Тронный зал Дворца Вечной Ночи был наполнен вязкой тишиной. Не той благоговейной, наполненной скрытым трепетом тишиной, что царит в храмах перед алтарями. Нет. Это была тяжёлая могильная тишина, поглотившая даже эхо.

Я сидел на черном обсидиановом троне, а пальцы вяло перебирали завитки на рукояти древнего артефакта — Клинка Лунных Всплесков, некогда вырванного мной из рук короля эльфов Араниэля.

Лезвие, которое могло с лёгкостью рассекать само время, теперь служило никчёмной игрушкой. Как и всё вокруг.

Мой потухший взор был направлен на завораживающее сияние осветительных кристаллов, чей свет преломлялся в гранях драгоценных камней, украшающих стены моего дворца. Когда-то это зрелище приводило меня в восторг, но то время уже давно прошло, и сейчас этот свет казался мне тусклым и безжизненным.

В Ноктэре не существовало уголка, где бы не ступала моя нога. Леса, где деревья шепчутся с мертвыми? Я сжег их дотла в юношеском порыве, после чего ради интереса восстановил из пепла, чтобы просто посмотреть — смогу ли.

Океаны, чьи глубины скрывают города подводных рас? Ради смеха я осушил их одним единственным внеранговым заклинанием, после чего три дня гулял по бывшему дну, попивая Ирлианское вино из черепа морского владыки.

Девушки? Ха. Эльфийки с кожей лунного света, оркеи с повадками хищниц, даже демонессы, прямиком из самой Бездны — все они моментально падали ко мне в постель, стоило мне только этого пожелать, но их страсть была… предсказуема, как смена фаз в кристалле арканий. Их шепот казался пустым, а желания — до невозможности банальными.

Знания? Я выжал из них весь смысл. Последний секрет мироздания — «Песнь Семи Бездн» — я мог с лёгкостью декламировать наизусть, развлекаясь тем, что переводил её на язык элементалей.

Гримуар Вечностей… Его страницы могли буквально сжечь разум не осторожного смертного, если бы он попытался его почитать, однако даже этот артефакт расстался со своими тайнами, благодаря которым я сначала призвал, а потом и беседовал с тенями первых магов, чьи имена навечно стёрты из истории Ноктэра.

И теперь… теперь я смотрел, как капли дождя сочатся сквозь купол моего дворца — купол, который я нарочно разбил вчера, чтобы внести в свою жизнь хоть какое-то разнообразие.

Я создавал армии, целиком состоявшие из нежити и демонов, покорял целые королевства, и даже заключал союзы с древними драконами, но новые победы не приносили мне удовлетворения, а власть… казалась пустой и безвкусной.

Даже магия, которая когда-то была моей страстью, и не побоюсь этого слова — настоящим смыслом жизни, теперь ощущалась как обычная рутина.

В такие моменты я невольно задумывался: не проклятие ли это — быть самым могущественным существом в Ноктэре? Достигнув этого статуса я осознал, что когда ты можешь получить всё что пожелаешь, когда у мира больше нет от тебя секретов — жизнь теряет всякий смысл и становится пресной.

Скука — это не просто отсутствие дел. Это ржавчина, безостановочно терзающая душу. Это понимание, что каждое будущее действие — всего лишь жалкая копия прошлого.

Сейчас дошло уже до того, что даже смерть для меня потеряла свой вкус. Я умер семь раз, и каждый раз неизменно возвращался, вырываясь из цепей загробного мира только за счёт собственных умений.

Сейчас я сидел, и мысли мои крутились вокруг той, чьё имя редко произносили вслух. Лираэль. Богиня Судьбы, прядущая нити жизни. Говорят, что она сплетает нити каждого в этом мире, внося туда каждый выбор, каждое решение, каждый вздох боли или счастья.

Я не хотел этого признавать, но это вполне могло оказаться правдой. И если это так — значит, именно она связала меня этими цепями предопределенности. Именно она сделала мою жизнь… скучной.

Решение созрело, как гнойник. Не из ненависти. Не из жажды власти. Просто… если я убью ее, может, наконец, случится что-то новое.

— Довольно, — мой голос расколол воздух, словно удар хлыста.

Слуги-гомункулы замерли, превратившись в неподвижные изваяния из плоти давно мёртвых врагов. Я медленно поднялся, и в следующий миг трон за моей спиной рассыпался невесомым пеплом. Он больше был не нужен.

Я шагнул к окну, откуда открывались шикарные виды на бездну, через которую были переброшены мосты из застывшего света, и серьёзно задумался о порядке своих предстоящих действий.

На самом деле эта мысль впервые пришла в мою голову ещё неделю назад, когда я разогнал облака над Столицей Вечного Плача, чтобы посмотреть, как её жители в ужасе прячутся от непривычного солнечного света.

Богиня Лираэль — Владычица не прожитых судеб. Та, что без устали пряла нити возможностей, которые я постоянно пытался порвать, выбирая самые безумные решения и пути. Но не смотря на это — с каждым новым поступком или действием я неизменно понимал, что она всегда на шаг впереди меня. Это бесило.

— Ты — последняя преграда на пути моего величия, и если я сломаю тебя… Что тогда? — прошептал я, криво ухмыляясь, глядя на далёкие звёзды, и представляя как их пепел падает на могилу этой твари.

От осознания грядущего мои губы растянулись в тонкую рваную улыбку, и я, хихикнув в пустоту, разорвал пространство, открывая пространственный прокол в Архивы Молчания.

Пора готовиться к неизбежному.

Лираэль никогда не была богиней войны. Это слишком мелко для неё. Она была гораздо хуже и выступала самой неотвратимостью. Сражаться с ней — все равно что долбить кулаками по ветру, поэтому я должен собрать все силы, позвать тех, кто осмелится…

В Архивах Молчания меня встретил бессменный Хранитель в образе едва видимого духа, который зафиксировав моё прибытие, тут же произнёс:

— Ксерион Вал'Нор. Что тебя привело сюда на этот раз?

— Как убить богиню? — спросил я, с лихорадочным блеском в глазах.

Хранитель замер на мгновение, но потом ответил:

— Год воспоминаний. Именно такова цена за обретение этих знаний…

Надо ли говорить, что я без раздумий согласился на озвученные условия, пожертвовав годом своей юности, после чего оказался допущен в святая святых…

Спустя два года, после множества неудач, я наконец смог создать безранговый артефакт «Глаз Абсолюта». Он представлял собой сферу из плазмы, которая была способна просчитывать исход любого заданного события.

За следующий год этой сферой было смоделировано больше сорока пяти миллионов различных вероятностей нашей битвы с богиней. В большинстве случаев Лираэль с лёгкостью успевала перекраивать реальность, обращая все мои атаки в безобидный пшик, но ничтожно малый процент показывал, что моя победа всё-таки возможна!

Когда я увидел этот результат — мои зрачки сузились, как у хищника, учуявшего кровь, после чего я удовлетворённо прошептал:

— Ха, получается, твои игрушки не настолько сильны, как ты считаешь! Значит — пришло время их сломать!

Подготовка началась с составления подробного плана. Я провёл ритуал обращения к предкам и вызвал своих лучших шпионов — призраков, способных проникать сквозь любые преграды. Их главной задачей был сбор информации о месте обитания богини, её привычках и слабостях.

Боги питались верой и концепциями, именно поэтому все королевства Ноктэра вот уже больше года продвигают в народ мысль о том, что боги покинули нас… Когда придёт время битвы — Лираэль ждёт очень большой сюрприз в виде практически полного отсутствия веры в неё.

Первым делом я отправился в Пустотный Край, где несколько столетий назад поспорил с льдистым ифритом, и собственно говоря после этого спора край то и стали называть пустотным… Ну да не суть.

Там, в сердце застывшего взрыва льда, был заключён тот самый ифрит, с помощью которого за следующий месяц я выковал клинок, которого ещё не видывал Ноктэр.

Лезвие этого меча было выполнено из антиматерии, и обёрнуто пеленой небытия. Каждый удар этого клинка буквально стирал часть цели из всех линий вероятности.

Не смотря на ужасающую силу получившегося оружия, я был не очень то и доволен результатом. Он действовал слишком прямо, и я справедливо предположил, что богиня увидит моё намерение задолго до самого удара.

«Нужно нечто более… Утончённое.» — подумал я, и ворвавшись в обитель бытия заключил договор с Плачущим Левиафаном — существом из иного измерения, чьи слёзы были концентрированной иррациональностью. Из одной слезинки тот же ифрит сплел сеть «Акаузаль», способную ловить божественный взгляд в петли парадоксов.

Лираэль являлась богиней судьбы, и не смотря на все ухищрения с моей стороны могла с лёгкостью просчитать все мои шаги, поэтому чтобы стать невидимым для божественного предвидения, я решился на проведение ритуала «Цена Забвения».

Суть его работы заключалась в том, что во время его проведения я вырезал из своей души имя, данное при рождении, и заменял его на случайный абстрактный символ, который даже сам толком не мог прочесть. Из-за этого действия моё прошлое и будущее стали туманом, надёжно скрывая мои намерения от пристального взгляда богини.

— Посмотрим, как ты просчитаешь это, — криво усмехнулся я сразу после ритуала, глядя на то, как трескаются зеркала в Зале Предназначений, даже не предполагая, что с этим ритуалом потерял ещё одну часть себя…

Помимо подготовки оружия я понял, что мне нужны решительные военачальники, которые точно не предадут меня, когда узнают о цели предстоящей атаки.

Купить можно всех, поэтому недолго думая я решил создать клонов самого себя. Только вот создавать жалких двойников мне совсем не хотелось, поэтому я принял решение, и даже не думал о его последствиях, одержимый новой идеей — я решил выдернуть альтернативные версии себя из других реальностей!

На расчёты ушло практически пол года. Не передать словами, сколько раз я хотел всё бросить и рассмотреть другой вариант, но медленно подступающее безумие заставляло меня следовать своему выбору, в результате чего у меня всё получилось.

Одного себя я вырвал из временной линии, где он уничтожил всех врагов, и медленно сходил с ума от одиночества, а другого — из мира, где тот стал тираном, который практически уничтожил Ноктэр. Эти двое могли свести с ума практически любого разумного, но только не меня. Я говорил с ними на равных.

Когда ритуал оказался завершён, я обвёл их пристальным взглядом, поигрывая при этом недавно выкованным клинком, и убедившись в том, что те совершенно верно поняли вертикаль власти, вкрадчивым голосом произнёс:

— Вы — мои шахматные фигуры, и мы с вами сыграем в увлекательную партию, где шахматная доска — это вся реальность!

Моя армия тоже готовилась на протяжении всего этого времени. Легионы нежити постоянно пополнялись, а демоны неустанно оттачивали свои навыки и способности. Каждый солдат знал — грядет великая битва, и от качества их подготовки зависела не только их собственная жизнь, но и судьба всего Ноктэра.

И вот настал тот день, когда я резюмировал, что всё готово. Дальнейшее оттягивание неизбежного можно было расценивать только как слабость, поэтому я тут же вызвал своих клонов на совет. Этот совет стал поворотной точкой в моём грандиозном замысле.

— Готовы? О, мы больше чем готовы! — я захихикал, глядя на отражение себя в двух экземплярах, и впился пальцами в виски. В моём голосе не было и тени страха, только беззаботное веселье и желание разорвать мерзкую паучиху во что бы то ни стало. — Мы разорвём её паутину, да-да-да! Сожжём её дом! Пусть подавится своей предопределённостью!

И на утро, когда первые лучи рассветного солнца коснулись шпилей моего дворца, первый в истории поход против богини официально начался. Моя армия неторопливо двинулась вперед, а мои руки, впервые за очень долгое время, дрожали в нетерпении кровавого безумства.

Я смотрел на медленно уходящую колонну и чувствовал, как сила во мне нетерпеливо откликается на происходящее, заставляя меня буквально стонать от предвкушения скорой расправы.

Это было то самое чувство, которого мне так не хватало все эти годы — чувство настоящей опасности, настоящего вызова, от которого зависело всё.

Кинув взгляд в ту сторону, где располагался храм моей цели, я тихо с предвкушающей улыбкой произнёс:

— Лираэль, ты станешь моим величайшим достижением или окончательно погубишь меня. Но знай — я иду за тобой, и ничто не остановит меня на этом пути!

Мой дворец постепенно остался позади, а впереди расстилалась дорога, ведущая к храму богини. Каждый новый шаг неотвратимо приближал меня к цели, и с каждым шагом во мне крепла уверенность — я обязательно справлюсь. Я, Ксерион Вал'Нор, самый могущественный маг Ноктэра, докажу, что даже боги могут пасть перед истинной силой.

Дорога оказалась существенно дольше, чем мне хотелось бы. За время движения нас даже несколько раз атаковали верные богине племена, однако эти жалкие попытки вызывали только смех. Силы были настолько не сопоставимы, что все эти племена буквально за считанные минуты пополнили ряды моих легионов нежити, пав от атак высших личей.

Какой бы длинной ни была дорога — она, как и всё остальное в нашей жизни, рано или поздно заканчивается. К вечеру следующего дня мы вышли к храму Лираэль, после чего я вышел вперёд, обнажил клинок, и громогласным голосом, от которого разлетелись вдребезги храмовые витражи, прокричал:

— Лираэль, выходи! Я пришёл немного с тобой поиграть!

Она явилась совсем не сразу. Первыми из храма стали вылетать её верные воины в образе здоровенных ангелов, вооружённых двуручными мечами. Наперерез этим существам моментально двинулась моя армия, а я прикрыл глаза и просто ждал, целиком уверенный в своих силах.

Сначала я почувствовал запах — смесь грозы и огня. Потом появились звуки, и наконец, явилась сама богиня — её тело было соткано из множества мерцающих нитей, а лицо постоянно менялось.

— Ты утомил меня, дитя, — её голос был тихим шелестом, но казалось, что этот шелест проникал в саму душу.

— Сегодня ты умрешь и больше никому не сможешь разрушить жизнь! — прогрохотал в ответ мой голос, навсегда оглушив тех, кто был рядом со мной на расстоянии ближе 50 метров.

Богиня, словно не слыша меня, холодно пророкотала:

— Ты разрушил баланс, Ксерион. Множество реальностей движутся в непроглядный хаос из-за твоих действий!

— Баланс? — я рассмеялся страшным каркающим смехом. — Ты связала меня предопределением. Я стал марионеткой в твоих руках и ты говоришь мне что-то про бала…

В этот момент богиня резко взмахнула рукой, и все призванные демоны в моей армии сгорели в ярчайших вспышках огня, моментально прекратив своё существование. Эта мощь… Она просто не укладывалась в сознание.

На одних инстинктах я нанёс удар своим клинком в направлении богини, после чего с него сорвался серп чёрной энергии, уничтожающей суть, но когда я уже чувствовал подступающий триумф, то с безумной яростью увидел, как мой главный козырь разлетелся безобидными брызгами о появившийся энергетический щит.

Лираэль на мою атаку подняла свои руки вверх и громко крикнула набор слов, которые мой слух отказался воспринимать. В следующий миг я почувствовал как вся призванная мной нежить развеивается безобидным дымом.

За своей спиной я услышал крик, полный неподдельной ярости, а потом одно из моих воплощений сорвало с моего пояса сеть «Аказуаль», и в отчаянном прыжке метнуло её в сторону богини.

По-хорошему эта сеть должна была лишить богиню львиной доли сил, однако спустя несколько мгновений я в абсолютном шоке смотрел на то, как артефакт вне категорий повис безобидной тряпочкой на том же самом щите, и буквально на моих глаза неотвратимо сгорал, превращаясь в лёгкий пепел.

Лираэль посмотрела на меня сочувствующим взглядом и тихо произнесла:

— Ксерион Вал'нор, ты обезумел… Ярость ослепила тебя и мешает слушать голос разума… Твоя душа разбита, но я помогу тебе…

Два моих сильнейших козыря оказались играючи отклонены моей противницей, моя армия уничтожена и тогда в приступе беспросветного отчаяния я решился на беспрецедентный шаг…

Прикрыв глаза, я начал зачитывать слова из древнего свитка, который был обнаружен мной в очень древнем склепе давно сгинувшего рода.

Судя по расшифрованной части — этот текст должен был наделить меня полубожественными силами, но совсем не бесплатно. Ценой такого усиления была неминуемая смерть физической оболочки в течении нескольких минут после активации.

На текущий момент мне было совершенно плевать на это. Если моё решение позволит мне устранить преграду на своём пути, то физическая оболочка будет уже не принципиальна, ведь божественный трон не может оставаться пустым, а это значит, что в случае победы это место достанется мне…

Как только первые слова чужеродной речи сорвались с моих губ — богиня махнула рукой, после чего я с ужасом почувствовал, как мой верный магический источник перестал откликаться на поступающие команды.

Лираэль тем временем тяжело вздохнула, после чего распрямилась, и как будто бы став несколько больше, начала призывать концентрические кольца силы, которые с готовностью стали проявляться вокруг неё, показывая истинную силу этого существа.

Эти кольца состояли из мельчайших связок рун божественного алфавита, и были пределом мечтаний для каждого практикующего в мире Ноктэра.

— Ксерион Вал'нор, твоё вероломное нападение не может остаться безнаказанным, но я вижу, что сознание твоё замутнено пеленой ярости и безумия. Поэтому я не буду тебя уничтожать.

Мой приговор — изгнание с полным уничтожением воспоминаний о магии Первых. Если ты сможешь выбраться из места своей ссылки и снова найти меня, тогда я уступлю тебе свой пост. Да будет так!

В следующий миг кольца вокруг богини начали расширяться, а я внезапно ощутил, как саму мою сущность затягивает в появившийся портал прямо за моей спиной.

Последнее, что я успел заметить перед своим исчезновением — было море пепла, которое осталось на месте моей, казавшейся непобедимой, армии…

За время своей жизни я очень много путешествовал при помощи портальных переходов, поэтому не ждал от нового путешествия чего-то нового, однако я совсем упустил, что в этот раз портальный переход выполнен божеством, и как результат — сюрпризы начались практически одновременно с началом телепортации.

Обычный переход выглядел как моментальная смена декораций, но в этот раз всё было по-другому.

Я ощущал себя летящим по тоннелю, который целиком состоял из света различных оттенков от перламутрового до обжигающе-белого. У меня было стойкое ощущение, что этот свет как-то влияет на меня, но не взирая на все свои умения — я никак не мог помешать ему это делать, от чего медленно зверел и хотел кого-нибудь прикончить.

Время шло, а я по прежнему находился в том же самом тоннеле. Уже достаточно давно я разобрался, что этот свет работает напрямую с моим психо-эмоциональным состоянием и моим разумом.

Я не мог допустить, чтобы пропала хотя бы часть моих воспоминаний, поэтому не придумал ничего лучше, чем попытаться запечатать их, используя технику «Паутина Вечности», однако этот мерзкий свет, к моему неописуемому ужасу, свободно проник сквозь неё, будто на его пути не было совершенно никаких преград.

Впервые в своей жизни я ощущал полнейшую беспомощность, и это чувство мне очень не нравилось. Вспоминая сочувствующий взгляд богини, я невольно восхитился, как эта тварь умудрилась меня переиграть и показать моё истинное место. Она применила против меня один единственный навык, и в результате я полностью разуверился в собственных силах и возможностях.

Неожиданно я ощутил, что чувствую какую-то неправильность, когда думаю о Лираэль в негативном ключе, будто мне… неприятно это делать⁈

Следующим этапом я вдруг увидел свои поступки со стороны, и мне вдруг стало нестерпимо стыдно (!) от своих действий за последние несколько столетий, от которых настолько сильно несло высшей степенью цинизма и презрения ко всему живому, что обладай я в этот момент физическим телом, то меня непременно бы стошнило.

В этот момент я вспомнил, что Лираэль что-то там говорила про разорванную душу, которую она исправит, а в следующий миг моё сознание затопила всепоглощающая боль, от которой не спасали никакие техники самоконтроля…

Боль… Она заполняла каждую клеточку моего тела, как вода заполняет затопленный корабль. Мне казалось, что болело буквально всё, что могло болеть, а бонусом к этому всеобъемлющему чувству я ко всему прочему ощущал на губах металлический привкус крови. Моей крови!

Открыв глаза, я оглянулся, и сквозь зубы пробормотал:

— Что за чёртова дыра, — после чего попытался вдохнуть и настроиться на магические потоки, но вместо силового резонанса я почувствовал только ни с чем не сравнимую вонь гноя и гари. Сознание ещё толком не работало, поэтому я сразу не придал значения произошедшей осечке.

Надо мной было серое небо, изрезанное дымом от множества мелких пожаров, а земля вокруг меня буквально усеяна трупами в мятых латах.

Но всё это было сущей мелочью по сравнению с одним нюансом, увидев который, я моментально забыл обо всём и даже не поверил собственным глазам: моя рука была совсем не моей рукой! Худая, покрытая множеством синяков и ссадин — она судорожно сжимала рукоять с осколком ржавого клинка…

В этот момент откуда-то справа раздался дрожащий старческий голос:

— Эриндар? Ты как, малец? Живой⁈

Я проигнорировал этот возглас, направленный на какого-то Эриндара. Вместо этого я напрягся и попытался вызвать из личного пространственного рюкзака эликсир Вечной Плоти, который моментально вылечил бы все мои повреждения, а заодно и наполнил бы магический источник, однако все мои усилия оказались тщетны. Сколько бы я ни пытался совершить это простейшее действие — ничего. Даже крохотной искры силы.

Я уже начинал понимать, что со мной происходит явно что-то не то, но тут до моего сознания наконец добрался запах, которым было пропитано всё вокруг.

Спустя мгновение я осознал, что немного погорячился, и на самом деле этот запах состоял из множества других: горелая плоть, кровь, и бог его знает что ещё… Но в сумме это однозначно указывало на то, что я нахожусь посреди какого-то поля боя, где мне уж точно совсем не место.

И тут, беспардонно врываясь в мои мысли, прямо надо мной раздался хриплый надрывный голос:

— Эриндар! Держись, мальчишка! Не вздумай мне тут умирать!

Не выдержав этого ора, я прохрипел:

— Заткнись, червь, — и тут же ошеломлённо замер, пытаясь проанализировать что только что случилось.

Раньше за такое поведение рядом с собой я бы стёр с лица земли весь город, откуда родом был тот, кто осмелился своим криком раздражать мой слух, а сейчас же я просто указал ему на его место, и то… практически сразу возникла мысль, что поступил я чересчур грубо.

Помимо этого непонятного снисхождения я ощущал, что мои мысли… они стали структурированными! Больше не было беспричинных перепадов настроения, да и вообще… всё вокруг меня ощущалось по-другому.

Но на самом деле мысль о собственном «не достойном» поведении исчезла практически так же быстро как возникла.

Сейчас меня занимало совсем другое… Превозмогая жгучую боль во всём теле я сел, и осмотрев себя — ошеломлённо замер. Моё тело явно было совсем не моим — чужое, хрупкое тело пацана, с раздробленной ключицей и глубоким ранением под ребрами. Но чужое тело не объясняло главного… Где моя сила⁈

За свою жизнь у меня было множество ситуаций, когда я где-то по своей воле, а где-то и вынужденно, менял физически оболочки своей души.

Из-за этого я прекрасно знал, что способность колдовать в большей своей части зависит именно от души. Да, проводящие каналы тела могут быть не готовы к мощным проявлениям силы, на которые способна душа сильного мага, однако на простейшие операции, куда помимо всего прочего входит взаимодействие с пространственным рюкзаком, должно хватать даже совершенно не подготовленного тела.

Первым делом я конечно же подумал, что это всё происки обидевшейся Лираэль, и я в настоящий момент нахожусь в ловушке собственного сознания, проживая одну из возможных вероятностей своей жизни…

Но потом я сообразил, что навеянные воспоминания, обычно, никогда не отличаются большой проработкой, и учуять в них запах — это что-то из разряда фантастики, а значит как бы это ни было печально признавать — всё вокруг меня реально.

В следующий миг я ощутил, что меня кто-то тянет вниз. Сил сопротивляться у меня не было, поэтому я закономерно упал обратно на землю, после чего надо мной склонилось изуродованное лицо старика, на котором глубокий шрам пересекал левый глаз, а когда-то аккуратная борода была сплошь в запекшейся крови.

Но всё это отошло на второй план, когда я увидел главное: на лбу незнакомца светилась тусклая руна, похожая на треснувший треугольник.

Старик тем временем прижал свою ладонь к моему окровавленному боку и сквозь зубы прошипел:

— Не двигайся! — после чего под его пальцами заструился слабый синий свет.

«Руны?» — возникшая мысль вызвала презрительную усмешку. В Ноктэре такое примитивное колдовство использовали без исключений только рабы. Даже я в своей погоне за знаниями обошёл рунологию своим вниманием, потому что сила рун была просто смешной по сравнению с тем, что я мог творить, используя вербальную магию.

Не успел я закончить свои воспоминания, как меня постиг самый натуральный шок: от действий старика моё тело прямо на глазах стало затягивать многочисленные раны, от которых спустя несколько мгновений не осталось и следа.

Тем не менее я быстро взял себя в руки, и начал действовать. Даже такие благие намерения, как исцеление, не позволяли старику касаться такого как я, поэтому я тут же попытался оттолкнуть его не гнущимися руками и едва слышно прошипел:

— Кто… Кто ты, шэр тебя побери⁈

— Арганд, рунолог третьего круга, — ответил старик, после чего скривился, и перевёл светящуюся ладонь на собственную грудь, где под разорванной мантией зияла рваная рана, которая тут же начала закрываться и исчезать под исцеляющим сиянием.

— Армия Скайхока… Они всё-таки прорвали оборону! Все кончено. Король мертв, рунологи-хранители пали…

Ещё до конца не понимая что происходит, я с некоторым трудом поднялся. Ноги предательски дрожали, но я всё-таки смог выпрямиться, после чего увидел как вдалеке, за холмом, виднелись факелы — это были вооружённые люди и двигались они в нашу сторону.

Старик в этот момент попытался схватить меня за рукав, чтобы прижать к земле, и возмущённо зашипел:

— Что ты делаешь, безумец⁈ Спрячься немедленно!

Мне было плевать на слова этого смертного. Вырвав свой рукав из хватки старика, я медленно поднял руки, после чего торжественно воскликнул:

— Адгар'тул! — в Ноктэре этого хватило бы, чтобы испепелить целый континент, а здесь же… Ничего. Ни молний… Ни огня… Только ветер, доносящий до нас неотвратимо приближающийся лязг доспехов.

— Они уже близко… — обречённо простонал старик, и этот возглас выдернул меня из состояния задумчивости, после чего я попробовал ещё раз, и ещё…

— Прекрати! — старик внезапно рванулся вперед, и сбил меня на землю. — Хочешь сдохнуть от руки проклятого скайхоковца? Не видишь что ли⁈ Стрелы летят!

Над головой в тот же миг раздался мерзкий свист множества стрел, а где-то вдалеке взревел боевой рог. В этот момент старик особенно сильно придавил меня к земле, и внимательно вглядываясь в глаза, вдруг произнёс:

— Ты… Ты не Эриндар! Твои глаза… Они черные!

Я попытался оттолкнуть его, но мерзкий старик проявил настойчивость, и не дал мне подняться:

— Кто ты? — в голосе старика зазвучала холодная ярость, а нож, ранее спрятанный в рукаве, неожиданно прижался прямо к моему к горлу. — Демон? Дух захватчиков? Где Эриндар⁈

Не передать словами, как я хотел применить к этому смертному какую-нибудь заковыристую технику на подобии Шёпота вечной тьмы, однако силы во мне не было, поэтому не оставалось ничего иного, кроме как просипеть:

— Отойди, или я…

— Ты что, не понимаешь⁈ — старик откинул нож и тряханул меня так, что мир поплыл. — Это не твоё тело! Ты украл его у мальчишки, который мог… который…

В этот миг память пацана хлынула в моё сознание, словно там прорвало невидимую плотину.

Это тело звали Эриндар де'Лариан, и было ему 17 лет. Младший сын короля Эльдарина.

Воспоминания вспыхивали короткими вспышками, каждая из которых вызывала не шуточную боль в висках: детство в замке, уроки фехтования, первая любовь к служанке с веснушками, встревоженное лицо отца и вишенкой на торте — бегство из захваченной столицы.

— Нет. Нет! — я в отчаянии вбил кулак в землю и воскликнул:

— Я — Ксерион Вал'Нор! Повелитель Пяти Бездн!

Но понятное дело — от моего крика не изменилось ровным счётом ничего. Только свист стрелы, вонзившейся в землю в сантиметре от моего лица быстро показал мне, что всё вокруг — печальная реальность, и к этой реальности мне придётся быстро привыкать…

Мой крик души имел и другие последствия, помимо вражеской стрелы. Старик рунолог тихим, словно неверящим шёпотом, произнёс:

— Ксерион Вал'Нор? А я ведь сразу понял, что ты совсем не Эриндар… Впрочем неважно. Может оно и к лучшему. Малыш Эриндар долго бы не протянул под гнётом рода Скайхок. Ладно, ты мне расскажешь всё, но здесь совсем не место для таких бесед!

В подтверждение его слов мы в очередной раз услышали быстро приближающийся свист летучей смерти.

Старик в этот раз пригибаться не стал. Вместо этого он сорвал с шеи цепь с руническим камнем и прижал её к земле, затем резким движением пальцев начертал в грязи символы, напоминающие сплетенных змей и отполз в сторону.

В тот же миг нарисованные руны вспыхнули белым светом, а после этого земля вздыбилась, создав самую натуральную стену из камней между нами и приближающимся облаком стрел.

Пригнувшись к земле, я настороженно спросил у старика, тщательно контролируя каждое его движение:

— Зачем ты меня спасаешь, если уже понял, что я не Эриндар?

— Потому что Эриндар был последним принцем крови Лариан, — ответил Арганд не поднимая глаз. — А ты, кто бы ты ни был раньше, теперь носишь его тело. Королевству нужен символ, даже если под оболочкой этого символа уже совсем другой разумный.

— Ты надеешься мной манипулировать? — моментально понял я задумку этого старика, на что он грустно покачал головой, и ответил максимально просто:

— Нет. Я просто надеюсь выжить.

Арганд закончил руну, которую рисовал всё это время на земле, после чего она моментально засветилась тусклым золотом. Не успел я спросить у старика что это всё значит, как вдруг ветер внезапно сменил направление, и поднимая с земли целую тучу пыли, понёс её по направлению к врагам.

Старик тем временем кивнул в сторону тёмной полосы на горизонте и прохрипел:

— Видишь лесной массив на севере? Там находится одна из подготовленных мной пещер. Если мы попадём туда, то я смогу сделать так, что мы скроемся от наших преследователей.

Услышанное предложение мне не понравилось от слова совсем. Я зло взглянул на старика и прошипел:

— И что дальше? Сбежим, как крысы с тонущего корабля⁈

Арганд на это пожал плечами, и ответил:

— Союзная армия уничтожена, в живых остались считанные единицы, куда входим и мы с тобой, так что тут не до сантиментов. По сути перед нами сейчас стоит выбор: гордость или жизнь.

Я сжал кулаки в бессильной ярости, пытаясь увидеть в глазах старика хотя бы малейший знак того, что он сомневается в своих словах, однако в его глазах читалась только лишь неимоверная усталость человека, который совсем недавно потерял всё.

В конце концов я принял решение, и кинув злобный взгляд на далёкую волну людей, где то и дело мелькали знамёна с оскаленной драконьей головой, прорычал:

— Веди, старик… Но запомни — это не бегство. Это только лишь тактическое отступление, и все эти твари ещё искренне пожалеют о том, что решили напасть на меня!

Сразу после этого мы начали своё движение в сторону далёкой цели. Из-за происходящего хаоса нам приходилось то и дело петлять между многочисленными трупами и догорающими повозками, но тем не менее с каждым часом мы становились всё ближе к цели.

Арганд каждые полчаса молча останавливался, и наносил в различные места специальные руны, которые надёжно стирали все наши следы.

Я не понимал зачем это делать, но старик посмотрел на меня ТАКИМ взглядом, когда я попытался его поторопить, что все свои вопросы я решил оставить до того момента, когда мы наконец достигнем безопасного места.

Большую часть пути я молчал, неотступно следуя за своим сопровождающим. Моя ярость постепенно превращалась в холодный расчет, что позволило мне прекратить страдать об утраченном и начать осваиваться в этом странном мире.

Первым делом я решил разобраться с утраченной магией и поэтому пристально изучал руны, используемые Аргандом, пытаясь понять законы местной примитивной магии.

К сожалению без активного взгляда мира понять хоть что-то было весьма проблематично, но кое-какие закономерности я уже потихоньку начинал усваивать, что не могло не радовать.

Время шло, и из-за того, что на протяжении всего нашего пути нас никто не тревожил, мы со стариком непозволительно расслабились, за что тут же получили на свою голову трёх конных разумных, которые при виде нас тут же ринулись в атаку.

— Беги, — прошипел Арганд, толкая меня в сторону леса, — Я их задержу…

— Да заткнись ты уже, герой… — пробормотал я, и выхватив из рук старика кинжал, тут же метнул его в центрального противника, после чего подхватил валяющийся на земле клинок, и с кровожадной ухмылкой ринулся в сторону врагов.

У меня отняли магию, но вот мои умения владения холодным оружием, выпестованные в тысячах пройденных сражений, отнять не мог никто.

Тело Эриндара помнило только азы фехтования, поэтому чтобы не навредить себе, я был сильно ограничен в применяемых приёмах, однако даже так эта троица оказалась изрублена в капусту меньше, чем за минуту.

— Ты… Ты как, парень? — с неподдельной заботой в голосе спросил Арганд, глядя на меня со странной смесью страха и восхищения.

— Я убивал таких существ, которые тебе даже не снились, — немного красуясь бросил я, стирая кровь с лезвия клинка в своей руке. — Люди слишком слабы и предсказуемы, так что не стоит переживать за меня, старик.

Тот немного посверлил меня своим фирменным взглядом, после чего пробурчал:

— Да уж, вежливости тебе не мешало бы подучиться… Ладно, чего уж теперь… Пойдём. Через пару часов будем на месте…

Лес встретил нас едва ощутимой прохладой и шелестом листвы в кронах тысячелетних дубов. Когда мы попали под защиту деревьев — старик стал чувствовать себя намного увереннее. У меня складывалось ощущение, что он тут бывал явно не один десяток раз, и ориентируется буквально как у себя дома.

В скором времени мы подошли к оврагу, в стене которого оказался хитро замаскированный проём, куда мой проводник не раздумывая залез, уводя меня следом за собой.

В самой пещере оказалось на удивление сухо. Она была не то чтобы очень большого размера, но пару десятков человек вполне спокойно могли бы в ней разместиться.

Стены этой пещеры были густо испещрены рунами, от чего на несколько мгновений у меня возникло ощущение, что в этом мире тоже существует орден ищущих, которые в Ноктэрне специализировались на предотвращении и стабилизации мировых катаклизмов.

Для этого они использовали специальные сигилы, которыми точно так же украшали гигантские залы в узловых точках сущего.

Арганд тем временем приблизился к небольшому постаменту в центре пещеры и замер, проводя пальцем по нарисованным символам в одном ему ведомом порядке.

Я прекрасно помнил, как сильно меня бесило, если кто-то смел отрывать меня от проведения магических изысканий, поэтому молча наблюдал за действиями старика, делая вид, что меня здесь нет.

К счастью ожидание не продлилось слишком долго. Не прошло и пары минут, как Арганд провёл последнюю светящуюся линию между мёртвыми рунами, а потом послал какой-то импульс, который послужил тем самым толчком, что запустил сложный механизм.

Сразу после этого я ощутил, как стены вокруг нас наполнились маной, а в следующий миг старик устало присел на землю, прямо около постамента, и тихо проронил:

— Всё. Теперь они нас здесь ни за что не найдут.

Я проигнорировал фразу старика, задумчиво глядя на свои ладони. На короткий миг, во время активации ритуала, мне показалось, что я снова всесилен… Теперь же лишь быстро затухающее покалывание в кончиках пальцев напоминало об этом прекрасном ощущении.

«Нет, так дальше продолжаться не может. Я должен понять — что за чертовщина происходит с магией в этой дыре, по недоразумению именующейся миром!» — подумал я, и внимательно наблюдая за мимикой старика, спросил:

— Раз так, значит теперь ты наконец можешь мне рассказать — что это за мир, почему тут не работает моя магия, и что тут вообще шэр побери происходит⁈

Арганд явно хотел возмутиться моей требовательной речью, однако наткнувшись на мой тяжёлый взгляд, всё-таки решил не рисковать последним представителем Лариан в неизбежном конфликте, который начался бы в случае его претензий, и начал рассказывать:

— Ксерион же, да? — дождавшись моего короткого кивка, он продолжил:

— Я не знаю откуда ты явился в тело наследника — из нашего мира, или откуда-то еще, поэтому начну с самого начала. Но в ответ рассчитываю, что после моего рассказа ты тоже ответишь на мои вопросы.

Я стойко проигнорировал его вопросительный взгляд, вызвав тем самым горький вздох с его стороны, но потом он, слава Тао, перестал изображать из себя нерешительную вздыхающую дриаду и начал рассказ по делу:

— Этот мир носит название Этерион, и это мир, где кровь решает всё. Три континента держат равновесие, словно чаши весов, но одна из этих чаш давным давно пуста, — он протянул костлявую руку, и неведомо откуда взявшейся веткой начал рисовать в пыли на каменном полу карту этого мира:

— Вальтария — земли прирождённых воинов и правителей. Там рождаются те, чьи предки в своё время укрощали даже драконов. Родам Вальтарии с лёгкостью подчиняются стихии, но их гордыня… Временами она сжигает их изнутри.

На расстоянии от уже нарисованного континента старик медленно нарисовал ещё один, после чего сказал:

— Эльдора, — царство тишины и света. Простой смертный может только мечтать попасть эти земли. Достоверно не известно, но ходят слухи, что леса на этом континенте поют, а многочисленные реки несут настолько чистую воду, что дно там видно на любой глубине.

Родам Эльдорианцев легко подчиняются силы природы, и именно с этого континента родом большинство святош. — тут старик немного задумался, после чего продолжил более печальным голосом:

— Ну и третий континент… Когда-то процветающий Рион. Он находится между Вальтарией и Эльдорой. В былые времена из-за своего чрезвычайно удобного расположения он был жемчужиной Этериона. Множество родов жили там в мире и гармонии, пока боги не разгневались на нас.

Достоверно до сих пор неизвестно — что не поделили боги и род де'Вейлов, однако результатом их противостояния стал полностью уничтоженный Рион. В настоящее время тёмные твари неустанно лезут из множества проломов, все города буквально стёрты с лица Этериона, а земля проклята настолько сильно, что без постоянно поддерживаемой защитной формации хотя бы пятого круга там невозможно находиться без вреда для себя.

В голосе старика было столько безнадёжной тоски, что хоть я и никогда не отличался особой сентиментальностью, тем не менее меня всё равно немного передёрнуло от этого проникновенного рассказа.

— Почему ты так часто упоминаешь различные рода? — спросил я, не на шутку заинтересованный этим нюансом.

Старик на этот вопрос немного задумался, после чего тихо проронил:

— Родовая система — это одновременно благословение и великое проклятие Этериона. Если твоё имя не вписано в Кровавые Скрижали — ты никто. Бродяга. Прах под ногами великих семей.

Всего в нашем мире существует 21 Великий род. Когда-то их было 22, но род де'Вейлов, как я уже говорил, слишком сильно поверил в свои способности, в результате чего Этерион чуть не перестал существовать из-за гнева богов. Все рода я перечислять сейчас не буду, но вот взять к примеру тебя — ты наследник семьи де'Лариан.

Твоя семья была весьма многочисленной и владела весьма достойным куском земли. Всё было хорошо ровно до того момента, пока совсем рядом с Эльдарином — столицей ваших земель, не обнаружили залежи тиурона. Не смотря на все усилия — информация про это открытие всё-таки стала достоянием общественности, после чего конец был закономерен…

Многочисленные предложения о совместной добыче были лишь прикрытием реальных намерений этих стервятников.

Род Скайхоков стал оружием в руках целого конгломерата. Их снабдили лучшей алхимией, лучшими руническими связками, наняли опытных наёмников-инструкторов, и отправили в бой по совершенно надуманному поводу в виде оскорбления на балу летнего равноденствия.

Заговор был настолько масштабен, что когда твой батюшка узнал о грядущем вторжении и обратился с криком о помощи к союзным родам — в ответ была только тишина.

Но хуже всего было даже не то, что все союзники отвернулись от де'Ларианов, а то, что святоши тоже проигнорировали призыв о помощи, хотя это их прямая обязанность — пресекать возникновение вооружённых конфликтов на территории Этериона. Результат этого сговора ты уже видел. Твой отец и хранители мертвы, армия уничтожена, а в тело последнего выжившего наследника вселился какой-то дух.

— Я тебе не какой-то там дух, старик! — гневно прорычал я, впрочем без особого огонька, после чего вернул беседу в нужное мне русло:

— Что это за святоши, о которых ты говоришь с таким придыханием и восхищением?

После этого вопроса старик заполошно оглянулся, словно ожидал, что у него из-за спины вот прямо сейчас выскочит какая-нибудь тварь из глубин преисподней. Убедившись, что за спиной кроме постамента нет ничего интересного — он повернулся ко мне и укоризненно покачав головой, сказал:

— Запомни, Ксерион, если вдруг ты когда-нибудь назовёшь Орден Святых Надзирателей так, как ты это только что сделал, и тебя услышит кто-то кроме меня — то будь готов, что эта информация моментально будет доставлена куда надо, после чего тебя моментально добавят в розыскные листы, а когда поймают — отправят делать богоугодное дело в виде очищения Риона от последствий божественного гнева. Понятное дело — без какой-либо защиты.

— Что за бред⁈ — вполне оправданно возмутился я такому наглому произволу, на что Арганд лишь грустно улыбнулся, после чего ответил:

— Орден Святых Надзирателей — это разумные, которые получают право пройти сквозь ритуал познания, после чего обретают возможность пользоваться магией богов, а некоторые из них по преданиям могут даже беседовать с небесными владыками! Они…

— Стоп, стоп стоп! — резко воскликнул я, останавливая этот фанатичный лепет, после чего резким голосом спросил, чувствуя, что разгадка не работающей магии у меня прямо перед носом:

— Что за магия богов такая⁈ Отвечай, старик!

Арганд после моего требования вновь расфокусировал свой взгляд, о чём-то задумавшись.

Я хотел уже применить физическую силу по отношению к этому старику, но словно почувствовав угрозу — он начал говорить, и что примечательно — говорить по делу. Поэтому я унял свой благой порыв, и начал внимательно слушать очередные откровения:

— Магия богов — это вершина магического искусства Этериона. Согласно легенд — она получила своё название из-за того, что позволяет черпать силы для колдовства, используя чистую божественную энергию.

Из-за того, что эта энергия является силой совершенно другого порядка, нежели обычная мана — для её использования не требуется возводить никаких рунных комбинаций, а достаточно простого намерения.

Это создаёт просто невероятное преимущество на поле боя, и поэтому со временем святоши стали кастой неприкасаемых. В мире Этериона не осталось разумных, кто бы мог осмелиться бросить им вызов, и такой порядок поддерживается уже много веков.

Я слушал старика — и не мог поверить. Он только что рассказал про обычную, привычную для меня магию, которая всегда была частью меня и в которой мне не было равных! Но почему он утверждает, что для того, чтобы получить возможность пользоваться ей — нужно пройти какой-то там ритуал⁈ Это что ещё за новости?

Всегда и во всех мирах основой успешного колдовства служило несколько аспектов. Первое и основное — это конечно же намерение. Без чёткой цели и железной воли было невозможно создать ни единого заклинания, даже если ты каким-то чудом урвал посох архимагистра.

Вторым аспектом было магическое ядро. Эта штука служила своеобразным активатором. Чем сильнее у тебя магическое ядро — тем более грандиозные заготовки ты можешь создавать с его помощью. Оно создавало нужные колебания, которые брали энергию из третьего аспекта — энергии мира, после чего получалось заклинание.

Здесь же я чувствовал своё крохотное ядро, пытался создать хотя бы малюсенький файербол — но у меня ничего не получалось. Я прекрасно ощущал, что ядро полностью отрабатывало, но потому возникало стойкое ощущение, что заклинанию просто неоткуда брать энергию для своей работы!

Разгадка казалась настолько близкой, что казалось — протяни руку и возьми! Но нет… Как бы я не пытался повернуть эту странную ситуацию — внятного ответа на эти странности у меня не было. Если только…

Прямо посреди речи Арлунда я быстро принял лежачее положение, и прикрыв глаза, начал совершать первый этап подготовки к простейшей магической манипуляции, которая не требовала практически никакой силы — я начал готовиться к погружению в медитацию.

Честно говоря — я всегда терпеть не мог это занятие, потому что оно было НАСТОЛЬКО скучным, что практически сразу выводило меня из себя, стоило мне только подумать о необходимости её проведения. Однако после вмешательства Лираэль я стал смотреть на многие вещи под другим углом, и сейчас с лёгкостью проскочил этап освобождения от эмоций.

После этого дело было за малым, и спустя буквально десяток секунд моё дыхание замедлилось, после чего я начал ЧУВСТВОВАТЬ. Несколько мгновений я пытался осознать поступающую информацию, а затем от нахлынувшего удивления потерял контроль и моментом вылетел из медитативного состояния.

Дело в том, что сколько бы миров я не посетил — в каждом из них магическая энергия была буквально везде. Здесь же, непонятным для меня образом, эта энергия не достигала поверхности земли, клубясь на высоте около десяти километров.

Всю планету как будто окружал невидимый щит, который не позволял магической энергии проникать внутрь, тем самым одаривая жителей этой планеты удивительными способностями!

Грандиозность этой задумки потрясала воображение даже меня. За свою долгую жизнь я натворил много дел, но вот чтобы лишить магии целую планету⁈ Такое я бы вряд ли смог провернуть даже на Ноктэрне.

В этот момент меня наконец накрыло осознание, что мне срочно нужно пересматривать своё поведение. Если тут есть такие разумные, которые способны отрезать от магии целую планету, тем самым вынуждая каждого жителя пользоваться костылями в виде рун — мне пока лучше не высовываться, и тихонько пытаться копить силы…

Тут я ощутил, что меня аккуратно трогают за плечо, после чего голос старика с неподдельной озабоченностью спросил:

— К-ксерион… Ради светлых сфер, очнись! Что ты… только что пытался сделать? Мне п-показалось, я ж-же…

— Эриндар. Меня зовут Эриндар, — решительно перебил я старика, окончательно приняв на себя уготованную роль, после чего сказал:

— Я просто погрузился в обычную медитацию, чтобы наконец разобраться в вашей ущербной магии!

К моему удивлению — после моих слов старик отнюдь не успокоился, а наоборот начал бегать по пещере и заламывая руки, причитать:

— Ну вот зачем⁈ Неужели нельзя было спросить, прежде чем действовать⁈ Святые племена! Ксе… Эриндар, обычным жителям, не имеющим отношения к Ордену, запрещено совершать даже простейшие действия с магией богов! Они скоро придут… Что же делать…

— Старик, не беси меня! — не выдержал я этого раздражающего поведения, и тут же прорычал:

— Объясни нормально — чего ты всполошился, будто я только что вырезал всю твою семью⁈

— Моя семья уже давно мертва… — тусклым голосом прошептал замерший Арганд, после чего продолжил:

— Святоши. Боги очень трепетно относятся к использованию собственной магии, и в случае, если их сила попадает не в те руки — тут же направляют карателей.

Я презрительно фыркнул, показывая все свое отношение к этой информации, и тут же попытался успокоить этого нервного старикашку:

— Арганд, моё воздействие было настолько ничтожным, что его проявления никто не смог бы зафиксировать и на расстоянии десятка метров! Ты слишком зациклен на этих святошах, и это проблема!

К сожалению мои доводы старика не успокоили. Он посмотрел на меня пустым взглядом, после чего прошептал:

— Ты не понимаешь… Они придут… Они знают… Это неизбежно.

Тут моя нервная система уже начала сдавать. Всегда не мог терпеть упёртых баранов, и вот ведь как жизнь сложилась… Именно с таким бараном она меня и свела!

— Ладно. Я сейчас ещё раз погружусь в медитацию, и внимательно осмотрюсь. Если мои действия и правда оказались замечены — я это сразу пойму. — сказал я старику, на что он совершенно равнодушно прошептал:

— Делай что хочешь. Хуже уже точно не будет…

Мысленно сплюнув от такой бесхребетности, я вновь принял лежачее положение, после чего прикрыл глаза…

Второй раз медитация приняла меня как родного. Я в очередной раз ненадолго залип на буйство запертой энергии, после чего перевёл взгляд немного в сторону и с трудом сглотнул, ставшую неожиданно вязкой слюну: сквозь купол, который раньше стоял нерушимой стеной на пути энергии, вниз опускались два толстых энергетических жгута.

И всё бы ничего, только вот основания этих жгутов медленно но неотвратимо смещались в нашу сторону…

Вынырнув из состояния медитации, я тут же подскочил к старику, который по прежнему потеряно сидел прямо на камнях, после чего требовательно прокричал:

— Ты же говорил, что это место безопасно! Как эти твари смогли найти нас⁈ — мой голос прозвучал тихо, но в нем очень хорошо была слышна клокочущая ярость, сдерживаемая лишь моей волей и понимаем того, что кроме этого разумного у меня нет союзников в этом странном мире.

Тем не менее Арганд на мой вопрос решил не отвечать. Его плечи подрагивали, а дыхание то и дело сбивалось в прерывистый панический ритм.

Он замер передо мной, как кролик перед удавом, а я неожиданно почувствовал, как у меня возникает неудержимое чувство избавиться от угрозы. Этот человек хоть и был моим союзником, но он слишком слаб, и эта слабость сейчас с лёгкостью могла погубить нас обоих.

— Арганд! — резко позвал я старика, сделав короткий шаг в его сторону, — Они уже очень близко! Если в твоей жалкой бошке ещё осталась хоть капля разума — скажи: что мы можем сделать⁈

Тот наконец услышал меня и поднял лицо с потухшим взглядом. Его глаза были красными, а щеки мокрыми от слез.

— Мы умрем, — тихо прошептал он. — Что-то делать уже поздно. Это конец. Ты же видел их, правда? Они идут… От них не скрыться… Святоши не оставят нам и малейшего шанса! Они вырежут нас, как скот, и я… я не хочу…

В этот момент в моих глазах потемнело и я не выдержал. Ладонь со свистом рассекла воздух, и пощечина оглушительно хлопнула в тишине пещеры.

Арганд ахнул, откинувшись назад, но я и не думал так просто его отпускать. Схватив его за воротник, я притянул его к себе так близко, что наши носы практически соприкоснулись, после чего прорычал прямо в лицо:

— Слушай меня, слизняк! Я последний, слышишь⁈ Последний, кто носит эту фамилию. Последний, кто имеет законное право на эту землю! И если я умру сегодня, то сделаю это с мечом в руках! Умру как воин! Но ты… — тут я откинул этого жалкого старика, который мешком шлепнулся на каменный пол, и припечатал:

— Ты умрешь как трус, и твоё имя забудут еще до рассвета.

В следующий миг в пещере установилась вязкая тишина, прерываемая короткими всхлипами. Со стороны входа начал доноситься заунывный речитатив, который иногда заглушался лязгом металла. Это лучше любых слов говорило о том, что святоши уже были здесь, и пытались найти дерзнувших покуситься на «божественную» силу.

В этот момент всхлипы за моей спиной неожиданно прекратились, а потом Арганд медленно поднял голову. Его глаза больше не бегали. В них, сквозь пелену отчаяния, пробивался слабый огонек злости и… надежды.

— Портал, — выдохнул он, приковывая этой фразой всё моё безграничное внимание.

— Ты можешь создавать порталы, и мы до сих пор ещё находимся здесь⁈ — не поверил я своим ушам.

— Да, я… Я могу создать портал. Но… Но мне нужно время. Минут десять. И тишина, — едва слышно сказал Арганд, словно сомневаясь в собственных словах.

Я решил не заморачиваться непонятными интонациями в голосе старика, и коротко приказал:

— Действуй! Я займусь нашими гостями…

— Ты не сможешь! Их магия слишком опасна! — попытался остановить меня старик, но я уже отодвинулся от него в сторону входа, и прислушивался к своим ощущениям.

Практически сразу мне стало ясно, что защита, созданная моим сопровождающим, весьма существенно истончилась, а значит святоши уже определили наше укрытие, и теперь пытаются проникнуть внутрь.

Я прекрасно понимал, что старик предложил единственный более менее приемлемый выход, а значит я должен сделать всё, чтобы у него было необходимое время.

Повернувшись в сторону Арганда, я коротко бросил:

— Работай быстрее, и всё будет нормально. За меня не переживай. — после этой напутственной речи я встал лицом к приближающейся угрозе, и начал концентрироваться не предстоящем сражении.

Оружия у меня никакого не было, но даже если бы и было — оно бы вряд ли помогло в сложившейся ситуации. Если святошам доступна вербальная магия, то навесить на себя щит от физического воздействия им явно ничего не стоит. Значит нужно действовать более тонко…

Мне очень этого не хотелось, но по факту — у меня оставался только один выход: магия жизни. И нет, это не та магия жизни, где молоденькие дриады выращивают цветочки и лечат зайчиков, нет… Магия жизни — это раздел запретных знаний. Суть этой магии сводится к тому, что за своё применение она забирает жизненные силы мага, и делает это ОЧЕНЬ быстро.

Мне крупно повезло, что святош было только двое. На такое количество врагов должно хватить даже резерва этого тела, не отправляя его при этом в кому.

— Отступники! Не допускайте тьмы в свои души! Выходите сами, и тогда суд над вами будет гуманным! — раздался громогласный фанатичный голос со стороны улицы.

Криво усмехнувшись, я и не подумал хоть как-то реагировать на этот призыв, прекрасно понимая, что это не больше чем приманка.

Внезапно мои мысли были прерваны тем, что я почувствовал, как наша защита полностью исчезла. Сразу после этого я ощутил на себе явно враждебный взгляд, после чего принял решение, что пора действовать.

— Еретики, сдавайтесь! — крикнул кто-то снаружи, но я уже не обращал на это внимания. Вместо этого я прикрыл глаза, и едва слышно читал слова давно мёртвого языка, который в этом мире ещё не слышал никто:

— Invocatio Sanguinis ad Vindictam

Per sanguinem antiquum et ignem aeternum,

Invoco potentiam tenebrarum abyssi.

Spiritus irae et doloris, audite clamorem meum!

Per vobis, umbrae, et per legem sanguinis,

Dirigite iram caeli in pectora inimicorum!

Cadant in obscurum, ligati per cruorem suum,

Sic fiat, sic fiat, sic fiat!

В этот момент первый святоша появился в проходе. Его лицо, скрытое капюшоном, осветилось желтым светом факела, но в следующий миг силы, к которым я обращался всё-таки приняли мою жертву, в результате чего от меня в сторону врага потёк густой красный туман.

Завидев такое приветствие — святоша закричал:

— Еретик снова обращается к божественной силе! Смерть осквернителям!

Это было последнее, что этот фанатик успел сделать в своей жизни. Красное облако с лёгкостью преодолело все его защитные приспособления, и беспрепятственно проникло в организм, моментально устраивая там свои порядки.

Святоша замер на полуслове, и подняв на меня удивлённый взгляд попытался что-то сказать, но поток крови, хлынувший из его глотки, не дал ему сделать такой глупости.

Облако тем временем продолжило свой неторопливый полёт, щедро черпая из меня жизненные резервы. Главной опасностью этой магии было то, что во время её применения маг не чувствовал совершенно никаких побочных эффектов, из-за чего многие буквально выжимали себя досуха, обращаясь к этой силе.

Расплата за обращение к этой магии наступала после того, как маг прерывал ритуал добровольной жертвы закрывающей фразой.

К сожалению, не смотря на то, что один из опаснейших противников лежал бездыханной куклой под моими ногами, я не мог остановиться, потому что второй фанатик по прежнему здравствовал, и явно пытался что-то сделать.

Святоши были не одни, и уже три воина пали жертвой моего жадного навыка, надёжно заблокировав своими телами узкий проход в нашу пещеру. Я чувствовал, что если подержу навык ещё немного, то очень сильно рискую собственной жизнью, поэтому крикнул себе за спину:

— Арганд! Сколько тебе ещё нужно времени⁈

— Пять… Нет… Четыре минуты! — голос рунолога дрожал, но ритуал явно шёл своим чередом, поскольку я чётко начал ощущать формирующиеся потоки силы за своей спиной, а кристаллы на полу пещеры начали светиться мягким синеватым цветом.

За пределами пещеры слышались множественные крики, но кровавая дымка, вытекающая за пределы нашего убежища служила первоклассным сдерживающим фактором. Всё бы ничего, но прекрасно себе представляя аппетиты применяемого мной волшебства — я принял решение прерывать его действие.

Вся моя надежда сейчас заключалась в том, что оставшийся в живых святоша хотя бы несколько минут подумает, прежде чем повторно соваться в место, где совсем недавно погиб его единоверец… А большего мне и не нужно.

Исходя из этих соображений я собрался с мыслями, и приготовившись к неминуемой расплате, сквозь зубы прорычал:

— Sinita er!

В следующий миг пришла она — её величество БОЛЬ. Каждая клеточка моего тела горела дичайшим огнём. Складывалось ощущение, что какая-то очень добрая душа только что окатила меня с ног до головы парой вёдер кислоты, а потом для верности ещё и кинула меня в костёр, где пламенем выступала сила бездны…

Похожую боль я испытывал только тогда, когда ещё в Ноктэре, невообразимо давно, попытался поймать падающий метеорит голыми руками…

От всепоглощающей боли я перестал контролировать своё положение в пространстве и закономерно упал прямо на пол пещеры, лицом вперёд. Боль от удара прошла мимо моего сознания, которое из последних сил цеплялось за эту реальность, не желая отправляться в пучину беспамятства.

Слава Тао — Арганд не стал прерывать своего занятия, хоть и порывался это сделать, чтобы помочь мне. Всё-таки старик смог взять себя в руки, и начал действовать рационально.

Он понял, что намного лучше будет перенести нас отсюда, а потом уже пытаться оказывать мне помощь, чем бросить создание портала, помочь мне, а потом встречать озлобленного святошу…

Что могу сказать… Мой план по запугиванию наших противников сработал на все сто. Сам я этого не видел, но Арганд потом рассказывал, что за всё оставшееся время с той стороны даже не попытались разобрать завал из тел своих союзников, что дало нам так нужные драгоценные минуты.

Из-за своего состояния я не увидел, как старик устало опустил руки, а в следующий миг многочисленные кристаллы по всей пещере вспыхнули ослепительной вспышкой, после чего воздух знакомо затрещал из-за рвущейся ткани мира, а затем призванная сила резко исчезла, унося все органические соединения внутри пещеры в неизвестном направлении…

Тишина.

Благословенная тишина вокруг меня служила настоящим нектаром для моей израненной души.

Лениво потянувшись, и не торопясь открывать глаза, я расслабленно подумал о том, что сегодня было бы неплохо посетить сад вечных грёз, чтобы продлить это расслабленное состояние души ещё хоть ненадолго.

В воспоминаниях с готовностью появилось гибкое тело Колис'Элы — эта бархатная кожа… мягкие крылья… и удивительной чистоты глаза… А уж насколько хороша эта малышка в посте…

Внезапно раздавшийся старческий голос моментально разрушил все мои фантазии, беспощадно возвращая меня в печальную реальность:

— Эриндар, хватит валяться и изображать из себя не пойми кого! Если ты думаешь, что я буду тебя куда-то тащить, то ты глубоко заблуждаешься!

Открыв глаза, я поморщился от яркого света местной звезды, беспощадно жарящего с безоблачного неба. Прикрыв глаза рукой, я кряхтя, как сто летний старик, медленно сел, и оглянувшись по сторонам очень глубокомысленно посмотрел на окружающую нас пустыню, после чего ошеломлённо спросил:

— Ты куда нас забросил, старик⁈

Арганд некоторое время помолчал, оглядываясь по сторонам, после чего немного растерянным голосом ответил:

— Это совершенно точно пустыня Сиула, и если мне не мерещатся очертания города вдали, то значит — мы с тобой находимся около Хинота — города, где действующую власть свергли кочевые племена, и сейчас этот город является рассадником бандитизма и работорговли.

«В какой всё-таки прекрасный мирок меня засунула Лираэль… Тут тебе и работорговля, и орден, желающий моей смерти…» — с сарказмом подумал я, после чего наконец обратил внимание на своего сопровождающего, и шокированным голосом спросил:

— Старик, что с тобой⁈

Удивление моё объяснялось очень просто: если раньше Арганд был просто обычным человеком в возрасте слегка за 60, то теперь его внешность напоминала глубокого старца. Морщины безжалостно разрезали его лицо, а шее и щёках появились неприятного вида пигментные пятна.

Тот на мой вопрос только лишь усмехнулся, после чего ответил:

— Это расплата, Эриндар. Портальная магия — это совсем не такое простое колдовство, как тебе может показаться. Только рунологи пятого круга и выше могут активировать рунные цепочки порталов, не опасаясь никаких последствий для себя и для своего источника.

Как я тебе уже говорил — я рунолог кхм… был рунологом всего лишь третьего круга, а значит моих родных способностей априори не могло хватить на активацию портального круга.

— Но мы же… — попытался возразить я, на что Арганд кивнул и ответил:

— Да, мы переместились. И кстати… Я должен сказать спасибо тебе, что всё-таки помог мне преодолеть свои сомнения там, в пещере. Жалость по отношению к себе слишком сильно завладела моим сознанием, и я забыл, что моя жизнь — ничто, по сравнению с твоей.

Меня конечно очень радовало такое правильное отношение к собственной персоне, однако что-то в речи старика меня царапнуло… И спустя мгновение я резко осознал что именно:

— Стоп! Почему ты сказал, что БЫЛ рунологом? — требовательно спросил я Арганда, на что он вздохнул, и тихим голосом сказал:

— Я не просто так сказал тебе, что это очень не простая магия, Эриндар. Чтобы активировать портальный круг мне пришлось разрушить свой источник. Магия больше никогда не покорится мне, юный де'Лариан, так что я потерял для тебя свою полезность.

Решение рунолога меня восхитило. Нет, честно! За всю свою жизнь я встречал лишь трёх разумных, кто добровольно пошёл на уничтожение своего источника.

Дело в том, что при разрушении источника действительно можно на короткий промежуток времени стать существенно сильнее, но цена за это непомерна.

Источник невозможно восстановить, то есть после его разрушения — разумный навсегда теряет возможность колдовать. Для мага решение разрушить источник — это всё равно, если бы обычный смертный добровольно согласился отрезать себе все руки и ноги, так что жертва старика ради моего спасения воистину потрясала воображение.

Арганд воспринял моё молчание по-своему, и грустно пошлёпал куда-то в глубь пустыни, чем вызвал у меня самый натуральный раздражённый рык.

Вскочив на ноги, я прислушался к своему состоянию, и удовлетворённо осознав, что последствия применения магии жизни уже сходят на нет — тут же несколькими длинными шагами догнал упрямого старика и схватив его за плечо, тут же резко развернул к себе, после чего прорычал, глядя прямо в потухшие впалые глаза:

— Арганд, я конечно понимаю, что тебе хочется сдохнуть побыстрее и перестать наконец мучиться, но какого Шатха ты решил бросить меня одного в совершенно не известном мире⁈ Без знаний, без умений и что самое главное — без понимания кто друг, а кто враг⁈ Соберись, тряпка! И пошли уже в этот твой Хинот, а то жрать охота…

— Но… Но это же рассадник преступности! Если они узнают, что ты последний де'Лариан — за тобой начнется настоящая охота!

Я на слова старика только мечтательно улыбнулся, после чего проронил:

— Рассадник преступности… Это очень хорошо. Вот если бы это был обычный город — были бы проблемы, да… А эта дыра… Тут открывается просто не паханное поле возможностей. Обожаю такие места!

— И с кем я только связался… — пробурчал старик грустным голосом, но в его глазах наконец-то разгорелся интерес к происходящему, а значит для него не всё еще потеряно.

Вы спросите меня — зачем мне такой балласт в лице этого инвалида? О, на самом деле всё просто. Я никогда не отличался особой жалостью к убогим и действительно мог бы найти информацию о мире из других источников, однако во-первых — старик буквально недавно спас мою жизнь, а во-вторых — знания рунного алфавита…

Это та информация, которой пренебрегать я просто не мог!

Если моя забота и тронула старика — он никак этого не показал. Вместо излишнего проявления эмоций он обошёл меня, и направившись в сторону далёкого Хинота, бросил через плечо:

— Что замер то? Пошли уже… Если поторопимся, то к вечеру пересечём городскую границу.

Мысленно пожав плечами, я пристроился за стариком, и в таком порядке мы начали свой путь к далёким стенам города. Спокойная обстановка вокруг способствовала появлению новых мыслей в моей голове, и все они были так или иначе направлены на моё появление в этом мире.

Должен признать, что Лираэль подобрала мне на редкость мерзопакостный мирок, однако насколько он был мерзопакостен — настолько и интересен. Сейчас, когда мой разум оказался вновь в своём первоначальном состоянии — я самым натуральным образом ужасался тем вещам, которые творил в Ноктэре.

Самое забавное в этой истории заключалось в том, что из-за этого осознания у меня не получалось толком злиться на богиню судьбы. По факту — она мне больше помогла, чем наказала, так что тут ещё вопрос — а не должен ли я ей за такое радикальное лечение…

Тем временем мы потихоньку двигались в сторону далёких городских башен и тут я начал замечать, что старикашка очень быстро теряет свои невеликие силы, от чего и так не большая скорость нашего передвижения упала уж совсем до неприличной. Спешить нам было особенно некуда, но меня конкретно напрягало состояние Арганда.

Даже если мы вот прямо сейчас сделаем привал, чтобы набраться сил, то сделаем себе только хуже, потому что посреди пустыни с пропитанием как-то, увы, не заладилось.

Мне то в принципе особой разницы это не играло — мой организм вполне пережил бы эту ночь без посторонних вмешательств, но вот за организм старика я совсем не был уверен.

К счастью сильно много мне думать не пришлось, потому что неожиданно для себя я увидел, как со стороны города в нашу сторону мчатся пятеро разумных, верхом на каких-то зверях, отдалённо похожих на лошадей.

Вид этот пятёрка имела весьма боевитый, и судя по многочисленным верёвкам в руках — они спешили к нам явно не помочь добраться до городских стен.

Арганду такой комитет по встрече совсем не понравился. Повернувшись ко мне, он начал быстро говорить:

— Эриндар, слушай внимательно. Что бы не случилось и куда бы ты не попал — ни в коем случае не говори ни одной живой душе, что ты де'Лариан! Это залог твоего выживания!

Если будут настаивать — можешь назваться ла'Хартингом. Их всё равно столько по миру ходит, что даже глава рода не имеет понятия — насколько у него большая семья.

Я глубокомысленно кивал на каждое слово старика, и к концу своей патетичной речи он явно начал что-то подозревать. Дождавшись, пока он растерянно замолчит, я дёрнул губами в слабом подобии улыбки, после чего похлопал его по плечу, и сказал:

— Спасибо, Арганд, мне приятна твоя забота, но сейчас она не требуется. Ты лучше присядь и отдохни пока… Я объясню этим господам, что они немного не верно рассчитали порядок своих действий, после чего мы с тобой сразу продолжим наше продвижение в сторону этого гостеприимного городочка, но уже в куда более комфортабельных условиях…

Арганд даже не успел мне толком ответить, как я уже обошёл его, и схватив камень, очень кстати подвернувшийся под мою ногу, принялся ждать дорогих гостей…

Вы спросите меня — почему я был такой спокойный и совершенно не переживал о том, что эти гаврики могут приласкать меня магией? А всё потому что делать это там было просто некому! Святош среди них не было, а рунологи, даже если они и были, не собирались тратить силы на двух будущих рабов.

Подпустив противников немного поближе, я с силой размахнулся и отправил свой снаряд в полёт.

К сожалению убойные свойства камня были существенно ниже, чем у того же кинжала, но из-за того, что я немного не верно рассчитал аэродинамические свойства своего снаряда — он полетел немного ниже и врезался одному из скакунов чуть ниже колена.

Бедное животное не ожидало такого жизненного поворота, и вполне закономерно от неожиданной боли тут же полетело кубарем, сминая своего всадника.

Оставшиеся гости весьма сильно впечатлились увиденным и моментально определив, что из нас двоих большую опасность представляю я — моментально рассыпались и стали пытаться взять меня в классические клещи.

Мысленно усмехнувшись, я порадовался, что эти туземцы действуют по веками отработанным шаблонам, от чего предсказать их действия смог бы и трёх летний ребёнок, после чего дождавшись, пока они разъедутся на максимальное удаление друг от друга, я тут же что есть сил рванул в сторону поверженного всадника, тем самым вызвав яростный гомон своих «загонщиков».

К их большому разочарованию я не собирался их слушать, и поэтому, когда он наконец приблизились ко мне на расстояние уверенного броска верёвки — диспозиция уже существенно изменилась…

Я совсем не просто так рванул именно в эту сторону. Века проведённых сражений очень доступно объяснили мне, что насколько ты бы не был хорош в боевых искусствах — противостоять с голыми руками против вооруженных людей лучше не стоит.

Следуя этой заповеди, я резко затормозил около тела мужика с волосами соломенного цвета, и быстро обшарив его разгрузку, стал счастливым обладателем двух прямых ножей, с лезвием около 20 сантиметров каждое. Искать что-то ещё мне не позволяла обстановка, но на самом деле — «что-то ещё» мне было и не нужно.

С двумя ножами идти против полноценных клинков это конечно тоже было такое себе удовольствие, но не против таких врагов.

Эту мысль в течении нескольких следующих минут я очень доходчиво и популярно донёс каждому из посмевших напасть на нас ушлёпков, из-за чего практически все они отправились в лучший мир, обдумывать произошедшие события, а я аккуратно приближался к нервничающим скакунам, стараясь не обращать внимания на стоны и проклятия, которые доносились от единственного выжившего налётчика, который обрёл проникающее ранение в брюшной полости…

Когда я оставлял его в живых, то справедливо предполагал, что нам потребуется язык, который сможет доступно разложить нам текущую ситуацию в городе, однако сейчас, когда я видел, что наше планируемое средство передвижения находится на грани паники из-за этих криков, то даже особо не задумываясь — тут же метнул один из ножей, моментально даруя своему противнику избавление от всех проблем и страданий.

Спустя некоторое время скакуны немного успокоились и у меня получилось приблизиться к ним на расстояние, которое позволило наконец схватить их за сбрую, после чего началось самое интересное — мне надо было показать этим животным, что власть сменилась, и теперь я для них и царь и бог в одном флаконе.

Мне очень крупно повезло, что некоторый период моей жизни рядом со мной находилась одна из хранительниц Ридаэлла, которая поделилась со мной многими премудростями в отношении взаимодействия с различными существами и растениями.

Она всегда говорила, что любая живая душа чувствует эмоции существа рядом с собой и соответствующе на это реагирует. За время моей жизни я великолепно научился такой нужной штуке, как лицемерие, поэтому мне сейчас совершенно ничего не стоило начать транслировать восхищение этим животным, спокойствие в светлом будущем, и просто желание помочь.

Некоторое время животное недоверчиво смотрело на меня, явно не до конца ещё выкинув из своего разума картины, как я ногой вбивал нож в тело одного из всадников, но спустя несколько минут оно всё-таки сдалось, и прекратило нервно переступать на месте своими ножищами, покорившись судьбе.

По отработанной методике я успокоил оставшихся четверых скакунов, рассудив, что их можно будет выгодно продать в городе, после чего с некоторым сожалением посмотрев на подбитого мной пятого, развернулся, и повёл свою добычу в сторону фигурки старика, сидящего на земле и неотрывно глядевшего туда, где я в одну кучу свалил тела несостоявшихся загонщиков.

Когда я подошёл к Арганду — он перевёл свой растерянный взгляд на меня, и тихо прошептал:

— Зачем…

— Зачем что? — не понял я старика, а потом меня озарило:

— А-а-а… Ты считаешь, что этих милых разумных нужно было отпустить?

По глазам Арганда я моментально понял, что угадал его мысли, и не дожидаясь от него подтверждения, глубоко вздохнул, после чего проронил тяжёлым голосом:

— Запомни, старик, сейчас я поделюсь с тобой великой мудростью, которую я намертво усвоил за свою долгую жизнь… Хороший враг — это мёртвый враг! И никак иначе.

Да, мне ничего не стоило отпустить этих червей, но где гарантия, что вернувшись в свою нору они не приведут других червей, только в этот раз подготовившись лучше? Вот то-то и оно! — закончил я, поймав в глазах Арганда нотку понимания.

После этого, посчитав, что разговор закончен — я вновь повернулся к скакунам и принялся очень быстро шмонать сумки, прикреплённые к сбруе. Особо я не парился, и всё что находил — тут же сбрасывал прямо на землю, от чего там очень быстро образовывалась целая гора.

Поймав краем глаза фигуру старика, который даже не думал что-либо делать, я повернулся к нему, и вопросительно подняв бровь, спросил, с трудом скрывая сарказм:

— Ты чего расселся то? Или всерьёз считаешь, что я буду всё это сортировать⁈

Я без слов чувствовал, как Арганду неприятно моё непочтительное к нему отношение, но пересилить себя не мог.

Перед глазами до сих пор стоял тот слизняк, который в далёкой пещере размазывал по своему лицу сопли, слюни, и бог его знает что ещё, так что если он захочет изменить моё к нему отношение, то ему для этого придётся ну очень сильно постараться.

Тем временем старик приблизился ко мне, и ни капли не стесняясь наклонился, после чего весьма сноровисто начал раскладывать добычу по нескольким кучам.

Должен признать, что работа у него спорилась, и совсем скоро передо мной находилось две кучи вещей. Когда я вопросительно посмотрел на Арганда, он кинул взгляд на дальнюю кучку вещей, и сказал:

— Здесь сложены вещи и артефакты, которые лучше всего будет оставить здесь, а для надёжности ещё и сжечь. Все эти вещи так или иначе привязаны к павшим, и не только не принесут нам никакой пользы, но ещё и просто сами по себе опасны.

В другой куче находится всё, что можно будет продать, и что представляет для нас хоть какой-то интерес.

Единственное уточнение — если верить символам на одежде павших — все они принадлежат к клану Ширутов. Соответственно все трофеи с этих разумных нам следует продавать через лавки их конкурентов — Итинов.

Именно это решение позволит нам получить максимальную выгоду и избежать любых проблем, связанных с нападением на «честных граждан Хинота».

— Что за Шируты и Итины? — не на шутку заинтересовался я новыми понятиями, на что старик тут же пояснил:

— Это название двух самых крупных кланов кочевников. Именно представители этих двух кланов являются решающей силой в этом городе. Именно с этими кланами заключаются все соглашения на поставку рабов, и именно благодаря этим двум кланам Хинот стал тем, чем является сейчас.

— Как интереесно… — пробормотал не на шутку заинтригованный я, но увидев напряжённый взгляд Арганда — тут же перевёл тему:

— Ладно, хорош уже языками трепать. Время движется к вечеру, а мы все ещё не в городе!

Слава Тао — Арганд не стал особо выёживаться, и молча приступил к упаковке разбросанных вещей. Я же в это время сосредоточенно думал о новой информации. Должен признаться, что меня невообразимо порадовал факт наличия в этом городе двух примерно равных сил, которые «правят» этим образованием.

Почему я так обрадовался? Да потому что в случае необходимости я смогу при помощи тончайших манипуляций сделать так, что сегодняшние союзники уже завтра будут готовы вцепиться в глотки тех, с кем только вчера радостно общались и в дёсны целовались, так что в случае нужды этим тварям мало не покажется!

В скором времени все сумки были собраны, и поднявшийся в седло старик, повёл меня следом за собой, тихо рассказывая мне новые откровения:

— Запомни, Эриндар… Этот город находится вне большинства законов Вальтарии, поэтому тут разрешено многое из того, что запрещено на других землях, однако есть вещи, от которых не получится уйти, как бы сильно этого не хотелось.

Одна из таких вещей — это обязательное сканирование магического поля гостя для определения его опасности. Это сканирование производится двумя способами: обращение к предкам, и измерение опасности ядра.

Ты должен во что бы то ни стало отказаться от стандартного теста, потому что его проведение моментально раскроет всем желающим — к какому роду ты принадлежишь на самом деле.

— Но ведь следуя элементарной логике — становится совершенно ясно, что если разумный отказывается от прохождения обращения к предкам — значит он что-то скрывает, и этим он только привлечёт к себе повышенное внимание! — вполне логично возмутился я, на что старик ухмыльнулся, и покачав головой ответил:

— Так то оно так, Эриндар, твоё замечание очень даже в тему, и действительно в большинстве городов Этериона оно всё так и работает. Но Хинот к этим городам не относится. Большинство из руководящих чинов этого города как и ты скрывают свою фамилию, поэтому всем прибывающим предлагается такой интересный выбор.

«А старик то ничего… И правда начинает оправдывать свою сохранённую жизнь.» — подумал я, и отправил скакунов в направлении далёких шпилей…

Дорога очень легко стелилась под копыта нашего транспорта. Из-за того, что мы сильно не гнали, то к городским воротам приблизились только ближе к ночи, однако этот факт не стал основанием для того, чтобы отложить проверочные мероприятия на следующий день.

Нас со стариком разделили и очень быстро началось именно то, о чём он предупреждал. Улыбчивая девушка практически завела меня в ритуальный зал, после чего проронила мелодичным голосом:

— Ожидайте пожалуйста в этой комнате, нам осталось собрать только двух участников, после чего мы начнём проводить ритуал обращения к предкам.

Чтобы ваше ожидание было комфортным — вашему вниманию предлагается подборка последних новостей Хинота, а так же доска объявлений нашего славного города! Помимо это…

— Я хочу пройти процедуру измерения опасности ядра. — перебил я девушку ленивым голосом, заставив её удивлённо замереть на полуслове.

Она немного растерянно посмотрела куда-то мне за спину, после чего произнесла уже не настолько располагающим голосом:

— Вы уверены, господин…

— ла'Хартинг, — закончил я за девушку, и тут же продолжил:

— Да, я уверен. И давай уже поскорее закончим с этим!

Процедура измерения опасности ядра оказалась весьма прозаичной. Девушка просто напросто отвела меня в соседнее помещение, где на полу оказался начертан не маленьких размеров рунный круг.

После краткого инструктажа я зашёл внутрь этого круга и начал пытаться улавливать магические импульсы, посылаемые вторым рунным кругом в мою сторону.

Согласно полученных объяснений — чем больше импульсов я смогу принять, тем более впечатляющий результат получится на выходе, и тем более высокий класс гражданства присвоят мне в этом чудесном городке.

К моему удивлению посылаемые импульсы были настолько грубыми, что поймать их все для меня не составило никакого труда.

Сначала я подумал, что они так тонко надо мной издеваются, и запустили режим для каких-то умственно отсталых, однако когда процедура закончилась — моя сопровождающая вышла с максимально серьёзным выражением лица, после чего вежливо провела в комнату ожидания, где меня уже дожидался старик рунолог…

Встретил он меня так, будто я только что вернулся прямиком из горнила жестокой битвы. Быстрым шагом приблизившись ко мне Арганд придирчиво осмотрел меня со всех сторон, после чего склонился над ухом и едва слышно спросил:

— Ну как… У тебя всё получилось, Эриндар? Смог почувствовать хотя бы несколько волн⁈

Я на этот его вопрос лишь успокаивающе похлопал его по плечу, и как ни в чём не бывало произнёс:

— Старик, ну когда ты уже прекратишь опекать меня как наседка не разумное дитя? Всё нормально, ждём результатов…

Не успел я закончить свою фразу, как дверь в наше помещение распахнулась с такой силой, что ударившись о стену, слетела с одной из петель. Переведя задумчивый взгляд с покорёженной двери на виновников этого происшествия, я получил сомнительное удовольствие лицезреть быстро вбегающую группу вооружённых разумных в одинаковой форме одежды.

Не смотря на то, что оружие у этих товарищей было обнажено — никто из них даже не подумал направить его в нашу сторону, что заставило меня несколько повременить с радикальными решениями этой неожиданной проблемы.

Спустя пару десятков секунд поток охранников подошёл к концу, и я смог окончательно определиться, что нас почтили вниманием больше трёх десятков человек.

Внушительная делегация, но видывал я конечно и покруче… Эти люди окружили нас со стариком, но больше не предпринимали никаких действий, явно кого-то или чего-то ожидая.

Я всегда терпеть не мог разумных, которые вот такими простейшими манипуляциями набивали себе цену, а ещё больше не мог терпеть, когда мне угрожают оружием… Поэтому тут же, не обращая ни малейшего внимания на попытку старика остановить меня, сорвался с места и отправился в сторону ближайшего воина, который наблюдал за каждым моим действием цепким взглядом.

Как только я приблизился к нему на расстояние пары метров — он тут же поднял свой клинок, остриём в мою сторону, после чего прорычал:

— Лучше не испытывай судьбу и отойди назад, бродяга!

Хмыкнув на это заявление, я продолжил своё движение, чтобы спустя несколько мгновений кончик клинка коснулся моей груди. Оружие у этих ребят оказалось в прекрасном состоянии с соответствующей заточкой, из-за чего на моей рубахе после контакта с клинком появилось крохотное пятнышко крови.

Демонстративно посмотрев на это зрелище, я перевёл взгляд на явно нервничающего охранника, после чего вкрадчивым голосом произнёс:

— Кровь… А знаешь ли ты, что бывает с теми, кто проливает мою кровь? А что бывает с их семьями? Не знаешь? А очень зря… Первым делом я…

— Опустить оружие! — раздался властный голос, обламывая мне всё приближающееся развлечение.

Воин передо мной облегчённо выполнил эту команду, а я тут же потерял к нему всякий интерес, сосредоточившись на новом действующем лице.

Это оказался весьма тучный здоровяк в алых одеждах, на которых чёрной вышивкой был нанесён какой-то непонятный орнамент. Мне катастрофически не хватало информации о происходящем, и слава Тао — Арганд это прекрасно понимал.

— Не знаю кто это конкретно, но судя по его одеждам — это кто-то из верхушки клана Ширутов. — раздался тихий голос старика из-за моей спины.

Эта информация оказалась весьма своевременной, поэтому я не поскупился, и поблагодарил Арганда коротким кивком головы, после чего продолжил пристально наблюдать за этим толстяком.

Тот же медленно шествовал в нашу сторону, буквально излучая волны самоуверенности и властности.

Так могут себя вести только те, кто с малых лет привык к вседозволенности, и искренне наслаждался своим доминированием над всеми остальными.

Этот мерзкий тип не понравился мне с самого начала, но ради удовлетворения собственного любопытства я всё-таки решил досмотреть это представление до конца.

Тем временем он уже добрался до своих людей, которые при приближении своего господина тут же разбежались в сторону и склонились в поклоне до самого пола, освобождая ему дорогу.

Такая выдрессированность меня немало позабавила, однако память тут же услужливо подсунула мне воспоминание, где я шёл по улице Оти'Уна — столицы государства, чей владыка решил бросить мне вызов, и каждый житель этого города при виде меня склонялся в куда более унизительном поклоне…

Немного поёжившись от безумия, которое мной вытворялось в Ноктэре, я с уже куда более плохим настроением уставился на приближающегося толстяка, на лице которого расползалась слащавая улыбочка, которую очень хотелось стереть. Желательно вместе с лицом…

Жирдяй остановился буквально в двух шагах от нас, абсолютно уверенный в своей неуязвимости и безнаказанности. Он сложил пухлые пальцы на животе, сцепив их в замок, после чего его крошечные бусинки заплывших жиром глаз сверкнули холодным любопытством, и он проронил:

— И кто из вас, двух никчёмных бродяг, желающих скрыться за стенами благословенного Хинота от последствий своих поступков, принадлежит роду ла'Хартинг?

Я решил пока что поиграть по правилам этого человека, поэтому вышел немного вперёд, и максимально нейтрально ответил:

— С кем имею честь?

Этот боров окинул меня презрительным взглядом, после чего буквально прошипел:

— Запомни, щенок! Когда ты обращаешься к шии'иру — ты должен упасть на колени и не сметь поднимать свою тупоголовую бошку до тех пор, пока тебе этого не разрешат!

«Мда… И на что я только надеялся?» — рассеяно подумал я, а толстяк тем временем продолжал упражняться в произношении слов:

— Ты не имеешь права и дальше растрачивать свои способности попусту! Ты теперь принадлежишь Ширутам, и отныне я для тебя сам Ирианд!!! Мои приказы должны выполняться молниеносно, а если ты посмеешь бунтовать, то быстро познаешь всю силу моего гнева! Понял, щенок⁈

В этот момент я медленно повернулся к Арганду, после чего демонстративно протёр ухо, и тихим голосом, который из-за акустики этого помещения был подобен грому, спросил:

— Арганд, дружище… Тебе не показалось, что только что тут кто-то своей гнилой пастью очень серьёзно испортил воздух, и тут теперь просто невозможно находиться?

Сказать, что старик выпал от моего экспромта — это считай промолчать. Однако толстяку моё выступление «понравилось» ещё больше. Его лицо покраснело от едва сдерживаемого гнева, а потом он буквально взревел:

— Щщенок!!! Ты что себе позволяешь⁈ Я тебя сгною на самом нижнем уровне тюрьмы и ты будешь молить меня о том, чтобы ещё хоть раз в своей жизни увидеть свет!!!

После этого он сделал знак рукой, и трое воинов из его охраны тут же выдвинулись вперёд, держа вместо клинков, массивные цепи, на которых фиолетовым цветом мерцали крупные руны.

Он заметил мой взгляд, и почему-то посчитав, что я испугался, самодовольно усмехнулся и проронил:

— Тебе очень не повезло, бродяга. Ты решил играть совсем не с тем разумным, и сейчас за это ответишь. Я не из тех, кто боится проливать дикарскую кровь, особенно если… Особенно если это поможет ее приручить!

В следующий миг цепи в руках воинов ожили, и стали медленно вздыматься в воздух, зловеще перестукивая звеньями. Как только они начали изображать из себя змей — у меня появилось до безобразия знакомое чувство, которое больше всего походило на то, что прямо под кожей начали одновременно шевелиться добрая сотня пауков.

Магия подавления. Та самая, что частенько использовалась мной в Ноктэре. К сожалению силы у меня сейчас были совсем не те что раньше, однако мои знания никто не отбирал…

— Знаешь в чём твоя главная ошибка, толстяк? — усмехнулся я, наблюдая за осторожным приближением троицы врагов. — Для начала — ты совсем не с того начал наше знакомство. Ну да ладно… Это мелочи. А вот вторая твоя ошибка — она к сожалению более серьёзная, и я бы даже сказал — фатальная…

Толстяк не шуточно напрягся, но всё ещё не понимал куда я клоню, впрочем я не собирался долго его мучить неведением, и тут же припечатал:

— Цепей надо было брать больше!!!

В ответ на мой крик цепи рванулись в мою сторону, но было уже поздно. Если бы толстяк попытался спеленать меня внезапно и со спины, то у него может быть даже и получилось это провернуть, однако вот так, лицом к лицу… Без шансов.

В своё время я использовал очень похожие артефакты, поэтому прекрасно знал единственный действенный способ борьбы с ними, и заключался он в постоянном движении. Эти цепи действовали как змеи при броске. То есть если поймать правильный момент, то уклониться от них совершенно ничего не стоит.

Именно поэтому с окончанием своей фразы я сразу же начал двигаться. И двигаться я начал не куда-то в сторону, а строго вперёд — туда, где находилась троица атаковавших меня охранников.

Что могу сказать… Расслабились они в этом своём Хиноте не передать словами как. Они привыкли полагаться на количество и на свою репутацию, а тут им не повезло… Встретился противник, которому всё это было совершенно по барабану.

Первый воин рухнул с хрустом сломанной челюсти, при чём, как мне показалось, он даже не понял — что с ним произошло. Второй захрипел, ловя руками собственную кровь, бьющую из перерезанного горла кинжалом, который я позаимствовал у его первого товарища. Третий меня удивил, да… Он успел закричать! Но крик его очень быстро прервался, прерванный чавкающим попаданием кинжала прямо в его лужёную глотку.

Так получилось, что один из несчастных щедро забрызгал кровью своё руководство в лице толстяка. Тот от такого подарочка отпрянул, лицо его побелело, как пергамент и исказилось в не шуточном страхе.

— Ты… ты посмел…!

— Нет, дружочек, — я вытер окровавленные пальцы о его алый камзол, оставляя при этом на нём весьма симпатичные полосы. — Это ТЫ посмел. А теперь слушай меня внимательно, свинорылый шии'иру.

Твой клан может забрать свои «щедрые» предложения и засунуть их туда, где им самое место, понял⁈ А если за время своего нахождения в этом милом городке я увижу хоть одного Ширута рядом с собой, то я найду тебя, жирдяй. И наша встреча тебе не понравится.

Я покажу тебе, что такое НАСТОЯЩАЯ война, и поверь мне… Это намного печальней, чем ловить случайных путников и продавать их в рабство. Улицы Хинота утонут в крови, и я буду говорить каждому желающему, что виновник происходящего — твоя жирная морда!

Вдруг из-за моей спины раздался кашель Арганда — фальшивый, нарочито громкий.

Обернувшись в его сторону, я обратил внимание, что он смотрит как будто поверх нас и чуть в сторону, а сам начал говорить:

— Эриндар… — его голос дрожал, но не от страха. От тщательно скрываемого восторга. — Шии'иру клана Ширутов понял твоё чрезвычайно доходчивое послание, и больше не будет претендовать на ограничение твоей свободы…

Что я, что толстяк, смотрели на старика как на припадочного. Ещё мгновение назад я был абсолютно уверен, что из этого зала выйдет только один из нас, но потом я всё-таки сообразил проследить за взглядом Арганда, и тяжело сглотнув, прошептал:

— Это точно… Похоже у жирд… эм… Шии'иру будут несколько другие заботы.

От толстяка возражений не последовало, и не удивительно… Ведь в дверях зала стояло существо, которое язык не поворачивался назвать человеком.

Начать следовало с того, что наш гость был практически целиком закован в латы тёмного цвета и только голова его была свободна, открывая вид на волевое лицо мужчины с глубокими чёрными глазами.

Доспехи мужчины были буквально усыпаны множеством рун, которые мягко пульсировали, идеально вплетаясь в работу друг друга. Какие-то руны создавали вокруг человека едва видимую глазу чёрную сферу, какие-то зажигали на мече в его руке серебристое пламя, но всё это меркло по сравнению со здоровенными чёрными крыльями, состоящими из чистой энергии, которые сейчас были раскрыты за его спиной. При взгляде на это великолепие у меня возникала только одна мысль: «Хочу!»

Тем временем гость удовлетворился произведённым эффектом, и едва заметно пошевелившись, произнёс:

— Что за беспредел вы тут устроили? Кто допустил кровопролитие в такой близости от ритуальных залов⁈

Прекрасно понимая, что толстяку ни в коем случае нельзя давать права первому отвечать на поставленный вопрос, я тут же ляпнул:

— Не знаю о каких залах вы говорите, уважаемый, но кровопролитие устроил я. Мы с моим наставником хотели найти пристанище в этом славном городе, а вот этот не уважаемый эм…

— Шии'иру клана Ширутов — подсказал мне старик надтреснутым голосом, на что я согласно кивнул, и тут же продолжил:

— Да, этот самый шии'иру не пойми с чего решил, что раз уж у меня хорошие результаты теста — значит я теперь принадлежу к клану Ширутов. Мне это представление немного не понравилось, после чего жирд… Эм… Ну вы поняли… В общем он решил перейти от слов к действиям, и в результате из-за его опрометчивых решений погибли трое славных жителей Хинота.

— Как они погибли? — требовательно спросил наш гость, на что я, не найдя ничего лучше, пробурчал:

— Как, как… Об меня они убились, что тут непонятного то?

Воин в дверях хмыкнул, после чего медленным шагом начал спускаться в зал. В этот самый момент толстяк наконец отмер, и начал верещать:

— Верховный Ул'Игтин, всё было совсем не так! Этот дика…

— Заткнись! — тут же прервал его грубый голос человека, после чего он демонстративно осмотрел оставшихся бойцов, и лениво приказал:

— Каждый из вас немедленно должен отправиться на третий подземный уровень. Срок нахождения — неделя. Выжившие будут прощены.

Охранников сдуло с такой скоростью, что я начал всерьёз подозревать о том, что все они владеют таким чрезвычайно полезным умением, как телепортация…

Не знаю — что это был за человек, но одно его появление навело на местных больше ужаса, чем тройное убийство в моём исполнении в комплекте с последующей проникновенной речью…

Тем временем он приблизился к нам, и тяжело вздохнув, пробурчал:

— Ну что ж… Теперь я готов выслушать каждого из вас, но во время своего рассказа помните — обмануть меня не получалось ещё ни у кого…

Центральная Вальтария. Королевство рода Скайхем

Глава рода сидел в своём кабинете и рассеяно перебирал чётки, которые передавались в его семье из поколения в поколение. По преданиям — они являлись мощным артефактом, который позволял структурировать мысли и принимать правильные решения своему владельцу. Штука полезная, но очень уж узко направленная.

Мысли главы рода занимал заговор, идейным вдохновителем которого являлся его сын. Неимоверно долгая подготовка и куча денег, потраченная на подкуп всех союзников де'Ларианов должны были стать точкой в существовании этих выскочек. Всё шло по плану, но вот финал… Финал к сожалению сорвался.

Сейчас его люди, следующие за членами Ордена Святых Надзирателей должны были убедиться, что последний де'Лариан мёртв, после чего обитель родовых тайн первых артефактологов наконец откроет свои секреты перед ним, и тогда его род наконец сможет заняться причитающееся ему место…

В этот момент дверь в кабинет главы рода распахнулась, пропуская внутрь слегка запылённого помощника, который не теряя времени понапрасну, тут же прошёл в центр кабинета, и по-военному отрапортовал:

— Глава! Святоши не смогли остановить мелкого де'Лариана! Он прибил одного из них, трёх наших братьев, после чего при помощи активированного портала резервного сообщения отправился в южную часть Вальтарии.

— Вот тебе и ничего не значащее недоразумение… — задумчиво пробормотал глава, явно кого-то передразнивая. После этого он перевел взгляд на своего гостя, и произнёс:

— Ливон, делай что хочешь, но в течении трёх дней щенок де'Ларианов должен быть мёртв. Мы не можем больше ждать!

Помощник едва уловимо склонил голову, после чего стукнул себя кулаком в грудь, и торжественно произнёс:

— За Скайхем!

Южная Валтария. Свободный город Хинот

Слова Ул'Игтина повисли в воздухе, густом от запаха крови и остаточных проявлений магии подавления. Его черные крылья, сотканные из чистой энергии, слегка колыхались, отбрасывая на стены едва видимые пульсирующие тени.

Глубокий пронзительный взгляд поочерёдно переходил с моего лица на бледное, перекошенное страхом лицо шии'иру, а затем на Арганда, который съежился, словно стараясь стать невидимым за моей спиной, но при этом я чувствовал, что в этот раз он не сдастся, и в случае необходимости будет стоять вместе со мной до самого конца.

Сейчас в этом таинственном зале, забрызганном кровью трёх глупцов, царила абсолютная тишина, нарушаемая лишь моим собственным учащенным дыханием и едва слышным хрипом толстяка.

Жирдяй первым не выдержал давления, оказываемого этим молчанием. Он всхлипнул, как рыба, выброшенная на берег, и залепетал, мерзко слюнявя губы:

— Верховный Ул'Игтин! Клянусь Святыми Надзирателями, этот дикарь! Он… он напал первым совершенно без всяких причин!

Презрел законы Хинота, осквернил священное право шии'иру на вербовку талантов! Он убил моих людей! Посмотрите! — Он трясущимся пальцем указал на лужи крови и распростертые покалеченные тела. — Он дикое животное, не знающее правил приличия! Его нужно немедленно сковать рунами Молчания и бросить на самый нижний этаж Бездны!

Его визгливое нытьё беспощадно резало слух. Я даже почувствовал, как по моей спине пробежали мурашки не от страха, а от чистейшего раздражения.

«Совсем недавно я повелевал мирами… А теперь вынужден слушать треп этого сала», — раздражённо подумал я, после чего намеренно медленно повернулся к этому уроду, направив на него свой взгляд, лишенный всякой доброты и понимания.

В былые времена разумные, которым был адресован подобный взгляд, предпочитали не дожидаться, пока я придумаю какое-то развлечение с их участием, и самостоятельно обрывали своё бренное существование, а этот ничего… Только лишь замолчал на полуслове и отпрянул от меня, будто я уже успел ударить его.

— Ты закончил? — спросил я тихим голосом, но из-за гробовой тишины в зале мой вопрос был подобен громкости набата.

— Ты уже рассказал Верховному Ул'Игтину, как совсем незадолго до его прихода требовал, чтобы я пал ниц перед твоим брюхом? Как обещал сгноить меня в тюрьме за то, что я не захотел стать твоей собственностью? Как твои цепные псы попытались меня сковать, будто я какой-то бесправный скот⁈ — Я сделал медленный шаг в его сторону, на что он снова заскулил, и начал отползать от меня по полу, безжалостно пачкая при этом свой роскошный, теперь уже безнадежно испорченный камзол. — Или ты забыл эти мелочи, жирдяй? Хочешь, я тебе их напомню⁈ Дословно?

— Достаточно! — наконец рявкнул Ул'Игтин. Его голос, низкий и властный, как удар здоровенного гонга, заставил вздрогнуть даже меня. Он даже не думал хоть как-то повышать тон, но даже без этого в нем чувствовалась сила, способная сокрушать горы.

Крылья за его спиной слегка напряглись, и в тот же миг в воздухе сильно запахло озоном, смешавшимся с железным запахом крови.

— Ты, — он кивнул на замершего на полу шии'иру, — закрой свою гнилую пасть. Твое право вербовки на территории Хинота заканчивается у порога Ритуальных Зал, и ты знаешь это. Ты перешел черту. Твои люди мертвы по твоей же глупости, наглости и жадности. Каждое твое слово сейчас — это лишний повод отправить тебя туда, откуда не возвращаются, так что молчи. Молчи — и будешь целее.

Толстяк затрясся всем телом, а его лицо в один момент приобрело землистый оттенок. Он сжался в комок, после чего уткнулся лбом в окровавленный пол, и начал издавать лишь сдавленные всхлипы.

Ужас, исходивший от Ул'Игтина, был осязаем практически на физическом уровне. Я даже невольно осознал причину возникновения скорости бегства охранников. Этот человек был законом в этих стенах, и за несоблюдение этого закона каждый мог с лёгкостью заплатить собственной кровью.

Черные глаза Верховного медленно перешли на мою скромную персону. В них не было ни гнева, ни осуждения, только холодная, равнодушная оценка. Такой же взгляд имеет кузнец, когда оценивает кусок металла, прежде чем начать процесс ковки.

— Теперь твоя очередь, — произнес он ровным, но неумолимым голосом. — Кто ты? Откуда эта злость? И почему ты считаешь, что у тебя есть право устраивать бойню на МОЕЙ земле?

Я глубоко вдохнул, от чего аромат крови и разлитого в воздухе страха заполнил легкие. На мгновение у меня перед глазами промелькнули другие залы, расположенные совсем в другом мире. Там, где подчиняясь моей воле воздвигались целые горы трупов во имя меня.

От этих воспоминаний меня передёрнуло, и я в очередной раз вспомнил добрым словом богиню судьбы, которая неведомым образом смогла совладать с моей прогнившей душой, и придала ей хоть какой-то приличный вид.

Старик позади меня предупреждающе кашлянул, переживая, что я не буду терпеть такого требовательного отношения в свой адрес и выскажу этому здоровяку всё своё «фи». Он боялся, что моя гордыня, привыкшая к беспрекословному повиновению, взорвется и здесь.

Я толкнул Арганда локтем, не сильно, но достаточно, чтобы он понял мой посыл: «отойди, не мешай». Старик оказался понятливым, и больше никак не проявлял себя, предоставив мне возможность поступать так, как мне того хочется.

— Легенда, которую совсем недавно начал плести мой… спутник, — я кивнул в сторону Арганда, — была ложью. Удобной ложью для бродяг, ищущих пристанища, кем мы собственно говоря и являлись.

— Я посмотрел прямо в бездонные черные глаза Ул'Игтина, стараясь показать, что меня этим не возьмёшь, и что я не прогнусь. — Род ла'Хартинг? Это не более, чем милая выдумка для таких, как эта жирная свинья. Мы пришли сюда не в поисках лучшей доли. Мы бежим от силы, с которой не способны справиться.

Я сделал паузу, пытаясь структурировать мысли в единую кучу, и собираясь с духом. Признание в моей ситуации давалось совсем не просто и было равносильно добровольному обнажению горла перед клинком чужого человека.

— Я… Последний из некогда великого рода де'Ларианов.

Всё. Дороги назад больше не было. Сказанное имя повисло в воздухе, и в помещении воцарилась тишина. Ул'Игтин ни единым жестом не показал, что его удивил мой ответ, но вот в его взгляде мелькнуло что-то, что совсем не было похоже на удивление, а скорее… узнавание? Или даже… интерес?

Арганд, услышав, что я так легко выдал свою тайну — затаив дыхание замер на одном месте, смотря на наших гостей настороженным взглядом. Даже шии'иру приподнял голову от пола, уставившись на меня выпученными от удивления глазами. Де'Ларианы. Даже здесь, в этом бандитском углу мира, это имя что-то значило. Когда-то мой род действительно значил очень многое.

— Рудник, — продолжил я, а голос вне зависимости от моих желаний стал жестче и суше. — На нашей земле нашли залежи тиурона. Того самого. — Я заметил, как после упоминания источника всех бед Арганд с силой сжал кулаки, а Ул'Игтин, явно заинтересовавшись, слегка наклонил голову вперёд.

— Не мне вам рассказывать, что тиурон — это легендарный материал для высшего руностроения, источник невероятной силы и предмет бесконечных войн. Наш род пал, и сделал это совсем не в честном бою.

Подлость и жажда наживы более сильных кланов под патронажем Ордена Святых Надзирателей поставили крест на целом роде, который в одну ночь пал жертвой безжалостных интриг и предательства…

Нас вырезали под корень, не оставляя в живых никого. Я остался совсем один. С пустыми руками и таким же пустым будущим. — Я развел руками, указывая на себя, на свою потрепанную одежду, на кровь на собственных руках, которая была не только вражеской.

— Вот и весь рассказ, Верховный Ул'Игтин. Если бы на Арганд — весь род оказался бы уничтожен, а так… Мы перенеслись в пустыню, неподалёку отсюда, и просто искали тихую щель, чтобы зализать раны и как-то встать на ноги, а нашли… — я бросил презрительный взгляд на трясущегося шии'иру, и припечатал: — Это.

Зал в очередной раз погрузился в тишину. Ул'Игтин внимательно смотрел на меня оценивающим взглядом. Его взгляд скользил по моим рукам, по осанке, по глазам, в которых еще тлели угли былого величия и бушевала ярость бессилия. Так же молча он окинул взглядом заляпанный кровью зал, где по прежнему лежали три трупа и мерзко дрожащий толстяк.

На его волевом лице при этом не мелькало совершенно никаких эмоций и оно оставалось совершенно непроницаемым. Он едва уловимо кивал своим мыслям, как будто прямо сейчас сверял мои слова с какой-то своей внутренней меркой.

Казалось, что он не просто слушал меня — он ВИДЕЛ. Видел остатки силы в моих движениях во время боя, видел властную привычку в моей манере стоять и говорить, видел бездну отчаяния и ярости под тонким слоем еле справляющегося контроля.

Наконец, он пришёл к какому-то решению, и медленно покачав головой, сказал равнодушным тихим голосом:

— Де'Ларианы… Тиурон… Орден Надзирателей… — Он произнес это как простое перечисление фактов, после чего подкинул в руке амулет непонятного назначения, и указав на него глазами, продолжил:

— С такими данными, юноша, — в его устах это слово прозвучало без насмешки, скорее как констатация возраста относительно его собственного, — у тебя сейчас только одна дорога. Одна единственная дорога во всем этом проклятом мире. При условии, конечно, что ты хочешь не просто выжить, но и… — он чуть заметно усмехнулся, — вернуть что-то. Или даже отомстить.

Я насторожился, а Арганд настороженно замер, прислушиваясь к каждому звучавшему слову.

— Орден Владеющих, — произнес Ул'Игтин четко, и название этой организации эхом разнеслось по залу, где мы находились. — Там собраны те, кто понимает язык энергии. Кто умеет не просто использовать руны, а способен по-настоящему творить их, вплетая непосредственно в саму плоть мироздания.

У них есть Академия, и там преподают воистину удивительные вещи, но… — Он прищурился, после чего продолжил:

— Но перед тем, как ступить на их порог — каждый кандидат обязан в обязательном порядке овладеть базой. Проще говоря — нужен фундамент. Без него ты для них не более чем дикарь с хорошими задатками, то есть именно тот, кого так хотел заполучить себе клан Ширут. — Закончил он, кивнув в сторону толстяка.

Сердце у меня ёкнуло. Орден Владеющих… Я понятия не имел — что это за место, но судя по описанию — это именно то, что мне требуется для того, чтобы достичь своей цели и вернуться туда, откуда меня не так давно изгнали, попутно конечно же отомстив всем, кто так или иначе замешан в уничтожении моего рода.

Этот орден — это шанс не просто выжить, а обрести истинную силу. Силу, которая не зависит от унаследованной мощи, но которую можно освоить и отшлифовать самому. Но озвученное ограничение портило всё.

— База… Где ж мне её взять? — спросил я самого себя, на что неожиданно отреагировал старик. Он вышел из-за моей спины и несколько дрожащим голосом сказал:

— Хоть я с недавних пор и лишен какой-либо силы, но дать основы… заложить фундамент… я могу. Я прекрасно помню древние методики первых артефактологов, первые руны и основы потоков. Я могу научить тебя тому, что тебе потребуется для успешного прохождения вступительных испытаний.

С некоторым удивлением повернувшись к старику — я поразился его внешнему виду: было хорошо заметно, что он сильно нервничал перед нашим гостем, и даже немного трясся, но впервые после нашего бегства я увидел, что в его потухших глазах загорелся крошечный огонек — огонек учителя, нашедшего, наконец, применение своим запылившимся знаниям.

Ул'Игтин вслед за мной перевел свой оценивающий взгляд на старика. Он видел его немощь, его сломленность, но, по всей видимости, увидел и что-то еще, что окончательно его убедило. Он коротко и решительно кивнул, после чего прорычал:.

— Это решение меня полностью устраивает. — Он снова посмотрел на меня пристальным взглядом. — Старик даст тебе ключ, а Орден даст тебе дверь.

Что ты сделаешь за ней — только твоё дело, наследник де'Лариан. Но запомни. — Его голос стал жестче, а глаза загорелись обещанием мучительной смерти. — Пока ты в стенах Хинота — ты находишься под моей защитой. Пока ты учишься — никто тебя не тронет. Ни Шируты, — он бросил ледяной взгляд на шии'иру, заставив того снова вжаться в пол, — ни другие гиены. Но. — Он сделал паузу, и в зале снова стало тихо.

— Если из-за тебя у Хинота появятся проблемы с Орденом Святых Надзирателей… — Он произнес название врага моего рода с настолько сильно выраженной ненавистью, которой я от него совсем не ожидал, а он тем временем продолжал:

— Если их щупальца потянутся сюда вслед за тобой… Лучше тебе не попадаться мне на глаза. Я разберусь с Надзирателями по-своему, а тебя, последнего де'Лариана, я сотру в пыль лично, прежде чем они успеют до тебя дотянуться. Понял?

Угроза висела в воздухе, осязаемая и совсем не шуточная. Эти слова не были бравадой. Это был исключительно холодный расчет и обещание абсолютного уничтожения.

Должен признать, что в этом была своя… справедливость. Хинот давал убежище и шанс. Шанс, платой за который была абсолютная лояльность, или, по крайней мере, отсутствие катастрофических проблем.

Я уверенно встретил его взгляд, при чём сделал это не с вызовом, а с пониманием. Я тоже был правителем, и прекрасно понимаю правила этой игры. Именно поэтому я не стал давать каких-то клятв, или ещё как-то унижаться… Вместо этого я ответил максимально коротко:

— Понял, Хинот не увидит от нас совершенно никаких проблем.

Ул'Игтин держал мой взгляд еще несколько томительных долгих секунд, после чего резко кивнул.

— Хорошо. — Он повернулся к шии'иру, который по прежнему лежал, не смея пошевелиться, и повелительно бросил:

— Ты. Забирай свой мусор, — он пнул ногой ближайший труп. — И исчезни. Если я увижу тебя или кого-то из твоих Ширутов в этом квартале раньше, чем через месяц — следующий уровень Бездны будет назван в твою честь. Навечно.

Толстяк забормотал что-то невнятно благодарственное, и начал ползком пятиться, стараясь выбраться из этого негостеприимного зала как можно скорее. Ул'Игтин даже не смотрел ему вслед. Его внимание снова было сосредоточено на мне и Арганде.

— Вы тоже убирайтесь отсюда, чужаки. Этот зал осквернен, и находиться здесь опасно для стабильности личного ядра. — Он махнул рукой в сторону двери, противоположной той, в которую смылись охранники и теперь уползал шии'иру.

Когда мы уже подходили к указанным дверям — он неожиданно уточнил:

— Арганд, тебе ведь известно старое здание у Западной Стены? Там, где когда-то был склад рунных материалов?

Старик, услышав этот вопрос, вздрогнул, но тем не менее кивнул.

Наш гость на это явно обрадованным тоном сказал:

— Оно пустует уже много лет, поэтому я готов пожертвовать его вам в роли кратковременного пристанища до тех пор… — он снова посмотрел на меня, после чего закончил:

— Пока ученик не узнает всё необходимое для обучения в академии. Не делайте глупостей.

Он развернулся, его черные энергетические крылья при этом мощно взметнулись, поднимая в воздух целый вихрь пыли и странного коктейля запахов. Во время начала своего движения он не пошёл, а как будто очень быстро отдалился, за короткое мгновение превратившись в крохотную точечку в складках пространства.

Дождавшись его исчезновения и для верности выждав ещё несколько минут — Арганд тяжело вздохнул, после чего аккуратно подошел ко мне. Его рука легла мне на плечо, а затем он спросил меня с лёгкой иронией и некоторого рода облегчением в голосе:

— Ну что скажешь, наследник? Похоже, твой путь всё-таки начнётся, только вот ведет он пока что не к трону, а к школьной скамье. Готов ли бывший владыка миров смиренно впитывать знания, чтобы стать подмастерьем рун?

Я посмотрел на свои окровавленные руки, потом на дверь, где только что стоял чертовски впечатляющий Ул'Игтин. В голове короткими вспышками мелькали воспоминания:

Крылья… Сила, вплетенная в саму плоть, в доспехи… Орден Владеющих… Путь знания вместо пути грубой силы, утраченной вместе с родом и миром.

— Готов, — ответил я, и в этом слове не было и тени смирения. Была только решимость и жажда новой силы. Нового начала. Пусть даже со школьной скамьи.

— Но сначала, старик… — я предвкушающе повернулся к нему, а в моих глазах, должно быть, вспыхнул прежний огонь, — расскажи мне об этих самых «основах потоков». И как скоро я смогу собрать нечто, что заставит этого Ул'Игтина уважать меня не только за воспоминания об угрозах прошлого, но и за силу настоящего?

Арганд некоторое время молча смотрел на меня, а потом в его потерянных глазах, впервые за долгое время, мелькнул проблеск чего-то, очень отдаленно напоминающего гордость.

Путь к вступлению в Орден Владеющих начинался здесь, среди крови и обломков, в самом сердце бандитского города, под черными крыльями его предводителя. И это было куда интереснее, чем смерть в канаве.

Холодный, пропитанный влажным запахом камня и чего-то кислого воздух ударил в лицо, как только мы с Аргандом вышли из зловещего здания ратуши определения на улицы Хинота.

Контраст был непередаваемым: после идеальной тишины зала ожидания и леденящего присутствия Ул'Игтина нас без перехода поглотил шум, гам и удушающая жизненная сила этого свободного города.

Хинот не был похож ни на один город, что я знал в прежней жизни. Он не стремился ввысь башнями или куполами. Вместо этого он копался вниз, как гигантский, изъеденный болезнью крот.

Узкие, извилистые улочки, больше похожие на щели между нагромождениями каменных, деревянных и непонятно из чего сляпанных строений, уходили вниз, теряясь в полумраке, или вообще вились по склонам гигантской воронки, в центре которой, на самом дне, мерцало зловещее озеро темной воды.

Над нами на разных уровнях нависали даже на вид хрупкие мостики, галереи и балконы, увитые какими-то живучими лианами, и испещренные руническими символами, за счёт которых всё это великолепие и держалось. Часть из этих символов тускло светилась и тем самым служила своеобразным источником освещения.

Воздух вокруг нас гудел от множества голосов — крики торговцев, ругань, пьяные песни, визг детей, лязг металла из кузниц… Всё это создавало непередаваемую атмосферу большого грязного города.

«Свободный город во всей своей красе…», — мысленно усмехнулся я, в глубине души наслаждаясь этим местом. Свобода в этом городе пахла безнаказанностью сильного и отчаянием слабого. На каждом углу маячили типы в разношерстной, но явно крепкой броне, с различным оружием на поясе.

Их оценивающие, хищные взгляды неустанно скользили по прохожим, выискивая среди них жертву или неудачливого конкурента. Здесь не было видимой стражи, но не смотря на это — власть всё равно незримо ощущалась.

Банды, кланы, вроде тех же Ширутов… Все они владели частичкой власти в этом месте, но над всеми ними стоял без сомнения, сам Ул'Игтин… Тот, чье имя незримо сдерживало происходящий хаос от полного погружения в анархию.

Арганд, съежившись, шаркал рядом со мной. Его глаза беспокойно метались по многочисленным теням, что при взгляде на него создавало впечатление потерянного щенка на бойне.

Я, в отличии от своего проводника, шел прямо с расправленными плечами. Холодный взгляд бесстрастно направлен вперед, сквозь толпу, а моя осанка, моя походка — всё это было не более чем привычкой власти, которая даже будучи утраченной — действовала как невидимый клин, заставляя людей вокруг инстинктивно отшатываться, давая нам дорогу. Они понятия не имели кто я, но интуицией чувствовали, что я не из тех, кого стоит трогать без серьезного повода. По крайней мере я очень на это надеялся.

Надежда прожила совсем недолго и развеялась как дым, когда мы свернули в чуть более узкий и темный переулок, который по указаниям Арганда должен был вести в сторону Западной Стены.

Из тени ниши, где гнили какие-то мешки, вышли трое разумных. Я слёту определил, что они не имеют никакого отношения к шии'иру, и вообще не являются серьёзными бойцами. Обычная мелкая сошка, которой полным полно на улицах этого великолепного города.

Грязные, в потертой коже вместо брони, вооружённые тупыми ножами и сверкающие голодными глазами. Всё в этих несчастных просто кричало о том, что находятся они не то что за чертой бедности, а эта черта для них недостижимая мечта.

— Эй, красавчики! — гаркнул самый рослый, с щекой, перекошенной шрамом. — Куда это вы так спешите, что уважаемых тиулов не замечаете? Небось, с ратуши? Тестик прошли? Расскажите-ка, что вам там намерили… И кошельки заодно предъявите. Городская пошлина за безопасный проход!

Два его подельника в лице парнишки с прыщавым лицом и типом с бегающими глазками, глупо захихикали, словно их босс отмочил самую лучшую шутку века, после чего стали заученно расходиться полукругом, тем самым перекрывая нам путь к отступлению.

Чем ближе эти отчаянные парни к нам приближались, тем сильнее я морщился… Терпеть не могу запах дешевого вина и немытой одежды.

Арганд, увидев такой «впечатляющий» комитет по встрече, втянул голову в плечи, и отошёл к стене, предоставив мне право развлекаться так, как мне того захочется.

Поразвлекаться я всегда был горазд, поэтому не раздумывая остановился, и ме-е-едленно повернулся в сторону «Шрама». У меня не было ни страха, ни злости… Только холодное раздражение на этих «уважаемых» тиулов, какое бывает от назойливых мух.

— У вас есть ровно три секунды, чтобы живыми и здоровыми убраться с моих глаз. — сказал я тихо, но так, чтобы каждое слово прозвучало четко в внезапно наступившей тишине переулка. На несколько мгновений мне показалось, что от моих слов даже далёкий гул города немного поутих.

Шрам на короткий миг удивленно замер, после чего захохотал, каркающим нервным смехом.

— Ого! Слыхали, пацаны? Целых три секунды! Да ты, дружочек, видать, ещё совсем зелёный, раз не знаешь, что тут, в этом квартале… — Он сделал короткий шаг вперед, небрежно, но угрожающе занося руку с ножом. — Делают то, что говорю я!

Он не успел закончить, ведь моё терпение подошло к концу и я начал действовать.

Мое движение не было быстрым, но зато оно было очень точным. Я не стал суетиться, а просто напросто шагнул ему навстречу, прямо в зону удара ножа в его руке.

Моя левая рука неуловимо взметнулась вверх, блокируя его запястье своей траекторией, а предплечье легло точно под его, сбивая направление движения клинка в сторону от себя. Одновременно с этим моя правая рука, сжатая в кулак, описала короткую, но весьма сокрушительную дугу, которая завершилась ровнёхонько в солнечном сплетении Шрама.

Воздух с хрипом вырвался из легких бандита, а его глаза, полные непонимания и животного ужаса, увеличились настолько, что казалось — ещё немного, и они выпадут из орбит. В следующий миг он согнулся пополам и начал падать на грязную мостовую. Я по понятным причинам поддерживать его не стал. Пусть падает.

Пока предводитель этих бандитов наслаждался непередаваемым букетом ощущений, я уже повернулся в сторону прыщавого. Тот испуганно замер, но тем не менее постарался направить на меня предательски дрожащий в руке нож.

В его глазах легко читалась первобытная паника. Я прямо видел, как он лихорадочно размышляет: атаковать или всё-таки бежать? Времени рассусоливать у меня не было, поэтому выбор сделал за него я. Два быстрых, стелющихся по земле шага — и мой локоть со всей набранной инерцией тела врезался ему в висок.

Убивать я его не хотел, поэтому в последний момент немного придержал свой удар, но даже так его силы хватило, чтобы мой оппонент рухнул как подкошенный.

Третий участник этой весёлой банды в настоящий момент активно пятился назад, глядя на меня с таким испугом во взгляде, будто я являлся худшим воплощением его кошмаров.

Как только я сделал первый шаг в его сторону, то моих ушей тут же коснулся печальный звон ножа, выпавшего из его рук, а в следующий миг он поднял в защитном жесте руки и залепетал, спотыкаясь о мусор:

— Н-не трожь меня! Я уйду! Уйду!

Никогда не любил таких мерзких существ, которые чуть что — сразу начинают ныть и прогибаться под сильного. Пачкать руки о такую падаль мне совсем не хотелось, поэтому я не стал его преследовать. Вместо этого просто посмотрел на него холодным, безразличным взглядом, каким смотрел когда-то на докладывающих слуг. Взглядом, который говорил яснее любых слов: «Только дай мне повод…».

Спустя мгновение этот гордый представитель своего племени исчез, юркнув в ближайшую подворотню с визгом затравленного зверька, после чего я ещё раз оглядел дело рук своих, удовлетворённо кивнул, и направился к Арганду, который так и стоял, прижавшись к стене, широко раскрыв глаза, в которых был не столько страх, сколько… изумление.

— Ты… ты их… — от удивления он не мог подобрать слов, на что я легкомысленно пожал плечами, и отряхивая несуществующую пылинку со своего рукава, ответил:

— Тут нечем гордиться, старик. С такими отбросами легко мог справиться и ты. — Арганд смущённо отвёл глаза в сторону, но желания разбираться в его голове у меня не было, поэтому я вздохнул и бросил:

— Идем. От этих неудачников и правда слишком сильно воняет…

Уговаривать Арганда не пришлось, и уже через минуту мы продолжили своё погружение в грязный лабиринт Хинота. Старик шёл молча, погруженный в свои мысли, но я заметил, что его плечи уже чуть менее сгорблены, чем раньше. Судя по всему — он очень переживал за возможные неприятности на пути нашего следования, и сейчас, когда он окончательно убедился в моих способностях, в его походке чувствовалась какая-то едва уловимая тень облегчения.

Пока мы шли, он начал тихо рассказывать о цели нашего путешествия:

— Нам очень повезло, что Ул'Игтин позволил нам какое-то время жить в Хиноте, но на многое я бы не рассчитывал. Старое здание у Западной Стены, которое он нам выделил… Еще пару лет назад оно уже было в весьма удручающем состоянии, и я очень сомневаюсь, что с течением времени оно стало лучше, — после этого он вздохнул, и в его голосе появилась нотка давно знакомой безысходности:

— Но всё это мелочи, с которыми мы справимся, особенно если ты сумеешь быстро освоить основы рунного конструирования, Эриндар. Хуже всего то, что без еды мы долго не протянем. Те жалкие крохи, что я успел прихватить с собой во время бегства… Этого хватит от силы на пару дней, и то… Если употреблять исключительно хлеб да водицу, что совершенно неприемлемо. Тебе для учёбы нужны силы, которые такое скудное питание дать не сможет при всём желании.

Я слушал рассуждения старика, глядя на грязные, заплесневелые стены, на струйки зловонной жидкости, стекающие по желобкам между камнями…

'Голод… Нищета… Унизительная зависимость… Неотъемлемые спутники падения, через которое я за свою долгую жизнь провёл многих. В самом больном бреду мне не могло привидеться такого развития событий, что я сам однажды окажусь в подобном положении, однако вот же… Сподобился.

Однако в отличии от моих врагов, которые не смотря на все свои старания только лишь продлевали собственную агонию — у меня было понимание куда мне нужно двигаться, чтобы выбраться из этой ямы, и если этот путь требовал ресурсов, то я сделаю всё, чтобы их найти.'

Приняв такое решение, я отрезал, не оборачиваясь:

— Это не проблема. В таком городе, где покупается и продается всё, включая людские жизни, должно быть много способов заработать. Где здесь ищут наемную силу?

Обнадёженный Арганд немного ускорился и засеменил рядом со мной, стараясь поспевать за моим широким шагом.

— Есть… В этом городе есть специальное место, именуемое биржей Тайсана. Оно находится на среднем уровне города, недалеко от Воронки. Там… там висят заказы. Много заказов. — Тут он понизил голос, словно боялся, будто одно только упоминание биржи навлечет на нас беду:

— Но, Эриндар… Практически все задания так или иначе связаны с покорением подземных уровней. Там… Там очень опасно. Помимо тварей Бездны, которые свили там своё гнездо, уровни кишат различными мутантами, древними руническими ловушками, и конечно же охотниками за лёгкой добычей.

Как правило на эти задания подписывают либо отчаянные головорезы, либо те, кому терять уже нечего. Есть ещё одна категория, но нам пока о таком думать рано…

Поймав мой вопрошающий взгляд, Арганд поперхнулся, и перестал нагонять туману на ровном месте:

— Туда любят ходить те, кто владеет силой, Эриндар. Кому подвластны руны.

Услышав опасение в голосе старика я только усмехнулся. Местные жители понятия не имели — что такое настоящая магия. А что касается рун… Хоть это для меня пока что закрытая книга, но рано или поздно я её обязательно освою, и тогда мы еще посмотрим — кто кого…

Так что пока мне остаётся полагаться исключительно на силу, которая была у меня в крови. Знания и рефлексы, отточенные тысячами боев в Ноктэрне с лёгкостью помогут мне справиться с любыми невзгодами на своём пути.

Кинув взгляд на старика, я с кривой ухмылкой сказал ему:

— Твари и мутанты мне не страшны, старик. За свою жизнь я убивал таких существ, что перед ними эти ваши «твари Бездны» — не более, чем жалкие букашки, — тут я остановился, повернувшись к Арганду. В моих глазах горела не бравада, а абсолютная, непоколебимая уверенность в том, что я только что сказал. Это была сухая констатация факта. — Завтра же покажешь мне, где находится эта твоя биржа Тайсана — выберем что-нибудь… подходящее. Золото не пахнет, старик. Особенно когда его зарабатываешь при помощи честного клинка.

Наконец я увидел, что в потухших глазах Арганда помимо страха и трепета появилась какая-то призрачная надежда на то, что всё будет хорошо. Он чувствовал мою уверенность, и постепенно заражался ей сам, что для будущего обучения будет просто отличным подспорьем!

Тем временем старик кивнул, и сказал мне тихим голосом: — Хорошо, Эриндар, я отведу тебя завтра на биржу… Только прошу… нет, я умоляю тебя — будь осторожен. Там действительно не мало хищников, которые так и норовят использовать новичков в каких-то своих тёмных целях.

Услышав это предупреждение я пренебрежительно фыркнул, после чего повернувшись и двинувшись в сторону очередного вонючего переулка, бросил:

— Хищники… Завтра эти несчастные познакомятся с хищником покрупнее… Веди, старик. Покажи уже мне наше новое… владение. Скоро уже стемнеет, а нам с тобой совсем не помешало бы нормально отдохнуть…

По пути старик завернул в какую-то лавку, где к моему не малому удивлению смог разжиться средних размеров окороком какого-то животного, и слегка чёрствой буханкой серого хлеба.

Глядя на это «великолепие» я тяжело вздохнул, но всё-таки похвалил Арганда за его хозяйственность, после чего мы сразу же продолжили движение, чтобы через пяток минут наконец добраться до цели нашего путешествия, и замереть… от приятного удивления.

Честно говоря — за время пути по этому чудесному городу я настолько сильно проникся его духом и аурой, что подсознательно ожидал увидеть в роли нашего пристанища какую-нибудь разваливающуюся гнилую хибару, однако вместо этого перед нами предстал хоть и потрёпанный, но тем не менее весьма добротный сруб, все четыре стены которого, как и треугольная крыша, были на своих местах и дарили обещание, что хотя бы этой ночью мы с моим будущим наставником сможем нормально выспаться.

Старик, словно угадав мою нетерпеливость, с какой-то трогательной торжественностью распахнул передо мной тяжелую, скрипучую дверь. И… я замер. Не от восторга, конечно… Но определённый когнитивный диссонанс я всё-таки смог прочувствовать в полной мере.

Внутри дома было сухо, и даже относительно чисто. К неописуемому удивлению даже пахло тут не плесенью и гнилью, а… самым обычным старым деревом и пылью.

Не заставляя себя лишний раз уговаривать, я шагнул внутрь и пристально окинул взглядом внутреннее убранство. Пространство внутри домика было никак не разграничено и по сути своей выглядело как своеобразное складское помещение.

По потолку этого помещения тянулись тёмные от времени балки, а вдоль стен стояли весьма добротные, густо покрытые пылью, пустые стеллажи. В дальнем углу дома валялись какие-то обломки ящиков вперемешку с разнокалиберным тряпьём, а сквозь небольшие, забранные прочными решётками окна, несмело просачивался тусклый свет закатного светила.

Из мебели нашему вниманию был представлен только лишь грубо сколоченный, но крепкий стол, да пара табуретов. Тем не менее, не смотря на такие спартанские условия, я наконец начал ощущать себя хоть в каком-то подобии безопасности.

По-хорошему было бы неплохо заключить дом внутрь какой-нибудь хитрой складки пространства, но так как магия такого уровня была мне больше не доступна — оставалось работать только с тем, что было в наличии…

Арганд зашёл внутрь нашего временного пристанища следом за мной, и спустя несколько мгновений резюмировал:

— Ну… На самом деле всё могло быть куда как хуже, так что нужно будет не забыть отблагодарить нашего кхм… благодетеля.

Ещё раз окинув взглядом это подобие жилища я подивился низкой планке «нормальности» у местных жителей, после чего подошёл к столу, и смахнув с него толстенный слой пыли, которая тут же столбом повисла в воздухе, всё-таки не выдержал, и рванувшись к окну — с силой открыл его нараспашку, чтобы создать хоть какой-то сквозняк в этом «склепе», где время как будто остановилось.

Мои действия не то чтобы очень сильно помогли, однако в воздухе пыли стало определённо существенно меньше. Не смотря на это, я до сих пор слабо себе представлял, как совсем скоро мы будем спать в этом царстве грязи и антисанитарии, и старик похоже прочитал всё по моему лицу.

Он немного откашлялся, привлекая к себе моё внимание, после чего осторожно произнёс:

— Эриндар, по твоему поведению только слепой не заметит, что ты явно не привык спать в подобных условиях, после чего сделает совершенно верные выводы и уже завтра пол города будет знать, что в этом доме поселился какой-то благородный представитель рода, за которого, возможно, получится вытребовать какое-то вознаграждение. Надо ли тебе говорить — сколько в Хиноте найдётся желающих, чтобы воспользоваться этой возможностью и сдать тебя?

— Пусть приходят, у меня клинков на всех хватит… — хмуро бросил я, хотя в глубине души прекрасно понимал истинность слов Арганда.

Старик тем временем согласно кивнул, и продолжил:

— Верно, твоих сил конечно же хватит, чтобы отбиться от мелкой шушеры, но что ты будешь делать, когда тобой заинтересуются наёмные команды других родов? В этих командах не только первоклассные рукопашники, но так же хватает магов, которые надежно спеленают тебя прежде, чем ты хотя бы успеешь проснуться.

— Не недооценивай меня, старик. В своё время я…

— Да-да-да, я уже слышал, что ты в одиночку свергал целые армии, сражался с доминионом демонов и прочее прочее…

Но не забывай, что тут ты не великий Ксерион, или как там тебя звали… Тут ты Эриндар, и силы у тебя явно существенно меньше, чем в прошлом твоём воплощении. Так что в текущей ситуации не столько я тебя недооцениваю, а сколько ТЫ себя переоцениваешь.

Не надо искать приключений там, где можно обойтись без них, Эриндар. Не забывай, что ты — последний де'Лариан, и ты не имеешь права подвергать себя не нужному риску.

— И поэтому буду спать в грязи, как подзаборный Гарш. — хмуро закончил я, глядя на окружающее меня великолепие.

Старик на это моё утверждение немного задумался, после чего вдруг светло улыбнулся, и лукаво взглянув в мою сторону, вдруг сказал:

— А вот это уже зависит непосредственно от тебя самого.

Кинув непонимающий взгляд на своего сопровождающего, я не выдержал происходящего абсурда, и практически проревел:

— Старик, хватит твоих тупых загадок! Ты можешь уже перестать ходить вокруг да около, и сказать мне прямо о посетившем тебя озарении⁈

Арганда мой крик не задел от слова совсем. Вместо этого он обвёл рукой окружающую нас комнату, после чего торжественно сказал:

— Всё что ты видишь, Эриндар, это по сути своей огромный плацдарм для твоего обучения. Если ты согласишься, то я прямо сейчас объясню тебе — как произвести открытие проводящих каналов, после чего нарисую прямо на этой пыли комбинацию рун, которая после своей активации произведёт мгновенную уборку этого дома.

Я в неверии смотрел на старика, который вот так между делом решил предложить мне начать приобщаться к сокровенным знаниям, и никак не мог понять — издевается он, или всё-таки говорит всерьёз. Арганд тем временем, так и не дождавшись ответа с моей стороны, начал ощутимо нервничать, и немного заикаясь, позвал меня:

— Эм-м-м… Эриндар? Ты услышал моё предложение?

Я наконец смог взять свои мысли под контроль, и в невероятном предвкушении от того, что совсем скоро смогу пусть и ограниченно, но пользоваться родной магией, тут же ответил:

— Я не понимаю — почему ты этого не сделал раньше, старик! Конечно же я согласен! Что нужно делать⁈

— Но-но-но… Не так быстро, Эриндар. — тут же осадил меня Арганд, но тут он что-то разглядел в моих глазах и поспешил добавить:

— Процедура открытия проводящих каналов сжирает очень много ресурсов организма, поэтому перед началом я бы рекомендовал тебе всё-таки хорошенько поесть, а потом мы с тобой приступим к началу обучения.

Сопротивляться вполне логичному требованию старика я не стал, и ни капли не брезгуя, взял из его рук недавно добытую пищу, после чего не заморачиваясь усаживанием за стол начал при помощи отнятого у бандитов ножа отрезать куски мяса, и жадно закидывать их в себя.

Что могу сказать… По вкусу это было что-то трудно определяемое, но я старался не обращать на это внимания, целиком сосредоточившись на том, что это не подозрительно выглядящее мясо, а только лишь необходимые мне питательные элементы.

Процесс насыщения закончился за считанные минуты, после чего мысленно пожалев о том, что воды старик взять не додумался, я вернул ему существенно облегчённый окорок, и заглянув ему в глаза, проникновенно произнёс:

— Я готов, старик. Давай начнём.

Арганд закинул себе в рот небольшой кусок мяса, после чего с кряхтением уселся на пол, подобрав ноги под себя, и сказал:

— Хорошо. Для начала, ученик, ты должен принять такую же позу. Именно она позволит тебе ощутить свои проводящие каналы, прикладывая существенно меньше усилий, чем если это делать в любой другой позе. Это связано с тем, что альхиолы ниут…

Тут я не выдержал, и резко перебил Арганда, который явно почувствовал себя в любимой роли наставника:

— Я понял, старик. Не надо углубляться в эти научные дебри. Говори чётко и по существу.

Если моему «наставнику» и не понравилась моя грубость — он ни единым жестом не показал этого. Он только лишь понимающе кивнул, и дождавшись, пока я выполню его указание, тут же продолжил:

— Отлично. Теперь ты должен сосредоточиться на своём внутреннем источнике, ощутить его полностью, прочувствовать все, даже самые отдалённые сиалы.

«Понятия не имею, что за „сиалы“ я должен прочувствовать, но общий смысл я похоже уловил…» — подумал я, и закрыв глаза, начал выполнять указания старика.

Для того, чтобы сосредоточиться на своём внутреннем источнике, мне хватило буквально нескольких мгновений, всё-таки подобное действие в Ноктэре я совершал по несколько сотен раз на дню. Только если обычно я щедрой рукой брал оттуда ману, особо не погружаясь в нюансы того, как оно вообще работает, то сейчас мне нужно было действовать строго наоборот…

Постаравшись прочувствовать свой источник, я невольно поморщился от осознания того факта, насколько он ничтожный по сравнению с тем, что было у меня раньше. С источником такого объёма в Ноктэре любому разумному не светило ничего хорошего, и в лучшем случае он мог бы стать каким-нибудь погодным магом в далёком бедном королевстве.

Немного мотнув головой, я откинул не нужные сейчас мысли, и сосредоточился на поставленной задаче.

Гипнотизируя свой источник, я всеми силами старался прочувствовать его, и в какой-то момент времени неожиданно понял, что он не является стабильным накопителем, как я думал раньше. От источника по всему организму расходились едва уловимые волны, которые рождались в процессе его пульсации, и ритм этой пульсации целиком и полностью соответствовал моему сердечному ритму.

Так же я начал ощущать, что от источника по всему телу расходятся крошечные линии, словно вторая кровеносная система, только в отличии от этой системы — обнаруженные мной «линии» были совершенно пусты.

Я понятия не имел — что именно мне удалось обнаружить, но так как за века практики я намертво усвоил правило, что самостоятельно пытаться что-то менять в своём теле, не представляя полных последствий от этих действий, не стоит — решил не спешить и сообщить об этом Арганду:

— Старик, я что-то вижу… Это похоже на тонкие линии, расходящиеся от моего источника в разные части тела. Это именно то, о чём ты говорил?

— Как быстро… — ошеломлённо прошептал Арганд, но практически сразу собрался и продолжил наставительным тоном выдавать дальнейшие инструкции:

— Да, Эриндар. Это именно то, что тебе было необходимо обнаружить. Эти линии и являются теми самыми проводящими каналами, благодаря которым рунические маги получают возможность строить рунные комбинации различных типов.

К большому сожалению — эти самые каналы в наших организмах не активируются при рождении, и каждый разумный, при желании стать рунным магом должен выполнить их активацию самостоятельно.

Вся проблема заключается в том, что активация выполняется путём прогона маны из источника по всему проводящему каналу, но если подать её слишком сильно, то канал разорвётся, навсегда утратив возможность к своему восстановлению и функционированию.

Внимательно выслушав Арганда, я снова сосредоточился на источнике и приступил к экспериментам. Испугали ли меня слова наставника? Да ни капельки. Помнится, что какое-то время я очень сильно увлекался магией хаоса, а если быть точным — хаотичными мутациями. Вот там действительно требовалось производить НАСТОЛЬКО тонкие манипуляции энергией, что временами я даже не ощущал этих самых манипуляций, и приходилось действовать вслепую.

Так что сейчас я смело зачерпнул немного энергии, и тоооненьким ручейком стал посылать её в проводящий канал, идущий в сторону правой руки. Первая попытка, как это водится, оказалась не слишком удачной, и всё из-за того, что я слишком сильно переоценил хрупкость каналов и использовал поток не достаточной величины.

Тем не менее это позволило мне оценить заполняемость каналов, и следующая попытка оказалась гораздо успешнее и продуктивнее. Честно говоря, я был уверен, что активация каналов будет достаточно долгим, утомительным, может быть даже болезненным процессом, однако как только я начинал подавать в них ману — они тут же наливались силой, и сами как будто помогали проталкивать мне эту ману всё дальше и дальше.

Не прошло и пяти минут, как в моём теле не осталось не активированных каналов, что вызвало у меня чувство мрачного удовлетворения, и обретения какой-то… полноценности что ли…

Я открыл глаза, и практически сразу наткнулся взглядом на старика, который понимающе усмехнулся, и сказал:

— Да, подобрать нужный импульс силы — это очень не просто, Эриндар, поэтому даже не думай расстраиваться, если у тебя сразу не получится.

Практически все маги Этериона так или иначе повредили часть своих проводящих каналов, а некоторые из кандидатов в рунные маги вообще полностью сжигают свои проводящие каналы, и навсегда лишаются возможности колдовать, поэтому если чувствуешь, что ты не готов, или уже сжёг какой-то из каналов — лучше прервись, и продолжим с этим позже.

Я бы тебе советов…

Тут мне надоело слушать этот заботливый трёп, и вставая на ноги, я требовательным взмахом руки прервал нравоучения старика, и как ни в чём не бывало сказал:

— Готово. Что делаем дальше?

Несколько мгновений я искренне понаслаждался до невозможности удивлённым выражением на лице старика, но мне это быстро надоело и я помахал рукой прямо перед ним.

Это действо помогло вывести разум Арганда из ступора, после чего он откинул мою руку в сторону, и тихим, сипящим голосом произнёс:

— Готово… что? Ты смог открыть канал? Сколько штук сжёг? Не молчи, Эриндар! — закончил он уже на повышенных тонах, и у меня сложилось стойкое ощущение, что если бы я продолжил молчать, то он не постеснялся бы схватить меня за грудки, чтобы получить ответы на свои вопросы.

В конце концов я решил, что достаточно нагнал интриги, и равнодушным голосом ответил:

— Какой же ты непонятливый… Да, я смог открыть канал… Если быть точным — я смог открыть ВСЕ каналы, и ни один из них не сжёг.

— Это невозможно. — тихо прошептал Арганд шокированным голосом, на что я просто молча пожал плечами, и ответил:

— Если бы знал способ — легко бы доказал тебе это, но так как способа доказать свою правоту я не знаю — тебе остаётся поверить мне на слово, старик.

Тот несколько мгновений помолчал, после чего всё-таки решил уточнить:

— Ты действительно смог открыть все десять проводящих каналов и при этом не повредить ни один из них?

Я криво усмехнулся на такую примитивную проверку, но старик был мне ещё нужен, поэтому я снизошёл до ответа:

— Не десять… Я открыл все одиннадцать каналов, и да, при этом ни один канал не пострадал.

Да, удивительно — но факт… Не смотря на то, что эти каналы выходя из истоничка так или иначе проходили через всё тело — все они выходили в пальцах рук, и только один заканчивался во лбу.

Арганд тем временем окончательно пришёл в себя, и склонившись передо мной в почтительном поклоне, тихо произнёс:

— Господин, для меня будет великой честью дать вам основы рунного конструирования, и когда вы достигнете вершин — надеюсь вспомните про скромного старика, с которого однажды начался ваш великий путь.

Теперь уже настала моя очередь смотреть на Арганда ничего не понимающим взглядом. Я быстро осмотрел его с ног до головы, и с замиранием сердца спросил:

— Старик, ты что… Головой где-то стукнулся? Что за нелепое почитание и преклонение? Веди себя как обычно, мне не нужно этого наигранного раболепия с твоей стороны.

Арганд на это лишь покачал головой, и как само собой разумеющееся сказал:

— Ты не понимаешь, Эриндар. В нашем мире Этериона очень редко рождаются разумные, способные разблокировать все каналы, и если в мире обнаруживают хоть одного такого разумного — за обладание им могут развернуться настоящие войны.

Никому и никогда не говори, что ты являешься абсолютом, потому что если информация об этом попадёт в уши святош, то можешь не сомневаться — за тобой придут.

— Нашёл чем испугать… Однажды уже приходили, и чем всё это закончилось? — скептично улыбнулся я, однако старик моего веселья совсем не разделял. Он хмуро посмотрел на меня, и тяжело вздохнув, сказал:

— Это другое, Эриндар. Одно дело — местечковые разборки родов, и совсем другое — когда среди смертных появляется кто-то, кто является угрозой установившемуся порядку.

Если тебя не смогут достать при помощи обычных святош — тогда в дело вступят боги, и очень скоро кусок реальности, где ты будешь в тот момент находиться, просто напросто перестанет существовать.

— Угрозой установившемуся порядку? — заинтересованно переспросил я, после чего улыбнувшись краем губ, добавил:

— Мне конечно очень приятно, когда меня так называют, но с чего бы вдруг?

Арганд на это скривился, окинул взглядом окружающую нас обстановку, и ответил вопросом на вопрос:

— Выбирай, Эриндар. Или я тебе сейчас отвечаю на твой вопрос, и мы спим на грязном полу, или мы всё-таки, пока ещё светло, приступаем к изучению первой рунной комбинации, и когда ты её освоишь — я тебе всё расскажу.

Бросив быстрый взгляд на до невозможности пыльный пол, я особо не раздумывая ответил:

— Второй. Я выбираю второй вариант!

Старик на это усмехнулся, после чего наклонился над полом, и прямо пальцем начал выводить по пыли какой-то узор, тихо приговаривая:

— Вот господин, эта связка из рун земли, концентрации и ветра смогут разом убрать из этого помещения любые проявления грязи, что позволит нам чувствовать себя гораздо комфортнее. Эти руны должны связываться между собой при помощи специальных…

Арганд ещё что-то там вещал, но я его совсем не слушал… Вместо этого я ошеломлённо смотрел на нарисованную им комбинацию рун, и не верил собственным глазам…

Дело в том, что каждая нарисованная им руна обладала изумрудным энергетическим контуром, сосредоточившись на котором я увидел, как над рунами появляется полупрозрачное зеленоватое окно:

Руна ветра «Сиэль» (знание 1 порядка)

Тип: стихийная руна.

Возможные комбинации: руна концентрации «Кин», руна земли «Дорн».

Холодная волна прокатилась по спине, оставляя за собой колючие мурашки от иррациональности происходящего. Глядя на светящиеся надписи, я никак не мог поверить, что это всё реально и что я сейчас не сплю. Мне казалось, что вот сейчас… Ещё несколько мгновений и я очнусь, а светящиеся надписи над нарисованными в пыли рунами тут же истаят без следа.

— Арганд, ты… ты видишь это? — спросил я тихим голосом, который звучал чуждо и как будто приглушённо от стука собственного сердца в висках.

Старик поднял на меня удивленный взгляд, прервав свой монолог о принципах объединения рун, и непонимающе спросил:

— Вижу? Вижу что, господин? Тебе что-то не понравилось в нарисованной связке? Дело в том, что это просто рисунок, а когда ты акти…

— Нет! — я резко ткнул пальцем в пустое пространство над руной «Сиэль». — Вот это! Зеленое окно с текстом!

Арганд прищурился, вгляделся туда, куда я показывал, затем покачал седой головой, и осторожно ответил:

— Ничего, кроме пыли, и нарисованных в этой пыли рун, я не вижу, Эриндар. Возможно, это проявление твоего дара? Абсолюты иногда видят то, что скрыто от остальных практикующих…

Но я уже не слушал трёп старика, потому что внезапно осознал, что однажды уже видел что-то похожее, и сейчас это узнавание потихоньку поднималось из потаённых глубин моей памяти, которую я давно счел бесполезным хламом.

Ноктэр. В тот вечер я задумчиво смотрел на кроваво-алый закат над руинами Рогарда, и планировал проведение ритуала по расширению доступного мне источника. Я был ещё молод, полон цинизма и уверенности в собственных силах, и тут произошло это…

В небе завис какой-то объект, очень похожий на космический корабль, но очень странный. Его формы не подчинялись основным принципам кораблестроения, а корпус был выполнен из материала, который каким-то чудесным образом поглощал свет. Этот корабль пришёл тихо, без предупреждения, и так же тихо планировал изучать нас.

Как я уже говорил — моё самомнение на тот момент времени уже было под стать некоторым правителям, и поэтому вполне логично, что мне не понравилась подобная бесцеремонность гостя. На скорую руку мной был проведён ритуал призыва, после чего нам удалось пробраться внутрь корабля.

Ну как — нам… Туда пробрался только я, пока призванная группа демонов активно развлекала автономные защитные системы, без раздумий жертвуя собой. Внутри этого корабля не было привычных коридоров или панелей. Вместо этого там были плавно перетекающие друг в друга пространства, и множество символов, расположенных буквально повсюду.

Символы эти светились тем же самым изумрудным светом, а когда я фокусировался на них, то перед глазами возникали полупрозрачные окна, прямо как сейчас. Я тогда задумчиво изучил всё, до чего дотянулись мои загребущие ручки, а когда окончательно со всем разобрался, то начал ржать. В прямом смысле.

Я стоял посреди этого технологического чуда и хохотал до слез. Зачем? Зачем этим пришельцам тратить столетия на перелеты между звездами, рискуя быть уничтоженными космической случайностью или временем, когда уже давным давно изобретены мгновенные порталы? Их «интерфейс» казался мне громоздкой, примитивной игрушкой по сравнению с прямой ментальной связью, активно используемой мной для проведения магического взаимодействия.

«Бесперспективные архаики», — резюмировал я, запоминая пару особенно понравившихся мне ярких символов, и тут же перемещаясь обратно на горную площадку. Сделал я это весьма вовремя, потому что спустя несколько мгновений прилетевший корабль внезапно сжался в точку и исчез, словно его и не было.

И вот, спустя эоны времени, в совершенно другом мире, на пыльном полу жалкой лачуги в компании нищего старика-рунолога, эта «бесперспективная архаика» смотрела мне прямо в глаза. Тот же цвет. Тот же принцип появления… Только теперь эти окна описывали не гравитационные генераторы, а магические руны и способы их объединения.

Моя ирония по поводу устройства корабля пришельцев теперь казалась верхом глупости. Они были кем угодно, но только не архаиками. Они просто использовали другой принцип взаимодействия с реальностью. Принцип, который, как я теперь начинал понимать, мог быть фундаментально ближе к истинной структуре мироздания, чем наша магия.

— Эриндар… Господин, ты в порядке? — полный беспокойства голос Арганда вырвал меня из пучины воспоминаний, и когда я посмотрел на старика, то увидел, что смотрит он на меня так, словно я вот-вот откинусь прямо здесь.

Я медленно выдохнул, пытаясь совладать с дрожью в руках, после чего заставил себя улыбнуться, и хотя в душе бушевал настоящий ураган, ответил спокойным голосом:

— Да, Арганд… Я в полном порядке. Просто… осознал кое-что, что кардинально изменило мои взгляды на некоторые вещи…

Старика мой ответ несколько успокоил, и спустя несколько мгновений он продолжил свои разглагольствования о том, как важно правильно рассчитать силу при активации рунной комбинации. Я немного покивал головой, после чего вновь погрузился в свои размышления:

«Полезность этого приобретения… Поражает… Самое удивительное, что эти окна показывают не только базовую информацию о рунах, но и возможные комбинации, как с руной „Сиэль“… Только вот почему выводимая мне информация совпадает с тем, что я и так узнал о этих рунах? Почему нет никаких новых знаний? Нужно провести небольшой эксперимент…»

— Ты сказал, что это рунная комбинация предназначена для уборки? — перебил я старика, с нетерпением ожидая ответа. Если я прав в своих предположениях — этот интерфейс был ключом к пониманию магии на уровне, недоступном обычным рунологам. Ключом, который мог превратить ранг «абсолют» из потенциальной угрозы в нечто… гораздо большее.

Арганд слегка заторможено кивнул, и с не пропавшей до конца тревогой в глазах ответил:

— Да, господин. Эта рунная комбинация носит название «Малая уборка». Принцип её работы основан на том, что «Дорн» фиксирует объект очистки — пыль, грязь, «Кин» концентрирует и направляет силу, а «Сиэль» — даёт необходимый импульс, чтобы убрать целевой объект прочь. При применении этой комбинации, как и всех других — важно точное соотношение энергий и…

Я его уже не слушал. Вместо этого мои глаза скользили по зеленоватым контурам рун. Над «Сиэль» по прежнему висело только лишь ее окно, а вот когда я перевёл взгляд на «Кин», то сразу же увидел изменения, которые выразились в том, что вместо одного там теперь появлялось два окна:

Руна концентрации «Кин» (знание 1 порядка)

Тип: руна управления.

Функция: фокусирует и направляет потоки энергии других рун.

Предупреждение: требует точного ментального контроля.

Руна земли «Дорн» (знание 1 порядка)

Тип: стихийная руна.

Аспект: стабильность, фиксация, привязка к материи.

Примечание: Эффективность повышается при контакте с целевой поверхностью.

И самое главное — когда я охватил взглядом все три нарисованные руны вместе, то появилось новое, более крупное окно:

Комбинация: «Малая уборка» (Базовый уровень)

Эффект: Удаление рыхлых частиц грязи и пыли с поверхности в радиусе 3 метров.

Требуемая энергия: 5 алио.

Активация: Ментальный импульс в точку связки рун.

Оптимизация: Увеличьте поток через «Сиэль» на 10 % для лучшей дисперсии.

Я глядел на все это великолепие, и помимо мой воли по лицу расползалась довольная усмешка. Этот интерфейс и в самом деле оказался готовой инструкцией по применению местной магии. Да, информацию этот интерфейс брал из моего сознания, так что у меня не получится в одно мгновение стать великим магом и нагнуть местных богов, но с обретением интерфейса путь до этого момента существенно сократился, и теперь мне надо только узнать базовые руны и их сочетания.

— Арганд, ты говорил, что для активации этой связки нужен ментальный импульс… В какую именно точку его нужно направить?

Старик нахмурился на то, что я в очередной раз его перебил, но всё-таки ответил:

— Точка? Ну… Его нужно направить в центр связки, господин. Туда, где энергии всех рун сходятся воедино. Это место невозможно спутать с чем-то другим и оно сразу чувствуется.

Я посмотрел на изумрудную комбинацию в воздухе, и увидел, что контуры трёх рун чуть выше центра всей конструкции образуют небольшую точку, которая стала заметной только благодаря пульсации контуров. Эта точка светилась чуть ярче, чем вся остальная схема, словно своеобразная кнопка включения.

Сразу после этого я выделил 5 алио, краем сознания отметив, что это практически пятая часть всего моего резерва, и хорошенько сконцентрировавшись, отправил её в обнаруженную точку.

В следующий миг тишину помещения разорвал мягкий, но мощный свист. Три руны одновременно вспыхнули изумрудным пламенем, а потом энергия рванула от них, концентрируясь в той самой точке. По полу, стенам, и даже по потолку пробежала едва видимая волна чистоты, в результате чего пыль, копоть, паутина — все это взметнулось в воздух, словно подхваченное невидимым веником, сжалось в плотные серые шарики и с шипящим звуком улетело в открытое окно, внезапно налетевшим порывом ветра.

После того, как рунная комбинация сработала — комната моментально преобразилась. Деревянные половицы, скрытые под вековым слоем грязи, засияли теплым золотистым цветом, а стены из грубого камня показали свою настоящую фактуру. Удивительно, но даже воздух здесь стал чище и свежее. В результате после одной небольшой рунной связки мы получили такой эффект, будто тут тщательно поработала целая бригада ук'алаков.

Мысленно удовлетворившись результатом своей работы, я перевёл взгляд на старика, и увидел, что бедолага замер, а его челюсть буквально отвисла. Он оглядывал помещение с выражением чистого, немого изумления, после чего посмотрел на меня и выдохнул:

— Но… но как ты это сделал⁈ Ты… ты без подготовки активировал ее с первой попытки! И… эффект… он идеален!

Он посмотрел на меня, но сделал это не с прежним подобострастием, а с жадным, почти испуганным любопытством исследователя, увидевшего невозможное, и спросил дрожащим голосом:

— Что ты сделал, Эриндар? Как ты нашел точку пересечения сил? Как рассчитал необходимую силу воздействия?

Я на эти вопросы только улыбнулся, но на сей раз сделал это искренне, после чего как ни в чём не бывало ответил:

— Я просто прочитал инструкцию, старик.

— Инст… что? — Арганд явно не понял этого слова, и градус обеспокоенности в его взгляде, направленном на меня, рос просто в геометрической прогрессии.

Мне не нужен был наставник, задающий неудобные вопросы, поэтому я махнул рукой и постарался его успокоить:

— Неважно. Просто ты оказался очень хорошим учителем, Арганд, и я с твоих слов сразу же понял, как всё это работает. — Морщины задумчивости на лице старика разгладились, после чего я сразу же озадачил его новым вопросом:

— А теперь пришло время ответить на другой мой вопрос, учитель… Ты обещал рассказать, почему мое существование так пугает святош и богов. И с какого такого перепуга я стал для них угрозой…

Арганд после этих слов медленно опустился напротив меня. Его глаза все еще восхищённо блуждали по сияющим стенам, но теперь в них появилась тяжелая серьезность.

— Хорошо, Эриндар, — начал он, низким голосом, почти шепотом, как будто боялся, что стены тоже умеют слушать. — То, что ты Абсолют, открывший все одиннадцать каналов — это не просто редкость. Это… аномалия. Нарушение законов, установленных самими богами после Великого Разлома.

— Великий Разлом? — заинтересованно переспросил я, на что старик кивнул, и продолжил:

— Война, Эриндар. Война, которая чуть не уничтожила весь Этерион. Война между теми, кто хотел, чтобы магия была свободной и доступной каждому, как дыхание, и теми, кто хотел ее контролировать и ограничить, чтобы ей пользовались только достойные. Победила вторая сторона этого конфликта. Победили боги Порядка и после победы они перестроили саму ткань реальности.

Они перестроили сам принцип магии на всём Этерионе, в результате чего магия перестала быть естественным явлением. Теперь магия была подобна настоящей реке с мощным течением, и каналы внутри разумных существ — это ручьи, впадающие в эту реку. Обычный человек открывает один, редко два канала. Талантливый — три — четыре. Великие маги древности открывали до семи каналов, а восьмой канал вообще принято считать пределом возможного. Девятый… легенды говорят, что девять каналов было только у Архимага Кельдора, и по итогу богам пришлось лично стереть его с лица реальности.

Я слушал старика, и от нарастающего понимания масштаба проблем предательский холодок то и дело пробегал по спине. Тем не менее старик явно не закончил свой рассказ, поэтому я уточнил:

— А десять? Одиннадцать каналов? Почему ты ничего не рассказал про них?

Арганд на этот вопрос горько усмехнулся, и со странной жалостью во взгляде сказал:

— Десять открытых каналов — это бунт против самой системы. Это способность не просто пользоваться магией по своему разумению, а напрямую влиять на локальные законы мироздания. Что же касается одиннадцати каналов… Одиннадцать — это недостижимый идеал. Это ключ. Ключ, который позволяет всё. Тот, кто обладает таким ключом и знанием, как его использовать… он может переписать созданную реку и изменить её течение…

В комнате повисла гнетущая тишина, а слова старика эхом отдавались в моей голове. Теперь мне многое становилось понятным, и это действительно было проблемой. Если всё, что только что сказал старик — правда, то у меня действительно огромные проблемы. Я действительно являюсь угрозой для порядка, охраняемого святошами и богами.

— Понимаешь теперь? — тихо прошептал Арганд. — Ты — ходячая угроза всему, что они построили. Ты — живое доказательство, что их контроль не абсолютен. Если святоши узнают о тебе, они придут не просто убить. Они постараются стереть саму память о твоем существовании, уничтожить все, с чем ты когда-либо соприкасался. А если им не удастся… — Он сделал небольшую паузу, после чего продолжил:

— Тогда придут Они. Боги Порядка. И решение их будет простым и окончательным. Они не станут сражаться с тобой. Они просто не задумываясь сотрут кусок реальности, где ты находишься со всем, что там есть. Городами, горами, реками… разумными… Просто удалят его, как ошибку в чертеже.

Я молчал. Давным-давно, в Старом Мире, я сталкивался с угрозами. С ордами нежити, с падшими артефактами, с псиониками-отступниками. Но это… это был другой уровень. Угроза не жизни, а самому факту твоего существования и всему, что тебя окружает. Абсолютное уничтожение.

Моё сердце бешено колотилось, но теперь не только от страха. Я ничего не мог поделать с собой, но узнав об открывающихся передо мной перспективах — у меня аж свербило от жгучего, всепоглощающего любопытства и желания использовать новые возможности по полной.

В этот момент я посмотрел Арганду прямо в глаза, и требовательно произнёс:

— Старик, давай продолжим наше обучение рунному конструированию. И да… учи меня не только комбинациям. Учи меня самим принципам рунного конструирования.

Арганд тяжело вздохнул, и ответил:

— Хорошо, господин, но я прошу тебя не забывать, что ты тут не для того, чтобы разрушить Этерион. Ты — последний де'Лариан, и на твоих плечах лежит ответственность за целый род!

После этого он поднялся, и под моим удивлённым взглядом вышел на улицу. Не успел я удивиться его поведению, как старик уже вернулся, неся с собой тёмный камень. Он молча прошел в комнату, уселся передо мной, и начал этим камнем выводить на полу новый узор.

По мере того, как линии складывались в незнакомые, угловатые символы, я видел, как над ними начинают вспыхивать новые изумрудные окна. Окна, в которых подробно расписывались новые знания, которые позволят мне занять достойное меня место в Этерионе.

Камень под рукой Арганда скрипел, оставляя на полу четкие, угловатые линии новых фигур, а в процессе начертания он дотошно рассказывал о каждой из них, благодаря чему незнакомые руны очень быстро обретали изумрудное окошко интерфейса, который очень доступно объяснял их функционал:

Руна Источника «Ур» (Знание 1 порядка)

Тип: Фундаментальная руна.

Функция: Формирует первичный поток магической энергии из внутреннего резерва мага.

Аспекты: Инициация, потенциал, начало потока.

Предупреждение: Требует точного контроля объема входящего потока. Перегрузка ведет к нестабильности всей конструкции.

Руна Проводника «Райс» (Знание 1 порядка)

Тип: Руна управления.

Функция: Служит каналом для передачи энергии между рунами. Управляет направлением и скоростью потока.

Аспекты: Связь, передача, управление потоком.

Примечание: Эффективность зависит от чистоты линий руны и отсутствия помех в материале носителя.

Нарисовав эти две руны, старик закончил начертание и отложил камень в сторону. Его пальцы слегка дрожали, и я затруднялся ответить от чего именно: то ли от волнения, то ли от усталости…

Он тем временем придирчиво проверил результат работы, и повернувшись ко мне сказал глухим голосом, в котором отчётливо слышались педагогические нотки:

— Вот основа, господин. «Ур» — это своего рода родник, из которого бьет вода магии, вложенной создателем, а «Райс» — это ручей, по которому эта вода течет туда, куда нам нужно. Без этих ключевых рун любая комбинация — это не больше чем обычный мёртвый рисунок. Энергия всегда должна откуда-то браться и куда-то идти. Запомни это.

Я кивнул, хотя по старой привычке старика уже не слушал. Вместо этого целиком погрузившись в чтение интерфейса. Информация на этих рунах была куда скуднее, чем у комбинации «Малой уборки», но принцип работы был предельно ясен, только вот у меня складывалось стойкое ощущение, что тут чего-то не хватает… Решив спросить напрямую — я озвучил свои подозрения, на что старик суровым голосом ответил:

— Да, ты прав, ученик. Для полноценной комбинации здесь действительно не хватает одной руны, и я планировал разместить тут «Финн», это руна формы, но пока мы с тобой остановимся на этих двух.

Прежде, чем лезть дальше — нам нужно понять, как связывать руны друг с другом и что нужно сделать, чтобы запустить по ним поток. Рунная связка — это не просто нарисовать рядом несколько рун, и ждать, пока они заработают. Это… — он замялся, явно подбирая слова, после чего продолжил:

— Это как сплести несколько разрозненных нитей в одну веревку. Нужно найти точку синхронизации и соединить отдельные куски в единое целое.

Я посмотрел на две руны, нарисованные на полу. Интерфейс показывал информацию о каждой из них отдельно, но стоило мне охватить взглядом обе и подумать о связи между ними, как между символами «Ур» и «Райс» замерцала тонкая изумрудная нить.

Она едва заметно переливалась, и в месте, где она соединялась с «Райс», появилась уже знакомая мне небольшая пульсирующая точка, привлекающая моё внимание. Помимо этого над ней возникло небольшое окно:

Связка: «Ур» + «Райс» (Базовый уровень)

Эффект: Формирование направленного потока магической энергии от Источника через Проводник.

Требуемая энергия: 1 алио (для инициации и поддержания потока минимальной силы).

Активация: Ментальный импульс в точку синхронизации.

Оптимизация: Выровняйте выход «Ур» и вход «Райс» в одной плоскости для снижения потерь на 5 %.

— Да что тут разбираться то… Всё что мне требуется — это найти точку синхронизации. Именно в этой точке и должны связываться руны между собой. — несколько раздражённо произнес я, глядя на пульсирующий узелок энергии.

Арганд аж подпрыгнул от удивления, и посмотрев на меня с той же смесью удивления и какого-то даже суеверного страха, сипло прокричал:

— Да! Ты абсолютно прав, но как… откуда ты это знаешь⁈ Эти точки… они же невидимы!

— Не важно, старик. Просто прими как данность, что я их вижу, — просто ответил я, даже не думая вдаваться в подробности, ведь моё внимание по прежнему было безраздельно приковано к схеме.

Затраты на активацию этой цепочки были воистину ничтожны даже для моего источника. Вообще — после активации связки малой уборки я прикинул, что судя по ощущениям — мой источник сейчас вмещает что-то порядка 30 алио энергии, так что всего 1 алио, требуемый для активации, выглядел действительно ничтожным.

Выделив крошечную каплю энергии, я мысленно направил её в привлекающую внимание точку. Сразу после этого нарисованные на полу руны обрели едва уловимое свечение, после чего от «Ур» к «Райс» рванул тонкий, едва видимый ручеек изумрудного света. Он был нестабильным, мерцал, но тем не менее был! Энергия текла от источника через проводник и… упиралась в пустоту там, где должна была быть отсутствующая «Финн», рассеиваясь в воздухе слабым теплом.

— Эриндар, это удивительно! У тебя получилось с первой попытки! — воскликнул Арганд, забыв на мгновение о своих нравоучениях. Он припал к полу, вглядываясь в ручеек энергии, после чего пробормотал:

— Нестабильно, конечно, но это не твоя вина… Я нарисовал линии «Райс» чуть кривовато около выхода, отсюда и мерцание… но поток идёт! Для первого раза без многих лет практики, это просто ошеломительный результат! Эриндар, ты… — Тут он замолчал, а восхищение в его глазах начало быстро сменяться глубокой, леденящей озабоченностью. — Такое… такое быстрое понимание и усваивание не возможно просто так, даже для Абсолюта. У каждого есть лимиты восприятия, понимания…

Я не обратил на его последние слова ни малейшего внимания, сосредоточившись вместо этого на своих ощущениях. Через интерфейс я видел поток, а внутренним чутьём ощущал. Ощущал, как он бьется о несуществующее препятствие на выходе «Райс», как часть энергии теряется из-за неидеальной линии проводника… Все эти знания… Они были интуитивно понятны, и у меня складывалось стойкое ощущение, что я не изучаю что-то новое, а как будто вспоминаю то, что забыл уже многие сотни лет назад.

Старик не спешил выходить из своего ступора, поэтому я решил его поторопить:

— Ты долго ещё будешь изображать из себя рыбу, выброшенную на берег, Арганд? Показывай уже свою «Финн», мне нужно завершить контур! — потребовал я.

Старик тут же вышел из своих мыслей, и тяжело вздохнул, словно смиряясь с неизбежным, после чего снова взял в свои руки камень и начал аккуратно выводить рядом с концом «Райс» третий символ — острый, похожий на наконечник стрелы.

Руна Формы «Финн» (Знание 1 порядка)

Тип: Руна трансформации.

Функция: Придает неоформленному потоку энергии конкретную форму или эффект (сфера, луч, щит и т. д. на базовом уровне).

Аспекты: Окончание, реализация, придание формы.

Примечание: Требует четкого ментального образа желаемой формы от оператора.

Как только «Финн» была окончательно завершена, благодаря интерфейсу я увидел, что между ними практически сразу появилась новая изумрудная нить связи, которая сразу же обозначила мне удобную точку синхронизации, после чего передо мной появилось окно всей комбинации:

Комбинация: «Начальная формация» (Базовый уровень)

Эффект: (Зависит от желания оператора) Формирование атакующего луча, длиной до 1 метра / формирование слабого защитного купола радиусом 2 метра

Сила воздействия: низкая (может обжечь, оттолкнуть мелкий предмет).

Требуемая энергия: прогрессивная (2 алио для активации и поддержания луча в течение 5 секунд)

Активация: Ментальный импульс в точку синхронизации связки «Ур-Райс». Ментальный образ луча / щита + импульс в точку синхронизации «Райс-Финн».

Оптимизация: Увеличьте поток через «Райс» на 8 % для повышения стабильности луча.

— Вот, — Арганд откашлялся, и тут же продолжил:

— Перед тобой, Эриндар, простейший наступательный контур. Всё что тебе требуется — это активировать источник и проложить связь до проводника. Как только ты это сделаешь — вложенная энергия уже начнёт свою работу, а тебе нужно будет сформировав в уме образ луча, активировать точку соединения проводника с формой.

В результате этого выделенная тобой энергия обретет направление и вид, но будь осторожен! Если ты не сможешь обеспечить чёткий образ формы — она может исказиться, и из-за этого луч станет неконтролируемым! Так же не забывай про энергозатраты… Я бы тебе не рекомендовал доводить запасы алио до низких значений…

Всё что говорил старик я прекрасно видел и без него. Более того — я так же видел, что рисунок моего наставника и правда не чёткий. В одном месте линия «Райс» чуть отклонялась, и тем самым создавала точку сопротивления.

Теория без практики ничто, поэтому я тут же выделил 2 алио и направил их первым импульсом в точку синхронизации «Ур-Райс». Одновременно с этим я сформировал в уме четкий образ: тонкий, яркий, стабильный луч, направленный в пустой угол комнаты, и мысленно толкнул этот образ в точку синхронизации «Райс-Финн».

Сразу после этого «Финн» ярко вспыхнула, а из её острия вырвался ровный, толщиной в палец, изумрудный луч. Он был совершенно стабильным, без малейшего мерцания, и ровно через пять секунд, когда вложенная мной энергия кончилась, погас. После работы этой рунной комбинации на камне в углу помещения, куда совсем недавно бил луч, осталось маленькое темное опаленное пятнышко.

У бедняги Арганда в очередной раз произошёл разрыв шаблонов. После появления луча он не издал ни звука, и просто сидел, постепенно переводя свой взгляд с пятнышка на стене, потом на погасшие руны, потом на меня. Его лицо было бледным, а в глазах читался уже не страх, а куда более глубокое потрясение.

— Оптимизация действительно сработала, — констатировал я, довольный точностью исполнения. — Поток был существенно стабильнее, чем в первом эксперименте, и что-то мне подсказывает, что это не предел.

Тут я перевёл взгляд на Арганда, и требовательно прорычал:

— А теперь объясни мне, старик, как так получается, что первая рунная комбинация, которой мы совсем недавно навели тут чистоту, сработала без руны источника и руны направления, а потом ты мне заявляешь, что без них не будет работать ни одна комбинация?

Арганд медленно выдохнул, после чего собираясь с мыслями на мгновение прикрыл глаза, и в конце концов начал вещать самые основы своим хриплым голосом:

— Правила рунного конструирования… Они сложны, Эриндар, и основаны на резонансе аспектов рун, на их… «гармонии», если можно так выразиться.

Конкретно в нашем случае эти руны резонируют по принципу причины и следствия. «Ур» и «Райс» формируют «причину», а связки «Райс» и «Финн» — яркий пример «следствия»…

Что касается твоего вопроса, то на самом деле тут всё просто. Рунные цепочки — это конечно прекрасно, но даже на начальном уровне могут достигать до 5 символов в длину. Это оказалось очень неудобно, особенно в случаях каких-то боестолкновений или дуэлей, поэтому наши предки провели множество исследований, благодаря которым смогли вывести сокращённый способ записи этих цепочек, и назвали это — рунными комбинациями.

Комбинация включает в себя все задействованные руны, сплетённые между собой, и по сути, она сама по себе является своеобразным аналогом рун «Ур» и «Райс». Сейчас, пока ты не знаешь базу, я не вижу смысла давать тебе знания о сокращённом типе записи, тем более что и сам там всё до конца не разобрал… — смущённо закончил старик, и переключил своё внимание на рисование новых рун.

Я планировал, что за этот вечер смогу выучить множество рун, но реальность оказалась куда прозаичней моих ожиданий. Нет, я ничего не хочу сказать — старик действительно очень сильно мне помог, но я совсем упустил из виду, что он был рунологом всего навсего третьего круга, что напрямую сказалось на количестве известных ему рун.

До того, как за окном полностью стемнело, он успел показать мне руны стихийных проявлений («Иг» — огонь, «Сол» — вода, «Ао» — воздух, «Гор» — земля). Все эти руны в связке с уже известной мне руной формы, приправленной руной концентрации, могли либо нанести небольшой урон с использованием своей стихии, либо наоборот — возвести щит от проявлений этой стихии.

Все эти руны являлись знанием 1 порядка, и для своей активации требовали 2 алио, что было уже небольшой, но проблемой. Дело в том, что чем больше рун ты использовал в своей цепочке — тем сильнее от тебя требовалось вложить энергии для её активации. То есть даже если я добавлю к уже известной связке один единственный стихийный элемент — её стоимость увеличится вдвое и составит 4 алио.

Помимо этого Арганд немного подумал и всё-таки решил дать мне ещё и руны призыва ключевых сил: («Хио» — свет, «Унг» — тьма, «Ями» — жизнь, и «Дут» — смерть). Когда я заикнулся про то, что список сил далеко не полон — мой наставник посмотрел на меня как на умалишённого, и мягко намекнул мне, что если я действительно так сильно хочу привлечь внимание местных богов, то ему проще будет меня прикопать по-тихому прямо здесь и сейчас.

После этой отповеди я немного осел, и нехотя признал, что немного погорячился и не подумал о последствиях, а Арганд был прав на все 100 %. Если на применение уже изученных сил богам будет в принципе всё равно, то вот призыв к порядку или тому же хаосу — будет для них подобно яркому маяку в ночи, и они наверняка с безумной радостью последуют на этот маяк, чтобы посмотреть на смельчака, кто осмелился бросить вызов их способностям…

Что касается функционала изученных рун, то тут тоже все было просто: «свет» накладывал небольшое благословение, увеличивающее запас сил, и повышающее выносливость сроком на 20 секунд. «Тьма» делала всё то же самое, но с точностью наоборот, лишая свою жертву незначительной части сил.

«Жизнь» — помогала залечивать небольшие раны, и могла спасти от лёгкого отравления, ну а «смерть» накладывала на цель краткосрочный ядовитый дот. Эти руны уже были несколько «серьёзней» стихийных, и обладали продвинутым рангом, из-за чего и стоимость их применения была существенно дороже и составляла 4 алио.

Мысленно прикинув, что с такими аппетитами рунных комбинаций я рискую очень быстро растереть все свои запасы алио, я начал рассуждать:

«С таким смешным резервом я буду жить до первого серьезного врага, а как только повстречаю такого, то на этом и закончится род де'Ларианов. Проблема в том, что серьёзные враги у меня УЖЕ есть, а понимая того, как увеличить объем резерва как не было, так и нет.»

В Ноктэрне я бы даже не задумывался таким вопросом, а сразу начал бы действовать, благо способов усиления было столько, что даже самый избирательный эстет обязательно нашёл бы именно то, что удовлетворяло все его запросы. К сожалению в виду особенностей магии на Этериона все эти способы были сейчас недоступны для меня, и решив не ходить вокруг да около, я спросил старика напрямую:

— Арганд, после недавних манипуляций я отчётливо чувствую, что мой магический резерв преступно мал для чистого совершения магических манипуляций… Есть ли какой-то способ увеличить объем личного хранилища, и если да — то как это сделать?

Старик на это только улыбнулся с небольшим сарказмом, и пробурчав что-то на счёт того, что хоть чего-то я не знаю — начал открывать мне очередную тайну этого мира:

— Такой способ есть, и это можно сделать с помощью не очень сложной рунной цепочки, однако я бы не советовал тебе с этим торопиться, Эриндар…

— Но… почему⁈ — вполне искренне возмутился я, на что старик покровительственно усмехнулся, и ответил: потому что если ты поспешишь в этом деле, то больше потеряешь, чем приобретёшь.

Эти загадки меня уже стали откровенно подбешивать, поэтому я не выдержал, и прошипел:

— Старик, не гневи судьбу! Хватит уже строить из себя великого мудреца, и ответь уже нормально на мой вопрос!

Арганд немного осёкся, после чего понимающе кивнув, произнёс:

— Извини, некоторые привычки искоренить достаточно сложно даже в ситуации, когда ты потерял всё… Хорошо. Эриндар, весь секрет в том, что…

Но узнать продолжение фразы старика мне было не суждено, поскольку внезапно окружающую нас тишину разорвал отчётливо слышимый хруст ветки и сдавленное ругательство разумного, который осознал, что только что допустил грубую ошибку…

После такого неожиданного вмешательства в наш диалог, установившаяся тишина моментально стала гнетущей. Однако секунды бежали, а ничего кроме звуков завывания ветра в щелях стен и нашего прерывистого дыхания так её и не нарушало. На несколько мгновений я понадеялся, что мне показалось, но Арганд тоже это услышал, а одинаковые глюки у двух разных людей… Это даже не смешно.

Тем временем широко раскрытые глаза старика, метнулись к затянутому грязной тканью окну за моей спиной, а я наконец ощутил, как моя отточенная в бесчисленных битвах Ноктэрна чуечка взревела сиреной, и стала сигнализировать о наличии рядом нескольких враждебно настроенных персонажей.

Тупить я не стал, и встряхнув старика, дождался появления у него осмысленного взгляда, после чего приложил палец к губам, и едва слышно прошептал:

— Их там несколько разумных, постарайся куда-нибудь забиться, и не мешаться мне под ногами, понял?

Арганд что-то мне прошептал в ответ, но слушать я его не стал. Вместо этого на несколько мгновений задумавшись, я подобрал с пола нож, которым мы недавно нарезали купленное мясо, и сделал короткий перекат от центра комнаты к стене, где было расположено злополучное окно.

Развернувшись лицом в сторону комнаты я чуть не застонал, когда увидел, что Арганду, судя по всему, надоело отсиживаться за моей спиной, и хоть ему было очень страшно, о чем свидетельствовало побледневшее до пепельного цвета лицо, он последовал моему примеру, и тоже занял позицию с другой стороны от окна.

В следующий миг ткань на окне беззвучно разлетелась на несколько кусков, словно её рассекло невидимое лезвие невероятной остроты, и одновременно с этим в оконный проем с удивительной синхронностью впорхнули три человеческие тени.

Мой намётанный взгляд моментально оценил их убийственно красивую грацию движений, и как они профессионально сливались с полумраком, словно сами являлись прямыми порождениями ночи.

Чёрные, облегающие доспехи без опознавательных знаков, маски, скрывающие лица, и оставляющие для своей жертвы лишь холодный блеск равнодушных глаз не оставляли свободы фантазии о причинах их появления в нашем укрытии.

Гости пришли не с пустыми руками, а принесли с собой короткие, изогнутые клинки, мягко отливающие синевой. Помимо этого они оказались достаточно умны, и оставили снаружи наблюдателя, который и за округой присмотрит, и в случае необходимости придёт на помощь товарищам, если вдруг они переоценят свои силы.

Тем временем гости моментально сориентировались, и синхронно развернулись в нашу сторону, после чего из-под маски одного из них прозвучал низкий безэмоциональный голос:

— Эриндар де'Лариан и Арганд Торвин. По воле дома ла'Хартингов ваши души вам больше не принадлежат!

Одновременно с последним словом они мгновенно нас атаковали. Двое ринулись на меня, а третий избрал своей целью Арганда. Их движения были быстрыми и отточенными множеством схваток. Каждое из них было экономным, но смертоносность от этого ни капли не страдала.

Наши гости явно знали своё дело, и я уже собирался начать противодействие, как оставшийся снаружи боец поднял руку, а затем я почувствовал, как воздух вокруг меня сгустился, пытаясь сдавить и затруднить дыхание.

«Маг! Этот гарш чёртов рунный маг!» — озарило меня, когда я ощутил, как меня пытается сковать настолько хлипкая преграда, которую в Ноктэрне я бы даже не заметил, но здесь… Здесь я был скован законами Этериона, в результате чего моя мобильность несколько снизилась, но если наши гости думают, что это им поможет — то очень сильно заблуждаются.

Мои рассуждения ни капли не мешали мне оперативно реагировать на изменяющуюся обстановку, и сейчас я был вынужден уходить от очередного выпада одного из гостей, пытаясь отвести его удар в сторону. Занятие это было очень неблагодарное, потому что в отличии от врага у меня при себе был пусть и достаточно крупный, но всё-таки нож, которым даже короткий клинок парировать та ещё задача…

Звон стали о сталь разорвал тишину, а адреналин щедрой полноводной рекой влился в вены, на раз смывая все мысли, кроме одной: «выжить и защитить старика». Я забыл о рунах, о магии, о сложных комбинациях… Остались только тело, отточенные до автоматизма рефлексы и холодная ярость, сдерживаемая железной волей.

Я стремительно ушёл под первый укол, пропуская клинок в сантиметре от собственных ребер, сразу после чего выпрямил ногу, которая словно сама по себе, выпрямилась в молниеносном ударе, целью которого было колено ближайшего ассасина.

В следующий миг моих ушей коснулся невероятно приятный хруст ломающихся костей, и первый враг начал падать, потеряв способность ходить. Я не позволил ему совершить такое кощунство (упасть на чистый пол), и подхватил его падающее тело, которое тут же использовал как щит, блокируя выпад второго ассасина.

На этом печальном событии жизнь моего добровольного щита подошла к концу, из-за чего его убийца издал нечленораздельный вопль, после чего с новой силой ринулся в атаку.

Больше меня никто не недооценивал. Враг начал осторожничать и заходил сбоку. В его движениях чётко читалось намерение рассечь мне бедро, чтобы немного уменьшить мобильность такой верткой цели.

По понятным причинам позволять ему такое никто не собирался. Я отпрыгнул спиной назад, чувствуя, как лезвие клинка рассекает ткань штанов, но не задевает плоть, что явно не понравилось моему визави.

Старик за моей спиной тем временем тоже отчаянно боролся за свою жизнь, о чём свидетельствовал отчаянный лязг металла и его тяжёлое дыхание. Он отбивался старым кинжалом против одного единственного противника, но невооруженным взглядом было видно, что их силы очень неравны, из-за чего его противник медленно, но верно теснил его к стене.

На несколько мгновений у меня возникло желание прибегнуть к силам, которые я уже недавно использовал в этом мире, но вспомнив последствия от их применения я всё-таки решил повременить и справиться собственными силами. Я не мог рисковать и дать святошам повод почувствовать что-то необычное, поэтому только тело, верная сталь и отточенные рефлексы.

Вновь ринувшись в бой, я превратился в настоящий вихрь ударов и уклонов. Меч, подобранный на месте гибели первого ассасина, рисовал в воздухе смертоносные узоры, парируя все атаки оставшегося врага.

Я даже умудрился ранить его в руку, заставив его отступить с очень удивлённым видом. Он явно не ожидал найти в молодом бастарде такое мастерство владения своим телом, и сейчас судорожно пытался разработать метод противодействия.

Осторожность этого ассасина мне очень не нравилась и я слабо понимал причину такого поведения, но внезапно всё встало на свои места… Он тупо выигрывал время, чтобы его товарищ нейтрализовал Арганда и напал на меня со спины!

Я резко повернулся, и пытаясь прорваться в сторону своего товарища, крикнул что есть сил:

— Старик! Держись!

Но в этот момент маг снаружи активировал новую связку и в следующий миг на меня обрушилась невидимая тяжёлая и липкая сила, из-за действия которой мои ноги на мгновение прилипли к полу. Доли секунды я преодолевал воздействие, но ассасинам этого хватило за глаза.

Мой противник, которого я ранил в руку, выхватил из-за пояса метательный клинок, сразу после чего без раздумий швырнул его, но не в меня. Его целью был Арганд.

Все произошло слишком быстро… Старик, отбиваясь от своего преследователя, не увидел летящей смерти в отличии от меня. Я пытался предупредить его, но расстояние броска было слишком маленьким и мой крик катастрофически запоздал. Короткий и по-любому отравленный клинок, с глухим стуком вонзился старику в бок, чуть ниже сердца.

Арганд ахнул, больше от удивления, чем от боли. Его широко раскрытые глаза встретились с моими, и я чётко увидел, что в них впервые за долгое время не было страха. Было только сожаление и глубочайшая усталость…

— Эрин… дар… не… — прошептал он, после чего кровь выступила у него на губах, сигнализируя о том, что жить ему оставалось считанные мгновения.

Его противник решил не дожидаться и воспользовался моментом. Его клинок едва уловимо блеснул в тусклом свете, после чего прямо на горле Арганда появилась тонкая роковая черта, ставящая решительный крест на жизни этого человека.

Время для меня словно остановилось. Арганд Торвин, мой наставник, единственный, кто протянул мне руку помощи в этом проклятом мире, человек, открывший мне магию Этериона, сейчас медленно оседал на колени. Его рука бессильно выпустила кинжал, а глаза, еще секунду назад полные жизни и тревоги за меня, бесповоротно потухли.

Он рухнул лицом прямо в натоптанный пол нашего импровизированного укрытия, рядом с нарисованными рунами «Ур» и «Райс», назначение которых он совсем недавно с таким старанием пытался донести до меня.

Что-то внутри меня… сломалось. Треснуло, как тонкий лед под тяжестью невыносимой ноши. В этот момент все обещания… Все предостережения старика и страх перед святошами… Всё это испарилось, сгорело в одно мгновение в ослепительной вспышке чистой, неконтролируемой ярости и горя.

Белая горячка отчаяния и ненависти охватила меня, а в голове набатом звенела одна единственная мысль: «Они убили его. Они убили его на моих глазах. И эти черви смеют думать, что могут убить… МЕНЯ⁈»

Мой мир в одно мгновение сузился до трех фигур в черном. До тех, которые только что перевели противостояние с ла'Хартингами в глубоко личное. Рациональность бесследно испарилась, и остался только древний инстинкт, отшлифованный в множестве войн Ноктэрна: УНИЧТОЖИТЬ.

В тот момент я и думать забыл про изученные руны… Слишком мелко. Вместо этого я вспомнил то, что было вписано в саму ткань моей души за века в ином мире. Знание, которое пришло ко мне из самых глубин Хаоса, и стоило мне определённой части моего рассудка.

В следующий миг моё сознание помутнело и подняв руку в направлении этих тварей, я произнёс всего два хлестких слова:

— Kairos vredd'nag!

Я даже не пытался направлять эту энергию, а просто извергнул её из себя. Только вот это была не чистая и упорядоченная магическая энергия, совсем нет…

Это был сгусток искаженной, ядовитой силы Хаоса — черно-фиолетовый, как гниющая плоть. Он рванулся из моей протянутой ладони не лучом, а бесформенной и жадной волной, которая с готовностью поглотила моих врагов.

Эффект от этого действа был мгновенным и ужасающим. Тот самый ассасин, который совсем недавно метнул роковой клинок, и стоявший ближе всех ко мне, вскрикнул — коротко и хрипло. Его черный доспех не смог защитить его, и в результате плоть под этим доспехом буквально поплыла. Кожа покрылась пузырями и почернела, обнажая мышцы, которые начали распадаться на глазах, обнажая кости.

Мой враг рухнул, превращаясь в дымящуюся, зловонную лужу гниющей органики ещё до того, как коснулся земли, а второй ассасин, задетый только лишь краем волны, отчаянно закричал, глядя, как его рука ниже локтя превращается в черную слизь.

Магу за окном тоже досталось по полной. Он попытался собрать какую-то защитную формацию, но истинному хаосу было плевать на все эти примочки. Он просто и без затей вывернул часть тела бедняги наизнанку, и бросил его умирать.

Спросите меня — пожалел ли я о своём решении? Ни капли. Эти твари взяли заказ на меня, а значит сполна заслужили то, что только что произошло. Магия хаоса, вопреки моим ожиданиям, с лёгкостью отозвалась на мой призыв даже в этом мире, и после её применения я чувствовал себя… Сносно.

Вся прелесть в использовании именно этой силы заключалась в том, что магической энергии для её призыва требовалось всего ничего, куда более важную роль играли испытываемые эмоции, которыми Хаос как раз таки питался. Я уже даже грешным делом задумался о том, чтобы решать все свои проблемы с использованием этой силы, однако тут мой взгляд случайно упал на нарисованные на полу руны, после чего я похолодел от ужаса…

Дело в том, что тот самый интерфейс, которому я совсем недавно не мог нарадоваться внезапно изменил свою расцветку и стал кроваво-красным. При взгляде на уже хорошо знакомую мне руну «Сол» — интерфейс выдавал примерно следующее:

Ру#а Ист#? а ' %' (#н? е 1 по #яд? а)

Прикосновение к силе Хаоса как будто что-то повредило во мне, и интерфейс теперь работал совсем не так как прежде. Такую цену я платить был совсем не готов, и с этим надо было срочно что-то делать, но тут в мои мысли беспардонно ворвались те, чьего внимания я надеялся избегать ещё очень долго.

Быстро погрузившись в состояние медитации, я с лёгкостью определил, что моя интуиция не ошиблась и ко мне действительно с разных сторон приближаются как минимум три силовых воронки, которые постоянно сопровождают святош.

Встречаться с этими фанатиками у меня не было никакого желания, тем более не хватало ещё, чтобы они провели связь между битвой, где пали последние де'Ларианы и Хинотом, а значит мне нужно было срочно исчезнуть и залечь на дно.

Кинув быстрый взгляд на наше укрытие, я наткнулся взглядом на уцелевшего ассасина, который баюкал то, что осталось от его руки, и что-то тихо шептал. Оставлять свидетелей было совсем не в моих интересах, поэтому особо не церемонясь я подошёл к нему и без малейших сомнений поставил крест на его бренном существовании.

Быстро обшмонав его одежду и одежду первого убитого мной врага, я с некоторым сожалением констатировал, что на дело эти твари пошли налегке. Тем не менее я не стал отказываться от целой связки метательных ножей, и ножен под доставшиеся мне клинки.

Выбрав самый не заляпанный плащ, я сорвал его с трупа ассасина, после чего сложил туда свою добычу, и немного подумав, присовокупил туда же оставшуюся еду, которую совсем недавно покупал Арганд…

Кинув взгляд на его тело, я с великим сожалением вздохнул. При всём своём желании я никак не мог взять его тело, чтобы похоронить его как полагается, и хотя бы так отплатить за заботу. Со святошами на хвосте это было самым настоящим самоубийством.

Святоши были всё ближе, и осознание приближающейся угрозы заставило меня действовать. Склонившись над телом старика, я прикрыл его распахнутые глаза, после чего тихо произнёс:

— Спасибо тебе за всё, друг… Я клянусь, что не забуду твоей доброты, и ла'Хартинги ответят за все жизни, которые они отняли в погоне за жаждой наживы. Спи спокойно, а я отомщу за тебя, и еще покажу этому миру истинную силу де'Ларианов!

После этого я подобрал собранный свёрток, и выпрыгнув в злополучное окно, припустил к центру города. Моё спасение в виде гигантской воронки, уходящей под землю, находилось именно там. Что может быть лучше для беглеца от закона, чем место, куда ссылают преступников и вообще всех неугодных лиц? Место, куда по доброй воле не полезет ни один разумный?

Я искренне надеялся, что хотя бы в этих подземельях я перестану шарахаться от каждой тени, и наконец смогу разобраться с тем — куда я попал, и что, харт возьми, со всем этим делать.

Что ни говори, а старик всё-таки ушёл из жизни слишком рано. Это был воистину бесценный источник невероятно важной и ценной информации, который по моей глупости и недосмотру оказался утерян навсегда.

Очень сомневаюсь, что у меня в ближайшем будущем получится найти хоть кого-то, кто согласится добровольно учить меня рунному конструированию, а значит нужно сделать всё, чтобы восстановить работоспособность интерфейса. Это был единственный способ получить хоть какие-то ответы, и я сделаю всё, чтобы этот способ оказался реализован в жизнь.

Выскочив на улицу, я даже без активации медитации почувствовал приближение трёх неумолимых вихрей чистоты, постепенно сжимавших кольцо вокруг меня. На текущий момент я был совершенно не готов ни к встрече со святошами, ни к последствиям своего срыва, поэтому мне не оставалось ничего иного, кроме как бежать…

«Kairos vredd'nag!» — два слова, которые безжалостно выжгли дыру не только в реальности, но и в моем собственном инструменте познания этого мира. Интерфейс, мой проводник в рунной магии Этериона, был поврежден прикосновением Хаоса, и теперь красные, рваные глифы вместо чётких описаний зловеще напоминали мне о цене собственной ярости.

Свёрток с жалкой добычей, полученной с ассасинов оттягивал плечо, но так как он являлся единственной надеждой на выживание в ближайшие часы — я даже не думал его бросать.

Городской воздух встретил меня липким, промозглым теплом, щедро пропитанным запахами гниющей органики, дёгтя и человеческих отходов.

Не смотря на ночное время суток — Хинот даже не думал засыпать. И вообще у меня сложилось стойкое ощущение, что ночью на его улицах существенно больше разумных, чем я видел днем.

Во время своего побега я по привычке, выработанной ещё в Ноктэрне не просто бежал, а буквально растворялся в многочисленных тенях этого города, используя для этого каждую выбоину в кривых, узких улочках, и каждый нависающий балкон.

Опыт Ноктэрна, где тень была моим лучшим союзником, сработал и здесь, но к большому сожалению святоши не были слепыми псами. После применения магии хаоса на моей душе осталось чёрно-фиолетовое пятно скверны, и именно это пятно служило для моих преследователей своеобразным маяком в ночи.

Их чувство скверны работало как великолепный компас, из-за чего я уже начал ощущать их приближение не только визуально, но и как постепенно нарастающее давление, которое заставляло остановиться и принять свою судьбу.

Желания подчиняться этой навязанной силе у меня никакого не было, поэтому безумный забег по ночному городу продолжался, даруя мне возможность «насладиться» его таинственной жизнью.

Честно говоря — я уже потерял счёт тёмным переулкам, откуда на меня с завидной стабильностью постоянно кто-то смотрел горящими предвкушением глазами.

Где бы я не пробегал — в нишах, переулках и даже под мостками… Везде мелькали фигуры разумных, и ладно бы это были просто бездомные, сжавшиеся в комок страха и желающие пережить ещё одну ночь… Были и другие. Наблюдатели с хищными глазами, которые высматривали беззащитную цель, чтобы немного поживиться за её счёт.

Один раз я даже увидел, как пара тощих, словно щепки, подростков с обломками ножей в руках косо посмотрели на мой свёрток, но как только они поймали мой холодный взгляд, в котором ещё читалась горечь утраты и едва сдерживаемая ярость, то мгновенно отшатнулись вглубь своей щели, как будто их тут и не было. У местных обитателей была на редкость хорошая чуйка на неприятности, ведь без неё выжить тут становилось той ещё задачей…

Пробегая мимо различных притонов и грязных таверн — из-за запертых на грубые засовы дверей или завес из гнилой ткани до моего слуха то и дело доносились глухие стуки, приглушенные крики и даже пьяные вопли. Запах дешевого самогона и чего-то горького, вызывающего странную расслабленность, витал около этих заведений, лучше любых слов говоря о происходящих тут процессах.

Одна такая дверь внезапно распахнулась прямо передо мной, и на улицу вывалился здоровенный детина с татуировкой скрещенных кинжалов на лбу. Его мутный взгляд скользнул по мне, после чего он заявил, выдыхая в мою сторону жуткий перегар:

— Эй, коранг! Не видать тебе Кайлана как своих ушей! Скажи своим, что долг по прежнему пахнет кровью!

Я не стал никак реагировать на это высказывание, а только лишь молча ускорил свой бег, растворяясь в тени следующего дома. Крики бугая и обещания кровавой расплаты остались где-то позади. Поначалу я пытался обдумать услышанные только что слова, но потом откинул этот хлам. Сейчас это было неважно…

Я всеми силами во время своего побега старался избегать открытых пространств, но в один момент свернул не туда, и как результат — упёрся в небольшую площадь, которая в текущий момент, судя по запаху и зловонным лужам, сейчас служила чем-то вроде ночного рынка скота, при чём не всегда это были только лишь животные…

На площади было существенно светлее, чем в остальном городе за счёт редких масляных факелов. Как только я выбежал на неё, то в тот же миг фигуры у многочисленных загонов настороженно замерли, пристально и оценивающе следя за мной и моими действиями.

В любой другой момент времени я бы с радостью поучил местных хорошим манерам и большей уважительности, но проклятое давление святош неожиданно усилилось, и судя по ощущениям — они отставали от меня буквально на жалкий квартал.

Прижавшись к стене, я заскользил вдоль нее, стараясь избегать попадания на открытое пространство, и тут увидел, что один из торговцев — толстый мужчина в запачканном фартуке, медленно потянулся под прилавок. Я не стал испытывать судьбу и ждать, что он там достанет. Вместо этого сделал быстрый рывок — и снова очутился в лабиринте тёмных переулков.

К сожалению поспешность сыграла со мной дурную шутку, и очередной переулок вывел меня не на улицу, а к здоровенному вонючему рву, куда стекало нечто неописуемое со всего города. Пар от этого рва поднимался даже в это время суток, а аромат… Не поддавался вообще никакому описанию.

Думать мне было особо некогда, поэтому пришлось рисковать. Ширина рва была не очень большая — что-то около трёх метров, и в старом теле я бы даже не заметил такого расстояния, но здесь и сейчас пришлось подстраховаться. Чтобы выиграть небольшой запас по высоте — я заскочил на крышу какой-то крытой телеги, и что есть сил оттолкнулся, отправляясь в полёт.

Приземление произошло штатно, и я тут же припустил дальше, отметив краем сознания, что судя по ослабшему давлению — святоши решили не следовать за мной в это царство вони, и двинулись в обход. Воспользовавшись этой передышкой я на несколько секунд остановился, стараясь перевести сбитое к Харшу дыхание. Что ни говори, а это тело явно было не готово к длительным забегам по ночным городам с обозлёнными святошами на хвосте…

Немного передохнув, я тут же побежал дальше. Чем ближе я приближался к центру города, тем сильнее менялся воздух. Запах нищеты и гнили постепенно начал вытесняться другим — запахом пыли и камня с примесью чего-то… древнего и чужого.

Помимо этого постепенно стал появляться гул из-за едва ощутимой вибрации, которая шла сквозь камни мостовой, словно дыхание спящего гиганта.

Наконец я добрался до своей цели и выбежал на кольцевую площадь, опоясывающую главную достопримечательность Хинота — Воронку бездны.

Это действительно было нечто монументальное и ужасающее. Гигантская, рукотворная воронка, уходящая вглубь земли на сотни метров. Словно какое-то божество гигантской ложкой выскребало плоть планеты. Ступенчатые склоны этой воронки были освещены редкими, чадящими факелами и светом бледного ночного светила, пробивающегося сквозь вечную дымку над городом.

На каждом уступе виднелось множество тёмных провалов, которые представляли из себя входы в подземелья. Чем выше ярус — тем больше на них было движения: тусклые огоньки, крики, лязг оружия. Контрабандисты с тюками, банды, делящие «охотничьи» участки, торговцы с колесницами, груженными чем-то, что пахло кровью и странными травами…

Биржа Тайсана, где нанимали и снаряжали искателей приключений для спуска за редкими ингредиентами тварей Бездны, должна была находиться где-то здесь, на верхних уровнях, но если я туда сунусь — это будет последнее, что я вообще сделаю в этой жизни.

Святоши ждать не будут, а потому путь на биржу мне заказан, и придётся идти так как есть… Без контракта, без группы, без припасов.

Да что говорить… У меня даже еды с собой толком не было, так что с этим, как и со всеми другими вопросами мне предстоит разбираться уже в подземелье.

Если бы в теле Эриндара оставался законный его хозяин, то с такими условиями он скорее всего был бы обречён на очень скорую гибель… Но в его теле теперь был я, а значит — мы еще побарахтаемся и ни за что не станем добычей для местных.

Тем временем преследующие меня вихри силы сомкнулись за моей спиной, и совсем скоро их хозяева вышли на центральную площадь города, от чего на ней резко стало светлее.

Обернувшись, я увидел их — три белых плаща, сияющих в ночи неестественным светом. Серебряные скипетры в руках были направлены в мою сторону, а их взгляд не обещал мне ничего хорошего. Их походка, их поведение… Всё просто кричало о том, что эти разумные привыкли повелевать, и ни за что не отступят от своей цели.

Пока я любовался своими преследователями — один из них разразился громовым голосом, который было слышно в любой части не такой уж маленькой площади:

— Сквернорожденный! Прекрати бессмысленное бегство и сдайся Пламени Очищения! Мы гарантируем тебе гуманный суд и подобающее отношение!!! Мы всё равно тебя достанем, но тогда неизбежны случайные жертвы! Одумайся!

После этих слов на площади установилась моментальная тишина. Все — от самого вшивого контрабандиста, до уважаемого торговца замерли, переводя взгляд то на меня, то на святош и обратно.

Страх и ненависть к Надзирателям были здесь сильнее любого закона, но не смотря на это желающих встать на мою сторону по понятным причинам не нашлось. Одно дело — кичиться своей силой и наплевательским отношением к законам перед простыми смертными, и совсем другое — бросить прямой вызов целому ордену, который в случае чего не погнушается уничтожить тебя и всех твоих близких.

Да и смысла им дёргаться по сути никакого не было. Я для Хинота был чужаком, который находился в городе меньше нескольких часов, и который принес в их «свободный» город проклятое внимание святош.

Быстро прикинув оставшиеся у меня варианты, я очень чётко осознал, что верхние уровни подземелий с лёгкостью могли стать для меня ловушкой. Они уже были основательно зачищены, а поэтому там меня с лёгкостью могли достать как святоши, так и местные, с радостью сдав «скверну» за награду или просто в обмен на то, чтобы белые плащи как можно скорее убрались из их воронки.

Решение созрело мгновенно, и было оно в какой мере отчаянно — в той же мере и безумно. Оно шло кардинально вразрез со всем, что бы делал на моём месте Арганд, да что Арганд… Оно шло вразрез с самим инстинктом самосохранения, но в моей ситуации оно было единственно верным.

Приняв решение, я сразу же метнулся совсем не туда, куда потихоньку стягивались святоши, перекрывая мне доступ ко входу на верхние уступы… Вместо этого я метнулся к самому краю площади, где находился обрыв в бездну воронки. Туда, где дождевая вода проделала едва видимые змеящиеся тропы, уходящие в самый низ по внутреннему склону воронки к нижним ярусам…

— ОСТАНОВИТЕ ЕГО! ОН НЕ ДОЛЖЕН УЙТИ ВНИЗ! — прогремел голос святоши, и я услышал, что в его голосе впервые мелькнуло что-то, кроме праведности — и это было чувство самой настоящей тревоги.

В следующий миг скипетры моих преследователей вспыхнули, и их лучи ослепительно-белого света, с невероятной скоростью, рванули в мою сторону. Один из лучей чиркнул по камню у моих ног, оставив при этом дымящуюся борозду, второй просвистел так близко от моей головы, что я даже смог почувствовать жар и запах паленых волос.

Не смотря на жгучее желание призвать на головы этих тварей какую-нибудь жёсткую кару, я и не думал оглядываться. Край приближался очень быстро, и спустя буквально долю мгновений я наконец прыгнул, но не вертикально вниз, а на узкую, невероятно крутую тропу, ведущую вниз по отвесной стене воронки.

Камни с готовностью посыпались у меня из-под ног, в результате чего я с нарастающей скоростью скользил вниз, цепляясь руками за выступы, и кусты, чтобы хоть так немного уменьшить свою скорость.

Гравитация беспощадно тянула меня вниз, а сверху били лучи святош, но с каждым мгновением угол атаки становился всё более неудобным для них, из-за чего попасть они в меня не могли, но зато освещали своими лучами скалу передо мной, превращая и без того весёлый спуск в адскую дискотеку из теней и ослепляющих вспышек.

Уровни воронки мелькали мимо меня как в калейдоскопе. Второй ярус с кучей входов и большим количеством людей одарил меня запахом крови и серы. Из глубины пещер доносился рык чего-то большого и нечеловеческого.

Как только я оказался в зоне видимости — множество фигур разумных ощетинились оружием, увидев безумца, спускающегося по стене в сопровождении атакующих лучей святош. Один из разумных даже не выдержал и произвёл по мне выстрел из своего арбалета. К его счастью — болт со свистом вонзился в камень рядом с моей ногой, не причинив мне никакого вреда.

Задерживаться я не стал и уже совсем скоро достиг третьего яруса. Здесь освещение было куда скуднее, чем на ярус выше. Входы в пещеры казались чернее, и как будто бы древнее. Тут было существенно меньше движения, а из одного проёма за мной даже наблюдал какой-то местный обитатель, таращась жёлтыми глазами.

Давление святош сверху существенно ослабло, заставляя меня нервничать и терзаться сомнениями — они не решались спускаться? Или наоборот готовили что-то убойненькое мне на радость?

Четвертый ярус, пятый… С каждым новым ярусом тропа становилась все опаснее, практически растворяясь в земле. Дошло уже до того, что я больше сползал, чем шел. Воздух прямо на глазах густел, и становился спертым.

Запах плесени, сырости и чего-то… кислого, металлического… Это было лишь самым малым из неудобств, когда я наконец достиг самых нижних уровней. Тропа окончательно кончилась и я наконец остановился, оказавшись на узком уступе перед огромным, как пасть неведомого чудовища, черным провалом, на дне которого была идеально гладкая поверхность чёрного озера.

За спиной у меня была отвесная стена в сотни метров высотой, а впереди — тьма, из которой валил морозный, нездоровый воздух. Подняв голову наверх я увидел три крошечные белые точечки в вышине, которые тщетно пытались высмотреть меня на дне воронки. Святоши стояли на краю верхнего уступа, но их проклятый свет не достигал сюда, а значит на какое-то время я был спасён.

Выкинув своих преследователей из головы, я наконец начал более предметно оглядывать место, куда занесла меня река судьбы, и с предвкушением улыбнулся. Здесь царила тишина, но она не была мёртвой. Это была звенящее затишье перед настоящей бурей, которая начнётся сразу после того, как я зайду в один из тёмных провалов.

Святоши наверху решили просто так не сдаваться, и спустя несколько мгновений у них вспыхнул яркий сгусток энергии. Эти твари явно готовили что-то мощное, чтобы выкурить или уничтожить меня даже здесь. Я понял, что времени на выбор мне особо не оставили, поэтому как обычно — надеяться остаётся только на себя, на свои способности, и на то, что интерфейс всё-таки «починится» и позволит мне попытаться разобраться с магией этого мира.

Я вдохнул ледяной, мертвенный воздух нижних ярусов, в последний раз посмотрел вверх, на далекие белые точки — символ всего, что теперь охотилось на меня в этом мире, — и шагнул в первый попавшийся провал, куда не сунулся бы и самый отчаянный головорез с верхних ярусов без контракта и мощного отряда.

Я не знаю что произошло снаружи, но грохот обваливающихся камней, эхом прокатившийся за моей спиной, сообщил мне, что выбранный мной проход отныне надёжно запечатан, и обратной дороги нет, но мне уже было плевать на это. Я уверенно уходил всё дальше в кромешную тьму, даже не думая оглядываться, лишь мысленно проклиная святош, которые прицепились ко мне, словно я величайшее зло во всём мире.

Медленно продвигаясь вперёд, я невольно поморщился от того, что воздух в этом месте оказался весьма странным — он будто был пропитан запахом вековой плесени и чего-то кислого, что в сочетании с очень сильной влажностью делало моё продвижение несколько более мерзким, чем мне хотелось бы.

Не успел я сделать и пары десятков шагов, как почувствовал быстро приближающуюся угрозу со стороны потолка, после чего, не смотря на то, что у меня было новое тело — рефлексы, вбитые в сознание, сделали своё дело.

Даже не поднимая головы, я резко обнажил клинок одного из ассасинов, и отбросив свёрток со своей поклажей в сторону, начал показывать местным обитателям невероятно красивый танец смерти.

Один взмах — и самая шустрая тварь, разрезанная пополам, с глухим ударом шлепнулась в грязь, прямо передо мной. Второй удар, короткий и точный, и голова второй твари отлетела, а тело рухнуло куда-то в темноту. Третью тварь я просто и не затейливо отшвырнул ногой в стену, наслаждаясь хрустом ломающегося хитина.

Мерзкий писк тут же оборвался, после чего я стряхнул с клинка чёрную вязкую слизь, ощущая несколько позабытое, но тем не менее привычное презрение ко всей подземной нечисти, и подняв свой свёрток, двинулся дальше.

Выбранный мной тоннель безостановочно петлял, то сжимаясь настолько сильно, что местами даже приходилось протискиваться боком, скрежеща зубами от раздражения, то неожиданно расширялся в залитые зловонной жижей гроты, что тоже восторга с моей стороны не вызывало.

Влажность этого места оказалась настолько сильной, что я уже ощущал себя мокрым буквально с ног до головы, и это ощущение отнюдь не добавляло мне хорошего настроения. Поначалу я опасался атак местной фауны, но со временем я осознал, что достойных противников для меня тут нет, и все эти атаки постепенно переросли в утомительную рутину:

Раз — и из какой-то неприметной щели вырывается клубок щупалец, который оказывается разрублен одним резким ударом клинка, два — и с потолка падают студенистые слизни, которые просто лопались при контакте с любой поверхностью, выпуская при этом клубы ядовитого пара…

Этот пар мог бы быть опасным, только вот расходился он настолько медленно, что я с гарантией успевал преодолеть опасный участок, всё сильнее погружаясь во тьму.

Кстати говоря — на счёт тьмы… Не знаю к какому виду принадлежал мой реципиент, однако он оказался не так прост, как я поначалу думал… Дело в том, что ровно в тот момент, когда меня окутала беспросветная тьма — мои зрачки вдруг расширились, а спустя несколько мгновений я начал пусть не полноценно видеть, но очертания прохода и различные препятствия на пути больше не были для меня весомой проблемой.

Постепенно продвигаясь вниз, я начал ощущать, что лимиты этого тела выбраны и уже совсем скоро я буквально свалюсь от усталости, что на самом деле было совсем не удивительно.

Тем не менее всё было не настолько плохо, чтобы падать здесь и сейчас, поэтому я упорно продолжал движение, надеясь найти какое-нибудь место, где было хотя бы не так влажно…

Спускаясь вниз, я неволей задавался вопросом относительно причин, благодаря которым возникли слухи, что нижние этажи — это какое-то ужасное место, где выжить считалось практически невозможным. Да, находиться тут было весьма не приятно, но встреченные противники… Пока что не вызывали ничего, кроме презрительной усмешки и некоторого рода брезгливости.

Во время своего продвижения я не считал время, не думал о святошах, которые, возможно, все же решились последовать за мной… Мой мир постепенно сузился до этого тоннеля, до следующего поворота, до следующей твари, которую нужно раздавить. Мысли текли вяло, но даже в таком состоянии я постепенно начал замечать изменения в окружающей меня обстановке.

Сначала я думал, что мне показалось, но практически сразу получил подтверждение своим мыслям и радостно выдохнул. Дело в том, что вопреки логике — вездесущая сырость постепенно отступала! Грязь под ногами прямо на глазах становилась плотнее, а спустя несколько десятков шагов вообще сменилась на твердый камень.

Стены тоже становились всё ровнее, приобретая грани, углы, и чёткие линии. Это оказалось весьма интригующе, но в то же время настораживало. Я понятия не имел — куда завёл меня выбранный коридор, но на всякий случай начал двигаться ещё осторожнее прежнего, внимательно фиксируя взглядом все изменения.

Ощущение искусственности окружающего меня ландшафта росло с каждым шагом, и в конце концов я констатировал, что двигаюсь уже не по природному гроту, а по самому настоящему тоннелю, построенный кем-то невообразимо давно.

Проведя рукой по стене, я тут же почувствовал, что под слоем вековой пыли и грязи чувствовалась гладкая, почти полированная поверхность стены, на которой мои пальцы нащупали едва различимые углубления, являющиеся элементами плохо различимых узоров.

Именно здесь, в переходной зоне, где грязь окончательно отступила, оставляя сухой пол, я нашел его… Полузасыпанный скелет в истлевшей, слипшейся одежде с практически сгнившим рюкзаком из грубой ткани. Аккуратно пошерудив обнаруженную находку, я с сожалением отметил, что всё его содержимое превратилось в бесформенную, уничтоженную влагой массу.

Раздражённый пустой тратой времени, я чуть не прошёл мимо, но именно в этот момент зафиксировал краем глаза, что-то постороннее в грязи у костяной руки. Быстро нагнувшись, спустя несколько мгновений я стал обладателем небольшой тяжеловатой плитки, размером с детскую ладонь.

Поверхность этой плитки на ощупь оказалась покрыта сложными, переплетающимися линиями и точками. Без источника света рассмотреть эти узоры не представлялось возможным, поэтому на текущий момент я мог полагаться исключительно на свои чувства, которые твердили, что никакой угрозы эта плитка мне не несёт, а ещё она излучает странное, успокаивающее тепло.

Мысленно пожав плечами, я закинул свою находку в узелок с вещами, и продолжил движение по тоннелю, чтобы спустя десяток минут выйти к границам огромного помещения, в центре которого стояли десятки, а может и сотни светящихся колонн.

Аккуратно приблизившись к ним, я начал с интересом осматривать свою находку. Именно сейчас я ощутил острую нехватку способностей, утерянных во время перехода на Этерион. В своём родном мире я бы просто и не затейливо призвал демона познания, и за скромную жертву он бы моментально разложил мне всё по полочкам, однако тут, кроме себя, мне было не на кого полагаться.

Гладкий, матовый материал этих колонн излучал холодный, несколько мертвенный свет, отдающий привкусом некромантии, а внутри этих колонн мягко пульсировали энергетические сгустки различных цветов.

Колонны стояли причудливыми группами, и в этом совершенно точно была какая-то система, но как я уже упоминал — пояснять мне никто ничего не собирался, а значит выбора у меня сейчас было два: первый, и в то же время самый логичный — сделать вид, что я ничего не находил, и продолжить своё бегство из Хинота, а второй… Второй выбор заключался в попытке разобраться в природе этих колонн, и возможно узнать для себя что-то новое.

«И хочется и колется, Харш побери…» — раздражённо подумал я, после чего всё-таки решился на эксперимент, выделив для этого себе максимум десять минут времени, и начал осторожно приближаться к ближайшей колонне, голубая энергия которой разгоралась всё ярче, с каждым моим шагом.

Я всегда отличался особой упёртостью, и если принимал какое-то решение, то шёл до самого конца. Разгорающаяся иллюминация не смогла меня остановить, и уже спустя несколько мгновений моя рука коснулась неожиданно тёплой поверхности выбранной колонны, сразу после чего пол в зале содрогнулся, а свет внутри всех колонн вспыхнул настолько ярко, что на короткое мгновение способность видеть покинула меня.

Слава богу это неудобство носило временный характер, и уже совсем скоро зрение стало постепенно возвращаться ко мне, даруя возможность увидеть остатки завихрений воздуха, в центре которых стояло крупное антропоморфное существо, и молча взирало на меня тёмными провалами глаз.

Несколько мгновений мы напряжённо изучали друг друга, и за это время я успел кристально ясно осознать — будет не просто. Существо передо мной было достаточно высоким, где-то под два метра ростом, с кожей, которая своей структурой напоминала потрескавшийся базальт.

Самое интересное, что изучая его — я не чувствовал ни агрессии, ни угрозы с его стороны… Он просто чего-то ждал, и когда через несколько мгновений яркость колонн вернулась к прежнему уровню, он тут же начал действовать.

Сильно париться это существо не стало, а просто напросто исчезло, чтобы спустя несколько мгновений материализоваться в полуметре от меня, и нанести первый удар, по силе похожий больше не на человеческий удар, а на удар копытом, который пришелся мне точно в солнечное сплетение.

Это было… Больно. Воздух со стоном вырвался из моих легких, а беспощадная инерция заставила меня откатиться назад, после чего я едва успел поднять предплечье, чтобы отвести в сторону следующий удар ребром ладони, направленный точно в висок.

Помахаться я всегда был не дурак, поэтому мне не стоило никакого труда разогнать боевое мышление и вступить в бой, не смотря на то, что пока что инициатива была совсем не на моей стороне.

Практически сразу я осознал, что мой противник к большому сожалению атаковал совсем не хаотично. Его движения были выверены, экономичны и смертельно опасны. Блок, уклон, контратака — все сливалось в единый, жестокий танец, который был просто до безумия похож на тот стиль, который в своём мире я оттачивал веками — сочетание резких, пробивных ударов локтями и коленями с молниеносными подсечками и захватами.

Мы кружили среди светящихся колонн, словно два демона, запертые в клетке из сотен светящихся колонн. Его тяжеленный кулак просвистел в жалком сантиметре от моего виска, ударив в одну из колонн с такой силой, что на ней осталась приличная такая вмятина с целой паутиной трещин.

Я попытался ответить ему на это серией коротких ударов в живот, но это оказалось ошибкой… Вы когда-нибудь пробовали со всего размаха ударить по скале? А я вот попробовал… Как не сломал себе ничего — так и не понял.

Расстраиваться своей неудаче я не стал, и уже в следующее мгновение моя нога метнулась в коленную чашечку противника в ударе, способном сломать даже ногу голема.

Существо как почувствовало мои намерения, и в последний момент развернуло бедро, приняв удар на внешнюю сторону, после чего тут же контратаковало, пытаясь схватить мою ногу в замок.

Вырвавшись ценой длинной царапины на голени от его острейших когтей, я перекатился в сторону и начал кружить вокруг него, выбирая удобный момент для атаки.

С каждой секундой напряжение нарастало. Мало того, что скорость этой твари была воистину пугающей, так оно ещё и вполне успешно предвосхищало мои намерения, как будто читая задуманные мной комбинации приёмов по одному только напряжению мышц.

Мои удары, которыми в былые времена я на спор пробивал стены, оно встречало либо идеальным блоком, либо уходило с линии атаки с нечеловеческой пластикой, а ведь мою усталость никто не отменял. Это тело было совсем не приспособлено к затяжным боям в рукопашку, и я уже чувствовал, как чёртова усталость начинает медленно, но верно подтачивать края моего восприятия, замедляя реакции на действия противника.

Ситуация была совсем не простой, но я никак не мог отделаться от мыслей, что что-то было не так. К счастью я очень быстро разобрался в своих ощущениях и осознал, что несмотря на кажущуюся ярость и абсолютное мастерство, в атаках существа не было убийственного намерения.

Да, оно билось жестоко и эффективно. Да, любой из его ударов, достигнув цели, мог бы стать фатальным. Но вот дело в том, что цели они не достигали. Я уже несколько раз подставлялся, но всегда в последний момент траектория опасного удара чуть смещалась, а сила слегка гасилась.

Когда его коготь, похожий на обсидиановый кинжал, рванулся к моему беззащитному горлу — он лишь оставил на коже жгучую царапину, хотя легко мог пронзить его насквозь. Когда его нога после парированного удара по инерции пошла в пах — она сместилась на бедро, оставив мне синяк, но не раздробив кость.

Оно не убивало. Оно… как будто проверяло меня на что-то!

Эта безумная мысль засела у меня в голове, но ПОЧЕМУ это существо не желало моей смерти, и что оно вообще хотело — так и оставалось для меня загадкой…

В конце концов я понял, что если «протанцую» ещё хотя бы минуту, то просто упаду без сил и решился на безумный, отчаянный ход, желая разорвать этот порочный круг взаимных ударов. Если я прав, и оно действительно не желает меня убивать — пусть докажет это окончательно.

Сразу после этого, вместо того чтобы отскочить или парировать следующий ожидаемый удар в голову, я глубоко выдохнул и отринув в сторону все сомнения, просто шагнул навстречу своему противнику, сознательно подставляясь под смертельный удар.

Я буквально бросил себя под уже занесенный для удара локоть — удар, который должен был пробить меня насквозь, навсегда поставив точку на моём бренном существовании. Время растянулось.

Я видел, как каменный локоть летит к моей ничем незащищенной голове, видел мерцающие звездочки в глазницах противника, и в следующий миг, когда казалось, что вот… ещё чуть-чуть, и меня накроет всепоглощающая боль, мой противник вдруг резко замер, так и не закончив начатый удар.

Несколько мгновений я завороженно смотрел на своего противника, но потом всё-таки стряхнул сковавший меня ступор, после чего начал действовать, подчиняясь инстинктам.

Я больше не рискнул бить его кулаком, а решил использовать то, что было у меня под рукой. Засунув руку в свой свёрток с вещами я хотел вытащить второй клинок ассасина, но вместо этого моя рука коснулась неожиданно горячей плитки, которая совсем недавно была подобрана мной около загадочного скелета.

Не знаю почему я решил использовать именно её, но это оказалось чертовски верным решением. Сжав этот странный артефакт в своей ладони, я сделал резкий шаг вперёд, и использую весь импульс моего шага я вынес руку с зажатой плиткой вперёд, нанося удар в грудь замершего существа.

Как только плитка в моих руках коснулась тела существа — по помещению тут же разнёсся звук, похожий на треск ломающегося гранита, смешанный с шипением раскаленного металла, опущенного в воду. Мерцающие звездочки в глазницах существа погасли, его тело замерло, сразу после чего начало неудержимо рассыпаться на мелкие кусочки, словно обычная разбитая статуя.

Тяжело дыша, я смотрел на происходящее и отказывался верить, что на этом мои невзгоды закончились, и меня больше никто не хочет покалечить. Сейчас, ощущая пробегающую дрожь по изнемождённым мышцам, я уже был совсем не рад своему недавнему любопытству.

Если бы не подобранная мной плитка, которая судя по всему оказалась аналогом какого-то ключа, то чем бы закончилось моё противостояние — я даже не берусь предсказывать…

Кстати, что касается плитки… Она по прежнему была ощутимо теплее чем раньше, а по её поверхности то и дело пробегали белоснежные искры, повторяя нанесённый на неё узор.

Попытавшись разобраться в этом изображении, я невольно вздрогнул, когда свет окружающих меня колонн начал синхронизироваться, и когда все они загорелись идеально белым светом — вся энергия из них стала вытекать наружу, сразу же устремляясь к центру огромного зала, где мы сейчас находились.

Постепенно в том месте начал формироваться вихрь чистого, холодного света, который с каждым новым мгновением вращался всё быстрее, постепенно обретая узнаваемую форму воронки. В её эпицентре, прямо на моих глазах, пространство начало искривляться и расплываться, как отражение в бурлящей воде, чтобы спустя несколько мгновений там появился самый настоящий разрыв в ткани реальности.

Я моментально опознал портальные врата, и сразу же приготовился к новым неприятностям… Которых не последовало.

«Судя по всему появление этого портала — следствие недавнего боя и моей победы, а значит… Значит это действительно была проверка, и возможно по ту сторону портала я получу ответы хоть на какие-то вопросы…» — подумал я, и решительно выдохнув, подхватил оброненный свёрток, и сделал первый шаг в сторону сияющего марева…

Я всегда смотрел своим страхам прямо в глаза, и если уж принимал какое-то решение, то следовал ему без оглядки. Именно поэтому за первым шагом сразу последовал второй, третий… в конце концов я приблизился вплотную к открывшемуся порталу и решительно прошёл прямо в него, а в следующий миг меня окружила всепоглощающая белизна, которая моментально сменилась оглушающей пустотой и моё сознание покинуло меня, даруя мягкую тьму забвения.

Пробуждение было медленным, и очень напоминало восстановление после мощного наркоза. Сначала проснулись ощущения, что позволило мне ощутить неудобное, холодное ложе под спиной, которое по своей структуре очень сильно напоминало шероховатый, неподатливый камень, от которого меня пробирало лёгким холодом сквозь тонкую, неизвестную ткань на теле.

Сразу за этим пришли звуки, и как только я их услышал, то тут же осознал, что вместо ритмичного гудения сотен непонятных колонн, я слышу только тишину, изредка нарушаемую редкими, далекими каплями воды, но не успел я начать по-настоящему напрягаться, как ко мне наконец вернулось зрение, и я увидел свет. Не ровный и белый, а тусклый и мерцающий, льющийся сверху сквозь толстое, мутноватое стекло.

Да, к моему неописуемому удивлению прямо надо мной, в сантиметре от лица, было грубое, неровное стекло, вмурованное в массивную каменную раму, а за ним — тёмный свод пещеры, кое-где подсвеченный слабым, фосфоресцирующим сиянием непонятного мха.

«Это что ещё за новости? Что я делаю в этом саркофаге? Или это вообще каменный гроб⁈» — панически подумал я, но последующие события показали, что я слишком рано волновался, да и делал это очень зря.

С каждым новым мгновением мой организм оживал всё больше, и отринув в сторону панические мысли, я с лёгким удивлением обнаружил невероятную лёгкость во всём теле. Ощущение было такое, будто его вычистили и вымыли изнутри, убрав любые напоминания усталости и грязи.

Следы недавней битвы с каменным стражем бесследно исчезли. Не было ни боли, ни ссадин, ни того всепоглощающего чувства усталости, которое угнетало меня до моего попадания в портал.

В общем чувствовал я себя… как будто заново родившимся, невольно возвращаясь мыслями к близости с верховной дриадой Сиульских лесов, которая всегда на прощание одаривала меня сферой истинного исцеления.

Неожиданно мои мысли оказались прерваны оглушительным скрежетом камня о камень, который издавала массивная каменная рама, с видимым усилием поднимаясь и отъезжая в изголовье моего саркофага по скрытым пазам. Внутрь сразу же хлынул воздух пещеры — влажный, тяжелый, пахнущий сыростью и чем-то сладковатым.

Я тут же медленно опёрся на локти и начал подниматься на своём ложе, после чего огляделся вокруг, и определил, что кроме меня и моего места заключения, выдолбленного прямо в огромном каменном блоке, в этом помещении ничего не было.

Мой блок, который скорее всего являлся своеобразным прототипом медицинской капсулы, стоял посреди обширной, естественной пещерной полости. Высокие своды этого места надёжно терялись в темноте, лишь кое-где подсвеченные тусклым фосфоресцирующим налетом.

Первым делом я инстинктивно потянулся к бедру, и мысленно похолодел от пустоты, которую там ощутил. Не было ни оружия, ни узелка с отвоёванными вещами. Более того — моя одежда тоже изменилась, и сейчас я мог похвастаться лишь лёгкими, бесшовными брюками и туникой из странного, прохладного материала.

Попытавшись подняться из капсулы, я неожиданно ощутил левой рукой что-то постороннее, и недолго думая поднёс свою находку поближе к глазам, чтобы в следующий миг радостно воскликнуть — это была плитка! Та самая плитка, которую я поднял с непонятного трупа, и которая, судя по всему, послужила ключом, позволившим сюда войти.

Окончательно поднявшись со своего каменного ложа, я ступил ногами на холодный, неровный камень пещерного пола, и сразу же попытался найти изменения в своём состоянии, которые не смог определить, находясь в лежачем положении.

Как я и предполагал — прекрасное внутреннее состояние отразилось на моём теле, которое двигалось с непривычной силой и плавностью, напоминая мне мои лучшие годы на землях Ноктэрна. Сделав несколько шагов, чтобы разогнать застоявшуюся кровь, я оглянулся вокруг, чтобы попытаться определить место своего заключения, и практически сразу удивлённо замер.

Дело в том, что на стене, прямо напротив саркофага, были нарисованы какие-то едва уловимые знаки, которые начали фрагментарно подсвечиваться в моих глазах родным изумрудным цветом, который я после своего необдуманного поступка даже не надеялся увидеть.

«Кто-то… или что-то в этой пещере, в этом каменном саркофаге… не просто вытащило меня из портала и восстановило моё здоровье… Оно вернуло часть моих утраченных способностей!»

Я никогда не верил в безосновательную щедрость, потому что это было самой настоящей сказкой для наивных глупцов. Никто никогда ничего не делает просто так, и за любые действия обязательно последует расплата. В моём случае самое главное заключалось в том, чтобы озвученная цена не уничтожила меня как человека… и как личность.

Я напряг все чувства, вглядываясь в тёмные углы пещеры, пытаясь найти место, откуда за мной наблюдают, но как бы я не старался — никаких источников угроз так и не обнаружил.

Именно в этот момент, когда моя подозрительность относительно этого места достигла пика, неожиданно появился грубый, низкий голос, который заполонил всю пещеру. И говорил он на чистом, безупречном Ауритинском:

— Добро пожаловать, таинственный гость. Прошу следовать за светящейся линией на полу.

После этой фразы я на протяжении практически целой минуты стоял на одном месте и пытался понять — чему я только что стал свидетелем. Моё удивление объяснялось тем, что услышать в этой богом забытой пещере голос, который говорил на языке моего детства — это было настолько неожиданно, что буквально шокировало.

Прежде чем я успел взять себя в руки, прямо передо мной без всяких видимых приспособлений на неровном каменном полу, вспыхнула линия света. Она тянулась от моих ног вглубь пещеры, к темному проходу, на который раньше я не обращал особого внимания.

Деваться мне было особо некуда, поэтому я осторожно двинулся в направлении тёмного прохода, ежесекундно ожидая нападения. Постепенно пещера с каменным саркофагом осталась позади, погружаясь во мрак, а линия уверенно уводила меня всё дальше вниз — в узкий, сырой туннель, выдолбленный то ли природой, то ли чьей-то древней рукой.

Я очень надеялся, что мой путь закончится достаточно быстро, однако моим ожиданиям сбыться было не суждено. Голубая светящаяся линия и не думала заканчиваться, уводя меня по удивительно разветвлённой сети переходов. Временами стены вокруг меня сжимались, а потолок нависал до такой степени низко, что для дальнейшего продвижения приходилось приседать чуть ли не на корточки.

Постепенно воздух вокруг меня становился всё тяжелее, и появился запах вековой плесени и дикой влажности. Свет линии был единственным ориентиром в кромешной тьме, которая стала постепенно рассеиваться, когда я приблизился к весьма обширной пещере.

Эта пещера была существенно меньше предыдущей, но производила куда более гнетущее впечатление. Своды были низкими и массивными, из-за чего появлялось ощущение давления. В центре пещеры, на естественном каменном возвышении, стояла какая-то конструкция, больше всего напоминающая грубо отёсанный алтарь или даже пьедестал.

В верхнюю часть моей находки были вмурованы десятки, если не сотни, темных, потухших кристаллов неправильной формы, которые окружали единственный источник света в этой пещере — центральный кристалл, размером с человеческую голову.

Он был глубокого, почти чёрного оттенка, но когда я приблизился, то в его центре начало медленно разгораться слабое фиолетовое свечение.

Именно к этому кристаллу вела светящаяся линия, которая пропала сразу, как только я зашёл в этот зал.

— Приблизься, носитель ключа. — прозвучал тот же низкий, резонирующий голос, звучавший прямо из середины кристалла. Раньше я не успел обратить внимания, но теперь чётко понимал, что звук этот совершенно не похож на голос живого существа, и вообще — отдаёт чем-то механистичным.

Я остановился в нескольких шагах от каменного блока, сжимая в руках найденную плитку с такой силой, словно она могла мне чем-то помочь. Неожиданно я увидел, что прямо над этой штукой появилась полупрозрачная изумрудная надпись от моего интерфейса:

Сущность: Хранитель предела.

Статус: Критический.

Уровень Угрозы: Нулевой.

Целостность: 12,7 %… 12,6 %…

Я понятия не имел, что мне с этим делать, поэтому для начала решил аккуратно спросить, используя тот же Ауритиниский язык:

— Кто ты? И что это за место? Зачем ты меня привел сюда?

Кристалл начал пульсировать чуть ярче, после чего знакомый безэмоциональный голос ответил:

— Я — Страж последнего порога. Финальный операционный контур системы хранения знаний цивилизации Лау-Дэрн'Ат. Данная локация обозначена как крипта резервного хранилища сектора 7-Гамма. Функциональное назначение: сохранение критических данных и семян культуры в случае катастрофы сингулярности.

Услышав такой странный ответ, я не шуточно напрягся.

«Катастрофа сингулярности? Лау-Дэрн'Ат? Это явно не имеет ни малейшего отношения к миру, где я был совсем недавно… Что за чертовщина и куда я попал⁈» — подумал я, и продолжил разведывать обстановку:

— Катастрофа? Ты можешь мне рассказать что произошло?

— Цивилизация Лау-Дэрн'Ат достигла уровня технологического синтеза и ведущие разработчики предприняли попытку создания прямого интерфейса с фундаментальными матрицами реальности. Это привело к каскадному коллапсу пространства-времени в радиусе 97,3 % контролируемых систем.

Данная Крипта была изолирована автоматическими протоколами за 0,4 стандартных цикла до момента полного распада. Внешняя связь утрачена. Энергетические резервы на исходе. Целостность Операционного Контура деградирует.

Голос описывал гибель целой цивилизации с ледяным спокойствием, присущим простейшим искинам с отключённой эмоциональной матрицей, от чего я невольно поёжился, хотя и сам в Ноктэрне бывало обрекал на гибель целые города смеха ради…

— Почему я? Почему ты восстановил меня и мой интерфейс? — спросил я у искина, на что получил неожиданный ответ:

— Обнаружен артефакт доступа. Уровень допуска: Тета. Данный уровень достаточен для инициализации протокола передачи базовых семян. Биологический носитель определен как совместимый, состояние носителя признано субоптимальным.

Проведена не инвазивная оптимизация физиологических параметров и восстановление поврежденного нейронного интерфейса носителя для обеспечения канала передачи данных.

— Передачи данных⁈ О каких данных ты говоришь? Да и нет у меня никакого ключа! — напрягся я, не желая, чтобы кто бы то ни было что-то передавал в мой разум без моего на то согласия.

— Артефакт-ключ доступа к базовым семенам культуры Лау-Дэрн'Ат тета-уровня находится в твоей левой руке. Помести ключ на платформу сканирования. — ответил равнодушный искин, и сразу после этих слов часть каменного блока перед кристаллом вдруг полностью очистилась от пыли, обнажив гладкую чёрную поверхность. На ней слабо светился контур, точно повторяющий форму плитки в моей руке.

Мне очень не хотелось доверять свою находку этому явно сломанному механизму, но так как интерфейс без малейших сомнений оценивал уровень угрозы от этой штуки как «нулевой» — я решил рискнуть.

Шагнув вперед, я положил нагретую в руках плитку внутрь светящегося контура на черной поверхности, отметив краем сознания, что легла она туда настолько идеально, будто специально для неё эту выемку и делали.

Как только я её отпустил, то по поверхности камня сразу же пробежали тонкие, молниеносные узоры голубого света, сфокусировавшиеся на моей плитке. Сам ключ от этого воздействия засветился изнутри тем же изумрудным светом, что и мой интерфейс, а его узоры вспыхнули, став на мгновение объемными и живыми.

— Ключ тета-уровня идентифицирован. Доступ подтвержден. Инициирую протокол передачи семени письменности: Рунический алфавит База-24.

Одновременно с этими словами всё моё поле зрения заполонил изумрудный свет. Весь восстановленный интерфейс в доли мгновения превратился в хаотичный водоворот рун. Сотни, тысячи угловатых, переплетающихся символов, сложных и простых, безжалостно обрушились на моё сознание, устраиваясь в памяти по одному им ведомому принципу…

При чём — это было не только изображение рун, нет… Это был самый настоящий поток информации — значения, звучания, базовые концепции, правила сочетаемости, все это вливалось прямо в мой мозг через нейроинтерфейс, сжигая нейронные пути.

— АААРГХ! — схватившись за голову, я согнулся от невыносимой боли. Теперь я прекрасно понял — почему искин решил максимально подготовить меня к процессу обучения, ведь это было не просто больно, а ошалеть как больно! У меня было стойкое ощущение, что прямо в мою голову раз за разом вонзают раскалённые иглы, и пытаются ими что-то изобразить!

Я видел руну, похожую на молнию, и ЗНАЛ, что она имеет несколько значений, куда входят: «Энергия», «Гнев» и «Скорость», слышал её гортанное звучание и понимал сферу применения. Видел символ, напоминающий гору, который соответствовал «Твердости», «Терпению» и «Земле»…

Боль и правда была адской. Пот заливал глаза, но я упорно продолжал бороться, стараясь сохранить своё сознание при себе и принять как можно больше знаний от умирающего ИИ, который отчаянно передавал последнее сокровище своей погибшей расы.

Целостность: 8,4 %… 7,9 %…

— Передача завершена на 47 %. Требуется продолжать поддерживать фокусировку. Целостность контура ниже допустимого порога стабильности передачи. — доложил голос ИИ, который в этот раз был существенно слабее, чем несколько минут назад.

Стиснув зубы я продолжал впитывать новую информацию. В моём сознании уже находились все двадцать четыре фундаментальных руны, и каждая была — не просто буквой, а настоящим концептом. Из этих рун, как из атомов, строились более сложные символы, составляющие целые слова.

Это была письменность, но она совершенно не подходила для записи текстов… Этими символами прописывались законы реальности, и конечный результат зависел только от моих способностей.

Постепенно руны в моей памяти начали упорядочиваться, складываясь в своего рода ментальную таблицу. Боль стала отходить на второй план, сменяясь странной, тяжелой ясностью. Я знал их. Все двадцать четыре руны. Их формы, их имена-значения, их базовые звуки…

Внезапно поток информации оборвался. Изумрудный водоворот в моих глазах погас, и как только я снова получил возможность видеть, то услышал глухой голос стража:

— Передача… завершена. Семя рунического алфавита База-24… сохранено. Протокол… исполнен.

Целостность: 3,1 %… 2,8 %…

— И что теперь? — спросил я, глядя на угасающий кристалл. — Что мне теперь делать? Как выбираться отсюда?

— Операционный контур… прекращает функционирование. Энергетические резервы… исчерпаны. Задача… выполнена. Ты… носитель. Используй… обретённое семя…

Последние слова хранителя были вообще едва различимы, а после них фиолетовая точка в центре кристалла последний раз дрогнула и окончательно погасла. Каменный блок с потухшими кристаллами вокруг центрального аметиста стал просто грубой глыбой в темноте.

Проверив его через интерфейс, я тут же получил подтверждение:

Сущность: Хранитель предела — неактивна.

Уровень Угрозы: Нулевой.

После отключения искина тишина пещеры стала практически абсолютной, и лишь капли воды где-то вдалеке нарушали ее. Я стоял в полной темноте, и судорожно думал о том — что мне делать дальше и как выбираться из этого странного места. Не знаю — до чего я бы додумался, но неожиданно на меня снизошло озарение…

«Какой смысл мне стремиться возвращаться в подземелья, кишащие тварями бездны? Хранитель сказал, что алфавит мне поможет, и врать ему смысла особого не было. Так что мне мешает для начала хорошенько изучить это место, особенно если у меня есть подходящий ключ активации, попробовать изучить полученные знания, и только потом пытаться найти дорогу обратно?» — подумал я, и с кривой предвкушающей ухмылкой посмотрел в глубину тёмного коридора, гадая в глубине души о том, какие тайны скрыты в этой темноте…

Головная боль проходила прямо на глазах, а вместе с этим и улучшалось моё настроение. Да, я по прежнему очень слабо понимал — куда именно занёс меня этот странный портал, но если пораскинуть мозгами, то это место было ничуть не хуже того, куда меня не так давно загнали святоши, а значит — будем посмотреть…

После того, как отключился хранитель — весь зал погрузился в первозданную темноту, а значит, прежде чем совершать очередные опрометчивые действия, мне нужно было первым делом попробовать хоть как-то разобраться с освещением окружающего пространства, потому что ориентироваться по очертаниям стен — это конечно здорово, но если я и дальше продолжу полагаться на это своё неожиданное умение, то очень рискую пропустить что-то интересное на своём пути, просто потому что этого не замечу.

Хранитель дал мне знания, но чтобы их применить — мне нужно было найти какой-то предмет, куда я бы мог нанести рунную цепочку для создания своеобразного факела, поэтому я сразу же начал шарить руками вдоль стены, постепенно удаляясь от зала Хранителя.

Пыль, холодный камень, непонятные неровности… И вот — первая находка! Это явно было что-то металлическое, очень похожее на обломок какого-то инструмента. В моей ситуации выбирать не приходилось, поэтому я решил остановиться на достигнутом, и работать с тем, что у меня есть.

Погрузившись в чертоги своего разума в поисках подходящей руны, я практически сразу наткнулся на подходящий вариант:

Руна света «Люм» (Знание 1 порядка)

Тип: Фундаментальная, Эмиссионная.

Функция: Генерация фотонов в видимом спектре.

Предупреждение: Базовый уровень создает рассеянное свечение. Требует канала выхода (материальный проводник/фокус).

Примечание: Эффективность зависит от чистоты символа и качества проводника.

«Проводник… проводником у меня послужит вот эта непонятная железная штуковина, так что можно пробовать… Но что-то мне подсказывает, что одной „Люм“ для моей задумки будет недостаточно…» — подумал я, и продолжил перебирать полученные от хранителя подарки.

В памяти постепенно всплывали комбинации, и я искал среди них что-то, связанное с направлением или фокусом…

В конце концов я остановился на двух рунах: «Тор» (Поток, Направление) и «Эль» (Малый, Ограниченный). Я мысленно наложил образы этих рун на едва заметный предмет в своей руке: «Люм» использовал как источник, «Тор», направляющий поток света… и «Эль», сжимающий его в управляемый пучок.

Как только я представил эту связку, то моё восприятие тут же изменилось и над придуманной мной комбинацией замерцало новое окно:

Комбинация: «Стабильный Светильник» (Базовый уровень)

Эффект: Создает направленный луч холодного белого света. Радиус освещения: ~2 метра (зависит от мощности).

Требуемая энергия: 3 алио (базовый порог активации).

Активация: Ментальный импульс в точку сопряжения рун (центр композиции).

Оптимизация: Для увеличения радиуса/яркости пропорционально повышайте вкладываемую энергию. Руна «Дорн» может добавить стабильности при длительной работе.

«Ну… Вроде как понятно.» — неуверенно резюмировал я, и решил переходить к практике. Крепко сжав найденную железку в руке, я сосредоточился на точке, где воображаемые линии «Люм», «Тор» и «Эль» сходились на его поверхности, после чего представил луч света, вырывающийся из конца железки, и вложил в этот образ 3 единицы алио…

В тот же миг, как только я это сделал — контуры железяки на долю секунды вспыхнули изумрудным светом, после чего из неё ударил узкий, ярко-белый луч света. С непривычки этот свет мне показался невероятно ярким, но на самом деле его яркости хватало только на то, чтобы освещать коридор передо мной на пару жалких метров. Тем не менее и это было лучше чем ничего, поэтому я удовлетворённо хмыкнул и продолжил своё движение.

Со светом двигаться по этим переходам стало намного веселее. Осторожно двигаясь по пустынным коридорам, я всё сильнее углублялся в их хитросплетение, подсвечивая все подозрительные места на своём пути.

Коридор постоянно петлял, и в конце концов неожиданно вывел меня на Т-образный перекрёсток. Направо и налево расходились коридоры, как братья близнецы похожие на тот, откуда я пришёл, а вот прямо… Проход прямо был перегорожен гладкой, явно искусственной, отполированной стеной, на которой был нанесён сложный символ, состоящий из сплетения знакомых и незнакомых линий.

Направив луч света на эту странную стену, я тут же начал рассматривать этот рисунок, который постепенно раскрывал передо мной своё содержание: в центре был изображён «Гронн» (Земля, Основа), переплетенный с «Вей» (Воздух, Движение). Над ним вольготно расположился «Люм» (Свет), а обрамляли всё это великолепие тонкие линии «Тор» (Поток) и «Эль» (Малый, Ограничение).

В конце концов мой интерфейс справился с интерпретацией увиденного и сообщил:

Объект: Панель управления сектором «Приемные Покои».

Статус: Неактивна.

Энергетический уровень: Минимальный (0,7 %).

Функции:

Основное освещение (Недоступно — Требуется 5 % энергии).

Стабилизация атмосферы (Неактивна).

Связь с Центральным ядром (Обрыв).

Локальный навигационный маркер (Доступен — требуется 0,2 % энергии).

По сути — всё перечисленное по тем или иным причинам было недоступно для меня, кроме навигационного маркера. Весь вопрос заключался в том — как его активировать?

Интерфейс не спешил давать мне никаких подсказок, а только равнодушно выводил информацию, и что-то мне подсказывает, что взаимодействовать я должен при помощи недавно изученных символов…

Коснувшись пальцем центра рунической композиции, ровно там, где была точка схождения «Гронн» и «Вей», я сосредоточился на желании активировать навигационный маркер, и вот ведь чудо! Этого хватило!

Панель под моим пальцем дрогнула, сразу после чего по её контурам пробежала слабая, прерывистая изумрудная искра. Из-под неё послышалось слабое механическое жужжание, а потом над ней, прямо в воздухе, вспыхнул и завис тускло-голубоватый символ — стрелка («Тор» + «Вей»), указывающая направо. Интерфейс моргнул, и выдал новую информацию:

Энергетический уровень: 0,5 %.

Функция «Локальный навигационный маркер» активирована.

Мысленно обрадовавшись, что появилась хоть какая-то ясность, я двинулся направо, следуя за голубой стрелкой, освещая свой путь лучом импровизированного фонаря.

Короткий туннель привел меня к очередной гладкой стене, на которой был нанесён символ, похожий на стилизованные двери, а рядом с ним было углубление для ладони с шестью светящимися точками.

Объект: Шлюз сектора «Приемные покои» — Сектор «Архивы Предтеч».

Статус: Заблокирован.

Энергетический уровень: Критический (0,3 %).

Для доступа требуется:

Идентификатор доступа уровня «Посол» или выше. (Отсутствует).

Экстренный обходной протокол. (Недоступен — требуется ядро системы).

«Ничего себе! Да если это действительно те самые архивы, то я сорвал самый настоящий джекпот с этим местом!» — обрадованно подумал я, после чего задумчиво уставился на шесть точек, в которые я должен был поместить свои пять пальцев…

Прекрасно понимая, что пытаться открыть эту дверь предлагаемым способом мне явно не стоит, я серьёзно задумался, даже в мыслях не допуская возможности отказаться от проникновения…

Дело в том, что про Предтечей было известно даже в Ноктэрне, и за простой голокристалл с их упоминанием бывало выплачивали такие суммы, которыми не могло похвастаться даже население пары городов, а здесь… ЦЕЛЫЙ архив их знаний! Да я сдохну, но найду способ попасть внутрь!

После весьма продолжительного мозгового штурма, я решил остановиться на руне «Ирис» (Связь, Идентификация, Уникальность). Её структура состояла из шести небольших спиралей, и это было воспринято мной как знак свыше.

Приложив правую ладонь к углублению, и глубоко вздохнул, и сосредоточился на образе руны «Ирис». Представил её сложную структуру, и начал старательно транслировать свой статус ученика хранителя.

Несколько мгновений стояла идеальная тишина, но потом из-под панели раздалась знакомая вибрация, вслед за которой все шесть точек засветились тусклым фиолетовым светом.

Обнаружена аномальная сигнатура доступа.

Сопоставление… Сопоставление…

Признаки: Обнаружена фундаментальная языковая матрица База-24.

Уровень интеграции: Первичный (Семя).

Статус доступа: Не определен. Не соответствует профилям Предтеч.

Анализ угрозы: Минимальный. Энергетическая подпись совпадает с последней активностью Хранителя предела.

Применяю протокол усмотрения… Доступ предоставлен по аварийному мандату «Наследник древних».

Уровень доступа: Ограниченный (Чтение/Навигация).

В следующее мгновение из толщи стены раздался глухой скрежет, после чего гладкие створки бесшумно разъехались, открывая мне вид на проём, залитый мягким, рассеянным сиянием, которое исходило от самих стен в этом странном помещении. Дождавшись полного открытия дверей, я осторожно шагнул внутрь, и шлюз сразу же закрылся.

Интерфейс не дремал и сразу выдал мне информацию об изменившейся обстановке:

Сектор: Архивы Предтеч (Ограниченный доступ: Чтение/Навигация).

Статус: Аварийный режим. Энергетический уровень: 1,2 % (стабильный).

Рекомендация: Взаимодействие с терминалами данных для получения информации о структуре комплекса и его функциях.

Переведя взгляд в сторону зала, я увидел, что стены, потолок, и даже пол — всё излучало ровное свечение, от чего мой фонарь был тут совершенно бесполезен. Периодически на стенах попадались панели из тёмного, мерцающего металла, которые были покрыты сложнейшими узорами из рун, невероятно далёких от базовых двадцати четырех.

Это были не просто символы — это были самые настоящие схемы, или даже цепочки концептов, которые я пока не мог постичь. На множественных стеллажах внутри зала покоились артефакты ушедшей цивилизации: сферы из чистого, прозрачного кристалла, внутри которых медленно вращались микроскопические рунические кольца; плоские таблички, похожие на сланцевые плиты, с выгравированными на поверхности статичными символами…

Но центром притяжения в этом помещении конечно же была центральная консоль. Она светилась мягким, голубым сиянием, которое так и манило к ней подойти. Я не стал сопротивляться этому чувству, и уже совсем скоро стоял рядом с консолью, внимательно её изучая.

Первым делом мой взгляд упал на центр плиты, где была выгравирована элегантная композиция: Каин (Любопытство, Поиск, Открытие) находился в её основании и переплетался с «Вей» (Воздух, Движение, Информация). Над ними находился «Ирис» (Связь, Идентификация), а объединяли их тонкие линии «Тор» (Поток) и «Эль» (Малый, Доступ).

Как только я сфокусировался на этой комбинации, то в сознании моментально появилось знакомое окно:

Объект: Первичный терминал доступа (Центральный узел связи архивов).

Статус: Активен (Ограниченная мощность).

Функции (Доступные):

Навигация по секторам Архивов (Текстовый/Символьный интерфейс).

Запрос базовых данных (Каталоги, Системные логи, Технические спецификации уровня «Посвященный»).

Активация локальных навигационных маркеров (внутри сектора).

Ограничения:

Доступ к записям Предтеч уровня «Архивариус» и выше — заблокирован.

Доступ к системам жизнеобеспечения/защиты — заблокирован.

Дистанционная связь — заблокирована (Обрыв магистральных каналов).

Активация интерфейса: Ментальный импульс в точку сопряжения символа (центр рунной композиции) с намерением запроса.

Я положил ладонь на холодную поверхность консоли рядом с символом, и хорошенько сосредоточился. Прежде чем что-то тут искать — было бы неплохо получить какую-нибудь карту или каталог этого места, поэтому я постарался представить схему этого помещения и отправил чёткий ментальный импульс прямо в центр рунической композиции — точку, где «Каин», «Вей» и «Ирис» сходились.

После моего действия консоль тут же оживилась, что выразилось в голубоватом свечении, которое сгустилось прямо над ней, сформировав трехмерную проекцию этого зала.

В данный момент я находился в большом центральном зале, обозначенном руной «Ирис» в круге. От него расходилось несколько коридоров, ведущих к другим помещениям:

«Хранилище голокронных ядер (Уровень 1)». Доступ: Ограниченный (Чтение). Энергия: 0,8 %.

«Зал энергетической калибровки». Доступ: Заблокирован (Требуется уровень «Архивариус»). Энергия: 0,5 %.

«Транзитный Хаб (Направление: внутренние области)». Доступ: Заблокирован (Критическое повреждение, Энергия 0.1 %).

«Читальный зал первичного анализа». Доступ: Ограниченный (Чтение). Энергия: 1,0 %.

Я понятия не имел — что такое голокронные ядра, поэтому вполне себе закономерно остановил свой выбор на читальном зале. На карте к нему вел короткий коридор, отмеченный голубоватой пунктирной линией, куда я сразу же и направился.

Коридор и правда был весьма коротким, и уже совсем скоро я смотрел на очередную гладкую стену на своём пути. Рядом с этой дверью было знакомое углубление, но на этот раз с пятью точками, куда я сразу же по отработанной схеме послал импульс опознания.

Интерфейс с каждым мгновением всё больше проявлял себя, и в очередной раз считал информацию:

Объект: Шлюз в сектор «Читальный зал первичного анализа».

Статус: Стабильный. Энергетический уровень: 1,0 %.

Требуется: Подтверждение доступа уровня «Посвященный» (имеется) или выше.

Активация: Ментальный импульс в точку сопряжения символа с подтверждением намерения входа.

«Ну вот… другое дело…» — обрадованно подумал я, и приложил ладонь к углублению, после чего послал в указанное место ментальный импульс, и стена передо мной сразу же начала раздвигаться…

Читальный зал предстал передо мной помещением небольшого размера, но это был как раз тот случай, когда размер — совсем не главное… В центре зала стоял одинокий пьедестал, похожий на уменьшенную копию центральной консоли, и его поверхность также светилась голубым, но главное — вдоль стен зала тянулось множество стеллажей, на которых покоились десятки тех самых плоских кристаллических табличек.

Они были разного размера и толщины, от ладони до предплечья в длину. Поверхности некоторых были гладкими и темными, другие излучали тусклое внутреннее свечение разных оттенков, а на некоторых были видны нанесенные рунические надписи.

Приблизившись к ближайшему стеллажу, мои глаза остановились на одной из табличек, которая светилась ровным зеленоватым светом. На ее поверхности был выгравирован одиночный, но сложный символ, обрамленный более мелкими рунами. Сфокусировавшись на этом символе я моментально получил подсказку от интерфейса:

Артефакт: Кристаллическая скрижаль данных (Тип 3-B).

Содержание: Технический отчет: «Принципы базовой стабилизации геотермальных контуров при помощи рунных матриц 'Дорн-Гронн-Эль».

Автор: Архивариус Кел'Тор.

Уровень доступа: Посвященный.

Статус: Активен. Энергия носителя: 98 %.

Активация записи: Поместить скрижаль на платформу терминала чтения (центральный пьедестал). Подать ментальный импульс активации на терминал.

Предупреждение: Чтение требует ментальной фокусировки.

Окинув жадным взглядом множество табличек, я предвкушающе ухмыльнулся, и подумал:

«Что-то мне подсказывает, что совсем скоро мне уже не потребуется никакое обучение в академии Этериона, а святоши сильно пожалеют, что решили уничтожить мой род и загнать меня под землю…»

Осторожно сняв прохладную скрижаль со стеллажа, я подошёл к центральному пьедесталу, и положил скрижаль на его светящуюся поверхность.

Как только я это сделал — голубое свечение пьедестала слегка изменило свой оттенок, слившись с зелёным свечением скрижали.

Убедившись, что кроме этого больше никаких спецэффектов не последует, я сосредоточился, и отправил в сторону пьедестала ментальный импульс: «Активировать запись. Прочесть».

Как только мой ментальный импульс коснулся пьедестала — мир вокруг меня перестал существовать.

Зелёное свечение скрижали вспыхнуло ослепительным фонтанном света, который в этот раз не бил в потолок, а вместо этого обрушился прямо на меня, пронзив глаза и ворвавшись в моё сознание, после чего я почувствовал всем своим существом, как ледяной, неумолимый поток чистой информации, вбивается прямо в мой многострадальный мозг.

Это не было чтением. Это было насильственным прессованием знаний. В моей голове взрывались схемы рунных матриц, принципы стабилизации энергетических контуров, формулы расчёта напряжённости геомагнитных полей… Язык Предтеч, сложный и многослойный, обрушился на моё восприятие не словами, а готовыми концепциями, бескомпромиссно вставляемыми мне в череп.

«Дорн» (Стабильность, Непроницаемость) сплеталась с «Гронн»(Земля, Фундамент) в причудливый узор, который тут же обретал для меня абсолютный смысл — я понимал не только как её нарисовать, но и почему каждая линия должна быть именно такой, какую частоту вибрации она вызывает в эфире, как она взаимодействует с материей на квантовом уровне. «Эль»(Ограничение, Сжатие) выступала в роли управляющего элемента, сдерживая и направляя мощь первых двух рун.

Я застонал, схватившись за голову от разрывающей разум ментальной боли. Мой разум, который совсем недавно был обычным человеческим сознанием, трещал по швам, не в силах вместить весь объём знаний, однако сквозь боль я чувствовал и дикий, животный восторг.

Эти знания… Это была именно та самая, настоящая сила, о которой с придыханием болтали лучшие маги Ноктэрна, даже не понимая её истинной глубины.

Интерфейс, до этого момента пассивный, вдруг снова ожил, замигав предупреждениями, которые я едва воспринимал сквозь водопад знаний:

Предупреждение: Обнаружена высокоскоростная ментальная передача данных. Уровень когнитивной нагрузки: Критический. Рекомендация: Прервать сеанс. Риск необратимого повреждения нейронных связей.

— Прервать? Ни за что! — просипел я сквозь стиснутые зубы.

Я не отступлю. Я не сломаюсь. Воля — вот единственный инструмент, который у меня сейчас есть. Я сфокусировался не на том, чтобы остановить поток, а на том, чтобы его обуздать. Сжать своё сознание в алмазный наконечник, который сможет пробить эту лавину и направить её в нужное русло.

И именно в этот момент из глубин памяти, подаренной Хранителем, всплыла ещё одна руна. Вернее, целая комбинация, предназначенная именно для такого случая.

Руна «Мендр» (Разум, Мысль, Память)

Тип: Ментальная, Абсорбционная.

Функция: Усиление когнитивных процессов, структурирование поступающей информации, кратковременное увеличение ёмкости памяти.

Предупреждение: Требует высочайшей концентрации. Длительное использование приводит к ментальному истощению.

Её нужно было сплести с «Дорн» (Стабильность), чтобы защитить разум от перегрузки, и с «Тор»(Поток), чтобы направить информацию, а не просто заблокировать её.

Я мысленно, с титаническим усилием, выстроил эту защитную схему прямо в своём сознании, наложив её на бушующий водоворот данных, и мгновенно почувствовал эффект.

Острая, разрывающая сознание боль, сменилась глубоким, давящим гулом, словно где-то рядом шумел мощный водопад. Информация не перестала поступать, но теперь она не рвала меня на части, а укладывалась в подготовленные «ячейки», сортировалась и упорядочивалась.

Интерфейс отреагировал на мою импровизацию:

Обнаружена аутохтонная ментальная структура: «Щит Познания» (Базовый уровень).

Эффект: +70 % к устойчивости к ментальным перегрузкам. +50 % к скорости ассимиляции информации.

Побочный эффект: Энергозатраты увеличены на 5 алио/мин.

Статус: Стабильный.

Я мог дышать. Вернее, моё сознание наконец смогло немного расслабиться после неожиданно массированной атаки знаниями. С этого момента я продолжил поглощение, уже не как пассивная жертва, а как активный хищник, разрывающий плоть знаний зубами и когтями.

Я видел, как Архивариус Кел'Тор проводил свои эксперименты, как он ошибался и исправлял ошибки. Я усваивал не просто сухие факты, а его метод мышления.

Когда поток наконец иссяк — я рухнул на колени, опираясь ладонями о холодный, светящийся пол и начал пытаться отдышаться. Голова гудела, как улей после нападения медведя, но в то же время была невероятно ясной. Я только что за несколько минут усвоил объём знаний, на изучение которого у лучших умов Этериона ушли бы десятилетия.

Подняв голову, я взглянул на стеллажи, уставленные десятками скрижалей. Жажда, дикая, ненасытная жажда познания охватила меня. Этого было мало. Капля в море. Мне нужно больше.

Я схватил следующую скрижаль, на сей раз испускающую мягкое оранжевое сияние. На ней был изображён сложный символ, напоминающий спираль, пронзённую стрелой.

Артефакт: Кристаллическая скрижаль данных (Тип 4-С).

Содержание: Практическое руководство: «Принципы создания и применения ментальных масок и схем сокрытия».

Автор: Архивариус Ум'Ра. Уровень доступа: Посвященный+.

Статус: Активен. Энергия носителя: 87 %.

Идеально. То, что нужно, чтобы скрывать свою растущую силу от любопытных глаз. Я почти бросил добытую скрижаль на пьедестал, едва сдерживая нетерпение.

Сеанс повторился, но на сей раз я был готов. Мой «Щит познания» выдержал удар, и в моём сознании укладывались сложнейшие схемы обмана восприятия, техники проецирования ложной ментальной ауры и скрытия истинной энергетической сигнатуры.

Ключевой руной здесь была «Вейр» (Тень, Иллюзия, Отражение). Фундаментальная руна сокрытия. Её нужно было совместить с «Ирис»(Идентификация), чтобы подделать нужную сигнатуру, и с «Эль»(Ограничение), чтобы сжать собственную энергию и сделать её невидимой для сканирования.

Интерфейс предложил оптимальную комбинацию:

Комбинация: «Покров Безмолвия» (Продвинутый уровень).

Эффект: Скрывает энергетическую и ментальную сигнатуру пользователя, проецируя ложный профиль (по выбору). Эффективность зависит от уровня мастерства и вкладываемой энергии.

Требуемая энергия: 10 алио для активации, 1 алио/мин для поддержания.

Я мысленно активировал её, представив себя самым заурядным человеком, в котором не было ничего примечательного. Никаких намёков на силу. Я почувствовал, как моё внутреннее сияние, моё подлинное «я», сжалось и ушло вглубь, а на поверхности осталась лишь серая, ничем не примечательная оболочка. Великолепно.

После этого я снова погрузился в изучение новой информации. Скрижаль за скрижалью. Руны «Каин» (Поиск) и «Вей»(Информация) пылали в моём сознании, направляя меня в моей слепой жажде. Я поглощал знания о архитектуре комплексов Предтеч, основах их энергосистем, истории их падения — отрывочные и разрозненные данные, которые я жадно собирал в единую картину. Я изучал основы боевых рунических цепочек, пока недоступные мне из-за недостатка энергии, но уже понятные в теории.

Время потеряло смысл. Часы слились в один непрерывный поток озарений. Я был богом, пьющим из реки познания. Я был…

…смертельно голодным.

Ощущение пришло внезапно и беспощадно. Сначала лёгкое сосание под ложечкой, которое быстро переросло в спазмирующую, огненную судорогу в животе.

Моё тело, забытое и заброшенное в погоне за ментальными вершинами, напомнило о себе с жестокой прямотой. Голова закружилась, силы стали быстро уходить, и я был вынужден прервать сеанс со скрижалью о теории плазменных конвертеров, чуть не роняя её с пьедестала.

«Харш, как банально… Еда. Будет обидно сдохнуть от голода, узнав сокровенные тайны мира…» — подумал я с сарказмом.

Вспомнив о навигационной консоли в центральном зале, я, понял что это мой единственный шанс, и пошатываясь, побрёл назад. Мои шаги эхом отдавались в пустом, сияющем зале, достигнув которого, я с трудом фокусируясь положил ладонь на центральный терминал, после чего с натугой сформировал в своём сознании руну поиска, и послал настойчивый запрос, вкладывая в него всё отчаяние смертельно голодного человека:

«Пища. Питание. Энергия для плоти»

Консоль отозвалась не сразу. Символы на её поверхности замигали, перебирая множество различных вариантов, но в конце концов я всё-таки получил ответ:

Запрос распознан. Анализ биологической сигнатуры пользователя… Системы синтеза органики отключены или уничтожены.

Доступные ресурсы: Голокронные ядра (Сектор 1).

Функция: Долгосрочное хранение энергоёмких субстанций. Вероятна совместимость.

Направление: Сектор «Хранилище голокронных ядер (Уровень 1)».

«Голокронные ядра? Те самые, что я проигнорировал? В них была еда? Сомнительно, но выбор у меня не то чтобы есть.» — подумал я, и двинулся по указанному маршруту, надеясь на чудо.

Небольшое помещение хранилища встретило меня тишиной. В нём не было стеллажей. Вместо них по стенам тянулись ниши, в которых парили, не касаясь поверхностей, идеально гладкие сферы из тёмного металла или керамики, размером от кулака до моей головы. Они висели совершенно неподвижно, и лишь едва уловимое гудение указывало на то, что комната всё еще работает.

В центре комнаты была такая же консоль, как и в читальном зале, но существенно меньше по размеру. Я подошёл к ней и, уже почти падая от слабости, повторил свой запрос, вложив в него всё своё отчаяние и волю:

«ЕДА!»

Запрос принят. Поиск совместимого ресурса…

Обнаружено: Голокронное ядро, тип «Сигма-7».

Назначение: Хранение высокоэнергетических питательных субстратов для длительных экспедиций.

Доступ: Разрешён (уровень «Наследник»).

Одна из сфер, размером с большой грейпфрут, плавно выплыла из своей ниши и беззвучно приблизилась ко мне, остановившись в метре от моего лица. Она была идеально гладкой, без единого шва или замочка.

— И как мне тебя открыть? — просипел я, уже готовый разбить её о стену.

Но интерфейс снова сработал. Моё подсознание, напичканное знаниями Предтеч, уловило слабый энергетический след на поверхности ядра — почти невидимую линию. Это была не руна, а просто точка, куда я сразу, без особых размышлений послал импульс силы.

Как только я это сделал, то по поверхности сферы пробежала яркая голубая черта, очерчивая идеальную окружность, после чего раздался тихий шипящий звук, и сфера раскрылась на две идеальные полусферы.

Внутри, аккуратно уложенные в ячейки из мягкого светящегося материала, лежали десятки небольших прозрачных капсул, заполненных густым веществом серебристого цвета, которое переливалось под рассеяным светом комнаты.

Я потянулся и взял одну из них, ощутив, что она была тёплой и чуть пульсировала в ладони. Всмотревшись в неё я немедленно получил информацию от интерфейса:

Артефакт: Капсула насыщения «Вита-Нектар».

Назначение: Полное обеспечение биологической формы высшего типа питательными веществами, микроэлементами и стимуляторами на период до 72 стандартных циклов.

Состав: Синтезированные протеины, носители алио-энергии, когнитивные стабилизаторы.

Эффект: Полное утоление голода и жажды, ускоренная регенерация тканей, повышение ментальной активности.

Способ применения: Перорально. Однократно.

Не веря своему счастью, я отломил кончик капсулы, сразу после чего оттуда вырвалось лёгкое серебристое облачко, и тут же втянулось мне в нос и рот.

Вкус… вкус был потрясающим. Это был вкус чистой энергии, вкус победы, вкус силы. Он напоминал одновременно и спелую сладкую ягоду, и свежеиспечённый хлеб, и ледяную родниковую воду, но всё это было сущей мелочью…

Главное — жгучий голод в животе исчез мгновенно, как будто его и не бывало. По телу разлилась приятная теплота, слабость сменилась бодростью, а туман в голове рассеялся, сменившись кристальной ясностью и новым, острым как бритва, голодом, но на сей раз — голодом к знаниям.

Я захлопнул полученное ядро, которое станет теперь моим личным пайком, и, сунув в пояс несколько капсул про запас, повернулся к выходу.

Ухмылка снова появилась на моём лице, но теперь она была уверенной, спокойной, и властной. Проблема выживания была решена. Теперь ничто не могло меня остановить.

Я вернулся в читальный зал, к пьедесталу, и взял следующую скрижаль. Мои глаза горели жаждой не полученных знаний. И стоило мне только пожелать, как мир вокруг меня с готовностью растворился, уступая место вселенной знаний, что ждала своего нового хозяина.

Мой разум, подпитанный «Вита-Нектаром», работал с ясностью отполированного кристалла. Голод отступил, уступив место ненасытной жажде познания, но теперь это была контролируемая, целенаправленная жажда. Я больше не был пассивным потребителем, я стал хищником, отбирающим именно те знания, что были мне нужны.

Скрижали по теории энергосистем и стабилизации были практически сразу отложены мной в сторону. Мои пальцы скользили по стеллажам, выискивая те, что излучали более агрессивные энергетические сигналы. Я искал оружие и щит.

Очередная плитка, отливающая темным багрянцем, привлекла моё внимание. На её поверхности был выгравирован символ, напоминающий сжатую в кулак перчатку, из которой исходили острые, лучеобразные линии.

Артефакт: Кристаллическая скрижаль данных (Тип 5-А «Боевая»).

Содержание: «Основы наступательных рунных матриц: принципы фокусировки и высвобождения кинетической энергии».

Автор: Магистр Орден Стражи, Кор'Ван.

Уровень доступа: Воин.

Статус: Активен.

Энергия носителя: 76 %.

Предупреждение: Для практического применения требует наличия рунного проводника/фокуса. Не рекомендуется для ментально неустойчивых.

Очередной шквал знаний обрушился на меня, но на сей раз он был наполнен иной, куда более грубой силой.

Я увидел не формулы стабилизации, а схемы разрушения. Принципы концентрирования энергии в точку и её мгновенного высвобождения. Основная руна здесь была знакома — «Тор»(Поток, Направление), но использовалась она не для света или информации, а как канал для сокрушительной силы.

Её сплетали с «Гронн» (Земля, Плотность), чтобы придать энергии свойства непробиваемого ударного ядра, и с «Дорн»(Стабильность, Непроницаемость), но не для защиты, а для создания временной оболочки, которая удерживала чудовищное давление внутри до момента удара.

Интерфейс зафиксировал базовую комбинацию:

Комбинация: «Кинетический импульс» (Уровень: Воин).

Эффект: Формирует и выбрасывает сконцентрированный сгусток кинетической энергии. Мощность и скорость выброса пропорциональны вложенной энергии.

Требуемая энергия: От 15 алио (базовый толчок) до 100+ алио (сокрушительный удар).

Применение: Требует фокуса (жест, оружие, взгляд).

Ограничение: Сильная отдача. При недостаточной концентрации возможен разрыв потока и обратная вспышка.

Это была дубина. Мощная, но простая. Мне нужно было что-то более изощрённое. Я погрузился глубже, игнорируя базовые схемы, ища то, что было скрыто в продвинутых разделах, и нашёл…

Следующая скрижаль, испускающая холодное синее сияние, открыла мне принципы управления температурой. Ключевой руной здесь была «Фир»(Огонь, Энергия, Преобразование). Но Предтечи понимали огонь не как привычное нам пламя, а как фундаментальный процесс ускорения частиц, экзотермической реакции.

Я увидел, как можно сплести «Фир» с «Вей»(Воздух), чтобы создать огненный шквал, или с «Эль»(Ограничение), чтобы сжать плазму в раскалённую иглу, способную прожечь броню…

Но самое интересное было в обратном применении. «Фир» могла быть инвертирована — не ускорение частиц, а замедление… Не огонь, а лёд.

Руна «Глад» (Лёд, Стужа, Остановка) была не отдельным символом, а тем же «Фир», но с обратным вектором приложения силы. Это было гениально и ошеломляюще просто.

Интерфейс практически сразу вывел новую комбинацию:

Комбинация: «Стужа Бездны» (Уровень: Мастер).

Эффект: Резкое поглощение тепловой энергии в заданном объёме, приводящее к мгновенному обледенению, хрупкости материалов и остановке биологических процессов.

Требуемая энергия: От 25 алио (локальное обморожение) до 200+ алио (мгновенная заморозка крупного существа).

Применение: Взгляд, жест, область воздействия.

Предупреждение: Крайне энергозатратно. Требует высокого уровня ментального контроля для избегания обратного потока холода на оператора.

Я чувствовал, как мои щёки непроизвольно растягиваются в дикой ухмылке. Эта сила… она была поистине божественной. Но одной атаки для полноценного сражения было мало. Глупо быть вооружённым мечом, но при этом не иметь никакого щита.

Я сменил тактику и начал искать скрижали, связанные с защитой. Одна из них, испускающая ровное, спокойное золотистое сияние, привлекла моё внимание своим символом — несколькими вложенными друг в друга ромбами.

Артефакт: Кристаллическая скрижаль данных (Тип 5-З «Защитная»).

Содержание: «Теория и практика создания статических и адаптивных защитных полей».

Автор: Архивариус Кел'Тор. Уровень доступа: Воин+.

«И снова Кел'Тор… Похоже, этот архивариус был буквально мастером на все руки.» — с улыбкой подумал я, и активировал скрижаль.

Информация тут же покорно хлынула в меня, и я узнал, что основой защитных структур была, конечно же, «Дорн»(Стабильность, Непроницаемость), но её одной было мало. Статичный щит можно было обойти или разбить постоянным давлением, а поэтому защите была жизненно необходима гибкость и адаптивность.

Потом я узнал о руне «Вар» (Отражение, Ответный Удар). Она не просто блокировала воздействие, а изучала его природу и возвращала обратно часть энергии атаки. Её нужно было накладывать на «Дорн» как внешний слой, но потом я узнал шедевр…

Самая изящная и одновременно самая сложная комбинация была третьей. «Эль»(Ограничение) здесь использовалась не для сжатия, а для создания многослойной, быстро меняющейся структуры щита, в результате чего вражеская атака встречала не монолит, а бесконечно меняющуюся решётку, которая рассеивала и дробила энергию удара, гася его подобно тому, как вода тушит огонь.

Интерфейс сиял новыми схемами:

Комбинация: «Кинетический Барьер» (Уровень: Воин).

Эффект: Создает статичное силовое поле, поглощающее кинетическую и энергетическую энергию. Мощность поглощения зависит от вложенной энергии. Требуемая энергия: 10 алио для активации, +1–5 алио на каждую поглощённую единицу урона.

Ограничение: При превышении порога поглощения барьер схлопывается, нанося оператору ментальный откат.

Комбинация: «Зеркальный Щит» (Уровень: Стража).

Эффект: Создает адаптивное поле, отражающее до 30 % энергии атаки обратно в источник. Требует анализа типа атаки для максимальной эффективности.

Требуемая энергия: 20 алио для активации, +2–7 алио на каждую поглощённую/отражённую единицу урона.

Сложность: Высокая. Необходима высокая скорость ментальной реакции.

Комбинация: «Эфирная Кольчуга» (Уровень: Мастер).

Эффект: Создает многокомпонентное личное защитное поле, постоянно окружающее оператора. Автоматически адаптируется к типу угрозы (кинетическая, энергетическая, ментальная), рассеивая её. Наименее энергозатратная из продвинутых схем за счёт принципа рассеивания, а не полного поглощения.

Требуемая энергия: 30 алио для активации, 1 алио/мин для поддержания. Пиковые затраты при получении урона.

Сложность: Очень высокая. Требует постоянной фоновой ментальной активности.

Это реально было нечто. «Эфирная кольчуга»… Она идеально сочеталась с моим «Покровом безмолвия». Одна скрывала мою силу, другая — защищала мою плоть. Не выдержав своей жажды деятельности, я немедленно начал практиковаться.

Отложив скрижаль в сторону, я встал в центре зала и сосредоточился, после чего мысленно выстроил сложнейшую структуру: в основание легла «Дорн», создавая фундамент защиты, в неё вплелась «Вар», готовая отразить удар, и всё это было опутано паутиной «Эль», которая должна была сделать щит живым и изменчивым.

Я вложил в конструкцию 30 единиц алио и ощутил, как пространство вокруг моего тела сгустилось и зазвенело. Я не видел щита, но чувствовал его как прохладное, упругое поле в палец толщиной, облегающее меня с головы до ног.

Чтобы проверить его, я подошёл к стене и с силой ударил по ней кулаком. Не смотря на то, что силу я не экономил и ударил на полном серьёзе — моя рука так и не коснулась камня.

В сантиметре от поверхности раздался глухой хлопок, и по воздуху побежали радужные разводы, словно от масляной плёнки на воде. Моя рука отскочила, но я не почувствовал ни боли, ни отдачи — вся энергия удара была рассеяна полем.

— Идеально, — прошептал я, ликуя внутри.

Но настоящий воин не только защищается и атакует. Он контролирует поле боя, и для этого у Предтеч тоже были свои инструменты.

В одной из скрижалей я нашёл описание руны «Грав»(Сила тяжести, Притяжение, Давление). Управление гравитацией… Это была высшая математика рунического искусства. Базовое применение заключалось в создании локального поля повышенной гравитации, чтобы прижать противника к земле, а обратное применение — наоборот снимало гравитацию в области, чтобы поднять в воздух предметы или создать невесомость.

Но самое интересное заключалось в комбинациях. «Грав» + «Тор» = притягивание или отталкивание объектов с огромной силой. «Грав»+ «Эль»+ «Дорн»= создание невидимой стены, которая была не просто слабеньким барьером, а тяжело преодолимым гравитационным клином, разрывающим практически всё, что пыталось сквозь него пройти.

Мой интерфейс уже как будто гудел от новых данных:

Комбинация: «Гравитационная Петля» (Уровень: Стража).

Эффект: Создает мощное локальное гравитационное поле, пригибающее цель к земле. Эффективность зависит от массы цели и вложенной энергии.

Требуемая энергия: От 20 алио (легкое давление) до 100+ алио (раздавливание в лепешку).

Комбинация: «Несокрушимая Стена» (Уровень: Мастер).

Эффект: Создает плоскость с гравитационной аномалией, разрывающую материю на молекулярном уровне при попытке пересечения.

Требуемая энергия: 50 алио для активации, 10 алио/мин для поддержания.

Предупреждение: Чрезвычайно энергозатратно. Невозможно поддерживать более 3 минут без риска полного истощения.

Я практиковался часами, перезаряжаясь капсулами «Вита-Нектара», которые не только восстанавливали жизненные силы, но и служили своеобразным «допингом», поддерживающим запасы алио на одном уровне.

Я создавал и рассеивал щиты, швырял кинетическими импульсами в дальнюю стену, оставляя на ней глубокие вмятины, пытался поднимать с пола обломки камня с помощью «Грав», и сразу почувствовал, как это сложно. Поднять камень оказалось куда труднее, чем просто швырнуть в стену сгусток энергии. Требовалась ювелирная точность и тончайший контроль.

Но я справлялся, и делал это с каждым разом всё лучше и лучше. Моя воля, мой разум закалялись в этом непрерывном процессе. Я уже не просто запоминал комбинации — я чувствовал их. Я понимал, какую линию куда нужно вести, чтобы усилить эффект, как сэкономить энергию, как подготовить несколько рун про запас в подсознании, чтобы активировать их мгновенно.

Я стоял в центре зала, окружённый сиянием скрижалей и голубоватым светом стен. «Эфирная Кольчуга» дрожала на мне невидимым коконом, а в правой руке я мысленно удерживал заряд «Кинетического импульса», готовый выстрелить им в воображаемую цель. В левой руке я был готов в кратчайшие мгновения построить «Гравитационную петлю», а в глубине сознания уже была начертана схема «Стужи Бездны».

Я был больше не беглым рабом, загнанным в подземелье, я был… Кем-то большим. Ходячим оружием. Хранителем знаний, которые могли уничтожить целые армии.

Я посмотрел на вход в зал, на туннель, что вёл обратно, в тот мир, что хотел меня сломать, и тихо прошептал:

— Скоро… Скоро вы поймаете меня, и вам это не понравится.

Неожиданно я осознал, что кристальная ясность ума, подпитанная «Вита-Нектаром», постепенно начала затуманиваться. Не от усталости, нет… Тело, напротив, чувствовало себя превосходно… Проблема была в другом.

Я стоял, вытянув руку, и пытался удержать в фокусе одновременно три сложнейшие рунные схемы: «Эфирную кольчугу», готовый к выбросу «Кинетический импульс» и фоновый «Покров безмолвия». Я чувствовал, как моя внутренняя энергия, те самые алио, стремительно иссякают, будто вода сквозь пальцы.

Сначала барьер на руке дрогнул, став тоньше и прозрачнее в моём восприятии, затем заряженный кулак разжался сам собой, и сгусток кинетической энергии с глухим хлопком рассеялся, едва не швырнув меня на пол обратной волной.

Последним пал «Покров» — моя истинная сущность тут же вылезла наружу, и я начал чувствовать себя голым и уязвимым.

Рухнув на колени, я тяжело задышал от внезапно нахлынувшего ментального истощения, о котором меня предупреждал Арганд. Внутри было пусто. Совершенно пусто. Та самая «емкость», о которой упоминал интерфейс, была вычерпана до дна.

Как только моё алио перестало поддерживаться на одном уровне при помощи капсул — источник, в котором помещалось максимум 40 единиц моментально опустошился.

Да, именно эта смехотворная цифра обозначала вместимость моего источника! Этого едва хватало на базовую защиту и пару жалких плевков кинетической энергией, а о «Стуже бездны» или «Несокрушимой стене» вообще можно было забыть. Чтобы создать что-то подобное, мне потребовалось бы… я даже не знаю, в десятки раз больше силы!

— Это нелепо! — прошипел я, ударив кулаком по холодному полу. — Я обладаю знаниями архивариусов, а моя мощь — как у щенка, который только открыл глаза!

Жажда познания сменилась жгучим, нетерпеливым желанием усилить себя. Я рванулся к стеллажам, и мои глаза начали бешено сканировать скрижали. Мне нужна была руна мощности, усиления, расширения! Что-то вроде «Вей», но для внутренней энергии, а не для информации… Или что-то вроде «Тор», но чтобы направить поток внутрь себя, а не наружу.

Я лихорадочно перебирал кристаллы, заставляя интерфейс сканировать их содержимое за долю секунды. «…принципы телепортации малых объектов…» «…каталог флоры сектора 7…» «…биография Магистра Ум'Ра…»

«Чёрт! Где же оно? Должно же быть где-то здесь!»

Наконец, мои пальцы наткнулись на скрижаль, испускающую глубокий, бархатисто-фиолетовый свет, на которой был выгравирован символ, напоминающий раскрывающуюся спираль или пульсирующее сердце.

Артефакт: Кристаллическая скрижаль данных (Тип 6-Э «Энергетическая»).

Содержание: «Теория и методика тренировки личного энергоисточника (База-24)».

Автор: Хранитель Предела, А'Нур.

Уровень доступа: Ученик Хранителя.

Статус: Активен.

Энергия носителя: 64 %.

Сердце упало. Это было не расширение. Не волшебная руна, которая взорвёт мои пределы, а обычная скучная, рутинная, долгая… тренировка. Как у этих заурядных монахов в их проклятой башне, которые годами медитируют, чтобы увеличить свой мизерный источник на крошечную каплю.

Я чуть не швырнул скрижаль обратно в порыве разочарования, но рука не поднялась. Разум, уже отчасти мыслящий категориями Предтеч, холодно и логично указал мне: иного пути нет. Схемы прямого расширения источника, вероятно, требуют внешнего вмешательства — алхимии, имплантов, чего-то, чего у меня здесь нет. Остаётся только естественный путь — развитие того, что дано от природы.

С проклятием я положил скрижаль на пьедестал. Информация хлынула привычным потоком, но на сей раз она была иной — не взрывной и не технической, а плавной, методичной, почти медитативной.

Я узнал о природе алио. Это была не просто мана или энергия. Это была фундаментальная сила, продукт воли и сознания, прошедший через призму души. Ёмкость источника — это не сосуд, который можно растянуть. Это… мускул. Ментальный мускул, который можно и нужно качать. Постоянно. До изнеможения.

Автор, Хранитель А'Нур, описывал упражнения: полное опустошение источника до дна с последующим ожиданием его естественного наполнения. Создание сложных, но малоэнергозатратных рунных конструкций и их удержание в фоне, чтобы создать постоянную нагрузку. Ментальные схемы циркуляции энергии по телу, напоминающие какие-то боевые искусства…

Основной принцип был прост: стресс и восстановление. Источник должен был истощаться до предела, чтобы в ответ на стресс его пределы понемногу, но, расширялись.

Это была работа на месяцы, если не на годы. У меня не было такого количества времени! Мне нужно было сильное решение прямо сейчас!

Я уже собирался послать новый запрос консоли, чтобы поискать что-то ещё, что может быть я не заметил, как вдруг свет в зале померк.

Мягкое голубое сияние стен потускнело, стало неровным и замигало, словно свеча на ветру. Спустя мгновение оно погасло полностью, погрузив меня в кромешную тьму и лишь тусклое зелёное свечение скрижали на пьедестале слабо освещало моё перекошенное лицо.

— Ну что ещё⁈ — вырвался у меня гневый возглас, после чего я помчался к центральной консоли в главном зале, нащупывая путь в темноте. Её поверхность была тёмной и мёртвой. Я приложил к ней ладонь, посылая ментальный импульс, требующий диагностики, ответа, чего угодно!

С некоторой неохотой, но всё-таки в конце концов консоль отозвалась на мои действия, и прямо на ней появились бледные символы:

Системный статус: КРИТИЧЕСКИЙ.

Общий энергетический уровень комплекса: 0,01 %.

Источники аварийного питания: Исчерпаны.

Основное ядро: Отключено.

Запущен протокол: Омега.

Причина: Необратимое энергетическое истощение.

Статус: Самоликвидация активирована.

Я замер, не в силах поверить в происходящее. Это какой-то чёртов сюр! Я только нашёл это место! Я только прикоснулся к силе!

И в этот момент из тьмы, из самых стен, раздался низкий, механический, безжизненный, лишённый всяких эмоций голос. Он звучал на ауритинском, но со странным, древним акцентом, будто его произносил какой-то до невозможности древний искин:

— Внимание всем системам. Объявляется общий приоритет Омега. Энергетический уровень упал ниже критического порога. Стабилизация невозможна. Для сохранения целостности знаний и предотвращения попадания активных артефактов в руки не санкционированных лиц активирован протокол самоликвидации.

Терминальное обращение. Весь санкционированный персонал должен немедленно проследовать к ближайшим точкам эвакуации. Оставшееся время до детонации ядер очищения: [РАСЧЁТ]… [РАСЧЁТ]… Десять стандартных циклов.

Десять циклов по меркам Предтеч… Судя по всему, что я успел узнать — их цикл был чуть короче нашего часа. У меня было меньше десяти часов, чтобы выбраться отсюда.

Голос умолк. Тишина, наступившая вслед, была хуже любого грохота. Она была зловещей, и чертовски неприятной. В ней слышалось лишь тиканье невидимых часов, отсчитывающих последние мгновения этого места и моей жизни вместе с ним.

Паника, холодная и цепкая, поднялась из живота, сжимая горло. Бежать? Куда? Портал, что принёс меня сюда, давно закрылся. Я был в ловушке. Глубоко под землёй, в гробнице, которая вот-вот должна была превратиться в мой собственный погребальный костёр.

Я в отчаянии ударил кулаком по мёртвой консоли, и решительно прорычал:

— Нет! Я не позволю! Я пережил столько дерьма не для того, чтобы сгореть здесь заживо!

Мой взгляд упал на тёмные стеллажи, на сотни скрижалей, хранящих знания целой эпохи, и на мою тощую грудь, где под кожей билось сердце, вмещавшее жалкие 40 алио.

Я не мог забрать их с собой все, но я мог попытаться забрать самое главное, а для этого я должен был найти выход. Прямо сейчас.

Десять циклов.

Слова механического голоса отдавались в моих висках навязчивым, мерзким эхом. Десять циклов Предтеч. А судя по тем данным, что я успел ухватить — их цикл длился около пятидесяти семи стандартных минут. У меня было около девяти с половиной часов, а скорее всего даже меньше, если эта древняя система ошибалась в своих расчётах, что было более чем вероятно.

Холодная и липкая паника снова попыталась подняться по горлу, но я не стал её поддаваться, и затолкал её обратно, где ей было самое место. Истерика сейчас равносильна самоубийству, а значит у меня нет на это права.

Мой взгляд метнулся к главному залу, к той самой стене, что преграждала путь к транзитному хабу, над которым интерфейс выводил сообщение:

Критическое повреждение, Энергия 0.1 %.

Даже если бы у меня была энергия, чтобы её активировать — шансов всё равно было ноль. Этот путь был мёртв.

Оставалось только одно. Знания. В этих скрижалях должно было быть что-то, что может мне помочь. Телепортация, создание временного портала… Чёрт, даже схема подрыва стены в нужном месте! Что угодно!

Я рванул обратно в читальный зал, к стеллажам. Мягкое свечение стен погасло, и лишь тусклое мерцание нескольких ещё активных скрижалей бросало на пол призрачные блики. Автоматика, подававшая их на пьедестал, была мертва, поэтому мне пришлось заниматься этим не благодарным делом самому.

Первый стеллаж был высоким, до самого потолка. Я вцепился пальцами в выступы между нишами, упёрся ногами в полку и полез, как полоумный скалолаз, что было несколько проблематично, так как камень был холодным и гладким, почти не давая никакой опоры.

Сердце бешено колотилось, не столько от усилия, сколько от осознания, что каждая секунда на счету. Я с трудом дотянулся до скрижали, испускающей слабый золотистый свет, и стащил её вниз. Она со звоном ударилась о пол, но, к счастью, не разбилась.

«…отчёт о миграции кристаллических форм жизни в туманности К'Танн…»

«Харш! Не то!»

Откинув свою добычу в сторону я полез за следующей… И за следующей. Я карабкался, скользил, пару раз чуть не сорвался, удерживаясь на одной руке, и снова лез вверх. Пыль забивала нос, мышцы горели огнём. Я сбрасывал вниз скрижаль за скрижалью, создавая на полу всё растущую груду мёртвого знания, которое не могло мне помочь.

«…генеалогическое древо Дома А'Шурр…», «…методы культивации псионических грибов…», «…чертежи декоративной отделки жилых модулей…»

Отчаяние накатывало на меня новой, неудержимой волной. Я тратил драгоценные минуты на это бесполезное лазание! Сейчас я сидел на верхней полке, свесив ноги, и пытался перевести дух, чувствуя, как предательская дрожь входит в уставшие мышцы.

«Так я ничего не найду. Я сгорю здесь, как крыса в ловушке, окружённый величайшими секретами вселенной, которые оказались бесполезны.» — подумал я, злясь на свою беспомощность, и тут меня озарило.

«Я же не дикарь! Я не должен лазить по стенам! У меня есть знания. Руны. Сила.»

Я спрыгнул вниз, и подошёл к груде скрижалей. Мне не нужно было погружаться в каждую из них… Мне достаточно было их отсортировать, и сделать это быстро.

Я сел на пол, скрестив ноги, и закрыл глаза, погружаясь в состояние лёгкой медитации, которое позволило отбросить панику и страх. Внутри осталась только холодная, ясная ярость и воля к выживанию. Я вызвал из памяти образы рун, и погрузился в их изучение.

«Каин» (Поиск) — чтобы найти нужное. «Вей»(Информация) — чтобы её воспринять. Но как применить их к физическим объектам? Как заставить скрижали прийти ко мне?

На ум пришла «Тор»(Поток, Направление), которая могла бы создать поток, притягивающий скрижали ко мне, но «Тор» не умеет различать объекты. Ему нужен вектор, цель.

В этом деле скорее всего поможет «Ирис» (Идентификация, Уникальность). Я могу задать образ — кристаллическая скрижаль, излучающая энергию, и направить «Тор» на притяжение всего, что соответствует этому описанию.

Я мысленно выстроил схему: в основе — «Ирис», создающая ментальный фильтр-образ, от неё — «Тор», развёрнутый не наружу, а внутрь, на себя, как воронка. Ну и чтобы удержать всю эту конструкцию, нужен каркас. «Дорн»(Стабильность) должен справиться с задачей стабилизации всей этой цепочки.

Как только я закончил со своими экспериментами — интерфейс тут же проанализировал получившийся шедевр и выдал свою оценку:

Обнаружена аутохтонная ментальная структура: «Призыв Знаний» (Уровень: Интуитивный).

Эффект: Создает область притяжения для заданных ментальным образом объектов.

Радиус: ~5 метров.

Сила притяжения: низкая.

Требуемая энергия: 3 алио для активации, 1 алио/мин для поддержания.

Стабильность: Низкая. Возможны сбои.

«Низкая сила притяжения? Мне и не горы нужно притягивать… Мне нужно было снять хрупкие кристаллы с полок, так что этой силы вполне должно хватить.» — обрадованно подумал я, и тут же активировал созданную схему, вложив в неё 3 единицы алио.

Воздух вокруг меня сразу же затрепетал, сразу после чего я сосредоточился на образе: плоский прямоугольник, кристалл, излучающий внутренний свет.

Эффект был мгновенным и ошеломляющим. Со стеллажа прямо передо мной, с верхних и нижних полок, скрижали дрогнули, а затем плавно, словно в невесомости, поплыли по воздуху по направлению ко мне.

Они медленно вращались, создавая своим внутренним свечением сюрреалистический танец света в тёмном зале. Не прошло и пары секунд, как все они мягко опускались на пол, образуя вокруг меня аккуратный круг.

Я смеялся. Это был хриплый, почти истерический смех безумца. Это работало! Харш возьми, это работало!

Теперь я мог действовать быстро. Я хватал скрижали по одной, прикладывал к ним руку, заставляя интерфейс сканировать их содержимое, и отбрасывал в сторону, если это было не то. Груда бесполезного мусора росла с одной стороны, а передо мной начинала формироваться скромная стопка потенциально нужного.

«…рунные цепи усиления сигнала дальней связи…» — нет. «…базовые протоколы этикета для видов 4-й категории…» — Харш! «…теория формирования гравитационных линз…» — ближе, но не то.

Время летело. Я почти не чувствовал его хода, целиком поглощённый безумным процессом сортировки. Я опустошал стеллаж за стеллажом. Руки дрожали от постоянного ментального напряжения и мелкой моторики…

И вот, наконец, я нашёл её. Скрижаль была холодной на ощупь и испускала не свет, а скорее, поглощала его вокруг себя, отливая цветом воронёной стали. Символ на ней был до боли знакомым и одновременно чужим — стилизованные врата, такие же, как на шлюзе, но разомкнутые, с бегущей между ними молнией.

Артефакт: Кристаллическая скрижаль данных (Тип 7-Т «Транспорт»).

Содержание: «Экстренные протоколы: создание нестабильного телепортационного коридора малой дальности».

Автор: Инженерный корпус «Несущие Свет».

Уровень доступа: Стража.

Статус: Активен. Энергия носителя: 41 %.

Предупреждение: Протокол использует обходные пути. Высокий риск пространственных аномалий. Требует точного координационного якоря.

Я почти рычал от нетерпения, водружая её на пьедестал. Информация сразу же ворвалась в мой мозг, и была она очень сложной и безжалостной к ошибкам. Это была не изящная наука, а топорное, грубое решение для отчаявшихся. Принцип был прост: создать разрыв в ткани реальности и силой протолкнуть через него объект. Неважно куда. Главное — отсюда.

Ключевой руной был «Ранд» (Разрыв, Случайность, Неопределённость). Опасная, непредсказуемая руна, которую Предтечи старались избегать. Её стабилизировали с помощью «Тор»(Поток), чтобы задать хоть какое-то направление разрыву, и «Дорн»(Стабильность), чтобы удержать его от немедленного коллапса и не вывернуть наизнанку всё вокруг.

Но самое главное — нужен был «Якорь». Точка привязки. Координаты. Без них «Ранд» мог вышвырнуть меня в открытый космос, в ядро планеты или вообще в межпространственный пузырь.

И тут я вспомнил ту самую комнату с колоннами, в которой сформировался портал, перенесший меня сюда. Я мог использовать образ этой комнаты, как тот самый якорь! Это был чудовищный риск, но другого выбора у меня не было.

Я начал мысленно выстраивать схему, вплетая в неё руну за руной. «Ранд» в центре, как заряженная пушка. «Тор», направленный в ту точку, где я появился. «Дорн», сжимающий энергию разрыва в подобие туннеля. И крошечная, почти невесомая нить «Ирис»(Идентификация), чтобы настроиться на энергетический след той самой комнаты с порталом.

Конструкция была чудовищно сложной и нестабильной. Она пульсировала в моём сознании, грозя разорваться от собственной мощи. Интерфейс едва справился с идентификацией, выводя тревожные данные:

Расчётная комбинация: «Разрывной Бросок» (Уровень: Опасный/Экспериментальный).

Эффект: Создание кратковременного телепортационного коридора к заданному энергетическому отпечатку.

Дальность: неизвестна.

Стабильность: критически низкая.

Требуемая энергия для активации: 55 алио.

Вероятность успеха: 34,7 % (расчёт приблизителен). Вероятность катастрофического отказа: 65,3 %.

Пятьдесят пять. Пятьдесят пять! А мой максимум — сорок. Даже если я выжму себя до потери сознания, мне всё равно не хватит пятнадцати единиц! Проклятие!

Я закричал от ярости, ударив кулаком по пьедесталу. Боль пронзила костяшки, но она была ничтожна по сравнению с болью от осознания собственного провала. Я был так близок! Я нашёл решение, но у меня не было сил его реализовать!

Время. Его почти не осталось. Голос из ниоткуда не повторялся, но я чувствовал каждую уходящую секунду. У меня не было времени предаваться самобичеванию, поэтому я снова вернулся к скрижалям. Нужно искать дальше. Что-то, что может усилить меня. Что-то, что даст мне возможность компенсировать эти пятнадцать алио!

Я с новой силой принялся сканировать оставшиеся кристаллы, заставляя «Призыв знаний» стаскивать их ко мне со всего зала. Я проглатывал информацию кусками, не вчитываясь, лишь бы уловить суть.

«…усилители ментального импульса…» — нет, это для связи. «…концентраторы энергии окружающей среды…» — не работает, вокруг мёртвый камень. «… временное повышение мощности путём сжигания жизненной силы…» — слишком опасно, я могу умереть до активации.

Ничего. Совсем ничего подходящего. Я опустошил весь читальный зал. Груда бесполезных скрижалей была в разы больше стопки потенциальных, и надежда на благоприятный исход таяла на глазах.

И тогда меня осенило. Голокронные ядра! Хранилище! Там ведь наверняка не только капсулы с едой. Там были десятки сфер, и вполне возможно, что какая-то даст мне нужный эффект!

Я рванул из читального зала, помчавшись по тёмному коридору в хранилище ядер. Время сейчас было моим главным врагом. Я ворвался в круглую комнату, где в нишах всё так же висели тёмные сферы, и ринувшись к центральному постаменту мысленно выругался, когда увидел, что он тоже обесточен.

К счастью рунная цепочка уже была мной создана, и для притяжения сфер мне достаточно было поменять ментальный образ, что я сразу же и сделал.

Сферы с готовностью начали спускаться ко мне, где я хватал их, находил почти невидимую метку, и тут же вскрывал. Некоторые сферы были наполнены тем же «Вита-Нектаром», в других были странные металлические порошки, кристаллы, испускающие тихий гул, даже какие-то биологические образцы в прозрачной жидкости… В общем ничего похожего на усилитель.

Раз за разом я разочарованно захлопывал половинки сфер, отбрасывая их в сторону, краем сознания отмечая, что мои руки уже начинали дрожать от отчаяния.

Я опустошал нишу за нишей, и когда я уже почти поверил в провал этого мероприятия, мои пальцы наткнулись на сферу, которая была не просто холодной на ощупь, а ледяной. При вскрытии из неё вырвалось облако пара, и я увидел что внутри неё, в ячейках из того же светящегося материала, лежали странные устройства, похожие на стилеты с маленькими резервуарами у основания. Они были сделаны из бледного, почти белого металла.

Я взял один из них и интерфейс тут же с готовностью выдал информацию:

Артефакт: Инъектор ментального ускорения «Когнитивный Скачок».

Назначение: Кратковременное резкое повышение эффективности нейронных связей и скорости ментальных процессов.

Основной эффект: Сознание воспринимает время замедленным, что субъективно позволяет «успеть» совершить более сложные ментальные операции (например, активацию рун) за тот же промежуток времени, тратя на них пропорционально меньше энергии.

Состав: Синтезированные ноотропы 4-го поколения, катализаторы нервной деятельности.

Эффект: Субъективное замедление времени на 300–500 %. Длительность: до 5 минут объективного времени.

Побочные эффекты: Сильное ментальное истощение, когнитивный откат, временная потеря памяти, головные боли, риск необратимого повреждения синапсов при передозировке.

Способ применения: Внутримышечно или внутривенно.

Я замер, смотря на этот стилет недоверчивым взглядом. Субъективное замедление времени… Меньшие затраты энергии на активацию… Это было не прямое усиление, но… это был шанс. Шанс, который я не имел права упускать.

Риск был чудовищным. «Необратимое повреждение синапсов» звучало как приговор, но выбор был между этим и гарантированной смертью, так что можно сказать, что его и не было…

Без колебаний я выдернул инъектор из ячейки, закинул сферу в узелок со своими вещами, и побежал обратно в центральный зал, психологически рассчитывая на то, что оттуда перенос будет проходить полегче. Достигнув своей цели, я рухнул на колени, отыскал на внутренней стороне предплечья набухшую вену и, помолившись всем забытым богам, вогнал иглу в плоть.

Боль была острой и жгучей, но это было ничем, по сравнению с тем, что ждало меня впереди. Мир взорвался.

Нет, он не изменился, а… замедлился. Пылинка, висевшая в воздухе, замерла на месте, моё собственное дыхание растянулось в бесконечный, тягучий свист, а сердцебиение чувствовалось как редкие гулкие удары, сотрясающие организм.

Я закрыл глаза, погружаясь вглубь себя. Руны «Ранд», «Тор», «Дорн» и «Ирис» вспыхнули в моём сознании, как маленькие солнца. Я видел каждую их линию, каждую связь. Я видел, где энергия теряется впустую, где можно сжать конструкцию, где перенаправить поток… В нормальном состоянии я никогда бы не смог этого сделать по причине сложности схемы, но сейчас, когда мой мозг работал на запредельных оборотах, я мог и не такое.

Я перестраивал и оптимизировал схему прямо на ходу, усиливая стабильность за счёт более точного позиционирования рун. Я словно чинил хрупчайший часовой механизм, осторожными, выверенными движениями.

Когда я закончил — интерфейс выдал обновлённые данные:

Расчётная комбинация: «Разрывной Бросок» (Версия 2.0, оптимизированная).

Требуемая энергия для активации: 39 алио.

Вероятность успеха: 51,1 %.

Вероятность катастрофического отказа: 48,9 %.

«Пятьдесят на пятьдесят… Вечный спор орла и решки, где на кон поставлена моя жизнь…» — грустно подумал я, после чего поднял руки, чувствуя, как мышцы реагируют на команды мозга с чудовищной, замедленной реакцией, и начал рисовать в воздухе первую руну — «Ранд».

Я не стал спешить с этим делом, и тщательно выстраивал всю схему целиком, внимательнейшим образом контролируя каждое своё движение. В каждую созданную руну я вкладывал частицу собственной воли, своего отчаянного желания жить. «Тор», «Дорн», и, наконец, крошечная, изящная «Ирис», которая должна была найти путь домой.

Ослепительно яркая, нестабильная и в то же время прекрасная конструкция висела передо мной прямо в воздухе. Она едва заметно пульсировала, грозя при любом не осторожном действии разорвать реальность прямо здесь и сейчас.

Я вложил в неё практически всё. 39 единиц алио ухнули в созданную комбинацию, и помолившись всем богам — я её активировал…

После активации созданной мной цепочки мир вокруг меня взорвался в восхитительно красочном безобразии, которое практически сразу сошло на нет, и моё сознание погрузилось в блаженную тьму.

Понятия не имею — сколько времени я провалялся, но в конце концов всё-таки начал приходить в себя, и невольно поморщился от крайне мерзкого ощущения, похожего на то, что кто-то внутри моей черепной коробки решил, что методично подолбить раскалённым ломом по её внутренней поверхности — это очень хорошая идея.

Каждый новый удар заставлял меня морщиться ещё сильнее и отдавался тошнотворной волной по всему телу, но не смотря на это я начал потихоньку осознавать происходящее.

В настоящий момент я лежал на холодном, неровном камне, а воздух пах сыростью и разложением. Как только я это осознал, то моё настроение тут же поползло вверх, а всё потому, что в том странном месте, где я был совсем недавно, сырости не было совершенно, а значит переход состоялся успешно.

Попытавшись пошевелиться, я добился только того, что мир вокруг меня предательски завертелся, от чего к горлу практически сразу подкатила тошнота.

Замерев на одном месте, я сглотнул едкий комок, и решил не двигаться до тех пор, пока не пройдёт хотя бы часть последствий от применения мыслительного допинга, которые, надо признать, оказались весьма серьёзными.

С огромным трудом, превозмогая головокружение, я немного приоткрыл глаза, и увидел, что нахожусь в тёмном помещении, единственным источником света в котором было тусклое сияние массивных колонн, архитектура которых была мне крайне знакома.

Точно такие же колонны я видел в том самом зале, где столкнулся с хранителем, однако эта пещера оказалась существенно меньше того зала, и как-то… уютнее что ли?

Оглядевшись по сторонам, я решил первым делом попробовать провести диагностику и обратился к уже ставшему привычным интерфейсу, который с некоторой задержкой, но всё-таки вывел требуемую информацию:

Биологический статус: Сотрясение мозга (лёгкое), многочисленные ушибы, обезвоживание.

Ментальное истощение: Критическое.

Нейротоксикоз (остаточные эффекты стимулятора).

Энергетический уровень: 1 алио.

Восстановление: 1 алио/30 мин.

М-да… Состояние моё было откровенно паршивым, но помня описание стимулятора — всё могло закончиться гораздо хуже, так что спасибо и на этом.

Первым делом мне нужно было как-то избавиться от безумной головной боли, и я не придумал ничего лучше, чем воспользоваться недавно освоенными фокусами и сконцентрировался на дыхании.

Медленный вдох, выдох… Это было чем-то похоже на освоенную мной технику по увеличению резерва алио, и оно действительно работало! Спустя несколько минут боль в голове немного отступила, превратившись из огненной пульсации в тупой, но терпимый гул, после чего я даже смог сесть, прислонившись спиной к ближайшей колонне.

Минут через двадцать, которые показались мне маленькой вечностью, я почувствовал первые признаки улучшения своего состояния. Голова прояснилась, восстановилось ещё 1 алио, и даже как будто бы появились силы, чтобы наконец принять вертикальное положение.

Неожиданно мне показалось, что я услышал какой-то посторонний звук, которому тут совершенно не место. Прислушавшись, я сначала подумал, что это простое журчание воды, но чем дольше я пытался разобраться, тем отчётливее понимал, что больше всего это похоже на… шелест, и что самое печальное — источник этого шелеста был совсем не один.

В моём текущем состоянии мне совершенно не хотелось сражаться с кем бы то ни было, но я, похоже, уже привлёк к себе внимание, а значит бой неизбежен, и пора переходить на крайние меры.

В кармане у меня находилась одна капсула «Вита-нектара», которую я до последнего не хотел использовать, прекрасно понимая, что мой организм и так напичкан инопланетной химией по самое «не балуйся», однако выбора у меня не оставалось.

Эффект от приёма капсулы был мгновенным. Как только я её принял, то в то же мгновение волна чистой, животворящей энергии ударила мне в желудок и разлилась по всему телу, сжигая боль, сметая усталость, и вымывая токсины из перегруженного мозга. Сотрясение отступило будто его и не бывало, мышцы наполнились силой, а главное — мой опустошённый источник алио вздрогнул и начал заполняться энергией прямо на глазах.

Биологический статус: Быстрая регенерация.

Ментальное истощение: Снято.

Энергетический уровень: 15 алио… 20… 25… 30.

«Ну что ж… Пришло самое время, чтобы посмотреть на тех, кто рискнул меня побеспокоить…» — подумал я, выглядывая из-за колонны в сторону приближающихся шорохов.

Это действительно были живые организмы, размером с большую кошку, вот только на этих милых созданий они не были похожи ни капельки. Их тела напоминали помесь жука с пауком, покрытое блестящим, тёмно-синим хитином. Вместо лап у них были шесть цепких, покрытых щетинками отростков, оканчивающихся острыми, как иглы, коготками.

На голове у этих ошибок природы находилось несколько пар фасеточных глаз, поблёскивающих тусклым фиолетовым светом, и ротовой аппарат в виде небольшого хоботка.

Они обнюхивали воздух своими хоботками, и постоянно передвигались короткими рывками. Когда первый из них меня увидел, то резко остановился, а затем издал тонкий, визгливый звук, похожий на скрежет стекла по металлу, который сразу же привлёк его товарищей, и спустя несколько мгновений все три твари начали быстро передвигаться в мою сторону.

Убегать от таких противников я даже не подумал, и тому было две причины: первая, и самая главная — ну не воспринимал я их за серьёзных противников, а вторая заключалась в том, что беготня в полутьме с сотрясением мозга в компании трёх враждебно настроенных тварей — это очень экстравагантный способ самоубийства.

Я не стал тратить энергию на сложные схемы, а выбрал самое простое решение, которое заключалось в применении связки рун «Кинетический импульс». Зарядив в него 5 единиц алио, я взмахнул рукой, сразу после чего от моей ладони в сторону врагов помчался невидимый серп.

Он пронёсся на уровне полуметра от пола и чисто, без какого либо сопротивления, срезал все шесть лап у не ожидавших такого тварей, и потеряв силу, врезался в одну из колонн, оставив там небольшую выемку.

Мои противники и без моего вмешательства передвигались с трудом, а после знакомства с моим навыком вообще рухнули на пузо, беспомощно шевеля обрубками лапок.

Их боевые писки сменились на панические, ведь их примитивный разум, наконец, осознал, что они нашли не еду, а смертельную опасность. Твари начали пытаться хоть как-то отползти от большого и страшного меня, но им крупно не повезло с противником. Ещё в своём родном мире я намертво усвоил правило, что никогда и ни в коем случае нельзя оставлять недобитого врага за своей спиной.

Одну тварь я буквально располовинил вторым кинетическим импульсом, который прошёл сквозь хитиновый панцирь, как пуля через бумагу. Второго я я просто раздавил связкой рун, где основную роль играла «Гронн» (Земля), а последнего я с такой силой пнул, что когда он врезался в верхнюю часть одной из колонн — жизнь тут же покинула его тело.

Тишина. Это было прекрасно, но я понятия не имел — сколько ещё таких тварей водится в этих пещерах, а потому решил двигаться к выходу, чтобы попытаться выбраться на поверхность, и определить — куда же меня занесло.

Тем временем капсула «Вита-Нектара» продолжала свою работу, залечивая мои синяки, и успокаивая нервную систему. Голова меня больше не донимала, и была кристально ясна.

Тоннель постепенно сужался, превращаясь в коридор, явно искусственного происхождения. Его состояние оставляло желать много лучшего, и было видно не вооруженным глазом, что разумных тут не было очень давно.

Коридор потихоньку шёл вверх, и я чувствовал, что запах сырости постепенно начал вытесняться другим запахом, гораздо более приятным. Это был запах леса, который лучше любых слов говорил, что выход где-то близко, и мои подземные приключения подходят к концу.

Не успел я об этом подумать, как за очередным поворотом увидел пролом в потолке, через который лился рассеянный дневной свет. Потушив «Люм», я продолжил путь в полутьме, осторожно подбираясь к этому пролому, и когда я выбрался через него, то оказался в небольшом гроте, одна из стен которого представляла собой нагромождение обвалившихся камней, между которыми, сквозь щели, лился тот самый, долгожданный свет.

Сказать, что я обрадовался — это, считай, промолчать. Подобравшись к этой куче, я не откладывая в долгий ящик начал разбирать её. Сначала я действовал руками, откидывая мелочь, а потом догадался применить «Гравитационную петлю», чтобы сдвинуть самый крупный валун.

Как только я убрал этот камень, то передо мной открылся небольшой проход наружу, шириной около полуметра, куда я сразу же и полез.

Высунув голову наружу, я замер, оценивая обстановку, и практически сразу понял, что нахожусь я где-то очень далеко от того города, где за мной совсем недавно гонялись святоши.

Вылез я на склоне невысокой, покрытой чахлым лесом горы. Внизу расстилалась долина, по которой петляла серебристая лента реки, которая вплотную подходила к какому-то городу с высокими каменными стенами, за которыми теснились остроконечные крыши и башенки.

Спуск с горы занял пару часов, при том что двигался я неторопливо, стараясь экономить силы, и пристально наблюдая за окресностями. Дорога, ведущая к городским воротам, была грунтовой, разбитой колёсами телег, и пользовалась большой популярностью у местного населения.

По ней постоянно тянулись многочисленные крестьяне с различной поклажей, несколько раз проехали пара торговцев на усталых клячах, а один раз проскакал городской патруль.

Судя по всему — это был обычный, средневековый городишко, в котором ещё не слышали о приключениях Эриндара, и этим надо было пользоваться.

Моё появление на дороге не вызвало у крестьян совершенно никакого интереса, что меня весьма порадовало. Я немного ускорился, догнав идущую впереди группу, и уже совсем скоро мы наконец добрались до цели своего пути.

У ворот, помимо двух дремлющих на посту стражников в потертых кольчугах, я заметил фигуру человека в тёмно-сером, простом одеянии, без видимого оружия, который стоял как будто чуть в стороне. Сторонний человек не придал бы этому значения, и подумал бы, что он просто кого-то ждёт, однако мне очень не понравился его взгляд.

Он крайне внимательно скользил по каждому входящему, и оценивал его по каким-то, совершенно непонятным признакам, а иногда этот человек доставал из складки плаща какой-то тусклый камень, бросая на него крайне предвкушающие взгляды, но камень, судя по всему, не оправдывал его надежд, и он снова продолжал скучающим взглядом сканировать всех входящих.

Не нужно быть доктором наук, чтобы понять, что этот человек пытается что-то выявить, но у него ничего не получается. Я не мог сказать чем он занят наверняка, но решил перестраховаться, и сосредоточился, восстанавливая в памяти комбинацию «Покрова безмолвия».

«Вейр» (Тень, Иллюзия), «Ирис» (Идентификация), «Эль» (Ограничение). Я мысленно выстроил схему, стараясь, чтобы она не просто скрыла мою силу, а создала образ самого заурядного, ничем не примечательного человека, лишь бы не переборщить…

Если у меня получится образ бродяги, то ничем хорошим это не закончится, а вот образ молодого парня, ищущего хоть какую-то подработку — почему бы и нет? Тем более — практически все крестьяне вокруг меня были такими парнями.

Эту конструкция требовала для своей активации 10 единиц алио, и как только я её применил, то сразу же начал испытывать крайне странные ощущения… Это было похоже на то, будто меня облепила какая-то прозрачная плёнка, которая надёжно закупорила внутри всё то, что могло выдать во мне мага.

Глянув на свою руку — я определил, что визуально ничего не изменилось, но визуал мне и не требовался… А аура отныне была надёжно спрятана под ментальным камуфляжем, и пока у меня хватало алио — я был Эриндаром, нищим путешественником, ищущим случайного заработка.

Когда подошла моя очередь на проход через ворота, серый человек повернул ко мне голову и я почувствовал на себе его бесстрастный взгляд. Он на мгновение задержал взгляд на моём свёртке, но потом решил, что я явно не стою его внимания, и потерял ко мне весь интерес.

Криво усмехнувшись, я с замиранием сердца прошёл через городские ворота, и вновь оказался окружён «романтикой» средневекового города.

Шум, запахи, суета… Узкие, кривые улочки, вымощенные булыжником, по которым с трудом разъезжались телеги, двух- и трёхэтажные дома с выступающими вторыми этажами, почти смыкающимися над головой, множественные крики разносчиков, рёв скота с ближайшего скотного рынка, звон молота из кузницы… После тишины архивов предтеч и чистого лесного воздуха это место не вызывало во мне никаких светлых эмоций.

Я на мгновение замер, позволяя потоку людей обтекать меня, и задумался об извечном вопросе всех попаданцев — и что теперь? Легенда — это конечно хорошо, но было бы ещё очень неплохо иметь хоть какую-то материальную основу. Как минимум мне нужна была крыша над головой и еда, которую я не мог бесконечно заменять «Вита-нектаром», капсулы которого нужно было беречь как зеницу ока.

«Итак, — мысленно обратился я к себе. — Добро пожаловать в реальный мир, где твои знания о рунных матрицах стабилизации геотермальных контуров пока что стоят меньше, чем умение колоть дрова или чистить стойла».

Делать было нечего, и я решил двигаться наугад, стараясь при этом идти не как потерянный человек, а как человек, который знает, куда идёт, и просто не торопится.

Во время этой прогулки мои глаза сканировали всё: вывески, одежду людей, их оружие… Я уже чётко видел, что город делился на части: здесь, у ворот, была зона бедноты и ремесленников, дальше, вверх по склону, виднелись более аккуратные дома с черепичными крышами, а на самом верху, у подножия здоровенных башен, белели стены богатого квартала, куда не было хода таким как я.

Бродяг тут действительно не любили — пару раз, прямо на моих глазах, стражники в синих плащах грубо поднимали с земли каких-то обтрепанных типов и куда-то их уводили, по пути старательно несколько раз роняя.

Чтобы не пополнить их ряды мне была необходима работа, вот только где её найти? Ходить по городу и предлагать свои услуги как мастера по «созданию направленных световых потоков» или «локализации гравитационных аномалий»? Так я и ойкнуть не успею, как стражники попытаются определить меня в застенки, а такого гостеприимства мне хотелось бы избежать.

Тем временем я вышел на небольшую грязную площадь, заставленную многочисленными лотками, которые ясно показывали на то, что я нашёл местный рынок. Только вот этот рынок совсем не предназначался для гостей города, а был скорее для своих. Тут продавали овощи, дешёвую глиняную посуду, связки лука, старую одежду… А в самом дальнем конце площади, у стены какого-то амбара, копошилась толпа разумных, явно что-то рассматривая.

Покупать мне тут было нечего, а потому, прежде чем уйти, я решил утолить своё любопытство и подошёл к толпе, после чего увидел, что на стене висела огромная, потемневшая от времени и непогоды дубовая доска, испещрённая пришпиленными клочками бумаги, бересты и даже просто нацарапанными надписями на грифельных табличках.

Это была самая настоящая доска объявлений, и именно эта штука должна была мне помочь найти способ задержаться в этом городе.

Я бесцеремонно начал проталкиваться сквозь толпу, и через пару минут подобрался на такое расстояние, что оказался вполне способен прочитать написанные объявления. Большинство записей были сделаны корявым, неграмотным почерком, но язык, к счастью, был тем же ауритинским, хоть и с сильным местным акцентом в написании.

«Пропала коза. Рогатая, серая. Нашедшему — благодарность в виде кувшина молока. Подробности спрашивать у Марты около колодца».

«Требуется подмастерье в кузницу. Сильный, не пьющий. Спрос строгий».

«Меняю три меры овса на добротные сапоги, 42-й размер».

«Нужны руки для разгрузки баржи у южного причала. Оплата по окончании, 5 медяков».

Я просматривал объявление за объявлением, оценивая весь ассортимент предложения, и не находил того, что мне нужно. Разгрузка баржи — слишком много людей, слишком публично… Кузница — требуется опыт или хотя бы сила, которой у меня, по легенде, не было… И тут мои глаза наткнулись на то, что было создано как раз под мои нужды:

«Требуется помощь в очистке амбара от мышей и хлама по адресу: переулок Кузнечный, дом 7, за синей дверью. Работа на один день. Оплата: 7 медных монет и остатки зерна. Спросить старика Гарта».

Деньги, конечно, предлагались смешные, однако задача заключалась в очистке амбара, а это значит, что на какое-то время крыша у меня над головой всё-таки будет, и это было идеально.

Если я всё сделаю правильно, то этот амбар станет моим временным плацдармом для поиска нормальных заданий или работы в этом городе.

Чтобы не рисковать тем, что задачу примет кто-то другой, я запомнил адрес, и сразу же направился на его поиски, периодически спрашивая у встречных людей его точной местонахождение.

Искомый переулок был тёмным, грязным, заставленным множеством пустых бочек и ящиков. Дом номер семь оказался не домом, а огромным, старым сараем с прогнившей крышей, а рядом с большими воротами для телег действительно была та самая, облупившаяся синяя дверь.

Я постучал, но никакого ответа не последовало, поэтому пришлось отбросить в сторону всю скромность, и молотить так, что с двери чуть не слетели остатки краски.

Изнутри в тот же момент послышались шаркающие шаги, и тихий кашель, после чего дверь слегка приоткрылась, и в щели показалось помятое, щурящееся лицо старика с недельной щетиной.

— Чего нужно? — спросил он у меня хриплым, и совершенно недружелюбным голосом.

— Вы старик Гарт? — спросил я, стараясь звучать почтительно, но не заискивающе. — Я по объявлению, насчёт амбара.

Старик оценивающе осмотрел меня с головы до ног, его взгляд задержался на свёртке, после чего он скептически произнёс:

— Силёнок-то хватит у тебя? Амбар у меня большо-ой, а хлама в нём ещё больше! А мыши эти… Спасу от них нет никакого! Прямо из-под ног всё растаскивают!

— Хватит, — уверенно сказал я, на что старик пожевал губы, и сказал непререкаемым голосом:

— Плачу семь медяков, и мешок просыпи сверху. Устраивает?

— Был бы не согласен — не пришёл бы, — пожал плечами я, а затем спросил:

— Может приступим прямо сейчас?

Старик на такую целеустремлённость только хмыкнул, но цепочку всё-таки снял, и впустил меня, пробурчав:

— Заходи, инструмент найдешь в углу, и сразу приступай. Выноси всё, что не похоже на зерно и складывай в кучу на заднем дворе. Мышей… гоняй, дави, как знаешь… Но к вечеру не должно быть ни одной!

Я вошёл в амбар, с наслаждением вдыхая густой от пыли воздух, и оглядевшись по сторонам, пробормотал:

— Ну что ж… Плацдарм готов. Теперь осталось грамотно этим всем воспользоваться…

На этом история Кейрона пока что кончается, и вернусь я к ней где-то через пол года. Приношу извинения всем, кого данное решение расстроит, но к большому сожалению мне не хватает времени на реализацию всех историй, что я задумал, а потому приходится чем-то жертвовать.

Если кому-то принципиальны потраченные средства — пишите в личку, всё обсудим.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Рунолог поневоле