Алекс Коул сидел в арендованном "Джипе Чероки" возле начальной школы Ньюингленда. Несколько родителей стояли у ворот в резком осеннем ветру, подняв воротники и с , ожидая, когда в два тридцать выпустят маленьких гномов. Алекс посмотрел на фотографию, которую он вытащил из рамки на каминной полке в гостиной Джейсона Джонса.

Джейсон был его клиентом.

Алекс наблюдал за суматохой на игровой площадке за ограждением. Из здания вышли несколько учителей, за ними шла вереница малышей. Когда дети увидели родителей, раздались крики и махание руками. В глазах родителей можно было прочитать, как угасает надежда на свободу. Учителя кричали, пытаясь удержать маленьких сорванцов. Алекс искал маленького Раша Джонса. Что это за имя такое, Раш Джонс? Он прищурился, пытаясь разглядеть его в толпе родителей. Может, ему нужно проверить зрение, потому что все вокруг было как в тумане. Дождавшись, пока суматоха дойдет до ворот, Алекс посмотрел в зеркала, прежде чем выйти из машины и перейти дорогу. Ему не хотелось тратить время на этих любящих своих детей семьи с мертвыми глазами. Он встал в задней части группы. Пара человек бросили на него взгляд, но, не узнав, отвернулись. Он догадался, что новичков в этой очереди не часто встретишь.

Это не облегчало ему жизнь.

Маленькие мешки с соплями, покрытые грязью, выходили один за другим, и е родители внезапно меняли свою личность на "Привет" и "Как прошел день", - прежде чем утащить малышей, не слушая ответов.

Подойдя к воротам, Алекс убедился, что хорошо видит Раша - тот стоял на детской площадке - и сунул фотографию обратно в карман. Когда он встал напротив женщины у ворот, он улыбнулся так тепло, как только мог.

- Здравствуйте, - сказал он, засунув руки в карманы в ожидании первого вопроса. - Меня зовут Логан Джонс, я пришел за своим племянником, Рашем.

Женщина нахмурилась и посмотрела на свой блокнот. Если все в порядке, он должен был быть внесен в список ответственных лиц, имеющих право забирать маленького сопляка. Он позвонил заранее, пару дней назад, представившись Джейсоном Джонсом и сказав, что хочет добавить своего брата Логана, который приехал в гости и было бы неплохо, если бы он мог забрать его из школы, чтобы сделать сюрприз. Они клюнули на эту удочку, и, он надеялся, ему разрешат забрать ребенка.

- Можно посмотреть документы? - спросила женщина.

Алекс вытащил из кармана кошелек, открыл его и достал поддельное водительское удостоверение, которое он подделал на прошлой неделе в офисе. То же самое, которое он использовал, чтобы арендовать "Чероки". Он протянул его женщине. Как для поддельного удостоверения, оно было не очень хорошим, но эта женщина, вероятно, никогда в жизни не видела подделки и не имела ни малейшего представления. Похищать детей было удивительно легко, даже в наше время.

Она посмотрела на него и вернула, а затем помахала Рашу, который с поникшим видом смотрел на свои ноги.

- Раш, иди сюда. Твой дядя пришел.

Раш поднял глаза и наполовину пошел, наполовину побежал. Он был еще слишком мал, чтобы уметь делать что-то из этого. Он выглядел как некоординированный олененок, одетый в слишком большую пуховую куртку с выглядывающими из рукавов резинками и пришитыми варежками, а на голове у него была шапка с помпоном. Он выглядел как дерьмовая копия Кевина из фильма "Один дома". Он посмотрел на Алекса и улыбнулся, выпятив свои толстые щечки.

Ему было шесть лет.

Он уже должен был лучше ходить и все такое, по крайней мере, так думал Алекс, но что он знал? Алекс присел, чтобы поприветствовать этого маленького ублюдка.

- Привет, чемпион.

Он улыбнулся ему и раскрыл объятия, и этот маленький дебил с отсталым лицом бросился ему на руки.

Видите? Украсть ребенка было действительно легко.

Алекс встал, поднял малыша и кивнул женщине.

- Спасибо, - сказал он, поворачиваясь к "Джипу". Он посмотрел в обе стороны, а затем перешел дорогу, неуклюже пытаясь не уронить вертящегося маленького ублюдка, и открыл заднюю дверцу. Ему хотелось просто бросить этот извивающийся маленький кусок дерьма в багажник.

Может, позже.

Он открыл дверцу, а затем с трудом усадил малыша в детское кресло. Ему следовало попрактиковаться перед тем, как приехать, но у него не было времени, так как пришлось арендовать машину, купить и установить детское кресло. Он не думал, что кресло установлено правильно, но это не имело значения. В общем и целом. Наконец, он пристегнул ребенка и, обойдя машину, взглянул на ворота. Женщина стояла там и смотрела на него, выглядя более чем обеспокоенной.

Он помахал ей рукой, делая вид, что все в порядке.

Он запрыгнул в машину и завел двигатель.

- Где мама? - впервые заговорил мальчик.

Алекс посмотрел на него в зеркало заднего вида. Глупый ребенок играл с варежками, как с игрушечными фигурками.

- Она ждет тебя в особом месте, - сказал он. - Но это сюрприз.

- Йауу! - закричал мальчик.

Слишком громко, как на вкус Алекса.

Он выехал на дорогу и уехал от школы. У него было сколько угодно времени, но он хотел побыстрее покончить с этим. Он ненавидел детей. По-настоящему ненавидел. Что, честно говоря, означало, что ему нравилась его работа, а это уже что-то.

Алекс съехал с шоссе в промышленную зону за городом. За последние несколько дней он нашел идеальное место для этого. Он разведал местность в поисках тихого, уединенного места, но достаточно близкого к школе мальчика, чтобы не пришлось слишком долго терпеть его в машине.

Раш вел себя довольно хорошо. Он сидел тихо на заднем сиденье и развлекался сам. Если бы Алекс был кем-то другим, ему, возможно, было бы жаль мальчика. Но он не был кем-то другим. И ему не было жаль.

Но он должен был.

Промышленная зона была заброшена. В основном это были остовы предприятий, а это означало, что она идеально подходила. Он не собирался задерживаться здесь надолго, оно было в стороне от дороги и, он надеялся, без свидетелей. Он проехал через центр промышленной зоны и выехал на другую сторону, . Он свернул в тупик Маршал-роуд, где на углу стоял старый магазин шин, давно закрытый.

В конце дороги Алекс въехал на машине через ворота полуразрушенного завода. Ворота были открыты, как и несколько дней назад, когда он разведывал это место, и висели на петлях. В старом заборе из сетки были дыры. Он знал, что здание было так же "хорошо охраняемо". Припарковавшись, Алекс посмотрел на Раша, который все еще был погружен в свой маленький мир игрушечных варежек. Он явно был особенным.

- Эй, чемпион, как дела?

Парень поднял глаза от игры и улыбнулся Алексу в зеркало.

- Где мама? - снова спросил он.

Алекс указал на здание, перед которым они остановились.

- Она там. Мы покажем ей фокус. Будет весело, правда?

Мальчик нахмурился.

- Как волшебный фокус?

Алекс кивнул.

- Да, чемпион. Как фокус. Подожди здесь, я пойду подготовлю все, а потом ты войдешь, .

Ребенок издал какой-то восторженный звук, а затем снова погрузился в игру, которую придумывал в своей голове. Для шестилетнего ребенка он не выглядел особенно сообразительным. Алекс вышел из машины, обошел ее и достал из багажника сумку. Он закрыл багажник и нажал кнопку на брелоке, чтобы запереть дверцы. Хотя мальчик не был достаточно умен, чтобы убежать - Алекс сомневался, что он был достаточно умен, чтобы открыть дверцу без инструкции - это был не лучший район, и он не хотел, чтобы кто-то схватил ребенка. Это вызвало бы кучу долбанных проблем.

Он вошел в здание через незапертую дверь приемной и вышел через задний выход в заводской цех. Там, в центре помещения, находился реквизит. Старый ящик фокусника, который использовался для имитации разрезания помощника пополам, чтобы поразить зрителей. Изначально это было простое устройство, в котором помощник поднимал ноги к подбородку и высовывал из ящика поддельные ноги. Алекс бросил сумку рядом с ящиком, вытащил пару черных перчаток и надел их. Он достал из сумки наручники, которые принес с собой, и положил их на ящик фокусника, который стоял на столе. Больше там ничего не было.

Стол.

Ящик.

Наручники.

Алекс проверил углы заводского цеха, чтобы убедиться, что за последние несколько часов здесь не было посторонних, особенно тех, кто мог остаться. Скорее всего, дети, наркоманы. Свидетели.

Убедившись, что все в порядке, он положил сумку под стол и вернулся к машине.

Он открыл дверцу и засунул голову назад к Рашу.

- Ладно, чемпион. Готов? - oн не стал ждать, пока мальчик перестанет играть или хотя бы обратит на него внимание. Алекс наклонился, расстегнул ремень ребенка и поднял его из машины, как мертвый груз. - Мама внутри, ждет нас, пока мы соберемся.

Мальчик только визгнул:

- Мамочка!

Блядь.

Алекс отнес его в здание и прошел на задний двор, поставив на ноги, чтобы тот мог идти сам, когда они вошли в заводской цех. Он взял его за руку и повел к ящику. Парень смотрел на него с каким-то отрешенным удивлением на лице.

- Что это? - спросил он.

- Волшебный ящик, - Алекс отпустил его руку. - Волшебный ящик делает волшебные вещи.

- Например?

- Увидишь, - Алекс достал наручники из коробки. - Как фокусник, да?

Мальчик хихикнул, понимая следующий шаг в фокусе, и вытянул руки, как будто его только что поймали с поличным в сериале "CSI". Может, это так и было? Может, он слишком долго просиживал перед телевизором. Например, по четырнадцать часов в день в течение последних шести лет? Алекс надел наручники на ребенка. Это были не настоящие наручники. Во-первых, Алекс не хотел тратить деньги на настоящие, которые он не смог бы вернуть, а во-вторых, он предполагал, что ребенок сможет выскользнуть из настоящих наручников для взрослых с его маленькими, странными, детскими запястьями. Познакомившись с этим конкретным ребенком, он переоценил его. Этот малыш, наверное, без посторонней помощи не мог даже встать со стула. В любом случае, он взял пару секс-наручников. Даже не настоящих БДСМ-шных. Розовые пушистые штуковины, которые, казалось, могли разорваться, если их сильно сжать.

Теперь, когда они были на нем, он начинал походить на карлика-проститутку, но это все равно не помогало Алексу захотеть его трахнуть.

Алекс улыбнулся и с трудом сдержал смех. Малыш, скорее всего, не поймет шутку. Он наклонился и поднял малыша в коробку. Это было похоже на то, как засунуть извивающуюся кошку в гроб. Положив руки малыша над головой, он закрепил наручники на верхней части коробки и закрыл крышку над малышом.

Раш закричал, погрузившись в темноту.

Алекс открыл клапан, открыв лицо мальчика.

- Мамочка смотрит? - спросил он.

- Конечно.

Алекс посмотрел на бедного мальчика. Возможно, это было к лучшему. Мальчик был простачком, это было очевидно. Он присел, чтобы достать сумку под столом, и, когда он это сделал, мальчик начал хихикать.

Господи Иисусе.

Он открыл сумку и вытащил многофункциональную пилу. Он купил ее в хозяйственном магазине в небольшой деревне примерно в ста милях к югу отсюда. Без маркировки. Не отслеживаемая. Он встал.

Ребенок смотрел на него.

- Мамочка? - позвал он, ожидая ответа с надеждой.

- Жди здесь, - Алекс вздохнул и закрыл крышку.

, для , -то , . Он ухмыльнулся. А теперь начнутся крики. Он слышал, как мальчик в коробке неровно дышит и, вероятно, собирается снова зарыдать, потому что не любит темноту. Ну, готовься к этому. Алекс вставил зубья лезвия в щель в центре ящика. Онa былa частично перфорированa, чтобы облегчить пиление фокуснику, и поэтому, когда Алекс оттянул лезвие, оно скользнуло по коже мальчика, как по маслу. Он удерживал его там, чувствуя вес лезвия на пареньке. Мальчик, который не заметил надвигающейся боли.

Опираясь на прорезь в коробке, Алекс сильно толкнул пилу вперед, неровно разрезая тело ребенка. Она скользнула по его одежде, скорее разрывая ее, чем разрезая, а затем вонзилась в кожу, разрывая плоть. По крайней мере, так Алекс себе это представлял - он ведь ничего не видел.

Затем мальчик начал вопить. Это был интересный звук, похожий на то, как машина скорой помощи насилует свинью без смазки. Затем раздался крик:

- Мамаааааааааааааааааааааааааа!

Алекс глубоко вдохнул и оттянул пилу назад, чувствуя, как лезвие врезается в кишки парня, и толкнул, впиваясь глубже. Маленькая шлюшка довольно быстро перестала издавать какие-либо звуки. Хорошо. Алекс оставил пилу свисать с боковой стороны ящика и сделал вдох. В воздухе витал запах железа и желудочной кислоты. Он выдохнул и открыл крышку, чтобы проверить, мертв ли Раш. Он безжизненно смотрел вперед, на его лице были брызги крови, которые разлетелись внутри ящика. Алекс снова закрыл его. Он раздвинул две половинки ящика, как это делают фокусники, но вместо того, чтобы вращать их, пока его помощник радостно машет зрителям, внутренности мальчика вывалились из двух половин его тела на стол.

Алекс посмотрел на каждую половину по очереди. Он действительно должен был трахнуть хотя бы часть, и это было более привлекательно, чем когда пацан был жив. Он провел пальцем круговыми движениями по отверстию в кусках Раша, которые все еще были в верхней части его тела, словно заставляя хрустальный бокал звенеть. Или это была задница шлюхи. Он осторожно вставил палец, чтобы оценить глубину и смазку. Оно было еще теплое, что бы это ни было. Может, кишка. Он взглянул на нижнюю половину тела. Там было такое же отверстие.

Ни то, ни другое не возбуждало его.

Оставлять работу недоделанной было очень непрофессионально.

Он отошел от стола, вытер палец об рваную одежду парня и поскреб ногами по твердому бетону, чтобы убедиться, что на нем не осталось внутренних органов парня.

- А, блядь.

Он посмотрел под стол на сумку, которая лежала в луже крови Раша. Он собирался оставить ее себе. Он купил ее на автозаправке - списал на расходы Джонса - но она ему очень понравилась. Она была довольно стильная. Ну, черт возьми. Теперь придется ее оставить. Он не собирался рисковать физическими уликами из-за какой-то сумки.

Может, он сможет купить другую по дороге домой.

Он достал свой одноразовый телефон и набрал номер отца Раша - единственный номер в памяти телефона.

- Все сделано, - сказал он, когда ответил Джейсон Джонс. - Неважно, где. Лучше тебе не знать. Я подстроил все так, чтобы это выглядело как подражание Гейси. Только я распилил его пополам. Черт. Прости, я не хотел тебе это говорить. Забудь, что я сказал. Но я не трахал его... - Алекс замолчал, слушая Джейсона. - Нет... Гейси так делал. Частично фокус, частично секс-шоу, но я не хотел трахать ребенка. Маленький дебил все равно бы не заметил... - голос Джонса стал громче. - Это все часть подражания... но зато я трахнул твою жену, - потом раздались крики. - Что? Это она развлекалась по всему городу и забеременела. Я думал, ты будешь рад?

Он явно не был рад.

- Ну, - прервал его Алекс, - и что ты собираешься делать? Оставить плохой отзыв на "Yelp"?[1] У меня есть записи о том, что ты нанял меня убить твоего ублюдка. Я не замочил сучонка на халяву, - Джонс начал плакать. - Все в порядке, - успокоил его Алекс. - Eе я тоже убил, так что тебя ничего не связывает с этим, - плач стал громче. К счастью, он уже получил деньги, что так, как из , по . - В любом случае, - продолжил он, пока Джонс плакал, - мне пора. Если я еще чем-нибудь могу помочь, дай знать.

Он сомневался, что это .

В конце концов, у Алекса редко были постоянные клиенты из-за специфики его работы, но не помешает дать людям знать, что он к их услугам. У него же нет визиток.

Может, стоит завести визитки?

Алекс покинул район и выехал на шоссе, направляясь на юг. Он собирался избавиться от мобильного телефона на заправке в конце шоссе М1. Тогда ничто не связывало его с убийствами, кроме самого Джонса, и он был бы дураком, если бы пробовал его выследить. Он провел бы в тюрьме почти столько же, сколько Алекс. Несколько раз, когда дело подходило к концу и начинало идти наперекосяк - обычно из-за того, что клиент передумал, - он подумывал избавиться от последних улик, но если бы выяснилось, что он убил клиента, это плохо отразилось бы на бизнесе.

Все началось, когда Алекс открыл "Расследования Коула". Все было просто. Он арендовал офис недалеко от Хай-стрит в Эшбери - одном из городов Кента с собором и университетом, повесил вывеску на окне и стал ждать заказов. Все должно было быть как в кино. В офисе должны были быть дамы, которые бы облепили его, потому что думали, что их мужья трахают их секретарш, а Алекс должен был бы следить за ними и снимать их в момент преступления, как какой-нибудь дерьмовый порнофотограф, только с большей скрытностью и большим количеством сексуальных бонусов от чрезмерно благодарных жен и подружек.

Но все было не так.

Он едва сводил концы с концами, даже живя в офисе. Он начал немного вонять, так как там не было душа. Однажды он попытался воспользоваться душем в университетском бассейне, но перепутал время и оказался голым перед командой подростков-пловцов. Он мог бы соврать и сказать, что все закончилось хорошо, но, увы, нет. Но это уже другая история.

В любом случае, когда он был на грани банкротства и собирался закрыть дверь в последний раз, Алекс сидел в своем офисе с пальцем в заднице - в переносном смысле - когда вошел относительно благополучный на вид мужчина. Ему было, наверное, за сорок. Пузо. Он был одет в костюм, который для опытного глаза выдавал его богатство. Это был скорее стиль "Sainsbury's"[2], чем "Saville Row"[3]. Парень представился как Роджер Смит, но произнес это как "См-хай-т". Придурок. Он сказал, что подозревает свою жену в измене и хочет доказательств.

Алекс был рад, что наконец-то у него появилась нормальная работа.

Смит передал ему все детали и дал неделю на то, чтобы найти доказательства. Алекс без раздумий взялся за дело. Он взял свою камеру частного детектива (в ретроспективе, ему стоило просто использовать камеру в телефоне и потратить деньги на еду) и стал следить за домом Смитов. Все, что у него было, - это фотография, которую Смит оставил ему, и имя. Шэрон. На фотографии Шэрон выглядела немного моложе Смита, и даже Алекс должен был признать, что этот чувак взял себе девушку не по зубам. Их дом находился на окраине города, и Алекс поселился в машине напротив.

Его богатый опыт детектива состоял в пересмотре сериала "Магнум" и старых фильмов. И немного .

Первый взгляд на Шэрон дал ему много информации. Для начала, эта телка была намного моложе Смита. Хороших десять лет. Она также была сексуальна. Не супермодель, но сексуальна настолько, что большинство мужчин, достигших половой зрелости, трахнули бы ее без раздумий. Так что Алекс стал следить за ней. Прошло всего три дня, и Шэрон исчезла в отеле в центре города, с очевидными намеками. Она там с кем-то трахалась.

Проблема была только в том, что Алекс не мог заглянуть в такое приличное и уважаемое заведение. Поэтому он вернулся к Смиту и доложил:

- Шэрон трахается с мужчинами в отеле в центре.

Смит усомнился.

Он спросил Алекса, есть ли какой-нибудь способ получить доказательства того, что она трахается с другим парнем, может быть, он сам сможет застать ее в компрометирующей ситуации? Это заинтриговало Алекса, но он чувствовал, что это немного неэтично. -то , ведь он такое. Поэтому Смит просто бросил ему еще денег. Его работа на тот момент принесла триста фунтов, от чего Алекс был в восторге, ведь теперь он сможет заплатить за квартиру и все остальное, но затем Смит намекнул Алексу, за . И сфотографировать, если возможно.

Все это начинало походить на приглашение на высокооплачиваемую съемку порнофильма, и Алекс был вполне согласен на это.

Он проследил за Шэрон еще несколько дней, незаметно выясняя ее распорядок дня. Она казалась дамой, проводящей свободное время, ходящей в бары и подобные заведения в обеденное время и встречающейся с "девочками". Иногда Алекс был свидетелем флирта. Ничего серьезного. Затем она отправлялась в отель в центре и проводила там день.

На четвертый день Алекс купил новый костюм в "Matalan" - тридцать фунтов, включая галстук - и надел его, чтобы следить за ней, следуя за ней в отель. Она вошла и направилась прямо к бару, где ее, казалось, знали, и выпила коктейль.

Алекс подошел к бару и заказал виски со льдом. Он не имел понятия, что это такое, но однажды видел, как его отец заказывал это, и это звучало шикарно. Но на вкус это было дерьмо. Так что он потягивал свой странный виски с привкусом имбиря и наблюдал за Шэрон. Она, казалось, не торопилась и явно не искала какого-то знакомства. Однако вскоре вошел парень. Он подошел к бару и сел с ней. Они коротко поболтали, она допила свой напиток, и они ушли.

Алекс смотрел, как они идут к лифту в холле и заходят в него.

Что за херня?

Не имея никакого объяснения этому событию, кроме того, что он жил там - кто, блядь, живет в отеле в центре города? - или того, что она была местной шалавой и все знали, что она трахается с любым из бара, Алекс был немного озадачен. Он подошел к бару и сел на барный стул, с которого она только что встала. Он был приятно теплым. Он поманил бармена.

- Вы не знаете, где я мог бы найти компанию на ночь? - спросил он так коварно, как только мог.

Он понял, что получилось не коварно, а скорее пошло, но что поделать, да?

Бармен невольно взглянул на вестибюль, прежде чем ответить:

- Если сэр ищет развлечений, то сегодня ему не повезло.

Затем он подмигнул ему.

Алекс был ошеломлен тем, что работал детективом в грязном дерьмовом городе, не подозревая об этом. Жена Смита была проституткой. В лучшем отеле города. Блядь.

Ну, по крайней мере, это немного облегчало следующую часть требований Смита.

Но его расходы, безусловно, вырастут.

Алекс сидел в баре на барном стуле, рядом с тем местом, где вчера сидела Шэрон. Он уже заплатил за номер на ночь. Триста из тысячи, которые Смит дал ему авансом, уже ушли. Он надеялся, что у него еще осталось достаточно.

Кивнув бармену в какой-то глупой и несколько детской попытке сказать: Да, я ищу проститутку, - он заказал лимонад. Нет смысла портить свое выступление, решил он.

Затем, по прошествии некоторого времени - даже не столь значительного - он отругал себя за то, что не заказал виски. Почему он беспокоился о своем выступлении, когда собирался трахнуть шлюху, он не знал. Возможно, это было профессиональное беспокойство. Он хотел хорошо выглядеть на фотографиях, это было очевидно. Он забивал себе голову из-за ерунды. Может, ему стоит заказать что-нибудь покрепче?

Но на это не было времени.

Шэрон вошла из вестибюля и направилась к стулу в нескольких шагах от него. В тот день она была в деловом костюме. Это придавало ей вид одной из тех дам из фильмов восьмидесятых, в которых влюблялись суровые полицейские. Немного грубоватая, что-то в этом роде. Она скользнула на стул, и бармен сразу подошел к ней и что-то шепнул. Она встала и подошла к Алексу.

Боже. Бармен был, по сути, ее сутенером.

Он подумал, не получает ли тот от нее процент.

- Привет, - сказала она, опустившись на стул рядом с Алексом.

- Здравствуйте, - ответил он.

Он сразу выглядел как полный идиот.

- Я полагаю, вы ищете компанию?

По крайней мере, она была профессионалкой.

- Да, - Алекс улыбнулся ей.

- Двести за час, три тысячи за ночь.

Алекс сглотнул. Кажется, разумно, - подумал он.

- За час? - oн казался неуверенным. - Может, за два?

- Звучит неплохо, - сказала она. - В каком мы номере?

Алекс порылся в кармане в поисках ключа. Он забыл, какой номер ему дали.

- Э-э-э... - он нервно перебирал ключи.

- Не нужно нервничать, - oна положила руку ему на бедро.

Алекс почувствовал, как он начинает возбуждаться. Черт. Не время его целомудрию мешать. Конечно, он имел секс раньше. Просто не много. Не много. Даже близко не достаточно.

- А, вот он, - сказал он, вытаскивая ключ из кармана. - Двенадцать.

Она улыбнулась и встала, взяв его за руку, как пара. Они медленно, в тишине, подошли к лифту, она нажала кнопку и стала ждать. Алекс предельно осознавал то, что весь персонал отеля - администратор, парень с чемоданами, женщина в костюме у двери - все они, наверное, знали, что он собирается завести роман на одну ночь. Черт. Он не хотел, чтобы они думали, что это единственный способ для него найти себе девушку.

Конечно, в его нынешней засушливой полосе - по крайней мере, последние полтора года - это было единственным способом, но дело не в этом.

Затем они оказались в лифте. Тишина. Он не был уверен, стоит ли ему заговорить. Может, поболтать о пустяках? Он оглядел ее с ног до головы, пока она ждала, когда лифт поднимется на два этажа. Она была стройной. Грудь была полной, но не огромной. Светлые волосы были собраны в хвост.

Дзинь.

Двери лифта открылись, и она вышла, ведя его прямо налево. Она знала это место как свои пять пальцев. Как будто она здесь работала.

Ну, технически это так и было.

из .

Через несколько секунд они были в комнате. Неплохо. Немногим больше, чем номер в мотеле: кровать, ванная, стол, открытый шкаф. Зеркало. Чайник.

Шэрон прочистила горло.

А, да. Алекс понял, что слишком долго любовался комнатой, а не проституткой.

- С чего бы ты хотел начать? - спросила она.

Никогда раньше не был с девушкой по вызову - вот оно. Рабочая девочка. Она напоминала ему Мелани Гриффит - Алекс не был уверен в протоколе. Она уйдет, когда он закончит? Бах-бах, спасибо, мужик? Если это так, почему она спрашивает, чего он хочет в первую очередь? Он сможет кончить столько раз, сколько захочет - о, она снимает его брюки. Алекс догадался, что она устала ждать. Он слишком много об этом думал.

Его член был твердым, еще до того как она подошла к нему, и она взяла его в рот, прежде чем Алекс успел подумать, чего он хочет в первую очередь. Но это было приятно.

О, черт. Он кончил. Бля.

Шэрон проглотила все, не моргнув, а затем стала дразнить кончик его члена языком. Она отстранила рот от него.

- Ну, - сказала она, скользя задницей обратно на кровать. - Вау.

Алекс заерзал, смущенный тем, что его член начал вянуть. Ну, как я теперь сделаю фото?

Шэрон посмотрела на часы.

- У нас еще много времени, - сказала она. - Давай посмотрим, сможем ли мы снова тебя возбудить.

Алекс в этот момент решил, что проституция должна быть легализована.

Шэрон соскользнула с кровати, словно была смазана маслом.

- Снимай одежду и ложись на кровать.

Она бесшумно скользнула в ванную и закрыла дверь, но не до конца.

Алекс слышал, как течет вода. Он снял туфли, ошеломленный тем, что закончил, не успев снять их. Затем брюки, трусы. Он расстегнул рубашку, неловко возился с ней и сумел забраться на кровать, не получив сердечного приступа. Сердце колотилось как бешенное.

Он заметил, что его член снова встал. Отличная работа. Почему он поздравляет себя? Кому какое дело?

Шэрон вышла из ванной. На ней не было ничего, кроме кружевных трусиков. Она полюбовалась его членом и провела по нему пальцами. Не успел он опомниться, как она уже была на нем, трусики у него на лице, и она играла со своими сиськами.

- Тебе нравится? - спросила она.

Она широко улыбалась. Либо ей это нравилось, либо она была опытной актрисой. Алекс отогнал от себя мысль о том, что ей платят за это, и притворился, что ему тоже нравится. Он хотел ответить, но не мог найти слов.

Фотографии. Эта мысль не давала ему покоя. И еще: Боже, я так возбудился, что сейчас взорвусь.

Опять.

Алекс лизнул ее трусики, не зная, что еще делать.

- О, - сказала она. - Ты этого хочешь?

Она слезла с него, встала рядом с кроватью и спустила трусики. Алекс соскользнул с кровати, чтобы она могла лечь, и она растянулась, широко раздвинув ноги. Алекс уткнулся лицом в ее промежность. Она была ухожена и пахла приятно. Он сосредоточился на этом, пока лизал ее.

Затем она встала на четвереньки, и Алекс стал трахать ее сзади. Она продолжала испытывать громкие, затяжные оргазмы - по крайней мере, по звуку так казалось. Он не подозревал, что так хорош в постели.

Когда он был готов кончить во второй раз, он вытащил член, вспомнив, что не надел презерватив.

- Блядь, - пробормотал он.

- Что? - завыла она, стоная и кряхтя, как будто он был Фабио или кто-то в этом роде. Он начал думать, что она притворяется.

- Нет презерватива, - сказал он.

- Мне все равно, - ответила она. - Трахни меня. Кончи в меня.

Ург. Алекс вдруг вспомнил, как выглядел парень вчера. Он, вероятно, кончил в нее, может, даже не один раз. А она была там и накануне. И накануне того дня.

- Трахни меня! - потребовала она.

Вдруг, глядя на ее затылок, Алекс увидел только мусорную корзину для спермы. Ой-ой. Вялость возвращалась.

- Я хочу сфотографировать тебя, - выпалил он. - На память.

Шэрон перевернулась на спину.

- Еще сто, - сказала она.

Иллюзия того, что он был сексуальным богом, и его мастерская работа членом, приводящая этот великолепный кусок плоти к кипящему оргазму снова и снова, рухнула. Шлюха.

- Без проблем, - сказал он.

- Как ты хочешь меня? - oна поднялась на кровать, прислонившись головой к изголовью, и засунула два пальца в свою ".

Алекс повернулся к своему костюму, лежащему на полу, и вытащил из внутреннего кармана камеру. Он повернулся к ней, слегка ошеломленный ее готовностью сразу же сфотографироваться, и сделал несколько снимков, убедившись, что ее лицо четко видно на обоих. Он поблагодарил ее, а затем понял, что должен сделать один совместный снимок, если не хочет вызвать подозрения.

- Как вы видите... - Алекс разложил фотографии на столе. - ...это явно она.

Он посмотрел на Роджера, , , с пальцами в пизде, в гостиничном номере.

- Ты трахал ее? - пробормотал он.

- Не думаю, что нам нужно обсуждать мои методы.

Алекс тепло улыбнулся ему, воспоминание о том, как он кончил на сиськи его жены предыдущим днем, все еще согревало его сердце.

- Я хочу, чтобы ты убил ее, - холодно сказал он.

- И-и что теперь? - Алекс поднял брови. - Я, кажется, не расслышал.

- Убей ее, - сказал он. - Убей эту гребаную шлюху.

- Я думаю, вам лучше пойти...

- Вот, - Смит толкнул свой кожаный портфель на край стола Алекса и открыл его. Он вытащил из него наличные и бросил свернутую пачку купюр на фотографии. - Десять тысяч.

Алекс потеребил подбородок. Часть его совести подсказывала ему выгнать этого парня из офиса. Это было отвратительно. Полное злоупотребление его навыками и абсолютно неэтично. Большая часть его говорила: Мммм. Десять тысяч фунтов. Больше никаких проблем с арендой. Алекс наклонился вперед и взял деньги.

- Никаких "я передумал", - Смит посмотрел на него странно. - Извините, - пробормотал Алекс. - Ну, я полагаю, поскольку вы являетесь надежным клиентом...

- Но, послушай, - сказал он. - Я хочу, чтобы ты ее выпотрошил. Сделай так, чтобы это выглядело, как будто какой-то грязный клиент сошел с ума и напал на нее.

Алекс подумал о том, что сказала ему вчера Шэрон, и сказал:

- Еще пять тысяч.

Убедить Шэрон покинуть отель оказалось на удивление легко. Он встретил ее тем же днем в баре и наговорил ей, что хочет увидеться с ней снова, но ему нужно изменить место встречи. Она согласилась встретиться с ним через пару дней в его новом месте. На этот раз на всю ночь. Он сказал ей, что у него изменилась работа в городе, и он останется на некоторое время, поэтому снял убогую двухкомнатную квартиру на окраине города.

На самом деле он вломился в эту квартиру и собирался одолжить ее для своих целей. Все просто.

Два дня спустя, в семь вечера, Шэрон пришла, и Алекс впустил ее. Он купил китайскую еду на вынос и разложил ее по тарелкам, чтобы усилить иллюзию своего потенциального увлечения. Приготовил ей хороший ужин. Они быстро его съели.

Честно говоря, он был довольно дерьмовым, но она, казалось, была впечатлена тем, что он постарался. По крайней мере, такое впечатление она произвела. Затем он провел ее в спальню.

Он порылся в интернете и нашел всю нужную информацию.

Шэрон присела на край кровати.

- У нас вся ночь впереди, - сказала она. - Давай сначала проведем здесь несколько минут, а потом посмотрим фильм?

Алекс был с толку, все отсосать ему член. И ей, похоже, это доставляло удовольствие. по горло ее выкрутасами и этим. Она вытерла губы тыльной стороной ладони, оставив на щеке отвратительный след от помады, и, извинившись, ушла в ванную, а Алекс включил телевизор.

Он пошел на кухню и поставил в микроволновую печь попкорн - один из тех дерьмовых пакетов по три фунта за штуку, которые хорошо справляются со своей задачей, но никого не впечатляют - и достал из блока ножей тесак.

Он выехал из города и купил все, что ему было нужно ранее в тот день. Расходы росли, но у него все еще были десять тысяч от Смита в столе в офисе. Он мысленно отметил, что ему нужно будет купить сейф, если такая работа продолжится. Он засунул тесак под подушку дивана и переключил телевизор на канал с фильмами. Чертов "Крепкий орешек" как раз начинался. Здорово.

Шэрон вернулась и села рядом с ним. Он обнял ее за плечи, как будто она ему нравилась, и они могли бы целоваться, как в кино. Он просто ждал подходящего момента.

- А больше ничего нет? - спросила она.

Больше ничего? - Алекс подумал о том, чтобы взять тесак и покончить с ней здесь и сейчас. - "Крепкий орешек"? Больше ничего? Черт возьми.

- Например? - спросил он.

- Что-нибудь посексуальнее, - ответила она, беря пульт и переключая каналы.

Нет ничего более сексуального, чем Джон Макклейн, выбрасывающий придурков из окон, сука.

Она переключала каналы Freeview как профессионал, пока не добралась до каналов для взрослых просмотров. К счастью, тот, кто был хозяином этой квартиры, был достаточно туп, чтобы платить за гребаные порноканалы, так как они не были зашифрованы. Какой лузер. Интернет же бесплатный, верно?

Две девушки трахались на экране, визжа и крича, как персонажи аниме.

- Тебе нравится? - спросила Шэрон, засунув руку в штаны Алекса.

От ее ласк и лесбийского секса на телевизоре он начал немного возбуждаться. Затем Шэрон вытащила его член и наклонилась к нему, снова взяв его в рот.

Очень маленькая часть Алекса хотела убить ее утром, а не сейчас. Это могла быть интересная ночь, однако ему действительно нужно было закончить и уйти, пока ничего не пошло не так.

Он держал руку на ее затылке, пока она двигалась вверх-вниз, а сам искал тесак под подушкой. Но перед тем, как нанести удар, он должен был от нее отделаться. Последнее, что ему было нужно, - это чтобы она откусила ему член, когда он разрубит ее пополам. Затем она поднялась и отстранилась, прежде чем он успел достать тесак. Тесак, а не его член.

- Свяжи меня и трахни в зад, - сказала она, широко улыбаясь ему.

Алекс молча кивнул, и они вернулись в спальню. Пока Шэрон удивительно быстро разделась - может, ей это действительно нравилось? - Алекс рылся в шкафах в поисках чего-нибудь, чем можно было бы ее связать.

Она легла лицом вниз на кровать, и Алекс использовал два галстука, чтобы привязать ее к спинке кровати. Ее задница торчала в воздухе. Алекс быстро взвесил все "за" и "против". Он никогда не пробовал анальный секс. Это было "за". Но он собирался ее кромсать. Вероятно, это было "против".

Он решил не делать этого.

Алекс поспешил в гостиную и взял тесак.

- Чего ты задержался? - спросила она.

Для проститутки она казалась ужасно нетерпеливой. Алекс посмотрел то на тесак, то на нее. Ему следовало просто вонзить тесак в нее и покончить с этим, но он еще не был готов. Возможно, это была сценическая тревога. Быстро сообразив, он пососал указательный палец и засунул его ей в задницу. Она взвизгнула и рассмеялась, и он вытащил палец, надеясь, что это на несколько мгновений успокоит эту ужасную девку.

Все выходило из-под контроля.

Он почувствовал тяжесть тесака в руке, его внимание привлекли стоны Шэрон, которая испытывала какой-то странный экстаз, хотя он был далеко от нее. Возможно, это было к лучшему, потому что в этот момент Алекс потерял самообладание и оседлал ее задницу. Она издала воркующий звук, и он поднял тесак над головой. Он видел фильмы. Это не должно быть сложно.

Она все еще издавала слащавые звуки, будто он трахал Валентино или кого-то в этом роде. Он наклонил голову в сторону. Неудивительно, что она была так популярна.

Алекс опустил тесак, как палач, замахиваясь топором, только Алекс вонзил лезвие в затылок Шэрон, разделив его пополам. Вес лезвия, сила его удара - он никогда не узнает, что именно - заставили тесак пройти насквозь Шэрон и вонзиться в матрас. Он даже выпустил из себя удивленный вздох.

С пополам головой Алекс поднял тесак и посмотрел на него, как на предмет, обладающий магической силой. Чертов Экскалибур. Или меч Хи-Мэна, как там его называют. Он посмотрел на Шэрон, на осколки костей и слизь, стекающие по тому, что осталось от ее мозга.

Ее тело дернулось.

Алекс вскочил, вспомнив зомби Ромеро, и бросился к кровати. Он не смог сдержать смеха. Зомби. Сердце колотилось, адреналин хлестал по венам. Что теперь? Он покачал головой, пытаясь собраться с мыслями.

Смит уже заплатил ему, но он должен собрать какие-то улики. Он бросил тесак на кровать и вышел в коридор, подтягивая брючины. Черт. Он посмотрел на пол. Он был босиком. Улики должны быть повсюду. Но на это нет времени.

Он достал свою детективную камеру из рюкзака у входной двери и вернулся в спальню.

Он сфотографировал Шэрон там, где она лежала, а затем посмотрел на снимок. Область головы была немного размыта, или, может быть, это был ее мозг, разбрызганный по простыням? Конечно, если Смит спросит, он узнает, что это она, даже по спине? Он же должен знать, как выглядела его жена?

Подожди. Через пару дней полиция найдет ее и свяжется со Смитом. Тогда он узнает.

Но все же...

Ему нужно сделать фото получше. Алекс положил фотоаппарат на кровать рядом с тесаком и развязал Шэрон. Он перетащил ее через кровать и перевернул на спину. Ее голова откинулась назад. Везде был мозг.

- Блядь.

Алекс почувствовал, как в желудке забурлила рвота. Эта гребаная китайская еда возвращалась с новой силой. Он проглотил ее. Физические доказательства, - повторял он про себя.

Алекс сжал две половинки головы Шэрон и попытался удержать их, чтобы достать камеру, но они все время падали. Он вышел из себя и ворвался в гостиную, начав ходить взад-вперед. Глупая сука... хорошо, что она мертва. Он остановился и огляделся по комнате. Его взгляд упал на стол этого придурка. Открыв ящик, он нашел рулон скотча.

Блядь, аллилуйя.

Он вернулся в спальню и обмотал скотчем верхнюю часть головы Шэрон, пока обе половинки не остались на месте. Она все еще была перекошена, но ее можно было узнать. Он взял фотоаппарат.

Стоя в спальне, он залюбовался нелепостью ситуации.

Она была обмотана скотчем, как какая-то жуткая мумия, и голая. Так ее найдет полиция.

Или, что более вероятно, этот придурок. Которому понадобится психотерапевт, возможно, на годы.

Алекс начал смеяться. Он хохотал так, что слезы текли по его лицу, он согнулся пополам и хлопал себя по бедрам.

- Черт возьми, - прохныкал он сквозь слезы.

Затем его стошнило. Прямо на ковер в спальне. Частично переваренный чоп-суи выплеснулся на ковровое покрытие вместе с грибами и кусочками курицы. Там был и сладкий кукурузный початок, что было странно, потому что он не ел кукурузу уже несколько дней.

Ну, - подумал он, - кукуруза всегда есть, не так ли? Вот и все вещественные доказательства, - oн цыкнул языком. - Неважно.

Алекс собрал свою детективную камеру и тесак, и убрал их в рюкзак. Он подумал о том, чтобы убрать рвоту, но потом решил, что, учитывая, что в ней была его сперма, он раньше помочился и прикоснулся практически ко всему, в этом не было смысла.

За это он, вероятно, попадет в тюрьму.

И в Aд. Он определенно попадет в Aд.

О Aде он, вероятно, подумает позже, но полиция так провалила дело, когда три недели спустя нашли тело, что его ДНК, оставшееся повсюду, не обнаружили.

Так все и началось.

Алекс открыл дверь в коридоре, ведущую в его офис, и взял почту, лежавшую за ней. Он пробыл на севере по делу Джонса неделю или больше. Он закрыл дверь и запер ее за собой. Он был уставшим и не собирался ни с кем встречаться сегодня. Он прошел в свой кабинет и закрыл за собой дверь.

Он набрал код на сейфе, стоящем на полу за дверью, открыл его и бросил туда тридцать тысяч, которые Джонс заплатил ему за мальчика. Он брал много за детей. Большинство людей не стали бы связываться с ними. Но Алекс стал.

Он захлопнул сейф, подошел к столу, бросил почту и сел. Из нижнего ящика стола он достал полупустую бутылку виски и единственный стакан, который стоял там, и налил себе здоровую порцию коричневого алкоголя. Он нажал кнопку на старом автоответчике и включил прослушивание сообщений. Большинство из них были от Джекс Шелдон. Она была его "сутенершей" - за неимением лучшего термина.

Большая часть работы Алекса поступала из странных источников. Даркнет? Да, конечно, почему бы и нет? Рукописные плакаты формата А4 в телефонных будках? Уже не так часто, но, опять же, да. Твиттер? Тоже. Но он не мог за всем угнаться, поэтому нанял Джекс. Она была его секретаршей, наверное. Он хорошо ей платил, а она держала сумасшедших подальше от него. Он взял ручку и подтянул к себе блокнот. Джекс звонила ему и оставляла задание, оплату и серийный номер, который она ему присваивала. Видимо, ему нужно было быть таким организованным. Затем он мог перезвонить ей с кодами, и она давала ему полную информацию о задании.

У нее осталось несколько заданий в нескольких сообщениях. Кто-то хотел убить свою жену. Кто-то хотел, чтобы в дом соседа вломились. Какая-то телка хотела трахнуть опасного мужчину - он записал этот код. Последнее сообщение от Джекс было о парне, которому нужна была помощь с чем-то под названием "Kuman Thong"[4]. Звучало странно. Алекс уже собирался удалить сообщение, когда Джекс сказала, что ему стоит поискать это в Google и что парень готов очень хорошо заплатить.

Алекс записал код и удалил сообщение.

- Мерзость, - Алекс дочитал страницу Википедии.

Затем он нажал кнопку "Печать", - и лазерный принтер заработал, выплевывая страницы на стол. Он взял телефон и набрал номер Джекс.

- Доброе утро, - она звучала бодро, как обычно. - Что решил?

- Доброе утро. У меня была прекрасная неделя, спасибо. Код F56 и код O34.

- Ничего удивительного, - Джекс записалa код для женщины, которая хотела секса с опасным мужчиной. - Ты посмотрел, э-э... как это... Kuman Thong?

- Да. Сколько платят?

- Он хочет три, и... - раздалось шуршание бумаг. - ...он готов заплатить семь тысяч за каждого.

- Не так уж и много. Слушай, я не смог найти много информации в Интернете. Сколько им должно быть?

- Из того, что я смогла выяснить у клиента, от четырех до пяти месяцев.

Алекс кивнул и записал это.

- А золотое покрытие? Это входит в стоимость?

- Конечно. Хочешь его номер?

- Да, ладно. И еще тот, второй.

Джекс дала ему два имени и два номера. Алекс записал их и вежливо распрощался с Джекс. Она была хороша в своей работе и настоящий профессионал, и иногда Алексу не нравилось это. Иногда он хотел поболтать. Он допил стакан виски и наполнил его снова. Было всего девять утра, но какая, черт возьми, разница? Когда имеешь дело с такими людьми, быть навеселе с самого утра - не такая уж плохая идея. Он посмотрел на два номера. Хотел сначала позвонить женщине и выяснить, как она хочет разыграть эту "игру в опасного мужчину", но знал, что если сначала погрузится в эту кроличью нору, то выбраться оттуда вряд ли сможет в течение недели, а другая работа будет оплачиваться лучше. Особенно после того, как он договорится о новой цене.

Он глубоко вздохнул и набрал номер мужчины.

- Алло?

Мужчина говорил с азиатским акцентом, что не было сюрпризом, учитывая имя, которое Джекс заставилa его записать.

- Мистер Чайсай?

- Просто Чайсай. Я полагаю, это Алекс Коул. Вы получили мой запрос.

- Да, он у меня. Послушайте, я буду откровенен. Все это немного странно. Вы должны объяснить мне некоторые детали.

- Я не думал, что это так сложно, мистер Коул. Мне нужны три четырехмесячных человеческих зародыша, украшенных золотом.

- Да. Понимаете, в том-то и дело. Согласно моим исследованиям, их нужно приготовить, верно?

- Да.

- Хорошо. И свежими?

- Да.

- И покрытыми золотом.

- Да.

- За двадцать одну тысячу.

- Да.

Алекс посмотрел на номер женщины и пожалел, что не позвонил ей.

Человеческие зародыши... - пробормотал он про себя.

- Мне нужно одиннадцать тысяч за каждого ребенка. Знаете, если вы хотите, чтобы я вырезал эти штуки из людей, это будет стоить дорого, - в трубке наступила тишина. Он загнал Чайсая в угол. - А еще нужно учесть стоимость позолоты... - он дал словам висеть в воздухе.

- Одиннадцать. Без расходов.

Алекс постучал ручкой по столу.

- Хорошо. Я в деле. Но я должен спросить, зачем они вам, черт возьми?

- Ритуал с использованием золотого жертвоприношения древний и овеян легендами. Он нужен для черной магии, мистер Коул. Это все, что вам нужно знать.

- Хорошо, ладно. Я займусь этим. Я так понимаю, что могу хранить их в холодильнике, когда они будут... подготовлены? И вам нужны все три вместе?

- Да, мистер Коул.

- Хорошо. Оплата наличными по факту, учитывая, что я хочу держаться от вас как можно дальше, насколько это возможно в данный момент. Но имейте в виду, что в этом деле мое слово - закон, и если вы нарушите договор, заключенный в ходе этого разговора, это будет иметь фатальные последствия.

- Я понимаю, мистер Коул. Жду вашего звонка, когда товар будет готов.

Чайсай закончил разговор.

Товар. Вау. Даже Алекс был удивлен такой холодностью. Впрочем, ему приходилось и хуже. Но не намного. По крайней мере, это было для него новым. Вырезать детей из животов. Он взял телефон и набрал номер женщины. На несколько минут отвлечься от этой работы.

- Да? - oна уже звучала возбужденно, хотя Алекс еще не сказал ни слова.

- Мисс Донна Филлипс?

- Миссис. Да, это я, - oна выдохнула эти слова, как оператор секс-телефона.

- Меня зовут Коул. Полагаю, вы разговаривали с моей коллегой, Джекс? Вы искали услугу.

- Ну, я никогда раньше так это не называла, - хихикнула она. Это будут легкие деньги. - Я хочу настоящего мужчину, для разнообразия, и вы, кажется, как раз то, что мне нужно, если можно так сказать.

Алекс кивнул.

- Действительно. Но мне нужно уточнить пару деталей. Я полагаю, вам нужно, чтобы я предоставил доказательства того, что я опасный человек, как вы выразились?

- Это решать вам. Чем опаснее вы будете, тем веселее будет.

Алекс написал "взять плод" рядом с ее именем и подчеркнул.

- И вы не обсуждали условия оплаты с моей коллегой.

- Сколько вы стоите, мистер Коул?

- Каждый пенни, - oн улыбнулся про себя. - Но вы же замужем, верно? Послушайте, я не буду брать дополнительную плату за доказательства, которые вы просите, но если есть вероятность, что я ввяжусь в неприятности с разъяренным мужем, мне понадобится страховка.

- Я вдова, мистер Коул. Вам не о чем беспокоиться, кроме как о том, чтобы показать себя с лучшей стороны.

- Хм, - Коул набросал несколько цифр. - Где вы находитесь?

- В Лондоне. Я бы хотела, чтобы вы приехали ко мне, чтобы я чувствовала себя в безопасности.

- Звучит разумно, - oн набросал план поездки, время, затраты. Затем он зачеркнул затраты. Вероятно, за это не стоит брать деньги. - Как насчет тысячи? Давайте считать это специальным предложением для нового клиента.

Женщина подумала секунду, а затем согласилась.

- Без проблем, мистер Коул. Я очень хочу двигаться дальше. Когда вы будете доступны?

Алекс посмотрел на карту страны, прикрепленную к пробковой доске на стене. Ему просто нужно было сначала достать улику. Если он получит первый плод из Лондона, очистит его, может быть, приготовит? Затем...

- Как насчет того, чтобы я позвонил вам через пару дней?

- Без проблем, мистер Коул.

- Зовите меня Алекс. Скоро позвоню.

Алекс сидел в квартире, которую снял под именем Ронни Дрисколл. Это имя он уже использовал раньше, у него были удостоверения личности и все необходимое, так что это было удобное место для проживания в Лондоне на неделю. Он смотрел телевизор. Смит сообщил о пропаже сына, а его жена была найдена мертвой. Все шло по плану. Он вышел из квартиры около девяти утра, чтобы избежать пробок, и поехал в ближайшую больницу с родильным отделением.

Он сидел на парковке - в арендованной машине, конечно - и наблюдал за матерями, которые приходили и уходили. Он пытался понять, как можно определить возраст детей по внешнему виду. Ему нужна была какая-то отправная точка. Или ориентир. Что-нибудь. Некоторые животы были огромными - вероятно, дети были готовы появиться на свет, - некоторые едва заметно выпирали - слишком маленькие - или это некоторые дети были толстыми? Алекс покачал головой и вышел из машины. Он бродил по парковке некоторое время, жалея, что бросил курить.

Он решил, что должен подойти к одной из женщин и завязать разговор. Он мог это сделать. Он наблюдал, как женщина ковыляет от своей машины к зданию. Проблема была в том, что он привык разговаривать с женщинами с сексуальным подтекстом. Но эти женщины наверняка не хотели этого? О, Боже, - подумал он. Он забыл, как разговаривать с женщинами, не флиртуя с ними.

Из парадной вышла женщина с небольшим животом и пошатываясь направилась к крытой зоне ожидания. Вероятно, это была старая курилка, до того как курение на территории больницы было запрещено законом. Она выглядела измученной. Алекс подошел к ней и сел рядом.

- Вы в порядке? - спросил он.

Он смотрел прямо перед собой, ведь если он не будет смотреть ей в глаза, вероятность того, что он начнет флиртовать, будет меньше.

- Да, - ответила она. Она погладила живот. - Этот маленький ублюдок все время пинается, - oна засмеялась. - Извините за мой французский, - сказала она.

Алекс тоже рассмеялся.

- Не беспокойтесь об этом. Сколько месяцев этому маленькому ублюдку?

- Пять месяцев, - ответила она.

Черт возьми. Какая удача. Теперь он знал, что в этом возрасте дети пинаются.

Зародыши. Неважно. Чем больше знаешь, тем лучше, верно? Женщина начала вставать.

- Могу я вам помочь? - спросил он.

- Все в порядке. Я просто иду на автобус, - oна опиралась на скамейку.

Алекс встал, взял ее за руку и поддержал с той стороны.

- В таком состоянии вы не сможете сесть на автобус. Может, я вас подвезу?

Женщина посмотрела на него. Он видел, что часть ее хотела сказать "да", - но другая часть была уверена, что он - серийный убийца.

- Я только что отвез сестру, и она будет готова не раньше, чем через несколько часов, - соврал он. - Я могу подвезти вас до дома - вы будете там в мгновение ока.

Она слегка улыбнулась.

- Давайте, я не кусаюсь, - сказал Алекс, вставая.

Он представился Ронни, и она ответила. Ее звали Эшли. Алекс помог ей дойти до машины и посадил ее. Он выбрал в пункте проката семейный автомобиль среднего размера. В тот момент это казалось разумным выбором, а теперь, когда он все больше вживался в свою роль, это казалось идеальным. Он старался не прикасаться к ней, помогая ей сесть.

Судя по тому, как мало она двигалась и как много стонала и вздыхала по поводу всего, это, должно быть, был ее первый ребенок. Посадив ее, он смог лучше понять, что она за женщина. Она была молода - лет двадцати пяти - и скорее милая, чем красивая. На ней была одежда большого размера, и из-за этого и из-за живота было трудно сказать, какая у нее фигура. Она начала сопротивляться, когда он закрывал дверь и пытался пристегнуть ее ремнем.

Алекс обошел машину и сел на водительское место. Он не мог поверить в свою удачу в самом начале игры. Он запрыгнул в машину, завел двигатель и нажал кнопку "Вкл" на GPS-навигаторе.

- Куда едем? - спросил он.

От волнения он немного запнулся.

- Я думала, это я беременна, - сказала она. Она улыбнулась ему, и Алекс почувствовал легкое притяжение. Это было правдой - она действительно сияла.

- Хех, - oн постарался взять себя в руки. - Понял.

- Стейшн-роуд, - сказала она. - SE24.

Алекс ввел адрес в навигатор и выехал из больницы. Голос в устройстве подсказывал ему, куда ехать, и он слепо следовал его указаниям. Эшли даст ему знать, если он свернет не туда. В любом случае, до места оставалось всего пару миль. Отлично.

- Итак... - Алекс пытался придумать подходящий вопрос. Он должен был это знать. Черт возьми. Он не подготовился как следует. Он готов был дать себе под зад. У него должна была быть беременная сестра. - ...трудно дома?

Это было дерьмо, но хоть что-то.

- Да, - сказала она. - Я имею в виду, мама старается помогать, как может, но она не всегда рядом, - oна уставилась в окно. - Было бы хорошо, если бы кто-нибудь помогал время от времени.

- Должно быть, трудно.

- Мне бы не помешал муж.

Алекс услышал, как она надула губы.

- Проститe, - сказал он. - Я не хотел совать нос не в свое дело.

- Ничего страшного, - oна погладила живот. - Одноразовый секс, и он не захотел иметь ничего общего с этим маленьким ублюдком. Какой козел.

Алекс улыбнулся про себя.

- Почти приехали, - сказал он, глядя на GPS.

Он свернул с главной дороги на улицу с односторонним движением.

- Здесь, слева, - сказала она, как будто он был таксистом.

Алекс заехал на узкое место. Дома были террасообразные. Дорога была узкой. Ему пришлось вести себя тихо. Он не ожидал, что его первая поездка будет такой. Это было как манна небесная. Он отстегнул ремень безопасности, вышел из машины, обошел ее и открыл дверь.

Как настоящий джентльмен.

Она с трудом выбралась из машины, и Алекс постарался помочь ей, не прикасаясь к ней слишком назойливо. Он не хотел, чтобы она почувствовала, что он к ней не так-то просто относится. Она улыбнулась ему, когда он взял ее за руку и помог перейти через дорогу.

- У вас есть время выпить кофе? - спросила она. - Хочу поблагодарить вас.

Алекс взглянул на часы и кивнул.

- Почту за честь.

Алекс сел за обеденный стол в кухне, пока Эшли заваривала чай. Пакетики в чашки, заметил он. На столе лежала одна из тех пластиковых скатертей, которые используют для детских вечеринок. Она подходила ко всему остальному, что он видел. Она была на мели. Это было очевидно. Обстановка в доме была довольно изношенной, ковер был поврежден в нескольких местах. Пахло съемной квартирой. Хозяин, наверное, тоже сволочь, раз так неуважительно обращается с беременной женщиной. Вся ее мебель выглядела подержанной, и не в смысле "я купила ее у уважаемого поставщика", - а в смысле "передала соседи". Чашки были сколоты. Она болтала ни о чем, что было кстати, потому что Алекс не слушал. Он был слишком занят выяснением.

Она повернулась и поставила чай перед ним. В нем было молоко. Слабый, как дерьмо, и она уже вынула пакетик. Что за херня? Глубоко в животе Алекса закипела злость. Наглость пригласить его в дом и подать ему мочу.

- Так вы живете одна? - спросил он.

Она кивнула.

- Да, - oна села за стол напротив него. - Только я и маленький ублюдок. Я плачу за квартиру из пособия, и здесь две спальни, так что пока мы здесь только я и он, места хватает.

- Он?

- Да. . Я начала красить его спальню в синий цвет, но мне надоело, и она только наполовину готова.

Алекс кивнул.

- Не против, если я посмотрю? - oн огляделся, делая вид, что стесняется. - Я просто ищу идеи. Я пробовал со своей... - oн не носил обручального кольца, - ...партнершей.

Эшли улыбнулась.

- Конечно, - oна указала на потолок. - Не возражаете, если я не буду вам показывать? - oна положила руки на живот. - Он тяжелый.

Алекс улыбнулся и встал со стула.

- Конечно. Куда мне идти?

- Первая дверь слева.

Алекс кивнул, вышел из кухни и поднялся по лестнице. Наверху было только две двери. Ванная, должно быть, была где-то внизу. Он открыл правую дверь и заглянул в спальню Эшли. Небольшая. Двуспальная кровать, не застеленная. Одежда валялась по всему полу. Она не только жила одна, но и не имела много гостей. Тем лучше. Меньше шансов, что кто-то зайдет без предупреждения. Он открыл дверь слева и заглянул внутрь. Да. Синяя. Наполовину покрашенная. Он спустился вниз. Вернувшись на кухню, он заметил, что сзади есть дверь, которая, должно быть, вела в ванную, и посмотрел в окно на задний двор. Это было небольшое пространство. Площадка с травой и небольшой сарай. Это было скорее дворик.

Эшли улыбалась ему.

Алекс подумал, что она, возможно, просто рада компании. Он оглядел кухню, осматриваясь, но стараясь не выглядеть так, будто осматривает ее вещи. Здесь была парочка полезных предметов. Он посмотрел на плиту. Она выглядела довольно чистой, если не считать небольшого слоя копоти. По крайней мере, это уже что-то.

- Так вы счастливы? - внезапно спросила Эшли.

Алекс удивленно посмотрел на нее. Он снова сел и взял чашку с чаем.

- Э-э... да? - oн прищурился, глядя на нее. - А почему вы спрашиваете?

- Просто... - oна взяла ложку, лежавшую рядом с кружкой. - ...ну, мне кажется странным, что мужчина хочет помочь мне из доброты душевной. Я просто подумала, что ты... может быть... - ее слова замерли, - ...глупо, на самом деле.

Она посмотрела на себя и снова погладила выпуклость. Она шмыгнула носом.

Она плакала.

- Что? - Алекс был застигнут врасплох. - Я... я не понимаю. Прости.

- Нет, - сказала она. - Я знаю, что я толстая и уродливая, - oна бросила ложку на стол. - Ты, наверное, хочешь уйти. Прости. Я такая дура.

- Не глупи, - Алекс встал и обошел стол, чтобы подойти к ней. Он присел рядом с ней и взял ее за руку. - Поверь мне, ты все еще хороша. Ты очень сексуальная женщина, и не думай иначе, слышишь меня?

Она посмотрела на него и наклонилась, чтобы поцеловать его.

Алекс ответил ей. Он прижался губами к ее губам, поднял руку к ее щеке и вытер слезы. Глядя ей в глаза, он отстранился. Искра вернулась. Та, которую он видел в машине, но не понял ее значения. Он встал и обошел ее сзади, массируя ей плечи.

- Это не может быть легко, - сказал он. - Ты, наверное, одинока. Отчаянно одинока, раз хочешь такого развалину, как я.

Она попыталась повернуться к нему лицом.

- Вовсе нет. Я... захотела тебя, как только увидела.

Она кокетливо хихикнула.

Алекс оставил одну руку на ее плече, а другой, незаметно для Эшли, потянулся к столешнице. Он взял тостер. Фу. Он был весь в жире. Блядь. Кто использует жирный тостер? Это же чертовски опасно. Он поднял его над головой и с всей силы ударил Эшли по голове. Раздался глухой стук и брызнула кровь, когда ее череп треснул от удара. Он поднял тостер, чтобы ударить еще раз, отпустив ее плечо, но она упала, лицом на стол. Алекс приложил указательный и средний пальцы к ее шее, и почувствовал пульс. Она еще была жива. Блядь. Он за волосы поднял ее голову со стола, взял шнур тостера и обмотал его вокруг ее шеи. Она бормотала и стонала, блуждая между сознанием и бессознательным состоянием, пока Алекс натягивал шнур и душил ее. Она не сопротивлялась и не кричала. Она просто обмяла, застывшая еще до того, как он начал, и умерла через несколько секунд.

Алекс держал ее туго натянутой в течение минуты, прежде чем отпустить и снова проверить пульс. Она была мертва. Алекс поставил тостер обратно на стол и вытер жирные пальцы о пиджак. Он отодвинул ее стул от стола, и ее труп упал на пол. Раздался глухой стук, когда ее голова ударилась о грязную плитку. Алекс оттащил стул и стол в сторону комнаты и опустил жалюзи на окна. Сзади не было домов, но ему бы точно "повезло", если бы какой-нибудь сосед-любопытный забежал в сад за стаканом сахара. Он посмотрел на сахарницу на столе. В белом сахаре были зерна кофе - он надеялся, что это кофе. Удачи тебе, - подумал он. - В любом случае... Он уставился на ее живот.

Он задался вопросом, сколько времени этот маленький ублюдок прожил после ее смерти.

Алекс обыскал ящики на кухне. Он нашел нож с длинным лезвием. Этот подойдет. У него были инструменты в машине, но если бы он мог избежать лишних хождений, это было бы безопаснее. Он просто не хотел, чтобы его видели слишком много раз. Он взял нож, опустился на колени на пол, раздвинул ноги Эшли и встал между ними. Он натянул ее юбку и просунул лезвие под ткань, разрезая ее. Это сработало, но лезвие было тупое, как черт знает что. Он отодвинул ее юбку в сторону, просунул лезвие между ее кожей и трусиками, потянул лезвие к себе и разрезал ткань. Он снял трусики с ее тела, понюхал их, а затем бросил в угол. Она пахла сладко. Он задался вопросом, это она, или это потому, что она беременна. Он посмотрел на ее "киску". Похоже, раньше она была аккуратно выбрита, но волосы уже отрастали. Вероятно, она не могла дотянуться до нее. Он позволил себе посмотреть на ее тело. С этого ракурса он словно поклонялся ей. В другое время, в другом месте она была бы привязана к кровати, а он бы лизал ее до оргазма. Он подполз к ней поближе, чтобы лучше видеть, и срезал с нее огромный джемпер. Затем футболку, которая обтягивала ее живот. Он снял с нее всю одежду и теперь имел доступ к ее животу.

Алекс посмотрел на ее сиськи, скрытые под лифчиком. Раньше он был белым. Теперь он выглядел довольно чистым, но на нем были пятна. Он засунул нож под лифчик и разрезал ткань. Теперь она была обнажена, за исключением лохмотьев, обернутых вокруг рук. Алекс прикоснулся рукой к ее груди. Она была упругой, возможно, из-за беременности. Соски были набухшими. Ему это нравилось. Это было бы хорошо для ребенка.

Вероятно.

Он снова перевел взгляд на ее живот. План был прост. Вытащить плод. Он посмотрел на выпуклость, затем на нож. Он не хотел проткнуть ребенка и потом искать замену. Верно. Думай логически. Думай как мастер на все руки. Какой самый простой способ? Начать с дырки? Правильно. Если бы она была куском дерева, он бы просверлил в ней дырку, чтобы начать.

Ага.

Алекс сполз вниз по ее телу и лежал почти ровно между ее ног, его лицо было в нескольких сантиметрах от ее щели. Он поднес нож к ее "киске" и медленно вставил его. Вставив его на пару сантиметров, он потянул его вверх и начал пилить, пытаясь использовать нож, чтобы разрезать ее, как буханку хлеба.

Идея казалась хорошей, но на практике Алекс пилил влажную плоть и не добивался никакого результата. Единственное, чего он добился, это превратил ее пизду в рубленый говяжий фарш.

- Блядь! - крикнул он, вытащил лезвие и швырнул его через всю кухню в холодильник. - Глупая бедная сука и твой тупой нож!

Он встал и с силой ударил ладонями по сушилке для посуды, уставившись в окно.

- Ах, - вдруг вырвалось у него.

Алекс открыл заднюю дверь и пробежал по траве к сараю, распахнув дверь. Он огляделся на скудное содержимое.

- Конечно, - сказал он, стоя на самой дерьмовой газонокосилке, которую он когда-либо видел, и протягивая руку. - У всех есть, и никто не знает, почему.

Он вытащил из гвоздя в стене ржавую пару ножниц для живой изгороди. Он сделал традиционный папин маневр и дважды быстро открыл и закрыл их, и во второй раз закрыть их было легче. Они издали звук "сник-сник!", - к удовольствию Алекса.

- Отлично, - сказал он, искренне довольный собой.

Он вернулся в дом, закрыл заднюю дверь и снова опустился на пол между ее ног. Он открыл ножницы, вставил одно лезвие в ее промежность, а другое прижал к лобку. Он немного повозил ножницы, чтобы не порезать кость.

Он был рад, что она уже умерла, потому что она казалась милой, а он там все разгромил, переставляя мебель. Он глубоко вздохнул, прежде чем рискнуть перейти к новому этапу. Он не думал, что все будет так, но какого черта? Если это сработает, ему все равно понадобится еще два. Практика создает совершенство.

Задержав дыхание, он с силой соединил две рукоятки.

Оба лезвия легко проскользнули через кожу женщины, и он действительно не задел кости.

Кровь хлынула из ее распоротого живота, и Алекс задумался, не был ли этот шарообразный живот на самом деле полон крови. Кровь брызнула ему на рубашку и лицо, и он выглядел так, будто ловил яблоки в чернильнице учителя математики.

- Эх, - сказал он.

Алекс бросил ножницы на пол и схватил живот за края, раздвинув его, как Красное море.

Внутри был сформированный человеческий ребенок. Он не был завершен, как таковой. Голова была странной формы, и у него не были полностью сформированы пальцы, но он был близок к этому. Круто. Ребенок был заключен в мешок или что-то в этом роде, и там были шнуры и штуки, которые Алекс смутно помнил из школьных уроков. Он встал и взял нож.

Когда он снова опустился на колени, он вонзил его кончик в мешок, и прозрачная вязкая жидкость хлынула на все вокруг, смешиваясь с кровью и другими странными жидкостями, которые он обнаружил внутри Эшли.

Там, стоя на коленях в луже телесных жидкостей, Алекс наклонился и достал ребенка из мешка, осторожно поднимая его, стараясь не сломать. Как будто это была фигурка из печенья.

Затем мелкий ублюдок шевельнулся.

Вид младенца, добровольно двигающего рукой - скорее всего, в агонии - заставил Алекса бросить его на пол. Он издал хлюпающий звук, потому что был мокрым, кровавым, слизистым и не особенно твердым.

- Боже мой, черт возьми! - воскликнул он, отступая.

Младенец не шевельнулся.

Алекс толкнул маленький труп ботинком.

- Блядь.

Он поднял нож и с некоторым усилием отпилил пуповину, освободив мелкого ублюдка из его тюрьмы.

Затем он промыл его под краном, смывая слизь. Кусочки внутренних органов Эшли мокро упали на дно раковины. Он положил труп ребенка на сушилку для посуды. Алекс наклонился над плитой.

- Ну... - пробормотал он. - Это сэкономит время.

Он провел пальцем по ручкам на передней панели и включил духовку с вентилятором. Вентилятор подойдет, да? Он посмотрел на ребенка. Блядь.

Алекс достал телефон и открыл Google. Он ввел в поиск "время приготовления свиной лопатки с костью". Он же не мог ввести то, что ему действительно нужно, правда?

В рецепте, который он нашел, было указано время приготовления в зависимости от веса. Он огляделся по кухне. Конечно, у этой бедной неудачницы не было весов. Он взял зародыш и поднял его вверх-вниз, как будто он был чертов Индиана Джонс.

- Пятьсот граммов? - пробормотал он.

Он просто гадал. Он понятия не имел. Он посмотрел на инструкцию.

Час с гарантированной хрустящей корочкой. Хорошо.

Его взгляд скользнул по солонке и перечнице на столе - единственным специям, которые, вероятно, когда-либо видели в этом доме, - и он покачал головой. Он же не собирался это есть, правда? Он порылся в шкафчиках и нашел дерьмовый металлический поднос.

Он смазал его маслом и поставил в духовку.

Алекс сидел в кухне Эшли, на нем были только трусы. Он только что вышел из душа и смотрел, как крутится сушилка. Запах зародыша наполнил кухню. Пахло немного жареным, но безвкусно. Но, в конце концов, ему же не платили за то, чтобы он был профессиональным поваром, верно?

Сушилка остановилась, и он вытащил рубашку и брюки, теперь уже очищенные от слизи Эшли. Он надел теплую одежду и посмотрел на часы. Жареный ребенок должен быть готов. Он набрал номер Донны Филлипс.

- Алло? - oна звучала так же сексуально и соблазнительно, как и в тот день по телефону.

- Миссис Филлипс. Алекс Коул. Я хотел узнать, вы свободны?

Алекс встал, прижал телефон к подбородку, взял пару прихваток и вынул из духовки противень с "цыпленком". Он надеялся, что Чайсай хочет, чтобы тот был хрустящим. Он предположил, что, поскольку ему еще предстояло украсить его золотом, то, что бы это ни было, это не было для еды. Вероятно, он должен будет посмотреть это сегодня вечером, когда закончит работу.

- Да, я свободна, - ответила она. - Хорошо, я могу быть там. Я в Найтсбридже, когда хотите приехать?

Найтсбридж? Шикарно.

- Я на другом берегу реки, могу быть через час?

- Хорошо, - Донна дала ему адрес. - И не забудьте доказательства, - сказала она.

Он услышал юмор в ее голосе, но посмотрел на плод. Ну, да ладно. Что может случиться еще хуже?

- Увидимся через час, - Алекс закончил разговор.

Он начал рыться в шкафу, тщетно надеясь найти серебряный поднос и колпак. Да ну, в задницу. В итоге он нашел пластиковый контейнер с крышкой, которая не подходила. Он набил дно контейнера кухонными полотенцами, положил на них труп, накрыл его еще полотенцами и закрыл крышку.

Он оставил Эшли на полу в кухне, лужи крови вокруг нее засыхали на плитке из-за жары в кухне. Он оставил плиту на слабом огне. Тепло в комнате исказит время смерти. Он не смог бы скрыть мотив - он взглянул на младенца в коробке для обеда - но ему должно было сойти с рук.

Алекс уехал, положив контейнер в подножие пассажирского сиденья и введя адрес Филлипс в GPS.

Через пятнадцать минут он был на Ламбетском мосту, направляясь в гораздо более дорогой район города. Переехав мост и въехав в более приличную часть города, Алекс припарковался у небольшого парка напротив указанного адреса. Здесь он вряд ли получил бы штраф. Впрочем, это не должно было занять много времени.

Легкие деньги.

Он взял контейнер с обедом и направился к домам. Они были высокими. Одиннадцатый век. Квартиры и дома за миллион фунтов. Одни из самых дорогих в мире. И вот он здесь. Потрепанный детектив, бродящий по улице. Мертвый ребенок в контейнере для обеда. Как бы смеялся его подростковый "я", - если бы мог увидеть его сейчас.

Или нет.

Он поднялся по ступенькам к входной двери. Адрес, который дала ему Филлипс, был адресом дома. Он позвонил в дверь.

Когда дверь открыла женщина, Алекс усомнился, что это может быть Филлипс. Она была вдовой, а эта женщина едва ли не ребенок. Может, это ее дочь?

- Я пришел к миссис Донне Филлипс, - сказал он, глядя мимо нее в дом.

- Мистер Коул, - сказала она.

Он сразу узнал ее голос.

Алекс поднял бровь.

- Можно? - он указал на дом.

Он хотел убрать себя и коробку с обедом с улицы. Особенно в таком районе. Филлипс повернулась и ушла в коридор, оставив дверь открытой. Алекс смотрел на нее несколько секунд, не думая о том, чтобы уйти с улицы. На ней было облегающее платье. Ее бедра колыхались, как будто она шла по подиуму. Волосы были длинные. Черные, как туз пик. Высокие скулы и идеальный нос. Длинные ноги, обтянутые прозрачными чулками. Высокие каблуки. Ей было явно за двадцать, но в ней было что-то от гораздо более опытной женщины. Она излучала стиль и утонченность, деньги и грацию.

Что-то было не так, это было точно. Эта девчонка могла заполучить любого. Любого. Зачем ей нужен такой ублюдок, как Коул? Детектив в нем подсказывал ему уйти. Он взглянул вниз по улице в сторону парка. Он мог сесть в машину и уехать за считанные секунды. Но часть его, которая была козлом, хотела зайти и посмотреть, к чему это приведет.

Он пытался оправдать себя в голове. Может, она просто ищет грубого мужчину? Алекс посмотрел сначала на коробку с обедом, потом на задницу, которая медленно исчезала в конце коридора. Он вошел и закрыл за собой дверь.

Филлипс стояла в конце коридора и манила Алекса к себе, загнув указательный палец, как будто чесала подбородок кошки. Она не говорила. Алекс шел по коридору, любуясь дороговизной этого места. Один только дом, вероятно, стоил более двадцати миллионов. На стенах висели картины маслом, фотографии богатых людей. Филлипс, должно быть, была из этой семьи, потому что в картинах было сильное сходство с ней. Подойдя ближе, он сказал:

- Алекс, пожалуйста. Не нужно формальности.

Филлипс улыбнулась.

- Донна, - сказала она. - Пожалуйста, входи.

Алекс протянул ей коробку с обедом.

- Доказательство, как просила. Мне его нужно вернуть.

Донна кивнула, беря коробку. Алекс подошел к дивану и сел. Он чувствовал себя в этой комнате грязным. Он чувствовал себя дешевым. Все здесь, книжный шкаф, кресла с высокими спинками, кофейный столик со стеклянной столешницей, на котором лежал последний номер журнала "Дом и страна", - было дорогое. В комнате пахло деньгами.

Она подкралась к креслу напротив него и присела на его край, скрестив ноги, как подобает даме. Она сняла крышку с коробки и положила ее на подлокотник кресла. Отодвинув кухонное полотенце в сторону, она приподняла бровь и улыбнулась. Она посмотрела на него и наклонила голову.

- Еда на вынос, - сказала она.

Алекс не был уверен, знает ли она, что это такое.

- Я не буду спрашивать подробности, потому что уверена, что ты слишком хороший профессионал, чтобы раскрывать их, но почему в этом ланчбоксе лежит мертвый ребенок? Это звучит как начало анекдота.

- Это не анекдот, уверяю тебя, - улыбнулся Алекс. - Но как моему клиенту, я могу задать тебе один вопрос?

- Жги, - oна улыбнулась.

не к лицу.

- Почему? Почему, черт возьми, ты хочешь переспать со мной? Я понимаю, что ты не знала, как я выгляжу, до последнего момента, но ты же должна была понимать, что рискуешь наткнуться на какого-нибудь неудачника.

- Ты же видишь, что у меня есть, Алекс. Ты видишь, что мне ничего не нужно. Разве плохо просить то, что есть у так немногих?

- Я не девственник, ты же знаешь.

Донна улыбнулась. Она закрыла крышку коробки с обедом и поставила ее на кофейный столик.

- Нет, я уверена, что нет, - oна наклонилась к основанию книжного шкафа рядом с собой, достала из него большую сумму денег и положила ее на коробку. - На случай, если ты решишь, что у меня нет оговоренной суммы.

Алекс огляделся по комнате.

- Да. Очень даже вероятно, - oн взглянул на деньги. - Так как ты хочешь это сделать?

Алекс последовал за ней на второй этаж дома. Он внимательно осмотрел лестницу, ведущую на следующий этаж. Дом был узким - как и все дома того времени, - но глубоким. Лестница вела влево, а двери в комнаты - вправо. Потолки были высокими. Все предметы интерьера, включая светильники, были богато украшены. В одной из комнат висела люстра.

Донна вошла в первую комнату справа, придержав для него дверь.

Алекс пожалел, что не догадался забрать деньги и спрятать их в карман, прежде чем следовать за ней. Он быстро огляделся по комнате, прежде чем переступить порог. Это была спальня... своего рода. Она определенно не походила на то, что он видел раньше.

Комната была большой и квадратной. По центру стены стояла кровать - по крайней мере, размером с кровать короля.

Она была застелена темно-красным - судя по блеску в свете, это был атлас. Стены были темные - вероятно, бордовые. Алекс пожал плечами при этой мысли. Он не был дизайнером интерьеров. Кроме этого, в комнате не было мебели. Ни шкафов. Ничего. Он вошел. Ковер был пышным, толстым и теплым.

Он заметил зеркало на потолке над кроватью.

Очень со вкусом.

Донна подошла к огромным окнам и почти полностью задернула шторы, а затем проскользнула к Алексу, включила диммер, и в комнату хлынул теплый чувственный свет. Он кивнул.

- Очень мило, - тихо сказал он.

Она стояла рядом с ним, медленно дыша. Он чувствовал ее тепло.

- Где ты хочешь, чтобы я была?

Он улыбнулся, повернувшись к ней. Он предположил, что она хочет, чтобы он был опасным мужчиной и в спальне.

Он не мог не почувствовать себя немного глупо, играя роль самого себя. Алекс обнял ее за шею и притянул ее губы к своим, страстно поцеловав ее. Он почувствовал, как ее рука обхватила его яички. Этого он не ожидал. Он отстранился и увидел, что она нежно кусает его губу. Они несколько секунд смотрели друг на друга без слов, прежде чем она отпустила его.

- Я хочу трахнуть тебя, - прошептала она.

- Хорошо.

Алекс снял пиджак и бросил его на пол за собой. Он засунул палец за галстук и потянул его, но она положила руку ему на руку, останавливая его.

- Помедленнее, - сказала она.

Донна провела пальцами по щетине, которую он не потрудился сбрить сегодня. Он поднял бровь, если она хотела быть главной, пожалуйста.

Почему бы и нет? Она взяла Алекса за руку и повела к краю кровати. Он позволил ей. Там она сняла с него галстук. Она медленно расстегнула ему рубашку, а он все это время смотрел на нее. Она выглядела так, будто раздевала мужчину тысячу раз. Довольно впечатляющее достижение для такой молодой девушки.

Если только она не была проституткой, но это не имело никакого смысла.

Она сняла с него рубашку, освободив его от нее. Он все еще сопротивлялся желанию пошевелиться. Он хотел схватить ее и бросить на кровать. Он хотел сорвать с нее это чертово платье и жестко трахнуть ее. Она расстегнула пряжку его ремня.

- Скажи мне, сколько мужчин ты убил, - прошептала она.

Удивленный, Алекс пробормотал:

- Э-э...

- Много? - eе пальцы скользнули в его расстегнутые брюки и нашли его член.

- Да, - сказал он, слегка повысив голос.

- Хорошо, - сказала она. Донна вынула руки, расстегнула его брюки, спустила их и освободила его член. Он напрягся в штанах. - Я вижу, что ты возбужден.

- Да, - сказал он.

Алекс протянул руку, чтобы прикоснуться к ней, но она оттолкнула его.

Ее рука проникла в его штаны и погладила его. Теперь он был полностью возбужден. Если она ожидала от него какого-то Дон Жуана, то поступала неправильно.

- Полегче, - пробормотал он. - Это опасно. Ты же не хочешь, чтобы он выстрелил.

Она рассмеялась. Он не хотел шутить.

Донна стянула его штаны вниз, мимо его эрекции, а затем толкнула его обратно на кровать. Он лежал там, глядя на нее. Хорошо. Если она хотела быть главной...

- Вверх, - рявкнула она.

Она указала на верхнюю часть кровати, где Алекс увидел привязки для каждой из его рук. Так вот как, значит? Он перебрался на кровать, стараясь выглядеть соблазнительно, но, вероятно, терпел неудачу. Донна закатала свое облегающее платье до бедер, чтобы ноги могли двигаться более свободно. Алекс мог видеть застежки ее бретелей. Ничего выше.

Алекс задрожал. Он хотел войти в нее.

Она оседлала его и взяла его левую руку, крепко связав ее и сильно потянув, чтобы узел не развязался. Затем она сделала то же самое с его другой рукой. Алекс просто лежал.

Она была физически идеальна, и он жил мечтой. Зачем пытаться сопротивляться? Как только он был связан, она слезла с него и встала рядом с кроватью. Она улыбнулась его члену. Он был рад, что ей понравилось.

Затем она повернулась и начала выходить из комнаты.

- Э-э, прости? - сказал Алекс.

Она повернулась и приложила указательный палец к губам.

- Один момент, - сказала она, выходя из комнаты.

Алексу это не понравилось. Он посмотрел на узлы на связках. Они были довольно крепкими. Может, в прошлой жизни она была морячкой? Фу. Даже не думай об этом. Он посмотрел на кровать, к которой был привязан. Честно говоря, она выглядела довольно хлипкой. У двери раздался шум, и Донна вернулась. Его член отреагировал, напрягшись. Приятно видеть, что маленький друг обратил внимание.

Она подошла к нему и сразу взяла его в руку, поглаживая, пока он не стал полностью возбужденным. Затем она поставила небольшую чашку под его головку. Чашку Петри.

- А это для чего? - спросил он.

- Просто не думай об этом, - сказала она.

на то, чтобы .

- Что за херня? - он был в ярости.

- Давай, - крикнула она.

Дверь распахнулась, и вошли еще две женщины. Одна из них была одета в кожу. Длинное пальто. Скорее охотница на вампиров, чем любовница, - подумал Алекс. Другая была наряжена в кружевное дерьмо.

- Слушайте, - сказал он. - Здесь всем хватит, но... - он кивнул головой в сторону своей головки. - ...тебе нужно сбавить обороты, или все закончится, не успев начаться.

Две другие женщины занялись своими делами. Одна из них принесла небольшой складной столик, а другая - что-то похожее на ступку с пестиком. Они поставили все это на конец кровати и накрыли красной тканью.

- Что, черт возьми, здесь происходит?

- Ты кончишь для меня? - спросила Донна.

Алекс посмотрел на свой член.

- Ну... наверное, да, - честно ответил он.

В этот момент он не мог представить себе другого исхода.

- Хорошо, - oна стала дрочить его быстрее.

- О, Боже!

Он не знал, что происходит, но Алекс чувствовал, что на этом этапе дать им то, чего они хотят, - вероятно, плохая идея.

- Он уже почти готов? - спросила та, что была в коже.

- Он сопротивляется, но да, - ответила Донна.

- Хорошо.

Кожаная снова вышла из комнаты, оставив Кружевную стоять с деревянной шкатулкой размером с линейку. Алекс сосредоточился на ней. Становилось все труднее не кончить. Она поставила шкатулку на пол, открыла ее и вытащила кинжал. Он был длиной около тридцати сантиметров и изогнут. Выглядел старинным, турецким.

- Что ты собираешься с этим делать? - спросил он.

Кружевная положила кинжал и улыбнулась Алексу.

- Не волнуйся. У тебя есть своя работа, - oна подошла к другой стороне кровати, напротив Донны, и легла на простыни. Она провела руками по его груди. - Почему бы тебе не расслабиться? - прошептала она. - Если ты будешь очень хорош, позже ты сможешь трахнуть нас всех. Тебе нравится?

Алекс смотрел на нее, пока она говорила. Да. Да, ему бы это понравилось. Все три женщины были идеальны. Они были чертовски хороши. И все это воняло. Что происходит?

- Нет, - вырвалось у него.

- О, пожалуйста, - сказала она, и ее голос стал жалобным. - Пожалуйста, позволь нам трахнуть тебя. Снова и снова. Мы будем хорошими. Обещаем.

Мольба подействовала.

Алекс не смог сдерживаться дольше и излил свой сок в чашку. Он хрипло зарычал и напрягся, а Донна остановилась после нескольких движений, получив то, что ей было нужно. Он был так сбит с толку. Донна улыбнулась ему.

- Видишь, - сказала она. - Не так уж и сложно, правда?

- Тебе лучше было бы сказать об этом раньше, - Алекс посмотрел на обеих женщин. Он наблюдал, как Донна взяла чашку и поставила еe на стол у изножья кровати. - Не хочешь рассказать сейчас?

Кожаная вернулась в комнату. Она несла клетку. Она подошла к кровати и поставила ее на пол. Алекс не мог видеть, но слышал, как она открыла клетку и осторожно что-то вынула. Дела шли все хуже. Это будет змея, да? Алекс с трепетом наблюдал, как она встала, держа в руках самого милого белого кролика, которого он когда-либо видел.

- Ооо, - сказал он.

Он смотрел на него большими красными глазами и жевал что-то.

Кружевная встала с кровати и подошла к столу. Она поставила на него миску, а затем присоединилась к Кожаной и кролику. Она погладила его по носу. Донна встала с кровати и начала расстегивать платье.

- Что... теперь?! - спросил Алекс. - Ты могла бы сделать это несколько минут назад. Это помогло бы.

- Правда? - спросила она.

Донна сбросила платье на пол, и Алекс впервые увидел ее. Под платьем она была обнажена, кроме чулков и подвязок, ее упругие круглые груди красиво свисали, а между ног, там, где должна была быть вагина, тянулся рот, заканчивающийся у основания груди. Рот был повернут вбок и, обретя внезапную свободу, открывался и закрывался, растягиваясь.

Когда он был открыт, Алекс мог видеть ряды зубов, деформированных, сломанных, и между ними извивались тысячи нечестивых языков, толкая вокруг шарики густой желеобразной слюны.

- Это возбуждает тебя, любовничек? - спросила Донна.

- Что это, черт возьми, такое? - закричал Алекс. - Что ты такое?

Донна улыбнулась - своим человеческим ртом. Ну, во всяком случае, ртом на лице. Она посмотрела на Кожаную и Кружевную.

- Готовы? - спросила она.

Кожаная кивнула, a Кружевная с ухмылкой взяла кинжал.

Кожаная все еще держала кролика.

- Да ну, нет, - прошептал Алекс. - Да ладно вам. Что за херня?

Кожаная одной рукой держала кролика за уши, а другой за лапы и вытянула его, а Кружевная взяла кинжал и вонзила его в существо примерно в том месте, где должны были быть его гениталии. Кожаная держала существо, которое извивалось и боролось с ее захватом, маневрируя им над миской. Кружевная начала пилить лезвием, поднимая его по животу существа, разрезая его как стейк. Алекс никогда раньше не слышал предсмертных криков кролика. Он всегда думал, что кролики издают только тихие мяукающие звуки, как спящие котята. Возможно, это был пробел в его знаниях, который он уже не успевал восполнить. Он снова посмотрел на веревки, все еще не понимая, что с ним собираются делать.

И пытаясь игнорировать нечеловеческое существо, стоящее рядом с кроватью.

Когда кровь хлестала из кролика, его кишки и куски полупереваренной моркови выплескивались в миску, кролик выл. Это было самое ужасное, что Алекс когда-либо видел - трофей, удерживаемый в предсмертной агонии одной женщины в Норидже несколько лет назад, но это была другая история - до сегодняшнего дня. Теперь это была женщина из Нориджа, кричащий кролик и Донна, нечеловеческое существо с зияющей пастью. Кожаная и Кружевная осушили кролика, пока он корчился в последних судорогах, следя за тем, чтобы густой сок стекал в миску. Затем Кожаная отбросила его на стол.

Донна наблюдала за всей этой ужасной сценой, чувственно проводя пальцами по губам рта в своем животе, а другой рукой нежно гладя то, что могло быть вагиной, а могло и нет. С точки зрения Алекса было трудно сказать.

Алекс обмотал запястья веревкой и сжал их в кулаки.

Кожаная подняла миску, и они с Кружевной отошли от кровати в пространство между ее концом и стеной. Донна подошла к ним.

- Что происходит? - спросил Алекс.

Донна отмахнулась от него.

- Не волнуйся. Мы до тебя дойдем.

Блядь.

Кружевная стояла, держа миску, а Кожаная окунула руки в теплую жидкость, и она перелилась через край. Кровь стекала по краям миски. Донна резко вдохнула, когда это произошло, как будто она получала сексуальное удовольствие от вида кроличьего нектара. Может, так и было? Кожаная вынула руки, покрасневшие от густой крови кролика, с кусочками кишок и потрохов, прилипших к ее коже, и начала размазывать кровь по обнаженному телу Донны. Она окунала руки и размазывала кровь по плечам Донны, покрывая ее липкой массой, методично продвигаясь вперед. Затем она снова окунула руки в кровь, сложила их чашечкой и поднесла к Донне, капая кровью на ее грудь, от чего Донна задрожала.

Алекс почувствовал, как его член дернулся.

Боже мой, черт возьми. Не сейчас.

Донна заметила это и хихикнула.

- Ну, - сказала она, пока Кожаная массировала липкую красную жидкость в ее красивые, пухлые сиськи. - Мы опасны.

Алекс посмотрел вниз и увидел, что его член превратился из мертвого кролика в полустоящий. Он улыбнулся себе и затем покачал головой, возвращая ее на место. Привязанный к кровати и почти наверняка обреченный на смерть.

Нечестивые языки вылезали из раны-рта, слюняво облизывая мерзкую жидкость, стекающую по плоти Донны, вылизывая все до последней капли, и когда губы покраснели от крови, рот словно улыбнулся. Плоть Донны блестела какой-то неземной красотой, мерцая под кровью, и она откинула голову назад, напрягая все тело в оргазме.

Алекс был возбужден от этого зрелища и не обращал на это внимания. Это было самое странное эротическое зрелище в его жизни.

Донна кричала от удовольствия, а Алекс оглядывался по комнате. Возбужденный или нет, ему нужна была лазейка в этом контракте. Рот хихикнул, явно ощущая то же, что и Донна. Это звучало как оргазм чертового Джаббы Хатта. Донна споткнулась и отступила назад, ноги ее подкосились. Алекс подумал, что при возможности он мог бы сделать то же самое для нее, без двух других женщин и крови. И без кролика. Но неважно.

Кожаная и Кружевная поставили миску на пол и послушно встали у изножья кровати. Руки Кожаной были в крови маленького млекопитающего. Платье Кружевной было обильно забрызгано кровью. Оно было испорчено. Оно никогда не отстирается.

- Он счастлив, - сказала Донна. - Мы счастливы. Идите. Переоденьтесь, - приказала она.

Обе женщины молча кивнули и вышли из комнаты, как военные.

- Ты хорошо их обучила, - сказал Алекс.

- Да. Они достойны быть моими поклонницами.

- Насчет этого... - Алекс дал словам виснуть в воздухе. - Есть шанс, что ты мне расскажешь, что здесь происходит? - oн кивнул на рот. - И, я не знаю, что это, черт возьми, такое?

Он старался сохранять спокойствие. Выдержку. Потеря самообладания не поможет ему выбраться из этой ситуации. Донна сидела на краю кровати. Она нежно гладила труп кролика.

Рот удовлетворенно хмыкнул.

- Существуют миры за пределами этого, которые вы никогда не поймете, мистер Коул. Я знаю, вы сказали называть вас Алекс, но я думаю, что, возможно, я переборщила с гостеприимством, - oна улыбнулась, как будто это была шутка. - Миры, которые вы никогда не увидите. Даже зная то, что вы знаете сейчас, то, что вы увидели сегодня... как только ритуал будет завершен, этот мир станет не более чем блюдом на тарелке для Бога, которому вы никогда не поклонялись, чтобы он его съел.

- Это все звучит как чушь, дорогая. Но если я правильно понял, ты собираешься уничтожить мир? Да? - oн взглянул на чашку Петри, которая все еще стояла на столе.

- Почти верно, мистер Коул.

Это был неожиданный поворот. Совсем не так он представлял себе сегодняшний день. Алекс Коул: помогает уничтожить мир. Черт. Он быстро подумал, зачем Чайсаю нужен Kuman Thong, и решил, что, возможно, не стоит так легко - или дешево - соглашаться на соучастие. Насколько он знал, сегодня он мог принять активное участие в двух сценариях конца света. Другие миры, да? Каждый день узнаешь что-то новое.

- Так как ты называешь этого божества, которое у тебя в... э-э... животе?

- Ты не сможешь произнести это, пока я не вставлю тебе в голосовые связки трость от кларнета.

- Ладно. Похоже, ты уже пробовала. Неважно, да?

Он не спускал с нее глаз, используя возможность оглядеться по комнате. Его одежда в какой-то момент была сброшена к стене возле двери. Она была важна - в общем и целом - но не необходима. Он посмотрел на чашку Петри. Это было другое дело. Он не хотел, чтобы мир закончился сегодня. У него еще были незавершенные дела, которые требовали решения.

Как и вся его жизнь.

Донна встала и подошла к окну. Она раздвинула шторы настолько, чтобы можно было видеть улицу.

- Последний взгляд? - спросил Алекс.

- Да, - ответила она.

- А что будет с тобой? Я имею в виду, с твоим физическим телом?

- Я буду развиваться.

Она все еще смотрела в окно.

Алекс потянул веревки, которые крепко сдерживали его, и поднял ноги. Он старался не шуметь. В реальной жизни он не был так гибок, как в своих мыслях. Он надеялся сделать это одним плавным движением, но в середине маневра понял, что не обладает физической силой молодого Ван Дамма. Он с трудом подтянул ноги к лицу, но в конце концов ему удалось поставить их ровно на стену позади себя. В итоге он оказался с гордо выпяченной задницей, обнаженной, торчащей в воздух. Позорно? Возможно. Получил преимущество? Определенно. Алекс толкнулся ногами и потянул руки, приложив всю силу к столбам кровати, к которым был привязан.

Раздался треск. Он был достаточно громким, чтобы отвлечь Донну от ее мыслей о конце света или чего-то в этом роде, и она обернулась. Затем дерево поддалось, освободив Алекса от кровати. Он секунду барахтался, как выброшенный на берег кит, прежде чем сориентироваться и встать.

Донна бросилась через комнату, ее сиськи подпрыгивали, как в скетче Бенни Хилла, а ее огромный рот был открыт, язык болтался.

У Алекса не было плана. И не зная, что делать, он пытался придумать что-нибудь полезное за тридцать наносекунд, которые оставались до того, как Донна врежется в него. , . Голый! К его запястьям были привязаны куски сломанной кровати. Он размахивал ими, как нунчаками, и каждый столбик держал в руке, как кол. Он поднял их, как долбанный охотник на вампиров, и бросился на Донну, выставив деревянные колья вперед.

Он вонзил два деревянных кола в удивленную Донну, один в плечо, а другой в бок, с другой стороны божественного рта. Оба прошли мимо пасти чудовища, и Алекс был счастлив. Она упала назад, в основном под весом Алекса, и они оба оказались на ковре, Алекс сверху.

Божественный рот был между ними, но Алекс сумел удержаться, чтобы не попасть в него.

Они посмотрели друг на друга в течение секунды, Алекс рад, что остался жив, а Донна, возможно, в ужасе.

- Ты должна простить мою деревяшку, - Алекс подмигнул ей и откатился в сторону.

Он вскочил на ноги и бросился к своей одежде.

Затем он остановился.

Он посмотрел на чашку Петри.

Он все еще не знал, зачем она им нужна - или он сам, если на то пошло, - но он знал, что не хочет, чтобы она досталась им. Он поднял ее, когда Донна встала на ноги. Рот бога кричал в расстроенном замешательстве, и Донна закричала:

- Нет!!!

Алекс должен был избавиться от спермы. Прежде чем они вернули ее и попытались сделать то, что они хотели сделать с его любовной жидкостью. Но что? Куда выбросить... это.

Фу, блядь! Алекс опрокинул чашку, выпив свою сперму. Донна закричала и бросилась на него, но было слишком поздно: когда она врезалась в него, он выбросил чашку, и она упала на труп кролика. Он раскрутил сперму во рту, пока она валила его на землю.

Они толкались взаимно, и ей удалось оказаться сверху, оседлав его, как быть а ее чего-. Донна дотянулась до стола, взяла жертвенный кинжал и подняла его, как гребаный Ван Хельсинг.

Просто проглоти ee. Он не хотел. Онa все еще былa у него во рту, и если его разум имел что-то сказать по этому поводу, то только то, что так и должно оставаться. Но это же твое, - возражало его сердце. . Алекс закрыл глаза и проглотил, думая об Англии.

- Гооооооооооооооооооооо... Господи!

К счастью для Алекса, она была довольно плоха в прицеливании, но к несчастью, бог-рот устал ждать, пока она разберется с ним, и решил сам начать действовать.

Поскольку они были так близко, Донна все еще держала кинжал, а ее груди откровенно болтались на груди Алекса, языки рта бога вывернулись из пещеры в животе Донны и начали прощупывать края туловища Алекса. Они пытались найти опору. За что-нибудь, за что можно было бы ухватиться, как отчаянный любовник.

Алекс ударил Донну в голову своей здоровой рукой, и она выпустила кинжал из рук, но языки все еще обвивали его.

Kинжал прошел насквозь его плечо, но Алекс сразу понял, что он не задел ничего важного, потому что он все еще мог двигать пальцами. Его не в первый раз кололи ножом. Своей здоровой рукой он схватил рукоять и вырвал кинжал из своего тела.

Боль разрывала его, заставляя обе ноги сгибаться одновременно.

Это было непроизвольно, но они ударили Донну в поясницу, и она выгнулась назад. Если бы эта сцена застыла на долю секунды, можно было бы увидеть двух обнаженных любовников, сплетенных воедино, женщину, катающуюся в агонии оргазма, и ее мужчину, лежащего под ней.

В общем, совсем не то, что было на самом деле.

Кровь хлестала из раны на плече Алекса, брызгая на его грудь. И на ее.

Он замахнулся кинжалом на языки рта бога и рубил их скользкую плоть. Вблизи они слипались прозрачным желеобразным клеем, прилипая щупальцеподобными отростками ко всему, к чему приближались. Это было отвратительное зрелище. Kинжал прорезал их, и они брызнули черной божественной кровью из частей, оставшихся прикрепленными кo рту бога. Алекс перевернулся, оказавшись под Донной, и поднялся на колени.

Она кричала. Pот бога тоже кричал. Комната наполнилась звуком, который Алекс едва мог понять. Пещера белого шума, визжащей вселенной, полной звука. Он закричал, присоединившись к хору гнева и боли. Он поднял кинжал и вонзил его в грудь Донны, пронзив ее идеальную грудь и торс. Она смотрела широко раскрытыми глазами. Шок? Боль?

Черная божья кровь хлестала из рта.

Алекс скатился с нее на ковер. Он встал на колени, а затем на ноги. Кровь текла из раны на его груди, он был весь в божественной крови, а Донна корчилась на полу, издавая звуки, которые до сих пор не были слышны в анналах человечества.

Дверь открылась, и вернулись Кожаная и Кружевная.

Они были одеты в белые халаты. Они выглядели так, будто за время своего отсутствия они вступили в чертов монастырь, но не в святой. Возможно, в фетишистский. Кожаная - или это могла быть Кружевная, сейчас было трудно сказать - несла серебряный поднос с золотой чашей, а Кружевная - другая - несла канделябр, богато украшенный, с восемью подсвечниками, в каждом из которых горела свеча.

Обе они казались удивленными происходящим. Алекс был впечатлен тем, как мало звука должно было доноситься в таком старом доме. Он бросился через комнату, направляя кинжал на Кожаную. Она уронила поднос с чашей у своих ног, и густая прозрачная жидкость вылилась на ковер. На нее. Она схватила его за руки, и они начали бороться. Она была сильна. Бля, сильнее меня, - подумал он. Он оттолкнул ее в сторону, на Кружевную, которая потеряла равновесие и уронила свечи.

Они упали на ковер и подожгли жидкость, которая была в чаше. Она была более горючей, чем бензин, ковер мгновенно загорелся, превратив комнату в озеро огня. Кожаная отпустила его, падая назад, когда пламя обжигало ее ноги, с мучительной скоростью покрывая кожу волдырями.

Алекс ударил ее своей поврежденной рукой, и она упала в озеро пламени. Боль от ножевого ранения пронзила его, и он проклял себя за то, что просто не заколол эту суку. Кружевная набросилась на него. Она вцепилась ногтями в его лицо, сдирая кожу, как будто та была не крепче рождественской оберточной бумаги. Алекс закричал и замахнулся на нее кинжалом, но промахнулся. Он споткнулся и упал на Донну, которая пыталась встать. Отрезанные языки божества болтались в ее рту, но другие все еще пытались дотянуться до своей добычи.

Алекс перекатился к стене и оказался на своих брюках.

- Бля, - вырвалось у него, и он схватил одну из штанин крепкой, хотя и довольно болезненной рукой.

Донна бросилась к нему и схватила его, но промахнулась и ухватилась за другую штанину.

Они вступили в короткую борьбу, каждый держась за одну штанину Алекса. Затем они отпустили штаны, которые разорвались, и остались две отдельных штанины. Алекс откатился назад к стене, а Донна упала в пламя, корчась от боли.

В комнате было жарко. Температура горящей жидкости была как в печи. Это было как будто все четверо оказались в печи для кремации. Алекс пощупал брюки. Карман с ключами от машины был на месте.

Это было уже что-то.

Он посмотрел на открытую дверь, в коридор, и оттолкнулся от стены.

Кружевная бросилась сквозь пламя. Ее белый фетиш-костюм горел как солнце. Они столкнулись и упали на стену. Затем она ударила Алекса коленом в яйца. Тошнота поднялась вверх, когда они набухли, и Алекс не мог придумать ничего другого, кроме как ударить эту суку головой в лицо. Он ударил ее лбом в нос, и она упала назад, как мешок с картошкой.

- Иди на хрен, - простонал Алекс сквозь боль.

Ее ноги были в огне, а Алекс был в ярости.

Он навалился на нее и вонзил кинжал в живот, надеясь, что у нее нет божественного рта. Лезвие вонзилось в мягкую вязкую человеческую плоть, и Алекс сделал пилящее движение, толкая кинжал во все силы. Красный цвет ее крови расцвел на белом халате, и она закричала, не сопротивляясь. Алекс чувствовал, как пламя лижет его спину, обжигая кожу. Он бросил кинжал, засунул кулак в разрез, который проделал в теле женщины, схватил все, что смог, вытащил из ее тела и выбросил. Он отполз от ее лежащего трупа, застывшего в смерти, с внутренностями, вывалившимися из расрезанного живота.

Он шатаясь встал на ноги и огляделся по комнате, где огонь пожирал ковер. Кровать была в огне. Его одежда исчезла. Он посмотрел на одну штанину, которую держал в руке. Боль от ожогов пронзила его спину, плечо кровоточило, лицо пульсировало.

- Нахуй все это, - сказал он, глядя через стену пламени на дверь.

Алекс погасил пламя на простынях кровати, а затем накрылся ими. Он выглядел как облезлый призрак. Он бросился на огненную стену и прошел сквозь нее. Жидкость, чем бы она ни была, горела белым магниевым светом, а пламя взвилось к потолку. Она горела так жарко, что комната плавилась вокруг него. Когда он проходил сквозь нее, она сдирала кожу с его ног.

- Блядь-блядь-блядь! - завопил он, пролетая сквозь него.

Он выскочил на лестничную площадку и закашлялся, когда с потолка повалил дым. Дом наполнялся им. Он бежал по лестнице голый, все еще держась за штанину брюк. Пошарив в кармане, он вытащил ключи от машины.

Хотя он всегда старался сохранять хотя бы иллюзию анонимности и таинственности, ему казалось, что на этой работе он промахнулся. Дойдя до нижней ступеньки, он остановился. Ему казалось, что он что-то упустил.

- Вот дерьмо, - произнес он.

Он повернул за угол перила и направился в комнату в конце коридора.

Сверху доносился истошный крик бога. Алекс не знал, был ли это предсмертный крик, или же тварь на самом деле была в порядке и просто очень-очень-очень зла на него. Судя по тому, какой у него был день, скорее всего - второе. Алекс побежал в комнату и схватил с журнального столика коробку с обедом и деньги.

Не расточай, и не будешь нуждаться.

Затем он побежал к входной двери.

Он распахнул входную дверь, держа в одной руке коробку с ланчем и деньги, в другой - ключи от машины, штанина брюк была перекинута через руку. С него было довольно сегодняшнего дня, и он был готов выпить. Он смотрел из горящего дома на толпу, собравшуюся на улице, и наблюдал за тем, как разбиваются стекла этажом выше, и в воздух поднимается дым.

Обнаженный, обожженный и истекающий кровью, Алекс мог думать только об одном. Оказавшись лицом к лицу с элитой Найтсбриджа, он быстро взял штанину брюк и обмотал ею коробку с ланчем.

Он начал бежать.

- У меня тут обгоревший ребенок. Времени нет. Мне нужно в больницу.

, в , знатные , , , .

Лошары.

Алекс оставил на тротуаре кровавый след от ожогов на ногах. Он добежал до угла и обогнул его. Эти ублюдки действительно аплодировали ему. Обойдя парк, он нажал на брелок и разблокировал машину. Открыв дверь, он бросил коробку с обедом в багажник и сел в машину, заведя двигатель. Открыв бардачок, он достал телефон и поменял его на деньги.

Отъехав в сторону, он с минуту ехал по системе одностороннего движения, развивая бешеную скорость, в основном ради посторонних глаз, но, приблизившись к Темзе, сбросил скорость до разумной и опустился на сиденье как можно ниже, чтобы люди не видели, что он сидит в машине без рубашки.

Он поехал на окраину Сити.

Времени на игры не было.

Он набрал номер Джекс.

- Добрый день, - сказала она. Он услышал ее улыбку. - Я не оставляла тебе сообщений. Как дела?

- Работа от Донны, или как ее там зовут, выполнена, гонорар оплачен полностью. Сегодня вечером я переведу твои комиссионные на обычный счет.

- Круто, - сказала она. - Я так понимаю, ты хорошо провел время. Не знаю, как тебе это удается.

- Да, - сказал он, морщась от того, что его нога прилипла к сцеплению, оставив на нем немного кожи. - Я кончил. Обгорел. И думаю, я спас и мир.

- Своим членом. Ага.

Алекс пропустил мимо ушей сарказм в ее голосе.

- Все хорошо. Но смотри, если она перезвонит, без обид, но она была немного странной. Узнай, чего она хочет, возьми ее номер, но ни на что не соглашайся. Эта лодка уже уплыла.

- Без проблем. Миссис Филипс - сумасшедшая... - Алекс слышал, как она записывает какую-то заметку. - Как у тебя дела с Кумар Вонг?

- Kuman Thong, - oн посмотрел на коробку, которая скользила по полу машины. - Отлично. Один готов. Через пару дней закончу. Не подскажешь, где можно купить что-нибудь, чтобы покрыть этих мелких ублюдков золотом?

Очаровать кого-то своим обаянием было невозможно с тремя глубокими царапинами от кошачьих когтей на лице. Он выглядел так, будто пытался изнасиловать кого-то в переулке, а тот дал отпор. Массивная повязка, закрывавшая лицо, тоже не добавляла ему привлекательности.

Поэтому ему пришлось изменить тактику.

Алекс стоял в полном хирургическом костюме в больнице Куинс - самой большой больнице в радиусе двадцати миль от Эшбери. Он не хотел рисковать, обращаясь в местную больницу по понятным причинам. Был поздний вечер. это было , , не рискуя, что кто-то тебя поймает. Персонал был немногочисленным, а часы посещений давно закончились. Он смотрел на карту здания. Он оказался в родильном отделении, но обнаружил, что там кипит работа.

Это было очевидно, учитывая, что там полно кричащих маленьких ублюдков.

Он ушел и теперь пытался придумать, что можно сделать дальше, когда его взгляд упал на другое отделение. Шансы были невелики, но была вероятность, что он сможет там что-нибудь найти. Стоило попробовать - что он терял, кроме нескольких минут?

Он накинул рюкзак на спину и пошел по указаниям карты в сторону морга.

В больнице не было ни души. Алекс предположил, что где-то там должны быть охранники, но никого не было видно. Хорошо. Он повернул в коридор под табличкой "Морг". Веселые, жизнерадостные таблички, которые украшали все стены, мимо которых он прошел до сих пор, стали пореже, а потом и вовсе исчезли, и какая-то глубокая печаль окутала все вокруг, пока он шел. Черт, нужно сделать это место менее депрессивным. Когда он подошел к двойным дверям морга, его охватила гробовая тишина.

Весь коридор как будто высасывал душу.

Боже.

Он прошел через двери в коридор. Здесь не горел свет. Он сделал один шаг за пределы общего прохода. Алекс оглянулся через дверь. Там никого не было. За последние пять минут он не видел ни души. Отпустив дверь, он включил свет в коридоре. Справа была открытая зона ожидания, а слева - закрытая. За ней был кабинет, а за ним - закрытая стерильная дверь в морг.

Алекс поспешил к ней и толкнул. Как и ожидалось, она была заперта. Он снял рюкзак с плеча и достал из него набор отмычек. Он купил его на Amazon и с помощью нескольких учебных видео на Youtube научился довольно ловко вскрывать большинство замков. Удивительно, какую всякую фигню можно купить в Интернете, чтобы стать преступником. Он потыкал в замок отмычками. Он уже давно занимался этим, но проще от этого не становилось. Просто легче.

Наконец, в темноте раздался удовлетворительный щелчок, и Алекс открыл дверь, скользя в черную бездну. Он осторожно огляделся, прежде чем включить свет. Здесь не было окон - даже в дверях, ведущих в коридор.

И было холодно.

Он нажал выключатель у двери, и гудение и дребезжание дерьмового флуоресцентного освещения заполнили тишину, прежде чем комната окуталась холодным голубым светом. Все было очень "уютно".

Алекс почти ожидал увидеть столы с телами, накрытыми простынями, выстроенные вдоль стены, но, возможно, это было только в кино? Столы были, но они были разочаровывающе пусты. Он подошел к дальней стене. Множество миниатюрных дверец в рядах. Это было больше похоже на то, что он искал. Алекс открыл первую. Пара ног. Слегка синие.

- Вуаля, - прошептал он.

Он выдвинул ящик с телом. На трупе лежала простыня, и Алекс сразу понял, что это мужчина, так что он ему не пригодится. Но его мрачное любопытство взяло верх, и он откинул простыню. На трупе не было никаких отличительных признаков, кроме пениса. Голова джентльмена была вдавлена, как и его грудь. Его хорошо помыли, так что на нем не было крови и кусков внутренних органов, но Алекс предположил, что из-за травмы, внутри тоже могло быть очень мало внутренних органов. Он прочитал бирку на ноге парня.

- Так... Карсон, ДТП.

Он бросил бирку и поднял простыню, чтобы накрыть тело. Он взглянул на огромный член.

- Счастливчик, парень, - сказал он, накрыв тело простыней и задвинув ящик обратно в морозильник. Он закрыл дверцу. Перешел к следующей.

Первые четыре были мужчинами. , что в .

Алекс посмотрел на бирку. Это занимало гораздо больше времени, чем он надеялся, но если бы он перестал читать все бирки, он бы двигался быстрее. Эта женщина умерла от... самоудушения. Он посмотрел на ее тело и представил, что она была потрясающей, когда не была такой окоченевшей. Он подошел к ней и провел пальцами по ее холодной коже, вдоль шрамов, оставленных вскрытием.

- Жаль, - прошептал он. - Не надо было позволять этим ублюдкам победить.

Он накрыл ее и перешел к следующему.

Еще одна женщина. На этот раз она была либо толстая, либо беременная. Он отдернул простыню. Судя по всему, она была беременна. Это было видно - или, возможно, она просто вздулась от газов, образовавшихся после смерти. Алекс слышал, что даже через несколько часов после смерти человек может испражниться. Он нажал на живот и прислушался. Никаких звуков. Это был хороший знак. На животе не было шрамов, так что, если там был маленький ублюдок, он все еще был на месте. Алекс не имел понятия, сколько лет было ребенку.

Алекс огляделся по комнате и быстро нашел набор инструментов. Он не мог сказать, стерильны они или нет. Он взглянул на женщину. Но кому какая разница, верно? Он подтащил поднос с инструментами, рассчитывая использовать только скальпель.

- Ладно, - прошептал он женщине. - Тебе будет , - oн поднял палец, не продолжая, а затем проверил бирку. Он ухмыльнулся. - Маргарет Филлипс, - oн посмотрел ей в лицо. - Твоя тезка разнесла мне плечо, знаешь ли.

Он взял скальпель и легко вонзил его в верхнюю часть живота женщины, проведя вниз к лобку, стараясь не впиться слишком глубоко в плоть. Он все еще не очень хорошо понимал, где именно в теле матери находится тело ребенка.

Кожа резалась иначе, чем у предыдущего трупа. Она казалась более резиновой. Менее тактильной. Он закончил разрез, впечатленный скальпелем, и положил его обратно на поднос. Раздвинув две половинки женщины, он увидел внутри ребенка. Идеально. Он протянул руку и обхватил труп ребенка. Это было похоже на рытье в холодильнике в супермаркете в поисках лучшего куска свинины. Внутри не было жидкости, как в последнем случае. Алекс предположил, что она высохла до состояния шелухи. Он не знал, как долго она была мертва, но, возможно, несколько дней.

Может, у нее отошли воды?

Он вытащил мертвый плод из утробы и поднял его, как ценную рыбу. Он был примерно такого же размера, как и другой, что, вероятно, было хорошим знаком. Он осторожно положил его на разрезанный труп.

Алекс достал из рюкзака коробку для обеда. Он поднес ее к себе и снял крышку, используя ее для измерения размера ребенка.

Идеально.

Он положил ребенка в коробку для обеда и засыпал его полотенцами, которые принес с собой. Позже он приготовит его. Затем он сложил все в рюкзак и перекинул его через плечо. Он посмотрел на Маргарет.

- Прости за все это, - сказал он, махнув рукой над ее оскверненным трупом. - Счета нужно платить, понимаешь?

Он накрыл ее и затолкнул обратно в шкаф. Через пару дней это будет сюрпризом для кого-то. Он повернулся, чтобы уйти, но остановился у подноса с инструментами. Посвистел пару секунд, а затем взял кожаный чехол для скальпелей. Убедился, что он полный, и взял его с собой.

Выглянув в дверь, Алекс убедился, что коридор, ведущий в морг, все еще пуст, и вышел, не заперев за собой дверь. Он вернулся к соседним дверям и выключил свет в коридоре.

Он заглянул в дверь в больницу. На одном из стульев, стоящих вдоль стены, сидела и плакала женщина. Черт. Алекс стал наблюдать за ней. Ему не очень хотелось, чтобы его видели выходящим из морга.

Он стал ждать.

Все ждал и ждал.

Она все еще сидела там и плакала. Блядь. Он огляделся по коридору и подошел к стойке регистрации. За ней лежала пачка одноразовых масок. Наконец-то, везение. Он натянул одну на лицо и уверенно вышел из морга.

В коридоре он собирался пройти мимо женщины, не обращая на нее внимания, но она подняла глаза и сказала:

- Доктор, можно вас на минутку?

Алекс хотел проигнорировать ее. Он хотел сказать ей, чтобы она шла к черту, и что у него есть дела поважнее. Он провел пальцами по кожаному чехлу скальпелей в руке. Он остановился и вежливо спросил:

- В чем дело?

Это был единственный способ, который он мог придумать, чтобы не привлекать к себе внимания. Он стоял над ней, запугивая ее. Но она похлопала по сиденью рядом с собой. Алекс вздохнул, но все же присел рядом с ней.

- Что случилось? - спросил он, снова с немного большим сочувствием.

- У меня рак, - сказала она. - Смертельный.

Это было ужасно, да. Но у Алекса действительно не было на это времени.

- Вы были у психолога?

Она кивнула:

- Конечно, да. Но...

- Но...? Продолжайте.

- Мне дали всего шесть месяцев, а я только что узнала, что на четвертом месяце беременности. Я не знаю, что делать.

Алекс откинулся на спинку кресла.

- Может быть, я смогу помочь.

Он положил кожаный чехол на колени.

Алекс поспешно вышел из главного входа больницы с давно мертвым плодом в ланч-боксе в рюкзаке и свежим - в стальной посуде для почек, накрытой еще одной стальной посудой, как еда на вынос. Но все равно он было теплее, чем последняя пицца, которую он доставил. На его халате была свежая кровь, но он не хотел задерживаться и переодеваться. Скоро будет рассвет, и хотя он не беспокоился о своей "работе" в морге ранее этой ночью, импровизированный аборт, который он сделал - с хирургической точностью - в импровизированной операционной - женском туалете - мог вызвать беспокойство среди других посетителей.

Особенно если они найдут в туалете разрезанный труп раковой пациентки.

Он открыл багажник, бросил туда рюкзак, кожаный чехол со скальпелями - он их оставил себе - и почечные лотки, накрыл все ковриком и захлопнул багажник. Он сел в машину, включил свет, выехал с парковки и помчался по главной дороге обратно в Эшбери.

Алекс вытащил противень из духовки и ткнул два зародыша. Тот, что был от мертвой женщины, не был так хорошо поджарен, как свежий. Он пожал плечами. Хотя это не имело значения, но это был случай, когда можно было поучиться на ошибках. Он поставил противень на духовку, и запах жарящегося мяса распространился по комнате.

Он сел за стол и посмотрел на третьего - того, которого достал из холодильника ранее. Джекс прислала ему сусальное золото, чтобы покрыть этих мелких ублюдков. Это была чертовски странная штука. Настоящее золото - стоило чертовски дорого - но тонкое, как вафля. Его даже можно было есть. Видимо, его используют повара. Где? Он не знал. Местная шашлычная, черт возьми, точно не использует сусальное золото в своих блюдах. Хотя, судя по качеству еды, иногда они могли бы использовать мертвых младенцев. Он покачал головой, глядя на свою попытку покрыть маленького парня золотом.

Он был покрыт, конечно, но выглядел ужасно.

Его взгляд переместился на две остывающие штуки. С ними будет проще. Он отказался от сусального золота и придумал новую идею.

Пока они остывали, Алекс переложил их на подставку для тортов. По крайней мере, эта работа пополнила его коллекцию кухонной утвари. Как только он уберет все это из кухни, ему действительно стоит попробовать испечь торт.

Может, даже с чертовым сусальным золотом.

Алекс взял банку золотой аэрозольной краски, которую купил в местном магазине, и раздраженно встряхнул ее. Почему все так долго?

Терпение, - подумал он про себя. Он взял телефон и набрал номер Чайсая.

- Мистер Коул, - ответил тот.

- Здравствуйте. Я закончил работу. У меня есть коллекционные предметы, которые вы просили найти. Полагаю, оплата уже готова?

- Деньги у меня, мистер Коул.

- Хорошо. Послушайте. У меня недавно произошла неприятность, и я оказался... Скажем так, произошло нечто мистическое, возможно, с участием межпространственных существ, и, ну... о конце света упоминалось не раз.

- А при чем тут я, мистер Коул?

- Вы даже не удивлены.

- В этом мире есть много вещей, которые вы не понимаете. Есть много вещей, которые большинство людей не понимают и никогда не узнают о том, что происходит в мире. Угрозы конца света возникают ежедневно, я уверен. Они меня не удивляют.

- Хм, - Алекс подумал секунду, прежде чем продолжить. - Вы сказали, что эти предметы коллекционирования нужны для черной магии.

- Да.

- Я просто хочу убедиться, что они не будут использованы, скажем, для уничтожения мира или чего-то в этом роде.

- Нет, не будут. .

- Хорошо. Я попрошу Джекс позже позвонить вам и сообщить подробности о передаче.

- Как пожелаете, мистер Коул.

Звонок прервался. Алекс кивнул в трубку и быстро проверил температуру детей. Они были почти готовы к распылению.

Он набрал номер Джекс.

- Привет, - ответила она.

- Я почти готов к передаче для Чайсая. Место безопасно. Где-то в Кенте. Я слишком устал, чтобы ехать.

- Круто.

- Ах да, когда будешь обновлять объявления, которые разместила для меня, добавь в конец одну фразу.

- Конечно. Какую?

- Принимаем работу с паранормальными явлениями и межпространственными существами. Убиваем божеств. Цены разумные.

Никогда не берись за дела о пропавших без вести. Это был девиз Алекса. Никогда. Они слишком сложны. Они доставляют массу хлопот. Один только телефон и ожидание. Встречи. Преследование бессмысленных зацепок, которые ни к чему не приводят. Это не интересно. Он вздохнул. Он сидел в маленькой машине - слишком маленькой - и ждал у чьего-то дома. Точнее, у квартиры. Гребаный пропавший без вести.

Тем не менее, дело о пропавшем человеке соответствовало его текущей работе. По крайней мере, он на это надеялся. Около недели назад Джекс позвонила и оставилa код K45 на автоответчике. Это было дело о члене семьи, нуждающемся в помощи. Такие дела всегда были хорошими. Обычно какой-нибудь поц остановить своего бабника-сына - кто-нибудь еще использует это слово, "бабник"? - или что-то в этом роде. Напугать их, чтобы получить деньги. И это весело. В любом случае. Он взял подробности задания. Оно было от парня, которого он действительно знал в судебной системе. Тот, кто всегда был добр к нему, когда дело доходило до судебных дел. Не втягивал агентство в подробности. Вы знаете таких. Коррумпированный судья. Вероятно, - определенно - захочет, чтобы ему вернули долг позже.

Сначала Алекс подумал, что это и есть расплата. Он даже ожидал, что тот захочет, чтобы работа была сделана бесплатно. Но ничего подобного. Судья бросил на стол пять тысяч. Очевидно, он собирался получить свою "долю" в другой раз. Работа, как сказал судья, была старой историей о богатой семье и сбежавшей дочери. Ее звали Мэнди.

Судья пронюхал, что она работает шлюхой в Бирчингейт - приморском городке в двадцати милях от города - и хотел, чтобы ее остановили. Он сказал, что хочет, чтобы ее привели, а если это не удастся, сделать все, что нужно. Алексу нравилось делать то, что нужно. Настолько, что он обычно находил для этого повод.

Он улыбнулся себе, вытирая стекло автомобиля от пара.

Найти ее было легко. Глупая девчонка разместила объявление на сайте бесплатных объявлений в разделе "Массаж" и даже использовала свою настоящую фотографию. Никто никогда так не делал. Спросите любого, кого в час ночи в гостиничном номере подвела какая-нибудь зубастая старуха. Но она сделала. Продавала себя в этой захудалой квартире в старом переоборудованном таунхаусе. Соседи, наверное, ее обожают.

Он следил за ней день или два. Чтобы судья оценил его работу. Девушка была неплохой. Судья сказал, что ей девятнадцать. Большая грудь. Милая улыбка. Судя по тому, что он видел, она казалась шикарной шлюшкой. Только одно не давало ему покоя. Почему? Почему, черт возьми, эта птичка занималась проституцией в Бирчингейте? Дело не в деньгах.

Семья была богатая. И не ради острых ощущений. Она могла бы поехать в Лондон и заниматься тем же самым, но в более безопасных и чистых условиях. Может, ради опасности? Ну, ее в этих краях было предостаточно. Но было что-то еще. И он не мог понять, что именно.

до сих . Не напугал ее до чертиков. Проститу-у-уция - как произнес ее отец. Почему здесь? Бирчингейт был одним из таких городов. Да, там было довольно много преступлений. Там были проститутки. Но денег не было. Большой наркобизнес. Много безработицы и преступности, отсюда и проститутки. Но клиенты, черт возьми, не приезжали в этот район в поисках высококлассных проституток.

Быстрый минет и бутылка антибиотиков от инфекции.

А вчера он получил звонок от Джекс. U6. Пропавшие без вести. Он почти не стал этим заниматься. Слишком много хлопот. Скучно. У него было дело поинтереснее. Но, назовите его старомодным, он решил выяснить подробности, прежде чем отмахнуться. Как профессионал. Он поговорил с Джекс, и оказалось, что это мать, которая ищет своего сына. Он пропал пару дней назад. В последний раз его видели, когда он договаривался о встрече с кем-то из интернета. Его мать предположила, что это свидание. Она явно не знала, на какие свидания ходят молодые люди с сайтов знакомств. Опять. Но все же это было странно. Немного покопавшись, он обнаружил, что молодой человек, Филипп Гринборо, в день своего исчезновения снял со счета немалую сумму денег. Слишком много, чтобы заплатить за секс на Tinder. Джекс проверил его интернет-активность. Бесплатные объявления. Массаж. Казалось логичным, что эти два объявления могут быть связаны.

Доказательств было мало. Но он решил посмотреть, как все будет развиваться. Кроме того, объединение двух дел было сложной задачей для его мозга, и он не хотел тратить усилия зря. А если все получится, гонорар будет двойным.

Поэтому он наблюдал за квартирой проститутки.

Он видел, как Мэнди ушла около часа назад, и знал, что она скоро вернется. Раньше он следил за ней до бара за углом. Похоже, там она встречалась со всеми своими клиентами. Затем она провожала их до квартиры. Он решил не следовать за ней туда снова, на случай, если она что-нибудь заподозрит, хотя не считал ее такой умной.

Один парень, которого она привела, пробыл там всего пятнадцать минут, а потом ушел. Бедный ублюдок. Представь, что ты выложил кучу бабла за шикарную шлюшку, а потом кончил в штаны. Он задался вопросом, взяла ли она с него полную цену. А потом был другой парень. На следующий вечер. Он пробыл там несколько часов. Должно быть, ушел рано утром, после того как Алекс заснул в машине.

Он прищурился, глядя в окно на свет проезжающей машины.

Затем на дом.

Свет в квартире над Мэнди погас. Алекс посмотрел на часы. Почти полночь. Если она собиралась вернуться домой с каким-нибудь клиентом, ей лучше поторопиться. Он хотел получить свои деньги. И кроме того, на улице становилось холодно.

Алекс вытер костяшки пальцев об окно. Чертовски холодная погода. На углу стояли два человека. Это была она. Она и ее клиент. Она висела на его плече. Он был высоким. Молодым. На нем была одежда, которую молодые люди, вероятно, считали стильной. Алекс посмотрел на свой плащ, свернутый вокруг него, как живое одеяло. Ничего похожего на классику.

В любом случае, он не был заинтересован в нем. Только в ней. И в пропавшем парне из Гринборо. Они подошли к ступенькам. Старый дом. Вниз, в подвал. Собственная входная дверь. Наверное, там и тише. Они исчезли внизу, и Алекс увидел, как в окнах наверху загорелся свет, отражаясь в темной дыре в передней части здания. Он мог бы войти сейчас. Помешать парню. Больной ублюдок. Он улыбнулся про себя. Или он мог войти, скажем, через двадцать минут. налился На . Он в уме процитировал слово "массаж". Это было бы веселее. Он посмотрел на часы. Подожди несколько минут.

Он плотнее закутался в плащ и на секунду откинул голову назад, наблюдая, как из его рта вырывается холодный белый пар. Маленькие облачка рассеивались в машине. Он закрыл глаза. Просто чтобы отдохнуть.

Он снова открыл их. Машина была полностью затуманена, и ему было холодно. Очень холодно. Холодно, как мертвецу на столе. Блядь. Он посмотрел на время. Три. Черт! Он снова заснул. Ублюдки уже закончили. Блядь. Он провел ладонью по ледяному стеклу. В квартире еще горел свет.

По крайней мере, она не спала.

Ему было плевать, что он разбудит ее посреди ночи, но кто в здравом уме откроет дверь в такое время? Она оставит свет выключенным и дверь открытой. Если она еще не спит, он сможет завязать с ней разговор через дверь. Если повезет. Алекс распахнул дверь машины и вылез. Он уже слишком стар для этого. Все болело.

- Вот же ж блядь.

Слова разносились в тишине ночи, отскакивали от стен домов и возвращались к нему. Он закутался в плащ и поспешил к ступенькам, ведущим в подвал.

Вниз, в темноту.

Он попытался заглянуть внутрь через щели в занавесках по краям окна. Безрезультатно. Он подошел к входной двери. . Плохо ухоженный дом. Хозяин . Он поднял кулак, чтобы постучать, но остановился на мгновение, глубоко вздохнув.

Захватить девчонку. Таков был план. Он уже подготовил сарай. Сделал его похожим на пещеру для изнасилований. Напугать ее до полусмерти. Он улыбнулся про себя. Сделать то, что должен.

Алекс постучал.

Слова "Ради Бога" донеслись из окна. Женский голос.

Мэнди. Наверняка она. В квартире что-то шевелилось. Алекс прижался к двери и прислушался. Что-то перемещалось. Что-то тянули. Похоже на велосипед. Закрылась внутренняя дверь. С треском. С другой стороны входной двери включился свет, и Алекс отступил. Отстранился от двери на шаг. Если - если - она будет настолько глупа, что откроет дверь, он не хотел пугать ее, пока не успеет схватить.

Дверь распахнулась. Мэнди. На ней был халат. Один из тех восточных. Похожий на кимоно. Чертовски тонкий. Обтягивал тело. Изгибы. У нее были изгибы. Алекс понял, что смотрит на ее сиськи. Холодный ночной воздух заставил их выпятиться. И они были восхитительны.

- Ты коп? - спросила она.

Алекс опустил взгляд на ее тело. У нее был бугорок в промежности?

- Эй, - прервала его мысли она. - Мои глаза здесь, наверху.

Алекс моргнул и поднял взгляд на ее лицо. У этой шикарной телки был особый взгляд. Такой, который очень нравился таким отбросам, как Алекс.

- Ты коп? - снова спросила она.

Алекс покачал головой. Сосредоточился. Он должен схватить ее.

- Что?

- Легавый?

- Кто?

- Ты член местной полиции? - медленно спросила она. - Кон... стэб... ль... бля...

Алекс покачал головой.

- Нет.

Мэнди высунула голову из двери и посмотрела вниз, проверяя, нет ли - как предположил Алекс - там полицейских, которые ловят проституток. Алекс вспомнил, что где-то читал, что полиция Уэста жестко борется с проституцией. Он был уверен, что это правда. Когда Мэнди наклонилась вперед, верхняя часть ее кимоно распахнулась, обнажив ее более чем пышную, но молодую и упругую грудь.

Она выпрямилась и кулаком застегнула халат.

- Тебе массаж нужен? Уже поздно.

Затем она протянула руку и схватила лацкан плаща Алекса, потянув его вперед, в прихожую квартиры.

Ну, - подумал он. - Не хочу быть грубым. И у нее действительно было фантастическое тело. Алекс закрыл дверь, когда она потянула его вперед, и глубоко вздохнул.

В квартире воняло. Как мертвыми барсуками. Гнилой едой. Чем-то... негигиеничным. Он засомневался, стоит ли доставать член в такой грязи и убожестве, но потом заметил задницу Мэнди и решил, что вероятно не подцепит ничего от такой антисанитарии. Она отпустила его и пошла в конец коридора. Алекс последовал за ней.

Он заглянул в открытую дверь слева. Кухня. Она была сырая. Сырая по меркам домовладельцев. Темная. Над столом висела дерьмовая шестидесятиваттная лампочка. На столе лежала пластиковая скатерть. Дешевая. Он взглянул на плиту. Электрическая. Жирная. Он снова посмотрел на нее. Она стояла в дверном проеме в конце коридора, держа дверь открытой.

Алекс обычно не нарушал правила на работе. Ладно, нарушал. В прошлом он даже отказался от заказа, что стоило клиенту почти четыре тысячи фунтов, потому что ему делали минет. Он наблюдал за Мэнди, приближаясь к ней. Она держала дверь открытой, рука на ручке, а нога была обнажена, потому что кимоно сползло. Он был уверен, что у нее выпирает промежность.

Черт возьми. Она же не мужик? Как в том фильме? Как он назывался? Где того парня воспитывали как девчонку, а потом он стал убивать людей в лагере. "Спящий лагерь"? Да, точно. Его взгляд скользнул по кимоно. Может, это просто большой лобок. С большим лобком он мог бы справиться.

- Давай же.

Алекс понял, что медлит.

- Прости, - пробормотал он.

Проскальзывая мимо нее в спальню, он сбросил с плеч плащ, позволил ему сползти по спине, поймал руками и отбросил в сторону. Обеденный стул. Что, черт возьми, он делал в спальне, он не знал. Было бы ложью сказать, что он никогда раньше не видел будуар ночной бабочки, он видел. В ходе работы. Но он должен был признать, что впервые видел обеденный стул в спальне. Для сексуальных игр, - как он предположил. Это была также самая вонючая квартира ночной бабочки, в которой он когда-либо бывал.

Хотя в спальне пахло лучше.

Более... непристойным.

Он снял шляпу и бросил ее на плащ. Его костюм был смятый. Он выглядел так, будто спал в машине.

Кровать была не застелена.

Надеюсь, она еще не влажная после последнего клиента. Когда бы он ни ушел. Это была кровать с деревянным каркасом. Такая, к которой можно привязать девушку. Он предположил, что она не позволит себе такие игры. Довольно быстрый способ быть убитой.

Он также не собирался позволять себя связать, если это было ее затея.

Не после прошлого раза.

Она положила руки ему на плечи и развернула его к себе.

- Что бы ты хотел? - спросила она.

Ее голос был другим. Она взяла голосок высокомерной красотки. Не такой, как тот, которым она говорила у двери. Он даже не подумал об этом. Наверное, с клиентами это срабатывало на ура.

- Что ты предлагаешь? - ответил он.

Он не любил делать предположения и упоминать что-то слишком отклоняющееся от нормы, чтобы в итоге уйти с пустыми руками.

- Все, что тебя возбуждает.

Она провела руками по его рубашке под его аккуратным пиджаком. Ее декольте было выразительным. Она была хороша. Честно говоря, лучше, чем он ожидал.

- Ты массажистка, верно? - oна кивнула, облизывая губы. Ее соблазнительность исчезла. Совсем немного. - Простата? - продолжил Алекс.

- Конечно, - ответила она, не задумываясь, но ее глаза выдали ее.

Алекс был уверен, что это не было гневом или отвращением - обычными чувствами, которые он испытывал, когда просил немного поработать с задницей, - а скорее разочарованием.

- Можно посмотреть? - спросил он, указывая на ее все еще прикрытое тело.

- Ну-ну, - она улыбнулась ему кокетливо.

Она опустилась на колени. Прямо перед ним. Она расстегнула его ремень, как будто делала это тысячу раз, и прежде чем Алекс успел сказать слово, его член оказался у нее во рту, и она умело приводила его в состояние эрекции. Она даже не попросила его принять душ. Подумав об этом, он понял, что просидел в машине пару дней.

Он, наверное, не был совсем свежим.

Но она издавала все нужные звуки. М-м-м-м. Что-то в этом роде. Такие звуки, которые издают, когда едят действительно вкусный пирог. Или корова, жуя траву. Она схватила его за ягодицы. Мяла их. Это было похоже на то, что она была любительницей. Странно. Она была немного растеряна. Она остановилась. Отстранилась от него. И к лучшему. Он не за это платил. Что напомнило ему. Он не спросил, сколько это будет стоить. Разве это имело значение, если он собирался похитить ее? Промыть ей мозги? Хм.

Надо было о чем-то подумать, чтобы помочь сохранить... ну, вы понимаете... удержаться. Она аккуратно развернула его, чтобы он стоял к ней спиной, и он почувствовал, как она встала. Она продолжала держать руки на его мясистой заднице. Вероятно, она была не свежее, чем средство для чистки унитаза.

Ее руки отпустили его, и одна скользнула на его член. Она была в этом хорошо натренирована. Он это понял.

Затем раздался гром боли.

Внезапно Алекс споткнулся и упал на кровать, его зрение помутило от слепящей боли в голове. Он попытался заговорить. Первые слова, которые пришли ему в голову, были "какого хуя?!", - но из его рта вырвался звук, похожий на глохнущую бензопилу. Чернота в его глазах была разорвана вспышками света, прыгающими из стороны в сторону.

Когда зрение начало проясняться, он понял, что лежит лицом вниз на кровати. Теплая кровь текла по его лицу. Сука чем-то ударила его. Сосредоточься, черт возьми. Он начал переворачиваться, подталкивая себя со всей силы. Он поднялся на плечо. Кровь на лице. Пульсирующая боль в затылке. Пульсирующая с острым центром.

Мэнди стояла у комода. Ящик был открыт. Она что-то вертела в руках. Должно быть, она услышала его. Черт. Надо было просто схватить ее. Потом бы трахнул. Когда бы связал.

Она повернулась к нему. В руке у нее что-то было. Он пытался сфокусировать взгляд. Алекс, опираясь на локоть, протянул руку вперед. Сначала одну руку. Потом две. Он был уверен, что движет только одной рукой. В глазах . Дерьмо. В руке у нее была шприц. Блядь. Она собиралась воткнуть его. Влить в его кровь Бог знает что.

Алекс быстро оглядел комнату. Вот. На его плаще. Это было украшение. Острое. На нем была кровь. Это могло быть что угодно. Ебаные богатые и их objet d'art[5]. , , .

- Сука! - выпалила она.

Ее кимоно распахнулось. Ее сочные груди естественно покачивались из стороны в сторону, когда она двигалась.

Сосредоточься, чувак.

Он посмотрел вниз. На ней был страпон. Большой черный. Он висел безжизненно между ее ног. Ствол обмотан колючей проволокой. Шипы впивались в ее ноги, из них сочилась кровь. Она, похоже, даже не заметила.

- Что за херня?! - закричал Алекс.

Это объясняло выпуклость в промежности. Честно говоря, могло быть и хуже. Алекс выругался и ударил Мэнди кулаком в живот. Она согнулась пополам, и он оттолкнул ее в сторону, с .

Алекс поднялся с кровати. Что, черт возьми, происходит? сверху   , на котором была его ,  с по . Раздался отвратительный удар, и она упала на пол. Алекс стоял, . Она не поднималась. . Но это могла быть и его кровь. Он посмотрел на свой член. , как .

- Не сейчас, - пробормотал он.

В последнее время его возбуждали самые странные вещи.

Алекс подтянул брюки и засунул член в ширинку. Еще один взгляд на Мэнди. Она лежала лицом вниз. Он наклонился и перевернул ее. Ее кожа была упругой. Молодой. . Он взглянул на страпон. Если бы не... Боже мой, она только что пыталась тебя убить. .

Это было что-то.

Он выпрямился.

Огляделся по спальне. Кажется, здесь не было шкафа. Ему нужно было чем-то ее укрыть. Переместить. Он вышел в коридор, там были еще две закрытые двери. Одна возле кухни. Он открыл ее и заглянул внутрь. Гостиная. Ужасный диван. Выглядел так, будто его выплюнули из семидесятых. Сделан из этого коврового материала. Плохо подходит для траха. Хорошо подходит для получения ожогов от ковра. Телевизора нет. Странно.

Бар. Открыт. Много недопитых бутылок спиртного. Она сильно бухала.

Но одеял не было. Ему не хотелось тащить ее полуголую по ступенькам к машине даже в такое время суток. Он быстро посмотрел на часы. Скоро придет молочник. Он остановился. Задумался. У людей еще есть молочники? Боже мой, он не видел молочника уже много лет. Да похуй. Скоро все равно выйдут бегуны.

Он пересек холл. Открыл другую дверь.

Запах ударил ему в нос. В комнате за дверью висел запах трупа, и это был не запах барсука. Запах трупа отличался от запаха чего-то другого мертвого. Наверное, дело в рационе. Он заглянул в темную комнату, затем нащупал рукой дверную ручку. Включил свет.

Он отогнал мух, которые поднялись, привлеченные светом.

Алекс покачал головой из стороны в сторону. Похоже, там было четыре трупа. Все голые. Все они были грубо сложены в кучу посреди запасной спальни. Кровати не было. Шкаф стоял в стороне. Он посмотрел на верхнее тело. Оно было еще свежим. В отличие от подушек, лежавших под ним. Еще три трупа. Мертвы уже несколько дней, по крайней мере.

Верхний лежал лицом вниз на куче трупов. Задом вверх. Ну да. Алекс подумал, что это его зад.

Эта штука была разорвана. Это была кровавая, неаккуратная дыра. Кровь окружала зияющую пропасть, которая когда-то была его упругой попкой, как он оценил. Судя по коже, молодой человек. Он вошел в комнату и перевернул тело. Это был Джон из ранней истории. Ну да ладно. Наверное, было бы лучше для него, если бы ему помешали. Но не стоит плакать над пролитым молоком. Он посмотрел на кровь, текущую из его анального отверстия и на другие тела. Ну да. Это тоже. Он вытащил труп из кучи и оттолкнул в сторону. Засунул руку в пиджак и вытащил фотографию пропавшего парня, Филиппа Гринборо. Он посмотрел на его улыбающееся лицо. Повернул голову следующего трупа. Этот был белый, как простыня. Мертв уже как минимум день, а то и больше. Его окровавленная задница почернела от времени. Вау. Она просто насиловала этих парней до смерти колючей проволокой. Черт.

Он посмотрел на его лицо. Но это не он.

Следующий. Раздутый, но да... Это был он. Мама будет так гордиться, когда узнает, как он умер. Где. С кем. Да... Трахнут в задницу острой штукой сумасшедшей шлюхой в дерьмовой квартире, которая пахнет как мертвец перед ним. Так отчаянно хотел кончить, что запах смерти его не остановил. По крайней мере, Алекс получит деньги.

Видишь, - подумал он про себя. - Не все пропавшие без вести такие скучные.

Алекс перешагнул через трупы. Мухи летели ему в глаза. Блядь. Он открыл дверь шкафа. Только грязная одежда. Похоже, из благотворительного магазина для бедных. Ничего полезного.

- К черту, - oн повернулся, снова перешагнул через трупы и вышел в коридор.

Она закричала. Набросилась на него. Она держала шприц, как кинжал, и бросилась на него.

Алекс видел только этот фаллос, обмотанный колючей проволокой, который прыгал между ее ног. Это было гипнотично. Алекс издал еще один непонятный звук и откатился в сторону. Она набросилась на него. Он схватил ее за запястье. Они оба врезались в стену и скользнули на изношенный, спутанный ковер, который также пахнул засохшей кровью.

Фу! Это место было отвратительным.

Алекс оттолкнул ее в сторону. Возможно, она была в ярости. Даже в психозе. Но она была хрупкой. И эта шикарная красотка, возможно, в свое время скакала на лошадях, но она не могла сравниться с этим жеребцом. Алекс улыбнулся, подавляя ее, жалея, что не сказал это вслух. Но это было как остроумные ответы, которые приходят в голову в душе. Исчезают в бездне времени.

С него было достаточно. Алекс откинул голову назад и сильно ударил ее головой по переносице. Кожа разорвалась, как будто он ударил спелый помидор битой для крикета. Она даже не закричала. Просто потеряла сознание. Одним движением превратившись из психованной телки в безжизненный кусок теста. Кровь хлынула, как Ниагарский водопад. Кровь была повсюду. На нем. На ней.

Удар ухудшил его состояние. Снова появилась острая боль в затылке. Он отпустил ее, и она, обнаженная, перекатилась к нему на колени, и они оба, залитые кровью, плюхнулись на ковер. Исчерпавшие силы. Как любовники. Алекс порылся за ее спиной и отстегнул страпон. Он бросил его в сторону. Шипы были покрыты засохшей кровью. Шток тоже. Раньше он этого не заметил.

Не очень гигиенично.

Алекс оттолкнул ее от себя и встал на колени. Лицом вниз и с отодвинутым в сторону кимоно, он посмотрел на ее задницу. Дилдо. Его член дернулся. Ну, это преподаст ей урок. Он вздохнул. Лучше не стоит. Он встал. Бросил дилдо на кучу тел и пошел в ванную. Ванна была белая. Старая. Фарфоровая. Вокруг нее был кольцо из грязи. Судя по тому, что он видел, она, должно быть, стояла там уже давно. Он заглянул за дверь. Небольшой шкафчик. Он открыл его.

Бинго.

Чистые простыни. Он перерыл их, чтобы найти самую большую и толстую. Старое пуховое одеяло. Черт возьми. Где она достала эту хрень, в машине времени? , , что .

Исчезла.

Черт возьми! Он обернулся, и она была там. Выходила из спальни. У нее было окровавлено лицо. Ее было почти не узнать. Ее сиськи подпрыгивали, разбрызгивая в воздух липкую и кровавую жидкость. У . Почему она не осталась лежать?

Она замахнулась им на Алекса. Ударила его по голове. на , . . Почувствовал кровь на голове. Могла быть и от прежнего удара. . , что , . Склонилась . Он смотрел прямо на ее промежность. подстриженную. Его пальцы ощупывали ее. Отчаянно. Найти что-нибудь. Она подняла украшение, как будто собиралась ему голову камнем. Это было все. Это было последнее, что он увидит.

Могло быть и хуже.

Его пальцы что-то нашли. . Это был шприц. Он вонзил его ей в бедро. Она взвизгнула. Он нажал на поршень, и она отшатнулась от него. Он все еще держал шприц. Теперь пустой. Не знал, что в нем было. Что-то плохое. Она снова закричала и бросилась на него.

. Она все еще держала украшение, как камень, поэтому он ударил ее в рот. Она перестала кричать. Отшатнулась назад. Но е упала. Он ударил ее снова. В рот. . у изо . Она все еще не падала. Он ударил ее снова. В нос. В то же место, куда ударил головой. Кожа на переносице разорвалась. Еще больше крови. Она выглядела удивленной - насколько он мог ее лицо под маской крови.

Она уронила украшение.

Посмотрела на него. На потолок. Затем упала на ковер.

Алекс вздохнул. Он огляделся. Ковер был залит ее кровью. Его кровью. Кровью обоих. Стены... Место выглядело как место преступления. Он стоял над ней, глядя на ее обнаженное липкое тело. Липкое от ее крови. Это ей шло, но ему больше не хотелось продолжать. По крайней мере, не сейчас. .

Ничего.

- Блядь! - oн попытался найти пульс на ее запястье. - Блядь-блядь-блядь! - oн бросил ее руку на пол.

том, чтобы сделать дыхание. Посмотрел на ее окровавленную пасть. . Хм. , и . Может, она их травила. Ну да ладно...

- Делай все, что нужно, - пробормотал он себе под нос, заворачивая ее в одеяло.

- Есть хорошие новости, - сказал Алекс по телефону, мчась по кольцевой развязке на трассе М20, - и есть плохие новости.

Судья вздохнул.

- В чем проблема, Коул?

- Я нашел вашу дочь. Я нашел ее и... - он взглянул на заднее сиденье маленькой машины, на труп, завернутый в одеяло - она не поместилась в багажник, - ...убедил ее бросить проституцию. Проститу-у-уцию.

- А плохая новость?

Он звучал уставшим. Было всего семь утра, но это не оправдывало то, что он только что встал.

- Мне пришлось сделать больше, чем, возможно, нам бы хотелось.

- Что это значит?

- Она мертва, - наступила пауза. - Я бесплатно избавлюсь от тела, - сказал он, бросая судье кость. - И я не трахал ее. Хотя мог бы, - добавил он, чтобы подсластить сделку.

- Ну... засранец.

- Да. В любом случае... - Алекс дернул руль влево, уводя машину с пути грузовика, который выезжал на его полосу. - Гребаные иностранные водители, - пробормотал он.

- Привези ее ко мне. В поместье. Ты знаешь, где?

Алекс кивнул. Затем понял, что разговаривает по телефону.

- Да. Хорошо. Вы уверены? - oн взглянул в окно. Придется разворачиваться и ехать обратно на восточное побережье. - Я имею в виду, это выглядит как место преступления.

- Просто привези ее сюда. Я буду ждать.

Блядь. Не надо было устраивать халяву. Теперь это займет весь день.

Алекс свернул с дороги через ворота на подъездную аллею.

Поместье.

Боже мой, у этого человека больше денег, чем у правительства. Он проехал по гравию.

Подъехав к дому, он увидел отца Мэнди, уже стоящего на ступеньках. Торжественного. Руки сжимались перед пахом. Алекс остановился рядом с ним. Вышел. Кивнул мужчине. Тот подошел к машине.

- Коул, - тихо поздоровался он. - Как дорога? - oн не ждал ответа, просто был вежлив. Он остановился у задней двери машины и посмотрел на одеяло, завернутое на заднем сиденье. - Это она?

Алекс кивнул. Он открыл дверцу и осторожно вытащил ее, просунув руки под одеяло и подняв ее, как офицер и джентльмен. Стараясь не раскрыть ее. Немного почтения. В долгосрочной перспективе это имеет значение.

- Куда ее положить?

- Пожалуйста, - сказал судья. - Иди за мной.

Они вдвоем поднялись по ступенькам в дом, и Алекс последовал за судьей по лестнице. Дом был дорогой и просторной. Мраморные полы. Настоящая люстра. Мебель из темного дерева, которая выглядела так, будто была в семье с момента появления ремесла резьбы по дереву. Они прошли через дверь слева. Спальня.

- Это была ее комната, - сказал судья, указывая на кровать.

Не скажешь. На стенах не было ничего, кроме картин, написанных маслом. Оригиналы, кстати. Ковер у изножья кровати. Один из тех, что используют для одеял. "Оттерман" или что-то в этом роде. Алекс осторожно переложил ее на белые простыни. К этому времени она уже должна была высохнуть, так что опасности испачкаться не было.

- Пожалуйста, - сказал он. - Разверни одеяло.

Хорошо. Алекс развернул одеяло, обнажив лицо Мэнди. Белое. Ну, в любом случае, бледное и в крови. Наверное, ему следовало остановиться в KFC и купить влажные салфетки. Немного ее почистить.

Судья жестом показал ему откинуть одеяло дальше. Алекс нахмурился, но сделал, как ему велели. Он снял с нее одеяло, обнажив ее тело. Он посмотрел на судью. Отошел назад.

Позволил мужчине подойти к его дочери. Обычно, когда родитель видит труп своего ребенка, даже взрослого, он испытывает гнев. Печаль. Взрыв эмоций, лопающийся и сочащийся. Судья не показал ничего подобного. Алекс видел родителей, которые разрывались на части, увидев лицо своего ребенка. Нормальные люди были бы в ярости, увидев свою маленькую девочку голой. Избитую. В синяках. Но он казался меланхоличным. Ничего больше.

Он стоял рядом с ней, нежно гладя ее холодную кожу тыльной стороной ладони. Щеку. Шею. Верхнюю часть груди. Сосок.

Алекс вдруг понял, почему богатая девушка сбежала из дома, но не просто из дома. От денег. Ушла сама. И начала убивать мужчин. Папаша был педофилом. Ну что ж...

По крайней мере, это прояснило ситуацию.

- Я могу еще чем-нибудь помочь, или вы хотите побыть наедине? - Алекс улыбнулся мужчине.

Судья поднял глаза, его взгляд был стеклянным. Он смотрел сквозь Алекса. Ему больше нечего было сказать. Его член был твердым.

Алекс видел, как он выпирает в брюках.

- Я пойду. Пожалуйста, не стесняйтесь позвонить, если я могу чем-нибудь помочь.

Судья начал теребить ремень, и Алекс повернулся и поспешил выйти из комнаты.

Уф. Старый пидор.

- Ну, что у тебя для меня? Ни одного сообщения на автоответчике, работы нет? - Алекс сидел, положив ноги на стол.

Джекс была на громкой связи.

- Немного. Только одно, но я не хотела просто передавать код на этот раз. Это единственная работа на сегодня.

- Продолжай.

- Доставка.

- Не, бля, я не буду...

- Подожди, - Джекс перебила его. - Неожиданный поворот. Это семья Дагмар.

- Дагмар? Они крупные владельцы пабов на побережье или что-то в этом роде, да?

- Пабы и не только, - oна в . - На , как , без вести , по причинам ...

- Похоже на мафиозную семью.

- Точно.

- И что они хотят получить?

- Не скажу. Почему бы тебе самому не позвонить? Тебе же нечем заняться, верно?

Эйден Дагмар. Старший сын семьи Дагмар. Уклоняется от ответа.

- Что там?

Это была коробка. Дагмар не знал ее размеров.

- Не думаю, что это входит в ваши обязанности, - ответил он.

Алекс услышал в его голосе самодовольство.

- Ладно. Не говорите. Мне-то какая разница? Так откуда мне ee взять и куда отвезти?

- Я полагаю, от кого-то из ваших коллег, некто Джо Гетц. У него офис в Лондоне...

- Я знаю Гетца, - перебил его Алекс. Черт возьми! Гетц. - ? Он же настоящий мастер своего дела, если я когда-нибудь встречал такого.

- Совершенно верно. Ну, эта часть дела не имеет ко мне никакого отношения. У него есть посылка, и вы должны доставить ее мне. Позвоните, когда получите, и я организую доставку.

- Почему вы платите за доставку из рук в руки? Почему не отправить по почте?

- По почте? - мужчина прозвучал потрясенным. - Я не плачу вам за то, чтобы вы думали, мистер Коул. Полагаю, у вас есть номер мистера Гетца. Он ждет вашего звонка. И, мистер Коул... - oн оставил слова висеть в воздухе.

- Да?

- Не потеряйте посылку. Он стоит больше, чем ваша жизнь

Телефон отключился. Алекс повесил трубку. Что за черт? Гетц был подлец. Он на все пошел бы ради пачки денег. Эта посылка. Стоит больше, чем он сам, да? Ну, Дагмар заплатил три тысячи за доставку, так что это должно быть что-то важное. Неважно. Он должен попытаться развлечься, пока находится в Лондоне.

Он все равно собирался в Сохо.

Алекс оставил машину недалеко от Карнаби-стрит. Он перешел улицу и направился в центр Сохо. Прошел мимо ряда открытых дверей, предлагающих услуги без предварительной записи. На дверях было написано слово "Модель", - а под некоторыми висели ценники. У Алекса были проблемы с такими заведениями с тех пор, как он зашел в одно из них, наверное, пять лет назад. Он подошел к одной из дверей, на которой было написано "Рози".

Он позвонил в дверь. Открыла старая ведьма. Похожая на испанку. Накричала на него. Он не знал, что делать. Вошел, подождал несколько минут. Потом стало ясно, что Рози с другим клиентом. Алекс, будучи человеком с манерами, не был против того, чтобы проститутки развлекались с другими клиентами. В этом-то и смысл. Тебе нужна только шлюха, которая знает, что делает, верно?

Но тот факт, что какой-то старик трахал ее, а он сидел там и тоже ждал, когда сможет трахнуть ее (это было то, чем он занимался в тот момент), оставил горький привкус во рту. Он хотел почувствовать, что она его, хотя бы на несколько минут. А этот другой член, который терся об те же стенки, что и его... ну, это как-то разрушило фантазию.

В общем, чтобы не утомлять вас длинной историей, он решил уйти и попробовать где-нибудь еще. А домработница была в ярости. Она начала орать на него по-португальски или на каком-то другом языке, оскорбляя его моральные принципы и время от времени вставляя ругательства. Так что у него не было выбора. Он ударил ее в пасть и бросился бежать.

Выскочил через входную дверь и оказался лицом к лицу с полицейским в форме. До сих пор Алекс не имеет понятия, что тот там делал. В тот момент он сразу подумал, что его арестуют за нападение. Оглядываясь назад, он думал, что тот, скорее всего, искал кого-нибудь, кто бы полизал ему задницу. Но в тот момент Алекс, в панике, толкнул этого ублюдка с лестницы и растоптал его, чтобы выбраться наружу.

Не оглянулся.

Кроме того, никогда больше не возвращался в стрип-клуб. Всегда бронировать номер в отеле. "Трэвел Инн". Что-то в этом роде. Чисто. Дешево. Никаких вопросов.

Никаких шансов, что какой-нибудь другой клиент вскочит первым.

Алекс остановился и посмотрел на фасад стрип-клуба. "Фламенко Блю". Несмотря на то, что было только полдень, у входа стоял вышибала. Он не выглядел особо устрашающим. Наверное, его мог сломать пополам какой-нибудь карлик. Алекс обошел здание сбоку и подошел к лестнице сзади. Внизу висела небольшая вывеска:

Джозеф Гетц.

Частный детектив.

Гарантия конфиденциальности.

Алекс вздохнул. Поднялся по ступенькам. Открыл дверь наверху и оказался в приемной. Ковер был красный. Стены были черные до пояса, а выше - красные. На стене висела картина. Алекс подошел поближе. Масло. Не репродукция. На картине была женщина. Обнаженная. Она сидела с раздвинутыми ногами. Светлые волосы. Полоска волос на лобке. Грудь была неправильная. Не то чтобы плохо нарисована, просто слишком большая.

- Нравится?

Гетц.

Алекс бросил на него взгляд, затем снова на картину.

- Стильно, - сказал он. Она больше походила на разворот из дешевого европейского порножурнала, чем на картину маслом.

Гетц усмехнулся, и его смешок закончился фырканьем. Алекс забыл об этом. Черт, этот ублюдок раздражал.

- Я взял ее внизу. Tы не поверишь, они собирались ее выбросить?

Алекс еще раз осмотрел картину.

- Неужели? - oн повернулся к Гетцу. Тот стоял в дверях соседнего кабинета. - Я полагаю, у тебя есть кое-что для меня?

- Алекс Коул. Только по делу, - oн улыбнулся. - Проходи. Да, есть.

Он фыркнул.

Пиздюк.

Как этот шутник умудрился прожить так долго, было непостижимо. Алекс оставил картину и подошел к Гетцу, следуя за ним в его кабинет. Гетц пробрался вокруг стола и сел в огромное кресло за ним. Он почти маниакально ухмыльнулся Алексу. Его глаза были дикими. В Джо Гетце всегда было что-то не так. С тех пор, как Алекс его знал.

Гетц щелкнул пальцами в сторону стула напротив себя, и Алекс сел.

- Итак, что у тебя для меня? - спросил он. - У меня нет всего дня. Время тикает.

- Как будто ты когда-нибудь покупал парковочный талон, - oн огляделся по сторонам, как будто кто-то мог подслушивать. - Ты хоть представляешь, что ты забираешь?

Алекс покачал головой.

- Нет. И не особо интересует.

- Слушай. Здесь цепочка, - oн медленно кивнул, как будто говорил Алексу что-то еще. Что-то невысказанное. Алекс пожал плечами. - Я получил эту коробку от кое-кого на севере. Недалеко от границы. Они получили ее от кое-кого еще, - oн открыл ящик стола и вытащил небольшую коробку. Он с некоторым почтением положил ее на стол и слегка подтолкнул в сторону Алекса. - А теперь я отдаю ее тебе.

Коробка была маленькая. Kуб в шесть, может, восемь дюймов[6]. С маленькой ручкой наверху. Сделана из какой-то матовой стали.

Алекс был заинтригован, конечно.

- Хочешь узнать сейчас? - спросил Гетц.

- Нет.

Алекс отодвинул стул и потянулся к коробке, но Гетц положил руку на нее, осторожно положив на ручку.

- Она очень ценна. И я не говорю о содержимом. Эта коробка - само по себе инженерное чудо, - oн провел рукой над ней, как фокусник. Правда, не очень хороший. Не из Лас-Вегаса. Из Блэкпула. Под башней. В дождливый день. - Внутри холодно. Она охлаждается. Но нет источника питания. Нет регуляторов. Это своего рода магия.

Он фыркнул.

- Да пофиг.

Алекс отодвинул руку Гетца в сторону и поднял коробку. Легкая. Как будто в ней ничего не было. Стальной корпус был прохладным. Но не холодным. Алекс хотел потрясти ее, чтобы проверить, не гремит ли что-нибудь. Он доверял Гетцу ровно настолько, насколько мог его пнуть, и не хотел представить Дагмару пустую коробку. С украденным содержимым.

- Нет, - Гетц протянул руку, чтобы остановить его. - Ты... повредишь его, - oн сделал жест, обозначающий открытие книги. - Загляни внутрь.

Он говорил едва слышно.

- Ладно.

Алекс нажал на маленькую защелку на крышке и открыл коробку. Когда он это сделал, холодный пар вырвался наружу и обволок его руки, как сухой лед. Он заглянул внутрь. Мягкая подкладка. Никаких признаков источника питания. Сердце. Идеальное сердце.

- Отлично, - сказал Алекс, закрывая коробку. - Я пойду.

- Это человеческое сердце, - сказал Гетц, когда Алекс повернулся, чтобы уйти. - Девственное. Девственное, ему было за тридцать. Оно часть пары, - выпалил он.

Алекс хмыкнул и пошел к двери.

- Близнецы, - сказал Гетц. - Надеюсь, он тебе хорошо платит.

Алекс остановился и обернулся. Он посмотрел Гетцу в глаза.

- Зачем?

- Они идеально подходят друг другу. Сердца двух несчастных влюбленных, которым суждено никогда не встретиться.

Алекс нахмурился.

- Зачем они ему?

- Они вернут жизнь тому, кто их получит.

- Что это, черт возьми, значит?

- Понятия не имею.

Он фыркнул.

- Иди на хрен.

Алекс повернулся и вышел из двери. Он слышал, как Гетц копается в столе, пытаясь выбраться из своего массивного кресла. Он дошел до двери своего кабинета, когда Алекс вышел на лестницу.

- Сколько он тебе заплатил? - спросил Гетц.

Алекс остановился.

- Недостаточно, - ответил он через плечо. Он оглянулся. - Знаешь, где здесь можно развлечься? Мне не терпится.

Гетц ухмыльнулся. Криво.

- Ты никогда не изменишься, Коул. Все еще боишься, что кто-нибудь зайдет, а? На углу есть телефонная будка. Напротив входа в танцевальную студию внизу. Танцевальная студия. Там ты найдешь визитку, я уверен.

Алекс вытащил единственную визитку из окна телефонной будки. В Лондоне становилось все труднее найти телефонные будки. Особенно работающие.

Он посмотрел на фотографию женщины на визитке. Чтоб мне сдохнуть! Она выглядела словно плод любви Мэрилин Монро и Кэти Перри. Улыбка до ушей и невинность. Сиськи и зубы. Алекс бросил в телефон монету в фунт и набрал номер на визитке. Женщина на другом конце ответила.

- Алло.

Ее голос был чертовски сексуальным. В каждой слове чувствовалась страсть. Наверное, она выглядела как тролль, но раз она делала то, что он хотел, то все было в порядке, верно?

- Я взял твою карточку в телефонной будке. Ты Дарла?

- Да, - ответила она.

- Хорошо. Свободна?

- Вообще-то, я довольно дорогая.

- Хорошо. Если я возьму номер в " , сможешь приехать?

- Сейчас?

- Да. Мне понадобишься всего на час, может, на два. Можешь остаться в номере до завтра. Делай с ним, что хочешь.

- Ты очаровашка.

- Разве нет?

- Ты знаешь, что час или два обойдутся тебе в пятьсот фунтов.

- Да. Так написано на визитке.

- Тогда бронируй номер, а я встречу тебя в холле, скажем, через тридцать минут.

- Как я узнаю, как ты выглядишь?

- У тебя есть визитка.

Алекс оставил коробку в номере отеля " " вместе со своим пальто, вернулся в вестибюль, сел на одно из кресел и стал ждать. Он прочитал пару брошюр, лежавших на столике между креслами. Выглядел как настоящий турист. За исключением того, что находился в районе красных фонарей и выглядел как настоящий бродяга. Каждый раз, когда открывались двери, он поднимал глаза. Наверное, для девушки за стойкой он выглядел как собачка.

Через тридцать минут, когда он поднял глаза, она была там. Это действительно была женщина с визитки. Сама грудь и зубы. Хорошо. Он встал, поправил костюм. Это создавало иллюзию, что он выглядит презентабельно.

- Мистер Коул, - сказала она.

- Миссис Коул, - ответил он.

Девушка за стойкой закатила глаза.

Алекс взял женщину под руку и повел ее прочь, через двери к лифту и на второй этаж. Они ехали в лифте в неловком молчании. Затем они пошли в номер. Только когда дверь закрылась, женщина выдохнула.

- Проблемы? - спросил Алекс.

Она полуулыбнулась.

- Нет. Просто эти комнаты, - oна махнула рукой, как будто это место было для нее не по достоинству. Она натянула улыбку и посмотрела Алексу в глаза. - Чего бы ты хотел?

Алекс ухмыльнулся.

- Я думал, ты никогда не спросишь.

Алекс лежал на кровати лицом вниз, уткнувшись в подушку.

Дарла засунула пальцы ему в задницу и начала двигать ими туда-сюда. Другой рукой она ласкала его между ног, доводя до предела, а потом останавливалась. Он издал звук, похожий на рык разъяренного медведя. В подушку. Это было так расслабляюще. И так раздражающе. Делало финальный удар супер впечатляющим. Она перестала ласкать его. Продолжала двигать пальцами. Он повернул голову в сторону, чтобы сказать:

- Так хорошо, - пробормотал он.

- Теперь ты меня трахнешь? - спросила она.

- Все, что захочешь.

Он почувствовал, как ее пальцы вышли из него. Дарла подняла его руки за спину. Он почувствовал что-то холодное. Затем щелчок. Она шлепнула его по заднице, и он перевернулся на кровать. Руки были скованны за спиной. Член стоял прямо вверх. Он посмотрел на ее тело. Она была стройной. Большие натуральные груди. Длинные острые ногти.

И хорошо ими владела. Он не почувствовал ни одного укола, пока она была на нем. Дешево, всего пятьсот. Она могла бы запросить вдвое больше. Он взглянул на деньги, которые дал ей перед тем, как они начали. Они были из денег судьи. Она просто положила их на тумбочку. Не беспокоясь, что он может ее немного пошлепать и забрать их обратно.

Стильно.

Она поднялась на него и опустилась на его рот. Мокрая. Ему это понравилось. Алекс начал ласкать ее языком, не в силах пошевелиться. Она начала ласкать себя пальцами. Доводить себя до оргазма. Алекс чувствовал, что его член тверд, как камень.

Он чувствовал, как напряглись ее ноги. Она не издала ни звука, когда кончила. Просто отскользнула назад, глядя на него. Она приподняла одну половину рта в улыбке. Но только половину.

- Ты великолепен, - сказала она.

Она соскользнула с него. Встала. Голая. Она схватила его член и начала гладить его. Сильно и быстро. Алекс начал стонать.

Потом она остановилась.

И начала смеяться.

Ах. Игра в унижение. Ну и ладно. Алекс улыбнулся ей.

- Спасибо, - сказал он.

Не зная, какое волшебное слово заставит ее закончить с ним. Она подошла к конверту с деньгами, взяла его, свернула и сунула в верхнюю часть своей сумочки-клатча.

- Нет, - ответила она. - Тебе спасибо.

Она наклонилась. Подняла трусики и начала надевать их.

Алекс презрительно ухмыльнулся. Конечно, все это было частью игры.

Затем она надела лифчик. Затем платье.

Алекс слегка поник.

- Ты собираешься... - oн кивнул на свой дрожащий член.

Она улыбнулась, схватила его и снова погладила, чтобы он стал твердым. Затем остановилась... снова. Все это было очень раздражающим. Она подошла к стулу в углу. Во всех номерах " в углу стоит стул. По определенным причинам. Она подняла его пальто. Затем взяла коробку.

- Ты не против? Это мое, - сказал Алекс. - И я заплатил за услугу.

- Разве не все?

Она бросила его пальто обратно, а Алекс перевернулся на кровати и сумел сесть на ее край. Голый. В наручниках. Черт. Когда Дарла шагнула вперед, к двери, Алекс встал. Он встал между ней и дверью. Огляделся в панике.

- Слушай, - сказала она. - Если ты меня отпустишь, я оставлю тебе ключи.

Алекс дернул наручники.

- Сука, - пробормотал он. - На кого ты работаешь?

- На тебя, конечно.

Она подошла к нему ближе. Его член отреагировал. Задергался, когда она снова прикоснулась к нему. Эта игра. Это было слишком. Он снова возбудился, не успев опомниться. Затем боль пронзила его тело, когда она сжала его яйца в кулаке и скрутила.

Алекс издал звук, похожий на:

- Aааргагагх! - oн упал назад на кровать.

Дарла наклонилась и вытерла его губы своими мокрыми пальцами.

- Похоже, ты кончил.

Алекс поднял голову и посмотрел на свое тело. Блядь! Он кончил. Боже, она была хороша. Он даже не почувствовал этого. Он откинул голову назад, а огонь в животе метался из стороны в сторону. Его тошнило. Боже. Он услышал звук металла, стучащего по дереву.

Она оставила ключи.

А потом ушла.

С коробкой.

С сердцем.

Он опустил голову набок. С его сердцем. Она оставила открытой входную дверь комнаты. Он лежал там, глядя в дверь. В коридор. Мимо прошла молодая женщина. Она тащила за собой маленькую девочку. Девочка, лет шесть или семи, взглянула на Алекса, лежащего там, голого, покрытого спермой, в наручниках, и указала на него.

- Что этот мужчина делает? - громко и четко спросила она.

Мать девочки посмотрела на Алекса и закричала.

Затем его вырвало.

Алекс ударил по рулю машины.

- Блядь-блядь-блядь! Ублюдки! Грязные ублюдки! Блядь! - oн не только потерял сердце, но и был занесен в черный список отелей. Он опустил голову на руль. - Мудаки, - прошептал он.

Зазвонил телефон.

Он посмотрел на номер. Блядь. Дагмар. Он нажал на экран.

- Коул, - oн любил отвечать на звонки клиентов, называя только свою фамилию.

 Думал, что это делает его круче.

Но это не так.

- Мистер Коул. Вы получили товар? Мистер Гетц сказал, что вы его получили. Я думал, вы уже позвоните, чтобы договориться о доставке.

- Мне нужно было... сдать кое-что еще... пока я был здесь. Теперь все готово.

Он почесал пах. Когда его выгнали, ему не дали помыться. Он чесался. Кожа была в корках.

- Хорошо.

- Да, я позвоню, когда вернусь на юг. Долго не задержусь.

Он закончил разговор. Черт. Ему нужно было подумать. Он должен был либо вернуть сердце, либо заменить его. Он порылся в костюме и вытащил визитку этой суки. Только имя и номер. Никакой помощи. Что там сказал Гетц? Сердце тридцатилетнего девственника. От близнецов. Пара сердец, жаждущих друг друга? Что-то в этом роде. Это не имело смысла. Несчастные любовники. Вот оно. Они должны быть близнецами или любовниками? К черту. Кто вообще сможет отличить одно сердце от другого?

Сердце тридцатилетнего. Подрезанное. Без проблем. Алекс смотрел в окно машины. Надвигалась непогода. Он был голоден. Хотел чашку чая.

Сосредоточься.

Алекс включил зажигание. Выехал. Ехал. Смотрел на людей на улице. Если он собирался это сделать, то нужно было действовать быстро.

Хакни. Там же постоянно пропадают люди, да? Алекс недавно читал в газете про какого-то сумасшедшего, у которого в квартире было семнадцать голов, и ни одна из них не была заявлена в розыск. Их нашел парень из телекомпании, который приходил за лицензией. Все они были насажены на колья, как в чертовом дворе короля Артура - не цитируйте его, он не знает, были ли у короля Артура головы на кольях - в гостиной. Чувак даже не думал, что делает что-то плохое.

Хакни. Легкое место, чтобы скрыть тридцатилетнего парня. Гетц сказал, что это был парень. Алекс не знал, бывает ли у женщин сердце другого размера или что-то в этом роде, поэтому решил не рисковать. самое. Он сидел в машине рядом с парком. Погода не была подходящей для прогулок. Людей было немного, но игровой зал еще был открыт. Он мог вытащить оттуда кого-нибудь. Лучше было бы сделать это ночью, но он не хотел ждать так долго.

Он посмотрел на сумку B&Q на сиденье рядом с ним. Он взял с собой необходимые инструменты. Ему нужен был слабак. Простак. Кто-то, кого можно было легко одурачить. Его взгляд упал на парня, управляющего аттракционами в парке. На улице было чертовски холодно. И все же аттракционы работали. Там даже был ребенок с матерью. Она была хорошенькая. Черт. Он все еще был возбужден. Дарла так хорошо проработала его простату, что он не смог кончить.

Может, поэтому ему так трудно сосредоточиться? Может, у него начинается деменция? Он выехал из парка и поехал вдоль главной улицы. Кто-то должен был быть.

Хер с ним. Он припарковался на небольшой площади возле здания муниципалитета и взял сумку. Он спустился в пешеходную зону и поднялся между двумя зданиями на крошечную парковку. Он посмотрел на общественные туалеты. Они находились в причудливом отдельно стоящем кирпичном здании на краю парковки. Он вошел.

Хреново воняет.

- Херня, блядь...

Алекс открыл первую кабинку и вошел, прижимая дверь локтем. Там пахло еще хуже, чем снаружи. Блядь. Он поднял сиденье унитаза носком ботинка. Внутри было так, будто семьсот человек с семисот концертов трэш-метала навалились туда после приема семисот слабительных. И все они насрали друг на друга. Потом кто-то блеванул. У Алекса закрутился желудок, но он не думал, что будет снова блевать. Он опустил сиденье и попытался ногами спустить воду. Раздался слабый лязг. Вода не пошла. По крайней мере, это объясняло ситуацию. Он положил сумку с инструментами на пол и сел на закрытый унитаз.

Стал ждать.

Через минут десять вошел мужчина. Пописал в писсуар. Алекс приоткрыл дверь кабинки. Старик с седыми волосами. Нехорошо. Снова стал ждать.

Тридцать минут.

Сорок.

Шаги. Кто-то вошел. Алекс наблюдал за ним. Это был молодой парень. На вид лет тридцать. Может быть. Он мыл руки. Еще не писал. Может, он ждал, чтобы воспользоваться кабиной, в которой был Алекс? Он встал, схватил сумку с инструментами и открыл дверь. Парень обернулся, посмотрел на него. Он выглядел удивленным. Они оба неловко кивнули друг другу. Он, должно быть, выглядел как извращенец, потому что молодой парень оглядел его с ног до головы, и Алекс подумал, что тот может попытаться сбежать.

Поэтому он бросил сумку с инструментами на пол и схватил парня.

Тот, казалось, был удивлен и пытался вырваться. Это не принесло ему никакой пользы. На этот раз Алексу не нужно было слишком беспокоиться о том, чтобы не повредить товар или не сломать что-нибудь, поэтому он поднял колено и ударил парня по яйцам. Тот пошатнулся, и Алекс схватил его за рубашку одной рукой, а другой за волосы. Он повернул его, как будто выгуливал собаку, и прижал к раковине. Фарфоровой. Раздался глухой звон, когда кость ударилась о чашу, и из парня хлынула кровь, как из водяного пистолета. Он не обмяк, но и сопротивляться, похоже, не собирался, поэтому Алекс подвел его к кабине, в которой только что был, и снова приподнял крышку унитаза. Он засунул лицо парня в болото из дерьма, держа его ниже... линии дерьма. Тот начал барахтаться. Махал руками, как будто боялся, что рана на голове инфицируется. Но у него не было опоры. Алекс просто держал его там.

Вскоре он перестал махать руками.

Алекс вытащил его из дыры с дерьмом и бросил на пол рядом с унитазом. Его лицо было обмазано фекалиями. Алекс задыхался. Он взял инструменты и закрыл дверь кабинки ногой. Закрыл крышку унитаза и высыпал содержимое сумки на нее. Он взял молоток и долото. Пощупал вес молотка. Хорошо. Он перевернул труп и посмотрел на парня. Поднял его футболку. Не годится. Доступа нет. Он перевернул его снова, лицом вперед. Снял с него кожаную куртку. Хорошо. Дорогая. Алекс быстро проверил карманы. Он нашел два довольно больших пакета с белым порошком. Несколько коричневых кусочков - гашиш - и несколько зеленых. Качественная трава. Хорошая добыча, но он не собирался убивать дилера. Миру нужны предприниматели. Он спрятал наркотики в карман на потом. Положил куртку на бачок. Снял футболку дилера и вытащил ее через голову. Грязь была повсюду. Алекс испачкал руки.

Мерзость.

Он вытер руки о футболку и бросил ее в угол, за унитаз. Перевернул парня. Еще раз. Хорошо. Полный доступ. Он оседлал его, перекинув ноги через его пах, и вертикально приставил долото к центру грудины. Совершенно новое. Наверняка острое. Хорошо, должен быть чистый разрез. Алекс поднял молоток. Не знал, как сильно бить. Он поднял его над головой. Ударил сильно. Сильно. Долото раскололо грудную кость и вошло в плоть под ней. Алекс выпустил из себя вздох. Он быстро вытащил инструмент из отверстия. Черт. Надеюсь, онo не проткнулo парню сердце. Он понял, каким дерьмовым охотником на вампиров он будет. Хм. В любом случае, кровь не хлестала, так как сердце не билось.

Алекс учился. Резать их после смерти. Он ухмыльнулся. Бросил долото и молоток в сторону. Кровь собралась в отверстии, заполнив его, а затем вытекла наружу, как вода из ванны. Неважно. Алекс засунул пальцы в трещину на груди. Он тянул эту чертову штуку со всей силы, чтобы разорвать ее.

Кость треснула, и ему удалось раздвинуть грудь на пару сантиметров. Этого было достаточно. Алекс схватил тиски с унитаза. Он видел это в фильме. Он засунул тиски в щель и начал качать рукоятку. Это раздвинуло грудную клетку парня. Треск стал громче. Сильнее. Он чувствовал, как тело под ним дергается, когда кости ломаются под натиском тисков.

Алекс сложил ладони и начал вычерпывать кровь из отверстия, как будто этот парень был тонущим кораблем, брызгая ее на холодную твердую плитку пола.

Он мог видеть сердце парня.

Алекс достал из унитаза кусачки и начал отрезать все, что соединяло сердце с трупом. Сухожилия. Ниткообразные штуки. Мышцы... может быть? Черт-черт-черт! Алекс вытащил сердце и отчистил его о брючину, как мяч для крикета или яблоко. Он не беспокоился о том, как выглядит. Он и так успел обмазаться кровью, делая все это. Он слез с парня и сел на закрытый унитаз. Мужчина все еще смотрел на него, глаза открыты, но замазаны и почернели от дерьма. Он посмотрел на сердце. Повесил его на руку. Оно выглядело так же. Но Алекс покачал головой.

- Что я, блядь, делаю?

Он бросил сердце в воздух и поймал. Оно оказалось удивительно прочным.

- У меня нет коробки. Блядь. Глупо.

Он бросил сердце обратно в грудную полость дилера и открыл кабинку. Подошел к раковинам и начал вытирать себя. Ему было все равно, если он выглядел грязным. Просто не хотел выглядеть как жертва убийства. Или подозреваемый, как он предполагал. Это тоже.

Посмотрев на себя, он кивнул. Подойдет. В любом случае, достаточно, чтобы вернуться в машину. Он повернулся, чтобы уйти, остановился и вернулся в кабинку.

- Извини за все, - сказал он, глядя на тело. - Я передумал, - oн наклонился и схватил кожаный ремень. Нельзя тратить впустую. - Спасибо за перхоть дьявола, - oн подмигнул трупу и закрыл дверь кабинки.

Никто не найдет его какое-то время. Вряд ли его почувствуют по запаху. Не там.

Алекс вышел из здания. Немного стесняясь своего вида, он поспешил обратно к машине.

Алекс достал мобильный и набрал номер Дарлы из карточки.

- Алло, - ответила она, явно не узнав номер.

- Помнишь меня? - рявкнул Алекс.

- О, привет. Как дела? Наслаждался нашим времяпрепровождением?

На самом деле, ему понравилось. Он хотел ее снова. По-настоящему. Но в другой раз, возможно.

- Кто меня подставил?

- За эту милую коробочку? Я не знаю, дорогой. Я просто взяла деньги, которые он предложил, и сделала свою работу.

- Знаешь, мне нужно больше, чем это. Или я найду тебя. И я выпью всю твою кровь. До последней капли.

- О, милый. Уверена, в следующий раз мы найдем чем заняться получше, - Алекс улыбнулся при этой мысли. - Человек, который заплатил мне, встретил меня в танцевальной студии, как он это назвал, чтобы передать деньги. Это все, что я знаю, клянусь.

Гетц.

- Это все, что мне нужно. Может, я тебе напишу, когда все закончится.

Он слышал, как она улыбается.

Алекс припарковал машину наполовину на тротуаре, наполовину на улице, недалеко от клуба "Фламенко Блю". Оттуда он мог видеть ступеньки, ведущие к офису Гетца. Он ждал. Ждал, чтобы увидеть, наверху ли он. Один. Он собирался забрать коробку. И заставить его заплатить. Коул не был мелким мошенником. Он собирался его уничтожить.

Он просидел там пару часов.

Оттуда он мог видеть и двери клуба. В дневное время там явно не было большого движения. Вышибала у дверей выглядел скучающим. Потом появился Гетц. Он спустился по лестнице из офиса и огляделся. Как будто кого-то ждал. В руках он нес потрепанную черную сумку. Такую, как дают в магазинах, чтобы скрыть, что ты несешь восемь банок 9-процентного европейского пива.

Он явно не нес банки пива. У него была коробка. Должно быть.

Вероятно, оглядывался, не следят ли за ним. Он не заметил Алекса. Гетц был дерьмом в своей работе. Он это знал. Он наблюдал за Гетцем, готовый выскочить из машины и последовать за ним, но Гетц просто кивнул вышибале и вошел в клуб.

Блядь.

Ну да ладно. Пойдем в танцевальную студию. Алекс вышел из машины и перешел улицу. Если ему выпишут штраф, так тому и быть. Скорее всего, ему выпишут штраф. Он подошел к дверям клуба. Он сосредоточился на том, чтобы выглядеть как человек, который идет в стриптиз-клуб посреди дня. Клуб, в котором, насколько он видел, был только один посетитель. Гребаный Гетц. Он его так отделает, так отделает. Алекс выглядел нервным, как будто никогда в жизни не видел сисек. Он с трудом сглотнул, глядя на жалкого вышибалу. Тот отошел в сторону. Сделал неловкий жест в сторону двери.

- Можно? - спросил Алекс.

Вышибала, похоже, не был впечатлен. Он даже открыл дверь для Алекса.

Он вошел в вестибюль клуба. Подошел к стойке. Он чувствовал под ногами ритм музыки, доносившийся из клуба.

- Сколько? - спросил он.

Теперь, когда он вошел, маска спала. За стойкой стояла сексуальная девчонка. Похоже, ей было скучно до чертиков. Она взяла с него двадцать и махнула ему рукой, чтобы он проходил.

Алекс распахнул распашные двери клуба и вошел.

Внутри клуб был полутемным. Света было достаточно, чтобы вышибалы могли видеть любые подозрительные махинации - не то чтобы он мог видеть вышибал - но большая часть света была сосредоточена на сцене.

Двери вели в заднюю часть зала. Слева был бар. За ним работал один парень. Хорошо одет. Он уделял больше внимания стеклу, которое он отчаянно полировал, чем посетителям. Между баром и сценой стояли столы. Похоже на церемонию награждения. Круглые столы по три-четыре стула у каждого. Возможно, по вечерам здесь подавали еду. Гетц стоял на сцене. Потрепанная сумка лежала на краю сцены. Никакой охраны. Это могла быть бомба, черт возьми. Алекс подсел на табуретку и стал наблюдать. Там танцевала стриптизерша - вероятно, предпочитавшая, чтобы ее называли "экзотической танцовщицей". Она выглядела истощенной. Ей нужно было съесть пирог или два. И, честно говоря, она не выглядела слишком чистой. Она кружилась вокруг шеста, как пьяная теща на свадебном приеме. Топлесс. Гетц свернул купюру и бросил ее перед собой. Заставил ее протанцевать к ему. Раздвинула ноги и наклонилась, чтобы поднять ее. Даже на таком расстоянии Алекс мог сказать, что Гетц возбудился от нее.

- Что тебе налить? - бармен, похоже, набрался смелости и заговорил. Алекс махнул ему рукой. Не интересно. - Слушай, приятель, - сказал парень. - Ты должен выпить, или охрана тебя выкинет.

Алекс повернулся и посмотрел на него. За такую угрозу парень мог получить пощечину, но Алекс видел, что тот потел. Боялся. Вероятно, больше боялся владельцев клуба, чем его. Грязное дерьмовое место.

- Дай мне виски.

- Какой?

- "Хаус".

Бармен кивнул и ушел. Вероятно, его работа стоила больше, чем он мог заработать, отпустив постоянного клиента. Алекс снова обратил внимание на Гетца. Стриптизерша теперь уделяла ему много внимания. Очевидно, он бросил ей еще немного денег. Но он держал руку на сумке. Как будто боялся, что она ее у него заберет. Алекс видел, что она не проявляет к нему никакого интереса. Она сидела на корточках, раздвинув ноги. Она отодвинула трусики в сторону, давая Гетцу возможность полюбоваться ее прелестями. Алекс не был частым посетителем подобных заведений, но даже он счел это немного безвкусным. Это казалось грязным. И он тоже был клиентом. Почему же ему не уделяли такого внимания? Он ухмыльнулся про себя. Гетц опрокинул свой бокал. Алекс даже не заметил этого до этого момента. Он отставил стакан и взял сумку. Поговорил со стриптизершей. Затем направился к сцене. Алекс взглянул на стены. Он шел пописать. Возможно. Оттуда он мог видеть, что Гетц раскачивал стоячий член в штанах. Подрочить, возможно.

Фу.

Алекс встал и прошел между столами, бросив десятку на сцену стриптизерше, которая теперь танцевала для себя. Ее глаза немного загорелись, когда он подошел, как будто он был следующим стариком, который заплатит за ее обучение в университете. Они снова померкли, когда он продолжил идти.

Следуя за Гетцем в туалет.

Алекс вошел в туалет и закрыл за собой дверь. Снаружи не было замка. Неудивительно, но все же жаль. Там стояло несколько писсуаров. Две кабинки. Гетц зашел в правую и закрыл дверь. Алекс прислушался.

Ни звука. Как будто он сильно сходил по-большому и втянул все обратно, когда открылась дверь в клуб. Позор. Или он пожимал руку мистеру Писюну. Заставляя лысого плакать. Алекс подошел к двери кабинки. Он знал, что Гетц сможет увидеть его ноги.

- Эта занята, - пролепетал он. - Воспользуйтесь другой. Пожалуйста.

Алекс постучал в дверь. Гетц, вероятно, подумал, что это охрана. Застукалa его за тем, как он устроил "майонезный прибой" в туалете. Он тихонько пискнул, услышав стук. Алекс прочистил горло.

- Я пришел не за тем, чтобы посмотреть, как ты там дрочишь, Гетц. Но поверь мне, с твоей точки зрения, это гораздо-гораздо хуже.

- Черт, - пробормотал он. - Коул. Я пытаюсь воспользоваться туалетом, - долгая пауза. Как будто он пытался придумать, что сказать дальше. - Что ты здесь делаешь? Я думал, ты собирался доставить сердце. Или потрахаться. Или что-нибудь еще. Я не могу спокойно посрать? Дагмар будет в ярости, что ты все еще здесь.

- Правда? - Алекс отступил на шаг от двери и поднял свой ботинок 46-го размера, твердо поставив его по центру двери.

Замок и засов соскочили с дерева, и дверь распахнулась.

Гетц сидел на унитазе. Он раздвинул ноги. Член в руке. Алекс взглянул вниз. Сумка лежалa между его ног.

- Ты дрочил, пока со мной разговаривал? - спросил Алекс. - Это отвратительно, - продолжил он, не дожидаясь ответа.

Алекс поднял ногу и прижал ботинок между ног Гетца, приложив подошву к члену и руке.

Гетц попытался увернуться, но его блокировали сиденье и бачок.

- Что ты делаешь, мудак? Хочешь развлечений? - oн огляделся по сторонам. - В этой кабинке нет дырки для голубых, - он фыркнул.

Ублюдок. Алекс снял ботинок с мужчины, а затем снова ударил им вниз. Сильно. Рука. Член. Яйца. Гетц закричал, скрутившись в какую-то странную позу эмбриона на унитазе. Алекс наклонился, схватил сумку. Он проверил ее содержимое, на случай, если он ошибся. Он не ошибся. Затем он осторожно положил сумку в раковину рядом с собой.

- Что ты делаешь? - Гетц говорил, как будто его только что кастрировали.

- Не любишь грубости? - Алекс наклонился и поднял Гетца за воротник его грязной пиджака. - Жаль.

Он толкнул его, и тот упал обратно на унитаз. Гетц скрутился, когда бачок ударил его по спине, выбив из него воздух.

Алекс отдернул руку, сжал кулак и с силой ударил Гетца в живот. Тот упал вперед, сгибаясь вперед и назад, как гармошка. Гетц плюнул на пол у своих ног. Похоже, он пытался блевать.

- Ну, расскажешь, почему ты украл сердце?

Гетц издал звук, похожий на скрип ржавой дверцы автомобиля, которую не открывали несколько лет и не смазывали WD40.

Алекс схватил его за левое ухо и ударил головой о боковую стенку кабинки. Она была сделана из фанеры. Дешевая, как дерьмо. Голова отскочила, но не разбилась. Но у Алекса было еще много возможностей. Он отпустил Гетца, и тот пошатался, как пьяный, уставившись в пространство. Алекс схватил его за ворот рубашки и поднял на ноги. Вытащил из кабинки. Лицом к писсуарам. Он прижал Гетца к стене, его лицо отскочило от белой, но металлической трубы. Раздался успокаивающий звук, когда Гетц упал на колени. Алекс отпустил его. На стене остался кровавый след. Он оттянул голову Гетца за волосы. Его нос был разбит, как раздавленный виноград. Кровь медленно стекала по его лицу. Как будто она была гуще, чем обычно. Может, он что-то засунул в нос, чтобы она стала гуще?

- Зачем? - спросил Алекс.

- Я не знаю, о чем ты говоришь, - голос Гетца был низким, тихим.

Он говорил так, как будто отвечал на вопросы по привычке, а не потому, что понимал их.

Алекс поднял потрепанную сумку и помахал ею перед его лицом.

- Эй? Сердце...

- О, - ответил Гетц, махая рукой, как будто собирался потерять сознание. - Я не знаю...

Алекс прижал руку к затылку Гетца и толкнул его на фарфоровую основу писсуара. Кровь брызнула на белый фарфор, смешиваясь с кровью из писсуара и окрашивая его в зеленый цвет. Она стекала в слив, смешиваясь с мочой. Гетц откинулся назад, ошеломленный, с окровавленным лицом. На подбородке были кровавые сгустки и сломанные зубы. Он вытер все это тыльной стороной руки, размазав по своему дерьмовому костюму. Алекс пнул его, и тот упал на пол. Плитка была испачкана мочой. Он не заметил этого раньше. Здесь не убирались как следует. Алекс наклонился над ним. Похлопал его. Вытащил из пиджака кошелек Гетца и открыл его. Пачка денег. Купюры. Не в пачке. Алекс взял их и сунул в карман своего пиджака. Он вытащил пластиковую карточку Гетца.

- Так ты не скажешь?

Правый глаз Гетца был опухшим. От удара о стенку кабинки. Но его левый глаз был прикован к кредитным картам.

- Что ты делаешь? - eго голос был тихим. Грубым, как будто он говорил сквозь поток жидкости, льющийся из его горла. Он казался растерянным и немного не уверенным в том, где он находится и что происходит. - Они мои.

Алекс покачал головой.

- Да, твои, - oн встал над Гетцем, схватил его за воротник одной рукой и поднял его голову с мокрого пола. Другой рукой он держал кредитные карты. - Банк, - сказал он, откинув большим пальцем верхнюю карту из стопки. - Банк, - oн снова снял верхнюю карту. - О, Дарла, - oн отбросил ее визитную карточку в сторону. - "Блокбастер"? - oн нахмурился, глядя на последнюю карту. Хм. Ну, она была ламинированная. - Этa подойдет.

- Что? - Гетц едва был в сознании.

Алекс взял карточку и держал ее так, будто собирался разрезать ей кокаин.

- Вот, - сказал он, приближаясь к Гетцу. - Что это?

Гетц открыл глаза, пытаясь сосредоточиться на том, что делает Алекс, и когда ему это удалось, Алекс вонзил уголок карточки "Блокбастер Видео" в мягкую черную плоть, сетчатку его здорового глаза. Он толкнул и повернул.

Гетц закричал, но в нем не осталось сил сопротивляться, после того как Алекс оставил литр его крови на стенах и в унитазе. Он немного забился, а потом обессиленно обмяк. Алекс вытащил карточку и швырнул ее через унитаз, как игральную карту. Он посмотрел на вязкую жижу, сочащуюся из раны, на быстро растущий отек на глазу. Алекс глубоко вздохнул. Гетц потерял сознание. Слабак. Алекс отпустил его, и тот упал на пол. Он встал и вернулся к раковинам. Посмотрел на себя в зеркало. На нем было удивительно мало крови. Он отряхнул пиджак, поднял сумку с сердцем и ушел.

- Чем могу быть полезен? - Дагмар звучал немного... раздраженно.

Алекс нахмурился.

- Я вернулся в Кент - ищу адрес. Место встречи. Bы все еще хотите это, да? Я имею в виду, что, черт возьми, я должен с этим делать?

- Я слышал, что вы больше не владеете этим предметом, мистер Коул. Моя ошибка.

- Гетц, верно? Конечно, это был Гетц. Ублюдок. Скажите, что он вам сказал? Сказал, что я трахаюсь с какой-то шлюхой, что мне в задницу пальцем тыкают, да? Да, ну, я вернул вашу чертову коробку, разве не так?

Наступила короткая пауза, пока Дагмар обдумывал слова Алекса.

- На самом деле он сказал, что вас убили и что он может разыскать эту вещь. За значительное вознаграждение.

Хм.

- В любом случае, она у меня. Я сейчас привезу ее вам. Просто скажите, где вы. И, наверное, вам лучше в будущем не пользоваться услугами Гетца. Он не очень надежный.

Алекс поерзал на сиденье. Он ударил ладонью по рулю, когда кто-то подрезал его, и помахал кулаком в сторону какой-то ни в чем не повинной старушки.

- Почему бы вам не приехать прямо к нам домой в Медуэй? Можете зайти на вечеринку, если хотите. Если вы хотите стать... нашим... тогда вам нужно посмотреть. Чтобы быть уверенным.

Нашим? Это не совсем то, к чему стремился Алекс. Он предпочитал не быть на поводке, но не помешало бы узнать, в какую игру играет этот шут. Может, в будущем его можно будет избегать.

Может, снова работать вместе? Да похуй. В зависимости от того, что ему предложат, его можно будет уговорить стать сучкой этого парня. Алекс Коул. Маленькая сучка. Звучит не очень хорошо. В любом случае.

- Конечно. Какой адрес?

Алекс остановил машину на обочине дороги и вышел.

Огляделся поверх кустов, которые росли вдоль дороги. Посреди гребаного нигде. Ну и ладно. Он посмотрел на GPS в своем телефоне. Он был близко. Солнце еще не зашло. Дагмар сказала, что бы это ни было, это будет сегодня вечером. Он должен успеть. Наверное, не стоило останавливаться на гамбургер. Он сел обратно в машину и поехал по проселочным дорогам, ища нужный адрес.

Он был удивлен, когда нашел его. Дагмар дал ему почтовый код. Место называлось "Ферма Дагмар". Очень изобретательно. Он думал, что это будет какая-нибудь заброшенная ферма из сериала "Эммердейл". Овцы. Что-то в этом роде. На самом деле это была одна из тех ферм, где нет животных. Ну, кроме фазанов, конечно.

И аристократы, которые их стреляют. Алекс свернул на подъездную дорожку. Фермерский дом был причудливый, даже шикарный. А вдали, позади него, стоял более крупный дом. Что-то вроде усадьбы. Сбоку тоже было здание, похожее на домик для прислуги. Переоборудованный сарай. Как только Алекс въехал на подъездную дорожку, из фермерского дома вышел человек и помахал ему рукой. Он не упустил из виду, что мужчина был одет как традиционный фермер. Настоящий реднек. И что у него в руках было ружье. Несомненно, с лицензией. Алекс остановился и опустил окно.

- Могу помочь? - спросил фермер Джайлз.

- Я приехал к мистеру Дагмару. У меня для него посылка.

Джайлз взглянул на заднее сиденье машины.

- Вы можете передать мне все посылки для этого дома.

- Эту нет, приятель, - Алекс широко улыбнулся ему. - И он попросил меня остаться на вечернее мероприятие.

Джайлз кивнул.

- А, надо было сказать, - oн указал на дом. - Езжайте туда. Там есть парковка для гостей. Вас кто-нибудь встретит.

Поведение мужчины изменилось. Он внезапно стал дружелюбным.

Алекс кивнул и поехал к дому.

Он припарковался сбоку от здания. Там стояло еще несколько машин. Выглядело вполне нормально. Он вышел из машины. Взял коробку с пассажирского сиденья. Она все еще была в потрепанной сумке. К тому времени, когда он подошел к зданию, у двери стоял мужчина. В костюме. Очень по-английски. Элегантно. Дом был элегантным, если смотреть на него вблизи. Красный кирпич. Плиточный пол. Двойные стекла, но в соответствии с окружающей обстановкой. Богато.

- Я полагаю, вы здесь ради вечернего мероприятия, сэр? - спросил мужчина.

Он оглядел Алекса с ног до головы, как будто тот оказался не на своем месте. Неопрятный. Грязный. Что-то в этом роде.

- Да.

Алекс огляделся на дом. Все было так, как он и ожидал. Вонь богатого дерьма.

- Не пройдете? - мужчина повернулся и провел Алекса в фойе.

- Вы дворецкий?

Мужчина кивнул головой, продолжая идти.

- Да, сэр, - Алекс медленно кивнул. Он никогда раньше не встречал настоящего дворецкого. Он отвел его в библиотеку. - Если хотите присесть, я приглашу мистера Дагмара зайти.

Пригласит. Ого. Это место было королевским. Алекс оглядел стены. Картины маслом. Настоящие. Никаких дешевых картинок с полуголыми стриптизершами. О, нет. Здесь все было в стиле... веков. Алекс перевел внимание на книги на полках. Честно говоря, он, наверное, предпочел бы посмотреть на картины с обнаженными натурой, но не думал, что обычные люди занимаются такими вещами.

Он провел пальцем по корешкам книг. Все они были старые. Это было видно по переплету. Вероятно, все они пахли странно. Он не стал смотреть на названия. Алекс любил Энди Макнаба[7]. Такие вещи. Здесь ничего подобного не было. На обложках таких книг даже не было картинок. М-да.

- Мистер Коул, - в комнату вошел Дагмар.

Алекс обернулся. Дагмар был одет, как гребаный Ноэль Кауард[8]. Он держал в руках пачку денег, прижатую к груди.

- Ваша оплата, - сказал он. Он опустил глаза на потрепанную сумку. - Моя посылка?

Алекс кивнул и вынул коробку из сумки. Они обменялись деньгами и сердцем. Алекс сунул деньги в карман пиджака, не считая.

В тот же карман, что и купюры, которые он стащил у Гетца. Он посмотрел на сумку, затем быстро оглядел комнату в поисках мусорного ведра. Ничего. Он скомкал ее в комок и засунул в брюки.

- Извините за задержку, - сказал он рассеянно. - Гетц пытался обмануть меня и уменьшить ваш банковский счет.

Дагмар поднял бровь.

- Тогда я с ним разберусь.

- Не нужно, - Алекс улыбнулся. - Я уже все уладил. Бесплатно. Так что за мероприятие у вас сегодня вечером? - oн потянул пиджак за лацканы. - Я не очень-то одет для чего-то шикарного.

Дагмар слегка наклонил голову в сторону. Он ласкал коробку. Странно.

- Все будет в порядке, мистер Коул. Есть дресс-код, но Дэрил все уладит.

- Это дворецкий? - Дагмар кивнул. Боже. Даже у слуг здесь шикарные имена. - Круто.

У такие , .

- Я попрошу его показать вам одну из комнат. Там будет все необходимое, - Дагмар повернулся. - Мероприятие начинается в шесть. Будет много развлечений.

Он вышел из комнаты.

Он что, пытается быть жутким? Похоже, он действительно пытается быть жутким.

Алекс посмотрел на халат и тапочки. Они лежали на краю кровати. Что это за чертово мероприятие? Это - это! - то, что Дживс велел ему надеть для мероприятия в шесть. Алекс не догадался спросить, нужно ли надеть что-то под халат. Блядь. Его пригласили на шикарную оргию?

Тогда зачем было это сердце? Что, если он спустится вниз, а все будут носить под халатами нормальную одежду, а он будет голый? Что, если он спустится полностью одетый, а они все будут голые? Он готов увидеть член Дагмара? Он опустился на кровать. Дживс сказал ему, что комната для ночлега, , что . Почему, он не знал.

И это тоже не помогало.

Он посмотрел на часы на стене. Они, как и все в комнате, выглядели дорого. Обои, судя по всему, стоили больше, чем его машина. Он потрогал их, когда вошел. Они были из странного материала, похожего на войлок.

Ковер, - подумал он про себя. - В этом заведении ковры даже на стены наклеили. Было полшестого. Он уже слишком долго бездельничал в комнате. Нужно было решить, что делать, и отправиться на мероприятие.

Дживс сказал ему встретиться со всеми в фойе. Чертовы богачи. Блядь.

Алекс встал, снял одежду. Он пошел голым в ванную и посмотрел на себя в зеркало.

- Ладно, - пробормотал он. - Все будет хорошо. Это просто странные богатые люди, - oн не мог не вздрогнуть при мысли о последнем странном богатом человеке, с которым он был голым. Вся эта кровь. Он посмотрел себе в глаза. - Так не будет. Они просто странные. Они просто хотят трахаться большой группой. Перед человеческим сердцем.

Часть его хотела развернуться и убежать. Оставить всю эту странность позади. Но он знал, что другая часть - та, которая хотела узнать, что, черт возьми, происходит за закрытыми дверями, - победит. Он прошел по дорогому ковру и поднял халат. Надел его. Надел тапочки. Они, как и халат, оказались удивительно удобными. Он сел на кровать, прислонившись спиной к изголовью, включил телевизор и стал ждать шесть часов.

Алекс наблюдал за группой людей в холле дома с вершины лестницы. Лестница, изгибаясь, спускалась по стене, окруженная еще большим количеством картин. Их было, наверное, пятнадцать. Людей. Не картин. Он будет выглядеть здесь не к месту. Не потому, что он был голый, кроме халата и тапочек. Нет. Все были одеты так же. Но он слышал, как они разговаривают. Видел их прически. Все они были одного класса. Люди, которые, по крайней мере, считали себя на ступеньку выше таких, как Алекс. Людей, которым приходилось работать, чтобы заработать на жизнь. На самом деле, это выглядело как съезд людей, которые могли бы нанимать его на постоянную работу. Лорды и министры. Высокопоставленные лица. Люди, которые зашли слишком далеко в чем-то и нуждались в надежном человеке, который вытащил бы их оттуда. О Боже, я слишком долго душил свою проститутку, и теперь она не шевелится. Ничего страшного. Просто позови Коула. Он сделает грязную работу.

Много раз Алекс за плату забирал тела. Тащил их по лестнице. Клал в багажник машины. Вывозил в лес. Копал яму. В общем, все так.

Такие люди.

Все женщины выглядели так, будто только что вернулись из спа-салона. Спа-салона для богатых. Честно говоря, большинство мужчин выглядели как судьи и адвокаты. Пожилые. Уф-ф-ф. Опять чертовы священники и шлюхи. Кто бы мог подумать? Может, все эти женщины были проститутками, а это просто какая-то безумная оргия.

Алекс осторожно спустился по лестнице, стараясь не споткнуться о дорогие тапочки. Внизу он постарался остаться незамеченным. Он предпочел выяснить, что происходит, прежде чем... Слишком поздно. Какая-то толстушка подошла к нему и просунула руку под его руку.

- Захватывающе, правда?

Алекс просто смотрел в толпу, пытаясь разглядеть кого-нибудь знакомого. Клиентов, может быть. Ему не очень хотелось встретиться лицом к лицу с каким-нибудь стариком, чью жену он убил, пока трахал шлюху.

Женщина хихикнула.

- Tы кажешься неуверенным. Tы тоже впервые?

Алекс взглянул на нее. Улыбнулся, кивнул.

- Да. Tы знаешь, что здесь происходит?

- Нет. Я знакома с Эйденом недавно. На самом деле, я была очень удивлена, что меня пригласили на такое престижное мероприятие.

Эйден?

- Дагмар, верно, - Алекс поднял бровь. - Знаком с ним недавно, - oн оглядел остальных гостей. - Пойдем пообщаемся? - спросил он, ведя женщину вперед.

Они оба смешались в толпе. Алекс держал женщину рядом с собой. Она была опытной в общении, хорошо держалась за его руку. Она говорила как уверенная в себе деловая женщина, но шла покорной походкой. Немного позади него. Позволяя ему вести. Под мантией, какой бы объемной она ни была, Алекс мог сказать, что она была стройной. Ее волосы и макияж были безупречны. Она была молода. Не слишком молода, чтобы выглядеть так. Может быть, лет тридцать. Она определенно не была той, кем себя выдавала.

Они подошли к другой женщине. Примерно того же возраста, что и та, которая держалась за руку Алекса. Алекс огляделся. Женщин было больше, чем мужчин. Около двух третей всех присутствующих составляли женщины. Все примерно одного возраста. Алекс улыбнулся новой женщине.

- Привет, - сказал он. - Ты здесь впервые?

Женщина кивнула. Улыбаясь. Хорошие зубы. На самом деле идеальные. Как у всех женщин. Они были вдвое моложе мужчин в комнате. Молодые женщины. Профессионалки.

Все они. Высокого класса, дорогие. Но профессиональные. Такая публика, с которой, как можно было бы ожидать, связалась бы дочь судьи. Мужчины. Другого рода профессионалы.

И он.

Это должна была быть оргия. Должна была быть.

Дживс вошел через парадную дверь. Распахнул ее.

- Дамы и господа, - сказал он, призывая толпу к тишине. - Извольте пройти за мной.

Домик был большим деревянным строением. То, что можно было бы назвать роскошным. Бревенчатая хижина, построенная богатыми людьми для того, чтобы заниматься тем, чем занимаются люди, которые могут себе позволить домики. Они прошли к двери от дома, одетые только в халаты и тапочки. По гладкой, выметенной асфальтовой дорожке.

Прохладный вечерний ветерок обволакивал яйца Алекса, приглашая его расслабиться.

Внутри домика гости немного рассеялись, и Алекс смог осмотреться. Очевидно, здесь было больше одной комнаты, но главные двери открывались в большой зал. То, что человек, не знакомый с таким образом жизни, ожидал увидеть в домике. На стенах висели оленьи головы. Флаги. Картины с изображением мужчин в красных куртках верхом на лошадях. С трубами. Мужчины, не лошади. Внутри комнаты по центру было большое пространство, по бокам стояли два ряда столов, а в конце комнаты был один стол, создававший иллюзию подковы. За главным столом сидел Дагмар. Его пальцы скользили по бокалу с вином, как по ноге женщины. Видимо, это его возбуждало.

Вдруг появилась толпа официантов, несущих подносы с бокалами шампанского. Они плавали между гостями, и все брали по бокалу. Алекс сделал то же самое. Он не хотел показаться невежливым. Никто, казалось, не двигался в комнате, между столами или вокруг них, все сгрудились у двери.

Затем тихую болтовню прервал знакомый звук, когда кто-то постучал ножом по бокалу. Звон.

В комнате воцарилась тишина.

Дагмар. Он стоял. Одет так же, как и все остальные. Халат и, вероятно, под столом, тапочки.

- Дамы, - сказал он громко и властно. - Джентльмены. Пожалуйста, присаживайтесь. Если мы сможем сесть, девушка, парень, девушка... девушка, парень, девушка - я думаю, что комната будет заполнена. Алекс, - позвал он.

Алекс посмотрел на себя. Потом назад. Он обращался к нему? Он всегда называл его "мистер Коул". Блядь. Теперь они стояли полуголые, и Дагмар, похоже, считал, что они на "ты". Что будет дальше? "Ложки"[9]? Алекс встал в последний ряд, а остальные гости заняли места за столами. Высококлассная проститутка, судья, высококлассная проститутка, высококлассная проститутка... и так далее. Алекс встретил взгляд Дагмара, и тот жестом пригласил его подойти к столу и присоединиться к нему.

О, нет. Он собирается пристать ко мне.

Алекс отпил шампанского, обошел стол, мимо группы мужчин, по обе стороны которых сидели женщины, подошел к столу и отодвинул стул рядом с Дагмаром, который снова сел. Алекс опустился на стул. Он оглядел гостей. Все мужчины выглядели довольно счастливыми. Они пили шампанское и поднимали тосты друг за друга по всему залу. Как будто они были здесь уже сотню раз. С женщинами все было не так. Они играли свою роль, но, похоже, не имели ни малейшего представления о том, что происходит, как и Алекс. Он поставил бокал на стол перед собой. Приборы были расставлены для ужина. Алекс опустил локоть на подлокотник стула и наклонился к Дагмару. Он провел пальцем по толпе. Гостям. Вечеринке.

- Так, что происходит?

Он решил не спрашивать, почему он здесь и, судя по всему, является почетным гостем, присоединившись к Дагмару во главе стола.

- Это ежегодная традиция. Мы собираемся вместе и празднуем жизнь. То, чего мы достигли и чего хотим в наступающем году. Легкие закуски, а затем развлечения.

- Ужин и оргия, - сказал Алекс. - Я могу это принять.

- И многое другое, - тихо сказал Дагмар.

Настолько тихо, что Алекс задался вопросом, должен ли он был его услышать.

Алекс продолжил осматривать комнату. Женщины, казалось, уже привыкли к своей роли. Они несколько льстили мужчинам. Переходя от роли высококлассных эскорт-девушек к роли кукольных шлюшек. Он был уверен, что все они могли бы сделать это в мгновение ока, но обычно это было зарезервировано для послерабочего обслуживания. После возвращения в номер отеля, после ужина с деловыми гостями. Очень высококлассные проститутки. Он оглядел комнату. С нескольких сторон были двери. Дагмар упомянул о еде. Вероятно, где-то там была кухня. Туалеты, это точно. У каждой двери стоял мужчина. Одетый как официант, но на самом деле не обслуживающий. Охранник. Настоящие официанты приходили и уходили из пары дверей. С подносами в руках. Предлагая алкоголь всем, кто хотел. Один из них подошел к Алексу и опустил поднос, чтобы тот взял что-нибудь. Алекс бросил взгляд. Вина, спиртные напитки. Даже коктейли. Выбор был огромный. Он махнул рукой, отгоняя официанта, взял бокал с шампанским и сделал еще один глоток, просто чтобы доказать свою точку зрения. Он хотел быть трезвым, чтобы быть готовым ко всему, что могло произойти.

- Что ты сделал с мистером Гетцем? - внезапно спросила Дагмар.

Алекс бросил на него взгляд.

- Надрал ему задницу. Ему нельзя было доверять. Удивлен, что вы ему доверились.

- Я так понимаю, ты знаешь, что ты мне принес? - Алекс не ответил, и его молчание было для Дагмара достаточным подтверждением. - Но ты так и не спросил, для чего оно.

- Не мое дело.

Алекс слегка сдвинулся на стуле, чтобы отодвинуться от Дагмара.

- У меня есть второе.

Вздох.

- Что? - спросил Алекс.

Он не мог избежать этой беседы. Дагмар был типичным богатым мальчишкой и хотел похвастаться.

- Второе сердце.

- Тогда продолжайте. Зачем? Что происходит?

Алекс был бы не прочь посмотреть, как развернутся события.

- Сердца - это символ. Символ нашей любви. Они неразрывно связаны со всем остальным, - пока он говорил, из других дверей вышли официанты - все мужчины - с тарелками еды. Алекс наблюдал, как они разносили тарелки гостям, включая его самого и Дагмара. - Они из девственной крови и принадлежат близнецам, разлученным при рождении и никогда не встречавшимся, - oн понизил голос. - Найти их было чертовски сложно, могу тебе сказать.

Алекс кивал, не особо вслушиваясь. Он смотрел на еду, которую ему подали. Он ожидал чего-то... большего? Это выглядело как дешевый паштет из супермаркета. В общем, полная фигня. С парой тостов Мельба. По крайней мере, они были хорошо приготовлены. Его взгляд переместился на тарелку Дагмара. Там было то же самое. Затем он посмотрел на ближайших гостей. У мужчин было то же самое. У женщин было что-то другое. Он не мог разглядеть, что именно, но это выглядело гораздо аппетитнее. Он наклонил голову к Дагмар.

- Что это?

Дагмар слегка улыбнулась.

- Это девственные сердца. Это единственный способ раздать всем понемногу.

Алекс кивнул. Мило.

- А что едят женщины?

- Курицу.

- Можно мне курицы?

Дагмар рассмеялся.

- О нет, благочестивый мужчина. этого .

Алекс хотел. Ну, на самом деле Алекс не хотел паштет из человеческого сердца. Но все же. Он был голоден.

- И что теперь?

Дагмар знающе пошевелил пальцем, затем взял бокал и снова постучал по нему ножом. Дзинь-дзинь! Он встал.

- Джентльмены, дамы, - обратился он к собравшимся. Некоторые дамы, хотя явно не имея представления, зачем они здесь, романтично ухаживали за мужчинами, с которыми их соединила судьба. Еще пара дзиньков, и в комнате снова воцарилась тишина. - Спасибо всем, что пришли. Некоторые из вас уже бывали на наших мероприятиях, некоторые - нет, - из толпы донесся странный смешок. От мужчин. - Сегодня вечером мы будем пировать. Для господ у нас свежий паштет из оленя, для дам - вкусный салат с курицей.

Он поднял бокал в тосте. И сел.

Hемногословный человек.

Все начали есть.

Алекс отломил кусочек от одного из тостов и ножом наложил на него паштет из сердца девственницы, а затем сунул его в рот. Ммм. Чесночный.

- И что теперь?

- Будем ждать, - Дагмар улыбнулся и начал есть.

Алекс доел свою тарелку. Не знал, было ли это первое или второе блюдо, но он все еще был голоден. Он также был довольно возбужден. Не знал, откуда это взялось, но ему было интересно, не окажется ли одна из этих старушек слишком хороша для своих хозяев. У Алекса была роскошная комната и все остальное. Он предполагал, что все это... за счет заведения, так сказать.

Он не спускал глаз с Дагмара. Все еще не понимая, что происходит, он следил за гостями. Казалось, все закончили есть. Вокруг было много прикосновений. Женщины облепили мужчин. Мужчины, казалось, отвечали им взаимностью и с большим самообладанием. Дагмар сидел, откинувшись на спинку стула. Алекс мог видеть его бурную эрекцию сквозь халат. Он отвернулся.

Официанты вернулись и убрали тарелки, не прерывая происходящее, а когда столы были очищены - и Алекс был уверен, что больше никакой еды не будет - из кухни вышли еще два, три... четыре официанта, толкая перед собой тележки с блюдами. Они были накрыты белыми скатертями. Они затолкали тележки в центр подковы столов, сняли с них скатерти и ушли. Алекс прищурился, глядя на содержимое тележек. Выглядело интересно. Определенно не имело никакого отношения к ужину.

- Что это? - спросил он, стараясь не смотреть на выпяченный живот Дагмар.

- Развлечение для Повелителя, - ответил он.

- Ладно.

Алекс откинулся на спинку стула. Он предположил, что Дагмар был Повелителем.

Он ошибался.

Алекс наблюдал за стариком и двумя женщинами, стоявшими ближе всего к нему. Честно говоря, развитие событий было неудивительным. Старик встал, громко отодвинув стул. Алекс заметил, что у него тоже выпрыгнул пухлый член. Он взял за руку женщину слева от себя, поднял ее, как будто они собирались выйти на танцпол из романа Джейн Остин, и осторожно развернул ее к себе. Сначала он распахнул свой халат, а затем разорвал ее. Она была блондинкой. Ковер тоже был такого же цвета. У нее были круглые силиконовые сиськи. Алексу это не мешало, но Пухлый портил ему вид. Старик был морщинистым с головы до ног, и его член торчал из небольшого куста седых волос. Но Блондинка, похоже, не обращала на это внимания. Она взяла его член в руку и начала нежно гладить его. Она выглядела немного ошеломленной. Затем она опустилась на колени и взяла торчащий член Пухлого в рот. Он не обращал на нее никакого внимания и ласкал грудь Брюнетки, которая сидела на стуле с другой стороны от него, и теперь была обнажена, за исключением тапочек, и сидела с раздвинутыми ногами на столе. Она запрокинула голову и яростно ласкала себя пальцами.

Безумно ласкает себя, - подумал Алекс. - Попробуй сказать это три раза быстро.

Он посмотрел через комнату на другую троицу. Мужчина, лет сорока, сидел на стуле и тупо дрочил, пока две женщины доставляли удовольствие друг другу. Громко. В комнате стало довольно шумно.

Алекс наклонил голову в сторону Дагмара.

- Что вы сделали?

- Сердце, в нем есть средство, снимающее тормоза. Заставляет тебя делать все, что сердце пожелает. Курица? Это делает тебя более покладистым. Чем дольше действуют наркотики, тем веселее становится.

- Как так?

- У каждого есть темная сторона.

- Хм, - Алекс был возбужден под халатом.

Он случайно коснулся себя, выпрямляясь. Он знал, что это наркотики, но это было приятно.

Он снова посмотрел на Пухлого. Тот кончил на грудь Блондинки и, похоже, устал от секса. Он ушел, оставив двух женщин наедине. Они были покорны - опять наркотики - и хотя Алекс ожидал, что они начнут совокупляться в стиле Содома и Гоморры, они просто сидели, ожидая его возвращения.

Алекс задумался, не схватить ли ему быстро Брюнетку? Это не займет много времени.

Он наблюдал за Пухлым, который обошел стол. Люди неистово совокуплялись на столах. На полу. Он подошел к тележкам в центре комнаты и начал осматривать их содержимое.

- А он...? - спросил Алекс.

- Собирается приступить к делу, - ответил Дагмар.

Пухлый взял что-то, повертел в руках и ухмыльнулся. Он повернулся к девушкам и стал ждать. Посмотрел на них. Затем снова повернулся. Его халат все еще был распахнут. Член твердый. Неплохо для старика. Алекс был впечатлен.

После того, как Пухлый вернулся к столу. Алекс увидел, что было у него в руке. Это был нож для пиццы. Колесо на ручке. Эти штуки были... острые.

Пухлый подошел к двум женщинам. Они обе сразу же потянулись к нему, но он свободной рукой оттолкнул их. Он посмотрел сначала на одну, потом на другую, а затем сказал что-то - что-то, чего Алекс не расслышал - Брюнетке. Она перевернулась на столе и легла ровно. Блондинка убралась с дороги. Толстяк взял нож для пиццы и приставил лезвие к ноге Брюнетки. Чуть выше колена. Он сказал что-то, и она подчинилась его приказу. Ее пальцы скользнули в "киску". Он велел ей довести себя до оргазма, пока он будет резать ее. И она сделала это.

- Я же говорил, что тебе не нужен цыпленок, - сказал Дагмар.

Алекс не слушал.

Пухлый нажал на нож и провел им по ноге девушки. Он легко вошел в плоть - старик не мог быть сильным, ему было лет сто - и разрезал мясо ноги, как тонкий хирургический инструмент. Старик рассмеялся. Кровь хлестала из раны, а женщина только теребила себя.

Блядь! Это было какое-то чертовски точное управление сознанием.

Она даже издавала звуки, как будто собиралась кончить. Блондинка присоединилась к действию. Пухлый даже не обращал на нее внимания, и она начала ласкать себя. Может, ей надоело ждать, пока разрежут ее кожу?

Казалось, что все одобрительно зашумели, когда Пухлый пролил кровь, и теперь все хотели того же.

Алекс смотрел, как лысый мужчина отрезал ножом соски женщины, а затем взял их и кормил другую женщину, как виноградом. Она, казалось, наслаждалась этим. Он посмотрел на Пухлого. Тот все еще резал Брюнетку. Она уже не трахала себя пальцами. Потеряла сознание. Возможно, умерла. Он начертил на ее животе шахматную доску из перекрещивающихся линий. Врезался глубоко в ее грудь. Она истекала кровью из порезов, еще больше, когда он щипал их, вызывая еще больше крови, которая покрывала ее тело. Ее лицо было скользким, так как он злобно вонзил нож в ее щеки, в нос. Она плакала красными слезами, пока не стала цвета малинового кули. Кровь собиралась лужицами на столе, стекая по спине Блондинки, стоящей на коленях, ласкающей себя и сосущей член Пухлого, пока тот работал.

Его внимание привлек шум с другой стороны комнаты. Алекс наблюдал, как молодой человек - вероятно, самый молодой в комнате - нажал несколько кнопок на боковой панели пилы, и она заурчала, зазвучав как внезапно запущенная бензопила.

Он посмотрел на лезвие, которое входило и выходило из рукоятки, как зонд секс-машины. Он прищурился. Разум говорил ему не смотреть. Наркотики говорили ему, что он должен, потому что ему это понравится. И это многое говорило об Алексе, на самом деле. Женщина лежала на столе. широко между .

Парень не колебался, вставив зубчатый пильный диск устройства в ее пизду, как дилдо. Она закричала, но Алекс не мог понять, от удовольствия это или от боли. Она не кричала, пока он крутил и вертел машину внутри нее, лезвие толкалось взад-вперед, разрывая и раздирая ее, куски плоти отрывались от нее и падали на пол. А он неконтролируемо смеялся. Алекс взглянул на другую женщину этого мужчины. Она уже лежала лицом вниз в луже собственной крови. Парень бросил пилу на стол, но не выключил ее и не вытащил из влагалища трупа, позволяя машине без дела трахать мертвую женщину. Затем он начал трахать мертвую задницу другой женщины.

Алекс взглянул на мужчину на полу в задней части комнаты. Его две женщины присели над его лежащим телом. Они по очереди испражнялись ему на лицо, часть экскрементов он ел, а часть размазывал пальцами, а затем яростно дрочил себе член.

Очень обычно.

Он быстро посмотрел на Дагмара. Тот смотрел. Сидел прямо. В руке у него был бокал шампанского, и один из официантов стоял прямо за ним, наполняя его каждые несколько минут, когда он выпивал. Он смотрел, увлеченно.

Алекс пробежал взглядом по комнате и наконец остановился на мужчине, которого одна из двух женщин насиловала в задницу отрезанной рукой другой женщины, а он сам зарылся головой в пизду истекшей кровью мертвой женщины. Он, казалось, прекрасно проводил время. Алекс и засунул руку под халат. Может, он сможет быстро кончить, чтобы никто не заметил.

Дагмар внезапно поднял нож, и раздался предсказуемый звенящий звук. Все мужчины остановились. Посмотрели в его сторону.

Алекс замер, затем медленно выпустил член из ладони. Блядь.

- Джентльмены, - Дагмар встал, его член торчал из-под халата. - Пора приветствовать нашего Повелителя. Пожалуйста. Заканчивайте.

Затем он сел.

Все мужчины, казалось, знали, что это означает. Вдруг началась суматоха. Парень сзади протянул руку и вытащил руку женщины из своей задницы.

Встал. Женщина, которая держала его, просто смотрела. Он поспешил к тележкам и быстро перерыл инструменты. Он взял лезвие, а затем побежал обратно к женщине с рукой. Она все еще стояла на коленях на полу, где была, когда доставляла ему удовольствие. Он поднял нож, как жертвенный клинок, и вонзил его ей в горло, пока она стояла на коленях и смотрела.

Лезвие легко вошло и вышло с другой стороны. Она выглядела удивленной. Немного, во всяком случае. Он вытащил лезвие, и она рухнула назад. Он опустился на нее, оседлав ее, и начал вонзать лезвие в нее снова и снова. Кровь брызгала на него. Он снова и снова окрашивал себя в кровавую краску, пока кровь, желчь, плазма и кишки не начали засыхать.

Алекс посмотрел на Механика. Он трахал один труп, рядом с другим. Он просто сбросил двух мертвых женщин со стола на пол. Затем он пригладил волосы, сел и стал тихо ждать.

Пухлый провел лезвием ножа по шее Блондинки столько раз, что ее голова висела на одном позвоночнике.

Она все еще стояла на коленях перед ним, там же, где была, когда сосала его член. Затем он пнул ее в грудь, как в фильме - Это Спарта, блядь! - чтобы сбить с ног, а затем тоже сбросил труп Брюнетки со стола и вернулся на свое место. После того как Лысый и Подросток вернулись к столу, шестеро мужчин сели. Четверо из них, Дагмар и Алекс.

Дагмар хлопнул в ладоши.

- Время пришло.

Когда официанты снова вошли в комнату, в ней внезапно поднялся шум. Они суетились, как мыши на охоте за сыром, собирая остатки инструментов, которыми богатые и ничтожные люди использовали для убийства всех симпатичных девушек.

Алексу очень хотелось заполучить их, пока они не превратились в сырое мясо доноров. Они убрали инструменты на тележки и отвезли их в угол комнаты, которая теперь напоминала сцену из плохого японского фильма ужасов, а четыре мужчины сидели за столами, довольные собой.

Алекс нахмурился.

- Что дальше?

- Повелитель.

Дагмар щелкнул пальцами, и два человека в белом вышли из боковых частей комнаты, наклонились и вытащили коврик из-под столов. Они выглядели как члены Ку-клукс-клана. Под ковриком, среди луж крови и дерьма мертвых женщин, Алекс увидел на полу нарисованные символы.

О, только не это.

- Богатые люди, - пробормотал он про себя. - Когда же я научусь? - oн повернулся к Дагмару. - ? - спросил он.

Дагмар стоял, глядя в комнату. Его глаза бегали из стороны в сторону. Он проверял символы, убеждаясь, что все в порядке. Убеждался, что все на своих местах.

- Только бог может обеспечить бессмертие семьи Дагмаров. А долголетие наших семей гарантирует бессмертие тех, кто последует за нами, - oн указал на четверку богачей, которые смотрели на него, как на какого-то дерьмового фокусника из Лас-Вегаса.

Вздох.

- Ты бессмертен и используешь свою безграничную силу, чтобы управлять сетью пабов на южном побережье? Ха.

Дагмар посмотрел на него.

- Что это должно означать?

Алекс покачал головой.

- О, ничего. Просто это не так... величественно... как я себе представлял. Я имею в виду, что все здесь хорошо и красиво, - oн жестом обвел комнату, словно подчеркивая свои слова. - Но вы могли бы... я не знаю, квартиру в Кенсингтоне или что-то в этом роде. Что-нибудь понаряднее.

Дагмар повернулся к нему.

- Ты не хочешь присоединиться к нам?

- Присоединяйся к нам, - хором повторили четверо других.

Алекс взглянул на них, а затем снова на Дагмара. Он пожал плечами.

- Не очень. Когда ты видел то, что видел я, ты проводишь большую часть времени, пьянствуя, чтобы сократить свою жизнь. А не продлить ее, - oн мысленно решил сказать Джекс, чтобы та перестала брать работу у богатых людей. Все они были чертовыми психами. - Так что, пожалуй, я пойду, - oн небрежно махнул рукой в сторону комнаты. - Пока здесь не стало слишком божественно, - oн отодвинул стул и встал. Подумал секунду. - Это же не Бог, правда?

- Что ты имеешь в виду? - Дагмар стоял с открытым ртом, как золотая рыбка.

- Ну, ты знаешь... Отец Иисуса или кто там.

Дагмар медленно покачал головой из стороны в сторону. Рот все еще был открыт.

- Я так и думал, - Алекс посмотрел на кровавую кашу. - Он бы, наверное, не стал участвовать во всем этом. Судя по тому, что я слышал.

- Ты не можешь уйти, - Дагмар протянул руку и положил ее на плечо Алекса.

Сжал его. Для щеголя это был сильный захват, но он не был похож на захват бодибилдера или кого-то в этом роде.

Алекс прочистил горло.

- Думаю, могу.

- Никто не может уйти до окончания церемонии. Либо присоединяйся к нам... - oн посмотрел на комнату, на кровавую кашу, - ...либо к ним.

Угрозы, да? Алекс вырвал руку из захвата мужчины.

- Я не верю, что вы хотите мне угрожать, мистер Дагмар, - oн произнес его имя с особой выразительностью.

Попытавшись создать у него впечатление, что он перешел черту. На самом деле, в голове Алекса крутились мысли. Там был Дагмар. Четверо богатых придурков. Бог знает, сколько официантов. Хех, Боже. Алекс вернул себя в настоящее. Он не смог бы справиться со всеми ними. Не с этой бурлящей эрекцией.

- Ну, - сказал он медленно. Выиграть время. - Полагаю, у меня нет выбора, - oн все еще стоял. Играй в их игру. - Ты говоришь, что твоe долголетие гарантирует долголетие тех, кто последует за тобой?

Он посмотрел Дагмару в глаза. Попытался расслабиться.

- Да. С моим бессмертием приходит бессмертие тех, кто будет в комнате, когда круг будет замкнут.

Все это воняло брехней. Алекс подумал о том, чтобы позволить Дагмару провести то, что он запланировал для церемонии. Какой-то придурок с пластиковым нимбом бегает по центру комнаты и кричит, что он бог придурков и все придурки будут жить вечно. Потом тихо уходит, став бессмертным, и просто преследует Дагмара. Но в голове не давала покоя мысль, что, возможно, это действительно правда, и Дагмар собирается вызвать какоe-то божество, которое дарует придуркам бессмертие.

Он не мог рисковать.

Ему было нахуй плевать, станет он бессмертным или нет. На самом деле, это могло бы иметь свои преимущества. Если честно, то в общении с такими людьми, как Дагмар. Нет. Его больше беспокоило то, что он оказался в положении должника Дагмара, возможно, навсегда. Он не был ничьей марионеткой. Ничьей вечной сучкой.

Думай быстрее, ублюдок. Алекс оглядел стол. Ублюдки хорошо убрали. Ножей не было. Убирайся или тебе надерут задницу. Он оглядел комнату. Вот. Тележки с оборудованием для утилизации шлюх. Идеально. Он вооружится. Сбежит.

Алекс посмотрел на Дагмара.

- Не сегодня, ублюдок.

Он развернулся, распахнув халат, и побежал вокруг стола. Богатые ублюдки просто сидели и смотрели. У них, казалось, не было сил, чтобы остановить его. Может, наркотики перестали действовать? Алекс взглянул на свой член. Ну, его наркотики не переставали действовать.

Дагмар закричал:

- Остановите его!

Алекс увидел, как к нему бежали двое официантов. в , могут и быть в от того, , , . Но Дагмар не казался человеком, который хотел бы иметь бессмертных слуг. Они, скорее всего, требовали бы повышения зарплаты или чего-то в этом роде.

Один встал перед Алексом. Это был хрупкий на вид парень. Наверное, еще подросток. Он выглядел неуверенно. Затем он опустил взгляд. Ребенок, стоящий перед взрослым мужчиной, твердым, как порнозвезда, с размахивающим членом. У него не было ни единого шанса. кулаком , как , пальцев. Кровь брызнула, как облако муки из пакета с тестом. Мальчик упал быстрее, чем шлюха из Бирчингейта с пятифунтовой купюрой в кулаке. Появился еще один, тоже молодой. Он выглядел еще более неуверенно, стоя перед полуголым парнем, размахивающим кулаками.

Алекс с удивительной легкостью добрался до тележек. Второй официант обернулся. Побежал в другую сторону. Очевидно, иметь дело с психопатами с оружием было не по его уровню. И он явно не был бессмертным.

Алекс схватил первое, что попалось на глаза. Это был тесак, которым Лысый лишил женщину сосков. Рукоять была еще липкая от крови. Она прилипла к его коже, как липучка. Фу! Он обернулся.

- Взять его! - Дагмар пытался обойти стол, следуя за Алексом.

Он был бессмертен. По крайней мере, он так думал. Вопрос о том, был он бессмертен или нет, все еще оставался открытым. Скат-мен отодвинул стул и сделал полусерьезную попытку встать, чего явно не хотел - и что заставило Алекса снова подумать, что они не все бессмертны, - но Алекс махнул тесаком в его сторону, и его задница так и не покинула стул.

Дагмар внезапно оказался рядом. Очень близко.

- Оставь меня в покое, - крикнул Алекс, размахивая тесаком.

- Ты не можешь знать наших секретов, - ответил тот.

Алекс взмахнул тесаком перед ним, удерживая Дагмара.

- Ты чертов псих! Тебе нужен психиатр. У тебя мозги в кашу.

Алекс отступал к входной двери. Назад, в сад. К свободе.

Тогда Дагмар бросился на него.

До этого момента Алекс был готов уйти, не причиняя никому вреда. Он даже не собирался никому рассказывать о том, что произошло. Прошлое в прошлом. Но Дагмар сумел обойти тесак и схватил Алекса за руки. Приняв решение, Алекс повернул тесак в руке и вонзил острие в живот Дагмара.

Он толкнул.

Немного повернул.

Это был не тот нож, который мог проникнуть в него полностью, учитывая его размер и плоскую форму, но этого было достаточно, чтобы заставить его дважды подумать о том, что он делает. Дагмар остановился. Пошатнулся назад. Соскользнул с острия лезвия и прижал руку к животу. Алекс увидел, как под рукой начала течь кровь. Значит, не бессмертен.

Алекс поднял лезвие, направив его как охотничий нож.

- Хватит, - тихо сказал он. - Я ухожу.

Дагмар кивнул. Затем он начал улыбаться.

- Ты даже не веришь мне, - сказал он. Он махнул рукой, указывая на придурков. - Ты не веришь нам...

Он начал хихикать.

Все начали смеяться.

Блядь.

Дагмар отпустил свою рану. Она была неглубокой, но кровоточила.

- Мне не нужна кровь в жилах. Ты не можешь мне навредить.

Алекс перевел взгляд с Дагмара на придурков. Он посмотрел на парня, которого только что сбил с ног. Другой, менее смелый официант, помогал ему подняться. Он мог бы броситься к двери, но Дагмар был близко. Почти в пределах досягаемости.

Сражаться или бежать? . Дагмар даже не обратил внимания на неуклюжую атаку, и Алекс вонзил лезвие в его бок. Тесак был острый - конечно, он должен был быть острым - и вонзился почти на шесть дюймов[10] в его тело.

Дагмар издал звук, похожий на крик детеныша тюленя, которого бьют бейсбольной битой, обмотанной колючей проволокой.

Алекс зажал рукоятку и с силой дернул ее назад. Дагмар, может, и был бессмертен, но он явно чувствовал боль. Он издал высокий звук, который, казалось, становился все выше, пока Алекс не перестал его слышать.

- Ну, помогите мне, - выпалил Дагмар, вращаясь, и его кровь брызнула на пол, как из водяной горки.

Он обращался к придуркам.

Алекс бросил на них взгляд. Должно быть, он выглядел угрожающе - с вытащенным членом и окровавленным тесаком - потому что только самый молодой из них выглядел так, будто действительно собирался помочь, и даже он сделал лишь полусерьезную попытку встать, прежде чем взглянул на остальных, понял, что остался один, и решил снова сесть.

- Мы остались один на один, - крикнул Алекс, бросаясь на Дагмара с тесаком.

Алекс замахнулся.

Дагмар был безоружен. Он инстинктивно вытянул руку, и Алекс отрубил ему три пальца.

- Ха-ха! - издевательски крикнул он, глядя на кровавые куски.

Дагмар посмотрел на свою руку. Он как будто застыл от шока. Алекс воспользовался моментом и снова прыгнул на него, на этот раз закрутив тесак между ними и вонзив его в живот мужчины.

Дагмар остановился. Сначала он посмотрел на тесак, глубоко вонзенный в его тело, а затем на Алекса. Их взгляды встретились. Дагмар отступил от Алекса, но на этот раз Алекс шагнул за ним, удерживая лезвие внутри него. Внутри влажного мешка из мясистой слизи.

Дагмар закашлялся, кровь хлестала из его рта, разбрызгиваясь мелкой моросью на лицо Алекса. Фу! Алекс был в отвращении и, оглянувшись, чтобы убедиться, что им никто не помешает, решил покончить с этим сейчас же.

Алекс навалился на Дагмара, и они оба упали, Дагмар назад, а Алекс сверху. Упав на землю, Алекс оседлал истекающего кровью мужчину и вырвал из него клинок. Отверстие в его животе, ползущее к груди, быстро наполнялось кровью, стекающей по бокам на пол. Это был уже второй раз за день, когда он видел такое. Дагмар махал руками, пытаясь сбросить Алекса, но у него не было сил. Это было похоже на борьбу с маленьким ребенком или котенком - с обоими Алекса уже имел дело в прошлом.

Но он не выглядел умирающим.

Алекс посмотрел на клинок с легкой обидой. Черт возьми. Он поднял его и вонзил в грудь мужчины. Не впервые за последние дни. Он уже хорошо натренировался. Тесак вонзился, торча из грудной пластины. Алекс держал рукоятку одной рукой, а другой взялся за верхнюю часть лезвия и, не вынимая его, повернул по часовой стрелке, раздвигая грудину.

Дагмар закричал от боли. Его голос превратился из гортанного стона в звук, словно уничтожающий вселенную. Ох. Алекс вытащил тесак и посмотрел на внутренности Дагмара, выставленные на всеобщее обозрение. Он взял сердце мужчины в руку и отрезал его, перерезав желудочки и мышцы. Вытащил его из раны на груди мужчины, пока оно еще билось.

Оно все еще билось, когда он держал его.

Но Дагмар больше не шевелился.

Алекс слегка сжал сердце между пальцами. Он все еще чувствовал, как оно бьется в его руке. Последние капли крови выплескивались из него, как последние капли спермы прокаженного.

- , - пробормотал он, глядя на придурков.

Все они казались немного удивленными, а двое из них побледнели. Наверное, наркотики действительно перестали действовать.

Кстати, говоря об этом.

Алекс встал и посмотрел на свое обнаженное тело. Член был вялым. Хорошо. Он стоял в растущей луже крови Дагмара. Его тапочки больше не были пушистыми. Они были испачканы кровью. Как и все остальное. Он подбросил сердце в воздух и поймал его, как будто играл в крикет. Оно все еще билось. Он сунул его в карман халата и закутался в него, завязывая пояс.

- Джентльмены... - сказал он, кивая четырем стоящим мужчинам.

Он перешагнул через Дагмара и направился к двери.

- Подожди.

Алекс вздохнул, обернулся, гадая, кто из этих тупых ублюдков хочет драки.

- По-моему, у тебя есть вещь, которая принадлежит мне.

Дагмар.

Он стоял. В крови. Судя по всему, вся кровь была на полу. Бледный и обескровленный, он стоял, слабо протягивая руку. Ладонь была открыта. Он хотел вернуть свое сердце.

.

- Ох... блядь.

Он посмотрел на тесак. Тот лежал на полу у ног Дагмара. Не то чтобы он был чем-то полезен. Да и Дагмар выглядел слишком слабым, чтобы стоять и сражаться. Алекс взглянул в сторону. Он был достаточно близко к тележкам, чтобы повернуться и взять оттуда что-нибудь.

Итак, он схватил циркулярную пилу.

Он поднял ее и включил.

Дагмар был не в состоянии сопротивляться, кроме - ну, вы понимаете - своей бессмертности. Алекс знал только один способ исправить это. Он бросился на Дагмара, а когда тот потянулся к нему, резко отскочил в сторону. Алекс замахнулся пилой, направляя дрожащее лезвие на шею Дагмара. Он оттянул пилу назад, а затем толкнул вперед. Дагмар закричал. Попытался пошевелиться, но зубья впились в него. Алекс продолжал толкать пилу назад. Вперед. Вниз. Сильно. Дагмар взвизгнул и упал на колени. Алекс упал вместе с ним, не отпуская рукоятку грозного инструмента.

У Дагмара не осталось достаточно крови, чтобы истечь. Но он сник, когда пила прорвала его позвоночник. Алекс еще несколько раз дернул пилу вперед-назад. Ему пришлось приложить немало усилий, чтобы протащить ее через кадык, но он справился. Может, батарейки в пиле садились? В конце концов она прошла, и голова Дагмара упала вперед, слегка вращаясь, так как пила создала вихрь в отверстии на его шее. Алекс посмотрел на обезглавленную голову.

- Э-э... - он задумался. - Ты случайно не потерял голову?

Да. Это была ерунда.

Алекс посмотрел на остальных четверых, все еще сидящих за столом. Самый молодой сжимал грудь. Он выглядел как старик, у которого сердечный приступ. Алекс посмотрел мимо него на остальных. Двое из них уже были мертвы, а третий выглядел так, будто его хлестнул инсульт, он наполовину висел над столом, в луже крови шлюхи.

Там было очень грязно.

Алекс посмотрел на символы на полу под кровью. Похоже, большая часть была правдой. Дагмар был - с ударением на "был" - бессмертен, а остальные были бессмертны - или, вернее, живы - только пока был Дагмар. быть было.

Алекс на это надеялся.

Он погладил сердце в кармане и положил пилу на стол. Официанты смотрели на него. Удивленные взгляды. Алекс пожал плечами.

- Извините за бардак.

поспешил

.

Алекс взглянул на потрепанную сумку на пассажирском сиденье машины. Черт, эта сумка сегодня многое пережила. Сердце все еще билось. Что, блядь, мне с ним делать?

Он мчался по шоссе. Направлялся обратно в офис.

Он провел языком по зубам. Все еще чувствовал вкус девственного паштета из сердца. Может, он мог бы это сделать. Съесть его. Он снова взглянул на пакет. Немного странно. Выбросить в реку? Черт. Ему придется провести небольшое исследование, не так ли? Он не мог просто выбросить его в мусор.

Он мог отправить его Гетцу.

Эта мысль заставила его улыбнуться, но это была глупая идея. Зная Гетца, можно сказать, что если бы тот думал, что это принесет ему несколько фунтов, он, вероятно, посадил бы сердце в почву и попытался вырастить еще одного Дагмара.

Алекс съехал с шоссе и заехал на автозаправку. Он сунул сердце в бардачок.

Нужно поссать.

Он заехал на место.

И купить гамбургер.

Пока он там, нужно купить последнюю книгу Стивена Кинга. Чертовы книжные магазины на автозаправочных станциях. И немного конфет. Алекс вышел из машины и поспешил к дверям.

Сначала сходить по-маленькому.

Через час Алекс вернулся на парковку. Он съел гамбургер. И жареную курицу. Просто потому, что она была. Паштет из девственного сердца не был особенно сытным. Не с тонкими тостами "Мелба". Это была чертова диетическая еда. Боже. У него был новый роман Кинга. И газета. Ассорти конфет. CD "Гимны в дорогу" и DVD "Хороший, плохой, злой". Эти места были рогом изобилия удивительных магазинов, и он решил, что будет чаще приезжать сюда за покупками.

Затем он увидел, что его машина исчезла.

Алекс бросил пакет с конфетами и похлопал себя по карманам.

- Сука! - крикнул он, привлекая внимание молодой семьи, тащащей своих детей к выходу.

На него бросили гневный взгляд. Это была их вина. Не стоило выводить детей на улицу в такое время. Он вздохнул. Он так торопился в туалет, что оставил ключи в зажигании.

Ну да ладно.

В любом случае, это была сварная машина из двух угнанных. Ездить на ней было небезопасно.

И он избавился от сердца.

Дела шли на поправку.

Алекс посмотрел на пакет с конфетками на земле. Покачал головой. Лучше взять еще. Он вернулся на заправку и достал мобильный. Набрал номер Джекс. Надеюсь, она не против заехать за мной.

Он поделится с ней конфетками.

Надежная опора. Именно такой должна быть работа страховой компании. Алекс сидел в машине и смотрел на рождественские огни, мигающие в саду какого-то ублюдка. . Боже. Он посмотрел через улицу на здание, которое ему нужно было спалить.

Работа со страховой компанией имела много плюсов для такого человека, как Алекс. Во-первых, она была легкой. Всегда. Обычно она заключалась в одном из двух: поджечь что-нибудь или что-нибудь подрезать. Подрезать было чище. Дождаться трех часов ночи - немного неприятно, приходится не спать полночи, но ничего страшного - а потом лечь на спину и засунуть руку под машину. Перерезать тормозной шланг.

Можно было бы подумать, что, раз это так просто, люди сделали бы это сами. Но старый трюк с перерезанием тормозного шланга был уделом страховых аферистов. А люди иногда не хотели убивать своих супругов. Всегда супругов. Да и вообще, лучше, если они не знают всех подробностей. В переносном смысле, конечно.

Потом были задания по страхованию имущества. Обычно здания и все, что в них находилось. Иногда, если люди хотели получить немного больше, они делали это сами. Они забирали все из здания, прятали в другом складе, а потом поджигали здание и требовали возмещения ущерба от пожара и потери имущества.

Потом они попадали в тюрьму.

Понимаете, ни один страховой агент не даст себя обмануть остовами пустого здания. Даже если оно сгорело дотла. Секрет заключался в том, чтобы постепенно вынести часть содержимого, а затем поджечь здание, когда в нем еще оставалось более половины вещей.

Работало каждый раз.

И именно за это типы платили Алексу. Конечно, часть денег шла на его "мускулы", - но остальное - на его знания и опыт. Навыки. Годы, проведенные в роли абсолютного придурка для всех и каждого, изучение всех законов и лазеек в законах. А если лазейки не находились, то их просто создавали. Главное - не попасться.

Так вот, Алекс сказал бы вам вытащить все самое ценное. Скажем, если вы храните дорогую меховую одежду. Запомните, какая треть запасов стоит дороже всего. За несколько недель до "несчастного случая" понемногу выносите все это. Спрячьте где-нибудь. Никому не показывайте. Никому. А потом обеспечьте себе железное алиби на эту ночь. Такое, которое можно будет подтвердить публично. Никаких "я был с женщиной, но не могу назвать ее имя" и прочей ерунды. Летите в Амстердам. Будьте в самолете, когда произойдет пожар. , .

В любом случае. Это должно было произойти сегодня ночью. В ночь "несчастного случая". Парень хотел, чтобы все сгорело. Ранним вечером, потому что именно тогда у него было алиби. Алекс не спросил, какое у него алиби... лучше, если он не будет знать. Не имело значения, что он должен был сделать это ранним вечером. Это было не совсем в глуши, но достаточно далеко от города, чтобы там почти не было движения.

Честно говоря, он разведал место заранее, чтобы все было профессионально, и обнаружил, что здание все равно находилось в стороне от дороги. Под покровом темноты он мог без опаски разлить горючее, не боясь быть пойманным. Он мог поджечь эту суку и вернуться к машине, пока огонь не разгорелся по-настоящему. И уехать в ночь.

Он посмотрел на часы. Семь тридцать. Он сказал поджечь место где-то около восьми. Хорошо. Это давало ему немного времени, чтобы разлить бензин вокруг здания. У него также было два коктейля Молотова. Расставить их снаружи здания и поджечь, а затем, пока огонь не разгорелся, бросить пару бутылок в окно. Это гарантировало бы, что работа будет сделана на славу.

Поджечь все, как будто это была ночь костров, а не три недели до Рождества.

перевел   самом, что был дальше , которое . Он просидел там час. Хозяева дома ушли вскоре после его прибытия. В поле зрения были только еще пара домов, и в них не горел ни один свет. Пусто. Вероятно, еще не вернулись с работы.

Алекс вышел из машины. Быстрый взгляд на здание. Затем он подошел к багажнику. Открыл его. Ряд из шести канистр. Канистры для бензина, для непосвященных. Все полные. Две стеклянные бутылки, полные, с тряпками, завязанными на горлышках.

Он взял две канистры и поспешил от дороги к зданию, в темноту. Положил канистры, вернулся за следующими. Он купил канистры в "Halfords" и списал их на расходы. Поэтому он оставлял их здесь.

Он ходил туда и обратно, пока все канистры и две бутылки с коктейлем Молотова не оказались там, в темноте, спрятанные у стены здания. Затем он открутил первую канистру и начал разливать бензин по стене здания. Вокруг основания, вверх по стенам. Стараясь создать сплошной круг жидкости, чтобы можно было поджечь его в одном месте и уйти, чтобы все здание загорелось сразу.

Когда канистра опустела, он бросил ее у основания здания и пошел за другой. И еще за одной. Так он продолжал, пока запах бензина не пропитал все стены, и здание не превратилось в бомбу замедленного действия, готовую взорваться.

Он стоял в темноте, ночь пожирала небо. Он подумал о том, чтобы закурить сигарету, но передумал.

Может, после душа.

Он слышал звуки рождественских колядок, разносившиеся по воздуху. Алекс наклонился, поднял две бутылки с коктейлем Молотова и взвесил их в руках. Теперь ему нужно было быть осторожным. Вокруг был бензин.

Он присел на корточки. Посмотрел на машину, стоящую на обочине дороги. Двери были закрыты, но не заперты. Он хотел убраться отсюда как можно скорее.

Положил коктейли Молотова на землю. Из кармана вытащил коробку спичек. Запах бензина был отвратительным. Он не мог дождаться, когда вернется в офис. Помыться.

Он зажег спичку, откинув ее от себя. Даже запаха серы от головки не было слышно из-за запаха бензина.

Затем он бросил ее в сторону здания. Пары бензина воспламенились, не дойдя до жидкости. Все было под контролем. Он делал это много раз. Не было ни взрыва, ни огненного шара. Но синие языки пламени поползли вниз по стене здания, обогнув угол, прежде чем он успел взять первую бутылку. Алекс улыбнулся. Огонь был хороший, он вернется к нему через минуту, и все здание будет охвачено пламенем.

На этот раз он использовал зажигалку.

Зажег тряпку на коктейле Молотова и взглянул в окно здания на детей, на их счастливые, покорные, улыбающиеся лица. Такие полные жизни.

Затем он бросил коктейль Молотова через остекленную перегородку, прямо в центр рождественского представления.

И тогда начались крики.

Коктейль Молотова разбился о деревянный пол, у ножек тех дерьмовых складных стульев, которые были на всех собраниях в образованной среде маленьких ублюдков. Он разлетелся, разбрызгивая горючее вещество по полу, как прилив. Пламя охватило ноги родителей.

Дети кричали.

Началась паника.

Алекс зажег второй коктейль и бросил его в окно в другом направлении, ближе к входным дверям здания.

Ему не следовало смотреть, конечно. Время было дорого, но его болезненное любопытство взяло верх. Один из отцов бросился в толпу, горя и крича. Огонь съедал его плоть с костей. Алекс подумал, что в детском саду должны быть более эффективные планы на случай внезапного пожара, хотя этот был довольно сильным.

Поскольку входные двери здания были заблокированы пламенем, немощные и пожилые люди - судя по всему, персонал - пытались вывести людей к запасному выходу на противоположной от Алекса стороне здания.

Но это было бесполезно, не так ли?

Одна из глупых нянечек открыла двойные двери, как занавес на сцене. Огонь снаружи почуял ее и бросился вперед, как голодная пчела, и набросился на нее. Она взлетела, как фейерверк.

Алекс оглядел всех детей. Они были примерно одного возраста, ростом около двух, может, трех футов. Может, меньше. Трудно сказать в таком дыму. Было много криков, и он подумал, что, возможно, - только возможно - родители должны уделять им больше внимания. Многие из них были в каких-то костюмах. Дерьмовых. Сделанных из папиросной бумаги и кухонных полотенец.

Гребаные легковоспламеняющиеся материалы.

Они взрывались, как петарды. В одну секунду они были, в следующую - горели, а потом исчезали. Он не осознавал, насколько легко воспламеняются сами дети.

Некоторые из них метались, как курицы без головы.

Алекс повернулся и поспешил обратно к машине. Когда он подошел к передней части здания, он увидел, что кому-то удалось открыть входные двери, и что кто-то лежал на дорожке, мягко жарясь на гриле.

Он открыл дверь водителя, сел и завел двигатель. Быстрый взгляд на здание, и он понял, что работа сделана хорошо. Пламя охватило крышу. Вершина горела, как церковь во время крестовых походов. Открытые входные двери были стеной оранжевого, красного и даже синего цветов. На самом деле это было довольно красиво.

Празднично.

Он рванул с места, когда кто-то выбежал из открытой пожарной лестницы.

Это напомнило ему, что он хотел посмотреть на YouTube видео с фестиваля "Burning Man", когда вернется домой. Он был ценителем искусства и всего такого.

Алекс достал из пальто одноразовый телефон - без каких-либо скрытых смыслов - и, свернув за угол на следующую улицу, посмотрел в зеркало, где горящее здание исчезало в темноте. Он набрал номер Уильямса, владельца, единственный номер в памяти телефона.

- Алло? - ответил Уильямс.

Он звучал удивительно бодро для человека, который только что устроил... это.

- Все сделано, - сказал Алекс.

.

- Кто это? - ответил тот.

- Это я, а кто, по-вашему?

Наступила пауза, прежде чем Уильямс, похоже, догадался, что это Алекс.

- Коул? - тихо спросил он.

Алекс покачал головой. Вздохнул.

- Все сделано, - повторил он.

- Что сделано? - Уильямс звучал... обеспокоенно.

- Работа, а вы как думаете? - Алекс дернул руль одной рукой, разворачивая машину на краю парка.

- Но мы договорились... седьмого.

- Не будьте придурком. Первого. Сегодня первое.

- Я знаю, что первое, мистер Коул, но мы договорились о седьмом.

- Нет, первого.

Чертовы люди. Если он собирался уклониться от оплаты второго взноса, который должен быть выплачен по завершении...

- Седьмого, мистер Коул.

Теперь он звучал немного напряженно.

Алекс вздохнул. Блядь. Это был последний раз, когда он имел дело с этим придурком.

- Слушайте, - сказал он, зажав телефон под подбородком и освободив руку. Водить так было очень незаконно, и Алекс не любил, когда его заставляли это делать. Он залез в карман пальто и вытащил записку о заказе, нацарапанную на обратной стороне стикера, на лицевой стороне которого был номер девушки по имени Тиффани. Он не помнил, кто такая Тиффани и откуда у него этот номер, но она могла захотеть с ним переспать, поэтому он постарался не потерять его. - Я записал... - сказал он.

Он посмотрел на бумажку, которую было трудно прочитать в свете мигающих уличных фонарей. На ней был адрес детского сада и дата. Это могло быть седьмое, а не первое. Хм. Черт.

- Там были люди?

Алекс неопределенно хмыкнул в трубку.

- Моя жена... - тихо сказал Уильямс. - Сколько человек выбралось?

Алекс посмотрел в зеркало заднего вида. Лучше не называть ему конкретное число. Ноль - это тоже число, верно?

- Я буду ждать оплату в течение семи дней. Если я могу чем-то еще помочь, свяжитесь со мной по обычному каналу. Не звоните по этому номеру.

Он отключился, замедлил ход и опустил окно, проезжая по небольшому мосту над рекой. Он выбросил одноразовый телефон из окна, на камни у воды. Закрыл окно, чтобы избавиться от холодного дуновения. Скорее всего, он никогда не увидит вторую половину денег.

Нарушение контракта, - сказал бы этот нытик, если бы его спросили. Но у них не было контракта. Боже, нет. Бумажные следы - это ужасно.

Но если день был неудачным, то у этого придурка, скорее всего, не было алиби. И если жена - которая, вероятно, теперь была мертва - имела страховку на случай смерти, то для него все выглядело вдвойне плохо. Но если его не посадят за это, то он должен будет иметь достаточно порядочности, чтобы заплатить Алексу. С учетом всех дополнительных денег от страховки.

Он убедился, что положил номер девушки обратно в карман. Если не сможет вспомнить имя в течение дня или двух, позвонит ей. Посмотрит, сможет ли он поразвлечься.

Он свернул на шоссе. Поехать домой, поспать, а утром вернуться в офис. Посмотреть, что там у Джекс.

Алекс закрыл за собой дверь и бросил плащ на стул в углу офиса. Зима уже давала о себе знать, но плащ спасал. Спасал его. Он подошел к столу и нажал кнопку "воспроизведение" на автоответчике. Единственным сообщением был веселый голос Джекс.

- Для тебя только одно, так что не буду заморачиваться с кодом. Заказ на такси.

и .

Заказ на такси. Черт. Это означало одно из двух. Сопроводить кого-то, кто хотел добраться из пункта "А" в пункт "Б" незаметно и без проблем. Кого-то, кому могла понадобиться небольшая поддержка. Поддержка от кого-то надежного и знающего свое дело. Или, что более вероятно, кого-то, кто должен был добраться из пункта "А" в пункт "Б" и определенно попадет в беду, и кому нужен был какой-нибудь придурок, который встанет между ним и ножом. Алекс сам опустил взгляд. Его дни Джейсона Стэтхэма остались в прошлом. Затем он улыбнулся. Да. Конечно.

Он засунул руку в карман и вытащил бумажку с номером Тиффани. Где, черт возьми, он ее взял? Наверное, был пьян в стельку. Да пошло оно все. Он взял телефон и набрал номер Джекс.

- Привет, - oна звучала слишком бодро для такого раннего утра.

- Ну, давай. В чем дело, худышка?

Глупо было так сказать, конечно. Наверное, услышал где-то в фильме.

- Нужно перевезти Джейсона Кристиана из Аберистуита в лондонский аэропорт. Не сказали, в какой именно. Восемь штук.

Казалось, много. Наверное, будут проблемы.

- Уэльс? Чертов декабрь. Автомагистрали будут забиты придурками. Я не хочу это делать.

- Так это: "я все ненавижу, малыш уронил игрушки" - я не хочу это делать, или: "позвони им и откажись от заказа" - я не хочу это делать?

Алекс вздохнул.

- Какой номер?

Восемь штук - это восемь штук. Он нацарапал номер Кристиана на другой стороне стикера под подробностями о вчерашнем пожаре.

- Я позвоню ему. Посмотрю, что там.

- Как хочешь, - ответила Джекс. - Есть шанс обсудить рождественскую премию? - добавила она.

- Нахалка, - ответил Алекс. - Я дам тебе знать, когда будет.

Он отключился и сразу же набрал номер, который дала ему Джекс, а затем сунул листок обратно в карман пиджака.

Телефон прозвонил три раза, и затем ответила женщина.

- Алло? - тихо сказала она с валлийским акцентом.

Звучало скорее как "Хэллоу".

- Здравствуйте, можно Джейсона Кристиана?

- Нет.

"Нэат". Странно.

- О... ладно, - Алекс не знал, что сказать дальше.

- Это мистер Коул?

"Коуэлл".

- Ага.

- Вы звоните, чтобы подтвердить его встречу?

- Мне сначала нужно немного информации.

- Джейсона нужно отвезти отсюда, из Аберистуита, в аэропорт Гэтвик - это на южной кольцевой дороге М25.

- Хорошо, - oн знал, где, блядь, находится Гэтвик. - Хорошо, но зачем я вам нужен?

- Мне нужно, чтобы Джейсон был благополучно посажен на самолет. Доставлен выхода . И могут быть проблемы. Я слышала от друга, что вы - лучший. Вы защитите Джейсона любой ценой.

- Это часть работы, - сказал он, улыбаясь про себя. Клево. Люди его рекомендуют. Может, ему стоит начать собирать отзывы на "Yelp"? - Когда нужно?

- Его рейс в Израиль улетает завтра в одиннадцать утра. Так что вам нужно забрать его до девяти вечера и доехать до аэропорта ночью.

Алекс посмотрел на часы. У него было двенадцать часов, чтобы добраться до Уэльса. Хорошо.

- Ладно. Я возьму деньги, когда доставлю его к выходу .

- Я дам вам гонорар, когда вы его заберете, - сказала она.

Еще лучше. Алекс взял адрес Кристиана и сказал, что будет там до наступления ночи. Он закончил разговор, открыл ящик стола, достал банальную бутылку виски и налил себе полный стакан. У него было пару часов в запасе. Что делать? Позвонить Тиффани, - подсказывал ему член. - Сделай меня мокрым. Он даже не знал, зачем у него был ее номер, может, он уже воспользовался им. Никто не любит повторений, хотя он не помнил... Его мысли прервал стук в дверь.

Алекс оглянулся по офису. Через матовое стекло он мог разглядеть по крайней мере двух человек. Быстро проверил второй ящик. Там лежали кастет и складной нож. Хорошо. Он оставил ящик приоткрытым, чтобы легко достать оружие.

- Войдите, - сказал он.

Это были неприятности, но не такие, как он себе представлял.

- Джонни Лазаро.

Глупое мачо-имя. Алекс откинулся на спинку кресла, снова взял виски и закрыл ящик. Оружие не понадобится.

- Для тебя, я - детектив Лазаро, - oн ткнул пальцем в полицейского в форме. - Констебль Смит, - сказал тот.

- И чем я могу вам помочь?

Лазаро сел на стул напротив Алекса, по другую сторону стола, хотя Алекс ему не предложил. Затем появился полицейский и встал у него за плечом, как гребаный приспешник. Эти два мудака оставили дверь в кабинет открытой.

- Птичка напела... - начал Лазаро.

Придурок.

- По-английски, Джонни. Чем... я... могу... вам... помочь... - он взглянул на полицейского в форме, - ...и вашему домашнему поросенку?

Он заметил, как полицейский нахмурился. Немного нахмурился. Вызывающе. Ублюдок выглядел как двенадцатилетний мальчишка. Зеленый за ушами.

- Я полагаю, ты слышал о пожаре в детском саду в Бирчингейте? Назывался он "Мелкие шалости и хиханьки" или как-то так.

Алекс сделал хорошо отрепетированное невинное пожатие плечами.

- Бирчингейт... - он задумался, глядя в потолок. - Бирчингейт... - повторил он. - Не думаю, что знаю это место.

Оно находилось в пятнадцати милях отсюда. бы по .

Так в чем же дело? Кто-то узнал машину, на которой он ехал? Она была взята напрокат (украдена) - никто не сможет его в этом уличить. Кто-то видел его на месте преступления? Кто-то выжил?

- Прошлой ночью там погибло много людей. Мы все еще пытаемся собрать остатки барбекю.

- И...? - Алекс наклонился вперед и оперся на стол. - Мне нужно работать, выкладывайте.

- Сегодня утром поступил анонимный звонок, что ты был там.

- Анонимный звонок? Bы же знаете, что это не так, Джонни. Один из моих конкурентов пытается , пока вы тратите свое и мое время. Несомненно, чтобы украсть .

Лазаро кивнул.

- Совершенно верно. Но я подумал, что зайду и попрошу тебя не уезжать из города в ближайшие несколько дней, пока твое имя не будет снято с расследования.

Технически он уезжал из страны сегодня днем, но всего на пару часов. Он мог добраться из Англии до запада Уэльса за час-два, но не считал нужным говорить об этом Лазаро.

- Конечно. Куда мне уезжать?

Лазаро встал, в форме подошел .

- Мы будем на связи.

Алекс был уверен, что так и будет. Никаких проблем. Все улики, которые они найдут, будут косвенными. За долгие годы он научился хорошо заметать следы. Но оставался вопрос о том, кто дал на него наводку. Это должен был быть кто-то из его конкурентов, но только не из Ашбери. В этом районе и окрестностях было слишком много работы, чтобы они могли портить друг другу жизнь из-за мелкой заработной платы. Нет. Это был кто-то другой.

Уильямс.

Алекс подъехал на машине и припарковался на улице, в двух домах от дома Энтони Уильямса и его жены Эммы. Простите. Покойной жены. Найти их было легко. Быстрая проверка в реестре компаний, адрес зарегистрированного офиса детского сада, которым они владели - и готово. Домашний адрес найден. Бирчингейт, конечно. Выслеживал, как последний сукин сын.

Полиции не было. А зачем ей быть здесь? Неужели столп общества Энтони Уильямс собирался сжечь собственное дело? Да еще и с женой внутри. Неважно, бизнес в упадке или нет.

Алекс не знал, в упадке он или нет. Не спрашивал.

Ему было все равно. Ему было похер, почему кто-то дал ему деньги, чтобы сжечь здание. Однако он должен был помешать людям распространять ложь о его уважаемом детективном агентстве. И Уильямс был единственным, кто мог быть за это ответственен.

И Алекс собирался его уничтожить.

Он вышел из машины. Достал из багажника веревку. Ту, что всегда носил с собой. Она хорошо подходила для того, чтобы связывать людей.

Проходя по двум улицам к дому Уильямса, он сунул руку в карман и сжал в кулаке кастет. Тот, который принес из офиса. Он держался подальше от главной дороги. Не хотел, чтобы какой-нибудь пацан, проезжая мимо в машине, высунулся из окна и заметил что-нибудь. Последнее, что ему было нужно, - это оказаться в какой-нибудь гребаной реконструкции преступления на телевидении.

К черту их. Он сердито перешел улицу и подошел к дому Уильямса. Большой, отдельно стоящий дом на углу. Похоже, раньше здесь был кабинет врача. Он обошел живую изгородь и вошел в ворота. К входной двери.

Позвонил в звонок.

Подождал.

Когда Уильямс открыл дверь, он выглядел так, будто плакал. Неудивительно, на самом деле. Парень только что потерял жену. Он посмотрел на Алекса.

- Я могу вам помочь?

Они никогда не встречались. Алекс надеялся, что тот узнает его по голосу. Он знал, как выглядит Уильямс, потому что его лицо было развешено по всему сайту детского сада. Директор, Энтони Уильямс. Алекс вытащил руку из кармана, надел на нее кастет, закричал на мужчину:

- Стукачи получают пулю, - и бросился в дверь.

Он набросился на Уильямса и ударил его в лицо. Кастет разорвал ему лицо, и кровь хлынула на них обоих. Уильямс успел вымолвить слово "бля", - прежде чем его челюсть сомкнулась от силы удара, кожа на лице разорвалась, и он откусил кончик собственного языка. Только немного, но этого хватило, чтобы из раны на лице хлынула кровь.

Алекс рухнул на него, и они оба упали на пол, когда тот потерял равновесие. Он тяжело приземлился на мужчину и почувствовал, как из него вышел весь воздух, когда его собственный вес раздавил мужчину. Он откатился, закрыв входную дверь после того, как убедился, что никто не смотрит. Затем он повернулся к Уильямсу, который сидел на полу.

- Мистер Уильямс. Приятно познакомиться.

- Кто... кто вы?

- Алекс Коул. Я полагаю, вы должны мне объяснить, почему вы пытались опорочить доброе имя моего агентства.

- Что? Коул? - oн начал шарить руками, ища опору, чтобы подняться на ноги. - Нет... что? - oн пускал кровь изо рта.

Алекс наклонился и нанес удар в ребра мужчины. Раздался отчетливый звук сломанной кости. Затем Уильямс начал кричать, свернувшись в позе эмбриона и обхватив себя руками. Звук был похож на то, как будто кто-то вставил дилдо в козленка. Это долгая история, откуда Алекс это знал... об этом в другой раз.

Он наклонился над ним.

- Почему ты это сделал?

- Ты психопат! - выпалил тот.

- Это не ответ, - oн ударил его снова.

На этот раз в голову, . Не слишком сильно. Убить человека, ударив его по голове чем-то металлическим, было довольно легко. Голова мужчины отскочила от плинтуса и закачалась, как будто он боролся с сознанием.

Алекс снял кастет и сунул его обратно в карман. Он схватил Уильямса за рубашку и, бормоча что-то бессвязное, потащил его . Офис. Идеально. У этого ублюдка был кондиционер и вентилятор на потолке. Все современные удобства, да? Он чуть не бросил ублюдка на офисный стул - одну из этих чертовых штуковин на колесиках. Нахмурился, глядя на компьютер, и включил его. Он никогда не был силен в технике, но с этим мог справиться. Его внимание снова переключилось на Уильямса.

- Так я псих, да? - он ударил Уильямса по голове.

Кровь брызнула по комнате, как из водяного пистолета, а его кожа разорвалась еще сильнее и в новых местах.

Уильямс повернул голову, свалился на стул, едва способный издавать звуки, не то что слова. Его лицо начало опухать. Глаз уже выпучился так, что его было невозможно открыть. Кровь текла из ран на коже, стекала по лицу на подбородок, капая на рубашку и окрашивая ее в красный цвет.

- Почему ты стуканул?

.

На этот раз Уильямс принял удар, закатив глаза, кровь брызнула, но он держал голову прямо, как будто удар вбил в него немного здравого смысла.

- Я не знаю, о чем ты говоришь.

По крайней мере, так показалось Алексу, несмотря на кровь и все остальное. Он включил кондиционер и нажал все кнопки, пока тот не начал выдувать самый холодный воздух, на который был способен. Пятнадцать градусов.

- Я думаю, ты знаешь, - сказал он.

Он наклонился к лицу Уильямса и ухмыльнулся ему. В руке он держал веревку. Делал петлю.

- Пожалуйста, - слабо прошептал тот.

Честно говоря, он выглядел так, будто сейчас заплачет.

Алекс закончил петлю и бросил ее на вентилятор на потолке. В первый раз она отскочила. Второй раз оказался удачным. Затем он привязал ее к ножке стола, обмотав вокруг второго стола и сделав систему блоков. Затем он накинул петлю на голову Уильямса и потянул.

Она мгновенно затянулась, и Алекс продолжал тянуть. Мужчина корчился, пытаясь засунуть пальцы между шеей и веревкой. Все было тщетно. А Алекс продолжал тянуть. Он вытащил Уильямса из кресла. До тех пор, пока веревка не затянулась.

Алекс должен был признать, что вентилятор был хорошо сделан. Хорошо закреплен. Он почти ожидал, что вентилятор будет сорван с потолка задолго до того, как он дойдет до этого.

- Зачем? - рявкнул он.

Уильямс издал звук, похожий на кашель ребенка.

Алекс потянул сильнее. Почти подняв его с пола.

Пытаясь не дать себя задушить, Уильямс уперся ногами в стул, и пока Алекс продолжал тянуть, он оказался стоящим на офисном стуле с колесиками, его ноги дрожали, как у олененка.

Затем Алекс завязал веревку.

- Ты же знаешь, что если стул выскользнет из-под тебя, ты умрешь, да? - oн ухмыльнулся.

Уильямс все еще цеплялся за веревку, пытаясь удержаться.

, - подумал Алекс. Он переключил свое внимание на компьютер. . Отлично. Он открыл текстовый редактор. Набрал:

Это был я. Я сделал это. Я сжег ясли ради денег. Моя жена была шлюхой. Она заслуживала смерти. Я сожалею обо всем. Я очень себя за это ненавижу.

Набирать одним пальцем заняло вечность. Но Уильямс все же удержался на ногах. Задыхаясь. Кровоточа.

Колеблясь.

Алекс взглянул на него. Он бормотал что-то о том, что его "подставили" и что "он ничего не сделал". И что "Алекс убил его жену".

Но... стукачи... верно?

Алекс обошел его, чтобы встать лицом к нему, а кресло немного раскачивалось при каждом неуверенном движении ног Уильямса.

- Ладно, - сказал Алекс. - Я понимаю, почему. Просто скажи мне, что ты сделал, и я тебя отпущу. Все просто, - oн ухмыльнулся ему.

- Я просто позвонил...

Алекс ударил по стулу. Этого было достаточно.

Офисный стул соскользнул с ног Уильямса и пролетел по комнате, отскочив от стола, и раздался резкий треск, когда Уильямс слетел и остался висеть, подвешенный за шею. Затем раздался короткий хлопок.

Алекс нахмурился.

- Что за хрень?

Он честно говоря не ожидал, что вентилятор выдержит падение. Кроме того, он был удивлен, что шея Уильямса сломалась при таком небольшом падении. Конечно, со старой петлей палача и всем прочим, падение было метр-полтора, но здесь было всего несколько сантиметров. Может, он был сделан из ? А что это был за звук... Господи Иисусе. Запах ударил ему в нос. Из штанины мужчины сочилось говно. Оно . Он пожал плечами.

- Чертова петля, - сказал он, - как я и говорил.

Затем он повернулся и вышел из комнаты. Пошел на кухню.

Сделать бутерброд.

Ему предстояла долгая поездка. Он не хотел останавливаться по дороге. Может, попадешь в пробку, дольше будешь ехать... Да и в прошлый раз, когда остановился на заправке, какой-то ублюдок поцарапал машину.

Он положил в хлеб еще немного ветчины. У этого ублюдка был хороший хлеб. Хорошая ветчина. Видимо, на воспитании чужих детей можно было заработать. Он порылся в шкафчике над стиральной машиной и нашел пакет для бутербродов. Упаковал бутерброд, а потом заглянул под раковину.

- Ага.

У всех под раковиной есть пакет с пакетами. Всеобщий закон. Он сунул туда бутерброд, четыре банки пива из холодильника и батончик "Сникерс".

Потом ушел. Мимо задних домов к машине.

Он сел в машину, взглянул на часы. До Уэльса ехать еще несколько часов.

Алекс поехал по трассе M25 в Уэльс. Наверное, это был не самый быстрый путь, но зато самый простой. Он без труда добрался до Аберистуита. К вечеру он был на месте. Остановился и стал наблюдать за домом. Перед тем как войти, всегда лучше убедиться, что все в порядке.

Он ждал. Дорога вела из города. Место было уединенное. Похоже на фермерский дом. Он вытащил из кармана листок и снова посмотрел на имя Тиффани, как будто это могло вернуть ему какую-то чудесную память. Но ничего не произошло. Казалось, это имя принадлежало какой-то шлюхе. Алекс ущипнул себя за нос. Сколько времени этот листок пролежал у него в кармане? Он засунул его обратно. Четыре дня? Пять? Черт возьми. Он явно был пьян, когда писал это, где-то в последние четыре или пять дней, а это могло быть... много-много раз.

Он открыл дверь машины. Черт. В конце концов он вспомнит. Он хлопнул дверью и пошел к дому. Тот находился недалеко от дороги. Уединенный. Вокруг были поля и сараи. На входной двери не было звонка. Он постучал. Кулаком. Сильно.

Внутри что-то шевелилось.

Дверь открылась. Женщина. Молодая. Достаточно сексуальная, чтобы - будь у Алекса не срочного дела в Гэтвике - он попытался бы ее трахнуть.

- Здравствуйте, - сказал он. - Такси для Джейсона Кристиана.

Женщина улыбнулась. На ней было светло-синее платье. Одно из тех летних, которые не подходят для декабря.

- Заходите, - она жестом пригласила его войти.

Алекс огляделся. Раньше его заманивали в отдаленные места под обещаниями работы. Или секса. Вообще-то, секса довольно часто. А потом на него набрасывались какие-нибудь придурки, думавшие, что смогут одолеть Алекса Коула. Им это часто удавалось. Но он все еще был здесь, чтобы платить по счетам.

В любом случае, он не заметил ничего подозрительного, поэтому посмотрел на задницу женщины и последовал за ней. Никаких трусиков. Может, она без них? У него было тридцать минут... чтобы сделать это дважды?

Она остановилась и посмотрела на него.

- Мистер Коул, - сказала она, отвлекая его взгляд с ее груди на лицо. - Сюда.

Затем она скрылась в соседней комнате.

Алекс последовал за ней.

В комнате было тепло. Горел камин. Это объясняло короткое синее платье. На диване сидел мужчина. Она села рядом с ним и указала на стул напротив. Между ними стояла детская кроватка. Значит, быстро трахнуться не получится, - подумал он. - Ничего страшного. Он сел.

- Это мой партнер, Джо, - сказала она. - Я - Мэри.

Черт. Алекс ожидал, что этот чувак и есть Джейсон.

- Джейсон? - спросил он. - Pасписание, - добавил он, постучав по часам.

Мэри указала на кроватку.

Алекс наклонился и посмотрел на ребенка. Мелкий ублюдок. Похоже, ему всего несколько дней от роду. Месяц. Может, два. Да что Алекс знает?

- Это Джейсон, мой сын.

Алекс посмотрел на Мэри... и на Джо.

- Ага, - сказал он. - Джейсон... Кристиан, вы сказали

Мэри кивнула.

- Его нужно отвезти в Израиль, к моей семье. Понимаете, Джо - не его отец, и я не хочу иметь ничего общего с его... с человеком, который сделал меня...

Ее слова замерли.

- Я понимаю, - кивнул Алекс.

Джо вытащил конверт и протянул его Алексу.

- Восемь тысяч фунтов, - сказал он. - Ты позаботишься о мальчике.

В его глазах мелькнуло что-то, на чем Алекс задержал взгляд на секунду. Жалость. Страх. Может быть. Неважно. Ублюдок. Он взял деньги и встал.

- Я не взял детское кресло, - сказал он, глядя на Мэри... в синем платье.

Он посмотрел на Джо. Черт возьми. Вниз нa Джейсонa. Израиль.

- У нас есть автокресло, но только на одну ночь. Вы должны доставить его прямо к выходу на посадку. Авиакомпания знает, что он летит один. Выход, он должен быть там к семи часам.

Алекс кивнул. Он уже просчитал все в уме.

- Я могу добраться до Гэтвика за три часа. Прогнозируют снег, но это меня не задержит. Документы?

Мэри начала усаживать ребенка в странно выглядящее кресло, а Джо просматривал конверт с паспортом ребенка, билетами и прочим. Убедившись, что все документы на месте, он передал их Алексу и вытащил сбоку дивана дорожную сумку.

- Он хороший ребенок, - сказал он. - До выходa вам не придется его переодевать, но на всякий случай вот вам.

Алекс внимательно наблюдал за ними. Они были взвинчены. Черт, они чего-то боялись.

- Так почему я? - oн открыл сумку и засунул туда документы. - Вы могли бы взять такси. Черт... - oн замолчал. - Извините за мой французский. Вы могли бы купить такси за восемь тысяч. Какие неприятности меня ждут? Мне все равно, я справлюсь, просто хотелось бы знать.

Он взял сумку и направился к входной двери. Мэри последовала за ним, неся ребенка в переноске.

- Его настоящий отец может попытаться вас остановить. Но я уверена, что вы справитесь, - oна повторила его слова.

- Ага.

Он загрузил сумку в багажник, а Мэри засунула автокресло на пассажирское сиденье, усадив ребенка спиной к дороге. Так Алекс мог видеть его лицо, когда будет вести машину.

- Это безопасно? - спросил он ее.

Bыглядело не безопасно. Алекс не был против убийства детей, но если это был тот, кем он его считал, - а это было очевидно, - он не хотел нести ответственность за эту смерть. А это определенно не было безопасно.

- С ним все будет хорошо, - сказала Мэри, проводя пальцами по лбу ребенка.

Ребенок улыбнулся. Легкий смешок. Пузырь соплей.

Алекс закрыл дверь.

- Почему вы не едете с ним? - спросил он.

- Мы поедем. Через несколько дней. Ему нужно уехать как можно скорее, а с рождественскими рейсами это было сложно.

Алекс кивнул. Он обошел машину, сел и завел двигатель. Они оба стояли и смотрели, как он разворачивается на подъездной дорожке фермы. Затем он уехал, не оглядываясь.

Работа есть работа.

Алекс взглянул на младенца, когда выехал на главную дорогу. Тот смотрел на него.

- Итак, - сказал он. - Ты - второе пришествие Христа?

Алекс прищурился, глядя в окно на снег. Он падал все сильнее. , это на землю. Они даже еще не выехали из Уэльса. Он взглянул на ребенка, который смотрел на него.

- Так... твой старик. Он какой?

Алекс уже минут десять назад перестал пытаться разглядеть что-либо на другой стороне дороги, поэтому смотреть на дорогу казалось ему немного излишним.

Он посмотрел на небо через лобовое стекло, на падающий снег.

- Черт, - сказал он. Взгляд на ребенка. - Извини за мой язык. Я не хочу попасть в Aд за это.

Он снова посмотрел на снег и дорогу. Да пошло оно все. Он все равно попадет в Aд, не так ли? Спал со всеми этими проститутками. Наверное, это какое-то предостережение в Библии. Ну, вы знаете. За это придется заплатить. Он не знал. Черт. До недавнего времени он даже не задумывался, есть Бог или нет. Очевидно, межпространственные божества существуют, так что обычный Бог...? Почему бы и нет.

- Джейсон - не очень удачное имя для Христа II, правда? - oн бросил взгляд на ребенка. - Без обид.

Он не делал ситуацию лучше, правда?

Алекс включил радио. Может, это отвлечет его от всей этой ситуации. Станция затрещала и зашипела. Но это заполнило тишину.

- Так, что ты думаешь о хэви-метале и музыке как о входных воротах в мир зла? Judas Priest, что-то в этом роде?

Странный вопрос, особенно когда играл Def Leppard. Боже - без каких-либо намеков - это было самое благочестивое, что можно было услышать. Алекс вздрогнул. Надо прекратить богохульствовать, даже в своих мыслях. Оглянись. Никогда не знаешь, кто слушает.

Песня закончилась, заговорил ди-джей. Болтал о гребаном Рождестве. Алекс всегда ненавидел Рождество. Так трудно найти шлюху. Лучший шанс - это подцепить кого-нибудь такого же одинокого, как он, в канун праздника, и надеяться, что она останется, узнав, чем он занимался в этот год. В один год какая-то телка вернулась к нему совершенно пьяная. Они отлично проводили время, пока он не упомянул, что всегда хотел, чтобы его трахнули бутылкой "Kолы". Она не была совсем против этой идеи. Но он проснулся один в Рождество. В час дня. С больной задницей. Хорошие были времена.

Потом по радио начались новости. Алекс посмотрел на часы на приборной панели. Уже чертов час ночи. Диктор говорил о выборах в США. Какое ему было дело до этого? Он увидел очертания знака "Добро пожаловать в Англию".

- Да. Здорово.

Он едва мог видеть, что было перед ним, и теперь ехал со скоростью около пятнадцати миль в час. Англия, Шмингленд.

Парень по радио начал говорить о снеге. Алекс увеличил громкость. Снег неожиданно пошел сильно. Без шуток. Он появился из ниоткуда. Без шуток. Он остановил все движение. Без шуток. Он слушал, как парень начал перечислять закрытые дороги, молясь, потому что, знаете, Бог, вероятно, преследовал его. Молясь, чтобы дороги, по которым ему нужно было добраться до Гэтвика, были открыты.

А потом по радио сказали, что аэропорт Гэтвик приостановил все рейсы.

- Ублюдок, - крикнул Алекс. Посмотрел на ребенка. - Не ты, - прорычал он. Он ударил рукой по рулю. - Гребаный мастурбатор, - посмотрел на ребенка снова. - Твой... - он удержался от того, чтобы прямо осмеять Всевышнего, - ... старик сделал это, да?

Джейсон выплюнул маленький пузырь и хихикнул.

Все шло через жопу.

Почему? - подумал Алекс. - Почему это всегда происходит со мной? Я просто хотел выполнить простое задание по похищению ребенка. Вывезти ребенка из страны без ведома отца и получить за это кучу денег. Но нет, это должно ? Он все еще бессмысленно двигался в направлении аэропорта. Может, просто выбросить ребенка из окна? В снег? Пусть стихия решит, как с ним поступить.

Он будет в порядке, правда? Сын Бога и все такое? Наверное, приземлится лучше, чем Алекс, пытающийся пробиться через снег.

Он мог бы остановиться и выкинуть ребенка в поле. Чтобы почувствовать себя лучше.

Ребенок издавал странные булькающие звуки.

Алекс вздохнул и съехал на обочину. Если бы это был кто-то другой, все вышеперечисленное было бы приемлемым решением, однако - однако! - учитывая, что это был Он, возможно, это была не лучшая идея. Сражаться с бессмертными, как он делал раньше, было, вероятно, легче, чем быть убитым. Или уничтоженным. Или как там это называется.

Он развернулся на 180 градусов. Надеясь, что он еще не на шоссе. Затем начал возвращаться. Он просто высадит этого маленького засранца у его мамы, оставит себе деньги за беспокойство и поедет дальше.

Это было лучшее решение.

К тому времени, когда он вернулся к дому Марии и Иосифа, просто . Простите. Мэри и Джо. Он остановился на дороге, услышав, как колеса скребут бордюр, которого он не мог видеть. Алекс покачал головой и открыл дверь. Снежный покров был почти достаточной глубины, чтобы дойти до нижней части дверей машины. Он вышел и обошел машину, шагая по снегу, как по Луне. Он достал "Христа II" с пассажирского сиденья и направился к дому.

В доме еще горел свет.

Он ожидал, что все уже будут спать.

Он достал телефон и посмотрел на него. Блядь, три часа ночи. Они все должны были спать. Может, они все не спали, боясь, что папа узнает, что они отдали Малыша X. какому-то дерьмовому лорду, чтобы тот увез его в какую-то, блядь, страну? В Израиль или еще куда-нибудь? Неважно.

Он подошел к входной двери. Постучал. Пошумел. Неся сына Бога в странном маленьком рюкзаке.

- Эй? - крикнул он в окна. - Это я. Я привез Малыша X. назад. Рейсов нет, - oн подождал. - Эй?

Хер с ним. Для этого слишком холодно.

Алекс попробовал дверную ручку. Открыто.

Слава Богу. Он толкнул ее и шагнул из падающего снега на ковер. Потряс ногами, чтобы стряхнуть снег.

- Эй? - крикнул он. Чертов свет был включен. Они должны были быть где-то там. - Я привез ребенка, - oн оставил переноску и закрыл входную дверь ногой. - Эй?

Алекс подошел к двери гостиной, где они встретились ранее. Заглянул внутрь. Огонь все еще ревел. Джо сидел в том же кресле, что и раньше. То есть, сидели его руки, ноги и туловище. А голова? Не очень.

- Ух.

Алекс вошел в комнату. Запах крови ударил ему в нос. Он посмотрел на тело. Шеи было достаточно, чтобы проверить пульс, но он не считал это нужным. Похоже, кто-то был здесь до него. Он огляделся.

Головы не было.

Похоже, это была последняя шлюха, которую он подцепил. Хех. Давай, - подумал он. - Сосредоточься. Кровь все еще сочилась из обрубка, где раньше была голова Джо. Она стекала на его рубашку, оставляя пятна, похожие на пролитое пиво. Алекс прислушался. Это могло произойти только недавно. Очевидно, это был Бог. Или Ангелы. Да пошло оно все. Они существуют? - oн пожал плечами. - Наверное.

Дерьмо.

Он вернулся в дом. Не услышав ничего, он взглянул на Малыша X., прежде чем медленно начать подниматься по лестнице. Одной рукой он держался за перила. Поднимаясь, он оглядывался по сторонам, следя за тем, чтобы на него не напали. Лестничная клетка и коридор наверху были пусты. Алекс скользил, словно был смазан маслом. Он искал Мэри. Если они ее не забрали. Первая дверь на лестничной площадке не была заперта. Он толкнул ее. Ванная. Следующая. Дверь распахнута. Детская. В обеих комнатах никого не было. Осталось всего пара комнат. Он подошел к следующей. Дверь была закрыта. Он положил руку на ручку и вздохнул. Если кто-то собирался на него наброситься, то это будет здесь. Он повернул ручку. Медленно. Тихо. Стараясь застать их врасплох. Он почувствовал, как защелка сдвинулась.

Алекс распахнул дверь и ворвался в комнату, как чертов "Суини"[11]. Ничего.

Ну, ничего живого.

Мэри лежала на кровати. Ее раздели догола. Она была сильно изрезана. Ее груди висели тяжелыми, молочно-белыми, но забрызганными слизью. Они были на расстоянии около двух с половиной метров друг от друга. Алекс посмотрел на одну на подушке, а другую, выброшенную на пол у подножия кровати. Ее руки лежали на стуле у окна, а ноги отсутствовали. Голова была на месте. Это уже что-то. Алекс стоял над туловищем. С кровью на ней смешалась сперма. Ублюдки изнасиловали ее. Надеюсь, после того, как она умерла. Хотя бы это ей оставили.

Жаль. Она была хороша.

Ну, знаете, раньше вечером. Не сейчас. Алекс потер подбородок. Он опустил руку на ее плечо, стараясь не запачкаться спермой какого-нибудь старика, и потрогал ее. Не горячая. Но еще теплая. Обa были убиты совсем недавно.

Он не видел на улице других машин. Ангелы? Это слово снова закружилось в его голове. Им нужны машины? Кто знает? Боже. Он оглянулся на дверь. Буквально. Алекс оглядел комнату. Быстрый взгляд. Детектив в нем хотел знать, кто это сделал и почему - хотя он был почти уверен, что это были ангелы (к тому моменту он уже привязался к этой идее), - но ему за это не платили.

Черт. И у него на попечении был Сын Божий. Джейсону нужно было куда-то деваться.

Алекс посмотрел на голову Джо, лежащую на шкафу и уставившуюся на него. Его лицо было искажено - судя по всему, после смерти - до какого-то насмешливого, нечеловеческого, жуткого выражения, чтобы (вероятно) разозлить Мэри. Алекс посмотрел на нее, уставившуюся мертвыми глазами на потолок. Она выглядела потрясенной. Он посмотрел на ее грудь без грудей. Да уж.

Алекс повернулся, чтобы выйти из комнаты, когда какой-то ублюдок выскочил из шкафа, застав его врасплох.

Парень был мускулистым. Крепким. Не толстым, но крупным, как гангстер. Мышцастым. Он сильно ударил Алекса, его вес был больше, чем у Алекса, и они оба споткнулись, упали на пол, где Алекс оказался на спине в луже теплой крови Мэри. Забавно. Громила выбил из него воздух.

- Ублюдок, - прорычал он.

. Алекс пытался не дать этой дряни прилипнуть к себе, удерживая этого гигантского ублюдка. Тот пытался обхватить Алекса своими жирными руками.

Это было недопустимо.

Алекс, не чуждый боевым искусствам, поднял колено и ударил так сильно, как только мог. Он почувствовал, как яйца ублюдка сжались, и тот издал странный, тихий звук, прежде чем Алекс оттолкнул его.

Забавно, Алекс не ожидал, что ангелы будут такими... плотными и мясистыми... Алекс пнул его, нанеся еще один, гораздо менее эффективный удар где-то по ногам упитанного мужчины, а затем подтянулся к краю кровати, испачкав руки в крови и... фу... чьей-то сперме. вытер руки о пальто, прежде чем продолжить подтягиваться, повторяя движения головореза один в один. Парень рылся в складках своего пальто.

У него было оружие.

ытащил нож.

Алекс прыгнул на него. Не дал парню замахнуться ножом. Удар. Он поставил свое плечо между рукой парня и своим телом. Одной рукой схватил ублюдка за запястье. Придержал нож. Огляделся по комнате. Нужно было... что-то.

Алекс ударил парня локтем в живот. Услышал, как из него вырвался воздух. Нужно было что-то делать. Сейчас. Алекс оттолкнулся от парня, развернулся и врезался в шкаф. План, так сказать, был такой: развернуться, оттолкнуться от шкафа и вылететь вперед, ударив парня в живот.

В теории это звучало неплохо.

Однако шкаф оказался слишком прочным, и Алекс разбил об него локоть, не добившись ничего, кроме того, что по его руке пробежала дрожь от удара в локтевой нерв, он слегка ударился головой о дверцу и слегка раскачал шкаф.

Затем голова Джо упала с верха шкафа, отскочив от плеча Алекса, и он инстинктивно поймал ее. Джо уставился на него с странным выражением лица, а взгляд Алекса переместился с отрубленной головы на головореза, который к этому моменту уже набрал скорость и бросился на него.

Алекс взял голову за волосы и замахнулся. Подумал, что это хорошая идея. Может, не очень. Это было как держать в руках проткнутый водяной шарик. Кровь хлестала по комнате, голова с каждой миллисекундой становилась все легче. Она отскочила от ублюдка, как будто Алекс махнул ему полистироловой головой. Держателем для парика. Чем-то в этом роде.

Но это отвлекло его.

Он выглядел удивленным.

Алекс швырнул голову в руки, и тот тоже инстинктивно схватил ее. Это дало Алексу возможность схватить нож в его руке и разжать пальцы. Все это время этот парень - не ангел? - смотрел на голову. Алекс взял нож и вонзил его в бок парня. На всю глубину пальцев. До рукоятки. Парень закричал от боли и уронил голову Джо, отшатнувшись от Алекса. Тот выпустил нож из рук, когда кровь бандита брызнула из него, как из водяного пистолета, и обмазала его. Он повернулся. Схватил первое, что попалось под руку, в качестве оружия.

Руку Мэри.

Он замахнулся ею, ударив ее открытой ладонью - без силы - по лицу, отступая к двери. Алекс бросился на него. Поднимая руку (ее, не свою), он врезался в ублюдка, отбросив его спиралью назад, к концу коридора. Алекс повернул руку и ударил его по голове. Тот задыхался, схватившись за рану на животе, из которой все еще торчала рукоятка ножа.

Алекс победил его. Один быстрый удар ногой, и этот тупой мужик оказался бы на лестнице. Алекс был остановлен. Сдержан. Блядь. За его спиной был кто-то еще. Он поднял руку Мэри над головой и ударил этим мокрым придатком того, кто был за ним, и не поверил, когда тот отпустил его. Алекс повернулся, теперь спиной к тупому мужику на верху лестницы, и посмотрел.

Женщина. Эта была горячей, и еще живой. Может, они были ангелами?

Алекс поднял руку и бросился на нее, но она была быстра. Проворна. Она увернулась, и он упал. Даже не увидел, что произошло. Он оказался на ковре. Рука Мэри застряла под ним. Ему пришлось перевернуться. Встать. Убраться отсюда. Их могло быть еще больше. Он ударил ногой, но не попал.

Посмотрел на то место, где она была. Ее не было.

Блядь.

Алекс начал подниматься, и тот, кто его ранил, снова набросился на него. Теперь он был ужасно бледен. Все еще держась за бок. Алекс толкнул его, ударив в место, где тот был ранен. Пытался свалить этого ублюдка. Он пару раз хрипло зарычал от боли, но пытался зажать Алекса в захвате за голову. Алекс пошарил вокруг, нащупывая рукоятку ножа, все еще торчащую из него. Он схватил ее и вывернул.

Мясоголовый завыл от боли, и Алекс схватил его за плечи, оттолкнув изо всех сил в сторону, перекинув через перила и вниз, на лестницу.

Потом была боль.

Острая.

Голова.

Все замигало и стало бледным, мир стал бесцветным, а в голове разлетелись яркие белые искры. Кто-то... сзади... Алекс упал на колени. Он чувствовал, как кровь течет по его лицу. Горячая. Мокрая. Он склонился вперед. Чернота. Все чернело.

Он слышал бормотание, голоса людей, но не мог разобрать слов. Вибрации движения, кто-то проходит мимо него, выходит на лестницу. Раздался крик, громче. Все равно не разобрать.

Потом его охватила тьма.

Алексу приснилось, что Мэри делает ему минет без рук.

Алекс открыл глаза, почувствовав боль, как от тысячи похмелий. Он лежал на чем-то мокром. Это не могла быть его кровь. Во всяком случае, не вся, так как он сумел открыть глаза. Это уже было что-то. Одна сторона его лица была мокрой. Он немного приподнял голову. Затылок сильно болел. Они его хорошо приложили. Удалось сдвинуть руку, он поднял ее и вытер лицо. Розовое. Кровь смешанная со слюной. Он замерз, лежа на полу.

Он надеялся, что не умер.

В эти дни все, блядь, было возможно. Он перевернулся на бок и огляделся. Должно быть, они избили его, а потом ушли. На ковре была кровь. Должно быть, от этого тупого. Ножевое ранение. Он посмотрел на свою другую руку. Она была в крови. Он с трудом поднялся, чтобы сесть.

Через дверь в спальню он видел голову Джо на полу.

Рука Мэри лежала на ковре.

Алекс встал на четвереньки и с трудом поднялся на ноги, комната кружилась перед глазами. Тошнота поднималась из желудка. Он собирался блевать.

- Блееррргхххх.

Алекс наклонился вперед, когда блевотина попала ему на ботинки, отскочив от ковра. Он пробормотал:

- О, Боже, - прежде чем поднять руку и осторожно дотронуться до головы.

Он протянул руку и уперся в стену, ожидая, пока комната перестанет качаться из стороны в сторону, как будто он был на "Титанике".

Когда колебания комнаты утихли, Алекс встал и посмотрел через перила в угол у входной двери. Переноска исчезла. Ублюдки забрали ребенка. Что, в общем-то, не было сюрпризом. Он уже догадался, зачем они пришли. Но они были ангелами, еще бы. Он пощупал себя в поисках дырок, морщась от боли при каждом прикосновении, а болело почти все, прежде чем пошатываясь подойти к входной двери и выглянуть наружу.

Между домом и его машиной, на полпути, лежало тело - насколько он мог разобрать - которое медленно погружалось в заснеженную поверхность фермерского поля. Это должно было быть тело того, кого ему удалось заколоть.

Он затопал по снегу. Глубоко. Снег залез ему в штанину и проник в ботинки. Дойдя до тела, он перевернул его ногой, и оно оказалось на спине. Снег под ним был темно-красным. Алекс покачал головой, и кровь снова забурлила. Ему захотелось еще сильнее блевать. Черт.

Это был тот парень, которого он заколол. Похоже, он истек кровью. Бедняга, возможно, был брошен на землю своими коллегами, когда от него уже не было пользы. Побочный ущерб. Алекс подождал минуту, чтобы убедиться, что парень не очнется внезапно, как в фильме ужасов, прежде чем рискнуть наклониться и залезть в его пальто. Пощупал вокруг. Нашел кошелек.

Ангелы. Конечно.

Он открыл кошелек и посмотрел на водительские права. Лондон. Это дерьмо становилось все глубже. Он уставился на труп, проверяя, что фотография на правах соответствует лицу. Затем он залез в карман и вытащил телефон.

Набрал номер Джекс.

Телефон прозвонил пару раз, прежде чем она ответила.

- Ты знаешь, который час?

Он не знал.

- Мне нужно, чтобы ты проверила одно имя. Я хочу знать, кто этот парень, - сказал он, игнорируя ее вопрос и тон.

- Какое? - ответила она.

- Парень по имени Аса. Аса Таунсенд. Смуглый, симпатичный. Он только что пытался меня убить и схватил Джейсона.

- Джейсона? - Джекс все еще звучала растерянно.

- Джейсон. Сын Божий. Та чертова работа, на которую ты меня отправила... - Алекс начинал злиться. - Слушай, если я дам тебе номер водительского удостоверения этого парня, ты сможешь... - он запнулся, подбирая нужные слова, - ...взломать систему или сделать все, что ты там делаешь? Я хочу знать, кто он такой.

- Сын...? Что ты курил?

- Сейчас не время, блядь. Мне нужно знать, куда они увезли ребенка.

- Не возмущайся, - резко ответила Джекс. - Мне нужно добраться из спальни до стола в кабинете, - фыркнула она. - И что это за идея? Ты хочешь мстить тому, кто схватил Джейсона? Непохоже на тебя, вдруг такой благородный.

- Они также забрали мои восемь штук. Я хочу их вернуть.

- Сын Божий, говоришь?

- Ты знала, что Джейсон Кристиан был младенцем?

- О чем ты говоришь?

Алекс объяснил, пробираясь по снегу к своей машине, которая была чуть менее засыпана, чем подъездная дорожка. Он сбил снег с водительской двери, с силой открыл ее и сел в машину. Он перестал передавать информацию Джекс, только чтобы прочитать ей данные из водительских прав.

- Хорошо, - сказала она. Они оба успокоились. - Просто ввожу все в компьютер... - наступила пауза, а затем она спросила: - Сын Божий?

- Да. Слушай, мне все равно. Он может забрать ребенка, но я хочу назад свои восемь кусков.

- Ты думаешь, что Джейсон Кристиан - Сын Божий, и готов пойти против Всемогущего, чтобы вернуть свои восемь тысяч?

- Ну и что? Это мои деньги. Я их заработал.

Алексу удалось высвободить машину из сугроба и вернуться на дорогу, прежде чем Джекс успела сказать что-нибудь еще. Она просто продолжала напевать рождественские колядки.

- Похоже, - наконец сказала она, - что ваш мистер Таунсенд - преступник.

- Без шуток, - перебил он, пытаясь сориентироваться, вернуться на М4.

- Да он настоящий злодей. Здесь написано, что он уже отсидел десять лет за ношение оружия, а еще у него немало мелких правонарушений. Начал еще в детстве: антиобщественное поведение, хулиганство, воровство, кража со взломом. Все, что угодно.

- Ну, теперь он мертв. Это говорит о том, на кого он сейчас работает?

- Это не Википедия, ты же знаешь

- Вики-что?

- Неважно. Водительские права старые. Я нашла его текущий адрес и адрес работы, любезно предоставленный службой условно-досрочного освобождения.

- Адрес работы... вероятно, подставной. Давай оба.

Алекс сидел в своей машине возле многоэтажного дома на юге Лондона.

Очень по-ангельски, - саркастически подумал он. Это было даже не рядом с "Ангелом" в Ислингтоне. Было около половины шестого утра, и он уже стал свидетелем трех преступлений, просто сидя в машине. Полиции, конечно, не было. Не в таком районе. Он наклонился вперед и посмотрел через затуманенное окно на дом.

Это был один из тех домов, где живут наркоманы, с бетонной лестницей посередине и входными дверями, выстроенными в линию вдоль балкона спереди. Он покачал головой. Все меньше и меньше похоже, что Малыш X. был захвачен Богом. В этом были как плюсы, так и минусы. Конечно, это означало, что ему не придется сражаться с Всемогущим за восемь тысяч, как так красноречиво выразилась Джекс.

Но с другой стороны, он потерял Сына Божьего из-за каких-то, судя по всему, наркоманов из южного Лондона.

Что было лучше, он не знал.

Алекс открыл двер машины и вышел . На востоке его было совсем немного. Всегда одно и то же. Половина страны засыпана снегом, а в Кенте и Лондоне лед только угрожающе блестит. Он хлопнул дверью, не обращая внимания на то, что кто-то узнает, что он здесь. Он подошел к лестнице и начал подниматься на третий этаж, где, по словам Джекс, сейчас жил Таунсенд. По дороге он перешагнул через бездомного в спальном мешке. Бедный ублюдок.  , в , по которой .

На балконе - всего на три этажа выше - было заметно холоднее. Даже несмотря на то, что солнце уже собиралось встать. Он подошел к входной двери Таунсенда и замер. Он задался вопросом, не будет ли квартира пуста? Наполовину забита наркоманами? Убежище? Может, женщина с фермы Девы Марии?

Он прислушался к передней двери, прижавшись к стеклу. Матовое стекло с проволокой, чтобы его нельзя было разбить. Весь этот гребаный район был похож на тюрьму. Изнутри не доносилось ни звука. Но это ничего не значило. Он осмотрелся по сторонам, чтобы убедиться, что за ним никто не следит.

Он предположил, что для большинства людей еще слишком рано вставать, и, попытавшись заглянуть в окно рядом с дверью (возможно, в кухню, хотя шторы были задернуты), вернулся к двери.

И выбил ее ногой.

Она с громким грохотом рухнула внутрь. Он сломал чертов китайский замок с внутренней стороны, но это был весь ущерб, который он нанес. Он вошел и закрыл за собой дверь.

Подождал, пока его глаза привыкнут к свету, или к его отсутствию в квартире. В помещении был запах. Что-то, чего он не ожидал. Мыло. Он ждал, что в нос ударит зловоние дерьма, но этого не произошло. Квартира была чистая. Он быстро огляделся. Помещение было чистым. Убранным. Не то, что он ожидал увидеть у какого-то головореза, который так часто бывал за решеткой.

Затем раздался крик. Женский. В темноте. В руке у нее что-то было. Оно блеснуло, луч света отразился от блестящего металлического лезвия.

Металлическое лезвие!

Алекс откатился в сторону, услышав свист клинка, пролетевшего мимо него всего в паре сантиметров.

- Гребаные копы, - вырвалось у него, и он перевернулся на бок, врезавшись в кресло, а затем в кофейный столик.

Его плечо издало неприятный хруст, когда он упал. Блядь! Рука онемела. Он посмотрел на женщину. Она возвышалась над ним, полутемные тени падали на ее обнаженное тело. Мило.

Но она снова подняла нож. Не так мило.

Татуировки на бедрах. Мило.

Сосредоточься, блядь... Боже. Алекс откатился в сторону, выставив ноги в попытке сбить ее с ног, как ниндзя. Не сработало. Он действительно не имел понятия, что делает, но ему удалось встать на четвереньки, прежде чем лезвие вонзилось в его руку.

Оно вошло под углом, напоминающим разрез индейки. Алекс закричал от боли и, придя в себя от внезапного жжения, поднялся на ноги, вырвав нож из руки голой девчонки.

- Пиииииии... здаааааа! - завыл он, вставая.

Она просто стояла там. Глядя на него. Руки на груди, как будто только что осознав, что она голая. Глядя на него. Она замерла, поняв, что он не собирается просто упасть замертво. Алекс вытащил лезвие из руки, чувствуя, как кровь быстро течет на его пальто.

- Чего тебе? - спросила она.

Алекс едва слышал ее из-за стука в голове. Возможно, его сердце работало в усиленном режиме из-за прокола в кровеносной системе. Он направил лезвие на нее. Наверное, ему следовало вооружиться с самого начала.

- На стул, - рявкнул он.

Женщина повернулась, огляделась. Вероятно, в поисках стула, что было странно, поскольку она, судя по всему, жила здесь.

. Или занималась домашней работой голышом. Некоторые люди так делают, знаете ли. За деньги. -нибудь, . Подождите. Что он делает? Женщина отодвинула стул от двухместного стола и села лицом к нему. Ее руки лежали на стуле.

Ноги раздвинуты.

Если она пыталась заставить его пощадить ее, демонстрируя свою сексуальность... что ж, это срабатывало.

Алекс сбросил с плеч пальто, и оно упало на пол. Он поморщился от боли. Он посмотрел на себя. Она испортила ему рубашку. Он с отвращением фыркнул, думая о том, что теперь придется ехать в "Маталан". Ну и ладно. Ему просто нужны были его восемь тысяч. Поэтому он и пришел сюда. Да. Сосредоточься. Он посмотрел на нее.

- Кто ты, блядь?

Она покачала головой.

- Я должна спросить тебя о том же.

Алекс поднял нож.

- Не стоит. Выкладывай.

- Ты знаешь, кто мой муж?

- Аса Таунсенд?

- О... - это, казалось, выбило у нее ветер из парусов. - Он вернется в любой момент. Тогда ты пожалеешь.

- Нет, - сказал Алекс, качая головой. - Нет, не вернется.

Даже в тусклом свете он мог видеть, как она бледнеет.

- Что ты наделал? - тихо спросила она.

Сдержанно.

- Слушай, дело не в том, что я наделал, чья голова была отрезана или кто эякулировал на образ Богородицы. Дело в Асе Таунсенде. На кого он работает?

- Они убьют меня, - сказала она.

- Так вот как будет, да? - Алекс оглядел комнату.

Он включил свет и взял пару кухонных полотенец из мини-кухни. Их он использовал, чтобы привязать руки женщины к стулу.

Затем он пошел в ванную. Она была всего в нескольких шагах от нее. Он все еще мог видеть ее через плечо, несмотря на то, что квартира была просторной.

Посмотрев в зеркало над раковиной, он снял с раны разорванную рубашку и посмотрел на нее. Она порезала глубоко, но под углом, который не задел кости или мышцы. К счастью.

- Как тебя зовут? - спросил он, не оборачиваясь.

Алекс снял рубашку. Открыл шкафчик в ванной и стал перебирать вещи, пока не нашел марлю и обезболивающее.

- Дот, - ответила она.

- Дот. Мило. Я знал стриптизершу по имени Дот.

Он обмотал руку марлей и сжал кулак, убедившись, что рука все еще может двигаться.

- Я была стриптизершей, - сказала она.

- Должно быть, это была другая, - ответил Алекс. - Я никогда не забываю...

Он взглянул на себя в зеркало и улыбнулся. Да. Он вытащил пол горсти обезболивающих. Вернулся в другую комнату.

- Мне нужна новая рубашка.

- Шкаф, - сказала она. - В спальне. Я... я могу пойти с тобой, если хочешь.

Алекс посмотрел на нее. Вау. Она быстро показала свои карты. Ну, он полагал, что она показала почти все остальное.

- Ты можешь трахнуть меня, - прошептала она.

- Честно говоря, любовь моя, у тебя не особо есть выбор, не так ли?

Он ухмыльнулся. Пошел в спальню и открыл шкаф. Вытащил рубашку. Похоже, она подойдет. Затем вернулся к Дот. Повесил рубашку на дверь, подальше от нее. Потом подошел и встал перед ней. Нож все еще был у него.

Он кивнул на рубашку.

- Не хочу снова запачкать ее кровью.

И улыбнулся.

- На кого он работает?

- Я не могу, - ответила Дот.

Ее голос теперь был едва слышен. Алекс присел на корточки перед ней. Лезвие лежало на стуле. Между ее ног. Острый конец был направлен прямо на ее половые губы.

- Я вполне уверен, что знаю, что делаю. Вроде как...

Он ткнул ножом вперед, надеясь, что сможет вонзить его в нее, не причинив серьезного вреда. Вроде как трахнуть ее лезвием. Понимаете. Чтобы напугать ее.

Не сработало.

Лезвие с легкостью вошло в ее плоть, срезая... Алекс не был силен в биологии... лоскутки и все такое.

Дот закричала от боли и ужаса.

- Пожалуйста! - кричала она, кровь хлестала из ее женских частей.

- Похоже, ты только что завелась, - сказал Алекс. Затем он вытащил лезвие, липкое от ее крови, и продолжил: - О, a может и нет, - oн посмотрел на нее. - Я, возможно, испортил твою пизду, и не в хорошем смысле.

Он зря потратил эту фразу. Она не слушала.

- Я не могу... они убьют меня! - кричала она.

Алекс поднял окровавленный нож.

- Эй, привет.

Он снова опустил его и прицелился.

- Ладно, - выпалила она. - Ладно. Он работает...

- Работал, - поправил Алекс.

Она запнулась.

- На Дэна... - сказала она. - Дэна Райана. Ты наверняка слышал о нем.

Конечно, Алекс слышал о нем. А кто не слышал? Этот ублюдок и его семья владели строительной компанией к северу от реки. Они были известны тем, что закатывали конкурентов в фундаменты зданий. Никто не мог ничего доказать. Ему также принадлежала сеть ночных клубов. Очень грязных клубов. Таких, в которые ходил Алекс.

- Он отвратительный тип. По всем отзывам, еще и жестокий. Боже, - Алекс встал, быстро взглянув вверх. Без обид, - представь, что он может сделать с тобой за то, что ты мне рассказала? - oн посмотрел на Дот. - Я не завидую тебе сейчас.

Затем она обмочилась. Судя по выражению ее лица, это вызвало жжение.

- Тебе нужно показаться врачу, - Алекс вернулся в комнату и начал одеваться. - Рубашку я оставлю себе, - сказал он рассеянно.

- Pазвяжи меня, - слабо проговорила она. - Мне нужна помощь.

Он посмотрел на нее.

- А с тобой все будет хорошо. Надеюсь, кто-нибудь скоро придет тебе на помощь.

Она плакала.

- Ты не можешь оставить меня так.

Алекс подумал о том, чтобы убить ее самому. Просто чтобы заставить ее замолчать. Она ужасно ныла. Он пожал плечами и поднял нож.

- Спасибо, - сказала она, ожидая, что он разрежет полотенца на ее запястьях.

Алекс обошел ее сзади и вонзил нож в шею, держа его под углом девяносто градусов, плоской стороной вверх. Нож прошел насквозь, перерезав ей дыхательные пути, а сталь лезвия заблокировала горло. Она задыхалась от крови, которая стекала в легкие, и кровь текла из ее рта.

Она задыхалась и давилась. Интересно, - подумал Алекс, - но терять время нельзя. Он надел пальто, еще раз с тоской посмотрел на разорванный рукав и выбежал в ночь.

Он набрал номер Джекс.

- Мне нужен Дэн Райан, - сказал он, спускаясь по лестнице.

Джекс зевнула.

- Ты думаешь, Дэн Райан работает на Бога? Тот самый Дэн Райан?

- Ну?

- Вряд ли.

Алекс сел напротив входа в "Лягушку и Bедро". Глупое название для ночного клуба. Особенно для такого, который работает с заката до рассвета. Раньше это было что-то вроде паба-бистро, и название осталось, когда клуб сменил владельца.

У входа стояли два головореза.

Здесь должен был прятаться Райан. Его оперативный штаб, так сказать. Если они забрали его деньги, то, скорее всего, они где-то здесь. А пацан? Черт его знает. Наверное, здесь, если Папа-Бог еще не пришел и не схватил его. Странно, что Бог использует головорезов для выполнения, судя по всему, важной работы. Можно было бы подумать, что это ангелы, верно? Или, может, сам Алекс? Должно быть, это приносило хорошие деньги. Или, по крайней мере, долгосрочную выгоду.

Может, он бы и сам вступил в игру, если бы представился случай.

Он не надеялся встретить Всевышнего, конечно. Не в том случае, когда он играл за другую команду. Это прозвучало неправильно, но он знал, что имел в виду.

Он посмотрел на время. Клуб скоро закроется. Ему пора войти. Он пошевелил плечом и проверил руку. Пиздец, как жгло, но ничего страшного. Он заклеил порез скотчем из бардачка. Постарался выглядеть прилично.

Алекс вышел из машины.

Здесь не было и намека на снег. Это место находится к югу от реки.

Но легко добраться до Кента. Знаете, на случай побега. Он перешел улицу к вышибалам. В это время очереди не было. Один из них остановил его. Руки вверх. Как будто Алекс был нежелательным гостем.

- Немного поздно, не так ли, сэр?

Алекс ворчливо ответил:

- Еще не закрыто, да?

- На машине?

Алекс покачал головой.

- Что это, двадцать вопросов? Я не за тихой Mаргаритой пришел, а? Или я не в том заведении?

Два головореза многозначительно переглянулись.

- Конечно, сэр. Пройдите к бару.

Видимо, Алекс выглядел как человек, который в такое время утра приходит за минетом за двадцать фунтов. Он оглянул себя, переступая порог клуба. Ну да ладно.

Музыка в заведении гремела так громко, что не было слышно собственных мыслей. Это было типично для подобных заведений. Алекс побывал в них достаточно, как по делам, так и без, чтобы это знать.

Он осмотрелся, шагая к бару. Рука, как и следовало ожидать, болела, и он был измотан. Хотелось лечь спать. Может, он действительно стареет?

Райан должен быть где-то наверху. В офисах, как он предполагал. Может, в подвале, но шум, скорее всего, исключал эту возможность. Он проскользнул к бару. Посетители были такими, какими и следовало ожидать в это время. В основном, люди с сомнительной репутацией, грязные и нищие. Некоторые, возможно, получали сексуальные услуги. Некоторые - нет. Большинство были настолько пьяны, что ничего не видели.

Парень за барной стойкой осторожно посмотрел на Алекса.

Алекс постучал по барной стойке. Он видел это в фильмах. Казалось, что это всегда срабатывает. Парень подошел, поднял брови. Спрашивать было бесполезно. Не с такой громкостью музыки. Алекс крикнул:

- Виски, чистый.

Парень налил ему пиво.

Да пофиг. Он взял стакан и бросил на бар пять фунтов. Сдачи не последовало. Затем он повернулся с разбавленным, без сомнения дерьмом, пивом в руке. Оглядел помещение. В фойе, если его можно было так назвать, не было лестницы. Где-то должна была быть лестница.

За одним из столиков сидел какой-то мужик, и ему танцевала стриптиз какая-то баба, которая выглядела слишком старой для такого рода занятий. И слишком кривозубая. Но заказчику, похоже, нравилось и, в конце концов, какое дело Алексу? Он продолжал осматриваться.

Работал как детектив.

Там была сцена, выход сзади. Наверное, для стриптизерш. Лестница могла быть там. Пара дверей, которые, судя по всему, вели в туалеты. Вряд ли лестница могла быть там. Затем бар продолжался в другое помещение.

Может, там.

Алекс соскользнул со стула и прошелся по бару. На двери в соседнее помещение была табличка "Уют". Что там, блядь, за "уют" такой? Алекс открыл дверь.

Ах.

В комнате был тусклый свет. Красная бархатная мебель. Черт возьми. На грязном диване какой-то мужик получал минет от голой шлюхи. Она стояла перед ним, согнувшись почти вдвое, задницей вверх, покачиваясь вверх и вниз. Мужик был так пьян и наслаждался этим так сильно, что совершенно не замечал, что вторая из его... ... . Буквально.

Алекс скрылся в тени. Отставил пиво. Оно все равно было на вкус как моча. Оглядел комнату. В дальнем углу была дверь. Перед ней стоял большой парень. Надпись: "Только для персонала". Дверь. Не человек.

Бинго.

Его деньги были за этой дверью. Теперь ему нужно было отвлечь внимание.

Алекс решительно пересек комнату. Там было еще несколько клиентов, но все игнорировали его. Все были слишком заняты... своими делами.

Он подошел к парню, которому одновременно делали минет и обдирали до нитки. Девушка все еще стояла с выпяченной задницей.

Алекс засунул палец ей в анус.

Это сильно удивило ее. И вызвало чертовски сильный переполох. Алекс отскочил назад, ожидая, что она, может быть, закричит, но вместо этого она подняла голову. Вся в крови. Она просто откусила член бедного клиента. Полностью. Он кричал. Она кричала. Она выплюнула его член на пол. Потом он кричал, а она давилась.

Из нее хлынула рвота. В основном кровь из того, что осталось от клиентa. Он царапал огрызок, который когда-то была членом, пытаясь, как можно было предположить, остановить кровь. У него ничего не получалось.

Она споткнулась и упала назад, крики сменились рвотой, а рвота - плачем.

Та, кто стащила кошелек, успела сбежать. Алекс быстро обошел комнату и вышел в темноту, наблюдая, как головорез из боковой двери героически вбегает в комнату.

Чтобы помочь, как можно было предположить.

Честно говоря, ему, наверное, следовало бы вызвать скорую помощь.

Алекс подбежал к двери. Он огляделся по комнате, впечатленный своим отвлекающим маневром. Конечно, никто не смотрел на него. Кровь и рвота были повсюду.

Он проскользнул в дверь. По лестнице вверх.

Прислушался.

Музыка стихла. В офисах над этим помещением не было слышно ни звука. Впечатляюще. И дорого. Алекс приоткрыл дверь наверху лестницы и заглянул внутрь. Хм. Не офисы.

Это была квартира. Похожая на коридор в отеле. Может, Райан жил здесь? Это было бы неплохо. Меньше шансов встретить головорезов и уборщиков. Алекс выскользнул в коридор и замер.

Было четыре... пять закрытых дверей. В конце коридора было окно, выходящее на улицу, сквозь которое пробивался свет. Он тихо подошел к первой двери и прислушался. Ковер был плюшевым.

Здесь было роскошно.

Раздался шум. Женщина. Где-то. Она не была в той комнате. Алекс подождал, прежде чем перейти к следующей двери. Затем к следующей.

Она была за этой. За третьей. Она издавала звуки. Похоже, она развлекалась. Вероятно, с Райаном. Хорошо. Вряд ли тоже был там. Не с такими звуками, которые издавала она. И, судя по тому, что она не сдерживалась, в квартире, вероятно, больше никого не было. Алекс подошел к комнате напротив. Открыл дверь настолько, чтобы увидеть, что там не было света, затем распахнул ее. Свет из прихожей освещал комнату. На самом Что-то вроде , . Алекс покачал головой.

Он знал, что она мертва, еще не прикоснувшись к ней. Кожа была серого цвета. В комнате было холодно. Он все же приложил два пальца к шее женщины. Он посмотрел на ее тело. Ее был раскрыт. Ее трахнули в задницу. Судя по ране, после смерти. Что, черт возьми, здесь произошло? Он огляделся по комнате. Много доказательств того, что она была под кокаином и, вероятно, умерла от передозировки. Он вернулся в коридор. Закрыл дверь.

Ему стало интересно, довольна ли женщина в соседней комнате?

Боже.

Во что он вляпался? Он поспешил к другим дверям. Осмотрел квартиру, прежде чем столкнуться с Райаном.

Кухня. Хорошо. Ванная. Гостиная. Последняя комната перед той, где они были, была кабинетом. Похоже на обычный домашний кабинет, - подумал он. Он проскользнул внутрь. На столе лежала куча денег. Его. Он знал.

Потому что они уже были в его кармане. Правда, восьми штук не было. Он перевернул пару бумаг на столе. Схемы здания. Могли быть с его основной работы. Может, он планировал ограбить банк?

Женщина снова закричала.

От удовольствия или от боли? Трудно сказать.

Алекс попробовал ящики стола. Заперты. Он не собирался объявлять о своем присутствии, выламывая их, поэтому вернулся в коридор. Он пошел на кухню и вытащил нож из кухонного ящика. Похоже, ублюдок не готовил, так что ему пришлось довольствоваться каким-то дерьмовым ножом. Нож для яблок или что-то в этом роде. Затем он вернулся к двери, за которой они находились.

Он решил не быть слишком деликатным. Поднес ногу и выбил дверь, которая разлетелась на щепки.

Он вошел внутрь.

Там была женщина. Но Райана не было. Ублюдок. Алекс замер. Пригляделся. На первый взгляд, это было самое странное, что он когда-либо видел.

Она была в центре комнаты. , голая, за исключением устройства для охраны целомудрия. Но оно выглядело так, будто выпало из .

В комнате воняло металлом и сексом.

На полу под ней была кровь. Она стекала по ее ногам. Но не только это. Были пятна засохшей крови. Очевидно, она была не первой, кто истек кровью в этой комнате.

Она плакала. Дрожала. Приглушенный крик. Затем громкий. Она посмотрела на Алекса. Глаза были мертвыми.

- Пожалуйста, - сказала она. - Помоги мне.

Она была бледной. Большая часть крови на полу очевидно была ее.

- Что за хрень? - выпалил Алекс.

- Вытащи ee из меня.

Из меня? Алекс оглянулся на коридор. Все чисто.

- Где Дэн Райан? - спросил он.

- Он ушел. Часов десять назад. Пожалуйста, - слабо продолжала она. - Помоги мне.

Алекс подошел к ней.

- Как это снять?

- Ключи там...

Алекс последовал за ее жестом к комоду у стены. Он взял ключи с верхнего ящика. Посмотрел на женщину, когда вернулся. Она была потрясающая, это было точно. Его немного оттолкнула кровь, хлещущая из того, что, по-видимому, было ее женским отверстием, но время покажет. Он вставил ключ в замок и повернул.

Замок открылся, вес пояса верности с силой раскрылся, и он с грохотом упал на пол.

Она задрожала. Свободна.

- Давай я тебя опущу, - сказал он.

- Нет, - ответила она. - Пожалуйста, помоги мне. Вытащи ee.

Алекс посмотрел на нее.

- Что? - спросил он озадаченно.

- Просто засунь руку и вытащи ee. Сейчас же. Я больше не могу.

Алекс сморщил нос. Он отступил на шаг и внимательно посмотрел вниз. Из ее влагалища хлестала кровь. Это выглядело так, будто ее трахнули ножом.

- Что? - спросил он снова.

- Засунь руку, - закричала она.

Алекс вздрогнул от удивления.

- Ты здесь главная, - oн подошел к женщине и, используя кровь в качестве смазки, вставил пальцы в нее. - Что именно я должен искать? - прошептал он, стараясь звучать как можно сексуальнее.

И тут он почувствовал укус.

Алекс вытащил пальцы.

- Ух! - вырвалось у него. - Ты укусила меня.

- Вытащи ee! - закричала она.

Алекс снова засунул пальцы в ее влагалище, на этот раз немного сильнее. Он не упустил из виду, что это был второй раз за вечер, когда он занимался интересными вагинальными играми. Ни один из них не привел его к оргазму, что было одновременно удивительно и впечатляюще. Может, он становился более зрелым человеком...

Ах. Вот оно. Это было то, что он искал.

Алекс вытащил руку из женщины. В его руке была маленькая белая - красная - полевая мышь.

- Попалась, - сказал он, махая ею перед глазами женщины.

- Как мило, - сказала она слабым и полным сарказма голосом. - Теперь спусти меня. И отвези в больницу

Алекс замер.

- Чего ты задержался? - спросила она.

Он подошел и положил мышку на комод. Не хотел обидеть маленькую... сволочь. Хех. Он повернулся к женщине.

- Где Райан? Он мне должен.

- Я все расскажу. Только вывези меня отсюда.

- Он сексуальный садист, - сказала она, когда они сели в машину, спустившись по пожарной лестнице из окна прихожей в квартире Райана.

Она все еще сильно кровоточила, и даже подушка, которую Алекс схватил из гостиной Райана и настоял, чтобы она села на нее, скорее всего, испортит сиденье. Это было последнее, что ему было нужно.

- Ага, - пробурчал он, набрав слово "больница" в навигаторе.

Ближайшая была всего в миле от них. Он взглянул на пассажирское сиденье. Она была завернута в одеяло, и кровь уже начала стекаться под подушку.

Она, должно быть, подумала, что он ее разглядывает, потому что попыталась плотнее укутаться одеялом. Он не был настолько отчаянным. Она потеряла столько крови, что стала белой, как простыня. Начала походить на гребаного Эдварда Каллена[12].

Алекс завел машину и выехал в редкий утренний поток. Скоро будет светать.

- Где он? - спросил он.

В его голосе слышалась раздраженная нотка. Он просто хотел покончить с этим. Он не был чертовым такси для женщин.

- Вниз по Темзе, - тихо сказала она. Она смотрела в окно на проплывающие мимо фонари. - У него есть катер. Рядом с Лондонским мостом. Он называется "Magna Cum Louder"[13]. Tы его не пропустишь. Kатер для вечеринок.

Алекс взглянул на нее. Она теряла сознание. Ее глаза начали закрываться, но она заставила их открыться. Отчаянно пытаясь не заснуть.

- Круто, - пробормотал он. - Итак... - Чертовски скучная беседа, - ...чем ты любишь заниматься?

Он звучал так, будто приставал к ней. Но она не ответила. Хорошо. Он не был так уж заинтересован.

Алекс остановился на светофоре. Поворот к территории больницы. Он посмотрел на нее. Она спала. Алекс наклонился к ней и прикоснулся пальцами к ее шее. Она не спала. Она была мертва. Он наклонился над ней, открыл дверцу, вытолкнул ее на обочину у светофора и изменил навигатор на "Лондонский мост".

Всего пару миль.

Дверцa закрылась сама, когда Алекс тронулся.

В это время было легко разглядеть огни прогулочного катера. На горизонте появились первые лучи солнца, и все остальные катера ушли в ночь. Остался только один. Алекс наблюдал за ним с набережной. Свет ярко отражался на воде. На трапе, или мостике, или как там это называется, стоял мужчина, не давая прохожим случайно забрести на катер. Присоединиться к вечеринке.

Райан, должно быть, был под палубой. Чертов катер был достаточно большой. Частная яхта, достаточно большая, чтобы быть отелем. Деньги, должно быть, тоже там. И пацан, как он предполагал.

Алекс наблюдал за катером несколько минут. Гопник на трапе почти не двигался. Он стоял там и курил. Другого пути на борт не было.

Алекс не собирался добровольно забираться в воду. Значит, ему придется пройти мимо него. Бросить его за борт. Может быть. Он решил импровизировать. Он спустился по набережной к тропе вдоль реки и прогулялся до причала. Как только он подошел достаточно близко, чтобы его можно было увидеть, охранник заметил его.

Он, наверное, выглядел неважно. Не так плохо, как сиденья его машины, но он же не мог сейчас вызвать автомойку, правда?

Дойдя до доски, ведущей на палубу катера, он резко развернулся и пошел к парню. Простой план, который редко давал сбой - веди себя так, будто ты здесь хозяин, и люди обычно не останавливают тебя.

- Я могу вам помочь? - спросил он.

Ну, черт. Не сработало.

- Я пришел на вечеринку, - ответил Алекс.

Он указал на катер. Легкая улыбка.

- Это не ваша вечеринка... сэр.

- Я не хочу грубо с вами обращаться, - сказал Алекс, выигрывая время, чтобы решить, что делать.

- Я бы не советовал, на самом деле... сэр.

Алексу не понравилось, как он назвал его "сэр". В этом было что-то от старика. Алексей сжал кулак. Он слегка отвел кулак назад, подальше от взгляда головореза. Удар в бок. Толкнуть в воду. Это должно сработать.

Вдруг руки мужчины оказались повсюду. Как у чертового ниндзя. Алекс попытался парировать удары, но тщетно. Он был быстр, как молния.

Боль в животе не давала Алексу двигаться.

Потом все потемнело.

Что... за... бля...

Запах. Прогорклый. Гнилой. Алекс открыл глаза. Напротив него кто-то был. Он не мог разобрать, на что смотрит. Это был мужчина. Вероятно. Фигура была плотно закутана в кожу, или ПВХ, или что-то черное. Лицо было закрыто маской с шипами. Он стоял на коленях. Лицо было наклонено вперед, прижато к липкому полу. Руки были связаны за спиной и привязаны к потолку. Это и держало его лицо в таком положении. Задница торчала вверх. Он слегка стонал от боли.

Алекс попытался оглядеться, но не мог пошевелить головой, а в комнате было темно. Он тоже лежал на полу. Руки были за спиной. Но он сидел, прислонившись к чему-то.

Насколько он мог видеть, это было похоже на какую-то темницу.

И вся комната двигалась... как будто они были на лодке.

- Эй, - позвал он, пытаясь привлечь внимание другого обитателя комнаты. - Эй... э-э... .

Мужчина снова застонал. Он был в агонии, или под наркотиками, или что-то в этом роде. Алекс заметил, у одной .

Если бы Алекс знал, что на катере происходит такое, он бы чаще бывал на Темзе.

- , - прошипел он.

Ладно, дело плохо. Не обязательно плохо-плохо. Но, возможно, очень плохо. Он оказался на секс-барже Дэна Райана. Алекс пошевелил задницей по полу. Он был мокрым и слизким, но мокрым и слизким в штанах, а не мокрым и слизким без штанов. Это уже что-то. Он попытался сориентироваться в комнате.

Ну, комната - это слишком громко сказано.

Клетка - более подходящее слово. Буквально. Алекс пробежал взглядом по самой дальней от него стене. Ряд решеток, которые не выглядели бы неуместно в старом вестерне. Или в одном из тех полицейских порнофильмов. Затем он снова посмотрел на калеку. Ах. Они были в порнофильме, не так ли?

Действительно, когда Алекс задвигал ногами и пытался освободить руки из того, к чему он был привязан, звуки шагов раздались по металлическим стенам. Кто-то шел по коридору.

Они подошли к двери камеры. Они несли чемодан. Черный. Похожий на... водонепроницаемый. Хорошо. Как и должно быть на корабле. У них был один из тех массивных брелков с ключом от камеры, и они открыли дверь. Все выглядело как реквизит из фильма. Когда они вошли в комнату, Алекс впервые смог как следует разглядеть своего сокамерника. Молодой человек в очках. Чисто выглядящий. Слишком нелепый, чтобы быть Райаном. Он просто вошел и приступил к работе. Игнорируя двух связанных мужчин.

- Эй, - сказал Алекс.

Тот проигнорировал его.

- Очкарник.

Снова проигнорировал.

Молодой человек вытащил из сумки ноутбук и начал подключать какие-то провода в углу напротив Алекса.

Алекс огляделся. Камеры. По всему потолку. Вся чертова комната была ими покрыта.

- Компьютерный гений, - прошипел Алекс.

На этот раз молодой человек посмотрел на него, покачал головой и продолжил свою работу.

Стараясь не дышать слишком глубоко, Алекс продолжал осматривать комнату. Это была чертова порностудия. На секс-лодке.   технически   ...

И, возможно, оказался в самой его глубине.

Ботаник повозился еще с несколькими проводами, нажал пару клавиш, встал. Посмотрел на Алекса с некоторым огорчением, а затем ушел. Он оставил дверь в камеру открытой.

Алекс потянул сильнее. Это могло быть Шангри-Ла, но ему не нравился взгляд, который бросил на него этот парень. Он просто хотел вернуть свои деньги, черт возьми. Шаги. Две пары. В коридоре снаружи. Алекс ждал.

Из-за угла вышли мужчина и женщина. Женщина была той самой, что из дома Мэри и Джо в Уэльсе. Она посмотрела на Алекса свысока. Она все еще была сексуальна. Она улыбнулась и сказала мужчине:

- Да, это он. Герой.

Затем она ушла. Оставила мужчину смотреть на него свысока. Алекс обратил свое внимание на парня. Это был, без сомнения, Дэн Райан. Самодовольный ублюдок в лучшем случае. Алекс видел его фотографию несколько раз в газетах, когда тот ушел от правосудия после какого-то преступления.

И он тоже был одет в костюм из кожи.

День начинал складываться не в пользу Алекса.

Райан натянул маску на голову и без слова вошел в комнату.

- Райан, - поздоровался Алекс.

Райан просто стоял. Полностью затянутый в кожаный костюм, он выглядел как дерьмовая манекен. Возможно, он смотрел на Алекса, а возможно и нет. Его маска закрывала глаза. Он двигался как Бэтмен Китона, оглядываясь по комнате, не в силах свободно поворачивать голову. Казалось, он проверял камеры. Затем он повернулся. Лицом к  . Ну да. Лицом к заднице . Тот немного заерзал... как будто знал, что будет дальше.

Затем Райан расстегнул "молнию" на своем костюме. Небольшой проем. За ним показался его член. Он отступил в другой угол комнаты и открыл шкафчик в углу. Алекс до сих пор не обращал на него особого внимания. Это был просто шкафчик.

Райан вытащил из него бейсбольную биту. Он взял ее и показал .

Алексу не нравилось, куда все это идет.

  был теперь в полной панике. Что-то текло из задней части его костюма, где находилась его задница... дырка...

A Райан наслаждался этим. Это было очевидно по его... размеру. Он возбуждался, просто глядя на реакцию на вид биты. Алекс все еще тянул за то, чем его связали. Оно не сдвигалось с места, и он никуда не продвигался.

Bозбужденный Райан вернулся к шкафчику, взял тюбик с чем-то и подошел к сзади. Он смазал себя тем, что было в тюбике, а затем вонзил свой член в задницу жертвы, к большому огорчению последнего. Бедняга кричал изо всех сил, но маска заглушала большую часть его криков.

A Райан трахал парня. Входил и выходил. Человек не мог пошевелиться. Райан все еще держал биту одной рукой.

Алекс прищурился. О, Боже. Это был совсем не тот день, которого он ожидал. Толкнуть парня в воду. Забрать деньги. Уехать. Это все, что он хотел. А теперь он был на грани того, чтобы стать объектом того, что бы это ни было.

Райан теребил промежность, поворачивая голову, как мог, и смотрел на Алекса. Затем он указал на него.

Алекс понял, что это значит.

И тогда Райан повернулся к и поднял биту. Он поднял ее над головой, продолжая тыкать в мужчину, и подержал так несколько секунд. Затем он ударил его, как детеныша тюленя. По затылку. Звук был отвратительным. Раздался треск, а затем хлюпанье. Запах в комнате изменился с металлического секса на бронзу... вонь твердого металла. Алекс не мог отвести взгляд. Бита разбила череп . Все осталось внутри маски, но Алекс видел, что изменилась кривизна его головы. Кроме того, он перестал двигаться. Райан, все еще танцуя там свое танго дьявола, вытащил биту из изгиба черепа парня, и тот начал биться в судорогах.

Он был еще жив.

Все его тело начало прыгать вперед и назад, и Райан шлепал его по заднице, явно наслаждаясь этим, и при этом кричал, как ковбой на взбрыкнувшем мустанге. Затем он ударил его снова. Битой. По голове.

Хрусь!

ий склонился вперед, и из молнии на маске начала сочиться какая-то жижа. Мозг, кровь и все такое, наверное, все смешалось в одну кашу. Райан ударил его еще раз... и еще... пока маска не стала больше походить на мешок с фасолью, и тогда Райан вытащил свой член из мужчины и кончил ему на спину, брызгая струями спермы на его труп. Бедный ий.

Райан тяжело дышал. Он положил биту обратно в шкафчик и вышел из комнаты, прежде чем снять маску с головы. Алекс предположил, что это было сделано, чтобы скрыть лицо от камер. Он был красный как рак. Улыбался.

- Ты не сексуальный садист, - сказал Алекс. - Ты ебанутый на всю голову.

Райан улыбнулся.

- Да, я такой.

Его член все еще был на виду, в полувозбужденном состоянии, поэтому Алексу было трудно воспринять его слова всерьез.

- Что тебе от меня нужно? - спросил Алекс.

- Что мне от тебя нужно? Это ты пытался ворваться сюда. Я не помню, чтобы я тебя приглашал.

- Твоя сучка украла мои деньги.

Райан на секунду растерялся. Покачал головой. Затем развернулся на каблуках и ушел.

Ботаник вернулся. Он снова начал возиться с ноутбуком. Алекс видел, что тот старается не смотреть на труп бедного .

- Эй, парень, - Ботаник проигнорировал его. - Да ладно, приятель. Сделай мне одолжение. Ты же не хочешь, чтобы я закончил как... он. Кто бы он ни был.

Ботаник впервые посмотрел на труп.

- Я тоже не хочу закончить как он.

В голосе было что-то. Алекс был уверен, что это было... сожаление. Возможно. Трудно сказать, когда в голове крутились тысячи мыслей. Возможно, он начал паниковать. Он не хотел сниматься в порно Райана. Или в снафф-фильме - что было еще хуже. Он не хотел, чтобы Райан был в нем. Алекс снова начал сопротивляться. Сильно.

- Бесполезно, - сказал Ботаник. Он убирал свой ноутбук. - Тебе не выбраться.

Он встал. Посмотрел на Алекса с легким сожалением. Затем тоже ушел. Но дверь в камеру так и не закрыл. Просто оставил Алекса и наслаждаться обществом друг друга.

Через пару минут Алекс спросил:

- Так за что ты здесь?

ий не ответил.

- Я так и думал.

Алекс снова попытался пошевелиться, но безрезультатно. Запах в комнате становился все хуже. Мозги, судя по всему, пахли как старые спортивные кроссовки. Он опустился на пол. Плечо болело. Голова болела. Во рту пересохло, а к нему приближалась кровавая мозговая масса, растекавшаяся по комнате. Он вздохнул. Огляделся. Попытался пошевелить телом, чтобы понять, что у него в карманах. Нащупал телефон. Без рук он был бесполезен.

Блядь.

Наверное, они забрали деньги из офиса в клубе Райана.

Теперь они были должны ему еще больше.

Шаги. Они доносились из коридора. Алекс перестал пытаться сбежать и сел неподвижно. Тихо. Веди себя как можно лучше. Это была она. Воровка. Сука. Она подошла и остановилась у двери. В руке у нее было что-то. Она не прятала это, просто не показывала Алексу. Она вошла, не заботясь о том, чтобы скрыть лицо, теперь, когда ноутбук был у нее.

Она подошла и наклонилась.

- Я тебе нравлюсь? - прошептала она, сексуально.

- Kонечно, я бы хотел кусочек тебя.

Затем она ударила его чем-то. Это не было больно. Чертова игла или что-то в этом роде.

- Посмотрим, - сказала она.

Все начало чернеть.

- Только не снова, - пробормотал Алекс.

Он пускал слюни. Не мог себя остановить. Она наклонилась над ним. Она развязывала его. Да! Это был его шанс. Ему нужно было просто ударить ее головой по лицу. Разорвать эту шелковистую кожу. Он решился.

Ничего не произошло.

Он склонился вбок. Почувствовал себя немного... тошно. Он понял, что из его рта течет не просто слюна. Он немного поблевал. Не мог пошевелиться. Что эта сука с ним сделала? Какой-то миорелаксант.

- Не волнуйтесь, мистер Коул.

Алекс попытался посмотреть на нее. Сказать что-нибудь. Но не смог.

- Я посмотрела в твоем кошельке, как тебя зовут, - oна улыбнулась.

Вошли еще два мужчины. Они начали грубо обращаться с Алексом. Вытащили его из комнаты.

Что вы со мной делаете? - спросил он про себя, потому что рот не слушался. Где был Сын Божий, когда он был нужен?

Алекс смотрел на свет, мелькающий на потолке. Это было похоже на сцену из фильма, где кого-то везут на каталке в больнице. Только там это делали для спасения жизни, а здесь... ну... для изнасилования с последующим измельчением мозга, как можно было предположить.

Его протащили по нескольким коридорам, а затем затащили в другую комнату. Она не похожа на камеру - по крайней мере, с того места, где находился Алекс - и вытащили его на стол. Он попытался пошевелиться. Но безуспешно. Опять.

Теперь они срывали с него одежду.

Боже. Он станет невольным порнозвездой. Он не создан для этого. Он толстый. Конечно, у него ловкие руки, но они, похоже, не интересуют этих людей. Он чувствовал холод. Понимал, что голый. Посреди комнаты. В самом углу периферического зрения он мог разглядеть стены. Чертовы камеры.

Он слышал людей. Они приходили и уходили.

Затем он мельком увидел Ботаника. Блядь. Они же не развлекались, правда? Что за хрень с этим стариком Райаном, что он уже готов снова? Наверное, это виагра. Алекс понял, что может пошевелить пальцем. Совсем чуть-чуть.

Черт возьми. Чертовы наркотики. Они переставали действовать.

Затем она вернулась. Сука.

Она подошла и остановилась над столом. Она была голая. Блядь, - подумал Алекс. - Нет. Что? Столько противоречивых чувств. Он чувствовал, как она играет с ним. Она возбуждала его. Только не снова. Почему все эти гребаные психи хотят трахнуть его? Если это не конец света, то это... это... Что бы это ни было. Она подкралась к столу и встала рядом с ним. Блядь. Он чувствовал, что она сделала свое дело, и он стоит перед ней.

- Вот почему наркотики не достаточно сильны, чтобы вырубить тебя. Я хочу, чтобы ты был внутри меня, когда я вонжу тебе нож в сердце. Для камер, конечно. Я бы не прикоснулась к тебе, если бы у меня был выбор.

О. Спасибо. Она дергала его член. Блядь. Она оседлала его. Он не давал на это согласия. Это, мадам, сексуальное насилие. Он очень хотел, чтобы он мог говорить. Выяснить все. Даже если это было для камеры.

- Вот почему мы должны быть так осторожны, понимаешь, - продолжила она, раскачиваясь на нем взад-вперед. - Слишком много этого вещества, и ты бесполезен. Слишком мало, и...

- Оно слишком быстро проходит? - сказал Алекс.

Глубоким, но крутым голосом, как ему показалось. Затем он ударил ее так сильно, как смог, в грудь.

Это был не самый лучший удар, на который он был способен, поскольку не обладал ни грацией, ни особой силой. Он намеренно целился в подбородок. Но это сработало достаточно хорошо. Она соскочила с его члена и скользнула в сторону, оставив на нем достаточно смазки, чтобы можно было предположить, что ей это действительно понравилось.

Коул - один, Сука - ноль.

- Попортил личико, - пробормотал он, сумев одним движением развернуться и подняться, и его .

Это как бы сочилось из его раскрытой пасти, смешиваясь со слюной. И с другими вещами. Сука успела встать на ноги, но при этом потеряла нож, и Алекс схватил его со стола.

Голова кружилась. Он с трудом держался на ногах. С трудом сдерживался, чтобы не блевать... снова. Он помахал ножом в ее сторону.

- Назад, насильница.

был не в лучшей форме.

Сука взглянула на дверь. Не на камеру, как ожидал Алекс. Может, никто не смотрел трансляцию? , . Хорошо. Это означало, что они действительно были одни. Он огляделся, шатаясь. Его одежда была засунута под стол. Он попытался прояснить голову. Он был больше ее, они оба были голые. Но он был под наркотиком. Это, вероятно, делало их шансы равными.

Алекс бросился вперед. Это была неуклюжая атака. Все как будто закачалось. Он ткнул ее ножом. Она была быстра. Гибкая. Она уклонилась в сторону, когда сталь прошла мимо нее. Он не смог остановиться и споткнулся, ударившись плечом о твердый металл двери за ее спиной. Надеюсь, снаружи никто не слышал. Он перевернулся и посмотрел в комнату. Теперь она была в ярости. Он блокировал выход. Она не кричала. За было.

Алекс снова бросился вперед. На этот раз произошел контакт. Они обнялись, как любовники. С ножом между ними. Лицо Алекса скользнуло по ее коже, случайно оказавшись в положении "моторной лодки"[14] - очень уместном - и она вскрикнула.

Как будто ей не нравилось.

Алекс попытался зацепиться концом лезвия за кожу Суки. Не так-то просто. Она двигалась, как будто была смазана маслом. Да и половину времени казалось, что ее две. Она выскользнула из его рук в сторону. За ней был стол. Алекс снова толкнул ее вперед. На этот раз она не ускользнула от него. Он навалился на нее всем своим весом. Они оба рухнули на стол.

Алекс оказался сверху.

- Как тебе такой трах? - спросил он риторически.

Ей точно не понравился бы такой трах. У него был нож. Он был между ее лицом и его. Они оба застыли на месте.

Алекс все еще был возбужден. Он чувствовал это между ними.

- Улыбнись на камеру, - сказал он.

Затем он перевернул нож и поднес лезвие к ее носу. Ему было трудно двигать руками. Везде была кровь. Но он толкнул. Лезвие, острое, как нож мясника, вошло в кожу перегородки носа и поднялось вверх. Оно прорезало ее, пока не вышло с другой стороны.

Ее нос слегка сполз по лицу, а затем отвалился в сторону.

Алекс ухмыльнулся. Сука закричала.

- Прежде чем мы продолжим... где мои деньги? - Алекс замолчал. Поразмыслил. - И ребенок. Где ребенок?

- Какое тебе, блядь, дело до ребенка? - выпалила она.

Кровь хлестала ей на лицо, как будто он... ну, отрезал ей нос. Но она, похоже, была в порядке, так что, должно быть, не было так уж больно.

- Я люблю детей, - ответил он. - Но целого не съем.

Ухмылка.

- Иди на хуй!

Алекс почувствовал, как сила возвращается в его мышцы. приходил в себя. Меньше вероятности, что он блеванет на женщину. Он просунул другую руку между их обнаженными телами и взял ее за подбородок. Сильно оттолкнул ее голову назад, на стол.

- Ты уже пробовала это, - ответил он. - Нет, спасибо.

Он использовал ее лицо, чтобы поднять свой вес, оттолкнувшись от нее, обнажив ее грудь, которая напряглась, пытаясь освободиться. Поставил ноги на пол. Член дернулся.

На это нет времени.

Она тянулась вверх, пытаясь вцепиться в него. Алекс вонзил лезвие в ее кожу. Где-то внизу, возле матки.

День за днем он все больше изучал женское тело.

- Сука, - пробормотал он.

Он вогнал нож до рукоятки, затем начал пилить, разрезая ее.

Она слабо закричала. Затем замолчала. Она забилась, затем обвисла. Кровь, хлещущая из ее носа, постепенно перестала течь, когда давление на нижнюю часть туловища ослабло. Ее внутренности разрывались, стремясь на свободу, стекали по ногам на пол.

По ногам Алекса.

- Гребаная дрянь, - пробормотал он, отпустив ее. Он наклонился и вытащил из-под стола свою одежду, тоже хорошо пропитанную ее соками. - Блядь.

Он надел одежду, засунув член в штаны. Нож оставил себе. Пошел к двери. Потом остановился. Вернулся в комнату и подошел к ноутбуку.

- Прости, Ботаник, - сказал он.

Он наступил на устройство. Клавиши разлетелись во все стороны. Экран треснул. Это было видео, которое никто не должен был увидеть.

На нем был его член.

Ах да, и он только что убил эту женщину. Самооборона, конечно, но кто будет это доказывать в суде? И он не кончил, так что физических улик было меньше, чем обычно.

Алекс вернулся к двери. Прижался к ней ухом. Прислушался.

Ничего.

Он открыл дверь.

Он был свободен.

Алекс проскользнул по коридору. Катер покачивался из стороны в сторону. Он надеялся, что они все еще пришвартованы. Из того, что он знал об этом месте, казалось маловероятным, что он мог далеко уплыть. Катер для вечеринок, верно?

Он остановился у следующей двери. Она была открыта. Он осторожно осмотрелся. Еще одна комната для секса. Какая-то женщина... на кресте. Кто, блядь, распинает кого-то для секс-видео? Это был металлический крест. Она была голая. Ее тело покрывали рубцы. У нее были ссадины и царапины. Алекс посмотрел в угол. Ноутбук. Она была чем-то занята.

С завязанными глазами.

Не его проблема.

Шум. В конце коридора. Блядь. Кто-то идет. Алекс скользнул в комнату. Он старался не шуметь. Не хотел, чтобы женщина закричала. Не то чтобы она выглядела особо в сознании. Он спрятался за дверью и стал ждать. Он мог только надеяться, что кто бы это ни был, просто пройдет мимо. Хм. Надеюсь, не зайдет сюда. Это

Но кто бы это ни был, он вошел в комнату. Вошел и закрыл за собой дверь. Не оглядываясь.

Девушка на кресте стояла в центре комнаты, лицом к двери. Мужчина, который только что вошел, стоял лицом к ней. А Алекс прижимался - да, прижимался, он мог это признать - к стене за его спиной.

Мужчина был в маске клоуна и голый, , .

Где, черт возьми, Алекс видел такое раньше?

Но это был не обычный страпон. О, нет. Клоун наклонился и повозился с этой штукой, и она начала вращаться. Как венчик. Алекс уставился на его спину. Это он - это он, верно?

Клоун наклонился и сорвал повязку с глаз женщины. Она не была без сознания и вскрикнула. Она уставилась на его вращающийся фаллос с шипами. Она закричала.

- Нет! - закричала она. - Пожалуйста!

Затем ее взгляд упал на Алекса.

Черт. Он очень сильно надеялся, что она его не увидит.

Затем клоун заметил его и обернулся.

- Ну и пошел ты! - рявкнул Алекс.

Он бросился на клоуна, стараясь не обращать внимания на "Дилдо Cмерти"[15], и ударил кулаком по маске клоуна. Он так надеялся, что под ней был Дэн Райан.

был . Дыхание перехватило.

Алекс обошел его. Он не хотел, чтобы его одежда зацепилась за "Дилдо Cмерти". Он снял маску с мужчины.

Это был не Райан. Это был Ботаник.

- Ну, что ты за клоун, блядь? - Алекс сильно вонзил нож ему в плечо, и когда Ботаник закричал, он перевернул его на спину. - Вокруг одни клоуны, - пробормотал Алекс.

Его остроумные шутки возвращались.

Парень бился, а "Дилдо Cмерти" болтался, вонзаясь в его плоть, вращаясь, вырезая и сдирая кожу с его ног.

- Нет! - кричал Ботаник. - Блядь, пожалуйста! Сними...

Алекс потянул ремни "Дилды" и освободил его, грубо вытащив из-под Ботаника. Его кровь брызнула на пол, а с места, где "Дилдо" сорвал кожу, свисали лоскуты. Алекс сжал устройство в кулаке, прижав колено к шее Ботаника. Он прижимал его к полу. Удушая его.

- Улыбайся, - сказал Алекс. - Тебя снимает "Скрытая камера".

Затем он засунул "Дилдо Cмерти" между ягодиц Ботаника.

Тот издал интересный звук, что-то среднее между брачным криком горбатого кита и пневматическим буром.

Зазубрины закрутились и впились в дряблую белую кожу гика, когда Алекс толкнул устройство вниз, вставляя его (возможно, с усилием) в анус. Крики гика были заглушены звуком его кишечника, обхватившего "Дилду", пока кровянистый кал вылетал из его липкой задницы.

Алекс отпустил устройство и позволил ему продолжить работу без посторонней помощи. Когда "Дилдо Cмерти" прошло кишечник и прямую кишку, он начал тянуть за собой тонкий кишечник.

Как клубок ниток.

Ботаник перестал кричать. А "Дилдо" продолжал работать. Он работал все медленнее, вытягивая все больше и больше внутренних органов в прямую кишку.

Руины. Алекс улыбнулся.

Он встал.

- Пожалуйста... - едва слышно прошептала женщина. - Помоги мне. Я здесь уже... я не знаю, сколько времени.

Алекс нахмурился. Он чувствовал что-то. И на этот раз это не был его член. Это было... это было его сердце? Наверняка нет.

- Извини, - сказал он. - Мне надо в туалет.

Затем он повернулся и вышел из комнаты. Ему все еще нужно было вернуть свои деньги.

с прошел . на вверх. Ему , что лодке в окно- помещение, .

Гребаный образ жизни богатых и знаменитых.

Он открыл дверь.

Тепло от открытого камина обдало его, когда он вошел. Он бегло оглядел комнату. Солнце светило в окна. Вид открывался на Темзу. Он был над палубой. Слава Богу.

В углу стоял диван. Переноска. Небольшой кофейный столик, на котором лежала . И кейс. Алекс подошел. Он взял деньги и засунул их в . Он открыл кейс. Тот был полон пакетиков с белым порошком. Это действительно был катер для вечеринок. Он посмотрел на ребенка. Тот пускал пузыри и смотрел на свет, отражающийся от воды на потолке.

- Малыш X., - пробормотал Алекс в знак приветствия.

Ребенок сжал пальцы. Как будто махал рукой.

- Ну-ну-ну, - раздался голос за его спиной.

Алекс обернулся.

- Дэн Райан, - сказал он.

- Так, a кто ты такой? - спросил Райан.

В руке он держал стакан с темно-коричневой жидкостью. На нем был костюм в тонкую полоску. Выглядел как придурок.

- Алекс Коул. Частный детектив, к вашим услугам, - ответил он.

- Коул? Никогда не слышал, - Райан кивнул на кейс. - Вижу, ты нашeл мой откат. Идет какому-то министру из правительства. Позволяет мне держать мою "вечеринку" на плаву, ну ты понимаешь, - oн приветливо улыбнулся.

- Вечеринку на катере? Ты снимаешь... секс-снафф, - Алекс огляделся. Деньги были у него. Пора уходить. - Сколько платят за видео такого рода? - спросил он.

Чтобы выиграть время.

- Примерно столько, сколько ты получил? Не знаю. Пятьдесят? Семьдесят пять? Что-то в этом роде.

Алекс посмотрел на него. Он же говорил о фунтах? Это не казалось большой суммой.

- Тысяч, - добавил Райан. Он помолчал секунду, а потом сказал: - Закрой отвисшую челюсть, Коул. Ты похож на золотую рыбку.

Алекс понял, что они оба тянут время. Ни один из них не знал, сколько открыть карт. Какую карту сыграть. И теперь Алекс подумывал о смене профессии. Он быстро посмотрел на ребенка.

- Так что вам от него нужно? Немного рискованно было его похищать, не так ли? Я полагаю, вы не работаете на его Oтца... не собираетесь его продавать?

Райан выглядел сбитым с толку.

- Не знаю, чем тебя накачали, Коул, но Я его отец.

Алекс снова посмотрел на ребенка.

- Ты?

- Конечно. Ты же не думаешь, что я тащился аж в... Уэльс... чтобы похитить чужого ребенка?

Алекс повернулся к нему. Да, это действительно было более логично, чем альтернативный вариант.

- Так это ты сделал Мэри беременной?

- Ты не видел тело?

- Только после того, как твои головорезы... - слова Алекса замерли.

- Головорезы? - произнес он с презрением. - Нет. Я был там. Ты же не думаешь, что я позволил бы своим парням сделать такое с такой драгоценной плотью, как Мэри? Нет. Я даже нашел покупателя для видеозаписи, - oн ухмыльнулся. - Она была очень любезна.

- До того, как ты отрезал ей руки, или после?

Райан улыбнулся, повернулся к камину, вероятно, в поисках оружия или чего-то подобного. Алекс бросился на него. Он был уставшим. День был длинным. Но у него еще хватило сил, чтобы закончить начатое. Если он не мог посадить ребенка на самолет - из-за британской погоды и ничего больше, судя по всему, - то он мог хотя бы отомстить за смерть Мэри. Кроме того, ему нужно было пройти мимо Райана, чтобы добраться до двери.

Он удивительно быстро преодолел расстояние между ребенком и Райаном и толкнул ублюдка в поясницу. Оба мужчины упали вперед, на камин. В огонь.

Почему на чертовом корабле был открытый камин? Никто не знал.

Пламя лизало их со всех сторон. Горячий пепел шипел и трещал. Напиток Райана пролился на бок, и огонь разгорелся с новой силой. Ковер в лодочной гостиной не был огнеупорным, и через несколько секунд катер был охвачен пламенем.

Алекс оттолкнул Райана в сторону. Он прижал его лицо к плавящемуся ковру, из которого валил желтый дым, выделяемый синтетическими волокнами. Кожа мужчины зашипела.

- Только не мое лицо! - закричал он.

- Ты, гребаный красавчик, - ответил Алекс.

Он отдернул руку, сжал ее в кулак и ударил Райана прямо в челюсть. Его голова затряслась и отскочила от ковра. Расплавленные волокна прилипли к нему.

- Нет! - тот царапал кожу, отрывая от нее обожженную плоть, пытаясь избавиться от жгучих ожогов.

Он вел себя как злодей из фильмов о Бэтмене.

Алекс откатился и встал, тяжело дыша от дыма и растущего круга огня. Райан с трудом поднялся на ноги. Алекс занес ногу. Он пнул Райана назад, в пламя.

Райан, одежда которого пропиталась тем, что он пил, был охвачен огнем, который поднимался по его туловищу, окружая его плоть и сжигая костюм. Он завыл, как шакал, и начал биться, охваченный пламенем, касаясь стен и мебели, оставляя после себя ад, где бы он ни появлялся.

Алекс обошел его. Он посмотрел мимо него на дверь. Свобода. Затем обратно. На ребенка. Затем на Райана, чья кожа сгорала до костей, а белый череп проступал сквозь отступающую плоть.

Алекс повернулся, прикрыв рот пальто, и побежал обратно в дальний угол комнаты. Он схватил кейс с наркотиками.

Остановился.

Он посмотрел на ребенка. Тот задыхался в дыму. Затем он перевернул переноску, и ребенок выпал на ковер.

- Каждый сам за себя, - крикнул он, поворачиваясь к двери. Черт, я чуть не поверил, что ты Сын Божий. Алекс пробрался сквозь дым на палубу катера. - Вечеринка окончена, - сказал он через плечо.

Снова. Никто не услышал. Ему действительно нужно начать записывать эти однострочные фразы.

Он перешел мост и спустился на тротуар.

Дым поднимался в небо, а катер горел.

Лучше не задерживаться.

Алекс побежал по набережной к машине. Он добрался до вершины как раз в тот момент, когда катер взорвался. Как в "Полицейских из Майами". Только более по-британски. Однако он не остановился, несмотря на то, что был в безопасности, благодаря кейсу с наркотой, который он только что украл (технически, у министра правительства), и пачке денег в кармане, которые, скорее всего, были доходом от продажи наркотиков. И тому, что он был с головы до ног покрыт кровью - большая часть которой была не его.

На его пальто тоже были следы мозгов. Скорее всего, не отстираются. Придется даже заплатить за химчистку.

Алекс сидел в своей машине, на обочине дороги М20. На полпути до дома. Он перебирал пальцами записку, которая все еще была у него в кармане. Достал телефон и набрал номер.

- Алло? - раздался голос на другом конце провода.

Сексуальный. Жгучий.

- Привет, это Алекс Коул. Тиффани, верно? Послушай. Я не помню, как получил твой номер, но предполагаю, что это было связано с сексом. Ты не хотела бы сняться в фильме?

Попробовать не помешает.