— Александра!!! Ах ты, дурында бестолковая, почему у тебя ребёнок на улице, когда там дождь?! — визжала миссис Даршар, экономка моего господина, спешным шагом пересекая двор поместья. — Ты что, хочешь, чтобы она заболела и умерла?!

Я даже не обернулась на её очередной визг.

Надоело выслушивать.

Я всегда виновата во всём.

Судьба у меня, видимо, такая: быть всегда жертвой несправедливых обвинений.

Как же надоело, что в этом мире, что в том, откуда я родом, всегда именно мне достаются все тумаки, штрафы и наказания.

Всегда.

Вот чего она разоралась? Мы сидим под крышей, дождь едва капает, да и погода стоит солнечная, летняя, жаркая.

Грибной дождь, как говорили в моём прошлом мире. Ничего опасного.

Так что нечего тут вопить и переживать: драгоценной Виви, младшей дочери моего господина, ничего не будет.

Потому я и не обернулась на крики экономки. А зря.

Подлетев к нам с Виви, мирно сидевшим в беседке и играющим в куклы, сухопарая женщина от души вре́зала мне своей тростью по спине.

Слёзы брызнули из глаз, и я слетела с лавки и упала на дощатый пол.

Прокля́тая карга влетела в беседку, продолжая визжать.

— Ах ты, дрянная девка! — крик экономки звенел сталью. — Мы тебя из грязи достали, выкупили у работорговцев, а ты смеешь так халатно относиться к своим обязанностям, дрянь!

Выкупила меня не ты, старая карга, а твой хозяин, прохрипела я про себя.

И я нормально отношусь к своей работе. Я умею и люблю работать с детьми!

Я посмотрела на Виви: та закрыла уши ладошками и зажмурилась от страха.

Вот дурная женщина напугала ребёнка!

— Не кричите, Виви боится вас, — непроизвольно вырвалось у меня.

И сразу пожалела об этом. Ну зачем, Александра?! Мало досталось?!

Наказание незамедлительно прилетело в виде удара клюкой по спине.

— Да как ты посмела вякнуть, тварь?! Да я прямо сегодня могу тебя вышвырнуть на улицу обратно! — продолжала свирепствовать миссис Даршар. — Станешь побирушкой или продажной девкой, как хотел твой первый владелец!

Никуда ты меня не вышвырнешь, потому что ты такая же служанка, как я.

Только наделённая властью и этой жуткой тростью с железной обивкой.

Но ничего из этого вслух я сказать не могла.

Потому что вечно занятый какой-то важной работой хозяин-дракон и вправду прислушивался к мнению этой старой истерички с синдромом вахтёра.

— Ты что молчишь как рыба?! Отвечай, когда Старшая тебе вопросы задаёт, соплячка наглая! — проревела миссис Элеонора Даршар и снова огрела меня свой палкой.

На что отвечать-то?!

Виви, она же Виолетта Санлар, в этот миг оглушительно разревелась.

Ещё бы! Если эта старая дура орёт при пятилетнем ребёнке и размахивает палкой, то чего ещё стоило ожидать?!

Я хотела встать с пола, чтобы утешить девочку, но мерзкая баба прижала меня к полу своей клюкой.

— Вот видишь, до чего ты ребёнка довела, дурында безграмотная! — рявкнула Элеонора и снова треснула меня палкой.

Сама ты безграмотная стерва, я вообще магистр педагогики! И бакалавр физики, неуч средневековая!

Ну почему я, отличница и учитель с десятилетним стажем, попала в тело бесправной рабыни, лишённой магии и статуса?!

Это не честно!!!

За что мне это наказание?!

— Вивичечка, деточка моя, солнышко моё, пойдём домой, моя конфетка, — засюсюкала экономка, подхватит ревущую девочку на руки.

Испуганная малышка заорала пуще прежнего.

— Ты, дурында тупоголовая, почему у тебя ребёнок визжит, как резанная? Моя солнечная дракошка, не сто́ит плакать, — пролаяла Элеонора в мою сторону и сразу обратно переключилась на фальшиво-ласковый тон в разговоре с малышкой.

Может, у неё шизофрения? Как она так легко переключается?

— Чего развалилась на земле, тварь бестолковая, — рявкнула на меня экономка. — Немедленно собери её игрушки и принеси в дом. Если хоть одна испортится — плюс десять палок тебе за каждую, кроме базового наказания.

Базовое наказание составляло двадцать ударов этой прокля́той тростью, которую я уже ненавидела.

Пытаться спорить о несправедливости бесполезно. Как и огрызаться.

Элеонора не терпит непокорности и дерзости и чуть что, лупит меня так, будто выбивает пыль из матраса десятилетней давности.

Под колючим взглядом старухи я лежала на полу, сгорая от унижения и бессилия.

Злые слёзы наворачивались на глазах от несправедливости, но я не видела пока выхода, кроме как подчиняться.

Почему мне досталась такая жизнь?

Когда я только начала вставать с пола, послышался цокот копыт о брусчатку, и Элеонора вновь прижала меня палкой к полу беседки.

Я, вывернув шею, посмотрела, кто приехал.

Перед домом остановился знакомый роскошный экипаж, и на сердце похолодело.

Во двор зашёл Натан Санлар, мой хозяин. Высокий, черноволосый, широкоплечий и статный мужчина, советник короля, дракон и маг Света.

Вот уж кому достались все вишенки на торте. Козёл высокомерный.

Хозяин, судя по шагам, направлялся к нам.

Виви продолжала рыдать: а значит, мне сейчас достанется.

Обычно девочка при виде отца радовалась, но сейчас, поглощённая страхом и плачем, она его даже не заметила.

Стерва Элеонора сразу поклонилась, снова прижав меня своей палкой к земле, так что меня не было видно издалека.

Сейчас хозяин опять заговорит своим низким бархатным голосом, от которого у меня непроизвольно каждый раз пробегали мурашки по коже.

Меня словно током дёргает, когда я слышу его голос. Видимо, это какие-то отголоски его прокля́той драконьей магии.

— Почему Виви плачет? Где эта новая няня, которую позавчера купил, как её там… Маргери, вроде? Или так предыдущую звали? — задал вопрос хозяин, а по телу снова пошла та странная дрожь.

Какая я тебе Маргери, козёл высокомерный?! Меня зовут Адександра!

Звук шагов сменил тембр — хозяин зашёл в беседку, а я так и лежала на полу.

Мрачно посмотрев на вычищенные чёрные ботинки, я даже не попыталась поднять головы.

Мне от одного голоса дурно становиться, зачем ещё смотреть на него?

Знаю всего два дня этого надменного подонка-хозяина и уже ненавижу.

Даже имени моего не запомнил, мерзавец!

И как можно вот так стоять и равнодушно смотреть, как женщина лежит на полу?!

— Эта бестолковая дура вытащила её под дождь, но я сейчас накажу её, господин. Я научу её уму-разуму. Простите, что подвела вас, — подобострастно проговорила экономка, сильнее нажав на свою клюку.

Я всхлипнула от боли.

— Поднимите её, миссис Даршар. Не сто́ит Виви видеть такое. А вы, Маргери, успокойте мою Виолетту, это ваша работа, — стальным тоном произнёс хозяин и развернулся.

— Моё имя… — прохрипела я, но прокля́тая карга снова нажала на трость, и я взвыла от боли.

Экономка подождала пару минут и снова стукнула меня по спине.

— Ах ты, дерзкая, дрянная девчонка! — прошипела карга, когда шаги хозяина перестали быть слышны. — Да кого интересует твоё имя?! Хочет хозяин называть тебя Маргери, значит, будет, не смей перечить!

Очередной удар, отозвавшийся болью.

Хоть спины мне и не видно, уверена, она превратилась в один сплошной синяк.

Кажется, сегодня снова придётся спать на животе. Хотя какая разница?

Моя лавка в общей спальне слуг была такой жёсткой, что без разницы, на какой части тела спать.

Всё равно, всё будет болеть.

Возникает закономерный вопрос: почему я до сих пор не сбежала?

Потому что не могу из-за ошейника рабыни.

Который не даёт мне выйти за пределы поместья без разрешения хозяина.

Да и некуда мне бежать.

Полгода, как я попала из нормального, нашего мира в этот варварский мир средневековья и магии — королевство Дарфлейм.

И всё пошло не так!

Сначала я даже обрадовалась, что вместо унылой жизни уволенной с позором из школы учительницы физики, я попала в магический мир.

Я перешла из обычной школы в частную год назад, к своему огромному сожалению, погнавшись за большой зарплатой.

А оказалось, что директор укладывает в постель всех молодых учительниц.

Я, разумеется, отказалась.

Тогда этот козёл попытался меня «завоевать», оказывая мне прилюдные знаки внимания: даря цветы и выделяя на фоне коллег.

За это все на меня ополчились.

А через месяц он вызвал меня в кабинет и заявил, что либо я сейчас с ним пересплю, либо он меня уволит с позором.

Я в тот же день с высоко и гордо поднятой головой вышла из школы, даже не подозревая, какую подлость он затеял.

На следующий день по всем местным газетам нашего города прошла новость: молодая учительница уволена из школы N за аморальное поведение.

Якобы я домогалась директора, пытаясь выбить себе место завуча через постель.

Когда я с утра вышла в магазин за продуктами и увидела заголовки, я упала в обморок.

А очнулась уже тут.

И подумала: ну и к чёрту тот мир! Да здравствует новый!

Но…

Как их всех ненавижу! Этих магов, ведьм, драконов, оборотней!

Ненавижу и ничего не могу сделать, потому что я магии лишена, а значит, в этом мире я снова никто.

Пустышка, как тут говорят.

Бесправная и необразованная рабыня. И собственность Натана Санлара.

И единственный мой путь на волю — достойно отслужить по договору купли-продажи три года и попросить вольную.

Так что, придётся терпеть и побои, и унижения, и, может, потом, я, наконец, смогу обрести свободу и счастье.

Если только не случится чудо и неизвестная магия, закинувшая меня в этот мир, не вернёт меня обратно.

Если я смогу дожить до этого момента, правда.

— Эта тётя совсем бестолковая, мы тебе потом другую найдём, когда эта помрёт, — ворчание Элеоноры вырвало меня из горьких размышлений.

Ну зачем ты говоришь такое ребёнку, идиотка?! Она же уже взрослая и всё понимает!

— Няня Алекс добрая, я люблю её, — прошептала малышка сквозь слёзы.

— Не стоит к ней привязываться, моя конфетка, ты же знаешь, няни долго у нас не задерживаются. И эту, косорукую, тоже сменим, — омерзительно ласковым голосом проворковала Элеонора.

Моё сердце защемило. Виви и вправду была доброй и нежной девочкой. Хоть в этом мне повезло.

Да и старший сын, Тони, с которым, правда, мы ещё только выстраивали границы, хоть сорванец, да беззлобный.

Даже удивительно, как у такого молчаливого и холодного человека выросли такие дети. Особенно если учесть, что их мать сбежала, едва родилась Виви, а няни постоянно менялись.

И потому брошенные мимоходом Элеонорой слова были правдой.

Меня поменяют.

Точнее, как говорят остальные слуги, убьют. Как и всех моих предшественниц.

Забыла сказать: меня назначили няней, потому что никто из вольных магичек не соглашался.

Ведь каждый месяц в течение последнего года новая няня в поместье Санлар гибла при таинственных обстоятельствах.

То шею свернёт на лестнице, то крысиным ядом случайно поужинает, то с башни упадёт.

Так что про три года и вольную — это я, конечно, губу раскатала.

Но, с другой стороны, не может же мне всегда так фатально не везти?!

Должна же существовать хоть какая-то справедливость в этом мире?!

Неужто я буду следующей безымянной жертвой?

— Чего разлеглась, лентяйка? Вставай, я сказала, и собери игрушки! — рявкнула Элеонора и, пнув меня напоследок, унесла всё ещё ревущую Виолетту.

Вот ведь стервозная карга!

Виви наверняка не успокаивается, потому что чувствует злобу, исходящую от экономки.

Дети вообще много чувствуют и понимают того, что мы, взрослые, разучились.

— И смотри, ничего не испорти! Там одна игрушка дороже, чем ты сто́ит! — процедила через плечо экономка.

Я, кряхтя, начала вставать, напоследок взглянув на девочку, жалобно протянувшуюся ко мне ручки.

Сердце снова сжалось.

Своих детей у меня быть не могло, как сказал мне врач в нашем мире. Непроходимость труб.

— Мне, Александра, нужен наследник, а не дефектная жена, — вот были первые слова моего бывшего уже теперь мужа в кабинете врача, разбившие моё сердце.

А потом муж встал и ушёл, прямо сразу с приёма.

Даже лечащий врач-мужчина обалдел от такого скотского отношения.

И никакие мои слова о том, что сейчас всё лечат, были бы только деньги, не помогли удержать этого подонка.

Аж само́й стыдно за то, как я его умоляла не бросать меня.

Наследник… Пф-ф, чего у него там наследовать можно было?!

Место менеджера по продажам в крупном гипермаркете?

Тоже мне королевство, блин.

Но с судьбой бездетной старой девы я смирилась, с головой уйдя в работу.

И переложив всю свою любовь на племянников — Максима и Катюшу, детей старшего брата.

Возможно, поэтому в этом мире дети Натана Санлара нашли такой отклик в моей душе.

Со слезами на глазах я собрала игрушки и, понурив плечи, поплелась к входу в здание.

Дом у господина Санлара был роскошный.

Трёхэтажный особняк вполне соответствовал статусу советника короля и был одни из самых крупных в предместьях Драгондара, столицы королевства.

Поднявшись на второй этаж в комнату Виолетты, я ожидала увидеть там девочку, но её там не было.

Куда эта карга утащила малышку? К себе, что ли?!

Аккуратно расставив кукол на отведённую им полку, я толкнула дверь, чтобы выйти.

И на меня вылилось ведро ледяной воды.

Я не шучу. И вправду, ведро.

Которое ещё с грохотом упало на пол, оцарапав меня по лицу железной ручкой.

Ну, Тони, ну, паразит, вот я тебя когда-нибудь отлуплю!

Я от неожиданности, конечно, заорала.

Ладно, хоть цензурно, благодаря профессиональной привычке.

Потому что за десять лет работы в школе, я, как истинный джентльмен из анекдота, наступив на ежа ночью одна в пустом замке, заорала бы: «ЁЖ!».

— Ёж тебя побери! — собственно, так я и заорала.

Когда я разлепила залитые водой глаза, передо мной стоял сложившийся пополам от смеха Тони.

Вот поросёнок! Ну ничего, я тоже все эти фокусы знаю.

Тебя ещё ждут чу́дные детские лагерные приколы, мой дорогой Тонайо Санлар.

А ещё знаю, что подросткам нельзя дать почувствовать слабость, иначе сгрызут и косточки выплюнут.

А тринадцатилетний Тони — такой же подросток, как и семиклашки, только пришедшие изучать физику.

И неважно, что он маленький дракон, как и его сестричка.

Но в отличие от милашки Виви, у него уже начался тот самый замечательный период, и Тони будет проверять меня на прочность.

А значит, ни в коем случае нельзя орать и топать ногами.

Это уронит мой статус в глазах ребёнка.

В конце концов — это просто шалость. Хоть уже и не такая невинная.

Потому я собрала волю в кулак и, слегка клацая зубами от холода, проговорила:

— Молодой господин, я понимаю, что вам весело издеваться над служанкой. Но вы никогда не задумывались, что ваше поведение больше похоже на шакала, чем на дракона?

— Это почему это? — озадаченно спросил мальчишка.

— Воспитание проявляется в том, как человек обращается с людьми ниже его по статусу, — спокойно заявила я. — Вы представляете себе ситуацию, в которой ваш отец делает подобное с кучером, к примеру?

— Нет, конечно, — фыркнул Тони. — Отец вечно работает!

— Вот именно. Поэтому вы так хорошо живете, — сказала я, обводя рукой пространство. — А вы свою работу на сегодня сделали?

— Какую ещё работу, я ребёнок?! — возмутился мальчик.

— Ваша работа — учиться, молодой господин, — всё тем же ровным голосом ответила я. — Ваш отец тратит бешеные деньги на ваше образование, а всё, чему вы научились, — это ставить вручную ведро на дверь? Хоть бы механизм какой использовали!

— Какой механизм? — удивился мальчик.

— Простой! Вы что, не знаете, как работают лебёдка или рычаг? — чуть надменно произнесла и зашагала по коридору, оставив мальчика размышлять.

Пусть подумает, потом сам ещё прибежит расспрашивать, бьюсь об заклад.

И тут меня снова ударили из-за угла, в этот раз по животу.

Не закладом, конечно же, а клюкой.

А отлетела назад и упала на спину.

Вот старая тварь, рыкнула я про себя.

— Что за вид у тебя, Александра?! — визг Элеоноры, кажется, порвал мне барабанные перепонки. — Как ты смеешь оставлять эти разводы на наборном паркете господина?!

Снова удар.

И как она до сих пор ничего мне не сломала своей тростью?! Уму непостижимо!

— Чего молчишь, соплячка?! Пошла прочь в пристройку для слуг и переоделась! — орала карга и ещё раз треснула меня.

— Я именно туда и направлялась, — прохрипела я.

— Не смей дерзить! Зачем вообще ты, насквозь промокшая под дождём, заявилась на второй этаж в покои господ?! — рявкнула экономка.

Я, охая, перевернулась на живот и встала на четвереньки.

Подняв голову, я увидела в начале коридора Тони, молитвенно сложившего руки.

— Не сдавай меня! — прочитала я по его губам.

Я мысленно застонала.

И как мне тогда объяснить старой карге, почему я в таком виде тут нахожусь?! Или плюнуть и сдать этого шкоду?

Я смотрела на состроившего жалобную физиономию Тони и размышляла.

Даже если я поступлюсь принципами и пожалуюсь на ребёнка, мне это не принесёт ни спасения, ни пользы.

Во-первых, я потеряю драгоценное доверие этого ребёнка, а оно мне нужно, чтобы выстроить с ним отношения.

А во-вторых, карга меня отлупит ещё сильнее за то, что я пытаюсь «прикрыться» господином.

— Я игрушки Виви относила, — мрачно сказала я, сжавшись для очередного удара.

— Надо было сначала переодеться, идиотка! Быстро дуй к себе! — рявкнула карга и, развернувшись, пошла к себе, даже не треснув меня на удивление.

Я медленно встала. Холодно и больно. Жесть. Долго ли я выдержу это всё?!

Ко мне подбежал Тони.

— Ты… спасибо. Карга вечно жалуется на меня отцу, а тот наказывает, — поникнув, сказал мальчик. — Сурово.

— Бьёт тростью, как Элеонора меня? — сочувственно спросила я с лёгким, едва заметным сарказмом.

— Нет, учиться заставляет. За каждую провинность плюс одна книжка по магии наизусть. А пока все книжки не сдам, гулять не выпускает!

Я улыбнулась. Хозяин он, конечно, отвратительный, но отец хотя бы неплохой.

Наказание учёбой — спорная вещь, конечно, но это явно лучше, чем физическое наказание.

— Ладно, я пошла переоденусь, — печально вздохнув, сказала я и направилась к лестнице, повернувшись к парнишке спиной.

— А что такое лебёдка? — раздался звонкий голос, когда я уже наступила ногой на первую ступень.

— Вечером перед сном расскажу тебе, — откликнулась я с лёгкой улыбкой на губах.

Маленькая, но победа.

Я пошла на задний двор к пустующей днём пристройке для слуг сбоку поместья.

На клумбе сидел огромный ворон.

Реально очень большой, я таких никогда не видела!

Размером в половину моего роста, наверное!

И, мне показалось, пристально разглядывал меня, по-птичьи наклонив голову.

Когда я проходила мимо, ворон сказал громкое «Кар!» и переместился на тропинку передо мной.

Я попыталась его обойти, но не вышло.

Упрямая птица раскаркалась и замахала крыльями, не давая мне пройти.

— Кыш! Пошёл прочь! Кар! Кар! — крикнула я на птицу и тоже замахала руками.

Птица, я клянусь, скептически глянула на меня как на идиотку.

Мы так и замерли: ворон и я на узкой тропинке.

Почему-то мне стало жутковато.

Пустынный задний двор, мрачное, потемневшее за это время небо, я и огромная, странная птица.

А если он решит мне глаза выклевать?

— Господин ворон, дайте мне пройти, — дрожащим голосом сказала я. — Пожалуйста. Мне холодно в мокрой одежде.

— Кар-кар! — возмутился ворон.

— Ну пожалуйста! Хоть ты, глупый ворон, отстань от меня! Дай мне пройти! — всхлипнула я, уже готова разрыдаться. — Мало мне участи Пустышки, жестокой карги с клюкой, равнодушного хозяина-выскочку, так ещё и ты будешь мне мешать?!

Ворон, состроив скептическую физиономию, каркнул ещё раз и взлетел.

Я, еле сдерживая слёзы, дошла до одноэтажного длинного дома с треугольной высокой крышей.

Знаете, где мне досталось место, кстати? На чердаке, верно.

Сейчас ещё по лестнице этой шаткой взбираться…

Только я, потянув ручку вниз, толкнула дверь, как рядом раздалось громкое «Кар!»

От неожиданности я дёрнулась и обернулась, не успев войти в дом.

Именно это и спасло мне жизнь.

Раздался странный щелчок, и в пол откуда-то сверху ударило пять арбалетных болтов.

Я попятилась и упала на задницу.

Мать моя женщина, это явно не проделки Тони!

Откуда ребёнок мог взять боевое оружие с боевыми болтами, так ещё и соорудить соответствующую конструкцию, раз ничего не знает о механизмах?!

Это тебе не ведро на кромку двери поставить, это самый, мать его, настоящий арбалет!!!

Я, нервно прикусив нижнюю губу и мелко дрожа от страха, аккуратно заглянула внутрь.

И чуть не упала второй раз.

Арбалета не было. Точнее, был, но в виде исчезающей призрачной фигуры, светящейся призрачно фиолетовым цветом.

Это магия! Какое-то заклинание!

Ладно, хоть он не самозаряжающийся, проворчала я про себя.

Хотя как из него вылетело одновременно пять болтов параллельно другу, мне непонятно.

Но раз это магический арбалет, они, наверное, ещё и под разными углами вылететь могли.

Итак, судя по всему, охота на меня началась.

Кто знал, что я пошла в пристройку?

Карга Элеонора и Тони. Это точно, а в целом — кто угодно. Экономка так на меня орала, что полдома могло слышать.

Вот только они оба не подходят на роль моего потенциального убийцы.

Тони, хоть и обладает даром, вряд ли бы решился на такое. Всё-таки, я думаю, мальчик понимает, что боевые стрелы — это не игрушки.

А вот старая карга магией не обладает. В то, что эти двое могли объединиться, я не верю.

Может, этот странный ворон?

Кто он?

Мой спаситель?

Или он, наоборот, меня в ловушку заманивал?

Я осторожно, мелкими шагами обходя арбалетные болты, зашла внутрь помещения и огляделась.

Платье, кстати, мне кажется, высохло прямо на мне от стресса. Шутка, конечно, но всё же.

Растаявший в воздухе арбалет не оставил никакого следа.

Болты, стоило мне их коснуться — тоже.

Так они настоящие или нет были, чёрт побери?!

Но дырки-то в земле остались. Значит, не иллюзия. И во мне был тоже дырок бы наделали.

Внутри, как я и думала, никого не было.

Потому что «Солнце высоко, рабы на плантации», Элеонора никому не давала спуску, заставляя работать с утра до ночи.

А жаль, кто-то мог бы оказаться ценным свидетелем.

Я залезла по шатающейся лестнице на чердак и начала переодеваться.

Итак, кому я могла успеть насолить?

Только карге! И то, только своим фактом существования!

Ну и что, что перечила! В этом, я думаю, ничего сверхъестественного, судя по словам товарищей по несчастью, проживающих в этой пристройке.

Но она не обладает магией! Вроде бы. Иначе бы зачем работать экономкой?!

А может быть, она и есть тот самый огромный ворон?!

Внезапно позади послышался стук в окошко в конце длинного, узкого чердака, где располагались две кровати — моя и соседки, помощнице кухарки, Кэтти.

Я, стоя полуголой, прижала платье к груди и оглянулась. Ну, кто там ещё стучит в окно на втором этаже?!

Ворон.

Ну а кого я, собственно, ожидала?!

Торопливо напялив платье, я рявкнула на него:

— Кыш, извращенец! Нечего подглядывать за девушками в окно!

Ворон плевать хотел на моё мнение, как и все в этом мире. И снова клювом постучал в окно.

Я подошла и посмотрела на птицу.

Ворон посмотрел на меня.

Да не, быть не может, чтобы это была Элеонора.

Значит, это друг? Ведь, по сути, он мне спас жизнь, напугав в самый опасный момент. Способ, конечно, спорный, но действенный.

Ладно, была не была. Я открыла окно.

Птица, важно вертя чуть задранной вверх головой, зашла внутрь и перелетела на мою кровать. Именно на мою, отметила я про себя!

Я подошла и села рядом, испытывая дикое ощущение, что это я в гостях у этого ворона, а не наоборот.

— Пожалуйста, не нагадь на мою кровать, птица, — скептически произнесла я. — Только этого мне не хватало для полного счастья.

Птица характе́рным движением задрала хвост, и я уже была готова застонать от досады, как вдруг, произнеся ехидное «Кар», ворон повернулся ко мне боком и наклонил голову и пристально посмотрел.

Мне стало неуютно.

Если бы ворон был человеком, я уверена, он бы изогнул одну бровь, вот каким был этот скептический взгляд.

А потом птица окончательно отвернулась и нахохлилась.

Обиделся, похоже.

Саша, ты чокнулась, похоже. Разговариваешь с вороном, присуждаешь ему какие-то эмоции…

И сама не знаю почему, я всё равно продолжила говорить с птицей. Наверное, потому, что мне было дико одиноко.

— Простите, Ворон, я не хотела вас обидеть, — учтиво проговорила я. — Спасибо вам, что спасли меня. Не знаю уж, совпадение это или нет… но спасибо.

Ворон торжественно повернулся и, я вам клянусь, поклонился мне в ответ.

— Ты меня понимаешь? — совершенно обалдело спросила я.

Птица кивнула. КИВНУЛА!!!

Я ущипнула себя. Чувствую всё прекрасно. Это не сон.

Хотя чего я ожидала, это же магический мир?!

И тут до меня дошло!

— Ты оборотень? — с изумлением воскликнула я.

Ворон отрицательно помотал головой. Ого, неожиданно.

— Ты человек и тебя заколдовали?! — спросила я следующий вариант.

Нет. Ха! А кто тогда?

— Ты просто птица?

Тоже, конечно же, нет. Осуждающий взгляд ворона явно говорил об обратном.

Ну а кто ты тогда?!

Ворон задрал ногу и, изогнув шею, постучал лапкой по своей голове.

— Ты меня сейчас обозвал тупой?! — оскорбилась я.

Птица отрицательно помотала головой. Сначала. А потом кивнула.

— Сам такой, — огрызнулась я. — Раз такой умный, просто бы сказал.

— КАР! — рявкнула на меня упрямая птица.

— Чего, кар, я не понимаю?! Ладно. Ты знаешь, кто поставил этот арбалет?

Мотание головой. Нет.

— Но ты знал, что он там есть? — осторожно спросила я.

Кивок. Да.

— Откуда? — я аж подпрыгнула от удивления.

— Кар! — неопределённо ответила птица.

— Ясно, кар — это очень понятно. То есть, ты хотел меня спасти? Предупредить?

Кивок.

— Почему ты мне помогаешь? Ай, ладно, глупый вопрос, ты не сможешь объяснить.

Птица склонила голову в почтительном поклоне.

— Это сарказм, что я, наконец, поняла, что открытые вопросы тебе бессмысленно задавать?

Отрицательное мотание и снова низкий поклон.

— Что это значит?!

— Алекс, ты чего тут сидишь одна и разговариваешь сама с собой? Белая горячка началась от побоев подруги? — внезапно раздался голос Кэтти.

— Одна? Да нет же, я с вороном разговариваю. Но да, ты права, совсем я уже того, — с грустью вздохнула я.

— С каким ещё вороном?! — недоверчиво спросила Кэтти и с испугом завертела головой.

Я перевела взгляд на птицу, сидевшую напротив меня на кровати. Не заметить его невозможно!

— Ну вот с этим! — протянула я руку к невозмутимо восседавшей птице.

А рука прошла насквозь. Я застыла, в изумлении пялясь на свою ладонь.

— Только не говори мне, пожалуйста, Алекс, что ты тоже видишь этого ворона? — мрачно спросила кухарка.

— Тоже? — нервным голосом спросила я.

— Все погибшие няни его видели, — едва слышно прошептала Кэтти. — А значит, смерть придёт и за тобой.

— Ты не видишь ворона на кровати?! — почему-то прошептала я.

— Алекс, мне так жаль, — поражённо прошептала Кэтти в ответ и осела на свою кровать.

— Я не сумасшедшая! Тут есть ворон, я тебе клянусь! — горячо зашептала я.

— Да я тебе верю, но… никакого ворона тут нет, — твёрдым голосом ответила кухарка. — И меня пугает, что с тобой это началось так рано, хотя, может быть, это потому, что долго не могли найти няню после последнего случая. Все отказывались идти работать в поместье с такой репутацией!

— Кэтти, прекрати, мне жутко! — с подступающей паникой воскликнула я.

— А мне-то как жутко! — испуганно ответила девушка. — Я думала, у тебя будет месяц, хотя бы, как у других. Но к тебе эта чёрная вестница смерти пришла так быстро! Всего на второй день! Жуть. Как же тебе не повезло, Алекс…

Я всхлипнула и ещё раз провела рукой насквозь ворона, всё ещё сидевшего на кровати и безразлично наблюдавшего за происходящим.

Если бы он был человеком, я бы сказала, что он в этот момент поджал губы и презрительно смотрел на нас.

Я прижала пальцы к вискам и задумалась.

Что-то не сходится в той истории.

— Так, стой, ну мы же не дремучие люди! Ну какая вестница смерти! Если я вижу ворона, а ты нет, то тут задействована магия! Как иначе?! — воскликнула я.

— Слушай, наверное, ты права, — осторожно произнесла Кэтти. — А как она выглядит, эта ворона? Она тебе что-нибудь говорит?

— Только каркает. И смотрит как на идиотку, — мрачно хмыкнула я.

— И ты никак с ней не общаешься? — спросила кухарка.

— Ну он иногда кивает или мотает головой, но логику я пока до конца не уловила, — задумчиво сказала я. — Например, я так и не поняла, кто он такой. И как раз пыталась это узнать. Судя по всему, не оборотень и незаколдованный человек.

— А кто тогда? — заинтересованно спросила Кэтти.

— Действительно, кто? — эхом отозвалась я. — Ума не приложу! Кто ещё может обитать в этом мире в таком виде?

— Ну, если честно, мне на ум только приведение приходит, честное слово. Не считая мифической вестницы смерти. Все няни думали, что это второе, — немного помолчав, ответила кухарка. — А она осязаема? Ну, то есть, ты можешь к ней прикоснуться?

— Я знаю значение слова «осязаем», — ядовитым тоном ответила я. Кухарка, а всё туда же, учит меня! — Не могу, представляешь! Рука насквозь проходит!

— Ну точно привидение, кто ещё?! — решительно сказала девушка. — Хорошо, что не вестница смерти!

— Приведение ворона? — скептически спросила я. — Ты не думаешь, что это очень странное привидение? Вроде обычно призраки бывают у тех, у кого есть душа.

— Ты думаешь, у ворон нет души? — ухмыльнулась кухарка. — А ты попробуй спроси её, привидение она или нет.

— А почему ты постоянно говоришь, что это она? — спросила я то, что меня уже некоторое время начало смущать.

— Эээ… ну, ворона же! — растерянно произнесла девушка.

— Ворон, — твёрдо ответила я. — Большой и чёрный.

— Предыдущие няньки говорили, что это — большущая ворона, я уже привыкла как-то считать её женского рода, — смущённо сказала Кэтти. — У воронов же тоже, наверное, бывают самки, иначе, как бы они размножались?

— Справедливо, — согласилась я и обратилась к молчавшей до сих пор птице. — Ворон, ты мужского пола или женского? Как к тебе обращаться?

Ворон посмотрел на меня очень скептически. Я бы сказала — раздражённо закатил глаза.

И промолчал.

— Ну, кивни хоть?! — воскликнула я.

Птица продолжала игнорировать. Странно. Только что так охотно общалась!

— Ты призрак? — задала я следующий вопрос.

Ворон снова брезгливо посмотрел на меня и… улетел сквозь окно как призрак.

А меня вдруг как током шандарахнуло!

Так, подождите-ка. А зачем, а главное, как он тогда стучался, когда просился внутрь?! Если он неосязаем, как постучался?!

Если он может проходить сквозь предметы, то зачем стучал клювом в стекло и просился войти?!

Что это за ворон, мать его?!

— Ты чего дёргаешься? — спросила Кэтти.

— Он улетел, — мрачно сказала я.

— Ворона? — уточнила кухарка.

— Ага, — буркнула я.

— Сквозь стену, я так полагаю, ведь окно-то закрыто? — торжествующим голосом задала вопрос кухарка.

— Ага, — хмыкнула я.

— Говорю же, призрак! — решительно заявила девушка.

— Ага, — кивнула я.

Интересно, чей?! И почему его вижу только я?!

Всю дорогу до замка я слышала причитания и оханья Кэтти о моей нелёгкой и неминуемо трагичной судьбе.

Я скрежетала зубами, потому нытьё на дух не переношу.

Но всё же я смогла выудить немного полезной информации из потока заупокойных стенаний по ещё живой мне.

Первое. Все няни, с которыми успела пообщаться Кэтти (пятеро последних) были слабыми магичками, потому не могли идти преподавать в Академию или Школу Драгондара.

По их уровню способностей им подходила должность гувернантки, няни или другой прислуги, для работы которой магия и не нужна вовсе.

Второе. Все они видели незадолго до смерти мифическую в этом мире Вестницу Смерти — чёрную ворону, которая всячески их пугала и устраивала подлости. Как и мне, как сказала Кэтти.

Вот только, я думаю, что вОрон (а это всё-таки был вОрон, и неважно, какого он был пола!), мне пытался помочь. Фактически он меня спас.

В этом рассказ Кэтти не сходился с моими выводами, однако, перепуганные девушки могли и не такое придумать.

Третье. Всё началось год назад, когда Кэтти тут ещё не работала, и поначалу даже никто не понял, что смерти девушек не являлись случайностью.

По рассказам слуг, после того как предыдущая гувернантка, мадам Рейн, вышла второй раз замуж и уехала на другой конец королевства, несколько месяцев дети были предоставлены сами себе.

Однако шалости Тони начали выводить из себя отца, и он решил нанять новую гувернантку.

Первая из длинного списка гувернанткой была мисс Дайла Арквен, которая положила глаз на хозяина и начала с ним флиртовать.

Учитывая, что Дайла была наследницей обувной империи и адепткой Академии, проходившей летнюю практику по блату, в «сладком» местечке, у них мог бы разгореться роман с серьёзным продолжением.

Но не вышло.

Хозяин оказался холоден и глух к приставаниям юной адептки. Потому, когда Дайла ночью спрыгнула с крыши дома, все подумали: это потому, что юная гордая красавица не пережила отказа.

Второй гувернанткой стала другая адептка-старшекурсница, Роуз Маркшейн, которая тоже влюбилась в хозяина, тоже получила отказ и тоже покончила с собой, выпив крысиного яда, но не оставив записки.

В общем, по такой схеме произошло ещё два самоубийства, и в итоге хозяин, видимо, решил, что хватит иметь дело с глупенькими дурочками, у которых одна романтика на уме.

И нанял пожилую мадам Крейн. Но через месяц и она умерла, якобы оступившись на лестнице.

Тут уже трудно было сказать, что это связано с неразделенной любовью, хотя кто знает, хихикнула тогда Кэтти.

Тут стало понятно, что, похоже, дело не в юности, а в должности. Кто-то или что-то в поместье не хотело, чтобы за детьми смотрели. Почему? Неизвестно.

В итоге, когда пришла Кэтти, полгода назад, брали уже не высокообразованных адепток Академии или гувернанток со стажем, а слабеньких магичек, не нашедших себе другой работы.

А теперь и вовсе наняли меня — Пустышку без магии.

Ну и четвёртыйамый интересный вывод. Когда уволилась мадам Рейн, служившая в поместье почти двадцать лет экономкой и позже гувернанткой, вместо неё наняли, как вы думаете, кого?

Да. Старую каргу Элеонору.

А значит, убийства, по факту начались после её появления в поместье!

Когда я поднялась в комнату на второй этаж к Виви, малышка играла с куклами, разыгрывая диалог.

Я, умилённо улыбаясь, наблюдала за девочкой, стоя в двери.

— Лили, почему ты плачешь? — спросила себя девочка, искажая голос на более низкий.

Лили была одной из любимых кукол девочки.

Как я заметила, Виви проводила аналогию между собой и очаровательной блондиночкой Лили.

То есть фактически, Виви отождествляла именно эту куклу с собой.

Я прислушалась, что ответит девочка сама себе?

— Потому что сегодня ко мне опять приходила Бубу, Мими, — ответила своим голосом девочка.

Мими — так звали самую любимую куклу девочки. Как она мне сказала, это ей папа подарил, пока мама временно уехала.

Тогда я помню, моё сердце защемило, потому что девочка явно скучала по маме и ждала, когда она вернётся.

Мими она отождествляла с мамой, как я успела понять за эти два дня.

А вот кто такая эта Бубу? Карга Элеонора?

— Но она же говорит, что она наш друг, Лили?! — заговорила малышка низким голосом.

— Она меня пугает, Мими! — ответила она сама себе.

Ну ещё бы, хмыкнула я про себя, меня карга тоже пугает! Точнее, её тяга к садизму.

— Бубу сказала: если будем её слушаться, то мама вернётся. Надо слушать Бубу! — произнесла Виви низким голосом.

Тут я немного напряглась. Насколько я помню из рассказов слуг, нерадивая мамаша Виви и Тони сбежала и возвращаться не собиралась, бросив мужа и детей.

— Да, Мими, но тогда же Алекс уйдёт! А мне Алекс понравилась, Мими! — сказала девочка от своего имени.

Сердце, кажется, пропустило удар.

Это она сейчас обо мне, получается?!

— Но Бубу же сказала, что если мы поможем, то она заберёт Алекс к себе и мама вернётся.

Кажется, мне очень надо поговорить с этой Бубу.

— Малышка Виви, можно мне с вами поиграть? — спросила я, осторожно присев рядом с девочкой. — Я вам не помешаю.

— Можно, Алекс! Мы с Мими и Лили чай пьём. Вот и тебе чашка! — улыбаясь, ответила Виви.

— Спасибо, милая. Как ваши дела, Мими и Лили? — мягко сказала я.

— У Мими хорошо, а вот у Лили не очень, — грустно проговорила малышка.

— А что случилось у Лили? — нахмурилась я.

— Ну… мне нельзя об этом никому говорить, — немного замявшись, ответила девочка.

— А если по секрету? — я лукаво улыбнулась и подмигнула Виви.

— То только по секрету! Ночью к нам приходит Бубу иногда и говорит, что делать, чтобы мама быстрее вернулась. Только тсссс, Алекс! — малышка приложила палец к губам. — Об этом никому нельзя говорить!

— Хорошо, я никому не расскажу! А кто эта Бубу? Как она выглядит? — задала я самый важный вопрос.

— Большая чёрная птица, — шёпотом ответила Виви. — Она со мной разговаривает, когда ночью прилетает на окошко.

По телу холодом пробежала мелкая дрожь.

Так что же, ворон всё-таки мне враг?!

Тогда я совсем ничего не понимаю! Но он же мне точно помогал?!

И тут я одёрнула себя: Александра, а может, ты не будешь верить на слово пятилетней девочке и сама сначала всё разузнаешь?

— Виви, она пугает тебя, эта птица? Или просто говорит? — тщательно подбирая слова, спросила я.

— Она немного страшная, но добрая, — немного подумав, ответила малышка. — Она мне рассказывает, что мама меня любит и скучает. Но чтобы она вернулась, я должна помочь?

— Как? — нервно сглотнув ком в пересохшем горле, сказала я.

— Тут были тёти, которые мешали маме вернуться. И чтобы они уехали, мне надо этого сильно хотеть, — расстроенно надув губки, сказала Виви.

— Что за тёти? — спросила я, хотя уже знала ответ.

— Няни. Но теперь Бубу говорит, что тебе тоже надо уйти, а ты мне нравишься. И я не знаю, что мне делать, — девочка заплакала. — Можно, чтобы вы обе были со мной? И ты, и мама, Алекс?

— Конечно, моя малышка, — сказала я, взяв девочку на руки. — Такое возможно. Но я не знаю, как это сделать. Может быть, спросишь сегодня у Бубу об этом, если она появится?

А про себя подумала: вот кто-то мразь.

Да он же манипулирует тоской Виви по матери! Как же это подло!

Пока мне непонятно, что значит «сильно захотеть», как желание Виви преобразуется в реальность?!

Но ответ, кажется, лежит на поверхности.

Виви — маленький дракончик, а значит, обладает магией.

И кто-то ею пользуется, заставляя девочку творить ужасные вещи, либо просто вытягивая из неё силы для этих подлых целей.

Ну что за дрянные люди?!

А я уверена, что это никакие не привидения, а люди! Зачем призракам убивать живых, ни в чём не повинных людей?!

Кто же этот чёрный ворон?! Ну, попадись мне ещё раз, гадкая птица!

Я не знаю, насколько это возможно, но я не позволю делать такое с невинным ребёнком! Сегодня я обязательно поприсутствую на этом разговоре.

Надо только подумать, как? Спрятаться в шкафу? Вряд ли если я буду сидеть на виду, неведомый враг, затеявший извести всех нянь, будет беседовать с Виви.

Я оглядела комнату.

Большой белый гардероб отлично подойдёт для этих целей. Так и сделаю.

Я посмотрела на высокие напольные часы, стоя́щие в углу.

Уф, слава богу, посмотрела! Время-то уже!

— Малышка, тебе пора обедать, папа ждёт, пойдём? — спросила я девочку. — Только сначала...

— Папа! — радостно закивала девочка и резко вскочила. — Да, пойдём к папе!

Девчушка так быстро вырвалась из моих рук и сорвалась с места, что я еле успела за ней вскочить. Ладно, чёрт с ним, игрушки потом приберу, пока они будут обедать.

Дверь была слегка прикрыта… Странно, я точно оставила её открытой!

Виви уже почти до неё добежала, когда у меня мелькнула страшная мысль: а если там опять ведро?!

Кричать «Стой» бесполезно, больше напугаю девочку, чем это пользы принесёт, и я в два огромных прыжках опередила девчушку и буквально рыбкой прыгнула в приоткрытую дверь.

Если там стоит очередное ведро с водой, то пусть лучше обольёт меня, чем Виви. Мне, конечно, снова достанется от карги за испорченный паркет, но явно меньше, чем если Виви окажется под прицелом шкодливого Тони.

Я прикрыла глаза и приготовилась к ледяному душу.

Но его не было.

Вместо этого в нос внезапно ударил терпкий аромат, которым пах хозяин: кофе, табак и, кажется, мускат.

Ведра с водой не было, зато была натянута верёвка понизу, сразу после двери!

Я увидела, что напротив резко распахнувшейся двери стоит Хозяин, брови которого удивлённо поползли вверх…

С разбегу споткнувшись об идиотскую верёвку, с жутким криком «Мамочки!», я полетела в объятия Натана Санлара.

Тот на автомате, видимо, подхватил падающую на него женщину.

— Маргери?! — прохрипел мужчина, глядя на меня сверху вниз.

— Маргери, что вы себе позволяете? — дракон надменно изогнул правую бровь.

Что-что?! Спотыкаться о натянутую вашим сыном верёвку!

Но такого в лицо ему не скажешь — вышвырнет из поместья.

А в случае разрыва трудового договора я отправляюсь к предыдущему владельцу — сальному типу весьма мерзкой внешности, желавшему продать меня в бордель.

Этот вариант развития событий мне точно не подходит!

— Меня зовут Алекс, господин Санлар, — тихо, но твёрдо ответила я, опустив глаза. — Простите, я споткнулась.

— Как можно быть такой неуклюжей? А если ты мне детей зашибёшь?! — рыкнул дракон. — Смотрите на меня, когда я с вами разговариваю, няня!

Я посмотрела в глаза дракону.

Его зрачки в этот момент расширились от удивления. Мужчина вцепился мне в плечи и приблизил своё лицо к моему, что-то разглядывая.

Мне стало неловко, и я отшатнулась

Чего он пялится?

Хозяин продолжал смотреть на меня в упор и хмуриться.

— Алекс, ой, тут верёвочка! — воскликнула Виви.

Натан посмотрел на дочку поверх моей головы, но ничего не сказал.

А мог бы и извиниться, козёл надменный!

— Виви, аккуратно перешагни через неё! — крикнула я и попыталась вырваться из цепких рук дракона, но он удержал.

Да чего вцепился-то?! Сейчас Виви упадёт и мне влетит!

— Как, говоришь, тебя зовут? — нахмурился мужчина.

— Алекс. Пожалуйста, отпустите меня, мне надо к Виви, — торопливо ответила я.

— А полное имя? — продолжил допрос хозяин.

— Александра Тирс, — немного раздражённо ответила я. — Позвольте мне сопроводить вашу дочь на обед. Отпустите меня.

— Иди-иди, — настороженно ответил мужчина и отпустил. — Тирс говоришь… А откуда ты родом?

Я взяла Виви, аккуратно перешагнувшая через натянутую верёвку за руку, а в душе́ похолодело.

Понятия не имею, откуда хозяйка этого тела родом, она же была рабыней!

Я помню, как я очнулась в этом теле оттого, что меня окатили ледяной водой в трюме какого-то корабля.

И если честно, Алия, девица, что была вместе со мной на том корабле, сказала, что я уже несколько часов не дышала.

О себе хозяйка этого тела рассказала мало — зовут Александра Тирс, пустышка, откуда-то из Дарфлейма. Продана родственниками в уплату долга ростовщику как бесполезная, потому что у остальных сестёр магия была.

Сколько этих сестёр, какая у кого магия, кто вообще моя семья, откуда я…? Без понятия.

Так что ответа на вопрос хозяина у меня нет.

— Я из Драгондара, — сказала я наугад.

— Из Тирсов из Драгондара? — удивился мужчина.

— Да-а-а, — неуверенно протянула я.

— Ты — дочь Ульберха Тирса?! Вроде у него только две дочери было, и обе очень талантливые магички. Что ты делала у работорговцев? — нахмурился мужчина.

— Этот мужчина мне не отец, — твёрдо ответила я. — Я из трущоб, меня продали работорговцам за долги семьи.

Даже если вдруг хозяйка этого тела действительно была дочкой какого-то богатого хмыря (что было бы очень странно!), явно этот недомужчина, продавший дочь за долги, не мог называться гордым именем «отец».

— Ясно. Интересное совпадение. Ну, пойдёмте. Виви, моя крошка, ты проголодалась? — мужчина резко сменил выражение лица с задумчивого на радостное, но глаза остались теми же.

Задумчивыми.

Когда мы пришли в гостиную, в ней уже был Тони, нетерпеливо теребивший салфетку за накрытым столом, и вездесущая Элеонора, стоявшая с недовольным видом сбоку.

— Господин, — подобострастно поклонилась карга. — Это так приятно видеть, что вы находите время, чтобы пообщаться с детьми. Это так ценно для них и для вас.

— Благодарю, Элеонора. Накрывайте, — отдал команду хозяин и улыбнулся Тони.

— Да, хозяин, — карга поклонилась и начала выходи́ть, вцепившись в мою руку.

— Папа, я сегодня запускал воздушных змеев, а ещё… — начал мальчик.

— Ах да, — равнодушно бросил Хозяин через плечо. — С сегодняшнего дня Алекс кушает с нами. Так что, накройте ещё один комплект для Александры. Сейчас.

Я испуганно посмотрела на Элеонору.

Лицо старухи передёрнулось от злобы, но лишь на мгновение.

После этой небольшой слабости Элеонора снова надела маску любезности.

— Как скажете, хозяин, — ответила экономка. — Это, конечно, могло бы быть полезным, если бы Алекс была знакома с этикетом и прочими премудростями, но, я думаю, детям и так будет интересно.

— А я знакома. И детей смогу научить! — с готовностью ответила я.

Чего только не изучает классный руководитель в своей работе в школе! Уж этикет-то я знаю, хотя бы на базовом уровне.

— Да откуда ты можешь знать, рабы… — прошипела Элеонора, но хозяин её перебил.

— Элеонора! — рыкнул Натан. — Вы, наверное, хотели пойти проведать, как дела на кухне. Сейчас. Александра, присаживайтесь.

Я замерла в панике, прикусив губы от боли, потому что старуха всё ещё сжимала мою руку в своей. Очень сильно.

— Если сядешь, тебе не жить, — прошипела едва слышно экономка.

— Алекс, садись со мной! — жизнерадостно крикнула Виви.

И что мне делать?!

— Алекс, присаживайтесь. Элеонора, подайте обед на четверых, — властно произнёс хозяин.

— Да, господин Санлар, — произнесла экономка и отпустила мою руку, тихо добавив. — Я тебя предупредила.

А мне… делать нечего. Я села за стол рядом с Виви.

— Тони, сынок, расскажи-ка мне, как мужчины должны относиться к своим близким, женщинам и детям? — фальшиво-равнодушно сказал Натан, расстилая салфетку на ногах.

По его тону я поняла, что сейчас мальчику достанется. За натянутую верёвку.

— Защищать от бед, не давать в обиду и делать их счастливыми! — бодро ответил Тони, не подозревая о подвохе.

— Как ты думаешь, сынок, я справляюсь с этим? — продолжил воспитательную беседу отец.

— Да, папа, — подросток тоже почуял неладное.

— Как ты считаешь, натянуть верёвку перед дверью сестрёнки — это к чему относится из перечисленного тобой? — продолжил стальным тоном Натан.

— Эээ… папа, прости, это было не для Виви, — мальчик заёрзал на стуле.

— А для кого, Тонайо? — сурово спросил хозяин.

— Эээ…

Ой, Тони-Тони, вот балбес!

Что ж, придётся взять вину на себя.

— Господин Санлар, боюсь, возникло недопонимание, — тщательно подбирая слова, начала я. — Это я попросила Тони показать мне несколько классных розыгрышей.

— Классных розыгрышей, Александра? Верёвка, о которую могла споткнуться моя дочь, вы считаете «классным розыгрышем»? — ледяным голосом спросил хозяин, переведя взгляд на меня.

Я сглотнула ком в резко пересохшем горле. Саша, думай, что несёшь!

Ну куда я опять полезла?!

— Ну, в этом и возникло недопонимание, — немного дрожащим голосом ответила я. — Это моя вина́: я плохо поставила задачу. Прошу меня простить, такое больше не повториться.

— Папа, извини, я всё понял, — добавил мальчик.

— Сейчас Алекс взяла на себя вину, а ведь она тоже женщина. Тебе не следовало позволять ей этого, — холодно заметил Натан. — А вы, Александра, должны воспитывать из мальчика мужчину, а не того, кто прячется за спиной женщины.

— Простите, хозяин, я поняла, — тихо ответила я.

— Папа, Алекс меня ни о чём не просила. Это я всё сам сделал. Хотел её разыграть, — тихо, но твёрдым голосом ответил подросток.

— Я понял. Ещё одна книга, ясно? — стальным тоном задал вопрос дракон.

— Да, папа, — прошептал Тони.

— Виви, моя малышка, как сегодня прошёл твой день? Что вы сегодня делали? — абсолютно жизнерадостным голосом спросил хозяин.

Голос поменялся настолько быстро, что я с удивлением посмотрела на хозяина.

Мужчина слегка улыбался, поглядывая на установившегося на свои колени сына.

Так это он не злится, а воспитывает?!

Вот это актёр, мать его! Даже я испугалась!

— С утра мы играли в куклы, Лили и Мими были на показе мод в беседке, — звонким голоском начала малышка, хотя до этого непонимающе переводила взгляд с отца на брата и обратно.

— Что потом было? — продолжая тепло улыбаться, задал вопрос дракон.

Всё-таки детей своих он любит, хоть и по отношению ко мне вёл себя сегодня как равнодушная скотина!

— Потом… пришла миссис Элеонора и… — неуверенно протянула малышка, теребя свои пальчики.

— И мы пошли домой, — торопливо вмешалась я.

— Виви? — с нажимом произнёс Натан.

— Она нас наругала и побила палкой, — едва слышно прошептала девочка.

— Тебя?! — взревел дракон. — Алекс, это правда?!

Я снова нервно облизнула губы. Боже, что сейчас будет! И зачем я согласилась сесть за этот стол?! Ну что за вопросы, он же сам всё видел!

— Нет, она била Алекс, — также тихо сказала девочка, — Но я не поняла за что.

Дракон продолжал требовательно смотреть на меня.

— Нет, хозяин, Элеонора ни пальчиком не тронула девочку, разумеется, — тихо сказала я.

— Понятно, — холодно ответил дракон, поджав губы. — Что же, Виви, людям свойственно ошибаться.

Я облегчённо выдохнула.

Неужто он за меня заступается?! Я даже засомневалась в своей оценке.

Может, быть я просто не вижу хорошего в мужчине, привыкнув к скотскому отношению? Может быть, он не так уж и плох?

— А когда они ошибаются, их наказывают, — продолжил дракон, а моё сердце пропустило удар. Он защищает каргу! — Наказание должно быть соразмерно вине. Значит, Александра совершила грубую ошибку, раз Элеонора так поступила. Верно, Александра?

— Да, хозяин, — тихо ответила я.

Вот ты сволочь, дракон!

И чего я расслабилась?

Защищает меня! Пф-ф! Да кто я такая для этого надменного богатея, чтобы меня защищать?!

Он же стоял и смотрел на меня, лежащую на полу беседки! А теперь изображает удивление!

О чём я?! Какая ещё защита?!

— И какую? — сурово произнёс дракон.

— Я гуляла с Виви на улице, когда там капал грибной дождик, — с вызовом я ответила.

— Какой? — нахмурился Натан.

— Грибной. Ну, маленький, когда солнце светит, — пояснила я.

— И вы считаете, это нормально? — рыкнул дракон.

— Да. Мы сидели в беседке, дождь совершенно никак нам не мешал. А после засушливого дня повышенная влажность даже полезна. Для иммунитета, — гордо ответила я.

— Этикет и повышенная влажность полезна для иммунитета, — медленно повторил хозяин. — Говорите, вы из трущоб Драгонара, Александра? Интересно. В каких трущобах дают такое образование?

— Просто я хорошо училась в школе, — немного замялась я.

— И не поступили в Академию? — изогнув бровь, спросил дракон.

— Магии-то у меня нет, — смущённо улыбнулась я.

— Правда? — усмехнулся дракон.

— Да, — удивилась я вопросу.

— А вы пробовали когда-нибудь проходить отбор? — спросил Натан.

— Не-е-е-ет, — медленно протянула я, окончательно смутившись.

Понятно. Что же, всем приятного аппетита. Приступим? — улыбнулся мужчина.

Дальше мы кушали практически в полной тишине: лишь дети иногда пытались нарушить её, но то я, то Натан их осаждали. Пока я ем, даже в этом мире, я глух и нем.

Когда трапеза была закончена, я уже очень хотела сбежать из-за этого стола, потому что всё это время хозяин пристально меня разглядывал.

Кушать в такой обстановке было очень сложно, и потому я практически ничего не съела. Тем более в этом мире отсутствовала соль как приправа, и потому многие вещи имели пресный и жутко непривычный вкус. Хотя сам Драгондар стоял на море. Удивительно, как местные до сих пор не догадались использовать морскую соль таким образом?

За полгода рабства, проведённые в этом мире, я, конечно, начала привыкать к такой еде, однако, это всё ещё было странно.

— Я смотрю, вы не притронулись к еде, — снова начал диалог Натан. — Невкусно?

— Что вы, вкусно. Я никогда не пробовала подобного! — тут я даже не покривила душой.

Еда в доме дракона гораздо вкуснее и приятнее на вид, чем та баланда, которой кормил прежний хозяин.

Тут блюда даже поливали изредка морской водой или добавляли её в соусы.

Но соли в целом в пище всё-таки не хватало. Наверное, поэтому жители этого мира так недолго живут, всё-таки соль необходима человеческому организму.

— Тогда почему вы не притронулись к еде? — спросил хозяин.

И чего докопался?! Из-за угроз Элеоноры и твоих странных вопросов, дракон, приводящих в смятение. Но сказала я вслух другое.

— Я успела перехватить немного до этого и пока что не очень голодна. Благодарю за оказанные честь и внимание, — я вполне искренне поклонилась. — Можно, я пойду приберусь в комнате Виви, хозяин?

— Обычно бедняки, если добираются до такой пищи, уминают за обе щеки. А вы как будто бы не находите её вкусной, — усмехнулся Натан.

Я снова неловко улыбнулась. Отравил он, что ли, эту еду? Чего пристаёт?!

— Спасибо, хозяин. Так я могу идти? — настойчиво спросила я.

— Нет ещё. Не случалось ли чего-нибудь с вами странного за эти дни, что у меня?

— Нет, — ответила я, глядя дракону в глаза.

Вот ещё! Расскажи ему всё! А меня потом сумасшедшей сочтут.

— Так я пойду? — повторила я вопрос.

— Хорошо, можешь идти. Дети, вы закончили кушать? — спросил Натан.

— Да, папа, — хором ответили непривычно тихие ребята.

— Ну тогда давайте расходится, — улыбнулся детям дракон. — Алекс, жду вас за ужином.

— Да, хозяин, — снова поклонилась я.

Едва мы вышли из столовой, меня уже ждала Элеонора.

— Мои милые ребятушки, идите по своим комнатам, а нам с Алес надо поговорить, — любезно процедила экономка. — Молодой господин, проводите сестру, пожалуйста.

Виви нервно сжалась от слов экономки и подёргала брата за руку.

— Алекс нужна мне. У меня есть вопросы по механизмам, она обещала рассказать, — как можно более равнодушно сказал Тони.

— Молодой господин, она сразу к вам вернётся, как я выдам ей распоряжения, — продолжая фальшиво улыбаться, заявила карга.

— Она мне нужна сейчас, — с вызовом ответил мальчик.

— Молодой господин, это займёт буквально десять минут, — процедила женщина, начиная злиться.

— Тони, я скоро вернусь… — решила я вмешаться, пока обстановка не накалилась.

— Нет. Она мне нужна сейчас. Вы запрещаете мне забрать мою няню? — дрожащим голосом спросил Тони.

— Элеонора, зайдите ко мне в кабинет, — внезапно раздался оклик хозяина из столовой.

— Ну что же, раз я пока занята, пусть Алекс идёт с вами, — сдалась карга. — А ты потом зайди ко мне, поняла?

Недовольно фыркнув, экономка удалилась.

Мы с детьми тоже одновременно облегчённо вздохнули, едва она скрылась в кабинете. Переглянувшись, мы все втроём улыбнулись.

— Алекс, извини меня, пожалуйста. За розыгрыши. Они были жестокими, я больше так не буду, — смущённо начал Тони. — Миссис Даршар злая и жестокая, я не хочу быть похожим на неё. Миссис Элеонора всегда издевалась над слугами, но те всегда сдавали меня и никогда не смели перечить отцу. Ещё ни один из них не защищал меня. Ты очень смелая. Но я будущий мужчина, и теперь я буду защищать тебя, Алекс.

Я чуть не прослезилась, если честно. Мой маленький герой.

— Спасибо тебе, Тони. Но не стоит из-за меня вступать в конфронтацию с отцом или миссис Даршар, — мягко ответила я, беря за руку Виви. — Пойдёмте к вам, ребята?

— Конфро… что? — непонимающе спросил Тони.

— Противостояние, — пояснила я.

— Ааа, понятно. Ты знаешь столько умных слов! Откуда?! — восхищённо сказал мальчик.

— Я хорошо училась в школе, — улыбнулась я. — И тебе нужно. Ты же хочешь попасть в Академию?

— Да… наверное, но там сложно учиться, — неуверенно протянул Тони.

— Зато будешь таким же уважаемым человеком, как и твой отец, — одобрительно улыбнулась я и потрепала мальчика по голове.

— Это вряд ли, — грустно вздохнул подросток.

— Почему? — удивилась я.

— Папа очень умный, я не такой.

— Работа и труд, всё перетрут, — перефразировала я известную поговорку. — Не вешай нос, Тони. У тебя всё получится!

Остаток дня прошёл спокойно, даже Элеонора больше не появлялась, видимо, получила какое-то важное поручение от хозяина.

Когда мы разошлись по комнатам, мы с Виви сначала вместе прибрались, а потом пошли погулять: дождь как раз закончился.

Тони присоединился к нам, снова пытаясь запускать воздушного змея, но из этого ничего не вышло, потому что стояла абсолютно безветренная погода.

Тогда я показала Тони, как сделать вертушку из бумаги, благо в своё время я увлекалась оригами.

Мальчик идею оценил и с радостью до вечера складывал вертушки, а Виви с удовольствием расставляла их по всей беседке, обсуждая с куклами диковинную игрушку.

На ужине ни хозяина, ни Элеоноры видно не было.

Кэтти сказала, что они оба ещё днём уехали в город, и господин Натан приказал в случае его отсутствия накормить всех своевременно в семь часов вечера.

Всё шло настолько благополучно, что я начала невольно переживать. Слишком уж похоже на затишье перед бурей. Как бы не сглазить, как говорится.

Вечером я рассказала Тони о том, как работает рычаг и лебёдка, как и обещала. Объяснила, почему ручки дверей находятся в определённом месте, что ножницы, колодец и многое, что нас окружает — всё это простые механизмы.

Даже Виви, поначалу игравшая в куклы, села рядышком и внимательно слушала. Ей, конечно, было рано, но, видимо, девочке было интересно подражать внимательно слушающему брату.

В общем, тишь да благодать. На ударов тростью, ни покушения на убийства, ничего не напоминало жуткие утренние события.

В какой-то момент я даже расслабилась и решила, что, пожалуй, жизнь няни для дракошек из поместья Санлар вполне меня устраивает.

Когда Виви заснула, я уложила её и проследила, чтобы и Тони тоже лёг спать. А после тихонько залезла в гардероб, предупредив Кэтти, что приду поздно — буду готовить новые бумажные поделки для молодого господина. Так я назвала оригами, чтобы не вызвать подозрений странным словом.

Внутри платяного отделения я заранее, днём, положила себе несколько одеял и действительно села складывать журавликов и лягушек, пытаясь вспомнить и разные другие фигуры.

Дверь в гардероб я оставила приоткрытой, и свет ночника Виви вполне позволял заниматься оригами.

Время тянулось долго, и я начала переживать, что сегодня, в такой удачный день, когда старуха куда-то запропастилась, чёрная ворона, пугавшая девочку может и не прийти.

Однако беспокоилась я зря. Около полночи я услышала стук в окно. Оба окна, кстати, я специально крепко закрыла.

Малышка заметалась на постели и начала постанывать.

Я аккуратно заглянула в просвет, благо я заранее выбрала удобный ракурс, чтобы были видны и постель Виви и оба окна.

На карнизе снаружи действительно сидела крупная ворона. ВОРОНА, а не мой знакомый ворон! Птица была окутана потусторонним зелёным свечением.

Тонкая нить этого свечения проходила через стекло и заканчивалась где-то в районе головы малышки.

Ворона снова ударила клювом несколько раз и протяжно каркнула.

— Виви, впусти меня, — раздался отчётливый металлический голос.

Если честно, этот голос пробирал до дрожи. Определить пол владельца было невозможно, потому что так может разговаривать только монстр, а никак не человек.

Повинуясь воле вороны, Виви резко села на кровати и распахнула глаза в стиле лучших японских фильмов ужаса.

Взгляд девочки светился таким же зелёным тусклым светом. Магия, никак иначе.

Какая-то тварь зачаровывает малышку!

Виви встала с постели и подошла к окну деревянной походкой, будто лунатик. Также безмолвно и немного коряво девочка залезла на банкетку у окна и посмотрела на ворону.

— Девочка моя, впусти меня, — прокаркала ворона всё тем же жутким голосом.

Вот подлюка! Я молча негодовала внутри шкафа. Ладно, ещё чуть-чуть посмотрю, чтобы выяснить побольше деталей.

Раз Виви об этой заколдованной гадине говорила, значит, эта тварь уже приходила. А с малышкой всё пока в порядке, не считая вот этих полуночных кошмаров.

Но если я вылезу раньше времени, то ничего не узнаю́. Как сделать так, чтобы эта тварь больше не приходила?

Виви между тем встала на подоконнике и повернула ручку. Благо на окнах были решётки, и выпасть девочка никуда не могла, хотя сердце у меня ёкнуло.

— Дай я посмотрю на тебя, девочка моя, — проскрежетала металлическим голосом ворона, зайдя внутрь. — Иди сядь на кровать.

Виви послушно опустилась на банкетку и вернулась на кровать. Сев на краешек, девочка свесила ноги и уставилась слепым светящимся взором перед собой. Как лунатик, честное слово! Ворона перелетела вслед на ней.

— Очнись, Виолетта, — сказала ворона, и Виви дёрнулась, будто от испуга.

Глаза девочки светиться зелёным перестали, но тонкая нить, соединяющая Виви и ворону, осталась.

— Бубу, ты уже пришла? — сказала девочка немного испуганным голосом.

— Да, Виолетта, я пришла. Почему ты не сделала то, что я велела? — спросила ворона.

Виви потупила взгляд и зашаркала ножкой.

— Ты не хочешь, чтобы мама вернулась, Виолетта? — злобно прокаркала ворона. — Ведь всё зависит от тебя.

Виви продолжала упорно молчать, отрицательно мотая головой и что-то шепча себе под нос.

И тут я заметила, что в волосах девочки что-то сверкнуло. Что там? И тут же вспомнила, что у Виви есть любимая заколка-невидимка с камешком, которую она очень оберегала и боялась потерять, потому что это какая-то очень важная памятная вещь.

Осознание пробило мелкой дрожью и холодным потом. А что, если именно через эту дурацкую заколку кто-то и воздействует на Виви?!

— Ну ясно, я так маме и передам. Что Виви её разлюбила и больше видеть не хочет. Какая же ты жестокая девочка, Виви! — раздались упрёки гулким металлическим голосом. — Мама там так страдает в своей темнице.

Вот сволочь! Манипулирует малышкой! В какой ещё темнице, кстати? Но об этом я подумаю потом...

— Я хорошая, я не буду это делать. Я хорошая, я не буду это делать. Я хорошая... — я, наконец, расслышала, что бубнила Виви себе под нос.

Моё сердце сжалось. Видимо, гадкая ворона подбивала девочку совершить что-то, что Виви не делать хотела и уже понимала, что это плохо.

— Ну, если ты не столкнёшь Алекс, то так и останешься без мамы. Мама не сможет вернуться, пока здесь есть Алекс. Значит, Алекс, которую ты знаешь только два дня, тебе дороже мамы? — проскрежетала птица. — Ясно, Виви. Твоя мама будет очень расстроена. Будет плакать. Что у неё такая жестокая дочь, раз не хочет помочь маме вернуться.

С каждым упрёком Виви сгибала свои плечики, будто под ударом палки.

Хватит!

— А чем я, собственно, мешаю вернуться её маме, а, гадкая птица?! — задала я вопрос и медленно вылезла из шкафа.

Эффектнее, конечно, было бы пнуть дверь изнутри, но Виви и так достаточно потрясений.

— Ты…? Но как? — прошипела птица.

— Вот так. Караулила тебя, гадина зелёная! — жизнерадостно рявкнула я. Надо и на птицу наорать, и Виви не особо испугать. — Зачем ходишь к девочке и пугаешь её?! Что это за нить к её голове тянется?!

— Ты… видишь нити? — поражённо ответила птица и попятилась к стене, в сторону светильника. — Но ты же Пустышка... Как?!

— Что тебе надо от девочки?! — сурово спросила я. — Зачем подбиваешь её мне навредить?!

— Виви, спи, — скомандовала ворона, и девочка сразу безвольно опустила голову. — Хм, это даже очень интересно будет. Как необычно. Пряха... Отличная жертва выйдет. Очень удачная. Может, даже из тебя куклу сделаем, раз девочке ты так нравишься, что она упирается.

— СделаЕМ? То есть у тебя есть сообщник? Кто ты такая? — продолжала я сыпать вопросами.

— Ты задаёшь слишком много вопросов, Александра. Какая-то ты излишне настырная и умная для нищенки-рабыни, — злобно прокаркала птица.

— Кто ты?! Зачем тебе избавляться от нянь детей?! Что они тебе сделали? Ты же птица и не можешь сама работать в поместье? — продолжала спрашивать я без остановки. — Или ты не птица?! Зачем тебе вмешиваться в дела поместья? Какая разница, кто воспитывает детей? Или дело в их отце?!

Я наделась вывести ворону хоть на какие-нибудь дополнительные све́дения о её личности. Понятно, что она не ответит мне ни на один вопрос. Ну а вдруг я нащупаю больное место?!

— А нечего глазёнки свои похотливые на Натана направлять! — прошипела ворона. — Не смотри даже на него и не думай, что можешь быть рядом с ним! Не допущу! Ни за что!

— Да я ничего не направляла! — возмутилась я. — Пф-ф, больно он мне нужен, высокомерный тиран!

— Не ври мне! Я всё видела днём! — каркнула ворона.

— Видела?! То есть, ты женского пола и реально обитаешь в поместье днём?

— Это тебя не касается, мерзкая, скользкая, похотливая девчонка! Только и думаешь, наверное, как лечь под хозяина! — проскрежетала ворона.

— Виви, котёночек, закрой ушки, пожалуйста! — ласково сказала я и дождалась, пока девочка это сделает. — А ты, гадина потусторонняя, заткнись! Как ты смеешь такое при ребёнке хозяина такое говорить?!

— Ребёнке хозяина?! Хозяина?! — злобно прошипела ворона и шагнула снова мне навстречу.

— А ну, не подходи!

— А что ты мне сделаешь, пряха-недоучка?! — пролаяла своим металлическим голосом птица и замахала крыльями.

— Хватит обзываться, мерзкая птица! — рявкнула я ответ.

— Дура, ты даже не знаешь, кто ты? — расхохоталась ворона, продолжая махать чёрными крыльями.

Воздух вокруг крыльев от каждого взмаха будто сгущался, а свечение становилось всё ярче.

Да эта дрянь колдует, похоже, накапливая силу!

Виви тоненько завизжала, испугавшись, я надеюсь, а не от боли, потому что одна зелёная нить продолжала их связывать с вороной.

Первая волна зелёного марева ударила неожиданно. Я упала, снесённая потоком зелёного света, как и многое в комнате. Как и решётка с ближайшего к вороне окна.

Как и Виви.

Я, падая, увидела это и невероятным прыжком смогла изогнуться и упасть под девочку, а не завалится на спину.

Виви продолжала визжать, а мерзкая птица снова начала накапливать зелёное свечение вокруг крыльев.

Так, Александра, пришло время для решительных действий! Решётку ворона выбила, а значит, путь на волю свободен.

Первым дело я решительно села и подхватила на руки девочку, чтобы проверить догадку, что колдовская нить тянется именно к той само́й заколке.

Так и есть.

Виви всем своим маленьким тельцем прижалась ко мне, ища защиты.

Ну мерзкая птица, я тебе устрою! Чего тут бояться?! Подумаешь, магия! Это всего лишь птица! Обычная, гадкая, злобная ворона!

Я решительно схватилась за заколку и… заорала от боли. Руку будто током ударило!

В месте соприкосновения сразу начали образовываться волдыри, как при ожоге.

— Не смей! — прошипела ворона. — Не смей это трогать, девка!

Стиснув зубы и завернув руку в покрывало, свисавшее с кровати, я плавно вытащила заколку из волос девочки.

Виви завизжала ещё сильнее. Ей больно?! Но как так, я же убрала гадкий предмет?!

— Ха-ха! Дура! Ты только делаешь хуже, — расхохоталась ворона. — Виви уже не может существовать без этого амулета, она будет мучиться от боли, пока заколка существует, но не надета на неё.

— Ах ты, сволочь! — в голове вмиг пронеслось, как вчера днём Виви настаивала, чтобы заколка всегда была на волосах, иначе голова болит.

В свой первый день работы я не придала значения этим словам, подумав, что это просто каприз девочки, желавшей постоянно носить памятную заколку, а, оказывается, у этого была причина.

«Пока заколка существует, но не надета…». Хм-м, ворона, ты сама дала мне подсказку.

Я оглядела комнату. Как уничтожить этот гадкий зачарованный предмет?!

Тут гадкая ворона снова ударила волной зелёного света с крыльев.

Мы с Виви отлетели к стоявшему напротив гардеробу. Девочка не переставала плакать, держась за голову.

Прокля́тая заколка так и осталась лежать у подножия кровати, завёрнутая в покрывало.

Самое ужасное, что зелёная нить всё равно тянулась к голове девочки. Видимо, поэтому малышке и больно.

Так как уничтожить эту заколку?!

И почему до сих пор никто не прибежал на крики?!

— Помогите! Помогите! Кто-нибудь!!! — заорала я, попытавшись неловко встать с пола.

— Бесполезно, — каркнула птица и перелетела к двери, перегородив выход. — Никто тебя не услышит, ведь я зачаровала комнату. Извне ничего не слышно. А изнутри не выйти, пока я не сниму чары.

— Зачем тебе Виви?! Оставь её в покое! Сними боль! — отчаянно крикнула я, сев на пол по-турецки и прижимая к себе малышку.

— Ну уж нет. Пусть страдает, — гаркнула ворона и, злобно прищурившись, вкрадчивым голосом добавила. — Но ты можешь её избавить от этого — надень обратно заколку.

— И отдать её снова в твои загребущие, подлые лапы? Ну уж нет! — рыкнула я.

— Тогда наблюдай, как она мучится, — ухмыльнулась гадкая птица.

— За что это ей?! Она же ребёнок! Просто маленький ребёнок! — взвыла я, глядя на плачущую девочку.

Сердце сжималось от боли и обиды за Виви, но отдать девочку под контроль птицы я не собираюсь!

— Пусть расплачивается за ошибки отца, — проскрежетала птица.

— Дети не в ответе за грехи родителей, мерзкая тварь! — рявкнула я.

И, резко встав, я подбежала к полке с игрушками около двери и схватила один из стеклянных шаров Виви.

А потом с размаху ударила им по заколке! Чтобы ты сломался, поганый амулет!

Ничего не изменилось. Зелёная нить продолжала тянуться к малышке, а противная птица — хохотать.

Здесь даже нет камина, чтобы сжечь к чёрту эту заколку, с досадой прорычала я про себя.

А что, если просто попробовать выйти из комнаты, вдруг ворона лжёт?!

Оставив шар валяться рядом с заколкой, я рванула теперь уже к девочке и, подхватив её на руки, бегом пересекла комнату, пнув ворону с пути.

Та, конечно же, пнуть себя не дала, взлетев на постель с оскорблённым карканьем.

Но дверь была заперта!

— Помогите! Кто-нибудь! Откройте дверь! Помогите нам! — я забарабанила в дверь кулаком свободной руки.

— Аха-ха! Кричи или не кричи, никто не услышит, и никто вам не поможет. Надень заколку обратно! — проскрежетала ворона.

Я посмотрела на Виви. Плач девочки всё усиливался, этого нельзя было не заметить. Вот стервозная тварь, мучает девочку!

— Алекс, больно, мне больно. Голова бобо! Заколку, верни мне заколку, — всхлипывала малышка.

— Верни заколку, Алекс, и, может быть, я позволю тебе жить после сегодня, — прокаркала ворона.

Я обернулась. Птица снова копила силы на удар. Как защититься от этой волны?

Чисто теоретически, раз это ударная волна, а я думаю, это она, и стены она не крошит, значит, можем попробовать укрыться за стеной.

Мы как раз стоит в узком проёме двери, и в принципе можем попробовать укрыться за стенкой от вороны, сидящей в изголовье кровати.

Надо попробовать спрятаться от следующей зелёной волны.

— Да что такого сделал её отец, что ты за это наказываешь болью или контролем над разумом пятилетнюю девочку?! — злобно прошипела я. — Почему её?! Потому что на взрослого дракона у тебя силёнок не хватит?! Только и можешь, что детей обижать?!

— Натан сам знает, в чём виноват и за что должен поплатиться он и обитатели этого поместья! — гаркнула в ответ птица.

— А няни чем тебе не угодили?! — сменила я тему. — Я думала, ты ревнуешь хозяина, а ты, оказывается, и его ненавидишь!

— Тебя не касается, почему няни в этом доме быть не должно́! — проскрежетала ворона, приготовившись к взмаху крыльями. — Как и любой другой женщины рядом с хозяином! Знаю я вас, молодых вертихвосток, все в конечном счёте пытаетесь к нему в постель залезть!

— Я — нет! Клянусь своей жизнью! — искренне возмутилась я.

— Зато он к тебе что-то больно добродушен стал! Так что не жить тебе, девка! — рыкнула своим металлическим голосом птица.

— С молодыми я поняла, ты тупо завидуешь, но старушку тогда ты зачем убила? — продолжала я расспрашивать ворону.

— Не твоё дело! — каркнула птица и запустила в нас следующую ударную волну.

Я, как и планировала, укрылась за стеной, на всякий случай встав спиной к вороне и закрыв собой Виви.

Но это не понадобилось, мой план сработал! Волна до нас не достала.

— Ты думаешь, самая умная, да? — прошипела ворона.

Я выглянула из-за угла.

И тут на глаза мне попался светильник.

— Не жалуюсь! — фыркнула я, быстро анализируя ситуацию.

Комната Виви на втором этаже, а окно, открытое для вороны, всё ещё распахнуто настежь. Оно выходит ровно на тканевый навес над одной из террас. План рискованный, но попробовать можно.

Но сначала нужно кое-что проверить.

Я, высунув руку из-за угла, схватила одну из кукол с полки у двери и швырнула в ворону. Та, конечно же, отпрыгнула.

Я швырнула вторую куклу. Птица снова увернулась.

— Ты ничего этим не добьёшься, косорукая дура! — прокаркала птица. — Что за цирк? ты хочешь одолеть меня, банши, закидывая детскими игрушками?!

А я и не пытаюсь, злобная тварь, подумала я про себя.

Во-первых, я теперь хоть знаю, с кем имею дело.

Даже в нашем земном мире банши — предвестница смерти.

Странно, что в этом мире в виде вороны, а не орущей ультразвуком тётки, но, кто сказал, что это единственная её ипостась? Она же явно разгуливает днём в виде человека по поместью, раз столько знает.

А во-вторых, моя цель в другом!

Кинув третью куклу со злым рыком, я сделала вид, что промахнулась, и запустила в открытое окно.

Кукла благополучно вылетела наружу. Ага!

Камина тут нет… а ночник есть. Да простит меня хозяин Натан, но я пытаюсь спасти его дочь!

Я снова подбежала к заколке и, завернув её в одеяло вместе со стеклянным шаром, с размаху швырнула в ночную лампу, закреплённую в виде факела с колпаком на стене.

Шар разбил колпак, а ткань накрыла горевший огонь, погрузив комнату во тьму.

Неужто я просчиталась?!

Секунда… две… три… Ткань, наконец, вспыхнула!

Я, больше не медля ни мгновения, подхватила Виви и рванула к окну.

— КУДА?! — прокаркала ворона.

Но я не собиралась отвечать. Надеюсь, мерзкая ворона сгорит вместе с прокля́той заколкой!

Лихо запрыгнув на подоконник (не зря у работорговца я исполняла разную физическую работу, от ворочания мешков с картошкой до помывки окон снаружи здания), я оглядела «плацдарм» для прыжка.

Навес над террасой с высоты второго этажа казался меньше, чем земли, если честно, но промахнуться будет трудно.

— Виви, малышка, закрой глазки и не открывай, пока не разрешу, — торопливо скомандовала я, прижав девочку к себе как можно крепче.

— Мне больно, Алекс! — всхлипнула малышка, держась за голову. Прокля́тая зелёная нить никуда не исчезла.

— Знаю, моя маленькая храбрая девочка, но скоро это прекратится, обещаю! — опрометчиво заявила я.

Надеюсь, огонь и вправду в состоянии уничтожить проклятье, к сожалению, в магии я мало чего смыслю.

Я оглянулась на комнату… Игрушек Виви, конечно, жаль, но психика ребёнка важнее. Ничего, купить хозяин новых игрушек. Тем более, где гарантия, что среди старых нет ещё какой-нибудь заколдованной дряни?!

Сдерживая себя от того, чтобы зажмуриться, я решительно прыгнула в окно, молясь всем известным мне богам и богиням.

Запоздало я подумала, что навес выглядел не очень новым. И откуда у меня взялась эта уверенность, что он выдержит наш вес? Тем более с разбегу…

Тоже мне, учитель физики, могла бы и энергию оценить заранее! Да вот только когда?! Тем более о материале навеса я ничего не знаю!

Так что назовём это прыжком веры. Надеюсь, не останусь калекой и не умру, вот уж нелепая смерть будет.

Мои мрачные размышления длились какие-то доли секунды, и вот мы уже с размаху приземлились ровно по центру навеса.

И покатились вниз. Вот я идиотка! А как я буду тормозить набранную ПОСЛЕ навеса скорость, чтобы теперь не разбиться о брусчатку внутреннего двора?!

МАМА, помогите кто-нибудь!!! Вот чёрт, даже заорать вслух нельзя! Иначе я окончательно перепугаю замершую от страха Виви.

Как и положено, согласно главному закону физики и мироздания — закону сохранения энергии — мы, прокатившись по струящейся ткани навеса, взлетели вверх, а после начали падать по параболе с высоты примерно в полтора этажа…

ВОТ Я ДУРА БЕСТОЛКОВАЯ!

Повозка с сеном?! Откуда она здесь?!

ААААААААА!

Фух! Какая неожиданно мягкая посадка! Всё-таки я недальновидна, но удачлива, добавить мне тут нечего: мы приземлились ровно в стоя́щую посредине двора телегу с сеном.

Я облегчённо раскинула руки по сторонам и отпустила Виви, но малышка осталась лежать на мне.

Господи, ещё никогда не была так рада простому сену!

— Алекс? Что происходит? — зычный голос хозяина заставил меня замереть, как мышь перед удавом.

Да откуда он здесь взялся?!

— Алекс?! — взревел Натан. — Немедленно отвечайте, почему вы летаете посреди ночи с моей дочерью в обнимку?!

Я зарылась в сено. Господи, как бы мне сквозь землю провалиться?! Совсем не так я хотела признаться хозяину в содеянном.

И тут раздался спасительно-оглушительный взрыв! Окна в комнате Виви звонкими брызгами вылетели во двор, а нас с Виви в мгновение укрыл переливающийся, будто мыльный пузырь, магический купол.

Приподняв голову, я посмотрела на комнату Виви: из окон рвалось пламя со странными всполохами призрачно-зелёного цвета.

Надеюсь, это мерзкая ворона горит! Или хотя бы заколка.

Я посмотрела на Виви: зелёной нити, до этого тянущейся от окна, больше видно не было. Маленькая, но победа. Значит, всё было не зря!

Во дворе метались слуги с вёдрами воды, но внутри этого магического щита было очень тихо. Этот купол ещё и звуки гасит?!

— Алекс! Вылезай! — рявкнул хозяин. — Если с головы моей Виви хоть волос упал… Я тебя…

— Алекс, мне можно глазки открывать? — внезапно прошептала Виви. — А то там папа ругается на тебя.

— Да, конечно, малышка, — также тихо ответила я девочке.

— Папа! Алекс спасла меня от Бубу! — резко вскочила малышка и встала в полный рост на телеге. — И голова больше не болит! Папа!

— Виви, детка, иди ко мне! Что случилось? — с искренней заботой спросил Натан.

— Бубу опять приходила и делала мне больно, но Алекс спасла меня!

— Бубу? — хозяин тяжело вздохнул, явно не поверив девочке. — Ты цела? Почему в твоей комнате пожар?

— Это Алекс лампу разбила шаром! — гордо заявила девочка, а я зарылась в сено ещё глубже.

Меня хозяин прямо сейчас с этой телегой и сожжёт, возникла шальная мысль.

— Разбила специально? — процедил дракон.

— Да! — звонко крикнула Виви.

Боже, малышка, ну не закапывай меня ещё глубже, пожалуйста!

— Чтобы сжечь заколку и прогнать Бубу, которая зелёный ветер посылала на нас! — продолжала тараторить малышка.

— Заколку? Ветер? Бубу? — шумно выпустив воздух из лёгких, мужчина угрожающе прохрипел. — Алекс, немедленно вылезай и объясняй, пока я не принял импульсивных и кардинальных мер.

Я, обречённо вздохнув, возможно, в последний раз в этой жизни, тихо прошелестела в ответ:

— Хозяин Санлар, позвольте всё объяснить, пожалуйста?

— Не сейчас, — мрачно процедил мужчина. — Иди уложи Виви в гостевой спальне на первом этаже в правом крыле и позже заходи в мой кабинет.

Щит в это мгновение исчез, но в нём уже и не было нужды.

Встав напротив бушующего на втором этаже пламени, хозяин Санлар что-то прошептал и резко взмахнул руками в направление окна.

Из рук мужчины вырвался направленный поток воды, похлеще, чем из пожарного шланга. Пару секунд — и огонь прекратился.

— Идите, — кивнул мне мужчина. — Карл, Дейв, за мной.

Сам Натан Санлар тоже направился в дом, но когда мы свернули в правое крыло, он с двумя рабочими направился на второй этаж.

Виви отрубилась практически мгновенно, едва стоило её уложить на постель. Видимо, события этой ночи сильно её вымотали. Как и меня, если честно, а ведь мне сейчас предстоял важный разговор с хозяином.

А я не очень-то горела желанием его проводить.

Ну не готова я сейчас извиняться и объясняться, но я, вообще-то, тоже перенервничала! Борьба с потусторонней предвестницей смерти и прыжок из окна мне тоже дались тяжело.

Но делать нечего. Хозяин велел, придётся идти.

Странно, кстати, что старухи до сих пор не видно. Интересно, а вдруг этой вороной действительно была она… И вдруг она ещё и в огне погибла…

Эх, размечталась что-то я.

На втором этаже я заглянула в комнату Виви. Удивительно, но следов пожара почти не было. Части вещей, правда, тоже: ни одеяла, ни игрушек, но и кровать, и гардероб, и обои на стенах были как новенькие. Только едва заметный запах гари щекотал нос, навевая о случившемся тут совсем недавно пожаре.

Натан, похоже, действительно крутой маг. Сомневаюсь я, что после ТАКОГО огня не осталось бы ни единого следа, а значит, он их как-то очистил.

Сама не знаю, зачем, я зашла внутрь комнаты и подошла к месту, где теоретически должна была быть заколка, если бы она не взорвалась (а взорвалась, я уверена, она).

Зачем я это сделала, непонятно. Ведь если уж даже на стенах нет следов гари, то что я хочу тут увидеть?

Но меня вели инстинкты.

Но полу и на стене я ничего, конечно же, не увидела. Облегчённо вздохнув, я прикрыла глаза, но когда я открыла их снова, мир изменился.

Сотни цветных нитей пронизывал пространство: они извивались и кружились в воздухе, танцуя странные, замысловатые узоры.

В месте, где я ожидала увидеть заколку, я обнаружила чёрную пустоту. Практически все нити огибали небольшой клочок пола, оставляя его нетронутым. Единственная нить зелёного цвета от этого места тянулась… ко мне!

ЧТО ЭТО?! Меня заколдовали?! Я с ужасом рванула из комнаты и бегом добежала до кабинета хозяина.

Наверное, у него на глазах меня не будут убивать?! Вряд ли тот странно-молчаливый ворон или мерзкая говорливая ворона осмелятся явиться перед таким могущественным магом?!

С отчаянно колотящимся от страха сердцем я без стука ворвалась в кабинет хозяина и захлопнула дверь.

Страшная зелёная нить исчезла, как и все остальные. Я облегчённо вздохнула, продолжая шарить по своему телу на всякий случай.

Нет, всё нормально. Отдышавшись, я подняла глаза в поисках Натана.

Хозяин сидел в кресле у тихонько потрескивающего камина и с интересом разглядывал меня.

— За вами кто-то гнался, Алекс? — с любопытством в голосе спросил мужчина.

— Нет, я просто очень торопилась прийти к вам, — я почтительно кивнула. — Простите за задержку.

— Мой сын опять что-то натворил? Снова устроил вам злой розыгрыш? — уже более холодным тоном поинтересовался мужчина.

— Нет-нет, всё в порядке, — торопливо отмахнулась я и сделала пару шагов вперёд, но замерла от голоса, которым была сказана следующая фраза хозяина.

— Тогда объясните мне, — ледяным тоном процедил Натан, — какого чёрта вы решили выпрыгнуть из окна второго этажа с моей дочерью в руках?

Мой сбивчивый рассказ о том, как я заподозрила неладное, услышав по загадочную Бубу, занял около получаса.

Я старалась говорить максимально честно и детально, не оправдываясь, но поясняя свои поступки. Я рассказала почти всё без утайки, только про недавнюю сцену с нитями в комнате Виви промолчала.

Натан молчал. Не задавая ни единого вопроса, мужчина только хмурился и прикусывал губу время от времени.

— Простите, ещё раз, что прыгнула из окна, — после затянувшейся паузы, последовавшей за моим рассказом, повторила я. — Но я дверь была заперта, и хоть я кричала и колотила в неё, никто нам на помощь не пришёл. А эта ворона регулярно посылала в нас ударные волны, и рано или поздно могла навредить Виви или мне, а тогда бы я не смогла спасти Виви. Поэтому я приняла такое решение. Простите.

— Значит, ты пряха. Раздевайся, — внезапно ледяным голосом процедил дракон. — Я хочу осмотреть тебя, прежде чем решу, что с тобой делать дальше.

— Нет! — от неожиданности попятилась я. — Вы наняли меня не для этого! Я — няня ваших детей!

— Ты моя собственность, а значит, будешь делать всё, что я прикажу, ясно?!

— Да вы совсем вконец охренели?! — рявкнула я в ответ на непристойное предложение. — Я, конечно, может, и ваша собственность, но это подло со стороны мужчины так обращаться с женщиной! Недопустимо! Вы же якобы благородный! А если вашей дочери потом кто-нибудь такое прикажет?!

— Алекс, ты понимаешь, что я твой хозяин и могу делать с тобой по законам Дарфлейма всё, что захочу?! — угрожающе низким голосом прошипел хозяин — Что за дерзкое неповиновение?!

— Я уже сказала, я не буду этого делать! — крикнула я. — Как вам не стыдно?! А если с Виви так будут обращаться, как вы со мной?!

Я всё ещё пыталась воззвать к совести или морали у этого беспринципного наглого мужика, акцентируя внимание на Виви.

Но Натан был прав. По ужасным, бесчеловечным законам этого прокля́того мира я принадлежала ему и обязана была во всём подчиняться.

Но я не буду! Лучше умереть, чем стать рабыней для его плотских утех!

Вот я дура, а ещё начала задумываться о том, какой он шикарный мужчина! А он, как и все мужики в обоих мирах, похотливый козёл!

После пожара, в котором чуть не сгорела его дочь, после моего рассказа о жуткой колдовской вороне и про́клятой заколке в волосах у его дочери, о чём он думает?!

Ему лишь бы баб потискать?!

— А что я такого сказал? — надменно ухмыльнулся мужчина, закинув ногу на ногу и откинувшись в своём кресле. — Ты что, умудрилась вырасти рабыней и ни разу не раздевалась перед мужчиной?! Может, ты ещё и девица?!

— Вас это не касается! — озлобленно рявкнула я.

Понятия не имею, девственницей ли была та девица, в чьё тело я попала, но этот подонок не дождётся от меня ответа!

— Знаешь, Алекс, ты ведёшь себя слишком нагло для рабыни. Слишком, — холодно процедил Натан. — Ни одна рабыня не посмела бы показать подобную непокорность своему хозяину. Может, ты и не рабыня вовсе?

Вот козёл!!! Не дай бог, он поймёт, что я попаданка, штраф придётся платить, и я тогда не три, а шесть лет буду на него батрачить!

Неужто мне придётся сдаться и раздеться, лишь он дальше в эту сторону не копал?

Ну уж нет! Ни на какие сделки с совестью я не пойду!

Я попала в этот мир неожиданно, и сколько тут пробуду неизвестно. А честь нужно беречь смолоду, как говорится.

— Вы что, мне тут проверку решили устроить?! — решила я пойти в атаку. — А кто я, если не рабыня? Вы же сами меня у работорговца купили!

— Я не собираюсь ничего тебе объяснять. Раздевайся, я сказал, мне надоели эти споры. Рабыня ты или нет, я могу тебя просто заставить.

— А я сказала — не буду я раздеваться! — рявкнула я ответ. — И вы меня никак не заставите! Вы же нормальный мужчина! Порядочный?! Как вы можете такое девушке предлагать?! Это омерзительно, я в вас разочарована.

— Если честно, в последние десять минут я в тебе тоже, Алекс, — мрачно припечатал мужчина. — Что в этом сложного?!

— Я вам доверилась, всё честно рассказала, от и до! Да что там, я жизнью рискнула ради вашей дочери, а вы?! Вы?! — начала я уже всхлипывать.

— Александра, прекрати истерить. Не переношу женские слёзы, — презрительно скривился Натан.

— А вы что, думали, что я по своей воле разденусь с радостью и к вам в койку прыгну?! Да что вы о себе возомнили?! — взвилась я.

— Во-первых, про койку я ещё ничего не говорил, — холодно процедил Адриан. — Во-вторых, если скажу — прыгнешь, Алекс, как миленькая, без выпендрёжа и обсуждений. В-третьих, это ты что о себе возомнила, девчонка? Споришь со мной? А ты хоть понимаешь, какие могут быть последствия?!

— Никуда я не прыгну! — заорала я. — Я уже прыгнула ради вашей семьи и окна! Хватит с меня!

— Ты понимаешь, что я могу тебя вышвырнуть на улицу или, что ещё хуже для тебя, вернуть первому владельцу? Как там его звали? — изображая, что вспоминает, мужчина прищурился.

— Я не буду раздеваться! Я честная и порядочная девушка, а ваши грязные намёки и тем более похотливые приказы отвратительны! — снова воскликнула я.

— Я твой хозяин, и я приказываю тебе…

— Да мне плевать, что вы мой хозяин! — бесцеремонно перебила я мужчину. — Выгоняйте, казните, делайте что хотите, но раздеваться я не буду!

— Что хочу? Хорошо, — недобро улыбнулся мужчина и резко встал со стула.

— Нет, но…

Договорить я не успела, так как внезапно лишилась голоса. В прямом смысле!

Я с удивлением начала разевать рот, как рыбка в аквариуме, но без толку.

Гневно нахмурившись, я хотела сделать решительный шаг навстречу этому наглому дракону, но тоже не могла!

Но он и сам шёл ко мне.

А я не могла и пошевелиться. Что со мной происходит?! Этот мерзавец меня заколдовал?!

Что происходит?!

Я, наверняка с расширенными от изумления глазами, уставилась на дракона.

Что он со мной сотворил?!

Я медленно моргнула.

Мир снова оказался пронизан разноцветными тонкими нитями. Они были повсюду, окутывая предметы обстановки и собственно хозяина.

Вокруг него в основном были жёлтые нити, несколько красных и темно-синих.

Я торопливо моргнула. Снова эта жуткая магия, а я ни сбежать, ни пошевелиться не могу!

— Как я уже сказал, Алекс, сказал мужчина, медленно подходя ко мне, — мне кажется, ты слишком наглая для рабыни. Ответь мне на несколько вопросов, девица. Твоё имя Алексанра Тирс? — прорычал дракон.

— Как я тебе отвечу, мерзавец, если ты... — заорала я внезапно вслух и осеклась, поняв, что Натан меня слышит. — Вы вернули мне голос?

— Отвечай только на мои вопросы. Честно и подробно, — мрачно сообщил мне мужчина, встав в опасной близости от меня и пристально вглядываясь в моё лицо. — Я пока не хочу применять к тебе более суровые методы, поэтому даю возможность рассказать всё само́й. Поверь, я узна́ю, врёшь ты мне или нет. Так что врать не советую.

Как обмануть детектор лжи?

Максимально искренне верить в то, что ты говоришь. Не произносить откровенную ложь. Вкладывать эмоции в ответ.

Изворачиваться, отвечая на неудобные вопросы своим вопросом.

Крутиться, изворачиваться, говорить полуправду.

Что же, сыграем в эту игру, дракон.

Я надела на лицо хладнокровную маску учителя.

Это только кажется, что учителя всегда эмоциональные и открытые люди.

На самом деле, учитель должен мастерски владеть голосом и актёрским мастерством.

Молодые учителя наивно считают, что когда им советуют никогда не срываться и не орать на детей, дело в том, что в современном мире тебя могут подловить с записью на телефон в любой момент.

И потому ты должен постоянно контролировать себя и свои эмоции. Это, конечно, тоже правда.

Но дело не только в этом. А в том, что, переходя на крик, ты теряешь авторитет в глаза детей, признаваясь в своём бессилии. Но, чёрт побери, как же это трудно порой!

Все люди, все мы смертны и грешны. Но после первой подобной ситуации ты понимаешь, насколько это непоправимый ущерб для твоей репутации среди учеников.

И потому учишься владеть своими эмоциями.

Ругаться искренне, но не переходя на крик и не теряя достоинства. Как бы тебе на самом деле ни было обидно.

Уверена, в подобных ситуациях оказываются представители многих профессий. Когда ты вынужден скрывать свои истинные эмоции и переживания.

Надеюсь, за годы работы в школе, я научилась это делать в достаточной мере, чтобы теперь обмануть дракона с его прокля́той магией.

— Перед вами сейчас Александра Тирс, ваша рабыня! — решительно произнесла я, глядя прямо в глаза Натану. — Но это не значит, что я буду беспрекословно вам подчиняться. Я человек и у меня есть чувство собственного достоинства, ясно вам?!

— Ты из семьи магната Тирс? — задал следующий вопрос хозяин, продолжая вглядываться в мои глаза.

— Нет, — вполне честно ответила я.

— Ты из другого мира?

Хорошо, что я не могу двигаться, а то бы поперхнулась или вздрогнула от неожиданности. Главное — не торопиться и не затянуть с ответом. ЧТО МНЕ СКАЗАТЬ?!

— Пф-ф, разве такое возможно?! — фыркнула я.

— Ты хочешь сказать, что ничего не слышала о попаданках? — надменно улыбнувшись, спросил Натан.

Так, кажется, он всё-таки меня в этом подозревает. Слишком многозначительная ухмылка.

— Слышала, конечно. Думаете, если я из нищих, то совсем безграмотная? — проворчала я. — Как вы такую бы до детей своих допустили! Я даже закон знаю: все пришельцы из других миров должны пройти регистрацию, обучение и обязательную отработку.

— И? — рыкнул мужчина.

— Что? — непонимающе уставилась я на него.

— Ты проходила? — раздражённо задал вопрос мужчина.

— Нет, конечно! — фыркнула я.

— Так ты из другого мира? — повторил вопрос Натан.

Вот зараза, чего привязался!

— С чего вы это вообще взяли?! — оскорбилась я. — Все непокорные рабыни могут быть только попаданками?! Своей воли у женщин этого мира быть не может?! Делайте что хотите, но вы самый настоящий шовинист!

— Я понимаю, что ты делаешь, девица. Ты юлишь, — холодно процедил хозяин. — Я предупредил. Не ври и отвечай честно. Не хочешь по-хорошему, будем по-плохому. Итак, мы остановились на том, что ты не хочешь раздеваться? Ничего, я тебе помогу, вольная женщина. А ты вольна и дальше стоять зачарованной, пока я буду делать, как ты мне и сказала, что захочу.

Если бы могла, я бы убежала прочь. Или хотя бы отступила. Или сжалась.

Ну а пока могло только сжаться моё сердце. Он как-то всё понял, хоть я нигде и не соврала!

Мужчина молча зашёл мне за спину и, судя по дуновению ветра, что-то начал делать вокруг моей головы.

Я почувствовала жар, растекающийся от головы вниз.

Поискав глазами любую гладкую поверхность, чтобы увидеть хотя бы в отражении, что там происходит у меня за спиной, я чертыхнулась про себя. Как назло, всё в кабинете хозяина было матовым. Ни одной отражающей поверхности!

А потом я это почувствовала.

Он перекинул мои волосы через вперёд, через плечо, освобождая от них спину.

А потом он прикоснулся к моей шее, проведя больши́м, шершавым пальцем по позвоночнику вплоть до места, где начиналось нижнее платье.

И ниже… Тепло от его ладони, оказавшейся на моей пояснице, расходилось по телу жаркой волной непонятного мне чувства.

Сердце заколотилось сильнее.

Я скорее поняла, чем почувствовала, как он дёрнул за шнурок.

Он действительно меня разденет?!

Сердце стучало как сумасшедшее.

Видимо, чтобы было удобнее, хозяин положил левую ладонь на мой живот, удерживая меня вертикально, а правой расшнуровывал платье.

Я чувствовала, как мужчина медленно и последовательно вытаскивает шнурок, ослабляя платье всё сильнее.

Какое ужасное чувство бессильной ярости и унижения!

Если бы я могла двигаться, я бы набросилась на него с кулаками.

И плевать, что дракон.

Да чтобы я воспитывала его детей?! Ни за что.

Если он посмеет мной овладеть против воли, я убью его! Не знаю как, но точно это сделаю. Плевать на наказание. Ноги моей в этом доме больше не будет!

Но прокля́тое тело Александры Тирс отзывалось на прикосновения мужчины.

От левой ладони, расположившейся на животе, противными волнами сладкого желания разбегались по телу предательские мурашки.

От правой, скользящей по спине, с каждым прикосновением, будто пробивало ознобом.

Ноги были ватными и противно подрагивали, в попытках скрестить их.

Если бы не заклинание, я бы не смогла стоять. Я бы рухнула в объятия дракона.

Ненавижу, когда мужчина пользуется положением, чтобы удовлетворить свои низменные потребности!

И ненавижу, что моё тело поддаётся этому. И это меня бесило сильнее.

Ну что за реакция?! Я взрослая женщина, и, чего греха таить, уже не девица была в том мире, но почему это тело так волнуется от прикосновений дракона?!

— Девочка моя, раз ты такая умная и отчаянная, ты должна уже была узнать, как здесь у нас всё устроено, — внезапно начал Натан.

Я хотела спросить, о чём он говорит, но голоса всё ещё не было.

— Согласно закону о пришельцах из других миров, ты должна была пройти регистрацию и идентификацию магических способностей в тайной канцелярии, а также рассказать об обстоятельствах и причинах попадания. Но ты этого не сделала. Так ведь?

Мужчина перевесился через моё плечо и пристально на меня посмотрел.

Я могла только скосить взгляд в его сторону.

— Так как чаще всего попадание новой души в тело из этого мира происходит во время преждевременно смерти владельца тела, в основном молодых парней и девушек, то чаще всего это связано с убийствами. А потому важна открытость попаданца или попаданки. Ты помнишь какие-нибудь необычные запахи, голоса, виде́ния в момент переноса души? Можешь говорить, но только по делу.

— Я уже сказала, я не…

Договорить я не успела, снова лишившись голоса. Однако я помнила. Но говорить я ничего этому козлу не собираюсь!

— А зря, — прервал меня Натан. — Господин Адриан Дарк, глава тайной канцелярии, мог бы сделать тебе поблажку при сотрудничестве со следствием. Если я его попрошу. Ведь он мой старинный друг, учились вместе в Академии. Ты же знаешь, кто такой господин Дарк?

Я мрачно промолчала. Потому что не знала, хоть из слова Натана поняла, что это глава тайной канцелярии. И что мне с этого?

— Потом, как ты уже знаешь, тебя должны были отправить на обучение, чтобы ты могла стать полноправным гражданином Дарфлейма. А знаешь куда? Говори.

— Нет, откуда мне знать, если я не попаданка, — ядовитым голосом прошипела я.

— Тебя бы отправили в Министерство других миров, — торжественно ответил дракон.

— Не знала, что у нас есть такое министерство, — саркастично заявила я. — Потому что я — не попаданка.

— Ну так оно тайное, — хмыкнул дракон. — А ты знаешь, как старинный и уважаемый род Санлар ещё и стал внезапно невероятно богатым?

— Нет, — буркнула я. — И мне неинтересно.

— А зря. Мой отец был первым, кто встретил попаданку, а после придумал новый семейный бизнес. Угадай какой?

Я снова промолчала.

Тем более что мужчина завершил со шнуровкой и, подобрав верхнюю юбку, начал снимать с меня верхнее платье. Если честно, очень бесцеремонно. Даже без намёка на флирт или нежность.

— Прекратите, — прорычала я, — не смейте…

Но этот мерзавец вновь лишил меня голоса. Вот козлина похотливая!!!

Я осталась в нижнем платье, корсете и нижнем белье под платьем.

Да, слои ещё есть, но всё же, уровень моей беззащитности и унижения возрос в несколько раз.

Дракон теперь встал ко мне лицом и начал медленно расстёгивать пуговички на высоком корсете.

— Семья Санлар, — с нажимом произнёс Натан, — занимается созданием магических аналогов технологий из другого мира. Знаешь про веретено для связи, которое настраивают пряхи?

Зачем он спрашивает, если голос забирает?!

Слышала я, это был местный вариант мобильников, точнее, домашних, стационарных телефонов.

— Так вот, это моя разработка, — ухмыльнулся мужчина. — Узнал от одной дамы, что в её мире есть такие маленькие коробочки, которые стоят у всех дома, и позволяют разговаривать друг с другом на расстоянии, если ты знаешь идентификатор того, с кем хочешь связаться. По моим чертежам пряхи создали наш аналог — веретено.

Я молча впечатлилась. Он умён, это правда. И опасен, раз так много знает про наш мир.

И он абсолютно уверен, что я из другого мира.

— А ты знаешь, какова моя должность при короле?

Тайный советник, мрачно подумала я. По каким-то очень важным, видимо, делам, раз у тебя такое раздутое самомнение, индюк!

— Я советник короля по дипломатическим отношениям с другими мирами. Тот, кто ловит попаданок, в случае нарушения закона, и призывает к ответственности.

Я нервно сглотнула. Всё ещё хорошо, что цвет кожи я тоже контролировать не могу, иначе бы он точно заметил, как я побледнела бы.

ЧТО?! Он и есть тот, кто ловит и наказывает таких нарушительниц, как я?! Знаю, что я должна была явиться в течение месяца в тайную канцелярию на регистрацию, но я не могла, да и не знала ничего ещё почти.

А потом, когда узнала, что есть обязательная отработка и её срок увеличивается вдвое в случае неподчинения… Я решила, что смогу скрыть своё происхождение.

— А значит, я точно знаю, как выяснить, попаданка ты или нет.

Как?! Мой немой вопрос повис в воздухе.

— Ведь у каждой попаданки есть метка Айсель, Великой Пряхи, богини судьбы пантеона Дарфлейма, — улыбнулся мужчина, вглядываясь мне в лицо. — Именно для этого мне и нужно было тебя раздеть, и я почти закончил. Ну что, последний шанс признаться само́й, пока ещё не поздно, Алекс, или как там тебя зовут.

Я стояла ни живая, ни мёртвая.

Правда ли это, что у меня будет какая-то метка попаданки?!

Почему мне никто не сказал?!

И где эта метка находится?! — прошептала я.

Между лопатками, — усмехнулся дракон.

А может, он врёт?! Я же не смогу заглянуть себе на спину, чтобы убедиться!

Если призна́юсь, то точно буду наказана по закону.

Если нет и никакой метки нет, то он не сможет призвать меня к ответственности по закону, но он всё ещё мой хозяин!

Единственное, что ему запрещено, — это убивать меня совсем уж без причины. Но это по закону. В реальности, как мне рассказывали другие рабы, причину хозяин найти может всегда.

Ведь кто с него спросит? Тем более, если он такая важная шишка!

Министр, понимаете ли, по дипломатическим отношениям с другими мирами, собиратель технологий.

Хммм. А вот тут-то я могу ему предложить всякого! Одно только их стационарное веретено можно предложить превратить в мобильное!

Решено! Буду молчать, и будь что будет. Если и вправду припрёт и объявит попаданкой, предложу сотрудничество.

— Мне нечего вам сказать, кроме того, что это похоже на обман, — гордо ответила я. — Потому что вы ищите своё клеймо там, где я увидеть не могу, и опровергнуть ваши слова тоже не смогу.

— Ты посмотри, какая строптивая, — усмехнулся Натан. — Борешься за свою ложь до конца?

По щелчку пальцев хозяина в комнате появилось два зеркала: одно передо мной, одно за мной, чтобы я могла увидеть то, что происходит у меня на спине.

А он разбирается в оптических эффектах, подумала я про себя. Вон как правильно зеркала расположил.

Эх, жаль, мне попался такой умный дракон…

— Я вру, говоришь? Что же, как там у вас говорят: в чужом глазу соринку заметишь, а в своём и дерева не увидишь? — рассеянно произнёс мужчина, заглядывая в зеркала.

— Бревна, — механически поправила я.

— А вот ты и попалась! — ухмыльнулся Натан и щёлкнул меня по носу.

Ну какая же я дура! Как легко попалась на такой детский развод!!! Вот она, дурацкая привычка учителя всех поправлять! Чтоб её, эту профдеформацию!

Ну зачем я брякнула это?!

Глядя на моё лицо в абсолютном смятении, Натан развёл руками и произнёс:

— И на старуху бывает разруха! Не так ли?

Не так, мрачно подумала я. Но второй раз я на эту удочку не попадусь.

— Что, в этот раз не исправляешь? — улыбнулся мужчина.

— О чём вы? — мило улыбнулась в ответ я.

— В нашем мире нет поговорки про соринку в глазу, — подмигнул мне хозяин.

— Правда? А я слышала от рабов. Может, среди них был попаданец? — нахально процедила я ему в ответ.

Не только ты тут можешь выпендриваться, дракон! Нашёлся, тоже мне умник.

— Ладно, итак, перейдём к самому важному моменту. МОжет, ты всё-таки сама снимешь нижнее платье, чтобы я осмотрел твою спину?

— Вот ещё, — фыркнула я. — И не подумаю. Хотите раздеть меня? Знайте, что я против, и вы делаете это против моей воли! Но вы, как мужчина, дракон и маг, сильнее меня и, конечно, можете заставить меня это сделать, но это подло. Так и знайте!

— Это должно́ было меня впечатлить? В нашем мире ещё нет феминизма, девочка, — ухмыльнулся мужчина и зашёл мне за спину. — А я обожаю усмирять непокорных! Потому что я маг, дракон и мужчина. Подними руки и дай мне его снять, или я порву это платье прямо на тебе. Ты хочешь ходить в рваном?

— Зашью, — буркнула я.

Мужчина отбросил сползающий корсет и, глядя мне в глаза через зеркала, порвал нижнее платье до поясницы.

Какая девушка не мечтала о том, чтобы на ней разорвали одежду в порыве страсти?

Я.

Терпеть не могу отсутствие практичности в действиях! Тем более, платье придётся зашивать.

Да и страстью тут и не пахло. Но моя гордость дороже.

Повисла тишина, прерываемая только мои гневным, отрывистым дыханием.

Натан, подняв выбившиеся волосы, хмуро смотрел на мою спину.

Я же боялась посмотреть в отражение. Не дай бог, там что-то появилось! Придётся сознаться!

— Что это? — прорычал мужчина.

На скулах мужчины играли желваки. Он злится? Там нет никакой метки?! АХАХА!

— Что, нет никакой метки?! — торжествующе ухмыльнулась я и посмотрела в отражение.

Ухмылку, как ветром сдуло. Между лопатками светилась странная фиолетовая спираль, которая отлично оттеняла переливающиеся жёлто-фиолетовым синяки, оставленные палкой карги-экономки.

Твою же мать…

— Что это?! — повторил свой вопрос Натан.

Ты чего, слепой, дракон, что ли?!

Чуть не брякнула я.

Метка это, метка!!!

— Почему у тебя тут синяки? — прохрипел дракон.

— А? — непонимающе переспросила я. Он что, издевается?! — Вы же сами видели, как миссис Даршар меня била своей палкой на веранде.

— Я велел ей больше так не делать и отвести тебя к нашему целителю, — процедил хозяин.

— Ещё, видимо, не успела, — зачем-то начала оправдывать Элеонору я.

— Я приказал с утра, сразу после инцидента, — рыкнул Натан.

— Но я не слышала об этом! — возмутилась я.

— Ты и не должна была. Нельзя ругать руководителя в присутствии его подчинённых. Поэтому я отдельно переговорил с Элеонорой.

— Мне плевать, как это выглядит теперь, если честно, мне больше не понравилось их получать, — проворчала я.

— Нет, так быть не должно́. Все должны исполнять свои обязанности и выполнять инструкции, — возмутился Натан.

Ты посмотри на него! Эффективный менеджер, чтоб его!

Не ругаться на руководителя в присутствии его подчинённых? Выполнять инструкции?!

Может, дракон, ты у нас в мире и на каком-нибудь тренинге личностного роста побывал?!

С ума сойти, управленец года, тоже мне! У него тут прислугу раз в месяц методично убивают, а он, понимаете ли, переживает, что кто-то срочно не побежал его приказы исполнять.

Да старуха меня тупо ненавидит! Оттого и не торопилась!

— А ничего, что у вас нянь тут налево и направо убивают?! — фыркнула в ответ я.

— Я в процессе расследования. Точнее, Адриан, — невозмутимо произнёс Натан.

— Хреново работает ваш Адриан! — рявкнула я. — Я вот за жизнь свою переживаю, а он, видите ли, в процессе расследования.

— Попридержи язык, женщина, это глава тайной канцелярии! А я твой — хозяин! — рыкнул хозяин. — Ты понимаешь, с кем разговариваешь?! Захочу и сдам тебя Адриану, будешь знать.

— У вас тут серийный убийца, а вы мне титулами и угрозами тычете? Да хоть король он и что?! Кто убивает нянь, вы знаете?! — с горящим взором процедила я.

— Убийцу пока не наши, — мрачно проговорил дракон.

— Вот и искали бы лучше убийцу, чем меня тут стращать стриптизом! — фыркнула я.

— Чем? — нахмурился мужчина.

— Неважно, — буркнула я.

— Опять иномирное словечко? И что оно значит? — с интересом посмотрела на меня дракон.

— Стриптизом бабка моя называла процесс раздевания деда перед баней! — рявкнула я ответ. — Снимите своё заклинание с меня и давайте уже обсудим, что происходит в вашем прокля́том поместье!

— Ты признаёшь, что ты попаданка, Алекс Тирс?

— Да! Ну, давайте, сдайте меня властям! — прошипела я. — Я, между прочим, по образованию физик и знаю много технологий. Но вы можете меня отдать своему Адриану, который за год убийцу не поймал! Да вам просто плевать на всех этих несчастных женщин!

— Физик — это кто? — проигнорировал все мои возмущения Натан.

— Физика — наука о природе, о свойствах и строении материи, её движении и изменении, — выпалила я. — Занимается объяснениями явлений и изучением законов мироздания, говоря вашим языком. Почти магия, только в нашем мире.

— Ясно. Ты действительно можешь оказаться полезной, если не будешь дерзить, — с уважением глянул на меня хозяин.

— Я могу оказаться полезной, если буду жить, — назло дерзко ответила я. — А чтобы жить, нужно остановить убийцу! И я, в отличие от вас, уже знаю, кто это! И года мне для этого не понадобилось.

— Без тебя разберусь, — холодно ответил Натан. — Не лезь в это.

Я опешила от того, насколько надменным может быть этот противный дракон!

Он что, идиот?!

Я знаю, кто охотится на нянь, а он отказывается узнать дополнительную информацию?!

— И вам даже неинтересно то, что я знаю?! — взвилась я. — Это потому что вам плевать на нянь, как я и говорила. Или потому что вы и сами к этому причастны, а?! Боитесь, что я узна́ю какой-нибудь ваш секрет?!

— О боги, Алекс, или кто ты там, — Натан раздражённо закатил глаза. — Мне не плевать! Как ты думаешь, эти убийства сказываются на моей репутации? Вон, уже и няню для детей пришлось из рабынь брать, все отказываются! А тебе говорю — не лезь, потому что это опасно для тебя. Да и что ты, иномирянка, можешь знать об убийце из этого мира?

— Нет, я и вправду знаю! — возмутилась я.

— Алекс, если ты сейчас назовёшь имя миссис Даршар, я тебя так и оставлю тут на всю ночь стоять. Я её уже проверял неоднократно. Это не она, — устало прорычал дракон.

Как бы мне ни хотелось обвинить во всём экономку Элеонору, я понимала, что доказательств-то у меня нет. И пока не появятся, смысла называть её имя нет.

— А вот и не угадали! Я не это имя хотела назвать, — немного подумав, ответила я.

— Надо же, удивила! — саркастично хмыкнул мужчина.

— Снимите заклинание, и я скажу! — гордо заявила я.

— Скажи и, если твой ответ не окажется чушью, сниму, — усмехнулся дракон.

— Нет, сначала вы! — продолжала настаивать я.

— Ты не в том положении, чтобы мне указывать, девочка, — процедил дракон.

— Нет, сначала вы!!! — взвыла я. — Я сейчас скажу, а вы потом скажете, что это неинтересно, и оставите меня так!

— Ну, что ж, придётся тебе мне довериться, значит.

Мы с драконом уставились друг на друга. Вот зараза, мне надо, чтобы он мне уступил!

С другой стороны, никто не мешает ему снять чары, а потом обратно вернуть, если он захочет.

Но мне крайне не нравится эта ситуация. Надоело быть покорной и зависимой. Но как выбраться из этого положения, я пока не знаю!

— Ладно, давайте заключим сделку. Я вам говорю, всё, что успела узнать, а вы меня отпускаете, сразу, как я начну говорить, и дадите по-человечески сесть на диван, — смирившись, ответила я. — И чаю.

— Чаю? — удивился Натан.

— Да. Хочу чай. С двумя кусочками сахара, — с вызовом заявила я.

Если я хочу склонить его к сотрудничеству, то нужно идти маленькими шажками.

— Кусочками? — нахмурился дракон.

— Двумя ложками сахара, хорошо, — проворчала я.

Совсем забыла, что тут нет кускового сахара, только толчённый.

— Давай так, Алекс, ты мне признаешься, кто ты такая на самом деле, как тебя звали, как ты сюда попала, как жест доброй воли. А я как жест доброй воли тебя отпускаю. Также я попрошу принести нам чай, чтобы потом мы могли с тобой «по-человечески» обсудить, — передразнил меня дракон, — что тебе удалось узнать.

Ладно, отпираться дальше глупо, я уже созналась, что я попаданка, да метка на спине явно носила магический характер. Значила ли она то, что говорил Натан, я не знала, но её наличие само по себе было необычным.

— Хорошо. Меня зовут Александра Олеговна Тарсина, — с тяжёлым вздохом произнесла я, — Я закончила педагогический по специальности учитель физики и математики, десять лет проработала учителем физики в школе. Попала сюда около полугода назад, когда в своём мире узнала о шокирующих новостях.

— Каких? — уточнил Натан.

— Какая разница?!

— Жест доброй воли, помнишь? Обстоятельства перемещения души в наш мир очень важны, — назидательно произнёс хозяин.

— Меня уволили, обвинив в том, что я спала с начальником ради карьеры и опозорили на весь город, — с возмущением произнесла я. — Довольны?

— И дальше что было? — проигнорировал моё возмущение мужчина.

— Когда я прочла об этом в местной газете, то упала в обморок. Очнулась уже в этом мире в трюме какого-то корабля, закованная в цепи, — я погрузилась в мрачные воспоминания.

В то же мгновение я почувствовала, что заклинание, удерживающее меня на месте, исчезло. Натан подхватил меня и подвёл к дивану, накинув на плечи свой камзол.

— Присаживайся, — участливо сказал мужчина так, что я даже покосилась на него. — Продолжай.

— Сначала я не поняла, что происходит, и подумала, что это странный сон, — с грустью произнесла я. — Но когда меня отходили палкой за то, что я начала возмущаться, что это за идиотский сон, я поняла, что это не сон. Слишком уж реальны были ощущения.

В комнату вошла Кэтти с подносом. Быстро стрельнув в меня глазами, подруга бессловесно спросила, как я.

Я слегка кивнула, давая понять, что всё в порядке.

— Тогда я начала задавать глупые вопросы в духе «Где я?» и «Кто вы?», и женщина, что сидела рядом, зашипела на меня, посоветовав заткнуться, — продолжила я говорить. — Она сказала, что если я жила раньше в другом мире, то теперь та жизнь закончилась, а в этом я рабыня и звать меня Алекс. Она сказала, что меня отец продал в рабство за долги и что мне очень не повезло попасть в тело рабыни, так как в этом мире существует закон о попаданках и моё время «отработки» удвоится, если меня кто-то уличит в том, что я попаданка. Я тогда ещё возмутилась, что за идиотский закон, а она сказала, чтобы лучше я молчала в тряпочку. Но теперь я спрошу: что за глупый закон?! Это ваша придумка, хозяин?

— Нет, моего отца, — ответил мужчина и подал мне чашку, в которую налил чай и положил две ложки сахара.

САМ! Удивительно! Получается, он мне прислуживает, с грустью улыбнулась я про себя.

— А зачем он нужен? — задала я давно меня мучающий вопрос.

— Чтобы контролировать поток пришедших в наш мир. Что было дальше? — нетерпеливо спросил мужчина.

Я уверена, что Натан назвал не настоящую причину, но неподдельный интерес к моей истории в его глазах говорил, что ничего другого я не добьюсь, пока всё не расскажу.

Смотри-ка, как работой горит человек! Вон, как всё выведать хочет.

— Про метку на спине она мне ничего не сказала, — мрачно улыбнулась я. — Её звали Улиция, и она умерла в течение недели от лихорадки. Там тогда много рабов умерло, как и членов корабля.

— Откуда вы плыли к нам? — задал следующий вопрос Натан.

— Как я поняла, тот корабль был местным, — ответила я. — Команда приняла решение вернуться домой, раз товара не хватает для намеченной сделки, да и к лекарям они спешили.

— На корабле не было? — удивился дракон.

— Нет, — покачала я головой. — По возвращении меня продали Найтексу — рабовладельцу, у которого вы меня купили. В трюме с нами были и дети, за которыми я присматривала на обратном пути в Драгондар. Старпом капитана приметил это и посоветовал меня перепродать, что, мол, так на мне больше можно будет заработать, потому что есть место, куда няня наверняка скоро понадобится. Думаю, он имел в виду ваше поместье, зная о существующем проклятии.

— Они обижали тебя? — участливо спросил Натан.

— Били, — подтвердила я. — Но не по лицу, чтобы не испортить товар, как они говорили.

— Надругались?

— Не ваше дело, — оскорблённо фыркнула я.

— Нет, моё, — твёрдо заявил мужчина.

— И что вы сделаете? Накажете их? — с сарказмом спросила я.

— Да.

— На каком основании, я же рабыня?! — с мрачной улыбкой констатировала я.

— Я советник короля. Мне не нужно оснований, — холодно ответил Натан.

— Они не тронули меня, — ответила я после некоторых раздумий. — По крайней мере, после того, как я очнулась. Что было до — я не знаю.

— Ты запомнила что-то необычное, когда пришла в себя? Первые секунды? — с азартом задал вопрос мужчина.

Я замолчала, неуверенная, стоит ли говорить, но по моему взгляду дракон понял, что было.

— Говори, — рыкнул мужчина.

— Может, я лучше расскажу, что узнала от вороны? Про проклятье вашей дочери, — возмутилась я.

— Про проклятье я и так всё знаю, — рыкнул дракон. — Говори, что было в твои первые секунды перемещения.

— Знаете о проклятье?! Как так?! — я вскочила с дивана, нависнув над мужчиной так резво, что пришлось даже ловить камзол, накинутый на плечи.

— Оно было безобидным, — равнодушно ответил дракон, но затем повысил голос. — Сядь. Пожалуйста.

— Безобидным?! У Виви голова болела из-за этого! — взвилась я.

— Не из-за этого, — отрезал мужчина.

— Нет, из-за этого! — возразила я.

— Голова болеть не должна была, пока она носит заколку, — Натан нахмурился и забарабанил пальцами по столу.

— Вот именно! — подтвердила я. — И стоило её снять…

— Так не надо было снимать, всё под контролем было, — процедил Натан.

— Под контролем?! Вы с ума сошли, я думала, вы любите своих детей! — рявкнула я на него.

— Я и люблю. Не те судить об этом, девица, — рыкнул на меня Натан. — Сядь, я сказал!

— Нет, я буду судить! — я с размаху плюхнулась на диван, закинула ногу на ногу и недовольно скрестила руки. — На заколке, которая была в волосах вашей дочери, лежало проклятье! Как вы могли позволить ей её носить? Вы что, использовали её как приманку?

— Да нет же. Так было надо, — процедил дракон.

— Чтобы сделать Виви приманкой?! — продолжала настаивать я.

— Да что ты заладила, это не твоё дело! — прохрипел дракон. — Всё, об этом разговор закончен. Расскажи теперь о себе.

— Ну уж нет! — фыркнула я и топнула ногой в подтверждение своей решимости. — Раз вы такой умный, расскажите мне, что знаете, иначе как мне оберегать ваших детей?! Если вы от меня что-то скрываете и ставите под угрозу жизнь Виви, а может и Тони!

— Не ставлю я под угрозу жизнь дочери, бестолковая девица! — рявкнул Натан. — Ты ничего не знаешь о магии, а берёшься судить!

— Ну так расскажите мне! Как я буду её защищать?! — возмутилась я.

— Сначала ты. Что ты запомнила при перемещении? — стальным тоном отчеканил дракон.

— Нет, сначала вы! — настаивала я. — Вы потом мне ничего не скажете.

— Алекс, мы уже это проходили, — устало ответил мужчина и откинулся на спинку дивана. — Я отпустил тебя ДО того, как ты заговорила в прошлый раз. Теперь твоя очередь идти на встречу. Говори, что знаешь. Потом уже я.

— Ладно, справедливо, — немного подумав ответила я и, выдержав театральную паузу, торжественно произнесла. — В общем, ворона — это банши!

Ноль эмоций со стороны дракона оскорбили меня.

Натан смотрел на меня абсолютно без удивления. Я бы даже сказала с нескрываемым ехидством.

— Она специально отгоняет всех женщин от вас, потому что ревнует! — со злобой произнесла я.

И снова полный игнор. Да что такое?!

— Она специально подговаривала Виви избавиться от меня! — начала закипать я, переходя на крик. — Она пила её магию! Вам что всё равно, что какая-то мразь забирает силы у вашей дочери?!

— Это все твои важные све́дения? — усмехнулся мужчина. — Теперь расскажи, что ты запомнила при перемещении души в наш мир.

— В поместье есть вторая птица. ВОРОН! — рявкнула я, зачем-то пытаясь произвести впечатление на хозяина.

Напрасно. Его лицо с лёгкой презрительной усмешкой было выковано изо льда.

— Вы издеваетесь, да?! Вы знали, что ворона — банши? — уязвлённо спросила я.

— Конечно, — хмыкнул хозяин. — Но про вторую птицу не знал, тут ты молодец. Браво!

Даже его похвала звучала как издёвка.

— А почему вы не сказали, что вы знаете, что я хочу вам рассказать?! — возмутилась я.

— Я говорил, что я и так всё знаю о проклятье, — торжествующе улыбнулся дракон.

— Прям всё-всё?! — с сарказмом произнесла я.

— Да, — уверенно заявил мужчина.

— А чего тогда не сняли?! — обиженно спросила я.

— Не мог, — с лёгкой ухмылкой ответил Натан.

— Вы, такой крутой дракон, и не можете? — ядовитым тоном задала я вопрос.

— Не могу. Его снять могла только та ведьма, что наложила, — пристально посмотрев на меня, жёстким голосом ответил дракон.

Улыбка, всё это время гулявшая по его губам, резко исчезла, отчего мне стало не по себе.

— Но… я уничтожила ту заколку… Это считается? — запинаясь, решила уточнить я.

— Да, считается, — холодно процедил мужчина.

— То есть, вы хотите сказать, что я наложила это проклятье на заколку Виви?! — с ужасом прошептала я. — Но я… никогда… я не умею… не знаю, как…

— Не ты, — рыкнул мужчина.

— Уф-ф-ф, — с облегчением выдохнула я.

— Но та, в чьём ты теле находишься, раз ты смогла уничтожить заколку, — ледяным тоном процедил Натан. — Так спрашиваю в последний раз, что необычного ты запомнила при перемещении души?

— Запомнила, — тихо ответила я.

— Ну, говори уже, — рыкнул Натан.

— Кто-то рядом со мной шептал слова: «Я не уйду, я не вернусь, я смертью вашей обернусь», — частично соврала я.

Потому что на самом деле это я шептала эти слова чужим (как мне тогда показалось) голосом.

— Что-то было вокруг необычного? Фигуры, свечи, свечение? — начала перечислять хозяин.

— Свечение, — немного подумав, стоит ли говорить, произнесла я. — Я видела его несколько раз уже после. Как будто весь мир пронизан светящимися нитями.

— Они называются нимы, — нетерпеливо ответил Натан. — Что ты видела?

— Расскажите, что это за нимы? — вопросом на вопрос ответила я. — Пожалуйста.

— Это нити судьбы, — раздражённо проговорил мужчина, потом тяжело вздохнул и спокойным тоном продолжил. — У тебя есть дар, Алекс, дар пряхи — это ведьмы, способные читать прошлое и будущее через эти нити и изменять мир вокруг себя. Пряхи — очень могущественные ведьмы, если они обучены должным образом. Так что ты видела в момент переноса души?

Так вот что я видела! Ну слава богам, я не сошла с ума!

— Тогда зелёная нить проклятья от вороны к заколке и от заколки к Виви — это как раз и есть нима? — спросила я.

— Да, — рыкнул Натан.

— А эту нить можно было как-то порвать или отрезать, не разрушая заколку? Раз это нити, то, значит, теоретически их можно резать или рвать? — предположила я.

— Насколько мне известно, это может либо тот, кто наложил проклятье, либо опытная пряха, — Натан снова начал терять терпение и раздражаться. — Алекс, что ты видела, когда пришла в себя в этом мире?

— Всё вокруг было в этих нитях, они складывались в какие-то странные символы, — неуверенно произнесла я.

— Ты запомнила что-то? — с надеждой спросил Натан.

— Да, некоторые. Если дадите бумагу, смогу нарисовать, — решительно сказала я. — Главное — вспомнить.

Натан вскочил с дивана и бодрым шагом подошёл к столу, будто не была глубокая ночь.

Подав мне лист и перо с чернилами, мужчина сел рядом и буквально навис надо мной, заглядывая на мои записи.

Мне от этого было очень неловко.

Если честно, пером и чернилами я писала всего пару раз в жизни, и то в том мире. В этом, пока я была рабыней, писать мне не было нужды. А на службе у Санлара ещё не успела. В целом-то, я знаю, как это делать, но первый же символ вышел с жирной кляксой.

Ещё и дракон «стоял» над душой. Со школы терпеть не могу, когда заглядывают в мою «тетрадь».

— Отодвиньтесь, мне не комфортно, — буркнула я, загораживая рукой лист.

— Женщина, давай уже быстрее, — процедил мужчина. — Ты спать не хочешь пойти? Чего тянешь столько времени? У меня начинает появляться ощущение, что ты это делаешь специально, чтобы провести со мной как можно больше времени.

Я была такая уставшая, что повелась на провокацию.

— Что вы о себе возомнили?! Я?! С вами?! — вспылила я, но стоило мне взглянуть на Натана, как я поняла, что хозяин… прикалывается.

— Алекс, серьёзно. Ты наверняка устала, как и я, — мягко произнёс мужчина. — А дети с утра встанут, как обычно, рано, да и меня с утра ждут дела в министерстве. Хватит вести себя как адептка-двоечница, и загораживать от меня лист. Давай показывай, что там ты написала.

— Но там кляксы, я сейчас начисто перепишу и покажу, — возразила я. — Подождите.

— Ты перфекционистка или у тебя просто синдром отличницы? — усмехнулся хозяин.

— Всё вместе. А откуда вы про синдром отличницы знаете? — удивилась я. — Или у вас здесь тоже есть такой термин?

— Одна попаданка рассказывала, — ответил мужчина. — Ну так что там, переписала начисто, чтобы пятёрку получить?

— Прекратите шутить, не смешно! — фыркнула я. — Готово.

Я нарисовала три символа из тех, которые запомнила: спираль внутри квадрата, домик и две закорючки внутри и треугольник с вертикальным знаком бесконечности.

Натан молча и долго смотрел на листок.

— Вы понимаете, что это значит? — выждав приличную паузу, спросила я.

— Каких они были цветов эти символы? — вопросом на вопрос ответил Натан.

— Первый со спиралью — синий, второй с домиком — красный, а последний, с треугольником, — жёлтый, — ответила я. — Там были ещё символы, но я не смогла запомнить — просто незнакомый мне набор линий.

— У тебя отличная память и цепкий ум, Алекс, — улыбнулся Натан. — Этого более чем достаточно. Ты можешь идти спать.

— Ну уж нет. Мне тоже интересно, что это значит, — возмутилась я. — Говорите!

Натан откинулся на спинку дивана и побарабанил пальцами.

— Я начну издалека, — протянул хозяин. — Если честно, я не до конца уверен, что мне сто́ит рассказывать тебе истинное положение дел, но ты умная и смелая. И мотивированная узнать правду. Думаю, что от тебя может быть толк. Но всё, что я скажу, не должно выйти за пределы этой комнаты. Детям знать об этом нельзя. Ясно?

— Да, — тихо ответила я, замерев в предвкушении.

— Банши относятся к нежити категории Б, — менторским тоном начал рассказ мужчина. — Это значит, что класс опасности — высокий, в случае столкновения неподготовленного человека высока вероятность смерти.

— То есть, вы знали, что в вашем доме живёт такое опасное чудовище и всё равно нанимали к себе нянь? — возмутилась я. — А другая прислуга?! Они в курсе, что за монстр тут живёт? А ваши дети?!

— Ты будешь слушать или обвинять меня? — рыкнул Натан.

— Слушать, — фыркнула я, добавив шёпотом себе под нос. — И обвинять.

— Банши — это враждебно настроенный дух, способный принимать форму женщины, вороны или естественную форму призрака.

— Очень враждебно настроенный, — прокомментировала я, но замолчала под ледяным взглядом мужчины.

— Они появляются тогда, когда в семье произошла трагедия, — продолжил Натан. — Как правило, жертва этой трагедии и становится банши, являясь своеобразной хранительницей рода. Часто они появляются тогда, когда семье грозит опасность, перерождаясь в мстительных духов, желающих наказать тех, кто причастен к их смерти или их потомков.

— То есть… получается, какая-то няня убила кого-то из вашей семьи, и теперь эта женщина пытается отомстить остальным няням?! — с ужасом прошептала я. — Но это же нелогично! Остальные няни непричастны к первой трагедии!

— У призраков другая логика, Алекс, — уклонился от ответа Натан. — Не торопись с выводами.

— И поэтому всем остальным ничего не грозит? Ну, кроме Виви, из которой ворона пила магию, — возмутилась я.

— Не совсем так. Они существовали в симбиозе, — мрачно сказал мужчина.

— Что?!

— Виви больна, — непривычно тихим голосом произнёс Натан.

По лицу мужчины пробежала тень. Было видно, что ему тяжело об этом говорить.

У меня на глазах навернулись слёзы. Судя по тону хозяина, болезнь была… не из простых.

— Как?! Чем?! Это лечится?! — с отчаянием спросила я.

— Нет, это не лечится, — хрипло ответил мужчина. — Пока не лечится.

Сердце защемило. Что за несправедливость?! Виви такая очаровательная малышка! Такая милая, добрая, храбрая! Это нечестно!

— У неё от рождения разрушена аура, и потому любой маг может тянуть из неё силы произвольно или нет. Нахождение любого человека рядом с ней опасно для неё, — с тяжёлым вздохом произнёс мужчина, сжав кулак.

Я потрясённо молчала, не зная, что сказать. Что тут можно сказать безутешному отцу, ребёнок которого страдает?

Поддавшись внезапному порыву, я дотронулась до руки хозяина, пытаясь поддержать.

— Но не могу же держать дочь всю жизнь взаперти, будто прокажённую? Что это за детство? Я не знаю, сколько она…

Голос хозяина изменился. Он замолчал.

Я, вытирая слёзы одной рукой, тоже боялась нарушить эту хрупкую тишину.

— Я пока не знаю, что делать, но я найду способ спасти дочь. Чтобы для этого не потребовалось, — решительно прохрипел мужчина. — Я искал способ вылечить её по всей империи, я приглашал самых лучших лекарей, магов, прях. Я искал совета от попаданок в вашем мире. Пока всё безрезультатно. Единственное решение, которое мне пока предложили, это позволить девочке найти тебе симбиота.

— Что это значит? — тихо спросила я.

— Это значит найти существо, которое будет обмениваться с ней магией и аурой, тем самым защищая её от внешнего воздействия, — мрачно проговорил Натан.

— То есть… — севшим от испуга голоса произнесла я. — Я, уничтожив заколку, разорвала их связь?

— Не совсем так, — успокоил меня Натан. — Связь с этой банши не совсем нормальная и полезная для Виви, хотя она на какое-то время и может оказаться полезной. Вот только при обмене магической аурой с призраком, он, как правило, забирает больше чем даёт.

— Поэтому вы нанимали нянечек для неё? — предположила я.

— Да, — мрачно ответил Натан. — Я нанимал девушек с даром специально для этого, чтобы Виви могла вступить с ними в магический симбиоз. Для здорового человека это не страшно и не очень заметно, для девочки жизненно важно. Мы с Тони не годимся в симбиоты, потому что мы мужского пола, а девочке нужен симбиот-женщина.

— То есть ею могла быть мать Виви?! Но почему тогда убивают нянь?! Кто и зачем?! — воскликнула я. — Получается, эта воронья «защитница рода» на самом деле вредит малышке?!

— Да, но это уже другая история, — снова помрачнел хозяин. — И началась она двадцать лет назад, когда мой отец встретил первую попаданку в наш мир.

— Моя мать была сводной сестрой Ульберха Тирса, — задумчиво продолжил свой рассказ Натан. — В своё время отец Ульберха, Август Тирс женился на моей бабушке — Гвендолин Дайгер, урождённой Лайонер.

— Бррр, ничего не поняла, — устало покачала я головой. — Ещё раз кто на ком женат?

— Моя бабушка, Гвендолин Лайонер вышла замуж за Шайнара Дайгера и родила дочь, мою мать — Сибил Дайгер, — терпеливо начал пояснять хозяин. — Когда бабушка овдовела, она повторно вышла замуж за Августа Тирса, у которого уже был сын Ульберх.

— Ааа, понятно, — протянула я.

— Потом моя мама вышла за моего отца, Рейгана Санлара. У них родилось двое детей — мой старший брат Амос и потом, через десять лет, я. Амос рано женился, и у него родился сын — Адам. Мы все вместе с родителями и новой семьёй брата жили в этом поместье. Дом-то большой, — с теплотой в голосе говорил мужчина, но в этом месте запнулся.

Повисла нехорошая тишина. Зловещая.

Я понимала, что-то дальше всё будет не так радостно.

И оказалась права.

— Мне было четырнадцать, а Адаму было два года, в семье произошла трагедия, — продолжил Натан. — Мой брат внезапно умер без видимых повреждений, болезней, проклятий или других причин.

— Соболезную вашей утрате, господин Санлар, — тихо сказала я.

— Его жена, Ева, нашла его с утра в гостиной на первом этаже на кожаном диване напротив догорающего камина, — продолжил погруженный в воспоминания хозяин, будто и не слыша моих слов. — Он сидел, запрокинув голову, и широко распахнутыми глазами смотрел в потолок. С выражением полного блаженства на лице.

— Звучит жутко, — искренне произнесла я.

— Так и было. Его сердце просто остановилось по неизвестной причине, — мрачно ответил мужчина. — Но на этом беды не закончились. Вслед за ним буквально через месяц таким же образом скончалась Ева. Её нашёл Адам.

— Какой кошмар! — с ужасом прошептала я.

— Он прибежал с утра к матушке, с громким плачем, требуя внимания, ведь говорить он тогда ещё не умел, — после небольшой паузы хриплым голосом продолжил Натан. — Матушка, как она сама говорила, поворчала, что невестка утонула в горе и совсем не следит за сыном, хотя это у НЕЁ умер сын…

Хозяин опять замолчал.

Искренний рассказ о тех печальных событиях давался господину Санлару тяжело.

Совладав с собой, мужчина продолжил с горечью в голосе:

— Как мама потом переживала, что позволила себе такие жестокие слова по отношению к невестке, которую она обнаружила в той же позе, в том же месте, что и недавно потерянного сына. После этого диван выкинули, а в комнате произвели перестановку, но это не помогло.

У меня мурашки пробежали по коже.

Один раз — случайность, два раза — совпадения, три раза — закономерность…

— Через месяц отец нашёл матушку, сидящую на стуле напротив камина в той же ужасной позе, — мрачно проговорил Натан.

— Кошмар! Но это не может просто совпадением! — с негодованием воскликнула я. — Это явно какое-то проклятье на вашей семье!

— Да. Но мама очнулась, — грустно улыбнулся хозяин.

— ЧТО?! — завопила я и вскочила.

— Да, — мрачно подтвердил мужчина. — Отец тоже был в шоке и приготовился к худшему.

— К чему? — с испугом спросила я.

— Что она стала нежитью, — ответил мужчина. — Но мама вскочила со стула, прямо как ты сейчас, и спросила его: «Ты кто, мужик? И где я?»

— Твоя мама была попаданкой?! — догадалась я.

— Да, первой в нашем мире из известных, по крайней мере, — улыбнулся Натан. — А ещё она была пряхой. Как ты.

— Ммм. Интересное совпадение, — саркастично заметила я и села обратно на диван.

— Да, — веско хмыкнул хозяин. — Но на этом история не закончилась.

— И что было дальше?

— Мама-попаданка рассказала, что она, когда умирала в своём мире и переходила в наш, ей показалось, что она видит некие символы.

У меня снова побежали мурашки по телу.

— Какие ещё символы? — задала я вопрос, на который уже знала ответ в глубине души.

— Эти, я так полагаю, — мужчина указал на лист на столе. — Но она запомнила два из трёх, что указала ты и ещё один, которого ты не нарисовала. Теперь я готов сказать, что это значит. Жёлтый треугольник с вертикальным знаком бесконечности означает призыв родственной души, красный домик — привязку к семье, прокля́той врагом.

Я слушала мужчину как заворожённая. Какое странное совпадение. Почему мы с той попаданкой двадцатилетней давности видели одинаковое?!

Призыв родственной души на защиту про́клятой семьи. Бедное семейство Санлар!

— Она запомнила ещё один символ. Это был зелёный круг, внутри которого находился глаз со слезой, — Натан сделал паузу.

— Слушай, вроде у меня тоже там что-то зелёное было! — увлечённая историей, я сама не заметила, как перешла на «ты».

— Было. Я почти уверен в этом, — улыбнулся хозяин.

— Ну, и что это значит?! — с нетерпением воскликнула я. — И моя синяя спираль?!

— Круг с глазом и слезой означает защиту от трагедии, — выдержав театральную паузу, продолжил хозяин. — А спираль внутри квадрата — продолжение рода. Если подвести итог, то выходит, что тебя, как и маму-попаданку, призвала в этот мир некая сила, стремящаяся спасти нашу семью и оградить её от бед.

— Звучит слишком пафосно, если честно, — решила разрядить я обстановку. — Слишком важная миссия для учительницы физики.

— Значит, ты та, кто может справиться.

— Ага, каждому даётся тот крест, который он может вынести, — решила съязвить я.

— Про крест не понял, но общий смысл уловил, — улыбнулся Натан.

— А что было дальше?

— После появления попаданки странные смерти прекратились на некоторое время.

— Некоторое?

— Да, — тяжело вздохнул Натан. — Отец любил нашу мать, но смог полюбить и ту, что пришла к нам из вашего мира. Вплоть до рождения Виви всё шло своим чередом, как в обычных семьях. Отец, используя знания мамы-попаданки, смог добиться небывалых успехов и богатства, а потом родилась Виви. И всё началось снова.

— Какая жуть! — прошептала я.

— Моя жена была девушкой из известного в Драгондаре рода Сойт. Изабелла была умна, очаровательна и нежна, как мне казалось. Я любил её, — с горечью произнёс мужчина и опять надолго замолчал.

Его откровенность пронзила меня, словно игла тонкую ткань. Внутри меня завертелась какая-то странная смесь ревности и тревоги.

Слова о его жене звучали так нежно, так искренне, что я почувствовал, как сердце сжалось от непонятной мне боли.

В мгновение я ощутила себя как ненужный элемент в пазле. Лишний.

Но я осадила себя. Ревновать бессмысленно. У меня нет для этого ни оснований, ни опасений: Натан говорил о ней в прошедшем времени.

Была. Любил.

Его слова отозвались в моей душе так остро, наверное, потому, что так сильно я никогда не любила. Может, это и хорошо.

— Когда у нас родился Тонайо, именно она выбрала ему такое необычное имя, а я ей во всём потакал, — продолжил мужчина слегка изменившимся голосом. — И всё было замечательно. Когда она забеременела во второй раз, я был абсолютно искренне счастлив. А потом, в одно утро, когда срок Изабеллы уже подходил, мы нашли отца у треклятого камина в той же позе. Мёртвым.

Натан снова замолчал. Я тактично сохраняла тишину, теребя край его камзола.

Мне хотелось как-нибудь поддержать его, но я не знала, что ещё сказать или сделать.

Если честно, я думала коснуться его руки, но смущалась и боялась, что он может как-то неправильно это понять.

— Его нашла Изабелла, — хрипло продолжил Натан.

Я ахнула.

Я уже поняла закономерность. Тот, кто находил мёртвого, становился следующей жертвой, не считая маленького Адама.

— Изабелла перепугалась до смерти, и у неё случились преждевременные роды, — с горечью произнёс мужчина. Что-то пошло не так, и Виви родилась с неизлечимой болезнью, как ты уже знаешь. В первые дни её жизни целители сказали, что мы должны приготовиться к худшему, потому что дети с такими повреждениями ауры долго не живут.

Как же это всё жестоко и несправедливо по отношению к их семье и Виви! Сердце кровью обливается.

— А потом, через неделю после рождения Виолетты, мы нашли маму в гостиной, — тихо проговорил мужчина. — Камин я приказал снести сразу после смерти отца, но она всё равно сидела напротив того места. Мёртвая. С живой Виви в руках. Что она сделала, не знает никто. Но малышка, как ты видишь, до сих пор жива. Целители сказали, что она смогла как-то вплести в её ауру способность приобрести симбиота, но, видимо, поплатилась жизнью.

— В сотый раз за сегодня я искренне соболезную твоему горю, Натан, — искренне произнесла я и ободряюще прикоснулась к его руке.

Натан сжал мою руку в своей.

— Белла не выдержала и сказала, что с неё довольно этого, — с горечью прохрипел Натан. — И сбежала в неизвестном направлении. Я так полагаю, что она умерла, мучимая угрызениями совести, раз недавно вернулась к нам в образе банши, вступив в итоге в симбиоз с Виви. Это я обнаружил не сразу, пытаясь найти среди нянь ту, что сможет помочь справиться дочке с болезнью. И судя по всему, она считает, что может вернуться к жизни.

— А это возможно? — осторожно спросила я.

— Нет, — отрицательно помотал головой мужчина. — Но банши можно назвать условно разумными существами, у которых одержимость идей и достижение целей заменяет разум.

— А как это всё объясняет тот факт, что я смогла расколдовать ту заколку?

— Заколку моя мать подарила Белле, а та — Виви, — с лёгкой улыбкой проговорил мужчина. — Я думаю, у тебя есть какая-то связь с моей матерью. Но какая? Это нам ещё предстоит с тобой узнать.

Обсуждая вопрос о том, что может объединять меня и попаданку в тело матери Натана, мы так и не пришли к какому-то выводу.

Единственное, что нас объединяло, это образование, связанное с точными науками.

Так что, возможно, это ментальная связь.

Мама Натана была инженером в нашем мире, работала в конструкторском бюро, проектировала самолёты.

Попав в этот мир, женщина действительно смогла дать многое много своему мужу и своей новой семье.

Натан с теплотой отзывался об этой женщине, искренне признавшись, что она стала ему хорошей матерью и хорошей бабушкой Адаму.

Он говорил, что ему повезло — в его жизни было две чудесные матери.

Я про себя горько усмехнулась тогда: его слова задели меня за больное.

Да, кому-то везёт во всём: родится в магическом мире, в знатной и богатой семье, и иметь аж двух замечательных матерей.

Мне так не повезло.

Моя мать бросила нас с братом, скрывшись в неизвестном направлении, когда мне было пять лет, а Серёге семь. Я её даже не помню, если честно.

Мне трудно её винить — наш отец был алкоголиком. И любая бы, наверное, сбежала.

Но могла бы и детей прихватить.

Но мать решила, что дети — это лишняя обуза, как говорила бабушка с папиной стороны, вырастившая нас. Отец окончательно спился через год, и мы осиротели.

Бабушка не то чтобы она недолюбливала нас, просто всё время ворчала, что она не для того растила сына, чтобы на старости лет снова воспитывать детей.

Хоть она и была суровой женщиной, но дала нам хорошее образование и воспитание.

В целом я благодарна ей. Но любви родителей мы не знали.

Возможно, поэтому я так долго цеплялась за придурка-мужа, боясь снова остаться одна.

Заметив, как я погрустнела, Натан сменил тему, рассказав о том, как развивалась история попаданцев в их мир и почему здесь теперь так нам не рады.

После его матери в Дарфлейме стали регулярно появляться попаданки и попаданцы. Осознав новые возможности, многие успели разбогатеть и хорошо устроится в жизни.

Пока в этот мир не попал первый маньяк. Пятнадцать лет назад он устроил настоящий кровавый террор, потому что решил, что он попал в компьютерную игру и тут всё не по-настоящему.

После этого правила в отношении новых «гостей» решили ужесточить, введя обязательную регистрацию.

Но это не помогло.

Серия попаданий озлобленных, жестоких и хитрых на изощрённые убийства и аферы людей заставили пойти на крайние меры, вводя всё новые и новые рамки.

И теперь есть условия про штрафы и рабство, хоть оно и формальное.

По закону, как объяснил мне Натан, несмотря на то, что «гости» из других миров живут в статусе рабов, хозяева каждые полгода отчитываться в министерство о том, как проходит адаптация и социализация нового гражданина.

Есть немало прецедентов, когда раба освобождают досрочно по обоюдному соглашению продолжать работать на хозяина, но уже в статусе свободного человека.

Или повторной регистрации брака, в случае если гость попал в тело одного из супругов. Или просто при регистрации брака.

В общем, за этими разговорами, я сама не запомнила, как уснула на диване в кабинете хозяина.

Проснувшись с утра, я сладко потянулась и обнаружила, что укрыта мягким одеялом в роскошном пододеяльнике, а под головой была удобная подушка.

Он что, отдал мне своё постельное бельё?

В комнате царил приятный полумрак. Значит, ещё раннее утро, вон как темно!

И потому я ещё решила ещё немного понежиться под одеялом, как вдруг услышала странный визг.

Виви?! Я мгновенно вскочила с кровати и рванула из кабинета.

Почему малышка так рано не спит?

Ответ на свой вопрос я получила довольно быстро.

Стоило мне открыть дверь кабинета, как яркий солнечный свет ослепил меня.

Да уже день! Сколько я проспала?!

И почему старуха меня не разбудила до сих пор?!

На выходе из кабинета я столкнулась с Кэтти, как раз проходившей по коридору.

В руках у девушки была корзина с овощами, и я, налетев на подругу, конечно же, сбила её, судя по крику перепугав бедолагу.

— А-а-а-алекс! Кто тебя укусил?! Ты куда несёшься сломя голову?! — взвилась подруга.

— Прости-прости, Виви кричала! — протараторила я, извиняюще кивая, — Прости, я побегу!

— А что ты делала в покоях хозяина? И почему одеяло на полу? — проворчала кухарка, с любопытством заглядывая в открытую дверь.

Фух, ладно. Надеюсь, Кэтти не станет источником досужих сплетен, мы же всё-таки подруги!

По привычке я побежала к лестнице на второй этаж, но вовремя остановилось.

Алекс, проснись! Вчера из-за пожара девочку разместили на первом этаже!

Стоя посередине холла, я вертела головой, чтобы понять, откуда был звук.

Ну почему у них такой огромный дом!

Визг повторился, а я внутри похолодела.

Голос шёл из гостиной. Той само́й. Про которую вчера было так много разговоров.

Пока я бежала по коридору, моя жизнь в этом мире пронеслась перед глазами.

Не дай бог, что с детьми случилось! Или с хозяином! Мы ведь только с ним общий язык нашли…

Боже, прости меня, что я никогда тебе не молилось, но искренне прошу тебя, пусть всё будет нормально!

Пусть это опять будет какой-нибудь идиотский прикол шкодливого Тони!

Пусть крысу девочка увидит или таракана!

Пусть что угодно, только бы не начало снова работать проклятие!

Этой несчастной семье и так много горя досталось.

Я в абсолютной панике влетела в гостиную, совершенно позабыв, что тот, кто находит умершего, тот становится новой жертвой.

Если Виви кричала, вряд ли она жертва.

Тогда остаётся не так много вариантов, если они должны принадлежать семье Санлар.

Натан или Тони.

Рванув на себя двойные двери, я увидела страшное.

Виви стояла возле Тони, сидящего на стуле напротив пустой стены, той само́й, в которой раньше был камин.

Запрокинутая голова мальчика была вся перепачкана в крови. Густая жидкость стекала по одежде и на пол.

Моё сердце почти остановилось.

На негнущихся ногах я, едва сохраняя разум, пошла к детям.

Господи, что с его лицом… Чем его можно было так разбить…

Какой кошмар…

И малышка это всё видит!

Натан не рассказывал про эти ужасные подробности. Наверное, решил поберечь мою психику.

Но и знаков никаких я ни над детьми, ни на этой прокля́той стене не вижу.

Когда я, находясь в полуобморочном состоянии, почти подошла к ребятам, Виви, стоявшая ко мне спиной, провела рукой по лицу Тони.

Поднесла руку ко рту.

А потом облизала её.

— ВИВИ! НЕТ! — заорала я, практически захлебнувшись ужасом.

В ту же секунду, Тони резко вскочил.

А я упала, окончательно лишившись чувств.

«Вроде бы в гостиной был ковёр, иначе я голову о камень разобью, и будет перед Виви два трупа…», — промелькнула последняя мысль, прежде чем моё сознание угасло.

— Тони, я сколько раз тебя предупреждал, хватит издеваться над бедными женщинами! — услышала я сквозь вату голос хозяина.

— Да я не издевался! Вообще, не над ней! И не над кем! — торопливо оправдывался мальчик.

Он что жив?! Или, мне кажется? Или я умерла и попала на Страшный Суд?!

— Что вы вообще тут устроили?! — прорычал хозяин.

— Мы с Виви поспорили, что я смогу удержать на тарелку с вишнёвым вареньем, но не смог, — скулил мальчик.

— Прости нас, папа, мы играли, — пропищала Виви. — А Алекс проснётся?

— Проснётся, Виви, проснётся, — успокоил малышку Натан, но тут же суровым голосом добавил. — Но если вы продолжите свои дурацкие игры, то доведёте беднягу и она от нас уйдёт!

Варенье? Это было варенье?! Запоздало осознала я.

Медленно я приходила в себя, но решила пока виду не подавать.

Судя по виноватому голосу, Тони раскаивался, а Натан, как и любой нормальный родитель в подобной ситуации, рвал и метал.

— Удивительно! И как же ты не смог удержать на голове тарелку?! Может мне тебя в цирковую школу отдать вместо магической Академии?! Там будешь свои фокусы показывать, — продолжал отчитывать сына Натан.

— Ну па-а-а-ап, я никого не разыгрывал, мы с Виви веселились! — уже чуть не плакал Тони. — Я не хочу в циркачи!

— А кто ты, если не клоун со своими глупыми розыгрышами?! Отлично вы повеселились?! Ты посмотри на Алекс! — взревел мужчина. — Она бледная как смерть! И что вообще за игры с едой?!

— А всё потому, хозяин, что Алекс сегодня бездельничала полдня и не выполняла своих должностных обязанностей, — раздался скрежет Элеоноры. — Спала она, барыня. Ещё

спряталась где-то в доме от меня…

Вот стерва!

Хотя по факту она, конечно, права. Всё именно так, я продрыхла до обеда, и дети были предоставлены сами себе.

Мой недосмотр, Элеонора права.

Удержать на голове тарелку с вареньем! Да ежу заранее понятно, что это невозможно! Вот хулиган этот Тонайо!

Боже, спасибо, что это очередной идиотский прикол подростка.

— Я тебе кажется, вчера достаточно понятно объяснил, чтобы ты не цеплялась к Алекс?! Или той нити, что вплела в твою ауру пряха недостаточно? — прорычал мужчина.

— Понятно, хозяин, но она сама виновата! — начала защищаться старуха. — Сначала проспала, потом устроила переполох со своими криками…

— ЭЛЕОНОРА! — рявкнул мужчина.

Слова Натана были музыкой для моих ушей, самой чарующей песней. Он ругает Элеонору!

При всех сто́ит отметить. Уже не так важна субординация?!

Видимо, и он перепугался за меня. Или от зрелища, которое устроил его сын.

Ладно, поупивалась мелкой местью, Алекс, пора и в себя приходить потихоньку.

— Что случилось? — хриплым голосом протянула я и открыла глаза.

— Алекс! Как ты?! — в три голоса крикнули Натан, Тони и Виви.

— Вроде в порядке, — прошептала я. — Просто перепугалась, когда подумала, что с Тони что-то произошло. А потом, когда ещё и Виви облизала руку, мне стало так дурно… Простите!

Я пристально посмотрела на прокля́тую стену.

А всё из-за того, кто Тони сидел в той самой позе напротив той самой стены.

— Тони, ты должен понимать, что игры могут иметь последствия, — сурово сказал Натан, поглядывая на меня. — Видишь, Алекс сейчас чувствует себя плохо из-за вашей шутки с вареньем! Ты же уже достаточно взрослый, чтобы чувствовать себя более ответственными и заботиться о женщинах в нашей семье, а не пугать их до полусмерти, — продолжал сурово отчитывать сына Натан.

Тони опустил голову, понимая, что он перешёл границу. Виви тоже смотрела на отца с виной в глазах.

А до меня только дошёл смысл сказанного Натаном.

Женщины в нашей семье… он что меня причислил к их семье?

Я вздрогнула, а сердце начало биться быстрее.

Я почувствовала, как краска начала заливать мои щёки. Почему он так сказал, будто я часть его семьи? А главное, почему эти слова так тронули меня?!

Это было странное и приятное ощущение, когда человек, который ещё вчера казался тебе незнакомцем, неожиданно демонстрирует свою заботу и внимание.

После вчерашнего разговора, когда хозяин поведал мне историю их семьи, а потом, заботливо укрыв одеялом, оставил спать, сколько захочу…

Мне кажется, это сломало что-то во мне. Толстый лёд, которым я оградила своё сердце, желая лишь выжить?

Я хочу не выживать! Я хочу жить. И наслаждаться этим. Но что-то угрожает моим близким ТЕПЕРЬ уже людям.

Я взглянула на Натана. Мужчина смотрел на своих детей.

Его глаза выражали строгость, но в том же самом времени была забота и тепло.

Он не просто отчитывал Тони, он воспитывал его. Учил, как стать лучше, заботиться о других, быть ответственным.

— Прости, папа, прости, Алекс, — пробормотал мальчик, явно испытывая угрызения совести.

Я улыбнулась, видя, что Тони раскаивается.

— Как ты себя чувствуешь, Алекс? — спросил Натан, коснувшись моего лба.

— Я в порядке, хозяин, спасибо, — ответила я, тоже пытаясь улыбаться. — Просто немного голова кружится. Извините за беспокойство.

Натан неловкими движениями погладил меня по голове, и жестом пригласил обоих ребят обнять меня.

— В следующий раз будьте осторожнее с такими шутками, дети, — напомнил он им. — Не сто́ит рисковать здоровьем других ради развлечения. Мы должны уважать друг друга и заботиться о том, как наши действия влияют на окружающих.

Их маленькие ручки обняли меня так крепко, словно они старались передать всю свою любовь и прощение в этом единственном жесте.

У меня защемило сердце. Я почувствовала, как слёзы подступают к глазам.

Эти дети, хоть и не мои, но все же такие близкие, такие дорогие мне. Я не могла не отозваться на их искренность, которая так ярко светила в их глазах.

Я поняла, что хоть у меня и нет своих детей, но я могу стать для них чем-то бо́льшим, чем-то важным и ценным.

Как так вышло, что всего за пару дней в поместье Санлар я так прониклась?

Это из-за их искренности, открытости и отзывчивости?

Из-за страшной истории их семьи?

Из-за неподдельно тёплых чувств Натана к своим детям?!

Не знаю, почему, но это так. Нежность этих объятий наполнила моё сердце радостью и благодарностью.

И я сделаю всё, чтобы снять это чёртово проклятье!

Я снова пристально посмотрела на прокля́тую стену. Что-то тут не так.

Почему все члены умирали в одинаковой позе на этом месте?! Что в ней такого особенного?!

Это не может быть случайностью или совпадением, это я уже поняла.

А значит, что-то не так с этой стеной.

Я решительно встала.

— Извините, мне нужно кое-что сделать, — твёрдо произнесла я. — Можете меня после наказать или уволить, мне всё равно. Я на всё согласна.

И, сжав кулаки от напряжения, я стремглав вылетела во двор, направляясь к сараю.

Когда я вернулась, всё семейство Санлар по-прежнему было в комнате. Как и вредная стерва Элеонора.

«Вот тебе новый повод меня заклевать, старая карга!», — мрачно подумала я про себя.

И с размаху ударила принесённой из сарая кувалдой по стене.

— Ты чего творишь, девка ненормальная?! — завизжала Элеонора.

В общем-то, её можно было понять: я ломала стену в хозяйском доме кувалдой.

Ломала — это, конечно, сильно сказано. Сил у меня хватило на пять ударов.

Ещё три я сделал через волю. Дальше воля кончилась, но желание разрушить эту ужасную стену никуда не делось.

Мои руки дрожали от усталости и возбуждения. Сердце громко стучало в ушах, а дыхание скорее было похоже на последние вздохи мамонта.

«Почему я это делаю?» — промелькнула мысль в голове.

Ответ на этот вопрос был прост: стена была символом того, что меня пугало в этом доме.

Тем более, мне очень хотелось заглянуть внутрь.

Удостовериться, что в ней никто не прятался.

Что в ней нет ничего особенного.

И опасного. Иначе как я смогу спокойно жить, зная, что в любой момент Тони или Виви могут оказаться перед этой стеной?!

Снова взяв кувалду в руки, я нанесла ещё несколько ударов.

— Прекрати ломать! Ты никогда не расплатишься с хозяином! — кричала экономка.

Это уж точно. Да и моё тело не было в восторге от происходящего: плечо ныло от отдачи, а руки уже заметно дрожали.

Взяв передышку, я осмотрела результат.

Всё, что я смогла сделать это испортить тканевые обои и деревянную панель, украшавшие камень, под ультразвуковые крики старой карги, выражавшей своё негодование и раздражение.

Я видела, как её глаза искрились гневом, и понимала, что мой безумный поступок не останется для меня без последствий. Ну и что! Плевать.

Натан же оставался абсолютно спокойным, словно ничто не могло его потрясти. Это только усилило мою собственную тревогу и страх перед этой стеной.

Но когда я взглянула на детей, увидела в их глазах не страх или ужас, а лишь любопытство и возбуждение.

Они восприняли происходящее не как разрушение, а как захватывающее развлечение!

Их подбадривающие слова и весёлые крики отозвались в моей душе, давая мне силы продолжить.

— Как ты смеешь портить имущество хозяина?! — Элеонора продолжала ругаться и визжать, но до сих пор не ударила меня своей клюкой.

Даже странно как-то. Видит же, что её увещевания не работают? И до сих пор ни разу не треснула.

Наверняка потому что Натан рядом. Иначе бы мне было несдобровать.

Тяжело дыша, я оперлась на кувалду и посмотрела на хозяина.

В его глазах я увидела ожидаемое одобрение: это придало мне решимости, и я снова приготовилась замахнуться.

— Элеонора, хватит кричать, — резким окриком скомандовал Натан.

— Но она…

— Ты думаешь, я не вижу? Раз я молчу, значит, и тебе необходимо поступить также, — процедил мужчина. А потом добавил уже совершенно иным, мягким тоном с лёгкой усмешкой. — Алекс, может быть, я? Или ты так эмоции вымещаешь?

Я опустила кувалду, чувствуя, как внутренний бурлящий поток начинает утихать.

Может быть, время пришло перестать ломать стены внешние и начать строить мосты?

— Прости, что без спроса. Это твой дом. Я буду тебе очень благодарна, если ты снесёшь эту стену к чёртовой матери, — хриплым от напряжения голосом прошептала я. — Очень хочу убедиться, что там нет внутри скелета в шкафу.

— Ты уверена? Может, ещё немного помашешь кувалдой? Я даже не ожидал, что у тебя есть столько сил! Ты суровая женщина, Алекс, оказывается, — ухмыльнулся Натан.

— Можно я! Можно я! — наперебой заголосили дети.

Натан улыбнулся и одобрительно кивнул.

Я изумилась. У меня-то, взрослой женщины, еле сил хватает орудовать этим агрегатом, а дети, как будут?!

— По три удара, — строго произнёс Натан и сел на диван поодаль

— Пять! — сразу начал спорить Тони.

Хозяин лишь изогнул бровь, и мальчик, расстроенно поджав губы, согласился.

А потом с лёгкостью поднял кувалду и ударил ею об стену.

— И, в отличие от меня не почувствовал ни отдачи, ни усталости, ни удивления, что он ничего этого не почувствовал.

— А я?! А я?! — пискнула Виви.

— Виви, деточка, кувалда тяжёлая, — начала было я.

— Тони, поделись с сестрой, — строго произнёс Натан, и мальчик остановился и передал кувалду Виви.

— Хозяин! Натан! — попыталась я призвать дракона к порядку.

Я уставилась на детей, потом на злобно сложившую на груди руки Элеонору, потом на откровенно ухмыляющегося мужчину…

А потом на Виви.

Которая тоже легко замахнулась тяжеленной кувалдой и ударила по стене.

Я ещё не успела отойти от удивления, как вдруг поняла, что звук-то в этот раз был другой.

Металлический.

— Виви, положи кувалду пока, — произнёс мужчина. — Посмотрим, что там.

Все, не понимая, что произошло, в недоумении уставились на стену.

Я же косо поглядывала на малышку Виви.

Интересно, это она такая сильная, потому что дракон, или потому что Натан помог ей какой-то магией?

Ладно, об этом я узна́ю потом.

Стена, которая так меня напугала и разозлила, оказалась не просто каменной преградой, а чем-то гораздо более загадочным.

Натан встал. Его лицо приняло сосредоточенно-заинтересованное выражение.

Он шагнул ближе к стене и прислонил ухо к месту, где Виви только что ударила кувалдой. Я почувствовала, как в груди закололо от волнения. Интересно, что там может быть?

Я вспомнила все свои страхи и тревоги, которые накапливались за время моего пребывания в этом доме.

Стена, казалось, хранила в себе не только тайны, но и угрозы.

— Элеонора, — обратился Натан к экономке, которая всё это время стояла с перекрещёнными на груди руками, — принеси чёрную коробку из нижнего ящика стола в моём кабинете.

Женщина недовольно фыркнула, но пошла к выходу.

Я не могла не заметить, как её глаза злобно сверкнули в мою сторону, но в то же время в них читалось любопытство. Она тоже хотела знать, что скрывается за этой стеной.

Пока мы ждали Элеонору, трещины на стене расползались, и в них начинали проявляться какие-то странные символы, начертанные на камне.

— Это… — произнесла я, не в силах сдержать волнения. — Что это?!

— Руны, но пока мне непонятные, — подтвердил Натан, его голос звучал серьёзно. — Может быть, это связано с историей этого дома? Мы должны понять, что это, прежде чем продолжать.

Я почувствовала, как волнение охватывает меня.

Я не знала, что именно произойдёт, но понимала, что это может изменить всё. Стена, которую я пыталась разрушить, на самом деле была защитой для какого-то заклинания!

Знаете, что мне первым пришло в голову?

Не история дома, а… Да, верно: проклятье, наложенное на семью. Собственно, эта мысль уже некоторое время витала в моей голове.

— Давайте продолжим, — предложила я, глядя на детей. Их глаза светились от восторга, и я понимала, что они готовы к приключениям.

— Подождите, — поднял руку Натан, останавливая нас. — Мы должны быть осторожны. Неизвестно, какие силы могут быть связаны с этой стеной.

— Но мы не можем просто оставить это так! — возразила я, чувствуя, как внутри меня разгорается стремление узнать правду.

Натан, протяну руку, дотронулся до стены.

— Стойте! — закричала появившаяся в проёме Элеонора, в руках которой был небольшая, размером с книгу чёрная коробка. Но было слишком поздно.

— Это не просто стена, — произнёс мужчина. — Это замок, который связан магией с этим домом.

— Замок? — переспросила я напряжённым голосом.

— Да, — кивнул он. — Это может быть как проклятие, так и защита, или ещё что-то, что мы не понимаем. Прежде чем рушить дальше, давайте разберёмся.

Словно в ответ на его слова, стена задрожала, и из трещин вырвался яркий свет.

Я отступила. Из стены вырвалась мощный поток энергии, подобный магическому удару той вороны.

Дети закричали от восторга и страха, а Натан, мгновенно отреагировав, шагнул назад к нам, вскинув руки в магическом жесте, чтобы защитить нас.

Но вместо удара волной, как в случае с вороной-банши, я, наоборот, почувствовала, как что-то невидимое тянет меня к стене.

Я сделала шаг навстречу стене, поравнявшись с Натаном.

Мужчина с подозрением смотрел на меня.

— Алекс, что ты делаешь? — спросил дракон.

— Ты видишь это? — задала я встречный вопрос.

— Что это? — переспросил мужчина.

— Свет из трещин. Он заворожил меня. Он так великолепен, — с восторгом прошептала я.

— Какой ещё свет? — недоумённо прорычал Натан.

Я сделала ещё шаг.

Вдруг мне показалось, что по стене пробежали тени. Они колебались, дрожали и... разговаривали со мной.

Но их голоса сливались в многоголосый и неразборчивый шёпот.

Вроде бы и жуткий, но такой притягательный.

— Алекс! — рыкнул Натан. — Уйди от стены! Это какая-то ловушка!

А я не могла!

Чувство притяжения становилось всё сильнее, и, несмотря на его предупреждения, я сделала шаг вперёд.

— Что ты делаешь, дура?! Ты слышала, что тебе хозяин сказал делать?! — закричала Элеонора.

Но я не слушала ни Натана, ни каргу.

Стена манила меня, а свет из трещин окутывал приятным теплом.

Я сделала ещё один шаг и прикоснулась к стене.

Стена завибрировала. В воздухе повис странный гул.

Будто я рядом с ульем нахожусь, в котором пчёлы вот-вот готовы напасть на медведя, посмевшего их побеспокоить.

От моей ладони во все стороны по поверхности стены пробежали трещины, искрящиеся всё тем же приятным жёлтым светом.

Я попыталась отдёрнуть руку, но не смогла: она буквально слилась со стеной. Трещины вокруг ладони продолжали расползаться, словно искали новый источник энергии.

Внутри появилось едва ощущаемое чувство паники.

— Алекс, отойди, — напряжённым голосом произнёс Натан. — Мне не нравится этот свет. Элеонора, уведи детей.

Свет становился всё ярче, и я почувствовала, как его тепло проникает в мою кожу, наполняя меня странной силой.

С каждой секундой гул усиливался, превращаясь в нечто большее — в ритмичное биение, как будто сама стена оживала, дышала и пульсировала.

Я не знала, что делать. Инстинкт самосохранения кричал о том, что нужно убраться подальше, но что-то внутри меня заставляло оставаться.

Меня тянуло к этому свету непреодолимо.

Я закрыла глаза и прислушалась. Вдруг гул стал более осмысленным, как будто в нём были скрыты слова.

«Иди… иди…», — шептали звуки, и я почувствовал, как холодный пот выступил на лбу.

Я открыла глаза, и передо мной сквозь трещины начала проявляться какая-то структура — будто бы дверь, но не обычная, а из света и теней, с мерцающими узорами, которые менялись с каждым мгновением.

— Натан, ты видишь это? — прошептала я сдавленным голосом.

В ответ — тишина.

Я обернулась.

Дракон застыл как изваяние. Его руки зависли одна на другой на расстоянии полуметра. Его пальцы, будто когти хищника, замерли в напряжённом жесте.

Между ладонями зависло полыхающее голубым пламя.

Видимо, он хотел что-то наколдовать, но замер под влияние заклятия от стены.

— Натан, ты слышишь меня?! — с отчаянием в голосе прохрипела я. — Я не могу оторвать руку от стены. А там, впереди — дверь. Видишь?!

По сути, я разговаривала сама с собой, потому как хозяин никак не реагировал на мои слова.

Ладно, очнётся — поможет.

Я снова повернулась к светящейся стене.

Как только я коснулся двери, она подалась, и в воздухе раздался треск, словно хрустнула старая древесина.

Я совершенно не представляла, что меня ожидает внутри.

Свет стал настолько ярким, что я ослепла.

Я стояла на краю бескрайнего поля, усеянного цветами, которые светились в темноте, как звёзды на ночном небе.

Я огляделась вокруг.

Поле тянулось до самого горизонта, и вдалеке виднелись холмы, покрытые густым лесом, где деревья, казалось, были живыми существами, шепчущими друг другу древние тайны.

Небо над головой переливалось всеми цветами радуги, и звёзды, которые казались так близкими, словно были готовы спуститься и пообщаться со мной.

Я чувствовала, как это место наполняет меня силой, и в сердце разгоралось ощущение надежды.

Ветер шептал мне на ухо, и я чувствовала, как он несёт с собой запахи, которых никогда не ощущала прежде.

Они были сладкими и свежими, как утренняя роса, и в то же время имели лёгкие, почти неуловимые оттенки, кажущиеся несочетаемыми — летнего поля и зимнего леса.

Среди цветов я увидела фигуру, которая привлекала моё внимание.

Это была женщина, одетая в длинное платье, излучающее то же жёлтое свечение, что и стена.

Приближаясь к ней, я заметила, как её волосы хоть и не были светлыми, но словно солнечные лучи, струились по плечам и спине, а лицо было окружено аурой, которая придавала ей почти неземной вид.

Её глаза, глубокие и мудрые, отражали всё то великолепие, что меня окружало.

Я чувствовала, как в груди нарастает волнение. Это было не просто любопытство — это было ощущение, что я, наконец, нашла то, что искала.

Женщина сделала шаг вперёд, и в этот момент я заметила, как цветы вокруг нас начали покачиваться в ритме её движения, словно приветствуя её.

Мягкий свет, исходящий от неё, наполнил пространство вокруг, и я почувствовала, как тепло проникает в меня, согревая каждую клеточку моего тела.

Я улыбнулась, и слёзы радости заблестели в моих глазах.

Когда я подошла к ней, её глаза светились мудростью и теплом.

— Ты пришла, — тихо произнесла незнакомка.

Её голос был как мелодия, которая успокаивала и вдохновляла одновременно.

Я не могла сдержать восторга. Каждый звук, каждая нота её голоса были пронизаны магией, и я понимала, что именно здесь, среди этих светящихся цветов, я смогу найти ответы.

— Кто ты? Где я? — вырвалось у меня. — Что я здесь делаю?

— Всё по очереди, — усмехнулась женщина. — Я хранительница душ и равновесия между мирами. Мы уже встречались с тобой, Алекс.

Эээ… Кто бы это мог быть?!

С кем мы встречались? Хранительница душ… Про души я помню только то, что мне рассказывал Натан про банши…

— Ворона?! — глупо уставилась я на незнакомку.

— Скорее, то, что ты называешь вороном, — с мягкой улыбкой ответила обитательница этого странного мира.

— А-а-а-а, — протянула я. — А где мы?

— Это Кэйлар — междумирье, место, которое пересекают души умерших в этом и в других мирах, чтобы совершить обмен телами, если это возможно. Если невозможно, то души некоторое время обитают тут в надежде на возрождение, — женщина обвела рукой поле. — Посмотри на небо, Александра. Что ты видишь?

Я послушно посмотрела. Некоторое время я стояла и любовалась ночным звёздным небом.

Я люблю смотреть на звёзды. Созвездия мне были незнакомы, если честно.

Совершенно другие, чем те, к которым я привыкла на нашей земле или в Дарфлейме. Это действительно другое место, похоже.

Вокруг меня царила тишина, лишь изредка нарушаемая звуками ночной природы.

Я почувствовала, как ветер нежно касается моих щёк, напоминая о том, что я не одна, что где-то здесь, на этой чужой земле, есть жизнь, которая продолжает свой путь, несмотря на всю безмолвную красоту, окружающую меня.

Небо искрилось метеорами — десятки звёзд «падали» каждую минуту, оставляя за собой яркие полоски света, которые быстро исчезали в бескрайних просторах неведомого мне космоса.

— Я вижу потрясающе красивый метеорный поток, — прошептала я и тут же поправилась. — Звездопад.

Ох уж эта профдеформация!

Я вспомнила о Натане. Почему-то мне очень хотелось узнать ответ на вопрос, как бы он отреагировал на это великолепие? Вот бы он бы был бы рядом…

И дети. Уверена, Виви и Тони бы тоже тут понравилось!

Они наверняка бы тоже, затаив дыхание, смотрели бы на звёзды, как я сейчас.

Я улыбнулась, представляя их лица, полные удивления и восторга.

Я решила, что должна запомнить этот момент, чтобы потом попытаться описать его семье Санлар. Мне бы очень хотелось, чтобы они тоже это увидели.

Где мы, с точки зрения известной мне Вселенной, интересно? Понятия не имею.

Но я не могла оторвать взгляд от этой завораживающей картины.

Каждая звезда, казалось, жила своей жизнью, и я могла только догадываться о том, какие миры скрываются за их светом.

Моя фантазия разыгрывалась, и в голове рождались образы далёких планет, населённых необычными существами, и таинственных цивилизаций, которые когда-то могли наблюдать за тем же самым небом, но с совершенно другого уголка вселенной.

— Это не миры, Алекс. Это души людей, пересекающих границу между мирами, — внезапно произнесла незнакомка.

Души… Я даже не сразу осознала её ответ.

— Души? Так много?! — удивлённо прошептала я.

— И да, и нет. Не всем из них удастся пройти слияние с новым телом, — с печалью ответила женщина.

— Почему? — настороженно спросила я, продолжая восторженно наблюдать за падающими звёздами.

— Тут есть нюанс, — назидательно произнесла хранительница Междумирья. — Чтобы душа могла войти в чужое тело в Дарфлейме, нужно выполнение условий: либо ваши души, моральные устои, нравственные ценности должны очень чётко совпадать, либо контрастировать также сильно. Тебе не повезло, к сожалению, Алекс, насколько я вижу.

— Почему? — удивилась я. — Алекс Тирс была отъявленной негодяйкой?

— Нет, наоборот. Она была такой же честной, трудолюбивой, доброй и немного наивной, как и ты, — с теплотой в голосе описала женщина настоящую Алекс.

Я приосанилась. Приятно, что я попала в тело хорошего человека с хорошей репутации. Не дай бог попасть в тело какой-нибудь мошенницы или стервы! Это же придётся разгребать всё, что натворили предыдущие хозяйки тел. Незавидная участь!

— И почему мне тогда не повезло? — осторожно спросила я.

— Вряд ли ты сможешь отрезать её душу от этого мира, когда Кэйлар позовёт вас обратно, — с тихой грустью ответила женщина. — А значит, ты вернёшься в свой мир. Но тебе тут нравится больше, как я вижу. Ты уже прикипела душой к семье, которой служишь. А ведь тебе придётся их покинуть, если ты не решишься уничтожить раз и навсегда связь души истинной Алекс Тирс с Дарфлеймом. Или ты готова на такое?

Вопрос хранительницы застал меня врасплох.

Действительно, готова ли я оставить Натана и детей? Но и душу Алекс уничтожить я точно не готова.

Не успела я обдумать ответ на этот вопрос, как внезапно поле померкло и исчезло.

— Алекс, отойди, — напряжённым голосом произнёс Натан. — Мне не нравится этот свет. Элеонора, уведи детей.

От странного сна я очнулась внезапно.

Я снова в комнате, перед стеной. Натан снова говорит ту же фразу, что я уже слышала. Но светящейся двери больше нет.

Будто я вернулась во времени к этому моменту.

Элеонора, окинув меня недовольным взглядом, вывела детей за дверь из гостиной.

— Натан, ты не поверишь, но я была внутри этой стены только что, — удивлённо протянула я. — Я попала на какое-то невероятно красивое поле и говорила с женщиной, которая мне показалась чем-то знакомой. Она сказала, что она хранительница Междумирья — места, где находятся души перемещающихся между нашими мирами.

Остальную часть рассказа хранительницы я решила пока не говорить. Не то чтобы мне было что скрывать, но сама ситуация пока странная.

Натан уставился на меня с явным недоумением. Его выражение лица говорило о том, что пытался осмыслить то, что я произнесла.

— Ты говорила с Хранительницей? — спросил он, чуть наклонив голову. — С Софией?

Я кивнула, чувствуя, как внутри меня поднимается странное волнение.

— Видимо, хоть она мне своего имени не назвала. Но она рассказала мне о том, что Междумирье — это не просто переходное место. Она сказала, что хранит баланс между нашими мирами и приглядывает за теми, кто стремится покинуть их.

Натан нахмурился, его глаза стали более настороженными.

— Это может быть опасно, Алекс, — явно осторожно подбирая слова, ответил мужчина. — Ты даже не представляешь, какие силы могут быть связаны с Междумирьем. София может оказаться вовсе не той доброй, какой она кажется. У неё могут быть свои цели.

Я почувствовала, как внутри меня зашевелилось сомнение.

— Но она не выглядела опасной, Натан! — неуверенно возразила я. — Она говорила о защите душ и о том, как важно сохранять гармонию. Я не чувствовала от неё угрозы.

— Возможно, но ты должна помнить, что даже самые добрые намерения могут иметь неожиданные последствия, — мягко ответил дракон, пытаясь убедить меня. — Кэйлар — это не просто портал, это место, где переплетаются судьбы. Многие из тех, что туда попали, сходили с ума или пропадали без вести.

Я вспомнила, как София смотрела на меня своими глубокими глазами, полными мудрости и печали.

— Она намекнула, что мои действия могут повлиять на судьбу близких, — тихо произнесла я. — И что я должна быть осторожной.

— Это правильно, — согласился Натан, его голос стал спокойнее. — Но если ты действительно способна перемещаться между мирами, ты должна быть готова к тому, что это может изменить не только твою жизнь, но и жизни других, это действительно правда.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, чувствуя, как сердце забилось быстрее.

— Я имею в виду, что если ты сможешь вернуться в Междумирье, то ты можешь встретить не только Софию, но и другие сущности, которые могут иметь совершенно иные намерения. Некоторые могут желать воспользоваться твоими способностями. Будь осторожна с этими путешествиями.

Я задумалась над его словами, и в голове начали возникать образы.

Я вспомнила, как легко было общаться с Софией. Она казалась мне другом.

Как меня заворожили падающие звёзды — души перемещающихся.

Как мне не хотелось оттуда уходить и как хотелось, чтобы Натан и дети оказались рядом. О последствиях я что-то не думала. Вдруг это действительно опасно?

Теперь, когда я обдумала всё это, страх начал подкрадываться ко мне.

— Что мне делать, Натан? — спросила я, искренне теряясь в своих мыслях.

Натан подошёл ближе и положил руку мне на плечо.

— Будь осторожна. Не торопись с решениями. Если ты снова попадёшь в Междумирье, постарайся узнать больше о том, что действительно от тебя хочет хранительница.

Я глубоко вздохнула, пытаясь справиться с нарастающим волнением.

— Алекс, — произнёс он, — ты должна понять, что теперь ты не просто наблюдатель. Если ты действительно имеешь связь с Междумирьем, твои действия могут изменить всё, что мы знаем.

— Что, если это действительно шанс? — возразила я, пытаясь найти в себе уверенность. — Если я могу помочь тем, кто потерян между мирами?

Натан покачал головой.

— Помощь может обернуться против тебя, — суровым голосом произнёс мужчина. — Ты не знаешь, сколько душ ищут выход, и не все из них будут благодарны. Некоторые могут быть злыми, и их намерения могут быть опасными.

Задержав дыхание, я выпалила вопрос, мучивший меня всё это время.

— А что, если я бы смогла найти душу настоящей Алекс Тирс?

Если честно, мне было очень волнительно, что ответит Натан на моё предложение.

Насколько я ему дорога? Или я себе напридумывала? И ему закон и нормы куда важнее?

— Что ты думаешь на этот счёт, Натан? — спросила я, искренне теряясь в своих мыслях.

Я только сейчас осознала, что дрожу. От холода? Нет.

От переживания.

Что, если Натан скажет: «Да, давай займёмся поисками души Алекс»? Что, если я для него совершенно неинтересна?!

Пока я терялась в догадках, мужчина подошёл ближе и положил руку мне на плечо. Сердце ёкнуло.

Его прикосновение было одновременно успокаивающим и напряжённым.

Я чувствовала, как тепло от его руки проникает через одежду, но в то же время тревога не покидала мою душу.

— Ты не понимаешь, что это может означать, — произнёс он, и я заметила, как его лицо стало серьёзным. — Если ты начнёшь искать её, это может привести к неожиданным последствиям.

— Но если бы я могла это сделать, она могла бы вновь обрести своё тело! Или ты предлагаешь сидеть и ничего не делать?! — возразила я, чувствуя, как сердце колотится от страха и волнения. — Я должна попробовать!

Говорила я одно, а хотела прямо противоположного.

София оказалась права.

Я действительно прикипела душой к этим людям. Я не хочу уходить.

Я готова попрощаться с душой настоящей Алекс, да? Получается, я готова уничтожить её душу, чтобы полностью занять это тело?

Боги, какая ужасная дилемма! Вот бы Алекс согласилась оставаться там, где она сейчас есть. Может она в моём теле в моём мире?

У нас нет рабства. Да, магии тоже нет, но в целом наш мир не так уж плох, а вместо магии у нас технологии.

Может быть, Алекс там понравилось? Или понравилось БЫ, если она ещё не в том мире.

Вот же оно — решение! Вот бы с ней поговорить!

Удивительно, что всего за пару дней в этом доме я уже расхотела покидать этот уже полгода ненавистный мир. Как же быстро мне расхотелось обратно в наш мир!

Но, прежде чем ответить, Натан убрал руку с моего плеча и отступил на шаг назад. У меня в душе́ всё перевернулось.

Сейчас он скажет «да», и мне будет так паршиво, что словами не описать. Ну куда я лезу?! Ну зачем настаиваю? Чего пытаюсь добиться?!

По известной женской привычке я хочу услышать важные для меня слова, но делаю это неразумно и на эмоциях после посещения Кэйлара.

Я же просто хочу знать, что Натан не хочет, чтобы я их покидала, и всё.

Но этот его шаг назад… Я почувствовала, как между нами возникла про́пасть.

— Алекс, — произнёс он тихо, а моё сердце, кажется, остановилось в ожидании продолжения фразы. — Ты должна подумать о себе. О том, что это может значить для тебя. Я не могу сказать, что у меня есть ответ на твой вопрос.

Сердце, начавшее биться после первой фразы, снова ухнуло куда-то вниз и замерло. Он не хочет, чтобы я оставалась, иначе бы так и сказал…

— Но я знаю, что ты мне дорога, и мне не хотелось бы, чтобы ты покинула нас, — закончил свою мысль Натан.

Сердце забилось с такой силой, что было готово выпрыгнуть из груди!

Я пыталась разобраться в своих чувствах, и это было сложно.

Единственное, что я чётко понимала, чувства у меня были и их было с избытком.

— Ты... ты действительно так думаешь? — робко спросила я.

Натан замолчал. Каждая секунда промедления разрывала мою душу на куски.

— Я не знаю, чего на самом деле хочешь ты сама. Если ты хочешь уйти от нас как можно скорее и поэтому предлагаешь поиск души Алекс, я помогу тебе, — наконец произнёс Натан. — Но я могу сказать, что это меня заставит печалиться. А детей и подавно.

Я почувствовала, как в груди что-то сжалось. Надежда, страх, волнение — всё это смешалось в один клубок.

— Я предлагаю поиск души Алекс, потому что это правильно, — тихо ответила я. — И потому что хотела бы с ней договориться.

— Договориться? — нахмурился дракон.

— Чтобы она мне позволила остаться в этом мире, — дрожащим голосом ответила я, надеясь, что Натан не будет расспрашивать подробности.

— Мне кажется, это плохая и опасная затея. Я не хотел бы, чтобы ты рисковала собой ни за что, — ответил он, и его голос стал твёрдым. — Сначала нужно всё узнать, насколько это возможно найти душу в Кэйларе и поговорить с ней. Насколько это безопасно? Я не знаю. А ты?

Я задумалась.

Все эти мысли о том, что я могла бы сделать, чтобы найти Алекс, вдруг обернулись против меня.

Я не хотела подвергать себя опасности, но в то же время не могла оставить всё как есть. Как сказала София, рано или поздно, мы столкнёмся с душой Алекс. И пусть лучше это будет по моему желанию, а не внезапно.

— Натан, если я не попытаюсь найти Алекс сама, то, как сказала Хранительница, рано или поздно мы столкнёмся с душой Алекс, и одна из нас умрёт. Я не хочу жить в вечном страхе перед будущей встречей. Я не намеренно попала в её тело, но мне здесь нравится. Я не хочу покидать вас, — произнесла я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.

Натан порывисто приобнял меня, а я положила голову ему на плечо, чувствуя понимание и поддержку.

— Я понимаю, Алекс, выбор сложный, — участливо произнёс мужчина, успокаивающе поглаживая меня по спине. — Ты можешь остаться здесь, жить своей жизнью и не беспокоиться о том, что произошло, уповая на судьбу, или же рискнуть и попытаться найти её. Но тогда твоя жизнь здесь может окончиться раньше времени. Выбирать тебе.

Его слова терзали мою душу.

Да, я понимала, что могу потерять всё, если решусь на этот шаг. Но также я знала, что не могу просто сидеть и ждать, потому что момент встречи всё равно настанет.

Терпеть не могу неприятные сюрпризы.

— А если я всё же решу попробовать? — с надеждой в голосе спросила я.

— Тогда я буду рядом с тобой, — произнёс он. — Ну, что же, начнём с того, что мы должны выяснить, как попасть в Междумирье по своему желанию. И почему эта самая прокля́тая стена в нашем доме привела тебя туда. Получается, моя семья как-то связана с Кэйларом?

Следующие несколько дней мы провели в библиотеке, изучая всё, что нашлось в свитках про Междумирье и его Хранительницу.

София, Хранительница Междумирья, была загадочной фигурой, о которой было много косвенных све́дений и очень мало достоверной информации.

Она была связующим звеном между мирами, хранительницей душ, которые переходили из одного существования в другое, то есть между моим миром людей и местным миром Дарфлеймом.

Согласно древним записям, её облик менялся в зависимости от нужд тех, кто искал её помощи.

Иногда она являлась как статная женщина с длинными, переливающимися волосами, какой она явилась мне, иногда, как старуха, облечённая в тень и туман, иногда как озорная, но умная девчушка пяти лет, с очаровательным белокурыми кудряшками.

Этот образ заставил нас с Натаном задуматься. Догадываетесь, на кого похоже это описание? Да, на Виви, что ещё раз намекало на то, что возможно действительно есть связь между семьёй Санлар и Междумирьем.

Но в любом случае глаза Хранительницы всегда светились мудростью и пониманием, и было понятно, что это не просто человек. Именно так её можно было опознать.

Натан и я погружались в чтение, листая пожелтевшие страницы книг их фамильной библиотеки и тех, что он принёс откуда-то (из дворца, я так полагаю).

Сидели мы в его кабинете, в полной тишине, нарушаемой лишь шорохом пергаментов и нашими редкими переговорами.

Мы изучали описание Междумирья, его структуру и законы, которые управляли им и душами. Однако большинство трудов были теоретическими. Далеко не факт, что хоть что-то окажется правдой.

Согласно книгам, Кэйлар находился между всеми существующими мирами — он был как бы «перекрёстком», где души могли пересекаться, находя своё новое направление.

— Натан, смотри, что я нашла. Каждая душа, — начала я читать с листа, — проходит через Кэйлар, где её встречает Хранительница. Она взвешивает их намерения и желания, чтобы определить, куда направить душу дальше. Хранительница обладает силой видеть истинную суть каждого, проходящего через её царство. Но она также подвержена влиянию тех, кто стремится изменить её волю. Как ты думаешь, что это значит? Хранительница может быть обманута?

Натан посмотрел на меня с озабоченным выражением лица.

— Как я и говорил, возможно, не все души чисты в своих намерениях, — задумчиво произнёс мужчина. — Видимо, некоторые могут пытаться манипулировать Софией, чтобы достичь своих целей. Это может привести к хаосу и в Междумирье, и в наших мирах, я так думаю.

Мы продолжили читать, и вскоре Натан наткнулся на упоминание о некой «Стене Памяти».

— Слушай, а может быть, — начала я, но Натан понял меня с полуслова.

— Да, возможно, это ТА САМАЯ стена, что связана с нашим домом, — торопливо закивал мужчина. — Стена Памяти — это граница между нашим миром и Междумирьем. Она хранит воспоминания тех, кто когда-либо жил здесь и может открывать проходы в Кэйлар в момент сильной эмоциональной нагрузки.

По телу пробежали мурашки… Портал в Междумирье был прямо в этом доме?!

Так вот что могло происходить с теми, кого находили со странным выражением лица перед этой стеной!

— Вот почему я оказалась там, — прошептала я, осознавая, что именно мои переживания и страхи привели меня к Софии, скорей всего, — Но в этом есть плюс. Не окажись я там, вряд ли бы мы узнали, что есть какая-то связь! Ну и смогла понять, что произошло и, главное, может произойти с моей душой!

Натан озабоченно кивнул, глядя сквозь стену кабинета в сторону гостиной с той самой СТЕНОЙ.

— Нам нужно найти способ взаимодействовать со Стеной, чтобы закрыть этот портал раз и навсегда, — медленно протянул мужчина. — Возможно, нам сто́ит узнать сначала путь в Междумирье, чтобы поговорить с Софией.

На протяжении следующих дней мы продолжали наши исследования, изучая ритуалы, которые могли бы активировать Стену Памяти.

Если честно, мне очень нравилась работа исследователя. Это было чем-то похоже на написание курсовой работы, но только на очень странную, несуразную для физика тему. Но я отдалась этой задачей всецело.

Дети тоже сидели с нами первые два дня, активно подражая нам с Натаном и вызывая у нас с мужчиной тайные переглядывания и смешки. На третий день им это надоело, и

они снова начали балбесничать, пытаясь нас отвлекать.

Но Натан перевесил заботы о них на Элеонору, оставив меня исследовать записи. Экономка, конечно же, поворчала, но дракон молча поиграл желваками, и та нехотя подчинилась. Кажется, старая карга мне ещё это припомнит.

Но в итоге кропотливых исследований мы нашли несколько вариантов обряда активации стены. Ключом к открытию была искренность намерений, так гласил текст.

И четыре руны.

Четыре до боли знакомые нам руны.

Те самые, что видели я и мама-попаданка Натана.

А раз их видели в момент трагических смертей, значит, кто-то ТОЖЕ открывал проход в Междумирье в те разы.

Кто? И зачем?

Во время поисков Натан показал себя неутомимым исследователем и учёным. Это мне очень импонировало, хоть и нескончаемый поиск информации в тоннах книг порядком изматывал.

Работать с драконом было комфортно. Он не отвлекался, но регулярно предлагал делать перерывы на чай\кофе\приём пищи и прогулки. «Чтобы взгляд не замыливался», как говорил Натан.

Но что-то мне подсказывало, что делом в другом: ему просто нравилось со мной беседовать.

После обнаружения столько важной информации о ритуале, оба мы были излишне взбудоражены, чтобы продолжать дальнейшее изучение материалов.

Видимо, поэтому Натан предложил выехать на прогулку вместе с детьми в старый город Драгондара — весьма романтичное и уютное место.

Более того, хозяин преподнёс мне роскошный подарок в виде прекрасного платья из небесно-голубого атла́са.

Я видела такие на богатых дамах в этом мире и никогда не думала, что сама когда-нибудь одену подобный наряд.

Пока мы прогуливались по набережной, непоседливый Тони безостановочно сновал во все стороны, то и дело прибегая с восторженными возгласами о какой-то диковинке, которую увидал.

Виви вцепилась в меня мёртвой хваткой в мою левую руку и не отпускала всю дорогу.

По правую сторону от меня шёл Натан, галантно и уверенно подхвативший мою руку.

Со стороны всё выглядело излишне идеально: семья на вечерней прогулке. Даже и не скажешь с первого взгляда, что я няня, а не супруга.

Я наслаждалась жизнью, честное слово. Наверное, ещё никогда прежде мне не было столь спокойно и беззаботно рядом с мужчиной.

Тёплый ветер играл в моих волосах, а свет заката окрашивал небо в нежные розовые и золотистые оттенки.

Тони продолжал быть в центре внимания, с восторгом рассказывая нам с Натаном о каждом уличном артисте или о киоске с лакомствами.

Виви тоже изредка начала робко поглядывать по сторонам, но продолжала крепко держать меня за руку, словно боялась потерять.

Краем сознания я с грустью отметила про себя, что, кажется, дети так себя ведут, потому что такие прогулки для них — редкость.

Скорей всего, потому, что у Натана нет жены, а значит, нет и семейных (или романтических) прогулок. И вся семья Санлар сегодня впервые за долгое время вышла в свет.

Будто в подтверждение моих слов, Натан, идя рядом, весь вечер бросал на меня весьма заинтересованные взгляды. Которые, буду с вами честна, заставляли моё сердце биться быстрее.

— Знаешь, Алекс, — начал он, и его голос звучал так мягко и обворожительно, что я невольно напряглась. — Я всегда считал, что прогулки с хорошей компанией — это лучшее времяпрепровождение. Особенно в таком красивом месте, как старинная часть Драгондара.

Я попыталась мило улыбнуться, но внутри меня всё перевернулось от его слов.

Я знала, что он просто вежлив, но его тон и манера общения были с такой лёгкой, едва заметной ноткой игривости, что меня охватило смущение.

— Да, это правда, — ответила я, стараясь говорить как можно спокойнее. — Старый город действительно красив. Я никогда не думала, что буду наслаждаться такой умиротворяющей прогулкой.

Натан наклонился немного ближе к моему уху, и я почувствовала его тепло.

Он говорил таким приятным баритоном, от которого у меня мурашки по коже пробегали. Чёрт, раньше он говорил совсем иначе! Похоже, он действительно пытается со мной флиртовать?!

— Ты знаешь, Алекс, — продолжал он, — я всегда восхищался твоей преданностью делу. Ты не просто няня, ты — настоящая находка. Я даже не знал, что работа может быть такой приятной, когда рядом есть такой человек, как ты.

Я невольно покраснела и попыталась отвлечься, глядя на Тони, который, казалось, нашёл что-то особенно интересное у уличного художника, рисующего карикатуры.

Но Натан и не думал отступать.

— Уверен, что с тобой было бы интересно не только на работе. — Он улыбнулся, и его глаза его заманчиво блеснули.

Сердце у меня забилось в бешеном ритме.

Я понимала, что он откровенно оказывает мне знаки внимания, но не могла не чувствовать себя польщённой.

— О, благодарю… за столь высокую оценку, хозяин, — произнесла я, стараясь не выдать своего смущения и сохранить дистанцию. — Но я чувствую себя неловко, ведь последние дни я пренебрегала своими прямыми обязанностями няни…

— По моему распоряжению, Алекс. Не сто́ит брать на себя за это вину. Да и дети в полном порядке, — мягко, но настойчиво перебил меня мужчина. — Элеонора может временно позаботиться о них. А ты и я… мы могли бы просто пообщаться, узнать друг друга лучше.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Это было неожиданно, но в то же время захватывающе.

Он что, хочет провести время наедине?

— Я… — начала я, но не знала, как продолжить.

— Не спеши с ответом, — сказал Натан, его голос стал мягким и успокаивающим. — Я просто хочу, чтобы ты знала: ты заслуживаешь внимания и заботы. Я вижу, как усердно ты работаешь, и мне это нравится.

Я посмотрела в его глаза и увидела там искренность. Но в то же время меня терзали сомнения.

Вдруг это просто игра? Неужто ему может быть интересна рабыня-попаданка?

Но он выглядит таким искренним! Он действительно заинтересован во мне?!

— Как ты смотришь на то, чтобы продолжить вечером общение у камина? А то мы всё в книгах, да в книгах, — продолжил напирать Натан. — Ты уже всё знаешь обо мне и моей семье, но я о тебе почти ничего. Мне было бы интересно узнать твою историю жизни, Алекс.

Я молчала, пытаясь переварить его слова.

Натан говорил так, как будто это было совершенно естественно — проводить время наедине с рабыней, которая, по сути, всего лишь няня его детей. Насколько это вообще нормально в этом мире?!

При этом я чувствовала себя одновременно польщённой и смущённой, но мою душу рвали на части сомнения и страхи. В чём тут подвох?!

— Звучит, конечно, заманчиво, — наконец произнесла я, стараясь звучать уверенно. — Но, возможно, стоит сначала доехать до дома и уложить детей? Они ведь тоже хотят внимания: смотри, как радуются этой прогулкой!

В этот момент Тони, вновь увлечённый чем-то, вдруг воскликнул:

— Смотрите, смотрите! — Он указал на группу уличных артистов, которые исполняли акробатические номера. — Я хочу это увидеть!

Натан, словно не замечая моего мягкого отказа, улыбнулся и кивнул:

— Давай подойдём ближе. Я тоже люблю такие представления.

Мы подошли к группе артистов, и я попыталась сосредоточиться на их выступлении, но мысли о разговоре с Натаном не покидали меня.

Я старалась не смотреть на него, но его присутствие рядом было невыносимо притягательным.

Я чувствовала, как его взгляд время от времени скользит по мне, и это заставляло моё сердце биться чаще.

Тони смеялся и хлопал в ладоши; Виви, несмотря на свою застенчивость, тоже была увлечена представлением.

Я посмотрела на детей и почувствовала, как они отвлекают меня от моих собственных мыслей.

Это было хорошо, но в то же время я не могла избавиться от ощущения, что Натан и я находимся на грани чего-то важного.

Когда представление закончилось, Натан снова повернулся ко мне:

— Видишь, как они счастливы? — он указал на детей, которые весело скакали вокруг. — Это именно то, что я хотел. Чтобы ты могла разделить с ними такие моменты.

Я нервно сглотнула ком в пересохшем горле. Как говорила моя покойная уже ныне бабушка: «Вот чертяка языкастый!».

— Они действительно счастливы, — согласилась я, немного нервно улыбаясь. — Я рада, что могу быть частью их жизни.

— И ты, безусловно, вносишь в неё свой особенный шарм, — произнёс Натан, и в его голосе снова прозвучала та игривость, которая заставляла моё сердце трепетать. — Ты знаешь, я всё больше осознаю, как мне нравится проводить время с тобой.

Я покраснела и посмотрела в сторону, стараясь скрыть свою растерянность.

Как же сложно было воспринимать его слова всерьёз. Неужели он действительно думает так, или это просто часть его обаяния?

Вдруг Тони, слава богу, снова прервал наш разговор:

— Алекс! — закричал он, указывая на киоск, где продавали сладости. — Можно мне мороженое?!

— Да, давай купим, — ответила я, с облегчением отвлекаясь от Натана и быстрым шагом пересекая улицу, держа за руку девочку. — Виви, ты же тоже хочешь?

— Да! — воскликнула она, потянув меня за собой.

Натан, смеясь, последовал за нами:

— Семейство, я угощаю! — произнёс он с широкой улыбкой. — Вы же не против немного побаловать себя?

Я почувствовала, как смущение снова накрыло меня. «Семейство». Вот зараза! Тоже мне дракон-охмуритель!

Мы подошли к киоску, и я, стараясь сосредоточиться на выборе мороженого для детей, не могла не заметить, как Натан стоит рядом, наблюдая за мной с лёгкой улыбкой на губах.

Когда мы, наконец, получили наши сладости, я почувствовала, как напряжение немного ослабло.

Дети были счастливы, и это приносило радость и мне. Мы нашли уютное местечко на скамейке и начали наслаждаться мороженым.

— Знаешь, Алекс, — начал он, когда Тони и Виви погрузились в поедание своих лакомств, — я всегда считал, что семья — это не только кровь, но и те, кто рядом с нами, кто разделяет с нами моменты счастья. Сейчас я счастлив. И счастлив, что ты рядом. А что испытываешь ты?

— Я просто делаю свою работу, — произнесла я, стараясь выглядеть спокойной.

— Но ты делаешь её с такой страстью и заботой, что это заметно, — продолжал он, будто бы я не проигнорировала его прямой вопрос, и в его голосе звучала искренность. — Я восхищаюсь тем, как ты заботишься о моих детях. Это действительно важно для меня.

Я чувствовала, как моё сердце колотится всё сильнее.

Его слова были настолько трогательными и искренними, что я не могла этого не почувствовать!

Я понимала, что Натан говорит это не просто так, что за этим всем есть весьма однозначно понятный намёк. Он пытается меня обаять.

И мне это жутко льстило.

Но в то же время мой внутренний голос шептал мне, что я должна быть осторожной. Вдруг это всё ещё просто игра, в которую он решил поиграть, чтобы развлечься?

Нужно помнить, что я попаданка и его рабыня, и, в общем-то, я в его полной безраздельной власти, несмотря на какие-то там отчёты раз полгода, которые он сам себе и подаёт.

Но чем дольше длился этот чудесный вечер, тем сильнее я понимала, что моё сопротивление и недоверие к Натану тают.

— Я просто хочу, чтобы дети были счастливы, — произнесла я, стараясь не выдавать своих эмоций. — Для меня это действительно важно.

— Для меня тоже. Но мне нравится видеть, что и ты счастлива, — сказал Натан, и в его голосе звучала такая искренность, что я не могла не поверить ему.

В этот момент Тони снова отвлёк нас, вскочив со скамейки и рванув куда-то влево:

— Смотрите, там фокусник! Он показывает трюки! Пап, Алекс, я хочу посмотреть!!!

Я улыбнулась, и, отводя взгляд от Натана, почувствовала, как напряжение немного ослабло.

Мы встали и направились к фокуснику, и я попыталась сосредоточиться на детях, которые с восторгом смотрели на представление, но мысли о Натанe и его словах не оставляли меня.

Смех детей и веселье вокруг помогали отвлечься от моих переживаний, но каждый раз, когда я ловила взгляд Натана, моё сердце вновь колотилось как сумасшедшее и ныряло куда-то в сторону желудка.

Я пыталась понять, что он на самом деле чувствует, но его намерения оставались для меня загадкой.

Как же сложно было разобраться даже в своих чувствах к нему, а что уж чувствует он...

С одной стороны, его обаяние и внимание были притягательными, но с другой — я не могла избавиться от ощущения, что это всего лишь игра.

Я решила, что в этот момент лучше всего сосредоточиться на детях и наслаждаться этим вечером, пока он не закончится.

Фокусник, ловко манипулируя картами и шариками, привлекал внимание не только детей, но и взрослых.

Я смотрела на их лица и видела бурю эмоций — радость, удивление, восторг. В такие моменты я чувствовала, что и сама становлюсь частью этого волшебства.

— Ты знаешь, за что я всегда любил и люблю магию? — сказал мужчина, снова наклоняясь ко мне, когда дети снова увлеклись фокусами. — Она напоминает мне о том, что в жизни есть место чудесам.

Я посмотрела на него, и в этот момент словно время замедлилось.

Его голос был таким бархатистым и приятным, но при этом в нём звучала такая уверенность, что я не могла не задуматься о том, как он воспринимает мир вокруг.

— Да, чудеса действительно случаются, — пробормотала я, стараясь поддержать разговор и отвлечься от собственных переживаний.

— И ты сама — одно из чудес, — произнёс он с лёгкой улыбкой, и я почувствовала, как моё сердце снова ухнуло в желудок (а может, и в пятки, кто его разберёт!). — Как иначе назвать ту, что пересекла Междумирье и казалась в чужом теле?

Я покраснела, не зная, как реагировать на его слова.

Внутри меня снова возникли сомнения.

Это скрытая угроза раскрытия моей личности или это очередной флирт? В голове крутились мысли, и я пыталась найти логическое объяснение его поведению.

— Ты знаешь, — продолжил своим бархатистым голосом дракон, — иногда мне кажется, что ты не просто няня, а кто-то, кто может изменить мою жизнь.

Эти слова пронзили меня, будто разряд молнии. Я старалась не выдать своего смущения, но внутри меня всё перевернулось.

— Натан, я… — начала я, но он перебил меня.

— Не спеши, Алекс, — Натан поднял руку, останавливая меня. — Я просто хочу, чтобы ты знала, как много ты значишь для меня и для детей. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя ограниченной в своих действиях или обязательствах. Поэтому с этого момента ты больше не рабыня, ты — свободный человек.

Я замерла, не веря своим ушам. Свободный?!

— Натан, я не знаю, что сказать… — произнесла я, пытаясь осмыслить его слова. — Это очень неожиданно.

— Но хочу напомнить, что ты всё ещё няня моих детей, — усмехнулся мужчина. — Если, конечно, ты не захочешь стать им кем-то более близким.

Я окончательно онемела и замерла в ступоре, не зная, что делать, но резкий, визгливый женский голос вывел меня из ступора:

— Ах ты, мерзавец! Это что ещё за прошмандовка рядом с тобой, Натан?! Ты от меня ушёл к ЭТОЙ?!

Я обернулась и увидела её.

Красивая, я бы даже сказала элегантная. Взрослая женщина, лет тридцать. Стройная, волнистые тёмные волосы, серо-голубые глаза, правильные черты лица… искажённое презрительной гримасой.

В её глазах горел огонь ярости и оскорбления. Кхм, кто это?!

— Маргери, успокойся, — произнёс Натан, его голос стал более строгим. — Не нужно сцен. Мы можем обсудить это без криков.

— Обсудить? — Маргери хихикнула, и её смех звучал очень мерзко. — Обсудить, как ты оставил меня ради этой… этой… девки? Ты что, совсем с ума сошёл?! Так и знала, что ты укладываешь этих нянь…

— Маргери! Дети! — рыкнул Натан, перебивая незнакомку.

— …спать, — зло прошипела женщина.

Я ощутила, как мои щёки заливает румянец.

Я не была готова к этому: ни к этой сцене, ни к её оскорблениям, ни к тому, что она указывает на меня, как на предмет для насмешек.

Натан, заметив, как я сжалась, сделал шаг вперёд, словно желая защитить меня.

— Маргери, у нас с тобой уже давно нет ничего общего, — холодно произнёс он, его голос стал более решительным. — Мы расстались, и это было правильное решение.

Ага. Ясно. Бывшая любовница, значит, вон оно что.

А про нянь… видимо, она о том длинном списке несчастных, погибших в поместье Санлар женщин.

Но если она знает, что их было много, то она знает, что они погибли. И как ей не стыдно плохо отзываться о покойных?!

— Правильное? — Маргери захохотала, и в её смехе звучала горечь. — Ты думаешь, что это правильное решение? Ты оставил меня ради этой… этой… девчонки?!

— Я не оставлял тебя ради неё, — ответил Натан, его взгляд стал из холодного ледяным. — Я оставил тебя, потому что не мог больше терпеть твою ревность и постоянные скандалы.

— О да, конечно, — Маргери скрестила руки на груди, её губы изогнулись в презрительной усмешке. — Ты всегда был таким уверенным в себе, Натан. Но давай посмотрим правде в глаза: ты не лучше меня. Ты просто нашёл новую игрушку, чтобы заполнить пробелы в своей жизни. А я так и знала! Так и знала, что ты с этими девками…

Я почувствовала, как внутри меня закипает гнев. Какое она имеет право меня оскорблять?!

Я хотела сказать что-то в ответ, но, прежде чем я успела открыть рот, Тони, который всё это время стоял рядом, вмешался.

— Ты не имеешь права так говорить об Алекс! — решительно выпалил мальчик. — Она заботится о нас с Виви как мама! И делает нас счастливыми!

Все взгляды обернулись к нему.

Если честно, у меня в тот же миг улетучился весь гнев, а на глазах навернулись слёзы от умиления.

— О, посмотрите на этого маленького защитника, — произнесла Маргери с сарказмом. — Ты думаешь, что можешь просто встать на защиту своей няни? Она не твоя мама, Тони! Она — никто, а я хоть была женщиной твоего отца, прояви уважение, мальчишка!

— Она лучше, чем ты, — суров ответил Тони. — Ты не знаешь, что такое любовь, семья и забота! И поэтому постоянно ругалась с папой.

Я почувствовала, как в моём сердце разливается тепло от его слов. Натан тоже смотрел на сына с лёгкой улыбкой гордости.

А вот Маргери дёрнулась, как от пощечины. Тут же она сделала шаг вперёд, её лицо стало более жёстким, а взгляд — угрюмым.

— Знаешь что, Натан? — произнесла она, её голос стал тише, но от этого не менее угрожающим. — Я пришла не просто так. Я знаю кое-что такое о поместье Санлар и его обитателях, отчего приличное общество Драгондара вспыхнет пожаром жуткого скандала, как прошлогодняя трава по весне. И если ты не сделаешь то, что я хочу, я расскажу всё. Всем.

Я почувствовала, как холодок пробежал по спине. Натан напрягся, его лицо стало каменным.

— Тони, сходите с Виви вон к тому мороженщику. Сейчас. Что ты имеешь в виду, Маргери? — спросил Натан после того, как дети (конечно же, любопытно оглядываясь, перешли на противоположную сторону улицы).

Голос дракона казался равнодушным, но я уже узнала своего хозяина достаточно хорошо, чтобы понимать, что он напрягся.

— Я знаю, что ты скрываешь, Натан. Ты думаешь, что можешь просто забыть о прошлом? О своей семье? Я могу сделать так, что всё это всплывёт наружу. Как ты думаешь, какая вас всех ждёт судьба?

— Ты не имеешь права угрожать ему, — произнесла я, стараясь сохранить спокойствие. — Ты не можешь использовать прошлое против него, это низко. Его семья и так страдала достаточно.

Маргери обернулась ко мне, её взгляд был полон ненависти.

— А ты кто такая, чтобы учить меня? Ты просто няня, Алекс Тирс! Не забывай об этом.

Что-то в её фразе или тоне меня так задело, что я была готова броситься на противную стерву! Но Натан опередил меня, снова решительно шагнув вперёд.

— Хватит, Маргери! Ты перешла все границы. Если ты не успокоишься, я приму меры, — прорычал дракон, и его голос звучал так, словно он пытался сдержать бурю, которая вот-вот разразится.

Женщина усмехнулась, её глаза блестели злобой и местью.

— Меры? — произнесла она с презрением. — Ты думаешь, что можешь меня запугать? Ты забыл, кто я такая?! Я знаю о тебе всё, Натан! И о твоих детях. И о твоей семье. И даже об этой наглой девице с кислой рожей. И если ты не хочешь, чтобы то, что я знаю, стало известно всем, тебе сто́ит задуматься о своих действиях.

Я почувствовала, как в груди у меня закипает страх.

Что она может рассказать?

Что Натан подозревал об опасности для нянь и всё равно нанимал?

Что Виви больна, и её болезнь опасна для других людей?

Что череда трагических событий в их доме не случайна?

Что у них сейчас живёт банши, по сути, с одобрения Натана?

Что я попаданка?!

Да что угодно!

— Натан, давай просто уйдём отсюда, — прошептала я, потянув за рукав. — Она не стоит нашего времени и хорошего настроения.

Я чувствовала, как напряжение нарастает, и не хотела, чтобы это переросло во что-то похуже.

Само то, что Натан не ушёл и, более того, позволял этой женщине так с ним разговаривать, говорило о наличие какой-то тайны между ними.

Но Маргери, похоже, не собиралась сдаваться: её улыбка превратилась в хищный оскал.

— Ты не понимаешь, что на кону, Натан, — прошипела женщина. — Если ты не сделаешь по моему, я расскажу всем о ваших тайнах. Ты не сможешь скрыться от прошлого.

— Ты не имеешь права угрожать мне, — процедил Натан. — Ты забыла, как мы расстались?

В глазах Маргери промелькнул страх, или мне показалось?!

Но, тут же овладев собой, женщина наклонила голову, словно оценивая его.

— О, но у меня есть это право, — ядовитым голосом прошипела стерва. — Ты сам знаешь, как много я знаю, Натан. Ты не можешь просто игнорировать это.

Маргери явно была готова на всё ради своей мести, но я не могу позволить ей разрушить мою жизнь.

Я посмотрела на Натана. Его поза и выражение лица говорили о том, что он в ярости, но никак не может принять решение, что ему сейчас делать.

— Она просто пытается манипулировать нами, — я снова потянула мужчину за рукав, постаравшись вложить в свои слова уверенность. — Пойдём отсюда.

Но вышло, видимо, не очень. Маргери злобно захихикала.

— О, посмотрите на эту наглую девицу! — произнесла она с сарказмом. — Ты думаешь, что он тебя послушает? Ты просто няня, Алекс. Ты не имеешь права вмешиваться в дела взрослых. Общайся со своими детишками и дальше. Люби их, заботься, мороженое им купи сходи… А к Натану не лезь, подлая ты…

Я ощутила, как гнев закипает внутри меня. Я не собиралась позволять этой женщине унижать меня.

— Я не просто няня, — тут же выпалила я, перебив мерзавку и выступив вперёд Натана. — Я прежде всего человек! И не тебе мне указывать, что делать!

— Человек? Ха! Твоя жизнь ничего не стоит. Ты — никто! Я смотрю, ты совсем отбилась от рук, да? Элеонора опять не выполняет свои обязанности, да? Не может поганую прислугу приструнить? А ты, Алекс, ты — всего лишь очередная временная замена. Как только Натан устанет от тебя, ты исчезнешь в небытие, как и все остальные.

Я почувствовала, как моё сердце ёкнуло. Похоже, эта дрянь явно что-то знает об умерших нянях, но явно не то, что было на самом деле. Но слухи тоже могут сильно навредить положению семьи Санлар, уверена.

— Это не так! — решила я не поднимать скользкую тему бывших нянь. — Натан ценит меня и мою работу, больше…

— Ха-а! Ценит?! — перебила теперь уже меня Маргери. — Он ценит тебя, пока ты не начнёшь мешать ему. А потом ты просто станешь очередной жертвой его неудач.

— Ты не знаешь, о чём говоришь! — выпалила я, чувствуя, как голос дрожит от гнева.

Маргери тоже сделала шаг вперёд. Теперь мы уже практически стояли лицом к лицу.

— Ты думаешь, что знаешь его? — произнесла она зловещим шёпотом. — Ты не понимаешь, кто он на самом деле. Ты не знаешь, как он поступал со всеми своими бывшими. Ты не знаешь, каким он может быть жестоким, когда ты перестаёшь быть ему интересна. Думаешь, тебя это не коснётся?

Вот стерва! Она пытается сыграть на моих страхах!

— Маргери, довольно! — рыкнул Натан, отодвигая меня за свою спину.

— Я знаю Натана, — прошипела я. — Он достойный человек.

— Ага, достойный, — злобно хмыкнула Маргери и перевела взгляд на мужчину. — Твоя рабыня явно со мной не знакома, но ты-то, Натан, прекрасно меня знаешь. Знаешь, что я могу тебе сделать. Ещё и твою подстилку Тирс утоплю вместе с тобой, а то эта рабыня уже совсем обнаглела!

Озарение ударило меня почище молнии. Я пошатнулась и изменившимся голосом спросила стерву:

— Откуда ты знаешь мою фамилию и мой статус, Маргери?

Вопрос повис в воздухе. Маргери замерла на мгновение, как будто её поймали на лжи.

— Что? — произнесла она, и в её голосе послышалась нотка растерянности. — Ты, думаешь, я не могу узнать о тебе всё что угодно?

— Ты не могла знать, — уверенным голосом ответил вместо меня Натан. — Как ты узнала, кто такая Алекс?

Маргери сделала шаг назад, но её лицо всё ещё оставалось мрачным.

— Я знаю людей, Натан, — уязвлено усмехнулась женщина. — Я знаю, как находить информацию. Это не так сложно, как ты думаешь.

— Скажи мне правду. Ты следила за мной? — ледяным голосом процедил Натан.

— Я просто делаю то, что считаю нужным, — нагло ответила Маргери, но в её голосе уже не было гораздо меньше спеси, чем раньше. — И сейчас я требую, чтобы ты женился на мне. Иначе я всем всё раскрою.

— Ты рехнулась? Я не женюсь на тебе, Маргери! — с презрением прорычал Натан.

Если честно, после ультиматума Маргери, адреналин в моей крови наверняка зашкаливал.

Жениться?! Вот это наглость!

И при этом, где её гордость?! Мне даже на мгновение стало жалко мерзавку. Видимо, Маргери настолько сильно отчаялась, что ей плевать, что мы сейчас все находимся на улице! И всё это происходит на глазах у прохожих, которые с недоумением наблюдают за происходящим. Какой же позор…

Но Маргери, видимо, не ожидала такого резкого отказа. Женщина застыла на мгновение, а затем её лицо исказилось от ярости.

— Что?! Ты отказываешь мне? Как ты смеешь, подлец?! — крикнула оскорблённая женщина.

Ещё несколько прохожих (вдобавок к тройке зевак, что уже стояли возле нас) обернулись, а кто-то даже остановился, чтобы посмотреть на этот скандал.

— Ты думаешь, что можешь просто отвернуться от меня и продолжать свою жизнь с этой… этой… прислугой?! — взвыла женщина. — Как ты можешь со мной так поступать, Натан Санлар, министр по дипломатическим отношениям с другими мирами, специальный советник короля!

Мне становилось всё более и более неловко. Натан тоже настороженно наблюдал за истерикой.

Я думаю, мы оба начинали понимать, что полное имя и регалии Натана эта стерва назвала неспроста.

Даже мне, знавшей женщину не более получаса, её крики неестественными. Театральными. Фальшивыми. Будто она специально собирает толпу. Зачем?

Маргери внезапно рассмеялась как сумасшедшая, и в её смехе звучала всепоглощающая чёрная злоба.

Мы с Натаном уже несколько минут оба молчали, но женщина продолжала с нами спорить.

— Ты говоришь, она тебе важна? Но она лишь очередная временная замена, Натан! Галочка в твоём списке высокомерного обольстителя, — истеричный голос Маргери был полон ненависти, а обвинения всё более подлые и скандальные. — Ты не можешь просто взять и забыть о том, что было между нами. Ты не можешь так просто заменить меня этой прошмандовкой!

Я почувствовала, как все взгляды теперь устремились на меня, и мне стало дико неприятно. Ловя на себе взгляды прохожих, я сгорала от стыда, хотя ничего и не сделала! Некоторые из толпы зевак уже откровенно шептались, указывая на нас.

М-да, ну и позор.

— Натан, пойдём, я прошу тебя. Я не хочу быть частью этого шоу, — снова прошептала я, потянув мужчину прочь от этой ненормальной.

Но Маргери сдаваться не собиралась: она сделала шаг вперёд и вцепилась в руку Натана.

Её лицо исказилось в мерзкой усмешке. Она обвела толпу глазами и оскалилась, как самая натуральная гиена.

— Ты думаешь, что можешь просто оставить меня? Ты не знаешь, с кем имеешь дело! — закричала она, её голос звучал так, что прохожие начали отступать, словно опасаясь, что гнев Маргери может обрушиться и на них. — Ты убивал своих нянь, Натан Санлар! Ты думаешь, я не знаю? Знаю! Именно из-за этой тайны ты бросил меня! Потому что я подобралась слишком близко к тому, чтобы узнать правду! Но и это ещё не всё! Люди добрые, вы даже не представляете, что я ещё вам могу рассказать!

Я почувствовала, как внутри меня всё похолодело. Вот эта дрянь и раскрыла свои карты. Вот чего она на самом деле хотела! Собрать толпу и запустить слухи.

Я метнула взгляд на Натана, его лицо стало каменным.

— Это ложь! — угрожающе прорычал мужчина.

— Ложь? — хохотнула Маргери, и в её смехе звучало торжество. — Ты не знаешь, что я знаю, Натан. Ты думаешь, что можешь скрыть это от всех? Ты думаешь, что я не могу рассказать людям, что ты за чудовище на самом деле?

Сердце, кажется, пропустило удар. Вот стерва, если не сказать похуже.

Это не просто слова. Это угроза. Она может разрушить репутацию Натана просто потому, что может.

Я торопливо посмотрела на Натана. В его глазах читалась борьба: он пытался сдержать гнев, но ярость могла оказаться сильнее. И это, боюсь, нам будет не на руку.

— Хватит, всё. Ты просто сумасшедшая. И жалкая. Мне больно смотреть на тебя, Маргери. Я даже немного чувствую за тебя ответственность, ведь когда-то мы были вместе. Тебе нужна помощь? Может, лечение специальное? Что ты тут устроила? Сохрани хоть каплю достоинства. Мы уходим, и тебе пора, — снисходительно усмехнулся мужчина, вырвав руку из цепкой хватки Маргери.

Маргери подняла брови, её лицо исказилось от ярости и злобы.

— Никуда ты не пойдёшь! А не то я ещё и про Алекс твою всем расскажу! Ты же не хочешь, чтобы люди узнали, кто она такая, на самом деле? Она совсем не та, за кого себя выдаёт, да, Натан?! — злорадно прошипела Маргери, а потом, сложив губы бантиком, изобразила фальшивое удивление. — Или ты не знаешь, кто она? Эта хитрая девица и тебя обманула, что же, получается? Тебя, министра по дипломатическим отношениям с другими мирами? Аяй-яй-яй!

— А вот эту тему даже не смей трогать. За мной, живо, — рыкнул мужчина и, решительно схватив одной рукой меня, а другой Маргери, поволок нас в сторону от толпы.

Я почувствовала, как волосы на затылке встали дыбом. Что она знает? Как она может угрожать мне? Я не могла понять, что именно она имеет в виду, но её слова могли оказаться для меня фатальными.

Прохожие всё громче переговаривались и тыкали в нас пальцами, а мне было всё более стыдно. Я оказалась в центре внимания этого позорного спектакля, хоть и отчаянно этого не хотела.

Вот теперь липкий страх заворочался внутри меня. Откуда она может знать, что я — попаданка?! Откуда?!

Мысли неслись галопом. Может, есть способ определить попаданку, не заглядывая мне на спину?! Может, это какая-то особая магия?! Как эта стерва всё узнала?! От кого?!

— Алекс, присмотри за детьми, пока я тут поговорю с Маргери. Ждите меня у лавки мороженщика, — спокойно произнёс Натан и уволок шантажистку куда-то в тёмный переулок, подальше от толпы и от меня.

Я деревянной походкой пошла к детям, чувствуя, как страх и смятение охватывают меня. Прохожие продолжали смотреть на меня, полными осуждения взглядами. Было ощущение, будто вся улица наблюдает за моим позором.

Сердце колотилось в груди, и я пыталась успокоить себя. Что же происходит? Как Маргери узнала обо мне?

Я была уверена, что это невозможно. Но её слова звучали так уверенно, словно у неё были доказательства. Я не могла позволить этой мерзавке разрушить мою жизнь, но как? Как я могла противостоять ей, если она знает так много?

Детей я нашла у лавки. Они, конечно же, тоже наблюдали за происходящим. Я честно попыталась улыбнуться, но внутри меня всё ещё бушевали эмоции.

— Алекс, не переживай, я тебя защищу! — с вызовом произнёс Тони. — Маргери противная и злая, а мы тебя любим с Виви. Да, сестрёнка?

Малышка послушно закивала и бросилась обнимать мои ноги. Тони, поколебавшись секунду, присоединился к ней.

— Ты хорошая, Алекс! — пропищала Виви.

Горькие слёзы обиды от пережитого (вроде как, незаслуженно) позора и вполне реалистичного страха навернулись сами по себе.

Пожилой мороженщик — мужчина с добродушным, круглым лицом и гладкой лысиной — протянул мне рожок лимонного мороженого, судя по цвету. Я, прикусывая губу, пыталась не разрыдаться и благодарно заулыбалась.

— Вы как, мэм? — с волнением глядя мне в глаза, спросил мужчина.

— Спасибо, всё хорошо, — произнесла я, стараясь говорить спокойно. — Сколько мы вам должны за мороженое?

Это не было правдой, и мы оба это понимали. Я не была в порядке. Но мороженщик позволил сохранить мне достоинство, не став дальше расспрашивать и с улыбкой показав жестом, что деньги ему не нужны.

Из переулка возник Натан. Его лицо было расслабленным, и моё сердце снова сделало кульбит внутри грудной клетки.

Как он так быстро справился с Маргери? Я надеюсь, что он не даст этой стерве разрушить наши жизни! Но как?!

Натан подошёл к нам. И хотя походка была уверенной, а шаги решительными, мне показалось, что в его глазах я заметила тревогу.

Он остановился передо мной, и я увидела, как он глубоко вздохнул.

— Всё хорошо. Пойдёмте дальше гулять? — немного наигранно весело произнёс мужчина, видимо, стараясь успокоить меня.

— Что она сказала? — спросила я, не в силах сдержать любопытство и страх.

— О, Алекс, не переживай, она просто чокнутая. Не сто́ит обращать внимания на этот, пусть и некрасивый, скандал. Это просто обиженная жизнью женщина. Расслабься, — спокойно ответил Натан, подхватив Виви на руки, мужчина взял меня под локоть и зашагал по бульвару. — Она никак не сможет причинить нам зло, я не позволю ей этого сделать. Расслабься. Давай лучше сосредоточим наши силы на ритуале, а не на этой дурной женщине.

Я кивнула, но внутри меня всё ещё теплилась лёгкая паника. Однако уверенная речь Натана убедила меня. Возможно, я сама себе придумала, что увидела в его глазах тревогу? Может, это просто раздражение?

А кому будет приятно, если бывшая любовница ведёт себя как клуша и орёт дурниной на всю улицу?

«Но он молча её выслушивал!» — настойчиво произнёс внутренний голос. Ему есть что скрывать?

Ну конечно, есть, он же рассказал тебе тайну его семью, Саша! Ты бы хотела, чтобы твой дом и семью называли про́клятыми? Так с чего ты решила, что он бы хотел?

А почему молчал… Врождённая интеллигентность? Или просто мужчины иначе реагируют на женские истерики. Это я бы разоралась в ответ, если бы имела право голоса, а он… Ну, да. Ему не к лицу опускаться до уровня этой истерички, справедливо.

В общем, успокоившись, я постаралась насладиться остатком вечера. Но выходило так себе, если честно, потому как мысли о Маргери не выходи́ли у меня из головы.

Между тем мы подошли к небольшому парку, где лебеди величаво плавали по пруду. Солнце уже давно клонилось к закату, окутывая нас мягким золотистым светом. Лебеди, белоснежные и грациозные, дарили ощущения умиротворения и спокойствия.

Даже шебутной Тони остановился, чтобы поглазеть на красивых птиц.

Неприятная сцена с бывшей любовницей Натана начала медленно забываться, уступая место новым приятным впечатлениям. Я старалась не думать о Маргери, но мысли всё равно возвращались к её резким словам и их опасному содержанию.

— Алекс, раз вечер у камина тебя не очень впечатлил, — внезапно коснувшись моей руки, тихо произнёс Натан, наклонившись к моему уху. — Как ты относишься к ужину в ресторане? Я знаю одно потрясающее место, где готовят лучший шеф-повар в городе. Она, кстати, тоже попаданка, уже заработавшая себе на свободу и даже собственный бизнес?

От его прикосновения по коже пробежали мурашки, а тёплое дыхание на щеке заставило меня покраснеть.

— Только тс-с-с, детей я хочу отправить домой, — лукаво подмигнул мне мужчина.

Я подняла глаза на него, и в них я увидела горящий огонь желания: этот мужчина хочет заполучить меня и готов пойти на всё, чётко осознала. Ну что ж, если он действительно даровал мне свободу, то в статусе свободной женщины я вполне могу пойти на свидание со свободным мужчиной, если бы только не одно но.

Я всё ещё его наёмный работник. Натан, конечно, что-то там начал о более близком человеке до того, как появилась Маргери, но…

Я мило улыбнулась в ответ и сказала:

— Звучит, конечно, замечательно, но разве ты всё ещё не мой работодатель? Приглашение в ресторан выглядит как откровенный флирт, а я с боссом флиртовать не буду. Мне уже досталось из-за этого в своём мире.

Натан поднял бровь, и его губы изогнулись в игривой улыбке.

— Алекс, разве ты не слышала, что на работе нельзя избегать романтики? Это просто деловой ужин! — продолжая лукаво улыбаться, ответил мужчина. — В вашем мире это вроде называется корпоратив. Мы можем обсудить важные вопросы, например, как мне улучшить твои условия труда.

— О да, конечно, — в тон ему ответила я. — В этом случае я просто обязана прийти. А почему это только мои? Можно сказать, это встреча профсоюза работников поместья Санлар с работодателем.

— Именно! — подхватил Натан смеясь. — Это не просто ужин, это м-м-м-м… был у меня один попаданец… как же он это называл, секундочку… А, вот у нас будет стратегическая сессия!

— Ещё бы! — бросила я, закатывая глаза. — Я уже предвкушаю, как мы будем обсуждать критерии выбора «работника месяца».

— Ну, если ты подойдёшь по установленным критериям, то я могу предложить тебе бонусы, — подмигнул он, и в его голосе послышалась игривость. — Например, бесплатный десерт в этом ресторане. Или хммм… у меня есть варианты бонусов от твоего работодателя. Тут за углом есть чудесный парфюмерный магазин… Хозяйка, кстати, тоже попаданка…

Я не удержалась и рассмеялась.

— Да сколько тут попаданок?! Бесплатный десерт? А за остальное мне придётся платить? Духи тоже за мой счёт? Это звучит действительно заманчиво, — язвительно фыркнула я. — Или вы пытаетесь меня подкупить, хозяин Санлар?

— Ну, раз ты настаиваешь, чтобы это был деловой ужин, а не свидание, выходит, так? — усмехнулся мужчина в ответ. — Или пусть всё-таки будет свиданием? Я даже уволить тебя могу для этого. На один вечер.

— Уволить меня на один вечер, чтобы сводить на свидание? Ты же понимаешь, что это звучит как начало романтической комедии? — заметила я, пытаясь сдержать смех.

— Босс-отец-одиночка и его очаровательная няня открывают для себя настоящую любовь во время профсоюзного собрания? — подхватил Натан. — Это будет бестселлер!

— Так что ты выбираешь? — интимным шёпотом спросил мужчина, снова наклонившись к моему уху. — Свидание или деловой ужин? Увольнение или пойдёшь против своих принципов?

— Ладно, — произнесла я, поджав губы, чтобы не рассмеяться. — Но только если ты обещаешь, что не будешь называть это «стратегической сессией» или «свиданием». Это просто ужин. Договорились?

— Обещаю! — кивнул он, и в его глазах светилась торжество. — Это будет просто ужин с великолепной кухней и отличным настроением.

Детей забрала внезапно появившаяся на улице (как всегда хмурая!) Элеонора.

На мой вопрос — вызвал её Натан или он заранее с ней договорился — мужчина таинственно заулыбался, но не ответил.

Дети, услышав о возможности покататься на лодочках в пруду рядом с лебедями, мгновенно обрадовались.

Элеонора ожидаемо проворчала: «И кто тут няня?». Но конечно же, но после мимолётного сурового взгляда Натана замолчала и с пресной улыбкой увела детей.

— Ну что, мы свободны! Куда дальше? Как насчёт того парфюмерного магазина, о котором я говорил? — с довольной улыбкой спросил мужчина.

— Отличная идея! — подхватила я, и мы свернули за угол к уютному магазинчику с духами и косметикой.

Парфюмерный магазин был маленьким и очень атмосферным. Запахи цветов, фруктов и древесины смешивались, создавая поистине волшебную атмосферу.

Симпатичная девушка-продавец, темноглазая шатенка с задорным хвостиком и в фартуке, встретила нас с улыбкой на лице.

— Здравствуйте, меня зовут Жасмин и я хозяйка — этой лавки! Чем могу помочь? — спросила она, ловко перебирая флаконы на полках.

— Мы ищем что-нибудь особенное для этой очаровательной леди, — ответил Натан, подмигнув мне. — Может, вы можете помочь нам выбрать идеальные духи, Жасмин?

Я с интересом рассматривала множество флаконов, почти каждый из которых светились приятным мерцанием.

— Вот этот — с нотами жасмина и цитрусовых, он очень свежий и лёгкий, — сказала хозяйка лавки, распыляя аромат в воздух. — А этот — с глубокими древесными и ореховыми нотами, он более насыщенный и загадочный.

Слушая чудесные запахи, я понимала, что вряд ли смогу сама выбрать, как вдруг девушка прикрыла глаза, будто что-то считывала, а потом уверенным тоном произнесла:

— Но я думаю, вам подойдёт вот этот. Арбуз, киви, ревень и розовый перец. Послушайте, — Жасмин протянула мне один из флакончиков.

— Да… — прошептала я. — Он просто волшебный! Такой свежий и таинственный. Вы абсолютно правы!

— Упаковать вам? — улыбнулась девушка и, после кивка Натана, ловкими движениями завернула изысканный флакон в очаровательный (крафтовый, как говорят в нашем мире) пакетик.

— Надеюсь, эти духи принесут вам много приятных моментов! — воскликнула хозяйка нам на прощание.

Широко улыбаясь от выполненного обещания, я с благодарностью посмотрела на Натана. Мужчина довольно улыбнулся мне в ответ, подставив щеку для поцелуя и демонстративно указав пальцем, как бы ему хотелось получить от меня благодарность.

Но-но, господин дракон! Я лёгким движением подняла руку, едва коснулась ладони и ласково, но быстро прижала ладонь к щеке мужчины.

А он, конечно же, поймал мою руку и, пристально глядя на меня сводящим с ума взглядом, медленно перевернул мою ладонь и поцеловал в ответ. Ой-ёй, хозяин Санлар, что вы творите…

В ресторане нас встретил официант и проводил к заранее заказанному (кто бы сомневался, вот уж хитрец!) столику с великолепным видом на вечернюю набережную. Натан заказал множество морепродуктов: устриц, мидий, креветок, кальмаров, крабов, гребешки… А также свежую рыбу, приготовленную на гриле.

Я не могла сдержать своего восторга.

— Натан, это просто потрясающе! Я никогда не пробовала ничего подобного! — с восторгом воскликнула я, когда перед нами поставили огромное блюдо с разнообразными деликатесами.

Еда оказалась не только изысканной, но и невероятно вкусной: каждый кусочек был настоящим произведением искусства.

Мне так хотелось попробовать всего хотя бы помаленьку, что Натан назвал мои порции «воробьиными».

— Я так благодарна тебе за это! — искренне произнесла она, глядя на Натана с самой очаровательной улыбкой, на которую была способна. — Ты открыл мне дверь в этот мир богачей. Вряд ли я когда-нибудь смогла сама себе такое купить.

— Для этого у тебя есть я, — скромно ответил мужчина, но было видно, как ему приятно слышать мои слова. — И я рад, что ты наслаждаешься этим моментом. Жизнь полна удивительных и приятных открытий, и я рад, что присутствую при таком моменте в твоей жизни. Я бы хотел разделить множество таких приятных моментов с тобой.

Я смущалась от его слов, и мы продолжали наслаждаться ужином, разговаривая и смеясь. А ещё я поняла, что никогда не чувствовала себя так свободно и комфортно рядом с мужчиной.

Когда на стол подали десерт — изысканное воздушное пирожное с фруктами, я снова не могла сдержать восклицаний.

— Это просто божественно! — удовлетворённо зажмурилась я, едва откусив кусочек. — Я никогда не думала, что десерт может быть настолько вкусным!

Натан наблюдал за мной с благосклонной улыбкой, наверняка понимая, что этот вечер действительно был свиданием, самым настоящим. Которое, как обычно, это бывает у нас с Натаном, грубо прервали.

Маленькая светящаяся ярко-синяя фигурка какой-то птички пронеслась сквозь зал ресторана и с «разбегу» вошла в голову Натана.

Мужчина резко пошатнулся, будто бы в него чем-то попали. Происходи это всё в нашем мире, я бы сказала, что в него выстрелили.

Только бесшумно и чем-то светящимся.

Как и положено женщине в этой ситуации, я завизжала. Громко, пронзительно и отчаянно. Мой крик порвал атмосферу изысканного вечера к чёрту, и я почувствовала, как на меня направлены все взгляды окружающих.

Мне стало невероятно неловко.

— Алекс, милая, — откашливаясь, хриплым голосом произнёс мужчина. Его голос звучал ровно, но я уловила в нём нотки напряжения. — Всё нормально. Не переживай, это просто почта. И прошу тебя, не привлекай внимание. К сожалению, нам срочно нужно уйти. Я вызову экипаж, который доставит тебя в поместье.

Я резко замолчала и в панике начала оборачиваться. Приличные люди из высшего общества сделали вид, что ничего не произошло, демонстративно отворачиваясь.

Мне стало дико неловко, но повернуть время вспять я уже не могла. Внутри меня поднималась волна страха и растерянности.

Я понимала, что вряд ли бы мы сорвались со столь трудом выторгованного у меня Натаном свидания.

— А ты куда? — настороженно спросила я, внимательно разглядывая мужчину, который, казалось, стал ещё более сосредоточенным и серьёзным.

Его лицо, такое расслабленное и довольное весь вечер, теперь было напряжено, словно произошла какая-то катастрофа. Ну, судя по всему, она и произошла.

— К Водопадам Дихтоса. Друг в беде. Официант, счёт, пожалуйста, — Натан говорил короткими фразами, будто был занят чем-то другим.

Голос мужчины звучал уверенно, но в его глазах я заметила тревогу.

— Какой друг?! Я с тобой! И заверните нам с собой, пожалуйста, всю эту красоту! — последнюю фразу я сказала официанту, указав на стол.

Натан добродушно улыбнулся на моё желание взять еду с собой и одобрительно кивнул. Я же, чувствуя, как в горле поднимается ком, пыталась усмирить несущееся вскачь сердце.

— Нет, дорогая, со мной нельзя, — спокойно ответил Натан; его голос стал более строгим, и в нём ощущалась решимость. — Судя по всему, там произошла бойня, и он в смертельной опасности, раз отправил зиала.

— Зиала? Что это? — удивилась я, всё ещё не осознавая всей серьёзности ситуации.

— Зиал — часть сущности дракона, — быстро ответил мужчина, расплачиваясь и вставая из-за стола.

Его движения были чёткими и уверенными, но я заметила, как он ненадолго замедлил шаг, словно собирался с мыслями, прежде чем продолжить. Если бы мы были в нашем мире, я бы подумала, что он говорит по сотовому телефону.

— Если один из нас, драконов, в близких отношениях с кем-то, то он может отправить весточку, когда остро нуждается в помощи. — после небольшой паузы ответил на мой вопрос Натан. — Прости, Алекс, я тебе обещаю ещё не одну сотню таких вечеров, но сегодня я должен помочь другу.

Я понимала, что этот момент был критическим, но слёзы уже застилали мне глаза. Я не хотела терять его, не хотела, чтобы он уходил куда-то в опасную неизвестность!

Но, в конце концов, роль женщины, поддерживать своего мужчину, ведь так?

— Я понимаю, — тихо произнесла я, стараясь подавить в себе страх. — Я могу тебе чем-нибудь помочь?

— Приготовьте с Элеонорой бинты и прочие лекарства, — начал перечислять мужчина. — Уложи детей, чтобы они точно не проснулись. Попроси Элеонору быть готовой активировать «Алмазный щит», если я пришлю тебе такого же зиала.

— Это будет означать, что ты в беде? Но как я смогу тебе помочь? — дрожащим голосом спросила я, пока залезала в экипаж. — Где тебя искать?!

Мой разум метался между страхом за него, желанием остаться и опасением за детей, которых нужно будет в случае чего защитить каким-то щитом…

— Это будет значить, что я умер, — медленно произнес он и торопливо добавил, — но это маловероятный исход, не переживай. Просто это инструкция на всякий случай. До утра щит простоит, а с утра вызываете инспекцию, тайную канцелярию и хоть самого́ короля искать нас на Водопадах Дихтоса. Ты всё запомнила?

Я кивнула. Слёзы катились по щекам, и я не могла сдержать своё волнение.

— Натан…

— Алекс, не бойся, — его голос стал мягче, и в нём прозвучала нежность. — Я искренне верю, что мы сможем помочь нашему другу, но если так произойдёт — я доверяю тебе и ритуал, и своих детей. Защити их и вырасти.

— Не буду я никогда одна растить! — возмутилась я, топнув ногой. — Даже не надейся, Натан Санлар!

— Хорошо-хорошо, — усмехнулся мужчина. — Думаю, что это и не понадобится. Мы справимся.

— Мы? Ты будешь не один? — в моём голосе прозвучало лёгкое удивление, смешанное с облегчением. — Мне уже немного спокойнее от этого.

— Да, — ответил он, и я заметила, как его плечи немного расслабились, как будто он чувствовал, что я переживаю за него и поддерживаю его.

— А с кем?

— Чем меньше ты знаешь, тем меньше тебе причинят боль, если будут вдруг пытать, — произнёс он, и я ощутила в его словах заботу.

— Разве это так работает? — возмутилась я.

— В магическом мире так. Не переживай, я планирую ещё завтра сходить с тобой в этот ресторан, Алекс, — его улыбка была искренней, и это придавало мне надежду.

— Почему ты со мной прощаешься, будто идёшь на смерть?! — тоненько всхлипнула я, и в этот момент я поняла, что не готова его терять.

— Победить нашего могучего синего дракона почти невозможно. Что за чудовище или толпа чудовищ там на него напала, ума не приложу? — его слова звучали немного тревожно, что опять заставило меня начать переживать. — Но справимся, втроём точно справимся.

Я смотрела на него, и в этот момент всё вокруг как будто замедлилось: видимо, я так сильно хотела запомнить каждую мельчайшую чёрточку его лица, опасаясь, что больше не встречу.

Я хотела верить в его слова, о том, что он вернётся, но в сердце росло беспокойство. Словно в ответ на мои переживания, он наклонился ко мне ближе, и я почувствовала тепло его рук, когда он сжал мои плечи.

— Всё будет хорошо, — уверенно произнёс мужчина. — Я вернусь. Обещаю.

— Прошу, доставьте эту леди в Поместье Санлар, — отдал команду Натан возничему, подъехавшему наконец к нам, и послал мне на прощанье воздушный поцелуй. — Я люблю тебя, Алекс.

— Я тебя тоже, — едва слышным шёпотом ответила я.

Вряд ли он раслышал...

Ожидание было ужасным. И длилось очень долго. Я все глаза проглядела, высматривая в окно экипаж.

Больше всего на свете я боялась, что прилетит этот прокля́тый зиал. Ночь тянулась бесконечно долго, а сердце болело так, что казалось, будто оно готово разорваться.

И под утро, когда мои надежды уже практически рухнули, показалась неказистая повозка. Ею управлял светловолосый мужчина. Не Натан, это было понятно и издалека.

Сердце пустилось в пляс, пока я бежала навстречу ей. За мной из дома выскочила растрёпанная Элеонора: гляди-ка, старуха, похоже, тоже переживала за хозяина и не спала всю ночь.

Когда повозка остановилась, из неё показался Натан. У меня ноги подкосились, когда я увидела его. Я хотела броситься навстречу, но ноги были ватными.

Потрёпанный и мокрый, но довольно улыбающийся мужчина вылез из повозки. В ней же в полный рост встал темноволосый мужчина и, подхватив под руки четвёртого участника поездки, подтащил его к краю. Возница тоже спрыгнул с козлов и помог товарищам снять пострадавшего.

А пострадал он конкретно: бледный, весь перемазанный в крови и без сознания, четвёртый мужчина казался, что находится на пороге смерти.

Мужчины притащили его в доме и уложили на кровать в малой гостиной, расположенной в дальнем крыле. Конечно же, под тяжёлые охи-вздохи Элеоноры.

Едва Натан отпустил товарища, я бросилась ему в объятия. Поцеловав меня в голову и зарывшись лицом в моих волосах, он прошептал:

— Видишь, всё хорошо. Я вернулся, как и обещал.

Я молчаливо сжала его так крепко, насколько могла.

— Иди, иди, отдохни. С утра тебе смотреть за детьми, — мягко отстранил меня мужчина и отправил нас с Элеонорой спать.

Старуха так разнервничалась, что даже, видимо, забыла о своей ненависти ко мне и продолжала причитать «Адриан, бедный наш господин Адриан» пока шла в свои покои.

Судя по всему, пострадавший был Адрианом Дарком, другом Натана и главой тайной канцелярии, которые вылавливали и допрашивали попаданок. М-да, повезло мне оказаться среди всех тех, кто охотится на меня в этом мире!

Я думала, что не смогу уснуть, но тут же отрубилась. Видимо, от усталости и перенапряжения.

Завтракали мы очень рано. И при этом в компании троих ночных гостей.

Кроме Адриана Дарка, друзьями Натана оказались Ричард Найтфайер, ректор Магической Академии Драгондара, и Кирстен Сойт (брат или просто родственник первой жены Натана?!), глава влиятельного и богатого аристократического дома, владевшего чуть ли не половиной производств в Дарфлейме.

Вот уж компания! Даже дети вели себя необычайно тихо. Тони, так вообще казался ниже травы, тише воды, испугавшись ректора Академии, которой его периодически стращал отец.

Когда во время трапезы к Натану внезапно подошёл один из слуг и что-то прошептал на ухо, все мужчины напряглись. А вместе с ними и мы.

Натан мрачно кивнул друзьям, и все трое вмиг подобрались, отложив приборы.

— Дорогая Алекс, не могла бы ты отнести чай нашим гостям в беседке, а потом вместе с детьми отправиться прогуляться к пруду? Вчера им, оказывается, не удалось покататься на лодках с лебедями, — напряжённым голосом произнёс Натан и я поняла, что отказа тут не предполагается.

Как и вопросов. Молча кивнув, я спустилась за кухню, пока Элеонора собирала детей.

Гостями оказались мужчина привлекательной внешности в дорогом костюме и хрупкая светловолосая девушка, молчаливая и весьма неопрятно выглядящая.

— Здравствуйте! Я Алекс, — представилась я, чётко выполняя инструкции Натана и держась на расстоянии от мужчины в дорогом костюме. — К сожалению, Натан немного занят, так что вам пока придётся подождать.

Мужчина, меривший шагами беседку, мрачно кивнул. Ту самую беседку, в которой ещё недавно меня колотила Элеонора.

— Я принесла вам чай и печенье, — сказала я, поставив поднос с угощениями рядом со мной на стол. — Надеюсь, вы не против.

Девушка кинула голодный взгляд на стол, и я услышала урчание в её животе. Однако она почему-то не притронулась. Для того чтобы расположить гостей, я решила немного приукрасить:

— Если хотите, можете попробовать. Это рецепт моей бабушки.

— Благодарю, мы не голодны, — процедил мужчина, нервно поглядывая на поместье.

Я посмотрела на девушку, пытаясь жестами и ужимками предложить ей покушать, но она продолжала хранить молчание и не двигалась.

Тут из дома выскочили Тони и Виви. По инструкции Натана нам было необходимо поздороваться, не вызывая подозрения, и уехать. Но всё пошло не совсем по плану, как обычно. Дети… они такие дети.

— Тони, Виви, пойдёмте, поздороваетесь с гостями, — позвала я ребят.

Тони разглядывал гостей с любопытством, а вот Виви внезапно взяла незнакомку за руку. Я напряглась. Потому что заметила, как напрягся мужчина.

— Тётя, тебе надо переодеться, ты испачкалась, — с детской непосредственностью произнесла девочка, а моё сердце, кажется, пропустило удар.

Не дай бог вызвать гнев мужчины, так сказал Натан. И сейчас этот гнев мог быть направлен на Виви.

— Может быть, вашей даме нужно в уборную? Почему она не говорит? С ней всё в порядке? — решилась вступить я, чтобы переключить внимание на себя, взяв Виви за руку и потянув к себе.

Мужчина, полыхнув взглядом, холодно процедил:

— Всё в порядке. Просто она немая

— Понятно. Сожалею, — торопливо ответила я.

В глазах девушки я видела отчаянную мольбу. Судя по всему, этот мужчина нехороший человек. Возможно, даже держит её в заложниках.

Но я не должна вмешиваться.

«Мы спасём девушку, но ты должна увести из поместья детей. На всякий случай», — так сказал Натан. Мне хотелось спросить: «На какой всякий случай?», конечно же. Но я не рискнула.

Ободряюще улыбнувшись незнакомке, я невзначай задела одну и чашек, разворачиваясь, чтобы уйти. Чашка с дребезгом разбилась.

— Ой, какая я неловкая, простите. Вы не поранились? — спросила я у девушки, наклоняясь, чтобы осмотреть её руки, и тут же прошептала. — Вам помогут, не бойтесь.

И тут же быстрым шагом удалилась, забрав с собой детей. Пофиг на чашку, потом уберём.

Сердце колотилось так, будто я была героиней шпионского романа! Натан велел ни в коем случае не взаимодействовать с гостями, не касаться и не говорить ничего, кроме того, что он мне велел.

Я нарушила запрет, но страх в глазах девушки был таким осязаемым, что я не смогла сдержаться. Так что с чувством выполненного долга и слегка дрожащими коленками мы с детьми отправились на прогулку.

Когда мы вернулись, слава всем богам, поместье стояло на месте, практически без видимого ущерба. Но помня, как легко и быстро Натан всё восстановил после пожара, устроенного мной, я не особо-то верила своим глазам.

Но, к счастью, Натан был цел и невредим, все гости отсутствовали, а дракон даже снова сидел за книгами, готовясь к ритуалу! Вот это, конечно, стальные нервы у этого мужчины.

— Как ты? Что с Адрианом? И девушкой в грязной одежде?! — я бросилась к Натану с вопросами.

— Всё хорошо, все спасены. Беспокоится не о чём, — добродушно ответил Натан, устало потянувшись в кресле. — А нам есть с тобой, чем заняться и без них, верно? Давай готовиться.

— Может, не сегодня! Ты же ночь не спал? — забеспокоилась я, внимательно вглядываясь в осунувшееся лицо мужчины.

— Ой, прекрати, Алекс, — с усмешкой отмахнулся мужчина. — Давай быстрее разберёмся с этим порталом и Междумирьем и потом спокойно будем жить. Не хочу, чтобы ещё хоть одну ночь была возможность кому-то призвать через эту стену сюда злые души путешественников между мирами.

— Злые души? — удивилась я.

— Да, я тут соотнёс факты и ещё кое-что нашёл и понял, в чём дело, наконец, — с рассеянной улыбкой сказал Натан и, взяв книгу, повёл меня в гостиную. — Давай пока пойдём, подготовим всё для ритуала, а я тебе всё объясню.

В тёплом свете свечей, расставленных нами по углам комнаты, мы готовились к ритуалу открытия портала. Мы склонились над книгой, внимательно изучая руны, которые собирались начертить на полу.

— Смотри, — сказал Натан, указывая на пыльную страницу. — Это ключевые руны для активации портала. Нам нужно будет начертить их в правильной последовательности, поэтому нужно быть очень внимательными.

Я, сосредоточенно изучая магический набор мелков Натана, подняла взгляд.

— Я поняла, буду помогать чем смогу, — ответила я, а мужчина кивнул, и его лицо стало серьёзным.

— Хорошо, на самом деле, я уверен, что всё получится, — ободряюще сжал мою руку мужчина. — И я смогу сделать это сам, но на всякий случай поглядывай. Каждая руна имеет свою силу и влияет на поток магической энергии. Если мы сделаем всё правильно, то портал откроется, и мы сможем войти в Междумирье.

Скоро на полу появилась большая звезда, начерченная мелом, а внутри неё Натан с аккуратностью вырисовывал сложные символы (да-да, те самые четыре и ещё несколько), которые блестели в свете свечей.

По инструкции из книги я готовила специальные ингредиенты: соль, травы и несколько капель масла, которое, по словам Натана, усиливало магическую силу ритуала.

— Не забудь про защитные круги, — напомнил Натан, когда я начала рассыпать соль вдоль границ звезды. — Они защитят нас и поместье от злых душ, которые могут попытаться проникнуть сюда.

Я кивнула и продолжила свою работу. Вскоре все руны были начерчены, а все атрибуты готовы. Я ещё раз мысленно сверилась с книгой: чаши с водой, свечи, пряные травы и амулет — семейная реликвия.

Натан встал и обошёл круг, проверяя все детали.

— Готова? — спросил мужчина, а у меня уже начали потихоньку дрожать колени.

В тот раз всё открылось так просто, само по себе. Но в этот раз мы готовили не только открытие портала, но и его последующее уничтожение вместе с нашим возвращением в этот мир.

— Да, — тихо ответила я.

Натан начал зачитывать заклинание, а по комнате побежали тени. Со всех сторон зазвучали едва уловимые голоса, сливающиеся в таинственный шёпот. Из трещины вырвался яркий свет, и стена снова, как и в тот раз, задрожала. Снова раздался шум в ушах, будто опасный рой пчёл кружил где-то рядом.

Натан сделал уверенный шаг к стене, продолжая держать меня за руку.

— Готова? — снова спросил меня Натан.

— Да, — в этот раз решительно ответила я.

Он протянул руку, прикоснувшись к стене и его ладони во все стороны по поверхности стены пробежали трещины, искрящиеся всё приятным жёлтым светом. Сквозь яркий свет начала проявляться дверь из света и тени.

Как только Натан коснулся двери, она поддалась, и мы шагнули внутрь. И снова оказались на том бескрайнем поле, усеянного светящимися цветами. Небо над головой переливалось всеми цветами радуги с яркими вкраплениями звёзд. Я снова почувствовала, как это место наполняет меня силой.

Среди цветов стояла София. Всё такая же прекрасная и величественная, как и в тот раз.

— Мама? — ошарашенно произнёс Натан.

— Мама? Что ты тут делаешь?! — напряжённым голосом повторил вопрос Натан.

— Здравствуй, сынок, — с теплотой в голосе ответила женщина. — Я рада, что ты пришёл вместе с Алекс. Я не могу напрямую влиять на ход событий ни в одном из миров, однако, я надеялась, что ты захочешь помочь Алекс, почувствовав вашу связь.

— Мама, но как…?

— Всё просто. Думаю, ты уже и сам догадался, что примерно произошло? — с мягкой улыбкой спросила София или, точнее, Сибил Санлар.

И тут мне внезапно вспомнилось значение имён София и Сибил — «мудрая» и «прорицательница»... Могла ли я догадаться раньше?

— Да... Мне кажется, я понял, — нервно взъерошив волосы, сказал Натан. — Тогда ты смогла открыть портал сюда и как-то изменить судьбу Виви. Взамен, видимо, ты осталась здесь?

— И да, и нет. В то утро Сибил, что заняла моё место, увидела, как открывается портал, а к Виви, сидящей напротив, тянется чёрная душа. Она загородила девочку и забрала силу этой души, уничтожив её, чтобы изменить судьбу Виви. Но платой, как ты и понял, была её душа и то, что я, прожившая в её теле и в её мире, теперь должна была занять место Хранительницы. Конечно, я согласилась ради шанса для моей внучки. Я рада, что в моё тело попала такая хорошая женщина, заменившая меня в нашей семье и пожертвовавшая собой ради Виви. Я приглядывала за вами. Мне жаль Изабеллу. Добрая была девушка, но… слабая. Посмотрим, какова ты, Алекс. Ты понимаешь, что от тебя требуется?

Из-за спины Софии вышла… вдруг я. Точнее, видимо, та, что теперь обитает в моём теле. Настоящая Алекс Тирс. Мы долго изучающе смотрели друг на друга.

— И как это будет? — печальным голосом произнесла настоящая Алекс. — Будет больно?

— Не знаю, Алекс, — ответила София. — Никто не может рассказать этого.

— Хорошо, я готова, — решительно поджав губы, сказала Алекс.

— Эй, вы о чём? — насторожилась я.

— Я готова отдать своё тело тебе навсегда и покинуть этот мир, — дрожащим голосом ответила Алекс. — Всё равно, меня ничего не держит в том мире.

Моё сердце сжалось от злости и печали за неё.

В ходе подготовки ритуала Натан рассказал мне, что произошло с настоящей Алекс.

Она была очень доброй и наивной девушкой, а две её младшие сестрицы — настоящие оторвы, которые учатся сейчас в Академии у Ричарда Найтфаера.

И вот эти девицы умудрились проиграть огромную сумму (предварительно сняв её со счёта отца в банке с помощью каких-то махинаций, в центре которых оказалась Алекс) на каких-то подпольных ставках в Академии на результат летней практики. Жуткий был скандал в узких кругах!

Девиц практически выперли из Академии, а семья разорилась, как внезапно к Ричарду пришла Алекс и призналась, что это всё её вина́ и это она подговорила сестриц обокрасть отца и поставить всё на чью-то там победу.

В итоге отец Алекс поверил в эту чушь (Ричард пытался его образумить, но безрезультатно), выгнал дочь из семьи и продал в рабство, чтобы окупить долги, потому что она — девица из известной семьи, девственница, да ещё и необычной магией была очень лакомым лотом на аукционе.

Но торговца, купившего Алекс убили, девушку перепродали, но про её ценность новый владелец уже не знал.

Так, она и оказалась в поместье Санлар в итоге. Жесть.

И, глядя в глаза несчастной девушки, я понимала, что не могу поступить с ней плохо и несправедливо.

— Ну уж нет, так не пойдёт, — решительно сказала я. — С чего это тебе умирать?! Это нечестно! Твои мерзкие сестры и отец должны за всё ответить!

— Нет, я не могу, — тихо ответила девушка. — Это же моя семья. Члены одной семьи должны заступаться друг за друга.

— Ну-ка, послушай-ка меня, Алекс Тирс! — командным тоном начала я. — Никто не может выбрать семью, в которой родиться, но все мы вольны выбирать свою судьбу. И если с тобой поступили несправедливо, это не повод забиться в угол и умереть от печали, страха и боли. Дай сдачи обидчикам, — девушка что-то попыталась возразить, но я не дала ей. — И если ты не можешь сама причинить им вред физический или моральный, то дай сдачи тем, что будешь жить сча́стливо! Им назло! Вопреки всему! Борись! И всегда найдутся те, кто вступятся за тебя! Если ты сдашься сейчас, то все твои страдания были напрасны. То твоя жизнь — самый ценный дар в мире — была напрасной. Разве так можно обращаться с подарками?

— Нет…

— Вот и не обращайся так, — фыркнула я. — Живи! Живи как Александра Олеговна Тарсина в моём мире. Да, в нём нет магии, но есть множество добрых и замечательных людей! Я готова передать тебе всю свою память и знания, чтобы ты не осталась там не у дел. Живи! И будь счастлива, поняла меня?!

— Да…

— Вот, молодец, умница, девочка моя! — торжествующе улыбнулась я. — А то, умирать она собралась! София, или Сибил, простите, не знаю, как к вам обращаться, такое же возможно? Вы мне сказали, что рано или поздно душу Алекс притянет обратно в этот мир и мы встретимся, чтобы определить, кому жить в моём мире, а кому в её. Так если мы обе согласны поменять, такое же возможно? Вы же поменялись с Сибил номер два, и каждая прожила долгую жизнь до того случая с Виви? Разве нет?

— Да, — улыбнулась София, такое возможно.

— Ты посмотри, настоящая учительница, — усмехнулся Натан. — Так по полкам всё разложила! Прямо какие-то уроки воспитания от попаданки. Я люблю тебя, моя Алекс. Несгибаемая и яростная защитница слабых.

— Отлично! Тогда так и сделаем, — радостно хлопнула я в ладоши. — Но, прежде чем уйти, я хочу попросить у вас, прях, знаний и мудрости, как изменить судьбу Виви? Ведь наверняка есть способ?

— И снова да, — с тёплой улыбкой ответила София. — Я не могу, как я уже сказала, влиять на события в том мире, если вы сами не захотите и не заговорите первыми. Я рада, что ты подняла этот вопрос. Ну что же, учительница, время и само́й обучиться? Алекс, поможешь?

— Да, конечно. Вылечим Виви!

Я стояла перед зеркалом в торжественно украшенных покоях невесты в храме Великой богини-пряхи Айсель, вдыхая аромат свежих цветов, которые были расставлены повсюду. Свадебное платье, белоснежное и лёгкое, обвивалось вокруг моего тела, будто нежное облако.

Сердце колотилось, как птица, стремящаяся вырваться из клетки. Вокруг суетились недавно появившиеся подруги — Элис, Полли и Жасмин, а их смешки и шуточки создавали атмосферу веселья и лёгкости.

— Ты не волнуйся, у тебя всё получится! — с улыбкой сказала Полли, жена Ричарда Найтфайера, поправляя мою фату. — Я уже это проходила, ничего страшного нет. А мы тут, чтобы поддержать тебя!

— Да, да! — хихикнула Элис, невеста Адриана Дарка. — А если что-то пойдёт не так, просто беги!

— Или открой портал и скажи, что это всё часть шоу, — добавила Жасмин, невеста Кирстена Сойта, лукаво подмигнув мне. — А тебе пора домой, в НАШ мир!

— Вы лучшие! — прыснула я от смеха. — Спасибо за поддержку! Воодушевляет, что у нас есть план Б.

— Мы, если надо, ещё и план В придумаем! — хихикнула Полли.

— Да не бойся, всё будет великолепно! Эту стерву Маргери же упекли в местную психушку на той неделе? — язвительно произнесла Элис. — А значит, помешать свадьбе точно будет некому!

В глубине души (да какой там глубине, на поверхности!) я всё равно чувствовала лёгкое волнение. У нас всё время с Натаном что-то шло не так, стоило лишь мне показаться, что всё идеально.

Я посмотрела на свой нежный макияж и сияющие от счастья глаза, и думала: «Неужто это всё действительно происходит со мной?! Неужто всё получится?!»

— Ну что, готовы? — спросила Жасмин, держа в руках маленький букетик цветов, и в последний раз обрызгав меня теми самыми духами, купленными Натаном в её лавочке.

Я, дрожа всем телом, кивнула. Мы торжественно вышли из покоев, и в этот момент я ощутила, как волнение сменяется ощущением абсолютного счастья.

Храм Айсель, Великой Пряхи, был великолепен. Стены сверкали золотом, а свет, пробиваясь сквозь витражи, создавал удивительные узоры на полу.

Цветы, цветы, цветы… несчётное количество! Это всё постаралась подруга Элис, цветочница Тайрин, что сидела среди гостей.

Подхватив за руку Виви, мы с малышкой зашагали по проходу под торжественную музыку. Маленькая белокурая девочка с большими, любопытными глазами смотрела на всё вокруг с таким восторгом, что моё сердце было готово лопнуть от счастья.

У алтаря меня ждал, конечно же, Натан. Когда мы встретились взглядами, время словно остановилось.

В его глазах я увидела безграничную любовь, самое уютное в мире тепло и самую заботливую поддержку и самую горячую страсть.

Натан, стоя рядом с Тони, отчаянно старавшимся сохранить серьёзный вид, улыбнулся мне и мир осветило радостью.

Священник начал говорить торжественные слова, но я и не слышала. Я смотрела только на Натана.

Когда пришло время произнести клятвы, мы клялись в любви, верности, и в том, что будем вместе, несмотря на все трудности. Её я тоже не запомнила, но текст очень похож на наш.

А вот что я запомнила — так это поцелуй. Страстно и нежно, как будто весь мир вокруг нас исчез, а мы погрузились в сладкую негу удовольствия.

Под рёв счастливой толпы гостей я прижалась к мужу и прошептала секрет, который хранила уже неделю, специально дожидаясь момента:

— Дорого́й, ты скоро станешь отцом наших детей.

— Детей? — немного ошеломлённо переспросил Натан. — Во множественном числе?!

— Ага, — усмехнулась я. — Двойня, Натан. У нас будет двойня.