе напридумывала, и что внушают в этих ваших монастырях, но возможно Алентор не так уж плох.

Отлично.

— Разве я говорила, что Алентор плохой?

— Ты держишься с ним так, будто он тебя вот-вот покусает.

Очень интересно, откуда ей об этом известн. Рыжая видела нас вместе?

— Ева, — вновь подала голос Иргиль, — к чему все эти выяснения? Да и какая разница, что было между вами раньше? Я просто хочу, чтобы ты подумала и поменяла своё поведение. Ты от этого только выиграешь. Все выиграют. Ну а я научу тебя женским премудростям. Поверь, это не так уж сложно.

Да, она всё-таки набивается в подруги. Причём не факт, что ко мне.

Я смотрела и понимала — Иргиль интересует влияние на Лорда, не больше. Рыжая будет моей подругой ровно до тех пор, пока ей это выгодно. И так же легко предаст.

Разумеется, у меня не имелось прямых доказательств, или чётких поводов так думать. Возможно это вообще была паранойя, но…

— Кстати. — Я внезапно вспомнила о другом, тоже важном.

Напоминать было как бы опасно, но жить в постоянном ожидании неприятностей тоже нелегко.

— В первом жилом крыле освободилось место, а поток новых магов, как понимаю, иссяк. Почему меня не переселяют?

Ответ… А он всё-таки огорошил:

— Угадай, — сказала Иргиль с нажимом и намёком.

Вот тут-то я и поняла… Отдельная комната была приложением к кружевным трусам, неприлично-красивой ночной сорочке и прочему. Меня нарочно оставляли в таком месте, где никто посторонний не потревожит, и куда может прийти Лорд.

Щеки резко заалели, а Иргиль… Эта зараза опять рассмеялась.

— Да ладно тебе, Ева. Ну что такого? Все же взрослые люди!

— Это Алентор распорядился? — А вот теперь я ощутила злость.

Если Алентор такой, то я… я… Впрочем, а что я сделаю? Он сильнее меня в миллион раз. К тому же хозяин всего этого замка и не только.

— Скажешь тоже, — Иргиль в очередной раз фыркнула. — Разумеется нет. Он вообще пока не в курсе.

Резко захотелось встать и потребовать: пересели!

Но разум был сильнее эмоций, да и на память я пока не жаловалась — разве что на ту, которая касалась прошлой жизни. Я не забыла годы, проведённые с соседками. Мне очень не хотелось подселяться к кому-либо.

К тому же у меня звери. Да и вообще.

— Ладно, — буркнула я. — Пусть так.

— Ева, — в голосе Иргиль опять прозвучал намёк. — Мы ведь друг друга понимаем?

Девушка резко подалась вперёд, понизила голос, и вот тут началась агитация. Иргиль рассказывала о том, что принимать ухаживания Лорда — это хорошо и правильно. А воротить нос могут только дурочки.

— Но ты же умная? Да, Ева? — проникновенно шептала она.

И чем дольше Иргиль говорила, тем сильнее я убеждалась в своём выводе: нет, это не благие намерения, это корысть в чистом виде. Как жаль, ведь изначально Иргиль показалась мне такой милой. Как неприятно ошибаться в людях. Впрочем, лучше ошибиться сейчас, чем после дружбы в несколько лет.

Мне пришлось улыбаться, кивать и уверять, что я непременно подумаю. Просто прямой отпор был невозможен — иначе рыжая не отпустила бы меня никогда!

А так мне всё-таки удалось слинять — всего час, и вот я на свободе. Торопливо иду к своей комнате и к своему зверинцу, которому нужно как-то объяснить, что завтра хозяйки целый день не будет, что им, хотят или нет, а придётся сидеть тихо и не жужжать.

Совет оказался очень утомительным. Короли то ли торговались, то ли побирались, выпрашивая снижение цен.

Но это была ерунда, в сравнении с проблемой, которая волновала меня куда больше. Моя тоска не ушла, а наоборот усилилась, в груди словно разверзлась дыра. Этакий небольшой личный разлом с кипящей лавой внутри.

Я скучал по худосочный невзрачной девице, и унять эту тоску не мог.

Ева. Да что же в ней такого особенного? К концу третьего дня я почти рычал от раздражения. Но я не зверь, я умею контролировать свои инстинкты и желания, поэтому, по окончанию Совета, телепортировался не в Школу, как хотелось, а в собственный дворец. Немного отдохнул и занялся неотложными делами. Я просмотрел бумаги, которые подготовила Летерия, выслушал доклад одного из командиров, связался по телепатической связи с Камелиусом…

В общем, окунулся в привычную — в меру спокойную, в меру суетную, — жизнь.

Мне хотелось верить, что ничего особенного не происходит, но я знал, что проигрываю. Битвы с самим собой вообще самые неблагодарные, но я всё равно держался как мог.

С Евой увижусь вечером. Не раньше.

А сейчас дела, дела и ещё раз дела!

— Да хоть бы разлом какой активизировался! — рыкнул я с досады.

Но разломы спали, в этом плане всё было спокойно. Кажется неспокойным в этой части суши оставался только я.

Впрочем, переживу. Всего несколько часов и я снова прикоснусь к такой пьянящей ауре. Заодно узнаю, чем адептка занималась в моё отсутствие. Надеюсь, что сюрпризов не будет? В последнее время я их почему-то не люблю.

Харт, Корн и Лотерик появились в назначенном месте минута в минуту. Выглядели при этом сногсшибательно — настоящие огневики.

Плечи широкие, бёдра узкие, форменные костюмы сидят так, что не хочешь, а залюбуешься. Я улыбнулась, вспомнив нашу первую встречу — всё-таки не просто так Клэс тогда стонала от восторга. Есть с чего стонать.

Увидев меня, парни приосанились. Корн посмотрел весело, Лотерик снисходительно, а Харт хитро.

— Ну что? Готова к приключению? — спросил главарь этой небольшой банды.

Я кивнула и подошла ближе. Действительно была готова, но прежде всего к телепортации. Внутри всё замерло от предвкушения, впрочем, разум я тоже не теряла и, конечно, уточнила:

— Куда мы всё-таки?

— Сюрприз! — отозвался Харт.

После этого мне протянули руку и я, дрогнув, прикоснулась к пальцам старшекурсника. Миг, и он активировал телепорт.

Меня снова потащило сквозь пространство. Стремительно, сильно, неотвратимо — будто я зверь, на которого накинули аркан. Сопротивление было невозможно, хотя я, повинуясь инстинктам, всё-таки упиралась. А меня тянуло, тянуло, тянуло… И что-то внутри не выдержало, перед глазами снова закружился калейдоскоп.

Образов было много, они сменялись с невероятной скоростью. При этом я умудрялась погрузиться в каждый — прочувствовать воспоминания от и до.

Вот я гуляю по улице, вот захожу в магазин, чтобы купить хлеба… Вот сижу с приятелем в кафе и ем мороженое… А вот стою перед дверью аудитории и сильно нервничаю — мне предстоит сложный, почти судьбоносный зачёт.

Вот плаваю в море, и внезапная мелкая волна бьёт прямо в лицо — я жмурюсь и, развернувшись, плыву к берегу. Новый кадр — я мерею новое платье, критично осматривая себя в зеркале. Платье село не настолько хорошо, насколько хотелось. Но в целом, конечно, сойдёт.

После этого проваливаюсь глубже. Более ранний период: я первоклассница, стою на торжественной линейке с букетом цветов в руках. Мне сказали, что в моей жизни начинается новый «большой этап», и это немного пугает. Скоро нас поведут на первый урок…

Родители, чьи образы прежде ускользали, встали передо мной в полный рост. Мама — такая красивая и яркая, папа — полноватый, но очень добрый… А потом я вспомнила брата и сестру… Двух бабушек, деда, дядю по отцовской линии и его жену — румяную тётю Тамару.

Вспомнила нашу квартиру и комнату, которую я делила с сестрой. Школьных подруг, одноклассников и приятелей… Я вспомнила практически всё!

Телепортация тащила дальше, вперёд, а моя память вдруг “развернулась в обратную сторону”. Меня откатило назад, я словно пробежала по наполненному картинками тоннелю. Снова увидела аварию. Услышала визг тормозов, почувствовала сильнейший удар. Боль.

Я опять отделилась от тела и устремилась к свету, но кто-то поймал и дёрнул в сторону. Поволок, вопреки всякому сопротивлению, и именно на этом моменте воспоминания иссякли. Я словно ударилась в стекло.

Стекло было непроницаемым и скрывало нечто важное. Стояло тут словно какой-то блок.

Сначала я обрушила на него кулаки, потом пнула. Блок не поддался, а я наоборот покачнулась — в уши ворвался такой неуместный в этой ситуации голос Харта:

— Эй, Ева, что с тобой? Тебе нехорошо?

А за Хартом и Лотерик:

— Да она сейчас снова в обморок бабахнется. Корн, лови!

Ощущения собственного, а не призрачного тела вернулись, и я действительно начала падать. Но меня подхватили сильные руки, я так и не коснулась земли.

Голова кружилась нещадно, рядом тихо ругались старшеклассники. Меня даже хлопнули по щеке, но бесполезно. Я возвращалась в реальность сама и очень медленно — бесполезно торопить.

Когда дурнота прошла, когда я смогла распахнуть глаза, то увидела синее-синее небо. Оно было таким чистым и бескрайним, что я растерялась. Приподнялась, чтобы взглянуть на парней, а заодно заметила, что городом тут и не пахнет.

— Где мы? — мой голос прозвучал хрипло.

— Ева, что с тобой? — вопросом на вопрос ответил Корн.

Огневики были в замешательстве, смотрели с испугом. Реакция понятная, вряд ли они видят женские обмороки каждый день.

Я заставила себя собраться и, при помощи Корна и Харта, встала. Корн продолжил придерживать, но уже за талию.

— Что такое? — спросил главарь банды. — Тебе же нравится телепортация? Ты же сама просила тебя телепортировать!

— Очень нравится. Просто… не привыкла ещё.

Угу, я лгала.

Моя правда моя была чересчур странной, а наши отношения не настолько близкими. Да что там старшекурсники? Я даже Морти про свои воспоминания не сказала — это было слишком личным. Да и смысл говорить?

— Напугала нас, — буркнул Лотерик.

Я посмотрела виновато и хотела пообещать, что больше такого не повторится, но всё-таки не сказала. Вместо этого прошелестела тихое “простите” и огляделась опять.

То, что я увидела, сначала вогнало в ступор. Секундой позже, когда я посмотрела в другую сторону, меня пробил самый настоящий мандраж. Мы стояли посреди довольно пустынной местности, неподалёку виднелись шатры походного лагеря, а по правую руку, всего в нескольких метрах, земля резко уходила вниз. Там был обрыв, от которого отчётливо веяло жаром.

— Это то, о чём я подумала? — выдохнула оторопело.

— Ну да, — отозвался Харт. Уже не такой гордый и радостный как в Школе. — Это восточный разлом.

Я взяла паузу, чтобы переварить услышанное, а огневик добавил:

— Вообще-то мы хотели тебя порадовать, а ты… Нетипичная реакция на телепортацию, если честно.

После этих слов мой собственный огонь начал впадать в какое-то странное состояние, в нечто на грани экстаза.

Разлом… Настоящий…

— И там подземное пламя? — сглотнув, уточнила я.

— Ну, разумеется, — хмыкнул Лотерик. — Что же ещё?

В лагере наше появление заметили, я увидела фигуры, которые поднимались на ноги. Кто-то неторопливо устремился в нашу сторону, но это было неважно. Повернувшись, я сделала несколько шагов к разлому, а Корн поймал за руку:

— Ева, спокойнее, — сказал он. — Это не шутки.

Меня явно хотели удивить, и сюрприз удался. Он был невероятным. Я, разумеется, не забыла свою самую первую встречу с подземным пламенем, но всё равно страсть как хотелось посмотреть. Я ведь магичка! Будущий боец!

Я сделала ещё шаг, и ещё…

— Главное — не торопись, — вновь подал голос Харт. И уже не мне, а Корну: — Подстрахуй её.

Мой локоть сжали крепче, а к разлому мы шагнули все вместе, вчетвером. Остановились в нескольких сантиметрах от края, я с восторгом и ужасом уставилась на лаву, которая колыхалась не так уж далеко.

Противоположный край разлома виден не был, масштабы поражали. Мы смотрели как заворожённые, а со стороны лагеря донеслось неодобрительное:

— Эй вы! Желторотые! Чего пришли?

Я ощутила, как мою руку обожгла метка. В следующую секунду магия словно занервничала, внутри рождался огненный вихрь.

— Вы чувствуете? — бросил вдруг Харт. — Магическое поле изменилось. Что-то происходит.

— Не может ничего произойти, — буркнул на это Лотерик. — Все процессы в разломах медленные. Это просто какое-то… ну даже не знаю что. Но точно ерунда.

А вот обитатели разбитого у разлома лагеря так не думали…

— Эй, желторотые! — новый окрик был куда злее предыдущего. — Отошли от края! Быстро!

На это Харт обернулся и махнул рукой, показывая, что всё в порядке. Вот только порядка не было — нет и нет.

Часть жидкой огненной массы вдруг вздыбилась, вставая этакой горой, а на её поверхности проявились три лысые головы. Элементали, которые поднялись из огня, сильно отличались от уродца, который встретился в подвалах.

Эти были выше, массивнее и страшнее. А тьма в их глазах, даже с такого расстояния, пробирала до костей! Я услышала шипение и уже знакомые слова:

— Ашмира. Хагаш.

Дрогнув, я качнулась назад, а огневики словно окаменели.

Ещё один мой шаг, я попыталась дёрнуть Корна, но подчинился старшекурсник не сразу.

— Уходим, — прошелестела я.

— Ашмира. Хагаш! — вновь прошипел один из элементалей и, невзирая на внушительное расстояние, я услышала. Меня обдало холодом.

Сзади, со стороны лагеря, раздался какой-то звук — словно ударили в тяжёлый колокол. Но этот звук смешался с шумом в ушах, и я ничего не поняла. В ужасе я смотрела на то, как на вершине лавового холма возникает ещё одна фигура… Тоже элементаль, но не бледный, как моль, а иссиня-чёрный. Его глаза сверкали кровавыми рубинами, казалось сам этот взгляд способен испепелить.

Ощущение опасности стало запредельным, а холм жидкого пламени покатился в нашу сторону. Он уподобился платформе, которая взяла курс к берегу. Элементали двигались к нам.

Харт и компания, наконец, ожили. Отпрянули, утаскивая от края и меня, но тут сверкнула вспышка. Короткий яркий телепорт всего в паре шагов от нас, из которого выпрыгнул… Дикарь.

— Р-р-р! — мгновенно оскалился зверь.

Я испугалась, растерялась, вот только самое страшное было впереди…

Гул колокола и другие звуки лагеря слились в нечто единое, но на фоне всей этой какофонии я чётко различила очень знакомый голос:

— Что за крики? Что здесь происходит?

И ответ:

— Элементали, ваша милость. Высшие! Внезапно и без всякой причины.

— Р-р-р, — снова Дикарь. Он готовился не просто драться. Зверь собирался отдать за меня жизнь!

Я подскочила. Потянулась, чтобы вцепиться в огненную шкуру и оттащить, но перепуганный Корн не пустил. Парень оказался очень сильным.

В ту же секунду я расслышала новую реплику Алентора:

— Высшие без причин не приходят.

А-а-а…

— Дикарь! — рявкнула я. — Ко мне! Быстро!

Померещилось или меня, вопреки всякой логике, тоже расслышали? Причём вовсе не эрс.

Новая вспышка рядом с нами, и я увидела Алентора. Высокого, статного и абсолютно, прямо-таки тотально спокойного. Правда спустя секунду его спокойствие рассыпалось в пыль, потому что…

— Ева? — прошипел Хозяин пламени. Бросил взгляд на эрса, и…

— Ко мне! — снова рявкнула я.

На этот раз волк послушался — перестал рычать и подскочил к хозяйке. У Лорда, невзирая на все его эмоции, глаза округлились.

— Так! Прочь отсюда, — рыкнул Алентор на Харта.

А потом уже мне:

— Ну, Ева… Ну…

Договорить Алентор не смог. Элементали были уже настолько близко, что я, кажется, ощущала на своей коже их дыхание. Я не поняла, что случилось дальше, как я очутилась в телепорте. Единственное, что запечатлелось в сознании — это как мои пальцы смыкаются на шкуре эрса, и что нас утаскивает вместе. В одну секунду, просто раз, и всё.

Уровень адреналина был таким, что даже образов из прошлой жизни не пришло. И это при том, что тащило нас с Дикарём долго… Восточный разлом, как выяснилось, находился на очень приличном расстоянии от Школы. А именно в Школу нас и перенесло.

Спустя несколько бесконечных секунд я осознала себя стоящей перед дверью собственной комнаты, в компании притихшего Дикаря, и очень чётко поняла — нам крышка. Как только его милость закончит разбираться с элементалями, он явится, и мне придётся объясниться.

Нет, я и так собиралась поговорить, но при других, более спокойных обстоятельствах…

— Нам конец, — выдохнула я, и эрс поддержал неожиданным поскуливанием.

Единственное, о чём я сейчас не беспокоилась — это о способности Алентора победить монстров. Даже не сомневалась, что Лорд справится. Что существам, которые вышли из подземного огня, лучше бы вернуться в лаву, чем вступать с ним в бой.

Никогда в жизни я не ошибался так сильно, как сегодня. Я был абсолютно уверен, что встречу адептку только вечером. Других вариантов не было и быть не могло.

Но эта невозможная девица опять умудрилась удивить! Как она здесь оказалась я примерно понимал, и следующим пунктом, после расправы над элементалями, в моём списке стояла расправа над Хартом.

Какого… он притащил её к разлому? Хотел покрасоваться перед хорошенькой огневичкой? Ну, я ему объясню! Ой как объясню!

— Придушу! — рявкнул я, захлопывая портал, в который отправил Еву.

Но расправа над адептами была вторичной. Прямо сейчас передо мной стояла более приятная, с точки зрения выброса агрессии, задача. Трое высших элементалей уже достигли края разлома. Трое высших и один вождь.

Чёрный, как смоль, с кроваво-красными глазами, вождь был опаснее целой армии вот таких бледных уродцев. Не окажись я здесь, опоздай хотя бы на четверть часа, мог бы попрощаться с одним из лучших своих отрядов. Против вождя не выстоять никому!

С элементами справиться тоже непросто, все это понимали и, видя уровень угрозы, командир отряда отдал распоряжение оказать помощь.

Ко мне уже спешили три десятка лучших бойцов, но я махнул рукой, останавливая их бег. Потом рявкнул громогласно:

— Всем отойти! Не вмешиваться!

И впервые за последние несколько лет, пригласил в бой эрса. Воздух пробила алая молния телепорта, и рядом возникла моя волчица. Та самая, протекцию которой я посылал когда-то за Евой, чтобы проводить в кабинет.

Элементали, у которых плохо развито чувство самосохранения, и которые видимо настолько жаждали уничтожить Еву, что не смогли остановиться даже при моём появлении, очнулись.

Огненный вал качнулся назад, отодвигаясь от берега — это было отступление, но…

— Эйнира, белые твои! — объявил я.

Волчица сорвалась с места. Прыгнула прямо на вздыбленный огненный холм, одновременно распахивая пасть. Очень сильная, невероятно ловкая, абсолютно неуязвимая для подземного пламени.

Я мог последовать за ней, но прыгать в огонь всё-таки не стал. Вместо этого призвал магию — бросок, и длинный огненный хлыст обвился вокруг тела вождя. Чёрный даже удивиться не успел, а я уже дёрнул хлыст на себя.

Пара секунд, и вождь катится по земле — враг так близко, что хочется улыбаться.

Убью. Уничтожу. Не оставлю даже пепла!

Одно плохо — моим людям нежелательно видеть такой уровень силы. Но пусть. Пусть знают, насколько страшен в гневе Лорд.

За спиной, со стороны разлома, рычала и шипела Эйнира — рвала высших элементалей на части. А я резал вождя с помощью огненных клинков.

Тот тоже призвал оружие, защищался как мог. Я ощущал невероятную, достойную уважения мощь своего противника! Но глаза застилала такая ярость, что ни испугаться, ни остановиться я не мог. Не мог, и всё.

Мир словно застыл. Погрузился в тишину, в которой слышались только звуки битвы — лязг магической стали, рычание Эйниры и предсмертные крики элементалей.

Мы даже не дрались — мы уничтожали! Убивали врагов, чтобы не убить своих.

— Ну, Харт, — тихо рычал я. — Ну, погоди. Скоро и с тобой обсудим. Молись! Молись, позёр малолетний, чтобы я и тебя не прибил!

В комнату мы с Дикарём не вошли, а ввалились. Предчувствие близкой беды накрыло обоих с головой.

Огонёк, который в момент нашего появления сидел на стуле и нервно бил хвостом, испуганно выпучил глаза. В ментальном поле прозвучали отголоски паники.

— Всё плохо, — вслух подтвердила я. — Парни утащили меня не в город, а к разлому.

Огонёк от таких новостей чуть со стула не свалился.

— А из разлома вышли элементали… — добавила я нервно.

Вторая попытка стража упасть была более удачной, но он всё равно удержался. Я же внутренне похолодела, вспомнив огненный холм и уродливые морды. Тот факт, что опасность миновала пока не укладывался в голове.

— Элементали собирались напасть, и тут появился Дикарь.

Я посмотрела на эрса и шумно выдохнула. Он ведь пришёл потому, что мне грозила опасность? Но как определил где именно нахожусь? Или эрсу, учитывая нашу связь, и не нужно этого знать?

Он просто пришёл. Просто попытался защитить. То, как эрс рычал, как держался, говорило о готовности драться за меня до последнего. От осознания этого сердце кольнуло, и я снова порадовалась тому, что мы смогли избежать битвы.

Вот только уверенности в том, что встреча с элементами хуже, чем предстоящий разговор с Лордом, не было…

— А потом появился Алентор, — заканчивая свой рассказ, произнесла я. — Он и отправил нас с Дикарём в портал.

Ну всё. У меня снова закружилась голова, а страж таки плюхнулся на пол. Шлепок был громким, впечатляющим, будто упало не магическое создание, а настоящий весьма упитанный кот.

— Лорд нас прибьёт, — выдохнула я. — То есть может и не прибьёт, но неприятностей точно не оберёмся. Он видел Дикаря, мне придётся объяснить откуда эрс взялся. И я смогу, но…

Тут я заломила руки, потому что в самом деле не знала, как отреагирует его милость. Стало даже страшнее, чем только что у разлома.

Но я всё равно попыталась успокоиться. Сделала несколько глубоких вдохов, прижала пальцы к вискам. Думай, Ева. Думай!

— Нам придётся объясниться, — сказала вслух. — Я расскажу про вас и буду надеяться, что лорд ничего плохого не сделает. В конце концов, он не так уж страшен. Не такой ужасный, как в гуляющих про него страшилках.

Я немного лукавила. Мне просто не хотелось думать о том, что именно может сделать Алентор. Самым худшим пока виделось то, что он попробует отобрать мой зверинец — тогда придётся умолять и уговаривать.

Впрочем, может наоборот разрешит оставить, а я сейчас драматизирую? Возможно всё не так ужасно, и главная моя ошибка в том, что оказалась у разлома? Но тут виновата не столько я сколько… Харт, которого тоже не сдам. Парней придётся защищать.

Новый очень глубокий вдох, и я попыталась успокоить питомцев:

— Ладно давайте попробуем не паниковать раньше времени. Просто посидим и подумаем, что мы ему скажем.

На ментальном плане очень чётко прозвучали два “голоса”. В переводе на человеческий язык это звучало как: “кто? мы-ы?”

Дикарь. Мой смелый самоотверженный зверь, который был готов драться с чудовищами, при упоминании Алентора прижал уши. А ведь ещё недавно готов был идти разбираться с Лордом! Бурчал при одном только упоминании. А что теперь? Увидел и впечатлился? Ну “ой”.

Впрочем, эрс ещё ладно! Цветочки. А вот страж… Огненный кошак вдруг поднялся на лапы и забегал по комнате.

— Не хочешь встречаться с Алентором? — спросила я.

“Не хочу!” — последовал ментальный ответ.

Только отказ он был не очень-то возможен, ведь Огонька не спрячешь! Куда он денется? Да никуда! Алентор легко входит в состояние магической концентрации, он заметит стража и в шкафу, и под кроватью, и Лорда однозначно заинтересует этот странный, отнюдь не шарообразный вид.

— Не знаю, — сказала я. — Даже если ты временно улетишь из комнаты, вы всё равно рано или поздно встретитесь. Да и смысл тебя прятать? Что такого страшного?

Огонёк голосу разума почему-то не внял. Он продолжил метаться по комнате в явном поиске убежища. Только убежища по-прежнему не было, и тогда…

Страж вдруг замер, а потом подобрался и стрелой метнулся к письменному столу. Оттолкнулся от пола, добавил немного левитации и со всего маху впечатался головой в каменное яйцо-хранилице.

Меня снова пробила паника — я отлично помнила, чем похожая попытка закончилась в прошлый раз. Огонёк застрял! Он не помещался в хранилище, хотя на тот момент был гораздо стройнее.

— Прекрати! Ты что творишь? — взвизгнула я.

Поздно. Всё уже случилось. И тем невероятнее оказалось увидеть как две трети моего кота исчезают в резном камне. Снаружи остались только задние лапы и часть хвоста.

Я мысленно взвыла, готовая к тому, что сейчас снова придётся тащить, но лапы дёргались и очень медленно, но всё-таки погружались в камень. Здесь и сейчас даже упитанный сладкий пирожочек доказывал, что все коты — жидкость. Он просачивался внутрь, невзирая ни на что.

Нам с Дикарём оставалось только стоять и оторопело смотреть. Мы оба до последнего не верили, но Огонёк справился. Когда яркий кончик хвоста исчез в камне, яйцо засветилось чуть ярче обычного.

Желая проверить догадку, я перешла в состояние магической концентрации и обнаружила, что на магическом плане свечение не такое уж сильное. Увидеть, как выглядит существо, которое находится в хранилище, было и вовсе невозможно. Вот тогда-то у меня и приоткрылся рот.

— Он спрятался, — пробормотала я. — Нет, ты видел?!

Дикарь тоже пребывал в шоке.

А потом до нас обоих дошло, что нас бросили. Страж просто слинял! Предоставив нам возможность разбираться с взбешённым Лордом самим.

— Вот же нахал. Вот же гад, — выдохнула я, а Дикарь посмотрел на хранилище с неожиданной завистью.

— Ты туда точно не поместишься, а Огонёк ещё не факт, что выберется. Кстати, одно дело застрять когда ты снаружи, и совсем другое — когда внутри.

Вопреки всей напряжённости момента, на этих словах эрс повеселел.

Я же наоборот застонала, лишь сейчас сообразив, что рассказать придётся вообще всё — включая историю про Дымную туманность. Я по-прежнему не представляла знает ли Алентор про тот проход, и как вообще среагирует.

Заодно до меня наконец дошло — вернее, я сумела это для себя сформулировать! — в чём именно моя вина.

Она заключалась ровно в том, что я молчала. Держала в тайне то, о чём необходимо было давно рассказать. По большей части оно само так вышло, но… А ещё разлом этот. За него тоже обязательно влетит, и я приму наказание, хотя телепортация к разлому была не моей идеей.

При мысли о наказании в коленях появилась нервная дрожь.

Очередная серия глубоких вдохов, и я решила для начала привести себя в порядок. Сказала вслух:

— Так. Умыться и успокоиться.

Эрс жалобно заскулил.

Мы ждали лорда как две сироты. Я сидела на полу, обнимая волка и разглядывала прибитую к стене карту разломов. А ведь тут, в комнате, ещё и следы подпалин — закрашенные, но всё-таки. Ох, да много чего!

Что было совсем уж неясно — как мне удалось так напортачить за такое короткое время? Ведь очевидно, что ситуации, какие случались со мной, происходят здесь не каждый день.

А может каждый? Может не только со мной? Может я чего-то не знаю или мало общаюсь с народом?

— Спокойнее, Ева. Спокойнее, — приговаривала я в надежде на чудо.

И лишь спустя час мне в голову пришла поистине здравая мысль…

Подумалось, что драка с элементалями может длиться долго, а Лорд вряд ли понесётся разбираться со мной прямо с поля боя. Возможно, раньше вечера ждать его вообще бессмысленно. А значит можно расслабиться и заняться чем-нибудь полезным — сходить в столовую, например.

Я даже успела подняться с пола, оправить юбку и сообщить Дикарю, что Лорда пока не ждём, а раз так, то я, пожалуй пообедаю, как дверь комнаты распахнулась…

Стучать нашего визитёра не учили. И да, на пороге стоял Хозяин огня.

Выглядел Алентор нетипично — никакой ленивой расслабленности, никакого величия. Порядка в одежде тоже не было, нашего Лорда заметно помяли и даже подрали — рубаха и штаны были многократно порезаны то ли оружием, то ли когтями. Я увидела остатки крови, подпалины и копоть на коже, а руки Лорда и вовсе выглядели так, словно он перекидал гору угля.

Завершали образ разбросанные в беспорядке волосы и сверкающие гневом глаза. В общем, возвращаемся к тому, с чего начали — нам крышка.

— Я… всё объясню, — фраза вырвалась сама, и была какой-то чересчур избитой. — Вы всё не так поняли. — Ну вот, ещё один “шедевр” ораторского искусства.

— А что там не понять, Ева? — Лорд вошёл в комнату и стремительно приблизился ко мне. Ну а эрс…

Поистине храбрый волк, не будь дурак, спрятался за мою юбку. Просто встал третьим в этой “пищевой цепочке”. Так мы и выстроились: лорд Алентор, перепуганная я и огненный зверь.

— Что там не понять? — повторил визави.

— Ничего. — Мои глаза превратились в две плошки. — То есть там всё понятно, но не так, а…

— А как, Ева? — перебил Алентор рычаще. — Как?

Я опустила голову, готовая к расплате. Хреновый из меня, однако, переговорщик — даже память прошлой жизни не помогла.

Всё запорола. Надо было молчать. Молчать и слушать! А я…

— Больше никаких отлучек из школы, никаких телепортаций! Никаких старшекурсников! И… никакой работы.

Последнее стало горстью холодной воды в лицо. В смысле? А работа-то тут при чём?

— Сидишь в замке, учишься, никуда не лезешь, — продолжил Алентор. — Поняла?

Спорить было попросту опасно, поэтому я кивнула.

— Никуда, Ева, — вновь припечатал он, словно с первого раза не понимаю. — И с личным ежедневным докладом!

Увы, на этом сюрпризы не закончились:

— Посмотрю тебя, проверю, вероятно буду обучать сам.

Я уставилась поражённо. Обучать почему? И по какой причине?

Оказалось последнее я произнесла вслух, и мне продемонстрировали даже не улыбку а этакий оскал.

— Странный вопрос для девушки, к которой из разлома вышел эрс.

Эм-м… из разлома?

— Не смотри так, Ева, — хмыкнул Лорд снисходительно. — Этого огненного волка, в которого ты так вцепилась, называют эрсом. Это очень редкое и своенравное животное. Я крайне удивлён, что он к тебе пришёл.

Пауза и продолжение:

— Стражи тоже редки, но с ними проще. А вот эрсов, знаешь ли, нет ни у кого кроме Лордов огня. И к нам они не приходили. Каждому из нас пришлось очень постараться, чтобы добыть такого помощника. То что эрс вышел к тебе сам, да ещё прямо из подземного пламени, дорогого стоит. А ещё это непонятно, Ева. Необъяснимо! Пока не объяснимо. Но я обязательно во всём разберусь!

Лорд круто развернулся и пошёл прочь. Пожалуй следовало обрадоваться и скрестить пальцы на удачу, чтобы не обернулся, а я… сама же его и окликнула:

— А имена этим эрсам давать можно? — Уточнение на всякий случай.

— Можно, — буркнул Алентор, останавливаясь.

— А чем кормить? — задала новый, очень волновавший вопрос я.

Почему не сказала про туманность? Почему не объяснила, что моя встреча с эрсом произошла не сегодня, а раньше? Не знаю. Алентор был сейчас такой сердитый, как с ним вообще разговаривать?

— Ничем, — ответил Лорд. — Эрсы питаются магией подземного пламени, и только ей. Когда-нибудь, может быть, если будешь себя хорошо вести, я свожу тебя к какому-нибудь разлому, чтобы ты покормила зверя. Но только я! Без меня к разломам ни ногой!

Я украдкой выдохнула, а потом застонала просто разломы — это… это… Можно я к ним больше вообще никогда не пойду?

— Что? — Алентор повернулся уже всем телом.

— Нет, ничего, — пробормотала я, но было поздно, я вновь завладела вниманием хозяина замка. Он посмотрел хмуро и задал пробирающий до костей вопрос:

— Кстати, Ева, а ты случайно не знаешь, почему элементали испытывают к тебе такую ненависть?

Я опешила. Получается мне не показалось? Они меня действительно ненавидят?

— Понятия не имею, — ответила честно.

— Предположения? Версии? — подтолкнул лорд Алентор.

Я отрицательно качнула головой.

Новая пауза, и Хозяин огня припечатал:

— Вот поэтому ты обязана сидеть в замке. Ясно?

Ясно было всё, кроме…

— А моя работа? Чем она помешала?

Ох, зря я всё-таки не выдержала и задала этот вопрос.

— Всем! — рявкнул Лорд. — Вообще не понимаю эту твою дурь! Зачем работать, когда у тебя всё есть? Все адепты находятся на полном моём обеспечении.

— Да, но… личные деньги — это свобода, — пробормотала я, причём сделала это отнюдь не храбро. Не как гордый представитель рабочего класса, а как маленький, забитый под плинтус клерк.

— Какая свобода? — взвился он. — Свобода за… Сколько там Тариус тебе платит?

Ещё утром я была невероятно горда заработанной золотой монетой, а сейчас стало неловко озвучивать такую сумму. Для меня один золотой — это много, а Лорд точно не оценит.

Но всё равно.

— Я не готова отказаться от работы, лорд Алентор, — пробормотала совсем уж убито.

А в ответ услышала поистине неожиданное:

— В таком случае я просто выжгу всю ту кладовку.

Я аж воздухом поперхнулась. Что-что?

— Уничтожу каждый листок, каждый свиток! — Лорд снова двинулся на меня. — Каждый магический след! Вообще всё!

Мерещится или кто-то рехнулся? Ведь там могут быть ценные бумаги, да и вообще… Все хранят архивы! В здравом уме их никто не сжигает.

— То, что вы говорите — неразумно.

— А я сейчас похож на разумного человека? — воскликнул Лорд.

Прозвучало как обвинение. Мол, это ты, Ева, виновата.

Глупость. То есть я, разумеется, причастна, но, с другой стороны, мы сами выбираем как реагировать на раздражители. Его реакция, всё это бешенство — его выбор. Не мой.

— Простите, лорд Алентор, — я потупилась, опустила ресницы. — Я больше не буду. Завтра же скажу Тариусу, что не смогу больше работать.

От этих слов обидно защипало в глазах.

Поразительно, но мою грусть заметили, и вместо новых рычаний я услышала:

— Тебе нужны личные деньги? Хорошо, велю оформить для тебя стипендию.

— Не надо, — ответила раньше, чем успела подумать. — Стипендия — это то же содержание, только в другой форме. Мне не нужны деньги, выданные «просто так».

Миг, и…

— Да тебе не угодишь! — возмутился Алентор. — Прямо не монашка, а королева!

Я смутилась. Зато собеседник заметно остыл и даже прервал своё медленное, угрожающее наступление.

— Я надеюсь, мы друг друга всё-таки поняли, — произнёс он. И внезапно начал оглядываться. Потом спросил: — А где ещё один? Где твой страж?

У-у-у…

Эрс, который по-прежнему прятался за моей юбкой, кажется сжался в комочек, а я втянула голову в плечи. Учитывая состояние Лорда, мне сейчас категорически не хотелось показывать ему Огонька.

— Так в хранилище, — сказала я.

Лорд посмотрел с этаким удивлённым скепсисом, словно что-то заподозрил. Скосил взгляд на каменное яйцо, прищурился, явно переходя в состояние магической концентрации, но в итоге кивнул.

— До завтра, Ева, — сказал он.

До завтра? А почему не до сегодня? У нас ведь ежедневный доклад?

К счастью, мне хватило ума оставить эту реплику при себе, и Лорд, наконец, удалился. Я же снова рухнула на пол и обняла волка, который перестал дрожать и, сообразив, что противник ретировался, недовольно забурчал.

Короче, Дикарь снова стал смелым! Реакция была до того смешной, что я улыбнулась.

— Ну вот. Вот и поговорили! — резюмировала я. — А вы боялись!

Повернув голову, я сказала, обращаясь уже к хранилищу:

— Эй, Огонёк! Он ушёл. Можешь вылезать.

Ответ? Его не последовало. Конечно, нужно было подняться и постучать по камню ногтем, но сил на сие действо пока не было. Позже. Чуть-чуть отдохну и сделаю. И да, надеюсь мой сладкий пирожочек там всё-таки не застрял?

А если застрял, что делать? Попробовать разбить каменное яйцо? А как? А чем?

У меня, конечно, есть «ударный инструмент» в виде бесполезного браслета, но в случае взлома хранилища он точно не поможет. Впрочем, кто знает? Шандарахнуть им по камню я в любом случае могу.

Остаток дня прошёл довольно нервно, и вовсе не из-за событий, которые произошли у разлома. Меня посетила другая проблема — в голове творилось что-то не то.

После обеда, на котором я всё-таки побывала и где встретила крайне удивлённого моим появлением Морти, у меня началась не мигрень, но что-то похожее. Голова то болела, то кружилась, а перед глазами с удивительной частотой мелькали посторонние картинки. Галлюцинации? И да, и нет.

Это были образы из прошлой жизни, разрозненные и яркие. Они сменялись калейдоскопом, шли одна за другой.

Поговорить с Морти я не успела — просто не было сил. Поев, сразу удалилась к себе, и вот тут-то началась феерия. Я сначала сопротивлялась, а потом легла на кровать, закрыла глаза и отдалась неприятному процессу.

Он то нарастал, доводя да тихой паники, то сходил на нет.

Сначала было удивительно, потом страшно, а в итоге я пришла к выводу, что имею дело с последствием длительной телепортации. И с результатом того, что знаний о прошлом воплощении накопилось слишком много — сейчас они словно систематизировались, собирались в единый пазл.

Вместе с картинками в голове мелькали мысли о сумасшествии, но я отчаянно верила в лучшее. После того как избежала смерти от лап элементалей, я просто не имела права угодить в местный дурдом.

К вечеру стало хуже, и я уснула прямо в одежде. А проснулась посреди ночи от того, что на моё лицо легло нечто мохнатое. Я даже не сразу поняла, что это Огонёк.

Тот факт, что огненный кот сел мне на грудь и, повернувшись задницей, водрузил хвост на лицо, тоже осознала не сразу.

— Ну ты и хам, — сказала хриплым ото сна голосом. — А я ещё переживала за тебя, прикидывала, как пилить хранилище, чтобы тебя вызволить.

Страж повёл себя в лучших традициях кошачьих — не впечатлился. Зато послал ментальный импульс! Мол, хозяйка, покорми.

— Какой «покорми»? — возмутилась я. — Не видишь? Мне плохо!

После такого признания Огонёк повернулся мордой и принялся тереться мохнатыми бакенбардами о всё тоже многострадальное лицо.

— Сгинь, — буркнула я. Искры — последнее, на что я была способна в данную секунду.

Огонёк не внял, и тогда на помощь пришёл Дикарь — волк грозно забухтел и клацнул зубами. Страж отвлёкся, а я, пользуясь моментом, спихнула наглого кошака. Перевернулась на бок и вновь провалилась в сон.

А вот проснулась более-менее бодрая и с чётким осознанием, что я — Ева Астарьева, и что моё появление в этом мире — большая ошибка. Вернее, не ошибка, а нечто неправильное. Я не должна тут быть.

Сев на постели, я обхватила голову руками. Воспоминания о прошлой жизни были не просто объёмными — я помнила вообще всё.

Родителей, сестру с братом, других родственников… Своё детство, школьные годы, юность… И точно знала, что не должна была родиться в этом мире. Да и родилась ли я? Или произошло что-то ещё?

Тот барьер, то стекло, которое отделяло какой-то кусок моей памяти, оставалось на месте. Я попыталась сосредоточиться на этих недоступных воспоминаниях, но ничего не произошло. Информация оставалась закрытой. Хорошо ли это? Плохо? Я не знала.

Очевидно было лишь то, что я живая. Живая! А раз так, то нельзя раскисать и опускать руки. Мне предстоит новый, наполненный событиями день.

Заставить себя подняться было трудно, но я справилась. В процессе осознала, что сил выгулять Дикаря всё-таки нет. Волк догадался без слов и, издав печальный вздох, снова плюхнулся возле шкафа.

— Прости, — сказала я. — Прогулку сегодня не осилю.

— Уау-у, — зевнув, ответили мне.

Кое-как я доползла до ванной, переодела платье. Потом заплела волосы в косу и проверила содержимое своей видавшей виды сумки. Постояла возле зеркала и, попрощавшись с питомцами, отправилась вниз.

До завтрака оставалось всего ничего, но я решила заглянуть в канцелярию — хотела предупредить Тариуса, что больше не смогу работать в архиве.

Особых надежд, что канцелярия уже открыта не питала, но мечтала покончить с этим делом как можно скорей. Сначала постучала, затем открыла дверь и с некоторым неудовольствием обнаружила в канцелярии одну только Иргиль.

Рыжая сидела за столом и, удерживая навесу небольшое зеркало, подводила брови. На меня посмотрела с удивлением:

— О, доброе утро, — сказала девица. — Ты по какому поводу?

— Мм-м… — невнятно ответила я.

Мне хотелось поговорить именно с Тариусом, но, с другой стороны, не убегать же от Иргиль?

Переступив порог, я уже открыла рот чтобы объяснить, когда голова сильно закружилась. Кожу в области запястья обожгло — я покачнулась и, под обеспокоенный возглас «Ева, что с тобой?», приподняла рукав. Моя метка была не просто бледная, она таяла на глазах.

Я уже видела подобное, и это вогнало в ужас. Я хорошо помнила, как моя сокурсница упала в обморок, а потом её магия угасла. Исчезла, и всё.

Но ведь это не про меня? Не со мной? Я не могу угаснуть!

— Ева? — Иргиль вскочила. — Ева, что с тобой? — новый оклик прозвучал визгливо.

Я хотела ответить, но поняла, что падаю. Сознание застелила тьма.

Ева. Каких сил мне стоило уйти из её комнаты, одному пламени известно. Но я не желал превращаться в мальчишку, который сходит с ума от желаний, и который неспособен взять эти желания под контроль.

Ева… Беда на мою голову.

Беда, да в компании троих идиотов — это уже катастрофа. А я ещё насчёт Морти беспокоился. Не о том переживал!

Мне надлежало переодеться и вернуться к восточному разлому чтобы проверить обстановку. Так я в итоге и поступил, но сначала…

— Работать она хочет… Свободу ей подавай…

Слова адептки не укладывались в голове, и я подумал о подвохе. Я направился прямиком к злополучной кладовке — решил поближе взглянуть на тот излишне яркий магический след. Вдруг это и не след вовсе? В конце концов, в резиденции первого Лорда много всякого разного.

Я вошёл в эту захламлённую клетушку, осмотрелся и подумал вслух:

— Хм… А может всё-таки выжечь?

Но разум, конечно, победил.

Мне потребовалось добрых полчаса чтобы раскидать бумаги и добраться до места, откуда исходило свечение. И всё-таки это был не след — магия слишком стабильная и била из-под камней.

Подцепив и подняв одну из напольных плит, я обнаружил тайник.

Защитный кокон, в который была заключена вещь, имел в основе металлизированную ткань, которая частично истлела от времени. Именно поэтому магия предмета начала просачиваться и стала заметна.

С некоторым удивлением я вынул из тайника небольшой, наполненный магической энергией шарик — старинный и ещё активный ключ.

От чего этот ключ? Кому принадлежит или принадлежал? Я не знал, но положил находку в карман. Всё-таки не зря я сюда пришёл, только при чём здесь Ева?

Имеет ли она какое-то отношение к предмету? Стремилась ли к тайнику? Или просто совпадение? В любом случае, прямо сейчас одной потенциально опасной вещицей в поле монашки стало меньше. Я вернул напольную плиту на место и выстроил телепорт.

Я возвратился к делам. Занялся ровно тем, чем положено заниматься Лорду. И пусть невзрачная адептка присутствовала в моих мыслях почти ежесекундно, я держался. Позже поговорим. Позже!

Этому «позже» был посвящён весь мой день.

Ну а утром, едва я успел проснуться и натянуть штаны, сработал маячок экстренного вызова. Школа огня — именно оттуда сигнализировали о чём-то чрезвычайном. Я переместился сразу, без раздумий, и…

На Иргиль, которая самовольно воспользовалась маячком, принадлежавшим её начальнику, я взглянул лишь мельком. Всё моё внимание приковалось к распластанному на полу девичьему телу.

— Вон отсюда, — рыкнул на Иргиль я.

Толстушка опрокинула стул и опрометью бросилась к двери. Я же опустился на колени рядом с Евой, ещё не веря в то, что произошло.

Магии не было, аура потеряла свой особый вкус. Я не чувствовал ничего! И это при том, что монашка никак не могла угаснуть.

— Невозможно, — рявкнул я, подхватывая бесчувственную руку.

Задрав рукав, увидел абсолютно чистую, лишённую всяких меток кожу. Мной овладело необъяснимое чувство, похожее на отчаяние. Кто бы что ни говорил, а вернуть магию угасшим невозможно. Но я приготовился влить в Еву частицу своей силы.

Зачем? Здесь и сейчас я не думал о таких мелочах.

Просто вернуть магию!

Вернуть…

Рука девушки неожиданно дрогнула. Под моими пальцами кольнуло, и на бледной коже вновь проступил такой неправильный, такой странный узор. Я застыл в абсолютном недоумении, ведь я не успел поделиться! Так что происходит?

Магия вернулась сама? Исчезла и восстановилась, как…

— Как у малолетних детей, которые нестабильны в силу возраста, — закончил я и нахмурился.

Ева продемонстрировала ту же реакцию что и наши дети? С чего бы вдруг?

Я отпустил её руку и отодвинулся, глядя на всё ещё бесчувственное тело. Мысли смешались, а вывод, который напрашивался, не укладывался в голове. Все странности вдруг выстроились в единую стройную картину.

Появление «стража» — это ерунда и не считается. Зато всё остальное… Удивительный для человека уровень магической концентрации, излишне «вкусная» аура, эрс, который пришёл сам в момент смертельной опасности, и ненависть элементалей…

Элементали равнодушны к огненным магам, потому что не считают их угрозой. А вот нас ненавидят люто. Они учуяли Еву и признали врагом, подлежащим уничтожению потому, что… Ева — одна из нас?

А ещё тот бешеный выброс, который казался необъяснимым. Лишь теперь я понял, что именно случилось — монашка употребила плод пепельного дерева, просто среагировала не так, как реагирует на плоды человек.

У людей происходит временное увеличение магической силы с последующим небольшим откатом, только и всего. А вот для нас плоды являются мощнейшим стимулятором, который употребляют в самых крайних случаях. Никому из наших и в голову не придёт жрать эти проклятые шарики просто так!

Ева… наша? Одна из нас? Но как? Быть такого не может!

Наши дети не пропадают. Не появляются среди людей. Их не отдают в монастырские приюты. Да скорее подземный огонь погаснет, чем такое произойдёт!

Новое противоречие заставило выхватить из-за голенища кинжал — не магический, а самый обычный. Вновь подхватив руку Евы, я аккуратно уколол палец и попробовал проступившую алую каплю на вкус.

Человек. Чистокровный.

— Р-р-р! — Эти загадки бесили!

Я опять отодвинулся, внезапно припоминая разговор с одной чокнутой леди. Данаралия всегда была ненормальной, её рассуждения никто не слушал и значения им не придавал.

Я тоже относился скептично, но тот разговор, по понятным причинам, запомнился:

— Однажды среди людей появится тот, кто сможет управлять подземным пламенем наравне с нами, — говорила Данаралия. — И тогда нам уже не придётся служить этим… — тут леди скривилась, опуская уничижительное слово. — Наш обет утратит силу, всё станет как прежде. Мы будем избавлены от их убогих проблем.

Объективно проблемы были не такими уж убогими, но… Впрочем, неважно.

Факт в том, что Ева — чистокровный человек, но со всеми признаками огненной расы. Может и не наша, но очень близкая. Такая же как мы.

Прикрыв глаза, я вообразил, что встречаю монашку не здесь, а дома, на исконных территориях. Представил и понял: случись это там, я бы тотчас встал на колени и попросил назвать меня своей парой.

Вот почему я так схожу с ума от девичьей ауры. Вот почему постоянно возвращаюсь мыслями к её образу. Вот почему…

Ева дёрнулась и заворачивалась. Пришлось отбросить лишние мысли и вернуться к ней.

— А-а… — тихий то ли вздох, то ли стон.

— Всё хорошо, — произнес я мягко.

— Моя ма…

— Всё хорошо, — повторил, подхватывая Еву и помогая приподняться. Вот только зря я так поступил.

Стоило заключить Еву в объятия, и по телу прокатилась мощнейшая волна — аж искры из глаз вышибло. Моя. Идеальная.

— Я… — снова начала Ева испуганно. — Я угас…

— Нет, ты не угасла, — перебил я.

Ева села, и мне пришлось отпустить. Разжать руки и отодвинуться.

— Но… метка? Она ведь пропала. — Глаза Евы стали большими и испуганными. Глядя в такие, хочется не просто обнять, а прижать и не отпустить никогда.

— Уже восстановилась, всё хорошо, — произнёс я.

Первый шок схлынул, и я ощутил сильное неудовольствие. Какого… пламени я влюбился в человеческую девчонку?

— Это вы, да? — выдохнула Ева. — Вы вернули мою магию?

Я не ответил. Объяснять, что Ева другая, не похожая на прочих огненных магов, я был сейчас не готов. Да и нужно ли об этом говорить?

— Всё в порядке. — Я заставил себя отодвинуться ещё дальше, потом поднялся на ноги. Протянул девушке руку, предлагая встать, и она эту руку приняла.

Прикосновение к её пальцам подарило слишком приятные ощущения. Но я подумаю об этом позже, мне нужно время.

— А… — попытка выдать очередную растерянную реплику.

Я вновь перебил:

— Иди завтракай, скоро начнутся занятия.

Ева не обрадовалась. Ей хотелось объяснений, и тогда я добавил:

— Не забудь поблагодарить Иргиль. Это она меня вызвала.

— Иргиль?

Теперь Ева удивилась. Словно уж от кого, а от Иргиль помощи не ожидала.

— Верно. — Я кивнул и повернулся к двери. Не в силах говорить, махнул рукой и ушёл.

Не сейчас. Позже. Слишком много открытий. Мне нужно всё обдумать. Кажется, зря я так жаждал найти ответы на свои вопросы — ответы не понравились. Хотелось сказать только одно: Ева! Перестань уже меня удивлять!

Мой шок был не просто большим, а почти космическим. И я пока не понимала, что шокировало больше: факт угасания магии, факт моего спасения, или полуголый, с обнажённым торсом, Лорд?

А может главной причиной стало этакое безумие, с которым смотрел на меня Алентор? Он взирал так, будто я… ну даже не знаю. Тест с двумя полосками ему показала и сказала, что он вот-вот станет папой?

Впрочем, нет. Сравнение неуместное. Такое же нервное, как и я.

Но ситуация действительно была из ряда вон, и на её фоне сообщение о том, что Лорда вызвала Иргиль было… Впрочем нет, не мелочью.

Эти слова тоже вогнали в ступор. Иргиль старалась ради меня? Ей не всё равно?

Я не знала, как происходит вызов, но догадывалась, что это не просто так. Если бы не рыжая, то остаться мне без магии? Ох…

В миг, когда спасительница вошла в канцелярию, я стояла и пыталась переварить всё увиденное. Но переваривалось плохо, я чувствовала себя так, словно меня ударили по голове.

— Ева? Ты как? — спросила Иргиль обеспокоенно.

Я поёжилась и обхватила себя руками.

Мне тут же предложили стакан воды и усадили на стул с удобной спинкой. Потом помощница Тариуса вытащила из ящика стола кусочек шоколада и протянула мне.

Я приняла шоколад бездумно, но с благодарностью.

— Ладно, успокойся, — вновь подала голос рыжая. — Всё, хвала нашему Лорду, обошлось!

Прозвучало несколько пафосно, а я вдруг ощутила укол ревности. Хвалить Алентора, разумеется, можно, но зачем делать это с таким придыханием? Почему нельзя сказать то же самое, но спокойно?

Осознав свою реакцию, я удивилась снова. Что это со мной? Что происходит? Вот уж поистине невероятное начало дня!

Потребовалось несколько минут на то, чтобы собраться с силами и мыслями. Я поблагодарила Иргиль за помощь, а заодно вспомнила ради чего вообще пришла.

Вспомнила и сказала:

— Я больше не смогу разбирать архив.

Брови Иргиль вопросительно приподнялись, а с моего языка слетело:

— Алентор запретил мне работать. — Я сказала, не подумав!

Рыжая сначала окаменела, а потом аж присвистнула.

— Это не то, о чём ты подумала, — поспешила исправить ошибку я.

Только поздно. Слова прозвучали, и двусмысленность собеседнице понравилась. Иргиль повеселела и уставилась на меня одобрительно. Однако следующая её реплика кольнула как иголка:

— Ну вот, а всё тихоню из себя строила.

Я сильно растерялась, просто не знала, что сказать.

Похлопав глазами, я всё-таки засобиралась на завтрак. Во-первых, живот сводило от голода, а во-вторых, я помнила распоряжение Алентора — невзирая на происшествие, с занятий меня никто не отпускал.

Поблагодарив Иргиль ещё раз, я отправилась в столовую. Была убеждена, что выгляжу обычно, но, стоило мне наполнить поднос и упасть рядом с Морти, как парень придвинулся и шепнул хмуро:

— Евка, чё с лицом?

— А заметно? — жалобно проблеяла я.

— Чё случилось? — продолжил настаивать здоровяк.

Я вздохнула и тоже прошептала ему в ухо:

— Полчаса назад я угасла. Меня спас Алентор.

У Морти глаза на лоб полезли. Остальные сидевшие за столом, начали активно коситься — они уже привыкли к тому, что у нас секреты, но проявлять любопытство это не мешало.

Морти махнул им рукой, мол ерунда, и мы действительно вернулись к еде. А чуть позже, когда шли к аудитории, сокурсник устроил настоящий допрос! Тем же шёпотом я выложила ему все подробности, даже про обнажённый торс и взгляд безумца.

Касательно последнего парень произнёс:

— Ну и чему ты удивляешься? Он давно глазами тебя пожирает. Ты ему нравишься.

— С чего бы мне ему нравиться? — ощущая, как розовеют щёки, возразила я.

Морти думал недолго. Вернее, вообще не думал:

— Ну, говорят, что подобное притягивает… это, как его… да тоже подобное.

Я посмотрела непонимающе.

— Вы с его милостью одного поля ягоды.

Я аж споткнулась от такого заявления.

— С чего ты это решил?

— Да с того, — отозвался парень. — Ты по этой части глуповата, но что взять с монашки? А я тебе говорю: вы с его милостью очень похожи. Сложно объяснить, но вы как будто одинаковые.

«Сложно объяснить»? Согласна. Бред объяснить нелегко!

— Мы вообще не похожи, — отрезала я.

— Ошибаешься, — продолжил гнуть свою линию Морти. — Вы… Ну вот говорю же, объяснить сложно, но вы прям… подобное и подобное.

Глупое заявление. Глупый разговор.

Я тряхнула головой, заставляя себя выкинуть из мыслей лишнее и сосредоточиться на учёбе. Про это всё я подумаю позже. Сейчас не могу.

А может вообще не думать? В конце концов, у меня и так проблем полно — включая собственную реакцию на Алентора. Стоит вспомнить о нём, как по телу разливается очень неуместное тепло.

Мне стоило больших усилий переключиться с глупостей на что-то по-настоящему важное. Но спасибо магистрам, которые загрузили информацией сразу и по самую макушку. «Умудрённому жизнью» Морти тоже спасибо! Ведь в перерывах между получением новых знаний мне приходилось помогать ему — то есть ни минуты, чтобы «заскучать».

После столь убийственного утра, я думала, что день будет сумасшедшим. Тем не менее он прошёл весьма неплохо — словно действительно ничего не случилось. Будто не было ни угасания, ни полуголого Алентора, который протягивал мне руку, помогая встать.

К концу дня я завертелась настолько, что вообще обо всём забыла. Про возобновление ежедневных докладов тоже не вспомнила — тем неожиданней было увидеть огненный портал.

Я обнаружила его в коридоре жилого этажа, рядом с дверью моей комнаты, когда возвращалась с ужина. Мысленно взвыв, я взяла короткую паузу — застыла перед этим мерцающим овалом на несколько бесконечных секунд.

Только деваться было всё равно некуда, и раз так…

— Удачи тебе, Ева, — прошептала я и шагнула в свечение.

Зажмурилась в процессе, а когда открыла глаза, обнаружила себя в знакомом, старинном, вылизанном до блеска кабинете. Огненный лорд сидел за письменным столом, рассматривая какие-то бумаги. При моём появлении отвлёкся и указал на стоявший напротив стола стул.

Я приблизилась и покорно села, а он…

— Рассказывай, Ева. — Лорд вновь вернулся к бумагам.

Ну вот, опять эта ужасная ситуация. О том, чему нас обучают, Алентор и так знает — будет странно, если начну всё это повторять.

Сказать о другом? Например, объяснить его милости, что он ошибся насчёт того, как именно у меня появился эрс? Только выдавать эту историю почему-то не хотелось.

Вспомнить Огонька? Пожаловаться, что после превращения в «пирожочка», мой страж стал натуральным хамом? Но… это мой пирожочек, и я его всё равно люблю. И в обиду не дам.

У меня был слишком сложный день, чтобы вести опасные беседы, поэтому я молчала. А Алентор всё так же просматривал бумаги. Долго просматривал… Но в какой-то момент Лорду надоело, и он уставился на меня.

Просто смотрел. Внимательно так, почти не моргая. Я старалась отвечать спокойствием и не ёрзать на этом дико неудобном стуле.

Наконец в тишине кабинета прозвучало:

— Боишься меня?

— И да, и нет, — зачем-то призналась я.

Алентор хмыкнул. Тут же поднялся и, обогнув стол, приблизился ко мне. Лорд протянул руку, и я смутилась. Но всё-таки подчинилась — кто я и кто он?

Дальше случилось совсем уж неожиданное — стоило мне встать, как Лорд совершил стремительный манёвр, и я оказалась сидящей на письменном столе. Сам Алентор придвинулся ко мне почти вплотную.

Я ощутила его запах, почувствовала жар, исходивший от мужского тела, и поняла, что снова нахожусь на грани обморока. Только было не совсем понятно от чего.

Страх? И да, и нет.

Смущение? О… вот его-то было предостаточно!

Собственный жар?.. Странно признавать, но этот мужчина мне очень нравился. Настолько, что, когда его губы вдруг оказались возле моей шеи, я не сказала «нет».

Я инстинктивно упёрлась руками в широкую грудь и замерла. Мне не хотелось шевелиться, но я не понимала, хочу ли продолжения.

Противоречие? О, да! Но в моей жизни их накопилось столько, что я уже сбилась со счёта. Впрочем, именно это конкретное противоречие было каким-то чересчур приятным, даже сердце забилось быстрей.

А когда Алентор начал меня… нюхать, в голове и вовсе что-то подвинулось. Я ведь могла протестовать! Могла вывернуться или указать на недопустимость подобного поведения, а вместо этого пылала.

Я хочу его? Впервые в своей жизни — и нынешней, и прошлой! — я хочу мужчину, причём настолько, что готова подвергаться какому-то абсолютно неадекватному обнюхиванию.

Я сошла с ума? А дальше-то что?

Дальше было больше… Алентор продолжал вдыхать мой запах, не касаясь при этом кожи, но прижимаясь всё теснее. В какой-то момент его руки потянули вверх мою юбку — уровень смущения взлетел до небес!

В миг, когда ладони Лорда прошлись по моим оголённым ногам, устремляясь к ягодицам, я едва не застонала. Спустя ещё несколько секунд, я полностью потерялась во времени и пространстве, потому что мужские пальцы крепко вцепились в ткань трусиков.

С меня самым вопиющим образом стягивали бельё!

Алентор даже приподнял меня, чтобы осуществить задуманное, а я… Я поняла, что вот сейчас точно начну сопротивляться! Ещё чуть-чуть. Ещё пара ударов сердца, и в этой наполненной громким дыханием тишине прозвучит моё холодное «нет».

Я…

Я даже открыла рот, но ровно в этот момент ценная деталь гардероба соскользнула по ногам вниз, а Алентор отстранился и присел, чтобы подхватить «пропажу». Когда Лорд поднялся, я увидела мелькнувшую в воздухе ткань, которая тут же исчезла в его кулаке.

Свободной рукой он сделал пасс, создавая портал, и произнёс хрипло:

— Беги, Ева.

Это был не приказ, а этакая искренняя рекомендация.

Я даже осмыслить не успела!

Новая волна смущения была такой, что разум просто отключился. Смелости тоже не осталось — я спрыгнула со стола и бросилась в телепорт.

Щёки горели. Шея и грудь — пылали.

Он… он…

Что это сейчас было?

Алентор украл мои трусики? Серьёзно? Да зачем они ему нужны?!

Нелогично, но вываливаясь из портала и судорожно отпирая дверь комнаты, я думала не столько о Лорде, сколько о рыжей. Помощница Тариуса с её навязчивостью, неожиданно стала той, кто спас меня второй раз за день. На сей раз от дополнительного позора! Ведь именно её стараниями на мне сегодня оказалось эротичное вычурное кружево, а не монастырский кошмар.

— Алентор — извращенец! — заявила я, не выдержав.

Видимо не зря про Лордов огня ходит столько сплетен. Как ни крути, а доля истины в них точно есть!