Ася Кравченко

Любое использование текста и иллюстраций допускается только с письменного согласия Издательского дома «Самокат».

© Кравченко А., текст, 2024

© Сиднева Ю., иллюстрации, оформление обложки, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательский дом «Самокат», 2025

– Этого ещё не хватало! – воскликнул король, когда ему доложили, что Людоед, Дракон и гигантский Вепрь направляются во дворец с самыми недобрыми намерениями.

– И что теперь делать? – обратился он к своим советникам.

Советники пожимали плечами.

– Я спрашиваю: что делать? – закричал король. – Мне нужен ответ! Или вы все уволены.

В ряду подданных произошло движение – советники отступили на шаг или два, стараясь скрыться с королевских глаз долой. Впереди остался самый маленький щупленький советник, который и в советники-то попал случайно, а сейчас стоял и честно размышлял, что делать.

– Я в третий раз спрашиваю, что делать! – закричал ещё громче король.

Маленький советник вдруг понял, что король спрашивает именно его, так как все остальные смотрели куда-то в сторону.

– Вы меня спрашиваете? – уточнил он.

– А кого же ещё? – громыхнул король.

– Ох. Даже и не знаю. Но мне кажется, не стоит им отказывать, они ведь большие, страшные и недипломатичные.

– Я знаю, чего не надо делать. Уже хорошо. А что надо делать?

– Тяните время, что-нибудь придумаем, – поспешил с ответом советник. – Скажите им, что заняты. Я всегда так делаю. Пусть запишутся на приём и каждый придёт в свой час, по очереди. И желательно когда-нибудь потом. Через год, например.

– Попробуем, – кивнул король.

Но Вепрь, Людоед и Дракон не пожелали вставать в очередь, не стали ждать целый год и в тот же день явились к королевским воротам.

– Вас тут не стояло! – крикнул Людоед, который ценил порядок.

– Наплевать! – хрюкнул Вепрь, который любил выражаться прямо.

– Нас тут летало, – хихикнул Дракон, который славился чувством юмора.

Королевские ворота не были приспособлены для трёх таких больших гостей одновременно. И, когда все трое ринулись внутрь, Вепрь и Людоед застряли. Дракон тоже застрял, но только одной головой. Это ему сильно не понравилось, и он принял меры: упёрся лапами и вытащил свою голову. После чего перелетел через стену, подошёл к Вепрю и Людоеду с другой стороны, дыхнул на них пламенем и язвительно захохотал всеми тремя головами.

А Вепрю с Людоедом пришлось туго.

После непродолжительной борьбы победителем вышел Людоед. Он зажал хвост Вепря в створках ворот.

Вепрь подёргался, похрюкал, а потом лёг у ворот и заснул. Устал потому что. И спал долго, и снились ему хорошие сны. И всё это время через ворота никто не ходил – не будить же зверя.

А Людоед устремился во дворец. И в королевской приёмной снова столкнулся с Драконом, который замешкался из-за того, что его первая голова смотрелась в зеркало, а вторая ругалась с третьей.

Увидев Людоеда, головы перестали спорить, а возмутились хором:

– Опять ты!

– Не ожидали?! – демонически захохотал Людоед.

Дракон и Людоед попробовали испепелить друг друга взглядами, но потом плюнули и ринулись прямо к королю.

– Немедленно начинайте платить мне дань! Желательно молоденькими девушками, – кричал Людоед.

– Я требую ежедневной кормёжки и уважения, – требовала одна голова Дракона, в то время как остальные выкрикивали:

– Не смейте засорять наш лес лесорубами!

– Требую запретить авиаперелёты над нашей пещерой!

Но так как Людоед и Дракон требовали одновременно, а Дракон к тому же в три глотки, то король только беспомощно поджимал ножки.

– Что-что? – И просил: – Говорите по очереди!

– Я первый! – рявкнули три драконьи глотки и Людоед. Да так, что во дворце вылетели стёкла, потрескались стены, а оглушённый король упал в обморок.

Тут вошёл щуплый советник и объявил аудиенцию оконченной.

Дракон и Людоед повозмущались, а потом ушли, пообещав прийти на следующий день. Потому что, посудите сами, стоит ли излагать свои требования человеку в обмороке.

– Прекрасно, прекрасно! – похвалил короля щуплый советник. – Обморок – превосходная дипломатическая находка. Первый раунд вы выиграли, ваше величество.

– Что прекрасного-то? Мне так страшно! К тому же завтра они придут опять.

И точно! На следующий день ни свет ни заря Дракон прилетел в королевскую приёмную.

Там уже нетерпеливо ходили из угла в угол Людоед и Вепрь. Не успел Дракон поехидствовать, как появился советник короля.

– К сожалению, король не сможет вас принять, – сказал он грустно. – Он занят.

– Как занят?! – рявкнули пять глоток.

– Вы же сами сказали прийти сегодня!

– Непредвиденные обстоятельства: ремонт. Дело в том, что во время вчерашнего вашего визита вы серьёзно повредили дворец. Мы совершенно не в претензии, но поймите: наш дворец в аварийном состоянии.

– Это всё вы! – возмутился Вепрь. – Ни на секунду нельзя оставить.

– Уж и покричать нельзя! – стал оправдываться Людоед. – Кто ж так строит-то?

А Дракон осведомился:

– Значит, как только починят дворец, король будет свободен?

– Так точно!

– Да мы сейчас мигом всё отремонтируем, – с энтузиазмом крикнул Дракон.

И три монстра бросились помогать ремонтировать дворец.

Дракон был занят на подвозе – переносил кирпичи и прочие строительные материалы. Людоед работал подъёмным краном, а Вепрь – бетономешалкой.

– Как дела, король? Скоро закончим? – радостно выкрикивал Людоед.

– С вами – закончим быстрее, – отвечал король и весело подмигивал.

И на душе у Людоеда становилось тепло. Ведь раньше ему никто не подмигивал. И даже больше – все избегали встречаться с ним глазами…

– Король-то ничего, – сообщил Людоед Вепрю.

– Кушать хочется, – жалобно протянул Вепрь.

– Накормите свинку! – распорядился король.

– Я – свинка? – умилился Вепрь. – Меня так мама в детстве называла.

Пританцовывая, Вепрь отправился на кухню. Где и был накормлен.

Солнце уже заходило, когда король и его помощники уселись на крылечке.

– Так что вы хотели попросить? – устало спросил король.

И тут три монстра как завопят. А дракон так еще и в три глотки:

Король с тревогой окинул взглядом отремонтированный дворец, который на этот раз и не подумал рушиться, удовлетворённо кивнул и снова упал в обморок.

И снова вошёл щуплый советник и объявил, что аудиенция окончена.

– Сожалею, но вам придётся прийти ещё раз, – развёл руками щуплый советник.

На следующее утро все трое снова были в приёмной.

– Мы ходим сюда как на работу, – грустно пошутила одна из голов Дракона.

– А что делать? – вздохнул Людоед.

И все задумались было, что делать, как вошёл щуплый советник и печальным голосом сказал:

– В прошлый ваш визит вы так оглушили короля, что он до сих пор плохо себя чувствует. Не может встать с постели.

– Вечно вы, грубияны, гаркнете! – закачал головой Людоед.

– А вы молчали, конечно! – ехидно отозвалась драконья голова.

– Что это у вас король такой хиленький? – с жалостью спросила другая.

– Послушайте, а ведь ему надо на воздух, за город, – предложила третья.

Король был рад погулять. Сел в электричку и поехал. А три монстра с готовностью составили ему компанию.

Они собирали ягоды и грибы, жгли костёр и пекли картошку. Сначала король побаивался своих спутников, а потом ему даже понравилось. Вечером Дракон посадил короля на спину и они летали над озером, смотрели на заходящее солнце.

– Последний раз я так беспечно гулял, когда был совсем маленький, – грустно признался король. – Мама брала меня на ручки, и мы вместе любовались закатом.

И они полетели дальше в торжественной тишине.

– Кстати, о чём вы там хотели просить? – вспомнил король, когда они вечером возвращались в электричке домой.

– Хорошо было бы отменить авиаперелёты над пещерой, очень шумно, – пожаловалась одна голова Дракона.

– Разумное требование, – кивнул король.

– Я хотел бы попросить прекратить вырубку леса, – попросил Вепрь. – Дубы растут медленно, и желудей осталось совсем мало.

И вновь король кивнул.

– Платить мне дань молоденькими девушками, – не удержался Людоед, но на него все посмотрели так, что он сам устыдился. – Да я пошутил, – постарался загладить он неловкость.

Вечером был концерт в честь короля. Прекрасные девушки танцевали.

– Смотрите-ка, как они танцуют, – сказал король Людоеду. – Разве вы хотите их есть?

– Нет, что вы. Этих – нет.

– А другие тоже умеют танцевать. А даже если и не умеют, они будущие матери. Они возьмут своих детишек на ручки и будут вместе любоваться закатом.

– Мамочка, – заплакал Людоед.

– Знаете, ваше величество, сначала мы думали, что вы высокомерный и себялюбивый, – сказал Вепрь. – Но это не так.

– Да что вы? – удивился король, а сам задумался, так ли это.

– Пожалуй, мы откажемся от наших требований, раз у вас такой тяжёлый период.

– Ой, нет. Что вы, мне неудобно.

– Пожалуйста, примите это от нас, ваше величество.

– Нет, не могу.

– Да примите.

– Ну ладно. Я тоже думал, что вы грубые, невоспитанные.

– Мы такие и есть, – всхлипнул Людоед.

– Нет-нет. Вы заботливые. И к тому же очень интересные собеседники.

– Да ладно.

И так прошёл вечер. Они рассказывали друг другу, какие они хорошие, – до тех пор, пока сами не поверили.

Дракон, Людоед и Вепрь полюбили бывать во дворце. Вместе с королём они ходили на экскурсии, по музеям, слушали музыку, а по вечерам читали друг другу стихи.

Король поселил их в своём саду, чтобы надолго с ними не расставаться.

Дракон научился играть на арфе.

Людоед стал художником-импрессионистом.

А Вепрь – поэтом. Любимая рифма у него, кстати, была «свинка – полботинка».

Давным-давно-предавно в одном старом городе в старом доме родился мальчик.

Бывает, конечно. Сплошь и рядом.

Да только старуха, что принимала роды, глянула на него и сказала:

– О! Этот – точно герой! – А потом вдруг запричитала: – Жизнь ему предстоит великая. И будут небеса к нему благосклонны. И будет ему знамение. И вступит он в великую битву. И всех спасёт.

Новоиспечённая мамаша только руками замахала:

– Не нужен мне герой! Знать ничего не хочу про знамения! Дай я на него посмотрю. Радость моя! Никаких битв! Я тебя никуда не пущу!

Старуха говорила много и часто, и её предсказания иногда сбывались. Поэтому к ней иногда прислушивались, особенно когда она говорила что-нибудь интересное. А тут знамение, предназначение, герой.

Весть о том, что родился герой, быстро разнеслась по городу.

Сначала к младенцу потянулись родственники и знакомые. Просто посмотреть. Чтобы потом никто не упрекал их в невнимании к герою и неучастии в делах государственной важности.

– Дайте-ка нам глянуть на нашего героя. Ах, какие у него глазки! Ух, какие у него ручки! А ножки?! Просто загляденье. Когда воевать будем?

Мать сердилась и прятала младенца от любопытных. Она считала, что подобное внимание мальчику ни к чему: ничего путного от такой славы не будет.

А мальчик с раннего детства точно знал, что он герой и предназначен для великого дела. Не знал лишь для какого. И ждал, ждал, ждал. Ждал знамения, откровения или, на худой конец, знака.

Некоторые полагали, что знамением может быть что угодно, и непременно прибегали и сообщали о всяких событиях. Сначала мальчик бросал свои дела, хватал что под руку попадётся и бежал спасать государство. Но вскоре ему надоело, он впал в меланхолию и целыми днями размышлял о том, что можно, а что нельзя назвать знаком или знамением. И каковы отличительные признаки того и другого, а также последовательность и скорость их появления. К неудовольствию мамаши, сидел он целыми днями погружённый в размышления и ничего не делал.

Некоторые завистники говорили, что он просто ленив. Но было в его ожидании что-то величественное.

Мама всё стыдила и пилила его. Хоть все родственники и знакомые её уговаривали:

– Отстань от мальчика! Он – герой. Когда-нибудь он нас всех спасёт. И тебе тогда будет стыдно.

– Нет мне никакого дела до того, что будет когда-нибудь! – раздражённо кричала мама героя. – Мне надо сейчас, чтобы он помыл посуду. Так сложно, что ли?

И дивились люди: как же она не понимает, какое ей выпало счастье быть матерью героя, и при чём тут посуда? И чтобы облегчить жизнь герою, которому досталась такая непутёвая мамаша, по-прежнему отслеживали всякие знамения.

Однажды в городской думе одновременно подохли от скуки восемьдесят восемь тараканов. Но герой этого не видел, он спал. А восемьдесят восемь принесённых ему усатых трупиков принял за насмешку.

В другой раз пятьсот звёзд свалилось прямо на город. Но и это осталось незамеченным, так как герой в это время кушал.

В третий раз сразу восемь шаровых молний сожгли девять овинов. Но герой не поверил, решил, что его обманули. Ведь сразу восемь шаровых молний бывают так редко.

Между тем дела в городе шли всё хуже, а горожане только и обсуждали, что знамения и знаки. И не пора ли герою действовать.

– Ну, это точно знак, – говорили одни.

– Не скажите! – возражали им другие. – Вдруг просто совпадение. Вдруг ещё не пора? И он пропустит в суете тот самый знак, настоящий, который нужен.

Казна пустела, саранча пожирала урожай, люди болели. Но никто ничего не предпринимал. Потому что верили, что однажды будет знак и всех спасут.

И вправду, чего суетиться в таком случае? Находились, впрочем, и такие, кто плевать хотел на знаки, но всё-таки надеялся, что герой как-нибудь улучшит их жизнь. Некоторые из этих некоторых даже подстраивали знаки сами. Например, притаскивали дорожные указатели и устанавливали их около дома героя, что было уж совсем нелепо. Пришлось даже создать комитет по борьбе с изготовителями ложных знаков и устроителями ложных знамений. И всё уже стало приходить в порядок, как на город напало войско соседнего государства.

Вероломно подошли они к воротам и потребовали разнообразных благ, пригрозив всяческими несчастьями.

Бросились тогда старейшины города к герою и говорят:

– Пора! Откладывать некогда. Иди, спасай!

– Пора так пора, – обречённо сказал герой. – Сейчас только тапочки надену.

А пока он надевал тапочки, старейшины, чтобы не проливать много крови, как цивилизованные люди, договорились с врагом о том, что каждое войско выставит по одному самому сильному воину. И пусть эти воины сразятся, и кто победил – тот и молодец.

И спросил герой:

– А знамение-то где?

– Какое тебе ещё нужно знамение? Иди, воюй.

Делать нечего, отправился герой на битву. А за ним – весь город. И так и пожирают его глазами.

– Дорогие мои сограждане, я стесняюсь, – не выдержав, сказал герой.

– Стесняется, он стесняется, он скромный, наш герой, – закивали горожане и разошлись ждать результатов битвы по своим домам. И врагов тоже попросили уйти, чтобы и они героя не смущали. Засели по домам – и ну волноваться.

И вот вышел герой в чистое поле.

А навстречу ему – вражеский. Тоже сразу видно – герой.

И поднял герой меч. И пошёл. И пока шёл, вспотел от ответственности.

Но враг всё стоял на месте и медлил нападать.

Взмахнул раз герой мечом, взмахнул два, а потом и спрашивает:

– Эй, ты чего медлишь?

– Да вот, – замялся враг, – жду знамения.

– Ты тоже? – удивился герой и обнял врага. – Как я тебя понимаю. Давай подождём вместе. Мне тоже ещё знамения не было.

Сели они, помолчали многозначительно, а потом им надоело молчать и они начали анекдоты рассказывать. И так хорошо им стало, душевно. Но ненадолго. Потому что ближе к вечеру увидели они, что небо покраснело. Переглянулись, вздохнули и взялись за мечи, потому что поняли, что это точно знак.

– Пора! – вздохнул герой. – Хорошо посидели.

– Подожди, – остановил его враг. – А кому это знамение? Тебе или мне? Если мне, то тебе плохо будет. А если тебе – то мне. Мы же с тобой враги. – Вражеский герой был на редкость рассудительным.

– Вот незадача! – задумался герой.

– Что будем делать? Мне погибать совсем неохота, – признался враг.

– И мне. Давай в шахматы поиграем, – неожиданно предложил герой. – Может, ещё какой знак будет поопределённее, а то как-то непонятно, кому что делать.

Сели они в шахматы играть.

А тем временем у пяти мальчиков семилетнего возраста выпало по три зуба. И тридцать восемь котов прошли с севера на юг, все полосатые.

И семнадцать крокодилов убежали из городского зоопарка в сторону реки Амазонки.

И поняли горожане – пора.

И враги горожан поняли – пора.

И пошли они вместе выяснять, чем кончилась великая битва.

Пришли и нашли двух героев.

И спросили:

– Кто выиграл, ребята?

– Ничья, – одновременно сказали герои и смущённо улыбнулись.

И бросились тогда все обниматься и целоваться.

И только самые злые спросили героя:

– Почему ж ты жив-то и чувствуешь себя хорошо?

Рассердился герой:

– Спас я вас? Спас. А то, что выжил, так кто сказал, что спасать надо обязательно ценой своей жизни? И знаки мне ваши надоели уже.

– Ну слава богу. – Из толпы вышла мама героя, вся в слезах от радости. – Мне тоже надоели твои знаки. Иди, дорогой, посуду помой!

В одном королевстве жил-был принц.

И был он очень чувствительным. А потому почти всегда был очень, ну очень уныл.

При одном его виде грустно замолкали птицы, маленькие дети начинали капризничать, а королевский оркестр прекращал играть – расстраивались инструменты.

Принц грустил с утра, тосковал в обед, а к вечеру его сердце сжималось от горестных предчувствий. К тому же временами у него случались приступы меланхолии, и тогда в королевстве объявлялся траур и даже торговцы на базаре переставали рассказывать анекдоты. Если кто смеялся на улице – его тут же одёргивали:

– Как вы можете, ведь нашему принцу так плохо!

– А почему ему плохо? – спрашивали чужестранцы.

– Ах, что вы понимаете! Он такой чувствительный.

Сто докторов лечили его, сто шутов веселили его. Но всё безрезультатно.

И наконец королева решила обратиться к колдунье.

Король был против: колдунья слыла сумасбродной старухой. Но колдунью всё же позвали.

– Сама виновата, голубушка, – начала колдунья сварливо. – Помочь сложно, но можно. Итак, записывай: подъём в шесть утра…

– Если он встанет так рано, он будет не в настроении, – пробормотала тихо королева.

– Прогулка по лесу…

– Он промочит ноги…

– Так! Или вы меня слушаете, или справляйтесь сами!

– Вы – наша последняя надежда! – спохватилась королева.

– И вообще! Что это он у тебя целыми днями сидит скучает? Отправила бы мальчика в футбол поиграть, что ли.

– Футбол?! Какая грубая игра.

– Надоели вы мне! Давайте я с ним сама поговорю.

Принца позвали. Он был в слезах.

– Привет! – начала колдунья. – Опять ревёшь? Сколько можно! Большой уже!

– Если бы годы стирали несчастья вокруг меня, – вздохнул принц.

– Да какие у тебя несчастья?! Мама-папа, слава богу, здоровы, королевство процветает…

– Никто меня не понимает, – уныло ответил принц.

– Ну-ну-ну! Берись за ум! Тебе пора государством управлять, а ты сопли распускаешь.

– Не могу, у меня меланхолия.

– Да провались ты со своей меланхолией!

И в ту же секунду паркет дворцовой залы разошёлся и принц провалился.

– Ой, что же это? – всплеснула руками королева.

– Погорячилась, – смутилась колдунья. – Бывает.

– Так верните его!

– Не хочу! У меня от сырости ревматизм!

– Да как ты смеешь, старая карга! – закричал король. – Мы тебе доверили самое дорогое!.. Взять её!

– Ха! Держите! – каркнула старуха и исчезла.

Первое, что увидел принц, был огромный человек. Человек сидел прямо перед ним и читал «Книгу о вкусной и здоровой пище людоеда» (Г. Остер, издание третье, переработанное и дополненное).

– Приправы есть, белые грибы есть, принца – нет, – вздохнул большой человек. – Вот так соберёшься поесть «принца в грибном соусе по-провансальски», а принца-то и нет.

В полутёмной пещере было сыро и пахло несвежим. Вокруг стола валялись кости.

– Где это я?! – ахнул принц.

– Ты – у меня на столе. А вот меня интересует, кто ты и откуда, – сказал Людоед (а это был именно Людоед).

– Я – принц.

– Тю! Принц! Тебя-то мне и не хватало! Где это я читал? А, вот. «При приготовлении “принца в грибном соусе” обращайте особое внимание на настроение главного ингредиента. Принцы в плохом настроении портят блюдо нежелательной горечью».

– Как настроение? – осведомился Людоед-гурман.

– Хуже некуда.

– Что так?

– Здесь ужасно.

– Ну не так уж…

– И пахнет плохо.

– Ой какой нежный. Ну ничего, ничего, – стал утешать принца Людоед. – Не горюй, я сейчас приберусь.

Людоед работал целый день, чистил свою пещеру. Вечером, усталый, но с лучезарной улыбкой, он спросил принца:

– Как настроение?

– Поганенькое.

– Слушай, я ведь всё убрал! Проветрил. У меня отродясь так чисто не было.

– Ах ты бедный, бедный! Всю жизнь в таких кошмарных условиях.

– Опять рыдает! – всплеснул руками Людоед. – Давай я тебе песенку спою.

Принц заплакал в голос.

– Что, так плохо? – обеспокоился Людоед.

– И не спрашивай. Лучше бы мне помереть.

– Отлично! Соберись с мыслями, хоть ненадолго. Я уж тебя съем, и все твои беды кончатся. Представляешь? Совсем кончатся! Навсегда! Всё будет чудесненько.

– Легко тебе говорить.

– Ой! – заревел в голос Людоед. – У меня от голода и твоих воплей голова болит.

И так проревели они до вечера.

Но и на следующий день настроение у принца не улучшилось.

– Чем бы тебя порадовать? – задумался Людоед. – Хочешь подарок?! Зеркало. Если в него посмотришь, узнаешь, каким тебя видят окружающие. Мама всё надеялась, что я исправлюсь. Но я как посмотрю в зеркало, мне сразу так неприятно становилось, такой я страшный и противный. Так что я в зеркало не смотрел, чтобы не расстраиваться.

Посмотрел принц, а там он сам – такой нежный, заплаканный, с распухшим носом и жалобный.

И принц заплакал от жалости к себе.

– И это не сработало! – всплеснул руками Людоед.

На третий день людоед еле встал.

При виде него у принца затрясся подбородок.

– Вот недоумок. Как же ты государством будешь управлять, если чуть что – в слёзы?

– Плохо! В том-то и беда, что плохо. Избави господи мой народ от такого правителя…

– Кончай рыдать. Сейчас избавим! Ну же, улыбнись! Я уже не могу. Ты же меня три дня голодом моришь!

– Ах я несчастный! – завопил принц.

– Не везёт мне! У входа в мою пещеру стоит стража. Им приказано никого не впускать и никого не выпускать. Обычно я съедаю какого-нибудь стражника. Но сейчас я совсем обессилел и ни с кем не справлюсь. Так что соберись с мыслями. Иначе я помру.

– Помрёшь по моей вине?! Как же мне жить-то после этого?

– Да ничего, не убивайся так, – спохватился Людоед. – Я знаешь скольких съел – и ничего. Думай о хорошем.

– Ты меня съешь – плохо. Не съешь – ещё хуже. Выхода нет, – сказал принц и зарыдал.

На четвёртый день призвал Людоед принца слабым голосом.

– Ты – человек-загадка, – сказал Людоед. – Я умираю из-за тебя. Но я даже рад, что умираю. Потому что рядом с тобой жить невозможно. Всё кажется безнадёжным. Прощай.

И помер.

Посидел принц над Людоедом, погоревал как следует. Потом слез со стола, прихватил зеркало и пошёл вон из пещеры.

А у пещеры стражник.

– О, кто ты?

– Я – принц.

– Как ты вышел от Людоеда живым?

– Слез со стола и вышел.

– Э, да ты весёлый малый! А Людоед что тебе сказал?

– Он умер.

– Как умер?

– В муках, – всхлипнул принц.

– Ура! Мы свободны!

– Это было ужасно!

– А ты шутник!!! – воскликнул стражник.

– Какое там! – всхлипнул принц. – До сих пор перед глазами это жуткое зрелище.

– Ха-ха-ха! – захохотал стражник. – Ой не могу! Ой держите меня!

– Что я сказал смешного? – удивился принц.

– Как тебя там… принц! Ты должен пойти к нашей принцессе и рассказать всё это ей. Я ей тебя порекомендую в шуты.

– Да разве я справлюсь?

– Не прибедняйся! – заливался стражник.

– Это какая-то ошибка! – воскликнул принц, входя в королевский замок. – Я не могу быть шутом. На меня давит груз пережитого.

– Груз пережитого можете оставить в гардеробе, – посоветовал церемониймейстер, хихикнув.

Принцесса была миленькая и сразу понравилась принцу. Правда, в тот день она была не в настроении.

– Чем я могу вас порадовать, ваше высочество?

– Ничем! – покачала головой принцесса.

Принц так огорчился, что начал всхлипывать.

– Что ты дразнишься? – возмутилась принцесса.

– Да что вы, я не смею. Я огорчён и потому плачу.

– Чем же ты так огорчён? – уже заинтересованно спросила принцесса.

– Тем, что не умею вас развеселить.

– Да ладно, не расстраивайся!

– Нет, не могу, ой не могу, – разрыдался принц.

Принцесса фыркнула и рассмеялась.

– Что смешного? – удивился принц.

– Как что? Ты. Ревёшь про всякую ерунду.

И тут принц вспомнил про зеркало Людоеда и глянул украдкой.

– Ведь и правда смешно, – прыснул принц.

– А теперь что хихикаешь? – удивилась принцесса неожиданной перемене. – И куда это ты смотришь, неужто в зеркало? – И засмеялась ещё громче.

Принц ей всё рассказал.

– Ну-ка, дай мне посмотреть твоё зеркало.

Заглянула принцесса в зеркало и увидела себя такой хорошенькой, такой миленькой, что просто прелесть.

– Какая я чу́дная! Так, значит… это зеркало… Неужели ты меня такой видишь? – поняла принцесса.

– Такой, – выдохнул принц.

– Как мило!

А после того как выяснилось, что принц и вправду принц, принцесса всерьёз задумалась: а не выйти ли ей за него замуж? Какой женщине не приятно, когда на неё смотрят с восхищением?

Ну и вышла.

Вот принцевы мама с папой обрадовались!

Кстати, в конце концов принц стал неплохим правителем. Недостатки вокруг он видел хорошо, как и прежде, и старался их исправлять. А если на него нападало уныние, он звал свою милую жёнушку-хохотушку и смотрел в зеркало. Посмеётся над собой немного и идёт дальше управлять государством.

Перед тем как покинуть Университет волшебных наук, выпускник и отличник магистр Блюмкин решил навестить своего любимого профессора – попрощаться. Профессор Дриминг жил при университете, во флигеле. Блюмкин никогда у него не был и немного робел.

– Входи, – послышался скрипучий голос профессора, едва только Блюмкин поднёс руку к двери, чтобы постучать.

«Какое чутьё», – в очередной раз восхитился Блюмкин своим кумиром и вошёл.

В комнате было темновато, и Блюмкин не сразу смог разглядеть профессора. А когда разглядел, раскрыл рот от изумления.

Дриминг сидел на полу и строил из кубиков замок. Строил он, по-видимому, уже давно: замок занимал полкомнаты.

– Что вы делаете, профессор?! – воскликнул Блюмкин.

– Ты не видишь? – удивился Дриминг и, помолчав, добавил: – Хочешь, присоединяйся.

– Профессор, – пылко начал Блюмкин. – Теперь, когда я владею магическими науками, я не могу терять время. Я должен помочь людям.

– А, – протянул профессор. – Тогда беги, помогай. – И водрузил пирамидку на одну из башенок замка.

«Как же так? – размышлял Блюмкин. – Один из самых могущественных магов, которых знала история человечества, сидит у себя дома и строит башенки, вместо того чтобы делать мир лучше. Не понимаю! – Блюмкин долго не мог успокоиться, а потом принял решение: – Я не такой! Я должен осчастливить хоть кого-нибудь. Только тогда я буду сто́ящим волшебником».

Он шёл по городу и слушал мысли людей: «Надо было врезать ему как следует», «Не забыть купить зубную пасту», «Ха! Красотка! Попробовала бы она быть красоткой с моим носом», «Как же мне всё надоело», «Потом наложить огуречную маску». Блюмкин потряс головой: слушать чужие мысли оказалось утомительно. И вдруг: «Одну-единственную игрушку! Разве это так сложно? Мне больше ничего не надо. Я больше ничего не попрошу. Только этот большой экскаватор!» – Блюмкин увидел мальчика возле витрины магазина игрушек.

«Как просто сделать этого малыша счастливым», – обрадовался Блюмкин.

– Беги скорее домой, дружок, – сказал Блюмкин. – Экскаватор уже ждёт тебя.

Мальчик недоверчиво посмотрел на волшебника и побежал прочь.

Блюмкин долго смотрел ему вслед, а потом двинулся дальше, подпрыгивая и напевая. Но его песню вдруг заглушил ворчливый голос:

– Ты посмотри, во что ты превратил свою жизнь! Чудовище! Жизнь с тобой – одно мучение.

Около базара руки в боки стояла женщина и пилила своего мужа. Муж её не слушал. Он был красен от вина и мрачен от погоды и своих мыслей.

«А ведь когда-то она была очень красива», – вдруг понял Блюмкин и прислушался к её мыслям, полным отчаянья:

«И зачем я только вышла замуж за этого обормота? Ведь были и другие. Вот хоть Борис. Где он сейчас? Борис, ах, Борис. Он бы не позволил себе напиваться, как животное. Ах, если бы начать жизнь сначала. Если бы у меня был ещё один шанс!»

«Будет у тебя шанс, – торжественно пообещал Блюмкин. – Ты его заслужила, бедная женщина». И отправился дальше.

Навстречу ему брёл человек. Он шёл по краю, уступая дорогу встречным, будто стесняясь. Его мрачные, полные страдания глаза блуждали.

«Теперь, когда я вышел из тюрьмы, я хочу начать новую жизнь, – услышал Блюмкин. – Но едва ли я смогу. Никто не захочет иметь со мной дела. Никто не возьмёт меня на работу. Никто не пустит меня к себе в дом. И правильно. Все знают, что я вор. Вот если бы мне дали ещё один шанс. Мне и надо-то совсем немного: чтобы меня просто никто не знал. Я бы смог начать новую жизнь».

«Хорошо, – твердо решил Блюмкин. – Я дам тебе такой шанс. Только ты впредь не оступайся».

Вечером Блюмкин долго не мог уснуть. Как это, оказывается, просто и замечательно – менять жизнь людей к лучшему. Всё-таки отличная вещь – волшебная сила.

Утром Блюмкин вновь отправился бродить по городу. Он снова искал, кому надо помочь, высматривал того, кто нуждается в волшебной помощи. Город больше не казался ему чужим. И горожане были как-то роднее, и их непутёвые мысли уже не так раздражали.

«Мне бы такого робота! – вдруг услышал Блюмкин чьи-то мысли. – Какой классный робот».

Мысли показались Блюмкину знакомыми. Волшебник подошёл поближе.

– Я ведь немногого прошу. Только этот робот.

У витрины стоял осчастливленный вчера мальчик и хотел робота.

– Вчера ты просил экскаватор. Экскаватор тебе дали. Сегодня – робота.

– Экскаватор – фигня, – хмуро сказал мальчик. – Вот робот! Эх, я бы всё отдал, чтобы получить этого робота.

– Ах ты маленький попрошайка! – разозлился волшебник Блюмкин. – Не получишь ты никакого робота!

– А чего этот гадкий дядька на меня ругается?! – захныкал мальчик на всю улицу.

Прохожие стали оглядываться. Блюмкин спешно пошёл прочь. В спину ему неслись обрывки мыслей:

«Дядька противный… Вот если бы он подарил мне робота… Хочу робота!»

Блюмкин плюнул с досады.

Когда волшебник проходил мимо рынка, он уже почти успокоился после истории с мальчиком. И вдруг:

– Подлец! Как есть подлец! С утра уже никакой, пьяница несчастный! И что же мне с тобой делать, Борька? Что ты сделал со мной?! И почему я вышла за тебя замуж? Ведь был же Степан. Эх, где ты сейчас, Стёпа? И что же я тебе отказала тогда?..

Волшебник схватился за голову и побежал прочь.

Он бежал долго.

Устал. Сел на лавочку отдохнуть. И незаметно заснул.

«Не стоило бы здесь сегодня маячить, – разбудили Блюмкина чьи-то мысли, которые настойчиво жужжали где-то рядом. – Хорошо, что вокруг никого. Этого на лавочке уж точно бояться не стоит. Спит себе и спит. Хотя можно было бы его пристукнуть. А то вдруг потом опознает меня. Интересно, сколько там может быть денег?»

Блюмкин открыл глаза и увидел в нескольких метрах от себя того самого бедолагу, которого вчера ему удалось осчастливить. Теперь этот человек шёл уверенной походкой и цепким взглядом осматривал здание, на котором было написано «Банк».

– А-а-а-а-а-а-а! – закричал Блюмкин. – Грабят!

И бросился бежать куда глаза глядят.

Лил дождь. Блюмкин подошёл к флигелю университета.

– Ну что ж, входи, – услышал он голос изнутри.

Блюмкин вошёл, скинул мокрый плащ и опустился рядом с профессором на пол.

– Вам нравится этот экскаватор, профессор? – Блюмкин вынул из-за пазухи машину.

– Какое чудо!

– А он сказал «фигня», – пробормотал Блюмкин. И опустил голову.

– Не горюй. Думаешь, ты один такой? – Профессор засмеялся. – Были и до тебя. Они обладали такой прекрасной, чистой силой. А какие у них были планы! Не чета нам с тобой. И при этом они мыслили глобально.

– И куда они все подевались?

– Да никуда не подевались. Кто на дереве себе гнездо свил. Кто в горах козочек пасёт. Кто у себя на даче цветы выращивает.

– Но почему они не колдуют?

– Почему не колдуют? Колдуют понемногу в своё удовольствие. Смотри.

Профессор сосредоточился, и около игрушечного замка расцвели игрушечные цветы, и игрушечный поезд выпустил пар, загудел и поехал.

– Разве не прекрасно? – выдохнул профессор.

– Прекрасно! – кивнул Блюмкин. – Но ведь мы не для этого так долго и упорно учились.

– А для чего?

– Чтобы сделать людей счастливыми, – чуть не плача, сказал Блюмкин.

Дриминг похлопал Блюмкина по плечу.

– Это так сложно, друг мой. – Паровозик подъехал к замку. – Люди так редко знают, чего хотят на самом деле.

Был ясный весенний день. Весело помахивая мечом, Герой шёл сражаться с драконом. Дракон поселился в здешних горах недавно. По слухам, у него было три головы и выдыхал он настоящее пламя.

На всякий случай Герой был в шлеме, а под мышкой держал огнетушитель. Временами грустные мысли омрачали лицо Героя: «А вдруг дракон бессмертен?» Но Герой гнал эти мысли прочь. Ещё бы! Ведь победителю дракона, как положено, была обещана принцесса и полцарства в придачу.

Подойдя к драконовой пещере, Герой взял огнетушитель на изготовку, набрал побольше воздуху и крикнул:

– Эй!

– Эй-эй-эй! – откликнулось эхо.

Герой отложил огнетушитель, вынул меч, сделал несколько выпадов и снова крикнул:

– Эй! Выходи на бой, вонючая ящерица!

– Ца-ца-ца! – прокричало эхо.

– Эй ты, старая рептилия! – приободрился Герой. – Я тебя на куски изрублю! На костре зажарю! А твои головы вывешу на крепостной стене.

Ответа не последовало.

«Наверное, его нет дома», – подумал Герой. Лёг на травку и стал загорать.

Солнышко грело так ласково, а травка была такая мягкая, что Герой подумал: «Всё-таки хорошо, что дракона нет. Что-то не хочется мне сейчас драться. Я и принцессу-то толком не видел. Вдруг уродина? А я из-за неё на рожон лезу».

– Привет! Это ты тут шумел? – вдруг услышал он совсем рядом.

Герой вскочил. Из пещеры торчала огромная зелёная голова на длинной шее.

– А-а-а! – закричал Герой, схватил огнетушитель и стал поливать голову.

Тогда из пещеры высунулась лапа, отобрала у Героя огнетушитель и забросила его далеко-далеко.

Бум-бум-бум! – загрохотало в горах. Похоже, там случился обвал.

– Извини, мне не нравится запах! – сказала голова.

– А-а-а! – закричал Герой и бросился на голову с мечом.

– Ты с этой штукой поосторожнее! Так и в глаз попасть можно! – посоветовала голова, а потом крикнула в пещеру:

– Вася, Петя! Выходите! У нас гости!

– Спасибо, мы уже завтракали! – донеслось из пещеры.

– Он такой забавный! – опять сообщила голова.

Из пещеры вынырнули ещё две головы и уставились на Героя.

– Я таких уже видел, – хмуро сказала вторая голова.

– А-а-а! – закричал Герой в третий раз.

– Нельзя ли потише? – поинтересовалась третья голова.

Драконья лапа вытащила шахматную доску. И вторая и третья головы погрузились в игру.

– Выходи на бой! – совладав с собой, крикнул Герой.

– Давай лучше поговорим, – предложила первая голова.

– Что с тобой разговаривать, зелёная ящерица?!

– Зови меня «игуана», – миролюбиво попросила голова. – Я всю жизнь мечтал быть игуаной. Но вот выросло у меня три головы, и все нужные. Кое-как приспособился. Знакомьтесь: Петя, – голова кивнула в сторону второй головы, – Вася, а я Иван.

Вторая и третья головы покивали.

– Ты мне зубы не заговаривай! – крикнул Герой. – Ты прекрасно знаешь, зачем я пришёл!

– Зачем? – с интересом спросила голова Иван.

– Я пришёл тебя убивать, вонючая ящерица!

– Что ты грубишь? – удивилась голова Иван.

– Я тебя зарублю! – крикнул, выходя из себя, Герой.

– Если чувствуешь прилив злости, зажмурься и досчитай до десяти. – Голова Иван зажмурилась, досчитала до десяти и добавила: – Даосская мудрость.

Помолчали.

– Так ты отказываешься со мной драться? – наконец спросил Герой.

– Мне кажется, это не в твоих интересах, – подмигнула голова Иван.

Герой подумал и сказал:

– Конечно, трое на одного нечестно!

– Раньше надо было думать! – отрезала голова Пётр.

– Да я тоже не очень хочу драться, – пригорюнился Герой. Он вспомнил, как провожать его на бой высыпало всё королевство. Сейчас это его совсем не радовало. – Но что же мне делать? Я не могу просто так вернуться. Я же Герой.

– Ну и в переплёт ты попал, приятель, – грустно закивала голова Иван.

– Иван, держи себя в руках! – строго сказала голова Пётр. – Сострадание к врагу вредит военной операции.

– Да меня засмеют просто! – продолжал Герой.

– Ну хватит, хватит! – сказала голова Вася, не отрываясь от шахматной партии.

– И первая – принцесса, – не унимался Герой. – Я на ней жениться хочу, а король поставил условие – убить тебя.

– Не вижу связи, – нахмурилась голова Пётр. – Как связаны твои матримониальные планы и наша жизнь?

– У нас король со странностями.

– Я ему не нравлюсь? – удивилась голова Иван. – Ладно еще Пётр. У него сложный характер…

– Сам такой! – сказала голова Пётр.

– Шах! – объявила голова Вася.

– Какой шах? Жулик! – заревела голова Пётр.

– Не обращай внимания, – посоветовала голова Иван. – Пётр не любит проигрывать. Итак, о чём мы говорили? Ах да! О странностях вашего короля! Конечно, у нас не очень красивые лапы. Коротковаты, и когти грязноваты. Зато какие крылышки! Посмотри.

– Видал я твои крылышки!

– Нет, ты пощупай.

– Да не хочу.

– И потом, красота не главное. Главное – душа! А знаешь ли ты, какая у меня душа? Вот! Никогда не суди по внешности! Никогда.

– Послушай, приятель, а зачем тебе вообще жениться? – спросила голова Вася.

– Как зачем? Чтобы быть счастливым.

– Счастье. Это что? – нахмурилась голова Иван.

– Счастье – это когда так хорошо, так хорошо, что ни с того ни с сего хочется танцевать.

– Я тоже хочу счастья…

– А ещё у нас будут детки… – продолжал Герой.

– Это такие маленькие, крикливые? Зачем они тебе? Прежде чем съесть, их же ловить надо, – встряла в разговор голова Вася.

– Я не собираюсь их есть. Я буду их любить.

– Любовь, – задумчиво пробормотала голова Иван. – Счастье, любовь! Как вы, люди, интересно живёте!

– Хотите с нами жить? – вдруг спросил Герой.

– Только что ты говорил, что нас надо убить.

– Мы сделаем вид, что я вас победил и сохранил жизнь из милости.

– Непохоже, – хихикнула голова Вася.

– А вы взамен будете на нас работать.

– Это как?

– Ну, к десяти будете приходить в контору и работать до шести. Как все!

– Ну нет! – загалдели головы разом. – Мы не можем так рано вставать.

– Хорошо, у вас будет свободный график.

– А ради чего?

– Мы вам положим приличную зарплату…

– Дорогуша, у нас этих денег – полная пещера.

– А вы не можете работать, например, из любви к искусству?..

– Не знаком с искусством, – хмыкнул Пётр.

– Что мы всё о работе да о работе! – встрепенулась голова Иван. – Давай лучше о чём-нибудь приятном. Знаешь, мне нравится в ваших горах. Здесь такой чистый воздух. Только народу мало. Поговорить не с кем. Но ты же будешь приходить? Мы с тобой так славно побеседовали.

– Ты будешь приходить? Отвечай! – нахмурилась голова Пётр. – Если не будешь, я тебя съем!

– Конечно, буду! – поспешил согласиться Герой. – Да разве у меня теперь есть выход…

– Выхода нет! – сообщила голова Вася.

– Мне страшно скучно, – пожаловалась голова Иван.

– Ты будешь приходить и рассказывать ему сказки, – отрезал Пётр.

– Ты умеешь рассказывать сказки? – поинтересовался Вася.

– Я?

– Если не умеешь, я тебя тоже съем, – добавила голова Пётр.

– Конечно, умею!

– Рассказывай! – приказал Пётр. – И чтобы с хорошим концом. А то последнее время Ванька читает книжки с плохим концом и плачет. А у нас и так по утрам сыровато.

– Как, прямо сейчас?

– А когда же?

– Жил-был дракон. У него были красивые перепончатые крылья и большие голубые глаза.

– Это про меня? – У Ивана на глаза навернулись слёзы.

– Однажды он полетел к своей бабушке. Бабушка очень обрадовалась внуку. Она напекла ему больших вкусных пирогов с черникой. В один из пирогов бабушка запекла записку с секретом драконьего счастья…

– Бабушка-бабушка, это правда? Я лечу к тебе, бабушка! – в восторге закричала голова Иван.

– Дай партию доиграть! – взмолился Пётр.

– Его теперь не остановишь! – сказал Вася. – Потом доиграем.

Дракон подхватил шахматную доску и улетел.

«Уф! Как славно всё уладилось!» – подумал Герой и вприпрыжку побежал во дворец.

– А вот и наш Герой! – закричал король, увидев Героя в подзорную трубу. – Вот он, наш победитель дракона! Машка, нечего вздыхать! Все принцессы выходят замуж за героев!

– Папа, я не хочу как все!

– Глупости! Посмотри: вполне ничего себе герой! Мог бы оказаться гораздо хуже!

И король подсунул дочери подзорную трубу.

– Не люблю, когда мучают животных! – дёрнула плечиком принцесса.

– Не выдумывай! – отрезал король. – Делай как положено!

Все жители королевства высыпали встречать Героя:

– Да здравствует победитель дракона!

– Бесстрашный Герой – молодец!

– Я расскажу, как было дело! – попытался перекричать толпу Герой.

– Ура! – закричала толпа, подхватила Героя и отнесла прямо к дворцу, где на лестнице его дожидались король с принцессой.

– Ваше величество! – начал Герой.

– Где огнетушитель? – прервал его король. – Впрочем, ладно, вычту из приданого. Машка, вот жених. Сейчас поедим, а потом поженимся.

Принцесса не была красавицей. Обыкновенная миленькая девушка. Герой было расстроился, а потом подумал: «Красота не главное. Главное – душа!»

«Слава богу, в нём не так уж много геройского! – подумала Принцесса. – Если бы он не был так кровожаден…»

Не успел Герой опомниться, как накрыли стол и сам король поднял кубок.

– За Героя, победителя дракона! – сказал он.

И все закричали:

– Ура!

Герой хотел возразить, но король прервал его:

– Не знаю, как тебе это удалось, и слышать не хочу! Это ваше дело, геройское. Надеюсь, дракон не слишком мучился. Ну, за тебя!

Все выпили, и Герой взял слово.

– Благодаря дракону я понял: мы никогда не знаем, как дело обернётся…

– Какая мысль, – прошептала Принцесса.

– Ура! – обрадовались все.

– Венчаться! – заторопился король. – Пока никто не передумал!

И затрубили трубы, и закричали герольды, и побежали мальчишки, и строгий собор распахнул перед Героем и Принцессой огромные двери. И вот уже Герой и Принцесса стояли перед алтарём. И король стоял очень довольный, что всё так уладилось… Как вдруг снаружи раздался страшный шум, крики. А через мгновение три зелёные головы появились в центральном проходе собора.

– Ах вот ты где! – закричала голова Иван. – Оказывается, моя бабушка совсем не умеет готовить!

– И поэтому мы пришли тебя съесть! – закричал Пётр.

– Не! Есть не будем, – возразила голова Иван. – Хорошая была сказка!

– Ах ты обманщик! Ты говорил, что ты – победитель дракона! – рассердился король, потрясая кулаками.

– Вы мне даже сказать ничего не дали! – стал оправдываться Герой. – Сразу потащили жениться.

– Казнить его! – велел король, и стража было кинулась исполнять приказание.

Но тут вмешалась голова Пётр:

– Это он – тот самый король-интриган, который не любит драконов?

– Он, – кивнул Герой.

– Придётся есть в необеденное время! – вздохнула голова Пётр.

– Пётр, не горячись, – посоветовала голова Иван. – Может, у него было трудное детство. Я уверен, он подумает и исправится. И откроет общество любителей драконов.

– Ты исправишься? – спросила голова Вася.

– Я могу ответить отрицательно? – капризно поинтересовался король.

– Нет, папочка, – сказала Принцесса. – Это было бы недипломатично.

– Хорошо! Я исправлюсь, – согласился король.

– То-то же! – сказала голова Пётр.

А Принцесса захлопала в ладоши:

– Как я рада, что дракон жив! Терпеть не могу, когда мучают животных!

– Ну что за милая девочка! – умилилась голова Иван.

– Добрая душа! – подтвердила голова Вася.

– И Герой вовсе не герой, а вполне приличный человек, – не унималась Принцесса.

– Мне он тоже нравится, – закивала голова Иван.

– За такого и замуж можно! – сказала Принцесса и засмущалась.

Вот, собственно, и всё.

Герой женился на Принцессе. Король сдержал своё королевское слово и создал общество любителей драконов (а что ему оставалось делать?). Дракон по-прежнему живёт в горах и на субботу с воскресеньем прилетает во дворец послушать сказки и погулять по саду с Принцессой. Которая по-прежнему очень любит животных.

Город спал, и полицейский Бом сторожил его сон.

Бом любил свой город. Он следил, чтобы драчуны не сильно размахивали кулаками, карманники много не воровали, а пьянчужки находили дорогу домой. Но сейчас уже самый последний бродяга нашёл ночлег, до рассвета оставалось недолго, и Бом стоял под деревом и смотрел по сторонам.

И тут на Бома УПАЛО.

– Вот тебе раз! – пробормотал Бом. Чиркнул спичкой – ботинок. Задрал голову – в ветвях что-то темнело. Бом полез на дерево.

На дереве… спал человек.

– Это ваш ботинок?

– Поставьте! – сонно сказал человек, отвернулся и накрыл голову пиджаком.

– Почему вы спите на дереве?

Незнакомец молчал.

«Непорядок», – понял Бом.

– Ваши документы, между прочим.

– Только не сейчас, – пробормотал незнакомец.

– Что значит «не сейчас»?!

– Это значит отстаньте.

– Что значит «отстаньте»?

Человек потянулся:

– Здесь не поспишь, однако!

Неторопливо надел ботинки, медленно встал во весь рост, резко подался вперёд, взмахнул руками, будто пытаясь восстановить равновесие, и… полетел. Почти сразу с соседнего дерева спланировала большая тень и устремилась вслед.

– Стой! Стрелять буду! – закричал Бом.

Но тени, не отвечая, удалялись в сторону Городского парка. Бом потряс головой и даже взмахнул руками сам. Но не взлетел, а, наоборот, чуть не свалился с дерева…

– Они улетают! – ворвался Бом в караульное помещение.

– Кто? Расскажите, но будьте кратки! – насторожился начальник Дынькин.

– На меня упал ботинок. Левый. А когда я залез на дерево, они улетели.

– Шпионы! – моментально понял начальник.

– Просто сумасшедшие! – возразил Бом. – Какой нормальный человек улетит от просьбы предъявить документы?

– Вам не хватает опыта! – рявкнул Дынькин и скомандовал: – Выступаем!

И сорок восемь полицейских отправились на задание.

«Мне не хватает опыта!» – злился Бом, пересекая Городской парк. Мамочки уже катили на прогулки коляски, из которых торчали укутанные головы. Утренние бабушки занимали самые видные скамейки.

– Смотрите! Смотрите! – услышал Бом.

И мимо него пролетели мужчина и женщина. За ними бежали мальчишки, старушки и кошки.

– Опять улетают! – в отчаянье понял Бом, выхватил свисток и яростно засвистел.

Пара замерла в воздухе. Мужчина сморщился, а женщина развернулась в полёте и решительно направилась к Бому.

– Послушайте, дорогой, не могли бы вы подарить мне эту штуковину? – И она указала на свисток. – Если вам жалко, я дам что-нибудь взамен.

Бом покорно отдал свой свисток.

– Благодарю. А то, знаете, она так некрасиво звучит. Попробуйте лучше вот это. – И она протянула ему свирель.

– Спасибо! – расплылся Бом.

– Пробуйте, пробуйте, – настаивала женщина.

Бом послушно начал играть.

– Ну как? Ведь правда лучше? Вы ещё поду́читесь немного, и будет совсем хорошо.

– Играйте, играйте! – подбадривали его столпившиеся вокруг.

Бом был польщён всеобщим вниманием, но вовремя вспомнил о своих обязанностях:

– Простите, я должен проверить ваши документы!

– У нас их нет, – сообщил подлетевший мужчина.

– Как нет?! – остолбенел Бом.

– А зачем?

Бом растерялся.

– В документах обычно написано, кто вы и откуда.

– Я, слава богу, это помню.

– А как это узнаю я?

– Я вам скажу, чудак-человек. Меня зовут Гуго. Её – Лола.

Бом растерялся ещё больше.

– А-а! А меня – Бом.

– Чудесное имя! – Гуго и Лола зааплодировали.

И все зааплодировали вокруг.

– Скажите, а вы не шпионы? – спохватился Бом.

– Шпионы, – радостно закивал Гуго.

– А я полицейский.

– А-а, – протянул Гуго.

– И мне велено вас арестовать.

– Это обязательно? – нахмурилась Лола.

Бом кивнул.

– Ну что ж, полетели! – решил Гуго.

– Как это «полетели»? – оторопел Бом. – Я… я не летаю. Я… пешком.

– О нет! – запротестовал Гуго. – Это очень долго. А нам столько надо сегодня успеть. Если вы ленитесь, мы вас понесём. Куда?

И не успел Бом указать направление, как почувствовал, что летит…

Ноги болтались совсем без дела, тело тянуло вниз, а в животе что-то ухало. А внизу… Деревья сливались в огромные пёстрые пятна, люди казались муравьями. Муравьи что-то кричали, свистели, махали руками…

– Я лечу! – понял Бом. – А-а-а!

Гуго и Лола захохотали в ответ.

Тут у Бома слетела фуражка.

– Ой!

Они сделали вираж, Бом оказался вниз головой, и из него посыпались: удостоверения, деньги, ключи, спички, трамвайные билеты…

– Вот это дождь, – хохотала Лола.

– Улетает! Всё улетает! – кричал Бом. – И мне всё равно!

– Куда дальше?

Нетерпеливый голос Гуго вернул Бома к действительности. И Бом вдруг понял, что совсем не хочет арестовывать этих людей.

– Простите, а как вы летаете?

– Так и летаем.

– А давайте сделаем ещё кружок?

– Поскорее бы уже уладить все ваши глупости.

В зале заседаний полицейского отделения все смотрели на Бома с уважением.

– Встало движение на Старом мосту и на набережной, – начал дежурный полицейский. – Машинистки не могут печатать, банкиры – считать, прачки – стирать, а покупатели потеряли всякий интерес к покупкам. Все как дети малые смотрят в окна, не летит ли кто-нибудь.

– Итак, на кого работаете? – Дынькин повернулся к задержанным.

– Мы не работаем, мы отдыхаем.

Дынькин был опрокинут ответом. Но виду не подал.

– А зачем вы летаете?

– Нам так удобнее.

– А вы можете не летать?

– Можем.

– Можете! И всё-таки летаете! Что за легкомыслие! – вскрикнул Дынькин. – Что же будет, если каждый будет делать то, что хочет?

– Ну, точно сказать сложно, но я думаю, будет больше довольных людей, – сказал Гуго.

– У нас есть законы, запрещающие летать? – спохватился Дынькин.

– Нет, – ответил секретарь.

– Эх, надо было предвидеть! Что будем делать?

– Хотите, попробуем научить вас летать? – вдруг предложила Лола.

– Это совершенно нецелесообразно! Даже больше! Это прямое нарушение воздушного пространства! В нашем городе все должны твёрдо стоять на ногах.

– Как знаете, – пожала плечами Лола.

– Признаюсь, мы долго думали, как с вами быть, – продолжал Дынькин.

– Надеюсь, вы не собираетесь сажать нас в тюрьму? – заулыбалась Лола.

– Что вы! У нас, слава богу, свободный город.

– Она пошутила, – сообщил Гуго.

– Но, во избежание беспорядков в городе и путаницы в умах, вы будете летать только в определённое время, в отведённом для полётов месте, под присмотром наших авиаторов.

– Это большая честь. – Гуго поклонился.

– Вопросы есть?

– Какие могут быть вопросы, – вздохнул Гуго.

– Приступить к выполнению своих обязанностей и использованию своих прав с завтрашнего дня. Инспектор Бом, проводите!

– Слава богу, обошлось… – выдохнул Бом, выходя из здания полиции. Ощущение, что что-то не так, не оставляло Бома.

– Не волнуйся, Бом, мы очень законопослушны и пойдём пешком, чтобы у тебя не было неприятностей…

– Нет! Я думал совсем не об этом…

– А о чём, дорогой?

– Вы говорили, что можете попробовать научить летать…

– Забудь, Бом! Это правда нецелесообразно – и что он там еще говорил? Прямое нарушение воздушного пространства вашего свободного города.

– Кстати, у вас действительно свободный город, – сказал Гуго. – Нас даже не заперли.

Они долго шли молча. И вдруг Лола обняла Бома.

– Ну что ж, Бом! Будь здоров. Ты – замечательный.

– Вы прощаетесь? – понял Бом. – Почему так скоро? Теперь, когда вам разрешили…

– Потому что ветер хорош и зовёт нас…

И они полетели. И вот уже они превратились в точку, и вот исчезли совсем.

– Ну и славненько! – обрадовался Дынькин. – Нет людей, нет проблем!

И жизнь пошла своим чередом, и скоро все позабыли о странных летающих людях. И только Бом всё бродил по городу и играл на свирели бесконечные мелодии, которые забирались в душу и бежали мурашками по спине.

Однажды Бом не пришёл домой вечером. Не пришёл он ни утром, ни через неделю, ни через месяц. Говорят, его видели в горах. Он всё расспрашивал о людях, которые летают. Если вы когда-нибудь их встретите, скажите, что Бом их ищет.